Аура Хроники избранного. Том второй

Глава 1

— Селеста, можно с тобой поговорить? — спросила Фелиция.

Девушка-дракон обернулась к говорившей и улыбнулась.

— Конечно.

Лиса присела рядом.

— Скажи, как ты относишься ко всему, что произошло? — не особо понимая, как точно сформулировать вопрос, спросила Фелиция.

— А? Ха-ха-ха. Понимаю твою растерянность, — немного подумав, Селеста продолжила: — Я очень благодарна Артуру за то, что он появился. Папа наконец позволил мне покинуть дом. Я очень долго спала по некоторым причинам. И появление Артура позволило мне проснуться.

— Ты ведь нужна Артуру для контроля расы драконидов. Но неужели ты одна сможешь это сделать? — спросила Фелиция.

— Конечно, — усмехнулась Селеста. — Ты не совсем понимаешь, о чём спрашиваешь. Я дракон. Они чувствуют это. И, несмотря на унаследованную от нас горделивость, не посмеют пойти против старших.

— Понятно, — кивнула задумчивая лисичка. — Скажи, а ты знаешь что-нибудь об Авалоне?

— Скорее всего, да. Но отец заблокировал эту часть моих воспоминаний, — задумавшись, ответила Селеста.

— Но зачем? — не поняла Фелиция.

— Потому что эти знания могли бы причинить вред мне или Артуру. Отец никогда не делает что-то просто так, — пожала плечами девушка-дракон.

— А что насчёт твоего вступления в гарем? — вздохнула Фелиция.

— А что с этим не так? Папа одобрил Артура. Мне он тоже понравился. На лидерство я претендовать не буду. Мой долгий сон научил меня некоторому смирению, — задумавшись, продолжила она. — Вот только вам придётся выпить моей разбавленной крови. Папа подарил Артуру Каплю своей крови. Пока что наш избранный не может оценить всю ценность подарка — нужно время на полную перестройку организма. Но когда она закончится, вам понадобится больше выносливости, — подмигнула Фелиции Селеста.

---

Каникулы кончились, и начался второй семестр. Император, гильдия и академия сработали очень оперативно. Он начался со смены программы обучения. Новые методики для тренировки сознания позволили начинать изучать Рунавал даже первокурсникам после небольшого периода подготовки. Я мог честно собой гордиться. Но, как всегда, есть чёртово «но»: моё личное развитие и развитие моего ближнего круга. В руинах Драконьего Хребта Альвердия показала, что не сидела без дела. Друзья и девочки тоже рвут жилы на тренировках, показывая прогресс. А я из-за всех этих дел как-то встал на месте.

Сев на специальный коврик для медитации у себя в комнате, я призвал Lucifer и, положив его на колени, погрузился в себя. Заклинание, которое образовало между нами связь, работало исправно, гоняя ману между мной и клинком и тем самым тренируя магические каналы. Прогресс уже был виден: они стали толще и, вроде бы, даже крепче. Подарок дракона тоже работал. Первые изменения уже прошли, и сейчас шла тонкая перестройка. Во что оно выльется в итоге, я понять не мог, но я точно стану сильнее, что не может не радовать.

И всё же этого мало. Нужно больше силы — и личной, и для своих близких. Так что я перебирал всё, что было в моей памяти из книг, аниме и манги. Как и с барьером — что-то из этого точно можно адаптировать для этого мира. Вот только что? Новые заклинания? Не смешно. Рунавал и так даёт возможность применять что угодно. Тогда ритуалы? Тут уже интереснее, но их рассчитывать очень долго. Да и под каждого нужно это делать отдельно. Но как вариант — можно оставить. Если нагрузить этим ещё и тётю с ректором академии, то чего-нибудь да выйдет. Что ещё? Хм, а это, в принципе, идея. Но рискованная. Нужна консультация.

Выйдя из медитации и отозвав Lucifer, я рванул туда, где мне могли подсказать, возможна ли в принципе пришедшая в голову идея. В храм.

— Ты куда? — спросила тётя, когда я пробегал через гостиную.

— В храм, — бросил я.

— Опять что-то задумал, неугомонный мальчишка, — улыбнулась Альвердия вслед убежавшему Артуру.

Дежурившую у входа пару паладинов, которые хотели меня спросить, чего я припёрся на ночь глядя, я проигнорировал, перескочив через них скачком. Они хотели было броситься меня останавливать, но появившаяся Верховная жрица Алейны их остановила.

— Здравствуй, юный избранный, твоё дело не могло подождать до завтра? — спросила женщина.

— Простите, но у меня дело не к вам, — смотря ей в глаза, ответил я.

Жрица мягко улыбнулась, и её глаза засветились.

— Ну пойдём, поговорим, — пошла она вглубь храма.

Паладины упали на колени, а я проследовал за своей богиней.

— Я знаю, зачем ты здесь, Артур. И на твой вопрос отвечу: да, это возможно. Но это ведь не всё? — вопросительно изогнула бровь богиня.

— Да. Мне нужна гарантия. Работа с душой опасна. Но если процесс поддержите вы... — пояснил я.

— Это тоже возможно. Но могу я попросить тебя о встречной услуге?

— Всё, что пожелаете, — склонился я.

— Передай «Рассвет» храму. Я сделаю его своим чудом.

Я удивлённо уставился на Алейну.

— А что такого? Ты придумал великолепное заклинание. Сам того не понимая, ты создал то, что олицетворяет меня. Став божественным чудом, «Рассвет» увеличит наши шансы на победу, — пояснила Алейна.

— Тогда, конечно, я передам его Верховной жрице, — кивнул я.

— Можешь начинать работу по созданию ритуала привязки оружия к душе. Я помогу тебе сделать его безопасным, — глаза жрицы потухли, и она начала падать на пол.

Подхватив женщину, я помог ей присесть на лавочку.

— Интересный вы молодой человек, — устало улыбнулась женщина.

Достав из кольца-хранилища несколько листов бумаги, я скопировал на них все мои расчёты и готовое заклинание.

— Вот это — то, что просила Алейна.

Жрица пробежалась глазами по схемам и записям, и её глаза полезли на лоб.

— Спасибо, Артур. Это очень важный шаг для веры. Впервые с момента появления культа Алейны появляется новое чудо. И так вовремя. Ведь мы стоим на пороге эры перемен.

— Простите, но у меня ещё много работы, — поклонившись, я убежал домой.

Придётся посидеть под барьером некоторое время.

---

Вернувшись домой, застал тётю на том же месте.

— И как сходил? — с любопытством спросила она.

— Отлично! — улыбнулся я. — Тётя, я видел в городе несколько гномьих оружейных. Но не знаю, как у эльфов обстоят дела в отношении коротышек?

— Нормально обстоят. А что? — разгоралось её любопытство.

— Пока я буду занят, готовя вам сюрприз, нужно найти парочку толковых мастеров по ковке, ещё нужны такие же мастера от эльфов и драконидов. Ну и мастера зачарований тоже, — падая в кресло, пояснил я.

— Хорошо, всё будет. Но артефакты? На тебя это не похоже, — качая головой, сказала она.

— Артефакт артефакту рознь, — ухмыляясь, ответил я. — Когда всё будет готово, сами всё поймёте.

Встав, иду в свою комнату.

— Вот мелкий засранец, — проводив взглядом Артура, прошептала Альвердия.

Дурой она не была и поняла, что племянник снова придумал что-то из ряда вон выходящее. И если для этого нужна была консультация богини — это точно будет нечто.

Включив временной барьер, я принялся за расчёты. Ну, точнее, за доводку того, что предоставила мне Алейна, до того, что нужно мне. У меня, как у избранного, уже был один артефакт, привязанный к душе. Дневник. Моя богиня записала в него все нужные мне данные с расчётом на то, что процесс будет протекать под её контролем. Это, в свою очередь, полностью исключает шанс на то, что душа будет повреждена или произойдёт отторжение. Но даже имея перед глазами образец, сделать то, что нужно именно мне, было не так просто. Работа закипела нешуточная.

---

Утро следующего дня. Столовая особняка Артура

— А где наш неугомонный избранный? — недовольно пробурчал Солинар.

— Опять творит что-то непонятное, — пожала плечами Альвердия. — Вчера вечером сначала сорвался в храм. А как вернулся — нагрузил меня работой и заперся в комнате под временным барьером.

— Работой? Тебя? — удивился Солинар.

— Ага. Но не только меня, — повернувшись к Селесте, продолжила она. — Милая, передай Дэргаду, что нужны мастера кузнечного дела и зачарований. Леви, ты тоже сообщи отцу об этом. И ты, Леонелла. — Повернувшись к Солинару, добавила: — Сходи к своим собутыльникам гномам и передай им такое же сообщение. Скажи, работа будет сложная и интересная. А я передам его просьбу королю эльфов.

— Зачем столько мастеров от разных рас? — спросила Адда.

— Пойди спроси у своего жениха, — усмехнулась Альвердия.

Пока Артур работал над основной частью плана, его союзники готовили почву для воплощения очередной безумной идеи.

---

Итак, в основу ритуальной гексаграммы помещаем икосаэдр — ну, или просто двадцатигранник. Внутри — три уровня из пентаграмм: одна большая в центральной части и две поменьше сверху и снизу. Используя как центр икосаэдр, сделать две перекрещенные орбиты из маны, на которых разместить по три додекаэдра с разной частотой вращения, чтобы не столкнулись. И как вишенка на торте — сверху и снизу этого безобразия разместить по гексограмме.

— Кхм! Нужно позаботиться о внешнем источнике маны, а то даже с учётом ритуала, который возьмёт основную нагрузку, от такого безобразия и усраться от натуги можно, — бормотал я, разглядывая пустую схему, начерченную на чём-то вроде ватмана.

Ну, схема готова, руны расставить не проблема. Теперь переходим к самим расчётам. Первое — это материал, которым будет рисоваться ритуал. Ну, спецчернила — это понятно. Ну, ещё стоит добавить серебряную пыль, немного крови того, для кого он будет проводиться — для улучшения связи, — перетёртые кости какой-нибудь магической зверушки.

— Что ещё?

Нужны будут камни, заряженные магией жизни. Так что придётся обращаться к Талу и за этим. Теперь — место. Ближайшее подходящее — это либо храм, либо академия. Под академией — природный источник маны, а в храме за счёт алтарей образовался искусственный источник.

Отложив перо, устало потираю глаза и смотрю на специальные часы, сделанные под заказ для отслеживания времени внутри и снаружи.

— Ого! Пятый день уже пошёл, — покачав головой, пробормотал я. — Ладно, отосплюсь, потом выползу наружу и расскажу, чего я такого напридумывал.

Встав из-за стола, падаю на кровать, проваливаясь в сон.

Глава 2

Проснувшись, я отключил барьер и выполз из комнаты.

— О, а вот и нарушитель всеобщего спокойствия! — смеясь, встретил меня Солинар. — Надеюсь, ты вышел не для того, чтобы сказать, что ничего не вышло?

— Нет. И вообще, дядя, чего вы тут на стуле сидите? — спросил я.

— Стерегу твой покой и жду, пока ты выйдешь, — подмигнул он мне. — Ты, знаешь ли, своими распоряжениями перед тем, как закрыться под барьером, изрядно всполошил народ. Уважаемые и, несомненно, занятые дядечки и тётечки собрались в одном месте и ждут тебя.

Почесав затылок, я направился в ванную:

— Окей, сейчас приведу себя в порядок, и можно будет порадовать собравшихся.

— И всё же, Артур, что ты задумал? — глаза дяди горели любопытством.

— Духовные артефакты, — показав язык ошарашенному дяде, я пошёл приводить себя в надлежащий вид.

Когда я спустился в гостиную, там было не протолкнуться. Все её обычные обитатели в виде тёти, дяди, моего гарема и друзей, а также четыре представительных гнома, три драконида, десяток эльфов и пятеро людей.

— Здравствуйте, господа, — кивнул я гостям. — Прошу прощения за столь долгое отсутствие. Не буду мучить вас ожиданием и скажу сразу: вас сюда позвали для помощи в изготовлении артефактов, которые в дальнейшем будут привязаны к душе.

— Это невозможно! — выкрикнул один из гномов.

— Вы не совсем правы. Господин?.. — вопросительно посмотрел я на крикуна.

— Торвальд Камнерукий, — фыркнул он.

— Господин Торвальд, привязка вполне возможна, пусть и сопряжена с некоторыми весьма опасными последствиями, — ничуть не смутившись презрительного взгляда гнома, пояснил я. — Но и здесь есть один нюанс. Как вы наверняка уже знаете, я избранный. Перед тем как браться за разработку ритуала, я посетил храм и поговорил с моей богиней. Так что исключение возможности получения духовных ран и отторжения артефакта она возьмёт на себя. — Сделав паузу, чтобы до всех дошли мои слова, я продолжил: — И в связи с тем, что возможность проведения ритуала мною доказана, я перехожу к вашей роли в моём плане. Сами понимаете, привязывать к душе обычный посох или меч бессмысленно, поэтому я и попросил собрать лучших мастеров союзных рас.

Гостиная погрузилась в тишину. Казалось, она была настолько абсолютной и густой, что её можно было бы зачерпнуть рукой.

— Это весьма необычная новость, — нарушил тишину один из эльфов. — Моё имя Сониэль, господин Артур, я представляю эльфов в этом мероприятии. — Он поклонился. Выглядел эльф довольно молодо. — Не сочтите за грубость, но не могли бы вы предоставить нам сведения о ритуале и ваших требованиях к артефактам?

Кивнув, я вытащил из кольца-хранилища свои записи и разложил на столе.

— Конечно, господа.

Следующие несколько часов ушли на объяснения той жути, которую я наворотил. Пока я рассказывал собравшимся о своей затее, успел побыть и безумцем, и гением, и фантазёром. Мастера на ходу корректировали мои бредни по изготовлению артефактов, доводя до вполне осуществимых.

— Выходит так, — подводя итоги нашего совещания, начал я. — Гномы обеспечат ковку, дракониды дадут доступ к своей драконьей кузнице, эльфы и люди обеспечат зачарование на протяжении всего процесса. Я займусь подготовкой первого ритуала, а материалы нам придётся покупать.

— Дом Падающей Листвы обеспечит поддержку как финансово, так и материалами, — сообщила Альвердия.

— Император тоже окажет всю возможную поддержку, — почти в один голос сказали Август и Леви.

— Клан Леонхард также поможет чем сможет, — добавила Леонелла.

— И род Фокусов тоже!

— И Норвальд!

Фелиция и Катарина выкрикнули одновременно.

— А я обеспечу финальный нагрев перед закалкой и дам каплю своей крови для неё, — скромно сообщила Селеста.

Мастера с недоумением посмотрели на девушку. Пришлось объяснять, кто она такая. После чего гномы стали на меня как-то странно смотреть.

Не зря в мире, где я раньше жил, говорили, что инициатива наказуема. Первым, кому решили изготавливать артефакт, стал я. Само собой, в качестве артефакта выступил меч. Вот тут товарищи гномы с меня поржали и забросали целой кучей вопросов: начиная от того, двуручный или одноручный, и заканчивая формой лезвия, рукоятью, гардой, яблоком и ещё много-много чем. Меня даже взвесили и измерили, что, в принципе, не укладывалось в моё понимание критериев для изготовления меча.

— Господин Торвальд, скажите, во сколько нам обойдётся покупка у гномов кристаллитового образования для ковки полуторного меча? — спросил Сониэль.

— Думаю, король не обеднеет, если выделит нашему избранному что-то поинтереснее кристаллита, — усмехнулся гном.

— И что же вы предлагаете? — в голосе Сониэля чувствовался интерес.

— Есть в нашей сокровищнице несколько слитков металла, найденного в руинах в глубине Северного хребта. Так вот, несмотря на все наши технологии, повторить его мы так и не смогли. Хотя разобрались, что это сплав кристаллита, манита и драконьей руды. Для нашего юного гения — самое оно, — заржал Торвальд, наблюдая, как вытягивается лицо Сониэля.

— Да-да, ушастый, у гномов есть мифрил, и мы готовы предоставить его избранному для изготовления меча, — Торвальд был очень доволен произведённым эффектом.

Слушая гнома, я чуть не упал с постамента, на котором стоял. О мифриле я только читал. И та информация, что мне попадалась, однозначно говорит о том, что это не что-то обычное. На данный момент только у гномов есть предмет, созданный из мифрила, — Молот короля гномов, Крушитель Гор. По легендам, древние мастера вложили в него какое-то очень мощное заклинание, и он действительно одним ударом может крушить горы. Если мне правда выкуют мифриловый меч и я привяжу его к душе — это будет не просто буст силы, это будет мега-чит. Если говорить о свойствах мифрила, то его можно описать одной фразой: это металл для магов. Даже без зачарований он усиливает магию процентов на десять-пятнадцать. Но главная фишка этого металла в том, что он влияет на концентрацию и частично гасит откат от мощных заклинаний. В общем, это невероятно круто.

Видя моё светящееся от радости лицо, Торвальд рассмеялся ещё громче.

— Господину Артуру известно, насколько прекрасен мифрил? — спросил гном.

— Конечно. Как маг и молодой человек, читающий книги, я знаю о чудесных свойствах мифрила. Но даже подумать не мог, что когда-то получу клинок из него, — ответил я.

— Я, знаете ли, тоже никогда не думал, что буду участвовать в создании того, что считал невозможным, — улыбнулся Торвальд.

— Без поддержки Алейны я бы тоже не рискнул проводить подобный ритуал, — серьёзно ответил я гному. — Слишком он опасен.

Мои пытки наконец кончились. Гномы ушли порталом в своё Подгорное королевство за мифрилом. Эльфы и дракониды разместились в своих посольствах, ожидая их возвращения. Фелиция, Катарина, Леонелла отправили послания домой с просьбой о помощи и ждали ответа. Я же... ну, меня понесло. Пока обсуждали с мастерами создание артефактов, я загорелся идеей экипировки. Да, это заёмная сила, которую я не особо-то и люблю, но отрицать пользу артефактов глупо. Из этой мысли родилась идея магической экипировки, которая бы дополнила мои силы и частично перекрыла слабости. Да, я бракованный избранный: вместо того чтобы всеми силами в одного разносить врагов на атомы, огребáю от Архилича, собираю союзы для победы в войне, тренируюсь так, что Гай-сенсей из «Наруто» плакал бы от счастья, — вместо того чтобы под каждым кустом находить рояль. Вот такой вот я бракованный попаданец. Хе-хе. Но я отклонился от темы. Экипировка! Для себя выбрал внешне что-то похожее на то, как выглядел Кирито из аниме «Мастер меча онлайн». А что? Стильный образ. В ботинки встроить заклинание воздушного щита малой мощности — и можно бегать по воздуху. В плащ, конечно же, щит, а лучше парочку для разных целей, ну и климат-контроль само собой. А ещё на ботинки нужно заклинание гравитации для увеличения силы удара. Моё желание врезать по морде Новару никуда не делось. Ну и ещё, может, чего полезного придумать. Надо отца с его мастерской озадачить этим вопросом. Он сейчас с разработанного нами зеркальца деньги лопатой гребёт. Вот пусть и озаботится изготовлением экипировки. Что ещё я могу сделать для своего усиления? Ну, наладить режим тренировок — это само собой. А то запустил это дело. Хм. А что? Как вариант — тоже сойдёт.

— Судя по тому, как блестят твои глаза, ты опять что-то задумал? — спросила тётя, садясь рядом на диван.

— Да так, — отмахнулся я. — Решил придать своей магии определённый стиль.

— И зачем? — удивилась Альвердия.

— Сам точно не знаю, но хочу, — пожал я плечами.

— Стиль — это хорошо, — покивал вошедший в гостиную Солинар. — Вот завтра с утра этим и займёмся на тренировке.

— Как скажете, дядя, — растянулся я довольный на диване.

— Ты молодец, Артур, — обняла меня тётя. — Алейна и твои предшественники могут тобой гордиться.

— И мы тоже тобой гордимся, — добавил Солинар. — Нам за нашу долгую жизнь довелось видеть нескольких избранных. Они были сильны, умны и талантливы. Но только для себя. Ты же делишься знаниями и силой с другими. Это опасный, но мудрый путь. — Дядя улыбнулся по-настоящему тепло. — Я и Альвердия пойдём с тобой до самого конца.

— Да, — кивнула тётя.

Я чуть не расплакался от их слов. Если так подумать, Альвердия и Солинар стали для меня вторыми родителями. За этих разумных я был готов в огонь и в воду. И то, что они для меня готовы на то же самое, — не секрет. Вот только когда такие слова звучат вслух, это мотивирует пахать, стараться, выкладываться на миллион процентов. Чтобы не подвести тех, кто тебе дорог.

— Я... Спасибо вам, — шмыгнул я носом, пряча выступившие слёзы.

— Это тебе спасибо.

За то, что ты именно такой, какой есть, — сказали они почти синхронно.

Переглянувшись, мы рассмеялись.

Глава 3

Два месяца пролетели незаметно. Я тренировался, готовился к ритуалу в храме, учился в академии. За это время не сказать чтобы произошло что-то значимое. Разве что храм объявил о новом божественном чуде. Это совсем не рядовое событие наделало немало шуму. Слава Алейне, что хотя бы не стали объявлять о том, что к созданию «Рассвета» приложил руку я, — лишняя шумиха мне не нужна. И так некоторые аристократы волком на меня смотрят.

Сегодня Торвальд прибыл к нам, чтобы попросить Селесту выполнить своё обещание с нагревом меча драконьим пламенем. Естественно, посмотреть на такое шоу напросились все. Переместившись в Хадар, нынешнюю столицу драконидов, мы добрались до драконьей кузницы.

Вид того, как миниатюрная девушка в слепящей вспышке золотого света превращается в могучего дракона, завораживал. В истинном обличии Селеста была около четырёх метров в высоту и метров восемь в длину, если брать от морды до хвоста. По её же словам выходило, что она довольно маленькая — из-за того гроба, в котором я её нашёл. Развитие девушки остановилось в том возрасте, в котором она была на момент погружения в сон. На мой вопрос, какой же она будет, когда вырастет, она скинула мыслеобраз того, как выглядела её мама.

— Это... — мысленно присвистнул я.

И было от чего. Около восьми метров в высоту и метров двадцать в длину.

Нагрев и последующая закалка в специальном растворе, в который Селеста добавила каплю своей крови, прошли не менее зрелищно. Мифриловый клинок поначалу словно поглощал пламя моей дракоши, а когда его удалось нагреть до нужной температуры и опустить в ванну с раствором для закалки — клинок начал поглощать и её. Остаток, который в этого обжору не влез, моментально выкипел, но со своей задачей справился.

Усталый Торвальд и какой-то неизвестный драконид медленно и торжественно подошли ко мне и протянули меч. Что меня сразу удивило — я чувствовал клинок. Он, словно живой, хотел наконец оказаться в моих руках.

— Esor, — прошептал я в наступившей тишине. — И откуда у меня только такая любовь к названиям на латыни? Да и знания этой самой латыни, — усмехнулся я мысленно.

Клинок одобрительно завибрировал, принимая своё имя.

— Сегодня в мир пришёл артефакт уровня реликвии расы! — торжественно выкрикнул Торвальд. — Пусть горы и боги станут свидетелями рождения Пожирателя!

«Вот гном... откуда он знает латынь?» — мелькнула в голове мысль.

Но обдумать её я не успел. Градский коротышка, видать, мощно крикнул. Так как я почувствовал... Да я вообще хрен знает, что я почувствовал. Но как будто сам мир обратил на меня внимание. Было жутко, страшно. И вместе с тем невероятно комфортно, и жарко, и холодно, и... Я начал тонуть в лавине ощущений. Но клинок вспыхнул силой, смывая это чувство.

— Кхра-а! — прохрипел я, падая на колени. — Спасибо, бро, — прошептал я, глядя на меч.

Тот завибрировал, принимая похвалу.

«Дожил, с оружием разговариваю», — усмехнулся я мысленно — И ведь отвечает же.

— Это было нечто, — в царящей вокруг тишине голос Августа, пусть и тихий, прозвучал как гром.

— Ты это, парень, прости, — хлопнул меня по плечу подошедший Торвальд. — Кто же знал, что ритуальная фраза вызовет такой эффект.

— Чует моя пятая опорная точка, что мы тут только что вошли в легенды, — встал я, опираясь на могучего бородача.

— Ты в них вошёл ещё до того, как принял меч. Сам факт того, что ты придумал всё это и собрал для реализации столько разных рас, уже достоин того, чтобы войти в историю, — усмехнулся гном.

— Но и мы, как мастера, тоже войдём в историю, — заговорил довольный Сониэль.

Все мастера довольно улыбнулись. Для них и правда было весьма почётно принимать участие в создании такого клинка.

Я прекрасно понимал и мастеров, и своих друзей, и девушек, которые заворожённо смотрели на меч в моей руке. Пожиратель оправдывал своё имя. До определённого предела он мог поглощать любую вредоносную магию, за её счёт становясь крепче и мощнее. Также меч мог делиться со мной накопленной маной. Ну и, конечно же, свойства самого мифрила, усиленные чарами, поднимали мои возможности боевого транса и концентрации. Пожиратель мог работать и как громоотвод, частично гася откат от особо мощных заклинаний. Когда я свяжу меч со своей душой, все эти свойства будут доступны мне даже без вызова меча.

Вернувшись в столицу, я решил не откладывать привязку и, взяв тётю и дядю, направился в храм. Верховная жрица нас ждала и сразу провела в одно из больших помещений.

— Моя помощь вам понадобится, Артур? — спросила женщина.

— Если вас не затруднит, госпожа Велайя. Помощь мага вашего уровня лишней не будет, — уважительно поклонился я ей.

Вчетвером мы за полчаса начертили гексаграммы ритуала. Я с мечом встал в центр. Альвердия, Солинар и Велайя разложили дополнительные материалы и, заняв места вокруг, запустили ритуал.

Нет, я знал, что легко не будет. Но к тому, что меня скрутит такая невыносимая боль, был немного не готов. Я кричал. Потом выл. Потом молил Алейну мне как-то помочь. В этот момент мне казалось — богиня шептала что-то успокаивающее, но слов было не разобрать. А всё дело оказалось в том, что я немного не учёл один маленький факт. Места-то в душе под клинок не было. Вот он и начал растягивать мою душонку, ища себе место. Сколько длилась эта агония, я не знаю, но когда ритуал закончился — я просто потерял сознание.

Оседающее на пол тело подхватила бледная как мел Альвердия.

— Что-то пошло не так? — спросила она подошедшую жрицу.

— И да, и нет, — тяжело вздохнула женщина. — Он не учёл один нюанс, вот и вышло, что ему пришлось испытать эту боль.

— Проклятье! — сквозь слёзы выругалась эльфийка.

— Не стоит, — Велайя присела рядом с ними. — Он умный и сильный парень. Ритуал работает, просто требует небольшой доработки.

— Значит, успех, — подошёл к ним Солинар.

— Пусть он побудет немного в храме. Сила Алейны поможет ему восстановиться быстрее, — предложила Велайя.

— Хорошо, — нехотя согласилась Альвердия.

Оставив Артура жрице, она вместе с Солинаром отправилась домой. Нужно было успокоить всех остальных, нагрузить работой, чтобы они задавали меньше вопросов.

---

Я сидел во внутреннем пространстве моей души, которое образовалось из-за внедрения меча. Пожиратель висел рядом, испуская синее свечение. Тут было тихо, и я мог подумать. Единственный, кого можно винить в случившемся, — это я. Не учёл такой очевидный факт. Пользуясь тишиной, я вызвал дневник и начал дорабатывать ритуал. К концу работы он вырос от одной гексаграммы до трёх. Зато теперь всё было учтено. Первая отвечает за введение цели в специальное состояние, в котором не будет чувствоваться боль. Вторая образует в душе специальное пространство — типа того, в котором я сижу сейчас. И третья уже осуществляет привязку.

Пожиратель неожиданно начал мигать.

— Ну чего тебе? — буркнул я, отвлекаясь от записей.

Меч промигал мне что-то вроде:

— Вали уже отсюда.

Фыркнув и показав ему средний палец, я вывалился из уютной тишины в реальный мир.

Открыв глаза, не узнал потолок над головой.

— С пробуждением, — раздался сбоку знакомый голос верховной жрицы.

— Госпожа Велайя, сколько я тут валяюсь? — прохрипел я.

— Второй день, — поднесла она кувшин с водой к моим губам.

— Ох, ну и дела, — простонал я, напившись.

— Ты учёл свои ошибки? — спросила Велайя.

— Ага, — кивнул я. — Новый ритуал учитывает все недочёты.

— Рада это слышать, — тепло улыбнулась она. — Твоя тётя очень переживала.

К щекам прилила краска. Стало так стыдно перед тётей и дядей.

— Тогда мне нужно домой, — попытался я встать.

— Подожди, — глаза жрицы засветились мягким светом, что говорило о том, что здесь сейчас Алейна.

— Дитя, надеюсь, твоя неудача не сломила твой дух? — обеспокоенно спросила богиня.

— Это не неудача, — почтительно склонился я. — Просчёт, неопытность — это да. Но желаемого я добился. А что нас не убивает — делает нас сильнее, — улыбнулся я.

— Ты и правда необычный. Твои разум и душа очень сильны. Я рада, что именно ты стал моим избранным, — улыбнулась богиня.

— Спасибо. Вы даровали мне этот шанс. Эту прекрасную жизнь. И поверьте, какая-то там боль не сломает меня, — гордо выпятил я грудь.

Алейна рассмеялась, и глаза Велайи потухли.

— Госпожа Велайя, спасибо за вашу заботу и гостеприимство, — поклонился я. — Но мне пора домой.

— Конечно, иди, — кивнула она устало.

Стоящий у двери паладин проводил меня до выхода из храма, и я, сорвавшись на бег, рванул домой.

Дома меня ждала выволочка от тёти и обеспокоенные друзья и девушки.

— Не переживайте, — поднял я руки в защитном жесте. — Ошибки учтены, ритуал доработан. Со мной всё хорошо.

Глядя на свой гарем, я видел, что им мало такого ответа. Так что придётся устроить ещё одну серию свиданий и поговорить с каждой отдельно.

Глава 4

Вечером мой гарем всем составом нагрянул ко мне в комнату.

— Артур, — начала Фелиция, — тётя Альвердия нам не говорит, что случилось в храме, но мы за тебя очень переживаем.

Остальные одобрительно покивали на её слова.

— Я кое-что не учёл в ритуале, вот и пришлось немного поваляться и отдохнуть, — улыбнулся я им.

— То есть ритуал прошёл успешно, но с некоторыми последствиями? — спросила Катарина.

— Ага. Но не переживайте, я его доработал, и теперь такое не повторится, — успокоил я девочек. — И да, милые мои, я очень рад, что вы у меня такие заботливые, так что предлагаю сходить на свидания.

Моё предложение вызвало положительную реакцию. Девочки заулыбались и немного расслабились. Мысленно выдохнул — удалось избежать сложностей с объяснениями.

Пока я валялся в храме, ни мастера, ни мои близкие на месте не сидели. Сформировав очередь, они начали изготавливать артефакты для других. Следующие после меня — тётя и дядя. Потом девочки из гарема, потом друзья. Аарон и Десельтрин от ритуала отказались, сославшись на то, что им он не особо нужен. А вот матушка Сольвернай на него согласилась. От драконидов ритуал пройдёт Дэргад Аверфел, от гномов — Торвальд. Эльфы и люди проходить ритуал не будут — им начальство запретило.

Пока мой гарем составлял очередь на свидания и придумывал, чего бы из меня такого вытянуть, я осваивался с новым мечом. Пожиратель, в отличие от Люцифера, имел некоторое подобие сознания и был той ещё занозой в заднице. Нет, на мой зов он откликался моментально, и в тренировках помогал, и усиливал. Вот только всё это проходило под лозунгом: «Ну ла-а-адно, я, так уж и быть, помогу тебе». В общем, да — меч у меня та ещё редиска.

В этот раз первой на свидание со мной пойдёт Катарина. Она сама мне об этом сказала рано утром, когда вломилась ко мне в комнату.

— Катарина, ты решила провести свидание в кровати? — снизу вверх посмотрел я на сидящую на мне девушку.

— Хм-м-м-м!.. — задумчиво протянула она, отдавив меня сверху. — Звучит заманчиво, но нет. — Вскочила она и, показав мне язык, убежала.

Вздохнув и попросив Алейну о терпении, я встал и поплёлся в душ. Тренировка опять откладывалась, что меня очень печалило.

Сегодня Катарина отбросила маску светской волчицы: нацепив простенький сарафан и сделав незатейливую причёску, она взяла меня под руку и утащила в город.

— Итак, — вытащив меня на центральную улицу, она остановилась, — сегодня мы отдыхаем. Забудь, что ты избранный, побудь просто Артуром на свидании с красивой девушкой, — улыбнулась Катарина.

Я удивлённо уставился на неё. От кого, но от моего волчонка такое предложение получить было неожиданно. Однако, немного подумав, я полностью поддержал её идею.

— Тогда мы идём в кафе. Знаю я тут парочку замечательных мест. — Взяв её за руку, потащил в нужную сторону.

После кафе мы наткнулись на небольшой уличный театр. Актёры там играли ужасно, но зато с полной самоотдачей, что делало представление смешным и запоминающимся.

— Ну что, куда дальше? — спросила Катарина, прижавшись ко мне.

Я осмотрелся вокруг. Был уже обед, и надо было бы перекусить. Моё внимание привлекло невзрачное заведение со скромной вывеской «Еда других миров». Туда я и потащил Катарину. Внутри было уютно, я бы даже сказал — по-домашнему. Улыбчивая женщина за стойкой протянула нам меню. И тут мои глаза полезли на лоб. Чего тут только не было: пельмени — как варёные, так и жареные, борщ, разные виды рамэна и пасты. Здесь были собраны блюда почти со всего земного шара.

— Моя семья долго собирала эти рецепты от избранных, — похвасталась женщина.

Заказав две порции борща и жареных пельменей, я утащил мою волчицу за столик.

— Это еда твоей родины? — с любопытством спросила Катарина.

— Ага, — довольно кивнул я в предвкушении.

Пока по заведению расползался запах жарящихся пельмешек, нам принесли борщ. Вдохнув запах, я аж пустил слезинку. Запах дома. К борщу подавались сухари, хлеб, сметана и что-то, напоминающее чеснок.

— М-м-м, вкуфно, — довольно сказала Катарина.

Я был с девушкой полностью согласен. Не мамин, конечно, но очень и очень даже вкусный. У меня такой никогда не получался.

Пельмешек нам подали с кечунезом. Увидев это творение человеческой смекалки, я от души рассмеялся. Кто-то из попаданцев явно имел хорошее чувство юмора и вкус. К пельмешкам ещё подали лимонад — чем-то явно цитрусовым. Вкусно покушав и сделав себе пометку сводить сюда всех, кого знаю, я с волчицей покинул кафе.

— Ты прямо светишься, — толкнула она меня плечом.

— Ещё бы. Это же вкус родины, — улыбнулся я.

— Скучаешь по дому? — прижалась она ко мне, посмотрев в глаза.

— Не то чтобы, — задумался я. — Мой дом — Аура. Но и в прошлой жизни было кое-что, что можно назвать приятным.

Первые звёзды мы встречали на Холме Влюблённых. Сегодня Катарина меня очень приятно удивила. А ведь как таковых моментов романтики у нас не было. Заигрывания, флирт на грани игры в интригу — этого хватало, но вот именно романтики — нет.

— Знаешь, Катарина, сегодня ты открылась для меня с совершенно новой стороны, — обнял я её за талию, прижимая к себе.

— Рада стараться, — ехидно ухмыльнулась она, смотря мне в глаза снизу вверх.

В её фиалковых глазах отражались первые звёзды. Не говоря больше ничего, я наклонился и поцеловал её. Время для нас остановилось — мы целовались, полностью поглощённые процессом. Когда воздух закончился, мы разорвали поцелуй. Катарина тяжело дышала, лицо её было красным, но жутко довольным.

Привстав на носочки, она томно прошептала:

— Может, не вернёмся сегодня домой?

Ну как я мог ей отказать в этот момент? Подхватив на руки смеющуюся девушку, я рванул вниз с холма — туда, где обычно стоят экипажи, чтобы отвозить парочки по домам.

Особняк Артура.

— Фелиция, вряд ли они вернутся, — рядом с лисичкой присела Лувериат.

— Знаю, — надув губки, ответила Фокс. — Но меня не это расстраивает. А то, что я проиграла блохастой первое место.

Лувериат рассмеялась:

— Вы как сёстры, что никак не поделят игрушку.

Фелиция улыбнулась:

— Мы с детства дружим. И хоть за место главной у нас и идёт вялотекущая борьба, но сегодня я искренне счастлива за подругу.

— Ты такая милая сейчас, — хихикала Лувериат, обнимая лисичку.

— Отстань, вампирша-извращенка, — беззлобно фыркнула Фелиция.

Раздался стук в дверь, и девушки пошли открывать. На пороге стоял молодой парень.

— Срочное послание для господина Артура от императора, — сообщил он.

— Оно до утра подождать не может? — раздражённо спросила Фелиция. — Избранный сейчас не дома.

— Прошу прощения, госпожа Фокс, но дело очень срочное.

Достав из кольца-хранилища артефакт связи и мысленно попросив прощения у подруги, Фелиция вызвала Артура.

---

Вызов от Фелиции застал нас на пороге самой дорогой гостиницы города.

— Эй! — возмутилась Катарина, когда я взял артефакт в руки.

— Прости, солнышко, просто так она бы вызывать не стала, — обнял я Катарину.

— Да, — отвечаю на вызов.

— Артур, тут посланник от императора. Говорит, что дело очень срочное, — сообщила Фелиция.

Катарина в моих объятьях раздражённо зарычала, а я, вздохнув, перенёс нас домой. Новая фишка, ставшая доступной после слияния с Пожирателем: установив дома специальный ритуал-маяк, могу телепортироваться к нему из любой части города.

Появившись в гостиной, я передал раздражённую Катарину девочкам и смерил посыльного тяжёлым взглядом, от которого парень сжался.

— Простите, господин Артур, — поклонился посыльный и протянул мне конверт.

Вскрыв его, достал письмо. Хотя скорее записку.

«Гномов атакует армия каких-то тварей из глубины руин. Они запросили помощи».

— СУКА! — раздражённо сплюнул я. — Передай Аарону: я скоро буду во дворце.

Как только посыльный ушёл, гостиная наполнилась людьми. Я обвёл взглядом друзей и родных.

— Гномов атаковали какие-то твари из глубины руин. Они просят у империи помощи. Я не могу игнорировать этот призыв.

— Мы с тобой! — нестройный хор голосов был мне ответом.

Тяжело вздохнув, я был вынужден согласиться. Продолжать мариновать их дома уже было невозможно.

— Хорошо. Но поступаете в распоряжение тёти и дяди. Собой не рискуете, в гущу не лезете.

Солинар довольно оскалился, одобрительно кивнув на мои слова. Отчего энтузиазм остальных немного поубавился. Но решение уже было принято. Пока дома начались сборы, я направился во дворец, воспользовавшись специальным артефактом-порталом. Несколько минут по полупустым коридорам дворца — и вот уже знакомый кабинет, в котором меня ожидают Аарон и Десельтрин.

Устало плюхнувшись в кресло, я посмотрел на парочку.

— Мне уже доложили, что я сорвал твоё свидание. Но уж извини, — пожал плечами император.

— Да ладно, чего уж там, — отмахнулся я. — Что там у гномов?

— Всё очень плохо. По старым проходам на пограничные заставы напала целая орда тварей. Что они такое, выяснить пока не удалось — сейчас аналитики у нас, эльфов и гномов роются в архивах, ища упоминания о них. Заставы сметены в считанные часы, и твари осадили первый город. Тот к нападению был уже готов и оборону держит, но сам понимаешь... — пояснил Аарон.

— Пиздец, — потёр я лицо руками. — Со мной отправятся тётя Альвердия, дядя Солинар и все обитатели дома. — Подняв руку и прерывая их возмущение: — Держать их взаперти уже нет смысла. А там за ними присмотрит дядя.

— Хорошо, — кивнули оба.

Понять их можно. Со мной отправятся их сын и дочь. Домой я вернулся, переместившись к маяку. Здесь вовсю шли сборы; из посольства прибыло четыре десятка гвардейцев, а посланный с сообщением к Талу эльф, вернувшись, доложил, что король выделит армию для защиты союзников. Впервые мои труды по налаживанию связей между расами дают свои плоды. Встречать новое испытание вместе намного проще, чем по одному.

Глава 5

Наш небольшой отряд переместился в столицу гномов через портал в посольстве. По ту сторону нас встречал Торвальд — как единственный наш знакомый.

— Рад вас приветствовать, — кивнул он. — Жаль, что причина визита совсем не радостная. Пройдёмте к порталу, ведущему в осаждённый город.

Десять минут быстрого хода, ещё одно перемещение — и вот мы уже в другом месте. Жаль, что нельзя использовать порталы для переброски войск, и армии Талиона понадобится минимум дней пять на переход из эльфийских лесов к северным горам. Оказавшись в Хаммер-сторме, мы очутились, так сказать, в гуще событий.

— Я знаю, что это за твари, — неожиданно выдала Селеста.

Все посмотрели на девушку-дракона.

— Это эйнир — химеры, способные на самовоспроизведение. Но их не должно быть здесь. Последняя матка этой чумы, придуманной отчаянным человечеством, должна быть запечатана под Драконьим Хребтом, — задумчиво разглядывая тварь, которую бравые защитники города тащили на утилизацию, пояснила Селеста.

— Дай угадаю: не уничтожив матку, их не остановить? — предположил я.

— Да, — кивнула моя дракоша. — Но сделать это не так легко. Были ли другие твари среди нападавших? — спросила Селеста у Торвальда.

— Нет, только эти, — покачал гном головой.

— Странно. Это ведь самые слабые из тварей — собиратели. Они стаскивают трупы к матке. — Задумалась дракоша. — Они уносят с поля боя трупы врагов и своих? — задала она ещё один вопрос.

— Нет, — снова коротко ответил гном.

— Ещё более непонятно. Эйнир так не действуют, — озадаченно протянула Селеста.

— Как думаешь, мог ли кто-то частично восстановить технологию их создания? — предположил я.

— Теоретически да. Но тогда матка, скорее всего, будет одноразовой, а создание новой — это достаточно долгий и сложный процесс, — кивнула девушка.

— Господин Торвальд, передайте новую информацию Аарону — пусть напрягает своих шпионов в людских королевствах и выяснит, кто это такой хитрый, — повернулся я к гному.

— Думаешь, люди? — зло прошипел он.

— Исходя из слов Селесты, больше некому, — пожал я плечами.

— Артур, — обратилась ко мне Леви, — можно, информацию отцу передам я?

Только сейчас я заметил, что девушку потряхивает.

— Конечно, Леви, — улыбнулся я дочери императора.

Она облегчённо выдохнула. Да, она банально испугалась, но можно ли винить её в этом? Нет, конечно. Однако вот так признать свой страх и сбежать ей не позволит гордость. А так она вроде бы и при деле, и отступила в безопасное место.

Отправив Леви и Августа домой, я задумался. Что же мне делать? Участвовать в защите в рядах гномов или попытаться выяснить, где источник? И желательно ещё понять, кто за этим стоит.

— Судя по твоему лицу, ты задумал очередную авантюру, — посмотрела мне в глаза Альвердия.

— Есть такое, — не стал я отрицать.

— Излагай, — ухмыльнулся Солинар.

— Нужно найти источник проблемы, — посмотрел я на Торвальда. — Можно ли как-то проникнуть в глубь руин, минуя тварей?

— Да, можно, — задумался гном. — Думаю, ты как избранный сможешь там пройти.

— А поподробнее? — заинтересованно спросил я.

— Под городом проходит очень старая дорога. Там весьма опасно, и твари по ней не шастают, — пояснил Торвальд.

Я переглянулся со всеми, кто сейчас был здесь.

— Мы с тобой, — нестройный хор голосов был мне ответом.

— Я тоже пойду, — посмотрел мне в глаза Торвальд.

— Это само собой, — пожал я плечами. — Сам хотел попросить вас выделить нам сопровождение.

Сборы не заняли много времени. Торвальд взял с собой ещё пятерых гномов, и мы, миновав несколько зачарованных врат, спустились на лифте вниз. Как только мы вышли из лифта, я попросил своих спутников немного подождать. Следовало использовать свою связь с руинами и попытаться найти путь.

Стоило мне закрыть глаза, как мир взорвался множеством переплетённых магических потоков. Они то сплетались, образуя причудливые узоры, то шли параллельно друг другу по краю тоннеля, как провода. Неожиданно рядом появился Пожиратель. Своенравная железяка вибрировала и мерцала, пытаясь чего-то мне сказать. Пришлось переться во внутреннее пространство души, чтобы понять его.

Выслушав пламенную речь...

Да, тупо прозвучало. Даже для собственных мыслей.

В общем, Пожиратель сказал, что чувствует чуждую этому месту ману где-то глубоко.

— Тоже мне, капитан Очевидность, — фыркнул я.

Промигав мне, что я идиот, он всё же перешёл к сути. И заключалась она в том, что благодаря ему я и сам могу чувствовать эту чуждую ману и тем самым выбирать направление.

— С этого и надо было начинать, железяка, — покачал я головой.

Выслушав ещё пару ласковых о своих умственных способностях, я был из пространства души выброшен.

— Нет, ну что за дела — из собственной души выгнали, — возмутился я мысленно, открыв глаза.

Прислушавшись к своим ощущениям, понял, что теперь чувствую направление, куда нам надо. Но не только это. Я словно бы знал, как туда пройти.

— Ну как, Артур? — спросила тётя.

— Вперёд! — бодро ответил я. — Я знаю, куда идти.

Шагая по ровному как стрела тоннелю, я вертел головой, изучая местную архитектуру. Гномы прошлого очень постарались, делая этот тоннель. Фрески с изображением битв и быта гномов, статуи гномов в доспехах, даже несколько залов, в которые мы мельком заглянули и которые оказались не чем иным, как тавернами.

— Вообще эта дорога раньше называлась Путём Королей, — начал Торвальд. — Она идёт под всем хребтом и соединяет старые города между собой. Но из-за до сих пор работающей защиты мы не можем использовать этот тоннель.

— Уважаемый Торвальд, знаете, местная защита просуществует очень долго. Ваши предки буквально плели заклинания из потоков маны, — улыбнулся я, вспоминая то, что видел.

Мои девушки и друзья тоже были впечатлены увиденным и вовсю крутили головами. Наш путь больше походил на экскурсию. Когда мы доходили до очередной ловушки или системы защиты, я предупреждал об этом спутников, и мы её обходили. Проверять, что они делают, ни у кого желания не было. Через часов пять мы остановились на привал.

— Это всё так волнительно, — восторженная Хальва опустилась на плащ рядом со мной.

Сейчас на девушке был надет кожаный доспех, а на поясе висела пара коротких мечей.

— Да, — с другой стороны села Фелиция. — Это очень волнительно, но не стоит забывать об опасности.

— Знаешь, Артур, дружба с тобой — самое лучшее, что случилось со мной за последнее время, — выдал Саймон, опускаясь напротив.

Его невеста Нини сидела рядом, прижимаясь к парню. Вообще тихоня оказалась цепкой и целеустремлённой, окрутив моего брата по ушкофилии. Да и на тренировках она не филонит, а пашет.

— Наш избранный умеет приятно удивлять, — мне на плечи опустились внушительные активы Катарины. — Неплохое продолжение для свидания.

— Катарина, не стоит так воспринимать это, — взял я девушку за руки. — Наш поход — это важная и опасная миссия.

— Я понимаю, но... Меня ведь лишили сладкого, — проворчала Катарина.

К концу дня мы добрались до очередного лифта, ведущего наверх.

— Нам туда, — указал я на древний подъёмник.

— Этот подъём ведёт в Саль-горн. Не самое безопасное место. Город был почти полностью уничтожен в войне прошлой эпохи, пещеры, в которых он располагался, населили различные твари, — прокомментировал Торвальд.

— Тогда будем осторожны, — осмотрел я своих спутников.

Лифт, несмотря на прошедшее время, работал исправно, так что мы поднялись до уровня, на котором располагался город.

Что сказать — руины потрясали своей мрачностью. Огромная пещера, освещённая тусклым светом от растущего мха, еле угадываемые в темноте остатки строений и тишина. Гнетущая и нарушаемая только нашим дыханием.

— Странно, обычно в этих пещерах более оживлённо, — прошептал Торвальд.

— Эйнир сожрали всех здешних обитателей. Или скормили матке, — предположила Селеста.

За пару часов мы добрались до перехода в следующий зал. Вот тут нас уже ждали первые вестники дурных вестей. Люди. Нам с трудом удалось избежать обнаружения охранным постом.

— Значит, какое-то из людских королевств смогло найти записи о их создании, но полноценно воспроизвести не смогло, — задумчиво пробормотал я, когда вражеские маги ушли достаточно далеко.

— Эйнир создать не так легко, — пояснила Селеста. — Одно из существ, чья кровь шла на ритуал, ныне не существует.

— Они нашли, чем её заменить, — выдал я вполне очевидный факт. — Но, видимо, для полноценного создания тварей этого не хватило. — Посмотрел на Альвердию. — Думаю, дальше я, Солинар и Торвальд пойдём сами. Тётя, вы в сопровождении гномов вернётесь обратно. Мы уже выяснили, что к этому причастны люди, и Аарон должен это знать.

— Но!.. — возмутилась было Фелиция.

— Артур прав, — оборвала её тётя. — Идти дальше такой большой группой не имеет смысла. Но и с возвращением я не согласна. Лучше мы отступим к лифту и подождём вас там. Если вас обнаружат или нужно будет уничтожить то, что вы найдёте, наша помощь вам понадобится.

Подумав над словами тёти, я с ней согласился. Такой вариант был более вариативен и не так обижал моих девочек, которые до этого пытались во мне дыру взглядом прожечь.

Во главе с Альвердией гномы и мой гарем с друзьями отправились обратно; мы же вчетвером двинули дальше, скрываясь в тенях немногочисленных уцелевших построек.

Глава 6

Подслушанный разговор:

— Слушай, Стэн, как думаешь, долго нам ещё тут торчать?

— Да какая разница? Слышал, как наши крошки смели посты коротышек? Вот оно, могущество людей! — с фанатичными нотками. — Не чета каким-то нелюдям.

— Было бы у нас это могущество, не появись в королевстве избранный, — фыркнул первый голос.

— Избранный?! Не смеши меня. Этот пёсик только и может, что работать поисковым артефактом, — рассмеялся тот, кого назвали Стэн.

— А слышал об избранном в империи Авель? — спросил первый голос.

— Берг, не упоминай, — сплюнул Стэн. — Этот нелюдяфил меня бесит. И ладно бы использовал их, как и полагается, в качестве секс-игрушек — так нет же, он, как и император Аарон, налаживает с ними отношения. — Брезгливо. — Скорее бы наши маги разобрались с маткой для химер. А то эта тварь дохнет сразу после первого выводка.

— Как думаешь, то, что мы нашли, и есть наследие древних? — спросил Берг.

— Конечно! Это ведь величайшее оружие, которое позволит нам править миром, — фыркнул Стэн. — Не дождусь, когда увижу рожу этого Артура, когда мы захватим гномов, которым он пришёл на помощь. Попрошу брата дать мне возможность повеселиться с его зверинцем у него на глазах.

---

Как Пожиратель оказался в руках, я даже не понял. Наверное, почувствовал мой гнев и призвался. Я скачком переместился к двум стоящим у стены магам. Те оказались достаточно опытными и успели выставить щиты. Вот только их ухмылка быстро переросла в ужас, когда под действием свойств клинка щиты схлопнулись. Я присел и, совершив круговое движение, отрубил обоим ноги.

Берг оказался достаточно квалифицирован, чтобы, невзирая на боль, попробовать связаться с кем-то и атаковать меня — за что получил меч в сердце. А вот Стэн просто визжал, не оказывая сопротивления. Правда, ни попытка связи, ни крики ни до кого не дойдут: переместившись, я накрыл нас троих несколькими заглушающими сферами. Остановив кровь Стэну, я посмотрел в испуганные глаза мужчины.

— Ну что, падаль, сам всё расскажешь, или мне тебя по кусочкам нарезать? — прошипел я.

— Артур, позволь мне, — положив руку мне на плечо, сказал подошедший Солинар.

За ним стоял Торвальд, лицо которого застыло, словно камень.

— Это форма магов королевства Варнай. Их границы прилегают к нашим горам, — процедил сквозь зубы гном.

Пока мы с гномом переглядывались, дядя подготовил пленного к диалогу. Информация потекла к нам тонким, но уверенным ручейком. На деле Стэн не так уж много знал. Он был весьма посредственным магом — в отличие от брата, который руководил данной операцией. Зато тщеславия, гордыни и спеси у него было на десятерых. Он рассказал нам, что в их королевстве появился избранный и, используя его способности, им удалось найти неполный ритуал по созданию химер. Они посчитали это тем самым наследием — так как химеры были очень сильны — и вознамерились с их помощью захватить мир. Здесь они проводят эксперименты по созданию матки, но не могут полноценно создать долгоживущую особь. Да и порождает она только слабейших из химер.

Солинар работал методично и без спешки. Он не пытал — он просто задавал вопросы, и Стэн, парализованный болью и страхом, отвечал. Даже слишком охотно. Через четверть часа мы знали всё, что знал он.

Картина вырисовывалась неприятная, но хотя бы понятная. Экспедицию возглавляет его брат — магистр Герхард, маг четвёртого ранга. Под его началом около двух дюжин магов, полторы сотни солдат и несколько некромантов, присланных лично королём Варная. Они окопались в старом храмовом комплексе в центре Саль-горна. Там же — матка. Точнее, то, что они сумели создать. Герхард надеется, что следующий выводок даст не только собирателей, но и боевых особей. Тогда он планирует ударить в спину защитникам Хаммер-сторма и открыть ворота.

— Ритуал подпитки, — процедил Солинар, когда Стэн, захлёбываясь, выложил детали. — Они используют некромантов, чтобы канализировать ману из трупов. Поэтому эйнир и не уносят тела — их перерабатывают в энергию для матки.

— Значит, если уничтожить матку, выводок прекратится, — подытожил я.

— И некромантов заодно, — кивнул дядя. — Без них эксперимент встанет.

Торвальд мрачно смотрел на пленного. Тот уже не визжал — только тихо скулил, понимая, что интересен нам ровно до тех пор, пока говорит. Когда информация иссякла, гном вопросительно глянул на меня. Я едва заметно кивнул. Торвальд одним движением свернул Стэну шею. Ни злорадства, ни удовольствия — просто работа. Убрать угрозу. Отомстить за павшие заставы.

— Нужно решать, что делать дальше, — сказал я, опускаясь на обломок стены. — У нас три варианта. Первый: вернуться, передать данные Аарону и Талиону, дождаться армии и ударить вместе. Второй: попытаться уничтожить матку прямо сейчас, пока твари не расплодились. Третий: найти Герхарда и обезглавить экспедицию.

— Первый — самый безопасный, но долгий, — отозвался Солинар. — За пять дней, пока подойдут эльфы, матка может дать ещё выводок. Или два. Тогда Хаммер-сторм не устоит.

— Второй — самоубийство, — проворчал Торвальд. — Я, конечно, люблю хорошую драку, но нас трое. Против двух дюжин магов и полутора сотен солдат. Даже с твоим мечом, Артур, это не бой, а бойня. В которой мы — жертвы.

— Значит, третий, — заключил я.

Солинар усмехнулся. Торвальд покачал головой, но спорить не стал.

— Герхард — маг четвёртого ранга, — напомнил дядя. — Это серьёзный противник. Даже для меня.

— Мы не обязаны бить его в лоб. Проберёмся, посмотрим, оценим обстановку. Если удастся убрать его тихо — уберём. Если нет — хотя бы поймём, что за матку они слепили. Селеста сказала, что полноценную химеру им не создать. Но если они хотя бы частично восстановили технологию, это знание нужно нам. Чтобы в будущем не допустить повторения.

Торвальд задумчиво пожевал губу.

— Есть старые туннели под храмовым комплексом, — сказал он наконец. — Технические ходы для обслуживания алтарных механизмов. Древние гномы строили на совесть — думаю, они сохранились. Если повезёт, сможем подобраться снизу.

— Уже теплее, — кивнул я.

Связавшись через артефакт с Альвердией, я коротко обрисовал ситуацию. Тётя, как и следовало ожидать, восприняла новости без восторга, но спорить не стала. Договорились, что группа отходит к лифту и ждёт ещё сутки. Если через сутки мы не выйдем на связь — она возвращается в Хаммер-сторм и передаёт координаты Аарону. Пусть накрывают храмовый комплекс всей доступной мощью, даже если мы будем внутри.

— Береги себя, — сказала Альвердия напоследок. И отключилась.

Торвальд вывел нас к замаскированному входу в технический туннель. По сравнению с Путём Королей это был даже не коридор — щель: низкий свод, ржавые скобы, паутина столетий. Гном двигался первым, я за ним, Солинар замыкал.

— Если нас зажмут в этом лазе, красиво не выйдет, — заметил я.

— Не зажмут, — отозвался Торвальд. — Про эти ходы даже местные не помнят. А уж люди из Варная — подавно. Держитесь ближе к стенам и не шумите.

Минут через сорок мы услышали звуки. Сперва далёкие, потом всё ближе: шаги, обрывки команд на всеобщем, чей-то надсадный кашель. Торвальд остановился и указал наверх. Там, в своде, темнела решётка воздуховода. Сквозь неё пробивался тусклый зеленоватый свет — магические светильники.

Я подтянулся и заглянул внутрь.

Помещение, которое когда-то было главным залом храма, изменилось до неузнаваемости. Мраморные колонны оплели жгуты из какой-то органики — они пульсировали, перегоняя мутную жидкость. В центре, там, где раньше стоял алтарь, возвышалась матка. Огромная, бесформенная, покрытая хитиновыми пластинами туша. Она дышала — тяжко, натужно, с влажным хлюпающим звуком. Вокруг суетились маги в балахонах, перекрикивались солдаты, таскали трупы. Некроманты — трое — стояли по углам зала, поддерживая ритуал подпитки.

И у подножия матки, спиной к нам, стоял человек в алом плаще. Глава экспедиции. Герхард.

— Вижу цель, — прошептал я.

Солинар бесшумно подтянулся, оценил обстановку и тихо выдохнул:

— Четвёртый ранг. Как я и говорил. С ним четверо магов помельче, охрана у дверей... Если нападём прямо сейчас — поднимем тревогу на весь комплекс.

— Ждём или ищем другой подход? — уточнил Торвальд.

— Ждём, — решил я. — Он не будет сидеть у матки вечно. Сменится, пойдёт отдыхать — вот тогда.

Герхард, словно услышав мои мысли, развернулся и отдал какой-то приказ. Маги засуетились, один из некромантов опустился на колено — не то от усталости, не то в поклоне. Герхард резко кивнул и направился к боковому проходу, туда, где когда-то, наверное, располагались кельи жрецов.

— Уходит, — прошептал Торвальд.

— Значит, идём за ним, — спрыгнул я с решётки. — Веди.

Глава 7

Благодаря подземным коммуникациям нам удаётся проследить за Герхардам до его роскошной палатки. Она стояла чуть в стороне от основного лагеря и и охранялась парочкой воинов. Выбравшись на поверхность через один из люков мы подобрались ближе. Переглянувшись с Солинаром одновременно сделали скачок к ним вгоняя кинжал в сердце и подхватывая тела.

— На счёт три. — показываю я спутникам.

Дождавшись кивков начинаю отсчёт.

— Три, два, один! — резко отодвигаю ткань что выступает дверью.

Внутри нас уже ждали. Герхард оказался очень сильным и опытным магом. В нас тут же полетело великое ледяное копьё которое я встретил пожирателем. Всю энергию меч поглотить не смог но ослабил заклинание достойно что бы наши щиты защитили нас от него. Дядя призвал клинок ветра. То же заклинание что и породило мой Люцифер только у него вышла стихия ветра. Солинар превратился в размытую тень осыпая врага ударами которые тот принимал на меч и посох. Торвальд взрыкнув бросился на Герхарда оорудуя монструозной секирой. Я же выждав момент для атаки переместился магу за спину и попытался ранить его ноги. Опыта ему было не занимать и Герхард почти успел уйти в сторону. Кончик меча всё же зацепил его икру. Мужчина вскрикнул но концентрации не потерял. И бой закрутился по новой. Минут пять мы гоняли Герхарда по всей палатке пока Солинару не удалось серьёзно зацепить его бок. Торвальд тут же воспользовался шансом и могучим ударом секиры обезглавил мага.

Палатка содрогнулась и ткань поддерживаемая магией начала расползаться за её пределами нас ждала целая толпа.

— Торвальд Солинар прорывается к матке! — выкрикнул я запуская в толпу великое копьё света.

Рубя всё что видим мы неслись к остаткам храма. Торвальд перекрыл вход обещая дать нам время. Я занялся некромантами а дядя маткой. Три великих копья света вонзились в рыхлую плоть наполняя помещение визгом. А я носился по всему помещению рубя магов стражу и гоняя некромантов. Нагнав наконец первого я вонзил ему ч спину Люцифер и тут же ушел перекатом в сторону от пахнущего смертью и разложением копья зелёного пламени пустив в ответ волну огня. Визг сгорающего заживо некроманта добавился в той какофонии звуков что творилась вокруг. Третий попытался удрать подняв порубленных мной стражников в виде низшей нежити. Но я просто закидал его ледяными копьями превратив в ёжика. Дядя к этому времени скастовав что то невероятно убойное всё таки прикончил матку проделав в ней огромную дыру.

— Уходим! — выкрикнул дядя.

Мы рванули к лифту. Я по дороге связался с тётей и она со всеми остальными рванули нам на встречу.

Через минут пять бега под градом заклинаний впереди мелькнули знакомые фигуры. Альвердия первой вышла из-за обломков — и мир за её спиной словно взорвался.

— Ложись! — выкрикнула тётя, и мы инстинктивно пригнулись.

Над нашими головами пронеслась волна плотного, как смола, пламени. Я успел заметить, как она выгибается в воздухе, обтекая какие-то невидимые грани, — Альвердия всегда контролировала даже форму огня. Преследователи, вылетевшие из-за поворота, попали под неё в полный рост. Первый ряд просто исчез. Второй отшатнулся, закрываясь щитами, и тут же по ним ударило с фланга.

Фелиция. Лиса действовала быстро и расчётливо — не как боец, а как командир. Я увидел, как она коротким жестом указала влево, и Хальва уже там. Кошка не стала ждать приказа до конца — два коротких меча выпорхнули из ножен, и она ввинтилась в строй врагов с той пугающей, текучей грацией, которой невозможно научить. Только дать от рождения. Два мага упали, не успев понять, что произошло.

Справа зарычала Катарина. Её магия воздушным тараном смяла троих, а Дедрагон, не дожидаясь, пока те поднимутся, с рёвом врезалась в них, превращая отступление в бойню. Земля под её ногами трещала, и я на секунду поймал себя на мысли, что не хотел бы оказаться на месте тех, кто решил, что сможет её остановить.

Сверху сыпались копья света — это Альвердия переключилась с площади на точечные удары, выбивая магов, которые пытались перегруппироваться. Солинар, не сбавляя шага, бил ветром, и воздух вокруг него гудел, как натянутая струна.

— Артур! Справа! — крик Фелиции.

Я развернулся. Один из магов всё же сумел закончить плетение — в нашу сторону полетела дуга пламени. Встретил её Пожирателем. Меч жадно сожрал половину, остальное рассеялось об мой щит. В следующий удар я не стал мудрить: скачок, короткий замах — и противник оседает, зажимая распоротый бок.

— Назад, к проходу! — скомандовала Альвердия.

Мы двинулись, не прекращая бить. Саймон и Родерик прикрывали фланги: первый работал мечом и щитом из плотной маны, второй накрывал отступающих пеленой иллюзий. Несколько вражеских бойцов врезались в стену, приняв её за открытый проход. Их быстро добили.

Нини держалась рядом с Саймоном, не высовываясь, но и не мешая. В какой-то момент она коротким заклинанием сбила прицел лучнику, целившемуся в спину Родерика.

Через несколько секунд бой был окончен. Остались только раненые враги, которых мы не будем добивать.

Я выдохнул и оглядел своих. Растрёпанные, злые, кое-где в крови — чужой. Но живые. И полные готовности идти дальше.

— Что делаем? — спросила Альвердия, опуская руку. Пламя ещё стекало с её пальцев, шипя на камнях.

— Нужно вернуться, — устало сказал я. — Чем больше у нас будет доказательств, тем лучше.

Подлечив пленных, мы двинулись обратно в лагерь Варная. Точнее, в то, что от него осталось.

Следы боя начинались задолго до входа. Здесь пахло кровью и магией — противный запах с привкусом металла, от которого сводило челюсти. Кто-то из наших за спиной сдавленно выдохнул. Кажется, Хальва. Но промолчала.

Палатка Герхарда зияла распоротыми полотнищами, обнажая вытоптанный пол и тёмные пятна, которые никто не собирался затирать. У входа в храмовый комплекс валялись опрокинутые жаровни, разбитые светильники. Всё говорило о том, что после нашего ухода выжившие не задержались.

— Ну и мерзость, — с отвращением осматривая бесформенный кусок мяса, когда-то бывший маткой, сказал Саймон.

Селеста подошла ближе, брезгливо морщась. Даже в полумраке было видно, как её глаза сканируют тушу — не зрение, а что-то более древнее, драконье.

— Из того, что я знаю об эйнир, им не удалось даже на двадцать процентов приблизиться к результатам древних, — произнесла она, обходя тушу. — Этого куска мяса хватило бы ещё на один выводок собирателей — и она бы сдохла. За раз матка, даже такая бракованная, может откладывать до тысячи яиц. Через сутки из них вылупятся химеры. Ещё через сутки это будет взрослая особь. У них и собиратели вышли бракованные. Это очередной раз говорит о том, что до результата древних им очень далеко. Но даже так результат для нас очень безрадостный.

— Звучит как приговор, — негромко произнёс Родерик.

— Это и есть приговор, — отозвалась Селеста. — Только пока не нам.

Я молча разглядывал остатки ритуальных кругов. Некроманты не просто канализировали ману — они пытались заменить недостающее маной. Не самый лучший вариант, но вполне рабочий. У них вполне могло получиться — если не повторить успех древних, то сотворить что-то своё.

— Собираем всё, что можно унести, — распорядился я. — Пленные, записи, камни из накопителей. Всё, что подтвердит причастность короны.

Саймон и Торвальд взялись за пленных. Альвердия накладывала стазис на обрывки ритуальных схем. Хальва помогала упаковывать письменные принадлежности и уцелевшие кристаллы. Катарина хмуро смотрела по сторонам, ожидая, что из темноты снова кто-то появится.

— Артур, — тихо позвала Фелиция, кивнув в сторону тела Герхарда. — Нужно забрать его артефакты.

— Забирай, — кивнул я.

Когда сборы закончились, мы двинули в обратный путь. Колонна растянулась: впереди — Торвальд с гномами, за ними — пленные, по бокам — Солинар и Альвердия. Мы с Фелицией замыкали.

Десятка пленных и пары сундуков с записями о ритуале нам вполне хватит, чтобы Аарон мог выкатить претензию королевству. Соседям в этом случае не останется выбора, кроме как поддержать империю. Король-ксенофоб никого не собирался жалеть, планируя захватить всех. Конечно, вряд ли удастся нанести существенный вред королю и королевству, но на некоторое время это поможет прижать их.

Большая политика — такая штука. Король просто спихнёт всю вину на подчинённых. Отмажется — но полностью чистеньким не выйдет. Все соседи будут понимать, что это наглая ложь. А ложь, даже удобная, имеет свойство разъедать трон.

В Сталь-горне нашу процессию встречали как героев. Помимо того, что лишившиеся поводка эйнир стали пусть и опасными, но достаточно тупыми тварями, лишёнными какой-либо тактики, — доказательства того, что одно из человеческих королевств причастно к этому, давало и гномам, и Аарону некоторую власть над ситуацией.

Король гномов пригласил меня на встречу, чтобы лично отблагодарить, но я был вынужден её перенести. Как только мы оказались в безопасности, я смог расслабиться — и понять, насколько я устал. Казалось, что каждый новый шаг отдаётся болью во всём теле. Посланник короля, видя моё состояние, ни спорить, ни обвинять меня в невежестве не стал. Мне выделили покои в доме правящего в городе клана.

Рухнув на кровать, я просто лежал и смотрел в потолок. Сегодня я убивал людей. Но никаких угрызений совести не чувствовал. Эти люди хуже тварей. Те хотя бы руководствуются лишь инстинктами и голодом. А эти нелюди целенаправленно стремились уничтожить тех же гномов и планировали захват мира. Вряд ли они бросят эту затею. Просто будут действовать осторожнее. И теперь у меня есть враги, которые могут пойти на любую подлость ради мести.

Дверь открылась, и в комнату ввалился почти весь мой гарем. В отличие от меня, они уже успели привести себя в порядок и сейчас обеспокоенно смотрели на меня. Катарина вышла вперёд и, обведя подруг взглядом, вытолкала их из комнаты.

— Катарина, у меня сейчас... — она прижала палец к моим губам.

— Тише, герой. Дай твоей женщине о тебе позаботиться, — прошептала она, улыбнувшись.

Отмыв меня от пота и грязи, она перестелила постель и, уложив меня, легла рядом и обняла.

— Всё, отдыхай, Артур. Ты снова всех спас, — поглаживая меня по голове.

— Я не... — хотел было возмутиться я, так как в операции участвовали все, но меня снова прервали, поцеловав в губы.

— Глупый избранный, когда уже до тебя дойдёт, что тот факт, что глава гвардии эльфийского дома и двоюродный брат короля гномов никогда бы не действовали совместно, не будь между ними тебя как связующего звена, — как маленькому пояснила она.

Покрутив в голове эту мысль и так и эдак, я не мог найти опровержение, так что просто сгрёб Катарину в объятия и, уткнувшись носом в её грудь, заснул.

Глава 8

Утро может быть добрым, если начинается в обед. Проснувшись и убедившись, что поспал до обеда следующего дня, я встал и, приведя себя в порядок, отправился на поиски еды. В гостиной выделенных мне покоев на столике обнаружилась еда. Под чарами стазиса. И записка.

«Артур, мы все вернулись в империю. Тебе ещё нужно встретиться с королём гномов, так что ждём тебя дома».

Вздохнув, я снял заклинание и принялся за еду. Встретиться с королём гномов было нужно. Но так не хотелось. У меня и без того море дел.

Пообедав, я вышел в коридор, где меня ждал слуга.

— Господин Артур, — вежливо поклонился он. — Посланник короля ожидает вас.

В сопровождении слуги я выбрался из особняка, где нас опять же ждали.

«Они что, блин, тут с утра сидят, что ли?» — подумал я.

— Господин избранный, — кивнул посланник. — Меня зовут Хаммер Бронзобород.

«М-да, ну и имечко», — отметил я про себя.

— Рад с вами нормально познакомиться. Вчера после боя я был немного не в себе, — уважительно поклонился я послу.

— Я всё понимаю, — улыбнулся гном.

В сопровождении посла и десятка гвардейцев, с головы до ног закованных в латы и с двуручными топорами на плечах, я добрался до портала и переместился в столицу. От портала до дворца нас доставила самоходная карета, которая опять же ждала нас у портала по ту сторону.

«Интересно, это гномы такие организованные или они со вчерашнего дня меня так ждут?» — размышлял я, смотря в окно на проплывающие там лавки и заведения центральной улицы.

Сложенные из массивных камней, украшенные самоцветами и искусной резьбой, кому-то они могли бы показаться слишком грубыми и однотипными. Но если учитывать, что это гномы и они живут под землёй, а их основной стройматериал — это магически обработанный камень, то в этом стиле было что-то, как бы так сказать, гномье. Выйдя из кареты, я замер с отвисшей челюстью. Дворец короля производил впечатление. Даже более современно выглядящий дворец Аарона по сравнению с этим был блёклой халупой. Чего только стоили две статуи метров по семь в высоту, стоящие у врат стены, окружающей дворец. При более детальном осмотре магическим зрением статуи оказались големами — что и вовсе было круто, доказывая, что коротышки очень преуспели в големостроении. Сам же дворец просто кричал о величии расы, его построившей. Одно только то, что он по факту выточен в скале, а вся его лицевая часть отделана чёрным мрамором и золотом, уже говорит о многом.

Когда меня проводили в тронный зал, я вновь чуть не впал в ступор. Стены, покрытые барельефами, рассказывающими историю народа. Золотой огромный трон, на котором восседал бородатый монстр. Король шириною своих плеч мог бы с лёгкостью дать фору даже орку, а алмаз размером с два моих кулака в его короне даже в мире Ауры — вещица жутко редкая.

— Приветствую отца всех кузнецов и хранителя пламени гор, — уважительно склонился я.

— Приветствую избранного Алейны Светоносной, — кивнул король. — Рад нашей встрече. Прошу меня извинить, что не учёл твою усталость после совершённого деяния.

— Всё в порядке, — улыбнулся я.

— И всё-таки я бы хотел тебя наградить за твою помощь, — перешёл он к делу.

— Ваше высочество, — начал я, — во-первых, вы и ваш народ уже оказали мне большую честь, выделив лучших мастеров и мифрил для изготовления артефакта, который я привязал к своей душе. Узнав о проблемах моих союзников, я счёл своим долгом прийти вам на помощь.

— Похвальная скромность и преданность союзам, — одобрительно покивал король. — И тем не менее ты заслужил награду. — Взмах руки, и парочка закованных в латы гномов подносит ко мне резной ларец из железного дерева.

Открыв ларец, вижу внутри рубин размером с кулак. Просто камень король дарить вряд ли будет, так что активирую магическое зрение — и вот тут моя челюсть отправляется на встречу с полом. Мой временной барьер, только улучшенный и доработанный. Вместо четырёх якорей — один, но зато какой. Качество камня запредельное, заклинания вплетены в структуру самого камня, коэффициенты временного расхождения регулируемые — от один к двум до один к пяти. Зона покрытия так же регулируемая и колеблется от пары метров до нескольких сотен. Камешек — просто шедевр артефакторики. Бережно взяв камень, очень уважительно кланяюсь королю.

— Безмерно благодарен и восхищён, ваше высочество.

Гном просто светится от довольства.

— Рад, что ты оценил работу наших мастеров. Им понравились твои наработки по этой теме, и, выкупив их у императора, они доработали всё, что только смогли, — пояснил король. — Ты держишь в руках венец их творения, созданный для тебя как для владельца самой концепции.

Попрощавшись, он отпустил меня домой. Матку-то мы уничтожили, и людей тоже, но несколько тысяч тварей — всё ещё вполне серьёзная угроза для королевства, и у правителя много дел. Вернулся домой я так же порталом. А дома меня ждало не самое приятное известие. Мой дом — тот, что недалеко от академии, — взорвали. Никто не пострадал, но это первый знак того, что король-ксенофоб не простит мне срыва его планов.

— Итак, рассказывайте, — обвёл я взглядом собравшихся в поместье.

— Да нечего рассказывать, — вздохнула тётя. — Смертник взорвался вместе с алхимической бомбой. Не знаю, на что они рассчитывали, ведь в особняке находились и я, и Солинар. Да там даже дежурной гвардии хватило бы, чтобы никто не пострадал. А дом... ну его, мы отстроим, невелика потеря.

— Ясно, — кивнул я. — А что Аарон?

— Рвёт и мечет. Допросы пленных и найденные записи заставили подняться волосы у него на голове. А взрыв твоего дома привёл в бешенство, — рассмеялась Альвердия. — Он собирает собрание правителей людских земель. Такого уже давненько не было.

Пока мой дом не восстановят, все разместились в поместье, где жили родители. Здесь же я установил камень с временным барьером. Мы с тётей и дядей уже поработали над защитой этого места. Но в новых реалиях я посчитал, что этого мало, так что, имея свободное время, занялся защитой дома.

Четыре дня я пахал, покрывая каждый клочок земли и камень защитными и укрепляющими заклинаниями. Купив ещё парочку накопителей маны, дублировал общий защитный купол, запитав его от накопителей, а те, в свою очередь, — от ритуала сбора маны.

Тётя, пусть и считала, что у меня паранойя, но помогала мне со всеми моими делами. А дядя, пользуясь временным барьером, утроил тренировки всех обитателей. Даже отца и матушку не обошли стороной его издевательские тренировки.

Сидя под максимальным временным искажением, мы за неделю до начала собрания успели проделать огромную работу. Последний день был выделен для отдыха, так как все больше походили на зомби. Ну кроме меня. Для меня нагрузка была не такой уж сильной.

За тридцать пять дней под барьером все мои друзья и девочки смело могли считаться магами третьего ранга. Я же вышел на четвёртый. Даже с учётом моей избранности это невероятный результат для шестнадцати лет. Мне только по-прежнему не хватало опыта. Даже если сравнивать убитого нами Герхарда и дядю, который так же маг четвёртого ранга, разница в опыте несоизмерима. Не потребуйся нам убить мужчину быстро, Солинар и сам бы с ним справился. Сейчас за счёт клинка ветра дядя заметно прибавил в силе. Я же и вовсе в чистой магической силе превосхожу его, но вот опыт... Мага его уровня или такого, как тётя, не задавить голой мощью. А о ком-то вроде того же Новара, или короля гномов, или эльфов и говорить нечего. Эти монстры сами кого хочешь мощью задавят. Но и жаловаться мне грех. Я добился того, на что многим нужны столетия. Да, не без сторонней помощи. Тот же Пожиратель очень сильно увеличил мои возможности и продолжает влиять на них. Люцифер так же пассивно прокачивает мою магию. Да и дар драконьей крови изменил моё тело и магию. А ещё древние отсыпали мне целое море знаний.

— Эх, вот надавали мне роялей, а мне теперь разгребай всё это дерьмо, что скопилось за тысячи лет, — тяжело вздыхая, думал я, нежась в объятиях Катарины.

На собрание я отправился с тётей и дядей.

— Итак, тётя, а когда род Корвин успел стать тринадцатым столпом империи? — вздыхая из-за предстоящей политической склоки, спросил я.

— Артур, ты сейчас серьёзно? — посмотрела она на меня. — Ты столько сделал для империи, что автоматически занял это место уже давно. Просто Аарон не дёргает тебя по мелочам, понимая, что твоя задача — это тренировки и руины.

— Вот именно! — всплеснул я руками. — Что я забыл на этом дурацком собрании?

— Э нет, малыш, оно хоть и дурацкое, но быть ты там обязан. И да, снимай свои маскирующие артефакты. Пусть все видят твой ранг.

— Нет! — выставил я руки вперёд. — Об этом даже не просите, тётя.

— Почему? — удивлённо спросила она.

— После выхода на новый ранг я себя плоховато контролирую, — грустно объяснил я.

— А поподробнее? — глаза тёти заблестели.

— Защиту дома активируйте, — посоветовал я.

После активации защиты я снял два кольца и амулет, скрывающие от окружающих мою магию. Территорию особняка заполнила моя плотная мана — даже глаза начали немного светиться.

— Ого-го, — восхитилась Альвердия.

— Что у вас тут происходит? — выбежал в сад дядя, за которым следовали все остальные.

— Артурчик силушку свою демонстрирует, — тётя чуть ли не подпрыгивала на месте. — Это ведь не всё, да? — посмотрела она на меня.

— Нет, — вздохнув, призываю оба клинка.

В правой руке появляется Пожиратель, в левой — Люцифер. Вокруг моего тела мана становится видимой — в виде чуть голубоватого тумана. Глаза так же светятся голубым светом.

— Ни хрена себе! — выдал Саймон.

Отозвав клинки, надеваю кольца и амулет.

— Как-то так, — пожимаю плечами.

В императорском дворце, куда я направился на карете-лимузине, подаренной Фоксами, сегодня было людно. Слуги носились туда-сюда, встречая гостей. Увидев нашу карету, нам указали на специально подготовленное для нас место.

«Бля, чувствую себя каким-нибудь чиновником из прошлой жизни, который приехал на собрание, — мысленно кривился я. — Ну а что: личное место на парковке есть. Слуги, выказывающие уважение, а местами и почтение, тоже имеются. Завистливые взгляды из-за моего более крутого средства передвижения — тоже на месте».

Нас проводили через специальный проход в переговорную, где собрался император с приближёнными. Я впервые увидел весь управленческий аппарат Аарона в сборе.

— Добро пожаловать в большую политику, солнышко, — шепнула тётя. — Смотри, слушай и учись. В крайнем случае убирай всю свою маскировку и мочи всех несогласных.

«Надеюсь, она пошутила насчёт последнего».

Глава 9

Перезнакомившись со всеми, кто будет участвовать в совете от империи, мы перешли в сам зал совета. Даже не знал, что в замке есть настолько большое помещение. Если не сказать огромное.

Да и собравшиеся тут люди обычными не были. Помимо империи, тут присутствовали короли её семи королевств со своими советниками и свитой. Присутствовал здесь и сам виновник собрания — Аластор Варнай, мужчина на вид лет сорока.

Когда ведущий собрание представитель Аарона объявил о начале заседания, с места поднялся сам император. Он подробно рассказал о цели собрания, предъявив все собранные доказательства, включая допросы пленных. В зале повисла тишина. Буквально на секунду, но всё же. Затем как самого Аарона, так и Аластора закидали вопросами.

— Выходит, данная технология теперь находится и в руках империи? — выкрикнул пухлый, но подвижный мужичок, представитель королевства Нерим.

— Если так, то нужно передать его всем, чтобы уравнять шансы! — раздался ещё один крик.

«Боже, ну что за балаган!» — закатив глаза, думал я.

— Господа! — усиленный магией голос Аарона разнёсся по залу. — Я предлагаю наложить на эти знания запрет. Они, несомненно, опасны, так как велик соблазн их использования. Если мы все подпишем магический договор о запрете, это минимизирует риски нового использования, — предложил Аарон.

Эту идею короли восприняли уже более спокойно. Никто с места не орал и не требовал срочно передать ему знания. Договор, подпитанный магией, — сильная штука. Нарушившего будет ждать суровая кара.

— Я не согласен! — выкрикнул Аластор Варнай. — Почему моё королевство должно отказываться от наследия, которое мы обнаружили? Это то, что оставили нам наши предки. Мы все здесь гонимся за наследием, и эта гонка продолжается сотни лет, — распинался мужчина. — И вот, когда его обнаружила не империя, а небольшое королевство, на него сразу хотят наложить запрет.

Сидящий рядом с королём парень лет двадцати с презрительно скучающим лицом осматривал зал. То, что это избранный, я понял сразу. Просто почувствовал его дневник. Он тоже меня почувствовал и, одарив презрительным взглядом, как бы стал ещё сильнее выпячивать свою магическую силу. Довольно посредственную для избранного. У того же Сани сила растёт довольно быстро после того, как он взялся за ум. Здесь же налицо то, что было с ним до этого. Высокомерие и чувство собственной важности до небес, а на деле пшик. Хотя артефактами он был увешан, как новогодняя ёлка.

Интуиция, и без того ворочавшаяся, начала скрести изнутри, предвещая проблемы. Я взглянул на тётю. Та почувствовала мой взгляд и слегка повернулась ко мне. Подав ей тайный знак и получив еле заметный кивок, я решил потянуть немного времени, поучаствовав в этом цирке. Подав знак ведущему и дождавшись, когда он прервёт короля Варная, я поднялся с места.

— Уважаемые, — усилив голос магией, обратился я к собравшимся. — Для многих из вас не секрет, что я, Артур Корвин-Селестиан, являюсь избранным почитаемой в большинстве людских королевств Алейны. Так вот, я могу вас заверить, что найденный королевством Варнай ритуал — это не то наследие, за которым нас присылают в ваш мир боги. — Переведя дыхание, я продолжил: — То, что им удалось найти, — это жалкие обрывки ритуала по созданию эйнир, самовоспроизводимых химер, созданных во времена войны третьего витка цивилизаций и уничтоженных ушедшими драконами. Он не полный и не подлежит восстановлению, так как подлинная информация была уничтожена вместе с существами, кровь которых лежала в основе ритуала. — Сделав глоток воды, я продолжил: — Варнайцы, как уже было сказано, попытались заменить недостающее сырой маной, но вышло у них так себе. Что, кстати, так же было озвучено. Так скажите, господа, должны ли мы запретить то, что может представлять опасность для всех нас — не столько в завершённом виде, сколько фактом своего несовершенства? — закончил я речь.

Сидящая справа тётя показала мне класс под столом, когда я сел на своё место. Вряд ли я убедил королей, но задуматься заставил. Всё же я избранный Алейны, а её как верховную богиню почитают многие людские королевства. Да и я, в отличие от Аластора, выдвинул более структурированное пояснение, а не просто «это наследие, а плохая империя нам его не разрешает использовать».

Со своего места снова поднялся пухленький представитель королевства Нерим.

— Меня зовут Годвин Рейз, советник его величества Дерейна Нерима. Уважаемый господин Артур, не поделитесь с нами, откуда у вас данная информация? — посмотрел он на меня.

— Конечно, господин Годвин. Ещё до данного инцидента я посещал руины Драконьего Хребта, дабы помочь нашим союзникам драконидам кое-что отыскать. В обнаруженном нами городе и были найдены записи об эйнир, — соврал я, не моргнув глазом.

— Благодарю, — кивнул мужчина, садясь на место.

— Значит, чёртова нелюдь виновата в падении нашего наследия?! — взорвался Аластор Варнай.

— Не дракониды, а драконы уничтожили химер и всё, что с ними связано, — поправил я его.

— Да какая разница! — не унимался мужчина. — Люди должны быть единственными, кто живёт в мире, и тех необходимо постоянно контролировать! ДВАЙ! — выкрикнул он.

Я тут же убрал все маскирующие амулеты и призвал клинки, готовый к любой херне, которая сейчас произойдёт. К любой, кроме того, что меня попытается грохнуть сидящий по левую руку мужик из свиты императора. Хотя ладно, я, пусть и не был готов, но башку ему отрезал ещё до того, как понял, что случилось. А пока я осознавал события, они развивались очень стремительно. Избранный Варная, используя какой-то артефакт, умудрился открыть портал на территории дворца, из которого начали выскакивать эйнир. А сам король со своей псиной-избранным попытались свалить. Так я им и дал. Переместившись скачком прямо к этой парочке, я накрыл область вокруг дополнительным заклинанием, мешающим телепортации. Портал перед ними схлопнулся, и парень развернулся ко мне, собираясь дать бой. Мне было больно смотреть в его удивлённо-испуганные глаза, когда Пожиратель разрубил и его выставленный для блока меч, и магическую защиту, и самого парня. Видя расправу над своим, по всей видимости, козырем, король заверещал как свинья, но мне было уже насрать: мной овладела злость на эту тварь, королём названную. Взмах Люцифера — и голова короля летит на пол, а я, ища выход злости, врубаюсь в толпу тварей, вырезая их пачками. Минуты через три твари кончаются, а на моей шее виснут тётя, император и его жена Десельтрин.

— Артур, успокойся! — словно через вату слышу я голос Альвердии.

Когда я наконец пришёл в себя и осмотрелся, то ОХУЕЛ!! Меня знатно так переклинило.

Начать, пожалуй, стоит с самого тупого поступка. Я за каким-то хером убил короля! Избранный — ещё полбеды, а вот глава чужого государства — это. ЖОПА!

Дальше — твари. Из портала их выскочило штук пятьдесят. Пока я разбирался с королём и избранным, они успели убить штук двадцать. Остальные тридцать в мелкую лапшу настрогал я. В зале стояла ну просто гробовая тишина. Первым её нарушил Годвин Рейз.

— Королевство Нерим не имеет претензий ни к империи, ни к избранному, — высказался мужчина, держа в руках двуручный топор.

— Мальчишка убил короля! Это преступление! — взвизгнул кто-то.

— Короля-предателя, — поправил его другой голос. — Аластор Варнай решил одним разом избавиться от всех нас, после чего захватить обезглавленные территории.

— Вы его защищаете?! — возмутилась какая-то женщина.

— Что вы, нет, конечно. Вы можете осудить его на своё усмотрение, — ответили ей ехидно.

Под подобные выкрики тётя увела меня из зала.

— Молодец, — обняла она меня. — Расскажу Солинару, что ему удалось добиться грандиозных успехов в твоём обучении.

— И всё же у нас проблемы, — покачал я головой.

— Не самые большие, — отмахнулась она. — Лаять, конечно, будут, но недолго. Сейчас Аарон предложит им поделить королевство убитого, отказавшись от любых территориальных претензий, и они быстро сменят возмущение на восхваление, — пояснила тётя. — Это политика, малыш. Тут сильный жрёт слабого. Варнай мало кому нравился — маленькое, но очень противное королевство, а такая наглая попытка убийства и вовсе ставила на нём крест. Аластор обезумел от идеи своего превосходства, и сегодня показал это наглядно.

— И что, не будет последствий? — непонимающе спросил я.

— Будут. Теперь тебя будут уважать, бояться, завидовать, но не трогать. Ты бы видел себя со стороны, малыш. Там у всех, наверное, даже на заднице волосы зашевелились — настоящий боевой маг в действии. А твоя эта аура из маны и светящиеся глаза только придавали тебе крутости, — рассмеялась тётя. — Но вот мести со стороны сторонников Аластора тебе стоит опасаться, — добавила она.

Дома нас ждали тоже не самые хорошие новости. Варнайцы попытались атаковать мой дом. Но моя паранойя с защитой обломала им планы, а вышедший встретить непрошеных гостей Солинар с гвардейцами объяснил непрошеным гостям, что атаковать дом, где проживает тысячелетний маг четвёртого ранга, — не лучшая затея. После того как мы рассказали всем о произошедшем на собрании, дядя потрепал меня по плечу и сказал, что я молодец. Девочки облепили меня со всех сторон, даря покой и поддержку, мама хваталась за голову, переживая о последствиях, но тётя быстро объяснила ей, как всё будет происходить дальше. Отец, как и дядя, был полностью на моей стороне и гордился тем, что его сын — такой сильный и решительный. Саймон с Родериком просто по-дружески поддержали, считая, что я поступил правильно. Выдохнув наконец, я поднялся в свою комнату и рухнул на кровать. Проблемы словно снежный ком копились, нарастая в геометрической прогрессии, и я не мог приступить к главной своей задаче. Нужно поговорить с Аароном и, плюнув на всё, свалить в Лувар. Пора дать по морде одному древнему архиличу.

Глава 10

Несколько дней столицу империи лихорадило от новостей о попытке королевства Варнай убить всех съехавшихся на собрание правителей. Как тётя и говорила, Аарон отдал Варнай на растерзание королям, и те, пусть и не забыли моей выходки, но градус напряжения сильно упал. Да и самому королевству сейчас не до мести — озлобленные соседи делят его территории. Но меня всё же напрягала та моя вспышка гнева. Я действовал, не думая о последствиях.

Хотя, признаться, на Аластора я был действительно зол. Его отношение к нечеловеческим расам меня жутко бесило. А то, во что он превратил своего избранного, — это и вовсе жесть. Чем больше я думал об этом, тем больше погружался в пучину непонимания. Почему бог, отправивший его, не предотвратил это? Почему тот, кто отправил сюда взявшегося за ум Саню, не объяснил ему правила? Такое ощущение, что после того, как избранный попадает в этот мир, богам просто плевать на его судьбу. Тогда Алейна, отправившая меня сюда, выбивается из общей массы богов. Она не только продолжает меня поддерживать, но и помогает мне. Тогда вопрос. Это я такой особенный или Алейна правильная богиня?

Слишком много загадок и ни намёка на ответ. Даже мои предшественники в дневниках не могут сказать, что же я ищу. Только указать путь. А ведь тот же Vita знает правду. Да, Новар, скорее всего, тоже. Но оба молчат. Талиону, королю эльфов, скорее всего, причины не известны, но знает он так же намного больше, чем говорит.

— Как же всё это меня достало, — устало выдохнув, пробормотал я.

— Артур, — раздался в голове голос Алейны. — Я вижу твою растерянность и замешательство. Прости, что не могу рассказать тебе всего. И не злись на дракона и Новара. Мы не можем просто указать тебе на то, что нужно. Иначе это приведёт к не самым приятным последствиям, — пояснила моя богиня. — По этой же причине другие боги не вмешиваются в судьбу избранных. Вы должны иметь собственное мнение насчёт всего происходящего. И тем особеннее выглядишь ты на фоне других. Так как сам сформировал его правильно, и поэтому я поддерживаю тебя как могу. Твой путь труден и опасен, но я очень надеюсь, что ты сможешь его пройти, — грустно объяснила она мне. — Я и другие боги по возможности постараемся сгладить твоё решение об убийстве короля через жрецов. Но полностью это не избавит тебя от опасности мести.

— Спасибо, — мысленно ответил я. — Я смогу. Я справлюсь.

— Я верю в тебя, Артур. И поддержу в рамках дозволенного. Это всё, что я могу сделать.

Разговор с богиней снова не дал никаких ответов. Только намёки. Но и этих намёков достаточно, чтобы понять, что не всё так просто. Хотя это я и так знал. Ладно, в задницу рефлексии. Я Артур Корвин-Селестиан, избранный Алейны, в шестнадцать лет ставший магом четвёртого ранга. Я справлюсь. И точка. А теперь к Аарону.

— Привет, Артур, — поздоровался со мной довольно паршиво выглядящий император.

— Привет, — плюхнулся я в кресло в его кабинете. — Извини за ту гору проблем, что я тебе доставил, — честно попросил я прощения.

— Не стоит, — отмахнулся мужчина. — Не знаю, на что он рассчитывал, но удайся его план хотя бы частично — проблем было бы больше. Ты по делу?

— Да. Тётя, дядя и Верховная жрица будут проводить доработанный ритуал для моих друзей и близких, а я сваливаю в руины, — коротко поведал я ему.

— Хорошо, — вздохнул Аарон. — Но постарайся там не погибнуть.

— Да всё я понимаю, — тоже вздыхая.

Из дворца я направился сразу в гильдию, откуда порталом переместился в Надежду.

---

Дом Артура.

— Он ушёл! — возмущалась Фелиция.

— Но почему он не позвал нас с собой? — расстроенная и растерянная, смотрела она на подругу с вопросом.

— Мы не готовы, — ответила Катарина вместо Фелиции.

— Он же не навсегда ушёл, — добавила Дедрагон.

— Дайте ему побыть одному, — подметила Лувериат. — Вы же видели, каким задумчивым и напряжённым он был последнее время. Он не только наш жених, но и избранный.

— Не зря же говорят, что их тянет в руины, — добавила грустная Хальва.

— А его всё глубже втягивают в политику, — вздохнула Катарина.

— Он и на этом поле сделал немало, — добавила Леви.

— Не спорю, — кивнула Фелиция. — Но это не его поле битвы.

— Нужно стать сильнее, чтобы быть с ним рядом там, где ему место, — воинственно воскликнула Леонелла.

— Вы все по-своему правы, — поддержала разговор вошедшая вместе с Сольвернай Альвердия. — Но сейчас ему просто нужно время. Очень многое давит на него, и та вспышка агрессии на собрании — это знак того, что он вплотную подошёл к черте срыва.

— Но ведь... — начала было Адда, но оборвала саму себя.

— Да, милая, без вас всех он бы сорвался уже давно, — грустно вздохнула Альвердия.

---

Переместившись в Надежду и отметившись у местного главы, я в одиночку направился в Лувар. Где-то до середины пути меня сопровождала нежить. Я её чувствовал, но пока она не нападала, мне было пофиг. Вовсю используя магию и не останавливаясь на привалы, я быстро добрался до города. Путь мой лежал к его центру.

Когда я всё же сделал небольшой привал, ко мне припёрся сам Новар.

— Ну привет, мелкий говнюк, — опустился рядом со мной архилич. — Вижу, что стал ты сильнее. Обзавёлся новыми игрушками. Да и крови на твоих руках прибавилось. Но ты уверен, что в таком состоянии стоит меня увидеть?

Я посмотрел на древнего мага.

— Да мне сейчас насрать на всё, — тяжело вздохнул я.

— Эх, парень-парень, — покачал он головой. Немного подумав и что-то для себя решив, он продолжил: — Ты наверняка был у эльфов и добрался до дневника Андрея. А ещё, скорее всего, прочитал запись из тетради. Так вот, я добавлю тебе кое-какой информации. Они нашли наследие. И оно сгубило цивилизацию моего времени. Но не это важно, а то, что стоит за всем этим. Если не разобраться с истоком проблемы, нет смысла и бороться с его последствиями.

Я посмотрел в зелёные огоньки глаз Новара.

— Ага. Вся задница пошла из Авалона. А путь туда неизвестен никому. Макото, Андрей и Джесика искали путь в Авалон. Андрей умер от проклятия в эльфийских лесах ещё до того, как всё рухнуло. Джесику убили те, кого она считала семьёй. А Макото принесли в жертву на алтаре призвавшего его бога в центре Лувара, — покачал он головой. — Тебе не кажется, что как только кто-то приближается к разгадке истины, его убирают с игровой доски?

— Хочешь сказать, в Авалоне сидит главная задница, которая и правит всем этим? — задумчиво спросил я.

— Ну, по крайней мере, он так думает, — пожал плечами архилич.

— Знаешь, ты натолкнул меня на мысль. Бредовую, но всё же, — вдруг осенило меня.

— Не поделишься? — чуть подался он вперёд.

— Извини, но нет. Если я прав, то как только прозвучат эти слова, меня будет пора убирать с доски, — подмигнул я ему.

— Тогда шуруй в центр города. Барьер мои ученики уже сняли, — махнул он рукой.

Встав, я направился в центр города. Если я прав, то я в жопе. В такой глубокой, что выбраться будет невероятно сложно. Но что-то внутри твердило мне о правоте моей догадки. И если так, то Новар прав: не устранив причину, бороться с последствиями нет смысла.

Центральный храм Лувара, посвящённый богу смерти, чьё имя затерялось в веках, встретил меня гнетущей тишиной, нарушаемой лишь разносящимся эхом моих шагов. Большой главный зал с алтарём был полон чуть зеленоватого тумана. Видимой глазу энергии смерти. На самом алтаре лежало тело молодого японца с кинжалом в сердце, а рядом с ним застыл изваянием гниющий, но живой наместник. Осмотрев композицию, я подошёл ближе.

— Ну что, тварь, добрался до силы избранного? — спросил я ехидно у наместника.

Он не ответил, лишь бешено вращал глазами, которые не тронул тлен.

— Я желаю говорить со смертью! — крикнул я во всё горло.

— Я не люблю крикливых, — раздался голос за моей спиной.

— Уж простите, госпожа, — пожал я плечами. — Нужно было привлечь ваше внимание.

— И зачем же? — на моё плечо легла бледная ладонь.

— Спросить вас, не пора ли оборвать наказание вот этого куска мяса, и сказать вам спасибо, — почему-то абсолютно спокойно ответил я богине.

Наместник осыпался прахом.

— Его наказание продолжится, но не здесь, — раздался шёпот прямо возле моего уха. — А за что ты мне благодарен?

Развернувшись, я посмотрел ей в глаза.

— Если бы я не застрял в реке душ, то, скорее всего, не попал бы сюда и не обрёл то, что имею, — преклонил я перед ней колено.

Смерть рассмеялась.

— Впервые кто-то благодарит меня за подобное, — потрепав меня по волосам, произнесла она. — В конце пути ты узнаешь правду, милое дитя. А пока что иди своим путём и слушай сердце.

Когда Смерть исчезла, я забрал дневник Макото. Его тело, как и тело Андрея, обратилось в прах.

«Привет тебе, попаданец. Я Макото Казуми. У меня не так много времени для написания записки перед смертью. Ищи ответы у эльфов — там покоится мой русский друг. Если уже нашёл, то знаешь маршрут. По пути ты найдёшь мой тайник. Мимо не пройдёшь, уж поверь — там больше подсказок. Всё вокруг — чёртова сумасшедшая игра. Береги себя и верь только себе. В храмовом городе найди тело Джессики и отпусти наконец, как сделал это со мной и Андреем. Надеюсь, тебе повезёт больше».

Вот и всё, что успел написать Макото перед смертью.

— Покойся с миром, Макото Казуми, — прошептал я.

— Спасибо тебе, мелкий, — раздался за спиной голос Новара. — Я чувствовал присутствие моей покровительницы.

— Да, Смерть была здесь. Нужно было прояснить пару моментов, — повернулся я к нему.

— Сразись со мной, Артур Корвин-Селестиан, — в руке архилича появился меч из зелёного пламени.

Призвав Люцифер, я встал в стойку.

— С радостью, древняя ты задница, — рванул я в бой.

Новар поднял клинок для защиты, но буквально за пару мгновений до столкновения меч в его руке сменился кристаллом.

— Ах ты старый урод! — заорал я.

Но остановить движение был уже не в силах. Люцифер пробил филактерию и грудь Новара.

— Мелкий говнюк, пусть моя сила поможет тебе дойти до конца, — прошептал маг, прежде чем осыпаться прахом на пыльный пол храма.

Люцифер, впитавший силу мага такой мощи, пылал в руке, словно маленькое солнце.

— Урод ты древний! — заорал я, падая на колени и чувствуя, как по щекам текут слёзы.

Глава 11

Сев на пол, я вошёл в состояние медитации. Каким бы древним судаком ни был Новар Реглион, он вложил в Люцифер всю накопленную им силу. ОГРОМНУЮ силу. И она требовала структурированного усвоения. Через связь с клинком я чувствовал, как огромный поток маны циркулирует между нами. Старик снова дал мне возможность. Поглощённая магия не сделает меня сильным вот прямо сейчас, но в перспективе даст очень многое. Несколько дней я только и делал, что ел, спал, медитировал и тренировался в тишине и одиночестве. Это спокойное время я так же использовал, чтобы подумать над тем, что мне делать дальше. Идти одному или дождаться, когда мои близкие смогут пройти этот путь со мной. Одиночный путь сулил им безопасность. Но грозил мне разрушением тех доверительных отношений, которые я имею сейчас. Взяв их с собой, я рискую потерять кого-то. Но в то же время покажу им, что верю в них. И всё же я решил не взваливать всё на себя одного. Последние события, в том числе и моё импульсивное убийство короля, показали, что, как бы я ни храбрился, а предел прочности у меня есть. Нужно вернуться домой, поговорить со всеми, организовать нормальную экспедицию по известному маршруту, добраться до храмового города и оттуда начинать поиски Авалона.

— Госпожа Смерть, — шептал я, преклонив колено перед алтарём, — пусть дальнейшее перерождение этого древнего засранца будет более счастливым, — закончил я и покинул храм.

Несколько дней тишины и покоя в обители смерти дали мне так нужную передышку, и я снова был готов стать уверенным и целеустремлённым Артуром Корвином-Селестианом, избранным Алейны.

Сообщив главе Надежды, что центр Лувара теперь безопасен, а некрополь пуст из-за смерти архилича, я направился домой. Дома меня встретили обеспокоенные девочки. Пришлось заверить их, что я в норме.

— Итак, Артур, к чему нам сейчас готовиться? — спросили тётя и дядя.

— К масштабной экспедиции. Неварое, Грастан и Больд — вот три города, которые нам нужно посетить в империи Тристейн. Без этого нам не попасть в храмовый город Лосар, — коротко обрисовал я маршрут.

— Это экспедиция не на один месяц, — отметила Альвердия.

— Тётя, если мы этого не сделаем, кто-то может сделать это за нас. На совете мы видели, что может быть, когда сила попадает в руки безумца. А если я прав в своих догадках, то то, что мы ищем, не должно попасть ни в чьи руки, — настоял я.

— Ты что-то понял? — подобралась тётя.

Я прикрыл глаза, обращаясь к Алейне.

— Моя богиня, можешь ли ты прикрыть это место так, чтобы никто не узнал о том, что я скажу?

Видимого эффекта не последовало, но я почувствовал, что всё поместье накрыл барьер. Мысленно поблагодарив богиню, открыл глаза и осмотрел присутствующих.

— С вероятностью в восемьдесят процентов то, что мы ищем, — ритуал становления богом. И есть процентная вероятность, что завязан он на огромных человеческих жертвах. И да, само так называемое наследие — это только начало разгадки настоящей тайны, которую хранит Авалон, — озвучил я свою теорию.

Комната погрузилась в тишину.

— Артур, это даже звучит жутко. Но если ты прав, почему богов не так уж и много? — спросила Альвердия.

— А ответ на ваш вопрос скрыт в Авалоне, тётя. Но чует моя жопа, что ничего хорошего нас не ждёт — ни от этой экспедиции, ни от ответов, которые мы найдём, — немного подумав, я продолжил: — Я прошу вас остаться в империи. Будем держать связь и, если что, координировать действия.

— Хорошо, Артур, — кивнула тётя.

Новость о готовящейся экспедиции в руины облетела всех союзников. Гномы, эльфы, люди и дракониды ускорили работу по созданию артефактов для моих девочек. Аарон так замотивировал главу гильдии исследователей, что тот носился с подготовкой как ужаленный. Или это он так бегал из-за согласия тёти на свидание?

Тал, дракониды, гномы — все выделили ресурсы и людей для этого дела. Пока шла эта суета, я втихаря от всех пытался прикинуть, каким бы мог быть подобный ритуал. Если думать с чисто практической точки зрения, то для становления местечковым божком хватит и пары миллионов жертв. В столице империи сейчас живёт три миллиона разумных. То есть даже этого города хватило бы для ритуала. Вряд ли раньше города были меньше. Но ведь что делает бога богом? Сила? Даже не смешно. Тот же Новар Реглион в понимании обычного мага будет казаться богом. Работа с душами? Уже ближе, но это больше к высшим инстанциям типа Смерти. Тогда остаётся либо вера, либо жертвы. Для чего нужна жертва? Конечно же, энергия. Человеческая душа — это огромная батарейка. Вот только такой бог либо свихнётся, либо выйдет пшик.

— Надо бы навестить одного будущего бога-императора, — хихикая про себя, я встал и направился во дворец.

Аарона я нашёл в его кабинете.

— Привет, твоё императорское высочество. Ты что, живёшь в этом кабинете? — плюхнулся я в кресло.

— Твоими стараниями — да, — фыркнул Аарон. — С чем на этот раз пожаловал?

— Обрадовать тебя пришёл, — загадочно улыбаясь.

— Судя по твоей улыбке, я вряд ли буду рад, — вздохнул он. — Выкладывай.

— Как тебе идея стать богом-императором? Тока не начинай клепать себе космодесантников, — заржал я.

— Не смешная шутка. Это ведь шутка, да? — посмотрел он мне в глаза. — Не шутка, — обречённо выдал он через пару секунд. — Подробности будут?

— Пока нет. Нужно многое просчитать и выяснить. Но поверь моей жопной чуйке и готовься, — смотрел я на него как на обречённого.

— М-да. Умеешь ты поставить в тупик, — задумался Аарон.

Мы ещё пару часов обсуждали с императором эту мысль, и мне удалось убедить его в моей адекватности.

— Ты уверен в своём выборе? — раздался в моей голове ожидаемый вопрос Алейны.

— Неа, — честно ответил я. — Но другие варианты ещё хуже.

— Можешь использовать ресурсы моих храмов на своё усмотрение, — сказала богиня то, что я хотел у неё попросить.

— Спасибо, — улыбнулся я.

Мне предстояла невероятной сложности задача, правильного решения которой не существовало. А ещё и тайна руин, которая несомненно с этим связана, маячила впереди, нервируя неизвестностью. Но у меня была поддержка, и я верил, что чего-нибудь да придумаю.

Следующие три месяца стали для меня суровым испытанием на выдержку. Мастера делали артефакты, а я, тётя, дядя и Верховная жрица проводили ритуал привязки. Иногда его приходилось корректировать под того или иного разумного. А иногда артефакты буквально на глазах сами менялись. Так, допустим, выкованный для Дедрагон двуручный меч превратился в секиру. А длинный меч Фелиции — в рапиру. У Саймона вообще булава в щит превратилась. И если у моей драконидки и лисы метаморфозы ещё как-то укладывались в логику, хоть и с трудом, то как маленький кусочек железа на палке стал ростовым щитом, я, даже живя в магическом мире, понять не мог.

Не обошли меня и организационные вопросы. Всем хотелось приложить руку к этой экспедиции, но не тащить же с собой целую армию. Поэтому мне пришлось побегать по представителям союза, объясняя, что при всём моём к ним уважении отправлять со мной сотню гномов или пятьдесят эльфийских магистров — это перебор. Мне, конечно, льстила готовность союзников помочь, но чем больше толпа, тем медленнее мы будем двигаться. Отец, которого я всё же озадачил созданием брони, тоже эти три месяца, наверное, почти не спал вместе со своими работниками. Проект брони на ходу переделывался и дорабатывался. Будь моя воля, и все, включая девочек, отправились бы в полном латном доспехе. Дедрагон с Леонеллой были в принципе не против, а вот остальные — очень даже. Им, видите ли, подавай что-то женственное. Приходилось идти на хитрости, тратить сотни тысяч золотых на материалы и изворачиваться, зачаровывая чуть ли не каждую ниточку. Зато удалось в каждый наряд встроить аварийную телепортацию домой. О ней я никому не сказал, и активировать её могу только я.

Мысль о том, чтобы сделать из Аарона бога-императора, меня не оставила, так что у меня состоялся пристрастный разговор с Верховной жрицей храма Алейны.

— Госпожа Велайя, — поприветствовал я женщину, входя в кабинет.

— Артур, — кивнула она. — Я знаю, зачем ты здесь, но не представляю, как я могу тебе помочь.

— Знаете, я сам имею лишь смутные догадки на эту тему. И именно ими я с вами и поделюсь. Может, вы, как та, кто не лишён капли божественности, поправите меня, если я буду не прав.

Велайя чуть вздрогнула, когда я упомянул о её божественности. Хотя об этом нетрудно было догадаться: всё же она — вместилище, через которое Алейна не раз со мной разговаривала.

— Я тебя слушаю, — напряжённо ответила мне женщина.

— Начальный план такой. Нужно создать образ императора как того, кто несёт мир и процветание. Между верой и любовью разница небольшая. И та и другая толкают разумных на поступки, которые не сделает человек в здравом уме. Аарону нужна любовь народа, — начал я.

— Но его и так любят, — отметила Велайя.

— Не спорю. Но я поговорю с ним, и он запустит парочку каких-нибудь проектов помощи или поддержки для нуждающихся, а культ поддержит его в этом, назвав деяния его благочестивыми. Не мне учить вас, как вбивать в умы людей нужную мысль, — предложил я.

— Мы...! — хотела было начать она, но я её прервал.

— Уважаемая Верховная жрица, давайте не будем разводить демагогию о значении слов «религия» и «вера».

— Хорошо, — фыркнула она. — Но деяния Аарона должны быть действительно достойными, — твёрдо сказала она, смотря мне в глаза.

— Само собой, — поднял я руки в примирительном жесте.

— Что-то ещё? — успокаиваясь, спросила она.

— Пока нет, госпожа Велайя. Это первый и самый важный шаг. Чем ярче выйдет выстроенный образ, тем проще будет дальнейший путь, — закончил я и покинул кабинет.

Стоило мне отойти от храма метров на сто, как из потока идущих по своим делам людей выскочил мужик и с воплем:

— ЗДОХНИ, ТВАРЬ! — рванул ко мне. — ЗА КОРОЛЯ ВАРНАЙ!

Я накрыл мужика несколькими щитами от греха подальше, и через несколько секунд под ними произошёл взрыв, превративший часть брусчатки в раскалённую массу.

— Придурок, — буркнул я.

Толпа с недоумением смотрела на место, где недавно был неудачливый камикадзе.

— Уважаемые граждане столицы, — обратился я к народу. — Ситуация под контролем, прошу прощения за неудобство.

Охладив брусчатку и отмахнувшись от подбежавшей стражи, я направился во дворец.

Интерлюдия дракон.

Я сплю.

Но я помню.

Сон для таких, как я, — не пустота. Это ожидание. Медленное, как движение гор. Я сплю уже тысячелетия, и всё это время мир течёт сквозь меня, как вода сквозь камень. Я слышу его. Чувствую. Даже когда веки сомкнуты, а тело лежит под толщей скал, я знаю, что происходит наверху.

Смешно. Люди считают, что драконы — это только огонь и клыки. Они не понимают, что мы созданы, чтобы хранить. Не мечи. Не золото. А порядок. Пока мы были в мире, он не разваливался до конца. Мы ушли — и мир начал гнить. Медленно. По кусочку. Как больное дерево.

Я знал, что однажды кто-то должен будет разорвать круг. Не потому, что я провидец. Просто у меня было время подумать. У меня его всегда было слишком много.

Он пришёл ко мне. Этот мальчик. Артур.

Я помню, как он вошёл в мой зал. Не с мечом, хотя мог бы. Не с мольбой, как делали до него. Он просто стоял и смотрел. И в его глазах я увидел то, что не видел уже давно: не страх, не жадность, не безумие. А усталую решимость. Так смотрят те, кто уже понял, что лёгкого пути не будет, и всё равно идёт.

Он мне понравился. Даже слишком.

Я дал ему каплю своей крови. Не потому, что он попросил. А потому, что увидел: этому человеку придётся ломать не только чужую игру, но и себя. Пусть у него будет больше, чем было у предыдущих.

Когда он ушёл, я снова закрыл глаза. Но сон уже не был прежним. Что-то сдвинулось.

А теперь он снова в пути.

Я чувствую, как его мана касается воздуха. Как Пожиратель в его руке гудит от силы, впитанной в Луваре. Как Люцифер пылает ровным светом. Я чувствую, как умирают его враги. И как умирают его друзья.

Новар.

Старый дурак. Я знал его ещё человеком. Знал, когда он стал архиличем. Знал, чем он пожертвует. Мы не виделись тысячелетиями, но я всегда знал, что он держит Лувар. Держит последний рубеж, за который нельзя пускать.

И он сделал то, что должен был. Отдал силу. Не просто так. Не из жалости. А потому, что узнал в мальчишке того, кого мы все ждали.

Я не плакал, когда его не стало. Драконы не плачут. Но я позволил себе на мгновение открыть глаза.

Мир изменился.

Мальчик ещё не знает, что он не просто разрывает круг. Он сам — часть этого круга. Его душа сто лет пропитывалась силой Реки. Он не просто избранный. Он — ключ, выкованный задолго до его рождения. И те, кто ведут его, — не только Алейна.

Смерть приходила к нему. Я знал. Я чувствовал её тень в Луваре. Она не просто ответила на зов. Она пришла посмотреть. И, кажется, осталась довольна.

Алейна тоже молчит. Бедная девочка. Она верит в него. Но и она понимает, что не она ведёт эту партию. Мы все — лишь фигуры на доске, которую расчертили задолго до нас.

Но в этом и есть надежда.

Мальчик не знает, что фигуры иногда могут встать и уйти.

Я сплю. Но я вижу: впереди у него Неварое. Пыльный мёртвый город, где под улицами ещё дышит то, что не должно было просыпаться. Затем Грастан. Больд. И храмовый город Лосар, где лежит та, которую он должен отпустить.

Если он дойдёт — он поймёт.

А если поймёт — то, возможно, сумеет сделать то, чего не смогли мы.

Я не мог разорвать круг. Я слишком стар. Слишком связан с этим миром. Моя кровь — часть его фундамента. Моя сила — часть его памяти. Я мог только ждать.

Ждать того, кто придёт и сделает то, что должен.

Мальчик ещё не знает, что я дал ему не просто каплю крови. Я отдал ему право. Право судить. Право ломать. Право строить заново.

И если он справится — я проснусь не для того, чтобы сражаться.

Я проснусь, чтобы увидеть, каким станет мир, когда старый бог наконец захлебнётся собственной жатвой.

А пока...

Спи, Артур Корвин-Селестиан.

Пусть тебе приснится дом.

Он тебе понадобится.

---

Но если говорить о том, что я видел до него...

Я помню первое солнце. Настоящее. Не то, что сейчас встаёт над Аурой. Я помню мир до того, как первый из людей решил, что может стать богом. Он был не злым. Во всяком случае, не сразу. Он был испуганным. Испуганные боги — самые опасные. Потому что они строят клетки и называют их спасением.

Он построил свою клетку. И назвал её Авалон.

А потом начал собирать жатву.

Каждый раз, когда очередная цивилизация доходила до предела, он приходил. Не сам. Руками других. Руками таких, как тот мальчишка из Варная, который думал, что держит силу, а на деле был просто спичкой в чужой печи. Руками королей, которые верили, что приносят жертвы во имя будущего. Руками избранных, которые не понимали, что их ведут не к спасению, а на убой.

И каждый раз круг замыкался.

А я смотрел.

Я видел, как падал Лувар. Как кричали его жители. Как Новар впервые поднял клинок из зелёного пламени не ради защиты, а ради мести. Как Макото улыбался перед смертью, потому что знал: его дневник однажды найдёт тот, кто всё исправит.

Я видел, как эльфы хоронили своих мёртвых и пели песни, от которых даже у меня, спящего под горой, леденело в груди.

Я видел, как люди снова и снова наступали на одни и те же грабли. И как нелюди платили за это кровью.

И теперь я вижу его.

Артура.

Мальчика, который смеётся, когда ему страшно. Который тащит на себе больше, чем может вынести. Который умеет любить так, что это не делает его слабым, а делает опасным.

Он ещё не знает, что именно это и пугает старого бога.

Потому что старый бог не понимает любви. Он понимает только жертвы. Только силу. Только контроль.

А Артур уже выбрал другое.

Он выбрал верить.

Не в богов. Не в пророчества. В людей. В тех, кто рядом. В девочку с лисьими ушами, которая боится, но всё равно идёт. В гнома, который смеётся перед боем. В вампиршу, которая пьёт томатный сок и делает вид, что ей не страшно.

Вот в чём его сила.

И вот почему я дал ему кровь.

Не для того, чтобы он стал сильнее.

А для того, чтобы он остался собой, когда станет сильнее.

Я сплю.

Но я жду.

И где-то глубоко под Драконьим Хребтом, в темноте, куда не проникает ни один луч света, я впервые за тысячу лет...

Улыбаюсь.

Глава 13

Наконец наша подготовка была завершена. Наша и без того не маленькая группа пополнилась ещё двадцатью разумными из отряда снабжения. Мы переместились в Надежду, которую начали переносить в Лувар. Центральная его часть идеально сохранилась и была кладезем информации и ценных вещей. Взяв у гильдии копию обнаруженной здесь карты старой империи, мы двинули дальше. До первой точки маршрута, Неварое, было где-то две недели пути. Все шли молча и достаточно сосредоточенно. Эти места нам не известны, и какие опасности нас тут ждут, мы не знаем.

После первого перехода, длившегося полдня, мы сделали привал. Члены гильдии из отряда снабжения быстро организовали место для отдыха. Когда поднялась тревога, я сидел в своей палатке и разглядывал карту. Над стоянкой мерцал защитный купол, а вокруг него творился форменный бедлам. Нас атаковали растения. Кусты, деревья, трава. Вот только это были не представители мутировавшей флоры, а именно растения под управлением магии.

— Нас дриада атаковала, — подошёл ко мне мужчина из отряда снабжения.

Минут через двадцать безуспешных попыток пробиться через барьер к нам вышла сама жительница леса.

— Люди, убирайтесь обратно! Я не дам вам пройти! — стоя по ту сторону барьера, кричала молодая на вид девушка с чуть зеленоватой кожей, волосами, похожими на лианы, и одетая в состоящую из листьев тунику.

Её красивое лицо было искажено гневом.

— Мудрая хранительница леса, — вышел я вперёд, — мы не желаем зла ни тебе, ни твоему лесу. — Слегка кланяясь, начал я. — Но нам нужно пройти в Неварое, и мы это сделаем, — серьёзно закончил я, а мои спутники приготовились к битве.

— Ты глупец, человек. Все вы, люди, глупы. Ты гонишься за силой, которая не раз уничтожала мир, — на лице дриады так и отражалось всё испытываемое ею презрение.

— Я знаю, за чем я охочусь, — вздохнул я. — И не собираюсь этим пользоваться.

Глаза, похожие на янтарь, уставились на меня очень внимательно.

— Очередной избранный? — раздался в голове полный презрения голос.

— Да, уважаемая хранительница лесов. Вы же знаете, что конечная точка моего маршрута — это храмовый город Лосар, где в последний раз проводили ритуал возвышения в боги. Но цель моя — не сам ритуал, а поиск пути в Авалон, — объяснил я дриаде.

— Ты ещё глупее, чем те, кто ищет ритуал, — горько ответила она. — Но я не вижу в тебе ни лжи, ни корысти. Можешь идти, человек, но помни: ты просто ищешь свою смерть.

С последними словами дриада сделала пару шагов назад и растворилась в зелени леса.

— Ну хоть в гарем не вошла, и то радует, — выдохнул я.

Где-то на окраине Лувара.

— Этот урод наконец покинул обжитую территорию и влез в руины, — оскалился высокий крепкий мужчина.

— Да, отец, — молодая девушка коротко кивнула. — Теперь мы можем отомстить за старшего брата.

— Эх, если бы всё было так просто, — вздохнул мужчина, потирая лицо руками. — Но мы не сдадимся! Отправляй по следу мелкого ублюдка наших лучших магов, — отдал он приказ.

— Я тоже пойду, — сразу сказала девушка.

— Нет! — твёрдо сказал ей отец. — Род не может потерять ещё и тебя.

Раздражённо фыркнув, девушка ушла отдавать приказы на отправку погони. Она не могла понять, чего отец так переживает из-за мелкого избранного пёсика Аарона. Артур Корвин-Селестиан отнял у неё всё. Её любимого старшего брата. Её родное королевство, сейчас раздираемое соседями на куски. Да и чёртов избранный Джон должен был стать её верным пёсиком и заделать для рода сильного наследника. Впервые она решила ослушаться отца и, взяв лучших магов рода, отправилась мстить за то, что потеряла. Когда она принесёт отцу его голову и приведёт его гарем, закованный в рабские ошейники, то отец обязательно простит ей её вольность.

Да, дикие территории на то и дикие. Дорога для нашего отряда превратилась в чёртову череду боёв. Лёгких и не очень. За прошедшие четыре дня мы продвинулись от силы на два дневных перехода. Вот тут мы прочувствовали всё то, о чём говорили в академии и о чём читали. Из-за гремевших магических войн флора и фауна мутировала порою так, что понять, что перед тобою, было довольно сложно. Небольшая полянка с очень красивыми цветами, пройденная нами пару часов назад, чуть не стоила жизни трём парням из отряда поддержки, решившим нарвать цветов для своих пассий. Цветочки мало того, что ядовитые до ужаса, так ещё и могут стрелять шипами. Вчера на нас напала огромная собака, на деле оказавшаяся деревом. Ну, или големом. Хз вообще. И вот выходит, что пёсик был представителем флоры. А цветочки — уже ближе к фауне. Мы, когда сжигали полянку, они так визжали... Да и по корням у них текла самая что ни на есть кровь.

На ночь мы остановились у довольно высокого холма. С одной стороны его склон был почти вертикальным. Думаю, сюда когда-то угодило какое-то заклинание, уничтожив часть холма. После того как отряд поддержки закончил установку лагеря и защиты, я устало завалился на лежанку в своей палатке.

— Артур, — в палатку вошла Селеста.

— Да? — приподнимаясь, ответил я.

Дракоша не стала бы беспокоить меня по пустякам.

— В общем, я чувствую, что с этим лесом что-то не так, — начала она, присев рядом.

— То, что тут всё не так, мы уже убедились, — приобнял я её за плечи. — Можно чуть конкретнее?

— Да. Прости, просто это как-то непонятно. Но я уверена, что в лесу есть что-то, что не даст нам пройти, — пояснила она.

— Так, а вот это уже лучше, — задумчиво почесав подбородок. — Думаю, что знаю причину.

Селеста вопросительно посмотрела на меня, предлагая продолжить.

— Судя по картам, найденным в Луваре, мы идём через лес Лорстер. Эти территории издревле принадлежали дриадам, а значит, здесь должен быть источник природной или жизненной энергии. — Немного подумав, я продолжил: — Война, скорее всего, его загрязнила. Вот почему нам встречается такая разнообразно мутировавшая флора и фауна.

— Тогда нам нужно найти источник и очистить его, — решительно сказала Селеста. — Я чувствую его и могу указать направление.

— А без этого никак? — прикидывая риски, спросил я.

— Нет. Мы, может, и пройдём через лес и так, а вот отряд снабжения — точно нет, — покачала она головой.

— Я тебя понял, — вздохнул я. — Ну пошли, обрадуем наших друзей новостью, что нам предстоит чертовски трудный ритуал, — встал я и вышел из палатки.

Друзья и девочки новости совсем не обрадовались.

— Вы серьёзно?! — спросил нервный Родерик.

— Абсолютно, — пожал я плечами.

— Артур, ты понимаешь, насколько это сложно? — спросила Фелиция.

— Всё он понимает, — вздохнула Катарина. — Думаю, будь у него другой вариант, он бы воспользовался им.

— Спасибо, Катарина, — кивнул я девушке. — Лес не просто опасен. Он как огромный полуразумный организм, который несколько тысяч лет страдает от боли. Мы для него враг. И если мы с вами ещё проскочим, то вот отряду снабжения это не по силам.

— Артур! — с места подскочила Адда. — На нас сейчас нападут! — выкрикнула она.

— Тревога! — успел заорать я, так как не верить своей невесте у меня причин не было.

Буквально через пару минут в защитный купол врезалось очень мощное заклинание, от которого наша защита пошла трещинами.

— Артур Корвин-Селестиан! — раздался девичий голос. — Я пришла за твоей головой и твоими шлюхами!

После этого крика один из снабженцев — что самое неприятное, один из тех, кого мы спасли от цветов, — попытался распылить какой-то газ. Дедрагон не дала ему это сделать, одним ударом секиры располовинив парня.

Меня всё это жутко взбесило, так что, взглянув на Селесту, я кивнул дракоше, и она начала принимать свой истинный облик, а я, убрав все маскирующие амулеты и давя на врагов своей маной, создал две огромные стены огня длиной по пятнадцать метров и высотой три, отправив их в сторону нападавших. Тридцатиметровая прогалина длиной метров десять показала нам спины убегающих магов. Селеста в виде дракона отправила им вдогонку огромный огненный шар синего пламени. Услышав чей-то жалобный вопль, Катарина, Фелиция и Лувериат рванули в темноту леса на задержание подранков. Буквально через пять минут они притащили двух мужчин.

— Селеста, молодец! — показала вампирша класс. — Очень аккуратно поджарила.

Я смотрел на двух варнайцев, и в груди закипала злость.

— Сами всё расскажете? Или? — посмотрел я им в глаза.

Получив в ответ презрительный фырк, я оскалился.

— Ну что же, я рад, что вы так ответили.

Дальше пошло то, чем я не горжусь. Я пытал. Не физически — я не мясник. Но магически — да. Есть заклинания, которые делают человеку очень больно. Мужчины оказались крепкими и продержались больше двух часов. Но всё же не выдержали, и информация потекла ко мне скудным ручейком.

После допроса стало известно, что это не совсем Варнай. А точнее — один из самых знатных родов королевства. А если ещё более точно — единственный оставшийся в роду Сейлор ребёнок. Взбалмошная, горделивая и злобная девушка по имени Мирель Сейлор. Вопреки приказу отца, она отправилась за мной в погоню лично. Так как, по её несомненно верному мнению, я был виноват во всех напастях, свалившихся на её род.

Началось всё ещё в гномьих руинах, где её старший брат был главой экспедиции. Это было неприятно. Вся эта ситуация с Варнай вообще отдавала чем-то мерзким. Так вот, Мирель потеряла любимого старшего брата, что стало для неё серьёзным ударом. Но на этом злоключения девушки не закончились. Она планировала наложить свои ручонки на избранного, чтобы тот наделал для неё и для рода сильных детей. И тут снова я убиваю того, кто, по её мнению, принадлежал ей. К тому же, пусть их род короля скорее сместить хотел, чем поддерживал, но, убив его, я погрузил её родину в хаос войны и делёжки. Семья потеряла статус и власть.

— М-да, — почесал я затылок после допроса.

По сути, я и правда виноват во всех её злоключениях. Так что в чём-то она права. Но это, в общем-то, ни на что не влияет. Мирель — поехавшая психопатка и мой враг, с которым нужно разобраться до того, как мы доберёмся до источника. Начинать ритуал до того, как она будет мертва или схвачена, — это самоубийство.

— И что будем делать? — спросила стоящая рядом Фелиция.

— Далеко они отходить не будут — иначе могут нас потерять. Предателя-то Дедрагон убила, — задумчиво глядя на лагерь, ответил я. — Хотя вот что: возьмите-ка из наших запасов амулет правды и позадавайте вопросы отряду снабжения. Вдруг среди них есть ещё предатели.

— Хорошо, мы займёмся, — кивнула моя лисичка. — А с Мирель что?

— Завтра утром мы выдвинемся на их поиски. Нельзя идти к источнику с таким врагом на хвосте, — ответил я.

Фелиция кивнула и отправилась допрашивать с девочками отряд снабжения.

---

В лесу.

— Сука! Сука! Сука! — бесилась Мирель Сейлор. — Откуда у этой твари дракон? Да и такая сила? Он не уступит и покойному брату.

— Госпожа, нам стоит отступить и взять подкрепление, — подошёл к ней один из подчинённых.

— Заткнись! — росчерк меча, и обезглавленный мужчина падает на землю. — Я не потерплю трусов в отряде! Выставьте охрану. Сегодня отдыхаем, а завтра закончим начатое.

---

— Что же, Мирель, надеюсь, ты готова к последствиям, — прошептал я, глядя на проделанную мной прогалину.

Поход становился всё сложнее и опаснее, но я был не один, так что верил, что мы справимся.

Глава 14

Ночь прошла тихо. Что в некотором смысле плохо. Значит, Мирель не растеряла остатки здравомыслия. А думающий враг намного хуже безумца.

— Господин Артур! — в мою палатку влетел один из парней отряда снабжения. — Там варнайцы притащили свою госпожу и просят о переговорах.

«И такой вариант возможен», — мелькнула у меня мысль. — Ну что же, пойдём поговорим, — встал я с лежанки.

Вчерашние враги стояли на месте прогалины, проделанной мной накануне. Десять человек: две женщины и восемь мужчин. Уставшие, грязные, раненые. Они смотрели на меня глазами людей, которые всё для себя решили.

— Доброе утро, господа, — ухмыльнулся я. — И что же сподвигло вас передать свою госпожу? — посмотрел я на раненую и связанную Мирель.

— То, что служить ей — значит умереть, — вперёд шагнул солидного вида мужчина. — И ладно если в бою с врагом. На то мы и слуги рода. Но Мирель совсем сошла с ума. Вчера она убила нашего командира за предложение отступить и пополнить силы. Отрубила ему голову, обвинив в трусости, — покачал он головой.

Я посмотрел в бешеные глаза девушки, что так и пыталась прожечь во мне дыру.

— Не могли бы вы освободить ей рот, — кивнув на девушку, попросил я.

Мужик пожал плечами и вытащил кляп.

— Тварь, я убью тебя! — выплюнула Мирель.

Так как со вчерашнего вечера маскирующие амулеты я не надевал, моя мана вырвалась вовне, надавив и на Мирель, и на её бывших подчинённых. В руке появился Пожиратель, который за последнее время прибавил в силе и сейчас тоже испускал плотную, видимую глазом ману.

— Кто тебе сказал, что у тебя будет такая возможность? — прошипел я. — Ты, твой ёбнутый братец-расист, твой король-ксенофоб, твоё вшивое королевство. Вы встали на пути не того избранного. — С каждым шагом, что я делал к ней, её лицо бледнело. — Вы превратили избранного богами в послушного пса. Вы использовали против всех то, что даже создатели пожелали уничтожить, обратившись к драконам. Жалкая кучка высокомерных тварей! — прорычал я ей в лицо.

Мирель и ещё несколько человек из группы варнайцев упали в обморок с пеной у рта.

— Окажите им помощь, — махнул я рукой, убирая давление и меч.

Развернувшись, я направился к костру, где Хальва готовила завтрак.

— Господин Артур, — встал передо мной на одно колено глава отряда снабжения. — Что делать с остальными варнайцами?

— Разоружить и в кандалы. Я пока не решил, что с ними делать, — бросил я и пошёл дальше.

Пока я завтракал, окружённый девочками, которые снижали градус моего гнева одним своим присутствием, целители привели потерявших сознание в чувство.

---

— Слушай, а господин Артур крут, — шепотом сообщила целительница подруге.

— Да-а-а-а, — протянула та. — Жаль, что не по рангу нам, — мечтательно прикрыв глаза.

— Сдурела, — толкнула её в плечо подруга. — Ты видела, какие рядом с ним девушки? Да и сколько их.

— Ага. Значит, он и в постели ого-го, — продолжила девушка мечтательно.

— Вы о чём тут шепчетесь?! — подошёл к ним глава отряда снабжения.

— Простите, сэр, — выдали покрасневшие девушки.

— В одном вы правы: господин Артур — невероятный избранный. Такая сила в таком возрасте. Да и какой контроль. Враг лежит и пошевелиться не может, а мы только чуть-чуть холодок от его гнева почувствовали, — покачал он головой.

Девушки дружно закивали, соглашаясь с командиром, и нет-нет да бросали взгляды на шестнадцатилетнего избранного невероятной силы.

---

Весь этот разговор слушала пришедшая в себя, но не подававшая вида Мирель. С болью в сердце она не могла не признать силы своего врага. Когда он шёл к ней с мечом, она уже простилась с жизнью, коря себя за глупость. Вчера она сильно погорячилась и совершила ошибку, убив командира группы сопровождавших её магов. Слуги рода — не рабы, они могут и ослушаться приказа. И вот она в антимагических кандалах: храбрые маги рода сами сдали её врагу.

— Но чёрт возьми, в шестнадцать лет быть магом четвёртого ранга! — прикусив губу, думала девушка.

Раз за разом вспоминая горящие синим глаза и то, как от страха не выдержал её мочевой пузырь. Открыв глаза, она посмотрела на своего кровного врага. Такого сильного. Такого симпатичного. Окружённого нелюдью.

— Сучки! — сама не понимая, что с ней творится, мысленно чуть ли не выла Мирель.

---

— Ты молодец, — поглаживала меня по голове сидящая на коленях Катарина.

— Да, — поддержала её Фелиция, обняв меня хвостами.

— Кстати, я как-то упустил этот момент вчера, — посмотрел я на Адду. — Как ты узнала, что на нас нападут?

— Это всё посох, который сделали мастера. Я пока плохо контролирую эту способность, но в некоторых моментах могу предчувствовать опасность, — чуть покраснев, ответила девушка.

— Поздравляю, — тепло улыбнулся я ей. — Это очень сильная и полезная способность. Ещё кто-нибудь что-нибудь приобрёл? — осмотрел я остальных.

— Вот, — протянула Фелиция лист бумаги. — Тут записаны и описаны все наши способности, приобретённые от привязки артефактов.

— И вы молчали? — осмотрел я собравшихся.

— Артур, сейчас идёт финальная настройка твоего организма после слияния с кровью отца, — заговорила Селеста. — Твоя не поддающаяся контролю мана, твои вспышки гнева. Это я посоветовала девочкам пока не забивать тебе голову всем подряд. Ты и так на грани.

Вздохнув, я посмотрел на Селесту.

— А мне об этом рассказать? Я уже было начал думать, что схожу с ума от усталости.

Глаза Селесты стали большими-большими, она прикрыла рот ладошкой и густо покраснела.

— Извини, — пискнула она.

— Не псих — и ладно, — отмахнулся я. — Долго она ещё будет идти?

— Где-то месяц, — после короткой паузы ответила Селеста. — Ты почувствуешь это, так как станешь значительно сильнее.

— Ещё сильнее? — с подозрением посмотрел я на неё.

— Да. Причём как магически, так и физически, — обрадовала меня дракоша.

— Завидую самой белой завистью, — пробормотал Саймон.

— Ещё бы, — хмыкнул Родерик. — Мы с тобой сейчас сильнейшие в поколении, если не брать этого монстра, — ткнул парень в меня пальцем.

— Это точно, — довольно отозвался Саймон. — Но ты серьёзно сравниваешь с Артуром? — сделал он испуганное лицо. — Это чудище вне категории. Среди глав тринадцати столпов империи Артур Корвин-Селестиан — сильнейший. И это при том, что нашим отцам уже под вторую сотню, а ему шестнадцать.

— И всё же, что делать с пленными? — вернулась к главной проблеме моя лисичка.

— Что-что, — вздохнул я. — Разберёмся с источником, доберёмся до Неварое, установим там портал и отправим их в столицу. Только вот Мирель... — я покачал головой. — По-хорошему, её нужно вернуть отцу, чтобы не плодить ненависть на пустом месте. С другой стороны, отпускать её опасно. Она совсем свихнулась и может выкинуть что угодно.

— Да, тут ты прав, — согласилась со мной Фелиция.

— Нужно доставить её в столицу и поговорить с отцом. Думаю, он оценит тот факт, что ты принёс из руин не только её голову, но и остальное, причём одним куском, — оскалилась моя волчица.

— Согласна с Катариной, — кивнула Фелиция.

— Чёртова политика, — рванула Дедрагон, получив одобрительный кивок Леонеллы.

— Выпить бы её досуха и оставить здесь, — надулась Лувериат, за что получила подзатыльник от Хальвы.

— Ты и так перешла с томатного сока на кровь, — отметила кошечка.

— Да ладно тебе, подруга, я же шучу, — стушевалась вампирша.

— Я попробую привести её в чувство магией жизни и некоторыми заклинаниями паладинов Алейны, — предложила Сольвернай.

Показав моей эльфийке большой палец вверх, я хлопнул в ладоши.

— Итак, вопрос с пленными решён, так что собираем лагерь и выдвигаемся. Селеста, ты — с нашими проводниками, так как чувствуешь направление, — посмотрел я драконице в глаза.

Кивнув мне с улыбкой, она встала и пошла обсуждать маршрут.

— Мы справимся, народ, — обвёл я всех взглядом.

---

Путь до источника занял два дня. Два грёбаных дня постоянного напряжения и неизбежных стычек с местными обитателями. У самого источника — огромного дерева — нас ждала старая знакомая.

— Человек, дальше тебе нельзя! — встала дриада посреди узкой тропинки.

— Госпожа хранительница леса, я хочу очистить источник, тем самым помочь этому лесу, — вздохнув, вышел я вперёд.

— И зачем тебе это? — подозрительно спросила она.

— Если этого не сделать, не все мои люди смогут идти со мной дальше, — честно ответил я.

Дриада подошла ко мне вплотную. Из-за того, что она была на две головы выше, мне пришлось задирать голову, чтобы смотреть ей в глаза. Да, именно поэтому. А не потому, что у неё грудь размером с мою голову и прикрыта только парой листочков.

— Ты не врёшь, — спокойно сказала она через пару минут гляделок. — Если тебе удастся очистить Великое Древо, я помогу тебе добраться до Неварое, — и снова растворилась в густом лесу.

— Мужик, — хлопнул меня по плечу Саймон.

Отмахнувшись от дружеской подколки, я подошёл к дереву. Листва на нём была бурого цвета, а кора сочилась соком, напоминающим кровь. То ещё зрелище. Но сейчас, находясь рядом, я чувствовал его боль. Прошли тысячи лет, а оно всё ещё сопротивляется заразе. Кровь и ужас, что поразили эти земли, заразив их источник, разъедают и корёжат его, но оно ещё не пало.

Изначально я хотел провести ритуал очищения. Он достаточно сложный, да и опасный. Но сейчас, стоя перед Великим Древом, как назвала его дриада, я понял, что это не то, что нам нужно. Призвав Люцифер и Пожиратель, я воткнул клинки в землю.

— Алейна, моя милосердная богиня, даруй этому месту свою благодать. Пусть оно станет священным и продолжает наполнять этот мир жизнью, — стоя на коленях, прошептал я.

— Да будет так, — раздался в голове нежный шёпот. — Но тебе придётся потерпеть.

— Ничего, — улыбнулся я.

Я почувствовал, как Алейна начала через меня и мои мечи напитывать это место своей силой. По моим магическим каналам словно потекла магма, тело пронзила сильнейшая боль. Люцифер и Пожиратель, как громоотводы, забирали часть нагрузки на себя, попутно передавая божественный свет источнику. Пока я стирал зубы в крошку от боли, в моём помутнённом болью сознании возникла сумасбродная идея. Сделав волевое усилие, я начал брать качаемую Алейной силу под контроль, формируя образ. Я решил вложить в это место образ Аарона. Не знаю, сработает ли, но если да, то император получит зачатки божественности. А если здесь ещё и ритуал провести для сбора энергии веры, то обожествление может пройти довольно легко.

Пока я пахал и издевался над своим телом, мир вокруг словно замер.

— Ты удивительный, — мне на плечи легли такие нежные и знакомые руки.

Алейна явилась ко мне во плоти.

— Моя богиня, — устало улыбнулся я.

— Сегодня ты залечил огромный шрам на теле мира. Да, их ещё тысячи, но ведь путь начинается с первого шага, — погладила она меня по голове.

От её прикосновений ушли и боль, и тревоги. Мне просто было хорошо.

— Спасибо тебе, Артур Корвин-Селестиан. Ты показываешь миру другой путь. Я счастлива, что нашла тебя.

---

Время остановилось для Артура.

— Ага, прямо-таки уж нашла, — раздался ехидный голос.

Алейна повернулась и уважительно склонила голову.

— Госпожа Смерть, чем обязана вашему визиту?

— Да вот пришла глянуть, чем тут малыш занимается. И что же я вижу? Он сестрицы моей источник исцелил. Образ зануды Аарона в него вложил. Сердечко молодой богини покорил, — смеясь. — Вот непоседливый ребёнок, — с умилением. — Ты, деточка, только ручонки не распускай. Его душа тебе не по рангу, — погрозила Смерть пальчиком и растворилась в воздухе.

Сглотнув, Алейна посмотрела на Артура, которого обнимала.

— Как таинственна и непредсказуема судьба, — горько вздохнула она. — Неважно, что стоит у истоков нашей встречи. Я просто счастлива, что ты пришёл навести здесь порядок, — губы богини легонько коснулись щеки Артура, и она исчезла.

Когда время восстановило свой ход, Алейны уже не было. На щеке я чувствовал тепло от её губ. А в воздухе витал ни с чем не сравнимый привкус смерти.

— Значит, она тоже здесь была. Интересно. Очень интересно, — отозвав клинки, я встал и обернулся к друзьям.

И если мои девочки и друзья ещё более-менее сохраняли лицо, пусть и было видно, что они очень удивлены, то вот отряд снабжения и варнайцы стояли, уткнувшись лбом в землю. Даже дриада, пусть на колени и не упала, смотрела на меня так, будто я само воплощение Творца.

«Кажись, я опять сотворил хрень», — подумал я и посмотрел на дерево.

— А-А-А-А-А-А! АХ-ХА-ХА! — заржал я в голос.

В могучем стволе, словно вырезанный искуснейшим скульптором, виднелся образ императора.

Вот только он просто пи...ц как был похож на одного любителя золотых табуретов. Так сколько там у любителя золотых табуретов было детишек? Штук двадцать.

«Надо за Аароном слежку установить, чтоб он в это не мутировал», — мысленно поржав, я направился к дриаде.

— Ну шо, зелёная, давай показывай дорогу, — похлопал я её по плечу.

Глава 15

— Я об этом буду внукам и правнукам рассказывать, — раздался в тишине голос Саймона.

— Я, конечно, понимаю, что ты избранный и всё такое. Но, Артур, ты вообще представляешь, что ты сейчас сделал? — подошла ко мне Сольвернай.

— Ну, типа очистил место силы, подсветив его нашему дражайшему императору, — пожал я плечами. — Или вы о том, что я напрямую использовал силу богини?

— Мы обо всём, — нервно высказалась Катарина.

— Дурак, — врезалась в меня Адда и обняла.

— Да ладно вам, я придумал, как артефакты к душе привязать, что я, с источником не справлюсь, что ли, — оправдывался я, чувствуя, как лицо наливается краской.

— Артур, — ко мне подошли Саймон и Родерик. — Девушки наверняка имеют в виду тот факт, что ты горел. В буквальном смысле слова, — пояснил Родерик. — Но вместо того, чтобы кричать, ты хихикал и что-то бормотал про бога-императора и золотые табуреты. А потом пришла Алейна и вылечила все твои повреждения.

— Ну, бывает. Я вон, когда первый ритуал привязки проводил, не учёл пару моментов и ощутил на себе, каково это, когда душу растягивают. Так что погореть немножко — это даже полезно, — попытался я пошутить.

— У тебя сломалось чувство юмора, — сделав жест «рука — лицо», диагностировал Родерик.

— Артур, ты самый настоящий мужчина в мире, — впилась в мои губы Леонелла.

— И не поспоришь, — обняла справа Катарина.

— Но, пожалуйста, перестань так рисковать, — слева обняла Фелиция.

— Да, избранный — это тебе не просто сильный маг, — на моей спине повисла Лувериат и попыталась укусить за шею. — Ай! У тебя что, кожа металлическая теперь? — возмутилась вампирша.

— Из-за переизбытка божественной энергии процесс слияния с кровью отца прошёл быстрее и вышел на качественно новый уровень, — с любопытством потыкала меня в щёку Селеста. — Поздравляю, Артур, теперь ты на двадцать процентов дракон.

— И на восемьдесят — дебил, — рассмеявшись, добавил я. Настроение было настолько хорошим, что тупые шутки сыпались как из рога изобилия.

— Главный шаг к решению проблем — это его признание, — тоном психотерапевта выдала Катарина, и мы все рассмеялись.

— Ты не обычный избранный, — отмерла наконец дриада. — Вот, — протянула она мне листик с веточкой. — Следуй за стрелкой. До встречи, Артур Корвин-Селестиан. Моё имя — Наивар. Судьба обязательно ещё сведёт нас вместе.

И опять пафосно растворилась в лесу.

— Показушница, блин.

— Хи-хи-хи, — раздались за моей спиной смешки.

Обернувшись, я увидел Мирель. Она сидела на земле и, раскачиваясь из стороны в сторону, хихикала. Кивнув Сольвернай, я дал знак моей эльфийке. Подойдя к девушке, она положила руки ей на голову, и они засветились зелёным светом. Потом свет сменился на белый. Это вошла в ход магия паладинов. Минут через двадцать Мирель уже спала.

— Ну, ей нужны время и покой, — подвела итоги Сольвернай. — Последние события очень сильно по ней ударили. Я поправила всё, что смогла. Дальше поможет только время.

— Спасибо, — подойдя к Сольвернай, целую её в краешек губ.

— Господа и дамы, — хлопнув в ладоши, привлекаю всеобщее внимание. — Прошу всех взять себя в руки. У нас впереди первая точка маршрута, и, надеюсь, теперь мы доберёмся до неё без проблем.

Следующие пять дней наш поход напоминал простую экспедицию в дикую природу. Да, опасную, но не такую, как раньше. Сейчас сам источник помогал нам, благодаря за помощь. К обеду шестого дня показались стены Неварое. Точнее, то, что от них осталось. Найдя место для разбивки большого лагеря, снабженцы начали установку портала. Пока они были заняты, ко мне на беседу неожиданно напросилась Мирель. Я не стал ей отказывать. За прошедшие дни девушка стала спокойнее и адекватнее.

— Присаживайся, — указал я ей на разбросанные по палатке мягкие подстилки.

Усевшись на одну из них, она посмотрела на меня из-под чёлки.

— Я хотела сказать спасибо, — тяжело вздыхая. — Я всё ещё тебя не простила. Да, наверное, не прощу никогда. Но и мести искать не буду. Я обезумела от жажды мести и натворила много бед.

— Я понимаю. И не ищу твоего прощения. Как только заработает портал, мы переправим тебя в столицу и вернём отцу, — пояснил я девушке. — В этой ситуации, как таковой, виноваты все. Я — как тот, кто разрушил твою жизнь. Твой брат и твой король — как идеалисты и ксенофобы. У нас разные взгляды на жизнь, и только это делает нас врагами, — пожал я плечами.

— Мудрые слова для подростка, — усмехнулась Мирель. — Я в свои двадцать четыре года, даже сейчас понимая, что ты прав, не могу с этим согласиться.

— Может, когда-то ты поймёшь неправоту своих суждений, и мы сможем поговорить не как враги. Чёртово наследие предков порождает только вражду и ненависть, заставляя мир раз за разом рушиться в очередной войне, — пробормотал я.

— Наш король видел в тирании выход из ситуации, — горько усмехнулась Мирель. — Ещё раз спасибо, что не бросил меня гнить в этих забытых богами землях. — Встав, она коротко кивнула мне и ушла.

Не такая уж и плохая девушка, если так подумать. Просто обстоятельства сложились не в её пользу.

— Господин Артур, портал готов, — в палатку заглянул глава отряда снабжения.

— Отлично, — встав, я вышел вслед за ним.

Когда активировался переход, я первым шагнул в голубое марево. На секунду. На одну чёртову секунду моё сердце буквально встало. Так как перед глазами мелькнула картинка не заднего двора гильдии, а мрачного величественного города. Шпили из чёрного мрамора, пустынные улицы, мощённые брусчаткой. Этот образ давил и внушал трепет.

— Ну-ка брысь, — раздался еле слышимый голос, и я вышел в знакомой мне обстановке.

— Сука! — схватился я за грудь, пытаясь отдышаться. — Нужно форсировать события.

— Артур, что с тобой?! — ко мне подбежала тётя.

— Да так. Привет от главной проблемы прилетел, — объяснил я тёте, что случилось.

— Ты видел Авалон? — удивлённо уставилась она на меня.

— Да, — отойдя чуть в сторону и укрывшись в тени здания, я сполз по стеночке, переводя дыхание.

Следующими через портал прошли варнайцы и Мирель. Их быстро взяла под контроль стража, хотя это было и не особо-то нужно.

— Здравствуй, Артур, — рядом со мной присел представительный мужчина.

— Здравствуйте. С кем имею честь говорить? — уставился я на него.

— Дориан Сейлор, глава рода Сейлор, — представился он. — Спасибо, что не убил, а даже помог дочери. Она — единственный оставшийся у меня ребёнок.

— Не за что. У неё вполне достаточно причин меня ненавидеть, — отмахнулся я. — Вы, кстати, можете её забрать. В имперскую тюрьму она не отправится.

— Что же, так и сделаю, — встав, он ещё раз мне кивнул. — Надеюсь, следующая наша встреча будет более благоприятной.

— Это было бы здорово, — устало улыбнулся я.

Дома в честь достижения нами первого промежуточного этапа экспедиции устроили настоящий праздник. Родители были просто рады, что мы вернулись целые и невредимые. В этот раз на празднике присутствовали и родители Хальвы, и Леонеллы, и Катарины. Узнав, что дети вернулись из руин, родители всех моих девочек и друзей приехали к нам, чтобы это отметить. Один я был не особо рад. Меня всё не покидала мысль об Авалоне. Если вспомнить записку Арианны, то они тоже попали в Авалон через телепорт. Но у них это была ловушка. Если предположить, что кто-то или что-то в Авалоне может повлиять на портал, через который я пройду, то вырисовывается страшненькая перспектива. В этот раз меня защитили. Но будет ли это продолжаться всегда?

К сожалению, ни Алейна, ни кто-то другой на этот вопрос мне так и не ответили. Так что я, как и планировал, хотел ускорить процессы. Но тут меня ждали неожиданные проблемы. Всё и так делалось с предельно возможной скоростью. Аарон творил и вытворял, набирая и без того немалую популярность у народа. Храмы его в этом активно поддерживали, чуть ли не причисляя к святым. Ускорить что-либо было просто невозможно. Так что, несмотря на свой страх, я передохнул и вместе со всеми вернулся в Неварое.

После перехода в заметно увеличившийся за последние несколько дней лагерь мы направились в город. Здесь нужно было найти первую подсказку, как попасть в Лосар.

Город был достаточно большой, так что, пройдя несколько улиц, мы остановились на небольшой привал. Пора было использовать свои способности. Усевшись на расстеленную подстилку, я закрыл глаза. Нужного состояния добился быстро. Вот город передо мной как на ладони. Увиденная картина заставила меня вымученно улыбнуться. Макото был прав: пройти мимо его тайника и впрямь невозможно, хотя наверняка его сможет найти только избранный, ведь в моём восприятии сейчас буквально виднелась стрелочка, указывающая на точку в городе с надписью «тайник». Помимо этого, я отметил для себя ещё с десяток мест, которые могли бы быть интересны.

Открыв глаза, я для начала решил посетить тайник.

— Нам туда, — указал я в нужную сторону.

Минут за двадцать мы добрались до нужного места.

— И что здесь? — с любопытством спросили мои спутники.

— Сейчас увидите, — подойдя ближе к невидимой преграде, я протянул руку.

Защита, настроенная на носителя дневника, отреагировала мгновенно: маскировка спала, и перед нами возник небольшой домик в японском стиле.

— Добро пожаловать в гости к попаданцу из прошлого, — посмотрел я на удивлённых друзей и моих девочек.

Домик — или, скорее, небольшой особняк, — словно сошёл с экрана аниме или страницы манги. С садом и растущей в нём сакурой.

«Откуда он её вообще тут взял?» — мелькнула у меня мысль.

Особняк был пропитан духом японского анимешника. Полки с фигурками героинь аниме. Постеры. Стеллажи, где стояли настоящие фолианты о магии вместе с томиками перерисованной манги. Здесь было спокойно и уютно. Мои спутники с любопытством ходили по дому, разглядывая всё, но не трогая. В относительно небольшом кабинете на столе лежала рукописная книга. Взяв её, я открыл первую страницу.

«Раз ты здесь, мой дорогой друг, то не буду размазывать о том, что случилось со мной и моими друзьями. Мы не справились.

Лучше я объясню тебе, что искать. Здесь, в Неварое, найди дом наместника и его печать. Будь осторожен: она будет очень хорошо защищена. Чтобы открыть барьер над Лосаром, таких печатей нужно три. Так что в двух других городах тебе нужно искать именно их.

Раз ты дошёл сюда, то думаю, уже догадался о том, чем является наследие. Ритуал возвышения человека в боги посредством огромных жертвоприношений. Но это лишь верхушка айсберга. Записку Арианны ты, скорее всего, уже тоже читал, так что знаешь об Авалоне. Всё началось оттуда. Там первые создали Рунавал — упрощённую магию богов, — и там же был придуман ритуал. Ты ведь не идиот и в магии шаришь. Для того чтобы стать местным богом, не нужно столько жертв. Можешь у Алейны спросить. Тогда зачем нужны циклы? Ответ прост: кто-то в Авалоне метит в старшие боги. Но этот путь — тупик. Вместо бога получился обычный паразит. Вот кого на самом деле нужно остановить. Мы так и не поняли, как это сделать. Но в моём тайнике собрана вся информация, которую мы нашли. Используй её с умом, и пусть тебе улыбнётся удача».

— Спасибо, чувак, — положив книгу, я уселся в кресло. — Ты подтвердил все мои догадки и подкинул нужных деталей. И пусть ситуация, откровенно говоря, жопа. Но есть парочка идей, как из неё вылезти. В общем, дойти до конца и разорвать цикл.

В доме Макото мы задержались надолго. Нужно было тщательно изучить всю собранную информацию. Так же пришлось поработать рассказчиком, объясняя друзьям и моим девушкам, что, зачем и почему. Дом японца был ярким примером быта другого мира, и им было интересно, что здесь, зачем и почему.

Глава 16

Вопросы Алейне я задавать не стал. Записка Макото подтвердила мои догадки о природе новых богов — тех, что появились из ритуала. Осуждал ли я свою богиню? Нисколько. Она добрая и действительно хочет остановить циклы. Можно было бы решить, что ею движет страх перед конкуренцией, — но тогда мою идею с возвышением Аарона она не поддержала бы. Так что тёмное прошлое моей богини оставим в прошлом.

Пока мы разбирались с информацией в особняке Макото, гильдия обшаривала город по моим меткам. Метка в самом центре и оказалась нужным местом. Особняк наместника выглядел так, будто его построили вчера: большое красивое здание в четыре этажа, ни трещин, ни следов времени. Вот только попасть внутрь оказалось задачей не из простых. Дом окружала мощная защита, которую возводил параноик похлеще меня.

Мы застряли здесь на неделю, разбив лагерь у самых стен. Я работал на износ, помогая магам гильдии вскрывать этот крепкий орешек. Наконец защита пала.

Но на этом проблемы не кончились.

Из руин выползла тварь — помесь огромного волка, осьминога, единорога и черепахи. Фантазия у химеролога была богатая. Как и его психическое расстройство.

Вот только химере не повезло. Полсотни уставших магов, только что дорвавшихся до свободы, — это не шутки. Неведомую хернюшку поглотил шквал мата и заклинаний, не дав ей даже рыкнуть.

Я с девушками первыми вошёл в поместье. Чтобы ускорить поиски кабинета наместника, мы разделились.

Вопреки законам жанра ужасов, это не привело к нападению неведомой твари. Только вылезший через полчаса дух мажордома поинтересовался, чего это мы тут шляемся.

— Простите, сэр. — Из стены высунулась полупрозрачная голова. — С какой целью вы проникли на частную территорию?

Я полоснул Люцифером по стене на автомате. Призрачный работник едва не развеялся.

— Блядь! Дурак, что ли, так пугать?! — выдохнул я, переводя дыхание.

— Прошу прощения, — дух проявился полностью: пожилой мужчина в старомодном костюме, с идеальной осанкой и лёгкой полупрозрачностью. Выглядел он скорее устало, чем страшно.

— Итак, глупое ты привидение, — начал я, убирая меч. — Империя Тристейн давно пала. Как и этот город. И его наместник. А мне нужна печать.

— Мой господин оставил инструкции на этот случай, — невозмутимо кивнул дух. — Следуйте за мной. Я покажу, где она.

Я переглянулся с Фелицией и Катариной. Обе выглядели настороженно.

— Идём, — тихо сказала лисичка. — Но если что — развей его Люцифером.

Дух привёл нас на четвёртый этаж, к массивной двери. Провёл по ней ладонью — и та бесшумно отворилась.

— Прошу, — он первым вплыл в кабинет.

Мы осторожно вошли следом.

— Не стоит переживать, — обернулся к нам мажордом. — Мой господин, как и два его брата, был в оппозиции императору. Они хотели остановить его. — Он указал на стену. — Вы, молодой человек, избранный. Печать-анализатор под домом не видит в вас ни алчности, ни злобы. Можете забрать ключ.

В стене открылся небольшой тайник. Внутри лежала коробочка из чёрного дерева.

— Открывать её нужно только у Лосара, — добавил призрачный мажордом. — И ещё... господин избранный, можно личную просьбу?

Я вопросительно уставился на привидение.

— Заберите, пожалуйста, мой кристалл-хранилище. Мне ужасно надоело скучать здесь в гордом одиночестве.

Я задумался, прикидывая плюсы и минусы. Плюсов — куча. Минус один: он привидение.

— Хорошо, — наконец ответил я.

— Моё имя Ромель, господин. — Стена за его спиной отъехала в сторону. За ней обнаружилась целая комната, покрытая защитными заклинаниями, а в центре — большой кристалл-накопитель.

Переписав всё в дневник, я под руководством духа привязал его к себе как слугу и отключил от систем дома.

— Хочешь разместить его у нас? — подошли ко мне Катарина и Фелиция.

— Да, — кивнул я. — Дома ему будет лучше, чем здесь. И не забывайте: он тысячу лет ждал, когда кто-то придёт.

Я связался с остальными. Встретились мы в холле на первом этаже. Выйдя из особняка, я сообщил гильдии, что нашёл всё, что хотел, — и мы всей группой направились домой.

Когда я подключил кристалл с духом к дому, сначала выслушал много маминых возмущений. Её категорически не устраивало присутствие призрака в доме. Но за пару дней старик сумел изменить её мнение.

Во-первых, в определённом настраиваемом диапазоне он мог взаимодействовать с домом. Так что ушлый дух быстро подмял под себя всю прислугу и принялся приводить поместье к одному ему известному стандарту чистоты и сервиса.

Первыми, кого мажордом взялся обучать, стали Рик и Алести — наши повара. Мы и раньше не жаловались на еду, но после... Скажем так, блюда приобрели аристократическую изысканность.

Ромель, тысячи лет скучавший в одиночестве, выспрашивал и вынюхивал всё, что только можно, о моих близких. Любимая еда. Распорядок дня. Сколько раз кто и что ест. И постепенно приводил пребывание каждого разумного на территории дома к максимально комфортному.

Мама, видя, как под его руководством поместье расцветает, а слуги пашут так, что лошади от зависти удавились бы, растаяла.

— Ладно, признаю: он хоть и привидение, но очень исполнительное и полезное, — выдохнула она, опускаясь в кресло в моей комнате.

— Рад, что он тебе всё-таки понравился, — улыбнулся я. — Слышал, Ромель? Ты это сделал, — бросил я в пространство.

Из стены выплыл мажордом и поклонился матушке:

— Рад стараться, госпожа.

— Ромель, завтра мы возвращаемся в Неварое. Подготовь всё к нашему отбытию, — попросил я, возвращаясь к записям.

— Будет исполнено, господин, — дух растворился в стене.

— Неужели ты не можешь побыть дома ещё хоть немного? — грустно сказала мама.

— Прости, — я поднялся, подошёл к ней и, присев на подлокотник, обнял. — Это путь, который могу пройти только я.

— Иногда мне кажется, лучше бы ты был простым магом. Пусть и не такой силы. Чем избранным, который должен рисковать жизнью, — уткнувшись мне в живот, дрожащим голосом проговорила она.

Я погладил её по голове:

— Всё будет хорошо, мам.

Вытерев выступившие слёзы, она вышла из комнаты.

Я вздохнул и рухнул на кровать. Честно — от усталости хотелось свернуться калачиком и повыть. Но я думал о тех, кто доверился мне. О тех, кто верит, что я как избранный Алейны справлюсь. О богине. О том тёплом чувстве на моей щеке после очистки источника. О Смерти, которая знает, что я проторчал в Реке душ лишнюю сотню лет.

— А собственно, лишнюю ли? — осенила меня мысль.

Я подскочил с кровати и заметался по комнате.

Река душ — место, где неприкаянные души очищаются от налёта прошлой жизни, отдают энергию и уходят на перерождение. Что я мог получить, просидев там сто лет? Меня, как того паука из Спайдермена, облучали. Только не радиацией, а духовной энергией.

Зачем?

Чтобы при жизни я стал очень сильным? Или чтобы стал богом? Нет, бог — слишком круто. Полубог — уже ближе.

Зачем кому-то откармливать душу до уровня полубога?

Ответ очевиден: чтобы он что-то сделал.

Сама Река не могла сдвинуть меня с места, а Алейна выдернула легко. Но вряд ли она способна на такое. Река душ — владения Смерти и Жизни.

Значит, меня целенаправленно раскачивали. А потом отдали Алейне.

Я снова рухнул на кровать и закрыл лицо руками.

— Это, чёрт возьми, гениально, — прошептал я, глядя в потолок. — Все, кто стоит за моим попаданием сюда... Я вас понял. — Я ухмыльнулся. — Всё сделаю в лучшем виде.

Утром, бодрый и полный сил, я спустился на завтрак. После него мы направились в гильдию, а оттуда — в Неварое.

Судя по найденным картам, до Грастана нам топать около месяца, минуя ещё несколько небольших городов. Глава гильдии посоветовал сделать опорный пункт у Эреле — второго небольшого городка на нашем пути. Он находится почти посередине маршрута. Обновлённый и проверенный на наличие предателей отряд снабжения выдвинулся вместе с нами.

Так как имелась вполне приличная дорога, двигались мы на каретах с магическими движителями, подаренных королём гномов. Это сокращало путь примерно на неделю. Если, конечно, не случится какой-нибудь херни. А с учётом того, что двигались мы по территории, уничтоженной магической войной, херня поджидала нас под каждым кустом.

Утром третьего дня к нашему лагерю вышло, выкатилось, выползло — в общем, хрен пойми. Пятиметровый кусок мяса с руками, глазами, ногами и огромным ртом. Некрохимера. Или голем плоти, слепленный из нескольких тысяч тел. С неумолимостью шара для боулинга он катился в нашу сторону.

Кто-то из отряда снабжения расстался со своим завтраком. Я их понимал: сам еле сдерживался. Повернувшись к друзьям и девушкам, заметил их бледные лица.

— Все к бою! — рявкнул я, усилив голос магией. — Бить проникающими заклинаниями. Нужно уничтожить кристалл в центре.

В сторону химеры рванул сплошной поток заклинаний — стрелы, копья, сгустки света. Я решил повторить тётино заклинание. Нырнул в боевой транс поглубже и призвал Пожиратель, который вибрировал в руке, предвкушая бой.

Клинок разрушения. Заклинание на грани четвёртого и уже не существующего пятого ранга. Оно использовало энергию смерти — точнее, один из её видов, тлен. Страшное по разрушительной силе и невероятно сложное.

Мясной колобок притормозил под градом заклинаний — и в этот момент я закончил.

Над химерой сформировался меч из рыхлой серой массы. Колобку он не понравился, и тот рванул в сторону. Почти успел — но четверть его массы просто испарилась, когда заклинание обрушилось вниз.

Я цокнул языком от досады и покачнулся. Рядом тут же оказалась Адда, наложив несколько восстанавливающих заклинаний.

— Спасибо, — выдохнул я, чувствуя, как слабость отступает.

Химера, изрядно потерявшая в массе, восстановила форму и попыталась укатиться. Но кто бы ей дал. Следующие двадцать минут её методично уменьшали, пока наконец Дедрагон не рванула в ближний бой.

Её секира взлетела — и на лезвии сформировался огромный светящийся полумесяц. Удар. Химера распалась на две половины.

— Дракон полумесяца, — тихо произнесла Дедрагон, краснея и отводя взгляд.

Название отдавало душком какого-нибудь китайского культиватора, но я показал девушке большой палец:

— Звучит круто.

И, приобняв её за плечи, добавил:

— Спасибо. Ты спасла нам кучу времени.

Некро-Колобок стал точкой старта. Дальнейший путь превратился в сплошную карусель из мясорубки и коротких передышек.

К концу первой недели отряд снабжения походил на толпу свежеподнятых зомби. Мои друзья и девушки держались бодрее, но и они сильно устали. Да что там — Леонелла и Дедрагон шли в очередной бой не с воинственным рыком, как в начале, а с обречённым воем тех, кого всё достало.

Не скажу, что бои были невероятно сложными. Но их было много. Так много, что я начал подозревать: кто-то нарочно натравливает на нас всю эту нечисть.

Эта мысль пришла во время медитации. Я сам не заметил, как провалился в созерцательное состояние. И вот я уже висел над небольшим лесом, где мы разбили лагерь.

Округа вспыхнула тончайшими линиями маны, опутывающими всё вокруг, как паутина. Я проследил за ними и на самой границе чувствительности обнаружил жирный сгусток силы.

Сгусток почувствовал меня и затрясся. Я расценил это как смех.

— Очередная древняя херня с мозгами, — выдохнул я мысленно.

Я послал существу своё раздражение по раскинутой сети. В ответ пришло лишь безумное веселье с нотками магии смерти.

— Ещё один архилич? — подумал я.

Видимо, вопрос тоже ушёл по энерголиниям.

— Я — Смерть, — пришёл шипящий ответ.

— На тётушку ты не тянешь, — презрительно фыркнул я.

— Я — СМЕРТЬ! — заверещало нечто.

— Ладно, херня. Раз ты так хочешь встретиться с тётей, чей титул присвоило, я тебе это обеспечу, — спокойно ответил я.

Разорвав связь, открыл глаза. Вокруг было тихо. Только треск костра и дыхание спящих.

— Примерно день пешком на запад до логова этой твари, — прикинул я.

Цель ясна. Можно выдохнуть. И поспать.

На следующий день мы выдвинулись в сторону местного главнюка. Или говнюка? Что интересно — он не стал натравливать на нас своих пешек, а терпеливо ждал.

Во второй половине дня мы забрались на холм — и перед нами предстал...

— Это что? — удивлённо спросила Дедрагон.

— Замок из костей, окружённый армией нежити, — констатировала Фелиция.

— А можно я в штурме участвовать не буду? — Хальва плюхнулась на траву.

Я осмотрел это нагромождение в стиле «цитадель тёмного пластилина» и, плюнув на всё, достал из кольца принадлежности для ритуалов. За двадцать минут при поддержке отряда снабжения ритуальное заклинание было готово.

Хозяин замка, приняв нашу заминку за трепет перед его величием, решил выйти, чтобы унизить нас лично.

— Смертные! Склонитесь перед величием повелителя смерти! — пафосно вещал с крепостной стены типичный ботан-очкарик, одетый в костяную броню.

— Ну нахер, — буркнул я и активировал ритуал.

Ожидавший нашего раболепия псих-попаданец поднял голову вверх и заверещал, как свинья. Ну да: когда на твою цитадель с приличной скоростью падает восьмиметровый горящий булыжник — это страшновато.

Но мне было плевать. Я так устал, что даже тот факт, что он попаданец, не мог спасти ботана от праведного гнева. Пусть все его фобии, страхи и комплексы сгорят вместе с придурком.

Защита у замка имелась, но на попадание метеорита рассчитана не была. Так что от великого повелителя смерти остался только дымящийся кратер.

От ударной волны нас прикрыл щит. Я убедился, что ботан не родственник тараканов и после падения метеорита не выжил, и только потом выдохнул.

— Вот и всё, — тихо сказал я, глядя на кратер.

— И даже не смешно, — отозвался Саймон, убирая меч. — Я думал, будет бой.

— Бой был всю неделю, — напомнила Катарина. — Хватит.

Мы разбили новый лагерь и устроили себе полноценный отдых на два дня.

Интерлюдия император.

— Чёртов пацан, — устало выдохнул я, откладывая очередной отчёт. — Нет, ну не мог что-нибудь попроще придумать? Сразу в боги меня выдвигает.

Кабинет тонул в мягком свете магических светильников. На столе громоздились бумаги, карты и несколько пустых чашек. Я потёр переносицу. Голова гудела.

Дверь тихо открылась, и вошла Десельтрин. За последние пару месяцев это единственное место, где она могла увидеть мужа.

— Вот полюбуйся, — она положила на стол кристалл.

Я активировал запись и поперхнулся кофе.

На изображении было огромное дерево. Его крона светилась мягким золотистым светом, а на могучем стволе — полноростовая статуя в знакомых золотых доспехах. Вот только вместо лица Императора Человечества там красовалось моё собственное.

Я закашлялся, едва не выронив чашку.

— Артур! — вымученно протянул я.

— Что-то не так? — спросила Десельтрин, начиная разминать мужу плечи.

— Ничего особенного, — отмахнулся я, не сводя глаз с кристалла. — Где это?

— За Луваром, примерно в паре дней пути. И, к слову, это источник магии жизни. Правда, Верховная жрица говорит, что он там такого намутил, что теперь непонятно, источник чего это, — ответила женщина.

— Маги гильдии уже проложили туда дорогу от лагеря в Неварое и сейчас делают такую же от Лувара.

Я откинулся в кресле и прикрыл глаза. Жена продолжила мять плечи, и от её тёплых рук потихоньку отпускало.

— Быть мне всё-таки богом, — устало пробормотал я.

— Но почему Артур делает богом тебя? — спросила Десельтрин.

— Потому что ему это не интересно, — усмехнулся я.

— Не понимаю я вас, иномирцев. Один считает бытие богом неинтересным, второй готов рвать жилы за идеи первого, — она заглянула мне в глаза.

— Это благодарность за второй шанс. И наша попаданческая солидарность, — я улыбнулся ей.

Десельтрин тихо фыркнула, но спорить не стала.

— Хорошо, что он не потащил наших детей туда, — она села ко мне на колени и положила голову на плечо.

— Он понимает, что они не готовы. Да, он сделал их сильнее, но морально они ещё не доросли, — я погладил её ушки, чувствуя, как понемногу уходит напряжение. — Когда проложат дорогу, нужно построить в том месте что-то вроде храма или небольшого замка.

— Хорошая идея. Дриада-хранительница леса предложила нечто подобное. Даже обещала помочь, чтобы не рубить лес, а вырастить всё из самих деревьев, — пробормотала Десельтрин, прижимаясь ближе.

— Так и сделаем, — решил я.

Она помолчала, а потом тихо спросила:

— Тебе страшно?

Я не стал отвечать сразу. Смотрел на кристалл, где в свете источника замерло моё собственное лицо.

— Немного, — признался я наконец. — Но лучше я, чем какой-нибудь безумец вроде Аластора.

— Ты не безумец, — уверенно сказала жена.

— Надеюсь, — я усмехнулся и обнял её крепче. — Очень надеюсь.

Глава 17

— И как это понимать? — спросил я, глядя на стены города Неира — первого маленького городка на нашем пути.

— Не знаю, — Фелиция подошла ближе.

— Мы ещё полдня назад должны были до него добраться, — задумчиво произнесла Катарина.

— Так, давайте попробуем в обратную сторону, — предложил я.

Через пару часов ко мне подошёл глава отряда поддержки.

— Мы стоим на месте, — доложил он.

— Сука, — устало потёр я лицо. — Это место бесит меня всё сильнее. Разбиваем лагерь, будем думать.

Кивнув, он пошёл отдавать приказы, а мои товарищи собрались вокруг.

— Мы в жопе! — радостно сообщил я.

— Это ведь пространственная аномалия? Или ловушка? — задумчиво спросила Хальва. — Ну, наподобие той, из которой ты нас вытащил.

— Ага, — кивнул я. — Только теперь мы внутри все вместе. Итак, дамы и господа, у всех два часа на размышления. Потом соберёмся и поделимся идеями, как выбираться.

Все разошлись, а я погрузился в восприятие избранного.

— Нифига. Пустая, чистая от аномалий местность. Ровный магический фон. И только вдалеке, переливаясь всеми цветами радуги, — руины Неира.

Ответ точно там. Но как до них добраться?

Я всматривался в переливы маны, пытаясь уловить хоть какую-то закономерность. Ничего. Ни намёка. А раз нет даже зацепки — придётся экспериментировать.

Открыв глаза, я взял у одного из снабженцев лук и стрелу. На скорую руку примотал к древку маяк для телепортации и выстрелил в сторону города. Стрела ушла с тихим свистом и воткнулась в дорогу метрах в сорока.

— Так, пробуем, — пробормотал я, сплетая заклинание.

Активация. Вспышка. И удар.

Меня швырнуло на землю, будто я на полном ходу влетел в каменную стену. Перед глазами заплясали искры, в ушах зазвенело.

Ко мне тут же подбежали Адда и целители.

— Всё в норме, — остановил я их, поднимаясь. Взял вторую стрелу. — Пробуем ещё раз.

Выпустил в обратную сторону. Телепортация. Снова удар.

На этот раз я остался лежать, глядя в небо. Надо мной склонилась Адда со строгим лицом.

— Неудачный эксперимент, — неловко почесал я затылок.

— Дурак. У тебя два ребра сломаны, — возмутилась она.

Я задумался. Я ведь частично дракон. Тело стало крепче в разы. И всё равно — перелом. Обычного человека размазало бы.

Передёрнув плечами, дождался, пока Адда закончит лечение, и поднялся.

— Что?! — я обвёл взглядом собравшихся девушек.

— Прежде чем экспериментировать, предупреждай, — строго сказали Катарина и Фелиция в один голос.

— Окей, — виновато кивнул я.

Все вернулись к своим делам, только мои девушки нет-нет да поглядывали в мою сторону. А я — ничего. Поднялся, встал спиной к городу и пошёл.

Выглядело это смешно и по-идиотски, но неуёмный разум и бурная фантазия требовали делать хоть что-то.

Десять минут. Двадцать.

Моё местоположение не изменилось, хотя по ощущениям я шёл вперёд.

— Ладно, — пробормотал я, закрывая глаза.

Теперь я полагался только на чувство пространства, а не на восприятие. В голове тикал невидимый таймер, отсчитывая минуты.

Двадцать.

Открыл глаза — и обнаружил себя в двух метрах от изначальной точки. Я специально оставил там линию сапогом.

Стоило только обрадоваться, как я моргнул — и линия снова оказалась под ногой.

— Лютая хрень, — процедил я.

До города идти километров семь-восемь. Пройти такое расстояние спиной вперёд с закрытыми глазами? Да бред какой-то.

Я снова закрыл глаза и пошёл лицом к городу. В голове опять тикал таймер.

Тридцать.

Открыл глаза. Не сдвинулся ни на шаг.

— Так, — я подошёл к Дедрагон и взял её за руку. — Закрой глаза. Иди вместе со мной.

Ящерка послушно зажмурилась. Мы встали спиной к городу.

Шаг. Ещё шаг. Ещё.

Когда счёт в голове дошёл до сорока, я тихо сказал:

— Открывай.

— Мы сдвинулись метра на четыре! — радостно воскликнула она.

— Моргни, — попросил я, сам не открывая глаз и взвинтив восприятие до предела.

На жалкие полсекунды мне удалось увидеть над городом монструозное динамическое заклинание, состоящее из десятка фигур. Оно вспыхнуло — и нас перенесло обратно на контрольную точку.

— Как? — непонимающе оглядывалась Дедрагон.

— Поздравляю, народ: мы в ловушке, которую придумал чёртов юморист, — устало выдохнул я. — Выход я нашёл. Но выход ли? Может, очередная издёвка. Что, кстати, вероятнее. — Я перевёл дыхание и указал на город. — Там, над городом — комбинированное динамическое заклинание из десятка октаэдров. Скорее всего, ритуал. Если идти спиной вперёд с закрытыми глазами, можно сдвинуться. Но, как я уже сказал, это больше похоже на издевательство, чем на выход.

Я продолжил эксперименты, но уже в обратном направлении от города. Помогло не особо — ловушка не выпускала. Полчаса я шёл от города спиной вперёд, но стоило лишь моргнуть, как снова оказывался на исходной точке.

Ловушка была сложна и издевательски гениальна.

Чтобы понять хоть что-то, я вошёл в состояние, в котором вижу мир сверху. Друзья ходили спиной вперёд в сторону города, а я наблюдал за структурой заклинания, когда их переносило обратно. Мы даже использовали зеркальца, придуманные мной и отцом, но артефакт просто не успевал зафиксировать заклинание.

На всех начала наваливаться безнадёга. Ночью я слышал, как одна из девушек отряда снабжения плакала в своей палатке. Припасов хватит надолго — вот только выхода из ловушки не было.

Меня это жутко бесило. Я часами просиживал в медитации, разглядывая проклятый город. Именно моя упоротость помогла отчасти найти выход.

На четвёртую ночь я заметил на окраине города еле различимую фигуру. Судя по тому, что её вообще было видно, размер должен быть внушительным. Сделав пометку, я не стал будить вымотанных морально людей своей инициативностью.

Днём группа по моей просьбе устроила в небе настоящее световое шоу. Я сидел и наблюдал за городом. Фигура обратила на нас внимание, но идти не спешила. Просто стояла и смотрела в нашу сторону.

К вечеру неизвестное создание всё же двинулось к нам. Предупредив всех, чтобы были готовы к бою, я встал на краю ловушки, всматриваясь в стремительно сереющий пейзаж.

Минут через сорок послышались тяжёлые шаги. Ещё через полчаса в сумерках проступила массивная фигура голема.

— Нарушители границы заражённой зоны. Что вам нужно? — лязгнул металлический голос.

— Выбраться из ловушки, в которую мы угодили по незнанию, — ответил я. — Мы направляемся в Грастан.

Голем прогремел шестерёнками и уставился на меня кристаллами глаз.

— Итак, господин избранный, зачем вы идёте в Грастан? — голос изменился, став человеческим, мужским, полным усталости.

Я вытащил коробочку с печатью и показал ему.

— Вот как, — задумчиво произнёс голос из нутра голема. — Значит, цивилизации достигли определённого уровня. И цикл скоро сменится. — Пауза. — Ты знаешь, что ищешь?

— Да, — спокойно кивнул я.

— Тогда иди.

Взмах руки голема — и весь лагерь переносится на двести метров от города.

Неожиданно древний механизм снова перешёл в режим голема.

— Код опасности: чёрный. Всем немедленно покинуть опасную зону, — и унёсся куда-то в ночь.

Через пару секунд вспыхнуло какое-то заклинание. В его свете я увидел голема, стоящего напротив маленькой девочки лет двенадцати.

— Бежим! — заорал я не своим голосом.

Бросив лагерь, мы понеслись прочь.

— Что случилось, Артур? — крикнула бегущая сзади Фелиция.

Я обернулся, чтобы ответить, но сердце ушло в пятки, а в горле застрял ком.

Метрах в двухстах сзади спокойно шла та же девочка. Серебристые волосы. Милое розовое пышное платье. В руках кукла. И чёрные провалы глаз.

— Демон, — мелькнула мысль. — И не тупая адская тварь, а разумный. Старый. И ахуеть какой сильный.

В голове билось одно: как выжить. Не победить — именно выжить.

Я вспомнил про «Рассвет», ставший божественным чудом.

Вытащил из кольца специальный кристалл и раздавил — сигнал тёте и дяде, что я в полной жопе.

Следующим шагом телепортировал друзей и девушек домой. Да, они меня потом будут бить за это. Но лучше так, чем потерять кого-то из них.

Призвал Люцифер и воззвал к силе, покоящейся в мече.

— Прости, старик, но придётся потратить твой подарок.

Клинок вспыхнул, словно маленькое солнце. Я поднял его над головой.

Демон в обличье девочки скривился от света, но идти не перестал.

— Глупая попытка, человек, — прошелестел его голос.

— Это ты так думаешь, херота злобная. Жизнь! Смерть! Милая Алейна! Да блядь, хоть Ктулху! ПОМОГИТЕ! Древняя мерзость сожрать хочет!

— РАССВЕТ!!! — проорал я.

Мир мигнул.

Над головой взошло солнце.

Демон завыл так, что у меня лопнули барабанные перепонки. Глаза ничего не видели. Голова раскалывалась. Магические каналы, казалось, вот-вот лопнут.

Секунда. Две. Три. Четыре. Пять.

Силы кончились, и солнце погасло.

Падая в спасительное беспамятство, я думал только об одном: своих я вытащил. А отряд снабжения... надеюсь, успеет удрать.

Как только камень в кольце Альвердии лопнул, а в гостиной начали появляться напуганные и растерянные девушки и друзья Артура, они с Солинаром тут же переместились к другому кристаллу. Тому, что был уничтожен.

Распознать древнего демона для опытных магов труда не составило. Но удивило их не это.

Артур стоял напротив существа, с которым не каждый бог справится. Стоял с активированным божественным чудом, которое сам же и придумал.

По правую руку от него — прекрасная женщина, от ауры которой цветы вокруг расцветали. По левую — её копия, только с бледной кожей и чёрными волосами. Вокруг неё всё застыло и увядало.

Над головой Артура горело настоящее солнце, от света которого демон выл и отступал. В руках он держал призрачный образ Алейны. А в нескольких метрах от всего этого стоял монстр с кучей щупалец и, кажется, пытался понять, что происходит.

Несколько бесконечно долгих секунд — и солнце гаснет.

Альвердия бросается к падающему парню. Рядом встаёт Солинар, готовый сразиться с отползшим на пятьсот метров дымящимся и очень злым демоном.

— Вот ты, значит, где, — голос Жизни звучит как ручей.

— Совсем от рук отбился, — качает головой Смерть.

— Имею право, — шипит демон, но как-то скромненько, без прежней надменности.

— Забейся в свою конуру и сиди там. Время, когда мальчик тебя растопчет, ещё не пришло, — фыркает Смерть.

— Не... — пытается что-то сказать древняя тварь.

Но Смерть уже рядом. Ноготок упирается ему в лоб. Рот демона раскрывается в беззвучном вопле. Он падает на колени и спустя несколько секунд экзекуции буквально уползает в сторону руин.

— Как наш малыш, сестра? — спрашивает Смерть у Жизни.

— Перенапрягся малость. Но в остальном — отлично, — Жизнь смотрит на парня, лежащего в объятиях эльфийки.

Тут обе богини замечают монстра.

— Ой. А ты что тут забыл? — склонив голову, спрашивает Жизнь.

— Помочь пришёл, — булькает Ктулху.

— Ха-ха-ха! — заливисто смеётся Смерть. — Растёт малыш. В панике воззвал к тёмному божку и выдернул его из-за грани другого мира.

— Я тогда пойду? — мнётся призванный тёмный.

— Иди-иди, — машет ручкой Жизнь. — Спасибо, что откликнулся. Сам понимаешь: мальчик с перепугу звал всех подряд.

— Да я не в обиде, — булькнув напоследок, Ктулху исчезает в водовороте.

— Рано он с ним встретился, — вздыхает Смерть.

— И тем не менее показал себя достойно, — довольно улыбается Жизнь.

— Простите, но кто он? — спрашивает Алейна, появившись во плоти.

— Скажем так... — Смерть постучала пальчиком по подбородку. — Это секрет. — Сёстры переглянулись и исчезли.

Взглянув долгим взглядом на своего избранного, Алейна тоже уходит.

Весь божественный разговор проходит за доли секунды реального времени. Ни Альвердия, ни Солинар о нём не знают.

И только один хитрый меч в душе не менее хитрого попаданца всё слышал. И законспектировал.

В столицу Альвердия доставила Артура быстро. Парень сильно перенапрягся и, скорее всего, пролежит без сознания несколько дней.

Дома ждали злые, но очень обеспокоенные невесты.

— Тётя! — к ней подбежала Фелиция.

— С ним всё относительно в порядке, — успокоила она собравшихся. — И да, если кто-нибудь ляпнет что-то вроде «мы бы могли помочь» — лично выпорю. Божественное чудо смогло только отогнать демона. А вы, между прочим, — те, кто делает Артура таким, какой он есть. Так что гордость свою засуньте куда подальше. Даже мы с Солинаром могли бы только героически убиться об эту тварь.

Все побледнели. Такого они явно не ожидали. И только сейчас поняли, насколько были близки к смерти. И насколько дорожит ими Артур.

---

Первым местом, где я очнулся, стало внутреннее пространство души.

С моего последнего визита здесь всё разительно изменилось. Появился диван. Небольшой столик. Освещением служил парящий в воздухе Люцифер, а Пожиратель гордо висел над диваном на единственной стене.

На столике лежал открытый дневник.

Я подошёл, вчитался в последние записи. Сел на диван. Перечитал ещё раз. Потом ещё пару раз.

И удалил всё к чертям.

— Во дела. Теория о моей попаданческой душе обрела плоть. Правда, так и не ясно, кто стоит за всем этим. Жизнь и Смерть — как две добрые тётушки, но план явно не их рук. Да и демона они прогнали, оставив разборки с ним на меня. Честное им за это спасибо. Уж очень я хочу лично размазать тварь, что заставила меня — фигурально, конечно, — усраться от страха.

— Слышь, рельса своенравная, — глянул я на Пожиратель. — За идею — двести с плюсом.

Промигав мне что-то оскорбительное, железяка выгнала меня.

---

Пришлось приходить в себя.

Зная, чего я с собой натворил, делать это не хотелось категорически. Открыв глаза, я застонал сквозь зубы. Болел даже хвост, которого у меня нет. На всякий случай проверил копчик — а вдруг от Ктулху облачился и отрастил лишнюю конечность. Но пронесло.

В поле зрения появилась заплаканная Адда.

— Сколько я валяюсь? — прохрипел я.

— Три дня, — ответила она, поднося к моим губам спасительную влагу. — Дурак, — уткнулась мне в грудь и разревелась снова.

Прилагая титанические усилия, от которых в глазах забегали звёздочки, я положил руку ей на голову и погладил.

— Ещё какой дурак. Но, надеюсь, ты меня простишь, — уже увереннее сказал я.

Она улыбнулась, вытерла слёзы.

— Ты неисправим, — поцеловала меня в губы и выскочила из комнаты.

Через пару минут здесь были все обитатели дома. Даже призрачный мажордом парил под потолком, с уважением взирая на меня.

Дальше пошли обвинения и прощения. Мамины слёзы, которые вызывали физическую боль. Обещание примчавшегося Аарона поставить в центре города мне статую — за борьбу с древним злом и спасение отряда поддержки.

Если бы не тётя, мой главный лечащий врач, разогнавшая толпу, меня бы замучали вопросами, на которые я не мог дать ответ. Шокировать близких тем, что записал Пожиратель, я не собирался.

На восстановление ушло четыре дня. Хотя какое там «восстановление» — я всего лишь смог самостоятельно встать с кровати и поесть.

Девочки, установившие очерёдность ухода за моей многострадальной тушкой, уверяли, что нужно полежать ещё день или два. Но I превозмог их неуёмную заботу и на сегодняшний завтрак приполз сам.

PS : С вами Автор. Дорогие читатели ваша обратная связь мотивирует меня писать больше и чаще. Не забываем совершить подвиг и поставить свой царский лайк. Те кто подпишутся и вовсе войдут в мой личный пантеон полубогов. Поддержите беднягу Артура в его миссии. А то моя авторская Лиза парнишку явно угробит.

PS/PS: Какой формат глав лучше одна на 2 к +- слов или две небольшие? И вообще если вам интересен мир Ауры то напишите об этом в комментариях к меня есть несколько идей по доп контенту к этому миру и если у вас будет желания то у меня будет мотивация его делать. Со всей своей печалькой искренне ваш начинающий автор.

Глава 18

После завтрака я направился к императору. Нужно было рассказать ему о демоне и о том, чтобы в тот городок никто не совался. Из слов двух богинь я понял, что отойти далеко от города он не может. А значит, пусть сидит там, пока я не буду уверен, что смогу его прикончить.

Слуги во дворце уважительно кланялись, но не более. Уже привыкли, что я тут постоянно шастаю.

Аарон, кажется, поселившийся в кабинете, встретил меня усталым взглядом и мешками под глазами.

— Рад, что ты уже на ногах, — он чуть улыбнулся. — Ты, я так понимаю, пришёл рассказать, что у вас там случилось?

Кивнув, я устроился в любимом кресле и начал рассказ. Чем дальше я говорил, тем сильнее хмурился император.

— То есть там сидит древний и могущественный демон, но он привязан к месту. И если туда не лезть — проблем не будет?

— Да, — кивнул я. — Пойдём в обход Неира. Дольше, но безопаснее.

— Это понятно. Но что делать с самим демоном? — устало спросил Аарон.

— Пока пусть сидит, — пожал я плечами. — Как придумаем способ с ним разобраться — тогда и будем действовать.

Дождавшись одобрительного кивка, я продолжил:

— Ты наверняка уже занимаешься тем, что я наворотил с источником в лесу. Но всё же: это задел на твою будущую божественность, — я покрутил рукой, подбирая слова.

— Ты прав. Уже работаем. Договорились с дриадой — строим там святилище, — продолжил за меня Аарон.

— Прекрасно, — довольно кивнул я.

Ещё часа два мы обсуждали мелочи: экспедицию, дела империи, будущее святилище. Покинув кабинет, я вернулся домой. Надо бы, конечно, в храм сходить. Но что-то не горел желанием. По крайней мере, не сегодня.

Следующие пару дней я просто отдыхал. Сходил на свидание с Аддой и Фелицией, спал. И всё. Никаких тренировок и дел.

— Артур, ты что, сломался? — Саймон рухнул на диван рядом.

Стоящий чуть в стороне Родерик покачал головой.

— Нет. Я просто отдыхаю, — с улыбкой ответил я.

— Да, чувак, тебе это нужно, — хлопнул меня по плечу Саймон, и парни свалили к своим девушкам.

Постепенно напряжение от встречи с демоном сошло на нет, и я взялся за планирование дальнейшей экспедиции. Пришлось перестраивать маршрут так, чтобы минимизировать возможные посещения городов, деревень и других мест, где можно вляпаться в неприятности. Это, конечно, не гарантия. Но хоть что-то.

И без того неблизкий путь растягивался месяца на три, а то и четыре. И это без осложнений. Но я уже понял: просто в руинах не бывает. Так что ставил срок примерно в полгода. Заоблачная цифра, но что поделать.

В путь мы выдвинулись через неделю реального времени. Дома под барьером прошло тридцать пять дней. Все они были потрачены на тренировки.

Друзья и девушки, конечно, были не особо рады такому, но тренировались со всей самоотдачей. Я даже привлёк к занятиям жрецов и паладинов. Пусть с древним демоном это не поможет, но если встретим кого-то помельче — методы удержания и изгнания пригодятся.

Верховная жрица Алейны, выслушав мой рассказ о демоне, пообещала переговорить с богиней и попытаться хотя бы оградить то место барьером. Идея так себе. Но не рассказывать же ей, что пришедшая мне на помощь Смерть отправила демона дожидаться своей гибели в логове. Так что идею я всецело поддержал.

За месяц все стали чуточку сильнее, и моя паранойя немного стихла. Я делал всё, что мог, для их безопасности. Благо и друзья, и девушки это понимали и не выказывали недовольства.

Собрав новую группу снабжения, мы выдвинулись в путь. На этот раз я часами просиживал в повозке в состоянии медитации, осматривая окрестности при помощи способности избранного. Это помогло избежать нескольких ненужных драк и парочки аномалий.

Гномьи повозки резво несли нас по дорогам разрушенной империи, минуя города и деревни. Иногда, конечно, приходилось драться с местной фауной или очередным творением древних магов в виде химер. Но наших сил с лихвой хватало.

Когда до Грастана осталось пара дней пути, мы разбили второй лагерь с порталом. Все достаточно вымотались за долгое путешествие, так что на пару дней вернулись в столицу.

Отдых выдался бурным. Заперев меня под временным барьером, девушки в порядке очереди потребовали внимания. За этот период мы стали намного ближе, так что неожиданно в моей постели оказалась и Адда. Нашу стесняшку, пусть и набравшуюся за последнее время уверенности, буквально затолкали в мою комнату Фелиция и Катарина.

После ночи, полной нежности и неловкости, меня посетила и Сольвернай. Здесь было много чувств и романтики. Вообще каждая девушка требовала от меня определённого подхода. И поведения. Ну и ещё выносливости.

Спасибо дракону за каплю его крови. Иначе бы мне пришлось туго.

Передохнув, мы вернулись в лагерь, разбитый в нескольких днях пути от Грастана. Что ждёт нас там — неизвестно. Но я приготовился ко всему, к чему смог.

До города добрались даже быстрее, чем я планировал. Уже к обеду следующего дня мы стояли у северных ворот.

— Типичные руины, — выдал Саймон, разглядывая разрушенный город.

— Не бывает типичных руин, — поправила его Фелиция.

Я вошёл в режим избранного — как сам его называл. Город озарился линиями силы и точками их концентрации. Самая яркая была в центре. Скорее всего, поместье наместника. То самое, куда нам и нужно.

Мы двинулись к цели, внимательно глядя по сторонам.

— Всё ведь не могло быть так легко, да? — пробормотал я, глядя, как из-за поворота нам наперерез выползает очередная жуть.

Бесформенная клякса с кучей щупалец бодро ползла в нашу сторону и сворачивать не собиралась. Запущенное на автомате великое копьё света расплескалось об тушу, не причинив ей вреда.

Все замерли.

Одно из сильнейших заклинаний четвёртого ранга — и никакого ущерба.

Пока тварь неспешно приближалась, я лихорадочно соображал, чем её убивать. В душе завибрировал Пожиратель.

— Что, друг мой, потянешь тварюшку? — поинтересовался я.

Меч одобрительно завибрировал.

— Ну окей.

Я призвал клинок и рванул навстречу твари. За мной тут же устремились Дедрагон и Леонелла.

Не скажу, что наши атаки возымели ощутимый эффект. Но по крайней мере мы причиняли хреновине вред, отрубая щупальца.

Мне удалось удачно всадить Пожиратель в тушу. И вот тут я офигел.

Она пыталась сожрать магию из меча.

Но мой язвительный квартирант начал жрать её в ответ. И делал это куда эффективнее кляксы.

Долго наслаждаться визгом противника мне не дали. Ушёл перекатом от щупальца, вскочил на ноги.

— Рубите щупальца! Не дайте им меня задеть! — крикнул я.

К бою подключились остальные. Пока они рубили щупальца под недовольный визг твари, я при любой возможности втыкал в её тело Пожиратель.

Минут через двадцать такого избиения я всё же поплатился за наглость. Решил продлить противостояние, замешкался — и отросшее щупальце пробило плечо.

Перед глазами всё поплыло от боли. Но вбитые дядей рефлексы не позволили твари развить успех. Выпустив Пожиратель, оставшийся торчать в туше, я выхватил два эльфийских клинка и, отрубив щупальце, отступил.

Ко мне тут же подбежала Адда, прикрываемая Саймоном.

Воинственный рык Дедрагон, наверное, разнёсся на весь город. Но её могучий удар не причинил твари вреда: лезвие секиры едва не увязло в плоти, и девушке пришлось отзывать оружие, чтобы оно не застряло.

Монстр тем временем выдавил из себя Пожиратель. Тот серебристой молнией метнулся мне в руку и насмешливо провибрировал, что я, мягко говоря, лох.

Спорить было бесполезно. В чём-то он был прав.

Дождавшись, когда Адда закончит лечение, я встал и снова бросился в бой.

Мы избивали монстра часа полтора, прежде чем то, что держало эту гадость в цельном состоянии, истончилось достаточно для убийства.

Точку в бою поставили Фелиция и Катарина. После их парного удара хренотень обиженно булькнула и растеклась омерзительной лужицей.

— И что это была за хрень? — устало спросил Саймон, опускаясь на землю.

— Элементаль тьмы, судя по всему, — задумчиво ответила Селеста. — Потеряв контрактора и связь со своим планом, он, скорее всего, бродил здесь все эти тысячи лет. Мы даже, возможно, не убили его, а лишь разрушили привязку — и он смог убраться обратно. — Она помолчала. — Но есть и хорошая новость: он выполнял последний приказ контрактора — защищать город от вторженцев. А значит, кроме него, здесь никого быть не должно.

Дракоша оказалась права.

До особняка наместника мы добрались без проблем. Дом сильно пострадал от времени: часть стен обрушилась, крыша провалилась. Но тайник, к нашей радости, уцелел. Вторая печать была на месте.

Забрав её, мы вернулись сначала в лагерь, а затем — в столицу.

В столицу возвращались в приподнятом настроении. Вторая печать — это уже не просто удача, а ощутимый прогресс. Оставалась ещё одна, в Больде. А там — Лосар и, возможно, ответы, которых мы ищем.

Дома нас встретили привычной суетой. Ромель, уже освоившийся в роли хранителя порядка, организовал всё так, будто мы вернулись из короткой прогулки, а не из руин. Горячая вода, чистая одежда, стол, накрытый с учётом вкусов каждого. Призрак-мажордом снова доказал, что он — лучшее приобретение за последнее время.

— Рад видеть вас в добром здравии, господин, — поклонился он, когда я переступил порог.

— Спасибо, Ромель, — кивнул я. — Все отдыхают. Завтра соберёмся и обсудим дальнейший маршрут.

— Будет исполнено.

Вечером я сидел в гостиной с девушками. Усталость после боя с элементалем ещё давала о себе знать, но это была приятная усталость — как после хорошо сделанной работы.

— Итак, — начала Фелиция, устраиваясь рядом, — Больд. Что о нём известно?

— Немного, — признался я. — Город мастеров. По крайней мере, был таким. Если верить картам, он находится у подножия гор, ближе к границе с землями гномов. Возможно, там сохранились мастерские и кузницы.

— Значит, могут быть и защитные системы, — заметила Катарина.

— Именно. И, скорее всего, они до сих пор работают.

Селеста, сидевшая у окна, задумчиво посмотрела на меня:

— Я чувствую, что Больд не будет таким простым, как Грастан.

— Ты что-то помнишь? — спросил я.

— Нет. Только ощущение. Словно там... кто-то ждёт.

В гостиной на мгновение повисла тишина.

— Ждёт нас? — уточнила Адда.

— Возможно, — Селеста перевела взгляд на огонь в камине. — Или того, кто придёт с определённой целью.

Я откинулся на спинку дивана.

— Тогда будем готовиться. Не к прогулке, а к бою.

— Как всегда, — усмехнулась Лувериат.

— Как всегда, — согласился я.

---

На подготовку ушло несколько дней. Мы не торопились: после Грастана нужно было восстановиться, перепроверить снаряжение, пополнить запасы. Я снова засел за расчёты: брал карты, сверял маршруты, отмечал возможные аномалии. Параллельно тренировался с Пожирателем, который после схватки с элементалем стал чуть активнее — то ли гордился, то ли злился, что его попробовали сожрать.

— Ты ещё долго будешь дуться? — спросил я однажды, когда меч в очередной раз недовольно завибрировал.

Ответом была вспышка, которую я предпочёл расценить как «не твоё дело».

— Ну-ну.

Через неделю мы снова выдвинулись в путь. Третий город ждал. И, судя по ощущениям Селесты, он знал о нашем приближении.

Дорога до Больда заняла чуть меньше двух недель. Мы двигались с оглядкой, но серьёзных стычек удавалось избегать: я почти постоянно находился в медитативном наблюдении, а Адда всё чаще предупреждала о живых существах раньше, чем те успевали приблизиться.

Город показался на третье утро после того, как мы миновали старую границу разрушенной империи.

Больд выглядел иначе, чем Грастан или Неир. Его не разрушили до основания. Он словно застыл: высокие каменные здания, узкие улочки, башни с обвалившимися крышами. Никакой растительности. Только камень, пыль и тишина.

— Красиво, — негромко произнесла Сольвернай.

— И жутко, — добавила Хальва, поёжившись.

— Город мастеров, — проговорил я, разглядывая уцелевшие вывески. — Здесь что-то делали. Много и постоянно. А потом всё просто остановилось.

Селеста стояла чуть в стороне, прикрыв глаза.

— Он знает, что мы пришли.

— Кто? — напрягся я.

— Не знаю. Но город... он не мёртв. Он слушает.

Эти слова заставили всех подобраться. Я переглянулся с Фелицией. Та коротко кивнула: готова.

— Идём к центру, — сказал я. — Если нас ждут, не будем заставлять.

Мы шли медленно. Каждый шаг отдавался эхом в пустых переулках. На стенах сохранились фрески и барельефы: кузнецы, мастера, маги. Город, который жил работой.

Площадь перед зданием гильдии оказалась пустой. Лишь в центре возвышалась статуя — человек с молотом в одной руке и книгой в другой. Лицо стёрлось от времени.

— Здесь, — тихо сказала Селеста.

Я поднял руку. Отряд замер.

— Покажись, — громко произнёс я. — Мы не пришли разрушать.

Тишина.

А потом из-за статуи медленно вышел человек. Высокий, в тёмном плаще с капюшоном. Лица не видно, только глаза — слабо светящиеся, как у голема.

— Вы всё-таки пришли, — раздался голос. Глубокий, спокойный, но с лёгкой хрипотцой. — Избранный. И его стая.

— Мы ищем печать, — сказал я.

— Знаю. И вы её получите. Но сначала вы должны сделать то, чего не смог я.

Он сбросил капюшон.

Перед нами стоял не человек. По крайней мере, не совсем. Кожа его была покрыта тонкими металлическими пластинами, а на висках виднелись магические разъёмы, какие используют для подключения к сложным устройствам.

— Я — последний хранитель Больда, — произнёс он. — И я не могу покинуть это место, пока не передам последний заказ.

Я разглядывал его, стараясь не делать резких движений. Хранитель выглядел уставшим — настолько, что, казалось, даже говорит через силу.

— Какой заказ? — спросил я.

— Печать, — он усмехнулся уголком губ. — Но не ту, что вы ищете. Мою личную. Я должен убедиться, что она достанется достойному.

— И как ты это проверишь? — Фелиция шагнула вперёд, готовая к чему угодно.

— Испытанием, — просто ответил хранитель. — Если избранный пройдёт его, я отдам печать и освобожусь.

— А если нет? — уточнила Катарина.

— Тогда вы уйдёте. Или погибнете. Это уже как повезёт.

Я переглянулся с девушками. Возражений не было. Только сосредоточенность.

— Что за испытание? — спросил я.

— Город, — он обвёл площадь рукой. — Больд был не просто городом мастеров. Это было место, где создавались вещи, способные менять реальность. Печать наместника — одна из них. Но она защищена. И защита не пропустит того, кто не понимает сути созидания.

— Ты хочешь, чтобы мы сдали экзамен? — хмыкнул я.

— Можно и так сказать. — Он посмотрел на меня. — Ты маг, а не ремесленник. Но ты создал меч, который живёт. Ты понял, как связывать вещи с душой. Значит, шанс у тебя есть.

Хранитель подошёл к статуе и коснулся её основания. Камень дрогнул, и перед нами открылся проход вниз — тёмный, с уходящей вглубь лестницей.

— Внизу — мастерская. Там ты докажешь, что достоин.

— А остальные? — спросил я.

— Они могут пойти с тобой. Но испытание — только для тебя.

Я кивнул.

— Тогда не будем тянуть.

Мы спустились. Воздух стал прохладнее, пахло металлом и старым камнем. Через несколько минут лестница привела нас в огромный зал, освещённый тусклыми магическими светильниками.

В центре стоял верстак. Вокруг — стеллажи с материалами: слитки, кристаллы, свитки, инструменты. Всё выглядело так, будто мастер вышел на минуту и вот-вот вернётся.

— Здесь, — произнёс хранитель, останавливаясь у входа. — Ты должен создать предмет. Любой. Но он должен быть... настоящим. Живым. Как твой меч.

Я подошёл к верстаку и положил на него ладони.

— Время? — спросил я.

— Сколько нужно.

Я оглядел материалы. Мысль уже крутилась в голове. Пожиратель в душе заинтересованно вибрировал.

— Хорошо, — усмехнулся я. — Сделаем.

Я не стал хватать первый попавшийся слиток. Обошёл стеллажи, касаясь материалов, прислушиваясь к их магическому фону. Некоторые отзывались теплом, другие — холодом, третьи вообще молчали, будто спали.

— Что ты ищешь? — тихо спросила Адда.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но если делать предмет, который должен быть «настоящим», — он должен откликнуться.

Селеста наблюдала за мной, не вмешиваясь. Сольвернай стояла чуть поодаль, положив ладонь на рукоять меча. Остальные рассредоточились по залу, но не трогали ничего.

Наконец я остановился у дальней полки.

Там лежал небольшой слиток металла, похожий на серебро, но с синеватым отливом. Рядом — тусклый кристалл, внутри которого медленно перетекал свет. И горсть тонких, как паутина, нитей.

— Мифрил? — предположил Саймон.

— Нет. Что-то другое, — я взял слиток в руку. Он был тёплым. — Но оно отвечает.

Вернувшись к верстаку, разложил материалы. Закрыл глаза, погружаясь в боевой транс. В голове всплыли схемы Рунавала — комбинации, которые я видел в дневнике. Но теперь нужно было не просто создать заклинание. Нужно было вложить его в вещь.

Идея пришла не сразу.

Сначала я хотел сделать кольцо. Простое, способное защищать владельца. Потом — амулет, который усиливает магию. Но всё это казалось пустым.

— Пожиратель, — мысленно позвал я.

Меч лениво отозвался.

— Ты смог жить, потому что я вложил в тебя частицу себя. Так?

Он провибрировал утвердительно.

— Тогда сделаем то же самое. Но не для меня.

Я открыл глаза и посмотрел на Адду.

— Иди сюда.

Она удивлённо шагнула ко мне.

— Сними свой посох, — попросил я. — Я усилю его.

— Но... испытание... — растерялась девушка.

— Испытание — создать настоящий предмет, — усмехнулся я. — А что может быть настояще, чем защита для того, кто тебе дорог?

Фелиция улыбнулась. Катарина одобрительно кивнула.

Я взял посох Адды — изящный, из светлого дерева, с кристаллом на вершине. Положил его на верстак и начал работать.

Руны ложились одна за другой. Я вплетал их в структуру дерева, соединял с кристаллом, направлял потоки маны. Слиток с синеватым отливом пошёл на усиление навершия, тонкие нити — на защитные контуры.

Пожиратель молчал, но я чувствовал его внимание. Он словно оценивал.

Через час я закончил.

Посох выглядел почти так же, как раньше. Но теперь в нём пульсировала сила. Мягко, ровно, как дыхание.

— Это не просто оружие, — тихо произнесла Адда, принимая его из моих рук. — Он... тёплый.

— Он защитит, — сказал я. — Даже если меня не будет рядом.

Хранитель, всё это время стоявший у входа, медленно подошёл.

— Ты понял, — произнёс он. — Настоящая вещь — не та, что сильнее. А та, что нужна.

Он опустился на одно колено.

— Ты прошёл.

В его руке появилась шкатулка из тёмного камня.

— Печать наместника Больда. Она твоя.

Глава 19

Стоило мне вернуться в столицу, как я охренел. Мир словно сошёл с ума. Точнее — руины по всему миру.

Первые новости сообщила тётя.

— Артур, — она вошла ко мне в комнату, — от Талриона пришли тревожные вести. В эльфийских руинах творится что-то непонятное. Уже четыре группы опытных магов не вернулись. И там растёт магическое напряжение. Король просит твоей помощи.

Выслушав тётю, я кивнул. Эльфам нужно было помочь, и я собрался отправиться туда завтра же.

Но на этом дурные вести не закончились.

Следующими пришли дракониды. Они передали, что Вита зовёт меня на разговор: в Драконьих горах что-то случилось.

После них тревожные сообщения посыпались как из рога изобилия. Зверолюды. Вампиры. Орки, попросившие у Аарона моего содействия. Гномы, у которых начал остывать их вечный горн.

Я схватился за голову.

Руины явно не горели желанием, чтобы я добрался до Лосара.

Но начать я решил всё же с эльфов.

Вечером я собрал всех в гостиной. Друзья, девушки, Альвердия, Солинар. Даже Ромель парил у потолка, делая вид, что поправляет несуществующую люстру.

— Ситуация простая, — начал я, расхаживая перед собравшимися. — Плохо всё и сразу. Эльфы теряют магов, у гномов остывает горн, Вита зовёт к себе, зверолюди, вампиры и орки тоже что-то хотят. Руины активизировались по всему миру.

— Это не совпадение, — заметила Катарина.

— Именно. Поэтому начнём с эльфов. Они просят о помощи, и у меня есть ощущение, что там мы найдём ответы, которые помогут и остальным.

— Почему эльфы? — спросил Саймон.

— Потому что их проблема связана с тем, что я сделал в лесу Лорстер, — честно ответил я. — Я очистил источник, и это что-то разбудило. Значит, мне и разбираться.

— Мы с тобой, — сказала Фелиция.

— Не сомневался.

На следующий день, переместившись в столицу эльфов, я в сопровождении пары гвардейцев проследовал во дворец.

Талрион ждал меня в своём кабинете. Выглядел он паршиво: синяки под глазами, осунувшийся, бледный.

— Ты когда спал последний раз? — спросил я.

— Дня два или три назад, — вздохнул эльф.

— Ну тогда рассказывай, Тал, — я посмотрел в его усталые глаза.

— Всё началось дней пять назад. Пропала первая группа исследователей. Не сказать, что дело странное. Даже вполне обычное. Но на следующий день группа, отправленная на поиски, обнаружила их лагерь. На его месте был неизвестный ритуал. Ни тел, ни следов. — Он сделал паузу. — Мы расширили состав групп и отправили ещё две. И вот теперь пропали и они. Ну и как итог — всё это произошло на уже исследованных территориях.

Я задумался. С одной стороны — хрень в руинах дело обыденное. С другой — при слове «ритуал» на голове зашевелились волосы. Я слишком много знал о ритуалах, чтобы относиться к этому спокойно.

— Снаряжай отряд, — обратился я к Талриону.

Пока эльфы готовили экспедицию, я вернулся в столицу. Во-первых, мне предстояла встреча с шаманами орков. Во-вторых, нужно было предупредить всех, чтобы готовились к походу в эльфийские руины.

Побывав дома и сообщив всем о предстоящем деле, я направился во дворец. Встреча с шаманами орков должна была пройти именно там.

Что удивляло больше всего — сам факт их обращения. Орки, пусть и подписали с Аароном мирный договор, продолжали оставаться довольно закрытым обществом. С одной стороны, это понятно: их воины духа — ребята вспыльчивые и горячие. С другой — за счёт шаманов они более активно сотрудничают с людьми, в отличие от вампиров. Те закрылись в Мглистом ущелье и наружу выпускают только тех, у кого от жажды не сносит крышу.

А ведь мне и с ними предстоит встреча: у вампиров тоже творится какая-то хрень. И со зверолюдами, у которых в руинах стали появляться их более дикие и сильные предки.

Обо всём этом я думал, пока шёл в сопровождении слуги в отведённую для переговоров приёмную. Решение по оркам Аарон оставил полностью на мне, так что со стороны людей в приёмной буду только я.

Стоило войти и осмотреть четырёх зелёных здоровяков, как я почувствовал давление на свою душу.

— Господа шаманы, — оскалился я, — вы хотите разделить судьбу короля Варная?

В моей руке появился Пожиратель.

Слуга за спиной сглотнул и, побледнев, упал в обморок.

Накрыв комнату защитным куполом, я убрал маскировку ауры и во всю её немалую мощь надавил на шаманов, хранящих молчание.

— Хватит, господин Артур, — не выдержал главный из четвёрки, оставшийся единственным, кто ещё мог сидеть.

Остальные уже валялись на полу, пуская пену изо рта.

— Бесите, — фыркнул я, убирая давление и барьер.

— Совет шаманов дал нам задание проверить вас, — пожал плечами орк. — Разрешите представиться: моё имя Гул'дан.

Я заржал, не дав орку договорить. Нет, реально — меня просто согнуло пополам от смеха.

— А вы случпйно с демонами не якшаетесь? А зелёную жижу соплеменникам не предлагаете? — спросил я, переходя в истерический ржач.

Шаман вздохнул и горько улыбнулся:

— Моё имя взято из исторических хроник. Когда-то его произнёс посланник богов. Меня специально направили сюда, чтобы, услышав его, вы почувствовали то, что связывало бы вас с домом.

— Прости-прости, — отсмеявшись, я сел напротив. — Это долгая история. Но, поверь, я оценил.

Шаман облегчённо выдохнул и чуть расслабился.

— Расскажете мне о происхождении имени? — он подался вперёд.

— Да. Но для начала давайте поговорим о деле.

— У моего народа есть легенда о посохе повелителя мёртвых. По легенде им владел единственный попаданец-орк, живший очень давно. Пять дней назад легенда стала былью. Один из кланов обнаружил посох в руинах. А когда верховный шаман клана взял его в руки — клан перестал существовать. Теперь это армия мертвецов, которая постоянно растёт.

— М-да. Пиздец какой-то. Древнее дерьмо прёт из всех щелей, пытаясь не дать мне добраться до Лосара, — пробубнил я.

— Что? — переспросил Гул'дан.

— Да так, — отмахнулся я. — Чего вы хотите конкретно от меня или от империи?

— Помощи, — просто ответил шаман. — Сами мы не справимся.

— Хорошо. Передайте совету шаманов: империя поддержит вас. Я лично не знаю, когда смогу прибыть к вам, но что-нибудь точно придумаем.

Встречей в целом мы остались довольны. Может, орки и не получили того, чего хотели, в полной мере. Но и одних их не оставили.

Доложив Аарону о результатах, я направился домой. На подготовку к эльфийским руинам у меня всего около недели, и её нужно потратить с пользой. Ну, так я думал — по крайней мере, пока не прибыл домой.

Дома меня ждала неожиданная и крайне неприятная ситуация.

Первое, что бросилось в глаза, — наличие в гостиной Лувериат и какого-то клыкастого хлыща в дорогом костюме. Второе — напряжённые лица друзей и моих девочек.

— Артур! — Лувериат бросилась ко мне.

Я обнял дрожащую девушку, чувствуя, как её трясёт. Перевёл взгляд на оскалившегося хлыща. И в ту же секунду почувствовал, как кто-то пытается влезть в мой разум.

— Милая, — обратился я к Лувериат, не сводя глаз с вампира, — а это что за чмо клыкастое?

— Это мой дядя. Он прибыл сообщить, что мой отец погиб в руинах. И забрать нас с мамой, — пояснила она.

— Значит так, чмо, — я смерил его взглядом. — У тебя минута, чтобы исчезнуть и забыть о существовании Лувериат и её матери. Иначе в мире станет на одного кровососа меньше. А империя закроет глаза на ваши проблемы.

Давление на разум усилилось. Я скривился.

Тётя и дядя уже хотели кинуться на вампира, но я остановил их жестом. Ещё один — и активировалась защита поместья.

Кровосос, кажется, только начал понимать, что происходит, когда моя нога уже врезалась в его наглую рожу. Появившийся в руке Люцифер вошёл ему в плечо. Наклонившись к лежащему на полу и визжащему вампиру, я зашипел не хуже змеи:

— Слушай меня внимательно. Говорю один раз. — Я смотрел в его испуганные алые глаза. — Свали отсюда и забудь дорогу. Это раз. Два: я передам в представительство твоей расы претензию на твоё имя о попытке похищения моей невесты и её матери. Это, знаешь ли, не способствует налаживанию хороших политических отношений. И вот тут встаёт вопрос: а нужно ли помогать таким союзникам, которые, придя в гости, ведут себя так нагло?

Дядя Лувериат оказался слабеньким. Побледнев — что с учётом его и без того бледной рожи было проблематично — он заблеял, как овечка.

— П-прости, — заикаясь, начал он.

Я всмотрелся в алые глаза. От прежнего высокомерия не осталось и следа.

Гвардейцы вышвырнули дядю из поместья, а я устало рухнул в кресло. Лувериат тут же устроилась у меня на коленях.

— Спасибо, — тихо прошептала она.

— Не за что, милая, — я поцеловал её в висок.

---

Резиденция вампиров в столице

— И как успехи у Дрована Аршанти? — спросил седой вампир у подчинённого.

— Никак, — усмехнулся коленопреклонённый слуга. — Ему задали трёпку и вышвырнули, как нашкодившего котёнка.

— Кто? — коротко уточнил глава посольства Селестиал Онери.

— По словам самого Дрована, это был Артур. Ещё он пригрозил, что империя откажет в помощи вампирам.

— Кха! — Селестиал подавился вином. — Зная этого идиота, он попытается мстить. Поговори с ним. Передай, чтобы даже не думал. Если не поймёт — реши проблему окончательно. — В голосе древнего вампира звякнул лёд.

— Есть, — слуга поднялся и исчез за дверью.

— О повелительница ночи, — вздохнул Селестиал, пригубив вино. — Может, Артур и есть тот, о ком было ваше пророчество?

По поверхности вина в бокале пробежала рябь.

Селестиал замер. Потом медленно поднёс бокал к губам. Глаза его закатились, тело начало бить мелкая дрожь. Через пару минут всё закончилось.

— Я вас понял, госпожа, — пробормотал он в тишину.

С древнего вампира в один миг слетела вся его расслабленность.

— Значит, дитя пророчества — он, — улыбнулся Селестиал. — Тогда я готов ради него на всё. И пусть только старые упыри попробуют сказать что-то против.

Алые глаза блеснули фанатичным — и очень опасным — огнём.

Он поднялся и покинул кабинет. Предстояло подготовить расу к встрече с избранным. И он был готов собственноручно вычистить её от тех, кто не пройдёт отбор.

На следующий день, слава богам, никаких встреч не было. Мы занялись тренировками и подготовкой. Готовились ко всему. Вот вообще ко всему. Кольца-хранилища забили под завязку: артефакты, зелья, расходники на все случаи жизни.

Пока народ готовился, я снова засел за заклинания. Сам пока не знал, что хочу создать. Но нужно было что-то достаточно убойное.

Благодаря временному барьеру и моей буйной фантазии на свет появилось совершенно новое заклинание.

Осмотрев расчёты и представив результат, я записал в дневнике название: «Гуррен Лаганн стайл».

Название было обусловлено тем, что у меня вышел гигантских размеров бур. Длина создаваемого из земли тела — пятнадцать метров. Форма — конус с насечками, как на буре. Всё это безобразие приводилось в движение заклинаниями воздуха. Огонь нагревал бур. Молния увеличивала диапазон поражения. А идущие по всей поверхности руны пространства позволяли фазировать снаряд, делая его на время нематериальным и избегая уничтожения.

Заклинание вышло прекрасным. Пятого, чтоб его, ранга. С натяжечкой и минут за двадцать я вполне могу его создать.

Но, блин, двадцать минут на каст — это жесть.

Отсюда вытекает следующая проблема: нужно придумать, как ускорить процесс. Вариантов на самом деле не так уж мало. Самый простой — вплести заклинание в камень-накопитель, способный наполнить его структуру моей маной. Прикинул, какого размера нужен камень, — вышло, что примерно с мою голову.

Дальше я обратился к памяти. В книжках попаданцы частенько придумывали что-то такое, чтобы произносить заклинания мгновенно. Память услужливо начала подкидывать варианты.

Самым интересным был вариант с развитием ауры до состояния, когда в ней можно хранить уже созданное заклинание. Но чтобы довести ауру до такого состояния, нужен ритуал. Я его, конечно, придумаю и пропущу через него всех близких. Но потом.

Сейчас же я остановился на идее гримуара. Тоже не сказать что простое решение, но реализовать его намного проще. Гримуар я решил сделать из кристаллизованной маны и своей духовной энергии.

Утро началось с того, что Ромель вплыл в мою комнату рано-рано утром.

— Господин Артур! — призрачный мажордом влетел в спальню, нарушая все законы физики и моего спокойствия.

— Ты чего орёшь? — простонал я, натягивая подушку на голову.

— Там... — он запнулся, что для призрака было почти невозможно. — Там эльфийская делегация. Они у ворот. И среди них — магистр Лираэль.

Я сел на кровати, прогоняя остатки сна.

— Уже?

— Да, господин. Они прибыли раньше срока. Король Талрион отправил их сразу, как только они закончили подготовку.

Я вздохнул и потянулся.

— Ладно. Пусть подождут в малой гостиной. И пусть слуги организуют завтрак. Много завтрака. Эльфы в этом мире совсем неправильные — пожрать любят. А за наших я вообще молчу: сколько ни корми — всё мало.

Ромель поклонился и исчез.

Через полчаса я спустился вниз. Делегация и правда была внушительной: пятеро эльфов в дорожных плащах, у двоих — посохи, у одного — лёгкий меч.

Лираэль стояла чуть в стороне, разглядывая гостиную с тем самым выражением, с каким смотрят на диковинную зверушку. С дочерью Талриона я был знаком лишь заочно. Не думал, что он отправит её в качестве посланника.

— Доброе утро, — поздоровался я.

— Доброе, — отозвалась она. — Ты готов?

— Почти. Мои люди ещё собираются.

— Люди? — она приподняла бровь.

— Люди, нелюди, пара драконидов, вампирша и лисица. Ты же знала, что со мной пойдёт отряд?

— Знала, — Лираэль чуть улыбнулась. — Но одно дело — знать. Другое — увидеть.

— Привыкай. Это мой дом.

К завтраку подтянулись остальные. Эльфы держались вежливо, но чувствовалось напряжение. Особенно когда к столу села Дедрагон и с невозмутимым видом придвинула к себе половину мясного пирога.

— Это обязательно? — негромко спросила Лираэль.

— Что именно?

— Ну... всё это.

Я усмехнулся.

— Обязательно. И поверь, в руинах от них будет больше пользы, чем от трёх групп твоих магов.

Эльфийка промолчала, но взгляд её стал острее.

После завтрака я собрал всех в гостиной.

— Итак, — начал я, — у нас два направления. Первое — руины эльфов, где творится чёрт-те что. Второе — проблемы у всех остальных. Но начинаем с эльфов. Талрион просил о помощи, и у меня есть ощущение, что там мы найдём нечто важное.

— Почему так уверен? — спросила Катарина.

— Потому что всё, что сейчас лезет из руин, — следствие того, что мы собрали все три печати, открывающие барьер над Лосаром.

— Логично, — кивнула Фелиция.

— Тогда выдвигаемся через два часа. Проверьте снаряжение. И да — никакой самодеятельности. Если я скажу отступать — отступаем. Если скажу бежать — бежим. Вопросы?

Вопросов не было.

Я посмотрел на Лираэль.

— Веди нас, магистр. Посмотрим, что за фигня очнулась в ваших руинах.

Не по ленившись и тыкнув лайк вы простимулируете меня писать активнее. А адекватный комментарий и уж тем более подписка и вовсе откроют во мне второе треть и пятое дыхание.

PS: конструктивная критика приветствуется предложения артов персонажей и просто артов по книге приветствуется. Любая ваша активность это лишний повод для меня продолжать творить. Не будьте редисками и помогайте начинающему автору развивать свою шизу. Если среди вас есть те кто не дай бог готов поддержать меня финансово то напишите в ЛС скину ссылку на бусти и буду радовать вас там доп контентом по миру Ауры. Со всем своим уважением и безмерной вредностью ваш автор.

PS/PS: сейчас дома много работы по этому главы стали выходить реже. Прошу меня простить огород сам себя не уберёт.

Глава 20

До места, где пропали группы, мы добрались за пару дней. Я уже по привычке мониторил округу через восприятие избранного, но пока не видел ничего.

Ритуальный круг, оставшийся на месте исчезновения первой группы, я тоже изучил, но не понял его назначения. Казалось, что это полный бред, намалёванный для отвлечения — или привлечения — внимания.

— Ну как? — ко мне подошла Лираэль.

— Пока никак, — пожал я плечами.

Дочь Талриона нахмурилась. Она явно рассчитывала, что с моим появлением проблема решится сама собой.

Разбив лагерь рядом с обманкой в виде ритуала, мы отправились отдыхать. Ночь медленно вступала в свои права.

Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как в моей голове зазвучала песня. Очень грустная песня на эльфийском. Певица просила помочь ей освободиться.

Я пулей вылетел из палатки и замер.

Посреди лагеря висела полупрозрачная фигура эльфийки. Она пела.

Вот только, судя по тому, что из палаток выскочили лишь я и эльфы, слышали эту песню не все.

Фигура в белом осмотрела застывших ушастиков, улыбнулась и поплыла вглубь руин. Я сам едва не шагнул за ней, заворожённый пением. Но быстро одёрнул себя.

Видя, как эльфы идут, скорее всего, на смерть, я не придумал ничего лучше, чем шарахнуть по лагерю массовым заклинанием сна. Эльфы попадали на землю. А фигура в белом развернулась ко мне.

Каждая клеточка тела кричала: беги.

Но я, мать вашу, избранный.

Призвав Пожиратель, я создал под ногами щит воздуха и пнул им себя вперёд — потому что ноги сами идти отказывались. Выставив меч перед собой, я пролетел сквозь призрачную эльфийку.

Образ пошёл рябью и схлопнулся.

— Вот же срань, — пробормотал я, стоя на коленях и переводя дыхание.

После того как я привёл всех в чувства и рассказал о случившемся, возникла проблема.

— НЕТ! — категорично выкрикнула Лираэль. — Мы никуда не уйдём.

Я посмотрел на Сольвернай. Она ответила утвердительным кивком. И в следующий момент моя эльфийка аккуратненько вырубила дочурку короля.

— Уважаемые, — я оглядел остальных. — Надеюсь, вам не надо объяснять, почему я принял такое решение?

Возражений не последовало. Я отправил всех спать, а сам остался дежурить.

Пожиратель отзывать не стал. Уложил его на колени и погладил лезвие.

— Спасибо, друг. Выручил в очередной раз, — еле слышно прошептал я.

Меч провибировал что-то вроде «обращайся».

— Слушай, твои вибрации — это, конечно, прикольно. Но ты ведь можешь начать говорить, как дневник? — обратился я к мечу.

Пожиратель вздрогнул при упоминании дневника и мелко-мелко завибрировал, всем своим видом выражая протест против того, что я сотворил эту... в общем, эту.

Оставив меч сторожить наш покой, я закрыл глаза и погрузился в пространство души.

— Создатель! — на мне тут же повисла девушка с острыми ушками в лёгком голубом платье.

— Почему ты не зовёшь меня, а только этого вредину?

— А почему во мне только одно заклинание?

— А почему у тебя в душе так пусто и мало розового?

— А как ты меня создал?

— А почему я не могу открыть ту книжку? — она ткнула пальчиком в дневник.

Божественный дар сжался на полке, старательно отыгрывая кирпич.

Я приложил палец к губам девушки. Или гримуара. В общем, не важно.

Она замерла и обиженно надула щёки.

— Давай по порядку. Ты понимаешь, кто ты? — спросил я.

— Да. Я твой гримуар. И вообще, мог бы мне имя дать. Вон тот — Люцифер, — она ткнула пальчиком в меч света. — Второй — Пожиратель. У всех крутые имена, а я просто гримуар.

— Я об этом пожалею, — вздохнул я.

Обнял её и чмокнул в лоб.

— Нарекаю тебя Велариэль, — торжественно произнёс я.

И вырубился.

Пришёл в себя там же — в пространстве души. На мне сидела наречённая гримуар и с любопытством разглядывала моё лицо.

— Спасибо, — всё тем же звонким голосом поблагодарила она.

— Получив имя, я многое поняла. Кстати, я перенесла в себя часть самых мощных заклинаний из твоей памяти. Не обещаю, что ты сможешь кидаться ими, как огненными шарами, — пропускной способности каналов не хватит. Но ускоренное произнесение гарантирую.

Я удивлённо посмотрел на неё.

— А ты стала спокойнее.

— Ну так ты дал мне имя и завершил моё создание, — пожала она плечами. — Только зови меня в реальный мир почаще. Здесь ужасно скучно.

Кивнув, я покинул пространство души.

Пожиратель доложил, что происшествий не было, и поблагодарил за то, что я немного успокоил гримуар.

Утром Сольвернай утащила недовольную Лираэль в сопровождении других эльфов обратно в столицу. Нам же предстояло выяснить природу аномалии.

Вчера, развеяв проекцию, Пожиратель запомнил оттенок маны, из которого та была создана. Тот же факт, что я слышал пение, но не поддался полностью, скорее всего, связан с тем, что меня приняли в эльфийский дом и нанесли печать.

— И что мы ищем? — спросила Фелиция.

— Сам не знаю, — пожал я плечами.

— Ты говоришь, вчера в центре лагеря, полного магов, появилась проекция эльфийки и пела, гипнотизируя эльфов, — рассуждала Катарина. — Почему мы не почувствовали магию?

— Потому что это была странная магия. Словно настроенная только на ушастых, — пояснил я. — И она отдавала гнилью.

— Гнилью? — переспросила Хальва, поведя ушами. — Как от мёртвой воды?

— Не совсем, — задумался я. — Скорее, как от старой заражённой раны. Что-то очень древнее и очень больное.

— Значит, искать нужно по запаху? — хмыкнул Саймон.

— По магическому следу, — поправила Фелиция. — Пожиратель запомнил оттенок маны. Если идти по нему, как по нити, можно выйти к источнику.

— Именно, — кивнул я. — Выдвигаемся. Идём тихо. Без лишнего шума. Адда — ты впереди с Фелицией. Чувствуешь что-то — сразу сигнал.

— Понял, — кивнула Адда, сжимая посох.

Мы двинулись вглубь руин.

Чем дальше мы уходили от лагеря, тем сильнее менялся воздух. Он становился влажным, тяжёлым, с привкусом гнили. Деревья здесь росли кривыми, с почерневшей корой. Земля под ногами чавкала, хотя дождей не было уже несколько дней.

— Мне это не нравится, — тихо сказал Родерик.

— Мне тоже, — отозвался я. — Но пока идём.

След вёл нас к старому святилищу. Полуразрушенные колонны, увитые мёртвым плющом, обвалившаяся крыша и алтарь, покрытый тёмными разводами.

— Здесь, — остановилась Адда. — Оно близко.

— Оно? — напряглась Леонелла.

— Да. Оно смотрит на нас.

Я призвал Пожиратель. Меч в руке завибрировал, но не от радости — от напряжения.

— Все готовы?

Ответом был дружный кивок.

Мы вошли.

Внутри святилища царил полумрак. Свет пробивался лишь через щели в стенах, ложась на пол бледными полосами. В центре, у алтаря, стояла фигура.

Та самая эльфийка. Только теперь она не была полупрозрачной. Она выглядела почти живой: бледная кожа, белое платье, распущенные волосы. И глаза — пустые, молочно-белые.

— Вы всё-таки пришли, — произнесла она. Голос звучал в голове, минуя уши. — Я ждала.

— Кто ты? — спросил я.

— Та, кого забыли, — она склонила голову. — Та, кого оставили гнить здесь.

— Ты заманивала эльфов.

— Я звала их домой, — поправила она. — Они должны вернуться. Все эльфы должны вернуться.

— Зачем?

— Чтобы стать частью меня.

Волна чужой магии ударила изнутри святилища. Воздух зазвенел, как натянутая струна. Девушки и друзья схватились за оружие. Я вскинул Пожиратель.

— Артур, она не проекция, — быстро проговорила Селеста. — Это полноценный дух. Очень старый.

— Какой именно?

— Похожа на хранительницу. Но извращённую. Она не защищает, а поглощает.

— Тогда у нас только один способ, — я перехватил меч поудобнее. — Отправить её туда, где ей и место.

— Ты не справишься, — прошелестела эльфийка. — Ты не эльф. Ты не слышишь зов крови.

— Зато я слышу зов своей души, — оскалился я. — И он говорит: вынеси эту хрень.

Велариэль в моей душе встрепенулась.

— Создатель, я могу усилить тебя достаточно, чтобы ты справился, но это будет не очень приятно.

— Делай, — приказал я, призывая гримуар.

— Артур! — крикнула Катарина. — Не смей!

— Да ладно вам, — улыбнулся я, чувствуя, как начинают гореть от напряжения магические каналы.

Эльфийка медленно подняла руку. Вокруг неё начали сгущаться тени.

— Тогда стань частью меня, — прошептала она.

— А вот хрен тебе, — рыкнул я.

И понеслась. Одно движение — и в духа летит весь мой арсенал самых мощных заклинаний. Великие копья света. Меч разрушения. Стихийные варианты великого копья.

Духа эльфийки только-только накрывает вал моих заклинаний, а я уже мчусь к ней. Гримуар отозван, а ему на замену вызван Люцифер.

Визг бьёт по ушам. Я вырываюсь в поднятое облако грязи и огня. Дух-хранительница, немного потрёпанная, но ещё живая, удивлённо смотрит на меня. Заношу оба клинка для удара, но она в последний момент переносится.

Сделав ещё пару шагов, падаю на колени.

— Вот же сука! Сбежала, — разочарованно сплёвываю кровавую слюну.

— Ты дурак! — кричит Лувериат.

Сзади подбегают остальные. Адда бросается меня лечить.

— Это что за книга была? — раздражённо спрашивает Фелиция.

— Да так, создал на досуге гримуар для быстрой активации мощных заклинаний, — отмахиваюсь я.

— Что будем делать? — спрашивает Катарина.

— Нужно планомерно вылавливать эту гадость. Но для начала вернёмся в столицу эльфов. У меня к Талу разговор есть.

В столицу мы вернулись с помощью свитков. Немного расточительно, но в данной ситуации экономия времени дороже золота.

В кабинете меня ждали отец и дочь. Взглянув на надутую Лираэль, я перевёл взгляд на Талриона.

— Могли бы мы остаться наедине? — спросил я.

Лираэль хотела что-то возразить, но отец прервал её жестом и попросил выйти. Фыркнув, она всё же покинула кабинет, не став устраивать скандал.

Как только за ней закрылась дверь, Талрион активировал заклинание от прослушки.

— Говори.

Я рассказал ему всё, что удалось выяснить об аномалии. Его удивило и опечалило то, что та, кто должна была защищать его народ, стала такой.

— И что ты предлагаешь? — спросил он, глядя мне в глаза. — Из-за этого ты бы не стал просить мою дочь выйти.

— Ты прав, — вздохнул я. — Понимаешь, Тал, дело в том, что я собираюсь сделать Аарона богом.

Древний эльф напрягся.

— Не переживай. Не так, как древние идиоты — через жертвы. Вера — вот топливо для его обожествления, — успокоил я эльфа.

— Откуда ты знаешь, как это делали древние? И о том, что мне это известно? — напрягся Талрион.

— Логика. И немного мозгов, — я развёл руками и пожал плечами. — Но сейчас не об этом. Чтобы поймать хранительницу, нужно искать святилища и очищать их. Эльфы делать это не могут. И вот тут вырисовывается вопрос: готовы ли эльфы поверить в нового бога?

Талрион задумался. Надолго.

— Ты хочешь провернуть трюк, как с источником в том лесу? — спросил он наконец.

— Да, — кивнул я.

— Хорошо, — решился он. — Я помогу.

— Спасибо, — облегчённо выдохнул я.

Поднялся.

— Теперь извини. Работы в ближайшее время предстоит много.

Встав, я покинул кабинет.

Талрион ещё долго смотрел на закрытую дверь.

— Маленький творец, — улыбнулся он. — Какой же ты удивительный.

Из дворца я вышел в приподнятом настроении. Талрион дал согласие — а это значило, что эльфийская арка сдвинулась с мёртвой точки.

Оставалось решить, с какого святилища начать.

По дороге к гостинице я связался с Фелицией через артефакт связи:

— Собирай всех. Через час общий сбор.

— Поняла. Что-то важное?

— Талрион согласился с моим планом. Предстоит много работы. И отправь кого-нибудь в столицу: пусть сходят в храм Алейны и скажут Верховной жрице, что мне нужна помощь жрецов.

— Хорошо, всё сделаю, — ответила моя лисичка.

Через час все собрались в снятом для нас доме. Я коротко пересказал разговор с королём эльфов и выложил карту, на которой отметил ближайшие святилища.

— Их около дюжины, — начал я. — Половина заброшена, но магический фон там остался. Именно в них может прятаться хранительница.

— Мы пойдём по всем? — спросила Дедрагон.

— Да. Начнём с трёх, где фон сильнее всего. Вот здесь, здесь и здесь, — я ткнул пальцем в карту.

— А если её там нет? — уточнила Катарина.

— Тогда будем очищать святилища по очереди. Это всё равно нужно: чем больше чистых мест, тем меньше у неё укрытий.

— Логично, — кивнула Фелиция.

— Вот дождёмся подмоги от Верховной жрицы — и отправимся.

— То есть теперь мы не просто отряд, а целая экспедиция? — хмыкнул Саймон.

— Типа того.

На следующий день мы выдвинулись к первому святилищу.

Оно находилось в старой роще, куда даже эльфы заходили с опаской. Деревья здесь были огромными, с причудливо изогнутыми стволами. Кроны смыкались так плотно, что солнечный свет почти не пробивался.

— Красиво, — прошептала Адда.

— И жутко, — добавила Хальва.

Святилище оказалось полуразрушенным, но не мёртвым. В центре, на замшелом постаменте, стояла статуя эльфийки с поднятыми руками. Из трещин в камне сочился слабый зеленоватый свет.

— Она здесь, — тихо сказала Селеста. — Я чувствую её.

— Не её, — поправил я. — Её след. Она была здесь недавно.

Я обернулся к отряду.

— Готовьтесь. Входим медленно. Жрецы — за нами. Если что — бегите, не оглядываясь.

— Не дождётесь, — фыркнула Леонелла.

Я усмехнулся.

— Тогда вперёд.

Мы вошли под своды старого святилища.

Воздух внутри был холодным и влажным. Пахло мокрым камнем и чем-то сладковатым, как гниющие цветы.

— Создатель, — в моей голове раздался голос Велариэль. — Это место пропитано чужой волей. Будь осторожен.

— Постараюсь, — мысленно ответил я.

Мы прошли вглубь. И тут светильники вспыхнули сами собой.

Вокруг нас, вдоль стен, стояли фигуры. Десятки эльфов, замерших в неестественных позах. Они не дышали. Но и не были мёртвыми.

— Это... — выдохнул Родерик.

— Пропавшие, — закончил я. — Те, кого она забрала.

Одна из фигур пошевелилась.

Потом ещё одна.

И ещё.

— Вот же дерьмо, — прошептал Саймон.

— Не атаковать без команды! — рявкнул я. — Они, возможно, ещё живы!

Фигуры двинулись к нам. Медленно, шатаясь, словно марионетки.

— Артур... — позвал один из эльфов голосом, от которого у меня по спине побежали мурашки. — Помоги...

— Это ловушка! — крикнула Катарина.

Я стиснул зубы.

— Знаю. Но если есть шанс спасти хоть одного — мы его используем.

Я шагнул вперёд, не сводя глаз с ближайшего эльфа. Он был молод — на вид немногим старше меня. Светлые волосы, изорванный плащ, пустой взгляд. Но в глубине зрачков ещё теплилось что-то живое.

— Держите строй, — тихо приказал я. — Без резких движений.

Эльфы-марионетки окружали нас полукольцом. Они не нападали. Просто стояли и смотрели. И от этого было хуже, чем от любой атаки.

— Чего они ждут? — прошептала Хальва.

— Приказа, — ответила Селеста. — Или пока мы не сделаем ошибку.

Я медленно поднял руку, показывая, что не хочу драться.

— Мы пришли помочь, — произнёс я на общем. — Вы меня слышите?

Тот самый молодой эльф вздрогнул. Его губы зашевелились.

— По... мо... ги...

— Держись, — я осторожно шагнул к нему. — Мы вас вытащим.

— Артур, не подходи! — окликнула Адда.

— Всё нормально, — ответил я, не оборачиваясь. — Пока они не атакуют — мы не бьём.

Я сделал ещё шаг. Потом ещё.

И тут воздух загустел.

Из глубины святилища потянуло холодом. Пламя светильников задрожало, тени на стенах пришли в движение.

— Она здесь, — выдохнула Селеста.

— Знаю, — я сжал рукоять Пожирателя. — Все готовы. Сейчас начнётся.

Фигуры эльфов замерли. А потом, как по команде, рухнули на пол — разом, будто у них подрезали нити.

— Что за... — начал Саймон.

И тогда из темноты вышла она.

Та самая эльфийка. Только теперь от её «почти живой» оболочки не осталось и следа. Лицо перекошено, пальцы скрючены, белое платье почернело, будто его вымочили в смоле.

— Вы пришли туда, где вам не место, — прошипела она. — Я не звала людей.

— А я пришёл не по зову, — ответил я. — Я пришёл разобраться.

— Разобраться? — она рассмеялась, и смех этот эхом заметался по стенам. — Ты, мальчик, не понимаешь, с чем играешь.

— Зато ты не понимаешь, кто перед тобой.

Я не стал ждать. Гримуар распахнулся, в воздухе вспыхнули руны. Первый удар — копьё света. Второй — клинок разрушения.

Хранительница взмахнула рукой, и часть заклинаний растеклась по невидимому щиту. Но не все.

Она взвыла, отшатнулась.

— Бейте! — крикнул я.

И начался настоящий бой.

Селеста ударила драконьим пламенем. Катарина — воздушным тараном. Фелиция метнула веер клинков. Дедрагон с рёвом обрушила секиру.

Хранительница металась между колоннами, уходя от атак. Она была быстра. Невероятно быстра для существа, которое тысячу лет гнило в темноте.

Но мы — быстрее.

Я догнал её у дальней стены. Пожиратель в руке гудел, требуя крови. Люцифер в другой — пылал.

— Это конец, — сказал я.

— Для тебя — да, — оскалилась она.

Её руки легли мне на плечи, и я почувствовал чужое влияние на разум и душу.

— Ах ты ж стерва, — рыкнул я.

— Артур! — крикнули за спиной.

— Не с тем ты связалась, ми

лочка, — моя ладонь сомкнулась на её горле. — Я очищу тебя.

— Да кто ты такой?! — взвизгнула она, пытаясь вырваться.

— Тот, кто пришёл в этот мир убрать скопившееся за тысячи лет дерьмо, — хмыкнул я.

Сильной воздушной волной она всё же отбросила меня и тут же перенеслась в другой конец зала.

— Да блин! — всплеснул я руками. — Трусиха!

Оглядев лежащие тела, я посмотрел на друзей и девушек.

— Чего стоим? Зовите жрецов. Работаем.

Глава 21

Не всех эльфов нам удалось спасти. Многие были лишь оболочками под управлением. Да и тем, кого удалось вытащить из лап спятившего духа, предстояло долгое восстановление.

Очистка алтаря много времени не заняла. Во-первых, алтарь — не источник, впитавший в себя боль и смерть сотен тысяч существ. А во-вторых, нам нужно было просто перенастроить его и вытеснить энергию хранительницы.

Она, конечно, не сидела сложа руки: нападала, пыталась не дать нам попасть в другие святилища. Но её попытки были тщетны. Каждый раз, когда над очередным алтарём взмывал в воздух силуэт императора, она становилась слабее.

Нам понадобилась неделя, чтобы почти закончить работу.

В последнее святилище, к которому она была привязана, я входил первым. И в одиночку.

Искажённая хранительница просто сидела у алтаря в своём прежнем эльфийском облике. Прекрасная. И плакала.

— Здравствуй, — я присел рядом. — Тебе уже легче?

— Да, — всхлипнула она. — Спасибо тебе, чужак с печатью моего народа.

— Не за что. Прежде чем ты наконец отправишься на заслуженный отдых, скажи... — я сделал паузу, формулируя мысль. — Кто тебя разбудил?

Она вздрогнула и наконец подняла на меня свои небесно-голубые глаза.

— Раз ты правильно задал вопрос, то и ответ на него тебе известен, — грустная улыбка тронула её лицо.

— Спасибо за ответ, — кивнул я. — А теперь тебе пора.

С этими словами я обнял её, чувствуя, как свет Алейны, проходя через моё тело, выжигает тьму из духа.

Пара минут — и вверх взмыли серебристые искорки, оставляя на сердце очередной осадок из чужой боли.

Выйдя к ждущим и готовым к бою друзьям и девушкам, я успокоил их: всё закончилось.

Жрецы быстро провели ритуал, и мы направились обратно в столицу эльфов.

Скоро эти земли снова станут пригодными для жизни.

Ещё одна рана на теле Ауры превратилась в страшный шрам, несущий в себе боль поколений.

В столицу эльфов мы вернулись уже затемно. Нас никто не встречал — Талрион распорядился не устраивать церемоний. И правильно сделал: сил не было даже на то, чтобы нормально умыться.

Он ждал нас в том же кабинете. Один. Без дочери, без советников.

— Всё кончено? — спросил он, едва я переступил порог.

— Да, — ответил я. — Она ушла.

— Ушла?

— Я не убивал её, Тал. Она уже давно была мертва. Я лишь снял с неё то, что держало.

Король эльфов медленно опустился в кресло. Впервые за всё время я видел его настолько... вымотанным. Не физически. Душевно.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я хотел отправиться туда сам, — тихо сказал он. — Она звала меня. Каждую ночь.

— Потому и не отправился, — ответил я. — Ты знал, что не вернёшься.

— Знал.

Мы помолчали.

— Спасибо, Артур, — наконец произнёс Талрион. — Ты сделал то, на что у нас не хватило бы сил.

— Это ещё не всё, — я покачал головой. — Святилища очищены, но последствия останутся надолго. Те эльфы, которых удалось спасти, — им нужна помощь. И не только целителей.

— Я понимаю. Мы позаботимся о них.

Я поднялся.

— Тогда завтра мы возвращаемся в столицу. Дальше — гномы.

Талрион посмотрел на меня очень серьёзно.

— Будь осторожен. То, что пробудилось у нас, — лишь начало. У гномов всё может быть хуже.

— Я знаю, — ответил я. — Но выбора нет.

---

Утром мы собрались у портальной площадки.

Эльфы провожали нас молча но с благодарностью в глазах. Они кланялись. С уважением или даже почтением.

— Это было... неожиданно, — пробормотал Саймон.

— Они благодарны, — тихо сказала Сольвернай. — Ты вернул им покой.

Я ничего не ответил. Только кивнул.

Мы шагнули в портал.

---

Дома нас встретил Ромель. Как всегда — идеально. Горячая вода, еда, чистая одежда. И ни одного лишнего вопроса.

— Добро пожаловать домой, господин, — поклонился он.

— Спасибо, Ромель. Все свободны. Завтра соберёмся.

Вечером я лежал в кровати, глядя в потолок. В голове крутились слова Талриона.

«То, что пробудилось у нас, — лишь начало. У гномов всё может быть хуже».

— Создатель, — раздался в голове голос Велариэль. — Ты тревожишься.

— Есть немного, — мысленно ответил я.

— Это правильно. Я чувствую, что впереди что-то тяжёлое.

— Ты тоже?

— Да. Но я с тобой.

Я улыбнулся.

— Знаю. Спи.

— Я не сплю.

— Ну тогда хотя бы помолчи.

Она обиженно фыркнула и замолчала.

---

Следующие несколько дней ушли на подготовку.

Гномы прислали подробный отчёт: вечный горн — сердце их подгорных кузниц — начал остывать. Вместе с ним теряли силу и древние рунные заклинания, поддерживающие целые тоннели. Если не остановить процесс, часть подгорных городов окажется отрезанной от внешнего мира.

— Это не просто проблема, — заметила Катарина, изучая карту. — Это катастрофа.

— Поэтому идём к ним в первую очередь после эльфов, — ответил я.

— А что с остальными? — спросила Фелиция. — Дракониды, зверолюди, вампиры, орки?

— Ждут. Но ждать им долго не придётся. Сначала гномы, потом остальные.

— Почему гномы? — уточнил Родерик.

— Потому что если остынет горн — у нас не будет оружия. А без оружия мы не поможем никому.

На том и порешили.

Я снова засел за расчёты. Велариэль помогала: перебирала варианты заклинаний, которые могли бы подойти для работы с огнём и металлом. Пожиратель ворчал, что его опять не зовут. Люцифер молчал, но я чувствовал его напряжение.

---

За день до выхода я собрал всех.

— Итак, — начал я, раскладывая карту. — Идём к гномам через старый тоннель под хребтом. Они проведут нас к горну. Наша задача — выяснить, почему он остывает, и остановить процесс.

— А если это окажется чем-то вроде той хранительницы? — спросила Адда.

— Тогда будем действовать по обстоятельствам.

— То есть как всегда, — хмыкнула Дедрагон.

— Как всегда, — согласился я.

— Вопрос, — подняла руку Лувериат. — А крови мне там попить дадут?

— Найдём тебе что-нибудь, — пообещал я. — Хотя у гномов с этим может быть напряжённо.

— Переживу.

Я оглядел команду.

Уставшие. Но готовые.

— Тогда завтра выходим, — сказал я. — И пусть у гномов будет хорошая выпивка.

— Вот это по-нашему! — оживился Торвальд, который прибыл с посланием и остался с нами до выхода.

Все рассмеялись.

Утром мы выдвинулись.

Гномы открыли для нас старый тоннель, о котором раньше предпочитали не распространяться. По словам Торвальда, им не пользовались уже несколько столетий: слишком глубокий, слишком узкий для обозов, слишком много тёмных ответвлений. Но сейчас это был самый быстрый путь к горну.

— Только не сворачивайте на боковые ходы, — предупредил он, шагая впереди с магическим фонарём. — Там старые шахты. Кое-где до сих пор живёт такое, что лучше не будить.

— А мы уж хотели экскурсию устроить, — пробормотал Саймон.

Тоннель и правда был не для прогулок. Низкие своды, влажный воздух, капающая откуда-то вода. Стены покрыты рунами, но большинство из них давно погасли. Лишь изредка попадались ещё тлеющие — слабо, как угли в остывшем костре.

— Горн остывает, — тихо сказал Торвальд, заметив мой взгляд. — Раньше эти руны горели так, что глазам было больно.

— И давно началось? — спросил я.

— Месяц назад. Сначала никто не придал значения. Ну, мигнули руны — бывает. Потом начали гаснуть. Теперь вот...

Он не договорил.

Мы шли ещё несколько часов, пока не вышли к огромным воротам, врезанным прямо в скалу. На них был вырезан молот, окружённый кольцом из рун.

— Пришли, — сказал Торвальд.

Ворота дрогнули и медленно разошлись в стороны.

Нас встречали.

Десятка два гномов в полном боевом облачении. Впереди — коренастый бородач с секирой на плече.

— Торвальд! — прогудел он. — Довёл-таки.

— Довёл, Брун, — отозвался наш проводник. — Принимай гостей.

Брун оглядел наш отряд. Задержал взгляд на Селесте, на Дедрагон, на Фелиции с хвостами.

— И вот эти... пойдут к горну?

— Эти, — спокойно подтвердил я. — Или ты хочешь поспорить с решением вашего короля?

Брун хмыкнул.

— Ладно. Только пусть не отстают.

Мы вошли.

Подгорный город встретил нас теплом и запахом металла. Несмотря на беду, здесь кипела жизнь: стучали молоты, гудели механизмы, откуда-то доносился смех.

Но я чувствовал: это лишь видимость.

Слишком много рун на стенах были темны.

— Остановимся в гостевом крыле, — сказал Брун. — Король ждёт вас завтра утром.

— А нельзя сегодня? — спросил я.

— Сегодня он занят. И скажу честно: выглядит он неважно. Пусть отдохнёт.

Я переглянулся с Фелицией. Та едва заметно кивнула.

— Хорошо. Завтра.

Нас разместили в просторных комнатах с низкими потолками и массивной мебелью. Всё было каменным, но уютным: тёплые одеяла, горячая вода, еда.

— У гномов определённо есть чему поучиться, — заметила Хальва, уплетая тушёное мясо.

— Это точно, — согласилась Катарина.

Я сидел у окна, выходящего в центральный зал. Внизу, у подножия огромной статуи молотобойца, суетились гномы. И почти каждый из них бросал тревожный взгляд на погасшие руны.

— Они боятся, — сказала подошедшая Сольвернай.

— И правильно делают, — ответил я. — Если горн погаснет, всё это останется без света и тепла.

— Ты ведь не дашь этому случиться?

Я посмотрел на неё.

— Нет. Не дам.

Ночью я почти не спал.

Ворочался, прислушиваясь к гулу под землёй. Он был неровным. Словно сердце сбивалось с ритма.

Под утро я вышел в общий зал. Там уже сидел Торвальд с кружкой чего-то горячего.

— Тоже не спится? — спросил он.

— Непривычно глубоко, — признался я.

— Это ещё что. Вот у горна будет глубже.

— Расскажи о нём.

Торвальд отставил кружку.

— Вечный горн, — начал он. — Его разожгли ещё до того, как первые короли спустились под землю. Говорят, в нём пылает не огонь, а сама суть нашего народа. Пока он горит — кузницы работают, руны светятся, а клинки, выкованные нашими мастерами, не знают износа.

— А если погаснет?

— Тогда мы станем просто карликами в тёмных пещерах, — гном посмотрел на меня очень серьёзно. — Без магии. Без ремесла. Без будущего.

Я молчал.

— Поэтому, парень, — Торвальд поднялся, — на тебя вся надежда. И на твоих девчонок.

— Не подведём, — пообещал я.

---

Утром нас провели к королю.

Он ждал в малом тронном зале. Выглядел и правда неважно: осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. Но взгляд оставался твёрдым.

— Артур Корвин-Селестиан, — произнёс он. — Рад, что ты здесь.

— Рассказывайте, — я сел напротив без лишних церемоний. — Что с горном?

Король гномов вздохнул.

— Он не просто остывает, — сказал он. — Он умирает.

Король гномов говорил негромко, но каждое его слово падало тяжело, как удары молота.

— Внутри горна есть ядро. Мы называем его Уголь Первого Огня. Он горел с тех пор, как наш народ ушёл под землю. А теперь... он гаснет. Медленно, но неотвратимо.

— Из-за чего? — спросил я.

— Если бы знать, — король развёл руками. — Мы перепробовали всё: подпитывали маной, жгли редкие породы, звали лучших рунных мастеров. Ничего не помогает.

— А пробовали подойти... с другой стороны?

— С какой? — гном подался вперёд.

— Не снаружи, а изнутри. Если ядро гаснет, значит, ему чего-то не хватает. Или что-то мешает.

— Мы не можем войти в горн, — покачал головой король. — Температура там такова, что даже наши лучшие доспехи не выдержат.

— А если я смогу?

В зале повисла тишина.

— Ты? — переспросил Торвальд. — Артур, горн — это не просто печь. Это сердце гор. Ты сгоришь.

— Во-первых, не сгорю, — спокойно ответил я. — Я частично дракон. Во-вторых, у меня есть Пожиратель, который может поглощать излишки жара. И в-третьих, — я сделал паузу, — я уже не раз делал то, что считалось невозможным.

Король долго смотрел на меня. Потом медленно кивнул.

— Допустим. Но как ты подойдёшь к ядру? Даже мы не знаем, что внутри.

— Поэтому мне нужен доступ к старым чертежам, — сказал я. — Всё, что сохранилось о строении горна. И ещё — ваши лучшие рунные мастера. Нужно будет рассчитать точку входа.

— Это займёт время.

— Время у нас пока есть. Главное — не дать ядру погаснуть раньше, чем я до него доберусь.

Король гномов поднялся.

— Хорошо. Я распоряжусь. Торвальд, проводи его в архив.

Мы вышли из зала.

— Ты понимаешь, на что подписываешься? — негромко спросил гном, шагая рядом.

— Понимаю, — ответил я. — Но если не попробую, ваш народ останется в темноте.

— Ты либо безумец, либо святой.

— Скорее первое, — усмехнулся я. — Но с небольшим добавлением второго.

Торвальд покачал головой, но в его глазах блеснула надежда.

---

Архив оказался огромным.

Стеллажи с чертежами, карты, книги в каменных переплётах. Мы с Велариэль работали до глубокой ночи: она сканировала страницы, я сверял схемы.

— Создатель, — подала голос гримуар, — я нашла то, что нужно.

— Давай.

Она вывела передо мной изображение: сложная конструкция, напоминающая сердце с расходящимися каналами.

— Это ядро, — пояснила Велариэль. — Оно не просто горит. Оно связано с сетью рунных жил, которые питают весь подгорный мир. И вот здесь, — она указала на узкий канал, — есть технический проход. Очень старый. Им не пользовались со времён постройки.

— То есть войти можно?

— Можно. Но он может быть обрушен. Или запечатан.

— Разберёмся.

Я подозвал Торвальда и показал ему схему.

— Вот здесь, — я ткнул в канал. — Если он цел, я пройду.

Гном долго разглядывал чертёж.

— Этот ход... — пробормотал он. — О нём ходили легенды. «Дорога Первого Огня». Но никто не знал, где она начинается.

— Теперь знаем, — я улыбнулся. — Веди.

Мы собрали отряд и двинулись вглубь подгорного города.

Чем дальше мы шли, тем сильнее ощущался жар. Воздух дрожал, стены становились горячими на ощупь. Светильники здесь не горели — вместо них по стенам бежали багровые прожилки, словно вены, наполненные огнём.

— Красиво, — прошептала Адда.

— И смертельно, — добавила Селеста. — Если пойдём дальше, обычным людям станет плохо.

Я обернулся.

— Дальше пойдут только те, кто выдержит. Остальные — возвращайтесь.

— Нет, — твёрдо сказала Фелиция. — Мы с тобой.

— Фелиция...

— Я сказала: мы с тобой.

Я вздохнул.

— Хорошо. Но если станет совсем худо — я вытащу вас силой.

— Договорились, — улыбнулась она.

Дорога Первого Огня встретила нас темнотой.

И тишиной.

Такой глубокой, что было слышно, как стучат наши сердца.

— Вперёд, — сказал я.

И мы шагнули в огненное сердце гор.

Дорога Первого Огня оказалась не просто тоннелем. Это была жила. Настоящая, пульсирующая, наполненная жаром и древней силой.

Стены здесь были не из камня, а из застывшего металла, по которому то и дело пробегали огненные всполохи. Под ногами — горячие плиты. Воздух густел, дышать становилось тяжело.

— Как же здесь красиво, — прошептала Хальва, не сводя глаз со светящихся прожилок.

— И как же здесь жарко, — выдохнул Саймон, утирая пот.

— Дальше будет хуже, — предупредил я. — Если кто-то не выдерживает — сейчас самое время вернуться.

Никто не ответил. Только Дедрагон молча поправила секиру и шагнула вперёд.

Мы шли около часа.

Огненные прожилки на стенах становились всё ярче. Пол под ногами вибрировал, будто где-то впереди работал огромный механизм.

— Создатель, — подала голос Велариэль. — Я чувствую впереди преграду.

— Какую?

— Не знаю. Но она старая. Очень старая.

Я поднял руку, останавливая отряд.

— Всем оставаться на местах. Я проверю.

Медленно двинулся вперёд. Через двадцать шагов увидел её — массивную дверь из тёмного металла, покрытую рунами. В центре — круг с изображением молота и пламени.

— Это древний замок, — подошла Селеста. — Запечатанный.

— Сможешь открыть? — спросил я.

— Только если он признает тебя.

— В смысле?

— Подойди. Положи руку на молот.

Я сделал шаг. Дверь не шелохнулась. Руны на её поверхности медленно разгорались.

Я прижал ладонь к изображению молота.

Вспышка.

Руны полыхнули, и в голове раздался голос — низкий, как гул из-под земли:

— Кто ты, что ступаешь на Дорогу Первого Огня?

— Артур Корвин-Селестиан, — ответил я вслух. — Избранный Алейны. Пришёл спасти горн.

Руны мигнули.

— Ты не гном.

— Верно.

— Ты не из кланов.

— И это правда.

— Тогда почему?

— Потому что если погаснет ваш горн, погаснет не только ваш народ. Мир станет чуть темнее. Я не могу этого допустить.

Тишина.

Потом руны вспыхнули ярче, и дверь медленно, с тяжёлым скрежетом, поехала в сторону.

— Проходи, Избранный, — прошелестел голос. — И помни: Огонь не прощает лжи.

Я обернулся к своим.

— Идём. И будьте готовы ко всему.

За дверью оказался огромный зал.

В центре, на каменном постаменте, возвышался Вечный горн.

Он был не просто большим. Он был живым.

Огромная чаша из тёмного металла, внутри которой пылало пламя. Но не обычное — оно переливалось всеми оттенками: от алого до золотого, от золотого до почти белого. И в нём угадывались очертания — то ли языков, то ли фигур, то ли воспоминаний.

— Ничего себе, — выдохнул Родерик.

— Это... — Селеста замерла. — Я такое уже видела.

— Где? — спросил я.

— В детстве. Отец показывал мне образы первых драконов. Они говорили, что у мира есть сердце. И это оно.

Я посмотрел на пламя.

И тут горн вздрогнул.

Пламя внутри него затрепетало, сжалось, словно испугавшись, и по залу прокатился низкий стон.

— Ему больно, — прошептала Адда.

— Ему не просто больно, — я прищурился. — Оно... заражено.

В глубине пламени, у самого основания, что-то шевелилось. Тёмное. Инородное. Оно пульсировало в такт ударам, будто высасывая огонь.

— Вот оно, — проговорил Торвальд. — То, что убивает горн.

Я призвал Пожиратель.

— Нужно добраться до ядра.

— Это самоубийство, — покачал головой гном. — Туда даже смотреть больно.

— Значит, смотрите в сторону.

Я сделал шаг.

— Артур! — окликнула Фелиция.

— Я вернусь, — пообещал я. — И горн снова будет гореть.

И шагнул в пламя.

Глава 22

Пламя не обожгло. Жар который я ощущал до этого вовсе пропал. Мир мигнул и я оказался в нигде. Или всё же где то. Вокруг меня в постоянно меняющих цвет языках пламени танцевала история целого народа. Пламя как родитель хранило в себе историю гномов. В центре этого микро мира я увидел черный сгусток. На нём неожиданно для меня появился глаз.

— Снова избранный. — прошелестел в голове голос.

— Ага. — кивнул я.

— Сам сдашся или мне тебя выкорчевать?

Сгусток рассмеялся. Мерзко так скрипуче.

— Я здесь со дня как это пламя горит. Я его изъян что призван медленно пожирать его силу. — в голосе отчётливо слышалось ехидство — Уничтожишь меня и пламя погаснет.

Я подошёл ближе. Сгусток даже не дёрнулся.

— Самоуверенный засранец блин. — думал про себя обходя и анализируя его.

К моему сожалению он был чертовски прав. Усевшись в позу для медитации я задумался а собственно что делать то? Идей в голове не было. Я шел сюда бороться со злом которое вылезло из за влияния паразита а не с болезнью.

— Хозяин. — прозвучавший в голове мужской голос заставил вздрогнуть.

— Пожиратель? — спросил я.

— Да. — голос клинка прозвучал обречённо.

Я нырнул в пространство своей души. В кресле стоящем прямо под висящем на стене пожирателем сидел представительный молодой и очень похожий на меня парень.

— Так ты такой же как и я! — скакала вокруг него гримуар в своей телесной форме.

— Велариэль. — прервал я экзекуцию психи пожирателя.

— Создатель он со мной не разговаривает. — надулась она.

— Дурдом. — улыбнулся я.

Люцифер по мигал соглашаясь.

— Итак что ты хотел сказать? — присаживаясь напротив.

— Есть способ избавиться от той заразы. — услышав тему разговора Велариэль притихла.

— Слушаю. — подобрался я.

— Я могу его сожрать и переработать в чистую энергию. А ты вольёшь её обратно в пламя. Но будет трудно. — оскалился он.

— ПФ! — фыркаю — Не больнее чем растягивать душу. Да и не привыкать нам к боли. А вот отвыкнуть было бы приятненько.

— Работаем? — спросил пожиратель.

— Да. — отзеркалив его оскал согласился я.

Вернувшись в реальный мир и открыв глаза я подмигнул торащащемуся на меня глазу.

— Ты как готов подохнуть? — спрашиваю усмешкой.

— Не делай вид словно за пару минут придумал то что не смогли придумать поколения до тебя. — проскрпел в голове голос.

— Может просто среди них не было отчаянных мазохистов? — оскалившись втыкаю пожиратель в эту гадрсть.

То ли рёв то ли визг оглушает. От вибрации у меня даже кости трещат и в глазах начинает всё плыть. Стиснув зубы закрываю глаза чувуя как начинается процесс переработки. Поступающую от коюлинка силу направляю вовне пламя жадно её поглощает подключая к нашему концерту и свой рёв.

Минута вторая третья. Хренотень даже не уменьшилась. Боль и визг стали чем то обыденно привычным.

Бам!

По нам словно саданули гигантским молотом. А потом ещё и ещё. Из носа и ушей потекла кровь.

— Это кто такой умный решил нас перековать? — ору я во всё горло но ответа нет — Предупреждаю если на выходе получится телепузик я не причём. — меня сносит в какой то бред.

Время пространство верх низ не существует ничего. Только поток маны и мерные удары молота.

В какой то момент я почти теряю себя в этом процессе.

— Создатель не теряй себя! — выводит меня из транса крик Велариэль.

— Спасибо милая выручила. — благодарю мысленно — А ты. — обращаюсь к молчаливому кузнецу — Пошел в жопу! Я вас тут сам ща всех так откую ходить не сможете.

В левой руке возникает гримуар над головой пульсирует Люцифер. Мне впервые удаётся постановить удар пусть я и падаю на колени. Хрипя как загнанная лошадь поднимаюсь но ноги. Собрав волю в кулак наношу ответный удар. Не знаю кому и зачем но наношу. Раздаётся лязг стали о сталь. Мир мигает и вот я уже не Артур а гном. Имени своего я не знаю но знаю цель я должен ковать. Седая сплетённая в косы борода до пояса прикрывает широкую грудь. На мне только штаны сапоги и перчатки. Мозолистая увитая тугими канатами мышц рука берёт огромный молот. На наковальне лежит пылая жаром заготовка.

Бам.

Я не знаю, чьё имя ношу,

Но руки помнят металл.

Я вижу огонь, я вижу тьму,

Я вижу, как Горн умирал.

Слова сами собой лились из чужого горла. Басовитые, с хрипотцой.

Бам!

Здесь тысячи лет звенел молот,

Здесь дети рождались в тепле.

Теперь же — лишь пепел и холод,

И страх в подземной мгле.

Бам!

Каждый удар молота выбивал сноп ярких искр, разгоняя окружающую тьму пещеры.

— Пламя, — прошептали губы. — Металл нужно нагреть.

И тут я понял, что в этой картине неправильно. Нет горна.

Повинуясь одному лишь внутреннему чувству, я направил огонь туда. Пещеру озарил яркий свет.

Стены, покрытые копотью. Огромный горн, освещающий всё помещение. И изделия. Тысячи разных изделий: от гвоздей и лопат до мечей и доспехов.

— ДА! — взревел я. Не я. Гном.

Куй, молот. Дыши, огонь.

Мы помним. Мы ещё живём.

Пока стучит в груди —

Мы этот мир перекуём.

Бам!

В руке гнома неожиданно появился Пожиратель.

— Э-э-э, — заволновался было я.

Но от меча пришло спокойствие и уверенность.

Я — гном — засунул меч в горн. Когда тот стал золотого цвета — что само по себе было странно, — положил его на наковальню.

Бам!

Во все стороны летят искры.

Бам!

Поверх Пожирателя появляется Люцифер. С каждым ударом два меча становились единым целым.

В искрах, что разлетались от ударов, я видел моменты своей жизни. Не только те, что провёл здесь. Но и первую — на Земле. Унылую и серую. Такую же, как моё пребывание в Реке душ.

Каждым ударом я очищал себя. Как металл очищают от примесей. Страхи, сомнения, тревоги — всё, что сковывало меня даже в этой жизни, — уходило, придавая мне форму.

— Какую? — я и сам пока не понимал.

Это только первый этап моего создания.

Наваждение исчезло так же резко, как и возникло.

Я стоял в том же пространстве. Чёрного сгустка не было. Зато вокруг ликовало и бушевало пламя.

Стоило только пожелать — и вот я снова стою на краю горна. Там, где сделал шаг в огонь.

Я обернулся.

Первыми я увидел их лица. Бледные, напряжённые, готовые броситься за мной в любую секунду. Фелиция держала клинки наготове. Адда сжимала посох так, что побелели пальцы. Селеста замерла, глядя на меня глазами, в которых застыл древний страх.

— Артур? — тихо позвала Фелиция.

— Я, — ответил я. Голос звучал хрипло, но это был мой голос. — Всё закончилось.

— Горн... — Торвальд сделал шаг вперёд, не веря своим глазам.

Пламя в чаше горело ровно. Ярко. Живо. Багровые прожилки на стенах снова пульсировали, наполняясь силой. От горна шло тепло — не обжигающее, а мягкое, как от очага в зимнюю ночь.

— Он горит, — прошептал гном. — Он снова горит.

Торвальд опустился на колени. Следом — остальные гномы, что сопровождали нас. Они не говорили. Просто смотрели на пламя. И по их лицам текли слёзы.

Я отвернулся. Не хотел мешать.

А потом почувствовал это.

Внутри. Где-то глубоко, в центре груди, там, где раньше была только мана и каналы, теперь пульсировало что-то ещё. Тёплое. Древнее. Моё.

— Создатель, — подала голос Велариэль. — Ты... изменился.

— Знаю, — ответил я.

— Что это?

— Не знаю. Но это моё.

Я сжал кулак. И в тот же миг на тыльной стороне ладони вспыхнул знак. Маленький, изящный. Молот и пламя — руна Вечного Горна.

— Ты принял его суть, — прошептала Селеста, подойдя ближе. — Ты стал частью огня.

— Нет, — поправил я. — Огонь стал частью меня.

Она посмотрела на меня долгим взглядом. И в её глазах я впервые увидел не страх, а благоговение.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Что?

— Ты теперь можешь ковать, как гномы из легенд. Не металл. Ты можешь ковать суть.

Я замолчал.

Руна на ладони тихо пульсировала, как второе сердце.

— Пойдём, — наконец сказал я. — Надо сообщить королю.

Торвальд поднялся, вытирая лицо.

— Он не поверит.

— Поверит, — я показал ему ладонь.

Гном уставился на знак. Потом медленно, очень медленно, склонил голову.

— Мы будем помнить это, — сказал он. — Всегда. Пока стоит наш народ.

— Пока горит ваш Горн, — ответил я.

И мы пошли наверх.

К свету.

Король ждал нас в тронном зале. Он не сидел на троне — стоял у окна, глядя на центральную площадь. По его лицу было видно: он не спал. Возможно, уже несколько суток.

Когда мы вошли, он обернулся.

И замер.

— Горн, — выдохнул он.

— Горит, — ответил я.

Король медленно подошёл. Смотрел не на меня — на Торвальда. Тот молча кивнул. И тогда король гномов сделал то, чего я не ожидал: опустился на одно колено.

— Ваше величество, — начал я, — не стоит.

— Стоит, — отрезал он. Голос глухой, но твёрдый. — Ты сделал то, что не смогли ни наши мастера, ни наши короли. Ты вернул нам огонь.

— Я лишь сделал то, что должен.

— Все так говорят, — король поднялся. — Но не все это делают.

Он посмотрел на мою руку. Руну на ладони он увидел сразу — она слабо светилась в полумраке зала.

— Ты принял суть Горна.

— Не специально.

— Горн сам выбрал, — король покачал головой. — Такого не было с начала истории нашего народа. Только первые кто построили горн приручив пламя.

— Значит, теперь будет.

Он усмехнулся. Впервые за всё время.

— Что ж. Тогда проси, чего хочешь. В пределах разумного.

Я задумался. Не о награде. О том, что действительно нужно.

— Две вещи, — сказал я наконец. — Первая: ваши мастера. Мне нужны лучшие кузнецы, рунные мастера и артефакторы. На время. Помочь с подготовкой к тому, что ждёт впереди.

— Сколько?

— Пока не знаю. Но это важно.

— Хорошо. Второе?

— Вечный Горн связан со всей подгорной сетью, верно? Он питает не только ваши кузницы, но и руны, и тоннели?

— Верно.

— Тогда у меня есть просьба. Если я пришлю сигнал — вы сможете через Горн связаться со мной где угодно?

Король нахмурился.

— Теоретически — да. Но это потребует больших затрат.

— Я оплачу.

— Чем?

— Своей силой, — я показал руну. — Горн даст.

Король долго смотрел на меня. Потом медленно кивнул.

— Будет сделано.

Я поклонился.

— Тогда с вашего позволения — отдохнуть. Завтра мы уходим.

— Куда?

— К драконидам.

Король вздрогнул.

— К Вите?

— Да. Он звал.

Гном помрачнел.

— Тогда будь осторожен. Драконы не самые простые создания.

— Я знаю, — ответил я. — Но у меня с ним свои счёты.

Мы вышли из зала.

На площади уже собирались гномы. Они смотрели наверх — туда, где сквозь толщу скалы пробивался багровый свет Горна. И на их лицах было то, чего я не видел раньше.

Надежда.

— Красиво, — тихо сказала Адда, подойдя ко мне.

— Да, — согласился я.

— Ты устал.

— Есть немного.

— Пойдём. Тебе нужно поспать.

Она взяла меня за руку. Я не сопротивлялся.

Ночью, лёжа в отведённых покоях, я смотрел на руну на ладони. Она пульсировала ровно и тепло.

— Создатель, — позвала Велариэль.

— Что?

— Ты стал сильнее. Но и ответственности стало больше.

— Знаю.

— Ты справишься?

Я улыбнулся в темноте.

— А куда я денусь.

И закрыл глаза.

---

Утром мы вышли к порталу.

Гномы провожали нас молча. Без речей, без церемоний. Только Торвальд подошёл и крепко сжал мою руку.

— Если что — мы придём, — сказал он.

— Знаю, — ответил я. — Спасибо.

Мы шагнули в портал.

В столице нас встретил Ромель — как всегда, безупречный.

— С возвращением, господин.

— Спасибо, Ромель. Все отдыхать. Завтра собираемся.

Я поднялся в свою комнату и рухнул на кровать.

Следующий вызов — драконы. И Вита.

Утро встретило меня привычной суетой. Ромель уже распоряжался в столовой, слуги сновали туда-сюда, а за окном ярко светило солнце. Я на минуту забыл, что мы вернулись из-под земли, где солнца нет вовсе.

За завтраком собрались все.

— Итак, — начал я, отставив чашку. — Следующие — дракониды. Точнее, сам Вита. Он звал.

— Он тебя звал или вообще? — уточнила Катарина.

— Вообще. Но, думаю, меня в частности.

— Что-то случилось? — спросила Адда.

— Не знаю. Но он бы не стал звать просто так.

Селеста сидела чуть в стороне, задумчивая. Я заметил её состояние.

— Ты как? — спросил я, подойдя.

— Волнуюсь, — честно ответила она. — Я не видела отца тысячи лет.

— Он будет рад тебе.

— Надеюсь.

Я приобнял её за плечи.

— Всё будет хорошо. Ты снова дома.

Она улыбнулась, но улыбка вышла немного грустной.

---

Сборы заняли несколько дней.

На этот раз я не торопился. После гномов мы заслужили короткую передышку. Народ отдыхал, приходил в себя. Адда и Хальва занялись пополнением запасов, Фелиция с Катариной перекраивали маршрут, Саймон с Родериком проверяли снаряжение.

Я же снова засел за расчёты. Дорога к Драконьему Хребту — не просто путь. Это земли, где магия ощущается иначе. Вита говорил, что там всё пропитано его кровью. Значит, нужно быть готовым.

— Создатель, — позвала Велариэль.

— Что?

— Я хочу спросить. Что ты чувствуешь от руны?

Я посмотрел на ладонь. Знак молота и пламени тихо пульсировал.

— Тепло. И... присутствие.

— Это хорошо. Значит, она живая.

— Ты что-то знаешь о ней?

— Нет. Но чувствую: это не просто метка. Это связь.

Я задумался.

— Значит, если Горн погаснет...

— Ты почувствуешь.

— Понятно.

Я сжал кулак. Руна отозвалась лёгким теплом.

---

Через неделю мы выдвинулись.

Путь до Драконьего Хребта занял около двух дней — через портал в столицу драконидов, а оттуда пешком, по старым тропам. Хадар встретил нас шумом и жарой. Здесь всё было иначе: воздух сухой, солнце жгучее, а в небе то и дело кружили силуэты.

— Красиво, — выдохнула Хальва.

— И жарко, — добавила Фелиция, обмахиваясь хвостом.

Нас встретил Дэргад Аверфел — тот самый драконид, что проходил ритуал привязки. Выглядел он бодро.

— Избранный, — кивнул он. — Вас ждут.

— Кто?

— Владыка. Он на вершине.

— Проводи.

Дорога наверх была долгой. Мы поднимались по высеченным в скале ступеням, мимо древних статуй, мимо гнездовий. Селеста шла рядом, и с каждым шагом её лицо становилось всё более сосредоточенным.

— Ты чувствуешь его? — тихо спросил я.

— Да. Он... ближе, чем я думала.

На вершине горы нас ждала небольшая резиденция. Хотя, по драконьим меркам, наверное, небольшая.

Когда мы вошли в приёмный зал, в другом его конце, на троне, сидел мужчина лет сорока. Если бы не небольшие рожки на голове, я бы принял его за эльфа — из-за вытянутых ушей.

— Долго же ты, малыш, — раздался голос. Не гром, не рык. Спокойный, чуть насмешливый.

— Были дела, — ответил я.

— Знаю. Слышал про Горн. Ты принял его суть.

— Ты всё знаешь?

— Я сплю, а не мёртв. Сквозь сон я чувствую многое.

Его взгляд сместился.

— Дочь, — сказал он. Голос дрогнул.

— Отец, — ответила Селеста.

И в

следующий миг она уже бежала к нему.

Они обнялись. Долго. Молча. Я отвернулся, чтобы не мешать. Остальные тоже отвели глаза — даже Дедрагон, которая обычно не отличалась сентиментальностью.

Когда отец и дочь наконец закончили обниматься, я подошёл ближе.

Вита посмотрел на меня. В его глазах — древних, как сам мир, — мелькнуло что-то похожее на уважение.

— И что же заставило тебя покинуть пещеры под Драконьими горами и выйти на поверхность? — спросил я.

Вита усмехнулся. Негромко, но так, что задребезжали стёкла в окнах.

— Прямолинейный. Хорошо. Не люблю, когда ходят вокруг да около.

Он поднялся с трона. Ростом он оказался чуть выше меня — но дело было не в росте. От него исходило ощущение древности. Не давления, не угрозы. Просто — времени. Столько, сколько я не мог себе представить.

— Я вышел, потому что почувствовал: цикл снова двинулся, — сказал он. — Ты собрал печати. Ты разбудил руины. Ты принял суть Горна. Каждый твой шаг — это шаг к Авалону. И тот, кто сидит там, это чувствует.

— И что он делает?

— Пока — наблюдает. Но скоро начнёт действовать. Напрямую.

— Ты знаешь, кто он?

Вита помолчал. Посмотрел на Селесту — та стояла рядом, прижавшись к его плечу.

— Знаю, — ответил он наконец. — Но не скажу. Пока не скажу.

— Почему?

— Потому что ты должен прийти к этому сам. Иначе не поймёшь.

Я хотел возразить, но он поднял руку.

— Не спорь. Я ждал тебя не для того, чтобы давать ответы. А чтобы дать кое-что другое.

Он протянул руку. На его ладони лежала чешуйка — маленькая, золотисто-зелёная, светящаяся изнутри.

— Это мой дар. Не кровь. Кровь ты уже получил. Это — часть меня. Настоящая.

— Зачем?

— Затем, что впереди то, с чем не справится даже избранный. А с этим — справишься.

Я взял чешуйку. Она была тёплой. И тяжёлой — тяжелее, чем должна быть.

— Спасибо, — сказал я.

— Не благодари, — Вита улыбнулся. — Просто выживи.