Атокай

Глава 1

История эта началась очень давно, настолько, что никто даже не помнит ее зарождения.

Единственное, что осталось известным наверняка - это легенда, что сохранилась лишь в одном экземпляре.

И гласит она о неком мальчике, что будет парить под небесами и в свои 17 лет спасет эльфийское королевство.

Жизнь людей наполнилась верой, надеждами увидеть, как же измениться мир, когда придет тот самый «крылатый» мальчик, что изменит их существование.

Время шло, но легенда не оправдывала ожидания людей, и многие разочаровавшись в ней потеряли всю надежду и веру в лучшие дни, что были должны наступить с его приходом.

Прошло сто лет перед тем, как легенда, что забылась всеми, показала свою подлинность.

У девушки родился мальчик, и казалось бы, что в этом необычного, ведь во всем мире рождались дети, но было в этом мальчике что-то необычное, дарившее ощущение того, что именно он станет тем самым, кто спасет эльфийское царство.

Мальчик, чье имя означало – «летящий под облаками», рос в дали от людей, в домике у подножия горы.

Его мама часто рассказывала ему легенды о храбрых рыцарях, что спасали целые деревни от врагов, о Драконах, что поджигали караваны кочующих племён, забирая у людей их золото.

Мальчик чувствовал себя абсолютно счастливым, даже не смотря на то, что в его жизни не было отца.

Мама не рассказывала ему о нем, умалчивая некоторые моменты из своей жизни, которые наверняка были связаны с этим неизвестным мужчиной. И мальчик думал, что такая жизнь под крылом матери продлиться еще долгие года, но увы, Фортуна изменчива, и этому не суждено было сбыться.

Горная местность была довольно опасной для проживания, но ничего другого, у девушки и ее маленького ребенка не было. Поблизости от массивов не существовало ни одной деревеньки, в которой могла бы жить молодая мать со своим чадом.

И вот район проживания сыграл роковую роль в судьбе мальчика.

Днем, он как обычно гулял на поляне, которую несколько лет назад показала его мама. Атокай не подозревал, что через несколько минут, его жизнь изменится навсегда, не имея возможности изменить ее поток, и вернуться на несколько мгновений назад…

Мальчик собирал цветы , представляя, как его мама обрадуется внезапному подарку сына, как обнимет его, поцелует в лоб, взлохмачивая волосы нежного песочного цвета. Именно так поступала женщина, когда Атокай дарил ей подарки.

И вот когда в руках мальчика была большая охапка полевых цветов, до его слуха донеслось некое тяжелое падение, и он сразу узнал этот звук - обвал. В сердце парнишки закрался страх и паника, и некое леденящее ощущение пустоты.

Атокай поспешил в сторону дома, на бегу зовя мать, желая услышать ее встревоженный голос, поскорее попасть в ее объятья… Но прибежав на место, он понял, что от дома осталась лишь пара балок, что когда то служили им для сушки белья.

Голубые глаза со страхом смотрели на место трагедии, пытаясь унять дрожь во всем теле. Мамы нигде не было. Она не могла быть внутри этого дома, когда камни упали прямо на него.

Надежда все еще тлела в сердце Атокая, но какая то ниточка внутри его оборвалась, стоило ему заметить среди камней ткань платья, в котором сегодня была девушка.

Сердце мальчика пропустило удар. Потом еще один. И вскоре забилось сильно сильно, будто бы желая разбить ребра и выбраться наружу. Боль медленно пробралась к бьющемуся комочку, оплетая его своими сетями, пытаясь пробраться внутрь, навсегда поселиться, и никогда больше не вылезать от туда.

Слезы жгли глаза, и мальчик сморгнул их, давая им волю течь быстрыми ручейками по лицу, что еще никогда не знало боли утраты.

Вместе с солеными каплями пришло осознание ситуации. ОН остался ОДИН. НИКОГО нет рядом. Он НИКОГДА не увидит маму. Он ПОТЕРЯЛ все, что когда то имел.

Крик души вырвался изо рта мальчика, разносясь на всю округу, стеклянными осколками, что вонзились бы в душу любому прохожему, но никого не было рядом. Ни души… Лишь он и камни, что сломали всю его жизнь.

Как быть дальше? Как жить, зная что смысл жизни пропал? Тот, кого ты любил больше не придет, не посмотрит на тебя, не улыбнется тебе… Не обнимет...

Слезы вновь прожгли себе путь наружу, сбегая по щекам Атокая, возобновляя мокрые следы от своих предшественников. Но мальчик попытался собраться с силами, и вскоре оглядев все, что было вокруг , заметил мужчину, которого не заметил раньше.

Тот смотрел на Атокая своими карими, как кора дуба глазами. Черные волосы были зализаны назад, и казалось бы , что даже ветерок не мог потревожить их мирное лежание.

Одет он был в довольно богатую одежду, как казалось Атокаю, меховая накидка сползала по плечам незнакомца, опадая на землю шлейфом. Рубаха мужчины была чисто выстирана и до мальчика доносился запах соснового леса, в котором он бывал всего один раз. Атокая испугала одна деталь в образе неизвестного путника – меч, что пока находился в ножнах, но кто скажет, что на уме у этого мужчины.

- Кто ты? - Сразу спросил мужчина, прожигая взглядом стоящего перед ним ребенка.

- Мое имя... Атокай.

В глазах путника проблеснул интерес, который сразу сменился темнотой внутри .

- Я Чарльз. Мой дом находиться не так далеко от этого места. А в этом доме... проживала Селена, не так ли? Или я что- то перепутал?

- Да. Это моя... Мама… - Заикаясь ответил мальчик. Его глаза вновь наполнились слезами. А сердце вновь разрывалось от нескончаемой боли.

- Прими мои соболезнования, мой милый. - Он подошел к Атокаю и присев рядом с ним на корточки погладил невинное дитя по голове, пытаясь хоть как то помочь мальчику успокоиться. - Не расстраивайся. Знай, что у тебя есть близкий человек и это я.

- Мама ни разу не рассказывала о вас. - Шмыгнув носом начал спорить мальчик.

- Наверное ей было очень больно упоминать обо мне. Мы с твоей мамой сильно поссорились, и не общались все эти годы. Каждый из нас думал, что виноват в ссоре, но лишь несколько дней назад я понял, что вина в этом конфликте лежит на мне, и поспешил сюда… Но как видишь…- Он обвел рукой курган из камней - Я опоздал.

Чарльз вздохнул. Он поднял глаза на шестилетнего мальчика и грустно улыбнувшись поднялся.

- Я не знал, что у Селены был ребенок, и по видимому, она совершенно не собиралась сообщать мне о твоем появлении. Теперь мой долг позаботиться о тебе, мой мальчик.

Мужчина протянул парнишке руку, и тот помедлив несколько мгновений взялся за нее.

- Теперь у тебя будет новый дом. Своя комната, удобная кровать, книжные полки, ты же ведь умеешь читать?

- Мама пыталась научить меня, но я все еще не очень хорошо читаю.

- Ничего, я научу тебя. Все будет хорошо, и мы теперь с тобой заживем по новому.

Чарльз зашагал прочь от каменных глыб, уводя за собой юного мальчика, что совсем еще недавно был счастливым, и лишь ромашки и васильки смотрели уходящим в след.

Несколько часов спустя

- Вот мы и пришли.- Торжественным голом произнес Чарльз.

Они стояли перед величественным но немного мрачноватым замком.

Просторы этого здания раскинулись на множество километров и уходили вдаль прекрасными разноцветными садами. Дорожки, что подводили у этому прекрасному особняку были усыпаны гравием, и хрустели при каждом шаге путников.

Камешки причиняли Атокаю дискомфорт, ведь босые ноги не привыкли к мелким обломкам. Аллеи из подстриженных кустиков провожали прибывших к главному входу.

На удивление Атокая их никто не встречал, хотя мальчик был уверен, что в таком огромном доме Чарльз не может жить один, хотя бы по той причине, что ему одному будет здесь скучно.

Мальчик представил, как мужчина одиноко бродит по коридорам этого замка, никого нет во круг, никто не поговорит с ним, никто не подбодрит, никто ни предложит чашечку чая.

- А у вас есть рабочие? - Наивно спросил Атокай.

- Слуги? Да есть несколько человек, но не переживай, ты с ними не увидишься. Они не будут тебя беспокоить, мой милый.

Мальчик начал размышлять над словами дяди. Они не будут тебя беспокоить… А если ему захочется с кем нибудь поговорить? Что тогда ему делать?

Он уже хотел задать этот вопрос родственнику, но тот перебил мальчика .

- Будь здесь, как дома, мой милый. Надеюсь, что этот дом, станет для тебя вечным пристанищем.

Эта фраза заставила мальчика вздрогнуть. Ведь вечное пристанище звучало довольно жутко, даже для шестилетнего ребенка.

Стоит отметить, что Атокай был довольно смышленым ребенком, даже для своего очень юного возраста.

- Пойдем, я проведу тебе небольшую экскурсию, по твоему новому дому.

Чарльз приобнял парнишку за плече и повел его на лестницу, что вела на этаж выше.

Атокай в первый раз видел такие элитные вещи. Каменные статуи разнообразных существ, картины, ковры…

Все это казалось мальчику новинкой, ведь когда он жил с мамой, он был лишен всего этого, но даже увидев все великолепие дорогой жизни, юноша не почувствовал удовлетворения. Даже эти серые изваяния не могли заполнить пустоту в его душе.

- Это мой кабинет, ты можешь заходить сюда в любое время с любыми вопросами и предложениями. Твоя комната находиться чуть дальше по коридору. Надеюсь, что тебе все понравится, мой милый.

Атокай грустно взглянул на мужчину и кивнув ему одинокой тенью пошел дальше по коридору.

Дверь, что отделяла его от помещения, была сделана из обычного дуба, а железные ставни немного поскрипывали от движения двери.

Стоило убрать эту преграду перед собой и мальчику предстала комната. Она не была настолько просторной, как уверял его Чарльз. Но в ней действительно были: книжный шкаф, полностью забитый книгами, неизвестного содержания, письменный стол, с письменными принадлежностями и листами бумаги. Тумбочка, так же сделанная из дубовых досок, и кровать. В углу стоял шкаф в котором пока что было пусто. Мальчик понял - это для одежды, которой там пока не находилось.

Сев на кровать, Атокай заметил, что она довольна жесткая, не такая, как была у него дома… Мальчик вспомнил все, что произошло сегодня днем. Смерть матери, неизвестный доселе родственник, новый дом…

Все это накатывало на ребенка снова и снова и он лег на кровать, сжимаясь в комок, желая, что бы мама пришла к нему, и погладила его по голове, успокоила. Атокай желал еще хоть раз вдохнуть запах волос своей матери…

Слезы вновь наполнили глаза мальчика и он уже не сдерживал себя. Они текли быстрыми ручейками, не останавливаясь ни на одном из участков лица, и стекали на одеяло, что пахло совсем не так, как в его родном доме…

С мыслями о доме и о своей маме Атокай не заметил как уснул. Сноведений у него в эту ночь совершенно не было. Лишь тьма и холод, что поселились в сердце мальчика, и не желали вылезать от туда.

Глава 2

Открыв глаза мальчик откинул одеяло и встав с кровати потянулся. Утро Атокая начиналось всегда с умывания и выбора одежды на день.

Он заглянул в шкаф, который был битком заполнен ее разнообразными видами.

Постояв немного перед этими тряпичными нарядами юноша взял первый попавшийся и удовлетворенно кивнул себе.

Вскоре после того, как одежда была выбрана и одета, Атокай посмотрел в зеркало. С той стороны зеркальной поверхности на него смотрел юноша 16 лет, с взвившимися после сна волосами. Голубые глаза неотрывно смотрели на собственную копию, созерцая все изменения, что могли произойти за ночь. Легкие веснушки покрывали переносицу парнишки, и явно желали, чтобы их заметили, ведь только вчера, они были бледны, отметил про себя Атокай. Прямой нос и аккуратные брови. Красавец одним словом.

Телосложение крепкое, хоть юноша был довольно худым для своего возраста, но с этим, парнишка мог разобраться, как он считал, в любой момент.

Сегодня он выбрал для себя одежду из довольно таки легкого материала, тело в ней не нагревалось выше нормы и согревало в ветреные дни.

Белая рубашка с длинными рукавами отлично смотрелась с немного аристократичным лицом мальчика, но все же он уверен, что вся эта аристократия будет забита в самый дальний угол его сознания, так как он не имел никакого желания быть похожим на своего строгого дядю. Темно синие штаны отлично сидели на бедрах. А ноги были обуты в высокие сапоги на маленьком каблучке.

В общем, образ пареньку нравился, но не настолько, что бы расхаживать в таком виде каждый день. Он готов надевать такие наряды раз в неделю, и на приемы, что были у его дяди редким удовольствием.

Атокай вышел из комнаты и пройдя по коридору к лестнице он заметил, что дверь в комнату Чарльза закрыта, наверняка на ключ, как часто бывало в последние годы.

Дядя с самого начала начал проявлять некую активность в жизни племянника, но с каждым годом отстранялся от него, отговариваясь важными и неотложными делами, и вскоре вообще заперся у себя в кабинете, почти не вылезая от туда.

Атокай привык завтракать один, за огромным столом, который был заставлен всевозможными яствами. Начиная от обычной выпечки и заканчивая запеченным фазаном. Парень никогда не мог понять, когда и главное кто готовит всю эту еду, и куда она девается каждый раз, ведь он не съедал и одной десятой части этой вкуснятины.

За все свое пребывание в замке он не увидел ни одного слугу, хотя дядя уверял его что они здесь водятся и не трое, а восемнадцать или двадцать человек. Но Атокай не видел даже ни намека на пребывание в этом месте кого то третьего.

Только он и Чарльз. Попытки как то подозвать слуг тоже не увенчались успехом, ни тени, ни дуновения ветерка от движения. Но парнишка не сдавался, он действовал с прирожденным упрямством, и ничто не могло заставить его отступить от своей цели.

День Атокая проходил довольно таки скучно на события, и какие то прояснения в происходящем в замке.

Книги, что стояли на книжной полке в комнате были уже прочитаны и перечитаны по несколько раз.

В библиотеку, что находилась в восточном крыле было запрещено входить. А южное крыло вообще было закрыто на огромный замок, который мог вскрыть только дядя.

Множество пустых комнат располагались на втором этаже, где собственно и жил сам Атокай.

Кабинет дяди тоже был одним из запретных мест во всем замке. Мальчик ни разу не заходил туда, и даже не заглядывал. Однажды в детстве он постучал в заветную дверь, надеясь, что дядя впустит его, но тот лишь вышел сам и прикрыл за собой дверной проем, не желая, что бы юнец углядел всемирные тайны этой комнаты.

Ночью Атокай воображал, что могло быть в кабинете у Чарльза, но так как он не был знаком с большей частью волшебных артефактов, то видел там лишь огромные горы свитков и опасного магического оружия, зачарованного в боях.

Для посещения так же были закрыты чердак (что имелся в замке) и подвальное помещение, в котором, как сказал дядя хранились винные бочки, и использовалось оно как погреб.

К сожалению, слова Чарльза не смогли успокоить любопытную душу Атокая, и он тайком пробирался в подвал, и каждый раз возвращался расстроенный, дверь не открывалась, ведь была закрыта на ключ, который наверняка хранился либо у дяди, либо у кого нибудь из несуществующих слуг.

И вот позавтракав в гордом одиночестве и тишине юноша поднялся со своего места. Краем глаза он заметил какое то движение, что насторожило его.

Будто бы по тени кто-то двигался по направлению в подвал. Атокай окликнул тень, но никто не обернулся, но движение продолжилось. Заинтересованный этим происшествием мальчик осторожно последовал за силуэтом, который уже успел свернуть на лестницу, что вела в «погреб».

Атокай обернулся назад. Он опасался, что дядя его увидит, и мальчик был уверен - ему это не понравится. Но никого не оказалось за спиной парнишки, и он с легкой тревогой на сердце скрылся в погребе вслед за тенью.

Тьма скрывала все, что находилось вокруг. Жуткий холод прожигал до костей. Но Атокай совершенно не хотел отступать.

И тут впереди показалось легкое свечение, будто бы кто-то, или что-то зажгло свечу. Свечение в миг пропало, будто его и не было и в помине. Дотронувшись до стены, Атокай обнаружил, что та покрыта коркой льда, которую вполне можно подковырнуть ногтем. Мальчик пошел в сторону откуда доносилось это свечение, и обнаружил слабый свет, отдающий голубым.

Звон цепей разнесся по подгребу. Атокай спрятался за колонной, которая, как он надеялся поможет ему оставаться незамеченным. Но цепи прозвенели снова.

Прошло несколько мгновений, но звук не повторялся, и парень решился выглянуть из своего укрытия.

Его окружала лишь тьма, из за которой он не мог взглянуть вглубь погреба, что бы разглядеть, что же именно звенит цепями, но эон не мог этого сделать. Слабое свечение опять повторилось, освещая фигуру, сидящую на полу. Осмотреть ее мешала решетка, которая находилась прямо перед пленником. Новое свечение проявило на руках человека цепи, которые по окончанию чар начинали сами светиться, впитывая в себя остатки силы, которые были в человеке.

Атокай медленными шагами направился к решетке. Ему было волнительно, потому что неизвестность всегда пугала всех без исключения.

- Здравствуй…- Тихо произнес парень, подбираясь к пленнику.

Цепи звякнули, и Атокай остановился в нерешимости. Из темноты ему ответил хриплый голос, который иногда даже не был слышен из за хрипа, на который он срывался.

- Уходи… Тебе нельзя… Здесь находиться….

Неизвестный вновь что-то пытался говорить, но у него ничего не получалось.

Из горла вырывался лишь хрип, который не давал ничего понять.

- Я могу, вам, чем нибудь помочь?

Снова скрип цепей, что как потом понял парень, говорил об ответе «нет».

Атокай совершенно не хотел сдаваться. Наконец-то он нашел человека, живого, с которым можно было пообщаться, но первым делом, его нужно было вытащить из этих ужасных условий. Мысли совершенно не хотели работать, и пытаться хоть как то соображать. Звук цепей и свечение отвлекли его от мыслительной деятельности.

Маленький огонек оторвался от рук пленника и полетел к ближайшей стене, медленно начиная гаснуть с каждой секундой приближения к цели. И перед своей гибелью огонек осветил связку ключей, которая висела на уровне головы Атокая, и ту, которую он сразу же снял со своего места.

Но звон цепей опять оповестил парня о том, что бы он не делал неосознанной ошибки, которую тот совершает прямо сейчас.

Атокай медленно подошел к решетке и на ощупь найдя железную дверь – отпер ее ключом. Преграда с громким скрипом отворилась, пропуская парня в камеру.

Перед его взором предстала худая фигура, облаченная в белую рубашку и поношенные брюки.

Ноги пленника были босыми, и совершенно исхудавшими, казалось, что поднимись он на них, то кости сразу же подломились бы под его весом, они проглядывали сквозь тонкую кожу.

Волосы пленника имели чистый белый оттенок, который теперь был больше схож с земельным. Спутанные космы доходили пленнику до талии, и явно когда-то аккуратно лежали на спине, да и собирались наверное в какую нибудь замысловатую прическу. Лицо пленник повернул к пришедшему. Сильно впалые глаза, осунувшиеся щеки… И очень бледная кожа, покрытая кусками и разводами грязи. Глаза незнакомца, как не сразу заметил Атокай были разноцветными… Правый был желтым, как луна на ночном небе, а левый же нежно голубым, словно лед… Вскоре парень обратил внимание на уши пленника… Они были заостренными на концах.

Атокай опешил, он не знал как реагировать на эту находку. Он никогда раньше не встречал людей с гетерохромией, и острыми ушами. Парень конечно слышал, что таких людей называют эльфами, но подробностей не знал.

- Зря ты это сделал… Парень… Он ведь обо всем узнает...- Прохрипел он. Но потом кашель преградил все слова. Цепи вновь зазвенели, и тощие руки прислонились к сухим губам, пытаясь перекрыть поток кашля.

- Тебе нужно попить... Подожди… Я принесу…

Засунув ключи в карман брюк Атокай быстрыми шагами направился в столовую, где и надеялся взять графин с водой и немного еды.

Но взяв все необходимое, обратно пробраться незамеченным у парня не вышло.

- Что это у тебя, Атокай? – Послышался голос за его спиной, голос, который не предвещал ничего хорошего для мальчика.

Чарльз стоял рядом со столом, с которого Атокай только что взял провиант. Руки его скрещены на груди, и выдавали полное недовольство. Облачен он был в обычный домашний костюм, в котором обычно обходил свои владения, или

- Мне захотелось пить и что бы не бегать несколько раз… Решил взять еще и поесть… - Не очень правдоподобно произнес Атокай. Глаза бегали с одного предмета на другой, не задерживаясь нигде.

Мужчина сложил руки на груди и с недоверием посмотрел на племянника.

- Ты мог бы попросить, и тебе все бы принесли... И постарайся лишний раз не выходить из своей комнаты.