Атака титанов: Аннигиляция

Пленница

- Значит, вот что случилось с тобой, Имир. – произнес Эрен Йегер, смотря на замок из песка, который упорно строил собеседник.

Собеседником была маленькая девочка, которая рассказывала ему очень длинную историю. То была история ее жизни от самого рождения, ее чувства и эмоции, и печальная смерть, когда она легко излечить себя, но истерзанная тираном, не стала себе помогать. Однако он не отпустил ее, и тем самым запер ее в бесконечной тюрьме, где провела целую вечность.

Время в Путях шло по – другому. Годы в Путях шли за мгновения, но девочка продолжала служить даже после смерти.

Имир Фриц – Богиня старого мира, ставшая первым титаном, а позже и вечным пленником без воли, служащая своим потомкам. Целую вечность она была совершенно одна в этой бесплодной пустыне, выполняя приказы иных королей, воплощая давнюю мечту первого хозяина.

В прошлом ей поклонялись, ее любили и ценили по всей Империи, а сама история Имир Фриц, искаженная королями, выглядела очень светлой и ясной, само олицетворение красоты и идеала настоящей элдийской девушки. Как она прокладывала дороги, помогала возделывать землю и беспощадно карала врагов Империи.

Однако реальность была иной.

И история Имир Фриц это доказала.

Эрен находился в этом мире уже долгое время, с тех пор как Имир открыла глаза. Он не отдавал приказ, не кричал на нее и не давил, а дал выбор, напомнившей Имир то, что она человек.

В ответ девушка отбросила волю Зика, и запечатала его, чтобы тот не мешал дальнейшему разговору.

«Почти все готово. Очень скоро все начнется». – подумал Эрен, наблюдая за Имир Фриц.

Он еще не запустил Дрожь Земли, ведь для начала ему нужно было понять, что собой представляет сила Титанов, и каким образом она функционирует, и как он сможет осуществить свою цель.

Но вместо этого Имир Фриц описывала историю своей жизни и заключения здесь, минуя все особенности силы титанов, будто бы это было не столь важно. Конечно, Эрен понимал, что ей очень сложно вспоминать, ведь сила титанов подарила ей нескончаемый ад, так что не нагружал ее разум. Будучи без воли, она многое забыла, и теперь вспоминала отрывками.

Но именно в ее воспоминаниях был главный ключ.

Тот, что дарует Эрену возможность сотворить план, что томился в его голове несколько лет. С тех самых пор, как он коснулся Хистории на церемонии коронации, и в дальнейшем, когда по ночам тайно приходил к тайному месту.

- Я жалею обо всем, что случилось в том мире. Но поменять ничего не могу. – сказала Имир, закончив свой рассказ, и опустив голову. – К сожалению, я не могу изменить прошлое.

- Судьба иногда бывает крайне жестока. – ответил Эрен. – Ты хотя бы встретилась с дочками?

- Нет. Я не могла этого сделать, не имея разума. Может быть, попозже я вызову их из забвения.

В принципе, Эрен понимал, что Имир не ведала, что творила. Она при жизни была сильно раздавлена и перенесла этот образ в Пути.

«Судьба и правда… Сыграла с ней злую шутку».

Конечно, кому если не Эрену Йегеру знать, как судьба на самом деле ужасна, отвратительна и беспощадна.

С учетом всего пережитого, а также явлений будущих воспоминаний и дальнейших действий, которые так Эрену необходимы для победы, он и сам не понимал, как не сошел с ума. Почему не упал на землю, перестав двигаться. Почему все еще на ногах и упорно продолжает двигается вперед. Иногда Эрену даже казалось, что это лишь игра Богов, решившись поиграть в очередном мире, чтобы в конце концов разорвать его на части. А он лишь очередной инструмент, созданный ради этой цели.

- Но я обрекла весь мир на это… Все годы в твоем мире, для меня являлись вечностью. Я даже и не знаю, сколько времени здесь провела.

- Давай ограничимся словами очень долго? И так понятно, что ты заперта здесь вечность. Чудо, что ты говоришь вообще сейчас.

Имир кивнула.

Хотя до этого Имир не проявляла никакого интереса к событиям, что происходили в Путях, после того как Эрен коснулся до нее и докричался, то она показала свой истинный характер.

Теперь Эрен был точно уверен, что мифическая Богиня Имир является простым человеком. Она в полной мере восстанавливала все воспоминания о том, что происходило в прошлом, свидетелем и соучастником каких событий стала Имир Фриц.

И сейчас Имир доведена до отчаяния, когда она вспоминала все это. Хотя Эрен замечал и иные эмоции, а именно постепенно растущий холод по отношению ко всему.

Парень догадывался, что чем больше она вспоминала, тем более становилась безэмоциональной, и тем больше ей становилось на все плевать, потому что, как Имир и говорила, она ничего не сможет исправить, так что желает лишь обрести покой.

Верно.

Именно покоя искала Имир Фриц. После вечного ада.

«Верно, простой человек». – подумал Эрен.

Тем не менее, зная всю историю титанов, он не мог очень сильно ей сочувствовать, ведь погибшие люди страдали намного сильнее. Мир был обречен на еще больший ад при существовании Элдийской Империи, а позже при рождении Эрена Йегера.

А Имир, имевшая возможность все остановить, просто выполняла приказы, находясь здесь с подавленной волей. И из – за того, что ее память возвращалась постепенно, то она не отвечала на вопросы касаемо силы титанов, а также конкретный ответ, почему она здесь находилась.

«Ведь она Прародитель Титанов. Она может покинуть этот мир в любой момент, что же ее держало?»

Теперь же, когда рассказ подошел к концу, Эрен хотел получить ответ на то, что необходимо знать.

- Имир, ответь на пару вопросов. Они довольно непростые для тебя, но я могу их задать? – осторожно начал Эрен, стараясь отвлечь Имир.

Хотя она и выглядела печально, но Эрен хотел побыстрее понять всю механику работы Путей, а также силы титанов. До этого Эрен видел лишь историю Элдийской Империи, прикасаясь к Имир, а также события, предшествовавшие ее созданию.

- Да, задавай. – ответила она.

Имир уже очень уставший голос, а также полумертвый взгляд. Совесть, желание сдаться и побыстрее покончить со всем управляло Имир Фриц. Казалось, что она готова уже опустить руки, ведь Эрен смог докричаться до ее разума, так что он даже успел забеспокоиться, что девушка не станет выполнять его просьбу.

Впрочем, зная конечный итог истории, младший Йегер точно знал, что она согласится на то, что задумал он. И это станет роковым решением для Эрена Йегера, окончательно похоронившего свою прошлую личность.

Это станем Судным Днем для человечества вне стен.

- Почему ты вообще никак не сопротивлялась Фрицам на протяжении многих лет? И второй, почему ты, собственно, не сорвала с себя свои оковы, и сидела в этом мире, пока не пришел я. Вообще, зачем нужен был именно я? Действительно ли я являюсь тем самым избранным, кого ты ждала здесь, и кого вела сюда?

Казалось бы, довольно простой вопрос, но Имир наконец – то пришла в себя и способна дать внятный ответ, а Эрен хотел знать эту информацию.

- Потому что не могла. – ответила Имир. – Я не могла ничего сделать, ведь была лишена своей души, которую разорвали на части, создав те девять титанов.

- Значит, один титан – часть твоей души?

- Верно. Мой Прародитель имел полную силу, являясь единым. Но когда я умерла… Он расчленил мое тело, желая сохранить силу титанов, и скормил моим дочерям, а затем их тела сожрали и другие люди, за счет чего моя душа, изначально разделившаяся на три части, в конечном итоге превратилось в девять.

- Ясно. Значит, поэтому желание свободы, и прочие мои желания вполне могут быть продиктованы силой Титана?

- Отчасти. Ведь Атакующий титан связан с Путями, являясь воплощением моего тайного желания – освобождения от этого ада.

Впрочем, Эрен догадывался, что так и есть.

Появившись из одного титана, девять титанов стали сосудами ее души, по сути, забрав часть силы. А когда сила разделяется, то единая душа рвется, создавая еще одного титана, делая единую часть слабее, чем до разрыва. Лишая какой – то определенной части разума.

В конечном итоге, Прародитель являлся некой сущностью, которая лишь имеет базовую форму титана и способность приказывать Имир через Пути, лишившись всех основных сил, кроме аномально высокого размера, способности менять элдийцев по желанию и возможности влиять на разум. Поэтому раз от Имир осталась лишь оболочка, исполняющая приказы, то разум слепо подчинялся членам королевской крови.

- По сути, ты была лишена возможности мыслить, ведь ее забрал Прародитель?

- Да. И поэтому я была лишь оболочкой, ведь мой разум был оторван от тела.

- Почему же ты очнулась только после моего касания?

- Потому что ты коснулся меня и пустая оболочка, которой была моя личность здесь, лишенная всякой воли, получила часть моей души назад. И поэтому я смогла вернуть назад свою волю, частичку моего разума, и поэтому смогла принять решение.

- Иначе говоря, теперь я лишен силы Атакующего и Прародителя?

- Нет. – ответила Имир, помотав головой. – Ты все еще способен его использовать, но основным носителем силы являюсь я. Но все твои особые способности при тебе, включая взгляд в будущее.

- Что случилось, если касания, например, не случилось бы?

- Выполнила бы приказ того человека. Я не могла не слушать человека королевского рода. Я в любом случае подчинилась бы, потому что такова моя суть здесь в Путях. Таково мое ограничение.

- Значит, ты дала часть своей души потомкам, и именно из них появилась сила титанов. Следом, каждая из сил титанов – воплощение твоего желания. Но… Почему никто не знал об этом? Ну, я имею ввиду, что про силу Атакующего знали только Атакующие.

- Потому что эту тайну они держали в секрете даже от короля. Король может отдавать им приказы, вызывать в Пути, но неспособен забирать силу титанов, или же влиять на разум. Лишь я могу это сделать. Лишь моя Воля способна на это.

- Значит, теперь ты можешь забирать силу титанов по – своему желанию, и не делиться ни с кем?

- Верно. И об этом никто не знал.

- Понял.

Эрен кивнул, и перевел взгляд на замок из песка.

Каждый из титанов также является воплощением ее желаний, вроде защиты своих детей и атаки на врагов, освобождения от оков, и других иных частиц разума. Сейчас это было не так важно, но теперь Эрен хотя бы понимал принцип, почему Имир находилась в Путях тысячелетия, и никогда не восставала.

Ведь даже во времена Элдийской Империи случались восстания покоренных народов. Покоренные народы, по сути, тоже являлись рабами и Имир могла последовать их примеру, но не шла по этому пути.

Королевская семья не являлась основоположниками справедливости и к восставшим относились всегда крайне жестко. Подобные события всегда заканчивались провалом для восставших и проливалось много крови. Но Имир, видя это из Путей, просто следовала приказу Прародителя, неспособная даже сказать свое слово.

Теперь же это обрело ясность, ведь волновало Эрена больше всего именно подобное преступное бездействие.

- Кто является избранным? Им являюсь я?

- Не ты, а Атакующий. – ответила Имир, посмотрев Эрену в глаза. – Тот, кто должен лишиться любых оков, всеми способами добраться до этого места, движимый свободой, как и диктует частица моей души.

- Ты двигала мною, но не могла управлять. Почему?

- Потому что лишена воли, ответила же. Атакующий идет сюда лишь благодаря внутренним настройкам частицы души, и желанию вновь стать единой. Моя оболочка здесь была без цели и разума, и лишь выполняла приказы королевской семьи, не задавая вопросов.

- Но, тем не менее, сюда привела меня именно ты.

- Отчасти. – отмахнулась Имир. – Все это – лишь результат принятых тобою решений. Этим избранным мог вообще оказаться любой из Атакующих, но добился успеха в итоге только ты.

- И хорошо, что это я.

- Верно. Я тоже рада.– сказала Имир и попыталась улыбнуться.

Получилось это очень натянуто, но довольно неплохо для того, кто не мог улыбаться в реальном мире, кроме редких моментов, когда она нянчила, или же воспитывала своих дочерей.

Эрен же не мог улыбнуться в ответ, так что опустил взгляд.

«Возможно, будь это Армин или же Микаса, то им было бы жаль Имир». – подумал Эрен, старательно смотря на песок.

Имир не должна была понять истинных чувств Эрена. Хотя, как ему казалось, прекрасно понимала.

- Забавно, что сила титанов, избранность и колоссальная ответственность попала именно ко мне. – произнес Эрен, не поднимая взгляда. – Знаешь, это так забавно, что именно мне приходится делать все это, и сотворить тот ад, что я желаю.

- Просто смирись. Иногда нужно просто действовать.

- Я искал различные пути решения проблемы. Но ничего не нашел из того, что мне бы подошло. В итоге, теперь из – за меня мир обречен. – сказал Эрен. – Это что, какая – то дерьмовая судьба?

Рука Имир, когда она лепила часть замка, замерла, но через несколько секунд продолжила свою монотонную работу.

- Возможно. Я не знаю существует ли судьба, или же существует ли Бог. Но определенно я могу сказать лишь одно – иногда нужно двигаться вперед. Пока не достигнешь цели, и только тогда поймешь простую истину.

- Истину?

- А стоило ли оно того. – ответила Имир. – Как ты говорил тому мальчику? Узнает истину лишь тот, кто продолжит двигаться вперед.

Эрен поднял взгляд и посмотрел на девушку.

Ее лицо не выражало ничего, кроме усталости. Даже ее движения становились очень ленивые, но в глазах мелькал недобрый огонек. Казалось, что Имир испытывала ненависть, но всячески старалась это скрыть, или же не подать виду, что она что – то чувствует.

Но Эрена сейчас это мало волновало, ведь он хотел спросить еще одну вещь.

- Тогда, ты же знаешь, что я собираюсь сделать? – спросил Эрен. – Что именно я хочу попросить у тебя?

Имир посмотрела на Эрена, перестав лепить часть того замка, ответив ему прямо в глаза:

- Да. Знаю.

Она подняла руку, сжала в кулак и с силой уронила на песок, разрушая постройку, что сама воздвигла.

- Ты это видела… С помощью моей силы?

- Да. Обычно Прародитель не может видеть будущее, ведь это основа силы Атакующего. Иначе бы тот человек не создал бы стены из Колоссальных Титанов. Но если использовать силу Атакующего и Прародителя одновременно, то это возможно. Но лишь для тебя и меня.

- Значит, ты видела будущее лишь из – за прикосновения?

- Верно. Остальное мне неведомо, и я бы не смогла увидеть это, если бы ты не дотронулся до меня. Ведь ты также это увидел, благодаря касанию к королевской крови, верно?

Эрен кивнул.

Он видел будущее при помощи касания к Хистории. Они встречались ради этого много раз, ведь она была одной из двух человек, посвященных в настоящий план, и то, что Эрен видел в далеком будущем. Именно благодаря этому Эрен и действовал, ведь, как он успел убедиться, будущее не изменить.

«Будущее уже написано, и топором его не срубить. Единственное, что я могу – это идти вперед по дороге и протоптать для следующих поколений». – пронеслась эта мысль в его голове.

Ему было больно, и до сих пор Эрен испытывал душевные терзания и сильнейшее чувство вины, но постепенно парень полностью смирился с тем, что это должно случится. Ему пришлось очень трудно, но Эрен, как солдат, собирался выполнить свою миссию.

Времени у него осталось не так много.

- И… Что думаешь о моем желании? – осторожно спросил Эрен, убирая ее кулак с разрушенного замка. – С учетом твоего опыта?

Он начал строить заново, на этом разрушенном строении из песка, формировать фундамент нового замка, что построит лично.

- Не мне тебя судить, ведь я такой же преступник. Я обрекла на страдания множество поколений и весь мир, в то время как ты создашь такое по своей воле, но кратковременно. После чего мир будет ждать новое начало. – сказала Имир уже взрослым голосом. – Я не буду судить тебя, и будь на твоем месте – поступила бы также.

Ему на мгновение стало не по себе, отчего его рука начала трястись, но Эрен смог взять себя под контроль.

«Этот момент… Активация Дрожи Земли уже близко».

- Тогда кому судить меня?

- Никому. Никто не будет судить тебя. – ответила Имир. – Кроме того, ты же не думал, что можно выйти из этой ситуации с чистыми руками? Кровь прольется, либо моего народа, либо иных народов. Тут уж решай сам, что важнее для тебя.

«А ты точно Имир? Она же несколько часов назад буквально рыдала, начиная рассказывать свою историю». – подумал Эрен, слегка ухмыляясь.

Откровенно, говоря, он не ожидал от нее таких жестких слов, но Имир говорила правду.

Элдийский вопрос не имел никакого пути справедливого или же мирного решения. Сама суть – сила титанов и ненависть к прошлому не дает нынешним поколениям забыть про отрицательные эмоции, не говоря уже о жизни в дальнейшем. Им очень сложно даже наладить дипломатический контакт с кем – то, кроме Хидзуру, а с частью мира абсолютно невозможно.

Да, Остров никого не трогал до нападения Эрена, но это не мешало иным странам использовать Остров для выкачки ресурсов, после чего поработить и уничтожить местное население. А все потому, что грехи элдийцев, согласно словам людей с континента, неизмеримы и их невозможно искупить никоим образом.

Вспомнив об этих словах, Эрен ощутил ту же ненависть, как и в пещере.

Он построил несколько слоев фундамента замка из песка, после чего остановился, но затем сразу же начал строить с новым приливом сил. Для него это было испытанием, ведь он взял на себя великую и одновременно ужасную ответственность.

«Потопить мир в крови, чтобы из этой крови родился новый мир… Странно, звучу словно какой – то урод. Но раз иного способа нет». – пронеслось в голове Эрена.

Он вспоминал слова Фриды и лишь испытывал ненависть к такому образу мышления.

Но правда в ее словах имелась.

Сила Титанов и правда не должна принадлежать не только слабому, но и в принципе любому человеку. Она очень сильно развращает, делает из человека нечто новое, извращает его суть, если подвергнуть человека правильной обработке, или же если человек морально сломан, или же ужасен в нравственном плане.

Иначе говоря, сила титанов создаст монстров, которые снова будут тиранить мир рано или поздно. Поэтому план 50 лет Эрен считал очень ненадежным и отверг его, едва только услышал. Ведь нельзя точно сказать, что следующие носители силы титанов будут хорошими.

«А раз так… То решить конфликт миром точно нельзя».

Если же убрать силу титанов, но оставить мир существовать дальше, то это даст лишь временную отсрочку. Этой отсрочки хватит, чтобы они подготовились и научились не уповать на силу титанов, но это не выход.

Ведь это просто отдача судьбы Острова в ненадежные руки и волю случая. Это не дает ни гарантии жизни, и не уничтожает старый конфликт. Он лишь еще больше обостряется, ведь тогда элдийцы континента будут бесполезны и их истребят, не говоря уже о элдийцах Острова.

- Иначе говоря, мы в тупике. – сказал Эрен, укрепляя стенки замка.

Кроме того, весь мир уже настроен враждебно к Острову из – за действий Эрена, так что выбор был сделан. Ведь атака на континент, гибель части жителей, а также последующая война лишила возможности мирных переговоров.

С учетом большого количества трупов с обеих сторон, они не смогут жить в мире.

Это просто невозможно,

И тот факт, что ненависть к Острову сознательно подпитывали многие люди на континенте лишь сильнее осложняло работу потенциальных пропагандистов. Чтобы это забыть, нужно несколько поколений, но этого времени у Эрена нет.

«Я поклялся, что завершу конфликт именно в отведенное мне время. Чего бы то ни стоило».

Так что Эрен Йегер лишь сделал выбор, где погибнет намного больше людей, чем у него дома.

У него был план. Он мог все завершить.

- Ты дашь мне выбор?

- Именно. Мне, на самом деле, плевать. – ответила она. – Но итог будет хорошим для Острова, если я правильно вижу последний промежуток времени.

- Мне хотелось бы, чтобы этого и вовсе не было.

- Хочешь уйти из истории без крови на руках? – спросила Имир.

У нее уже пропало жалостливое выражение лица. В данный момент на нем было лишь равнодушие и усталость.

- Мои руки в крови, а скоро я буду в крови по шею. Может быть, даже весь в крови буду. – ответил Эрен. – Но я думаю, что если я ошибаюсь? В результате вместо блага, я лишь стану монстром, чтобы принять и без того худшее решение на свете.

Замок из песка почти построился Эреном.

Он был ненадежным, временным, но этого хватит, чтобы поднабраться сил и изменить то, что требуется. Пока придут другие люди, чтобы закончить начатое им.

- А ты давно им уже стал. – холодно ответила Имир. – Давным – давно, когда зарезал тех людей в доме, помнишь?

Эрен не стал отвечать.

Конечно, его руки в крови.

Эрен никогда не был тем хорошим человеком, кем его иногда считали товарищи. Он с самого детства имел иной характер, не говоря уже о помешанности на свободе. Именно этот вариант и стал тем самым спусковым крючком к изменению личности.

Так что Эрен не считал себя хорошим, но и плохим себя не видел. Ровно до момента, как принял свою судьбу и стал играть по ее правилам. Ведь будущее невозможно поменять. Каждое его действие и попытка что – то изменить приводила к тому самому моменту, которое и случилось.

Так что Эрен, проверив несколько своих гипотез касаемо силы Прародителя и Атакующего, понимал, что выбора нет.

Его толкало в будущее, в самое пекло, чтобы он сделал то, от чего будет в ужасе все оставшееся время. То, что он никогда не сможет себе простить, но то, что подарит Острову безопасную свободную жизнь и второй шанс.

«Смогу ли я в этой кромешной тьме обрести долгожданный рай? Нет… Но мои друзья, возможно, смогут».

Его друзья смогут обрести покой и заслуженный отдых, а самого Эрена не ожидал хороший конец.

Эрен знал, что на кону, но даже так принять такое решение было очень сложно. Сложнее ему приходилось с некоторыми действиями, смирением и движением вперед. Не говоря уже о том, что на главный поступок, который еще случится в будущем, младшему Йегеру нужна будет моральная помощь.

Сам он такое точно не совершит без правильной обработки своего же разума.

Тем не менее, Эрен желал бороться дальше.

Ради рая, что он видел.

«Остался лишь последний рывок. Просто двигайся вперед». – подумал он, склонив голову вниз.

Путь к будущему будет усеян трупами невинных.

Среди них были и мирные граждане иных стран, и простые люди, и даже некоторые люди Парадиза, которым также было суждено умереть. Но хуже всего Эрену пришлось смириться с мыслью, что несколько очень дорогих для него людей умрут, и этого никак не изменить. К сожалению, чтобы навсегда стереть старую историю, ему придется поступить именно так.

«В тот момент, когда я принял это и осознал, мне хотелось рыдать». – подумал он, вспоминая ту сцену в дирижабле.

- Они… - начал Эрен.

Но его сразу же перебила Имир.

- Это нужно сделать, Эрен.

- Впервые за долгое время ты назвала меня по имени. Даже нет, первый раз за все это время, что мы здесь.

Бесчисленное количество проведенного времени в Путях, и такое событие. Имир явно настроена на то, чтобы прекратить то, что с ней происходит.

Даже если ей придется мотивировать Эрена совершить ужасающий поступок.

- Потому что ты колеблешься. В самом начале ты так не волновался.

- История становится сложнее. И я тоже.

Верно.

Изначально Эрен видел мир черным и белым. Там все было очень просто и легко, понятно, как в детском разуме.

Есть конкретные враги, есть союзники и товарищи. Враги заслуживали смерти, а союзники право на жизнь. На врагов с их мотивами и собственной правдой тоже плевать.

Уже давно Эрен понял, как сильно ошибался, не пытаясь понять врагов. Он понял их суть, и то, что они, по сути, заложники ситуации. Практически все континентальные элдийцы, которых король Фриц бросил на произвол судьбы по своей причине.

Они лишь жертвы, вынужденные действовать именно так, потому что иначе их убьют. Тех людей нельзя винить за то, что они заложники пропаганды. Ровно как и у людей внешнего мира тоже были свои причины ненавидеть элдийцев, хотя Эрен почему – то ощущал уверенность, что многие из фактов прошлого были сильно преувеличены, чтобы очернить старую власть.

Теперь мир в глазах Эрена выглядел серо.

Он понимал врагов и союзников, понимал ненависть и смирение, желание мира и войны, но это не меняло абсолютно ничего. Ведь понимание и смирение не спасет Остров и его народ.

«Нет… Никакого смирения, никакой быстрой смерти, и никакого белого флага». – подумал Эрен.

В нем словно проснулся тот человек, который был в пещере, настраивая отца на убийство Фриды И главным поводом для этого стала та самая коронация.

- Забавно, что именно ты можешь понять меня так, как никто иной.

Имир, до этого сказавшая слова холодным тоном, посмотрела на Эрена с нескрываемой печалью.

- Думаешь?

- Знаю. – ответил он. – Ведь ты, по сути, и есть демон, а я… Дьявол Земли, что получает в дар то самое проклятье.

Сказанные слова заставили Эрена отбросить любые колебания.

«Верно. Я дьявол, и моя задача сделать это».

Все то, что случится дальше уже предрешено.

Ничего не изменить, и не поменять. Ведь иначе все пойдет коту под хвост. Все жертвы, убийства и разрушения будут зря.

«В смерти должен быть смысл.» - подумал он.

Замок из песка был почти достроен.

- Ну, на короткое время, когда колоссы будут идти по миру, ты сможешь ощутить ту самую свободу, верно?

- Не думаю, что мне будет хорошо, но да… - сказал Эрен, колеблясь. – Свободу – то я ощущать буду, но…

- Но погибнут множество людей.

- Верно. – произнес Эрен, посмотрев на замок еще раз. – Я раздавлю всех тех людей, просто потому что желаю выполнить свою мечту. Словно какой – то дьявол.

Замок из песка практически достроен.

Эрен не знал основ, как правильно это сделать, но он словно специально обезопасил этот замок от всех бедствий. И теперь ни море, ни внешние факторы никак не повредят его. Он недолго простоит, пока не придет время уходить с этого замка в следующие, но уже в целую сеть замков, построенных другими жителями.

- Иначе быть не могло, Эрен. Миром такое не решить, и твой друг этого не понимает.

На некоторое время оба человека замолчали.

Имир смотрела на Древо и о чем – то думала, Эрен же пытался окончательно поставить свои мозги на место, глубоко закопав внутри себя сомнения и колебания, чтобы он не мешали ему.

Ведь все равно итог будет один.

Однако в его голове возник один из главных вопросов, на которые Эрен хотел знать ответ, касаемо Имир Фриц.

Его взгляд изменился и Эрен перевел взгляд на девочку, уже смотревшей на Эрена. Она словно ощутила его взгляд, поэтому уже подготовилась к ответу.

- Имир, чего ты на самом деле желаешь?

- То, что и ты. – ответила Имир, мечтательно посмотрев наверх.

И хотя ее взгляд стал печальным, как только она перевела взгляд на Эрена, то ее глаза тут же начали сиять.

- Свободы и покоя.

- Но раз ты свободна, то почему все еще остаешься здесь?

Она посмотрела на Эрена, словно тот упустил важнейшую и самую простейшую деталь в этом паззле, после чего дала ответ:

- Ты дал мне то, чего я желала целую вечность, так что я выполню одну твою просьбу.

Эрену стало легче, потому что он еще не до конца понимал, как правильно работает сила Прародителя. С этим ему должна помочь Имир Фриц.

- Спасибо, Имир. – сказал Эрен, слегка улыбнувшись. – Благодаря тебе, я смогу завершить то, что начал.

- Пока что не благодари. – кивнула Имир. – Я ждала тысячелетия, так что могу подождать и еще некоторое время. К тому же, если я уйду сейчас, то все будет напрасно, и ты, как и твои товарищи, погибнут.

Верно.

В данный момент Прародителем владела Имир Фриц. И хотя, согласно воспоминаниям, она должна была передать полную силу именно Эрену, но он до конца не знал о том каким образом это случится.

- Ты поэтому говорила эти слова, чтобы я решился на Дрожь Земли, верно?

Имир кивнула.

Теперь он понимал, почему Имир так сильно давила на него с долгом и тем, что ему нужно это сделать. Здесь не было никакой заботы о потомках или же об Эрене – тут было эгоистичное желание добиться свободы и получить покой.

То, о чем Прародительница Имир мечтала, сидя в клетке. А теперь, получив назад свой разум, и силу Прародителя, она может наконец – то исполнить свою мечту.

Так что ей стало плевать и на Эрена, и на мир, и в целом на все человечество.

«Довольно… По – человечески, если посудить с учетом ее усталости». – подумал Эрен.

- Тогда, нужно поторопиться, чтобы выполнить мое желание, верно?

- Да.

Имир сразу же поднялась на ноги.

Эрен последовал за ней, аккуратно обойдя замок из песка, не позволяя дотрагиваться до него. Он пошел вперед в след за Имир, которая следовала прямо к сияющему Древу.

Их объединила цель, ведь достигнув цели Эрена, Имир достигнет и своей.

Они были связаны.

«Борись. Борись, борись». – проносилось в его голове.

Впереди оказался лежащий Зик, прикованный цепью к песку. Неведомым образом эти цепи невозможно было сломать, и не имелось возможности вырваться, на сей раз уж точно.

Однако Зик находился без сознания, и если же он восстановиться, то Эрен собирался запереть его в Путях до выполнения своей миссии.

Тем не менее, Эрен переступил через падшего старшего брата.

- Мы станем одним целым. Сообщниками до самого конца. – произнесла Имир, поворачиваясь в сторону Эрена.

Его тело трансформировалось в мире Путей в тот возраст, когда он получил силу титанов.

- Верно. – ответил Эрен. – Но перед тем как все начнется, прошу дать мне воспоминания о том, как все это правильно работает. Ты сделаешь это?

- Да, сделаю. – кивнула Имир.

Эрен слабо улыбнулся, и протянул руку.

Они соприкоснулись и Эрен увидел многое из того, что до этого ему было неизвестно. В Путях он провел еще достаточное количество времени, но в реальном мире прошли лишь доли секунды, после чего глаза Эрена открылись.

В реальном мире стены на Острове Парадиз начали рушится, а весь Остров начал дрожать.

Титаны получили свободу, как того пожелал Эрен.

Предатель. Часть 1.

Жан Кирштайн испытывал злость.

Ему не хотелось сдерживаться, он был готов втоптать бывшего друга в землю, забив до полусмерти. А позже, когда тот восстановится, сделать это снова и повторять ровно до тех времен, когда Жану станет легче. В конце концов, это приносило некую гармонию в разум парня.

Ведь тот бывший друг убил Марко.

Человека, которым Жан восхищался, и кого до сих пор помнил, и, можно сказать, любил. Марко очень сильно повлиял и на выбор жизненного пути Жана, и на дальнейшую жизнь молодого бойца. Даже сейчас та самая фраза, сказанная перед смертью трем предателям, лишь заставляла Жана испытывать трудно сдерживаемую ярость.

Именно поэтому Жану и требовалось побыть одному.

Он мог не сдержаться, и убить Райнера Брауна, или же сделать еще несколько глупых эмоциональных поступков, за которые ему станет стыдно, или же Жан будет раскаиваться. Ему не просто нужно прийти в себя, но и восстановить свой разум, пересилив свою ненависть.

Поэтому Жан и ушел в лес подальше от товарищей.

«Чертов урод! УРОД!» - думал Жан про себя, стараясь успокоится.

Из его глаз текли слезы, а все эмоции буквально вышли наружу. Ему хотелось кричать, вопить, рыдать, но хватало сил только на пролитые слезы. Сердце Жана стучало так сильно, что могло распугать всех зверей в округе. Его руки начинали болеть, а дыхание стало прерывистым, иногда ему даже не получалось нормально сделать вдох и выдох.

Он упал на землю, и не хотел вставать.

Так что Жан просто перевел взгляд на небо.

«Вдох, выдох, вдох, выдох». – проносилось в его голове.

Ему требовалось не просто успокоится, но и пересилить собственные эмоции. Иначе в тот самый ключевой момент, когда может потребоваться спасение Райнера Брауна, Жан не сделает этого и обречет своих товарищей, решивших выступить против Эрена Йегера, на смерть. В такой битве нужны все резервы, даже если этот человек является врагом.

Практика «Вдох – выдох» не помогала, и его сердце стало лишь сильнее болеть, но Жан продолжал упорно смотреть в небо. Пусть не сейчас, но он сможет успокоится через несколько минут.

«Нужно только посмотреть… Настроится на это небо… Только так».

Бескрайнее ночное небо.

Жан перевел взгляд туда, и не отводил его, даже не замечая крики друзей. Они шли с факелами по лесу и искали Жана, но тот игнорировал их, не желая идти туда. Он заранее сошел с тропы, так что они не смогут его найти, если не прошерстят весь лес.

В этих условиях искать его бессмысленно.

«Отлично, значит, Армин понял, что нужно сделать». – подумал Жан.

Если Жан правильно услышал, то Армин попросил всех вернуться назад, решив, что беглец скоро вернется.

Впрочем, так оно и есть, поэтому это правильное решение. Парень просто не хотел, чтобы его сейчас нашли. Кроме того, прямо сейчас ему и нужно принять то самое ключевое решение.

«Ханджи так и не смогла мне нормально дать ответ. Лишь закричала… Да, впрочем, я даже сейчас не знаю, как мне поступить».

Слушая речь Ханджи, по сути, эмоциональный всплеск и решение выступить против Эрена Йегера, Жан первоначально был согласен. Они не монстры, чтобы поступать так и игнорировать гибель мира, и там живут множество хороших людей, не заслуживающих погибели. И она правильно сказала, что геноцид никогда не будет нормальным решением проблемы.

Это нельзя ни оправдать, ни как – либо защитить, потому что решение Эрена идет против всего, что создало человечество за многие годы своего существования. Да, будет достигнута победа, но ценой победы над моралью и здравым смыслом.

«Однако… Есть ли вообще этот иной путь?» - задал Жан логичный вопрос.

Конечно, он был риторический.

Первоначальное согласие пошатнулась благодаря словам Магата, воспоминанием о судьбе элдийцах в иных странах, жизнью элдийца за пределами стен и прочих различных факторов о мире. С учетом, особенно слов Магата, Жан начинал сомневаться в правильности своего выбора.

Эрен Йегер.

Монстр, который пошел против всего мира, чтобы спасти элдийцев с Острова.

«Он стал тем самым врагом человечества, с которым сам сражался… Чертов суицидный психопат». – пронеслось в его голове.

Сердце Жана стало биться чуть спокойнее, и он уже мог нормально делать вдох – выдох. Так что он закрыл глаза и попытался представить себя на различных сторонах этого конфликта.

Представляя себя на стороне воина Марли, Жан понимал всю суть проблемы, но также он хорошо помнил множество убитых людей на Парадизе, когда прорвали стену.

«Марко, а ты бы как поступил в этой ситуации? Какое бы решение принял? Просто закрыл глаза? Или же начал бороться с тем, кто пытается спасти Остров?» - пронеслось в голове Жана.

С одной стороны, Эрен стал тем, кого сам ненавидел.

Но, стоит заметить, что не Эрен это начал.

Если судить с этой точки зрения, то Жан понимал, что Эрен был поставлен в некий тупик, где от его решения зависит судьба двух миров.

По сути, он может выбрать только один, ведь иной мир все равно уничтожит их, несмотря ни на что. Как бы Эрен не пытался наладить контакт, как бы островитяне не говорили всем о том, что не желают никому зла – это не принесет ощутимого результата.

Ведь люди ненавидят всех элдийцев именно за тот факт, что они элдийцы, а не титаны. И теперь Эрен, по сути, стал воплощением зла, используя титанов, уничтожает человечество.

Жан бы никогда не смог так поступить.

Будь такая сила у него, то Жан долго бы колебался, как минимум из – за хороших моментов, что он увидел за пределами стен на континенте.

Но Эрен Йегер является другим человеком.

Только тот, кто способен перейти через свои принципы, освободившись от них и разрушив до основания, и способен принять такое решение. Переступив через все законы, через моральные и нравственные ориентиры, закопав все это поглубже или выбросив, только такой человек сможет совершить такой ужасный поступок.

В какой – то мере его можно назвать свободным человеком.

Кроме того, как бы Жан ни отрицал, действия Эрена имеют основания.

Внешний мир сам доигрался, когда напал на Остров, будучи предупрежден заранее. Не было ни разведовательных миссий, ни попыток встретиться и наладить контакт, ни попытки узнать, что за люди нынче там проживают – лишь пролом стены, подготовка к захвату Прародителя, уничтожение многих людей Острова и огромная ненависть всего мира на тех, кто даже не совершал этих грехов.

Они выбрали уничтожить тех, кто лишился воспоминаний и, по сути, очистился от грехов, приняв на себя роль всеобщего врага. И забавно то, что элдийцы Острова стали видеть во внешнем мире врагов именно из – за действия внешнего мира.

Иначе говоря, континент при всех иных вариантах сам создал такого врага, которого стоит ненавидеть.

«Они бы не пощадили нас… Никого из нас».

Верно.

Жан был в этом уверен.

Он уже бывал во внешнем мире, не только годы назад, но и в последние месяцы, когда они усиленно искали Эрена по всей Марли, параллельно собирая информацию о военном потенциале Марли, о соотношении сил и прочих важных моментов, необходимых для успешного ведения войны.

Однако они не нашли Эрена и пошли на поводу плана Зика.

Так что теперь все будет кончено. Хорошие и добрые люди, не сделавшие Жану ничего плохого и даже не интересующиеся его кровью, дети и невинные жизни также будут оборваны, потому что внешний мир решил создать себе врага, переложив на него всю ответственность.

«Иначе говоря… Это их вина, верно?» - повторилась в голове Жана центральная мысль, которая уже говорилась вслух при друзьях.

Жан открыл глаза и снова глядел на небо.

«К тому же… Этот псих поменялся. Очень сильно».

Эрен Йегер очень сильно изменился с их последней встречи.

Жан не верил, что прежний Эрен на такое способен. Конечно, иногда он вел себя странно и напоминал умалишенного, но в первую очередь Эрен всегда говорил о защите человечества, чести и борьбе за свободу, правду и справедливость.

Нынешний же Эрен этим и близко не занят.

«Ты ведь этого хочешь, верно? Просто закрыть глаза, и просто остаться здесь? Перестать выживать и начать жить?» - сказал внутренний голос Жана.

Жан инстинктивно закрыл уши, стараясь не слышать ничего.

«Верно. Не открывай глаза. Просто не смотри, не слушай их крики. Просто забудь обо всем, подумай о себе, зачем тебе думать о других?» – проговорил внутренний голос.

Он, словно демон, сел на левое плечо и шептал ему на ухо ужасные вещи. Жан хотел, чтобы он остановился и не говорил ужасную правду.

«Нет… Все это неправильно. Я не как Флок… Я не смогу».

Флок Форстер смог бы жить дальше.

Жан увидел безумие этого солдата еще в бою, но тогда не придал этому значение, но теперь отчетливо понимал, о чем говорил Флок.

«Это наше возмездие врагам! Это лишь начало!»

Эти слова Флока во время операции в Либерио, которые всплыли в голове Жана. Он поговорил с ним после операции, еще до момента ареста, так что примерно понимал, в кого превратился Флок. Только он не знал, что все настолько серьезно.

Что Флок Форстер на это решится.

«Хочешь быть свободным, Жан? Это ведь здорово, Жан! Чему ты сопротивляешься? Разве мы не пережили тот ад четыре года назад? Ты можешь забыть про все. Зачем позволять им жить, если они хотят забрать наши жизни?»

В голове Жана воспроизводился короткий диалог, который он провел с Флоком после того, как должна начаться казнь добровольцев. Жан пытался поговорить с Флоком, но тот не желал этого делать.

Вспоминая эти слова, Жан замотал головой, не желая соглашаться с этой точкой зрения.

У него еще были причины сражаться, и он не был настолько сломлен.

«Нет, нет! НЕТ!»

Он стиснул зубы.

Из глаз Жана слезы потекли с новой силой.

Ему показалось, что что – то течет с рук.

Жан открыл глаза и посмотрел на свои руки. Увиденное заставило Жана Кирштайна оцепенеть.

«Они… Мои руки… Они в крови».

С них буквально лилась кровь, и Жан видел, как они становятся красными. Он словно оказался посреди Дрожи Земли и слышал, и чувствовал все, что испытывают те люди.

Как кричат погибающие, как они просят о помощи, как дети плачут от страха под ногами титанов, и их вот – вот раздавят, и он словно был соучастником всего этого. Ведь Жан бездействовал, и поэтому словно сам был одним из тех титанов.

Словно это он наступал на них.

- Неужели… Это и правда моя свобода? Сидеть здесь, молчать и закрыть уши, пока… Весь мир гибнет? Это и правда то, чего я хочу? – задал Жан вопрос сам себе.

Откровенно говоря, он понимал, что не хочет сидеть здесь, но часть Жана останавливалась. В его голове всплывала информация о том, что происходило в мире по отношению к элдийскому народу, и ему было страшно.

Жан не мог представить, что случится, если они остановят Эрена. Что сделают те люди в будущем, или же сразу? Каковы гарантии, что резня после остановки Дрожа Земли прекратится? Он ведь придут по их душу.

И ужас случится уже с ними.

Жан поднял руку к небу, словно пытаясь найти правильный исход этих событий.

«Нужно… Пока не думать об этом. Нет, это не то над чем я должен думать… По крайней мере, сейчас».

Жан ощутил усталость от сильного стресса. Ему захотелось спать и он, вероятно, уснул бы.

Однако он ощутил резкое изменение атмосферы.

Жан Кирштайн открыл глаза и увидел, что больше не сидел в лесу. Это вообще не было похоже на человеческий мир, ведь повсюду был сплошной песок и тьма. Весь свет шел от некого древа со множеством ветвей, распространяющейся по небу, словно прогоняя тьму.

- Что? – произнес Жан, вставая на ноги.

У него из глаз продолжали лить слезы, но он старался оглянуться, чтобы найти кого – нибудь.

«Это… То место?»

Жан снова оказался в том месте, где и был Эрен. Место, откуда он и объявил о начале массового геноцида. И почему он тут оказался? Означало ли это, что Эрен хотел с ним поговорить? И позвал ли он остальных?

- Эрен?! Ты здесь!? Ответь, прошу! – крикнул он.

Он ожидал услышать в своей голове голос, или же увидеть кого – то, но ничего не случилось.

Пока Жан не сделал несколько шагов назад и не врезался в кого – то, упав на песок. Тот человек сзади остался неподвижным, и Жан, подняв взгляд на него, в ужасе уставился на своего товарища.

- Эрен… Это ты? – произнес он, смотря на своего друга.

Эрен Йегер стоял прямо перед ним, и смотрел на Жана с нескрываемой скорбью. Всего мгновение, но Жан заметил, как лицо Эрена переполняют мрачные эмоции.

Определенно это не было похоже на тот уверенный голос, что ознаменовал начало Дрожи Земли. Жан не видел сходств этого человека с тем голосом, ведь даже уверенности в глазах Эрена он не видел.

Жан поднялся на ноги, и лицо Эрена изменилось.

Оно стало более решительным. Можно сказать, что Эрен о чем – то подумал, и это заставило его измениться внутренне, и уже выглядеть уверенно.

По крайней мере, так предполагал Жан.

- Жан… Привет. – ответил он. – Я позвал тебя сюда, чтобы ты помог мне. Без тебя я не справлюсь.

Жан не знал, что ему ответить. Слишком много он хотел сказать своему друг, поэтому не дал ответа, но кивнул.

Это было знаком, что он готов слушать.

- Идем, Жан. Кое – что покажу. – сказал Эрен и направился прямо в центр этого места.

Древо, от которого исходил свет.

Голова Жана закружилась и он, моргнув, увидел совсем иную картину, нежели то, что он видел до этого.

И упал на колени, в шоке смотря на то, что происходит.

- Что…. Что это такое?! – спросил Жан, смотря на творившееся безумие.

То, что видел Жан, можно назвать одним словом – резня.

Люди в марлейской и не только униформе устроили самую настоящую бойню в городе, напоминавшим земли на стеной Роза. Противники уничтожали людей, прикладами винтовок вытаскивали их из домов, убивали женщин и детей, мужчин и стариков – всех без исключения, не щадя никого.

В иной части этой местности сваливались бомбы, и повсюду раздавались крики отчаяния и боли.

Люди пытались сбежать, но никто не мог этого сделать, ведь парящие в небе дирижабли истребляли их, не давая даже выйти из укрытия. С них сбрасывали бомбы, уничтожали заграждения и укрытия, а также заготовленные ловушки и гасили ответный огонь.

Улицы завалены трупами, которых с каждой минутой становилось все больше из – за шквального обстрела из дирижаблей. Сотни превращались в тысячи и так далее.

Эрену не стоило говорить о том, что происходит, ведь Жан понимал, что идет уничтожение островных демонов в целом.

Из глаз Жана с новой силой потекли слезы, а его тело начало трястись настолько сильно, что ему казалось, что он потеряет сознание, ведь картина была ужасна. Даже Жан, прошедший через ад и все еще сохраняющий рассудок, не мог игнорировать происходящее.

- Идем вперед. Увидим самое главное. – послышались слова Эрена.

Жан не мог не послушаться своего друга, так что поднялся на ноги и поплелся за ним, непрерывно роняя слезы, смотря на убитых людей. Он находил множество знакомых, кого просто знал, видел или с кем когда – то общался. Из – за этого он несколько раз падал на землю, затем снова вставал и шел.

Парень ощущал не только душевную, но и физическую агонию, а постоянные крики людей со всех сторон лишь усугубляли положение. Несколько раз Жан с опаской смотрел вперед, когда там рвались бомбы, но Эрен шел вперед, несмотря ни на что.

Жан решил не пугать себя еще больше и двинулся за ним. И правда, ударная волна не трогала его, и он даже не замечал каких – либо повреждений на себе, если бомба падала рядом.

В том месте, где уже не падали бомбы, слышны крики. В относительно зачищенные места посреди трупов были видны раздетые женщины, умершие явно от пулевого ранения, но с кровью на ногах, и агонией на лице.

А застегивающие свои брюки тыловые части вражеских войск лишь показывали, что с ними сделали перед смертью. Причем участвовали в этом не только марлейцы, но и все остальные расы.

Жан видел азиатов, чернокожих и смуглых – все расы, которые успел повидать в мире. Все они, словно обезумевшие, резали элдийцев, не щадя никого.

- Боже… Боже… - произнес Жан.

- Еще самое худшее впереди. Побереги нервы.

- Эрен… Зачем ты мне это показываешь? – произнес Жан голосом, в котором не было слышно ни капли здравого рассудка.

Ему казалось, что он сойдет с ума в этом аду, ведь был психически уязвим. Начиная от диалога с Райнером, заканчивая этой картиной. Все это сильно надавило на Жана, и он просто не мог сдерживать себя.

Ему хотелось остановить все это.

Упасть на землю и без конца плакать, но он следовал за Эреном, словно маяком во всем этом ужасе. Ведь несмотря на крики отовсюду, Эрен оставался относительно спокоен и с решительным выражением лица шел вперед.

- Чтобы ты понял мои мотивы.

- Это то, что случится с нами? – спросил Жан, не переставая идти за Эреном.

Эрен в данный момент держался холоднее, чем Жан.

На несколько секунд он даже подумал, что Эрен более психически подготовлен к такому, пока не пришла на ум одна догадка.

«Неужели, он был здесь много раз, и всегда смотрел на эту картину. Значит, это возможное будущее, учитывая, что я не вижу стен?»

И правда.

Вокруг не было ни намека на стены, а постройки и иные сооружения говорили о том, что Остров еще пытался что – то сделать, вырыть рвы и не дать врагам добраться до основных земель.

Однако было ясно одно – это будущее, только неизвестно насколько далекое.

- Да, Жан. Я этого хочу избежать, и ты сейчас поймешь, что самое худшее – впереди.

Жан опустил голову и пошел дальше, не задавая лишних вопросов.

Он даже не смотрел по сторонам, ведь знал, что ничего хорошего не увидит. Чем дальше он шел, тем больше они с Эреном углублялись в город, и тем больше разрушений и смертей Жан видел и слышал повсюду.

Внезапно кое – что отвлекло Жана от криков.

Вой.

Громкий, протяжный, и очень яростный.

Вой, что издавал только титан.

Жан дошел до Эрена, остановившегося перед защитным сооружением.

- То, что ты увидишь… Очень тяжко, но постарайся не потерять разум. Если ты это сделаешь, то станешь сильнее, и поймешь меня. – произнес Эрен, посмотрев Жану прямо в глаза. – Станешь более подготовлен.

Он положил Жану руку на плечо и печально улыбнулся, и обнял своего друга.

- Идем.

Жан выглядел беспомощно, и он просто кивнул, не в силах отказать.

Эрен, словно человек из сказок, взял Жана за руку и повел в следующее место.

Картина изменилась.

К этому моменту битва явно кончилась, ведь дирижабли стреляли уже не так активно, и в более далеком месте.

То была главная площадь за стеной Роза. Она также, как и остальные места, была усеяна трупами. Только в этом раз там оказались все, кем Жан дорожил. Все его друзья, товарищи, боевые братья и сестры, знакомые, родня – все они были убиты, и лишены головы.

Они были явно старше своего возраста, но сути это не меняло.

Их тела лежали у стены, расстрелянные или же лишенные конечностей, а отрезанные головы, сваленные в кучу, лежали посередине улицы, словно мусор.

Жан, не в силах сдерживаться, снова упал на колени. Ему казалось, что часть его души просто умерла.

«Этого… Этого не может быть! ЧТО ЭТО!?» - пронеслось в голове Жана.

Он повернул взгляд на Эрена, но тот смотрел на трупы, не отрываясь, и его лицо было очень злое.

Эрен испытывал ярость.

Жан, увидев его лицо, затем снова посмотрев на трупы, даже не мог начать рыдать, и просто смотрел, шокировано глядя на убитых. Жану показалось, что он даже не может дышать, и схватился за сердце, но сразу же пришел в себя, когда увидел приходящих марлейских военных.

Они вели еще одну колонну с людьми под дулом ружей.

На них были надеты кандалы и один из военных произнес:

- Элдийское отродье, встать к стене!

Люди с опущенными головами подчинились.

Среди них были соседи Жана, и одна знакомая девушка, к которой он приходил, когда появлялись свободные часы. С ней он просто разговаривал, играл, старался поддерживать, ведь она одна из тех, кто потерял своих родителей годы назад, когда вторглись марлейские элдийцы.

Он знал эту девушку.

Она выглядела старше своих лет, как он ее запомнил, но ее лицо Жан никогда бы не перепутал.

Ее звали Эйлин.

Девушка, потрепанная жизнью, и Жан сам не понимал почему ему было приятно в ее обществе. Она открытая девушка, с которой Жан мог поговорить, а Эйлин, будучи не военным человеком, выслушивала и всегда вносила иную точку зрения.

- Готовься! – приказал офицер.

Жан попытался встать и помешать этому.

Он сделал несколько шагов вперед, но заметил, что Эрен смотрел на него и не делал даже шага.

- Это будущее, если бы я провалился, и не решился на Дрожь Земли. Ты не сможешь поменять его, потому что оно не случилось.

- Эрен… Постой, ты способен на такое?

Пока Жан задавал этот вопрос, солдаты уже выполнили приказ офицера и направили оружие на безоружных элдийцев.

- ПЛИ!

Прозвучали выстрелы, и люди упали, не подавая признаков жизни.

Жан обернулся, но увидел лишь трупы людей и смеющихся марлейцев, уходящих с этой площади. Они явно хотели привести сюда еще большее количество, но на этот раз посоревноваться в отрезании конечностей, или же кого – то сжечь заживо. Или же сотворить еще больший ужас.

Двое из них и вовсе хотели устроить соревнование по отрубанию головы человека, согласно их разговорам. Что – то вроде того, кто убьет к определенному времени как можно больше «элдийского отродья».

Жан, смотря на них, испытал злость.

Она затмила все иные эмоции, а сам Жан сжал кулаки, вспомнив слова Магата.

«Эти… Эти твари».

- Они пойдут в другое место, и сделают точно также. – сказал Эрен, опустив голову. – Со всеми жителями Острова, пока мы все не умрем. Пока весь Остров не станет их собственностью, и не будет колонизирован. А при колонизации местное население обычно уничтожается.

Жан все еще не понимал каким образом Эрен показывает ему то, что он видел, но парень верил своему другу. С другой стороны, если ему действительно пришлось показать то, что здесь происходит, или могло случится, то зачем это нужно?

Догадка пришла на ум Жана сразу же и Эрен, словно догадавшись, что Жан все понял, кивнул.

- П-почему? – запинающимся голосом сказал Жан. – Разве они не хотели захватить Прародителя, разве нет?

Эрен усмехнулся.

- Райнер рассказал про миссию? – холодно спросил он.

Было видно, что Эрен испытывает если не противоречивые эмоции, то сугубо отрицательные при упоминании этого человека.

- Да, пока мы сидели у костра, до того конфликта… Он много рассказал.

- Значит, ты предположительно знаешь, что они сделали бы?

- Конечно. Тут и гением не нужно… быть. – кивнул Жан, обреченно посмотрев вниз. – Но, Эрен, как ты можешь смотреть в будущее, и видеть это?

- Сила Прародителя в сочетании с силой Атакующего проходит через грань времени и пространства. Прошлые Прародители не были способны на такое, но при слиянии Прародителя и Атакующего, и используя всю силу Имир, мне открылась истина. – сказал Эрен, смотря прямо в глаза Жана.

Жан видел, как глаза Эрена сверкнули ярким пламенем, и в них проявилась железная воля и уверенность в собственных действиях. Кроме того, глаза не просто засияли, но там мелькнуло что – то еще, совершенно иное.

«Поэтому ему Флок и поверил?»

- Эта резня – то что могло случится. Как я и сказал, этого не случилось как раз из – за моего желания. И если я дойду до самого конца, то это и вовсе никогда не случится.

- Но… Разве они не должны были использовать Прародителя для контроля над нами? Разве нет?

Верно.

Просто так уничтожать элдийцев, когда Прародитель может контролировать весь народ одним своим желанием – глупо. Элдийцы с этой точки зрения очень полезный ресурс, так что использовать их было бы намного выгоднее. Ведь кому – то нужно добывать ресурсы.

Так что до тех пор, пока ресурсы не кончатся и технический перевес в машинах не обгонит силу титанов, элдийцы являются важным ресурсом. Глупо было просто так расходовать его, но они, судя по действиям, именно это и делали.

- Нет. – покачал головой Эрен. – Они используют только материковых, потому что те лишены воли, свободы и какого – либо желания сражаться. Материковым есть что терять, учитывая семьи, так что они никогда не восстанут. А мы слишком ненадежны, способные восстать с жаждой мести.

Жан стиснул зубы.

Эрен говорил правду, ведь материковых проще всего контролировать. Когда родители и друзья в заложниках, то действовать с помощью своего разума становится очень сложно, раз вся решимость уходит, когда ребенок или родители в опасности. Ведь хотя человек наделен способностью превращаться в титана, но он все равно беспокоится о своих родных.

С этой точки зрения, островные абсолютно не нужны.

Но было то, что Жан хотел сказать.

Даже под взрывами этих бомб, гибелью всего Парадиза, и отчаянию, что он сейчас испытывал. Ведь Эрен исправил это будущее, и этого не случилось, значит, все не так плохо.

«Надежда. Надежда еще жива». – подумал Жан и встал на ноги.

Он сделал шаг навстречу Эрену.

Ему хотелось поговорить.

- Эрен, это неправильно. – начал Жан. – То что они творят ужасно, но и твой поступок…

- Продиктован именно этими событиями. – перебил его Эрен, отчеканив эти слова. – Можно долго скрываться от правды, пытаться разглядывать листики от деревьев и надеяться на вечный мир, но никто тебе этого не предоставит. Мир жесток, и ты не сможешь жить вечно. Нужно понять, и признать это, и уподобится ему, чтобы остаться в живых.

Эрен говорил жестокие слова, но они звучали, как прописная истина.

- Не за это мы сражались, Эрен. – закричал Жан, не в силах выдерживать давление на свой разум.

Кроме того, взрывы иногда мешали, ибо звучали очень громко.

- Нельзя просто так убивать людей! Мы же разведкорпус. Мы должны спасать людей, посвящая этой задаче свое сердце!

- Времена меняются, Жан. Теперь я под человечеством подразумеваю народ Острова Парадиз. – ответил Эрен. – Или же ты предлагаешь бросить оружие и перестать бороться? Позволить им захватить Остров, позволить им сотворить такое? Позволить им забрать жизни невинных, чтобы они счастливо прожили оставшуюся жизнь с кровью на своих руках? Чтобы они приходили в свой дом, целовали своих родных и засыпали спокойно, пока наши люди лишались голов?

Лицо Эрена становилось все злее.

Он определенно не был доволен этим разговором, но все же вел его до сих пор.

- Даже если и так, мы не сможем жить дальше после такого. – сказал Жан. – Понимаешь? Мы не сможем жить на костях иных народов, и делать вид, что фундамент из плоти, крови и костей устоит вечно. Не сможем...

- Сможем. Первородная сила Прародителя открыла мне многое, включая важнейшие секреты. Она, совместна с Атакующим, смотрит в будущее, поэтому я выбрал наиболее оптимальный для Острова вариант, отбросив и смиренную смерть, и будущее возмездие.

Истина в словах Эрена была, правда очень жестокая и беспощадная. Но все это было истиной, пусть и принять ее невозможно.

Жан понимал слова Эрена, накладывая на поток информации в своей голове о внешнем мире, и все же не хотел быть соучастником этого события. Не хотел убивать миллиарды, ведь не сможет жить хорошо. Не сможет найти девушку, женится и завести детей, и играть с ними.

Как такой человек сможет жить и улыбаться, смотря на своих детей? Чему он сможет их научить? И как дети отреагируют, когда узнают, что сотворил их отец? Что их отец, словно трус, убежал от проблем и скрылся? Разве будут они с гордостью говорить об отце?

- Строить счастье на крови других людей... – произнес Жан, опустив голову на землю.

Он говорил очень тихим, уставшим и сбившимся голосом.

- Это не то, чего я хочу. Это не то, за что билась разведка, понимаешь?

Позиция Жана была нетвердой.

Эрен говорил жестокую правду, Жан же цеплялся за моральные ценности, которым его научили. И то ценности, что были важны для самого Жана.

Но другой Жан Кирштайн, сидящий глубоко внутри личности, зарытый и забытый всеми, лишенный всякой морали, говорил ему о том, что Эрен прав. Но он не хотел принимать такую мысль.

Это ужасная точка зрения.

- Если сомневаешься, то давай посмотрим, что происходит в ином месте. – произнес Эрен и поднял руку. – Скажем, отмотаем время назад, когда активный штурм еще шел.

Картина снова сменилась.

Вместе с Жаном они поднялись к верху, и Жан увидел нечто, напоминающее маленького Титана, но от него явно исходила какая – то сила. Он слушал марлейское руководство и явно готовился к штурму позиций обороняющихся.

«Значит, где – то еще есть сопротивление?»

- Что… Что это?

- Прародитель. Титан, которому скормили одного из детей Хистории по прошествию срока, а затем сожранный титанами – лазутчиками. На данный промежуток времени Хистория уже умерла, а нынешние владельцы не смогли ничего сделать, и Дрожь Земли не был активирован.

- Какой это титан?

- Титан Челюсть.

Маленького размера по сравнению с другими, но очень быстрый и ловкий. Иначе говоря, идеальный кандидат на должность внезапного атакующего звена, и причем с реальной возможностью съесть зазевавшегося шифтера.

Жану было интересно, как все привело к этому, но это не было важно. Последствия и так видны.

- Значит, марлейцы забрали силу титана Прародителя внезапной атакой…

- Не совсем внезапной. Скорее, их лазутчики – титаны проникли внутрь, напали и сожрали Прародителя, а затем альянс всех стран напал на Остров. И, как ты видишь, несмотря на поражение и потерю позиций, мы еще сопротивляемся.

И правда.

Островитяне все еще отстреливались, использовали различные бомбы, ставили ловушки и дирижабли активно работали по позициям островных. Маленькая надежда, но и она, судя по пейзажу, скоро разрушится. Потому что в ход пошли титаны, напавшие на укрепления с разных сторон.

- Но скоро падем?

- Но скоро падем. – кивнул Эрен. – Кстати, смотри на человека рядом с бронированным. Никого не узнаешь?

Жан перевел взгляд к собравшимся титанам и протер глаза, чтобы лучше видеть.

Бронированный титан, будучи весь в крови, радостно выслушивал благодарности от человека, который сидел вместе с ними в том лагере.

Тео Магат.

Титан же был незнаком Жану, потому что на этот промежуток времени явно многое уже успело поменяться, а раз прошло минимум 13 лет, то и не удивительно, что титан оказался незнакомым.

Однако присутствие Тео Магата лишь сильнее разозлило Жана.

- Ты видишь, что стало бы с нами? Как они уничтожили бы нас?

Трудно было отрицать, что Жан видел.

Он верил словам Эрена про будущее, поэтому мог лишь согласиться с этим. Хотя ему было очень сложно признавать, но Жан понял, чего Эрен добивался.

- Эрен… Я не смогу. Я не смогу ни жить дальше, ни помочь тебе.

Жан не мог это сделать.

Он видел уничтожающийся Парадиз, гибель друзей, но не мог поступить так, как просил Эрен. Вернее, он ничего не просил, но эта картина будто бы все говорила ему, ведь Эрен точно не просто так позвал его.

Моральные ценности Жана не позволяли это сделать.

Да, он как и все, убивал врагов в Либерио. Но это не значит, что это не влияло на него. Во время операции он убивал лишь из необходимости, и то только военных. Если постоянно убивать, то можно легко сойти с ума и перестать воспринимать реальность под правильным углом.

Легко сойти с ума, оправдывая любое убийство справедливостью.

Это то, чего Жан боялся.

Кроме того, он не любил убивать, и не получал ни капли удовольствия от смерти, пусть даже врагов.

- Тогда, мы посмотрим еще одну картину.

Следом Эрен и Жан телепортировались в иное место.

День сменился, и весь плацдарм был разрушен. Город полностью уничтожен, а все люди убиты. Даже последнее защитное сооружение, которое видел Жан, разрушено и горело, заваленное трупами, а вокруг бесчинствовали солдаты разных наций.

Теперь же последний оплот был уничтожен.

Среди убитых защитников, до последнего сражающихся против врага, Жан заметил старого знакомого – Флока Форстера. Было видно, что бой был яростный, ведь все его тело усеяно осколками, а часть головы отсутствовала. Рядом с ним лежала та же девочка – новобранец, которая сдала информацию про Эрена народу, когда они вернулись на Парадиз.

- Э… - произнес Жан, смотря на тело Флока.

Ему было очень больно от одного вида этого трупа, ведь, несмотря на разногласия, Жан не желал ему смерти. Они все равно были товарищами по оружию, пережившие ад.

Флок, возможно бы, поддержал этот план, если бы Эрен показал ему такое.

«Стоп, а что если он показал? Именно поэтому Флок вел себя так помешано?» - пронеслось в голове Жана.

Тем не менее, Жан оторвал взгляд от тела Флока и услышал слова Эрена:

- Идем, Жан. Как только выйдем из этих руин, ты увидишь то, что пошатнет твой рассудок.

Жан послушался Эрена и последовал за ним.

Эрен вел его за руку, словно ребенка. Ведь сам Жан уже был готов просто упасть и не двигаться, а его ноги уже ощущались ватными. Казалось, что сейчас его стошнит и даже Эрен подмечал, что руки Жана дрожали очень сильно.

Жан Кирштайн уже не мог плакать, не мог злится – внутри него была лишь пустота.

- Я не хотел тебе это показывать. Думал, что этого пейзажа хватит, но, видимо, придется, раз ты до сих пор сомневаешься. – снова сказал Эрен, и остановился.

Жан поднял взгляд и увидел, что Эрен показывает пальцем на еще одну груду тел. Там лежали, в основном, женщины и дети, которые были раздеты догола, а их тела усеяны травмами. Не говоря уже о том, что в их отверстиях ниже ног что – то лежало, а часть людей были лишены головы, которые прибиты к стене.

Жан сначала не понял, что имел ввиду Эрен, но пригляделся и упал на землю, снова начав непрерывно ронять слезы. Только на этот раз это была настоящая истерика, которую Жан вряд ли сможет прервать.

Он испытал такую боль, что его тело начало трястись с новой силой и подташнивать.

Сейчас Жану было очень трудно.

«Держись! ДЕРЖИСЬ!» - произнес внутренний голос.

Впрочем, реакция объяснима, учитывая, что Жан увидел собственную мать, изнасилованную перед смертью, с натыканной соломой в глазах и в половом отверстии, и отрубленной головой, прибитой к стене.

Жан кричал настолько сильно, что охрип. Лишь спустя несколько минут раздирания собственную глотку, парень смог посмотреть вперед и снова опустить взгляд, чуть – чуть успокоившись.

Все же высвобождение эмоций помогало, хотя и на время.

- А… - произнес Жан, но так и не способный сказать ни слова.

Он хотел что – то сказать, или же закричать, но охрипшее горло не издавало ни звука. Жан не мог не только произнести даже слово, но и нормально двинуть рукой, или же сделать один глубокий вдох или выдох.

- Там не только твоя мать. Приглядись к телу, что лежит у стены. – послышались слова Эрена.

Он был также опечален, как и сам Жан, но тот мог сохранять самообладание.

Жан перевел взгляд, куда указал Эрен, и потерял дар речи.

Там лежала Микаса Аккерман.

Вернее, ее тело было прибито к стене, руки отрезаны и сброшены на землю, а все тело усеяно побоями, включая сильно избитое лицо. Как и у матери, в ее половое отверстие натыкали различные предметы, особенно солому, а сама голова Микасы Аккерман отделена от тела и прибита к стене, как и все тело.

Микаса Аккерман явно сражалась до конца, и именно поэтому погибла такой ужасной смертью.

- Ей не дали умереть спокойно. – холодно заметил Эрен. – Над ней надругались, и перебили всех этих людей на ее глазах. Это было ужасно.

Этого хватило, чтобы переполненный отчаянием разум Жана, начал действовать без согласования с телом.

Жан сам не заметил, как начал выть охрипшим голосом, ломая собственные руки о каменный пол постройки, непрерывно нанося удары, а затем и головой.

Смерть матери, Микасы, друзей и всех, кого он знал очень сильно надавило на парня. Прямо перед этой горой трупов Жан просто бился головой о пол, и вопил от боли, переполнявшей его.

Эмоции вышли наружу.

Жан сжал кисти вокруг своего черепа и громко закричал.

«Разве… Разве мой голос?» - задался он вопросом, и посмотрел на Эрена.

И правда, не только голос, но и руки и голова Жана словно не бились о пол, и были в полном порядке. Тем не менее, психическое состояние Жана Кирштайна находилось на пределе, словно рядом с падением в обрыв.

Жан буквально в шаге от сумасшествия, неспособный даже сказать что – то. Ему тяжело дышать, так что он старался дышать глубоко, но не мог этого сделать из – за эмоций внутри. Его руки тряслись и дрожали, а ноги и вовсе не хотели двигаться и держать тяжелое, как ему казалось, тело парня.

- Такова картина туманного будущего. – холодно произнес Эрен, смотря на Жана.

Парень поднял взгляд и перевел на Эрена, как раз к тому моменту, когда тот встал перед трупами.

- Этого можно избежать. Это одно из вариаций будущего. Этот мир создан лишь на время, чтобы ты увидел последствия такого решения. Если я не дойду до конца, или же если бы вообще не начал, это случится. Рано или поздно, но это случится. Все это случится с нами, или же с твоими детьми, или же их детьми. Но это случится.

Эрен говорил уверенно.

По сравнению с плачущим Жаном, он выглядел иначе. Как настоящий лидер.

- Если хочешь спасти свою жизнь, и жизни своих будущих детей, и их внуков, то помоги мне.

Жан слышал Эрена, но его слова будто бы отдавались громким эхом.

Эрен находился прямо перед Жаном и говорил тихо, но четко и ясно. Тем не менее, парню казалось, будто он орал эти слова прямо в ухо, от чего Жану становилось еще хуже. И его лицо в тот момент не спрашивало, а словно заставляло.

- Эрен… Я не смогу, пожалуйста. Не заставляй меня.

- Я желаю вам всем благополучия, и свободы. Чтобы вы перестали беспокоиться о врагах внешнего мира.

- Но что тогда? Уничтожишь ты… Но я ведь все буду помнить?! И не смогу жить дальше!

- Нет, сможешь. Потому что я сотру тебе память о том, что происходило о прошлом. Как трусливый король стер память о прошлом, так и я сотру о нем. Мир начнется с чистого листа.

Жан не говорил и слова, и просто глядел на Эрена.

Внутри Жана появилось некое безумство, он не мог описать это, но ему было настолько тяжело, что хорошо.

- Иронично. С помощью титанов, наших врагов, я уничтожу тех, кто вредит нам реально, а не мифически. Так или иначе, это нужно сделать, иначе все мы будем уничтожены. – сказал Эрен.

Он опустился перед Жаном на одно колено, и положил руку на плечо, сказав:

- Это борьба за выживание. Борьба за жизнь.

- Я знаю, что ты хочешь от меня. – произнес Жан, не поднимая головы. – Я не такой, я не смогу.

Взгляд Эрена не поменялся.

Он смотрел на Жана будучи уверенный, что тот справится с задачей.

- Нет. Сможешь. – твердо ответил он. – Я не жду от тебя помощи в нейтрализации врагов, или же помощи в полной аннигиляции того, что за стенами. Я не ожидаю этого.

- Тогда, чего ты хочешь от меня?

- Я хочу, чтобы ты закрыл глаза. И сделал то, что нужно. План, который необходим для удачного завершения этой миссии. И твоя помощь будет основной.

По сути, Жан лишен выбора.

Можно было попытаться отказаться, но тогда Эрен задействует других людей. Другие люди также будут страдать из – за этого, и Жан не хотел этого.

Вместо этого Жан перевел взгляд сначала на труп Микасы, потом на труп матери.

Он закрыл глаза и опустил взгляд, чтобы с новой силой поднять взгляд, и снова также поступить. Все это нужно, чтобы перебороть боль, чтобы Жан смотрел на это хотя бы больше нескольких секунд без желания сбежать.

«За что? ЗА ЧТО!!» - задался он этим вопросом.

Конечно, вопрос риторический.

Жану не хотелось, чтобы умерла Микаса или же мама. Парень не желал сдаваться или позволять своим родным погибать из – за того, над чем они не властны.

Он опустил взгляд еще раз, и принял решение.

«Хотя бы… Выслушаю. Может быть, и правда, ради того, чтобы спасти их жизни… Я сделаю… Не знаю. Не знаю». – подумал он.

Жан поднял взгляд на Эрена, уверенно смотрящего на него.

На лице Эрена всего на мгновение проскользнула улыбка, а в глазах мелькнула та самая несгибаемая решимость, так что Жан просто хотел послушать, чтобы понять как действовать дальше.

- Надеюсь, у меня будет возможность отказаться, если… Если мне не понравится?

- Посмотрим. – ответил Эрен. – Но ты хотя бы должен услышать.

- Я… Послушаю тебя.

***

Жан Кирштайн открыл глаза.

Было уже светло, так что Жан вырубился, судя по всему, до самого утра.

В Путях с Эреном он провел много времени и потратил еще больше, понимая свою роль в его миссии. Первоначально он шел в отказ, услышав про план, а позже и несколько раз напал на него, но через несколько попыток, а также иных вариаций будущего, Жан принял точку зрения Эрена.

План, который даст Острову спасение, и шанс на новое начало для всего мира.

«Пока весь мир пылает, этот Остров – и есть Рай… Как прозаично». – пронеслось у него в голове.

Жан поднялся на ноги и отряхнул свою военную форму.

Его руки уже не тряслись, а при мысли от просьбы Эрена он не кричал в ужасе, и не срывался, и не пытался ударить или задушить Эрена. Сейчас его разум пребывал в относительном спокойствии, потому что Жан видел последствия. Поэтому и принял такое решение.

Выбор был сделан.

Все было бесполезно, потому что иного пути не было.

Все остальные им просто закрыли без возможности на нормальную жизнь. И даже если они проживут долгую жизнь, то как насчет их потомков? Как насчет детей, и их детей, и последующих поколений? Они тоже должны умереть просто потому, что какой – то человек на краю континента этого пожелал?

Нет. Ни Эрен, ни Жан не желали этого.

Ненависть должна быть погашена путем разрушения всей цивилизации и ликвидации этой самой проблемы с корнем.

Конечно, Эрен не рассказал ему все досконально, потому что основная роль все равно исключительно на Эрене. Никто, за исключением Жана, не является сторонником Эрена и ни с кем из товарищей он не связывался. Йегер и Жана то попросил помочь лишь после дня раздумий на эту тему.

Тем не менее, роль Жана в этой миссии чрезвычайно важна.

«Я должен идти вперед, как бы не было больно. Нужно просто продолжать движение».

Жан ощутил, что изменился.

Он много времени провел в том месте, и несколько раз видел гибель всех важных для него людей. Эрен показал ему многое из того, что было недоступно для обычных людей. Да даже не было доступно старым Прародителям.

Теперь Жан точно знал, что нужно делать, и чего желает.

Он понимал, что его поступок будет ужасен, но парень обязан помочь, потому что от этого зависела не только их жизнь, но и жизни следующих поколений.

Задача Жана очень ответственна, и жестока.

Если он хочет, чтобы его товарищи и мама остались живы, то ему придется сделать это, даже если Жан не хочет этого. Иначе говоря, Эрен дал ему выбор, и он согласился, пусть и с большой натяжкой.

«Надеюсь, во время битвы я действительно смогу это сделать… Да, надеюсь». – подумал он и направился прямо в лагерь.

Там уже все собирались, готовясь выступать

- Эй, Жан вернулся! – закричал Конни. – А я уж думал идти искать.

Жан вынужденно улыбнулся.

- Все хорошо… Мне нужно было время.

- Слушай, я тоже, как и ты, ненавижу этого выродка. Но сейчас не время. Если мы хотим спасти людей, то должны действовать сообща.

- Да, ты прав. – ответил Жан.

У него не было настроения говорить, так что Жан решил сразу же начать помогать собирать лагерь. Но все равно временный покой прервала Габи Браун, подошедшая сзади:

- Вы ведь поможете?

- Да, помогу. – сказал Жан.

И добавил в мыслях:

«Правда… Не уверен, что все будет так, как вы задумали.»

Габи Браун улыбнулась, и поклонилась.

- Спасибо! Вместе мы спасем мир, я уверена!

«Не проси невозможное». – обреченно подумал Жан.

Он перевел взгляд на Микасу и Ханджи, помогающих капитану Леви.

Никто из собирающихся не заметил, как Жан смотрел в ту сторону с очень виноватым видом.

«А теперь, Жан, я сотру твою память до того самого момента. В тот самый момент, когда будет необходимо, ты вспомнишь. А до этого ты должен искренне играть эту роль, и для этого я уберу память. Но, ты вспомнишь…». – услышал в своей голове Жан.

Это был голос Эрена.

Эрен уже сообщил ему в Путях об этом, так что Жан не был удивлен.

Жан кивнул, соглашаясь, и в этот самый момент из его памяти пропал важнейший фрагмент воспоминания.

Жан Кирштайн отныне думал, что он вырубился из – за стресса в лесу.

«Да… Хорошо я там поспал, даже силы появились». – заметил он, когда они уже собрали палатки и выдвигались.

Падший герой

- Ты сражался храбро. Достойно.

«Что? Что происходит?» - подумал Флок Форстер, открыв глаза.

Он мгновенно поднялся на ноги, и осмотрелся.

Вокруг был песок.

Не было ни одной постройки, а посередине нечто светлое, словно огромное дерево с множеством ветвей. Оттуда исходило завораживающее синее сияние, которое и являлось источником света в этом месте. За исключением сияния вокруг была полнейшая темнота.

«Что… Как я тут? Этот голос…»

Верно.

Флок не понимал, почему снова оказался здесь, ведь всего секунду назад умирал среди знакомых ему людей.

Он опустил взгляд, заметив на своих руках кровь. Пистолет был им потерян, когда Флок замедлил предателей, попав в бак летающей лодки. Он специально не стрелял по людям, потому что понимал бессмысленность этого действия.

Их нужно лишь замедлить.

«Мне нужно было чертово громовое копье… Тогда бы я взорвал ту лодку».

Внезапно Флок правой рукой дотронулся до своей шеи, куда попал выстрел из крюка Микасы Аккерман. Но в этом месте Флок не обнаружил повреждения, за исключением небольшого количества крови, оставшейся на теле.

Флок опустил свою руку, когда ему пришло осознание.

«Это же… Точно… Теперь понял». – обреченно подумал Флок, когда осознал эту реальность.

Это было единственное объяснение происходящего.

- Ах, понял… Этой иной мир для элдийцев. – произнес Флок. – Видимо… И правда, видим, после смерти мы попадаем в Пути.

Совершенно точно, это был загробный мир.

Флок уже бывал здесь, когда Эрен активировал Дрожь Земли, но первоначально, видимо, из – за собственного состояния не мог осознать, а также резкого переноса. Так или иначе, теперь Флок понимал, что оказался в мире Путей.

Он огляделся, внимательно осмотрев все вокруг.

Вокруг имелась лишь огромная пустыня без конца и края с непроглядной тьмой со всех сторон, за исключением огромных синих ветвей, исходивших от нечто, напоминавшего древо жизни.

- Ясно. Значит, я не сумел помочь… И умер… Слабак. – произнес Флок, опускаясь на землю.

Упав на колени, он ощутил ненависть к самому себе, сжав челюсть.

Он хотел вопить и рыдать, что так и не смог выполнить единственную важную задачу, которую оставил ему Эрен, когда покинул Остров. Он не просто не смог остановить их, но еще и просчитался, по сути, не уничтожил врагов.

Всего лишь задержал, но это не меняет сути проблемы.

Флок Форстер не справился с задачей.

Из – за этого ненависть, что он испытывал, направлялась на самого Флока совместно с сильнейшим чувством стыда. Он ненавидел сам себя за это, ведь сделал все, что мог.

И этого все равно было недостаточно.

Враги все равно покинули Остров, разгромив его маленькую армию. И более того, теперь они могут полететь на летающей лодке, дабы остановить Эрена Йегера – единственную надежду Острова Парадиз на спасение.

Он поверил в лояльность Армина и Конни, и не стал предпринимать никаких действий. Не проверил периметр, потому что был уверен в собственных бывших товарищах.

«Эрен не говорил, что они так поступят». – пронеслось в голове Флока.

Кроме того, он долго возился с Киеми и инженерами, в то время как давно должен был пробить днище в кораблях и летающей лодке, взорвав с помощью громовых копий.

Но этого не сделал.

И теперь Остров в серьезной опасности. Все из – за нерешимости Флока.

Флок завопил, крича в голос.

«Это была чертова ошибка. Проклятье, идиот!»

Флок не понимал бывших товарищей. Спасти тех, кто в мирное время мог разорвать им глотки. Тех, кто уже вторгался на Остров, перебив часть населения, и готовился к очередному вторжению с целью порабощения и дальнейшему геноциду всех живущих там людей.

Именно поэтому бывшие друзья стали врагами Флока. За это предательство и переход на сторону противника Флок Форстер хотел убить их. В его понимании бывшие друзья стали представлять опасность Острову, а несколько жизней ничего не стоят, если на кону стоит больше миллиона жизней.

Флок любил их и до последнего не хотел верить в предательство.

И оно, тем не менее, случилось.

Всеми силами Флок хотел им помешать. Даже во время битвы многие из Йегеристов все еще уважали ветеранов, воевавших против титанов, и старались не стрелять в них. Требовалось просто остановить, но ответом было тотальное истребление со стороны бывших разведчиков.

Старые друзья стали предателями, пытаясь спасти врагов, какими бы они ни были. Они предали родной остров, предали тех, с кем росли ради тех, кто устроил весь этот ад, заставив Остров страдать. Тех, кто натравил на них титанов, тех кто пробил стену, и тех, кто виновен во всем, что случилось после.

Флок не знал выхода из этой сложной ситуации, ведь он не был политиком, однако у него имелось понимание проблемы, что аукнется в будущем, если не замечать ее. Он также не был героем из легенд, что спасет два мира.

Он являлся простым человеком, сделавшим свой выбор.

Флок мыслил рационально, поэтому он понимал, что это своеобразная вендетта за то, что случилось на Острове несколько лет назад. Конечно, множество стран не виновны в этом, и явно не нападали на их дом, но они все равно относились к элдийцам хуже, чем к собакам. А значит жалеть континентальных людей, стремящихся к убийству всех кто живет на острове, просто по ярлыку элдийца – глупость.

Парень принял эту точку зрения, ведь после гибели врагов они могут начать все заново. И чтобы этого достичь миру нужен дьявол, который создан этими же людьми.

Этим дьяволом стал Эрен Йегер.

Именно поэтому он и пошел за Эреном. Потому что тот пообещал новое начало, уничтожив старый, погрязший в нерешенных проблемах, мир.

Как только они покончат с ним, то создадут иной мир, новый. В нем они не будут жертвовать своими детьми, где они будут безопасно передвигаться за стенами, и где из всех опасностей – это такие же люди, как и они.

Но это проблемы будущего.

В военное время Флок Форстер хотел решить первоначальную проблему Острова Парадиз – нейтрализация и ликвидация всего человечества за стенами. Вернее, помочь осуществить единственную надежду Острова Парадиз.

Конечно, были еще просьбы, которые оставил Эрен, вроде сохранений старого наследия, которое позволит создать новые порты и корабли, а также воссоздать технику в будущем, сохранить жизни некоторых людей, оставить наиболее талантливых среди Йегеристов внутри Острова и прочее.

Все это Флок сделал, оставив в тылу часть людей, отвечавших за сбор и хранение этих ресурсов. Так что большую часть, несмотря на провал главной миссии, у него получилось исполнить.

- Ты еще не мертв. Пока нет.

Вновь голос в голове, Флок встал на ноги, отбросив пока что иные эмоции, и напряженно осмотрелся, но снова никого не нашел.

Флок знал кому принадлежит голос.

Лишь один человек способен на такое. Только тот, кто поделился будущим и показал Флоку то, за что он сражался.

- Эрен, это ты? Верно?

Эрен Йегер.

Дьявол Острова Парадиз.

Потрясающий и одновременно самый ужасный человек в истории.

Являлся Спасителем Острова Парадиз, его надеждой и шансом на новое начало, но вместе с этим худшим ночным кошмаром для внешнего мира, ставшим человеком с богоподобной силой. Тот самый монстр, порожденный человеческим страхом перед элдийским народом, израненный и сломанный миром человек, окончательно превратившийся в то, что люди больше всего боялись.

Флок видел свою миссию на этом свете в роли помощника, который сделает так, чтобы дьявол получил силу и появился на этом свете в своем отвратительном облике.

И это случилось.

К счастью для него, и к несчастью для мира.

- Флок, ты и правда хорошо сражался. – послышался голос позади.

Флок повернулся в ту сторону и увидел человека, появившегося около светящегося древа.

Это был Эрен Йегер.

Правда, это был более младший вариант.

Если Флок был прав, то это Эрен из прошлого, когда был маленьким. Именно того возраста, когда и получил силу титана, сожрав своего отца.

Кроме того, внешний вид этого ребенка очень сильно пугал. Помимо обычного холодного лица маленький Эрен смотрел на Флока с черными, словно смола глазами.

«Ну… Правда настоящий дьявол».

Флок сделал несколько шагов, но остановился.

- Если я не мертв, Эрен, то где я?

- В тот момент, когда ты почти умер в реальном мире, я позвал тебя сюда, в Пути. Чтобы поговорить.

- О чем?

- К сожалению, твой бой окончен, Флок. – ответил он, и склонил голову, словно извиняясь.

Это было ожидаемо.

Флок понимал, что не увидит рая, ведь Эрен показал ему частичку далекого будущего своими глазами, где Остров достиг процветания. В том мире без стен, где повсюду были лишь люди, готовые работать на благо нового мира и смотрящие в лучшее будущее для них.

Еще тогда Эрен сказал ему, что Флок, вероятно, не увидит этого. Раз Эрен не мог найти его там, то это значит, что либо Флок мертв, либо же умрет в процессе. Теперь он понимал, что умрет при попытке остановить предателей.

Как только вернется в реальный мир.

- И ты ради этого меня сюда позвал? – спросил Флок, слабо улыбнувшись. – Ты ведь говорил, что меня не ожидала хорошая судьба. Поэтому я не удивлен.

- Не только… Мне просто… Хочется извиниться. И поблагодарить

- За что ты извиняешься?

Флок был удивлен.

За что же Эрену извиняться, если он, по сути, ничего плохого не сделал?

Да, на Острове произошли изменения, причем колоссальные. В рамках отсутствия какого – либо времени, им пришлось действовать крайне быстро и жестко. Флоку пришлось молчать о том, что в вине хранился сюрприз, о котором не должна узнать военная верхушка.

Да, им пришлось пролить кровь своих людей, принеся жертву, дабы добиться победы. Чтобы все иные преграды, которые могли помешать встрече Эрена и Зика были сломаны. Поэтому много людей и умерло, иначе этого невозможно было добиться.

Это было невозможно избежать, потому что правительство не планировало доверять судьбу Острова Эрену Йегеру. И победить без жертв было невозможно.

Однако если этого не сделать, то погибло бы еще больше.

Могли погибнуть вообще все.

Флок Форстер сам выбрал свою судьбу, сам принял такое решение, и сам пошел на Эреном Йегером до самого конца. Поэтому и не видел нужды в извинениях.

- За то, что так получилось. Я не мог помочь тебе, ведь все силы направляю на контроль колоссов. – произнес Эрен. – Я не думаю, что ты заслужил смерть. Мне кажется, что ты заслужил право жить, особенно после того, что пережил.

Флок опустил взгляд.

Сделал он это инстинктивно, чтобы не показывать свое выражение лица, когда он услышал слова Эрена. Ведь не был согласен с ним.

После гибели своих друзей, когда он только вступил в разведку, Флок не мог жить нормальной жизнью. Ему требовалось цель, чтобы хоть как – то просыпаться и двигаться вперед, иначе он просто существовал.

А уж после того, что сотворит Эрен, Флок был абсолютно не нужен.

- Не думаю, что ты прав. Ведь я не смог бы стать хорошим человеком. А такие как я Острову больше не будут нужны.

Это правда.

Флок Форстер вряд ли пригодился бы в новом мире.

Как ни крути, но он сломанная личность, которая подверглась сильным изменениям из – за внешних факторов. Пройдя через ад, он смог сохранить рассудок лишь частично, ведь иногда замечал за собой трезвые мысли, но чаще Флок действовал совершенно иначе, показывая свои худшие стороны характера. Кроме того, он не смог бы править, ведь не создан для такого.

Да, парень смог построить целую организацию, но все они были преданы не Флоку, а Эрену Йегеру. На основе одной идее, а вот когда идея станет явью, тогда и родится множество проблем, ведь надо как – то жить дальше, а раз военизированная группировка больше не нужна, то ее нужно подавить. Либо же продолжить править дальше.

«Вероятно, я стал бы мешать миру. Например, власти или же законам… Такие как я не нужны в мирное время». – пронеслось в его голове.

Флок Форстер не видел для себя иного варианта, кроме как погибнуть в бою. Чтобы его запомнили не как тем, кто проливал кровь, а тем, кто защищал свой дом и элдийцев до последнего.

Именно поэтому он и принял решение преследовать врага до самого конца, зацепившись за борт. Чтобы сделать в своей жизни самое важное решение, и, одновременно, принять реальность, что такова его судьба, посвятив свое сердце борьбе.

Ведь у него был шанс не преследовать их, но Флок отказался от этого выбора. Кроме того, погибнуть за идею, свято веря в то, что делаешь – нет лучше награды для воина Парадиза. Именно поэтому он, получив ранение взорвавшегося громового копья, и продолжил идти вперед, зацепившись за корабль, а не остался на Острове залечивать раны.

- Почему ты так считаешь? – удивленно спросил Эрен.

- Я прошел ужасающую трансформацию на войне, поэтому вряд ли получилось из меня нечто толковое. Да и, честно говоря, я мог испортится морально, хотя куда уж хуже.

Верно.

Флок поломан жизнью, и ему не стать лучше. Такие люди могли стать еще хуже, получив неограниченную власть, или же сойдя с ума, проливая кровь всех, кто как – либо не согласен с политикой новой страны. Или же, став террористом, если что – либо ему не нравилось в стране.

Государство не строится на одной лишь пролитой крови.

Государство – совокупность не только жертв, поломанных судеб, втоптанных в фундамент страны, но еще и компромиссы, переговоры, уступки – на все это Флок не считал себя способным. Ведь абсолютно нормальный человек не стал бы помогать Дьяволу, а Флок считал это своей судьбой.

- Мы оба не сможем нормально жить дальше.

- Ты собираешься погибнуть?

- Нет, но и нормальной жизнью я не смогу жить. Больше никогда.

- Допустим. – решил не вдаваться в подробности Флок. – И все же извинения не требуются, а за что благодарности?

- За то, что ты сражался. – ответил Эрен. – Ты – храбрый человек, как ни крути.

- Возможно… Я могу не согласиться, но это неважно. Так что не играет никакой роли. Ведь в конце концов, я все равно погиб.

Флок грустно улыбнулся и сел на песок.

- Ты умрешь через несколько секунд, как только я верну тебя в реальный мир. К сожалению, спасти тебя нет возможности. Даже если ты останешься жив, то погибнешь из – за колоссов.

Ожидаемо.

Флок и не думал, что он спасется, иначе не стал бы цепляться за корабль.

- Ясно… Но, я ведь добился того, чего желал?

- Да, Флок. Ты сражался достойно, и меня радует, что ты смог до конца выполнить свой долг перед Островом.

Флок улыбнулся.

Теперь это уже не тот человек, который улыбался, говоря про погибающий мир. Все равно уже неважно, раз его бой кончился.

Он не чувствовал жалости по отношению к врагу, потому что сам себя настроил на подобные мысли годы назад, когда Эрен сказал ему про тот самый план. Первые дни Флок не мог спать, но со временем смирился и, наблюдая за другими жителями Острова, решил посвятить себя борьбе за то, чтобы они обрели свое счастье.

То, чего никогда не достигнет Флок.

- Спасибо тебе. Без тебя миссия была бы провалена, без тебя все это не стало бы возможным.

- Ну, я лишь выполнял твою просьбу. Определенно, в этом и есть твоя заслуга.

- Как раз таки нет. – помотал головой Эрен. – Я лишь стоял в стороне, пока ты строил целую коалицию из множества людей, а также выполнял мои просьбы по сохранению прошлых технологий. И мне жаль, что ты погибнешь. За то короткое время ты и правда стал мне боевым товарищем. Хотелось бы, чтобы ты прожил долгую жизнь.

Флок замолчал, но через некоторое время произнес:

- Кто – то будет с тобой не согласен. Учитывая мои поступки то, что я желал помочь дьяволу возродится, некоторые будут недовольны. Так что это даже хорошо.

- Ты не против умереть?

- Звучит странно, но да. – ответил Флок, посмотрев в глаза маленького Эрена. – Еще в тот день, когда ты мне дал выбор, где показал иной путь, совершенно ужасный, но единственный, где люди Острова смогут начать жить спокойно. Без врагов иного мира. Знаешь, это можно назвать свободой.

Верно.

Флок лишь мельком видел мир будущего, но именно этот пейзаж и настроил молодого бойца на сражение до конца любой ценой.

Мир без врагов в виде внешнего мира.

Свобода, а также цветущий Рай.

- Но анархия, которая все еще может случится, может все испортить.

- Такое тоже возможно. Но, кроме того, всегда имеется опасность повторения старой истории. Все что необходимо – это сохранить законы государства. Я оставил некоторое количество верных людей рядом с Хисторией. Они знают, что делать.

- Ты прав, как ни крути. Предстоит еще много работы.

- Очень много. Причем настолько, что моя смерть лишь освободит меня от нее. – нервно засмеялся Флок. – Я специально оставил в городе тех, кого еще можно поставить во главе. Так сказать, наиболее справедливые и адекватные, не готовые проливать кровь по поводу и без. Они возьмут на себя все командование, хотя бы первое время.

Он не завидовал тем, кто останется в живых.

Тем не менее, Флок верил в тех, кто встанет у руля Острова, а также Эрену, заверившему, что никогда не бросит Парадиз.

И Хистории, вставшей во главе этой ячейки, которая и начнет восстанавливать Остров. Наиболее терпимая, адекватная и не желающая войны. Можно сказать, старшие люди кого нужно было оставить в живых, поэтому они и остались рядом с Хисторией.

– Знаешь, раз уж я умираю, то могу сказать тебе кое – что перед уходом?

- Говори.

Флок хотел высказать все то, что думал об Эрене. И то, чего сказать был не в силах до этого. Теперь, когда он скоро умрет, можно и высказать все то, что было у него на уме.

- Если честно, ты меня очень сильно раздражал. Еще в тот день, когда умер командор Эрвин, я возненавидел тебя за то кто ты есть. Упрямый, идущий всегда вперед сумасшедший психопат, лишенный всякого благоразумия, когда речь идет о свободе или же о дорогих тебе людях.

Это было правдой.

Флок не понимал Эрена Йегера, но эти противоречия были очевидны. Не нужно быть другом детства, дабы знать, что внутри Эрена творится что – то неведомое. И в некоторых моментах Эрен буквально сам на себя похож, словно лицо человека превратилось в лицо титана без трансформации.

Это что – то неведомое, о которой лишь Эрен знает.

- Но вместе с этим, твоя воля и желание достичь поставленной цели, сила и готовность сражаться до конца, меня всегда восхищали. – честно сказал Флок. – Я стал ими восхищаться, когда начал строить армию из множества подразделений. Забавно, но я не такой как ты. Мне этого не достичь.

- То есть?

- Я трусливый человек, Эрен. Я жалок, и неспособен достичь поставленной цели. Даже стрелять я толком не научился, хотя и пытался всеми силами. Еще и та старуха повалила меня с ног. – пояснил он, посмеявшись. – Я очень хотел стать таким же сильным физически и духовно, но не смог.

- Трусливый человек не дошел бы до такого, Флок. Трусливый человек остался бы на Острове, а не двинулся вперед навстречу верной смерти. – произнес Эрен. – Так что я не считаю тебя трусом, как и заявил изначально.

Парень уставился на маленького Эрена с удивлением.

- Ну, поддержал морально, спасибо. – улыбнулся Флок.

- Интересно, конечно. Твои поступки говорят сами за себя. Да, бывают неудачи, но в конечном итоге ты выполнил все, что нужно.

- Все? А как же остановка предателей? – спросил Флок.

- Ты не смог бы их остановить. – ответил Эрен. – Я лично это сделаю позже. Насчет этого не беспокойся, все идет по плану.

Флоку заметно полегчало.

Однако все равно в его голове появились вопросы, на которые хотелось получить ответ. Например, почему Эрен просто не позволил им пройти мимо них, связавшись с Флоком?

«Может быть, из – за контроля над Колоссами?»

Однако это было не его ума дело.

Флок не хотел сейчас думать на эту тему.

- Кроме того, я почти морально сломался в данный момент. – внезапно сказал Эрен.

«Это он решил мне сказать перед моей смертью?»

Эрен никогда не говорил о своих душевных трудностях, но Флок с самого первого дня замечал, как Эрен менялся. Как из улыбчивого парня он превращался в мрачного человека, прячущего свои настоящие эмоции. Даже Флок не мог понять, что творилось у него на уме.

Он, конечно, тоже ощущал всю тяжесть совершенных поступков и принимал последствия. Флок признавал, что является плохим человеком. Вероятно, это очень сильно помогало, и парень не беспокоился о каких – либо моральных трудностях. А может тут помог психологический слом личности, случившейся во время той самоубийственной атаки на Звероподобного.

Однако одно было известно точно. Чем больше на нем ответственности, тем больше давит страх последствия.

Именно поэтому с момента, как Флок командовал многими людьми, а также подготовки покушений на различных людей, включая даже отряд капитана Леви, чтобы освободить Зика, он примерно начал понимать Эрена. Почему тот ходит вечно мрачный с серьезным лицом, и крайне раздражителен, если сказать что – то не то. Или же попытаться разрядить обстановку.

Флок понимал это, поэтому хотел помочь, хотя бы словами.

- Я лишь могу представить каково сейчас тебе, Эрен. Но я прошу тебя дойти до самого конца. Как бы не было трудно, но мы должны идти вперед. Ты сам это говорил. И видел, и показывал мне будущее вместе с Хисторией. Поэтому не нужно опускать руки. Это единственный вариант на построение нового мира. Сражайся ради будущих поколений, ведь иначе Парадиз уничтожат, раз дело не только в силе титана.

Такова была истина.

Зерно ненависти не в том, что элдийцы способны превращаться в титанов, и в этом страхе, ведь это лишь лежит на поверхности. Истина в том, что их ненавидят, потому что это удобный инструмент переброски всех проблем, а также некой вины предков в ужасных грехах прошлого.

В те времена, когда Элдийская Империя только появилась, она занимала огромную территорию, и правила миром. И в эти времена было совершено такое количество грехов, за которое их народ никогда не будет прощен. Их всегда будут ненавидеть и желать уничтожить, даже если убрать силу титанов.

За эти грехи элдийцев ненавидел весь мир, и убивал при любом удобном случае, если они оказались за пределами резерваций или гетто. Если же элдиец и оказывался за пределами гетто, то лишь в качестве солдата на службе страны и умирал, дабы искупить грехи предков своими страданиями и смертью.

Множество иных историй из прошлого говорили не в пользу континента. Даже если элдийцы не представляли опасности, служили Родине, где родились и всячески стыдились своего происхождения, то все равно их ненавидели за сам факт наличия крови предков.

С этой точки зрения, когда корень зла не сила титанов, а ненависть на почве греха, то зерно невозможно вырвать простыми способами. И решить миром этот вопрос также невозможно, ведь даже если заключить временный союз, лишь вопрос времени, когда какой – то радикальный человек с одной из сторон начнет войну.

- И почему ты начал говорить, что я сильный человек?

- Чтобы поддержать тебя, Эрен. – честно сказал Флок. – Я отдал свою жизнь за тебя, как и каждый из моих товарищей. Мы все посвятили тебе свое сердце, желая избавиться от врагов, которые ответили бы нам рано или поздно полным уничтожением. И я верю, что ты не сломаешься, и дойдешь до конца, ради будущих поколений.

- Ясно.

Но это еще не конец.

Следовало еще больше словами помочь тому, от кого зависит успех этой военной операции.

- Эрен, просто продолжай двигаться вперед. Та задача, что ты себя поставил, прекрасна и ужасна одновременно. Строить счастье на крови многих народов сложно, но разве есть иной выбор?

- Нет, иного выбора нет.

- Тогда не сомневайся. Да, придется поступить очень плохо, но не ты это начал, не ты напал на остров четыре года назад, не ты планировал экспансию на Остров с целью взятия Прародителя. И не ты желал истребления всего народа за то, кто мы есть.

Мир этого желал.

Он желал поглотить народ Острова, либо сделав их рабами, либо полностью уничтожить. Любые попытки наладить общение или хотя бы услышать иную точку зрения в глобальном плане обречены на провал, ведь зерно все еще растет в людях. А раз от мира они получили лишь ненависть, гибель своих людей и возможное уничтожение в будущем, то почему элдийцы Острова должны жалеть их?

- Зачем ты мне это говоришь, Флок?

- Потому что хочу, чтобы ты сдержал обещание. Помнишь тот день?

Флок Форстер встал на ноги и шагнул вперед навстречу маленькому Эрену, желая напомнить о том дне.

- Ты ведь помнишь Эрен… Ту ночь?

Маленький Эрен склонил голову, и опустил. Было видно, что он понял, но Флок решил сам напомнить еще раз о том, что там случилось.

***

- Я притворюсь, что поверю Зику, и поддержу его план. Ты тоже это сделай.

Слушая эти слова, Флок Форстер ощущал отчаяние.

«Мы – одни… Совершенно одни».

Без каких – либо возможностей жить нормальной жизнью, подчиненные судьбе. Полностью лишенные союзников. Даже те, кто предстал первоначально хорошими людьми, в итоге оказались мерзавцами с собственным планом, не спросив их, просто поставив перед фактом. Все что они могут сделать – склонить голову и смиренно подчиниться, потому что не имеют сил изменить судьбу.

«Мы одни…» - повторил внутренний голос Флока.

Ему было не по себе.

Да, он сможет прожить долгую жизнь в свое удовольствие, но как же продолжение рода? Как же иное и будущее поколение? Разве Флок не может завести собственных детей? Разве они должны пройти через этот ад не ради того, чтобы это поколение появилось и стало лучше?

«Мы… И правда обречены на погибель?» - пронеслось в его голове.

Да, план Эвтаназии способен спасти и мир, и элдийцев. С помощью него они смогут спасти большое количество жизней, избежать множества войн, прекратить целую цепь бессмысленных событий и остановить наконец – то кровопролитие, созданное из незнания.

Она полностью устраивала внешний мир, с точки зрения логики. Ведь им не придется посылать в бой солдат, а нужно просто дождаться необходимого времени через десятки лет, чтобы просто прийти на Остров в качестве победителей.

Верно.

Для мира это лучший путь. Люди континента смогут прожить долго и счастливо, ненависть к элдийцам исчезнет и их перестанут бояться, а люди внешнего мира заживут спокойно.

Однако все это породит один ужасный факт – элдийский народ перестанет существовать.

Судя по информации, что он получил, враги являются такими же людьми, имеющими полное право на ненависть к элдийскому народу. То, что случилось в мире тысячелетие назад непростительно с точки зрения морали, но еще тогда Флок начал задумываться над одной мыслью, которая не давала покоя.

Словно из глубин разума Флока вылез некто, не желающий молчать и задающий один простой вопрос:

«А мы тут причем?»

По сути, их уже сейчас лишили право выбора, не предоставив никакого шанса на спасения. План пятидесяти лет был хорош, но только на первый взгляд, ведь там было множество минусов, включая даже будущих Прародителей, что могли начать войну.

Флок слышал этот план задействуется лишь частично, потому что основную роль играла секретная часть – Эвтаназия.

И именно по ней у Элдии нет никакого шанса на спасение.

Все они обречены на погибель, пусть и бескровное окончание войны. Флок должен был радоваться этому, но не мог. Ведь не является тем, за что он боролся во время битвы за стену Мария?

Это не является свободой, а самым настоящим ограничителем этой самой свободы. Выбрать мирную погибель, чтобы Флок не мог завести собственную семью и жить дальше.

Это не то, что Флоку подходило.

Однако, раз выбора нет, то Флок закрыл глаза, несколько секунд посидев так, принимая жестокую реальность.

Он тяжело вздохнул и задал справедливый вопрос:

- Допустим, мы подчинимся, что будет дальше? У нас вообще есть какая – то альтернатива?

- И она есть, Флок.

Впервые с начала разговора Флок посмотрел в глаза Эрена, подняв взгляд.

Увидев глаза Эрена, Флок Форстер ощутил растущее внутри себя желание жить, ведь глядя на лицо этого человека, не было похоже, что он согласился на Эвтаназию.

Это были глаза человека, не желающего умирать. Глаза человека, не находящего в режиме обреченности, и не желающего мириться с судьбой. В глазах была сталь, и твердая уверенность, и она заражала организм Флока такой же уверенностью.

Он ощутил, что его отчаяние начало уходить. Это не могло не вызвать внутри него удивление.

«Чего же ты так уверен, Эрен? Неужели… Что – то задумал?» - пронеслось в голове Флока.

Он хотел узнать ответ на вопрос.

К счастью, Эрен не стал дожидаться вопроса Флока, и он продолжил:

- Я разрушу этот мир. Всех врагов из этого мира вытравлю. Всех их уничтожу. Нации, культуры, народы, города, страны – все это исчезнет с лица земли. Без какого – либо исключения весь континент и все живое за пределами Острова сгинет.

Флок не знал, что ему ответить.

Он был ошеломлен.

Внутри горла образовался ком, но он силой сглотнул это наваждение и задал вопрос тихим голосом.

- Как?

- Я использую Зика, чтобы получить контроль над силой Прародителя. Таким образом, я смогу обойти клятву отказа от войны, что нам навязал король трус. И выпущу Колоссов из своего заточения, направив их на континент, подчистую уничтожая всех в том мире. – произнес Эрен твердым стальным голосом. – Я отказываюсь бросать оружие, отказываюсь приносить в жертву наших людей, и выбирать мирную смерть. Я желаю бороться до самого конца.

У Флока перехватило дыхание.

Никто бы не догадался до таких решений.

Многие, вероятно, только подумав над этой мыслью, тотчас ее отринули и стали искать иные пути выживания. Все бы отмели этот вариант, как наиболее нереализуемый, и максимально бесчеловечный. Любой нормальный человек не смог бы даже представить, как творит нечто подобное.

Даже Флоку было очень трудно представить, ведь люди так не поступают.

«Точно… Люди так не поступают». – подумал Флок.

Смотря на уверенное лицо Эрена, в котором не было ни капли сомнений, Флок понял простую истину.

Люди так не поступают.

Верно.

Лишь дьяволы способны на такое, лишь уподобившиеся монстрам люди, которые принимают самые жестокие решения в кризисной ситуации. Те, кого по праву можно считать лишь человекоподобными. Их сердца из стали, а разум поглощен адским сиянием, и эти люди ведут остальных за собой.

И в тот момент Флок Форстер понял.

«Верно… Перед мною не человек, а дьявол. Воинстину... Дьявол. Тот самый дьявол».

Командор Эрвин никогда не был дьяволом. Конечно, он имел все, что необходимо, дабы им стать, но оказался ложным идолом, потому что умер. Решение капитана еще тогда Флоком было непонято, но теперь Флок видел, что капитан поступил правильно.

Ложный идол был уничтожен.

«Нет, не просто ложным идолом». – подумал Флок, помотав головой.

Эрвит Смит был всего лишь человеком с демоническим взглядом. Он также жил, также чувствовал, но все еще был человеком. Бывший командор не смог бы стать тем, кто нужен Острову.

Но, вероятно, перед Флоком Форстером сидел тот самый истинный дьявол.

«А мы тут причем?» - произнес внутренний голос.

Да, они потомки тех, кто правил миром. До недавнего времени они даже не знали о существовании таких грехов, но разве элдийцы Острова причастны к тому, что было ранее? Они должны нести за это ответственность, и за это быть уничтоженными?

«А мы тут причем?»

Внутренний голос повторил этот простой вопрос.

Казалось, что внутри Флока что – то пробудилось. Темная сущность, которая родилась во время битвы со звероподобным, и следом уснула, когда командор Эрвин погиб.

Но теперь она снова подала знак, что все еще жива.

Она начала захватывать разум Флока Форстера, а в глазах парня появилось желание жить.

Верно.

Флок не хотел умирать ради кого – то. Не хотел быть удобным человеком, который стерпит и принесет жизни многих островитян в жертву миру, ненавидящего их за факт родства с предками.

«А мы тут причем?»

Простая мысль, которая появилась в голове Флока, трансформируя его внутреннюю личность. Слова Эрена, его взгляд и желание Флока жить придали словам смысл, и Флок буквально ощутил, как нечто внутри вырывается наружу, превращаясь в нечто иное.

Флок Форстер посмотрел в глаза Эрена Йегера и не увидел никаких сомнений, поэтому и сам отринул любые сомнения.

«Дьявол полностью прав. Я помогу ему стать сильнее, если это поможет нам выжить».

- Я использую Колоссов и направлю их на весь мир. Они не оставили нам выбора. – холодно повторил Эрен, смотря в глаза Флока.

Эрен был прав.

Им не оставили выбора, ведь даже не спросили их мнение, не выслушали и даже не настроили контакт.

Все что сделали люди внешнего мира – напали на Остров, устроив тотальный ад на несколько лет, вызвав сотни тысяч жертв мирного населения и кучи невинных. А раз мир изначально был настроен не на решение элдийского вопроса, а на ликвидацию элдийцев, то разве они сами не могут принять решение?

«Разве мы должны испытывать к ним… Сочувствие?»

В патовой и кризисной ситуации, Флок принял решение.

«Да… К черту их всех… Мне будет сложно принять это сейчас, но со временем я смогу смириться. Раз они не дали нам выбора, то мы сами сделаем его, вогнав их флаги им в сердца, и выстрелив в лицо».

Флок не хотел умирать, поэтому был готов бороться.

Огонь жизни внутри юноши словно засиял, и даже Эрен увидел сияние в его глазах. Настолько, что даже поменялся в лице.

- Флок, ты согласен?

- Выбора нет, Эрен. – произнес Флок, не сводя взгляда с глаз Эрена. – Я волен выбирать свой путь сам, поэтому и принимаю твою точку зрения. Я помогу тебе, Эрен Йегер. Сделаю все, что в моих силах, лишь бы помочь тебе спасти Остров Парадиз.

Флок Форстер не хотел, чтобы его товарищи, как и все люди Острова погибли зазря. Иначе их жизни, в том числе и командора Эрвина, станут бессмысленными, если их все равно ждет смерть от рук врага.

Огонь, что появился внутри него, зародил новые и ужасающие мысли, от которых Флок ранее бежал.

- Тогда, мне будет нужна твоя помощь, Флок. – сказал Эрен, с одобрением посмотрев на него. – Хистории уже известна часть плана, так что… От тебя требуется самое сложное, ты справишься?

- Уверен, что справлюсь. – твердо заявил Флок.

Верно.

Нельзя было сдаваться, и нужно было работать, чтобы в итоге оказаться наверху. Чтобы его жизнь имела смысл. Так что Флок был готов на все, лишь бы выполнить желание Эрена.

- Что от меня требуется, Эрен? – спросил Флок.

***

- Помнишь, тот день? – спросил Флок, смотря в глаза маленького Эрена.

Конечно, сейчас там не было даже белков.

Глаза были черными, но Эрен говорил с ним с помощью какой – то неведомой магии, звуча у него в голове, как это может делать Прародитель. Но Флок видел, что Эрен все еще в сознании.

И что он понимает, что делает.

Именно поэтому юный солдат хотел сказать слова напутствия своему товарищу.

Маленький Эрен кивнул.

- Помню, Флок.

- А ты ведь был прав. – сказал Флок. – Выбора и правда не было. Да и я не ожидал, что все случится именно так. Но почему ты не сказал, что я умру? Хотелось бы знать… Ты же показал лишь будущее, где все были счастливы, но не меня самого.

Забавно, но Флок видел то, что Эрен показал ему.

Через некоторое время он тайно встретился с Хисторей и Эреном, которые с помощью прикосновения и показали ему будущее Парадиза в случае удачи Эрена.

О том, как люди не просто будут существовать, а заживут, и среди них была сама Хистория, что выбрала именно свою жизнь, и многие другие, но только не Флок, не Эрен. Везде, где они бывали, нигде не было этих двух, а также еще нескольких товарищей.

Теперь Флок понимал почему.

- Все должно идти своим чередом, Флок. К сожалению, все должно быть так, как требуется. Если бы ты узнал о том, что умрешь в этом бою, то смог бы двигаться дальше?

- Да. – твердо ответил Флок. – Я бы двигался дальше, но ты прав отчасти. Зато я теперь понимаю, почему меня нет в будущем.

Из уст Флока послышался смешок.

Он расслабился и ему было плевать, что Флок скоро вернется в мир, где умрет своей смертью.

- Скажи еще вот что. – внезапно спросил Флок, сам от себя не ожидая. – А что меня ждет после смерти?

- Покой. Вечный сон.

- Что же… Учитывая все эмоции, что я пережил… Думаю, что заслужил покой.

- Верно. Не сомневайся. Ты будешь спать спокойно.

Эрен кивнул и слабо улыбнулся.

Однако в этом обличии это было довольно страшно, поэтому Флок сделал тот единственный жест, который от него и не ожидали.

Флок положил руку на сердце, показав, что отдал всего себя служению. Но не человечеству, а элдийскому народу. Он стал его человечеством, так что Флок ни о чем не беспокоился. Ни о потерянных жизнях, ни о проблемах Острова после его смерти, ни о будущем, ведь знал, что Эрен достигнет своего.

Он полностью доверился своему товарищу, потому что верил в него.

Флок не мог ошибиться в нем.

«Забавно даже, как все изменилось. Но… Я был рад пожить еще несколько лет. Был рад, увидеть этот кошмар. Это и правда стоило того». – подумал Флок, закрывая глаза.

В тот момент, он ощутил сильную боль в горле, льющуюся кровь и склонившегося над ним Жана.

Уже через несколько секунд Флок Форстер, прошептав последние слова, закрыл глаза навсегда, но перед этим заметил слезы в глазах Жана Кирштайна.

«Конеголовый, после смерти встретимся». – подумал он, про себя улыбнувшись.

На этом жизнь Флока Форстера прервалась.

Надежда

Блаженство, радость и стремление быстро достичь цели.

Чувство, что ощущал Фалько Грайс.

Он летел.

Прекрасное голубое небо заставляло Фалько не беспокоится ни о чем, словно никаких проблем нет. Земля, полностью сокрытая облаками, и наслаждение этой картиной, включая удовольствие внутри Фалько Грайса – вот нынешнее состояние мальчика, который потерял фактически всех родных.

Он не был уверен в том, что родители живы, ведь, согласно словам Пик Фингер, гетто Либерио уничтожено полностью. Даже в лучшем случае, если команда спасения каким – то образом остановит главного врага, все равно Либерио, как и сотням миллионов жизней, пришел конец.

«Если, конечно, не больше». – пронеслось в голове Фалько, перед тем как он закрылся в себе.

Стресс, отчаяния, боль от потери родных, понимание собственного бессилия и откровенная безысходность заставила мальчика испытывать такой стресс, что он потерял сознание.

Если первоначально он удивлялся этому небу, то сейчас он уже понимал, что видел какой – то сон.

Как титан, который принадлежит Фалько, летит по небу.

Он был свободен от всех земных оков, не подчинялся больше ничему и никому, а сам морально восстанавливался после принятия той неизбежной судьбы. Ведь в конце концов, пусть и косвенно, но именно Фалько стал причиной, почему этот Дрожь Земли стал возможен. Именно он сделал так, чтобы Йегер смог встретится со своими товарищами, и поставил все гетто, а затем и весь мир под удар.

«Нет, не думай об этом». – помотал головой Фалько.

В данный момент ему хотелось просто наблюдать за происходящим.

«Как красиво». – подумал Фалько, смотря на небо.

Довольно странно, но Фалько Грайс не управлял сном.

Он просто находился, как наблюдатель, но этого вполне хватало. Титан Фалько просто перемещался по небу, пикировал вниз, поднимался, словно летел в какое – то место с конкретным заданием, как и требовало нутро.

Впрочем, Фалько пока что не видел проблем, поэтому не принимал всерьез то, что видел. Он использовал свой сон для эмоционального восстановления, ведь понимал, что теперь ничего уже не изменить.

Они никак не смогут превратиться в крылатого титана и направиться прямо к месту сражения.

Фалько Грайс ощутил стыд.

«Пока все сражаются… Я нахожусь в этом сне… Как и все остальные на корабле».

Конечно, многие из них абсолютно бесполезны.

Фалько понимал эту точку зрения, ведь для финальной битвы не нужны дети и люди без силы титанов, или же военной подготовки. Киеми и остальные инженеры могут быть полезны, но лишь в плане доставки снаряжения, ведь они также не умели сражаться против титанов. Разве могут они что – то сделать против Прародителя?

Тем не менее, Фалько был иного мнения о себе и Габи. Если они проходили с раннего возраста обучение, прошедшие ужасы войны, убивали врагов, при этом оставшиеся в сознании, без особых проблем с психикой и желанием хоть что – то сделать для победы – они абсолютно точно не считались детьми.

Вот только если Фалько хотел всеми силами присоединиться к той битве, потому что обладал силой титана Челюсть, что может сыграть важную роль в битве. Например, если придется разрушить кристаллическую броню, или же резко перемещаться с место на место, и так далее.

Иначе говоря, Фалько Грайс мог принести пользу, как и Габи Браун, но вот только здесь Фалько мыслил более эгоистично, не желая ее присоединения к финальной битве.

Однако реальность была очень жестока.

Фалько Грайс никак не мог преодолеть огромное расстояние, даже примерно не зная где находится форт Салта. Он не мог овладеть силой Титана идеально в короткий срок, а также не мог переместится в то место. И лететь очень долгое время тоже не имел возможности.

Иначе говоря, даже с учетом силы одного из Девяти титанов Фалько Грайс абсолютно бесполезен.

Это сильно давило на Фалько Грайса, уже и так потерявшего старшего брата, а следом, вероятно, и родителей.

Все эти факторы стали причиной, почему Фалько просто желал сбежать из этой ужасной реальности.

«Как же я могу быть вдали… От всей битвы». – грустно произнес внутренний голос Фалько.

Тем не менее, пока Фалько наслаждался атмосферой сна, он также смотрел периодически и за движениями титана.

Фалько видел глазами титана и мог лишь предположить о том, что происходит внизу.

«Высоко… Этот титан довольно высоко в небе. И все же, куда он летит?» - подумал Фалько.

Этот сон начинал его не просто напрягать, а заставлять задумываться. Например, а сон ли вообще он видит? Титаны – шифтеры могут получать память прошлых владельцев силы титана, так что, вероятно, это просто одно из воспоминаний о прошлом.

«Но… Разве летающий титан существовал?»

Нет, Фалько о таких не слышал.

Особенно если брать в расчет силы титана Челюсть, то среди них яркими факторами силы были не крылья, а ловкость, небольшой размер, мощные челюсти и острые зубы. Именно с помощью них Титан Челюсть мог прогрызать все, что угодно, вне зависимости от твердости материала.

Но летающего титана не было в истории.

«Только если это не звероподобный. Насколько я помню, там были и лошади, и крокодилы, и пантеры, и различные существа животного типа. Значит, и птицы могли быть? Но… Тогда какое это время?»

Теперь Фалько было уже не до блаженства.

Определенно, он понял, что находится в чьем – то воспоминании, причем явно звероподобного типа. Значит, та жидкость, что попала ему в рот и превратила в титана, сыграла свою роль.

«Но ведь я не звероподобный… Почему оно мне снится?»

Фалько не мог понять этого.

Единственное, что он понял, так это явно воспоминания, которые открылись из – за отчаяния внутри разума Фалько. Ведь было известно, что в особо сильные моменты страха, отчаяния или же различных эмоций, когда – то принадлежащих прошлым носителям, можно увидеть воспоминания далеких времен.

Ученые – титанологи так и не смогли понять, при какой особенности эмоционального состояния активируются спящие воспоминания, ведь у всех было по – разному. Кому – то приходило все сразу, а кому – то обрывочно и при особых обстоятельствах.

И, вероятно, Фалько смог пробудить несколько из них.

Это также дало ему мысль.

«Стоп, раз мне снится воспоминание звероподобного, то я могу летать?»

Это не доказано.

Вероятно, когда он превратится в титана на палубе, то корабль затонет, поэтому ему нужно поговорить с остальными на эту тему. Чтобы Фалько Грайс хотя бы попытался превратиться в летающего титана, раз он способен видеть воспоминания прошлых носителей, причем именно летающего звероподобного титана.

Фалько Грайс ощутил небольшую надежду.

Да, это звучало, конечно, как полная фантастика. Это было не больше предположением, которое может закончится крахом, но все же Фалько хотел попробовать. Если он видит титана зверя, да еще и летающего, то все может быть.

Если все получится, то он способен что – то сделать для победы над всеобщим врагом. И больше не будет бесполезным.

«Осталось только проснуться! И попытаться!» - будто бы завопила душа Фалько, и в этот момент титан пошел на снижение.

Мальчик не очень хорошо понимал, чего пытается достичь титан, пока он не приземлился на гору, и не завопил во все горло, словно говоря о своем присутствии.

«Эй… Там ведь впереди… Город». – подумал Фалько, смотря вперед.

И правда.

Впереди, как только спуститься с высокой горы, то можно увидеть постройки. Он располагался посередине высоких гор, которые словно защищали его от взглядов со стороны. Город находился внутри естественной защиты, поэтому с земли не сильно заметен.

Однако это не касалось наблюдения с воздуха.

Он явно не хотел быть найден и строился именно с расчетом, что его не будет видно снизу и даже с гор, но город оказался замечен сверху, причем Фалько даже не понял каким образом. Вероятно, с помощью силы летающего титана, а именно улучшенного зрения.

Теперь же город потерял защиту.

Некоторые деревянные здания ознаменовали о находке противника звоном колоколов. Хотя даже ребенку было слышно, как кричал титан, даже не пытаясь скрыться. Он словно звал всех на битву, чтобы сразу со всеми закончить, а не возиться с ними долго.

Фалько ощутил, как владелец титана улыбнулся.

Мальчик ощутил ужас.

Все солдаты в городе начали собираться на крепостных стенах, вставая за баллисты, орудуя луками и стрелами. Причем простым копьем вооружено наименьшее количество людей, словно оружие ближнего боя абсолютно неважно.

Впрочем, так оно и было.

Город не выглядел очень развито.

Видно, что он построен относительно недавно, ведь внутри не имелось большого количества зданий. Даже издалека заметно, что внутри также существовало множество шатров, и деревянных домов, а из каменных построек были только защитные сооружения, да явно резиденция либо главы города, либо местного генерала. И то они построены на спех и не вызывали никакой уверенности.

Сам город выглядел как те типичные крепости далекого прошлого, о которых читал Фалько в книгах.

«Это явно раннее прошлое».

И правда, даже издалека видно, что солдаты одеты в старомодную одежду с шлемами раннего прошлого. Старомодные луки словно намекали на время, когда это происходило. Кроме того, догадкой были одежды раннего марлийского образца, когда те еще не были под властью Элдийской Империи.

Вернее тогда, когда Элдийская Империя только недавно появилась и еще не начала свой поход на мир. Время, когда она только зарождалась, постепенно расширяя свое влияние.

«Я понял… Это же… Получается, это…» - пронеслось в его голове.

В тот момент, когда Фалько осознал, что за сон на самом деле он видит, и какой промежуток на самом деле сейчас происходит, титан с крыльями взял несколько камней с горы, и направился прямо в сторону города. Он держал камни в своих крепких лапах, готовясь сбрасывать на многочисленных людей, в ужасе смотрящих на приближающегося монстра.

«БЕГИТЕ! БЕГИТЕ ОТТУДА!» - инстинктивно завопил Фалько, но его никто не мог услышать.

Ведь прошлое невозможно изменить.

Когда же титан приблизился к городу, то камни, которые титан держал в лапах, полетели вниз и с диким грохотом упав на землю, ломая постройки и защитные сооружения, а также давя людей. Титан не волновался из – за баллист и луков, не воспринимая их серьезно.

И правда, ведь стрелы и копья легко летели мимо, а немногие попавшие не причиняли вред титану. Они его лишь веселили, что он и делал, громко смеясь в лицо нерадивых защитников.

Впрочем, он явно не желал добивать всех людей с помощью камней и лишь ждал, пока остальные не соберутся вместе и не побегут. Что, в общем – то, люди и делали, пытаясь убежать от титана.

Их было множество, и они уже не сопротивлялись, а просто убегали, не оборачиваясь, держа в руках немногочисленные припасы.

- Вот и попались беглецы. Пытались убежать на юг… Но мы везде вас найдем. – с торжеством произнес титан.

А следом сам поднялся вверх и резко спикировал вниз, прямо на начинающих отступать людей. Они пытались сбежать, прыгали в заранее выкопанные окопы, но на его лапах были острые когти, нацеленные на людей.

Фалько Грайс слышал смех носителя силы титана.

В этот момент титан с крыльями долетел до отступающих и выставил когти в район, где находилось множество людей.

Мощный удар и Фалько услышал отвратительный звук разрезаемых тел, и крики немногочисленных выживших.

Части тел убитых разлетелись в разные стороны, орошая землю кровью. Во всего один заход улица была усеяна телами погибших, а части тел, включая внутренние органы, валялись по всей территории, забрызгав строения.

И как только носитель титана поднялся в небо, то он заприметил еще одну разбегающуюся толпу.

- Ну, сейчас повторим… Отродья получат свое! – произнес неизвестный носитель звероподобного титана.

Он резко спикировал вниз, целясь прямо в кричащую от страха толпу людей, и в очередной раз послышался смех, и Фалько ощутил, как погибает множество людей.

Мальчик закрыл глаза, неспособный видеть это, и в тот момент открыл глаза.

Он вернулся в реальность, вот только его мозг все еще был под впечатлением, так что он словно ощутил то, что пережили те люди перед смертью.

- АААА!!! – завопил Фалько, падая с кровати.

- Фалько?! Что случилось!? – послышался голос забегающей Габи.

Она уже была настороже и держала кулаки наготове, а когда увидела Фалько, в слезах барахтающегося в одеяле, упавшего на землю, то принялась помогать ему.

- Эй, ты чего, плачешь? – спросила она уже более грустным тоном.

Это было очевидно, ведь Фалько вернулся в реальность.

К слову, Габи сама была не в себе.

Ее лицо опущено, а взгляд опечален. Казалось, что она полностью разбита морально и физически.

Габи уже не могла сражаться и даже в глазах читалось нескончаемое отчаяние. Она полностью смирилась со всем, что происходит, ведь не в силах ни на что повлиять. Поэтому ее взгляд напоминал мертвеца, полностью пустой и неживой вовсе.

«Она… Она сдалась…»

Тем не менее, Габи Браун нравилась Фалько любой.

Ему было плевать в каком она состоянии, но если сравнивать, то ему нравилась уверенная в себе Габи Браун. Не просто раздавленная, не просто опустошенная, а заряженная энергией, способная легко повалить его, и теперь есть шанс, что Фалько сможет снова увидеть ту девочку.

Ту храбрую девочку, сражающуюся на фронте.

Ему хотелось вдохнуть в нее жизнь.

- Да… Габи, я сейчас такое видел… - произнес Фалько, освобождаясь от одеяла.

В ответ Габи лишь обняла Фалько, готовая разрыдаться.

- Мне жаль… Жаль, Фалько.

Фалько Грайс понимал, о чем она, но сейчас он не хотел сдаваться. Ведь только что появилась надежда. Он не хотел терять ее, поэтому всеми силами держался за ту небольшую надежду.

- Да постой. Послушай меня. – отодвинул ее от себя Фалько, взяв за плечи.

Габи оказалась удивлена.

И не удивительно, ведь Фалько словно зажегся огнем изнутри. Словно в нем появилась причина сражаться дальше. Его глаза выдавали, что в них была какая – то идея и огонь жизни, в то время как в глазах Габи была пустота и принятие жестокой реальности.

- Что? Тебе снился кошмар? – поинтересовалась она, сев рядом.

Они уселись у кровати.

Габи поняла, что дальше последует разговор, поэтому подготовилась заранее, чтобы выслушать Фалько.

- Да, Габи… Очень ужасный кошмар. – кивнул Фалько. – Кошмар наяву.

- И что ты там видел?

- Прошлое… Прошлое летающего титана, который проводил зачистку какого – то города.

- Что? – спросила Габи, словно не понимая сказанного.

«И это лучший кадет». – грустно улыбнулся Фалько.

Нужно было разжевать на пальцах. Так что Фалько принялся все объяснять.

- Ты не ослышалась. Летающего титана, который проводил зачистку города. То есть истреблял жителей.

- Ясно… Это ужасно, но это прошлое… Я все равно не помню летающих титанов. А ведь многие из них были задокументированы.

С тех пор, как Элдийская Империя заявила о себе, то каждый титан был задокументирован. Про каждого из них есть целая история, имя, особенности, род и внешность. А также все славные битвы прошлого и захватнические войны, где побывал этот титан.

И, как ни странно, летающий титан мог существовать еще до появления Элдийской Империи, когда она была лишь малым государством, не ведя захватнические войны в той же манере, как случилось позже. Ведь самый первый титан был задокументирован спустя семьдесят лет после появления Прародительницы Имир.

Это очень малый промежуток времени, ведь война на расширение своего влияния с последующим захватом над миром началось, едва погибли первые короли элдийского народа. Когда элдийцы смогли построить не просто деревни, но города – государства, позже ставшие государством, а много позже и Империей.

В промежуток до появления первых завоеваний описаний титанов не было. А если они и существовали, то сгинули со временем, ведь тогда элдийский народ считался варварским, разрушая древние государства.

Так считал Фалько Грайс.

- Лишь те, кто появился после появления Элдийской Империи. Первые титаны абсолютно неизвестны. Думаю, что я видел моменты прошлого из тех времен. Те самые ужасные воспоминания.

- Завоевательные походы?

- Они самые. – произнес Фалько, обреченно смотря вниз. – Я не рад увидеть то, что было, но это дало мне надежду. Я видел то, что одновременно и ужаснуло меня, и дало шанс на спасение.

- О чем ты?

- Скажи мне, Габи, почему я видел тот сон? Почему я видел именно летающего титана? Почему не Челюсть, которая жрет людей и пробивает крепостные стены?

Она непонимающе уставилась на Фалько.

Впрочем, оно и понятно, что Габи Браун сейчас очень сложно думать на эти темы. Да сейчас всем людям в принципе очень сложно думать. Даже Киеми и Энни, у которых также, как и у всего экипажа голова кругом идет. Однако Фалько смог ощутить внутри себя тот самый огонь надежды.

Габи же нужно время за счет внутреннего состояния.

- Потому что ты тоже стал титаном.

- Я ведь унаследовал Челюсть, верно? – заметил Фалько. – А Челюсть даже примерно никогда неспособен принимать облик какой – то иной субстанции, чем быстрый и ловкий титан.

Габи словно пыталась думать, но не могла из – за пережитого стресса.

«Ясно, тогда, придется разбудить твою надежду более прямо».

- Тогда, о чем ты говоришь?

- Я хочу сказать, что я, вероятно, увидел воспоминания звероподобного не случайно. Даже более того, вероятно, я сам способен летать.

- Почему ты так решил?

- Не знаю, но я ощутил, что могу полететь. – честно признался Фалько. – Ведь это воспоминание не могло мне присниться просто так. Я считаю, что способен превратиться в звероподобного титана, унаследовав и его силу.

Это была лишь теория.

Вероятно, он потопит корабль, если не получится. Ведь для превращения нужна твердая поверхность. Тем не менее, уж лучше так, чем сидеть сложа руки, пока гибнет мир.

- С крыльями? – спросила Габи.

Теперь в ее глазах начало появляться понимание.

- Возможно. Не уверен, но все возможно.

Фалько Грайс замолчал, смотря на Габи.

Она смотрела на Фалько и раздумывала над его словами. Уже было видно, как постепенно к ней возвращается старый характер, ведь теперь она может что – то сделать.

Или же Фалько.

- Думаешь, что это невозможно? – спросил Фалько.

- Нет ничего невозможного… Но, мы же погубим корабль. Нет, ты погубишь корабль.

Это правда.

Но Фалько хотел попробовать. Сначала нужно будет спросить у остальных, согласны ли они на это. И только потом попробовать. Ведь если они не согласны, то придется задействовать спасательные шлюпки, чтобы упрямо попытаться.

- Это лучше, чем сидеть здесь, сложа руки. Мы все же должны попытаться что – то сделать. Иначе никак.

Прошлая неугомонная, уверенная в своих действиях и иногда высокомерная Габи Браун словно очнулась.

В ее глазах появилось надежда, как и в глазах Фалько.

Теперь она уже напоминала живого человека, и в ее голосе начали прослеживаться иные эмоции, а не обреченность и отчаяние.

- Может быть. Я думаю, что ты должен попробовать. Хотя бы попытаться.

- Отлично! Тогда, давай пойдем расскажем остальным. Может быть, они примут такое же решение.

- Да!

Габи резко изменилась в лице.

Словно она искала что – то, за что могла зацепиться и продолжать сражаться.

***

Фалько Грайс был воодушевлен.

Энни Леонхарт, в отличии от Киеми и Габи не шибко – то надеялась на успех. Он видел лишь то, что она отошла подальше от всего, пока он рассказывал подробнее про тот сон. И, тем не менее, когда Фалько договорил госпоже Киеми про свой сон, лишь тогда Энни подошла к ним.

- Мы и правда можем попробовать. – воскликнула воодушевленная Габи. – Это наш шанс!

- Фалько, ты же знаешь, как это звучит? – послышался голос Энни.

Конечно, он понимал это, но разве это не возможность добраться до Эрена Йегера, чтобы попытаться спасти остатки человечества? Разве они могут просто сидеть здесь, пока гибнет мир? Разве это не их обязанность вмешаться? Разве они не воины Марли?

- Знаю! Но я и правда как будто бы поднялся в небо. – начал он, убеждая Энни. – Я будто бы летал по небу, но это был не я!

- Имеешь ввиду, ты каким – то образом получил воспоминания прошлого звероподобного?

Энни оставалась скептична.

Даже по взгляду видно, что она не верила в подобные сны. Фалько и сам не совсем это понимал, ведь выпил лишь частичку той жидкости, в то время как сам владел титаном Челюстью и уж точно не мог летать, согласно описанию, что дала ему Габи позже.

Но все же Фалько Грайс верил в это.

Он не хотел, чтобы его семья, когда он увидит их в ином мире, расстроится или же разочаруется им. Как член семьи Грайс, он должен до конца сражаться, чтобы спасти хотя бы часть человечества.

Это его долг, иначе он будет трусом, неспособным сражаться. Иначе семья Грайс будет опозорена.

Фалько Грайс хотел сражаться, и пусть в него не верит Энни, но зато верят другие, особенно Габи.

Ее вполне хватало.

- Да! И он способен был летать!

- Ты Челюсть, Фалько. Ты не можешь летать. – произнесла Энни, устало закрыв глаза руками. – Успокойся уже, все закончилось. Мы проиграли.

Энни не была настроена на беседу, так что сразу же обернулась и начала уходить, то время как Фалько воскликнул:

- Как вы можете так говорить? Разве Эрен Йегер не убил наших родных?

- Убил, и что с того? – устало заявило она, лениво обернувшись. – А мы убили его родных, и огромную кучу еще. Хватит с меня всего этого, я устала.

- Разве вы хотите сдаться? Просто смотреть как гибнет все человечество?

Если на лице Киеми и было некое раскаяние и желание помочь Фалько, то лицо Энни оставалось мученическим. Да, она страдала также, как и остальные, но отказывалась сражаться дальше.

Это можно назвать усталостью, но только не воина Марли.

- Я не вижу способа сражаться дальше. Раз мой дом разрушен, то к черту все остальное.

- Но ведь в мире есть и те, кого стоит спасать. Те самые люди, кто вообще не знает, за что его идут убивать колоссы! – проговорил Фалько. – Те самые люди кто еще родился! Кто еще даже дня не прожил!

- И что с того? – спросила Энни. – Как я могу телепортироваться до того места? И за что мне сражаться? За тех, кто вонзит мне в спину меч, едва я отвернусь? Я сражалась, чтобы вернутся домой, а теперь дома нет. Так что к черту все это.

Энни Леонхарт повернулась и уже хотела уйти, но остановилась.

- Почему бы не дать ему шанс? – влезла в разговор Киеми. – Думаю, что мы можем хотя бы попытаться. Ведь если его титан и правда сможет полететь, то вы сможете спасти хотя бы часть человечества.

Энни скептически посмотрела на Киеми.

- Думаете, что получится?

- Я в это верю. Хотя бы буду жить с меньшим чувством раскаяния и боли, чем сейчас.

Эти слова словно подействовали на Энни.

На ее лице появилась гамма эмоций, от отрицания до сомнений.

- Госпожа Киеми! Вы мне верите?

- Я хочу в это верить, но это слишком фантастично.

- Такое в принципе невозможно. Я знаю историю титанов, и видела множество прошлых вариаций. – произнесла Энни. – Я читала о них всю свою жизнь до попадания на Парадиз в свободное от тренировок время. И никто из известных звероподобных титанов, с тех пор как появилась письменность, не имели крыльев.

- Может быть, это было очень давно? И поэтому был забыт, например, еще в самом начале, или же когда Элдийской Империи не существовало? Когда было просто государство Элдия?

- Я понимаю тебя, но ты забыл одну маленькую деталь. – устало произнесла Энни. – Ты нас потопишь, если не получится.

- Ничего страшного. Мы заранее пересядем на шлюпки, чтобы никто не пострадал. – заявила Киеми. – Уверена, что у мальчика получится. Хотя бы нужно попытаться.

Очевидная мысль.

Киеми выглядела так, словно увидела ангела, смотря на Фалько.

- Это и правда возможность помочь нашим воинам. – сказала Габи.

Судя по собравшимся людям, за исключением Елены, которой было плевать на все, и Энни, до последнего сомневающейся, все были только за.

- Вы и правда готовы на это пойти? – спросила Энни, опираясь на палубу. – Пойти на неизвестность в ущерб себе?

Она явно не была согласна, вот только Энни понимала, что если другие решат попытаться помочь Фалько, то ее мнение о невмешательстве будет растоптано. Ведь даже если мальчик превратится, то корабль пойдет на дно. Следовательно, как понимал Фалько, как бы Энни Ленохарт не выступала против, она ничего не сможет сделать, если Киеми и остальные помогут ему.

- Да. Чтобы мир избежал ужасного финала. Чтобы не страдал из – за наших ошибок. – ответила Киеми. – Хотя бы надо что – то сделать, иначе… Иначе мы все будем ощущать себя очень плохо.

Она тяжелым взглядом обвела всех людей вокруг себя.

- Мир уже страдает. – заметила Энни.

- Да, но ошибки на то и ошибки, что их нужно исправлять. Иначе выйдет просто катастрофа.– сказала Киеми. – Так что я думаю, мы должны попытаться.

Энни, судя по лицу, также согласилась, ведь все решили без ее участия. Надежды в глазах Энни Леонхарт не было, но могла появиться, если Фалько получится трансформироваться. Она просто отошла подальше и села на пол, держась за борт.

- Верно, Фалько! Попробуй – ободряюще произнесла Габи.

Фалько Грайс видел лицо Габи, и ему захотелось свернуть горы, чтобы она продолжила так улыбаться.

«Верно. Попытайся». – подумал он и отошел на край палубы.

Фалько еще не собирался трансформироваться, потому как сначала все должны были уйти. Киеми уже начала командовать о переброске их основных сил на шлюпки. Энни по – прежнему стояла со стороны перилл, но глядела не на Фалько, а на воду. Габи же с улыбкой на лице смотрела на Фалько.

Она точно воодушевлена.

«Я не могу ее подвести». – подумал Фалько.

Он сжал кулак и достал нож, найденный на корабле. Он закрыл глаза и нанес себе повреждение.

- Все, осталось лишь немного подождать.

Еще не было время, но Фалько ощутил странность внутри себя. Он помотал головой, убирая нарастающее напряжение в своей голове и бросил нож на землю, но лишь спустя время заметил кое – что странное.

Боль внутри Фалько в районе шеи.

Первоначально оно появилось лишь как раздражение и Фалько лишь размял голову, но боль нарастала с каждой секундой и становилась все сильнее. Через пару мгновений ему было очень сложно контролировать эту боль.

Послышался крик, но голос принадлежал не Фалько, а Энни Леонхарт, точно также склонившейся у перилл, держась за собственную шею.

И в этот момент Фалько ощутил, как растущая боль превратилась в невыносимую

- АААААА! – завопил Фалько, упав на палубу.

Боль, появившаяся в районе спины, распространилась по всему телу и теперь горело само тело. Разумеется, это были лишь ощущения, но Фалько казалось, что в его тело воткнули множество игл и вертят из стороны в сторону, будто бы пытаясь что – то забрать.

Он закрыл глаза и больше ничего не видел и не слышал, но ощутил, как на палубе началась суета и все люди специально отбежали подальше от титанов. Сквозь собственный крик и крики Энни Леонхарт, Фалько заметил, как Киеми начинает двигаться к Габи.

И в тот момент боль усилилась, превратившись в агонию.

Глаза, которые Фалько пытался открыть, не слушались его, а когда это получилось, то он увидел белую пелену перед ними, и мог лишь громко кричать, перекрывая все иные звуки.

Фалько Грайс ничего не видел.

Всеми силами он старался замолчать и лишь тогда, когда укусил самого себя за руку, слегка став тише, услышал крики Габи.

- ФАЛЬКО!? ЧТО С ТОБОЙ!? ОТПУСТИТЕ МЕНЯ, ГОСПОЖА КИЕМИ!

Потянувшись на звук, Фалько не увидел ничего, но заметил, как Габи явно тащат с палубы, но та пытается вырваться.

- ОТПУСТИТЕ! Я ДОЛЖНА ЕМУ ПОМОЧЬ!

Но силы были неравны, так что Габи явно сопротивлялась, но постепенно сдавалась с пониманием, что происходит что – то неладное.

И внезапно боль стала еще сильнее.

Сильная боль заставляла Фалько вопить во все горло, и с силой вцепиться в палубу настолько, что, казалось, он сломает все, что лежит вокруг, включая людей. Из его уст непрерывно шел крик и плач, и Фалько не мог остановится. Он не контролировал свое тело, и двинулся прямо к Габи и Киеми.

Параллельно боль лишь усиливалась. После чего ощутил, как его тело начинает трансформацию.

«Нет! НЕТ! НЕТ! ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС!» - закричал разум Фалько.

Ведь он понял, что происходило.

Даже сквозь пелену Фалько ощущал, как его тело начало трансформироваться, а вокруг него появились различные молнии, появляющихся при трансформации, и как он приближался ближе к девочке своей мечты.

- ФАЛЬКО?! – услышал он вопль Габи.

Он поднял взгляд, посмотрев примерно в ту сторону, но не смог даже произнести слова из – за того, что охрип. И всего на мгновение его взгляд стал ясным.

Он увидел людей, уже спускающихся на лодки, и собирающихся уходить и Киеми, которая в страхе еле сдерживает Габи от рывка вперед.

Неподалеку лежала Энни Леонхарт, также скрючившаяся от боли.

«ЧТО?» - пронеслось в голове Фалько.

Он кое – кого заметил.

Неизвестный ребенок с темными волосами, черными, словно смоль, глазами и смотрящий прямо в глаза Фалько издалека. Он ничего не говорил, ничего не делал, а просто смотрел, чем вызывал еще больше ужаса.

И следом очередная порция боли заставила Фалько уже хрипеть во все горло, и сразу же пелена снова застилала его тело.

Тут уже послышался крик Киеми:

- С ПАЛУБЫ! БЫСТРО!

В то же мгновение мощный взрыв от одновременного превращения двух титанов разорвал корабль на части. Фалько ощутил, как его титан не просто трансформировался, но и на короткое время поднялся в небо.

Только он уже себя не контролировал, и сразу же врезался в то место, куда уже спустились люди, убивая их. Следом он еще раз врезался в сам корабль, заставляя разорваться на три части и быстрее уходить на землю, а следом упал на обломки и осмотрелся, по – прежнему не контролируя своего титана.

Словно кто – то вместо него действовал.

Обломки корабля стали уходить на дно, вместе с превратившейся в титана Энни Ленохарт, в шоке смотрящей на летящего Фалько.

«ЧТО? ПОЧЕМУ!?» - закричал Фалько, ощущая, как его титан не слушается его.

Вокруг обломков всплывало множество тел.

Все инженеры, то что осталось от тела Киеми и самый дорогой человек для Фалько Грайса.

- ГАБИ!! ГАБИИИИ! – закричал он, пытаясь двинуться ей навстречу.

Неподалеку плавало тело Габи, а ее голова неподалеку. Кроме головы у нее также отсутствовали руки и ноги, а одежда была разорвана. Она погибла не от взрыва, а от обломков корабля, порвавших ее тело на части, когда Фалько врезался в них.

Но Фалько надеялся, что это не так.

Что это лишь иллюзия, и Габи будет жива.

Но это не так.

Из глаз Фалько потекли слезы, а сам он попытался овладеть своим титаном, но вместо этого ощутил, что поднимается высоко вверх, аккурат над обломками, после чего самопроизвольно выходит из титана, падая на обломки корабля, ломая себе ноги.

- ААААА! – завопил он, сразу же с обломков падая в воду.

Краем глаза он заметил Энни, в страхе смотрящей куда – то на иные обломки, еще находящиеся на поверхности. Но Фалько не мог посмотреть в ту сторону, потому что шел на самое дно.

Сломанные ноги не позволяли Фалько сосредоточится и начать плыть, так что он ощутил, что они не восстанавливаются, хотя и попытался применить регенерацию.

«Что? Почему?!» - кричал Фалько в своих мыслях.

Он убил их.

Не просто убил Киеми и Габи, но и последнюю надежду на спасение. Как и убил Кольта, пусть и не по своей воле.

Фалько уже не мог дышать. У него все еще были нелепые попытки, чтобы выбраться, но сломанные ноги не позволяли взять контроль над собой, а отсутствие регенерации лишь подписало ему смертный приговор. Он не мог плавать, так что он лишь бесшумно вопить и через несколько секунд потерял сознание, неспособный даже всплыть.

«За… Что?» - подумал Фалько, теряя сознание от недостатка кислорода.

Это была последняя мысль Фалько Грайса, после чего он навсегда закрыл глаза.

Через некоторое время после того, как Фалько Грайс ушел на дно, за ним ушла и Энни Леонхарт, потерявшая силу титанов, неподвижно уходящая вниз. Она не могла ни двинуться, ни начать плыть, хотя и не имела сломанных конечностей.

Но, тем не менее, что – то или кто – то мешал ей двигаться.

Так Энни Ленохарт и утонула.

Решимость

- Значит, это огромная груда костей выглядит примерно так, и найти Эрена в ней невозможно. – произнес Армин Арлерт, подведя итог небольшому обсуждению.

Он начертил небольшую зарисовку того, как выглядел гигант Прародитель со стороны. Также Армин попытался представить слабые места этого титана и оценить степень его силы, чего точно не смог представить. У них не было даже точных данных о том, какой силой обладает титан Прародитель, за исключением легенд и мифов.

Однако одно он понял точно – найти слабое место в нынешнем титане Эрена Йегера сейчас практически невозможно.

Даже с учетом нынешнего состава Альянса по спасению мира это очень сложная миссия, где имелся высокий процент погибнуть во время боя. Они не знали, что будет дальше и как в итоге сражаться, каким образом Эрен будет вести бой и как им нужно действовать.

Вероятно, они действительно могут погибнуть.

Но они все равно решили выступить против всеобщего врага, желающего устроить Апокалипсис и уже успевшего стереть с лица земли миллионы человек.

Не все члены альянса питали друг к другу теплые чувства, однако они смогли забыть свои обиды, потери, взаимную боль и ненависть – сейчас все это было неважно. Даже колоссальные личные склоки между ними больше не имели такого большого значения по сравнению с основной миссией – одолеть главного врага человечества, ставшего олицетворением страха и отчаяния людей.

Того врага, которого люди внешнего мира создали сами. Поэтому, чтобы хотя бы часть мира осталась цела, им необходимо убить Эрена Йегера.

«Эрен… Ты и правда этого желаешь?» - пронеслось в голове Армина.

Хотя внешне казалось, что Армин был готов сделать все, что необходимо для остановки Эрена, включая его убийство, тем не менее, свое истинное желание он скрывал до последнего. Ведь ему все же хотелось, чтобы такие крайние меры остались лишь на словах.

Армину не верилось, что Эрен решил поступить настолько ужасно.

Он пытался увидеть в нынешнем Эрене мальчишку, который всего лишь хотел увидеть внешний мир и желающий освободить человечество от гнета титанов.

Да, Эрен никогда не отличался особым миролюбием и состраданиям к врагам. Иногда он напоминал помешанного на свободе сумасшедшего человека, который не видел граней дозволенного, но вместе с этим Армин помнил то желание помогать людям.

Перед глазами Армина возник тот светлый взгляд, когда Эрен говорил о справедливости, и о моральных ориентирах, которые вели младшего Йегера вперед.

Сейчас же Армин не видел ничего из того, что было так знакомо.

Эрен не просто изменился, но стал совершенно иным человеком, будто бы в нем проснулось нечто, которое всегда дремало. Та животная ненависть, то злое начало и неописуемая ярость, сочетаемая с безумной решимостью исполнить задуманное. Неважно насколько план ужасен или же аморален – он намерен его завершить до самого конца.

Иначе бы Дрожь Земли и вовсе не был начат.

Это пугало Армина.

Однако Армин Арлерт все еще надеялся, что Эрена из прошлого можно вернуть. Пусть и с каждым погибшим миллионом человек эта надежда таяла.

- Именно. Найти маленького человека в такой груде костей невозможно. – сказала Пик Фингер. – И даже если это попытаться сделать, то на это уйдет много времени. Мы уже потеряли достаточно.

- Не хотелось соглашаться, но Пик права. – подтвердил Райнер.

Армин опустил взгляд, не желая произносить то, что подразумевает Пик.

- Пик… Думаю, нужно рассмотреть и еще один вариант. – подал голос Жан Кирштейн. – Нам нужно попытаться прервать связь между Прародителем и титаном Зика.

Армин посмотрел на Жана с глазами, выражавших благодарность. Если и старые друзья Эрена еще колебались, как Армин, то Воины Марли в их мнении были едины.

- Думаешь, что это остановит Дрожь Земли? – спросила Пик.

В ее глазах была видна недоверчивость.

Конечно, это была лишь догадка, но сам Эрен не мог контролировать титанов, иначе бы ему не пришлось встречаться с Зиком. Следовательно, для контроля над титанами нужен Зик.

Армин уже размышлял на эту тему и пришел к выводу, что так оно и есть.

Однако был еще вариант, где Зик уже не нужен. То есть если следовать этой логике, то Эрен получил нужную силу и Зик теперь либо как балласт, либо же Зик может быть отвлекающим маневром. В любом случае, Армин не отрицал такой путь, хотя и всячески молился, чтобы это была ошибка.

Чтобы не все было так сложно.

- Не уверен, но стоит попробовать. – ответил Жан. – Раз уж связь Эрена с Координатой держится, предположительно, на Зике, то и убрав его, можно остановить этот кошмар.

- Это может сработать. – добавил Армин. – Эрен не мог начать Дрожь Земли, пока не дотронулся до Зика. Значит нужно уничтожить или оборвать связь с Зиком.

Пик кивнула, согласившись с этим предположением. Но в ее глазах все еще было недоверие и недовольство.

- Ты так говоришь потому, что он твой друг? Он им до сих пор является?

- Да.

- А как же остальные люди? Думаешь, другим не плевать на то, чей он друг? Уже сейчас миллионы погибли от Дрожи Земли, что устроил ваш дружок. – произнесла Пик. – И ожидание, что я буду искать какие – то иные пути в этой сложной ситуации…

- Хватит, Пик. – остановил ее Райнер. – Я понимаю, что ты тоже расстроена. Но сейчас не время ссориться.

Было видно, что Пик не по себе, как и всем людям в этом самолете.

Она все еще пытается принять тот факт, что ее родные, вероятно, мертвы, как и многие люди на континенте. И в таком эмоциональном состоянии она способна наговорить различные вещи, которые необходимо держать при себе.

- Я понимаю, что ты хочешь сказать, Пик. – сказал Армин. – Но давай оставим это на крайний случай. Я хочу попытаться достучаться до Эрена, и мы остановим этот ужас, уничтожив Зика… Найдем как – нибудь.

Пик, судя по реакции, не была согласна.

- А если ты не сможешь? Судя по словам Эрена, он уже все решил. Такое просто так не объявишь. – ответила она. – На это нужно еще морально решится, и сомневаюсь, что кто – то из вас на такое пошел бы. Однако он пошел на это.

- Значит, он уже долгое время это планировал. С того самого дня, когда напал на Либерио, а может и раньше. – добавил Райнер. – Армин, я понимаю тебя, но давай не будем забывать, что иногда ради спасения человечества нужно пожертвовать личными эмоциями. Ведь одна жизнь не стоит миллионов, как бы она не была дорога.

Верно.

Райнер говорил абсолютную правду.

Армин не мог быть уверен в том, что Эрен послушает их. Не было даже уверенности, что они его найдут, или же просто заведут разговор. А диалог был ключевым в этом плане, ведь иначе остановить Эрена невозможно. Кроме того, Армин согласен с тем, что Эрен давно все спланировал и подготовился к этому.

Но пока в нем была жива надежда, Армин не хотел сдаваться.

«Должен быть какой – то выход. Я должен найти его». – произнес внутренний голос Армина.

- Я до конца буду верить в Эрена… Что все это какой – то глупый план безумного идиота. Но… Я правда не вижу в нем того Эрена, что был с нами все эти годы.

Все его старые друзья опустили голову, соглашаясь с Армином.

- Он изменился, Армин. – произнес Конни. – Не знаю когда, но это случилось. Возможно, именно невозможность найти иной путь и подтолкнуло Эрена к настолько радикальному пути.

Конни был прав.

Армин тоже думал на эту тему и понимал, что Эрен, вероятно, наделся на совершенно иной исход. Однако видя его эмоциональное состояние сейчас и после нападения в Либерио – это определенно человек, решивший идти до конца. Иначе говоря, из – за отсутствия какого – либо адекватного пути пошел на этот шаг.

- Я знаю, но разве я не могу последний раз докричаться до него? Хотя бы попытаться? – осторожно предложил Армин. – Мне нужно лишь несколько минут, после чего я сделаю это.

- Сделаешь что?

Армин не желал говорить это, но требовался запасной план, если они не смогут отыскать Зика. Нельзя прыгать на Эрена с одним лишь планом, надеявшись только на него. Следовательно, Армин уже знал, что требуется сделать.

- Бегать по этой груде костей будет глупо. И надеяться на волю случая тоже глупо, поэтому… Я использую силу титана и превращусь в Колосса. Мощности от моего превращения должно хватить, чтобы уничтожить часть титана. По крайней мере, нужно прыгать в то место, где находится голова.

- Точно сможешь? – спросила Пик.

- Да. – ответил Армин. – Я просто хочу попытаться, после чего сделаю это.

Однако были очевидные опасности у этого плана.

Эрен, например, мог напасть и обездвижить Армина и не дать ему нанести себе рану. Так что либо Армин нанесет себе рану самостоятельно еще во время прыжка, либо же использует кольцо, что дала ему Энни. Это, конечно, если не будет найден Зик, и их план пойдет к черту.

Армин посмотрел на кольцо.

Энни показала, как именно нужно использовать, так что проблем с этим не было. Лезвие достать довольно просто.

- А если он тебя схватит, например, в тиски?

- Энни дала мне свое кольцо, помните? – обратился он к своим товарищам.

Армин показал небольшое кольцо с лезвием внутри, с помощью которого он способен повредить нанести себе рану, на самый крайний случай.

«Я очень надеюсь, что выход найдется… Иначе».

- Тогда, лучше распределить роли в этом плане. Если мы будем толпится все вместе, надеясь на чудо – это будет провалом. – произнес капитан Леви. – Поэтому я возьму на себя поиск и убийство Зика. Не уверен, что смогу победить или найти его, но мне нужна помощь для подстраховки. А титаны Марли идут прямо к голове Эрена вместе с Армином.

- Я попытаюсь докричаться. – сказал Армин. – Я пойду вместе с остальными к голове. Если же не получится, то взорву себя. Таким образом, если я превращусь в титана около головы Эрена, предположительно, я снесу ее.

Армин опустил взгляд, как и каждый из членов разведки.

Даже капитану Леви было сложно это говорить, и тут раны не имеют значения.

Все же Эрен был его бывшим учеником, а для остальных верным другом. Пусть и заносчивым, иногда глупым, иногда бесящим, но все же хорошим учеником и бойцом, который смог достигнуть небывалых высот. Ради него разведка шла на жертвы, и благодаря его деятельности и силе смогли пробиться так далеко. А теперь все те жизни, можно сказать, были потеряны зря, потому что Эрен сам стал тем, кого пытался уничтожить.

Иронично.

- Верно… Мы поможем. – ответил за эту просьбу Конни. – Все сделаем ради победы.

- Да, Конни прав. Мы уже убили множество наших, они кричали и вопили нам в лицо, что мы предатели. Что мы убийцы… - сказал Жан, опустив взгляд. – Мы уже зашли слишком далеко, и не имеем право отступать. Просто должны идти вперед. Такова наша обязанность.

- Тогда, вопрос остается открытым. – сказала Пик. – Армин, как ты поймешь, что с Эреном невозможно договориться или докричаться? Сколько времени тебе нужно, чтобы понять, что разговор бессмысленный?

- Пару минут. Этого вполне хватит.

- Тогда, не против, если я одновременно буду пытаться повесить взрывчатку ему на шею, на всякий случай?

- Шею?

- У него ведь есть голова. По идее, раз голова держится на груде костей, то отрубив голову, мы сможем победить Эрена, верно? – заметила Пик. – Йегеристы очень помогли нам, когда не взорвали самолет.

Он не хотел соглашаться с Пик, но нужна была альтернатива.

Даже если Эрен не согласится, и Армин будет пойман, и неспособен задействовать кольцо, то нужен запасной план, и эта взрывчатка пригодится им. Только действовать нужно параллельно, чтобы Армин успел и поговорить, и в случае чего дать сигнал ко взрыву.

«Пик сделает это… Я надеюсь, что у нас получится. Иначе…» - пронеслось в голове Армина мысль, которую он не закончил.

Его начало тошнить, но он сдержал этот рвотный позыв.

Все из – за картины, что он представил.

Как Эрен топчет мир, смотря на все события свысока пока гибнут миллионы невинных людей, а Армин в это время пытается поговорить с ним, а не напасть на Эрена сходу. Да, это ужасно эгоистично, но Армин хотел убедиться в том, что старый друг намерен идти до конца. И иного способа нет.

Но запасной план просто необходим, и Пик предложила хорошую идею.

Поборов рвотный позыв, Армин вздохнул и произнес:

- Я согласен с тобой, Пик. Сделай это. Даже если не получится подорвать, то я превращусь в титана и это станет дополнительной мощностью для взрыва.

Пик удовлетворительно села, и посмотрела куда – то вдаль. Словно что – то хорошее увидела в той стороне.

- Армин, неужели ты не помешаешь этому? – сказала Микаса, вмешавшись в этот разговор.

Она молчала уже долгое время и лишь слушала остальных.

- Выбора нет, Микаса. – ответил Армин, не поднимая взгляда на Микасу. – Хочешь или нет, но нужен запасной план.

- Знаю, но ведь мы уже сделали вид, что с ним невозможно договориться. Уже поставили крест на нем, может быть, стоит проявить больше веры в него?

- Эрен, начав это, уже сделал свой выбор, не оставив никакой альтернативы. Начиная с Либерио, и когда он пропал, Эрен уже сделал свой выбор. – произнес Армин с нотками жесткости в голосе. – Не предложил ничего взамен, и я не могу просто так надеяться, что у нас все получится. Я надеялся на переговоры, но вот к чему завело мое бездействие. Так что нужна альтернатива, планы Б, В и Г.

Верно.

Армин Арлерт уже несколько раз едва не сломался.

Он не просил ничего из того, что на него навалилось. Он не требовал себе силу титанов и был вполне согласен, если бы капитан Леви воткнул ту сыворотку командору Эрвину.

Однако выбор пал на Армина, и он не оправдал вложенных на него ожиданий по – своему собственному взгляду на эту проблему. Кроме того, нельзя отрицать тот факт, что Эрен и правда лишил их всех права выбора, когда решил действовать по плану Зика.

«Вероятно, и так получилось бы… А я просто все провалил».

Когда Эрен пропал, и остальные начали строить догадки, Армин не показал истинные эмоции, считая, что сейчас это неважно. В нем копилось все эти эмоции долгие годы, но больше всего давило то, что ради его него отдал жизнь тот, кто способен привести человечество в светлое будущее.

«Помнится, в тех лесах я провел очень много времени».

Армин посмотрел в иллюминатор и ему вспоминал картина прошлого, когда он уходил подальше в лес, где выпускал свои эмоции наружу. Там он вопил, кричал, плакал, но никто про это не знал.

Потому что это было не столь важно.

Армин слишком долго вел себя именно так, боясь сделать шаг. В чем – то он даже согласен с Эреном, когда тот называл его бесполезным, потому что Армин, будучи носителем одного из девяти титанов, включая надежду, которую на него ставили, не сделал ничего полезного, кроме подрыва порта.

Именно поэтому Армин хотел это изменить.

Когда он выплеснул свои эмоции Микасе, в очередной раз начавшей говорить про Эрена, Армин решил исправить ситуацию. Ему не получится сделать все правильно, но он хотел попытаться.

В этой ситуации, когда Дрожь Земли уже был запущен, ему нужно отбросить все иные эмоции, нерешительность и внутренние проблемы, и войти в некий боевой режим, начав действовать. Битва в порту заставила его посмотреть, что им уже пришлось многим пожертвовать, чтобы спасти остатки человечества.

«Да, хватит сидеть на вторых местах. Нужно… Начать действовать».

Еще больше ответственности, еще больше надежды, но сейчас Армин лишь отбросил все внутренние барьеры. Кроме одного – желанию поговорить с Эреном перед битвой.

И если не получится, то он лично покончит с жизнью своего друга.

- Что?

Лицо Микасы показывало, что она не хотела этого делать. Но она сжала посильнее свои кулаки и лишь кивнула, соглашаясь с Армином.

- Микаса… Я не думаю, что мы сможем оставить его в живых. Даже если я поговорю, и мы вернем его назад, то мир этого не забудет. И не простит.

Верно.

Даже если Эрен вернется назад, то он не сможет жить дальше. Как минимум, на психологическом уровне, если он все человек. Но если не касаться Эрена, то Армину, вероятно, для дальнейшего урегулирования конфликта придется отдать голову Эрена, или же пойти на некие уступки, чтобы мир начал смотреть в сторону Парадиза не как на врагов.

На это, вероятно, уйдут сотни лет, благодаря действиям Эрена.

Но они справятся.

Армин хотел заложить основы дружеских отношений между миром и Парадизом, сломав стену непонимания и конфликта, который был усугублен Эреном.

Это будет сложно, но это решаемо.

Нужно лишь найти правильные слова и подход. Вероятно, первоначально придется угрожать, либо же идти на абсолютные уступки, но этот вариант еще более опасен. Поэтому, скорее всего, придется угрожать.

- Армин, я понимаю. – сказала Микаса, не поднимая взгляда. – Я просто хочу прожить с ним оставшиеся ему годы. Просто… Прожить.

- Тогда надейся, что у нас получится. Потому что если нет, то я убью его.

Армин не мог сказать, что верил в свой успех.

Но никто не мешал ему надеяться на это. Ведь пока жива надежда, Эрен в воспоминаниях Армина предстает именно тем самым парнем, который был борцом за справедливость, а не тот, кто устроил геноцид всего мира, и прямо сейчас творит апокалипсис.

- Я все же надеюсь… - начал Жан, но сразу же остановился.

Все из – за резкой вспышки, и смены окружающей обстановки.

Теперь Армин, как и каждый из окружавших его товарищей, находился уже не в самолете, а в том самом месте, откуда Эрен сказал всем элдийцам свое желание, и откуда все началось.

Пути.

Армин сразу же встал на ноги, и быстро сориентировавшись, закричал во все горло:

- ЭРЕН! Прошу остановись! Уверен, что ты сделал достаточно! Никто из врагов не сунется на Парадиз еще сотни лет, после того, что ты устроил! Мы можем еще все закончить миром!

Армин кричал так, что, казалось, он порвет голосовые связки, но все эмоции, что копились в нем эти дни, словно стали выходить наружу.

- Достаточно! Хватит разрушений и убийств! С Островом все будет хорошо!

Армин хотел, чтобы Эрен сказал свое слово, раз он призвал их в Пути, но он молчал. Лишь его товарищи оглядывались, растерянно смотря вокруг.

- Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО МЫ ВИНОВАТЫ! ЭТО МЫ ДОВЕЛИ СИТУАЦИЮ ДО ТАКОГО СОСТОЯНИЯ! ЭТО ИЗ – ЗА НАС ТЫ ВСТУПИЛ НА ЭТОТ ПУТЬ! МЫ НЕ СМОГЛИ НИЧЕГО СДЕЛАТЬ, НО СЕЙЧАС МЫ ГОТОВЫ ДЕЙСТВОВАТЬ! ДОВЕРЬСЯ НАМ, ПОЖАЛУЙСТА!

Армин хотел услышать слова Эрена в своей голове, но ответом служило молчание.

Сзади послышался звук шагов.

Жан и Конни обратили на себя внимание.

- Эрен… Прошу, хватит. Ты уже сделал достаточно, остальное оставь нам! Пожалуйста, хватит убивать ради нас! – говорил Жан с бледным выражением лица.

- Да… Это так… - поддержал его Конни. – Эрен! Я винил тебя в смерти Саши, но ведь ты тоже страдал, верно? Тебе ведь тоже было больно?! Я никогда раньше не думал о твоих чувствах!

Они с надеждой посмотрели наверх, но ответа по – прежнему не было.

«Нужно что – то придумать, обратить на себя его внимание, раз он позвал нас сюда!» - подумал Армин.

И в этот момент шаг сделала уже Микаса.

- Эрен… Эти грехи висят на каждом из нас. И я хочу разделить это бремя вместе с тобой. Так что прошу, хватит избегать нас. Больше не следует этого делать. Прошу… Пожалуйста… Вернись домой.

Несколько секунд Армин озирался, желая услышать ответ Эрена, но слышал лишь отчаянные вздохи бывших разведчиков. Что – то сказал и капитан Леви, и другие что – то добавили, но Армин уже не слышал.

«Зачем он нас сюда вызвал? Просто помолчать? Эрен?!» - взмолился Армин, пытаясь найти ответ.

И снова крикнул во весь голос:

- ЭРЕН!

Ответа все еще не было.

Армин повернулся к своим товарищам с бледным выражением лица, и лишь в этот раз услышал наконец – то Эрена Йегера, обратившегося к ним:

- Дрожь Земли не остановится. Я не дам волю случая решить судьбу Парадиза. И продолжу начатое, пока весь мир не превратится в руины.

- Что? – произнес Армин.

Голос Эрена звучал в его голове.

В нем не было какой – то скрытой злобы, или же каких – либо положительных эмоций. Их вовсе не было.

- Эй! – услышал Армин голос капитана Леви.

Он обернулся в сторону капитана Леви и увидел, как тот показывает пальцем на странное синее свечение. Там появилась фигура мальчика с черными волосами и темными глазами.

Но эту фигуру Армин знал.

Это был Эрен.

- Ребенок!?

- Это Эрен!

Армин сам не заметил, как начал бежать в его сторону. Так поступили каждый из его друзей, но первой, как всегда, была Микаса. Армин лишь пытался поспевать за всеми, уже высвобождая все отчаяние в своей голове.

Он открыто показывал свой страх и эмоции, больше не скрывая.

Ведь он понимал, что Эрен, по сути, этим заявлением лишил их права выбора. У них больше нет возможности договориться, если только они не убьют его.

Но Армин не хотел сдаваться.

- ЭРЕЕЕН! – крикнула Микаса.

На ее лице было отчаяние, как и на лицах каждого бегущего к маленькому Эрену.

- Эрен! Почему ты не можешь нам довериться? Почему не можешь оставить эту задачу нам?! Мы ведь можем обо всем поговорить!

Армин, казалось, кричал так громко, что сорвет голос, если так будет продолжаться. Но с новыми силами выпаливал слова, стараясь докричаться до Эрена.

- Давай поговорим! Не нужно отворачиваться от нас навсегда! Мы можем еще остановить этот ужас, поговорить! Чтобы все решить, прошу! Не уходи от нас еще дальше!

Они приближались к маленькому Эрену, что неподвижно смотрел на них.

Его глаза были пугали.

Черные, абсолютно лишенные всякой человечности глаза с холодным лицом Эрена, смотрящего на них без капли намека на какую – либо эмоцию. Не было ни гнева, ни радости, ни печали – абсолютно ничего.

И это пугало больше всего.

- Ради того, чтобы обрести свободу, я заберу ее у всего мира. Но, я не отниму вашу свободу. Вы вольны выбирать, как вам поступить, и что делать дальше.

Разведчики уже приблизились к нему довольно близко, но они лишь моргнули, и снова оказались в том же месте, откуда и начали свое движение, около Пик, Райнера и Леви.

«Неужели, все бессмысленно?!» - пронеслось в голове Армина.

Воины и капитал Леви в шоке оглянулись на них, а разведчики заметно поникли.

- Вы вольны защищать свободу мира, а я волен двигаться вперед. – послышались слова Эрена. – Таково мое решение.

Армин снова посмотрел на Эрена, но он уже был не один.

Рядом с ним находилась неизвестная девочка, чуть выше его ростом, но с такими же черными глазами.

- Наши взгляды на эту ситуацию различаются, и нам не остается иного выбора, кроме как сражаться.

- Тогда… - сказал шокированный Армин. – Зачем ты нас позвал… Сюда?

- Чтобы сказать вам всем – разговаривать нам не о чем. Ваша воля пытаться меня остановить. Если хотите спасти остатки внешнего мира, то придется убить меня.

Некоторые осели на землю, как только дослушали слова Эрена.

Они понимали, что это значит, поэтому сдались.

Эрен дал свой ответ, четкий и ясный. Теперь очевидно, что разговаривать не имело смысла, а нужно было лишь сражаться до самого конца. Абсолютно никаких компромиссов и диалогов – только сражение.

Но Армин не хотел сдаваться.

Он верил, что где – то там в глубине разума еще жив тот Эрен. Нужно только дать ему возможность, или же причину выйти наружу. Пробиться вперед, чтобы он показал эмоции.

«К черту... Я должен попытаться».

Армин сделал несколько шагов вперед в этом отчаянном порыве, обращая на себя внимание всех. Микаса тоже решила подойти, но Армин жестом показал ей остаться на месте.

Сейчас Армину не нужны иные люди или крики в стороне. Он хотел напомнить про общую мечту Эрена и Армина, как только они увидели содержание той книги.

И это будет последней попыткой поговорить.

Эрен уже отвернулся и вместе с той девочкой собрался идти, но остановился, едва услышав слова Армина.

- Эрен! Подумай о будущем! – сказал Армин, осторожно подходя, демонстративно подняв руки. – Да, нам не о чем говорить, как ты и сказал. Ты уже разрушил мосты, уничтожил их, но пожалуйста, дай мне хоть один шанс. Подумай о нашей общей мечте, ЭРЕН! О СВОБОДЕ, О КОТОРОЙ МЕЧТАЛИ МЫ ОБА! О ВНЕШНЕМ МИРЕ, КОТОРЫЙ МЫ ХОТЕЛИ УВИДЕТЬ!

Армин сделал еще несколько шагов вперед.

Блондин не возвращался назад, а также сам маленький Эрен застыл на месте, не делая шаг в сторону того древа света. Он не двигался и в пол оборота смотрел на Армина.

«Значит, он услышал?»

Армин решил не медлить и сразу же задать ключевой вопрос.

- Эрен, в чем твоя свобода? Разве гибель внешнего мира означает, что ты достиг ее? Разве ты не хочешь пройтись по полям? Увидеть огненную землю? Различные природные явления, неизвестные нам? И много всего еще! Уничтожив весь внешний мир, ты лишишься этой возможности, ведь тогда не будет свободы! МЫ БУДЕМ ЗАПЕРТЫ НА ОСТРОВЕ! И НАША МЕЧТА ОБРАТИТЬСЯ В ПРАХ, ВЕДЬ ИМЕННО ТЫ ЕЕ РАЗРУШИЛ!

На этот раз уже Эрен обернулся, смотря на Армина.

Они держали зрительный контакт, ведь Армин не желал отворачиваться от своего друга, по крайней мере, сейчас. Ему было сложно смотреть в эти пугающие черные глаза, но Армин слишком долго боялся и не двигался с места.

Поэтому он держал зрительный контакт со старым другом.

- Я уже обрел истинную свободу. Я уже наслаждаюсь ею, и не собираюсь сворачивать с намеченного пути. Это невозможно. – ответил Эрен. – Но для начала их я отправлю назад.

Обернувшись, Армин не увидел никого из своих товарищей. Теперь они находились с Эреном наедине, предоставленные друг к другу.

Даже та маленькая девочка пропала.

«Даже Микаса? То есть… Он все же хочет поговорить, но лишь со мной?»

Тем не менее, Армин сразу же повернулся к Эрену, решив попытаться переубедить своего друга. Он должен попытаться понять Эрена, после чего и сделает окончательный выбор.

- Разве это свобода? Гибель миллиардов? – шокировано произнес Армин, подходя к нему. – Наблюдать свысока за гибелью всех людей, уничтожению городов и наций – этим ты наслаждаешься?

Он не понимал этого.

Как детская мечта и желание увидеть мир за стенами без титанов, превратилась в это. Как такая невинная мечта могла привести к настолько ужасающим последствиям? В растоптанные земли, в уничтоженные народы и культуры, и разрушенный мир, превращенный в пепел по воле одного человека.

Разве один человек может решить судьбу всего мира? Разве это справедливо? Разве за это все разведчики отдали свои жизни?

- Мы пытались найти иной путь. Пытались наладить контакт, пытались встретиться с континентальными, решить все миром, но все это полностью разрушено. Я готов был лишится своей свободы, чтобы в итоге люди на Острове жили счастливо, но этого не случится. Они все равно нападут и уничтожат нас. – произнес Эрен. – Отсутствие мирного пути в итоге привело к этому. И я начал Дрожь Земли… Как ни странно, но это и правда избавление от всего этого. От круга ненависти, от врагов, от угнетающих стен. Нужно было только решится на это.

Эрен говорил правду.

В какой – то степени Армин понимал это.

Можно сказать, что Дрожь Земли вынужденная мера, чтобы показать свою силу, но частичного было достаточно. Армин представить себе не мог, что сделает Дрожь Земли со всем континентом, ведь трупов будет великое множество, миллиарды. И это не говоря про уничтоженную почву, про разрушенные судьбы и многое другое.

Мир не просто пострадает, он умрет на долгие годы.

Именно поэтому этот план полнейшее безумие, если Эрен и правда на него решился.

Армин вплотную подошел к маленькому Эрену и встал на колено перед ним. Блондин плакал, и мог лишь смотреть на то, что осталось от старого друга.

- Эрен, прошу, услышь меня… Хватит. Ты уже пролил достаточно крови. – произнес Армин. – Я все понимаю, мы все виноваты. И сложность ситуации тоже понимаю. Мы все решим.

- Каким образом, если за все эти годы не смогли продвинуться ни на шаг? – спросил Эрен.

Голос Эрена показал признаки эмоций. И это было раздражение.

- Эрен… Что – нибудь придумаю.

- Ты ведь не говоришь это лишь ради того, чтобы я остановил это? Пытаешься убедить меня, что ты волшебным образом решишь все проблемы, что за оставшиеся годы справишься со всем? Что ты сможешь добиться хоть чего – то, не имея даже реального опыта в переговорах, кроме как угрожать Дрожью Земли?

Армин сжал зубы в отчаянии.

Эрен давил, но делал это так, что не поспоришь. Ведь Армин хотел спасти все те жизни и не хотел разрушать мир, именно поэтому он готов на все, чтобы сохранить им жизни.

Даже на неопределенное будущее и волю случая.

- Все, что остается дальше – оставь на меня. Я все сделаю остальное, найду мир между народами. Как – нибудь справлюсь, только останови это. Те люди не должны умирать.

- А мы должны? – спросил Эрен. – Знаешь, это лишь выживание. Либо ты побеждаешь и остаешься жив, либо же погибаешь. Ты не сможешь переубедить меня, как бы не пытался.

- Эрен…

- Последний раз говорю, я отказываюсь останавливаться, Армин, ты уже достаточно сделал. И ничего не смог достигнуть в решении конфликта, как и остальной Парадиз. Ты, как и все то старое правительство – бесполезные говоруны, неспособные на решительные действия.

Холодный голос Эрена звучал в голове.

- Погибнут миллиарды! Множество жизней будет утрачено, и их невозможно вернуть. Так в чем же смысл такой свободы? – ответил Армин. – Это не то, чего ты хотел, Эрен! Помнишь ту книгу? Помнишь, что мы тогда пожелали, так ты уничтожаешь то, что мы могли увидеть.

Армин не хотел принимать точку зрения Эрена.

Да, они лишатся всех врагов, останутся только внутренние распри. Но разве это принесет долгожданное освобождение? Они будут заперты на Острове, лишенные каких – либо иных технологий и средств связи.

У них не будет выбора, кроме как жить в одном месте запертые, словно в клетке. И это не говоря про чувство вины и понимании, что их хорошая и безопасная жизнь стоит на миллиардах костях, превращенных в пепел ради того, чтобы они жили.

Каково будет жить тем, кто понимал какой жертвой достался этот новый мир? Почему нигде за пределами Острова нет жизни? Каково будет тем, кто не сможет принять точку зрения Эрена?

Разве такой мир желает Эрен?

Армин никогда не примет эту мысль, и не будет оправдывать ее.

Очевидно, что Эрен делает то, что лишено каких – либо оправданий. И неважно, что там находились враги, и неважно, что между ними многолетний расовый конфликт. И неважно, что Эрен является другом Армина. Все это неважно, пока в мире есть, помимо врагов, еще и иные люди, которые также будут убиты без причины.

Потенциальные союзники, терзаемые Марли страны, просто люди из дальних земель, какие – нибудь аборигены из мест, куда редко вступает нога цивилизации, невиновные и дети, те кто вообще лишен какой – либо ненависти, или же просто новорожденные.

«Каким образом новорожденный мешает свободе, Эрен?» - хотел ему задать вопрос Армин.

- Иного выбора нет. Все иные пути вели к нашей смерти, и твоей в том числе. Я видел множество разных вариаций. И я выбираю жизнь, а не смерть. – ответил Эрен. – Расовый конфликт решить невозможно, кроме временного затишья. Буря настанет, когда придет время, и сметет всех нас.

Его голос по – прежнему лишен каких – либо эмоций.

- А про мою мечту – не беспокойся. Я уже ее обрел, и почти что достиг желаемого. – произнес Эрен, отворачиваясь от Армина, поворачивая в сторону светящегося Древа. – Я не приму никакие альтернативы, и никакие иные пути. Я уже все решил, как и говорил. Если желаешь остановить меня, то убей. Либо же не мешайся под ногами.

«Нет… Нет…» - произнес внутренний голос Армина.

- Нет, Эрен. Я не согласен. – ответил Армин, отойдя еще на несколько шагов назад. – Я не хочу ничего из того, чего ты желаешь, ведь это отсутствие свободы. Я никогда не желал ничего такого. Мне хотелось лишь увидеть мир, понять его, исследовать, жить в нем, путешествовать по нему, а ты просто все уничтожаешь.

Армин в шоке уставился на Эрена, на которого не действовали слова. Теперь он полностью понял, что рубикон пройден давным – давно.

Путь назад уничтожен, как и старый образ Эрена.

- Я не принимаю тебя, Эрен. Поэтому ты стал моим врагом. Тем самым титаном, которых мы хотели уничтожить. Кто заслуживает смерти, кто лишает других свободы. Это не ты, Эрен! Разве это то, чего ты хотел?

Эрен, как показалось Армину, поменялся в настроении.

Если ранее на лице Эрена было нечто неопределенное, то в черных глазах он увидел едва заметное разочарование.

- Я хотел этого. Желал. Враги должны быть уничтожены, вместе со всем внешним миром. Только так мы обретем покой.

- Но это не решит всей проблемы! Останутся конфликты, а теперь, когда мир станет маленьким на одном чертовом Острове, то эти конфликты быстро уничтожат всех оставшихся людей!

Очевидная правда.

Уничтожить врагов внешнего мира – это лишь часть общей проблемы. Сейчас вся военная вертикаль власти развалена, а люди могут начать сходить с ума и видеть друг в друге врагов, если они немного высказываются против одной общей цели Эрена. Не говоря уже о возможных военных конфликтах с участием силы титанов на маленьком Острове.

Это буквально смертный приговор.

Так что это лишь вопрос времени, когда общество перейдет стадию радости от свободы, и начнет жить дальше. Тогда вся человеческая гниль выйдет наружу.

- Я знаю, но я и к этому подготовился. Мы не решим всего, но моя задача стоит в самом главном – нейтрализации врагов за стенами и ликвидация основной проблемы. И я это сделаю, даже если ты встанешь у меня на пути.

- Вместе с мирными гражданами? Помнишь тех людей в палатке, Эрен?! Где мы пили вместе с ними, наслаждались жизнью? Ты и их жизни отнимаешь, разве они выступают против твоей свободы?

Верно.

Те люди также лишены свободы, как и многие другие. Они родились в неудачное время в неудачном месте и теперь погибнут, даже не зная причины для этого. Иначе говоря, все это огромная несправедливость от самого начала.

- К сожалению, этого не изменить. Печально, что погибнут гражданские, но такова суть войны. Этого не изменить, как бы сильно ты не рыдал. И как бы не пытался что – то мне тут кричать – такова жестокая реальность. Либо принимай ее, либо проваливай и сиди на Острове.

- Эрен…

- Дрожь Земли не остановится, Армин. – повторил Эрен еще раз, на этот раз более жестко. – Я позволяю тебе говорить со мной лишь потому, чтобы окончательно решить твое внутреннее колебание.

В его словах появились эмоции, включая уверенность.

- Хочешь, чтобы я тебя убил? – спросил Армин, смотря прямо в глаза Эрена.

- Я хочу, чтобы ты не колебался. Чтобы ты сделал свой выбор, к тому же, очевидный для тебя. И в итоге выступил против меня, не сомневаясь. Чтобы ты взял наконец – то себя в руки, перестал плакать и начал действовать.

Армин ощутил, как его ноги, став ватными, едва не опустили его на песок, но парень смог устоять на ногах. Хотя ранее он решился на это, показав свою уверенность, теперь Эрен прямо показал, что именно это он и хотел от Армина.

И это было трудно принять.

Блондин тяжело дышал, и лишь опустил голову вниз.

- Эрен… Зачем ты так со мной поступаешь?!

- Потому что иначе нельзя. К сожалению, наши пути разошлись, и когда они вновь сомкнуться, то лишь одна мечта устоит, а другая будет раздавлена.

- Намекаешь на то, что я уже проиграл?

- Верно. Ты уже проиграл. Звучит забавно, но я знал, что все так и случится. – заявил Эрен. – Иначе говоря, Армин, ты по – прежнему бесполезен. Может хотя бы раз за эти четыре года соберешься, и сделаешь что – то полезное? Без этих слез на глазах, и плача в темном лесу?

Тон Эрена, как и слова, были издевательскими.

Именно в тот момент Армин и поднял взгляд, увидев перед собой уже взрослого Эрена, холодно смотрящего на него.

- Исход решен, Армин. А теперь… Возвращайся назад и будь готов выступить против меня.

Армин посмотрел на своего друга, не увидев в нем того самого Эрена. Вместо этого блондин бросил все попытки.

Он сжал челюсть и зажмурил глаза, потому что ему пришло понимание.

Разум Армина наконец – то принял точку зрения, где с Эреном говорить абсолютно бесполезно, и не нужно, ведь это просто потеря времени.

Требуется лишь сражаться, как он и сказал.

Блондин ощутил ком в горле и сделал несколько шагов назад, отходя от Эрена. Он с абсолютным непониманием смотрел на своего старого друга, превратившегося во врага.

Армин помотал головой, отгоняя все иные мысли.

Решение принято.

Армин впервые за долгое время обрел внутреннюю уверенность, словно он знал, что говорил и делал. Словно теперь его личность больше не надломлена из – за внешних факторов, и он готов сражаться до самого последнего вздоха, даже если погибнет.

Ведь это так, раз он вернулся к своему началу.

- Наши взгляды отличаются. И ты прав. – сказал Армин, преодолевая ком в горле. – Нам останется только одно – сражаться.

Армин Арлерт преодолел свою неуверенность и сделал шаг вперед, посмотрев на Эрена с решимостью остановить его. Он убрал из своего разума все иные эмоции, оставив лишь холод в глазах, приняв точку зрения, что его старый друг не вернется.

Остался лишь Прародитель, устроивший апокалипсис. Перед ним нет друга, а лишь монстр.

Демон, сотворенный этим жестоким миром.

«Верно, Эрен умер много лет назад… Сейчас это лишь монстр».

- Отлично. А теперь… Назад. – произнес этот монстр.

Армин моргнул, и снова оказался в самолете.

Его друзья рядом сидели с поникшими лицами.

Армин сжал зубы и ударил кулаком по полу, обращая на себя внимание всего экипажа. Он посмотрел на Микасу, которая с ужасом смотрела на своего друга.

- Ты… Ты решился?– спросила она.

- Да, Микаса. – ответил он. – К сожалению, иного выхода нет. Нам нужно убить Эрена.

Его слова заставили всех, кто находился в самолете, посмотреть на него. Исключением был лишь пилот, который, хотя и смотрел на них с надеждой, но по – прежнему вел самолет к заданной цели.

Армин ощутил прилив душевных и физических сил, ведь теперь он точно знал, что нужно делать, и сжал свои кулаки. Теперь больше нет колебаний, и хотя этот выбор жесток, но Армин должен это сделать.

Ради тех многих людей, кто уже погиб под Дрожью Земли. Ради тех, кто еще жив, и чья жизнь только начинается. Ради того, чтобы такие ужасы не повторялись больше никогда.

Армин обвел взглядом каждого из своих боевых товарищей и произнес:

- Переговоры бесполезны. Они провалились. – сказал Армин уверенным тоном. – Теперь основным планом будет не разговор, а уничтожение Эрена. Нужно тщательно продумать план нападения на эту чертову груду костей.

Он не стал смотреть на своих товарищей и взял мел, снова склонившись над зарисовкой внешности титана Прародителя. Теперь Армин уже совершенно точно принял решение, от которого не отойдет.

«Будь ты проклят за то, что заставишь меня это сделать!» - пронеслось в его голове, прежде чем Пик подала голос.

Обсуждение плана началось.

Желание. Часть 1.

Мужчина видел долгий сон.

Как девочка, будучи рабыней, проживала свои дни.

Как она лишилась собственной свободы и молча подчинялась. Как следовала воле короля до самого конца, как завоевывала страны, уничтожала вражеские армии и проходила мимо сотен тысяч поверженных людей, превращенных в рабов. А когда умерла, то стала служить его потомкам.

И как девочка, будучи вечным заключенным, наконец – то нашла того самого избранного, что вернул ей то чего она лишилась. Девочка была наблюдателем, неспособная вершить собственную судьбу, но спаситель дал ей право выбрать, когда она обрела свою свободу. Вернее, когда разум вернулся к ней.

Эрен Крюгер видел это глазами девочки, и ощущал часть ее эмоций.

Этой девочкой была Имир Фриц.

- Ясно… Вот кто ты такая… - произнес Эрен Крюгер, когда открыл глаза.

Крюгер не понимал, почему ему снилось нечто подобное, пока не увидел перед собой ту самую девочку, сидящую на песке. Она смотрела на него с уставшим взглядом, затем открыла рот, словно пытаясь что – то сказать, но сразу же замолчала.

Как только Крюгер попытался подняться, то Имир Фриц лишь встала и начала отходить от него.

«Этот кошмар скоро закончится, по крайней мере, для меня. Теперь же та сила в его власти. Ты пробужден по Его воле». – пронесся девичий голос в голове Крюгера.

После этого Имир Фриц показала пальцем на древо, словно пытаясь что – то сказать.

- Получается… Это и есть Пути? – хриплым голосом произнес он.

Конечно, Крюгер был в замешательстве.

Это место он знал лишь по легендам, когда читал старые книги об Элдийской Империи, а также искал информацию о старой религии, где поклонялись Имир Фриц как Богине.

- Эй, а ты как… - произнес он и повернулся в сторону Имир.

Однако замолчал, не заметив ее.

Она просто растворилась в воздухе, словно ее никогда не было. Лишь следы на песке напоминали о том, что Имир все же находилась прямо перед Крюгером.

«Однако, значит, вся история касаемо Имир Фриц – ложь. Так и знал». – подумал Крюгер и слегка ухмыльнулся.

Конечно, он давно это знал, ведь история была написана кровью и много раз отредактирована, раз в старых книгах даже не скрывается, что народ Имир, согласно старой религии, был создан для правления миром и благославен на эту вековую экспансию. А те, кто выступал против, или же периодически поднимали восстание, годились лишь для корма, принудительной метизации для превращения их детей в чистых титанов, чтобы в дальнейшем использоваться в военных походах.

Но он все равно удивился реальной жизни Имир Фриц, ведь даже намека на такую судьбу в истории он не увидел. Сколько бы книг не прочитал, сколько бы легенд не услышал, и скольких бы марлейских исследователей титанов не опросил – никто не трактовал именно такую историю.

Имир Фриц везде показывалась как сильная личность прошлого, самостоятельно вершившая свою судьбу.

Однако все это было ложью.

«Она сказала, что пробудила меня по Его воле? Кого это? Того спасителя?»

Крюгер осмотрелся, но не увидел никого.

- Но… Как? Я же был мертв. – произнес он, внезапно опомнившись.

Забавно, но это осознание пришло ему не сразу. Крюгер словно очнулся от долгого сна, и не мог даже помыслить о том, что был мертв.

Но сейчас разум стал приходить в себя.

- Я что реально жив?

По сути, это был главный вопрос – каким образом он вообще сейчас дышит. Ведь Крюгер помнил, как Гриша Йегер сожрал его. Помнил боль и знал, что умер, потому что путь Эрена Крюгера подошел к концу.

К счастью, в тот день все прошло по плану.

Бесполезные люди, которые могли создать проблемы, были уничтожены, а сам Гриша Йегер, посланный на Остров Парадиз серьезно замотивирован, после чего Крюгер мог умереть спокойно.

«Я так старался, но почему я здесь? Разве я не должен быть мертв? Почему меня пробудили? Почему я чувствую?»

Он отчетливо помнил, как его съел Гриша. Крюгер помнил ощущение боли, нежелание умирать, а потом и смирение.

Но теперь, судя по всему, он был жив.

Крюгер потрогал себя, и слегка дал себе пощечину. Затем задержал дыхание и выдохнул, когда уже не мог сдерживаться. Таким образом он убедился, что каким – то образом жив.

- Пути… Соединяющие нас элдийцев в одной точке. Место, где находится главная сила Прародителя титанов – Координата. – произнес он, переводя взгляд на древо.

После чего Эрен повернулся и еще раз осмотрелся, но вокруг по – прежнему никого не было. Там была лишь непроглядная тьма с одним единственным источником света – так можно было описать Пути, где оказался Эрен Крюгер.

И легенды, относительно, сказали правду.

«Однако, там же еще было написано, что в Путях за всем наблюдает наша Богиня Имир, которая в итоге будет судить каждого элдийца по поступкам во времена земной жизни. Но я не видел, чтобы ее жизнь была счастливой. Впрочем, оно и понятно, что все это было бредом».

История всегда лжет.

Никто не будет писать о последствиях некоторых решений, или же неприятную правду, способную открыть дверцу в крайне жестокую историю.

В историю важно заложить определенную мысль, которую масса людей будет впитывать, словно губка, и воспринимать исключительно под правильным углом. Разумеется, имелись исключения, но они не были столь критичны.

Большинство людей разных возрастов и любой нации легко впитывали любую пропаганду, что велась в книгах через исторические события, поданные под нужным углом. Но Крюгер даже предположить не мог, что в жизни Имир Фриц не было толком никакого счастья.

- И все же… Забавно, что мне даже не жаль Имир Фриц.

Крюгер не был разочарован, не был расстроен, не ощущал вдохновения от того, что увидел. Он просто принял эту реальность, а не стал отвергать ее, или же жалеть девочку. Разве можно уважать того, кто отказывается бороться?

Крюгер хотел найти хоть кого – то в этом месте, ведь слова Имир были ясны. Так что он решил подойти к источнику света.

Он ожидал увидеть там некое подобие трона, или же что – то необычное, или же нечто из легенд, но там не было ничего.

Лишь светящееся древо, и фигура, которая сидит рядом. Поначалу Крюгер ее не заметил, но теперь отчетливо видел человека, сидящего спиной к нему.

Крюгер оказался удивлен, увидев ребенка возраста примерно равного Имир Фриц в момент падения в ту нору.

«Стоп, неужели этот тот малец. Кажется, помимо воспоминаний Имир я видел еще чьи – то…». – подумал Крюгер.

Верно.

Перерывами, когда он видел сменяющиеся воспоминания жизни Имир Фриц, то пробивались еще одни. Они показывали совершенно иную жизнь, воспоминания Гриши Йегера и Крюгера, а также иных носителей, но все, так или иначе, останавливалось на одном парнишке.

Один ребенок, который словно был сосредоточением воли Имир Фриц.

- Эй, это ты тут главный?

Ребенок повернулся к нему лицом.

Крюгер увидел мальчика с черными глазами, смотрящего на него. Причем от самого ребенка шел такой холод в глазах, будто бы прямо сейчас творится какой – то ужас, или это возрожденный дьявол в обличии человека. Однако было видно, что ребенку чуть двенадцати лет. И как только он разглядел его поближе, то узнал знакомые черты лица, а также имя этого мальчика. Ведь видел его в тех самых обрывках иных воспоминаний, где мальчик смотрел на своего отца – Гришу Йегера.

Теперь Крюгер понимал, кто перед ним.

- Эрен Йегер? Тебя так зовут? – спросил он.

Мальчик кивнул.

- Значит, «Его воля», как сказала Имир – это твоя?

Хотя это и было очевидно, но лучше сразу получить точный ответ.

- Верно. – ответил мальчик.

Он не вставал с песка, и Крюгер решил сесть напротив него. Ведь все равно для чего – то его вызвали.

- Каким образом? – спросил Крюгер. – Разве Имир не является Прародителем?

- Все еще является, но вся ее первобытная мощь в моих руках. – равнодушно произнес мальчик. – Я понял как ей управлять. На это требовалось время и практика.

- Ясно. – ответил Крюгер. – Тогда, можешь ответить, я мертв? Или это нечто, что идет после смерти? Значит, ты тоже мертв?

Мальчик поднял взгляд и посмотрел на Крюгера, но сразу же посмотрел вниз, опуская глаза.

Он начал что – то лепить из песка.

Очерчивать фундамент для постройки.

- В каком – то смысле. Мое тело в настоящем уничтожено, и осталась только голова. – ответил он. – Но да, ты прав. Ты был мертв долгое время. А этот мир – то куда попадают все элдийцы после смерти называется Путями. Здесь они спят вечным сном, получив долгожданный покой. Но Имир Фриц, а теперь и я, могу пробуждать иных потомков, чего не могли старые короли.

Крюгер впервые слышал о такой способности.

Хотя он, казалось, прошерстил все книги прошлого, включая легенды. И ни о чем подобном не слышал.

- Получается, сила королей была ограничена?

- Да. Ведь иначе они бы по полной использовали эту способность. Но Имир Фриц лишь выполняла их приказы, поэтому они и казались такими сильными. – сказал Эрен Йегер, закончив обводить часть песка на земле. – Иначе говоря, Имир как первородный титан намного сильнее, и теперь эта сила в моих руках.

Крюгер заметил, что Эрен начал лепить строение, а обводка песка на земле означал некий фундамент.

- Понятно. – ответил Крюгер. – Значит книги о титанах молчат о многом.

- Об очень многом. Здесь… Я узнал великое множество информации о прошлом, о механике работы Путей, о будущем, о прошлом... И я не рад тому, что увидел. – ответил Эрен. – Но все равно, это никак не отрицает мое мнение, что мы не должны отвечать за их грехи.

- Не нам судить. – пожал плечами Крюгер. – Можно долго говорить об этом, делать вид, что это нечто философское, но разговор ничего не исправит.

- Именно поэтому я предпочитаю действие. – неожиданно жестко ответил Эрен Йегер.

Это не могло означать что – то хорошее.

«Если он здесь, то значит в мире произошло что – то ужасное? Я ведь не видел ничего толком о будущем». – пронеслось в голове Крюгера.

Верно.

Когда он видел воспоминания Имир Фриц и частично Эрена, то видел лишь его детство. Это было лишь предположение, но Крюгер мог предположить, что сидящий перед ним человек имеет куда больший возраст, чем кажется.

- Что от меня требуется? – задал Крюгер, без лишних слов, перейдя к главному.

Эрен Йегер уже успел слепить часть сооружения из песка, и посмотрев в глаза Крюгера, разбил ее кулаком.

«Это что – то означает?» - подумал Крюгер.

- Я просто думаю… Просто размышляю, и мне нужна помощь. – внезапно заявил он.

- Ну… Я не знаю, что от меня требуется. – ответил Крюгер. – Но ты, насколько я понимаю, намного старше этого тела?

Эрен поднял взгляд и Крюгер увидел, что та тьма в его глазах пропала. На его лице была неуверенность, которая напомнила Крюгеру ту самую ситуацию с Гришей.

В голове Крюгера возникла догадка.

«Неужели, для этого?»

- Да. – ответил Эрен Йегер. – Я прошел долгий путь, всегда двигался вперед, но… Сейчас, если честно, я в замешательстве. После всего того, что я сделал. Смогу ли я дойти до самого конца?

«Неужели именно это?» – подумал Крюгер и вздохнул.

Впрочем, для начала ему нужно знать, что именно случилось в реальном мире. Ему не впервой мотивировать запутавшегося Йегера.

- Тогда, скажи сначала, что случилось в мире.

- Главный страх мира, о котором говорили даже в твое время – сбылся. Титаны из стены выпущены, и прямо сейчас маршируют по континенту. Я уничтожаю все и всех за пределами стен, кроме Острова. Оставлю только его.

Эрен Крюгер подумал, что ослышался.

Лишь спустя несколько мгновений он понял, что Эрен Йегер не шутит. Но вместо какого – то шока или же ненависти, или каких – либо эмоций, Крюгер просто вздохнул и смирился с реальностью, понимая, что иначе быть не могло.

Слишком уж высока между ними ненависть.

«Ясно, к этому ведь все и шло… Когда я направлял Гришу на Остров, я, конечно, не думал, что все дойдет до такого, но… Жаль, что все так вышло». – пронеслось в его голове.

Эрен Крюгер лишь кивнул и опустил голову.

- Значит, мир доигрался с этой ненавистью, и ты решил отплатить ему той же монетой?

- Да. – ответил Эрен. – Они напали на нас годы назад, когда я еще был ребенком, прорвав стену. Моя мать была сожрана, как и часть жителей за стенами. Четверть населения в целом погибло, не говоря уже о безуспешных попытках отвоевать стену. А затем планировали напасть снова, но уже с полной аннигиляцией всего живого на Острове, чтобы захватить Прародителя и ресурсы Острова Парадиз.

Впрочем, ничего иного и не ожидалось.

Крюгер мог лишь печально вздохнуть, чтобы на несколько мгновений ощутить боль от количества погибших. Однако он считал, что долг стоял превыше всего остального, и как тот, кто убивал собственных соплеменников годами, Крюгер не был из тех, кто просто так сдается.

Он не хотел сдаваться вовсе.

Любая победа ковалась на крови, а полная победа на всеобщем горе и еще большего количества пролитой крови.

- Значит то, что я отправил Гришу – и есть следствие того, что Колоссы идут по миру?

- Да. – ответил Эрен. – Так что… В конечном итоге, я лишь защищаюсь, но… Это не все.

- Какие – то подводные камни имеются? Или же ты просто решил истребить все население мира, оставив только свой Остров? – спросил Эрен Крюгер. – План хотя бы есть?

Прародитель внезапно кивнул, соглашаясь с этим.

- Ясно… - ответил Крюгер.

«Но это очень жестко. Однако… Если все то, что он говорит правда, то континент сам напросился, разве не так?» - спросил он сам себя.

Голову Крюгера посетила одна мысль, когда он вспомнил о жителях континента.

- Что насчет элдийцев вне стен?

- К сожалению, у меня нет возможности спасти их. Я пытался перенести их с помощью силы Прародителя сюда, а затем и на Остров, но… Все тщетно. Так что все они погибнут. Как и все люди за пределами Острова.

Эрен Йегер говорил равнодушно, но в его глазах была видна та же самая неуверенность и желание сдаться, как и у его отца после того, как Дина превратилась в титана, и желание сражаться отпало, когда Гриша всего лишился.

Крюгер отчетливо запомнил то лицо.

Опустошенное, а также не ведающее до конца последствий человек, сполна получивший воздаяния за свои действия. Гриша не думал, что за любой поступок придет ответственность. Он не понимал, что отвечать нужно за все.

По крайней мере, до того момента.

Возможно, Йегер еще не прошел тот путь, что прошел Крюгер, поэтому в его глазах видно колебание.

«Неужели он надеется, что миром можно решить эту проблему? Колоссы пройдут, выжившие останутся, если он их остановит, но через много лет война начнется под предлогом мести. Личные эмоции тут нужно отбросить как можно дальше». – подумал Крюгер.

Конечно, ему было жаль жителей континента. Он не был настолько жесток, чтобы молча игнорировать смерть многих людей. Да даже тех же братьев элдийцев, кто жил на континенте.

Однако мирно решить этот вопрос было невозможно.

Даже если они упадут на колени, и решат жить мирно, то все равно никто не даст им покоя, пока последний элдиец не умрет. Им такое не забудут, и никогда не простят. А уж если это спустя сотню лет все еще играет огромную роль, то Остров после похода Колоссов по материку ждет тоже самое.

«Полное уничтожение, только полная аннигиляция, дабы родился новый мир. Но раз он зашел так далеко, то чего он колеблется?»

- Мне нужно поговорить. – ответил Эрен. – Я хочу достигнуть конца, но не уверен, что смогу.

«Что же… Если он и правда молод, то это понятно. Теперь, мне фактически все ясно». – подумал Крюгер и кивнул.

Значит, все же для моральной помощи.

Он сел поудобнее на песке, и задал Эрену вопрос:

- Почему не сможешь?

Предстоял тяжелый разговор.

Эрен Крюгер внимательно смотрел на Эрена Йегера, рука которого слегка тряслась.

- Мне кажется, что я сломаюсь. – ответил Эрен. – Я действовал уверенно, говорил также, и поступал крайне жестко, но чем дальше я заходил, тем больше на меня это давило. Я думал, что справлюсь и прятал собственные эмоции, но с каждым разом грехи все сильнее давят на мой рассудок. Мне очень тяжело, и я не думаю, что до сих пор в своем уме.

Его лицо прямо говорило, что это может оказаться правдой.

Возможно он, как и все атакующие, движется вперед, но когда юнец, хоть и полный ненависти, получает силу для мести, и не до конца ведающий, что творит и каковы будут последствия для его разума, то ничего хорошего в финале не получится. Как минимум, он решит сдать назад, или же вовсе отказаться от первоначального плана, который сам же и начал.

- Ну, это очевидно. Разумеется, ты не сможешь сделать такое без последствий для своего разума. – сказал Крюгер. – Даже мне было трудно пытать и убивать элдийцев, но выбора не было. Иначе бы меня раскрыли.

- Поэтому я и позвал тебя. Может быть, ты найдешь правильные слова, которые помогут мне. – сказал Эрен с искренним желанием получить помощи. – Ведь именно ты, будучи шпионом, пытал и убивал собственных соплеменников.

Его голос звучал чуть ли не надрывно, и это насторожило Крюгера.

Впрочем, слова Эрена были правдой.

- Знаешь, звучит довольно грубо. – заметил Крюгер. – Тут важен контекст, и понимание общей ситуации и положение элдийцев в мои времена.

- Я знаю, и прости, если грубовато вышло. – ответил Эрен, виновато посмотрев в глаза Крюгера. – Но это то, что мне сейчас нужно. Разговор. Простой разговор и помощь.

Крюгер понимал суть почему сюда вызван, но все же это было странно. Неужели не было никого, с кем бы Эрен Йегер не говорил об этом? И никто не смог помочь ему морально? Или же просто поддержали? Или же даже не поняли, что он испытывал?

«У него вообще были друзья?» - пронеслось в голове Крюгера.

Конечно, именно друзья могли понять его, но и также отвергнуть, если не имели ту же решимость и понимание происходящего. С этой точки зрения, не говорить им – правильное решение.

Но это означает, что Эрен Йегер держит все это в своей голове, и если не выпустить эти эмоции где – то, то можно натворить глупостей. Или же сдаться без боя, или же просто придумать наиболее идиотский способ самопожертвования, сделав из себя мученика.

И многие могли в это поверить, сделав вид, что это решение проблемы. Особенно если они наивные, верящие в человечество. Но Крюгер, как житель того самого континента и сторонник мрачного реализма, не верил в это.

Либо они, либо их – таково сложное, и крайне печальное решение элдийского вопроса.

- Разве у тебя нет твоих союзников? – удивился Крюгер. – Например, те кто помогают тебе в этом?

- Нет. Я хочу, чтобы они остались живы. Мне приходится держать их подальше от правды. Они не выдержат, потому что неспособны пойти на это. – ответил Эрен, грустно вздохнув. – А один из немногих союзников был убит.

- Почему, и как ты это допустил? Терять союзников очень плохо, особенно в твоей ситуации.

Эрен Йегер не стал поднимать взгляда, словно побитый ребенок.

- Я не мог помочь ему. Я никому не могу помочь именно потому, что все должно идти своим чередом. Ради того, чтобы я смог сделать то, что задумал.

- Тогда, что ты задумал? Вряд ли ты решил просто так испепелить весь мир. Разве не будет логично, если ты поделишься этим? Так что я хоть попытаюсь понять, что именно тобою движет.

Эрен Крюгер не знал всей правды.

Откровенно говоря, он понимал, почему Эрен выпустил колоссов на мир, а также примерно представлял, что несет собой полная аннигиляция всего живого за пределами стен. Но вряд ли Эрен надеялся, что все закончится, как только мир за пределами Парадиза будет уничтожен.

Ведь титаны все еще будут существовать, так что корень проблемы будет жить.

Йегер младший замолчал на несколько секунд, после чего дал свой ответ.

- Я придумал способ, как избавиться от силы титанов. И устроить относительный мир, правда на жестоких условиях.

«Цель оправдывает средство». – вспомнил он слова одного короля прошлого.

Конечно, тот человек был отвратительным, если все его деяния, записанные в истории, правда, но все же тут он безоговорочно прав. Кроме того, именно тот король, при всех недостатках его характера, сделал для страны довольно много хорошего, и провел неплохую внутреннюю политику.

Так что он был вполне неплохим королем, если не замечать его недостатков. Впрочем, именно поэтому этот Фриц был олицетворением выражения «Цель оправдывает средство».

Эрен Крюгер был того же мнения.

И если сила титанов исчезнет, то элдийцев уничтожат, ведь в их существовании больше не будет причины. Следовательно, еще дополнительная причина для Эрена действовать, чтобы защитить свой дом.

- Если, как ты и сказал, собираешься уничтожить все за пределами Острова, то с кем ты устроишь относительный мир?

- Мир на Парадизе. Он единственный, кто останется. Так скажем, колыбель человечества.

- Единственное место на планете, где не будут шагать колоссы. И это будет самым безопасным местом. Единственным живым местом. – сказал Крюгер, посмотрев на древо. – Ясно, и ты решил, что сможешь избавиться от силы титанов просто уничтожив мир?

- Не совсем. – помотал головой Эрен. – Тут нужно кое – что сделать, но для начала стоит добавить, что Первобытная сила Имир это не просто обычная сила титана. Она позволит модифицировать биологическую структуру элдийца, чтобы они пережили тот ад, что уготован миру, пока он возрождается.

Это было ожидаемо.

Идти на нечто подобное без плана невозможно. В таких ситуациях нельзя надеется на то, что все само рассосется, ведь за уничтожением мира следует гибель не только всех людей, но и биосферы в целом, животного и растительного мира, а это означает, что в океане окажутся миллиарды гниющих трупов, и появится огромное количество болезней.

И это только верхушка всех проблем, ведь на деле их будет очень много и люди на Острове без подготовки умрут.

Следовательно, к этому нужен наиболее разумный подход.

- Иначе говоря, раз эта сила твоя, то Имир Фриц уже не существует? Она упокоилась навечно?

- Нет, она все еще здесь. Просто спит, дабы восстановить свои силы. – ответил младший Йегер. – Я обещал ей, что она получит покой, но ей нужно будет выполнить одну мою просьбу. Что она и готовится исполнить, а до тех пор пусть отдыхает.

- Просто интересно, если она еще здесь, то как первородная сила передалась тебе?

- Она здесь Бог, как бы глупо это не звучало. – кивнул Йегер. – С тех пор как она обрела волю, вернув часть души обратно, Имир сняла ограничения, которые сама же и наложила неосознанно. Ведь раньше Прародитель был без каких – либо сил, и лишь приказывал Имир, за исключением контроля памяти и прочего. Сейчас же вся эта сила полностью в моих руках без ограничений.

- А правило 13 лет?

- На меня, по крайней мере, не работает. – ответил Йегер. – На других пока что все еще работает, но лишь потому, что я еще не брался за них. Мои бывшие товарищи пошли против меня, следуя за своими моральными принципами и сделали выбор, так что я лишь ожидаю нужного времени.

«Удивительно. Значит, правило 13 лет было создано искусственно. Логично, его мог отменить только Прародитель, но даже на него оно распространялось. Значит, Имир все же могла это сделать, как первородный титан?»

- Ясно. Значит, многое изменилось с моей смерти… - ухмыльнулся Крюгер. – Забавно все это слушать и видеть к чему все в итоге привело.

- Да, очень много. Я могу даже показать тебе часть того, что случилось. Ведь в основном твои слова стали моим мотиватором. И мне придется сотворить еще один ужас, даже с учетом уже сотворенного. А именно убить кое – кого.

- Ты же собираешься убить всех. – заметил Крюгер. – Так почему ты ужасаешься?

- Потому что речь идет не о миллиардах незнакомцах, а о дорогих мне людях. Не всех получится спасти. Кое – кто умрет, и я не в силах этому помешать.

Эрен Крюгер вспомнил, как в его голове возникли образы двух людей. Они были очень важны для Эрена Йегера, но тогда Крюгер не был уверен, кому принадлежали эти воспоминания.

Сейчас он это понимал.

Кроме того, ожидаемо, что ради того, чтобы изменить мир настолько сильно, кто – то должен положить свою голову на алтарь победы. Или же сам Йегер должен положить кого – то туда, даже если они будут близкими людьми.

Это и есть та самая плата за мир, что он собирается создать. Та самая жертва, которую обязан принести во имя всеобщего блага.

- Но раз ты полностью владеешь силой титанов, разве ты не можешь прийти в реальный мир и сделать так, чтобы твои друзья, например, были заперты здесь.

- Пока еще не время. Они будут заперты, но лишь некоторые. На ключевых опасных личностей я не могу влиять, и даже моя сила не может ничего с этим поделать. – ответил Эрен. – Эти мутанты…

- Аккерманы, кажется?

- Да. Этот род, что связан с Путями. С ними я ничего не могу сделать. Лишь связаться с ними и поговорить, но я знаю, что бесполезно. И я не хочу звать их сюда, чтобы они тронулись умом.

- Хочешь, чтобы они сражались с тобой, но при этом не хочешь их смерти. – произнес Крюгер. – Забавно. Тебе не кажется, что тут есть противоречие?

- Кажется, но такова суть. Я дал им выбор, и они сами его приняли. Все, включая Аккерманов, идут ко мне, чтобы убить меня. И я собираюсь помешать им это сделать.

Слова Эрена прозвучали твердо, словно сталь.

- Тогда почему ты колеблешься? – спросил Крюгер. – Ты сам все начал, все продолжил, и дал этому ход. Раз ты решил идти до конца, то почему внутри тебя есть противоречие?

Эрен опустил взгляд, и старался не смотреть в глаза Крюгера. Но явно, что Йегер и сам пытался понять самого себя, но не мог этого сделать.

- Я думал, что если буду себя мотивировать, то смогу выдержать все. Но я ни с кем не делился с своим состоянием. И оно с каждым событием делало мне только хуже. – произнес Эрен, поднимая глаза. – Каждый раз, когда я понимаю скольких убил, то мне становится больно. И мой разум… Меняется.

Крюгер видел, что в его глазах не просто печаль, а агония, смешанная с безумием. Даже его пальцы, словно в такт, слегка подрагивали. Это было легко не заметить, но опытный взгляд Крюгера, который пытал множество людей, не мог этого не обнаружить.

Эрен Йегер в агонии, за которой последует не просто слом личности, но и самое настоящее безумие. И если что – то не сделать, если не подобрать правильные слова, если просто пустить все на самотек, или же не дать его эмоциям выход наружу, то Йегер потеряет самого себя, сойдя с пути. И все его действия, включая огромное количество убитых людей, станут бессмысленны.

- Эрен, ты думаешь повернуть назад, не так ли? Оставить все другим, дабы они сами как – нибудь справились, потому что ты почти сломался? – спросил Крюгер.

Йегер опустил взгляд, и несколько секунд молчал.

Он не поднимал взгляда, но его лицо явно не показывало, что он смотрел вниз просто так. Наоборот, Крюгеру казалось, что нынешний Прародитель пытается себя пересилить, но не может.

- Так и есть.

Эрен поднял взгляд и под глазами появились слезы.

Крюгеру стало не по себе от этого.

Но не из – за жалости, а из – за неприятия такого поведения с учетом того, какую цель Эрен Йегер на себя взвалил. Конечно, она ломает судьбы и разум, но если он хочет достичь мира, то должен двигаться вперед. С другой стороны, Крюгер сохранил эти эмоции внутри себя, потому что видел перед собой юнца.

По сути, ребенка, что взял на себя ношу и почти свалился на землю.

- Твоя конечная цель стоит того?

Довольно простой вопрос со стороны Крюгера, но имевший важное значение. Необходимо изначально понять стоит ли цель таких средств, и стоит ли вообще ради нее двигаться, чтобы в итоге получить конкретный намеченный результат.

- Да. Она очень сильно изменит мир. Можно сказать, что я уничтожу старый мир полностью, и мир Фрицев, и мир людей. Мне придется это сделать, чтобы появилось что – то новое. Прекрасное. Иначе говоря – настоящий Рай.

Звучало очень заманчиво.

И хотя Эрен не говорил, что именно он собирается сделать, но по деталям, а именно ликвидация силы титанов – это было очень заманчиво, и даже правильно.

Однако путь был усеян миллиардами трупов.

И Крюгер понимал, почему Эрен колебался. Ведь какой бы он не прошел сложный путь в детстве, и как бы сильно не страдал, и скольких бы Эрен не убил – он все еще оставался юнцом.

Это не Эрен Крюгер, способный поступить так с холодной головой, уже прошедший многолетние тренировки через пытки собственных товарищей и различных ячеек сопротивления. Иногда ему приходилось намеренно сливать ненужных людей, которые могли поставить повстанцев в опасность, или же наблюдать за гибелью собственных товарищей, неспособный что – либо сделать для их спасения.

Если Крюгер мог на основе этого опыта двигаться дальше, то у Йегера такого, судя по всему, не имелось. Оно и не удивительно, ведь для такого нужны десятилетия.

«Точно, не мне его винить, но я должен наставить на путь, чтобы он дошел до конца. А значит придется проявить свою не очень хорошую черту». – пронеслось в его голове.

Он закрыл глаза на несколько мгновений и, наконец – то, сказал свое слово:

- Тогда почему ты колеблешься? Разве это того не стоит?

- Мне придется пожертвовать самым дорогим. – ответил Эрен, опуская глаза. – Я не уверен, что смогу действовать до конца… Именно из – за этого человека

- И что? Разве в этом мире кто – то не поступал точно также? – холодно заметил Крюгер. – Все мы были чего – то лишены, но если цель того стоит, то это выбор без выбора.

Слова Крюгера звучали очень жестко.

Даже его голос стал безэмоциональным, но это было то, что требовалось Эрену Йегеру в данный момент. Не мечты, не желания, ни собственный моральный кодекс, а стремление идти вперед. Желание достигнуть цели, дабы он смог преодолеть свое колебание.

Иначе говоря, отбросить человечность.

- Хочешь сказать, что мне нужно просто смириться?

- Если все так, как ты говоришь. – кивнул Крюгер. – Тебе лучше всего сосредоточиться не на том, что придется сотворить, а на конкретной цели. Просто задай себе вопрос – а стоит ли цель того?

- Да. – не мешкая ответил Эрен.

Крюгер ухмыльнулся.

- Если человек отвечает прямо и без запинки, то в его словах есть уверенность. – заметил Крюгер. – Значит, внутренне ты понимаешь, или хотя бы часть тебя понимает необходимость этих действий. Но другая часть не позволяет смириться с тем, что тебе придется убить дорогих тебе людей, верно?

- Да. Так и есть.

- Я хочу тебе помочь, Эрен. – сказал Крюгер. – Возможно, это прозвучит странно с моей стороны, но послушай меня внимательно. Я убивал многих моих товарищей. Иногда, чтобы не раскрыли, мне приходилось их пытать. Это правда. Никто не знал мою личность, так что они не знали, кто их терзает.

Крюгер опустил взгляд.

«Но… Если цель такова, то…» - словно сказал кто – то иной в голове Крюгера.

Он сразу же поднял взгляд, показав свою решимость удивленному Эрену Йегеру.

- Но это не повод сдаваться. Все те жизни, что были отняты – их не вернуть. Все те жизни, что погибли под Дрожью Земли – их также не вернуть. Неважно элдиец или нет, но континенту было сказано, что случится, если они будут пытаться залезть на Остров. Однако они не послушались и получают последствия сполна. – сказал Крюгер. – И поэтому ради всех жертв ты должен двигаться вперед. Пока не выполнишь поставленную перед собой задачу. Пока не дойдешь до самого конца. Пока не достигнешь желаемого.

Он говорил это с огнем в глазах.

Вместе с этим завелось само сердце Эрена Крюгера, чего он не испытывал очень давно. Казалось, что Крюгер сейчас сам возьмет контроль и под этим угаром поведет Колоссов вперед.

Он ощутил внутри себя желание покончить со всем этим, включая старый мир. Внутреннее желание Крюгера при получении силы Прародителя, вероятно, позволило бы ему действовать сразу же.

Однако лицо младшего Йегера, несмотря на его слова и решимость, все еще заливалось слезами, полное боли и страданий.

Крюгер испытал раздражение, когда увидел это лицо и дал пощечину, стремясь привести в чувство солдата.

Очень сильную отеческую оплеуху.

- Чего же ты колеблешься? Мир пожинает плоды того, что породили. Ты был Атакующим, и точно знаешь, что мы не способны избавиться от этого гнета. И ничего не изменить. Свободы, которую мы искали, нам не видать. – сказал Крюгер, смотря на ошеломленного младшего Йегера. – Но именно ради того, чтобы придать смысл смерти моих товарищей, мира и всех, кто погибнет – ты должен идти вперед. До самой смерти, и даже после нее, потому что такова наша жестокая судьба. Нас никто не спрашивает хотим мы или нет – мир ломает нас, и такова наша жертва, чтобы иные люди жили счастливо, или хотя бы относительно безопасно.

Верно.

Крюгер считал себя правым в этой ситуации, ведь все предрешено. Хотя он никогда никому не говорил, но он считал, что вся их жизнь расписана изначально. Они рождены с конкретной целью и этого не поменять. Именно поэтому люди только и могут принять правила игры, какими бы жестокими они не были. И из этого круга нет выхода, по крайней мере, титанам уж точно.

- Чтобы найти Рай в финале этого чертового ада. В финале этой бесконечной ненависти, что ты потопишь вместе со свей цивилизацией. Ты ведь делаешь это и ради друзей, верно?

- Да. – ответил Эрен.

Видно, что слова начинали на него действовать. Он не только слушал Крюгера, но и в его глазах нечто пробудилось. Нечто, что до этого пробуждалось лишь несколько раз в самых экстремальных ситуациях.

Какое – то темное начало, что заметил Крюгер. Даже лицо Эрена немного изменилось, но Крюгер не мог пока сказать в какую сторону.

- Твои друзья и твой народ… Если ты хочешь, чтобы они жили нормально, то сконцентрируйся на цели, забывая про будущее и настоящее. Ведь когда ты идешь по высокой горе вверх, если боишься высоты, то не смотришь вниз, верно? – спросил Крюгер.

Лицо Йегера выглядело так, словно он не понимал суть слов Крюгера.

- Да…

- Именно поэтому поступи также – смотри лишь вперед на цель, то есть на то будущее, на Рай. Потому что лишь эта картина имеет значение, а не то что находится внизу. Не количество трупов и уничтоженная земля – сейчас это прошлое и настоящее не имеет значения, ведь будущее многократно важнее. Жертвы легко списать на чьи – то заговоры, даже мифические. Можно потом придумать какую – то сказочку, если хочешь.

Жестокие слова.

Крюгер говорил холодным тоном, словно окатывая Йегера с головы до ног, но было видно, что это работало. Если поначалу что – то в нем лишь пробудилось, то Крюгер подмечал, что сейчас оно постепенно начинает завладевать им.

Руки Йегера перестали трястись, а слезы перестали литься. Он смотрел на Крюгера практически не моргая, а сам Крюгер не сводил с него взгляда.

У Крюгера был взгляд и слова прошедшего многолетнюю войну солдата, который получил возможность ее наконец – то остановить. Пусть и таким жестоким путем. Йегер же напоминал скорее мотивированного фанатика, чья участь умереть, жертвуя собой.

- Я действовал также. Я думал также. В интересах будущего и собственных планов, я пытал и резал собственных сородичей. Вскрывал ненужные ячейки сопротивления, сдавая их правительству, чтоб более крупные и мотивированные становились более осторожными, и не совершали глупых ошибок. Все для того, чтобы Филин мог продолжать работать и исправно доказывать собственную службу, идя по карьерной лестнице вверх.

Это правда.

Очевидно, что Крюгеру пришлось порубить и принести в жертву множество товарищей, а также членов их семей, чтобы в итоге Гриша Йегер оказался в том месте для передачи силы Атакующего титана.

Трудная работа, которая закаляет характер.

- Меня нельзя оправдать, понять и простить. Но я понимаю зачем все это делал ради цели. И ты должен и обязан поступить именно так, потому что в твоих силах все закончить. – твердо заявил Крюгер. – Знаешь как говорят? Победа – жизнь, поражение – смерть. Если ты перестанешь бороться, то умрешь. Следовательно, даже те жертвы, что сейчас принесены, станут бессмысленными. Иначе ты скинешь все проблемы, созданные тобой, на людей будущего, на поколение после, которое будет уничтожено ненавистью всего мира.

Лицо Эрена изменилось до неузнаваемости, и теперь с него пропали всякие колебания. Наоборот, тот испытывал огромное количество эмоций и самое главное в этот момент – злость.

Она имела высокую ценность в этот момент.

Все потому, что человек не сможет быстро избавиться от всех эмоций. Хотя он будет мотивирован, но все равно иногда смотреть вниз на то, что творит, и следовательно, будут возвращаться колебания. Но ярость и ненависть сделают так, что он на время забудет обо всем.

До того момента, как его разум придет в порядок, и он будет способен выполнять необходимые действия с холодной головой, раз уже начал.

- Я понимаю. – процедил Эрен Йегер, сжимая кулаки. – Но есть одна жизнь, которую мне не хочется терять.

- Одна жизнь стоит миллионы? Это равняет их, или нет? И ты ставишь одну жизнь выше миллионов своих соотечественников? Выше будущего? Выше Рая? – перебил его Крюгер. – Помнишь, что я говорил твоему отцу про долг, про ответственность? Неужели, если твой отец был лишен яиц физически, то ты лишился их ментально? Наша роль – бороться, чтобы достигнуть желаемого.

- Я…

- Ты хочешь просто так обречь будущие поколения на ненависть всего мира? Представь, что с невинными детьми сотворят те, кто создан твоим поступком, если они останутся в живых. Помнишь ведь, что было с сестрой твоего отца? – спросил Крюгер, не отводя взгляд от Йегера. – Ты, можно сказать, дашь им повод действовать также, но намного более жестко.

Эрен Йегер был поражен словами Крюгера.

Он молчал и не мог дать ответ, но нечто темное явно завладевало им. Крюгер решил помочь этому темному началу дать дополнительную мотивацию, раз уж невинных детей Парадиза недостаточно.

Он пальцами взял подбородок Эрена и заставил смотреть себе прямо в глаза.

- Если ты реально хочешь для Острова будущего, то всем жертвам нужно придать смысл. – тихо заявил он. – А именно сделать то, что требуется. Как бы не было больно, как бы ты не страдал. Чтобы их жертвы оказались не напрасны. Ты же понимаешь?

Эрена Йегера начинала захватывать злость, это было видно.

Если поначалу она лишь начала захватывать его, то теперь полностью взяла над ним контроль. Как глаза Эрена обретали не только злобу, но еще и уверенность.

И эта злоба явно направлена не на Крюгера или самого себя, а на судьбу, которую не изменить.

Крюгер отпустил подбородок Эрена и тот опустил взгляд вниз.

- Я пытался найти иной путь. – тихо сказал Эрен. – Но ничто не помогало, все иные пути вели к разрушению. Все это рождало еще больше проблем. Любой иной вариант – смерть.

- Тогда, ты сам знаешь, что должен все это завершить. – кивнул Крюгер, сказав это почти шепотом. – Сосредоточься на будущем, смотри только на прекрасный Рай, что ты видел. Не смотри по сторонам, и сражайся ради того, что ты видел. И, самое главное, не сдавайся.

Эрен не поднимался с земли, а Крюгер смотрел на него свысока.

- Если ты оступишься, зайдя так далеко, или же сойдешь с этого пути, то всему придет конец. Смысл жертв будет утерян, и сердца, которые посвятили люди, навсегда потухнут. Возможно, это прозвучит банально, но раз уж ты зашел так далеко – бери на себя чертову ответственность, как взрослый человек.

Младший Йегер начал поднимать голову.

Он начал меняться.

За несколько секунд из своей младшей версии он превратился в Эрена Йегера из настоящего времени, то есть во взрослую версию себя. Словно это было знаком и доказательством того, что Эрен Йегер принял собственную судьбу и решил идти до самого конца.

Крюгер произнес финальные слова, смотря прямо в глаза:

- Двигайся вперед. До смерти, и даже после нее. Если это приведет к Раю, что последует за этим кошмаром, то так тому и быть. Поэтому достигни этого Рая, чего бы то ни стоило.

Тяжело дыша, Крюгер ожидал реакции Йегера, но тот лишь сжал кулаки и прошипел:

- Я сделаю все то, что требуется. Я знаю, что от меня ждут, и проклинаю эту судьбу. Но… Доведу начатое до конца.

Йегер смотрел в глаза Крюгера и там уже не было никакой неуверенности. То было желание покончить со всем, дойти до конца и не сдаваться.

«И правда… Его глаза не просто полны злобы, они полубезумны. Но… Учитывая его роль во всем этом, это ожидаемо». – пронеслось в голове Крюгера.

Глаза Эрена Йегера начинали пылать, а также слегка пугать.

В них отчетливо проглядывалось безумие.

Но, как ни странно, именно этот облик больше всего и подходит Атакующего титану в принципе, так что Крюгер не возражал.

- Но сейчас мне нужно кое – что сделать, ведь я дошел до пункта назначения.

Даже его голос изменился.

Он стал более жестким, а интонация на каждом слове заставило Крюгера усомниться в том, что Йегер до сих пор в своем уме.

Но все же Эрен Йегер сумел похоронить свои колебания до самого конца, чтобы это не мешало миссии. По крайней мере, на время, пока злость и иные отрицательные эмоции не уйдут.

- Тогда, я могу быть упокоен? – спросил Крюгер.

Ведь задача, по сути, выполнена. Если только это не часть какого – то общего действия, где он понадобится.

- Нет. – ответил Йегер. – Ты мне еще нужен, но пока что… Расскажи им про план, что необходимо воплотить в жизнь.

Крюгер был в замешательстве.

- Им? Кому ты… - спросил Крюгер, но сразу же замолчал.

Все потому, что Эрен Йегер перебил его, дотронувшись до лица своей ладонью.

- Сейчас… Ты увидишь план.

Эрен Крюгер увидел не только детали плана, но и желание Эрена, а также весь его путь и финальный этап. Самое главное то, что Эрен Крюгер увидел конкретные действия, которые необходимо сделать ему, чтобы в итоге Йегер достиг желаемого.

Еще он увидел Рай, а также девушку, которая шла к огромному древу и несла цветы. Как она хромала, словно ее ноша была очень тяжела, но она все равно шла к пункту назначения. Крюгер ощутил ее эмоции смешанные эмоции и гамму чувств, а также увидел мир ее глазами. Все то, что происходило в нем и случится в разных промежутках времени.

И как только Эрен убрал ладонь от лица другого Эрена, то сам Крюгер лишь кивнул, соглашаясь с этим.

«Интересно… Очень интересно». – пронеслось в голове Крюгера.

Он был взбудоражен и заинтригован, но сразу же взял себя под контроль. Теперь Крюгер понимал Йегера и собирался всеми силами помочь, чтобы все закончилось именно так.

Оно того стоило.

- Да, я сделаю это.

Йегер младший кивнул, и сказал:

- Тогда, жди здесь. Они, кстати, уже очнулись.

И сразу же исчез.

Крюгер остался совершенно один, но лишь на мгновение.

Он обернулся и увидел множество людей, которые вставали на ноги.

Они были пробуждены практически мгновенно и эти люди имели разный возраст. Кто – то был молод, кто – то был стар, кто – то был одет в лохмотья, кто – то в дворянские одеяния старых времен, кто – то вообще в одной лишь тоге марлейского образца раннего периода.

Был даже юноша моложе Йегера, но смотрящий на Крюгера с таким же недобрым блеском в глазах, как и каждый пробужденный человек.

В их числе был и прошлый Атакующий, которого Эрен Крюгер был рад видеть.

«Значит, он и правда это сделал». – пронеслось в голове Крюгера

Это были Атакующие Титаны разных эпох.

Они все очнулись по зову Эрена, чтобы выполнить свое предназначение, которое доставалось каждому из них при получении сил титана. Они о нем не знали, но память каждого будущего носителя вела прошлого носителя именно к нужному человеку для передачи сил титана.

Чтобы все они в итоге оказались тут, и им показали, что их земной путь еще не окончен.

И сейчас наконец – то они выполнят свое предназначение.

Эрен Крюгер посмотрел на них и сказал:

- Готовьтесь. Вы знаете для чего вас пробудили, верно?

Шифтеры кивнули.

- Отлично, тогда я расскажу вам детали плана. Скоро наш путь закончится навсегда, и мы сможем вздохнуть с облегчением. А пока… Нас ждет последний бой.

Желание. Часть 2

Эрен открыл глаза.

Сейчас он был в реальном мире.

Он повернул взгляд по сторонам и не увидел ничего, кроме титанов и огромного количества пара по бокам. Но впереди была его цель, так что он внимательно посмотрел именно туда.

Форт Салта.

Один из немногих оставшихся рабочих военных баз, которые необходимо уничтожить. Именно эта база может представлять опасность, причем не шибко серьезную. Определенно, с начала Дрожа Земли все эти базы для Эрена ничего не значили, но лучше уничтожить угрозу в зародыше, не ожидая, пока она разрастется и станет сильнее.

Опасность Салты была в наличии авиационных ресурсов в виде большого количества дирижаблей с оружием на них. Ее можно назвать наибольшей и раздражающей опасностью из всех остальных.

Хотя дирижабли не могли помешать Дрожи Земли, но принести дискомфорт или же дать малейший шанс на спасение способны. Именно поэтому Эрен и решил уничтожить это место.

Однако он представлял его иначе.

«Я думал, что это будет… Сложнее. Что те летающие устройства будут тут повсюду, а также сосредоточена значительная сил. Огромные рвы, подготовленные линии обороны, мощные пушки. Но это… Определенно разочарование».

В глазах Эрена это место выглядело как военная база с множеством защитных сооружений, с кучей людей и самым современным вооружением. Рвы, различные ангары, тяжелое вооружение и подготовленные квалифицированные солдаты, а также новейшее орудие, способное поражать титанов. Не говоря уже о подготовленных ловушках издалека, раз они знали, что Колоссы идут.

Таковы были представления.

По крайней мере, теперь Эрен понимал смысл фразы «Реальность полна разочарований».

Впереди был лишь один холм с несколькими ангарами на самом верху. Никакого укрепления, никаких застав и блокпостов с тяжелым вооружением, никаких бомб или же мин, которые Эрен ожидал встретить. Да даже пушек и то не было, в Эрена никто не стрелял и даже не пытался помешать.

Лишь одна железная дорога, приведшая к холму немногочисленных выживших на поезде.

И это играло ему на руку.

Колебания, что были в нем перед этой битвой, убраны Крюгером.

Эрен изначально не сомневался в этих действиях, считая их единственно верным вариантом для них. Поначалу он держался и делал то, что требуется. Разум позволял ему держаться в пределах разумного до Дрожа Земли, но уже тогда начинало прослеживаться некое безумие, когда Эрен мог легко сорваться и напасть на человека.

Как на Армина, например.

А после начала аннигиляции всего живого за пределами Острова, как бы Эрен не мотивировал сам себя, как бы ни держался, но он начинал понимать, что в его поведении многое поменялось, а также появлялись некие странности. Причем такие, что пугали самого Эрена.

Поэтому ему и понадобилась помощь Крюгера.

Психологическая помощь, потому что ни он сам, ни Имир Фриц не могла помочь. В то время как Крюгер сказал необходимые слова, потому что у него уже имелся опыт с отцом Эрена.

Иначе бы Эрен не смог довести все до самого конца.

«Именно перед этой битвой колебания бы помешали. Ведь Армин и остальные уже близко. Они скоро прилетят, а я пока разрушу эти дирижабли».

Теперь же, после разговора с Эреном Крюгером он принял решение продолжать двигаться вперед, засунув все иные мысли глубоко внутри. Как Крюгер и говорил, Эрен сосредоточился на будущем, отбросив прошлое и настоящее.

Если в нем и были колебания или желания, чтобы его убили, то теперь оно навсегда ушло.

Все же разум сильно мешал Эрену, сводил с ума, и даже попытка закрыться в детской мечте, ощущая чувство свободы, не помогло в долгосрочной перспективе. Но злость, выпущенная Крюгером помогла.

Он смог правильно надавить на нужные болевые точки.

Эрен понимал, что иначе нельзя, поэтому собрал остатки силы. Терзаться и мучать себя мыслями он собрался позже, благо у него будет целая вечность в распоряжении.

«Верно. Нужно просто смотреть именно на ту картину». – подумал Эрен.

В его голове возник пейзаж из будущего.

Девушка, что держала за руку своего ребенка, шла по полю. Она старалась улыбаться, несмотря на печальные глаза. Перед ней стоял мужчина, который отвечал ей улыбкой, всеми силами стараясь поддерживать свою женщину. Они пришли на пикник и стали раскладывать еду.

Спустя часы девушка улыбнулась по – настоящему, смотря как растет ее дочь. На лице девушки появилось счастливое выражение лица, но на этот раз искреннее.

Эрен улыбнулся, смотря на эту картину.

Таких было еще множество, но эта девушка была для него важна, поэтому именно через ее глаза он и смотрел в будущее.

«Да, ну а теперь…» - пронеслось в голове Эрена, и он сосредоточился на миссии.

Колоссы по сторонам продолжали двигаться, как неумолимые машины смерти, разрушая все на своем пути. Они заживо сжигали любую плоть, которая подходила к ним на близкую дистанцию, и сносили любое здание, попавшееся на пути. Миллионы Колоссов представляли собой апокалипсис, который начал Эрен Йегер.

Но они были бессильны против следующей опасности.

Со стороны форта Салта началось движение.

Эрен перевел взгляд на поднимающиеся в небо дирижабли.

«А я уже думал, когда вы начнете двигаться». – подумал Эрен и посмотрел вверх.

Форт Салта решил дать последний бой и все дирижабли, находящиеся в ангарах, вылетели навстречу Прародителю.

Они шли в свою последнюю атаку, явно собираясь сбросить бомбы с большой высоты, или же бочки с горючей смесью, или же сбросить еще горючий материал, неизвестный Эрену. Благо, он заранее просчитал, что было необходимо для атаки и быстрого уничтожения противника.

Кроме того, даже если они попадут в его голову, то ничего не смогут сделать. Урона просто не будет из – за защитных мер, применимых Эреном за счет кристаллической оболочки, которая защищала крепление головы с туловищем. Не говоря о том, что уже Эрен создал защитную оболочку даже вокруг своей основной головы и особенно шеи.

Так что Эрен был полностью спокоен, готовый к любым сюрпризам.

Дирижабли приближались.

Эрен уже видел, что там началась суета в виде готовности что – то сбросить на него, но Йегеру едва стало не смешно от того, что он только что заметил.

Дирижаблей было не так много.

Первоначально он думал, что их было большое количество и что несколько дирижаблей являются лишь первой волной, но у них было всего лишь двенадцать воздушных кораблей, что являлось сущим пустяком.

«На что же вы надеетесь? На победу с такими силами?» - подумал Эрен.

Он не стал медлить, ведь дирижабли уже подошли к нему на расстоянии, которое ему необходимо, и призвал призрак титана Зика.

Вернее, ее создала Имир по первоначальной договоренности. Эта оболочка, которой управлял Эрен, слеплена в Путях Имир. Призрак титана Зика неспособен действовать самостоятельно и находился во власти Эрена.

Прародитель мог мысленно управлять оболочкой, как и всеми поглощенными титанами, и создавать их для различных целей.

Он закрыл глаза и, управляя титаном Зика, использовал силу молотоборца для создания снарядов, после чего запустил прямо в дирижабли. Они уже успели сбросить на колоссов часть горючих бочек, но это не имело большого значения, ведь ущерб был слишком незначительный.

Это было бесполезная потуга, и еще более бесполезный героизм.

Эрену хватило несколько бросков, чтобы уничтожить все дирижабли.

Издалека Эрен уже видел то, что люди, стоящие на возвышенности, в отчаянии. Они смирились с поражением и опустили головы, что Эрен посчитал правильным.

Ему не нравилось убивать, да и нож держать ему не хотелось, а уж запускать Дрожь Земли и подавно не желал, но иного способа достигнуть своей цели у него не было.

И эта цель ужасно эгоистична, но Эрен давно принял себя таким, какой он есть. Что он не тот человек, которым его видели друзья, и не тот человек, которым его хотелось им видеть.

Он совершенно иной.

Лишь двое человек знали настоящего Эрена Йегера.

Эрен посмотрел вперед и с помощью силы Прародителя заметил там элдийцев. Там были не только они, но еще и марлийцы, и люди иных рас, но особенно Эрен сконцентрировался именно на элдийцах. Связь с ними была очень прочна, так что ему нужно было убедиться, что там все умрут.

И связь Прародителя с каждым элдийцем сделает то, что требуется.

«Обратитесь же вы все в титанов». – подумал он, и задействовал Пути.

Прародитель позволял Эрену видеть каждого элдийца перед ним, и поэтому он по очереди стал призывать их в Пути, чтобы не перепутать ни с кем. И по очереди превращал в титанов каждого из них. К счастью, дополнительных ресурсов тратить не придется, потому что ему достаточно лишь пожелать, чтобы они превратились в титанов.

Ведь Эрен и так много сил тратил на колоссов.

К счастью, для создания чистых гигантов Имир Фриц не нужна, как и Эрену не нужно лепить из песка самого титана. Такой чести удостаивались лишь неразумные титаны колоссы, запертые в Стенах, и разумные титаны.

Имир Фриц же до сих пор спала и ожидала лишь прихода друзей Эрена, которым обещала помочь в виде лепки титанов, чтобы спектакль в несколько актов удался на славу.

Пока что это неважно.

Всего несколько мгновений и все элдийцы на форте Салта обратились в чистых гигантов, начав жрать людей. Марлийцы и остальные пытались отстреливаться, но у них не вышло, и часть из людей были либо сожрана, либо же они спрыгнули вниз, чтобы умереть не в желудке титана, и умерли от удара о землю.

И форт Салта затих навсегда.

«Мне жаль». – лишь пронеслось в голове Эрена.

Смотря на это, он ощутил гнев.

Эта ярость была в нем с того момента, как он попал во внешний мир и увидел, как живут люди. Что Эрен, как и весь Остров, все это время был заперты в клетке, лишенные свободы. И что после того, как Эрен достиг предполагаемой мечты, она была разрушена под давлением реальности.

Но на этом начались еще большие проблемы.

И в итоге Эрен, желающий свободы, не получит ее никогда.

«Будь… Проклято все это». – пронеслось в голове Эрена.

Злоба шла к самому себе, своим действиям, тем ужасным воспоминаниям из будущего и тому, что грядет в дальнейшем до того момента, как все закончится.

Один единственный поступок, где он будет колебаться до последнего, и где Эрен, вероятно, потеряет сам себя.

Но такова судьба.

Как только он родился, все уже было предрешено.

Желание и мечты Эрена были растоптаны колоссами, а мифическая свобода и вовсе стала недосягаемой. Он, конечно, успел насладится последними днями Свободы, но скоро все закончится.

«Иначе все повторится… Та же история, те же ошибки. Я должен положить всему конец, пусть и мой разум явно претерпевает серьезные изменения». – подумал Эрен.

Определенно, свобода не должна была ощущать именно так.

Из – за этого разум Эрена в некоторых моментах не выдерживал, но он все равно двигался вперед. Потому что такова его ноша, судьба и предназначение. Положить всему конец, обрекая себя на ад до скончания времен.

Не такое будущее Эрен себе представлял до получения воспоминаний из будущего. Поначалу он хотел изменить ее, но чем больше пытался что – то изменить, что – то добавить, тем больше все воспоминания сбывались.

Ведь путь Эрена уже начертан.

«Проклятый, проклятый мир! Этот чертов мир! Это мир проклятого Фрица!» - завопил Эрен, в бессилии опуская голову вниз.

Все это было порождено две тысячи лет назад.

Вернее, семена посеяны, и со временем превратились в огромные непроходимые тропы. Они уходили на много километров вверх и были очень густы, поэтому их нужно прополоть, вырвать с сорняками, чтобы ничего не осталось. Даже малейшее семя должно быть уничтожено.

Но ради того, чтобы этот мир короля Фрица пал, придется отдать огромное количество жизней.

Эрен, по сути, стал намного хуже Фрица.

Тот порабощал, а Эрен просто отнимал жизни.

«Почти все… Осталось лишь немного». – подумал Эрен, поднимая взгляд и закрывая глаза титана.

Он мысленно отправился в Пути, перед этим посмотрев на ситуацию через глаза Армина.

Они близко.

Альянс, созданный из различных групп людей, в том числе и бывших товарищей, направлялся прямо к нему. По примерным наблюдениям, они уже должны появится через несколько минут, ведь Эрен наблюдал за ними через Пути.

Они знали, где он находится, так что нужно лишь подождать.

Скоро все закончится.

Однако перед встречей, Эрену нужно кое – что подготовить.

***

- Таков план. Вы все поняли? – спросил Крюгер, смотря на солдат.

Уже некоторое время он, как Эрен и просил, рассказывал про план.

Частично они видели его в видениях, что им послал Эрен-Прародитель, но все же необходимо было проштудировать информацию еще раз. Все потому, что это люди разных эпох, и отношение к союзникам у них может быть соответствующее.

Конечно, приказа они не ослушаются, но повторить и показать, что на самом деле имеет первоначальную роль и кто является их главой на данный момент очень важно.

Провалить план – провалить всю миссию.

Он представлял из себя скоординированную работу вокруг тела Прародителя и атаку на врагов, решивших выйти против Эрена Йегера.

Это была ставка на изматывающую тактику, чтобы две самых мощных единиц врага постепенно устали, а особо быстрые и способные на мощный рывок титаны оставались позади. Иначе говоря, самые неповоротливые приносят себя в жертву, и постепенно делают врага слабее, пока самые быстрые готовятся к единственному рывку,

Вообще, по сути, были лишь две основные цели, а все остальные имели лишь фикцию, где Атакующим нужно делать вид, что они сражаются.

По крайней мере, таков план.

Как и все остальные после небольшого разговора, Крюгер понимал необходимость этой миссии, поэтому сам готов пойти в бой, что и случится. Более того, у него имелась очень важная миссия в финале по задержке одной из вражеских целей.

Сражаться ему придется мало. Впрочем, его это устраивало.

Эрен Крюгер обвел взглядом всех людей, стоящих перед ним.

Их лица по – прежнему мрачны, а глаза словно говорят, что с ними лучше не шутить.

«Оно и понятно, раз это титаны старых времен». – пронеслось в его голове.

Однако Крюгер без страха и малейшего колебания смотрел всем в глаза, даже самым жестоким, если верить истории.

«Хотя я им не до конца доверяю… В принципе, они будут делать все, что необходимо».

Крюгер не мог быть до конца уверен во всех этих людях, поэтому старался подобрать правильные слова хотя, согласно словам Йегера, они ни за что не пойдут против него. Как минимум из – за соображений здравого смысла, а также из – за миссии.

Все они видели, что им придется сделать, так что раз они ни разу не выказали протест, то могли согласится.

«Однако… Нужно уточнить, а то я не очень – то им и верю». – подумал Крюгер.

Он не знал и половины, кроме трех человек, которые были Атакующими до него. С ними он примерно понимал, как себя вести, и по глазам видно, что они согласны.

Остальные же вышли из ранних варварских времен и замечены лишь в уничтожении всех врагов, что не внушало доверия, даже несмотря на то, что они Атакующие.

Эго и высокое самомнение старого элдийского племени никто не отменял.

- Еще раз повторяю, все поняли план? Возражений нет? – спросил Крюгер.

Люди разных эпох и в разной одежде смотрели на него по – прежнему с тем же недобрым блеском в глазах. Они не двигались и смотрели прямо в глаза Крюгеру.

И лишь спустя некоторое время каждый из начал кивать.

- Отлично. – произнес Крюгер, дождавшись кивка каждого из них.

Впрочем, их никто не спрашивал на самом деле.

Эрен Йегер легко может упокоить любого, кто создаст даже самую малейшую проблему. В этом очень важном плане необходимо, чтобы все следовали своей цели, роли и выглядели убедительно. Йегер, к тому же, собирался следить за ходом сражения и внимательно смотреть на события в реальном мире.

Если же человек не делал этого, и не соблюдал такие договоренности, то он был вовсе не нужен.

- Верно. Они готовы. – послышался голос позади Крюгера.

С мрачным выражением лица Эрен Йегер посмотрел на них.

- Уверен?

- Конечно. Ты просто не представляешь на что способна сила Прародителя в моих руках. Особенно первородная, а не та с ограничениями. – ответил Эрен Йегер, смотря на своих новоиспеченных солдат. – Я вижу, что никто из них не против. Некоторые даже рады тому, что они смогут размяться, а некоторые желают снова уснуть.

- Уснуть?

- Ну, вечного покоя я бы тоже не хотел лишаться. – ответил Эрен, пожав плечами. – Все же заметь, что человек не испытывает ни грусти, ни радости – абсолютно ничего. По сути, идеальное состояние.

Впрочем, оно и верно.

- Доверюсь тебе.

- Все нормально. Пока что все идет по плану. Лишь бы самодеятельности среди них не было.

- Тогда внимательнее следи за битвой. – заметил Крюгер.

Йегер лишь ухмыльнулся.

- Конечно, буду очень тщательно за всеми следить. Иначе они могут включить свою прошлую кровожадность. Но не думаю, что у них хватит смелости пойти против меня. Ведь они знают какой силой я сейчас обладаю. – с ухмылкой произнес Эрен,

- Тогда все готово. Приступим? – спросил Крюгер.

- Да, самое время выступать. Они уже почти добрались, а если судить по реальному времени, осталось считанные секунды, как они окажутся рядом со мной. – ответил Эрен с блеском в глазах.

Так сияли глаза Прародителя.

- Тогда за дело.– произнес Крюгер, и посмотрел на Эрена.

Тот кивнул.

- Последний раз повторяю. Для особо одаренных. – сказал Эрен Йегер, но уже в голове каждого из Атакующих. – Следуйте четко плану, я слежу за всеми вами одновременно. Я знаю, что в вас может заиграться прошлое, чего я не допущу. Если замечу хоть отступление от плана, или же излишнее рвение, то вы будете упокоены мгновенно. Предупреждаю.

На несколько мгновений возникло молчание.

Люди в принципе не отвечали и не кивали, а лишь смотрели в глаза Йегера. В то время как сам Йегер сверлил каждого взглядом, словно сканируя.

- Они согласны?

- Да. – ответил Йегер, смотря на каждого из них.

В его глазах по – прежнему сияла сила Прародителя.

«Видимо, так он и общается с ними?» - пронеслось в голове Крюгера.

Он перевел взгляд на армию Атакующих и увидел кивок множества людей, что очередной раз подтверждало согласие с планом. Все же Эрен мог призвать просто пустых титанов, но тогда план мог сорваться, потому что пришлось бы просить Имир о помощи, чтобы она ими управляла.

- Я готова. – произнесла Имир, появившись рядом с Эреном.

- Спасибо тебе за помощь, Имир. – произнес Йегер. – Не знаю даже как бы получилось без тебя.

Она будет лепить всех титанов для каждого из людей, чтобы они вошли в реальный мир во время боя.

- Все было бы очень плохо. – устало заметила Имир. – Давай уже, приступаем. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее я смогу быть упокоена.

Ей явно не терпелось покончить со всем.

Йегер лишь вздохнул и посмотрел на Крюгера.

- Я готов. – сказал Крюгер.

Крюгер закрыл глаза и готовился появится в теле своего титана.

Прошло несколько мгновений, но ничего не происходило. Удивленный Крюгер заподозрил неладное и открыл глаза, увидев, что никто не двигается.

Даже Йегер замолчал и смотрел в одну и ту же точку, куда и все остальные. Место неподалеку от древа, где находилась связанная фигура одинокого человека. Там сидел мужчина с бородой, из глаз которого текли слезы.

«Стоп… Я его знаю». – подумал Крюгер, когда внимательно рассмотрел этого человека.

Йегер, как и все остальные, по – прежнему сверлили его взглядом, но если Прародитель испытывал скорее недоумение, то со стороны Атакующих было открытое презрение, к которому присоединился сам Крюгер.

Холодное презрение, которое Крюгер никогда в своей жизни не испытывал, перерастая в ярость, едва сдерживаемую.

- Не надо… Не надо пожалуйста. – послышались едва слышимый шепот от этой фигуры.

Человек начал вставать, но лишь пошатнулся и упал. И после этого он снова поднял взгляд, но уже в свете древа Крюгер разглядел не просто отчаянное выражение лица и слезы, а самые настоящие рыдания и боль.

Человек с бородой рыдал, словно младенец.

- Ты знаешь кто это? – спросил Крюгер, сжимая кулак.

- Да. Сто сорок пятый король, кажется? – произнес Йегер с озадаченным выражением лица.

- Ты звал его?

- Не помню, чтобы пробуждал. – ответил Йегер. – Вообще не вызывал никого из королей. Почему он здесь?

- Значит, неосознанно. – предположил Крюгер. – Как раз в тот момент, когда ты был в отчаянии, он и материализовался. Однако учитывая, что он не может двигаться, думаю, что опасности нет.

Крюгер хотел подойти к этому человеку и разбить ему лицо в кровавые сопли, сломав каждую косточку в теле этого слабака. Он ненавидел короля труса, бросившего значительную часть своего народа, поставив их не только на грань смерти, но и оставив с озверевшим от ненависти человечеством, желавшим их крови.

В его голове возникли образы прошлого, как элдийцев, лишенных защиты, убивали на площадях, вешали на каждом дереве, пока не были созданы гетто, где они жили в относительной безопасности.

Такое простить было невозможно.

- Верно. Он что – то хотел сделать, но я заблокировал его силу. Он полностью бессилен. – произнес Йегер, поворачиваясь в его сторону. – Трусливый король…

- Может из – за того, что ты желал смерти самому себе? Или же та самая часть тебя, не желающая это делать?

- Может быть… - ответил Эрен. – Но я не пойду у него на поводу.

Король перед ними не мог вызывать иных эмоций, кроме ненависти.

Поехавший на чувстве вины фанатик, выращенный за пределами центра, с промытыми мозгами и скупым взглядом на мир.

Тот кто добровольно отдал опасную силу титанов в руки врага, омыв мир еще большей кровью. Тот кто поставил точку в существовании Элдийской Империи, их богатой древней культуре, истории и поставил весь свой род на грань исчезновения. Тот самый человек, давший миру хрупкое равновесие, которое разрушили марлейцы, за что мир ему благодарен, но элдийцы ненавидят.

«Плохой и хрупкий мир лучше бесконечной войны… Кажется так он говорил?»

Вероятно, одновременно лучший правитель Элдийской Империи для мира, и худший для элдийцев. Так как они получили воспоминания о будущем, то не удивительно, что практически все Атакующие смотрели на этого человека с открытой ненавистью.

Эрен был среди них, вспоминая историю этого короля.

- Только дайте мне возможность, и я выбью все дерьмо из этого ублюдка. – послышался жесткий голос из толпы.

Очевидно, что этого короля хотели растерзать.

Сам же король лишь сидели на коленях и плакал, а также нескончаемо сверлил взглядом Прародителя.

Эрен Йегер уже хотел было его упокоить, но Крюгер захотел исполнить старую мечту.

Вернее, это желал один из старых Атакующих, едва сумевших спрятаться в Марли после гибели Элдийской Империи и смерти того короля. Уже после создания клятвы Отказа от войны и тем фактом, что нынче Атакующего было больше не вычислить.

Именно тот Атакующий, что сбежал от властей и стал скрываться, начав подпольную деятельность.

И желание того человека Крюгер хорошо помнил.

- Пусть смотрит. – сказал Крюгер, когда Йегер сделал шаг вперед к тому королю. – Из путей. Атакующие до меня, сумевшие скрыться во власти ненавидели его, ведь постоянно находили трупы элдийцев по всей Марли. И это только в Марли, ведь за пределами этой страны было намного хуже. Не говоря уже о том, что он планировал сотворить с остатками своего народа.

Верно.

Народ Парадиза был бы уничтожен, ведь абсолютно не нужен миру. Если бы Марли захватили Прародителя, то они бы оставили в живых лишь подконтрольных элдийцев с промытыми мозгами, а все ресурсы с Острова были бы забраны ими, а люди перебиты.

Таков был план короля, подарив медленно умирающий Рай.

Так что Карл Фриц сто сорок пятый должен получить соответствующее наказание за развал страны, а также последующее унижение и планирование гибели своего народа.

- Пусть он увидит, как все его труды будут уничтожены. Как все его желания будут растоптаны оружием, которое он сам и создал.

Эрен Йегер лишь кивнул.

- Я тоже об этом думал. – ответил Эрен. – Может быть, именно поэтому и призвал его. Насладится его отчаянием.

Йегер направил палец в сторону Фрица, и на его руках и ногах, а также шее появились кандалы, плотно сковавшие мужчину. Они не просто сковали, но и прижали прошлого короля к земле, чтобы тот не мог даже двинуться.

В ответ послышалось лишь рыдание и едва слышимые слова:

- Прошу, одумайся. Пожалуйста. Хватит, мы должны умереть, чтобы жил мир. Не надо. Это нужно прекратить. Иначе никак… Мы – грешники, заслужившие такую участь.

Никто не сказал ни слова, и не двинулся с места.

Вместо этого все, даже Крюгер, посмотрели лишь на Йегера младшего, который открыто демонстрировал свое презрение этому человеку. Они понимали, что это не их разговор, и не их действие ожидается.

Они ожидали его действий.

Эрен Йегер опустил палец, и произнес, присев на колено:

- Смотри, что ты породил. И смотри, как все твои надежды и мечты рушатся. Я закончу начатое, уничтожив мир первопредка, но не так, как тебе хотелось. Вместо этого падет весь мир, а мы… Продолжим жить дальше.

И в этот момент Крюгер ощутил, как земля уходит из – под ног.

Он закрыл глаза, готовясь вступить в бой.

Предатель. Часть 2.

- Почти долетели – произнес Армин, смотря на товарищей.

Все они были готовы к бою.

Некоторое время назад Конни попытался поднять настроение личному составу, но попытка провалилась.

Мрачная атмосфера поглощала самолет.

С каждым виденным ужасом, который творился на земле, они не могли не то чтобы радоваться, но и улыбаться даже небольшой хорошей новости. Даже если представить, что она вообще существует, ничего кроме вымученной фальшивой улыбки у них не выходило, ведь сейчас основные члены Альянса, по сути, настроились на убийство бывшего друга.

Верно.

Никто не собирался вести с ним переговоры, пытаться оставить его в живых, или же как – либо остановить все это путем разговора – ответ был дан Эреном, и он дошел до каждого, за исключением одного человека.

Разумеется, речь шла про Микасу Аккерман. Но Армин Арлерт, в отличии от нее, все для себя решил.

Возможно, если бы не тот диалог с Эреном в Путях, то Армин сомневался бы и сейчас думал, что сказать бывшему другу. Возможно, он не стал бы сражаться, и попытался вытащить Эрена из титана, а не отрубить ему голову, как только появится возможность.

Так или иначе, Армин перевел взгляд из окна иллюминатора на своих товарищей.

- Готовы? – спросил Армин.

Конечно, Микаса еще могла доставить проблем, но остальные согласились с планом Армина.

Они провели долгий разговор на эту тему и что убить Эрена – необходимость и сосредоточиться нужно именно на этом. Не говорить, не найти компромисс, или же вытащить из титана и взять под стражу, а именно убить. Даже если Эрен выйдет из титана, то Армин и остальные не пощадят его даже по старой дружбе, потому что для них это возможность заключить мир с остатками человечества.

Пусть очень хрупкий, пусть крайне странный, но временный мир. Передышка нужна всем, а за это время Армин хотел все исправить.

По крайней мере, таков был план в голове Армина.

Единственным человеком, кто был против этого плана и до последнего собирался защищать жизнь Эрена – Микаса Аккерман.

Ожидаемо именно она не соглашалась, и всячески будет, как она открыто говорила, препятствовать убийству Эрена. Поэтому Армин внес коррективы в план и убедил Микасу действовать так, чтобы она не была рядом с Эреном в тот момент, когда он, вероятно, будет убит.

Разумеется, ему пришлось придумать достаточно аргументов, чтобы она поверила в это, но Армин смог сделать то, что требуется для успешного завершения миссии.

Убрал ненужную преграду.

Кроме того, остальные, судя по их взглядам в те моменты, понимали истинную причину такого резкого перехода места Микасы, когда она первоначально должна была защищать Райнера и Пик.

Сейчас же она в тылу.

И никто, судя по глазам, не собирался препятствовать решению Армина, ведь все понимали, что Микаса в отчаянии представляла большую опасность. Поэтому требовалось оставить ее за бортом в тот момент, когда решалась судьба этого мира.

- Да, готовы. – ответил Леви, смотря по очереди на каждого члена команды.

- Хорошо. Мы уже какое – то время пролетаем над тысячами колоссов. Эрен явно где – то впереди, поэтому ждите команды.

Леви кивнул, и уставился в пол, словно пытаясь там что – то разглядеть.

«Теперь я во всем уверен». – пронеслось в голове Армина, когда он еще раз посмотрел на свое снаряжение.

Откровенно говоря, последнюю проверку снаряжения они сделали некоторое время назад, и каждый из товарищей устранил даже самую мельчайшую неполадку, или же возможную проблему.

Армин в этом преуспел больше всех, внимательно осматривая все по многу раз, понимая, что снаряжение не должно подвести в самый ключевой момент. Особенно, когда он настанет и счет будет идти на секунды.

«Убить Эрена.» - подумал он, посмотрев на громовые копья.

У него их было достаточно для защиты, а также он надел кольцо, что дала ему Энни Леонхарт, чтобы быть готовым к любому развитию событий.

Он вздохнул и лишь помолился, чтобы Энни в итоге осталась жива.

- Повезло им, наверно. – произнес Конни, смотря на Армина. – Они там вдалеке от всей этой заварушки, могут плыть на Парадиз. Надеюсь, что их не убьют при попытке причалить к порту.

Такое вполне возможно.

Но Армин старался игнорировать любые такие мысли по этому поводу, чтобы не волновать свой разум по пустякам. Разумеется, если они плывут на Парадиз, что в принципе логично, то им придется причалить с боем.

- Все нормально. С ними Габи и Энни. Они умеют сражаться. – заметил Жан.

Армин хотел в это верить, поэтому не стал раздувать спор и добавлять свое слово. И так понятно, что от них сейчас ничего не зависит.

Сейчас у Альянса осталась одна главная задача – защитить остатки человечества.

«А для этого нужно убить Эрена». – пронеслось в голове Армина, когда он в очередной раз заглянул в иллюминатор.

Все места, которые они пролетали, были превращены в ад.

Армин видел, как колоссы, идя вперед по приказу Эрена, раздавили бесчисленное количество людей.

Города с многовековой историей, незнакомыми гербами и самобытной культурой превращены в развалины, где остались только следы хождения Колоссов, и огромное количество тел, превращенных в тлеющие лепешки, напоминающие уголь по цвету кожи. Таких остатков не просто десятки миллионов, а намного больше.

В каждом городе они видели одно и то же.

Ужас всей ситуации был еще и в том, что они пролетали многочисленные реки и моря, где буквально сварено заживо огромное количество людей. Они явно пытались спастись в воде от горячего пара, что несли Колоссы, но когда титаны зашли в воду и стали плыть вперед, то все люди кто оставался в реке или же море заживо сварились, превратившись в жаренное мясо.

Горящие леса, уничтоженная почва, сожженные оазисы, ранее цветущие поля, превращенные в горящие угли, огромное количество мертвых животных, а также руин целых цивилизаций – вот такова нынешняя картина внешнего мира.

Армину стало неприятно от того, что он вспомнил это.

Он помотал головой, желая убрать воспоминания, но это также помогало мотивировать сердце юного воина. Забавно, но после такого вида миллионов тел у Армина больше не было никаких колебаний.

«Убить Эрена». – подумал он еще раз.

Странно, но эта мысль больше не ужасала его.

Первоначально он испытывал сожаления от этого и были даже небольшие намеки на жалость к тому, во что превратился его бывший друг, но сейчас Армин оставался спокоен при мысли об этом. После увиденного ужаса, после стертых в пыль городов, уничтоженной цивилизации, и стольких страданий, причиненным миру, Армин не мог личным поддаться чувствам и попытаться вернуть Эрена назад.

Нет, больше такой возможности нет.

Даже если Эрен извинится за все и решит остановить Дрожь Земли, то Армин сделает все, чтобы отправить его в могилу. Для него все закончилось, когда он устроил Дрожь Земли и начался весь этот ужас.

Теперь Армин воспринимал эту позицию спокойно и вряд ли придет на его могилу после всех этих действий.

«Никакого прощения, отнятые жизни не вернуть. Может хоть так жертвы уравняются». – пронеслось в его голове.

Конечно, это было глупостью.

Одна жизнь не стоит миллиарды и Армин с этим был согласен. Поэтому он лишь надеялся, что их ждет битва насмерть, где Эрен не будет сдаваться и окажется убитым в бою.

Ему не хотелось видеть жалкое подобие бывшего друга, который рыдает, стоя на коленях. Армину, если честно, хотелось увидеть Эрена во всем его ужасающем величии, чтобы посмотреть в его глаза и уничтожить созданное силой Прародителя эго. Чтобы Эрен полетел вниз головой с горы, на которую и взобрался. Ведь если он будет плакать и не сражаться, то Микаса защитит его, даже если ей придется всех тут порубить.

«Теперь я понимаю, что с ней. Она явно сошла с ума… Раньше не замечал этого, странно».

Армин с осторожностью посмотрел на Микасу.

Ее лицо не выражало никаких эмоций, как и обычно. Армину трудно было понять о чем она думает даже спустя годы. Но, по крайней мере, в одном Микаса предсказуема, и ее действия легко прочитать.

Однако сейчас это неважно.

Армин перевел взгляд на иллюминатор и глянул вниз.

Самолет начал менять курс, и Армин издалека увидел, как нечто очень огромное двигается вперед.

- Оньякопон повернул в сторону колонны титанов. Она достигла конца, и теперь он направляется поперек. – сказал Армин. – Эта громадина там, так что в бою не сомневайтесь, и просто делайте свою работу.

- Удачи нам. – произнес Жан.

Заметно, что его голос чуть подрагивал, но все же Армин не сомневался в том, что он выполнит поставленную задачу.

Остальные же промолчали.

И так понятно, что все они были напряжены.

Ответственность на их плечах колоссальная. Ведь сейчас от их действий зависит судьба остатков мира, а также человечества. Если они не смогут уничтожить Эрена и проиграют, то мир будет окончательно уничтожен. Все же Армин не хотел жить в том мире, что возможно создаст Эрен.

Мир проклятых, сотворенный на крови других народов.

Словно какое – то уродливое существо, будто из глубин ада, созданный на фундаменте миллиардов погибших, включая практически абсолютное большинство невинных. Абсолютно безразличная машина, беспощадно перемалывающая остатки тех, кто остались в живых, уродуя их души и трансформируя в нечто ужасающее.

Определенно, такой мир, где все решает сила и беспощадность, где нет сочувствия, человеколюбия, понимания и договора даже с самыми злейшими врагами – это неправильный, с точки зрения Армина, мир.

Так что даже если у них не получится, то их ждет бесславная героическая смерть. Конечно, все еще актуальным остается вопрос возвращения по выжженной территории назад, но Армин пока что не думал на эту тему.

Сейчас главное решить поставленную задачу в первую очередь.

Убить Эрена.

Он уже видел, как самолет взял курс на место, где падали горящие дирижабли. Заметить Титана Прародителя, даже с учетом большого количества пара, с его то размерами очень просто. Также тут помогли дирижабли, и сам Эрен, что подал своеобразный сигнал, уничтожив их.

И вот форт Салта, судя по наблюдениям издалека, уничтожен.

Армин оказался поражен, увидев на том месте титанов.

«Неужели он может превращать в титанов простых людей? Тогда почему мы еще ходим, почему мы не превращены в титанов?» - пронеслось в его голове.

Конечно, Армин не знал ответ на этот вопрос и не хотел особо вникать, ведь тогда вся их уверенность разобьется о твердую скалу реальности. Как показало появление Эрена в момент, когда они вели переговоры, он явно следил за каждым их шагом и внимательно смотрел за событиями, что происходили в Альянсе.

«Значит, он мог знать куда больше, в том числе и план, поэтому и подготовить соответствующую оборону.»

Армин помотал головой, отгоняя эти мысли.

Хотя он действовал согласно плану, старался подбодрить всех остальных и ни капли не сомневался в правильности собственных действий, но слова Эрена и связь именно в тот ключевой момент говорило о том, что Эрен знает обо всем.

«В теории, если Прародитель способен на подобное, то он может… Нет, не надо думать. Нужно думать о победе». – произнес внутренний голос Армина.

Он закрыл глаза и сосредоточился на миссии.

Все потому, что Армин даже понятия не имел как в таком случае ему противостоять. В этом случае они победят только если Эрен им позволит это сделать.

- Осталось немного! – послышался крик Оньякопона.

Даже сквозь громкую работу двигателей Армин четко слышал слова Оньякопона, и все разом подготовились к выходу.

- Напомню план! – обратился Армин ко всем членам Альянса. – Я прыгаю на голову Эрена и сразу же подрываю ее. Пик и Райнер прыгают неподалеку от головы, где – то в середине огромного тела, чтобы не быть в эпицентре и быть готовыми подорвать шею, связывающую титана Прародителя с этой скелетной штукой. Жан и Конни прикрывают их, а Микаса и капитан Леви – на вас тыл.

- Поняли. – хором произнесли все.

- Посвятим свои сердца. – громко крикнул Армин, сделав необходимый жест.

Его тотчас повторили каждый из союзников, даже Пик.

Все, за исключением титанов, взяли на себя по четыре громовых копья, готовые к бою. Была договоренность использовать их лишь в особом случае, ведь они могут понадобится в любой момент.

- ЗИК! Я ВИЖУ ЗИКА! – крикнул Оньякопон.

- Зик?!

Ожидаемо, капитал Леви оживился, как и хотел Армин.

Все дело в том, что план А также сочетал в себе элемент плана Б.

Если Армин не сможет превратится и проиграет, то следом Райнер и Пик должны взорвать шею, согласно плану Б. Но пока идут эти планы под коротким названием А и Б, был еще и третий план.

План В.

Он включал в себя поиск и убийство Зика.

Так как, в теории, Зик должен быть либо позади, либо же прямо у головы, этот план был запасным и не имел четкой цели, ведь даже не было известно, где находился Зик.

Однако теперь, судя по словам Оньякопона, Зик оказался обнаружен.

Это слишком идеальный расклад, чтобы потерять его.

Армин посмотрел в иллюминатор и увидел титана Зика, но находящегося на самом верху Титана Прародителя.

В голове нынешнего лидера разведовательного отряда возникло подозрение, что это может быть ловушкой.

- Это шанс! Пик сохранит бомбу, а я упаду прямо на Зика! – крикнул Райнер. – Снесу ему голову!

Определенно, все это не нравилось Армину.

Но времени думать и предпринимать иные шаги не было. Разумеется, была опасность, ведь почему титан Зика, если он так важен, оказался на самом видном месте прямо вверху?

«Разве это не похоже на ловушку?» - подсказал разум Армина.

Откровенно говоря, это также был и шанс на победу.

Конечно, риски очень высоки, но уж лучше попытаться, чем просто проигнорировать этот шанс нейтрализации силы Прародителя, а убить Эрена тогда будет еще проще.

- Дерзай. – ответил Армин, и встал в конец очереди на прыжок.

Он заглушил внутренний голос и понадеялся на удачу.

Армин был самым последним, потому что ему требовалось прыгнуть прямо на голову, в то время как остальным прямо на туловище, а теперь еще и на цель – Зика.

- Можно! – крикнул Оньякопон.

Райнер тут же открыл дверь и, несмотря на мощный воздушный поток, прыгнул вперед. За ним последовали все остальные и сам Армин. Оньянокопон, по идее, должен приземлиться где – то неподалеку, хотя блондин даже не знал места, где он сможет сесть, но сейчас это невозможно.

Когда план был готов и у Армина вышло время поговорить с летчиком, то тот понимал, что летел в один конец. Если форт будет занят врагом или же титанами, что нынче и происходит, то Оньякопон не станет приземляться, а возьмет курс на обратную дорогу и врежется в голову Эрена, если понадобится.

Конечно, это смертная казнь, но парень был готов на такую жертву.

Ради общего блага.

«Нет, сейчас не об этом». – пронеслось в голове Армина, когда он почти приземлился.

По идее, он должен был задействовать УПМ и только потом превратится, зацепившись за что – то, но он решил этого не делать. Все потому, что Райнер смог ударить Зика и тот упал на туловище Эрена.

«Действуй!» - произнес внутренний голос.

Тем не менее, Армин решил не отходить от плана и использовал лезвие в кольце.

Порез.

Резкая боль, к которой Армин уже привык, и желание превратиться в титана с конкретной целью.

Но ничего не произошло.

Не было даже намека на превращение, не было даже искры, которая ознаменовала о создании тела колоссального титана.

Вообще ничего не произошло.

Армин шокировано открыл глаза, и лихорадочно задействовал УПМ, зацепившись за ближайшие кости сверху, еле как успев это сделать. Благодаря этому он ногами приземлился на голову Эрена и посмотрел на нанесенную травму.

«Почему? ЧТО!?» - пронеслось в его голове.

Армин задействовал лезвие еще раз, и очередная рана появилась на его пальце. Он снова закрыл глаза и пожелал превратится, представив перед собой цель, но ничего не получилось.

В очередной раз он открыл глаза, но на этот раз в них было отчаяние.

Чувствовался нарастающий страх, но Армин попытался себя пересилить и решил действовать иначе. Он повернулся в сторону товарищей, находившихся в стороне, и увидел тлеющее тело Зика. Казалось бы, стоит радоваться, но Армин заметил растерянные лица альянса, которые повернулись в сторону Колоссального титана.

Одна лишь Пик зацепилась за кость титана и наблюдала издалека, внимательно видя то, что происходит.

Пик и Райнер были в форме титанов.

«Они же… Эти двое же превратились в титанов!? Значит, постой – ка… Неужели это значит…» - шокировано подумал он.

В голове появилось несколько догадок, и он собрался крикнуть Пик действовать, но понял, что не может.

«ЧТО?! КАКОГО ЧЕРТА!?»

Армин не был способен не то что сказать слово, но даже шевельнуться. Все его тело полностью застыло без возможности двинуть даже мышцами рук и ног. Единственное, что он мог делать – моргать своими веками, и то с неким трудом, в то время как само тело не слушалось хозяина.

Оно словно находилось под чьим – то контролем.

Впрочем, у Армина уже была догадка.

Однако он даже не подозревал, что Эрен обладал такой силой.

«Разве это возможно? Разве такая сила вообще существует?» - пронеслось в его голове.

Конечно, все это должно быть какой – то шуткой, но оказалось правдой. Однако, согласно и информации Зика, и всех остальных, титан Прародитель не мог владеть такой силой. Он просто управлял титанами, создавал их, но контролировать тело элдийца – о таком Армин слышал впервые.

И хуже всего, что он узнал это в ключевой момент на практике.

- АРМИН! ТЫ ЧЕГО?! – послышался крик Конни.

Со стороны это было странно, ведь он застыл на месте и не двигался, поэтому Армин сконцентрировался на Пик, чтобы дать ей сигнал. Раз он не может действовать, то пусть это сделают другие.

Нельзя терять драгоценные секунды.

И тут внезапно Армин вновь оказался в Путях.

Вокруг была сплошная тьма, и лишь то самое древо и его ветви освещало путь.

Он сделал шаг вперед.

- Я… Я могу двигаться.– произнес он и сжал кулаки, желая увидеть Эрена.

Впрочем, Эрен на этот раз и не прятался, а оказался прямо перед древом.

И внешний вид бывшего товарища, ставшего монстром, заставил Армина остолбенеть и на несколько секунд впасть в ступор.

Эрен выглядел непохожим на себя.

И дело не только в том, что он полностью имел ту же внешность, ту же позу, которую обычно принимал, когда руки в карманах и на нем была та же привычная одежда. Казалось, что этот тот же Эрен, но один только взгляд на этого человека заставил Армина отступить.

Глаза этого Эрена сильно отличались от глаз обычного Эрена.

Они не только светились силой Прародителя, но и в них был нескончаемый холод и бесконечная тьма и, самое главное, не было никаких колебаний.

Тьма в глазах заставляла Армина испытывать нарастающий страх.

Эрен же был абсолютно спокоен.

- Ты сделал свой выбор, Армин. – произнес Эрен холодным голосом. – Ну а что касается меня… У справедливости руки всегда в крови, и изменить этот мир может лишь тот, кто готов дойти до конца, и взглянуть своим демонам в лицо.

- Ты решил убить меня? Микасу? Жана? Остальных? – спросил Армин, сам зная ответ на этот вопрос.

Он произнес первое, что пришло ему в голову, не задумываясь ни о чем. Просто хотел убедиться, и ответ получился красноречивым, но без слов.

В ответ Эрен улыбнулся.

Определенно, эта улыбка напоминала оскал, нежели человеческую эмоцию.

В ней было столько злобы, презрения и ненависти, что Армин невольно отошел назад, и это вкупе с сияющими холодными глазами и безэмоциональным голосом говорило о том, насколько Эрен нынче полностью является своим собственным антиподом.

- Позади. – послышались слова из уст Эрена.

Армин повернулся и увидел огромную песочную статую Колоссального Титана, которая рассыпалась в одно мгновение.

Вернее, ее разрушили.

Искусственно, словно желая, чтобы Армин увидел это. Причем у подножия рассыпавшегося титана стояла девочка, смотрящая на Армина тяжелым взглядом.

В нем читалось усталость.

- Ты свободен. – вновь слова Эрена.

После этого Армин вернулся в реальный мир, не успев даже посмотреть в сторону бывшего друга.

Он сделал вдох и издал звук.

«Я могу говорить?!» - пронеслось в его голове.

Сразу же он закричал во все горло:

- ПИК, РАЙНЕР! ДЕЙСТВУЙТЕ!

Титаны сразу же среагировали на крик Армина и начали движение. Они двигались очень быстро, но остановились, сделав несколько быстрых рывков вперед.

Они могли бы уже пробежать часть пути, но не двигались с места.

«Чего медлите?!» - пронеслось в его голове.

Армин не понял причины, пока не заметил язык под ногами, и резкий захват с помощью языка всего тела блондина. Он по – прежнему не мог двигаться, поэтому любое сопротивление ушло в трубу, и Армина легко схватил титан.

Кроме того, чего он сразу не заметил, и настоящая причина, почему они остановились, кроилась совсем в другом.

Повсюду начал появляться пар, как от титанов.

Он появился из головы Эрена, впереди, сзади и по сторонам. Буквально от каждой кости появилось несколько ростков, от которых начались формироваться титаны.

Один за другим со всех сторон одновременно.

Всего за несколько секунд Армин насчитал десятки по всей поверхности тела титана Прародителя. Они начали атаковать Альянс, а перед головой Эрена, где фактически находилась связь Титана Зика и Эрена, то бишь та часть, что держала голову Прародителя, появилось еще больше титанов, мгновенно вставших на защиту своего лидера.

Они перегородили дорогу Пик и Райнеру.

На второго сразу же со спины напало несколько титанов.

Армин ощущал, как язык, который сковал его тело, начал двигаться и не сразу заметил отсутствие кольца – лезвия на своей руке.

«НЕТ! ЭРЕН! НЕТ!» - закричал внутренний голос Армина, когда его начало затаскивать в рот титана.

Армин по – прежнему не мог даже пошевелиться, поэтому лишь мог молить о помощи. Теперь когда нет возможности превратиться в титана с помощью кольца – лезвия, обратного пути нет. Следовало ждать пока либо его освободят, либо же закончат эту миссию без него.

Блондин понимал, что он нейтрализован, поэтому мог лишь бессильно наблюдать, как его товарищи приняли неравный бой и, кажется, их немного потеснили подальше от головы.

- Аааа… - попытался закричать Армин, но кончик языка титана проникает в его рот и заставляет замолчать.

Он ощутил, как его чуть не стошнило, но еще больший ужас Армин ощутил от понимания силы Прародителя – Эрена. Что против него нет приемов, и что он реально способен либо мешать превращаться в титана, либо же забирать силу титана.

Иначе для чего он показал ему картину рассыпавшегося колосса, Армин не знал.

Конечно, догадок было много, но все они уступили ужасу и отчаянию, поднявшихся из глубин разума Армина. Все, что он хранил в себе словно полилось наружу вместе со слезами.

«За что? ЗА ЧТО?!» - хотелось ему закричать, но он не мог.

Чувство вины поразило сердце Армина и ему стало плохо. Сердце начало болеть с особой силой, и он не мог ничего сказать.

Ему даже дышать стало трудно, и он ощутил, как глаза закрывались.

Армин слышал, как снаружи рвутся громовые копья, крики и звук разрезаемой плоти, но не мог ничем помочь своим товарищам. С каждой минутой он ощущал, что титан, держащий его в плену, перемещался куда – то, а битва становилась все яростнее и ожесточеннее.

На фоне этого и абсолютного бессилия разум Армина начал испытывать такое колоссальное чувство вины и боль, что начал впадать во тьму.

И через несколько секунд Армин Арлерт потерял сознание.

Предатель. Часть 3

Титан Зика даже не сопротивлялся.

Как только Жан увидел титана Зика и мощный удар Райнера, то ощутил прилив надежды. Ему показалось, что сражаться с Эреном не придется и что получится по – быстрому решить эту проблему, раз Зик Йегер был прямо перед ними.

Однако, это была лишь фикция.

Титан, на которого набросился Райнер, оказался обманкой.

Звероподобный титан очень быстро начал разрушаться, и было видно, что функционировал он не самостоятельно, а за счет некоторых каналов, прикрепленных к основному телу Титана Прародителя.

Жан видел нечто подобное первый раз и не знал точно, что это такое, однако примерное представление было.

Раз Зика внутри не было, то это тело создано Эреном, пусть о такой силе и не было известно.

«Иначе говоря… Дела плохи». – подумал Жан, когда переглянулся со своими товарищами.

Они сделали ставку на этот рывок, но теперь, раз попытка накрылась медным тазом, то придется использовать план Б и В.

- Это не титан Зика, это лишь обманка! – крикнул Конни.

- Всего лишь оболочка. – ответил Жан, осторожно оглядываясь. – Поэтому он и не дрогнул.

Ему не нравилась вся эта ситуация и то, что Эрен до сих пор не сделал никаких движений. Ведь согласно своим же словам, Эрен собирался сражаться до последнего, так что Жан понимал, что теперь от него можно ожидать всего.

- Значит, он действительно использует ту же способность, что и Титан Молотоборец. – сказал Жан, опустив взгляд. – То есть спрятал где – то Зика. Или же это сам Зик?

Ответа на эту мысль ни у кого не было.

- И ты понимаешь, насколько это плохо? – добавил Конни, намекая на решение этой проблемы. – Найти человека в этой огромной груде костей невозможно. К тому же, у нас не Челюсти, чтобы уничтожить эту броню.

Вернее, это был не намек.

Это были слова, которые предназначены для остальных. Никто не сказал ни слова.

- Ясно. Тогда, план Б. – произнес Жан и перевел взгляд на Райнера.

Райнер уже отошел от титана и сам направлял взгляд уже на голову Эрена и в этот момент Жан понял, что ключевое событие, необходимое для убийства бывшего товарища, не произошло.

Армин Арлерт не превратился в Колоссального.

Никакого взрыва нет.

Жан зацепился за небольшую возвышенность с помощью УПМ и поднялся чуть выше, чтобы внимательно рассмотреть Армина, который даже по беглому взгляду не двигался.

Он просто застыл на месте.

- Эй, он что разговаривает? – спросил Конни, зацепившись сзади.

- Не знаю, но вряд ли нам понравится ответ. – кивнул Жан, мрачно уставившись туда. – Однако, не время сидеть без дела. Райнер, Пик! Действуйте, не будем ждать!

Титаны двинулись вперед.

Райнер передвигался по центру, а Пик прыгала по костям сверху, цепляясь за них, что помогало сокращать расстояние намного быстрее.

- Минута ведь не прошла. – заметил Конни.

Он тоже заметно нервничал.

Жан начал испытывать тревогу, которая обычно появлялась в тот момент, когда случалось нечто странное и крайне неприятное. Как раз то, что создает им проблемы. Определенно, эта ситуация все больше его настораживала, а не двигающийся Армин начинал пугать.

- К черту. Все это очень странно. – заметил Жан. – Почему Армин не двигается, почему он вообще застыл? Нет даже никакого сигнала, и даже превращения.

- Может быть, он в Путях?

- Тогда это еще хуже, Конни. – произнес Жан. – Нет времени ждать, пока Армин завершит то, что начал. Нужно действовать, иначе спасти остатки не получится.

Верно.

Жан хотел спасти остатки человечества.

Он понимал, что это нелогично с точки зрения человека с Острова Парадиз. Как можно желать спасения тем, кто пытался убить тебя. Тем, кто планировал наступление на Остров и хотел там все сжечь, а с другими поступить много хуже.

Однако если видеть мир под этим углом, то можно сойти с ума, потеряв свою человечность.

Жан видел и иную сторону того мира.

Как люди, чей язык он не понимал, и с кем общался одними жестами, смогли подружится, хотя и на одну ночь. И как столько же людей даже не думали о элдийцах и угрозе с Острова. И множество иных людей, которые даже не волновались насчет демонов с Парадиза, и просто хотели жить.

Конечно, такие люди не являются большинством, но они все равно существуют.

И нельзя было игнорировать их.

«Некоторые люди просто хотели жить… Печально, что в итоге так получилось, но… Может быть, хотя бы часть из них живы. Может быть, получится спасти хотя бы некоторых».

Конечно, вряд ли они смогут найти общий язык.

После такого геноцида у них не получится найти ту самую точку, откуда начать диалог. По крайней мере, в первые недели, вероятно. Возможно, им даже придется сражаться с остатками выживших людей, демонстрируя голову Эрена, но у них все еще оставался шанс на то, чтобы забыть о старых обидах и жить дальше.

«Ненависть уже привела этот мир к уничтожению. Говорят, что в самое худшее для людей время, в их голову приходит истина. Надеюсь, что они так и поступят».

Разумеется, для этого потребуется определенное количество времени, но Жан был готов спасать людей и ждать.

Потому что нельзя вечно проливать кровь. Хороший мир таким образом не построить.

- Верно, именно поэтому я и вступил в разведку. – произнес Жан, поворачиваясь в сторону Конни.

Его друг был в замешательстве.

Конни не читал мысли Жана, поэтому и появился резонный вопрос.

- О чем ты?

- Ни о чем, не важно. – ответил Жан, помотав головой. – Лучше давай поможем им.

- Верно.

Как только Жан и Конни приготовились использовать УПМ, они заметили странное поведение Пик.

Она остановилась на месте, и смотрела на Армина.

- Эй, она застыла?

- Да, но она двигается, однако… - произнес Жан и не на шутку перепугался.

Армин наконец – то двигался и повернулся к ним, показывая свое лицо, которое было перекошено от страха.

От одного вида взгляда Армина ему стало не по себе.

По – настоящему страшно.

Наследник Колоссального Титана буквально своим взглядом выражал все то, что находилось внутри Жана и не верило в победу. Словно он уже понял, что они проиграли.

И этот взгляд от, по сути, командира и того, кто придумал этот план действий, кому они доверили свои жизни и поставили все на кон, не на шутку переполошил всех.

Застыл каждый из людей, смотрящих на Армина.

Единственные кто отреагировал равнодушно или же просто сдержанно – капитан Леви и Микаса, находившиеся чуть дальше. Они справедливо начали озираться по сторонам.

- ПИК! РАЙНЕР! ДЕЙСТВУЙТЕ! – послышался крик Армина.

Этот крик, полный отчаяния и безнадеги стал спусковым крючком не только для двух титанов, но и всей команде. Словно единый монолит, Конни и Жан сразу же заняли свои места сверху, прицепившись к костям и начав двигаться за Райнером и Пик, прорывающихся вперед с высокой скоростью.

Они прикрывали их от условного врага, ведь Эрен мог сделать все, что угодно. У Альянса не было даже предположений о настоящей силе Эрена и о том, на что он способен сейчас на самом деле. Ведь если Эрен может вызывать в Пути, то, как Жан и предположил, Армин мог оказаться в своеобразном плену.

«Значит, этот урод все время следит за нами, верно?»

Если Эрен следил за ними, то они не только рассказали и показали ему план действий, но и дали время на подготовку. В результате чего каждый его ход будет рассчитан на нейтрализацию наиболее опасных лиц. Но это означало, что они уже проиграли, так что Жан старался отрицать эту мысль, чтобы не наводить панику на себя. Как солдат он понимал, что паника в бою очень опасна, и они должны просто придерживаться плана, либо же стараться его менять на ходу, с учетом обстоятельств.

«Но пока что я буду следовать плану. Вся надежда на Пик и Райнера». – подумал он, смотря на рвущихся вперед титанов.

Пик и Райнер на всех парах неслись к голове Эрена, и Жан, перемещаясь по верхним частям скелета, не забывал еще и смотреть на Армина, который после того крика застыл.

И внезапно снизу послышался звук падения, и стоны титанов.

Двое титанов Альянса упали на землю, споткнувшиеся о что – то. Падение не было серьезным, и не могло им навредить, но как раз замедлило, сбив темп скорости, который они успели набрать.

- Что случилось?! – крикнул Жан, сумев остановиться в полете.

- Пустяк! Ничего страшного! – ответила Пик.

Титаны тотчас начали вставать, проигнорировав вопрос Жана.

Жан пригляделся к титанам, которые все же быстро встали и продолжили движение, и заметил небольшие тросы, прицепленные к их ногам. Забавно, но как только Пик и Райнер встали, то тросы отпали, что явно означало их настоящее предназначение.

Сбить темп врага.

Тросы белого цвета, словно какие – то связующие каналы, помешали их быстрому передвижению.

Это не могло не насторожить Жана.

«Эрен… Значит ты и правда решил нам помешать? Довел нас до этого места. Без еды, без различных припасов и возможности добраться назад. Значит, ты хочешь нас всех убить?» - пронеслось в его голове.

Тем не менее, Жан отбросил любые мысли, не позволяя им появляться в своей голове.

Единственная мысль, все еще существующая в голове Жана касалась вероятной победы, в которой парень не был уверен. Но все же разведчик хотел до конца сражаться за то, во что верил и чему посвятил свое сердце.

«Но эти тросы… Они явно не могли не заметить их». – подумал он.

И словно в доказательства этого, оба титана повернулись и осмотрели ноги. Они явно, как и Жан, не хотели терять время, поэтому сразу же продолжили вперед.

Но они остановились, пройдя пару шагов.

Оба титана уставились вперед, в том месте, где стоял Армин. Даже через их лица Жан видел удивление, а на лице Райнера нечто похожее на страх.

- Что? – спросил Жан и повернулся в сторону головы Эрена.

И тотчас замолчал, неспособный сказать даже слово.

Все из – за Армина с немым страхом, смотрящего на них, и огромного титана позади, язык которого буквально засасывал их товарища. Титан клал в рот Армина, при этом явно делая это осторожно. Обычный титан поступил бы очень небрежно, но этот отличался от всех остальных.

«Разумный титан?»

Жан никогда не видел такого титана.

Даже о тех немногочисленных титанов прошлого, что им доставили вместе с некоторой информацией о их деяниях, такого строения Жан не помнил. Он напоминал лягушку из – за очень длинного языка и непропорционально большой головой, притом что иная часть тела была не слишком большая, но издалека видно, что руки и ноги у него обладали достаточной ловкостью для быстрого передвижения.

Титан, иначе говоря, предназначен для быстрого проникновения внутрь, возможного захвата или убийства цели и такого же быстрого отхода на заранее оговоренную точку.

И словно в доказательство, Армин тотчас был съеден, по крайней мере, так показалось. И хотя крови не было, Жан видел, как Армин был крепко взят этим языком и помещен в ротовую полость.

Титан, от которого торчали те же тросы, как и от Звероподобного, быстро переместился вниз, сделав всего лишь один прыжок.

- АРМИН! – послышался крик Микасы.

Жан заметил, как она начала двигаться, но сразу же остановилась из – за внезапно появившегося пара.

Он был повсюду.

Вверху, снизу и по сторонам титана – везде и всюду появился этот пар.

Однако он был безвреден, ведь даже задел Жана, но тот не заметил никаких последствий. И хотя Жан не знал, что это за пар, но явно был похож на тот, что выделяли титаны, испаряясь.

Однако у него другие функции.

Обычно также пар мог появляться, когда создавался очередной титан. Жан видел этого много раз, и не зря заметил, что Пик и Райнер очень сильно напряглись, как и каждый из разведчиков.

Эта ситуация напоминала ловушку, словно Эрен ждал, что момент, когда они приблизятся, чтобы сделать свой ход.

«Нет, вероятно, это именно то, чего он хотел. А этот пар… Он заманил нас сюда…» - начал думать Жан, но не закончил свою мысль.

Все потому, что послышался рев титана.

Причем рев не одного, а множества титанов со всех сторон. Жан едва не был оглушен этим резким и громким звуком.

И титаны начали приобретать силуэты, появляясь из пара. Несколько десятков в одном месте, и в другом. Сверху и снизу начали появляться титаны. Все они как раз связаны этими же тросами и титанов Эрена из костей, откуда и шло соединение с телами.

Их было великое множество.

Особенно перед головой Эрена и позади двух титанов, как раз в том месте, где стояли Аккерманы.

Титаны же сразу начали действовать, и вставали либо в боевые стойки, либо доставали оружие, созданное и кристаллической оболочки, либо же готовились бежать на прорыв.

Они были разумны.

Жан это видел, потому что никто из неразумных титанов так себя не вел. В их действиях, несмотря на огромное количество, была логика. В наиболее проблемных частях, где были Микаса и Леви, титаны буквально их окружили, и Жан видел титанов даже сверху, готовящих стрелы.

- Призвал всех титанов, что только мог… - произнес Жан. – Черт, у тебя вообще есть предел сил, или нет? Или еще какие – то фокусы будут?

Жан сжал мечи покрепче.

Битва ожидалась смертельная.

***

- Эрен теперь король титанов, способный призвать одновременно такое количество тварей? – спросил он, уже зная ответ на вопрос.

Ответ, разумеется, был перед ним.

Жан ощутил приступ страха, когда попытался подсчитать количество титанов, которые пока что еще не двигались. Было видно, что многие из них только создаются, и появлялись все новые и новые тросы для связывания с телом Прародителя, а сам Альянс не мог понять, что же делать дальше.

Это не просто не входило в план, это разрушило все вариации планов, которые в теории могли существовать. Они даже не думали, что Эрен обладает такой силой, и вообще способен на нечто подобное.

Никто не знал о такой способности.

Даже Пик и Райнер, когда делились знаниями насчет силы Прародителя, не говорили о чем – то подобном. Даже намека на это не было, что еще хуже.

Разумеется, страх в таких условиях нормальное явление. Это нечто неосознанное, каким бы храбрым человек ни был, он не может выстоять перед такой подавляющей силой.

Жану даже показалось, что человечество не сможет ничего сделать с Эреном, и даже их усилий будет мало.

«Десятки сзади, десятки спереди, а сверху, судя по всему, те кто будут стрелять по нам либо с лука, либо же бросать камни». – подумал Жан, осматриваясь вокруг.

Очевидно, что Эрен заманил их сюда.

Эрен, в теории, мог просто позволить им действовать так, как задумано ими, а сам, наблюдая за ними через Пути, слушать и готовить ответные действия, поэтому каждый шаг Эрена в этом случае мог быть просчитан. Следовательно, любой возможный вариант и следование старым планам звучит как самоубийство, но иных у них нет.

К сожалению, даже импровизация тут мало чем поможет.

- Мы все играем… По его правилам.

Жан переглянулся тревожным взглядом с Конни. Тот выглядел примерно, словно догадываясь о мыслях Жана.

Конечно, Конни нельзя назвать умнейшим среди них, но он умел вовремя схватывать на лету. Ведь благодаря огромному опыту сражений, он мог идеально работать в команде с товарищами и иногда они словно делились своими мыслями без слов.

В этот раз было также.

Жан увидел, как все остальные также напряглись, а Микаса, увидевшая пропажу Армина, едва не ринулась вперед. Ее остановили лишь титаны, но это лишь временно, потому что если Микаса захочет, то прорвется через все преграды, ведь, к тому же, там еще и голова Эрена.

«Тем не менее, нужно держаться выбранной системе обороны». – подумал Жан и показал специальный жест Конни.

Это был знак, что план все еще в действии.

Да, с одной стороны, все оставшиеся планы разрушены, но, по сути, базовый принцип оставался один и тот же. У них не было даже предположений о том, как победить Эрена, если не разрушить связь с Зиком, или же если не взорвать шею титана, дабы голова отсоединилась от тела. Так что ничего не поменялось.

Им все еще нужно победить Эрена.

Хуже всего то, что титанов оказалось множество и они встали перед ними.

Послышался очередной громкий рев и титаны со стороны головы Эрена, словно стоящие там стеной, бросились в атаку.

Они не стали нападать на одному, а просто все вместе навалились на двух титанов. Если Пик, по воле Эрена, упавшая на землю, но все же успевшая среагировать и ухватится за кости выше, после чего подняться вверх, чтобы избежать сражения с ними, и потенциальную потерю бомбы, то Райнер не был настолько быстрым.

Он принял на себя удар нескольких титанов и фактически были прибит к огромному позвонку Эрена, где ему постоянно наносились удары, от чего его броня начинала трескаться.

Титаны не давали Райнеру даже двинутся, потому что после одного удара следовал следующий, и так далее. На него обрушился целый град непрекращающихся ударов.

В этих условиях Жан решил не медлить, и закричал так громко, как только мог:

- СОХРАНЯЕМ ПЛАН! ПИК, ВПЕРЕД!

Пик сразу же избежала ближайших ударов одного титана, прыгнувшего на нее сверху, и увернулась от второго, пытавшегося схватить ее за лопатку. С третьим помог Жан, который резко приблизился к ней и ударил прямо в шею, разрезая слабое место титана.

Как и следовало плану, она, при первой опасности или вражеском титане, начинала передвигаться не по прямой, а непосредственно через кости, чтобы имелась возможность быстро менять позицию, маневрируя от условного врага.

Разумеется, теперь враг не один условный, а их огромное количество, и Пик, как и планировалась, забралась на кости, что напоминали огромный позвоночник. Определенная высота не позволит титанам, где явно не было Молоборца, попасть по ней, и она резво начала пробиваться вперед.

Жан ей в этом помогал, иногда уничтожая потенциальную угрозу.

Конечно, Конни также помогал Райнеру, который отбивался от титанов и всячески старался взять весь урон на себя, а сзади, как успел заметить Жан, бой приняли Микаса и Леви, пытаясь сдержать натиск титанов позади всех.

Титанов сзади оказалось наибольшее количество, и они явно намеревались прорваться, и тут Аккерманы не давали им покоя.

«Ставка Армина сработала. Надо же, пусть и не так, как планировалось.»

Жану даже показалось, что там бой наиболее яростный, и даже захотел помочь, с учетом состояния Леви. Тот мог держать мечи и вести бой, но лишь короткое время.

Леви Аккерман получил серьезные раны и вряд ли сможет двигаться в таком темпе долгое время, не получив никаких травм. Ведь даже если он сможет уворачиваться определенное время, то все равно это не меняет того факта, что Леви тяжело ранен, и может случится внутреннее кровотечение от быстрых и резких нагрузок.

Ведь они в воздухе, а тут нагрузка в бою со множеством титанов колоссальная.

Тем не менее, Жан не мог помочь Леви и Микасе. Сейчас его задачей было совсем иное, и более важное, несмотря на внутреннее желание парня.

«Сначала Пик, потом все остальное». – пронеслось в его голове, когда он разрезал слабое место еще одному титану.

Как ни странно, но они все еще бросались на нее, правда на этот раз сверху. Титаны, созданные Эреном, и поддерживаемые через тросы, создавались наверху титана и сверху падали на Пик, пытаясь сбить ее. В нее также летели стрелы.

Она успевала быстро маневрировать и уворачивалась от стрел, но иногда титаны, прыгавшие на нее, хватались за тело, пролетая вниз, и желая утянуть ее туда же, и тут в игру вступал Жан, который обрезал либо эти тросы, либо шею титана. Так как лезвие Жан решил беречь, то ударял один раз по слабому месту, после чего уходил на безопасное расстояние.

И хотя краем глаза он все равно следил за тылом, Жану показалось, что Эрен словно подпускает ее все ближе и ближе.

«Ты и правда убьешь нас, да?» - внезапно появился в голове Жана вопрос.

Конечно, это лишь догадка, но действия, силы и решимость, с которой титаны атакуют их словно говорили, что так и есть.

В нынешних условиях Жан не сомневался, что именно это Эрен и сделает. Старый добрый суицидальный болван, по мнению Жана, давно мертв и на его смену пришел Титан Прародитель, который решил уничтожить весь мир.

Конечно, можно было попытаться его оправдать, но, честно говоря, у парня не было этого желания. Определенно, это не то, что он поддержит в здравом уме, пока держал в голове мысли о тех людях, кто еще жил в том мире за стенами, и не ведал о том, за что погибает и ради кого.

Поэтому парень готов на убийство бывшего друга.

«Чертов суицидальный болван. Чего же ты натворил?!» - пронеслось в голове Жана.

Он даже представить не мог, как будет жить дальше, если не получится выполнить эту задачу.

Еще будучи в самолете, он представлял несколько возможных вариантов.

Например, если Жан умрет и это будет просто избавлением от этого ада. В этих условиях это будет благом, ведь он явно не хотел жить в том мире, что создаст Эрен.

Но если предположить, что Жан останется жив? Что если Эрен уничтожит весь мир, и погибнут все живое в этом мире, кроме людей с Острова Парадиз?

Ужасающее настроение мрачного будущего, а также ломающийся из – за чувства вины Жан, нескончаемая скорбь и абсолютно безрадостные дни, понимая, что его жизнь и спокойные дни стоят на крови и костях миллиардов людей, в том числе и подавляющего количества невинных. У него могут быть жена и дети, но он все равно будет страдать из – за этого. Что ничего не смог сделать в итоге.

Конечно, если они Эрена остановят, то чувство вины все равно будет. Однако Жан хотя бы будет знать, что именно они его убили и не сидели, сложа руки, а действовали. И пережить такое намного проще, чем собственное бездействие в альтернативном варианте.

«Нельзя радоваться жизни, понимая, что отнял подобную жизнь у кого – то другого».

В этом была вся решимость Жана.

Он верил, что Армин и остальные смогут найти общий язык с миром, который, вероятно, еще не весь уничтожен. Ведь в данный момент многие страны превращены в руины, что они и наблюдали, пока летели в форт Салта. В ближайшие столетия люди будут заботится не о войне, не о проблемах существования элдийцев, а будут думать о своем собственном выживании.

Однако если они не смогут, то потомков Жана ждет полнейший ад. Ведь такое им не простят, и через много лет более развитые технологии сметут силу титанов в принципе.

Жан понимал это.

Это было сложно, почти нереализуемо, и он даже успел послать проклятие собственным чувствам и человечности, но все же Жан хотел верить в лучшее. Ведь мир можно найти и договорится, сместив наиболее радикальных, и взять во власть наиболее умеренных или же миролюбивых.

Но никто не говорил, что будет легко.

Вероятно, изменить этот мир они не смогут, и только несколько поколений вперед смогут это сделать.

«НЕТ! Не время!»

Он помотал головой, стараясь не думать о плохом, но все же сохранял максимальную бдительность.

Жан Кирштайн сжал мечи покрепче, и прицелился в очередную цель, пытавшуюся сбить Пик.

Титан оказался убит, но Жан вынужден был принять резко вправо, как и сама Пик, прячась от большого количества камней, которые внезапно оказались сброшены на них.

- Придурок! – прошипел Жан, едва успев увернутся.

Его почти убили.

Не хватило всего нескольких сантиметров, и Жан бы сейчас висел на УПМ с раздавленной головой, либо же упавший прямо вниз. Единственное, что его спасло, так это своевременная реакция и кость титана, ставшая непреодолимым препятствием для блестящих камней.

- Все же решил, да!? Психопат!

Жан сам не понимал зачем говорил это вслух.

Скорее всего, чтобы сбавить собственные эмоции и заставить все иные мысли уйти из головы, ведь это может помешать в самый трудный момент. Ему нужен был боевой режим, но пока что сосредоточится Жан Кирштайн не мог.

Он зацепился за кость, и аккуратно прижался спиной, прикрываясь более твердой поверхностью кости, стараясь не выглядывать из – за угла. Это было его своеобразное убежище, куда он соскользнул, уворачиваясь от камней, и которые не смогли пробить кость.

Это давало ему надежду, и время осмотреться, чтобы уничтожить метателя.

Или же метателей.

Осторожно выглянув из – за угла, Жан увидел несколько странных титанов, стоящих прямо над головой Эрена на вершине одной из костей, и держащих в руках камни, которые из воздуха появлялись у них в руках, и летели либо в Пик, либо в место, где прятался Жан.

Но они удачно промахивались, или же Жан в нужный момент нырял в свое маленькое убежище.

Те титаны настораживали, потому что выглядели иначе, чем все остальные титаны до этого. Они явно были животного типа, напоминая ту лягушку, что захватила Армина.

- Стоило догадаться… - прошипел Жан, сжимая рукоять меча.

Он ощущал злобу на Эрена.

- Но нужно действовать. – произнес он, и вздохнул, выглядывая из укрытия.

Пик оказалась в такой же ситуации.

Она также как и Жан успела забраться в небольшое место, где могла укрыться. При этом она явно собиралась сделать свой ход и быстро двигалась, чтобы избежать попадания.

Кроме того, титаны сейчас в движении и им явно будет трудно попасть в цель. Трое титанов, зависших над головой Эрена, спускались вниз.

Пик же начала движение, резко выпрыгивая из – за угла. Жан последовал за ней, держась на расстоянии, поднимаясь выше и уворачиваясь от камней, не забывая прятаться за костями. Кости титана Эрена, как ни странно, стойко держали оборону и нисколько не пострадали.

Конечно, они все еще могут докинуть до него, но для этого нужно сменить позицию, но титаны явно держались на одном месте. Кроме того, Пик практически добралась до шеи титана.

Они удачно сконцентрировались на Жане, но пропустили Пик, так быстро прыгающей от кости к кости, благодаря высокой мобильности. И хотя в нее также летели камни, но в основном их было не так много, как в то, что бросали в Жана.

Однако, как только она добралась так близко, как могла, трое титанов повернулись в ее сторону и начали бросать уже в нее. Она нырнула в ближайшее убежище, но титаны не позволяли ей даже высунуться и осмотреться, постоянно накрывая камнями.

Этого времени хватило, чтобы Жан резко выпрыгнул из своего убежища и на всех порах помчался к этим трем титанам, которые явно не ожидали поворота в их сторону.

Титаны явно смотрели лишь на Пик, но в то же время не заметили Жана, стремительно приближающегося к ним. Она увидела его и приготовилась резко прыгнуть вперед.

Как раз в тот момент, когда они повернулись в его сторону, Жан и налетел на трех титанов, пролетая над их ногами, мгновенно разрезая те тросы, которые связывали с титаном Эрена.

К счастью, именно разрезать кабели было достаточным, чтобы титан упал замертво.

Путь к шее оказался открыт.

Вокруг пока что никого не было.

Пик сразу же выбежала из убежища и начала ставить взрывчатку прямо на шею, а Жан поднялся чуть выше, зацепился за крюком за ближайшее место, и принял боевую стойку, готовый напасть в любое время на кого угодно.

Он тяжело дышал, его мышцы болели от напряжения, но Жан сохранял боевой дух. Пока Пик обматывала взрывчатку вокруг шеи, Жан также успевал следить и за остальными.

Капитан Леви и Микаса сражались ожесточенно и яростно.

В отличии от места, где находились Пик и Жан, в них летело все, что только можно. Камни, титаны, быстро атакующие со всех сторон, стрелы из кристаллической брони, сами титаны, но Аккерманы хорошо маневрировали в воздухе и сражались, стойко держа круговую оборону, защищая тылы друг друга.

Даже издалека было видно, насколько интенсивная там битва. Она очень сильно отличалась от того марша титанов в этом месте, что Жан заподозрил в очередной раз неладное.

«Какого черта эти титаны не так быстро двигаются здесь?»

Ведь если посудить и правильно использовать, то они бы в принципе не смогли бы дойти до шеи Эрена. Титанов было много, они могут бросаться какими – то предметами и пускать стрелы, не говоря о том, что им даже не идти в ближний бой.

Кроме того, они могли и вовсе не подпустить лишь за счет слаженной работы, но все же двое членов Альянса пробились. Причем большинство сконцентрировано было на Райнере и остальных, а за Пик, которая наиболее опасна, сосредоточено слишком мало титанов.

Все это очень легко.

Даже слишком легко.

«И правда… Странно». – подумал Жан и перевел взгляд на товарищей.

Он перевел взгляд на вторую группу и увидел, что Райнер и Конни начали двигаться в их сторону.

Райнер уже справился со своей проблемой, вылезая из своего титана, которого приперли к огромному позвонку и наносили удары, и заново трансформировался, на этот раз продвигаясь вперед. Конни же защищал Райнера, помогая ему сражаться с остальными, причем их там было довольно много, но все равно битва шла крайне лениво со стороны титанов. Они бросались в бой все вместе, но не так умело, как в сражении с Микасой и Леви.

Жан ощутил, что они опустили нечто главное.

«Нет, мое чутье все еще неспокойно. Что – то упустил».

И словно в доказательство, сверху послышались странные звуки.

Жан поднял взгляд и увидел, что двое титанов появились сверху, только что созданные. Как и все остальные, они связаны тросом, и сразу же бросили камни в Жана.

Жан едва увернулся, и быстро переместился за ближайшую кость. И только тогда заметил, что те двое титанов, образовавшихся сверху, очень напоминали убитых Жаном трех метателей.

Только вот вновь появилось всего двое.

«Те трое… Значит, Эрен восстановил их, но где же третий?» - пронеслось в его голове, когда он оказался в безопасном месте.

Он едва успел уйти в сторону.

И сразу же в то место, где спрятался Жан, полетели камни, но их стало намного больше. Настолько, что парень не мог даже высунуться, чтобы оценить обстановку и понять, что же там с Пик.

Сейчас он понял различие этих титанов от других.

Они были иными, и более быстрыми, учитывая строение их тела, явно созданного, чтобы они имели возможность быстро передвигаться и задействовать руки. Они чем – то похожи на Пик, и явно использовались для штурма крепостей в прошлом, непрерывно закидывая врагов камнями.

«Можно назвать артиллерией старого образца». – проговорил внутренний голос Жана.

Жан сжал мечи покрепче и, закрыв глаза, произнес:

- Что же… Возможно, это и есть шанс.

Он перевел взгляд под ноги, и сделал свой ход.

Жан задействовал УПМ и резко спикировал вниз, зацепившись за нижние кости под титаном. Как раз в том месте, где его ноги испытали сильный жар, ведь оказались под тысячами Колоссальных титанов, бесцеремонно идущих вперед.

«Здесь они меня не достанут, а теперь нужно вылезти отсюда». – пронеслось в его голове.

Он тут же осмотрелся вокруг и застыл, не обращая внимание на жар, которому подвергались его ноги.

Третий титан нашелся.

Он перемещался по нижней стороне титана Прародителя, скрепленный этими же тросами. Оказавшись прямо над шеей Эрена, титан уже собирался сделать свой рывок вверх. И в тот момент титан посмотрел на Жана.

На лице лягушки – титана появилась улыбка.

И сразу же сделал свой ход, исчезнув, сделав всего лишь один рывок вверх.

Жан не стал медлить и сразу же задействовал УПМ, чтобы подняться выше, но понимал, что потерял драгоценные секунды, замешкавшись, смотря на титана.

«Не успею!» - подумал Жан.

Он зацепился крюком за ближайшую кость и поднялся вверх, тратя так много газа, как нужно, чтобы оказаться наверху первым.

Он не видел Пик, но все же крикнул, закричав, едва оказался на уровне скелета:

- ПИК ОСТОРОЖНО!

Подлетая вверх, он увидел, как Пик практически все приготовила и осталось только нажать на рубильник, но она была отогнана двумя титанами, и сейчас находилась в опасном месте, зажатая к одной из больших костей на шее Прародителя.

Она пыталась добраться до рубильника, но двое титанов не давали ей это сделать, и Пик постоянно находилась в укрытии.

- ОСТОРОЖНО! – закричал Жан во все горло, обращая на себя внимание.

И именно в этот момент третий титан, который был снизу, и прыгнул прямо на Пик, оттаскивая ее назад. Он буквально прицепился к ней и прижал к дальней кости, цепляясь за иную одну руку, в то время как двое метателей также быстро оказались рядом и стали помогать, обезвреживая попытки титана отбросить их товарища.

К слову, у них это получилось.

Пик была отброшена, но, что еще хуже, не могла даже пошевелиться, потому что ее крепко держали. Кроме того, кожа титанов была покрыта какой – то вязкой жидкостью, которая словно замедляла движения Пик.

Пик могла задействовать свою способность, и это сделала, чтобы не оказаться в ловушке. Она быстро вышла из своего титана, когда был нужный момент, и сразу же превратилась.

«Многократное превращение… Интересно».

Трансформация происходила мгновенно и с выбросом энергии, в теории, который будет отбрасывать любого титана в сторону, но сразу же она была опущена на кости титана Эрена тремя титанами, на которых эта трансформация не подействовала так, как требуется.

Они словно не заметили превращение и сразу же прижали титана к земле, не давая ему двигаться и сразу же потащили в обратную от шеи сторону.

«Проклятье!» - произнес внутренний голос Жана.

Парень сразу же двинулся на помощь, видя неэффективность этой атаки, и понимая, что титаны собирались сделать. Они не просто тащили ее в сторону или же куда – то назад, а целенаправленно в то место, где могли сбросить ее вниз.

Прямо к Колоссам, где она гарантировано умрет и ничто не спасет Пик.

Жан спикировал ей навстречу, чтобы помочь, но тут же ушел в сторону, потому как увидел несущиеся к нему навстречу камни, которые бросили иные титаны, появившиеся сверху.

- ДА СКОЛЬКО ЖЕ ВАС ЗДЕСЬ?! – воскликнул Жан, сам того не ожидая.

Он резко ушел в безопасное место, зацепившись за кости.

Жан хотел помочь Пик всеми силами, поэтому не стал сидеть в этом месте и отдыхать, а сразу же попытался выпрыгнуть из него.

Ему пришлось отойти назад и подняться вверх в относительно безопасном месте. Жан увидел, как Пик уже практически утащили вниз. Она уже успела несколько раз трансформироваться, но каждый раз те трое не давали ей уйти и крепко держали, даже когда она резко выпрыгивала из титана.

Создавалось ощущение, что им было все равно на взрыв от превращения и они крепко перехватывали нового титана Пик, которого она создавала.

Они били точечно по конечностям, быстро выводя титана из строя.

Кроме того, Жан заметил одну немаловажную деталь – рану на плече тела Пик, и то, что она не заживала.

«Что?»

Да, Пик превращалась в титана, но с каждым разом крови становилось все больше и больше, и рана не исчезала, как у Эрена при ранениях. Хотя это и беглый взгляд, Жан заметил это издалека.

Было видно, как сильно повреждено ее плечо, когда Пик выпрыгивала из титана.

Жан попытался быстро подобраться к ней, но в очередной раз в местонахождение парня бросили большое количество предметов, и ему повезло, что он вообще успел спрятался за кость. Ведь если бы не эта кость, то Жан оказался бы убитым.

- Проклятье… Идиот!

Жан пытался поймать момент, чтобы добраться до Пик, но стоило ему высунуться, как в него сразу же бросали предметы, из – за чего тот уходил за свое укрытие назад.

Титаны наверху, которые бросали камни, оказался сосредоточен именно на Жане, игнорируя все вокруг. А учитывая, что они были такими же, как и те трое, можно сказать, что его специализация идентичная.

Только сверху оказалось двое.

Они создавал такое же количество камней и Жану везло, что осколки не задевали его. И стоит одному броску прилететь, то титаны запускали еще два, и Жан не мог даже вылезти из – за опасности камня из кристаллической оболочки и парочке осколков, разлетающихся во все стороны.

Жан Кирштайн был в ужасе.

Он оказался беспомощен.

Он видел, как Пик постепенно выдавливают вниз и он ничем не мог помочь.

Она превратилась уже несколько раз, но каждый раз титаны не давали ей уйти, и крепко держали за конечности. При этом она старалась убить их взрывом, избежать попадания в их лапы, но на этот случай помогал третий, который сразу же сносил голову новому титану, несмотря на скорость трансформации.

«Эти трое… Они не просто обычные титаны. Это явно опытные, которые умеют сражаться с себе подобными». – пронеслось в его голове.

Таков был вывод, и это было очень страшно.

Выглянув еще раз, Жан решил рискнуть и выбраться навстречу Пик. В данный момент она была важным элементом задачи. И хотя Жан мог добраться до рубильника, и на это все закончить, но парень просто не мог бросить Пик Фингер в беде.

Ей требовалось помощь.

Даже издалека было видно, что она еле – еле держится. Она явно не ожидала, что отпор будет такой и не имела опыта сражения с себе подобными, поэтому не могла ответить правильно. Да и Жан, если честно, не понимал, что делать в таком случае. Надо попытаться выбраться, но кто давал такую возможность?

Однако рана на плече кровоточила все сильнее.

Это было видно даже из коротких мгновений, когда он вылезала из титана, и сразу же хваталась за плечо.

Он выглянул еще раз, но в него тотчас полетело несколько камней, и Жан сразу же спрятался за кость. К сожалению, пока двинутся у него не было шансов, так что парень был вынужден наблюдать.

Очередной рывок Пик. Очередное превращение, и ничего не получилось.

И хотя Жан всеми силами пытался найти брешь в этой обороне и помочь ей, все равно ничего не получалось. Стоило ему показать хотя бы руку, как тотчас в него летело множество камней, и сразу же новые появлялись у того метателей.

Титаны позади начинали наступать и приближались все ближе и ближе, а сражения в той стороне становились все яростнее, слышны были взрывы и крики.

И именно в этот момент Жан заметил странную гримасу Пик.

В очередной раз она вылезла из титана и собиралась вновь трансформироваться, перемещаясь по титану, но внезапно застыла на месте.

«Как в тот раз с Армином». – пронеслось в его голове.

Жан ощутил первобытный страх.

Пик пришла в себя и начала рассеянно оглядываться, пока титаны начали тянуть к ней свои лапы. Она явно была в чем – то не уверена, если судить по лицу, но все же двинулась вперед и прыгнула с титана, намереваясь превратится.

Однако ничего не произошло, и она упала на один из позвонков, так и не превратившись, ломая себе ноги.

«ДЕРЖИСЬ! ТОЛЬКО ДЕРЖИСЬ!» - пронеслось в его голове.

Пик без УПМ и в серьезной опасности.

Жан не стал медлить и, наплевав на любую опасность, сделал резкий рывок из своего убежища, и попытался помочь ей, но титаны сверху бросили в него несколько камней, от которых он чудом увернулся.

Он смог сориентироваться в воздухе и направить УПМ вниз, используя дополнительное ускорение за счет падения. Ему нужно было спикировать вниз и забрать Пик, явно получившую переломы не только после такого падения.

Однако было поздно.

Жан мог лишь наблюдать, как ее искаженное от страха лицо поворачивается в его сторону и словно шепчет, что не может ничего сделать. Как вдруг прямо позади нее появился один из тех трех титанов, до этого крепко держащих ее, который лапой снес тело Пик Фингер, и она полетела прямо в сторону, врезавшись в огромную кость, переломав себе множество костей.

- ПИИИИК! – закричал Жан, в ужасе вытаращив глаза.

То немногое, что осталось от Пик, оказалось превращено в кровавое месиво из переломов и торчащих наружу костей, и улетело вниз прямо под ноги Колоссов, после чего было раздавлено.

Сражение за мир для Пик Фингер подошла к концу.

- ЧЕРТ! ЧЕРТ! ЧЕРТ! – воскликнул Жан, но не сошел с пути.

В его голове было множество мыслей, но он отверг любые переживания и направился прямо к рубильнику, чтобы взорвать шею Эрена.

Жан действовал на эмоциях, хотя и пытался сохранять свой настрой, чтобы не сделать глупую вещь. Вместо этого, в очередной раз уворачиваясь от камней, он посмотрел лишь на рубильник, чтобы выполнить изначальную волю Пик.

Трое титанов напали на него, а также те двое сверху забрасывали камнями, но Жан маневрировал в воздухе и, легко уворачивался от ударов, при этом подставляя эти огромные туши под камни бросавшего.

Таким образом, трое титанов, напавших на Пик, были выведены из строя своим же, а Жан, грамотно рассчитывая свой ход, двигался вперед, осторожно уворачиваясь от камней под каждой костью.

Он не стал нападать на других титанов, так что просто добрался до рубильника на голове Эрена и схватил его, после чего нажал, закричав со слезами на глазах:

- ЧЕРТОВ ПСИХОПАТ!

Произошел мощный взрыв, частично задевший даже Жана.

Однако удар был не слишком значительный, потому что Жан успел добраться на безопасную высоту, чтобы последствия являлись минимальными.

Поднявшееся облако пыли не дало рассмотреть Жану того, что случилось, но еще в тот момент у него закралось подозрение.

«А где звук падения… Почему – то я не услышал… Ничего?» - спросил он сам себя и сжал покрепче клинки.

Звуки падения огромной головы Эрена не могли быть незаметны. Кроме того, странно то, что Жана никто не трогает в данный момент и даже камни не летят в него.

Жан напряженно смотрел вперед, пока дым не рассеялся, и осторожно глядел по сторонам. Но битва проходила в иной части, и стала лишь ожесточеннее, в то время как в этой части было затишье.

Затишье перед бурей.

- Странно. Очень странно. – сказал он, произнося свои мысли вслух.

Но нужно было двигаться.

Дым едва рассеялся, и Жан увидел, как голова Эрена по – прежнему была на месте.

Взрыв не помешал ему, и даже не повредил, судя по отсутствию повреждений. Вокруг шеи виднелась едва заметная кристаллическая оболочка, как у Энни и молотоборца, так что поэтому голова Эрена абсолютно целая.

Жану даже показалось, что лицо Эрена ухмыльнулось.

«ЧТО?! АХ ТЫ?!» - завопила его душа.

Жан бросился вперед.

Ему уже было плевать на все остальное и на опасность, и на возможную собственную смерть, так что он хотел лишь лично посмотреть ему в глаза перед своей смертью.

К счастью, они были открыты.

Взгляд направлен исключительно на Жана, стремительно приближающегося к нему.

- ИДИОТИНА! – крикнул Жан.

Жан не знал зачем это делает.

Скорее на эмоциях от провала, ведь он понимал, что даже теоретический взрыв Армина не поможет, потому что такая оболочка абсолютно не имела слабых мест. Единственным исключением оказался титан Челюсть, которого не было рядом с ними.

Следовательно, все пропало.

Но Жан не хотел сдаваться и ему надо было что – то сделать.

- ЭРЕН! ПРОШУ, ХВАТИТ! – крикнул Жан, держась за волосы. – Твои друзья умирают! Ты этого хочешь?!

Жан ожидал ответа, но Эрен лишь продолжал сверлить его взглядом.

Эрен перевел взгляд с Жана на небо, после чего движений больше не было. Он будто бы и не хотел говорить с Жаном, либо что – то готовил.

- Я не смогу… Не смогу жить с такой виной. Не смогу просыпаться. Пожалуйста, просто… Эрен… Я не знаю, не знаю...

В этот момент глаза Эрена двинулись.

Они вновь уставились прямо на Жана, и парень едва не упал вниз, но вовремя схватился руками за волосы.

«Время пришло, Жан». – услышал он в своей голове голос Эрена.

Глаза разведчика расширились

Жан все вспомнил.

Воспоминания о проведенном времени в Путях, разговоры с Эреном, прошлое и будущее, ужасающие последствия их действий в случае удачи, и картины будущего. В его глазах появился тот самый труп Микасы, что он видел множество раз в Путях.

«Мы избавимся от этого леса, сожжем его дотла, чтобы построить что – то новое. Такова справедливость, ведь… Справедливость всегда имеет руки по уши в крови». – возникла в голове фраза Эрена.

Глаза Жана источали настоящий ужас, а трясущиеся руки едва держали клинки, но все же парень перевел взгляд на место, где сражались капитан Леви и Микаса.

Даже издалека парень видел, как тот до сих пор яростно сражается, и теперь он понял разницу, почему на Жана никто не нападал серьезно. Как Эрен и говорил, он нейтрализует Пик, а самого Жана до нужного момента будет держать в относительно безопасном месте. Камни, брошенные в Жана, рассчитаны не на смерть, а на задержку.

Потому что все шло согласно плану битвы, что создал Эрен.

Некоторым бойцам в Альянсе было суждено погибнуть в этой битве. Пик Фингер была из них числа, ведь Эрену по большей части на нее плевать. Она всего лишь одна из миллиардов незнакомцев, погибших во имя построения нового мира.

С остальными было проще. Армин сейчас находился в Путях и всячески пытался вырваться, и снова войти в строй. Конни и Райнер сражались за свою жизнь, а Зик и вовсе запечатан до конца Дрожи Земли, чтобы план мог идти своим чередом.

Все шло именно так, как и говорил Эрен.

В точности, как Жан и видел.

«Все как ты и говорил, Эрен». – подумал Жан.

Он отбросил иные мысли о милосердии, вспомнив те картины будущего.

Взгляд Жана изменился и потяжелел, когда он уставился наверх, на тех двух титанов.

Они мгновенно рассыпались, как и трое поврежденных.

Теперь они выполнили свою роль и больше не были нужны. Кроме того, взгляд Жана уставился исключительно на Капитана Леви.

«Действуй». – сказал голос Эрена в голове.

Жан зацепился за ближайшую кость титана Прародителя, кивнув Эрену.

Он знал, что от него требуется.

По совету Эрена, чтобы сделать это, он вспомнил светлую картину будущего, что он ему показал. Конечно, там не было некоторых дорогих для него людей, но Жан, лишенный воспоминаний, сможет жить дальше.

Осталось только сделать небольшой рывок, и его задача будет выполнено.

Если быть точнее, то его цель была перед ним, и он оказался измотан достаточно, чтобы Жан мог нанести удар.

Его целью был Леви Аккерман.

- Верно… Еще тогда, я стал предателем. – подытожил Жан и начал движение в сторону Леви.

Предатель. Часть 4

Жан не мог описать свое состояние.

Принятое им решение давалось с трудом.

Он сомневался даже после того, как увидел результат, еще некоторое время сидел, полный сомнений. Тогда Эрен убедил его действовать, и Жан оказался готов помочь ему, видя разрушительные последствия иных вариаций будущего.

Однако сейчас, когда Жан наконец – то начал действовать по плану Эрена, то его руки начали трястись. Сердце колотилось, а эмоции не могли быть подавлены из – за колоссального стресса. Его даже начало тошнить, но он сдержал рвотные позывы и просто пошел выполнять задачу.

Убить Леви Аккермана.

Одно из решений Эрена против которого он протестовал больше всего, ведь Леви Аккерман не просто наставник, но уже некто вроде друга, который всегда придет им на помощь.

Любому из них, даже Эрену.

Тем не менее, Эрен заставил его это сделать, потому что Аккерманы должны умереть.

«Он сказал, что все мутанты обязаны быть уничтожены… Как и все следы пребывания силы титанов в этом мире. Так просто надо».

Эрен поделился с ним огромным количеством информации, но причину для смерти Аккерманов умолчал.

«Ладно, к черту, надо продолжать действовать». – пронеслось в его голове.

Жан сконцентрировался на Леви, и полетел в его сторону.

Титаны не трогали его, а даже, в какой – то мере, готовы оказались защищать, потому что некоторые из них держались рядом и буквально стояли на защите.

Во время полета он перевел взгляд на Конни и Райнера, которых теснили титаны. Эти двое сражались храбро, выдерживая атаки десятка титанов. Хотя титаны не сражались серьезно, но все равно то, что они держались.

Впрочем, Жан не сомневался в них.

Тем не менее, даже великие герои иметь пределы выносливости, и было видно, что Конни очень сильно устал, оставшись практически без газа, а Райнер уже фактически не мог сражаться, используя уже второе превращение на износ.

Если Конни еще способен использовать УПМ и маневрировать, то Райнер ловит практически каждый камень на себя и сражался с отрубленной правой рукой, и очень сильно поврежденной ногой. И это притом, что титаны, согласно приказу Эрена, не убивали его, а лишь оградили этих двух от основного театра военных действий.

А держали они серьезно, учитывая, что они всего лишь теснили его в одном месте, и то делали это так грамотно, что Райнер не смог бы вырваться при всем желании, ведь нападали титаны постоянно, не давая ему даже передохнуть.

Конечно, товарищи видели перемещения Жана, а также взрыв и последствия, судя по отчаянному лицу Конни.

Даже издалека Жан видел, как изменилось лицо Райнера. Хотя оно было скрыто под броней, и Жан мог лишь предполагать, но его действия больше напоминало агонию. Он видел, что взрыв не помог, что Эрен до сих пор жив, и что Жан куда – то направился.

Но они все равно сражались.

Как и говорили они в самолете, Альянс выбрал решение сражаться до самого конца.

Однако скоро все закончится.

«Едва у Конни пропадет газ, то он будет изолирован в Путях, как и Райнер… Не беспокойтесь, в Новом мире вы получите достойное место».

Жан знал итоги их судьбы, как и своей.

Конечно, позже Эрен сотрет память, чтобы Жан не сошел с ума от чувства вины, но пока что конечный результат действий заставлял Жана действовать.

Конни что – то крикнул и попытался подлететь, но титаны не позволили это сделать и снова зажали его в углу, несмотря на УПМ.

Жан же не обратил на это никакого внимания, чтобы не начинать разговор, ведь им не о чем говорить. Следовало действовать очень быстро, ведь цель буквально впереди него.

Леви Аккерман.

Один из двух сильнейших бойцов человечества. Ходячая сила, способная победить в одиночку множество чистых титанов, и несколько разумных. Тот, кто является одним из опаснейших бойцов Острова Парадиз.

Человек, который много сделал, не только для Жана Кирштайна, но и для многих солдат, будучи примером того, каким должен быть идеальный боец человечества. Прошедший трудности, выросший в лишениях подземного города, но вставший на правильный путь, воспитав множество бойцов, стал для них примером для подражания. Он прошел трудный путь, потерял много товарищей, были моменты, когда Леви практически лишился всего, а на данный момент является последним ветераном старой разведки.

Но это не сломало сильнейшего бойца человечества.

Очень сильный человек, которого уважал Жан.

Они через многое прошли, включая несколько смертельных битв, где выжили лишь чудом. Жан, как и многие другие, хотели, чтобы Леви Аккерман до конца оставался жив, что именно он является одним из тех людей, кто подарит человечеству долгожданную свободу от титанов, а также обеспечив себе, по крайней мере, жизнь после этих событий.

С учетом всего, что Жану показал Эрен, это было не так.

Леви Аккерман должен был умереть.

Поэтому и была выбрана тактика на износ противника. Леви Аккерман уже долгое время сражался с титанами, которые нападали и изматывали его, заставляя внутреннее кровотечение от недавних ран с новой силой раскрыться. И это не говоря уже о усталости, ведь Леви также имел свой предел сил.

Тем не менее, несмотря на будущее и тот факт, что это нужно сделать – Жану не хотелось поступать именно так, но выбора, по сути, не было.

Эрен не оставил ему выбора, вместо этого избрав роль в достижении Нового Мира, пока он справляется с не менее важными процессами, готовя почву для жизни Нового Мира.

«Будь ты проклят! Будь ты проклят, ЭРЕН!» - процедил внутренний голос Жана.

От одного понимания поступка у него кровь стыла в жилах, ненависть внутри к самому себе мешала действовать, руки тряслись, а сердце буквально отказывался выполнять эту просьбу. Он был готов выбросить мечи в сторону и просто прыгнуть прямо в Колоссов, чтобы убить себя.

И, вероятно, так бы и получилось, если бы не Эрен Йегер.

Жана держало и заставляло это делать именно понимание малой жертвы ради общего счастья. Лишь убив нескольких людей, пусть и очень дорогих, можно будет достичь того Рая, что Жан видел.

И несмотря на собственное нежелание так поступать, разум Жана выполнял эту задачу, противоборствуя эмоциям и сердцу.

Пути назад не было.

Как раз тогда, когда Жан принял такое сложное решение.

В этот момент в его голове всплыл слова Эрена, когда они говорили на эту тему.

***

Жан Кирштайн был в абсолютном ужасе.

Он понимал какую задачу взвалили на него и, если честно, не ощущал, что сможет выполнить эту ее.

Удар в спину наносить Жан не хотел.

- Эрен, пожалуйста. Я не смогу этого сделать. Никак. Даже… Даже зная, что случится. – произнес Жан, сидя на коленях.

Он все еще находился в Путях, прямо у тела мертвой матери и перед грудой других тел, включая прибитую к стене Микасу.

Все, что Жан мог делать – это рыдать, что он и делал, неспособный встать на ноги. Как только он пытался что – то сделать, то тело отказывалось работать правильно и Жан падал на землю. Иногда Жан закрывал уши, чтобы не слышал слова Эрена, но на это также не было сил.

Он уже частично согласился с планом Эрена, приняв жестокую реальность, но воспринимать свое участие в этом было страшно.

Жан не хотел наносить удар в спину тому, кого уважал. Больше всего ему на свете хотелось провалиться сквозь землю, закрыть глаза и уши и сидеть таким образом, пока все не закончится.

Однако все кончится лишь тогда, когда Жан поможет Эрену.

Такова его участь.

И Эрен Йегер говорил, пытаясь мотивировать Жана на самый ужасный поступок в его жизни.

- Понимаю тебя, Жан. Я испытывал примерно то же самое, что и ты. – грустно ответил Эрен, положив на его плечо руку. – Я испытываю тоже самое, и не желаю ничего из этого, но иного выбора мне не надо. Как ты уже видел многократно, реальность ужасна, и любые иные варианты приведут именно к разрушению и гибели всех, кого мы знаем. А чтобы от этого пути избавиться нужно сжечь лес дотла, и ради этого мне придется уничтожить человечество, а тебе… Убить Леви Аккермана.

Жестокие слова и большая ответственность.

Однако голос Эрена Йегера касаемо уничтожения человечества уже звучал без каких – либо эмоций, ведь он полностью смирился с этим. И это очевидно, ведь иначе Эрен не начал бы Дрожь Земли, уже сейчас начинающий свое шествие по континенту.

Сейчас Жан напоминал человека, желающего закрыться от всех в темной комнате, и не выходить никогда на свет.

Однако реальность говорила, что он прыгнет в самое пекло.

- Эрен, я понимаю, что ты делаешь и почему, но… Разве смерть капитана поможет тебе?

- Как ни странно, но да. – грустно произнес Эрен, не поднимая взгляда. – Мне тоже печально это осознавать, но это нужно сделать. Все линии Аккерманов должны быть прерваны. Отчасти и потому, что следы силы титанов должны быть стерты. Также я не смогу изменить память ни капитану, ни Микасе, как бы я не хотел этого. Они мутанты, и не должны существовать.

Семья Аккерман.

Созданные с помощью силы титанов мутанты, преданно служившие королевской семье практически все свое существование, но позже преданные ею же. Они обладали свободой и не были рабами короля, в нужное время приняв личное решение и даже выступившие против него.

Однако результата это не дало.

Король избавился от них, потому что они были очень сильны и на них невозможно повлиять. Но он оставил часть в живых, уничтожив всех основных представителей этого рода, посчитав, что опасными они лишь тогда, когда знают свои силы и воспоминания. А раз все те, кто знал про настоящее прошлое мертвы, то и иные Аккерманы не опасны.

Это оказался самый главный просчет.

Аккерманы не перестали быть опасны.

С рациональной точки зрения, это очень сильные бойцы, которые не подчиняются никому и принимают свое собственное решение. Если на других элдийцев можно повлиять, то на Аккерманов нет, и решение нужно принимать сейчас, чтобы не повторять старых ошибок.

- Ты хотя бы попытался изменить их разум? – спросил Жан.

Закономерный вопрос, на который требуется ответ.

- Много раз. Даже первородная сила Прародителя не помогает. Все из – за побочных эффектов, а также памяти предков. Гены Аккерманов не дают мне сделать абсолютно ничего.

- Но в Пути, насколько я понял, ты смог их призвать?

- И это был максимум. Больше я ничего не способен сделать. Даже Имир не может, потому как Аккерманы – мутанты. И я ничего с этим не могу поделать. Именно поэтому Имир и раздражена из – за них.

Жан опустил голову.

Хотя Эрен говорил про уничтожение человечества холодным тоном, но сейчас в его голосе слышалось искреннее сожаление. По крайней мере, так показалось Жану, но он верил своему товарищу. Как ни странно, но после такой демонстрации силы Жан полностью признал правоту Эрена, хотя и не соглашался со своей ролью в этом плане.

Однако если Аккерманы должны быть нейтрализованы, как и говорил Эрен, у Жана возник еще один закономерный вопрос.

- Но… Раз они должны умереть, то что будет с теми людьми, кто согласился сотрудничать? Они ведь не элдийцы, и на них тоже не повлиять.

- О них не беспокойся. – ответил Эрен. – Флок и Хистория справятся со всем, ведь те люди лишены свободы в данный момент. Кроме того, как только те согласились, их отправили на перевоспитание в отдельное место на Острове. Они должны рассказать все о нужных нам технологиях, и следом либо соглашаются молчать и живут под надзором, либо же нейтрализуются.

«Значит, те двое только знали, ясно».

Жану оказалось плевать на добровольцев.

Откровенно говоря, его больше заботило то, кому Эрен доверил свой план.

Эрен уже говорил про этих двух, но Жану почему – то становилось печально, когда тот открыто заявил, что не смог бы довериться своим товарищам до конца, за исключением Хистории и Флока, полностью принявших план Эрена.

Самые ужасные и эгоистичные люди по итогу спасают своих, становясь врагами человечества. Но не потому, что они злы, а потому что нет иного выбора. Для того, чтобы построить новый мир, где они будут жить в безопасности, требуется пролить много крови, и святыми в этой истории никто не останется.

Жан нервно улыбнулся.

- Ясно. – ответил Жан мертвым голосом. – Но… Я до сих пор не могу это сделать, Эрен. Пойми уже.

Эрен объяснял это уже который раз, и Жан повторно отвечал одним и тем же.

Он говорил это не в первый раз, постоянно говоря про свое решение, про Волю Имир. Эрен оказался более упорен и не сдавался.

- Я понимаю тебя, но это тот поступок, который ты должен сделать. Иногда выбора нет, потому что когда между благополучием Острова и его разрушением стоят несколько жизней, то я не могу на это закрыть глаза. Эти люди должны быть уничтожены. – твердо сказал Эрен. – Или ты хочешь сказать, что одна жизнь для тебя важнее, чем жизни миллиона собственных людей? Твоя мать? Та девушка, к которой ты ходил очень часто? Или же все иные люди с кем ты общался? Ты не подумал о них?

Жестокий выбор.

Одно дело когда умирает незнакомец. Конечно, Жан расстроится, но все же не будет думать об этом так долго, и убиваться также не станет, но когда он собственноручно должен убить своего командира, то все становится сложнее.

Даже несмотря на очень сильную мотивацию и понимание важности этой жертвы, Жану все равно это сделать очень сложно.

- Мне и жизни тех, кто за пределами Острова живет, также важны. – заметил Жан. – Мы ведь видели их… Да, их мозги промыты, но они не абсолютное зло. Там были даже те, кто не спрашивал про мою кровь, как и другие люди.

Эрен помрачнел.

Жан не сомневался, что Эрену намного труднее, ведь именно он принял это решение. И несмотря на то, что Эрен не кажется слишком эмоциональным в этом моменте, парень видел проблески его сознания, а также печаль и сожаления от своих поступков.

Однако Эрен сломал те моральные и нравственные барьеры внутри себя, дабы исполнить задуманное, чего Жан пока что еще сделать не мог.

Так сказать, обрел свободу.

- Но времени нет. – отмахнулся Эрен. – Ты знаешь суть плана, и я не могу поставить Остров под такую опасность. Воля случая не будет решением для нас. Ты это понимаешь, или мне напомнить про ужасающие подробности будущего? Хочешь закрыться, сидя в комнате, когда происходят глобальные перемены? Отсидеться в безопасном месте? Нет, не получится, Жан.

Конечно, план Жан знал.

На безэмоциональном уровне, чисто с помощью логики и фактов он его принял, и даже готов оказался помочь, но для этого еще нужен долгий путь. Эмоции противились этому до самого конца и, вероятно, будут противится даже в момент реализации.

Потому что Жан в первую очередь человек.

- Но…

- Но это нужно сделать. – жестко произнес Эрен.

На этот раз его тон звучал не печально, как до этого, а скорее обреченно.

И несмотря на обреченность в голосе и явную апатию, в нем также были и стальные нотки. Словно в самом Эрене сейчас существуют две личности, одна из которых готова на все, действуя без эмоций, а другая также готовая, но при этом испытывает скорбь от собственных поступков.

- Я не смогу жить дальше.

Это была правда.

Чувство вины слишком сильное, и Жан явно не мог переступить через себя. Он представлял, как улыбается, приходя домой, целуя свою жену и наслаждаясь обществом собственных детей. Сможет ли он наслаждаться жизнью, зная в итоге то, как именно оказался построен этот Новый мир? На скольких костях?

- Сможешь. Ты, как и мои старые товарищи, сможете жить дальше. – ответил Эрен. – Я не сказал еще главного, потом доберусь до него, как получится убедить тебя действовать. Но все равно кое – кому суждено умереть, как бы это не звучало печально. Хотелось бы этого избежать, но все не так просто.

- Эрен…

- Жан, скажи мне одну вещь. Ты хочешь сдохнуть? Хочешь, чтобы твоя мать оказалась убита?

Эрен встал на ноги, но Жан не поднимал взгляда, боясь смотреть своему другу в глаза, не желая видеть там того монстра, которого видел ранее.

Он не узнавал Эрена.

В такие моменты, когда Эрен наставлял Жана на будущее, он не выглядел, как человек. Даже его глаза светились ярко, и это пугало, особенно зная то, что происходит нынче на континенте. Особенно парню не нравилось, что взгляд Эрена насквозь проходил через тело Жана.

Будто бы его взгляд направлен не на лицо Жана, а на его душу.

- Я понимаю тебя. Я уже много раз это говорил, и мне самому не нравится, что мне приходится делать ради лучшего будущего, ведь оно построено на крови всех иных народов. – сказал Эрен.

Эрен говорил искренне.

На этот раз в нем не было ни злобы, ни холода, а лишь уверенность и искренность.

Именно в этот момент Жан и поднял взгляд, увидев в глазах Эрена сталь. Это взгляд человека, который никогда не сойдет с намеченного пути. Каким бы ужасным он не был, какие бы поступки не пришлось совершить – этот человек дойдет до самого конца.

- Это будущее… Оно ужасно, ведь так?

- Оно прекрасно, если сможешь на конечный результат. – твердо сказал Эрен. – Ты ведь видел ту картину, Жан? Счастье? То, как народ Парадиза лишился главных врагов и начинает развиваться. Да, это не решит основные человеческие проблемы, но дети будут расти, не готовясь стать убийцами иных народов. Дети будут расти в любви и заботе без необходимости сражаться за свою жизнь.

Эрен говорил правду.

Жан все это уже видел.

Будущее и конечный результат через много – много лет, когда он уже будет мертв. Жан видел, как люди Парадиза прошли через трудный путь, совершив также и ошибки, но все же смогли исправиться и медленно возвращались в уничтоженный мир, который начинал восстанавливаться.

Однако весь этот мир построен на крови миллиардов невинных.

Эмоционально Жан не мог с этим смириться.

- Жан, я скажу тебе так. Я сотру тебе память, как только ты исполнишь задуманное. Ты забудешь про все, включая меня. Как и все остальные элдийцы, вы все забудете обо всем, что случилось во всем мире. – произнес Эрен.

Слушая его слова, Жан с удивлением поднял взгляд на старого друга.

- Ты серьезно?

- Да.

- Эрен…

- Жан, может быть, ты уже примешь решение? Я понимаю, что ты хочешь выйти из всей этой истории, не сильно запачкав свои руки кровью, но не получится. Пути назад нет. Дрожь Земли запущен, континент уже начинает омываться кровью, и первые партии колоссов вышли наружу. – сказал Эрен холодным тоном. – Как только я разрушу часть объектов, начнется хаос и паника, а если оставлю этих людей в живых, будущее Острова будет обречено на уничтожение. И никто и никогда не простит Остров за это. Ты ведь видел много вариаций будущего, не так ли?

Жан промолчал, снова опустив взгляд.

Он не знал, что ответить, но слова Эрена имели смысл.

Пусть и крайне жестокий, беспощадный, антигуманистический, но смысл имелся. Ровно как и говорил Жан, исчезнуть эта ненависть к ним не может, а после Дрожи Земли она лишь усилится многократно. Те самые вещи, которые не могла принять Ханджи.

Та жестокая и циничная правда, которую признает только еще более законченная сволочь. И самое ужасное, что Жан постепенно склонялся на его сторону.

«Что… Неужели я поддерживаю это?» - пронеслось в голове Жана, когда он перевел взгляд на мертвую мать.

Руки Жана начали трястись.

Слезы из глаз уже не текли.

- У нас есть нечто большее, чем наше желание – это долг перед людьми. Перед нашими людьми.– сказал Эрен, тоже посмотрев на мать Жана. – С победой ты достигнешь поставленных целей. Твоя мать будет жить счастливо. У тебя появится семья, дети, а у твоей матери внуки. Однако, если выберешь альтернативу, отвергнув мой план, то проиграешь, потеряв абсолютно все, и в итоге останется сидеть в этой позе, смотря на мертвую мать, пока иные расы будут стрелять тебе в затылок.

Жан закрыл глаза, не желая смотреть на это.

В его голове вновь возникли множество образов мертвых людей, ужасающее будущее из различных вариантов. Все это случилось из – за касания Эрена, но Жан уже не отвергал его.

Он постепенно начинал мириться со всем этим.

- И это все, что ты сделаешь? – прошептал ему на ухо Эрен. – Просто закроешь глаза, позволишь им умереть? Позволишь своим друзьям и семье погибнуть? Позволишь матери быть изнасилованной и убитой? Позволишь всем кого ты знаешь погибнуть ужасной смертью за то, что они не совершали? Просто за то, что они родились не там?

Жан зажмурился, и инстинктивно закрыл уши.

Эрен начинал давить, очень сильно.

- Эрен… Прошу…

- Хочешь победить? Разве это плохо, если просто хочешь победить? Разве наши люди заслуживают ненависти просто за то, что они родились на Парадизе? Просто посмотри на будущее, если примешь это решение. Ты сможешь жить счастливо, заведешь семью, будешь наслаждаться жизнью. Твоя жена родит прекрасное дитя, и ты проживешь долгую жизнь, а твоя мама сможет понянчить внука. Разве это плохо? Разве не за такую спокойную жизнь мы шли в пекло?

Слова Эрена словно били по лицу.

Часть Жана отвергала это, но часть также и понимала Эрена.

Жестокое решение элдийского вопроса все равно случилось бы. У них не получилось ни договорится, ни найти компромисс, а с учетом ненависти по большей части политических элит, даже если Парадиз начнет сопротивляться, то с помощью пропаганды это повернут таким образом, что весь мир встанет против них.

Жан убрал ладони со своих ушей.

Он открыл глаза и посмотрел на тело своей матери. Ей в глаза.

И чем больше он смотрел лицо матери, разрушения на Острове и гибель всех дорогих Жану людей – тем больше он начинал соглашаться.

Жан начинал мириться с этими событиями.

Более того, он начинал соглашаться в полной мере с этими действиями, с учетом нынешнего контекста и ситуации, в которой оказался Остров.

Выбора не было.

«Если ты хочешь остаться в живых, и если хочешь, чтобы все кого ты знал, остались в живых, то просто закрой глаза. Закрой и сделай то, что нужно». – произнес внутренний голос.

Словно совершенно иной Жан просыпался.

Эгоистичный, жестокий и который мог легко жертвовать другими.

- Ты и правда просто закроешься, словно трус? Мы должны идти вперед, сколько бы страданий мы не причинили. Неважно сколько людей мы убьем, неважно сколько вреда принесем, если итогом станет счастье нашего народа и безопасное будущее, то так тому и быть. – холодно заметил Эрен. – Чтобы миллион превратился в два, и три и так далее. Чтобы Остров мог просыпаться без опасности над своей головой. Ведь за это мы все и сражаемся.

Жан не мог ничего ответить, ведь уже ощущал внутренний слом.

Он начинал соглашаться в полной мере, а картина светлого будущего, которую показал Эрен, мотивировала даже на убийство Леви.

«Пожалуйста, хватит. Заткнись!» - пронеслось в его голове.

Часть личности Жана, готовое на такое ужасное злодеяние, брало вверх над парнем.

- Именно поэтому ты и должен это сделать. Убить Леви Аккермана. Чтобы ты смог достигнуть счастья, пожертвовав его жизнью. – произнес Эрен, словно дьявол, шепча на ухо. – Этот мир жесток и беспощаден, и никто не даст тебе право на жизнь. Ты сам должен вырвать его у других, забрать все себе, чтобы остаться в итоге в живых. Если победишь, то останешься жив. Если проиграешь, то погибнешь не только ты, но и все остальные.

Руки Жана опустились на землю.

Сжав трясущиеся кулаки, он с силой ударил по земле и завопил, нанеся мощный удар головой в каменный пол, после чего нанес еще несколько сильных ударов по полу.

«Больно… Больно».

Жан не обратил внимание на тревогу разума, и снова ударил по полу, а затем и самого себя.

Разведчик практически согласился, и вместе с болью физической он также ощущал и моральную.

Его сердце оказалось готово вырваться из груди в любой момент.

«Разве тебе так важно, что там будут ощущать другие, если они погибнут? Разве не лучше взять и спасти самого себя, а также свое будущее? Лучше же жить, чем умереть, верно?» - проговорил внутренний голос Жана.

Это уже был иной Жан.

Эрен терпеливо дождался, пока тот перестанет молотить пол и щелчком пальцев излечил Жана.

- Эрен… Я все это видел, но хочу уточнить… Просто скажи мне, пожалуйста.

Жан поднял взгляд на Эрена, и посмотрел ему прямо в глаза.

Они по – прежнему светились дьявольским, как ему казалось, огнем.

- Слушаю.

- Моя мама… Дорогие мне люди, и даже та девушка Эйлин, они будут живы?

- Да. – кивнул он. – Ты же сам все видел, верно?

Верно.

Жан даже не знал, зачем задал этот вопрос. Скорее потому, что нужно сделать вид, что он до сих пор колеблется, дабы разум Жана прошел нужную трансформацию. А после этого уже окончательно принять решение.

Жан ощутил сильную тошноту.

От волнения он закрыл ладонью рот, и так просидел несколько секунд, после чего попытался сказать слово, но ком в горле помешал. Лишь через некоторое время Жан смог заговорить снова и делал это, смотря Эрену в глаза.

Он желал получить ответ лично от него.

- Последний вопрос… Смогу ли я… Жить дальше?

Во взгляде Эрена было видно облегчение, и Жан возненавидел это выражение лица, а также самого себя за принятое решение.

«Верно. Иного пути нет, вы зашли слишком далеко. Так что просто иди вперед, пока не дойдешь до своего финала, Жан». – повторил внутренний голос.

Казалось, что это говорит дьявол из недр подсознания Жана.

- Сможешь. Как я сказал, я сотру тебе память не только о силе титанов, но и в принципе обо всем, что было после падения Стены. Я сделаю так, что падения Стены никогда не случалось. Все будет стерто, а также… - ответил Эрен, но с каждым словом ему давалось с трудом закончить предложение.

Словно у него до сих пор было что – то, что он скрывал до самого конца и решил держать при себе.

Он замолчал, но Жан ожидал, что это еще не все, и Эрен добавил через некоторое время:

- Сила титанов будет уничтожена. Мир будет создан заново, но… Он получит свободу, а я… Окажусь лишен ее навсегда… На целую вечность.

Жан увидел в глазах Эрена опустошение.

Сглотнув слюну, Жан спросил:

- О чем ты?

***

«Чертов психопат. Будь ты проклят за это!» - подумал Жан, когда начал приближаться к Леви Аккерману.

Да, он понимал мотивы Эрена, потому что тот не только показал, но и рассказал всю суть плана. Жан был не согласен с ним из – за своих морально – этических норм, но, если отбросить их, то получается вполне здравая идея.

С учетом ситуации, разумеется.

Правда ради этого придется растоптать не только человечество, но и свои личности. Но будущие поколения будут в полной безопасности от внешнего мира, который будет полностью аннигилирован. Проблемой будут только внутренние конфликты.

Но с ними справятся, благодаря уже созданной временной власти на Острове под командованием людей Флока, специально выбранных, как наиболее адекватных.

«Да, все же… Я должен это сделать». – подумал Жан.

Ему было очень больно, когда он начинал приближаться к капитану Леви, но все же Жан действовал.

Все же до сих пор очень сложно пересилить себя, учитывая, что Леви – наставник. И он уж точно не заслужил такой судьбы, однако выбора не было.

Аккерман махал мечами, убивая титанов, которые непрерывно нападали на него. Как и планировалось, Микаса будет отодвинута с помощью титанов на некоторое расстояние, чтобы она не могли прийти на помощь вовремя.

Леви оказался полностью окружен.

Титаны находились везде, и нападали на него с разных сторон, причем некоторые даже бросали в него различные снаряды, созданные с помощью силы Молотоборца.

Но Леви Аккерман все еще держался.

Было видно, как тот выдыхался, как он ощущал усталость, видимую даже издалека, а также некоторое количество кровоточащих ран, но все же сильнейший боец продолжал раз за разом атаковать титанов, срезая либо тросы, либо же разрезая затылок.

«Это… И правда впечатляюще». – заметил Жан.

Он начал приближаться к капитану вплотную.

Чтобы подойти без каких – либо подозрений, Жан внезапно напал на нескольких титанов, а они сделали несколько показательных артистичных рывков в его сторону, и после чего оказались убиты.

Внезапное нападение сзади не осталось без внимания Леви и тот даже сделал рывок в его сторону, чтобы помочь, а Жан в ответ обезопасил его тыл, убив титана, собирающегося напасть сзади.

Титаны позволили пройти, разумеется, незаметно для глаза Леви.

По легенде они все еще продолжали сражаться с ними, и Жан выбрался лишь за счет внезапного нападения.

Они встали спина к спине, а титаны начали перегруппировываться для лучшей атаки. Несколько секунд отдыха у них появилось.

- Жан! Как голова Эрена? – спросил Леви с заметным хрипом в голосе. – Нашел бородатого ублюдка?

- Все провалилось. – с болью в голосе произнес Жан. – Неудача постигла всех. Пик мертва, Конни и Райнер отрезаны от других, а Микаса… Кажется, все еще держится.

- Проклятье! Этот уродец хочет нас убить. – прошипел Леви. – Как только появится, дам такого пинка под зад, что улетит на Остров без помощи УПМ.

Нервная улыбка появилась на лице Жана.

- Капитан… - начал Жан, но Леви перебил его.

- К черту разговоры! Помоги мне! Нужно пробиться к голове Эрена. – прокричал Леви. – Я попробую сам ему устроить взбучку.

Его голос все еще хрипел, но видно, что Леви держался лишь за счет собственной выносливости.

Однако и она оказывалась на исходе.

«Нужно только выбрать момент…» - пронеслось в голове Жана.

Руки начали трястись с новой силой.

- П-понял!

- Но сначала эти твари! Спина к спине!

Титаны начали нападение.

Они нападали по трое на одного, при том что поддерживали друг друга в битве. Если бы с Жаном сражались серьезно, то он уже валялся бы мертвым, потому что даже с условиями плана, ему очень сложно уворачиваться от их ударов.

Но он держался.

Жан защищал спину Леви, а тот защищал спину Жана.

Практика спина к спине, при котором они сражались рядом друг с другом.

«Это… То что нужно. Только момент. Всего лишь момент». – прошептал внутренний голос Жана.

Тот голос, который не должен был просыпаться.

Тот голос, что проснулся в Путях в момент морального слома личности, а также шепчущий ему ужасные слова, сейчас полностью захватил разум Жана, словно он всегда был таким.

Все иные воспоминания о Марко и его словах исчезли, о человечности и долге исчезли, и остался только внутренний голос Жана. Пустой, беспощадный, расчетливый и готовый на все ради своей цели.

Вот каким сейчас был Жан Кирштайн.

Жан осмотрелся и увидел, как вокруг них образовались многочисленные титаны, атакующие в основном Леви. Парню оставалось только уклоняться, чтобы дождаться нужного момента.

Нескольких титанов Жан убил, а некоторые осознанно поддались, когда приблизились к нему.

Он посмотрел в сторону и увидел, как Микаса продолжает сражаться в задней части титана Эрена. Правда она не ранена, а из ее уст изрыгался боевой клич и в глазах была лишь ярость. Она резала титанов с остервенением.

«Прекрасна…» - пронеслось в его голове.

Но сразу же вернулся в бой.

Капитан продолжал сражаться и на его лице не было ни капли желания сдаваться, но его движения становились чуть медленнее. Жан даже не верил, что тот в таком состоянии сможет выжить в этой битве, или же доберется до Эрена.

Однако его движения становились не только медленнее, но и слегка неуклюже, а один раз он едва попал по титану. Из его рта уже заметно текла кровь, а ранее чуть зажившие раны активно кровоточили, выводя капитана Леви из строя.

Все это делалось постепенно, и Жан всячески играл свою роль.

Пока не настал тот самый момент.

«Пора». – пронесся голос Эрена в голове.

Леви Аккерман все время находился спиной к Жану.

Такой знак Леви говорил о высшей форме доверия между солдатами. Тем не менее, Жан использовал УПМ и прицепился к ближайшей кости, и сразу же взял курс на капитана, покрепче сжав мечи.

Титаны перестали атаковать Жана, и кивнули, и создали своеобразный коридор.

Капитан с каждым разом становился все медленнее, чем и воспользовался Жан, резко задействовав УПМ. Благодаря высокой скорости, Леви лишь успел ощутить движение Жана.

Он подумал, что Жан летит на титана, который был за спиной Леви и даже обернулся в ту сторону, с удивлением никого не обнаружив. К этому моменту титаны уже стояли, смотря на него, не вмешиваясь.

Леви Аккерман с удивлением смотрел на них, благодаря за секундную паузу, пока не заметил два меча, вонзившиеся в грудь, и прошедшие сквозь его тело.

Последний ветеран разведки на этот раз удивленно повернулся в сторону Жана, который держал эти самые мечи. Капитан Леви не поднимал руки, не пытался защититься или ответить на атаку, а с неверием смотрел на Жана, а также на мечи из своего тела.

Жан не мог смотреть ему в глаза, и ощутил, как слезы начали течь из глаз, а ком в горле не мог дать ему возможности говорить.

«ПРОСТИТЕ! ПРОСТИТЕ!» - шептал он внутри своего разума.

Появилась в груди боль, которая сильнее предыдущих. Очень жгучая, которая не давала ему даже дышать, поэтому это давалось ему с трудом.

Каждый вдох оказывался тяжелым.

Казалось, что даже время остановилось.

Вокруг все стихло, даже титаны не двигались, и битва, казалось, полностью затихла. И единственным звуком, который услышал Жан, это были собственное нечленораздельное мычание.

Именно в этот момент Леви и изменился во взгляде, а его глаза закатились.

Клинки упали вниз, а тело начинало обмякать, но Жан не собирался позволить ему упасть на землю, где его сотрут в пыль колоссы. Вместо этого он крепко прижал тело капитана к себе.

Слезы лились рекой, а сам он прижался к телу, словно это единственная вещь, которую Жан способен сделать.

Впрочем, так и было.

- За что? – прошептал капитан Леви.

Жан не мог ничего сказать в ответ из – за кома в горле, и просто плакал, не в силах держать эмоции.

Он ощущал, как сердце Леви замедлялось, пока не перестало биться, а тело окончательно обмякло.

Капитан Леви Аккерман, как последний ветеран разведки, как боец, прошедший через ад, погиб во время последней битвы за судьбу человечества. К сожалению, от рук собственного бойца, которому доверил бы свою жизнь.

Ком в горле прошел, и Жан завопил, что есть силы.

Это был вопль боли, которую он никогда не испытывал.

Этим он совершил ошибку, потому что Микаса сразу же перевела на него взгляд.

- КАПИТАН! – услышал Жан крик Микасы.

Жан поднял взгляд и увидел Микасу, которая рвалась к нему. Только взглянув на нее, он испытал такой страх, что хотелось убежать как можно дальше.

Ее взгляд наполнен злобой, смешанной с отчаянием и ненавистью. Она готова его убить, если доберется. Причем явно не будет щадить, потому что Леви и для нее был очень дорог.

Микаса что – то кричала, но Жан ее не слушал.

«Нужно… Нужно бежать». – произнес внутренний голос, когда увидел эту кровавую валькирию в действии.

Микаса Аккерман полностью покрыта кровью титанов, и выглядела как дымящийся ангел смерти с горящими глазами, кем она сейчас и была. Она явно собиралась порвать на части Жана и он закрыл глаза, но тут же ощутил движение вокруг него.

Он открыл глаза и увидел, как титаны сгруппировались вокруг и бросали в нее кристаллические камни, сбивая скорость, а также встали стеной перед ним, собираясь защищать.

Жан же имел инстинкт самосохранения, так что он не стал медлить и начал перемещаться подальше, оставляя Микасу на титанов. Хотя прекрасно понимал, что в нынешнем состоянии она легко через них прорвется, потому что это лишь преграда.

А преграды Микаса умела легко ломать.

И звуки разрывающейся плоти были тому доказательством.

Жан перебрался с помощью УПМ к большой кости подальше, за которую и зацепился. Обернувшись, он ожидаемо увидел титанов, оказавшихся легко побежденными и стремящуюся к нему девушку.

Понимая, что все равно не сможет сбежать, Жан прицепился к ближайшей кости и закрыл глаза, прижимая тело капитана Леви к себе.

Он не мог смотреть Микасе в глаза, поэтому мог лишь ожидать момент удара, но ничего не произошло.

Удара не случилось.

Вместо этого атмосфера изменилась.

Жан оказался в Путях.

Он открыл глаза и не увидел рядом тело капитана, но вся его одежда, как и руки оказались заляпаны кровью этого человека, которого он предал.

И, что хуже всего, убил.

Жан Кирштайн закричал, закрывая глаза ладонями.

Крик душевной боли, вырывающийся наружу, вместе со слезами. Они лились по лицу Жана, и, решив все же это сделать, Жан завопил, обращаясь уже к Эрену:

- ЭРЕН! ТЫ ДОВОЛЕН!? ТЕПЕРЬ ВСЕ СДЕЛАНО ПРАВИЛЬНО!?

Жан закрыл свое лицо руками и начал рыдать.

«Я сделал это… Сделал. Убил своими руками! Капитана!»

В его голове возникли образы капитана Леви с самого первого дня знакомства, а также последующие битвы. Как тот улыбнулся после коронации Хистории, как тот сражался, как тот выполнял приказы и испытывал эмоции, которые очень редко появлялись на лице капитана.

Жан не мог точно сказать сколько он так просидел, вспоминая капитана Леви, пока не услышал звук шагов, а также не ощутил руку, положившуюся ему на плечо.

Он не обратил внимание и лишь произнес:

- Я сделал, как ты просил. Сделал все это, но… Теперь я предатель. Чертов предатель.

Жан так и не убрал руки от своего лица и не поднимал взгляда.

Он рыдал, не сдерживаясь.

Теперь его роль закончена, а значит все эмоции могут выйти наружу. Даже темного Жана, который подсказывал страшные вещи, не было внутри.

Жан ощущал лишь пустоту внутри себя, смешанную со скорбью и болью.

Рука, крепко упавшая на плечо, пропала. И следом Жан ощутил, как кто – то обнимает его сзади, прижимая к себе.

Чужое дыхание появилось на его шее, и руки обвили его талию.

«Мужские руки… Это точно он». – пронеслось в его голове.

Он знал того, кому принадлежали эти руки, а также форма.

Это не Эрен Йегер.

- Все хорошо, мой друг. Ты сделал все правильно, хотя и с осечками, но ты сделал это. – услышал Жан знакомый голос. – Не кори себя за то, чему ты не подвластен. Но это нормально испытывал боль от потери близкого человека, но… Зато твоя мать будет жива, верно?

Этот голос Жан узнает из тысяч.

Он принадлежал Флоку Форстеру.

- Флок… Это ты?

- Да – это я. – ответил он, по – прежнему утыкаясь в шею парня. – Теперь Остров станет свободным от внешних врагов. Так что я и все остальные погибли не зря. Пусть я и не знал всех деталей конца, но… Тот пейзаж, что показал мне Эрен тогда – прекрасен.

Флок сильнее сжал Жана в своих объятиях, прижимая к себе парня, от чего Жану стало неловко. Пусть он и понимал, что Флок это делает, чтобы хоть как – то помочь своему другу, но Жан отодвинул его руки, и отполз на несколько шагов, в шоке поворачиваясь в сторону мертвого товарища.

Тот смотрел на Жана со слабой улыбкой.

- Ты жив?

- Нет, я мертв. – помахал рукой Флок. – Знаешь, Эрен поднял меня из забвения, чтобы я встретил тебя здесь. Но не беспокойся, ты не мертв. Эрен просто забрал тебя в мир Путей для собственной безопасности.

- Там же… Микаса.

- Да, она бы добралась до тебя и убила. Эта девушка в гневе так страшна, что даже я не рискнул бы ее провоцировать. Но Эрен помешал ей, не дав до тебя добраться. – ответил Флок. – Но я правда не ожидал, что ты пойдешь на нашу сторону. Стоило бы Эрену сказать ранее…

- Он не мог. – сказал Жан. – Ты же точно знаешь почему.

- Да, теперь я знаю.

Жан не знал о чем говорить со старым товарищем, одним из убийц которого он стал. Определенно, он испытывал дискомфорт, хотя раньше за эти годы неплохо с ним общался. В каком – то моменте они вместе оказались по одну сторону баррикад, но совершенно не зная этого.

Кроме того, он стал причиной смерти многих его людей, которые просто не хотели умирать. Молодые девушки и парни, посвятившие свою судьбу одному человеку, до последнего храбро сражающихся за Остров Парадиз. Они не были во внешнем мире, но готовы оказались защищать его от внешней угрозы.

- Флок… Прости меня. – произнес Жан, сам не зная зачем.

Видимо, чтобы парню полегчало, но тот лишь мягко улыбнулся.

- Жан, все сделано ради общей цели. – произнес Флок. – И ты понял, что следует переступить через свои личные чувства, чтобы в итоге обрести покой. Ты же понял план Эрена, не так ли?

- Понял. – кивнул он. – Насколько же он ужасен…

- Да, но иного не дано. – отмахнулся Флок. – Но зато ты получишь будущее. Кажется, ту девушку зовут Эйлин, верно? Может быть, после того как все закончится, зайдешь к ней? Уверен, что она будет тебе рада.

Жан вспомнил еще одну деталь плана, и отчаянно уставился на Флока.

- Микаса… Она ведь следующая?

- Да. К сожалению, это так. – кивнул Флок. – Думаю, что избежать ее смерти было невозможно, но… В итоге ты сделал правильный выбор, пожертвовав малым, чтобы обрести большее.

- Разве может этот выбор быть правильным…

- Нет, но в этой ситуации он правильный. Относительно, конечно. – ухмыльнулся Флок. – Но все равно печально, что многие погибнут. Тем не менее, наш дьявол это наша последняя надежда, и я в него поверил всей душой. И не зря.

Жан не мог ничего сказать в ответ, так что он лишь опустил взгляд.

- Этот выбор… Я…

- Все хорошо, Жан. Ты сделал правильный выбор, напомню. Теперь Остров станет свободным.– сказал Флок Форстер, вновь заставляя Жана поднять взгляд.

- Я…

- Посвятим свои сердца. – произнес Флок Форстер, сделав фирменный жест разведки.

Жан болезненно посмотрел на Флока, но следом заметил, что они здесь не одни. Позади Флока было множество людей, большинство которых он видел несколько раз, но практически все из них были знакомы Жану.

«Это те… Йегеристы. Те кого мы убивали. Они что, все здесь?»

Их было десятки.

Все они появились за Флоком с одним и тем же жестом, как и Флок. Символ разведки, посвящая себя борьбе за человечества против титанов, но позже ставший символом сопротивления жестокому миру, и борьбе за собственный народ.

Все те, кто были убиты в битве в Порту, нынче стоит прямо перед Жаном, и показывая тот самый жест.

Тем не менее, Жан произнес:

- Простите меня…

- Все нормально. – ответил Флок. – Они не держат на тебя зла, ведь в итоге ты выполнил свою задачу. Мы мертвы, и скоро уснем вечным сном. Но не ты, ты будешь жить дальше.

Солдат снова зажмурил свои глаза, не в силах смотреть на людей, которых убил. Пусть они и пошли против мира, и считались врагами Жана, но тот не мог относится к ним полноценно как к врагам.

Битва уже прошла.

Руки Жана тряслись, его тошнило, но он старался сохранять свой рассудок. Его тело начало трясти, и глаза начали болеть от переизбытка чувств. Притом, что сам Жан даже не мог двинуться из – за всего, что испытывал в это мгновение.

Страх, отчаяние, боль утраты, невозможность спасти любимую, невозможность что – то сделать, предательство, психический слом и желание закрыть свои глаза и уснуть навсегда.

Жан Кирштайн был готов умереть, но внезапно он ощутил, как кто – то снова его обнимает.

Парень открыл глаза и увидел Флока Форстера, крепко прижавшего его голову к своей груди. И в этот раз Жан не стал отходить. Ему нужна была опора, хоть какая – то, чтобы Жан мог что – то рассказать, или выпустить свои эмоции.

Жан Кирштайн уткнулся в грудь Флока, обняв его, и закрыл глаза.

Он ощущал, что его начинало сильно трясти.

Другие люди также начали подходить к нему, но в их действиях не было злобы, а лишь печаль.

- Все хорошо, Жан. Просто продержись некоторое время. И обо всем забудешь. – шептал ему на ухо Флок. – Все нормально, Жан. Ты хорошо сражался.

Эмоции Жана вышли наружу с новой силой, и Флок лишь сильнее прижал к себе парня.

Следом он начал вопить, что есть силы.

Атакующий титан. Часть 1.

- КАПИТАН! – крикнула Микаса Аккерман, в шоке уставившаяся на то, что случилось.

Она не могла поверить своим глазам.

Девушка находилась в бою и ей нельзя отвлекаться, однако на короткое время она выпала из реальности.

Микаса не ожидала, что увидит нечто подобное и что такое вообще возможно. Даже сражаясь с огромным количеством титанов, она все еще держала в голове мысль о том, что следует всегда находится поближе к ослабленному и раненому капитану Леви. А когда там оказался Жан, то ей стало немного легче.

Девушка была уверена в том, что боевой товарищ теперь поможет капитану Леви.

В этот момент она могла сконцентрироваться на огромном количестве титанов, которые ежесекундно атаковали Микасу. Она едва успевала уворачиваться и прорезать им шею или рубить те тросы, предпочитая сохранить громовые копья для чрезвычайных положений.

Однако то, что Микаса увидела дальше, краем глаза наблюдая за капитаном Леви и Жаном, парализовал ее настолько, что она едва не погибла, когда девушку схватил титан, и едва не ударил о ближайшие кости Эрена.

Смерть Капитана Леви.

Это сильно всколыхнуло девушку.

Внутри нее возгорелась ярость, когда Микаса увидела это, и легко вырвалась из лап титана, а потом уничтожила еще нескольких, собирающихся напасть со спины.

Она видела, как Леви обмяк в руках Жана, и как тот после удара в спину, начал рыдать.

- КАПИТАН! – крикнула она, в ярости посмотрев на двух титанов, бросившихся на нее.

Они явно хотели воспользоваться замешательством девушки, вот только Микаса сразу же пришла в себя и легко отсоединила каналы от тел титанов.

В этот момент разум Микасы не контролировал тело. Она все делала на инстинктах. Словно животное начало, находившееся внутри каждого человека, поглотило девушку полностью, и та направилась прямо к Жану, наплевав на все опасности.

В этом состоянии девушка легко уворачивалась и от кристаллических камней, и от стрел, и от попыток сбить или же замедлить девушку.

Ее не волновало ничего, потому что в глазах была лишь ярость.

«УБЬЮ!» - проносилась в голове девушки единственная мысль, поглотившая весь разум.

Словно ничего иное ее сейчас не волновало.

Впрочем, так и было.

Все ее первобытные чувства вышли наружу, и теперь она напоминала скорее зверя, чем на человека. Микаса испытывала сильнейшую за свою жизнь ярость, смешанную с отчаянием, смешанной с чувством потери от дорогого ей человека.

Теперь она могла действовать так, как и не предполагала ранее.

Например, ранее Микаса бы совершенно точно не полетела на десятки титанов, разнося в пух и прах их сопротивление исключительно при помощи мечей, не применяя громовые копья. Она и во сне не могла так резво работать лезвиями.

Это считалось за гранью фантастики.

Реальность показала, что в этом состоянии она способна на все.

Микаса Аккерман полетела напролом, не собираясь менять маршрут. Ее не пугало то, что множество титанов окружили ее и начали нападать со всех сторон. Разум девушки был затуманен и наполнен адреналином.

Тот, кого Микаса всячески сдерживала внутри себя, вылез наружу.

Зверь.

И он желал крови.

От нее ужасно пахло, девушка была полностью в испаряющейся крови врага. Перед ней появлялось множество титанов, каждый из которых желал нанести урон, но Микаса не обращала на них внимание, и убивала, даже не посмотрев на своих врагов.

Вернее, ее взгляд был установлен на одной цели.

Жана Кирштайна, который перемещался с место на место, пытаясь избежать встречи с ней.

- СТОЙ, СУКИН СЫН! – закричала Микаса, сама от себя не ожидая.

Это было похоже на вой.

Жан обернулся, показав испуганное лицо, а сама Микаса в этот момент скривилась от злобы.

Она сама не заметила, как порубила множество титанов, по – прежнему не сводя глаз с Жана Кирштайна. Девушка приближалась к нему, несмотря на любую преграду, легко снося ее, и заодно еще больше пугая парня. Жан все отдалялся, но Микаса сокращала расстояние, используя весь газ, что могла, дабы побыстрее достигнуть врага.

«Ублюдок! ПРЕДАТЕЛЬ!» - хотела кричать Микаса.

Ее внутренний голос повторял раз за разом эти слова, распаляя желание Микасы отомстить.

В этот момент она была способна не только на убийство старого товарища, но и на что угодно в принципе. Ей казалось, что ее внутреннее состояние настолько изменилось, что все ранние эмоциональные преграды оказались сломаны.

Особенно на это повлияла гибель Армина, которого сожрал титан, удар в спину от Жана и гибель Леви Аккермана. Все боевое товарищество, и люди, которым она доверяла, исчезли.

Все изменилось слишком быстро.

Она осталась совершенно одна, лишенная союзников, Эрена и какой – либо надежды на хороший исход.

Девушка это прекрасно понимала.

Однако Микаса все равно двигалась в сторону Жана, уничтожая любую титаническую преграду на своем пути.

«Почему?! ПОЧЕМУ!?» - прошипел ее разум, отчего Микаса продвигалась вперед.

За ней был шлейф трупов.

Титаны очень быстро исчезали, превращаясь в пар, однако если бы этого не было, то за Микасой столпилось бы огромное количество тел врагов, которых не сосчитать. Она даже не смотрела на них, не замечала, словно это какие – то мелкие насекомые.

- ПОЧЕМУ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ, УРОД!? – крикнула она, сама от себя не ожидая.

Обычно Микаса старалась держать себя в руках, но сейчас не могла. Поэтому из нее выходило то, что давно сидело в голове.

- Я ТЕБЯ ПОЙМАЮ, ТВАРЬ! ТЫ ОТВЕТИШЬ ЗА ЭТО! – в очередной раз крикнула Микаса, и со злостью посмотрела на титана, прыгающего к ней.

В ответ она увернулась от нападения, и использовала УПМ, чтобы зацепиться за вверх одной из костей и добраться на самый вверх. Ведь все равно, как бы она не хотела уничтожить Жана в данный момент, но титаны этому мешали.

К тому же, высвобождение небольшого количества эмоций сильно помогло.

Она начинала приходить в себя.

«Нужно по минимальному. Иначе газа не хватит на последний рывок». – произнес внутренний голос Микасы.

Казалось, что ее разум вновь начал превращаться в человеческий. Она начинала размышлять, когда прицепилась к самому верху, и у нее оказалось несколько свободных секунд.

Девушка перевела дыхание.

«Неужели, Эрен и правда рассчитывает на это?» - подумала она.

Эрен хотел их убить, но Микаса до сих пор не могла в это поверить несмотря на то, что происходило перед ее глазами.

Микаса и Леви еле – еле успевали отвечать на атаки, в то время как нападение шло со всех сторон. Несколько раз ее практически убили, но спасал Леви. Тоже самое и наоборот, ведь титаны сражались очень серьезно, и Микасе повезло, что она до сих пор жива.

«Эта злость от гибели Леви… Придала сил. Вероятно, если бы не это, то я уже была бы мертва…»

В глазах Микасы появились слезы, но она сразу же отбросила все иные эмоции.

Сейчас они ни к чему.

Микаса огляделась, пытаясь проложить наиболее безопасный маршрут.

Ей нужно было обследовать путь вверх, чтобы примерно понимать, где находится наименее опасный путь, где можно было пролететь прямо до Жана. Ведь какой бы Микаса не была сильной воительницей, все равно титанов было огромное количество, и рано или поздно, ее силы иссякнут.

Она уже тяжело дышала и явно начинала выдыхаться.

Кроме того, у Микасы тряслись руки и начинали болеть ноги, что также не давало ей оптимизма. Как ни странно, лишь злость помогала хоть как – то подавлять эти неприятные последствия.

«Нужно добраться до него. А потом... Потом до Эрена». – пронеслось в голове Микасы.

Если Жан и Эрен были понятно где, то Армин буквально пропал.

Микаса пыталась найти тело Армина или даже хоть какой – то намек на его существование, но не смогла. Леви и Микаса даже вспороли тело титана, который сожрал Армина. По итогу там не оказалось даже намека на тело друга.

Он словно сквозь землю провалился.

Именно поэтому девушка хотела сконцентрировать свои силы, в основном, на Эрене. Она старалась держаться, и пыталась пробиться в сторону Эрена, но титаны теснили их и не давали Аккерманам достигнуть желаемого.

«Это плохо… Очень плохо». – подумала Микаса, смотря на то, что происходит внизу.

Ее никто не атакует.

Титаны перегруппируются, давая так нужный Микасе перерыв, но при этом сами начинали появляться из всех щелей. Их становится все больше и больше и в их действиях просматривается определенный смысл.

Наиболее крупные титаны стояли впереди всех, а по краям держались те, кто будет бросать в Микасу различные предметы, а в середине стояли обычные, но более маневренные бойцы. Кроме того, она замечала и иных титанов, которые ползли по костям и также окружали девушку.

Ситуация была очень паршивая.

«Значит… Все будет только хуже. Нужно двигаться». – пронеслось в голове Микасы.

Определенно, это правильное решение.

Тем не менее, ее целью был Жан, который находился позади всех этих титанов и теперь уперся в какую – то кость, по – прежнему не отпуская тело погибшнего.

Сквозь пелену гнева пробрался разум, и она заметила кое – что странное.

«Стоп, мне кажется, или?» - задумалась Микаса, когда посмотрела на Жана.

И правда.

Сначала она подумала, что ей это мерещится из – за сложного эмоционального состояния, но теперь все было немного иначе. Ее наблюдению мешала ярость в первые минуты после смерти Леви Аккермана, но теперь Микаса явно видела.

Титаны не просто не трогали Жана, а защищали, сотворив перед ним своеобразную стену, позволяя ему отходить назад, пока сами непрерывно смотрели на Микасу.

«Если Жана защищают Титаны, а их призвал Эрен, то он в сговоре с Эреном? Получается… Так ведь?» - догадалась Микаса.

Микаса вновь начала испытывать сильную ярость, и сжала челюсть так сильно как могла. Она ощутила боль от треснувших зубов, которая позволила девушке не поддаться гневу.

Нужен трезвый рассудок.

Ей не хотелось в это верить, но пока что факты говорили об этом. Ведь титаны не просто защищали его, но и помогали перемещаться, и наблюдали только за Микасой, на самого же Жана даже не нападали.

- Сговорился значит… Значит, проклятье. – произнесла Микаса. – Но, может быть, получится?

Это был риторический вопрос.

Эрен уже дал свой ответ, но все же Микаса хотела надеялась, что это можно изменить.

Она вспоминала Эрена всю дорогу и пыталась сформировать в своей голове путь Эрена, чтобы понять, когда он поменялся. Когда же тот крикливый подросток, постоянно требующий защиты и влипающий в неприятности, превратился в того, кто сейчас уничтожает мир. Когда же Микаса не заметила этого преобразования? Ведь нельзя просто за один день измениться так сильно, для этого есть целый путь становления.

Однако Микаса не могла найти внутри себя какие – либо зацепки.

Эрен изменился в определенный промежуток времени, и Микаса не могла понять, когда именно. Что стало тем мотиватором для глобального изменения, ведь Микаса точно помнила глаза Эрена, когда тот говорил об убийстве невинных.

Он испытывал от этого печаль, и ярость, когда невинных убивали в этом мире. Однако сейчас Эрен превратился в того, кто сам творит именно то, за что ненавидел других.

Это так и осталось для нее загадкой. Сколько бы не копалась в своей голове, изменения Эрена она не заметила.

Либо же просто не хотела замечать.

«Значит, так хорошо ты знаешь свою любовь?» - произнес внутренний голос Микасы.

Она помотала головой.

«Нет. Я знаю его, он не такой. Должна же быть какая – то причина, помимо всего этого ужаса. Я хочу узнать ее, и тогда… Тогда решусь окончательно».

Перед глазами Микасы возникло лицо улыбающегося Эрена.

То наивное дитя, которое стремилось узнать, что же там за пределами Стен и подарить свободу человечеству. То самое дитя, которое постоянно попадало в неприятности и из – за чего Микасе приходилось выручать его. Тот самый человек, что через несколько лет будет говорить о долге, а также о том, как он готов пожертвовать даже своей жизнью во имя человечества. И тот самый человек, который был готов пожертвовать собой, лишь бы у человечества появился шанс на спасение.

Как же Эрен превратился в это?

«Что же с ним стало? Почему он стал… Таким?» - пронеслось в голове Микасы.

Ответ Микаса получит лишь от Эрена.

В уголках ее глаз снова появились слезы, но Микаса стряхнула их.

- Но для начала…

Титаны по краям этой группировки уже начали двигаться.

Кисти этих титанов начали светится и в Микасу полетели тяжелые предметы. Остальные противники начали движение наверх, поднимаясь с помощью тех же самых связывающих каналов. Им даже не нужно было залезать по костям, потому как каналы помогали просто подняться в воздух. По сторонам также обходили несколько титанов, передвигаясь таким образом, чтобы не мешать друг другу, но готовые всегда подстраховать товарища.

«Это явно не тупые титаны. Есть некая логика». – заметила Микаса.

Действовать нужно быстро.

Микаса зацепилась крюком за ближайшую кость и с помощью УПМ смогла подпрыгнуть высоко вверх, избегая прямых попаданий. Сделала она это не только ради того, чтобы уйти от вражеских атак, но еще и чтобы найти лучший путь до Жана.

Камни и стрелы летели мимо.

Находясь в полете, Микаса быстро составила маршрут движения Жана, и произнесла:

- Не уйдешь, сученыш.

Микаса ощутила резкий порыв воздуха и молниеносно зацепилась за верхнюю кость, направившись туда.

Сразу же пролетели несколько камней.

Девушка, как только приземлилась, обернулась и направила взор на нынешнего врага, который уже успел переместиться в иное место.

Микаса вновь посмотрела на место, где находился Жан, и заметила, как тот начал двигаться. Он вместе с телом Леви был под охраной титанов, что и прежде, но сейчас их стало намного больше. Они встали на защиту этого человека, что лишь подтвердило мысль Микасы о том, что Жан был в сговоре.

«Значит, ты предал нас, да?! Значит, предал своих товарищей?!»

Микаса испытала сильнейший прилив ярости, когда увидела его взгляд, полный боли, и, словно берсерк, решила пробиваться напролом.

Девушка резко спикировала вниз, отцепила крюк и на полной скорости вынула два новых клинка, срубая головы всем титанам, что появлялись перед ней. Они рычали, прыгали, атаковали, не давали пройти, но всех Микаса превращала в фарш, либо разрезая заднюю сторону шеи, либо же срубая каналы, по которым они связаны с титаном Эрена.

- УБЛЮДОК!

Злоба вновь затмила разум Микасы Аккерман.

Она смотрела на свою цель, которая уходила все дальше. Жан перемещался и пытался сбежать.

Титаны находились внизу, а Жан подлетел на большую высоту. Также проблема Жана в том, что он несет с собой тело капитана, которое не позволяет ему по полной задействовать собственную маневренность, так что его движения ограничены.

Кроме того, Жан остановился у одной из больших костей титана Прародителя.

«Все, видимо, выдохся». – процедил внутренний голос Микасы.

Это ее шанс.

Микаса резким рывком бросилась вперед, но впереди возник титан, прыгнувший прямо на девушку. В ответ она сгруппировалась и выставила вперед мечи, тем самым залетая в рот титана и прорываясь, вылетела наружу, убивая монстра.

Тело Микасы уже дымилось от крови титанов, а теперь еще и покрыто слюнями и различными выделениями рта и тела титана, но она все равно не сводила взгляда со своей цели.

Она чувствовала, как начинала уставать, и ее руки начинали снова трястись, но злоба внутри Микасы побеждала любую усталость, и она проходила сквозь все препятствия и начинающих появляться рядом с ней титанов.

Микаса была уже близко, и теперь уже ничто не могло позволить ей добраться до него.

Однако Жан не двигался.

«Ему же хуже»,

Микаса не хотела говорить с ним, не собиралась вести переговоры, а сразу же убить бывшего товарища, возившего капитану нож в спину.

Это были эмоции.

Она, вероятно, пожалеет об этом попозже, но сейчас девушке было плевать.

- ЖАН! – крикнула она, когда почти добралась до него.

Остались считанные секунды, прежде чем Микаса доберется до него.

Однако она заметила странности.

Уже некоторое время Жан совершенно не двигался и даже не подавал признаки жизни, замерев в одну позу, как это было с Армином. Ранее она не могла ничего толком увидеть из – за того, что была далеко. Она заметила лишь действия титанов, но сейчас видела, приблизившись, что кое – какая странность присутствовала.

Куда больше, чем просто защита титанов.

Тело Жана словно сливалось с костью титана и поглощалось им без каких – либо движений со стороны парня. Особенно Микасу смутил момент поглощения, где тело Жана постепенно заходило в саму кость, поглотившись на половину.

Это было странно.

«Неужели, он уже в Путях? А К ЧЕРТУ!»

Микаса отбросила все иные рассуждения и уже готовилась ударить по Жану, но, как только мечи почти прикоснулись к человеческому телу, оно просто пропало.

Тело Жана резко засосало внутрь кости титана вместе с телом капитана, и как только мечи Микасы коснулись кости, то она услышала лишь стук удара, а сама кость титана не треснула.

«А?» - пронеслось в голове Микасы.

Она обернулась и не увидела ничего, кроме мертвых титанов, лежащих внизу, и приближающейся к ней большой группе врагов.

Микаса непонимающе уставилась на кость титана.

Обе тела просто пропали, словно их никогда и не было. Засосались внутрь титана Прародителя, притом что саму девушку это не касалось. Ее рука была на месте, и когда она трогала кость, то ничего не происходило.

«Следовательно, это поглощение касается только…» - догадалась она.

Был лишь один человек, способный на такое. Тот человек, кто мог легко управлять элдийцами.

Эрен Йегер.

- Понятно. Значит, цель изменилась.

Вернее, скорректировалась.

Эрен все равно был ее второй целью после гибели Жана, но теперь, раз Жана не было, то Эрен стал первочередной целью.

Но сначала требовалось узнать еще кое – что.

- АРМИН!? КОННИ!? ПИК?! РАЙНЕР! КТО – НИБУДЬ, ВЫ ЖИВЫ?!

Она с надеждой посмотрела на поле боя, ставшего уже резней, и не увидела никого из союзников. Даже намека на их присутствие не было, и даже битвы с титанами где – то вдалеке не происходило.

Вокруг лежали только мертвые титаны, но никого из живых людей не оказалось. Лишь рев и грохот шагов титанов заглушал любые звуки, и этот рев становился все громче и громче.

Рев сотен титанов приближался, а Микаса не была глупой и знала, что ей не одолеть врагов.

Их было слишком много, а усталость и трясущиеся руки совместно с тяжелым дыханием не давали ей надежды, что она выживет на поле боя. Вероятно, пару десятков сможет одолеть, но следом падет сама.

«Нет, я так не закончу здесь. Пока… Не узнаю ответа от виновника этого ужаса». – подумала Микаса.

Микаса вспомнила лицо Эрена еще раз.

Девушка испытывала смешанные эмоции, и следом издала громкий вопль, опять же не ожидая это сама от себя.

Он вырвался неосознанно.

Микаса кричала, но не знала даже почему. Скорее всего, из понимания, что, вероятно, она одна осталась жива. Все остальные либо мертвы, либо схвачены, либо же утащены куда – то.

Разницы нет – все товарищи в данный момент недееспособны.

Иначе говоря, Микаса не могла больше думать о других и пытаться сделать что – то невозможное за пределами ее сил. Теперь нужно было сосредоточится на одной цели, которая реальна.

Цели, что перед ней, и совсем не скрывается.

Эрен Йегер.

Она перевела взгляд на голову Эрена и испытала нечто, сравнимое с воем изнутри.

Микаса понимала, что он заслужил смерть, и должен быть убить, но в ней сейчас боролось ощущение, что Эрена еще можно было вернуть. Что это лишь небольшое недоразумение и все еще можно решить. Что весь этот ужас, смерть миллиардов людей всего лишь очень долгий и плохой сон.

Кроме того, часть Микасы все еще отказывалась на убийство Эрена, в то время как иная, более адекватная и неподверженная чувствам, твердила, что это нужно сделать.

«Он убил Ханджи, заставил тебя убивать новобранцев, заставил убить еще детей, не говоря уже об убийстве капитана Леви. Все это его вина. Так что это нужно сделать, как бы тебе не хотелось». – шептал внутренний голос.

Это был голос из глубины подсознания.

Жестокий, хладнокровный и крайне пугающий.

Микасу словно окатили холодным душем при одной мысли, что ей придется срубить голову Эрену.

Тем не менее, иного выхода остановить этот кошмар девушка не видела.

Все же несмотря на свою неуверенность касаемо этого действия, ей нужно действовать как бойцу разведотряда, так что не время думать о лишнем.

«Нужно… Я сделаю это!» - подумала она и зацепилась за кости титана.

Она по той же схеме направилась по верху, игнорируя всех, кто находился снизу. В нее пытались попасть, но она успешно уворачивалась от различных предметов, летящих в нее.

Но все равно, как только она начала приближаться к голове титана, где должно быть тело Эрена, ее сердце начало стучать сильнее. Поднялось волнение внутри девушки, причем настолько сильное, что, казалось, ее начнет тошнить.

Тем не менее, Микаса заставила себя отбросить все иные чувства. Даже самые малейшие колебания девушка отвергла.

«Перед мною не Эрен… А титан Прародитель».

Верно.

Эрен Йегер сейчас уже не может говорить, он мертв. Остался лишь монстр Титан Прародитель, желающий стереть все человечество с лица земли. А она, как член разведотряда, прошедшая через ад, должна была этому помешать, ведь клялась в службе человечеству.

«Время посвятить свое сердце человечеству, а не Эрену».

Микаса Аккерман вздохнула.

- Да… Эрен, прости, но мне придется… Это сделать.

Даже несмотря на неуверенность касаемо будущего, Микаса знала, что нужно сделать в этот момент.

Спасти остатки человечество.

Так что она отбросила все, что намекало внутри нее на жалость и неспособность действовать, похоронив внутри себя остатки чувств и неуверенность, а также все иные чувства к Эрену и настроила себя на борьбу.

Разум захватил первенство над чувствами.

«Потом разберемся со всем». – подумала Микаса.

Микаса посмотрела на голову Эрена, что уже была близко. Оставалось только спрыгнуть вниз, что девушка и сделала.

Приземлившись, она не заметила титанов поблизости.

Даже те титаны, что были вокруг нее, все еще двигались в сторону, но не могли быстро преодолеть такое большое расстояние. Все из – за того, что кость Эрена все же не может одновременно дать бежать множеству титанов, потому что кто – то может упасть, и тогда упадут все. Поэтому они бежали не так быстро.

Впрочем, Микасе было это даже на руку.

Она зацепилась за ближайшую кость вверху и взлетела с помощью УПМ. Ей нужно было пробить себе дорогу в голову Эрена, поэтому Микаса еще на подлете решила пробить зубы титана.

Направив одно из двух оставшихся громовых копий, девушка сотворила себе проход.

«Получилось. Значит, он не укрепил эту часть». – пронеслось в ее голове.

Что – то внутри ее головы начало сомневаться, ведь Эрен, по идее, должен укрепить свое место, где он мог находится. Раз он хотел уничтожить весь мир, то ему требовалось надежное убежище.

Микаса рисковала, ведь не знала точно ли он там.

Однако внутри нее говорил не только разум, но и надежда.

Требовалось спешить. Все же газа в УПМ осталось не так много.

Микаса оценила обстановку после взрыва и сразу же направилась внутрь рта Эрена. Приземлившись, она увидела только голову Эрена и тут же остановилась.

«Все… Как я и предполагала… Он защищен». – обреченно пронеслось в голове Микасы.

Для начала, девушка оказалась права – голова перед ней, закрепленная какими – то странными линиями из плоти и крови, связанная с телом Прародителя. Лицо же Эрена немного изменено, напоминая нечто демоническое.

Однако это не было проблемой.

Но вот что было самое худшее – кристаллическая оболочка вокруг головы Эрена, похожая на кристалл, в котором находилась Энни.

И которую не пробьют ни копья, ни любое иное оружие на Острове, что они попробовали за эти годы.

Только один из девяти титанов, которого сейчас с ними не было.

Лицо Микасы Аккерман за мгновение испытало гамму чувств от удивления, отчаяния и злобы до принятия. Она должна была удивиться тому, что там лишь голова Эрена без тела, но это не вызывало внутри нее какого – либо удивления.

Однако нахождение головы в кристалле говорит о невозможности закончить эту миссию.

«Иначе говоря… Я никак не смогу пробить эту броню». – пронеслось в голове Микасы.

Микаса не знала, что ей делать. Она даже двинуться не могла, потому что понимала бессмысленность этого действия.

Если она нападет, то последнее копье будет уничтожено, а ее заденет осколками.

Если же она убежит, то титаны разорвут ее на части, но если же она каким – то чудом останется жива, то путь назад на Остров отрезан. Она без газа для УПМ, без продуктов питания, без надежды на спасение и даже на летающей лодке уйти не сможет из – за того, что она уже разбилась.

Иначе говоря, это место стало ее могилой в любом случае.

«Да… Верно, могилой. А раз так, я хотя бы попытаюсь». – подумала Микаса.

- ЭРЕН!

В этот момент глаза Эрена открылись и посмотрели прямо на Микасу.

«Я ждал тебя, Микаса»

Микаса дернулась, когда услышала голос Эрена в голове.

Однако глаза Эрена оставались открыты и смотрели прямо на Микасу.

- Эрен! Прошу, хватит!

«Я не остановлюсь, пока все враги не будут истреблены».

Лицо Эрена оставалось беспристрастным.

Микаса ощутила внутри себя боль и отчаяние, в очередной раз поглотивших молодую девушку.

«Это действительно ты, Эрен?» - подумала Микаса.

Она опустила меч, понимая, что не пробьет и уставилась на холодное лицо Эрена. Тот лишь опустил взгляд и Микаса услышала звук позади.

Она обернулась и увидела, как кристаллические образования появляются и заполняют весь рот титана Эрена, отрезая ей путь назад. Она не только не сможет выбраться, но и даже пробиться к слабым местам не имеет возможности, ведь кристаллизация покрыла весь рот.

- Решил… Решил убить меня? – спросила она, обреченно шагнув назад.

Эрен промолчал и все еще смотрел на нее тем самым холодным взглядом.

Микаса заметила, как позади нее начались формироваться не только защитные кристаллы, но и явно те, что служат для нападения, а именно в форме копий.

Они появлялись медленно, не спеша. Будто бы Эрен специально смакует этот момент, не сводя с Микасы того взгляда, от которой ей становилось не по себе.

- Думаешь, что я сдамся? А вот и нет!

Решив не дожидаться, Микаса хотела дать отпор, сделав, вероятно, последнее решение в своей жизни. Она отбросила бесполезное громовое копье, после чего сделала рывок вперед, подняв меч над собой.

Она знала, что не пробьет кристалл, но ей не хотелось стоять на месте. Как воин, Микаса хотела умереть в битве.

Микаса нанесла удар мечами по кристаллу.

Ожидаемо, они сломались и частично осколки попали на кисти Микасы, причиняя ей боль. Но она все равно не сдалась и не упала на колени, и нанесла еще один удар по кристаллу, но уже обломком меча.

После чего произнесла:

- ЧЕГО ТЫ ЖДЕШЬ!?

Микаса посмотрела прямо в глаза Эрена и решила не сводить его, пока не будет убита. Ведь те копья до сих пор формировались, будто бы специально медленно.

«Хорошо, Микаса». – послышался голос в ее голове.

Она моргнула и уже оказалась не перед Эреном, а уже в знакомых ей Путях, где и услышала объявление о походе против всего мира.

И виновник сего торжества стоял прямо перед ней в полный рост.

Его взгляд был опечален, но в нем все еще виднелся тот холод и та решимость, с которым Эрен смотрел на нее, когда та пробилась к голове. И ровно та холодная решимость, которую Микаса увидела в Либерио.

Ей стало не по себе.

- Думаю, что тебе стоит услышать причину такого действия, Микаса.

- Эрен… - произнесла Микаса.

Микаса поднялась на ноги и огляделась, не заметив по сторонам никого, кроме Эрена Йегера, стоявшего перед ней.

Девушка ощутила ком в горле, и кивнула, готовая слушать.

Атакующий Титан. Часть 2

- Надо же… Не думала, что все настолько сложно. – произнесла Микаса Аккерман, опуская руки.

Она окончательно отказалась от попытки убийства Эрена, когда услышала его рассказ.

Уже несколько часов Микаса сидела и слушала Эрена, внимательно и запоминая каждую деталь. Он рассказывал про будущее, про прошлое, и показывал свою мотивацию, и про необходимость полной аннигиляции всего мира, ведь только таким жестоким способом можно разорвать порочный круг.

Сам же Эрен выглядел мрачно, в его глазах была видна грусть, но на этом все. Почти весь рассказ он выглядел отрешенно, монотонно рассказывая Микасе длинную историю.

Определенно, вся эта ситуация очень сильно изменила Эрена.

- И не говори, Микаса. Я провел тут много лет. – ответил Эрен, кивнув своей давней подруге. – Но лишь со временем окончательно смирился со всем, что мне придется сделать.

Микаса не могла игнорировать доводы Эрена, поэтому после рассказа перестала сопротивляться.

Однако это не означало, что девушка смирилась с миллиардами смертей. Ей было очень трудно осознать, что будущее человечества придется строить на крови.

- Думаешь, что сможешь дойти до конца? Уверен?

- Иного варианта нет. Ты видела куда приводят альтернативные пути.

Микаса кивнула.

Будущее, которое она увидела, пока Эрен рассказывал, было ужасно.

Микаса увидела не только свою смерть десятки раз, когда Эрен показывал иные варианты развития событий, но еще и гибель всего Острова, включая бомбардировки с причудливых кораблей, плывущих по морю на высокой скорости, рабство всего элдийского племени и массовые казни, что им устроят континентальные, если он хоть кого – то оставит в живых.

Согласно словам Эрена, эти события он видел много раз, поэтому держался холодно, пока сама Микаса не могла сдержать слез.

- Верно, значит, будущее в любом случае обречено? – тихо спросила она.

Она не хотела в это верить.

Ей хотелось услышать, что все еще можно решить, и будущее не предрешено. Что внезапно случится как в старых сказках, которые она слышала от Армина. Появится какая – то сила, и будет найдено решение, и мир воцарится на всей планете.

Конечно, это лишь утопия, которая никогда не будет реализована.

Как минимум, уже нынешние события показывают, что в будущем, если человечество выживет, то им придется держать ответ за своих предков, причем намного более болезненный.

Вплоть до полного уничтожения.

Микаса понимала это разумом, но человеческая часть девушки не могла с этим смириться, хотя Эрену она пока что не могла об этом сказать.

- Да. Ужаснее некуда. Единственное, что я могу сделать, так это выбрать лучший вариант из всех, что были представлены. – сказал Эрен, поднимая взгляд.

Его глаза ярко блестели от силы Прародителя.

- Синтез силы Атакующего и Прародителя помогает смотреть одновременно во многие временные ветки, и за счет этого принимать решение.

- Сложно все… Я лишь половину могу понять, если честно.

- Единственное, что сейчас важно – я не могу сойти с этого пути, Микаса. Уже слишком многие умерли, слишком многих я принес в жертву, и я уверен в собственном решении.

По сути, весь разговор был построен на том, что либо он убеждал самого себя в своей правоте, либо же пытался открыть глаза Микасе. Однако все равно в его глазах, помимо печали, она видела нечто страшное.

Будто бы хищник внутри ждал, чтобы выйти наружу и разобраться с девушкой, поэтому от взгляда Эрена ей было не по себе.

Он не спускал с нее взгляда, и это пугало, поэтому девушка старалась держаться на расстоянии, и при этом была напряжена, готовая к любому развитию событий.

- Так и с ума сойти можно. – заметила девушка.

- Вероятно, так и есть. Я сошел с ума уже давным – давно… - произнес Эрен, слабо улыбнувшись. – Еще со времени, когда стены впервые были прорваны. Это и стало катализатором изменения внутри меня.

- Спрошу еще раз… Но правда иного способа нет?

- Нет. – твердо сказал Эрен.

В его взгляде появилась решимость, и именно она показывала насколько Эрен мотивирован. Микасе оставалось только отвести взгляд и принять новую реальность.

Вернее, нового Эрена.

Она видела достаточно,

Микасса видела катастрофы в различных вариантах будущего в разных временных промежутках.

Где – то их уничтожали, если Эрен не задействовал силу Прародителя, где – то их уничтожали, когда Эрен сбежал и решил не атаковать континент. В другом варианте Дрожь Земли сокрушил лишь армии, но наладить отношения не получилось, и по итогу все закончилось ковровой бомбардировкой.

Эрен показал больше двадцати вариантов, где все закончилось очень плохо. В каждом из них погибали все люди Острова Парадиз, в итоге не помогала даже сила титанов, и часть из них вновь обращали в рабство. Ведь они должны заслужить прощение за то, чего даже не совершали.

Так говорили люди с континента.

Можно сказать, что Микаса приняла план Эрена и его мотивы своим разумом, но человеческие эмоции все еще мешали ей. Поэтому она не хотела соглашаться с планом до самого конца, ибо совесть просто не позволит ей жить дальше.

- Но зачем ты мне это говоришь прямо сейчас? – спросила Микаса. – Разве нельзя было сказать об этом раньше, чтобы мы могли придумать план действий, где многим не пришлось бы умирать?

- Как ты видела, я пытался, но иные варианты будущего не устраивали. – произнес Эрен, раздраженно посмотрев на девушку. – Все они давали лишь отсрочку войны, которая разгоралась с новой силой. И каждый раз яростнее и яростнее, унося жизни еще большего количества островитян.

- Я видела… Но все же повторю свой глупый вопрос, прости за наивность. Разве нет иного способа? Ну, я имею ввиду помирить два настолько враждующих народа?

- Нет. К сожалению, лишь один из нас в итоге останется в живых. И я выберу Парадиз, где я родился и вырос.

Верно.

Микаса понимала суть, которую Эрен пытался до нее донести.

Люди и элдийцы слишком разные, ненависть буквально поселилась внутри этих двух народов, и найти общий язык практически невозможно. Даже если один из них будет настроен мирно, то второй воспримет это как слабость и воспользуется. Или же если два народа попытаются жить в мире, но это как пороховая бочка.

Стоит одной искре появится, и неважно какая причина и кто виноват – искра превратит бочку в тотальный взрыв, который в реальности станет самой жестокой и массовой резней.

Даже если Остров пойдет на поводу у мира, то мир в конце концов избавиться от людей Парадиза, чтобы завладеть его ресурсами, либо же поставить элдийцев с Острова в разряд рабов, которые добывают ресурсы и работают до самой смерти.

В паре вариантов будущего, к слову, так и случилось.

- Помнишь, что ты говорила пару лет назад? – спросил Эрен, не сводя глаз с Микасы. – Мир жесток и беспощаден, и этого не изменить. Никто не желает нас слышать, никто не желает с нами договариваться, и искать общий язык. Им это не нужно. Мира нам не видать, а чтобы потомки нашего народа жили без врагов внешнего мира – требуется радикальные действия.

- Я не это имела ввиду, но… Разве гибель невинных людей тебя радует?

Прошлый Эрен, которого Микаса знала, никогда бы не поступил таким образом. Он ни за что не стал бы причинять вред невинным.

- Меня вообще никакая смерть не радует. Я не желал брать в руки нож, чтобы в итоге выкосить человечество. – ответил он. – Я хотел найти иной путь, и пытался это сделать. И до поездки в Либерио, и во время разведки в Марли – я все это время пытался найти иной способ, где не придется кем – то жертвовать.

Эрен ударил кулаком по песку.

- Но… Во время путешествия в Либерио я увидел, как к нам относятся, и что говорят про островитян. Ты в курсе, что почти в каждом номере каждой газеты нас проклинают? Ты в курсе, что островитян там не считают даже за континентальных, потому как их они собираются оставить в живых и использовать, а островитян… Просто истребить. – с нотками злости сказал Эрен. – Так что меня не спрашивали, что я в итоге хочу. Но… Если бы спросили, то защитить тех, кто мне дорог. Ты видела последствия, если они заберут эту силу себе. Так почему задаешь глупые вопросы, Микаса?

- Я просто пытаюсь… Смириться.

- Ты смирилась разумом, но не чувствами. Я понимаю. – сказал он, расслабляя руку. – Я тоже был в таком состоянии, но лишь до попадания в Либерио. Тогда, когда все началось, мне лишь осталось двигаться вперед, сколько бы зла я не причинил. Ведь в итоге… Остров будет жить, и это главное.

Микаса могла лишь снова опустить взгляд, не в силах найти ответ.

Откровенно говоря, она не знала, что ей нужно отвечать, ведь Эрен говорил вполне обычные вещи, которые, хотя и сложно принять, но понять можно.

Однако внезапно в ее голове возникла мысль, которую требовалось подтвердить.

Конечно, очевидно, что Микаса в своей догадке права, но теперь она может напрямую спросить у виновника этого кошмара, узнав истину.

- Эти варианты будущего. Ты показывал их Жану?

- И Жану, и Флоку, и… Хистории в том числе.

«Список сообщников Эрена, проще говоря. Но почему они?!» - пронеслось в голове девушки.

Если с Флоком все было предельно ясно, то что с Жаном или же Хисторией? Какую роль играет, например, Хистория? Подобные вопросы возникли в голове Микасы, но вместо них она произнесла:

- Значит, Жан и правда работал на тебя.

Эрен кивнул.

- Верно. Тогда, когда Жан избил Райнера, он был сломан. Его можно было натолкнуть на любую мысль, и я подтолкнул его к нужному поступку. Каким бы это не было ужасом или предательством, подобное нужно было сделать.

Иначе говоря, Эрен связался в тот момент, когда тот был очень уязвим, и согласился на такой спасательный круг.

- Но… Жан убил Леви.

- Я знаю. Это я отдал ему приказ. – холодно произнес Эрен. – Такова была его задача, потому что Леви был опасен.

Микаса была ошарашена холодом Эрена.

Он говорил про капитана Леви, которого буквально боготворил много лет, словно это никто, и звать его никак. Будто бы это не один из близких людей Эрена, которым он дорожил. Будто бы это какой – то враг.

Удивление и шок, появившееся на лице Микасы, прямо показали Эрену ее мысли, поэтому тот лишь опустил глаза, впервые показав нечто, похожее на человеческие эмоции.

Конечно, за исключением печали в глазах. Хотя, это больше напоминало не печаль, а смирение.

- Когда – то давно я им восхищался. Сейчас уже нет, ведь… Он все равно мертв.

- Но… Это был твой кумир. И он больше других заслуживал остаться в живых.

- Понимаю, но выбор был сделан. Ему не повезло с родством, увы.

- О чем ты?

- Он Аккерман. – сказал Эрен, будто бы это имело огромное значение.

К слову, согласно реакции Эрена, это как раз таки имело огромное значение.

- Я желаю, чтобы все это закончилось. Я устал, Микаса. – произнес Эрен, поднимая свой взгляд.

В нем отчетливо читалась усталость, которую парень не скрывал.

- Я очень устал, но меня ждет еще более трудный путь. Сейчас ты не поймешь, да и не увидишь, но я спасу этот мир. Я уничтожу силу титанов, и принесу в этот мир избавление от проклятия 13 лет.

- Значит, Армин проживет долгую жизнь? – спросила Микаса, ощутив небольшой прилив радости.

Конечно, нет причин для позитива, однако мелочам тоже нужно хоть немного радоваться. Хотя бы эта новость заставила Микасу чуть – чуть улыбнуться.

- Как и остальные. Конечно, если же они живы.

Девушка насторожилась.

- Живы? Кто – то из них мертв?

- Тот парень по имели Фалько, Габи, Энни и Пик. – произнес Эрен равнодушным тоном. – Вот основной пласт мертвецов.

Та девочка, которую я защитила, мертва? Это же… Дети». – пронеслось в голове Микасы.

Она не знала этих детей очень хорошо, но видела, когда они решили помочь спасти мир. Воины – элдийцы, которые с детства обучались в армии, чтобы в итоге их родителям жилось получше, чем в гетто.

Тем не менее, Микаса испытала печаль, вспомнив этих двух детей.

- Они же дети…

- Которые убили нескольких наших человек, в том числе и Сашу. – заметил Эрен. – Долго будешь жалеть врагов?

- Но…

- Это вражеские солдаты вражеской страны. Тут и иного варианта нет. И плевать на то, что они передумали. На их руках все еще кровь островитян.

Микаса не могла ответить, поэтому просто опустила взгляд, не в силах устраивать гляделки с Эреном, учитывая его напор. Он буквально давил взглядом и раздражался, едва Микаса говорила что – то не то, или то, что его бесило.

- Ты мне так и не объяснил, что же за план такой. – сказала Микаса, собираясь увести Эрена в иную степь.

Она не хотела, чтобы он раздражался, поэтому и решила подробнее узнать о плане, а то пока что слышала лишь обрывки.

- Ты показал мне варианты будущего. Все они были ужасны, но… Где – то будущее, к которому ты сам стремишься? Почему его не показываешь?

- Тебе показать?

- Да, я хочу все увидеть. Хочется знать за что ты конкретно сражаешься.

- Тогда, давай пойдем.

Эрен встал и щелкнул пальцами.

Локация резко изменилась.

Микаса и Эрен оказались посреди поля, где в данный момент работало несколько десятков человек. В их руках были инструменты, так что они собирали урожай, но особое внимание Микаса обратила на странные постройки вокруг.

Вернее, помимо мельниц там были еще и высокоэтажные здания, которые явно не создавались в нынешнее время. Они, конечно, находились на определенном расстоянии, но даже так Микаса видела, как минимум несколько огромных высоток примерно в десять этажей, и чем дальше она присматривалась, тем их становилось все больше.

Само же поле было засеяно картошкой, которую и выкапывали несколько десятков человек. Причем поле было достаточно огромным.

В глазах Микасы возник немой вопрос, и Эрен ответил, прерывая тишину между ними:

- Это будущее. Стен нет, силы титанов нет. Люди продолжили жить, и как ты видишь, результат имеется. Кажется, это спустя пятьдесят лет. Конечно, работы тут еще много, но развитие есть.

- Так много высотных зданий… Откуда?

- Добровольцы, конечно. Некоторые из них смирились с новой реальностью, и начали жить на Острове, внося вклад в его развитие. Например, в архитектуру, искусство, индустриализация и промышленность. И так далее.

- Как они вообще согласились работать?

- Довольно просто – их выпустят из тюрьмы, если они покажут, что и как нужно строить. А тут уж дело техники. – ответил Эрен. – Однако они оставили лишь свои знания, и обучив пару человек, но после нескольких лет жизни на Острове погибли.

- Погибли? Как?

- Восстание подняли, и оказались уничтожены. – пожал плечами Эрен. – Скатертью дорога, что еще сказать.

- Ясно… Значит, это будущее спустя пятьдесят лет… Удивительно, как все изменилось.

- После конца света во внешнем мире, люди Острова остались сами по себе. Не буду лгать, были тяжелые времена, и даже одна гражданская война, но с помощью порядка, силы и закона упадок удалось пресечь. И настроить людей на развитие собственной жизни. Так и получилось.

Микаса вновь посмотрела по сторонам, и правда.

Помимо высотных зданий, к полю подъезжали машины, которые грузили мешки с картошкой и перевозили. Забавно, но такие технологии Микаса видела только за пределами внешнего мира, но, судя по всему, в нынешнее время они стали обычным явлением.

Помимо высотных зданий и машин также присутствовали и дирижабли, и даже издалека было видно, насколько сильно Остров изменился за эти годы.

- Забавно, не так ли? – спросил Эрен, обратив на себя внимание Микасы. – Как все может поменяться, если люди будут заняты не войной друг с другом, а будут помогать и развивать свои жизни. От этого выиграют все, особенно общество и сам Остров.

Верно.

Столько лет было потрачено на войну и разрушения, что они уже и забыли, каково это – жить мирной жизнью. Ведь каждый раз, когда они, казалось, достигли цели, появлялись новые враги с новой силой, и, более того, новая реальность. Приходилось адаптироваться и скрывать усталость, не показывая ее, и упорно встречать любые опасности.

Однако, судя по действия Эрена, в этой реальности нет больше врагов.

- Разве после той кровавой резни… Можно построить лучший мир?

- Можно, если заставить людей забыть о том, что было.

- То есть?

- Ну, стереть память обо всех событиях, и людях, включая даже разумных титанов, а также до прорыва стены Мария. – произнес Эрен. – Скажем так, я создам новую реальность и спокойный мир, где Остров будет думать, что вторжения марлейских элдийцев никогда не было, как не существовало и стен.

- Как?

- Прародитель способен стирать память, и манипулировать сознанием. Пока что я смутно представляю, как это возможно, но после получения сил от Имир в полном объеме, то пойму. И тогда… Наступит новый рассвет.

Теперь Микасе было ясно.

Если поступить так, то люди забудут и про потери в результате многолетней войны, и про ненависть к ним, и начнут жить по – новому. Конечно, от внутренних проблем Остров это не избавит, а наоборот обострит, но все же главный враг островитян будет уничтожен.

Однако все равно оставался вопрос,

- Ты поступишь прямо как сто сорок пятый король?

- Именно. Только уже с учетом его ошибок, и не повторяя их.

- Ясно… Значит, стен тут тоже нет?

Эрен кивнул.

- Верно. Стены нет, как и силы титанов, которую я заберу в Мир Путей.

И правда, Микаса сделала несколько шагов назад, взбираясь не импровизированный холм, и увидела, насколько сильно изменился Парадиз.

Это ее удивило.

Она видела, как люди работают сообща и здесь, и в вдалеке. Если же рассмотреть здания, то можно заметить продолжающееся строительство новых зданий, а также прокладывания дороги проложены практически везде, и уходят вдаль за холмы.

- Прекрасно, да? Разве этот мир не стоит того, чтобы похоронить старый? Трудный путь ждет Остров, но он справится.

Слишком много информации.

У Микасы от всех данных, казалось, голова начинала болеть с новой силой, предупреждая об опасности, но та лишь отмахнулась, и вновь осмотрелась по сторонам.

- Но что будет дальше? Явно ведь к этому придут не сразу, верно?

- Как я и сказал, путь к этому будет трудный. Упорный труд, желание работать, фиксация на будущем и построение лучшего общества путем жесткой пропаганды в первые годы – вот что заставит людей перестать обращать внимания на пустяки. Гражданская война на Острове закончится быстро, и победитель уже известен.

Конечно, ей было интересно из – за чего сцепились островитяне после конца света, но это не имело большого значения. Ведь в итоге она закончится и победит тот, кто сильнее.

То есть явно люди во власти.

- Значит, победила правильная сторона?

- Да, так и есть.

Голова начала вновь болеть.

Микаса зажмурилась от головной боли, и могла лишь заметить, что она возникла уже два раза крайне внезапно. Ей даже казалось, что все это связано.

- Голова кругом идет, если честно.

- Понимаю. – кивнул Эрен, отвернувшись. – Ну, пойдем прогуляемся по будущему. Пока еще это возможно, дойдем до одного древа, где мы раньше играли.

- Помню… Кажется, я не вижу его.

- Оно здесь, недалеко. Но, к слову, его тоже скоро срубят. Она мешает развивать дороги, строить новейшие ЛЭП, и вообще этот холм просто мешается. Скорее всего, его отдадут под застройку.

- Странно, ты так много знаешь.

- Я тут много раз был. Именно эта картина и заставляет меня не обращать внимания на весь тот ад, что я творю. Лишь за счет этого я до сих пор сохранил свой рассудок.

- Но что ты мне хочешь показать?

- Старых товарищей, разумеется.

Микаса не могла не удивиться.

- Они живы?

- Некоторые. Ну, давай сходим посмотрим.

Тем не менее, ей было интересно, поэтому она направилась прямо за Эреном, который шел через поле, и являлся одним из немногих, кто выглядел очень мрачно. И, как показалось Микасе, с каждым разом он становился все мрачнее.

Однако, когда она заметила знакомые силуэты, сидящие на холме, опираясь на дерево, Микаса отбросила эту мысль.

Девушка увидела нескольких человек, которые сидели и разговаривали на различные темы, при этом показывая друг другу фотографии собственных внуков.

Эти люди были заметно постаревшими, но Микаса все равно узнала их.

Жан, Конни и Армин.

- Что ты этим хочешь показать? – спросила Микаса, посмотрев в спину Эрена.

Тот до сих пор не поворачивался, пряча свой взгляд.

- То, что они будут счастливы. У них есть семьи, большие семьи. Конни, например, является военным, который создал кадровую армию и развивал ее в течение многих лет. Именно он внес решающий вклад в победу над врагом. Жан является высокопоставленным прокурором. А Армин и вовсе стал видным политиком.

- То есть у них все будет хорошо?

- Да, это лишь краткий курс. Но они проживут долгую и счастливую жизнь, умерев в своей постели в окружении дорогих им людей.

Мечта любого человека.

В мире нет ни одного человека, кто бы не мечтал о таком конце своей жизни. Микаса была уверена, что даже она, хоть и неосознанно, но желает себе именно такой финал.

Тем не менее, с учетом всех факторов, такой финал ее не ожидает.

- Ясно, вот значит за что ты сражаешься?

- Да. За это будущее, чтобы его воплотить.

- Поэтому ты убил Леви, Энни и остальных, кто мешал исполнению твоего плана? – внезапно спросила Микаса.

В этот момент Эрен повернулся в ее сторону.

На его лице читалось сильное раздражение, но он вздохнул и принялся объяснять:

- Все именно так. Конечно, оно неидеальное. До сих пор есть преступность, убийцы и множество проблем, но по большей части они решаемы. Люди остаются людьми и стремятся к постоянному разрушению, но государство создано, чтобы подавлять такие мятежи.

- Да уж, я это знала. Идеальный мир построить нельзя.

Верно.

Идеальный мир на то и идеальный, что построить его невозможно, даже если все люди резко станут добрыми. Всегда будут те, кто преследует собственные цели и подрывает государство изнутри, ориентируясь лишь на свои личные корыстные мотивы.

Ведь альтруисты всегда в меньшинстве.

- Человек остается человеком даже после конца света.

- Ясно, и что же этим ты хотел сказать? Ну, я понимаю теперь отчасти, почему ты сражаешься. Но ты ведь уничтожил ради этого человечества. Это того стоит?

- Да, Микаса. Это того стоит.

- Но…

- Много людей погибнет, и на их костях родится новый мир. Они станут его фундаментом, хочешь ты этого или нет.

- Я просто… Просто пытаюсь понять тебя.

- Не пытайся этого сделать. – отмахнулся Эрен. – Ты как и прежде не понимаешь меня. Я пытался тебе показать себя, показать свою сторону, но ты до сих пор цепляешься за мораль, которая тут неуместна. Но вот ради такого счастливого будущего я готов сражаться. Это мое мнение.

- Ясно…

Ей нечего больше сказать.

Микаса пыталась понять Эрена сердцем, но всякий раз эмоции не давали ей это делать. Она просто пыталась представить себя на их месте, где девушка страдает каждый день из – за погибших, ведь очень сложно жить, зная, что в итоге пришлось положить несколько миллиардов.

Возможно, для кого – то это могло пройти легко, но не для Микасы.

Тем не менее, она перевела взгляд на своих друзей, не желая думать на эту тему. Микаса улыбнулась, услышав их истории.

«Судя по всему, они очень занятые люди и редко встречаются. Но это место? Странно». – заметила Микаса, но отмахнулась.

В ее голове возник вопрос.

- Кстати, а где остальные? Райнер, например, или же Хистория?

- Райнер, к сожалению, погиб.

- Погиб? Райнер?

- Да. – произнес Эрен. – Помнишь я говорил про сложные времена?

- Да.

- Райнер погиб во время этой гражданской войны. Он погиб героем и, в каком – то смысле, стал тем, кем хотел – Геросом.

Конечно, за прошедшие годы Микаса перестала испытывать к Райнеру теплые чувства. Он больше не товарищ, и не старый знакомый, а всего лишь враг, стремящийся уничтожить их. Оставлять его в живых было опасно, однако Эрен дал ему шанс на новую жизнь.

Это уже удивительно, учитывая, что он лишил жизни детей.

Но внезапно услышать про его смерть с учетом всех знаний о этом человеке – странно. Микаса, конечно, не будет по нему горевать и плакать, но определенное удивление девушка испытала.

Эрен же как был холоден, так и остался.

Наоборот, с каждым разом в его взгляде Микаса замечала кое – что странное. Теперь она уже отчетливо видела, как тот напряжен.

Очень сильно напряжен.

- Ну, а что касается Хистории, то давай глянем.

Эрен щелкнул пальцами, и локация вновь изменилась.

Теперь они оказались в лесу.

Микаса огляделась, пытаясь понять, где она, но не смогла сразу это сделать. Все внимание на себя обратил человек.

Он шел по направлению к старому строению.

Человек опирался на трость одной рукой, а в другой держал небольшое количество цветов. На голове человека была шляпа, и Микаса сразу не смогла понять, кто же перед ней.

- Это Хистория?

- Да. Спустя пятьдесят лет.

Теперь это было видно.

Шляпа скрывала ее волосы, но, обойдя ее, Микаса увидела знакомые черты лица этой девушки.

«Значит, она выжила… Понятно».

Хистория направлялась в едва заметную небольшую избушку, которая стояла в глубине леса. Ее едва можно было заметить, потому что она напоминала скорее деревянный сарай для инструментов, а не какое – то важное строение.

Пожилая Хистория открыла дверь амбара своим ключом, и зашла внутрь. Микаса и Эрен последовали за ней.

- Это…

- Это вход. Можно сказать, что этот старый амбар всего лишь декорация того, что скрывается внутри.

И правда.

Девушки увидела, как пожилая Хистория, пусть и с трудом, но подняла люк, ведущий вниз, и стала спускаться. Там находились ступени, плавно идущие вниз, без какой – либо лестницы. Поэтому даже пожилому человеку будет легче пройти это расстояние вниз.

Она подняла взгляд на Эрена, и тот ответил:

- Да, она уходит в пещеру, построенную по примеру Райссов. Можно сказать, что там алтарь.

- Но чей?

Эрен не стал отвечать на этот вопрос, ведь с каждым шагом становился все мрачнее, когда Хистория преодолела преграды и уже спустилась внутрь.

Пещера, созданная силой молотоборца, выглядела не такой уж и большой по сравнению с пещерой Рейссов. Она была самой обычной, и никак не могла привлечь чье – то внимание. Тут не было особых построек или же сложных конструкций, но то, что находилось посередине привлекло Микасу.

Она сразу же перевела взгляд только туда.

По сути, это единственная вещь, которая находилась в этом месте.

Надгробие.

Это было надгробие, которое служило своеобразной могилой, перед которой стояло множество высушенных цветов.

Хистория остановилась, и положила цветы к подножью надгробного камня, и села на колени в молитвенной позе, проливая слезы.

Микаса подошла поближе, чтобы разглядеть надпись, оставив Эрена позади. Подойдя почти на расстоянии вытянутой руки, девушка потеряла дар речи, когда увидела надпись на ней.

«Эрен Йегер. 835 – 854 годы жизни. Покойся с миром, Наш Дьявол».

- Это место… Твоя могила?

Эрен помотал головой.

- Нет, это лишь алтарь или же надгробие. Мое тело в этом мире отсутствует.

- То есть как?

- Не столь важно.

Эрен перевел взгляд на Хисторию.

Микаса последовала его примеру и увидела слезы на глазах пожилой женщины. Ее глаза оказались полны боли. Эрен же не выглядел удивленным или подавленным. Скорее, это заставило появится в его глазах решимости, которой ранее не замечала Микаса.

- Но зачем ты мне показал это место?

- Чтобы ты понимала.

- Что я должна понять?

Эрен раздраженно посмотрел на нее.

- Что я тоже не собираюсь жить в этом мире долгую и счастливую жизнь. Поэтому меня и нет среди наших товарищей.

Микаса могла лишь кивнуть.

Это было понятно.

Как минимум из – за того, что годы жизни говорили о многом. Хистория, которая оплакивает Эрена и то, что Эрен не показал самого себя в этом мире.

«Значит, его история тоже будет закончена…»

Она примерно могла представить, что в итоге случится, однако до сих пор была загадкой того, почему Эрен не показал ее собственную жизнь. Ведь он, по идее, должен был показать ее в первую очередь.

В связи с этим появился логичный вопрос.

- Меня здесь нет… Я тоже умру?

- Да. – ответил Эрен. – Как закончится этот разговор, ты умрешь.

Ее словно окатили холодным душем.

Она уж точно не ожидала такого ответа. Конечно, ее больше поразил тон Эрена, холодный и бесчувственный, словно он говорит не с той, с кем рос с самого детства, а просто с обычным человеком. Он выглядел абсолютно равнодушным, словно не говорил страшные вещи.

Наоборот, казалось, что слезы Хистории и эти события придали ему решимости, не зря же он выглядел очень мрачно.

«А ведь он говорил, что сюда приходил, дабы понять за что сражается… Значит… О Господи!» - пронеслось в голове Микасы.

Она инстинктивно отошла назад.

«Разве… Так должно быть?!» - пронеслось в голове Микасы.

Она вспомнила все моменты жизни, когда Эрен проявлял к ней свое внимание и сопоставила с ним сейчас, и уперлась в стену своей спиной, не в силах принять такого Эрена.

- За что?

- К сожалению, это будущее воплотиться в реальность только тогда, когда я совершу необходимые для этого действия. – произнес Эрен, почти не моргая.

Он смотрел на Микасу, а его взгляд словно становился все чернее и чернее, как и глаза. Словно он превращался в кого – то, не являясь Эреном Йегером.

- Половину я уже сделал, и все идет по плану, однако перед мной стоит та самая нерешаемая проблема.

- Я?

- Верно. Если быть точнее, то род Аккерманов. На тебя невозможно повлиять, твою память невозможно исправить и тебя невозможно подчинить власти Прародителя. Поэтому Леви и был убит по моему приказу. Ошибки прошлого нужно учитывать.

- О каком прошлом ты говоришь?

- Когда король оставил в живых Аккерманов, со временем они доставили ему хлопот. Но… Чтобы Новый Мир родился, нужно уничтожить все то, что будет напоминать о старом мире. Все. Без исключений. В том числе и мутантов.

Микаса отвела взгляд, не в силах дальше смотреть ему в глаза.

Он пугал.

Конечно, она не боялась ни одного титана, но взгляд Эрена, с каждым мгновением становившийся не просто мрачным, но еще и пугающе холодным, создавал страшную ситуацию. Это напоминало ей о том, что Эрен вовсе не тот добрый мальчик, которым она его считала.

Эрен совершенно иной человек.

- Микаса. Посмотри мне в глаза.

Не в силах игнорировать, она подняла взгляд и крикнула от неожиданности.

Его глаза полностью почернели.

Ее тело затрясло, прижав к стене девушку. Она не могла ни напасть, ни совладать, ни как – либо противостоять. Вся ее решимость перед попаданием в Пути моментально испарилась, будто бы ее никогда и не было.

Она даже не имела уверенности внутри, что сможет его убить.

Вернее, в таком состоянии точно не сможет.

- Значит, ты хочешь убить меня?

- Да. – холодно произнес Эрен. – Я уже убил много людей. Но замечу сразу, что я искал иные способны, однако… Ничего не нашел. Вместо этого я просто не позволю старым ошибкам иных королей продолжать жить.

Эрен шагнул вперед навстречу девушке.

- Это нужно прервать. Порочный круг падет со старым миром. – сказал он, с каждым шагом приближаясь к Микасе.

Он не торопился, и этим вызывал внутри девушки ужас.

- И ты, к сожалению, часть этого старого мира. Мне очень жаль, Микаса.

- Я… Не хочу умирать, Эрен.

- Никто не хочет умирать, но иного способа нет.

- Разве?

- Да. Я просмотрел огромное количество вариантов. И будь уверена, что я искал иные варианты долго и упорно, проведя здесь много лет. Я искал, но… Все оказалось в пустую. Нельзя игнорировать старые ошибки, надеясь на то, что они не повторятся.

- Но… Книги? Как же ты уничтожишь книги?

- Хистория и подчиненный ей отряд сделает все необходимое. Флок хорошо постарался, создав мотивированных людей, которые начали действовать, едва они захватили власть.

Микасе с каждой минутой становилось все хуже.

Ее начинало тошнить, и противостоять она по – прежнему не могла.

- Эрен… Прошу.

Микаса не могла сопротивляться, поэтому стала подниматься по ступеням вверх, словно пытаясь сбежать. Конечно, это иллюзия, ведь как можно убегать от Прародителя в Путях? Никак.

Однако Эрен не телепортировался, а продолжал идти к ней, не сводя жесткого взгляда.

Он шел медленно, словно пытаясь потянуть расстояние, но смотрел только в глаза Микасы, не обращая внимание ни на что. Ни на Хисторию, которая проливала слезы, ни на свою собственное надгробие, ни на неуверенность самой Микасы.

Только в глаза девушки, вызывая внутри Микасы ужас.

Она не хотела видеть Эрена таким, и не думала, что Эрен такой. Решимость, появившаяся в реальном мире, так внутри нее и не появилось.

Микаса не могла сдержать слезы.

Ей было больно это слышать. Глаза были очень влажными и ноги девушки еле – еле держались, она могла упасть в любой момент.

Однако теперь девушка видела то, о чем говорил Конни.

«Это уже не Эрен». – вспомнила она слова своего товарища.

Верно.

Микаса Аккерман не могла сказать, что же за монстр перед ней, но точно не Эрен. Этот пустой и холодный взгляд, а черные глаза напоминали тьму, в которой легко утонуть.

Она не могла напасть на него, как бы ни пыталась мотивировать себя, но Микаса точно признала правоту Конни.

Это уже не Эрен Йегер.

Перед ней сам Атакующий Титан.

Судя по взгляду, и сжавшимся кулакам, тот не собирался подходить и падать на колени, или же сдаваться на пол пути. Нет, вероятно, это решение Эрен принял уже давно, и постепенно шел к ней, как он выразился, «заставляя себя идти вперед».

- Это твоя свобода? – внезапно спросила Микаса.

- Ты понятия не имеешь о том, что я считаю свободой.

- Так поясни!

- Зачем? Я сделал свой выбор, и не передумаю. – пожал плечами Эрен. – Думаешь, что сможешь переубедить меня?

- Я просто… Хочу поговорить.

- Поздно, Микаса. – произнес Эрен. – Очень поздно.

Микаса упала на землю.

Больше она не могла двигаться, потому как тело буквально не слушалась. Конечно, Эрен не мог повлиять на нее, но страх, смешанный с ужасом и принятием неизбежной реальности, свалил девушку с ног.

Ее снова начало тошнить.

Пока Микаса пыталась встать, держась за стены, Эрен уже подошел к ней сзади.

- Я не хочу умирать. – прошептала она.

Микаса не стала поворачиваться в нему, но его голос пугал сильнее, чем взгляд.

- А я не хочу убивать тебя, но иного способа нет. – ответил Эрен. – Так что… Просто не беспокойся. Больно будет лишь пару секунд.

- Эрен, твоя мама говорила, чтобы я тебя защищала.

- Я знаю, но твоя защита мне не нужна. Придется мне расстроить собственную мать… Жаль.

Он и правда не остановится.

Это был не блеф.

Микасе стало очень страшно за свою жизнь, но она не могла поднять на Эрена руку, как бы не пыталась заставить себя.

- Я снесу любую преграду на пути к цели. Потому что моя цель важнее… Чем мой разум, и моя жизнь.

Голова Микасы резко разболелась, и взгляд затуманился.

Послышался щелчок пальцев.

Она очутилась в реальном мире.

Вокруг нее оказалось множество кристаллических копий, которые нацелились на все жизненно важные органы. Их было десятки, и по нескольку штук. Она подняла взгляд и увидела голову Эрена, из глаз которого капали едва заметные слезы.

После чего копья одновременно вонзились во множество мест, включая сердце, печень, шею и ноги, задевая жизненно важные органы и артерии.

Боли почти не было.

Как он и говорил, всего несколько секунд Микаса ощутила боль, после чего тело стало ватным, и девушка свалилась на спину, не в силах стоять на ногах. Вместе с этим исчезла и боль.

Копья вонзились все глубже, но девушка по – прежнему ничего не ощущала, и не могла даже перевести дыхание.

«Не хочу! Не хочу!» - кричал ее разум.

Микаса хотела жить, но сразиться за свою жизнь уже не могла.

Крови было все больше, слабость в теле все сильнее, а копья вонзились настолько глубоко, что прошли насквозь. Разум девушки стал затуманиваться.

Она попыталась сфокусировать взгляд на Эрене, но ничего не вышло.

Эрен что – то говорил, но девушка не слышала.

Она могла лишь смотреть вверх, пытаясь оставаться в сознании так долго, как могла, хватая ртом воздух.

Микаса понимала, что все кончилось, и скоро она умрет, но ей хотелось сказать одну фразу. Этого требовало все естество Микасы, ведь она так и не успела попрощаться.

Хотя бы сказать «Прощай» напоследок, и этого ей хватит.

Она, не обращая внимание на ком в горле и огромное количество крови в легких, попыталась сказать слово, но не смогла из – за огромного количества льющейся крови, заполнившей горло и рот. Она кашлянула, и кровь вылилась наружу.

Теперь Микаса могла сказать слово.

По крайней мере, одну фразу она сказать успевала.

- … Увидимся позже, Эрен. – прохрипела Микаса Аккерман, после чего опустила голову.

«Где – то там… Там вдалеке…Я смогу обрести покой».

Тело девушки обмякло, а ее голова повалилась навзничь. Глаза закрылись, и она потеряла сознание от потери крови, а через несколько минут у Микасы Аккерман оборвалась жизнь.

Следом послышался истошный вопль Эрена, который Микаса никогда не сможет услышать. И спокойный ровный шаг Колоссов, шагающих по материку и уничтожающих остатки человеческой цивилизации. Крики погибающих людей, падающих с гор, или же пытающихся залезть как можно выше, также раздавались по всей планете.

Однако Колоссам было плевать.

Их топот продолжался еще несколько дней, пока вся человеческая раса окончательно не погибла.

Атакующий титан. Часть 3.

Мир умер.

Эрен Йегер уничтожил все, кроме Парадиза.

Люди, животные, птицы, не успевшие подняться в небо, насекомые, и любые другие виды различных существ мертвы. Так как Колоссы прошли по мире в несколько этапов, то вся земля не только протоптана, но и выжжена. Более того, даже если кто – то попытался спрятаться в океане, то за счет большого количества Колоссов и их пара, они превращались в сварившееся свежее мясо.

Примерно такую картину Эрен наблюдал, когда переводил взгляд на океан и моря. Помимо миллиардов людских тел, там плавали всплывшие тела мертвых рыб, которые также сильно подпалены.

Кроме того, если кто и смог выжить в первые дни, то в следующие погиб, когда Эрен начал водить Колоссов из стороны в сторону по континенту несколько раз.

Иначе говоря, все закончилось.

Старый мир оказался уничтожен.

«Есть… Победа». – подумал Эрен, появившись в Путях.

Он сразу же упал на колени, и снова начал смеяться. Слезы в его глазах не давали парню видеть, но это и не требовалось. Ему нужно было выпустить эмоции, что он и делал, давая выйти наружу истерике, которую пытался скрывать.

Ведь даже спустя много времени, и даже спустя сотни наблюдений различных вариантов будущего, Эрен не смог избавиться от своей человечности, как бы ни пытался.

Это с одной стороны радовало парня, но с другой печалило, потому как отчаяние и боль Эрен ощущал вполне реально. И основной проблемой оказалось сердце, которое билось так сильно, что могло вырваться из груди.

«Так или иначе… Все закончилось». – повторил разум парня.

Но рад ли он этому?

Эрен не мог точно сказать.

Конечно, цель свою он исполнил, и большая часть плана прошла идеально, а небольшие просчеты Эрен быстро убрал. Теперь он все ближе к тому будущему, которое видел. Казалось бы, нужно радоваться и ощущать прилив сил, ведь именно с этой поры и начнется Новый мир, как он сам его называл.

Другой стороной было то, что все равно погибло огромное количество людей и животных. Когда происходит Дрожь Земли, то Эрен наблюдал за всем, что происходит внизу и несколько раз едва не потерял рассудок, пытаясь сфокусироваться на цели. На его психике такая картина очень сильно влияла, и не помогала даже уверенность в собственном плане и будущем.

Эмоциям, на самом деле, было плевать.

Тем не менее, ценой огромных усилий и помощи извне, Эрен смог сохранить рассудок. И не последнюю роль тут сыграл Эрен Крюгер.

Без него Эрен Йегер не смог бы дойти до конца. Он уже тогда сломался и мог сойти с дистанции и сбросить ответственность на других, а самому себе создать образ, словно он ничего этого не хотел. Так сказать, отдать все на самотек, лишь бы не создавать тот Новый мир, где будущее, хотя и прекрасно, но сам Эрен навечно окажется заперт в аду.

Тем не менее, Эрен не сошел с дистанции.

Теперь он дошел до конца и уничтожил мир.

«Так что… Не знаю рад ли я. Скорее нет, и… Да, плевать. Все равно не имеет значение».

Эрен ударил кулаком по песку, пытаясь выпустить остатки эмоций.

Определенно, все вело именно к этому исходу, ведь создать новый мир невозможно, если не разрушить старый. Старый мир требовалось вырезать на корню, забрав оттуда огромное количество людей, не давая им не только опомниться, но и забирая их будущее.

- Как бы не было больно, как бы ты не страдал, сколько бы людей не погибло, но дойти до конца необходимо, если хочешь достигнуть желаемого. – произнес Эрен.

В моменты, когда он оставался один, эти слова помогали Эрену.

- Ради всех, кто не смог добраться до финала. – произнес Эрен, опустив голову.

Он вытер слезы на глазах, и дополнил свои слова:

- Я дошел… До самого конца.

Он испытывал нечто, что можно назвать темной радостью.

Это не означало, что Эрен радовался гибели мира и миллиардов людей, но выполнить цель, к которой долго шел, через преграды, лишения, и после испытать некое удовольствие – это считалось нормальным.

По крайней мере, ему так казалось.

Можно назвать это чувство извращенной радостью.

Тем не менее, последствия оказались серьезнее, чем Эрен думал.

Эрен морально и психически раздавлен.

Пусть он и пытался игнорировать все это состояние, но разум все равно подвергался сильнейшим атакам совести, которая буквально разрывала сердце Эрена. Лишь тот факт, что он концентрировался на будущем, и не всегда смотрел на ад, что он творил – только это помогало его разуму не сойти с ума.

- Да… Вероятно, еще не все. – заметил Эрен, ощущая новый прилив эмоций.

Теперь его тело полностью трясло, включая даже сильнейшую тошноту. Сердце по – прежнему быстро колотилось, и не могло остановиться.

Ему казалось, что его руки внезапно стали красными от цвета крови. Причем очень густой красный цвет, будто бы показывая сколько людей он погубил во внешнем мире.

Он понимал, что это игры разума и ничего такого в реальности нет, вот только легче от этого не становилось. Морально для парня это давалось очень сложно, ведь для такого поступка он переступил через себя, но его нельзя назвать бесчувственным.

Сколько бы боли Эрен не причинял, он всегда смотрел в будущее, вспоминая ту картину. Он видел, как девушка с цветками идет на могилу, где и сотрясается в рыданиях, но ничего исправить уже было нельзя. А за ее спиной строился новый мир.

Такова была цена.

Старый мир короля Фрица оказался уничтожен, и забыт, а Новый мир, пусть и не был идеальным, все же имел больше шансов на выживание и долгую жизнь, чем мир короля Фрица.

Это то, чего Эрен желал.

«Я… Этими руками…» - пронеслось в голове Эрена, когда он посмотрел на свои руки.

Они все в крови, как и сам Эрен.

Вина.

Эрен ощутил вину за смерть всех людей во внешнем мире.

Боль, которую он следом испытывал, имела большую силу, чем любая физическая. Можно было сколько угодно возвращаться в будущее, настраивать себя на борьбу, но человек внутри него страдал очень сильно.

Требовалось выпустить эмоции.

Поэтому Эрен завопил.

Так громко, как только мог, чтобы выпустить все эмоции.

Его взгляд был устремлен на землю, и с каждым новым криком Эрен мог сорвать свой голос, но, как ни странно, этот способ работал, чтобы не дать эмоциям и следующему за ними отчаянию поглотить разум Эрена.

Победив или же ослабив чувство вины до выполнения всех требований для лучшего будущего. Когда Эрен закончит, то в полной мере ощутить все то, что сделал, но не сейчас.

План исполнен, раз основная часть выполнена, однако штрихи тоже нужно заполнить. Поэтому ему нужно победить или же спрятать это чувство вины до самого конца, который уже близок.

- Знаешь, а ведь правду говорили. – услышал он знакомый голос. – Я вновь просматривала твои воспоминания. Кажется, этот человек по имени Райнер сказал, что ты худший из всех, кто когда – либо владел этой силой.

Эрен поднял взгляд и увидел стоящую недалеко Имир Фриц.

- Тогда я не понимала смысла, но теперь… Теперь я согласна с этим.

Она смотрела на Эрена с усталостью и одновременно радостью в глазах.

Имир, как и понимал Эрен, не жалела никого из людей. Она даже Эрена воспринимала лишь как инструмент и, если честно, он не мог ее в этом винить. И это ожидаемо, ведь девочка была заперта в этом мире, бесконечно выполняя различные приказы без возможности уйти.

Целую бесконечность совершенно одна.

Конечно, Имир стремиться к освобождению любым путем.

- Так и будешь валяться? Или все – таки встанешь на ноги?

Слова Имир позволили Эрену сосредоточиться на ней, и отбросить все иное, сфокусировав мысли на Прародительнице Титанов.

- Имир…

- Просто замечаю. – произнесла она, отмахнувшись. – Это слегка забавно.

- Не надо…

- Да, помню, помню. – заметила она, махнув рукой. – Ну, что же тут поделаешь? Страдания и горе – именно из этого и рождается каждый мир. Как бы кто не отрицал, но именно всемирные катастрофы меняют этот мир к лучшему.

Имир про это говорила.

Если коротко, то, по ее мнению, мир имеет один цикл, в конце которого случается катастрофа, и рождается в итоге новый мир. Причем никто не знает какой именно, и что в итоге случится, но именно катастрофа является двигателем не только создания мира, но еще и прогресса.

Познав тяготы тяжелых войн, человечество встает перед выбором и, в зависимости от решения, мир преображается. И не всегда в лучшую сторону.

- Лучшему… Забавно. – произнес он, слабо улыбаясь.

Эта улыбка была похожа на безумную, и не говорила о том, что он чему – то рад.

Скорее Эрен польщен попыткой Имир успокоить его.

Все же она специально помогала своему инструменту дойти до конца, и поэтому говорила необходимые вещи. На самого Эрена, в конце концов, ей плевать.

Главное – получить свободу.

- Но не сразу. – заметила Имир. – Не сразу, но мир меняется. Остается только осознать и привыкнуть к новой реальности.

- Как и ты?

- Как и я. – улыбнулась Имир, не скрывая своей радости. – Ну, хватит стоять на месте. Сейчас уже начнем.

Ее лицо изменилось.

Теперь там была только нескрываемая радость, и на лице Имир Фриц впервые за целую вечность появилась счастливая улыбка.

Она повернулась в сторону Древа и направилась туда. Эрен с огромным усилием поплелся следом за Прародительницей. Шаги давались ему с огромным трудом, но Эрен двигался вперед.

Таково его бремя.

По пути он превратился в маленького себя. Возраст был как раз тот, когда он и получил силу титанов.

Имир, стоящая вперед него, повернулась к нему.

На ее лице была счастливая улыбка.

- Я теперь свободна, Эрен. И все благодаря тебе.

Эрен мог ответить только слабой улыбкой.

Конечно, он был счастлив, что смог дойти до конца, и даровать свободу Имир.

Это один из основных постулатов плана, когда Имир смогла наконец – то избавиться от этой тюрьмы. Пусть она не сможет вернуться в реальный мир, но хотя бы упокоится и перестанет находится одна в этом аду. Вечный сон без лишних беспокойств станет для Имир тем самым подарком, который она заслужила.

Однако кто – то должен занять место Имир.

Ведь если Имир пропадет, то мир Путей окажется уничтожен. Все, кто связан с Путями, также погибнут. Каждый элдиец независимо от наличия у него силы титанов мгновенно умрет вместе с Путями.

Тут и рождалась главная сложность, и аспект плана.

Более того, Эрен изначально понимал, когда только попал в Пути, для чего был нужен этот план. И что уничтожить Мир Путей, не убив всех элдийцев, нельзя. Следовательно, должен быть тот, кто займет место Имир, принеся свою свободу в жертву, но при этом подарив ее всему миру.

Вернее тому, что останется от мира.

Именно с этой целью Эрен и действовал, чтобы в конце пути Имир передала ему свое бремя и полную силу, чтобы парень занял ее место в этой вечности.

Иначе никак.

«Но… Положительных моментов тоже много». – пронеслось успокаивающая мантра в голове парня.

Эрен сможет забрать силу титанов в Пути и запереть ее здесь, не позволив ей появляться больше. Он также не будет лепить новых титанов и плодить их дальше, и элдийы не смогут быть шифтерами. Таким образом, мир освобождался от бремени титанов.

Но цена этому – свобода Эрена.

Он также окажется заперт на целую вечность. Это и станет его наказанием за геноцид всего человечества.

Вечное одиночество без возможности умереть, терзаемый только муками совести, совершенно один в этом нескончаемом аду.

Он заслужил это.

«Новый мир… Построенный без силы титанов. Он родится очень скоро».

- Я долго мечтала об этом. – произнесла Имир.

Казалось, что она начнет прыгать от счастья.

Имир заражала своей улыбкой, ведь ее настроение можно назвать отличным. Впервые за свою жизнь Имир улыбалась искренне, и явно наслаждалась последними моментами в сознании, ведь теперь Имир достигла того, чего желала.

- Я всегда была взаперти в этом проклятом месте… Но теперь я наконец – то освобожусь, и навсегда… Усну. – сказала она, улыбаясь. – Нет большего счастья, чем это, Эрен.

Эрен мог ответить только слабой улыбкой.

Он и не знал, что ей отвечать.

- Знаю.

- Однако, как ты знаешь, тут должен находится Прародитель. И этим человеком будешь ты. Готов?

- Да.

Имир подошла поближе и обняла его, после чего прошептала ему на ухо:

- Спасибо тебе, Эрен… И удачи. Тебе она понадобится.

Имир Фриц стала распадаться, потому как Эрен ощутил, как ее тело превращается в песок. И этот самый песок проникал в Эрена, наделяя его первородной силой Прародителя без каких – либо ограничений.

Эрен упал на колени, не в силах продолжать стоять на месте.

Его терзала радость от выполненной работы и сильная усталость.

Эрен устал.

Хотелось упасть, и не подниматься. В этот момент Эрен по – настоящему понял, как сильно устал. Как всю жизнь он только и делал, что передвигался с места на место, решал многочисленные задачи и боролся, несмотря на свою усталость, копившуюся в теле.

Тогда у него не было времени подумать над этим, но теперь Эрен в полной мере ощутил сильную усталость.

- Еще не время. – едва слышно прошептал Эрен сам себе. – Еще не все.

Работа требовала завершения.

Чтобы все закончилось наверняка, и люди Острова могли пережить тот ад, им нужна более мощная выносливость.

Ведь он уничтожил всю жизнь на планете, истребив всех не только на суше, но и огромное количество существ в океане. Конечно, там еще остались на глубине, но чтобы подняться на поверхность воды и далее размножаться им также нужно время.

Однако у Острова времени не было.

Нужно было помогать сейчас.

- Биологическую структуру. Нужно усилить их, как сделал Прародитель во времена чумы. Это поможет им пережить сложные годы.

Именно это поможет Острову Парадиз.

Эрен собирался избавить потомков Имир от всех болезней, усилив не только иммунитет, но и тела, чтобы они были более сильны и выносливы. Это поможет пережить особо тяжелые первые годы, и даже обходиться некоторое время без пищи в случае необходимости.

Конечно, пищи на Острове достаточно, но Эрен не хотел рисковать.

- Я смог… Осталось немного.

Эрен поднялся на ноги, и начал движение прямо в синий луч Древа, стоявшего посередине. До этого они с Имир едва дошли до этого места, и попрощались у подножья, но теперь ему нужно было внести колоссальные изменения в организм каждого элдийца.

Хотя расстояние очень маленькое, но Эрену казалось, что дорога бесконечна. Он сильно шатался, едва стоя на ногах, но поднимался, если падал, и продолжал идти, не взирая на трудности.

- Завершить начатое… - прошептал он.

Эрен поднял взгляд и увидел, как по краям начало появляться множество людей вокруг Древа.

Все они были из разных эпох, достатка, пола и возраста, но их всех объединяло только одно – все они элдийцы. Каждый, кто когда – либо родился с элдийской кровью, будь то враг или союзник.

Их взгляды отличались друг от друга.

У кого – то он видел восхищение, у другого равнодушие, а у определенной части ненависть и презрение, но такие отрицательные эмоции ощущали не все.

Таких было меньшинство.

Большинство восхищалось им, а часть элдийского народа и вовсе преклонили колено, как перед королем.

Их было очень много.

Так много, что вокруг Древа больше не осталось свободного места, и даже если подняться вверх и осмотреться, то все свободное место окажется занято.

В таком большом количестве людей он замечал знакомые лица, вроде капитана Леви, погибших членов разведки, Флока, Пик, Энни и многих других, кого еще помнил. Причем там были и другие знакомые лица, например, Ханнес, его мать и отец.

Однако Эрен не посмотрел им в глаза.

Он не мог осмелиться, поэтому шел с опущенной головой, осмотрев людей вокруг лишь краем глаза. Ему было сложно смотреть в глаза людям в данный момент, поэтому Эрен опустил взгляд и не смотрел ни на кого.

Эрен тяжело вздохнул, дойдя до Древа.

Он протянул руку и коснулся центра.

- Старый мир отныне мертв. Начинается новая эра. Эра без титанов.

После чего закрыл глаза, и принялся исполнять задуманное.

Шестьдесят лет спустя

«Давно здесь не была… Уже пару лет, кажется». – пронеслось в голове пожилой женщины, когда она достигла пункта назначения.

С учетом возраста, она носила с собой трость и передвигалась только с ее помощью. Ее отговаривали выходить на улицу в одиночку, просили не ходить, или же хотя бы идти по улице в сопровождении, но она отказывалась.

Старушка считала, что она все еще в состоянии посетить тайное место.

По сути, она бывает там раз в шесть лет, приходя и рассказывая различные истории, после чего ей становилось чуть легче на душе. Так что этот старый амбар, про который никто и никогда не должен узнать, имеет право посещать только она.

Именно с этой целью после ее смерти амбар будет разрушен и забыт. Причем в последний раз, когда старушка тут была, амбар уже еле – еле стоял и, казалось, сломается от дуновения ветра.

Тем не менее, он все еще стоял.

- Сейчас я спущусь… Эрен. – сказала постаревшая Хистория Рейсс с мягкой улыбкой.

Хистория посещала это место, чтобы отдать дань уважения тому, кто пожертвовал своей жизнью, душой и свободой ради создания Нового Мира. Того, кто прошел через рукотворный ад, сотворенный ими самим, и дошел до конца, найдя луч света в непроглядной тьме. И тот, кто подарил им всем настоящий Рай.

По сути, это был своеобразный ритуал.

Зайти внутрь, положить цветы, вознести несколько молитв, рассказать пару историй из ее жизни, посидеть, опустив голову, и молча уйти, проливая горькие слезы.

Иногда она заходила и молчала, предпочитая тишину. Однако долго в тишине она не могла находится, потому как разум женщины вновь захватывали воспоминания прошлого и Хистория начинала рыдать. То ли из – за смерти Эрена, то ли из – за бремени единственного, кто помнит старый мир, то ли из – за всего вместе.

Так или иначе, у нее были причины плакать.

Слишком долгую прожила жизнь Хистория, и при этом она наполнена как хорошими моментами, так и просто ужасающими картинами, жестокими решениями, и трагичными ситуациями.

Например, Хистория до сих пор помнила свой шок, когда спустя некоторое время после конца достигла моря и увидела огромное количество плавающих трупов. Они уже успели разложиться и за счет этого запах стоял просто отвратительный.

И эта картина тысяч трупов буквально не давала Хистории спать.

Иногда она просыпалась в кошмарах по ночам, понимая, что живет в этом мире только благодаря тому, что эти люди были убиты. Ровно как и весь Остров Парадиз, поэтому в кошмарах те трупы восставали и пожирали ее и дитя, что заставляло Хисторию просыпаться с криком.

Хистория вновь вспомнила этот момент и печаль заполнила ее сердце.

Однако старушка помотала головой, прогоняя в данный момент эти эмоции.

- Тут все заросло… Никто ничего не убирал. – произнесла Хистория, и направилась внутрь.

Амбар, под которым скрыт импровизированный склеп, все также стоял обветшалый. Он совсем не привлекал внимание и выглядел как заброшенный старый амбар, каким он и должен быть.

Однако Хистория оказалась удивлена.

Изначально она вообще думала, что поверхность оказалось под завалами от амбара, но тот все же устоял сквозь время, хотя и заметно подгнил. Тем не менее, она вознесла молитвы Богам, чтобы он не сломался раньше времени. Если бы он сломался, то Хистория не полезла бы внутрь, и спокойно попрощалась на поверхности.

«Однако… Опасно, но все же надо спуститься. В последний раз».

Заходя внутрь, Хисторию захватило чувство ностальгии, когда она в прошлые разы добиралась сюда, когда еще была моложе. Тогда у нее всегда с собой был факел, но сейчас все иначе.

Она достала заранее взятый фонарик, и включила его.

Фонарик сам являлся небольшим, но позволял ей в темном пространстве иметь ограниченный вид. Ведь он ей нужен только до момента, как она доберется до пещеры.

Она медленно прошла внутрь, и открыла вход. Было пыльно, но Хистория не заметила и продолжила свой путь. Медленнее, чем обычно, но королева Парадиза добралась сначала до спуска, а потом и прошла вниз.

В этот момент ее сердце слегка побаливало из – за воспоминаний прошлого, которые она старалась всегда игнорировать.

К слову, за долгие годы жизни с такой виной, Хистория научилась фокусировать свое внимание на определенных вещах, и за счет этого побеждать негативные эмоции. Особенно это помогало, когда старушка находилась дома в окружении детей и мужа.

«Старая история умрет вместе со мной». – говорила она тогда.

Таково было ее решение.

Конечно, Эрен, находясь в Путях не связывался с ней, но при этом всегда выполнял редкие просьбы по поводу стирания памяти. Его голос с момента конца старой истории Хистория так и не услышала, хотя несколько раз просила связаться с ней.

- Здесь… Столько всего… - произнесла Хистория, спускаясь вниз.

Воспоминания стали всплывать в ее голове.

Если честно, то после того, как Эрен создал это место, то она некоторое время не посещала это место. Если быть точнее, то год после мировой трагедии. И лишь спустя это время, Хистория смогла пережить тяжелые испытания первых лет и посетить это место.

Она улыбнулась.

«Помнится, Карл меня тогда потерял». – пронеслось в голове Хистории.

Ее мужа звали Карл.

В тот день, когда Хистория впервые посетила это место, тот поднял на уши не только полицию, но и всех кого мог. Переполох был настолько большой, что создавались даже добровольческие отряды для поиска, а практически все свободные экипажи полиции оказались брошены на ее поиски.

Хистория до сих пор помнила свое удивление, когда она приблизилась к городу, а к ней навстречу выехало такое большое количество конной гвардии, что ей даже показалось, что где – то здесь должны быть либо выжившие марлийцы, либо иные враги.

Ее муж до сих пор не знал, чем же она здесь занимается. Да ему и не требуется этого знать.

Девушка не хотела об этом говорить или же распространяться. Ей вполне хватило, что перед построением этого амбара пришлось задействовать нескольких людей, после чего Эрен стер им память, так что единственным человеком осталась Хистория.

- Привет, Эрен. – произнесла старушка, когда подобралась к надгробию.

Ей нужно многое рассказать.

Обычно она молчала, и не говорила про свою личную жизнь, чаще всего оставляя это за скобками. Вместо этого она либо размышляла об случившимся, либо же рассказывала об успехах жизни на Острове, о проблемах Острова и пути их решений.

Но сегодня был последний день, когда Хистория Рейсс находится на Острове Парадиз и, следовательно, она решила многое рассказать.

- Эрен… За эти годы многое изменилось, мы прошли очень долгий путь. Надеюсь, что ты посетишь меня перед смертью, или же хотя бы скажешь мне о том, что думаешь о нынешней жизни на Острове Парадиз.

Ни разу за эти годы Эрен не показался перед ней.

Конечно, она понимала причины такого решения, ведь еще тогда услышала всю историю, а позже, когда Эрен показывал ей будущее, приняла во внимание его слова о необходимости забвения такого человека, как Эрен Йегер.

Таков был план.

- Не знаю, слышишь ли ты меня сейчас, но… Остров Парадиз изменился очень сильно. Думаю, ты был бы рад тому, какой мы прошли путь за шестьдесят лет. Трансформация, на которую обычно уходило по сотне лет, или даже больше.

Им пришлось перепрыгнуть через несколько эпох и очень много работать, чтобы в итоге предотвратить тот тотальных хаос, который назревал.

- Мы все еще контролировали развитие Острова, не давая в руки людей опасные технологии, но… Все же смогли приложить такое колоссальное количество сил, что… Люди просто стали жить счастливее, со временем, конечно.

Хистория села на пол.

Ей было очень сложно опускаться на колени, но все же она это сделала. Старушка не хотела стоять на ногах слишком долго из – за того, что они начинали болеть.

- Я начну свой рассказ, Эрен. – произнесла Хистория, посмотрев на надгробную плиту. – Надеюсь, что ты меня слушаешь. Большую часть ты знаешь, но… Мне это нужно… Послушай меня.

Рассказ будет очень долгим.

Но у Хистории было достаточное количество времени.

- Для начала, мы прошли не просто длинный путь, он был полон различных трагедий, препятствий и неувязок. Пришлось совершить несколько ужасны ошибок, чтобы найти главные слабости государства.

Путь, для которого нужны столетие, прошел за пару десятков лет благодаря упорному труду островитян, день и ночь трудившиеся на развитие Острова.

Конечно, достигалось это жесткими правилами работы, а также постоянной накачкой пропаганды совмещая с тем, что тунеядцы и безработные не нужны новому обществу. Суть пропаганды заключалось в том, чтобы психологически накачать народ таким образом, дабы они работали по 12 часов с возможными переработками и без возможных восстаний.

Королева всегда лично подавала пример.

Когда еще она молода, то Хистория активно участвовала в пропаганде, создавала нужную картинку, влияла на умы людей, а также работала, как и простые люди. Откровенно говоря, она не отлынивала, и сама искренне постигала трудный путь развития, хотя ей и предлагали просто написать восторженный рассказ в газете о ее деятельности, помимо государственной, после чего Хистория сможет пойти по своим делам.

Однако Хистория всегда честно выполняла свои обязанности.

В этом и заключался важный аспект новой политики – работать должен не только простой народ, но и королева вместе с этим народом.

- Я помню… Говорила им, что начальник должен знать работу подчиненного намного лучше, чем сам работник. Это, кажется, в какой – то книге было.

Хистория выполняла свою работу честно, а на государственные дела был создан специальный совет, который и управлял, по сути, государством. Королева ставила лишь подпись, имела право вносить коррективы, предлагать различные законы и отменить в случае чего, если он ей не понравился.

Влияние у Хистории Рейсс все же имелось.

В Совете были люди, которые искренне хотели помочь стране, поэтому Хистория доверяла им. Поэтому свое влияние она демонстрировала крайне редко, и по большей части занималась правильной подачей необходимой информации. Ведь кто может быть мотивировать на работу больше, чем лично королева Острова, на равных выполняющая определенные обязанности.

Хистория таким образом обучилась пяти профессиям, что было ее гордостью.

И в сложные времена, когда все люди реально верили в то, что титаны истребили мир всего лишь пару лет назад, они смогли настроить их на работу. Люди боялись возвращения титанов, и Королева делала все, чтобы они оказались в безопасности. Таким образом, она, сама того не ведая, стала для них не просто королевой, но и символом безопасности.

Символом Нового мира.

- Знаешь, Эрен… После того, как память людей изменилась, они не хотели работать. Они думали, что титаны придут и за ними, и не верили власти, но… С помощью правильной подачи информации, у нас получилось настроить людей на работу.

Семья, традиционные ценности, бесконечная работа ради будущих поколений, не говоря уже о системе «в молодости постоянно работай – в старости отдыхай» – именно при такой подаче информации у них все прошло удачно.

Народ стал мотивироваться, и начал переставать пить и прохлаждаться, и усиленно принимался за работу, а также проходил обучение на профессии. Помощь тут также оказали жесткие законы против бездельников, иногда даже очень жестоких.

В условиях ограниченных ресурсов, они смогли выстроить рабочую государственную машину, которая управляла Островом и распределяла ресурсы, строила планы по развитию Парадиза, постоянно обучала способных лиц для развития промышленности, следила за работниками, помогала им не только развиваться, но и создавать, и множить собственные семьи.

Государство, например, могло построить несколько домов и заселить туда наиболее хороших работников. В условиях того, что работа иногда находилась за бывшей территорией стен, и до нее еще приходилось добираться, притом что в таких местах работы чаще всего были только палатки и не более – такое решение помогло выделить наиболее профессиональных и трудящихся.

Именно такие люди ставили всем в пример.

- Конечно, система не была идеальна. Она была жестока к тем, кто не подходил под нее. Но… Благодаря ей люди не задумывались над тем, что случилось пару лет назад. Они смотрели в будущее с горящими глазами.

Особенно не жалелись деньги на новые технологии, попытки воссоздания старых разработок, использование марлейских знаний и обучение всем важным специальностям и профессиям.

Работа шла в ускоренном темпе, а наиболее лучшие работники всегда поощрялись, и отправлялись на дополнительные курсы повышения квалификации.

К слову, иногда эти лучшие работники становились изобретателями и создавали поистине важные разработки, в итоге ускорившие ход развития. Особенно если это помогало упрощать труд, сокращать время добычи и повышать норму.

Благодаря этому в единственной стране на свете, а также благодаря книгам из Марли, знанию добровольцев и желанию самих работников устроить своей семье наилучшую жизнь – началась промышленная революция, и то что через двадцать лет назовут индустриализацией.

Конечно, она началась не в первые годы, но прошла такими темпами, что изменило ход истории. Промышленная революция, показав хороший результат, станут основами страны, которая всегда стремилось к лучшим результатам.

И со временем Остров начал заполняться многими талантливыми людьми, которые и стали, по сути, героями труда в своей стране.

Парадиз начал усиленно развиваться.

Однако тут вылезали недостатки.

Рабочая неделя длилась шесть дней, а выходной оставался всего один. Причем даже во время рабочей недели работник вполне мог оставаться и после конца рабочего дня и дорабатывать, доучиваться, а иногда и ходить на дополнительные курсы, осваивая множество профессий.

Можно сказать, что таким жестким способом они смогли через несколько лет построить рабочий класс, который в короткие сроки качественно выполнял свою работу, а из этого обученного и опытного рабочего класса получались первоклассные специалисты.

Конечно, система работала иногда не очень, но для такого правительство создало надзорные органы и самые опытные из рабочих постепенно шли по службе вверх, беря в свои руки все больше ответственности.

И постепенно жизнь на Острове стабилизировались.

Спустя десять лет, когда индустриализация шли полным ходом, никто и вспомнить не мог какой ад им пришлось пройти в самом начале.

- Помню, в первые годы у нас была опасность голода. Еды было не так много, и пришлось выкручиваться. Ты не поверишь, но мы смогли это сделать, и по итогу собрать даже еще больший урожай, чем был до этого.

Верно.

После падения стен и уничтожения всех титанов появились целые просторные земли, которые парадизовцы усиленно засеивали все новыми пахотными полями.

Таким образом, Остров был навсегда обеспечен не только пищей, но и мясом, ведь Колоссы шли только в одном направлении колонной, и многие животные, спрятавшиеся под землей, стали выходить наружу.

- Хотя… Думаю Саше бы не понравилось, что мы экономили мясо. – посмеялась Хистория.

Им пришлось затянуть потуже пояса, и экономить мясо чуть ли не полностью. Все потому, что животные, хотя их и было множество, все же не бесконечное количество, поэтому была выбрана тактика экономии на случай, если они вдруг погибнут.

Животных разводили и постепенно количество их увеличилось, а поголовье скота и вовсе стало в пять раз больше обычного, поэтому только через десяток лет человечество могло спокойно есть мясо без каких – либо опасностей.

- Кстати, теперь у нас есть южная скотоводческая фабрика, где разводят скот. Его там тысячи, причем самого разнообразного.

Помимо еды, люди Острова Парадиз застраивали свой дом, осваивали новую территорию, строили контрольно – пропускные пункты, остановки, где каждое утро проезжали на санях до места работы, и проводили новые дороги, причем как обычные, так и железнодорожные.

Особенно железнодорожную, которая показала свою эффективность.

Таким образом оказалось проложена железная дорога до каждого мало – мальски важного населенного пункта. Конечно, иногда у них были проблемы, например, поезда столкнулись один раз, после чего ввели общие правила безопасности, которые твердо соблюдались.

К сожалению, без таких трагедий не обошлось, но Остров пережил эти проблемы. Параллельно развивались и иные сферы деятельности. Развивалось собирательство, люди описывали и изучали каждое место на Острове.

- Если что, Эрен, я имею ввиду описание каждого клочка земли. Например, ты знал, что в восточных землях Парадиза растет очень даже вкусные ягоды? Вот… И я тоже не знала.

За эти шестьдесят лет они исследовали вдоль и поперек Остров. Конечно, у Острова не было иногда нужных ресурсов в необходимым количестве, но тогда в ход шла экономия.

Экономия, в принципе, стало основной государственного уклада.

В головы каждого элдийца вкладывались идеи о тотальной экономии на всем, и иногда они лишь тратили немного большее количество средств, например, на своих детей, на их трудоустройство, обучение и так далее.

- Однако… Все равно Остров постигла пара трагедий, Эрен. – грустно произнесла Хистория, не скрывая скорби. – Гражданская война и восстание добровольцев. Хотя, не восстание добровольцев, а скорее отчаянная резня.

Разумеется, так долго гладко ничего не могло идти.

По сути, после гибели Эрена, у них была пара лет жизни, когда они упорно трудились ради лучшего будущего, но проблемы рождались одна за одной. По мере возникновения их решали, например, разоружением наиболее радикальных групп и казни, подавлению недовольства и иногда тайными убийствами наиболее опасных личностей.

Ведь путь к порядку шел, к сожалению, через трупы.

Иногда появлялись группы граждан, которым не нравился такой подход. И так как у них имелось оружие, они начинали выступать и провоцировать, результатом которого стали трагедии.

Но, несомненно, самая главная трагедия – Гражданская война.

Хистория опустила взгляд, когда вспомнила те два года.

Конечно, активных боевых действий было не так много, но жертв оказалось больше из – за тактики запугивания, или, проще говоря, террористических актов. Именно так действовали повстанцы, и тем же отвечала военная полиция и армия.

Вообще, причиной восстания послужила жесткая государственная позиция касаемо работы, нежелание определенной части что – то менять, и радикализация некоторой части Острова. Они желали править, несмотря на законную королеву и власть, и мечтали о Новом мире.

Проблемой было то, что новые воспоминания, которыми Эрен их одарил, каким – то образом заставили их сменить позицию на упорную радикализацию из – за чего появилось множество террористических ячеек.

Тогда Хистория не могла понять тех людей, однако со временем получилось.

По сути, основными зачинщиками являлись наиболее мерзкие радикальные личности, которые считали, что старая власть должна быть уничтожена, а все ее представители сожжены. И только после этого они смогут нормально, приняв ошибки прошлого, жить дальше под новой властью, которая будет управляться этими людьми.

Проще говоря, радикалы хотели власти и воспользовались недовольством новых реформ. Люди, которые оказались в плачевном состоянии из – за постоянной работы, послушали их, а те хорошо манипулировали общественным мнением. И хотя эта прослойка быстро оказалось уничтожена, но народного недовольства определенной части это не избавила.

И началась контртеррористическая операция.

Она и длилась два года, которая, по – настоящему была гражданской войной между одним народом.

Хистория, разумеется, при всех недостатков новых порядков, понимала их необходимость, и выбрала правильную сторону. И хотя на нее несколько раз совершали покушение, она каждый раз оставалась жива, и постепенно, так как повстанцы не действовали в крупных города и вдалеке от промышленных зон, то восстание оказалось подавлено.

Кроме того, в ход пошли самые жесткие решения, которые одобрила Хистория.

Повстанцев ловили, пытали и убивали. Чаще всего пойманного повстанца могли просто убить в застенках тюрьмы, если он не расскажет нужную информацию. Потом, узнав его личность, также полицейские шли за женами и детьми, или же родителями.

Хистория не гордилась такими решениями, но победить террористов можно было только не менее жесткими методами, учитывая, что повстанцы взрывали чиновников и мешали государству развиваться. И каждый такой теракт освещался в нужном свете с нужной трагедией.

И народ постепенно сменил симпатию на милость.

Отчасти это благодаря газетчикам, которые, по указанию Хистории, сделали из простых повстанцев настоящих монстров, убивающих и насилующих все подряд. Конечно, этого не было столь массовым явлением, но это стало поворотной точкой, благодаря чему повстанцев не любили и сдавали в большинстве случаев.

- Люди верили государству, а не фактам. – подытожила Хистория. – Да уж, государственная машина она такая. Нельзя, чтобы ее скинули, иначе я бы не знаю какой хаос на Острове был.

Определенно, так и есть.

Хистория и представить не могла, что бы в итоге случилось.

У повстанцев не было ни плана развития, ни каких – либо конкретных предложений, и никакого ума, кроме глупых требований о свободе, но при этом они убивали всех полицейских до кого могли добраться. Именно поэтому военная полиция действовала по отношению к ним с особой жестокостью. К ним были разрешены применения пыток, поэтому каждый пленный из этих людей рассказывал абсолютно все.

Правда, потом в итоге все равно умирал, потому как таких не щадили. Тогда были убиты несколько сотен человек, которые так или иначе оказались причастны к восстанию.

- К счастью, мы справились. И пошли дальше своей дорогой, но… Во время него погиб Райнер, и еще несколько сотен человек с нашей стороны. Это наибольшие потери со времен Гула.

Вернее, войны с Миром.

Хистория опустила взгляд, когда вспомнила мертвецов. Разум ей напомнил про ситуацию с добровольцами, которые со временем сошли с ума и устроили теракты, решив убить как можно больше жителей Острова.

С их точки зрения это была месть за всех убитых в мире. Конечно, память их нельзя было поменять, поэтому те помнили, и хотя дали слово молчать, но со временем либо чувство вины, либо же желание умереть заставило их сделать глупость.

И из – за нескольких таких добровольцев, которые устроили массовые теракты в крупном городе, военная полиция понесла большой ущерб, и Хистрия отдала приказ о ликвидации всех добровольцев.

Она перевела взгляд на руки.

Ее разум рисовал кисти, полные крови, ведь так оно и было.

Тем не менее, Хистория знала, что именно это успокоило народ и не позволило ярости добровольцев поглотить еще большее количество жизней. Конечно, среди них были невиновные, но Хистория хотела также и отомстить, и пресечь такие поступки в будущем.

Они сделали свой вклад в страну, а позже оказались убиты.

Так и закончился их путь.

- Однако, стоит признать, что восстание и проблема добровольцев многому нас научили. И, как минимум, восстание помогло решить пару проблем.

Очевидные проблемы в системе исправлены и доработаны.

Жизнь простых людей стала чуть лучше, поэтому с тех пор никаких восстаний не было. Небольшие протесты все же раз в пару лет бывали, но их даже не замечали. Кроме того, быт и жизнь рабочего очень сильно изменились в лучшую сторону.

- Но… Скажем так, мы смогли преодолеть эти проблемы, и продолжить развиваться. Проведено множество различных реформ, улучшена координация войск. Например, та же реформа армии. Теперь только у воздушной полиции имеется УПМ.

Старая армия представляла из себя разнородные войска, которые не могли нормально друг с другом коммуницировать, да еще и грызлись между собой. Поэтому военный министр решил все изменить.

Вместо системы военной полиции, разведки и гарнизона появилась единая армия, которая состояла из двух подразделений – военная полиция и армия. Армия вмещали разный род многих войск – конная, сухопутная, воздушная, а позже и морская.

Все эти подразделения имели четкую структуру и собственные обязанности, не выходящие за пределы своих полномочий. Особенно это касалось военной полиции, которая внутри имела также деление на гражданскую и военизированную полицию.

Например, гражданская работала над простыми преступлениями, расследовала и тащила в суд виновников, но военизированная занималась поиском и уничтожением террористов, дезертиров, поиском недовольства, расследованием вражеского следа повстанцев и так далее.

Им приходилось топить ненависть, совершать ужасные поступки и Хистория сама ставила подпись на разрешение к применению пыток по к тысячам человек, как – либо виновных или невиновных.

«Король или королева не должны быть добрыми. Особенно лидер всей страны… Иногда нужно быть очень жестоким». – успокаивала она себя.

Остров вышел из кризиса с помощью талантливых и жестких руководителей, которые необходимы в сложные времена. И недостатком такой политики было то, что они поступились прежними свободами.

Всюду висела пропаганда работы, развития, непрерывного обучения и верности Острову.

Они полностью подавили все протестные выступления и, можно сказать, переформатировали элдийца под преданную работу на благо Острова.

- Ой, прости, я… Просто заговорилась. – сказала Хистория, заметив, что даже начала рассказывать то, что хотела утаить.

Это ни к чему.

Все же неприглядные моменты истории у них также имелись. Просто они скрыты под огромным количеством достижений. Отличие лишь в том, что фундамент нового государства построен на крови не только врагов, но и части собственных граждан.

Как бы это ни было печально.

- Кхм, ну… В общем, благодаря такой системе мы смогли не только выйти из кризиса, но и стать сильнее. Теперь Остров всем обеспечен, и все благодаря тебе.

Верно.

Все это стало возможным только благодаря Эрену.

И речь не только о безопасности, но еще и в том, что Эрен усилил возможности элдийцев, изменив их биологическую структуру. Они стали не только сильнее, но и выносливее и, можно сказать, забыли о том, что такое болезнь.

За последние десятилетия на Острове не было ни одного человека, который заболел какой – либо болезнью. Связано это с тем, что вместе с выносливостью организма, повысился еще и иммунитет. Кроме того, благодаря этому они могли пережить первые сложные годы, ведь трупов в океане было полном полно, и обычного человека это бы уничтожило.

Трупы все еще были рассадниками болезней, и просто уничтожили бы население Парадиза.

Теперь же благодаря Эрену Остров не только пережил, но и преумножил все, что имелось. Причем настолько, что недавно они рискнули на корабле, построенном недавно, переплыть океан и проверить как там на суше.

И, к слову, поездка вышла удачной.

Первые путешественники сообщали, что на континенте вполне неплохо можно жить. Конечно, не идеально, но это доступ к новым ресурсам и возможности освоить те территории, создав колонии – поселения.

- Это… Это просто огромный шаг для Острова. Кстати, там не все изучено, но относительно неплохо. Ну, так говорят доклады.

Уже год ту территорию исследуют, составляя карты, и сегодня Хистрия Рейсс, которая недавно сложила полномочия королевы в руки наследницы, двинется именно туда.

Хистория читала о тех землях, но никогда не была. Она ощущала, что смерть приближается, поэтому хотела посетить то место, и там, собственно, закончить свою жизнь.

Таково ее желание.

- Верно, Эрен. Я пришла сюда в последний раз именно ради этого. Попрощаться. – произнесла Хистория, подытожив долгий рассказ. – Если честно, то я лишь через десятилетия смогла… Смириться со всем.

Хистория помнила о том, что случилось в прошлом и из – за этого подвергалась тяжелым психологическим испытаниям. Доходило до того, что она не могла ни спать, ни есть, а иногда и вовсе ходила по краю высокого здания, чтобы в случае чего спрыгнуть вниз.

Боль и вина мешали Хистории жить, но она не могла прогнать эти эмоции и ту боль, которую испытывало сердце. Она буквально разрывалась, и не могла нормально жить.

Конечно, таков был план Эрена изначально, но когда Хистория лишилась Эрена, то осталась совершенно одна, и пыталась справиться со всем. На людях она играла хорошую королеву и всегда работала, занималась воспитанием ребенка и была примерной королевой.

В этом плане свою роль она исполняла идеально.

Однако это был лишь маска.

Когда Хистория оставалась одна, то чаще всего плакала. Она ощущала себя очень сломанным человеком, и ей периодически снилось, как люди с континента всплывают со дна океана и затаскивают ее туда внутрь. Иногда она даже просыпалась и ей казалось, что трупы людей лежали рядом, а все ее тело было в крови.

Это и стало причиной, почему Хистория всегда находилась с кем – то, и работала, чтобы не думать о погибших в мире. Но эти мысли все равно просачивались иногда, и девушка ничего не могла с собой поделать.

Она пыталась убедить себя в том, что иного выбора не было, и что все должно быть именно так ради лучшего будущего, но при этом каждую ночь ей снились кошмары о гибели миллионов людей. Как она, например, наблюдает их смерть и кричит, пытается это исправить, но ничего не может сделать, и лишь смотрит, как множество людей гибнет под ногами колоссов, беспощадно идущих по ним.

Это было очень трудно.

Продолжались эти кошмары регулярно, пока Хистория не начала привыкать спустя годы. В одной из книг она, кстати, прочла, что чувство вины невозможно побороть, к нему нужно лишь привыкнуть. И со временем Хистория научилась жить с этим кошмаром наяву.

Она просто привыкла.

Такова цена победы, и Хистория это прекрасно знала. И про сильные душевные страдания ей также было известно.

Хистория никогда не благодарила Эрена вслух, чаще всего оставляя эти мысли при себе.

Однако сегодня был последний день, когда она находится на Парадизе. Вероятно, больше такой возможности не будет.

Хистория Рейсс глубоко вздохнула и произнесла:

- Теперь я могу наконец – то сказать эти слова, Эрен. Спасибо тебе за все.

До этого Эрен не слышал этих слов.

Вернее, надгробие Эрена.

Хистория никогда не благодарила его, и не проклинала тоже. Она просто приходила, и проводила беседу сама с собой, иногда роняла слезы по погибшим, и только сейчас, когда она уже покидает Парадиз, может сказать ему эти слова.

- Я понимаю, что иначе было нельзя. Спустя годы я вижу результат… И я понимаю. Знаю, что это мало, но… Я тебя прощаю за все.

Конечно, после смерти ей это, вероятно, воздастся, но сейчас ей было плевать. Впервые она говорила о таких вещах искренне, и без слез по погибшим.

Только сейчас Хистория могла сказать такую фразу.

- Тогда… Я сказала все, что могла и хотела. А теперь, прощай. – произнесла старушка, и медленно поковыляла к выходу.

У нее еще были незаконченные дела, и теперь Хистория с болью в сердце, но смогла отпустить этот грех, который не давал покоя ей десятилетия.

Соучастие в гибели старого мира.

Теперь, когда Новый мир оказался успешно создан, Хистория могла сказать, что поступила бы так снова, если ей дадут выбор. Пусть она будет страдать, пусть она будет рыдать, пусть ей захочется покончить с собой, но в итоге Хистория знает ради чего произошел геноцид.

Океан

Океан.

Чистый океан, который со временем растворил все, что осталось от мертвецов. Когда Хистория последний раз на него глядела, то видела тысячи трупов, прибитых к берегу. В ту пору Хистория, хотя и могла посещать океан, никогда не выходила на берег, чтобы не вспоминать трупы.

К слову, эти трупы все равно собирала определенная команда людей, и сжигала поодаль. Все же избавиться от тел требовалось, ибо хоронить по всем законам тех людей никто не мог.

Хотя тело элдийцев было усилено, но Хистория в тот момент издала именно такой приказ – все тела, найденные в океане или прибитые к берегу, должны были быть сожжены.

Лишь спустя годы Хистория смогла отделаться от этого чувства и вида кровавого океана.

«Океан… Сейчас выглядит иначе. Уже не красноватого оттенка».

Тот океан надолго врезался ей в память.

Ей даже снились сны, как она шла по воде и видела, как трупы восставали и обвиняли ее во всех грехах. Про ее молчание, соучастие и помощь, а также готовность пожертвовать всем человечеством.

Эта картина не забылась в ее памяти. Даже сейчас Хистория вспоминала эти моменты, но пока что старушка игнорировала эти моменты, больше предаваясь наслаждению новой картины.

Она находилась на мачте корабля, наблюдая за берегом, который уже виднелся. За ее спиной работала огромная команда матросов, и это был тот момент, когда никто не мешал королеве.

Хистория наслаждалась видом, игнорируя все остальное.

«Ранее я не могла приходить на пляж из – за ужасного вида, и чувства вины. Но сейчас оно притупилось с годами. Можно насладиться».

Ей было интересно.

Откровенно говоря, Хистория наслаждалась этим моментом так долго, как могла. С момента, как произошел рассвет, старушка находилась на палубе. Обычно всех остальных повыгоняли бы, чтобы не мешать работе команды корабля, но Хистории оказалось это позволено.

Разумеется, она ведь все еще Королева, хотя и отреклась от трона.

К тому же, люди все еще уважали Хисторию за прошлые решения.

Она не вела ни с кем беседы, не слушала какие – то рассказы, а просто наблюдала, как корабль все ближе приближался к берегу.

«Вот он… Тот момент, когда мы смогли пересечь океан. Это можно назвать свободой, Эрен?» - задала риторический вопрос Хистория.

Конечно, в ее голову внезапно не пришел ответ Эрена, но она ощутила странную гамму эмоций.

То что Хистория Рейсс ощущала в полной мере, было сложно описать. Тут и удовлетворение, и вина, и темная радость от таких событий, но основной эмоцией Хистория считала удовлетворение. Все же она смогла выжить и приложила руку к построению Нового Мира.

Верно.

Новый мир, как она его называла, строился годами. Шаг за шагом, учась на своих ошибках, переживая трудные и счастливые моменты, прикладывая все усилия, чтобы следующим поколениям жилось лучше, Хистория и правительство делало все, чтобы в итоге не повторились старые ошибки.

Конечно, полностью избежать не получилось. Человеческая природа неизменна и, как ни странно, часто ведет к хаосу и разрушению, но правительство смогло задавить эту часть с помощью страха и пропаганды, после чего неприятные происшествия снизились до минимума.

И результатом стало то, что считалось лишь желанием, которое невозможно реализовать в пределах этого столетия, стало возможным. Теперь это счастливая реальность.

Человечество уже после шестидесяти лет на Острове возвращалось на континент.

Разумеется, не весь континент восстановлен.

Насколько она знала из отчетов, все еще были странные моменты, которые записывали исследовательские экспедиции. Например, про ядовитость некоторых земель, и про все еще выжженные территории, но даже они со временем восстановятся.

Как минимум на побережье, куда они причалят, они смогли построить первую колонию.

Хистория вместе с небольшим количеством отчаянных людей также примет участие в освоении континента. Первые годы будет изучение всего, что рядом, и только потом они будут продвигаться вперед.

Вся эта миссия на столетия, а Хистория умрет уже через пару лет. Тем не менее, старушка хотела увидеть континент, и пожить тут хотя бы немного.

«Стыдно признаваться, но я уже устала от Острова. Поэтому и убежала. Однако, тут и правда красиво».

Она в очередной раз посмотрела наверх, где уже летала стая птиц.

«Вероятно, они уже свили где – то гнезда, а значит не все так плохо. Отлично».

Хистория непроизвольно улыбнулась.

Пусть это и маловажный факт, но, значит, мир постепенно восстанавливается. И через столетия придет в норму.

Долгий путь, к которому они шли через боль и страдания, подошел к концу. Вернее, как она считала, подошла к концу первая эра полной изоляции на Острове, а самое сложное начнется уже впереди.

Хистория Рейсс смогла оставить в этом мире хорошее наследие, которое займется развитием человечества. Сама же Королева, как и планировалось, отреклась от трона, после чего направилась на континент.

Дети долго пытались ее отговорить, и даже угрожали посадить в тюрьму, но, зная упертость и своенравность Хистории, постепенно они сдались. Так что несмотря на некоторое недовольство, они все равно пришли попрощаться вместе с человечеством на Парадизе.

- Теперь я… Буду жить как в старые добрые кадетские времена, ха. – вновь улыбка появилась на лице Хистории.

Снова палатки, снова труд до рассвета, а также скрупулезные исследования и записи о состоянии природы, о самочувствии каждый вечер. Все потому, что Хистория не собиралась становиться баластом.

В пределах своих сил старушка хотела по максимуму помогать первым колонистам, как и она. По сути, колонисты решили пойти на эту задачу, не желая оставаться на Острове. У каждого были свои причины, среди них оказались даже осужденные за преступления, но получившие таким образом помилование.

Конечно, никто без охраны их оставлять не собирался, да и бежать им некуда. Еды они еще не вырастили, а заниматься собирательством в небольшом количестве лесов и есть все подряд тоже глупо.

Вместе с ней на корабле плыло еще десять человек, а также огромное количество провианта на несколько лет, ведь следующая поставка будет еще через год.

Таким образом они решили, чтобы люди на континенте постепенно становились независимы и осваивали новые земли. Конечно, стратегия несколько странная, но рабочая, потому что люди понимают, что именно от их работы зависит жизнь.

Следовательно, никто не будет сидеть, сложа руки.

- Надо же… А он красивее, чем я думала.

Берег все приближался.

Хистория увидела первые поселения – палатки различного типа. От самых больших, похожих на шатер до рассчитанных на одного человека. Все они аккуратно поставлены друг рядом с другом.

Хистория Рейсс не могла не посмотреть на небо.

- Эрен, ты это видишь? Ты создал Новый мир… Теперь и за континентом.

Разумеется, никакого ответа не было.

Эрен никогда не отвечал ей, как бы она не просила его. Иногда случались тяжелые моменты, когда у Хистории был эмоциональный срыв, особенно в первые годы. На почве этого она закрывалась ото всех и посещала надгробие Эрена, либо же шла в лес и там выпускала свои эмоции. И каждый раз, когда Хистория звала Эрена и просила о диалоге в сложные моменты, Эрен не отзывался.

Он не пришел даже тогда, когда чувство вины в первые годы едва не завело Хисторию в могилу. Ведь на почве сильной эмоциональной травмы, красном океане с трупами, и пониманием собственного соучастия, Хистория едва не покончила с собой.

Ее тогда спас ныне покойный муж – Карл.

С тех пор она никогда больше так не делала, и всегда, когда Хистории было плохо, шла либо к Карлу, либо к детям, чтобы не позволить эмоциям вновь захватить ее разум. Она прижималась покрепче к своему мужу – твердой руке и опоре, которая была так ей нужна.

- И все же… Ты все еще молчишь… Ну, надеюсь, что ты в порядке, Эрен. – произнесла она, переводя взгляд на летающих птиц.

Хистория Рейсс знала самую жуткую часть плана. Она была посвящена в него, и что Эрен до сих пор был жив где – то в Путях, лишившись своего физического тела.

Взгляд Хистории стал печальным, когда она вспомнила о его судьбе.

- Надеюсь, что хотя бы после моей смерти… Мы встретимся, Эрен.

После этих слов слабая улыбка появилась на лице Хистории Рейсс.

Корабль стал приближаться в импровизированный порт, где они сойдут на землю.

«Человечество начинает свою историю заново в этом Новом мире. И я рада тому, что в итоге этот план увенчался успехом». – пронеслось в голове королевы.

Новый Мир открывает свои ворота беглецам, которые сбежали с него много лет назад.

Хистория Рейсс, как представитель королевской крови, когда – то давно сбежавшей на Остров, собиралась вступить на эту землю и стать ее полноправным участником, сделав тот самый сложный первый шаг для нее, и очень значительным для Острова.

Она была счастлива.

- Спасибо, Эрен. – тихо произнесла Хистория, когда корабль начал тормозить.

Скоро нужно было выходить, так что Хистории нужно подготовиться.

Она повернулась и направилась в каюту, чтобы подготовиться к высадке на берег.

Эпилог

Сколько лет прошло?

Он не знал.

Как его зовут?

Воспоминания были обрывочными. Он точно не мог на них рассчитывать, потому что в голове возникало множество имен.

Мальчик, которому на вид лет 10, сидел на песке и уже долгое время смотрел вверх, зависнув. Он непрерывно смотрел на сияющее древо, которое уже долгое время перестало разрастаться. Он не знал почему, но когда мальчик смотрел на это древо, то испытывал умиротворяющий покой.

Он ощущал удовольствие, но вот почему – не знал.

«Смутно помню… Почему мне это нравится?» - пронеслось в голове мальчика.

Иногда он приходил в себя от этого наваждения и пытался понять причины, найти в своей голове ответы, но они так и не приходили. Ровно как и попытка вспомнить свое имя не мог. Казалось, что огромная часть воспоминаний пропала, а оставшаяся была хаотичной, и иногда всплывала.

Однако бескрайнее небо и ветви этого древа помогали мальчику.

Дело в том, когда он отводил взгляд, и смотрел вниз на песок, то внутри него образовывалась душевная боль, болело сердце и ему становилось тяжело дышать, и это притом, что мальчик ощущал сильную усталость и желание закрыть глаза.

Кроме того, возникало странное чувство закончить все, но при этом он точно не знал, что именно должен закончить.

И лишь взгляд в небо даровал ему необходимый покой.

Странно, но это действительно помогало.

На некоторое время он вновь выпал из реальности, пока не решил посмотреть вниз, и взгляд упал на бескрайние просторы песка.

«Сколько я здесь… И вообще… Кто я?» - пронеслось в голове мальчика.

Ему показалось, что память словно хотела дать ответ, поэтому временно перевел взгляд на песок, пытаясь найти ответ. И сразу же он ощутил уже знакомую боль в сердце и трясущиеся руки, но на этот раз его желание вспомнить и понять кто же он было важнее.

Мальчик чувствовал, что это важно.

Верно.

Он должен был вспомнить о том, что случилось тогда, и почему что – то заставляет его не двигаться, и не пытаться выбраться из этого места. Он, вероятно, знал, что нужно делать, дабы получить покой, но при этом не давал самому себе это сделать.

Не давай выти из этой тюрьмы.

Мальчик ощутил боль в сердце и схватился за него, но при этом взгляд все еще держался на песке.

Он хотел вспомнить.

«Эта тюрьма… Я ведь тут не родился, и я точно не был заперт, значит, что – то заставило меня сюда зайти?»

Его взгляд бегал из стороны в сторону, пытаясь за что – то ухватиться, но не мог. Мальчик хотел найти что – то.

Это «Что – то» находилось здесь, он еще не знал почему, но при этом понимал.

Это где – то здесь.

Но что? Мальчик пытался вспомнить и найти глазом ответы.

Но он ничего не нашел, кроме едва заметных надписей на песке.

«Вот и они? Ответы?» - задался вопросом он.

Мальчик пригляделся и увидел, что там написано.

- Эрен Йегер, Новый мир, Наказание…

Смутно знакомые воспоминания.

Мальчик задался вопросом, и едва не вскрикнул, когда воспоминания нахлынули в его голову. Словно гром среди ясного неба, эти внезапные воспоминания дали ему ответ на все.

Эрен Йегер.

Так звучало его тмя, данное при рождении.

Взгляд мальчика наполнился отчаянием и едва заметным безумием.

- Точно… Это мое имя… - тяжело дыша произнес он. – И я тут пробыл уже десятки триллионов лет… Вечность… Это моя тюрьма.

Верно.

Теперь Эрен понял все.

Он пробыл в Мире Путей так долго, что его память стала подводить. Столько времени, проведенное в полном одиночестве, когда он нарочно никого не будил и никому не мешал, ограничиваясь лишь редким наблюдением за миром, постепенно начинало сводить его с ума. Изначально он не замечал этого, но со временем некоторые его воспоминания стали пропадать.

Буквально, иногда Эрен не мог вспомнить причины почему он здесь, и кто он такой. Тишина и бесконечная непроглядная тьма сводила его с ума, и заставляло память постепенно убирать ненужные отрывки воспоминаний.

Эрен заметил это вовремя, поэтому оставил надписи на земле.

Каждый раз, когда Эрен забудет о том, кто он такой или случится неожиданное, то именно надписи и подсказки помогут ему осознать, кто же он такой и что в итоге случилось. Помогут вспомнить.

Благодаря им Эрен вспомнил суть, и теперь уже переставал задавать лишние вопросы.

Вместо этого он в очередной раз ощутил сильную душевную боль, от чего вжался в собственное тело и вновь начал биться головой о песок.

«Мне не выбраться… Нет, нельзя, иначе этот ад… Снова повторится…

Это его наказание, он это заслужил.

Кроме того, нельзя дать проникнуть этой силе вновь в мир, который он создал ценой старого.

Как только Эрен несколько раз ударил головой о твердый песок, то немного успокоился. Как ни странно, но за проведенное время здесь, физическая боль помогала ему пересилить душевную и ему на время становилось легче. Правда руки все равно тряслись, и сердце все еще болело.

Однако теперь он хотя бы не выл, как в прошлый раз.

Все равно его крики никто и никогда не услышит.

Придя в себя, Эрен тяжело вдохнул и произнес:

- Я понимал, что именно это меня и ждет, но… Это тяжко.

Не было точного слова, чтобы описать его состояние.

Если говорить проще, то ему оказалось тяжелее, чем ожидалось.

Конечно, реальность оказалось намного хуже, и Эрен даже, чтобы не сойти с ума, стал говорить сам с собой, дабы на время прервать эту тишину, которая била в уши сильнее, чем любой взрыв до этого. Именно в такие моменты Эрену и помогал взгляд в небо.

А когда – то давно Эрен закрывал глаза и смотрел на мир, который строился, глазами других элдийцев, в том числе и его друзей, когда они еще были живы.

Тогда ему было легче от этих картин, но сейчас все старые друзья мертвы. Прошло уже, по его примерным подсчетам, так много лет, что континент давно восстановился и живет новой жизнью. В мире, где он является просто легендой и страшным сном, ведь именно Эрен стал главным во всех ужасных сказаниях об уничтожении мира.

Так называемым Дьяволом.

Конечно, его это нисколько не задевало. Наоборот, Эрен оказался рад тому, что даже его история изменилась, и теперь о нем никто точно не будет вспоминать и копать под его историю. На это он и рассчитывал, когда принимал такое решение.

- Однако, это оказалось сложнее, чем я думал. – произнес вслух Эрен.

Проблема в том, что Эрен все еще сохранял свою человечность и разум, и благодаря этому иногда ему было завидно. Другие живут счастливой жизнью, наслаждаются каждым днем, живут ни в чем не отказывая, и любят хороших девушек, а он является вечным пленником.

Да, он сам на это и рассчитывал.

Таким образом, Эрен принес в жертву свою душу и тело, чтобы в итоге дать островитянам долгожданную свободу от врагов, и дать им лучшее будущее, которое они заслуживали. Они заслужили любить и жить, не собираясь в будущем готовится к очередной войне за свое существование.

- Однако… Это трудно. Очень трудно.

Проблема заключалась как раз в человечности Эрена. Ему иногда хотелось все бросить, и закончить свои страдания, пройдя по пути Имир, вновь пустив мир в хаос Титанов, но при этом позже передать свою силу другому человеку, потому что он очень сильно устал.

Но, едва это наваждение появлялось, Эрен отбрасывал эти мысли так глубоко, как только мог, потому что он уже сделал свой выбор. Если он не выдержит и даст слабину, мир постигнет старая история, и начнется все по – новой.

Ему этого не хотелось.

Именно поэтому Эрен и оставил себе различные подсказки, даже если память его будет подводить, чтобы не сделать необдуманных решений. Он обязан здесь находится.

- Потому что это мое наказание. – повторил он свои слова, закрыв глаза.

Верно.

За уничтожение всего мира, за эгоистичность, за абсолютно беспощадный геноцид и беспорядочное убийство.

Кто – то может попытаться оправдать, и отчасти будет прав, что у него не было иного выбора, и что война, рано или поздно, все равно бы случилась, но морально Эрену оказалось тяжелее. С каждым новым топотом титанов погибало больше людей, и большинство из мертвецов оказались невинными людьми.

Они просто хотели жить, и даже могли не ненавидеть островитян. Именно поэтому внутри него росло понимание, что он монстр, и что, вероятно, это решение это одно из самых неправильных во всем свете.

Однако был ли правильный выход?

Однозначно имелся ответ – правильного выхода из этой ситуации не было. Либо же проливалась кровь целого мира, либо же Острова.

Эрен свой выбор сделал.

- Благодаря моим предкам и всему миру, пришлось выбирать из худших самый худший. Но люди Острова пережили все проблемы и начали жить новой жизнью. Видимо, моя жертва прошла не зря.

Так и было.

Эрен последний раз смотрел на реальный мир глазами элдийцев, когда умирала Хистория. Будучи королевой, она, тем не менее, встретила свою смерть за пределами континента. Хотя он и повысил выносливость и выживаемость элдийца в чрезвычайно опасных условиях, но смерть от старости забирала всех.

После этого он вызвал ее в Пути, где и провел последний разговор.

С тех самых пор Эрен ни с кем не вел беседы. Он нарочно решил не говорить ни с родителями, ни с погибшим человечеством, ни со своими сторонниками, ни со своими бывшими друзьями, чтобы в итоге мир пошел своей дорогой в условиях исправления ошибок. Конечно, не все было идеально, но в итоге гиперопека не стала основой, и теперь Эрен мог сказать, что остался доволен тем развитием.

Не смотрел на реальный мир Эрен из – за того, что появлялось желание все бросить, поэтому он решил не искушаться. Все же спустя даже долгие годы Эрен все еще был человеком, и ему иногда хотелось принять совершенно эгоистичное решение в своих интересах.

Однако всегда останавливался.

- Выбор был сделан… Теперь я должен пожинать последствия.

Эрен поднял голову и еще раз осмотрелся.

Как и прежде, он был полностью один.

В Путях не имелось никаких звуков. Тишина давила тройной силой и, казалось, заставляла парня двигаться вперед и подталкивать к иным решениям. Тишина, раскаяние, боль от принятого решения очень сильно шатали психику парня.

Для того, чтобы пережить эти сложные моменты, Эрен поднимал взгляд вверх. Ровно также он поступил и в нынешний момент, не в силах больше терпеть душевную боль.

Это помогло успокоится, пересилить свои эмоции и насладиться красивой картинкой, представляя собственную свободу. Подобное, пусть и очень странновато, но помогало парню справляться с приливами отчаяния.

А оно, как бы Эрен не сопротивлялся, все еще находилось внутри.

- Повторить историю я не позволю.

Отчаяние твердило, что он должен все закончить. Получив покой, передаст силу другому, и история начнется по – новой. Тем не менее, Эрен не собирался сдаваться, даже несмотря на то, что прошло уже много времени. Эрен хотел все это закончить, и видел в этом варианте единственный правильный, и так оно и было.

Иного варианта просто нет.

Эрен вновь перевел взгляд на сияющее древо.

На нем еще с момента, как Эрен забрал силу титанов у мира, не появлялось новых ветвей. Все же ветви – это новые титаны, из которых шли остальные шифтеры, способные передавать свою силу из поколения в поколение.

Эрен же все это прекратил.

И тем самым, спас мир.

Вернее, то что от него осталось.

- Как же все – таки красиво. - проговорил Эрен, смотря наверх.

Конечно, со стороны могло показаться странным, но именно взгляд на небо и древо, помогал Эрену пересилить абсолютно все. Внутри него рождалось умиротворение и покой, и на некоторое время он вновь про все забывал, предпочитая наслаждаться красотой этого момента.

Так он сделал и сейчас.

Лишь так он способен побороть внутреннее отчаяние, и не сдаваться до сих пор.

Вечный пленник с вечным отчаянием, которое он сам избрал для самого себя. Такова его Воля.