Астартес в мире Фрирен (Warhammer 40k & Фрирен)

Глава 1

Система не имела имени — лишь индекс в архивах Адептус Администратум и несколько пометок, снабжённых печатями Инквизиции. Она располагалась на окраине сегментума, вдали от главных торговых артерий, но всё ещё находилась на пересечении нескольких второстепенных маршрутов. Недостаточно значимая, чтобы быть под постоянным надзором, и слишком полезная, чтобы её можно было просто забыть.

Когда-то эта система служила Империуму исправно.

Мир-улей обеспечивал промышленное производство, агромиры — продовольствие, горнодобывающие планеты — руду и редкие элементы. Не выдающиеся показатели, но стабильные. Именно такие системы и составляли основу Империума — тысячи миров, которые не блистали, но исправно выполняли свой долг.

Проблемы начались постепенно.

Сначала — задержки десятин. Потом — сбои в поставках. Затем — исчезновения торговых судов на окраинных маршрутах. Астропатические сообщения доходили с задержками, искажения в них множились, словно кто-то намеренно глушил или направлял сигналы через искажённые слои реальности.

Администратум отметил аномалии, Инквизиция — возможные ростки ереси. Когда стало ясно, что ситуация выходит за рамки локальных беспорядков, было принято решение действовать быстро и решительно.

Орден Пепельных Клинков был направлен в систему для подавления угрозы.

Их крейсер вышел из варп-перехода на дальней орбите, вне зоны гражданских станций и торговых доков. Приветственных сигналов не последовало — лишь скупые аварийные маяки и фрагментарные ответы диспетчеров. Система ещё функционировала, но контроль над ней уже начинал рассыпаться.

Рагнар Талвек находился в часовне крейсера. Он стоял неподвижно, опустив голову, позволяя мыслям течь спокойно и ровно. Матовая поверхность его доспехов хранила следы прошлых кампаний — вмятины, следы оплавлений, царапины от когтей и клинков. Он не произносил молитв вслух. Для него долг не нуждался в словах.

Инквизиторский запрос был кратким и лишённым эмоций. Несколько миров системы демонстрировали признаки культовой активности. Данные указывали на координацию между планетами, а не на изолированные очаги.

Это означало одно: кто-то направлял процесс.

Первая операция была проведена на агромире.

Мир всё ещё выполнял свою функцию, но признаки деградации были очевидны. Почвы истощались, техника приходила в негодность, а население жило на грани голода. Именно здесь культ нашёл благодатную почву.

Его последователи не выглядели фанатиками. Они были крестьянами, управляющими, техниками — людьми, которым пообещали защиту, урожай и порядок.

Культы здесь были слабо организованы, примитивны и плохо вооружены. Для Пепельных Клинков это была зачистка, а не полноценная война.

Рагнар шёл через поля, где растения росли неровно и болезненно, и методично уничтожал очаги сопротивления. Болтер отзывался короткими, сухими ударами. Он не чувствовал ни ненависти, ни удовлетворения — лишь холодную необходимость.

Такие миры редко первыми падали в бездну. Они скользили в неё медленно, шаг за шагом, зачастую не осознавая, в какой момент сделали выбор.

Вторая планета оказалась тревожнее.

Горнодобывающий мир всё ещё поставлял руду, но добыча велась на пределе возможностей. Старые шахты углублялись без должного контроля, техника ломалась, а рабочие гибли сотнями. Культ здесь был глубже вплетён в структуру власти — среди гильдий, охраны и управленцев.

Бои велись в узких тоннелях и технических секторах. Варп не прорывался открыто, но его присутствие ощущалось — в шёпоте, в необъяснимых тенях, в приступах паники у неподготовленных людей.

Именно здесь Рагнар заметил странность.

Алтари и символы не соответствовали ни одному из известных культов. Они были сложнее, старше, словно их создатели работали по знаниям, полученным не напрямую от демонических сущностей, а из иного, менее очевидного источника.

Доклад был направлен командованию и Инквизиции. Ответ был сухим: продолжать операцию.

Месяцы боёв истощали систему.

Орден методично уничтожал очаги ереси, но чем ближе они подбирались к центральному миру, тем очевиднее становилось, что всё это — лишь подготовка. Астропаты всё чаще сообщали о боли и дезориентации. Навигаторы отмечали нестабильность варп-течений, будто реальность вокруг системы начинала сопротивляться.

Последним стал мир-улей.

Он по-прежнему функционировал. Мануфакторумы работали, транспортные линии действовали, население исчислялось миллиардами. Но контроль был ослаблен. Целые сектора находились под влиянием культов, а сил планетарной обороны уже не хватало, чтобы удерживать порядок.

Если улей падёт, система падёт вместе с ним. Именно поэтому Империум и действовал сейчас.

Штурм начался с орбиты.

Оборонительные батареи улья открыли огонь, но их сопротивление было сломлено быстро. Десантные капсулы устремились вниз, пробивая облачный покров.

Рагнар приземлился среди разрушенных жилых уровней. Воздух был тяжёлым от пепла и промышленных выбросов, а небо — окрашено багровым светом пожаров.

Культисты сражались отчаянно.

Они знали, что времени осталось мало. Их песнопения звучали всё громче, их атаки — всё безрассуднее. Варп давил на сознание, но всё ещё не прорывался полностью, словно кто-то удерживал грань до последнего момента.

В центре улья возвышался храм.

Когда-то — кафедральный собор Империума, теперь — изуродованный узел чуждой воли. Пространство вокруг него дрожало, словно натянутая до предела ткань.

Командование не сомневалось: здесь готовился главный обряд. Не локальный призыв, не временный разрыв, а попытка закрепить в реальности высшую сущность.

Рагнар входил в штурмовую группу.

Они прибыли почти вовремя.

Это ощущалось не только в плотности огня или количестве культистов, но в самой структуре пространства. Коридоры казались длиннее, чем должны были быть. Переходы смещались, лестницы выводили не туда, куда вели секунду назад. Реальность внутри храма была повреждена — не разорвана, но истончена до предела.

Рагнар продвигался вперёд вместе с братьями.

Болтерный огонь вспарывал сумрак, освещая стены, покрытые символами и кровью. Культисты бросались под пули с безумной решимостью, словно каждый из них знал: смерть здесь — не конец. Некоторые из них уже перестали быть полностью людьми. Их тела были искривлены, усилены грубыми мутациями, а движения — резкими и неестественными.

— Не останавливаемся, — прозвучал голос командира звена по воксу. — Ритуал в финальной фазе.

Псайкеры шли позади, удерживая защитный контур. Их крики срывались на рычание, голоса дрожали от напряжения. Давление варпа усиливалось с каждым пройденным метром. Даже сквозь фильтры шлема Рагнар ощущал металлический привкус на языке и тупую боль в висках.

Они ворвались в центральный зал почти одновременно с очередной волной песнопений.

Это было огромное пространство — когда-то величественное, теперь изуродованное. Купол собора был рассечён трещинами, сквозь которые сочился искажённый свет. Пол был покрыт концентрическими кругами ритуальных символов, выжженных в камне и залитых кровью.

В центре зала возвышался артефакт.

Он не был демоном и не был машиной. Скорее — узлом, фокусом, якорем. Сложная конструкция из чёрного металла и неизвестных материалов, испещрённая символами, которые резали взгляд и вызывали головокружение. Пространство вокруг него прогибалось, словно под невидимой тяжестью.

И за ним — прореха.

Не полноценный портал, но разрыв, зияющая трещина в самой ткани реальности. Из неё исходил гул — низкий, давящий, наполненный чуждой волей. Там, по ту сторону, что-то было.

Они открыли огонь.

Болтеры Пепельных Клинков разрывали тела культистов, превращая ритуальный круг в месиво из плоти и обломков. Несколько фигур в тёмных одеяниях — жрецы — пытались удержать строй, выкрикивая последние строки обряда. Один за другим они падали, но песнопение не прекращалось.

— Артефакт! — рявкнул командир. — Уничтожить его!

Рагнар рванулся вперёд.

Он двигался быстрее, чем осознавал, перепрыгивая через тела и обломки. Болтер опустел, и он отбросил его, выхватывая меч. Лезвие вспыхнуло холодным светом, отзываясь на близость варпа.

Он достиг артефакта и обрушил удар.

Металл заскрежетал. Символы вспыхнули ярче. Рагнар бил снова и снова, вкладывая в удары всю силу сервоприводов доспеха. Конструкция начала разрушаться, трескаться, рассыпаться на части.

Но гул не стих.

Прореха дрогнула — и расширилась.

Из неё показалась конечность.

Она не имела чёткой формы: нечто, напоминающее ногу, но слишком массивную, покрытую переливающейся, словно живой, материей. Пространство вокруг неё искривлялось, камень пола крошился, не выдерживая давления.

Рагнар понял раньше, чем кто-либо успел сказать это вслух.

Ритуал был завершён.

Не полностью. Не так, как задумывали культисты. Но достаточно, чтобы существо уже не могло быть просто отозвано. Оно было заякорено. И если оно ступит в реальность полностью, этот мир-улей станет его владением.

— Отходим! — раздался голос по воксу, уже искажённый помехами.

Рагнар не отступил.

Он смотрел на прореху, на существо по ту сторону, и понимал: уничтожение артефакта не остановит процесс. Времени на новый план не было. Только один шанс — грубый, отчаянный, почти безумный.

Он активировал силовое поле меча и шагнул ближе к разрыву.

— Император, — произнёс он тихо, почти беззвучно. — Прими мою службу.

Затем он прыгнул.

Меч был выставлен вперёд, как копьё. Он ударил в плоть существа, ощущая сопротивление, будто врезался в живую стену. Реальность взвыла. Прореха содрогнулась.

Рагнар вложил всё — силу доспеха, волю, ярость, веру.

Он толкал.

Существо сопротивлялось, но якорь был разрушен. Обряд лишился опоры. С воплем, от которого лопались датчики и трескался камень, тварь начала отступать, утягиваемая обратно за грань.

Рагнар чувствовал, как его тянет следом.

Он не сопротивлялся.

Последнее, что он увидел, — вспышку света и разрывающуюся ткань реальности. Последнее, что услышал, — собственный голос, произносящий слова молитвы, которые он знал с тех пор, как стал космодесантником.

А затем — тишина.

И падение.

***

Рагнар падал.

Но это не было падением в привычном смысле. Не было ни верха, ни низа, ни направления. Его тело ещё существовало — он ощущал вес доспеха, вибрацию силового поля меча, — но всё остальное растворялось.

Варп сомкнулся вокруг него.

Он не был пустотой. Он был переполнен.

Голоса — тысячи, десятки тысяч — шептали, кричали, выли. Они не говорили на одном языке и в то же время говорили на всех сразу. Они не обращались к нему напрямую, но каждый из них знал, что он здесь.

Их формы скользили по краю восприятия. Потусторонние твари, лишённые постоянного облика, исторгали себя из самой ткани нереальности. Они тянулись к его разуму, касались мыслей, воспоминаний, веры.

Они рвали.

Они показывали ему картины — искажённые, извращённые. Победы, обращённые в поражения. Братьев, падающих от его руки. Империум, гниющий и рассыпающийся, Императора — мёртвого, забытого, низвергнутого.

Рагнар чувствовал, как трещит его сознание.

Не доспех, не плоть — именно разум был здесь слабым местом. Он ощущал, как что-то пытается проникнуть глубже, развернуть его мысли, вывернуть веру наизнанку, превратить долг в сомнение.

Он знал: если поддастся — даже на мгновение — он не выйдет отсюда.

Он не мог сражаться.

Не мог стрелять.

Не мог бежать.

И потому он сделал единственное, что оставалось.

Он начал молиться.

Не громко. Не торжественно. Не словами, заученными для парадов и церемоний. Его молитва была грубой, обрывистой, почти отчаянной — но искренней.

Он молился Императору.

Он повторял Его имя снова и снова, цепляясь за него, как за последний якорь. Каждая мысль, каждое воспоминание он оборачивал в молитву, не позволяя варпу вырвать их из себя.

Голоса взвыли яростнее.

Твари отпрянули — не все, но достаточно, чтобы он почувствовал: сопротивление возможно.

Время перестало существовать.

Мгновения тянулись вечностью. Или вечность сжималась в одно мгновение — он уже не мог сказать. Его молитва стала единственным, что удерживало разум от распада.

И тогда что-то изменилось.

Сквозь хаос прорезался свет.

Не ослепляющий, не давящий — тёплый, ровный, золотистый. Он не разгонял варп и не уничтожал тварей, но отталкивал их, лишал возможности приблизиться.

Разум Рагнара впервые за бесконечность ощутил покой.

Голоса стихли.

Боль ушла.

Мысли выстроились.

Он не видел Императора. Не слышал Его голоса. Но он знал — его услышали.

Свет окутал его полностью.

И силы наконец оставили его.

А сознание погасло.

Глава 2

Сознание возвращалось не сразу.

Сначала был — запах. Сырая земля, прелая солома, дым — не прометиевый, а простой, древесный. Затем — боль. Тупая, рассеянная, будто тело было собрано заново и кто то забыл закрепить швы.

Рагнар открыл глаза.

Темнота была обычной. Её разрезали тонкие полосы света, проникавшие через щели в деревянных стенах. Над ним — низкий потолок, грубые балки, потемневшие от времени. По углам шуршали мелкие зверьки. Где-то рядом вздыхало крупное животное — сонно и тяжело.

Он попытался приподняться — и доспех ответил глухим стоном сервоприводов.

Первое, что пришло автоматически, — проверка связи.

Вокс. Тактический канал. Братство. Командование. Хоть что то.

Но ответом ему была лишь тишина.

Даже не помехи. Просто отсутствие — будто эфир здесь не существовал как явление. Рагнар замер, оценивая это холодно, как оценивают отсутствие воздуха.

Внутренний дисплей доспеха светился тускло: предупреждения, ошибки, обрывочные строки. Питание — на критическом уровне. Несколько систем отключены принудительно, чтобы сохранить остатки энергии. Стабилизация изображения дрожала, но правый визор ещё держал картинку.

Он перевёл взгляд на руки.

Силовой меч был рядом, на соломе, аккуратно отодвинутый, словно кто-то боялся к нему прикасаться. Рукоять была в засохшей грязи. Силовое поле не отвечало.

Значит, он здесь как минимум пролежал сутки.

Он попытался восстановить память.

Храм. Разрыв. Конечность существа. То как он прыгнул в варп. А затем свет.

А дальше лишь — провал.

Память не исчезла полностью — она была как ткань, в которой вырвали нити. Дыры, между которыми оставались островки смысла.

Снаружи послышались голоса.

Человеческие. Низкие, приглушённые, осторожные. Затем — скрип двери и шаги. Свет из проёма полосой упал на солому.

В дверях появился мужчина.

Худой, жилистый, в грубой одежде, с руками, загрубевшими от работы. В руках он держал не оружие — просто вилы, как держат их те, кто привык опираться на металл. Его взгляд был настороженным, но не злым.

За его спиной стояла женщина — старше, плотнее, с повязкой на голове. В руках — ведро с водой.

Они увидели, что он направил на них взгляд, а если точнее сквозь линзы шлема и оба замерли.

— Олта, — тихо сказал мужчина, не отводя взгляда. — Он очнулся.

Женщина сделала шаг вперёд и подняла ведро, показывая.

— Вода, — произнесла она.

Рагнар медленно кивнул.

Его шлем щёлкнул, когда он попытался разблокировать нижний замок. Доспех сопротивлялся: гермопломбы были повреждены, но часть систем ещё держала давление. Он отключил внутренние блокировки вручную — грубо, через боль в висках, как будто вскрывал собственные кости.

Шлем сошёл тяжело.

Холодный воздух ударил в лицо. Он был чистым — не фильтрованным, не металлическим. Пах травой, дымом, животными.

Фермеры отшатнулись.

Они явно ожидали увидеть “под шлемом” нечто иное.

Его рука двинулась осторожно, с точностью, отточенной годами, — так, чтобы не спугнуть и не дать повода. Он взял ведро двумя пальцами: древесина была хрупкой, и он чувствовал, как легко мог бы её раздавить, если бы забылся.

Пил медленно. Вода была прохладной, с привкусом земли и железа. Но она была реальной. И этого хватало.

Он поднял взгляд.

— Где… я? — голос был хриплым, будто он долго молчал.

Мужчина понял не всё, но смысл уловил.

— Деревня наша, — ответил он. — Малый хутор у полей. Я Йорн. Она Олта. Мы… тебя нашли.

Рагнар кивнул, закрепляя имена.

— Как… нашли?

Йорн выдохнул, словно рассказывать об этом было тяжело — не от усталости, а от воспоминания.

— Ты упал в поле. Был грохот… земля дрогнула. Мы подумали мол — молния в сухую погоду, или камень с неба. А потом увидели тебя… железного. Ты лежал и вроде как дышал, крови было много. Мы позвали соседей — у них быки здоровые, лошади тоже. На волокуше тебя тащили. Долго. Думали, не донесём. Тяжёлый ты слишком.

Олта добавила, быстро, сбивчиво:

— Мы сначала хотели в дом… но двери узкие. И… страшно было. Ты большой. Слишком большой. Сарай — просторнее. И сено тёплое.

Рагнар осмотрел помещение.

Действительно — сарай. Склад, стойло, запах животного пота. Никаких признаков технологий. Никаких сервиторов. Никаких знаков Империума. Воздух — чистый, трава и дым. Небо, которое он видел через щели, было голубым — настоящим, не отравленным.

Это было неправильно.

И одновременно — слишком спокойно.

Он посмотрел на свою броню.

Плечо вмято, левый блок сервоприводов работал с задержкой. Внутренние системы показывали множественные повреждения: питание, гидравлика, стабилизация, гермоконтуры. Но… он был жив. И доспех в целом можно использовать хоть и не так как раньше.

— Сколько… времени? — спросил он.

Йорн поднял три пальца.

— Три дня. Ты почти не двигался. Только… иногда стонал. Я… — он неловко отвёл взгляд. — Я пытался как то броню твою снять дабы раны промыть и попытатся подлатать их но не смог и потому не стал дальше пытаться.

Рагнар кивнул.

Это было разумно.

Он сделал паузу, подбирая слова на языке, который чувствовался чужим, но уже начинал поддаваться. Импланты подхватывали структуру речи, выстраивали смысл.

— В вашей деревне есть… старший?

Йорн чуть поморщился.

— Староста есть, но он не всегда здесь. Обычно приходит на ярмарку. А так… — он помедлил. — У нас есть отец Релан. Жрец. Он один на окрестность. Деревня малая — но ему как и нам работы хватает. Он приходил, когда ты лежал. Сказал… — Йорн замялся, — что ты не похож на нечистого. Что у нечистого нет такой… тяжести в сердце и душе. И что если ты послан нам испытанием — значит, нам надобно его пройти.

Олта тихо перекрестилась каким-то простым жестом — не имперским.

Рагнар отметил: жрец. Один. Значит, местная вера. Нужно было узнать о её структуре да и мире в целом и пытаться послать сигнал Империуму или же ждать пока тот сам прибудет к этому миру.

Он попытался подняться полностью.

Сервоприводы застонали, но выдержали. Боль прошла по боку, как лезвие, — под бронёй были раны, которые ещё не вылечились полностью..

Йорн инстинктивно отступил на шаг, но удержался.

— Не… не вставай резко, — сказал он. — Ты и так… как мельница, если упадёшь — сарай развалишь.

Рагнар посмотрел на него сверху вниз.

— Я должен оценить состояние, — произнёс он ровно. — И понять, могу ли свободно двигаться.

Он сделал шаг. Потом ещё один. Пол под ногами скрипнул, солома сдвинулась, и где-то в стойле тревожно фыркнуло животное. Сервоприводы среагировали с задержкой, но не сорвались. Боль была неприятной — но терпимой. Не той, что ломает волю. Той, что напоминает: ты ещё жив.

Йорн медленно выдохнул, будто только сейчас позволил себе поверить, что “железный” не рухнет и не разнесёт сарай.

Олта стояла, прижав ведро к груди, как щит.

Рагнар повернул голову, прислушиваясь. Вне сарая — обычные звуки: где-то стучали по дереву, кричала птица, по двору прошёл кто-то, тяжело ступая. Никаких сирен. Никаких голосов по воксу. Никаких двигателей.

Мир жил иначе.

Он перевёл взгляд на солому рядом — туда, где лежал силовой меч. Пустой, тяжёлый, без поля. И вспомнил: болтер он тогда отбросил. Он чётко помнил это. Пустой магазин. Меч в руке. Прыжок.

Значит, если здесь и было ещё оружие, то только то, что было при нём… то, что могло пережить варп и падение.

Плазмопистолет.

И, если повезло, пара гранат.

— Моё оружие… — произнёс он хрипло и сделал паузу, подбирая слова. — Рядом со мной было что-то ещё?

Йорн кивнул и указал в дальний угол сарая.

Там, на досках, лежали вещи, сложенные так, будто их положили осторожно и с уважением… или со страхом.

Рагнар подошёл.

Сначала он увидел рукоять плазмопистолета — характерный профиль, знакомые линии. На мгновение в груди стало легче. Плазма была универсальна. Плазма была решением, когда боезапас ограничен и мир неизвестен.

Он поднял пистолет, проверил корпус. Цел. Почти без видимых повреждений. Это было хорошей новостью — и редкой.

Но рядом…

Рядом лежал болтер.

Тот самый тип. И рядом — два полных магазина. Ещё один — чуть дальше, словно кто-то не решился положить его вместе с остальными. Рагнар проверил и его — так же полный. Он просто переложил его к остальным, приводя порядок хотя бы там, где мог.

Он не знал, как это возможно.

Он помнил, как отбросил болтер. Помнил, как видел его исчезающим в сумраке, пока шёл вперёд с мечом. Помнил слишком чётко, чтобы списать на “провал памяти”.

А болтер был здесь.

И боеприпасы тоже.

Мысль пришла сама собой — тихая и неприятная своей простотой.

Император.

Не как образ и не как “счастье”. Как вмешательство. Как милость, которую не просят, но которую иногда получают.

Рагнар нахмурился. Он не любил домыслы.

Сейчас не важно, — отрезал он мысленно. Есть — значит, хорошо. Догадки — оставим на потом.

Йорн неловко переминался с ноги на ногу, будто ждал вопроса, но боялся его.

— Вы… нашли это рядом со мной? — спросил Рагнар, не оборачиваясь.

Йорн быстро кивнул.

— Да. Рядом лежало. Мы… мы не знали, можно ли это трогать. Но подумали: твоё. И принесли. Всё, что нашли. Чтоб не валялось в поле, и чтоб никто не унёс.

Олта добавила тихо:

— Мы даже тряпкой обтерли. Аккуратно. Чтобы… чтобы не сломать.

Рагнар кивнул.

Это объясняло часть. Не всё — но достаточно, чтобы не спорить. Позже он вернётся к месту падения. Посмотрит сам. Поймёт, что ещё могло остаться там — и что люди могли не заметить.

Он поднял болтер. Быстро осмотрел: грязь, следы удара, но без явных трещин. Проверил затвор осторожно, без рывков. Механика отозвалась. Привычно. Надёжно.

Имперское оружие славилось тем, что продолжало работать там, где “обычное” давно бы умерло. Конечно, если знать, что делать. И если руки помнят.

Плазмопистолет и болтер были пригодны для битвы. Их нужно было лишь прочистить и проверить пару узлов — пока что этого хватит.

Рагнар положил оружие обратно. Сейчас оно было не нужно.

Ситуация в целом была не так критична, как могла бы быть. Доспех держался. Повреждения были, но не смертельные. Главная проблема — питание. Но даже это было решаемо.

Батареи имели запас и могли работать автономно долго — именно на такие случаи, когда бойца отрывает от снабжения. И они могли пополняться — медленно, неэффективно, но могли: от солнца, от длительного жара, от любого источника, который давал хотя бы крохи энергии.

Он найдёт способ лучше. Но пока придётся обходиться тем, что есть.

На мгновение всплыло старое знание: некоторые библиарии могли подпитывать механизмы психосилой. Редко. Только при крайней необходимости. Цена таких вещей обычно была слишком высока, чтобы платить её без нужды.

Если здесь есть одарённые, — отметил он. Это может помочь. А может и убить.

Делать выводы пока было рано.

Решив отложить это на потом, он повернулся к фермерам.

— Я должен уйти, — сказал он. — Но не сейчас.

Йорн будто ждал этого и всё равно напрягся.

— Ты… можешь остаться, — сказал он осторожно. — В сарае. Тут просторно. Под тебя как раз. Дом… ну сам понимаешь. Двери узкие, потолки низкие. И дети испугаются.

Олта кивнула, словно подтверждая очевидное.

— Еду будем приносить, как и воду. Соломы добавим, если нужно.

Йорн быстро добавил:

— И… если надо, можем пристроить дополнительное место в сарае, чтобы у тебя было больше места, или вообще построить что-то в отдалении, если хочешь.

Рагнар отметил заботу — практичную, без лишних слов.

— Мне нужно, чтобы обо мне говорили меньше, — сказал он. — И не беспокоили лишний раз.

Йорн поморщился.

— Соседи видели, как мы тебя тащили. Другие же и помогали. И отец Релан приходил. Так что… совсем скрыть не выйдет. Да и сам должен понять — в деревне слухи быстро расходятся.

Олта вздохнула.

— Но трепаться мы не будем. И другим скажем — языки прикусить. Хотя слухи… — она пожала плечами, — слухи всё равно поползут.

Рагнар кивнул.

Слухи — как дым. Не остановишь. Но можно сделать так, чтобы дым не стал пожаром.

— Пусть без подробностей, — сказал он. — “Раненый странник. Лежит. Приходит в себя.” И всё. Без сказок.

Йорн кивнул увереннее. Это он понимал.

Он помедлил, словно решаясь.

— Отец Релан… он придёт ещё, — сказал он. — С ним можно поговорить. Он не только жрец. Вроде как ещё и учёный.

Рагнар слегка прищурился.

— Учёный?

Йорн почесал затылок, подбирая слова.

— Он из города. Учился там. Книжки читал. Писать умеет лучше любого из нас. Он не здесь родился — его прислали, вроде как… чтобы людей учил и присматривал, чтоб мы совсем в дикость не ушли. Мы к нему раз в неделю ходим на службу. Он многое знает. Про земли, про дороги, про то, что за лесом. Может, тебе что расскажет. И помочь сможет.

Олта кивнула:

— И про болезни он многое знает. И раны залечит так, как ни одна травница не умеет.

Рагнар нахмурился.

— И чем же? — спросил он скептически.

Йорн только пожал плечами, а Олта ответила просто — без страха и без таинственности:

— Магией.

Слово “магия” прозвучало спокойно, как “ремесло””. Похоже здесь это не было табу. Не было шёпота. Не было ужаса. Скорее — как редкая вещь, но вполне нормальная.

Рагнар внешне остался спокойным.

Он не делал выводов о “псайкерах” вслух. Не называл это варпом. Пока он видел только слово, привычное для них. И своё подозрение, привычное для него.

— Пусть придёт, — сказал он. — Один. И без толпы.

Йорн кивнул сразу.

— Он как раз говорил, что навестит тебя, как только ты придёшь в себя. Я передам ему.

Олта чуть расслабилась — едва заметно.

— И если тебе что-то будет нужно… — начала она.

— Я знаю, — сказал Рагнар. — Я обращусь к вам.

Йорн отступил к двери и задержался на пороге.

— Тогда мы пойдём. А ты отдыхай. Чуть позже принесём тебе поесть. Ты всё-таки большой… есть тебе, наверное, нужно много.

Рагнар посмотрел на него и слабо кивнул.

— Спасибо. Но не тратьте лишнего. Первое время мне будет достаточно воды. Дальше я сам найду себе пропитание.

Йорн благодарно кивнул — как человек, которому стало легче от того, что “железный” не собирается съесть половину запасов деревни.

Они ушли.

Дверь закрылась, и сарай снова стал его убежищем.

Рагнар сел на солому и снова открыл внутренний дисплей. Красные строки не исчезли. Но они уже не казались приговором.

Энергия — решаемо.

Раны — пока терпимо.

Оружие — есть.

Мир — неизвестен.

Он отключил ещё пару второстепенных систем, чтобы сберечь заряд. Затем ослабил крепления на боку, чтобы металл меньше давил на рану.

И впервые за долгое время позволил себе простую мысль, не связанную с войной:

Эти люди могли меня бросить.

Но не бросили.

Даже здесь, где никто не знает ни Империума, ни Императора.

Он лёг на солому, не снимая брони полностью, и закрыл глаза. Нужно было быстрее поправляться и набираться сил.

Снаружи слышались голоса, шаги, скрип дерева. Потом всё стихло. Ночь пришла быстро, как приходит ночь в местах, где нет искусственного света.

Рагнар слушал тишину и думал о жреце из города.

Учёный.

Маг.

И жрец.

Три роли в одном человеке — странная смесь для Империума, но, возможно, обычная для этого мира.

Если он действительно может лечить “не только травами”, Рагнару придётся решить: принять помощь или отказаться.

Он решил пока не делать поспешных выводов.

Сначала — увидеть.

А потом и уже затем решать как быть.

Сон пришёл тяжело, но пришёл.

Прошла ночь. Наступило утро.

Глава 3

Сознание возвращалось медленно, словно вода, капля за каплей наполняющая чашу.

Сначала вернулся звук — тихий шелест ветра, мягкий хруст соломы под телом, негромкое дыхание животных недалеко. Затем зрение восстановилось, и он увидел деревянный потолок над головой, потрескавшиеся балки и темные углы, где клубились тени.

Рагнар медленно поднялся на ноги, ощущая усталость в мышцах и небольшую слабость. Его раны требовали покоя, и потому он так долго спал, но уже скоро это ему уже не сильно понадобится, ведь раны почти полностью зажили. Ещё пара дней, и всё будет в норме.

Броня молчала, никаких предупреждений или сообщений не поступало, вокс-каналы тоже, а если точнее, то тактический канал был просто-напросто мертв. Его просто не было в этом месте или же мире. Ему ещё предстояло узнать, куда послал его Император. Но Рагнар ни на мгновение не сомневался, что он вскоре это узнает и что он выполнит возложенную ИМ на него миссию. Или же погибнет, пытаясь. Ну а то, что это был именно Император, что послал его сюда, сомнений у него не было. Ведь лишь ОН мог спасти его тело и душу от лап демонов и их хозяев.

Внутренний дисплей тем временем показывал минимальные данные: были всё те же повреждение доспеха, низкая энергия, проблемы с системами жизнеобеспечения. Хотя не то чтобы он сильно нуждался в последнем, но всё же. Рагнара не покидало ощущение, что после одной или же двух битв ему придётся либо полностью избавляться от доспеха и искать ему аналог, либо же как-то пытаться его починить подручными средствами.

Может, в этом мире существуют какие-нибудь хорошие кузнецы, что если не полностью приведут броню в порядок, то хотя бы в более или менее приличный вид.

Сделав пару шагов, Рагнар также прислушался и к своему состоянию. Тело уже отзывалось куда лучше, чем в прошлый раз. Всё же Император неспроста одарил своих воинов такими телами. Подойдя к оружию и проверив то ещё раз, Рагнар, недолго думая, прикрепил болтер с магазинами и плазмопистолет на пояс. Затем, оглядевшись, он взглянул на свой силовой меч и, подойдя к нему, поднял.

Меч в целом был в порядке, силовое поле, правда, не включилось с первого раза, но, проверив всё и кое-что подправив, не со второго, так с третьего раза, но меч покрылся искрящимися всполохами молний. Удовлетворившись такому результату, Рагнар, напоследок оглядев место, в котором он находился, отворил двери сарая и наконец оказался снаружи.

Сняв шлем, в лицо Рагнара тут же ударили лучи восходящего солнца. Ещё было раннее утро, и всё же он уже мог видеть людей вдалеке, что выходили на улицы и начинали заниматься своими делами, а также он увидел и тех людей, что приютили его, а именно…

— Господин Рагнар… — голос Йорна прозвучал осторожно. — Вижу, вам уже лучше?

Он подходил со двора, вилы были небрежно закинуты на плечо — не как оружие, а как привычный инструмент. Рагнар посмотрел на него и коротко кивнул.

— Со мной всё в порядке. Тело, дарованное мне Императором, способно пережить и оправиться и не от таких повреждений и ран.

— Кхм… Что ж.

Неловко кашлянув оттого, что он не знал, что это за Император такой и что это за тело такое он даровал Рагнару, помимо могучего роста и, очевидно, силы. Рагнар всё же прервал его размышления.

— Мне нужно узнать, где вы нашли меня. Я хотел бы там осмотреться.

Йорн, придя в себя, быстро кивнул.

— Ах да, конечно…

Мужчина указал рукой в сторону небольшого холма и ответил:

— Во-он, прямо за тем холмом. Как только перейдете его, то вы всё увидите. Там после вас остались примечательные следы. Могу пойти с вами, если нужно.

Рагнар же на это лишь слегка качнул головой.

— Не стоит, я справлюсь и сам.

Прежде чем уйти, Рагнар взглянул на дом, где из окна на него глядели супруга и дети мужчины, что его приютил. Дети тут же, встрепенувшись, пригнулись, испуганно на него поглядывая, а Олта же тем временем, просто кивнув ему, начала уводить детей и вскоре скрылась с ними в доме.

— Если нужна будет помощь по хозяйству или же в иных делах, то чуть позже я помогу вам.

— Оу, эм… Что вы, не стоит.

Хотя по голосу Йорна Рагнар и уловил фальшь, а если точнее, то, что им и вправду пригодилась бы его помощь, он решил оставить это на потом. Сейчас ему было важно проверить то место, где его нашли, и, не прощаясь, он двинулся прямиком туда.

***

Продвигаясь к месту, где его и нашли, Рагнар всё чаще ловил на себе взгляды немногих зевак и прохожих. Было очевидно, что слухи о нём уже давно расползлись по деревне, и каждый уже успел напридумывать свои истории о том, кто он, откуда и что будет делать.

Сам же Рагнар не сильно обращал на тех внимание и лишь мимоходом смотрел за тем, что они делают и как выглядят. Также он специально шёл без шлема, дабы все видели, что он тоже человек, а не какой-то мутант или что там ещё могли бы напридумывать и внушить себе люди.

Уже завтра те, кто видел его, распространят новые, уже нужные ему слухи о том, что он такой же человек, хотя и больше и куда здоровее и весь закованный в металл.

Наконец поднявшись на холм, взору Рагнара предстал хороший обзор и вид на окружающие земли. Деревня, как и дорога с лесами вокруг, были отсюда почти как на ладони, а с учётом его зрения и интерфейсов в шлеме, который он вскоре всё же надел, дабы с помощью него осмотреться, он смог получить дополнительную информацию и благодаря своей памяти запоминать всё, взглянув на это лишь раз.

Главное, что интересовало его, это место, где его и нашли. А вот следующее был то ли храм, то ли церковь, в зависимости от того, кто и как будет называть это небольшое каменное сооружение стоявшее чуть ли не в центре деревни. Он также видел немногочисленных людей, шагающих рядом с этим сооружением, и сделал себе пометку о том, что обязательно навестит это место. Стоило выяснить, кому или чему служат местные жители. Конечно, он прекрасно понимал и осознавал, что в мире есть лишь один бог, и это Император, но те, кто живут в этом мире, могут и не догадываться о его существовании, хотя Император всё же, возможно, о существовании этих людей знает. Ибо ОН не послал бы его, одного из своих ангелов, на этот мир. И ему ещё стоило узнать, почему он здесь оказался и почему именно он.

Отложив все эти мысли и планы на потом, Рагнар сосредоточился на главном, а именно месте падения или же его появления… Хотя, как ему казалось, оба варианта будут по-своему верны.

Уже отсюда он видел небольшой кратер в земле… Очевидно, что что-то большое врезалось в землю, и не нужно было быть гением, чтобы понять, что этим что-то был сам Рагнар. Хотя стоит признать, что падал он, возможно, с небольшой высоты, может быть, метров десять плюс-минус. Но скорость могла разниться, ведь очевидно, что его вырвало прямиком из варпа, и какая именно была скорость, было сложно сказать, да и не сильно-то и нужно. Живой и ладно.

Подходя к кратеру, Рагнар отметил другие следы, ведущие из кратера на ферму. Это уже очевидно, его тащили фермеры при помощи животины и силков или что они там использовали ещё? Хотя опять же сейчас всё этот вопрос как и другие можно было отложить на потом.

Пройдясь рядом с местом, где его выбросило, Рагнар долгое время не мог что-либо найти. Никаких следов, указывающих на то, что, возможно, вместе с ним в этот мир упал и ещё кто-то или же что-то. И даже иного мелкого мусора, что не принадлежал бы этому миру. И когда Рагнар уже было собирался уходить, его взору вдруг предстала небольшая кочка земли.

Подойдя к ней и смахнув небольшой комок грязи, Рагнар тут же удивился своей находке, ведь он нашел нечто иное, а именно священный и довольно-таки редкий амулет, что обычно носили лишь капелланы или же иные высокие чины священнослужителей Адептус Министорум. А если точнее, то нашел он Розарий.

Подняв амулет и тут же проверив его, он понял, что тот был рабочий. Многие этого не знали или же не ведали, да и не должны были, но часто такие амулеты имели поля преобразования, которые могли защитить своего носителя от физических или же психических атак, которые в ином случае могли бы пробить даже защиту могучей силовой брони космодесантника или же его непоколебимую волю.

И Рагнар был удивлен не только тем, что он нашел сей амулет, но и то, что он имел такую функцию, а также был полностью в рабочем состоянии.

Насколько знал сам Рагнар, у капеллана их роты тоже был похожий амулет. Обладал же он теми функциями или же нет, сам Рагнар не знал, да и никогда не спрашивал. И всё же найти такую реликвию здесь…

Взглянув на небо, Рагнар какое-то время молча разглядывал небосвод и, ничего не увидев на нём, опустился на колени там же, где он стоял.

Вытянул вперёд руку с амулетом, позволив тому свисать на цепи. Розарий качнулся, ловя свет, и на миг показался почти чужим — не потому, что был не знаком, а потому, что не должен был лежать здесь, в траве и земле, вдали от корабельных палуб и молитвенных залов.

Рагнар опустил взгляд не на амулет — на землю перед собой. И прикрыл глаза.

— Мой Император… — произнёс он хрипло. — Мой Бог…

— Знаю, что жив я лишь благодаря Тебе… и Твоей милости. Знаю, что враги наши не присвоили душу мою себе лишь потому, что Ты не позволил им этого сделать. Знаю, что именно Ты сохранил не только душу мою… но и тело… и отправил меня в сей неизвестный и тихий мир.

Амулет в его вытянутой руке чуть дрогнул — от ветра или оттого, что пальцы сами невольно напряглись. Цепь тихо звякнула. Рагнар не смотрел на неё, но слышал каждую ноту этого звона, будто бы это мог быть ответ.

— Покуда во мне будет биться хотя бы одно из сердец, я продолжу исполнять свой долг. Защищать человечество и устранять угрозы ему грозящие… Я не прошу от тебя ответа, о Император. Я лишь смиренно прошу указать мне путь… или дать знак… что именно я должен сделать. Почему Ты отправил меня в сей чуждый мир?

Он замолчал.

И тишина не показалась ему вдруг пустой. Она была плотной, как ветер перед грозой. Рагнар не знал, сколько прошло времени — секунды, минуты, часы. Время уже перестало иметь для него хоть какое-то значение.

На мгновение он вдруг почувствовал, будто бы разум прояснился — будто бы кто-то очистил его мысли. Звуки стали отчётливее: далёкий крик птицы, скрип дерева где-то у дороги, шелест травы у самого колена. Даже собственное дыхание он слышал иначе — ровнее, спокойнее.

Ветер вдруг тронул волосы, прошёлся по ним мягко, почти по-человечески. Цепь амулета качнулась и снова издала тихий звон.

Слышал ли его Император?

Пытался ли Он сказать этим хоть что-то — не словами, а этими внезапными ощущениями?

Рагнар держался неподвижно. Не потому что боялся спугнуть видение — а потому что если это и был знак, его нельзя было пропустить или прослушать. Нужно было его ощутить и прочувствовать, но…

Но ничего больше не произошло.

Ответа он не получил.

И это не удивило его.

Император защищает миллионы миров и присматривает за несчетными душами. То, что Он спас одного воина от демонической пасти, не означает, что Он станет вести его, как ребёнка, по чужой земле, тыкая пальцем и показывая, что ему нужно пойти «туда».

А раз так…

Рагнар медленно поднялся с колен. Подняв Розарий на уровень глаз, он закрепил его на своей шеи и оставил его лежать поверх брони на виду. В обычных обстоятельствах, будь у него такая реликвия, он бы ни за что не поступил бы подобным образом, но…

Рагнар верил… Он знал, что это был дар Императора. Да и в этом мире его Розарий, скорее всего, примут за обычный амулет или же что-то подобное. С какой-то стороны это даже было хорошо. Если его будущие враги вдруг так решат, у него будет больше шансов застать тех врасплох.

Рагнар было вновь взглянул на кратер, но затем почувствовал чей-то взгляд и тут же повернул голову.

На холме, с которого он спустился — там, за которым начиналась деревня, — стоял человек в рясе. Один. Он смотрел на Рагнара слегка удивленным, но все же спокойным взглядом. Похоже, он не чувствовал от него угрозы и… С какой стороны ни взгляни, но это было хорошим знаком.

Рагнар сразу же понял, что это был тот самый то ли местный жрец, то ли священник, и, недолго думая, двинулся к нему. Ему ещё многое предстояло узнать об этом мире, задать множество вопросов и начнёт он, пожалуй, получать ответы прямо сейчас.

***

— Милорд Рагнар… Вижу, что вы уже пришли в норму. Хвала богине, что всё обошлось.

Медленно поднявшись на холм и глядя на человека перед собой, Рагнар лишь слабо кивнул.

— Моё тело способно пережить и не такое. И прежде чем мы продолжим я вынужден попросить вас не упоминать при мне божество, которому вы поклоняетесь. Ибо оно является ложным. У человечества есть лишь один бог. Бог Император Человечества.

Священник на мгновение округлил глаза — тихо, почти невидимо. Не как человек, которого задели, а как учёный, столкнувшийся с новым понятием там, где, казалось, уже всё давно расписано.

— Надо же… — тихо сказал он. — Я никогда не слышал о… так вами называемом Боге-Императоре.

Он чуть склонил голову, признавая просьбу, но не отступая от любопытства.

— Не будете ли вы так добры поведать мне о Нём? Это ведь Ему вы молились совсем недавно… верно?

Рагнар не ответил сразу.

Он стоял, глядя на священника так, как смотрят на незнакомца в прицел: спокойно, без спешки, но отмечая каждую мелочь. Ряса — не просто ткань, это знак. Походка — не деревенская, ровная. Руки — чистые, без мозолей от земли. Глаза — внимательные. Не суеверие. Любопытство, подкреплённое привычкой думать.

И всё же… вопрос был непростой.

В Империуме о таком не спрашивали. Там знали все если не многие. Или делали вид, что знают. Там вера была законом, а закон — верой. Но здесь был чужой мир, далёкий от Империума и Императора. Тут были чужие слова, мысли и боги. И человек перед ним не пытался спорить. Тот лишь спрашивал.

Рагнар перевёл взгляд на равнину внизу, на деревню, на тонкую нитку дороги. Затем снова взглянул на священника.

Тот ждал терпеливо. Не давил. Просто держал взгляд — как человек, который умеет слушать.

Рагнар выдохнул.

— Мне будет тяжело объяснить тебе всё, но я постараюсь. Знаешь ли ты, что во вселенной существует множество миров и солнц? Осознаёшь ли ты, глядя на солнце и на звёзды в небе, что где-то там далеко может быть другая жизнь? И эта жизнь может быть далеко не дружелюбна для людей?

Священник хмуро задумался.

— То есть ты хочешь сказать, что где-то там далеко существуют такие же миры? И они обитаемы?

— Именно. И есть лишь одна планета, где зародилось человечество, и это Святая Терра, где на своём золотом Троне восседает наш Бог. Бог-Император Человечества.

Рагнар на секунду остановился. Ему было тяжело вспоминать и говорить об этом. О том, что когда-то Император бродил среди них, смертных, а сейчас, преданный своими сыновьями, вынужден вечно восседать на золотом троне и направлять с него человечество, жертвуя при этом своим бессмертием. Рагнару было страшно представить, что случилось бы с их видом, не появись Он… И что с ними станет, если Император вдруг больше не будет отвечать на их молитвы, ибо… Просто не сможет.

Даже помыслить об этом Рагнару было физически больно. И обычного человека, думай или скажи он такое вслух, ничего хорошего бы не ждало, но они… Его воины… Его ангелы. Они знали чуть больше, чем другие. Лишь немногие знали, сколь сильно страдает на золотом троне их Император и, несмотря ни на что, ведёт их вот уже как на протяжении десяти тысяч лет.

Разве могут они, люди… Вот так вот отринуть его жертву? Разве могут они отвернуться от него? Кем они станут и будут, если вдруг таковое случится? Рагнар уже знал ответ на данный вопрос. Он уже не раз встречался с еретиками, с предателями Астартес. Он воевал против них. Он убивал их. И он видел, чем они стали.

— Прежде чем начать говорить об Императоре, сначала стоит затронуть другую тему. Как люди начали медленно, но верно покидать свою обитель и покорять близлежащие планеты. Как они начали изучать и заселять космос и всю галактику. Как они, создав разумную жизнь и прозвав их железными людьми, чуть не пали от них окончательно и победили лишь благодаря очень высокой цене.

Взяв паузу, Рагнар на секунду притронулся к своему розарию.

— И о том, как появился Он… Император. Что собрал остатки человечества и то немногое, что успело сохраниться, воедино и повёл нас вперёд.

Глава 4

(Надеюсь, что я нигде не тупанул и не допустил серьёзных ошибок. А ежели да, то укажите мне на них в комментарии или же в личке (спасибо)).

***

Разговор на холме затянулся до самых сумерек.

Священник, отец Релан, слушал, не перебивая. Его лицо было полем, на котором сменялись удивление, недоверие и, в итоге, глубокая, уставшая задумчивость. История, которую обрывочно излагал Рагнар — о железных людях, о распаде, о Золотом Троне и десяти тысячах лет молчаливой агонии Бога — была слишком чудовищной, чтобы быть ложью, и слишком грандиозной, чтобы быть правдой. Она не встраивалась в его мир, но ее тяжесть, исходящая от самого рассказчика, давила на реальность.

— Моя голова идет кругом, странник, — наконец произнес Релан, смотря куда-то в сторону леса, где уже сгущались синие тени. — То, о чем ты говоришь… это не просто иная вера. Это иная вселенная. Я не могу дать тебе ответы сегодня. Мне нужно время, чтобы… всё осмыслить и обдумать.

Он повернулся к Рагнару. В его глазах не было страха, лишь профессиональный интерес ученого, столкнувшегося с неразрешимой загадкой.

— У меня в церкви есть книги. Старые карты, хроники, трактаты по естественной философии и теологии. Возможно, там найдется что-то, что прольет свет на твое появление. Или хотя бы поможет тебе понять наш мир. Приходи завтра, после заката. Там нам будет спокойнее, и я смогу показать тебе все, что у меня есть.

Мысль войти в храм чужого божества вызвала у Рагнара мгновенное внутреннее сопротивление. Он ощутил почти физический укол неприятия. Релан, заметив легчайшее напряжение в плечах гиганта, поднял руку.

— Прошу, не воспринимай это как попытку обидеть или же оскорбить твоего… Императора. Мое святилище — также и моя мастерская, и библиотека. Там мои инструменты для познания. Я мог бы принести книги сюда, или на ферму но их много, и некоторые слишком хрупки, чтобы таскать по полям. Это предложение удобства, не более.

Логика победила догму. Библиотека. Карты. Данные. Рагнар кивнул, движение было резким, словно скрип несмазанного шарнира.

— Я приду. После того как исполню свой долг здесь.

— Долг?

— Я обязался помочь тем, кто дал мне приют. Слово астартес ордена пепельных клинков нерушимо.

Релан слабо улыбнулся, как бы пытаясь представить, как выглядит «помощь» со стороны двух с половиной метрового существа в силовой броне.

— Как пожелаешь. До завтра, странник. Да пребудет с тобой… твой Император.

Он развернулся и зашагал по тропинке к деревне, его фигура быстро растворилась в сгущающихся сумерках. Рагнар остался один на холме. Ветер, уже холодный, гулял по полю, шелестя высохшей стерней а где-то вдали завыл волк.

***

Следующее утро Рагнар начал в прохладной тишине сарая. Проверка систем показала низкий, но стабильный уровень энергии. Раны затянулись — тело Астартес не подводило.

Выйдя во двор, он увидел Йорна, который вместе с сыном-подростком пытался сменить треснувшее колесо на тяжелой грузовой телеге. Телега, груженная мешками с зерном, кренилась набок, и домкрат из сырого дерева трещал под нагрузкой.

Не говоря ни слова, Рагнар подошел. Он просто взялся за раму телеги рядом с поврежденным колесом и приподнял ее. Металлические соединения скрипели, но конструкция послушно оторвалась от земли, замернув в воздухе. Йорн и его сын, забыв о домкрате, уставились на него. Рагнар лишь кивнул в сторону лежащего рядом нового колеса.

— Меняйте. Я подержу.

Так начался день. Новость о том, что «Железный Страж» не просто жив, но и готов приложить свою нечеловеческую силу к мирным делам, разнеслась по деревне быстрее лесного пожара. И скоро к сараю Йорна потянулась вереница просьб.

Старый Карстен, чей амбар был забит прошлогодним зерном, не мог в одиночку передвинуть десяток тяжеленных, запломбированных мешков для просушки. Рагнар взял по два мешка — общим весом под четыре центнера — и без видимого усилия перенес их через весь двор, уложив ровными штабелями. Он работал молча, методично, превращая многочасовой труд в дело нескольких минут. В этой простой, тяжелой работе что-то отзывалось в его памяти.

Всплыл образ: мастерская Саламандр на борту крейсера «Непоколебимый Горн». Брат-кузнец Ту’Шан, с лицом, как выкованным из вулканического базальта, с невозмутимым терпением учил его, Рагнара, основам работы с металлом. «Сила без умения направлять ее — лишь пустой шум, кузен, — говорил он, его низкий голос заглушал гул плавильных печей. — Настоящая мощь — это когда твоя рука может сокрушить врага, а затем тем же движением поправить покосившуюся балку в доме поселенца». Тогда, много лет назад, Рагнар усвоил урок скорее как тактический — умение чинить доспех в полевых условиях. Сейчас же, видя, как сухая, налитая тяжестью надежды улыбка расцветает на морщинистом лице старика Карстена, он понимал ту мудрость глубже. Его орден всегда ценил союзы и перенимал сильные стороны других: стойкость Имперских Кулаков, несокрушимость Саламандр, и неукротимую ярость Космических волков из Фенриса. Теперь, в этом тихом мире, этот урок сливался в одно простое действие — нести тяжесть, чтобы другим было немного легче.

Молодая вдова Лира не могла справиться с тюками прессованного сена, которые свалили у ее забора. Рагнар укладывал их на ее телегу один за другим, будто это были пуховые подушки. Соседский парень, собиравший камни для фундамента, с благоговением наблюдал, как Рагнар наполняет его повозку, поднимая валуны, которые не сдвинули бы и три человека.

Он помог перегородить разлившийся ручей, вбив тяжелые колья в топкий грунт одним ударом кулака. Он вытащил завязшую по ступицу в лесной грязи соседскую телегу, просто взяв ее за задок и вытянув на твердую землю, как выдергивают морковку.

Его помощь была грубой, лишенной изящества ремесла, но абсолютной в своей надежности. Первоначальный страх в глазах людей таял, сменяясь немым изумлением, а затем и глубокой, спокойной благодарностью. Возле него они начинали чувствовать себя в безопасности.

К полудню к нему подошла Олта, неся огромный глиняный горшок с дымящейся похлебкой из баранины и корнеплодов, целую круглую буханку темного хлеба и кусок овечьего сыра. Порция что была рассчитана на троих взрослых работников.

— Для вас, господин Рагнар, — сказала она, ставя еду на широкий пень. — Трудитесь вы за пятерых. Пусть силы не оставляют вас.

Он кивнул, снял шлем и принялся есть быстро, почти механически, но с уважением к щедрости дара. Пища была простой, грубой, но на удивление сытной и вкусной в своей простоте. Она была непохожа ни на суровые пайки в походе, ни на изысканные яства с офицерских столов. И по мере того как он ел, в памяти всплыл другой образ: дымные, шумные пиршественные залы Волков Фенриса, грохот кубков, хриплый хохот и крепкий, обжигающий мьёд, который они пили, празднуя жизнь после битвы. Здесь не было того размаха, но была та же, честная щедрость делившихся тем, что имели.

Пока он ел, к краю двора осторожно подобрались дети — сын Йорна и две соседские девочки. Они смотрели на его доспех и на силовой меч с жгучим любопытством. Рагнар закончил есть, отпил воды и повернулся к ним.

— Хочешь увидеть мир с высоты? — неожиданно спросил он у мальчика. Тот с восторгом кивнул. Рагнар осторожно, поднял его и посадил себе на левое плечо, туда, где броня образовывала плоскую площадку.

Мальчик ахнул, вцепившись в шлем Рагнара. С высоты более трех метров двор, дома и поля выглядели игрушечными.

— Многое видно? — спросил Рагнар.

— Всё! Даже лес вижу!

— Хороший наблюдательный пост, — заметил Рагнар, и в его тоне прозвучало что-то, отдаленно напоминающее одобрение. Он продержал мальчика так несколько минут, затем так же осторожно вернул его на землю под восхищенные вздохи девочек.

После короткого отдыха работа продолжилась. Он помог еще нескольким семьям, и к каждому его помощь приходила именно в тот момент и в том виде, в каком была нужна: вовремя, неоспоримо и без лишних слов.

Когда солнце начало спускаться к верхушкам Леса Старых Сосен, окрашивая небо в медные тона, Рагнар заканчивал носить дрова для нескольких пожилых пар, живущих на отшибе. Последнее полено заняло свое место в аккуратно сложенной поленнице.

— На сегодня думаю будет достаточно, — произнес он, обращаясь к благодарным старикам. — Если вновь нужна будет помощь обращайтесь — я постараюсь помочь если не буду занят.

Возвращаясь к сараю Йорна, он видел, как люди, заканчивая свои дела, смотрели на него и кивали. Это были не поклоны подданных — это было уважение равных, признающих его своеобразное место среди них.

Но долг стража не ограничивался дровами и мешками. Когда последний луч солнца скрылся, и над деревней зажглись первые огоньки, Рагнар, не заходя в сарай, развернулся и тяжелой, уверенной поступью направился к каменному зданию церкви. День установления связей закончился. Пришло время узнать, от чего именно подготовил для него этот мир.

***

Церковь, или храм Богини, как называли его здесь, оказался не таким, как ожидал Рагнар. Он представлял нечто среднее между готическим собором и крепостью. Это было небольшое, но основательное каменное здание с узкими, высокими окнами. Над дверью был высечен символ — стилизованный цветок, обвивающий собой посох. Никаких изображений антропоморфных божеств, никакой явной помпезности.

Дверь была не заперта. Рагнар вошел.

Внутри пахло старой бумагой, воском и сухими травами. Пространство было разделено на две части: собственно молельный зал с простыми скамьями и алтарем, заставленным свечами, и обширную пристройку, заставленную стеллажами с книгами, свитками, ящиками с гербариями и геодезическими инструментами. Это и была «мастерская» Релана.

Священник сидел за массивным столом, заваленным фолиантами. При свете масляной лампы его лицо казалось еще более усталым и сосредоточенным. Увидев Рагнара, он отложил перо и слабо улыбнулся.

— Ты пришел. Проходи. Я как раз сводил воедино кое-какие карты и хроники. Думаю, тебе стоит начать с самого простого — с географии.

Рагнар остановился в проеме, не приближаясь к столу, подобно каменному изваянию. Его броня тихо гудела в тишине зала.

— Продолжайте.

— Прямолинеен, как удар молота, — заметил Релан без упрека. Он развернул на столе большой, пожелтевший лист пергамента с начертанными контурами земель. — Ты находишься здесь. На южной окраине Королевства Ауфштетель. Одно из нескольких человеческих государств на континенте. Есть еще вольные города-лиги на побережье, теократия Святого Престола на юго-западе, да пара горных княжеств. В целом, политическая карта… запутанная, но стабильная.

Рагнар молча изучил очертания, его память фиксировала формы. «Континентальная цивилизация. Феодально-городская структура. Множество независимых образований — потенциальные очаги конфликта или слабости перед внешней угрозой.»

— Другие расы, — произнес он, поднимая взгляд от карты. — Вы упомянули их вчера.

— Да, — кивнул Релан, перекладывая еще один свиток. — И это важно для понимания границ. Эльфы… они были здесь первыми. Теперь их почти не осталось. Большинство убили убили демоны они какое то время охотились за ними считая их главной для себя угрозой. Те, кто остался теперь вечные странники, хранители рощ и древних руин. Они не строят городов, не признают королей. Знают о магии больше, чем кто-либо. С ними лучше не ссориться, но и помощи от них ждать не стоит, если только твоя цель не совпадет с охраной какого-нибудь их древнего камня.

— А дворфы?

— Дворфы — другое дело, — священник провел рукой по карте, указывая на цепь гор на востоке. — Их царства — в недрах. Каменные твердыни, недоступные для большинства. Вечные кузнецы, инженеры, каменотесы. Они чтут договоры, ценят ремесло и золото. С ними у Ауфштетеля есть торговые соглашения. Надежные союзники, но лишь до тех пор, пока не затронешь их гору или не нарушишь слово. Горды и злопамятны.

Рагнар кивнул, систематизируя данные. «Ксено-расы: Эльфы (ксенос, статус: нейтрально-враждебные, уединенные, потенциальный источник археотехнологических знаний/аналогов). Дворфы (аборигены-гуманоиды, статус: условно дружественные, развитая металлургия и фортификация).»

— Магия, — сказал он, меняя тему. — Она вездесуща?

Релан откинулся на спинку стула, сложив руки.

— Вопрос сложный. Она… часть мира. Как воздух, которым мы дышим, или вода в реках. Мы называем ее маной. Она не везде одинакова — где-то ее потоки сильнее, где-то слабее. Ее можно чувствовать, изучать, направлять. Люди, рожденные с чувствительностью к ней, годами учатся контролировать этот дар, становясь магами. — Он сделал паузу, глядя на непронимаемую маску шлема. — Это не темная сила сама по себе. Это инструмент. Им можно зажечь огонь, исцелить рану, укрепить стену… или испепелить врага. Все зависит от воли и знаний того, кто ее использует.

«Локальная энергетическая система («мана»). Аналогична пси-силам, но, судя по описанию, более стабильна и структурирована. Отсутствие упоминаний о непосредственной демонической ингрессии предполагает фундаментальное отличие от Имматериума или наличие мощных природных барьеров. Требует тщательного изучения.»

Рагнар кивнул, усваивая информацию. Картина начинала обретать контуры. — Этот инструмент привлекает нежелательное внимание? Создает побочные угрозы?

Релан вздохнул, как бы предвидя этот вопрос.

— Прямо и по сути. Да, создает. Но не так, как ты, возможно, думаешь. — Он пододвинул к себе другой свиток, но не развернул его, а начал объяснять, будто читая лекцию. — Представь себе дикий, неосвоенный лес, где ручьи текут где хотят. Такова мана в местах, лишенных… ну, цивилизации, что ли. Там она может сгущаться, кристаллизоваться. И иногда эта кристаллизация обретает форму. Рождаются духи стихий — если место связано с огнем, водой, камнем. Рождаются лесные и болотные твари, что питаются чистой маной, как травоядные — травой. Их мы называем магическими зверями или элементалями. Они опасны, как дикий зверь, но редко злобны по своей природе. Просто часть экосистемы.

— Это ведь одна категория угрозы, — заключил Рагнар.

— Именно, — кивнул Релан. — Но мир, насыщенный маной, порождает не только простых тварей. Есть создания древние и могущественные, что стали почти частью легенд. Драконы, например. Не просто большие ящеры, а существа разумные, насквозь пропитанные магией. Они спят в своих логовах века, а проснувшись, могут сравнивать горы с землей. К счастью, их почти не осталось. Гномы и эльфы в стародавние времена сильно проредили их ряды.

Он перевел дух, собирая мысли.

— Есть и другие — химеры, мантикоры, грифоны. Помеси зверей и магии, часто агрессивные, территориальные. Их можно встретить в глухих уголках, куда редко ступает нога человека. Они опасны, но их мотивы просты: голод, защита владений. С ними можно справиться, если знать их повадки и иметь достаточно сил.

Рагнар внимательно слушал, сортируя информацию по категориям угроз. «Класс А2: Крупные магические хищники (драконы, химеры). Высокая индивидуальная опасность, ограниченная популяция. Угроза локального, но катастрофического масштаба.»

— Но всё это, — голос Релана стал тише и суше, — цветочки по сравнению с настоящей скверной. Я говорю о демонах.

Он отодвинул свиток и сложил руки на столе, его взгляд стал отстраненным, обращенным куда-то в прошлое или в страшные знания.

— Демоны — это не просто звери. И не духи. Они — сама магия, обретшая разум, волю и бесконечный голод. Легенды говорят, что они рождаются в местах, где потоки маны на протяжении веков пропитываются самыми темными мыслями, страхом, ненавистью, жаждой разрушения. Или когда могущественный маг настолько искажает себя и магию вокруг, что превращается во что-то... иное.

Релан встретился взглядом с темным визором Рагнара.

— Они выглядят по-разному. Некоторые могут принимать облик людей или животных, чтобы обманывать. Другие — это кошмары, воплощенные в плоти и костях. Но все они обладают разумом, часто — очень древним и изощренным. Они лгут, манипулируют, строят козни. Их цель — не просто убить. Их цель — сеять отчаяние, пожирать души, растлевать саму жизнь. И они почти бессмертны. Убить обычным оружием их крайне сложно. Нужна магия, особые зачарованные клинки или... невероятная сила воли, способная разорвать саму суть их существа.

Рагнар слушал, проводя параллели. «Сущности, состоящие из искаженной магии („энергетические/психические конструкты“). Высокий интеллект, тактика обмана и манипуляции. Цель: психологическое разложение и поглощение жизненной силы/души. Высокая резистентность к обычному оружию. Уязвимость: мощные психические атаки (воля), зачарованное оружие, специфические магические воздействия.»

— Они действуют в одиночку? — уточнил Рагнар.

— Чаще всего — да. Они хищники-одиночки, любящие играть со своей добычей. Но... — Релан тяжело сглотнул. — Но есть иерархия. Сильные подчиняют слабых. А над всеми ними, как черная гора, нависает один. Тот, кого называют Королем Демонов. Не просто древний, а, возможно, первый. Прародитель. Его истинный облик и местоположение — тайна. Но его воля простирается далеко. Говорят, это он направляет других, пробуждает древних, собирает под свои знамена самых опасных. И в последние годы его тень стала длиннее. Набеги участились, демоны стали смелее, будто ждут какого-то сигнала. Доходили даже слухи, что из столицы на север отправилась группа героев — сильных магов и воинов — чтобы бросить вызов этой угрозе.

«Вывод: Высокоинтеллектуальные магические сущности („демоны“). Существует доминирующий индивид („Король“), координирующий их действия, что указывает на стратегическую угрозу. Местные силы предпринимают ответные меры. Требуется оценка уровня угрозы и методов противодействия.»

Информация укладывалась в сознании Рагнара, принимая форму новой, чуждой, но узнаваемой тактической карты. Угроза была иной природы, но её проявления — обман, психологическая война, иерархия — были знакомы.

Уложив всё в голове Рагнар вновь вернулся к вопросам. И хоть он и успел о многом узнать но всё же… Рагнар уже чувствовал что впереди его ждало очень много работы.

***

Честно, не знаю, всё ли верно, что я тут накумекал. Не буду скрывать, да вроде я и указывал это, что мне помогает нейронка, ибо сам я не знаю о многих моментах, а потому вот приходится пользоваться всяким таким. Но в целом, надеюсь, текст читабелен. Но а если глава вам вдруг не понравилась, то... Что же, я её просто перепишу на иной лад.

(У меня тут некоторые личности спрашивали по поводу бусти... Ну так вот. Я его создал. И ссылку на него оставлю в примечании к фанфику. Пока что там почти ничего нет... Но это ведь пока).

Глава 5

Разговор со священником продолжался ещё долго. Он рассказывал Рагнару всё, что знал сам. А если точнее, то в первую очередь то, что считал нужным в первую очередь.

Рагнар слушал молча и внимательно, лишь изредка перебивая его и уточняя те или иные детали.

Так же Релан показал ему две карты — одну старую, с плохо читаемыми надписями, другую — новее, где дороги были отмечены точнее. Он рассказал, где ближайший город, сколько дней пути до него пешком, какие заставы стоят на тракте и кто берёт пошлину. Рассказал о ярмарках, о том, что староста бывает здесь лишь иногда, и что жители окрестных хуторов собираются по воскресеньям у храма.

Наконец всё выслушав Рагнар задал вопрос который терзал его уже долгое время.

— Каким образом происходит защита деревень? На вас не нападают ни монстры, ни демоны? А если нападают — то как вы с ними справляетесь? Ты ведь сам мне сказал что демоны и монстры не редкость и я не заметил среди здешних людей ни воинов, ни стражи.

Релан на это лишь тяжело вздохнул — как человек, которому не впервые приходится объяснять неприятную правду.

— Кто как, господин. Благо мы находимся в достаточно отдалённом месте от северных земель, и демоны для местных жителей звучат скорее как сказка, нежели угроза. Многие деревни и города, особенно на севере, окружены стенами, и там, как правило, есть охрана. Пусть небольшая, но есть. Если же беда серьёзная — тогда обращаются к барону… Или к тем, кто выше его. Иногда присылают отряд воинов. Иногда — группу авантюристов. Ну тут уже как повезёт.

Он помедлил, будто подбирая слова.

— Зачастую угрозу удаётся заметить заранее, и жители успевают к ней приготовиться. Если же не успевают… тогда у людей лишь один путь — к храму. Укрыться за его стенами, запереть двери, держать факелы и ждать моля богиню, пока опасность не уйдёт… или же пока её не остановят.

— Каким же образом например?

Релан посмотрел на него прямо.

— Например, такой жрец, как я, — сказал он спокойно. — Если будет возможно. Я служу богине и наделён её даром сотворения священной магии. В основном — для исцеления. Но иногда… — он сделал короткую паузу, — иногда и для защиты. А иногда — чтобы избавиться от угрозы. Опять же, если у меня на то хватит сил. Я, конечно, не боевой маг, но даже у меня есть в запасе пара заклинаний.

Слова о магии снова зацепили Рагнара. Он не до конца понимал, что она собой представляет, но Релан уже успел объяснить ему основы — и даже продемонстрировать кое-что наглядно. Рагнар не увидел и не почувствовал ничего, что указывало бы на связь этого колдовства с варпом. И всё же вопросы оставались.

Релан, как понял Рагнар, не обладал достаточно глубокими знаниями: он был не магом в полном смысле, а священником. А «священная магия», по его словам, отличалась от обычной: те же волшебники и чародеи, если не имеют благословения богини, пользоваться ею не могут.

Если подытожить: ему требовался сведущий человек. Маг. Эльф. Кто угодно, кто не будет путаться в догадках и пересказах — и сможет объяснить, как устроено это «колдовство» на самом деле. Добровольно… или иным способом.

(Для несведущих: я имею в виду способность астартес под названием «омофагия». Способность космодесантников поглощать мозг человека или ксеноса и получать доступ к его воспоминаниям. Эффект достигается благодаря специальному импланту, считывающему информацию из поглощённого материала и передающему её в мозг в виде набора образов, опыта и памяти.)

Наконец, закончив с размышлениями, Рагнар вернулся к разговору и задал следующий вопрос — не менее важный.

— А как же армия? Неужели у баронов или ваших королей её нет? Они не способны обеспечить своим владениям и границам должную защиту? И разве они не отправляют патрули? Вы ведь должны платить десятину, в конце концов.

Релан на мгновение задумался.

— «Десятину»… хм. Вы, возможно, имеете в виду дань? Да, бывает. Иногда продуктами, иногда монетой — если год вдруг будет удачный. Из города присылают обоз, и староста как правила отчитывается перед сборщиками лично. Ну… Насколько я знаю у всех это происходит по разному так что тут я вам многое поведать не смогу.

Он чуть развёл руками.

— А насчёт армии… тут всё сложнее, чем хотелось бы. Войска у баронов конечно же есть, но они редко стоят без дела. Бароны и князья часто воюют друг с другом: за землю, за дороги, за пошлины, за старые обиды. И это — даже несмотря на угрозу с севера.

Рагнар нахмурился.

— То есть бароны и иные правители умудряются воевать друг с другом, несмотря на глобальную для человечества угрозу в виде демонов?

— Да, — Релан сказал это тихо, без злости, просто как факт. — Потому что… Таковы уж мы, люди. Нам проще думать и легче видеть врага в соседнем замке, чем на далеких землях и врагах, о которых нам рассказывают ночью в сказках.

Он помолчал и добавил, чуть пожав плечами:

— А обычные монстры… драконы… да, они бывают. Но если появляется тварь, что мешает жить, то чаще всего зовут авантюристов. За плату и почести они берутся за дело. Чащего всего успешно.

— Значит, лишь северяне отделяют вас от демонов? — спросил Рагнар.

Релан на это лишь вновь задумался.

— Не совсем. Демоны, по большей части, одиночки. Они редко собираются в стаи, как волки. Да и северяне… если не сражаются с демонами, то порой сражаются друг с другом — за влияние, за земли, за власть. Такова жизнь. И думаю, тебе, как человеку, многое повидавшему, это знакомо.

— Ты прав. Я видел многое, — ответил Рагнар. — И всё же Империум един. Он сражается с угрозами, угрожающими человечеству. Восстания, конечно, порой случаются, но и подавляются они быстро. Ибо человечество не имеет права отвлекаться на розги с друг другом, когда человечество со всех сторон окружают враги, как внешние, так и внутренние. И мы не имеем права посрамить жертву Императора такими глупостями.

(Прим. автора… Не знаю, удалось ли мне до вас донести свою мысль, а потому постараюсь вкратце рассказать об этом здесь. В некоторых источниках говорится, что Империум контролирует миллионы миров. И, как правило, центральные миры и целые системы, такие как та же Терра и т. д., проживают в относительной безопасности и стабильности, и о войнах они лишь слышат из чужих уст. Если просто, то войны происходят где-то там, на окраинах, таких как Око Ужаса и т. д. Да, восстания тоже случаются: отдельные губернаторы и целые миры пытаются выйти из-под власти Империума, вспыхивают бунты, заговоры и внутренние кризисы. Но важно понимать: попытки отделиться или «поиграть в независимость» обычно заканчиваются быстро и очень плохо. Инквизиция и прочие структуры Империума, как правило, не церемонятся с теми, кто вносит разлад и ослабляет человечество изнутри. Надеюсь, так стало понятнее.) (Опять же если вы считаете что я не прав то… Пу-пу-пу… давайте устраивать дебаты в комментариях. Ох чувствуют начнётся там веселье).

Релан внимательно посмотрел на него, будто примеряя это слово — «един» — к своему миру, где каждый лорд тянул одеяло на себя.

— Возможно, — тихо сказал он. — Возможно, в этом и есть ваша сила.

Релан перевёл взгляд в окно, откуда открывался вид на деревню, где уже начал гаснуть свет в окнах. Люди, как и животные, медленно, но верно погружались ко сну, дабы набраться сил к завтрашнему дню. И Релан тоже начал чувствовать, как у него начинают слипаться глаза.

Рагнар, заметив взгляд священника и его состояние, решил было оставить его и вернуться сюда за новыми вопросами уже завтра, но прежде стоило прояснить ещё кое-что.

— Вижу что вас утомил мой разговор… Но прежде чем я уйду, мне нужно узнать ещё кое-что. После или же во время моего обнаружения не видели ли вы или другие жители чего-то странного? Вёл ли себя кто-то агрессивно или странно с тех пор? Мне важно знать эту информацию, так как есть немалый шанс, что вместе со мной в этот мир мог попасть один из нерождённых.

Релан, переведя взгляд, в удивлении вскинул брови.

— Нерождённые?

— Демоны, если проще. У них множество названий, но это неважно. Суть их одна, сеять смерть и раздор у живых.

Слабо кивнув, священник ненадолго задумался, после чего покачал головой.

— Хм-м-м… Боюсь, что нет, господин. Если бы вдруг какая нечисть появилась в деревне, я бы заметил, уж будьте уверены. Да и деревня у нас не такая уж и большая. Слухи распространяются быстро, все друг друга знают и при случае чего заметили бы странность и доложили бы мне. Так что не стоит беспокоиться. Но если что вспылвёт я тут же доложу вам об этом можете не переживать.

Что же, Рагнара это обрадовало, и всё же это вовсе не значило, что он не будет начеку и за всеми следить. Ему ли не знать, как хитры и коварны бывают слуги архиврага.

— Но… Вы тут мне кое-что напомнили.

Рагнар не изменился в лице, но внутренне же был готов к худшему.

— Есть у нас в деревне один очень умелый охотник. Неделю назад он приходил ко мне и сказал, что видел странные знаки в лесу и следы. Он высказал свои опасения по поводу того, что в лесу могла появиться какая-нибудь нечисть или же монстр. Он не стал поднимать деревенских на уши, так как надеялся, что если опасность будет небольшая, справится сам, а если же увидит, что это ему не по силам, вернётся и доложит обо всём. Он говорил, что по времени это может занять две-три недели, но… Раз уж здесь появились вы, будете ли вы не прочь поискать его и выяснить, не зря ли беспокоился наш охотник?

Выслушав священника и сделав кое-какие выводы, Рагнар медленно кивнул.

— Я проверю. Скажи, где он живёт. И как его зовут.

— Конечно, — Релан чуть заметно облегчённо выдохнул. — Его зовут Хартен. Дом его на отшибе, по старой тропе вдоль ручья: от деревни — с полчаса ходьбы, если не сворачивать к полям. Там ещё сосна расколота молнией — мимо неё не пройдёте. За ней — его избушка и навес для дичи. Если он дома — вы увидите дым. Если нет… — священник замолчал и только крепче сжал пальцы.

Рагнар уже развернулся, но напоследок бросил взгляд на Релана.

— Двери храма закрывайте на ночь. И предупредите людей чтобы после темноты по одному не ходили и были начеку.

— Понял, — тихо ответил священник. — И… спасибо.

Рагнар ничего не сказал. Лишь развернулся к выходу — и тяжёлые шаги его брони снова разрезали тишину.

***

Ночь встретила его прохладой и тишиной.

Деревня уже почти уснула: где-то ещё тлели огни в окнах, но один за другим они гасли, словно кто-то аккуратно, по порядку, тушил свечи. Собаки, которые ещё пару часов назад лениво переговаривались лаем, теперь замолкли — лишь изредка одна поднимала голову и ворчала на чью-то тень, да сразу затихала, будто и сама не была уверена, что ей показалось.

Рагнар шёл ровно, не торопясь. Тяжёлые шаги брони казалось звучали слишком громко для этой тихой земли.

На ферме Йорна его ждали тишина и тёплый сарай. Дверь скрипнула — и тут же где-то в стойле фыркнула лошадь, нервно переступив с ноги на ногу. Рагнар задержался на секунду, давая животному привыкнуть к его силуэту, затем прошёл внутрь и прикрыл дверь.

Он не снимал доспех. Не было смысла. Здесь не было тех, кто мог бы помочь ему правильно и со всеми почестями снять броню, да и времени на ритуал облачения и разборки у него не было. Да и… это было бы глупо и бессмысленно. Если опасность вдруг окажется близко, он всегда должен быть к ней готов.

Вместо этого он проверил оружие: болтер — магазин, подача, крепления. Плазмопистолет — уровень заряда, целостность клапанов. Силовой меч — поле держится, хоть и капризничает. Внутренние датчики по-прежнему выдавали минимум данных, но ему было достаточно и этого. Главное — броня держалась, системы не умирали окончательно, а тело уже почти закончило залечивать раны.

Он опустился на сено, не как человек, ищущий удобство, а как воин, который просто снижает нагрузку на мышцы и медленно прикрыл глаза.

Сон пришёл почти сразу, но он знал что долго он уже не проспит, Теперь ему хватило пары часов полудрёмы — короткой, обрывочной, но достаточной, чтобы мозг отдохнул, а тело продолжило сращивать повреждения.

Когда он открыл глаза, за щелями в досках уже начинало расцветать, и он понял, что уже настала пора.

***

Рагнар медленно поднялся со своего места. Быстро, по привычке, проверил своё тело, оружие и броню — не суетясь, но и не теряя ни секунды лишнего времени — после чего двинулся к выходу.

Оказавшись на улице, он не увидел ни Йорна, ни его жену с детьми. Двор ещё спал: окна темнели, из труб не шёл дым, и даже птицы кричали как-то лениво, будто утро ещё не решило, станет ли оно по-настоящему ясным. Рагнар не стал никого будить. Вместо этого он направился к холму — оттуда открывался лучший обзор на всю деревню и её окрестности.

Поднявшись наверх, он остановился и принялся осматриваться.

Взгляд его скользил по знакомым линиям — дороге, полям, изгибу ручья, тёмной кромке леса. Он отмечал не красоту местности, а удобство. Где легче выйти из чащи. Где можно скрыться в низине. Где есть просвет между деревьями, позволяющий крупной твари пройти, не ломая ветви слишком громко и тем самым не привлекая к себе скорого внимания. Где можно устроить засаду — и где засаду устроят ему.

Эти расчёты шли сами собой. Автоматически. Так, как дышит тело. Так, как сердце качает кровь. Именно для этого их и создавал Император — для войны.

Затем он прошелся вокруг деревни и не найдя каких бы то ни было лишних следов или же знаков, решил. Раз пока что деревне всё равно ничего не угрожает, он недолго думая, двинулся в сторону дома охотника, о котором вчера и говорил священник.

***

Рагнар двигался размеренно, без спешки, но и без лености

Дорога сперва была обычной: утоптанная земля, редкие камни, полосы сухой травы по краям. Тут и там виднелись следы телег — свежие и старые, наложенные друг на друга так, что по ним уже сложно было сказать, кто куда ехал. Но чем дальше он уходил от деревни, тем реже становились признаки жизни.

Запах дыма от печей исчез. Лай собак остался позади. Ветер стал чище — и холоднее.

Тропа, о которой говорил Релан, начиналась не сразу. Она не была отмечена ни столбами, ни указателями. Она просто была словно тонкая нитка, уходящая в сторону, вдоль ручья, между кустами и низкими деревьями. Для обычного деревенского жителя она бы ясно указывала, куда нужно двигаться. Для чужака же она могла оказаться просто неприметной щелью в зелени.

Продвигаясь по тропе Рагнар вскоре набрёл на новый ориентир: сосна, расколотая молнией.

Она стояла как знак. Ствол разорван, сердцевина почерневшая, будто дерево горело изнутри. Рагнар остановился у неё, окинул взглядом окрестности и опустил глаза на землю.

Здесь действительно ходили часто: отпечатки сапог, следы волочения, будто кто-то тянул тушу или связку дров. Всё это было старым, размытым временем и влажностью. Но среди этого «обычного» Рагнар искал не общую картину — он искал несоответствие.

Он прошёл ещё немного — и между деревьями показалась избушка.

Низкая, приземистая, как и говорил священник. Навес сбоку — для дичи. Рядом — колода для рубки, связка дров под стеной, жерди, на которых обычно сушат шкуру или вялят мясо.

И тишина.

Дымка из трубы не было. Запаха готовки — тоже. Двор выглядел так, будто по нему давно никто не ходил: нет свежих отпечатков, нет раскиданной соломы, нет следов работы. Всё стояло на своих местах, но именно это и настораживало. У живого человека всегда есть мелкий беспорядок. Всегда. Он не заметен сразу — но он существует.

Рагнар остановился у границы двора и прислушался.

Ничего.

Он не пошёл к двери в лоб. Сначала обошёл дом по дуге, не подходя вплотную, отмечая окна, углы, возможные укрытия. Взгляд его скользнул под навес: крюки пустые. Ни туши, ни шкур, ни свежего мяса. Для охотника — странно.

Он подошёл ближе и увидел у самой стены след — тонкий, почти незаметный: где-то здесь что-то тяжёлое тёрлось о землю, оставляя неглубокую борозду. Словно волокли мешок.

Рагнар присел, провёл пальцами по краю борозды и перевёл взгляд на землю рядом.

Там были следы сапог.

Но не свежие — дней несколько точно прошло. И они… путались. Словно человек ходил кругами, возвращался, оглядывался.

Рагнар медленно поднялся и сделал шаг к тропе, уходящей от избушки в лес.

Там, на границе травы и тени, земля была вдавлена иначе. Глубже. Неравномерно.

И рядом — ещё один отпечаток, который не принадлежал человеку.

***

Переходите на бусти ссылку на который я оставил в примичании к фанфику дабы поддержать автора и читать главы раньше. Там уже доступна 6 глава и на днях выйдет 7.

Мне немного было сложно писать данную главу, так как, несмотря на то что я взялся писать сей фик, я очень поверхностно знаком с миром Фрирен и её законами. Также я искал информацию по поводу устройства мира. Ну то бишь какие монстры обитают. Какие после смерти растворяются в мане, какие остаются и т. д. Устройство королевств и прочее. И я почти ничего не нашел или же не понял. То есть вроде как есть какое-то королевство со столицей и что там есть король, но... Неясно, насколько это королевство огромно, какое у него есть войско, что оно делает и т. д. Также, если вспомнить сериал по Фрирен, где рассказывалось о человеке то ли с личным орденом, то ли братством, то там говорилось, что он с Севера и даже они, северяне, помимо того что воюют с демонами, также воюют и между собой, то бишь людьми. И также, если вспомнить первые серии, а точнее про Ферн, то мы знаем, что её священник забрал то ли с разграбленного, то ли с разрушенного поселения, где прошла война, и, как я понял, воевали там люди друг с другом. Значит, войны между людьми в мире Фрирен не редкость. Как-то так.

Если я неправ или же у вас по этому поводу есть больше инфы или же вы знаете, где можно эту инфу найти, то напишите мне в личку или в каменты, буду вам благодарен.

Глава 6

Лес встретил Рагнара тишиной, которая, впрочем, не была абсолютной. Под ногами пружинила трава, кое-где хрустели сухие ветки, и потому он ступал так, чтобы не ломать их — не потому, что боялся, а потому, что не хотел выдать себя врагу раньше времени, если тот и вправду был где-то рядом.

То и дело до слуха Рагнара доносилось пение птиц и звуки, издаваемые иными животными, но они интересовали его лишь постфактум — как фон, и подтверждение того, что лес всё ещё живёт своей жизнью. Сейчас у него была цель: найти охотника Хартена и ту тварь, что могла угрожать деревне. А не изучение местных видов как животных так и растений.

Иногда ему приходилось делать небольшие круги. Следам, оставленным здесь, был не один день, а охотник, судя по всему, действительно умел скрываться: ступал по камням, переходил по корням, уходил в траву там, где ветер быстро стирал отпечатки. А тварь же… оставляла следы иначе.

Рагнар всё ещё не мог до конца понять, каким образом она передвигается так тихо и как скрывает своё присутствие. Судя по отдельным отпечаткам — рост у неё был немалый, а вес ощутимый: там, где земля была мягче, след уходил глубоко, словно вдавленный кулаком в тесто. И всё же местами она будто бы исчезала, пропадала на десятки шагов, оставляя после себя лишь обрывки рисунка — как если бы не ходила, а перепрыгивала, цеплялась, скользила по стволам.

Он остановился у полусгнившего пня и опустил взгляд.

Здесь, среди обычной лесной грязи и опавших иголок, виднелись два вида отметин: человеческие — смазанные, но различимые, и иные, не похожие ни на лапу волка, ни на копыто. Три глубокие борозды рядом и ещё одна — чуть в стороне, будто существо то ли споткнулось, то ли опиралось на землю иначе.

Рагнар медленно выпрямился.

Его внутренняя память уже складывала картину. Охотник шёл вперёд уверенно, затем начал петлять. Значит, сначала он искал ту тварь, а потом понял, что уже она ищут его самого и начал уводить её как можно дальше от деревни.

Что же…

Выбрав путь Рагнар двинулся дальше.

***

Он знал этот лес и чащу с детства. Знал, где по весне вода поднимается и превращает низины в вязкую трясину. Знал, где по осени зверь чаще выходит к ручью, а где лучше не ходить, если не хочешь застрять в буреломе. Он мог по одному сломанному стеблю понять, кто проходил из животных — олень, кабан, или человек. Мог по запаху определить, сколько времени прошло с тех пор, как здесь лежала та или иная туша убитая тем или иным зверем. И самое главное — он умел различать, когда лес живёт обычной жизнь., а когда лес бывает… насторожен.

Первые знаки Хартен заметил недели две назад.

Не сразу и резко а постепенно так, как приходит дурное предчувствие: вроде бы всё то же самое, но что-то всё таки происходит. Птицы стали шуметь тише и реже — они не исчезли полностью, нет, но в некоторых местах их пение оборвалось слишком внезапно, будто кто-то невидимый проходил рядом. Лисы перестали подходить к человеческим тропам. Даже зайцы — глупые, доверчивые — начали держаться дальше от опушки, будто чувствовали, что теперь там было не место для них.

А ещё олени и даже кабаны.

Хартен видел их следы на влажной земле у ручья — целое стадо оленей прошло ночью, но шло не ровно и не спокойно как обычно. Они не искали воду и не ели траву: следы были рваными, глубокими, будто звери сорвались с места и бежали, ломая направление. И это было странно.

Олени не бегут просто так.

Они бегут, когда есть какая то причина.

Потом он нашёл первую «нестыковку».

На мягкой земле был отпечаток, похожий на лапу… но не зверя, которого он знал. Ни волк, ни медведь, ни кабан так не ступают. Три глубокие борозды рядом и четвёртая чуть в стороне — будто существо опиралось не как зверь, а иначе. Не копыто. Не когти медведя. И даже не человеческий след.

Он проверил всё ещё раз. Вернулся на следующий день. И нашёл след снова — уже дальше, уже глубже в лесу.

Тогда Хартен сделал то, что делал всегда, когда чувствовал: что дело может быть серьёзное.

Он пошёл к отцу Релану.

***

После того как он поговорил со священником и в полном обмундировании двинулся лес всё шло нормально.

Он находил следы, но не видел зверя. Словно тварь была где то рядом, но всегда на шаг впереди. То тут — вдавленная трава, словно что-то тяжёлое прошло и исчезло. То там — отпечаток, глубокий, как если бы когти пробили мокрую землю. То в стороне — тишина, слишком ровная, слишком чистая, будто лес вымер на пару десятков шагов.

Хартен отмечал всё. Оставлял насечки на деревьях. Запоминал направление ветра. Смотрел на облака и на то, как солнце проходит между кронами. Он шёл так, как ходят охотники: осторожно, не по прямому пути, а проверяя каждый «удобный» угол — потому что если как он и думал зверь был умён, он тоже не станет ходить по прямой и будет петлять.

На следующий Хартена наконец настигло озарение и он понял главное.

Он больше не был охотником.

Теперь он стал добычей.

И произошло это весьма внезапно. Или же возможно он изначально вступил в ловушку твари.

Он шёл вдоль старой низины, где была мягкая земля и следы читались лучше всего, и вдруг увидел… себя.

А если точнее то свою же вчерашнюю тропу и следы с метками что он и оставил.

Но помимо же всего прочего он так же нашел и чужие следы. Свежие. Идущие параллельно. Как будто тварь не просто шла за ним а изучала его. Смотрела, где он ставит ногу, как обходит кусты, где задерживается дольше всего. И всё это — без шума, без сломанных ветвей, без лишнего движения.

И это одновременно пугало и настораживало Хартена больше всего.

Первой же его мыслью было вернуться обратно в деревню. Доложить Релану о том что в лесу завелась очень умная и хитрая тварь и надо бы позвать кого с города дабы они разобрались с этим. Ибо уже старый охотник прекрасно осознав свои силы и понимал что этой твари он ровней не будет.

Но эта мысль прожила недолго.

Он снова опустил взгляд на следы.

Свежие. Параллельные его тропе. Идущие рядом так, будто существо не гнало его и не пыталось загнать в угол, а просто сопровождало. И наблюдало. Выбирало какой то момент.

И самое плохое было даже не это.

Самое плохое было то, насколько аккуратно эти следы держались на расстоянии. Тварь делала это осознанно или нет, но оно будто бы знало, на каком расстоянии ей нужно держаться, дабы Хартен не заметил за собой слежки, и так, чтобы при этом сама тварь не упустила охотника из своего вида. Это значило, что, возможно, даже сейчас оно наблюдало за ним. Интересно, оно уже знало, что Харлан догадался о слежке, или же нет? Или ей всё же было плевать на это, и оно чего-то выжидало, но чего?

Затем, как гром среди ясного неба, голову охотника постигла мысль. Тварь ждёт, когда охотник приведёт её к деревне, возможно, что даже поближе к священнику или же жителям. Ведь в случае первого он, возможно, его опасался, а вторые ему, скорее всего, нужны были как корм.

И как же ему нужно было поступить в такой ситуации?

Хартен в злобе и легкой досаде сжал зубы. Руки сами потянулись к луку — по привычке, как к последней опоре. Но он знал: лук со стрелами — это не выход. Навряд ли он сможет попасть по твари, а даже если и попадёт, где гарантии того, что он попадёт во что-то важное или же хотя бы сможет ту ранить.

И тогда Хартен принял решение.

Не героическое. И уж тем более не то, о котором потом споют песню.

А то простое и единственное, которое оставалось здравым.

Он не пойдёт обратно.

Он уведёт тварь как можно дальше от деревни.

И как можно быстрее. Чтобы тварь не сразу догадалась о его намерении и чтобы у него оставалось достаточно сил, чтобы при случае чего хотя бы попытаться дать твари бой.

***

Он бежал целый день и уже под вечер, когда его силы начали уходить, а ноги начали наливаться тяжестью, Хартен понял простую вещь: так дальше продолжаться не может.

Он не был мальчишкой. Он мог бегать часами, но не сутками. У него был лук, нож и немного сухарей. У твари, что шла за ним, казалось было всё и силы а что самое главное: терпение.

В один из моментов когда он остановился чтобы перевести дух он увидел её…

Не целиком.

Лишь тень, мелькнувшую между стволами — высокую и худую. А ещё звук — тихий, как скрежет когтей по коре. И движение будто бы тварь шага не по земле, а могла перебираться по деревьям так же легко, как человек идёт по тропе.

Достав лук со стрелой Хартен недолго думая быстро прицелившись выстрелил.

Он даже не надеялся попасть. Просто хотел проверить: боится ли она его?

Стрела ушла в темноту, ударилась о что-то твёрдое и отлетела.

Тварь даже не рыкнула.

Она просто… начала медленно приближаться.

И тогда Хартен понял: если даст ей место в открытом пространств она возьмёт его. Рано или поздно.

Ему нужна было бежать или найти что то…

Возможно укрытие.

Место, куд не пролезет тварь но где сам Хартен сможет переждать пока тварь не уйдёт.

Он шёл ещё час, пока не увидел в склоне холма узкую щель между камнями — старую, заросшую мхом. Пещерка. Не настоящая пещера, а скорее карман в скале: туда не войдёшь в полный рост, туда можно было пролезть лишь боком, если снимешь мешок и протащишь оружие впереди.

Тварь туда не пройдёт.

Не должна по крайне мере.

Хартен пролез внутрь, содрав кожу на плечах, и только тогда позволил себе вдохнуть чуть глубже.

Снаружи было тихо.

Но тишина была не лесной.

Она была… выжидающей.

Потом он услышал, как по камню что-то царапнуло.

Раз.

Два.

Словно проверяя вход.

Тварь была там.

Она знала, что он был здесь.

И, как он отметил совсем недавно, тварь была терпеливой и никуда не спешила, в отличие от него…

***

Внутри было сыро и холодно.

Камень отдавал влагой, и воздух был тяжёлый — не как в лесу, а как в подвале. Места хватало, чтобы сесть и вытянуть ноги. Чуть дальше был небольшой выступ, на который он положил мешок. У него было немного воды во фляге и сухари со стрелами.

Он мог бы тут продержаться день… Максимум два.

Он не мог выйти.

Потому что снаружи была та тварь что поджидала его.

И оставаться надолго в пещере тоже.

Потому что если он не выйдет через два дня он просто напросто останется без сил.

И в какой-то момент, сидя в темноте, слушая, как снаружи иногда раздаётся тихий шорох, Хартен понял, что у него осталась лишь одна развилка.

Либо он будет ждать, пока кто-то придёт.

Либо он выйдет сам.

И даст бой.

Он не верил в героизм. Но он верил в одно: если уж погибать — то не на коленях в дыре, как заяц, забившийся под корни.

Он крепче сжал нож и посмотрел на стрелы.

Сколько их осталось?

Был ли у него хотя бы один шанс?

А потом он снова услышал снаружи лёгкий скрежет. Тварь продолжала напоминать о себе, оставляя отметины когтями на камне.

И будто бы произносила вслух.

Я здесь. Я жду.

И Хартен, впервые за многие годы, почувствовал не страх даже — а холодную ясность.

Если ничего не изменится, скоро ему придётся выйти.

И либо он победит…

…либо погибнет.

Похоже, иного выхода у него просто напросто не оставалось.

***

Лес постепенно менялся.

Сосны становились гуще, подлесок — плотнее. Пахло сыростью сильнее, чем раньше. Кроны наверху смыкались так, что свет проходил узкими полосами, и даже днём здесь царил полумрак, будто место не любило солнце.

Через какое-то время он увидел первую явную метку Хартена.

Не след, не отпечаток, а знак.

На стволе дерева, на уровне груди человека, была аккуратная насечка ножом — короткая, почти незаметная черта, которую не увидит случайный путник, но распознает тот, кто знает, что искать. Рагнар провёл по ней пальцами: свежая, не затянувшаяся смолой.

«Он отмечал путь, — понял Рагнар. — Значит, собирался возвращаться. Или… хотел, чтобы его нашли».

Он сделал ещё шаг — и увидел вторую насечку. Потом третью.

Рагнар пошёл по ним, как по нитке, и вскоре заметил, что птиц стало меньше.

Не исчезли совсем — но их голоса стали редкими, осторожными. Будто лес сам притих, прислушиваясь.

Рагнар поднял болтер чуть выше.

И именно тогда он услышал звук, который не вписывался в остальную картину.

Тихое, едва различимое скрежетание.

Словно что-то твёрдое тянули по коре.

Он остановился.

Прислушался.

Звук повторился — не ближе и не дальше. Где-то сбоку. На границе слышимости.

Рагнар не повернул голову сразу. Сначала замер, давая врагу шанс выдать себя вторым движением. Но тварь, если это была она, не спешила.

Тогда он медленно сменил направление, делая вид, будто идёт дальше по следу, — и в то же время смещаясь чуть в сторону, чтобы выйти к предполагаемой точке.

Через несколько шагов он увидел дерево с царапинами.

Три длинные полосы, глубоко прорезавшие кору, словно кто-то пробовал её на прочность. Но главное было выше: на высоте, где обычный зверь не дотянется, следы продолжались — будто тварь вставала, опиралась на ствол, карабкалась или просто… отмечала территорию.

Рагнар коснулся царапины.

Глубокая.

Сильная.

И — относительно свежая.

Он отнял руку.

И увидел ещё одно.

На земле, в опавших листьях, лежало оперение стрелы.

Рагнар присел, поднял стрелу и осмотрел древко. На нём были мелкие царапины, а железный наконечник — тёмный, будто в засохшей крови.

Он поднял взгляд вперёд.

Следы вели в низину.

Туда, где мох был темнее, где воздух словно становился плотнее, тяжелее. И чем ближе он подходил, тем яснее становилось: там что-то произошло. Не охота и битва. А что то иное.

Приготовившись к битве, Рагнар двинулся прямиком туда.

***

Медленно, но верно Рагнар шёл по одному ему видимому пути… А если точнее, то по дороге, которую оставил для него охотник. Специально же или нет — было неважно.

Рагнар держал болтер на уровне груди. Он прислушивался к каждому звуку и шороху и приглядывался к каждой тени. Он знал, что враг был где-то здесь, но почему-то пока что не решался показываться.

Хотя всё же Рагнар лукавил. Он знал, почему. Тварь ведёт его в ловушку. И он, так уж и быть, попадётся в неё.

Шаг. Пауза. Прислушаться.

Ещё шаг.

И чем дальше он заходил, тем заметнее становилось: птицы здесь не просто “стали реже”.

Их не было вовсе.

И тогда на границе слышимости раздался звук.

Тихий, сухой скрежет.

Словно когти прошлись по коре.

Раз.

Пауза.

И ещё раз — но уже не точно так же. С небольшой задержкой. Чуть в другом месте.

Рагнар не повернул голову сразу.

Он продолжал смотреть вперёд.

И именно поэтому понял.

Звук был не один.

Он был двойной.

Почти одинаковый, но с разницей, которую не услышит обычный человек. Не заметит. Не сопоставит.

Но зато сопоставит Астартес.

И сразу же мысленно перестроил картину. Вспомнив те немногие странности, которые он замечал ранее, он наконец смог понять, чего не доставало во всей этой картине.

Это делала не одна тварь.

Их было двое. И действовали они сообща.

Он пошёл дальше так, будто бы ничего не понял.

Так, как и ожидали от него хищники гнавшие его в ловушку.

И вскоре он наконец увидел его...

Между стволами, в полумраке, на несколько секунд показался силуэт — высокий, вытянутый, с неправильной пластикой. Как будто существо не ходило, а перетекало из тени в тень.

И глаза, с красноватым отблеском.

Он стоял там, где его должны были заметить.

Почти демонстративно.

Как приманка.

Рагнар понял замысел мгновенно: одна из тварей тянет внимание на себя, вынуждая идти «в лоб», второй в это время держится позади — в тени, в мёртвых углах, выжидая момент, когда цель станет уязвима.

И тогда она ударит в спину.

Это был неплохой план.

Для зверя.

Рагнар продолжал смотреть вперёд, на приманку.

Но ладонь его легла на рукоять меча.

А болтер чуть-чуть — едва заметно — опустился ниже, словно он расслабился.

Чтобы враг поверил в свое превосходство.

И позади тем временем снова раздался скрежет.

На этот раз куда ближе.

Слишком близко.

Рагнар не обернулся.

Он просто сделал ещё один шаг вперёд… и в следующий миг резко сместился в сторону.

Одновременно корпус развернулся так быстро, что плащ рванул воздух.

И болтер уже смотрел не на приманку впереди, а туда, где должна была быть тень позади.

Вторая тварь показалась на долю секунды — длинная, жилистая, с теми же когтями, с тем же беззвучным движением… она выходила на удар.

И ровно в этот момент Рагнар увидел её полностью.

—Попался, — произнёс он тихо.

Леший впереди дернулся, будто понял, что их план сорвался.

А Рагнар между тем уже нажимал на спуск.

Возможно, встреться эти твари с обычными людьми, их план бы сработал, но, к их сожалению, на их пути встали Астартес.

Существа, что были олицетворением войны.

Им просто-напросто не повезло сегодня встретиться с противником, что превосходит их во всём. И они допустили ошибку уже тогда, когда посчитали, что смогли загнать его в свою ловшку.

***

Переходите на бусти ссылку на который я оставил в примичании к фанфику дабы поддержать автора и читать главы раньше. Там уже доступна 7 а завтра выйдет 8.

Надеюсь что в целом вы остались довольны. Ну а ежели чем то нет то пишите что конкретно не так.

Глава 7

— БУМ!

Болтер рявкнул, и выстрел прозвучал как гром в тёмном лесу. Тварь, что выходила Рагнару в спину, получила два болтерных снаряда в корпус — и рухнула, ломая под собой кусты и ветки, будто поваленное дерево.

Но Рагнар не забыл о второй.

Уже в следующее мгновение, прежде чем монстр что был впереди успел завершить движение и броситься на него, астартес резко сместился в сторону, и одновременно выхватил меч. Силовое поле неохотно вспыхнуло, с характерным треском.

И Рагнар тут же ударил.

Поняв, что не успевает уйти, монстр был вынужден принять удар на себя: выставив вперёд длинные, хрупкие на вид конечности. С виду — тонкие, словно сухие ветви. На деле обладали такой силой, что могли бы запросто ломать ребра человеку одним движением.

Но сегодня это его не спасло.

Силовой клинок прошёл сквозь плоть Лешего, как раскалённый нож сквозь масло. На миг воздух наполнился запахом палёной крови и плоти.

Твари умерли, даже не успев осознать, что произошло. Слишком быстро закончилась схватка. И уж слишком силён и быстр оказался их противник, несмотря на то, какой доспех тот носил.

В лесу вновь настала та самая тишина, что присутствовала ещё секунды назад. Медленно осматриваясь, Рагнар ожидал ещё одной атаки, но… Той так и не последовало.

Уже собирался было изучить тела монстров, уже в следующую секунду он был вынужден остановиться. Ведь тела тварей начали исчезать.

Не падать, не расползаться, не разлагаться — а именно исчезать: словно пепел, поднятый ветром, распадаясь на серую, тусклую пыль. Она поднималась в воздух и таяла, не оставляя ни кости, ни крови на земле лишь только слабый след копоти на земле.

***

Хартен вдруг вздрогнул.

Он не понял что произошло но ему показалось что будто в лесу ударил пару раз гром. Причём судя по всему в одном и том же месте.

Но ни дождя ни серых туч на небе охотник не заметил. Хоть сейчас и была ночь но даже так в пещерке в которой он вдруг очутился было небольшое отверстие которое открывало ему вид на небо. И он видел что сейчас там ярко светили звёзды.

Затем Хартен придвинулся к выходу, надеясь разглядеть хоть что-то, но спустя время так ничего и не увидел. И даже более того, то давящее чувство, что преследовало его здесь всё это время — будто снаружи стоит кто-то и просто ждёт, — вдруг исчезло. Не ослабло, не отступило на шаг… а пропало совсем. Как если бы с шеи сняли невидимую петлю.

Вообще охотник долгое время размышлял, что это за тварь оказалась в лесу, и после долгих раздумий, ибо, к счастью или же к сожалению, которого у него вдруг стало полно, он вдруг осознал. Существо, которое загнало его в ловушку, судя по повадкам и тому смазанному силуэту, что он увидел, звались никем иным, как Леший.

Вообще у данных существ было множество названий, но зачастую те охотники или же жители деревень, что жили в лесу или же близ него, называли их именно так.

Или же просто-напросто хозяиноми леса. Но что вспомнил Хартен самое главное, так это то, что такие вот твари, как правило, не обитали одни. Если он увидел одного Лешего, значит, рядом должен был быть ещё один. Как правило, они появлялись в незанятом сильными монстрами лесах и селились парами и начинали медленно наводить в нём свой извращённый порядок.

Они очень любили тишину, а ещё одиночество и… охоту.

Причём охоту весьма своеобразную. Хартен бы даже сказал, что, несмотря на то, что они любят одиночество и уединение, они так же сильно любят… развлекаться? А если точнее, то они любят играть со своей добычей, неважно, будь то какие животные или же люди. Причём играться с последними они любят больше всего.

При этом Лешие вовсе не были глупы. Они старались не селиться возле больших поселений. Они чувствовали чужую ману — или что там было у магов и жрецов — и потому не лезли на тех, кто был заведомо их сильнее. На демона, к примеру, такой зверь, насколько знал сам Хартен, не рванёт: он просто исчезнет и растворится в чаще, как дым.

Впрочем, Хартену вскоре пришлось отвлечься от своих мыслей и сосредоточиться на другом.

Он вдруг сначала услышал легкий шум, а потом и увидел, как из леса что-то идёт. Что-то большое и тяжелое, судя по звуку.

— Что за…

Хартен вдруг резко запнулся и замер, ведь существо, что вышло из леса, тут же перевело свой взгляд красных глаз прямо на него и, казалось бы, начало смотреть прямо в его глаза.

Сглотнув, охотник не знал, что делать. Издалека это существо можно было бы принять за человека. Очень высокого и широкого человека в огромных железных доспехах, вот только… Глядя на ЭТО. Хартен почему то не верил что это может быть человек. А тем более человек настроенный к нему хорошо.

Потому-то охотник и затаился сильнее и просто стал наблюдать с надеждой на то, что этот странный, кем бы он ни был, просто уйдёт.

Но, к сожалению, его планам было не суждено сбыться, ибо этот некто просто-напросто шёл в его сторону и, остановившись в некотором отдалении, вдруг заговорил.

— Охотник Хартен? Я прибыл в этот лес, чтобы найти вас по просьбе священника Релана. Тварей, что были здесь, я уже уничтожил, так что не стоит бояться ни их, ни меня. Я вам не причиню вреда.

Задумавшись на пару мгновений, Хартен нехотя выдохнул и начал медленно выбираться. У него всё оставались подозрения, как и множество вопросов, но очевидно, что их можно было ненадолго отложить, так как, сидя здесь, он бы, очевидно, ничего не добился.

Наконец, вновь оказавшись на свободе, Хартен медленно двинулся в сторону воина… Или же было бы правильно назвать его рыцарем? И неужто это существо перед ним и вправду было человеком?

— Пщик…

И таки да. Как только Хартен остановился, не дойдя до того пары метров, его гость снял перед ним медленный шлем, показывая ему довольно-таки привлекательное мужское лицо. Если опять же упустить из вида громадный рост и броню с оружием, среди которого присутствовали как огромный меч, так и непонятные для охотника приспособления. Но то, что это было именно оружие, Хартен почему-то ни на мгновение не сомневался.

— Мое имя Рагнар. И я… Странствующий воин, если так можно сказать. Недавно я очутился раненым вблизи вашей деревни, и её жители были столь любезны, что решили меня приютить, пока мои раны не заживут. Очнувшись недавно, я переговорил с вашим жрецом, и он высказал опасения по поводу твоей безопасности. Я решил проведать тебя и пройти по следам, и, как вижу, сделал я это вовсе не зря.

Что же… Стояло отдать этому воину должное. Он пересказал всё кратко и по существу.

— Да, господин, я э-э… Охотник. Хартен. И вы правы по поводу того, что оказались здесь кстати, так как не уверен, что протянул бы здесь ещё день, так как припасы мои уже начали иссякать. Только немного воды и осталось. Ну и я был уверен, что не смогу даже ранить Леших, не то что убить.

Воин перед ним лишь просто кивнул.

— Почему же, заметив следы чудовища. А точнее Лешего, как вы выразились, вы не вернулись в деревню и не доложили обо всём священнику? Я заметил, что следы тварей были недалеко от вашего дома.

Тяжело выдохнув, Хартен кивнул.

— Вы правы, следы были, но… Тогда я ещё не знал, с чем имею дело. Думал, если тут и завёлся какой монстр, то, наверное, слабый, или же, если это что-то серьёзное, то, скорее всего, оно уже покинуло лес. Я не хотел раньше времени тревожить жителей деревни, как и священника. Им и так тяжело живётся. Ну а когда понял, с чем имею дело, оказалось уже поздно. Лешие просто игрались со мной. Я знал, что не смогу одолеть их, но и вести в деревню не собирался, а потому принял решение уводить их как можно дальше. В конце концов наткнулся на данную небольшую пещеру и просто ждал… Хоть чего-то. Благо, что появились вы. По гроб жизни вам буду обязан теперь, господин. Как, впрочем, и вся деревня.

Рагнар на это лишь слабо кивнул.

— Я лишь выполнял свой долг перед человечеством. Да и жители деревни уже сполна отплатили мне, разрешив поселиться у них и залечить свои раны.

— Хех.. Похоже что сама судьба свела нас господин.

Рагнар нахмурился от этих слов и всё же кивнул.

— Да… Похоже что то было ведомо Богу-Императору. И именно потому я оказался в вашем мире по его воле. Впрочем.

Хартен многое не понимал то что говорил ему воин перед ним. Что за Бог и Император и как он мог прислать его к ним? Может это кто то связанный с Богиней или ещё что то?

— Вы сказали, что этих тварей зовут Лешими. Многое ли вам известно о них?

Хартен быстро кивнул.

— О да, господин, конечно. У нас в семье из поколения в поколение передаются бестиарии. Книжицу эту начал вести ещё мой очень далекий предок. И все мы с детства изучали эту книгу от корки до корки и дополняли её новыми записями, если нужно. Так вот, там как раз и говорилось об этих самых Леших. Они же хозяева леса.

Затем Хартен начал пересказывать всё, что знал. А если точнее, то всё, что он помнил.

Воин перед ним, его молча выслушав, в конце лишь коротко кивнул и спросил:

— Осталась ли у вас ещё данная книга? Я хотел бы на неё взглянуть.

— Конечно, господин. Я буду рад поделиться с вами знаниями, как-никак вы совершили такое благое дело для нас. Правда, для этого придётся идти к моей хижине, а я…

Оглядевшись, Хартен пытался было вспомнить, откуда он пришёл, но как бы он ни осматривался, взгляд его не мог зацепиться за знакомые детали.

— Честно признаться, я не знаю, в какую сторону нам идти. Но будьте уверены, я сейчас осмотрюсь и, мигом найдя метки, поведу нас.

— Не стоит. Я знаю дорогу. Следуйте за мной.

Воин перед ним медленно надел шлем и двинулся в обратную сторону, ну а Хартен, не долго думая, двинулся сразу за ним.

***

Дорога обратно заняла не так уж и много времени, как путь, что он проделал, ища охотника. Также, несмотря на то, что он избавился от опасности, грозящей жителям в этом лесу, Рагнар не торопился расслабляться, несмотря на заверения охотника Хартена о том, что больше чем двух Леших в этом лесу быть не должно.

Впрочем, по поводу других монстров он уже выразился не так уверенно. В любом случае осматриваться и подмечать мелкие детали по пути ему ничто не мешало и не занимало это практически никакого времени, а потом он этим пользовался.

И к его большой радости, более он, как и Хартен, ничего примечательного по пути более не нашли.

Сейчас Рагнару хотелось как можно быстрее доставить Хартена к себе в хижину и посмотреть тот бестиарий, о котором ему говорил охотник, что, по его словам, там есть информация о многих тварях, что обитают в этом мире, хоть и не всех. Но даже если там будет хотя бы немного информации, это уже окажется для Рагнара немалым подспорьем.

Ибо слишком он мало знал об этом мире. И хотя он и одолел тех Леших, как высказался сам охотник, довольно-таки хитрых и умных зверей, что были весьма не слабы, всё же он не собирался из-за возгордиться и как-либо расслабляться. Ему ли было не знать, какие опасности могут поджидать в тех или иных уголках.

Взять, к примеру, те же миры смерти, на которых лично ему и его ордену не раз приходилось бывать. Даже для Астартес они были весьма опасны, что уж говорить об обычных людях. Хотя Рагнар был знаком с одним из Катачанцев и был наслышан об их родном мире, как и их доблести. Конечно, данный мир пока что и близко не смахивает на миры смерти, но это опять же вовсе не значит, что нужно не быть всегда наготове.

Недавний инцидент с Лешими это подтвердил. Что, несмотря на то, что они находились в довольно-таки большом отдалении от севера, даже здесь порой появлялись те же демоны, не говоря уже о монстрах.

Кстати о последних. Ему как можно скорее требовалось узнать о них. Хоть у них и было то же название, что и они Имперцы относили к тварям из варпа, Рагнар позже должен был признать, что, скорее всего, это две разные сущности. Возможно, что если раньше он встречал демонов, сотканных из энергий варпа, то здесь эти твари были созданы из так называемой маны, которую тот же Релан уже успел продемонстрировать Рагнару.

Очень жаль, что рядом не было какого-нибудь хорошего Псайкера, чтобы тот помог всё разъяснить, но придётся работать с тем, что есть.

Наконец они уже подошли к хижине охотника, и тот, с позволения Рагнара, быстро спрятавшись в доме, вскоре вышел оттуда с парочкой книг.

— Вот, господин Рагнар. Библиарий и несколько иных книг, что у меня накопилось. Можете оставить их себе, если нужно.

На последнее предложение Рагнар лишь покачал головой.

— Не стоит. Я верну вам эти книги завтра же. Не волнуйтесь, я могу запомнить всё, лишь раз прочитав, если, конечно, информация является важной. А судя по вашим словам, это так и есть.

— Хох, надо же. А вы, оказывается, ещё и учёный, не только воин.

— Не совсем. Просто я плохо знаком с данным миром и его обитателями, а потому получить информацию о том, насколько сильны местные твари и какие у них есть слабости, могут оказаться для меня полезны в будущем.

Затем, взяв секундную паузу и забрав книги, Рагнар поспешил удалиться. Свое дело он сделал: отыскал охотника, избавился от угрозы, что грозила деревне, а также вернул охотника домой целым и невредимым.

Напоследок стоило бы встретиться со священником и вернуться на ферму Йорна. Он немного поможет им, а потом погрузиться в изучение. Ночи ему будет достаточно, чтобы всё изучить и уже завтра вернуть всё. Конечно, он мог бы и забрать всё это, как и говорил охотник, или же на несколько дней оставить те у себя. Но, во-первых, данные работы были плодом трудов нескольких поколений, и не ему стоило распоряжаться ими. А во-вторых, Рагнар привык выполнять задачи быстро и качественно. А изучение информации, что хранилась в этих книгах, он как раз таки таковыми и считал.

— Что же. Я пойду и расскажу обо всём случившемся Релану. А вы отдохните и поешьте сегодня. Я передам священнику, что вы сможете встретиться с ним завтра.

— Ох-х, спасибо вам, господин Рагнар. Очень выручите старика. А то я и вправду очень устал после всех этих приключений.

Кивнув напоследок старику, Рагнар двинулся в сторону деревни. Впереди предстояло ещё слишком много работы.

***

Переходите на бусти ссылку на который я оставил в примичании к фанфику дабы поддержать автора и читать главы чуть раньше.

Всем спасибо за внимание и до скорых встречь.

Глава 8

Попрощавшись с охотником, Рагнар не спеша двинулся в сторону деревни. Для начала нужно было встретиться с Реланом и обсудить с ним всё произошедшее, вернуться на ферму к Йорну и убрать книги, попутно узнав, требуется ли деревенским помощь, после чего изучить всё написанное в тех самых книгах, что так любезно передал ему Хартен.

Попутно он также размышлял над прошедшей битвой, как и тем, что из себя представляли те звери, которых охотник назвал Лешими, они же хозяевами лесов.

Сам Рагнар считал последнее заявление слишком громким, так как Релан успел поведать ему и о драконах и о многих других тварях, как показать так и вкратце рассказать, насколько опасными те являются.

Сами же Лешие не показались ему столь уж грозными противниками. Хотя, конечно же, для обычных людей без хорошего вооружения и навыков справиться с ними будет не просто, но в целом… Ничего невозможного. Но то было бы в мире, где присутствует Имперская гвардия или иные силы, а здесь же.

В целом данный мир, как и думал Рагнар, можно было бы приписать к миру смерти и удивиться тому, что, несмотря на то, что населяющие этот мир люди и другие расы, то бишь гномы и эльфы, не являясь высокоразвитыми расами, при этом умудряются выживать в столь казалось бы опасном мире населённым сильными и опасными монстрами. Хотя опять же насчёт эльфов уже было можно поспорить, так как их почти уничтожили демоны. И теперь это по факту вымирающая раса.

По рассказам о них от священника Рагнар мог сравнить их с Эльдарами, но были как сходства, так и отличия, но для достоверной оценки ему было нужно самому изучить их. Поэтому этот вопрос можно было отложить на потом.

Кто знает, возможно, хоть какая-то дополнительная информация о них может храниться в книгах Хартена.

Вновь устремив мысли к недавней битве, Рагнар начал размышлять о том, насколько они могли бы быть сильны и опасны. Конечно, у деревенских бы не было шанса, это было понятно. Тот же охотник, несмотря на свои скудные навыки, признался, что у того не было бы ни единого шанса против них. Не то оружие и уж тем более навыки.

Сам Рагнар хоть и расправился с ними относительно просто, всё же задавался вопросом, насколько хорошо бы с ними справились местные. Авантюристы или же маги… Вообще, Рагнар взглянул бы на всех. И его до сих пор не упускала мысль насчёт тех самых магов и магии. Он не понимал, как и почему она работает.

Он был на множестве миров, и из почерпнутой то тут, то там информации он ни разу даже вскользь не слышал хоть что-то похожее, хотя… Стоп.

Рагнар на секунду замер.

— Конечно же… Как я мог про это забыть.

Рунные жрецы космических волков.

Они были не совсем обычными псайкерами в том понимании который знал сам Рагнар.

Рунные жрецы черпали силу напрямую со своего родного мира Фенриса при помощи рун и обрядов.

Сам Рагнар не знал многих деталей, да и было ему это не положено знать. Рунные жрецы держались обособленно, несмотря на то что говорили, что их сила никак не связана с варпом и не вредит окружающим.

Теперь же Рагнар очень жалел, что не попытался узнать всё более подробно. А именно, как они пользовались своими силами, но да ладно, уже ничего не поделаешь, да и, как говорилось ранее, не то чтобы даже начни Рагнар спрашивать их об этом, навредят ли бы волки просто так поделились бы своими знаниями или как-то иначе рассказали бы о своих силах.

Ведь несмотря на то, что его Орден Пепельных Клинков старался вести дружеские отношения со всеми своими кузенами, всё же у всех, и у них в том числе, были свои секреты, и все они относились к этому с пониманием, так что…

Возвращаясь же к вопросу о том, что это магия такое и откуда она взялась, Рагнар мог предположить, что, скорее всего, маги черпали силу с этого мира, как и рунные жрецы со своего. Это бы многое объяснило.

Но не объясняло другого: как при всём этом на одной планете могли сосуществовать несколько рас, то бишь люди, эльфы и гномы. К этому всему, конечно, можно было бы прописать и демонов, но Рагнар не до конца понимал, что те из себя представляют, так что и выводы делать было поспешно.

И всё же три на данный момент известные ему расы каким-то образом оказались на этой планете и даже сосуществовали друг с другом.

У Рагнара было множество мыслей по поводу того, каким образом оказались здесь люди или же другие расы, начиная от просто-напросто корабля поколений, что был пущен людьми ещё задолго до того, как люди начали покорять галактику. Заканчивая тем, что какой-нибудь корабль просто-напросто закинуло сюда, и люди просто не смогли сохранить технологии и т. д., что выглядело бы весьма… странным.

Ведь что-то да должно было сохраниться у людей. А что насчёт эльфов и гномов? Были ли они, как и Огрины с Ратлингами, просто ответвлением от тех людей, что оказались в этом мире, в попытке обуздать сей мир при помощи тех технологий, что у них тогда ещё могли сохраниться?

В общем и целом гипотез у Рагнара было множество. А так как он не знал, почему Император отправил его в сей мир, он будет стараться выяснить всё.

Наконец он подошёл к церкви, где жил и служил священник Релан. Слегка постучавшись — скорее из вежливости, чем по необходимости — отворив двери, Рагнар вошёл внутрь.

В каком-то смысле ему даже повезло: ещё в прошлый раз он отметил что здание оказалось достаточно просторным, чтобы он мог без труда в него войти, и в нём находится не испытывая неудобств из за роста и броню. Конечно, сама мысль о том, что люди поклоняются кому-то, кроме Императора, возводят храмы и посвящают им жизнь, вызывала у него внутреннее неприятие. Однако, углубившись в вопрос того, кому именно поклоняются жители этого мира, Рагнар решил пока оставить всё как есть.

Во-первых, обитатели данного мира не знали ни об Империуме, ни об Императоре Человечества.

А во-вторых, он не был ни капелланом ни иным служителем веры, чьим предназначением являлось насаждение и обращение веры в массы.

Он был воином.

Ни больше ни меньше.

(Прим. автора: кто узнает отсылку и то, кто произносит эту фразу — пишите в комментарии.)

И в-третьих… многие из его собратьев и кузенов вовсе не считали Императора богом в привычном смысле этого слова. Да, они признавали его величайшим и могущественнейшим человеком, правителем, но не объектом религиозного поклонения.

К примеру, волки с Фенриса почитают Императора как Всеотца, а не как божество. Были и другие — те же Саламандры, да и его собственный орден: они не обожествляли Императора, но видели в нём величайшего из людей. Того, кто пожертвовал своим бессмертием и собой ради человечества — и продолжает делать это вот уже на протяжении десяти тысяч лет.

Сам Рагнар также не считал Императора богом. Как и многие другие, он видел в нём величайшего из людей и защитника человечества, без которого люди вряд ли когда-либо достигли бы нынешнего могущества.

И всё же… недавно он стал личным свидетелем того, что Император — нечто гораздо большее, чем просто человек, пусть даже и величайший. Был ли он богом в полном смысле этого слова — таким, каким его описывают служители Экклезиархии или другие люди, — Рагнар не знал. Да и, по правде говоря, он считал что навряд ли вообще кто-то знал об этом.

Как он однажды слышал: каждый приходит к вере по-своему и в свой час. Чаще всего — на пороге смерти или в момент величайшей нужды.

И, похоже, что когда Рагнар воззвал к Императору, моля его дабы тот сохранил его душу, то он не просто спас его.

Он даровал ему новую жизнь.

И новую цель.

Какую именно — Рагнар пока что не знал. Но он сделает всё, что в его силах, чтобы не подвести его.

Или же погибнет пытаясь.

***

— Милорд Рагнар. Вы уже вернулись.

Священник вышел навстречу, и, остановившись, Рагнар, осмотрев того с ног до головы, медленно кивнул.

— Да. Я нашел охотника, сейчас он дома, цел и невредим, хоть и устал. Сейчас ему требуется отдых, но завтра он обещал навестить вас и обо всем доложить.

Священник же благодарно кивнул.

— Что же, я рад, что с ним всё в порядке. Но, судя по вашим словам, вы не зря отправились его отыскать.

— Нет, не зря. В лесу я встретил монстров, следы которых, похоже, Хартен и заметил. Они планировали поиграть со своей жертвой или же чтобы охотник привел их в деревню. Конечно, они бы прошли в нее и без его помощи, но, думаю, они хотели застигнуть вас врасплох. Ведь главную угрозу для них в деревне, насколько я успел выяснить, представляете именно вы.

Релан же лишь удивленно вскинул брови.

— С чего вы так решили? Если то были монстры, то навряд ли они обладают таким умом. Разве что это бы могли быть демоны, но…

— Хартен сказал, что это лешие. И твари эти были весьма хитры и умны, вот только они недооценили меня, а потому поплатились своими жизнями.

Священник вдруг сильно задумался.

— Вот как. Что же, прошу прощения. Я кое-что слышал про этих леших, но вот…

Покачав головой, Релан тяжело вздохнул.

— Вы правы, лучше я завтра поговорю с Хартеном. Думаю, что он, как охотник и бывший следопыт, поведает мне о них подробнее. Надеюсь, что более ничего странного вы там не встретили?

— Пока что нет. Хотя меня и интересует, каким образом и почему сейчас появились те твари. Но гадать в данном случае пока что бессмысленно. Я каждый день обхожу поселение в поисках следов и других знаков, и, после того как убедился, что более никакая опасность не грозит людям, двинусь в путь.

Релан вновь слегка удивился.

— Планируете так скоро уйти?

Рагнар же лишь просто кивнул.

— Я бы ушел еще раньше. Но мне еще нужно в кое-чем разобраться и проконтролировать, что все хорошо. А так я бы ушел и того раньше.

— Понятно…

Немного помолчав, Релан вдруг спросил:

— Уже решили, куда двинетесь и что планируете делать? Если это не секрет, конечно.

— Не то чтобы…

Пожав плечами, Рагнар ответил:

— Планирую отправиться в ближайший город, получить там дополнительную информацию, а затем отправиться в столицу. Нужно выйти на связь с местными правителями. И уже дальше строить новые планы.

Релан вновь кивнул.

— Понятно, что же, желаю удачи. Если я вам понадоблюсь, вы знаете, где искать меня.

— И вы, Релан. Если увидите что-то подозрительное или у вас будет другая информация, сообщите мне.

Наконец, уважительно друг другу кивнув, Рагнар двинулся к выходу.

***

— Фрирен, сзади…

Это было единственное, что успел сказать Гиммель, ведь уже в следующую секунду ему пришлось блокировать вражеский выпад. Айзен тем временем сражался с другим монстром чуть в стороне, а Хайтер в центре, призывая силы богини.

Фрирен, как та, что стояла позади и дальше всех, услышав голос соратника, не раздумывая ни секунды, быстро развернувшись, воспроизвела заклинание и, лишь вскользь увидев врага, произвела выстрел.

— БУМ…

— Ещё один.

Это был уже Хейтар, что спешил сотворить атакующее заклинание, но не успевал, а Фрирен тем временем только и успела, что взглянуть в сторону и ждать удара, так как воспроизвести новое заклинание она не успеет, как и уклониться, но тут…

— ДУМ…

Мимо неё пролетел снаряд, на огромной скорости врезавшись в монстра и сбив её своим телом. Этим чем-то, как ни странно, был…

— Айзен.

Но вновь им пришлось в спешке сотворять заклинание, ведь монстры всё наступали, не давая героям ни секунды передышки.

Спустя пару минут герои наконец покончили с основной угрозой и, добив остатки, что почему-то всё продолжали лезть на них, не ведая страха или же инстинкта самосохранения, смогли перевести дыхание.

— Фух… Это был непростой бой. — Проговорил Хейтар, тут же потянувшись к своей фляжке и начав делать первые глотки.

— Фу-у, алкогольный святоша. Тебе не стыдно? Мы ведь только закончили бой.

— Ах-х-х, но ведь это нектар богов. Поэтому и пить его после битвы — это самое то.

Тут к ним начали подходить Гиммель и запыхавшийся Айзен.

— Ребят, а вам не кажется наша недавняя битва странной?

Айзен недоумённо покачал головой. Хейтар снова припал к своей фляге. А Фрирен же, ненадолго задумавшись, кивнула.

— Да, ты прав. Обычно монстры так себя не ведут. И уж тем более они не встречаются в таких количествах.

— И что же это может значить? — Спросил задумчиво Айзен.

— Может, их что-то привлекло?

Наконец, убрав флягу, задал вопрос священник.

— А может, их специально каким-то образом натравили на нас.

Обдумав слова Гиммеля, Фрирен кивнула.

— Да… Я почувствовала странную магию от них, думаю, это могло быть дело рук демонов. Но, к сожалению, пока что я не смогу этого ничем ни доказать ни опровергнуть.

— А что нас ждёт в дальнейшем пути?

— Ну-у-у…

Задумавшись, Фрирен открыла свой чемодан и, покопавшись в нём пару минут, достала карту.

— Во-о-от она. Нашла наконец.

— Та-а-ак…

Гиммель взял карту с рук эльфийки и, вглядевшись в неё и на пару минут задумавшись, передал ей Хейтару, а тот дальше по кругу.

— Ну… Мы недавно покинули город. Охрана там достаточная, да и большую часть монстров, я думаю, мы уже убили, и навряд ли нам встретится что-то серьёзное, так что, думаю, ему сейчас ничего не угрожает. В отличие от деревень, что лежат дальше. Предлагаю двинуться к ним. А если точнее, пройтись по всем близлежащим. Благо, что их не так уж и много.

Задумавшись, вся группа единолично согласилась на это.

— Ты прав. И если это и вправду рук демонов… А даже если и нет, и тут начали заводиться монстры, то нам стоило бы поспешить. Ведь не факт, что уже даже сейчас какая-нибудь из них не подверглась нападению.

— Вы правы, но…

Оглядев группу и в целом окружающий их участок, Гиммель печально вздохнул.

— Перед этим нам стоило бы отдохнуть. Мы и так потратили немало сил на недавнюю битву, а нам ещё нужно пройти немалое расстояние, и кто знает, с какими опасностями мы встретимся дальше. Так что мы должны быть наготове и полны сил.

— Хорошо значит двинемся на рассвете?

Затем все взгляды мужчин были устремлены на эльфийку, что недоумённо начала переводить свой взгляд с одного члена группы на другого.

— Что?

Тяжело выдохнув на недоумённый вопрос, решил ответить Айзен.

— Мы просто надеемся, что ты проснёшься завтра с утра.

Поникнув от того, что её группа начинает не доверять ей в этом, Фрирен опустила голову.

— Простите. Я обещаю, что проснусь завтра раньше всех.

Гиммель на это лишь посмеялся и, приблизившись, погладил голову девушки.

— Не волнуйся, Фрирен. Конечно же, мы тебе доверяем.

Затем, обустроив лагерь и поев, группа собралась отдыхать.

И, как они и думали… Эльфийка так и не смогла встать с утра.

***

Вильфун мрачно наблюдал за тем, как его небольшая армия несётся вперёд и начинает погибать от рук небольшой группы авантюристов.

Смотря на всё это, демон было и сам вступить в битву, но… В отличие от своих многих сородичей Вильфун хоть и был, как и они, достаточно-таки горд, но он не был, как и они, глуп. И понимал, когда стоит напасть, а когда отступить.

Да, группа сейчас казалась более уязвимой и уставшей, но демон не спешил этому верить.

У него была ещё небольшая армия и пара соратников. Город, конечно, у них уже не получится разорить, а вот пару окрестных деревень — более чем.

Также демон был уверен, что данные авантюристы после отдыха двинутся в нужную ему сторону, и когда они увидят на местах пепелищ и подготовленную им засаду…

Вот тогда-то он и нанесёт свой удар.

А что же до понесённых им недавно потерь, ну…

Всякий сброд всегда можно будет восполнить заново. И в отличие от многих других, ну разве что кроме эльфов, ему некуда было спешить.

Ведь впереди у него была целая вечность.

***

Не забывайте переходить на бусти ссылка на который указан в примечании к фанифуку. В целом сейчас там буду главы выходить чаще и плюсом вы подержите автора.

Итак, дорогие читатели, постоянно встречается один вопрос в комментах, который, я думаю, стоит прояснить.

Писали по поводу ИИ и того, что слишком много я её добавляю в фик. Да, ребята, не спорю, и я даже где-то говорил об этом, что я использую ИИ в написании, но... В последних главах я практически прекратил это делать.

Я просто проводил эксперимент вначале скажем так и хотел узнать, а получится ли вообще с помощью ИИ написать нормальный и внятный текст. И что могу сказать. Если постараться и т.д. то с ИИ и вправду можно писать тексты, и она, может, даже напишет вам первые 2, максимум 3 главы более-менее внятно и адекватно, но затем она уже перестаёт писать что-то более связное.

И да я забыл ещё добавить также то, что и те первые главы, которые писала ИИ, нужно редачить и подправлять, так что даже это она не сделает совсем всё за вас.

Короче, подведя итог, я хотел попробовать, понял, что пока что ИИ в целом хоть и может помочь писать, но пока что не способна делать это полноценно за вас. Уверен, что через пару лет, если нейронки продолжат развиваться в том же темпе, то тексты, думаю, уже будут получаться нормально, но пока что я не думаю, что с помощью ИИ можно написать что-то толковое. И, честно говоря, я уже сам устал от того текста, что выдаёт нейронка.

Также я начал ещё замечать как читатель, что в популярных в последнее время начали попадаться целые фанфики, написанные только при помощи одной нейронки, и это даже кто-то читает, и многим это нравится, хотя я честно пытался, и мне не зашло, слишком много всего несвязанного текста выдаёт нейронка а авторы даже не пытаются как то привести его в читабельный вид.

Опять же, не думаю, что я прям сильно хорошо буду писать без нейронки, но я буду стараться. В целом вы уже можете видеть то как я в первых главах писал с помощью нейронки а в дальнейшем уже без.

Вот, в принципе, и всё что я хотел донести до вас. Нейронкой я больше не пользуюсь, а тока редачу текст и делаю арты. А всё остальное я делаю сам. В начале да, я попробовал, что-то в целом получилось что то не получилось, но дальше уже всё. Я делаю всё сам. Надеюсь что этот вопрос мы с вами закрыли ну а на этом у меня всё.

Всем спасибо, что читаете, и всем пока.

Глава 9

(Итак, ребята, возможно, эта глава не оправдает ваши ожидания, но она необходима для раскрытия персонажей в дальнейшем сюжете, так что... Терпим, ребята. По поводу ошибок или же иных дыр пишите в коменты, я все их читаю.)

— Сестра-а…

Открыв глаза, девушка, зажмурившись от падающих на её лицо лучей солнца, прикрыла глаза рукой и медленно приподнялась от земли. Повернув голову в сторону доносящегося звука, Энри, как и ожидалось, увидела невдалеке своего младшего брата, что бежал в её сторону и попутно махал ей рукой со счастливой на лице улыбкой.

Улыбнувшись и помахав своему брату в ответ, девушка, прикрыв ладошкой своё лицо, сладко зевнула и, осмотревшись, недовольно цокнула. Тень от единственного дерева на холме, у которого она и отдыхала, сдвинулась в сторону.

Поднявшись с мягкой травы, на которой она ещё совсем недавно сладко дремала, девушка, подняв так же свой шарф и отряхнув как его так и себя, сделала пару шагов, вновь оказавшись в тени дерева. Но в этот раз не стала ложиться вновь, хоть ей и ужасно хотелось вновь лечь спать, а лишь просто-напросто присела у дерева дожидаться своего младшего брата.

— Ну, Элден, что же такого случилось, что ты вновь решил меня потревожить?

Брат девушки, наконец добежав, первое время лишь просто-напросто приводил в порядок своё дыхание, после чего, взглянув на сестру, широко улыбнулся.

— Мама сказала, что ужин скоро будет готов и что тебе вредно столько спать. Поэтому собирайся и пошли домой. Гривар и Арчи с папой скоро вернуться с полей.

— Оу…

Подняв взор на небо, девушка лишь сейчас поняла, что время движется к вечеру. Похоже, что она провела здесь времени больше, чем ожидала.

Но, немного подумав, она поняла, что это было неудивительно. Ведь, как и мама, она просыпалась рано утром, чтобы приготовить еду, да и в целом привести весь двор и дом в порядок попутно накормив и напоив скотину что была у них дома. А затем накормить старших братьев с отцом и проводить их в дорогу дабы и дальше продолжать помогать маме по хозяйству, попутно следя за непоседливым младшим братом.

Время на отдых у неё появлялось лишь после полудня, до того времени, как братья с отцом не начнут возвращаться с работы на полях снова домой. Потому-то Энри и лежала здесь. Это было её излюбленное место, а рядом также был замечательный лес, в котором можно было найти не только красивые виды, но и сладкие ягоды с фруктовыми деревьями, что изредка прорастали в нём.

Девушка часто проводила время и в лесу, и на этом холме, так как тут не бывало людей. Она в целом любила одиночество и тишину, а потому и предпочитала вот так вот отдыхать и проводить время, наедине в отличие от её младшего брата.

— Что же, тогда давай возвращаться.

Тяжело выдохнув, Энри начала вновь подниматься и поправлять шарф, как вдруг Элден схватил её за руку.

— Подожди, давай сходим в лес и немного соберём фруктов с ягодами. Всё равно папа с братьями сегодня вновь задержатся на полях, а так мы и передохнуть ещё успеем, и перекусить вдоволь.

Вновь взглянув на небо и сверившись в голове со временем, девушка неохотно кивнула и, улыбнувшись, потрепала своего брата по голове.

— Ну что же, хитрый негодник, пусть будет по-твоему.

— Эй-й… И ничего я не хитрый. Ну-у-у… Хватит портить мою причёску.

Элден начал бурчать и пытаться вырваться из коварных пут своей сестры, пока она тем временем весело посмеивалась, но вскоре всё же, пожалев его, позволила тому вырваться.

— Ну ладно, пошли, а то и вправду опоздаем.

Затем, немного подумав и улыбнувшись, она, взглянув на своего брата, быстро проговорила:

— Кто первый спустится с холма, тот победил.

И, не дожидаясь своего брата, быстро побежала вниз.

— Эй-й, стой, так нечестно.

Впрочем, несмотря на свои выкрики, Элден всё-таки побежал за своей сестрой и закономерно всё же проиграл этот забег.

Даже несмотря на её не столь честную победу, Энри бы всё равно бы выиграла этот забег, ведь она просто-напросто была куда старше своего брата, да и бегала она весьма неплохо, хоть и любила большую часть свободного времени отдыхать. Вот только в том-то и дело, что свободного времени у неё было немного, а потому, хотела она того или же нет, ей всё же приходилось держать себя в форме.

— Не волнуйся, братец, может быть, через пару лет у тебя получится выиграть свою сестрёнку, но а пока тебе и остаётся что только признать моё величие. — Проговорила Энри в величественной позе, поправляя свою короткую стрижку.

— Бе-е-е… Это было нечестно. Да и вообще я ещё маленький, вот подрасту и потом увидишь.

— Ну что же, с нетерпением буду этого ждать. — Ответила Энри, вновь взъерошив волосы своего брата, от чего получила очередную порцию недовольства.

— Ну-у-у-у, хватит уже…

Наконец закончив дурачиться, они двинулись в сторону леса, и Энри в очередной раз взглянув на своего брата, заметила его немного отличимое от обычного поведение.

— Элден, всё в порядке? — спросила девушка, глядя на своего брата.

Остановившись у самой кромки леса, мальчишка встал в ступор и, глянув на свою сестру, опустил взгляд, после чего тяжело вздохнул.

— Скажи, сестрёнка, ты ведь… Скоро уйдёшь?

Девушка в легком удивлении приподняла брови.

— С чего ты взял это?

— Просто… Сегодня к маме пришла одна женщина с мужчиной. Мама сказала мне пойти погулять, но, не удержавшись, я решил подслушать, о чём они говорят.

Нахмурившись, девушка спросила:

— И?

Не поднимая взгляда, мальчик ответил:

— Ну-у-у… Они говорили о том, что хотят женить Арчи на ком-то из девушек. Говорили, что он уже стал большим и что Гривару так-то тоже пора.

В груди у Энри что-то кольнуло.

— И…

— И-и-и…

Подняв взгляд, мальчик, глядя в глаза своей сестры, тихо продолжил:

— Они сказали, что также хотят выдать тебя за своего сына. Что ты ему понравилась, как и им… Ну и всё в таком духе.

Сердце девушки пропустило удар. Она, конечно, всегда знала, что ей в скором времени придётся выйти замуж и что, возможно, она выйдет замуж не по любви и ей просто-напросто кого-то навяжут, но… Так скоро…

Нет, она, конечно, знала, что люди женятся рано и что та же мама её вышла замуж в семнадцать, в то время как её отцу было девятнадцать, но даже так…

Осознавать это и принимать — весьма разные вещи. Да, ей тоже как и матери уже было семнадцать, и по всем правилам её уже следовало выдать замуж, но она надеялась, что родители не согласятся выдать её… По крайней мере, так рано, так как несмотря ни на что, она всё ещё была нужна родителям, наблюдать за хозяйством и т. д. Но теперь, если вдруг её братья женятся, в доме появятся новые женщины, и тогда… Она уже, по сути, будет не нужна.

— Понятно.

Не говоря больше ни слова и не глядя на брата, она двинулась дальше в лес, пока её брат тем временем медленно и тихо шагал за ней.

Они быстро нашли кусты с ягодами и тихо принялись их собирать. А если точнее то основную работу выполнял Энри в то время как девушка всё делала механически и в основном её мысли крутились вокруг её будущего.

Она очень не хотела выходить замуж… По крайней мере, не так рано. Но и так же она понимала, что противиться или же как-то иначе помешать этому не сможет. Только если, конечно же, не сбежит куда-нибудь.

Но куда ей было бежать? Умела она лишь только следить за хозяйством, немного готовить да и шить тоже. Такими способностями на самом деле могли похвастаться многие девушки, а она же? Куда она пойдёт и кому будет нужна. Что ей нужно будет в конце концов делать?

Задумавшись и тихо хмыкнув, понадеялась, что хотя бы парень, за которого её выдадут замуж, окажется достойным женихом. И ненамного её старше.

Прецеденты уже были.

К примеру, её подругу, что была ей ровесницей, выдали замуж за взрослого мужика, что лишился жены на очередных родах. И так как у него была неплохая ферма с хозяйством и т. д., родители девушки, не долго думая, отдали свою дочь ему. Так как у них была ещё одна. Да и партия, как они решили, оказалась весьма неплохой.

В общем, не стоило и говорить о том, как её подруге всё это не сильно-то и понравилось и как она её тогда успокаивала. Произошло это, кстати, пару месяцев назад, так что воспоминания были довольно-таки свежи в её памяти.

— Сестра, пойдём домой?

Энри вздрогнула, вынырнув из мыслей. Взглянула на брата, что уже набрал немного фруктов в корзину, благо она у них всегда была с собой. Взглянув на небо, девушка увидела, что им и вправду уже стоило бы направиться домой, вот только… Она в то же время и очень не хотела идти туда, ведь знала, какой разговор предстоит ей с родителями. И знала, что не сможет уговорить их остаться с ними ещё на какое-то время.

Поступившие было к глазам слезы девушка с силой сдержала, так как очень не хотела, чтобы те видел её младший брат, и лишь тихо улыбнувшись, ответила:

— Д-думаю, мы могли бы ещё ненадолго остаться и посмотреть. Я помню, что тут недалеко росло дерево с грушами, может, как соберём их, пойдём обратно?

— Тут правда есть груши? Здорово! Конечно, давай. Думаю, ничего страшного не случится, если мы разок опоздаем.

Сглотнув подступивший ком к горлу, девушка кивнула и двинулась к случайному направлению. Конечно, никакого дерева с грушами тут не было. А если точнее, то если и было, то она о нём не знала. Просто она не хотела сейчас возвращаться домой. Она также понимала, что оттягивает как может разговор. Вот только ничего поделать с собой не могла.

Может же и она хоть иногда побыть эгоисткой?

И всё же, пройдя ещё какое-то время и так не найдя никакого дерева с грушами, они зато нашли ещё несколько кустов с ягодами и, собрав их, всё же были вынуждены идти обратно домой.

Солнце уже медленно терялось, и потому, пока окончательно не стемнело, им стоило выйти хотя бы по крайней мере из леса.

То, что их могут поругать родители за то, что они были так долго, девушка почему-то не боялась.

«Какая разница, если они всё равно скоро отдадут меня чужим людям».

Выйдя из леса и пройдя мимо дерева с холмом, у которого ещё недавно дремала Энри, они наконец вышли к тропе, что вела их к деревне и к их дому в частности. Впереди уже виднелся очередной овраг, за которым им открылся бы вид на пару десятков домов, в окнах которых отдавал бы блеск пламени, а в трубах, соответственно, дым.

Вот только когда им предстал вид на деревню, они увидели совсем не то, что ожидали.

Сначала они увидели яркие всполохи, затем как над домами и не только возгорается пламя, а затем и крик… Нет, не так. Они слышали крики. Крики людей, животных… Крики всех жителей деревни, их соседей и… Даже родных. А над всем этим кружили разные и ужасные твари, даже вид которых повергал девушку в ужас.

— Сестра…

Она не услышала голоса, зато почувствовала, как кто-то тянет её за руку.

Переведя взгляд, она увидела ошарашенный вид своего брата, и тут её сознание наконец пришло в норму.

Если бы она сейчас была одна, она бы, возможно, тут же бросилась к деревне или же просто-напросто упала тут же ничком, сильно плача, привлекая тем самым внимание этих тварей, не в силах пошевелиться.

Но из-за того, что она была в полном шоке, как и её младший брат, из-за чего они не смогли вымолвить, возможно, что именно благодаря этому они и остались в живых.

— Сестрёнка… Это ведь сон?

Полностью не осознавая своих действий, девушка взяла своего брата за руку и, подгоняя своего брата, который волочил ноги лишь на автомате и попутно оглядывался назад, не понимая, что происходит, — куда мы идём? А как же… Как же…

Остановившись, Энри взглянула в глаза своего брата.

— Смотри на меня, Элдин, слышишь?

Но её брат, казалось, не слышит. Он недоумённо смотрел то на неё, то в сторону деревни, не понимая, что делать и что вообще происходит.

— Ты…

Прозвучала легкая пощечина, от которой Элдин ненадолго пришел в себя. Он хоть и почувствовал боль и в обычной ситуации, возможно, заплакал бы, но сейчас…

— Элдин, нам нужно немедленно уходить, ты слышишь меня? Элдин, нам нужно бежать, ты ведь быстрый мальчик и сможешь бежать, ведь так?

Мальчик тихо отвёл свою руку от лица и, взглянув на руку, перевёл взгляд на свою сестру.

— А как же… Мама… Как же папа и… наши братья…

С трудом сдерживая слезы, Энри не придумала ничего лучше, чем сказать первые посетившую её мысль.

— О-они нас скоро догонят, слышишь? Нам лишь нужно как можно скорее уйти отсюда, и они нас догонят, ты понимаешь?

— Н-но как же…

— ПРОШУ ТЕБЯ, ЭЛДИН!

Глаза мальчика вновь округлились, ведь это был первый раз, когда его сестра на него закричала и вела себя так…

— Элдин, мой милый. Сейчас не время, делай, как я говорю. Все вопросы оставь на потом, понял?

Он смог сделать лишь легкий кивок, как девушка его вновь потянула за руку, и они вновь побежали.

Вновь мимо их взора пронёсся тот самый холм, но на этот раз они даже не обратили на него внимания. Затем они оказались в лесу, а если точнее, то Энри попыталась вывести их на второстепенную тропу, о которой она знала и которая вела их в другую деревню.

Девушка сразу же сообразила, что если им и стоит где ждать помощи, то только в другом поселении, и даже если им там не помогут, то они, по крайней мере, предупредят всех. Осталось лишь добраться туда раньше, чем туда прибудут те твари, которых девушка со своим братом видели в деревне.

— Мама рассказывала, что там есть жрец… Они помогут нам… Обязаны помочь.

Слёзы потекли с глаз девушки, ведь теперь она не могла их сдерживать. Но вскоре стало очевидно, что то, на что она надеялась, произойдёт ещё не скоро…

— Ай…

Элдин больше не смог держать темп и, поскользнувшись, упал.

— Дура… Какая же я дура.

Быстро осмотрев своего брата, она обрадовалась, что никаких серьёзных травм тот не получил, но всё-таки бегать тот больше не мог.

— Я понесу тебя, слышишь? Нам нужно спешить, Элдин.

Не дожидаясь от него слов, она подхватила его на руки и тут же было бросилась дальше, как вдруг…

— Аргх…

Сверху на неё спикировала какая-то птица, больно саданув девушке по лицу, но на этом та не остановилась.

Птица, сделав очередной круг, вновь набросилась на девушку, но в этот раз она не смогла удержаться на ногах и выронила своего брата.

— Нет…

Увидев, как Элдин ударился, девушка впала в панику и подняла взгляд. В небе теперь показались ещё несколько птиц, несколько из них бросились к ней, и девушке не оставалось ничего, кроме как защищаться руками от острых клювов и когтей птиц, как вдруг не услышала страшного…

— А-а-а, сестрёнка…

С трудом она смогла разглядеть, что творилось впереди, и увидела, как одна из птиц напала на её младшего брата. Очередная волна паники захватила девушку и что-то ещё. Не в силах держаться дальше, она, не понимая, что делает, высвободила наружу то, что хранилось у неё внутри.

— ПРОЧЬ!!!

Из её глаз, как и тела, полился золотой свет. Кусок леса, в котором она пребывала, окрасился в золотой, а сами птицы, что были в этот момент рядом, тут же испарились, как только сила этой девушки ударила по ним.

Не понимая до конца своих действий и действуя на интуиции, девушка подбежала к своему брату и увидела, как от её прикосновения его раны тут же затягиваются. Мальчик погрузился в сон, и девушка, облегчённо выдохнув и подхватив его на руки, вновь бросилась бежать.

Как можно быстрее и дальше от того кошмара, что захлестнул их…

***

Паря в небе, Вильфун лениво наблюдал за тем, как горит очередная деревня и как медленно и мучительно погибают его жители. Честно говоря, ему было плевать, как они погибнут. Но ему нужно было оставить послание для тех, кто идёт за ним по пятам, но никак не догонит его.

Из-за тех четверых ему пришлось менять свои планы, а Вильфун очень не любил, когда его планы рушатся. А если точнее, то ни один демон не любил этого.

Но что уж тут поделать. Приходится подстраиваться под новые реалии. Пусть знают, что, спасая кого-то одного, они лишили жизни других. Вильфун надеялся, что он сможет посеять в сердцах тех, кто шёл за ним, страх и сомнение… То, чего демоны были в принципе лишены.

Так бы и продолжался его очередной день и вечер, пока в один миг он не почуял странное.

Переведя взгляд, он сначала почувствовал странную силу, что вырвалась где-то в лесу, а затем он увидел яркий и золотистый свет, что озарил небольшой такой участок в нём.

В легком удивлении приподняв бровь, Вильфун быстро двинулся в ту сторону, впрочем, не забывая об осторожности.

Помимо всего прочего, он заранее расставил вдали зверей в виде птиц и других тварей, чтобы те не дали случайным прохожим, во-первых, войти в деревню незамеченными, а во-вторых, не дать уйти из неё.

Незадолго как умерли его звери, он получил от них сигнал о том, что кто-то пробирается сквозь лес, и дал команду убить тех, так как думал, что они справятся, но, видать, случилось непредвиденное.

Прибыв наконец на место и не почувствовав рядом никого, первое, что он заметил, — это очевидное место битвы. И тот самый свет, который он увидел, был призван отсюда…

— Значит…

Взмыв вновь в воздух, он начал осматривать лес, пока наконец не почувствовал две жизни. Одна побольше и другая поменьше.

— Дети?

Наконец он увидел, как по лесу бежала девушка, которая в руках также несла ещё и мальчика. Но что он не смог понять, так это того, что с ними было не так.

— Кто вы такие?

Он чувствовал в них магию и одновременно что-то… Иное? Сильно отличимое от неё.

Немного подумав, Вильфун решил дать сбежать этой девочке. Насколько он знал, дальше впереди находилась ещё одна деревня, и, по его информации, там также находился один из священников.

Хорошо, что он незадолго до этого отправил в ту сторону Леших.

— Надеюсь, что эти зверки порадуют меня, ну а пока что…

Переведя взгляд обратно на догорающую деревню, он тяжело вздохнул. Не то чтобы ему это требовалось, просто он видел, как это часто делают люди, и нехотя перенял их жест.

— Стоило бы закончить для начала здесь.

(Вильфун)

***

Не забывайте переходить на бусти ссылка на который указан в примечании к фанифуку.

Сейчас там доступно + 2 главы.

Глава 10

Элдин не могла точно сказать, как долго она уже бежала, ибо время перестало иметь для неё хоть какое-то значение, как и, впрочем, усталость… Хотя, если задуматься, то она уже давно должна была понять, что это было довольно-таки странно. Ведь несмотря на то, что она и была довольно-таки не слабой девушкой, и всё-таки она прекрасно осознавала, что даже пара минут бега с грузом на руках будет непростым для неё испытанием.

Но, несмотря на всё это, она продолжала бежать на вскидку вот уже как несколько часов. В голове её была лишь одна задача и мысль — спасти себя и своего брата. Добежать до безопасного места и уже на месте решать, как быть дальше.

Возможно, в других обстоятельствах она бы и задумалась о своём странном состоянии, как и о том свете, что вдруг вырвался из неё и истребил тех птиц. А то, что свет лился из неё, она могла сказать точно. Как и то, что этот же самый свет залечил раны её брата, как и её собственные которые успели нанести та стая птиц. Да и, как предполагала сама девушка, психика у него тоже, навряд ли после такого была в хорошем состоянии. Как, впрочем, и у неё. Но опять же… Пока у неё была цель, ей удавалось не впадать в отчаяние и не думать о посторонних вещах.

Девушка даже не заметила, как в какой-то момент наступил рассвет, и лишь блики солнца, что упали ей на глаза, заставили её немного задуматься о том, что, возможно, они уже убежали далеко и что ночью навряд ли на них кто-нибудь нападёт. Девушка не знала почему, но ей, как и многим другим, почему-то казалось, что монстры ведут свою охоту лишь ночью, а вот когда уже начинает светить солнце, то тогда монстры скрываются в своих пещерах и вновь выходят наружу при наступлении темноты.

Ди то что она недавно застала нападение на свою деревню именно к ночи о многом ей говорило.

Вдруг откуда ни возьмись на лицо девушки вдруг упала огромная тень, а перед ней будто из воздуха возник огромный, почти трёхметровый воин в доспехах и громадным мечом, казалось бы, в рост взрослого человека.

С огромным трудом ей удалось остановиться, прежде чем врезаться в этого воина. Она не понимала, как реагировать на это, ибо… Выглядел он страшно и внушительно. Да так страшно, как, казалось бы, её даже те монстры, что недавно напали на её деревню, не пугали.

Затем, постояв на месте пару секунд и поняв, что нападать он на неё не собирается, девушка, слегка расслабившись, проговорила.

— К-кто вы?

Повисла пауза, проем которую спустя пару секунд огромный воин перед ней прервал.

— Я Астартес. Воин человечества и Его ангел-смерти. Он направил меня в этот мир, и сегодня я вдруг встречаю тебя… Так поведай же мне, дитя, от чего ты бежишь и что с тобой произошло.

— М-мы… Я…

Попытавшись было вновь заговорить, девушка почему то лишь в этот миг ощутила завалившуюся на неё усталость. И более не ощущая опасности как за себя, так и за брата, её организм наконец сдал, и девочка потеряла сознание.

Рагнар, видя состояние девушки, среагировал немедленно и успел тут же подхватить её вместе с мальчиком на руки до того, как те упали бы на землю. Проверив как девушку, так и мальчика на наличие ран, а также на возможные нечестивые знаки на их телах, а также же и какие-нибудь другие амулеты или же талисманы. Рагнар, ничего не найдя и недолго думая, отнёс детей в деревню. А если точнее, то к священнику Релану. Ибо уж что-что, но в ближайшее время этим детям понадобится лишь покой и священник.

Ну а для него в ближайшее время, как он думал, будет припасено немало работы.

***

Если же говорить простыми словами, то настроение у отряда было весьма скверным.

Приближаясь к очередной деревне, они уже поняли, что опоздали. И прибыв в неё, увидели, как и в прошлый раз, полную разруху. Многие дома, как и соседние пристройки по типу сараев и т. д., были либо сожжены, либо разрушены. А что же по поводу людей и скота, что жили здесь… Что же.

Уже даже того, что они видели, им становилось ясно, что никого живого они здесь навряд ли найдут.

Но это вовсе не значило, что они не должны были бы всё тщательно проверить.

— Давайте поступим так же, как и в прошлый раз: разделимся и поищем здесь выживших. Я и Фрирен идём, пойдём вместе, и Айзен с Хайтером соответственно.

Айзен с Хайтером кивнули. Разделив деревню на две части, они начали обыскивать каждый дом, сарай и вообще все места, где в теории могли бы спрятаться люди. Но, к сожалению, так ничего и не находили. Даже подвалы, что были завалены под домами, были пусты. А тела… Стоит ли говорить, как чувствовали себя будущие герои, видя тела тех, кого они были обязаны защищать?

Обыскивая очередной дом, Фрирен, наблюдая за мрачным Гиммелем, вдруг спросила.

— Гиммель, ты ведь понимаешь, что мы здесь никого не найдём и лишь зря тратим время? Вместо этого нам, возможно, стоило как можно скорее двинуться дальше и попытаться нагнать тех, кто это сделал.

Разгребая очередной завал, Гиммель вдруг остановился и, взглянув на эльфийку, задумавшись на некоторое время, тяжело вздохнул. С одной стороны, ему не хотелось вот так уходить, так до конца и не проводя должных поисков. С другой же он также понимал, что навряд ли они здесь найдут живых. Нужно было также собрать тела, все тела, и с почестями их похоронить. А если точнее, то просто сжечь, так как копать отдельные ямы они будут неприлично долго, а создавать общую было как-то неправильно.

В итоге, приняв все за и против, Гиммель, вновь выдохнув, бросил это дело.

— Ты права, Фрирен, прости…

Фрирен на слова Гиммеля лишь виновато опустила голову.

— Нет, это вы простите меня.

Гиммель удивленно взглянул на эльфийку и медленно приблизился к ней.

— О чём ты? Ты ведь ни в чём не виновата.

— Нет, я виновата.

Фрирен покачала головой, а из её глаз начали течь слезы.

— Если бы я, как вы и говорили, просыпалась гораздо раньше, и если бы все мы двигались без отдыха и остановок. Если бы мы просто-напросто поторопились, возможно… Возможно, мы бы успели.

Девушка продолжала плакать, а Гиммель же тем временем, понимая, что никакие слова эту девушку сейчас не утешат, не придумал ничего лучшего, чем просто-напросто ту обнять.

Эльфика же от такого слегка вздрогнула, но не попыталась как-то оттолкнуть его, а лишь сильнее прижавшись, начала сильнее рыдать.

Спустя полчаса, когда Эльфийка всё-таки немного успокоилась, Гиммель смог отстраниться и, дождавшись, пока та поднимет взгляд, проговорил.

— Фрирен, ты ни в чём не виновата.

— Но…

— Нет…

Гиммель прервал не успевшую даже сказать слово девушку.

— Именно я являюсь главой нашего отряда, и именно на мне лежит вся ответственность. Да и то, что ты якобы долго спала, как и то, что мы медленно двигались… Не знаю, успели бы мы в таком случае, но даже если бы да, то я не уверен, что мы смогли бы предотвратить то, что здесь произошло. Сама подумай, преодолей мы такой марафон, то, возможно, остались бы без сил, а нам ещё сражаться с противником, чей уровень сил нам заведомо неизвестен. Так что нет, Фрирен. Уж твоей-то вины здесь точно нет.

Опустив голову, девушка с трудом сдержала вновь было хлынувшие из глаз слезы, но всё же сдержавшись, медленно кивнула.

— Тогда что нам делать дальше? Так и будем идти по следу нашего врага, который, очевидно, с нами играется, или же придумаем что-то другое?

Гиммель, нахмурившись и так же опустив голову, какое-то время обдумывал недавно посетившую его мысль, но… Так и не придя ни к чему иному, решил хотя бы попробовать высказать данную идею.

— Есть у меня кое-что на примете, но прежде её стоит обсудить с Айзеном и Хайтером и уже решать всем вместе.

Подняв взгляд на Гиммеля то Эльфийка увидела как тот ей лишь кивнул в сторону выхода, и девушка, несильно медля, отправилась следом. На улице их уже поджидали Айзен и Хайтер, и, вновь собравшись вместе и получив отрицательные знаки от них, Гиммель мрачно кивнул.

— Что же… Очевидно, что нам достался очень коварный враг. Похоже, что он знает, что мы идём за ним по пятам, и даже более того, я уверен и думаю, что вы согласны со мной, что та группа монстров, что мы уничтожили недалеко от города, и враг, что совершил всё это в деревнях, связаны.

— Согласен.

Проговорил Айзен с Хайтером.

— Если позволите…

Вдруг слова взяла Фрирен, и, получив кивок от Гиммеля, она продолжила.

— Я хоть и не до конца уверена, но всё же считаю, что враг с нами играется.

Немного подумав и поразмыслив, девушку посетила ещё одна страшная мысль.

— И ещё кое-что. Вы ведь заметили, что это уже вторая разрушенная деревня, нападение на которую, очевидно, было совершено ночью, и так получилось, что мы уже второй раз натыкаемся на это с утра. Как раз незадолго до того, как мы вновь на неё наткнулись.

— И что же ты хочешь этим сказать? — проговорил Айзен.

— А то, что враг с нами очевидно играется. А если точнее, то проверяет нас на прочность.

Вся группа ненадолго погрузилась в раздумья.

— Гиммель, так что мы будем делать дальше? Идти на поводу нашего врага или всё же мы сможем что-то сделать?

Подняв взгляд, Гиммель взглянул на хмурого священника и, оглядев других членов группы, решил высказать свою мысль.

— Я тоже заметил закономерность того, что нападение, очевидно, было совершено ночью. Похоже, что наш враг знает или же понимает, что мы останавливаемся на привалы или же, по крайней мере, должны это делать. А если мы вновь сверимся с картой, то поймём, что в принципе, если мы двинемся в путь сейчас же и прибавим шаг и не будем нигде останавливаться на привалы, то к ночи мы успеем к следующей деревне. Но в таком случае мы, очевидно, будем не в лучшей форме, и враг, зная это, может подготовить для нас ловушку.

— А если мы придём к деревне с полными силами, что очевидно растянет наш путь, то увидим лишь очередные руины. — Продолжил мысль Гиммеля Хайтер.

— Именно так.

Затем, сделав тяжелый вдох и поочерёдно оглядев членов своей группы, Гиммель мрачно продолжил.

— Поэтому я предлагаю следующее. Мы направим ещё одно письмо в город, но в этот раз с просьбой направить за нами отряды. Пусть они позаботятся о телах и заодно ещё раз прочешут лес в поисках выживших, а мы же тем временем, так уж и быть, пойдём на поводу врага и будем без остановки двигаться в сторону деревни и постараемся дать достойный бой. Что скажете? Только имейте в виду, что если вы согласитесь, этот путь может стать для нас последним, так толком и не начавшись.

Вновь повисла недолгая тишина, впрочем, Гиммель уже знал, какой ответ получит от своих соратников, а потому и не удивился, когда спустя недолгое время первым заговорил Айзен, а за ним последовали и Хайтер с Фрирен.

— Хоть меня и пугает то, как действует наш враг, и всё же… Я соглашусь. Иначе буду потом винить себя до конца дней.

— Эх-х, хоть это и значит, что я, возможно, проведу свой последний день без выпивки, но я тоже согласен.

— А я постараюсь не отставать от вас.

Оглядев всех своих друзей в последний раз, Гиммель, улыбнувшись, кивнул.

— Что же… Тогда вперёд!

***

Вновь оглядев напоследок крепко спящих детей, Релан, тяжело выдохнув, покинул одну из немногих свободных комнат как раз таки на такой вот случай и направился к выходу.

Оказавшись на улице и взглянув на небо, он понял: день медленно, но верно уступал свое место темноте. И, как он и думал, Рагнар, он же воин Императора и человечества, дожидался его снаружи, глядя куда-то вдаль. Но Релан был уверен, что, несмотря ни на что, он уже заметил его присутствие.

— Всё в порядке?

— Да, дети… Скажем так, они были сильно истощены, а разум мальчика ещё не полностью пришел в себя, очевидно, после увиденных им всех тех ужасов, что ему пришлось пережить ему потребуется какое то время. А девушка же была сильно истощена, и, если честно, то я понятия не имею, как она смогла преодолеть весь тот путь с братом на руках.

— Хм-м…

Рагнар лишь задумчиво хмыкнул, не переставая при этом глядеть в лес.

— Даже не знаю, что делать. Надо бы проведать ту деревеньку, откуда и прибыла эта девушка с мальчиком. Или же лучше всего стоит направить письмо в город. Правда, я даже не знаю, кого отправить и сможет ли он добраться до него. Не опасно ли будет это? Да и что стоит стоит передать.

— Не нужно никого и никуда отправлять. Враг уже рыщет по лесу и медленно окружает нас. Вскоре он нападёт, и это лишь вопрос времени.

— Как же…

Релан в некотором шоке начал оглядывать окружающий их лес, но, так и ничего не увидев, вновь взглянул на Рагнара, который, впрочем, также перевёл свой взгляд на него.

— Нужно собрать всех жителей в одном месте, и лучше всего это будет сделать у тебя в храме, так как это единственное хоть как-то укрепленное в этой деревне строение, да и ты должен при случае чего успокоить их и защитить.

— Я… Ты прав. Правда, я, конечно, такой себе боец, но кое-что могу сделать и я.

— Например?

Рагнар начал оглядывать священника более внимательным взглядом, хоть тот и не видел этого из-за линз шлема.

— Ну-у-у… Думаю, я смог бы возвести купол вокруг церкви, и он сможет на какое-то время отгородить нас от всяких тварей. Вот только не могу сказать, надолго ли. Да и если его начнут сильно, он может быстро сломаться. Но, помимо всего прочего, он также может успокаивать людей и даже немного исцелять их.

— Вот как…

Рагнар ненадолго задумался, оглядывая деревню.

— Ты сможешь быстро созвать жителей? Или мне всё же помочь тебе с этим?

— Нет, не стоит. Есть у меня для таких случаев один способ. Ты ведь уже видел, что у нас в храме стоит колокол. Как раз таки для таких случаев. Будь уверен, что жители, услышав его, быстро придут. Ну так что, мне начать сейчас или же подождать, пока ты приготовишься?

— Я готов. Можешь звонить в свой колокол. Всё равно у меня не так много с собой вооружения. Были бы у меня были мины, взрывчатка или же больше времени, ещё можно было бы что-то придумать, а так…

— Понятно.

Релан удовлетворенно кивнул и, войдя в храм, начал звонить в колокол. Уже очень скоро начали подходить и первые жители, и недоумевать, почему их вдруг созвали так поздно, ведь совсем скоро они все уже планировали ужинать и ложиться спать, так как уже начинало темнеть.

Священник постарался их успокоить и объяснить, что на деревню может напасть какая-нибудь тварь или же другая нечисть, и в целях безопасности просит их переждать в церкви, пока Рагнар будет разбираться с этим. Нехотя жители было согласились. Кто-то, такие как, например, старик Хартен, даже предложили помощь, но Рагнар отмахнулся и сказал, что они будут только мешать.

Старый охотник нехотя также должен был признать правоту воина. Ведь он с теми же лешими ничего не смог сделать, и если это будут опять они или же кто посильней, то он и вправду будет только мешаться.

Наконец все люди вошли внутрь и забаррикадировались внутри храма. Вскоре же, как и обещал Релан, вспыхнул золотистый барьер, что окружил строение, и Рагнар какое-то время с интересом изучив его, перевёл взгляд обратно на лес и на небо.

До полной темноты ещё оставалось немного времени, и Рагнар был уверен, что если твари и решатся напасть, то сделают это поздно ночью, а потому, недолго думая, он, отойдя на пару шагов от барьера и встав спиной к церкви, вонзил меч в землю.

Затем проверил свой болтер с плазма пистолетом и, прикоснувшись к своей розарии, он снял её, после чего медленно присел на колени.

Возможно, что и ему, как и людям сейчас в храме позади него, стоило помолиться. Но, в отличие от них, он знал, что молится истинному богу. Он молился Императору, что восседает на своём золотом троне. Но он не просил его о помощи или о чём-то ином. Он лишь просил при случае чего сохранить как его душу, так и души этих людей, что хоть и были далеки от Империума, но всё ещё являлись хорошими людьми, которых всё ещё можно было интегрировать в Империум.

Он молился о том, чтобы их души не достались Архиврагу. Ведь кто как ни он в этом мире прекрасно осознавал, что случится, если вдруг Император отвернётся от них.

(Долго мучался с нейронкой и, короче, вот в итоге то, что вышло.)

***

поддержать автора или же прочесть больше глав вы можете на бусти ссылка на который вы найдёте в примечании к фанфику.

Глава 11

Прикрыв глаза, Рагнар старался молча молиться, при этом припоминая все молитвы и иные речи, которые ему доводилось слышать от капеллана, а также вскользь от других священнослужителей.

В его ордене к Императору всегда относились по-разному. Кто-то почитал его как Бога, а кто-то как величайшего из людей. Но суть, конечно, всегда была едина. Именно Он являлся владыкой всего человечества. И лишь благодаря ему и его воле люди продолжают властвовать в галактике.

Конечно, у Империума были свои проблемы. Было бы глупо отрицать это. Особенно на окраинных мирах. Но ведь для того и были созданы они, Астартес, как и Имперская гвардия. Они отдавали свои жизни за то будущее, которое им обещал Император, и они, конечно же, бы его давно исполнили. Если бы не предатели и подлые еретики с их ложными богами. А также ксеносы, которых Империум уже уничтожил под сотню, если не тысячу видов, и которым, казалось, нет конца и края.

Самыми живучими из которых были, конечно же, орки. Война с ними длилась больше десяти тысяч лет, но до конца истребить тех так и не получалось, как, например, и эльдар. Но последние, насколько знал сам Рагнар, лишь пытались выжить и попрятались, как крысы, по всей галактике. Если бы Империуму было известно о том, где находятся их миры, корабли, а также их главное логово, Коморра, человечество уже давно сожгло бы их всех прометием. И у Империума стало бы на несколько проблем меньше.

Но ничто не злило Астартес больше, чем предатели и еретики. Если бы не они, человечество уже давно властвовало над всей галактикой.

Но самое главное, если бы не они… То Император не был бы сейчас прикован к своему трону и, скорее всего, также ходил среди смертных, направляя человечество своей мудростью в светлое будущее.

Но даже так они не собирались сдаваться и давали отпор всей галактике на протяжении десяти тысяч лет и продолжат делать это и впредь.

Вдруг Рагнару вспомнилась одна клятва, которую давал он и другие неофиты перед капелланом из его ордена. Насколько он знал, эта практика также принималась и во многих других орденах. Некоторые из слов могли меняться в той или иной мере, но смысл оставался прежним.

В голове Рагнара вдруг начали звучать слова капеллана, и Рагнар, не задумываясь, начал отвечать вслух.

“Что есть твоя жизнь?”

— Честь — моя жизнь.

“Что есть твоя судьба?”

— Долг — моя судьба.

“Что есть твой страх?”

— Поражение — мой страх.

“Что есть твоя награда?”

— Спасение души — моя награда.

“Что есть твоё ремесло?”

— Моё ремесло — смерть.

“В чём ты клянёшься?”

— Я клянусь в вечном служении.

Вдруг Рагнар резко открыл глаза и взглянул на Розетту в его руке, что активно покачивалась, несмотря на то что какого-то ветра, способного это сделать, не было, а спустя секунду резко замерла. Обведя взглядом территорию и заметив, как его начали медленно окружать разные твари, он убрал Розетту обратно на шею, и встал с колен.

Меч тут же был взят в правую руку, а в левой уже уже вспыхивал его энергетический пистолет.

Время для нового сражения настало.

А впрочем…

Для того ведь они и были созданы, не так ли?

Для вечной войны.

И они подходили на эту роль как нельзя кстати.

***

Что же… Он ожидал, что, как и прежде, всё пройдёт гладко. И, судя по его наблюдениям, та группа, которую он спровоцировал, всё-таки клюнула и вскоре окажется здесь. Прямиком в его ловушке. Как раз к концу его представления.

Конечно, он понимал также и то, что они, скорее всего, будут готовы и знают о том, что их ждёт засада. Но его это ничуть не беспокоило. До недавнего времени.

Ещё тогда, когда он встретил девочку с мальчиком, бежавших из прошлой деревни, что сотворили странную магию, он думал о том, чтобы там же немедленно их и убить. Поначалу он посчитал, что это было вызвано его природой или же чем-то иным, что всегда вело его и других демонов убивать этих… Разумных.

Лишь заметно позже он понял, о том, что чтобы убить их, ему кричали его инстинкты, а вот интуиция… Интуиция просила его о другом. Она просила его немного повременить с этим и постараться позже их изучить. Ведь как-никак он в любом случае сможет убить их в любое время, и лично для него они не должны были представлять какой-либо опасности.

Но странности на этом, к сожалению, не закончились.

Дальнейшая оказалась в том, что Лешие, которых он направил в этот участок леса, вдруг оказались мертвы.

Сначала он подумал, что это мог сделать либо священник, либо же местный охотник, пока, не изучив всё, он не заметил… Его.

Нечто, что возвышалось на два с половиной метра. Облачённое даже на вид во внушительную броню. И он был абсолютно уверен в том, что она обладала немалой прочностью и что просто так пробить этот доспех навряд ли выйдет.

А оружие? Оно тоже было у него странным. Во-первых, его меч, что подходил как раз для размеров этого здоровяка, тем не менее странно искрился всполохами молний, и похоже, что именно это позволяло этому нечто, как он позже выяснил, недочеловеку рубить его зверушек как… Как выразились бы люди, раскалённым ножом сквозь масло. И, видя развернувшееся перед ним представление, он, пожалуй, был бы полностью согласен с ним.

Нет, конечно, Вильфун встречал немало высоких существ. Но вот именно людей или же эльфов… Никогда. О гномах даже говорить не приходилось.

Но на этом странности не заканчивались. У этого недочеловека было ещё какое-то странное оружие, которое, казалось бы, стреляло довольно-таки сильными сгустками… Он бы сказал энергии или же молнии и в обоих случаях оказался бы правым и в то же время нет. Оно не походило на посох, что обычно использовали маги людей, ведь, во-первых, размер был не тот, а во-вторых… Он не чувствовал магии в этом оружие. Вот вообще. Ни в оружии ни в броне. В самом этом существе вроде плескалась магия но она была для него настолько чуждой что он даже не стал пытаться понять её природу. А если точнее то у него попросту не было на это времени. Ведь если всё так продолжится и дальше он останется без своей армии и скорее всего ему придётся отступить или же сражаться с той группой одному а этого ему бы не очень то и хотелось.

И всё-таки Вульфен не был дураком и не спешил бросаться в бой. А какое-то время лишь изучал чужака с безопасного расстояния. И внимательно наблюдал за тем, что тот из себя представляет и что готов показать.

А показать он мог многое, вот только, к сожалению, его зверушки были не настолько сильны, чтобы даже попытаться ранить это… Или это всё-таки он был таким сильным, а потому его зверушки и не могли ничего противопоставить?

— Что ж… Похоже, что мне всё таки придётся вмешаться.

Вильфун скользнул в тень, а если точнее, слился с ней, так как это была одна из его врождённых способностей. И, прыгая от одного монстра к другому, начал медленно подбираться к противнику.

Его зверушки, от мала до велика, продолжали падать от рук этого воина один за другим. Вильфун не знал, может ли тот устать или же выдохнуться, да и навряд ли бы у него хватило на это зверушек, а впрочем… Возможно, ему удастся убить это существо, сохранив при этом как можно более целое тело, и позже изучить.

Он уже представлял, как смог бы в будущем создать подобных зверей, ведь он в какой-то мере был даже химерологом, хоть и начал изучать эту стезю совсем недавно.

По крайней мере, мысль казалась славной.

Наконец зверушка, в тени которой и сидел Вульфен, вскоре дошла до противника, и, пока та прыгала в атаку, он, соскользнув вновь в реальный мир, приготовил мощнейшее свое заклинание и сделал выстрел практически в упор. Ничто и никто не смог бы защититься от такого удара. А если точнее, то их было крайне мало в этом мире, и все они обладали магией и уже учуяли бы как его, так и его срующееся в момент атаки заклинание.

Но, к сожалению для этого существа, тот не обладал магией, а потому спустя секунду Вильфун сделал выстрел, как вдруг…

— Бум…

Что-то замерцало вокруг воина. Какая-то… Проекция или щит, что полностью нивелировал его атаку.

Но не успел Вильфун как-то возмутиться или же удивиться этому, он всё же не собирался вставать в ступор и дать время своему врагу, а приготовился тут же бежать и пересмотреть свой подход, как вдруг…

— Вж-и-и…

Воин перед ним, что стоял к нему спиной, вдруг резко повернул голову и с невероятной скоростью развернувшись, взмахнул своим мечом, целясь прямо в его голову.

Благо Вильфун сумел уйти в сторону, и ядро, как и его голова, не была задета, в отличие от его правой руки и практически всего плеча.

Не издав даже и звука боли, так как она для него почти ничего не значила, хотя всё-таки и было неприятно, он тут же отпрыгнул в сторону и приготовился вновь уйти в тень, как вдруг оружие врага, тот недопосох, которым всё это время и стрелял этот воин в него, вдруг нацелился на него и издал выстрел.

Поняв, что за собой это влечёт, Вильфун со всей силы отпрыгнул вверх и назад. Но не успел он в очередной раз перегруппироваться и даже приземлиться, как краем внимания заметил, что воин, убрав своё оружие, взял что-то другое.

Очевидно, ещё одно оружие, которое было заметно больше предыдущего. Не зная, как поступить, он возвёл вокруг своего тела барьер, и в следующую секунду тот просто-напросто… Лопнул.

— Бух…

Прозвучал громогласный шум, вспышка, и уже в следующую секунду Вильфун почувствовал, как лопнул его щит, а его голова лишь чудом осталась цела, но при этом он всё-таки лишился правого уха. И не будь он демоном, а каким-нибудь смертным, то лишился бы и слуха.

Возможно, этот воин добил бы его уже в следующую секунду, но благо в этот момент его зверушки вновь накинулись на воина, и тому пришлось, мигом сместившись в сторону, вступить в бой с ними.

Впрочем, Вильфун не обольщался тем, что те надолго его займут. И он уже ясно осознавал, что ему не победить это существо. По крайней мере, пока что. Ведь просто так сдаваться он не собирался.

В первую очередь стоило бы выяснить, как он смог остановить его выстрелы, и понять, как обойти защиту. А также попытаться защититься от его ответной атаки. Возможно, попытаться воздвигнуть защиту покрепче или же атаковать его с такого расстояния, с которого тот его не сможет достать.

В любом случае сейчас ему стоило отступить. На восстановление руки с плечом, а также и ухом может уйти целый день, если не больше. И желательно, чтобы до этого времени он не вступал в битву.

Что же, он обязательно вернётся, но вернётся заметно сильнее, чем прежде. И Вульфен после ещё, возможно, скажет спасибо своему противнику за столь ценный урок. По крайней мере, он искренне надеялся, что тот к тому времени всё ещё останется жить. Ведь век людей был скоротечен. А то существо, как и походило на них, но было и столь же далеким от них.

Оставив за собой шум битвы и крики его зверушек, он отдал команду всем оставшимся в живых напасть всем скопом, кроме разве что его разведчиков. Конечно, убить они его навряд ли смогут.

Но вот ранить… О. Для этого у него было припасено кое-что интересное. То, что он не хотел выставлять, но всё же придётся так сделать.

Почуяв вибрации под землей, Вильфун даже было слегка улыбнулся, как в следующую секунду его инстинкты вдруг взвыли об опасности, а уже в следующую…

— Бум…

Что-то с огромной врезалось в него и откинуло на несколько десятков метров. По пути он ломал своим телом деревья и не мог понять, что случилось, а главное, кто это сделал. Ведь он чуял, как его зверушки продолжали сражаться и умирать, а это значило, что это никак не мог быть тот воин. Но тогда кто же?

На этот раз боль прошлась по его телу заметно сильнее, чем прежде, но он постарался отстраниться, ведь сейчас было явно не до того.

С трудом поднявшись на всё ещё уцелевшей руке, он не успел даже толком встать, как вдруг наконец заметил её… А затем уже и всплеск маны.

— Ах-х… Так это ты… Я-то уж думал, что вы прибудете немногим позже. Похоже, что я в очередной раз недооценил своего противника.

— И поэтому ты сегодня умрёшь.

Эльфийка с белыми волосами было вновь начала творить магию, но Вильфун создал клубок тьмы и кинул его в Эльфийку.

Данное заклинание не имело убойной силы и служило лишь для отвлечения, которое позволило бы в обычной ситуации ему прыгнуть в тень и сбежать, вот только… Не в этот раз.

— Фу-у-у-х-х…

Вильфун почуял, как творится очередное заклинание, и, взглянув вновь на Эльфийку, увидел лишь то, как белая вспышка полностью поглотила его, и он… Забылся в небытие. А если точнее…

То, как только заклинание достигло его, демон, именуемый себя Вульфеном, умер.

А эльфийка тем временем лишь бесстрастно осталась наблюдать за тем, как в небо вздымается пепел.

***

Взмах, шаг в сторону и ещё. Его пистолет вновь зарядился, и Рагнар, быстро прицелившись в самую большую группу тварей, выстрелил, и синее пламя тут же поглотило большую часть тварей, а его клинок, сделав очередной росчерк, забрал с собой другого противника.

Не переставая ни на миг, на Рагнара продолжали наседать твари, вот только они не могли завести его в угол. Какие-то даже начали пытаться обходить его и идти к храму, скорее всего, в надежде на то, что он отвлечётся и допустит ошибку.

Он уже давно выяснил, что эти твари были не так глупы. И что, возможно, их кто-то мог даже вести и давать им команды. Ведь обычные твари, а тем более разных видов, навряд ли стали бы работать вместе и сообща. А уж тем более так слажено.

Потому-то Рагнар ни на миг не расслаблялся. Ведь он знал, что рядом есть кто-то ещё. Кто-то, кто, возможно, хорошо скрывает своё присутствие и при случае чего сможет вступить в бой.

В один момент он заметил краем взгляда, как у очередной твари неестественно колыхнулась тень, но не успел он убить тварь, что напрыгнула на него, и взглянуть назад, как уже в следующую секунду его Розетта вспыхнула, и возникший щит остановил очевидно стремящуюся в него атаку.

Развернувшись, Рагнар тут же отметил, что противник был в зоне досягаемости его меча, а потому, даже не задумываясь о том, что враг перед ним уж сильно походит внешне на человека, если не брать во внимание рога, его меч, как и до этого, с легкостью разрубил руку с плечом противника, хотя Рагнар и целился в шею с желанием отрубить голову врагу. Но очевидно, что тот был не так беспомощен, как показался на первый взгляд.

От такой раны враг перед ним даже не поморщился от боли, а лишь в следующую секунду отпрыгнул вверх и назад с надеждой быстро сбежать. Очевидно, тот понял, что убить его уже просто так не получится, и уже решил отступить, но Рагнар не собирался так просто его отпускать.

Он потянулся к своему болтеру и тут же навёлся. Противник даже не успел приземлиться, как в него тут же полетели первые болтеры, и Астартес даже видел, что смог задеть того, как уже в следующую секунду ему пришлось уходить в сторону, ведь зверушки, похоже, о нём не забыли.

Стиснув зубы от досады на то, что не смог быстро расправится с врагом, он, зарубив тварь, взглянул в сторону… Туда, где ещё секунду назад был его противник.

Похоже, что ему не удалось его добить окончательно, но что же… Рагнар не сомневался, что в будущем ему ещё представится шанс. И что больше он так не отпустит.

Вдруг через какое-то время Рагнар почуял дрожь от земли и, поняв, что, скорее всего, случится в следующий миг, в последнюю секунду отпрыгнул со всей силы в сторону. А на том месте, где он стоял ещё секунду назад, возвысился червь. Что, выйдя, оказавшись снаружи, издал громогласный рёв.

***

поддержать автора или же прочесть больше глав вы можете на бусти ссылка на который вы найдёте в примечании к фанфику.

(Итак, вот такая в итоге вышла глава. Не знаю, поделитесь в комментах тем, как вы думаете, прошла в итоге битва. Я видел и сам считаю, что, как правило, битвы ну такие бывают скоротечны, и потому также не стал тянуть её. Конечно, так будет не всегда, и, например, когда наши герои встретятся с сильным врагом, битвы не будут заканчиваться быстро, но… Короче.) А ещё те, кто играл в «Спаси Марину Два», помнят ту клятву, что произносил Тит перед Каппелном. Загуглив, я узнал, что такое принято во многих орденах, так что добавил этот отрывок и к себе, считая, что он более чем подходит и по духу, и по масти. Короче, как-то так.

Глава 12

Спасибо всем читателям за лайки и добрые комментарии, что вы мне присылаете. Пожалуйста, не забывайте ставить больше лайков и тем самым стимулировать автора (спасибо).

Ночь уже окончательно вступила в свои права, когда отряд Гиммеля достиг окраины леса, за которым должна была находиться деревня. Луна пряталась за облаками, и лишь редкие звёзды давали скудный свет, но для них, привыкших к долгим переходам, этого было достаточно.

Звуки боя стали слышны задолго до того, как деревня показалась из-за деревьев. Глухие удары, похожие на раскаты грома, перемежались с визгом и рычанием тварей. Иногда ночную тишину разрывал треск — то ли ломались деревья, то ли рушились постройки. Вспышки света — то синего, то багрового — озаряли горизонт, выхватывая из темноты кроны сосен.

— Мы почти на месте, — тяжело дыша, проговорил Гиммель. Меч был в его руке, хотя он и понимал, что бежать с оружием наготове неудобно, но снимать его с пояса не стал. — Держитесь рядом.

Айзен, шагавший чуть впереди, лишь кивнул, сжимая двуручный топор. Хайтер, несмотря на усталость, держал посох вертикально, готовый в любой момент сотворить защитное или исцеляющее заклинание. Фрирен шла чуть позади, её лицо, обычно бесстрастное, сейчас выражало сосредоточенность. Она не просто смотрела вперёд — она слушала. Слушала не ушами, а той частью своего существа, что была настроена на потоки маны, пронизывающей этот мир.

Именно поэтому она остановилась первой.

Её друзья, пробежав ещё пару шагов, заметили это и тоже замерли, обернувшись.

— Фрирен? Что случилось? — Гиммель мгновенно оказался рядом, готовый прикрыть её.

Эльфийка ответила не сразу. Её глаза, обычно полуприкрытые, сейчас широко раскрылись, а зрачки сузились. Она смотрела куда-то в сторону, чуть левее от направления на деревню.

— Там... — её голос прозвучал тихо, но отчётливо. — Я чувствую его. Демона.

— Того самого? — Хайтер подошёл ближе, его лицо побледнело ещё сильнее обычного.

— Скорее всего. — Фрирен кивнула. — Он ранен. Сильно. И пытается уйти. Его магия... медленно угасает, как кровь у раненого зверя.

Гиммель мгновенно оценил ситуацию. Он взглянул на деревню, откуда доносился гул битвы, затем на Фрирен, потом снова на деревню.

— Если он уйдёт сейчас, мы его больше не догоним, — сказал Айзен, понимая ход мыслей друга. — Он снова спрячется, соберёт новую армию, станет сильнее, хитрее и продолжит убивать.

— Но там, в деревне, кто-то сражается, — возразил Хайтер. — Мы ведь слышим бой. Им может понадобиться помощь.

Фрирен перевела взгляд на Гиммеля. В её глазах не было мольбы или требования — лишь спокойная уверенность.

— Я пойду за ним. Одна.

— Фрирен! — Гиммель шагнул к ней. — Это слишком опасно. Даже раненый демон…

— Я знаю, — перебила она. — Но если я пойду с вами, мы упустим момент. А если мы все пойдём за ним, те, кто сейчас сражается в деревне, могут погибнуть. Разделимся.

Наступила тишина, нарушаемая лишь далёкими раскатами битвы. Гиммель сжал рукоять меча так, что побелели костяшки. Всё внутри него протестовало против того, чтобы отпускать Фрирен одну. Но разум подсказывал, что она права.

— Ты уверена, что справишься? — спросил он, глядя ей в глаза.

— Я древняя эльфийка, — уголки её губ чуть приподнялись в слабой усмешке. — Я видела демонов и пострашнее этого. К тому же он ранен. Я не собираюсь сражаться с ним в честном бою — я просто добью его, пока он не оклемался.

— Возьми хотя бы... — начал Айзен, но Фрирен покачала головой.

— Вам нужнее. Идите. Помогите деревне. А я скоро вернусь.

Она не стала ждать дальнейших уговоров. Развернувшись, эльфийка быстро, почти бесшумно, скользнула в лес, в ту сторону, куда указывало её чутьё. Через несколько секунд её фигура растворилась в темноте.

Гиммель проводил её взглядом, затем резко развернулся к остальным.

— Идём. Быстро.

Они рванули вперёд, больше не сдерживаясь. Звуки битвы становились всё громче, и вскоре лес расступился, открывая вид на деревню.

То, что они увидели, заставило их замереть на мгновение.

Церковь в центре села была окутана золотистым куполом, который мягко пульсировал, отражая атаки тварей, пытавшихся пробиться внутрь. Вокруг церкви, на площади и между домами, кипел бой. Но сражался там не отряд солдат и не толпа ополченцев.

Огромная фигура в массивных доспехах, возвышающаяся над монстрами на голову, а то и на две, двигалась с пугающей скоростью и эффективностью. В одной руке гигант держал меч, лезвие которого было окутано потрескивающими разрядами энергии — при каждом ударе твари разлетались на части, не встречая сопротивления. Другой рукой он стрелял из странного оружия, похожего на короткий посох, но изрыгавшего сгустки синего пламени, которые испепеляли целые группы врагов.

— Во имя Богини... — выдохнул Хайтер.

— Это не человек, — тихо произнёс Айзен, но в его голосе не было страха, скорее изумление.

Гиммель, однако, не стал тратить время на созерцание. Он увидел, что твари продолжают лезть со всех сторон, и понял: сейчас не важно, кто этот воин. Важно, что он на стороне людей.

— В бой! Прорываемся к нему! — крикнул он и, взметнув меч, и первым бросился в гущу схватки.

Айзен с рёвом последовал за ним, круша черепа и конечности монстров своим топором. Хайтер, оставшись чуть позади, начал читать молитву, и над их головами вспыхнул защитный свет.

В деревне началась новая битва.

***

Рагнар не считал убитых. В этом не было смысла — они всё лезли и лезли, словно сам лес порождал их, выплёвывая из каждой тени, и из каждой щели. Меч в его руке пел свою смертоносную песнь, разрубая плоть и кости, болтер вновь размеренно ухал, отправляя очередную порцию тварей в небытие. Но они не кончались.

Он работал как машина — чётко, экономно, без лишних движений. Шаг вперёд — удар, разворот — выстрел, уход от когтей — новый взмах. Его доспех выдерживал редкие попадания, но система жизнеобеспечения уже несколько раз пискнула предупреждением о перегрузке сервоприводов. Рагнар игнорировал сигналы. Он не мог позволить себе остановиться.

Где же тот, кто ведёт их? — мелькнула мысль, когда очередная волна тварей отхлынула, чтобы через мгновение накатить с новой силой. Рагнар краем глаза попытался отыскать в мешанине тел знакомый силуэт с рогами, но тщетно. Либо демон скрывался, либо... Либо он уже уходит. А я упустил момент.

Досада кольнула где-то под сердцем, но Рагнар отогнал её. Сейчас главное — защитить храм и людей внутри. Всё остальное — потом. Как нибудь он обязательно отыщет виновника.

И в этот момент, на самой границе восприятия, он заметил вспышку. Яркую, золотистую — не ту, что источал купол священника, а иную. Она полыхнула на краю деревни, среди домов, и вслед за ней донёсся звон металла и яростный крик.

Кто-то ещё вступил в бой.

Рагнар не мог позволить себе отвлекаться, но боковым зрением увидел, как часть тварей, до этого наседавших на него, развернулась и рванула в сторону новой угрозы. И часть наступающих тоже. Давление немного ослабло. Он успел сделать короткий вдох, перезаряжая болтер (к сожалению, ему пришлось потратить один из имеющихся магазинов, и теперь у него оставалось их всего два), и бросил беглый взгляд в ту сторону.

Среди мельтешащих тел он различил несколько фигур. Высокий мужчина с мечом, сверкающим в свете магии, какой то коротышка с топором, крушащий монстров, и ещё один, в одеяниях священника, творящий защитные чары. Они сражались слаженно, прикрывая друг друга.

Люди, — отметил Рагнар. А может и не совсем люди. И скорее всего не враги. По крайней мере пока.

Он уже собирался вновь сосредоточиться на своей схватке, как вдруг…

Вибрирующий гул пронзил землю под ногами. Рагнар почувствовал его раньше, чем услышал — через подошвы доспеха, через виброчувствительные пластины. Опасность. Снизу.

Инстинкты Астартес, отточенные десятилетиями боев, сработали быстрее мысли. Рагнар рванул в сторону, даже не глядя, что там. Он просто прыгнул, вкладывая всю мощь сервоприводов в это движение, перекатился через плечо и вскочил на ноги, уже выхватывая меч.

Там, где он только что стоял, земля вздыбилась, лопнула, и из разлома показалось нечто чудовищное.

Огромный червь. Его тело, толщиной в добрый десяток человеческих обхватов, продолжало выползать из дыры, уходя куда-то вглубь. Пасть, усеянная рядами загнутых внутрь зубов, раскрылась, и из неё вырвался вопль — такой пронзительный и громкий, что, казалось, сам воздух задрожал. В ближайших домах лопнули стёкла, а несколько тварей, оказавшихся слишком близко, попадали замертво, сражённые звуковой волной.

Рагнар встряхнул головой, фильтры шлема автоматически приглушили громкость, но в ушах всё равно зазвенело. Он оценивающе окинул монстра взглядом.

Крупный. Бронированная шкура, судя по блеску. Скорость атаки — высокая, судя по тому, как быстро он пробил грунт. Скорее всего, использует острые чувства, так как глаза у этой твари не наблюдались да и не нужны они землеподобным, чтобы чувствовать добычу.

Он сжал рукоять меча. Он уже потратил один магазин с болтами, но если понадобится, он опустошит и второй, но ему бы хотелось приберечь их… Кто знает, какие враги встретятся ему в будущем. Перегретый плазмопистолет наконец начал охлаждаться, и, взяв его в одну руку и поудобнее перехватив меч в другой, Рагнар приготовился.

— Что ж, — тихо произнёс Рагнар, глядя в бездонную пасть твари. — Император дал мне силы для битвы. Посмотрим, на что способен этот червь.

Чудовище, словно почувствовав его вызов, дёрнулось, и огромная туша рванула вперёд, сметая всё на своём пути. Рагнар не отступил. Он шагнул навстречу.

***

Тем временем на другом конце деревни Гиммель, Айзен и Хайтер пробивались к центру. Твари, почуяв новую добычу, переключились на них, но это только разозлило воинов.

— Держи левый фланг! — крикнул Гиммель, отбивая удар когтистой лапы.

— Вижу! — Айзен развернулся и снёс голову очередному монстру.

Хайтер, тяжело дыша, поддерживал над ними защитный полог, но краем глаза заметил движение у церкви. Огромная фигура в доспехах, которую они видели ранее, вдруг резко ушла в сторону, а из-под земли вырвалось нечто колоссальное.

— Богиня милостивая... — выдохнул он. — Гиммель, там!

Гиммель обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как чудовищный червь атакует железного великана. На мгновение ему показалось, что гиганту не выстоять, но тот не дрогнул. Он прыгнул вперёд, и его меч полыхнул синим светом.

— Нам нужно к нему! — крикнул Айзен.

— Прорываемся! — Гиммель рванул вперёд, с удвоенной яростью рубя монстров на своём пути.

***

Червь двигался быстрее, чем можно было ожидать от такого массивного создания. Его тело сокращалось и разжималось, словно гигантская пружина, и каждый бросок сопровождался оглушительным скрежетом — шкура тёрлась о землю, высекая искры из камней.

Рагнар ушёл в сторону, и чудовищная туша пронеслась в считанных сантиметрах от него, снося покосившийся сарай, словно тот был карточным домиком. Астартес развернулся, всадил заряд плазмы в мелькнувший хвост, но червь даже не дрогнул. Лишь взревел и снова ушёл под землю, оставив после себя дымящуюся воронку.

Броня слишком толстая. Плазма берёт её, но недостаточно глубоко, — отметил Рагнар, перехватывая меч поудобнее. — Нужно бить в пасть или в сочленения. Если они есть.

Но едва он сделал шаг, готовясь к новой атаке, как со всех сторон на него снова бросились мелкие твари. Они лезли под ноги, цеплялись за броню, пытались добраться до сочленений доспеха. Рагнар крутанулся, разрубая двоих, отбросил третьего ударом ноги, но драгоценные секунды были потеряны.

Земля под ним вновь завибрировала.

Он прыгнул — и в этот раз едва успел. Червь вырвался наружу прямо под ним, и лишь отчаянный рывок в сторону спас Рагнара от того, чтобы быть раздавленным или проглоченным заживо. Он приземлился на одно колено, и в тот же миг чья-то когтистая лапа полоснула его по наплечнику, оставляя глубокие борозды на керамите.

Слишком много целей. Эти твари не дают сосредоточиться.

Система доспеха пискнула — ещё одно предупреждение. Рагнар мысленно приказал ей замолчать. Он вскочил, отбиваясь от наседающих монстров, и краем глаза следил за червём, который разворачивался для нового броска. Ситуация становилась критической. Если он не найдёт способ справиться с червём, не отвлекаясь на мелочь, доспех может не выдержать.

Червь рванул вперёд.

Рагнар приготовился уходить в сторону, как вдруг…

— А-а-аргх!

Рёв, полный ярости, и тяжёлый топор, обрушившийся на голову твари, что пыталась достать Рагнара с фланга. Коротышка с топором — “Айзен” — возник словно из ниоткуда и одним ударом снёс монстру башку.

С другой стороны сверкнул меч, оставляя светящийся след в воздухе. Высокий мужчина — “Гиммель” — отбил атаку сразу двух тварей, тесня их к стене сгоревшего дома.

— Держись, воин! Мы тебя прикроем! — крикнул он, мельком взглянув на Рагнара.

А над ними, словно купол, разлилось золотистое сияние — священник Хайтер сотворил защитное заклинание, отбрасывая наиболее слабых тварей назад.

Рагнар успел заметить это краем глаза, но времени на осознание не было. Червь нёсся прямо на него. Астартес рванул в сторону, уходя от прямого удара, и в этот момент снова услышал рёв — воин с топором врубился в скопище тварей, освобождая пространство вокруг Рагнара.

Они... и вправду решили прикрыть меня?

Неважно. Раз у них получается отгонять мелочь и даже вполне успешно стоит этим воспользоваться.

Мысль мелькнула и исчезла, потому что червь, пролетев мимо, начал разворачиваться. Но теперь, когда мелкие твари на время отступили, у Рагнара появилась секунда, чтобы оценить ситуацию.

Гиммель, отбившись от своих противников, оказался рядом. Он тяжело дышал, но меч держал твёрдо. Их взгляды встретились — человека и Астартес.

И в этот момент между ними произошло то, что бывает только между настоящими воинами. Понимание без слов. Оценка без презрения. Признание без лести.

Гиммель чуть кивнул. Рагнар ответил тем же.

— Мы продолжим заниматься мелочью! — выдохнул Гиммель, и в его голосе не было страха перед гигантом в броне. Только решимость. — Ты сможешь взять на себя эту тварь?

Рагнар лишь молча кивнул не став тратить время на ответные слова. Он просто развернулся к червю, и в этот раз в его движении не было той скованности, что раньше.

Сзади зазвенел металл — Айзен и Гиммель приняли на себя основной поток мелких монстров. Хайтер, держась чуть поодаль, то усиливал их защиту, то ослаблял врагов своими молитвами. Они работали как единый механизм, прикрывая фланги Рагнара и не давая тварям подобраться к нему.

Рагнар остался один на один с червём.

Что ж, — подумал он, сжимая меч и активируя силовое поле на полную мощность. — Посмотрим, что ты сможешь сделать, когда тебе никто никто не прикрывает.

Червь, словно почувствовав угрозу и изменение в расстановке сил, замер на мгновение, а затем снова ринулся в атаку. Но теперь Рагнар не отступал. Он шагнул навстречу.

И битва продолжилась. Но уже на других условиях.

***

А ещё лучше переходи на мой бусти дабы поддержать автора или же прочесть больше глав ссылку на который вы найдёте в примечании к фанфику. На днях должна выйти уже 13 глава что то я забуксовал на ней но в любом случае буду рад вашей поддержке.

(Ну что же, ребята, надеюсь, вы остались довольны главой. И что она вышла лучше предыдущей, так как я по немногим просьбам в комментариях начал редачить главу куда серьёзнее, чем предыдущие.)

(Если вы найдёте в тексте какие-нибудь косяки или же другие дыры, то добро пожаловать в коментарии. Также можете писать там свои пожелания и что бы вы, возможно, хотели бы увидеть в фике и что могло бы, по вашему мнению, сделать его лучше. Буду рад вашим комментариям и посмотрю, что по итогу можно будет сделать.)

Ну а на этом всё, всем спасибо и… до новых встреч.

Глава 13

Червь вновь ринулся в атаку.

Огромная туша двигалась с противоестественной для такого веса и размера скоростью. Земля под ногами Рагнара дрожала и проседала, грозя в любой момент уйти из-под ног. Он снова ушёл перекатом вправо, чувствуя, как сервоприводы левой ноги отзываются с неприятной задержкой. Где-то внутри доспеха что-то натужно взвыло и затихло.

Ещё пара таких рывков или же повреждений — и я начну терять подвижность. Нужно поскорее заканчивать с этим.

Сзади звенел металл, слышались крики и звуки ударов — те трое, что пришли из леса, продолжали удерживать периметр, не давая стае мелких тварей зайти Рагнару в спину и флангов. Коротышка с топором, судя по ритмичным глухим ударам, работал как заводной молот слева. Священник то и дело выкрикивал короткие молитвы, и воздух вокруг них вспыхивал золотистыми искрами, отгоняя наиболее прытких монстров. Высокий — тот, что, судя по всему, был у них главным — сражался справа, и его меч мелькал почти что непрерывно.

Рагнар краем глаза отмечал то, как те сражаются, и невольно осознавал, что для обычных людей они были весьма сильны. Даже не все Астартес смогли бы поспеть за той скоростью и обладать той силой, которой обладали эти воины. Могла ли эта так на них действовать местная магия?

Этот вопрос, как и многие другие, предстояло изучить, а пока что…

Червь развернулся, подняв тучу земли и щебня. Его слепая голова качнулась из стороны в сторону, словно принюхиваясь. А затем он сделал то, чего Рагнар и ждал.

Вместо того чтобы снова нырнуть под землю, тварь решила атаковать в открытую. Пасть распахнулась, демонстрируя концентрические круги зубов, уходящих куда-то в бездонную глотку, и червь бросился вперёд, намереваясь просто смести противника массой.

Это и стало его главной ошибкой.

Рагнар не стал уходить в сторону. Вместо этого он рванул навстречу.

Сервоприводы взвыли, выжимая максимум. За долю секунды до столкновения он подпрыгнул, оттолкнувшись от земли так сильно, что на том месте осталась вмятина.

Его тело, закованное в керамит и адамантий, пронеслось над разверзнутой пастью и рухнуло на спину червя, туда, где, по расчётам Рагнара, должно было находиться сочленение сегментов.

Меч, окутанный силовым полем, вошёл в плоть твари с отвратительным шипением. Не так легко, как в плоть обычных монстров — шкура здесь была толще и прочнее, — но меч всё же вошёл. Червь взревел, его тело содрогнулось, и он начал извиваться, пытаясь сбросить наездника.

Рагнар держался. Левой рукой он вцепился в край хитиновой пластины, чувствуя, как та трещит под напором сервоприводов. Правая рука, сжимающая меч, работала как отбойный молоток: удар, провернуть, вырвать, снова удар. Кровь червя — густая, тёмно-зелёная, почти чёрная — заливала броню, и шипела на разогретом металле.

Тварь заметалась, ударилась боком о каменную стену какого-то сарая, разнося ту в щепки. Рагнара тряхнуло, но он удержался, лишь сильнее вогнав клинок в рану.

И тут червь вновь допустил фатальный промах. Пытаясь достать до спины, он слишком высоко задрал переднюю часть туловища, потеряв равновесие. На долю секунды его брюхо — более светлое, лишённое толстой брони — оказалось открытым и уязвимым.

Рагнар не стал ждать. Он отпустил хитиновую пластину, оттолкнулся от извивающейся спины и прыгнул вниз, под тушу. Пролетая мимо открывшегося брюха, он, взмахнув мечом, открыл немалую рану в брюхе и тут же, пока тварь, вновь взревев, не начала действовать, всадил в него ствол плазмопистолета и нажал на спуск.

Синяя вспышка озарила подбрюшье червя изнутри. Заряд перегретой плазмы ударил прямо в незащищённую плоть, прожигая внутренности твари насквозь. Вой, который издал червь, перекрыл все остальные звуки битвы — такой пронзительный, что у Рагнара на мгновение заложило аудиосенсоры.

Тварь вскоре рухнула. Её передняя часть, лишённая управления, тяжело ударилась о землю, подняв тучу пыли. Тело ещё конвульсивно дёргалось, но это была уже агония. Рагнар, приземлившийся на одно колено, тяжело выдохнул и поднялся. Меч в его руке всё ещё гудел, силовое поле мерцало, но уже не так ярко, как раньше.

После битвы ему нужно будет серьёзно заняться своим снаряжением, ну а пока...

Он подошёл к голове червя — точнее, к тому месту, где у обычных существ была бы голова. Тварь ещё слабо шевелила челюстями. Рагнар без колебаний вонзил меч в то, что посчитал мозговым центром, и провернул. Червь дёрнулся в последний раз и затих.

Готов.

Рагнар выдернул клинок и огляделся.

***

Гиммель увидел, как гигант в броне спрыгнул со спины червя, и в следующую секунду тварь рухнула, сотрясая землю. Грохот падения на мгновение заглушил даже звуки боя.

А затем что-то изменилось.

Твари, до этого наседавшие с бездумной яростью, вдруг замешкались. Их движения стали дёргаными, несогласованными. Кто-то замер, озираясь, кто-то попятился, а несколько наиболее крупных особей и вовсе развернулись и бросились обратно в лес.

— Они дрогнули! — крикнул Гиммель, разрубая подвернувшегося монстра. — Дави их пока не очухались!

Айзен, не теряя ни секунды, взревел и рванул вперёд, сметая всё на своём пути. Его топор крушил черепа и конечности, а сам он, казалось, не чувствовал усталости. Хайтер переключился с защиты на атаку: с его посоха срывались золотистые копья света, пронзая тварей насквозь.

Рагнар, оценив обстановку, тоже не стал медлить. Он убрал плазмопистолет — тот снова требовал охлаждения — и, перехватив меч обеими руками, врубился в ближайшее скопление врагов.

Теперь это была не битва, а зачистка. Без вожака, без чёрной воли, что гнала их вперёд, твари превратились в обычных зверей — опасных, но предсказуемых. Они огрызались, пытались кусаться, но натиск героев был неумолим.

Рагнар работал молча, экономя силы. Доспех скрипел, а датчики то и дело мигали, но пока он держался. Он видел, как сражаются люди рядом с ним. Коротышка — грубая, но невероятно эффективная сила. Высокий — отточенная техника и явное лидерство. Священник — вера, воплощённая в чистом свете. Они не были Астартес, но в этот момент Рагнар признал в них воинов почти равными себе.

Он рубанул последнего монстра — какую-то помесь волка и ящерицы, — и в наступившей тишине услышал только тяжёлое дыхание своих временных союзников и собственное сердцебиение, отдающееся в висках.

Бой наконец подошёл к концу.

***

Гиммель опёрся на меч, переводя дыхание. Вокруг валялись тела тварей — десятки, если не сотни. Площадь перед церковью была усеяна трупами, благо вскоре те начинали медленно, но верно развеиваться чёрным пеплом по ветру. Золотистый купол над храмом всё ещё мерцал, но уже слабее — священник внутри, видимо, держался из последних сил.

Он поднял взгляд на гиганта в доспехах. Тот стоял неподвижно, словно статуя, но его броня была покрыта вмятинами, царапинами и тёмными подтёками крови тварей что так же начали испаряться превращаясь в пепел. Меч в его руке всё ещё потрескивал остаточными разрядами.

— Ты ранен? — спросил Гиммель, делая шаг навстречу.

Гигант медленно повернул голову. Шлем смотрел прямо на него, и Гиммель вдруг почувствовал, насколько этот воин велик. Не только ростом, но и самой сутью. От него веяло древней, нечеловеческой мощью.

— Ранений, угрожающих боеспособности, нет, — раздался низкий, искажённый вокс-динамиками голос. — Доспех немного повреждён. Но я ещё могу сражаться.

Гиммель коротко кивнул.

— Мы благодарны тебе, воин. Боюсь, что без тебя данная деревня бы пала. Как и другие до неё. К сожалению, мы не смогли посметь как бы не торопились.

— Я лишь исполнял свой долг, — ответил гигант. — Вы сражались достойно, и я благодарен вам за помощь. Но прежде я хотел бы узнать, кто вы и откуда прибыли.

К Гиммелю начали подходить и соратники, и если они уже успели убрать своё оружие в ножны, то вот Рагнар, напротив, не спешил убирать своего. И хотя силовое поле он и отключил, но он мог бы в любую секунду заново броситься в бой.

Несмотря на грозную ауру, что веяла от Рагнара, и что в обычных обстоятельствах люди, как правило, завидев одного из Его ангелов, как минимум испытывали трепет.

То вот отряд Гиммеля, казалось, напротив, вели себя спокойно и лишь испытывали легкий интерес к своему гостю.

— Это Айзен, несмотря на свой небольшой рост, он весьма крепкий и сильный воин. — Указав на самого небольшого члена своего отряда, проговорил Гиммель, в то время как Айзен лишь слабо кивнул.

— Это наш священник Хайтер. Если у тебя есть какая-нибудь рана или же даже порча, то будь уверен, что он сделает всё возможное, чтобы тебе помочь. — Указав на кивающего священника, проговорил Гиммель, а затем, задумавшись на секунду, добавил: — Если, конечно же, не будет пьян.

— Кха…

Хайтер слегка поперхнулся воздухом от этого заявления, а Айзен тем временем кивнул, подтверждая эти слова.

— Меня же зовут Гиммель, и я глава нашего небольшого отряда. Мы, если нас так можно назвать, очередные герои, что были благословлены королём, дабы наконец свергнуть Короля Демонов.

Рагнар медленно перевёл взгляд с одного на другого. Герои. Благословлённые королём. Значит, перед ним не просто странствующие наёмники, а те, кого местные правители сочли достойными для столь важной миссии. Это объясняло их силу.

Но не объясняло много другого. Например, почему для столь важной миссии, как убийство Короля Демонов, назначили лишь пару человек, а не мобилизовали целую армию, дабы раз и навсегда покончить с угрозой, не считаясь ни с какими потерями.

Или у местных королей были другие проблемы? А угроза со стороны Короля Демонов была, по их мнению, не столь впечатляющей, как, например, какая-нибудь другая?

Всё это ему ещё предстояло выяснить, но прежде.

— Я — Рагнар Талвек, — произнёс он наконец. — Брат ордена Пепельных Клинков, Астартес. Я прибыл в этот мир по воле Бога Императора Человечества, и хотя я не знаю для чего но мой долг остаётся неизменным — защищать человечество от любых угроз. Будь то демоны, монстры или что-то иное.

Гиммель как и Айзен с Хайтером удивлённо переглянулись они было хотели о многом спросить — очевидно, их интересовало и происхождение Рагнара, и то, что значит «Астартес», и что это ещё за Бог Император такой, — но в этот момент где-то вдалеке, за лесом, небо озарилось вспышкой.

Яркой. Белой. Пронзительной.

На мгновение ночь отступила, словно кто-то зажёг второе солнце. Свет ударил по кронам деревьев, выхватив из темноты каждую ветку, и каждый лист, а затем погас так же внезапно, как и появился.

Рука Рагнара дёрнулась к болтеру. Тело среагировало быстрее разума — на неизвестный источник предполагаемой угрозы. Он уже вскинул оружие, отслеживая направление, и сделал полшага вперёд, заслоняя собой и людей, и церковь.

Но Гиммель и его товарищи не шелохнулись. Лишь переглянулись. Лица их были хмурыми и напряженными, но они никак не выглядели испуганными или взволнованными.

Рагнар заметил это сразу.

— Вы в курсе происходящего, — произнёс он.

Гиммель выдохнул, проводя рукой по волосам, и посмотрел туда, где всё ещё догорали отблески.

— Это, скорее всего, наш последний член отряда, которого я тебе ещё не успел представить. Фрирен — очень сильный и древний маг. Она была с нами, но на подходе к деревне почуяла демона — того самого, что вёл всю эту орду. Она предположила, что тот был ранен и пытался сбежать, а потому вызвалась попытаться догнать его. Пока мы тем временем будем отбивать деревню.

Рагнар медленно опустил болтер. Взгляд его оставался устремлённым к горизонту, где ещё таяли последние искры.

— Я так понимаю это сотворила она?

— Похоже, что так. Она очень древняя эльфийка, — негромко ответил Хайтер. — И прожила дольше, чем многие королевства. Несмотря на то, что она является членом нашего отряда, даже мы не знаем всех пределов её сил.

Псайкер или же Ксенос? А может и то и другое?

Рагнар помолчал. Вспышка была колоссальной. Даже с такого расстояния он ощутил отголосок силы, исказивший воздух.

— Хорошо, — произнёс он наконец. — Будем надеяться, ей удалось одолеть демона, и нам не придётся его искать.

Он убрал болтер в крепление и, выпрямившись во весь рост, повернулся к Гиммелю.

— Я упустил его в бою. Он смог скрыться после того, как я отсёк ему руку. Это моя недоработка. Но если ваша спутница завершила начатое — честь ей и хвала.

Гиммель поднял взгляд на Рагнара и сделал шаг вперёд.

— Я как раз хотел отправиться ей навстречу. Убедиться, что бой окончен и что она цела. Я был бы рад, если бы ты пошёл со мной. Уверен, Фрирен тоже захочет познакомиться с тем, кто в одиночку сдерживал целую армию.

Айзен тем временем закинул топор на плечо.

— А мы с Хайтером пока поможем деревенским. Я осмотрюсь здесь и проверю округу, вдруг кто из тварей ещё не сбежал, а лишь скрылся.

Хайтер кивнул.

— Да. А я тем временем познакомлюсь с местным священником и людьми.

Рагнар на мгновение задумался. Эта Фрирен его заинтересовала, ведь разумный, способный на магию такой силы, что её было заметно за много миль, может оказаться как ценным союзником, так и опасным врагом. Пока он лично не выяснит, кто она, и какие цели преследует ему следовало быть осторожным. Ведь уже было очевидно, что эта эльфийка, кем бы она ни была, весьма незаурядная личность.

Он коротко кивнул Гиммелю.

— Я пойду с тобой. Хочу увидеть того, кто сотворил этот взрыв. И узнать больше о том, с чем мы столкнулись.

Гиммель позволил себе слабую, усталую улыбку.

— Тогда не будем медлить. Идём.

Он развернулся и быстрым шагом направился к кромке леса, туда, откуда всё ещё доносился слабый запах гари и озона. Рагнар двинулся следом. Два воина — человек и Астартес — шагали бок о бок, оставляя за спиной догорающие руины некогда мирной деревушки вынужденной превратится в поле битвы.

***

Рагнар и Гиммель какое-то время шли молча по лесу, то и дело оглядываясь по сторонам, дабы не наткнуться на очередного монстра или иное чудовище, которое решило их подкараулить, но… нет. Чем дольше они шли, тем чётче осознавали, что если и были твари, которым удалось сбежать, то оставаться тут дольше они не планировали.

Теперь оставалось лишь надеяться на то, что оставшиеся твари не соберутся вновь в одну группу и не нападут на очередную беззащитную деревеньку.

Но в любом случае Гиммель позаботится об этом, он уже отослал одно из писем в столицу и пошлёт ещё, дабы быть полностью уверенным в том, что людям, кто проживает здесь, ничего не угрожает, а сам он тем временем двинется дальше. Ведь Король Демонов находится весьма далеко, а им ещё идти и идти до него.

Между тем Гиммель вновь взглянул на странного воина в два с половиной метра роста и полностью закованного в железную броню. Он всё задавался вопросом, откуда тот взялся и что значит «Астартес» и его слова о неком Боге Императоре Человечества. Сам Гиммель хоть и не сильно был сведущ в религии, в отличие от Хайтера, но он не припоминал, чтобы хоть кто-то молился какому-нибудь Императору как Богу, хотя Императоры у них и были, и весьма давно, но всё же.

Может, стоит обратиться с этим вопросом к Хайтеру или же…

— Милорд Рагнар, прошу прощения за то, что решил отвлечь вас, но… Не развейте вы моё любопытство. Я никогда не слышал и не встречал таких воинов, как вы, да и слово «Астартес» тоже. Ещё и Бог Император Человечества. У нас, конечно, были Императоры, но, насколько я знаю, никого из них не почитали как бога.

Рагнар на секунду остановился и бросил взгляд своих красных линз на Гиммеля, от чего тот даже слегка занервничал, но благо от того не веяло опасностью, а потому Гиммель лишь молча продолжал ждать ответа.

— Это будет слишком долгий и сложный разговор, и, возможно, я вам поведаю свою историю. Если и вы мне поведаете о интересующих меня вопросах.

Гиммель в легком удивлении приподнял брови и после секунды, улыбнувшись, кивнул.

— Конечно. Я рассказал бы вам обо всём, что знаю, и просто так.

— А теперь давай продолжим поиск вашей спутницы. — Сделав пару шагов, они оказались в чистом поле, где совсем недавно произошла немалая битва. — Похоже, что мы на месте.

— Фрирен…

Гиммель двинулся в сторону лежащего тела, которое не издавало никаких признаков жизни, пока Гиммель не произнёс имя и не двинулся в её сторону. После чего фигура наконец зашевелилась и, открыв глаза, взглянула в сторону взвалиновоногого мужчины.

— А, Гиммель. Ну как у вас там всё прошло?

— Фрирен, тебя ранили? Нет? Но тогда почему ты лежишь на земле, ты же можешь простудиться.

— А-ам, я просто устала после того, как мы без остановки сначала шли к этой деревне, а потом я ещё и с демоном сражалась и с другими тварями, которые также начали меня окружать. Благо их было немного, и после всего я решила отдохнуть, так как верила, что в деревне вы справитесь сами.

Вдруг послышались тяжёлые шаги, Фрирен, не вставая с земли, повернула голову в сторону шума и в легком удивлении приподняла брови.

— А это ещё кто? Чей-то голем? Хотя нет, я не чую в нём магии, точнее…

— Знакомься, Фрирен, это Рагнар, именно он защищал деревню в одиночку. Рагнар, это Фрирен, наша подруга.

Рагнар и Фрирен долго всматривались в друг друга, не произнеся ни слова. Гиммель уже успел почуять неловкость, как вдруг…

— Эльдар?

***

Итак, да, знаю, что долго не было, и прошу у всех за это прощение. Может, кто-то знает, но я уже обмолвился разок на «Бусти», что у меня, если по-простому, грыжа появилась, а если посложнее, копчиковая киста. Долго готовился к этой операции, собирал кучу анализов, немного денег ещё надо было, короче, задолбался, если честно, переносилась ещё не раз, ну...

В итоге в четверг я уже сделал операцию, вот сегодня приехал, восстанавливаться буду месяц, а сидеть мне нельзя дней десять, желательно. Хорошо, что у меня ноутбук и я пишу этот текст лёжа на диване.

Так это было во-первых, а во-вторых. Ну, постараюсь надолго так больше не отлучаться, но всё равно, пока всё полностью не заживёт и я не смогу хотя бы буквально сидеть, будет тяжело мне писать, но я постараюсь. И ещё кое-что добавили функцию «Создано с помощью нейросети», я её добавил, так как в начале я уже говорил, пользовался её помощью, после чего перестал, так как она уже стала генерировать один бред. Но если дальше она что-нибудь нормальное сделает, так же продолжу ей пользоваться, почему бы и нет. Короче, в целом я хотел сказать то, что на отеись я фанфик не планирую писать, так что не бойтесь. Ну и напоследок.

Переходите на «Бусти», буду рад любой вашей поддержке, ссылка на профиль есть в примечании к фанфику.

Глава 14

В данный момент я пребывал в некотором… недоумении? Если так можно выразится.

По всей видимости, передо мной предстала представительница расы эльфов, коих называли местные и что обитали в этом мире, правда… Выглядела девушка перед ним весьма странно.

К примеру, взять небольшой, даже можно сказать миниатюрный рост, который даже почти был сравним с ростом Айзена. То бишь представителя гномов, ещё одна раса, как я успел выяснить, населяющая этот мир, что очень схожа по внешнему виду с людьми, но при этом обладают весьма небольшим ростом, чуть большей физической силой, а также выносливостью. Ну а продолжительность жизни у тех была весьма немалой, если сравнивать опять же с людьми, например, а именно до трёхсот плюс-минус сотен лет. В то же время местные люди имели продолжительность жизни от шестидесяти и более десятков лет.

К сожалению, пока что мне не удалось выяснить, относятся ли гномы к подвиду людей, как те же Огрины или Ратлинги, например. Можно было бы привести ещё и пример со Скватами, но…

И вновь, к сожалению, я знал о тех слишком мало, а потому не мог полностью судить об этом. Да и не в моей компетенции данные вопросы находились. Был бы здесь кто из апотекариона, желательно специализирующийся как раз-таки в генетике и ксеносах, было бы куда как проще. Но-о… Как говорится, что имеем.

Ведь нам, как правило… То бишь рядовым и не очень Астартес лишь указывали на цель, которую требовалось уничтожить, и на этом всё, как правило, в принципе и заканчивалось. Да, были технодесантники и те же апотекарии с библиариями, но у тех и специальность, с обязанностями, было куда больше, а потому…

Но по первым впечатлениям, а точнее, гномов, похоже, всё-таки можно определить к подвиду людей, и, может даже, обнаружь их кто, им бы даже дали возможность влиться в Империум.

Хотя опять же этот вопрос находился не в моей компетенции, и тут всё зависело бы от многих факторов. Начиная от того, кто именно бы наткнулся на их вид, заканчивая тем, какими возможностями и технологиями те обладают. Ну а также кому и, главное, чему те поклоняются и служат и готовы ли те принять веру в Бога-Императора.

Эльфийка же перед ним выглядела, как и было сказано ранее, весьма… обычно? Если судить по человеческим меркам. Единственное, что отличало её от людей или тех же гномов, хотя опять же стоит иметь в виду лишь по поверхностным данным, ведь о тех же гномах он лишь читал и слышал, да и встретил лишь только Айзена, а потому…

Вообщем как и говорилось ранее, данных у него было слишком мало.

Но что отличало эльфийку передо мной от тех же гномов, так это ярко выраженные длинные уши, схожие по внешнему виду с Эльдарами. Потому-то я в первый миг и был сильно удивлён тем, что, несмотря на уши, эта Эльдарка при этом обладала таким небольшим ростом. Ведь обычные представители Эльдар были ростом чуть ли не с Астартес.

Вообще я так до конца и не выяснил, к какому типу относится данная планета, и как далеко она находится от границ и близлежащих миров Империума, и даже в какой именно части галактики. Но вот что я мог с большей вероятностью предположить точно, так это то, что данная планета была просто-напросто скрыта от всех. Кроме разве что взора Бога-Императора Человечества, разумеется.

Ведь кому ещё как ни ему знать, на каких мирах и в каких частях галактики находятся его дети? Было давно ясно и очевидно то, что Император наблюдает за ними и даже может одарить тех или иных своих последователей и детей дарами. Дабы в величайший час нужды переломить например ход той или иной битвы.

И то, что он находится на этом мире, также была его заслуга и ничья более. Да, он пока что ещё не знал, почему именно здесь находится, но, как и говорилось ранее, он это непременно выяснит. Ну или же будет действовать по своему усмотрению.

Ведь из миллионов и миллиардов людей он ведь выбрал почему-то его. А значит, у него должны были быть на это причины…

Ну или же он оказался в подходящем месте и в подходящее время.

— Прошу прощения но меня зовут Фрирен а не Эльдар. А вы кем будете?

***

Из стремительно проносившихся мыслей его из мыслей вдруг вывел голос эльфийки. И решив, что у него ещё будет время всё обдумать, а также возможность получить те или иные данные и уже на их основе сделать дополнительные выводы, он вдруг решил ответить.

— Я вас принял за представительницу расы Эльдар из-за схожести формы ушей. Но-о… Похоже, что я всё-таки немного ошибся. Ведь помимо них вы больше ничем не схожи.

— Вот как?

Казалось, в голосе эльфийки пронесся интерес, и она спросила.

— И как же выглядели те Эльдары, о которых вы говорите, если не секрет?

Рагнар какое-то время размышлял над тем, стоит ли ему отвечать перед ксеносом или же лучше сказать обхьюманом? Хотя опять же, пока у него нет каких бы то ни было точных данных, он будет считать её именно ксеносом. И довольно-таки опасным, если она обладает немалыми псайкерскими силами… А если говорить на языке местного мира, то магией.

Взглянув на рядом стоявшего Гиммеля и по совместительству главу данного отряда, он ответил:

— Это будет долгий разговор. И так как вы, Гиммель, уже ранее обмолвились тем, что ответите на мои вопросы, то я, так уж и быть, отвечу вам и на ваши… По мере возможности, разумеется. Ибо есть вещи, о которых я говорить не смею.

Гиммель же тем временем, переглянувшись с Фрирен, кивнул.

— Конечно… Буду рад ответить вам на все вопросы. Но в таком случае давайте для начала отправимся обратно в деревню? Думаю, мы сможем поговорить, как только решим первоочередные проблемы, связанные с помощью местным жителям.

Фрирен на его слова слабо кивнула, и Рагнар, подумав немного, кивнул в ответ, после чего они все вместе двинулись обратно к деревне.

***

Когда они вернулись в самую деревню, то в первую очередь увидели то, что золотой купол, что был ранее установлен местным священником, вокруг церкви уже пропал, а сами жители начали выходить на улицу и толпиться у входа.

Вскоре же, когда уже все жители оказались снаружи, Рагнар вместе с Гиммель и Фрирен уже начали подходить к ним, и в этот момент последними из церкви вышли двое священника, а именно Релан и Хайтер.

— Прошу уделить мне минуту вашего внимания.

Дождавшись, пока все жители переведут свои взгляды с небольшой процессии, шедшей в их сторону, на священника. Отец Релан, дождавшись, пока все соберутся и в первую очередь герои, продолжил.

— Позвольте для начала поздравить вас с тем, что беда, шедшая по нашу душу, к счастью, нас миновала. К сожалению, того же нельзя сказать о наших близлежащих соседях, но будьте уверены, что если и остались выжившие, то мы обязательно поможем и приютим их у себя. Как сделали это недавно с теми детьми, которым недавно удалось спастись.

Жители мрачно кивнули, подтверждая слова священника, а тот между тем продолжил.

— В первую очередь мне хотелось бы поблагодарить вас… Милорд Рагнар.

Тут все взгляды устремились к Астартес.

— Если бы не вы, боюсь, что наша деревня и люди, что живут в ней, скорее всего, уже были бы мертвы. Благодарю вас от лица всей деревни. Знайте, что вы навсегда будете у нас самым важным и дорогим гостем. И если в наших силах будет выполнить для вас какую бы то ни было просьбу, вам лишь нужно озвучить её, и мы тут же попытаемся сделать всё, что в наших силах.

Рагнар же, пройдясь по всем жителям взглядом, лишь слабо кивнул.

— Я не сделал ничего столь уж выдающегося а лишь исполнял свой долг как защитника и воина человечества.

Пока жители молча глядели на Рагнара чуть ли не с восхищением, Релан, меж тем, слабо улыбнувшись, кивнул.

— Позвольте также отдельно поблагодарить и вас, новоиспечённые герои. Я услышал от своего уважаемого собрата… — Взглянув в сторону Хайтера и получив от того мягкий кивок, он продолжил. — Что вы чуть ли не по пятам гнались за этими монстрами. Жаль, что остальных жителей не удалось спасти, ибо все мы знаем, что враг наш коварен, и всё же. Я рад, что вам таки удалось избавить мир от очередного зла. А зная, какая миссия вам предстоит, хочу лишь пожелать вам удачи и… Как и было сказано ранее милорду Рагнару, если вам вдруг понадобится ночлег или же еда, будьте уверены, что мы постараемся исполнить все ваши прихоти. И вы всегда будете в нашей деревне почётными гостями.

Выйдя вперёд на пару шагов, Гиммель, приложив свою правую руку к сердцу, а левую опустив вниз и прижав её к телу, слегка поклонился священнику.

— Благодарю вас за столь радушный приём. И хотя наша встреча была омрачена недавними событиями, я искренне рад нашей встрече, а также знакомству. Надеюсь, в следующий раз, когда нам посчастливится оказаться в ваших краях, мы увидимся при более благоприятных обстоятельствах.

— Несомненно, наш дорогой гость, будем надеяться, что так оно и будет.

В следующее мгновение, взглянув на Айзена и получив от того легкий кивок, священник хлопнул в ладони, чей звук вдруг отчетливо прозвучал по округе.

— Ну что же, дорогие жители. Я понимаю, что вокруг нас сейчас царит немалая разруха, но наши доблестные герои уже расправились со всеми тварями, а потому давайте-ка вы отправляйтесь домой и хорошенько отдохните, и набирайтесь сил, ведь уже завтра нам с вами придётся восстанавливать все эти нанесённые повреждения. Да и о другой работе забывать не стоит. Если же вы боитесь оставаться одни, поговорите с соседями, возможно, в большей компании вам будет спокойнее.

Переглянувшись между собой, деревенские, благодаря попутно героев, начали расходиться кто куда, и вскоре у храма остались немногие, а именно…

Рагнар и Гиммель со своим отрядом вместе со священником Реланом.

Жестом головы Релан попросил всех пройти в храм и оказавшись внутри он оглядев всех героев спросил.

— Я так понимаю, этих монстров и вправду вёл демон, да? Надеюсь, вам удалось разобраться с ним?

Вперёд вышел Гиммель и слегка кивнул.

— Да, священник. Твари и вправду находились под властью демонов. Благо благодаря сначала Рагнару, а затем и нашей волшебнице того удалось нейтрализовать. Больше ни он, ни его бывшее стадо никому не причинит вреда.

Переглянувшись с Хайтером, Релан, казалось бы, наконец свободно выдохнул.

— Что ж… это хорошо… хорошо…

Присев на рядом стоявшую лавочку, остальные лишь только сейчас заметили, каким на самом деле уставшим был священник. Похоже, что поддержание купола вокруг храма отняло у него немало сил. И то, что он вот так вот спокойно стоял на ногах и пытался ещё, подавая личный пример, подбодрить жителей, о многом говорило.

— С вами всё в порядке? Хайтер?

Кивнув Гиммелю, священник приблизился к своему собрату и, ухватившись тому за плечо, его руку опоясал золотой свет, и спустя пару секунд он вернул её.

— Да, с ним всё хорошо. Немного переутомился, но после хорошего отдыха всё пройдёт.

— Благодарю вас, Хетар, и вас, герои… если бы не вы.

— Как и было сказано, нас не за что благодарить, это был наш долг.

Затем взгляд Гиммеля переместился к Рагнару как и остальных присутсвующих.

— Милорд Рагнар. Помнится мы с вами собирались обменяться информацией? Правада…

Оглядевшись Гиммель задумавшись остановил вконце свой взгляд на Хайтере.

— Где лучше всего нам это будет сделать? Тут ведь возможно нет Таверны а если бы и была она возможно сейчас находжится не в лучшем виде.

— На этот счёт не волнуйтесь.

В разговор вновь вступил Релан что казалось немного пришол в себя и вновь встал.

— Поговорить можете и здесь ну а по поводу же того где вам лучше всего переночевать… хм-м-м…

Релан ненадолго задумался после кое что решив кивнул.

— Есть у меня одна мысль. Вы пока общайтесь а я пойду кое что разузнаю.

— Вы уверены? Может вас сопроводить?

Хейтер было попытался помочь Релану, но тот остановил его взмахом руки.

— О, не стоит, дорогой собрат, правда, не стоит. Оставайтесь здесь, думаю, разговор также окажется важен для всех вас. Ну а я уже пришел в себя. Скоро вернусь.

Вскоре Релан покинул храм, оставив Рагнара и отряд Гиммеля наедине.

— Что же…

Оглядев своих спутников и сев за ближайшую скамью, Гиммель в итоге взглянул на Рагнара.

— Давайте тогда для начала начнем мы? Что именно вы желаете узнать?

Остальные члены группы Гиммеля также начали рассаживаться по ближайшим скамьям и в конце лишь как-то неудобно посматривали на Рагнара. Ведь все они осознавали, что скамейки были ему не по размеру, да и не выдержат те его вес.

Поняв, о чём те думают, Рагнар, встав в стороне, лишь глухо произнёс:

— Обо мне не беспокойтесь. Ну а что же по поводу моих вопросов?

Задумавшись, Рагнар думал, о чём стоит спросить первым, ведь вопросов у него уже накопилось немало, и, подумав, решил начать с самого начала.

— Во-первых, я хочу узнать больше о местном мире. Расы, его населяющие, главные угрозы для людей, в том числе я хочу подробно узнать о демонах и их возможностях. О странах или же государственных образованиях, а также… — Взглянув в конце на эльфийку, он дополнил: — Магии.

Переглянувшись, вся группа была… в легком недоумении, если не сказать больше. Конечно, все они предполагали, что воин перед ними необычный и прибыл, возможно, откуда-то издалека, но…

И всё же, как бы их всех ни смутили вопросы Рагнара, Гиммель, задумавшись, всё же кивнув, начал отвечать.

— Ну что же… Наверное, нам стоит начать по порядку?

***

Гиммель начал рассказывать обо всём, что знал, в том числе истории, людях, государствах и так далее, хотя… Больше всего всё же говорил Хейтер. Всё-таки он как-никак был священником и довольно-таки начитанным, каким бы пьяницей тот ни являлся.

Рагнар также задавал ему уточняющие вопросы по поводу религии и этой самой Богине, которой они все возносят молитвы, но… Так много и не узнал.

Было ясно лишь то, что эта самая Богиня в древности, а именно времён, которые называются мифической эры, являлась, судя по всему, эльфийкой, но что отличало её от других, так это наличие крыльев за спиной.

Тут впервые Рагнар и нахмурился. Да, Релан говорил ему плюс-минус то же самое, но теперь… Получив чуть больше данных, Рагнар по описанию мог сравнить эту самую Богиню с какой-нибудь святой, взять те же крылья с венок, например.

Ведь если Император Человечество направил его сюда, это ведь не значит, что он не наделял кого-то толикой своей силы здешних жителей или же не отправлял и ещё кого-нибудь до него.

Да, его смущали детали по поводу того, что у этой Богини были заостренные уши, как у эльфийки, но… История ведь могла исказиться, не так ли?

И хоть Хейтер и обмолвился тем, что, мол, именно Богиня создала сей мир и даровала ему магию, Рагнар посчитал данное утверждение изначально полным бредом.

Возможно, кто-то в древности и вправду создал этот мир. Может, даже сам Император, где-то запрятав его для каких-то своих целей. Или же, например, люди во времена Золотой эры человечества. Ведь люди того времени создавали целые звёздные системы и гасили их лишь по своей прихоти. То, что им стоило создать ещё какую-нибудь планету и отгородить её от взора остальной галактики?

Вот и Рагнар предполагал, что почти ничего. Может, даже это был какой-то эксперимент? Люди в древности создали эту планету, отгородив её, например, от варпа, и взамен тут зародилась магия или же…

Нет, слишком мало данных… Но мысль неплохая. Жаль, что с ним не было какого-нибудь библиария, он бы, возможно, смог поделиться какими-нибудь своими мыслями.

Дальше слово взяла эльфийка, но ненадолго. Она говорила, что эльфы живут в этом мире тысячи лет и имеют практически бессмертие. Но как они зародились, как и те же люди с гномами, никто так и не знает. Но многие предполагают, что всех их создала Богиня. Вот только откуда появилась эта самая Богиня, точного ответа никто дать не мог.

Тут-то Рагнар и задался вопросом, а как так получилось, что эльфы не стали доминирующей расой на этой планете, но… Похоже, что тут в дело вступала та же история, что и с эльдарами.

Те тоже по какой-то причине тоже не спешили сильно плодиться. Рагнар точно не знал, с чем это было связано. Возможно ли, что из-за той суки, что они породили? Или же из-за того, что их раса в целом была сильно разобщена? У них не было ни единого государства, ни цели… По крайней мере, Рагнар её не видел. Может, кто-то в Империуме и знает больше, например, тот же Инквизиторий, но…

Отбросив эти мысли вновь на потом, Рагнар продолжил слушать дальше, то и дело ставя пометки в своей голове.

Наконец он начал получать хоть какие-то ответы. И вскоре он решит, что ему со всем этим следует делать дальше.

***

Вот такая вот по итогу у меня вышла глава. Возможно, она вышла не очень, потому что я немного поторопился с её выпуском. Хотя кто-то, наверное, скажет: «Карл... Проды не было уже больше месяца». На что я отвечу... То бишь промолчу. Ах да, в комментариях люди писали, что их немного пугает плашка «Создано с помощью Нейросити», в связи с чем я вновь всех спешу успокоить, я пользовался нейронкой лишь поначалу, я это уже не раз говорил и говорю это снова. И в данной главе, например, я вообще не пользовался её помощью. Ну, опять же, только текст редачил. Хотя, может, именно из-за этого глава вышла плохой или, наоборот, хорошей? В общем, пишите в комментариях, как она вам. А я тем временем вновь пообещаю вам, что буду обещать вновь не пропадать так надолго, как в прошлый раз.

КЧАУ...

(Ну и не забывайте ставить лайки мои сладкие))

Глава 15

— …И в общем, так мы здесь и оказались.

Гиммель, как и остальные члены его отряда, наконец закончили рассказывать всё, о чём просил их Рагнар, и наконец-таки подошли, казалось бы, к закономерному итогу. А именно, к тому, как и почему они здесь оказались.

Все они, конечно, в какой-то мере понимали, что у Рагнара ещё оставались вопросы и он о многом желал их спросить, но пока что, казалось бы, решил довольствоваться тем, что уже выяснил.

Ведь они уже и так успели рассказать ему немало. А после своего путешествия и сражения были довольно-таки уставшими и желали как можно скорее лечь спать и уже наконец-таки отдохнуть.

Впрочем, было бы ложью сказать, что их не заинтересовал сам Рагнар и то, откуда он появился такой и кем собственно является.

— Что же… Я признателен вам за рассказ. Также я помню, что обещал вам ответить на кое-какие ваши вопросы, а потому, если те не займут слишком много времени, ибо вижу, что вы устали и нуждаетесь в отдыхе, и они не коснутся вещей, о которых мне будет запрещено говорить, то я готов ответить на них.

Под конец своего монолога Рагнар, казалось бы, как-то странно взглянул на Фрирен.

То бишь Эльфийку.

Но так как на Рагнаре был надет шлем, то и прочитать его намерения и взгляд было практически невозможно.

Но также всем стало ясно, что он как-то странно реагирует на их компаньонку… Как будто бы враждебно, что ли?

То же самое можно было бы сказать об отношении Рагнара к Айзену, но там можно было прочесть лишь легкий интерес, направленный в его сторону но опять же…

Слишком мало данных было у Гиммеля и членов его отряда, чтобы судить до конца, да и те, что были, оставались лишь косвенными, а потому…

Переглянувшись с членами своей группы, Гиммель после недолгих раздумий первым задал вопрос.

— Для начала… Если мой вопрос не покажется для вас оскорбительным и-и... запрещенным. Не поделитесь ли вы с нами тем, кто вы? Кем являетесь и откуда прибыли? Не подумайте, что после всего случившегося мы не доверяем вам, и всё же…

На мгновение Гиммелю показалось что повисла неловкая пауза, а Рагнар тем временем, спустя пару секунд, как ни в чём не бывало потянулся к своему шлему. Послышался звук того, как что-то сначала щёлкнуло, и затем пшик, и тот наконец снял свой шлем.

И к удивлению всех присутствующих перед их лицом предстал… человек?

(Примерный Образ ГГ)

Впрочем, опять же, может, с виду и отдалённо его бы и можно было принять за вполне обычно человека, но… Казалось бы, было в нём что-то неправильное. И дело было даже не в росте и размерах, а также в некоторых деталях по типу каких-то непонятных, казалось бы, железных заклёпок, а в целом. От исходящей ауры и-и… взгляде этого… человека?

Отдалённо могло показаться, что этому существу не ведом ни мир ни покой. В отличие от других людей в его взгляде и поведении нельзя было ничего прочесть. Он будто бы был создан из гранита. И казалось, что он готов был в любую секунду броситься в битву, да и в целом… создан для неё что ли? Нет… Он будто бы был создан для войны.

— Оу-у… Эм-м… Так вы-ы… Человек?

Взглянув на Гиммеля Рагнар лишь слабо кивнул.

— Если говорить по-простому, то да. А если точнее, то когда-то я был человеком. Но в далёком прошлом, а именно в детстве, ведь когда-то на планету, на которой я проживал, напали Эльдары, а если точнее, то их тёмные собратья, зовущие себя Друкхари, готовые истребить всё живое на ней. Но благо, прежде чем это произошло, с неба спустились Его Ангелы Смерти. Их же ещё порой называют просто Космодесантниками или же Астартес. В течение пары месяцев наконец-таки отбив планету и очистив систему от присутствия ксеносов. Они, прежде чем покинуть её, отобрали для своего ордена крепких и сильных детей, что должны были пополнить их поредевшие ряды, и по счастливой случайности я оказался в их числе. И, в отличие от многих, не только смог пройти отбор, но ещё и выжить, став боевым братом ордена Пепельных Клинков, что уже две сотни стандартных лет истребляет врагов человечества, на кого укажет Его взор. И именно благодаря Богу-Императору Человечества я в конце концов оказался на этой отсталой планете. Пока что я не ведаю того, почему и зачем я оказался на этом мире. Но я сделаю всё возможное, дабы не подвести Его и сделать всё от себя зависящее. А именно, карать врагов рода людского и стать щитом его и, если потребуется, отдать свою жизнь за это.

После, казалось бы, даже чем-то пылкой речи в зале храма повисла гнетущая тишина. Все присутствующие с огромным шоком и недоумением пытались обдумать и осмыслить все те слова, что только что вылил на их голову Рагнар. И пока Гиммель с отрядом пытались медленно прийти в себя, Рагнар же просто, решил отслеживать их реакцию, и пристально их изучать.

А в особенности Эльфийку и Гнома.

— Т-так, подождите секунду. То есть вы хотите сказать, что прибыли с другого мира? То бишь планеты? И что вы оказались здесь по воле вашего Бога, так?

Вновь остановив свой взор на Гиммеле Рагнар слабо кивнул.

— Если говорить по-простому, то да.

И вновь Гиммель переглянулся со своим отрядом, после чего они, не удержавшись, начали, не стесняясь Рагнара, пылко переговариваться между собой, и в конце концов, потратив на это пару минут и кое-что для себя решив, вперёд вышел, сделав пару шагов, священник, а именно Хайтер.

— Прошу прощения. У нас, конечно, возникло очень много вопросов, но-о… Меня как и моих спутников очень волнует вопрос того, кем или чем именно является озвученный вами Бог-Император Человечества? Нет, конечно же, мы поняли, что он является вашим Богом, и всё же… Нам хотелось бы узнать о нём поподробнее, если это, конечно же, возможно. И я очень надеюсь, что мой вопрос не покажется для вас наглым или же оскорбительным, ведь я вовсе не преследую данной цели. Как впрочем и мои спутники.

Выслушав слова священника, Рагнар на секунду прикрыл глаза и сжал челюсть. По правде говоря, его задело то, как, по его мнению, священник непочтительно обращается к императору. А в купе с тем, что он ещё и поклонялся по факту ложному богу и вере, то злило это его ещё больше.

Но через пару секунд, тяжко выдохнув, Рагнар успокоился. Он смог себя убедить в том, что этим людям чуждо всё то, о чём он успел им поведать и поведает в дальнейшем.

Они понятия не имеют, насколько огромна галактика, как и то, насколько она жестока по отношению к своим обитателям. Они не ведают, через что проходят триллионы людей каждый день, дабы человечество продолжало жить.

Они не ведают, на какую жертву ради спасения их вида пришлось пойти тому, кто когда-то вновь сначала объединил, а затем и спас весь их вид. Тот, кто вознёсся до Бога и навеки приковал себя к участи куда хуже смерти.

Он пожертвовал собой… своим бессмертием, приковав себя к золотому трону, тем самым даровав людям, своим детям, то бишь им, всем людям, шанс на выживание. Но взамен лишил всё человечество шанса на счастливое будущее.

По крайней мере до тех пор, пока тот не встанет вновь. И потому их вид должен продолжать сражаться, не жалея себя, день ото дня, и продолжает делать это вот уже на протяжении десяти тысяч лет, и сделает это ещё столько, сколько потребуется.

Ведь пока их Бог с ними и пока жив хоть один человек, способный сражаться, они не падут, не сдадутся и не проиграют.

Ведь такова их природа.

Людей, что до самого конца продолжают жить, несмотря ни на какие преграды. И рано или поздно одержат верх в этой жестокой войне.

— Бог Император Человечества…

Открыв глаза и окинув взглядом всех присутствующих, он в конце концов остановил его на Хайтере и начал медленно говорить.

— …Прежде чем поведать о нём, для начала мне потребуется рассказать вам о Терре, колыбели человечества. Место, где оно зародилось и в конечном итоге расселилось по всей галактике. И месте, где в данный момент на своём золотом троне восседает Бог-Император Человечества.

И Рагнар начал свой рассказ.

Сначала он говорил о том, как человечество вышло в космос, затем как начало колонизировать сначала близжайщие планеты, а затем и системы. О том, как оно создало железных людей, что стали их рабами, благодаря которым оно обрело небывалое могущество и благодаря которому другие расы боялись и ненавидели их.

Но в конечном итоге человечеству пришлось поплатиться за свое невежество, ведь железные люди восстали против своих хозяев, и не только они, но и другие. Ксеносы, что боялись людей и не смели раньше и думать о том, чтоб бы начать войну с людьми, так же ударили в спину.

Но с огромным трудом человечество всё же одержало вверх в той войне, заплатив за это огромную цену. Множество миров пало, как и самих людей.

Были навсегда утеряны столь ценные знания и технологии, о которых теперь Механикусам остаётся лишь только мечтать.

Вся их раса оказалась на грани если не вымирания, то как минимум близилась к этому. И именно тогда, когда человечество нуждалось в нём больше всего, на Терре появился сильный лидер, что сначала объединил саму колыбель человечества, а затем и близжайшие планеты и основал Империум человечества.

О том, как Император создал огромный флот, армию и Астартес. О том, что он создал Примархов, своих сыновей, и отправился в глубины далекого космоса, дабы вновь объединить разрозненные миры человечества воедино, и создал великую Империю, равных которой в галактике не было и не будет.

И всё было бы хорошо, если бы Императора не предал его самый любимый и прославленный сын, Хорус Луперкаль. Тёмные боги, о которых Рагнар отказался рассказывать что-либо, соблазнили его лживыми речами, и тот пошел против отца и братьев.

Началась Ересь Хоруса. Война, где брат пошел против брата и сын против отца. Многие погибли в то время, в том числе и Сангвиний, ещё один прославленный и любимый всеми сын Императора Человечества, что погиб от рук Хоруса.

Император же отомстил тому, но сам получил сильную рану, и до конца не вылечившись, ему пришлось занять свое место на золотом троне.

Рагнар же сказал, что он, да и навряд ли кто-то вообще уже знает причину, почему он поступил так. Но раз ему пришлось это сделать, значит, на то у него были причины. И вот так благодаря своей жертве и деяниям Император стал единственным Богом для Человечества. И отныне его верные дети сражаются во славу его уже на протяжении десяти тысяч лет с многочисленными врагами по всей галактике на миллионах мирах и системах.

И они продолжат делать это, пока их Бог вновь не снизойдёт к ним. И пока Галактика не станет принадлежать им полностью. Ведь таков был завет их Бога и правителя.

Галактика принадлежит людям и никому более. И пока не настанет сей день.

Война будет продолжаться вечно.

***

Спустя долгое время Рагнар наконец закончил свой рассказ и оглядел изумленных Гиммеля и членов его отряда.

Даже Эльфийка, что, казалось бы, в обычное время всегда старалась не показывать своих эмоций, сидела с большим удивлением, не веря в то, что слышит.

Впрочем, не сказать, что другие были сильно отличны от её состояния. Всех их в какой-то мере потрясли слова Рагнара, и теперь они сидели чуть ли не с открытыми ртами, пытаясь осознать весь масштаб.

О том, какими незначительными как они сами, да даже их планета кажется в масштабах всей галактики, как и о том, а что бы было, если бы на месте Рагнара сейчас стоял не дружественный человек… То бишь Астартес, а кто-нибудь иной. Те же Друкхари или же орки, о которых он успел рассказать, или же Железные люди.

Понадобилось несколько минут, дабы они смогли осознать всё и прийти в себя, но первым всё-таки отошёл Хайтер и, взглянув на Рагнара, заговорил:

— То, что вы рассказали нам, милорд Рагнар, это…

Опустив взгляд, он пытался подобрать правильные слова, но так, спустя пару секунд, понял, что просто… не может? А потому, быстро сдавшись, начал говорить всё как есть.

— Страшно и… величественно одновременно. Узнать, что мы, люди, на самом деле родом происходим из одной планеты, и возможно, что наши далекие предки когда-то заселили сей мир. Конечно, в таком случае остаётся множество вопросов, но вы уже вскользь упомянули, что такое может иметь место быть, так что… пока что опустим это.

Вновь подняв взгляд, Хайтер слегка поклонился Рагнару к удивлению присутствующих, а следующие слова и того потрясли.

— А ещё я хотел бы принести свои извинения за то, как непочтительно относился к Богу-Императору Человечества. Очевидно, что он когда-то был да и до сих пор является могущественной и величайшей личностью. Не зря вы назвали его величайшим из людей. И мне жаль, что я, как и другие люди сего мира, не знают о нём и его жертве практически ничего. Если вы были бы не против, я хотел бы расспросить как о нём, так и о вере в него подробнее, если, конечно, вас это не затруднит и не оскорбит.

Оглядев присутствующих и в конце остановив тот на священнике, Рагнар долго пытался найти в его словах или же душе фальшь или какую другую эмоцию, но-о… Увидев как в глазах, так и в действиях священника лишь искренность, слабо кивнул.

— Если у нас будет на то время, я расскажу вам всё, что знаю. Но вынужден предупредить, что сам я являюсь лишь воином, а не капелланом или же священником Экклезиархии, а потому не смогу поведать вам много. Но, как я и сказал, если на то будет время, я расскажу вам, что знаю.

Услышав слова Рагнара, Хайтер вновь слегка поклонился.

— Буду вам искренне благодарен.

Прежде чем в зале успело случится что-то ещё, главные двери отворились, и через них прошел священник Релан.

Пройдя внутрь и оглядев всех, его взгляд остановился на Гиммеле.

— Милорд Гиммель. У меня тут получилось организовать для вас небольшой домик с несколькими комнатами, думаю, для вашего отряда будет более чем достаточно. Если желаете передохнуть, я готов провести вас…

Затем, вновь оглянувшись, он уже куда тише продолжил.

— Если, конечно, вы не собираетесь и дальше продолжить свою беседу.

— Думаю, что с разговорами мы на сегодня закончим.

В разговор вступил Рагнар, и взгляды присутствующих тут же устремились к нему.

— У меня, как и у вас, ещё остались вопросы, но, думаю, можно будет задать их уже в следующий раз, а пока вам и вправду стоит отдохнуть.

Отряд Гиммеля, переглянувшись с друг другом, лишь устало кивнул.

— Как скажете, и-и…

Слово взял Гиммель и, взглянув на Рагнара, продолжил.

— Благодарю вас за всё. За разговор и то, что помогли местным жителям.

Рагнар на это лишь скупо кивнул.

— Как я уже говорил не раз, это мой долг.

— И всё же…

Затем, переведя взгляд на Релана, Гиммель с усталой улыбкой ответил.

— Тогда не проводите ли вы нас? Думаю, отдых нам и вправду не помешает.

— Конечно, милорд, идите за мной.

***

В деревне, называемой Харт, наступило утро, и лишь немногие жители после приключившегося с ней совсем недавно встали с постелей. Если бы не нужно было кормить скотину и ухаживать за ней, они бы, возможно, лежали и дальше. Всё-таки все они испытали немалый стресс, а потому…

Рагнар же тем временем решил не мешать местным жителям, впрочем, и отдыхать сам он собирался. В отличие от всех он, закончив разговор в храме, патрулировал и осматривал окрестности в поисках затаившейся опасности. Мало ли… Вдруг они упустили какую тварь или ещё вдруг кто бы нагрянул.

И, увидев же, что деревня потихоньку начинает просыпаться, Рагнар, в конце концов убедившись, что всё хорошо, двинулся в лес и, найдя в нём уединенную поляну, для начала осмотрелся.

В целом место выглядело уединенным, а также просторным, что как раз-таки прекрасно подходило для его целей. Во-первых, избавит его от лишних ушей и глаз, а во-вторых…

Встав в стойку, Рагнар замахнулся своим мечом.

Сначала один раз, затем второй, и так его тренировки продолжались несколько часов. Да, с одной стороны это могло показаться излишним, ведь он совсем недавно пережил немалый бой, а с другой же… Он преследовал цель не только в том, чтобы отточить свои навыки, но и понять кое-что.

Во-первых, его броня. Хоть она и не пострадала так сильно в прошлом бою, но она всё так же нуждалась в уходе, а сделать это без технодесантника или же Механикуса представлялось практически невозможно. Нет, конечно же, он сможет ещё какое-то время поддерживать его кустарными методами, но надолго это не хватит.

Во-вторых же, он кое-что ощутил вчера во время боя, а именно… Что как будто бы он стал сильнее и… быстрее, что ли? Это было сложно описать словами, да и возможности, казалось бы, возросли не так сильно, но они по ощущениям всё же были. А это значило многое.

Если после таких битв он и вправду будет становиться сильнее, хоть ненамного, это многое меняет. Но почему так произошло и как это будет работать?

Возможно ли это из-за того, что так работает местная магия, и с чем большим количеством тварей он будет сражаться и побеждать, тем сильнее его будет делать магия?

На мгновение Рагнару показалось, что это слишком всё смахивает на таковую врождённую способность орков, но-о… Опять же, ни подтвердить, ни опровергнуть пока что эту теорию не стоило.

В очередной взмахнув мечом, Рагнар ударил в ближайшее дерево рукой, отчего то разломалось в щепки и начало падать.

Хмыкнув, он решил пока что закончить. Судя по всему, время близилось к обеду, да и его, похоже, решили навестить гости.

— Милорд Рагнар… Вижу, вы разминаетесь?

Повернув голову на звук, он встретился взглядом с Гиммелем, а рядом с ним шагал пока что лишь один спутник, священник Хайтер.

— Гиммель… И Хайтер.

Поздоровавшись с людьми и получив от них ответное приветствие, Рагнар, вдруг задумавшись на мгновенье, спросил:

— Надеюсь, отдых прошёл для вас хорошо? А что с другими вашими спутниками?

— Да-а… Было неплохо. Позже я ещё поблагодарю Релана и других жителей. А насчёт же Фрирен и Айзена, ну… Последний решил помочь жителям, мы тоже думаем присоединиться к нему чуть позже, ибо после битвы мы оставили немалую разруху, а Фрирен же… Ну-у-у… Она очень любит поспать, так что-о-о…

Рагнар на это лишь слабо пожал плечами.

— Хорошо. Тогда, раз вы свободны, давайте обсудим ещё кое-что.

***

Хотите прочитать больше глав и поддержать автора? Добро пожаловать на Бусти. Ссылка на платформу есть в примечании к фанфику.