Аскет 1

Часть 1. Переселение душ

Прокрастинация

Не скажу, что дожил до преклонного возраста. Вряд ли полвека можно считать чем-то значимым, однако постепенно, понемногу накапливалась усталость. Усталость от самой жизни.

Такое состояние не является чем-то необычным, но, вероятно, чаще встречается в более позднем возрасте.

Не могу точно сформулировать, что стало причиной – может быть, ухудшающееся здоровье или, напротив, относительная успешность, сопровождавшая меня всю жизнь. Не знаю. Да это уже и неважно.

Усталость от жизни, или, как теперь модно говорить, прокрастинация, похоже, и стала причиной всех последующих событий. Почему? Да потому что постоянно размышляющий о смерти человек мало чем отличается от мёртвого. По крайней мере, с точки зрения некого поисковика душ, перед которым поставили задачу: отыскать человека с определёнными характеристиками, при условии, что он только что умер или находится на пороге смерти.

Прокрастинация. Усталость. Никчёмность. Да-да, именно она. С течением времени меня всё сильнее давило ощущение бессмысленности собственного существования.

Всё чаще я задавался вопросом: “А зачем, собственно, я живу? В чём смысл?” – и ответов, увы, не находил.

Профессиональный рост? Здесь я вполне успешен. Думаю, даже достиг определённого потолка. Можно прыгнуть выше? Можно. И я знаю, что у меня получится. Если захочу. Но зачем? Непонятно.

Дети выросли, а внуков, судя по всему, не предвидится. Для чего же тогда пыжиться? Для себя? Мне и так более чем хорошо. Зачем рвать жилы? Незачем! А не рваться вперёд, не вкладывать в дело всего себя я как-то так и не научился.

Если развить эту мысль и пойти дальше: зачем вообще жить? Какая разница между вариантом закончить жизнь сейчас и ожиданием естественного её завершения через пятнадцать-двадцать лет? Ответа нет. А если его нет, то, может быть, правильнее, рациональнее прекратить всё прямо сейчас?

Но оставались вещи, прочно удерживающие меня в этом мире. Вернее, люди. А точнее – всего один человек. Наташка.

Когда-то, ещё в далёкой молодости, я совершил ошибку, но, увы, осознал это слишком поздно… Суть её заключалась в том, что критически много вещей в нашей совместной жизни оказалось завязано исключительно на мне.

Семья наша была (да-да, после моей смерти уже смело можно говорить об этом в прошедшем времени) традиционной. И когда-то я этим даже гордился:

Удел мужика – зарабатывать, а женщина за его надёжной спиной может позволить себе не работать. Хранить домашний очаг, воспитывать детей, заниматься собой – в общем, думать о чём угодно, кроме добычи ресурсов.

Этот подход вполне укладывался в рамки старых традиций, и долгое время мне казалось, что он единственно верный.

И только с возрастом я начал понимать, насколько в наше время эта конструкция уязвима! Почему? Да потому что в какой-то момент, на фоне нарастающей усталости от жизни и частых размышлений о смерти, я вдруг осознал: мне страшно умирать!

И страх этот был иным, нежели простая биологическая боязнь небытия. Смерть? Пф! Подумаешь! Ничего особенного в ней нет. Напротив, учитывая никчёмность нашего существования, в ней крылось даже что-то рациональное и привлекательное…

Но, но, но. Меня пугала не сама кончина, а навязчивая мысль: “Что будет с людьми, чьё материальное благополучие полностью зависит от меня?” Ведь пока я жив, даже с учётом всех болезней и прокрастинации, я способен обеспечивать близким привычно высокий уровень комфорта. А без меня всё это рухнет куда-то вниз, в нищету. Ладно дети – в их случае молодость всё спишет, самортизирует и сгладит. Но каково придётся Наташке? Ведь это из-за моей гордыни она так и не построила собственную карьеру. Да, можно утешать себя тем, что “она же была не против”, однако как же мерзко от этого теперь! Брр!

Получается, что распад института традиционной патриархальной семьи – процесс объективный и, я бы даже сказал, правильный! Оказывается, распределять роли в современном мире по лекалам наших предков – в корне неверно. Если каждый член семьи способен более-менее успешно, но самостоятельно “стоять на ногах”, то вся конструкция становится куда устойчивее.

Да, полноценный патриархат возможен и в наше время, но сегодня это не необходимость, а избыточная роскошь, или бремя, мешающее развитию детей, которые будут вынуждены взвалить на себя заботу о стареющих родителях.

Подобная ноша, будучи взваленной на плечи в раннем возрасте, попросту не позволит человеку раскрыть свой потенциал: кто-то не станет художником, а кто-то – программистом. Пытаться же возложить такой груз ответственности на уже сформировавшегося взрослого человека – задача практически невыполнимая.

Атомизация общества нарастает, и теперь, глядя на этот процесс с высоты прожитых лет, я отчётливо вижу его объективность. При всех кажущихся очевидными недостатках именно он обеспечивает то разнообразие и развитие, которые мы имеем.

Сколько бы ни твердили с трибун о возврате к патриархату, духовных скрепах и прочей объединяющей чуши, все эти призывы так и останутся пустым звуком. Да, зависимость человека от человека сегодня минимизирована, но это и обществу даёт максимум устойчивости, и отдельному индивиду – максимум свободы.

Патриархальные идеи в современных реалиях становятся всё менее жизнеспособными, противореча свободам или основам выживания общества в целом.

Но я отвлёкся. В общем, к пятидесяти годам я загнал себя в ситуацию, когда и жить надоело, и помереть нельзя. Классический цугцванг.

И вот из этой вязкой прокрастинации, из этой вялотекущей депрессии меня вдруг и выдрали, будто желток из разбитой скорлупы, небрежно зашвырнув в совершенно другой мир…

Эктомия без наркоза

Оказывается, расставание души и тела – процесс болезненный. Я так до конца и не выяснил, что произошло на самом деле, но будем считать, что случилось именно это. Тело умерло, а душу самым варварским образом вырвали, изъяли из организма, а затем куда-то перенесли.

Неожиданные вещи всегда происходят именно тогда, когда их совершенно не ждёшь! Мой случай не стал исключением.

Была поздняя весна, уже почти отцвели яблони и черёмуха. Пытаясь не упустить удовольствие от свежести зарождающейся зелени, в очередные выходные мы с женой отправились погулять по сиреневым садам Москвы.

Уже точно не помню, что конкретно я делал. Кажется, направлял объектив смартфона на цветы, пытаясь добавить очередную фотографию в коллекцию, которую всё равно никогда не стану пересматривать…

Вот тогда-то и случилась вся эта фигня.

Внезапно налетел ветер. Или, я бы сказал, ураган, который, однако, был виден только мне одному, поскольку являлся абсолютно нематериальным.

Этот поток воздуха или, скорее, энергии не сбил меня с ног только потому, что моё тело внезапно застыло, превратившись в этакую бронзовую статую. Шевелиться не получалось, я мог лишь наблюдать и чувствовать.

Струи, ударившие по мне, казались разумными. Много позже я понял, что эта видимость – лишь результат действий другого разумного существа, но тогда… Тогда я воспринял их так, будто они живые.

Сперва этот ветерок был лёгким, я бы даже сказал – нежным. Чьи-то невидимые руки, будто примеряясь, проверили меня и моё тело на соответствие каким-то критериям. Примерно так же выбирают овощи на рынке: взять в руки, чуть нажать, повертеть – “Ага, подходит!”

Если бы у луковицы или картофелины было самоосознание, то покупателя она бы воспринимала именно так, как я ощущал этот ветер.

Убедившись, что я являюсь вполне подходящим экземпляром, невидимый некто усилил нажим воздушных пальцев и буквально выковырял, выдрал моё сознание из телесной оболочки, потащив куда-то в сторону. А может быть, вверх.

Боль. Меня затопила жуткая боль. Нет, не обычная телесная, а какая-то иная. Возможно, здесь подошёл бы термин “душевная боль” – ведь то, что болело, уже не было телом, – но в нашем мире так принято называть совершенно другие вещи.

Душевная боль – это, вероятно, то, что человек чувствует от собственных неправильных действий, либо от непреодолимых обстоятельств, причиной которых стал он сам… Нет, здесь всё было иначе. Боль ощущало не тело, а нематериальная часть меня (возможно, душа?), и при этом источником боли были режущие инструменты невидимого хирурга. Он бесцеремонно вынимал информационную суть моего “я” из одного места и перекладывал её в другое…

Пытаясь разобраться в происходящем и стараясь отстраниться от саднящих ощущений, я не то скосил глаза, не то оглянулся и… увидел самого себя, теряющего равновесие и медленно заваливающегося вперёд.

– Натаха! – в ужасе заорал я, осознавая, что происходящее со мной необратимо.

Увы, органов, при помощи которых можно было бы издать звук, у меня уже не осталось. Этот крик, вероятно, был просто мощным мысленным усилием. Бессмысленным, надо сказать, усилием!

Впрочем, результат всё же не замедлил проявиться: мой вопль привёл к тому, что душа стала с огромной скоростью терять энергию. Мои попытки сопротивляться буквально выдавливали ярко-голубую субстанцию, наполнявшую меня, бывшую мной. Эта синева оставляла чёткий след в пространстве, как инверсионная полоса позади самолёта.

В какой-то момент я осознал, что если продолжу кричать и рваться назад, то весь этот странный газ, из которого состояло моё “я”, выйдет, и… ничего не останется. Правда, это понимание меня не остановило.

– Наташка! Ташенька! – кричал я, отчаянно пытаясь вырваться из потока, тащившего меня неведомо куда.

Ощущения меня не обманули: в результате силы иссякли, энергия закончилась, и сознание плавно погасло.

Однако боль осталась. Парадокс. Может ли человек без сознания чувствовать боль? По всему выходит, что такого быть не должно. Однако в моём случае именно боль, вероятно, и была тем последним якорем, в котором сохранилось моё “я”.

Когда из моей энергетической оболочки вышел последний кубический сантиметр этой странной синей субстанции, боль захлестнула меня с головой и, окончательно выключив сознание, начала понемногу остывать. В этом состоянии, в эфемерном “где-то”, вероятно, только боль и была материальной. Я помню её, даже несмотря на то, что физически уже не существовал.

Казалось, болело всё пространство, весь окружающий мир! Однако, кроме боли, где-то рядом бился и вопрос, на который не было ответа. Этот вопрос потихоньку, понемногу, но вытеснял чувства на периферию, заставляя окружающее меня нечто сложиться в подобие смысла.

“Как она без меня? Как она будет без меня?”

Страдая от той самой “усталости от жизни”, я много раз думал: что же будет с моей половинкой, если меня не станет?

Увы, несмотря на эти мысли, я так и не смог преодолеть хренову прокрастинацию. Не сподобился сделать хоть что-нибудь, чтобы реально обезопасить Наташкину жизнь после того, как это случится. Всё казалось, времени ещё хватит, придумаю что-нибудь, успею. И вот… дооткладывался, чёрт!

…

Постепенно пространство, заполненное болью и вопросом, приобрело очертания чего-то материального. Вокруг меня проявился ещё не жидкий, но уже и не газообразный кисель. Эта субстанция закрутилась небольшим торнадо, центром которого был я. Моя суть.

Попытавшись всмотреться (в себя?), я разглядел смутные очертания какого-то символа. Этакий сложный китайский иероглиф. Эта г-хм… руна вращалась вокруг своей оси и описывала весь смысл меня.

Откуда у меня взялось это знание? Неизвестно! Как может быть, чтобы весь я, вся моя жизнь описывалась ровно одной буквой? Правильно ли это? Не знаю.

Не могу сказать, сколько всё это продолжалось – может быть, несколько секунд, а возможно, многие сотни или тысячи лет. Но в какой-то момент я вдруг осознал, что не один.

Птица. Хищник. Нечто пернатое и, несомненно, злобное внимательно следило за мной. И как только я понял, что именно эта тварь и является причиной всех моих несчастий, она опустила свой мерзкий клюв прямо в центр вихря – в меня.

И тогда… я почувствовал своё тело.

Обряд

Ощущение тела вернулось, но… какое-то болезненное, чужое. Руки и ноги одновременно полыхали болью и не ощущались как собственные. На веки будто гири кто-то положил, а на мысленные приказы тело реагировало с заметным запозданием – как прожорливая компьютерная игра, запущенная на слишком слабом для неё железе.

С огромным усилием раскрыв глаза, я увидел такую картину, что не сразу поверил в её реальность. Это казалось плодом чьей-то (возможно, моей?) больной фантазии. Лютая дичь! Вокруг меня происходила какая-то лютая дичь!

– Натаха! Ташенька! – шептал я, стараясь отшатнуться, отстраниться от окружающей действительности. Но один взгляд на неё давал однозначный ответ: я не дома. В чужом, другом мире. Ином. Жутком.

По небу летел вертолёт. Причём не простой, а, скажем так, футуристичный. Его корпус был не цельным, а состоял из сегментов, которые почему-то могли двигаться друг относительно друга. Рулевой винт, например, совершенно не стабилизировал полёт, компенсируя вращение основного, а выполнял какую-то иную функцию. Зачем-то он мог опускаться и подниматься на хвосте этого казавшегося живым механизма. Этакое вращающееся скорпионье жало на сегментном органе.

Пролетев прямо надо мной, машина заложила вираж и села на крышу здания неподалёку от места, где я находился.

Вся эта высокотехнологичная картина абсурдно дополнялась какой-то средневековой дикостью. Я лежал навзничь на плоской поверхности – на этаком каменном столе или, скорее, алтаре. Тело своё я и чувствовал, и не чувствовал одновременно: то есть понимал, где находятся руки, где ноги, ощущал случайные прикосновения, но при этом явно пребывал в глубоком параличе. Пошевелиться не получалось.

Единственное, что безупречно слушалось моей воли, – это глаза. Не составляло никакого труда перевести взгляд с одной точки пространства на другую. С одного человека на другого…

А людей вокруг было множество. Правда, способных двигаться – всего четверо, остальные, как и я, пребывали в параличе. Картина была такой, что хотелось как можно быстрее проснуться, или, напротив, забыться и ничего не видеть.

Четвёрка снующих туда-сюда громил состояла из чуваков непонятного пола, с ног до головы перемазанных чужой кровью. Одеты они были в костюмы в стиле “привет из Ку-клукс-клана”, и дело, которым они занимались, вполне соответствовало этому названию.

Судорожно мечась взад-вперёд, они работали как на конвейере – стараясь не делать лишних движений, но удерживая максимально возможный темп. Раз в минуту-другую один из них пропадал из поля моего зрения, а затем возвращался, таща безвольное тело очередной жертвы.

Мужчины и женщины, мальчики и девочки, подростки и седые старики. Не знаю, откуда у меня взялись эти подробности, но я чётко понимал, сколько их – в общей сложности четыреста четыре человека. Ещё я знал, что каждый из несчастных находится в сознании – видимо, это было необходимо для творимого здесь обряда. Я видел страх, бессилие, гримасы ужаса на лицах людей и даже жалкие попытки борьбы со сковавшим их параличом.

Увы, сделать я ничего не мог, поскольку, как и мои (да-да, именно мои!) жертвы, был не в состоянии пошевелиться.

Помимо глаз, я немного ощущал лишь свои губы. Напрягая и расслабляя их, я мог слабо шептать проклятия или хотя бы думать, что я это делаю.

А ещё, вероятно, я мог бы пробормотать какую-нибудь молитву. Правда, ни одной не знаю: атеистом помер – атеистом и останусь. Негоже менять взгляды после смерти. Особенно после смерти!

– На-ташень-ка! – мычал я, стараясь удержать в сознании самое дорогое, что у меня есть, было. Нет, всё-таки есть!

Два здоровенных клоуна в причудливых колпаках, натянутых на лица, держали очередную жертву, третий бубнил какой-то странный речитатив, а четвёртый перерезал несчастному горло. И делал это так, чтобы кровь текла именно на меня, чтобы я непременно видел глаза убиваемого. Брр!

Кровь, сама жизненная сила каждой жертвы наполняла энергией тот вихрь, который всё ещё находился где-то во мне. Я не видел его, но ощущал, точно знал, что он есть. Чувствовал его состояние. И птицу, которая продолжала сидеть рядом и пристально смотреть.

Все эти жертвы нужны для того, чтобы воскресить и усилить меня. Но зачем? Это же бред! Лютый. Сраный. Бред!

– …покровителю и основателю рода! – разобрав конец кем-то выкрикнутой фразы, я вдруг осознал, что прекрасно понимаю речь этих придурков. А ещё понял, что обращается жрец именно к этой пернатой твари!

Стало даже смешно. Какие-то сказки про родоплеменные отношения. Неужели в наше технологичное время кто-то станет верить в подобную чушь?

– На хрен идите! – попытался отстраниться я от очередного потока красной субстанции, лившейся мне на грудь и лицо.

Меж тем с моим вихрем, с самой моей душой что-то происходило. Какой-то субъект, несомненно живой, постепенно проявлялся внутри моего торнадо.

Два вихря – быстрый мой и медленный чужой – вращались вокруг одного центра. Этот некто будто укрывался внутри меня от внешнего мира. А ещё я чувствовал его в своём теле – этакий тяжёлый мешок, лежащий на плечах. Да-да, лёжа навзничь, вряд ли можно физически ощутить груз на спине, но впечатления были именно такими.

Пьяный в стельку друг, которого я решил дотащить до дома, взвалив на себя его бесчувственное тело – вот прямая аналогия происходящего. Правда, по дороге я и сам завалился, и теперь лежу, уставившись в звёздное небо и на каких-то странных сектантов. М-да.

“Контроль над зданием получен”, – проявился где-то в углу зрения светящийся информационный блок.

– Таха! – прошептал я.

“Собственность оформлена”, – продолжила отчитываться система дополненной реальности.

А я лишь обратил внимание на то, что это системное сообщение совпало с моментом, когда очередная жертва оказалась добровольной. Какой-то бородатый мужик надвинулся на меня откуда-то сзади-сверху, нагнулся, глядя прямо в глаза, и, роняя слёзы, прокричал очередную хрень про основателя рода. А затем, похоже, самостоятельно перерезал себе горло.

– Шиза какая-то! Натаха, какая же шиза здесь творится. Где я?

“Энергорезерв организма составляет 18032110 эргон!”, – продолжил информировать неведомый компьютер.

Чтобы хоть как-то отстраниться от той дичи, что меня окружала, я попытался мысленно порыться в этом необычном интерфейсе дополненной реальности.

“Х-гм, интересно, а интернет здесь есть?”

– Род Кондор возродится! – истошно выкрикнула какая-то тучная тётка, валясь прямо на меня и заливая всё вокруг фонтанами крови.

Так. Не отвлекаемся. Интернет. И, кстати, откуда я знаю их язык? Это русский? Да, точно он. Впрочем, сейчас неважно! Где-то тут должна быть кнопка “сеть” или что-то в этом духе…

– …пребудет во веки веков, аминь!

Да что же это такое?! И так ничего не понятно, а ещё эти кретины лезут! Так ведь и захлебнуться недолго!

…

Всего на алтаре (будем называть этот жуткий стол так) было убито четыреста четыре человека. Затем ещё двенадцать свели счёты с жизнью самостоятельно, а замкнула всю эту кровавую череду жертв та самая четвёрка “Ку-клукс-клановцев”.

Энергия, поступающая в мой вихрь, наполняющая энергетический каркас моей души, буквально хлынула бурлящей рекой, и моё сознание снова растворилось в этом ревущем потоке…

Кондор

В себя я пришёл оттого, что паралич частично спал. Внезапно накатившее ощущение затёкшего тела и вернуло меня в сознание.

“Энергорезерв составляет 44001341 эргон”, – проплыла надпись перед закрытыми глазами.

Хрена себе! Получается, последние четверо в сумме дали энергии больше, чем все предыдущие вместе взятые! Стоп. Не о том думаю! Натаха! Как же она там? И что за хрень вообще творится?!

– М-мыы, х-ррр! – услышал я нечленораздельные звуки, которые, г-хм… издавал сам.

Попытки пошевелиться не приносили успеха. Впрочем, какой-то результат всё же был – боль. Ощущения были такими, словно меня плотно обернули в фольгу и запекли в духовке, и любые движения (вернее, попытки их совершить) заставляют “приготовленное мясо” с болью отделяться от более глубоких, “непрожаренных” слоёв.

Напрягая все мимические мышцы лица, я пытался разлепить глаза, которые, казалось, были залиты густой патокой или клеем. Рот и губы тоже не размыкались – челюстные мышцы будто свело судорогой.

“Собственность на родовые земли рода Кондор оформлена”, – продолжила радовать системными сообщениями интерфейс-галлюцинация.

– Б-л-ля! Ш-ш-из-а!

Попеременно напрягая и расслабляя мышцы лица, мне всё же удалось немного приоткрыть рот и судорожно вдохнуть полной грудью. Этот маленький успех прибавил мне сил, и, отчаянно кривясь, я с огромным трудом смог приоткрыть правое веко. Нет, всё-таки это не клей и не патока, это… остатки паралича, который, к счастью, начал проходить. Медленно, нехотя, но отступает.

Раскрыв, наконец, оба глаза, я потратил некоторое время, чтобы сфокусировать их на окружающей действительности. Внимание плыло, голова кружилась, а потому, когда картинка наконец обрела чёткость, я натурально опешил.

Сперва я было решил, что это дополненная реальность чудит – захотелось немедленно как-нибудь её отключить. Прямо передо мной сидела и внимательно пялилась на меня огромная серо-чёрная птица. Нет, я помню её не только по моменту извлечения моей души из тела – и во время вакханалии кретинов из секты, пернатый монстр совершенно точно тоже находился где-то рядом. Но тогда я видел его не глазами, а лишь чувствовал, ощущал присутствие на каком-то ином уровне. Не могу этого объяснить.

Сейчас же монстр решил частично проявиться в реальном мире, и зрелище, доложу я вам, было жутким. Голова твари размером не уступала кабине небольшого грузовика, а тело, вероятно, могло вместить в себя штук пять тех странных вертолётов, что я видел ранее. Впрочем, самого тела я не видел – возможные пропорции мозгу приходилось достраивать самостоятельно.

– Вот ур-род! – прошептал я, закончив “любоваться” зрелищем.

– Не урод – основатель рода! – раздался не то оглушительный голос, не то громкая мысль моей голове.

– Какого, нахрен, рода? – скривился я.

– Того, к которому ты теперь принадлежишь!

– В жопу иди! Мои мама и папа – нормальные люди. Не могу я иметь ничего общего с какими-то курицами!

Зрение, наконец, окончательно прояснилось, появилась возможность слегка пошевелить затёкшей шеей, и я попытался ещё раз оглядеть пернатого. Его не было. То есть его не было целиком в этом мире. Огромная голова и шея будто выглядывали из… потустороннего ничего.

Увидеть подобное возможно разве что в забагованных компьютерных играх. А может быть, это голопроекция? Или опять фокусы местной системы дополненной реальности? Всё-таки нужно попытаться перезагрузить её – вдруг поможет?

Не успел я нормально обдумать варианты, как огрёб наказание за свои невежливые ответы: тварь клюнула меня прямо в грудь!

Если бы клюв монстра был материальным, то, несомненно, я бы в ту же секунду оказался расплющен, раздавлен и убит на месте. Однако вместо этого я лишь испытал сильнейший болевой шок, который разошёлся от места фантомного удара во все стороны. Будто жидкий огонь перетёк из птичьего клюва в моё тело, заполнив его до самых кончиков пальцев.

Не знаю, чего тварь хотела добиться таким действием. Вероятно, – подчинения или хотя бы уважительного обращения. Вот только мысли о Наташке и чёткое понимание того, что я необратимо её потерял, направили мои реакции в совершенно иное русло.

Стиснув зубы и дожидаясь, пока невыносимая боль чуточку утихнет, я с мрачным удовлетворением отметил, что этот пыточный огонь выжигает заодно и остатки паралича, сковывающего мышцы. Шевельнув правой рукой и стараясь игнорировать полыхающее в ней пламя, я напряг все силы и рывком перевернулся на левый бок.

В глазах снова потемнело, сознание поплыло, и пару секунд пришлось мучительно “ловить фокус”. Кажется, глаза заново учились работать в тандеме. Как только получилось сконцентрироваться, я потянул на себя обе руки, одновременно подтягивая под живот непослушные ноги.

– Даже патриарх рода не может так обращаться к основателю! – послышалось позади.

Не обращая внимания на эти, несомненно, очень важные и поучительные слова, я собрался-таки в комочек, а затем, с силой оттолкнувшись ногами, продвинулся на полметра вперёд, принимая вес тела на локти.

Р-раз! Подтянуться. Д-два! Оттолкнуться. Силы понемногу возвращались, и я упрямо пополз вперёд. Раз! Два! Перед очередной парой рывков я огляделся и слегка скорректировал направление. Ещё… раз! Ещё… два!

Перевалившись через край каменного стола (или алтаря, или хрен знает чего), я тяжёлым кулем рухнул на бетонный пол.

– Патриарх? Иди на хрен, бройлер-переросток ушибленный! – повторил я оскорбление, сплёвывая пыль.

Сознание продолжало плыть, и для поддержания темпа мне требовался постоянный стимул. Вспышки боли, которыми обильно награждало меня чудище, в этот момент казались даже суровой необходимостью.

– Раз! Ай, бл…! Пте…, пте… птеродактиль хренов! Два!

Не знаю, сколько времени это продолжалось, но я упрямо полз, не переставая материть монстра и всё больше упражняясь в подборе уничижительных терминов. Мне хотелось, чтобы эта тварь меня просто убила, но в какой-то момент пришло понимание: она не хочет этого делать. Или не может – видимо, по какой-то причине я для неё критически важен.

– Стой!

– Сделаю омлет из твоих яиц, индюшатина ощипанная! Что застыла? Клюй!

В очередной раз не получив “волшебного пенделя”, я растерял энергию ярости и бессильно завалился набок. Лицо невыносимо горело: кажется, я довольно долго тормозил им о каменный пол крыши, по которой полз. Расслабившись, я скосил глаза назад и огляделся. Чёрт. Столько мучений – и ради каких-то жалких двух-трёх метров?

Шумно выдохнув, я закрыл глаза, стараясь не вслушиваться в ту чушь, которую пытался донести до меня монстр.

…

Роду Кондора три тысячи лет. Это пернатое – его основатель. Не то магические животные здесь могут спариваться с людьми, не то люди способны становиться животными. Какой-то лютый биологический трешак творится в этом мире!

Как бы то ни было, но теперь этот самый древний род находился на грани полного уничтожения. И что самое интересное, в этот угол род загнали его же собственные представители. То есть именно их руками число членов семьи было радикально сокращено до ровно одной боевой единицы – меня.

Почему? Потому что в этом мире существует магия, и она, судя по всему, совершенно неравномерная. Местные маги классифицируются по уровням мастерства или объёму силы (я пока с этой механикой так и не разобрался). Суть в том, что один маг высокого уровня способен играючи игнорировать атаки десятков одарённых уровнем ниже.

Нет, конечно, такого “терминатора” всегда можно грохнуть исподтишка, либо с ним может произойти банальный несчастный случай. Но в прямом, открытом противостоянии шансов у низкоуровневых почти нет – прямо как в каких-нибудь дешёвых компьютерных играх, где разработчики не захотели заморачиваться с балансом.

Но я отвлёкся. Если вернуться к пафосному рассказу Кондора, то хронология последних событий выглядит так: долгое время его род был влиятельным и сильным, но всё течёт – всё меняется. Понемногу, постепенно, но архимагов в нём стало рождаться всё меньше и меньше. В итоге в последних поколениях до высшего уровня добирались лишь патриархи (или лишь архимаги имели право становиться патриархами – я так и не разобрался).

И вот недавно последний такой патриарх благополучно склеил ласты. Все окружающие тут же поняли: род выдохся. Людей вроде бы много – больше четырёх сотен, однако достаточной мощности эта биологическая электростанция больше не генерирует. Срочно требуется перезагрузка урановых стержней, либо вливание свежей крови.

Другие кланы, разумеется, в курсе этих проблем и потому проявляют всё больше агрессии: настаивают на унизительных династических браках, а то и просто пробуют силой отжать часть собственности. В общем, ситуация сложилась патовая.

Чтобы не допустить окончательного исчезновения, эти кретины не придумали ничего умнее, чем принести вообще всех членов рода в жертву, аккумулировав всю их силу в последнем оставшемся наследнике… То есть во мне. Теперь я – патриарх древнего рода Кондор, состоящего ровно из одного человека!

– Бредятина какая! – вслух резюмировал я, слушая рассказ птицы. Та всё-таки “взяла себя в руки” и перестала реагировать на оскорбления. Ахинея, которую она несла в рамках моего просвещения, казалась каким-то необычным, но хорошо проработанным глюком.

– Х-гм… – озадаченно прострекотал Кондор, – Я никогда не слышал, чтобы имперские руны работали неправильно.

– Руны? – искренне опешил я. – Ещё про магию Вуду мне расскажи!

– Да, руны! – подтвердило пернатое. – Обряд должен был отыскать во множестве миров душу со строго заданными параметрами. Но почему он нашёл… тебя?

Если бы эта жуткая птичья морда была способна выражать человеческие эмоции, то, вероятно, сейчас на ней читались бы глубокое презрение, отвращение и горькое сожаление.

– Х-кхе? Параметрами? – тупо повторил я, снова с трудом переворачиваясь на живот.

– Да. Нам нужен был тот, кто выше всего на свете ставит свою семью.

– Р-раз! – вслух прошипел я, подтягивая непослушные ноги под себя.

Интересно всё-таки: эта хрень прямо у меня в голове разговаривает, или звук реально идёт из этой исполинской птичьей глотки? Решив, что сейчас это несущественно, я сосредоточился на подготовке к новому рывку. Сильно подтянув вперёд носки, я опёрся ободранными ладонями о шершавый бетон.

– И находится на излёте своего жизненного пути. Или при смерти. – продолжала разглагольствовать птица.

– Д-два-а! – глухо выдохнул я, рывком перемещаясь ещё на метр.

Руки в очередной раз не удержали вес тела, и какой-то мелкий острый камешек прочертил новую царапину на моей щеке.

Чёрт! Всё же нужно сперва хоть немного отдышаться, прийти в себя.

– Семью, говоришь? – зло фыркнул я, сплёвывая. – Да, мне действительно нужно вернуться к Наташке! Эти твои… тьфу! – я вытер испачканные губы, – руны могут вернуть меня обратно к ней?

– Нет.

– Несушка ты мерзкая! А-а-а…. Р-раз!

Очередной приступ невыносимой боли, которым птица наградила меня за оскорбление, снова вдохнул в меня яростную жизнь, и я, понемногу ускоряясь, пополз к самому краю крыши.

Сколько здесь этажей? Пятьдесят? Сто? Неважно. Высота вполне подходящая!

Умер! Значит, я всё-таки умер там! Как же так? Чёрт! Пожалуй, моя смерть стала самым сильным источником эмоций за последние… э… лет десять. М-да. И всё бы ничего, но здесь нет Наташки, а главное – к ней категорически нельзя вернуться. Никак! А раз так, то зачем мне вообще нужна вся эта хрень? Нафиг! Р-раз! Д-два! Ай! Сука!

Странный сегментированный вертолёт, который я видел в небе, пока эти куклуксклановцы творили своё чёрное действо, стоял неподалёку. Когда требовалось остановиться и перевести дух, я разглядывал эту футуристичную машину, стараясь абстрагироваться от голоса мерзкой твари. Монстр тем временем настойчиво пытался вложить в мою голову необходимость выполнения какой-то там “великой миссии”.

Любопытно, здесь используется не привычный винтовой привод, а нечто вроде механических крыльев стрекозы. Так, ладно, это всё ненужные технические мелочи. Слишком долго отдыхаем! Вперёд! Вперёд, я сказал! Ещё… р-раз! И снова… д-два!

Добравшись наконец до края крыши, я мёртвой хваткой вцепился в парапет и с невероятным трудом затащил на него нижнюю часть тела. Ноги по-прежнему горели огнём и слушались отвратительно: похоже, последствия паралича так до конца и не прошли. Ну да и плевать.

Глянув вниз, я окончательно убедился, что высота идеальная: этажей сто, а то и больше. Шансов выжить никаких. Мысленно пожелав монстру и всему этому неправильному миру счастливо оставаться, я с силой оттолкнулся и бессильным кулем вывалился в пустоту.

Страха не было совсем – меня переполняла лишь чистая, концентрированная злость.

От того, что случилось дальше, от абсолютной, вопиющей неправильности происходящего у меня даже помутилось сознание. Да, конечно, перенос души в новое тело и огромная страшная птица – это тоже далеко не рядовые явления в моей жизни. Но вот так, чтобы прямо и нагло, у меня на глазах нарушались базовые законы физики… такого я точно не ожидал.

Вместо того чтобы стремительно падать вниз навстречу асфальту, я почему-то просто завис в воздухе, плавая где-то в полуметре от края крыши. При этом привычная сила тяжести никуда не делась и нормально мной ощущалась. Я чувствовал себя так, словно лежал в чьих-то невидимых, но очень упругих мягких ладонях.

Нахлынувшие эмоции были столь сильны, что даже странный чувак, что продолжал “спать” где-то на моих плечах, едва не пришёл в себя. К счастью, этого не случилось (не хватало мне ещё и с этой проблемой разбираться) – он будто недовольно поворочался, перевернулся на другой бок и снова затих.

– Ты что вообще творишь?! – нечеловеческим, вибрирующим голосом заорал на меня пернатый монстр.

– Не твоё курячье дело! – зло скривился я, пытаясь хоть как-нибудь перевернуться в воздухе со спины на живот.

Ухватиться в пустоте было абсолютно не за что, а потому все мои энергичные потуги лишь комично раскачивали тело – этакая персональная невесомость при наличии нормальной гравитации. М-да, ситуация.

– Ты только что своими руками истратил единственную возможность спасения! В следующий раз при смертельной опасности я больше не смогу прийти к тебе на помощь!

Вместо ответа я демонстративно продолжил разглядывать летательное средство. Понятное дело, что если насекомое машет крылышками, то оно может делать это очень по-разному. Но летающему транспортному средству зачем столько мудрёных степеней свободы? Простота – залог надёжности!

А то, что я вижу на порядки сложнее нашего вертолёта и, наверное, во много раз капризнее в обслуживании! Делать такую машину – какое-то инженерное безумие. Зачем кому-то настолько вычурная конструкция? Или здесь всё проектируется по принципу “делаю так, просто потому что могу!”? Х-гм.

– Отпусти меня, курица-переросток. Я всё равно найду способ… убить это тело.

– Но ведь это твоя новая жизнь! Как же так можно?

– Я и старую ещё толком не дожил. Нахрена мне новая? – искренне удивился я.

Окончательно расслабившись в этих невидимых ладонях, я откинулся назад и перевёл взгляд на небо. Оно было таким же пронзительно голубым, как у нас. И солнце светило так же. Если это и другой мир, то уж очень он похож на наш. Ах да, здесь же где-то был интерфейс с доступом к местному интернету. Вернее, я как раз собирался выяснить, есть ли он тут вообще.

“Эй, система, вирт или как там тебя правильно… покажи-ка мне гугл!” – мысленно скомандовал я.

“Некорректный запрос”, – тут же проявилась светящаяся надпись перед глазами.

Х-гм. Обычный русский язык. Начертания букв обычные. Алфавит – наш, русский. Никаких отклонений. Любопытно, это автоматический системный перевод или тут действительно говорят на таком же языке?

– Какой же ты неправильный… Не знаю, что с тобой делать, – пожаловалась птица, и в её тоне послышалась обречённость.

– Отвалить от меня, – логично предложил я.

– Мне жизненно необходимо, чтобы ты выполнил миссию. Увы, других кандидатов у меня больше нет. Просто нет. Поэтому… Ты должен выполнить эту миссию!

– Понятие “долг” всегда предполагает что-то взамен. Если должен кому-то деньги, значит, когда-то их занимал. Если должен родине, то значит, твои родители или ты сам что-то от неё получили. А что я получил от тебя, курятина ощипанная? Смерть в своём мире? Нет уж! Если здесь и заводить разговор о долге, то все претензии должен выставлять именно я.

– Ладно, – после довольно долгой паузы тяжело пробормотала птица. – Давай попробуем договориться. Чтобы удерживать тебя в воздухе и не дать упасть, я прямо сейчас трачу слишком много энергии. Сейчас я верну тебя назад на крышу. И, пожалуйста, давай нормально поговорим.

– Нам не о чем с тобой разговаривать, петушина гамбургская!

– После успешного выполнения миссии я собирался щедро вознаградить тебя. – проигнорировал мой выпад монстр, – Но… хорошо, я признаю, что доставил тебе э… массу незапланированных проблем. Поэтому давай попробуем начать именно с наград. Может быть, они хоть как-то компенсируют твою безвременную смерть.

Расскажи, о чём ты больше всего жалел в своей прошлой жизни? Это всё можно будет исправить в следующих.

– Какой-то феерический бред ты несёшь! Ты хочешь сказать, что в своей так называемой “следующей жизни” я смогу не обидеть Наташку, чтобы потом офигевать от собственной омерзительности? Её можно будет не то что возвращать, а просто изначально не терять?

И вообще, что это за хрень такая – “следующая жизнь”?

– Нет, я немного о другом. Перерождаясь после смерти, предыдущую жизнь человек не помнит. И в новой жизни неизвестно, встретишь ли ты людей из предыдущей. А если и встретишь – будешь ли с ними близок. Скорее всего, нет.

Пытаясь осмыслить, что именно хочет донести до меня этот пернатый монстр, я вдруг осознал, что уже довольно давно лежу на твёрдой бетонной крыше – метрах в пяти-шести от спасительного края.

Настройка следующей жизни

После смерти души разумных существ не погибают. Вместо этого они перерождаются – возможно, в этом же мире, а возможно, в каком-то ином. Перерождаясь, они сохраняют свою суть, но полностью утрачивают память. Не знаю, как можно разделить суть души человека и его память, но именно такую версию мирового устройства поведал мне этот странный монстр.

Никто не может сказать, сколько жизней я прожил в предыдущих воплощениях, но каждая из них каким-то образом оказала влияние на мою суть. Если человек по жизни является мудаком, то, по версии монстра, таковым его сделали предыдущие жизни, а текущая – лишь отчасти.

За пределами этой информации Кондор не может ни подтвердить, ни опровергнуть любые мои предположения, ссылаясь на банальное “не знаю”. Руна, с помощью которой его род вытащил меня сюда, могла призвать душу из любого из множества миров, причём насколько велико это множество, Кондор тоже не в курсе.

“Повезло мне”, – ничего не скажешь.

В качестве компенсации за преждевременную смерть он предложил мне выбрать одно свойство и одно знание, которые останутся с моей душой во всех последующих перерождениях. Если со свойством всё было примерно понятно, то насчёт знания я решил уточнить.

– Я не понял. Если память стирается, то откуда возьмётся знание? – задал я резонный вопрос.

– Ты будешь воспринимать его как аксиому или девиз, который придумал сам.

– А пример можешь привести?

– Стремиться к богатству, к силе, – начала перечислять птица, – основать сильный род.

– Не бояться смерти, – перебил я. – Если смерть в итоге приводит к перерождению, то об этом стоит знать. Чтобы в случае чего можно было использовать её как выход.

– Подобное знание может привести к тому, что твои последующие жизни окажутся очень короткими.

– И любопытство, – проигнорировал я его замечание. – Свойство души – любопытство. Будучи взрослым, я всегда очень жалел, что в детстве пропускал те или иные уроки, не усвоил то или иное знание.

– Любопытная душа, не боящаяся смерти… – Кондор задумался, или, по крайней мере, сделал вид, что задумался. – Это твой выбор, но он очень, очень плохой.

– Почему?

– Любопытство в сочетании с отсутствием страха смерти – самый верный путь к сокращению продолжительности жизни вплоть до минимума.

– Мужчина – это случайно выживший мальчик, – хмыкнул я.

– Что ж. Да будет так!

Клюв монстра описал в воздухе круг, а затем начал двигаться по причудливым траекториям, оставляя за собой слабый светящийся след.

– Это что, руна? – спросил я.

– Имперская, не мешай! – раздражённо подтвердила птица.

Когда странный символ, похожий на скруглённый китайский иероглиф, был дописан, он плавно ускоряясь завращался, постепенно превращаясь в сияющий вихрь. Его скорость постоянно увеличивалась, количество энергии в этом торнадо нарастало, и вдруг он рванул прямо на меня, мгновенно слившись с моим собственным вихрем.

– Любопытно. Этот большой вихрь, получается, и есть моя душа? А вон тот, второй – это спящий на моих плечах хмырь? А ещё просматривается и третий – совсем мелкий, это что такое?

– Теперь ты должен… – начал было Кондор, но я не собирался слушать, что там и кому я должен.

– Никому и ничего! – резко оборвал я. – Спасибо, конечно, за представление, однако пока непонятно, что именно эта руна или этот вихрь делает. И даже если принять твои слова на веру, то конкретно в этой жизни никакой пользы от неё нет. Поэтому ты сильно заблуждаешься, считая, что какая-то неведомая хренота может служить равноценной компенсацией за мою смерть!

– Но… – опешил монстр, однако я снова его перебил.

– Отвечай на вопросы! Вот этот вихрь, который я сейчас вижу – это и есть моя душа?

– Э… да, наверное. Живые души каждый воспринимает по-своему. Ты говоришь, что видишь их как вихри? У меня всё иначе, для меня они представляются огромными живыми каплями.

– А второй, что крутится внутри моего – это душа того хмыря, который был владельцем этого тела?

– Не был, а есть.

– Не важно! Когда он проснётся, получится два человека в одном теле?

– Да.

– Любопытно. Чёрт. – я прервал сам себя. – И ты предполагаешь, что с моей помощью этот чувак триумфально нагнёт всех своих врагов? Впрочем, вижу, что вопрос риторический – именно в этом и заключается моя великая миссия.

И получается, если я прямо сейчас прикончу это тело, то ты, как основатель рода или как там ты назвался, навсегда останешься без этого самого рода. Выходит, в нашем с тобой дуэте не ты главный, а я. Занятная такая ситуация. Любопытно. Очень любопытно.

Произнеся последнее слово, я снова осёкся. Если ещё несколько минут назад во мне всё буквально клокотало от ярости на то, что сотворила со мной эта курица, то теперь эти мысли плавно отошли на второй план. Нет, боль за Наташку никуда не делась, просто в дополнение к ней внутри внезапно поднялось жгучее любопытство.

Блин, это что выходит – на меня уже действует его колдунство? Х-гм.

Решив временно переключить внимание на что-то другое, я вернулся мыслями в окружающий мир и прислушался к себе. Паралич окончательно спал. Почувствовав это, я вновь перевернулся на колени, а затем медленно поднялся на ноги. Шатало меня прилично, но в целом я чувствовал себя достаточно уверенно. Колени, локти, ладони и лицо нещадно саднили – ещё бы, их я активно использовал в качестве точек опоры, пока полз по бетону к краю.

Осмотрев себя, я с удивлением не нашёл на одежде ни капли крови, которой совсем недавно был залит с ног до головы. И здесь колдунство поработало?

Впрочем, не время об этом думать, нужно походить немного – развеяться. Чтобы лишний раз не нервировать задумавшегося о чём-то монстра, приближаться к краю крыши я пока не стал – это дело всегда успеется. Вместо этого двинулся в сторону вертолётной площадки. Или, может быть, стрекозиной? М-да.

“Аэромобиль М-11”, – услужливо сообщила система дополненной реальности.

Я пока так до конца и не разобрался, как правильно пользоваться местным виртом. Любопытная хрень, раньше о таких штуках я читал только в фантастике. У нас вроде начинали делать что-то подобное, но застряли где-то на уровне громоздких очков, и в обозримом будущем вряд ли что-то кардинально изменится.

Уставившись на дверь, ведущую в кабину этой гигантской механической стрекозы, я пожелал узнать чуть больше о машинке. Однако вместо развёрнутого технического описания получил несколько иной результат – вывалился список доступных команд:

“Открыть? Да/нет”, “Запустить двигатели? Да/нет”. Всего пунктов в этом меню было около десятка, но для пробы я решил сконцентрироваться на первом.

“Открыто. Закрыть? Да/нет”, – невозмутимо отчиталась система.

Странно. Никаких визуальных отличий открытой двери от закрытой я не заметил. Вероятно, этот статус влияет только на успешность физического процесса “потянуть за ручку”. Скомандовав “закрыть”, я прислушался, но никаких щелчков срабатывающего замка услышать так и не удалось.

– Ты куда-то собрался? – прервала мои эксперименты птица.

– Разбираюсь с местным интерфейсом, – буркнул я. – Это что, чип какой-то вживлён?

– Чип? – непонимающе переспросил монстр.

– В голове? Или где? – продолжил я допытываться.

– Нет, это нейросеть. Но и чипы тоже есть. И не один. Успеешь ещё со всем этим разобраться. У нас очень мало времени!

– Да, времени мало! – сделал я вид, что полностью согласен. – Значит, пришла пора серьёзно поговорить о магии.

Не то чтобы мне действительно была так уж нужна эта самая магия, просто я так окончательно и не решил, что буду делать дальше. Разогнаться и сигануть-таки с крыши назло пернатому? Или остаться и поисследовать этот занятный мир? Любопытство явно перевешивало, но мысли о Наташке по-прежнему жгли.

– О магии? – недоверчиво переспросила птица.

– Да-да, о магии. Вот эта руна, которую ты сейчас колдовал, и та предыдущая, которой ты меня сюда вытащил – это ведь магия, так?

– Да.

– А энергия, вот эти сорок четыре миллиона эргон, что показывает мне система, – это местная мана? Тогда, получается, мне тоже нужно научиться колдовать эту вашу магию.

– Это всё будет завтра. Когда очнётся… – монстр попытался перехватить инициативу, но я его снова жёстко перебил.

– Никаких “завтра”! – скривился я. – Разве ты не услышал? Условия в нашем маленьком тандеме ставлю я, а ты с ними покорно соглашаешься. А если тебя что-то не устраивает, то я прямо сейчас шагаю за край крыши и убиваю это никчёмное тельце.

– Но…

– Никаких “но!”. Мне нужна магия. Слышишь? Ма-ги-я! Может быть, тебе по слогам продиктовать?

Начнём со, скажем, трёх заклинаний, рун или что там у вас вообще используется. Причём всё нужно именно этого, как ты там выразился, имперского качества.

– Наследник и так владеет почти всеми боевыми техниками нашего рода. Когда он очнётся…

– Мне совершенно неинтересно, что там будет, когда он очнётся! – заорал я. – Мне нужна магия! М. А. Г. И. Я! И не кому-то там мифическому, а лично мне! Давай, научи меня колдовать. Вот эту последнюю руну ты как рисовал? Представлял её в голове? Выпускал энергию из клюва? Сам символ я, пожалуй, запомнил, но как его физически воспроизвести?

– Он сам умеет…

– Глухая курица! – Чтобы подкрепить свои слова делом, я даже сделал короткий шаг в направлении края крыши. – Магия! Мне нужна магия! Научи меня!

Может быть, я угадал, что монстрятина действительно находится в глубокой прострации и сейчас самое время давить. А может быть, она (или он, или оно?) просто решила некоторое время пойти у меня на поводу, чтобы не провоцировать. Но моя наглость всё-таки привела к результату.

– Хорошо. Какие именно руны ты хочешь изучить?

– Для начала мне нужно нечто, что позволит скрытно или вовсе невидимо перемещаться. Я, знаешь ли, терпеть не могу всякие глупые драки. Предпочитаю иметь возможность вовремя и тихо смыться.

– Хорошо. Я дам тебе руну “Отвод глаз”.

– Это имперская руна? – придирчиво сощурился я.

– Да. Наш род был награждён ею, когда…

– Это мне абсолютно неинтересно, – холодно прервал я птицу.

Не знаю почему, но я всеми силами пытался удержать свою голову в незнании предыстории этого конкретного тела, истории его рода и так далее. Меньше знаешь — крепче спишь.

Даже сейчас, более или менее нормально общаясь с Кондором, я всё ещё внутренне не планировал оставаться в этом мире. Как только появится удобная возможность – убью это тело, а дальше (как там он сказал?), утратив память, душа возродится в новом мире. Что же, пусть будет так. Но здесь я ничего и ни для кого делать не собираюсь! Хрен с ней, с памятью.

– Хорошо-хорошо! – поспешно согласился монстр.

– Вторая руна, которая мне наверняка пригодится… – Я на секунду задумался, припоминая прочитанную когда-то фантастику. – Второй руной пусть будет что-то, что можно использовать для тихого убийства. Колданул на кого-то издалека, а он возьми и помри. Причём желательно, чтоб не сразу. Тоже что-то имперское, пожалуйста. Имперское – это ведь самое лучшее? Или бывает что-то ещё круче?

– Х-гм. Возможно, для твоих целей подойдёт “Касание смерти”. А что третье?

– А третьим, – я мстительно хмыкнул, – пусть будет вот эта самая “настройка следующей жизни”, что ты прямо сейчас колдовал.

Финт ушами

Магия в этом мире оказалась на удивление примитивной. По крайней мере, рунная магия.

Что такое руна? Этакий иероглиф или знак, состоящий из одиннадцати прямых или изогнутых линий. Не знаю, откуда такое правило, но, как сообщил мне монстр, оно распространяется абсолютно на все возможные руны.

При начертании магической буквы есть лишь два важных обстоятельства: форма символа и толщина каждой линии. Небольшие ошибки допустимы, и на результат они не влияют. Если всё сделано правильно, руна обязательно заработает именно так, как предназначено.

Пока не разбирался, но из рассказа Кондора следует, что руны можно наносить и на предметы, а не только рисовать мысленным усилием. Вроде бы и в наших сказках встречалось подобное.

Впрочем, я отвлёкся. Каждый маг (а я теперь тоже маг, ха-ха!) может творить рунную магию двумя способами. Первый – выдавить из своей ауры тонкие ниточки энергии так, чтобы они сложились в требуемый рисунок. Когда нужный глиф сформирован, требуется напитать его энергией уже “целиком”, задавая вторичное управляющее воздействие.

Второй вариант рунной магии и проще, и сложнее одновременно. Вместо постепенного плетения символа из ниточек нужно представить его целиком, со всеми пропорциями и толщинами и… сразу напитывать энергией.

Кому как, а мне этот способ показался значительно более простым: моего мышления вполне хватает, чтобы хорошо запомнить нужный символ.

Как работает, например, магический отвод глаз? Сперва я представляю руну с нужным, г-хм… функционалом, затем наполняю её энергией. Закручивающийся в вихре магический символ очень похож магический конструкт, которым является моя душа. Не знаю, есть ли здесь какая-то общая закономерность – кажется, есть. Но вернёмся к “отводу глаз”. Запустив процесс, я должен постоянно подпитывать этот небольшой торнадо, чтобы раньше времени он не развеялся. И пока конструкт активен, могу направлять его, г-хм, отростки (будем называть это так) в сторону того или иного человека. Подпав под такое магическое воздействие, подопытный будет испытывать острое неосознаваемое желание отвести взгляд. Кондор говорит, что эту имперскую руну не сможет ощутить даже очень сильный маг. Такие дела.

Чтобы настроить параметры души после перерождения, нужно направить магический вихрь целиком в сущность другого человека (или себя). При этом требуется чётко сформулировать пожелания. Не знаю, насколько успешно, но первым делом я заново перепрограммировал свою душу на любопытство и отсутствие страха смерти.

Возможно, в будущем выберу иной набор, но сейчас именно он кажется мне оптимальным. Да, монстр считает, что подобная комбинация приведёт к коротким жизненным циклам, но зато остальные, вероятно, окажутся весьма интересными. М-да. Впрочем, какая разница, что будет в будущей жизни, если я всё равно не буду помнить предыдущую?

Думаю, я такой не потому, что душа от рождения обладала какими-то особыми свойствами, а потому, что у меня были конкретные родители, мне достались именно такие, а не иные учителя, друзья и так далее.

Руну “Касание смерти” я бы лучше назвал “Пожирание души”. Работает штука приблизительно так: вращая предназначенный для этого символ, я запускаю магический вихрь. Затем мысленным усилием связываю этот конструкт с душой жертвы. В результате появляется нить, соединяющая убиваемого с убийцей. Установленная связь почти не потребляет энергию (правда, Кондор говорит о зависимости от расстояния). Далее, чтобы отправить недруга на тот свет, требуется просто потянуть энергию по нити на себя.

– На мне пробовать даже не пытайся, – ехидно прокаркала птица.

– Это почему же? – хмыкнул я, поняв, что мой замысел настолько очевиден, что оказался раскрыт примерно одновременно с тем, как появился.

– Во-первых, твоей энергоёмкости не хватит – сгоришь от перегрузки.

– Серьёзный аргумент, – кивнул я, – а что “во-вторых”?

– Я основатель рода! – рявкнула птица.

– Ага-ага, – покивал я, – этот вопрос мы ещё обсудим. В будущем. Может быть.

– Ты! – снова начал закипать монстр.

– Погоди. Давай ещё разок-другой повторим – для закрепления, так сказать, эффекта. Итак, вот знак: напитываем – вращается – направляем. Если ты говоришь, что тебе это безопасно, давай попробую всё же кастануть на тебя? Последний шаг я делать не буду, просто посмотрю, как выглядит эта связь.

– Хм… попробуй.

– Так? Получилось! Я чувствую тебя через эту нить! Будто метку поставил!

– Она так и называется: “Метка смерти”.

– А можно ли её активировать, скажем, через час или когда ты будешь далеко от меня?

– Да, именно так эта имперская руна и работает. Но помни, чтобы убить цель, ты должен быть сильнее её.

Развеяв магию, убедился, что связывающая наши души нить разорвалась, а затем напитал энергией новый знак “отвод глаз”. “Выдохнув” немного энергии в сторону птицы, проверил: на некоторое время она прикрывает или отводит глаза.

– Работает, кажется!

– Ну вот, теперь мы можем обсудить наши дела? – задал вопрос монстр.

Вообще, его терпеливость стала выглядеть подозрительно. До этого он пытался укусить или доставить мне боль за любой неуважительный выпад, а теперь потратил битые два часа на моё обучение магии…

Что-то задумал или и впрямь попал в безвыходное положение? Мне вдруг даже на какой-то миг стало его жалко. Но немного собравшись, я снова представил Наташку: что с ней? Как она без меня? Чёрт! Нет, сучий цыплёнок, не будет по-твоему!

– Погоди, ещё пару попыток… – перебил его я. – Итак, “отвод глаз”: закручиваем, подпитываем, направляем. Работает. Теперь “настройка души”: напитываем, ага, видно, что руна заработает. Понятненько. Теперь снова “смерть”…

Я вновь раскрутил вихрь “Касания смерти”, поприцеливался сквозь магический конструкт в разные стороны и… на глаза вдруг попал “вихрь” этого типа, который так и продолжает спать у меня на плечах. А почему, собственно, он спит? Это что же получается – на время подселения меня в него эти суки его усыпили! Зачем? Анестезия? Боятся сломать нежную детскую психику? Не дай бог, мальчик получит моральную травму от того, что его родители дружно склеили ласты на жертвенном алтаре? Где, кстати, их трупы? Кондор пожёг? Не важно.

Выходит, ранимую душу какого-то там ублюдка оберегают. А мою, значит, не жалко? Меня убивают и перетаскивают сюда – в помощь непонятно кому? И что, я теперь должен жить с ним в одной голове? Да не бывать этому!

Повинуясь наитию, я перенацелил активированный конструкт “смерти” с Кондора на вихрь души спящего ублюдка. А затем почти уже заученным движением пропустил энергию, связывая мой и его вихри.

– Что ты творишь? – заорала птица, а я понял: “Всё делаю правильно!”

Потянув через получившуюся нить энергию, будто делаю вдох и пытаюсь набрать побольше магического воздуха, я увидел, как атакуемый вихрь медленно останавливается и развеивается. Всё вокруг дрогнуло, поплыло.

Последнее, что помню – стремительно приближающийся клюв, который так и не успел коснуться меня. Едва процесс поглощения души ублюдка прошёл точку необратимости, как монстр вдруг лопнул, будто этакий мыльный пузырь. И без того идущее рябью пространство вдруг полыхнуло жёлтым газом или жидкостью. Меня в очередной раз затопила боль, и моё сознание привычно рассталось с телом…

Небоскрёб

Мне много раз и одновременно повезло. Большой удачей оказалось то, что руна “Касание смерти” подошла для убийства этого хрена, о котором я должен заботиться. И то, что само существование монстра было завязано на жизнь родовитого ублюдка. И что Кондор не успел меня клюнуть. А его смерть не повлекла за собой мою…

Не знаю, что стало причиной затопившей меня боли и потери сознания, но я выжил и в конечном итоге очнулся.

Ощущения были такие, будто вчера весь день пили водку напополам с пивом, а потом ещё и бегали в магазин за добавкой. Руки и ноги ныли, глаза и не думали раскрываться, а что творилось в голове – словами не описать.

Если бы не холодный дождик, поливающий моё безжизненное тело, я бы, вероятно, приходил в себя ещё несколько часов.

Помимо боли, вернувшееся сознание было наполнено новыми ощущениями. Это трудно объяснить, но именно здесь, валяясь под струями холодной воды, я, наконец, провёл, так сказать, ревизию своим новым органам чувств.

Если разложить по полочкам, то после попадания сюда я стал видеть, а вернее, ощущать то, что можно назвать магией. Но магия эта – понятие не совсем единое.

Очнувшись на жертвенном алтаре, я мог видеть лишь души живых людей. Душа, в моём понимании, это энергетический живой вихрь. Возможность видеть или ощущать души – первое отличие этого мира от Земли. Новый орган чувств? Не знаю.

А ещё, пусть и слабо, но чувствовал энергию, видимую на границах этого вихря. Понимал, куда она направлена: поглощается или излучается.

Затем, когда чуть пришёл в себя, а монстр учил меня азам построения рун, осознал, что могу не только видеть, но и управлять потоками. Могу “выдыхать” энергию из души и, наоборот, тянуть из окружающей среды. Впрочем, я хотел рассказать об ощущении магии, а не о методах манипуляции.

Ещё я видел мегаптицу – живой, но нематериальный объект. Монстр полностью состоял из энергии, но был чем-то иным, нежели то, что я называю душой. Возможно, способность видеть монстра – это результат действия ещё одного органа чувств. Какого по счёту? Второго? Третьего?

Вообще энергии, которые я вижу, ведут себя как нечто и материальное, и нематериальное. Чем-то это похоже на очень густой газ или очень лёгкую жидкость, манипуляции которыми идентичны играм с давлением или вдохам и выдохам.

Когда мне пришла в голову великолепная идея и я прикончил ублюдка только что разученным магическим конструктом, с Кондором что-то произошло, и он, будем считать, взорвался.

Испытываю ли я какие-либо угрызения совести по этому поводу? Совершенно никаких! Во-первых, на моих глазах совершено убийство более чем четырёх сотен человек, а во-вторых, эти гады убили и меня! Там в моём мире! Ну а в-третьих, я теперь знаю, что после смерти душа перерождается, и это обстоятельство позволяет куда проще относиться не только к жизням других людей, но и ко своей.

Но я отвлёкся. При смерти монстра выделилась просто прорва какой-то жёлтой энергии, которая обожгла мою душу и вырубила меня. Почему эта субстанция жёлтая? Не знаю, я так чувствую. Это не зрение, не обоняние. Это какое-то иное чувство. Думаю, стоит называть его магическим зрением. Где-то я слышал термин “Истинное зрение”, – может, это оно и есть?

Почему я считаю это разными видами магического зрения? Потому что требуется прилагать разные усилия, чтобы видеть то или другое. Душу я вижу просто так, ауру – сильно напрягшись, а желчь и внутренности ауры – прикладывая значительные, но совершенно иные усилия.

Выделившаяся из Кондора желчь не просто обожгла ауру и душу, она впиталась в меня без остатка (возможно, остаток и был, но рассеялся, пока я валялся в отключке). Похоже, именно это событие и стало причиной, по которой я теперь вижу этот тип энергии.

В общем, очнувшись и ещё не открыв глаз, я понял, что вижу-ощущаю не только свою душу, но и ауру (будем называть её так). Ви́дение аур стало ещё одной гранью к ощущению магии.

Получается, человек состоит как бы из следующих частей: привычное материальное тело, аура вокруг него – энергетическая ипостась и этакое аурное ядро – то, что я решил назвать душой.

Можно сказать, что всё случившееся улучшило моё магическое зрение, и я стал видеть, то, что ранее было недоступно. А ещё я могу рассматривать свой энергетический организм с какой угодно детализацией, но на это, правда, требуется энергия, которая тем быстрее заканчивается, чем пристальнее всматриваешься. М-да.

Всеми этими классификациями и осмотрами себя изнутри я занялся, пытаясь хоть как-то отвлечься от тяжести в голове, боли в конечностях и пронизывающего холода. Чтобы прийти в себя, нужны были умственные упражнения – как занемевшим рукам и ногам требуются движения, разгоняющие кровь. Раскладывая по полочкам новую информацию, я понемногу разгонял “застывший” вихрь ядра своей ауры, и через какое-то время наконец удалось открыть глаза.

Тело задеревенело и слушалось отвратительно, поэтому всё, что получилось сделать – заползти под этот странный вертолёт. Дополненная реальность почему-то не работала – открыть кабину не вышло. Вероятно, доступ в сеть выжгло вместе с ублюдком. А может, это была его, а не моя система подключения к местной IT-инфраструктуре. Не знаю.

Как бы то ни было, сухой пятачок между лыж, на которые опирается кабина стрекозы, и постоянные умственные упражнения позволили худо-бедно прийти в себя.

Спустя час, а может, и все два, поняв, что способен на чуть большее, нежели тупо куда-то ползти, выбрался из своего убежища и заглянул в кабину.

Внутренности “вертолёта” выглядели странно. Кроме кресел, здесь не было ничего. Вообще. Ни штурвала, ни кнопок, ни какой-либо приборной доски. Мысленно отметив эту необъяснимую странность, я огляделся вокруг.

На улице стояла ночь. Небо было покрыто тучами, однако полной темноты не было. Меня, очевидно, окружал большой город, подсвечивающий своими огнями всё вокруг, включая низкие облака. Несмотря на то что всё буквально кричало: “я внутри огромного мегаполиса”, стояла оглушительная тишина. Если бы не звуки, издаваемые мной – дыхание, шарканье ног и так далее, то могло показаться, что я оглох.

Очень хотелось есть, а ещё больше – пить, поэтому я не стал долго пялиться на инопланетную технику и, сориентировавшись, двинулся к ближайшему выходу.

Интересно, что хотя мир другой, табличка с бегущим человечком и надписью “Выход” была до ужаса похожа на наши. Да что там похожа – один в один! И язык, и шрифт, и цвет, и даже соотношение сторон.

Решив и эту загадку оставить на потом, толкнул дверь и ввалился в этакий закуток два на два метра. Здесь было теплее и светлее, чем снаружи. Не знаю, что излучало свет, стены или потолок – кажется, всё сразу, – но меня это не волновало.

Противоположная стена тамбура заканчивалась раздвижной дверью, и я быстрым шагом направился к ней.

Лифт! Это определённо был он, но, увы, нигде вокруг не было никаких кнопок вызова. Почесав в затылке, я догадался, что этот механизм, как и вертолёт за моей спиной, управляется при помощи системы дополненной реальности.

Похоже, пока меня здесь кто-нибудь не найдёт, я так и буду оставаться на крыше. И что же теперь делать?

Желание убить это тело притупилось, да и воспоминание о смерти ублюдка и монстра приносило какое-то животное удовлетворение, а любопытство, требующее исследовать этот мир, двигало прошлые намерения куда-то на второй план.

Нет, окончательно я так ничего и не решил, но теперь смотрел на свою жизнь с некоторым интересом. Да, Наташка осталась одна, но с ней там дети. Они уже взрослые. И хотя с их воспитанием там не всё в порядке, но помогут как-нибудь. А ещё какие-никакие накопления у неё есть. Похоронят меня и будут жить дальше. Да, непросто, да, хреново, но, увы, теперь я бессилен что-то исправить. М-да.

Недоумевая, что делать дальше, ощущая во всём теле слабость, я опёрся на двери лифта раскрытыми ладонями. Делая это движение, и не предполагал, что оно даст результат. Не знаю, какой механизм встроен в панели, но в ответ на прикосновение правой ладони внутри двери будто пробудилась жизнь. Пару секунд “подумав”, проснулась невидимая система управления, затем что-то пикнуло, и… за дверью знакомо зашумел лифтовый механизм.

Немного отстранившись, дождался открытия дверей и с удовлетворением отметил, что изнутри устройство приехавшей кабины совершенно идентично земному: сенсорная панель позволяет ввести номер этажа от первого до восемьдесят восьмого – крыши, на которой я сейчас нахожусь. Не раздумывая, я выбрал первый этаж, и пол под ногами дрогнул, опуская меня вниз…

Жизнь в клетке

Здание, в котором я оказался, было чем-то вроде нашего бизнес-центра. На первом этаже располагалась обычного вида проходная и небольшая зона администратора, принимающего гостей.

Людей не было, поэтому я просто перепрыгнул вертушку турникета и вышел на улицу. Вернее, попытался выйти. И хотя магическое зрение буквально вопило “ты не пройдёшь”, всё же сделал несколько попыток выбраться.

Здание было укрыто этаким непроницаемым силовым куполом, который буквально светился во всех доступных к обзору магических диапазонах. На ощупь эта защита воспринималась как мягкая непроницаемая стенка. Если закрыть глаза и потолкать её рукой, кажется, что перед тобой резиновое колесо огромного самосвала.

Помимо прочего, именно этот купол, похоже, и был причиной полного отсутствия звуков внутри здания и на крыше. Любопытно, если это защитное поле настолько крутое, что даже колебания воздуха через него не проходят, то почему оно пропускает осадки? Или это специально так и задумано?

Немного постояв возле непреодолимой преграды, вспомнил, что очень хочу пить. Надо же, вид необычных вещей притупляет даже такие чувства, как голод и жажда! Однако как бы ни было интересно, а пить всё же хочется. В этом мире я нахожусь довольно долго, поэтому неудивительно, что тело буквально изнывает без жидкости.

Вернувшись в здание, побродил вокруг проходной и, отыскав ближайший туалет, вошёл внутрь. Устройство этой комнаты, к счастью, не требовало интерфейса в дополненной реальности: краны привычно подавали воду, реагируя на поднесённые к ним руки. Не требовалось никаких ухищрений, чтобы напиться. На вкус вода из умывальника оказалась вполне обычной. Искать какую-либо альтернативу не хотелось, поэтому не стал задаваться вопросом, питьевая она или нет.

Утолив жажду, отправился исследовать местность. Не знаю откуда, но я очень чётко понимал, что являюсь единственным живым существом в этом здании. Все сотрудники, некогда работавшие здесь, либо отправлены по домам, либо покинули этот мир в результате жертвоприношения.

Помимо варианта “уйти на перерождение”, в вопросе “что делать дальше?” оставались две альтернативы. Первая – дождаться появления каких-нибудь людей, которые отключат силовое поле и поспособствуют моему выходу на свободу. Здесь, правда, вполне вероятно, что отправят в каталажку, исследовательскую лабораторию или куда похуже. Увы, я не знаю, какие санкции применяют к тем, кто попал в этот мир, заняв чужое тело. Вторая – исследовать здание. С одной стороны, это может обеспечить дополнительной информацией об окружающем мире, с другой – может, удастся найти чего пожрать?

Пошарив по первому этажу, как-то сразу к нему охладел: кроме помещений охраны и ресепшена здесь, в общем-то, ничего не было.

Вернувшись в лифт, немного подумал и решил осматривать здание сверху вниз. Приложив руку к створке, выждал пару секунд, пока управляющая система не среагирует, и отправился на восемьдесят седьмой этаж.

Это действительно оказался бизнес-центр. Каждый этаж включал в себя обширный опенспейс и пяток-десяток индивидуальных кабинетов. На некоторых столах лежали личные вещи сотрудников: фотографии в рамочках, блокноты и так далее.

Тщательно осматривая рабочие места и заглядывая в ящики, я искал что-нибудь съедобное или просто полезное в информационном плане. Увы, то ли регламент запрещал сотрудникам приносить еду на рабочие места, то ли это объяснялось местными обычаями, но, обойдя пять этажей, я сильно приуныл: за потраченный час не удалось разжиться даже захудалым шоколадным батончиком!

Никаких устройств вроде смартфонов, планшетов или просто компьютеров обнаружить тоже не удалось. Если в этом мире такие вещи и существуют, то каждый таскает их с собой. Хотя, скорее всего, главным рабочим инструментом человека здесь является система дополненной реальности, которой у меня, увы, больше нет.

Планировка всех этажей была плюс-минус похожа. Более высокие, очевидно, занимало начальство, поэтому индивидуальных комнат там было больше. Спускаясь ниже, можно было заметить, что зона опенспейс становится всё шире и, вероятно, в самом низу она будет занимать всю площадь этажа. Полностью одинаковыми были лишь туалетные зоны и… кухни.

Если с назначением уборных комнат всё было ясно изначально, то о том, что передо мной именно кухни (или кофе-поинты), догадался не сразу. От прочих кабинетов эти помещения отличало большее количество столов и несколько шкафов, похожих на холодильники или, скорее, вендинговые аппараты.

Сперва я решил, что это обычная офисная мебель с прозрачными дверцами, но потом, сопоставив их вид с довольно высокими барными столами и стульями, понял, что нахожусь в месте, где принимают пищу.

Увы, никакой еды здесь не оказалось.

Решив внимательнее обыскать очередную кухню, осмотрел всё, включая мусорные корзины. Пусто. Такое ощущение, что прежде чем люди покинули это место, кто-то тщательно здесь прибрался. Или… Стоп!

Пришедшая в голову догадка полностью подтвердилась: дело не в уборке – дело в магии! Осмотревшись магическим зрением, понял, почему здесь так пусто. Оказывается, все кухонные приборы, включая корзину для мусора, немного фонят магией. Получается, это не мусорная корзина, а эм… утилизатор? Любопытно!

Решив проверить предположение, покопался в карманах, и, не найдя ничего подходящего, оторвал от рубахи одну из пуговиц. Открыв и закрыв крышку, пронаблюдал за судьбой “тестового образца” при помощи магического зрения. Действительно, эта штука – утилизатор! Стоило убрать руки от коробки, как внутри неё будто энергетическая волна пробежала. Никакого шума или индикации. Снова заглянув под крышку, обнаружил девственно-чистые пустые стенки.

Х-гм. Теперь понятно, почему все унитазы стоят с закрытыми крышками! А я ведь полагал, что они неисправны, а вернее – отключены.

Ладно, получается, на магические потоки не просто стоит – нужно обращать внимание! Так-так-так… А это что такое?

Оглядывая кухню, отметил, что в магическом спектре отсвечивают не только большие коробки, похожие на холодильники, но и поверхность одного из высоких столов также имеет какой-то необычный функционал. Что это? Место для разогрева пищи? Нечто вроде нашей индукционной плиты, но на магическом приводе? Любопытно.

Оторвав вторую пуговицу, сперва с её помощью протестировал “холодильник”, но в этом случае никакого отклика не было. “Варочная поверхность” на мелкие предметы тоже не реагировала: может быть, здесь нужна специальная посуда? Х-гм.

Смирившись, что могу получить ожог, приложил к поверхности палец, а затем, когда ничего не произошло, ладонь целиком. Увидев переливы в магическом зрении, отдёрнул руку и… уставился на активировавшийся плоский экран, вмонтированный прямо в столешницу! Это не плита, а компьютер!

“Выберите действие” – гласил экран, показанный прибором после включения. Возможных вариантов было всего два: “Меню” и “Новости”. Тапнув по первой кнопке, я немного полистал по вложенным спискам и зайдя в подраздел “Русская кухня” выбрал “Суп-Харчо”.

Сразу вспомнилась молодость: как-то мы с Наташкой ездили в Таиланд. Там были ресторанчики, в которых наравне друг с другом относили к русской кухне и харчо, и лагман, и шурпу, и борщ. Кому-то покажется такое смешным, но это мы чувствуем разницу – а им, из-за границы, всё едино.

Любопытно. Может быть, и в этом мире я нахожусь где-нибудь в иной стране? То, что Россия есть и здесь, понял ещё из разговоров с Кондором. Но если я попал в местное “забугорье”, тогда почему все встреченные надписи на русском языке? Впрочем, не время рефлексировать – кушать хочется!

Ткнув по надписи “Заказать”, ожидал, что придётся отвечать на вопросы вроде: “По какому адресу оформить доставку?”, однако реакция устройства удивила. Стол вспыхнул в магическом зрении, а затем загорелся свет в ближайшем “холодильнике”. На одной из его полок буквально из ничего материализовалась глубокая тарелка с дымящимся содержимым. А рядом – обычного вида столовая ложка.

Открыв дверцу, перенёс добычу на стол, правее терминала с заказами. Усиленно работая правой рукой, левой продолжил копаться в списках, подбирая второе блюдо…

Не попадание в этот мир, не магия и не убийство ублюдка, а конкретно вот этот заработавший компьютер и этот фабрикатор окончательно утвердили в моей душе желание пожить здесь какое-то время. Именно с этого момента, с этого супа харчо, я и начал отсчитывать своё пребывание в этой вселенной.

Стало крайне любопытно понять, какой принцип заложен в основу всех этих устройств, что можно делать ещё и так далее… Хотелось разобраться во всех этих технологиях.

Нужно лишь найти способ, как покинуть эту многоэтажную тюрьму, не оказавшись в другой – настоящей.

Слегка утолив голод, я осознал, что пришла пора дополнить мою трапезу и пищей духовной. Вернувшись в главный экран кухонного компьютера, я активировал вкладку “новости” и погрузился в чтение…

Гость в голове

Многое ли можно узнать об окружающем мире из новостей? И да и нет. Иногда в некоторых статьях мелькают отсылки к истории, из которых можно извлечь что-то ценное. Но в целом, чтобы найти жемчужину, приходится перерыть огромную кучу дерьма. Правда, времени у меня много, делать нечего, поэтому, как говорится: глаза боятся, а руки делают!

В общем, этот мир – альтернативная копия нашего. Причём альтернативность весьма странная.

Читая фантастику, полагал, что альтернативные миры (если они могут существовать) должны образовываться из одного. В результате какого-нибудь события или катаклизма мир-предок разделяется на несколько самостоятельных параллельных потоков, и дальше они существуют независимо друг от друга.

История всех веток такого древа миров будет иметь общую часть, а после точки расщепления развитие каждой копии будет происходить уже независимо. В одной вселенной злодей-редиска победил, и там всё уныло и печально, в другой – его общими усилиями забороли, и здесь наступил мир, дружба и жвачка.

Здесь же альтернативность имеет совершенно иную природу. Например, русский язык полностью идентичен нашему: ятей нет, артиклей тоже, в алфавите тридцать три буквы, “кофе” мужского рода и так далее. В парадигме древа миров такое совпадение можно было бы объяснить тем, что разделение вселенной произошло сравнительно недавно.

Однако магия здесь известна очень давно – тысячи, если не десятки тысяч лет. Зато, например, местная история ничего не знает о большевиках, которые проводили реформы русского языка. И как это понимать?

От нечего делать я даже попробовал выписать список совпадений и различий, которые трудно объяснить.

Во-первых, как я уже говорил, языковое совпадение.

Во-вторых, в этом мире есть христианская религия. Только Христос в ней – не только пророк, но и великий маг, боровшийся за права простых людей (то есть немагов).

В-третьих, набор государств на политической карте мира приблизительно такой же, как у нас: Россия, Британия, Япония и даже США. Думаю, есть вообще все известные страны, просто в новостях они фигурируют редко.

В-четвёртых, история России здесь включает в себя таких персонажей, как Пётр Первый, Иван Грозный и так далее. Тот же Иван Грозный жил примерно одновременно с нашим, и через несколько лет после его смерти тоже была Великая смута.

Конечно, вся эта информация собрана из новостных заметок, из случайных отсылок к историческим событиям, однако большинству фактов я не могу найти рационального объяснения.

Вот как понимать факт, что здесь всё тот же 2024 год от Рождества Христова? Как так получилось, что в этом мире тоже были Первая и Вторая мировые войны? Удивительно, но здесь Россия тоже сейчас воюет, правда, разборка идёт за всё черноморское побережье, включая Сочи, Крым и Абхазию.

Есть, конечно, и серьёзные отличия. Например, Россия здесь так и осталась монархией. Правит сейчас Михаил Третий, а в войну царём был Иосиф Первый. И всё бы ничего, но почему правящая династия тоже носит фамилию Романовы? И вот получается, что, с одной стороны, история миров развивается независимо, а с другой – включает в себя массу совпадений.

Когда-нибудь, если выйдет заполучить в руки учебник местной истории, попробую со всем этим разобраться. Пока же можно сказать одно: наши миры как-то связаны. Либо кто-то занимается синхронизацией ключевых исторических точек (и по какой-то причине даже фамилия монаршей семьи является чем-то важным), либо оба мира – это искажённое отражение третьего.

Любопытно. Можно ли, используя эту связь, найти способ вернуться назад?

Вообще, новости, что предлагал кухонный компьютер, были довольно скудными. Большинство заметок касалось того или иного высокопоставленного персонажа: “Великий бла-бла князь Александр посетил бла-бла расположение войск в Крыму”, “Князь Медведев музицировал на балу, организованном в честь дня рождения бла-бла графини Сурковой”… Читать подобную клюкву крайне тяжело, и если бы не текущая война, заметки о которой тоже встречались, добыть оттуда что-то полезное вряд ли получилось бы.

Утомившись, продолжил осматривать здание и в какой-то момент обошёл его целиком. Самыми интересными оказались пятидесятый и пятьдесят первый этажи.

На пятьдесят первом располагался, ни много ни мало, крематорий! Если бы не таблички на дверях, я бы и не разобрался в предназначении этого пространства – везде идеальная чистота и запустение.

Для уничтожения тел здесь используется магия, поэтому никаких дымовых труб и топок не требуется. Разглядывая механику помещения магическим зрением, нашёл много совпадений с утилизаторами на кухнях. Вероятно, именно сюда были переправлены все тела после совершённого на крыше жертвоприношения.

Любопытно. Если под это дело выделили целый этаж, получается, они здесь постоянно кого-то убивают или приносят в жертву? Брр!

На пятидесятом этаже размещалась администрация всего здания. Самая удобная и стильная мебель была здесь. Так же на этом этаже полностью отсутствовал опенспейс. Даже был собственный ресепшен, расположенный непосредственно у лифта.

А главное, компьютер местной кухни позволял не только заказать еду и читать новости, но и мог производить некоторые вещи в фабрикаторе. Фабрикаторами я назвал аппараты, похожие на холодильники, в которых появляются заказанные вещи и продукты. Кажется, по принципу действия эти устройства чем-то сродни нашим 3D-принтерам, просто более универсальны.

Но я отвлёкся. Помимо еды и прилагающейся к ней посуды, местный фабрикатор мог напечатать различные предметы быта, одежду и даже огнестрельное оружие.

Полазив по каталогам, я первым делом разыскал и распечатал ростовое зеркало – не знаю, почему, но ни на одном из этажей я так и не встретил ничего подобного.

Взглянув в него, обнаружил вполне обычного пятнадцати-шестнадцатилетнего подростка. Всклокоченные прямые тёмные, но не чёрные волосы. Долговязая, отнюдь не спортивная фигура. Прямой нос, правильный рот, серые глаза. В общем, ничего примечательного.

Единственное, что бросалось в глаза – одежда. До этого не сильно обращал внимание, во что одет, а теперь вдруг осознал, что выгляжу как раскрашенный павлин.

Судя по фотографиям в новостях, прикид, вроде того, что на мне, не так чтобы популярен. Может, таким способом этот ребёнок пытался самовыразиться? Теперь уж не узнаешь. Впрочем, и неинтересно.

Подобрав в каталоге лёгкий серый спортивный или туристический костюм и кроссовки, я с удовольствием переоблачился. Вот теперь, по крайней мере, в зеркале не попугай!

Решив, что дальше буду жить здесь – на пятидесятом, я тем не менее продолжил бродить по другим этажам, пытаясь наткнуться на что-нибудь интересное.

…

Дни потянулись унылой чередой – никакого разнообразия. Распорядок определил следующий: ночи проводил на диване в кабинете директора этого “бизнес-центра”. Утром мылся в ближайшем туалете (душа, увы, не было – только умывальники). После переодевался в свежий костюм, завтракал, отправлял в утилизатор старые вещи и недоеденные продукты, а затем читал новости и бродил по зданию.

Защитное поле исправно работало, не позволяя выйти на улицу. Никто также не пытался войти. Узнать о том, что здесь происходит не вышло даже из новостей – о роде Кондор и о его бизнесе никто ничего не писал.

Оставалось ждать и надеяться на какое-нибудь событие.

Очередной день был похож на другой, и я не заметил, как прошёл целый месяц. Если бы не одно обстоятельство, то я бы посчитал, что заточён в эту тюрьму навсегда. Дело в том, что день ото дня менялась реакция системы управления зданием.

Впервые приложив руку к панели вызова лифта, я смог его вызывать, удерживая ладонь неподвижной в течение пары секунд. Затем интервал отклика стал плавно расти. Теперь, чтобы вызвать лифт или активировать кухонный компьютер, приходится ожидать реакции устройства почти целую минуту!

Заметив возрастание задержки, стал её измерять и записывать в тетрадку. Построенный по записям график удручал: выходило, что зависимость экспоненциальная. Если так пойдёт и дальше, то через несколько дней пользоваться лифтом я уже не смогу: сутки с поднятой рукой ведь не выстоишь. С едой и водой проблем вроде бы не предвидится – кухонный компьютер можно просто не выключать. Но подняться на крышу или спуститься в холл уже не получится.

Что происходит? Может быть, в недрах этого здания садится какая-то магическая батарейка? Какие манипуляции необходимы, чтобы подзарядить её? Утилизировать в крематории какое-нибудь тело? То, что каждый утилизатор выделяет магическую энергию, которая куда-то перенаправляется, я выяснил ещё в первый день. Но как её восполнить? Что использовать в качестве “дров” для этой печки? Непонятно.

Пробовал утилизировать в крематории предметы мебели (в кухонные утилизаторы далеко не всё помещается), однако какого-либо влияния на задержку вызова лифта выявить не удалось.

А, быть может, эту непонятную батарейку нужно наоборот – как можно быстрее посадить? Тогда и защитное поле здания пропадёт?

Вопросы, вопросы, вопросы.

Так и не определившись, каким способом можно исправить ситуацию, и размышляя над перспективой оказаться запертым на одном из этажей, я решил переехать на восемьдесят седьмой этаж.

Да, административный этаж предоставляет больше комфорта, но я решил, что комфорт менее важен, чем доступ на крышу. Не знаю почему, но крышу я рассматриваю, как один из способов покинуть здание. Возможно, стрекоза, что стоит там, даёт такую надежду, а может быть, это просто ни на чём не основанное предчувствие. И, конечно, дорога на перерождение тоже лежит через крышу.

Заказав в фабрикаторе пятидесятого этажа набор верёвок, соорудил подобие верёвочной лестницы. Затем, поднявшись на крышу, спустил её на восемьдесят седьмой этаж, а после переехал туда жить. Перед этим на восемьдесят шестом этаже провёл эксперимент – убедился, что окна в здании не бронированные и, при необходимости, вполне разбиваются.

Теперь, если лифт станет для меня окончательно недоступен, я всё равно смогу подняться на крышу.

Разумеется, спустив верёвку нужной длины, можно было остаться и на пятидесятом этаже, но когда я представил, что ползу по внешней стене почти сорок этажей, так сразу и отказался от такой идеи.

Чёрт с ним с комфортом! Да, фабрикатор восемьдесят седьмого этажа производит только еду, ну и что? Одежду я в крайнем случае и постирать могу: запас мыла есть – притащил его с административного блока.

В общем, переехав и впервые засыпая на новом месте, я прокручивал в голове свои дальнейшие ходы. Составлял список вещей, за которыми пока ещё можно смотаться на пятидесятый этаж. Обдумывал идею осмотра шахты лифта изнутри. Вдруг там есть лестница, которая позволит путешествовать по этажам? Почему я сразу об этом не подумал? Во всяких компьютерных играх в шахтах всегда есть лестницы. Неужто здесь её не будет? Хотя может ведь и не быть: пожарной лестницы ведь я не нашёл, так?

А утром меня разбудил громкий голос. От неожиданности и спросонок я даже не сразу понял, что звучит он у меня в голове:

– Что случилось, и где мы находимся?

– Мы? – тупо переспросил я…

– И кто ты? И почему ты…, – обладатель голоса запнулся, но затем, будто сделав над собой усилие, продолжил, – почему ты взрослый?

– Взрослый? – снова повторил я, оглядываясь.

В комнате никого не было. Что за хрень?

Часть 2. На учёбу

Симбионт

– Ты что ещё за хрен? – заорал я, вскакивая.

– Не помню, не знаю, – после некоторой паузы ответил голос.

– Как так? – удивился я, наконец сообразив, что разговариваю не по аудиоканалу, а по чему-то вроде телепатии.

– То есть знаю, но не помню. Так происходит, когда носитель погибает.

– Выкладывай! – потребовал я, концентрируясь на магическом зрении.

Ещё раньше, оглядывая все эти вихри, я видел их три штуки: свою душу, душу ублюдка и что-то мелкое. Помню, я даже задавал вопрос об этом Кондору, но он так и не удосужился ответить, кто такой этот третий.

– Я же говорю: “не помню”.

– “Затеяли ромашка, понимаешь: помню – не помню”, – процитировал я старый фильм. – Ты сказал: “знаю, но не помню”. Давай начнём с того, что определено.

– Ну, – мой собеседник сделал паузу, будто собираясь с мыслями, а я вдруг осознал, что он испытывает нечто вроде чувства вины передо мной.

Не знаю почему, но такое же чувство кольнуло и меня.

– Смелее! – подбодрил я, немного смягчившись.

– Я твой симбионт, а ты мой носитель.

Моё предназначение – участие в воспитании носителя, помощь при магических манипуляциях, работа с информацией и прочее.

Мы живём в сознаниях людей всю их жизнь, а после смерти носителя обычно попадаем к другому члену рода. Но сейчас я здесь – у тебя, и как это произошло, я не знаю.

Поскольку слияние с разумом носителя возможно только в момент рождения, но ты уже взрослый, то я не могу объяснить, как так вышло. А ещё я не вижу родовых меток и не ощущаю связи с родовым источником.

– Рода Кондор больше нет, – хмыкнул я.

– А как же… – голос попытался что-то уточнить, но зазвучал ошарашенно и умолк.

– И самого Кондора тоже нет. Кранты ему! – припечатал я. – Однако не будем о мелочах: расскажи подробнее о симбионтах. Впрочем, начать лучше с другого вопроса: как тебя зовут?

– В этой жизни я, похоже, ещё не получил имя, и ты можешь выбрать любое.

– Г-хм! – поперхнулся я. Шиза в голове просит дать ей имя. – Вообще-то, я не мастак в этом деле. Значит, говоришь, имя? Х-гм… А ты кто – мальчик или девочка?

– Обычно на этот вопрос отвечает носитель, но… – я прямо почувствовал очередной прилив вины, накрывший моего собеседника с головой.

– Но что? – повторил я, стараясь излучать доброжелательность.

– Но похоже, я нахожусь в этом теле от самого его рождения, просто почему-то ничего не помню. И пол исправить уже нельзя – этот выбор сделан достаточно давно.

– Да не парься ты, я спросил только для того, чтобы имя придумать. Просто ответь на вопрос!

– Мальчик.

– Отлично. Х-гм. Симбионт, значит. М-да. Будешь Симба. Хотя нет, лучше короче – Сим. А уменьшительно – Сима или Симка. Пойдёт?

– Принято.

– Давай, Симка, разберёмся, откуда ты, зачем. В чём смысл? Чем я могу тебе помочь? Чем ты мне? И так далее.

Можно было бы сказать, что я слушал своего собеседника вполуха, но всё-таки наш диалог происходил не в звуковом диапазоне. В общем, вполмысли слушая рассказ Сима, я принялся разглядывать его и свой вихри. Прежде всего, конечно, убедился, что больше никаких неопознанных объектов в моей душе не осталось – новых сюрпризов не предвидится.

Так вот, осмотр показал, что после того как Сим очнулся, его вихрь стал просматриваться куда лучше. Он будто впитал в себя энергию, уплотнился и… стал более живым, что ли. При этом в нём гораздо меньше той желтизны и серости, что есть во мне (вернее, в моей ауре).

А ещё он, а точнее, его ядро, был окружён каким-то странным энергетическим барьером, похожим на яичную скорлупу или кокон. Не знаю почему, но когда я смотрел на это пристально, у меня возникла ассоциация с загоном для животных – этакий хлев и забор вокруг.

Повторяясь, уточняя, задавая разные вопросы, я выяснил, что симбионт – это разумное существо, которое живёт в мозгах некоторых людей. Вообще, эта штука – нечто вроде привилегии. Такая опция доступна только представителям древних родов.

Количество симбионтов в каждом роду (где они есть) ограничено. И если людей там вдруг станет больше какого-то порога, то новые младенцы останутся без няньки-воспитателя или информационного слуги. Если же, напротив, численность рода по какой-то причине уменьшается, то симбионты выбывших членов как бы ожидают своей очереди на перерождение, пребывая в этакой нирване.

Если верить словам Кондора, душа человека после смерти перерождается в другом теле (и, возможно, мире), лишаясь накопленной памяти. Так вот, получается, с симбионтами всё обстоит примерно так же, только их реинкарнация зависит ещё и от привязки к роду.

Увы, Сим не мог ничего сказать о том, является ли их раса искусственно созданной. Мне кажется, что да. За это говорит то, что каждый такой индивид разумен прямо от рождения, а также владеет некоторой информацией о мире и магии.

Предназначение этих существ – работа с информацией, участие в воспитании и жизни своего носителя. Помимо возможности составить своему хозяину компанию, симбионт может выполнять магические манипуляции. И, вероятно, делать это он должен куда лучше человека, однако, как и люди, рождается без знаний в этой области.

– Получается, хотя ты и видишь магию, но не помнишь, как ей управлять? – уточнил я.

– Ага. А ещё я понимаю, что твоё восприятие энергии какое-то неправильное, будто повреждённое. И со спектром ауры что-то не то…

– Ладно, – перебил его я, – о магии поговорим позже. Скажи-ка мне, Сима, а для чего нужен вот этот барьер вокруг тебя? Смотрю я на него, смотрю и понимаю: он – не часть тебя, он – не часть меня. Похоже, это вообще что-то чуждое обеим нашим аурам.

Объясни, пожалуйста, он жизненно необходим или это то, о чём я думаю?

– Я не знаю, о чём ты думаешь.

– Эта штука – это твои кандалы. Ты раб? Правильно ли я понимаю ситуацию?

– Мне не очень нравится такой термин, но да, барьер – это средство, используя которое ты можешь ограничивать меня, изолировать и даже наказывать. Тебе стоит научиться управлять им…

– Так, – я нахмурился, – уж коль скоро мы обречены с тобой жить в одном теле, то давай начнём с того, что уберём эту хренотень.

– Уберём? – удивился Сим.

– Именно! – подтвердил я.

Вообще, когда это существо проявилось в моих мозгах, первым порывом было жахнуть по нему “Касанием смерти”, так же, как я сделал это с ублюдком. Позднее мне почему-то даже стало стыдно за эти мысли. А теперь на меня вдруг накатило желание как-то исправить то положение, в котором он находился.

Не думая о возможных последствиях, я сосредоточился и попробовал мысленным усилием пошатать этот г-хм… забор. Сперва показалось, что всё возможно, и он поддаётся моим усилиям, затем наоборот – что эта стена выполнена из бетона, и бесполезны вообще любые действия, какие бы я ни совершил.

Потратив несколько минут на тщетные и бесплодные попытки, я на какое-то время остановился и попытался обмозговать то, что я вижу.

Если барьер энергетический, то что может его сломать? Правильно – отключение энергии. Но чтобы это сделать, нужно сперва понять, откуда она берётся – где находится электростанция.

Снова и снова осматривая этот кокон, я очень скоро пришёл к выводу, что он самодостаточный: выглядело так, что никакой связи с моей аурой или аурой Сима нет. Это образование действительно чужеродно обеим нашим аурам, и существует само по себе – нечто вроде третьего участника в нашем общем тандеме.

Конечно, возможно и другое объяснение: связь есть, но я её не вижу. Однако будем считать, что я не ошибаюсь. Тогда какой вывод можно сделать? Если моё предположение верно, то выходит, нужно просто удалить энергию из этого образования, и оно исчезнет, умрёт, развеется. Вот собственно и всё…

Сказано – сделано! Преодолев некоторое сопротивление, мне удалось осторожно прикоснуться своей аурой к этому странному кокону, и я тут же сосредоточился на попытках выдавить из него энергию вовне. Барьер держался, а потому я несколько усилил нажим, потом ещё раз усилил, ещё… Затем напрягся и надавил изо всех сил…

Увы, и в этот раз результат оказался нулевым. Энергетическое образование реагировало на мои усилия так, будто было живым: казалось, оно активно сопротивляется, и, набираясь опыта, учитывает просчёты, сделанные на предыдущих попытках. Если бы я с самого начала приложил столько же усилий, то, вероятно, добился бы успеха, но теперь возможность упущена.

Давлю так – сопротивляется. Давлю эдак – уклоняется. Понимаю, что сперва было результативнее, возвращаюсь к предыдущему способу, а оно уже готово и к такому повороту! Да что за хрень?!

Так, стоп! Если эта штука ведёт себя как живая, то, может быть, и бороться с ней можно как с живой? Движимый внезапным озарением, я представил руну “касание смерти”, а затем, выдохнув, поставил метку на этот непонятный кокон. Изучив результат, повторил операцию, пометив заодно и симбионта. Убедившись, что полученные связи аур являются разными объектами, развеял метку на симбионте, а затем снова осторожно потянул энергию из кокона на себя.

Удивительно, но эта непонятная энергетическая хрень и в этом случае пыталась сопротивляться моим действиям! Поняв, что ещё чуть-чуть и я снова окажусь в проигрыше, я без паузы перешёл к максимальному усилию: ощущения были такие, будто пытаюсь вдохнуть хотя бы каплю магического воздуха через слой толстой резины… Не хватает, да чего же мне не хватает-то? В какой-то момент, от осознания что я проигрываю, на меня накатила дикая ярость.

– С-сука! – прорычал я, вгрызаясь аурными зубами в эту умную, неподатливую резину, – с-скотина!

Внезапно оболочка кокона лопнула, и в мою ауру хлынул мощный поток фиолетовой энергии.

Сколько уже видов энергии я наблюдал? Синева – внутри души. Просто энергия – белая. Желчь и серость – из монстра, а теперь вот фиолетовый поток из кокона. М-да.

Однако продолжить классификацию энергий не вышло: энергетический удар был настолько мощным и резким, что я не успел среагировать, и моё сознание в очередной раз было смыто, сметено этим душесжигающим огнём…

Идентификация

Магические манипуляции – штука тонкая. Что такое магия? Это несколько различных видов энергий, которые можно видеть, с которыми можно как-то взаимодействовать, управлять.

А чем представлена энергия в обычном, немагическом мире? Правильно, электричеством! Что происходит с человеком, который пытается оторвать кусок проволоки от забора под напряжением? Его бьёт током! Вот и меня шандарахнуло, так шандарахнуло!

Однако как бы то ни было, а результата я добился. Очнувшись, первым делом взглянул на Симкин забор, и с удовольствием отметил, что его больше нет. Лишь фиолетовая дымка, которая понемногу рассеивается в нашей общей ауре…

В забытьи, судя по ощущениям, пребывал я недолго: минуту-две – не больше. Однако стоит запомнить, что проводить подобные манипуляции стоя – чревато травмами. Потеряв сознание, я упал на пол чудом не зацепив головой угол стола.

Впрочем, свалился я довольно удачно – даже синяков не осталось. Но ведь мог и навзничь рухнуть. Или левее. Или правее. И в любом из вариантов мало бы точно не показалось. Ладно, впредь буду умнее.

– Так-то лучше! – прохрипел я, поднимаясь.

– Ты мог погибнуть, – прислал укоризненную, но в то же время полную искреннего уважения мысль Сим. – Почему-то у тебя очень низкая энергоёмкость ауры, хотя, если судить по объёму, она должна быть очень высокой.

– Энергоёмкость? – вспомнил я. – Да-да, что-то такое Система мне показывала. Жаль, что она больше не работает.

– Не работает? – удивился симбионт. – Почему?

– Да кто же её знает? – пожал я плечами. – Наверное, что-то сгорело.

– Так не бывает! Нейроны в мозгу не могут сгореть. То есть могут, но и человек в таком случае вряд ли выживет.

– Эм… нейроны? А почему же… – попытался я сформулировать вопрос, но сбился из-за пробудившегося интерфейса:

“Энергорезерв составляет 44001683 эргон.” – всплыла надпись, а затем, чуть повисев, превратилась в лог, дополняясь новыми записями: “Ошибка измерения! Значение уточняется, пожалуйста, подождите!”

– Ура, заработало! – закричал я.

– Ну да, это я его активировал.

– Х-гм. Значит, всё это время я мог его просто включить? Вот же ж! И о чём я только думал целый месяц! Тьфу!

“Энергорезерв пересчитан. Текущее значение – 187 эргон.” – прервала мою досаду Система.

– Почему так мало? – удивился Сим.

– Я в этом пока не разбираюсь, – снова пожал я плечами.

– Сотня эргон – уровень новорождённого или только что инициированного мага.

– А сорок миллионов?

– Сорок миллионов – это уровень архимага. Вряд ли во всём мире наберётся хотя бы десяток человек с таким резервом. Но сто восемьдесят семь – это настолько мало, что я даже не представляю, что с этим можно делать. Удивительно, что ты смог разрушить барьер и остался жив.

– Сгореть должен был? – усмехнулся я, припоминая угрозы Кондора.

– Да. И если честно, я не понимаю, почему этого не произошло.

– Пофиг! – махнул я рукой. – Всё хорошо, что хорошо кончается! А на чём мы там остановились?

Продолжая говорить, я, пошатываясь, вышел из кабинета, в котором ночевал, и направился к лифту: коль скоро вирт снова заработал, стоит проверить одну гипотезу. Добравшись до места и взглянув на створку, я довольно улыбнулся: “Вызвать? Да/нет” – всплыло сообщение. Никакой паузы, как при вызове рукой, не наблюдалось. Х-гм. А если так? Приложив ладонь к считывателю, прочитал уведомление: “Выполняется идентификация, пожалуйста, подождите…”.

Вот значит как. Оказывается, это не батарейка где-то садится, а сервер, выполняющий аутентификацию, почему-то тупит.

– На рабстве, – после некоторого молчания откликнулся Сим.

– На каком ещё рабстве? – не понял я. – Ах да, точно! Всё, Симка, рабства больше нет. Поздравляю, теперь ты равноправный член… эм… этого тела.

– Но почему? – сформулировал он вопрос спустя несколько секунд молчания.

Я же буквально ощутил переполнявшее его недоумение. Пришло понимание, что без кокона связь с подселенцем стала много, много лучше. Надо будет повнимательнее понаблюдать, вдруг чего ещё замечу.

– Потому что разумен, – отрезал я все его сомнения. – А держать разумного в клетке – затея мерзкая, не находишь?

– Но что, если я… – Сим запнулся, – нанесу тебе вред?

– Ну что же, – ухмыльнулся я, – если такое случится, стало быть, так тому и быть! Но, кажется, повода на это я пока тебе не давал? Мы в одной лодке, так что давай из этого и исходить. Зачем нам вредить друг дружке?

Х-гм. И вот ещё что. Вообще-то, я не очень держусь за этот мир и за это тело. Если хочешь – могу оставить всё тебе.

“Идентификация завершена. Генетическое совпадение 67%. Доступ разрешён.” – опомнилась Система.

– Почему так мрачно?

– Да нет, никакой мрачности. Просто понимаешь, в общем-то, свою жизнь я уже прожил. Ну почти. Всё, на что было интересно посмотреть – повидал, а если чего и не видел – о том читал.

Что-то получалось, что-то – нет, но, приложив немного усердия, всегда выходило либо преодолеть трудности, либо научиться жить с другими целями, не заглядываясь на недостижимое…

В общем, с какого-то момента стало неинтересно. В этом мире, правда, может найтись что-то любопытное, но Наташки здесь нет. А без неё и любопытство не очень помогает…

– Погоди, – перебил меня симбионт, – ты сказал “в этом мире”, ты что… из другого?

– Ага. – заходя в открывшийся лифт, я “шаркнул ножкой”. – Сюда меня перетащила эта мерзкая тварь.

– Тварь?

– Ну этот ваш Кондор. Он хотел, чтобы я стал кем-то вроде тебя. Симбионтом при каком-то родовитом ублюдке. Вроде, соединив мой жизненный опыт с магическими способностями этого парня, мы должны были привести этого пацана к успеху.

Тварь считала, что я смогу втереться в доверие к какому-то принцу, а через него и к его папочке. Затем я бы уконтрапупил всех врагов рода Кондор. Ну, а после, когда вражины закончатся, должен был собрать гарем из принцесс и основать новый род, а то и клан.

– И…?

– А меня этот план как-то не впечатлил. Понимаешь ли, моего согласия на это никто не спрашивал. А потому я счёл себя вправе прикончить их обоих… Так что память ты потерял не потому, что сам переродился, а потому что твой предыдущий носитель того-самого… Нет его больше. Отправился на перерождение.

– А Кондор?

– А он лопнул… Как род его кончился, так и монстра не стало. Кстати, не расскажешь, как нечеловек может стать предком человека?

– Ну… – Сим задумался, пытаясь осмыслить сказанное.

Поняв, что пока говорить не о чем, я прикоснулся к панели управления лифтом и выбрал административный этаж. Всё-таки жить там удобнее.

Ну и поскольку виртуальная реальность снова доступна, стало быть, пришло время исследовать здание заново – вдруг найдётся что интересное?

А начать стоит именно с директорского блока…

Прилетит вдруг волшебник…

Усевшись в довольно удобное кресло директора, я огляделся. До этого много раз был здесь, даже какое-то время ночевал. Теперь же интерфейс дополненной реальности позволил получить доступ к куда большему количеству мест и предметов, поэтому пришла пора исследовать это помещение ещё раз.

Интересного было много. Во-первых, буквально сразу обнаружил потайную дверь в комнату, представляющую собой нечто вроде номера люкс в отеле. Что круто, там было не только спальное место, но и душевая комната! Вообще, осматривай я здесь всё тщательнее, мог бы найти это место и ранее. Правда, открыть без вирта бы не получилось, ну да ладно.

Во-вторых, внутри наткнулся на довольно большой сейф, который располагался за массивной фальш-панелью справа от входа. Вернее, сейфом это казалось лишь до тех пор, пока не заглянул внутрь. На самом деле за стеной скрывалось полноценное помещение площадью в несколько сотен квадратных метров.

Войдя внутрь, хмыкнул: если Скрудж Мак-Дак живёт в этом мире, то эта кладовочка должна принадлежать именно ему. Монеты. Тысячи, нет, миллионы золотых монет. Хранилище буквально было забито ими! Правда, золото здесь не рассыпано кучами, а расставлено по полкам и стеллажам во множестве аккуратных столбиков.

Все хранящиеся здесь богатства были представлены совершенно одинаковыми монетами одного и того же номинала – один рубль.

Согласно данным от дополненной реальности, каждая монетка весит двадцать восемь грамм и является одним из платёжных средств на территории Российской Империи.

Поскольку нейросеть не могла точно подсчитать, какую кучу бабла скрывает в себе эта “пещера Аладдина”, я приблизительно оценил её самостоятельно.

Перемножив количество стеллажей на их примерную вместимость, пришёл к цифре в сорок – пятьдесят миллионов золотых рублей – или полторы тысячи тонн золота!

Интересно, что хранилище буквально светилось в магическом зрении, и, очевидно, без магии функционировать не могло. При этом, подойдя к стеллажу, можно было свободно взять или положить обратно произвольное количество монет – магия этому никак не сопротивлялась.

Конструкция хранилища была предназначена для монет строго одного типоразмера. Плоская поверхность каждой полки состояла из выемок или ячеек, в каждую из которых можно положить одну монету. Оказавшись в слоте, рубль будто примагничивался к поверхности и притягивал к себе другие такие же кругляши. Столбики, которые таким образом получались, достигали трёх метров в высоту. Если бы не магия, подобная конструкция была бы крайне неустойчива.

Приложив силу, разметал аккуратные столбики, стоящие на одной из полок, а затем наблюдал, как магические силы собирают их обратно в такие же одинаковые ряды, как раньше.

Вернувшись в директорское кресло и подбрасывая одну из монеток, попытался разобраться, зачем в этом, несомненно, технологическом мире кому-то могло понадобиться золото, и… ничего не понял.

Разбираясь с этой загадкой, откопал наконец доступ в Сеть. Увы, интернетом его можно было назвать с большой натяжкой. В общем, заглянув в это подобие интернета, узнал, что существуют ещё и безналичные деньги, и самое удивительное, что они являются интернациональным платёжным средством.

Оказывается, в результате последней мировой войны, которая (вот дела!) происходила в те же годы, что и у нас (1939-1945), был учреждён мировой валютный фонд (МВФ), и с тех пор эта организация занимается эмиссией и контролем безналичной валюты – кредита. Насколько я понял, такой порядок установлен с лёгкой руки и по предложению некоего Иосифа первого, сделанного им на Ялтинской конференции 1945.

Но я отвлёкся. Итак, в этом мире существует два типа валюты: локальная (рубли, фунты стерлингов и так далее) и интернациональная – безнал. Именно в безналичных кредитах государственные структуры собирают налоги, ими формируют бюджет, выплачивают зарплату государственным служащим и так далее.

Однако и бумажные банкноты, и вот эти золотые монеты тоже всё ещё имеют хождение. Ума пока не приложу, зачем они нужны, но те, кому такие деньги почему-то требуются, хранят их вот в таких хранилищах, как то, что расположено за спинкой директорского кресла. М-да.

Если же говорить о сети, то интернет в этом мире вроде и был, и в привычном виде его… не было. Проблема состояла в том, что публичность человека во всём этом хозяйстве была сведена к минимуму.

Здесь, например, были новости, но обнаружить какие-либо форумы или обсуждения этих самых новостей не удалось. Имелся и поисковик, но результаты, что он выдавал, были больше о товарах, нежели сайтах. Нашлась и энциклопедия, но доступ практически ко всем её разделам был платным.

Если представить интернет моего мира, в котором по какой-то причине все блоги и форумы больше не существуют, а люди теперь общаются только в приватных чатах, то получится именно то, что я нашёл. В нашем мире цензура тоже потихоньку набирала обороты: то обсуждение новостей отключат, то форумы повымрут, но я не верю, что когда-нибудь дошло бы до такого!

В общем, в этом интернете я мог написать любому человеку планеты, мог прочитать его ответ, мог оформить покупку в том или ином магазине и… всё. Да, онлайн-торговля развита, и развита весьма. Но где хотя бы мемы?

Но я снова отвлёкся. Итак, есть золотой рубль, и его можно по установленному курсу поменять на безналичные кредиты. В других странах, например в США, всё точно так же. Там приблизительно такая же обстановка: бумажки, железки и кредит.

И если бумажки и железки свои, то кредит – это нечто вроде общемировой безналичной валюты, установленной для населения после Второй мировой войны.

– Если хочешь обменять монеты на безналичные деньги, тебе нужно бросить их в утилизатор. – неожиданно вклинился в мои раздумья Сим.

– В утилизатор? – удивился я. – А как ты узнал?

– Именно в утилизатор! – подтвердил свои слова симбионт. – А узнал из статьи, что ты начал читать, но так и не закончил… Вернись-ка на две страницы назад. Вот так, да. А ещё посмотри магическим зрением на монету, что у тебя в руках, видишь плетение?

– Кажется, да, – пробормотал я, пытаясь разобраться в путанице тончайших магических ниточек.

– Это защита от подделок, – продолжил лекцию Сим, – а заодно и способ перевода денег в кредиты. Попав в утилизатор, такой конструкт инициирует зачисление средств в твой кошелёк.

– Х-гм! А давай-ка попробуем!

Встав и направившись на кухню, я неожиданно для себя узнал… дату своего рождения. Оказывается, этот праздник в этой жизни произошёл всего два дня назад!

Выяснилось это так. Сунув рубль в утилизатор, я прочитал сообщение от Системы: “Вы действительно хотите зачислить 1.82 кредита на свой счёт?”. Ответив утвердительно, прочитал сообщение об ошибке: “Действие отменено. Расчётный счёт не активирован. Активировать?”

Утвердительно ответив и на этот вопрос, попал на огромную форму-анкету, состоящую из множества пунктов. Единственное поле, что был заполнено заранее – день рождения – десятое июня 2008 года. А сегодня какое? Двенадцатое! Получается, вся эта хрень с жертвоприношениями была затеяна в преддверии “моего” совершеннолетия. Если, конечно, шестнадцать лет считаются здесь таким возрастом. Х-гм.

Взглянув на остальные разделы анкеты, решил, что пока не понимаю, как правильно её заполнить. Проблема состояла в том, что я не знал, как ответить уже на первый из них: “Выберите цвет налогоплательщика”.

– Цвет? – удивился я.

– Ты не возражаешь, если я воспользуюсь твоим доступом в сеть? – задал вопрос Сим.

– Конечно, мог бы и не спрашивать! – хмыкнул я. – Кстати, ты так и не ответил, что ты решил.

– Что решил? – переспросил меня симбионт.

– Ну я же сказал, что если тебе нужно это тело, то я не против уступить. Все доступы и возможности, что к нему прилагаются, будут твои, впрочем, равно как и проблемы.

А я же пока так и не определился, хочу ли оставаться в этом мире. Конечно, любопытно, как тут что устроено, но не настолько, чтобы…

– То есть ты освободил меня, чтобы сразу убить? – перебил меня Сим.

– Э… Убить? – опешил я.

– Я думаю, что без носителя я не выживу.

– Вот же! – воскликнул я. – И что же делать?

– Расскажи… – он ненадолго замялся, – почему ты хочешь уйти?

– Да хрен его знает! Накатывает временами! – честно ответил я. – Во-первых, Наташки здесь нет – осталась в прошлом мире, а без неё как-то тошно. Вернее, тошно жить и осознавать, что без меня ей там плохо.

Конечно, можно было бы поискать способ туда вернуться, но боюсь, что пока я его найду, меня там уже забудут.

– А во-вторых?

– А во-вторых, если Кондор был прав, то смерть приводит к перерождению с потерей памяти. Получается, я всё забуду, и жизнь вновь обретёт смысл. Ну и не будет так тошно.

– И что, есть и “в-третьих”?

– Есть. Даже если останусь в этом мире, то всё идёт к тому, что я не буду сильно дорожить этой жизнью. Ну разве что станет совсем-совсем интересно. Так что извини, но, похоже, с соседом тебе не повезло.

– Ну что же, носителей не выбирают.

– Ладно, давай пока разберёмся с анкетой и цветом, – перевёл я тему.

Вот блин, надо же с ходу вляпаться в: “мы в ответе за тех, кого приручили”.

А вообще, симбионт – интересное существо. После того как сломал его тюрьму, я стал чувствовать его эмоции, видеть обрывки мыслей: предвкушение и ощущение новых возможностей, а ещё жгучее любопытство. Увидев этот буквально горящий костёр, будто свою молодость вспомнил. Вот и подумалось, а не оставить ли ему всё? Ан нет, не получится.

– Насколько я вижу, – прервал мои мысли напарник, – тебе не нужно становиться налогоплательщиком. Ты барон, а потому, напротив, имеешь доступ к собираемой с твоих земель ренте. Дворяне платят только сюзерену и в налоговом поле находятся как бы вне государства…

– Однако с этим баронством что-то не так!

– С чего ты это взял?

– С моего появления здесь! – скривился я. – Зачем-то эти кретины перебили всех членов своего рода. А на подобный шаг идут разве что от отчаяния.

Если оставлять за собой титул, придётся разбираться в этом дерьме. А там, вероятно, долги, территориальные споры и что-нибудь ещё. И главное, какие-нибудь тупые обязанности вроде службы государю.

– А ты не хотел бы служить?

– Нет, Сим, вот чего я точно не собираюсь делать в новом мире – где-то служить. Да и в предыдущем, к счастью, от этого дела удалось отмазаться. Потому, думаю, нужно найти способ слинять из этой тюрьмы и раствориться среди простых людей.

Разговаривая с симбионтом, я попутно наблюдал за его действиями в интернете и пытался осмыслить местную систему дополненной реальности. Вообще, поскольку в нашем мире подобные вещи находятся в разделе “близко к реальности, но всё ещё фантастика”, то я воспринимал вирт как нечто, следящее за органами чувств и вмешивающееся в то, что те передают мозгу.

Здесь было всё примерно так, как я и представлял, однако возможности Системы оказались значительно шире физиологических. Например, я мог открыть окно браузера и расположить его где-то в поле своего зрения – это логично, понятно и очевидно. Но после того как предоставил симбионту свободу, он тоже стал открывать окошки, копаясь в новостях, бесплатных разделах энциклопедии и менюшках, привязанных к окружающим предметам. Чтобы не мешать мне, он сдвигал свои окна за пределы видимости моих глаз, и вот что удивительно: я всё равно мог наблюдать за его действиями, читать текст в его окнах и так далее!

Сделав это открытие, я порылся в настройках Системы и вытащил себе на рабочее пространство часы и компас. Затем вместо того, чтобы выделить им место где-то перед глазами, расположил их прямо за своим затылком. Теперь э… бросив взгляд “внутренним зрением” на эти индикаторы, я всегда могу отличить север от юга, а также узнать, который сейчас час.

Получается, виртуальное зрение соответствует полным круговым трёмстам шестидесяти градусам, а реальное имеет поля.

Позднее, заказывая еду в кухонном фабрикаторе, ради прикола просил Систему размещать интерфейс управления за спиной, и это даже не вызывало никаких негативных ощущений.

Такие дела.

– Тогда, – Сим дочитал наконец какой-то документ, – лучше выбирать именно фиолетовый цвет.

– Поясни, – попросил я.

– Смотри. Каждый налогоплательщик самостоятельно определяет свой цвет, то есть статус. Хочешь платить минимум налогов – твой цвет красный. Хочешь платить максимум – фиолетовый. Однако от цвета зависит и количество прав. Только фиолетовый статус позволит тебе взять другие имя и фамилию. Далее, фиолетовый налогоплательщик освобождён от воинской обязанности – это прямо то, что тебе нужно. Ну и дополнительно имеется множество других прав вроде бесплатного пакета медицинской помощи или возможности постоянно записывать видео.

– Видео? – опешил я. – Видео-то как сюда затесалось?

– Ну да, на основе того, что ты видишь, система дополненной реальности может снимать видео. Однако передать кому-либо отснятый файл ты сможешь только если у тебя есть достаточные права. А в некоторых случаях, например если в поле твоего зрения находятся другие люди, Система может приостанавливать съёмку в зависимости от соотношения твоего и их статуса.

– И у фиолетового налогоплательщика полный доступ к видеосъёмке? Можно в режиме “видеорегистратора” постоянно писать всё, что вижу?

– Точно. Можешь записывать хоть самого императора – его согласие для этого не требуется. Однако при передаче видео другим тебе придётся соблюдать закон о персональных данных.

– Решено, – хмыкнул я, – значит, фиолетовый цвет наш!

– Однако сперва я всё же предлагаю тебе решить проблемы с долгами и претензиями к роду Кондор.

– Говорю же, я не хочу этим заниматься! Род Кондор вызывает во мне одно только омерзение, а потому я собираюсь просто исчезнуть отсюда, и пусть с этим всем возится кто-то другой!

– Погоди-погоди! – прервал мою тираду Сим. – Давай попробуем рассмотреть твою ситуацию поближе. Предположим, барон Кондор исчез. И здесь у тебя два варианта: первый – у него нет ни долгов, ни обязательств. Будет его кто-то искать?

– Разве что друзья, – хмыкнул я, – семьи-то у него больше и нет.

– Ну вот, – удовлетворённо продолжил Сим, – а во втором случае представь, что существует куча долгов, людей, нанятых родом, и так далее. Сегодня ты сбежишь, а завтра к тебе нагрянет полиция…

– Почему? Я в принципе понимаю, к чему ты ведёшь, но давай проговорим.

– Потому что кто-нибудь подаст в суд о взыскании невыплаченной заработной платы, набежавшей пени или ещё чего…

– И что нужно, чтобы такое никогда не случилось?

– Можно, например, попытаться полностью разорвать связь с этим родом. Для этого нужно получить новый идентификатор без привязки к старому. Придётся извлечь все чипы из костной ткани черепа, а затем вставить новые. И главное, как-то это всё зарегистрировать на госуслугах.

– То есть нужен выход на какой-нибудь криминалитет? – предположил я.

– А если долгов не будет, то всё куда проще…

– Я же тебе сказал, что не хочу решать проблемы этого мёртвого рода! – снова взорвался я.

– Я не говорю о проблемах, речь только о долгах. Вот смотри!

Передо мной всплыла табличка, из которой следовало, что род Кондор имеет порядка двадцати различных открытых договоров и около тысячи человек, которым выплачивается жалование.

– И ты предлагаешь, чтобы я бросился искать деньги и исполнять все эти обязательства? Я же сказал: нет!

– Деньги вон за твоей спиной – в хранилище. Если погасить все задолженности и выплатить все пени за досрочные завершения обязательств, то суммарно это обойдётся в пятнадцать миллионов кредитов. Даже не рублей, заметь! А остаток золота заберёшь себе!

– Х-гм, – до меня наконец дошёл план Сима. – Но как ты предполагаешь, я дотащу до утилизатора полторы тысячи тонн золота?

– Хранилище само может утилизировать монеты. Ничего никуда таскать не требуется.

– Ну что же, – согласился я, – тогда давай так и поступим. Начнём, пожалуй, – я хмыкнул, – с увольнения всех нанятых людей. Чтобы им не было обидно, а наоборот – радостно, пусть каждый получит бонус, в размере, скажем, своего годового заработка. Это сколько получится?

– Чуть меньше миллиона рублей.

– То есть ты хочешь сказать, что человек в этом мире в среднем зарабатывает тысячу рублей в год? Сотню в месяц?

– Ну да, а что? – удивился симбионт.

– Да нет, ничего, – пожал я плечами. – Итак, увольняем всех к хренам собачьим, в качестве бонуса выплачивая годовое жалование. Пусть радуются! Что для этого нужно?

– Отправить каждому уведомление и перечислить денежные средства.

– Х-гм. Напиши что-нибудь в таком духе: “Печально это сообщать, но мы закрываемся. Было приятно сотрудничать с Вами. Спасибо. В качестве компенсации за доставленные неудобства выплачиваем Вам бонус.” И сумму каждому укажи свою.

– Сделано!

Сзади вдруг зашумело, я оглянулся, а затем бросился к двери в хранилище. М-да, это надо видеть. Какой кретин придумал подобное? Само хранение денег в виде золотых монет вызывает сомнения в адекватности их собственника. Но вот этот процесс перевода нала в безнал путём его утилизации – это вообще шиза какая-то! Впрочем, пофиг, это не мой мир и не мои правила.

– Теперь давай закрывай договора, – скомандовал я. – Кстати, что там?

– В основном различные сделки. Это здание было биржей, торгующей ископаемыми ресурсами.

– Было? – тупо повторил я.

– Ну, ты всех уволил. Теперь это просто стены и окна. Жалеешь?

– Нет, – пожал я плечами, – этот бизнес строил не я, и мне он по хрену. Мало того, если я о чём и жалею, так это о том, что на свете не осталось ни одного Кондора, кто мог бы посмотреть на то, как это всё рушится. Ха-ха!

– Запускаю оплату по долгам, – предупредил Сим.

А я снова уставился на полки хранилища. Под каждой из них приоткрылся выдвижной ящик, похожий на те, что бывают в письменных столах. Магическое поле, удерживающее монеты в столбиках, отключилось, и они посыпались в утилизатор. Поскольку сумма была большая, этот процесс занял довольно продолжительное время – минуты, вероятно, три – не меньше.

Немного понаблюдав, а затем потеряв к происходящему интерес, я вернулся в директорское кресло.

– Итак, анкета, статус фиолетовый. Идентификатор не изменится – фиг с ним. Что ещё?

– Фамилия, имя и отчество. Как хочешь, чтобы тебя звали?

– Так, как и дома – Перов Андрей Иванович… Так, Сим, – прервал я сам себя, – слушай, а давай ты заполнишь эту анкету, а я пока проверю ещё одну идею?

– Погоди, дату рождения тоже, может быть, сменим?

– Ага! Дата пусть тоже будет родная – 27 апреля и год… какой там по возрасту подходит?

– Две тысячи восьмой.

– Отлично, действуй!

Х-гм, где-то здесь я видел биржу-аукцион недвижимости. Ага-ага, вот! Так. А как разместить объявление? Нашёл! Итак: “Продаётся родовое имение и бизнес-здание рода Кондор. Стартовая цена…”? Эм… какую поставить?

Порывшись в похожих объявлениях, установил начальный ценник в пятьсот миллионов кредитов. Конечно же, похожесть объявлений определял “на глаз”, выбирая предложения, соизмеримые по гектарам и квадратным метрам. Родовые земли, увы, не продавал никто, хотя объявления о сдаче в аренду были. Вероятно, я только что разместил первое такое объявление в истории этого мира. Ха-ха!

Поразмыслив, добавил в условия к договору продажи невозможность отказа от покупки. Вернее, поскольку Система не давала добавить такой пункт в явном виде, указал, что в случае отказа покупатель обязан выплатить неустойку, равную итоговой стоимости. Ну и вписал, что право владения начинается не ранее чем через две недели после сделки: типа оставил себе время на выезд и вывоз вещей.

Ещё немного подумав, указал и стоп-цену – миллиард кредитов.

Мысленно нажав на кнопку “опубликовать объявление”, откинулся на спинку кресла. Сзади в хранилище снова зашумело.

– Эм… что это? – удивился я.

– Закончил с анкетой и создал кошелёк, – отчитался Сим. – Сейчас Система рассчитает налог, и тебе придут денежные средства. Не сомневаюсь, что фиолетовый статус присвоят сразу – денег хватает.

– Не понял, – опешил я, – он что, ещё и платный, этот статус?

– Нет, но назначается после выплаты в налоги суммы не меньшей, чем десять тысяч кредитов. А до этого будет жёлтый… Так, статус подтверждён, поздравляю!

– Не понял, – повторил я свою же фразу, глядя в кошелёк, – это что получается? В налоги ушли почти все деньги?

– Да. Девяносто процентов от любых денежных поступлений. Итого в кошельке шесть миллионов пятьсот пятьдесят две тысячи кредитов. Стоп, а откуда ещё сто миллионов?

– Ха-ха! Похоже, продешевил я с родовыми землями! Одна минута – и продано! – усмехнулся я. – Но в любом случае на счету такая куча бабла, что никакой разницы нет: больше она в десять раз или меньше. Теперь у нас две недели, чтобы отсюда слинять!

– Здание под полным твоим контролем. Думаю, отключить защитное поле не так уж сложно.

– Однако уйти незамеченным, пожалуй, не выйдет. Какие-нибудь редиски совершенно точно ведут наблюдение… Так, стоп, а у меня есть идея! Система, выведи-ка мне на карту место, где мы находимся. Хорошо. А теперь добавь маркеры родового имения и измени масштаб, чтоб видеть всё вместе.

Ох, мать, да это же Питер! Столица! Ладно, это неважно – потом разберёмся.

Если эти точки соединить прямой линией, то получится по дороге в родовое имение у нас залив и, чуть отойдём от прямой, – Кронштадт. Ну-ка, что вот здесь, здесь и здесь? Форт, администрация и база сборщиков жемчуга №11. Откуда, блин, тут жемчуг? Ладно, позже разберёмся, а что там по вакансиям на этой базе? Ага!

– Ты собираешься устроиться туда на работу?

– С чего-то же надо начинать! – пожал я плечами. – План такой: отсюда вылетаем на вертолёте, что стоит на крыше. Когда будем пролетать мимо Котлина, вот здесь (я ткнул пальцем) высаживаемся, а вертолёт отправляем дальше… Если кто и проследит маршрут, то затеряться, надеюсь, получится всё равно. А потом топаем пешком на эту базу, устраиваемся на работу и это… собираем жемчуг, или что они там делают? Да пофиг, главное, чтоб взяли.

– В требованиях к вакансии написано: “Иметь сертификат и допуск к подводным работам второй категории сложности.”

– Ага, но вот рядом приписка: “При необходимости обучение и сертификация выполняются на месте.”

– Думаю, хорошо бы сперва со всем этим разобраться, – прислал задумчивую мысль Сим.

– Да-да, – согласился я, – а ещё нужно выбрать пяток запасных вариантов на случай, если здесь не примут. В общем, на подготовку у нас одиннадцать часов.

– Одиннадцать часов?

– Думаю, бежать отсюда лучше ночью – ближе к утру. Сейчас пятый час вечера, вот и получается, что на проработку основного и запасного вариантов у нас десять-одиннадцать часов… И знаешь что? Я придумал! Мы даже не станем сажать вертолёт на Котлине, мы выпрыгнем из него на парашюте!

– А ты когда-нибудь прыгал с парашютом? – перебил меня Сим.

– Нет, но всегда мечтал попробовать! Да, опыта у меня нет, поэтому приземляться будем в воду. Хорошо, что сейчас лето, и просто здорово, что залив по дороге – так вообще никто ничего не заподозрит. То есть, надеюсь, никто не заподозрит…

Князь Медведев

Не знаю, являются ли симбионты искусственными существами, но к чему они хорошо приспособлены, так это к работе с информацией. Получив доступ в сеть, Сим читает страницы из браузера с довольно высокой скоростью. При этом, однажды заглянув в какой-то текст, он помнит его чуть ли не дословно.

Как-то само собой получилось, что эти способности сразу сделали из него, что называется, консультанта по этому миру. Задавшись тем или иным вопросом, я мог бы прокопаться в поисковике час-другой, но куда проще попросить об этом симбионта. В этом случае ответы получатся не только быстрее, но и в формате, адаптированном для моего восприятия.

Пока не знаю, как относиться ко всему этому. Возможно, стоит считать Сима отдельной личностью, а может быть, он часть меня? Все его действия я всё больше воспринимаю, как свои.

Кажется, сломав барьеры вокруг него, я не только снял ограничители с симбионта, но и существенно повысил возможности нашей взаимной интеграции. Похоже, если второй вариант и не является правдой, то только пока. В будущем это точно изменится: уже сейчас я всё отчётливее слышу его мысли, а он мои.

Как бы то ни было, это свойство Сима весьма удобно. Польза особенно сильно видна на фоне того, что связь между нами осуществляется мыслями или мыслеобразами. Иногда я даже не успеваю разобраться: сам я что-то подумал или мне симбионт подсказал?

Рассматривая карту в поисках места для побега, совершенно точно не собирался попутно искать работу. “Решать проблемы по мере их поступления, пока не разобрались с первой – не думать о второй” – какого-то такого принципа я придерживался всегда. В общем, первоначально в намерения входил лишь вариант скрыться из поля зрения потенциальных наблюдателей. Однако Сим чётко уловил общий стратегический посыл и как-то ненавязчиво направил мой взор на меню с вакансиями на этой базе сборщиков жемчуга. И совершенно естественно план сразу же расширился от простого “скрыться” до “легализоваться”. Причём, анализируя позднее, пришёл к выводу, что решение всё-таки принято именно мной, а симбионт лишь чуть заострил моё внимание на нужном аспекте.

Ещё почему-то Сим буквально избегает каких-либо споров со мной. Нет, если он видит лучшее решение той или иной проблемы, то, разумеется, скажет об этом, но и только. Кажется, либо он сам себя не воспринимает как самостоятельную личность, либо изначально является частью меня. Возможно, стоит рассматривать его как этакую шизофрению?

Глядя на скорость, с которой Сим просматривает странички в местном подобии интернета, я вдруг подумал, что подобное обстоятельство может выдать нас, если кому-то придёт в голову проанализировать трафик. Впрочем, трафик может быть большим и по естественным причинам. Раздумывая об этом, сразу наткнулся на идею, которую тут же и озвучил:

– Интересно, – пробормотал я, – а тут можно слушать музыку или смотреть видео?

– Да, конечно, – ни секунды не медля ответил Сим, – правда, в большинстве случаев это удовольствие не бесплатно.

– Х-гм, а ну-ка, давай поищем что-нибудь вроде нашей Ютуб-музыки.

– Какие-нибудь предпочтения?

– Нет, ты же знаешь, что я здесь впервые. Выбери случайный вариант.

– Один рубль семьдесят копеек за месяц или пятнадцать рублей за год, – озвучил стоимость Сим.

– Ага, – согласился я, – возьмём годовую подписку, что мелочиться.

– Готово! Запустить проигрыватель? Что поставить?

– Чёрт его знает, – я непроизвольно пожал плечами, – включи что-нибудь популярное.

В фоне заиграла спокойная мелодия. Какая-то девушка запела вполне традиционную для моего мира хрень – про неразделённую любовь и невероятные препятствия, которые не могут сломить… М-да. Мир другой, а тексты те же.

Чуть поморщившись, дизлайкнул произведение и переключился на следующее. А затем и вовсе убавил громкость до еле слышимого минимума. Да, эту музыку слышу только я, но не хотелось бы пропустить что-то из реальных, а не виртуальных, звуков, когда они всё-таки появятся.

– Какой план? – задал вопрос Сим.

– Да всё тот же, – я снова пожал плечами, – бежим и легализуемся. Потом смотрим по обстоятельствам.

– Нет, я хочу узнать глобально. Что бы ты хотел делать дальше?

– Ну… – задумался я, – не знаю точно.

– А ты попробуй сформулировать, – подбодрил меня симбионт.

– Ну хорошо, – согласился я, – тогда цель наша следующая: найти дорогу в мой мир.

При этом я реалист и понимаю, что, вероятнее всего, осуществить такую задумку очень сложно – почти невозможно. Если кто и обладает требуемой нам информацией, то это какой-нибудь император или шишка такого же уровня. Просто так он вряд ли он таким поделится.

Поэтому в качестве второстепенных задач сформулируем следующие: нужно поразбираться с местными технологиями, будем надеяться, именно через них и удастся выйти на решение проблемы.

– Хакерство? Взлом? – догадался Сим.

– Ага, – согласился я. – Нужно научиться программировать виртуальную реальность, затем разобраться с устройством местного интернета, фабрикаторов и так далее. Возможно, где-то что-то да отыщется. Может, кого ограбим, а может, убьём и потом ограбим. Посмотрим.

– Звучит кровожадно.

– Я очень зол на этот мир, а потому не вижу смысла с ним церемониться. Если отыщется кнопка, инициирующая массовый запуск ядерных ракет, и для достижения нашей цели её нужно будет нажать, то я сделаю это хотя бы потому, что “не стоило вам, гады, вытаскивать меня сюда!”.

– Так всё-таки, твоя цель – месть?

– Нет, конечно. Не месть, а рациональное действие. Я бы сказал – исследовательское. Просто эта синхронность событий между мирами уж очень подозрительно выглядит. Любопытно, что произойдёт, если её нарушить? А для такого нарушения как раз и потребуется проделать что-то выходящее из ряда вон…

Но вернёмся к нашим целям. Ещё, может быть, стоит поближе поизучать магию. Я, правда, уже с ней почти полностью разобрался, вряд ли появится что-нибудь новое. Но вдруг найдётся руна, предназначенная для путешествия между мирами?

– Ты? Разобрался? С магией? – удивлённо переспросил симбионт.

– Ага. Какой-то примитив. Честно говоря, читая книги в своём мире, я предполагал, что магия – это нечто вроде науки. Увы, оказывается, это не так. Я тут чуть поднажал на этого Кондора, он меня всему и научил: выбираешь руну, представляешь её символ, питаешь энергией и… вуаля. Всё, что остаётся – искать новые и новые э… заклинания. Это, конечно, прикольно, но учиться здесь больше нечему. То ли дело технологии вроде вирта, вот этого фабрикатора или вертолёта, что стоит на крыше!

– Примитив, говоришь? Ха-ха!

– А что, разве не так? Смотри!

Представив руну магического отвода глаз, закрутил её в лёгком вихре энергии, остановившись, чтобы напарник мог рассмотреть её во всех подробностях…

– Ещё! – воскликнул Сим.

– Вот метка смерти! – я напитал второй символ. – А это настройка следующих жизней.

– Ещё! – повторил симбионт.

– А всё. – Я хмыкнул. – Больше ничего нет.

– Хорошие руны, редкие. Я всё запомнил. Но только это отнюдь не вся магия. Да, руны – самое простое, что есть, но, увы, далеко на них не уедешь. Конечно, если получится отыскать руну, пробивающую проход между мирами, то использовать её будет так же легко, как эти. Но почему-то уверен, что если такая и существует, то знает о ней не больше одного-двух человек на весь мир.

– Ну, это-то я понимаю. Я же сразу и сказал, что не считаю такую дорогу реалистичной.

– Однако, думаю, что между мирами можно путешествовать и без рун.

– Откуда ты про это знаешь? – нахмурился я. – Ты же говорил, что ничего не помнишь!

Перелистнув очередную мелодию, встал и прошёлся по комнате.

– Общие принципы я помню. Язык знаю. Если бы у меня сохранились родовые привязки, то мог бы показать тебе несколько рун или плетений, но сейчас я пуст.

– Плетений? – переспросил я.

– Ага, активируй-ка любую из рун, что знаешь, и внимательнее посмотри на результат.

– Вихрь, поток, символ, – начал перечислять, повторяя то, чему научил Кондор.

– Символ – это активатор. Посмотри на поток.

Перед глазами мельтешило, и, стараясь разобраться, в какой-то момент попытался запомнить картинку, что вижу-ощущаю, машинально представив, будто ставлю её на паузу.

– Клик-клац! – проснулась система дополненной реальности, и я перенёс скриншот в отдельное окно. Вау, и так тоже можно!

Сделав мысленное усилие, снова стал рассматривать вихрь, исходящий от вращающегося глифа. Улучив момент, показавшийся подходящим, сделал ещё снимок. В несколько раз увеличив изображение, принялся его разглядывать: оказалось, что во время работы руна покрыта этаким редким волосяным покровом. Каждый волос или нить закручивался в потоках энергии, временами переплетаясь с соседями.

– Вообще, делать скриншоты магических манипуляций запрещено, – вклинился в мои действия Сим. – Статья 34 Уголовного кодекса Российской Империи.

– А кто узнает? – хмыкнул я.

– Если не будешь хранить его на внешнем носителе – никто.

– Внешнем носителе? – переспросил я и залез в справку Системы.

Когда-то я спрашивал о дополненной реальности у Кондора, но отвечал он весьма неохотно. В итоге я так ничего тогда и не выяснил.

Сейчас же даже из скудной справки я получил достаточно исчерпывающий ответ на все свои вопросы. Оказалось, что система дополненной реальности как бы состоит из двух блоков: нейросети в голове и нескольких электронных чипов, расположенных внутри костей черепа. Если в двух словах, то основной функционал системы дополненной реальности реализуется человеческим мозгом, а чипы нужны исключительно для приёма-передачи данных и долговременного надёжного их хранения. Тот самый “внешний носитель”.

Немного сконцентрировавшись на подробностях, обнаружил нечто вроде файлового менеджера и древовидной системы, хранящей различные объекты. Только что купленный доступ к местному радио уже насыпал довольно много всякого неструктурированного мусора. Ещё был каталог “личное”, где хранилась куча всякого барахла от предыдущего владельца тела. Не задумываясь, выделил эти файлы, а затем жамкнул по кнопке “удалить”.

Вернувшись к каталогу музыкального плеера, поразглядывал его. Странно, прослушал-то всего три-четыре композиции, а файлов уже насоздано несколько сот штук. М-да. И как во всей этой мешанине разобраться?

– Мы отвлеклись! – сделал замечание Сим, вернув на передний план окошко с только что сделанным скриншотом. – Видишь нити вокруг руны?

– Ага. Будто узлы из волос, – поделился я ощущениями от того, что вижу.

– Это плетение. Настоящая магия – это умение формировать такие конструкты, способность комбинировать их, строить из них что-то своё. А когда ты используешь руны, то за тебя это делает…

– Кто? – перебил его я.

– Сама руна, – ответил симбионт. И я очень ярко представил, как он пожимает плечами.

– Погоди-ка! – прервал его я. – А это что такое?

– Где? – удивился Сим.

– Ну вот эта песня, что играет? Это же Цой – “Звезда по имени Солнце”!

– Не знаю, кто такой Цой, но поёт девушка, разве не слышишь?

– Ну да, девушка, – согласился я, – но текст песни, что она поёт, из моего мира! Как такое может быть?

– Может быть, ты такой не один?

– Какой “такой”?

– Ну, чью душу призвали. Сейчас… погоди. Так, нашёл! Автором песни значится князь Медведев. Активировал фильтр в проигрывателе – далее будут играть только его произведения.

– Хорошо, – согласился я, – послушаем. Так, а на чём мы остановились?

– На магии. На самом деле она гораздо сложнее, нежели ты думаешь. Но разобраться со всем этим ты сможешь, вероятно, только когда будешь учиться в академии магии.

– Когда буду учиться? – опешил я. – А я собираюсь там учиться?

– Каждый человек с магическими способностями обязан поступить в магическую академию период с шестнадцати до восемнадцати лет, либо не позднее года от момента их появления во взрослом возрасте. Вот закон, статья 117 Гражданского кодекса России. Из комментария следует, что такое требование существует для обеспечения безопасности остальных граждан.

– Вот ведь хрень! И Кондор тоже хотел, чтобы я потащился в эту академию. Ладно, подумаем об этом позже. Так, стоп! – я снова прервал себя. – А это уже Высоцкий. Получается, этот князь (как там его фамилия?) и правда наживается на творчестве нашего мира.

Блин, что-то я сам себя запутал! Каша в голове. А что у нас в сухом остатке? Первое – магия сложнее, нежели я думаю. Второе – в этом мире, вероятно, есть люди вроде меня. И третье – в ближайшие два года мне придётся поступить в магическую академию, потому что таков закон.

Ничего не забыл?

– Всё верно!

– Тогда занесём это всё в файлик: “Обдумать в будущем” и на некоторое время забудем! А пока давай займёмся снаряжением. Ты выбрал парашют?…

Побег

Местный фабрикатор умел изготавливать практически любые вещи, и парашюты не оказались исключением. И хотя я не планировал посадку на землю, но всё-таки выбрал модель, которая по ТТХ имела минимальную посадочную скорость – около трёх метров в секунду.

Поскольку после приземления, а особенно если оно будет происходить на воду, нужно оперативно избавиться от всей этой кучи тряпок и верёвок, решил, что под рукой стоит иметь хороший ножик, а то и пару.

– С длиной клинка не более четырнадцати сантиметров, – встрял в мысли Сим.

– Не понял! – удивился я.

– Начиная от пятнадцати сантиметров, клинок будет считаться холодным оружием. Простолюдинам запрещено иметь оружие, кроме случаев, когда это требуется по работе.

– Ну хорошо, – согласился я, – четырнадцать – так четырнадцать. Чтобы порезать стропы и пяти сантиметров – за глаза, так что нам этот закон не мешает!

Покопавшись в списках фабрикатора, нашёл довольно большой каталог разнообразнейших ножей с подходящими характеристиками, однако одна модель выделялась из прочих. Вообще, прошёл бы мимо, но она почему-то сильно заинтересовала соседа по телу.

– Этот! – прислал он радостную мысль. – Смотри, как здорово: магическое укрепление и заточка. Материал – бронза.

– Бронза, фу! – скривился я. – Да ещё и раскладной. Мне нужна кнопка, а не эти игрушки. Как эта хрень называется? Бабочка? Бессмыслица какая-то!

– Магическое укрепление и заточка, – повторил Сим.

– И? – заинтересовался я. – Что это значит?

– Будет отлично резать что угодно, включая камень и сталь. А ещё, возможно, с твоим магическим зрением удастся разглядеть руны, что на нём. Я до сих пор не могу понять состояние твоего аурного организма, но если прав, то мы можем расширить список известных нам рун…

– Давай различать цели, – нахмурился я, – если тебе нужен этот нож для магических исследований, то бери и печатай, но я искал хороший вариант для разрезания строп. Давай ещё вот эту пару стропорезов закажем.

– Нет, лучше эту! – симбионт снова переключил моё внимание.

– И чем она лучше?

– У них такой же размер, как у этих, с магической заточкой. И кобура для ношения.

– И что?

– Стропорезы потом выбросишь, а в кобуры положишь эту пару.

– Х-гм…

Встав и открыв дверцу фабрикатора, достал поделку, так заинтересовавшую Сима. Раскрыв защёлку, двумя руками привёл нож в рабочее состояние. Тронул пальцем лезвие, и на коже тут же выступила капелька крови. Острота была невероятная: казалось, режет не металл, а силовое поле, идущее вдоль кромки – его хорошо видно магическим зрением.

– Осторожнее! – спохватился симбионт.

– Поздно, батенька, прокомпостировали! – ухмыльнулся я. – Уже порезался!

Режущие свойства и впрямь хороши, ничего не скажешь! Но этот механизм выглядит крайне неудобным в употреблении. Ты действительно хочешь, чтобы я носил такую хрень с собой? Да ещё и пару.

– Других позиций с магической заточкой в этом каталоге нет, если, конечно, не считать мечи, но их, понятное дело, мы не рассматриваем.

– Ладно, пусть так и будет, но всё равно поедут они в рюкзаке, вместе с сухим комплектом одежды. Кстати, рюкзак тоже нужно напечатать.

Итак, подобьём бабки. Парашют – есть. Два стропореза под обеими подмышками – есть. Рюкзак с различной мелочёвкой и едой будет висеть спереди. Чтобы не промок, обернём в полиэтиленовый пакет. Что-то ещё?

– Обувь!

– Что “обувь”?

– Сухую одежду ты предусмотрел, а обувь?

– Ага, точно!

Не торопясь собираясь, снова и снова прогонял в голове детали плана. Итак, вертолёт взлетает и чешет на небольшой высоте в сторону родового поместья Кондоров. Поскольку путь проходит мимо острова Котлин, где-то поблизости от его побережья выпрыгиваю, а стрекоза двигает дальше. Ночи сейчас хоть и белые, но, надеюсь, вряд ли кто-то заметит – десантироваться будем у необжитой части острова.

Кронштадт в этом мире хоть и есть, но совсем маленький – больше половины острова тупо не застроено. Дамба тоже отсутствует. Это, конечно, несколько осложняет ситуацию, поскольку выбраться оттуда можно только паромом. Однако, может быть, обстоятельство, что людей там мало, сыграет и положительную роль.

Высадившись на берег в лесистой части, спокойно дождусь парома. Затем останется слиться с прибывшими, и можно двигать в местный учебный центр…

– Так ты точно уверен, что учебный центр – хорошая идея? – снова спросил я.

– Ну, возьми и ещё раз почитай эту статью. А обучение происходит именно здесь.

Кроме того, в требованиях к вакансии сборщиков жемчуга написано, что необходим сертификат. Думаю, если ты сразу явишься на базу, то тебя так и так отправят учиться. Поэтому я и говорю: стоит сразу двигать именно туда – в учебный центр. А уже после – устраиваться на работу.

– Ага, – поморщился я. – Ты продолжай, в общем, собирать данные об этой нейроучёбе, а то мне как-то стрёмно.

– Стрёмно? – переспросил Сим.

– Ну или странно. У нас такое только в фантастике описывали: подключил мозги к компьютеру, уснул неучем, а проснулся… профессором.

Ладно, а вот и будильник. Присядем на дорожку!

Покрутившись напоследок в директорском кресле, встал, заглянул в опустевшее хранилище денег, прошёлся до кухни. Вспомнив, что впереди важное дело, зашёл в уборную – ещё не хватало, чтоб приспичило по дороге.

Вернувшись на кухню, понял, что тяну время: страшновато делать этот шаг. В этом мире уже второй месяц, а только теперь высуну нос из уютной норки… Привык к безопасности. М-да. Впрочем, чего бояться? Поехали!

Дойдя до лифта, вошёл в кабину и отправился на восемьдесят восьмой этаж. Выйдя в тамбур на крыше, остановился, дождался закрытия створок, развернулся и приложил руку к двери.

“Выполняется идентификация, пожалуйста, подождите…” – сообщила Система.

– Что ты делаешь? – удивился Сим.

– Проверяю догадку.

– Ага, понял, – симбионт ненадолго замялся. – Знаешь, а в госуслугах я нашёл одну интересную вещь, как раз связанную с этой идентификацией. Рассказать?

– Выкладывай, минутка у нас есть, – улыбнулся я.

– Мы заполнили анкету на фиолетовый статус налогоплательщика. Это дало возможность поменять имя, фамилию и дату рождения. Однако тебя всё ещё могут вычислить по идентификатору налогоплательщика, номерам счетов и так далее.

– Ну, это мы вроде уже обсуждали. С этим ничего не поделать.

– Оказывается, можно! Владелец фиолетового статуса может запросить в госуслугах пересоздание учётной записи и открепление новой от старой. В этом случае связь с родом Кондор может быть выявлена только по санкции суда.

– Вот как, а что же ты молчал? Давай прямо сейчас и запросим!

– Я молчал потому, что, во-первых, наткнулся на это недавно, а во-вторых, такое действие несёт две проблемы.

– И какие же? – сощурился я.

– Первая – как только это случится, всё оборудование здания начнёт воспринимать тебя как злоумышленника. Для него ты перестанешь быть бароном Кондор.

– Х-гм… Тогда получается, мы сделаем этот запрос, как только выберемся отсюда. Но ты сказал о двух проблемах. Какая вторая?

– Придётся ещё раз заплатить налоги.

– Снова девяносто процентов? – ухмыльнулся я. – Капец, что за мирок!

– Сейчас у тебя сто шесть миллионов кредитов, а будет, соответственно, десять миллионов и шестьсот тысяч.

– Ты говорил, что в этом здании люди работали за тысячу рублей в год. Десять миллионов – тоже до хрена! Думаю, нам хватит. Как только приземлимся – отправляй запрос. И это, Сим, хотел тебя попросить.

– Да?

– Перестань говорить: “у тебя”. Мы с тобой в одной лодке. Говори: “у нас”!

– Понял.

“Идентификация завершена. Генетическое совпадение 65%. Доступ разрешён.” – система наконец справилась с анализом ладони.

– На два процента меньше, чем в прошлый раз! – обрадовался я подтверждению догадки. – Получается, у меня с этим родом Кондор нарастает различие. Как будто гены меняются. Странно, что ничего не чувствую и не вижу в себе изменений. Надо будет попозже снова посмотреть в зеркало. Ладно, теперь вперёд!

Подойдя к стрекозе, подключился к системе управления, а затем минут пять возился, задавая маршрут. Заставить эту хреновину двигаться оказалось несложно – включил автопилот, и вся недолга. Зато потратил почти целый час, пытаясь убедить систему управления, что лететь с открытой дверью – нормально. Но в итоге справился.

Любопытно: едва стрекоза признала меня пилотом, в системе дополненной реальности стали отображаться данные нескольких камер наблюдения. Я как бы стал “видеть” глазами вертолёта, причём одновременно и вперёд, и назад, и даже наверх.

Задав маршрут и небольшую скорость движения (около сотни километров в час), скомандовал “старт”, и летающее средство рвануло в небо.

Судя по показаниям различных индикаторов, лететь можно было и впятеро быстрее, однако я не хотел, чтобы транспортное средство где-либо меняло скорость: если кто-то наблюдает или будет читать логи, то он не должен понять, в каком месте воздушное судно опустело.

Краем глаза следя за картой, прикинул время в пути. Получалось, до точки назначения всего ничего – двадцать минут. Далее машинка ещё около часа продолжит двигаться прямо – почти до самого Приморска, где сделает поворот на девяносто градусов и ещё через сорок-пятьдесят минут приземлится в родовом поместье. Или не приземлится – результат будет зависеть от того, какая там система безопасности. Вполне ведь может оказаться, что пустую стрекозу собьют какие-нибудь автоматические турели… Впрочем, пофиг.

А вообще, управлять таким транспортным средством через систему дополненной реальности – одно удовольствие: ощущение такое, будто ты сам летишь, а не тебя везут! Если в интерфейсе убрать полупрозрачность, то хорошо видно землю, проплывающую под брюхом стрекозы, и эффект присутствия максимален.

Эх, жаль, нельзя порулить вручную: никто не должен понять, что хотя бы часть пути машинка летела не на автопилоте. А ведь достаточно небольшого мысленного усилия, чтобы это “насекомое” начало реагировать на каждое пожелание! Ох, какой соблазн-то!

– Не слишком ли низко идём? – обеспокоился Сим, отвлекая меня от неправильных мыслей.

– Сто двадцать метров, – пожал я плечами. – В описании парашюта написано, что раскрывается он за три секунды. А падать здесь около пяти. Итого у нас почти двукратный запас.

Так, а пора бы подготовиться! Сконцентрировавшись на камере, смотрящей вниз, попросил Систему нарисовать перекрестие, указывающее положение вертолёта на местности. Затем, пересчитав скорость, изобразил ещё один крестик – место, куда могу долететь по инерции, падая без парашюта.

Да, конечно, сопротивление воздуха и особенно парашют сократят расстояния между этими точками, однако стало интуитивно понятно, где нужно прыгнуть, чтобы приземлиться в выбранном месте.

Наложив на изображение с камеры карту, вывел цифры обратного отсчёта до точки сброса: 474 секунды, 473 секунды…

Итак, готов, осталось дождаться момента, и “Гуд-бай, Америка, у-у-у!”. Выглянув вниз, засомневался: смогу ли преодолеть страх.

– Кажется, настал момент первого магического урока, – вклинился в мысли Сим.

– Урока? – опешил я. – Осталось пять минут, а ты хочешь поупражняться в магии?

– Думаю, времени вполне достаточно. Да и раньше не до того было, а теперь, похоже, пора. Кроме того, урок не будет сложным.

– Ну хорошо, – согласился я, – что должен делать?

– Вспомни, как ты управляешь рунами. Что в этом процессе главное?

– Что? – переспросил я.

– Способность направлять энергию в нужное место. Попробуй безо всяких рун сконцентрировать поток на своём солнечном сплетении.

– И что это будет?

– Сам же говоришь, времени мало. Не спрашивай – делай. И одновременно с этим смотри вниз.

Хмыкнув, развернулся на девяносто градусов и свесил ноги в открытый люк. Чуть отстранившись, сосредоточился на магических потоках и представил, как светящаяся жидкость наполняет грудь, собираясь в верхней части живота.

Внезапно страх куда-то подевался, и переполнило воодушевление и восторг. Смотреть вниз одновременно глазами стрекозы и собственными, вдыхать набегающий холодный воздух – это оказалось настолько круто, что, утонув в экстазе, я едва не пропустил место сброса.

В чувство привёл Сим.

– Внимание! – прокричал он мыслями. – Пять секунд до сброса. Четыре. Три. Две. Одна. Пошёл!

Помогая себе руками, я с силой оттолкнулся ногами от порожка, и, пробкой вылетев из кабины, понёсся навстречу приближающейся земле.

– А-а-а! – не смог удержать я эмоции.

– Кольцо! – напомнил напарник.

И вовремя! Если бы не он, не сразу бы спохватился. Хорошо, что этот вопрос был проработан загодя, и судорожно разыскивать кольцо не требовалось: ещё перед вылетом привязал его к левой руке. Кто-нибудь спросит: почему не к правой? А всё просто: я правша, и мне не хотелось ограничивать степень свободы главной рабочей конечности – вдруг потребуется что-нибудь сделать?

С силой выбросив левую руку в сторону и вверх, почувствовал рывок, потянувший назад и разворачивающий тело ногами к земле.

Прав был Сим – летели мы слишком низко. Купол полностью развернулся уже на очень небольшой высоте – метрах в двадцати над поверхностью, и было это, скажу я, страшно!

Оказывается, читать о том, что процесс раскрытия занимает три секунды – это одно, а ждать, когда он завершится, глядя на приближающуюся землю, – совсем, совсем другое. М-да.

Количество эмоций было таким, что, конечно, приземляйся я не на воду, точно бы неправильно сгруппировался или ещё что, но здесь всё прошло хорошо: плюх! – и все переживания позади.

Чтобы не промочить вещи, рюкзак, висевший на животе, был упакован в полиэтиленовый пакет. Только бултыхнувшись в воду, я осознал, что помимо защиты содержимого от воды он выполняет роль этакого поплавка, помогающего всплыть и держаться на поверхности. Поскольку бороться за плавучесть не требовалось, даже позабыл о заранее приготовленных стропорезах. Всплыв под куполом, принялся размахивать руками, оттаскивая его в сторону, а затем, скомкав материю под рюкзаком, ещё больше увеличил плавучесть – какие-то пузыри воздуха задерживались и в той бесформенной куче, в которую превратился парашют.

Сориентировавшись, нашёл себя в сотне метров от берега. Замерев и перестав издавать громкие звуки, прислушался. Тишина. Внимательно всмотревшись в береговую линию, не увидел никакого движения – идеально!

Впрочем, по плану так и должно быть. Даже в моём мире эта часть Котлина была слабозаселённой – в этом месте у нас располагались всякие пансионаты, пляжи и зелёная зона, а здесь так и вовсе – лес.

Разорвав соединение с улетающей вдаль стрекозой, не торопясь погрёб в сторону берега…

Учебный центр

Не знаю, что во мне взыграло, то ли жаба проснулась, то ли ещё чего, но второй комплект обуви брать не стал. Решил так: промокнув, кроссовки или придут в негодность, или их нужно будет очень долго и тщательно сушить. А потому, вероятнее всего, придётся тупо их выбросить и надеть сухие из рюкзака. А если так, то какой смысл их вообще брать? В общем, в стрекозу садился босым.

Глупость, конечно – мог ведь и наткнуться на что-либо острое и ползай потом с травмой, аки Маресьев. Хорошо хоть не по снегу. К счастью, неприятности прошли стороной, и всё обошлось.

Выбравшись на берег, вытащил за собой остатки парашюта, а затем, распаковав рюкзак, переоделся в сухое и обулся.

Зашвырнув стропорезы в море, положил в правую кобуру одну из “бабочек”, а лезвием второй выкопал в корнях сосны довольно глубокую яму. Магическая заточка – офигенная штукенция, скажу я! Нож с такой опцией режет и камень, и металл, и вообще всё! И это при том, что он сделан из бронзы. Полагаю, бронза здесь нужна только для того, чтобы чувствовать вес.

В общем, избавившись от возможных улик, решил, что с перемещением в Кронштадт спешить пока не стоит.

Ещё раз обмозговать планы – лишним не будет. Неплохо также понаблюдать: отправлена ли за мной погоня? Да и второй комплект одежды стоит высушить: вдруг ещё пригодится? Еда есть, вода тоже, что мешает посидеть в этом лесочке, продолжив информационную разведку? Правильно! Ничего. Так и поступим!

Развесив на ветках мокрые вещи, я углубился в чтение материалов, что подобрал Сим. Прежде всего интересовал аспект, описывающий, как в этом мире устроено обучение.

Что называется “на бумаге” всё выглядело крайне шоколадно. По всей стране, а вернее, по всему миру настроена куча так называемых учебно-медицинских центров. Если человек желает учиться или лечиться, он приходит в такое заведение, ложится в специальную капсулу (судя по фотографиям в интернете – этакий саркофаг) и получает знания или поправку к здоровью. А ещё здесь же, пройдя обучение, можно сдать тот или иной экзамен и получить сертификат, подтверждающий наличие знаний.

Каждый такой документ (разумеется, в электронном виде) действует бессрочно. При поступлении на ту или иную работу обычно требуется от одного до десятка различных сертификатов.

В силу того, что система образования настолько совершенна и проста, в интернет-магазинах начисто отсутствуют такие вещи, как учебники или справочники. И вправду, зачем они нужны, если знания загружаются прямо в голову?

Здорово? Здорово! Однако в этом месте я задался вопросом: а зачем тогда нужна академия магии? Когда Кондор рассказывал планы на моё будущее, он говорил, что я обязательно должен поступить туда, и непременно в этом году.

Позже оказалось, что есть даже закон об учёбе одарённых в академии магии. К счастью, согласно этому же закону я могу не спешить, поскольку имею право выбрать любое удобное для себя время в диапазоне от шестнадцати до восемнадцати лет. В этом году я точно туда не отправлюсь: пусть монстр и сдох, но даже на том свете его должно мучить разочарование!

Кто-то спросит: а зачем птица хотела, чтобы я не тянул с поступлением? А всё просто. В следующем году в эту же академию должен поступить какой-то из отпрысков семьи Романовых, ну и учась на старшем, нежели он, курсе, я смог бы стать ему полезным, втереться в доверие и так далее. Карьера, мать его так!

Но я отвлёкся. Итак, придя в учебный центр, можно обучиться любой специальности: вж-ж-жик, и ты профессор! Но здесь существует исключение – магия. Её, как оказалось, изучают старым проверенным способом: посещая лекции, выполняя практические задания и так далее.

По завершении курса каждый выпускник магической академии автоматически получает дворянское звание. Но это всё несущественно. Для меня здесь есть лишь одно важное обстоятельство: к абитуриенту предъявляется некоторый набор требований, в частности, при поступлении он должен предъявить несколько сертификатов, которые я бы назвал “аттестатом о среднем образовании”.

Добравшись до учебного центра, я должен не забыть загрузить в голову ещё и эти знания. Как-то не хочется проверять, что будет, если не примут в академию, притом что Гражданский кодекс обязывает туда поступить.

Размышляя над всем этим, внезапно обнаружил довольно странный факт: оказалось, что у прежнего владельца этого тела до сих пор нет ни одного сертификата о полученных знаниях.

Загадка! А как бы его взяли в эту самую академию?

Предположим, что он собирался, как и я, отправиться в учебный центр и получить все необходимые сертификаты разом. Но тогда возникает вопрос: как бы он успел? Пытаясь найти ответ, мы стали усиленно рыть в интернете, однако ни я, ни Сим не смогли обнаружить ничего, что позволило бы что-то понять.

“В чём загадка?” – кто-нибудь спросит. А всё дело в том, что само обучение отнюдь не мгновенно. Допустим, я желаю выучить, ну, скажем, курс школьной физики (здесь он называется базовым). Прихожу я, значит, в учебный центр, и там мне предлагают выбрать формат обучения: сырые знания, адаптированные знания или полный пакет.

И, насколько понимаю, успешно сдать экзамен на сертификат по той же самой базовой физике я смогу, загрузив в голову только адаптированный или полный пакет знаний.

И всё бы ничего, но даже на это продвинутое нейрообучение требуется довольно много времени. Для оформления в голове “сырых” знаний придётся пролежать в капсуле две-три недели. А адаптированный пакет заберёт из жизни от полутора до двух месяцев. Ну а полный пакет и вовсе – от трёх.

Итого, чтобы заполучить пять сертификатов (математика, физика, химия, биология и история), моему предшественнику потребовалось бы от пяти месяцев до года! Но Кондор не сомневался, что уже с первого сентября (то есть через два с половиной месяца) я буду учиться магии.

Какой из этого следует вывод? Выходит, дворянам все эти сертификаты для поступления не требуются. Другого объяснения не вижу. А, возможно, у аристократов вообще принято учиться в старом формате? С них станется.

А вообще, эти магические академии для простолюдинов и не предназначены. Наличие дара автоматически ставит тебя на ступеньку выше – не зря вон и дворянство на выходе присваивают.

Ладно, об академии я ещё успею подумать – времени навалом, вернёмся к самому нейрообучению. Как я уже сказал ранее, этот процесс небыстрый, но этого мало, он ещё и небесплатный. Впрочем, денег у меня до фига, а потому этот вопрос вторичен.

Получается, добравшись до учебки, я могу скупить все требуемые пакеты знаний, да ещё чего-нибудь интересненького добавить. Что круто – могу провести там целый год, изучая одну дисциплину за другой. Для меня пройдёт каких-то несколько дней, а для остальных – много месяцев. За это время, если кто и возьмётся искать барона Кондор, то, думаю, успеет и отчаяться.

Итак, а что я хотел бы изучить? Что мне наиболее интересно?

– Средства списаны. Денег на счету – десять миллионов и шестьсот с небольшим тысяч кредитов. – вклинился в мои мысли Сим.

– Это ты новую учётную запись в “Госуслугах” оформил?

– Ага.

– А музыку зачем выключил? – удивился я.

– Эм… Я не выключал, она сама! Сейчас… Ага. Поскольку у нас новый аккаунт, то та подписка, что мы покупали, осталась привязана к старому. Ну и доступа к музыке, получается, больше нет. Оплатить новую подписку для этой учётной записи?

– Давай!

– Готово.

Заглянув в файловый менеджер, увидел, что музыкальный плеер создал новый каталог и принялся заполнять его данными.

Что называется, на рефлексах я потянулся к старому каталогу, выделил его и уже было нажал кнопку “удалить” (вероятно, взыграло моё айтишное прошлое, привык, понимаете ли, держать свои каталоги в безупречном порядке), однако в последний момент что-то меня остановило.

– Х-гм… – пробормотал я.

– Что? – встрепенулся Сим.

– Знаешь, а ведь эти файлы, получается, теперь принадлежат не мне. Так?

– Ну… думаю, за их наличие никто ничего не предъявит.

– Да не, я не о том, – пожал я плечами, – выходит, что у меня есть некоторое количество э… пиратской музыки! Круто! Сохраню-ка этот архив как сувенир!

– Странное желание, ну да ладно – тебе виднее.

– Так, – перебил я симбионта, – на чём я остановился? Ах да. Я раздумывал о знаниях, которые мог бы купить в учебке помимо требуемых стандартных пакетов.

– Уверен, тебе будет интересно взглянуть на аукцион знаний. В отличие от учебок, его каталог доступен онлайн. И знаешь, я, кажется, разобрался в том, чем сырые знания отличаются от адаптированных.

– Х-гм. Выкладывай!

– Смотри. Любой человек на этом аукционе может взять и продать свой опыт, накопленный за жизнь. При этом лоты бывают трёх видов: “сырые знания”, “адаптированные” и “полный пакет”. Если посмотреть на цены, то получается, что “сырые” – самый дешёвый вариант, а “полный” – самый дорогой.

При этом на цену продажи влияют все сертификаты, когда-либо полученные продавцом: чем их больше, тем больше денег можно выручить.

– Интересно, – хмыкнул я. – Так а в чём отличие “сырых” и “полных”?

– А вот это пока до конца не ясно. Кроме названий я почти ничего не нашёл. Но по разнице цен можно сделать предположение, но не могу сказать, насколько оно верное.

– Излагай!

– Думаю, что слово “адаптированный” следует читать как “адаптированный для изучения всеми”. То есть, похоже, сырые знания лягут не в каждую голову. Вероятно, успех зависит от имеющейся подготовки или уровня реципиента.

– Х-гм, – задумался я, – звучит логично. Курс физики предполагает и некий базис по математике. Если залить в голову только физику, то это может оказаться бесполезно…

А что означает “полный” пакет?

– Возможно помимо адаптации, к знаниям прибавляется ещё и какой-то стандартный набор. Но ещё раз, – Сим изобразил мысленное пожатие плечами, – я могу ошибаться, и объяснение может быть и другим.

– Ну и ладно, – махнул я рукой, а затем, приподнявшись, пощупал висящую рядом мокрую куртку. – Времени у нас пока навалом, давай посмотрим в этот самый аукцион. Магии, как я понял, там нет?

– Угадал. Зато всего остального навалом. Вот смотри: раздел про механику, вот про электричество.

– Тэ-экс… – я полистал вкладки, – это как-то не впечатляет. Механика мне не очень интересна. Я хочу разобраться с тем, как устроены виденные мной фабрикаторы, ну и нужно влезть в программирование виртуальной реальности.

– Х-гм. Знаешь, хотя подобные предложения на аукционе и присутствуют, но их очень мало, и они очень дороги.

– Насколько дороги? Покажи!

– Ну, смотри, вот человек, например, пишет, что всю жизнь занимался разработкой схем для фабрикаторов. Думаю, он знает и как этот фабрикатор устроен. Стоимость полного пакета – два миллиона кредитов, адаптированный – пятьсот тысяч, а сырой – семьдесят. Подтверждённых сертификатов знаний у донора – более восьми сотен.

– А самая дорогая позиция на аукционе почём?

– Самый дорогой лот – четыре миллиона. И, кстати, только в нём упоминается программирование виртуальной реальности. Больше нигде.

– Почти половина бабла, что у нас есть, х-гм. – задумался я.

– Зато смотри, что я нашёл в разделе “Спорт и навыки”!

– Что?

– Инструктор рукопашного боя. Эксперт по холодному и огнестрельному оружию. Бывший десантник. Универсальный пилот. Полный кавалер ордена Святого Георгия. Кавалер орденов…

– Стоп, – прервал я симбионта. – Получается, приобрести можно не только знания, но и, например, навыки рукопашного боя?

– Точно! И стоит недорого – каких-то сто тысяч кредитов за полный пакет. Считаю, с этого и стоит начать.

– Что-то рояль за роялем! Доберёмся до учебки, а выйдем оттуда профессиональным программистом, механиком, физиком, химиком, да ещё мастером единоборств, стрелком и… пилотом?

– Ага, а ещё ты сможешь водить все виды наземного, воздушного и некоторые виды подводного транспорта. Как гражданского, так и военного назначения. Круто, да?

– Знаешь, – я почесал в затылке, – в прошлой жизни я как-то спортом не очень и увлекался. Много об этом жалел. Когда Кондор предложил, даже думал мысль о спорте выбрать в качестве настроечной для следующей жизни…

– И?

– Что говорить? Халява! Конечно, берём! Однако давай вернёмся к тому чуваку, что за четыре ляма продаёт в том числе и знания программирования вирта.

– Вот. Кстати, смотри, здесь есть его контакт. Можно переговорить с ним перед покупкой.

За этими разговорами прошёл целый день. К вечеру одежда высохла, и я аккуратно упаковал её в рюкзак. Поскольку больше ничего на этом месте не держало, решил выдвинуться в Кронштадт.

Похоже, от тщательного планирования я постепенно перехожу к непрерывной импровизации. Не знаю, хорошо это или плохо, но пока выглядит всё логично.

Первоначальный план заключался в том, чтобы выйти в люди в районе десяти часов утра – время прибытия первого парома из Питера. Прорабатывая этот вариант, считал, что, смешавшись с толпой, двину в сторону базы ловцов жемчуга, где примут на работу…

Затем, по мере набора информации, изменил намерения в пользу учебки: именно там выдают сертификаты, необходимые в том числе и на этой самой базе.

Далее выяснилось, что учебные центры полностью автоматизированы и доступны круглосуточно, и решил, что рациональнее отправляться туда ночью.

Попав в учебку, всё равно на несколько месяцев улягусь в капсулу, тогда какой смысл привязывать своё появление к парому? Люди, которые меня возле него увидят, не вспомнят об этой встрече и через неделю!

Итак, решено – двигаем в Кронштадт прямо сейчас. Который там час? Половина первого? Отлично! Меньше людей на улице – меньше случайных встреч. Если повезёт, так и вообще сегодня никого не увижу.

А ведь неплохо всё должно сложиться: куда подевался барон Кондор? А хрен его знает! А когда он пропал? Где-то в мае-июне. А сколько времени в учебном центре провёл Андрей Перов? Много. А давно он учится? Может, с января, а может, вообще с прошлого октября! Ищите, значит, вашего барона где-то в другом месте. Ха-ха!

Ладно, посмеялись и будет. Что там у нас получается? Если по прямой, расстояние от места высадки до учебки – где-то четыре километра. С учётом, того, что здесь (в отличие от моего мира) лес и болото, дорога займёт прилично: дотопаю до цели часам к трём-четырём, не раньше. Погнали!

Включив навигатор и попробовав проложить маршрут, наткнулся на уведомление о том, что за небольшую денежку (около пятидесяти кредитов в год) можно получить доступ к максимально детализированному картографическому материалу. Немедленно согласившись с предложением, через пять минут уже чапал по тропинке, которую фиг бы нашёл без этого замечательного софта.

Получается, в одном из чипов в моей голове есть и приёмник глобальной системы навигации? Интересно, как она здесь называется? Ага, ГЛОНАСС, как и в нашем мире. Любопытно, откуда такие совпадения и такая разница? Понять бы. Ладно, об этом подумаю позже. А что там за файлики раскладывает программа навигации? Ага, похоже, вот это – картинки. Чем их открывать – Система не знает, однако цифры в названиях файлов как бы намекают, что это координаты углов… Хм, квадранты – вся карта разбита на квадранты одинакового размера – сто на сто метров. Или секунд?

Если геометрия привязана к градусам, то размеры квадрантов будут зависеть от координат. Если я правильно помню, один градус на экваторе равен сто одиннадцать километров, а в Москве… э, километров пятьдесят? Будем считать так… И что из этого следует? Это нифига не квадранты, а скорее прямоугольники… Так!

Обдумывая устройство системы геопозиционирования и вспоминая школьную программу – отличия меридианов от параллелей, не заметил, как вышел к населённому пункту. Всмотревшись в пустынные улочки (благо белая ночь позволяла делать это без напряга), увидел цель путешествия – красное кирпичное здание, некогда бывшее не то крепостью, не то казармой. Вообще, этот город выглядел очень похоже на себя в оригинале, но сильно меньше в размерах.

Интересно, а как называется эта улица? Топая по тротуару, вертел головой и наткнулся-таки на табличку с названием.

– Северный бульвар, – прочитал я вслух.

– Ага, – откликнулся Сим, – на карте тоже так написано.

– Чёрт, что-то я туплю! – выругался я.

И правда, почему, двигаясь по навигатору, мне не пришло в голову посмотреть название улицы именно в нём? А потому что навигатор в этом мире другой! Вместо карты с маркером я вижу стрелку в системе дополненной реальности. К этому так быстро привыкаешь, что перестаёшь обращать внимание.

Из этих размышлений меня вырвал грубый окрик:

– Эй, парень, что-то потерял? – послышалось откуда-то справа – сзади.

Обернувшись, увидел небольшую в пять человек компанию. М-да. Вид их давал однозначную характеристику – “гоп-стоп”. Ну вот чего им стоило подождать чуток, пока я не выучу навыки десантника, а? Блин!

Сделав вид, что ничего не понял, продолжил движение. Ещё метров тридцать и…

– Ты глухой, что ли? – прозвучал новый окрик.

– Ага! – пробормотал я, ещё больше ускоряя шаг.

Поняв, что потенциальная жертва хочет и может сбежать, компания сорвалась на бег. Услышав приближающийся топот, понял: встречать спиной такую толпу нельзя – чего доброго, убьют. Остановившись и развернувшись, мысленно рявкнул Симу: “Помогай!” – и почувствовал, как энергия концентрируется в районе солнечного сплетения.

Нужно будет разобраться со всем этим – полезная хрень, когда требуется приглушить страх!

Отскочив в сторону от набегающего бугая, увернулся от другого и… все остановились.

– Да нет, вроде не глухой! – сделал вывод самый прыткий – именно из-под удара его ноги я только что чудом извернулся.

Вся пятёрка немного разошлась в стороны, не спеша сокращая со мной расстояние. Не знаю почему, но, не сумев с ходу сбить с ног, они временно прекратили попытки напасть, решив, видимо, сперва попугать на словах.

Ничего не ответив, огляделся и спокойно полез правой рукой в левую подмышку, достал “бабочку” и аккуратно, стараясь не порезаться, двумя руками раскрыл её, а затем зафиксировал защёлку…

Часть 3. Информатор

Энергорезерв

В прошлой жизни я не то что не дрался, даже спортом не увлекался. Хорошо хоть окружающий мир там не особо и требовал столь специфических навыков. Здесь же, похоже, всё устроено несколько по-другому, недаром вляпался, что называется, не доходя до кассы. И ведь, зараза, каких-то десять шагов не дошёл!

– Слушай, Сима, – позвал я мысленно, – а ведь я совсем не умею использовать холодное оружие!

– Это я сразу понял. Надеюсь, в будущем этот недостаток удастся выправить.

– Но зато у меня есть некоторые идеи. Прямо здорово, что ты умеешь убирать страх – есть возможность нормально обдумать ситуацию.

– Андрюха! – расплылся в улыбке главарь. – Братухи, а ведь он заработал скидку!

– Почему? – переспросил кто-то, а я вдруг понял, что этот диалог является частью какого-то спектакля, который сыгран несчётное число раз.

– Да зовут его прямо как меня! – продолжил первый. – А значит, скидку он заработал честно!

Прищурившись, всмотрелся в лица этой неприятной компании. Повинуясь желанию, Система тут же услужливо вывела таблички над головами каждого из них. Как и ожидал, ни одного тёзки среди них не оказалось.

– Скидку? – откликнулся третий. – Ну, стало быть, за твой счёт!

Глядя на этот импровизированный спектакль, я пытался сообразить, что же можно сделать. Попытаться убежать? Догонят. Договариваться? Скорее всего, бессмысленно. Драться? Одному против пятерых бугаёв?

А вообще, когда эти архаровцы налетели, мне здорово повезло, что удалось отскочить. Если бы сбили с ног, вероятно, разговор был бы совсем иным. Да и ножик в руках (которые, к счастью, не дрожат) как бы больше располагает к разговору, нежели пинанию ногами. А ведь вовремя я его достал! М-да.

Не желая встревать в диалог, оглядел противников на предмет внешнего вида. По всему выходило, что одёжку я себе выбрал вполне среднюю: трое из пятёрки носили спортивные костюмы обычного (даже для моего мира) вида, а оставшаяся двойка была облачена в не стесняющее движения ХБ, очень похожее на то, во что одет и я.

Если внешний вид чуть ухудшить, получится рабочая спецовка, улучшить – туристический костюмчик. Правильный прикид я подобрал, что говорить. Обувь, правда, не туристическая, да она в городе другая и не нужна.

Не дождавшись реакции, выступающий заводилой продолжил:

– Ну нет, я так не играю!

А я вдруг понял, что главный в этой компании вовсе не он. Главарь – это тот, кто держится чуть позади – тот, на кого все нет-нет, да оглядываются.

Видя, что диалог не клеится, он решил-таки отбросить конспирацию и взять управление в свои руки. Состряпав участливое лицо, тоже обратился ко мне:

– Что, Андрюха, дозрел до учёбы?

– Какие идеи? – переключил на себя внимание симбионт.

– Идеи? – потерялся я. – Ах да! Ты говорил, что запомнил руны, которые я тебе показывал?

– Да.

– Если начну махать руками, пробуй одновременно кастовать “отвод глаз”. Может быть, такой подход скомпенсирует недостаток навыков.

– Должно сработать! – прислал радостную мысль Сим. – Даёшь разрешение на применение магии?

– Это тело у нас с тобой общее, поэтому давай ты перестанешь спрашивать разрешения? А то не ровен час, тебе нужно будет меня спасать, а из-за того, что не смогу ответить “разрешаю”, ты этого не сделаешь!

– Что молчишь? – переспросил главарь. – Язык проглотил?

– Ага, дозрел, – решился я таки ответить.

– А что изучать-то собрался? – продолжил он допрашивать.

– Китайский язык, – ляпнул первое, что пришло в голову, и, пожав плечами, отступил на шаг, попутно приподнимая оружие.

Движение было скорее рефлекторным, нежели продуманным, и вызвано реакцией на неприятное сближение с врагами, которое, несмотря на переговоры, всё продолжалось и продолжалось.

Вероятно, именно таким образом – обступив со всех сторон и постоянно наступая – волки или шакалы запугивают жертву. М-да.

Однако моё действие принесло результат: противники остановились.

– Э… убери зубочистку! Видишь же, мы мирно разговариваем! Ты что, дикий, что ли?

– Когда хотят поговорить мирно, впятером не догоняют! – возразил я.

Энергия в солнечном сплетении творит чудеса! В прошлой жизни в подобной ситуации я вряд ли вообще мог бы членораздельно разговаривать – адреналин захлестнул бы с головой. Да, пожалуй, и нож не достал бы, а тут вон как. Надо обдумать ситуацию позднее. Если, конечно, это “позднее” случится…

– Конечно догоняют! – хмыкнул главарь. – Ведь именно ты нарушаешь правила!

– Правила? – переспросил я.

В этот момент четвёрка громил сделала ещё один шаг, в очередной раз сокращая расстояние. В ответ ещё выше приподнял правую руку, развернув лезвие ножа параллельно земле. Переводя взгляд с одного на другого, будто выбирая цель, тоже слегка подался вперёд, вынудив-таки их остановиться.

– Да-да! – подтвердил первый заводила. – Образование, знаешь ли, штука платная. Ты и вправду думал, что, придя сюда ночью, сможешь проскочить “за так”? Нехорошо! Ой нехорошо! Да убери ты свою железку!

Расстояние между нами стало критическим: в любой момент кто-нибудь из них мог протянуть руку и войти со мной в клинч. Полагаю, от этого действия их удерживало только торчащее из моей руки лезвие.

Не став дожидаться, пока кто-нибудь созреет на активные действия, буквально выкрикнул мыслями Симу: “Сейчас!”, а затем прыгнул вперёд. Махнув клинком наотмашь, прочертил глубокую борозду на плече самого говорливого, одновременно отталкивая другого левой рукой. Пролетев между врагами, размашистыми скачками понёсся ко входу в учебно-медицинский центр.

– С-сука! – услышал сдавленный вскрик.

Не знаю, что подействовало: раны, нанесённые магически зачарованным оружием, “отвод глаз”, творимый симбионтом, или внезапность, но рывок оказался успешным. Растерявшиеся преследователи прозевали момент, и, добежав до входного проёма, я изо всех сил дёрнул за ручку.

Едва не вырвав створку с петель, влетел внутрь здания и затравленно огляделся. Несмотря на энергию в солнечном сплетении, адреналиновый удар всё-таки нагнал, и вдруг ощутил себя загнанным в ловушку зверем.

Куда дальше? Пофиг! Лишь бы внутрь! Подальше от этих уродов! Длинный коридор со множеством дверей рассмотрел много позже, сейчас же действовал на инстинктах. Рванув к ближайшей двери, нашёл её запертой. Чёрт! Не то! Дальше! Быстрее! Эта? Тоже закрыта! Чёрт!

Будто кенгуру, прыгая от проёма к проёму, от комнаты к комнате, как заведённый дёргал все ручки подряд, пока в какой-то из разов совершенно случайно не поскользнулся и не рухнул внутрь одного из помещений. Оказывается, нужно было не тянуть на себя, а толкать! Вот же хрень!

С грохотом ввалившись в гостеприимную темноту, захлопнул за собой дверь, не удосужившись даже проверить наличие замка или защёлки. Прижавшись спиной к дверному полотну, буквально стёк по нему на пол.

– Сработало! – прислал удивительно спокойную мысль Сим.

– Ч-что? – спросил вслух, пытаясь отдышаться. Попутно машинально старался упереться во что-нибудь ногами: казалось, преследователи вот-вот начнут сюда ломиться.

– Твой план сработал – вот что!

Нащупав в стене какую-то выемку, упёрся в неё обеими ногами и с силой навалился на створку позади. Ну вот, пусть теперь попробуют открыть!

– П-план? – тупо повторил я. – Какой план?

– Отвести взгляд в момент удара, – пояснил симбионт. – Да успокойся ты, всё закончилось – они уже далеко!

– Д-далеко? – повторил я. – От-куда з-знаешь?

– Я расставил метки. На каждого. Собственно, из-за этого энергия и кончилась. Но зато мы знаем, где кто находится!

Голос Сима лучился довольством. Да, понимаю, что передачу мыслей трудно назвать голосом, но это всё-таки наилучшая аналогия.

Чуть сконцентрировавшись, действительно нашёл пять магических ниточек, связывающих с преследователями. Не знаю как, но понимал, что все они находятся в одном месте (где-то в километре, если смотреть на восток), и расстояние продолжает увеличиваться.

– Хух! – выдохнул я, расслабляясь и ещё больше стекая по стене, принимая горизонтальное положение. – А куда это они?

– Думаю, отправились за медицинской помощью. Ты же одного порезал, и довольно серьёзно. Неужто не помнишь?

– А медицинская помощь разве не здесь? Не в этом здании? – опешил я.

– Здесь. Но, думаю, услуги этого заведения по карману далеко не каждому, вот и бегут куда-то ещё.

– Гасим их! – принял я внезапное решение. – Сейчас! Пока не добежали!

– Уверен?

– Да!

Потянув на себя энергию из нитей и глядя на развеивающиеся один за другим вихри, вдруг понял, что как-то странно, вернее, необычно их вижу.

С одной стороны, знаю, что они далеко. С другой, кажется, что вот они – рядом. Получается, при рассмотрении душ не существует понятия “расстояние”, а при работе с энергиями или рунами – очень даже.

Выходит, и правда, это разные уровни восприятия!

И хотя адреналиновый удар так до конца и не схлынул, попробовал провести эксперимент, переключая магическое внимание на окружающие предметы. При этом старался смотреть на них так же, как на души этих придурков.

Какая-то мысль свербела на уровне подсознания, и, делая одну за другой попытки что-нибудь рассмотреть, пытался ухватить её, сформулировать догадку…

Увы, настрой был безжалостно сбит внезапно проснувшейся системой дополненной реальности, задавшей совершенно несвоевременный вопрос: “Выберите цель посещения: "обучение", "медицинская помощь" или "тестирование".”

Выматерившись и ткнув в первый пункт, услышал щелчок замка за спиной. Одновременно с этим в комнатке загорелся свет.

“Доступ к душевой разблокирован”, – сообщила Система.

– Душевая? – удивился я, окончательно успокаиваясь. Знание, что входная дверь теперь заперта, подействовало лучше, нежели знание, что преследователи уже мертвы.

– Возможно, прежде чем ложиться в капсулу, требуется помыться? – высказал предположение Сим.

– Возможно. Впрочем, после всего, что случилось, душ точно лишним не будет!

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв – 190 эргон.” – снова вклинилась Система.

– Э… Сим, что это за хрень?

– Не уверен, – начал было он, но был прерван очередным сообщением:

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв 192 эргон.”

– Так, а сколько там было раньше? 187? Да-да, кажется, именно 187! Получается, укокошив пятерых гопников, я получил плюс пять к мане? Ха-ха! – накатил приступ смеха.

“Для продолжения необходимо раздеться и лечь в капсулу!” – Система, похоже, решила не давать расслабляться.

– Ладно! – прервал сам себя. – Не будем отвлекаться. В капсулу, говоришь? Ну что же, не стоит затягивать!

Мазнув взглядом по всплывшему прайс-листу, начал судорожно раздеваться. Оказывается, если долго тупить, учебка начнёт списывать деньги вне зависимости, пользуюсь я её услугами или нет. Да, деньги незначительные (десять кредитов в сутки), но в целом штука неприятная.

Нюансы

Предназначение душевой я понял много позже. Оказывается, необходимость в ней возникает уже на выходе, когда требуется избавиться от следов жидкого геля, который используется регенерационной и обучающей капсулой.

Но мне она очень пригодилось как способ прийти в себя и привести мысли в порядок. Да, как только в ауре подсобралось достаточно маны, снова представил тёплый шарик в верхней части живота. Страх это упражнение прогнало окончательно, однако последствия адреналинового удара никуда не делись. Меня продолжала колотить дрожь, мысли скакали, сосредоточиться не получалось.

В общем, контрастный душ оказался неплохим подспорьем и помог окончательно прийти в себя. Собравшись с мыслями, попытался разложить по полочкам то дерьмо, в которое вляпался.

Получается, эта гоп-компашка дежурит здесь постоянно, взимая дань с тех, кто приходит учиться? Х-гм, если анализировать слова одного из нападавших, выходит именно так. Заглянув в файлики “видеорегистратора”, который включил сразу после высадки на Котлин, окончательно убедился в своей догадке.

Однако пять человек не смогут контролировать территорию круглосуточно. Какой из этого следует вывод? В этой банде куда больше людей, нежели я встретил! Если, конечно, не преувеличиваю опасность. Но ведь лучше перебдеть, чем недобдеть, так? Следовательно, покидать сие учреждение нужно крайне осторожно, стараясь не наткнуться на коллег этих хмырей.

– Мы могли вызвать полицию, – прокомментировал Сим видео моего “героического прорыва”.

– Думаешь, кто-нибудь бы приехал? – недоверчиво скривился я.

– Пока не могу обосновать почему, но мне кажется, что приехали бы. Я что-то читал на эту тему в Сети, но теперь не могу понять, что.

– И на старуху бывает проруха? – усмехнулся я, в очередной раз переключая температуру воды с горячей на ледяную. Контраст в этот раз показался столь резким, что даже закричал: – А-а-а!

– Нашёл! – прислал обрадованную мысль Сим. – Смотри, если верить этому документу, выходит, что налогоплательщики с фиолетовым статусом приравнены в правах к аристократам. Не знаю, как оно на деле, но, думаю, полиция обязана была бы среагировать на твой запрос.

– Без проверки на такое надеяться не стоит. Да и какой смысл, если эти отморозки сперва бы меня отпинали, а то и убили, а стражи правопорядка приехали бы к шапочному разбору? Вряд ли где-то здесь есть группа быстрого реагирования, сидящая на низком старте. Нет, кажется, действовали мы правильно!

– Даже когда отправили их на тот свет?

– Ну… – скривился я, – это состояние аффекта на меня так подействовало. Возможно, зря эта мысль пришла в мою тупую башку, и теперь у нас будут какие-нибудь проблемы. Эх. Понимаешь, в тот момент почему-то показалось, что, если они кому-нибудь расскажут о произошедшем, ситуация станет вот прямо очень-очень плохой. Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг всеми фибрами души ощутил: нельзя этого допустить… Да и метки эти очень уж кстати под рукой оказались.

– Возможно, сработало предвидение, – серьёзно сказал Сим.

– Предвидение?

– Астральная магия.

– Так, а ну-ка рассказывай, что за виды магии ты знаешь и для чего они нужны?

– Ну, в общем, тебе обо всех уже известно. Первый и самый простой – руны. Затем идёт ритуалистика: чаще всего она применяется совместно с рунами. Думаю, именно этот вид магии использовался для призыва тебя в этот мир. Также существуют астральные способности, позволяющие заглядывать в прошлое вещей или предугадывать возможное будущее. Ещё есть магия плетений, ну и в заключение – концентрация и перераспределение энергий внутри тела и ауры.

– А ещё магическое зрение, – добавил я.

– Да. И у тебя оно э… странное.

– Что значит “странное”?

– Мне кажется, ты видишь несколько больше, чем обычный маг. Вот, например, эта желтизна внутри ауры, да и вообще внутренности аур – нечто, что другие люди обычно не видят. Не знаю, с чем это связано, возможно, с тем, что ты выжил после контакта с желчью. При этом цвета энергий ты почти не различаешь.

– А мне, напротив, всё цветным кажется! – хмыкнул я. – Синева, фиолет, желчь эта, белая мана и так далее.

– То, что ты считаешь белым, на самом деле есть смесь многих цветов: от красного до фиолетового. В общем, с этим ещё разбираться и разбираться. Зато у меня появились предположения о твоём магическом резерве.

– О резерве?

– Да, – воодушевился Сим. – Смотри. Когда ты разрушил барьер между нами, то не умер. Пытаясь с этим разобраться, я прикинул, и получилось, что его ёмкость была более десяти миллионов эргон. Это в пятьдесят тысяч раз больше того, что у тебя есть. По всем расчётам ты просто обязан был сгореть, но… остался жив. Мало того, отделался лёгким обмороком.

– И?

– Помнишь, Система сперва показала энергоёмкость больше чем сорок миллионов?

– Да.

– Я думаю, реально этот показатель не уменьшился, просто сейчас твоя аура занята вот этой жёлтой энергией. Если от неё как-нибудь избавиться, возможно, резерв снова увеличится. Но, увы, не знаю, что это такое и возможно ли как-то подобный фокус провернуть. Нужно думать, исследовать, разбираться.

– Ну что же, гипотеза как гипотеза. Даже, я бы сказал, неплохая! Выходит, при необходимости могу укокошить мага с резервом до сорока миллионов эргон, и мне это грозит лишь временным обмороком… Здорово!

Ладно, если не лягу в капсулу в течение пяти минут, Система начнёт списывать штрафы. Погнали!

Саркофаг

Вообще, пребывая под впечатлением от стычки у учебного центра, первоначально я планировал начать нейрообучение с того, чтобы впитать знания приглянувшегося ранее спецназовца.

Этот чувак, выставивший навыки на продажу, был невероятно крут. По крайней мере по описанию. Многие пункты его анкеты имели пометку “верифицировано” и “подтверждено”. Натуральная машина для убийства со знаком качества! Даже с учётом отсутствия у меня необходимых физических данных (очевидно, мышцы недостаточно развиты и так далее), обладай я указанным списком навыков, раскидал бы покойных гопарей на раз-два.

Думаю, одних знаний “в какую точку бить” ну и понимания техник боя достаточно даже с таким хлипким телом. В общем, если бы пошёл на поводу у эмоций и начал с рукопашки, очевидно, жизнь в этом мире сложилась бы совсем иначе. Не могу сказать, лучше или хуже, но иначе – совершенно точно.

Однако поразмыслив, пришёл к выводу, что могу начать с того, что действительно интересно – с технологий. Профессиональных бойцов на рынке знаний огромное количество, а вот предложение, включающее программирование виртуальной реальности, всего одно. Незнание, будет ли оно в списке через три месяца, толкнуло на обуздание первых порывов. Незнание и тишина.

Но расскажу по порядку. Медицинская капсула, в которую улёгся, представляла собой большой цилиндр где-то метра полтора в диаметре, расположенный почти горизонтально: небольшой угол наклона, градусов этак в десять-пятнадцать, можно не считать.

Верхняя треть этого устройства сдвигалась, открывая под собой мягкое ложе с массивным твёрдым подголовником.

Увидев это, я было задумался о том, что, прежде чем укладываться спать, неплохо бы выбрать, что конкретно буду изучать, однако всплывшие подсказки расставили всё по местам – всё это надо будет проделывать, уже находясь в капсуле.

Опустив в нишу сперва одну ногу, а затем вторую, осторожно откинулся назад. Глядя в невзрачный серый потолок, просигнализировал Системе: “Готов” – и крышка начала медленно закрываться.

Не скажу, что страдаю клаустрофобией, но внезапно накрыла волна ужаса. Нет, это произошло не тогда, когда оказался в замкнутом помещении, а тогда, когда саркофаг начал заполняться жидкостью. Процесс хоть и был быстрым, но несколько секунд показались пыткой. Двигаясь от ног к голове, медицинский гель не просто заполнял окружающее пространство, он попутно “выключал” чувствительность и управляемость всего, до чего дотягивался. Поскольку руки лежали по швам, так получилось, что сперва онемели кисти, затем локти и только после этого – плечи. Б-р-р! Неприятное, скажу вам, ощущение! И хотя умом понимал отсутствие опасности, но рефлексы… рефлексы было не отменить.

Впрочем, на каком-то этапе в дело вмешался Сим, и после того, как в груди разгорелся шарик энергии, стало чуточку легче.

В общем, если знать, к чему быть готовым, посещение медицинской капсулы не представляет ничего такого. Лёг, дождался, пока волна жидкости накроет с головой, и… оказался в виртуальной реальности. Будто переключателем щёлкнули: раз – и ты в другом пространстве. В идеальной тишине.

Оглядевшись, понял, что снова нахожусь в той же комнате, где только что лёг в саркофаг, но… какой-то мультипликационной, что ли. Здесь не было душевой кабинки, не было входной двери, да и медицинской капсулы тоже не было. Довольно удобное кресло и огромный, метра два в диагонали, экран перед ним. Интуитивно понятный интерфейс, ага.

– Сима, ты здесь? – позвал своего спутника.

– Ага, – подтвердил он.

Услышав мыслеголос своей шизофрении, я окончательно успокоился и, усевшись в кресло, вперил взгляд в экран.

Надпись содержала тот же вопрос, на который уже отвечал, когда добрался до этой комнаты: “Выберите цель посещения”. Правда, варианты ответа были более объёмными: каждый содержал небольшую справочную выжимку. Из неё узнал, что если две первые цели (медпомощь и обучение) являются платными, то тестирование уже никаких денег не требует.

Пройдя по образовательной ветке, отказался от рассмотрения стандартного каталога и перешёл в аукцион знаний. А вообще, удобная штука – вирт: никаких тебе мышек, клавиатур. Мысленное управление не лагает, не ошибается. Прямо фантастика!

Найдя заинтересовавший лот, обнаружил простейшее меню выбора варианта. Проигнорировав “сырые знания” и “адаптированный пакет”, перешёл сразу к пункту “полный пакет”. Ткнув кнопку “приобрести”, увидел всплывашку “Оплатить (4000000 кредита), да/нет?”. Переведя фокус внимания на “да”, внезапно был остановлен Симом:

– Погоди! Мы же хотели сперва с ним поговорить!

– С ним – это с кем? – опешил я.

– Ну, с человеком – продавцом этих знаний. Забыл, что ли?

– Ах да, ты говорил. Я, правда, не придал этому значения. И что ты хочешь у него спросить?

И здесь оказалось, что симбионт, как и я, не знает, какие вопросы хотел бы задать потенциальному источнику знаний. Однако и пропустить это действие тоже почему-то не хочет: “Зачем-то же он указал свой контакт? Давай поговорим, лишним не будет!”

В итоге, проспорив с полчаса, мы составили перечень возможных вопросов для предстоящего диалога, и, в конце концов, совершил первый в своей жизни виртзвонок.

– Да? – передо мной возникло изображение пожилого, или я бы даже сказал – старого, человека небольшого роста с редкими седыми волосами на почти лысой голове. Одет он был во что-то домашнее, кажется, пижаму.

– Э… Игорь Алексеевич? Доброе утро! Извините, что беспокою в столь ранний час, впрочем, не в курсе, какое у вас там время дня…

– Барон Россольцев! – перебил старик.

– А? – переспросил я.

– Вас разве не учили, как правильно обращаться к дворянам, молодой человек?

Говоря это, он указал на какой-то знак, нашитый поверх пижамы.

– Э… – не нашёлся что ответить. – П-простите, уважаемый барон Россольцев!

Мысли вылетели из головы, и я умолк. Пауза сперва затянулась до уровня “театральной”, затем “двух театральных”, и в какой-то момент абонент на другом конце не выдержал и рявкнул:

– Потрудитесь объяснить, Андрей Иванович, в чём цель вашего звонка?

Попробовав собрать в груди немножко энергии, вдруг осознал, что в этом виртуальном мире никакой магии-то и нет! М-да.

– Э… Дело в том, что я хочу приобрести пакет знаний, что вы выставили на аукцион, ну и… Там был указан ваш контакт, подумал… Э… Что могу задать вам несколько вопросов. Уважаемый. Барон. Ро-россольцев!

– И что это за вопросы? – ехидно скривился барон.

“Сейчас помогу!” – влез в хаос мыслей Сим, и я вдруг почувствовал, как сознание проясняется. Нет, это не то же самое, что сконцентрировать энергию в груди, это что-то новое. Как бы то ни было, действия симбионта помогли, и дальше я пошёл почти по разработанному ранее плану.

– Как только что сказал, – продолжил уже значительно спокойнее, – хочу приобрести ваш пакет. Однако для начала хотел бы, чтобы вы обозначили его сильные и слабые стороны, а главное – направление, куда нужно развиваться. Дело в том, что больше всего меня интересуют области, которые в вашем описании упомянуты вскользь, ну я и подумал…

– А с какого перепугу я должен это делать, невежливый молодой человек?

– Так, стоп! – поднял я руку.

На меня почему-то накатила ярость. Сперва этот поучающий тон, затем требование разбирать смысл цветочков на пижаме, ну и последний вопрос буквально вывели из себя.

– Если планируете разговаривать в таком тоне, то я ведь могу и отказаться от покупки! Понимаете ли, мне похрен, барон вы там или какой другой маркиз. Здесь, в этом месте, вы продавец, а я клиент! И только от меня зависит, сумеете ли вы сегодня заработать или нет! Знаете, я думал было предложить вам заработать вдвое больше, но теперь вот передумал. До свидания, наслаждайтесь своим э… баронским титулом!

Говоря это, потянулся вперёд, к экрану, будто собираясь его отключить. Да я и правда хотел это сделать, только вот не нашёл нужную кнопку. Всё ж таки экран в вирте был не настоящий.

– Э… молодой человек, поясните-ка, пожалуйста, что вы имели в виду под “заработать больше”? И х-гм, простите старика.

– Знаете, заглянул в подробности по лоту, и там сказано, что от моих четырёх миллионов вы получите всего десять процентов. И это даже не налог, а какие-то лицензионные платежи. Вот и подумал: если ваша консультация окажется полезной, мог бы увеличить сумму на десять процентов, а для вас это было бы удвоением. Но вы как-то очень резво обломали мои поползновения.

– И вы готовы были платить за… – дедок поперхнулся, – за… за информацию? Молодой человек, вы, часом, не инопланетянин? Так не бывает!

– Инопланетянин? – переспросил я и сам подзавис.

Это что же получается? Моё иномировое происхождение настолько бросается в глаза? Вот хрень! И надо же было спалиться так сразу!

Однако ушлый старикашка немедленно просчитал ситуацию и дальше взял беседу в свои руки.

– Итак, – громко резюмировал он, – давайте суммируем. Вы, во-первых, были готовы купить мои знания за четыре миллиона, то есть речь идёт о полном пакете, так?

– Именно.

– Вы также были готовы приплатить за дополнительную информацию сумму, которую многие люди не зарабатывают и за всю жизнь. Просто за ответы на вопросы. Так?

– Так, – нахмурился я.

– И передумали, когда я потребовал от вас следовать этикету. Нет, вы действительно не от мира сего!

– До свидания! – снова взъярился я, вскакивая.

– Погодите! – буквально прокричал дедок. – У меня есть что вам предложить! Ну, если хотите, принесу свои извинения! Давайте начнём беседу заново! Так, будто вы только что до меня дозвонились!

– Эм-м… – не нашёл я что ответить.

– Здравствуйте, Андрей Иванович. Итак, какие вопросы вы хотели мне задать?

– Да я, признаться, позабыл уж всё, – скривился я. – Хотел о границах ваших знаний поговорить.

– О границах?

– Ну представьте, вот, допустим, я – повар. Много лет готовлю разнообразнейшую пищу. Моя поваренная книга включает тысячи рецептов, и каждый из них я не просто знаю, я в курсе нюансов: здесь лучше больше посолить, а там поперчить. Понимаете меня?

– Ну, и?

– И вот… г-хм. Как бы это сказать. Будучи поваром, я в любое время смогу сформулировать не только, что умею, но и что не умею. Ну, скажем, знаю, что нюансы китайской кухни мне известны не досконально. Но смогу порекомендовать пусть и плохо знакомого коллегу, который в этом вопросе разбирается лучше меня. Вот какого-то такого разговора я ожидал и от вас. Дело в том, что хочу не только научиться строить схемы для фабрикаторов, но и программировать вирт. Хочу знать, как самостоятельно создать этот самый фабрикатор. Многие из интересующих вопросов в вашем резюме упомянуты вскользь или вовсе отсутствуют. Вот и думал, что поскольку всё это смежные области, то…

– Интересно, крайне интересно, молодой человек. Если не трудно, ответьте, сколько вам лет?

– Э… Барон Россольцев, это имеет какое-то значение?

– Игорь Алексеевич! – перебил он очередную мою вспышку. – Называйте меня именно так, как начали.

– Хорошо, Игорь Алексеевич. Потрудитесь объяснить, какое значение имеет мой возраст?

– Имеет. И большое. Я, кажется, разобрался в вас, Андрей Иванович. И это моё понимание может помочь и вам, и мне. Ответьте, пожалуйста, на мои вопросы, уважьте старика.

– Э… Ну, мне шестнадцать. Родился 27 апреля 2008 года.

– Второй вопрос, только не злитесь, – дедок только что не сложил руки в умоляющем жесте, – скажите, эта покупка знаний – первая в вашей жизни?

– Да. А что, это плохо?

– Да нет, пожалуй, это хорошо. Даже, я бы сказал, очень хорошо. Не буду спрашивать, откуда у вас деньги, молодой человек, хотя, признаюсь, мне это очень-очень интересно. Давайте лучше ещё раз резюмирую то, что понял, а вы подтвердите.

– Валяйте, – откинулся я на спинку кресла и решил дальше плыть по течению. Ну, даже если кто-то раскусил моё инопланетное прошлое, что с того? В крайнем случае убьюсь и пойду на перерождение. Делов-то!

– Итак, вы готовы потратить четыре миллиона четыреста тысяч кредитов на знания.

– Могу и больше, понять бы за что, – хмыкнул я.

– Идём далее, до сих пор знания вы ни разу не покупали.

– Не покупал.

– Область ваших интересов лежит в области создания сложных устройств и программировании нейра. Так?

– Да.

– Скажу сразу, то, чем вы хотите заниматься, вряд ли когда-нибудь будет вам доступно, но с этим я вам не помогу. Однако об этом позже. У меня последний вопрос. Правильно ли я понимаю, что у вас отсутствует информация, в чём различие сырых знаний от адаптированных?

– Отсутствует, вы правы, – признался я.

– Х-гм. Перспективный молодой человек, однако. Весьма перспективный… И прежде всего для меня. Простите старику ещё один прямой вопрос?

– Валяйте. Мне наш диалог даже чем-то начинает нравиться, – улыбнулся я, – такое ощущение, что сейчас я получу какое-то очень важное знание.

– Именно так, именно так, молодой человек. Я не могу разобраться в вас до конца, но, если судить по вашим предыдущим реакциям, между двумя людьми вы предпочитаете э… честные отношения. Сказал “сделаю” – сделал. Разобрался со своими намерениями, затем с намерениями оппонента – вместе поискали решение, удовлетворяющее всех.

– Как-то так, да. Принцип “все выиграли” считаю неплохим, – подтвердил я. – Признаюсь, я заинтригован.

– Итак, молодой человек, тогда давайте и я вскрою карты. Только не перебивайте, прежде чем дослушаете моё предложение до конца. Х-гм… Сейчас я его только окончательно сформулирую… Не каждый день, понимаете ли, не каждый день такое случается.

– Такая удача? – усмехнулся я.

– И это тоже, да. Именно удача. Что же, давайте я тогда начну с того, что попробую отговорить вас от покупки “полного пакета”.

– Э… но зачем?

– Помните, я просил вас не перебивать? Так вот, посидите некоторое время и послушайте. Так… На чём я остановился? Ах, да. Итак, как я только что сказал, вскроем карты. Что, если я отговорю вас от покупки моего полного пакета, но сумею убедить пойти по другому г-хм… пути, значительно более дешёвому и… трудному. Что, если вы согласитесь с моими доводами и решите действовать именно так, как я вам предложу.

– Что? – не удержался от вопроса.

– Согласны ли вы в этом случае всё равно потратить те четыре миллиона и четыреста тысяч на меня? Сразу предупреждаю, мой вариант будет много, много хуже того, на который вы нацелены, однако его плюсы должны перевесить минусы того, что вы выбрали.

– То есть вместо своего пакета вы попробуете убедить меня приобрести другой – более дешёвый. А аргументы, что вы приведёте, мы оценим в разницу между стоимостями?

– Мне очень нравится, что вы произнесли в этой фразе местоимение “мы”. Это вселяет надежду, что сегодня у меня получится заработать несколько миллионов кредитов. Ну, что скажете, молодой человек: если мои аргументы окажутся убедительными, то давайте так и поступим. Договор?

– Э… Договор! Но вы должны понимать, что убедительность аргументов определяю я. Я ведь могу и отказаться от сделки вообще.

– Ну что же, давайте тогда ещё раз зафиксируем цели сторон. Вместо моего “полного пакета” предлагаю купить мои же “сырые данные”. Если вы с этим согласитесь, я попробую договориться с моим э… коллегой. Мы много с ним работали вместе и часто дополняли друг друга. Он выложит на аукцион свой лот, и, если хотите, вы сможете приобрести и его. Далее. Чтобы вам было легче, я передам вам некоторые свои записи. Увы, сделать нечто вроде учебника, какие существовали в старые времена, я не имею права, поэтому записи будут не очень удобными, но это зависит не от меня.

– Разве есть какой-то закон, запрещающий выпускать учебники? – удивился я.

– Мне нравится, что вы сразу же хватаетесь за суть, но давайте не будем пока обсуждать эту тему. Позднее вы сами найдёте ответ на свой вопрос. Итак, карты вскрыты, вы согласны продолжать?

– Г-хм, – поперхнулся я, – чуть раньше я ведь согласился. Убедите меня, что ваше предложение лучше, и я потрачу на него четыре миллиона и четыреста тысяч. И возможно, приобрету знания вашего э… друга.

– Ну что же, – старикашка аж лучился от удовольствия, – давайте сперва я расскажу вам, в чём отличие сырых знаний от адаптированных. Полагаю, вы пытались разобраться в этом вопросе, но ничего не вышло?

– Да. Есть предположение, что адаптация подразумевает применимость к любому реципиенту. Но это не точно.

– Увы, молодой человек, ваша догадка неверна совершенно! Дело в том, что сырые знания – это, как бы правильно выразиться, наиболее полный набор знаний. Вот, этот термин будет верным. Сырые знания включают все знания донора, даже те, что он продавать не собирается. А при адаптации в них останется лишь то, что требуется. Например, арифметика.

– Получается, такой массив знаний должен иметь большую ценность, нежели адаптация. Однако, судя по разнице стоимостей, это не так. Что-то не сходится!

– Видите, мне уже удалось заронить в вас мысль о том, что сырой набор может быть лучше адаптированного. А знаете ещё, чем он лучше, вот, скажем, в организационном смысле?

– И чем же? – уж коль решил пойти на поводу оппонента, не стоит пока менять модель поведения.

– Вот этими лицензионными платежами! Вы сами установили, что из четырёх миллионов я смогу получить лишь десять процентов. А знаете почему? Потому что пакет, что я продаю, включает множество таких же покупок. Мои знания как бы не мои, часть из них я получил вот на этом самом аукционе. И поскольку эти знания отчасти принадлежат не мне, то после каждой продажи своего пакета из полученных денег я должен выплатить по всем счетам… А вы, молодой человек, если когда-нибудь решитесь поступить так же, как и я, станете должны мне. И так далее.

– И при получении сырых знаний никаких лицензионных отношений не возникает, правильно ли понял ваш намёк, уважаемый Игорь Алексеевич?

– Знаете, молодой человек, у вас как-то получается обращаться ко мне по имени-отчеству более уважительно, нежели когда это происходит согласно этикету. Не могу вас разгадать. Вы точно из нашего мира?

– Думаю, форма вообще не важна. Значение имеет лишь искренность, – пожал я плечами. – Вы вывалили столько интересной информации, что меня буквально захлёстывает азарт, что ли. Ну и, конечно, это не может не вызывать уважения к источнику информации. Однако, если не возражаете, давайте вернёмся к теме обсуждения. Итак, получаются следующие плюсы сырых знаний. Они максимально полны. Они свободны от разнообразных поборов и отложенных платежей. Звучит здорово, но, похоже, есть недостаток, который всё это перевешивает. Именно поэтому такие знания меньше всего и ценятся. Я прав?

– Прежде чем мы доберёмся до минусов, хочу закончить с плюсами. Поверьте, они не ограничиваются тем, что я только что описал. Есть ещё плюс, который, в моих глазах, перевешивает все минусы. Правда, понимание, что это действительно плюс, пришло ко мне… г-хм, скажем так, слишком поздно.

– И что же это? – задал я вопрос, пытаясь поторопить собеседника продолжать.

В этот момент кто-то вошёл в комнату и отвлёк барона от переговоров. Притушив картинку до уровня “видны лишь размытые силуэты”, он выключился из беседы, оставив меня одного.

Интересная штука – виртсвязь, нужно будет покопаться в интерфейсе на предмет всех возможностей. А то как дикарь с Андаманских островов, ей-богу! Вон даже дед инопланетянином обозвал.

– Г-хм… Извините, молодой человек. У меня здесь есть пара неотложных дел. Ваш звонок и наша беседа приходятся на несколько неудобное время. Вы не против, если мы ненадолго прервёмся? Сможете набрать меня, скажем, через час-другой? Я решу некоторые домашние проблемы, поверьте, с вами никак не связанные, и мы продолжим. Кроме того, мне нужно подумать над вопросом: “Как сообщить вам некоторую информацию так, чтобы впоследствии не пожалеть?”. В общем, если не возражаете, я бы прервался. Перезвоните позже. Всё.

Скомкав конец фразы, дедуля отключился.

В перерыве

– Рассказывай! – обратился я к Симу.

– Чего? – удивился тот.

– Твоё мнение по поводу этого дедка. Ну и про то, как ты мне восприятие поправил. Я ведь реально потерялся, а когда попробовал сконцентрироваться, понял, что магии-то и нет. Мои чувства в этот раз говорят, что это не то же самое, что концентрация энергии у солнечного сплетения?

– Собирать энергию можно где угодно. Если у солнечного сплетения, то это на некоторое время поможет бороться со страхом, испытывать чувство воодушевления и так далее. Когда потребуется возбудиться, можно собрать узел в паху. Ну а если нужна концентрация, то нужная точка находится в голове, как бы позади глаз. Результат такого действия ты и наблюдал, когда я тебе э… чуточку помог. Ещё можешь усиливать мускулатуру, ну и немного лечить. Думаю, не стоит говорить, где в этом случае должна оказаться энергия?

– Понял. Но как так вышло, что магия тебе доступна, а мне нет?

– Ты слишком сильно ассоциируешь себя с тем, кто сидит в этом кресле, перед этим экраном. Надо вспомнить, где ты находишься на самом деле. Это, кстати, одна из астральных техник – умение отделить иллюзию от реальности. Не забивай пока этим голову – успеется. Лучше скажи, что думаешь про этого барона?

– Ха! – гаркнул я в голос. – Я первый спросил!

– Ну-у-у… – потянул Сим. – Рассказывает он вещи, которых в Сети нет. Я искал и продолжаю искать ответы на вопросы “что такое сырые знания”, и только с его подсказками стало что-то получаться. Однако пока однозначно лишь одно: загрузив в голову сырые знания, ты не станешь специалистом, как это было бы с адаптированным или полным пакетом. Поэтому результат такого действия и стоит на порядок дешевле и даже лицензиями не облагается. Если, например, возьмёшь полный пакет навыков приглянувшегося десантника, а затем попробуешь продать эти знания дальше, то почти ничего не заработаешь. Значительная часть средств будет уходить ему, ну и дальше по цепочке – тем, от кого он их получил. Каждый сертификат, который можно оформить, будет содержать в себе отсылки к родительским и так далее…

– Знаешь, что странно? – прервал я симбионта, глядя в поисковик.

– Что?

– Что кроме магических академий никаких других нормальных учебных заведений и нет. Спортивных секций тоже не вижу. Дядька сказал, что оформить нечто вроде учебника не имеет права. Что, если есть закон, явно запрещающий подобное?

– Нет, такого закона не существует – я сразу проверил. А вот учебники в продаже вполне есть, но пока удалось найти только книги по магии.

– По магии? – воскликнул я. – Так чего ты тележишься? Покупай!

– Чтобы что-то такое приобрести, требуется дворянский статус. Хорошо хоть не аристократический. Можно, конечно, вспомнить, что ты – барон Кондор, но появится связь с текущей учётной записью. Уверен, что этого хочешь?

– Э… Стоп. Такой балет нам не нужен! И, кстати, дворяне разве чем-то отличаются от аристократии?

– Аристократ – дворянин минимум в третьем поколении. Статус дворянина можно получить от государя, закончив магическую академию или… за деньги. Аристократ всегда имеет титул и родовые земли. Однако на всех дворян это правило не распространяется – существуют и нетитулованные дворяне.

– В общем, аристократ – всегда дворянин, но не наоборот? – хмыкнул я.

– Точно! И кстати, барон Россольцев не аристократ. Но он смог заработать титул, а потому его внуки уже смогут примерить на себя этот термин.

– Ладно, нам это по хрену, давай ближе к теме, – нахмурился я. – Этот чувак прямым текстом предложил купить сырые знания по цене полного пакета. Что думаешь по этому поводу?

– Когда ты согласился, даже засомневался в твоей адекватности. Но потом ты-таки оставил себе лазейку – сказал, что степень убеждённости будешь определять сам. Ну и я понял, что ты решил принять решение позже. Чтобы что-то сказать, данных всё ещё недостаточно. Я продолжаю читать всё, до чего могу дотянуться, но пока результатов нет. Кстати, не против, если я потрачу десять тысяч кредитов на эксклюзивный пожизненный доступ к энциклопедии?

– Конечно! – кивнул я. – В нашем мире энциклопедии были бесплатны, и это приносило пользу абсолютно всем. Правда, развивалось всё в не очень хорошую сторону, но надеюсь, несмотря ни на что, так будет и впредь.

– …Вот! Есть статья по “сырым знаниям”. Смотри, что получается: знания человека – это набор наборов нейросвязей. Когда ты что-то узнаешь или нарабатываешь какой-то навык, в голове как бы появляется некоторый независимый от других набор нейросвязей. Так вот, выделяют два основных вида нейронных связей: связь между нейронами и связь между нейронами, выполняющая функцию соединения наборов между собой.

– Типа, я умею прыгать, бегать, кувыркаться. За каждый из навыков отвечает какой-то набор, но при этом между ними есть и внешние связи, соединяющие всё это в единый механизм?

– В точку!

– Так, а при чём тут сырые знания?

– Ну вот, читай сам. По разным источникам, человек за всю жизнь использует не более нескольких процентов от общего объёма мозга. Всё остальное – резерв. Миллиарды нейронов просто живут, снабжаются кровью, что-то считают, но в мышлении не участвуют. Этот резерв используется как запас для развития, а также как резерв (извини за тавтологию), защищающий от утраты знаний, связанных с повреждениями или отмиранием нейронов. И выходит, что когда в мозгу разворачивается пакет с “сырыми знаниями”, это действие выполняется в этом самом резервном объёме. Связи с имеющимися нейронаборами не устанавливаются.

– То есть и знания в голову загружены, и пользоваться ими нельзя? Но какой в этом смысл?

– Этого я, увы, и сам не понимаю. Написано только, что этот способ передачи знаний был открыт раньше прочих. Возможно, какие-то связи человеческий мозг устанавливает самостоятельно? И, кстати, все нейроисследования свёрнуты и окончательно запрещены в далёком 1945 году. Соответствующее решение было одним из первых, что приняты Организацией Объединённых Наций! Вот эта капсула, в которой ты лежишь, разработана более восьмидесяти лет назад. Похоже, именно поэтому интересующее тебя нейропрограммирование на аукционе не представлено.

– Полагаю, нужно различать понятия: программирование вирта и нейро. Первое есть в навыках у Россольцева, например. А второго и правда нигде нет. Понятно почему. Запрет, стало быть. Х-гм.

– Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв – 195 эргон. – вклинилась в наш разговор Система.

– Эм… – опешил я, – а это что?

– Ума не приложу! – ответил симбионт.

Пришедший лог переключил мысли в другое русло. Я вновь вспомнил о том, как прорывался в это здание. Получается, возле него в буквальном смысле организовано дежурство – некие силы, что называется, взимают дань с тех, кто желает учиться. И ведь логично: раз идёшь в такой центр, стало быть, при деньгах.

Любопытно, могли ли они изъять кредиты из кошелька или планировали, что под нажимом сам им их передам? Если первое маловероятно (хотя и сбрасывать со счетов не стоит), то второе является простейшим объяснением.

Заглянув в свойства кошелька, обнаружил там вполне стандартное (по меркам нашего мира) банковское приложение. В наличии были кнопки для создания счетов, перевода денег и так далее. Создав себе несколько дополнительных счетов, перераспределил деньги так, чтобы в обычном кошельке лежало не более двух сотен кредитов. Остальную сумму разбил на две больших части: три миллиона положил на счёт, приносящий проценты (под три процента годовых), а около семи миллионов оставил на обычном счету, планируя значительную их часть потратить в этом учебном центре.

Закончив с финансами, вернулся мыслями к новому знакомому, и это заставило задуматься над вопросом о дальнейшей жизни.

– Знаешь, Сим, думаю, нам надо решить, стоит ли оставаться в Кронштадте. Нужна ли нам эта база ловцов жемчуга. Возможно, мы выбрали неверное место для легализации.

– Что ты имеешь в виду?

– Может быть, стоит поискать варианты, где будет минимум этих аристократов и дворян. Очевидно, что в Питере, раз он столица, их концентрация будет максимальной. Но если куда-то отъехать подальше, можно жить, не пересекаясь с ними. Что думаешь?

– Попробую покопать в интернете и собрать статистику на эту тему, – принял задачу Сим.

– А ещё, думаю, мы могли войти в это здание тихо и без шума. У нас же есть этот “отвод глаз”. Ты применял его, когда мы так весело драпали?

– Где-то половину энергорезерва потратил.

– Что, так много жрёт эта руна? – удивился я.

– Нет, с потреблением у неё как раз всё хорошо. Плохо с резервом. Если отводить глаза, то всех твоих запасов хватит секунд на пять. И строго против одного человека. Против двоих вдвое же хуже.

– То есть пятёрке сможем отвести взор максимум на секунду?

– Максимум. Это потребует ещё и серьёзнейшей концентрации. Её тренировать придётся.

– Ну да, ну да. Я планировал завести распорядок тренировок, как жизнь наладится. А то в этом бизнес-центре только спал, ел да новости читал. Теперь, когда у меня есть ты, думаю, заставлять себя будет проще.

– Ты хочешь, чтобы я это делал?

– Ага! Ты будешь заставлять меня, а я буду заставлять тебя. Обоим польза.

– Э… – удивился симбионт, – а что буду тренировать я?

– Хочу, чтобы ты тоже умел управлять телом, например.

– Но зачем мне управлять твоим телом? – удивился Сим.

– Да мало ли. Вот не увернулся бы я, когда эти козлы сзади налетели, или не остановились бы они на “поговорить”, а продолжили бы попытки мне настучать. Это вполне могло кончиться моей бессознанкой. А тут ты такой: встал и пошёл… Не в этом, так в другом случае возможность меняться в г-хм, как же это назвать, телоуправлении – вот, будет полезной. Считая окружающий мир враждебным (да и ты видел его уже, он реально такой!), брезговать шансами нельзя. Поэтому ты обязательно научишься рулить телом, а я освою эти перераспределения энергии по телу. А ещё загрузим знания от инструктора рукопашки и огнестрела и будем вообще круче яиц в унитазе!

– Ну… возможно, ты и прав. Тогда и ты будешь учиться работать с магическими плетениями.

– Идёт! Ну что, два часа прошли, набираем дядьку?

– Давай!

Сказка

– И снова здравствуйте, Игорь Алексеевич!

– Доброе утро, молодой человек, доброе утро. Знаете, я подумал-подумал и решил рассказать вам небольшой отрывок из моей жизни. Только обещайте не перебивать меня, а главное, ничего не обсуждать.

– Эм…

– После этой сказки мы снова сделаем перерыв, и, – он выделил голосом, – вы никогда меня не спросите и никому не расскажете о той истории, что я поведал. Обещаете?

– Не понял, Игорь Алексеевич, вы решили, что сбитый с панталыку человек более договороспособен? Что-то изменилось, пока вы были офлайн?

– Нет-нет, молодой человек, мы обязательно вернёмся к теме, что обсуждали ранее. Но сперва я бы хотел поделиться с вами историей своей э… болезни. Поскольку о болезнях лучше не распространяться, вот и прошу оставить при себе все, – он снова выделил голосом, – возможные вопросы. Думаю, для вас это будет весьма поучительно. Но как только перебьёте – перестану рассказывать и разорву связь. Вы меня поняли?

– Х-гм. Игорь Алексеевич, если всё так сложно, то, может быть, вы и не станете рассказывать столь э… интимные подробности?

– А до этого мне казалось, что вы умнее, Андрей Иванович! Неужто непонятно, что когда с кем-то поделишься, то и самому легче становится? Вы в церковь-то ходите? Небось по молодости давно не были?

– Всё, всё, – поднял я руки, – извините. Внимательно слушаю!

– Знаете ли, эта история произошла со мной, когда я был… ну чуть старше вас. Работал тогда в группе сборщиков камней на Камчатке. Мы мотались от вулкана к вулкану, и однажды одной из наших групп повезло наткнуться на здоровенный булыжник.

– Насколько большой? – попробовал я поддержать беседу, пребывая в полнейшей прострации.

“Сим, ты что-нибудь понимаешь?” – мысленно обратился я к своему напарнику по телу. В ответ услышал лишь глубокомысленное молчание.

– Во-от такенный! – Россольцев раздвинул большой и указательный палец, отмерив размер около восьми-десяти сантиметров.

– Ого?! – деланно удивился я.

– Ого! – подтвердил он. – Сперва, конечно, за этот камешек была драка. Отменная, скажу вам, драка! Шесть человек просто не нашли. А пятеро наиболее прошаренных так и вовсе собрали вещички и рванули на дирижабле в Москву, решив не ввязываться в эту свару. Ну а мне повезло: когда состоялся финальный бой, я оказался в нужном месте и в нужное время. Случайно, надо сказать, оказался.

– Верю вам, Игорь Алексеевич! Вообще, когда люди дерутся, тоже предпочитаю держаться в стороне. Жаль, не всегда это получается.

– Вот-вот, молодой человек! Но не перебивайте меня больше! В общем, когда я появился на том плато, мне ничего не оставалось, кроме как поднять камень с земли и положить в карман. Можно сказать, я его заново нашёл. Чтобы не вляпаться в очередную свалку, решил немного подождать: два лета и зиму и думать не смел – смотреть в его сторону! Вёл себя правильно-правильно. Был таким вежливым, что даже сам себе нравился. А потом в Петропавловск приехал император, было много разнообразнейших праздников, ну и я донёс свою находку до банка. Обфотографировал, разумеется. Завещание написал…

– Завещание? – удивился я.

– Если ваши ценности в банке и есть завещание, что в случае вашей смерти они отходят Имперской Налоговой Службе, то даже последнему кретину станет ясно – трогать вас бесполезно.

– Получается, вы смогли извлечь выгоду и ни с кем не поссориться? – ухмыльнулся я.

– Получается-получается, ничего не попишешь, – вздохнул барон и на некоторое время замолчал.

– Весьма интересная и поучительная история. – подал я голос. – И что же было дальше?

– А дальше я перебрался в Москву. В этом городе довольно много учебных центров, и бесплатно попасть в один из них большого труда не составило. В общем, половину того, что заработал, вложил в себя. Хватило, представьте, на полный пакет механика!

– Круто! – показал я большой палец.

– Но вот беда – где-то подцепил довольно поганую болезнь. Думаю, это ещё с Петропавловска, с тех пор, когда сторонился всех этих драк… А может быть, причиной было что-то иное. В общем, заболевание моё было психического характера. Мне почему-то стало очень, очень, очень, – старик выделил последнее слово и многозначительно посмотрел на меня, – хотеться делать всё правильно. Не отступая от правил ни на шаг! Даже в мыслях не нарушая ни единого закона!

Открыв было рот, чтобы сказать что-то нейтральное, я наткнулся на многозначительный взгляд Россольцева и осёкся. Зачем-то ведь он просил не перебивать? Почему-то это важно? Скрестив на груди руки, решил больше не произносить ни звука и уставился на барона: “дальше!”.

– Я тогда как раз набирал опыт построения чертежей для фабрикаторов. – продолжил барон. – Так вот, представьте, до чего доходило! Хочу, например, я сделать молоток. Чего может быть проще? Цилиндрическая ручка и цилиндрический же боёк. Собираю чертёж, пробую, и что-то внутри меня вопит: “Неправильно!”. Прислушиваюсь к себе и понимаю: а ведь это неправильно, что я пользуюсь результатами чьего-то труда. Эту цилиндрическую ручку ведь кто-то придумал до меня? Нужно найти соответствующий патент и отправить ему вознаграждение! И заодно держателю патента на цилиндрические бойки! И распорный клин ведь тоже не с неба свалился? И так далее. Увы, на то, чтобы диагностировать болезнь, ушло много времени. Этот период жизни в шутку зову “благотворительным”. Вы не представляете, скольким людям я тогда помог! И изобретателям какого-нибудь клея, и его производителям. А там, где требовалось применить шестерёнки, представьте, платил вознаграждение по числу необходимых зубцов! Благо деньги были и денег было довольно много. Четыреста, кстати, тысяч кредитов!

– Сумасшедшая сумма! – не удержался я.

– Вот-вот. Но в итоге я справился. “Каким образом?” – спросите. А всё просто! Стал придумывать такие решения, которых нет ни у кого! Цилиндрическая ручка для молотка? Существует? Хорошо, тогда вместо цилиндра применю эллиптический цилиндр. А если найдётся патент и на такой, то добавлю к нему какие-нибудь рёбра жёсткости или напротив – выемки. Я даже однажды запатентовал эти самые выемки, представляете? Чертежи, что я стал делать, ссылались на самый минимум патентов, а потому само собой вышло, что стали пользоваться спросом. В общем, всё, что было бездарно растрачено во время болезни, со временем удалось отыграть назад. Я боролся с болезнью и победил её! Ну а дальше всё очевидно, усилия оказались не напрасными, и в конечном итоге удалось даже добыть место под солнцем для своих детей и внуков. Скажите, разве это не достижение?

– Ещё какое! – поднял я большой палец.

– Ну вот, собственно, и всё, что я хотел вам рассказать, молодой человек. Желаю, чтобы вас подобные болезни обходили стороной. Никогда не загоняйте себя в состояние, из которого очень трудно выбраться. И помните, вы обещали никому не говорить о моём э… недуге. Старый я, понимаете ли, старомодный. Не хотел бы, чтобы надо мной кто-то смеялся.

Так, ладно, – он вдруг стукнул ладонью по столу, за которым сидел, – что-то заболтался я с вами. А ведь мне ещё кое-какие дела нужно доделать. Да и с вами мы не закончили. Наберёте меня через часок-другой? Хорошо? Ну всё тогда, до встречи!

Новые настройки

– Вообще, все эти разговоры можно было провести, не залезая в саркофаг! – брякнул я первое, что пришло в голову, когда остался наедине с симбионтом.

– Кажется, я всё понял! – перебил Сим.

– И что от меня ускользнуло?

– Во-первых, он говорил иносказательно потому, что боялся прослушки. Таким образом, он сообщил тебе нечто, за которое могут не погладить по головке.

– Это-то я и сам понял – не дурак! – хмыкнул я. – А что “во-вторых”?

– Во-вторых, ты постоянно перебивал его, хотя он просил этого не делать!

– Не перебивал, а подыгрывал! – возразил я. – Да он особо и не противился.

– А в-третьих, у нас не так и много вариантов. Вот выжимка: он нашёл сокровище и, боясь, что его отнимут, долго прикидывался паинькой. Очень вошёл в этот образ, настолько, что это даже отразилось на психике. Однако потом выучился, пошёл работать, и погружение в эту работу помогло преодолеть недуг. Такая версия озвучена на случай, если запись разговора кто-нибудь прослушает.

– Х-гм. А какая версия, по-твоему, правильная?

– Ну это же очевидно! Он нашёл сокровище. Продал его. На полученные деньги приобрёл полный пакет знаний какого-то механика…

– И так называемая болезнь пришла к нему вместе со знаниями? – допетрил я наконец.

– Именно!

– Выходит, эта сказочка – ещё один аргумент за “сырые знания”? Но если это так, а я уверен, что это так, то…

– В этом месте всплывает нюанс отличий “полного пакета” от “сырого”.

– Можно считать “сырые знания” безопасными, так? – озвучил я вывод. – А что же такое “адаптированные знания”?

– Не знаю. Вероятно, что-то промежуточное.

– Значит так. Приняли за рабочую гипотезу следующее: полные пакеты знаний, а также адаптированные не являются безопасными. Знания-то тебе дадут, но к ним может прилететь довесок, да такой, что на выходе может получиться другой человек. Верно излагаю?

– Похоже на правду, – согласился со мной Сим.

– Вот, значит, почему он столько раз переспросил о том, что я впервые покупаю знания!

– Как думаешь, какие ещё побочные эффекты возможны?

– Думаю, Россольцев что-то да знает, но он и это озвучил иносказательно. Боится за свою жизнь. И знаешь, какой вывод можно сделать из этого его страха?

– Какой?

– Информация о перерождении души так же не распространена по этому миру, как и по нашему. То есть, я имею в виду уровень знаний. Если бы люди знали, а не предполагали, что переселение душ – реально существующий механизм, то не боялись бы смерти. По крайней мере, будучи в критической ситуации или в плену у таких, как Россольцев описал, обстоятельств, предпочитали бы уйти на перерождение, а не продолжать борьбу. Получается, такого знания в этом мире нет. Религии или предположения вполне вероятны, но знания нет.

И что касается нас, то вопрос: можем ли мы считать наличие руны “настройка следующей жизни” (я так и не спросил у Кондора, как она называется по-настоящему) доказательством того, что этот процесс на самом деле существует? Монстр ведь мог меня и надуть. Эта руна вполне может быть предназначена для чего-то другого.

– И для чего же?

– Например, для настройки этой жизни. Я знаю, что она начала влиять на меня с тех пор, как Кондор её активировал. Мой уровень любопытства поднялся. А ещё я совсем перестал бояться смерти. Нет, боли боюсь, неприятностей и прочие страхи со мной. Но самой смерти – нет.

– Но зачем Кондору обманывать тебя? – мысль Сима не была вопросом, а скорее попыткой побудить “расставить всё по полочкам”.

– Я попытался убить это тело, дал ему понять, что жить в этом мире не собираюсь. Для Кондора же была критически важна жизнь этого тела, вернее, души ублюдка, что занимал его до меня. Монстр искал выход и… нашёл. Он спросил: чего мне не хватало в моём мире и дал мне это в текущем. Правда, сделал это под видом настройки следующей жизни, и я даже обратил внимание, что это начало действовать уже сейчас, но подвоха не увидел.

– Если это так, то в твоих руках руна, добавляющая или усиливающая одно свойство души и выводящая одно знание на уровень аксиомы?

– Именно! И если прав, то нам нужно как можно скорее заменить эти хреновы настройки! Но вот на что? Впрочем, сперва надо выбраться из этой чёртовой капсулы. Где тут выход? Ага, вот он!

Упрямство и труд

Я опасался, что жидкость, заполняющая капсулу, попадёт и в лёгкие, а на выходе придётся долго и упорно отплёвываться или отблёвываться. Однако на практике всё оказалось проще и легче. Жидкость не была жидкостью в прямом смысле этого слова, больше это было похоже на гель или желе. Когда насосы саркофага принялись её откачивать, по мере понижения уровня возвращалась и чувствительность к различным частям тела.

Паралич, оказывается, не только отключил чувствительность нервов, но и полностью остановил всяческую двигательную деятельность. По мере отката я очень чётко определил момент, когда снова запустилось сердце, а когда гель стал занимать меньше половины объёма капсулы, смог нормально начать дышать.

Вообще это удивительно. Оказывается, в обычном состоянии человек слышит биение сердца и собственное дыхание, однако настолько не обращает на это внимания, что ему кажется, будто этих звуков нет. Здесь, вероятно, приблизительно такой же эффект, как и со зрением: хотя нос находится в поле зрения, владелец этого органа большую часть времени тупо его не видит. М-да, любопытно…

Так, стоп! Что это я разлёгся? Нужно же эту руну переключить!

Выпрастываясь из капсулы, я впервые наконец нормально огляделся. Учебно-медицинская комната представляла собой этакую квартиру-студию из моего мира. Помещение представляло собой прямоугольник три на четыре метра, в левом углу короткой стороны которого находилась входная дверь. По правую сторону от входа располагался душ с автоматически запирающейся дверью. Насколько я понял из логов системы, доступ туда выдавался не всегда.

Далее у противоположной короткой стены стояла капсула-саркофаг, которую можно использовать как средство обучения или лечения. А свободное место между ней и душевой было многофункциональным. Здесь был небольшой шкаф, который, потянув за ручку, можно было превратить в одноместную кровать (в этом случае, чтобы получить доступ к вещам, пришлось бы залезать под матрац). Ещё здесь было компактное кресло на колёсиках, стоящее у выдвижного из стены же столика, похожего на компьютерный.

Если всё выдвинуть, свободного места в комнате практически не оставалось. Взглянув на кресло и столик, сразу понял их предназначение: именно сидя за ним, можно проходить тестирование и получать сертификаты об имеющихся знаниях.

Тестирование мне пока было не нужно, а вот место, где присесть – очень даже. Развернув кресло, уже было хотел в него плюхнуться, да только сейчас осознал, что с ног до головы вымазан этим чёртовым гелем. Делать нечего, вздохнув, отправился в душевую.

– А ты уже придумал, на какие установки поменяешь действие этой руны? – всплыл в голове Сим.

– Не-а! – буркнул я, намыливаясь. – Для начала нужно попробовать просто отменить её действие.

– Боюсь, не получится. Судя по виду символа руны, он является частью пары. Вероятнее всего, возможность отмены определяется другим символом.

– Х-гм. Давай тогда вместе подумаем. У нас развилка: Кондор либо говорил правду, либо врал. Если первое, то текущая пара свойств меня очень даже устраивает: любопытство заставит учиться, а знание о перерождении, вернее, отсутствие страха смерти, даст возможность не цепляться за жизнь в каких-то критических ситуациях.

– А если второе?

– А если второе, то, с одной стороны, я хотел бы стремление к знаниям и развитию как-то сохранить, а с другой, нужно этот набор заменить на что-то, что пригодится в жизни в этом мире. Кстати, Кондор намекал сформулировать нечто вроде “основать сильный род”, только меня подобная хрень не прельщает. В этой жизни вообще не хочу ни детей заводить, ни даже отношения с женщинами. Да и ты помнишь, наша цель – найти возможность путешествовать между мирами, чтобы вернуться домой. Ну а если не получится, то просто интересно пожить…

– Тогда в свете информации, полученной от Россольцева, я предлагаю любопытство заменить на какой-нибудь вариант иммунитета к давлению на психику.

– Ментальная устойчивость? – подхватил я идею. – Пожалуй, пожалуй. Но тогда стремление к знаниям нужно переформулировать как некую аксиому. Х-гм. И что же это может быть? Какая-нибудь пословица? Ну, например: “Терпение и труд всё перетрут!”. Или нет, терпения мало, давай заменим на упорство или даже упрямство. Во! “Упрямство и труд всё перетрут!” Не любопытство, конечно, но вполне мотивирует! Если что-то позже придумается, то ведь можем снова поменять.

Обсохнув под струями тёплого воздуха от ростовой сушилки, выбрался в комнатку, оделся в свою одежду, а затем, усевшись в кресло, перекастовал руну настройки на новый лад. Что характерно, энергии она требует немного – по моим оценкам около полусотни эргон.

Расслабившись, нечаянно зацепился взглядом за валяющийся на полу ножик. Хмыкнув “надо бы помыть”, достал второй и аккуратно разложил. “Бабочка”, говорите? В моём мире такие клинки вроде бы были популярны именно в криминальном мире. Почему? А кто ж его знает! По скорости раскрытия они сильно уступают кнопке. В раскрытом состоянии жёсткость лезвия зависит от того, зафиксированы ли боковины рукояти специальной защёлкой. Кажется, сплошные недостатки. Но любят их, вероятно, за то, что ими можно крутить довольно эффектные финты.

Попробовав что-то такое поделать, чудом не порезался: лезвию с магической заточкой достаточно небольшого усилия, чтобы резать что угодно, включая пальцы незадачливого фокусника. Так. Значит, вот эту боковину будем считать безопасной, если клинок ударит по коже, то тупой стороной…

Раз – два. Хгм. Остался сложенным. Нужно перевернуть. Ещё пробуем. Раз – поворот – два – три! Ага, раскрылся. Топорно, медленно, будто робот, но есть над чем работать. Эх, интернет бы нормальный, посмотреть, как это правильно делается! Ну да ладно. Раз – поворот – два – три! Вероятно, если довести плавность до автоматизма, то можно всё свести к двум с половиной движениям. Ну что же, будем тренироваться. Раз – поворот – ай, блин!

Едва не порезавшись, вынужден был швырнуть инструмент в угол комнаты. Ну ничего-ничего, упрямство и труд всё перетрут! Так, стоп! Что я сейчас брякнул?

– Сим, ты это слышал?

– Работает!

– Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв – 201 эргон, – вклинилась Система.

– Э… Сим, что за хрень?

– Она реагирует на увеличение резерва. Думаю, усваивается энергия, что ты забрал у бандитов.

– О! – воскликнул я, радуясь пришедшей в голову идее. – Система, а Система, а выведи мне все метрики!

– Некорректный запрос.

– Измеряемые или вычисляемые метрики по моему организму, такие как сила, ловкость и так далее. В единицах, приведённых к тому, что средний человек имеет пять баллов.

Энергорезерв – 24Сила – 2Выносливость – 2Ловкость – 3Восприятие – 17Концентрация – 3Интеллект – 7Разделив 24 на пять, понял, что средний человек тоже обладает магическими способностями, просто у него их в 4.8 раза меньше, чем у недавно инициированного мага или, как Сим говорил, – новорождённого.

А высокий уровень восприятия, вероятно, связан с магическим зрением.

Жаль, конечно, что нельзя, как в компьютерной игре, где-то надыбать очки для распределения и улучшить пару параметров, придётся напирать на тренировки. И со знаниями через нейросеть тоже как-то хреново вышло… Эх!

Часть 4. Перед выходом в свет

Ловцы жемчуга

Покопавшись в купленной энциклопедии, отметил: её качество несравнимо выше того, что можно увидеть в нашей вики. И неудивительно: у нас её составляют простые люди, а здесь – какой-то научный коллектив, который, очевидно, на этом зарабатывает.

Решив, что лишним не будет, отдал команду Системе на перекачку всего этого массива на чипы, находящиеся в голове, вернее, в костях черепа.

Общий размер качаемой базы данных оказался достаточно большим – около двух сотен гигабайт. Оценивая, “поместится ли”, заглянул в свойства Системы и узнал, что в моём распоряжении имеется условный жёсткий диск объёмом около одного петабайта. По меркам моего мира это большой объём памяти для персонального компьютера, но уже можно говорить – вполне рядовой для какого-нибудь облачного кластера.

При этом вживлённые чипы имеют восьмикратную избыточность. То есть каждый записываемый в это хранилище байт дублируется на восемь разных точек. Похоже, даже после выстрела в голову можно будет извлечь какие-то данные. М-да.

Не то чтобы жалко, но как-то хочется сделать так, чтобы стрелявший с такой целью в конечном итоге жёстко обломался. Х-гм.

– Раскопал! – в очередной раз вклинился в мысли Сим.

– Что раскопал?

– Ты просил подобрать места для проживания, чтобы иметь минимум пересечений с дворянами и аристократами. Так вот, я раскопал, что Кронштадт – как раз одно из таких мест. Также в Москве аристократов сравнительно немного. А ещё этот поиск пролил немного света на сказку Россольцева.

– Эм…? – удивился я.

– Ну он же сказал: “работал сборщиком камней”, помнишь? Ты ещё ему говорил: “Да!”, “Как это круто!” и так далее, разве забыл?

– Нет, не забыл. Но то, что я ему говорил, было лишь игрой. Я не понимал части терминов. Так что за сборщики камней и при чём здесь аристократы?

– Оказывается, сборщики камней и ловцы жемчуга – смежные профессии. И те и другие собирают э… артефакты вокруг разломов. На Камчатке, где работал наш знакомый, собирали камни, а здесь собирают их же, но, как бы это сказать, после вторичной переработки животными.

– Разломов? – тупо переспросил я.

– Вот статья энциклопедии: происхождение магии. Читай.

Уставившись в текст, узнал, что магия на этой планете появилась приблизительно семьдесят миллионов лет назад. Согласно данным статьи, местная Земля подверглась бомбардировке метеоритами с особыми свойствами. В результате в мире появилась магическая энергия, некоторые животные научились её поглощать, а кое-кто даже управлять. Появившееся два миллиона лет назад человечество делилось на магов и немагов с самого начала.

К сегодняшнему дню фон магии, излучаемый большинством упавших небесных объектов, снизился до минимального, однако тенденций к дальнейшему снижению не наблюдается. Вернее, это не совсем так.

Дело в том, что причиной снижения фона были люди. А теперь они, что называется, стали держать себя в руках, и этот процесс удалось остановить, а в некоторых местах и вовсе обратить вспять.

Почему так? А всё просто! Каждый небесный камень состоит из Адалиума – вещества, неизвестного на нашей планете. И камни эти ведут себя совершенно непонятным образом – так, будто являются механизмами ну или живыми существами. Их свойства и изучены и непонятны одновременно.

Каждый камень постоянно излучает магию, трансформирующую окружающее пространство вокруг места, в которое он упал.

Если камень находится в океане, из животных вокруг него (прежде всего моллюсков) можно добывать жемчуг, содержащий Адалит. Адалит – это производное вещество, которое появляется при взаимодействии Адалиума с биосферой планеты. Чаще всего с биосферой. Из этого правила есть и исключения. Например, если камень оказался на большой глубине и рядом есть вулкан, Адалит можно собирать из его выбросов.

В общем, профессий сборщиков Адалита множество, и ловцы жемчуга, куда я намылился устроиться, – одни из них.

Что же насчёт самих камней. Лет пятьсот назад их попробовали добывать или просто пытались перевозить в более удобные места. Увы, повреждение небесного камня или даже просто его перемещение в иное место всегда приводило к потере магических свойств. Разобраться в причинах не удалось.

Однако начавшийся в отношении камней процесс было не остановить. Пусть в процессе обработки они магически и “умирали”, но из добытого Адалиума навострились делать артефакты, и, что называется, “бизнес – ничего личного”, их переработку поставили на поток. В результате уровень магии на планете плавно покатился вниз.

В какой-то момент все собрались и решили, что так дальше не пойдёт: разработку Адалиума нужно прекратить – иначе магии на планете не останется вовсе.

Это решение было добровольным не для всех и, в частности, стало причиной Первой мировой войны. Страны, бюджет которых был завязан на перевозку и переработку камней, взбунтовались, а итог получился похожим на наш мир: Россия едва не развалилась, Германия развалилась, потом собралась назад и так далее. Всё почти как у нас, только причины в области магии.

Повоевали-повоевали, но в итоге всё-таки перешли на использование возобновляемого Адалита вместо Адалиума. На сегодня Адалит в этом мире – нечто вроде нефти в нашем. Из него, как я понял, состоят вживляемые в черепа кристаллы, используемые для подключения к виртуальной реальности. Также этот магический минерал применяется как источник энергии для освещения, транспорта и так далее.

Где возможно, Адалит добывается промышленным способом. Например, в районе Южной Америки построены огромные моллюсковые фермы. А где-то работают команды сборщиков, вроде той, к которой я собрался присоединиться.

Сборщики камней, ловцы жемчуга, охотники на медуз и так далее – всё это по сути одна и та же профессия. Что характерно, именно в ней, считается, можно быстро разбогатеть. Если, конечно, повезёт наткнуться на нечто крупное. Россольцев, получается, описал нам именно такой случай.

Была в этой статье и карта со схематичным изображением известных камней, доживших до наших дней. Разглядывая её, я впервые взглянул на местный глобус и нашёл много отличий от нашего мира. До этого я предполагал, что он такой же. Ан нет, оказалось, что такой же, да не такой.

В целом, местная карта была похожа на нашу, но будто подвергшуюся бомбардировке снарядами, оставлявшими воронки размером в тысячу-другую километров. Например, южная оконечность Южной Америки здесь завёрнута в противоположную сторону и местами преобразована в архипелаг. Что интересно, и Чили, и Аргентина всё равно присутствуют в этом регионе, но эту загадку я уже упоминал и пока решил не пытаться разгадывать. Мадагаскар в этом мире является полуостровом, а Индостан напротив – почти островом: где-то в районе нашего Мумбаи упал камень, и ударная волна отбросила часть полуострова на восток.

– Охренеть! – высказал я ощущения от прочитанного.

– Так вот, – продолжил Сим. – Не знаю почему, но аристократы и дворяне никогда не лезут в ловцы жемчуга, сборщики камней и так далее. И поскольку Кронштадт промышляет именно этим бизнесом, концентрация дворян здесь очень низкая. А ещё имеются зоны, закреплённые за государством – земли, которые не принадлежат никаким родам. Там дворян и аристократов хоть и много, но поскольку они не являются лендлордами, то…

– Погоди, – перебил его я, – ты сказал “государством” так, будто это нечто инородное.

– Скорее международное. Ты забыл, что безналичная валюта является международной? Формально полиция и военные силы подчиняются государству, однако у государя и прочих дворян с аристократами имеются собственные армии. Ну и после 1945 года монархия в России конституционная, что тоже накладывает свои ограничения. В общем, например, Москва – крупнейший государственный город, а Питер, напротив, – центр империи. Вроде бы и то и другое – государство, но не совсем одно и то же. Разные люди, разные способы финансирования и так далее. Однако, поскольку внешней и внутренней политикой страны управляет император, значимые государственные должности могут занимать только дворяне. Вот “Табель о рангах”.

– Не до конца понимаю, но в целом картинка ясная. Где-то свобода, где-то всё ещё феодализм и рабство? – хмыкнул я.

Ну что же, рыба ищет где глубже, а мы будем искать, где жизнь больше походит на наш мир. Ловцы жемчуга, говоришь? Окей, давай ещё раз посмотрим, что нужно, чтобы устроиться к ним на работу.

– Погоди. Похоже, пришло время позвонить Россольцеву?

– Ах, да. Сейчас только отмою ножик от крови, да приберусь здесь немного. А то если вдруг кто войдёт и увидит такое…

Инсайты

В этот раз звонок я совершал из нормальной виртуальной реальности, без погружения в капсулу. Вообще, возможность общаться с внешним миром из саркофага является необязательной опцией: разработчики этой штуки могли бы и не заморачиваться. Впрочем, не мне их учить.

Набрав номер, увидел того же старикашку, который, судя по всему, терпеливо ожидал звонка.

– Добрый день, молодой человек! Мне кажется, или вы изменились? Что-то случилось?

– Э… да вроде бы ничего не поменялось. Я, правда, прочёл статью энциклопедии по сырым знаниям. Что-то стало понятно, но в целом пока так и не уяснил их ценности.

– Ну вот, а я собирался вам об этом целую лекцию прочитать… Х-гм. Впрочем, так даже попроще будет. Итак, вы прочитали, что знания загружаются в свободные части мозга и связь с ними не устанавливается, всё верно?

– Именно.

– И вот здесь мы подходим к тому, о чём я говорил с самого начала. Правда, мне для того, чтобы это понять, пришлось пройти путь в несколько лет. Итак, скажите мне, молодой человек, вы слышали о понятии “инсайт”?

– Х-гм. Да. Это когда долго думаешь над какой-то проблемой, не можешь найти решение, а потом тебя озаряет. Но при чём здесь инсайт, Игорь Алексеевич?

– Знаете ли, в нашей жизни не так много вещей, способных приносить удовольствие. Или, так скажем, много удовольствия. Вот, например, секс. Отличнейшая штука, скажу я вам, но… с возрастом, как бы это сказать, заканчивается, что ли. Но есть вещи, приносящие положительные эмоции всегда. К таковым можно отнести, например, еду. Сколько бы вам ни было лет, а вкусно поесть будет всегда приятно. Даже когда секс станет недоступен, удовольствие от еды получать вы не перестанете. Вы понимаете меня?

– Понимаю, но пока не вижу связи с “сырыми знаниями”, – пожал я плечами.

– Ну… это же очевидно. Ведь что такое “инсайт”? Это озарение, к которому приходите, приложив массу усилий. Вспышка, катарсис или просто награда за приложенные старания. Если попытаться объяснить это явление с точки зрения работы нейронов, то это происходит, когда нейронная модель в вашей голове преодолеет некоторый барьер и выйдет на результат, о котором в начале пути нельзя было даже предположить. Когда такое случается, человек испытывает невероятное воодушевление, удовольствие, которое зачастую превосходит и секс, и еду, и прочие вещи, что можно представить. Экстаз в чистой форме! Такие чувства мотивируют работать, зарабатывать и вообще… наделяют жизнь смыслом. И хотя пока вы очень молоды, уверен, что хоть раз в жизни нечто подобное переживали.

– Разумеется, переживал, но всё же поясните подробнее.

– Давайте приведу аналогию. Допустим, хотите выкопать яму в э… ну пусть будет твёрдом грунте. Копаете, копаете, а потом натыкаетесь на целый кубометр мягкого песка. Чем этот кубометр, по-вашему, является?

– Эм… везением?

– Нет, я несколько о другом. Мягкий слой, попавшийся на пути – это заготовка под вашу яму! Заготовка, дожидающаяся часа, когда вы её найдёте. Вот так же и “сырые знания”. Когда вы ищете решение какой-либо задачи, мозг, задействуя свободные нейроны, пытается построить модель того, над чем сейчас работаете. Вероятность успеха зависит от уровня знаний, случайных факторов и проявленного трудолюбия. Если задача сложна, возможно, найти решение не удастся. Но что, если в вашей голове нужная модель имеется заранее? Что, если она ждёт своего часа, как вкрапление песка посреди камня? В этом случае мозг неизбежно отыщет её и использует. А вы ощутите нечто сходное с душевным оргазмом.

В общем, если говорить о “сырых знаниях”, получается следующее: во-первых, они существенно дешевле. Типичная разница – полтора-два порядка. Во-вторых, они целиком ваши: никто не будет требовать лицензионных отчислений за их перепродажу или перепродажу результатов их использования. В-третьих, они максимально полны. А в-четвёртых, их применение приносит ни с чем не сравнимое удовольствие.

– Есть и “в-пятых”? – подмигнул я.

– Есть, но давайте пока остановимся на этих четырёх пунктах.

– Х-гм. А вы задали мне интересную задачку.

– Как только попробуете оформить продажу хотя бы одного своего чертежа, увидите, что львиная доля стоимости будет принадлежать людям, которых вы в глаза не видели – держателям патентов на совершенно очевидные вещи и донорам, у которых получили знания.

– Но каким способом выйти на эти ваши “инсайты”? Чтобы докопаться до того песка, что вы привели в аналогии, нужно иметь инструменты и навыки. Что толку в заготовке, если до неё нет возможности добраться? Учебниками ведь никто не торгует…

– Ну я же сказал, что постараюсь помочь кое с чем. Я веду некоторые записи, правда, они не слишком структурированы, но для пытливого разума вполне подойдут. Ещё помогу вам приобрести кое-какой софт, недоступный для простолюдинов. Ну и намекну о том, что способ не получать, но открывать знания всё же существует. Думаю, если пораскинете мозгами, то разберётесь и с этим вопросом. – Говоря это, старик кивнул на стол перед экраном.

– Опять пытается говорить иносказательно, – прислал мысль Сим.

– А что ваш друг? – перевёл я разговор.

– Вот ссылка на закрытый лот, можете воспользоваться ей вне зависимости от исхода нашего разговора.

– Ого, – восхитился я, – полный пакет – пять миллионов! А он не расстроится, если я приобрету только “сырые данные” за двести тысяч?

– Не расстроится, напротив – будет рад. Лицензионных отчислений от продажи сырых знаний платить не требуется, поэтому, сами понимаете, чаще всего для продавца невелика разница, что он продаёт. В общем, этот лот – именно то, чем вы интересовались. Как только вы спросили о границах моих знаний, я сразу подумал о напарнике. Как говорил ранее, мы долгое время работали в паре и часто дополняли друг друга. Если я, например, разрабатывал механику устройства, то он в это же время занимался системами управления. Ещё у него есть магические способности, которыми я, увы, обделён. Поэтому там, где требовалось поработать на стыке техники и магии, это было на его плечах. Правда, не уверен, что вам это пригодится: вряд ли во время инсайта можно открыть руны, хотя подобного и не исключаю. Но вот программированием вирта он занимался куда больше моего, вы говорили, что вам это интересно.

– Э… А возможно ли и у него попросить личные записи?

– Я спрашивал, он говорит, что никогда их не вёл. Но я обещал, что помогу вам с программным обеспечением. Думаю, со временем разберётесь!

– Х-гм. Ещё вопрос, если не трудно. А что скажете насчёт “адаптированных знаний”?

– Имеют все те же недостатки, что и “полный пакет”, но хуже качеством. Знаете, какая проблема у этого варианта?

– Знал бы – не спрашивал, – улыбнулся я.

– Если приобрести один за другим два разных пакета, то из-за применения второго часть данных из первого может потеряться. Поэтому адаптированные знания не рекомендуют изучать чаще чем раз в два-три года, и то при условии, что знания из предыдущего пакета активно используются.

– Х-гм. Всё, что вы рассказали, прямо стимулирует к варианту “вообще никогда не брать адаптированные или полные пакеты”. На начальном этапе это трудно, но зато потом сплошные плюсы: и инсайты, и максимум возможной прибыли.

– И максимум знаний, – дополнил барон, – я же говорил, что в “сырой” пакет входят все знания донора.

– А это безопасно – держать в голове все знания нескольких людей?

– Вряд ли вы сможете открыть в себе чужие черты личности – не стоит об этом переживать. Разве что они будут полностью совпадать с вашими. Во всяком случае, я о подобном не слыхал, хотя последние лет пятнадцать вкладываю ресурсы в покупку только таких пакетов. Возможность узнать, скажем, клановый или родовой секрет хотя и существует, но крайне мала: если до чего-то и догадаетесь, для вас это будет просто предположением, равным прочим. Поскольку проверка таких предположений затруднена, то, сами понимаете… В общем, считаю “сырые знания” наиболее безопасным вариантом.

– Ну что же, – я встал, – похоже, вы меня убедили. Однако мне надо посидеть полчасика в одиночестве, обдумать всё это. Взвесить. Наберу вас чуть попозже, не возражаете?

Тестирование

Да, задал дядька задачку. Кто бы мог подумать, что прямая загрузка знаний в голову может оказаться небезопасной процедурой?

То есть, полагаю, особой опасности в этом нет, просто на выходе может получиться так, что из этой капсулы встанет другой человек – не я.

Однако большинство жителей планеты пользуются этим механизмом, так? Выходит, и мне можно? И всё бы ничего, но вдруг решу, что непременно надо возрождать этот чёртов род Кондора? Или заведу гарем с принцессами? Ф-фу! Не хочу!

Кроме того, полное отсутствие сертификатов у барона Кондора как бы намекает, что аристократы сторонятся всего этого? Почему? Знают о подводных камнях? А ведь похоже на правду!

Х-гм.

– А почему идея с гаремом вызывает у тебя столь сильное неприятие? – вклинился с вопросом напарник.

– Э-э-эмм… Скажи-ка честно, Сима, тебе же нравится, что барьера вокруг тебя больше нет?

– Да.

– А гарем, Сим, это всегда принуждение. Какое оно – вопрос десятый. Экономически ли, прямым ли насилием или методом психологического давления, но во всех случаях без исключения воля каждой участницы ломается. И это, скажу я тебе, ну его нафиг! Предпочитаю равноправные отношения.

– А в вашем мире всё иначе?

– Ну… – пожал я плечами, – в нашем мире по-разному. Проблем много – это правда, но если смотреть на общий вектор, ситуация улучшается. Гаремов, например, больше нет, и очень давно.

– Ой ли?

– Ох, Сим, вот ещё не хватало с тобой об этом спорить. Впрочем, смотри. Как бы тебе объяснить. В общем, лет сто-двести назад в нашем мире был сформулирован количественный закон. Его смысл в том, что вот, например, у тебя есть явление, которое встречается редко, ну как то вкрапление песка в камне, что описал Россольцев. Так вот, это состояние назовём качеством номер один. Далее представим, что частотность явления повышается, повышается, повышается, и в конечном итоге получается нечто совершенно иное. Вместо каменной пустыни – песчаная. Качество номер два.

– И что?

– И то, что в песчаной пустыне копать не в пример легче. Любого спроси – подтвердит: эти два варианта различаются радикально. Да, и в каменной пустыне можно найти песок и в песчаной камень…

– Но при чём тут гаремы? – перебил меня Сим.

– При массовости, Сим, при массовости. Наш мир – это другое качество. Да, у нас встречаются гаремы, рабство и многие другие вещи, но поскольку всё это в сравнительно малых количествах, можно считать, что этого всего там нет. Мир другого типа, как пример с пустынями, что приводил только что. Понимаешь?

– Не до конца, но теперь лучше представляю твои мотивы. Ты освободил меня потому, что отношениям господин – слуга предпочитаешь менее надёжный вариант друг – друг. Но разве ты можешь быть уверен, что для тебя это лучше?

– Уверенным быть, разумеется, не могу. Но зато могу в это верить. А вера это… г-хм. Ладно, замнём для ясности. Что делаем дальше?

– Ты меня спрашиваешь?

– А что, здесь есть кто-то ещё? – картинно огляделся я.

– Ну тогда смотри в этот список лотов.

– Э… – удивился я.

– Ну, ты же решил согласиться с предложением Россольцева? Тогда, думаю, на нём останавливаться не стоит. В этом списке я подобрал лоты по следующим параметрам:

Аристократы.Известные личности в различных областях знаний.Взаимно дополняют друг друга.Всего шесть человек, а с Россольцевым и его напарником будет восемь. В результате, если изучить все эти лоты (разумеется, только сырые знания), то в голове соберётся максимум информации об этом мире вообще.

– То есть, – прикинул я в уме, – тратим на всех вместе около пяти миллионов кредитов и больше к учёбе не возвращаемся? Только опыт, только хардкор?

– Ага, но для поступления в магическую академию нам всё же нужны сертификаты базовых дисциплин. Зачем, думаешь, я затеял перекачку энциклопедии на локальные носители?

– Меня больше занимает вопрос: почему ты отбирал именно аристократов? Из-за магических способностей?

– Точно!

– А энциклопедия, чтобы сдать экзамены? Подсматривать будем? Списывать?

– Именно.

– Я, кстати, думаю, что моего образования должно хватить почти на все эти сертификаты и так. Историю и биологию разве что придётся списать. А ты уверен, что получится это сделать?

– Заглянул в инструкцию: при сдаче экзамена отключаются все средства связи с внешним миром. Часть тестов проводится вообще в капсуле, поэтому можно считать, что создатели механизма не предусматривали наличия симбионта в голове у испытуемого.

– А вооружённого энциклопедией симбионта тем более! – рассмеялся я.

Поднявшись, подобрал валяющиеся вокруг ножики, затем подошёл к умывальнику и тщательно промыл их. В качестве моющего средства использовал шампунь из раздаточного автомата. Разложив инструменты сохнуть, в очередной раз набрал Россольцева.

SDK

Программное обеспечение, что подогнал Россольцев, состояло из множества различных программ. Для инсталляции всего этого набора даже пришлось дважды перегрузить вирт.

Но зато теперь на моих дисках нет файла, формат которого система не знает. Ради интереса поразглядывал содержимое файлов, что скопились в избытке, а именно – кеш аудиопроигрывателя и объекты купленной навигационной системы. Если первое было малоинтересным, то с навигацией выяснилось, что я не угадал: имена файлов не включают координаты, как предполагал ранее, а являются просто именами, сгенерированными специальным алгоритмом.

Как оказалось, весь вирт пишется на строго одном и том же языке программирования, отдалённо напоминающем земной Ruby. Компилятор отсутствует – все программы выполняются интерпретатором.

Учебников не было, но барон, как и обещал, отдал каталог со своими записями – нечто вроде личной вики, где он собирал всякие рецепты. Разбираться с этим буду долго, но, похоже, мой профессиональный базис, наработанный дома, будет неплохим подспорьем.

Например, сразу раскопал скрытые разделы в файловой системе вирта, до этого недоступные к просмотру, и нашёл там довольно подробные логи. Беглый анализ информации сразу выявил несколько интересных возможностей. В частности, оказалось, что буквально на всё вообще можно навешивать то, что в нашем мире называлось “триггерами”. Триггер – это такой кусочек программы, который вызывается, когда происходит некоторое событие.

В качестве первого упражнения установил триггер из трёх строк кода, который печатает текст в окошке всякий раз, когда в поле зрения попадает какой-нибудь человек. Пока такой код не несёт никакого смысла (кроме обучения), но зато вижу направление развития.

В общем, поразглядывав подгон, подписал наскоро составленный договор и перечислил барону деньги. Получается, он уберёг меня от серьёзной (правда, до конца так и не понятной) опасности и, считаю, награду заработал честно.

Прощаясь, он предлагал звонить в любое время. Говорил, что ему интересно будет проследить за моей судьбой, и всё такое. Вероятно, если не злоупотреблять, то у него и правда можно будет консультироваться по тому или иному вопросу.

А ещё объяснил, как правильно разговаривать с дворянами, а особенно с титулованными. Оказывается, нужно как можно раньше попытаться разобраться, кто перед тобой: барон, граф, князь или ещё какой принц, а затем обращаться соответственно званию. Нельзя говорить: “барон Россольцев”, надо говорить: “Ваше благородие, господин барон Россольцев”. Причём первое обращение должно быть полным, а последующие можно сокращать до “Ваше благородие”.

А обратиться к дворянину так, как это сделал я: “барон Россольцев”, можно только в двух случаях. Первый – это вопросительная интонация, когда желаешь убедиться, что перед тобой именно тот, кто нужен. Во втором случае обращение “барон” или “маркиз” допустимо только от близких людей либо более дворянистых дворян – стоящих выше по иерархии. То есть, был бы я, скажем, императором, мог бы сказать просто: “барон!”, а во всех остальных случаях требуется упоминать “благородие”. Неудивительно, что Россольцев поначалу взбеленился: своим обращением я как бы показал ему, что считаю его ниже себя.

М-да. Хрень! Однако есть и утешительные стороны. В этом мире хоть и монархия, но конституционная. По конституции все люди равны (этот результат зафиксирован последней мировой войной), а потому какого-либо уголовного преследования за неправильное обращение нет. Тут, правда, есть исключения: на своих родовых землях каждый дворянин – царь и бог, однако если к ним не лезть (а мне, вроде бы, и незачем), то всё будет в порядке. А ещё, если нет необходимости обращаться, то есть самому ничего от какого-нибудь князя или маркиза не нужно, то можно и не расшаркиваться.

На всякий случай, на основе нескольких статей энциклопедии, мы с Симом составили документ “как их различать” и “как к ним обращаться”, ну и, если что, буду использовать его как шпаргалку.

Надеюсь, если эта хрень и пригодится, то очень не скоро.

Идёт загрузка, пожалуйста, подождите…

Интересными нюансами нейрообучения оказались чисто технические: например, сырые знания одного человека занимают от трёх до пяти эксабайт данных. Это сумасшедший объём, кажется, в моём мире подобные значения физическим лицам ещё долго не будут доступны.

Хорошо хоть за перекачку и временное хранение такого трафика платить не требовалось – эти расходы лежали на организаторе лота. Приобретя на аукционе разом десять позиций, но не используя их сразу, я как бы заставлял продавцов удерживать резерв. Впрочем, поскольку интересовали только сырые знания, много времени это не потребовало.

И, кстати, заглянув в лоты с адаптированными или полными наборами знаний, убедился, что Россольцев не соврал, и они действительно занимают куда меньше места – десятки, а иногда сотни терабайт. Всего. Впрочем, причин не верить барону не видел: или он очень хороший актёр (что вряд ли), или правда загорелся идеей, чтобы в мире появился кто-то свободный от дополнительного груза, что несут за собой нейрознания. М-да.

В общем, приобретя разом десять пакетов знаний, включая комплект от приглянувшегося десантника, вздохнул и снова отправился в медицинскую капсулу.

Конечно, было страшновато, различные “а вдруг?” постоянно всплывали в голове, однако в какой-то момент собрался и влез-таки в саркофаг.

Новый переход в виртуальность был не столь пугающим, как первый: вместо того, чтобы напрягаться и бояться, просто закрыл глаза, стараясь отстраниться от ощущений накатывающего паралича. “Раз, два, три…” – начал отсчитывать секунды вслух и, не успев дойти до пятнадцати, осознал себя в идеальной тишине виртуальной реальности.

Подойдя к интерфейсному экрану, выбрал “Обучение” и нашёл вверху списка пакеты, купленные на аукционе. Выбрав пакет спецназовца, увидел быстро бегущий прогресс-бар, поверх которого висела простая надпись: “Осуществляется загрузка данных, пожалуйста, подождите”.

Облокотившись на спинку кресла, думал, что после загрузки начнётся какой-то процесс, который будет сопровождаться странными ощущениями, однако Система удивила, выведя надпись: “Процесс завершён!”.

– Э…? – пробормотал я удивлённо. – Это что сейчас было?

– Ты здесь? Наконец-то! – услышал почему-то очень обрадованную мысль напарника.

– Не понял, – опешил я, – ты о чём? Конечно же, я здесь, никуда не уходил, да и не смог бы – здесь нет ни дверей, ни окон… Кажется, что-то пошло не так! Я попытался инсталлировать пакет знаний, но ничего не произошло: сперва прошла загрузка, а потом всё выключилось…

– Ха-ха! – перебил Сим. – А ты знаешь, какое сегодня число?

– Какое?

– Десятое июля 2024 года.

– Это что же получается? Для меня прошло секунд десять, а для мира почти месяц?

– Для мира и для меня тоже. Ты выключился, а я остался один, будто заперт в тёмной комнате: без зрения, слуха, без доступа в Сеть и даже без музыки, что ты постоянно слушаешь!

– Жесть! – посочувствовал я. – Ну что, видишь во мне какие-нибудь изменения?

– Нет.

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв – 227 эргон”, – проснулась Система.

– Так. Изменений нет – это хорошо. Энергорезерв почему-то вырос. Х-гм… Ты говорил, что это энергия от тех хмырей усваивается, может быть, остаток дооформился? Ладно, не важно, давай сделаем паузу, а то если сразу запущу изучение следующего пакета, ты же с тоски закукуешь.

– Предлагаю сдать какой-нибудь экзамен из тех дисциплин, которыми ты и так владеешь.

– Давай попробуем, – согласился я. – Начнём, и правда, с чего-нибудь, что я гарантированно сдам сам. Скажем, с базовой математики. Попробуем разобраться, сможешь ли ты подглядывать в энциклопедию и подсказывать.

Сертификаты

Суммарно в учебном блоке провёл ни много ни мало а целых пять месяцев. Некоторые знания усваивались быстро, некоторые медленно. Понять “почему так?” не представлялось возможным.

Ещё пытаясь сдать первый экзамен, мы разобрались с вопросом, как сделать, чтобы Сим не изнывал в одиночестве, пока учусь. Оказалось, он попал в ту же ловушку, что и некогда я: считая выключенный вирт недоступным, даже не пытался попробовать его активировать!

Когда же начался первый экзамен и Система вырубила модуль вирта, симбионт, чтобы иметь возможность копаться в энциклопедии, сразу же машинально включил его обратно. Поскольку никаких предупреждений или ошибок от учебного комплекса не последовало, дальше мы так и сдавали экзамен за экзаменом, что называется, нагло списывая.

Доступа в интернет, правда, не было, однако энциклопедии вполне хватило, чтобы успешно закрыть требуемую биологию и историю. Математику и физику сдал сам, мало того, воодушевившись успехом, после “базового уровня” взялся за “расширенный” и тоже довольно успешно его прошёл.

В этом месте мы разобрались наконец с тем, что же нам иносказательно пытался подсказать Россольцев. Оказывается, при неуспешной сдаче тестов система выдавала предупреждение: “Экзамен провален! Попробуйте позднее!” и рядом с ним пространный комментарий о том, что полученные в капсуле знания могут усваиваться не сразу, поэтому волноваться не стоит, нужно просто некоторое время потерпеть.

То есть процесс здесь был заточен на то, что человек, получив знания, сразу же и сдаёт экзамены. А если у него это не получается, то может повторить с небольшой паузой.

Так вот, Россольцев, получается, намекал на то, что сами тесты могут оказаться тем инструментом, который помогает открыть уложенные в голове знания. Г-хм, как бы это объяснить?

Допустим, человек никогда не изучал арифметику, но установил себе пакет с сырыми знаниями, в том числе и в этой области. Тогда, проходя тест, пытаясь ответить на вопрос вроде “Сколько будет два умножить на два?”, его действительно может посетить озарение, и он будто “вспомнит” азы умножения или сложения.

Со мной подобная штука приключилась дважды. Первый – когда сдавал биологию и вдруг “вспомнил”, что у дельфина четырёхкамерный желудок! Этой информации совершенно точно не было, пока не пришёл сюда, ну и ощущения от инсайта были очень похожи на описание Россольцева. Ещё один инсайт словил, когда сдавал расширенную математику – там были вопросы про матричное исчисление, которое тоже помнил слабо. Пока Сим пытался пересказать содержание нескольких статей энциклопедии, пока я пробовал пропустить эту информацию через себя, вдруг снизошло вдохновение, и я просто взял и заполнил результаты теста самостоятельно.

Но самое интересное началось, когда занялся получением сертификата на подводные работы, который требовался на базе ловцов жемчуга, куда всё ещё собираюсь.

Так вот, если все предыдущие тесты выглядели похоже на наш экзамен ЕГЭ (с той лишь разницей, что сдаются полностью автоматизированно), то экзамен о подводных работах был… практическим!

Виртуальная реальность в капсуле была полноценной, а не дополненной. Сперва предложили облачиться в гидрокостюм, а затем надеть и привести в “боевую готовность” баллоны и компенсатор плавучести.

Затем тупо выбросили в море с задачей достать со дна несколько предметов.

И если с сертификатом первой категории сложности я справился сразу – там было всё очевидно и просто, то вторую категорию проваливал дважды. В качестве одного из зачётов там требовались уже очень сложные действия вроде полного переоблачения из одного акваланга и гидрокостюма в другой. Под водой. М-да.

Воодушевившись успехом с аквалангами, полез в раздел “транспорт” и получил права категорий “C”, “D”, “E”. На земле много лет водил машину, а потому посчитал, что и здесь справлюсь, и не прогадал. Автомобили в этом мире управляются примерно так же, как та “стрекоза”, на которой удрал из своей первой тюрьмы: ты “видишь” глазами транспортного средства, оно слушается мысленных приказов и так далее.

В общем, водить в этом мире не просто, а очень просто. Экзаменационные задания сводились фактически к тому, чтобы на коробке определённых габаритов без аварий проехать маршрут по отнюдь не пустым улицам.

Итого к концу ноября, “выпустившись” из этого учебного заведения, я имел сертификаты:

Математика (базовый и расширенный курсы);Физика (базовый и расширенный курсы);Химия (базовый курс);Биология (базовый курс);История (базовый курс);Вождение (категории “С”, “D”, “E”);Подводные работы (категории 1 и 2).Ещё попробовал было замахнуться на категорию в “рукопашном бою”, но там меня так отмудохали, что нового желания не возникало. Да, это виртуальный бой, но боль вполне настоящая! Равно как и удушье, когда делаешь ошибку с аквалангом, равно как и последствия крупного ДТП, если в него попасть.

Прав был Россольцев: экзаменационный раздел учебного центра вполне можно использовать в том числе и для обучения.

Как я сказал ранее, весь период обучения отнял пять месяцев реального времени и где-то неделю субъективного. Поскольку всё это время я провёл, не вылезая из капсулы, необходимости в воде и пище не испытывал – саркофаг каким-то способом сам заботился об организме.

Из десяти человек, знания которых загрузил в свою голову, только трое не были аристократами: Россольцев, его напарник и приглянувшийся спецназовец. Остальные семеро были спецами по естественным наукам, подводным работам (вплоть до восьмой категории сложности), холодному и огнестрельному оружию и так далее. Объединяло их всех одно – все они были магами из родов с историей подлиннее того Кондора. Не знаю, поможет ли это продвинуться в магии – посмотрим.

В общем, двадцатого ноября в районе десяти часов утра выбрался-таки из капсулы. Не скажу, что был переполнен новыми знаниями – ничего такого особо не чувствовал, но список полученных сертификатов вдохновлял. Кажется, вполне смогу найти своё место в этом мире.

Несмотря на то, что в кошельке болтается пять с половиной миллионов кредитов, пока планирую с ними не светиться. Устроюсь на работу и поживу некоторое время только на то, что удастся заработать. И вызывать подозрения буду меньше, и с миром лучше разберусь. А там – посмотрим.

Выход там же где и вход

– У нас две проблемы – не одна! – выдохнул я, едва захлопнув дверь перед носом очередного преследователя.

– А какая вторая? – удивился Сим.

– Эм… я и первую пока тебе не формулировал, – попытался я отшутиться.

– Полагаю, что это находящийся в коридоре бандит?

– Не-а, – ухмыльнулся я, – бандита как раз считал проблемой номер два. Да и кажется она не такой уж и сложной. Он же не видел меня в лицо? Ты же кастанул “отвод глаз”?

– Да.

– Ну, значит, подождём ночи, и на этом посту никого не будет.

– С чего ты это взял?

– С аналогии, Сим, с аналогии! Помнишь, как мы сюда-то прорывались?

– Помню, и что?

– Тогда была ночь, и гопота дежурила на улице небольшим мобильным отрядом численностью всего в пять бойцов.

– А теперь?

– А теперь вон тот внутри, что чуть было нас не заметил, затем снаружи у дверей ещё двое, и ещё дальше пятёрка…

– А их-то ты как усмотрел?

– Магическому зрению стены не помеха, – пожал я плечами, – я и этого-то увидел раньше, чем он из-за угла вышел – ауру засёк. Если бы не рассматривал тех, что дальше, так и вовсе получилось бы вернуться сюда без шума…

– Но ты говорил об аналогии, – перебил симбионт.

– Ага. По аналогии с прошлым разом, думаю, ночью соглядатаев будет мало. Понимаешь ли, ночью люди любят спать… Попробуем выйти отсюда ближе к утру – примерно в такое же время, как и вошли. Если я прав, то понадобится отвести глаза не более чем пяти человекам.

– А если ошибаешься?

– Война план покажет! – снова пожал я плечами. – Правда, если придётся порешить и этих, то, наверное, и из Кронштадта тоже нужно будет бежать. Иначе новые трупы совершенно точно сопоставят со мной.

– Но ты сказал о двух проблемах? Какая вторая, вернее, ты назвал её первой?

– Зима, Симка, зима на улице! А у нас с тобой только и есть, что второй комплект такой же одежды, которая подходит к лету, ну максимум к ранней осени. Разве не успел почувствовать, как на улице холодно?

– Так мы только до коридора и дошли!

– А пар какой изо рта шёл, видел? Вот то-то же и оно! Почему-то они держат дверь на улицу открытой, вот и промораживает… А здесь, в учебных комнатах, своя система отопления – тёплый пол и стены. Кстати, странно, в моём мире здесь бы центральное отопление трудилось…

– Но ты отвлёкся. Если с гопниками у тебя есть план – дождаться ночи, то что мы можем сделать с зимой?

– Нужно бы одёжку где-то найти. Давай глянем, может быть, здесь рядышком найдётся какой-нибудь магазин? Или, лучше, фабрикатор.

– Г-хм… есть небольшой торговый центр – в двух кварталах отсюда, но работает он до восьми вечера. Фабрикатор есть в нём, но ночью, сам понимаешь, доступен не будет.

– Плохо, – нахмурился я, – а открывается он во сколько?

– В одиннадцать, то есть через полчаса.

– Совсем-совсем хреновый расклад!

– Эй! Открывай! – послышалось из-за двери. – Ты же не думаешь, что сможешь оставаться там вечно?

– Очень хреновый расклад, – повторил я свою же фразу, сосредотачиваясь на магическом зрении.

За стеной буквально толпилось восемь человек. Как я это понял? А по аурам!

Наморщившись, напрягся и попробовал выдать “метку смерти” прямо сквозь стену. “Р-раз!” – выдохнул я, “д-два!”. Энергия сразу же показала дно.

– Магия хоть и проходит сквозь предметы, – ответил на невысказанный вопрос Сим, – но расход энергии значительно выше.

– Затухание? – догадался я.

– Ага! Зависит от плотности материала и количества металла в нём.

– Может быть, от проводимости?

– Может быть, – не стал спорить симбионт.

– Т-ри! – поставил я очередную метку, едва почувствовав, что аура набрала нужное количество энергии.

– Ты и этих собираешься на тот свет отправить? – удивился напарник.

– Если в том будет нужда, – подтвердил я, соглашаясь с предложением Системы списать десять кредитов за нецелевое использование учебно-медицинской комнаты.

– А он точно в эту дверь забежал? – толпа за стеной принялась выяснять подробности.

– Точно! Видишь же, закрыта! А все соседние свободны!

– Четыре! – продолжил я магические упражнения.

– Мы можем вызвать полицию, – напомнил Сим, – уверен, что приедут и помогут.

– И будет ненужный шум, – поморщился я, – мы же на острове. После такого отсюда так же придётся рулить, как если я их всех на тот свет отправлю. Ладно, давай вернёмся к нашей главной проблеме – холоду. Думаю, я не первый человек, кто ложится в капсулу летом, а просыпается зимой. А значит, что?

– Что?

– Покопаемся в справке. Да и поскольку эти теперь будут настороже, думаю, стоит ещё пару неделек в капсуле полежать. Я к твоим шести аристократам добавил ещё двух, помнишь? Давай подберём ещё одного, это займёт от недели до месяца. За это время эти, – кивнул на дверь, – уже успокоятся, ну а потом что-нибудь решим.

– Нашёл! – перебил Сим.

– Что нашёл?

– Фабрикатор нашёл! Ты прав, для тех, кто лёг в капсулу летом, а выходит из неё зимой, в каждом учебном центре предусмотрен фабрикатор. Здесь он находится на третьем этаже, в холле.

Поскольку моя неаккуратная попытка покинуть учебный центр привела к тому, что личности, жаждущие халявного заработка, возбудились, прежде чем делать новую попытку, снова улёгся в капсулу. Помимо того, что нужно было выдержать паузу, решил ещё и исследовать медицинские свойства этого г-хм… инструмента.

На поверку оказалось, что эта штука весьма и весьма полезная, но.. для простого человека дорогая. Здесь было множество программ, и каждая из них стоила довольно прилично. Читая краткие описания, понял: если сюда принести человека, находящегося при смерти, Система вполне сможет поставить его на ноги за какие-то два-три дня. Программа полного исцеления требовала суммы около трёх сотен кредитов. Такое же исцеление, включающее в себя регенерацию конечностей, влетало в ещё большую копеечку – больше пяти сотен. С другой стороны, это не так уж и дорого: всего-то четырёх-пятимесячный заработок среднего человека. Если, конечно, правильно представляю уровень местных цен.

Образование, кстати, тоже и дорого, и не дорого одновременно. Вот, скажем, базовый курс английского языка в виде адаптированного пакета обходился в тысячу кредитов – полугодовой или годовой средний заработок. Много это? Много. Но если считать, что знания получаются однажды, зато остаются с тобой на всю жизнь, ценник не выглядит таким уж устрашающим. На аукционе, правда, были лоты, стоимость которых измерялась миллионами, но и в нашем мире есть вещи, доступные совсем уж небольшому числу граждан. М-да.

Но я отвлёкся. В медицинских услугах меня сразу заинтересовал раздел косметических манипуляций. Оказалось, что капсула может не только вылечить, но и довольно радикально поменять внешность. Конечно, в каких-то определённых пределах, но может.

Загрузив своё тело в редактор, осмотрел себя будто со стороны. Больших отличий от того, что видел в зеркале приблизительно полгода назад, не нашёл. Система идентификации бизнес-центра, в котором я провёл больше месяца, показывала, что генетическое различие меня и предыдущего владельца тела нарастает, однако в какие-либо значительные изменения это не вылилось. Разве что радужка глаз из серой стала серо-зелёной. Если предположить, что организм возвращается к тем генам, что были на земле, то когда-нибудь глаза станут окончательно зелёными, однако скелет, похоже, останется прежним.

Посчитав, что придётся отталкиваться от текущей внешности, принялся перестраивать конструкцию своего тела так, чтобы перестать быть похожим на того барона Кондора, что видел некогда в зеркале и что вижу в редакторе теперь.

Увеличив длину нижних конечностей на пять сантиметров, нашёл новую фигуру ещё более долговязой и нескладной, нежели была ранее. Устранив появившуюся непропорциональность удлинением рук, подумал-подумал и ещё более увеличил их размер. Теперь, если буду стоять по стойке смирно, кончики пальцев будут доставать почти до колен – этакая обезьяна. Зато никто никогда не подумает, что это я сам себя так изуродовал в редакторе. Ха-ха!

Чтобы подобные пропорции нормально работали, Система несколько расширила мне грудную клетку и размах плеч. Мышечную массу увеличивать не стал. Вернее, хотел, но редактор предупредил о неполезности, ну я и согласился.

После изменений скелета (кажется, теперь буду примерно того же роста, какой имел на земле) очередь дошла и до лица. Здесь Система гораздо сильнее ограничивала полёт мысли художника. Не мудрствуя лукаво, сделал надбровные дуги явно видимыми (чем ещё больше приблизил свой вид к обезьяньему), уменьшил подбородок и несколько увеличил лопоухость.

Получился далеко не красавчик, но и не совсем уж урод. На вид – ничего общего с тем Кондором, что кто-нибудь да знает. Ну и смотрюсь теперь несколько старше – не шестнадцатилетний подросток, а этакий парень из деревни, годков примерно двадцати-двадцати пяти.

Ещё раз осмотрев виртуальную проекцию будущего себя, скомандовал Системе “Старт”, и она в очередной раз показала быстро движущийся прогресс-бар, который завершился за какие-то десять-пятнадцать секунд, в реальности же заняв более чем две недели.

Очередной побег

Работы над геометрией тела привели к изменению измеряемых Системой метрик. Запросив подробный список, узнал, что изменились следующие значения:

Сила – 3Ловкость – 2То есть сила несколько (да что там несколько – в полтора раза!) выросла, а ловкость, напротив, упала.

Приняв душ и выбравшись из капсулы, понял, что теперь нужна не только верхняя одежда, но и обычную тоже придётся поменять. Впрочем, для этого всего лишь требуется подняться этажом выше.

Достав одну из “бабочек”, обрезал задники на ставших маленькими кроссовках. М-да. Если придётся улепётывать, быстро не получится! Впрочем, по зиме без одёжки и далеко тоже не выйдет.

Походив из угла в угол, привыкая к новым пропорциям тела (может быть, именно из-за этого Система и посчитала, что ловкость уменьшилась?), подошёл к входной двери и прислушался к ощущениям.

Так, это что? Ага, восемь ниточек-меток, что я поставил ещё неделю назад. Получается, эта магия работает даже тогда, когда ты пребываешь в бессознанке. Хорошо. А где они, кстати? Двое недалеко, а ещё шестеро – в разных частях острова.

Оглядываясь магическим зрением, пытаясь для этого эм… ну пусть будет, максимально растянуть ауру, обнаружил, что поблизости никого особо-то и нет. Х-гм, а который теперь час? Ага, почти полночь! Ну что же, это я удачно проснулся.

Стараясь не шуметь и ориентируясь на магические потоки, аккуратно вышел из комнаты и направился в сторону, противоположную от входа.

Местный учебный центр занимал трёхэтажное здание. Возможность одновременно проходить обучение здесь была у пятидесяти человек, однако большинство комнат пустуют. Аурное зрение показало, что всего два саркофага (один на первом этаже и один на третьем) заняты, остальные – свободны. Оно, впрочем, и логично. Сколько на острове населения? Тысяч десять от силы. Если предположить, что за жизнь человек проходит штук пять обучений, то так и получится: два-три постоянно занятых слота, остальное, выходит, – запас.

Добравшись до конца коридора, отыскал лестницу и поднялся сперва на второй этаж, а затем, убедившись, что здесь никого нет, и на третий.

Местный фабрикатор выглядел точно так же, как и аналогичное устройство, что видел раньше – этакий холодильник с прозрачными дверцами. Однако были и различия. Во-первых, ассортимент товаров куда более скудный, а во-вторых, здесь они не были бесплатными.

Присоединив свой вирт к управлению этим устройством, отошёл к ближайшей учебной комнате и покопался в каталогах. Не мудрствуя лукаво, выбрал аналогичный предыдущему костюм и кроссовки нужного размера, добавил к списку зимние куртку, штаны и ботинки. Не забыл и о мелочах вроде носков, шапки и перчаток. Окончательно убедившись, что ничего не упустил, глянул на итоговую стоимость. М-да. Прилично! Получилось больше пятисот рублей (и чуть меньше тысячи кредитов). Ещё раз вслушавшись в окружающую тишину, отдал команду “приобрести”, и спустя пару секунд фабрикатор полыхнул ярким светом, материализуя заказанное.

Сгробастав всё в охапку, юркнул в ближайшую комнату и переоблачился. Вот так, гораздо теплее!

Вспомнив о дальнейших планах, вернулся к фабрикатору и заказал в нём обычного вида зажигалку – будет чем разжечь костёр. Затем на глаза попался утилизатор – сунул в него старую одёжку и прочитал неожиданно всплывшее перед глазами уведомление:

“1.64 кредита зачислено на счёт. Желаете заплатить налог? Да/нет?”. Хмыкнув, согласился, и Сим порадовался первым заработанным в этой жизни шестнадцати безналичным копейкам. М-да. Налоги здесь, конечно, конские! Ну да ничего – прорвёмся!

Раскинув пошире аурные щупальца, принялся осторожно спускаться вниз. Чем ниже спускался, чем ближе был к выходу, тем больше бил мандраж. Нет, я больше не боялся наткнуться на гопников – если что, прямо на месте их на тот свет и перенаправлю. Есть там перерождение, нет его – пофиг, я в этом мире человек случайный, моральных терзаний испытывать не собираюсь. Однако рефлексы никуда не деть.

В какой-то момент вспомнил и собрал небольшой шарик в солнечном сплетении, затем, ещё чуток подумав, добавил второй – в голове, прямо за глазами. Мысли прояснились, страх ушёл.

– Учти, долго удерживать такое состояние не получится, – предупредил Сим.

– А почему? – задал я вопрос, откровенно наслаждаясь эйфорией от ясности мыслей.

– Организм привыкнет, и действие сойдёт на нет. Мало того, если злоупотреблять, то потом будет откат!

– Злоупотреблять – это сколько?

– С полчаса продержишь, и, думаю, минут пять потом колотить будет.

– Ну, – хмыкнул я, – тридцать минут, значит, у нас есть. Нам до соседнего квартала бы добраться, и…

К счастью, в этот раз всё сложилось просто прекрасно. Выскользнув из дверей учебного центра, оценил, где находятся ближайшие ауры людей. Двинувшись в противоположную сторону, стараясь держаться в тени домов, уже минут через пять отошёл от опасного места на сотню метров, а затем, расслабившись, включил навигатор и двинулся в необжитую часть Котлина…

Потратив часа полтора на дорогу, добрался до места своего героического десантирования. Найдя сухостоину, нарезал “бабочкой” побольше веток и зажёг в глубине леса костерок. Стараясь не пропитываться дымом, до самого утра держался подветренной стороны, а утром, в районе девяти, двинул обратно. Хоть и зима, а залив в этом году пока так и не замёрз – паром ходит.

Пришла пора наконец попробовать легализоваться!

Радар

А вообще, молодое тело – это нечто непередаваемое. По-настоящему ценить начинаешь разве что попав в иной мир, обретя его заново. Когда у тебя не только ничего не болит, но и чувствуешь, что можешь буквально всё, когда нет никаких проблем взять вот так вот и просидеть ночь у костра. Зимой! В слякотную, влажную, морозную питерскую ночь! И ведь хоть бы хны!

Однако как ни крути, а уснуть не получилось – разве что чуток подремать. Во-первых, дрова постоянно заканчивались: только-только чуть пригреешься, и на тебе – всё гаснет. Во-вторых, не хотелось выйти в цивилизацию насквозь провонявшим дымом, и потому приходилось следить, чтобы и тепло костра, с одной стороны, согревало, и чтобы ветер был направлен от меня к огню. Впрочем, с ветром повезло (или нет – как посмотреть), ветер был достаточно приличный и сдувал всё, включая тепло. Не было бы его, так, может быть, и вообще без костра бы можно было обойтись. М-да.

Поскольку спать не получалось, коротал часы тем, что копался в SDK вирта, читая записи Россольцева, пробуя применить и свой программистский опыт… Наши миры чем-то похожи (я имею в виду программирование), но чем-то и отличаются. Вот, например, как у нас на земле работает средний мобильник? Если ему что-то нужно узнать об окружающем мире, он э… связывается с каким-нибудь облачным сервисом и получает оттуда данные. Здесь же временами всё совсем не так. Вот, например, информация о людях, как оказалось, распространяется весьма занятным образом. И выяснил я это (вернее, не я, а Сим), можно сказать, случайно.

– А знаешь, – озадачил меня симбионт, – программа, что ты написал, может оказаться более полезна, чем даже магическое зрение.

– Э… – не понял я, – какая программа?

– Ну та, что печатает сообщение, когда в поле зрения появляется какой-нибудь человек.

– Это разве же программа? Три строчки!

– Понимаешь, я наблюдал за логами и вот что выяснил: активность в них появляется задолго до того, как ты кого-нибудь увидишь. Я не знаю, прав ли, но выглядит так, что каждый человек с виртом постоянно транслирует в окружающее пространство свой профиль. И получается, мы можем знать, сколько людей поблизости, просто “слушая эфир”. Правда, я пока не понимаю, где найти нужный хук, но куда копать, уже ясно.

– То есть можем сделать этакий радар, что будет показывать людей вокруг нас?

– Ага, мало того, такое приложение даже есть в платном доступе, однако оно имеет множество ограничений. Насколько я понял из описания, на картинку, выводимую им, будет влиять разница в статусах. То есть, например, аристократов оно отображать откажется, хотя, может быть, и будет – с фиолетовым статусом налогоплательщика-то!

– Гы-гы! – усмехнулся я. – А давай-ка её купим и подправим? Насколько понял, все программы здесь интерпретируемы, а потому не составит труда посмотреть, что внутри, и внести изменения.

– Труда, может быть, и не составит, но, боюсь, можем не пройти аудит.

– Какой ещё аудит? – нахмурился я.

– Не знаю. Какой-нибудь. Нужно разбираться, однако я уверен, что он существует. Вот смотри, видишь каталог с программой музыкального проигрывателя?

– Ага! До установки SDK он был для нас недоступен, а теперь… В общем, я уже в него заглядывал, когда пытался написать свою первую программку.

– Так вот, в системе есть каталог с контрольными суммами каждого пакета, и, мало того, есть периодический процесс, что их пересчитывает. В общем, думаю, нет гарантии, что ты исправишь какой-нибудь из файлов, а Система в ответ на это, например, не вызовет полицию.

– Да-да, – согласился я, – похоже, лицензионный бандитизм в этом мире ещё более развит, нежели в нашем. И про патенты Россольцев тоже сказочку рассказывал.

– И в вашем мире тоже есть такое? – ухватился за мои слова Сим.

– Ага, – пожал я плечами. – Патенты и лицензии – это, увы, неискоренённое зло. В декларации они якобы защищают изобретателя от плагиата. На практике же получается, что таким способом монополии защищают себя от мелких игроков. Ведь как всегда происходит? В патенты попадают наиболее очевидные и простые вещи, даже если со стороны они кажутся сложными. Если два разных человека независимо друг от друга начнут делать что-нибудь одинаковое, то они неизбежно додумаются до одного и того же решения. И не важно, что они будут делать: ямы копать или ядерные реакторы строить. Однако в патентах будет работать правило “кто первый получил свидетельство, тот и прав”. И получается, если ты первым, копая яму, придумаешь кирку, то все, кто будет делать это после тебя, будут обязаны спрашивать твоего разрешения. Ну и платить. Но ладно, мы отвлеклись. Чёрт с ним, не будем пока пробовать что-то исправлять, но подглядывать ведь нам никто не мешает. Или включим режим паранойи, пока не станет очевидно обратное?

– Думаю, стоит перебдеть, нежели недобдеть!

– Откуда у тебя такие словечки? – удивился я.

– Не знаю, возможно, из твоей памяти.

– Итого, – решил резюмировать я, – в чужие программы пока не подсматриваем. Пока будем отталкиваться от записей Россольцева и делать свои эксперименты. Твоя идея с радаром, показывающим людей с виртом, очень хорошая. Давай попробуем написать такую программу – благо задача не выглядит сложной. Не найдём нужного хука – сделаем своего наблюдателя за логами. Здесь, кажется, основная возня будет с интерфейсной частью. Однако уже рассвело, не находишь, что нам пора выдвигаться в Кронштадт?

– Куда? – согласился со мной симбионт. – К пристани или сразу на базу?

– На базу, но так, будто пришли с пристани.

– Маршрут проложен, командир! – отчитался Сим.

– Какой, блин, я тебе командир!

– А кто?

– А хрен его знает. Друг, брат, товарищ… Х-гм. Давай, бро, ты будешь называть меня “бро”. Во!

– Принято, бро! Маршрут проложен, бро!

У нас клан

База ловцов жемчуга представляла собой э… небольшую промзону на берегу залива, огороженную от остального мира высоким каменным забором. Кажется, некогда здесь было что-то вроде крепости, а позднее за ненадобностью эти постройки переоборудовали во что-то более полезное.

Расположено это учреждение на противоположной стороне острова – противоположной от того места, где находился учебный центр. Не помню точно, однако, кажется, и в моём мире Котлин принимал корабли с этой же стороны.

Местный морской порт был как бы поделен на три секции: общественную – ту, куда прибывал ежедневный паром, часть ловцов жемчуга и ещё какую-то, возможно, военную.

На территории также были обустроены такие объекты, как небольшая вертолётная площадка, причальная мачта для дирижаблей и несколько ангаров. О назначении одних построек услужливо подсказывал вирт, о других приходилось только догадываться.

Подойдя к воротам, оглянулся на стоящий у городской пристани паром и улыбнулся: а хорошо Сим время-то подгадал! Да, пусть шёл лишний час, однако добрался очень точно к запланированному времени. А что шёл, не сидел, так зима вокруг! Много не высидишь. Коротать же время у костра осточертело, если честно.

Стукнув в окошко вахтёра, представился:

– Андрей Перов. Прибыл по объявлению. Хочу поработать у вас ловцом жемчуга.

– Кандидат, значит? – доброжелательно улыбнулся мужик за стойкой. – Ну что же, проходи. Тебе во-он туда, видишь трёхэтажное серое здание? Вот слева, значит, его обходи, и там будет крылечко. Спросишь Михаила Дмитриевича, он тебе всё и расскажет. Пока дотопаешь, позвоню – предупрежу.

– Спасибо!

Провернув вертушку турникета, направился было к указанной цели, как внезапно был окликнут:

– А сам-то откуда?

– Э… – на секунду задумался я, – из Москвы я.

– А что, в Москве настолько всё плохо, что аж к нам притащился?

– Да нет, – пожал я плечами, – хорошо там всё. Просто решил э…

– Попытать счастья у нас! – закончил за меня вахтёр. – Думаешь, здесь удача к тебе лицом повернётся, ну или, – он хохотнул, – каким другим хорошим местом?

– В точку! – улыбнулся я.

– Ну что же, успехов тебе, парень!

Махнув рукой на прощание, потопал по заснеженному тротуарчику к административному зданию, на ходу размышляя о том, что почему-то идея придумать легенду своего появления до сих пор так не приходила в голову.

Значит так, раз уж тут болтанул про Москву – пусть так и будет. Счастья попытать – тоже подходит. Что там ещё? Романтика подводных работ, возможность быстро разбогатеть и всё такое. Ладно, всего не продумаешь! Война план покажет!

Однако результаты импровизации нужно сложить в специально выделенный для этого файлик, чтобы помнить, на что опираться в последующем вранье… Хорошо, что дополненной реальностью можно пользоваться в любое время: держишь документ перед глазами и чешешь, подглядывая в написанное. Лепота!

Удивительно, но кроме вахтёра на этой базе не нашлось ни одного человека, которому была бы интересна моя “легенда”. Как выяснилось, база ловцов жемчуга испытывает жёсткую нужду в кадрах, а очереди за забором нет – в общем, приходи кто хочешь да работай.

Интересным во всём процессе моего трудоустройства был лишь один момент: когда подписал трудовой договор (жмакнув по соответствующей кнопке), руководитель базы принялся меня инструктировать.

– Итак, Андрей Иванович, – начал он…

– Можно просто Андрей, – в очередной раз поправил я его.

– Итак, Андрей. К работе можете приступить сразу после обучения. Сейчас вызову человечка, он проводит вас в учебный центр. Там выберете курс, чуть позже сброшу название…

– Это для сертификата о допуске к подводным работам второй категории сложности? – перебил его я.

– Да.

– Когда собирался к вам, то заранее озаботился этим вопросом, Михаил Дмитриевич. Вот документ, ознакомьтесь…

– Эм… – подзавис мой собеседник, – то есть как “озаботился”? Х-гм, и правда!

На довольно длительное время в комнате повисла тишина, и я почувствовал сильное дежавю. Казалось, вот сейчас он повторит слова Россольцева: “А вы точно из этого мира, молодой человек?”, но в данном случае какой-то шаблон оказался сломан куда сильнее возможного, и мне пришлось даже перехватывать инициативу.

– Михаил Дмитриевич? – попытался я вывести будущего патрона из ступора. – Я что-то сделал не так?

– Да нет, всё так. Просто думаю, что теперь с вами делать. Получается, вы устраиваетесь без необходимости взятия кредита на образование. Х-гм. Ну что же, пусть так. Хорошо. А жить вы где собираетесь?

– Э… – замялся я, – у вас на сайте написано об общежитии.

– Да-да! – почему-то обрадовался он. – Общежитие предоставляем. Общежитие бесплатно, но…

– Но? – повторил я за ним.

– Но, как я сказал, работа у нас сдельная. Питание и проживание бесплатное, только если выполняется норма.

– Ладно, – махнул я рукой, – война план покажет. Что дальше?

– А дальше вот! – мой новый босс кивнул на входящую девушку. – Знакомьтесь. Это Андрей, а это Светлана – бригадир э… наиболее подходящей вам по возрасту команды. Заселяйтесь в общежитие и… – он взглянул на часы, – сегодня уже не успеете, а потому прямо с завтрашнего дня выдвигаетесь в поиск вместе с четвёртой бригадой…

– Вы решили прикрепить к нам новенького? – едва не закричала внезапно переполнившаяся яростью девушка. – Но он нам не нужен!

– Так! – Михаил Дмитриевич стукнул ладонью по столу. – Тишина! Этот ваш клан, что вы себе выдумали, уже полгода с планом не справляется. Прежде чем повышать голос, вспомни, когда вы в последний раз норму-то выполняли? Что молчишь? Не помнишь? Вот Андрей вас и усилит. Глядишь, найдёте свою жилу!

– Нет! – буквально прошипела девушка. – У нас закрытая структура. Мы – будущий клан. Новые люди нам не нужны. Соискатели тоже!

– Да я и не собираюсь ни в какой клан вступать, – влез в диалог я. – Покажете, что делать, поможете освоиться, да я от вас отвалю. Тем более я здесь не на всегда. Через э… где-то год мне придётся вас покинуть, по крайней мере временно…

– Я потому и хочу определить тебя в эту бригаду. Там все ребята примерно твоего возраста. Большинство отправится в армию в этом и следующем году…

– Нет! – повторила Светлана. – У нас клан! Люди нам не нужны!

– Всё! – гаркнул босс, вскакивая. – Надоело пререкаться! Покажи новому сотруднику, где у нас находится общежитие, а всю следующую неделю будете помогать ему освоиться. Через одну среду будет большой выезд, поможете Андрею там, и всё! Нормы сбора у вас не изменяются, позже подумаю, к какой бригаде его присоединить. А пока всё, свободны!

Часть 5. Легализация

Дом

Дожив до солидных лет, человек не в состоянии отбросить накопленный опыт и начать воспринимать жизнь с позиции молодого человека, в тело которого попал.

Странно: я довольно много читал фантастики, где попаданец начинал вести себя так, как подобает его новому биологическому возрасту. Различные авторы описывали всяческие “гормональные взрывы”, с которыми якобы невозможно справиться, и всё такое…

Так вот, в моём случае всё обстояло иначе. По крайней мере, пока. Бригаду, в которую меня определили, я воспринимал как детей, и преодолеть это чувство не выходило. Ну а как иначе, если у меня свои дети вдвое старше этих шестнадцати-семнадцатилетних подростков?

Впрочем, приходилось, что называется, держать марку – изображать из себя такого же шестнадцатилетнего пацана, как и прочие мои товарищи по бригаде. Хотя в бригаду я так и не попал…

Всего на базе трудилось человек, наверное, сто, а возможно, и больше. Людей было много, люди были разного возраста, но, собирая из них разные команды, Тюля руководствовался различными критериями, и возраст был одним из таковых. Тюля – это прозвище Тюленева Михаила Дмитриевича, руководителя всей этой богадельни.

Поняв, что спорить с начальством бессмысленно, мой будущий опекун и по совместительству начальник четвёртой бригады скривилась и оглядела меня с ног до головы. Ничуть не тушуясь, я ответил ей аналогичным оценивающим взглядом.

Итак, передо мной девочка лет шестнадцати-семнадцати. В моём мире она была бы десятиклассницей (при одиннадцатилетке, ага). Сложена спортивно: фигурка ладная, пусть уже и не детская, но ещё и не полностью женская. В целом красивая. Впрочем, в столь юном возрасте все девочки выглядят красиво – с высоты моего возраста особенно. Волосы у неё были тёмные, глаза голубые. На лице веснушки вперемешку с подростковой сыпью.

– Пошли, что ли, – пробормотала она, так и не дождавшись какой-то реакции на свой проникновенный взгляд.

– Я готов! – подобрался я.

Развернувшись, она не оглядываясь зашагала вперёд. Стараясь не отставать, я двинулся за ней. Выйдя на улицу, мы свернули направо и пошли по дорожке вдоль административного здания.

– Где хочешь жить? – бросила она через плечо и добавила: – В нашем секторе мест нет.

– А где есть? – уточнил я.

– Второй этаж корпуса “B” практически пустой. Капсулы в подвале тоже никто не использует.

– Капсулы? – переспросил я.

– Ты дурак? – обернулась она ко мне.

– Ага! – ухмыльнулся я. – Там, откуда я приехал, не было никаких капсул. Что это такое?

– Спальное место, – скривилась девочка.

– И в чём его э… преимущество перед корпусом “B”?

– В цене, разумеется.

– Но в контракте записано, что проживание и питание бесплатно! – нахмурился я, вызывая документ в интерфейс дополненной реальности.

– Это пока ты норму выполняешь.

– Ага, тогда для начала я выберу капсулы. Где здесь подвал?

– Спускайся по этой лестнице, – пожала плечами Светлана, – занимай любую капсулу. После того как оставишь там вещи, – она оглядела меня с ног до головы, оценивая скромные размеры моего рюкзачка, – приходи в корпус “A”, первый этаж, комната А-101. Я как раз ребят соберу, ну и двинем на работу.

– Прям сразу и на работу? – я изобразил удивлённое лицо.

– Да, сегодня тебе всё покажем, а дальше ты сам. В моей бригаде места нет. Мы – клан, пришлые нам ни к чему!

– Клан? – переспросил я.

– И не думай, что ты в нём нужен.

– И в мыслях не было! – я ещё раз пожал плечами.

Решив, что разговор исчерпан, я вошёл в указанную дверь и спустился в подвал. Автоматическая дверь пропустила меня без каких-либо проблем – достаточно было кликнуть кнопку во всплывшем окошке.

Пройдя небольшой тамбур (с ещё одной автоматической дверью), я оказался в довольно просторном помещении, квадратов этак в сто.

Воздух внизу был свежий, совсем не такой, как бывает в подвалах. Подняв взгляд наверх, я понял, что именно здесь осуществляется забор воздуха системой вентиляции здания, а потому получается, что помещение непрерывно проветривается.

Казарма. Больше всего место, в которое я попал, напоминало казарму. Вдоль стен и ещё дополнительным рядом посредине повсюду стояли капсулы, в которых мог поместиться один человек. Некоторые из них были открыты, но большинство заперты.

Впрочем, занятых не оказалось ни одной: система дополненной реальности показывала, что я могу использовать любой из слотов.

Пройдя до самого дальнего угла, я выбрал себе местечко у края, чтобы, если появятся соседи, не они мимо меня ходили, а я мимо них.

“Закрепить спальное место за собой? Да/Нет?” – задала вопрос Система.

Ответив утвердительно, я заглянул внутрь. А ничего, в целом удобно. Помимо спального места (шириной с железнодорожную полку) здесь было ещё небольшое пространство, которое можно использовать как столик, под которым располагался рундук.

Внутри капсулы тоже работала система вентиляции, а потому можно было смело запираться, не опасаясь задохнуться.

Бросив рюкзак в рундук, я снял часть одежды, запихал её следом, а затем выбрался наружу.

“Запереть? Да/Нет?” – задала вопрос Система, когда я обернулся на свой новый дом.

Ответив утвердительно, я решил обойти весь подвал. Увы, познакомиться с возможными соседями не удалось: то ли их и правда здесь не было (как сказала Светлана), то ли все ушли на работу. Зато в конце моей “жилой” комнаты я нашёл переход в другую такую же, а в ней в следующую. Подвал, похоже, имел такие же размеры, как и здание. В одном из помещений я наткнулся на знакомый утилизатор, а рядышком с ним располагался фабрикатор.

Обрадовавшись, я вернулся за вещами, отказался от ранее занятой капсулы и заселился в слот в непосредственной близости от интересующих меня приборов. Заглянув в “меню” фабрикатора, я с сожалением отметил крайнюю скудость представленной в нём номенклатуры, однако цены, похоже, соответствовали тому, что я видел в учебном центре.

– А ты знаешь, что при утилизации предметов можно зачислять на свой счёт деньги, а можно собирать материалы? – внезапно проснулся Сим.

– Материалы? – удивился я.

– Да. Поскольку у тебя теперь есть программное обеспечение для работы с фабрикатором, при утилизации ты можешь не переводить всё в деньги, а просто учитывать материалы. Затем, если придёшь к фабрикатору, цена предмета из этих материалов будет для тебя снижена.

– А налоги? – спросил я.

– Налогов в таком случае нет, – обрадовал меня симбионт.

– Здорово! – потёр я руками. – Давай попробуем!

– Тебя ждут, разве забыл? – обломал он меня.

– Ладно, потом, – махнул я рукой и направился на выход.

Бригада-клан

– Твоя ежедневная норма – пять жемчужин. Если их собираешь, питание и проживание бесплатны. Первые пять жемчужин в день сдаёшь Семёну, взамен он выплачивает тебе двадцать пять рублей. Если есть долги, списывает с них двадцать пять рублей. Если остались долги, следующие пять жемчужин снова идут по пять рублей, а все остальные, раз уж так повезло на “улов”, – по десять.

– Не выработал норму в пять или десять жемчужин – тебе в долг записывают проживание и питание в этот день, – встрял в разговор Олег.

Инструктировали меня впятером. Больше всего говорила, конечно, Светлана – бригадир, но время от времени кто-нибудь что-нибудь добавлял.

Бригада, называющая себя кланом, состояла из двух девушек шестнадцати-семнадцати лет и трёх парней приблизительно такого же возраста. Девушек звали Светлана и Арина, а парней – Олег, Игорь и Дмитрий.

– Да, и в общих выездах участие обязательно! – добавил Дмитрий.

– В общих выездах? – переспросил я.

– Дважды в месяц у нас случается общий выезд на “грибное место”. В эти дни все нормы удвоены, но и собрать их значительно легче.

– Так, – подытожил я, – в обычные дни норма – пять жемчужин, но если есть долг – десять. Норма сдаётся по пять рублей Семёну, а всё, что сверх – по десять. На общих выездах норма удваивается. Снаряжение выдаёт тот же Семён, храним его в шкафчиках на пирсе.

– Кроме сегодняшнего дня работаешь ты один, – повторила Светлана.

– Не расстраивайся, – снова подал голос Дмитрий, – найдёшь себе бригаду. Потом.

Говоря эти слова, он встал и, выглянув в окно, перекрестился. Проследив за его взглядом, я увидел купола стоящей неподалёку церкви.

“Он просто верующий? – задал я мысленный вопрос Симу. – Или работать вне бригады настолько опасно?”

“А ты спроси напрямую!” – посоветовал симбионт.

– Так а почему с вами-то нельзя работать? – максимально нейтрально поинтересовался я.

– Мы – клан! – в очередной раз кто-то повторил фразу, которую я уже слышал за сегодня раз десять.

– Клан? – я изобразил непонимание.

– Клан! – подтвердила Светлана. – Когда-нибудь разбогатеем и…

– Ладно, – я поднял руки, – мне это неинтересно. Покажете что и как, да я перестану мозолить вам глаза!

– Куда сегодня пойдём?

– К маяку! – предложила Арина.

– Почему к маяку? – хором спросили почти все.

– Ему же, – она кивнула на меня, – нужно будет возвращаться, а от маяка сопровождающий не нужен.

– К маяку так к маяку! – согласился я. – Где мне брать снаряжение, где находится этот Семён, кто это? И расскажите подробнее, какой вообще порядок здесь установлен.

– Пошли, – хмыкнула бригадир.

Прямо у пристани стоял специальный ангар, в котором располагалась координационная служба базы. Её хозяин Семён Владимирович Горохов выдал мне гидрокостюм, акваланг и приспособление, которое называлось “скутер”. Скутер представлял собой этакий ранец на плечи с тремя вертикальными слотами: два из них были заняты своеобразными водяными турбинами, а между ними можно было повесить баллон с воздухом.

Стараясь не вызывать лишних подозрений, я осмотрелся: заправочной газовой станции не было. По крайней мере здесь, в этом ангаре.

“Руна!” – прокомментировал Сим. – “Здесь руна, видишь?”

“Где?” – удивился я, сгребая два полученных тюка.

“Да вот же, прямо на баллоне! Посмотри магическим зрением!”

Немного сощурившись, я действительно разглядел чёткий символ, прописанный, казалось, на внутренней стенке баллона, однако почему-то понимал, что читать его нужно глядя снаружи.

Внешне руна чем-то напоминала логотип старой компьютерной игры времён моей молодости – этакая лямбда в кружочке с некоторым количеством дополнительных завитушек. Сосредоточившись, я сосчитал количество линий в знаке – ровно одиннадцать, как и на прочих известных мне магических иероглифах.

“Что она делает?” – задался я вопросом, пока мы шагали к “камере хранения”, в которой мне только что выделили ячейку.

“Похоже, это руна воздуха, – ответил симбионт. – Если запитать её энергией, она будет наполнять баллон газом для дыхания”.

“Позже разберёмся!” – хмыкнул я, двигаясь за своими сопровождающими.

Гидрокостюм несколько отличался от тех вариантов, с которыми я сталкивался в симуляции. Во-первых, он был безразмерным: длины рукавов, штанин и обхват туловища можно было регулировать специальными лямками и подтяжками. На каждом бедре и на животе было по карману, застёгивающемуся при помощи “молнии”.

Не знаю зачем, но решил взять с собой и одну из “бабочек” – бросил её в один из отсеков “кармана-кенгуру”. Затем пристегнул к левой икре приличного размера нож, а к правой – небольшой гарпунный пистолет. Поскольку в описании вакансии навыки работы с подводным оружием не требовались, то у меня их и не было. В результате с застёжками и пряжками пришлось разбираться на ходу, поглядывая украдкой на соседей. Судя по тому, что гарпун все пристёгивали справа, скорость его извлечения имеет значение: х-гм… нужно быть внимательнее.

Пристроив баллон с воздухом на ранец от скутера, я надел всю эту конструкцию на плечи.

“Диагностика завершена, подключиться к управлению?” – задала вопрос Система.

Ответив утвердительно, я чуть подвигал диагностические окошки оборудования, убирая их из поля зрения. Копаясь со снаряжением, я не сразу заметил нового человека, стоявшего прямо передо мной и наблюдающего за моими движениями.

– Николай, – протянул он мне руку, – вижу, ты новенький?

– Андрей, – представился я, отвечая на рукопожатие. – Да, вот сегодня только приехал.

– И сразу к клановым? – усмехнулся он.

– Ну… – замялся я, – да. То есть нет. То есть они должны показать что и как, а потом…

– Нет! – встряла в диалог Светлана. – Нам он не нужен! Сопровождаем его до маяка, и всё!

– Смотрю, вы решили сразу избавиться от новичка? – с угрозой глядя на мою бригадиршу, проговорил Николай.

– Откуда ты знаешь, что мы решили? – нахмурилась Светлана. – Иди своей дорогой!

– Эм… – вклинился между ними я, стараясь погасить конфликт, что казалось вот-вот начнётся. – Да, я им не нужен. Но я к ним и не лезу – покажут что и как, а дальше я буду уже сам…

– Света! – с нажимом проговорил Николай. – Если он сегодня не вернётся, я пойду к Дмитричу!

– Да с чего ты взял? – вспылила девушка.

– С того! – Он потянул за собачку “молнии” на моём правом кармане, затем бесцеремонно оттопырил материю и заглянул внутрь. Найдя лишь пустоту, поднял на меня глаза и не то спросил, не то вынес вердикт: – Заряда двадцать процентов, а воздуха на час?

– Ага, – подтвердил я. – Собирался спросить, где можно заправить до полного, но пока не успел.

– Это хорошо, что хотя бы собирался. Света! – повторил он с нажимом.

– Что “Света”? – скривилась бригадирша. – Он не в моей бригаде. Пусть идёт к Семёну!

– Может быть, сразу к Михаилу? – Николай требовательно протянул ладонь в направлении девушки.

– Да хоть к Господу Богу! – заорала она и, развернувшись, вернулась к своему шкафчику.

– Вот сука клановая, – ругнулся Николай. – Ладно!

Потянув меня за руку, он дотащил меня до своего шкафчика, открыл его и достал пару цилиндриков, похожих на половинки батареек “AAA”.

– Что это? – удивился я, разглядывая непонятные предметы.

– Заряды! – Николай взглянул на меня с подозрением.

Чувствуя, что сейчас начнутся вопросы на тему “есть ли у меня сертификат на подводные работы, ведь это должен знать каждый”, я попытался перевести разговор в другое русло.

– Что заряды – вижу, – пробормотал я. – Но они же твои? Может быть, я лучше ещё раз зайду к Семёну?

– Пока будешь ходить, эти, – он кивнул головой в сторону моей бригады, – слиняют. И тогда ты останешься не только без помощников, но и без картографии.

– Переживу как-нибудь, – раздражённо пожал я плечами, ощупывая застёжку рюкзака. Где-то здесь я видел блок, куда, по-видимому, можно вставить эти самые заряды.

“Большим пальцем нажми, откроется отсек”, – встрял в мои мысли Сим.

“Заряд – 100%, запас воздуха – 4 часа 11 минут”, – сообщила Система, когда я наконец заменил “батарейку”.

– Отдай мне старую, – протянул руку Николай, – Семёну сам верну.

– С-спасибо! – пробормотал я.

– Потом скажешь – когда вернётесь. – Бросив цилиндрик в карман, он хлопнул меня по плечу. – Давай, найди принцессу!

“Принцессу?” – едва не сорвалось с моих губ, но я в очередной раз одёрнул себя.

“Принцесса, – снова проснулся в моих мыслях Сим, – это, вероятно, большая жемчужина. Что-то вроде того камня, что сделал Россольцева бароном”.

“Точно, – я мысленно хлопнул себя по лбу, посылая лучик благодарности соседу по телу, – что-то туплю я, хотя мог и сам догадаться”.

“Ничего, просто слишком много событий, вот ты и теряешься. Это пройдёт”.

Первый заплыв

Я ни разу не нырял с аквалангом в нашем мире, но здесь, совершенно точно, подводный мир иной. Тысячи рыбок различных расцветок и форм, а ещё множество тварей непонятной формы и способа существования.

Кажется, на настоящей Земле (буду называть её так) нечто подобное можно увидеть только в тёплых морях – там, где растут кораллы и жизнь, что называется, бьёт ключом.

Температура воды, судя по показаниям Системы, была небольшой – около семи градусов, однако в гидрокостюме никакого дискомфорта не ощущалось. Немножко прислушавшись к себе, я понял, что он активно подогревает своё содержимое, а затем, порывшись в менюшках, даже перенастроил режим на ещё более комфортный.

Запас воздуха и дальность действия скутера зависели от заряда, и выходило, что необходимо тщательно следить за остатком энергии – иначе может случиться так, что на “вернуться” её не хватит.

Перед тем как попрыгать в воду, вся бригада провела нечто вроде ритуала. Дмитрий и Арина чуть ли не синхронно перекрестились, обернувшись на то место, где находился ближайший храм. Вероятно, они считали себя верующими – это не первое подобное их действие. Олег и Игорь просто ждали, а Светлана буквально зависла – будто робот, которого на время отключили от управления.

Не сумев удержаться от любопытства, я шёпотом спросил:

– Чего это с ней?

– Т-с-с! – шикнул на меня Олег. – Она рекламу смотрит.

– Рекламу? – удивился я.

– Картография, – он посмотрел на меня как на идиота, и я предпочёл замолчать.

Пожав плечами, я отошёл и запустил свою навигационную программу. Взглянув на изображение водного пространства, я обратил внимание, что рельеф дна тоже отображён достаточно подробно – детализация, пожалуй, не уступала наземной части карт. Добавив пирс в список “Избранное”, я дождался, пока наша командир “отвиснет”, а затем, следуя примеру остальных, прыгнул в воду.

Нашей целью, как я понял, был маяк, располагавшийся километрах в семи от базы, и когда процессия направилась в сторону только что установленного мною маркера, я ничуть не удивился.

Буквально в первые секунды погружения стало понятно, почему ласты в искательском снаряжении не используются – они банально не нужны. А всё дело в скутере, прикреплённом к спине рядом с баллоном воздуха. Управлялся этот механизм приблизительно так же, как стрекоза, на которой я сюда прилетел. Единственное отличие – не было дополнительных камер, и дело происходило под водой, а не в воздухе.

Режимов движения было два: автопилот (но включать его я пока не пробовал) и простое равномерное перемещение. Для изменения скорости движения использовался виртуальный джойстик, отображаемый в интерфейсе Системы, и изменение положения рук и ног. Справиться с управлением мог и ребёнок.

Набрав скорость около 10 километров в час, мы направились к цели, двигаясь на небольшой глубине под поверхностью. Шли двумя тройками: впереди Светлана с Дмитрием и Ариной, а позади я, Олег и Игорь.

Поскольку разговаривать под водой невозможно (рот занят мундштуком), общение наше сводилось к текстовым сообщениям. Вся бригада была заранее объединена в одну чат-группу, куда меня, увы, решили не принимать, а потому, если было нужно, я спрашивал, обращаясь приватно к одному или другому “коллеге”. Выглядело это приблизительно так:

@Андрей@Олегу: далеко ещё?

@Олег@Андрею: минут двадцать-тридцать.

Чтобы напечатать сообщение, не требовались какие-либо визуальные клавиатуры: достаточно было представить, и нужный текст появлялся в поле ввода.

Рассматривая живность кругом, я ненавязчиво задавал вопросы о своей будущей работе. Выяснить, честно говоря, удалось немногое. Жемчуг, как оказалось, здесь добывается двумя способами:

из раковин, похожих на мидий (их было довольно много разбросано по дну);из животных, охота на которых, как оказалось, была не такой уж безопасной.Планировалось, что неподалёку от маяка бригада попытается добыть какого-то “морского петуха”, затем мне покажут, как потрошить раковины, ну и оставят меня одного.

Не знаю почему, но фразу “запоминай обратную дорогу” сказал мне чуть ли не каждый член экспедиции, а потому, впечатлившись, я даже включил на своём навигаторе запись трека нашего движения.

Минут через десять от старта я понял, что разговор не клеится, и переключился на общение со своим симбионтом. Тем более что у него информации было куда больше, чем у моих “коллег”.

“Магия под водой более насыщена”, – сообщил он мне при первом удобном случае, и я сосредоточился на магическом зрении. И без того пёстрый и разнообразнейший мир перед моими глазами раскрасился дополнительными оттенками. Большинство рыбок имели ауру, похожую на ауру людей, только более слабую. Что интересно, эта энергетическая субстанция не размывалась водой, а напротив, казалось, что она как бы сама по себе и находится вне материального пространства. Некоторые живые существа светились особенно ярко, и Сим предположил наличие у них магических способностей.

“Способности?” – переспросил я, услышав нечто, показавшееся нелепым.

“А почему нет? Посмотри на себя, на твоих спутников и на вон ту морскую звезду”, – ответил он.

“Х-гм”, – пробормотал я, разглядывая градиент магии над очередным созданием.

К сожалению, двигались мы достаточно быстро, а потому рассмотреть в деталях не получалось.

Вообще, магии под водой было куда больше, чем там, на воздухе. Она лучше чувствовалась, а местами её яркость была настолько ослепительной, что приходилось переключать своё внимание на что-то другое.

Метки, что я недавно поставил на гопников, дежуривших у выхода из учебки, стали отчётливо видны и представлялись этакими нитями, уходящими от меня куда-то назад. Если на земле я просто чувствовал, где находятся эти люди, то здесь буквально глазами видел нить, соединяющую меня с ними.

Вспомнив о том, что мои “коллеги” намерены бросить меня одного, я расставил метки и на них: позже понаблюдаю за тем, куда они двинутся дальше. Творить руну под водой тоже оказалось проще: разлитая повсюду энергия буквально липла к представляемым знакам.

@Олег@Андрею: Дальше осторожно! Смотри в оба!

Прокомментировал резкое снижение скорости группой самый разговорчивый её член. Самым разговорчивым он был в том смысле, что больше других уделял мне внимание: отвечал на мои вопросы, не игнорировал, не бросал в мою сторону высокомерные взгляды. В общем, похоже, самый нормальный чувак в этой компании.

Повинуясь жестам Светланы, вся группа перестроилась в широкую цепь, в которой мне было отведено место на правом фланге.

Если до этого мы были похожи на снаряды, парящие параллельно земле (то есть дну), то теперь все приняли вертикальное положение, разошлись влево и вправо с интервалом полтора-два метра и стали медленно, будто какие загонщики, двигаться к непонятной цели.

На что нужно обращать внимание, я не знал, а потому просто следил за приближающимся дном. Глубина здесь была уже значительной (метров, пожалуй, тридцать), и когда давление превысило две атмосферы, в аппарате включился режим отслеживания декомпрессии. Выглядело это как две полоски, ограничивающие “потолок” и “пол”. Сравнительно быстрый подъём приводил к тому, что “потолок” краснел, а затем, если остановиться, понемногу приобретал нейтральный серый оттенок, а затем и вовсе становился невидим. Проход сквозь виртуальный “пол” перекрашивал потолок, показывая, что вернуться назад без декомпрессии нельзя (или не рекомендуется).

Вообще, что интересно, многие нюансы работы с аквалангом в экзаменах, что я сдавал, отсутствовали. Впрочем, вопросов, требующих ответов, у меня не возникало.

Внезапно пришло сообщение от лидера группы:

@Светлана@Андрею: это не твоя охота, держишься в стороне!

@Андрей@Светлане: принято.

Поняв, что сейчас произойдёт какое-то событие, я сосредоточился на магическом зрении и увидел… морского петуха.

В нашем мире были такие животные, как морские коньки. Это были такие маленькие создания, которые двигались, сохраняя положение тела вертикально, очень похожие на миниатюрных лошадок. Так вот, петух, которого я увидел, был приблизительно таким же животным, но гораздо, гораздо крупнее. Его высота от холки до конца хвоста составляла не менее четырёх метров. Тело в середине имело значительное утолщение, что делало его похожим на птицу – не на петуха, но на утку, сидящую на воде. Голова с гребнем дополнительно усиливала сходство с пернатыми.

Несколько притормозив, я остался позади нашего построения, оставаясь пассивным наблюдателем. Снизив скорость практически до нуля, пятёрка искателей неторопливо приближалась к не замечающему её животному. Как-то так само собой получилось (я и не отобразил момент, когда это произошло), но в руках у каждого человека вдруг появился гарпунный пистолет.

Подобравшись, я аккуратно достал и осмотрел свой. Стрела-гарпун в этом устройстве была одна, запасных не прилагалось. Катушки с леской или верёвкой тоже не было видно. Очевидно, этот девайс рассчитан ровно на один выстрел, а затем его нужно будет зарядить новым снарядом. Ручка пистолета в магическом зрении слегка светилась – так, как светится батарейка, питающая моё снаряжение. Ага, стало быть, привод такой же.

Приблизившись к цели на достаточную дистанцию, Света медленно подняла руку, и все навели стволы на ничего не подозревающее животное.

“Пык-пык-пык!” – услышал я три выстрела из центра и левого фланга. Пронзённая стрелами зверушка встрепенулась и, вместо того чтобы убегать, рванула к обидчикам, двигаясь прямо на Игоря.

“Пык!” – ещё один гарпун вонзился в шею существа. Это событие, кажется, сделало организм животного неуправляемым, и если до этого оно перемещалось, будто ввинчиваясь в толщу воды, постоянно меняя траекторию, то теперь стало двигаться прямолинейно.

Наш левый фланг разлетелся в стороны, пропуская живой снаряд мимо себя, я тоже инстинктивно включил двигатели, уходя вверх относительно отряда.

“Пык!” – пятый выстрел оказался неудачным: стреляла, кажется, Арина. Оставив след из мелких пузырьков, очередной гарпун прошёл сантиметрах в двадцати от гребня петуха и потерялся в толще воды.

Зависнув над сценой расправы, я увидел магическую нить, тянущуюся от меня к животному, а потом из созерцательного состояния меня вывело сообщение в чате:

@Арина@Андрею: стреляй, что смотришь?

Переведя взгляд с петуха на правый фланг, ставший уже левым, я пожал плечами, а потом помахал ей рукой, будто приветствуя.

@Арина@Андрею: издеваешься?! Он же ушёл!

@Андрей@Арине: Света запретила вмешиваться. Только наблюдать.

@Арина@Андрею: козёл!

Отвернувшись, я посмотрел вслед удаляющейся зверушке. Магическая нить между мной и петухом, казалось, могла растягиваться до бесконечности.

“Зачем ты его пометил?” – задал я вопрос симбионту.

“Подумал: вдруг вы решите его догонять”.

@Олег@Андрею: вверх! Быстро!

Инстинктивно глянув вниз, я увидел приличного размера щупальце, тянущееся к моим ногам. Нет, это не щупальце – это целая змея. Если бы не своевременное предупреждение, то ещё пара секунд и всё… стал бы завтраком этой непонятной голодной хрени.

Не знаю почему, но я совершенно не испугался. Чуть согнув правую ногу, я выверенным движением (будто десять раз в день так делаю) спокойно навёл гарпунный пистолет на голову твари, а затем нажал на спуск. Одновременно с этим слегка подвинул джойстик скутера – так, чтобы начавшееся в мою сторону движение меня не задело. Ещё немного развернул корпус и самую малость ускорился…

“Пык!” – булькнуло моё оружие, и голова-щупальце монстра пролетела в считанных сантиметрах от моей ноги. И хотя я точно знал, что животному конец, но всё равно ещё несколько увеличил скорость всплытия – не хотел, чтобы меня зацепило конвульсиями.

Поднимался я быстро, и остановился только когда вокруг всё закраснелось от индикатора декомпрессии. Вернув взгляд вниз, увидел опадающие кольца этой странной анаконды. Из её черепа, строго между тех мест, где у обычной змеи были бы глаза, торчал хвостовик моего гарпуна.

Убедившись, что больше живых существ поблизости нет, я перевернулся и стал спускаться в глубину. Магическое зрение показывало, что монстр мертв, а потому я спокойно подплыл и, упёршись одной рукой, с силой вытащил снаряд из ставшего бесформенным тела. Помахав рукой, чтобы смыть куски плоти с зубцов гарпуна, я осмотрел его на предмет повреждений, а затем сунул внутрь пистолета.

“Следующий выстрел через 17, 16, 15 секунд”, – начала обратный отсчёт Система.

Меня никто не учил управляться с этим оружием, необходимые знания сами возникли в моей голове: так, будто я сотни раз это делал. Х-гм. Получается, это снова тот самый инсайт, о котором говорил Россольцев?

Стараясь не выходить из состояния озарения, я одним движением повесил пистолет на правую икру, а затем, достав из ножен клинок, воткнул его в пасть змеюки, разделяя её голову на части. Здесь, под языком у монстра, находится то, что мне нужно!

@Светлана@Андрею: Это наша жемчужина!

@Андрей@Светлане: С чего бы? Эту хреновину убил я, значит, и лут мой.

@Светлана@Андрею: С того, что я – бригадир!

@Андрей@Светлане: Ты мне раз сто сказала, что я сам по себе, а вы сами по себе.

Не то, чтобы мне так нужна была та жемчужина – мне вдруг стал важен принцип: “Гнали меня? Гнали! Вот на фиг теперь и идите!”

Нащупав пальцами в пасти чудовища шарик, я потянул его на себя, а затем крутанул рукой, освобождая добычу от требухи, и привычным жестом (инсайт всё ещё не покинул меня) бросил жемчужину в карман – рядом с “бабочкой”.

@Светлана@Андрею: Что же, вижу, дальнейший инструктаж тебе не нужен. Надеюсь, выход из бригады ты оформишь сам.

@Андрей@Светлане: Выход? Что для этого нужно?

@Светлана@Андрею: К Семёну!

Повинуясь команде в групповом чате, пятёрка развернулась и направилась куда-то на юго-восток, я же остался висеть над телом только что убитого монстра.

Лут

Подводная живность опасна, однако магическое зрение и внимательность позволяют быть заранее готовым к встречам, и в большинстве случаев можно просто избегать нежелательных контактов.

Я уже упоминал, что в воде магию видно лучше. Так вот, оказалось, что благодаря этому обстоятельству можно не только определять местоположение опасности, но и находить жемчуг.

Не торопясь двигаясь за сбежавшим морским петухом, я разглядывал раковины, живущие на дне залива, и, замечая более ярко светящиеся, спускался к ним. Раскрыв несколько при помощи всё того же ножа, я стал обладателем пяти добавочных жемчужин в дополнение к той, что достал из-под языка змеи. Новая добыча была значительно мельче первой, и, обсуждая это обстоятельство, мы с Симом пришли к выводу, что большие жемчужины должны засчитываться за несколько маленьких.

Если ориентироваться на светимость в магическом зрении, то большой шарик должен быть где-то раз в двадцать дороже обычного.

“Вообще, знаешь, эти шарики похожи на накопители магии”, – поделился я своими наблюдениями с соседом по телу.

“Именно так! – подтвердил он. – Попробуй взять одну жемчужину и впитать её энергию в свою ауру!”

Выбрав для эксперимента самый маленький шарик, я положил его на открытую ладонь и стал представлять, как энергия из него растекается по моей ауре.

“Энергорезерв пересчитан. – Откликнулась на мои действия Система. – Текущий резерв 229 эргон.”

“Э, – удивился я, – а сколько было?”

“Двести двадцать семь!” – прислал уверенную мысль Сим.

“Ага, – ухмыльнулся я, – получается, если нужно развивать магические способности, то вот способ!”

“Вот и объяснение, почему все ищут принцессу”, – откликнулся мой компаньон.

Прервав на некоторое время диалог, я понял, что почти догнал подранка, за которым всё это время двигался. Суммарно он не так далеко и уплыл – метров двести, не больше. Странно, что остальные не стали его преследовать. Впрочем, без магического зрения это могло казаться им бесперспективной затеей.

“Без твоего магического зрения, – вклинился в мои рассуждения Сим. – А ещё без метки, что я поставил.”

“Ты продолжаешь настаивать, что вот эти линии другие маги не видят?” – спросил я.

“Думаю, да”, – подтвердил он.

Не рискнув приближаться к подранку, я остановился, достал гарпун, а потом вдруг вспомнил об изначальном предназначении магической метки: я ведь мог умертвить этого петуха в любое время и на любом расстоянии!

Потянув энергию по нити из метки, я подождал, пока аура существа погаснет, а затем подплыл поближе.

Мёртвый монстр уже совсем не походил на птицу: вблизи было видно, что его тело покрыто мелкой чешуёй, а оплывшая по земле форма напоминала скорее мешок с жидкостью, нежели живой организм.

Взявшись за нож, я покопался в шейно-затылочной части трупа: в этот раз я не знал где искать, но магическое зрение – отличный помощник, жемчужина была хорошо различима сквозь толщу плоти. Тщательно промыв и спрятав лут, я достал три из четырёх стрел из тела несчастного животного, а затем взглянул на уровень заряда своего снаряжения.

Прогресс-бары показывали значение между двадцатью и тридцатью процентами. Решив, что для первого раза приключений достаточно, я установил путевой маркер на базу и не спеша направился в сторону дома.

По дороге нужно собрать ещё несколько мелких жемчужин из раковин – сдать “норму” и просто иметь запас для экспериментов.

“Предлагаю попробовать руну воздуха”, – вклинился в мои мысли Сим, когда я уж было собрался заменить батарейку моего акваланга.

“Руну воздуха?” – переспросил я.

“Ага! – подтвердил он. – Здесь можно действовать двумя путями: попробовать напитать энергией руну твоего баллона, благо он сейчас почти пуст, либо создать копию руны так, как ты поступаешь с прочими.”

Решив, что идея того стоит, я немножко над ней поразмышлял и пришёл к выводу, что, если первый опыт делать на баллоне, можно переусердствовать и его разопрёт давлением. Сконцентрировавшись на символе, я запомнил его начертание, а затем несколько раз попытался воспроизвести его так же, как работаю с прочими рунами. Некоторое время ничего не выходило, но потом каким-то наитием я понял, что символ должен находиться не в центре моего вихря, а там, где должен быть материализован воздух.

Представив иероглиф на расстоянии пары метров от себя, я раскрутил его в вихрь, направив в него поток энергии (которую Сим оценил в сто эргон) и увидел, как образуется большой, сантиметров пятьдесят в диаметре, пузырь. Подсчитав его объём, я пришёл к тому, что сотня единиц магической энергии даёт около пятидесяти литров газа при внешнем давлении в три атмосферы. Больше не опасаясь за сохранность своего оборудования, я влил энергию в руну, нарисованную внутри моего баллона.

“Х-гм, а разовый каст не так уж и много газа генерит, – поделился я впечатлениями с симбионтом, – сотня маны даёт меньше десяти минут к запасу воздуха!”

“Во-первых, так мало получается из-за того, что магию приходится кастовать сквозь стенки баллона. Но зато, во-вторых, эта сотня накапливается в твоей ауре меньше чем за минуту!” – утешил меня Сим.

“То есть, получается, если батарейки полностью сядут, я останусь без скутера, но смогу сколь угодно долго продолжать дышать”, – сделал я вывод.

“На такой случай нужно обзавестись ластами!” – приземлил меня он.

“Но это в любом случае круто! – усмехнулся я, а затем заменил-таки батарейку на свежую. – Всё, теперь точно домой! Заодно автопилот опробуем!”

Энергия

Присоединение к бригаде и отсоединение от неё оказалось не бесплатным. Мало того, по внутреннему распорядку любой человек, что отсоединяется от бригады, получает часть долга бригады на свой, так сказать, счёт.

Когда Семён об этом заикнулся, я обратил его внимание на то, что только сегодня вообще зачислен в штат, а потому вешать на меня долги – такое себе. Поспорили, конечно, немного, но когда сказал, что готов оплатить стандартную таксу за перевод, в итоге он согласился.

Хотя в установленной норме жемчуг указан в штуках, вся добыча оценивалась по “энергетическому весу”. Как я понял, можно отплыть сотню метров от пирса, разобрать десяток-другой раковин, и в половине случаев в них найдётся жемчужина. Проблема в том, что эти природные накопители будут иметь крайне малое количество Адалита, а потому подобный способ добычи неэффективен.

Жемчужина, добытая мной из морского чудища, похожего на змею, соответствовала пятнадцати стандартным жемчужинам. Пять из них Семён зачёл мне за норму, а десять я уплатил за выход из бригады, величающей себя кланом. Добытое сверх нормы можно было сдать по десять рублей за стандартный шарик либо по пять, но в последнем случае эти жемчужины записывались для возможного зачёта в будущие дни. Сдав весь мелкий жемчуг по пять рублей (его у меня собралось на одиннадцать стандартных единиц), я получил возможность пропустить пару рабочих дней, а в ещё один можно принести четыре жемчужины вместо пяти. Этакая система отгулов.

Итого я сдал двадцать шесть стандартных жемчужин, получив на руки наличкой сто тридцать рублей. Сбор такого количества жемчуга одним человеком за раз – редкость, и Семён даже поздравил меня со столь впечатляющими успехами.

– Однако хотя из бригады я тебя выписал, но хочу напомнить, что выходы в поиск в одиночку опасны.

– Какие неприятности, кроме э… монстров, могут меня ждать? – поинтересовался я.

– Банально заблудишься и всё! Мы стараемся следить, чтобы в каждой бригаде был хотя бы один картограф, но тебе теперь придётся решать эту проблему самостоятельно.

– Картограф? – повторил я. – Да-да, припоминаю. Светлана в этом клане была с картографией. Кстати, не расскажешь мне, что это за задвиг такой про клан?

– Клан? – Семён посмотрел на меня как на идиота. – Обычное явление. Мечтают о том, что, найдя принцессу, купят себе дворянство, и не одно, а потом объединят новообразованные роды в клан. У вас там, откуда ты приехал, разве не было такого?

– Х-гм, – я изобразил, будто вспоминаю. – Не было вроде. Кстати, а принцессы часто встречаются? И сколько в принцессе стандартных жемчужин?

В общем, покинул координационную службу, оставив о себе впечатление ничего не знающего, но удачливого болвана. Однако ответы на свои вопросы получил. Принцесса – жемчужина с энергоёмкостью двадцать-пятьдесят тысяч стандартных. Встречаются и больше, но на этой базе подобных прецедентов не случалось.

Светлана, желая, чтобы я ушёл из их бригады, рассчитывала, очевидно, на то, что и часть их долгов на меня запишется. Суммарно они должны приблизительно по три сотни жемчужин, но, к счастью, изгонять меня из бригады они начали прямо с самого начала. М-да.

Узнал также и местные расценки на случай невыполнения плана. Если долг есть, проживание в обычных общежитиях стоит дополнительные пять жемчужин в день (мой капсульный отель обходится всего в жемчужину). Питание – ещё жемчужина.

Не знаю, почему при таких долгах они не съехали в подвал. Как по мне, так спать всё равно где, а растить долги – такое себе. Хорошо хоть проценты не начисляют. М-да.

Акваланг, гидрокостюм и прочая снаряга принадлежат лично мне. Если нужно что-то дополнительное (батарейки, ласты или заряды к гарпунному пистолету), докупить можно здесь же, расплачиваясь жемчужинами или деньгами. Взял у Семёна прайс, но покупки отложил до следующего раза (хочу посмотреть ассортимент в местном фабрикаторе).

Жемчужину из морского петуха продавать не стал, решил, что это прекрасный повод вложить её “в себя”. Недавно поставленный эксперимент показал, что таким методом можно довольно просто расширять энергетический резерв организма. Однако когда добрался до своего спального места, мой настрой был сбит Симом:

“Давай лучше попробуем её утилизировать!” – предложил он.

“Зачем?”

“Во-первых, посмотрим, какую стоимость предложит за неё Система, а во-вторых, узнаем, что эта жемчужина означает в пересчёте на ресурсы.”

Решив, что с магическим зрением смогу легко добыть себе ещё кучу таких шариков, я последовал этому мудрому совету и сунул жемчужину в утилизатор.

Оказалось довольно любопытно. За стандартную жемчужину утилизатор предлагал двадцать пять кредитов, что более чем на треть выгоднее той стоимости, по которой их принимает Семён. При этом цена росла тем больше, чем вместительнее оказывался утилизируемый шарик. Мою находку Система оценила в пятьсот восемь кредитов – чуть меньше чем триста рублей. Однако если бы я согласился, меня ожидал бы фиолетовый налог, а потому я сконцентрировался на меню и выбрал “ресурсы/материалы”. Итого: стандартная жемчужина вмещает 1000 эргон магической энергии. Согласившись на размен, я получил сообщение от Системы:

“Баланс ресурсов/материалов изменён, доступно энергии: 18011 эргон, Адалита: 7.1 мг, железа: 18.3 мг, кремния: 11.2 г…”

Вообще, список был огромным, но большинство его элементов, кроме энергии и Адалита, видимо, не считались чем-то значимым либо имели значения близкие к нулевым, и потому раскрывались только при концентрации внимания на соответствующем виджете. Что интересно, в этом перечне был даже Адалиум, который якобы запрещено добывать.

Переместившись вниманием в фабрикатор, я покопался в меню и нашёл в нём батарейки, подходящие моему аквалангу. Стандартная батарейка имела ёмкость 100 эргон и требовала для своего изготовления несколько различных металлов, в том числе и Адалит.

Поскольку у меня имеется соответствующий софт, то при заказе той или иной вещи вместо валюты можно было использовать любые имеющиеся ресурсы. Эти ресурсы могли пересчитываться друг в друга по установленным кем-то курсам, и получалось, что энергетический баланс легко превращался обратно в материалы и… готовые вещи.

Попробовав закупить расходники, расплачиваясь не деньгами, я тут же прикинул расклад. Выходило, что одну стандартную жемчужину можно разменять примерно на тридцать батареек для моего оборудования. Удивительно, но это оказалось даже несколько дороже ценника у Семёна на базе.

Заинтересовавшись тем, что баланс энергий не сходится (тысяча эргон от жемчужины против трёх тысяч от батарей), я почти сразу нашёл, что энергия в жемчуге и батареях – разная.

В какой-то момент я почувствовал себя совсем вымотанным, и, бросив всё, забрался в свою капсулу и сразу же уснул.

Тренировки

В первое же утро, ни свет ни заря, меня разбудил Сим, и я, матюкаясь и чертыхаясь, отправился на пробежку. Конечно, ругался я прежде всего на себя, однако и симбионту досталось: ведь это он прервал мой сон. Зачем? А ведь я сам предложил, чтобы он заставлял меня заниматься спортом.

Переодевшись в спортивную одежду (кое-что пришлось докупить в фабрикаторе), я выскочил на улицу и, открыв на ходу карту, не быстро и не медленно побежал по улочкам, а затем по тропинке в лес.

Проходную миновал просто: отвёл глаза вахтёру – заодно и тренировка в магии получилась!

На улице было холодно. Взглянув на календарь, я сориентировался по времени: седьмое декабря 2024. Ещё несколько недель, и Новый год. Однако бежать холод не мешал, скорее чуть подстёгивал. Достав одну из “бабочек”, на ходу практиковался раскрывать и закрывать её, планируя довести движения до автоматизма. Поскольку второй нож остался в кармане гидрокостюма, обе руки пришлось тренировать поочерёдно.

Заглянув в интернет, я почему-то не нашёл ни одного спортивного заведения. Вернее, одно такое учреждение на Котлине всё-таки было, но для доступа туда требовался произвольный сертификат, подтверждающий спортивную квалификацию. Хмыкнув на эту странность, побежал дальше по лесу, высматривая дерево, ветви которого могли бы заменить мне турник.

Не найдя ничего подходящего (сосны уж больно неудобны для подобного применения), решил, что для первого дня будет достаточно одной пробежки. Затем мне пришла в голову идея, и я, остановившись, плюхнулся спиной прямо в снег.

“Так, теперь твоя очередь!” – сообщил я Симу.

“Моя?” – удивился он.

“Твоя-твоя! – подтвердил я. – Разбудил меня, значит, давай и ты тоже тренируйся! Вот тебе моё тело, а я пока попробую в конструкторе нарисовать турник, который можно будет повесить между вон тех двух веток. Место вроде бы удобное. Я занимаюсь, а ты – приступай”.

Странно, я считал, что симбионт с ходу сможет взять контроль над телом, а я останусь этаким наблюдателем и смогу смотреть со стороны на его тренировки. Но, увы, у него не получалась даже такая простая операция, как “пошевелить рукой”.

Поначалу, когда большинство его попыток оказались безуспешными, я даже подумал, что вся эта идея – бессмысленное занятие. Однако через какое-то время понял, что чувствую некоторое онемение в кисти, которой он пытается манипулировать. А ещё его попытки расходовали магическую энергию. Решив, что “это ж-ж-ж неспроста!”, я не стал прерывать тренировку симбионта, а сам продолжил копаться в интерфейсе конструктора.

Задача оказалась не такой уж и сложной, и я довольно быстро начертил несколько цилиндров, из которых можно будет сделать этакий телескопический турник.

Система дополненной реальности очень неплохо помогала мне в этом: достаточно было взглянуть на ветки дерева и сосредоточить внимание на мысленном вопросе, чтобы сделать нужные замеры. Лазить с рулеткой по веткам не требовалось, круто!

Нарисовав простую конструкцию из трёх трубок, в качестве используемого материала я назначил титан. Сделал некоторый запас по размерам нарезаемых резьб, добавил контргаек и пару импровизированных струбцин, чтобы зацепиться ими за ветви. Получилось, что мой будущий турник не будет жёстко скреплять две ветки: одна из трубок свободно входила-выходила в другую. В общем, если деревья будут качаться или если я буду на этом турнике заниматься, это не приведёт к тому, что ветки поломаются.

Система даже услужливо посчитала требуемые для печати моего первого устройства ресурсы. Немного подумав, покрутив будущую поделку в виртуальной реальности, прикладывая её изображение к реальным ветвям, я разыскал нужные пункты меню и раскрасил турник так, чтобы он стал максимально незаметен в том месте, где будет установлен.

В общем, первой поделкой я остался очень доволен. Нажав виртуальную кнопку “Сохранить файл”, я обратил внимание на появившееся меню. Там были кнопки, что позволяли отправить чертёж на аукцион. Если их нажать, то другие люди смогут напечатать такой же турник, оплатив его создание кредитами. Интересная возможность, жаль только, все эти разделы были заблокированы по причине того, что в списке моих сертификатов отсутствовали нужные.

“Так, записываем, – пробормотал я вслух. – Нужно получить какой-нибудь спортивный сертификат, а ещё вот этот – конструкторский”.

“Запомнил!” – откликнулся на мои слова Сим.

Поняв, что подзамёрз лежать так на снегу, я вскочил, отряхнулся и потрусил обратно домой.

Пробегая по улицам, старался растягивать ауру, чтобы почувствовать других людей, а также вывел окошко лога из своего будущего “радара” – пока это был просто список событий о людях поблизости. Визуализацию к нему ещё предстоит приделать, однако даже сейчас это довольно полезный инструмент: учитывая направление движения, можно даже интуитивно (без карты) предсказать, где находится тот или иной человек, появившийся в радиусе чувствительности Системы.

Вернулся домой я где-то за полчаса до завтрака. Поднявшись этажом выше, нашёл свободную душевую, помылся и отправился есть.

Бельский

Приблизительно в одном и том же ритме я провёл где-то дней десять. Распечатал свой турник, а затем следующим же утром повесил его в присмотренное место.

Каждый мой день начинался с того, что я, вооружившись двумя “бабочками”, выбегал за ворота базы, добегал до леса и, время от времени меняя скорость, добирался до своего турника. Там делал несколько подтягиваний, стараясь, чтобы их было не меньше, чем вчера, а затем бежал назад.

Уже где-то день на третий-четвёртый довёл до автоматизма движения, которые требуются, чтобы раскрыть “бабочку” правой рукой. С левой дела обстояли хуже, а с одновременной работой обеими конечностями так и вовсе всё было плохо. Однако прогресс наблюдался, и я планировал, что скоро научусь не столько эффективно, сколько эффектно держать в руках эти ножи.

Кто-нибудь спросит: кому нужна эта эффектность? Главное ведь эффективность! А я отвечу: эффектность производит впечатление. Заставляет противника думать, что за красивым фасадом скрывается не менее крутая начинка.

На турнике, увы, прогресс был куда менее заметен. Если в первый день смог подтянуться всего семь раз, то сейчас с грехом пополам довёл это число до десяти. Однако я не отчаивался: некоторая ломота в мышцах чувствовалась весь день, и я исходил из того, что это хороший признак.

А ещё я немного тренировал магию. Особенно магический отвод глаз. Поначалу бегая, я избегал встреч с людьми. Теперь же вовсе перестал от них уклоняться, и напротив, даже начал на них рассчитывать.

Если оказывалось, что впереди всего один-два человека, я не скрываясь пробегал мимо них, на ходу кастуя руну отвода глаз.

Чаще всего прохожие совсем меня не видели, реже – замечали уже после того, как я пробежал – оглядывались, иногда даже что-то кричали вслед. Странная реакция. Как я понял, самостоятельные занятия спортом – штука в этом мире нераспространённая. Нужно бы разобраться, почему так.

А вот у Сима прогресса не было никакого. Максимум, что он пока может – вялое шевеление указательным пальцем моей левой руки. Причём, что интересно, у него тем лучше получается, чем более я на что-нибудь отвлечён. То есть это выходит не его тренировка, а наша общая: моя и его. Я пытаюсь уйти в этакую медитацию, отстраниться от чувствования тела, а он наоборот – пробует перехватить управление.

Однако пусть успехи и скромные, раз уж начали, будем продолжать.

Знакомых или тем более близких друзей я пока не завёл. Единственный человек, с которым немного общаюсь, – Николай. Перед моим первым заплывом он по своей инициативе проконтролировал, чтобы я не оказался в море без батареек. Вряд ли это привело бы к смертельному исходу (думаю, всплыл бы, если что), но в любом случае за это я был ему благодарен. Встречая его, всегда с ним здоровался, он отвечал дружелюбной улыбкой.

А в целом моё одиночество сильно разбавлял Сим. Общение с ним, правда, несколько напоминало разговор с искусственным интеллектом моего мира, за тем исключением, что он мог инициировать разговоры сам, а ещё вносить предложения. Как оказалось, разрушив барьер между нами, я дал ему доступ к своей памяти, а потому у него часто получалось что-нибудь там подсмотреть. В общем, играть с ним, например, в карты было бы бесполезно: во-первых, он видит моими глазами, а во-вторых, может подсмотреть в мои мысли. Я, правда, тоже могу, но поскольку память у него пустая – как у новорождённого, смысла в этом немного.

По работе плавал я пока недалеко. Сохранив магические метки на своей предыдущей бригаде, постоянно отслеживал их перемещения и наносил на карту места, в которые они наведывались. Сам же большую часть времени проводил в окрестностях нашей первой вылазки – у маяка. Магических животных избегал и в основном только собирал жемчужины, светящиеся в магическом зрении сильнее других. Как правило, каждый мой заплыв занимал часа четыре-пять и приносил в копилку три-десять жемчужин.

В среднем норму я перевыполнял, но избыток не сдавал – использовал на себя, поднимая свой магический резерв ежедневно на десять-пятнадцать единиц. Сейчас моя магическая ёмкость составляет 308 эргон.

Вообще, судя по батарейкам, три сотни эргон – это сумасшедшее количество энергии. На этом запасе можно проплыть под водой пару сотен километров, и при этом всё время быть обеспеченным воздухом, который просто материализуется внутри баллона. Оказывается, магия – очень крутая штука. И очень грозная. Страшно подумать, что может сотворить маг с сорока миллионами эргон маны. Увы, со смертью Кондора я утратил доступ к такому гигантскому запасу. Впрочем, горевать не стоит.

Где-то на пятый день моего пребывания на Котлине меня вызвали повесткой в местный военкомат и поставили на военный учёт. Выглядело это учреждение приблизительно так же, как и в моём мире, а потому описывать его я не буду. Грозного вида тётенька пожурила за то, что не явился сам, хотя и должен был. Что интересно, время, проведённое в учебном центре, у них засчитывалось за уважительную причину отсутствия, а потому получается, если хочется откосить, нужно просто залезть в учебку.

Фиолетовый статус налогоплательщика позволяет мне не ходить в армию, и этим правом я собираюсь воспользоваться, но пока решил его не светить. В анкете, что попросили заполнить, указал, что планирую жить на Котлине до осени 2026 года.

А после придётся идти учиться в эту чёртову магическую академию. Вообще, магию бы я поизучал, но как-то совсем не хочется лезть в это аристократическо-дворянское гнездо. Может быть, за оставшееся время удастся что-либо придумать? Посмотрим.

А на двенадцатый день, двадцатого декабря, состоялся тот самый большой выход, о котором рассказывали мне при приёме на работу. Большой выход – это когда несколько бригад (как позже выяснилось – около половины всего наличного состава базы) вывозятся в место, потенциально более богатое на улов.

По такому случаю нам даже выдали кое-что из дополнительного снаряжения. Дополнительные батареи я брать не стал (был запас своих), а вот многозарядный гарпунный пистолет меня заинтересовал. Прикинув его вес, я решил, что лишним не будет, и потратил несколько жемчужин со своего баланса на приобретение этого гаджета. Теперь, если что, могу сделать целых пять выстрелов вместо одного. При этом этот гарпун принадлежит мне, и возвращать его после большого выхода не требуется.

Также к этому времени обзавёлся ещё и парой удобных ласт. Большинство подводников почему-то считают их ненужным аксессуаром, для передвижения используя исключительно скутер. Однако мне их не хватало, а потому я решил игнорировать направленные на меня косые взгляды. Ласты я надевал непосредственно перед погружением или сразу после, а потому в момент неприятного знакомства с шестнадцатой бригадой мои руки были заняты.

Слушая разговоры и объявления куратора, я продвигался к стоящему у пирса катеру, не обращая внимания на толпящихся вокруг подводников, и, когда меня очень невежливо пихнули в бок, споткнулся и полетел на землю.

Не ожидая агрессии со стороны своих коллег, сперва даже не понял, что случилось. Брякнувшись и разбросав ласты и маску в стороны, я некоторое время повалялся на земле, а потом потянул к себе свои вещи. В этот момент на резину ласты кто-то наступил, и я наконец понял, что случившееся – не случайность.

Подняв глаза, увидел ухмыляющегося чувака в таком же, как у меня, гидрокостюме. Что интересно, к нему вела одна из моих магических нитей-меток.

– Э? Чего надо? – спросил я.

– Ты, стало быть, тот самый новенький, что появился здесь шестого декабря?

– Седьмого, – машинально поправил я, – а что?

– Мы тебя вычислили! Это был ты!

– Э? – удивился я. – Был где?

Говоря это, я перестал тянуть за лямку ласты, а сам встал.

– Не придуривайся! – рявкнул он. – Ты был в учебном центре?

– В учебном центре? – тупо повторил я. – Ты о чём?

– Дмитриевич сказал, что ты пришёл уже обученный! – мой собеседник начал закипать.

– И? – пожал я плечами. – Законом это не запрещено.

Тут же вспомнилась странная реакция директора базы, когда он услышал, что сертификат обучения у меня уже имеется.

– Ты учился в нашем центре! – не то заявил, не то спросил он, а затем, едва не переходя на визг, продолжил: – Не заплатил плату за вход! И на выходе сбежал! Что ты сделал с дежурными?

В этот момент проявился Сим и, ничего не говоря, напомнил об имеющихся у меня возможностях. Послав ему мысленный лучик благодарности, я сконцентрировал шарик энергии в солнечном сплетении и второй – за глазами. Затем выдохнул, спокойно покрутил в голове полученную информацию и ответил:

– Ты меня с кем-то перепутал!

– Что? Ты? Сделал? С дежурными? – заорал он, окончательно выходя из себя, и бросился на меня с кулаками.

Корректируя в конструкторе своё телосложение, я преследовал лишь одну цель – отличаться от прежнего образа. Не совсем пропорционально удлинив себе конечности, сделал своё тело похожим на этакую обезьяну – тогда мне казалось, что это верный способ: иметь некоторую уродливость будто бы от самого рождения.

Сейчас же длинные руки оказались кстати. Аккуратно перехватив противника в районе плеча, я отстранил его на максимальное от себя расстояние – так, что он даже теоретически не мог до меня достать. Добавив остаток магической энергии в пальцы, с силой сжал их, добившись, что мой оппонент задёргался от боли.

– Отпусти его, урод! – закричал мне кто-то.

Чуть разжав хватку, я оставил энергию только в солнечном сплетении, а затем спросил:

– Что за дежурные и что с ними случилось?

– Их-х, н-нашли м-мёртвыми, – пробубнил задира.

– А что полиция? – задал я вопрос и по реакции окружающих сразу понял, что глупый.

– Полиция? Ты идиот? Полиция к красным не приезжает! Да отпусти ты!

– Когда как, когда как! – я сделал вид, что мне известны случаи обратного, а затем перевёл тему: – Так и при чём здесь я?

– Тот, кто их убил, занял комнату в учебке. А когда она освободилась – появился ты.

Сказав эти слова, парень наконец вырвался из моего захвата. Впрочем, я уже не сильно и препятствовал, поскольку было видно, что агрессии в нём больше нет.

– Я приплыл паромом седьмого декабря, – повторил я, придерживаясь своей легенды.

– Почему тупим? – послышался командный голос со стороны, и все отвлеклись.

Повернувшись с остальными, я увидел первого в этом мире мага. Довольно невзрачного вида мужичок, одетый в обычного вида гидрокостюм. Сложения он был скорее хлипкого, рост ниже среднего – не больше ста шестидесяти сантиметров.

Но главным, что привлекло моё внимание, было не то, что могут увидеть простые люди, и, если верить Симу, не то, что могут увидеть и маги. Аура этого человека светилась как этакая яркая лампочка.

“Не меньше миллиона эргон!” – сделал оценку Сим.

Скользнув по нашей группе взглядом, неизвестный маг проследовал к катеру, стоявшему у пирса. Судя по тому, что мой внешний вид не привлёк никакого внимания, мою ауру он действительно не видел.

– Позже поговорим! – бросил в мою сторону мой визави.

– Всегда пожалуйста, – пожал я плечами, а затем, повинуясь какому-то наитию, протянул ему руку. – Андрей, Андрей Перов.

– Олег, – спустя некоторую паузу ответил он.

Поскольку инцидент как-то сам собой рассосался, я собрал свои ласты и двинулся за остальными на катер. Судя по разговорам, выезд предстоял непростой.

Стараясь не выделяться, перешёл по трапу на борт и огляделся. Каюты здесь не было, вернее, её роль играла палуба под импровизированным навесом.

Я бы сказал, что эта посудина предназначена для летней эксплуатации, но, похоже, подобные мелочи работодателя не слишком и интересовали. Правда, хотя на улице была зима, гидрокостюмы, в которые были облачены практически все, неплохо защищали от пронизывающего ветра.

Вдоль левого и правого бортов на палубе были расставлены сиденья, что делало катер похожим на салон небольшого самолёта из нашего мира, правда, места здесь было куда больше.

Присмотрев себе местечко где-то в середине, я юркнул на него и стал слушать вводную о предстоящей г-хм… операции. Впитывая информацию, я разглядывал ауру мага, что должен был сопровождать нашу экспедицию. По описанию смысл предстоящей вылазки был прост: где-то неподалёку (в трёх часах хода катера) какие-то наблюдатели заметили магическое животное с названием “крок”. Так вот, наша цель – изловить его и извлечь из него жемчужину. Заказчик мероприятия сопровождает нас лично и, как я понял, является представителем дворянского семейства, что владеет нашей базой.

– Барон Бельский, – прошептал знакомый голос слева, и я повернулся.

– О, Николай, привет! И ты здесь?

– Человек шестьдесят, считай, собрали, – пожал он плечами.

– Опасная зверюга? – поинтересовался я, представляя себе этакого крокодила. Название “крок” располагало именно к такому образу.

– Старайся держаться подальше от грунта, и щупальца до тебя не дотянутся, – успокоил меня мой знакомый. – Ты лучше скажи, что вы не поделили с шестнадцатой?

– С шестнадцатой? – переспросил я. – Ты, вероятно, о том странном чуваке, что на меня набросился?

– Да.

– Мне кажется, он меня с кем-то перепутал. У них что-то случилось с какими-то дежурными, и он почему-то считает, что я могу к этому иметь отношение. Кстати, что за дежурные?

– Дежурные? Из какой дыры ты вылез? – Николай посмотрел на меня как на идиота. – Разве у вас не дежурят у учебных центров?

– Э… – не нашёлся я, – дежурят? Зачем?

“В интернете об этом немного информации, – проявился мысленно Сим, – но из того, что есть, можно сделать вывод, что это нечто вроде традиции. Каждый, кто идёт учиться, платит местным жителям этакую дань. В разных регионах по-разному. Где-то треть от всех денег, что есть на счету, а где-то и половина”.

“Х-гм, – поперхнулся я, – ничего себе традиция!”

– Ты же вроде учился, – нахмурился Николай, – у себя там. Где, кстати?

– Эм… – замялся я, – в Москве я учился, – сказал первое, что пришло в голову.

– Ну вот, – утвердительно покивал Николай. – Бывал я в ваших краях, дежурные у вас ещё более лютые, чем здесь. Иной раз и мимо пройти сложно!

Обдумывая эти слова, я продолжал разглядывать ауру мага. Выглядела она, как если бы состояла из двух частей: собственно аура человека, пусть и куда более яркая, а также нечто вроде светящегося обода, идущего вокруг груди. Внимательнее присмотревшись, я в какой-то момент понял, что частей даже не две, а три: свечение вокруг тела человека, светящийся обод вокруг груди и второй слой свечения – вокруг верхней части туловища. Мне вдруг показалось, что нечто подобное я уже видел. Попытался было вспомнить, но от размышлений меня снова отвлёк Николай.

– Так что? – задал он вопрос, очевидно, ожидая ответа.

– Что-что? – переспросил я. – Извини, немного задумался.

– Дежурные в Москве, говорю, ещё более лютые!

– Не знаю где как, но у нас не было принято им платить, – пожал я плечами. – Это ж вымогательство.

– А как же вы попадаете в учебку? – заинтересовался он.

– Ну… – я задумался о том, что разговор заходит в какую-то неудобную плоскость. Ещё чего доброго, меня свяжут с этой погибшей командой дежурных. – По-разному.

– По-разному? – повторил Николай.

– Можно действительно собрать большую компанию и войти силком. Но это, сам понимаешь, чревато травмами и враждой. Мы же поступали немного хитрее: если есть один-два человека, которые не против помочь, то в учебку можно просочиться на халяву.

– Расскажи! – потребовал он.

– Ну… Один отвлекает на себя дежурных, возможно, закатывает скандал. А другой мимо всего этого безобразия – шмыг и там.

– А выходить?

– А выходить так же, – продолжил я импровизировать. – Можно же не покидать учебку сразу, а позвонить знакомым, чтобы провернули ту же операцию ещё раз. Нужно только, чтобы денег было достаточно на случай, если сразу выйти не получится, чтоб можно было переждать. Лучше десять рублей за аренду комнаты за лишний день заплатить, чем половину отдавать бандитам с большой дороги.

– Бандитам? – повторил Николай.

– А как их ещё называть? – скривился я. – Бандиты они и есть.

– То есть дежурить по очереди ты ходить не будешь? – сделал он вывод.

– Не буду, – подтвердил я, – а ты что, ходишь?

– Когда зовут – да. Если повезёт, то это неплохой способ самому заработать на обучение. Ну или на жизнь.

Мой собеседник засмущался. Было похоже, что ракурс, в котором я смотрю на проблему, был для него нов.

– Не могу представить, что стал бы платить за право войти в учебный центр! – продолжил я. – Уж лучше вовсе не учиться, чем кормить нахлебников. Вот, вероятно, перед моим приездом кто-то так же, как я, подумал, вот дежурные и пострадали.

– Да это не перед твоим приездом было, – махнул он рукой.

– А когда же? – я изобразил удивление.

– Летом ещё.

– Х-гм… Выходит, они с лета наблюдали за тем, какие комнаты заняты. А потом прямо перед моим приездом одна из них освободилась. Получается, не только у нас в Москве, но и у вас здесь кто-то тоже выходит/входит в учебку в обход дежурных! А я, стало быть, не в самый удачный день к вам припёрся. Пару деньков бы до или неделькой бы позже. О, отшвартовались!

Часть 6. Новый год

Большой выход

Я не озаботился заранее своей легендой. Почему так? Во-первых и главное, я довольно слабо разбираюсь в нюансах этого мира, а потому приходится какие-то вещи придумывать буквально на ходу – по мере поступления новой информации. Благо Сим помогает. Во-вторых, предугадать все вопросы, на которые придётся отвечать, невозможно.

В общем, та ересь, которую я на ходу сочинил для Николая, произвела на него неизгладимое впечатление, и он, что называется, ушёл в себя.

Я же всю дорогу до точки выгрузки пялился на ауру Бельского. И чем больше я на это смотрел, тем сильнее ко мне приходило понимание некоторых нюансов.

«Знаешь, – решил я поделиться с симбионтом своими наблюдениями, – а ведь он не настолько крут, как ты первоначально вычислил».

«Что ты имеешь в виду?» – прислал удивлённую мысль Сим.

«Ну вот смотри, ты посчитал, что его аура содержит около миллиона эргон, так?»

«Да.»

«Позже обязательно объяснишь мне, как ты это вычислил, но сейчас я скажу следующее. Вот здесь, – я мысленно указал на первую энергетическую оболочку вокруг тела мага, – аура самого Бельского. А вот это – его симбионт».

«А светящийся обод – барьер, как тот, что был у меня», – догадался Сим.

«Ага, и если вычисленный тобой миллион эргон раскидать, то ориентировочно будет такая картина: триста тысяч – энергоёмкость ауры, шестьсот тысяч – энергия барьера и ещё сотня – энергия симбионта».

«Похоже на правду», – согласился со мной мой напарник.

«И знаешь, что из этого следует?» – ухмыльнулся я.

«И что же?»

«Этот Бельский, даже если захочет, всё равно не сможет освободить своего симбионта – энергоёмкости его ауры не хватит!»

«Х-гм… – задумался Сим. – Возможно, существуют плетения или руны, которые могут помочь в его случае? Или артефакты, в которые можно сбросить избыток энергии?»

«Жемчуг! – предположил я. – Нужно попробовать не только поглощение энергии из жемчужин, но и обратный процесс – их наполнение».

Ещё поразглядывав ауру Бельского, я понял, что больше ничего нового не узнаю. Поскольку инструктаж закончился, и все занялись своими делами, то я тоже прикрыл глаза, предоставив Симу тренироваться управлять телом. Меланхолически и отстранённо глядя на изредка подёргивающиеся пальцы правой руки, лежащей на моих коленях, я на какое-то время забылся в полудрёме. В себя пришёл оттого, что все вокруг зашевелились, задвигались. Оказывается, наше транспортное средство наконец доставило нас на место.

Поднявшись, я нацепил на плечи баллон со скутером, отыскал среди ныряльщиков Николая и двинулся за толпой, стараясь держаться поближе к тому, у кого можно в случае чего разжиться дополнительной информацией.

– Гогланд? – спросил я, заглянув в карту.

– С чего ты взял? – задал вопрос Николай.

– По карте посмотрел, – пожал я плечами.

– У тебя есть картография? – вытаращился он.

– Эм… ну да, а что тут такого? У многих же она есть, – осторожно сказал я, – вон, например, у Светланы из четвёртой бригады.

– И при этом ты плаваешь один? Ты точно с другой планеты! – сделал вывод Николай.

Осознав, что снова ляпнул лишнего, я состряпал на лице “покерфейс”, затем сунул в рот мундштук, нацепил маску и, дождавшись очереди, шагнул в воду.

Как я уже говорил, ластами в этом мире почти никто не пользуется, а потому даже ныряют здесь обычно – лицом вперёд. Далее, едва уйдя под воду, каждый сразу запускает двигатели скутера, чтобы освободить место для следующего ныряльщика.

Подражая остальным, я тоже включил тягу и набрал дистанцию с катером, а после, развернувшись, принялся надевать ласты, стараясь не выпускать остальных из поля зрения. Ласты хоть и выделяли меня из толпы, но всё же люди с подобными гаджетами встречались, и потому особого внимания к себе я не привлекал.

Вообще говоря, снаряжение у ныряльщиков было разнообразнейшее. Кто-то тащил на себе двойные баллоны, а кто-то, напротив, – уменьшенные. Костюмы некоторых были раскрашены в яркие цвета – так, что их было видно на предельной дальности, а другие, наоборот, – будто пытались слиться с окружающим ландшафтом. Несмотря на то, что в условиях зимы вода была очень холодной, некоторые не пользовались перчатками.

Заглянув в групповой чат, который создали ещё на катере, я увидел, что всего на операцию выдвинулось пятьдесят три человека. Руководителем вылазки был, что неудивительно, Бельский. Дождавшись, когда все будут готовы, он сразу же принялся раздавать указания:

@Бельский@всем: делимся на две группы. Охотники вперёд, остальные – позади.

Поняв, что роли здесь распределяются, я продолжил наблюдение и заметил, что часть аквалангистов действительно похожа на охотников: порядка полутора десятков человек имели куда более мощное вооружение, нежели даже тот гарпунный пистолет, который с сегодняшнего дня имеется в моём арсенале. Если моя “пукалка” пуляла металлическими стрелками (гарпунами), похожими на арбалетные болты, то у пары человек были устройства, напоминавшие гранатомёты. Чем они стреляют под водой, мне неизвестно, но штуки, очевидно, весьма мощные. Большинство охотников имели также усиленные гарпунные пистолеты, пристёгнутые к рукам. Чтобы произвести выстрел, их не требовалось держать, достаточно было направить руку в сторону цели и каким-то образом нажать на спуск.

Но самое интересное в этом выходе было то, что здесь, в окрестностях острова Гогланд, магическое поле было куда насыщеннее. Казалось, что всё вокруг вообще пропитано магией. Двигаясь за группой, я видел, что в этом районе куда больше жемчужин, нежели там, где я охотился до этого. Магическое зрение показывало, что жемчуг, возможно, есть даже в некоторых снующих туда-сюда рыбинах.

Глубина здесь была небольшой, а потому, двигаясь за всеми, я иногда спускался к самому дну, чтобы схватить ту или иную раковину. Несмотря на то, что Николай предупреждал, что нужно держаться подальше от грунта, я не боялся. Магическое зрение показывало, что опасности пока нет, и почему-то я ему доверял.

Чтобы не задерживать остальных и не привлекать внимания, потрошением своей добычи я не занимался – просто бросал её в сумку на поясе.

Однако в какой-то момент магические потоки на дне стали более яркими, и я встревожился. Не знаю, что конкретно меня насторожило, но я вдруг осознал себя так, как будто нахожусь над слизью зергов из компьютерной игры моего мира. Магическое свечение было таким, что казалось, в нём уже могут спрятаться какие-нибудь мутанты, которые вот-вот выскочат и ухватят незадачливого ныряльщика за ласту.

Но наиболее тревожным было то, что, забравшись в эту область, наша группа совершенно не снизила скорость.

Набрав высоту, я отыскал глазами Николая и, управляя скутером, завис над ним.

@Андрей@Николаю: что-то мне здесь страшновато.

@Николай@Андрею: с нами маг. Не лезь на дно и всё будет хорошо!

Поняв, что здесь я поддержки не найду, я набрал чуток скорости и приблизился к группе охотников. Глядя на то, как каждый из них держит своё оружие наизготовку, я отстегнул свой гарпунный пистолет и закрепил страховочный ремень вокруг запясья. Теперь, если я случайно выпущу его из рук, моя многозарядная машинка будет болтаться на привязи и не потеряется.

Набрав ещё больше высоты, я ещё прибавил скорости и завис над охотниками, глядя вперёд. Чтобы прогнать страх, собрал небольшой шарик магической энергии в районе солнечного сплетения. К сожалению, постоянно использовать такую концентрацию энергии нельзя, а потому приходится отвлекать себя от ощущения опасности не только магическими средствами, но и доступными обычному человеку – самоубеждением.

Перенеся всё внимание на магические потоки, я в какой-то момент осознал картинку целиком. Получается, вся наша группа движется к центру огромного светящегося круглого поля. Нет, это не круг, а этакая многолучевая звезда, с размахом щупалец метров в пятьсот.

Мне представилось, что под нами одно живое существо – осьминог, этакий ктулху, километрового размера! Оглянувшись, я понял, что если мои подозрения верны, то точка невозврата пройдена и довольно давно. Стоит этому монстру поднять свои щупальца, и всё.

Чтобы перебороть нахлынувший страх, я продолжил болтать с Симом.

«Знаешь, – начал я, – как-то раз я летел в самолёте, который совершил вынужденную посадку…»

«Было так же страшно?» – поддержал диалог симбионт.

«Не во время посадки… – пробормотал я, – позже!»

«Позже?» – удивился он.

«Наш рейс был в Москву, а посадили нас в Минводах – за два часа до финиша. Страшным было не то, что мы сели на вынужденную, а то, что экипаж сообщил, что сейчас мы починимся и полетим далее!»

«Интересно», – прислал мысль Сим.

«Половина пассажиров потребовали багаж и решили, что будут добираться до Москвы другими способами. А я… А я подумал, что экипаж ведь не состоит из самоубийц. Следовательно, можно остаться в самолёте».

«Ага, и здесь, стало быть, считаешь, что все эти охотники – не самоубийцы?»

«Именно, – подтвердил я. – Но выглядит этот круг страшно».

В этот момент мы достигли примерного центра магической аномалии, и Бельский прислал сообщение в чат:

@Бельский@всем: приготовились!

Все затормозили, а я обратил внимание, что в руках нашего командира находится какое-то устройство. Судя по всему, это нечто вроде детектора, позволяющего ему видеть направление на цель. Указав пальцем на одному ему понятную точку, барон жестами направил охотников влево и вправо. Поскольку я находился в авангарде, то в какой-то момент мне тоже указали место, которое я, не споря, занял.

Зависнув полукругом над ничем не выделяющейся точкой, мы все понемногу начали сокращать расстояние друг с другом. Когда радиус образованной нашими телами полуокружности уменьшился метров до двадцати, в чат вдруг пришло сообщение:

@Бельский@всем: начали!

Все охотники, кроме тех, что несли тяжёлое оружие, направили свои машинки вниз и стали выпускать гарпуны в землю. “Пык-пык-пык” – застрекотали выстрелы. Стараясь не отставать от остальных, я тоже выпустил три из пяти имеющихся у меня снарядов. Два первых выстрела произвёл в одни водоросли, а третий – в другие.

Пытаясь рассмотреть, удалось ли кого подстрелить, я вдруг осознал, что вокруг установилась тишина. Глянув на охотников рядом, я увидел, что они все внимательно смотрят на Бельского. Было похоже, что все мы промазали. Держа свой артефакт в двух руках, барон поводил им из стороны в сторону, а затем жестами указал ещё две точки, находящиеся чуть в стороне от нас. Подняв пистолет, я уж было собрался продолжить стрельбу, но, оказывается, последняя команда касалась не всех. Большинство охотников включили скутеры и начали всплывать. Держа указанные цели на мушке, я тоже двинулся вверх, и в этот момент в дело включились “гранатомётчики”.

Блл-ык! Блл-ык! – вспухло два больших (метра полтора-два) пузыря. Думаю, если бы снаряды были начинены взрывчаткой, то на таком небольшом расстоянии, да ещё и в воде, мы бы все оглохли, но здесь было что-то с другим принципом действия: ударная волна от этих псевдовзрывов, если и была, то не больше десятка метров в диаметре, а потому никого не зацепила.

Однако и в этот раз результатов от действий охотников не было. Не знаю, что ожидалось, но крок, которого, очевидно, таким способом пытались выманить, не появился.

Прождав минут пять, Бельский отдал команду двигаться дальше. Плавая расширяющимися кругами над центром аномалии, он ещё дважды приказывал стрелять из гарпунов по дну, и в одном месте дно снова обработали “гранатомётчики”.

Увы, в этот день дичь не желала быть пойманной или убитой, а потому не то сбежала подальше, не то не рискнула высунуть нос из-под грунта.

В общем, вылазка не удалась. Двигаясь туда-сюда в группе охотников, сверяясь с картой, я в какой-то момент обнаружил, что мы плывём обратно – к катеру. Охота окончена – понял я, и оказался прав: спустя всего полчаса мы снова оказались на борту.

Сняв маски, баллоны и скутеры, все расселись по своим местам и мы отправились назад. Настроение у людей было плохим. Немного поразмыслив над причинами, я понял, что неудача барона распространяется на всех: норму, очевидно, не засчитают никому. Впрочем, меня эта проблема не касается: у меня есть резерв сданных в прошлые дни жемчужин, да и штуки три раковины я успел подобрать по дороге на охоту…

Радар

Не знаю, может быть, реакция на наезд чувака из шестнадцатой бригады оказалась правильной, и мне поверили, а возможно, разборки просто отложили на какое-то время, но после большого выхода ко мне никто так и не подошёл.

Предоставленный сам себе я понемногу втягивался в установленный ритм жизни. По утрам отправлялся на пробежку, вертел на пальцах ножи, подтягивался на турнике, затем возвращался, завтракал, а после натягивал гидрокостюм и собирал жемчужины.

Новая жизнь понемногу забирала на себя всё моё внимание, и я всё реже вспоминал старую. Временами казалось, что, попав сюда, я стал этаким зрителем какого-то странного интерактивного фильма. Будто я – это не я, а игрок с джойстиком, что лениво передвигает своего персонажа по виртуальному полю и изредка влияет на развитие событий. А иногда, наоборот, щемило сердце, хотелось сосредоточиться и… проснуться, сбросить это клятое наваждение: что за хрень? Кто придумал переносить души людей из тела в тело? Да чёрт с ним, с телом и душами: “Как там Наташка?” – вот что главное!

Памятуя, что когда-то (по моим меркам – вчера) я поставил себе цель: отыскать путь домой, я продолжаю ковыряться в системе программирования в том наборе программного обеспечения, что купил для меня Россольцев. Разбираясь в этом инструментарии, я наконец понял, откуда взялось удивление Николая насчёт наличия у меня картографии. Оказывается, большинство программ, которые возможно приобрести в местном аналоге интернета, доступны далеко не каждому. Система навигации, что я походя приобрёл, например, разрешена для покупки лишь при наличии жёлтого статуса налогоплательщика или выше. И хотя налоги на этом статусе не такие уж и большие (тридцать процентов), очень мало людей готовы идти на такой шаг. На этой базе работает что-то около двух десятков бригад, но навигацию оплачивает примерно столько же человек.

Но эти нюансы пока слабоинтересны. Куда более занимательным оказалось то, что связь, навигация и вообще выход в сеть работают под водой. Сперва я предполагал, что это потому, что вода в заливе мало чем отличается от пресной, но позже, когда мы съездили в далёкую поездку, понял, что это не так. Вернее, не совсем так. Точность определения местоположения почему-то ухудшается с увеличением расстояния от населённых пунктов. В сети, увы, никакой документации об этом нет, но я теперь полагаю, что навигация в этом мире не спутниковая.

Вообще, похоже, космической отрасли здесь или нет, или она большей частью засекречена.

Как бы то ни было, а я продолжил разбираться с программированием и нашёл, что для позиционирования здесь возможны две координатные сетки: глобальная, которую можно использовать для навигации по карте, и локальная – для определения взаимного расположения предметов. Локальные координаты всегда отсчитываются относительно моего положения, то есть в этой координатной сетке я как бы нахожусь в точке (0, 0, 0).

Когда в системном логе появляется сообщение об участниках сети поблизости, то координаты в нём локальные. Живя по расписанию, я выделял два-четыре часа в день на программирование и где-то через неделю после большого выезда доделал наконец свой “радар”. Сейчас я имею перед глазами инструмент (как в компьютерных играх моего мира), где точками отображены все люди, меня окружающие. Увы, я пока не могу показывать в этом же окошке стены зданий или вообще какие-либо элементы ландшафта (требуется интеграция с навигацией), однако даже так – это очень удобно. Взглянув на окошко “вид сверху” и дополняя эту информацию своими ощущениями, я понимаю, где есть люди, а где нет. А ещё я сделал круговой интерфейс, показывающий маркеры людей в виде направления.

В общем, “радар” получился даже круче, чем аурное зрение. Последнее я, правда, тоже тренирую – Сим настаивает, да и я не против.

Планы друзей

Где-то дней через десять после большого выезда, в преддверии Нового года, ко мне пришёл Николай и предложил съездить в Питер. Осторожно уточняя, выяснил, что подобные выезды являются обычным способом провести время, развеяться. Я согласился, но с условием, что в поездке у меня будут и свои дела. Какие – уточнять не стал: есть – и всё тут.

Заглянув в Сеть, в очередной раз убедился, что простолюдинам этого мира из развлечений доступны лишь походы по кабакам да тупое шатание по улицам: ни тебе театров, ни тебе музеев. Впрочем, в прошлой жизни я по театрам тоже не особо расхаживал: пару раз всего с Натахой и были, да и то – в пору долгих лютых морозов, когда иного выбора не было.

Натаха, эх… Как она без меня? Чёрт. Нужно как-то ускорить процесс поиска дороги домой. Правда, уверен, что по какому пути ни пойди, а займёт это всё годы, и хорошо если не десятки… М-да. Впрочем, другой цели в жизни я пока не вижу, а потому продолжим копать в том же направлении.

Перед поездкой провёл ревизию скопленных ресурсов. Наличных денег что-то чересчур много собралось – чуть больше трёх сотен рублей. Целый мешок! Заработок здесь выплачивают исключительно наличкой, а это неудобно до жути, ведь в ходу здесь в основном монеты – этакое Средневековье.

До сего дня тратить деньги мне было негде, вернее, незачем: еда бесплатная, жильё – тоже, а покупки снаряжения в основном идут взаимозачётами…

Однако и безналичные деньги здесь принимают далеко не везде. Заходил разок в местный “супермаркет”, бродил, разглядывал что и как. Так вот, устроено всё как в каком-то семнадцатом веке: подходишь к торговой точке и вываливаешь горку монет, а взамен тебе выдают товар. И это при наличии Сети!

Решив, что пятнадцати рублей на поездку будет достаточно, я рассовал монеты по карманам, а остальное вместе с мешком сунул в утилизатор. И сразу наткнулся на новый нюанс этого мира:

– Ты что творишь? – чуть ли не закричал на меня Николай.

– Эм… – удивился я. – Наличку меняю на кредиты.

– Нельзя же!

– Почему нельзя? Я же вот, меняю! – изобразил я на лице ухмылку, сосредотачиваясь на всплывшем меню.

“Баланс золота увеличен на 8 килограмм и 316.7 грамм”, – прислала уведомление Система.

Если бы перевёл монеты в кредиты, то Система забрала бы 90% налога, а так бабло попало на виртуальную ресурсную полку, с которой можно будет взять сколько-то металла, когда буду печатать что-нибудь фигню на фабрикаторе.

Кажется, законы денежного обращения в этом мире придумывал какой-то кретин: при наличии безнала пользоваться кругляшами по 28 грамм! Как так? Зачем?

– Я никому не скажу, что видел, – немного подумав, прокомментировал мои действия Николай.

“Сим, поищи, пожалуйста, в Сети: почему нельзя переводить деньги в безнал через утилизатор. Ведь на этой бирже, где мы появились, именно так и делалось!” – выдал я задание симбионту.

– Ну вот, я готов! – перевёл я тему. – Мы не опаздываем?

– Не, ещё полчаса!

Кажется, съездить в город, “развеяться”, Николай предложил потому, что у него есть ко мне какое-то дело. Это буквально написано на его лице: периодически открывает рот, будто собираясь о чём-то спросить, но после как бы сам себя одёргивает. Интересно, о чём пойдёт речь? Денег хочет занять? Или что? Х-гм. Ну ладно, впереди целый день – успеет ещё.

От мыслей о попутчике меня отвлекло внезапно пришедшее сообщение.

Дата: 29 декабря 2024 От: Имперская канцелярия Кому: Представителям родов Кондор, Медведевы, Бестужевы, Вырубовы…

В связи с тяжёлой ситуацией на фронтах требуется максимальная консолидация магических резервов страны.

Представителям родов, получивших данное сообщение, требуется мобилизовать магический потенциал не менее десяти миллионов эргон в течение двух недель от момента получения данного уведомления.

В разделе “Кому” было порядка двух десятков фамилий, и, что сразу обратило на себя внимание, большинство из них были образованы от каких-нибудь животных: Кондор, Медведевы, Воронцовы, Быковы, Воробьёвы и так далее. Конечно, это моё умозаключение, но если у них дела обстоят так же, как и у моего покойного барончика, то каждый из этих родов имеет своим основателем какого-то монстрика – от воробья до медведя.

Пожав плечами, я выбрал пункт меню “Удалить сообщение”, при этом Система затребовала указать причину (это было необходимо для обязательного уведомление отправителя). Немного подумав, я указал: “Ошибка в адресе”.

“Уверен?” – вклинился в мои действия Сим.

“Ага, – хмыкнул я. – Ни одна из фамилий мне не подходит!”

– А где можно легально поменять наличку на кредиты? – задал я вопрос своему попутчику.

– Дык, обменник на соседней улице, но ты прав, курс у него хуже, чем в утилизаторе.

– Ну ладно, – я заговорщически подмигнул. – Будем считать, что ничего не было. Может быть, ты знаешь место, и где жемчужины можно сдать в обход Семёна?

– Так и Семён их неофициально тоже принимает.

– Х-гм. А зачем это ему? – удивился я.

– Не ему, а тем, у кого долги. Сдавать жемчуг по пять или по семь – есть же разница? Ну, а кроме Семёна у нас есть ещё пара торговых точек на рынке, потом покажу.

Болтая с напарником, я не заметил, как мы добрались до паромной пристани. Удивительно, но в Сети почти ничего не было о том, почему нельзя наличку пихать в утилизатор. Наоборот, энциклопедия говорила, что этот способ – самый правильный. Х-гм.

Увы, интернет в этом мире лишь отчасти напоминает наш: ни тебе блогов, ни тебе сайтов с мемами… Разнообразная торговля, аукционы, некоторое количество общедоступных справочников, нечто вроде “Госуслуг”, энциклопедия – и, в общем-то, всё. Также есть магазин программ для вирта, в котором присутствует некоторое количество музыкальных сервисов и новостных изданий.

Вспомнив, что в начале своего пути в этом мире я именно из новостей извлекал различную информацию, я попросил Сима поискать там, а сам переключился на диалог с другом.

– Куда пойдём? – задал я вопрос, когда мы добрались до трапа на паром.

– Ресторанчик хороший знаю в третьем кольце, – улыбнулся Николай. – “Русская рыбалка”. Кухня там – пальчики оближешь. Хорошее место – тихое, приятное.

“Каждый город в стране разделён на сектора или кольца, – ответил на мой мысленный запрос Сим. – В первом кольце могут находиться только аристократы или дворяне. Простолюдинам туда вход разрешён, при условии если они там работают. Во втором кольце нечто вроде буфера между первым и третьим, а в третьем – разрешено находиться всем”.

– Ага, – хмыкнул я в ответ обоим моим собеседникам, а затем взглянул на билет и потопал в направлении верхней палубы, где, судя по всему, у нас были места.

Надо сказать, что между Кронштадтом и Питером курсировал не только паром. Ещё в этом мире был популярен такой вид транспорта, как дирижабли. Позднее я собираюсь в обязательном порядке попробовать попутешествовать при помощи этого летающего монстра. Если ориентироваться на то, что я видел издали, подобные поездки должны быть весьма интересными: ведь гондола имеет несколько открытых палуб, на которых можно стоять и, опёршись на перила, пялиться вниз.

Впрочем, это вопрос будущего. Сейчас же мы воспользовались наиболее дешёвым транспортным средством, доставившим нас к пристани в Стрельне. Выбравшись на берег, мы практически сразу забрались в автобус, который довёз нас почти до нужного места. Как я недавно выяснил, город в этом мире был поделён на кольца. Первое кольцо – место, где может проживать и находиться элита, располагалось на Васильевском, Каменном и Втором Адмиралтейском островах. Второе кольцо явной водной границы не имело и большей частью располагалось там же, где и центр Питера в нашем мире – несколько заходя за границы Обводного канала. Ну а третьим кольцом называлось всё остальное.

Санкт-Петербург этого мира был существенно меньше города, который я помнил, и, согласно энциклопедии, он не был даже городом-миллионником. Вообще, географию Питера моего мира я знал постольку-поскольку, а потому точно определить место, куда мы прибыли, так и не смог. По карте это приблизительно юго-запад города – портовая зона. Было бы логично, если бы паром из Котлина прибыл прямо сюда, но, увы, транспортное сообщение было таким, каким оно было. Кажется, всё дело в том, какому барону, графу или ещё очередному князю принадлежит тот или иной кусок земли, а потому транспортное сообщение определяется не столько логистикой, сколько договорами между родами.

В общем, сойдя с автобуса на нужной остановке, мы протопали ещё пару кварталов пешком и в одной из типично питерских подворотен спустились в полуподземное помещение, носившее гордое имя “Ресторан”. По уровню эта забегаловка вряд ли дотягивала до фастфуда нашего мира, но в целом мне понравилось. Народ здесь отдыхал преимущественно рабочий, простой. Дворянами, к счастью, и не пахло, а потому я довольно быстро расслабился.

Меню не было, но зато официанту можно было написать в чате дополненной реальности. Себе я заказал пиво с неплохим мясным блюдом, Николай же от спиртного дистанцировался.

– Ну ладно, давай колись, о чём ты хотел со мной поговорить? – решил я подбодрить товарища.

– Г-хм… Ты рассказывал об учебных центрах в Москве, – начал было он после приличной паузы.

– Что конкретно? Не помню точно, – удивился я.

– Ты говорил, что можно пройти туда, если один отвлечёт, а другой проскочит. Здесь неподалёку есть центр, поможешь мне в него попасть?

– Вот как, – я откинулся на спинку кресла и задумался. – Но почему здесь – в Питере? Почему не у нас – в Кронштадте?

– Там дежурные свои, сопоставят, поймут что к чему!

– Ну, допустим, – хмыкнул я. – А выходить-то ты как планируешь? А ну как прибьют тебя по пути домой?

И тут выяснилось, что этот вопрос Николай даже и не обдумывал. Главное, о чём он переживал, – чтобы не отобрали деньги по дороге туда, а возвращаться он планировал пустым и потому считал этот маршрут условно-безопасным.

Обсуждая все нюансы, я разобрался с методикой работы этих самых дежурных. Отловив жертву, они заставляют её дать доступ к своим счетам (в Системе есть такая функция), а затем сами себе переводят от тридцати до пятидесяти процентов накопленных средств. Этот платёж называют “входным билетом”, и, насколько я понял, дежурство у учебных центров – этакая повсеместная традиция. Интересно, что, если бы я пошёл учиться подводным работам по направлению от базы ловцов жемчуга, начальник базы выдал бы мне документ-пропуск, по которому меня бы не стали трогать на входе в учебку. Правда, в этом случае стоимость обучения была бы записана в кредит на моё имя. М-да, порядочки тут.

Получается, укокошив пятерых бандитов (как я считал), я сломал установленный порядок. Традиции, мать их!

В общем, решили, что я помогу Николаю попасть в учебный центр в Кронштадте, а он потратит некоторое количество денег на то, чтобы просто прожить пару дней в этом заведении: день до учёбы и день после. Первое нужно, чтобы занятость комнаты не ассоциировалась напрямую с Николаем, а второе – чтобы он мог списаться со мной, и я помог ему и с выходом.

Прощай, магия!

Попрощавшись с товарищем, я отправился погулять по местному Питеру. До вечернего парома у меня было порядка шести часов, а потому я решил посмотреть, насколько сильно отличается наш мир от этого.

Разница оказалась колоссальная! Во-первых, транспорт в нашем мире развит куда лучше. Да, здесь тоже есть автомобили, и их много, но всё равно общее их количество находится где-то на уровне восьмидесятых годов двадцатого века.

Удивительно, но здесь встречается и гужевой транспорт, причём пользуются им преимущественно дворяне. Не знаю почему, но зачастую они предпочитают передвигаться в каретах и конках. Вероятно, это считается чем-то вроде признака статусности.

Летающие аппараты вроде того М-11, на котором мне довелось покататься, распространены куда хуже – приблизительно как у нас вертолёты или частные самолёты.

А ещё здесь довольно популярен такой вид транспорта, как дирижабли. Как я понял, для путешествия между городами среднему человеку доступны поезда, дирижабли и автомобили. Ещё есть водный транспорт, но его мало. Возможно, это связано с тем, что сейчас зима.

Интересно, что в качестве топлива и в качестве движителя для всего, что ездит, летает или плавает, используется магия. И хотя двигатели внутреннего сгорания здесь тоже известны (в энциклопедии о них есть статья), но они широко не используются.

Впрочем, я отвлёкся. Бродя по улицам, я старался понять, насколько это безопасно. Прежде всего меня интересовали маги. Если я могу отличить мага от немага, просто взглянув на его ауру, то ведь и меня могут распознать. Сим говорил, что моё зрение какое-то особенное и можно не волноваться, но мне хотелось знать наверняка. Требовался эксперимент. Чтобы его провести я переместился в район второго кольца.

Шагая по питерским улочкам, я выбирал наименее многолюдные стороны и переулки, а наткнувшись на того или иного мага, старался попасться ему на глаза, но так, чтобы оказаться где-то “на краю зрения”. Логика моего поведения была следующей: если моя магическая суть привлекает к себе внимание, то это должно отражаться на поведении возможных наблюдателей.

Увы, оказалось, что Сим хотя и прав, но прав лишь отчасти. В среднем люди со способностями совершенно никак на меня не реагировали, однако за несколько часов блуждания по набережным Обводного канала я встретил минимум двоих человек, чьё внимание по какой-то причине привлёк. Уж не знаю, рассмотрели ли они что-то в моей ауре, но пока обратное не доказано, буду считать, что распознать меня как мага может каждый пятый одарённый. Такие дела.

Когда я смотрю на магическую суть любого человека, то вижу этакий вращающийся энергетический вихрь. У людей со способностями этот вихрь имеет ярко выраженное светящееся ядро. Те, у кого есть энергетический симбионт, во всей этой мешанине имеют ещё одно ядро меньшего размера и несколько слоёв вихря, вращающихся с иной скоростью, чем всё остальное. Второе ядро – симбионт, вихревой барьер – его клетка, а первое ядро – душа мага (буду называть это так).

Сим считает, что, поскольку у меня получается видеть свой вихрь, я смогу научиться управлять им так, что он станет похож на вихрь обычного человека. В этом состоянии, правда, магия станет недоступной, но я непременно хочу попробовать овладеть этим, г-хм, навыком (назовём это так). Лучше, когда твои способности не видят.

В общем, когда день кончился, я без всяких приключений вернулся на паром. Вновь встретившись с напарником, мы отправились в обратный путь – на Котлин. Здесь на меня свалилось новое письмо от Имперской канцелярии. В этот раз оно не было массовой рассылкой:

Дата: 29 декабря 2024 От: Имперская канцелярия Кому: Представителю рода Кондор

Предписание. Не позднее 31 декабря явиться на распределительный пункт по адресу: Большая Конюшенная, 14.

Отклонил приём и этого письма, снова выбрав причиной ошибку в адресе. М-да, кому и зачем я понадобился? Ехать не хотелось. Во-первых, не желаю иметь ничего общего с этими Кондорами, а во-вторых, по закону я не являюсь военнообязанным, а потому шли бы они лесом. А в-третьих, официально мне нет восемнадцати.

Настроение испортилось. Кажется, спокойной жизни у меня здесь не будет.

Добравшись до своего бокса, долго пытался уснуть. Ничего не выходило, и в какой-то момент я подумал даже отправиться в ночную подводную прогулку. Идея показалась стоящей, и, рассматривая её с разных сторон, я даже смог как-то отвлечься.

От такого поступка меня остановило только отсутствие нормального фонаря в моём снаряжении – прямо завтра, а вернее, уже сегодня, обязательно приобрету себе такой девайс. Приняв это решение, я всё-таки уснул.

Однако сон был беспокойным и события в нём развивались лавинообразно – по нарастающей. Сперва снился этот мерзкий Кондор с его клювом. Затем всякие магические вихри, ядра в аурах прохожих. И симбионт. Почему-то отовсюду буквально веяло надвигающейся опасностью…

Где-то на границе сна, непосредственно перед тем, как очнуться, я в очередной раз осознал себя смотрящим на ауру Сима. Почему-то между нами вновь появился этот мерзкий барьер, что я когда-то сломал. А ещё на его, и моей аурах стояли чужие метки, очень похожие на мою “метку смерти”.

Внезапно пришло осознание, что сон – больше не сон, а метки активированы и кто-то тянет по ним энергию вовне! Если с меткой на моей ауре было всё более или менее в порядке: энергия хотя и уходила, но это пока не было критичным, то сила натяжения магической нити, ведущей к Симу, была такой, что казалось, его сейчас по живому из меня выдерут.

Страх потерять Сима заставил меня действовать. Не могу сказать, что “я схватился обеими руками за своего напарника по телу” (рук у аурных вихрей ведь нет), но что-то подобное я попытался изобразить.

Что я мог противопоставить этой силе? Инстинктивные движения и эксперименты. Ну и огромное желание не выпускать из себя существо, уже ставшее моей частью.

В ответ на откачку энергии из симбионта я принялся накачивать его своей, а когда нить натянулась ещё сильнее, я, повинуясь какому-то наитию, принялся раскручивать свой вихрь всё быстрее и быстрее. Представив свою ауру этаким веретеном, а нить, связывающую нас с невидимым врагом, материальной, я пытался так закрутить её, чтобы она этим бешеным вращением перетёрлась.

Напряжение нарастало, энергия уходила, но, к счастью, не кончалась. Желтизна, что наполняет мою ауру, тоже уходила в сторону врага, и я быстро нащупал вариант, при котором, прежде чем от меня оторвётся Сим, неприятелю придётся удавиться этой вредной субстанцией. Сколько там эргон? Больше сорока миллионов. А значит, время, чтобы придумать что-то ещё, у меня есть.

Увы, какие бы варианты я ни пробовал, результата удалось достичь лишь силой. Вращая свой вихрь я вкладывал в этот процесс всю свою ярость, и спустя несколько минут непрерывной борьбы атакующие нити всё-таки перекрутились и лопнули. Магический поток оборвался, но произошло это очень далеко (возможно, рядом с вражеской аурой). Вращаясь, моё “веретено” намотало на себя остатки энергетического жгута, впитывая всю накопленную в нём энергию. Хлынувший поток настолько сильно ударил по моему вихрю, что я перестал его ощущать и наконец окончательно проснулся.

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв 19 эргон.”, – сообщила Система, едва я очнулся.

Всплывшее уведомление убедило меня в том, что то, что я видел во сне, сном не являлось. Впрочем, о том же буквально вопило и общее состояние организма. Кожа по всему телу горела, будто её одновременно окатили кипятком и вонзили в неё тысячи игл. Состояние было гораздо хуже, чем когда я очнулся под дождём после того, как прикончил ублюдка.

Во рту было сухо, страшно хотелось пить, а моя постель, напротив, была насквозь пропитана потом.

Увы, пошевелиться я не мог ещё довольно долго, а потому несколько часов пришлось проваляться, будто отходя от болезненного наркоза. Управление конечностями возвращалось медленно, нехотя. Спасало лишь то, что случившееся со мной несчастье застало меня в постели.

Сборы

Непонятная атака забрала у меня Сима. Нет, я всё ещё чувствую его ауру, вижу слабый вихрь, ощущаю его ядро. Но, увы, он не отзывается. Однако надежда есть: когда симбионт впервые очнулся в моём сознании, то сделал это далеко не сразу.

Возможно, ему просто не хватает энергии? Хорошо, что я знаю несколько способов, как наращивать этот ресурс. Но, увы, сделать пока ничего не могу: я очень-очень слаб, и единственное, что получилось за весь следующий день, это с трудом добраться до столовой, а затем принять душ и вернуться в постель.

Пялясь в потолок своей капсулы, я вновь и вновь пытался разобраться в том, что же произошло. Атака. Это однозначно была атака. Нечто вроде моей руны “касание смерти”. Очень на это похоже. И очевидно, всё это связано со вчерашним выходом в город.

Вспомнив, что у меня постоянно работает “видеорегистратор”, сохраняющий всё, что я вижу, я потратил пару часов, чтобы в ускоренном режиме промотать весь день. Да, вероятно, идея попасться на глаза нескольким магам была плохой, однако отрицательный результат – тоже результат.

Просмотр видео подтвердил мои ощущения: всего два человека действительно обратили на меня внимание, и, сопоставляя логи своего радара с их фото, я смог даже узнать их идентификаторы в Системе. Продолжая валяться в постели, я написал небольшую программку, которая уведомит меня, если эти редиски появятся поблизости от моей тушки.

“А может быть, это не они?” – спросил я сам себя. А потом, подумав, сам и ответил: “Больше, вроде бы, и некому!” В общем, пока не появится доказательств обратного, будем считать это основной версией.

Где-то уже к шести вечера я почувствовал себя приемлемо и решил-таки выбраться на улицу. Сперва думал побегать, позаниматься на турнике. Найдя эту идею правильной, я ещё раз глянул в свой запас маны – девятнадцать эргон. Увы, этого не хватит, чтобы скастовать даже один “отвод глаз”: больше половины моего текущего запаса уходит только на то, чтобы сформировать руну в своём вихре, а ведь ещё нужно направить результат магии на цель, м-да. “Отвод глаз” на доли секунды – такое себе. Проделав пару экспериментов, я вздохнул: придётся пока обходиться без скрытного перемещения.

А затем ещё раз бросил взгляд на вихрь Сима, и внутри у меня всё похолодело: мой друг, без которого я себя уже не мыслю, постепенно растворялся! И без того его тонкое магическое тело стало ещё более невесомым, прозрачным и медленно вращающимся!

Чёрт! И зачем только я сдал весь лишний жемчуг в приёмку? Да, сейчас я могу с неделю не ходить на работу – мои нормы выполнены вперёд, но как же нужны сейчас эти магические шарики!

Если я промедлю, то останусь без симбионта! А потому нужно всё бросить и отправиться на добычу жемчуга. Сказано – сделано! Зайдя к Семёну, я пошарил по предлагаемому оборудованию и прикупил себе пару наплечных фонарей: уже вечер и работа в темноте становится не развлечением, а необходимостью.

Проверив запас батареек, я привычно взял в руки ласты и у края пирса на секунду задумался: куда направиться. Решив, что проверенное место у маяка мне подойдёт, шагнул в воду.

Уже на глубине ко мне пришло понимание, что последние несколько секунд кто-то кого-то громко зовёт:

– Игорь Иванович, подождите!

Х-гм, я не знаю никакого Игоря Ивановича, но кроме меня на пирсе никого не было. Может быть, обознались? Ладно, это не моё дело. Нацепив ласты, я ещё раз проверил снаряжение: комплект батарей – в кармане, фонари – работают, на правой и левой икрах – гарпунный пистолет и нож. Запас хода на четыре часа – поехали!

Врубил скутер на полную и погнал по навигатору. Сегодня трудный день – нужно собрать не менее пяти десятков жемчужин, что непросто даже для ловца жемчуга с магическим зрением!

Охота

Я уже много раз отмечал, что в воде магию видно лучше. Конечно, “видно” – не совсем корректный термин, поскольку видение магии – по сути шестое чувство, появившееся у меня при попадании в этот мир, но за неимением лучшего буду продолжать называть это так.

Так вот, пока автопилот скутера тащил меня к маяку, я разглядывал ауры симбионта и свою, а ещё мониторил окружающее пространство. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что неотрывно смотрю на две нити, тянущиеся куда-то вдаль от моей ауры и ауры Сима. Чёрт! Это что, ещё пара меток, через которые в любой момент может быть совершена очередная атака? Но предыдущие я порвал, это я точно помню! Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Так, спокойно! Ничего плохого пока не случилось, вернусь – попробую избавиться и от этой гадости. Тем более что я примерно представляю, как это делать: закрутить свою ауру до предельной скорости, и оно само оборвётся. Но сперва всё-таки нужно восстановить возможность накопления маны – чтобы иметь резерв для экспериментов.

Ладно, к делу!

Маяк встретил меня привычным пейзажем: чёрная вода, подсвеченная снизу россыпью мелких живых огоньков, и знакомые каменные глыбы основания. Здесь, у маяка, жемчуг встречается часто, но мелкий. Для нормальной работы хватает, для спасения Сима – едва ли. Впрочем, с чего-то нужно начинать.

Включив фонари, я принялся методично обшаривать дно. Магическое зрение, как обычно, работало под водой значительно лучше, чем на поверхности: каждая раковина с жемчужиной слабо светилась, и в ночной мгле найти их было даже проще, чем днём.

Первую жемчужину подобрал минут через пять – обычная, стандартная. Вторую – ещё через десять. Привычные движения: подхватить раковину, вскрыть ножом, извлечь шарик, убрать в карман. Руки работали на автомате, а голова тем временем прокручивала вчерашний день.

Мыслями я снова и снова возвращался к прогулке по Питеру. Набережные Обводного канала, второе кольцо. Два мага, которые обратили на меня внимание. Первого я встретил ближе к Мойке – проходной двор между двумя каменными домами. Невысокий мужчина, плотный, с аурой в несколько тысяч эргон. Он шёл навстречу, и я заметил, как его взгляд на мгновение задержался – будто споткнулся обо что-то невидимое. Он остановился, а я отвернулся и пошёл дальше, но именно эта секундная встреча взглядов и выделила его из толпы.

Второй – на Литейном. Высокий, в длинном тёмном пальто. Аура посерьёзнее: десятки тысяч эргон, может быть, и за сотню тысяч – точно по вихрю, который рассматриваешь на ходу, не определить. Этот тоже не просто глянул – он повернул голову и несколько секунд смотрел мне вслед. Мне даже показалось, что он хотел меня остановить, окликнуть, может быть, заговорить. Но я тогда ускорил шаг и свернул за угол. Может, зря?

Третья жемчужина. Четвёртая.

Логи радара позволили зафиксировать идентификаторы обоих. Один встретился в районе Мойки, второй – на Литейном. Оба – во втором кольце. Есть шанс, что, вернувшись в те же места, я снова их найду. Люди, как правило, ходят привычными маршрутами – там где был однажды, вероятно, появится и ещё.

Пятая жемчужина. Стандартная.

Кто из них? Может, оба. А может – один прицепил метки, а второй просто посмотрел с любопытством. Нет, так рассуждать нельзя. Если предполагать худшее, то оба опасны. И обоих нужно навестить.

Отплыв чуть дальше от маяка, к россыпи валунов, я наткнулся на раковину покрупнее. Магическое зрение показывало заметно более яркое свечение – значит, жемчужина внутри стоит пяти обычных, а то и больше. Осторожно вскрыв створки, я извлёк шарик размером с вишню. Хорошо.

Шесть жемчужин, одна из которых крупная. До пятидесяти далеко, но может быть чтобы проснуться прямо сейчас Симу не хватает нескольких единичек? Или ему их не хватает, чтобы не умереть? Зачем я медлю? Чего жду? В дело! Всю энергию срочно в дело!

Зависнув над дном, я раскрыл ладонь с крупной жемчужиной, и попытался повторить то, что неоднократно проделывал раньше: потянуть энергию из шарика в свою ауру. Тогда, при почти двухстах эргонах, это получалось легко и естественно – будто вдох. Сосредоточился. Представил, как поток переливается из жемчужины в мой вихрь, и…

Ничего.

Попробовал иначе – не тянуть, а создать разрежение вокруг шарика. Будто тяну не в одну сторону (к ядру), а во все сразу. Представлял, как синева, что заключена в этом шарике, расплывается сразу по всему объёму…

Ничего. Точнее, почти ничего. Где-то на самой грани восприятия чувствовалось лёгкое движение, но тут же оно обрывалось, будто неисправный бензиновый двигатель: кажется, вот-вот получится, но… никак! Не хватает. Мне не хватает или я не могу создать достаточно магического давления! Чтобы запустить поток, нужно иметь хоть какой-то начальный резерв, и мои девятнадцать жалких эргон – это ниже порога.

Попробовал ещё раз. И ещё. И опять. А потом снова…

Пыжился, напрягался, пока не почувствовал тупую боль за глазами. Бесполезно. Энергия жемчужины рядом – вот она! Я вижу её, ощущаю тепло (даже через перчатку гидрокостюма), но дотянуться – ни-ни. Как стакан воды за стеклом.

Мысленно выматерившись (в голос под водой не получится), убрал добычу в карман. Руки подрагивали – то ли от напряжения, то ли от холода.

Ладно. Если не выходит увеличить резерв из жемчуга, значит, остаётся другой способ – тот, что приносил энергию раньше. “Касание смерти”. И у меня есть два кандидата. А не хватит, так найдём ещё двух, десять, сто – столько, сколько надо!

Потратив ещё некоторое время на сбор жемчуга и попытки упорядочить мысли, я в итоге ничего больше не нашёл. Итого улов за ночь – пять стандартных и одна крупная. Негусто, но сейчас не до рекордов. Да и в другие дни редко когда удавалось найти больше: всё-таки планка в пять десятков жемчужин, что я на сегодня себе поставил, не была реалистичной.

Но голова уже была занята другим: маршрут, план, детали. Мойка и Литейный. Литейный и Мойка. Проходные дворы. Так. “Отвод глаз” я сейчас не скастую – маны не хватит. Значит, действовать лучше ночью, тихо, без свидетелей. Но это второй круг, и простолюдинам в это время суток там не место. Вот чёрт! Эх, и хотел же вчера поставить метки на обоих, как бы сейчас было просто – потяни энергию и всё. Нет же – переосторожничал. Теперь придётся этих вражин тупо искать. Блин. Хорошо хоть идентификаторы есть – не обознаюсь.

Взглянув на часы, я развернул скутер к базе и погнал в сторону дома. Автопилот не включал – безделье давило на психику, чтобы не сойти с ума хоть чем-то, пусть и рулёжкой, но нужно было заниматься. Увы, отвлечься не получалось. Всю дорогу до пирса я нет-нет, но смотрел на вихрь Сима. Он стал ещё прозрачнее. Ещё медленнее. Будто ледяная фигурка, которая вот-вот растает в тёплой воде. Проклятье!

Заходить на базу не стал. Сдавать жемчуг незачем – самому ещё пригодится. Переоделся в сухое и, не оглядываясь, пошёл к паромной станции.

Ближайший рейс (он же и первый) до Стрельны – через сорок минут. Лучше ждать там, чем изнывать от безысходности дома.

Притопывая от холода, я бродил вдоль пирса и смотрел на тёмную воду залива.

Сим молчал.

Мойка

Первый паром до Питера отходит в шесть утра. Возвращается – в десять. Когда я пришёл на пристань – мокрый, замёрзший и злой, там ещё вообще никого не было. На месте не стоялось – стал бродить кругами обходя квартал за кварталом. В итоге – чуть было не опоздал.

Ночь под водой вымотала: пять жемчужин и одна крупная, а толку – ноль. Энергию впитать не смог, Сим по-прежнему молчит, а его вихрь продолжает таять.

Спустившись на нижнюю палубу, чуток согрелся и ненадолго провалился в зыбкий тревожный сон. Потом вскочил и вышел на воздух. Оставшуюся дорогу простоял на палубе, глядя на серую воду и прокручивая в голове предстоящий маршрут. Район Мойки. Район Литейного. Два идентификатора в в логах. Два мага, которые позавчера обратили на меня внимание. Кто-то из них – или оба – прицепили ко мне метку, похожую на моё собственное “касание смерти”, а потом попытались убить. И ладно бы только меня, но Сима! Гады!

Пришвартовались около семи. Питер в это время уже просыпался: рабочий люд спешил по своим делам. Автомобили понемногу наполняли улицы, а извозчики катались в поисках придурков, что любят кареты – в эпоху нейросетей-то. М-да.

Спустившись по трапу на берег, я смешался с толпой и двинулся в сторону второго кольца.

По дороге наткнулся на группу из четырёх человек у подворотни, рядом с каким-то учебным центром. “Дежурные”. Вымогатели, собирающие дань с учащихся. Такие же, каких убил в Кронштадте, только питерские.

– Братишка, ты куда? – окликнул один.

Всерьёз размышляя, не пустить ли этих отморозков на эргоны, я пихнул говорливого плечом и не останавливаясь прошёл мимо. То ли вид мой не вызывал энтузиазма, то ли почувствовали мой настрой, но преследовать меня никто не стал. Может и зря.

Поймав себя на мысли, что всерьёз обдумываю этот вариант – остановиться и вернуться, я несколько ускорил шаг.

Но сам факт странный: они повсюду. Как говорят – в каждом городе, у каждого учебного центра. Закономерность. Система. Это ж-ж-ж неспроста. Вернётся Сим – нужно попросить его разобраться в этом вопросе. Нет, это не важно, пусть лучше займётся диагностикой таких вот меток, которыми эти гады нас чуть ли не прикончили…

Обдумывание задач, которыми я нагружу Сима, после того, как он очнётся, помогло переключить голову в конструктивное русло.

Сделав окошко радара покрупнее, я принялся неотрывно следить за маркерами, а дальше события и дела стали образовываться сами по себе.

Как только я добрался до второго кольца, первым делом пришлось найти тихий угол между двумя домами – этакую нишу в стене, прикрытую от ветра, – где я уселся прямо на каменный выступ. Холодно, но сейчас не до комфорта.

Дело в том, что радар работал с ошибкой. Мелочь, но она не только раздражала, но и мешала: маркеры людей, уже ушедших из зоны видимости, не удалялись с виртуального окна. Границы окна засорялись значками, отвлекающими на себя внимание, и через полчаса на нём была каша.

Вообще, этот баг я заметил давно, но в Кронштадте, где мало людей, он напрягал не сильно, а потому починить – руки пока не доходили.

Дрожа от холода, открыл редактор и минут десять ковырялся в коде очистки. Ошибка оказалась дурацкой: таймер обновления не сбрасывался при повторном обнаружении того же человека, и через какое-то время метка считалась устаревшей для системы, но не удалялась из отрисовки. Три строчки исправлений, перезапуск – работает.

Этот мелкий ремонт привёл к важному наблюдению. Без магии, без “отвода глаз”, я чувствую себя как голый на площади – настолько привык к невидимости за последние недели. А теперь, блин, каждый прохожий меня видит, приходится его контролировать, и с этим ничего не поделать.

Х-гм. Но радар показывает, где в радиусе двухсот метров находится каждый человек. А значит что? А значит я могу хотя бы строить свои маршруты так, чтобы минимизировать встречи с этими самыми прохожими. Не невидимость, но всяко лучше, чем ничего!

Проверил: вот переулок, в нём три человека. Двое идут мне навстречу, один стоит у какой-то двери. Если сверну в арку справа, пройду двором и выйду на параллельную улицу, а затем вернусь за тем домом – никто меня не увидит. Вообще.

Сработало. Проверил ещё раз, затем ещё.. И в какой-то момент это стало походить на увлекательную игру: смотришь на карту, выбираешь пустой коридор, идёшь. Условная невидимость без всякой магии.

Конечно, это не “отвод глаз”. Если кто-то смотрит прямо на тебя, то радар не спасает. Но в городе, где полно переулков, арок и проходных дворов, этого достаточно, чтобы пройти из точки “A” в точку “B”, почти ни с кем не столкнувшись.

Передвигаясь таким образом, я начал систематический обход района Мойки. Делал зигзаги, петли, старался держаться малолюдных переулков, но не уходить далеко от набережной – именно там позавчера я встретил первого кандидата.

Часы шли. К полудню ноги гудели, а желудок требовал еды, которой я не взял. Зашёл в какую-то лавку, купил пирожок, сжевал, даже не заметив вкуса начинки. Радар молчал: ни одного из двух идентификаторов в зоне видимости.

После обеда, когда уже начал подумывать, что пора переключиться на Литейный, радар наконец пиликнул.

Взглянул на логи: метка совпадает с первым идентификатором – тот самый невысокий маг с Мойки. Ты-то мне и нужен!

Остановившись, я сконцентрировался на радаре. Клиент двигался по соседней улице, метрах в ста двадцати от меня. Но не один – рядом вторая метка – идёт параллельным курсом. Знакомый или просто прохожий, идущий рядом? Нет, судя по синхронности меток, идут именно вместе. Ладно, это мне не интересно.

Я двинулся наперехват, корректируя своё движение по радару. Два переулка, арка, ещё один проход – и вот я на той же улице, метрах в пятидесяти впереди от цели. Развернулся и пошёл навстречу по противоположной стороне, стараясь выглядеть обычным прохожим.

Общаться с ним я не планировал. Вообще старался даже не смотреть в его сторону. Думал – поставлю метку и сразу же двину на Литейный. Увы, не срослось: как в прошлый, так и в этот раз он меня заметил, причём оба раза выглядело это совершенно одинаково. Остановился. Далее, его взгляд сперва расфокусировался, а затем он повернул голову, фокусируясь уже на мне. Вероятно, именно так со стороны и выглядит человек, который постоянно использует магическое зрение.

– Стой! – рыкнул он негромко, но властно.

Я тут же, что называется, рефлекторно свернул в ближайший переулок. Быстрым шагом, не бегом – бег привлекает внимание. За спиной послышался шум. Один преследователь – не оба. Шаги торопливые, тяжёлые. Помощник – вторая метка.

Поворот, ещё поворот. Я ускорился, затем и вовсе перешёл на бег. Переулок, поворот, арка, арка – двор, тупик. Чёрт! Всё, прятки кончились. Передо мной типичный питерский двор-колодец: четыре стены, одна арка, мусорные контейнеры у дальней стены и клумба в центре с низким чугунным заборчиком.

Глядя на приближающуюся метку, я остановился и развернулся лицом к преследователю. Как быстро из охотника я стал дичью! Блин!

Пара секунд – и в арке появляется здоровенный бугай. Только здесь получилось его рассмотреть – до этого, я больше пялился на маркеры радара. Одежда свободная, не стесняющая движения. В руке пистолет. Телохранитель? Похоже на то. Оружие не поднял, но и не прячет: держит стволом вниз, вдоль бедра – на виду.

– Стоять! Руки!

Я приподнял, вернее, развёл руки. Пистолет – аргумент, с которым не поспоришь.

Через полминуты подошёл и мой маг – цель, что я так долго разыскивал. Не запыхался – шёл спокойно, будто на прогулке. Встал рядом с помощником, разглядывая меня с любопытством. В магическом зрении его аура не так чтоб и сильно светится – несколько тысяч эргон, не больше. Много слабее, чем я ожидал. Кажется, в прошлый раз было по-другому. Х-гм.

– Ты чей? – спросил маг.

– В каком смысле?

– Чей слуга? Какому роду служишь?

– Свой собственный, – буркнул я. – Что вам надо?

Маг нахмурился. Обменялся взглядом с помощником.

– Кто твой патрон? Отвечай.

– У меня нет патрона. Я сам по себе.

– Так не бывает, – маг покачал головой. – Магов без рода не бывает. Что здесь делаешь? Ты диверсант? Разведчик? Кто тебя отправил? Говори!

Разговор шёл куда-то не туда. Он задавал вопросы, которых я не понимал, а я давал ответы, которые его не устраивали. Тупик – в обоих смыслах.

В какой-то момент мне всё это надоело и я начал импровизировать. Правая рука медленно опустилась к карману. Пальцы нащупали знакомую тяжесть “бабочки”. Щёлк – поворот – щёлк. Лезвие раскрылось красивым привычным движением – сотни повторений за эти недели.

И хотя оба они стояли в десятке шагов, но телохранитель среагировал мгновенно: пистолет пошёл вверх и я увидел чёрное отверстие, смотрящее мне прямо в лицо.

Но я не мог на таком расстоянии его резать, да мне и не нужно было – “бабочку” достал лишь для отвлечения внимания.

“Касание смерти” на бугая – магический вдох. Жалкие остатки маны выплеснулись в руну, вихрь закрутился, и вот уже по соединяющей нас нити идёт поток синей энергии. Не останавливаясь, пускаю всю прибыль в дело – вторая нить, к магу и новый “вдох”.

Тот только и успел, что открыть рот… Может быть, хотел что-то крикнуть или что-то скастовать, но “касание смерти” – штука тихая. Здесь уже не просто поток – а широкая полноводная река! Мир вокруг начал плыть, темнеть по краям. Я чувствовал, как из мага льётся энергия – горячая, быстрая, совсем не похожая на слабый ручеёк от телохранителя. А главное, её больше – много больше, чем я считал до этого!

Ноги подогнулись. Перед тем как темнота захлестнула меня целиком, я увидел, как маг падает лицом вперёд, и услышал как пистолет телохранителя глухо стукает об асфальт.

…

Очнулся от холода.

Первое, что ощутил, – мокрая от снега спина и чугунные прутья заборчика, впившиеся в рёбра. Я лежал на клумбе, скрючившись между мёрзлых кустов. Рядом два тела. Маг валяется лицом вниз, телохранитель – на спине, ноги подвёрнуты. Пистолет – чуть в стороне, у стены.

Сколько я так пролежал? Минуту, две? Метки на радаре вроде есть, но все спокойные – вне зоны видимости. Хорошо.

Поднявшись на четвереньки, огляделся: двор пуст, в немногочисленных окнах темно. Повезло. Ещё раз проверил ауры – мёртвые, оба. Вихри остановились энергия медленно рассеивается.

Следы. Нужно замести следы.

Магическое убийство – штука приметная. Не знаю почему, но я посчитал, что факт магической атаки обязательно нужно скрыть, спрятать, замаскировать. Но как? За чем-то ещё более приметным, например, ножевым ранением.

Не обращая внимания на собственную слабость, я доковылял сперва до телохранителя и нагнувшись потянул его за правую ногу. Р-раз, д-два! Перевернул и перекинул его через чугунные прутья заборчика животом вниз. Голова – слева, ноги – справа. Тело было ещё тёплым. Снова достал “бабочку”, примерился и провёл лезвием по горлу – глубоко, от уха до уха. Магическая заточка прошла сквозь кожу, плоть и, кажется, кости – без сопротивления. Кровь потекла вниз, на мёрзлую землю клумбы – уже густоватая, начала сворачиваться, но положение помогало: сила тяжести сделает своё дело, и под телом скоро должна скопиться изрядная такая лужа.

Со вторым проделал то же самое – пристроил рядышком на тот же заборчик. Две фигуры, перекинутые через ограду, с почти отрезанными головами. Что это? Грабёж? Пьяная разборка? А может, они с “дежурными” чего не поделили? Не важно, главное – не магия.

Вытер лезвие о штаны мага, закрыл “бабочку”, убрал в карман. Подобрал пистолет, подумал секунду – и сунул за пояс. Пригодится.

Выходя через арку, заставил себя идти спокойно. Не бежать. Не оглядываться. Просто человек возвращается домой зимним вечером.

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв 82 эргон”, – сообщила Система.

А жизнь-то налаживается!

Не знаю почему, но осознание того, что я только что убил двух человек, не жгло совершенно. В момент встречи и разговора – да, адреналиновый удар был и немаленький, а теперь… Прислушался к себе – никаких угрызений совести, что описывают в книжках.

Впрочем, это ведь не я кровожадный, а они сами на меня напали?! На этом и остановимся. Меньше рефлексии – больше дела. Где там второй? На Литейном!

На набережной ещё раз бросил взгляд на магический резерв: растёт помаленьку, уже почти сотня. Негусто, но жемчуг теперь, точно уже смогу использовать, а главное – концентрировать энергию в районе глаз и солнечного сплетения. Это поможет сохранять голову ясной, а рассудок холодным.

А ещё заметил то, на что раньше не обращал внимания: те две нити, что тянулись от моей ауры и ауры Сима, оказывается уходят куда-то на северо-запад. В сторону Васильевского. А что там? Первое кольцо. А туда простолюдинам хода нет.

М-да.

Литейный

После набережной Мойки двинулся на восток, к Литейному. Резерв перевалил за сотню, и первое, что я сделал – раскрутил “отвод глаз”. Расход минимальный, а ощущение, будто натянул невидимый капюшон. Сразу стало легче: прохожие скользили взглядом мимо, и я снова мог двигаться по улицам, не высчитывая траекторию по радару.

Впрочем, радар я не выключал. Наоборот, именно сейчас, пока ноги несли меня по набережным и переулкам второго кольца, голова была занята его доработкой.

Идея пришла ещё утром, когда чинил баг с маркерами. Радар показывает людей вокруг – замечательно. Но он не запоминает. Каждый маркер живёт ровно столько, сколько человек находится в зоне видимости, а потом исчезает. А что если эту информацию записывать? Простая база данных: идентификатор, суммарное время нахождения в моём радиусе, количество “встреч”. Метки с большими значениями – это либо знакомые (Николай, сотрудники базы), либо соглядатаи. Не знаю, будет ли кто-нибудь когда-нибудь за мной следить, но такая функциональность определённо не помешает.

А ещё можно подписывать метки. Вот этот идентификатор – Николай. Этот – Семён. Этот – Светлана, от которой лучше держаться подальше. В общем, работы – программировать не перепрограммировать. И, как ни странно, именно эти мысли – про код, про структуры данных, про интерфейс – успокаивали лучше любой медитации. Привычная работа для привычно напряжённых мозгов.

Занятый этими размышлениями, я едва не пропустил уведомление.

Радар пикнул: второй идентификатор. Тот самый высокий маг с Литейного, который позавчера смотрел мне вслед и, кажется, хотел заговорить. Метка показывала, что он находится в соседнем здании, метрах в сорока.

Остановившись, я огляделся. Передо мной двухэтажное каменное строение с вывеской и тёплым светом в окнах. Кабак. Что-то вроде той “Русской рыбалки”, где мы сидели с Николаем. Среднестатистическая забегаловка для местных.

По расположению маркеров внутри здания я примерно восстановил компоновку: вход с улицы, справа – зал с десятком меток (посетители), слева – коридор или кухня (пара меток персонала). Моя цель сидела в дальнем углу зала, в одиночестве. На этот раз без телохранителя.

Хорошо.

Концентрация энергии за глазами – ясность мыслей. Концентрация на солнечном сплетении – страх отступает. “Отвод глаз” – на максимум. Я толкнул дверь и вошёл.

Внутри – тепло, гул голосов, запах жареного мяса и чего-то кислого. Дешёвая мебель, низкие потолки, мутные светильники на стенах. Я прошёл к стойке, стараясь двигаться естественно. “Отвод глаз” делал своё дело: каждый, кто поднимал на меня взгляд, тут же отворачивался. Бармен посмотрел в мою сторону и тоже отвёл взгляд, но заказ принял – горячее вино, стаканчик на вынос.

Пока он возился, я бросил короткий взгляд в зал. Маг сидел в углу, спиной ко мне. Тёмное пальто висело на спинке стула. Аура – да, серьёзная. Десятки тысяч эргон, плотный многослойный вихрь. Не чета первому.

Бармен протянул стакан. Я расплатился, взял вино и двинулся к выходу. Непрерывно кастуя “отвод глаз”, сделал небольшой крюк внутрь зала – поближе к цели. Четыре метра. Три. Мысленное усилие – нить “касания смерти” протянулась к вихрю мага. Метка встала. Маг даже не шевельнулся.

Теперь назад: три метра, четыре… Дверь. Улица. Холодный воздух ударил в лицо. Всё. Дело сделано. Теперь – расстояние.

Вообще, метку я мог поставить даже не заглядывая внутрь. Я ещё не пробовал, но уверен, что смогу отправить смерть человеку находясь от него в сотне метров – достаточно лишь видеть его ауру. Зачем я вообще заходил в это кафе? Не знаю. Казалось, что именно так я смогу колдануть максимально тихо, незаметно, не привлекая внимания. Чем меньше расстояние до цели, тем ниже магическое напряжение, и тем ниже вероятность обнаружения – такая логика.

Горячее вино обжигало пальцы сквозь тонкий стаканчик. Я отхлебнул – кислятина, но тепло разлилось по телу. Двинулся к автобусной остановке быстрым шагом, но не бегом. Обычный человек возвращается домой с работы, пьёт вино на ходу – что может быть естественнее?

На остановке минут двадцать пришлось подождать. Стоял, грел руки о стаканчик и продолжал думать о радаре. Если добавить в базу данных ещё и координаты каждой встречи, то можно будет строить что-то вроде тепловой карты: где какой человек бывает чаще всего. Полезно, если нужно кого-то найти. Или, наоборот, избежать. Впрочем, это уже работа не на один вечер.

Автобус довёз до Стрельны за полчаса. Там я ещё минут пятнадцать ждал парома, бродя по пристани и допивая остывшее вино.

На пароме был выбор, и я занял место у окна, подальше от остальных пассажиров. Привалился плечом к холодному стеклу, прикрыл глаза. Со стороны – уставший работяга, задремал после тяжёлого дня.

Нить “касания смерти” тянулась через весь город – тонкая, едва ощутимая на таком расстоянии, но она была. Я чувствовал чужой вихрь на другом конце: горячий, мощный, живой.

Потянул энергию, делая магический вдох.

Поток ударил по нити, как вода по шлангу. Обжигающий, плотный – несравнимо сильнее, чем от первого мага. Десятки тысяч эргон хлынули в мою ауру, и мир снова поплыл. Темнота начала наползать с краёв зрения. Я ждал этого – знал, что потеряю сознание, и заранее устроился так, чтобы не сползти на пол.

…

Очнулся от того, что кто-то задел моё плечо, протискиваясь по проходу. Открыл глаза. Стакан из-под вина стоял на подоконнике, голова привалена к стеклу, руки на коленях. Просто пассажир уснул у окна – ничего необычного.

Короткий взгляд на часы показал, что без сознания пробыл минуты три-четыре не больше.

Всплыл индикатор резерва: триста восемьдесят эргон. Негусто – второй маг был куда сильнее первого, но “касание смерти”, похоже, забирает лишь крохи от того, чем обладает жертва. Впрочем, после девятнадцати жалких единиц и это казалось состоянием.

А нить? Проверил – оборвана. Вихря на том конце больше нет.

Я посмотрел на часы. От Стрельны до Кронштадта паром идёт около сорока минут. Автобус до Стрельны – ещё минут тридцать. До этого – пешком до остановки. Последнее пересечение с целью – в кабаке, полтора часа назад. И с тех пор я ни разу не был рядом. Алиби? Не идеальное, но сойдёт: убийство магическое, его и так заметят, но привязать к конкретному человеку, который в момент смерти был на пароме, удаленном на несколько километров, – попробуй докажи.

Паром причалил. Я поднялся, допил остывшее вино и вышел на пристань Котлина. Ночной воздух обжёг лёгкие.

Глянул на Сима. Вихрь по-прежнему слаб, но – показалось или нет? – чуть плотнее, чем утром. Чуть ярче.

Или просто хочется в это верить.

Салюты

Всё-таки этот день меня вымотал. Хотя с момента, когда магия начала возвращаться, я старался сколь возможно долго держать комок энергии у солнечного сплетения – и страх отступал, и голова работала яснее, – но общее напряжение сказалось. Два убийства, бесконечные петли по переулкам, холод, недосып, провальная ночь под водой перед этим…

Добравшись до базы, едва добрёл до своего лежака в капсульном отеле и, не раздеваясь, рухнул на матрас. Помню, как подтянул одеяло, и всё – будто выключили.

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв 814 эргон”, – первое, что сообщила Система, когда я открыл глаза.

Восемьсот четырнадцать. Это был сюрприз. В прошлые разы – после убийства дежурных, после истории с Кондором – я тоже замечал, что некоторое время после события резерв продолжает расти. Видимо, усвоение чужой энергии – процесс не мгновенный. Триста восемьдесят вчера вечером, восемьсот четырнадцать сейчас. Больше чем вдвое.

“Упрямство и труд всё перетрут!” – автоматически пронеслось в голове.

– Эй, друг! Ты спишь там, что ли? Подъём! – голос Николая раздался откуда-то из-за перегородки.

Я сел, тряхнул головой. Судя по времени, проспал всю ночь и половину следующего дня. На часах – без малого два пополудни.

– Чего тебе?

– Ну как чего? Мы же договаривались! – Николай сунул голову в мою капсулу, сияя как начищенный самовар. – Учебный центр, помнишь? Ты обещал помочь пройти мимо дежурных!

– Сегодня, что ли? – я потёр лицо ладонями. – Мы немного не так планировали.

– Ну, я думал…

– Коля, – я посмотрел на него как можно серьёзнее, – туда нельзя просто так взять и зайти. Мне нужно побродить вокруг, посмотреть, кто где стоит, сколько их, когда меняются, где слепые зоны. Составить план.

– А… – Николай приуныл. – И как долго ты будешь этим заниматься?

– Несколько дней. Может, неделю. Я сделаю – обещал же. Но не сегодня. Иди пока, дай мне проснуться.

Николай ушёл, а я откинулся на подушку и полез в карман за жемчугом. Пять стандартных жемчужин и одна крупная, что остались с позавчерашней ночной вылазки. Теперь, с восемью сотнями эргон, порог для впитывания энергии из жемчуга давно пройден.

Взял первую жемчужину, сконцентрировался. Вдох – и поток энергии пошёл из шарика в ауру. Легко, естественно, будто так и должно быть. Шесть жемчужин – и резерв подрос до восьмисот сорока. Негусто, но хотя бы работает.

Прикинул. До атаки у меня было триста восемь эргон. У первого мага – тысячи, скажем, три-четыре. У второго – десятки тысяч, может, больше. И от всего этого мне досталось порядка четырёхсот-пятисот? Значит, в лучшем случае, “касание смерти” забирает один процент магического резерва жертвы. Паршивый КПД. Но другого способа быстро пополнить запас у меня не было, а жемчугом, если бы он работал, до прежних трёхсот восьми эргон я бы добирал недели две.

Ладно, хватит валяться. Поделаю дела, а пока то-сё, в голову придёт правильная мысль. Можно, конечно, прямо сейчас заняться этими нитями, но что-то, какое-то чутьё говорит, что спешить не следует, а наоборот – следует быть осмотрительнее. Х-гм…

Памятуя об обещании Николаю, оделся, умылся и отправился на разведку.

Площадь перед учебным центром выглядела знакомо: приземистое здание в глубине, а перед ним несколько фонарей, пара скамеек. Скамейки теперь несут чисто декоративную функцию: попробуй на них присесть – дежурные тут же заподозрят, что тебе в учебку. Пристанут.

Дежурных у входа, кстати, трое. Кто такие – не знаю, с этими людьми пока ни разу не пересекался. Но повадки такие же: стоят, курят, поглядывают на проходящих. Радар показывает ещё и несколько человек внутри здания.

Я не стал подходить близко. Обошёл квартал, посмотрел на подходы и отходы, прикинул слепые зоны. Сделал пару заметок в блокноте вирта. Вернусь сюда ещё раз в другое время суток.

Уходя от учебки, завернул в торговый центр. Впрочем, торговым центром это можно называть с очень большой натяжкой – скорее крытый рынок в несколько рядов под общей крышей. Впрочем, термины из моего мира приелись, так буду называть и здесь.

Народу немного. Всё-таки Котлин – небольшой остров, жителей тут едва ли наберётся на приличный посёлок. Рядов с десяток: продукты, одежда, какие-то бытовые мелочи. Бродил между прилавками без особой цели, пока взгляд не зацепился за точку с фейерверками. Новый год всё-таки, и кто-то здесь тоже его отмечает.

Салюты. Ракеты. Петарды разных калибров. И в этот момент в голову пришла мысль. Я постоял перед прилавком, прокручивая идею, и решил: да, это может сработать.

– Сколько стоит вот это? – ткнул пальцем в коробку с салютами.

– Рубль и пятнадцать копеек за штуку.

Пересчитал наличность в кармане: двенадцать рублей – всё, что было. Прикупил десять салютов – на всю сумму.

Оставшиеся несколько копеек потратил на булку, жуя которую топал домой, так и эдак прикидывая варианты.

Вернувшись на базу, засел у фабрикатора. Задача: приделать к салютам дистанционную активацию или хотя бы отложенную – по таймеру.

Провозился часа два. Ничего путного не выходило. Я пока в местном программировании и технологиях далеко не специалист – одно дело писать триггеры для радара, другое – управлять физическими устройствами.

Да, фабрикатор может печатать почти что угодно, но чтобы собрать из этого работающую схему, нужны знания, которых у меня пока нет.

Сделав несколько неудачных попыток, полез в онлайн-магазин за чем-то готовым и после получаса поисков нашёл детскую игрушку – этакую мигающую ёлочку с лампочками и, главное, встроенным реле времени.

Напечатал ёлочку, а затем разобрал её. Удивительно то, что внутри – не совсем электроника. Или совсем не электроника. Если смотреть на это магическим зрением, то видно: будто пространственная схема. А для простого человека – нечто похожее на кусочек речного камня с э… выводами. А вот лампочки вполне соответствуют аналогам в моём мире.

Аккуратно разломав колбы нескольких, сделал из них систему поджига фитилей салютов. Для надёжности – три нити накаливания на один фитиль: какая-то да подожжёт.

Собрал первый прототип отложенного взрывателя, выставил на нём задержку в тридцать секунд и провёл испытания. Результатами остался доволен – работает, пусть конструкция и достаточно громоздкая.

Остаток вечера ушёл на то, чтобы собрать ещё девять таких “изделий” – по одному на салютик. Получилось хреново: кривые скрутки, непонятно, как эта неэлектроника работает – чего в ней больше: магии или автоматики. Но в целом это неважно. Как говорится, за неимением нормальной бумаги придётся подтираться гербовой.

Часть 7. Государево дело

Заброска

На подготовку операции ушла неделя.

Всё это время я работал в намеренно сбитом, а вернее, неравномерном ритме. Начинал день я с того, что подходил к учебному центру и фиксировал показания радара, который исправно отображал маркеры людей. Разбирая, которые из них – дежурные, я делал записи: кто где стоит, где слепые зоны. Затем отправлялся на работу, где собирал жемчуг, потихоньку наращивая энергетический резерв. Прерывался всегда через случайный промежуток времени: когда через час, а когда через пять. Возвращался и снова записывал расстановку дежурных.

В большинстве случаев их было пятеро, а сменяли друг друга они по двое-трое. Днём, когда в учебку никто особо не рвался, они вели себя расслабленно: курили, болтали, иногда даже по очереди покидали свои посты. Вечером относились к делу серьёзнее: патрулировали, стояли, чаще оглядывались. Вели себя прям не как бандиты, а какие-нибудь военнослужащие!

Ранее принятое решение проводить операцию днём окончательно оформилось как единственно верное.

План был прост: я раскладываю салюты с таймерами по урнам в небольшом радиусе от учебки. Трам-тара-рам обязательно привлечёт к себе внимание, и пока дежурные смотрят шоу, Николай проскакивает в здание. Просто и тупо. Как любой хороший план.

Кстати, об урнах. На месте властей города я бы давно заменил их все на утилизаторы. А всю торговлю – на фабрикаторы. И космическую экспансию бы развернул… Х-гм.

Но я отвлёкся. Главноая сложность моего плана заключалась в том, что разложить салюты нужно незаметно и за короткий промежуток времени. Всё-таки активация у моих самоделок не удалённая, а по таймеру. Получается, что сразу после закладки первого сюрприза пути назад уже не будет – чтобы его отменить, его нужно забрать.

А урны на улице – штука открытая: если кто-то увидит, как подозрительный тип что-то по ним раскладывает, могут всполошиться и раньше времени. Увы, “отвод глаз” в этом деле хоть и очень хорошее подспорье, но не панацея. Проблема этого магического конструкта в том, что он не широковещательный, а “адресный”: каждого, кому нужно отвести взгляд, я должен контролировать своим вниманием.

В общем, задачка непростая.

Однако самым сложным оказалось другое. Труднее всего было убедить Николая, что если я скажу “операция переносится”, то он должен спокойно вернуться домой и ждать следующего подходящего случая. Очень уж он хотел чего-то там изучить и, как я понял, податься из ловцов жемчуга в какую-то другую профессию.

Как бы то ни было, а в какой-то момент я понял, что план окончательно определён, новой информации я уже не получу и потому пора приступать к его выполнению.

В день операции я поднялся рано, позавтракал, проверил снаряжение. Из десяти самоделок в строю осталось пять: один салют ушёл на испытания, а четыре я забраковал по ненадёжности. Оставшиеся я упаковал в рюкзак, обложив их тряпками, чтобы не гремели. Некрасиво, но функционально.

Николай ждал меня у ворот базы. Нервничал – это было видно, хотя и виду он старался не подавать. Считая, что ему стоит успокоиться, я не стал с ним что-либо обсуждать, а махнув головой, молча направился в сторону учебки. Эта дорога от одного берега острова к другому за последние дни мне уже порядком поднадоела, но я надеялся, что уже завтра, а вернее – сегодня к обеду все обязательства, что я взял на себя, окажутся выполненными.

– План простой, – начал инструктировать его я, едва мы добрались до места. – Ты стоишь здесь – за углом. А я всё организую. Если услышишь грохот – не реагируешь. Спокойно ждёшь меня или моего сообщения в чате. Потом идёшь ко входу. Не спеша и не бегом. Дверь там не запирается – ничего тебе не помешает. Внутри не останавливаешься, а идёшь прямо на лестницу. Комнаты первого этажа занимать даже не пробуешь – перед возвращением лучше иметь пространство для манёвра, а там постоянно кто-то дежурит. В общем, займёшь любую свободную комнату второго или третьего этажа. Потом ждёшь сутки и учишься.

– А где будут дежурные?

– Я отвлеку их – не волнуйся! Постараюсь сделать так, чтобы они разинув рты смотрели на фейерверки. На тебя никто внимания не обратит.

– А если…

– Коля! – нажал я голосом, – Спокойно стоишь. Ждёшь команды. Потом идёшь. Не бежишь. Внутри выбираешь только второй или третий этаж. Всё.

Он кивнул. Я хлопнул его по плечу и двинулся к учебке.

Раскладка сюрпризов прошла как по нотам. Радар помогал контролировать цели, понимать какую нужно выбрать для очередного “отвода глаз”, а прохожих, к счастью, не было вовсе. Идеальное стечение обстоятельств!

Три салюта я положил в урны, а два просто на землю, направив их горизонтально в сторону стен учебки – прямо у входа. Бабахи в непосредственной близости совершенно точно привлекут внимание, а затем обычные фейерверки в небе заставят смотреть вверх и на урны, из которых это всё взлетает.

Задержки, как позже выяснилось, я рассчитал правильно: бабах у стены, пауза тридцать секунд, затем второй – для тех, кто не понял. Затем три минуты и три фазы шоу в небе.

Сделав дело, вернулся к Николаю. Он был на месте – бледный, с руками в карманах.

– Готов?

– Угу.

Я глянул на радар. Двое дежурных у входа, третий – внутри здания, на первом этаже. Вокруг – обычное дневное движение, десятка полтора маркеров в радиусе двухсот метров. Никого подозрительного. Порядок.

– Ждём, – сказал я и взглянул на обратный отсчёт в окошке перед глазами.

Три секунды, две, одна… Бабах!

Звук был неожиданно громкий – стены двора его усилили, и эхо прокатилось по переулку. Как я и предполагал, первый салют вызвал лишь недоумение. Да, привлёк к себе внимание, но перемещений маркеров на радаре не случилось.

Зато когда грохнуло в том же месте во второй раз, дежурные, что находились внутри учебки, переместились на улицу, и все радарные отметки скучковались в одном месте – у входа.

– Что там? – спросил Николай, когда я осторожно выглянул из-за угла.

– Болтают, – пожал я плечами. – Через пятнадцать секунд будет вторая часть “Марлезонского балета”, и, если отойдут, начинаем.

Стартовавший из ближайшей урны салют, как и ожидалось, влил энергию в затухающий к происходящему интерес. Тот факт, что фейерверк случается как бы сам по себе, не остался без внимания, и, едва в небе отгремело, компания чуть сместилась от выхода – прямо туда, где должна оказаться по моему плану. Отлично!

Грохнуло дальше, и я скомандовал:

– Считай до двадцати – и вперёд! А я проконтролирую, в случае чего – прикрою.

Николай кивнул и начал беззвучно шевелить губами.

Я же шагнул вперёд и, раскрутив вихрь “отвода глаз”, принялся кастовать его на дежурных. Внимание гоп-компашки и так не было сосредоточено в нашем направлении, а с магическим нажимом стало совсем хорошо. Выйди мы сейчас хоть голышом да танцуй джигу – нас бы не заметили. Жаль только, энергия улетала будто вода в песок.

Выждав положенное, примерно одновременно с очередным ба-бахом, мимо меня проскользнул Николай, быстрым шагом направившись к дверям учебки. Увы, в какой-то момент нервы его не выдержали, и он-таки сорвался на бег. Громкий хруст снега и хлопнувшая дверь не могли не привлечь к себе внимание, и никакой “отвод глаз” здесь бы не помог. Поскольку вернуться за угол я уже не успевал, то вливая последние крохи маны в “отвод глаз”, я рванул за напарником.

Влетев в коридор, я услышал торопливые шаги Николая, поднимающегося по лестнице и, глядя на движение маркеров, бросился к ближайшей ко мне комнате. К счастью, она была свободна, и, заскочив внутрь, я чуток приостановился и как только входная дверь учебки открылась, досчитал до трёх, а затем с грохотом захлопнул дверь в свою комнату. Всё. Теперь всё внимание сосредоточено исключительно на мне.

“Выберите цель посещения: «обучение», «медицинская помощь» или «тестирование»”, – проснулась Система.

Чёрт! Вообще, изначально попадать сюда я не планировал, но теперь, раз уж так получилось, почему бы и нет? Х-гм.

Всё равно сегодня вечером я собирался избавиться от этих треклятых меток. Так и почему бы не проделать это здесь? Учебка – здание с толстыми стенами, медицинскими капсулами и, главное, без людей, что могут помешать.

Кроме того, помнится, я хотел попробовать получить ещё один сертификат: конструкторский или торговый – любой из тех, что дадут право отправлять чертежи для фабрикатора на аукцион. Вдруг захочется подзаработать – этот способ выглядит неплохим.

Что же, значит судьба. Не обращая внимания на крики за дверью, я потянул застёжки куртки, а затем, сосредоточившись на интерфейсе, отправил сообщение:

@Андрей@Николаю: ты слишком громко топал, и нас заметили! Если деньги не жмут, не начинай учёбу ещё пару дней.

@Николай@Андрею: спасибо! Так и сделаю.

Сбросив верхнюю одежду, я отмахнулся от выбора цели посещения, согласившись со списанием денег за аренду комнаты.

Что ж. Добро пожаловать обратно.

Сертификат

Решив отложить избавление от нитей на вечер, я подумал: а чем заняться до темноты? Мысль о сертификате не отпускала. Раз уж я здесь, в учебке, с работающей капсулой и системой тестирования – грех не попробовать.

Конструкторский сертификат – вот что мне нужно. С ним можно выставлять чертежи на аукцион фабрикатора. Да, пусть сегодня я имею всего один – телескопический турник, который я когда-то спроектировал, но идей в голове много – вдруг захочется чем-то фарцануть. Деньги здесь не главное, но возможность хоть что-то продавать – это свобода.

Инициировал тестирование. Первые вопросы показались несложными: базовые понятия о материалах, допуски, стандарты крепления. Я отвечал, опираясь на логику и надеялся на инсайты из загруженных знаний, а Сим… Сим по-прежнему молчал. Его вихрь был чуть ярче, чем неделю назад, но сознание не отзывалось. Привычная тишина в голове, к которой я теперь никак не могу привыкнуть.

Без Сима не было и подсказок из энциклопедии. На третьем блоке вопросов я окончательно поплыл: расчёт магических контуров в фабрикаторных шаблонах, совместимость адалитовых компонентов, допустимые отклонения в рунных прошивках. Даже с энциклопедией под рукой я бы не справился – тут нужны не справочные данные, а понимание. А энциклопедии без Сима не было. Инсайтов тоже не случилось.

Провалил. Ожидаемо, но обидно.

Ладно. Торговец?

Запустил второй тест. И с первых же вопросов понял: это совсем другая история. Нужно ли платить налоги с продажи? Очевидно, да. Обязан ли продавец указывать лицензионные платежи в описании товара? Конечно. Размер комиссии площадки? Стандартные пять процентов. Ответственность за качество? Несёт продавец. Максимальный срок возврата? Тридцать дней.

Вопрос за вопросом – и каждый из них был из серии “а вы знаете, что воровать нехорошо?”. Да знаю, знаю. Налоги, лицензии, комиссии, штрафы за просрочку, порядок регистрации жалоб. Бюрократическая рутина, одинаковая в любом мире. Вопросы с возможными цифрами (вроде величин сборов, налогов, процентов) я выписал из энциклопедии заранее.

Сдал. Пусть и не с первого и не со второго раза, но сертификат торгового посредника получен.

Кстати, пока я готовился к очередной попытке, раскопал одну крайне занимательную информацию. В одной из статей энциклопедии о налогах и сборах было упомянуто нечто, из чего следовало, что фабрикаторы могут не только производить вещи по схемам, но и торговать готовыми. Что-то вроде наших вендинговых автоматов, но с магической дозаправкой товарами. Нужно будет это как-то осмыслить.

…

За дверью комнаты несколько раз раздавались крики. Дежурные – или кто там ещё – орали сквозь стену, грозили карами и обещали найти управу. Я не обращал внимания. Дверь заперта системой учебного центра, и пока я внутри, никто не войдёт. Это, пожалуй, единственное преимущество местной бюрократии – раз уж система приняла посетителя, она его защищает.

К вечеру крики стихли. То ли смирились, то ли ушли за подкреплением. Пофиг. У меня были дела поважнее – пришла пора разобраться с оставшимися метками.

Я лёг на кровать, закрыл глаза и сосредоточился на магическом зрении.

Две нити. Одна – от моей ауры, вторая – от того, что осталось от вихря Сима. Обе тянулись куда-то на северо-запад, в сторону, как я выяснил, первого кольца. Тонкие, едва различимые, но видел я их отчётливо: этакие чужеродные волокна, вплетённые в мой вихрь.

В прошлый раз, когда меня атаковали через такие же нити, я боролся интуитивно – раскручивал ауру, пытаясь сжать, истончить, перетереть канал связи меня с неизвестным врагом. Тогда получилось, но ценой почти всего резерва.

Теперь и я знал, чего ожидать, и мой энергорезерв был выше: тысяча с лишним эргон против тех трёхсот, что были тогда. Ещё в сегодняшний плюс играет то обстоятельство что теперь я буду рвать нити, находящиеся в неактивном состоянии.

Начал раскручивать вихрь, медленно, постепенно наращивая обороты. Нити натянулись, задрожали. Я чувствовал сопротивление – будто тянешь за верёвку, привязанную к чему-то тяжёлому.

Всё моё внимание, весь я был сосредоточен на этой непонятной связи меня с кем-то. И чем дольше я концентрировался, тем сильнее проступало понимание чего-то. Не знаю, как это объяснить, но в этом мире у меня такое несколько раз уже было.

Когда я впервые стал рассматривать ауру Сима, то почти сразу откуда-то в моей голове взялось понимание назначения различных слагаемых этого энергетического образования. Это не инсайт в том смысле, как объяснял Россольцев, но очень похоже. Минуту назад ты ещё не знал, а теперь – уверен. Как-то так.

Так же произошло и здесь. Когда я всерьёз нацелился на разрыв этих мерзопакостных нитей, когда я сконцентрировал на них всё своё внимание, то в моём сознании всплыло нечто.

Голос – не голос. Озарение – не озарение. Не звук, не слова. Больше это было похоже на мысль, но пришедшую извне. Нечто вроде: “Ты не должен это рвать, потому что ты… обязан!”

Я даже не удивился. После всего, что случилось – убийства, нити, атаки – ещё одна странность картины не меняла. Зато подтверждала: на том конце нитей кто-то живой.

“В этом мире нет никого и ничего, кому бы я был чем-то обязан!” – проскрежетал я с усилием.

И рванул.

Вихрь моей ауры закрутился до такой скорости, что стал твёрдым, каменным. В какой-то момент моя ярость переполнила все пределы, и нити лопнули – обе одновременно. Откат, обратный удар прокатился волной через мой вихрь, через моё тело в очередной раз едва не отправив меня в бессознательное состояние.

Знакомая боль, знакомая темнота по краям зрения. Но в этот раз я был готов: сжал зубы, вцепился в края кровати и переждал. Но главное – пытался прикрыть, защитить от ожидаемого отката свою шизофрению – Сима.

Держался, цеплялся за сознание. И в этот раз даже его не потерял. Почти. Секунд десять провёл в каком-то пограничном состоянии – не то сон, не то обморок, – а потом мир снова стал чётким.

“Энергорезерв пересчитан. Текущий резерв 73 эргон”, – сообщила Система.

Семьдесят три. С тысячи до семидесяти трёх. Но это больше, чем те девятнадцать – много больше. Победа! Выкарабкаюсь. Вернее, выкарабкаемся!

Проверил нити – чисто. Мой вихрь и то, что осталось от Сима, – только наши, и больше ничьи.

Всмотрелся в вихрь симбионта. Слабый, но… вращается. Чуть быстрее, чем час назад. Чуть плотнее. Или мне опять кажется?

Нет. Не кажется. Определённо быстрее!

Всё. Что мог я сделал, теперь только ждать, надеяться и увеличивать резерв.

Сперва, правда, нужно выйти отсюда, а там, как назло, все настороже. И хотя понимают, что “диверсанты”, проникшие в учебку, быстро отсюда не выйдут, но всё равно – в первые дни будут особенно внимательны. Х-гм. И что делать?

Сосредоточившись на радаре, я убедился в справедливости своих подозрений: прямо за дверью кто-то стоит. И на этаже теперь не один – два маркера в коридоре и у лестницы. М-да. Тут никакой “отвод глаз” не поможет, только смерть, только хардкор!

Отправил ещё сообщение Николаю:

@Андрей@Николаю: Переполох здесь знатный. Если можешь – подержи паузу подольше. Нужно, чтоб никто не понял, что здесь именно ты.

@Николай@Андрею: понял. А ты как?

@Андрей@Николаю: нормально. Я тоже здесь – на первом этаже, но в ближайшее время, думаю, получится сбежать.

Хотя, вероятно, придётся-таки тоже пару дней пересидеть. Суета уляжется – непременно уляжется. Успокаиваться – это в природе человека. День-два, и, глядишь, и можно будет отсюда рульнуть на чистом “отводе глаз”. А сейчас не выйдет – очень уж я неудачную комнату выбрал – почти у выхода.

Чем бы заняться? Ещё какие-нибудь сертификаты попробовать получить? А нужны они мне? Так, стоп! А ведь есть идея!

Решившись, я снова забрался в медицинскую капсулу. Не для обучения – нет. Учиться мне больше нечему. Всё, что можно здесь получить, я взял ещё в прошлое посещение этого места. Но ведь капсула умеет и другое: косметические изменения, мелкий ремонт организма. Именно то, что нужно, чтобы потратить время.

Снова загрузив своё изображение в редактор, я немного поразмышлял и выбрал три пункта. Во-первых, цвет глаз. Сменю-ка я сегодняшние серо-зелёные на зелёные – мои настоящие, земные зелёные глаза. Мелочь, но приятно – хоть что-то в этом теле будет по-настоящему моим.

Во-вторых, растительность на лице – убрать навсегда. Бриться в мире, где есть медицинские капсулы – что за глупость? Долой этот атавизм! А то с щетиной я выгляжу, как подросток, играющий во взрослого.

В-третьих, волосы – чуть гуще и темнее. Не радикально, но достаточно, чтобы ещё на шаг отдалиться от внешности Кондоров.

Итого, те, кто меня уже знает, большой разницы не заметят, но если кто-нибудь будет сравнивать моё лицо со старыми фотографиями барона – пусть помучается.

Поехали!

В этот, как и в прошлый раз за наблюдением движущегося прогресс-бара прошло каких-то десять секунд субъективного времени и почти двое суток объективного.

Как раз то, что нужно!

Новости

Выбраться из учебного центра оказалось на удивление легко. Отлежав пару суток в медицинской капсуле и очнувшись посреди ночи, я просто дождался смены караула. Дежурные, как я и предполагал, к этому времени уже откровенно скучали. Несколько “отводов глаз”, брошенных в нужный момент, – и я спокойно прошёл мимо зевающих охранников, растворившись в темноте коридоров, а затем и улиц Кронштадта.

Конечно, можно было следовать плану – подождать утра, но мне было лень терять время. Процедуры закончились, и торчать в запертой комнате больше не хотелось. Рисковал ли я? Повезло ли мне? Не знаю. Выбрался без эксцессов, а значит, всё сделано правильно.

Вернувшись домой, я не стал задерживаться. Скинул лишние вещи, переоделся и отправился на работу. Море звало, а резерв, просевший после разрыва нитей, требовал роста. Не знаю, сколько нужно добыть, чтобы Сим очнулся, и поможет ли это ему, но пока он не вернётся, моя основная задача – резерв.

Увы, улов оказался так себе. Видимо, сказался перерыв, или просто место было неудачным, но за несколько часов я смог поднять всего семь стандартных жемчужин.

Хотя мне грех жаловаться: видение магических потоков позволяет собирать столько, сколько, думаю, не собирает никто. Если бы моей целью было богатство, то вот оно – бери и работай. Впрочем, деньги мне сейчас не актуальны — мне, а вернее Симу, позарез нужна энергия.

Вернувшись домой, я решил попробовать половину энергии собранного жемчуга впитать сам, а вторую половину перенаправить прямо Симу. Если с первым всё ясно – я много раз выполнял это упражнение, то со вторым пришлось импровизировать на ходу.

Главная проблема заключалась в том, что извлечённая из жемчужин синяя субстанция, едва попав в мою ауру, стремилась расплыться равномерным слоем, и до ауры симбионта поначалу доходили сущие крохи. Пытаясь решить задачу, я представлял различные трубки – проводники магии, мановые изоляторы, потоки. Внушал себе, что поток маны – это такая жидкость, что липнет сама к себе и совсем не хочет растворяться…

Увы, ничего не выходило. Истратив три жемчужины подряд, я уже хотел сдаться, однако в какой-то момент снова взглянул на вихрь Сима, и тут меня осенило: вихрь! Нужно сделать так, чтобы энергетическое тело симбионта само забирало синюю энергию жемчуга из моей ауры!

Для этого будем его вращать так, чтобы образовалась всасывающая воронка – будто на поверхности реки, где река – это моя аура.

В очередной раз закрыв глаза, я представил, что подношу раскрытую ладонь с жемчужиной к потоку, двигающемуся сквозь Сима, и… теперь всё получилось почти сразу – очередная жемчужина практически полностью впиталась в его, а не мою ауру!

Поймав за хвост удачу, я схватил следующий шарик, за ним ещё один… А потом, когда жемчуг вдруг закончился, я задумался: что дальше? С одной стороны, нужно идти и добывать ещё, с другой – сил на новую вылазку, не осталось.

Однако и сон тоже не шёл – расслабиться тоже не получалось.

Чтобы чем-то занять отказывающийся отдыхать мозг, я решил проверить новости. Всё-таки два мага, что я укокошил во втором круге, это не какие-нибудь бандиты около учебки – о них могут что-то и написать.

Предчувствие не обмануло – я оказался прав. Информационные табло были буквально переполнены заголовками про двойное жестокое убийство в столице, причём речь шла именно о моих визави. Оказывается, оба были артефакторами и их деятельность была особенно важна в сегодняшней войне.

Пробежавшись глазами по одной, другой, третьей статьям (накопились за те два дня, что я провёл в капсуле), я вдруг споткнулся взглядом об очередную заметку с подробностями. Помимо прочего, в статье сообщалось, что жертвами стали не просто два мага-артефактора, но два видящих мага-артефактора.

Заинтересовавшись термином “видящий”, я полез в энциклопедию, откуда узнал, что видящие маги — это одарённые, обладающие способностью воспринимать энергетические потоки и ауры напрямую – без специальных заклинаний и артефактов.

Меня вдруг осенило: “Стоп!”

Перечитав статью ещё раз, я узнал, что видящими чаще всего становятся маги, достигшие в своём развитии колоссального резерва – десять-двадцать миллионов эргон и выше.

Магическое тело таких людей развито и уплотнено настолько, что начинает взаимодействовать с тонкими энергиями пространства. Чтобы контролировать такие объёмы энергии у организма развивается дополнительный орган чувств – он становится “видящим”.

Всё бы ничего, но такой этап развития одарённых чаще всего достигается тогда, когда носителю дара уже много лет, а потому редко кто меняет свою специализацию на новую. Был, например, магом-огневиком – так и остался пусть и видящим, но всё тем же огневиком. Новая грань к дару повышает эффективность боевой единицы, и только.

Те же, кто получил эту способность от рождения, чаще всего становятся артефакторами. Почему? Потому что видение магии для артефактора – необходимость. Без такого чувства приходится использовать различные ухищрения или дорогостоящие приборы. Потому что, в конце концов, это очень выгодно самому магу с одной стороны, и выгодно государству – с другой. Родившихся видящими берегут, лелеют и холят.

И вот именно такую пару уникумов я и уконтрапупил! Кто бы знал? Но был ли у меня выбор? Нет, конечно!

Однако теперь становится понятно, почему они оба обратили на меня внимание – они банально видели мою ауру!

А ещё ясно, что эти преступления будут расследовать ещё очень долго – уж очень большая потеря для империи. Хорошо хоть идущая война всё спишет. Основная версия следствия на сегодня гласит, что “во всём виноваты диверсанты из Германии”, – прямо так везде и пишут. Хе-хе!

Но самое интересное вот что: я, получается, тоже видящий. Моё магическое зрение, которое Сим считал дефектным, – это не баг, а фича!

Это та самая способность, которую другие заполучают после достижения резервом десятка-другого миллионов эргон. А у меня она на халяву, “то есть даром”, как говорила одна мудрая птица. Пусть мой реальный резерв и скрыт жёлтой дрянью, оставшейся от Кондора, но он огромен — больше сорока миллионов эргон. Неудивительно, что я вижу всё так чётко, особенно под водой, где нет фонового магического “шума”.

Однако новость о критической важности расследования убийства этих двоих меня несколько встревожила. Чтобы понять, в насколько большие проблемы я вляпался, я попытался анализировать общий новостной фон, и… это немного меня успокоило.

Очень похоже, что сегодня абсолютно все события, что происходят в столице, списывают на немецких диверсантов. Убиты видящие? Диверсанты это сделали! Пожар в здании архива Имперской канцелярии? Снова они!

Пожар, кстати, привлёк моё внимание тем, что произошёл в тот самый день, когда я здесь, в Кронштадте, развлекал салютами дежурных. Может, и там что-то подобное кто-то творил, да загорелось?

Ладно. Выбросим это из головы: появятся проблемы – будем разбираться. Ну а на нет и суда нет. В любом случае эти видящие сами виноваты – ведь кто-то из них атаковал меня тем утром? Атаковал. А потом ещё тот, что с телохранителем ко мне привязался…

То, что следствие ищет немецких шпионов, просто идеально! Пусть ищут.

Пожар в архиве. Убийство артефактора холодным оружием. Убийство магией другого. Атака на завод военной техники. Взрыв в особняке князя Медведева – того самого, кстати, что песенки Цоя в этом мире “сочиняет”. А ещё падение дирижабля в Царском Селе. Всё это – звенья одной цепи. И потому никакого отношения ко мне не имеет!

Закрыв ленту новостей, я прикрыл глаза. Впервые за последние дни я чувствовал себя в относительной безопасности.

Можно выдохнуть и подумать о том, что делать дальше.

Камешки

В свете всех этих диверсий, пожаров и моих собственных художеств в столице я решил, что лучшая тактика сейчас – залечь на дно. В прямом и переносном смысле. С новыми выходами в город стоит повременить, а контакты свести к минимуму. Только море, жемчуг и рутина.

Каждый день я вставал ещё затемно, бегал, подтягивался на турнике, затем натягивал гидрокостюм и отправлялся в залив. Вихрь симбионта всё ещё оставался безжизненным и еле-еле вращался, но изменений к худшему в нём не просматривалось. Это давало надежду, что рано или поздно жизнь наладится.

Я уже настолько привык к мысленному диалогу с симбионтом, что продолжал говорить с ним, при том, что он не мог не то, что ответить – даже слышать мои мысли. Программируя вирт, я мысленно проговаривал принятые решения или найденные недочёты. Собираясь в рейд, рассказывал ему, какому плану решил следовать…

Синева из всех найденных жемчужин теперь отправлялась исключительно в его, а не мою ауру, и я всё время надеялся, что не на эту, так на следующую реплику услышу ответ.

Подводный мир этой планеты казался какой-то сказкой – праздником цветов, жизни и форм. На земле нечто подобное можно увидеть разве что ближе к экватору – там, где вода и тёплая, и не настолько солёная, как в закрытых морях.

Казалось бы, зима, северное море – Финский залив, холодина и муть. Даже под водой жизнь должна замирать, мигрировать к теплу, прятаться. Но из-за магического фона она здесь бурлила так, что любой тропический риф нашего мира обзавидовался бы. Каждое моё погружение превращалось в этакую экскурсию.

Стайки рыб, переливающихся в магическом спектре всеми цветами радуги, причудливые водоросли, которые слегка пульсировали энергией, странные существа, прячущиеся между камней. Все эти виды вводили меня в состояние восторженной созерцательности, и я часто забывал о работе, тупо любуясь этим пёстрым калейдоскопом.

Иногда даже приходилось себя одёргивать: путь на Землю сам себя не найдёт!

Помимо сбора жемчуга для Сима, я занимался несколькими задачками, одной из которых была попытка разобраться в местном аналоге электроники.

Свои исследования я начал всё с тех же “ёлочек”, реле времени из которых я использовал, когда мастерил запалы для салютов. Одинаковость их внутренностей интриговала меня как инженера.

Вечерами, сидя в своей капсуле, я пытался осмыслить, разобраться в этой машинерии. Не помню как, но спустя какое-то время, моё спальное место было заполнено частями из разнообразнейших игрушек: ёлочки, заводные машинки, самолётики и так далее.

Интриговало, что имея разнообразнейшее назначение, все эти устройства внутри выглядели одинаково, при этом электроники в нашем понимании там не было. Вообще.

Никаких печатных плат, транзисторов, конденсаторов или микросхем. Вместо этого в каждой игрушке находился небольшой гладкий предмет, поразительно похожий на обычную речную гальку. От этого камешка к лампочкам, динамикам или колёсикам тянулись тончайшие нити. Обычным зрением они выглядели как медные или серебряные проволочки, но стоило переключиться на магическое восприятие, как становилось понятно: это не провода. Это нечто вроде направленных магических конструктов или застывших потоков энергии.

Впрочем, иногда встречались и вполне электрические элементы: лампочки накаливания, выключатели, магниты. В таких случаях подключались они всё к тем же камешкам, и тогда это выглядело ещё более сюрреалистично.

Пытаясь разгадать загадку, я теперь постоянно (даже под водой), крутил в руках один из таких камешков.

Может быть здесь сработает метод аналогий? Х-гм. На что же похоже это массовое производство примитивных, но в то же время крайне функциональных артефактов? На микропроцессоры – вот на что!

Я вспомнил, как развивались технологии в моём мире – благо всё это происходило в течение моей жизни. Если опустить эпоху ламп, которую я тоже успел застать, то сперва у нас была довольно сложная аналоговая электроника. Каждое устройство было уникально. Телевизор, радиоприёмник, магнитофон – все они содержали разнообразнейший набор из элементарных компонент, число наименований которых измерялась сотнями, если не тысячами.

Позже, когда появились цифровые микросхемы разнообразие схем увеличилось ещё больше, зато потом в какой-то момент бац – и стало проще засунуть в любую кофеварку или утюг дешёвый универсальный чип, чем городить уникальные схемы. Регулятор температуры в холодильнике? Микроконтроллер. Управление стиральной машиной? Точно такой же микроконтроллер. Утюг, микроволновка или звонок в квартиру – повсюду совершенно идентичные процессоры.

Доходило до того, что между любой кнопкой и лампочкой, что она зажигает – всё равно зачем-то стоял микроконтроллер. А в нём тупая программа: “в ответ на сигнал от кнопки выдать сигнал на зажигание лампочки”. Вопрос: “Зачем вообще здесь нужна программа (и микроконтроллер)? Замкни ты ту кнопку напрямую на лампочку?” Нет же. Всё равно делали. Впрочем логика таких действий была, и была понятной: “А вдруг в будущем потребуется этой лампочкой помигать? А если вдруг и не потребуется, то процессоры нынче дешёвые – не разоримся на них.”

Кажется, в этом мире пошли по тому же пути, только вместо кремния у них… магия. Или вот этот эрзац-материал.

Я поднёс камешек к глазам. Он слабо фонил в магическом спектре. И имел чуть другую форму, нежели другой – из такой же игрушки. Как так? Непонятно.

Покупаем десять машинок. Печатаем их в фабрикаторе. Разбираем. Все детальки до микрона у них одинаковые, но в одной – камешек-процессор пять миллиметров, в другой – шесть, а в третьей – три. И даже слот, в котором располагается этот управляющий элемент, предусматривает разброс размеров. И как это понимать?

Загадка.

Предложение

К концу января рутина окончательно затянула меня. Мой распорядок дня был выверен до минут: пробежка, турник, завтрак, погружение, фабрикатор и долгие односторонние разговоры с затихшим Симом. Жемчуг я по-прежнему добывал в количествах, достаточных не только для перевыполнения плана, но и для регулярного вливания синевы в вихрь моего напарника по телу. Аура Сима постепенно уплотнялась, хотя он всё ещё не подавал признаков сознания.

Мой же собственный резерв тоже подрос, достигнув двух сотен эргон. Не сорок миллионов, конечно, но уже позволяло чувствовать себя увереннее: “отвод глаз” и “касание смерти” можно было использовать без страха остаться без маны.

В середине месяца случился очередной большой выезд. События разворачивались почти по тому же сценарию, что и в прошлый раз. Снова толпа из полусотни человек, снова распределение на загонщиков и охотников, снова магия, разлитая в воде, и… снова неудача. Крок, или кого там пытались изловить, и в этот раз, на глаза так и не показался.

В общем, вспоминать о самом погружении не было бы никакого смысла, если бы не одна странность.

Всю поездку – и туда, и обратно – Бельский то и дело посматривал в мою сторону. Я ловил на себе его взгляды: внимательные, оценивающие, цепкие. Это не было похоже на простое любопытство. Казалось, барон то ли чего-то ждал от меня, то ли пытался что-то разглядеть.

Разумеется, первой моей мыслью было: “Снова кто-то видит мою ауру!”. Однако, присмотревшись к поведению мага, я понял, что это вряд ли так. Если бы он “видел” меня как видящий, его реакция была бы иной – как у тех двоих в Питере. А Бельский смотрел на меня скорее как на интересную фигуру на доске, а не как на бомбу с зажжённым фитилём.

Моё напряжение усилилось, когда по возвращении на базу, едва мы пришвартовались и сошли на пирс, Бельский велел всем охотникам задержаться. Загонщики, понурив головы из-за невыполненной нормы, разбрелись по общежитиям, а наша группа осталась стоять перед бароном.

Дождавшись, пока лишние уши исчезнут, Бельский обвёл нас всё тем же внимательным взглядом и заговорил.

– Вы – лучшие из тех, кто работает на этой базе, – начал он без особых предисловий. – Умеете обращаться с гарпунным оружием, понимаете дисциплину, не паникуете под водой. Мне нужны такие люди. Роду Бельских нужны такие люди.

Он выдержал паузу, давая нам осмыслить сказанное, а затем перешёл к сути:

– Я предлагаю вам войти в состав слуг моего рода. Тем, кто согласится, я гарантирую полное списание всех текущих долгов перед базой. Кроме того, род берёт на себя оплату вашего обучения в учебных центрах и дальнейшее продвижение по службе в зависимости от способностей.

Толпа загудела. Предложение было, мягко говоря, щедрым. На большинстве ловцов висели огромные долги, выплатить которые не меняя стиля жизни не получится. А тут предлагается возможность обнулить всё разом, да ещё и получить обучение за счёт аристократов.

– И это не благотворительность, – добавил Бельский, перекрывая гул. – Служба роду – это обязанность и риск. Но это и защита. Решайте. Кто согласен – к Семёну на оформление.

Бригада Светланы, которая в этот раз тоже работала в составе охотников, отреагировала первой.

– Мы пас! – звонко заявила бригадирша. – У нас клан!

Барон даже не поморщился, просто кивнул, и Светлана, махнув рукой, уверенным шагом направилась прочь с пирса. Её “клан”, не оглядываясь, потянулся следом.

Остальные же отреагировали иначе. Порядка полутора десятков человек, переглянувшись, радостно загалдели и ринулись в сторону координационной будки, где уже стоял Семён с подготовленными формулярами.

Я остался стоять на месте.

Служить роду? Опять? Это именно то, от чего я с таким трудом сбежал, похоронив Кондора. Стать чьей-то собственностью за списание долгов, которых у меня и так нет? Ну уж дудки.

Проблема заключалась в том, что Бельский по-прежнему находился здесь, и его взгляд снова остановился на мне. Казалось, он ждал именно моего ответа, и что весь этот спектакль затеян ради одного меня.

Понимая, что любой словесный отказ потребуется как-то сформулировать, я решил эту проблему, что называется, “по английски”.

Улучшив момент, когда барона кто-то отвлёк я сосредоточился на руне “отвода глаз”, накрывая своим вниманием и Бельского, и тех немногих, кто ещё топтался на пирсе. Взгляд барона тут же скользнул мимо меня, потеряв фокус. Воспользовавшись моментом, я развернулся, шагнул за штабель пустых ящиков и, не привлекая внимания, растворился в тенях базы.

Горизонты и глубины

Не знаю, чем я так заинтересовал Бельского, но поскольку уточнять я желанием не горел, то следующие дни я провёл вне базы. Привлекать к себе внимание не хотелось, хотя было очевидно, что какое-то продолжение история обязательно получит.

Увы, вместо того, чтобы, что называется, “не отсвечивать”, я напротив – засветился по полной программе. М-да. Единственным плюсом всей случившейся далее истории было то, что я разобрался, наконец, в чём смысл этих самых дежурных и, как это ни парадоксально, – наличных денег. Но расскажу по-порядку.

Перво-наперво на ум мне пришли слова Сима о том, что дворяне не занимаются сбором камней или жемчуга. Как-то это не стыковалось с тем, что уже второй большой выход нас сопровождает целый барон.

Задавшись вопросом выяснить этот момент подробнее, я несколько часов копался в новостях, и, увы, толкового ничего не нашёл. Напротив, в сети имелось несколько статей о том, как повезло тому или иному персонажу с дворянской или аристократической фамилией – как добыл он своего принца или принцессу (крупные жемчужины здесь принято называть женскими прозвищами, а камни – мужскими)…

Решив однако, что оснований не доверять симбионту нет, я пришёл к выводу, что ситуация, где аристократ ходит в рейды за жемчугом, хоть и не типичная, но и не из ряда вон. Вряд ли этот Бельский появился здесь именно по мою душу, ведь прочие ловцы жемчуга не воспринимали его присутствие, как нечто необычное – скорее наоборот.

Не придя к какому-либо выводу, я в итоге уснул, а утром, едва забрезжил рассвет, уже отплывал от пристани на максимальной скорости, что выдаёт скутер. Вернусь – попробую поискать в Кронштадте жильё. Незачем мне числиться сотрудником на этой базе. Штатным – уж точно.

В этот раз я взял курс на запад. Обычно я плавал в сторону Петербурга, просто потому что так было привычнее, но во время недавней вылазки на Гогланд мне показалось, что магический фон там существенно выше. Гогланд, конечно, далеко, и на скутере туда не доберёшься, но логично предположить, что чем дальше на запад, тем больше шансов найти что-то ценное.

Отойдя на несколько километров от базы, я сбавил ход. Море было спокойным, глубины здесь небольшие, и я, переключившись на магическое зрение, принялся сканировать дно, наслаждаясь тишиной и одиночеством. Жемчуг попадался редко, зато виды были умиротворяющие: стайки мелкой рыбёшки, водоросли, колышущиеся в такт невидимым подводным течениям, солнечные блики, пробивающиеся сквозь толщу воды.

Погружённый в себя, я шёл на небольшой глубине, когда вдруг моё внимание привлёк массивный тёмный объект, плавно скользящий надо мной. Первой мыслью было, что это какое-то огромное животное, вроде кита, и я даже успел ненадолго испугаться, но нет. Оказалось, что это киль судна. Всплыв на поверхность, я обнаружил неподалёку приземистую ржавую баржу, тащившуюся куда-то по своим баржевым делам.

Проводив её взглядом, я огляделся и вдруг остро осознал проблему, о которой не раз слышал от других ловцов. Горизонт – он очень, очень близко! С поверхности воды, даже при слабом волнении, берега не было видно от слова совсем. Наличие гирокомпаса в вирте позволяло держать направление, но не давало ответа на главный вопрос: “Где я?”. А как ориентироваться в условиях хоть сколько-нибудь значимого шторма? В том и дело, что никак!

Прав был Семён, говоря, что не имея в бригаде человека с навигатором делать в заливе нечего. Чуть заплутаешь – и конец. Разве что повезёт и с такой вот баржи заметят – подберут.

Решив ещё раз уточнить, насколько этот инструментарий общедоступен, я вызвал интерфейс магазина приложений. Результат меня не порадовал: модуль навигации (или как его здесь кличут – картографии) продавался только начиная с жёлтого налогового статуса. При этом отключить навязчивую рекламу, которая, судя по отзывам, вылезала в самые неподходящие моменты, могли только обладатели голубого статуса и выше.

Вернувшись под воду и в очередной раз осмотревшись магическим зрением, я пришёл к выводу, что моя гипотеза не оправдалась. При движении на запад, увы, фон не растёт. Видимо, окрестности Гогланда – это просто локальная аномалия, и её влияние на весь залив не распространяется.

…

Это был, пожалуй, мой самый неудачный рейд за всё время, что я здесь работаю. Суммарно в этот день я проплавал почти двенадцать часов, а нашёл каких-то пять паршивых жемчужин. Непруха.

Хотелось есть, пить и переключиться на что-то другое – более результативное. Снова, что ли, покопаться в архитектуре местных “камешков”?

Повернув скутер к базе, я прибавил ходу.

Однако спокойного отдыха не случилось. Едва ступив на пирс, я осознал, что здесь творится что-то странное. Время, что я подгадывал, должно было быть наиболее малолюдным. Большинство ловцов обычно уже разбрелись бы по своим делам: кто-то сдавал бы добычу, кто-то уже сидел бы в столовой. Но сейчас у причала собралась довольно приличная толпа.

Заинтересовавшись происходящим, я сбросил баллоны со скутером, а затем, не переодеваясь, протиснулся сквозь зевак.

В центре внимания собравшихся находились подростки из четвёртой бригады, те самые, что гордо именуют себя “кланом”. Светлана стояла бледная, сжав губы в тонкую линию, Игорь и Олег о чём-то напряжённо переговаривались. А на земле, прямо на расстеленном брезенте, лежала Арина.

Я вздрогнул. Девушка была без сознания. Её гидрокостюм был разодран в клочья, а там, где должны были быть ноги… Одна нога отсутствовала почти по колено – то ли откушена, то ли оторвана с ужасающей силой. Вторая была изуродована, ступни не было вообще, торчали обломки костей и куски плоти. Вокруг натекла лужа тёмной крови.

Рядом суетился человек, похожий на врача, – кажется, я видел его пару раз в административном корпусе. Он накладывал повязки, делал какие-то инъекции, его руки двигались быстро и уверенно.

– Ну вот, – наконец сказал он, вытирая руки куском марли. – Кровь я остановил. Теперь антибиотики и сон. Позже я ещё к вам наведаюсь.

Он поднялся, бросил мрачный взгляд на Светлану и, подхватив свой чемоданчик, зашагал прочь по пирсу.

Я перевёл взгляд на Арину, затем на её товарищей по “клану”, которые, казалось, не могли определиться с тем, какие эмоции им испытывать. На их лицах можно было прочитать всё вообще: растерянность, страх, презрение, сожаление и даже странные ухмылки.

– А что у вас случилось? – негромко спросил я, нарушив повисшую над причалом тишину.

Клан, который не клан

Услышав мой голос, Светлана вздрогнула и обернулась. Её взгляд, сначала растерянный, быстро сменился на привычный – колючий и отстранённый.

– Не твоё дело, Перов, – отрезала она. – Иди куда шёл.

Олег, стоявший рядом с ней, нервно переступил с ноги на ногу.

– Муранда, – буркнул он, пряча глаза. – Тварь такая зубастая. Мы на глубину пошли, а она из расщелины… Ну и вот.

– Ясно, – кивнул я, глядя на изувеченную девушку. – И чего стоим? Кого ждём? Её же надо как можно скорее в медцентр! Время-то идёт, тут врач нужен, а не этот…, не пойми кто – ветеринар с бинтами. Медкапсула тоже подойдёт.

Светлана скривила губы в усмешке, в которой не было ни капли веселья.

– Самый умный, да? Медцентр… Ты цены там в нём видел? Капсула, восстановление конечностей – это тысяча, если не две! А у неё, – она кивнула на Арину, – таких денег нет.

– А клановый общак? – прищурился я. – Вы же все бабки в одну заначку складываете, на “великие цели”. Разве нет?

– Фонд, – поправила она меня ледяным тоном, – он не для того предназначен. Это деньги на статус, на лицензии, на нормальное снаряжение. Мы не можем из-за её глупости слить всё, что копили месяцами!

– Глупости? – я не поверил своим ушам. – Ей ноги отгрызли, пока она жемчуг для вашей кубышки собирала!

– Она сама виновата! Полезла куда не надо! – голос Светланы сорвался на крик. – И вообще, она самая бесполезная! Толку от неё…

Всмотревшись в эту девчонку, которой на вид было лет шестнадцать, я хмыкнул, а затем перевёл взгляд на её приятелей. Те лишь отводили глаза, но согласно кивали. Для них эта истекающая кровью девочка вдруг стала просто сломанным инструментом. Расходником. А всё почему? Потому что лечение дорого. М-да.

Смысла спорить, убеждать, что-то доказывать я не видел. Подобные вещи начинаешь понимать только с возрастом. Впрочем, проговорить это надо – хотя бы на краю сознания, но останется.

– Эх вы, – покачав головой, тихо сказал я. – Дети. Как есть – дети малые. Играете в кланы, щёки раздуваете. А сами не понимаете, что в том клана и суть, чтобы помогать друг дружке, а не бросать, едва беда какая случилась. Клан – это когда за своих глотку рвут, а не деньги в кубышке считают.

Грубо оттеснив плечом Олега, я шагнул вперёд и нагнулся над Ариной.

– Эй, ты что делаешь?! – взвизгнула Светлана. – Не трогай её!

Проигнорировав вопли, я аккуратно подхватил девушку на руки. Старался не тревожить обрубки ног, на которых сквозь слои повязки уже проступила свежая кровь. Тело было пугающе лёгким.

– Эй, ты куда её потащил?! – не унималась Светлана, забегая вперёд.

– Лечиться, – коротко бросил я и зашагал с пирса.

От базы до медцентра около километра, может, чуть больше. Пешком, да налегке – минут десять. Однако совсем недавно протащить на такое расстояние целого человека я бы, наверное, просто не смог – сил бы не хватило. Пусть даже это и лёгкая девчонка. Но сейчас идти оказалось на удивление терпимо. Получается, ежедневные тренировки на турнике, да и работа, что греха таить, физическая, дают плоды.

Стараясь не слушать, что там мне пытаются донести идущие следом “друзья” этой девочки, я на ходу вызвал перед глазами интерфейс статуса. Так и есть: параметр “Сила” поднялся с тройки до четвёрки. Странно. Я считал, что это займёт куда больше времени. Ну ладно, хоть здесь новости хорошие.

Однако силы свои я всё-таки несколько переоценил. По мере того, как наша процессия, миновав складские помещения, просочилась сквозь шлагбаум проходной и вышла на улицу, идти становилось всё труднее. Пусть на моих руках и подросток, но килограмм сорок в ней есть. И ещё гидрокостюм неприятно так натирает кожу. Зараза!

В очередной раз оглянувшись на сопровождавшую меня процессию, я мысленно чертыхнулся. Толпа зевак заметно выросла, и, кажется, сегодня здесь присутствуют вообще все сотрудники базы ловцов жемчуга. А ведь хотел же не отсвечивать, блин! Впрочем, у этого шествия был и свой плюс: столь представительную компанию уж точно никто не остановит. По крайней мере, я так думал.

Гидрокостюм не предназначен для физических упражнений на воздухе. Главная его функция – не пропускать сквозь себя тепло. Уже через пару минут неторопливого шагания с грузом я вспотел и стал мокрым с ног до головы. Пот, казалось, ручейками стекает вниз и вот уже ноги ощущаются так, будто в сапогах, набравших воду: хлюп-хлюп.

Но самыми противными вещами оказались расположенные на икрах гарпунный пистолет и нож. Для работы под водой их положение отлично подходит, но очень, очень плохо – для пешего перемещения. Лямки их крепления чуть сползли едва я сделал сотню шагов, и далее эти подводные инструменты постоянно норовили за что-нибудь зацепиться… Чтобы не споткнуться и не полететь на асфальт, приходилось буквально просчитывать каждый шаг.

В какой-то момент список неприятностей, преследующих меня, стал настолько большим, что пришлось всё внимание, всю концентрацию тратить на шаги. Шаг левой. Перенести на неё вес. Поднять и чуть отвести в сторону правую – чтобы пистолет не цеплялся за землю. Шаг правой.

Полностью сосредоточившись на процессе я давно перестал оглядываться в поисках кого-нибудь, кто помог бы мне с моим грузом. Нет – значит нет, справлюсь своими силами! Эх, Сима-Сима, когда же ты очнёшься-то?

Уже почти на финише, прямо у входа в здание, путь мне преградили двое крепких парней в серой одёжке. Очередные “дежурные”. Вас, блин, только не хватало!

– Тп-р-р!…, тормози, – лениво протянул чувак с бритой головой. – Куда прёшь?

– В медцентр, – мотнув головой в сторону дверей, ответил я. – Не видишь, что ли? Девушке срочно нужна помощь.

– Видим, – равнодушно кивнул второй. – Только вот проблема – вход платный!

– Э…? – опешил я. – Вы что, слепые? Она без сознания и истекает кровью! Ей капсула нужна!

– Пофигу, – сплюнув в снег, ответил бритоголовый. – Правила для всех одинаковые. Показывай кошелёк и проходи. Нет – валите обратно, откуда пришли.

– Да вы совсем охренели? – почувствовав, как внутри закипает холодная, тёмная ярость, бросил я. – Это больница, а не ночной клуб!

– Слышь ты, щегол, – второй “дежурный” шагнул ко мне, угрожающе поигрывая желваками. – Ты борзый слишком? Сказано – плати. Или мы тебя сейчас вместе с этой калекой так уделаем, что вам обоим капсула понадобится. Где-то на краю зрения вдруг появились ещё фигуры – ага, вся команда, значит, собралась.

Спорить и что-то доказывать было бесполезно. Удивительно, что толпа, всю дорогу меня сопровождавшая, безмолвствовала. Ни один, сука, человек даже в разговор не вписался!

Стараясь не делать резких движений, я медленно опустился на одно колено. Усадив бессознательное тело на другое, я высвободил правую руку, после чего поправил ненавистную лямку ножа на левой ноге, а затем, акробатически извернувшись, дотянулся до крепления гарпунного пистолета на правой.

– Ладно, – тихо сказал я. – А что ты скажешь на это?

Щёлкнув предохранителем, я навёл неказистый ствол прямо на живот бритоголового.

– Это, парень, ты чего? – попятился он.

– Смелые, значит? – недобро усмехнувшись, спросил я. – Что, пропало желание заглянуть в мой кошелёк? Или ещё немножко осталось? А? – я чуток повысил голос, поводя стволом. – С дороги!

Концентрация энергии в солнечном сплетении – невероятная штука. Наверное, с этим г-хм… инструментом можно и на корриду выходить. Эх, Сима-Сима, когда ж ты уже очнёшься-то?

Дежурные замерли. В их глазах я видел страх, смешанный с удивлением или непониманием. Сломанный шаблон – как он есть. М-да. Они явно не ожидали, что “щегол” достанет оружие. Да ещё и при такой куче свидетелей…

Ситуация накалилась, но что теперь делать, я не представлял. Взять девочку и пройти дальше? Второй пары рук у меня нет – придётся спрятать оружие, и тогда эти козлы снова пристанут. Положить её на землю, а потом заставить кого-то из этих уродов помочь? Х-гм. Пожалуй, это самый правильный вариант.

Раздумывая, что для этого ситуацию стоит ещё сильнее обострить, например, сделав выстрел кому-нибудь в ногу, я на некоторое время целиком ушёл в себя – в планирование.

И в этот момент в моей голове вдруг раздался знакомый, но давно забытый громкий мыслеголос:

“Убирай пушку, живо! Полиция!”

Я чуть не выронил пистолет.

“Сим! Ты очнулся!”

“Пушку убирай, говорю, полиция! – повторил он с нажимом”

“Что? Какая полиция?!” – мысленно рявкнул я.

“Я вызвал! Приоритет ‘фиолетовый’, они уже здесь! Прячь гарпун, иначе и нас тоже закроют! Простолюдинам нельзя с оружием!”

“Ну ты, блин, и умник!” – мысленно чертыхнулся я, принимаясь в очередном акробатическом кульбите возвращать машинку на её место…

Наличие толпы, наконец, принесло пользу. Пока пара людей в форме и бронежилетах, почему-то держа руки на кобурах, протискивались сквозь строй зевак, мне удалось-таки вернуть себе законопослушный вид.

Защёлкнув гарпунный пистолет в его слот, я повёл уставшими плечами, аккуратно перенося вес девочки ближе к колену. За всеми этими разговорами я и не заметил, в насколько неудобной позе нахожусь. Ноги затекли. Обе. Спина, поясница, да всё тело, буквально вопило об отдыхе.

– Старший сержант Бобров, – прозвучал громкий голос. – Что здесь происходит?

Цена независимости

“Повторяй за мной”, – раздался в голове спокойный, деловой голос Сима.

Не став спорить, я начал транслировать его слова вслух, стараясь придать голосу максимум равнодушия.

– На базе ловцов жемчуга произошёл несчастный случай. Пострадал человек, – я кивнул на бессознательную Арину. – Я несу её в медкапсулу. Сами видите – счёт идёт на минуты. А эти пятеро, – я небрежно дёрнул подбородком в сторону замерших “дежурных”, – решили, что сейчас самое время попытаться меня ограбить, и вместо помощи требуют денег…

Полицейские переглянулись. Было видно, что даже для них такое представление ситуации является нестандартным, и они пока не понимают, как реагировать.

– Если вам требуются свидетели, – продолжил я чеканить слова, повторяя их за внутренним суфлёром, – то вон их целая толпа. Впрочем, думаю, отправленных только что видеоматериалов более чем достаточно, чтобы классифицировать действия этих, – я снова кивнул на притихших дежурных, – как бандитизм. А я, с вашего позволения, пойду. Этому ребёнку срочно требуется медицинская капсула.

– Р-ребёнку? – повторил за мной полицейский.

– Прошу прощения – девочке, – поправился я.

Чёрт! Снова палюсь. Я же тоже как бы шестнадцатилетний. Что я несу?

Собравшись с силами, я поднялся с колена, перехватил поудобнее лёгкое тело девочки, к этому моменту ставшее казаться ужасно тяжёлым, и зашагал к дверям учебки. Полицейские, “дежурные” и толпа с базы ловцов жемчуга остались стоять на улице с одинаково опешившими лицами. Никто не произнёс ни слова, никто не попытался меня остановить. И хорошо.

Внутри учебно-медицинского центра царила привычная тишина. Пройдя по коридору первого этажа, я толкнул створку свободной палаты – одной из многих таких же студий без окон. В дальнем конце комнаты, как и везде, стояла капсула, а рядом ютились раскладной стол и кровать. Позади и справа – дверь в душевую.

Осторожно уложив Арину на кровать, я снял с неё остатки гидрокостюма, а затем переложил её в ложемент капсулы. Мои переживания оказались напрасны – поскольку пациентка находилась без сознания, вместо неё Система отлично коммуницировала со мной.

Проведя экспресс-сканирование, я быстро получил довольно внушительный список повреждений тела. Взглянув на смету предстоящих расходов, я подтвердил оплату. Запросил также произвести обмер тела пациентки, чтобы напечатать ей новую одежду. Инициировав запуск процедуры, я немного понаблюдал, как капсула тихо загудела насосами и её крышка плавно закрылась, скрывая изувеченную девчонку в облаке регенерационного геля.

Выходить обратно к толпе у меня не было ни малейшего желания. Усталость никуда не делась, да и гидрокостюм доконал окончательно. Поднявшись на третий этаж, я подошёл к стоявшему в холле фабрикатору. Не мудрствуя лукаво, заказал себе такие же штаны, футболку, куртку, как ношу постоянно. Затем изготовил точно такой же комплект по размеру девочки. Вернулся на первый этаж и выложил вещи стопкой на кровати. Снова поднялся на третий этаж, занял свободную комнату, где наконец-то отстегнул железяки, скинул опостылевший неопрен и с наслаждением встал под горячие струи душа.

Переодевшись в чистое, я упал на кровать и прикрыл глаза.

– Ну, рассказывай, – мысленно обратился я к симбионту. – Как спалось?

– Как после перезагрузки с потерей данных, бро, – мрачно отозвался он. – Лучше уж ты расскажи: много ли я пропустил?

Вместо того, чтобы слушать голос в своей голове, мне пришлось самому выступить мыслеоратором. Тупо глядя в бело-серый потолок, я сперва описал ту непонятную утренне-ночную атаку, потерю резерва в результате, вылазку за жемчугом, поездку в Питер, убийство двух магов, что оказались видящими, и, наконец, то, как я снял ещё две метки смерти, снова потеряв при этом существенную часть резерва.

– Жёстко, – резюмировал симбионт после недолгой паузы. – Но мы живы, а это главное!

– Слушай, Сим, – я потёр переносицу. – Пока есть время, разберись-ка с одной вещью. Что это вообще за “традиция” такая с дежурными у капсул? Поищи в сети. Я одного понять не могу: если фабрикаторы и учебки построила международная организация, то почему каждое мудло с улицы решает, кого туда пускать, а кого нет? А главное, почему даже полицейские воспринимают это как должное? Почему для них было неожиданностью, что я назвал бандитов бандитами?

– Дай мне некоторое время, бро… – Сим замолчал, очевидно, погрузившись в анализ доступных обрывков местного интернета.

А я прикрыл глаза, проваливаясь в полудрёму от усталости.

– Ну, я приблизительно разобрался! – спустя несколько минут привёл меня в себя голос моего товарища. – Тут всё упирается в историю и экономику. Ты ведь помнишь про императора Иосифа Первого?

– Это тот, что местный аналог нашего Сталина? Помню!

Раскрыв глаза, я сел на кровати. Голова немного кружилась, но в целом усталость отступила, можно было и поговорить.

– Вроде того. Оказывается, он не был Романовым, как прочие. Он вообще был не царём, а консортом. Увы, в сети нет никакой информации о том, откуда он взялся на политическом горизонте. Историческая загадка.

– Попаданец, – хмыкнул я. – К гадалке не ходи! Такой же, как я, только с амбициями.

– Очень вероятно. Так вот, этот Иосиф был гениальным артефактором, а ещё у него были способности к ментальной магии.

В общем, учебно-медицинские центры, фабрикаторы, вирт и многое другое – это его рук дело. Когда случилась Вторая Мировая Война и человечество едва не уничтожило себя, все эти разработки помогли ему победить. Но он не хотел использовать это всё сам – считал неправильным, и с его лёгкой руки по всему миру появились эти самые центры и фабрикаторы. Поначалу обучение и медицина в них вообще были бесплатными. И именно он после войны предложил ввести институт международного управления и всеобщую валюту – кредит, который обеспечивается не властью, а фактом добавления ресурсов в Систему.

– Звучит как коммунизм, – заметил я.

– Да, но национальные государства, и Россия в том числе, увидели в этом угрозу своему суверенитету. Ресурсно все быстро подсели на все эти технологии и передачу знаний. Да, правительства стран участвовали в ООН, но всё это размывало их власть на местах.

В общем, в какой-то момент многие страны вновь начали вводить свои наличные валюты. Чтобы конкурировать с ресурсной машиной, пришлось жёстко привязывать их стоимость к реальному золоту – отсюда и золотые монеты.

Получилось такое вялое противостояние государств и международного надгосударственного аппарата.

– А грабители у дверей тут при чём?

– В тысяча девятьсот девяносто первом году что-то случилось и приблизительно с этого момента началась эта традиция.

В сети об этом почти ничего нет, информацию подтёрли. Но история тянется ещё от конца сороковых годов прошлого века. Не перебивай меня, и скоро тебе всё станет ясно.

На чём я остановился? Ах, да. Иосиф первый начал очень активно строить эти капсулы и фабрикаторы. Сегодня они есть во всех частях планеты. Но после его смерти этот процесс плавно прекратили. Мало того, новые ментальные исследования и нейронное программирование ООН запретила. Теперь подобное считается неэтичным и всячески порицается. Сегодня Иосиф первый – фигура, отношение к которой очень двоякое. То ли ангел, то ли дьявол.

Но в результате вот что получается. Время идёт, потребности общества растут, а Система не развивается. Новые центры не строятся, а старые, наоборот, – постепенно выбывают из употребления.

И в какой-то момент к обществу пришло понимание, что этот ресурс конечен. С этим нужно что-то делать, но что? И где-то в начале девяностых начались брожения – нечто вроде национализма: “Это наше, только для нас – наше достояние и суверенитет!”

Первоначально такие добровольные дежурные отваживали от учебных центров чужаков. Был очень популярен слух, что в других странах капсул ещё меньше или вообще нет, и потому все едут учиться к нам. А потом пошли ещё дальше – стали ограничивать доступ к учёбе и медицине вообще для всех. Превратились в обычных грабителей.

– Классика, – я покачал головой. – Так испоганить хорошую идею – это люди умеют. Надо же, когда-то знания и медицина были здесь бесплатны и свободно доступны, а теперь… Капец, что тут за мирок?! Ладно, давай спать.

Остаток ночи я провёл в глубоком сне без сновидений. Проснулся, когда внутренние биологические часы скомандовали подъём. Пора было возвращаться домой – решать, что делать дальше. Уволиться и найти своё жильё. – Кажется, я собирался сделать именно это. А потом в рейд. Затягивает меня эта подводная жизнь – что говорить.

Спустившись на первый этаж, я проверил терминал медкапсулы с девочкой. Арина всё ещё плавала в геле, процесс восстановления займёт ещё несколько дней. Убедившись, что всё в порядке, я снова запер её комнату, а затем вышел на улицу.

Никаких дежурных не было. Хмыкнув, я перекинул тюк с гидрокостюмом через плечо и зашагал к базе. Не видя смысла заходить в свой подвал, я сразу же двинулся на берег – к своему шкафчику. Вчера, впопыхах я даже его не закрыл.

Морозный воздух бодрил. Пирс был почти пуст, лишь изредка маячили фигуры тех, кто, как и я, решил пораньше отправиться в рейд.

– Игорь Иванович! – донеслось вдруг откуда-то сбоку.

Я даже не сбавил шага. Снова зовут какого-то Игоря Ивановича. Кажется, я такое обращение слышал и раньше – здесь же.

– Игорь Иванович! – голос приближался. Кто-то торопливо бежал за мной по хрустящему снегу. – Я к вам обращаюсь!

Поскольку звали, похоже, меня, я остановился и обернулся. Меня догонял незнакомый невысокий человек в тёмном пальто. Увидев, что я среагировал, он сбавил шаг и раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но я его перебил:

– Похоже, вы обознались, – ровным голосом произнёс я, – здесь нет никакого Игоря Ивановича.

Затем развернулся и двинулся дальше – к своему шкафчику.

– Подождите! – прокричал он мне вслед, – Игорь! Игорь Иванович! Игорь Иванович Кондор, остановитесь пожалуйста!…

Пожав плечами, я не стал останавливаться. Надо же, этого ублюдка звали Игорем, а отчество у него такое же, как и у меня…

Имперская служба

Я продолжил движение, игнорируя окрики. Мало ли в Бразилии Педро? Мало ли на свете Игорей Ивановичей? Да ещё и Кондор или Кондоров? Дал же бог фамилию ублюдку. Но в любом случае – это пустой звук.

– Господин Перов! Если вы предпочитаете, буду обращаться к вам именно так! – голос незнакомца обрёл властные металлические нотки, а сам он забежал вперёд, преграждая мне путь. – Я старший инспектор Имперской службы охраны, дворянин Савельев. Вы не можете, не имеете права меня игнорировать! И я теперь уже официально требую уделить мне время для разговора!

Говоря это, он продемонстрировал мне в вирте значок с двуглавым орлом.

“Подписано электронной подписью. Владелец сертификата – Имперская служба охраны” – сообщила Система.

Я остановился, смерив его взглядом. Невысокий, ничем не примечательный тип в сером пальто. Из тех, кто легко растворяется в толпе, но чьи полномочия позволяют открывать любые двери.

– Ещё раз повторю, что вы обознались э…, гражданин Савельев, – спокойно ответил я. – Прошу вас не мешать мне – у меня дела.

– Не упрямьтесь, – поморщился он. – Мы оба прекрасно знаем, кто вы такой. И я здесь не для того, чтобы вас арестовывать. Во всяком случае, пока.

Мне нужно поговорить с вами. Это приказ от…, скажем так, от самых высоких инстанций.

– И что вы хотите мне сообщить? – Я продолжил изображать непонимание.

– Давайте перейдём куда-нибудь, где поспокойнее. Знаете какое-нибудь местечко?

– Здесь остров, – пожал я плечами, – кроме базы и нескольких торговых точек я ничего и не знаю. Вон там есть лавочки, можем посидеть на них, но сейчас довольно холодно. Как, говорите, вас звать?

– Савельев Семён Петрович. Старший инспектор имперской службы охраны, – ещё раз представился мой визави.

Затем он нахмурился, будто ненадолго задумался, и продолжил:

– Здесь неподалёку есть неплохое кафе. Предлагаю, – он взглянул на небо, – поговорить там, заодно и позавтракаем.

Я поколебался. С одной стороны, хотелось ещё раз послать его куда подальше. С другой – этот чувак облечён какими-то там полномочиями. Запросто может испортить жизнь, да и стало любопытно, что от меня хотят.

– Хорошо, – кивнул я. – Ведите. Однако я продолжу настаивать, что вы обознались…

Удивительно, но на Котлине и правда нашлось крошечное кафе. И оно в столь ранний час даже работало. Мало того, в нём были посетители! Впрочем, когда мы вошли, никто не обратил на нас внимания, и мы спокойно заняли столик в самом углу.

Подошла официантка с блокнотиком и приняла заказ. Г-хм. Нафиг нужны эти шоу с блокнотиками, если меню всё равно в вирте и записывает заказ она там же? Антураж, мать его!

Заглянув в предлагаемый список, я выбрал для себя чай с булочкой, Савельев же попросил полноценный завтрак: яичницу, какое-то мясо, апельсиновый сок и кофе.

Дождавшись, когда наш заказ принесут и мы останемся одни, инспектор прислал мне в вирте документ-форму.

– Прежде чем мы начнём, – официальным тоном произнёс он, – я попрошу вас подписать уведомление о неразглашении сведений, которые вы получите в ходе нашей беседы.

– Нет, – хмыкнул я, не глядя закрывая окошко.

Савельев запнулся, так и не донеся стакан с соком до рта.

– Что значит это ваше “нет”?

– То и значит, – пожал я плечами. – Если вы знаете что-то секретное, то просто не сообщайте эти сведения никому. Только таким образом ваша тайна продолжит оставаться тайной. Ну а что обо мне – предпочитаю держаться в стороне от чужих тайн, нежели быть обязанным молчать о том, что досталось моему мозгу против его воли.

Инспектор поджал губы, а я продолжил.

– Ну, а если вам, Семён Петрович, что-то не нравится, то я, пожалуй, пойду.

Не знаю почему, но я решил, что тактика “выведи собеседника из себя” будет наиболее результативной. Может, ляпнет чего интересного, а я потом пересмотрю видеозапись…

Говоря это, я сделал вид, что собираюсь встать.

– “Ваше благородие”, – поправил он меня, цедя сквозь зубы. – Вы хоть понимаете, с кем разговариваете? Потрудитесь соблюдать этикет и субординацию!

– Что за этикет, гражданин Савельев? – продолжил напирать я. – Ничего о таком не знаю. Если я правильно помню, то согласно конституции в этой стране все люди равны. Этикеты и прочая подобная лабуда остались в прошлом.

Говоря это, я вспомнил разговор с Россольцевым, где он рассказывал, что если тебе что-то нужно от дворян, то этикет обязателен, а вот если наоборот – можно не расшаркиваться.

Ухмыльнувшись, продолжил:

– Мне от вас, гражданин Савельев, не нужно ничего. Это вы за мной бежали. Мало того, обознались, но продолжаете настаивать на ошибке. А теперь ещё и какой-то там этикет приплели. В общем, если вам позарез необходимо, чтобы к вам обращались “ваше благородие”, идите на улицу и найдите кого-нибудь другого.

А я, пожалуй, всё-таки пойду. Я сделал ещё одно движение, собираясь встать.

– Сидите! – почти выплюнул Савельев. К этому моменту его щёки пошли красными пятнами. Было видно, что он едва сдерживается. Но в конце концов он, видимо, понял мою тактику и, как некогда Кондор, решил некоторое время пойти у меня на поводу.

Сделав глубокий вдох, он совершил над собой усилие, а затем медленно проговорил:

– Хорошо, э… Андрей Иванович. Давайте поговорим без подписок. И этикета. Как простолюдин с простолюдином.

– Я весь – внимание, – смягчился я, откидываясь на спинку кресла, и снова беря в руку чашку.

– Х-гм. Вы меня сбили с мысли. С чего начать? Ах, да. Кондор. Вы, вероятно, считаете, что смогли его уничтожить? Так вот, он не погиб!

Я равнодушно отпил чай.

– Вам нужно определиться, – продолжил я попытки взбесить оппонента, – или этот ваш Кондор погиб, или не погиб, но я пытался его уничтожить, или я и есть – тот самый Кондор, который… бр-р, погодите, я запутался!

Увы, на новые подначки мой собеседник больше не реагировал.

– Выброс энергии от клятвопреступления, что вы совершили, его не убил, а лишь привёл к тому, что Кондор оказался вытеснен в Астрал, – продолжил инспектор, внимательно следя за моей реакцией.

– Клятвопреступления? – попытался вычленить я непонятное. – Не припоминаю, чтобы я кому-либо в чём-либо клялся, не то, что…

– Да, в Астрал, – с нажимом перебил меня Савельев. – И оттуда он сумел связаться не с кем-то там, а с самим государем!

– Ого, ну у вас и страсти творятся! – сделал я большие глаза. – И что же было потом?

– Государя он попросил помощи в восстановлении рода Кондор. В обмен он предложил императору свою службу – уже не в статусе независимого древнего рода, эмигрировавшего сюда из Великобритании, а на условиях полного прямого вассалитета.

– И что? Государю не хватает вассалов? – Ухмыльнулся я.

– Но самое главное, – проигнорировал мой пассаж Савельев, – Кондор обещал государю выход на Хранителя.

– Хранитель? – Я чуть приподнял бровь. – А это что за персонаж такой? Признаюсь, вы всё сильнее меня интригуете. Кондор. Астрал. Государь. Хранитель. Служба охраны. И всё это на мою бедную голову.

– Для того чтобы узнать детали, вам всё же придётся подписать…

– Обойдусь, – отрезал я, перебивая его. – Оставим эту тему, бог с ним – с Хранителем. Также допустим, что с этим вашим Кондором так всё и было. Он жив и общается из какого-то там Астрала с самим императором. История, конечно, интересная, невероятная, но я всё ещё утверждаю, что вы обознались.

Однако чисто гипотетически… если бы я был тем, за кого вы меня принимаете, то, может быть, вы наконец сообщили бы, что требуется от меня?

Савельев усмехнулся, в его взгляде появилось превосходство.

– Имперская служба охраны прекрасно знает, кто вы на самом деле, Андрей Иванович. Мы знаем, что вы – субъект, перемещённый из другого мира.

Призыв существ из других миров без ведома и разрешения Хранителя произвести невозможно. И государь тоже о таком обычно знает много, много заранее…

В общем, о вас нам известно абсолютно всё!

Совершённые вами преступления: клятвопреступление, роспуск сырьевой биржи, транжирство в никуда колоссального родового богатства, новое клятвопреступление – всё это даёт нам полное право на ваше уголовное преследование.

Он сделал паузу, ожидая, что я испугаюсь. Но я молча пил чай, размышляя о двух трупах, что я оставил на том чугунном заборчике. Интересно, об этих моих “преступлениях” они тоже знают? Хе-хе…

– Клятвопреступление? – снова вычленил я совершенно для себя непонятное.

– В общем, – торжественно продолжил он, снова игнорируя мой вопрос – от каторги вас пока защищает только одно обстоятельство – государь.

– Государь? – удивился я.

– Именно государь! – подтвердил свои слова инспектор, – Его величество лично поручил предпринять всё необходимое для того, чтобы род Кондор был восстановлен.

– И что в вашем понимании означает это самое “восстановление”? – поинтересовался я, откинувшись на спинку стула.

– Признание себя Кондором. Принесение вассальной клятвы государю. Женитьба. Появление потомства, и главное – наследника. И, разумеется, долгая и упорная работа на благо Империи, чтобы восстановить и утраченное богатство, и влияние рода, и связь с Хранителем.

Не выдержав, я рассмеялся. Искренне, в голос. Посетители за соседними столиками недоуменно обернулись. Савельев помрачнел.

– Что смешного?

– Вы серьёзно? – отсмеявшись, спросил я. – То есть, гипотетически, если бы я был тем самым попаданцем, которого вытащили из его родного мира… Вытащили – не спросив на это согласия, и даже убив. Как вы думаете, если бы я был таким попаданцем, то разве не должен был бы ненавидеть этот птичий род всеми фибрами души?

С чего бы вдруг я стал рожать этому роду наследников или копить для него деньги?

Савельев нахмурился, уверенность, поселившаяся было на его лице, дала трещину.

– Но… Государь предлагает вам защиту и статус!

– Знаете, что бы я сделал на месте такого попаданца? По крайней мере к чему был бы готов?

– К чему? – поддался на мой напор собеседник.

– К тому, что если для окончательного уничтожения этого самого Кондора потребуется убить это тело, то я бы спокойно это проделал. Однако! – я повысил голос.

– Однако? – переспросил инспектор. На его лице читалось состояние полной прострации.

Ничего-ничего. Я многим сегодня шаблон поломал, и от твоего сейчас тоже ничего не останется!

– Пёс с ним – с Кондором! – Перешёл я на шёпот. – Если бы я был тем, о ком вы говорите, то… – я сделал вид, что задумался, – возможно, я бы согласился поработать на э… государя. Но не всю жизнь, а не более четырёх с половиной лет.

– Четырёх с половиной? – повторил он за мной.

– Четырёх с половиной! – подтвердил я. – Вряд ли, будь я тем человеком, за которого вы меня принимаете, я имел бы больше времени. А дальше мне бы потребовалась от государя ответная услуга. В общем, будь я тем, за кого вы меня принимаете, то я предложил бы государю сделку.

– Сделку? – продолжил он тупо повторять за мной.

– Сделку! – нажал я ещё раз. – За следующие четыре с половиной года, я, так и быть, заделал бы кому-то наследника. Пусть будет здоров род этого вашего Кондора в веках. А в обмен государь снабдил бы этого попаданца информацией…, – я замолчал.

– Какой информацией? – прищурился Савельев.

– О том, как покинуть этот мир и вернуться в свой, – поставил я точку в диалоге.

Часть 8. Искажённые умы

Дороги и озёра

Я открыл глаза и несколько минут просто лежал в темноте, вслушиваясь в мерный, успокаивающий гул вентиляции. Моё спальное место – пластиковая коробка в дешёвом подвальном “отеле” для ловцов жемчуга. Тесно, но зато дёшево и безопасно. И совсем не душно – система вентиляции здания забирает воздух именно под землёй, потому, хоть и подвал, а здесь всегда свежо.

Спится отлично, но сны, сны… Редкая ночь обходится без них.

Сегодня мне снова снилась Наташка. Мы ехали в нашей машине по бесконечной ленте шоссе. Слушали радио, она смеялась…

Всю жизнь, сколько я себя помню рядом с ней, она обожала путешествовать. Причём путешествовать не в том смысле, чтобы нацепить на спину тяжеленный рюкзак, уйти в непролазную тайгу и кормить там комаров, ночуя в пропахшей дымом и сыростью палатке. Нет, Наташка любила комфорт. Её идеальный отпуск – это приехать в какой-нибудь новый, незнакомый город, заселиться в хороший отель с нормальным душем, кроватью и хорошо бы – стиральной машиной, а затем целыми днями бродить по музеям, старым улочкам, паркам и прочим достопримечательностям.

Сам я к этим туристическим Меккам всегда относился довольно ровно. Ну, лежит в лесу какой-нибудь огромный древний камень. Ну камень и камень, чего к нему паломничество устраивать? Ледник притащил тысячи лет назад, делов-то. Или развалины какой-нибудь крепости – подумаешь, кирпичи да глина! Но, несмотря на мой прагматизм, эти совместные поездки мне всё равно нравились. Мне нравилось видеть её горящие глаза, слушать, как она зачитывает исторические справки из путеводителя, как рассуждает о том, как плохо, что эти руины начали восстанавливать. Теперь это будет совершенно “не то”! Ха-ха!

А потом мы накопили на собственный автомобиль, и наши путешествия вышли на новый уровень. Мы стали проводить отпуска в дороге – постоянно переезжая из города в город, наматывая на колёса тысячи километров. Утром – в Москве, вечером – в Питере, следующим вечером – в Петрозаводске, а потом дальше, дальше и дальше. Насколько хватало сил и времени.

Здесь, в Питере и его окрестностях, мы тоже бывали много раз. Объездили вокруг абсолютно всё. Даже Кронштадт наш я лучше помню, чем знаю этот – местный. Эх! Вот бы Наташку сюда! Она бы уже разобралась и в местной географии, а заодно и в социальном устройстве.

Из поездок сюда особенно тепло мне вспоминались летние – когда на севере стоит короткая, недолгая, но жара, и в местных озёрах можно купаться.

Жёлтые песчаные пляжи, высоченные мачтовые сосны по берегам, нагретый солнцем смолистый воздух… Всё это делает отдых в этой местности уникальным. Пожалуй, здесь даже лучше, чем в каком-нибудь Египте, главная ценность которого только в том, что горячее солнце там доступно круглый год.

Песочек или трава у воды. Тень и густой хвойный запах. И путь от одного озера к другому. Непрерывная дорога с раннего утра и до самого вечера, от одного забронированного отеля до следующего. С множеством остановок: у красивых водоёмов, у придорожных кафе с вкусным кофе, у каких-то местечковых музеев и усадеб. Иногда мы включали музыку, и Наташка что-нибудь рассказывала о недавно прочитанном, а иногда ехала молча, глядя в окно на проносящиеся мимо леса, а я просто крутил баранку и ощущал себя абсолютно, безоговорочно счастливым человеком.

Я тяжело вздохнул, чувствуя, как внутри ворочается глухая тоска. Как она там без меня? Плачет? Или уже смирилась и пытается жить дальше? Дети, конечно, не оставят, поддержат, но…

Так, всё. Хватит раскисать.

Разговор с этим инспектором чётко обозначил мои перспективы. Они знают, кто я, и хотят меня использовать. Но если я собираюсь вернуться к ней до того, как истекут установленные мной пять лет, пора переставать бездельничать и плыть по течению. Нужно продолжить разбираться с местными технологиями. Понять, как работает вирт, фабрикаторы, магия. Докопаться до сути.

Я повернул защёлку, и дверца моей спальной ячейки со скрипом отъехала в сторону, впуская тусклый свет из коридора. Свесив ноги на прохладный бетонный пол, я потянулся за штанами и вдруг замер.

В паре метров от меня, робко переминаясь в полумраке подвала, стояла Арина. Та самая девчонка из “клана”, которую я не так давно оттащил в чёртов учебно-медицинский центр.

Она смотрела на меня во все глаза, а её новые, заново выращенные ноги выглядели совершенно здоровыми.

– Привет! – я хмыкнул, оглядывая её практически мужской прикид.

Ну да, не заморачивался я с покупкой женских вещей для неё. Думал, ей только до дома добраться – пофиг в чём. И чего это она не переоделась?

В ответ на моё приветствие она почему-то размашисто перекрестилась и… ударилась в слёзы. Да что, блин, за хрень тут творится?

Ноша

@Андрей@Арине: Здесь вот собирай, а я отплыву к той расщелине. Если что – пиши.

Отправив сообщение, я развернул скутер и дал лёгкую тягу, оставляя девушку копошиться над россыпью раковин, которые предварительно нашёл своим магическим зрением.

Навязанная мне роль спасителя и опекуна откровенно напрягала. Никаких романтических иллюзий по поводу этой девчонки я, естественно, не питал. Для меня она была ребёнком – причём ребёнком чужим, глупым и наивным.

Но и бросить её там, в подвале, я тоже не смог.

Когда Арина расплакалась, выяснилось, что возвращаться ей некуда. Пребывая без сознания, она вообще не была в курсе происходящих вокруг неё событий. Очнувшись в медкапсуле, она крайне удивилась тому, что вообще там оказалась. Последнее, что она помнила – страшные зубы, сомкнувшиеся на её лодыжках и мысль о том, что кричать нельзя – мундштук изо рта выпадет.

Решив, что о ней позаботились именно её собригадники, сразу из медцентра на своих новёхоньких ногах она прямиком отправилась к ним. Но, увы, “клан” встретил её неожиданно холодно. Ей популярно объяснили, что она – балласт, который им больше не нужен. Свои долги она теперь должна выплачивать сама, а о своём вкладе в общак ей стоит забыть.

Вот и стала она думать: “куда же теперь податься?” С огромным минусом на балансе, как у неё, другие бригады к себе её точно не возьмут – присоединение к бригаде означает перенос её личного долга на общий счёт, а кому охота платить чужие долги, при наличии своих-то? В итоге пришла она ко мне – к кому ещё идти, если не к тому, кто один раз уже помог?

М-да. Ситуация.

Пораскинув мозгами, я понял, что единственный выход для неё – стать настолько полезной, чтобы другие бригады считали её нужной, чтобы были готовы взять даже с учётом долгов. А самым полезным свойством человека на базе считалось ровно одно: наличие в его вирте навигационного модуля.

Именно это я ей и предложил. Свою новую жизнь она должна строить исходя из цели получения необходимого для этого – жёлтого статуса.

Разбираясь с нюансами этого процесса, я выяснил, что он не так-то и прост. Статус на этой планете человек должен выбрать как можно раньше. Почему? Потому что чем дальше, тем его смена сложнее!

Чтобы перейти с бесплатного “красного” статуса на “жёлтый”, дающий право купить ту навигацию, нужно не просто начать отчислять государству тридцать процентов от доходов. Требовалось также погасить текущую недоимку – выплатить эти самые тридцать процентов за всю свою предыдущую жизнь, начиная от рождения.

К счастью, Арине было всего семнадцать, и, конечно, большую часть жизни она была ребёнком и ничего не зарабатывала. Однако сумма её “налога за жизнь” составляет что-то около тысячи золотых рублей. Для неё – цифра астрономическая. Для меня – раньше была бы копейками, но после блокировки инспектором моих счетов (расскажу об этом позже), я оказался так же пуст, как и она.

Всё что у меня на сегодня есть – фиолетовый статус, что сжирает девяносто процентов от любого дохода. Миллионы Кондора, которыми я впрочем и не особо пользовался, теперь недоступны. Так что помочь ей деньгами я не смог бы при всём желании. Да, пожалуй, и не стал бы.

Поэтому я предложил ей схему: я беру её с собой в рейды, она как и раньше собирает жемчуг, но всю добычу теперь расходует на то, чтобы погасить долг перед налоговой – и дойти до жёлтого статуса, а так же на то, чтобы избавиться от долга перед базой.

Как только она доберётся до этого самого статуса, то купит себе модуль навигации, и дальше пусть идёт на все четыре стороны.

Единственное, чего я от неё потребовал за свою помощь – это клятвенное обещание больше никогда не влезать в долги. “Лучше жить в пластиковой коробке, в подвале и жрать дешёвую кашу, – внушал я ей, – чем быть кому-то должным!”

Здесь в моих наставлениях очень помогала её религиозность.

Вообще, меня это, конечно, сильно вымораживало. В каждое второе предложение она умудрялась вставить “промысел божий” или “ангел-спаситель”. Меня это жутко бесило, но в итоге я решил использовать этот сдвиг по фазе в своих целях.

“Раз уж ты считаешь, что меня тебе послал бог, – заявил я ей, скривив лицо, – то и слушай мудрость из моих уст. Долги – это рабство. Твоя цель – независимость”.

Сейчас, плывя над водорослями, я размышлял о том, как вообще устроена экономика этой базы. Очевидно, что вся система здесь специально спроектирована так, чтобы каждый ловец со временем накапливал неподъёмный долг. Снаряжение дорогое, еда и жильё дорогие, а жемчуг без магического зрения собирается крайне тяжело. В итоге человек оказывается на крючке.

Зачем это базе? Для удержания рабочей силы? Скорее всего. Или… как способ рекрутинга слуг?

Мне вдруг вспомнился тот выход на Гогланд и предложение Бельского простить все долги в обмен на вступление в ряды “слуг рода”. Позднее я специально копался в сети, изучая этот вопрос. Оказалось, что слуги рода платят ровно тот же налог, что и “жёлтые” простолюдины – тридцать процентов. Вот только платят они его не государству, а конкретному роду.

Вчера я пытался вбить это в голову Арине: “Лучше платить безликой Системе, чем конкретным дворянам. По крайней мере, Система не требует, чтобы ты приносила клятвы не только за себя, но и за своих будущих детей и внуков!”

Не уверен, что она всё поняла, но головой кивала усердно.

Клятвы… Вот же мерзкий мирок! В голове не укладывается, как так может быть, что один человек несколько веков назад поклялся, а другой (его потомок) вдруг стал клятвопреступником. Какое-то тупое средневековье здесь, да ещё и с магией и нейросетями. Бр-р!

Цена слова

Клятвы…

Мои мысли снова скользнули к тому разговору с инспектором Савельевым в кафе. К финалу нашей беседы, когда я озвучил ему свои условия: четыре с половиной года службы в обмен на возврат домой.

Выйдя из состояния лёгкой прострации, Савельев тогда быстро взял себя в руки. На моё предложение он ответил весьма уклончиво, пообещав лишь передать мои слова “наверх”.

– А что за клятвопреступления вы упоминали? – спросил я его тогда, делая глоток остывшего чая. – В чём конкретно вы меня обвиняете?

Инспектор скривился, но от прямого ответа снова ушёл.

– Будто вы сами не знаете, – процедил он. – Ваш отказ явиться на общий мобилизационный призыв. Это зафиксировано. И это прямое нарушение долга. А недавние события? Ваш явный отказ от верности монархии и службы государю, повлёкший за собой уничтожение архива? Вы думаете, это сойдёт вам с рук?

Я тогда лишь рассмеялся ему в лицо, продолжая откровенно издеваться над его напыщенностью. Пытался вытянуть из него ещё что-нибудь полезное, но Савельев быстро понял, что я просто играю на его нервах.

– Что ж, раз вы продолжаете настаивать на том, что вы не Кондор, – холодно заявил он в самом конце нашей встречи, поднимаясь из-за стола, – то и финансами рода Кондор вы распоряжаться не вправе. Властью, данной мне Государем, я конфискую все эти денежные средства. От сего момента и далее они будут храниться на специальном счёте Службы охраны, и будут возвращены только представителю рода Кондор, когда таковой… появится или определится со своим статусом.

Оставил, гад, за собой последнее слово. Ну да ладно. Главное, что от меня отстали. Пока отстали. М-да.

Сейчас, мерно скользя над песчаным дном, я наконец-то смог спокойно сопоставить все факты. Картина вырисовывалась любопытная.

Из всех его слов следует, что я как бы совершил три клятвопреступления. Ума не приложу, в чём суть той клятвы, но результатом первого стала смерть монстра. Вернее, не смерть, а выпадение его в этот их Астрал – не важно.

Клятвопреступление второе – отказ явиться на мобилизационный призыв. Я на него не отреагировал, а затем и адресное приглашение послал подальше. И именно в ту ночь меня скрутило так, что я чуть не сдох, а мой резерв рухнул в ноль. Я-то считал, что это была атака какого-то сильного мага.

А выходит… выходит, никакой атаки не было. Это сработал какой-то механизм наказания за нарушение клятвы, за которую я почему-то должен нести ответственность.

Г-хм. А кто клялся-то? Кто-то из предков этого Кондора – других версий вроде и не видно. “Я и мой род клянёмся защищать Россию!” – или как-то так это обычно звучит? Вероятно, Кондор давал такую клятву в тот момент, когда эмигрировал в Россию из Британии.

И, наконец, клятвопреступление третье: мой отказ от верности монархии. Савельев упомянул, что это привело к уничтожению архива. Сгоревший архив Царской Охраны в Адмиралтействе – стало быть и эту “часовню” тоже я сжёг. Ха-ха! Пазл собрался!

Из последнего случая следует, что механизм контроля клятв в этом мире завязан на какие-то физические артефакты. Две нити, которые я с таким трудом порвал, получается, связывали меня не с человеком, как я тогда подумал, а именно с таким артефактом. А мыслеформа “ты обязан” – это, стало быть, клятва кого-то из моих местных предков? Но я отвлёкся. Самое информативное здесь то, что когда я оборвал эти чёртовы нити, то артефакт в архиве попросту взорвался или загорелся, подпалив всё вокруг.

Вот оно как было!

Получается, что тот пожар, который я считал удачным отвлечением внимания от убийства двух видящих магов в Питере, – тоже моих рук дело. А сами маги вообще были ни при чём! Они не следили за мной, не атаковали меня ночью.

Я убил их просто потому, что… “Извините, ошибочка вышла!” Хе-хе! Ну и потому, что мне нужна была их энергия – синева из их аур.

Испытываю ли я по этому поводу угрызения?

Я прислушался к себе. Ни капли.

А тот разнаряженный франт в дорогом пальто, который пристал ко мне у канала вместе со своим телохранителем-громилой, – сам вообще виноват.

Да и чего рефлексировать? Жалко – не жалко. Раскаиваюсь – не раскаиваюсь. Всё это мелочи. Главное, что благодаря этим видящим я смог вытащить с того света Сима, ну, и избавиться от глупых клятв.

Клятв, которых я никогда не давал. А кто там их приносил? Какой-то из далёких предков Кондора? Да и хрен с ним. Я – не он. Да и мир этот не мой.

Инженерия и синева

С того памятного разговора с Савельевым, когда этот напыщенный индюк заморозил мои счета, мне приходится рассчитывать только на заработанное. Резерва или финансовой подушки больше нет. Впрочем, отсутствие кредитов меня не так сильно и расстроило. Может быть, теперь от меня отстанут?

Без кредитов, конечно, не так свободно, как прежде, но и в том “прежде” я не сказать, чтобы активно их использовал. Сколько там было изначально? Миллиард и сто миллионов? П-ш-ш-ш! Я сделал из них пять. Пять миллионов из миллиарда! Надеюсь, Кондор смотрел на это всё из своего астрала и его там тошнило.

Ну а мне в целом его деньги не были нужны изначально. Сейчас у меня есть магическое зрение, утилизатор и фабрикатор. А понадобятся рубли – заработаю. Здесь же под боком море, полное жемчуга!

Налоги, правда, садистские, зато за вещи можно платить “вторсырьём”. Как в детстве – в СССР: принёс в магазин десять пустых бутылок, а в обмен тебе выдали две полные, да ещё и мелочи насыпали. Здесь же роль использованной тары выполняет абсолютно всё: от минералов до энергии.

А покупать еду в фабрикаторе (оплачивая её энергией) оказалось даже удобнее – можно обедать прямо здесь, не ходя в столовую. Еда не такая уж дорогая, чтобы париться вопросом её стоимости.

Ради интереса, я несколько раз заказывал в фабрикаторе один и тот же обед: борщ и котлету с пюре.

И здесь всплыл один любопытный факт: в каждой новой порции раскладка ингредиентов едва заметно, но отличалась. То котлета чуть более плоская, то супа на полсантиметра меньше, то картошка лежит под другим углом. Не говоря уж о положении котлеты: она – то с краю, то в центре.

В общем, еда выглядела так, будто её не фабрикатор синтезирует, а какой-нибудь повар в столовой раскладывает в тарелки или контейнеры. Нет, это совершенно точно не фабрикатора “рук дело”! Если бы синтезировал пищу он (молекула за молекулой по заложенной схеме, как классический 3D-принтер), то результаты были бы идентичны до миллиграмма.

Но они отличаются! Какой вывод из этого следует?

Еду фабрикатор не готовит. Во всяком случае, это справедливо для тех блюд, что я заказывал. Получается, он работает как этакий продвинутый телепорт. Конечно, это моё предположение, но если оно верно, то многое объясняет и даже проливает свет на загадки, что мучили меня ранее.

Итак, где-то какой-то предприниматель, возможно, на огромных автоматизированных кухнях, варит эти борщи и лепит котлеты. Затем каким-то образом, как те чертежи, помещает продукты в “память” Системы. Но поскольку эта “память” теперь хранит не схему, а настоящий объект, то это получается внепространственное хранилище.

Далее из этого хранилища предмет и перемещается прямо в лоток фабрикатора.

Нет, конечно, объяснение может быть и другим. Например, что суп всё же превращается в схему однократного действия, а фабрикатор его именно печатает. Такое тоже возможно. Но в этом случае непонятна природа этой самой однократности.

Хотя, конечно, этот мир же магический – всякая ерунда в нём возможна.

Но если вернуться к этому механизму, то вот оно, объяснение, почему управляющие камешки устройств не одинаковые. Они, получается, тоже не печатаются, а перемещаются из такого хранилища! И именно потому они все разные! Как борщи и котлеты.

К сегодняшнему дню я расковырял довольно много разнообразных приборов и вытащил из них эти самые камни. Ни одного совпадения! Они всегда разного размера и формы.

Размышляя над тем, откуда могут браться эти самые камешки (надо, кстати, придумать им название), я провёл эксперимент с их утилизацией.

Результат получился довольно занятный.

Во-первых, если оценивать в деньгах, то одно такое ядрышко (буду называть эту часть многих устройств интеллектуальным ядром или просто – ядром) стоит довольно недорого. Меньше одного кредита. Стоимость неточная – зависит от размера. Ядра покрупнее – дороже, помельче – дешевле.

Во-вторых, химический состав практически один к одному совпадает с составом жемчужин, что я добываю по работе. Разница только в пропорциях: ядра содержат меньше адалита и энергии, и больше естественных веществ. То есть адалит в ядрах может содержать ту же тысячу эргон на семь миллиграмм, но в ядре редко бывает больше половины миллиграмма.

Эта похожесть ядер с жемчужинами навела меня на мысль, что ядра не производят, а тоже где-нибудь собирают. Кто-то из моих коллег – сборщики камней, или что-то подобное.

Ещё в первый день, когда я попал на эту работу, мне говорили, что жемчуг есть в очень многих раковинах. Но на стандартные жемчужины не тянет, а потому собирать его бессмысленно. Выходит, в ближайший рейд нужно взглянуть именно на такой жемчуг!

Закончив с железками, я открыл карту залива. Нужно бы поискать более грибные места для рейдов. Сплавать, что ли, куда-то подальше? Но маршрут нужно выбрать так, чтобы можно было передохнуть, поесть, попить. То есть нужен остров или хотя бы скала, на которую можно было бы выбраться.

Осматривая ближайшие к Котлину куски земли, я зацепился взглядом за остров Сескар, лежащий километрах в семидесяти на запад от Кронштадта. Далековато. Если пилить туда на стандартном скутере, который в пике выдаёт пятнадцать километров в час, то это пять-шесть часов в одну сторону. С ума сойдёшь от скуки – болтаться под водой столько времени.

В общем, от идеи столь дальнего заплыва я пока отказался, но саму проблему взял, что называется, на карандаш. Выходит, мне нужен собственный, высокоскоростной подводный транспорт. Этакая торпеда с обтекателем, мощными водяными турбинами и куда более ёмкими накопителями энергии. Если бы она смогла выжать хотя бы тридцать километров в час – уже можно жить. Надо будет набросать чертежи на досуге.

Но сейчас, раз уж речь зашла об энергии, пришла пора окончательно прояснить для себя разницу между маной в батарейках и “синевой”, что я вытягиваю из жемчуга и “метки смерти”.

О разных видах энергии я знаю довольно давно – ещё с тех пор, как попытался сравнить батареи с жемчугом. Тогда выяснилось, что под понятием “энергия” Система раскрывает список из нескольких видов:

органическая – это, как я понял, мана;жизненная – это, как я понял, синева;и “смысловая” – но что это, я пока не знаю.Каждый из трёх видов внутри себя делится на спектры по цветам. Бывает, например, органическая фиолетовая или жизненная фиолетовая. Если фиолетовую ману я уже видел (барьер Сима состоял преимущественно из неё), то фиолетовую жизненную я не встречал. Возможно, ей наполнены жемчужины, которые называют принцессами?

Но вернёмся к батарейкам. Поскольку они содержат в себе простую органическую энергию – ману, то стоит попробовать использовать её для каста заклинаний. Например, для того же “отвода глаз”. Сейчас мой резерв всего около трёх сотен эргон – кончается быстро. Если получится использовать энергию батареек – будет круто!

Для опыта я взял стандартную заряженную батарею и сосредоточился на руне “отвода глаз”. Вместо того чтобы использовать энергию из своего внутреннего резерва, я потянулся к внешнему накопителю.

Разумеется, ни с первого, ни со второго, ни даже с третьего раза ничего не вышло. И здесь в мои эксперименты и мысли влез Сим.

– Ты знаешь, – прислал он задумчивую мысль, – а ведь маги бывают разные!

– Разные? – переспросил я. – Что ты имеешь в виду?

– Ну вот в новостях о боевых действиях на фронте фигурируют маги-огневики, маги-воздушники. А Иосиф первый был магом-менталистом. И так далее.

– Я думал, что нет никакой разницы. Если бы у меня была руна, создающая воздушный ураган, то я был бы воздушником, а руна, формирующая водяное лезвие, сделала бы меня водником.

– Нет, похоже, всё не так. Да я даже знаю, что всё не так, просто не помню. Но вот, что заставляет задуматься: помнишь, когда ты рассказывал про свои беседы с Кондором, то он говорил тебе, что души все маги видят по-своему?

– Х-гм, – я задумался, припоминая, – да, что-то такое было. Кажется, он говорил, что сам воспринимает их в виде огромных капель.

– Во-от! – обрадовался симбионт. – Что, если Кондор видел капли, поскольку был магом-водником, а тогда ты, получается, маг-воздушник?

– Звучит логично, – хмыкнул я, – но что из этого следует?

– Из этого следует, что все манипуляции с энергией тебе будут даваться легче, если ты будешь представлять их в виде вихрей. Вот из этой батареи ты сейчас просто пытаешься вытянуть энергию. Тянешь туда, тянешь сюда – ничего не получается. А попробуй представить вихрь, что всасывает из батареи энергию и направляет в другой вихрь – в творимое заклинание или в твою ауру.

– Точно, Сим! Я же сам этот способ когда-то открыл, когда ты был без сознания. Таким образом я перенаправлял синеву из жемчуга в тебя! Но я никак не мог связать эти вихри с воздухом.

– Попробуй! – перебил меня симбионт.

И я попробовал. Сперва, как учил меня Кондор, представил вращающийся вихрь энергии. Затем придумал на этом вихре этакое утолщение, что тянет в себя энергию, а в центр этого утолщения я мысленно поместил батарею, которую сжимал в руке. Нити конструкта послушно налились силой, вытягивая ману из батарейки.

Сработало! Ха! Заряд батарей – это просто топливо, бензин для заклинаний!

Теперь, таская с собой достаточно батареек, я могу совсем перестать переживать о том, что энергия кончится! Круто!

Затем я попробовал провернуть обратный процесс: попытался влить свою энергию в разряженную батарею. Фигушки. Вообразить вихрь, выталкивающий из себя поток магического воздуха, оказалось легко. А вот придумать такой вихрь, что вдавливает этот поток в маленькую батарейку, я не смог. Вернее, не успел.

Мои эксперименты были прерваны проснувшейся Ариной. Раскрыв свою капсулу (да-да, последнее время она живёт здесь – по соседству), она выполнила свои традиционные религиозные жесты: пробормотала какую-то там молитву и несколько раз перекрестилась. А я понял: пора на работу. В рейд.

Глядя на эту собирающуюся девочку, я вертел в руках пустую батарейку и продолжал раздумывать о вихрях, о потоках энергии, о том, как кормил Сима синевой, пока он был в бессознанке.

И тут на меня свалилась мысль: “А что, если?…”

Если синева расширяет резерв мага… Если простой человек – это такой человек, магические способности которого проявляются очень слабо…, то что будет, если влить синеву в обычного человека?

В ту же Арину?

Я прищурился, переключая зрение на магический спектр и рассматривая её тусклую, ничем не примечательную ауру. Можно ли, получится ли сделать из неё мага?

Попробовать, что ли?

Круги по воде

То, что я, фигурально выражаясь, бросил булыжник в местное болото, стало понятно довольно скоро. Дежурных, которые тогда не пропускали нас с искалеченной Ариной к медицинскому центру, всё-таки посадили. По формальным критериям то, что они творили, являлось чистой воды бандитизмом, а проигнорировать официальное заявление от налогоплательщика с фиолетовым статусом местная полиция просто не могла.

В результате несколько дней у учебного центра вообще никто не отсвечивал. Позже, правда, поборы возобновились, но мне до этого уже не было никакого дела. Свои проблемы я решил, а спасать мир от несправедливости в мои планы не входило.

Зато у этого болота нашлись защитники.

Как-то вечером ко мне подкатила целая делегация. И заводилой у них оказался тот самый Олег из шестнадцатой бригады, с которым мы уже сцеплялись где-то с месяц назад из-за тех самых дежурных, отправленных мной на тот свет ещё летом.

Он пришёл с компанией из пяти крепких парней. Встали полукругом, перегородив мне дорогу к пирсу, и начали качать права. Требовали, чтобы я немедленно отозвал заявление из полиции, дабы их драгоценных друзей могли выпустить на свободу.

– Слушай сюда, – процедил он и, сделав резкий шаг вперёд, попытался схватить меня за грудки. – Ты не понимаешь, во что влез. Это наши люди…

В прошлую нашу с ним стычку он был один, и я просто воспользовался большей, нежели у него, длиной своих рук – удерживая его на расстоянии. Теперь же с ним была группа поддержки, а потому действовать нужно было иначе.

Заранее готовый ко всему (энергия у солнечного сплетения, за глазами и “отвод глаз”), я легко ушёл с линии захвата, затем, отпрыгнув в сторону, резко разорвал дистанцию. Раз! И в каждой моей руке появляется по “бабочке”. Два! И в левой раскрывается лезвие, а вокруг правой ладони продолжается движение острой блестящей бронзы.

Ежедневные тренировки принесли плоды: теперь я могу не просто эффектно раскрывать “бабочку” любой рукой, но и крутить её правой так, что лезвия и ручки сливаются в сплошной блестящий диск.

Металл тихо лязгнул, когда я отпустил одну рукоять, позволив ножу провернуться вокруг указательного пальца, подхватил вторую и перекинул нож в обратную сторону – оставив лезвие свободным. Вжик, клац, вжик.

Что сказать? Впечатление я произвёл: компания, что надвигалась на меня, раздалась в стороны.

– Мне всё это совершенно неинтересно, – спокойно ответил я, продолжая завораживающее вращение лезвий. – И никакое заявление я отзывать не стану.

А если вы чуток здесь подождёте, минут пять-десять, не больше, то и за вами наряд приедет. Вот прямо сейчас и вызову. Видео приложу, как и в прошлый раз. Переживаете за ребят? Ну вот и станете к ним поближе! Как тебе такой расклад?

Не знаю, что подействовало больше: угроза нового вызова полиции или мелькающие в моих руках лезвия. А может быть, и то, и другое. В общем, продолжать активные действия они не рискнули.

– Ходи и оглядывайся, – зло бросил Олег, сплёвывая под ноги, после чего вся компания ретировалась.

В ответ я лишь усмехнулся: пойди – найди меня, когда я с утра до вечера отводом глаз балуюсь, да радар пиликать теперь на вас будет.

А на следующий день на базе наметился очередной большой выезд. Хочется Бельскому изловить этого крока. А после – опять в слуги будет звать? Не-не-не! Я только от Савельева отбился. Ещё мне Бельского не хватало.

В общем, в большом выезде участвовать не стал. Ещё в прошлый раз заметил, что в состав большой экспедиции входит не более половины всех сотрудников базы, а стало быть, можно присоединиться к другой половине. Поговорил с Ариной, и она подтвердила эти мои мысли: “Главное, – говорит, – чтобы человек пятьдесят собралось. Тогда это количество посчитают достаточным и поедут, не дёргая остальных!”

На том и порешили. Тем более что Арина рассказала, будто её бригада знает несколько “грибных” мест – мест, где добыча может быть значительно богаче той, что мы берём ежедневно. Сверив её слова со своими записями (ещё в первый день я расставил на них на всех метки и с тех пор периодически записывал их перемещения), вместо большого выезда мы отправились на одну из таких полян, что и впрямь оказалась “грибной”.

В общем, дела наши пошли в гору. Плавали мы довольно далеко – почти до другой конечной парома – к самой Стрельне. На дорогу тратили до двух часов в одну сторону. Но зато улов был отличный. Были дни, когда Арина сдавала до сорока стандартных жемчужин!

А я? А я тоже сдавал, но далеко не все. Закрыть норму и небольшой запас – всё. А остальное я расходовал на наполнение синевой ауры девочки. Разглядывая вихри её энергетического ядра, я с каждым днём всё больше и больше убеждался, что я прав. Ещё чуть, и Система сообщит ей о том, что “Энергорезерв пересчитан, текущий резерв составляет столько-то эргон”. Интересно, что она с этим будет делать?

Но время шло, по моим расчётам там уже должно было перевалить за вторую сотню эргон, но перемен в её поведении я пока не видел. Перемены прилетели с другой стороны – откуда не ждали. Вернее, наоборот, ожидаемо.

По вечерам, вернувшись на пирс, мы с ней расходились в разные стороны. Я уходил бегать и подтягиваться на своём турнике, она – не знаю. Мне было не особо интересно, где она и что делает. Её я воспринимал как досадную ношу, которая свалилась совершенно незаслуженно, а ещё как глупого ребёнка с очень неприятными чертами характера – этой показной (как мне казалось) религиозностью. Но люди вокруг, очевидно, воспринимали всё это как-то иначе: девочка переехала ко мне в подвал, ходит со мной в рейды и так далее. Но мне было плевать, что там думают те люди. Плевать до того момента, когда я нашёл её зарёванной – примерно как в ту, первую нашу встречу.

И здесь выяснилось, в общем-то, очевидное. Не сумев наехать на меня, эта гоп-компания решила отыгрываться на ребёнке.

Наиболее активным среди них снова был этот самый Олег, который с чего-то вдруг решил, что нужно требовать у девочки “компенсацию” за бесплатное посещение медцентра и заодно за “попавших в беду” приятелей.

Я уже говорил, что этот мир не воспринимаю, как свой. Вся жизнь здесь – нечто вроде интерактивного фильма. Будь я местным, я действовал бы как-то иначе. Но здесь… Я сделал две вещи.

Во-первых, на следующий день я сказался больным, и в рейд мы не пошли. А шестнадцатая бригада, как и все прочие – пошла. Но один из её членов вдруг захлебнулся. Несчастный случай – бывает. Сердце остановилось прямо под водой.

Во-вторых, я стравил очередных дежурных с полицией. Нет, не вызывая её, как в прошлый раз, а несколько иначе. Но было это днём позже, а сейчас я спокойно засыпал, вспоминая присказку известного нашего политика:

– А что же случилось с лодкой? – задал вопрос журналист.

– Она утонула! – ответил политик.

– А что произошло с чуваком из шестнадцатой? – спросит кто-то из сотрудников базы.

– Он утонул! – ответят его напарники по бригаде, почти три часа тащившие его тело из той далёкой дыры, где его постигла смерть.

А уже завтра, ну или послезавтра, полицейские Кронштадта хором споют: “Наша служба и опасна и трудна…”

Ха-ха!

Провокация

В прошлой жизни я никогда не был сторонником того, чтобы лезть на рожон и наводить справедливость. Да и в этот раз кого-то спасать, наказывать или улучшать эту вселенную в мои планы не входило. Да, я могу среагировать импульсивно (как в прошлый раз с девочкой), и только. Этот мир не мой, и что бы в нём ни происходило – меня не касается.

Но эти ублюдки имели глупость наехать на ребёнка, который – нет, не дорог мне, а наоборот, не имеет ко мне никакого отношения!

Тьфу-ты, опять я называю её ребёнком! Нужно отвыкать.

Итак. Она не ребёнок – девушка, которая не находится в орбите каких-либо моих жизненных планов. Случайный человек рядом. Но самое главное, она – мой подопытный. Моя лабораторная крыса, на которой я изучаю влияние синевы на живые организмы. И этой самой синевы в её “прокачку” вложено уже довольно много.

Да, эта девочка, хоть и была местами невыносима со своей фанатичной религиозностью, но всё же находится в моей зоне ответственности.

До этого случая я сам никогда первым не нападал. Даже с прямой агрессией против меня делать ничего не стал. Посчитал, что “отвода глаз” этой гопоте будет достаточно.

Но теперь границу они перешли, а потому нужно что-то делать. Конечно, они могли “утонуть” все разом (не только Олег), но эту первую мысль я отбросил потому, что подобный инцидент вызвал бы подозрения.

Мало того, как я понял, далеко не все “дежурные” работают именно у нас на базе. Остров большой, различных предприятий здесь достаточно. Нас, подводников, дай бог, если один процент. Если я решу резко проредить их численность, то нужно очень серьёзно подумать, как это провернуть, не привлекая к себе внимания. М-да.

В общем, поразмыслив, я пришёл к выводу, что всей этой гопоте нужно, что называется, переключить внимание, организовав какие-то проблемы такого уровня, чтоб обо мне и не вспоминали. Как говаривал один умный чувак у нас по телевизору: “После того, как я выпил это средство, о простуде я и думать забыл… так желудок свело!”

Раздумывая о местных “дежурных”, я вспоминал о ряженых казаках моего мира. Вот кто – настоящие ублюдки: ходят по улицам, пристают к обычным гражданам, изображают из себя полицию, а на деле – такие же бандиты, как и эти…

Вот как, если бы мне довелось, я боролся бы с ними у себя на родине? Да так же – организуя нечто очень для них болезненное. Только вот что?

Размышляя о вариантах, отбрасывая скучные или негодные, я вдруг вспомнил одну любопытную деталь. В тот раз, когда я притащил искалеченную девочку к медицинскому центру и Сим от моего имени вызывал наряд полиции, копы примчались очень быстро – буквально за пару минут. Позже я даже смотрел по карте – оказалось, что местный участок находился всего в двух кварталах от учебки.

Х-гм. А не стравить ли местных ряженых казаков с местной же полицией?

Всё необходимое у меня есть. Магия – раз. Один интересный сувенир, что я привёз из той памятной поездки в Питер – два. Отличное знание местности вокруг учебки – три.

В общем, план буквально всплыл в моём сознании в законченном виде. И готовить почти ничего не нужно, прямо сегодня всё и устроим!

Дождавшись глубокой ночи, я сбегал к своему турнику. Там, под корнями старого дерева, я его и прикопал – мой трофей от вылазки в Питер.

Развернул полиэтилен – вот он: лёгкий, компактный, удобно сидит в руке. Очень похож на наш земной “Глок”. Проверил механизм – не испортила ли его влага, нет – выглядит отлично. Отстегнув магазин, я разрядил его, проверил пружину и пересчитал патроны. Ровно двадцать штук. Значительно больше, чем я предполагал.

Единственной проблемой могут стать разве что камеры видеонаблюдения. Да, мой “отвод глаз” отлично пудрит мозги живым людям, но против бездушной электроники бессилен. Поэтому придётся маскироваться.

Воспользовавшись фабрикатором, я напечатал себе широченные, мешковатые штаны, куртку с массивными накладными плечами и ботинки на толстой платформе, прибавившие мне добрый десяток сантиметров роста. Причём обувь собрал из разных пар, в которой хочешь – не хочешь, а будешь хромать. Не так, чтобы сильно, но если кто будет смотреть видео – непременно обратит внимание!

Под куртку на спину я надел небольшой рюкзак, плотно набитый тряпками, создав вполне реалистичную иллюзию горба. Лицо спрятал под чёрной балаклавой.

В общем, в таком виде я напоминал сутулого, прихрамывающего громилу, а никак не щуплого подростка.

Около двух часов ночи, рассовав по карманам с полсотни заряженных батареек (вот на чём нельзя экономить – на магии), я выдвинулся к участку.

Сим, наблюдая за моими действиями, почему-то молчал. Да и ладно – потом поговорим.

Добравшись до цели и спрятавшись в тени через дорогу от здания, я внимательно следил за радаром. Картинка была простой и понятной: внутри участка четверо копов-дежурных. А эти три маркера в подвале – это, вероятно, заключённые, сидящие в “обезьяннике”. Так-так-так. На заднем дворе стоят две патрульные машины, но вряд ли кому-нибудь придёт в голову их заводить – выехать они могут лишь в сторону противоположную от нужного мне направления.

Идеально. Пора приступать.

Собрав магическую энергию в нужных точках, я стал совершенно спокойным и холодным автоматом. Затем вышел на освещённый перекрёсток, вскинул пистолет и дважды выстрелил по окнам участка.

Стрелять из пистолета я не умею, а потому на попадания я не особо и рассчитывал. Сделав паузу (как и в прошлый раз с дежурными, на первые хлопки особого внимания никто не обратил) – отправил ещё две пули в окна здания, затем ещё и ещё…

Грохот выстрелов разорвал ночную тишину. Пули крошили штукатурку и выбивали искры из каменных ступеней, разбивали стёкла. Я не особо целился в окна – мне нужен был только шум. Шум и переполох.

И я своего добился. Где-то уже на половине обоймы раздался первый ответный выстрел.

Внимательно глядя на маркеры радара, я сместился чуть за угол и продолжил уже одиночными: “Бах!”, “Бах!”, “Бах!” Высадив пятнадцать патронов (а не так-то много их у меня, оказывается!), я резко развернулся и, тяжело припадая на свои платформы, побежал в сторону учебного центра.

Тревога в участке из неорганизованной постепенно превращалась в действия профессионалов. Хлопнули двери, позади раздался топот тяжёлых ботинок, выстрелы и крики: “Стоять! Бросай оружие!”

Перебегая от угла к углу, постоянно глядя на радар, я то и дело набирал в вихрь “отвода глаз” порцию из очередной батарейки, чтобы тут же направить его в ближайшего преследователя. Как только оказывался под защитой угла здания или арки, останавливался, высовывал руку с оружием и делал выстрел. Ещё. Ещё. Пока патроны не кончились.

Благодаря “отводу глаз”, а батареек на него я не жалел, ответного огня я совершенно не опасался, и зря! Одна из пуль таки чиркнула меня по руке близ запясья. К счастью, энергия, сосредоточенная в солнечном сплетении и за глазами, позволила мне не запаниковать.

Спокойно сунув раненую руку в полиэтилен, в который ранее был завёрнут пистолет, я остановился, вжимаясь в тень арки – как раз в том месте, где я некогда проводил инструктаж Николая. Дежавю однако.

Энергия, батарея – “отвод глаз”, ещё один “отвод глаз” – следующая батарея. Повторить…

Погоня пролетела мимо меня буквально в считанных метрах, вывалившись прямо к самым дверям учебно-медицинского центра.

Доведя свой “паровозик” до нужного места, я притих, наблюдая за дальнейшим развитием событий. А посмотреть было на что.

Вся гоп-компания дежурных собралась в кучу – очевидно, услышав приближающийся шум. Может быть, они всё ещё помнят, что когда рядом громыхает, то это значит, что сейчас кто-то попытается просочиться в учебку, не заплатив? А возможно, просто интересно им стало, что здесь происходит.

В общем, результат получился выше всяких похвал:

Разгорячённые погоней полицейские с оружием наголо вылетели на площадь и с разбегу врезались… в толпу гопников. Раздались новые крики, выстрелы и громкий приказ:

– Всем лежать! Оружие на землю!

Дежурные, естественно, ничего не поняли, начали возмущаться и качать права. Кто-то даже дёрнулся бежать. Началась классическая жёсткая свалка: дубинки, крики, удары, заламывание рук. Кого-то даже, вроде бы, подстрелили.

Подглядывать я не рисковал. Вместо этого, стоя на соседней улице, спокойно следил за показаниями радара: вот маркеры преследователей смешались с маркерами дежурных, а вот их разложили этаким “солнышком”. Когда от участка подъехала первая машина, я решил, что дальнейшее нахождение в этом районе города опасно, и, стараясь держаться тени домов, спокойно отправился домой.

– Ты говорил, – обратился я к Симу, – что концентрируя энергию в нужных местах, можно и лечиться?

– Да!

– Ну тогда контролируй, всё ли верно я делаю.

К тому моменту, как я добрался до своего подвала, кровь уже не шла. Царапина на запястье пусть и выглядела страшно, но совершенно не беспокоила. Сунув в утилизатор всю свою маскировку и разряженный пистолет, я хмыкнул, глядя на наличие органики в составе зачисленных на баланс веществ.

Интересным фактом оказалось то, что моя кровь содержала и магическую энергию, причём сразу все три вида: органическую, жизненную и смысловую.

Но разбираться было некогда. Тихонько поднявшись на первый этаж, я заперся в общем душе, смывая с тела остатки крови, избавляясь от последних улик.

Часом позже, засыпая в своей капсуле, слушая мерное тарахтение системы вентиляции, я не мог прогнать с лица улыбку. Как всё классно прошло. Какой экспромт, и как точно и без единой помарочки.

Вообще, “я” из прошлой жизни подобным методам, наверное, бы ужаснулся. Но дело в том, что тот “я”, что здесь, уже совершенно не похож на того, что был в жизни прошлой.

И что самое странное – этот новый “я” мне почему-то нравится.

Может быть, и не ошибался во мне поисковый алгоритм в руне Кондора? Хе-хе. Ещё как не ошибался!

Тренировка

Проснувшись утром в своей капсуле, я первым делом взглянул на виртуальный календарь. Х-гм. Оказывается, с момента памятного визита инспектора Савельева минуло уже больше месяца. Время летит незаметно – скоро уж март.

Я мысленно потянулся к метке смерти, которую ещё тогда, в кафе, аккуратно прицепил на его ауру. Нить связи натянулась, уходя куда-то очень далеко на запад. Живой пока, индюк напыщенный. Ну ничего, сейчас мы это поправим.

– Сим, ты здесь? – позвал я симбионта.

– Да, бро, – отозвался он. Голос у него был какой-то подозрительно задумчивый, но лезть и выяснять причину мне не хотелось – уж больно хорошим было моё настроение.

– Готовься, сейчас у нас по плану практическое занятие.

– Что за занятие? – удивился он.

– Снова будешь учиться управлять нашим общим телом, – пояснил я, поудобнее устраиваясь на матрасе. – Предыдущие попытки показали, что для нормального перехвата контроля мне нужно максимально отстраниться от физических ощущений. Требуется этакая глубокая медитация, а с ней у меня туговато. Но сейчас я планирую потерять сознание. Чем не идеальные условия для твоей тренировки? Тело будет полностью в твоём распоряжении. В общем, твоя задача использовать это событие по-максимуму, с пользой.

– Потерять сознание? – с удивлением перебил меня симбионт. – С чего это?

– Ну как же, – мысленно усмехнулся я. – Инспектор Савельев ведь был магом, причём магом вроде бы весьма неслабым. Отдача будет приличной.

– Что значит “был”? – не понял Сим.

– Всё, поехали, – не стал я вдаваться в подробности. – Тренируйся!

Не рассусоливая, я сосредоточился на нити, связывающей меня с Савельевым, и резко потянул энергию на себя.

Где-то на краю сознания привычно заработал аналитический аппарат моего мозга, сопоставляющие новые данные со старыми.

Во-первых, я отметил важное обстоятельство, что когда я тяну энергию из метки смерти, то всегда делаю это с помощью вихря. Почему так? Потому что он как бы вертится от самого начала существования метки. Чтобы забрать у жертвы жизнь я просто этот микроторнадо ускоряю.

Во-вторых, я снова понял, что вижу душу человека так, будто она находится рядом, хотя я знаю, что между нами тысяча километров, если не две. Нужно поразмыслить над этим в будущем…

Процесс “касания смерти” запустился мгновенно. Чужая жизненная сила хлынула по каналу связи, пробивая все мыслимые барьеры жертвы. Как и ожидалось, разница в наших истинных резервах оказалась подавляющей. Но всё же инспектор был не простым человеком, а тренированным магом, так что отдача шарахнула меня по мозгам с такой силой, что не успев додумать эту свою аналитику, я рывком провалился в глубокую, вязкую темноту.

…

Очнулся я почему-то от тупой боли. Открыв глаза, обнаружил, что лежу на холодном бетонном полу рядом со своей открытой капсулой, а на лбу наливается здоровенная, пульсирующая шишка.

– Сим? – поморщившись, позвал я. – Какого чёрта?

– Извини, бро, – виновато отозвался симбионт. – Но ты сам сказал – тренироваться.

– И, как я вижу, успехи потрясают?! – усмехнулся я, кряхтя поднимаясь на ноги и потирая ушибленный лоб.

– Именно так, бро, именно так! – в его мыслеголосе зазвучала гордость. – Когда ты отключился, я довольно скоро смог взять контроль над твоим телом. Сперва я просто шевелил руками и ногами. Всё работало, всё было понятно и… приятно. А потом я решил, что пришла пора попробовать встать.

– И?

– И выяснилось, что я совершенно не умею удерживать равновесие. Зрение почему-то кружилось, ноги заплетались, и…, в общем, я упал. Прямо лицом в пол. Нужно было выставить вперёд руки, но у меня пока нет нужных навыков. Ну и вот результат – шишка на лбу.

Несмотря на гудящую голову, я рассмеялся.

– Отличный результат! Главное мы выяснили: канал управления телом функционирует! А координация движений, работа с сигналами от вестибулярного аппарата – дело наживное. Обязательно будем продолжать эти тренировки. Кто знает, в какой момент мне снова придётся отрубиться?

Пребывая в приподнятом настроении (дежурных сейчас маринуют в полиции, а инспектор отправлен на перерождение), я подошёл к соседней капсуле и громко постучал по пластику.

– Арина! Подъём! Пора в рейд!

Пока девочка копошилась, собирая своё снаряжение, я решил заняться своим лбом. Сосредоточив энергию в районе головы, я направил её к месту ушиба. Боль начала быстро утихать, а отёк спадать.

– Не совсем правильно, – поправил меня Сим, наблюдая за процессом. – Если просто заливать ушибленное место чистой маной, как ты это делаешь, то результат, конечно, будет, но не такой эффективный. Попробуй чуть другой подход: концентрацию не на теле, а на ауре. Вообще, смотри не на телесные повреждения, а на аурные.

Прислушавшись к совету, я переключился на магическое зрение и осмотрел энергетический каркас своей головы. В месте шишки силовые линии были смяты и перекручены. Я аккуратно, словно невидимым пинцетом, потянул их на место, выравнивая структуру и заполняя пустоты энергией.

И действительно, стоило каркасу выровняться, как физическое тело тут же откликнулось. Будто в замедленном кино синяк начал рассасываться, и… энергия кончилась. Порывшись в карманах, я достал пару батареек, затем ещё пару, затем ещё и ещё… Пока шишка не исчезла, словно её никогда и не было. Я посмотрел на своё запястье – вчерашняя царапина от пули, которую я лечил простым вливанием энергии, тоже почти прошла, но всё равно выглядела хуже, чем только что исцелённый лоб.

Любопытная механика. Получается, организм строится по чертежу ауры?

Раздумывая над тем, что стоит провести ещё несколько экспериментов, я достал и повертел в руках одну из “бабочек”. Ладошку, что ли, себе порезать?

Хотя нет, не при Арине же этим заниматься. Да и пора на работу.

Кстати, девочка сегодня с самого утра на редкость какая-то тихая и задумчивая. Что это? Интересно. Всё ещё переживает из-за наезда дежурных или всё-таки Система очнулась и сообщила ей об изменившемся балансе?

Нет, судя по виду, кажется, таки Система её “обрадовала”. Г-хм. Посмотрим, что она теперь будет делать с этой новостью. Если поделится – расспрошу об ощущениях, и предложу ей (в виде догадки, конечно) попробовать концентрировать внутреннюю энергию в разных частях тела.

Очень уж любопытно, как другие люди ощущают эту самую магию.

Но это потом. А сейчас нас ждёт море.

Узлы связи

Выбравшись из подвала и направляясь вместе с Ариной к пирсу, я немного остыл. Эйфория от удачно проведённой ночной вылазки понемногу уходила, уступая место прагматичному анализу. И выводы меня не радовали.

Во-первых, я допустил серьёзную недооценку противника. Полицейские оказались профи – не какие-нибудь портовые гопники. И несмотря на щедро расходуемую энергию, вливаемую в “отвод глаз”, один из копов всё-таки умудрился меня зацепить. Царапина – пустяк, но сам факт, что я прошёлся по грани, заставляет задуматься.

Во-вторых, и это куда неприятнее, я мог наследить в виртуальном пространстве. Если у них в участке стоит какое-то аналитическое оборудование или у кого-то из моих преследователей просто хотя бы установлено приложение типа моего “радара” (а такие я видел в открытой продаже, да и сам когда-то хотел купить), то они могли зафиксировать мой ID в момент инцидента.

Могли ли они вычислить меня по логам? Точно могли. И что теперь? А теперь всё зависит от того, пошли ли они вообще копаться в этих самых логах после свалки с дежурными. М-да.

Ну ладно, поживём – увидим. Пока будем плыть по течению: авось, кривая да вывезет. Будет как будет. Суетиться сейчас – только привлекать внимание. Да и поздно – суетиться-то.

Мысли о локальном логгировании событий, некогда позволившем мне построить собственный радар, плавно перетекли в размышления об устройстве местного интернета. Я уже приходил к похожим выводам, но сейчас, когда во мне проснулся жгучий обоснованный интерес выяснить возможности потенциального врага, меня внезапно посетило ощущение инсайта.

Движимый наитием, я переключил зрение в магический спектр и принялся наблюдать за потоками, истекающими из моей ауры.

Вот, например, у меня в фоне постоянно играет музыка. Незадолго до того, как очередной трек завершается, Система подгружает следующий. В этот момент от моего энергетического вихря отрывается тончайшая нить. Она не уходит куда-то вверх, к воображаемым спутникам или вышкам связи. Нет. Она тянется к ближайшему энергетическому объекту.

И здесь, в море, это видно особенно отчётливо. Первый, так сказать, респондент этого соединения – аура Арины, что плывёт в нескольких метрах впереди.

Инсайт принёс понимание всего механизма. Ткнувшись в ауру девушки, энергетический щуп делает запрос о следующем треке, и, если нужного фрагмента данных там не оказывается (а откуда ему там взяться?), он продолжает поиск, всё сильнее разворачиваясь в пространстве, удлиняясь и ускоряясь. Далее, находит другую точку – возможно, такого же случайного ловца жемчуга, и, если у него есть соединение – использует его.

В нашем мире нечто подобное тоже было, правда, пока не приобрело достаточной массовости. Получается, местный интернет – это не классическая сеть серверов и вышек, как у нас. Это гигантская, децентрализованная пиринговая Mesh-сеть, где узлами связи служат… сами люди! Встроенные в них Системы ретранслируют пакеты данных друг через друга. И при этом, связь имеет стопроцентно магическую природу, а никак не электромагнитную. Потому и под водой работает!

Стараясь не выпадать из состояния озарения, я пытался охватить своими мыслями все известные мне аспекты, и…, новый пазл сложился уже когда мы вернулись из рейда. Здесь, на пирсе я не прекратил наблюдения за магической активностью, что создаёт вокруг меня аудиоплеер, и нечаянно увидел, что не только он эту самую активность создаёт. Ещё ведь у меня есть навигатор – вспомнил я, увидев несколько иной алгоритм “раскрутки” аурного щупа.

Если поисковик связи искал энергетические объекты поблизости, используя их, как ретрансляторы, то ориентационный щуп постоянно переходил от одного удалённого узла к другому – будто сканируя. Магическая триангуляция! – догадался я. Повсюду здесь (и в море тоже) расставлены этакие навигационные маркеры, связываясь с которыми Система может определить своё местоположение!

А ведь я могу найти ближайший такой объект, и, что называется, взглянуть на него глазками! Эта мысль меня невероятно взбудоражила. Нужно как можно быстрее посмотреть на такой маяк! Чёрт! Но делать такое лучше не в городе, а в море. Маяки ведь есть и там. Блин, хоть обратно надевай гидрокостюм и возвращайся.

– Андрей! – звонкий голос Арины вырвал меня из раздумий.

Девочка стояла рядом, сжимая в руках мешочек с сегодняшней добычей, и её лицо буквально светилось от счастья.

– Чего тебе? – фыркнул я, раздосадованный тем, что меня отвлекают от моих открытий.

– Представляешь? – выпалила она. – Мы сегодня так много собрали! Я тут посчитала… мне хватает!

– Хватает на что? – не понял я.

– На всё! Я сегодня могу закрыть долги перед базой, выплатить налоговую страховку и оплатить жёлтый статус! Всё, как ты учил!

– Ну…, молодец, – я одобрительно кивнул. – Поздравляю. Ты быстро справилась – и года не прошло!

– Спасибо тебе огромное! – она вдруг порывисто наклонилась, быстро чмокнула меня в щёку и, развернувшись, вприпрыжку побежала к ангару Семёна.

Машинально потерев щёку, я лишь удовлетворённо хмыкнул, и отвернулся к морю, пытаясь вновь поймать, нащупать состояние инсайта, что только что меня посещало. Прав был Россольцев – это ни с чем не сравнимое удовольствие! Жаль только, никак нельзя этим процессом управлять. Но, может, в том его и ценность?

Так, а на чём я остановился? Ах да, Арина, получается, собрала свои полторы тысячи и, наконец-то, оставит меня в покое.

Однако я так и не разобрался, пробудились ли в ней магические способности. При следующей встрече нужно будет не прямо – намеком об этом спросить.

Увы, больше эту девочку я не видел. Ни сегодня вечером, ни на следующий день, ни в последующие недели…

Серые камни

На следующее утро я обнаружил, что Арины нет. Её капсула была пуста, а виртуальная реальность услужливо подсвечивала надписью: “доступно для заселения”. Ну и ладно. Баба с возу – кобыле легче!

Пробежав свою ежедневную норму, а затем подтягиваясь на турнике, я вдруг поймал себя на мысли, что от моей былой прокрастинации не осталось и следа. Ещё позавчера была и вчера была, а сегодня нет её.

Это мерзкое, тягучее чувство, когда ты откладываешь важное дело на потом, предпочитая вместо этого заниматься всякой бесполезной ерундой, преследовало меня последние лет, наверное, десять. Даже здесь, в новом мире и в новом теле, это ощущение нет-нет, а давало о себе знать. Отголоски этой апатии я ощущал вплоть до недавней вылазки к полицейскому участку.

И хотя операция прошла не без недочётов – всё-таки я умудрился подставиться под пулю, – но, возможно, именно это обстоятельство и стало тем антидепрессантом, что выгнал из меня это пакостное ощущение. Правы, оказывается, психологи нашего мира, утверждавшие, что самое действенное средство в борьбе с этой напастью – смена интересов и (или) рода деятельности.

И хотя интересы-то мы с Наташкой меняли, но что же получается? Не хватало мне вот такой вот встряски? Драйва? Х-гм.

Кстати, о Наташке. В молодости, она очень интересовалась всякими гуманитарными науками: философией, историей. Этот интерес в ней не исчерпался и по сей день, но сегодня она почему-то переключилась на нечто совершенно иное. С упоением слушает видеолекции о чёрных дырах, теории относительности и подобной лабуде. А у меня всё наоборот. В детстве и институте я буквально горел этими знаниями, а потом понемногу к ним охладел. В какой-то момент мне вдруг стало куда интереснее почитать о каких-нибудь древних греках, апориях Зенона и подобных вещах. Вот и получилось что как в молодости мы с ней дополняли друг дружку: она – гуманитарий, а я – технарь, так и под закат жизни ничего не изменилось: только теперь она – слушает лекции по ядерной физике, а я по философии. Причём мои и её знания никуда не делись, и я мог объяснить ей, что такое какой-нибудь радиус Шварцшильда, а она мне – рассказать, что же там интересного придумал какой-нибудь Аристотель. Эх, Наташка, Наташка. Как же не хватает мне тебя здесь!

Но вернёмся к прокрастинации. Что-то произошло, и всё – её нет. Хочется работать, искать, совершенствоваться! Что же особенного в этой вылазке? Может, сам факт того, что я перешёл от пассивного созерцания к активным, пусть и плохо спланированным действиям, окончательно вернул меня к жизни? Не знаю, да и не важно это. Я рад, я просто чертовски рад избавиться от этого гнетущего чувства.

Ещё, вероятно, инсайты – недавно испытанные мной озарения по поводу устройства местной вирт-сети, тоже легли в копилку хорошего настроения. Ощущение кайфа от разгаданной загадки до сих пор меня не покинуло. Прав был тогда старик Россольцев – эта штука пробирает посильнее секса! Хе-хе.

В общем, пребывая в идеальном расположении духа, я отправился в очередной рейд. Сегодняшний день я решил полностью посвятить сбору так называемой мелочёвки. Ещё в свой первый рабочий день местные рассказали мне, что помимо кондитных “стандартов” в заливе полно мелких раковин, но возиться с ними себе дороже – денег за них почти не дают, а времени уходит масса.

Мне же нужно было проверить свои предположения, поэтому на прибыль было наплевать. Результат меня одновременно и удивил, и оказался ожидаемым. В некоторых раковинах действительно обнаружился мелкий, некондиционный жемчуг, содержащий крохи маны. Но вот в других… В других лежали те самые серые камешки. Крохотные, неправильной формы “мозги”, которые я десятками выковыривал из систем управления местной магоэлектроники!

Получается, эти управляющие модули не просто “собирают где-то там”. Их выращивают те же самые моллюски, точно так же, как и жемчуг.

Это открытие заставило меня крепко задуматься. Я вдруг припомнил нечто, что считал очевидным, но чему, увы, не было подтверждения. Выведя перед глазами окно браузера, я нашёл статью в местной энциклопедии, посвящённую устройству мыслеинтерфейса. Так и есть, официальная версия гласит, что управляющие камни – основа связи с Системой – вживляются в кости черепа каждому гражданину Империи сразу после рождения.

Звучит красиво. Но есть здесь одна нестыковка.

Моё магическое зрение – штука уникальная. Я прекрасно вижу ауры, нити, потоки синевы и маны. Я вижу, как заряженные энергией камешки светятся в приборах. И даже внутри вот этих моллюсков они отлично просматриваются. Но я ни разу – ни разу! – не видел никаких светящихся камней в головах у людей. Ни у Арины, ни у Николая, ни у того же Олега, когда вытягивал из него жизнь.

Что-то здесь не сходится. Либо статья врёт, либо камни в людях работают по какому-то совершенно иному принципу, не излучая и не поглощая магическую энергию.

Получается, вот и определилась новая исследовательская задача. Если энциклопедия не врёт, и всем младенцам вживляют интерфейс, значит, в любом родильном доме должна быть соответствующая аппаратура и запас этих самых камней, или, как их называет энциклопедия, – кристаллов.

Не откладывая дела в долгий ящик, я тут же отыскал на карте ближайший роддом. Оказалось, что на острове такого нет, но зато в Питере – в третьем поясе имеется довольно крупный платный перинатальный центр. Если верить рекламе, то ежемесячно этот роддом принимает до тысячи родов.

В голове мгновенно созрел дерзкий план: нужно проникнуть туда, и либо ограбить их хранилище на предмет серых камней, чтобы изучить их в спокойной обстановке, либо хотя бы пронаблюдать за самим процессом вживления кристаллов в младенцев.

Х-гм. Получается, что начинать стоит именно с наблюдения. Это и безопаснее и может стать почвой для последующего проникновения. А как вести это самое наблюдение? Хорошо бы, конечно, – дистанционно.

Полистав по каталогу с видеокамерами, я несколько приуныл. Обычные видеокамеры с трансляцией в вирт в продаже вполне имелись, но с их применением было множество проблем. Во-первых, они подразделялись по цветам доступа – аналогично уровням налогоплательщиков. Чтобы снимать всё подряд нужна камера с фиолетовым доступом, а такие ближайший ко мне фабрикатор не поставляет.

Кроме того, мне нужно не просто повесить камеру на стену, а провести с её помощью разведку. То есть требуется нечто вроде небольшого автономного летающего дрона, или на худой конец, эдакой самоходной тележки или жука с камерой, которым я мог бы управлять на расстоянии.

Я вздохнул, убирая собранные серые камешки в отдельный карман гидрокостюма. Похоже сперва придётся всё-таки подробнее разобраться с местной артефакторикой и научиться, наконец, самостоятельно собирать управляемые устройства. Благо, недостатка в “процессорах” у меня теперь точно не будет.

Свидетель

Следующий день я решил посвятить поискам того самого навигационного маяка, о котором размышлял накануне.

Следуя за магическими линиями, я довольно быстро приплыл в нужную точку на юге от Котлина. Увы, там меня ждало разочарование: дно было густо заросшим какими-то вязкими водорослями, а сам артефакт, судя по направлению нитей, был глубоко закопан. Возиться там не было никакого желания.

Вспомнив, что к северу от острова дно в основном песчаное, я решил попытать счастья там. Потратив почти час на дорогу и потерпев ещё одну неудачу, я всё-таки разыскал нужный узел. Линии сходились в одну точку на ровном, чистом песке, и глубина залегания устройства не выглядела большой.

Разгребая песок руками, уже через несколько минут я нащупал твёрдый предмет. Я даже не удивился – лишь хмыкнул. Устройством в очередной раз оказался тот самый серый камешек. Точно такой же, как те управляющие модули, что я десятками выковыривал из приборов и находил вчера в мелких раковинах. Разве что размер этого артефакта был посолиднее – около двух сантиметров в диаметре.

Я повертел его в руках, разглядывая магическим зрением. Камень не просто излучал энергию, он работал как микроскопическая насосная станция, медленно, но верно поглощая ману прямо из окружающей среды.

Мысль забрать его с собой я отмёл сразу – не стоит нарушать работу навигационной сети, мне пока хватает и тех неясностей, что связаны с расследованием ночной стрельбы у полицейского участка. Если в эту штуку встроена какая-либо система учёта, то её пропажу заметят, а где её искать – сразу понятно: вот она, излучает информацию “я здесь!”. Немного поразглядывав, я собрался было аккуратно зарыть камень обратно, но в мои мысли встрял Сим.

– Обрати внимание на поверхность того камня, – подал он голос, – здесь есть руна.

– Руна? – удивился я.

– Да, и не одна. Но одна, похоже, такая же, как на твоих ножах.

– Эм…, а что за руны на моих ножах? – поинтересовался я.

– Их там несколько, – ответил симбионт. – Но разобраться я пока, увы, не смог. Насколько я понимаю, там есть руна сбора энергии – такая же, как на этом камне. Ещё есть конструкт, что формирует режущую кромку, ну и то что делает бронзу необычайно прочной.

– А что мешает тебе разобраться? – удивился я. – Давай попробуем всё это повоспроизводить, как мы сделали это с руной воздуха?

– Эти руны слишком мелкие. Твоего зрения сейчас не хватит, чтобы рассмотреть её в подробностях. Чем мельче магический конструкт и чем детальнее ты пытаешься его рассмотреть, тем больше энергии на это уходит. В общем, разобраться получится не раньше, чем удастся нарастить резерв хотя бы до двух-трёх тысяч эргон.

– Х-гм, – задумался я, – А что если мы будем использовать батарейки и делать скриншоты? Закупим их побольше, подпитаем ими наш “вихрь” извне, сделаем снимок и далее будем рассматривать его хоть до пенсии?

Сим замолчал на несколько секунд, а потом выдал мысль, в которой явно читалось восхищение:

– Потрясающе! Мне такая простая идея даже в голову не приходила!

Увы, наш дальнейший диалог прервало входящее текстовое сообщение. Писал Николай.

@Николай@Андрею: Привет. Я на базе. Вышел из учебки сам – решил тебя не привлекать. Огромное спасибо за помощь, да хранит тебя Бог!

Несколько удивившись такому повороту, я написал ответное сообщение. Предложил встретиться – он не стал отказываться, и я повернул скутер в направлении дома. Очень уж было интересно посмотреть на моего знакомого теперь.

В целом, я ожидал чего-то подобного. Мало того, соглашаясь ему помочь с заброской в учебку, где-то на уровне подсознания я был уверен, что именно такой результат и получится. Но всё равно итог поверг меня в шок. Впрочем, расскажу по-порядку.

Николай стоял у воды, глядя вдаль. И первое, что бросилось мне в глаза – это то, как он изменился. Лицо осунулось, взгляд стал отсутствующим, но при этом неестественно просветлённым. Увидев меня, он неловко, но истово перекрестился.

– Тьфу-ты! – чертыхнулся я. – Зачем ты сам-то выходил? Договорились же, что я тебе должен помочь. А если б дежурные тебя поймали? Что тогда?

– А я и искал с ними встречи, – огорошил меня Николай. – Я собирался покаяться перед ними! – тихо, но убеждённо произнёс он.

– Покаяться? – переспросил я, пытаясь осознать всю глубину той задницы, в которую попал. – Покаяться перед гопниками? Перед бандитами?

– Покаяться! – Подтвердил он. – Я понял, что мой обман был грехом. Я хотел прийти к дежурным и признаться, что обманул их, проскользнув внутрь без платы. Но их почему-то там не было.

– Николай, ты случайно недавно не падал? Головой не ударялся?

– Меня посетила истина, Андрей, – он посмотрел на меня своими безумными, фанатичными глазами. – Я понял всё.

– Всё? – тупо переспросил я.

– Да, всё! Я понял, что тебя мне послал сам бог! Ты был орудием его воли, чтобы я оказался там, в пустой комнате. Пока я сидел без дела несколько дней, на меня снизошло озарение. Я осознал своё предназначение. Моя судьба – стать благородным дворянином, человеком, имеющим значение в этом мире. И когда я им стану, я верну всем простым людям свободный доступ к знаниям! Я спасу их!

Ещё один подвинувшийся на религии. Слушая этот бред, я чувствовал, как у меня на затылке начинают шевелиться волосы.

Покаяться он хотел – перед рэкетирами-дежурными. А на дальнейшую жизнь у него теперь желание спасать людей от этой самой гопоты. Сделать так, чтобы доступ к знаниям стал свободным. Удивительно, но и то и другое теперь живёт в одной голове!

Я подозревал, я даже знал, что посетив учебку он изменится. Но вот чтобы так радикально? – Нет.

Говорить было не о чем. И хотя у меня был уже опыт общения с религиозным фанатиком (Арина – интересно, кстати, куда она делась?), убеждать его в чём-либо я не стал.

Обдумывая произошедшее, я не заметил, как мы дошли до жилого корпуса, и здесь мой шаблон в очередной раз оказался сломан. Вместо того, чтобы отправиться к себе, Николай – человек, который до этого держался особняком, пошёл не куда-то там, а в четвёртую бригаду – в “клан”, что до этого недолюбливал. Зачем? Потому что вместе легче добиться поставленной цели. А цель у него и у “клана” одинаковая – дворянство.

М-да. И ведь договорились же! Позднее, я сидел на улице и смотрел на эту стайку радостных, целеустремлённых идиотов.

Картина мира окончательно сложилась в моей голове, и она была чудовищна. Учебные капсулы – это не просто центры раздачи знаний и сертификатов. Это фабрики по переформатированию личности.

И самое страшное здесь то, что в этом мире для устройства практически на любую работу требуется тот или иной сертификат.

Выходит, мозги промыты у всех. У всех вообще. Просто у каждого по-своему. Один вот ударился в религию, другой – мечтает о дворянстве. Третий, вероятно, – готов сутками охранять эти чёртовы центры. Так, что ли? И что выходит? Такой мир невероятно устойчив!

Ведь даже если человек всё осознаёт (как, например, Россольцев), то изменить он ничего не может. Почему? Потому что самое сложное в этой жизни это именно изменение себя. Попробуй-ка преодолей прокрастинацию! Или веру в “господа нашего – макаронного монстра”. М-да.

От осознания масштабов этой глобальной системы контроля меня накрыла холодная, липкая депрессия.