Артефакты. Мастер Сагрэй

Глава 1. Опасные соседи

Я бросил последнюю вишенку в ведро и с чувством выполненного долга посмотрел вниз: килограмм восемь получилось, не меньше. В нашей области вишня растет кислая, на любителя. А вот варенье из нее получается отличное. Надо успеть сварить до приезда дочки в эту субботу. Если, конечно бывшая жена соизволит привезти ее на мою дачу.

Я подхватил прислоненные к дереву костыли, поднял ведро и кое-как поковылял к небольшому домику посреди огорода. По пути окинул довольным взглядом свои владения. Все чисто и аккуратно: грядки, яблони и вишни, между ними – вырезанные из дерева игрушки разного размера. Это мое хобби с детства, всегда любил работать руками. А теперь делаю это для дочери: она очень любит приезжать сюда, чтобы полюбоваться и разукрасить новые фигурки. Зайцы, лисы, гномы, феи – чего тут только не было! Помню, я даже хотел после школы работать в этой области. Но родители, царствие им небесное, настояли на поступлении в юридический. Потом учеба, армия, женитьба, дочь, авария. Было не до хобби. Только сейчас у меня появилось время на это.

Я прошел мимо беседки с самодельными тренажерами. Сегодня утром я уже там был. С одной стороны, я верил врачам, которые честно сказали мне, что с такими травмами позвоночника, которые я получил в автомобильной аварии, я навсегда останусь инвалидом. С другой стороны, кто же в тридцать лет верит в то, что никогда больше не сможет ходить? Поэтому я и переехал сюда, тренировался каждый день часами утром или вечером после удаленной работы. Тренировки я любил с детства и раньше часто выходил на боксерский ринг. Теперь это спасало меня от отчаяния. Не скажу, что занятия были очень эффективны: ног я по-прежнему не чувствовал. Но хотя бы мог использовать их в качестве секундной опоры при «ходьбе». А уж как руки накачались! Это радовало и вдохновляло на дальнейшие тренировки.

В домике я немного покрутился на кухне, давно отработанными движениями помыл и засыпал вишню сахаром, потом отправился в душ, неторопливо приводя себя в порядок после насыщенного трудового дня. Потом заварил себе чаю с листьями смородины и отправился на второй этаж. Добраться туда с моими костылями было нелегко, но это того стоило: именно оттуда, с маленького уютного балкончика открывался замечательный вид на мои владения в размере шести соток, а заодно на некоторые дома соседей и лес за ними.

С соседями я особо не дружил: люди здесь мало занимались огородами. Большинство местных собственников строили огромные дома за высокими заборами и жили в них круглый год, не высовывая носа наружу. К тому же я никогда не обладал излишней общительностью, а после аварии и вовсе замкнулся в себе. Немногочисленные друзья постепенно исчезли, превратившись просто в приятелей, с которыми и видишься-то раз в полгода.

Я пил чай, наслаждаясь поздним вечерним закатом, тишиной и безлюдьем. Внезапно мое внимание привлекла машина соседа, подъехавшая к воротам по шуршащему гравию. Ничего необычного в ней не было, но глаз невольно зацепился за единственное движение в этом мире.

А вот секунду спустя я напрягся: из машины вышли двое мужчин в спортивной форме и вытащили с заднего сидения какого-то человека. Он был невысокого роста, насколько я мог рассмотреть, и шел согнувшись и шатаясь. Но хозяева дачи не обращали на это внимания, наоборот, подталкивали приятеля. Тот попробовал что-то сказать, но получил такой пинок в спину, что даже упал. Я с изумлением заметил, что его руки связаны сзади, он даже не мог помочь себе встать. Человека грубо подняли и потащили в дом. На крыльце пленник снова получил тычок, теперь уже в шею, и его скрученные в узел светлые волосы рассыпались по плечам. Я тут же понял, что жертва – женщина. Дверь дома быстро захлопнулась, а я так и остался сидеть на балконе с уже остывшем чаем, судорожно решая, что делать дальше.

Первая мысль – вызвать полицию. Но я быстро отмел ее как глупую. Скорее всего, полиция в сады не поедет на основании того, что кто-то видел что-то непонятное в сумерках. Вторая мысль – сходить к соседу самому и выяснить, что происходит. Эта идея была не намного умнее предыдущей, но в ней был хоть какой-то смысл: сначала надо все разузнать, а потом уже действовать. То, что я инвалид, было мне сейчас только на руку: ущербного соседа никто не будет опасаться, а мои накачанные мышцы под широкой толстовкой не видно. Я схватился за костыли и уже через минуту ковылял по каменной дорожке к калитке.

Соседские ворота были не заперты, так что к дому я прошел без проблем. Я долго стучал в тяжелую входную дверь. Наконец, она приоткрылась.

– Чего надо? – спросили гулким басом из узкой щели.

– Привет, соседи, – как можно более жизнерадостно улыбнулся я. – У меня тут кот пропал, не видели? – я быстро отметил высокий рост мужчины, но особо спортивным этого человека я бы не назвал. Справиться можно, если что, даже мне по силам.

– Чего? – опешил мужчина. – Какого еще кота?

– Черный такой, весь в меня, – усмехнулся я, приглаживая давно нестриженые темные волосы. Дверь чуть шевельнулась, и я нагло подвинул ее костылем. Хозяин дачи то ли от неожиданности, то ли по глупости, никак не среагировал и окончательно отпустил дверь. – Сбежал, зараза, не могу найти, – уверенно продолжил я. – А у меня только с тобой по границе участка забор низкий, дай посмотреть, а? Васька! Ты где, дармоед? – я сунулся еще дальше в коридор и вдруг замер, рассмотрев, что именно творится в доме.

В огромной гостиной, которая просматривалась сразу с порога, на ярко освещенном ковре лежала та самая девушка со светлыми волосами. Ее руки были связаны, глаза закрыты, а одежда была вся в крови. Над ней стоял второй мужчина и фотографировал ее на телефон. Услышав голоса в прихожей, он повернулся к нам:

– Это кто там? – нервно спросил он и быстро подошел. – Тебе чего надо, придурок?

– Говорит, кота ищет, – растерянно ответил его туповатый сообщник.

– Какого, нах, кота? – заорал бандит. – Ну-ка закрыл дверь быстро!

Эти несколько секунд задержки позволили мне сориентироваться в ситуации. Мое недолгое, но яркое спортивное прошлое на боксерском ринге помогло мгновенно оценить обстановку. Паники не было, как и страха: я знал свои силы и понимал, на что могу рассчитывать даже в таком ущербном состоянии как сейчас. А вот парни напротив меня видели перед собой всего лишь сутулого инвалида с костылями. Они и предположить не могли, на что я способен.

Для них стало большим сюрпризом, когда мой костыль обрушился на голову одного из них. Тот сразу же рухнул на пол, открывая простор для маневра. Второй мужчина прыгнул вперед, но этот же костыль сильно сбил ему прыжок. Почему-то этот человек решил, что ему надо всего лишь подобраться к непрошеному гостю вплотную, и забить его физической силой. А вот у меня мгновенно сформировался четкий план действий. Броситься под ноги неприятелю, и уже с пола швырнуть второй костыль ему в спину. Мужчина грохнулся на своего друга с яростным воплем, а я быстро подтянулся поближе на одной руке, а второй от души ударил развернувшегося ко мне мужчину в голову. Все, полный нокаут, тот даже пикнуть не успел. Я горько усмехнулся: да, я часто выигрывал соревнования по боксу, хорошо поставленные удары до сих пор получались автоматически. А та сила, которую дали рукам немощные ноги, и вовсе не сравнить с хилыми конечностями врагов. Бандит вырубился надолго.

Другому, кстати, я тоже немного подправил физиономию, так как он уже начал приходить в себя. Потом я подобрал костыли и быстро подтянулся на них. Заковылял к девушке. На ходу я думал, как бы мне вытащить ее отсюда, но когда я подошел, она сама открыла глаза.

– Помогите мне, – прошептала она разбитыми в кровь губами, с трудом фокусируя на мне взгляд. – Пожалуйста.

– Конечно, – пробормотал я, рассматривая несчастную. Джинсы и футболка намокли от крови. Все тело в жутких ссадинах и синяках. Светлые волосы спутались, и почти закрыли лицо с тонкими правильными чертами. Совсем молодая женщина, почти девушка, смотреть на такое было очень больно. – Нам надо быстрее убираться отсюда. Ты сможешь идти сама? Мне сложно тебя нести, – я неловко кивнул на костыли. Конечно, я смог бы ее как-то перетащить при необходимости, но это будет нелегко, да и время потеряем.

– Я смогу, – девушка кое-как перевернулась на живот и встала на колени. Застонала от боли. – Я должна, значит, смогу. Только развяжите меня.

Я кое-как разгрыз-размотал скотч на ее руках, и девушка встала. Тут же согнулась и со стоном схватилась за живот.

– Ты ранена? – встревожился я, понимая, что у нее, скорее всего, внутреннее кровотечение.

– Нет, – пробормотала она, шатаясь. – Не знаю. Они меня били, может, что-то повредили внутри…Но я смогу идти… Наверное…

– Тогда бежим отсюда, – я отчетливо услышал шорох со стороны двери. Пора было торопиться. Мы вместе, поддерживая друг друга, обошли еле шевелящихся бандитов и побрели во двор. Снаружи уже было совсем темно, я как можно быстрее уводил девушку подальше от страшного дома. Один забор, другой, собственные хлипкие ворота, машина.

– Садись, я отвезу тебя в больницу, – я сбросил ее на переднее сиденье, и девушка странно обмякла. – Эй, ты только сознание не теряй, слышишь? – Я принялся хлопать ее по щекам. – Не вздумай умирать! Как тебя зовут?

– Анна, – простонала девушка, открывая глаза.

– Отличное имя! – облегченно вздохнул я и тоже представился. – Все, пристегиваю тебя, поехали.

К своей машине-инвалидке я уже давно уже привык. Довольно надежная, хоть и не супербыстрая. Я почти не ездил на ней, только в магазины раз в неделю. Костыли я бросил у ворот. Некогда с ними возиться: я чувствовал, что Аня могла умереть от потери крови в любую минуту.

Я мчал по трассе с ощутимым превышением скорости, за что и поплатился: двое бравых гаишников тормознули нас на обочине.

– Ну, ё-моё! – я в бешенстве ударил по рулю, когда один из гаишников вальяжно представился по всей форме.

– Куда летим? – ядовито спросил сержант, открывая дверь. – Выходим из транспортного средства, составляем протокол.

– Извини, командир, не получится, – горько усмехнулся я. – Инвалид я, безногий. В смысле, не хожу.

– Документы, – нахмурился гаишник.

– Дома забыл.

– Тогда девушка освобождает место, я сяду, – продолжал сердито настаивать полицейский.

– А она тем более не может, – хмыкнул я. – Слушай, сержант, отпусти ты нас, а? Мы в больницу едем, у девчонки кровотечение внутреннее, мне бы довезти ее, я поэтому и превысил…

– Ты тут мне долго еще будешь заливать? – окончательно рассвирепел гаишник. – Вылез из машины, кому говорят! И пассажир покинул сиденье!

– Да что ж ты за урод такой! – бессильно бросил ему я, видя, как и второй гаишник подбегает на выручку.

– Это кто урод? – рявкнул гаишник. – Да я тебя…

– Перестаньте, пожалуйста, – тонким звонким голосом сказала Аня, и было в этих словах столько боли и мучений, что мы оба немедленно замолчали. Она кое-как вытащила из кармана несколько тысячных купюр и протянула второму гаишнику, который подошел с другой стороны машины. – Не ругайтесь и не сердитесь на нас, пожалуйста. Сергей действительно везет меня в больницу. Возьмите, это вам, – она окровавленной рукой протянула гаишнику деньги. Тот вытаращил не нее глаза и отшатнулся, рассмотрев подробности. – Это не взятка, это просьба. Мне и правда очень плохо, и тут столько крови! – на ее глазах показались слезы. – Я очень не хочу умирать. Простите за беспокойство. Можно мы поедем?

– Э, Вован, тут и правда проблемы, – пробормотал второй гаишник, рассматривая окровавленные купюры, но не прикасаясь к ним. – А чего случилось-то? – он с подозрением посмотрел на меня.

– Меня похитили, – ответила за меня Аня. – Сергей меня спас, но я ранена.

– Ладно, верю, – озадаченно хмыкнул полицейский. – Убери деньги.

– Благодарю вас, – слабо прошептала она. Рука безвольно упала на сиденье.

– Может, скорую вызвать? – до сержанта с моей стороны тоже дошло, что мы не врем.

– Она дольше ехать будет, – возразил я.

– Это да, – согласился он. – Ну ладно, езжайте. Доедете хоть? – они с напарником переглянулись.

– Не знаю, – честно ответил я. Меня как-то нервно потряхивало. Да и Аня не шевелилась, а вяло висела на ремнях безопасности. – Постараемся. Если опять кто-нибудь не остановит.

– Мы вперед поедем, ты давай за нами, – решили гаишники, и я снова вырулил на трассу, только теперь в сопровождении полиции с мигалками. Это оказалось удобно: никаких светофоров, никаких пробок, превышение скорости на законных основаниях. Так что в больницу мы прибыли очень быстро. Гаишники вытащили бесчувственную девушку из машины и отнесли ее в приемный покой. Я даже порадовался, что все получилось именно так: уж при служителях закона Анне окажут помощь как можно быстрее.

Вернулись гаишники нескоро. Подошли к открытой двери моей машины, закурили сами и предложили мне. Отказываться я не стал. Они стояли молча минут пять, приходя в себя.

– Как она там? – не выдержал я.

– Нормально все, – буркнул сержант, – увезли сразу в операционную. Сильное повреждение внутренних органов, сотрясение, разрывы, потеря крови, куча всего.

– Выживет хоть? – мне стало не по себе.

– Не знаю пока. Завтра посмотрим.

– Вы это… возьмите, что ли, – я протянул ребятам деньги, которые так и остались лежать в машине. Они были чуть влажными по краям от крови.

– Да не, ты че, – смутились те. – Не надо, отдай девчонке потом, мы ж не звери. Или себе возьми за бензин и доставку… Ты где ее нашел-то?

Я рассказал. Полицейские тут же начали звонить в дежурку. Оказалось, что все и так уже все знают: в соседском доме полно полицейских, а еще и пожарных, потому что дачи кто-то поджег.

– Кто-то явно не хотел оставлять улики, – хмыкнул я, а сердце сжалось от предчувствия очередной жизненной пакости.

– Ты давай тогда, езжай, что ли. Больше не превышай только, – гаишники пошли к своей машине, а я неторопливо отправился домой, засунув мятые купюры в карман джинсов. Отдам девушке при случае. Если выживет.

Как я и подозревал, дома у меня больше не было. Дача сгорела дотла, почти весь огород был залит водой и пеной. После долгих разговоров с пожарными и полицией, я остался на разоренном участке совсем один. С помощью костылей (они, к счастью, не сгорели, так как лежали с другой стороны забора), я медленно обошел свою вотчину и направился в маленький сарай для инструментов на другом конце огорода. Сдвинул в сторону инструменты, постелил все тряпки, какие были, на пол и улегся на них.

– Ну что за жизнь? – горько спросил я сам себя и провалился в глубокий беспокойный сон.

Всю ночь мне снилась эта девушка, Аня, и всю ночь я ее спасал. Тревожные сны, волнующие сны, необычные сны. И всегда главная героиня представала в образе принцессы, а я… Ну а я, как и всегда в счастливых снах, был здоров и мог ходить. Даже просыпаться не хотелось, честно говоря. Но пришлось. На самом интересном моменте, когда Аня смотрела на меня сияющими от благодарности глазами и собиралась поцеловать меня в качестве спасибо за спасение, мой чуткий слух забил тревогу. Кто-то ходил вокруг моего сарая.

Единственные чувства, которые я испытал – удивление и досада. Прервать такой сон! Я не сомневался, что это просто случайные люди, которые пришли посмотреть на пепелище. Другого мотива для посещения моего многострадального огорода точно не было: красть тут уже нечего.

Я полежал немного, надеясь, что незваный гость уйдет, и я досмотрю свой сказочный сон. Но в дверь сарая постучали. Эх, напрасные мечты на одиночество! Я не торопясь сел, подтянул к себе костыли и поковылял к двери. Снова раздался стук.

– Сергей, вы тут? – раздался мужской голос.

– Да тут, тут, – хрипло ответил я, открывая двери. Я увидел перед собой высокого темноволосого молодого человека, на вид чуть старше меня. Он был одет в обычный светлый спортивный костюм, но я сразу заметил и брендовую обувь, и хорошие часы. Упакованный дядя, однако. Что он тут забыл, интересно? – Вы кто? – не нашел я ничего лучшего спросить. Каюсь, после сна я всегда туго соображаю. Да и вид у меня, наверное, сейчас тот еще после прошедшего веселого вечера и неспокойной ночи.

– Меня зовут Евгений, – он протянул руку, я кое-как ответил на рукопожатие, чуть не свалившись с костылей. – Я – муж Анны, которую вы спасли вчера.

– Очень приятно, – вздохнул я. Вот так, только девушка тебе понравится… Шучу, конечно, ни что я там не рассчитывал. Скорее, просто переживал за нее. – Не так уж и спас, просто помог, как мог.

– Спасибо за такую помощь, – серьезно ответил Евгений. – Анна мне очень дорога.

– Как там поживает наша королева?

– Королева? – удивился он. – Почему вы называете ее так?

– Ну а как? – усмехнулся я, вспоминая его жену. – Вся раненая, в крови, столько пережила, а ведет себя как дама высшего света: будьте любезны, не ругайтесь, пожалуйста... Где ты ее нашел такую?

– Это да, она может, – улыбнулся Евгений. – Далеко нашел, не представляешь, насколько далеко. Настоящая принцесса. И женился сразу же, пока не увели. Все делаю для нее, а эти уроды! – в его голосе зазвенела ярость.

Евгений оказался очень успешным бизнесменом. У него было несколько развлекательных центров в городе, дела в которых шли довольно хорошо. А вот конкурентам это не нравилось. На угрозы Евгений внимания не обращал, а зря: дождался похищения жены. Бандиты специально довели Аню до жалкого состояния и действительно фотографировали ее, когда я ее нашел. Они успели отправить фотографии ее мужу, так что он все видел. И когда рассказывал об этом, я прямо чувствовал мощнейшие флюиды ненависти, исходившие от него.

– Мы написали заявление, – продолжил он чуть спокойнее, – этих тварей уже поймали, и я постараюсь сделать все возможное, чтобы избавиться от них надолго. А с женой все нормально, операция прошла успешно… Потеря крови была большая, даже переливали. Хорошо, что ей попался именно ты и привез ее в больницу так быстро. Но сейчас вроде все в порядке, хотя врачи сказали, домой ее еще нескоро выпишут… – Он помолчал недолго, как будто еще раз переживая недавние страшные события. – Так вот, зачем, я, собственно, пришел. Задолжал я тебе, максимально задолжал. Проси, что хочешь, все исполню.

– Офигеть предложение, – хохотнул я от неожиданности. – Ты что, всемогущий маг?

– Ну не то чтобы, – на полном серьезе ответил он. – То есть, нет, конечно. Я тут походил по твоей территории, – он кивнул на разоренный огород, – и прикинул кое-что. Конечно, я не всесилен, но денег у меня достаточно. Понятно, что тебе нужно восстановить двор, забор, дом как можно быстрее…

– Это как раз не обязательно, – возразил я.

– Что? Почему? – удивился он.

– А я никуда не тороплюсь. Со временем я и сам все сделаю. Разберу дом на дрова, утеплю сарай, превращу его в жилой. Будет какой-то смысл в жизни, а то я уже и не знал, чем заняться. Вот если ноутбук какой старый подгонишь, буду рад: для работы надо. А в остальном… Судьба в очередной раз бросает меня в ситуацию, в которой я должен проявить все свои таланты, – я грустно усмехнулся. Сколько уже таких сложностей было в моей жизни!

– Один из твоих талантов я вижу, – Евгений кивнул на вырезанные деревянные фигуры по всему огороду, которые уцелели в пожаре. – Ты сам все это делал?

– Да. Такое хобби.

– Руками работать умеешь, – уважительно кивнул он. – А как насчет других смыслов в жизни? Семья, работа?

– Работа есть, удаленная, кормит неплохо. А семья… Этот смысл у меня тоже был. Бывшая жена, дочь Аленка, пять лет.

– Видитесь?

– Бывает. Жена Ольга нормальная так-то, по глупости разошлись, – я не стал вдаваться в подробности наших сложных отношений. Ольга до сих пор мне простить не может, что я сбежал на дачу и якобы разрушил семью. А я просто не хотел, чтобы моя дочь постоянно видела в доме грустного инвалида в депрессии! Да и чувствовал я, что мне надо выбираться из четырех стен поближе к природе. Все казалось, что именно тут я вылечусь. На этой почве и разругались. А потом и расстались окончательно: какой из меня теперь муж? – Они в квартире остались, в городе, я вот сюда переселился. Но ты не думай, у меня все хорошо. С Аленкой болтаем по скайпу, мать ее иногда сюда привозит, деньги я им перечисляю сколько надо. Тут природа, уединение, тяжелый труд. Как раз для таких как я. А мое единственное желание ты исполнить все равно не сможешь. Это мне три года назад все врачи сказали. Так что не заморачивайся.

– Ясно, – Евгений встал. – Значит, так. Я пришлю людей, чтобы помогли привести в порядок двор и разобрать остатки дома. Распоряжайся ими на свое усмотрение. Деньги на постройку нового дома я тоже дам.. И не возражай, – заметил он мой ошарашенный взгляд. – А обо всем остальном мне надо серьезно подумать.

– О чем остальном-то? – удивился я, но он не ответил, уже быстро шагая к воротам. Я пожал плечами и принялся потихоньку обдумывать предстоящие планы по грандиозным очистительным работам на территории разгрома.

Глава 2. Необычное знакомство

Евгений быстро нашел нужных людей и уже на следующий день направил их на дачу Сергея. Пусть парень делом займется. Затем заехал к жене в больницу, проведать и поболтать. Он хотел посоветоваться, стоит ли ему признаваться Сергею в своих истинных возможностях и помочь ему выздороветь. Аня была только за. Для нее события прошедших дней были слишком жестоки, а Сергей явно спас ее от смерти. Она не сомневалась, что надо отплатить ему равноценным образом. Дело совсем не в деньгах и доме, которые Сергею хоть и нужны были, но не сделали бы его счастливым. Если уж исполнять желания, то действительно самые настоящие. И Евгений поехал домой, чтобы попытаться сотворить чудо для одного хорошего парня.

Он прошел в самую дальнюю и неприметную комнату своего огромного коттеджа. Сюда мало кому удавалось попасть, и даже приходящая уборщица никогда не открывала эти двери. Посреди комнаты стоял высокий постамент, на котором лежал крупный прозрачный шар из горного хрусталя. Евгений называл его Вестником, хотя на самом деле он ничего не предвещал. Этот шар использовался лишь в качестве средства связи.

Евгений положил руки на шар и закрыл глаза. Он представил себе лицо старого друга, с которым с удовольствием общался уже несколько лет. Этот друг был так далеко, что даже связаться с ним обычным образом не представлялось возможным. Только вот так, через шар и мысленный призыв, они и разговаривали иногда. Обычное телепортационное соединение между мирами.

Скоро пространство рядом с шаром покрылось еле видимой рябью, и Евгений улыбнулся: друг его услышал. Он убрал руки с шара и положил их рядом, чтобы не терять магическую связь. Перед ним открылось окно портала легкого голубого цвета. Портал был частичным – с его помощью можно было переместить только образ, а не физическое тело, но сейчас этого было вполне достаточно.

Из портала выглянуло лицо. Или морда, Евгений так до конца и не разобрался, как идентифицировать уродливые части тела гоблинов. Нет, к самим гоблинам, а тем более, к своему другу он относился с большим уважением. Но привыкнуть к их виду за долгое время так и не смог. Лицо гоблина Фунцзысика Брюментальского, с крупным морщинистым носом и оттопыренными острыми ушами, выглядело слегка испуганным: сеанс связи был незапланированным. Но Евгений поспешил успокоить его, сказав, что все самое страшное уже позади.

Он рассказал о произошедшем, а впечатлительный Фунцзысик часто охал от переизбытка эмоций. Как и все представители его расы, он был исключительно мирным существом, порой даже трусливым. Сам бы он точно не решился спасти незнакомого человека без серьезной поддержки. Впрочем, как и знакомого. Что не мешало ему быть одним из самых одаренных магов своего мира.

– Да этот ваш Сергей настоящий герой! – восхищенно признал гоблин в конце рассказа. – Надо его как следует наградить.

– Вот для этого я и связался с тобой, – хитро улыбнулся Евгений.

– А при чем тут я? – прижал уши гоблин.

– При том. Видишь ли, у этого Сергея определенный взгляд на все происходящее в этом мире. Какое-то особое мнение… Я не до конца понял. Он фаталист, который верит, что все ситуации в жизни даются человеку не зря, так что нечего бояться трудностей, они закономерны. Он считает, что человек должен приспособиться к любым обстоятельствам, и потом изменить их под себя, если надо. Не ныть, не переживать, а решать проблемы по мере их поступления, максимально раскрывая свои способности. Он ставит цели и движется к ним без лишних нервов, тщательно обдумывая свои действия. Увидел, что девушку обижают, решил, что надо спасти, идет и спасает. Сгорела дача – надо разобрать и построить новую. Негде жить – сойдет и сарай, если его как следует доделать. Не может ходить – берет костыли и работает как обычный человек.

– Очень похоже на просветленное сознание магов, к которому идут годами…

– К сожалению, в нашем мире почти нет магии. А его единственное желание, настоящее желание, от исполнения которого он не смог бы отказаться, под силу только магии. Это желание – здоровье. Он и был здоровым всего несколько лет назад. Но потом попал в аварию. Это была не его вина, но выбрался оттуда он вот таким. Полупарализованный инвалид. Кстати, он не жалуется на судьбу, представь. Наоборот, говорит, что никогда не знаешь, что именно для тебя было правильным с точки зрения судьбы. Но я чувствую за его словами сильную боль, хоть он и пытается ее скрыть. Вряд ли он никогда не задумывался о том, как бы он жил сейчас, если бы был здоровым.

– Ты зачем мне это все рассказываешь-то? – с тоской в голосе спросил гоблин, уже догадываясь, к чему клонит друг.

– Ну, ты же и так все понял, – усмехнулся Евгений. – Вылечи его.

– То есть, найди выползневу прорву магической энергии, переправь его на Эртолию, перевези в академию магии, вылечи, устрой и опекай неизвестно сколько времени, а потом верни на Землю? – сварливо переспросил Фунцзысик.

– Да, все правильно, – серьезно ответил Евгений. – Так и надо сделать. Во-первых, я все это оплачу, любые камни нашего мира любой огранки, какие пожелаешь и куча простого золота. Во-вторых… Ну, ты сделаешь невероятно благое дело. Парень спас не абы кого. А бывшую принцессу королевства Гальтернау. По-моему, он заслуживает большого плюса в карму.

– Вот этим плюсом пусть бы и довольствовался, – буркнул гоблин, но по его тону Евгений понял, что тот уже на все согласен, а упрямится просто из страха и вредности. – Он не перейдет в наш мир, если он не маг. Это очень важно, если ты помнишь.

– Я думаю, он маг. Я чувствую это.

– Это могу почувствовать только я, – фыркнул гоблин. – Так и быть. Устрой нам с ним встречу. Только не говори пока про магический мир. Если он маг, я сам все это ему скажу. А если нет… То придется тебе ограничиться только денежным откупом.

На этом и остановились. Обсудили детали встречи и завершили магическую связь.

Через неделю, поздно вечером Евгений появился на моей даче. Его явно впечатлили изменения на участке: все завалы и остатки сгоревшего дома были расчищены и убраны, посреди двора красовался только что залитый фундамент, все было готово к строительству. Старый сарай подремонтировали, он выглядел гораздо приличнее, чем раньше. Рядом расположился небольшой жилой вагончик для временного проживания. Когда Евгений пришел, я как раз находился в конце огорода среди оставшихся грядок и лихо пропалывал их с помощью тяпки в одной руке, пока другой опирался на неизменный костыль. Я был очень рад видеть гостя.

– Приветствую! Какими судьбами?

– Здорово! – Евгений протянул мне руку, и я оценил крепкую хватку приятеля. – Вот приехал просмотреть, как тут дела.

– Отлично! Твои ребята молодцы, – признал я. – Быстрые, молчаливые, работящие. Как видишь, все тут разгребли в считанные дни.

– Ты доволен?

– А то!

Мы еще поболтали о природе-погоде-самочувствии Ани, а потом Евгений зачем-то предложил пройти в мой жилой вагончик. Там он достал из сумки большой хрустальный шар. Я ни о чем не спрашивал гостя, только удивленно смотрел, как тот пристраивает шар на табуретке посреди комнаты и подпирает его со всех сторон для устойчивости.

– Так, вроде все, – пробормотал Евгений, располагая руки на шаре. – Я тебе тут хочу показать кое-что, ты только не пугайся, – он закрыл глаза и начал как будто что-то шептать про себя, еле шевеля губами.

– Да я не из пугливых, – пробормотал я, усаживаясь на диван напротив.

Но когда в воздухе над шаром замерцало голубое окно, я напрягся. Тут явно происходило что-то необычное. Я взглянул на Евгения, но тот был спокоен. Когда в окне появилась нереальная морда какого-то существа, я непроизвольно напрягся еще больше и даже схватился за костыль.

– Что это? – не выдержал я.

– Это магия, – торжественно ответил Евгений. Мне показалось, что странная морда-лицо из портала внимательно рассматривает меня, но пока молчит. – Видишь ли, наш мир – не единственный во Вселенной. И пока мы ищем разумные расы в далеком космосе, они давным-давно найдены на других гранях бытия.

– И они вот так выглядят? – мозг отказывался принимать волшебную составляющую происходящего. В тот момент я был уверен, что это какой-то голографический голосовой помощник, а рассказ о магических мирах – всего лишь безобидный розыгрыш. Я даже успел предположить, что это чудо хотят оставить мне в подарок и уже придумывал, как бы помягче от него отказаться. Лишний собеседник был мне ни к чему.

– Нет, – скрипучим голосом произнесло лицо. Я непроизвольно вздрогнул. – Позвольте представиться: дэр Фунцзысик Брюментальский, придворный маг королевства Гальтернау. Моя раса – гоблин, такие как я тут редкость, людей гораздо больше.

– Вы – гоблин? – недоверчиво переспросил я. Другие вопросы почему-то в голову не приходили. К счастью, странный гость прекрасно понимал мое состояние, поэтому начал спокойно рассказывать про свой мир. Самое основное: магия, города, королевства, природа, порталы, жизнь. И к тому моменту, как я окончательно пришел в себя, и даже начал немного верить его словам, гоблин резко прервал повествование.

– Жень, он сможет это сделать, – торжественно произнес он.

– Он сможет перейти? – уточнил Евгений.

– Да, он маг.

– Кто маг? – тут же переспросил я.

– Ты. И у нас к тебе предложение. Слушай внимательно и запоминай с первого раза, времени у нас немного.

И гоблин начал куда более интересный рассказ. Оказывается, за все время разговора он внимательно следил как за моей реакцией, так и за окружающей обстановкой. Он успел увидеть множество деталей, которые однозначно свидетельствовали о том, что хозяин дома – маг. И теперь гоблин предлагал мне отправиться в магический мир!

– Я вижу, что ты болен, – с явным сочувствием в голосе сказал он. – И вижу, что в том мире никто не сможет тебе помочь. Аура тела в области травмы темная, это не подлежит восстановлению без магии. Но это возможно сделать в нашем мире, если ты переберешься сюда.

– Это он предложил? – понятливо кивнул я на Евгения.

– Ну да. Ты же просил его исполнить твое настоящее желание. Это справедливая плата за твой подвиг.

– Ох уж и подвиг, – я смутился, вспомнив, как расчётливо раздумывал, смогу я помочь Анне или нет.

– А сколько людей на твоем месте поступили бы также? – горько возразил Евгений. – В крайнем случае полицию вызвали бы. И к тому времени моя жена уже истекла бы кровью. А то и вовсе предпочли бы не вмешиваться.

– Ты сделал доброе дело не случайно, – согласился гоблин. – Тебе не просто повезло или ты проходил мимо и освободил девушку. Кстати, она не обычная женщина, а бывшая принцесса королевства, в котором я живу. Можешь позже расспросить об этом Евгения, если захочешь.

– Я догадывался, что непростая, – хмыкнул я.

– Но тогда ты этого не знал. Ты рисковал своим здоровьем, а то и жизнью, помогая совершенно незнакомому человеку. Такие дела всегда хорошо награждаются во всех мирах. То, что я тебе предлагаю, вполне закономерно. Правда, если бы ты не оказался магом, это было бы невозможно. Перейти сюда может только человек с необычными способностями.

– С чего вы взяли, что я маг? – заинтересовался я. Вот так живешь тридцать лет, кажется, что знаешь о себе все, а тут такие сюрпризы.

– О, это сразу видно по многим деталям, – оживился Фунцзысик. В нем явно проснулся лектор-преподаватель магической школы, которым, как я понял, он и являлся в своем мире. – Светлая аура, чистые мысли, изучающий и анализирующий взгляд, вещи расположены на своих местах…

– Вы имеете в виду бардак в доме? – с иронией уточнил я.

– У этого бардака есть структура, – возразил гоблин. – Подушка лежит в стороне света, графин с водой – на пересечении линий силы, плед наброшен на острые углы стула, на столе – картина выжженная по дереву…

– Это просто абстракция.

– Нет, это структура временных искривлений, ее изучают еще на первом курсе нашей академии. В вашем мире ты не можешь ее видеть. Но ты ее чувствуешь и рисуешь. Я заметил и много других деталей. Евгений специально дал тебе несколько дней, чтобы ты обжился в этом домике, и я смог увидеть нужное. Так вот. Теперь о главном. Через неделю ты сможешь сделать переход в наш мир. У нас тут как раз будет полнолуние. Ну и дополнительной энергии понадобиться много, но это я обеспечу. Ответ мне нужен завтра, чтобы я успел приехать на место портала. Детали расскажу позже, портал слабеет, – я тоже заметил, что гоблин сильно побледнел, оказывается, это заканчивалась портальная магия. – Расспроси пока Женю, как у нас тут что…

Окно захлопнулось, и в комнате повисла тишина. Евгений не произносил ни слова, ожидая моей реакции на то, что я только что услышал. Ждать пришлось недолго.

– А что тут думать-то, – обреченно вздохнул я. – Полагаю, такие шансы жизнь дает не каждый день. Жень, это все правда? – я вдруг испугался, что это жестокий розыгрыш, но он просто кивнул. – Тогда ты угадал мое желание. Нет, знаешь, я привык уже к своей жизни, правда, все принял, как должное. Просто когда ты всю жизнь был здоровым, а потом стал вот таким, то это тяжело. По крайне мере, сначала. – Я помолчал, вспоминая аварию, госпитализацию, приговор врачей и инвалидность. Хорошо хоть, жена тогда поддержала, да и дочь была маленькая, приходилось держаться. Но прошел период адаптации, Аленка пошла в садик, Ольга вышла на работу, а я остался в четырех стенах. Потом вот на дачу переехал, чтобы не сойти с ума… Не хочу больше и думать об этом! – Расскажи о том мире. Там опасно?

– Как тебе сказать… – задумался Евгений. – Королевство Гальтернау почти безопасное. Война там уже давно прошла, теперь вампиры с людьми живут мирно. А вот в стране орков лучше не появляться. Вообще никогда. Ни в мирное время, ни, тем более, в военное.

– Вампиры? – не поверил я своим ушам. Это было уже слишком! – Орки? Ты это серьезно сейчас?

– Серьезно. Но ты не переживай: тебя встретит самый могущественный маг королевства Гальтернау. Рядом с ним ты точно будешь в безопасности.

Разговор затянулся за полночь, потом Евгений уехал. А мне предстояла бессонная ночь. Конечно же, я ни капли не сомневался: если есть хоть малейший шанс встать на ноги, я должен это сделать. Жалко только, что времени это займет немало: дэр Фунцзысик сказал, что не меньше двух-трех месяцев. Надо будет завтра позвонить дочери и попрощаться на это время. Я долго лежал и представлял себе, как буду жить в том мире. А самое главное, как потом буду жить в этом, когда поправлюсь. Впервые за последние три года я уснул абсолютно счастливым.

Переход состоялся через неделю, как и говорил дэр Фунцзысик. Все происходило в доме Евгения глубокой ночью. Я внимательно смотрел, как Евгений рисует портальное кольцо со звездчатыми линиями на полу и раскладывает по углам какие-то мелкие полудрагоценные камни.

– Откуда ты знаешь, как рисовать это? – спросил я, пока приятель работал. – Ты же не маг.

– Ну и что? – ухмыльнулся Евгений. – Я бывал в том мире, а нарисовать простой рисунок сможет каждый. Магия пойдет не отсюда, а с другой стороны. – Он поднялся, отряхивая руки. – Все, теперь только ждать. До полуночи несколько минут. Готов?

– Всегда готов, – буркнул я, кивнув на небольшую сумку. Собственные вещи в ней занимали не так уж много места: большинство сгорели вместе с домом. Но сумка была очень тяжелой: в ней лежали крупные поделочные камни разной огранки и золото. А шар из горного хрусталя, такого же размера, как Вестник, туда не поместился, и его пришлось держать в руке. Его надо будет сразу отдать гоблину.

Через несколько минут над портальным рисунком засветилось голубое окно.

– Ну, все, иди, – произнес Евгений. Я перехватил поудобнее костыли и сумку и шагнул в пространственную дыру.

И тут же вывалился из нее в полутемную комнату какой-то хижины. Комната была маленькой, с деревянным полом и стенами, под ногами виднелся такой же портальный рисунок, как и в коттедже Евгения. Но меня тут никто не встречал. Только за стенами домика слышались непонятные звуки незнакомых голосов. Я осторожно приоткрыл дверь, ведущую в другую комнату. И испуганно отшатнулся: на полу большого холла лежал гоблин, пригвожденный тремя блестящими клинками к дощатому покрытию. Тусклый свет магических светильников под потолком позволял хорошо рассмотреть скрюченную фигурку несчастного, как будто цепляющегося за орудия убийства в последнем предсмертном порыве.

Это был Фунцзысик, я сразу узнал его. Я подошел к магу и обошел его по кругу.

– Кто же тебя так, – пробормотал я тихо, настороженно прислушиваясь: было очевидно, что бандиты, сотворившее такое, находятся совсем недалеко. Скорее всего, это именно их голоса глухо звучали снаружи. Значит, лучше было пока оставаться дома и спрятаться получше, неизвестно, что у них на уме. Я приблизился к гоблину и положил хрустальный шар в его сморщенную руку. – Это тебе. Прости, что опоздал.

На всякий случай я проверил его пульс. Сердце ожидаемо не билось. Дэр Фунцзысик Брюментальский был безнадежно мертв. Чувство жуткого одиночества в чуждом мире сдавило мне горло.

Глава 3. Мои магические способности

Я немедленно вернулся в комнату с порталом, надеясь, что смогу как-то вернуться обратно, но это, разумеется, было невозможно. Хотя портальное кольцо на полу было отчетливо видно, и магические камни располагались по контуру, сам портал не работал. Что я только не делал! И внутрь заходил, и прыгал, и камни пересчитывал, и даже произносил что-то вроде самодельного заклинания. Ничего не помогало. Стало ясно, что я обречен жить в этом мире некоторое время.

Внезапно я почувствовал сильный запах гари. Я проковылял до самого входа. Там запах стал сильнее, и я понял, что дом подожгли. Я некоторое время покружил по комнатам, ища запасной выход. Все было напрасно: никаких дверей, кроме входной, крошечные окна, через которые на вылезешь. Через них уже просачивался едкий черный дым, от которого кружилась голова и раздирал кашель. Надо было срочно покидать хижину. Я толкнул дверь и вывалился наружу.

В свете костров неподалеку от дома я увидел трех человек. Это были мужчины средних лет, одетые в какие-то черные лохмотья. И у каждого из них были крылья на спинах. Я похолодел: Евгений мне рассказывал, что в этом мире существуют вампиры, но я не ожидал увидеть их вот так близко в реальности. Я почувствовал исходящую от них опасность и напрягся. Один из мужчин тут же вскочил, вытащил из ножен длинный клинок и с непонятным возгласом бросился ко мне. Его намерения были столь очевидны, что я не стал медлить ни секунды.

Мозг и тело заработали с невероятной скоростью, видимо, на мощной дозе адреналина. Я ушел с линии нападения так быстро, как смог, треснул в бок нападавшего костылем с разворота, поменял опору, приложил другим костылем по затылку. Легкий хруст, враг упал. Я тоже упал, прямо на него, кое-как исхитрившись не попасть на острый клинок. Краем глаза заметил, что второй вампир уже в двух шагах с угрожающим оружием в руках. Я выхватил клинок из рук мужчины, который был подо мной, и метнул его во второго. Сам тут же откатился в сторону, потому что нападающий грохнулся совсем рядом. Он дергался, пытаясь сползти с клинка, который пронзил его насквозь, но я уже сверху двинул ему костылем по спине. Бросил взгляд наверх и ужаснулся: третий вампир летел прямо на меня! Я не успевал ни встать, ни достать оружие, миллисекунды моей жизни начали обратный отсчет.

Но в метре от меня вампир как будто врезался в невидимую стену. Его отбросило на землю, и он тут же вскочил с яростным криком. Я проследил за его взглядом и снова содрогнулся: из полыхающего дома вышел дэр Фунцзысик Брюментальский. Выглядел он довольно зловеще в дымящейся одежде и с тремя клинками, воткнутыми в тщедушное тело. Его руки были вытянуты по направлению к вампиру. Я усилием воли подавил паническую мысль: зомби! В любом случае гоблин-зомби лучше вампира. Я перекатился к лежащим на земле врагам, схватил клинок и бросил в летящего на меня вампира, сбив его наземь. Фунцзысик тут же сжал магический щит до удавки и через несколько секунд хрипящий на земле бандит затих.

– Спасибо, Сергей, – хрипло проговорил гоблин, отходя подальше от дома и медленно опускаясь на землю. – У тебя явный дар находиться в нужном месте в нужное время!

Я молча смотрел, как гоблин вытаскивает из себя окровавленные клинки один за другим и отбрасывает их подальше. Кровь из ран, как ни странно, не текла. Во всяком случае, я не заметил ни капли, хотя в ярком свете полыхающего дома все было хорошо видно. Честно говоря, я был безумно рад его видеть, разве что не прыгал от радости. Надеюсь, он все-таки не зомби, и наши прежние планы не нарушатся.

– Ты извини за такую встречу, – покаянно произнес Фунцзысик, – я совсем их не заметил, они застали меня врасплох, я даже не успел применить магию.

– Кто это такие и почему они тебя убили… Ну, в смысле, вот так вот сделали?

– Это вампиры, как видишь, – вздохнул гоблин. – Думаю, обычные разбойники, судя по одежде. В лесах такие встречаются после войны. К счастью, их становится все меньше: вампирам нужна кровь человека, животные для них – плохая еда. Оголодали, хотелось крови попробовать от нормального человека, поэтому и напали. Кровь гоблинов им не подходит, это даже хуже, чем от животных, так что меня просто убили. Вот тебя выпили бы досуха. Ты молодец, не всякий человек справится с вампиром. А ты аж троих сделал. И без лишних истерик.

– Я в армии служил, нас там так гоняли! – усмехнулся я. – Куда до этого вашим вампирам. Ты-то как выжил? Я видел тебя, думал, ты того… совсем умер.

– Мага убить непросто. Но признаться честно, если бы не ты, я бы не выжил. Нет, от клинков-то я бы избавился со временем. Но огонь мне не оставил бы шансов. А ты мне дал в руки Вестник. Он обладает статичной магией, а при переходе через портал еще больше силы набрал. Эта магия передалась мне. Так что я быстро очнулся и зарастил раны. А вытаскивать оружие не стал сразу, чтобы не повредить энергетические потоки тела, это надо медленно делать… Ну, да прочитаешь потом в книгах, если захочешь. Кстати, ты принес камни?

– Да, вон они, – кивнул Сергей на сумку, которая лежала недалеко от крыльца. Гоблин тут же подскочил к ней. Отнес подальше от огня, вцепился в ткань, чуть не разорвав молнию, и с наслаждением погрузил руки в россыпь булыжников и золотых слитков. Но золото его как будто совсем не интересовало, он с упоением хватался за камни.

– Аметист, какой большой, аквамарин, надо же, хрусталь, розовый кварц! – бормотал он в исступлении. – Благодарю вас, боги, и всех ваших слуг на земле!

– Это же не драгоценные камни, – удивился я такому восторгу.

– Дело не в их драгоценности, дело в огранке и магической составляющей, – пояснил Фунцзысик, с сожалением закрывая сумку. – Евгений знает, какие камни тут нужны и где их брать. Но переход в наш мир очень сложен, я потратил на это столько энергии! Хотя, думаю, мы сможем ее восполнить, – он живо подбежал к вампирам и потрогал их. – О, этот еще жив! Надо достать его сердце!

– Что? – не поверил его словам я.

Как оказалось, в этом мире вампиры не обладают магией и не восприимчивы к ней. Зато их сердца наполнены магической силой. К сожалению, этот ценный артефакт добыть непросто: вампиры не жаждут отдавать магам свои сердца. А воины они хорошие, одолеть их сложно. Мертвое сердце никому не нужно. А если оно еще живое, когда его достать, то магии в нем будет немеряно. Меня затошнило, когда мне пришлось вскрывать грудную клетку вампира. Гоблин очень просил меня об этом. Сам он очень не любил как вида крови, так и всяких хирургических операций. А я после сегодняшнего уже вообще был на все способен. Только все же уточнил несколько волнующих меня вопросов.

– Слушай, а что нам будет за то, что мы убили трех людей? В смысле, вампиров? – спросил я, передавая ярко сверкающее алое сердце гоблину. Тот аккуратно завернул его в свой платок и положил в сумку с камнями.

– Не знаю, – пожал он плечами. – Надо поспрашивать в округе, не предлагают ли за них награду. И еще я возьму от каждого по вещи, чтобы можно было доказать, что именно мы их убили. Хотя что за них могут дать? Простые разбойники. Вот если убить изменника родине или заговорщика, там награда будет хорошая, – он мечтательно закрыл глаза.

– Вообще-то я другое имел в виду, – пробормотал я. – В моем мире убивать никого нельзя. Даже разбойников. Во всяком случае, без суда. Представители власти должны осмотреть тела, составить протоколы…

– Да, я знаю, – фыркнул гоблин. – Ну, у нас нет таких глупых законов, как у вас. Особенно мне нравился вот этот – превышение самообороны, ха! Все местные, кому я об этом рассказываю, считают это странной шуткой. Не переживай об этом. У нас разбойники вне закона, их и не хватится никто. А тела тут и бросим: в лесу достаточно голодного зверья, через пару дней от них ничего не останется, – он деловито оглянулся на догорающий дом. Потом махнул на него руками и произнес короткое заклинание. Огонь изменил цвет на фиолетовый и в секунду спалил остатки дома дотла. Потом так же быстро исчез. – Это чтобы не распространилось по округе, – пояснил Фунцзысик. – Все-таки тут лес, мало ли что. Влаги, конечно, много, костер и так потух бы. Но всякое может случиться. А мы сейчас поедем в Брюменталь.

– На чем поедем?

– Там у меня Юни привязана, чуть дальше, моя многоножка. Пойдем.

Но не успели мы отойти и пары шагов, как за нашей спиной вдруг прогремел мощнейший взрыв. Нас с гоблином взрывной волной швырнуло далеко вперед. Хорошо хоть, густые кусты немного смягчил падение. Я перевернулся на спину, пытаясь понять, что произошло и на каком свете я нахожусь. Все тело ломило, я знатно приложился о землю. Мои костыли красиво раскачивались на верхних ветках деревьев. Фунтик кряхтел неподалеку.

– Жив? – крикнул я ему.

– Вроде бы, – он попытался подняться. – Какой-то неудачный день сегодня. Многовато опасностей на одного гоблина…

– Что это было? – я попытался сесть.

– Явное высвобождение магии. Стандартный взрыв энергии, хранящейся в замкнутом пространстве. Только непонятно, откуда она взялась… Ты как?

– Нормально. Костыли только потерял.

– Что? – удивился гоблин, и тут его взгляд зацепился за мои приспособления на ветках. – Ах, ты об этом… – он протянул руки к моим средствам передвижения и что-то зашептал. Костыли зашевелились и пролетели несколько метров ко мне. Я был в восторге! Выглядело это поистине волшебно. А для гоблина явно было в порядке вещей. – Слушай, ты побудь пока тут, – решил он, пока я вставал на костыли. – Я пойду посмотрю, откуда там магия.

– ОК, – легкая тревога овладела мной, когда я увидел, как гоблин резво прошмыгнул сквозь кусты в сторону многострадального дома. В голове живо нарисовалась картина, как бедного гоблина добивают не только вампиры-разбойники, а и последовавшие за ними разбойники-маги. Я взялся за костыли и побрел в ту же сторону, но Фунцзысик скоро вернулся. Он странно уставился на меня немигающим взглядом, как будто что-то рассматривая.

– Что там? – не выдержал я.

– Воронка от взрыва, – спокойно ответил он, продолжая сверлить меня взглядом. – Большая такая, глубокая. Вместо целого дома.

– И как это получилось?

– Взорвались портальные камни. Хорошо, что мы успели отойти… А я еще пожар тушил… Но я же не знал, что там настолько опасно! Да и кто бы знал? – я напряг слух, потому что гоблин перешел на малопонятное бормотание.

– Ты не знал, что в портальных камнях осталась энергия? – не понял я.

– Ее не должно было быть! – резко воскликнул он. – Ты же тут! Ты же совершил переход! Портал работал? Работал! А почему он работал, если портальные камни не отдали силу?

– Откуда я-то знаю? – опешил я от его напора. – Ты маг, ты мне это и объясни! Может, дело в том, что я тоже… Ну, немного маг. Ты говорил.

– Ты, конечно, маг, – кивнул гоблин. – Но пользоваться-то своей энергией не умеешь! Да и не так уж ее много у тебя, насколько я вижу. Почему-то в основном в руках сконцентрирована, а там ведь резерва почти не видно… Ладно, поехали в Академию, там разберемся.

Больше он не проронил ни слова, как будто что-то обдумывая.

Мы зашагали в сторону от сгоревшего дома в темный мрачный лес. Дорогу нам освещали только обе полные луны, которые я только сейчас имел возможность рассмотреть как следует. Одна была очень крупной, больше нашей земной, а другая – немного поменьше. Обе были чуть зеленоватого цвета, и это было очень красиво.

В нескольких метрах от дома Фунцзысик воскликнул:

– Вот она! – и бросился к какому-то дереву отвязывать веревку. Я смотрел во все глаза на чудище перед собою. А чудище смотрело на меня сверху вниз, шумно принюхиваясь. Оно выглядело как жуткая гигантская гусеница с тысячами лапок, о ее цвете в темноте судить было сложно. – Это Юни, моя ручная многоножка, – пояснил гоблин. – Видишь, на ее спине есть сиденья? Надо туда взобраться. Сможешь?

– Не вопрос, – хмыкнул я, прикидывая, каким образом у меня это получится. Но я справился. На Юни было достаточно складок и шерсти, чтобы суметь подтянуться и залезть ей на спину, не используя ноги. А костыли потом подал гоблин. И скоро необычный транспорт понес нас сквозь непроходимую чащу.

Мы мчались по темному лесу под тусклым светом бледнеющих лун. Пейзаж был неразличим на такой скорости, так что я, перегруженный впечатлениями сегодняшнего дня, закрыл глаза и задремал. Как ни странно, сильного ветра не было, вокруг сидений распространялось тепло, очевидно, созданное магически. В креслах было уютно и удобно, а легкое покачивание на спине животного способствовало глубокому приятному сну.

Я открыл глаза на рассвете и не сразу понял, где нахожусь. А потом начал жадно рассматривать окружающие пейзажи. Скоро лес стал редеть и показались первые деревни.

– Проснулся? – обернулся ко мне гоблин.

– А ты не спал? – потянулся я, чувствуя себя хорошо отдохнувшим и бодрым.

– Нет, – с сожалением вздохнул гоблин. – Многоножкой надо управлять, это постоянный ментальный контроль. Иначе она увезет нас, куда сама пожелает.

– Я думал, она умная и знает дорогу.

– Знает, – улыбнулся Фунцзысик. – Она их все знает. Только вот какую выберет, большой вопрос. Мы не будем останавливаться в деревнях, там такие крестьяне…

– Не любят магов? – предположил я.

– Наоборот, обожают, – буркнул гоблин. – Там не отдохнешь: сразу приставать начнут с болезнями да вопросами.

– И что? Сложно их вылечить?

– В каждой деревне есть лекари-травники, они и сами прекрасно все лечат, только медленно. А помощь мага быстрее. Но у меня маленький резерв, и тратить его на всякие глупости жалко. Лучше остановимся в замке Дассенди, доедем до него вечером.

Я не возражал. По пути они несколько раз останавливались на легкий перекус – в сумках на Юни оказалась простая еда, а потом мчались дальше. Наконец, мы увидели за лесом красивый величественный замок и направились туда.

Хозяевами замка оказалось семейство вампиров – мать, Катаноя, и ее трое детей возрастом от 14 до 17 лет. Нас приняли довольно вежливо, сразу же определив нам комнаты и устроив Юни в специальное помещение. Уставший гоблин тут же отправился спать, а я решил заняться исследованием территории и рассмотреть поближе настоящих вампиров. Фунцзысик не возражал, только велел далеко не уходить и ни к кому не лезть с вопросами.

Я гулял по огромному двору замка и наблюдал за обычной жизнью его обитателей. На меня все смотрели, а дети показывали пальцем и шептались за спиной. Но разговаривать со мной никто не осмеливался: королевский маг представил меня как своего помощника, мы были почетными гостями замка. Видимо, простые люди заговорить со мной опасались. А я и подавно не знал, как общаться с жителями этого мира. Фунцзысик повесил на меня языковое заклинание, так что гальтернский язык я понимал хорошо, но общительности мне это не прибавило. Так что я просто ходил и прислушивался к разговорам. Ну и рассматривал местную живность: ездовых животных в загонах, похожих на лошадей с рогами, крупных хвостатых гусей, белых волков вместо собак. Многое здесь отличалось от нашего мира.

Потом я забрел в одно из полуподвальных помещений. Происходящее там меня сразу выбило из колеи: в большом холле на нескольких кроватях лежали люди разных возрастов, из их рук торчали тонкие трубки, на концах которых были прикручены вместительные фляги. Я почти сразу понял, что происходит: это был забор крови для вампиров. Хорошо хоть, не кусают людей напрямую, это зрелище было бы совсем отвратительным. Старший сын хозяйки замка, семнадцатилетний Румиль, контролировал весь процесс. Увидев меня, он ухмыльнулся:

– Уважаемый, в ваших услугах мы точно не нуждаемся, – на его лице появилось такое пренебрежение, что у меня зачесались кулаки. Я уже знал, что в этом мире вампиры считают себя высшим сословием, кому принадлежат почти все земли, а недавно принадлежали еще и все люди. С некоторых пор люди стали считаться свободными и за кровь им полагалось платить, но до равноправия было еще очень далеко. Какое уж тут равноправие, когда вампиры были вдвое сильнее и выносливее людей! – Мы питаемся исключительно свежей кровью абсолютно здоровых людей. Вам тут не на что рассчитывать, – он кинул монетку девушке, которая уже встала с одной из кроватей и, шатаясь, пошла прочь.

– Я и не предлагаю, – буркнул я, но Румиль только рассмеялся.

– Как будто его согласия кто-то спрашивал бы, – фыркнул его младший брат, отпивая из фляги.

Я не нашелся, что ответить, просто развернулся и покинул подвал побыстрее, чтобы не видеть эти холеные наглые лица, откормленные за счет несчастных людей. Я шел и шел, не обращая внимания на окружающих, мне захотелось хоть ненадолго покинуть этот мрачный замок. На воротах меня никто не остановил, хотя взгляды людей были очень удивленными. Я шел прямо в лес по той же дороге, по которой мы приехали сюда. Она была совершенно безлюдной, что меня только радовало. Сейчас остыну немного и поверну назад.

От раздумий о несправедливости этого мира меня отвлек грозный рык сзади. Обернувшись, я увидел еще одного представителя местной фауны, которым можно было бы восхититься, если бы не его явная смертельная опасность. Чудище было ярко-рыжего цвета, ростом, наверное, с бегемота, а по виду чем-то напоминавшим льва с двумя огромными рогами на лбу. Длинные клыки сильно выдавались вперед, желтые глаза с вертикальным зрачком были совсем близко от беззащитного меня.

Я замер: была небольшая вероятность, что зверь не нападет: вряд ли его основная пища – люди. Я понимал, что поддаваться панике и бежать нельзя ни в коем случае: хищники одинаковы во всех мирах. Секунда охотничьего инстинкта – и его обед готов. А вот как поступить, чтобы избежать нападения, я не знал. Мысли в голове мелькали с невероятной скоростью: упасть и притвориться мертвым или поднять костыль, чтобы казаться выше чудища? Но что-либо предпринять я уже не успел: животное напало.

Я на автомате выставил перед собой костыль, но зверь выбил его, почти не заметив. Второй костыль он перекусил вместо моей шеи. Длинный прыжок в мою сторону стал его ошибкой: я не смог стоять без своих подпорок и рухнул, рыжее чудище попросту перелетело через меня. А когда оно повернулось, то взвыло от ярости: добыча быстро уходила от него. Кажется, меня кто-то похитил прямо у него из-под носа и поднял в небо! Зверь прыгнул за мной, но смог лишь стащить ботинок с болтающейся в воздухе ноги. Я поднял голову и узнал вампира-подростка Румеля, с которым чуть не поругался совсем недавно.

Мы долетели да замка, и вампир доставил меня до балкона моей комнаты. Я беспомощно уселся на выступ. Руки немного дрожали от нервной обстановки. Но я быстро пришел в себя.

– Спасибо, дэр Румель, – спокойно сказал я.

– Не за что, – буркнул он.

– Что это был за зверь?

– Ты про тарга? – не понял он.

– Тарг, – произнес я медленно. Подходящее название для такого чудища. Надеюсь, больше никогда не увижу эту морду. – Я приехал издалека, в наших местах такие не водятся, – пояснил я, заметив его удивленный взгляд. – Он мог легко убить меня. Вы спасли мне жизнь.

– Я не собирался этого делать! – фыркнул он. Но люди донесли, что ты пошел прочь из замка. Если бы я ничего не сделал, мне бы досталось потом от матери. Что за глупость – выходить вечером за ворота?

– Я был несколько зол на тебя, хотел оказаться как можно дальше от вампиров, – честно ответил я. Мне ужасно не нравилось, что он и сейчас разговаривает со мной свысока, как господин с тупым рабом.

– Зол на меня? – в его голосе слышалось искреннее изумление. – За что? За то, что я сказал, что твою кровь пить не буду?

– Да фиг бы я тебе ее дал! Ты не испытываешь ни капли благодарности к людям, которые тебя кормят.

– Я им плачу за это! – фыркнул он.

– Не ты, а твоя мать. Если люди перестанут продавать тебе кровь, у них не будет денег. А ты сдохнешь. Так что сделка у вас явно не в их пользу.

– Да у этих крестьян и нет ничего кроме крови, – презрительно сжал он губы. – А у тебя и этого нет.

– Откуда ты знаешь? Я вообще-то иду в Академию магии с королевским магом дэром Фунцзысиком. Я его ученик, пройду обучение и стану отличным магом. Что, если я вернусь сюда через год, и мы посмотрим, кто из нас сильнее?

Он с некоторым страхом смотрел на меня.

– Я скажу, чтоб вам костыли принесли, – буркнул он и полетел вниз.

Всю ночь я занимался своим хобби. Побывав в когтях настоящей смерти, я собирался восстановить душевное равновесие, а вырезание из дерева всегда меня успокаивало. Жуткая, но восхитительная в своей ярости морда тарга так и стояла перед моими глазами. И я принялся вырезать ее из найденного во дворе поленца. Уснул я только под утро.

Меня разбудило какое-то бормотание рядом с кроватью.

– Как же так? – тихонько спрашивал сам себя гоблин, рассматривая фигуру тарга. Она получилась на удивление реалистичной, размером с два кулака. – Я же проверял, у него маленький резерв…

– Доброе утро.

– Ага, доброе, – еле среагировал Фунцзысик. – Ты это вырезал за ночь? Всего одну ночь? – Сергей только кивал. – Ты не мог это вырезать за ночь! С такой скоростью нельзя видеть линии силы…

– Не видел я никаких линий, – отмахнулся я. – Просто делал и все.

– Игрушка как живая, а узор шерсти получился с явными магическими направляющими! – он с восхищением осматривал тарга со всех сторон восхищением. – Зеркальное колдовство? – проговорил он вдруг. – Не понимаю. Какой-то редкий вид магии. Что ты чувствовал, когда создавал это?

– Ничего. Я просто видел перед собой эту морду и пытался сделать такую же. Мои руки вырезали ее как будто сами, им просто надо было не мешать. А что такое зеркальное колдовство?

– Это когда создается идеальная копия объекта и дальше над ним можно проводить разные действия. Такое могут делать только шаманы Великого Халгалая, и то единицы. Да и копия должна быть идеальной.

– Как фотография?

– Нет. Фотография является лишь плоским образом, лучше делать копии так как ты, объемной фигурой. Кроме того, очень важна магическая составляющая образа: надо указать борозды силы, как это сделал ты, хоть и неосознанно. Теперь можно призвать этого тарга прямо сейчас…

– Не надо! – чуть не подскочил на постели я. – Это не копия, а просто память. Я чувствовал, что мне надо его сделать.

– Слушай, может у тебя какой-то редкий дар? Например, артефактора?

– Могу делать разные волшебные штуки?

– Ну да. У тебя очень слабый магический резерв, но я ведь проверял тебя на другие виды магии. Твой дар не измерить таким образом. Энергия не идет напрямую через тебя в пространство, она закрыта в твоем теле… В основном в руках. И я даже не могу определить размер этой силы, ее просто не видно при таких условиях. То, что ты делаешь, может обладать невероятной магией.

– А это можно как-то проверить? – заинтересовался я.

– Вообще-то есть способ… – глаза гоблина тут же засветились энтузиазмом ученого-испытателя.

Я схватил костыли, и мы направились на балкон нашей комнаты. Гоблин поставил моего тарга на перила балкона и начал читать заклинание магической напитки энергией. Я уже примерно представлял, как можно увидеть магию и слегка расфокусировал взгляд. Реальность действительно оказалась непростой: я заметил голубоватый свет, перетекающий из рук гоблина в игрушку через магический щит. Да, гоблин на всякий случай подстраховался и разделил нас с таргом безопасной завесой. Я не успел насладиться видением. После заклинания мой тарг взорвался, разлетевшись в пыль. От самого балкона не осталось даже выступа, хорошо, что мы с гоблином стояли в глубине башни. Бахнуло так громко, что весь замок содрогнулся.

Нас осыпало каменной крошкой, во двор внизу стали сбегаться люди.

– Ты не просто сделал игрушку, – потрясенно сказал Фунцзысик. – Ты каким-то образом накачал ее собственной магией! Малейшего заклинания хватило, чтобы она рванула!

– Это хорошо? – я попытался откашляться от пыли.

– Это необычно, – пожал плечами он. – Создать артефакт такой силы необученному магу невозможно!

Катаноя с сыновьями подлетели к башне и теперь смотрели на нас через уродливую дыру в стене. Фунцзысик долго извинялся за наши магические эксперименты, кратко рассказав, что именно произошло. Я увидел, как в глазах молодых вампиров появилось едва заметное уважение к моей персоне. А Румель и вовсе смотрел с явным испугом. Кажется, он только сейчас поверил моим словам о моем будущем могуществе.

На следующий день мы на Юни покидали замок. Когда мы выехали, Фунцзысик обернулся ко мне.

– Кажется, я понял, как ты попал в наш мир без портальных камней. Твоей личной магии хватило для перехода.

– Получается, у меня такой большой резерв? – обрадовался я, вспомнив силу взрыва дома в лесу.

– Вряд ли, – покачал головой гоблин. – Все же тебе помогли и полнолуние, и Вестник в твоих руках. Если бы твоей энергии хватало для построения портала на такие расстояния, ты стал бы самым сильным магом в нашей стране!

– Эх, какие возможности пропадают! – пошутил я.

– А ты что, и правда собираешься стать магом? То-то у меня Румель об этом спрашивал. Что ж, я буду не против, маги нам всегда нужны…

– Да я ему просто так сказал! – открестился я от своих слов. – Попугать, чтоб не выпендривался.

– А, жаль, – погрустнел Фунцзысик. – Тогда знаешь что скажу… Ты бы следил за своими словами. Ты не простой человек, у тебя действительно есть магические способности. И пусть они не развиты, но судьба всегда прислушивается к таким людям как ты. То, что ты сказал этому вампиру, может оказаться не просто словами, а настоящим предсказанием.

– Не знал, что это так серьезно, – напрягся я. Честно говоря, раньше я не верил во все это. Мы сами строим и контролируем свою жизнь. Пусть судьба и подбрасывает нам разные ситуации, но мы всегда можем выйти из них победителями, если захотим. Почти всегда. Здесь же законы мироздания могут отличаться от земных.

– Серьезней не бывает. В конце концов, ты находишься в магическом мире, – нравоучительно поднял палец Фунтик. – Твои слова были произнесены на сильных эмоциях, в момент, когда ты только что избежал опасности… Кто знает, боги могут сделать так, что ты будешь вынужден остаться…

– Нет, – решительно прервал я гоблина. – Точно нет. Я должен вернуться как можно скорее, не смотря на все мои магические способности. Это не обсуждается.

Глава 4. Лечение в Академии магии

Мы ехали до Академии еще несколько дней. По дороге гоблин рассказывал мне о стране под названием Гальтернау, ее жителях и основных событиях истории. Мне все было интересно, но многое очень сильно удивляло. Оказывается, еще совсем недавно всеми землями в стране владели вампиры, а люди находились в абсолютно бесправном положении. Эдакое крепостное право, когда барин единолично распоряжается жизнью крестьянина. Только после восстания людей и полукровок, с приходом к власти короля Грайца, положение людей поменялось. Теперь люди имеют право на защиту от своих бывших хозяев, а вампирам приходится покупать кровь. Не все вампиры признали новую власть, многие покинули страну или ушли в леса разбойничать. Я понял, почему Румель и его братья относятся к людям свысока: для них это всего лишь недавние бесправные рабы. И я, как представитель человеческой расы, тоже не мог вызвать уважения.

Столицу королевства, Брюменталь, мы смогли увидеть только издалека. Мощные стены, высокие башни и толпы людей перед воротами напоминали средневековые картины. Заезжать туда мы не стали: Академия находилась чуть в стороне. Что неудивительно: я уже знал про огромные магические полигоны, на которых проводились тренировки боевых магов. Вряд ли кто-то из жителей столицы был бы рад такому опасному соседству, поэтому Академию и построили подальше от населенных пунктов, в лесу.

Как только мы с Юми пересекли внушительный двор Академии, Фунцзысик позвал слуг и велел собрать магов-лекарей на консилиум в главном здании. Мы сами тоже направились туда.

– Ты не против, что мы займемся твоим лечением немедленно? – Обернулся ко мне гоблин. – Может, ты хочешь сначала передохнуть или расположиться?

– Мне надо вылечиться как можно скорее, – твердо ответил я, с трудом поспевая за магом на неизменных костылях. – Так что чем скорее, тем лучше. Расположиться всегда можно успеть.

Консилиум состоял из пяти магов-лекарей. По словам Фунцзысика они все были высокого уровня мастерства и имели серьезную практику вне стен Академии. Но по закону они были обязаны отрабатывать здесь несколько дней в неделю, преподавая магическую науку местным студентам. Этот нюанс моего лечения оказался для меня неприятной неожиданностью: меня собирались лечить не просто так, а использовать в качестве научного пособия. С одной стороны это было неплохо: с моей помощью молодые маги научатся лечить подобные заболевания. С другой – кому понравится, если его рассматривают толпы студентов?

Меня раздели догола и положили на высокую жесткую кушетку под многочисленными лампами. Там меня вертели во все стороны и тщательно ощупывали. Тихо разговаривали. Я почти не разбирался в магической терминологии, но некоторые фразы были мне понятны.

– Абсолютная непроходимость энергетических каналов… Восстановление естественных сообщений невозможно…

– А если в обход? Создать новые структуры…

– Это очень долго. Можно сгенерировать новые связи на мортирных энергиях, они будут хорошо держаться.

– Темная магия в лечении неприемлема, – услышал я голос дэра Брюментальского. – Сергей прибыл из другого мира, там нет магии.

Пока маги с удивлением расспрашивали гоблина о моем происхождении, я молча лежал и удивлялся: не думал, что он раскроет тайну моего места жительства. По реакции магов я понял, что такое здесь иногда случается, переселенцы иногда переходят на Эртолию, хоть и крайне редко.

– Тут есть еще кое-что, – продолжил маг, предлагавший темную магию, – вы видите его резерв? Концентрация энергии странная, но она, несомненно, есть. Он может стать хорошим магом.

– Да, но это не имеет значения, – снова возразил дэр Фунцзысик. – У Сергея другие цели.

– Жаль, – вздохнул маг, – тогда я не берусь за его лечение. Это будет слишком долго, и результат зависим от множества обстоятельств.

Я невольно огорчился: этот маг выглядел очень серьезным и каким-то мудрым, я почему-то очень хотел попасть на лечение именно к нему. Но моим куратором назначили молодую светловолосую женщину, немного старше меня на вид. Я не ожидал такого поворота и был несколько дезориентирован в чувствах. Женщина была красивая и мне очень понравилась как по внешности, так и по разговору, но как представлю, что буду раз за разом лежать перед ней и ее студентами вот в таком виде, сразу накрывает легкий дискомфорт и чувство стыда.

После консилиума меня отправили в палату для экспериментальных больных. Больничное крыло Академии показалось мне огромным. Здесь располагались самые разные пациенты, палат было немало. Пока я ковылял за техническим персоналом в свою палату, я заглянул в пару открытых дверей. Лучше бы я этого не делал: к такому зрелищу надо готовиться заранее. Я увидел окровавленные простыни, людей со страшными увечьями, каких-то уродов всех местных рас и расцветок и даже полностью перевязанных мумий. Очень надеюсь, что все эти медицинские пособия в конце концов выздоравливают.

Впрочем, мои соседи по палате выглядели не менее странно. От одного я долго не мог оторвать взгляда. На кровати лежала половина огромной туши какого-то зеленоватого существа с мордой настоящего Халка. Я уже знал, что в этом мире существуют не только гоблины и вампиры, но и орки. Я решил, что это наверняка был один из них. Только гораздо позже я понял, что это не настоящий орк, а полукровка, причем, не в первом поколении. Настоящих я встретил позже во дворе Академии, до их по-настоящему грозной внешности моему соседу было очень далеко. Но про себя я так и звал его орком.

Сейчас я с удивлением рассматривал странную металлическую конструкцию в виде нескольких скрепленных между собой пластин с тускло-серыми камнями по окружности. Этот прибор полностью заменял моему соседу нижнюю часть тела. Это выглядело очень странно и жутко: мощная грудь заканчивается металлом, а дальше ничего нет. Я точно знал, что люди с такой травмой точно не живут. А тут, получается, не только живут, но еще и неплохо себя чувствуют.

– Чего уставился? – рявкнул на меня орк, как только санитары ушли. – Магический вырастатель никогда не видел?

– Не видел, – честно признался я. – Что он выращивает?

– Меня, конечно! – орк удивился моему вопросу. – Скоро буду бегать на своих двоих ого как! Я еще послужу стране! За хорошие деньги, конечно. Вот я бывало… – он тут же принялся рассказывать про свои многочисленные подвиги, про которые мне сначала было интересно слушать, но потом быстро наскучило. Полуорка звали Хулдизэт, и он оказался ужасно болтливым. Сначала я пытался поддержать разговор, но в этом не было необходимости: полное отсутствие какой-либо реакции с моей стороны ему нисколько не мешало хвастаться своими достижениями на поле боя, а заодно и фактами покорения противоположного пола. На эту тему он тоже мог говорить часами.

Мой второй сосед ничего интересного собой не представлял: у окна лежал полностью закрученный в бинты человек. Через прорези бинтов на лице я мог видеть только желтые глаза с вертикальным зрачком. Тоже полукровка, наверное, такой же, как и мой первый сосед.

Я подошел к нему, не прерывая словесного водопада орка, и приветственно кивнул.

– Меня зовут Сергей, – представился я молчаливому соседу. Тот не ответил, только прошипел что-то невразумительное.

– Он не разговаривает пока, два дня как поступил, его только начали лечить, – вмешался орк. А ты тут как оказался? Подписался на эксперименты?

– Какие еще эксперименты? – нахмурился я, возвращаясь на свою кровать.

– Нормальные люди в Академии не лечатся, – хмыкнул сосед. – Сюда либо совсем тяжелых берут, либо на эксперименты.

– Нет, я не на эксперименты, – попытался я успокоить, прежде всего, самого себя. – Я по знакомству.

– А я подписался на опыты! – хохотнул орк. – Неприятно, конечно, вертеться перед магами-малолетками во всей красе, зато бесплатно! И кормят хорошо. Что ж я, зря бился на границе? Видишь, мне вообще все отсекли ниже пояса! Все кишки наружу вывалились, да и не только. А маги говорят, что все вырастят заново, до последнего пальца на ногах! Новые методы, – он постучал по металлической штуке, она отозвалась глухим гулом. – Тот вон в пожаре сгорел вроде, – он кивнул на соседа у окна. – Он тоже подписался, его теперь восстанавливают каждый день, но не техникой, как меня, а чистой магией. Но там и не получится по-другому, говорят, там все до костей сожжено… – он болтал без перерыва, я еле успевал вставлять вопросы, направляя разговор в нужное мне русло. Мне еще многое хотелось узнать об этом мире, кроме военных и любовных подвигов орка. Особым тактом Хулдизэт не обладал и мог запросто спросить что угодно. Хотя некоторые личные вопросы в свою сторону воспринимал болезненно. Я как-то посмел спросить его, какой он все-таки расы, он по-настоящему оскорбился на целых две секунды.

– Неужели не видно, что я орк? – с такой болью в голосе спросил он, что мне стало смешно. Но я не показал этого.

– Прости, я из другого мира, – тут же пояснил я свою некомпетентность в местных реалиях.

– Из другого? Это какого еще? – его расстроенный вид тут же сменился на крайне заинтересованный. Когда я объяснил, как попал сюда, он уже немного покровительственно пояснил, – ну вот смотри, я зеленый и большой, выше всех людей. Сильный, выносливый, настоящий воин! Все орки настоящие воины!

– Да я же видел орков во дворе Академии, – не преминул заметить я. – Ты от них отличаешься… Хм… Немного. Ты полукровка?

– Любой, в ком есть хоть капля оркской крови, не может считаться существом другой расы! – пафосно воскликнул мой сосед. – Вот погоди, меня вылечат, я тоже стану таким же. Это просто тут питание плохое… И вообще болею я пока…

Про питание это он зря: кормили тут хорошо. Жареными гуськами и сытными кашами из неизвестной мне крупы, овощами и фруктами. Да и лечили меня тоже на совесть с первого же дня.

Моя магичка-лекарь, светловолосая дэрна Адальха, вызывала меня в процедурную почти каждый день. Рядом с ней всегда находились ее ученики, двое парней и две девушки лет семнадцати. Я никак не мог избавиться от острого чувства стыда, когда они рассматривали меня, голого, и водили руками по моему телу, якобы определяя направление магических каналов. Учительница оказалась с тем еще характером. Ко мне относилась исключительно как к медицинскому тренажеру, ученикам тоже часто доставались обидные замечания.

Но результаты лечения начали проявляться довольно быстро. Постоянная боль в пояснице отступила, мышцы явно крепли, постепенно появлялась чувствительность в нижних конечностях. Я физически ощущал, как живительная сила магии проникает в мое тело, помогая ему выздоравливать. Дэрна Адальха все время комментировала свои действия ученикам, так что я всегда слышал, какой именно нерв они сейчас восстанавливают и сколько энергии на это требуется.

Поначалу я пытался задавать вопросы о лечении, но женщина сначала игнорировала мои вопросы, а потом сухо и холодно ответила, что не собирается брать еще одного ученика, так что я должен лежать молча и не отсвечивать. Я почувствовал себя лягушкой на прозекторском столике, которая внезапно квакнула во время вскрытия. Очень хотелось поспорить с этой высокомерной дэрной, а то и поругаться: это же мое тело! Я имею право знать, что с ним происходит! Но я сдержался. Главное, чтобы вылечила. Мое стремление все контролировать тут может быть неуместно.

Однажды мы с ней все-таки повздорили. Это произошло, когда я в очередной раз валялся раздетый на кушетке, а маги восстанавливали чувствительность кожи на бедрах. Я в тот момент смотрел на девчонок и думал, что они хоть и не такие красивые, как их учительница, но гораздо перспективнее в плане близких отношений. Я видел их любопытные взгляды, которые они бросали в запрещенном направлении, и очень хорошо представлял, что именно могу сделать с этими симпатяжками. Видимо, слишком хорошо представлял. В какой-то момент парни фыркнули, девочки смущенно захихикали. А невозмутимая дэрна Адальха, выразительно подняла брови:

– Кажется, от нашего лечения есть некоторый побочный эффект, – холодно сказала она. – Это странно, учитывая, что сегодня мы занимаемся другими участками. Видимо, этой части тела наша помощь вообще не понадобится.

– Ну почему же? – возразил я с усмешкой, не показывая виду, как внутри все заклокотало от злости и унижения. – Жду не дождусь, когда вы приступите к лечению именно этой самой зоны. Девочки должны обязательно знать, как именно выглядят настоящие мужские органы.

– Было бы на что смотреть, – еле слышно пробормотал один из парней, постаравшись вложить в голос побольше презрения. Ах ты, гаденыш!

– О, тебе уже есть с чем сравнить? – тут же повернулся к нему я. – Извини, но я не по этой части, обратись к людям с соответствующей ориентацией.

– Придурок! – парень покраснел, но явно не знал, что еще ответить.

– Вы совсем ополоумели? – со скрытой яростью процедила дэрна Адальха и щелкнула пальцами. Я тут же понял, что больше не могу сказать ни слова. – Давно надо было это сделать, что за похабные намеки в Академии! А вас, молодые люди, – обернулась она к магам так резко, что те отшатнулись, – я предупреждаю: еще одно слово в эту сторону, и я вышвырну вас из Академии!

Дальнейшее лечение проходило в полной тишине, студенты и пикнуть не смели. Эх, в наш бы мир такую учительницу, да еще и с магическими способностями! Я ее не люблю, конечно, но в умении дрессировать подростков ей не откажешь.

В конце сеанса я, все так же, молча, слез со стола, и одна из девушек подала мне одежду и костыль. Да, я уже потихоньку мог ходить с помощью только одного приспособления. А вот заклинание безмолвия, наложенное учительницей, рассеялось только к вечеру.

На следующий день меня не вызвали на лечение. И через день тоже. Я, было, забеспокоился, но потом к нам в палату зашла одна из учениц дэрны Адальхи. Светленькая блондинка, насколько я помнил, ее знали Верта. Я вцепился в нее как утопающий в соломинку.

– Дэрна Адальха обиделась на мое поведение?– я очень тревожился на этот счет. – Почему она меня не вызывает? Или она закончила мое лечение?

– Нет, что вы, – Верта с трудом освободилась от моего захвата. – Я как раз пришла сказать. Она влила в вас много энергии в последний раз, вы… Мы все ее тогда очень разозлили… А нервные каналы пока трогать нельзя. Они должны восстанавливаться постепенно. Поэтому вы не будете приходить к нам две недели, пока магия не усвоится полностью. Вы должны были почувствовать восстановление сами.

– Да, мне становится все лучше, – согласился я. У меня отлегло от сердца. Значит, Адальха меня не бросит, не смотря на мое поведение.

– Это значит, он все время будет торчать тут? – вмешался орк. – Ой, тут так скучно и грустно, так одиноко! Для настоящего мужчины, конечно! А вы его будете навещать? И меня тоже будете навещать? – он давно уже смотрел голодными глазами на любую особь женского пола. Магический вырастатель оказался отличным приспособлением, и за прошедшее время передвинулся ниже его ягодичных мышц. Теперь Хулдизэт уже не напоминал жуткий обрубок, это было полноценное тело взрослого мужчины, разве что без ног. И как я понял, особенно важные для него части тела тоже восстановились полностью, потому что теперь он с особенной ностальгией вспоминал прошлые любовные подвиги. Внезапное появление симпатичной девушки в нашей палате вызвало у него восторг и нездоровое возбуждение. – А может, мы с вами поболтаем без Сергея? Я могу рассказать столько всего! И показать, если хотите…

– Так, пошли отсюда, – я вывел Верту в коридор. – Ты извини его, он сейчас только об одном думает… Как бы это сказать… Он очень быстро восстанавливается, тело растет, туловище уже целое, а он же мужчина...

– Я поняла, что именно у него восстановилось, – потупилась Верта. Я с интересом посмотрел на нее. Почувствовал, что она неспроста пришла сюда. Настроение резко поднялось. В конце концов! Я хоть и не орк, но тоже подумываю о всяком. И у меня есть реальный шанс проверить, насколько мое лечение эффективно!

В общем, долго тянуть я не стал, и у нас с девушкой завязался роман. По меркам нашего мира она была уже совершеннолетней, ей как раз стукнуло восемнадцать. На Эртолии этот возраст считался довольно солидным, и девушкам тут многое позволялось. Лишь бы действовало особое противозачаточное заклинание. У Верты оно было, это я проверил сразу же. Ну а дальше дело техники, которая у меня, признаться честно, хромала. Я давно не заводил романы, да и не умел этого делать толком. Если бы все зависело только от меня, вряд ли у нас что-то получилось бы. Но Верта сама взяла меня в оборот с поразительной настойчивостью. Я даже заподозрил в этом подвох, не понимая, чем мог привлечь ее. Но восстанавливающийся организм требовал своего, и отказывать ему я не собирался.

Тем более что меня всячески подбадривал орк, который после каждой моей встречи с девушкой вымогал подробности:

– Ну как вы там? Вы уже все? Как она тебе? Где ты ее трогал? А как? А она как?

– Отстань, не твое дело, – обычно отвечал я, не собираясь, разумеется, посвящать его в подробности своей личной жизни. Иногда отвечал и грубее, даже хотелось поругаться с ним окончательно. Но он был бесценным источником информации о взаимоотношении полов в этом мире. Не хотелось бы влипнуть в историю по незнанию местных законов на этот счет. Но Хулдизэт уверил меня, что секс до брака в этом мире очень даже бывает. Во всяком случае, у него самого это было «огого сколько раз, сбился со счета!». Женщин он не уважал ни капли, для него они были исключительно объектом удовлетворения страсти. Меня это коробило, было неприятно, когда он заговаривал о Верте.

Для меня эти две недели стали самыми чудесными за все время пребывания на Эртолии. С Вертой мне было не только хорошо в постели, она оказалась еще и приятной собеседницей. Мы с ней часто беседовали о магии, эта тема очень интересовала и манила меня. Верта даже приносила мне книги по основам магии, и я прочитывал их на одном дыхании. Читать, кстати, пришлось учиться по-настоящему, языковое заклинание на такие навыки не действовало. Но эту науку я освоил быстро: делать-то в палате было нечего, любое развлечение было в радость. Иногда я даже представлял, как становлюсь могущественным магом, возвращаюсь в свой мир, и уже там… Моя фантазия была безгранична. Впрочем, я прекрасно понимал, что эти мечты пустые, и фиксироваться на них не стоит. Никакой магии в своей будущей жизни я не планировал.

В какой-то момент я стал подозревать, что Верта в меня влюбилась: такой искренне восхищенный взгляд подделать невозможно. Я честно ее предупредил, что оставаться в этом мире не планирую. Она тогда очень расстроилась.

– Ты же маг, ты можешь учиться в Академии и стать очень богатым и уважаемым человеком. Что у тебя есть там, чего ты не получишь тут? – грустно спросила она меня как-то.

– Я человек другого мира, – немедленно ответил я. – У меня там вся жизнь, дом, друзья. А еще дочь и жена, кстати. Хоть и бывшая жена, но женщина она нормальная, мы общаемся.

– Ты любишь ее? – в ее голосе сквозило настоящее страдание.

– Любил.

– А меня?

– Коварный вопрос, – я задумался. Не хотелось ей врать, но вот как скажешь правду девчонке? – Ты очень милая и добрая, но мы мало знаем друг друга, может, я тебе не подхожу?

– Подходишь! Только ты и подходишь! – ее глаза сияли, а мне было неудобно. Надо как можно быстрее вылечиться и свалить отсюда, чтобы эта милая девушка не успела привязаться ко мне окончательно. Я – всего лишь эпизод в ее жизни, и надеюсь им и остаться.

Когда она сказала, что я могу поправиться гораздо быстрее, я сразу же ухватился за эту идею. Оказывается, я мог поменять куратора и уйти на лечение к другому магу. Что я и сделал при поддержке Верты. Теперь меня лечил тот самый солидный маг, которого я запомнил еще с первого консилиума. Его звали дэр Ландоль, именно он лечил обоих моих соседей. Признаться, я и сам видел, насколько отличается наше лечение по скорости. У Хулдизэта тело отрастало с нуля за считанные дни, а мое восстановление шло неделями. Я подозревал, что дэрна Адальха специально затягивает лечение, стараясь объяснить своим студентам как можно больше.

А вот дэр Ландоль вылечил меня буквально за пару сеансов! Я был в восторге: уже после первого раза костыль мне стал не нужен, и я с наслаждением выбросил его. А еще через пару дней я выглядел и чувствовал себя полностью здоровым. Я даже сожалел о том, что не обратился к этому магу сразу же: сколько потерял времени! Теперь я был полностью готов к возвращению на Землю. Осталось только попрощаться с дэрной Адальхой.

Когда моя прежняя кураторша прибыла в Академию и вызвала меня на лечение, я пришел к ней на своих ногах, полностью здоровым. Она явно удивилась.

– Так-так, – она осмотрела меня, поджав губы, – моя магия не оказала бы такого эффекта. Вижу, вы прибегли к другим способам. Раздевайтесь, ложитесь.

– Простите, но нет, – твердо сказал я. – Я пришел всего лишь поблагодарить за помощь. Вы много сделали для меня, но сейчас я полностью здоров и намереваюсь покинуть Академию.

– Покажите хотя бы спину, чтобы я могла объяснить, – она кивнула в сторону учеников, где стояла и моя Верта. Она старалась скрыть свой влюбленный взгляд, но это плохо получалось. Я ободряюще кивнул ей и закатал рубашку, повернувшись к магам спиной.

– Хороший результат, – произнесла Адальха позади меня. – Смотрите, как аккуратно восстановлены энергетические каналы вдоль нервов! Это прочные магические связи, теперь нашему подопытному даже не страшны обычные травмы позвоночника. Что ж, нам с вами тут точно больше делать нечего.

– Но нам же говорили, чтобы мы не применяли к нему темную магию, – удивленно спросил один из парней. – Если можно было сразу связать все нервы и мышцы таким образом, почему мы раньше этого не сделали?

– Он хотел вернуться в свой мир, – ответила Адальха. – Меня не предупредили, что он изменил свое решение…

– О чем это вы? – я резко развернулся, поправляя рубашку. – Какое это решение я изменил?

– Я так поняла, что вы решили остаться на Эртолии?

– Вовсе нет! – похолодел я. – С чего вы это взяли?

– Зачем вы тогда пошли на такое лечение? – вскинула брови учительница. – Вас восстанавливали темной магией, заменили естественные энергетические каналы на магические. Они очень крепкие, но в вашем мире работать не будут. Там вы либо снова станете калекой, либо вообще умрете в считанные часы.

– Я не хотел этого! – паника поднялась к горлу, я еле сдержался, чтобы не выразиться покрепче. – Как это можно исправить? – я был готов все вернуть обратно и начать лечение заново, пусть пройдут хоть месяцы, хоть годы.

– Это необратимо, – безразлично пожала плечами магичка. – Что вам не нравится? Вы здоровы и можете заниматься, чем хотите, в том числе магией. Да, о своем мире придется забыть, но и здесь можно хорошо жить. В любом случае, в моих услугах вы точно больше не нуждаетесь. Урок окончен. Прощайте, – она развернулась и вышла из кабинета.

Я проводил ее растерянным взглядом. Заметил, что ученики смотрят на меня как-то испуганно, особенно Верта. Меня резанула мысль, что она как раз очень хорошо знала, что использование темной магии в моем лечении недопустимо. Почему же она не предупредила мага? Хотя дэр Ландоль и сам был на консилиуме, он не мог забыть про мои намерения вернуться на Землю. Мне надо выяснить, почему все так получилось! Я кинулся вслед за учительницей.

Глава 5. Изгнание из Академии

Когда я вышел из аудитории, ни один из магов-подростков за мной не последовал. Наверное, увидели что-то опасное в моем взгляде и решили не нарываться лишний раз. В коридоре я быстро догнал дэрну Адальху.

– Постойте! – я выскочил прямо перед ней, так что она отшатнулась. – Скажите, как я могу вернуться в мой мир?

– Порталом, – вскинула она брови. – Но я же сказала, что для вас это невозможно: в вас слишком много темной магии. Переход-то вы совершите, но после этого погибните в считанные минуты.

– Тогда можно мне как-то убрать лечение? – продолжал допытываться я. – Вернуть все так, как было, пусть с болезнью, пусть даже будет хуже. Разрушить эти чертовы энергетические каналы и удалить темную магию! Вы же профессионалы, вы все можете! Я не хочу оставаться тут!

– Молодой человек, – холодно ответила учительница, – вы хорошо понимаете слово «необратимость»? Оно применяется в случае обозначения непрерывности хода времени, когда возврат организма в первоначальное состояние исключен. Ни один маг не может вернуть прошлое. Мы не всесильны. Если бы вы были обученным магом, вы бы это понимали, и такого вопроса не возникло бы. Сейчас у вас есть только последствия лечения, причины уже нет. И прежнего вас тоже нет, вы стали другим. Темная магия навсегда отпечаталась в ауре вашего тела, вошла в состав вашего тела на энергетическом уровне. Вытеснить ее можно только лишив вас жизни.

– Меня лечил дэр Ландоль, – с глухой ненавистью процедил я. – Я помню его на самом первом консилиуме. Дэр Фунцзысик четко сказал всем, что я собираюсь вернуться в немагический мир. Я не все понял тогда, но этот момент запомнил очень хорошо. Как Ландоль мог забыть об этом?

– Вам лучше спросить об этом у него самого, – покачала она головой. Мне показалось, что в ее взгляде все же мелькнуло некое сочувствие. – Дэр Ландоль всегда отличался некоторым своеволием в своих действиях. Он смотрит свысока на многих в этом мире, и, надо признать, имеет на это право: он не только из очень благородной семьи со связями при дворе, но и довольно сильный маг с обширной практикой. Честно говоря, я не очень понимаю его мотивы. Вряд ли он что-то имеет против вас лично, чтобы вот так навредить вам.

– Где я могу найти эту сволочь? – с плохо срываемой яростью спросил я.

– Зачем это вам? – насторожилась учительница.

– Очень хочу задать ему один вопрос и посмотреть в его глаза.

– А если поймете, что он сделал это специально? – заинтересовалась Адальха. – И все-таки преследовал какие-то свои цели?

– Я его убью, – жестко ответил я. Я не врал: в данный момент меня переполняла ненависть к этому гаду, который сломал мне жизнь.

– Прекратите! – наконец-то я увидел какие-то эмоции на ее лице! Кажется, это были изумление и даже страх. – Обещайте мне… Впрочем, вы все равно не справитесь с магом. Пойдемте. Мне тоже очень интересно, что именно он вам ответит. Я побуду рядом на всякий случай.

Мы быстро шли по коридорам Академии, встречные люди шарахались от нас, мгновенно уступая дорогу. Наконец, я увидел, как из одной из дверей выходит сам дэр Ландоль, а за ним следуют его ученики. Видимо, он только что закончил читать очередную лекцию по теории магии.

Я подошел к нему как можно ближе. Он с легким удивлением смотрел на мое пылающее ненавистью лицо.

– Смотрю, вы совсем здоровы! – как обычно, чуть свысока улыбнулся он мне. – Мое лечение помогло?

– Оно великолепно, дэр, – как можно спокойнее ответил я. – Говорят, когда применяешь темную магию, результат значительно ускоряется.

– Да, это так, – довольно усмехнулся он. – Я почти всегда прибегаю к этому способу, чтобы не терять времени.

– Вы забыли, что этот способ нельзя применять ко мне? – спросил я в лоб. Он растерянно моргнул, потом на секунду опустил глаза.

– Пройдемте в аудиторию, поговорим там, – он приглашающе кивнул на дверь. Я понял, что ему неприятны свидетели нашего разговора: некоторые ученики никуда не уходили, беззастенчиво прислушиваясь к нашему разговору. Но мне на это было плевать.

– Ответьте, – жестко попросил я, не двинувшись с места. – Почему вы лечили меня темной магией, зная, что для меня это запрещено?

– Потому что я был уверен, что для вас так будет лучше, – раздраженно ответил он. – Мэйда Верта, как я понимаю, это ваша девушка, лично попросила меня вылечить вас как можно быстрее именно с помощью темной магии. Она щедро оплатила лечение, сказала, что это поможет вам принять правильное решение и остаться в Академии.

– Почему вы не спросили меня, хочу ли я этого? – похолодел я. Подсознательно я был готов к этому, но боль от предательства такого масштаба меня добила.

– В этом не было необходимости, – пожал он плечами. – Я и так помню, что вы очень хотели вернуться. Но я – королевский маг, у меня обширные связи при дворе, и я служу своей стране. Магов в Гальтернау очень мало, нам нужен каждый, мы ищем их по всей стране! С такими данными вы должны жить в Эртолии, а не в других мирах. Я увидел ваш резерв еще на первом же консилиуме и даже говорил об этом дэру Фунцзысику. Так что и я, и моя страна очень заинтересованы в вас. У вашей девушки были свои цели, у меня свои.

– То есть, когда вам подвернулся случай найти нового мага для короля, вы ухватились за него, – вмешалась дэрна Адальха. – Вам это принесет благодарность Его величества Грайца, а значит, и материальную выгоду. Но это же неэтично!

– Это разумно, – хмыкнул Ландоль. – В любом случае уже ничего не исправить, а ваши претензии ко мне выглядят глупо. Молодой человек, я даже готов стать вашим личным учителем! У вас невероятный потенциал, вы можете многого достичь. Соглашайтесь, так всем будет только лучше…

– Вам точно не будет, – прервал его я. После чего резко и быстро ударил его в челюсть.

Дэр отлетел метра на два, глухо приложившись головой о каменный пол. Это был мгновенный нокаут. Мои руки и раньше обладали отменной силой, а сейчас к ней, видимо, добавилась магия. Я ощущал, как кулаки просто горели огнем. Если бы я попробовал добить этого урода, у меня это явно получилось бы с первого удара. Я даже испытал некоторое разочарование, а заодно удивление: неужели у него не было с собой хоть какого-то защитного амулета? Или маги в этом мире настолько неприкосновенны, что даже и мысли не допускают о возможном нападении?

Бить лежачего я бы не стал, но учительница все же поставила между нами с дэром щит.

– Вы что творите? – зашипела она на меня, озираясь на людей вокруг нас.

– Что надо, – пожал плечами я. Вокруг поверженного мага уже собрались ученики и пара преподавателей. Они оглядывались на меня, но подойти никто не решился. Я почувствовал, как Адальха схватила меня за руку и куда-то потащила. Мне было безразлично, куда именно. После взрыва эмоций накатила апатия. Я понимал, что нападение на мага ничем хорошим для меня не закончится. Надеюсь, хотя бы не казнят. Впрочем, мне сейчас на все было плевать.

Адальха вела меня по разным коридорам через множество дверей. Людей становилось все меньше, видимо, этот корпус Академии использовали нечасто. Мы вошли в какой-то довольно крупный зал. Посреди него были нарисованы знакомые круги и разложены камни.

– Это портал! – оживился я. – И магические накопители, я знаю. Куда вы отправите меня? – робкая надежда затеплилась в моем сердце, к сожалению, ненадолго.

– Вы не знаете и сотой доли магических явлений, – раздраженно ответила учительница. – Оставьте при себе ваши глупые предположения! Это не портал.

– Но я такое уже видел, – настаивал я. Она не ответила, а начала проговаривать заклинания над камнями, поворачивая их определенным образом. Скоро над ними засветился голубоватый свет.

– Это частичный портал, – уже как обычно, спокойно и чуть свысока, ответила Адальха. – Я вызываю дэра Фунцзысика. Потому что сама я решительно не понимаю, что теперь с вами делать.

С другой стороны портала как будто вдавилось знакомое лицо с огромным сморщенным носом и гоблинскими ушами. Я уже совсем отвык от этого потрясающего зрелища: голова в формате 3д серебристо-голубого цвета свободно висела в воздухе.

– Приветствую, коллега, – улыбнулся дэр Фунцзысик Адальхе, но он тут же посерьезнел, увидев меня. – Что-то случилось? Я вижу, лечение идет успешно, или появились проблемы?

– Еще какие, – быстро ответила учительница. Она кратко, но точно рассказала гоблину о моей неудаче с выздоровлением и драке с магом. По мере продолжения рассказа лицо гоблина вытягивалось все больше и больше, он стал выглядеть еще комичнее. Но сейчас мне было не до смеха.

– Прямо в челюсть? – спросил он, его уши обреченно поникли. – Прямо на пол?

– Со всей силы, – безжалостно подтвердила учительница. – Я просмотрела его ауру перед уходом. Челюсть сломана, несколько зубов выбито. А еще сотрясение мозга, повреждение шейных позвонков и ушиб спины.

– Сереж, ну как же так? – жалобно обратился ко мне маг.

– Заслужил, – буркнул я, впечатленный как диагнозами несчастного Ландоля, как и своей неожиданной силой.

– Ну, это да, конечно, ты, в общем-то, прав… – промямлил гоблин. – Он не имел права, даже если там были серьезные мотивы…

– Вы знали о его планах? – прервал я его.

– Нет! – вспыхнул гоблин, но тут же сник. – Он говорил со мной о том, что тебя нельзя отпускать назад. Его величество Грайц хорошо платит за каждого нового мага-ученика, оставить тебя тут всем было бы выгодно. Но я запретил ему даже думать об этом, тем более, уговаривать тебя. Я и предположить не мог, что он поступит вот так. Хотя… В целом он же тебя вылечил, а ты напал…Мог бы просто сказать ему...

– Вот вы серьезно сейчас? – прервал я его. Гоблин замолчал.

– Хватит это обсуждать, – вмешалась учительница. – Дэр Ландоль – королевский маг, очень уважаемый человек. Да, он поступил некрасиво…

– Подло! – не сдержался я.

– Даже если так, – строго проговорила учительница, – то это все равно не давало тебе права его бить. Ты мог бы обратиться в коллегию магов, или даже к королю!

– И как бы его наказали? – скептически поинтересовался я.

– Никак, – вздохнул Фунцзысик. Адальха не возразила, сердито поджав губы. – Его величество еще и похвалил бы его за то, что он дал нашей стране хорошего мага. Никто бы тебя не понял. Ты жил в своем мире смертельно больным, да и по социальному статусу находился невысоко. А тут ты можешь стать магом и жить в свое удовольствие.

– В любом случае теперь тебя накажут за нападение, – жестко продолжила Адальха.

– Казнят? – уточнил я.

– Официально нет. Отправят на какие-нибудь работы года на два. Но дэр Ландоль еще до суда вызовет тебя на дуэль, и убьет. И будет прав.

– Или без всякой дуэли убьет, – вздохнул гоблин. – И тоже будет прав. У тебя один выход – бежать отсюда как можно дальше. И немедленно!

– Бежать? – удивился я. – Куда? Я ничего не знаю об этом мире! Как тут жить, зарабатывать и вообще…

– Ну, если можешь дать в морду настоящему магу, то и заработаешь как-нибудь, – хмыкнула учительница.

– Он прав, – поддержал меня гоблин. – Ему будет нелегко устроиться в этом мире. Коллега, будьте добры, обеспечьте его всем необходимым: выдайте денег на первое время, может, кого-то отрядите в компаньоны, и главное, отправьте его как можно быстрее и как можно дальше. Воспользуйтесь главным порталом Академии, там энергии достаточно. И поторопитесь: сломанную челюсть и сотрясение мозга в нашей лечебнице уберут за пару часов!

Они еще обсудили некоторые детали, но на меня снова навалилось безразличие. Не каждый день твоя жизнь рушится вот так, до нуля. Непонятно, куда я попаду, и чем мне там заниматься. Хорошо, что я теперь здоров, но это единственный плюс моего положения на данный момент. Все мои жизненные умения и профессиональные навыки, позволяющие неплохо устроиться на Земле, в этом мире были бесполезны.

Меня снова куда-то тянули, я не сопротивлялся. Мы с Адальхой оказались в какой-то комнате со множеством книг. Я рассматривал их, и в голове начало немного проясняться. Пока учительница доставала из шкафа две заплечные сумки и укладывала туда деньги, у меня в голове начала формироваться хоть какая-то мысль о моем туманном будущем.

– Вот, держи, – сунула она мне в руки эти сумки. – Сейчас заберем твои вещи из палаты, а остальное купишь по дороге. Денег тебе хватит на пару месяцев, потом крутись сам. Если тебе что-то надо…

– Книги, – твердо ответил я.

– Какие книги? – удивилась она.

– Книги по магии. Самоучители или что-то типа того.

– Зачем тебе? – искренне удивилась она. – Ты что, собираешься самостоятельно учиться магии?

– Да, – уверенно ответил я.

– Но это опасно! Учиться магии нужно только под руководством опытного наставника. Лучше пережди годик-другой, а потом, когда все уляжется…

– Разве Ландоль не найдет меня за эти два года? Он же маг, да еще и со связями.

– Я сотру твои следы, так что сразу найти тебя у него не получится. А дэр Фунцзысик и я позже убедим его не делать глупостей. Вряд ли ему хочется стать посмешищем на весь свет. В любом случае магия тебе не понадобиться.

– Дайте мне книги, – настаивал я. Я не стал говорить о своем решении стать лучшим магов в этом королевстве. Я еще покажу вам, что значит необратимость, и как ее можно победить! – Если у меня действительно есть хоть какой-то талант, мне надо учиться именно магии. Я не прошу книги по боевой магии или лечебной. Что-нибудь попроще. А учителя я найду.

Дэрна Адальха только головой покачала. Но просьбу выполнила. Выбрала мне около десятка книг по бытовой магии, отбросив теорию, историю и высшую магию. Потом мы направились в мою палату обходными коридорами.

В палату я зашел героем. Орк бросился мне навстречу с распростертыми объятиями.

– Эй, ну ты даешь, друг! – он восхищенно рассматривал мое мрачное лицо. – Тебя тут уже искали, ага. Приходили всей толпой, даже маги. И студенты все рассказали, да. Я ваще не поверил! Ты что, правда его вот так, да? Прямо об пол и несколько раз?

– Один раз, – буркнул я.

– Всего одним ударом? Ну, ты даешь! – он в возбуждении шагал по палате туда-сюда, разминая совсем недавно отращенные ноги. Железную конструкцию с него уже сняли, но до полного восстановления было еще далеко.

– Я ухожу, – я быстро собирал свои вещи в сумку. Добра было немного: джинсы с Земли, с которыми мне очень не хотелось расставаться, пара футболок, местная одежда и нож для вырезания фигурок.

– Уходишь? Куда? А можно с тобой? – тут же предложил он.

– Ваше лечение закончено? – спросила дэрна Адальха.

– Ага. Видите? Только сказали, магия еще должна усвоиться, но это недели за две будет. А ведь дэр Ландоль все равно уже не проверит. Да и как он теперь лечить-то будет…

– Что ж, вот вам и спутник, – кивнула она мне. Я, честно говоря, был не очень-то рад. Живо представил себе бесконечную болтовню Хулдизэта, и настроение стало еще более кислым.

– Ты и правда хочешь пойти со мной туда не знаю куда? – обреченно спросил я его.

– А то! – засветился он от удовольствия. – С таким как ты! Ты ж мага завалил! Нет, ты зря это, конечно. Но все-таки! – он заметался по палате, собирая разбросанные вещи, сгребая в кучу остатки еды с тумбочки и пытаясь запихнуть все это мне в сумку. Я не дал ему это сделать, он начал громко возмущаться, а учительница растерянно смотрела на нашу перепалку.

– Я тоже иду с вами, – раздался хриплый голос с третьей кровати. Мы замерли. Я настолько привык к тому, что этот мой сосед никогда не разговаривал, что сейчас не сразу понял, что происходит. Нет, я видел, что он проходит лечение, его всегда забирали одновременно с орком. Потом он ходил сам, передвигаясь довольно бодро. Но бинты с него так и не снимали.

– Э, а ты идти-то сможешь вообще? – первым отреагировал Хулдизэт. – Ты в каком состоянии?

– В отличном, – голос соседа звучал спокойно. – Меня тоже лечили темной магией, выздоровление почти полное, – полукровка встал с постели и начал снимать повязки. Я увидел постепенно обнажающуюся кожу на шее и крепких плечах, на удивление светлую и нежную. Потом его руки задержались. – Мальчики, отвернитесь, пожалуйста, на секунду. Я голая.

Полукровка требовательно смотрел на нас из-под прорези в повязке, а мы секунд пять стояли в полном недоумении. Потом отвернулись. И теперь переглядывались, делая друг другу зверские рожи. Мне было ужасно неловко: я живо вспомнил, сколько скабрезных историй рассказал толстокожему орку, не подозревая, что меня слышит дама. Но ведь она ни разу, никогда не намекнула на свой пол! Вот кто мог подумать, что тут общие палаты? Орк тоже был ошарашен, видимо, и он хорошо помнил, что именно мне рассказывал и в каких подробностях.

Только учительница не удивилась. Ну, она-то наверняка была обо всем осведомлена. Она прошла за наши спины.

– Да, заживление почти завершено, – услышали мы ее голос. – Мышцы и кожа на стадии конечного восстановления. Хорошая работа. Теперь надо только хорошо питаться и тренироваться, чтобы нарастить мышечную массу.

– Да, я знаю, – все так же хрипло ответила моя соседка по палате. Поэтому я и хочу уйти, быстрее поправлюсь.

– А зачем такие сложности? Вам можно не торопиться.

– Меня тоже лечил Ландоль. И он часто намекал на особую благодарность после лечения… Все, мальчики, я переоделась, – мы повернулись. Перед нами стояла довольно высокая и очень крепкая, хоть и несколько худая на вид девушка в брюках и местной подобии женской рубахи. У нее были черные короткие волосы, но черты лица отличались изяществом и некоторым аристократизмом. Желтые глаза с вертикальным зрачком сурово и пристально рассматривали нас. Симпатичная, я быстро понял желание Ландоля обладать такой женщиной. А вот она явно была против каких-либо отношений. Покорности в ее взгляде не было ни капли. – В общем, мне всегда было неприятно, когда он меня лечил меня, рассматривая все, что мог.

– Почему вы не обратились с просьбой о смене лекаря? – нахмурилась учительница, а я стал жалеть, что не двинул магу еще разок для профилактики.

– Я не думала, что это возможно, – сухо ответила она. Все это время мы с орком стояли как истуканы, а наша соседка подошла к сумкам и стала их собирать. Быстро отбросила старые вещи орка, аккуратно свернув и положив в сумку только самое необходимое. Уложила свои вещи, всю еду из тумбочек и флягу с водой. – А книги зачем?

– Не трогай, – я заметил, что она хотела выкинуть мое сокровище. – Это очень важные вещи.

– Тогда мы готовы, – она застегнула сумки и бросила их нам.

– Пойдемте, – учительница вышла из палаты. Я окинул взором последний раз мое временное пристанище и последовал за ней. Мы шли быстро, теми же самыми коридорами, какими пришли сюда. Когда проходили мимо окон, учительница кивнула туда. Внизу во внутреннем дворе шли вампиры в сине-зеленой форме. Они быстро пересекли двор и зашли в наш корпус.

– Это за вами, – сказала Адальха. – Надо торопиться. Спустимся с другой стороны, пока нас не перехватили.

Мы почти побежали, редкие люди провожали нас недоуменными взглядами. Нашей целью оказалось полуподвальное помещение в этом же корпусе. Там на полу были нарисованы круги портала. И я тут же понял, что это как раз настоящий портал, а не частичный: камни по его краям были впаяны в пол намертво. Да и их магическую силу я легко смог почувствовать.

Учительница закрыла тяжелую дверь на засов. В нее почти сразу же постучали.

– Скорее вставайте в портал! – быстро проговорила Адальха, на ходу активируя камни. Мы беспрекословно послушались. К счастью, места хватило на всех троих.

– Откройте немедленно! – глухо раздавалось из-за двери. – Стража короля!

– Что вам будет за укрывательство преступника? – нервно спросил я, пока учительница готовила магию.

– Штраф, – коротко ответила она. – Что же еще? Я маг, меня не тронут. Так, мелкие неприятности устроят, и все.

– Спасибо вам, – с чувством сказал я. – Если я могу вас как-то отблагодарить…

– Стань магом, – усмехнулась она. – Если увидимся когда-нибудь, сделаешь мне пару хороших амулетов бесплатно, – она на секунду устремила мечтательный взор вдаль.

– Сделаю, – твердо ответил я.

– Почти верю, – с сарказмом ответила она под непрерывный стук стражи. – Так, готовы? Не знаю, честно говоря, куда я вас отправляю. Нет времени искать стороны света. Вроде бы в том направлении Руссиния. Но кто знает… Признаюсь, я несколько дезориентирована, я не бывала тут раньше, да и порталами я не занимаюсь, – я отчетливо услышал легкие панические нотки в ее голосе.

– Не переживайте, у вас все получится, – попытался я ее успокоить.

– Ой, все, – скривилась она. – Прощайте, – она произнесла последние слова заклинания перемещения, и мы провалились в пространственную дыру.

После долгого и неприятного разговора со стражей, уставшая и раздраженная дэрна Адальха направилась в свой кабинет. Все вышло так, как она и ожидала: лично ей обвинений никто не предъявлял. По поводу безобразной драки еще не было ни дознания, ни обвинения, ни суда, так что официально Сергея пока никто не объявил преступником. Да, это было делом времени, но все-таки. Поэтому ей не грозил даже штраф. Разве что коллега Ландоль теперь всю оставшуюся жизнь будет ей это припоминать. Впрочем, так ему и надо. Давно следовало немного сбить с этого мага спесь, а то возомнил себя центром мира.

В кабинете ее ждал сюрприз: бледная девушка Сергея сидела на кушетке. При виде своей учительницы она вскочила.

– Где он? – с надрывной трагичностью в голосе спросила Верта.

– Ушел, – холодно ответила магичка.

– Куда? – заломила руки девушка.

– Понятия не имею. Я отправила его куда подальше, но даже не уверена, в какую именно сторону. Следы искать не советую – на магическом уровне я все стерла.

– Как вы могли! – зарыдала Верта. – Вы же знали! Вы же догадывались, что я с ним! Я даже не попрощалась…

– Скажи спасибо, что не попрощалась, – мрачно ответила Адальха, – а то лежала бы вместе с Ландолем в одной палате после такого же удара. Сергей на тебя очень зол, знаешь ли.

– Я не хотела! – слезы снова потекли по щекам Верты.

– Успокоилась немедленно! – рявкнула учительница, подавая ей платок. – И после того, как прорыдаешься, марш в свою комнату читать теорию магии с самого начала. Особенно главу о неизбежном наказании за использование магии в собственных корыстных целях во вред мирным людям .

– Это только теория, – всхлипывала девушка. – Она не доказана.

– Ну как же. В твоем случае очень даже доказана. Ты сломала жизнь не просто хорошему человеку. Он маг, вы были вместе, он хорошо к тебе относился и не сделал тебе ничего плохого…

– Я люблю его!

– В какой-то степени это тебя оправдывает. И как видишь, тебя не настиг настоящий откат, как того же Ландоля. Он был исполнителем и получил физическое воздействие, да еще и пожизненную славу мага, нокаутированного обычным человеком. А ты осталась живой-здоровой, разве что навсегда потеряла то, за что боролась.

– Я найду его! – в ее глазах засверкал фанатичный блеск. – Я буду с ним! Я клянусь вам!

– Дура, – устало выдохнула учительница. – Впрочем, как пожелаешь. Найти ты его сможешь только в одном случае: если будешь хорошо учиться, станешь сильнейшим магом и научишься отслеживать магические следы многолетней давности.

– Я стану таким магом, – восторженно проговорила девушка.

– Тогда ступай в свою комнату заниматься. Завтра лично проверю, что ты успела выучить, – Адальха проследила взглядом за скрывшейся за дверью девушкой. – Силенок у тебя не хватит его найти, – грустно усмехнулась она. – Хоть бы на полгода рвения хватило. Ни ума, ни таланта, ни характера. Не то, что у Сергея. Вот уж кто точно станет сильнейшим магом. Если выживет, конечно.

Глава 6. Неприветливые места

Мы вышли из портала в густом лесу на склоне холма. Некоторое время приходили в себя и осматривались. Везде, насколько хватало взгляда, темнел лес. Не было видно ни малейшего признака цивилизации.

– И куда нам теперь идти? – первым спросил Хулдизэт. Мы с девушкой только переглянулись: не хотелось ни задавать глупых вопросов, ни отвечать на них. – Нет, ну надо же куда-то идти? – настаивал орк. – Вы можете определять стороны света? Я вот не умею. Я это, если надо убить кого, в войне или вообще. То я могу. Я вот думаю добраться до какого-нибудь города и там устроиться вышибалой, например. Если мы попали в Руссинию, то это нормально будет. Там таких как я ценят очень.

– Вряд ли, – спокойно ответила девушка. – От Академии до Руссинии очень далеко, никакой портал не перебросит туда троих сразу. Да и гор там нет, а леса совсем другие. Так что мы все еще в Гальтернау.

– Это жаль, да. Так куда идти-то? Может, на дерево залезть и посмотреть, где там что? – он задрал голову, мы тоже. Отвечать ему снова никто не стал: стволы деревьев уходили далеко в небо, а ветки начинались высоко. Я лазать по деревьям точно не умею, даже пробовать не буду. Мои приятели, видимо, подумали о том же самом.

– Предлагаю идти туда, – я указал направление вниз по склону.

– Почему?

– Туда идти легче. Нет, если вы за то, чтобы карабкаться наверх, я вас не брошу. Но думаю, что это будет напрасная трата сил.

Со мною все согласились, и мы направились вниз.

Мы шли по не очень густому смешанному лесу, дорога хорошо просматривалась далеко вперед. Я с огромным интересом рассматривал окружающие нас растения. Раньше, когда я ездил по лесу на многоножке Юни, у меня не было шанса рассмотреть все в таких подробностях. А теперь я хорошо видел, что абсолютно все местные растения были непохожи на наши земные. Листья некоторых деревьев были радужными по цвету, стволы отливали синевой, иглы у хвойных собирались в причудливый узор, а некоторые травы выглядели пушистыми и взлетали от каждого шага.

Я шел молча, замыкая наш отряд. Впереди возвышался орк, за ним следовала девушка. Ее звали Гордис, и она была молчаливой и серьезной. Правда, ей приходилось иногда отвечать на многочисленные выпады Хулдизэта, ибо он, как я и ожидал, не замолкал ни на минуту. Полуорк, быстро переварив неожиданную информацию о смене пола нашего бывшего соседа, вернулся к своей обычной, скабрезной манере общения.

– А ты смелая деваха, – орал он на весь лес, – с двумя озабоченными мужиками в лес пойти!

– Тут только ты озабоченный, – спокойно отвечала Гордис.

– Это пока, – хохотал он. – Мы ж не знаем, сколько нам идти. Пару-тройку дней, и Серега тоже станет озабоченный. И тогда тебя ничто не спасет: отымеем с двух сторон!

– Убью, – коротко и сухо пообещала девушка.

– Ха! Кого? Меня? Ты на себя-то посмотри. С Серегой еще, может, и справишься, а со мной?

– Тоже справлюсь. Хотя бы когда уснешь.

– Да ты быстрее уснешь! Я орк, мы не знаем усталости! Это девки все слабые.

– Я служила в армии полукровок во время войны, – с холодным безразличием поведала Гордис. – А потом прошла обучение и работала в охране дэра Сорсби.

– О как! – в голосе орка послышалось настоящее удивление. Хотя по спортивному виду девушки и раньше можно было предположить, что она никогда не была изнеженным домашним существом. – Воин, значит. Ну и что? Я тоже воин, покруче тебя. У нас в Халгалае, чтобы стать воином, вообще учиться не надо. Мы рождаемся великими! Со мной тебе не справиться. Так что жди и готовь все дырки для удовольствия.

– Сомневаюсь, что маги лечили твои причиндалы.

– Хочешь проверить? Это я прямо сейчас, если надо, – он снова загоготал на всю чащу.

– Отвяжись.

В этом стиле и шел весь их разговор, в который я почти не вмешивался. Иногда они переходили на столь личные вопросы и оскорбления, что я даже боялся, как бы дело и впрямь не зашло так далеко, что ничего уже будет не исправить. Действительно, глупо было девушке соваться в путешествие вместе с таким охальником. Сбежала от одного потенциального насильника, чтобы нарваться на другого! Надеюсь, все же, что до этого не дойдет, потому что с Хулдизэтом действительно ни одному из нас не справиться, даже учитывая, что он всего лишь полукровка в третьем поколении.

Я пытался не отстать от них, так как шли мы быстро. И попутно разглядывал окрестности. Очень часто мы видели местных древесных грызунов гальчей. И тогда орк живописно рассказывал, какие они вкусные, когда жареные. Видели и лесных крысявок, крупных, как кролики. Жаль только, что догнать ни одну из них не представлялось возможным. Один раз между деревьями мелькнула крупная туша многоножки, и я с тоской вспомнил о комфорте при поездке на Юни. Хищников мы пока не встретили. Если тут водятся тарги, нам несдобровать.

Часа через два непрерывного спуска мы вышли в долину. И сразу же настроение поднялось до небес: под ногами журчал довольно крупный ручей. Мы умылись, напились ледяной воды и решили сделать привал. Из еды у нас был только хлеб да сыр, но мои спутники не считали нужным их экономить. Это меня сильно удивило.

– Может, разделим еду на несколько дней? – предложил я.

– Да ну! – отмахнулся Хулдизэт. – Хлеб испортится уже послезавтра.

– Значит надо оставить хотя бы сыр, – настаивал я. – Кто знает, сколько нам еще идти?

– Лучше добудем чего-нибудь пожрать потом.

– Как? У нас нет ни оружия, ни навыков выживания.

– Да придумаем что-нибудь, – было видно, что орк не собирается как-то планировать свою жизнь. Видимо, это было недостойно настоящего воина Великого Халгалая. – Вон, рыбки плавают. Поймаем потом.

К моему удивлению, Гордис не встала на мою сторону и с таким же аппетитом поедала припасы. На мой вопрос, как именно они собираются ловить рыбу, мне никто не ответил. После обеда орк снова продолжил подкалывать Гордис. Та не стала терпеть и тут же предложила ему поединок. Хулдизэт не отказался.

Вот этим мы и занимались на редких привалах: мои спутники выломали себе по «оружию» из дерева, сделали себе подобия дубин и носились друг вокруг друга с потрясающим упорством. Видно было, что они не просто пытаются победить друг друга: они тренировались по-настоящему, пытаясь полностью восстановить утраченные боевые навыки. Я смотрел на них с нескрываемой завистью, ощущая свое полное ничтожество в этом мире.

На Земле я никогда не был слабым. С детства я считался хорошим спортсменом, позже полюбил качалку и знал толк в профессиональных тренировках. Но сейчас я видел, что мне никогда не стать таким же сильным, как орк и такой же юркой, как Гордис. Про их скорость я вообще молчу – это было что-то нереальное. И это учитывая, что они оба едва оправились после серьезной болезни и были уставшими после путешествия по лесу. Когда они войдут в форму, они будут в разы сильнее меня, простого хилого человечка. Какая же участь ждет меня в мире с такими вот жителями?

Впрочем, наш поход помог мне немного раскрыть свои магические способности. На одном из привалов, когда орк и Гордис умчались на очередную тренировку, я подошел к ручью и попытался поймать несколько мальков. Впустую. Глубина тут была не более метра, а мальков великое множество, но все они были слишком юркими для меня. Я попробовал сделать запруду, но мальки туда не совались. Под ногами сновали и более крупные рыбины, но и они не собирались попадаться мне на обед. Поймать их одеждой тоже не получилось. Да и мастерить удочки из обычных палок я не умел. Из полезного оборудования у меня был только маленький перочинный ножик, которым я вырезал фигурки в Академии. Сейчас он был бесполезен. Разве что колья вырезать для охоты на рыбу.

Уже через полчаса я плюнул на неудачную рыбалку и уселся рядом с ручьем, просто бросая камушки в воду. Потом мне в руку попалась какая-то шишка. Я присмотрелся: она мне напомнила щуку. Такая же длинная, покрытая серо-зелеными чешуйками. Ну, или я настолько сильно оголодал, что мне уже во всем мерещилась рыба. Я наскреб глины, обмазал ею шишку и приделал фигурке плавники. Из мелких камушков смастерил глаза, перочинным ножиком прорезал по бокам жабры. Щука получилась так себе, но на рыбку это было однозначно похоже. Я положил игрушку сушиться на солнце, и снова погрузился в мрачные мысли.

– О, классная штука! – голос из-за спины заставил меня вздрогнуть. Орк плюхнулся рядом со мной и схватил игрушку. – Как настоящая, прямо съел бы!

Я не шевелился и молчал, экономя энергию для дальнейшего похода, а Хулдизэт начал играть рыбкой, то подбрасывая ее, то изображая, как она плывет. Я не обращал внимания на эти детские игры.

– Эй, идите сюда! – Гордис подошла к ручью, но пить не спешила. Мы поднялись.

– Ничего себе! – сказал Хулдизэт на берегу ручья, прибавив пару слов покрепче. Я тоже удивился: на нас из воды смотрели десятки крупных рыбьих морд. К сожалению, как только Гордис подносила к ним руку, они тут же уплывали. – Чего это они? Странно как-то.

– Может, они так на мою игрушку реагируют? – предположил я. Орк тут же взялся проверять мою догадку. Он поднял игрушку над головой и начал водить ею из стороны в сторону. Рыбы, как заколдованные, одновременно поворачивали морды за игрушкой. Зрелище завораживало. Потом орк поднес игрушку к самой воде. Две крупные рыбины выскочили прямо на него и вцепились ему в руку. Он заорал и отбросил игрушку и свою неожиданную добычу на берег. Мы с Гордис отскочили.

– Вот мы и поймали рыбку на обед, – хищно улыбнулась девушка. – Вернее, она нас поймала, но это неважно.

– Они укусили меня! – орал Хулдизэт, вытирая кровь. – Что это было вообще?

– Кажется, я сделал еще один амулет, – пробормотал я, подбирая свою игрушку. Поправил ей глазик и плавники.

– Еще один? – уточнил орк. – Ты умеешь делать амулеты?

– Ты маг? – задала вопрос в лоб Гордис.

– Как вам сказать… Вроде да. Хотя как бы нет.

Я рассказал им, что имею способности к магии, но никогда не учился колдовать. И какие именно у меня способности, тоже никто не знает. Как же я жалел, что не успел научиться хоть чему-то в Академии! Неизвестно, найду ли я теперь достойного учителя. То, что у меня спонтанно получаются какие-то магические штучки, может стать источником проблем. Взять даже этих рыбок. Неизвестно, какое влияние оказывает на них мой амулет. И можно ли их есть после этого.

Гордис взялась проверять способности моей игрушки. Ее реакция позволила избежать укусов этих злобных тварей, и к концу ее «рыбалки» на берегу валялось не менее десятка рыб. Мы ели их сырыми: разводить огонь никто из нас не умел, а мясо на наш непритязательный вкус было достаточно хорошим и так.

– Твоя игрушка не для рыбалки, – облизывалась Гордис, – она вызывает ненависть у рыб. Они бросаются на владельца амулета, чтобы его загрызть. Вы заметили, что тут только хищные рыбы? Нужна немалая скорость, чтобы вовремя отдернуть руку.

– Да ладно, – отмахнулся Хулдизэт, – какая разница, как действует амулет? Зато точно не помрем с голоду.

Мы воспрянули духом: теперь можно было не торопиться: еда есть, воды много, голодная смерть нам не грозит, рано или поздно мы выйдем к людям. Дальше мы так и шли вдоль ручья, только в другой последовательности: впереди шагал орк, а замыкала наш отряд Гордис. Как мне пояснили, маги являются самыми ценными членами экспедиции, их беречь надо. На мои возражения, что я совсем не умею колдовать, а созданный амулет – случайность, никто отвечать не стал.

Чтобы хоть как-то оправдать ожидания спутников, я взял из сумки одну из книг по магии и начал читать прямо на ходу. Приятели сильно удивились такому моему умению, хотя для меня в этом не было ничего сложного: уверен, что любой человек моего мира в 21 столетии может делать то же самое. Я с ностальгией вспомнил наши телефоны, с которыми можно было спокойно ходить по улицам, не отрываясь от экранов и успешно воспринимая информацию из нескольких источников одновременно. А некоторые особо продвинутые пользователи даже машины водят с телефонами, не обращая внимания ни на законы, ни на здравый смысл.

Чем больше я читал, тем больше расстраивался. Абсолютно все заклинания начинались с предложения «сконцентрируйте магическую энергию в точке…». Нахождение этой точки зависело от цели колдовства. Для магического щита – на расстоянии вытянутой руки от тела, для лечебных действий – на кончиках пальцев. Но нигде не говорилось, что именно надо сделать, чтобы эта энергия переместилась куда следует. Я пробовал представить передвижение какой-то магической субстанции в своем теле, но ничего не происходило. Я сейчас очень жалел, что покинул Академию. Да, дэр Ландоль заслужил мой удар. Но я при этом остался без знаний. Сейчас я просто заучивал наиболее интересные заклинания наизусть в надежде, что они мне пригодятся, когда я, наконец, научусь управлять своей магией.

Ночью мы спали на лапнике под деревьями. Честно говоря, было холодно. Орк, конечно же, предложил всем обняться и согреться, но ни я, ни тем более Гордис на это не решились. Они-то засыпали быстро, а вот я с трудом. И наутро всегда чувствовал себя разбитым.

Наше путешествие продолжалось три дня, в конце его я уже видеть не мог рыбу. Конечно же, я пробовал делать еще амулеты, чтобы поймать других животных и разнообразить наше меню. Но мои новые игрушки оказались бесполезными. Ни один зверек к нам не подошел. Так мы и сидели на рыбной диете.

Ночи становились все холоднее. Только последнюю ночь у нас всех получилось согреться. Мы тогда дружно проснулись от громкого треска веток рядом с собой. В ярком свете двух лун мы увидели морду огромного тарга, который обнюхивал место нашего недавнего ужина. Он слизал остатки рыбы, фыркнул и медленно побрел прочь. Мы и не заметили, как оказались рядом, крепко вцепившись друг в друга.

– А ты можешь сделать тарга? – громким шепотом спросил меня орк. – Ну, какой-нибудь амулет, чтобы эта тварь к нам больше не приближалась.

– Могу, – так же тихо ответил я. – Только не получилось бы как с рыбой: вдруг он наоборот захочет на нас напасть?

– Тогда лучше не надо, – ощутимо вздрогнул Хулдизэт. – Сейчас же он почему-то не напал.

– Может, был сытый? – предположил я.

– Рыбьи хвосты сожрал вместе с песком! – возразил орк.

– Тогда мы просто не его добыча. Да и сидели тихо. Вот если бы мы побежали, он бы точно за нами погнался.

– Если тарг голодный, то ему без разницы, бежит добыча или сидит.

– Говорят, звери всегда чувствуют мага, даже если он не обученный, – тоже шепотом вмешалась Гордис. – И предпочитают с ним не связываться.

Я не разделял эту точку зрения, так как совершенно точно знал и помнил, что тарги легко нападают на магов. Но разубеждать приятелей не стал. Пусть уважают.

Следующим утром мы шли очень быстро, пытаясь уйти как можно дальше от опасных мест. Или поскорее выйти к людям и спрятаться за высокими безопасными заборами поселений. Но когда мы на самом деле вышли к поселению, там оказалось гораздо опаснее, чем в лесу.

Сначала мы увидели просвет среди деревьев. Лес становился все светлее и светлее, и вдруг внезапно закончился обрывом. Орк еле успел остановиться, красочно описав свои чувства на незнакомом мне языке. Мы с Гордис обошли его и присвистнули от восхищения: у нас под ногами метрах в пятидесяти внизу волновалось бирюзовое море. Наш ручей срывался туда искрящимся водопадом, но лично я не рискнул бы спускаться туда без страховки. Морская красота простиралась до самого горизонта, утопая в далеких грозовых облаках.

– Приморье, – спокойно констатировала Гордис. – Нас выбросило к островам.

– Вот выползнево дерьмо! – пробормотал орк. – Та магичка вообще стороны света перепутала и отправила нас в другую от Руссинии сторону! Впрочем, может, это и к лучшему.

– Да уж, – усмехнулась девушка, – здесь мы без работы не останемся.

– А что не так с Приморьем? – поинтересовался я. Раньше никто не упоминал эту часть Гальтернау. – Это другая страна?

– Да нет, страна та же, только это ее граница. Дальше идут спорные территории, – пояснила Гордис.

– Тут воюют все время, – добавил орк. – После недавней войны проигравшие вампиры перелетели на острова. Гардирские, кажется.

– Гардирские строва принадлежат королевству Гальтернау, только добраться до них никто не может: мятежники хорошо там обосновались. Ну и нападают иногда на береговые поселения.

– Поэтому мы тут долго еще ходить будем, – мрачно подытожил орк. – Люди тут почти не селятся. Если кто и живет, то только в защищенных береговых фортах.

Мы пошли вдоль берега моря по лесу, соблюдая все предосторожности. И не зря: через несколько часов мы услышали крики людей. Первой реакцией было броситься на помощь, но я понимал, что это может быть опасно и остановил приятелей. Мы как можно осторожнее прокрались по зарослям к источнику криков. Открывшееся нам зрелище сильно ударило по нервам.

За лесом расположилась небольшая деревня, она почти вся хорошо просматривалась из нашего укрытия. Между домов повсюду лежали люди без каких-либо признаков жизни. Оставшиеся в живых жители метались по улицам, подгоняемые вампирами. Кровососов было около десятка. Они сгоняли людей в кучу, безжалостно убивая острыми клинками тех, кто пытался сопротивляться. Я заметил трех вампиров, которые всем этим руководили. Один, пожилой высокий мужчина с благородной сединой на висках, весь в черном, стоял чуть поодаль и раздавал указания своим подчиненным. Рядом с ним находились две молодые девушки-вампирши. Я на секунду засмотрелся на этих красавиц с глянцевыми крыльями. Это были сестры-близнецы, в изящных серебристых платьях, обе с длинными светлыми волосами, спадающими на соблазнительную грудь. Картинка! Но тут к ним бросился какой-то крестьянин, и тут же клинок одной из девушек пронзил несчастного насквозь. А она спокойно вытащила оружие, облизала его и заняла прежнее место рядом с командиром. Меня чуть не вырвало, все очарование прекрасных незнакомок пропало. Это были обычные жестокие вампирши.

– Они же забирают их в плен, – прошипел Хулдизэт, увидев, как бандиты отобрали из толпы крепких мужчин и молодых женщин и погнали вниз к берегу. – Себе на корм! – Он поднялся. Мы с Гордис вцепились в него с двух сторон.

– Ты куда, придурок? – зашипел я на него. – Там куча вампиров!

– Сдохнешь через минуту, – сердито поддержала меня Гордис.

– Среди орков нет трусов! Для нас честь – умереть в бою за правое дело! – орк вырывался из наших рук, но мы цеплялись за него снова и снова, буквально повиснув на нем.

– Не смей! – Я лихорадочно думал, как бы его остановить. – Какой смысл умирать без какой-либо пользы? Ты ни одного человека не освободишь и сам там ляжешь! Лучше подождать, составить план, а потом неожиданно напасть и освободить хоть кого-то! А за оставшихся отомстить!

– И тогда я помогу! – снова вмешалась Гордис.

Орк не ответил, но его упрямое продвижение по кустам замедлилось. Мы снова присели в зарослях, надеясь, что нас никто не заметил. Впрочем, людям и вампирам в деревне было не до нас.

Когда рабов увели, главный вампир в черном громко отдал приказ подчиненным «Всех убить, деревню сжечь». Он небрежно махнул в сторону толпы, которая теперь состояла только из стариков и детей. Дети громко рыдали, пытаясь вырваться из рук стариков и убежать к родителям. Те, у кого это получалось сделать, неминуемо попадали на клинки вампирам. Несколько главных вампиров улетели, после чего в деревне началась настоящая бойня. Оставшиеся пятеро вампиров безжалостно убивали всех, кто попадался им под руку. Скрыться от разящих клинков ни у кого не получалось. Убежать от таких убийц нереально, было ясно, что уже через пару секунд в деревне никого не останется.

Мы поднялись одновременно. Орк, я и Гордис, почти не раздумывая, бросились на помощь. Нас быстро заметили. Один из вампиров полетел к нам с огромной скоростью. Он занес сверкающие клинки над головой орка, но Гордис резко бросила в него своей верной дубиной и сбила ему полет. Вампир кувыркнулся вниз, и когда оказался в метре от земли, Хулдизэт прыгнул на него всей своей тушей. Они грохнулись наземь, и бандит больше не поднялся. Гордис резво выхватила клинки из переломанных рук нашей первой жертвы и бросилась к другим врагам. Орк последовал за ней.

Все произошло так быстро, что это немедленно отрезвило меня. Драться с такой скоростью у меня не получится, меня убьют за считанные секунды. Значит, надо включать голову. Я быстро осмотрелся: у забора лежали вилы и лопаты, обычные крестьянские орудия труда. Сейчас они были очень кстати. Я кинулся к ним и вдруг почувствовал ветер от крыльев за спиной. Я успел схватить вилы и перекатиться чуть в сторону, выставив их перед собой. Молодой вампир попытался затормозить, и это у него получилось бы, но я изо всех сил метнул вилы вперед. Три зубца вонзились врагу в грудную клетку, он рухнул на землю. Я понимал, что эти раны не смертельны для вампира, поэтому подскочил к нему и стал бить его лопатой, пока он не опомнился. Я кромсал его тело, пока он не перестал дергаться. Да и после этого я не сразу остановился, настолько сильно я ненавидел сейчас эту тварь. На его клинках кровь детей! Я вспомнил про оружие, и вытащил клинки из его уже мертвых рук.

– Хулдизэт! – крикнул я, заметив приятеля, который сражался с еще одним вампиром такой же простой лопатой, как и у меня. Тот обернулся. – Держи! – я бросил ему клинок, и уже через пару секунд это оружие вонзилось в горло следующего вампира.

С еще одним вампиром справилась Гордис, мастерски сбив его одним клинком и пронзив сердце другим. Она оказалась действительно хорошим воином, что очень меня порадовало. Да и с орком в лесу они не зря тренировались: успели восстановить навыки боя всего за несколько дней. Итогом нашего сражения стали четыре поверженных бандита. Последний вампир оказался умнее остальных и улетел в сторону моря. Мы перевели дух.

В деревне повсюду стояли стоны и плач. Дети рыдали по родителям, старики оплакивали мертвых. Людей осталось не так уж и много, но и этих надо было срочно спасать.

– Последний вампир полетел к своим, – громко сказал я всем. – Они наверняка вернутся, чтобы добить всех нас. Надо немедленно уходить отсюда!

– Нам некуда идти, – ответила сквозь слезы какая-то пожилая женщина, кивая на горящие дома. Она прижимала к себе трех малышей лет пяти-шести. – Взрослые еще могут как-то дойти до густого леса, а дети далеко не уйдут.

– Мы все умрем, – мрачно подтвердил худенький старичок, зажимая рану на плече.

– Вы хотя бы постарайтесь спрятаться, – раздраженно ответила Гордис. – И нам, кстати, надо бы сделать то же самое.

– Я не собираюсь прятаться от этих гадов! – гордо подбоченился орк. Я только рукой махнул.

– У нас есть кьялы и повозка, на которой приехали сборщики налогов, – потянула меня за руку молоденькая светловолосая девушка-подросток. Она была невысокая и очень худая, в ее огромных голубых глазах застыл страх, но она очень старалась его преодолеть и хоть как-то помочь и нам, и себе.

– Веди, – коротко ответил я.

Мы прошли между почти сгоревшими домами в конец деревни. Там действительно стоял местный транспорт – открытая повозка на магических двигателях. Я такие видел раньше во дворе Академии, вот только не знал, как ею управлять.

– Ты знаешь, как ею пользоваться? – я взобрался наверх.

– Эй, вы не имеете права ее брать! – раздался тонкий голос со стороны высокого забора. Я обернулся: из-за штакетин на нас смотрел юный парень-вампир в сине-серой форме. Гордис и орк тут же выхватили клинки. – Я не с ними! – завопил парень, снова ныряя за забор. – Я свой!

– Это сборщик налогов, – презрительно подтвердила девочка. – Их тут пятеро было, они как раз перед нападением приехали, – она кивнула в сторону. Только теперь я заметил четыре трупа взрослых вампиров в форме, лежавших чуть дальше.

– Вы впятером не смогли дать отпор бандитам? – воскликнула Гордис. – Вы же воины, стражи порядка!

– Их больше было! Мы ничего не могли сделать! – все также из-за забора ответил вампир.

– Они и не пытались, – усмехнулась девочка. – Им приказали отойти и бросить оружие. Они так и сделали, после этого их убили. А этот успел убежать.

– Лучше бы в бою погибли! – воскликнул Хулдизэт.

– Трусливое отродье, – пробормотала Гордис.

– Ладно, проехали, – перебил я их, – у нас нет времени выяснять подробности. Как управляется эта конструкция? – я тщательно изучил панель управления, но она явно была повреждена. – Эй, парень! Иди сюда!

Вампир осторожно подошел, с опаской косясь на орка и Гордис.

– Ты можешь управлять этим?

– Сейчас это невозможно, – ответил он мне. – Видишь, тут отломан рычаг управления, – он указал на торчащие остатки прибора. Я попробовал ухватиться за него, получилось плохо. Я смог слегка надавить, и повозка чуть сдвинулась.

– Так, все понятно, нужно его починить. Дайте мне быстро какую-нибудь палку и скотч!

Как ни странно, никто не уточнил про скотч. Все бросились врассыпную, и через секунду я был завален палками, веревками и гвоздями. Ну что ж, есть, с чем работать. Я достал из кармана свой верный перочинный ножик.

– Гордис, Хулдизэт, собирайте оставшихся жителей по деревне, быстро. Найдите всех кьялов, усадите на них, кого сможете, пусть уезжают.

Я же приступил к созданию очередного шедевра из дерева. Я понятия не имел, как рычаг управления выглядел раньше, поэтому конструировал что-то типа игрового джойстика с небольшим утолщением на конце. На это ушло не более пяти минут, мои руки летали с какой-то нереальной скоростью, я как будто точно знал, что и как надо делать. Получилось очень даже ничего. Я кое-как привязал-приколотил получившееся изделие к остаткам предыдущего рычага. Обернулся: в повозке позади меня уже сидели с десяток ребятишек возрастом от двух до десяти лет. Знакомая девочка с голубыми глазами накрыла их одеялами. Рядом на кьялах гарцевали Гордис, орк и старики, все, кто смог взобраться на этих необычных животных. Молодому вампиру досталась такая же лошадь.

Я тронул рычаг. Повозка поехала. Я попробовал менять направление, получилось. Вампир показал мне, где находится педаль торможения, сам бы я в жизни ее не нашел.

– Все, уезжайте все, – крикнул я людям на кьялах. Сам повел повозку в сторону дороги вдоль леса.

– Ты не уедешь далеко, – крикнула мне Гордис. – Повозка всегда едет медленнее кьялов, и тем более медленнее летающих вампиров. Нас обязательно догонят и все равно убьют!

– Ну что ж теперь, ничего не делать и просто ждать? – разозлился я, набирая скорость. – Попробуем уйти, а там посмотрим.

– Вампиры! – заорал кто-то позади меня. Я обернулся: далеко со стороны моря действительно поднимались черные точки. Их было десятка два. Сбежавший вампир все-таки привел подмогу, и против такого врагов нам не устоять. Мы все припустили прочь. Сначала люди на кьялах неслись впереди меня. Мы заехали в лес, но он был очень редким, шанса спрятаться тут не было. Я постепенно выжимал скорость, лавируя между деревьев. Сознание сузилось до ограниченного туннеля впереди меня, происходящее начало напоминать компьютерную игру, когда видишь только экран и препятствия, которые надо объехать. Вести повозку стало намного легче, как будто я вернулся в свой мир и надел VR-очки. Появилось ощущение давно забытого драйва и возникло чувство могущества над трассой.

Я быстро обогнал всех кьялов, больше впереди нас никто не маячил. Роща становилась все реже и вскоре перешла в открытое поле. Я чуть притормозил и обернулся. Далеко позади за мной скакали орк, Гордис, молодой вампир и несколько людей. Их догоняли вампиры. Ближе всех к нам находился молодой сборщик налогов, буквально в ста метрах. Увидев, что мы остановились, он взлетел с кьяла и через секунду плюхнулся на повозку. Она просела и достала дном земли.

– Гони, гони скорее! – завопил он мне прямо в лицо. Я вздрогнул и оторвался от страшного зрелища, как вражеские вампиры догоняют отставших людей на кьялах и сносят им головы клинками. Хулдизэт тоже находился прямо под крылатыми тварями, но его пока никто не трогал. Видимо, боялись огромных вил в его руке, которые он захватил в деревне. Гордис было уже не достать: она хорошо оторвалась от преследователей. Некоторые люди тоже успеют уйти. Явно уставшие вампиры отставали. Похоже, мы все же уйдем, если никто не помешает.

Я тронул джойстик, но повозка теперь ехала очень медленно, царапая дном землю.

– Мы не можем ехать, – громко прошептала голубоглазая девочка, опасливо косясь на вампира. – Повозка стала слишком тяжелой.

– Ну, так выйди, – раздраженно прикрикнул на нее вампир. Девушка перепугано всхлипнула, а вампир обернулся ко мне. – Надо сбросить пару детей…

– Заткнись, – оборвал его я. – Выходи.

– Что? – изумился он.

– Я сказал, пошел вон! – резко бросил ему я. – У тебя есть крылья, у тебя есть кьял, сам доедешь.

– Твоя повозка едет быстрее кьялов! – стал он спорить со мной. – Я такого никогда не видел! А я устану лететь, меня могут догнать… – дальше он уже орал с земли, потому что я с разворота вышвырнул его из повозки. Она тут же приподнялась, и я снова врубил скорость на полную, не обращая внимания на вопли этого недоноска. У меня просто не было слов: этот урод пожертвовал бы кем угодно, только бы не напрягать своих крылышек! Ненавижу вампирье.

Мы ехали все так же быстро и довольно долго, пока голубоглазая девочка не сказала мне, что бандиты улетели. Я обернулся: погоня действительно прекратилась. В отдалении за нами скакали мои друзья и всего трое уцелевших человек. Наглый вампирчик тоже был с ними, хоть и сильно отстал. Я чувствовал, что мы с ним еще хлебнем проблем. Так и вышло.

– Ты напал на представителя власти! – заорал он, приблизившись. – Да тебя казнят за это! Я всем об этом расскажу, когда доберемся до форта!

– Тогда ты можешь и не добраться, – грозно рявкнул на него Хулдизэт, потрясая вилами. – Вот прямо сейчас и решим вопрос, да?

– Нам тоже есть, что рассказать про тебя, как только мы доберемся до города, – усмехнулась Гордис. Вампир сердито замолчал.

– А сколько вообще ехать до города? – сменил я тему, обратившись к людям на кьялах. Они выглядели очень уставшими. Тут были две пожилые женщины и один сухонький старичок. Они выглядели изможденными и тяжело дышали. Надо бы их пересадить в повозку.

– На кьялах пару дней ехать, – ответила мне одна из женщин. Другая спешилась и кинулась к повозке, где ее с плачем обняли трое ребятишек. Видимо, внуки.

Я вылез из повозки и велел женщинам сесть вместо меня. За мной вылезла голубоглазая девочка, так что мы и старичка пристроили. Теперь повозку вел именно он, видно было, что это устройство ему знакомо. Повозка ехала уже медленнее. Я понимал, что невольно создал еще один амулет – рычаг управления, который и добавил скорости этому транспорту. Но сейчас его действие почти пропало, потому что он существенно расшатался в пути.

Все остальные, и я в том числе, ехали рядом на кьялах. Честно говоря, это было чертовски неудобно, не знаю, как они это терпят. Хорошо, что мы уже не торопились. Молодой вампир больше не высовывался, угрюмо плетясь позади.

Мы несколько раз делали остановки, чтобы размяться. Скоро дети начали просить есть и пить. Но у нас не было еды. Да и фляги с водой быстро опустели. К счастью, местные знали эту дорогу, и показали нам ближайший водоем. Там мы и напились, да и рыбы наловили. Вампир заикнулся было о том, что он тоже голодный, и дети ему должны дать крови, но Хулдизэт и Гордис послали его очень далеко такими изысканными словами, что он быстро сник. А я с удовольствием показал вампиру, что у меня есть амулет. Намекнул, что я маг, и моей крови ему тоже не видать. Он стал совсем мрачным и голодал до конца поездки.

Местные показали нам стоянку для ночевки охотников, небольшой деревянный сруб с крепкой дверью. Мы с трудом утрамбовались там, оставив орка и Гордис сторожить снаружи. Впервые за много дней я спал в доме, в почти человеческих условиях, и это было здорово! Хотя чувство тревоги не покидало меня ни на секунду.

Глава 7. Устройство на новом месте

Мне не спалось. В окружении стольких людей, а особенно детей, расслабиться не получалось. Иногда удавалось задремать ненадолго, но сцены сегодняшней бойни в деревне все время вставали перед глазами и выбрасывали меня в реальность. Я решил больше не мучить себя в бесполезных попытках заснуть и выбрался наружу. С наслаждением вдохнул холодный лесной воздух и тут же насторожился: рядом с домом не было ни Худизэта, ни Гордис!

Я выхватил из кармана многострадальный ножик и бросился к ближайшим кустам, на ходу укоряя себя за то, что оставил их вдвоем. То, что их могли убить, мне и в голову не приходило: эти два воина уже давно показали, что справиться с ними будет непросто. Во всяком случае, быстро и бесшумно. А вот утащить девушку в лес для удовлетворения давно назревших потребностей озабоченный орк вполне мог.

Собственно, мои предположения быстро подтвердились: за очередными кустами кто-то очень громко пыхтел и стонал. Я бросился туда, рассчитывая спасти несчастную жертву. Но то, что я там увидел, совсем не напоминало изнасилование. Во всяком случае, не со стороны орка, ибо Гордис в их паре находилась сверху.

– Ты чего приперся? – в один голос сказали мне друзья, не прерывая развратной деятельности, – Уйди!

Я секунду постоял в шоке, бессовестно рассматривая сияющее в лунном свете тело голой девушки, потом пришлось-таки удалиться.

Теперь я сидел у двери домика и как бы караулил спящих людей. А на самом деле размышлял о странностях этого мира и некоторых его жителей, которые говорят одно, а делают другое. Впрочем, мои приятели – воины. Скорее всего, у них не принято усложнять взаимоотношения. Быстрое знакомство, боевое крещение, секс. Возможно, их профессия накладывает определенный отпечаток на восприятие действительности. Кто знает, что может случиться завтра? Вот они и живут одним днем, стараясь брать от жизни все и побыстрее.

Гордис вернулась первой с абсолютно непроницаемым лицом, насколько я мог видеть его в ярком свете лун.

– Спать хочу, – равнодушно сказала она без намека на хоть какие-то эмоции, как будто не она только что устроила секс-марафон с орком.

– Иди в дом, – бросил ей я. – Я тут посижу. Моя очередь караулить.

Она не стала спорить и прошмыгнула в дверь. Чуть позже подошел Хулдизэт. У этого скрывать эмоции не получалось: на его морде отражалась высшая степень удовольствия.

– Добился своего? – хмуро спросил я.

– А чего? Вообще-то она сама предложила! – громким шепотом возмутился он.

– Ага, так я и поверил!

– Да ничего ты не понимаешь! Ты же видел, какая она! Нормальная баба. Ей же тоже надо… Да и вообще! Мы, воины, всегда понимаем друг друга. А как она дралась сегодня, ты видел? Вот это женщина! С такой нигде не пропадешь! – он сел рядом, привалился к стене и почти сразу захрапел. Ну что ж, рад за них, хоть они и заставили меня понервничать. Орк нашел ту самую женщину, которая смогла заслужить его уважение. Надеюсь, для него это не просто очередная баба, имени которой он потом и не вспомнит. Да и Гордис сдалась не просто так, а увидев, насколько храбрым может быть наш приятель. А то, что в нем есть оркская кровь, не страшно. Они оба полукровки и воины, им легче понять друг друга. Я начал воспринимать некоторые реалии этого мира немного спокойнее. Скорее бы добраться до форта, надоели мне приключения.

Мы ехали еще почти сутки до ближайшего города-крепости под названием форт Черные Скалы, и увидели мощные стены ближе к вечеру. Это была настоящая пограничная застава – небольшой укрепленный город, сразу за которым снова начиналось море. Стены были довольно высокими, на них находились многочисленные стражи в серо-синей форме.

Ворота были открыты, и в город мы проехали без труда, но внутри нас встретил отряд стражей. На их вопросы отвечал не я, а Гордис, которая точно знала, что стоит говорить, а что нет. Она рассказала, что мы простые путники, которые попали на бандитскую бойню. Наш трусишка-вампир тут же сбежал, коротко переговорив с командиром стражей. Его тут, видимо, знали, поэтому отпустили. Он уехал, даже не попрощавшись. Мы быстро описали преступников, и нас тоже отпустили. Стражи даже поблагодарили нас за спасение граждан Гальтернау и дальше уже сами решали, куда деть бездомных людей и детей. Как оказалось, на приграничной территории такие происшествия случались регулярно, так что приютов в форте на этот случай хватало. Я увидел, как детей развозят по разным домам, и успокоился: все будут пристроены и выживут. Жаль только, что своих родителей они больше, скорее всего, не увидят.

Старичок и женщины поблагодарили нас за спасение, и тоже отправились устраиваться в городе. А мы с друзьями отправились в ближайший гостевой дом. Всем пока распоряжалась именно Гордис, она чувствовала себя в городе как рыба в воде, в отличие от меня. Я только таращился по всем сторонам, стараясь не выглядеть идиотом.

Город меня удивил, хотя не сказать, чтобы он выглядел как-то очень странно. Конечно, ничего общего с современными земными городами тут не было. Зато наблюдалось некоторое сходство со средневековыми городами нашего мира. Невысокие дома, по два-три этажа, в основном каменные, в строгом стиле без лишних украшений, широкие улицы, довольно чистые. Самое явное отличие – множество магических повозок вокруг. На кьялах тут ездили редко. Думаю, это потому, что их надо было где-то держать, а места в городе и людям было маловато. Еще я заметил множество вампиров в форме стражей. Изредка встречались настоящие чистокровные орки. Хулдизэт обязательно здоровался с каждым и долго о чем-то беседовал с ними на жутком гортанном языке своих предков.

Скоро мы нашли подходящий гостевой дом, и я понял, что рай может существовать в любом месте планеты любого из миров, если у тебя есть деньги. Достойная ванна, еда и сон на настоящей постели – вот настоящие условия абсолютного счастья. Меня вырубило, как только я коснулся подушки. Я дрых, как дитя, мои соседи мне нисколько не мешали, хотя я догадываюсь, чем они могли заниматься всю ночь. Я, кстати, настаивал, чтобы они сняли отдельный номер, но орк сказал, что нечего тратить деньги. Видимо, думал, что я выйду, как только им понадобится уединение. Но я так крепко спал, что меня можно было не брать в расчет.

Рано утром за нами пришли пятеро стражей-вампиров, вооруженные до зубов. Заставили нас троих собраться и следовать за ними. Все наши вопросы игнорировались. Но я и так догадывался о причине задержания: злобный трусливый вампиреныш не простил нам своего унижения и настучал куда смог.

Мы прошли чуть ли не полгорода и вошли в самое большое здание на центральной площади. В огромном пятиэтажном доме наверняка находились все представители местной власти, да и стражей тут было достаточно. Нас провели в просторное помещение, где я увидел еще нескольких вампиров в форме. Они сидели в огромных креслах и о чем-то переговаривались. В одном из кресел я увидел своего недавнего спутника. Вампиреныш сидел очень вальяжно, закинув ногу на ногу, и ехидно улыбался нам. В кресле рядом с ним сидел крупный солидный вампир средних лет. По нему как-то сразу было ясно, что именно он тут самый главный. Его форма немного отличалась по крою и отделке от одежды других стражников, что обозначало, по-видимому, более высокий чин.

– Подойдите ближе, – гулким басом проговорил он без всяких приветствий. Мы приблизились. – На вас троих поступило серьезное заявление, – он выдержал паузу. – Вы напали на представителя власти во время исполнения им служебных обязанностей. Обвиняются все трое, но особенно человек, – он кивнул на меня.

– Это неправда! – одновременно воскликнули орк и Гордис.

– Он вел себя совсем не как представитель власти, – поддержал их я.

– Молчать! – заорали на нас с двух сторон, а пожилой вампир еле видно усмехнулся.

– Я комендант форта дэр Кольдэр Арманэти. Здесь не разговаривают без моего позволения, – он легко взмахнул рукой с каким-то прибором в виде небольшого бруска дерева, и мои друзья, уже открывшие было рот, не смогли сказать ни слова. Я занервничал: к нам явно применили амулетную магию. – Говори ты, человек. Вы знали, что этот молодой вампир, – он кивнул на своего нахального соседа, – является сборщиком налогов и служит в страже Приморья?

– Знали, – холодно ответил я.

– Вы действительно напали на него и избили?

– Ну, не так уж и напали, – скривился я. – И не так уж и избили. Но пнули пару раз точно, исключительно в воспитательных целях.

– Это называется напали! – перебил меня вампиреныш. На его лице возникла гримаса обиды и злости.

– Так было за что, правда? – резко обернулся я к нему. – Спросите лучше об этом! И то, что вы услышите…

– Это не имеет значения, – с раздражением ответил дэр Арманэти. – Вы признали свою вину и будете наказаны по закону.

– Тогда я требую, чтобы его тоже наказали! – воскликнул я. – Если он действительно стражник, то он не выполнил свой долг! Он не может служить работать на государственной службе! Тем более быть одновременно и сборщиком налогов и стражем.

– Заткнись, – зашипел на меня вампиреныш. – Тут судят тебя, а не меня.

– А когда будут судить его? – обратился я к начальнику, напрочь игнорируя эту недоразвитую морду.

– Это не ваше дело, – комендант направил свой амулет на меня, и я почувствовал, как язык теряет силу.

– Это несправедливо! – почему-то я все же мог говорить, хоть и с трудом. – Почему вы не даете нам сказать ни слова в оправдание? Чего вы боитесь? Что вашего родственника будут судить вместе с нами? – я кивнул на побледневшего вампиреныша.

– Его не за что судить, – бросил мне вампир, растерянно осматривая свой амулет. Да, на меня он не действовал, видимо, моя собственная магия как-то сопротивлялась этому.

– Нас тоже не за что! Я прибыл из другого мира, но местные законы успел немного изучить, – во мне проснулся бывший юрист. – Сборщики налогов не относятся к стражам, я это хорошо помню. Так что он не был представителем власти. Вы для начала определитесь с его должностью, чтобы предъявлять нам обвинения.

– В Приморье свои законы…

– Все законы в Гальтернау одинаковы! Я имею право обратиться в вышестоящие инстанции! Где у вас можно подать апелляцию? – мне уже было все равно, какую именно чушь нести, лишь бы нас не казнили тут немедленно. А такое развитие событий закон вполне допускал, это я тоже прекрасно помнил.

– Ты говоришь, что прибыл из другого мира? – нахмурился вампир.

– Да. Я из немагического мира Земля. Мой переход проходил под руководством королевского мага дэра Брюментальского. Это такой гоблин из столицы, он преподает в Академии магии...

– Дэра Брюментальского знают все в Гальтернау, – комендант, как и все его соратники, были несказанно удивлены и ошарашены моим сообщением. Вампиры растерянно переглядывались и перешептывались. – Откуда ты его знаешь?

– Я оказал ему одну услугу, и он в благодарность вызвался помочь мне. Я был очень болен, и дэр Фунцзысик предложил мне лечение в Академии. Мэйда Гордис и Хулдизэт – мои друзья из Академии, они тоже проходили лечение там, восстанавливались после ранений.

– Как вы оказались здесь? – хмуро спросил комендант. Я понял, что казнь откладывается: людей с такими связями, как у меня, просто так не тронут.

– После лечения нас направили на границу, чтобы мы могли послужить королевству Гальтернау, – я предусмотрительно не стал говорить о драке с магом Ландолем. Пришлось сочинять на ходу. – Мои друзья – хорошие воины, они справились с четырьмя вампирами в той деревне. И могут принести существенную пользу форту.

– Твои спутники подтвердят твои слова?

– Разумеется. Если у вас есть шар правды, он поможет все выяснить.

– Думаю, в этом нет необходимости, – помрачнел комендант.

Я еле заметно улыбнулся. Конечно, нам не дадут шар правды, ведь он подтвердит не только мои слова, но и рассказ о подлой деятельности вампиреныша – сына коменданта. Да, я быстро понял, какими родственными связями обладают эти два вампира. Слишком они были похожи внешне. И когда все узнают о трусости сына самого дэра Арманэти, у коменданта будут серьезные неприятности. С должности, наверное, не снимут, но потешаться точно будут всем фортом.

– Пап, да выгони ты их, – громко прошептал вампиреныш, подтверждая мои догадки об их родстве. Видно было, что его отец очень хочет это сделать, но он не смел. Мы же тут были не одни, вокруг находились не самые последние вампиры города.

– Крайнер, выйди, – бросил комендант сыну. – Вы тоже уйдите, – он повернулся к подчиненным. Я увидел, как занервничал вампиреныш, и злорадно ухмыльнулся в его сторону. Ничего у тебя не вышло, гаденыш.

В кабинете остались только мы с друзьями и комендант. Он расколдовал орка и Гордис, и мы начали рассказывать о своих приключениях. Особенно подробно вампир расспрашивал о битве в деревне. Услышав о деяниях своего сына, он заметно помрачнел.

– Я так хотел устроить его на военную службу, – горько проговорил он. – А он! Сложил оружие, прятался, бежал…

– Вы уж простите, – сочувственно произнес Хулдизэт, – но не его это – воевать. Настоящего бойца всегда видно в сражении. Даже в первый раз, даже совсем юного.

– Да что ты можешь знать об этом! – в сердцах бросил вампир. – Это вы, орки и их полукровки, рождаетесь с жаждой битвы. У вас таких проблем нет.

– Да, храбрость у нас в крови, – гордо ответил Хулдизэт.

– Что плохого в том, если он будет полезен государству не военной на службе? – не понимал я. – Для людей, не склонных к битвам, есть множество других хороших профессий.

– Для людей да, – раздраженно ответил дэр Арманэти. – Но вампиры в абсолютном большинстве – воины. Ну, или землевладельцы. Но тут, в Приморье, наше главное дело – защищать город и его окрестности… Ладно. С вами все понятно. Никакого наказания, конечно же, к вам применяться не будет. Все спишем на непредвиденные военные ситуации. Чем планируете заниматься в городе?

Через полчаса на этот раз продуктивного разговора градоначальник определил орка и Гордис на самую главную работу города – строительство крепостной стены со стороны побережья. Она была просто необходима, чтобы обороняться от многочисленных пиратов, которые регулярно нападали на форт. Причем, работа была универсальной: надо было и строить, и заодно отбиваться от вампиров, если те снова нападут. Так что это был идеальный вариант для моих друзей.

– Пираты нападают часто, – мрачно рассказывал комендант. – Форт постоянно на военном положении.

– Откуда берутся эти пираты, да еще и в таком количестве? – я был искренне удивлен. Какие же силы нужны, чтобы держать в страхе побережье целой страны?

– С островов, откуда же еще? – пожал плечами комендант. Но потом, видимо, вспомнил, что я из другого мира, и пояснил, – после войны с полукровками во главе с Его величеством Грайцем все вампиры-приверженцы старого режима были либо казнены, либо принесли новую присягу. Я и все остальные вампиры, которые служат в Черных Скалах – законопослушные подданные нового короля. Никто из нас раньше не был богатым землевладельцем, наша жизнь не сильно изменилась с приходом Грайца к власти. Но в Гальтернау было много вампиров, которые не приняли свержение прежнего короля Сарольдо. Эти непримиримые переправились на острова далеко в море.

– Гардирские острова… – я вспомнил, что Гордис и орк уже упоминали их.

– Они самые.

– Это далеко отсюда?

– Три дня пути на кораблях. Туда много вампиров улетело. Но мы не можем жить без людей, это наша пища. И если здесь мы покупаем кровь, то на островах людей по-прежнему используют как скот. А тех, кто умирает, заменяют на новых рабов.

– Почему не решить эту проблему? – не понимал я. – Где королевская армия? Маги? Защита?

– В Гальтернау сейчас почти нет армии, восстановиться бы после войны. Грайц поддерживает нас, как может: вы же видите, тут очень много стражи. Но вампиров на островах гораздо больше. Мы еле справляемся.

– А те люди в деревне?

– Это местные жители, которые и раньше жили тут. Они сами не уходят с насиженных мест, не смотря на опасность. А мы не можем охранять все побережье.

– А маги? – вмешалась Гордис. – Они могут помочь?

– Боевых магов сюда не присылают, – вздохнул комендант. – Их очень мало. А тут море, магия у воды слабеет. Ни щит нормальный поставить, ни убить никого не получится. Так что в форте живут только маги-лекари.

– Да, я читал об этом, – припомнил я. – Вода слишком изменчива, сбивает стационарное магическое поле, а без этого заклинания работают неправильно.

– Ты маг? – изумился комендант.

– Нет. Вернее, немного. У меня есть способности к созданию амулетов, но я этому не учился.

– Поэтому мой амулет на тебя не подействовал? – догадался Арманэти.

– Может быть, – с сомнением согласился я. Наверное, родственная магия как-то взаимно аннигилировала. Но наверняка я этого не знал.

Мне комендант тоже предложил несколько мест работы, но я отклонил все. Я чувствовал, что единственное, в чем могу преуспеть в этом суровом мире – это магия. И попросился у дэра Арманэти на вольные хлеба. У меня было еще немного денег, так что я хотел в тишине и уюте своей комнаты перечитать все магические книги и хоть как-то понять, как пользоваться своей магией. Он пошел мне навстречу и обещал помогать в учении, лишь бы я остался в городе и научился делать настоящие амулеты.

Наша жизнь в форте налаживалась. Рано утром я будил орка и Гордис, которые, уже не скрываясь, жили вместе в соседней со мной комнате. Они собирались и уходили на работу, а я садился за книги. Всё, что я принес из Академии, я давно перечитал и выучил наизусть. По протекции коменданта я получил доступ к городской библиотеке, так что все местные книги по магии я тоже перечитал по нескольку раз. А вот найти настоящего учителя и попрактиковаться в магии я так и не смог.

Я перезнакомился со всеми магами города. Их было девять, но все они были всего лишь лекарями, – самая востребованная профессия в Приморье. Они охотно рассказывали мне о своей работе и показывали, как и что именно они делают. Я все видел и отлично понимал, как они концентрируют силу, как читают заклинания, как используют движение магии по телу и вне его. Но повторить это у меня ни разу не получилось! Все эти учителя видели мою ауру, и каждый подтверждал, что я действительно могу стать хорошим магом. Но как мне освободить свою силу и пользоваться ею, никто так и не подсказал. Разве что советовали продолжать делать амулеты, может, хоть какой-то из них снова заработает, и я пойму принцип работы моей силы.

Я вырезал амулеты сотнями. С разными намерениями, разными эмоциями, из разных материалов. Но почти ни один не работал. Только один раз, когда я в отчаянии вышвырнул одну из фигурок в окно, на улице послышался мощный хлопок, как от петарды в моем земном мире. Никто из людей не пострадал, конечно, разве что напугались немного. После этого я сутки вырезал точно такие же амулеты и бросал их из разных поз в разные места. Без толку.

Но я не опускал руки. У меня была цель, и я к ней шел. Я верил, что количество моей работы рано или поздно перейдет в качество. Теорию магии я уже знал очень хорошо, да и многие заклинания выучил наизусть. А практика придет, было бы желание. В конце концов, прошел всего месяц с тех пор, как я поселился тут. Моей магии нужно время. Но вот его у меня как раз не было.

В один из дней я решил провести свои занятия магией как-нибудь по-другому. Я отыскал свои старые джинсы, оделся и пошел для начала будить Хулдизэта и Гордис. На стук они обычно не реагировали, так что я бесцеремонно вошел в комнату и сорвал с них одеяло. Потом отвернулся, потому что сонная полуголая Гордис, не открывая глаз, сползла с постели и начала на ощупь одеваться. Она что-то бурчала себе под нос, но я старался не прислушиваться. Орк по-прежнему храпел, не обращая внимания на мелочи жизни.

– Ненавижу вставать утром, – пробормотала Гордис, протирая глаза, – Сергей, это ты?

– Что, есть варианты? – усмехнулся я. Еще немного попинал орка, предусмотрительно держась настороже: он мог и ответить спросонья. Вряд ли я выдержу крепкий удар оркской руки.

– Серега… – прохрипел орк, переворачиваясь. – Каждый раз думаю, как бы тебя не убить в такой момент невзначай…

– Вставайте, сони несчастные, на работу опоздаете.

– Ой, какие у тебя сегодня штаны! – Гордис наконец-то сфокусировала взгляд.

– Джинсы. Ты же их видела уже, – я покопался в карманах: там лежал только старый амулет для рыбы. Я запихнул его обратно. А вот в задних карманах, которые я давно не проверял, обнаружились деньги. Две бумажки по тысяче каждая. Наши деньги с Земли, с несколькими бурыми пятнами. Я повертел их в руках, вспоминая, как раненая принцесса пыталась дать взятку полицейскому. Как же давно это было! Как в другой жизни. – Держи на удачу, – бросил я одну из купюр орку. – Это деньги нашего мира. Может, пригодятся когда-нибудь.

– Ой, сколько тут карманов! – продолжала умиляться Гордис, бесцеремонно рассматривая меня со всех сторон. – Я бы тоже от таких не отказалась. Удобно, наверное.

– Слишком в обтяжку, тебе такое носить нельзя, – орк притянул ее к себе, и я понял, что пора удаляться. Эти двое теперь уже не заснут, а чем они тут будут заниматься перед тем, как пойти на работу, уже не мое дело.

Я решил прогуляться и подумать, что именно мне стоит изменить в своих магических тренировках, чтобы моя сила, наконец, проснулась. Но не успел я пройти и пары улиц, как раздался звон колокола на главной башне города. Я много раз видел его там, но никогда не слышал, как он звонит. Говорят, его приводят в действие только в случае серьезного происшествия. Потом я услышал крики со стороны моря и поспешил туда.

В западной части города царила паника, все разбегались кто куда. В отдалении, как раз над строящейся крепостной стеной я увидел настоящую битву. Наши вампиры в сине-зеленой форме сражались с какими-то другими вампирами. Я не сразу понял, что это и есть те самые пираты, о которых говорил комендант Арманэти. Воины носились в небе с невероятной скоростью. Со стены летели арбалетные стрелы, благодаря чему пираты заметно проигрывали. Замысел коменданта себя оправдывал: несмотря на численное преимущество пиратов, им приходилось туго. Под прикрытием стены воевать могли не только вампиры, но и орки, и полукровки, и даже люди. У меня сжалось сердце: мои друзья наверняка уже там и вступили в бой, а я ничем не могу им помочь! Бежать туда было глупо: обычному человеку не выстоять против вампира. Если бы я был магом!

Я обратил внимание, что некоторые пираты и не думали сражаться. Некоторые из них просто летели в город, хватали людей и уносили их за стену в сторону моря. Я понял, что они снова набирают себе рабов и пропитание. Эта мысль привела меня в бешенство. Я поднял кусок штакетника, валяющийся неподалеку: идти на корм вампирам я не собирался.

Я понимал, что надо где-то спрятаться и побежал к ближайшему дому. Но вдруг увидел, как вампир вытаскивает оттуда молодую девушку. Та вырывалась и кричала, но одна она ничего не смогла бы сделать. Я быстро подскочил к этому гаду и что было силы треснул его по спине. Он странно крякнул, выпустил девушку и упал. Я не стал добивать его, понимая, что с помощью всего лишь палки это сделать невозможно. Поэтому и девушка, и я бросились в разные стороны. Я слышал, как ругался вампир позади меня, пытаясь взлететь, и прибавил ходу. Пять-шесть поворотов по узким улочкам, и меня не найдет ни один враг! Так и получилось, вампир быстро оторвался от меня.

Я, запыхавшись, вылетел на параллельную улицу и остановился как вкопанный: прямо передо мной стояла девушка-вампирша, та самая, одна из красавиц-близняшек, которую я хорошо запомнил в разоренной деревне. Сейчас она была очень близко, буквально в одном метре. Кусок штакетника дрогнул в моей руке, поднять его на девушку я не смог. И зря. Она мгновенно приблизилась, и ее кулак с невероятной силой влетел в мою челюсть. Я мгновенно отключился.

Очнулся я в воздухе. Дышать было тяжело – меня держали сзади за одежду, и она больно впивалась в шею и подмышки. Я хотел было вырваться, но быстро оценил высоту и замер. Так и летел, покачиваясь в руках вампира, стараясь не дергаться лишний раз, чтобы не выскользнуть из одежды.

Мы направлялись в море, где я увидел пять крупных кораблей. Они выглядели как типичные корабли этого мира: с высокими бортами, панелью управления вместо колеса и всего двумя небольшими мачтами. Живя в форте, я уже не раз видел такие сооружения. Паруса на них использовались редко, в основном корабли передвигались с помощью магических устройств. Я заметил, что еще несколько вампиров с людьми в руках летели в том же направлении, что и мы. Пленники вели себя по-разному. Кто-то висел тихо, как и я, не желая разбиться. Кто-то крутился и пытался достать врага. Один раз я увидел, как человек выскользнул из рук вампира и упал с большой высоты в воду. Он погрузился в волны и больше не всплыл. А вампир просто повернул обратно за новой жертвой.

Меня швырнули на палубу одного из кораблей. Я больно упал, перекатившись под чьи-то ноги. Меня подняли за шкирку и хорошенько встряхнули.

– Хороший улов! – крикнул вампир девушке, которая принесла меня. – Давай еще!

– Обойдешься, – отозвалась моя похитительница. – Я свое отработала. Мы набрали достаточно корма, пора возвращаться.

Я дернулся в руках вампира от этих слов. Вампир хлопнул меня по спине так, что я чуть не упал:

– Стой спокойно! – он начал обыскивать меня, и в одном из карманов джинсов нашел старый амулет-рыбку. Повертел в руке. – А, магическая штучка, – произнес он небрежно. – Ну, на вампиров колдовство не действует. Оставим тебя для работы, мы на сегодня уже сыты, – он кивнул на дальнюю часть палубы, и я содрогнулся, увидев пятерых обескровленных людей. Эти сволочи выпили их досуха! Непонятно зачем: могли ведь и оставить в живых, больше пользы было бы. Но нет, надо именно убить. А ведь некоторых из этих людей я знал и неоднократно видел в городе. Я еще больше возненавидел вампирье.

Мой надсмотрщик толкнул меня в спину по направлению к люку в полу, а сам подошел к краю борта, чтобы выбросить мою рыбку в море. Вдруг за бортом раздался громкий всплеск, и на палубу вынырнули две огромные рыбины, похожие на наших земных акул. Они вцепились в несчастного вампира и в один миг разорвали его напополам! На палубе тут же забегали и загомонили, а меня все-таки сбросили в трюм и захлопнули крышку люка.

Я приземлился на чье-то тело, в темноте тут же раздались ругань и вопли. Кто-то ткнул меня в ребра, я тоже поддал в ответ, но нас быстро разняли.

– Эй, хорош выпендриваться! – раздалось несколько голосов. – Мы тут все в одной жопе! Если хотите подраться, идите наверх, там вон как бегают!

– Что-то и правда сильно забегали, – забеспокоился кто-то.

На палубе действительно стоял такой шум, будто там камни перекатывали. А крики были еще громче.

– Да там одному вампиру не повезло, – усмехнулся я. – Из воды выпрыгнули две рыбы и слопали его, – я с неприкрытым удовольствием сообщил последние новости товарищам по несчастью.

– Как выпрыгнули? – загомонили все в трюме. – Прямо совсем слопали? – я не услышал ни капли сочувствия, ни в одном из голосов.

– Серега, ты что ли? – услышал я знакомый голос. Как оказалось, мой друг орк тоже попал сюда. Что случилось с Гордис, он не знал: потерял ее в бою. А сам попал сюда. – Расскажи еще про рыбу!

Я в подробностях и с нехарактерным для меня садистским удовольствием рассказал всем, как мой амулет притянул хищных рыб, и с каким громким хрустом они перекусили вампира. Люди заставляли меня повторять рассказ снова и снова, и я не отказывал им. Мы, грязные и избитые рабы, плыли неизвестно куда в трюме пиратского корабля. Но при этом каждый из нас раз за разом смотрел наверх и злорадно улыбался, в подробностях представляя себе страшную смерть нашего врага. Эти мысли заглушали и нашу боль, и наше отчаяние. Мы не знали, сколько нам осталось жить, но в данный момент верили, что справедливость на свете все-таки существует.

Глава 8. Вампирский остров

Мы плыли трое суток. Дважды в день, утром и вечером, в люк просовывали ведро с хлебными лепешками и какими-то овощами, похожими на картошку. Еды было достаточно, но драки из-за нее все равно возникали. Думаю, причиной конфликтов были не эти несчастные лепешки, а общая очень нервозная обстановка. Путешествие было адским: темный сырой трюм, битком набитый потными давно немытыми телами. Места было мало даже для того чтобы сесть. А уж расположиться с комфортом и лечь никто и не мечтал. Мне очень повезло, что рядом находился мой друг – орк, с которым никто не хотел связываться, так что нас с ним не трогали. А из других частей трюма часто слышался шум от потасовок. Иногда приходилось вмешиваться, чтобы хоть немного побыть в тишине.

Разговоры велись редко, и всегда были мрачными.

– Нас кормят, чтобы съесть потом? – произносил кто-то с тоской в голосе.

– Наверное. Это же вампиры, им есть надо, – глухое безразличие в ответ.

– Может, рабами сделают? – другой голос, тонкий и дрожащий. – Им же надо что-то делать там, строить, шить…

– Хочешь быть слугой кровососам? – этот голос с неприкрытой злобой.

– А ты хочешь быть скотом? Сразу на корм? – сердитое удивление.

– Ты кого скотом назвал, придурок? – яростная агрессия и попытки встать.

– А ну заткнулись там все! – это уже грозный голос Хулдизэта.

Через долгую паузу:

– А сбежать?

– Обломись. Оттуда никто не убегал.

– Это ж острова. Ну, убежишь, дальше что?

– Острова большие, можно жить и там. Или лодку угнать.

– Тогда надо сбегать сейчас, а не ждать, когда приплывем на острова, – это уже я вмешался. – Там вампиров не больше десятка, нас тут раз в пять больше. Плюс орк. Всех уделаем без проблем.

– Ты дебил? Ты хоть одного вампира убил в жизни?

– Троих, – хмыкнул я.

– Ого! И как это у тебя получилось? – люди вокруг сползлись ко мне поближе, с жадной надеждой ловя каждое слово.

– Там был эффект неожиданности, – немного смутился я. – Но тут тоже можно рассчитывать именно на него.

– Думаешь, они это не предусмотрели?

– Не знаю, – признался я. – Но у нас нет выбора. Если мы не будем сопротивляться, нас съедят. Людей на острова увозят как корм, это же понятно.

– Я за драку! – тут же отозвался орк. – Погибнуть в бою достойнее, чем в желудках вампирья.

Мы стали обсуждать возможный побег. Жить сразу стало гораздо веселее. Мы договорились, что когда нас будут выводить из трюма, будем вести себя тихо и покорно. А когда на палубе наберется хотя бы десяток людей, неожиданно все разом нападем на вампиров. Остальные должны будут сразу же присоединиться. Поэтому первыми на палубу должны были выйти мы с орком, как самые физически сильные.

Честно говоря, я сильно сомневался в успехе. Нас было гораздо больше, чем наших стражников. Но вампиры – хорошие воины и вооружены до зубов. Половину из нас они покрошат в фарш в первую же секунду. Я просто очень надеялся, что вторая половина людей успеет спастись. Либо задавив вампиров числом, либо просто сбежав в суматохе, спрыгнув в воду и добравшись до берегов острова. И, конечно же, я очень надеялся попасть именно во вторую половину. Впрочем, если попаду в первую, этот вариант тоже лучше, чем быть выпитым досуха этими кровососами.

День икс настал на четвертый день. Корабль остановился, с палубы доносились команды отдать якоря. Мы прислушивались, не появились ли на борту другие гости. Но если кто из вампиров и прилетел с берега, то их было немного. Люк открылся и послышался голос:

– На выход! По одному!

Быть первым никто из нас не хотел, и мне было даже интересно, как именно вампиры будут выгонять нас из трюма. Ведь спуститься сюда вряд ли кто из них решится. Но помечтать мне не дали: нам на головы что-то бросили, и тут же вопли и визг огласили весь трюм. Выползни! Вампиры сбросили к нам ядовитых выползней! В породах местных змей я пока не разбирался, но по реакции окружающих понял, что дело плохо. По лестнице тут же начали карабкаться люди, наверху вампиры быстро выдергивали их наружу. Где находятся выползни, никто не знал, внизу их невозможно было рассмотреть. Но всем, да и мне в том числе, казалось, что эти мерзкие рептилии ползут именно по моей ноге и как раз приноравливаются как бы посильнее укусить и впрыснуть в мое многострадальное тело струю смертельного яда.

Мы с орком выскочили наружу одними из первых, скоро почти вся толпа людей собралась на палубе. Я удивился: вампиров было намного меньше, как они могли так рисковать? Да еще так близко от острова, до которого было легко доплыть. Причал на острове находился чуть в отдалении, и я не заметил, чтобы на нем было много вампиров. Я живо представил, как прыгаю в воду, доплываю до берега и прячусь в густом лесу. Но я ждал, когда из трюма вылезет как можно больше народа, чтобы шанс спастись появился у всех. Сейчас я слушал, что говорит какой-то странный человек в белой мантии. На вид ему было лет шестьдесят, длинные седые волосы развевались на легком ветру. Он стоял прямо перед нами и держал в руках какой-то амулет.

– Приветствую вас на нашем прекрасном острове Кьюгард! – с улыбкой вещал он, размахивая фигуркой перед собой. – Это самый крупный остров Гардирского королевства. Да, вы не ослышались: мы находимся в новом, самом лучшем королевстве этого мира! В нашей стране вампиры и люди живут по старинным традициям, которые проверялись веками. Вампиры заботятся о людях, дают им жилье и возможность работать на своих землях. А благодарные люди дарят им свою кровь, преданность и любовь. Люди считают своим долгом подчиняться любому вампиру, почитать его превыше всего и ценить как самого бога. Да будет так в этом благословенном краю! Навечно!

Он что-то еще говорил в том же духе, а меня аж передергивало от этого бреда. Но я ждал, пока последние люди выберутся на палубу. Потом мы переглянулись с орком, и он мгновенно меня понял.

– Мы никогда не будем подчиняться вам! – проорал он на весь корабль во всю силу своих легких. Это и был знак, по которому мы всей толпой должны были броситься на вампиров. Я увидел, как Хулдизэт подскочил к одному из вампиров и завязал драку, я тут же бросился к ним и взял на себя молодого вампира, стоявшего неподалеку. В пылу схватки я не сразу понял, что мы с орком в этом бою были одни против всех. Нас повалили буквально через секунду и стали жестоко избивать. Не знаю, как орк, а я не мог ни увернуться, ни прикрыться, попросту не успевал. Удары были жесткими, быстрыми и сильными, боль разрывала каждую часть моего тела. Но, как ни странно, удары были не смертельны. Я даже не мог потерять сознание, хотя любой вампир мог отправить меня в нокаут без особых усилий. Когда я не мог уже даже хрипеть от боли, меня вздернули на ноги. Вампиры держали меня, иначе я бы упал, ног я совсем не чувствовал.

Я обвел корабль помутневшим взором. И обнаружил, что ни один из пленников не поддержал нас с орком. Мы с ним висели в чужих руках, грязные и избитые, а толпа людей так и стояла, почти не шевелясь, и у каждого из них был странный взгляд. Стеклянный, безразличный. Магия! – тут же дошло до меня. Это была магия. Люди просто не могли сопротивляться колдовству, которое применил тот самый человек с амулетом. А вот, кстати, и он. Подошел ко мне, поднял мою голову, его лицо оказалось совсем близко. Я хорошо видел каждую морщинку на его выхоленной коже, его водянистые голубые глаза, я как будто тонул в них.

– Маг, – произнес он медленно и отбросил мою голову, – это маг. На орка заклинание не должно было подействовать, к его нападению я был готов. А этот уникум как сюда попал? – Он снова присмотрелся ко мне. – А, у него сырая магия, нет структуры, он не обучен. Ты зря приехал сюда, парень.

– Я сюда не просился, – разбитыми губами прошептал я.

– Тебя и не пустят, – как-то нехорошо улыбнулся он. – Маги на Кьюгарде нам не нужны.

– Вы же живете как-то, – упрямо огрызался я.

– Я – другое дело, – усмехнулся он. – Я ценный маг, менталист на службе высших вампиров.

– Вы подчиняете людей?

– Благодаря этому создается идеальный порядок в обществе. Люди должны понимать, что они всего лишь еда и слуги. Никаких восстаний нам тут не нужно. Такие как вы тут лишние.

– Вы нас отпустите?

– В каком-то смысле да. Уведите.

Нас потащили к трапу и швырнули в лодку. Ни сопротивляться, ни говорить я не мог. Орк вообще не шевелился, кажется, он был без сознания. Я лежал на спине и смотрел на яркое слепящее солнце.

За время этой короткой поездки я немного пришел в себя, и когда меня вытаскивали из лодки, уже смог немного рассмотреть окружающий меня мир.

Перед нами расстилался огромный остров, красивый, как с картинки про путешествия в тропики. Пляжи с белым песком, буйная растительность, горы вдали, покрытые лесом, – мечта любого отпускника на Земле. Вокруг блестело ярко-бирюзовое море, на котором дрейфовали несколько кораблей. Многочисленные лодки, подобные нашей, направлялись на берег, на котором расположился небольшой портовый городок.

Меня грубо выволокли из лодки, все тело снова отозвалось резкой болью. Голова гудела, к горлу подступала тошнота, меня бил озноб, несмотря на довольно жгучее солнце. Сознание то появлялось, то исчезало, я прекрасно понимал, что получил не только сотрясение мозга, но и гарантированное внутреннее кровотечение. Я подозревал, что медицинской помощи я, скорее всего, не дождусь. Умереть я уже не боялся: после очередного приступа боли реально хотелось сдохнуть побыстрее. Орка я все время видел где-то поблизости. Но ему, кажется, было еще хуже, чем мне, потому что он просто болтался на руках вампиров.

Нас бросили в повозки и куда-то повезли. После небольшого провала в памяти я осознал себя в каком-то мрачном помещении, где вместе со мной и орком находилось еще человек десять. Все скованные цепями, все в крайне плачевном состоянии. Запах крови, пота и нечистот бил в нос. Я прислушался к непонятному гулу и начал различать слова.

– Что теперь? – услышал я глухой голос справа. – Убьют?

– Запросто, – мрачно ответил кто-то неподалеку. – Говорят, маги тут не выживают.

– Мы же не маги, – как-то безразлично удивился кто-то.

– Ну нас же не взяли заклинания того упыря, значит, что-то есть.

– Скрытые способности? – предположил голос слева.

– Какая теперь разница? Нас отсюда не выпустят.

– А орка тогда за что?

– У них тоже бывают одаренные.

– Да ну, брешешь. Ни разу не видел орка-мага.

– А где б ты их видел? В Гальтернау их нет, а в Халгалае точно есть, я слыхал.

– Да ладно, этот точно не маг, просто на него тоже не подействовало заклинание.

– Точняк.

– А чего нас сразу не убили-то?

– Кто знает, что у них в вампирских головах…

Разговор шел медленно, с большими паузами и вообще как-то безразлично, так что очень скоро я потерял к нему интерес. Было не до того. Я пытался сконцентрировать энергию и направить ее на лечение жизненно важных органов. Кто знает, что за судьба нам уготована, надо привести себя в форму всеми доступными мне средствами.

Мы провели в этом подвале несколько часов. Потом вошли стражи и вывели нас наружу. Мы медленно шли сквозь толпу людей, звеня цепями. Через некоторое время я увидел цель нашего путешествия: огромный эшафот, обложенный деревянными брусками. Очень скоро я стоял на самом верху, привязанный к столбу. Все ощущалось как в каком-то нереальном сне, мозг упорно не верил, что нас действительно сейчас казнят. Мысли цеплялись за малейшую нестыковку: нет палача, нет веревки на виселице… Это не казнь, это все просто так!

Но когда вокруг нас взлетело яркое пламя, мои мысли немного прояснились. Я отчетливо увидел, как горят под нами дрова, увидел толпу людей за костром, того самого мага в белом плаще, который опять что-то внушал людям, размахивая перед их лицами очередным амулетом.

– Очищающее пламя исправит то зло, которое эти преступники принесли в наш идеальный мир! – вещал он, стоя подальше от этого очищающего пламени. – Это пособники хаоса, они должны искупить свою вину мученической смертью! Приветствуйте их перерождение, достойнейшие жители островов!

Огонь подобрался совсем близко, едкий дым поникал глубоко в легкие, мои товарищи по несчастью, до которых пламя уже добралось, орали от боли. Орк пришел в себя ненадолго, его вопль перекрыл все остальные, он забился на столбе и скоро безжизненно повис, объятый пламенем. Вот по моим потрепанным джинсам тоже побежали первые язычки огня, и я почувствовал новую боль. Пока еще не такую сильную, как та, что разрывала до сих пор мое тело. Но эта боль точно была последней. Я старался дышать как можно чаще, чтобы отключиться от дыма и не чувствовать, как сгораю заживо. Тело корчилось в судорогах, но сознания я не терял. Видимо, моя магия каким-то образом позволяла мне мыслить даже в предсмертные мгновения.

Последним моим чувством были ярость и разочарование, злобная обида на судьбу: стоило попасть в магический мир, вылечиться от всех болезней, почувствовать себя магом, чтобы вот так бессмысленно погибнуть на этом дурацком острове!

– Сволочи! Чтоб вы все сдохли! – вдруг заорал я сквозь пламя. – Горите все заживо, как и мы! Проклинаю! – я тут же задохнулся от дыма и судорожно закашлялся. Внезапно услышал нарастающий гул толпы. Я приоткрыл глаза, которые уже почти не видели из-за разъедающего жара и дыма. Костер вокруг меня пылал ярким фиолетовым пламенем, а потом внезапно погас, рассыпавшись разноцветными искрами.

Остатками туннельного зрения высохшими от жара глазами я смотрел, как волновалась толпа, что-то кричал маг, а стражи-вампиры взмывали в воздух. Люди на эшафоте уже затихли, а вокруг нас с орком образовалось пустое пространство без огня. Тело горело от боли, на ногах чернела обугленная кожа с остатками сгоревшей одежды. Тяжелый запах горелого дерева, ткани и мяса бил мне в нос, и я все-таки отключился, успев понять, что этот страшный запах идет от меня.

Глава 9. Узник замка Изаюрд

Темный подвал. Холод и сырость. Боль и бред. Перед глазами всплывают нереальные образы обоих миров. Я не понимаю, кто я такой и где нахожусь. Первая проскользнувшая в голове мысль – я умер. Вторая – этого не может быть: мертвые не чувствуют боли.

Иногда в горячем бреду я видел склонившееся надо мной лицо какого-то старика. На долгое время оно стало моим личным кошмаром. Серое, сморщенное как изюм, обрамленное редкими седыми космами, с белесыми, почти прозрачными глазами. В нем было что-то пугающее, неестественное, как будто это было лицо мертвеца. Он часто что-то бормотал, иногда я даже понимал слова.

– Нет, не жилец… Не жилец…

– Поправится, – отвечал ему кто-то гулким басом. Я надеялся, что это мой друг Хулдизэт, но боялся поверить в то, что он выжил. – Он должен поправиться, он же маг!

– Да какой он маг? – раздраженно возражал старик. – Обычный слабый человечек, волею богов выживший на костре… Ожоги затягиваются, но медленно. У тебя все зажило быстрее.

– Я другой расы, – прозвучал самодовольный ответ.

– А у него все воспалилось. Болит, наверное, безумно. Если он вообще чувствует боль. Думаю, он на грани и как раз сейчас выбирает, остаться или уйти.

– Так помоги ему!

– Я помогаю! Но у меня уже нет сил.

– Ты такой же хилый маг, как и он!

– И это вместо благодарности?

– Я благодарен, но… Прости, старик, мне просто очень хочется, чтобы он жил.

– Поверь, в жизни тут, в башне замка Изаюрд, нет ничего хорошего, – горько ответил этот странный человек. – Как бы твой друг не проклял нас за то, что мы вернули его к жизни.

– Ничего, – грубовато ответил орк. – Если ему опостылеет такая жизнь, самоубьется, да и все. Делов то.

– Тут и это сделать непросто.

Через некоторое время я все же начал выздоравливать. Боль уходила, раны и ожоги затягивались. Конечно же, без помощи мага я бы не справился, слишком сильными были повреждения. Я видел свое тело и прекрасно понимал, что в моем мире я бы не выжил: обгорело почти все, даже лицо. Хорошо хоть, глаза не выжгло каким-то чудом, позже старик сказал, что их вылечить он бы не смог. Зато на коже после лечения не оставалось даже шрамов: мне попался настоящий профессионал, мне несказанно повезло. Дольше всего восстанавливались ноги, превращаясь из обугленных почти до костей отростков в подобие нормальных конечностей. Мышцы все же восстановились не все: на ногах, особенно на икрах, они значительно уменьшились. Надеюсь, ходить это не помешает. Впрочем, пока я об этом и не думал.

Как оказалось, нас с орком бросили в высокую башню с маленьким окошком под потолком, настолько крошечным, что туда не пролезла бы и кошка. Единственное, для чего оно годилось – приток свежего воздуха да тонкий луч света, едва освещающий темные стены. До нас единственным жителем этой кельи был тот самый старик. Сначала он сильно испугался гостей, но постепенно привык и даже смог помочь. Начал он с орка, полагая, что я точно не выживу. Но мой друг при первом же проблеске сознания велел ему заняться мной. Сам Хулдизэт поправился довольно быстро: кожа представителей его расы была толще, а мышцы гораздо мощнее, чем у человека, огонь не нанес ему таких катастрофических повреждений, как мне. Поверхностные ожоги на его теле прошли за считанные дни.

– А, очнулся? – старик увидел, как я открыл глаза и внимательно следил за его руками, висящими над моим телом. В темноте было хорошо заметно легкое голубое марево, струящееся с его ладоней. Оно уже было очень слабым, старик явно работал на пределе своих сил.

– Кто вы? – одними губами спросил я.

– Я-то? Хотел бы я знать, – горько ответил мой лекарь. – Раньше я был уважаемым господином со своей семьей и хорошими владениями. А теперь! Теперь я никто, узник замка Изаюрд навечно… Да, навечно.

– Вы давно тут живете?

– Я живу тут всегда! – трагично ответил старик, убирая руки от моего тела. Теперь его глаза смотрели куда-то вдаль. – Я тут родился, маленькая песчинка великого мира. Вся моя Вселенная тут, в четырех стенах. Но я не жалуюсь. Да, не жалуюсь. Это растения живут на одном месте, а у меня есть целых десять шагов камеры! Иногда этого достаточно. Материальные блага не имеют значения, а мыслью я могу пронизывать время и пространство! Я – Бог в этой точке мироздания, и моя жизнь подобна блаженству, да, блаженству… – он отполз куда-то в дальний угол.

– О, Сергей! – обрадовался орк, подходя поближе. Я тоже был очень рад видеть его живым и здоровым. – Как ты там?

– Терпимо, – Я осмотрел грубую одежду, в которую теперь был облачен.

– Нам это подбросили, когда привели сюда, – правильно понял мой взгляд орк. – Наша-то вся сгорела. Вон там есть глубокое окно, – он кивнул на массивную дверь на противоположной стене. – Дверь очень толстая, и там узкое окно в глубине. Туда нам просовывают еду. А до стражников не достать, я пробовал. Да и выбить дверь пробовал, а она не шатается даже, – расстроенно закончил Хулдизэт.

– Почему нас не добили? – заинтересовался я. – Почему бросили сюда?

– Не знаю.

– А кто этот старик?

– Тоже не знаю. Но он немного маг, – орк понизил голос. – И он бывает очень не в себе.

– Это я уже понял.

Жили мы в башне дружно, но настроение было мрачное. Я часто размышлял над тем, насколько неприветливо со мной обращался этот мир. Опасности на каждом шагу, постоянная угроза жизни, нескончаемая боль и, наконец, вот эта тюрьма! Хотя, скорее, мир был ни при чем. Это я сам никак в него не вписывался. Я привык к безопасности моей родной Земли, где царит закон и относительный порядок. Мой мозг плохо перестраивался под другую реальность. Мне все время казалось, что в любой ситуации справедливость восторжествует, и ничего плохого со мной не случится. Получается, что я сам постоянно искал неприятностей. Начиная с нокаута дэра Ландоля. Не подрался бы с ним, сидел бы в безопасной Академии. Или позже, в форте Черных скал: зачем я побежал в сторону моря на шум? Естественная реакция человека моего мира сослужила мне плохую службу тогда, и я попал к пиратам.

Я уже молчу про корабль. Все те люди, с которыми я познакомился в трюме, наверняка остались живы. Если бы я притворился, что на меня подействовало заклинание, я бы спокойно мог сбежать позже, на острове. Мое поведение было ничуть не лучше безрассудного поведения Хулдизэта, которому не нравились любые ограничения.

Моему другу находиться в башне было гораздо тяжелее, чем мне. Молодой здоровый парень, запертый в четырех стенах, несказанно мучился от безделья. Я придумал ему комплекс упражнений, и у него появилась хоть какая-то цель в жизни: он мечтал стать сильнее всех, потом сбежать из тюрьмы и порвать всех вампиров на мелкие кровавые кусочки. В предвкушении этого он отжимался в тысячный раз от пола, стоя на указательных пальцах. А я в это время беседовал со стариком.

Мы с ним все-таки познакомились. Его звали дэр Храфоль Кресси, и он стал неоценимым источником информации об острове. Он долгое время жил на Кьюгарде и знал его до последнего камня. Но и в этой башне он явно сидел очень долго. Я не мог спросить его об этом напрямую: все, что касалось его прошлой жизни, приводило его в состояние, пограничное безумному. Поэтому и я, и орк опасались касаться некоторых тем. Но по обрывкам его разговоров становилось понятно, что он тут многих пережил. Да, ему иногда подбрасывали «гостей», но почти все они умирали меньше чем через сутки.

– Надо же, впервые мне так повезло, – бормотал он, в очередной раз осматривая меня. – Кажется, ты все-таки протянешь чуть дольше, чем они планировали. И орк тоже. О чем они только думали, оставляя вас тут! Орк и маг.

– Почему они нас просто не убили? Почему бросили сюда? – задал я ему все тот же, давно мучивший меня вопрос.

– В башню смертников попадают по разным причинам. В основном, это те, кого надо убить, но сделать это невозможно. Например, я когда-то лечил самого дэра Гадалвара, главу самой знатной семьи вампиров на острове. Если бы он убил меня, это считалось бы черной неблагодарностью магу, ведь он обязан мне жизнью. Поэтому он как бы оставил меня на этом свете и всего лишь посадил сюда.

– Странная благодарность, – усмехнулся я. – А мы-то тут при чем? Мы впервые попали на Кьюгард и уж точно никого не лечили. – Честно говоря, я не надеялся, что старик как-то ответит на этот вопрос, который я задавал себе раз за разом. Что за странное извращенное милосердие? Снять уже почти сгоревших людей с костра и доставить сюда. Но дэр Кресси, как ни странно, тоже заинтересовался этой историей.

Он подробно расспросил меня обо всем, что случилось после нашего отплытия из форта. После упоминания сражения на корабле понятливо закивал.

– Ты маг, хоть и необученный, они это сразу поняли. В тебе есть магическая сила к артефактам, она и сопротивлялась внушениям менталиста. В живых тебя бы никто и не оставил с такими способностями. Вампиры часто подчиняют местных людей с помощью магов-менталистов. Так ими проще управлять, и можно не опасаться восстаний. А на орка амулет мага, видимо, не был рассчитан. Там они не убили вас сразу, потому что надо было устроить показательную казнь для жителей острова. Это помогает держать людей в узде и влиять на них еще больше. Вам не повезло. Продолжай.

Мой рассказ о казни вызвал его живейший интерес. На меня посыпалось множество вопросов. Что именно я чувствовал, как пламя касалось меня, было ли сопротивление магии внутри меня, как я проклинал и что именно говорил, в какой момент огонь остановился и многие другие. Когда я упомянул фиолетовый цвет пламени, Кресси сразу же ухватился за это.

– Фиолетовый? Точно? Ты уверен? – кажется, он был очень удивлен. – Огонь ушел от вас обоих? А потом исчез? – он задумался, улыбаясь каким-то своим мыслям. – Что ж, значит, старое колдовство все еще работает. Думаю, я понимаю, в чем дело. Обычное пламя на острове Кьюгард никогда не сможет причинить вам вреда, потому что в вас обоих есть королевская кровь.

– Королевская кровь? – воскликнули мы с орком в один голос. Хулдизэт все это время занимался упражнениями в своем углу камеры, изредка прислушиваясь к разговору. Но после такого заявления прекратил всякий спорт и уселся рядом со мной.

– Слушайте, – ответил старик. – Много лет назад на этом острове правили пять семей вампиров и одна семья магов-людей. Все вампиры были высокородными дэрами, многие из них – королевской крови. Маги тоже были весьма могущественны, так что вампиры нас очень уважали и всегда брали на работу. Главной семьей издревле считалась семья дэра Гатли Гадалвара, потому что они были родственниками самого Его величества Сиятельного Сарольдо, который вступил тогда на трон Гальтернау. Гадалвары правили уверенно и жестко. Как вы знаете, Сарольдо сместил с трона своего троюродного брата-полукровку, многие посчитали это незаконным. Но Гадалвары открыто помогали новому королю, потому что его правление было для них выгодным. Сарольдо был настоящим вампиром, и все законы принимал в интересах только этой расы.

Сарольдо сразу же отдал под власть Гадалваров все острова на западе королевства. Чтобы в новых владениях не случилось никаких переворотов, вампиры решили применить магию. Они обратились к нашей семье и попросили сделать какой-нибудь амулет, символ власти на острове. Этот амулет должен был передаваться только особам королевской крови и прямым наследникам владений на Кьюгарде.

Моя семья была очень могущественной, все мои родственники – отличные лекари и менталисты. Мы долго думали и решили сделать амулетом саму королевскую кровь. Не буду описывать обряды и заклинания, это слишком долго. Но после этого властвовать на Гардирских островах могут только особы королевской крови и прямые наследники Гадалваров. А всех остальных, в ком есть хоть капля крови королевской семьи Гальтернау нельзя убивать, ибо это грозит палачам страшной и быстрой смертью.

– Какое замечательное заклинание, – пробормотал я. – Прямо-таки абсолютная юридическая неприкосновенность на века!

– Так и есть, – усмехнулся старик. – Во всяком случае, на островах. Мы очень гордились этим обрядом. Он проводился на стихии огня, поэтому он и не смог вас сжечь. Любая другая казнь состоялась бы легко, вас бы ничто не спасло. А так все узнали, кто вы есть на самом деле. И поэтому вы тут.

– Ты что, правда королевских кровей? – обернулся ко мне изумленный этой историей Хулдизэт.

– Нет, – я был озадачен не меньше него.

– Вы можете этого не знать, – настаивал старик, – вы уверены в своем происхождении? Огонь мог стал фиолетовым на эшафоте только из-за этого.

– Да у нас в стране вообще нет королей! – воскликнул орк. – Только вожди. А по материнской линии у меня все крестьяне, да к тому же русинты, а не гальтернцы. Если и есть там кто из благородных, так точно не вампиры.

– А я вообще из другого мира! – присоединился я. – И у меня в стране давно нет королей. Даже если и предположить какое-то дальнее случайное родство, оно уж точно будет не с правителями королевства Гальтернау.

– Хм… – старик почесал подбородок. – Если принять на веру ваше утверждение… Допустим. Возможно, на вас была чья-то кровь? Это тоже может иметь значение. Вы сидели в тюрьме со многими людьми, вас били вампиры, на вас не могла попасть чья-то кровь? Одежда была ваша?

– Одежда-то наша… – какая-то мысль на грани восприятия мелькнула у меня в голове.

– На мне крови точно не было, – ответил орк. – Как-то они аккуратно били, у меня даже ран открытых не было. Наша кожа сильная, знаете ли!

– Подожди, – прервал я его. – Помнишь, в форте Черные Скалы я дал тебе деньги нашего мира? Куда ты их дел?

– Какие деньги? А, ту зеленую бумажку? – он едва вспомнил о тысяче, которую я отдал ему еще в Приморье, как раз в день нашего похищения. – Ну, положил в карман, кажется. А что?

– На ней была кровь одной женщины, – мне сразу стало все понятно. – А она совершенно точно была принцессой Гальтернау, которая переселилась в наш мир. У меня была такая же купюра в моих джинсах, – пояснил я старику.

Мы начали проверять мое предположение. И действительно, я отчетливо вспомнил, что огонь погас как раз в то время, когда мои джинсы уже сгорели, и начали гореть именно карманы с деньгами. Штаны орка горели примерно в это же время, так что и костер вокруг нас погас почти одновременно. Похоже, девушка Анна на далекой Земле на этот раз спасла мне жизнь, хоть и не знала об этом.

– Звучит правдоподобно, – согласился со мной Кресси. – Достаточно было бы даже капли королевской крови, и огонь не смог бы причинить вам вреда. Маги, создавшие это заклинание, были невероятно могущественными! Мой род славился в веках!

– Почему же они не вытащили вас отсюда? – неосторожно спросил орк.

– Они все погибли! – лицо старика мгновенно потемнело, рот оскалился. – Их убили проклятые Гадалвары! Я видел их всех в этой темнице, один за другим уходили на моих руках! Но нет, наше время настанет! Мы еще отомстим вампирам! Все наши заклинания живы! Живы! И мстят! Даже без нас! – он вскочил и начал бегать по камере, размахивая руками в крайнем возбуждении, безумные глаза не выражали никакой мысли, слова постепенно превращались в бессмысленное бормотание. Мы с орком уже видели такие припадки и просто ждали. Тут мы ничем не могли помочь.

Скоро старик успокоился и уснул у себя в углу на соломенной подстилке.

– Он говорил про короля Сиятельного Сарольдо, – тихо сказал мне орк. – Но тот переворот случился лет двадцать пять назад. Да и Сарольдо-то уже нет в живых, его сверг сын бывшего короля Грайц.

– Так что, старик сидит тут больше двадцати лет? – не мог поверить я. – Неудивительно, что он почти свихнулся.

После этого припадка дэр Кресси еще несколько дней не приходил в себя: сидел в своем углу, ничего не ел и просто покачивался из стороны в сторону с закрытыми глазами. Из такого оцепенения его вывели мои действия: от скуки я ковырял стену и из небольших ошметков глины и грязи делал маленькие фигурки. Да, я надеялся, что мой дар снова как-то проявит себя, ведь других шансов выйти отсюда у нас не было. Орк все понимал и тоже ковырял то пол, то стены, подбрасывая мне материал.

– Это что, амулеты? – хрипло спросил как-то старик, прекратив свое качание.

– Да, – коротко ответил я. – Только они не работают. И я не знаю, как заставить их заработать. Поможете?

– Как? – равнодушно удивился старик. – Я всего лишь маг-лекарь, с амулетами никогда не имел дела. Да и лекарская сила моя давно ослабла.

– Жаль, – проронил я, продолжая лепить маленькую птицу. Мне очень хотелось сделать из нее согревающий амулет. В Академии это было одним из самых простых заданий для начинающих магов, насколько я знал. Само заклинание я хорошо помнил из книг. Нужно было просто закачать магию в птичку, и она должна преобразовать энергию в тепло. Это бы нам очень помогло, учитывая довольно зябкую погоду за окном по утрам из-за наступающей осени. Но вся проблема была в том, что моя сила в птичку никак не закачивалась.

Этим вечером старик съел все, что принесли тюремщики, и явно начал возвращаться в реальность. Он не говорил ни слова, но все время следил за моими руками. Я тоже молчал, не решаясь прерывать его мыслей. Мне казалось, что он как-то сможет мне помочь, если вспомнит что-то важное из своего прошлого. Ночью он не спал. Я иногда просыпался и видел, как он задумчиво смотрит на меня.

Однажды утром он все же подошел ко мне.

– Я видел тебя за работой, – проговорил он медленно. – Странное дело: когда ты ничего не делаешь или спишь, твоя магическая аура почти не видна. Создается ощущение, что ты вообще не маг. Но когда в твоих руках есть какая-то вещь, особенно, если ты ее делаешь долго, магия твоих рук становится очень заметной. В твоих руках великая сила!

– Это я уже знаю, – немного раздраженно ответил я. – Только я не могу ее вытащить наружу. Не могу ее применить. Любое заклинание надо напитывать магической силой. А она у меня только внутри. Иногда выходит через амулеты. Такое бывало, но редко. И этот процесс я никак не контролировал.

– Расскажи мне об этом подробнее.

Я стал вспоминать события моей жизни вне башни. В общем-то, моя магия выходила наружу только в трех случаях: когда я сделал фигуру тарга после его нападения, рыбный амулет в лесу и рычаг управления повозкой, который позволил мне с детьми уехать из разоренной деревни с невероятной скоростью. Несколько раз что-то получалось в форте Черные Скалы, когда я лепил амулеты сотнями, но там результат был всегда странным и слабым.

– Эмоции! Именно они помогают тебе управлять своей магией, – быстро понял старик.

– Да, я уже думал об этом. Во всех трех случаях я испытывал сильные чувства. Даже в городе у меня что-то получалось только в тех случаях, когда я сильно злился, что у меня ничего не выходит, – усмехнулся я. – Но у меня никак не получается поймать это ощущение, увидеть, как магия выходит наружу. Поэтому и повторить это я не могу.

– Тебе стоит всего лишь раз осознать момент перехода магии во внешний мир… – задумчиво ответил старик.

– И как это сделать?

Но ответа я не дождался. Больше я не услышал от Храфоля Кресси ни слова. Он весь вечер что-то обдумывал, потом что-то искал на полу камеры. Нашел острый обломок камня и направился ко мне. Я как раз вертел в руках очередную птичку. Она была размером с кулак, и я битый час пытался накачать ее энергией. Я старался вызвать в себе разные эмоции, и надо сказать, они у меня выходили довольно сильными. Я прекрасно понимал, что если не научусь магии, буду гнить в этой тюрьме те же двадцать лет, что и старик. И в отличие от него, я точно сойду с ума! Эмоции-то были, магии – нет.

Старик подошел ко мне.

– Сядь в центре камеры, – предложил он мне. Я уселся, как он велел. Он зашел мне за спину. – Подними голову вверх, – я сделал и это. – Возьми эту выползневу птицу в руки и крепко сожми. Так, хорошо. А теперь подумай вот о чем. Я помогу тебе только в одном случае: когда увижу, что ты – настоящий маг, что от тебя будет польза, и ты сможешь вытащить нас отсюда. Все в твоих руках, – с этими словами он быстро схватил меня сзади за волосы, запрокинул мою голову и изо всех сил полоснул по моему горлу острым осколком камня.

Горячая алая кровь брызнула во все стороны. Боли я почти не почувствовал, но слабость и ужас накрыли меня сразу же. Я бросил на пол птицу и схватился за горло. Хулдизэт, который все это время сидел у дальней стены, заорал и бросился к старику. Тот побежал от него, но попался сразу же. Мой друг тряс его и кричал на всю камеру:

– Ты что сделал, урод! Помоги ему сейчас же! Я убью тебя, тупой выродок! – он тряс его, а дэр Кресси только мерзко хихикал, снова пребывая в каком-то сумасшедшем возбуждении.

– Помоги! Отпусти его! – пытался сказать я, но из горла вырывалось лишь жуткое бульканье и хрип. Кровь попала в горло, я задыхался, кашлять не получалось, в глазах помутнело, все мышцы обмякли, я упал рядом с несостоявшимся амулетом. «Все в твоих руках», – снова прозвенел в голове голос дэра Кресси. Я последним усилием воли отцепил руки от горла и схватился за птицу. Да, раньше я не знал, как работает магия, но теперь я должен это увидеть, пусть это и будет последним воспоминанием в моей жизни.

Я понимал, что сейчас умру. Эмоции были не просто сильны. Это было мое последнее действие, я был уверен в этом наверняка. Я сжимал маленькую птичку, как будто она была моим спасением. И вдруг увидел, как магическая сила просачивается сквозь кожу рук, окружает каменную фигурку голубым светом и впитывается в нее, создавая мощный артефакт. Моя магия сейчас подчинялась моей воле, тело не могло ей препятствовать на таком уровне жизни. Моя физическая сущность сейчас не имела значения, колдовство происходило на другом уровне мироздания. И теперь я хорошо понимал, как это делать, я имел доступ к магии. Только вот надолго ли.

– Я сделал это! – попытался я крикнуть старику и орку, которые все еще трясли друг друга и проклинали на чем свет стоит. Конечно же, я не смог произнести ни слова. Я только дергался в судорогах на полу, стараясь привлечь их внимание к себе, но видели они меня или нет, я уже не понимал.

Глава 10. Становление мага

– Сагрэй! Не умирай, Сагрэй! Не оставляй меня тут, – слышал я стоны в своей голове. Голос был знаком. Да и имя похоже на мое. Возможно, зовут именно меня? Но возвращаться в реальность не хотелось. Мне было хорошо: тепло, уютно и спокойно, снились приятные сны, которые не хотелось прерывать. Разве что чувство голода мешало, да несильная тянущая боль в горле. Я закашлялся и открыл глаза.

Дэр Кресси и Хулдизэт сидели рядом со мной. Оба выглядели страшно: синяки и раны по всему телу, у старика – опухшее лицо с черными фингалами, у орка – отекшая морда с красными глазами. Увидев, что я пришел в себя, они оба обрадовались.

– Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил старик, и этот полный заботы голос возмутил меня до глубины души.

– А вы как думаете? – хотел было рявкнуть я, но вышел только хрип со странным присвистом. Я судорожно схватился за горло: недавние воспоминания о страшной ране нахлынули на меня, вызвав мгновенную панику. Но сейчас на горле ощущался всего лишь длинный шрам. Значит, старик все же вылечил меня, хоть шрам пока и не рассосался.

– Пошел вон отсюда, – грубо сказал лекарю Хулдизэт, и тот покорно удалился в свой угол, продолжая радостно улыбаться мне оттуда. – Ты когда совсем вырубился, он все же помог тебе, – тихо поведал мне орк. – Правда, я все время рядом стоял, сказал, что он отправится вслед за тобой, если что. Ему вообще-то трудно было, потому что потрепал я его знатно.

– Смотрю, как и он тебя, – усмехнулся я. Дэр Кресси явно оказался сильнее, чем рассчитывал мой друг. Во всяком случае, в приступе безумия. – Ну и рожа у тебя, Шарапов.

– Чего? – опешил орк.

– Ничего. Давай дальше.

– Так это все. Лечил он тебя, лечил. Так-то быстро все получилось. Он как кровь остановил, а там потом всего-то рану затянуть надо было. Но кровищи сколько вытекло! Он боялся, что ты умрешь от потери крови. Я тебя еле отмыл от крови, всю воду на тебя перевел, мы сутки не пили. Я слушал, как ты дышишь. А ты и не дышал почти. Потом, когда я спал, старик тебя опять магией лечил. Но я его отгонял. Только при мне. А то мало ли что опять. С этим сумасшедшим надо всегда быть настороже.

– Значит, он понял, что я научился, – пробормотал я.

– А как тут не понять? – ухмыльнулся орк и кивнул куда-то в сторону. Я присмотрелся и присвистнул от удивления: в стене камеры, в небольшой выемке стояла та самая фигурка птицы, мой амулет. И хотя она была сделана из простого камня, сейчас от нее исходил тускло-бордовый свет. Любой человек, не только маг, сумел бы увидеть магический жар, излучаемой этим артефактом. Я понял, почему тут так тепло: у меня получился идеальный обогреватель! Мой рот сам собой расплылся в широчайшей улыбке, я ощутил настоящую эйфорию: у меня получилось! Я – настоящий маг!

– Видишь, да? – радостно крикнул мне старик со своего места, пока орк ходил за кастрюлей с едой. – Ты все-таки сделал свой амулет!

– Значит, для высвобождения магии нужны были не просто эмоции, а страх смерти? – понял я.

– Либо сама смерть, когда она проходит совсем рядом. Должно было возникнуть ощущение не просто опасности, а смертельной опасности, когда без магии не выжить.

– Так бывает у всех магов? – заинтересовался я.

– Нет. Обычно маги без труда могут управлять своей силой. Но в редких случаях, когда человек даже не знает о том, что он маг, стимулировать его талант могут именно опасные ситуации. Что-то вроде инициации, когда дается сильный толчок к развитию способностей. У тебя был как раз такой случай, так что я и решил устроить тебе неожиданный шок. Хороший я учитель? – он мерзко захихикал, придерживая рукой разбитые губы.

– Да уж, учитель вы что надо, – с сарказмом ответил я. – За такие методы вас бы в нашем мире давно посадили бы. Или вообще прибили.

– Да и в нашем мире тоже, – буркнул орк, снова присаживаясь рядом со мной с тяжелой кастрюлей. – Давай-ка, ешь, набирайся сил.

Я попытался это сделать, но не смог: руки были очень слабы и тряслись, донести ложку до лица было проблематично. Так что орку пришлось, как заботливой мамочке, кормить меня тюремным супом с хлебными лепешками самому. Я жевал все медленно и осторожно, глотая с большой опаской, и постоянно прислушивался к своему многострадальному организму. Но вроде все было в порядке, теперь следовало просто набраться сил и снова приступить к магическим практикам. Я не отрывал взгляда от магической птички, восхищаясь своей работой.

– Ты помнишь этот момент? – спросил меня старик. – Когда делал амулет?

– Да заткнись ты! – оборвал его орк. – Дай поесть человеку!

– Я помню, – ответил я после очередной ложки. – Надеюсь, мне не надо будет умирать каждый раз, когда я буду создавать очередной артефакт?

– Нет, конечно, – успокоил меня Кресси. – Главное, что ты увидел и запомнил, как это делается. Теперь тебе стоит просто вспомнить свои ощущения, когда шел процесс преобразования магии, и все должно получиться.

Мною мгновенно овладело какое-то нервное возбуждение. Мне захотелось немедленно встать и сделать еще что-то магическое, пока я еще помнил, как это происходит. Я безумно боялся, что через какое-то время все забуду.

– Сиди, – хмуро предостерег меня орк, увидев мои попытки пошевелиться. – Успеешь еще намагичиться.

– Понимаю твое нетерпение, – сочувствующе проговорил старик. – Но у тебя пока нет сил. Ни физических, ни магических. Потерпи немного, восстановись. Пусть пройдет хотя бы пара дней.

В следующие два дня я активно следовал этому хорошему совету. Поскольку колдовать мне было нельзя, я занялся восстановлением своей физической формы, выполняя несложные упражнения рядом с орком. После занятий я искал подходящие камни, осколки, орк соскребал мне глину, и я лепил фигурки разных форм и размеров, чтобы потом сделать из них амулеты. Хулдизэт уже подпускал ко мне старика, хотя так и следил за ним все время настороженным взглядом. Я его понимал, так как тоже опасался этого сумасшедшего. Не смотря на то, что именно дэр Кресси фактически научил меня магии, да и лечил меня не раз, я не обольщался насчет его разума и поведения: он был способен на самые странные, а то и страшные поступки. Сам же старик совершенно не обращал внимания на наше настороженное к нему отношение. Или просто его не замечал.

– Нам надо выяснить, как действует твоя магия на физические тела, – вещал он, раскладывая готовые амулеты передо мной. – Можешь ли ты заколдовать обычный камень, не прилагая к нему никакого физического воздействия? Или тебе обязательно надо создать амулет собственноручно? Магическая сила может распределяться неравномерно по поверхности фигуры… – он рассказывал мне все, что знал о магии. Кое-что я уже читал и хорошо помнил, иногда удивляя моего учителя неожиданной осведомленностью в этой сфере. Но в книгах пишут не все, а у Храфоля была обширная практика в свое время и огромный опыт.

– Я думал, магов-лекарей ценят во всех мирах, – сказал я ему как-то, впечатленный долгой лекцией о движении жизненных сил в теле человека. – Если вы вылечили правителя этого острова, как он мог забыть вас тут?

– Я не вылечил его дочь, – усмехнулся старик. – Для него это было важнее, – он откинулся к стене и задумчиво посмотрел вдаль. – У молодого тогда дэра Гатли была любимая жена, красавица-полукровка. Он долго выслеживал ее на континенте, а потом выпросил в жены у самого короля. Конечно, ему отдали девушку, хоть и против ее согласия: ехать на далекие острова у нее желания не было. Тем более к жестокому по нраву мужу. Но ее мнение никого не интересовало. Она недолго терпела ненавистный брак: успела родить дочь и сразу после этого бросилась в море. Крыльев у нее не было, так что ни взлететь, ни выплыть она не смогла. Гатли Гадалвар тогда чуть с ума не сошел. Он слег и отказался от еды. Я был с ним все это время, пытался лечить. К сожалению, магия на вампиров почти не действует, приходилось беседовать с ним часами, возвращая к жизни, поить успокаивающими отварами и лучшей кровью юных служанок. В конце концов, к жизни его вернула дочь – копия мать, только с крыльями. Ее звали Оска. Как же он трясся над ней! Все в его доме было для нее, все для малышки: вышколенные слуги, лучшие игрушки, опытные учителя. Девчушка росла в роскоши и обожании.

Как ни странно, она совсем не испортилась из-за богатства или положения в обществе. Любила папу, хорошо относилась к людям, ее все любили. Она не знала ни горя, ни проблем, и доверяла всем, кто находился рядом. Это однажды и сыграло с ней злую шутку.

На остров как-то приехали гости с континента. Обычные торговцы: полукровки и их люди. И один из них положил глаз на юную дэрну Гадалвар. Ее отец ничего не замечал, считал, что дочь еще маленькая – ей к тому времени исполнилось всего пятнадцать лет. А она-то чувствовала себя достаточно взрослой! Первая любовь, первые желания. Ей и в голову не могло прийти, что ее кто-то может обмануть. И когда ее возлюбленный уехал, она продолжала верить ему и ждать. Каждый день приходила на высокий утес над морем, садилась и ждала. Продолжалось это несколько недель, пока Гадалвару не донесли об этом.

Ему пришлось поговорить с дочерью на взрослые темы, и простодушная девочка не смогла скрыть своего увлечения от любимого отца. Тот был в ярости. Он сразу понял, что его дочь просто использовали. И кто! Обычный жалкий полукровка, даже не вампир, а простой торговец! Гадалвар собрал отряд лучших бойцов, и они полетели по всем островам, разыскивая торговцев. Нашли. Надо сказать, бывшие гости уже и не вспоминали о девушке с острова Кьюгард. Для того полукровки это была всего лишь мимолетная интрижка. Гадалвар попытался надавить на него, но тот был не так-то прост. Во-первых, он был на хорошем счету у тогдашнего короля. Во-вторых, уже был женат. Поэтому жениться на бедной девочке в его планы никак не входило. Вел он себя довольно заносчиво. Это у себя на острове Гадалвар был почти богом. Но тогда острова были всего лишь частью королевства Гальтернау, на территории которого действовали строгие законы, так что торговцы не боялись какого-то там вампира.

Гадалвар сделал вид, что улетает восвояси. Но на самом деле его отряд подкараулил корабли торговцев далеко в море. Что уж они там делали, одним богам известно, но вернулся Гатли довольным, сытым, с новыми кораблями и рабами. По слухам, он выпил досуха всех полукровок. Никто из них не смог бы противостоять вышколенному боевому отряду вампиров.

Дэр Гадалвар не нашел ничего лучшего, чем напрямую сообщить дочери, что проблема решена, и ее позор отомщен. Она-то не об этом мечтала! А тут еще выяснилось, что она беременна. Она чуть умом не тронулась, перестала есть и рыдала дни и ночи напролет. Гатли был в отчаянии. Он обратился к магам нашей семьи и ко мне, за помощью. Я отказался, потому что не чувствовал в себе столько магических сил. Тогда лечить девочку вызвался мой старший брат, сильнейший лекарь-менталист. Он очень старался, проводил с Оской как можно больше времени. И она вроде бы пошла на поправку. Все еще была мрачной и тихой, но уже хотя бы ела и почти не плакала. Ее ни на секунду не оставляли одну.

Когда она родила двух очаровательных девочек-вампирочек, все было выдохнули с облегчением: мать искренне заботилась о них, даже начала иногда улыбаться. Мой брат объявил, что лечение окончено, и его отпустили домой. В тот же вечер вампирша улетела на свой утес, который местные уже давно называли скалой Оски. Стояла она там недолго, местные люди даже не успели сообщить об этом Гадалвару. Да и девушке помешать не успели. Только видели издалека, как она острыми клинками отсекает себе крылья, а потом бросается вниз. Люди побежали к ней, но им достался лишь изуродованный труп у подножия скалы.

Горе Гадалвара сложно передать. В ярости он уничтожил всех людей, которые жили поблизости от того места. За то, что не поняли вовремя, что происходит, не успели спасти, не предотвратили трагедию. Они бы и не смогли ничего сделать, да кто ж объяснит это убитому горем отцу? Тех, кто принес ему такие вести, он не просто казнил. Он пытал их всеми способами, которые знал, сутками напролет, пока сам не устал от криков и смертей. Все думали, что он сошел с ума. Досталось и моей семье. Гадалвар схватил моего брата, который лечил его дочь. Убить его как простого человека он не мог: понимал, что проклятие мага может пасть на весь род. Мой брат стал первым узником этой башни. Я не знаю, как и отчего он умер, но говорят, что это произошло быстро.

Всех остальных магов тоже стали преследовать. Гадалвар делал все возможное, чтобы не дать нам жить на Кьюгарде. Изводил людей в окрестных деревнях, натравливал на нас своих вампиров. Не в открытую, но мы все равно знали, чьих это рук дело.

– Почему вы не могли противостоять им? – не понимал я. – Как же законы? Разве в Гальтернау можно было просто так убить человека? К тому же вы маги, почему же вы не боролись?

– Мы пытались! Но мы всего лишь менталисты и лекари, – ответил Кресси с глубоким вздохом. – Боевых магов среди нас не было. А ментальная магия на вампиров почти не действует. Некоторые из моей семьи уехали с острова, пытались обратиться к королю за помощью, ведь Гадалвар напал на торговцев Его величества. Но как раз в тот момент власть в Гальтернау захватил Сиятельный Сарольдо. Гадалвар его терпеть не мог, но был вынужден поддержать, чтобы его преступление прикрыли. В результате ему все сошло с рук, и на острове начали устанавливаться самые жестокие порядки.

– А кто такой Сагрэй? – решился спросить я о странном имени, которым недавно называл меня Кресси. Я все не мог понять, мое ли имя он так исковеркал, или это был другой человек, с которым он меня спутал.

– Что? – брови старика взлетели вверх. Глаза потемнели, рот перекосился. – Не смей произносить это имя! Ты его недостоин! Не смей!

– Хорошо, хорошо, – попытался я утихомирить старика, но напрасно: у него начался очередной припадок.

В следующие несколько дней я практиковался в магии. Оказалось, что я прекрасно помнил то ощущение, когда моя сила просачивалась в амулет в момент смертельной опасности. Я попытался это воспроизвести, и все получилось очень легко. Как будто тот эксперимент открыл какой-то канал передачи энергии. Я понял, что действовать нужно не на материальном уровне, приказывая магии работать. Следовало совершенно отключить сознание, войти в некий транс, когда тонкое эфирное тело само решит, как именно и сколько силы влить в очередной амулет.

Разложенные передо мной заготовки для амулетов оживали. Я делал амулеты-обогреватели, осветительные амулеты и щитовые, насколько хватало моих сил. Я уже понял, что действовать магией на расстоянии я не могу, вне моего тела энергия не перемещалась по моей воле. У меня не получался даже простейший магический щит на малейшем расстоянии от себя. Зато при физическом контакте с предметами я мог передать им неограниченное количество энергии. И уже эти предметы становились по-настоящему волшебными.

Орк с удовольствием тестировал мои щитовые амулеты. Магическое поле вокруг амулета было нелегко пробить. А когда мое умение возросло, я стал пытаться менять заклинание. Результаты оказались неожиданными: некоторые амулеты наполнялись небывалой силой. Один из амулетов сработал не как простой щит, а еще и оттолкнул орка так, что тот отлетел к дальней стене, с воплем «Нечестно!».

– Честно, честно, – ухмыльнулся я. – Привыкай, теперь вот такие щиты тоже бывают. Зацени изобретение.

Хулдизэт продолжал воевать с моими амулетами, но тщетно: они отбрасывали его раз за разом. Я испытывал невероятное чувство защищенности. Впервые в этом мире я был сильнее самого орка! Вернее, полукровки, но это неважно: мои амулеты были способны остановить кого угодно. Хулдизэт, так и не совладав с магией, обиделся и не разговаривал со мной целых полдня. Я понимал его чувства: раньше он был сильнее всех, а теперь появился серьезный конкурент. Физически я ему и в подметки не годился, хотя тоже старался поддерживать форму. Зато магия серьезно уравнивала наши возможности.

Теперь я видел, как строятся заклинания, и осуществляется магическое воздействие. Слова заклинания не имели особого значения, но они вызывали определенные образы, которые фиксировались на магических линиях мироздания. Вот уж действительно, мысль оказалась материальной. Во всяком случае, если ты маг. Стоило влить в закрепившуюся структуру немного энергии, и магия начинала работать.

Мне не приходило в голову, что менять заклинания сложно, я справлялся с этим без особых проблем. Мои световые шоу поражали впечатлительного орка, а щитовые амулеты становились все сильнее. Но дэр Кресси, который несколько дней сидел безучастным, просветил меня насчет моих необычных способностей.

– Сагрэй, Сагрэй, – услышал я как-то его глухое бормотание и заметил немного расфокусированный взгляд, направленный в мою сторону.

– Что вы говорите? Это вы мне? – осторожно спросил я.

– Сагрэй мог делать то же самое, только он, – горько ответил старик. – Больше я никогда такого не видел.

– Делать что?

– Менять заклинания. Как ты это делаешь?

– А что в этом сложного? – удивился я.

– В том, что заклинания разрабатываются только учеными магами. Заклинания постоянны, структура фиксируется и потом передается при обучении молодым магам. А ты меняешь исходную структуру с такой легкостью, как будто видишь, из чего она состоит. И никогда не ошибаешься.

– Я действительно это вижу, – пожал плечами я. – А когда знаешь исходный код, поменять его несложно. Обычное программирование, только магическое, – я взял очередной амулет. – Вот образ картинки. Она яркая – свет. Амулет будет световым. Добавляем красный цвет, – я надстроил контур заклинания, – теперь синий и зеленый. Видите, в основное заклинание добавились образы? Чуть силы…. Пожалуйста! – камушек в моей руке засветился и стал переливаться разными цветами.

– Невероятно, – восхищенно пробормотал старик. – Я не понимаю, о чем ты мне рассказываешь. Я вижу только контур заклинания и нити магии. Только Сагрэй мог делать то же самое, я как будто вернулся в прошлое, – он склонил голову.

– А вот другой амулет, – я взял один из своих камней, опасаясь, как бы старик снова не впал в беспамятство. Надо было как-то его расшевелить. – Присмотритесь. Хочу сделать видеорегистратор.

– Что? – старик поднял голову.

– Записывающее устройство. Вот образ картинки, он оформился под словами «запись реальности». Вот временная линия. Смотрите, что получается.

Плоский камень-амулет посветлел и стал похож на экран смартфона. Через секунду он начал показывать, как Хулдизэт делает свои упражнения. Я «записал» его буквально несколько минут назад. Дэр Кресси подскочил и забегал по камере.

– Невероятно! Невероятно! – вопил он на всю камеру. – Ты гений!

Орк тоже подошел ко мне и долго рассматривал самого себя на экране. После того, как картинка исчезла, так же долго таращился на меня, со смесью удивления и ужаса.

– Ты и правда гений, – благоговейно прошептал он, наконец.

– Так себе гений-то, – скептически ответил я. – У меня так и не получается использовать магию вне тела. Я не могу передавать ее на расстояние, только через амулеты.

– Я заметил, – дэр Кресси немного успокоился и снова присел рядом со мной. – Ты – абсолютный артефактор, это очень редкий талант, он действительно чаще всего изолирован телом мага. Не расстраивайся. Да, ты никогда не сможешь поставить магический щит одним движением руки или разогнать тучи, как это делают другие маги. Но ты сможешь создавать мощнейшие амулеты, равных которым не будет в этом мире.

– Сагрэй создавал такие амулеты? – осторожно спросил я.

– Нет, – помрачнел старик. – Мой сын был хорошим магом-лекарем. Просто он умел переделывать готовые, давно известные заклинания, и делал всякие забавные штуки. Бесполезные по большому счету, типа поющих птичек или радуги в доме. Но от них становилось теплее на душе. – Его голова поникла, но он продолжал говорить, а мы с орком замерли, опасаясь нарушить ход его мыслей. – Он был талантливым мальчиком, я хотел отправить его подальше от этого острова, когда тут стало неспокойно. Вампиры все еще не выходили на открытую войну с магами, какая-то сила у нас имелась. Но они отыгрывались на людях, в том числе тех, кто был нам дорог. То выпьют досуха, якобы нечаянно, то накажут до смерти за какой-нибудь придуманный проступок. Сагрэй не хотел уезжать, скоро мне стало ясно, почему: он влюбился в одну девушку, Эйми, и просто не мог бросить ее здесь одну. Она была из соседней деревни, обычная рабыня.

– Дэра Гадалвара?

– Нет. Дэра Джуретти. Это еще одна вампирская семья острова, ничуть не лучше Гадалваров, их близкие приятели. А самая большая проблема была в том, что дочь дэра Джуретти, Зольна, влюбилась в Сагрэя и начала его преследовать. Прилетала к нему из замка по ночам, требовала встреч днем. Он не отвечал на ее чувства и вообще старался прекратить все это – не в его правилах было заводить связи с вампирами, он относился к ним не очень хорошо. Джуретти тоже не были в восторге от увлечения юной вампирши. Но потом все же как-то смирились с этим. Все-таки Сагрэй был не простым человеком, а магом, в этом случае чистоту вампирской крови можно и разбавить.

Я объяснял Сагрэю, в какую ловушку он попал. Дэрна Зольна Джуретти была очень настойчива, она не оставляла попыток добиться его расположения. Влюбленная женщина не прощает, если ее отвергают. А характер у Зольны был тот еще, она и убить могла в ярости. Я просил, и даже требовал, чтобы Сагрэй покинул остров. Но на все уговоры получал только один ответ – мы с Эйми любим друг друга, я не могу ее бросить.

Теперь представьте себе, что произошло, когда он явился в замок Джуретти, чтобы просить руки своей возлюбленной. Вампиры-то думали, что это будет юная Зольна! А он признался, что любит другую, безродную служанку Эйми, и попросил отдать ее или позволить выкупить. Конечно же, его выгнали с позором. А вся деревня, в которой жила бедная девушка, была сожжена тем же вечером.

– Почему он просто не выкрал ее и не уехал с Кьюгарда? – мне казалось, что это был бы самый разумный выход.

– Это было невозможно, – удивился старик моему невежеству. – Тогда люди являлись собственностью вампиров, это была исключительно их еда. – Я передернулся от отвращения. Жуткий мир! – Беглых людей пытают и казнят, когда поймают. А их всегда ловят: Гадалвары могут себе позволить услуги мага-поисковика такого уровня, что от него никто не скроется.

– Они убили Эйми? – глухо спросил Хулдизэт.

– Да. И не просто убили, а как следует поиздевались для начала. И еще многих других людей из ее деревни постигла та же участь. За компанию. Мне рассказывали, как Сагрэй отыскал ее изуродованный труп среди кучи тел и впал в настоящее бешенство. Его долго не могли успокоить. Потом он пришел в себя и с помощью оставшихся жителей похоронил погибших. А потом поклялся могилой любимой, что будет мстить и изведет всех вампиров на острове Кьюгард, чего бы ему это ни стоило. Он вернулся и начал уговаривать нас восстать против вампиров. И я, и мои браться уговаривали его не связываться с этими уродами. Ведь силы были явно не равны. Но он не отступил.

Я долго следил за каждым его шагом, все время уговаривал уехать. Но он набрал людей и приступил к своей мести. Его отряд вылавливал одиноких вампиров и убивал их. У них это хорошо получалось: вампиры чувствовали себя в безопасности на этом острове, им и в голову не приходило, что теперь опасно ходить по одному. Потом вампиры забеспокоились, начали искать убийц. Но Сагрэя никто не подозревал. А через какое-то время моему сыну пришло приглашение в дом Гадалваров. Я не знаю, почему он решил пойти. Видимо, считал, что находится в безопасности, он же маг. Тем более, что с Гадалварами он не ссорился, только с Джуретти. Да и те официально его ни в чем не обвиняли, никаких доказательств против него не было.

Он никому не сказал о приглашении. Знал, что я его не пущу. Костьми лягу, а не пущу. Я-то прекрасно понимал, что из замка он не вернется: Гадалварам не нужны никакие доказательства, чтобы обвинить человека, а семья Джуретти – их хорошие друзья, они всегда стояли горой друг за друга. Так и получилось. Сагрэй не вернулся. Я узнал о его визите в замок только на следующий день. Конечно же, мы с братьями пошли туда, чтобы вызволить его. Я надеялся, что его просто бросили в тюрьму, может, наказали как-то, но оставили в живых.

В замке Гадалваров нас уже ждали. Маги-лекари не могут противостоять хорошо обученным воинам-вампирам. Мои браться погибли сразу же, в главной зале замка. А меня просто потрепали и доставили сюда, – он окинул мутным взглядом серые стены нашей кельи. – Сагрэй тоже был тут. То, что от него осталось. Мы успели попрощаться. А больше я уже ничего не сумел сделать, – его голос становился все глуше и глуше, и, наконец, совсем затих.

– Как же он не понимал, что этим все и закончится? – грубовато спросил орк.

– Он верил в справедливость, – вскинулся старик. – И дал эту веру людям. Я видел многих, кто попадал сюда. Почти все люди – бунтовщики против кровососов. Все помнят клятву Сагрэя: очистить остров от вампиров! Люди продолжают его дело, пытаясь мстить своим обидчикам. Впрочем, последнее время таких героев все меньше, – он задумался. Я не стал напоминать ему, что теперь перед высадкой на остров всех людей зомбирует менталист, так что в настоящее время героям тут взяться неоткуда. – Ты очень на него похож, – повернулся ко мне Кресси. – Та же фигура, подобные черты лица, темные волосы. Даже твое имя звучит почти так же! Прости, что иногда путаю вас. Я стал совсем старым и больным, призраки прошлого подбираются ко мне все ближе.

– Ничего, – ответил я. – Как только мы выберемся отсюда, подлечитесь и проживете еще долго.

– Как же мы отсюда выберемся? – горько усмехнулся старик. – Я уже все перепробовал за эти годы.

– Порталом, – пожал плечами я. – Как же еще. Только мне надо научиться его строить, используя амулеты, а не обычную магию.

– Порталы доступны не всем магам, – снисходительно улыбнулся старик. – Там такие заклинания! Учитываются все векторы и преломления потока магии, это невозможно ни запомнить, ни воссоздать.

– Да помню я все эти заклинания, – хмыкнул я. Уж искусство построения порталов я изучил в первую очередь в форте Черные Скалы. Мне так хотелось попасть в свой мир, что теорию я выучил наизусть до последней буквы. Теперь осталось применить знания на практике. – Ничего сложного, только громоздко очень. Ну и рисовать символы придется, там все должно быть точно и аккуратно. Поможете?

Дэр Кресси и орк сидели молча, в изумлении вытаращив на меня глаза.

Глава 11. Тюрьма повышенной комфортности

– Ты не можешь знать, как делать портал! – дэр Кресси кружил около меня, когда я подбирал нужные амулеты. Хулдизэт послушно ковырял стену, все время прислушиваясь к нашему разговору. С тех пор как он понял, что у нас есть реальный шанс покинуть это место, он даже разговаривать стал меньше. Видимо, боялся спугнуть удачу. – Этому искусству учатся годами! А ты что-то там прочитал в книге и считаешь, что стал профессионалом!

– Я так не считаю, – возразил я. – Но теорию я действительно хорошо помню. Я же не собираюсь строить портал для нас прямо сейчас. Сначала потренируюсь на кошках… Тьфу, на камушках. Потом на предметах побольше. Потом рискнем сами.

– Рискнем? – усмехнулся дэр Кресси. – Да это будет не риск, а самоубийство!

– Вы мне предлагаете все бросить и даже не попытаться? – коварно спросил я.

– Эй, вы там, перестаньте ругаться! – сразу же вмешался Хулдизэт. – Я тебе брошу! Делай давай свои порталы. Я готов рисковать. Пусть хоть по частям перемещусь! Куда угодно, кроме этой башни!

– Вот по частям и переместишься, – буркнул старик. Но потом все же начал мне помогать.

Конечно же, переместить предметы с первого раза у меня не получилось. Я тренировался на маленькие расстояния: рисовал два портальных круга в камере и пытался перемещать с их помощью мелкие камушки. Результаты были самыми непредсказуемыми. Предметы то выпадали из кругов, то взлетали, то врезались в стену рядом со мной, то вообще распылялись на молекулы. Но я не отчаивался. Да и дэр Кресси здорово поддерживал меня. Особенно когда увидел, что я действительно на что-то способен в этой области магии. Теперь он говорил, чтобы я верил в себя и не торопился: маги-порталисты учатся навыкам перемещения годами, так что овладеть этим видом магии – дело всего лишь постоянной практики.

Мы решили не спешить и дать мне достаточно времени на обучение: быть распыленным в пространстве из-за моей ошибки ни одному из нас не хотелось. К тому же перемещение порталами требует невероятной магической энергии, а взять ее в таком количестве было неоткуда. Мой собственный резерв был огромным, я это уже понял, но он весь уходил на обучающие порталы, а потом его приходилось восстанавливать несколько дней. И уж точно моих собственных сил не хватит ни на один полноценный портал для человека.

Единственным регулярным источником магической энергии был свет двух полных лун, который, к счастью, удачно проникал в нашу камеру через окно тонким лучом. Я сделал множество амулетов-накопителей, которые впитывали эту магию и хранили до лучших времен. По моим подсчетам, через несколько месяцев энергии хватит, чтобы пробить порталом хотя бы дверь нашей камеры. На большее я не рассчитывал. Поэтому мы решили отложить побег на долгое время, хотя бы до весны. Или еще лучше до лета. Сейчас за стенами замка становилось все холоднее, а зимой и вовсе выпадет снег. Бежать в таких условиях было бы глупо. В самой башне отопления тоже не предусматривалось. Нам даже просунули в окошко пару крепких одеял. Впрочем, они нам уже были без надобности: мои согревающие амулеты работали безотказно.

Да и вообще жить нам стало гораздо приятнее и веселее. С помощью магии наша тюрьма превратилась в зал ожидания повышенной комфортности. Я постарался добавить мрачной камере удобства моей родной цивилизации. Начал я с питания, ведь от него во многом зависело, насколько мы будем сильны и здоровы, чтобы покинуть это негостеприимное место. Когда я показал дэру Кресси свой новый амулет, он долго всматривался в заклинание.

– Не видел ничего подобного, – наконец произнес он, вертя в руках фигурку обычной чайной ложки из глины. – Что ты придумал на этот раз?

– Это амулет для улучшенного питания, – деловито пояснил я. – Его программа следующая. Когда нам принесут еду, мы съедаем всю нашу отвратную похлебку, потом я кладу в кастрюлю эту штуку. Она вызывает у нашего охранника непреодолимое желание снова положить сюда что-нибудь вкусное и принести нам.

– Вот это здорово! – расхохотался подслушивающий наш разговор Хулдизэт. – Да такого заклинания не бывает!

– Это должно быть очень сложное заклинание, – скептически поднял брови дэр Кресси. – Сомневаюсь, что такое под силу сделать даже сильнейшему магу.

– В самом заклинании нет ничего сложного, – возразил я. – Программа всего из двух действий: положить еду, принести еду. Но вот как отнесется к своим действиям охранник, когда поймет, что происходит? Он же просто повернет назад на середине пути, и мы своей еды не получим.

– Примени дополнительное заклинание отвлечения внимания, – предложил старик, заинтересовавшись-таки моим изобретением.

Я знал это заклинание, выучил когда-то заодно с остальными, хоть и считал его бесполезным. Оно было очень слабым и не требовало много энергии. Суть его в том, что оно мягко воздействовало на человека, заставляя его жить как будто на автопилоте некоторое время. В момент воздействия такого заклинания человек не будет полностью осознавать свои действия, считая их самыми обычными, повседневными. И по воле мага немного собьется с намеченного курса. Чуть-чуть повернет не туда, возьмет и перенесет лишнюю вещь, переложит предмет на другое место, совершенно не запомнив этого впоследствии. Поменять свое поведение полностью или сделать что-то необычное не получится. Но в нашем случае это заклинание должно помочь. Правда, если охранником будет чистокровный вампир, магия на него не подействует. К счастью, насколько я знал, нас сторожили в основном полукровки. По заверениям дэра Кресси, чистокровных вампиров набирали в боевые отряды, а не ссылали сторожить никому не нужных заключенных.

Я поставил дополнительные опции на амулет, и после ужина положил его в кастрюлю. Когда ее забрали, мы уселись ждать.

– Да ничего не получится, – нервничал Хулдизэт.

– Скорее всего, – поддакнул старик.

– Что ж вы тогда так дверь гипнотизируете? – ухмыльнулся я. – Только на нее и смотрите.

– Никуда я не смотрю, – фыркнул орк и отправился делать свои упражнения. Но взгляд его по-прежнему слишком часто останавливался на вожделенном окне в двери нашей камеры.

– Интересно, через какое время мы поймем, что заклинание не сработало? – поинтересовался он.

– Полагаю, что скоро, – тут же ответил Кресси. Видимо, думал о том же, что и Хулдизэт.

– Скоро, – подтвердил я. – Если оно сработает, то охранник просто наполнит кастрюлю снова и принесет нам, не останавливаясь ни на секунду. А вот если он осознает это действие, или его кто-то задержит и спросит, что происходит… Тогда все, прощай наш праздничный ужин.

Оконный засов лязгнул и нам просунули тяжелую кастрюлю. Мы дружно подскочили, затащили ее в камеру, открыли и на секунду замерли в восторге: сейчас там находилась не овощная похлебка с прожилками старого сала. Мы увидели вареные овощи и настоящее мясо, переложенное теплыми лепешками свежего хлеба. Мы шумно выдохнули и начали молча и быстро есть всю эту роскошь, жадно загребая еду руками. Мы старались не смотреть друг на друга, все мысли вообще отключились. Минут пять в камере слышалось только усиленное чавканье людей, которые дорвались до нормальной еды впервые за полгода, а один из нас так и вовсе в первый раз за двадцать лет.

– Все, пожалуй, хватит, – с видимым сожалением оторвался от еды дэр Кресси, вытирая руки о свой старый балахон. – Больше не могу. Никогда я не был так счастлив!

– Удовлетворение простейших потребностей – самое необходимое в жизни, – я тоже нашел в себе силы прекратить есть.

– Вот этот твой амулет – самая шикарная вещь на свете, – орк с блаженной улыбкой достал фигурку чайной ложечки со дна вылизанной кастрюли. – Подари его мне!

– Да на здоровье, – засмеялся я. Мы расползлись по своим углам и в счастливом блаженстве поглаживали животы. – Как бы нам только плохо не стало после такого.

– Ничего страшного, если такое вдруг случится, я всех вылечу, – улыбнулся старик.

– Плохо нам не будет, – веско сказал орк. – Теперь нам будет только хорошо. Если мы каждый день будем так питаться, может, нам хватит сил не телепортироваться, а просто выбить эту выползневу дверь!

– Каждый день нельзя, – разумно возразил Кресси. – Могут заметить. Думаю, раз в пять дней…

– Через день!

– Через три!

Створка окна лязгнула, пустую кастрюлю забрали. Мы впервые смотрели на это действие абсолютно сытыми глазами.

С тех пор наша жизнь значительно улучшилась. Мы жили в тепле и сытости. Конечно, мы не рисковали пользоваться «обжирательным амулетом», как его назвал орк, слишком часто. Это могло привлечь ненужное внимание. Но раз в три-четыре дня мы устраивали себе «поход за продуктами», которых хватало потом на несколько дней. Кроме того, каждый из нас с удовольствием занимался своим делом. Орк тренировался с наибольшим усердием, чувствуя, как наливаются силой его мышцы, откормленные на новой диете. Я иногда составлял ему компанию, но редко: почти все мое время уходило на практику магии.

Я никогда не забывал о своей главной проблеме в этом мире: вернуться домой я пока не смогу. Сначала мне надо избавиться от темной магии в своем теле. Я уже понимал, как двигается энергия в живых организмах, поэтому смог определить часть своего тела, где была использована темная магия для лечения. Это был позвоночник. Очень большой его отдел держался исключительно на этом виде энергии. Вытеснить ее действительно не представлялось возможным. Зато я сумел мысленно разрушить маленький кусочек темного энергетического канала.

Дэр Кресси, которому я рассказал о своих экспериментах, посоветовал мне сначала накачать свое тело обычной магией и создать новые каналы. А потом потихоньку разрушать темные. У меня появилась, наконец, надежда, обратить преступное лечение дэра Ландоля вспять. Теперь мой позвоночник постепенно укреплялся обычной магией, а я проявлял все больше усердия в изготовлении самых разных амулетов.

Дэр Кресси всегда отмечал мои ошибки и подсказывал правильные решения, многое объяснял мне и хвалил мои результаты.

– В магической школе учатся долго, – сказал он как-то мне. – Четыре года, насколько я помню. Затем нужна стажировка у профессионального мага, и только потом маг получает разрешение на работу по специальности. Ты же занимаешься магией всего полгода, а действуешь иногда на уровне настоящего мага, пусть и неопытного.

– Видел я это обучение в магической школе, – ухмыльнулся я. – Я же лечился в Академии. Ну и… Дружил кое с кем из учеников. Им на первых курсах дают очень много теории из общих предметов, чтобы они имели представление о сути природных явлений. Сама магическая практика на первом курсе носит только ознакомительный характер, а применять заклинания самим студентам разрешают только курсе на втором-третьем. Я же всякую химию-физику-биологию помню из прежней жизни. Не на профессиональном уровне, конечно, но общие сведения имеются. И о движении молекул, и о воздействии разных температур на физические тела, и про ускорение знаю, и о строении человеческого тела. Так что в своем обучении я перешел напрямую к магии. А ею я занимаюсь уже несколько месяцев. Вполне достаточно для прикладного использования.

– Хм, пожалуй, ты прав, – согласился старик, внимательно наблюдая, как я леплю из крошек грязи очередной амулет. – Что ты делаешь на этот раз?

– Телевизор! – гордо ответил я. Насладился недоуменными взглядами товарищей и снисходительно пояснил, – это частичный портал, когда на нужное нам место перенесется только наш образ. Надо не забыть набросить невидимость, чтобы этот образ не заметили. Мы будем видеть все в том месте, куда перенесется часть нашей ауры.

– Ничего не понял, – признался Хулдизэт. – Ты хочешь сказать, что мы сможем увидеть что-то еще, кроме стен этой камеры?

– Да.

– Здорово! – искренне восхитился он. – Нет, я, конечно, совсем не против вас, но иногда ваш вид мне надоедает, – с убийственной честностью пояснил он. – Я хочу посмотреть на других людей и даже вампиров. Или еще хоть что-то, кроме тюрьмы!

– Для этого и существуют телевизоры, – улыбнулся я. – В моем мире без них тоже было очень скучно жить. Правда, потом придумали Интернет… Но этим я займусь позже.

– Я слышал о частичном портале, – произнес дэр Кресси. – Хоть никогда и не видел. Но как быть с магической энергией? Ты хочешь разрядить все наши накопители?

– Для частичного портала много энергии не нужно, – пожал плечами я. – Тем более на малом расстоянии от источника. В этом-то вся прелесть. Для него хватит и моих собственных резервов, я сейчас в хорошей форме. Только дайте по капле вашей крови.

Орк и старик безропотно подчинились. Мы пометили своей кровью мой новый амулет. Он представлял из себя небольшой чуть влажный глиняный шарик. Я расплющил его и прилепил на стенку все той же кастрюли. Она была грязная снаружи, и амулет не сильно выделялся на ее фоне. Надеюсь, мое изобретение не бросится в глаза охраннику, и он не оторвет его от посуды. Кастрюлю унесли, а мы уселись перед портальным рисунком на полу. Я активировал один из накопителей, и рядом с нами слегка засветилось серебристое окно. Мы дружно просунули туда головы.

– О! – восторженно прошептал орк, но я тут же его одернул:

– Тихо! Могут услышать.

Дальше я только ощущал сбивающееся от восторга дыхание сокамерников. Хотя ничего особенного в портале мы не видели: вампир-охранник поставил кастрюлю на поднос у стены, а сам отошел к товарищам в другой части башни. Стражей было всего трое, только один был с крыльями, а остальные – обычные полукровки, возможно, даже не в первом поколении. Они ели и играли в какую-то настольную игру, похожую на нарды, я не очень хорошо мог рассмотреть это издалека. До нас иногда доносились их голоса. Ничего интересного они не обсуждали: говорили что-то про погоду, что-то про еду. Но для нас, запертых на несколько месяцев в тесной камере, все это казалось новым и удивительным. Мы вспоминали, как выглядят предметы и люди за пределами нашей кельи, осматривали каждый кирпичик и фонарик, и не могли оторваться от этого «захватывающего» зрелища.

– Их всего трое, – задумчиво констатировал орк, когда портал все-таки погас, выбрав всю энергию накопителя. – А вампир только один.

– А больше и незачем, – тут же ответил старик. – Отряд настоящих боевых вампиров охраняет замок, они распределены по разным постам. Всего тут около двух десятков стражей. А в башне охранять некого, тут они отдыхают. Здесь всего забот – принести нам кашу два раза в день.

– Значит, вокруг замка есть еще вампиры?

– Они тут повсюду, – кивнул Кресси. – Замок Изаюрд – летняя резиденция Гадалваров, а в их отсутствие тут живут некоторые их родственники и другие вампиры. Уходить надо будет под невидимостью, после того, как пройдем портал. Твое новое изобретение нам поможет: надо выяснить, как отсюда выбираться и куда идти дальше. Ты можешь поставить этот свой… Телевизор в другие места?

– Задача поставлена, задача понятна, будем решать, – пожал плечами я.

Мои следующие «телевизионные» амулеты мы выбрасывали в окно. Если они не рассыпались при падении, мы могли видеть какое-то пространство рядом с нашей стеной. Чаще всего мы все-таки использовали «кастрюльные» камушки. Иногда посуду уносили в мойку, и мы могли видеть чуть больше, чем каморка наших охранников. Таким образом, мы понемногу расширяли свои знания о замке, хоть действие амулетов и было сильно ограниченным.

Наступила весна, снег почти сошел, наша мечта о побеге приближалась. Но однажды я чуть все не испортил. Как-то ночью, когда мои приятели уже спали, я обдумывал способы построения порталов. И вдруг мне пришло в голову, что при помощи частичного портала я могу увидеть не только здешний мир, но и свой собственный. Только для этого, наверное, потребуется немного больше магии. Поэтому я взял все заряженные лунные накопители и разложил их в портальном круге. Решил, что только гляну одним глазком на свой прошлый дом. Если получится, конечно.

Я приступил к заклинанию. Протянуть портал до своего мира сложностей не вызвало, конечная точка определились мгновенно: там жила моя дочь, моя родная кровь. Так что окно засветилось быстро. Я просунул голову в портал и замер: я увидел до боли знакомую комнату в квартире, в которой я и моя семья прожили несколько почти счастливых лет. Дочка Аленка, ощутимо подросшая за прошедшее время, сидела на своей кровати в пижаме, моя бывшая жена читала ей сказку на ночь. Я не воспринимал слова, почти не осознавал, что происходит, просто всматривался в родное лицо дочки, пытаясь вспомнить каждую его черту. Как же она изменилась! Такая хорошая стала, красавица! Оторваться от такого зрелища я не смог. Про накопители, отдающие магию с бешеной скоростью, я и не вспоминал: время остановилось, я чувствовал себя дома.

– Ты что делаешь? – выдернули меня в реальность цепкие руки дэра Кресси. Я выпал из окна, портал захлопнулся. Мой взгляд невольно упал на накопители, которые были теперь почти пусты. – Что ты там смотрел? Что-то важное?

– Что случилось? – зашевелился на своем месте Хулдизэт, потирая глаза.

– Он разрядил почти все накопители для нашего портала, – дэр Кресси осматривал бесполезные теперь амулеты, а я молчал, мыслями все еще находясь на Земле. – Что ты видел? – допытывался старик.

– Дочь… – еле смог проговорить я. – Я смотрел на свой мир, – мой голос было не узнать, настолько глухим и хриплым он был.

– А как же наш побег? – наивно возмутился орк. – Все амулеты разряжены? И что теперь?

– Я хотел увидеть свой дом! – рявкнул я на них так, что оба немедленно замолчали и не рискнули больше возмущаться. На меня внезапно нахлынула такая злость, что я почувствовал себя способным на убийство. Да, я виноват и поступил неразумно. Но вот только пусть попробуют еще хоть что-то мне сказать! – Всем спать! Завтра все обсудим, – я прошел в свой угол, лег и отвернулся к стене. Да уж, ночка мне предстоит та еще, если и усну, то кошмары обеспечены. За моей спиной больше не раздалось ни слова. Связываться со злым магом сумасшедших не было.

На следующий день никто ко мне с вопросами не приставал. Приятели только иногда бросали в мою сторону укоряюще-сочувствующие взгляды. Я и сам понимал, что поступил глупо. Мог ведь подождать, пока выйду из тюрьмы. Но нет, надо было поддаться минутным эмоциям! Что-то я совсем раскис. Теперь наш побег откладывается еще на пару месяцев: энергии на троих человек в накопителях пока не хватит.

Все также молча мы поели и уселись за телевизор. Понемногу начали общаться, обсуждая план побега. Он был прост: портал перенесет нас за дверь камеры, энергии на большее расстояние нам не раздобыть. Если бы башня была пониже, можно было бы поставить портал за внешнюю стену. Но высота нашей тюрьмы была с десятиэтажный дом, насколько я мог судить по информации из «телевизоров». Падать с такой высоты никому не хотелось. Так что придется выходить через дверь и спускаться по лестнице. Я наброшу на всех невидимость, и мы постараемся пройти мимо охраны незамеченными. Бежать надо ночью, когда бдительность наших стражей ослабнет от желания поспать. Мы проберемся по лестнице до входной двери и под покровом ночи побежим как можно дальше. Доберемся до какой-нибудь большой деревни и затеряемся среди людей. Обнаружат пропажу быстро: уже после завтрака, когда кастрюля так и останется полной, наши стражи что-то заподозрят. Откроют камеру, увидят портальный круг… Хотел бы я посмотреть на выражение их лиц, когда они все поймут! Но к тому времени мы уже будем далеко.

Про мое необдуманное расточительство магии мы больше не говорили. На небе вновь светили две полные луны, накопители потихоньку заряжались. Энергии уже хватало на двоих, осталось подождать совсем немного. Побег был запланирован через полмесяца.

К сожалению, нашим планам не суждено было сбыться: случилось непредвиденное.

Однажды вечером мы в очередной раз сидели у «телевизора», просматривая картинку из-за стены. Стражники на той стороне вели ничего не значащий разговор, к которому мы почти не прислушивались. Но скоро меня кое-что насторожило, и я дернул сокамерников, привлекая их внимание.

– Когда прибудет этот маг? – спросил один из стражей, лениво подбрасывая игровые кости.

– Послезавтра, – другой вырезал ножом что-то на столе.

– Он что, и правда тут все заколдует?

– Ну да. Говорят, это не сложно.

– Значит, охрана будет не нужна больше?

– Да что нам, работы не найдется? – усмехнулся стражник-вампир. – Все лучше, чем сторожить полутрупы. Пусть их магия сторожит, от нее точно никуда не убегут.

– Одного из нас, наверное, все же оставят, чтобы еду носил.

– Пусть лучше маг башню проверит. А то ребята говорят, что башня то светится иногда, то тепло от нее идет. Звуки еще разные бывают.

– Маг все проверит, – кивнул вампир. – Давно пора. Что-то давно наши узники сидят, никто не умирает. Когда такое было?

– Старик в камере вроде маг. Может, он их лечит?

– Да какой он маг? Он уже всю силу растерял…

Дослушать не получилось: время вышло, портал захлопнулся. Мы в растерянности уставились друг на друга.

– Послезавтра приедет маг, который будет нас проверять, а потом поставит хитрую магическую защиту на башню, из-за которой мы не сможем бежать, – четко и кратко подытожил я.

– Нам конец, – сделал закономерный вывод дэр Кресси.

– Может, обойдется? – робко спросил орк. – Ну, проверит он нас. Как? Мы не скажем, что ты маг. А твоя энергия, насколько я помню, только у тебя в руках, и ее вроде бы не видно сразу то…

– Конечно, он совсем не увидит, что мы тут не бедствуем, – с сарказмом ответил я. – Тепло мы еще можем спрятать, наверное. Если наша камера успеет остыть за пару дней. Но здесь в любом случае все пропитано магией, от профессионала это не скроешь. К тому же по нам-то видно, что мы не страдальцы в мрачной темнице. Ты вон какие мышцы отрастил! Скажешь, что на простом супе?

– А мы можем справится с магом, если он сюда зайдет?

– Нет, – вмешался старик. – Скорее всего, он даже заходить сюда не будет. Все и через окно увидит, если пожелает. – А если и зайдет, то с отрядом вампиров.

– И что тогда делать? – в голосе орка послышались отчаяние.

– Надо бежать немедленно, – твердо ответил Кресси. – Сегодня. В крайнем случае, завтра.

Мы помолчали, обдумывая перспективу. Все смотрели на меня, но я ничем не мог их обнадежить. Энергии в накопителях на троих не хватит. По этому поводу тут же возник довольно серьезный спор, в процессе которого мне как раз и припомнили не целевое использование магии. Тут уж мне крыть было нечем. В конце концов, мы решили, что наружу пойдут двое, добудут ключи и вернуться за оставшимся товарищем. Дэр Кресси молча и тоскливо смотрел в стену. То, что порталом пойду я, не обсуждалось: я маг, только я смогу набросить на нас невидимость по ту сторону двери. С собой я возьму орка, это тоже было понятно. В бою, если вдруг такой последует, мне пригодиться именно он, а не слабый старик. Получается, тем самым третьим человеком, кто будет дожидаться приятелей в камере, станет дэр Храфоль. Представляю, каково ему было это осознавать: остаться снова одному в старой темнице и надеяться, что про него не забудут.

– Мы обязательно вернемся за вами, – я взял его за плечи. Они были худыми, но еще довольно крепкими. – Я вернусь за вами, дэр Храфоль Кресси, обещаю.

– Я тебе верю, – он внимательно посмотрел на меня. В его глазах стояла такая боль, что у меня мороз прошел по коже. Он как будто прощался со мной – вновь обретенным сыном Сагрэем, с которым он так и путал меня все время. Я знал, что не смогу предать этого человека – моего учителя в этой страшной дыре. И был намерен сделать все возможное, чтобы он не остался тут дольше получаса после нашего ухода. – Но если такой возможности не будет, – он немного помолчал, как будто собираясь с силами, – не возвращайтесь. Не рискуйте из-за меня, бегите одни. Я и этому буду рад. Вы должны спастись, это главное.

– Ну, это уж мы постараемся, – пробормотал Хулдизэт, я сердито глянул на него.

– Не бойся, отец, мы тебя не бросим, – как можно уверенней повторил я. Я искренне привязался к этому старику, моему учителю, и очень уважал его, не смотря на некоторые его безумные выходки.

После многочисленных обсуждений предстоящего побега мы улеглись спать. Завтра нам предстояло пережить сложное и опасное событие.

Глава 12. Побег

На следующий день я снова воспользовался амулетом-«обжиралкой». Нам надо было набрать побольше еды в дорогу. Заклинание сработало без осечек, и мы получили достаточно продуктов, которые аккуратно сложили на одеяло.

Днем мы отсыпались, а далеко за полночь приступили к реализации наших дерзких планов. Я тщательно прорисовал портальный круг, разложил вокруг все имеющиеся накопители. Мы с Хулдизэтом встали в центр этой необычной конструкции. Дэр Кресси удрученно смотрел на нас из-за черты. Я ободряюще улыбнулся ему:

– Смотрите не съешьте все продукты, пока нас не будет, – попытался пошутить я, кивнув на сложенный стопкой хлеб рядом с ним. Мы решили сначала раздобыть ключи, вернуться за Храфолем, и только потом забрать продукты. Брать их сразу я опасался: портал мог не пропустить такое количество материи. Хоть бы на нас с орком энергии хватило. Да и дэру Кресси так будет спокойнее: без еды мы точно не уйдем. Старик не отреагировал и выглядел так, как будто прощался с нами навсегда.

Я активировал амулеты и прочитал заклинание. Портал заработал, и мы провалились в черноту пространственного перехода.

Через секунду мы вышли по ту сторону двери. Нестерпимая боль разлилась по моему телу. Мышцы ломило и крутило, голова раскалывалась. Я еле сдержал стон. Рядом глухо мычал Хулдизэт, лежа на ступеньках лестницы. Я подполз к нему.

– Жив? – спросил я его хриплым шепотом.

– Вроде бы, – он едва поднялся. – Почему так больно? Такого вроде не должно быть? Ты мне ничего не говорил об этом!

– Не знаю, – недоуменно пожал плечами я. – Мы с тобой уже перемещались порталом, все ведь было нормально. Видимо, при построении портала я кое-что не учел… Я применил дополнительное заклинание стабилизации объектов в исходной точке, но может, должно быть еще что-то? Стабилизация ощущений? Меня же никто этому не учил!

– Тогда хорошо хоть, что живы, – глубокомысленно произнес орк, осматриваясь и потирая лоб. Я мгновенно осознал одну вещь: хорошо или плохо, но мой неумелый портал сработал! Мы выбрались! Пусть пока только за дверь камеры, но мы сделали это!

– У нас все-таки получилось, – радостно произнес я, чувствуя, как накатывает эйфория и значительно улучшает мое физическое состояние. У орка тоже сразу же повысилось настроение.

– Да, получилось, – довольно произнес он. – Надо старику сказать.

Мы тихонько постучали в дверь, надеясь, что Кресси услышит и поймет, что мы живы. Стучать громче мы не стали: слишком рискованно. Скоро послышался ответный стук: старик понял, что мы в порядке. Теперь надо было раздобыть ключи.

Мы знали, где они находятся, видели неоднократно по «телевизору». Ключи висели на стене у входа в башню, в небольшой нише. Если пробраться туда и взять их, а потом положить обратно, эту временную пропажу даже не заметят. Я взял нужный амулет и протянул орку. Один на двоих, теперь нам надо было держаться очень близко друг к другу. Мы стали невидимыми и осторожно пошли вниз по лестнице. Но не успели мы пройти и одного пролета, как по всем стенам башни пробежала волна резкого звука. Он почти оглушил нас на несколько секунд, а потом затих. Наша невидимость тут же слетела, а внизу послышались голоса встревоженной стражи.

– Что это? – тихим шепотом завопил орк.

– Магия, наверное! – сразу понял я, проклиная себя за то, что мы такие идиоты: даже не подумали о том, что в башне могут быть и магические охранные заклинания. – Среагировала на нас.

– Сюда идут! – орк начал оглядываться, надеясь увидеть хоть какое-то укрытие. Тщетно: стены были абсолютно ровными.

– Сюда, – дернул я его в угол лестничного пролета и снова активировал амулет. Надеюсь, хотя бы на пару минут его хватит. Мы снова стали невидимыми, и трое стражников, которые уже неслись сюда со всех ног, пробежали мимо нас.

Мы кинулись вниз. Сигнализация пока молчала, надеюсь, ее заряда хватило только на один раз.

– Тут никого! – услышали мы голоса сверху.

– И дверь закрыта. Случайно сработало?

– Не может такого быть. Надо искать, кто-то пробрался внутрь.

– Зачем сюда пробираться? Кому в тюрьму захотелось?

Мы не стали прислушиваться дальше и побежали по коридору на выход. Но на очередном повороте столкнулись с еще одним стражником-вампиром. Невидимость тут же слетела. Встреча была настолько неожиданной, что растерялись все. Это нас и спасло. Вооруженный до зубов вампир на секунду замешкался, и орк на рефлексах выбил клинок у него из рук, а потом мощным кулаком пробил нос. Я в это время подобрал оружие и со всех сил воткнул вампиру в спину. Клинок пронзил стражника насквозь.

Мы бросились дальше, не забыв прихватить единственное оружие и ключи от нашей камеры и заодно от входной двери. Охранник не шевелился. Я с тоской посмотрел наверх, где оставшиеся стражники уже спускались по лестнице, громко обсуждая загадку ложной тревоги.

– Сейчас у нас не получится его освободить, – понял мой взгляд орк. Впрочем, я и сам понимал, что нам не спасти дэра Кресси, который остался в камере. Если бы мы не наткнулись на вампира и не убили его, а где-нибудь спрятались, все бы успокоились через какое-то время, и тогда был бы шанс вернуться. Но сейчас труп этого бедолаги сразу даст всем понять, что надо поднимать масштабную тревогу. Нам надо было уносить ноги как можно быстрее. – Потом вернемся за ним…

– Если будет такая возможность, – печально закончил я его фразу.

Мы смогли открыть массивную дверь и выбраться наружу. Мы хорошо знали, где расположен кьяльник с ездовыми животными, и припустили туда. Но мы снова не учли важную вещь: ни один из кьялов не был оседлан. Они стояли в своих стойлах даже без уздечек.

– Придется ехать так, – орк выбил хлипкий замок на одном стойле и вывел кьяла, который пытался сопротивляться и фыркал.

– Я же не умею на них ездить! – прошипел я приятелю. – С седлом и то кое-как получалось, а так…

– Да брось ты, все получится, – занервничал орк. – Кьялы же не дикие! Бери себе другого! – он легко вскочил на зверя, тот забил копытами и закрутился, но мой друг как-то справился с ним. – Вот, смотри, все просто: держишь за рога…

– Уезжай! – крикнул ему я. Было ясно, что эта наука точно не для меня, я на эту скотину не сяду. А задерживать орка было нечестно, только у него сейчас был шанс спастись. – Я тоже попробую сделать так, – соврал я. – Езжай, не задерживайся! Я догоню!

Орк бросил на меня отчаянный взгляд, потом посмотрел в сторону башни, откуда уже доносились крики стражников, обнаруживших труп.

– Поторопись, – бросил мне он, направляя кьяла к двери. – Я поеду, как и договаривались, по плану, через лес к деревне.

– Я догоню, – твердо повторил я, и орк поскакал прочь.

Я вжался в темный угол кьяльника, потому что увидел, как от башни отделились тени. Это были наши стражники и другие, настоящие вампиры из замка. Каким-то образом они заметили движение в темноте, и через секунду уже были тут. Я изо всех сил сжал свой амулет, молясь, чтобы заряда невидимости хватило еще хоть на секунду.

Вампиры влетели в кьяльник, зажгли светильники.

– Только один! Он был один, остальные кьялы тут! За ним! – они погасили свет и вылетели наружу. Брать кьялов они не стали: седлать их – только время терять: долететь самим выйдет быстрее. Я надеялся, что они не догонят Хулдизэта. Впрочем, я понимал, что мне невероятно повезло: про меня пока никто не знал и не искал. Я выбрался из кьяльника и посмотрел на башню. Там осталось несколько вампиров, был виден свет и суета. Возвращаться за дэром Крессии пока было очень опасно. Эх, надеюсь, он поймет и простит нас. А я сделаю все возможное, чтобы вызволить его оттуда когда-нибудь. Я осторожно направился к лесу, пригибаясь как можно ближе к земле.

До леса я добрался довольно быстро, постоянно прислушиваясь и вздрагивая от каждого шороха. Но ночная тишина прерывалась только еле слышным писком местных ночных птиц и стрекотом каких-то насекомых. Надо в следующий раз обязательно поставить себе ночное зрение, почему я сразу-то об этом не подумал? И вообще, самое главное – отойти как можно дальше от замка, а потом срочно заняться новыми амулетами. Ведь все, что я сделал на случай побега, так и осталось лежать в камере. Ну, хоть жизнь у дэра Кресси будет не сильно грустной в ближайшее время. И «телевизор» посмотрит, когда захочет, и еду хорошую получит, если сможет воспользоваться моими волшебными штучками.

Я шел не меньше часа, ориентируясь лишь по звездам, чтобы не сбиться с пути. Негустой лес открывал хороший обзор на часто встречающиеся поляны. Дорога была неудобная, гористая местность с постоянными камнями под ногами не способствовала быстрому передвижению. Примерно через час я присел у подножия очередного холма. Адреналин схлынул, я начал мерзнуть. Значит, первым амулетом станет согревающий. Я быстро смастерил из первого попавшегося камня и грязи корявую фигурку звезды и уже через минуту грел руки над ее теплом. Так, следующая фигурка – лампочка. Мне нужен свет, самый маленький, только чтобы видеть хотя бы на метр вокруг себя. Это у меня получилось быстро. Теперь микрофонарик светился в моей ладони, еще больше подчеркивая непроглядную тьму вокруг.

Нервный побег и долгий переход дали о себе знать: я очень устал, начало просыпаться чувство голода, да и пить хотелось. Но тут уж ничего нельзя было поделать. Все продукты и вода тоже остались в камере. Я решил немного поспать, а под утро двинуться дальше. Я прилег на траву, и меня тут же вырубил крепкий сон.

Проснулся я довольно быстро, ночь еще не закончилась. Только на востоке небо чуть посветлело. Пробуждение было крайне тревожным: меня поднял отчетливый звук шагов поблизости. Шорох осыпающихся камней под ногами чужака заставил мое сердце подкатить к горлу. Как я сейчас ругал себя последними словами! Надо было не греющий амулет делать, а защитный, на невидимость! А не надеяться на темную ночь.

– Сагрэй! Это ты? – послышался громкий шепот.

– Хулдизэт? – с облегчением выдохнул я, поднимаясь с камней.

– Ага, я это, – огромная фигура моего друга заслонила небо. – О, как тепло тут у тебя! – он уселся рядом с греющим амулетом.

– Как ты меня нашел? – давно я не испытывал такой радости! Все-таки хорошо, когда ты не один. Особенно в такой сложной жизненной ситуации. – Хорошо, что тебя не поймали!

– Да где им! – снисходительно хмыкнул он. – Все орки с детства ездят на кьялах, нас не догнать. Даже вампирам на крыльях. Летели-то они быстро, только и устали быстро. А как лес стал погуще, они и вовсе начали только на шум ориентироваться. Я пустил кьяла по кустам, а сам в сторону. Так и ушел.

– Благодаря тебе и я ушел, – признался я. – Все полетели за тобой, я и выбрался.

– Ага, выбрался он, – усмехнулся орк. – Ты учти, тебе в дороге спать нельзя. Храпишь на всю округу!

– Черт. Точно, – смутился я. О моем богатырском храпе мне было известно еще с Земли, да и соседи по палате в Академии магии не раз шутили на эту тему. В башне замка Изаюрд орк и Кресси тоже мучились поначалу, потом привыкли. Представляю, какой звук разносился по здешним холмам. Вампиры запросто могли меня найти.

– Я так и думал, что ты пойдешь в эту сторону, а тут услышал знакомые звуки.

– Больше идти некуда, – пожал плечами я. – Только там начинаются деревни.

– Так и искать нас будут именно там. Может, в лесу поживем пока? Сделаешь пару рыбных амулетов, устроимся в какой-нибудь пещерке, один вампирский клинок у нас есть на всякий случай…

– Вампиры вернутся в замок. Искать нас начнут только завтра-послезавтра. Если вообще начнут. Они же не знают, кто мы такие. На сбежавших не похожи: дверь в камеру закрыта. То, что мы могли поставить портал, им и в голову не придет. Они решат, что кто-то просто проник в замок, преследуя неизвестные цели. А потом этот кто-то сбежал. Если бы не убийство вампира, нас бы вообще не искали. Сейчас они вообще думают, что ты был один.

– Получается, что тебя искать вообще не будут?

– Боюсь, у них есть какая-нибудь инструкция на этот счет. Например, они пригласят для расследования профессионального поисковика. Если это будет маг, нам придется нелегко: он запросто определит, и кто мы такие, и сколько нас, и куда мы направились.

– К ним и так сегодня маг придет, – напомнил орк. – Тот, который нас проверять должен был. И ставить охранные заклинания.

– Тогда они все же будут искать конкретно нас, – с сожалением согласился я. – Нам надо быстро пойти по деревням, раздобыть еду и одежду и затеряться на какое-то время на острове подальше отсюда.

– У тебя это может и получится, – буркнул орк. – А у меня?

– Хм, да, – я окинул взглядом его рослую фигуру с зеленоватым оттенком кожи. – Тебя так просто не спрячешь. Надо придумать тебе какой-то амулет.

– Хорошая идея!

– Только это небыстрое дело. Тогда добираемся до деревни, я иду за одеждой и едой, ты пока меня ждешь.

Еще немного обсудив планы, мы двинулись в нужную нам сторону и как раз к утру дошли до одной из деревень. Оставив орка на окраине леса, я направился к людям. Поселение выглядело убого: покосившиеся домики, заросшие огороды, на которых копошились люди. На меня оборачивались, но смотрели как-то равнодушно, снова приступая к своим делам. Я набрел на компанию из пятерых мальчишек в возрасте от пяти до десяти лет. Они сидели у забора и перебирали хворост, отделяя крупные ветки от мелких. Увидев меня, они насторожились.

– Привет, ребята, – улыбнулся им я. – Как жизнь?

– А что? – нахмурился старший, отвечая за всех.

– Ничего. Интересно. Работаете? Совсем как взрослые, молодцы.

– Не будем работать, отец выпорет. А то и вампирам отдаст. Они любят детскую кровь, – так же хмуро ответил мальчик. Младшие жалостливо всхлипнули, и я заметил, насколько они бледны, несмотря на яркое летнее солнце, которое давно должно было придать им загар. Наверняка вампиры из замка летали сюда на пропитание, и эти дети регулярно теряли кровь наравне со взрослыми. Мне стало очень жаль этих малышей, но и про себя сейчас забывать не следовало.

– Слушайте, мне нужна ваша помощь, – честно сказал я. – Я голоден, и одежда моя тоже видите, в каком состоянии. Вы не могли бы мне помочь?

– Нет, – угрюмо ответил все тот же парень. – Самим жрать нечего.

– А если спросить у родителей? Как тебя зовут, кстати?

– А тебя?

– Я… Сагрэй, – решил я представиться именем, которое было ближе по звучанию для местных. Но я совсем не ожидал такой странной реакции, какая за этим последовала. Ребята дружно вытаращили на меня глаза. Потом вскочили и переглянулись.

– Всем сидеть тут, – непререкаемым тоном сказал главарь малолетней банды. – А ты пошли за мной, – он быстро зашагал по улице. Я поплелся за ним, понимая, что совершил глупость. Наверняка он принял меня за какого-то другого Сагрэя. Кто знает, может, та легенда, которую я услышал в камере от старика, пустила тут ростки новой веры? Тогда, получается, я здорово подставился: человека с таким именем наверняка все запомнят. Я уже молчу о том, что теперь я – гнусный обманщик доверчивых детей. Впрочем, мне слишком сильно хотелось есть, так что я заглушил голос совести.

Мы вошли в один из домиков, где тут же натолкнулись на дородную хозяйку, которая яростно вычищала посуду. С огорода за нами вошел отец семейства.

– Мам, пап, это Сагрэй, – звонким голосом представил меня мальчик. Взрослые все так же молчали и угрюмо смотрели на меня. – Понимаете? Тот самый!

– С чего ты взял? – буркнул, наконец, отец. – Ты маг? – обратился он ко мне.

– Немного, – подтвердил я и вытащил из кармана световой амулет. Комната тут же озарилась яркими переливающимися бликами. Я специально сделал эту простую штучку на такой вот случай. Люди были поражены, а мальчик засмеялся от восторга. Сейчас он окончательно поверил в мое легендарное происхождение.

– Я иду издалека, – продолжил я, – мне нужна еда и одежда. Мне и моему другу. Я прошу помощи. Взамен я могу оставить пару хороших амулетов от болезней и защитные… – я не успел закончить, как со стороны улицы послышался шум. Отец выглянул в окно.

– Вампиры прилетели, – нахмурился он. – Надо идти. Ты сиди пока тут, мы скоро.

Все семейство вышло наружу, а я остался стоять в растерянности, раздумывая, что мне теперь делать. То ли быстро собрать еды, пока хозяев нет дома и исчезнуть, то ли дождаться их на свой страх и риск. Зачем прилетели вампиры, я не знал, но догадаться было несложно: наверняка искали нас. А может, они просто прибыли на «завтрак», ведь это тут обычное дело. Я решил дождаться хозяев. Выдавать меня им нет смысла, а где находится еда, я все равно не знал. Кухню я все-таки обшарил, но ничего не нашел.

Скоро прибежал мальчик. Он выглядел испуганным и тяжело дышал.

– Сагрэй, тебе надо уходить! Сейчас же уходить!

– Что случилось?

– Да пойдем же! – он рванул меня за руку.

– Подожди! У вас есть еда? – я не мог поверить, что уйду отсюда, даже не перекусив. Я уже умирал от голода.

– Да какая еда! – мальчик все же открыл какой-то потайной шкаф и вытащил две лепешки хлеба. – Вот, держи, бежим скорее!

Мы выскочили через заднюю дверь в огород и помчались к лесу, лихо прыгая через изгороди. Я на ходу успевал жевать лепешку. Аромат свежего хлеба невыносимо щекотал ноздри, ощущение опасности отступило на второй план.

– Что случилось-то, можешь объяснить? – потребовал я, когда мы немного удалились от дома.

– Вампиры не просто так прилетели, они ищут того, кто убил стражника в башне, – он снизил темп бега и обернулся на меня. В его глазах сиял восторг. – Это ведь был ты, Сагрэй, да? Ты убил настоящего вампира?

– Ну… – я чуть не подавился лепешкой. – В какой-то степени. Позже расскажу, если будет время. А как они намерены меня искать?

– Сначала просто спрашивали всех. Мои родители им пока ничего не сказали. Но с вампирами был маг. А значит, они точно возьмут след. Они поэтому сюда и прилетели: уже выследили тебя. Отец это понял и велел бежать к тебе. Рано или поздно ему придется рассказать о тебе, от мага ничего не скроешь. Поэтому тебе надо бежать как можно дальше и успеть спрятаться там, где твоих следов не отыщут.

– Нам туда, – указал я чуть в сторону. – Я не один, с другом.

– Я дальше не пойду, – остановился мальчишка, когда мы подошли к лесу. – Мне надо возвращаться, а то плохо будет. Бегите вон туда, – он махнул рукой в сторону высокой горы, возвышающейся неподалеку за лесом. – Там есть пещеры с рекой, там легко спрятаться.

– Разве маг нас не найдет там? – засомневался я.

– Не найдет. Там… Очень плохо для магии, это мне родители говорили. Да и все знают. Там много смертей было, все следы перемешаны. Это любого мага собьет. Там уже прятались люди.

– Там аура смерти? – я насторожился. – Что происходит в тех пещерах?

– Там казнят людей, – просто ответил мальчик. – Всяких, и взрослых, и детей. Тех, кто против вампиров или вообще… Не подчиняются и говорят всякое. Дорогу вы легко найдете, ее видно.

Я уловил движение со стороны деревни и вздрогнул: над домами поднимались стражники, осматривая окрестности. Мы с мальчишкой тут же нырнули в кусты в лесу. Переглянулись. Я рванул в сторону, где меня поджидал орк, а мальчик остался позади.

Я быстро нашел Хулдизэта, он ждал меня неподалеку. Я в двух словах объяснил ему все, сунул вторую лепешку, которую он сразу же запихнул в рот, и мы быстро зашагали в сторону нужной горы. Шли недолго, гора была уже совсем близко. Единственное, что мы не учли – вампиры не идиоты: они прекрасно поняли, куда мы могли направиться. Как только мы увидели пещеры, почти сразу же услышали и хлопанье крыльев за спиной.

Мы с Хулдизэтом мгновенно перешли на самый быстрый бег, на который только были способны, влетели в огромную дыру под горой на максимальной скорости и запетляли по каменным переходам. Какое-то время мы еще слышали топот позади нас, но потом преследователи отстали. Мы тяжело дышали: бежать было очень трудно, каменное крошево под ногами опасно скользило, а острые каменные выступы на стенах очень больно били, если на них натолкнешься. Но у нас, в отличие от наших преследователей, было преимущество: мой осветительный амулет, который все еще работал и помогал хоть как-то находить дорогу. Без него нам пришлось бы совсем туго. Скоро мы вышли к реке.

Чувство тревоги и липкого страха мгновенно накрыло нас обоих. Мы увидели небольшой выступ, возвышающийся над водой. Внизу в мутном водовороте плавало что-то темное, и ни одному из нас не хотелось проверять, что именно. Запах разложившихся тел был в нос. Вот оно, место казни!

– И зачем мы сюда пришли? – С отвращением спросил орк.

– Что-то нас привело сюда, – ответил я. – Мы столько раз поворачивали в коридорах, что не могли попасть в это место намеренно!

– Может, какая-то магия? – предположил он.

– Или просто все коридоры неизбежно ведут сюда.

– Тогда и вампиры сейчас заявятся!

– Да, им некуда торопиться. Надо прыгать, – я посветил амулетом в реку, которая быстро утекала в отверстие в противоположной скале.

– И не подумаю! – испуганно воскликнул Хулдизэт. – Это ж гарантированно сдохнуть!

– За вампира нас все равно казнят. Забыл, как горел на эшафоте?

– Нас же нельзя казнить, в нас королевская кровь, – цеплялся за соломинку бедный орк, тоскливо поглядывая в реку. – Может, снова бросят в башню? Я уже погулял, я обратно хочу!

– Не надейся, – безжалостно ответил я, прислушиваясь к еле слышному пока шуму в коридорах пещеры. – Никакая королевская кровь во второй раз нас не спасет. Она была не наша, и она сгорела. Так что сожгут нас только так. Или свяжут и бросят сюда же. И мы не выплывем. А так, глядишь, течение куда-нибудь вынесет.

– А если нет? – он обернулся. Идти было некуда: шум от приближающихся вампиров нарастал. – Все остальные тут умирали!

– Во-первых, мы не знаем этого наверняка. Во-вторых, сюда бросали людей после пыток. А мы сильные и здоровые, продержимся. В-третьих… Почему я вообще тебя уговариваю? – возмутился я. – Ты же орк, не знающий страха!

– Это я в бою не знаю страха, – сварливо буркнул Хулдизэт. – А сдохнуть утопленником – это не по-геройски! Эта река меня пугает. Как будто она течет в самую бездну!

– Все реки впадают в океан, – твердо произнес я. Спорить уже было некогда – в одном из коридоров показался свет. Я сунул световой амулет в карман, набрал побольше воздуха и прыгнул в холодную воду. Через секунду почувствовал мощный всплеск сзади – это орк последовал за мной. Мощный поток тут же затянул нас в темную дыру в стене.

Течение было очень быстрым, я выставил руки вперед и еле успевал отталкиваться от скользких камней. Всплыть не получалось: нас несло по сплошному туннелю без воздушных карманов. Я пытался успокоить себя, что воздух обязательно где-то должен быть, туннель же не вечный. Но паника уже подкрадывалась к горлу. Вдруг сильная рука орка выдернула меня на поверхность, и я судорожно вздохнул. Ударился головой о потолок и попытался зацепиться за камни.

– Живой? – послышался голос друга в абсолютной темноте.

– Не уверен, – я выхватил световой амулет из кармана. Он уже еле светил, потому что намокшая глина почти полностью расползлась от воды. Но мы успели увидеть, где находимся. Это был небольшой воздушный карман, из которого река пыталась затянуть нас в следующий туннель. Расстояние до потолка было не больше парыдесятков сантиметров, воздух тут был ужасный, из-за недостатка кислорода сразу же закружилась голова.

– Выползнева река, – мрачно произнес орк. – Нам не выбраться. Тут не зря казнили людей. Помнишь, дэр Кресси рассказывал про смертельные пещеры, куда нельзя соваться? Так вот это точно они!

– Назад мы уже точно не вернемся, – ответил я, пытаясь подавить панику. – У нас есть немного времени, сюда-то вампиры точно не придут. Давай подумаем, что можно сделать, чтобы выплыть.

– Ты же маг! – нервно отозвался Хулдизэт. – Придумай что-нибудь!

– Я всего лишь маг, а не бог! – возмутился я. – Хотя… Дай мне минуту на раздумье.

Свет от амулета почти исчез, но орк молчал. И, похоже, даже дышать боялся, чтобы не сбить меня с мысли.

– Наскреби мне глины со стен, – попросил я.

Хулдизэт, как истинный сын своего народа, смог удержать вампирский клинок в бурном течении реки. И теперь с остервенением кромсал им стену, добывая мне глину вперемешку с каменной крошкой. Скоро в моей руке оказались две странного вида фигурки, которые по первоначальному замыслу должны были выглядеть как шлемы космонавтов. Потом я передумал, и решил сделать из них жабры. На середине процесса оказалось, что я понятия не имею, как выглядят жабры. Сотни раз видел жабры у рыбы. А попробуйте-ка их слепить из глины! В реальности получилось нечто неопределяемое. Но мне уже было плевать, потому что голова кружилась и болела от нехватки воздуха. Я собрал ускользающие мысли и попытался сообразить новое заклинание. Надеюсь, хоть что-то получилось, иначе нам конец. Я влил силу в эти уродливые фигурки.

– Держи, – я протянул один амулет орку.

– Что это? – хрипло спросил он. Ему тоже было плохо.

– Надеюсь, это поможет нам дышать под водой.

– Он же расползется в воде! – удивился он, присматриваясь к фигурке. Она скользила и еле держалась в его мощной ладони. – Это просто мелкие камни, еле скрепленные глиной!

– Сожми его в кулаке так, чтобы не повредить… – я осекся, потому что понимал, что это невозможно. Течение сильно тянуло в очередной туннель, в глазах потемнело. Я едва успел сунуть амулет в рот, как меня понесло в темноту. На этот раз у меня не получалось отбиваться от камней, меня швыряло по всему туннелю. Я думал, что мне сильно повезло, когда я решил укрепить свои кости разными видами магии еще в тюремной башне. Иначе бы я уже остался без позвоночника. Я долго держался, но потом меня так приложило об очередной валун, что я не смог удержаться и крикнул. Вода хлынула мне в рот, растворяя глиняный амулет, и вошла в мои легкие.

Когда сознание немного прояснилось, я понял, что все еще нахожусь в воде. Но при этом почему-то прекрасно себя чувствую и совсем не испытываю недостатка в кислороде. Я чуть не заорал от счастья: заклинание сработало! Я – гений! Вот так, на ходу, в жутких условиях придумать такое шикарное заклинание! Я осторожно нащупал остатки амулета за щекой. Он совсем размок и превратился в кусок мерзкой горькой глины напополам с песком. Но пока еще работал. Однако я понимал, что пора выбираться отсюда как можно быстрее.

Я поплыл по течению, изо всех сил работая руками и ногами. У меня мелькнула надежда, что Хулдизэт где-то поблизости, и ему амулет тоже помог. Напор воды никак не позволял вернуться и проверить это. Поэтому я просто доверился потоку, отталкиваясь от встречных каменных выступов.

Я плыл довольно долго, по ощущениям, не менее получаса. Река явно проходила насквозь через все горы, и впадать в океан пока не собиралась. Иногда сверху мелькали проблески света, но потом снова начинался туннель. Всплывать пока не было смысла: надо было сначала проплыть сквозь горы.

Наконец туннель закончился, и течение сразу же замедлилось. Теперь я находился в огромном глубоком водоеме. Вода здесь была гораздо прозрачнее, а яркий свет наверху дал понять, что можно выныривать на поверхность. Река явно впадала то ли в озеро, то ли в сам океан. А значит, я спасен. Но всплывать я не торопился. Пока действует амулет, надо обшарить дно и поискать орка. Если ему не удалось воспользоваться амулетом и выбраться самостоятельно, я вполне мог ему сейчас помочь. Но Хулдизэт нашелся сам. Оказалось, что он тоже сунул амулет в рот, как и я, так что сейчас рассекал по воде в полном восторге и жестами показывал мне, как тут здорово. На секунду мне даже захотелось остаться тут. Вот уж где безопасно: ни один вампир нас тут не найдет! Но я решительным жестом показал Хулдизэту, что пока всплывать.

Мы вынырнули на поверхность и увидели, что находимся недалеко от берега. Там стояли люди в очень странной одежде. Их было пятеро: двое парней-подростков и три девушки чуть постарше. На них были рубашки и платья явно с чужого плеча, с многочисленными прорехами повсюду, хотя сами ребята не выглядели ранеными или изможденными. Заметив нас, они начали оживленно о чем-то говорить и махать нам руками. Мы с орком переглянулись и поплыли к берегу.

Глава 13. Затерянный мир Раундау

Немного не доплыв до берега, мы попытались выплюнуть амулеты. От них уже ничего не осталось, пришлось отскребать противную глину от щек, выковыривать камни из зубов и активно полоскать рот озерной водой. Искусственные жабры тут же вытолкнули лишнюю воду из легких и исчезли. Мы с орком судорожно закашлялись и выбрались-таки на песок. Идти было сложно: все тело саднило и болело в самых разных местах от многочисленных ударов о камни. Наша одежда превратилась в неприглядные лохмотья. Зато Хулдизэт так и не выпустил вампирский клинок их судорожно сжатых пальцев. Думаю, видок у нас был тот еще. Местные ребята отошли к кустам и во все глаза смотрели на нас, не произнося ни слова.

– Эй, привет! – поздоровался я, придя в себя. – Вы живете где-то тут? Тут есть деревня?

– Есть, – осторожно ответила самая старшая девушка, испуганно посматривая на оружие в руках моего друга. – А вы кто?

– Да так, путники. Мимо проплывали.

– Хороши путники, – усмехнулся один из подростков. – Из Озера покойников целехонькие вылезли! И даже идете своими ногами.

– Вас казнили? – сочувствующе спросил еще кто-то.

– Нет, мы сами в реку прыгнули, – честно ответил орк таким тоном, как будто с удовольствием купался в смертельном потоке дважды в день. Ребята недоуменно переглянулись. Потом повернулись друг к другу, как будто ища поддержки.

– Такого не бывает, – услышал я шепот одного из парней.

– А я верю!

– А я нет.

– Так они под водой дышать умеют, – тоже шепотом проговорила самая младшая девушка. – Вы же видели, как они там плавали кругами. Если б я так могла, тоже бы прыгала и не боялась.

– Мы не умеем дышать под водой, – признался я, прерывая их обсуждение – Это действовал особый амулет, с ним можно долго плавать под водой. – Я заметил, что глаза у детей тут же загорелись от восторга, и поспешил добавить, – но сейчас его уже нет. Вы отведете нас в деревню?

Ребята согласились, и уже через несколько минут мы почти в полном составе шагали через небольшую рощицу. Двое ребят покрепче остались караулить на берегу озера. Оказывается, они как раз следят за тем, не прибудет ли кто-то новенький из подземного туннеля.

– Так люди часто выплывают оттуда? – обрадовался я. Значит, казнь на самом деле не всегда казнь.

– Да, очень часто, – подтвердили девочки. – Почти каждый день, а то и по нескольку человек в день. Правда, живые попадаются очень редко, где-то один-два в месяц, да и те потом почти все умирают от ран. Мы вылавливаем тела из озера и хороним их, чтобы вода не портилась и другой туннель не забивался.

– Другой?

– На вон той стороне озера есть еще несколько дыр, туда уходит вода. Но те дырки маленькие, человек туда не пролезет. Если дырки забиваются, вода в озере сильно разливается, приходится чистить туннели.

– Как же вы сюда попали? – я содрогнулся от понимания ситуации. Бедным детям приходится регулярно очищать от трупов русло горной реки! А еще я живо представил себе, как эти несчастные плывут по тому жуткому туннелю, где только что были мы с Хулдизэтом, только безо всякого амулета.

– Да как и все, – пожала плечами старшая девушка. – По реке сквозь гору. Повезло.

Скоро мы пришли в деревню. Впрочем, это сложно было назвать даже поселением. Никаких домов тут не было, под деревьями стояли только небольшие шалаши, сделанные вручную. Мы уже знали, что здесь живут те самые выжившие после многочисленных казней, которым то ли повезло, то ли не повезло каким-то чудом выбраться из туннеля. Их тут было около сотни, и никаких орудий труда и защиты у них не было. Единственным оружием выступали длинные копья с рыбьими костями. Ими можно было отпугивать диких лисцов и выползней. Других хищников, к счастью, тут не водилось, иначе людям пришлось бы совсем плохо.

Мы быстро познакомились со всеми жителями. Община жила мирно, главным считался мастер Ульварэн, высокий светловолосый крестьянин средних лет, со множеством старых шрамов на лице. Нам показали, как строить шалаш, и к вечеру первого дня мы с орком уже обзавелись собственным «домом». К счастью, в данный сезон такого жилища вполне хватало. На зиму, как предупредили нас местные, придется копать землянки.

Тот факт, что я маг, вызвал живой интерес у всех жителей деревни. У этих бедолаг не было никаких удобств в быту. Огонь и тот добыли случайно, во время одной грозы, когда молния повредила дерево. Теперь они дежурили у костра всей деревней. Питались селяне дикими ягодами и грибами, которые они научились выращивать на небольших огородиках рядом с домами. Из более питательной еды была только рыба из озера. Вот уж она тут водилась в изобилии: трупов в озере хватало, хищные рыбы их быстро обгладывали и становились жирными и вкусными. Другую дичь поймать было сложно: почти все эти люди раньше были обычными крестьянами и ремесленниками. Вот в глиняных горшках недостатка не было, а ставить даже простые силки на животных никто не умел. Разве что случайно какая-нибудь крысявка попадется.

Я сразу же сделал греющие амулеты и световые шарики, зажег еще пару костров, на которых нам тут же сварили довольно вкусную уху. Мы с орком впервые за несколько дней наелись до отвала и отправились спать в свою берлогу. Сейчас мы чувствовали себя в безопасности, а решение всех вопросов легко перенесли на следующий день.

Сначала наша жизнь в деревне была сложной. Местные жители называли свою деревню Раундау, по имени первого человека, который выплыл из Озера, а потом принимал и адаптировал остальных «гостей». Он уже давно умер – жить здесь было нелегко, приходилось выживать. Периметр деревни все время контролировали: со стороны леса и болота постоянно наползали ядовитые выползни. Они были разными по цвету, и я быстро научился различать самых опасных. Вся деревня была окружена небольшой насыпью, через которую эти змеи хоть и с трудом, но пробирались. Их надо было отбрасывать назад и убивать. Опасная работа, на которой иногда гибли люди.

Со временем мои амулеты немного улучшили реальность. Теперь селяне не мерзли от холода и не умирали от ран. Пища стала разнообразнее. Толстые жирные гальчи замечательно падали с деревьев, засыпая под воздействием моих новых амулетов. Сытное жареное мясо стало регулярным блюдом в местном меню. Лисцов мы тоже ели, если эти хитрые звери попадались на приманку.Никто не брезговал мясом хищника. Магия, распределенная по периметру деревни, отпугивала выползней получше, чем насыпь.

Орк со своим клинком, единственным в деревне, тоже стал ценным жителем. Где мы только не использовали это вампирское оружие! Начиная от разделки рыбы до вытесывания длинных охотничьих кольев. Как-то раз я даже взял его для работы, хотел сделать амулеты из дерева. Но быстро отказался от этой идеи: создавать фигурки из глины было гораздо быстрее. Хотя один деревянный амулет я все же сделал под впечатлением от местных выползней – фигуру небольшого дракона. Он получился странным, и я не знал, к чему его приспособить. Хулдизэт выпросил его себе в подарок. Почему-то ему очень нравилась эта игрушка.

Мы стали очень популярны в деревне. Все шли к нам то за советом, то за новым амулетом, то просто поглазеть на нас и поговорить.

В этом были свои плюсы: нам приносили самую лучшую еду и одежду. С одеждой тут были некоторые проблемы: трупов, регулярно ее поставляющих, находили достаточно. Но часто вещи на покойниках были рваные и совсем негодные. Туннель выплевывал искореженные тела зачастую даже без конечностей и голов. Но если выплывало целое и почти невредимое тело в хорошей одежде, это было еще печальнее: это означало, что человек боролся до последнего, плыл сам, отталкиваясь от камней, а умер уже в считанных метрах от Озера. Весь месяц, пока я жил в деревне, ни один живой человек из туннеля так и не появился.

Из одежды я выбрал себе пару приличных рубах темных цветов и брюки, стараясь не думать о том, кто совсем недавно был их хозяином. Жизнь в деревне Раундау быстро избавляла от излишней сентиментальности и суеверий.

А вот постоянное внимание к моей персоне и попытки сближения мне не нравились: я и так никогда не был особо общительным человеком, а почти год, проведенный в тюрьме, и вовсе превратили меня в социофоба. Поэтому все разговоры я сбросил на Хулдизэта. Вот уж кто чувствовал себя сейчас как рыба в воде: он всегда любил поболтать о жизни, а особенно на тему своих подвигов. Орк до такой степени подружился с местными, что часто даже не приходил ночевать в нашу палатку. Я знал имена всех его возлюбленных: что-либо скрывать этот парень совсем не умел. Да и выбор у девушек, честно говоря, тут был небогатый. Внушительного роста орк-полукровка с хорошо прокачанными в тюрьме мышцами выгодно отличался от местных парней.

Ко мне тоже подходили девушки, но почти всех их отправлял подальше. Только раз или два за все время жизни в деревне я позволил себе слабость в пикантной ситуации, когда девушки были уж слишком настойчивы. У меня совсем не было сил на любовные приключения: я день и ночь мастерил амулеты, работы было еще много, энергии на все не хватало. Да и противозачаточных заклинаний, как я выяснил, у простых крестьянок не было. Ну и вот о чем они думают? Ведь в деревне уже не раз случались смерти из-за родов. Я открыто сторонился людей, делая вид, что у меня угрюмый и мрачный характер. И через некоторое время от меня отстали, переключившись на моего более общительного друга. Правда, иногда из-за его излишней болтливости возникали проблемы и у меня.

Как-то в мой шалаш заглянул сам Ульварэн и его жена Амари. Солидный вождь поселения давно всем тут заправлял с всеобщего согласия остальных жителей. Он был совсем не старым, но седина уже покрывала всю его голову. В своем правлении он был не жестоким, но достаточно строгим и бескомпромиссным. Мы с ним неплохо ладили, и он никогда не лез ко мне с лишним вопросами. Но сейчас по его напряженному виду я сразу понял, что разговор предстоит серьезный.

– Сагрэй, мы услышали от Хулдизэта, что вы сбежали из тюремной башни порталом? – выпалил он без излишних предисловий, недоверчиво хмурясь. – Мы уже знаем, что твой друг часто немного… Приукрашивает свои рассказы. Но это уж слишком. Или это правда?

– Да, это так, – подтвердил я, не отрываясь от работы: сейчас я делал очередной амулет-жабры для ребят, которые работали на Озере покойников. Надо сказать, эти амулеты стали настоящим спасением для жителей деревни, они значительно облегчили этот жуткий труд. Да и делать эти амулеты было очень просто, правда, и ломались они часто.

– Так ты и в самом деле умеешь делать порталы? – спросила Амари своим высоким звенящим голоском, в котором слышалось безмерное удивление. Она вообще вся была тонкая, хрупкая и вечно удивленная. Как еще выжила такая воздушная дама в том туннеле, непонятно. Кстати, у них с Ульварэном было двое детей, правда, уже почти взрослых. И дети, и муж всегда оберегали эту женщину от всех неприятностей жизни.

– Умею, – признался я. – Но если вы мечтаете переместиться отсюда порталом в какое-то другое место, то ничего не получится.

– Почему? – одновременно спросили они. Я уже знал, что из этого природного котлована, в котором мы все оказались, выбраться невозможно. С трех сторон деревня и озеро были окружены горами, через которые не перебраться. Это скорее скалы, иногда совсем отвесные, лезть на них без специального оборудования – самоубийство. Пожалуй, только вампиры смогут перелететь через такое препятствие, и то если сильно постараются. Обычно вампиры не летают так высоко: разреженный воздух и непредсказуемые воздушные потоки прервут полет даже самого тренированного воина. С четвертой стороны, за небольшим лесом располагалось болото с сотнями видов ядовитых выползней. Там или утонешь, или тебя сожрут. Местные выползни – не наши относительно безобидные змеи, для которых человек не является добычей. В нашем мире змея по собственной воле на крупных животных не нападет, в этом нет смысла. Выползни же значительно отличались от змей именно тем, что могли отрывать куски мяса от своих жертв. И если их добычей становился человек, они вполне успешно его обгладывали. Идти через такое болото было крайне рискованно. И, тем не менее, мечтой всех жителей деревни Раундау было выбраться отсюда.

– Мое умение ставить порталы бесполезно без большого количества энергии, – терпеливо объяснил я. – Я могу поставить портал всего на несколько шагов, и то только для перемещения маленького предмета. Мы с Хулдизэтом смогли преодолеть всего лишь дверь нашей камеры. А магию для этого копили полгода.

– Ну, магию ведь и здесь можно подкопить! – быстро возразил Ульварэн. – Пусть хоть годы уйдут на это!

– Годы и уйдут, – согласился я. – Даже десятилетия. Зачем вам нужно обратно на Кьюгард? Вы живете тут в безопасности. Да, не очень хорошо. Но вы хотя бы живы, в отличие многих людей по ту сторону гор. У вас есть семья, дети…

– Эти дети нам не родные, – тихо ответила Амари. – В деревне нет кровных родственников.

– Ты же знаешь, что в озере редко кто всплывает сам, – подтвердил Ульварэн. – Если выныривает живой ребенок, мы берем его в свою семью и называем своим. Наш старший «сын» потерял отца на казни. Публичное сожжение. Потом вампиры выпили досуха его мать. Вот пацан и не выдержал, кинулся на вампиров. Его бросили в реку, он выплыл тут. У него там младшие сестры остались, он очень скучает по ним.

– Наша младшая «дочь» сама прыгнула за мамой в реку, – грустно продолжила Амари. – И отец ее тоже там был, и старшие братья, – всю семью казнили. А выплыла только она одна. Сейчас это наши дети, мы очень их любим. Но мы всегда помним, что на той стороне остались другие, родные нам по крови. Вдруг они еще живы?

Они еще рассказали парочку жалостливых историй, пока я не прервал их.

– Хватит, понятно все. Чего вы хотите теперь?

– Вернуться! – снова одновременно ответили они.

– Вернуться к родным, – пояснила Амари.

– Вы уверены, что они еще остались? – пришлось мне задать этот жестокий вопрос. С тех пор, как эти люди поселились тут, прошло уже несколько лет. Я был уверен, что их родственников на вампирском Кьюгарде уже давно нет в живых.

– Остались, – твердо ответил Ульварэн. – Пусть не на острове, но на континенте остались. Нам надо выбраться не только отсюда, нам надо выбраться с острова.

– И наказать вампиров! – решительно сказала Амари. – Твой друг рассказал нам, что в Гальтернау давным давно запрещено убивать людей. То, что творят тут вампиры, незаконно!

– Да, на Кьюгарде вообще какой-то беспредел творится, – согласился я. – Почему король Грайц не нападет на эти острова и не наведет тут порядок? После войны и смерти предыдущего короля он правит уже несколько лет. Я слышал, он довольно жестко относится к вампирам, нарушающим законы. А пираты свободно нападают на все Приморье и уводят в плен людей.

– Думаю, Его величество пытался это делать и не раз, – возразил Ульварэн. – Но флот у нового короля не такой и большой, ведь в Гальтернау раньше морских врагов не было. Говорят, до войны против вампиров эти острова не считались преступными. Это после войны сюда переселились все вампиры, не согласные с законами нового короля. И переселились они как раз с побережья, со всеми своими кораблями. А еще ходят слухи, что Гардирские острова находятся под защитой какого-то страшного заклинания. Ведь ни один военный корабль не смог доплыть сюда.

– Я уверена, что когда-нибудь у Грайца дойдут руки и до нас, – грустно сказала Амари. – Но дождемся ли мы этого? Стоит хоть одному вампиру перелететь через горы и увидеть нас…

– В живых нас не оставят, – мрачно закончил Ульварэн. – Нам надо выбираться и бежать на континент. Или воевать с вампирами на Кьюгарде. Раз уж Сагрэй вернулся.

Он с надеждой посмотрел на меня, а я кисло скривился. Тысячу раз я говорил им, что я не тот Сагрэй, о котором ходят легенды, и мое имя произносится по-другому. Рассказывал и про отца Сагрэя, дэра Кресси, который так и сидел в башне замка Изаюрд. И на руках у которого Сагрэй погиб. Но глупую веру ничем было не прошибить.

Мастер Ульварэн рассказал, что на той стороне гор есть люди, которые мечтают избавиться от ига вампиров. Это люди, которые не подчинились внушениям мага-менталиста, только не показывают этого. Они понимают, что любой человек на Кьюгарде – смертник, вампиры совсем не ценят чужие жизни. Им легче набрать новых рабов с побережья Гальтернау. Больше нескольких лет люди на острове не живут, а коренного населения и вовсе давно не осталось. Несогласные с таким положением жители тайно набирают единомышленников и приобретают оружие. Все родственники Ульварэна участвовали в подготовке мятежа, поэтому он все об этом знал.

В конце концов, я согласился, что отсюда надо выбираться. А вот сражаться ли дальше с вампирами или разумнее просто сбежать на континент, я еще не решил. Вампиров на острове было гораздо меньше, чем людей. Но сравнивать эти два биологических вида не следовало: такое сравнение будет явно не в пользу человека. Один вампир в бою легко выстоит против десятка простых крестьян. Я уже не говорю о том, что при настоящей опасности он вообще может улететь. При таких исходных данных устраивать восстание просто глупо. Но вот выбраться отсюда я и сам мечтал, так как у меня были свои цели: добраться до безопасного места, продолжить свое лечение от темной магии и вернуться в свой мир. В деревне Раундау сделать это было невозможно.

После долгих обсуждений ситуации с Хулдизэтом и самыми сведущими мужчинами деревни, я решил идти единственным путем – через болота.

По поводу моей кандидатуры на переход возникло много вопросов. Слух о том, что я собираюсь уходить, быстро распространился по всей деревне. К нашей палатке началось паломничество. Большинство людей яростно возражали против моего ухода. Они считали, что единственному магу никак нельзя покидать деревню. Ульварэн настаивал, что идти должны все, а я просто должен обеспечить людей нужными амулетами.

– Нам нельзя разделяться, – пытался убедить меня он. – Мы не беспомощные дети, мы выживали тут долгое время. Должны идти все жители!

– Я был на болотах, видел множество выползней и жутких насекомых, – возражал я. – Они раздирали любое мелкое животное на кусочки почти мгновенно. У меня были защитные амулеты, но заклинания на них приходилось корректировать с учетом близости воды. На болоте любая магия слабеет.

– Твои амулеты не будут там работать? – уточнил Ульварэн.

– Не знаю. Возможно. Скорее всего, какая-то сила в них останется. Но если нет… Я – маг, который сможет о себе позаботиться. Какие бы неожиданности не встретились в пути, я смогу их преодолеть куда лучше, чем кто-либо другой.

– Эй, не вздумай оставить меня тут! – внезапно вмешался Хулдизэт, который находился где-то позади меня и все слышал. – Я точно иду с тобой. Ты ж меня знаешь: я и без амулетов пройду где угодно!

После недолгих споров я решил взять в дорогу орка и пару крепких мужчин из деревни. Мне действительно может понадобиться их сила и выносливость. Больше в деревне кандидатов на этот сумасшедший переход не было. Истощенные долгими годами тяжелой жизни, они не смогли бы преодолеть путь по таким опасным местам.

Сделав все необходимые приготовления, мы с ребятами тронулись в путь. Идти по болоту было сложно. Вода в конце лета была уже прохладной, но не это было страшно. Несколько раз нас выручали амулеты-жабры, потому что мы проваливались с головой, да и трясина засасывала очень сильно. Под ноги все время попадались скользкие камни и коряги. Обычному неподготовленному человеку тут точно было не пройти. Но от неприятностей подобного рода мы могли как-то защититься. А от выползней – нет. Сотни местных змей атаковали нас. И чем дальше мы углублялись в болото, тем больше их становилось. Под их непрерывными нападениями наши защитные амулеты быстро теряли силу.

К сожалению, или к счастью, не знаю, один из мужчин Раундау уже на втором часе похода подвернул ногу. Идти дальше он не мог, и мы отправили его назад в деревню. Второй мужчина отправился с ним для поддержки. Надо сказать, оба совсем не возражали: за пару часов на болоте они поняли, что затея пересечь это место практически бессмысленная. И лучше вернуться в обжитую и почти безопасную деревню, пока амулеты не разрядились окончательно. Они быстро скрылись из глаз, а мы с орком продолжили путь.

Мы шли несколько дней.

– Нам надо остановиться, – сказал я орку на десятый день нашего похода. – Не просто сделать привал, а устроиться с ночевкой. Я смастерю еще несколько амулетов от змей.

– Негде останавливаться, – орк обвел взглядом окружавшее нас болото с редкой порослью чахлых деревьев. – Нам немного осталось, – он кивнул вперед. На краю горизонта действительно виднелась полоса хорошего леса. Скорее всего, это был конец болота и начинался настоящий лес, за которым вполне могло расположиться море. Ну, или хотя бы другая часть острова. – Тут не больше дня пути осталось. Пойдем быстрее, в твоих амулетах наверняка еще есть магия. А я хочу побыстрее выбраться отсюда.

Я до сих пор жалею, что послушал его тогда. Уже на самом краю болота, когда настоящий лес находился буквально у нас перед носом, на нас снова напали выползни. Самые ядовитые, с синими гребнями вдоль спины. Я их видел неоднократно в деревне, и уже знал, что спасения от их укусов нет. Мы кричали и пинали их, отбрасывая подальше. Но они успели нас укусить. Ослабленные почти двухнедельным походом, мы потеряли бдительность и сноровку, амулеты не справились с таким количеством змей, и мы с Хулдизэтом получили по нескольку укусов, каждый из которых был способен убить взрослого человека за считанные минуты.

Скрючившиеся от боли и хрипящие от нехватки воздуха в мгновенно отекших легких, мы выползли на твердую и безопасную землю.

– Дошли все-таки, – попытался глухо засмеяться Хулдизэт.

– А толку? – прохрипел я, закашлявшись.

– Эх, как не хочется умирать то! – с тоской в голосе произнес орк. – Хорошо хоть, умираю свободным.

– Нельзя нам умирать, – просипел я, еле сдерживая судороги.

Орк уже не ответил. А я лихорадочно думал, что делать. Я же маг, я не могу умереть вот так, в чужой стране, в чужом мире, от укуса чужих змей! Вдруг я почувствовал всплеск невероятной силы рядом со мной. Это была магия, только она была какой-то жуткой, не такой, как обычно. Я понял почти сразу – Хулдизэт умер. Это его смертная сила, та самая мортирная энергия, которую используют темные маги. И еще я понял, что именно она может меня спасти. Я обнял друга и попытался принять всю эту силу. Боль мешала мне думать, но на каких-то рефлексах я все же смог направить эту силу в себя. Руками пытался закрыть свои раны, прикасался ко всем частям тела, пытаясь вобрать в себя темноту и уничтожить этим другую темноту – собственную смерть. Сознание тут же начало проясняться, лечение оказало почти мгновенный эффект. Совершенно вымотанный, я уснул рядом с погибшим другом.

Не знаю, сколько я провалялся. По ощущениям, прошло несколько часов. Солнце уже клонилось к горизонту. Я проснулся от жуткого холода и встал с мокрой травы. Голова была ясной, хоть все тело и ломило от пережитой боли. Я увидел выползней поблизости, и привычная паника чуть не охватила меня: ведь амулетов у меня больше не было. Но выползни не приближались ко мне, только смотрели. Как только я двинулся в их сторону, они мгновенно расползлись. Вот так, – усмехнулся я. Дорогу темному магу!

Я не стал копать Хулдизэту могилу, на это мне не хватило бы сил. Я просто перекатил его в неглубокое углубление в земле и присыпал камнями и ветками. Только забрал у него деревянный амулет – фигурку дракона, которую подарил ему еще в деревне. Пусть хоть что-то останется у меня на память о друге.

Черная магия, которой я воспользовался, действовала на мои мысли и поступки необычно. Я как будто смотрел на себя со стороны, мои мысли существовали отдельно от эмоций. Я двинулся дальше по лесу, но он скоро закончился невысоким обрывом, за которым шумело море. Я смотрел на невероятной красоты закат, который не приносил мне сейчас особой радости. Я прекрасно понимал, насколько сильно темная магия теперь закрепилась во мне. Она была во всех органах, в коже, в костях. Мои способности артефактора сделали невероятное: они превратили в амулет меня самого. Обычный такой амулет против змей и их яда. Теперь мне не страшен ни один выползень, хоть в цирке выступай! Только вот теперь я абсолютно точно никогда не попаду в свой мир: на избавление от темной магии в моем теле уйдут сотни лет. Все мои планы на жизнь рухнули.

Я еще постоял немного и двинулся вдоль берега. Как бы ни было тяжело на душе, прыгать с обрыва я не собирался. Под влиянием злости и безнадежности в моей голове постепенно рождались новые цели. Кое-кто должен ответить за то, что со мной случилось! Если уж мне теперь придется жить в этом мире, он должен стать гораздо лучше. Я шел и повторял клятву несчастного Сагрэя, когда-то произнесенную в таком же отчаянии: я избавлю этот остров от вампиров, чего бы мне это ни стоило! На этой земле будут жить только счастливые люди!