Арка 2.0

Пролог

Запись из блога:

Неоспоримый факт — арки появились в один момент времени. Это хорошо видно по видеозаписям.

Конечно, мои читатели наверняка захотят возразить, что не все арки попали на камеры, поэтому нельзя утверждать, что они появились в одно время. На это я отвечу, что доказательств обратного нет. Кто хочет обсудить, пишите аргументы в комментарии.

Также, благодаря энтузиастам, было установлено, что арки появились во всех городах мира. Наглядно вы это можете изучить на этом сайте. Там собирают актуальную информацию. Правительства не раз пытались блокировать этот ресурс, но правду не утаишь. Благодаря социальным сетям, мы можем узнавать, как реально обстоят дела.

Обратите внимание, что количество арок в городе напрямую зависит от количества населения. Разумеется, считать надо, опираясь не на официальную статистику, а на реальную. Тогда по нехитрым подсчетам получим, что одна арка приходится на пятьсот тысяч человек.

До сих пор никто не смог дать внятного объяснения, что арки такое и чьих они рук дело. Доподлинно известно, когда правительства пытались блокировать проходы, арки исчезали и появлялись в других местах, что полностью исключает возможность контроля. Хватило всего лишь полугода, чтобы попытки предотвратить уходы граждан прекратились.

Кому нужно, тот найдет способ, как бы прискорбно это ни звучало.

Попытки уничтожения арок тоже ни к чему не привели. В сети вы легко найдете тысячи видео, как арки пытаются взорвать, протаранить на машине, чем-то ударить или поджечь. Это не приносит им никакого вреда и не служит причиной для перемещения.

Главная особенность арок, помимо того, что они ведут в неизвестность, как вы наверняка знаете, это надпись. Что примечательно, сделана она на неизвестном языке, но каждый понимает ее интуитивно, причем видит уникальный перевод. Ссылка на сайт, где приведены сотни цитат, указана в конце статьи.

До сих пор не известно случая, чтобы кто-нибудь вернулся. И возникает вопрос, что толкает людей на уход?

Комментарии к посту:

— У меня брат ушел. Расстался с девушкой, психанул и прыгнул в арку. Три месяца прошло. Мать до сих пор плачет из-за этого идиота.

— А у нас в школе девчонку довели. Она не выдержала и ушла. Говорят, туда много таких убегает. Скатертью дорога.

— Слышал, что государство планирует отправлять туда преступников. Экономия на местах в тюрьмах. Как по мне, отличный вариант. Заодно пусть и всех политиков туда отправят. Вот заживем тогда.

— Да ну, бред. Никто насильно отправлять не будет. Сразу вой поднимется.

— А я вот сам подумываю отправиться. Серость дней достала.

Внизу шли еще сотни комментариев, но через пару часов страницу удалили.

***

Взмыленный парень выбежал из-за угла и свернул в подворотню. Он оглядывался на бегу, стараясь понять, смог ли оторваться от преследователей.

Именно это и стало ошибкой.

Местная банда, что желала с ним разобраться, предусмотрела этот вариант. Парень забежал в переулок, и, смотря в другую сторону, не заметил, как из тени вышла пара крепких парней.

Подножка, и юноша летит вперед, прикладываясь лицом о мокрый асфальт. Так совпало, что в этот момент вдали грянул гром, а следом пошел мелкий дождь.

— Ну что, падла, попался?! — бросил один из шпаны и приложил парня ногой по животу. Того подбросило и перевернуло.

Дальше жертву подняли на ноги и приперли к стенке.

— Что же ты от нас бегаешь, дружок? Нехорошо.

Еще один удар с кастетом выбил пойманному пару зубов. Из разбитого об землю носа хлестала кровь. Глаза парня помутнели, он чуть не потерял сознание, но хлесткие пощечины привели его в чувство.

— Ну уж нет, — сказал тот, кто держал его. — Отрубиться не получится, мы тебе не позволим. Ты не бойся. Страдания прекратятся, как только согласишься выполнить поручение.

Парень мелко дрожал, капли дождя падали ему на лицо, смешивались с кровью и стекали вниз.

Чужие слова доносились словно издалека. Слишком сильно его ударили по голове. Тем не менее смысл сказанного он понял. Не в первый раз к нему с этим предложением подошли. Просто в первый раз обошлись угрозами, а сейчас привели их в исполнение.

Выбор небольшой. Если согласится, то дороги обратно не будет. За такое сажают. Если не согласится, то его изобьют до полусмерти, остальным в назидание. Эти две мысли бились в мутном сознании, путали, пробивая тело до дрожи.

— Ты язык проглотил? — разозлился тот, кто поймал его.

Еще несколько ударов пришлись по животу и лицу. Парень согнулся и выплюнул осколки зубов вперемешку с кровью.

— Так что скажешь? — наклонился к нему бандит.

— Кхр... да...

— Что-что? Не слышу! Ты сказал — да?

— Да... пошел ты, — наконец-то принял решение парень.

— Зря ты так.

Слова разозлили бандита, и он начал избивать строптивого юношу. Его подельники стояли в стороне, молча наблюдая, как главарь расходится все сильнее и сильнее. Через несколько секунд парень валялся в грязи, не в силах защищаться. Лишь его тело вздрагивало от ударов, а бандит, словно не замечая состояния жертвы, продолжал бить еще и еще.

— Хватит, он сейчас сдохнет, — наконец вмешался один из группы.

Главарь бросил на него злой взгляд, отчего подельник отшатнулся. Но слов хватило, чтобы бандит успокоился.

— Да и черт с ним. Пусть валяется. Уходим.

— Погоди. Парень совсем плох. Ты ему, походу, голову проломил.

Бандит бросил хмурый взгляд на тело и выматерился. Оставлять труп — это совсем не то же, что избить никому не нужного паренька.

— Хватаем его. Здесь рядом арка, сбросим тело.

— Уверен?

— Да, черт возьми! Или что, мне нужно повторить?! — взорвался мужчина. — Живее, а то этот проклятый дождь бесит.

Шайка спорить не рискнула. Парня подхватили и потащили. До арки была пара сотен метров, и пряталась она между домов. В такую погоду, да в таком районе всем было плевать, кого и куда несут, поэтому стая быстро добралась, оставшись незамеченной.

— Кидайте, чего ждете, — бросил главарь, смотря со злорадством.

Два бандита схватили парня поудобнее и, примерившись, швырнули. Как это обычно и бывает, арка приняла нового гостя.

Через пару минут ничто не напоминало о случившемся. Бандиты исчезли. В окна никто не смотрел. На дворе царила темнота. Через несколько дней родители парня напишут заявление о пропаже, но его уже не найдут.

Глава 1. Выбор

Я очнулся.

Это первая мысль, что сформировалась в сознании. Потом, через долгий промежуток времени, включились ощущения и чувства. Я понял, что лежу на чем-то твердом, напоминающем землю. Тело затекло и мышцы отозвались болью.

Эта боль напоминала, что я живой.

Следующая мысль, пробившись через остатки темноты, из которой вынырнул, вопрошала, почему меня удивляет, что я ещё жив.

Я честно попытался найти ответ на этот вопрос и не смог.

Не знаю, сколько времени заняли эти размышления. Единственное, как я мог отслеживать время — это нарастающие ощущения в теле. Мышцы простреливало болью. То в одном месте, то в другом. Единичные очаги превратились в настоящие волны, разбегающиеся по телу.

Нос пощекотал легкий ветер. Это было первым приятным ощущением, которое я испытал. Следом появились запахи. Кажется, пахло травой, лугом и землей.

Мне это что-то напомнило. Деревню. Я попытался ухватиться за эту мысль, но она ускользнула и канула в темноту.

Попытки понять, что происходит, разбивались подобно волнам о скалы. Я помнил, что такое волны и скалы, но не мог разобраться, как оказался там, где оказался.

В какой-то момент, изучив запахи, почти научившись игнорировать боль, я вспомнил, что есть и другие способы понять, где нахожусь. Попытка разлепить глаза привела к ломоте в голове и ощущению натяжения. Это было не так страшно, как жизнь во тьме, поэтому я продолжил бороться и добился того, что увидел свет.

Не ожидал, что он окажется настолько враждебным. Мне будто в глаз вбили гвоздь, достав прямо до мозга.

Проморгавшись и успокоившись, дождавшись, когда высохнут проступившие слезы, я смог сфокусировать взгляд и разглядеть, где нахожусь.

Надо мною было синее, удивительное небо, выкрашенное густой краской. Ни звезд, ни облаков. Идеальная гладь, без переливов. Мне стоило подумать об этом подольше. В загадке неба скрывалось что-то важное, но тут я заметил, что не один.

Стоило чуть приподнять голову, как увидел рядом с собой чью-то спину. Этот неизвестный сидел, отвернувшись. Он тряс головой и выглядел потерянным. Стоило мне увидеть эту странную во многих смыслах картину, как щелкнул переключатель, и я услышал множество звуков. Стоны, тяжелое дыхание, бурчание, шепот и даже крики. Они принадлежали не тому мужчине, который расположился рядом. Он-то как раз сидел тихо, контуженный и потерянный.

С трудом я смог сесть и осмотреться. Таких, как мы, здесь было много. Люди окружали меня со всех сторон. Кто-то лежал, кто-то, как я, успел сесть. Были и те, кто встал.

Почему-то мне это показалось неправильным. Люди так себя не ведут. На вопрос, а как они тогда должны вести себя, ответа не нашёл. Уж точно не так.

Странности на этом не кончались. Я опустил взгляд вниз, увидел зеленую траву. Провел по ней рукой, чувствуя, как травинки скользят между пальцами. Прохладная и гладкая, но не очень приятная на ощупь. Будто пластмассовая, фальшивая. Снова посмотрел на небо. Не знаю, что я там искал, но оно мне показалось таким же неправильным, как и люди вокруг.

— Аккуратнее! — возмутился мужчина, сидящий рядом со мной, когда я попытался подняться и задел его.

Случайно задел. Рука подвела, тело повело, и я уткнулся носом ему в ногу, чем и вызвал возмущение. Не тот, чью спину я вначале разглядывал. А тот, что справа от меня был.

— Простите, — буркнул в ответ.

С минуту посидев, привыкая к ощущениям в теле, почувствовал в себе силы встать.

Кое-как поднявшись, осмотрелся вокруг. Сотни людей. Сотни и сотни лежащих и сидящих тел, что пытались подняться. Мужчины, женщины, дети, старики. Кого здесь только не было. Все валялись плотными рядами, чуть ли не кучей, и как только пытались подниматься, сталкивались. Не я один оказался таким неумехой. Только рядом с собой я увидел несколько столкновений.

Кто-то задел меня. Я развернулся и увидел шатающуюся девочку, с виду школьницу. Даже ранец за спиной виднелся. Она была рядом, когда я очнулся, но не обратил на неё внимания — зашевелилась она позже, чем я.

То, как она была одета, напоминало школьную форму. Я задался вопросом, откуда это знаю, но снова не смог ответить. Девчонка, задев меня, отползла в сторону, бросая испуганные взгляды по сторонам. Я ей не показался тем, кто внушает доверие.

Её школьная форма натолкнула на мысль о том, что надо бы изучить, во что я сам одет. Обычные джинсы, почему-то влажные. Футболка, сверху куртка. Тоже мокрые и холодные. Рука дернулась и сама ощупала лицо. Почему-то это показалось важным. Следом я проверил зубы, те были на месте и… Это одновременно казалось правильным, привычным, но в то же время странным.

Стоило задуматься об этом, как разболелась голова, и я решил, что позже это обмозгую. Взгляд переключился на других людей.

Справа стоял мужчина в спортивном костюме. За ним растрепанная женщина с синяками под глазами, в пижаме. Она смотрела в небо, словно пытаясь увидеть нечто важное. Я тоже глянул, но встретил пустоту. Ещё чуть дальше стоял усатый мужчина, в зимнем пуховике. Рядом с ним молодой, загорелый парень в одних шортах и тапках.

Это тоже было неправильно. Как и то, почему я никак не мог сообразить, по какой причине.

Вскоре донеслись первые голоса.

— Где мы?!

Кричала какая-то женщина метрах в тридцати. Я не видел ее, но слышал панику в голосе.

— За аркой. Не ори.

Аркой? Что-то знакомое.

— Эй, парень. А ты когда аркой прошел? — обратился ко мне тот самый мужчина в спортивном костюме.

Я промолчал, потому что не знал, что ответить.

— Глухой? Или болезненный? Я смотрю, здесь много таких, — сплюнул мужчина. — А, черт с тобой. Слышь, девочка, когда аркой прошла?

Школьница, которая далеко не ушла, испуганно сжалась, но все же выдавила из себя слова.

— В среду.

— Какую среду, блин? Число назови.

— Семнадцатого.

— Вот же хрень. Я прошел десятого апреля. Семь дней разницы. Где мы, блин? — Я в мае зашла, — вставила девчонка, побледнев ещё сильнее

— Мае? — удивился мужик. — Нет, это же хрень какая-то. Ты не врешь?

От эмоционального спортсмена меня отвлек другой человек. Мужчина стоял в паре метров от меня, через одну женщину, и постоянно себя ощупывал. Необычное поведение, поэтому и привлек внимание. При этом на его лице гуляла счастливая улыбка, и он непрерывно шептал слова.

— Я здоров... здоров... не может быть... Думал все... здоров.

Спортсмен тоже увидел его. Отстал от девчонки и подошёл к этому мужчине с седыми волосами.

— Старик, че ты там бормочешь? Здоров, здоров, — передразнил он. — Ты псих?

— Сам ты псих, — беззлобно ответил тот. — Я за арку от отчаянья шагнул. Врачи поставили диагноз, с которым долго не живут. Боли постоянно мучили. Жить оставалось от силы пару месяцев, а тут... Словно помолодел. И боли нет!

Он говорил сбивчиво, продолжая себя щупать и крутиться.

Внезапно прямо передо мной замигала надпись. Мозг кольнуло, и я осознал, что написано.

Добро пожаловать.

Данные будут загружены через минуту.

То, что надпись — это нечто неправильное, я понял по реакции людей. Будто прошла волна, после чего посыпались новые возгласы. Удивление, возмущение, страх, паника. Каждый справлялся со стрессом, как мог.

Так как я слабо представлял, почему именно происходящее неправильно, то ориентировался на эмоции других. Но быстро сообразил, что они и сами знают не больше меня.

Вскоре появились новые надписи, отчего мгновенно возникла тишина. Ненадолго. Ровно настолько, сколько потребовалось на чтение.

Вы прошли аркой, поздравляем.

Рискнув шагнуть в неизвестность, вы получили привилегию участвовать в играх.

Теперь выберете бога-покровителя, от чьего имени будете выступать.

Отнеситесь к этому с максимальной серьезностью, но не затягивайте. Через арку перешло двадцать тысяч человек. Мест всего десять тысяч. Кто не успеет с выбором, погибнет.

— Кто-нибудь понял, как выбрать покровителя? — раздался одиночный голос.

— Там! — указал кто-то.

Я принялся оглядываться, пытаясь разобраться, кто это сказал и куда указывал. Если пару минут назад, когда только встал, видимость была неплохая, то сейчас я оказался в толпе и дальше ближайших плит особо не видел. Привстав на носочки, разглядел не особо много, но нужное увидел. Вдалеке виднелся купол, возвышающийся исполином. Я готов поклясться, что минуту назад его еще не было — слишком он заметный, чтобы не увидеть Люди постепенно поворачивались в ту сторону, указывали руками и переговаривались.

А потом побежал первый человек.

Так вышло, что относительно купола я оказался в левой части толпы, почти у края — человек двадцать меня отделяло от свободного участка. Тот, кто побежал, находился в таком же положении, но чуть дальше, ближе к центру. Он был самым сообразительным и, начав расталкивать людей, совсем не церемонясь, быстро вырвался на простор и побежал.

Последнее я уже едва различил поверх голов, привстав на носочки.

Сам я бежать не собирался. До того момента, пока не увидел этого мужчину. То, что там купол возвышается, для меня ничего не значило. Было много другого удивительного и неправильного. Оказывается, я прошёл в какую-то арку, чего не помнил. Теперь должен играть в каких-то играх, о которых ничего не знаю. Ещё и выбрать бога-покровителя. О богах я тоже ничего не помнил, но всё это мне казалось неверным.

Почти в тот же момент, когда этот мужчина побежал, за ним двинулись ещё двое. А следом с места сорвалось минимум половина людей. Меня толкнули в плечо, я врезался в женщину, но не заметил ее лица.

Дальше включились инстинкты. Понимая, что против толпы не устаю, я побежал вперед. Главное не падать! Главное не падать! Тело неслось само, уворачиваясь от столкновений.

Часть людей бежала напролом, не обращая внимания на остальных. А вот другая часть играла жестко. В десятке метров от меня мужчина толкнул женщину, отчего та споткнулась. Я пробежал мимо, слыша, как сзади раздался отчаянный вопль, но через секунду он оборвался.

Ситуации повторялись, и оставалось только гадать, сколько несчастных задавили во время бега. Меня тоже пытались. Я получил толчок в спину, пробежался вперед, врезался в мужчину и благодаря этому удержался. А вот он — нет. По поводу чего я не успел что-либо сделать. Толпа несла меня, не спрашивая мнения.

В какой-то момент я принял правила этой игры. Включился в процесс, стал сознательно выбирать маршрут. Бег мне давался легко. Это было правильно, но, как и остальное, непонятно почему. Я раньше много бегал? Но почему этого не помню? Эти и другие мысли проносились в голове, пока я выбирал маршрут. Где-то ускорялся, обгоняя людей, где-то, наоборот, тормозил, пропуская тех, кто выглядел опасно и играл нечестно.

Купол оказался куда дальше, чем представилось в первую минуту. До него километра два было, и люди растянулись большой цепью. Для меня стало удивлением, что я многих легко обхожу. Это в первые минуты было тяжелее всего, меня чуть не задавили, но совсем скоро я вырвался на простор. Были здесь и другие, кто хорошо бежал. С ними наравне я и держался. Сам не знал почему. Никто ведь не сказал, что выбор именно в куполе происходить будет.

Впрочем, у меня всё равно вариантов получше не было.

Купол плавно разрастался по мере приближения. Наверно, я погорячился, когда так его назвал. Преодолев две трети пути, смог разглядеть детали. Купол превратился в четыре полусферы. Часть, расположенная к нам, была открыта и держалась на колоннах. На множестве колонн. Когда мы добрались до здания, то ещё пробежались внутри, насколько там просторно было.

Пусть я и не мог сказать, насколько это правильно, но внутри мы нашли четыре, под стать самому зданию размерами, статуи.

Четыре статуи, четыре чаши.

Прибежал я одним из первых. Поднажал в конце, чувствуя легкость в теле. Дыхание немного сбилось, но почему-то я был уверен, если надо, пробегу ещё столько же. Главное, отдышаться и темп держаться, тогда расстояние не проблема. Я точно раньше бегал. Куда чаще, чем большинство людей. Запомнив этот факт, я во все глаза уставился на статуи.

— И это боги? — спросил мужчина, прибежавший следом.

Запыхался он сильнее меня, раскраснелся и вспотел. Следом за ним и остальные подтягиваться стали. Обернулся и понял, что скоро здесь станет тесно.

Один смельчак выбежал вперед и подбежал к статуе. Не знаю, что на него нашло, но он решил залезть на нее. Вспышка, тело отбросило, и на мраморный пол упал гниющий труп.

Несколько секунд царила тишина, все забыли, как дышать, а потом разом подались назад. Те, кто только прибегал и не видел жестокой расправы, не понимали, в чем дело, рвались вперед, но стоило им увидеть труп, как пятились и отходили назад.

Тем временем перед глазами появилась новая надпись:

Вы можете выбрать одного из четырех покровителей. Для этого подойдите к чаше и пролейте туда свою кровь.

У каждого из богов две с половиной тысячи мест.

Поспешите.

Сглотнув, я подошёл ближе и встал прямо рядом с трупом. Он не был опасен. В отличие от статуй. Теперь понятно, что это и есть боги-покровители. Трое из них мужчины и только одна — женщина. Каждый из них воплощал совершенство человеческих тел.

Женщина смотрела высокомерно, держа в руке череп. Тонкие черты лица могли резать лучше острого клинка и обжигали холодом. В шаге перед ней, как и перед каждым богом, стоял постамент. Круг диаметров в метр. На нем была надпись, гласящая «Шакар. Богиня жизни и смерти». Сверху же постаменте стояла чаша, в которую надо было пролить кровь.

К богине смерти я вступать почему-то не захотел.

Пройдя в сторону, разглядел следующего бога. Мускулистая фигура, короткая борода, что воинственно топорщилась, и угрюмый взгляд из-под бровей. В нем читалось обещание проблем, но никак не доброта. Дрогвор. Бог силы и войны.

Третий бог кутался в накидку и возвышался над остальными на голову. Одна худощавая рука у него приложена к животу, а вторая смотрела ладонью вперед. Там еще виднелся знак, но я не мог его разобрать. Ороборг. Бог разрушений.

Кто-то схватил меня за плечо и оттолкнул. Я скинул с себя руки, но человек не стал задерживаться и подошёл ближе к чаше. Он первый, кто рискнул повторно подойти. На несколько секунд замерев, мужчина укусил себя за палец и приложил его к чаше Ороборга. Та засветилась, и свечение передалось на руку смельчака. Через мгновенье эффект исчез.

— Получилось! — воскликнул первопроходец.

Люди завороженно смотрели на него, осмысливая увиденное, пока следом не пришла еще одна надпись перед глазами.

Первый выбор сделан.

Знайте, что последователя можно убить и занять его место.

В очередной раз повисла тишина. Только теперь гнетущая. Напряжение нарастало, и радостный взгляд мужчины сменился затравленным. Внезапно из толпы выскочил здоровяк и врезал первопроходцу. Тот не обладал массивным телосложением и улетел в сторону. Мужчина, не обращая на него внимания, прошел к чаше бога силы и войны.

Укус, короткая вспышка и появился второй посвященный.

Люди, словно лавина, хлынули вперед. На меня кто-то навалился, но я дернулся в сторону, и человек, толкаемый сзади, полетел вперед. На него рухнуло еще пару неудачников, и началась давка.

В голове билась одна мысль — куда бежать? То ли рваться назад и выбираться из толкучки, то ли прорываться вперед, выбирать покровителя и только уже после этого — бежать. Толпа решила все за меня. Еще один толчок, и я от неожиданности вынужденно прыгнул на ту кучу, что образовалась впереди. Внизу раздались крики боли и злости, но я проигнорировал их и бросился дальше.

Вынесло рядом с чьи-то постаментом. На ходу укусив себя за руку, я мазнул кровью чашу, мечтая о том, чтобы получить покровительство и как можно скорее.

Легкое покалывание, вспышка перед глазами, и понимаю, что готово.

Сзади меня схватили за волосы, дернули, и я полетел в сторону от статуй, врезавшись в кого-то. Перед глазами мелькнула надпись, но мне прилетел удар плечом в грудь, и я упал, не успев прочитать.

В тот момент, слыша все крики, видя давку и то, как люди напрыгивают друг на друга и рвутся вперед, я почувствовал, как внутри меня что-то переключилось, и начал бороться, пробиваясь на выход.

В какой-то мере мне повезло. Добежать сюда успели не все, всего пара сотен человек. Подавшись вбок, я добрался до края стены и вдоль неё рванул на выход. Не все поступили так же. Кто-то, кто уже отметился у чаши, пытался пробиться напрямую. Люди сталкивались, боролись и мешали. Их обуяли эмоции, и мне это тоже казалось неправильным. Взгляд зацепился за то, как кто-то пустил в дело нож, чтобы пробиться вперед. Крики усилились, и я поспешил выбраться наружу, подальше от этого безумия.

Бежать, срочно бежать!

К моменту, когда я преодолел половину расстояния до выхода, людей стало ещё больше. Они расползлись и толкались, пробивая вперед. Нашлись и те, кто шёл по краю, как я. Меня попытались поймать, хотели что-то спросить, но в тот момент я, ничего не соображая, рвался наружу.

Вперед, вперед. Это единственное, что меня заботило. Убраться подальше от этого безумия.

***

Когда выбрался, бежал до тех пор, пока не споткнулся и полетел кубарем по земле, чудом не свернув шею.

Несколько минут лежал, тяжело дыша. Постепенно разумность возвращалась ко мне. Я и сам не понимал, почему так поступил. Но стоило подняться, сесть и посмотреть в сторону храма, понял — всё правильно я сделал. И то, что вырвался вперед в самом начале, и то, что пробился обратно.

К этому моменту почти все двадцать тысяч человек добрались до храма и облепили его со всех сторон. Людей было настолько много, что последние ряды находились за десятки метров от входа в здание. Если им и светит прорваться, то только через гору трупов. Я глянул на счетчик — пару сотен человек уже заняли места. Число постепенно росла, каждую секунду добавляя пару человек.

Я вглядывался в цифры. На них было проще смотреть, чем на беснующихся людей. Внезапно счётчик одного из богов уменьшился. Я сразу понял, что это значит.

Если возложил кровь в чашу и стал последователем, то это не конец. Надо продержаться до тех пор, пока все места не будут заняты. Десять тысяч мест. Половина из присутствующих здесь умрет.

Это было самое неправильное, что я встретил за сегодняшний день.

По мере того, как дыхание успокаивалось, ко мне возвращалась ясность мысли.

Я по новой огляделся вокруг. Не все поддались безумию. С тысячу человек, а то и больше, держались на расстоянии. Я присмотрелся к ним, стремясь понять, что ими движет. Страх? Нежелание участвовать в давке? А может, и вовсе желание дождаться бойни и занять свободные места? Я уже видел, как люди проявляют насилие.

Это тоже казалось неправильным, но… обычным. Будто так часто бывает.

Тогда почему это неправильно? Хороший вопрос. Где бы найти ответ на него.

***

Я решил уйти от храма как можно дальше. Был риск, что те, кто это устроил, подкинут ещё какое-то задание и нужно будет вернуться к храму. Но мне хватило нескольких сцен, когда люди, даже не зайдя внутрь, набрасывались друг на друга и убивали.

Не били, а именно убивали.

Жестокая и наглядная демонстрация того, что ждет впереди.

Прислушавшись к себе, понял, что жизнь состоит не только из этого. Из чего ещё — не вспомнил. Но в жизни точно было что-то светлое! Только оно осталось где-то там. Вдалеке. Там, где я находился до того, как попал сюда.

До меня наконец-то дошло, что это неправильно, ничего не помнить про себя. Другие хотя бы могли сказать, когда они перешли в какую-то арку. Я же и этого утверждать не мог.

Ни своего имени не помнил. Ни причин попадания в это место.

Единственное, что у меня осталось — ощущение правильно и неправильно.

Так, понаблюдав за людьми, я понял, что в этой ситуации правильно никому не доверять и держаться от людей подальше. Любой из них — источник опасности.

Ещё я понял, что не хочу умирать. Снова. Это открытие неприятно поразило. Может, я тоже был смертельно болен, как тот старик, щупавший себя, и шагнул, как и он, в арку от безысходности? По ощущениям это было не так. Что-то другое со мной случилось, и от попыток понять, что именно, болела голова.

Двинувшись обратно, от храма, по пути встретил ту самую школьницу, что оказалась в начале рядом со мной. Она тихо сидела на траве и раскачивалась взад-вперед, спрятав лицо за волосами.

Я прошел мимо. Подлый голос внутри твердил, что от таких нужно держаться подальше.

Это было и правильно, и неправильно одновременно. Единственное, чем я смог себя успокоить, так это тем, что и себе-то помочь не знаю как. Не говоря уж о маленькой девчонке.

Тем более она здесь не одна такая была. Я сразу не заметил, но, когда отошёл от храма, увидел потерянных людей, которые сразу отказались бороться. Был и те, кто погиб. Они лежали неподвижно в толпе, и когда я, не заметив, наткнулся на первый, затоптанный труп, вздрогнул.

Вздрогнул и пошёл дальше, обойдя труп по дуге.

Успокоился я только тогда, когда удалился от места появления ещё на пару сотен метров. Я уже знал, что хорошо бегаю и смогу оторваться. Дистанция даст мне фору, если кто-то откроет охоту. Уселся я прямо на землю, а потом и вовсе растянулся на земле. Трава высокая, издалека меня не видно. Показалось хорошей идеей спрятаться в низине, но здесь, куда ни посмотри, был идеально ровный газон.

Эта странность меня недолго волновала. Были вопросы и поважнее.

Что же за бога я выбрал? Не заметил.

Да, вот так вот. Я не помню свою прошлую жизнь, а значит, можно сказать, что у меня началась новая. И, возможно, самый важный выбор я сделал наобум, поддавшись инстинктам.

Глупо.

Переживал я об этом недолго. Вспомнил те поясняющие таблички, которые успел прочитать. Богиня смерти, бог войны и бог разрушений. Вся эта троица не походила на выбор мечты. От каждого веяло чем-то нехорошим. Логично предположить, что и четвертый бог не лучше.

Не верю я, что это был бог добра.

А если так, не уверен, что в сложившихся обстоятельствах выбрал бы его.

Четвертого, кстати, звали Эрмер. Но что у него за специализация, на счетчике не показывали.

Что имеем по итогу. Четыре бога собрали двадцать тысяч человек и без лишних слов создали условия, в которых половина из них погибнет. Пожалуй, пора признать то очевидное, что исходит из этого.

Я попал в крупные неприятности.

Почему-то это вызвало усмешку. Мне показалось, что и там, в прошлой жизни, я сталкивался с неприятностями.

Если так, получается, моя жизнь не сильно изменилась.

***

Через полчаса сформировались первые группировки.

Я иногда поднимался и проверял, не направляется ли кто в мою сторону. Так и увидел, как группа где-то в пятьдесят мужчин, одетых в одинаковые робы, сбилась в кучу и планомерно двигались вокруг храма.

То, что они в робах, что-то значило. Я сосредоточился и даже смог вспомнить что. Такие носили в тюрьмах. Надеюсь, я с ними не попаду в одну команду. Ходили они вовсе не с мирными целями, выслеживая одиночек.

Те, кто умудрился принять покровителя и выбраться из давки, отбегали подальше. Кто-то из них начал группироваться.

Как по мне, зря. Так легче на них напасть.

Но и отбиться легче, если они смогут по-настоящему объединиться.

Самая жесть началась с приходом темноты. На небе я не видел солнца, хотя что-то подсказывало, оно должно быть там. Несмотря на его отсутствие, попали мы сюда, когда было светло как днем. Спустя несколько часов начало темнеть.

К этому времени основная масса людей отделилась от храма. Но это не значит, что все, кто хотел, обрели покровителя. Всего осталось около двух сотен мест, и число быстро сокращалось.

Я заметил, что число последователей снижалось случайно и редко. Наверное, это те, кто не смог выбраться из храма, пробившись через толпу.

Так продолжалось, пока места почти не закончились. Наступила темнота, оставалось пять свободных мест, когда счёт резко начал сокращаться. У всех богов разом. Не так быстро, как заполнялся, но за каждым падением стояла чья-то смерть.

Я правильно поступил, когда отошёл так далеко от храма. Сюда никто не доходил. Почему-то большинство людей остались рядом с ним. На них-то и велась охота.

Почему-то мне казалось, что это быстро закончится. Но нет. Бойня продолжалась долгие часы, пока снова не начало светлеть. Жути я за эту ночь нахватался. Крики умирающих разносились далеко, и наслушался я всякого.

Не знаю, кто и зачем придумал это, но он создал отличные условия, чтобы показать, как низко может пасть человек.

Это было неправильным.

Животное, дикое, безумное поведение.

Словно люди потеряли разум.

А может, они им никогда и не обладали?

Глава 2. Живи или умри

Первыми места разобрали у Дрогвора, бога силы и войны, что бы это ни значило. Самая крупная группировка людей принадлежала тоже ему. Пара сотен человек сбились в кучу и установили на своем участке клочок стабильности.

О первом факте, что места бога войны закончились, я узнал из таблицы, которая висела на периферии зрения и перемещалась, если обратить на неё внимание. А о втором, что именно эта группа принадлежит им — из криков. Дрогворцы, не стесняясь, кричали, чтобы «свои» к ним присоединялись.

Началось это ещё до того, как список закончился. К ним разные люди подходили. Как я понял, не только те, кто успел отметиться у чаши, но и те, кому не повезло пробиться. Судя по тому, что кого-то они принимали, а кого-то изгоняли, после чего организовывали проход внутрь храма — шёл отбор тех, кто полезен.

Это было правильно. Для самих дрогворцев. И неправильно, опасно, для всех остальных.

Вскоре остальные попытались организовать что-то подобное, но получилось у них куда хуже. Где-то людей собралось недостаточно, а там, где собралось, дрогворцы устроили драку и разбили их.

Вот уж точно, самые настоящие последователи бога войны.

Я отметил, что эти две сотни состояли исключительно из мужчин. Это было логично. Только вот они потом и женщин стали отбирать. Что-то мне подсказало, что отнюдь не за боевые качества.

Вторыми финишировали последовали Шакар, богини жизни и смерти. Третьими — последователи Ороборга, бога разрушений. Последним стал Эрмер, чью специализацию я так и не узнал.

Почему-то я ждал, что главные страсти начнут кипеть в последний момент, но нет. Люди, те, кто хотел пробиться, сделали это ночью. Утром же случилась финальная развязка, и счётчик поднимался плавно. Не хотел бы я сейчас оказаться в храме. Даже издалека было видно, что там всё завалено телами.

Удивила большая группа, которая удалилась в сторону, уселась и, кажется, молилась. Сначала я подумал, что это какие-то последователи, но потом дошло — это те, кто предпочел проигнорировать условия. Может, они и правы.

Я несколько минут обсасывал эту мысль со всех сторон и понял, что нет, не правильно.

Неправильно лично для меня!

Почему-то я был уверен, что умирать очень обидно и неприятно. А ещё мне не хотелось повторения этого опыта. Из чего я сделал выпад, что умирал в прошлом. Что бы это ни значило. Стоило задуматься над этим, как появлялась не только боль в голове, но и гнев в груди.

Я был чертовски зол. Сам не зная, на кого и за что. Хотя тут нетрудно догадаться. На того, кто меня убил.

Видимо, он сделал это настолько плохо, что я оказался здесь. Или, наоборот, настолько хорошо, что меня аж сюда закинуло.

Когда места заполнились, я моргнул и осознал, что что-то поменялось. Посреди бесконечного луга появились десятки арок. Намек был понятен. Кто-то с ходу бросился в них и исчез. Не всем людям арки позволили пройти. Я наблюдал, как одна хрупкая девушка бросилась к другой, но гладь перехода осталась безучастна. Девушка била руками, кричала и рыдала, но боги, что придумали это безумство, остались равнодушны.

Словно насмехаясь, подошла группа мужчин и оттолкнула ее, спокойно пройдя в арку. Постепенно люди втягивались и исчезали. Я тоже поспешил, потому что голос внутри нашептывал, что все еще можно убивать последователей и этим могут воспользоваться.

Уходил я в смешанных чувств.

Ведь получается, каждому из нас этот проход оплатили десять тысяч человеческих жизней.

***

Когда делал шаг в арку, подспудно ожидал, что выйду где-то с другой стороны. Но что-то пошло не по плану.

Я отключился. Провалился в темноту.

А потом раз, и снова включился, ощутив разом множество неприятных ощущений. Не так, как в первый раз. Тело не ломило, я легко пошевелился, но на этом приятные стороны моего пробуждения закончились.

Я очнулся в грязи, замерший и захлебывающийся. Дернулся, попытался подняться и поскользнулся, снова окунувшись лицом в лужу.

Да-да-да. Я сначала пробудился, испугался до ужаса, что тону, попытался выбраться, поскользнулся и извалялся ещё сильнее, кое-как продрал глаза, огляделся и… Только после того, как дошло, что это всего лишь лужа, а не бесконечный океан, что утонуть тут можно исключительно по тупости… Вот только после этого, выбравшись из лужи и чуть придя в себя, я и пришёл к выводу, что в целом это пробуждение неприятно, но предыдущие было куда хуже.

На этом позитивные мысли закончились.

Очнулся я в лесу. Со всех сторон окружали обычные в общем-то деревья, с широкими стволами. Стояли они не особо часто, поэтому я более-менее видел, что происходит вокруг. Где-то на горизонте впереди маячили горы, плохо различимые. С других сторон лес был куда гуще, поэтому я и не видел, что там дальше.

Судя по темноте, сейчас вечер. Не совсем ночь, потому что какая-то видимость сохранялась. Насчёт солнца я ничего не мог сказать. Небо было серым, полным туч.

Самых обычных, привычных, узнаваемых туч, в которых я ничего неправильного не заметил.

В тот момент я был не в себе, но понял это сильно позже. Оказавшись в ночном лесу, в неизвестном месте, перед этим записавшись в кружок почитателей кровожадного божества, надо думать совсем о другом, не о тучах. Впрочем, кое-что полезное в этих наблюдениях имелось.

Хотя как полезное. Неприятное. Ухудшающее и без того паршивое положение.

С неба капал мерзкий и холодный дождь.

Когда я очнулся в прошлый раз, моя одежда тоже была мокрой и холодной. Последовавшая за этим пробежка помогла согреться, но потом, когда я пережидал ночь, успел замерзнуть. Сейчас же и вовсе чувствовал холод в полном объёме и стучал зубами.

Постепенно я всё больше осознавал, в насколько плохой ситуации оказался. Постепенно уши улавливали новые звуки. Шум ветра в лесу. Скрип веток. Прочие подозрительные звуки, которые не удавалось определить.

Как вылез из лужи, направился к ближайшему дереву с густой кроной. Так меньше лило сверху. Да и от ветра какая-никакая защита. Я потирал ладони, а потом и вовсе начал махать руками, разгоняя кровь по мышцам.

Вскоре мне удалось успокоиться.

Отбор людей был всего лишь прелюдией. Сейчас начинается главная игра, а значит, хандрить и много думать отныне непозволительная роскошь.

Когда послышались чужие голоса, я наметил для себя план действий. Пережить ночь, согреться, разобраться, что происходит. Отдельным пунктом стояло избегать людей. Поэтому было вдвойне неприятно услышать чужие голоса.

Испачканный в грязи, я сливался с деревом. Присев прямо среди камней, постарался расположиться так, чтобы меня не было видно. Не самая удобная поза, из такой быстро не вспрыгнешь, но и бежать куда-то в ночном лесу мне не показалось хорошей идеей.

Я ничего не помнил из прошлой жизни, но за время испытания кое-что понял на примере других людей. Потеря контроля и суета — верный путь к смерти.

Поэтому замираю и жду.

Голоса приближались, и наконец из темноты вынырнули четыре фигуры.

Всё же ночь пока полностью не наступила. Какие-то отблески света падали на лица людей. Я узнал тех, кто оттолкнул девушку и прошёл внутрь арки. Неприятные типы. От них точно ничего хорошего не жди.

Как назло, в этот момент вдалеке прозвучал гром, а следом за ним ударила молния, на секунду освещая лес. Я прикрыл глаза, чтобы их никто не увидел. Лицо-то в грязи, его так просто не разглядеть.

— Да чтоб его! — выругался один из четверки. — Будь проклят этот дождь!

Когда сверкнуло, он поскользнулся и упал прямо в грязь, извозившись, поэтому и ругался.

Повезло мне. Это отвлекло остальных, и они посмеивались над неудачниками, не смотря в сторону моего дерева.

Поднявшись, этот мужчина постарался обтереть руки о ближайший ствол, но не преуспел.

— Слышь, ты не ори, а то мало ли, кто здесь есть, — сказал второй мужчина, у которого был накинут на голову капюшон.

А он умный, как посмотрю. Секунду назад громче всех заржал, а сейчас об осторожности вспомнил.

— Да пошел ты, — огрызнулся упавший. — Я и так в одной футболке иду, а тут еще этот чертов дождь.

— Сам дурак, — ответил ему третий. — Не хер было соваться за арку в пляжном прикиде.

— Да кто же знал, — буркнул мужчина, отстав от дерева и смирившись с тем, что идти дальше так. — Пожрать бы лучше. А то сутки без еды — это жесть.

— Зато напиться можно, — третий из группы поднял лицо к небу и открыл рот, хватая капли.

— Может она отравлена.

— Тогда все сдохнем.

— Эй, заткнитесь. Смотрите, здесь чьи-то следы.

— Где?

Следы? Они что, заметили мои следы?

В этот момент я понял несколько вещей. Первая — если бегать я умел, то прятаться нет. Вторая — ещё я не умел думать наперед, просчитывая последствия своих действий. Ну вот кто мне мешал подумать о следах!

О заметных отпечатках моих кроссовок, оставленных прямо рядом с лужей. С большой, длинной лужей, в которую и рухнул тот, что в футболке!

Что мне мешало отойти подальше?!

Ничего, кроме растерянности и непонимания, как вести себя в таких ситуациях.

Третье, что я понял, буквально прочувствовал всем нутром, — это то, что меня сейчас обнаружат и поймают. После чего отберут куртку и изобьют. И это, боги мне свидетели, будет самым благоприятным вариантом! На который рассчитывать не стоит.

Осознав это, я вылез из корней. Хорошо, что хватило ума расположиться в другой стороне от голосов, когда их услышал. Точнее, немного с краю — так уж были расположены корни. На карачках я прополз за ствол дерева, поднялся и сорвался с места, услышав крик сзади:

— Вот он! Ловите!

Больше не сдерживаясь, я набрал скорость. Но удача сегодня была не на моей стороне, и случилось то, чего я опасался в самом начале. В мокром лесу, в темноте, бежать было опасно. Под ногу попала предательская коряга, я запнулся и потерял равновесие, выправив только в последний момент, чтобы плечом врезаться в дерево, закрутиться и теперь упасть в полную силу, растянувшись на земле, ещё и зубами клацнув.

В следующий миг на меня навалились, пнули под ребра и прижали к земле.

— Стой, парень, стой, — дохнули мне прямо в ухо. — Куда собрался, а?! Мы не сделаем тебе ничего плохого!

Говоривший заломил мне руку и поставил ногу на лицо, вдавливая в грязь еще сильнее. Я чувствовал, как в ноздри затекает жижа.

Если они так ничего плохого не делают, что же будет, когда всё же дойдет до «плохого».

— Поставьте его! Дай сюда! — потребовал тот мужик, что ходил в одной футболке. — Парень, как же ты вовремя попался! Смотрю, у тебя хорошая одежда. Поделишься? По-братски, да?

Странное дело.

Мне следовало бояться. Я и боялся. До того момента, как меня поймали. А как поймали, страх испарился. Я чувствовал, как давит подошва на лицо. Как щекочет холодная вода ноздрю. Это было неприятно. Только вот я ничего, кроме этих ощущений, не чувствовал.

Словно… Словно во мне уже умер тот, кто боялся такого.

Меня поставили на ноги и даже отряхнули. В глазах немного кружилось, но это быстро прошло. Я сфокусировал взгляд на говорившем и увидел, как он требовательно смотрит, мысленно уже примерив куртку.

Что-то внутри щелкнуло. Память оставалось пустой, но тело помнило, как его так же окружала группа людей, и это кончилось… Да, моей смертью, точно.

Не знаю почему, но я усмехнулся. Это ведь всё так глупо. Бояться умереть второй раз.

Моя реакция не понравилась тому, кто хотел забрать куртку.

— Ну, чего лыбишься?! Больной?! Давай снимай, кому говорю!

Мужчина распалялся все сильнее и схватил меня за грудки, потянув на себя. Я воспротивился, за что получил под дых и в следующий миг перед моим лицом возник нож.

— Парень, ты жить хочешь? — спросил мужик тихим голосом. Кончик острия покачивался в опасной близости от глаза.

— Давай быстрее, — бросил другой мужик. — И так время теряем. Нужно найти укрытие.

— Сам разберусь, — сказал державший меня и на секунду отвернулся, чтобы посмотреть на подгоняющего.

Я же сказал — в тот момент я ничего не чувствовал.

Абсолютно.

Отстраненно наблюдая за ситуацией и выжидая любого шанса. При этом какая-то часть меня отчетливо требовала выжить любой ценой.

Любой.

Что бы для этого ни пришлось сделать.

Не знаю, как так вышло. Может, в силу моего настроя, может, просто повезло.

Мне. Не этому мужчине.

Он чувствовал себя на коне. Полностью уверенный, что я у него в руках.

В момент, когда он обернулся, его нож отодвинулся от моего лица, рука чуть расслабилась. Это был краткий, очень краткий миг.

Я всего лишь ударил ладонью по его руке. Надавил и повёл вперед, дернувшись вперед.

Почему-то я ждал, что он будет сопротивляться, но нет. Всё произошло настолько быстро, что лезвие полоснуло ещё по щеке, под глазом. Брызнула кровь, он вскрикнул и отшатнулся от меня. При этом удерживая второй рукой меня за куртку, которую так хотел отобрать.

В этот момент мне повезло, а ему, наоборот, нет. Видимо, судьба у человека такая. Поскальзываться и падать. Споткнувшись, он полетел назад, а я за ним. Вцепившись в его руку с ножом.

Который продолжил движение и вошёл в глазницу.

Его тело дернулось, вскрик превратился в крик, полный боли, и я надавил ещё сильнее.

Как я выхватил нож, как скатился с мужика, как побежал мимо деревьев и почему меня никто не остановил — спроси кто, в жизни ответа не дам. Сам не запомнил.

Моя холодная броня, в которой я спрятался, треснула, а дальше снова включилось тело, требующее выжить любой ценой.

Через полчаса, забившись в какую-то нору под деревом, дрожа от холода, слыша, как в груди бешено бьется сердце, я пытался осознать, что значила та надпись, выскочившая почти сразу, после того как я побежал.

Вы убили последователя чужого бога окончательной смертью

Получен первый уровень. Чтобы получить награду, найдите храм

Престиж: +1

Сразу и не скажешь, что шокировало в тот момент больше. Что убил окончательной смертью, что есть не окончательные, или что за это дают уровни.

Это, определенно, было неправильно.

Всё происходящее было неправильным!

А самое ужасное, что мне теперь с этим придётся как-то жить.

И выживать.

Потому что в мире, где за убийства дают награды, иначе не получится.

***

Моё бегство закончилось на дереве. Я забрался наверх, в густую крону, и, как надеялся, в этот раз спрятался куда лучше, чем в прошлый. Здесь было сухо, не так ветрено и спокойно.

Спокойнее, чем внизу.

Как отдышался, в голове и душе воцарилась пустота. Я сидел и тупо пялился в одну точку.

Правильно было переживать из-за убийства, но, кажется, с памятью я потерял ещё кое-что. Поэтому не сильно волновался из-за содеянного. Как-то сразу понятно было. Либо они меня, либо я их. Вот и вся история.

Ступор в какой-то момент перерос в сон. В своей новой жизни я не спал больше суток и, пусть условия к этому не располагали, задремал. Напрочь игнорируя все те звуки, которые были в лесу. Несколько раз, пока я бежал, кто-то кричал, а потом и рычал.

Проснулся, когда ещё было темно. Полноценным сном это назвать было нельзя. Организм перезагрузился, и я, как вернулась ясность мысли, принялся обдумывать своё положение. Захотелось пить и есть. Намекая, что придётся решать ещё и эти вопросы. Было бы отличной идеей собрать в ладони потоки дождя, но тот к этому моменту, закончился. А спускаться вниз и пить из лужи — не настолько я ещё пить хотел.

Итак, что я имею…

Происходящее совершенно неправильно, но мне с этим надо что-то делать. Найти безопасное место, еду и воду, ещё сухую и подходящую для новых условий одежду. По пути не заболеть от переохлаждения. Сомневаюсь, что здесь есть врачи. А если есть, то я не смогу получить их помощь.

Это были простые, естественные задачи, сводящиеся к простой цели — выжить.

Так я для себя и сформулировал эту цель. Выживание. Подумав, добавил, что любой ценой. А потом ещё подумав, понял, что нет, не любой. То, что я разобрался с ночными гопниками, меня ничуть не волновало. Ну как разобрался… Случайно ранил и убил одного, от остальных убежал. Конкретно это меня не терзало. А вот мысль о том, чтобы напасть на невинных людей, которые мне ничего не сделали — это покоробило.

В этих рассуждениях я как-то быстро пришёл к понимаю, что впереди ещё не раз придётся драться. Что следовало из другого наблюдения — это не просто выживание в лесу. Это борьба между последователями богов.

Богов, которые дают уровни и какой-то престиж.

С этим у меня в голове путаница возникала. Я, с одной стороны, нормально воспринял то, что награждают. Как будто сам этот феномен — обыденность. А с другой — был уверен, что такого в обычной жизни не происходит. Подумав, где-то в закромах нашёл ответ — награждают в играх, а не в реальной жизни.

Мне это показалось хорошим знаком. То, что голова от попыток вспомнить перестала болеть. Я будто шарил в пустой квартире, которую спешно покинули и забрали вещи. Что-то обронили случайно, и, если приложить усилия, это можно найти.

На фоне и без того безрадостной ситуации проблема с памятью была отдельным темным пятном.

По итогу размышлений одна задача по выживаю разрослась до целого списка.

Во-первых, приоритетом я так и оставил выживание, с удовлетворением базовых потребностей. Во-вторых, следующим пунктом ушло прояснение ситуации. Поиск храма, изучение возможностей и наград, которые дают уровни и престиж. Что-то мне подсказывало, что вместе с уровнями дают и что-то ещё. В играх — очки характеристик и навыки. Вопросом, в игре я нахожусь или где, долго не задавался. Какая разница? Надо найти храм и прояснить там этот вопрос. Если ничего не дают, то и хорошо. Меньше у людей поводов убивать друг друга. Если же действительно в храме поджидает ценная награда, то задача выжить усложнится в десяток раз. Я был абсолютно уверен, что люди начнут массово друг друга убивать. Насмотрелся у храма, что там уже было.

Только после двух этих пунктов третьим шло разбирательство с самим собой. Что со мной случилось? Как я попал сюда? Действительно ли умер? Какой была моя прошлая жизнь? Можно ли вернуть память?

Это было больно, ощущать, что не помнишь ничего из прошлого. У меня отняли что-то важное, я тянулся к нему, но находил лишь пустоту. Больно не физически, а внутренне. Это было сложно описать. Я бы поставил пункт разбирательства с собой на первое место, но… Без выживания ответы я точно не получу.

Разобравшись с тем, что нужно сделать, я успокоился ещё сильнее. Даже не успокоился, а собрался. Стало понятно, что делать. Не сидеть на дереве — это раз. Здесь нет еды и нужных мне ответов. Спуститься и как-то пробираться по лесу — это два. Буду ждать утра, по темноте точно не пойду, слишком опасно. Дальше искать храм — это три. Возможно, попытаться сблизиться с другими последователями.

Ах да, чуть не забыл.

Мне надо узнать, кто мой покровитель!

Без чего, чтоб его, неизвестно, в какой храм идти!

Очевидно, что во вражеском меня быстро на лоскуты пустят.

Глава 3. Поиск храма

Пока я сидел и составлял план, выскочило новое сообщение перед глазами:

Найдите святилище покровителя, чтобы получить точку возрождения.

Сообщение во многих смыслах интересное. Я завис, пытаясь понять, что стоит за в общем-то знакомыми словами.

Святилище — это понятно. Какое-то здание, типа храма, куда нужно добраться. Может, даже они в одном месте находятся. А вот про точку возрождения — совсем непонятно.

Я был уверен, что в играх они есть. Но я ведь не в игре. Да? Посмотрев на свои руки, запачканные в грязи и крови, поежившись от ночной прохлады, готов был поспорить на что угодно, что таких игр не существует.

Короче, вопросов было больше, чем ответов, но то, что где-то есть точки возрождения, я был в целом готов поверить. Не тому, чье тело помнит опыт смерти, отрицать возможность возрождения.

Как и до этого сообщения, оставалось определить, где находится святилище.

Стоило всерьез задуматься над этим, как появилось новое ощущение внутри тела. Последние несколько часов я только и делал, что прислушивался к себе, пытаясь разобраться с памятью. Поэтому быстро заметил, как оно пришло.

Странно. Это было не то чтобы неправильно, но как минимум подозрительно.

Раньше я точно ничего такого не чувствовал. Когда о храме думал, и как его отыскать. Нужно было думать именно о святилище, или ощущение пришло вслед за сообщением? И почему оно появилось сейчас, а не сразу, как я появился в этом месте?

Боги явно не спешили с подсказками.

Если и у остальных так же, то в скором времени у святилища соберутся люди.

А значит… За убийство чужих последователей награждают. Неизвестно чем, но чутье вопило, что стимул будет достаточным, чтобы устроить бойню.

А за убийство своих награждают? Если да, то лучше держаться от любых людских скоплений подальше. Если нет, то лучше прибиться. На каждой стороне по две с половиной тысячи. Ну, почти. На одну душу стало меньше в чьем-то стане. В любом случае, если народ объединится, это будет серьезное усиление.

Сразу вспомнился отряд в несколько сотен человек. Дрогворцы, я уверен, объединятся быстрее всех.

Вскоре дождь окончательно закончился, и ночное небо прояснилось. На небе появилась луна и звезды. Выглядели они чужими, но я не понимал, почему так воспринимаю. Некоторые понятия память умудрилась сохранить, а что-то оказалось утерянным.

В этот момент, сидя на дереве посреди мокрого леса и смотря на черное небо, я почувствовал себя необычайно одиноким.

Но через секунду перед глазами встал мужчина, которого убил, и депрессия моментально исчезла. Нужно выжить. Вот моя цель.

С этой мыслью я спустился вниз и отправился навстречу святилищу.

Опасно двигаться ночью, но ещё опаснее — бездействовать. Видел я уже на отборе, что происходит с теми, кто приходит последним. Да и теми, кто хоть чуть-чуть опаздывает.

Их топчут.

А я не хотел быть растоптанным. Настолько не хотел, что темнота леса и его угрозы пугали меня куда меньше, чем риск опоздать.

***

Продираться ночью через лес оказалось той еще затей. Я несколько раз падал на скользких камнях, чуть не сломал руку, испачкался дальше некуда и промок еще сильнее.

Пожалеть я тоже успел. Как и проклясть себя за бесхребетность. Будь я сильнее и злее в прошлой жизни, уверен, не оказался бы здесь.

Поэтому топал я назло. Себе и всем тем обстоятельствам, в которых оказался.

Через пару часов небо обрадовало зарождающимся рассветом. Выбросило меня в низине гор, вдоль которых я и продирался, поэтому появление солнца застало рядом с небольшим обрывом, с которого открывался вид на пару сотен метров вперед.

Завороженный зрелищем, я стоял и смотрел, как первые лучи проникают сквозь мокрые листья. Идиллия длилась недолго.

Издалека донесся отчаянный вопль.

Я сразу пригнулся и бросился под ближайшие ветки с целью скрыться. По хорошим причинам так не орут. Крик повторился еще раз, после чего затих. Звук шел с противоположной стороны от того места, куда я стремился попасть.

Постояв пару минут, я двинулся дальше. Есть подозрение, что рядом со святилищем будет безопасней. Хотя если вспомнить, что происходило у статуй богов, то лучше себя не обнадеживать и сохранять осторожность. Но мысли все равно упорно возвращались к образу теплого места, где есть еда. Не знаю, сколько я без пищи, но желудок смирился с голодом еще несколько часов назад.

Минут через пятнадцать, когда стало достаточно светло, решил забраться на дерево, чтобы оглядеться. Оно выглядели достаточно крепко и не подвело. Уже через пару минут я сидел на макушке, вглядываясь в окрестности. Пока забирался, подумал, что пальцы у меня цепкие. Да и сил хватает, чтобы легко забраться наверх. Ещё я был легким. Не самым низким, но не то чтобы высоким. Большинство людей были со мной схожего роста.

Я и сам до конца не понимал, зачем подмечаю такие детали. То ли заново знакомился с собой, то ли искал сильные стороны.

Чтобы использовать потом как оружие.

Дерево я выбрал непростое. Расположенное на возвышенности, рядом с обрывом. На самый вверх не забрался, но метров на шесть поднялся. И смог разглядеть, что там, впереди.

Где-то там дальше виднелись макушки зданий. Не то чтобы близко, но и не очень далеко, раз я смог их разглядеть.

Это обнадежило.

Дальнейший путь быстро уничтожил наметившееся воодушевление. Я чуть не убился, пока спускался вниз с обрыва. Он был пологим, но из-за дождя скользким до омерзения. Попытавшись цепляться, я не удержался и полетел вниз. Как не убился — сам не знаю. Точно помню момент, когда шмякнулся лицом о мягкий пучок травы прямо рядом с торчащим камнем. Как шмякнулся, так и полетел дальше, вращаясь и скользя.

На этом преграды не закончились.

Вскоре наткнулся на речку, что преградила мне путь. Метров десять шириной, она сходила с гор и убегала куда-то вдаль. С виду выглядела чистой, и я не удержался. Наклонился, обмыл руки, сам умылся и как следует напился. Сначала пару глотков, чтобы оценить реакцию организма, а потом вдоволь и про запас. Капли дождя, конечно, замечательно, но организм требовал большего.

Горная река продирала холодом до дрожи, но я и так давно замерз, так что немного потерял. Сейчас беспокоило другое, как перебраться. Если окунусь, то, боюсь, замерзну окончательно.

Мне повезло. Двинувшись вдоль речки, я увидел брод из камней. Сразу к нему подходить не стал. Засел в кустах и какое-то время наблюдал. Логично предположить, что часть участников пойдет этим же путем, и не хотелось бы на них нарваться, когда буду на открытом участке.

К тому же никто не обещал, что увиденные мною здания впереди — это и есть святилище. Возможно, это вражеская база.

Никого не заметив, я рискнул перебраться на ту сторону. Спрятавшись там, посмотрел, пойдет ли кто за мной, но нет, тишина. Как бы я ни вглядывался в темноту между деревьями, никого там не замечал.

Где-то там, вдали, солнце снова наползало на небосвод. Стало заметно светлее, но ещё не настолько, чтобы чувствовать себя уверенно и свободно. Пробирался я аккуратно, вглядывался под ноги. Здесь лес был куда гостеприимнее. Словно в парке прогуливаешься. От брода из камней тянулась тропа, но по ней я не рискнул идти. Свернул в сторону и двигался так, чтобы самому дорогу видеть, но при этом иметь возможность быстро спрятаться, если кого-то встречу.

Но то ли боги были милостивы, то ли лимит неудач для меня исчерпался, я добрался до конечной цели.

Узнал я об этом не сразу. Сначала лес закончился, а потом я вышел на открытое пространство и в первых лучах солнца смог разглядеть стену, а за ней — верхушки зданий. Вдоль стены располагалось четыре башни. Я был уверен, что никогда такого не видел, но тем не менее мог определить, что на стенах есть зубцы, чтобы там прятались лучники. На башнях тоже. Они были куда выше уровня стен, с открытыми площадками наверху и крышами над ними.

Дома и стена не сказать, что высокие. Где-то в два моих роста. Выглядят монументально и впечатляюще. Сложенные из массивного камня, старые и потертые, с побегами зелени на внешней стороне.

Прямо посреди стены располагались массивные ворота, сейчас открытые настежь. От них вела дорога, уходящая в лес.

Как и сказал, между стеной и лесом, в котором я находился, было открытое пространство. На глаз так сложно оценить, но метров пятьдесят или около того там было. Лично для себя я в этом увидел угрозу. Мне по-прежнему крайне не хотелось попадаться кому-либо на глаза.

Но и выбора другого не было. Я пока шёл, сворачивал то в одну сторону, то в другую, проверяя, куда ведет ощущение направления. Оно вело точно в этот небольшой городок. Так же, когда залезал на дерево, видел, что за поселением ждут горы. Это не то чтобы доказывает нахождение святилища именно в этом месте, но…

Последнее, что заставило меня поверить в сей факт, — макушка храма, что возвышалась над зданиями. Если домики были неказистые, какие-то примитивные и убогие, но храм подобно жемчужине сверкал на их фоне.

Если это не храм, то я даже не знаю.

Пока я всё это обдумывал, прошло достаточно времени, чтобы успеть оглядеть все окрестности и подозрительные места.

Признав, что выбора нет и остается либо идти шляться по лесам, либо рискнуть и войти в город, я сорвался с места и побежал к стене. Не со всех ног, так, чтобы успеть отпрыгнуть, если вдруг в меня решат стрельнуть или из ворот покажется группа злых людей. Глупая предосторожность, но ничего лучше я не придумал.

Никто меня не остановил. Никто не показался.

Через ворота я проходил с замиранием сердца. То, что и там никто не встретил, показалось хорошим признаком. Если уж и ловить, то как раз здесь. За стеной легко спрятаться и поймать наивных простачков, которые опрометчиво бросятся вперед.

Прямо я не пошёл. Свернул в сторону и двинулся вдоль домов. Самые очевидные маршруты — это не мой путь.

Но, как и сказал, лимит неудач на ближайший час исчерпал себя. По городу я прошёл. До храма добрался. И даже людей встретил. Пару десятков человек собрались возле храма и что-то обсуждали. Я встал в тени, вглядывался в лица и отмечал, что это такие же люди, как и я. Грязные, помятые, растерянные. Была среди них и пара женщин. Никого опасного, выказывающего враждебность я не заметил.

Прямо на моих глазах по главной улице прошла юная девушка. Её встретили, что-то сказали и свободно пропустили внутрь храма.

Воображения не хватило представить, что ещё мне надо, чтобы рискнуть.

Ну что же... либо уходить, либо выходить.

Я вышел из-за угла и встал так, чтобы меня заметили. Несколько человек бросили заинтересованные взгляды, но быстро отвернулись. Всем было плевать. Тогда я рискнул направиться к ним, но, видимо, делал это слишком медленно, чем привлек внимание.

— Эй, парень! — бросили мне. — Не бойся, тут тебя не тронут! Мы теперь все в одной лодке! — сказал один из мужчин.

Не то чтобы я поверил в его слова, но уверенности это придало. Достаточно, чтобы я подошёл ближе, готовый в любой момент сорваться с места и пойти на прорыв.

Только вот ничего не изменилось. Всем в целом было на меня плевать.

— Что тут? — спросил я у этого мужчины.

— Храм, — ответил тот, пожав плечами. — Внутри святилище. Иди получай точку возрождения. Вроде как это чертовски полезная вещь.

Храм так храм. Пока это не напоминало ловушку.

Я рискнул зайти внутрь. Сам храм произвел впечатление самого мощного здания из тех, что я встретил в городе. Вход украшали тяжелые ворота, сейчас закрытые. Лишь небольшая калитка приоткрыта, куда может протиснуться один человек.

Внутри отсутствовали окна, но освещение непонятным образом было. Казалось, сам воздух светится. Я прошел через короткий коридор и еще одни ворота, оказавшись в просторном помещении.

В центре виднелся массивный постамент, испещренный надписями на неизвестном языке. Сзади стояла статуя бога, которую я узнал. Ороборг, бог разрушений.

Это было ожидаемо. Меня ведь толкнули как раз рядом с ним. Само по себе это открытие никаких эмоций не вызвало. Ороборг и Ороборг. Пока не узнаю, чем боги отличаются друг от друга, глупо переживать об этом.

В зале нашлись люди. Человек десять, что толпились возле статуи.

— Новенький? — повернулся ко мне один из мужчин. — Ты какого бога, дружище?

Говоривший был одет в кожаную куртку, джинсы и выглядел крепко. Густая борода воинственно торчала, но впечатление портила растрепанность и следы крови на одежде.

— Мой покровитель Ороборг, — ответил я.

Раз уж ощущение направления привело сюда, то других вариантов как бы и нет.

Мой голос прозвучал неожиданно. В первую очередь для меня же. Это первые слова, сказанные мной, после того как я очнулся.

— Что ж, тогда проходи. Нужно приложить руки к алтарю, чтобы получить привязку.

— Что за привязка? — сразу спросил я, видя, что люди настроены дружелюбно. Вроде как.

— А ты приложи и узнаешь.

Мужчина улыбался, но я заметил, что смотрит он слишком внимательно. Будто ожидает нападения. И это как-то связано с покровительством бога. Ладно, нужно делать то, зачем пришел.

Под молчаливыми взглядами я прошел к алтарю и возложил руки. Покалывание длилось секунд десять, потом в глазах потемнело, и постамент мигнул красным. После посыпались сообщения.

Привязка завершена.

В случае смерти вы возродитесь в храме покровителя.

Эта возможность сохраняется, пока цел алтарь.

Охраняйте алтарь любой ценой, если не хотите умереть окончательной смертью.

Также алтарь даёт возможность получить награду за деяния, угодные Ороборгу.

Убивайте последователей чужих богов и разрушайте.

Вы первый, кто получил уровень и убил истинной смертью.

Награда: способность ощущать последователей богов. Радиус действия — 30 метров.

Престиж: - 1

Я завис, вчитываясь в строки. Что это все значит? Что за способность? Стоило о ней подумать, как голову прострелила боль. В радиусе действия ощущалось тридцать семь живых существ. И я ощущал их всех сразу, новым для себя способом. Мозг моментально перегрузило информацией.

В себя я пришёл, валяясь на полу. В окружении мрачных, агрессивно настроенных мужчин. Во главе с тем самым бородатым крепышом, который откуда не возьмись достал дубинку.

— Парень, что с тобой? — спросил он. — Будь добр, объяснись.

Говорил он медленно, показательно вежливо, смотря мне в глаза. При этом чувствовалось, что если ему ответ не понравится, то дубинка опустится мне на голову.

— Он явно наш, Ороборг его принял, — вмешался другой мужчина. — Но раньше таких эффектов не наблюдалось, — в голосе сквозило подозрение и настороженность.

— Мне дали награду, — сказал я, чувствуя, что лучше успокоить собравшихся.

Выдавать свои секреты мне не хотелось. Но ещё больше не хотелось получить по голове.

— Награду? Ты умудрился убить кого-то?

— Да. Когда только очнулся, то почти сразу нарвался на… последователей других богов. - подбираю я слова.

— И что дали?

— Способность.

— Как в играх, что ли? — раздался третий голос.

— Не знаю, но скрутило меня от ее применения.

— Охренеть новости. Что за способность-то?

Я посмотрел на говорившего. Настороженность в глазах бородатого поутихла, но не до конца. Стоит раскрываться перед этим человеком?

Смотрю и понимаю, что да, стоит. Кажется, информация про способности важна для выживания всех нас, поэтому от меня не отстанут.

— Ну? — надавил на меня другой тип, без бороды.

— Не давите на него, — осадил того бородатый. — Видите же, что парень напуган. С чего бы ему доверять нам? Тебя как звать, кстати?

Последний вопрос предназначался мне и вызвал ступор. Я не помнил имени.

— Мне дали способность чувствовать последователей на расстояние.

Отвечать, почему я не называю имя, мне хотелось ещё меньше.

— У-у-у… — раздалось синхронное.

— Не пойму, это круто или нет? — спросил тот, что без бороды.

— Очень круто, — ответил ему бородатый.

— Мне нужно проветриться, — сказал я, поднимаясь.

Меня никто не остановил, как ни странно. За что я был благодарен.

Глава 4. Знакомство с новой реальностью

В тот самый момент, когда я заносил ногу, чтобы перешагнуть через выступ и пройти через калитку в воротах храма, до меня дошло.

Так поспешно я стремился наружу не потому, что это правильно, а потому, что чувствовал напряжение, находясь рядом с незнакомыми людьми в замкнутом пространстве. Причем я был уверен — раньше я подобными фобиями не страдал. Недавно приобрел. Ночью, пока наблюдал за тем, насколько люди могут быть жестоки.

В голове поселилась прочная связь. Человек равно опасность.

Встреча в ночном лесу подтвердила этот опыт.

Умом я понимал, что это убеждение искаженное. Что я и наблюдал сейчас. Вокруг меня были люди, которым плевать, что к храму подошёл ещё кто-то. Стоило взглянуть на тех, кто стоял рядом с храмом, как меня посетило ещё одно чувство неправильности. На этот раз по поводу их беспечности.

Храм надо защищать!

Как же это… Зажмурившись и сдавив руками виски, я отошёл в сторону и встал в тень. С моей головой что-то не так. Я буду продираюсь через завалы, со скрипом, ударяясь о каждый угол.

Откуда настолько сильное желание защищать храм и изливать раздражение на беспечных людей? Какое мне до этого дело?

Покопавшись в ощущениях, нашёл простой ответ.

Против нас выступают семь с половиной тысяч человек. Если здесь как в играх, то, во-первых, на чужих последователей начнется охота ради повышения уровней и наград. Во-вторых, также будут охотиться на алтари. Уверен, за это наградят куда сильнее.

Вывод прост. Если хочешь выжить, надо организовать оборону храма. В идеале — всего этого городка, чтобы ещё возле стен останавливать врагов. А ещё лучше…

Следующую мысль я осмысливал с опаской. Потому что ещё лучше — самому нападать, а не играть от обороны. Я даже представил, как группа смельчаков, притворившись чужими последователями, приходит к нам в храм и вырезает тут всех, после чего разносит алтарь. Теперь понятно, почему тот рыжий с компанией реагировали на меня.

Именно этим они сейчас и занимаются. Контролируют обстановку.

От этой мысли стало спокойнее. Здесь есть адекватные люди. Уже хорошо.

Получается, мой стремительный уход и правда был неправильным. Надо было с ними пообщаться.

Черт… В голове полная каша, с этим надо что-то делать.

От размышлений меня отвлекли подошедшие люди. Сразу трое человек. Их сразу в храм отправили. Рискнув, я применил способность ещё раз, постаравшись разобраться, кто это пришёл.

Никого, кроме последователей Ороборга, здесь не было.

Долго ли это будет продолжаться…

— Да говорю тебе, это реальность! — чуть ли не крича, говорил один из тех, кто был у храма. У меня после применения способности в голове звенело, пусть и не так сильно, как в первый раз, поэтому его крик был сродни удару колоколом прямо по темечку. — Ты в нос свой загляни! — брызжа слюной, доказывал он. — Там есть волосы! Волосы в носу! Какой разработчик будет заморачиваться над этим?!

— Любой нормальный! — также завёлся его оппонент. — Что мешает добавить пару волосков при столь высокой детализации?!

— А ты потяни за эти волосы! Больно будет, прям как в реальной жизни!

— Наш мозг может достраивать реальность! — не сдавался парень.

— Эй, любители ноздрей! — прикрикнул тот рыжий, выходя на улицу. — Уймитесь. Реальность здесь или виртуальность, разницы нет. Боль вполне ощутимая. Как и смерти нам обещаны реальные, если проиграем. Поэтому! — повысил он голос. — Кто не хочет сдохнуть, подходите сюда! Я со своими друзьями, — кивнул он на тех, кто вышел с ним. — Собираюсь изучить этот город, узнать, где мы будем жить, а потом организовать спасительную вылазку, чтобы собрать остальных последователей нашего бога! Кто готов помочь, подходите…

Почему-то я ожидал, что никто не выйдет. Приятно было ошибиться. В короткие сроки этот мужчина организовал несколько групп и разослал их по городу. Также он объявил, что в храм закрывается свободный доступ и пропускать будут по одному, во избежание эксцессов.

С этим тоже согласились.

Воодушевляющее единодушие. Я тоже собирался присоединиться к одной из групп, но рыжий бородач заметил меня и поманил.

— Пришёл в себя? Разговор есть, — сказал он мне, когда я подошёл. К этому времени люди разошлись, в том числе те, кто находился в храме, поэтому разговор проходил почти наедине, не считая ещё двух мужчин, что остались с рыжим.

— Что за разговор?

— Нам нужна информация, — сказал рыжий, смотря мне в глаза. — Ты единственный, кто получил способность. Замечу, сейчас нам крайне необходимую.

— Так, а вопрос в чем?

— Ну… — задумался он, подбирая слова. — Вопроса пока нет. Если знаешь какие-то детали, буду признателен, если поделишься. А так я хотел попросить проверять всех, кто приходит сюда. Займешься? По способности есть откат, расход? Как это работает?

— Сам не знаю. Думаешь о способности, и она срабатывает.

— Этот вопрос нужно изучить, — покачал головой рыжий. — В общем, мы договорились? Присмотришь?

— А что делать, если замечу противника?

— Кричи во всё горло, — на полном серьезе сказал рыжий.

Кричать, так кричать.

В кармане у меня лежал нож, который уже попробовал человеческую плоть, но не уверен, что я так легко смогу повторить этот опыт.

***

Пока остальные изучали город, я решил воспользоваться завуалированным советом. Рыжей мне напрямую об этом не сказал, но в его словах прозвучала дельная мысль.

Способность нужно изучить. Как и всё, с чем мы столкнулись.

С этим я отправился в храм. Дверь была ещё открыта, меня пустили без проблем и тут же закрыли. То, что кто-то может прийти и не попасть внутрь, меня не обеспокоило. Ничего страшного, подождут.

— Так ты способность получил? — спросил меня один из тех, кто остался охранять.

По виду он был единственным охранником здесь. Высокий, широкоплечий и загорелый. Я бы даже сказал, молочно-шоколадный.

— Какую способность? — изобразил я удивление.

— Это сейчас шутка? — нахмурился парень. — Я ведь слышал, что ты говорил, прямо здесь стоял…

— А, ну да. Прости, не удержался.

Мужчина… Или молодой парень? Я не мог определить его возраст, но выглядел он молодо. Не так, как подросток, и не так, как рыжий, который явно был его старше. В общем. Он был на голову выше меня и куда сильнее на вид. Непонятно, с чего я решил пошутить.

Особенно на фоне того, что панически драпал из храма десять минут назад, боясь остаться наедине с другими людьми.

— Не удержался от чего?

— Просто у тебя внешность располагающая, — честно сказал я.

— К неуместному юмору? — угрюмо спросил он.

Что выглядело вовсе не устрашающе, а наоборот, забавно. Одет он был в спортивный костюм. Ещё влажный после дождя. Здесь, внутри храма, кстати, было куда теплее, чем на улице. Там царила утренняя прохлада. Хорошо, что сюда зашёл, а то уже чувствую, как носом шмыгаю.

Не хватало заболеть.

— Так что там со способностью? — спросил он.

— Как раз хотел разобраться.

Вторым, кого оставили с этим забавным здоровяком, был старик. Он сидел в углу, смотрел на статую Ороборга и не обращал на нас особого внимания.

— Ну давай, попробуй. Может, тебе помочь? А то выглядишь пришибленным. Тебя по голове не били?

Зубы отчего-то заломило. Будто по ним и правда били. Только я этого не помнил.

— Вот, об этом и говорю, — сказал здоровяк. — Ты натурально подвисаешь, парень. Кстати, ты не представил. Дмитрий, — протянул он мне руку.

Моя рука машинально дернулась, замерла, и дальше я сознательно пожал ему ладонь. Рукопожатие у него крепкое.

— Ну? Как звать тебя? — напомнил он мне вопрос.

— Я не помню.

А что тут было ещё сказать? Много всего на самом деле. Но миллион способов соврать, выдумать имя и ещё как-то скрыть информацию о себе я придумал сразу после того, как признался в неведении.

— Это как? — нахмурился Дмитрий.

— Как-то, — пожал я плечами, выдернув ладонь. — Не помню, как оказался на отборе. Не помню имени. Не помню прошлой жизни. В голове шум и пустота.

— Оуч, — выдохнул он, — Паршивенько. Так, получается, единственный перс со способностью у нас контуженный?

— Перс? — машинально переспросил я.

— Персонаж. Это похоже на игру.

— Я заметил.

— Если заметил, то отлично. Интеллектуальные функции сохранились, да и речь связная. Что? — хмыкнул он, заметив мой взгляд. — У меня сестра врач. Кое-что понимаю в этом.

— А-а… — протянул я, потому что не знал, что ещё сказать. т— А как ты здесь оказался?

Мне хотелось понять, как люди вообще на отбор попали. Единственный случай, который я узнал — это тот щупающий себя мужик, который сунулся в арку из-за болезни.

— Ты не представляешь, насколько это глупая история… — закатил он глаза. — Давай как-нибудь потом.

— Как скажешь. А ты знаком с тем рыжим?

— Матвеем? Да. Он был нашим руководителем в тусовке реконструкторов.

— Это кто такие?

— Это такие лесные эльфы, которые… Ты совсем юмор не догоняешь, да? — понял он по моему взгляду. — Короче, мы любили на природу выйти, облачиться во что-то тематическое, ну там в броню отреставрированную или скосплеенную, и устроить игры.

— Как у нас здесь?

Мало ли, вдруг происходящее норма и только мне кажется неправильным.

— Нет, ты что, — замахал он руками. — Здесь какая-то паршивенькая дичь происходит, а там нормальная тема. Была, — вздохнул он. — А про рыжего — он нормальный мужик. Сам видел. Что насчёт способности? Могу помочь изучить. Мой-то котелок нормально варит, — усмехнулся он.

Я не заметил в этом попытке задеть. Просто юмор такой у человека. Только мне не смешно. Что Дмитрий заметил и стушевался.

— Особо нечего про неё сказать. Могу ощутить последователей на расстоянии тридцати метров. За это забрали один престиж.

— Погоди, — перебил он, — какой престиж?

— Я когда убил того парня… — невольно замолчал, увидев, как изменился взгляд Дмитрия. — Это случайно вышло. Они вчетвером меня в лесу встретили. Нож к лицу приставили. Когда молния ударила, я по ножу и ударил.

— Молния? По ножу? — переспросил он, хмурясь.

Несмотря на то, что выглядит молодо, у него мимика живая, а между бровями складка мощная. Как… Как… В голове мелькнуло какая-то тень воспоминания. Связанная с собакой. Но я не поймал его, и воспоминание ускользнуло.

— Дождь был, — пояснил я. — Да, по ножу. Ладонью. Он упал, я на него рухнул, ну и вбил нож в глазницу.

— Ты это сейчас как маньяк рассказываешь, — покачал он головой. — Но не я тебе судья. Не здесь, где боги за убийство награждают. За это навык дали?

— Дали уровень и престиж, плюс единицу. Как сюда пришёл, дали награду, а престиж забрали. Минус единица.

— Что-то не сходится. По логике, должна быть ещё награда за уровень, а не только престиж?

— Да? — неуверенно протянул я.

— Да, как в играх, — закивал Дмитрий.

— Что же это делается, — внезапно ожил старик у стены, — молодые убивают, боги какие-то…

В полумраке храма его ворчание прозвучало зловеще.

***

К тому времени, когда группа Матвея вернулась и мы открыли калитку, я знал в несколько раз больше.

Догадка парня оказалась верной.

Первое, с чем разобрались, — это с престижем.

Хотя нет, вру.

Первое, с чем мы разобрались, — это с тем, как разобраться с накопившимися вопросами.

Оказалось, что мне не только уровень дали, но и возможность изучать список наград и моего… персонажа.

Дмитрий так это и назвал. Окно персонажа.

Здесь я впервые увидел себя. Худого, бледного и черноволосого парня с подозрительным взглядом.

Стоило лишь пожелать изучить это «окно», как образ меня всплывал перед глазами. Как будто на картинку смотришь. Стоит посмотреть на неё, и она становится прозрачнее, видно, что впереди. А если пожелать, чтобы закрылась, исчезает. Управление мысленное, легкое и понятное.

Информации пока наличествовало немного, но Дмитрий был уверен, что скоро её станет больше. У меня имелось три строки. Уровень, престиж и навык.

Уровень давал по одному очку характеристик и навыков.

Здесь Дмитрий меня чуть ментально не изнасиловал, настолько ему хотелось узнать подробности.

Характеристик мне было доступно пять на выбор. Об этом мы узнали, когда я снова приложил ладонь к алтарю и пожелал получить награду за уровень.

Сила — повышала общую физическую силу. Выносливость — повышение выносливости, как можно догадаться. Реакция — тут для нас тоже ничего нового не открылось. Повышалась реакция. Восприятие — здесь улучшались все органы чувств и… возможность пересилить чужие навыки скрытности и маскировки. Последнее: энергетическое ядро. Дмитрий это маной обозвал. Именно ядро отвечало за то, сколько раз получится использовать навыки, завязанные на энергию.

Из описания следовало, что есть навыки, использующие что-то другое.

Пересказав, что увидел, я всерьез начал опасаться Дмитрия. Он минут десять сам с собой общался, размышляя вслух, что важнее.

— Сила больше подойдет для тех, кто в рукопашную биться будет. — говорил он. — Отдельный вопрос, есть ли здесь огнестрел, луки, арбалеты или какие-нибудь бластеры. В твоем случае, — оценил он меня, — сила не лучший вариант. Сколько там одно очко характеристик прироста даёт?

— Десять процентов.

— О чем и речь. Ноль, помноженный на десять процентов…

— С чего это я ноль?! — слова парня задели меня.

— С того, что мой бицент в два раза больше твоего. Весишь ты сколько, килограмм семьдесят от силы? Да и на вид тебе лет шестнадцать.

От этого я смутился. Было странно услышать о себе столько… нового.

— Попробуй меня повалить, — предложил он внезапно. — Заодно тренировку устроим. Дружескую. Нож в глазницу мне вбивать не надо, — передернуло его.

Подумав, я решил, что это правильная идея. Чем больше я узнаю о себе, тем лучше.

Ощущение правильности было уничтожено, втоптано в землю через тридцать секунд, когда меня пару раз приложили о пол. Каменный и холодный.

— Я понял, что ты сильнее, — сказал раздраженно. — Тогда, может, стоит качать силу?

— В описании написано именно десять процентов?

— Да-а…

— Тогда это умножений того, что уже есть. Поэтому сила точно не твой путь. Мне она куда больше подойдет. Без обид, парень, голая логика.

— А что насчёт других характеристик? — спросил я, признав, что в чем-то он прав.

— Ты не унывай. Уверен, люди будут убивать друг друга с помощью оружия. На кулаках махаться — это в крайнем случае. Поэтому и думай, как найти такие аргументы, чтобы ни с кем в партер не переходить. Реакция — хорошо. Но, думается мне, тебе куда лучше подойдет то, что усилит способность. Восприятие или развитие ядра…

Следующий скачок ажиотажа у Дмитрия случился, когда добрались до навыка. Благо не обязательно было делать выбор прямо сейчас, поэтому я свернул надписи с характеристиками и перешёл к следующему пункту.

Мне предоставили три возможности. Боевой клич — усиливает силу на десять процентов на тридцать секунд. Спринт — увеличивает выносливость, также на десять процентов и тридцать секунд. И улучшение уже полученного сканирования. С повышением радиуса действия и шансом обойти маскирующие навыки.

— Здесь очевидно, что брать. Сканирование. Сейчас оно нам поможет выжить.

Я был согласен, но лишь отчасти. Спринт тоже выглядел заманчиво. Я хорошо бегаю, и, по ранее озвученной логике, если это ещё усилить,

выйдет перспективно. Что я и озвучил Дмитрию.

— Дело говоришь. Но долго ты ото всех собираешься бегать? Так уровни не получишь, к сожалению, — как показалось, искренне расстроился он.

Про связку плюс десять к силе и боевой клич я промолчал. Понял уже, что Дмитрий хочет использовать меня с пользой для группы. Это было правильно. Для группы. А для себя — я уже так не был уверен.

С престижем мы тоже разобрались. Относительно, конечно, потому что его описание было менее исчерпывающим. Очки престижа — это особая награда за деяния, угодные богу. Получается, убив того гопника, я сделал что-то, угодное богу. За что и получил награду в виде навыка.

— Надо срочно понять, что угодно богам! — изрек Дмитрий.

За этот час он много чего сказал. Попробовали мы и исследовать мою способность. Выяснили, что я её могу активировать и держать «включенной». Около трех секунд, после чего ощущаю напряжение в груди. Если отдохнуть минут десять, то снова могу применить. Следующий раз — минут через пять. Зависимость была совсем не очевидная, но мы оба сошлись на том, что частота использования зависит от продолжительности.

Я понимал, что нюансов скрывается ещё больше. Если потренируюсь, уверен, ещё что-то откроется. Ну да на ком тренироваться у меня сегодня будет.

Где-то через час вернулся Матвей. Сначала к нам в храм начали ломиться, и Дмитрий пошёл разбираться с людьми. Я слышал, как он убеждает их подождать и найти командира. То ли нашли, то ли он сам нашёлся, но от калитки отстали. А там уже разрешили и дверь открыть, перед этим попросив меня проверить.

Никого чужого я не обнаружил.

Только это не успокаивало. Не тогда, когда мы узнали, что есть навыки, позволяющие скрываться.

Глава 5. Борьба за власть

Пока проверял новых людей, от обилия мозги раскалились настолько, что я всерьез опасался дыма из ушей. Ну, или искр из глаз, как пойдет.

— Отдохни, — хлопнул меня по плечу Матвей.

— Я прогуляться пойду.

— Если что, крики, — сказал он.

Неужели я так плохо выгляжу, что от меня только криков ждут?

Плохое открытие в контексте предстоящих сражений.

Пока сидел в храме, успел согреться и подсохнуть. На улице стало куда светлее, и, едва вышел за границу тени, меня коснулись лучи солнца. Захотелось постоять под ним, чтобы нагреться ещё сильнее, но я пошёл дальше. Одно желание перекрывало другое — я хотел посмотреть город. И не хотел находиться рядом с толпой.

Она меня пугала куда больше, чем замкнутые пространства. Сюда пришло под сотню человек, и они заполнили всё пространство перед храмом. Матвей с друзьями организовали проход по одному и контролировали каждого. Надолго это затянется, но куда деваться.

Не все подались к храму. Кто-то, как и я, прогуливался по городу. Бесцельно или продолжая поиски. Надо было спросить, нашли ли еду, а то в животе уже урчит.

Хм… Еда. Это же ограниченный ресурс, дошло до меня. Если и найдутся какие-то запасы в городе, то они будут ограничены. Придётся… охотиться? Ходить в магазин? В охоту верилось куда больше. Получается, я буду вынужден либо как-то добывать пищу, либо обменивать её на что-то другое.

На наличие полезной способности.

В контексте этой простой мысли слова Дмитрия звучали куда весомее.

Мысленно добавив в список своих целей, помимо выживания, необходимость развивать полезность, я продолжил шляться по улицам, разглядывая однотипные дома.

Не все из них были целы. Да и город сам… Я не помнил, где жил раньше, но этот казался мне неправильным.

Старый, какого-то дурацкого, средневекового вида, побитый и убранный на скорую руку. Разбитые окна, кое-где треснувшие стены или выбитые двери. Мусора нет. А ещё нет урн, магазинов и всякого такого. Здесь я тоже затруднялся ответить, чего именно.

Вскоре мне надоело бесцельно шляться, и я пошёл обратно, но решил заглянуть в какой-нибудь дом. Потом и вовсе додумался залезть на крышу, чтобы там отдохнуть и осмотреться сверху.

Пройдя как раз мимо разбитой входной двери, самой обычной, грубой, из дерева, которую явно рубили, я прошёл по коридору и по лестнице забрался на третий этаж. Здесь все такие дома. Двух-трех этажей максимум. Чтобы попасть на крышу, пришлось повозиться с люком, но я справился. Доски рассохлись, и его заело, потолкавшись, выбрался наверх.

Осмотревшись, особо ничего интересного не увидел. Город находился у подножия гор. По сути, он плавно перетекал в эти горы, и, если дойти до его дальней части, можно упереться в отвесные скалы.

Что-то мне это напомнило. Ради разнообразия эту мысль удалось схватить и раскрутить.

Забор.

Горы напоминали забор. Отсюда было видно, что хребты тянутся в обе стороны, сколько видно. Что мешает им идти по кругу? Ничего. Я бы не удивился подобному.

Для игр нужна арена. Какой смысл, если последователи разбегутся в разные стороны и никогда не встретятся. Если так, то я знаю, где расположены храмы других богов.

Эта мысль потянула другую, я уселся и заново прокрутил то, что со мной случилось. Это стало моим способом наводить в голове порядок.

Тем временем там, внизу, людей прибавлялось. Не уверен теперь, что Матвей организует вылазку в ближайшее время. Ему бы с толпой разобраться. Сел я так, чтобы быть недалеко от храма и по мере отката способности проверять всех. Делал это каждый раз с замиранием сердца. А что, если придет враг?

Услышав, как скрипит лестница в доме, на крыше которого я находился, невольно вздрогнул. Скрип-то произошёл как раз в тот момент, когда я размышлял о том, что делать с противниками. Но нет. Это были вовсе не они.

Когда я только подошёл к храму, то видел, как в него зашла девушка. После она мне попадалась несколько раз на глаза. Видел я её и в общей толпе. Точнее, с краю толпы. Она, как и я, не лезла к кому-то, просто наблюдая.

Эта девушка, как и я, забралась на крышу и подошла к краю, взглянула вниз.

Тут надо сказать, что крыша просторная. Также она не плоская, а угловая. Поэтому девушка рисковала, подходя к самому краю. Я сидел за каменной трубой, в тени, так, чтобы солнце не било в глаза, и, как-то так вышло, что она меня не заметила.

— Ты же не думаешь прыгать? — с подозрением представил я.

Моё воображение живо нарисовало, как молодая девушка, в шоке от происходящего, решила покончить жизнь самоубийством. Я хотел окликнуть её шутливо, но вместо этого…

Не ожидая, что здесь кто-то есть, она вздрогнула, нога поехала по черепице. Девушка начала заваливаться, неловко взмахнула руками, балансируя на самом краю, и в следующий миг я оказался рядом, схватив за локоть и дернув на себя.

Хотел бы я сказать, что это вышло красиво и изящно.

Но вместо этого я сам поскользнулся в последний момент, ноги ушли вперед, я подбил девушку, и мы оба рухнули вниз. Единственное, что я успел сделать — намертво вцепиться одной рукой в крышу, а другой — в девушку.

В голове мелькнула мысль, что всё, щас и проверим, что там с возрождением, но как-то мы смогли удержаться на краю.

Девушка от меня не отстала. В том смысле, что вцепилась в меня мертвой хваткой. Так мы и лежали несколько долгих секунд.

— Ты цела? — прокряхтел я.

— Да, — испуганно-рассеянно ответила она. — Ой.

— Полный ой, — согласился я. — Сейчас медленно лезешь наверх.

Незнакомка оказалась послушной. Может, ей и хотелось что-то мне высказать, но она верно оценила ситуацию. Крыша выглядит не самой надеждой, а мы на самом краю зависли. Под углом, напомню. Одно неловкое движение, и оба полетим вниз.

Через пару минут мы оба сидели возле трубы и пялились вперед. Не знаю, о чем думала она, а я тупо приходил в себя. Сердце до сих пор бешено стучало.

Не только от ситуации. У меня в голове мелькнуло что-то. Какое-то воспоминание. Настолько расплывчатое, что и не разобрать. Как будто я знал эту девушку.

Это было неправильным ощущением. Обманчивым.

Что добавляло путаницы в и без того запутанную голову.

— Прости, — отмерла она. — Я не знала, что здесь кто-то есть.

— Ничего страшного, — буркнул я.

— Если хочешь, я могу уйти.

Ее голос звучал мягко. Повернувшись к ней, увидел, что она сидит на краю тени и лучи солнца падают на её лицо. Молодая, совсем юная, может, как и я, ещё подросток. Одетая в джинсы, кроссовки и толстовку с капюшоном. У неё было приятное, милое лицо.

Она повернулась ко мне, и мы встретились взглядами.

Тут у меня в голове произошло короткое замыкание. Я забыл, что она спросила. Так и пялился тупо на неё, смотря в эти бездонные, синие глаза.

Она смутилась, отвернулась, а я вспомнил, что так смотреть неприлично.

— Нет-нет, все в порядке. Можешь остаться, — сказал я поспешно. — Ты ведь не собиралась прыгать?

— Нет. Раньше я любила по крышам гулять, вот и полезла. Не ожидала, что так выйдет.

— Получается, я чуть не убил тебя, — осознал я сей факт.

— А потом спас, — развеселилась она.

— Ну, это больше походило на попытку закончить начатое, — нервно хмыкнул я, отчего она развеселилась ещё больше, улыбнувшись во всю ширь.

Я не мог удержаться и продолжал коситься на неё.

— Хорошо, что у тебя не получилось, — сказала она. — Меня зовут Ева. А тебя как?

Снова этот вопрос. Память предательски молчала. Ева смотрела с интересом, но с каждой секундой молчания возрастало напряжение.

— Если не хочешь говорить, то ладно, — нахмурилась девушка и отвернулась.

— Прости. Дело не в этом, просто я не помню, как меня зовут.

Сказал и сразу подумал, что теперь замучаюсь всем подряд объяснять, как так вышло. Как будто я помню, как так вышло.

— Как так? — повернулась она снова и принялась изучать меня с новым интересом.

— Не знаю. Очнулся на отборе, что было до этого, не помню. Какие-то вещи кажутся знакомыми, какие-то совершенно новыми. Но все, что касается личных воспоминаний — пустота.

— Странно...

— А ты помнишь свою жизнь?

— Да, воспоминания сохранились. Хотя мне все больше кажется, что происходящее сон. Злой сон.

Я отметил, как на её лицо набежала туча.

Это показалось мне неправильным.

С чего бы?

— Зато мы здесь вроде как бессмертные, — сказал я, чтобы подбодрить. — Не грусти.

Девушка несколько секунд недоуменно смотрела на меня, потом улыбнулась. Я тоже не удержался, и уголки губ поползли вверх. Странное чувство.

Что-то со мной было не так. Эта девушка пробуждала какие-то новые для меня эмоции.

— Ты добрый.

— С чего ты решила?

Вспомнил я, как совсем недавно убил человека.

— Ты спас меня.

— Ну да… — протянул я.

— Ой, да ладно тебе, — толкнула она меня в плечо плечом. Отчего по моей коже словно электрический разряд прошёл. — Странно, что ты ничего не помнишь. Вот, смотри, — она задрала толстовку и показала свой живот.

Мне в этот момент захотелось пойти и спрыгнуть с крыши. Я оказался не готов к такому.

И особенно к тому, что увижу тоненькую полоску розовых трусиков, едва выглядывающих из-под штанов. Не заметив моей реакции, девушка потыкала себя в бок пальцем.

— Видишь? Видишь? — требовательно спрашивала она.

— Что? — выдавил я из себя вопрос, сглотнув.

— Ничего! — победно воскликнула она. — Раньше здесь был шрам. Я в детстве попала в аварию. Ещё здесь, — Ева отпустила толстовку, повернула и подняла волосы, показывая мне заднюю часть шеи. — Здесь раньше тоже был шрам. Я не вижу, но щупала, ничего не осталось. Не осталось ведь?

— Нет, — покачал я головой, хотя она и не видела, отвернувшись.

— Я слышала, другие тоже вылечились. Те, кто шагнул в арку из-за болезни.

— К чему ты это?

— Кто бы это всё ни придумал, он исцелил наши тела! — заключила она. — Понимаешь, что это значит?

— То, что шрамы исчезли, а болезни ушли?

— Да, и поэтому странно, что ты остался без памяти. Может, твой мозг был поврежден, и память не восстанавливается тем способом, каким нас исцелили?

— Если это вообще реальный мир, — припомнил я спор тех двух парней.

— Ну, аргументы про волосы в носу показались убедительными, — рассмеялась Ева.

Смех её был звонким, магическим. Я почувствовал себя так, будто и не видел всех этих ночных ужасов. Будто всё нормально.

Опасное чувство.

— У меня есть подозрение, что я умер, перед тем как попасть сюда.

— Умер? — смех прекратился, а я отругал себя за то, что так легко разбалтываю подробности о себе. — Наверное, это как-то может объяснить случившееся, — задумалась Ева.

— Наверное. Но мне от этого не легче.

— А ты уверен, что умер? Если прям умер-умер, то тебя воскресили. Без привязки. Не уверена, что боги настолько добрые. Может, всё же сильно ранили? По голове.

— Возможно, — сказал я неуверенно. — Ничего, кроме ощущений, у меня нет в качестве доказательства.

Снова заныли зубы и челюсть. Меня били по голове? Похоже на то.

— Что-то же ты помнишь. Может, ассоциации помогут? — оживилась Ева. — Давай я тебе помогу. Ты помнишь, где жил? В каком городе? Я из Питера, а ты? Нет? А в школу ходил? Какую музыку слушал? Книги читал? У тебя была девушка? А домашнее животное?

Ева меня буквально завалила вопросами. Заметив нарастающую растерянность, она сбавила темп и пошла на второй круг, на этот раз давая время прислушаться.

Ответить ничего путного я ей не мог.

— Давай придумаем тебе имя, — неожиданно предложила она, закончив бомбардировать вопросами.

— Какое?

— Учитывая странности происходящего... нет смысла выбирать обычное. Говорят, имя определяет судьбу. Какую бы ты хотел?

— Сытую.

Девушка снова рассмеялась звонким смехом, что в этом месте выглядело особенно дико. Я заметил, как на нас обернулось несколько человек с улицы. К этому времени подошли еще пару десятков, и сейчас они решали, что делать.

— Раз сытую, значит, нужно добывать пищу. А для этого нужно быть сильным, — девушка размышляла вслух, а у меня в груди разрасталось волнение. Обретение имени казалось чем-то нереальным, но при этом крайне важным. Словно я и не живу без него. — Я нарекаю тебя... Дракон.

— Эм… — выдал я многозначительно. — А это не слишком пафосно? Меня засмеют.

— Зависит от того, как ты себя дальше покажешь. Есть ещё идея, если Дракон не нравится. Раз ты не помнишь имени, получается, ты безымянный, так? Будешь тогда Бес.

— Бес? Демон типа?

— Да, — покивала Ева. — Не так красиво, как Дракон, зато пафоса поменьше.

Повисла пауза. Я думал, шутит она или нет, но при этом автоматически прислушивался к ощущениям, пробуя имена на вкус.

— Если я Дракон, тогда ты Принцесса.

— И ты меня похитишь? — заговорщицки улыбнулась девушка.

— Нет. Я буду тебя охранять. От рыцарей.

Над крышей снова прокатился ее звонкий смех, а сердце дало сбой.

Как-то я слишком живо реагирую на девушку. Дело в том, что она милашка, или есть другие причины?

С улицы донеслись крики и шум, отвлекая нас от разговора.

— Мы нашли запасы! — закричал какой-то парень.

Неужели он про еду?

***

Сидеть, вытянув ноги, и медленно жевать кашу, пусть и безвкусную, было приятно.

С момента того крика прошло пару часов. Точно я сказать не мог. Солнце сейчас в зените, разгар дня, припекает, но мне это нравится. Одежды другой нет, и лучше как следует просохнуть до наступления темноты и прихода холода.

Сейчас в городе собралось больше тысячи человек. Куда ни глянь, везде люди.

Я ничего не помнил про прошлую жизнь, что не мешало мне смотреть во все глаза и делать выводы относительно того, как ведут себя люди.

Тот, кто силен и полезен, получает больше всего привилегий. Кто слаб и бесполезен — они в лучшем случае плетутся в конце очереди. В худшем — выступают угрозой для всего общества.

Но обо всём по порядку.

В городе находилось несколько важных строений. Когда находили что-то выделяющееся, слухи об этом сразу распространялись. Поэтому я, особо не напрягаясь и находясь рядом с храмом, был в курсе основных событий.

Первое, ключевое здание — храм. Под ним же находится святилище, в подвалах. Это тоже уже прояснили. Так что если кто-то умрет, то окажется там, в подвале. Пока это никто на себе не проверил, но уверен, скоро мы узнаем наверняка.

Пока что выяснили две важных функции храма — это алтарь, который даёт возможность получать награды и святилище, которое даёт возможность возрождаться. Потеряем алтарь — умрем. Поэтому храм — самое важное здание.

Второе по важности — замок. Ну, может, называлось оно как-то иначе, но люди прозвали это место замком. По слухам, там тоже есть статуя Ороборга и… другая возможность.

Возможность получить пищу и оружие в обмен на очки доблести.

Которые зарабатывались коллективно, за победы над другими последователями. Внутри замка нашлись запасы еды — собственно, я и ел сваренную наспех кашу из них. Оружие тоже нашлось, но его я пока не видел. Если верить тем же слухам, там средневековое оружие. Мечи, копья, всякое такое.

Внутри замка также имелся алтарь, и, как нетрудно догадаться, если его разрушить, мы окажемся без возможности получить еду.

Больше стратегически важных зданий не было, но кое-что я выделил. Моё внимание привлекли источники. Они находились в конце города, то есть в горах. Источники горячие, и люди рассказывали, что там можно помыться или укрыться. Также там нашлись колодцы, где можно достать воду. Несколько десятков человек уже этим занимались, обеспечивая нужды нашего разрастающегося сообщества.

Отдельно скажу, что в замке также обнаружили всякую утварь. Бочки, куда можно налить воды. Всякие тарелки, ложки, кружки, спальные мешки. Не знаю, хватит ли на всех. Пока не хватало. Хотя, может, в силу того что готовили медленно, выдавая небольшими порциями.

Мне дали большую, что заслуга Матвея. Он вокруг себя собрал человек тридцать к этому моменту. Имею в виду тех, кого можно было отнести в его команду. Так-то он раздавал указания сотне-другой человек.

Последнее, что я выделил, — это стену и башни. Даже мне было очевидно, что, если враг припрется к нам, его лучше остановить у стены, а не пускать на улицы города.

Изучение местности было не самым интересным, что происходило.

Как я и ожидал, Матвей не отправил поисковый отряд. Ему и здесь хватало дел. Он носился взмыленный, говорил с одними, конфликтовал со вторыми, принуждал третьих.

Я сначала не понимал, к чему это идет и зачем такая спешка. Точнее, я думал, что это в силу опасности ситуации. Надо было навести порядок, чтобы беды не случилось. Но позже я понял, что не всё так просто. Матвей спешил, потому что не он один такой ушлый оказался. Были и другие, кто собирался вокруг себя людей.

Так замок захватила другая группировка, которую возглавлял Кирилл. Он же организовал готовку. Ева пошла к нему помощницей и занималась раздачей, поэтому я за неё не волновался. Уж голодной не останется.

Как и сказал, главное быть полезным, а она нашла себе применение.

Когда я ещё не догнал, что идет борьба за власть, к этому Кириллу отнесся равнодушно. Уже потом понял, что чуть не случилась беда.

В тот самый момент, когда начали раздавать оружие. Тогда и понял. Потому что окажись этот Кирилл чуть более властолюбивым, выдал бы оружие только своим людям и захватил храм. Тогда бы вся власть оказалась у него в руках. Матвей был поумнее меня. Он этот момент учёл.

Как я догадался, если рыжий не посвящал меня в свои планы?

Просто. Стоило пронестись слухам про еду, как он, прихватив пару десятков крепких мужиков, наведался туда. Не знаю, какие переговоры случились в храме, но вышел этот отряд уже с оружием. Мечи, копья, несколько луков, щиты, кожаные нагрудники, парочка кольчуг.

Это всё выглядело неправильно, но я принял как данность.

Глава 6. Смерть, что приходит ночью

Смотря на то, как суетятся люди, и вспоминая то, как резво они убивали друг друга ночью, у меня в голове не складывалась общая картина.

Кто такой человек?

Впрочем, ответ на этот вопрос никак не способствовал выживанию, поэтому я не особо заморачивался.

Чем ближе вечер, тем больше людей приходило в город.

Моих способностей на всех уже не хватало. Матвею и его людям пришлось организовывать четкие очереди, компоновать всех в плотную толпу, чтобы я разом накрывал её. Отчего к моменту, когда солнце коснулось горизонта, моя голова раскалывалась от переизбытка информации.

Может, поэтому я напрочь забыл про Еву. Хотелось лишь одного — чтобы это прекратилось.

Но куда там…

Я ведь не просто так упомянул, что совершенно непонятно, что это за существо такое — человек.

На отборе я видел тех, кто соображал быстрее, и тех, кто тупил до последнего. Видел тех, кто убегал от драки, и тех, кто был готов прибегнуть к насилию. Сегодня же я наблюдал за теми, кто ничего полезного делать не хотел и бесцельно шлялся, не забывая качать права. Дайте еды! Дайте оружие! Пустите к алтарю! На их фоне выделялись те, кто спокойнее. Они ничего не требовали и сами предлагали помощь.

Именно на таких Матвей устроил замануху. Получив оружие, он показал, что разбирается в вопросе, устроив тренировку.

Должен признать, смотря на то, как Дмитрий обращается с копьем и щитом, я невольно представлял, что могу сделать против такого противника.

Ничего.

Вообще ничего.

Хотя нет, вру. Убежать смогу.

Только вот нашлись и те, кто умел обращаться с луками. Так что не факт, что убежать получится.

Теперь я очень хотел получить дальнобойный навык. Потому что Дмитрий сказал, что серьезное обучение займет несколько лет и максимум, чему они могут научить желающих — отработать пару приёмов, которые сработают против таких же неумех.

Тут надо ещё кое-что пояснить.

Само по себе то, что несколько десятков человек тренировались на площади возле храма, не уверен, что приманило бы к Матвею последователей.

Другое роль сыграло. К вечеру до крепости собрались почти все ороборцы. Две с половиной тысячи человек. Которых разбросало по округе, на расстояние… Ну, разное. Но не больше дневного перехода, получается. Так что мне в какой-то степени повезло. Дважды. Первый раз — когда забросило не так далеко. Второй — когда я рискнул пойти ночью и не попал в неприятности.

Неприятности как раз и играли ключевую роль, как по мне, поэтому люди всерьез отнеслись к возможности научиться обращаться с оружием.

Во-первых, отбор никого равнодушным не оставил. Во-вторых, не я один столкнулся с чужими последователями. Хищные звери, чужие последователи. Я как минимум о пяти столкновениях, кроме моего, слышал. Были и совсем трагичные случаи, когда пару женщин поймали и… Даже говорить об этом не хочется. Их отпустили, они добрались живыми, но совсем не целыми.

Дошло и до смертей. И пока не сказать, что мы как-то сильно лидировали.

Помимо меня, уровень получил ещё один человек. Назвался он Тихим и сразу вступил в команду Матвея. Взрослый на вид дядька, с короткой стрижкой и каким-то мертвым взглядом. Он у меня опасения вызывал.

В общем, люди приходили и рассказывали всякое разное. Город весь проверили и быстро выяснили, что запасов не так много. Через неделю перед нами встанет вопрос голода. К тому же всё маломальски важное взяли под контроль. Не только Матвей и Кирилл организовали группы. Нашлись те, кто отправился проверять окрестности. Те, кто занял стену и башни. Пока «организованных» было слишком мало на общем фоне. Я это списывал на то, что прошёл только первый день.

Посмотрим, что будет дальше.

Ах да, чуть не забыл. Как Матвей к себе-то приманивал. Как и сказал, он всех в плотную толпу собирал, чтобы я их проверил. Заодно рассказывая про новые правила новичкам. Те при этом смотрели, как его люди тренируются. С оружием. Что само по себе аргумент.

Как я проверял и давал добро, в храм по пять человек пускали. Выяснили, что именно столько за раз может алтарем воспользоваться. Это хоть как-то процесс ускоряло.

Не обходилось и без конфликтов. Находились особо истеричные, которые хотели прорваться вперед.

Сам Матвей с ними ничего не делал. Как я понял, он не хотел «портить» ореол светлого лидера. Зато Тихий никак себя в этом вопросе не ограничивал. Был один показательный случай. Какой-то щуплый мужик разорался перед храмом, чтобы его впустили. Тихий отвлекся от тренировки, подошёл к нему и влепил мощную оплеуху. От этого щуплый отлетел и упал на землю.

— Если кто не понял, — обвёл Тихий толпу взглядом. — Неудачники и слабаки обречены сдохнуть. Если кому-то не нравятся правила, что ж, можете подать на меня в суд.

Что-то мне подсказало, что выступи я сам с такой речью, и толпа бы меня разорвала. Но Тихий говорил так выразительно и настолько убедительно, что его даже поддержали одобрительным гулом, когда щуплый крикнул:

— Я это так не оставлю!

После чего Тихий пробил ему с ноги в голову.

— Уберите эту падаль, — сказал он толпе. — А потом задумайтесь о том, что, когда неудачников начнут вырезать, наши противники будут получать за это навыки и становиться сильнее… После чего убивать вас всех ещё резвее.

Сказано было настолько проникновенно, что я и сам по-новому взглянул на толпу. Да и на себя тоже. Слабые послужат пищей для прокачки врагов.

Звучало тоскливо.

Несмотря на всякие мелкие конфликты, до большой беды так и не дошло. Людей проводили через алтарь, выдавали им еду. К вечеру снова возникла суета. Дома-то были, но то, в каком они состоянии…

Спальных мешков тоже нашлось немного. Я их и не видел. Остались они в замке, у Кирилла.

— Что мы, девки какие-то, — сказал нам всем Матвей, — так поспим. Позже решим этот вопрос.

— Да ерунда, — согласился Дмитрий. — Паршивенько, но не страшно.

Так уж вышло, что меня как-то автоматом записали в команду Матвея. Я был не против. Дружелюбно настроенные мужики с оружием вызывали ощущение безопасности.

Распределились мы прямо в храме. Калитку закрыли, выставили часовых. Но это прошло мимо меня.

Как и говорил, башка раскалывалась, и единственное, что я хотел — забыться сном. Две ночи ведь не спал. Может, ещё и поэтому голова болела.

Из-за моего состояния я забыл взять навык и распределить очко характеристик. Изначально хотел это обдумать, а потом… Ну как-то так вышло. Глупо, но что сделано, то сделано. Знай я, что произойдет дальше, совсем бы иначе день прошёл.

А так я забился в какой-то угол, лег прямо на камень, подложил руку под голову и почти сразу отключился.

***

Ночью разбудили крики.

Я открыл глаза, слабо понимая, что происходит.

За криками последовали отрывистые команды и вопросы тех, кто был в храме.

— Нападение?!

— Что там?

— Командир?

— Заткнулись и построились! — рявкнул Матвей. — Первый десяток выходит наружу и занимает позицию перед храмом!

Я протер глаза, в которые будто песка насыпали. Люди встревоженно суетились, хватали оружие, строились.

От меня ничего такого не требовалось, поэтому первое время я тупо сидел, наблюдая и пытаясь врубиться, что случилось.

Когда Калитку открыли, звуки стали доноситься куда лучше. Кто-то кричал недалеко от храма. Не просто вскрикивал, а вопил от ужаса.

— На выход! — отдал новый приказ Матвей. — Пятый десяток, остаётесь внутри и запираетесь! Не открывать, пока сам лично не прикажу!

Вчера в команду он отобрал пять десятков крепких мужчин, разделив их на группы. Я ни в одну не входил, но всё равно пошёл на выход.

Сам толком не поняв почему. Говорю же, плохо соображал. Голова тяжелая, совсем не хотела работать.

Когда я вышел, отряды окружали храм, перекрывая основные направления. Словно дожидаясь всех жителей, на площадь выскочило несколько человек. Двое мужчин и одна женщина.

А за ними…

Едва уловимая тень, пробежав куда быстрее, напрыгнула на женщину и вцепилась ей… зубами в плечо. Пойманная на это истошно завопила, рухнула и затихла. Тень оторвала кусок мяса, задрала голову, сплюнула и зарычала, уже на нас.

В этот момент ей в голову вошло копье Дмитрия. Тот выскочил из строя, сделал несколько шагов и в выпаде пробил монстра насквозь.

— Факелы! — крикнул Матвей. — Дмитрий, обратно в строй, мать твою!

Тот послушно вернулся, быстро заняв своё место.

Те двое мужиков, которые убегали, обогнули построения и попытались пробиться к храму, но первого бегущего встретил щит.

— Парень! — крикнул мне Матвей. — На тебе проверка!

Я кивнул и применил навык.

— Это наши! — сказал я.

Ожидал, что голову прострелит боль, но нет, легко отделался.

— Чужого никого не вижу! Только наши носятся по городу!

Тут наконец-то зажгли факелы.

— Первая группа, прикрывать! — дал команду Матвей и направился к монстру.

Шёл он тоже с копьем и щитом, как Дмитрий. Копье направил прямо на тварь, но та не дернулась.

— Это не люди, — вынес он вердикт, осмотрев существо. — Похоже на нежить! Которую можно убить одним ударом! — добавил он. — Поэтому запрещаю бояться!

Прозвучало глупо, но, как ни странно, лично у меня толику страха развеяло.

Я отметил, как один из отряда наклонился над женщиной и проверил её пульс, после чего покачал головой. Мертва? Видимо, так.

Жаль, ей всего ничего не хватило, чтобы спастись.

Хотя стоп. Она ведь наверняка получила привязку и должна возродиться.

— Эй, вы, — направился Матвей к двум мужчинам. — Рассказывайте, что случилось, и побыстрее.

Со стороны города то и дело доносились вскрики, поэтому указание поспешить было не лишним.

Те рассказали. Как спали, никого не трогали, и тут к ним в дом ворвался монстр. Разорвал несколько человек, а потом за ними бросился. Всех деталей они не упомянули, но я понял, что спаслись они благодаря тому, что остальных жильцов убивали и монстр был занят.

— Вот у нас и появилась возможность проверить себя в деле, перед столкновением с другими последователями. За мной! Помните, мы все возродимся! Смерти нет!

***

— Вурдалаки, млять! — выругался где-то впереди Матвей, добивая очередную тварь.

Дело происходило на одной из узких улочек.

Нам пришлось разделиться на две группы. Две по двадцать человек, первую из которых повёл Дмитрий, а вторую — Матвей. За которым я и увязался.

Мы продвигались по улицам, и люди сами выводили монстров на нас, спасаясь бегством.

За короткие пять минут штук десять перебили. Они оказались не такими уж страшными противниками, когда против них выходил тот, кто умел обращаться с оружием.

Только вот…

Стоящего передо мной мужчину накрыла тень и повалила за брусчатку. Вурдалак прыгнул на него сверху, чего никто не ожидал. Я уж точно не ожидал. Но и бояться к этому моменту перестал.

Ума потренироваться с другим оружием у меня за день не хватило. Единственное, что было с собой — тот самый нож, который я отобрал у другого последователя. Пока стоящие рядом с тем, кто упал, ошарашено реагировали на происходящее, я подскочил и вбил нож в шею вурдалаку.

Тот захрипел, развернулся и ударил меня рукой наотмашь. Попал, да ещё как. Удар пришёлся вскользь, но и этого хватило, чтобы я отлетел назад.

Когда поднялся, дело уже было закончено.

Матвей подошёл ко мне, протянул руку и помог встать.

— Цел?

— Вроде.

— Молодец, не растерялся, — кивнул он мне.

Короткий осмотр, и меч погибшего отошёл ко мне.

— Это получше ножа будет. Но тот тоже забери. Он тебе удачу приносит.

Смотря на лицо Матвея, которое освещало факел, я кивнул.

В таких условиях в любой бред поверишь. Нож, что приносит удачу? Дайте два.

Из вурдалака я нож сам вынимал. Кто-то ему голову топором разрубил. Крови не было, а вот вонючей жидкости натекло порядочно.

Как ни странно, этот случай мне окончательно мозги прочистил.

И тут, как говорится, сразу несколько факторов совпало.

Спать я ложился с тяжелой головой, напрочь забыв про Еву. Не поинтересовался, нашла ли она себе место для сна, всё ли у неё хорошо. Знал, что она весь день на раздаче еды провела, но предоставили ли ей место для ночлега в замке, не был в курсе.

Казалось бы, и плевать. Это всего лишь девушка, которую я вчера впервые в жизни увидел.

Но то была сухая логика. Уже после, обдумывая случившееся, я понял, что вёл себя вне этой логики. Эмоционально и… правильно. Или неправильно. В общем, сложно это для меня, разобраться.

В тот момент мои мозги прочистились. Я задействовал свою способность. На всякий случай, чтобы проверить — нет ли поблизости чужих последователей. Был вариант, что нежить насылают именно они.

Замок находился недалеко от храма. Дальше, чем в тридцати метрах, но и мы углубились в город. Способность не позволяла определять, кого именно я ощутил. Она давала мне общие очертания. Будто кто-то схематичный рисунок набросал. С пометкой, к чьему богу относится этот человек.

Поэтому не знаю, как так вышло, но я ощутил Еву на границе тридцати шагов, в одном из зданий, с первого этажа которого разбегались люди. Один из них упал и затих — умер. Ева тоже побежала, наверх.

У меня и так с мозгами беда, а в тот момент совсем перемкнуло.

До этого я старался опираться на логику. Присоединиться к сильному отряду — логично. Участвовать в зачистке и убийстве вурдалаков, принося пользу — логично. Держать рядом с отрядом — логично.

Нелогично, развернувшись, никого не предупредив, позабыв обо всём, бежать спасать малознакомую девчонку.

Но в тот момент для меня не было ничего правильнее.

Я пронесся по улицам, свернул и нашёл нужный дом. Его легко было определить. Прямо оттуда вывалился окровавленный человек, упал и завалился на крыльцо, брызжа кровью из разорванной шеи.

Перескочив через него, я вбежал внутрь и двинулся к лестнице.

Сверху раздался вскрик, глухой удар и ещё один.

Я буквально влетел на третий этаж и увидел нежить. Та пробила дверь и открывала от неё кусок дерева.

Молча я разогнался, выставил перед собой меч и врезался в эту тварь.

С мечом я обращаться не умел. Но логика-то простая. Эта штука должна оказаться в теле твари, вот и всё.

Как же наивен я был.

Задумка-то у меня получилась. Я врезался, как надо. Вогнал меч в брюхо растерявшемуся от такой наглости монстру. Даже повалить его смог.

Внезапно оказавшись в плотном контакте с его клыками и когтями.

Оба бока обожгло болью, я вскрикнул и дернулся, уворачиваясь от клацнувшей рядом с моей шеей челюсти. Попытался отползти, но вурдалак намертво вцепился в мои ребра. Меч, торчащий из живота, пусть и мешал ему, но не так сильно.

Завязалась борьба, я перехватил рукой его за шею, не давая себя укусить.

А дальше… Дальше я снова, сам не понял как, достал нож и начал бить тварь, пока та не затихла.

Тяжело дыша, весь в крови и мерзкой жиже, чувствуя, как накатывает слабость, я отлип от монстра и перевалился на спину.

В голове крутилось две мысли. Матвей меня убьет, без шансов. Будет глупо, если за дверью кто-то другой, а не Ева. Ещё глупее — если я вообще домом ошибся.

Но тут дверь открылась, и я увидел девушка. При виде меня она вскрикнула и снова закрылась. Подождала и открыла.

— Это ты? — неверяще спросила она, выглядывая в щёлку.

— Я же сказал… Буду охранять тебя, — вяло улыбнулся я.

Раздавшийся топом на лестнице, и грязная ругань Матвея нарушила красоту момента.

Глава 7. Второй уровень

Остаток ночи и начало следующего дня прошли под лозунгом вопроса:

— Ты понимаешь, насколько тупо себя повёл, парень? — спросил Матвей, приперев меня к стенке.

Хорошо ещё, что он отвёл меня в глухой угол, где никого не было. Не хотелось бы, чтобы меня на людях пропесочили.

— Понимаю, — только и ответил я.

— А что понимаешь? — проникновенно спросил Матвей.

— То, что сбежал с поля боя, никого не предупредив.

— Ещё и рискнув жизнью. А если бы именно в этот момент враги напали?

— Храм-то закрыт.

— Так, а если бы они принялись вырезать ороборцев? Храм им для этого не нужен. Хватит несколько десятков убийств, чтобы появился сильный последователь, который потом и до алтаря доберется.

— Слушай, — вскинул я руку. — Я понимаю. Правда понимаю. И, поверь, последние два часа только и занимаюсь тем, что пытаюсь со своими мозгами разобраться. Перемкнуло меня! Сам не знаю почему!

— А что тут гадать… — Матвей несколько опешил от моей эмоциональной речи. — Ради девчонки побежал…

— Да я знаю её второй день!

— Как будто этого мало, — хмыкнул мужчина. — Ладно, не грузись. С мозгами надо разобраться. Мы с тобой позже поговорим. Как минутка свободная выдастся.

А надо признать, что со свободными минутами был напряг.

Матвей наверх прибежал не один, весь отряд привёл. Тогда я этого не понял сразу — не врубился, что он конкретно ради меня привёл. Потом дошло. Как и то, что он это не столько по доброте душевной, а из-за того, что у меня есть ценный навык, но какая разница? Пусть ему выгодно, чтобы я был целым. Меня это тоже устраивает.

О Еве он ещё позаботился. Сопроводил девушку до храма. Ну и меня заодно. Полученные раны оказались не смертельными, но неприятными. С ними не побегаешь.

На этом приключения не закончились. Точнее, они сменили формат.

Я уровень получил. Получается, за двух вурдалаков. Или за полтора? Я не был уверен, что прикончил первого. Так что тут спорный момент, который ещё надо прояснить.

Помимо этого, случилось важное событие. Те, кто погиб — они возродились.

Прямо в храме, в подвальной части. Не сразу, через пятнадцать минут, но всё равно это произвело впечатление.

И напугало.

Мы как раз в храм зашли, я пересказал тем, кто охранял алтарь, что случилось и что там на улицах происходит. А тут какая-то обезумевшая женщина, хорошо запомнившая, как её рвали на части, с диким криком выбежала наверх.

Ей крупно повезло, что никто по голове не стукнул. Чем-нибудь острым и металлическим.

Самое приятное в этой истории — то, как Ева меня перевязывала. Ну как…

— Да уж, — говорила она. — Как бы тебя такая перевязка не убила, — эти её слова относились к той тряпке, что удалось найти. — Хотя бы вода чистая есть, уже хорошо.

— Спасибо тебе, — поморщился я, когда она надавила на рану, затягивая потуже.

— Это тебе спасибо. Думала всё, отбегалась. Спас меня, — улыбнулась она и посмотрела мне в глаза.

Меня по новой перемкнуло.

Как будто сразу несколько разных событий происходило. Я и симпатичная девушка. Я и та, кого надо защищать. Только что-то я не был уверен, что симпатичная девушка и та, кого надо защищать, — одно лицо.

Слишком сложная мысль для этой ночи.

Потом была большая зачистка — Матвей с отрядом прочесывал город. Другие люди тоже смогли организоваться, совсем уж в одиночку они не работали. Были возрождения — всего тридцать семь человек воскресло. Прояснив сразу три вопроса для нас всех. То, что возрождение и правда работает. То, что оно происходит через пятнадцать минут. И то, что человек после этого чувствует слабость. Насколько выраженную — сложно сказать. Но каждый пострадавший выглядел вялым.

Получается, если враг перебьет защитников, они возродятся слабыми через пятнадцать минут.

Важная информация. Её легко могут использовать против нас.

***

Как и сказал, утро лично для меня началось с выволочки от Матвея.

Заслуженной выволочки. Я ведь и правда глупость совершил. А то, что Матвей пришёл на помощь и пустил Еву в храм — это был отдельный повод, чтобы принимать от него любую критику.

Замечу, что все остальные возродившиеся были сразу же отправлены на улицу, без права оспорить это. Еву же оставили. Понятно, ради кого.

К утру выяснился ещё один момент. Мы все постепенно залечивали раны. Заснул я с мерзкими ранами, а проснулся — без единого следа. Только кровь и небольшая бледность. У остальных, кто пострадал, та же самая история. Мелочь, а приятно. В бою не поможет, зато потом есть шанс восстановиться без смерти.

Отдельный вопрос, что будет, если отрубить конечность, отрастет ли она заново и появится ли в случае возрождения. На личном опыте мне уж точно проверять не хотелось.

***

За ночь пару десятков человек получили уровни.

По чистой случайности это были люди Матвея. Это сарказм, если что. Про случайность.

У людей Кирилла тоже было оружие, но никто из них не вышел на улицы. Сами дураки.

Я поначалу удивился, как так вышло, что столько людей «апнулись», как это назвал Дмитрий, а потом узнал. Командиры быстро сообразили, что к чему. Дмитрий ведь первым уровень получил, убив вурдалака. Когда он этим с Матвеем поделился и когда было принято решение всем дать апнуться, я пропустил. Но как-то справились с задачей.

Из этих двадцати трое получили и вторые уровни. Матвей, Дмитрий и Тихий. Уверен, не делай они акцент на прокачке коллектива, подняли бы и третьи уровни.

— Народ, вы догадываетесь, зачем я вас здесь всех собрал! — произнес Матвей, когда поднявшие уровни собрались вместе.

В храме, с хорошей акустикой, его голос прозвучал грозно.

— Здесь только те, кто получил уровень этой ночью. Это не значит, что мы будем что-то скрывать от других членов нашего братства, но сейчас, чтобы не путаться и не отвлекаться, разберемся с вопросом в узком кругу. Потом перескажете остальным, к чему придем.

Матвей обвёл всех взглядом и продолжил куда проще, без «пафосного тона полководца».

— В общем, мужики. Вокруг происходит черт знает что, и, я уверен, наши проблемы только начинаются. Уровни, награды, сражения, боги — чувство, будто попал в долбаную игру. Только вот кнопки выхода нет. Короче, есть два пути. Каждый выбирает сам, что получить за уровень, но тогда можно забыть про сражения стенка на стенку. Либо каждый смотрит, что ему предлагают, но не спешит с выбором, рассказывает остальным, и дальше мы прикидываем, как быть.

Дураков-индивидуалистов у нас не нашлось.

Минут через десять с изучением списка было закончено.

Каждому за первый уровень было предложено усилить силу, выносливость или реакцию. Всего три пункта, а не, как у меня, пять.

— Думаю, это связано с тем навыком, который ты получил, — высказался Дмитрий, когда я обратил внимание на этот пункт. — И получается, скрытых характеристик может быть, сколько угодно.

— А что за навык? — спросил один из получивших уровень.

Если не путаю, звали его Тимофей. Выглядел он несколько странно. Плотно сбитый, можно сказать, что полноватый. При этом я видел его — парень он довольно резвый. Невысокий, ниже меня. Волосы кудрявые, сейчас грязные. Шампунь-то нам не завезли. Ещё у него мелкие, черные усики над губой и щёки упитанные.

— Я могу видеть чужих последователей, — ответил ему.

— Это типа сканирования?

— Типа да.

— Тогда логично. По идее, оно завязано на восприятие и ману, — покивал Тимофей.

— Хорошо, что мы определились, кто тут у нас главные игроманы, — усмехнулся Матвей. — Осталось разобраться, в какую сторону двигаться.

— А что тут думать. Те, кому досталось что-то уникальное, берут это уникальное, — сказал Дмитрий.

— Логично, ведь именно тебе уникальное предложили, — посмотрел на него чуть ли не с обидой Тимофей.

Со странной обидой. Ещё более странно то, что я его понял. Ему просто хотелось получить редкость.

Дмитрию предложили уникальный навык — пробивающий удар. Матвею — лидерство, позволяющее усиливать тех, кто рядом. Всего на один процент, сроком на минуту, но и это больше, чем ничего.

— Логика в этом есть. А что по характеристикам? — спросил Матвей.

— Силу надо брать, — уверенно заявил Тимофей.

— Воевода… — тихо позвал Тихий.

Какую-то репутацию он себе заработал. Сказал тихо, но все замерли и повернулись к нему.

— Лихо ты меня воеводой назвал.

— Не суть, — отмахнулся мужчина. — Вопрос на подумать. Как далеко находятся чужие храмы?

— Не меньше суток пути, — тут же ответил Дмитрий.

— Минимум день, а то и два, по не самому легкому пути, — кивнул Тихий. — Улавливаешь, к чему я клоню?

Лично я не понял. Зато Матвей уловил и объяснил остальным:

— Те, кто сможет быстрее преодолеть это препятствие, получат преимущество.

— Верно, — кивнул Тихий.

— Мы собираемся атаковать чужие храмы? — несколько нервно спросил один из присутствующих.

— Нет, что ты, — посмотрел на него Тихий. — Но вдруг так случится, что к нам придут, почти всех перебьют, девок в плен уведут, а мы… А что мы? Ну, наверное, захотим отомстить. Вот и получится, что надо будет к чужому храму топать.

— А Тихий прав, — заговорил Дмитрий. — Сила важна. Как и все остальные характеристики. Но в бою главное умение, а не голая сила. Умение, помноженное на выносливость…

— Было бы это умение, — перебил его Матвей. Новичку прирост силы как раз может помочь в бою…

В общем, как нетрудно догадаться, вопрос быстро решить не получилось.

***

В итоге отряд был разделен на две части. Одни повысили силу, другие выносливость. В перспективе Матвей собирался создать мобильный отряд. С навыками иначе поступили — все взяли повышение силы в моменте. Аналогичное повышение выносливости на короткий срок смысла не имело — разве что драпать, да и то, недалеко и недолго.

Отмечу, что большинству на выбор всего два навыка дали. Как раз на силу и выносливость. И всего двое человек получили возможность увеличить скоростью реакции. Тоже в моменте. Матвей разрешил им взять такой навык, аргументировав, что в бою это может пригодиться лучше остального.

Настала и моя очередь подойди к алтарю. Обсуждения я послушал, десятки аргументов за каждый пункт для себя отметил.

Только вот меня ждал сюрприз. Не самый приятный в моей жизни.

Стоило коснуться алтаря, как я очутился в пустоте. Вокруг было темно и ничего не видно.

Только голос, пробирающий до самой души, вонзающийся прямо в разум.

Ты выбрал имя?

Мне понравилась идея той девчонки.

Хочешь стать моим драконом?

Награда будет щедра, но и наказание, если не оправдаешь надежд, сурово.

Я чувствовал, как чужая воля сковывает меня. Ждёт ответа, постепенно усиливая давление и поторапливая.

— Согласен! — прокричал я в пустоту.

Так тому и быть!

Когда это закончилось, я осознал себя стоящим у алтаря. Руки дрожали. Да я весь дрожал, в шоке от того, что услышал голос бога.

***

Далеко не сразу я пришёл в себя и решил снова обратиться к алтарю.

Если бы не взгляды тех, кто здесь находился и следил за тем, что я там получу в награду, и вовсе бы сбежал из храма.

Отрезвила мысль, что не пристало дракону бояться.

Нервно рассмеявшись, привлекая этим внимание, я снова положил руку на алтарь.

Тело прострелило болью…

Получена способность: сила разрушения

Энергетическое ядро: + 2

Навык взгляд дракона: +1

Лихо, только и подумал я, отмерев. Бог сам решил за меня, что выбрать.

***

Осмыслить случившееся и прийти в себя мне не дали. Как-то сам собой рядом возник Дмитрий и предложил отойти, пообщаться.

— Тебя Матвей послал? — прямо спросил я.

Сам командир ушел разбираться с делами и проводить тренировку. Требовалось изучить, что именно нам дали характеристики и навыки.

— Да я и без него вижу, что с тобой что-то не так, парень, — сверкнул он глазами. — Но, если не хочешь говорить, то лезть не буду, — выставил он ладони.

— Я не против поговорить. О чем только? О навыках?

— Да успеется ещё о них, — отмахнулся Дмитрий. — Ты сам как? Клинит? Чужой голос в голове нашептывает всякие глупости и призывает всех убить?

— Чего? — опешил я. — Это сейчас шутка какая-то?

— Просто хочу понять, насколько ты псих, — обескураживающе улыбнулся он.

— На людей бросаться не тянет.

— А на вурдалаков?

Я невольно улыбнулся. Как-то очень быстро Дмитрий к себе располагал.

— Ладно, шутки шутками, но нам надо понимать, что с тобой происходит. Будет не очень, если в бою ты возьмешь и побежишь куда глаза глядят.

— Меня перемкнуло, — признал я.

— Перемкнуло — это ты испугался за симпатичную мордашку?

— Да что вы заладили! При чем здесь это?!

— Ну как, — улыбнулся во всю ширь парень. — Ты по виду совсем сопливый юнец, без обид, я и сам таким был. Явно сиськи не жамкал и пило… Впрочем, не будем об этом. В твоем возрасте нормально глупости совершать.

— Дай подумать, — покивал я, ответив ему в тон. — На днях четыре бога убили десять тысяч человек, чтобы остальные сыграли в их игру. А сегодня ночью на нас напала нежить. Точно, как я мог не догадаться, это ведь самое подходящее время, чтобы залипнуть на девчонку!

— Туше, — рассмеялся он. — Но залип ведь, да? — подмигнул этот плут.

— Она симпатичная, — не стал я отрицать. — Но не это послужило поводом бежать к ней.

— А что?

— Говорю, не знаю. Во мне словно команда включилась — защитить любой ценой.

— Чтобы залезть к ней в трусики?

— Иди нахрен, а? — вспылил я.

Но не от его слов, а от того, что вспомнил розовые трусики Евы и покраснел.

— Совсем плохо дело, — покачал головой Дмитрий. — Ладно, пойдем. Я знаю, как выбить из тебя дурь.

— Как же?

— Старой доброй тренировкой до кровавых мозолей. Благо наши тела восстанавливаются, как мы узнали.

— Лучше пожрать дайте.

— Сначала тренировка. Нет ничего прекраснее тренировки. Только сиськи и милые личики.

— Отвали, — беззлобно буркнул я, понимая, что надо мной прикалываются.

***

Дмитрий сдержал оба своих обещания.

Загонял меня на тренировке. Учил держать меч и двигаться, но больше издевался. Тыкал копьем и заставлял уворачиваться. Типа реакцию тренировал.

Потом был очень сытный завтрак. Ну прям до отвала.

Оказалось, за ночные победы накинули нам очков доблести. Распределением которых заведовал Матвей, получивший статус командира. Очки он обменял на пять копий, мешок крупы, два килограмма белковой смеси и мешочек соли.

Не так, чтобы много, но это закрыло вопрос еды для нашего отряда на пару дней.

Правда, ночные события подстегнули людей к действию. Поэтому после тренировки и позднего завтрака Матвей поделил всех, у кого было оружие, на небольшие группы по два-три человека. Добавив к ним по десятку энтузиастов, он отправил их в лес.

Меня он взял с собой. Ева, кстати, тоже просилась. Хотела научиться стрелять из лука. Матвей ответил, что сразу, как только луков станет больше. Так что в этот раз девушка осталась на базе.

И надо же. Я совершенно спокойно принял тот факт, что она может пойти рисковать.

Совсем не похоже на то, что испытал ночью.

Когда отошли от города, Матвей увёл меня в сторону.

— Расскажешь, что взял? — спросил он меня.

— Сам — ничего.

В том, что этот разговор состоится, я не сомневался. Таковы были правила жизни в группе.

— В смысле? — не въехал он.

— За меня решил бог…

Я кратко пересказал случившееся. Как Ева придумывала мне имена, как богу понравился Дракон. И как он накинул мне обязательств.

— То есть ты прямо бога слышал? — несколько растерянно спросил он, когда я закончил.

— Меня вурдалаки не так напугали, как этот голос, — на полном серьезе ответил я.

— Да уж…

Какое-то время шли молча.

— Надо твою способность проверить. Слишком расплывчатое описание.

— Кое-что я проверил. Смотри на ветку, — указал я.

Небольшая концентрация — и ветка переломилась.

— Сильно, — сказал Матвей. — Дистанция? На людей действует?

— Не знаю пока. Надо проверять. В описании ничего нет.

— Ясно. Тогда на тебе разведка. Буду говорить, когда способность применять. Всяких подозрительных мест по пути хватает… Не боишься встретиться с другими последователями?

— Не особо. До этого пугала неизвестность. Сейчас иллюзий не осталось, — ответил я с какой-то жестокостью.

— Может, оно и к лучшему, — задумчиво сказал Матвей. — А тебя это не смущает? — Что именно? Убийство людей? — к этому времени мы достаточно отошли от крепости, и я точно знал, что рядом только свои. Ну, насколько они могут быть своими. Поэтому говорил открыто. — Смущает и еще как. Но я уже сталкивался с этим. Если припрет, то справлюсь еще раз.

Если откровенно, то говорил я гораздо увереннее, чем чувствовал себя.

Но как иначе?

Умирать я не хотел. Ни временно, ни на совсем.

— Надо же. Слова не мальчика, но мужа. Может, и правда дракон... — усмехнулся бородатый мужчина, изучающе поглядывая на меня. — Думал, что эти слова бога значат? Про соответствие?

— Что надо всех крушить.

— Логично, — на этот раз без тени юмора согласился Матвей.

Здесь, в лесу, он был как в родной стихии. Со мной болтает, но внимательно по сторонам смотрит и, я уверен, замечает куда больше меня. Идет куда тише, плавнее, что ли. Я то и дело на ветки наступаю, сухими листьями шуршу. Вроде не громко, но на фоне Матвея — заметно.

Что за прошлое у него? Как за Аркой оказался?

По нему не скажешь, что раньше жил плохо. Чувствовалось нечто такое, что располагало и вызывало доверие. Глаза смотрели серьезно, изучающее и, казалось, заглядывали гораздо дальше, чем люди привыкли держать на виду. Короткий ежик волос да сбитые костяшки. Еще я успел подметить мозолистые ладони, далекие от изнеженности. Что неудивительно, если он любитель профессионально железками махать.

Ещё одна загадка в моей новой жизни. Которую связало с теми, о ком я ничего не знаю.

Глава 8. Столкновение

Матвей обманул.

Не прям обманул, но ввёл в заблуждение. А может, и я сам ошибся, составив неверное ожидание от нашей прогулки.

Мы удалились от города, пошли по главной дороге, в то время как остальные разошлись в другие стороны. Добрались до знакомой реки. Дорога там не прерывалась, а шла через небольшой мост, метров в шесть длиной.

Поначалу, в первые пару часов, Матвей почти не просил меня использовать навык. Только в самых опасных местах, вроде земляного гребня, утыканного деревьями и густыми кустами, за которыми легко спрятаться.

Этот гребень был частью того холма, по которому я неуклюже свалился.

Дорога шла в основном по прямой. Мне казалось, что лучше идти через лес, так меньше шансов нарваться. Но, как вскоре выяснилось, Матвей как раз этого и хотел.

Дошло это до меня ближе к вечеру.

— Матвей, а когда возвращаемся? — обратился я к командиру.

— Как поймаем кого-нибудь. Нам нужны очки доблести и уровни, сам понимаешь.

Я понял. Как и то, что выбор членов отряда не случаен. Здесь были те, кто получил первый уровень.

Странно, что Дмитрия и Тихого не было. Но, может, у них такие же задачи, только в другом направлении?

Расстояния до чужих городов мы не знали. Как и того, что находится вокруг. Был вариант, что и неделю идти придётся. Лично я в это не верил.

Как в воду глядел.

Нам повезло, когда уже стемнело. Матвей не останавливался, вёл отряд дальше.

Шли тихо, глазели по сторонам. Один лес прошли, за ним поля были, холмы, потом снова лес.

В нем-то мы и услышали чужие голоса.

Это случайно вышло. Кто-то выругался. Ночной лес полон звуков, но этот выделялся на фоне других.

Матвей сразу же в сторону отряд увёл, в ближайшие кусты. Я тоже не медлил, применил способность и сглотнул, осознав, что впереди ждёт.

— Драк, — толкнул меня в бок командир. — Чего там?

— Тридцать человек. — выдохнул я.

Их было в три раза больше, чем нас.

— Отлично, — непонятно чему обрадовался Матвей. — Это прекрасная возможность. Главное, чтобы каждый убил больше одного противника. Тогда мы остаемся в плюсе, они в минусе. Все поняли?

— А как же оружие? — спросил один из мужчин.

По повисшей тишине я понял, что этот момент Матвей не учел.

— Но ведь люди возрождались в одежде, — с сомнением сказал он.

— Кто-то помнит, как быстро трупы исчезали? — спросил Тимофей.

Вот кому я точно в группе удивился. Он выглядел как задрот, а не боец. С другой стороны, вурдалака он убить смог.

— В течение пяти минут, — ответили ему. — Вместе с одеждой исчезали.

— Как бы сказал Димка, паршивенько, — резюмировал Матвей. — План меняется. Умирать нельзя. Если у них есть оружие, а что-то мне подсказывает, без него бы они не поперлись, пробуем забрать. Сначала всех убиваем, это главный приоритет. Как опасность исчезнет, хватаем ближайшее оружие и молимся, чтобы оно осталось с нами.

— Десять против тридцати, — с сомнением заметил Тимофей.

— У нас есть секретное оружие. Эй, Драк, пора тебе отрабатывать репутацию. Бей по самым активным, постарайся первым уничтожить командира.

— Я ведь не проверял способность.

— В крайнем случае мы все умрем и быстро попадем в крепость, — невозмутимо ответил Матвей. — Всё, заткнулись.

Когда услышали ругань, чужой отряд находился на периферии моей способности. Дальность которой выросла с тридцати метров до пятидесяти. К нам они не спешили. О чем-то тихо спорили. Матвей сказал заткнуться, когда они определились и пошли в нашу сторону.

Оставалось только подождать.

Этот участок был относительно открытым. С одной стороны дороги — луг. С другой — лес и кусты. В одних из которых мы и засели.

Солнце уже село, но на небе нет облаков, видимость неплохая. Если у них окажется кто-то глазастый или со способностью, как у меня, то…

Не оказалось.

Я слышал, как бешено стучит мое сердце, и боялся, что оно нас выдаст. Слышал сопение тех, кто рядом. Мои ладони вспотели. Я нервно вытер их о штанину. Не хватало ещё, чтобы меч выскользнул в самый неподходящий момент.

Волновался я ровно до того момента, пока отряд не поравнялся с нами.

Увидел и командира.

— Шагаем вперед, — говорил он требовательно. — Рано или поздно найдем кого-то.

— Зверье, — ворчали ему в ответ.

— Заткнитесь, — огрызался мужчина. — Ещё слово и выпишу билет с экспресс-доставкой до базы…

Что можно разрушить в человеке, чтобы он умер?

Я ударил по мозгу.

Мужчину повело, и он рухнул лицом вперед.

— Ты чего? — удивились его люди.

У нас в отряде было двое лучников. Матвей дал им выстрелить.

Стреляли они почти в упор, не промазали. Следом, дико закричав, выскочил Матвей. В два прыжка оказался рядом с ближайшими людьми и ударил копьем.

Раз удар, отдернуть, два, отдернуть… Он работал как швейная машина. Кроваво и безжалостно. Следом за ним в противника врубился остальной отряд. Вылетело ещё пару стрел.

— Напад…

Выделив крикливого и медленно соображающего, я ударил и по его мозгу. Он тоже свалился.

В моем понимании десять человек не могли победить тридцать.

Но именно это происходило на моих глазах.

Матвей на голову превосходил всех, на кого мы напали. Если не мог убить, старался ранить и подставить под кого-то другого. Я же методично выбивал любые намеки на сопротивление. Успел нанести пять ударов, когда силы кончились.

— Драк, разведка! — крикнул мне Матвей, вонзая копье в недобитка.

— Я по нулям! — крикнул ему в ответ из кустов.

Мужчина на это головой покачал и взмахнул оружием, сбрасывая капли крови.

— Не тупим, хватаем оружие, отходим! — начал командовать он. — Одежду и все ценности тоже пробуйте утащить, лишним не будет! — сам он наклонился и начал стаскивать кольчугу с командира.

Мародерство заняло пять минут, после чего тела одно за другим исчезли. Оружие и та одежда, которую получилось снять, остались вместе с нами.

— На пару дней жизни заработали, пора и возвращаться, — объявил Матвей.

Лишь бы по темноте не нарваться.

***

Вернулись мы утром, где-то через час после рассвета. Сразу заметив, что и без нас люди не стояли на месте. По окрестностям уже шлялись отряды и рубили лес. Кто-то заготавливал дрова, кто-то мастерил оружие. Дубины, копья и даже луки пытались собрать.

Матвей если на это и обратил внимание, то выводами не поделился, сразу в храм направился.

Пока шли, нас заметили и провожали взглядами. На стене даже задержали.

— Чем докажете, что свои? — вышел вперед дядька с пузом и алебардой.

Как это оружие называется, я вчера от Дмитрия узнал.

— Сейчас по голове тебе дам и докажу, — мрачно пообещал Матвей. — Было вчера что? Нападали?

— Ночь и вечер тихо прошли. А сами как? Нашли чего? — заинтересованно спросил «смотритель стены».

Он был одним из лидеров, что объединил вокруг себя людей.

— Встретили отряд. Оружие можно украсть, поэтому будьте аккуратнее, — поделился информацией Матвей.

— Плохо… Что там насчёт общей тренировки? Ты вчера обещал.

— Я обещал подумать. Будем тебе тренировка, но позже. Мы ночь не спали, надо отдохнуть.

— Конечно-конечно, — мужик отошёл в сторону.

Я шёл последним и заметил, как он сплюнул вслед Матвею.

***

— Паршивенько, — сказал Дмитрий, когда выслушал рассказ и узнал про оружие. — Но сегодня паршивенько не нам, а нашим врагам. Кто это был, кстати?

— Дрогворцы, — ответил я.

Моя способность позволяла теперь определить, чьему богу люди принадлежат.

— Бог войны, значит. Первым решили напасть. Хорошо, что их определили. Щас вам хавчик сообразим, а вы пока с алтарем пообщайтесь.

Мне дали третий уровень. Пока возвращались, подсчитали, что требования к уровням пока растут в геометрической прогрессии. Одно убийство, два, четыре.

Осталось узнать, что будет, если убить игрока высокого уровня. За него также одно очко опыта дадут или сразу несколько?

Когда изучили, что нам предложил бог, это породило новую волну обсуждений.

— Так! — Тимофей, который большую часть нашего пути провёл молча, резво оживился, когда поднялась его любимая тема. — Стоит признать, что навыки дают относительно того, как вёл себя человек!

— Трудно поспорить, — согласился Матвей. — Надо думать, как это использовать.

— А что тут думать, — ответил ему Дмитрий. — Создаем роту закованных в броню носорогов, с вкачанной силой и…

— И их всех убивает кто-нибудь вроде него, — ткнул в мою сторону Тимофей. — Нужна магическая защита.

— Которую нам не предлагали, — мрачно ответил один из мужчин.

— Это можно использовать, — вмешался Тихий.

— Как? — повернулся к нему Матвей.

— Он сколько убил? Пятерых. Если повысит ядро, или что там у него, сможет применять способность чаще, так? Дальше сами математику считайте.

— В этом есть смысл, — задумался Матвей. — Кажется, у нас вырисовывается стратегия…

— Какая стратегия! — возмутился Тимофей, — Сто процентов должна быть защита против такого! Уверен, скоро способность перестанет работать настолько хорошо!

— Но пока-то работает, — пожал плечами Тихий, недобро глянув на Тимофея.

— К тому же, — сказал Дмитрий, — делать ставку на прокачку одного игрока нет смысла. Нас две с половиной тысячи. Надо качать отряд.

Споры набрали новую силу.

Логика Тихого мне понравилась. Когда прикоснулся к алтарю, никакой реакции от бога не почувствовал.

И это было само по себе характерно. Убийство того мужчины в лесу он поощрил очком престижа. Убийство пятерых сегодня ночью — ничем, кроме стандартной награды для всех.

Получается, для звания Дракона этого маловато будет.

Что же тогда нужно богу? Не просто победы, а… Какие-то достижения? Самый первый, самый смертоносный?

Думал я об этом не просто так. Уникальные награды — это повышение шансов на выживание. Пока у меня есть преимущество, надо его развивать, чтобы сохранить и преумножить.

Из навыков мне дали три на выбор. Точнее, усиление того, что было, сканирование и разрушение, и новый навык: нюх дракона. Который позволял засечь людей на расстоянии трехсот метров. На этот раз описание у навыка было подробное, и, надо сказать, задачу оно мне не облегчило. Сканирование — ну, оно сканировало. То есть я получал точные данные, с возможностью отделить своих от чужих. Наша вылазка дала понять, что пятьдесят метров — это ничтожно мало. Триста куда интереснее, если бы не ряд но. Нюх зависел от развитости восприятия, от природных условий, то есть от обилия запахов, от маскировочных навыков противника и от того, как давно был оставлен след.

О навыке я рассказал своим, чем породил новые споры.

— Это навык для следопыта, — сразу же заявил Тимофей.

— Что с того? — посмотрел я на него. — Следопыт, не следопыт, при чем здесь это?

— Как при чем?! — не понял парень, что мне плевать на игры прошлого мира. — Если ты потом добудешь что-то маскирующее, то станешь идеальным магом-диверсантом!

— Что-то я не врубился, в чем отличие нюха от обычного сканирования, — покачал головой Дмитрий. — Получается, навыки перекрывают друг друга.

Я наивно полагал, что коллективное обсуждение упрощает процесс. Как же я ошибался.

Если честно, нюх мне понравился. Дополнял то, о чем Тихий говорил. Я живо представил, как выхожу на охоту и устраиваю террор.

Но в конечном счёте выбрал другое. Усилил навык разрушения и поднял выносливость. На последнем сам настоял. Вчера мы вышли в обед, шли весь день и назад повернулись только ночью. Сколько-то до нас шёл вражеский отряд. Получается, до вражеских баз минимум часов десять, и, признаюсь, ноги после этого марафона у меня гудели. Да и в целом мне хотелось стать сильнее физически. Как и ядро повысить. И восприятие. И вообще, все характеристики. Поэтому выбор был сложный, неоднозначный, но я доверился ощущениям и выбрал выносливость. Дальше посмотрим, как пойдет. В планах повысить восприятие, а потом взяться за ядра.

***

О своем решении я не пожалел. Изменения происходили не моментально, по словам других, в течение десяти-пятнадцати минут. Выждав, я применил сканирование и сразу ощутил, что далось оно мне куда легче.

Одно это стоило того, чтобы поднять выносливость.

Кстати, забавный момент. Базовые характеристики, такие, как сила и выносливость, в окне персонажа изначально обозначались единицей. А вот энергетическое ядро — нулем.

Сейчас моё описание выглядело так:

Уровень: 3

Выносливость: 2

Энергетическое ядро: 2

Взгляд дракона: 2

Разрушение: 2

Навыки тоже изначально обозначались единицей, поэтому у меня сейчас одни двойки собрались.

Когда закончили обсуждение, нам как раз еду принесли. Так я подумал, а потом дошло — это Матвей специально дал указание. Принесли бы еду сразу, мы бы тут ещё на неделю задержались. А так все устали, хотели есть, поэтому и не затягивали с обсуждениями. Которые, кстати, не прекратились. Тимофей зацепился языками с Дмитрием и спорил о стратегии развития.

— Ты как? — подошла ко мне Ева с двумя порциями каши. — Проголодался?

— Ещё как, — сглотнул я. — Почти сутки не ел.

— А калорий много потратил, — улыбнулась она. — Где есть будешь?

— Пошли наружу.

Ева перехватила меня прямо внутри храма, где мне сидеть совсем не хотелось. Не на Ороборга же смотреть. Меня даже его статуя пугала.

Я вышел первым, свернул, обогнул храм и сел в его тени. Прямо на землю и сел. На мне уже такой слой грязи, что немного пыли никак внешний вид не испортит.

— Тебе бы помыться, — словно прочитала мои мысли Ева, садясь рядом.

— Как-то руки не доходят. Да и душ я здесь не заметил.

— Надо идти на источники, — уверенно заявила она.

— Ты там уже была?

— Как бы иначе я выглядела так чисто и прекрасно? — лукаво улыбнулась она.

Я присмотрелся к девушке и тоже улыбнулся. Симпатичная мордашка, как бы сказал Дмитрий, и был бы прав на все сто.

Не знаю, что с моими мозгами, но в присутствии девушки я чувствовал себя куда лучше. Спокойнее как-то. Жизнь в цвета окрашивалась.

— Удачно сходили? Тебя долго не было, я волноваться начала.

От этих простых слов мне ещё приятнее стало.

— Встретили чужой отряд. Мы живы… Ну, они тоже, но отправились обратно в храм.

— Наверное, это хорошо, — неуверенно сказала она.

В этот момент я был уверен, что скажи это кто другой, и появилось бы раздражение. Конечно, это хорошо! Победы — залог выживания!

Но это сказала Ева, и я просто принял как данность, что она пока не совсем прочувствовала те условия, в которых мы оказались.

— Глупость сморозила, да? — заметила она выражение моего лица.

— Да нет, — ответил я, закидывая в рот кашу. — Надеюсь, не дойдет до того, что тебе придется сражаться.

— А я училась из лука стрелять! Мышцы болеть начали, но за час это проходит!

— Круто же. Лук — это хорошо. Нам помогло в лесу…

Пока ел, болтали о всяком разном. Ева рассказала, что происходило в городе, пока нас не было. Люди пытались организоваться, заняться чем-то полезным. Вырубка деревьев тому пример. Было полно и тех, кто бездельничал. Из-за чего уже произошло несколько конфликтов.

До Кирилла, который захватил замок, быстро дошло, что еды на всех надолго не хватит, и его щедрость закончилась. Собственно, именно он и выступал главным инициатором полезных работ, поощряя это едой.

Что Матвей взял на вооружение.

Не успел доесть, а делал я это медленно, чтобы побольше пообщаться с Евой, как Матвей вместе с частью отряда вернулся обратно. Был он в замке. Это легко определить по тому, что наши тащили связку копий и пять мешков крупы.

— Ева, — позвал он, проходя мимо. — Оторвись от нашего Дракона, задание есть для тебя.

Девушка улыбнулась и упорхнула. Мне захотелось показать Матвею средний палец, но я сдержался. Девушке он выдал простое задание. Продолжить заниматься готовкой. Но уже не для отряда, а для привлечения новичков.

Как я позже выяснил, на добытые очки доблести Матвей взял пятьдесят самых простых копий и отобрал под них людей, благо желающих к нам присоединиться было много. Этих новобранцев, вместе с остальными, гоняли до самого вечера, заставляя отрабатывать простые движения и двигаться вместе. И если вначале это выглядело убого, то к концу для начало походить на что-то, внушающее уважение.

Но до вечера ещё надо было дожить.

Я застал ту часть, где набирали людей, после чего пошёл спать. Проспал немного, часов пять и поднялся к обеду, когда многое успело измениться. Я сильно удивился, когда, выйдя из храма, наткнулся на бревна. Уже штук пять поставили прямо перед храмом, перекрывая к нему доступ.

— Проснулся? — ко мне незаметно подошёл Тихий и хлопнул по плечу.

Когда тот сам проснулся, я пропустил.

— Что происходит?

— Укрепляемся, — ответил мужчина. — Матвей заплатил едой за рубку и доставку дерева. Хорошая мера. Если так весь город укрепим, то до храма сложнее добраться будет.

— А-а… — протянул я, почесав голову.

В который раз подумав, что да, надо бы помыться. А то скоро у меня в волосах птицы гнезда вить начнут.

— Твой нож с тобой? — спросил Тихий.

— Да, — похлопал я себя по карману.

— Тогда пошли. Покажу пару трюков.

— Но… — растерялся я.

— Принуждать не буду, — невозмутимо ответил он.

— Могу отлить перед этим?

— Конечно, — хмыкнул Тихий. — Буду ждать здесь.

Так у меня появился учитель.

***

Сидя перед храмом, морщась от того, как зудят десятки порезов, я отдыхал и ни о чем не думал. Сложно это было. Несмотря на возросшую выносливость, которая мне сегодня ох как пригодилась, выжали меня досуха.

А ещё кормежка. Пусть нам и давали кашу три раза в день, но лично мне этого было мало. Совсем уж голодным я себя не чувствовал, но был готов съесть раза в три больше.

И желательно мяса, а не каши.

На сегодня вылазок никаких запланировано не было, и я понимал почему. Слишком много дел в городе накопилось. Иногда мне казалось, что Матвей пытается успеть везде и сразу. Он организовал тренировку для «копейщиков», потом провёл тренировку для «стенных» защитников. К нему раз десять приходили решить какой-то вопрос. Кирилл тоже заглядывал. Просил устроить обучение и его людям.

Ну а уж сколько раз нас всех доставали зеваки и идиоты, не счесть. Нашлись те, кто крыши облепили и смотрели, как мы тренируемся. Кто-то из них даже потешался над нами. Мол, мы совсем дураки, раз таким занимаемся.

Идиоты.

Одним лишь ножом я не занимался. Тихий на меня часа два потратил, а потом отпустил к остальным. Если честно, у меня сложилось впечатление, что командиры и сами не понимают, чему меня учить. Я попробовал заниматься с мечом и копьем, но было понятно, что ни в том, ни в другом быстро преуспеть не получится. Зато, как сказал Дмитрий, немного прибавить понимание, поднять реакцию и общую подготовку можно.

Чем мы и занимались.

В перерывах я тренировал способности. Когда кто-то подходил к храму, запускал сканирование и прислушивался к тем ощущениям, что обрушивались на меня. Разрушение тоже тренировал. На мелких камнях. Узнал, что мне нужно четко видеть цель, чтобы атаковать её. А это не так уж много, шагов пятьдесят-шестьдесят от силы. Если подниму восприятие, наверняка этот параметр тоже вырастет.

Включать «взгляд» одинаково сложно как с закрытыми глазами, так и с открытыми. В первом случае на фоне темноты видны сгустки жизни, с пометками, кто к какому богу относится. Я бы мог назвать это аурой, наверно. И вот сидишь в полной темноте, а со всех сторон чувствуешь живых — они как огоньки. Причем чувствую и вижу я их сразу во всех направлениях.

Но это если с закрытыми глазами. С открытыми же, наоборот, сканирую то направление, в котором смотрю. А то, что позади меня, оно как бы приглушенным становится.

С открытыми глазами свечение накладывалось на видимую картинку. Идет человек, и вижу, как у него внутри пульсирует жизнь. Выглядело это как потоки энергии. Не скажу, что свечение однородно. Нет, в некоторых местах оно интенсивнее, а в некоторых, наоборот, слабее. Так, например, у многих выделялись голова и сердце.

Линии кружились, циркулировали по телу и завораживали. Но это становилось видимым, если сосредоточиться на человеке. Так что, если смотреть поверхностно, то воспринималось как обычное пятно.

В этот раз, когда день подошёл к концу и с тренировками было закончено, мой взгляд зацепился за группу мужчин, что тащили бревно. Их за день ещё с десяток натаскали, а потом уложили так, чтобы затруднить проход к храму.

Эта группа лесорубов ничем не выделялась. Но так уж вышло, что я специально привычку в себе пестовал — сканировать абсолютно всех, кого не знал в лицо.

Точнее, сканировать всех, кто приближался к храму.

Применив взгляд с открытыми глазами, я посмотрел на эту группу и замер. Что-то было не так.

Я сосредоточился и понял, что вижу первую маскировку на своем пути. У мужчины был знак чужого бога, скрытый от сканирования. Если бы я не научился «присматриваться» и не поднял уровень навыка, мог бы этого и не засечь.

Без лишних церемоний я применил навык разрушения.

И тот не сработал.

Сканирование при этом перестало работать, я увидел врага в нормальном виде. Черные, кучерявые волосы, красные, обгорелые от солнца щёки, худощавый и жилистый, в джинсах и безрукавке, с голыми руками.

Мы встретились взглядами, и мужчина улыбнулся.

Он понял, кто его заметил, и атаковал.

Действовать мы начали одновременно.

Я вскочил и сорвался с места. Он отпустил бревно, откуда ни возьмись в его руке возник нож, и он полоснул ближайшего человека по горлу. Я только шаг успел сделать с места, а он уже убил.

Набрав скорость, я прыгнул на бревно, что преграждало путь к храму, оттолкнулся и перескочил через остальные. В прыжок, сосредоточившись на нем, я вложил всё, что было. Мой взгляд соскользнул, и вместо атаки мозга я попал по чему-то ближе. По глазам.

У него точно была защита.

Потому что левый глаз уцелел, а правый — взорвался.

Время растянулось для меня, его лицо исказилось от боли, и тут я наконец-то добежал до него, на ходу выхватывая нож.

Несмотря на рану, ударили мы одновременно. Его кинжал пробил мне руку, которой я прикрылся, а я врезался в него, повалил и начал бить ножом.

Бил, пока тело не обмякло и не прекратило сопротивляться.

Чувствуя, что важно до конца отыграть роль, я отлепился от трупа и встал. Вытер свой нож о его одежду и спрятал обратно. Схватившись рукой за кинжал, выдернул из руки.

Очень надеясь, что не закричу от боли.

И это мне удалось.

Посмотрев на трофейное оружие, обвёл ошарашенных людей взглядом. Наши уже окружили нас и были готовы убить любого.

Престиж: +1

Это сообщение как манна небесная. Я сделал всё правильно, поняв, что нужно богам.

Следом приходит ещё одно сообщение о получении уровня.

Не успеваю додумать мысль, как ко мне пробивается Матвей.

— Что тут, мать его дери, произошло?! — кричит он. — Рассредоточиться! Прикрыть храм! Всех лишних отогнать! Вы, мужики, тоже валите! — кричит он на тех, кто бревно уронил и бросил его, когда замес начался. — Ваш очнется скоро, не переживайте.

Ко мне обращаются только тогда, когда всех посторонних отгоняют. Матвей разрешает подойди Еве. Та встревоженная, бледная, осматривает мою рану, промывает её водой из бутылки и перевязывает.

Смотря на то, как она заботится обо мне, рассказываю, что случилось.

Пока говорю, Матвей кивает на тело, и к тому бросаются, обшаривают и снимают все ценности. Одежду тоже снимают. Уже выяснили, что ту, если порвать, такой она и возродится вместе с тобой.

Ну и шанс того, что враг возродится голым, личном мне греет душу.

— Значит, полноценный диверсант, — подводит итог Матвей.

— Паршивенько, — говорит Дмитрий. — Получается, мы отстаем.

Согласно киваю. Этот человек мог прикрыться от сканирования и в то же время защититься от разрушения.

То есть у него минимум два типа защиты имеется. Уровень наверняка выше, чем у меня. Когда успел только?

Это событие как ушат воды на голову.

Когда казалось, что мы не стоим на месте и резво развиваемся, выяснилось, что совсем наоборот.

Плетемся позади.

Глава 9. Месть

Уровни, уровни, уровни.

Чувствую, как это превращается в наркотик.

Порядок быстро навели. Но люди, они такие люди.

Я по-прежнему пополнял свою копилку «чего ждать от человеков» и сейчас, игнорируя боль в руке, слушал, как вспыхнули новые разговоры.

Не сразу, но страсти было улеглись, а ужин никто не отменял. Наши ещё и костер разожгли. Мне хотелось заглянуть к алтарю и получить награду, но и поесть тоже было бы неплохо.

— А я тебе говорю, Матвей, нужно отомстить, — с жаром шептал Александр. — Нам всё равно надо срочно по уровням расти. А то, если этот кучерявый с каждым разом будет приходить все более сильным, нам же рано или поздно конец придет.

Как я уже знал, Матвей попал сюда с двумя друзьями. Дмитрием и этим Александром. С которым я не общался, как-то мимо расходились, но постоянно видел его рядом. Возраста он того же, что и Матвей, то есть мужик лет сорока. Из этих реконструкторов, или как их там. Выглядел он не так спортивно, как командир. И уж тем более не так, как Дмитрий. Обычный, в общем, мужик. Хорошо знающий своё дело. Он минимум половиной тренировок руководил. Мечниками занимался. Так что полезный член группы.

Не ожидал я от него таких слов. С виду мирным выглядел. Но смотрю на людей и понимаю, что эта короткая стычка их напугала, но не так, чтобы дрожать от страха, а так, чтобы захотеть опробовать чужие силы.

Многие на меня взгляды бросали. Хотел бы я сказать, что полные уважения, но нет. В их глазах легко читалось: если этот пацан поднялся, чем мы хуже?

— И ты меня послушай, Саша, — ответил ему Матвей. — Как ты их собрался искать? Знаешь направление? Да пока мы их найдем, неделя может пройти. За это время святилище по кусочкам разберут.

— Этот вопрос все равно придется решать. Один уже догадался и теперь знает, где мы и как у нас тут все устроено. И хорошо, если он один столь напористый. Ты уверен, что больше никого нет? Пацан полезен, — кивок в мою сторону. — Но весь город он не контролирует. Я бы на месте противника внедрился, опознал всех командиров, а потом использовал это при массовом нападении.

— Слушай, ты сейчас чего от меня хочешь? Прямо в ночь идти? Заметь, я не против, сам думаю о чем-то таком. Но если предлагаешь, то давай конкретный план, а не общие слова — пошли их всех убьем, — в сердцах закончил Матвей.

Пока порядок наводили, пока костер разжигали и еду раздавали, пока ели… Как-то время и прошло. Сняв повязку, увидел небольшой шрам. Рана ещё полностью не закрылась, но пройдет совсем немного времени, и все следы исчезнут.

Удобно это. Мне нравится.

Ева бросила на меня взгляд. Я показал глазами, что хочу отправиться в храм, и она кивнула, предложив вернуться потом.

Надо в этот раз озаботиться тем, где она ночевать будет. Людей-то куда больше стало. Наши ближайшие дома заняли. Кого-то выгнали оттуда ещё днем. Ну и пусть. Чем больше времени проходило, тем циничнее я становился и иначе смотрел на происходящее.

Для общества куда выгоднее, если ближайшее дома будут занимать те, кто встанет на защиту храма, а не всякое отребье, которое лишь требует пожрать и насмехается, когда мы тренируемся. Отметив, что меня выбесили те идиоты, встал и, пока командиры обсуждали планы, отправился в храм.

Уровни, уровни, уровни.

Мне было физически неприятно, что есть нереализованный потенциал.

Это раздражение на идиотов, эхо каких-то эмоций после боя бродили во мне. Ещё и слова про месть. Желание стать сильнее.

Я ведь уже замечал, что склонен к импульсивным поступкам. Замечал, но ничего с этим сделать не успел. Когда тут сделаешь, когда столько событий происходит.

Не знаю, что дернуло меня сделать то, что сделано.

Увидел алтарь, и в голове сразу план сложился.

Я ведь догадался, что нужно богам. Не просто победы. Красивые победы. Нужно чем-то выделиться. Проявить себя.

Так если богам это нужно, пусть подсобят.

Ковырнув рану, я добился того, кто кровь снова побежала. Занеся её над алтарем, мысленно произнес:

Ороборг, укажи путь, чтобы отомстить святотатцам и покарать их за наглость.

Я до конца не верил, что будет ответ. Сделал наобум. Отчего лишь сильнее ужаснулся, когда был дан ответ.

Получено задание от бога.

Покарать наглецов.

Получено ощущение направления, где они находятся.

Общая цель: убить 100 последователей Эрмера

Личная цель: убить 20 последователей Эрмера

Наказание за провал: окончательная смерть.

Я несколько секунд хлопал глазами, пока в храм не ворвался Матвей.

— Драк, какого хрена опять происходит?! Откуда задание?!

Чувствую, сегодня ночью выспаться не получится.

***

— Так, значит, мы тебе обязаны ночной прогулкой? — спросил Дмитрий, хлопнул меня по плечу.

Он не просто хлопнул, а скорее облокотился на меня. Что с его ростом и комплекцией было легко.

— Я случайно, — честно ответил ему.

— Паршивенькая случайность. Если проиграем, тебя же проклянут.

— Наши? — скосил я глаза на него. — Плевать, если честно. Не выполнив задание, я умру окончательно.

— Ороборг по мелочам не разменивается, — с уважением сказал парень. — Не боись, справимся.

Я и не боялся. Мне главное держать дистанцию, а там справлюсь как-нибудь…

Не у одного меня висел квест. Матвею он тоже прилетел. Из-за чего мужчина и влетел в храм, застав меня с окровавленной ладонью над светящимся алтарем.

По лицу мужчины было видно, что сказать он хочет многое. Промолчал. Но я понял, что реально хожу по краю. Балансирую между той пользой, что приношу, и теми проблемами, которые порождаю необдуманными действиями.

С другой стороны, я также был уверен, подними этот вопрос на обсуждение — и народ не согласился бы. Слишком рискованно что-то у богов просить. Да и сам Ороборг не помог бы. Если я правильно понимаю его ожидания, то ситуация «долго думали и спорили, потом всё же решились» не тянет на что-то доблестное, достойное уважения.

А так я сам задрал ставки. Взял на себя ответственность. Если справлюсь, это будет достойно. Если нет, то…

Умру, и тогда весь этот бред закончится.

Надо отдать Матвею должное. Ситуацию он быстро оценил. И принял решение. Скомандовав собираться всем копейщикам и ещё двум десяткам человек.

На этот раз в храме остался Тихий. Александр, Дмитрий и почти все, кто получил уровни, отправились вместе с нами.

— А как мы их найдем-то? — спросил Александр.

— Как ты и предлагал, — ответил ему зловеще Матвей. — Будем прочесывать всё в округе.

— Но…

— Мне дали ощущение направления, — сказал я, когда Матвей посмотрел на меня и едва заметно кивнул.

— Вот видишь! Сам бог хочет, чтобы мы это сделали! — сразу оживился Александр.

— Как у тебя всё просто получается! — с сарказмом произнес Матвей. — Бог послал, ты и рад. А сколько идти, известно? А куда нас направили? К базе или к большому отряду? Там есть укрепления?

— На месте разберемся, — заявил Александр, и Матвей махнул на него рукой.

Я заметил, что тому ещё есть что сказать. Видимо, не захотел настроение всем портить. Люди и так, не сказать, что воодушевились ночному выходу.

Пока народ собирался, я подошёл к алтарю. На этот раз обошлось без неприятностей.

Что мне сейчас больше пригодится? Восприятие или ядро?

Однозначно, ядро. Хотя и восприятие в ночном лесу будет не лишним.

С навыками было поинтереснее.

На первый взгляд ничего не изменилось. Тот же выбор, что и в прошлый раз, ничего нового. Нюх, взгляд и разрушение. Я хотел взять разрушение. Но тут вчитался в новое описание нюха.

В прошлый раз оно работало по методу активации. Что и сделало его бессмысленным. Сейчас же, в сочетании с престижем, это могло стать пассивным умением. То есть с ним я смогу на большом расстоянии постоянно чувствовать людей, брать след…

Кажется, в этот момент я понял разом всех спорщиков, которые до хрипоты обсуждали, какой навык лучше.

Скрепя сердце я взял нюх.

Логичнее было взять разрушение, но, чтобы его применить, противника нужно найти. Уверен, сейчас остаются сотни человек, на которых и моего уровня навыка хватит. А вот ночью, по темноте, возможность заранее кого-то почувствовать дорого стоит. Да и потом. Я не раз думал, как убегать от противника, а сейчас понял, что от меня тоже могут убегать.

Так что мой выбор в этот раз нюх. Который сразу стал второго уровня.

Складывается ощущение, что Ороборг подыгрывает мне, чтобы сделать игру интереснее.

Когда я вышел из храма, рядом со входом стояла Ева.

— Уходите? — спросила она.

— Да, — коротко ответил я.

— Удачи.

Может, я и не помню свою жизнь, но в этих коротких словах чувств было больше, чем в самой длинной речи.

Ева подалась вперед и чмокнула меня в щёку, после чего убежала, оставив меня переваривать это теплое ощущение жара на коже.

***

Дмитрий подвалил ко мне со своими шуточками, когда мы вышли за стену и направились к лесу. Ощущение направления указало куда-то налево от города. Не строго налево, а наискосок от общей дороги, которая шла перпендикулярно от стены.

Но Матвей решил часть пути проделать по дороге. Поэтому и шли мы вперед.

Я не ожидал, что моя способность сработает прямо здесь.

— Ты чего остановился? — посмотрел на меня Дмитрий.

Тот, кто следовал за нами, врезался в меня.

— Парень, ты уснул там, что ли? — спросил какой-то мужик, чьего имени я не запомнил.

Он из нового набора. Не успели познакомиться.

Опомнившись, я двинулся дальше, показав Дмитрию пять пальцев и указав направление. Тот понятливо кивнул и направился к Матвею.

— Что почувствовал? — вскоре командир оказался рядом со мной.

— Пятерых. Прячутся в лесу. Точное расстояние не скажу, это нюх сработал. Но больше пятидесяти шагов.

— Ты взял нюх? Потом обсудим, — удивился и сразу опомнился мужчина. — Может, и к лучшему. Точно пятеро? Не больше?

— Мне кажется, что пятеро… — сказал я неуверенно.

— Разберемся, молодец.

Чертовы новые способности. Как упоминал ранее, изменения в организме происходили не сразу. У храма я этого не почувствовал, а сейчас ощутил в полной мере.

Много-много запахов. Среди множества «нейтральных», которых я отнес к ороборгцам, работавшим здесь днем, прослеживался едва заметный след чужаков.

Матвей шума не поднимал. Молча прошёлся вдоль отряда, собрал команду. Эти перестройки не были заметны, как мне кажется. Если не знать, куда смотреть. Впрочем, я сомневался, что нас видят. Слишком большое расстояние. Через лес так далеко не посмотреть.

Вскоре, углубившись и определив направление точнее, я вместе с небольшим отрядом удалился в лес и смог засечь противника. Это были дрогворцы. Пять человек, как и сказал.

Шумной битвы не вышло. Мы подкрались к ним, а дальше… Я успел убить двоих. Остальных разобрали копейщики.

— Если они успели до нас добраться, то до их базы не больше суток, — сказал Дмитрий, который тоже участвовал.

— Забирайте оружие и уходим, — сказал Матвей.

Улов вышел небольшой. Всего парочка ножей. Налегке пришли разведчики.

***

Всего нас выдвинулось семьдесят человек. Может, поэтому ночные хищники не рискнули напасть.

Шли всю ночь, и только перед самым рассветом Матвей скомандовал привал. Отдыхали два часа и прикончили те запасы еды, что были у нас. Командиры позаботились и об этом.

Дальше ничего хорошего нас не ждало. Мы побежали. Мы с Дмитрием ушли вперед, где-то на полусотню шагов. Так и держались всё время.

Бежали не то чтобы быстро, но это с лихвой компенсировалось расстоянием. Раз в час делали короткие пятиминутные перерывы. Это самую малость восстанавливало силы, но главное — убирало боль из мышц, напряжение и залечивало мозоли. Не у всех обувь оказалась пригодной для таких пробежек.

И знаете что? Уже в первый час бега я поблагодарил себя за то, что вкинул очко в выносливость. Пусть всего на десять процентов, но это облегчило мне жизнь.

Красотами ночью не особо получилось любоваться. Как солнце взошло, получше стало. Мы прошли мимо огромного озера, до противоположного берега которого было плыть и плыть. Обходили ущелья, тоже впечатляющие размерами. Не скажу, что они огромны, но места затеряться хватит.

Суммарно весь путь занял тринадцать часов. У нас были люди, которые сохранили механические часы. Они и сказали точное время.

Постепенно моё ощущение менялось. То, что цель близко, я почувствовал заранее. Матвей увёл отряд в лесные дебри и объявил большой привал.

— Драк, идешь со мной на разведку, — позвал он меня. — Остальные здесь остаются.

***

Крепость чужого бога напоминала нашу лишь отдаленно. Главное отличие — стояла она на обрыве. Моя память в этот момент учудила, подкинув стойкий образ… унитазной крышки.

Если бы кто-то пришёл в горы, которые, как и у нас, уходили вверх, ограничивая территорию, отошёл бы от вертикальных выступов и установил под углом каменную крышу от унитаза, и получилось бы то, что мы видели.

Чей город лучше, я так сразу сказать не мог. Вход к эрмерцам шёл под уклоном, а значит, штурмовать их будет сложнее. С другой стороны, сам город выглядел поменьше и был открыт с трех сторон — стена преграждала только путь по «крышке», где проходила единственная дорога. С остальных же сторон защищала высота. Не идеально прямые скалы, а под совсем небольшим уклоном, неоднородные.

Наблюдали мы с Матвеем издалека, деталей было не разглядеть, но я подумал, что наверняка появятся навыки, которые позволят забираться с разных сторон.

Остальное выглядело знакомо. Настолько, что удивляет, как так люди думают одинаково. Или всё куда проще, и тот диверсант увидел, как мы возводим оборону, и рассказал своим? Нет. Они раньше додумались бревна таскать. А именно их я и имел в виду, когда говорил про схожесть мысли.

— Возвращаемся, — позвал меня Матвей.

***

— Паршивенько, — сказал Дмитрий, когда выслушал, что мы увидели. — Штурмовать возвышенность так себе идея.

— У кого есть дельные предложения, высказывайтесь, — сказал Матвей. — Время есть, подумаем для начала.

На это я вздохнул. Опять бесконечные споры.

Но тут ошибся. После чего стал недобро коситься на Тимофея, который тоже в отряде был. Задротов по тактике и стратегии у нас не было. Поэтому и обсуждение пошло куда плодотворнее. На парня же я косился, потому что именно он выступал раньше главным спорщиком. Без прикладного смысла. А здесь, наоборот, только по делу высказывались.

Ударить в лоб? Хорошая идея. Вряд ли противник полностью готов к этому, значит, есть шанс на успех. Только не факт, что в этом случае мы выполним поставленную задачу.

Дождаться ночи? Уже лучше, но слишком долго ждать. Вышли мы на закате, это было около восьми часов вечера. Сейчас утро, около одиннадцати — мы с Матвеем около часа на разведку ходили. Ещё столько же, а то и больше, уйдет на то, чтобы добраться до вражеского лагеря. Получается, нам часов двенадцать надо прятаться.

Двенадцать часов, за которые нас могут обнаружить, и тогда мы потеряем эффект внезапности. Двенадцать часов, за которые уже нашу крепость могут разнести.

Это неэффективная потеря времени, как высказался Дмитрий.

Поэтому от примитивных планов мы перешли к обсуждению сложных схем.

И вот, что придумали.

***

Я вместе с Дмитрием и ещё десятком самых резвых мужиков, направились прямо в сторону крепости. У нас стояла очень простая задача. Вырезать все те группы, что были за стенами. Чем больше, тем лучше.

Этот план предложил Дмитрий.

Суть в том, чтобы сыграть на ожиданиях. Отряд, который пришёл к городу, хочет набить как можно больше фрагов и нападает на беззащитных людей. Это неприятно и обидно. Для эрмерцев. Им наверняка захочется отомстить. А дальше были варианты того, как сложатся события.

Главное, на что мы рассчитывали, — это то, что эрмерцы пошлют отряд, чтобы разобраться с проблемой. Если это будет большой отряд, наша задача увести его подальше и дать возможность остальным подобраться к крепости, в идеале ворваться в неё. Если отряд окажется небольшим, наша задача другая — привести их в засаду.

Любые маневры осложнялись тем, что в любом случае через пятнадцать минут противник узнает о нашем появлении. Те, кто погиб, об этом и расскажут. Поэтому не вариант, чтобы я по одному убивал эрмерцев. В этом нет особого смысла, так как способность быстро исчерпает запас. Но всё равно первым ход дали сделать мне. Ведь я один рисковал жизнью. Остальные просто вернутся в крепость, наказание на них не распространяется.

Пробираясь среди деревьев, в который раз порадовался, что взял нюх. Он в этой ситуации работал куда лучше взгляда. Я просто чувствовал, где находится противник.

Отряды держались в поле видимости друг друга, но… Здесь был всё же густой лес. Возможностей прокрасться хватало. Я задавал направление, указывал цели, а Дмитрий вёл нас.

В атаку перешли, когда забрались в самую «сытную» зону, встав так, что перекрыли путь шести небольшим группам, которые занимались вырубкой леса. С них-то и начали.

Я выбрал цель и применил способность. Мужчина, отдыхающий, пока его напарник рубил дерево, рухнул. Второго сняли так. Дмитрий смог к нему подкрасться и убил ножом. Копье он оставил на земле и, разобравшись, вернулся к нему.

Отряд молча двигался к следующей цели.

Я ожидал, что нас заметят в любой момент. Крутил головой и даже находил тех, кто видел что-то подозрительное и был готов закричать. По ним я и бил разрушением.

Одного, второго, третьего…

Шум поднялся на пятой группе, которую мы зачистили. Случайно вышло. Какой-то мужик сидел и… гадил в кустах. Как ещё объяснить, что он сначала закричал, а потом и бросился бежать со спадающими штанами.

Дальнейшее иначе, как резней, назвать нельзя.

Никто нам не смог оказать достойного сопротивления. Эта короткая битва закончилась тем, что лесорубы и те, кто им помогал, массово бросились бежать обратно в город. Мы ломанулись за ними. Это тоже было частью плана. Показать наше количество, ажиотаж и вовремя свалить, спровоцировав на ответные действия.

Первая часть плана удалась. Не сказать, что легко. Видеть убегающего противника — это пробивало на эмоции. Хотелось догнать, нанести удар, взять легкий фраг. Дмитрий на мат перешёл, чтобы подавить этот общий порыв. Показав неприличные жесты эрмерцам, что наблюдали за нами со стен, мы отступили обратно, в лес.

***

— Кто уровень взял? — спросил Дмитрий, тяжело дыша, когда мы развалились прямо на земле.

— Я!

— У меня два!

— Герой! У меня только один.

— Легкая победа.

Каждый в отряде получил по уровню. Кто-то и парочку. Мне только один достался. Всего я десятерых убил. Признаюсь, нервничал и спешил, побыстрее хотел двадцатку закрыть. По ощущениям — ещё запал остался. Где-то треть резерва, то есть на пять применений хватит. За час он полностью восстановится. Но не уверен, что у меня этот час будет.

Жаль, что награду только у алтаря распределить можно.

— Что дальше, командир? — спросил один из парней.

— Ждем! — бодро ответил Дмитрий. — И, мать вашу, не теряйте голову! Пыл сохраните, но держите в узде! Иначе обратно будете возвращаться гуськом.

Упражнение гуськом, когда двигаешься сидя, было любимым у Дмитрия. Поэтому угрозой мы прониклись.

***

Эрмерцы рискнули выйти за ворота через сорок шесть минут.

У нашего плана была ещё одна скрытая часть. Второй большой отряд, когда мы всех распугали, должен был подойти ближе и занять заранее оговоренную позицию.

Вывели они под две сотни человек. Большинство из которых были вооружены непонятно чем. Дубинками и самодельными копьями.

Зря мы так боялись. Враг не сильно нас обскакал. Если вообще обскакал.

— Клюнули, — довольно сказал Дмитрий. — Осталось заманить.

***

— Р-ра-а-а-а-а!

От этого крика Матвея у меня уши заложило. Зато сразу прилив сил случился. Включилась его аура, которую он улучшал.

Крик, столкновение, бесконечные вопли. Один отряд врезался в брюхо другому. Я развернулся и стал по одному выбивать тех командиров, что приметил заранее. Никто не устоял перед моей силой. Каждый падал с первого удара.

Меня спасло чудо. Брошенное кем-то копье пронеслось рядом с головой. Я дернулся, но недостаточно резво. Деревяшка угодила куда-то в голову, и я смутно помню следующие секунды.

В себя пришёл, когда вражеский строй дрогнул и побежал в разные стороны.

Ну и я, залитый собственной кровью, бросился за ними. Ещё и кричать начал от ужаса, не испытывая его.

На ходу использовал способность досуха, добив своих двадцать эрмерцев. А раз так, то и часть задачи была выполнена. Можно было сделать что-то в духе дракона.

Меч я при падении потерял. Обидно, но кинжал и нож у меня с собой оставались. Уже хорошо.

В тот момент я на одних инстинктах действовал. Увидел возможность и побежал сломя голову. С разбегу прямо в лужу влетел, поскользнулся и упал. Замазался по самую голову, ещё и специально рукой лицо мазнул и волосы испачкал. После чего принялся отступать… вместе с эрмерцами.

Так и добежал, прямо на крепости. Всё ждал, что меня окликнут и остановят. У стены всех их ждал сюрприз — ворота-то закрыли. Но людей это не остановило, они принялись ломиться, требовать их впустить.

И надо же, кто-то сердобольный открыл ворота.

Так я попал в город.

***

Матвей, утерев чужую кровь с лица, посмотрел на Дмитрия.

— Что он сделал?! — неверяще спросил мужчина.

— Заорал, как поросенок резаный, и рванул вместе с эрмерцами в крепость, — ответил Дмитрий, перетягивая рану.

Из всего их отряда осталось восемнадцать человек. Не считая сбежавшего Драка. Остальные погибли.

Как при таком раскладе сами эрмерцы побежали, которых под сотню оставалось — вопрос из вопросов. Но побежали же.

— Либо он псих, либо… — не закончил мысль Матвей, потому что не смог подобрать сравнения.

— Либо псих. Точно псих, — покивал Дмитрий. — Но псих везучий, согласись. У нас весь отряд апнулся. По фрагам ведем.

— Говори как нормальный человек, — скривился Матвей. У него было три раны. Не смертельные, но от этого не менее болючие.

— Надо решить, что делать, — невозмутимо ответил парень, поглядывая на остальных членов отряда.

Те медленно отходили от боя. Как оно бывает, все силы выпустили в драке, а сейчас, когда опасность ушла, отходняк начался.

— Часть отряда отправим обратно, с оружием. Не пропадать же добру. Надо бы собрать, что успеем, — кивнул Матвей на лес, усеянный трупами. — Кто цел, собирайте трофеи! — крикнул он.

— А остальные?

— Думать будем. Вот бы с Драком договориться, чтобы он помог за стену проникнуть.

— Сорян, мобилки не завезли, — пожал плечами Дмитрий и снова поморщился. — Как и почтовых голубей.

Глава 10. В стане врага

Стоило забежать внутрь города, как я понял, нас обманули.

Самая сильная часть эрмерцев не вышла наружу. Их было около тридцати человек. Все с нормальным оружием, кое-кто в доспехах. Заметил я и того кучерявого.

Он стоял впереди и кричал, чтобы бегущие люди остановились.

Я свернул за ближайшее здание, пробежал мимо него и за угол, остановившись. Со стороны ворот доносились крики и ругань. Кажется, этот кучерявый упустил момент, когда ворота открыли и сделали это без его разрешения.

Очень хорошо.

Я был рад, что у противников нет единства и они действуют по отдельности.

— Ты сам послал людей на убой! — кричал тот, кто открыл ворота. — А я хотя бы их спас!

— И дал возможность врагу проникнуть внутрь, баран!

— Какому врагу?! Где ты здесь видишь врагов?!

Я было замер на словах про проникновение, но потом понял. Это лишь предположение кучерявого. Меня никто не заметил.

Посмотреть на то, как развивается конфликт у ворот было интересно, но вместо этого я двинулся в глубь города.

— Парень, — схватили меня за руку.

Это был какой-то левый мужик. Зевака, который с жадным испугом наблюдал за происходящим с улицы, через которую я прошёл. Здесь много таких было. Без оружия, брони, тех, кто просто наблюдал.

— А? — дернулся я.

— Что там было? — спросил он.

Да и остальные смотрели.

Где-то рядом, у ворот, продолжался скандал. Ворота всё же закрыли. Дав перед этим забежать всем, кто хотел.

— Полная жесть! — выдал я в сердцах.

После чего сделал вид, что сейчас блевану. От меня брезгливо отдернулись и дали пройти наконец-то.

— Что же будет, что же будет, — бормотали люди.

— Если будем трусить и стоять в задних рядах, то все подохнем! — ответили ему.

Завязался новый спор, но я, обходя людей, направлялся в глубь города.

К храму не пошёл. Готов спорить на что угодно, ворота там закрыты. Если они совсем уж не идиоты. Тем более мои силы на нуле, нужно выждать и восстановиться.

Сейчас я идеальная мишень. Вяжи и допрашивай. Когда сюда бежал, не подумал об этом.

***

Забившись в какую-то дыру, я сел возле разбитого окна и вытянул ноги. Ощупал рану на голове. Меня задело самодельным копьем и больше напугало, чем реальный вред причинило. По крайней мере, я не чувствовал, что скоро умру.

Дом, куда я забрался, находился на самой окраине. Заброшенный, никто не пожелал в нем поселиться. Как и привести в порядок. Понятно почему — окна-то разбиты. Ночью наверняка здесь прохладно спать.

Залезать сюда было рискованно. Хотя чего это я. Любое моё действие было рискованно. Пойду к храму — встретят там. Пойду к замку — там тоже встретят. Буду здесь сидеть — найдут, как организуют поиск.

Но и плевать. Какой-то запас сил, пусть и самая капля, у меня уже восстановился. Теперь время играет против противника. Чем дольше они меня ищут, тем больше жизней я с собой заберу. Или не с собой, а отправлю на возрождение, но не суть.

Проходила минута, вторая, третья.

Сначала я сидел в напряжении, а потом расслабился. Просто смирился и забил на всё. Найдут — ну и ладно. Быстрее вернусь. Не найдут — тоже хорошо. Сделаю им какую-нибудь пакость.

***

Прошёл час, раны исчезли, силы восстановились. Я почувствовал себя куда увереннее.

За это время успел с десяток раз обдумать, что могу сделать в этой ситуации. Во время бесконечных споров о прокачке мелькала одна и та же мысль.

Если ты получил опыта больше, чем противник, значит, это победа.

Я уже получил больше, чем на мне смогут заработать. А раз так, остаётся победу превратить в разгромную победу. После чего и помирать можно.

Нож и кинжал я потеряю, но… Трезво оценивая шансы, глупо ожидать, что удастся выбраться отсюда живым. Наши, скорее всего, уйдут обратно. Задачу они выполнили, квест закрылся.

В этой большой битве уровень мне не дали. Требования с каждым разом росли.

Для себя я следующие действия определил так.

Задача минимум — разузнать побольше об эрмерцах.

Задача максимум — получить уровень.

Супермаксимум — два уровня.

Охренеть насколько максимум — захватить крепость и разрушить алтарь.

Но это я так, шутил, скучая, пока сидел в доме.

***

В первые минуты надеешься, что враг задержится ещё чуть-чуть, даст тебе возможность восполнить пару капель маны.

К концу первого часа расслабляешься, полностью восстановившись и отдохнув, подумываешь, что они где-то задерживаются.

Ещё через час начинаешь откровенно скучать и подумывать выйти уже, чтобы героически погибнуть, прихватив с собой десяток эрмерцев.

Попутно думая, а как так вышло, что никто не проверяет территорию? Что за беспечность?

Нет, я не против. Ошибки врага — мои возможности. Но всё же, всё же. Надо будет потом об этом Матвею рассказать, чтобы он учёл чужой горький опыт.

В том, что этот опыт для эрмерцев станет горьким, я теперь был уверен.

***

Выбрался я, когда стемнело.

Выходил с опаской. Вдруг они меня заметили и просто не захотели вламываться в здание, где я был наготове. Затаились снаружи, приготовили отряд замаскированных лучников, чтобы расстрелять.

Дверь была выломана, поэтому открывать нечего. Я появился в дверном проходе, замер, постоял так с минуту, прислушиваясь к запахам, и… ничего и никого не обнаружил. Эта часть города была пустой.

Удивительная беспечность. Но разве мне на неё жаловаться?

Нюх позволял ощущать скопления людей, с некоторыми оговорками. Чужой город и так пропах людьми. Ещё и ветер, который гулял по улицам, смешивал запахи, добавляя мне сложностей. Если быть точным, то чувствовал я не скопление людей, а скопление запахов от людей.

И не сказать, что эрмерцы пахли как-то хорошо.

Спустившись по крыльцу, на котором одна из деревянных ступеней отсутствовала — кто-то её выдрал с корнем, я подошёл к стене ближайшего дома, где было особо темно. Выждал несколько минут, пытаясь разобраться в запахах. Сидя внутри дома, сделать это было куда сложнее. Я и там чувствовал запахи на расстоянии, но это как со зрением. Ты вроде видишь, что там вдали, но детали не различаешь. Если это выраженный запах на «пустой» местности, то проблем нет. И так понятно, что это такое, даже если силуэт размыт. Если же этих силуэтов рядом две с половиной тысячи, но тут появляются нюансы.

Я мог с точностью определить, где у эрмерцев отхожее место. Смердело оттуда особо сильно. Мог сказать, какие дома забиты людьми — оттуда тоже шёл концентрированный запах. А вот где гуляет охрана, где проходят случайные зеваки и насколько след свежий — это было куда сложнее.

Да и чего уж, совсем непривычно для меня. Не знаю, насколько это нормально для прошлой жизни, но мне приходилось напрягаться и концентрироваться, чтобы разобраться в том потоке информации, который улавливал мой мозг.

По городу перемещался я медленно. Повезло ещё с погодой и тем, в каких условиях мы живем. Здесь нет электричества, фонарей и других признаков современного города, которые я смутно помнил. Вот ещё одна странность про мои мозги. Что такое неоновые огни, я знаю, а как меня зовут — нет.

Не пройдя и десяти шагов, споткнулся о какой-то камень. Чертыхнувшись, быстро отошёл обратно к стене и затаился. В первую секунду показалось, что навыком ударили. А это всего лишь кусок разваливающейся мостовой, будь она неладна!

Нервишки у меня шалили в тот момент.

Успокоившись, я продолжил путь. Огни на улицах всё же были. Эрмерцы ходили с факелами, но держались они главных точек — храма и замка. Поэтому туда я не пошёл. Поглядел издалека на всполохи, да продолжил путь. Сейчас, ночью, людей на улицах было совсем мало. Только те, кто сидел у костров, но это на главных площадях, и те, кто выходил отлить.

Я был почти уверен, что меня никто не заметил. А если и заметил, то не придал значения одинокой тени. Как и сказал, по улицам всё же ходили, пусть и редко.

Первой целью я выбрал добраться до стены. Та возвышалась темной полосой на фоне ночного неба. На ней стояли дозорные, но не сказать, чтобы много. Никто из них факелы не жег. Не захотели они быть отличной мишенью. А вот те, кто в башнях сидел — те костры жгли прямо внутри. Всё же ночью прохладно становится. Не прям холодно, но стоять на ветру, ещё и долго, уверен, мало кому захочется.

Вероятность того, что наши где-то рядом, я оценивал как очень низкую. Но мало ли? Лучше проверить, чем не проверить.

Как узнать, рядом они где-то или нет, я не придумал. Думал на месте разобраться. Глупо, да. Когда к стене подошёл, невольно хлопнул себя по лбу. Тихонечко, чтобы никто не услышал.

Какой же я дурак. Не привык к новым способностям.

Стоило подойти, как до меня донесся запах. На границе действия способности сидел наш отряд.

***

Стена у эрмецев была покороче нашей. Ну да у них сама природа выступала в качестве защитника.

Как и говорил ранее, город находится на каменном плато, которое словно приподняли над остальной местностью. К этому городу ведет спуск под уклоном, который и перекрывает стена. Где-то на сто пятьдесят метров, около того. Остальная часть города полностью открыта, если так можно сказать про отвесную скалу. Я добрался до края и прикинул, каково здесь будет забираться. Откровенно говоря, не очень. Самый низкий подъем находился как раз возле стены. Там было метров пять. Вроде немного, но и скала здесь отвесная. По крайней мере, я не разглядел выступов, за которые можно зацепиться.

Плохая новость в том, что дома стояли вплотную к «обрыву». Хорошая — в том, что никто пока не перекрыл уличные проходы. Улица, по которой я пришёл, просто обрывалась. Почти что открытая дверь. Если у тебя есть лестница или веревка. Что-то мне подсказывает, в ближайшую неделю здесь появятся баррикады. Пока просто руки не дошли. Ну, или мозгов не хватило, чтобы понять всю серьезность ситуации. Я уже слышал, как ругаются эрмерцы. Если они это делают регулярно, то тратят много сил на это. Вместо того, чтобы укрепляться.

Изучив возможность забраться наверх, я двинулся обратно, к стене. Которая находилась за домом. В самом доме людей, кстати, было много. Человек тридцать набилось точно, а может, и больше. Поэтому, если что, они смогут выбежать, перекрыть улицу и прийти на помощь.

Только что-то никто пока выходить не хочет.

Вернувшись к стене, застал показательную картину.

Один из охранников, встав между каменными зубцам, мочился на ту сторону.

— Ну ты и придурок, — говорил ему напарник. — Сейчас как стрела прилетит.

— Я удивлюсь, если по такой темноте кто-то попадет в меня, — отвечал тот, кто справлял нужду.

Отсюда, снизу, я различал его силуэт. Это как одно черное пятно на фоне большого темно-синего пятна. То есть на фоне неба. Детали не видно, но очертания одной и второй фигуры — вполне.

— Удивляться после воскрешения будешь.

— Да хватит тебе, — с ленцой бросил тот, кто закончил отливать, стряхнул и заправил штаны обратно. — Скука смертная. Почему нас вообще поставили? Что, мало желающих?

— В том то и дело, что мало.

— Бардак, — возмутился мужчина. — Я уже замерз. Этот проклятый ветер достал. Хоть бы бухла выдали!

— Мы вроде как на посту.

— В жопу этот пост. Пойдем лучше погреться.

— Так иди. А я тут постою.

— Ну и придурок.

— Сам придурок.

Я там ещё минут десять простоял. И всё это время они переругались. Ну почти. Было кое-что и полезное.

— Лидера не хватает, — вздохнул «ссыкун». — По слухам, у ороборгцев, которые нам сегодня наваляли, лидер есть. А у нас кто? По этому Артуру видно, что он пройдоха. Никто за ним не пойдет. Остальные тоже какие-то блеклые.

— Если такой умным, сам лидером становись, — ответил «благоразумный».

— Оно мне надо? В гробу я видел эту пародию на игру. Надо же, придумали! Резать друг друга! Это, между прочим, больно!

— Так тебя ещё никто и не резал.

— Стоя здесь, на стене, шансы повышаются!

А он мастер логики. Стоять и отливать со стены — шансы не повышаются. А просто стоять — повышаются.

Говорили эти «охранники», совсем не скрываясь. Не кричали, но вовсе и не шепотом общались. Находясь внизу, на улице, я их прекрасно слышал.

Кое-что важное я для себя почерпнул. Тот кучерявый — это Артур? Не то чтобы важно, но я запомню. Как и то, что у них лидера нет. Это подтверждает некоторые мои выводы.

Постояв ещё, попутно отслеживая, как запах ороборгев приближается, я дождался, когда те подойдут к каменному обрыву и отправился их встречать.

***

Наши поступили оригинально. Они притащили с собой бревно.

— Вам там нормально? — спросил я.

Внизу наступила тишина, после чего последовал неуверенный вопрос.

— Драк?

— Да. Помогу забраться, только тише, здесь в доме люди рядом.

Совсем уж тихо не получилось. Бревно приставили к скале, часть людей его держали, другие забирались. Сверху я помогал, как мог. Подавал руку и втаскивал их сюда. Точнее, я только Дмитрию помог забраться, который первым полез.

— Ты самый живучий псих, которого я знаю, — сказал он мне тихо, хлопнув по плечу. — Я затащу остальных, а ты присматривай пока за противником.

Вскоре наверх забралось ещё двенадцать человек. Я их поманил за собой и увёл немного дальше в город. Выбрав местом узкий переулок между двумя домами. Настолько узкий, что там вдвоем пройти сложно. Зато темный, и окна сюда не выходили. Поэтому говорить можно было свободнее.

— Рассказывай, парень, что узнал, — сказал мне Матвей, который шёл следом.

— Замок и храм хорошо охраняются. На стене человек пятьдесят. Большая часть из них в башнях. Человек десять прогуливаются, но не скажу, что бдят и внимательно смотрят. В соседних домах тоже много людей. Не знаю, насколько хорошо они вооружены.

— Алтари наверняка закрыты, — сказал Матвей. — Не будем рисковать. Работаем там, где проще.

— Я знаю, где больше всего людей.

— Веди.

Входная дверь дома, куда я привёл отряд, была закрыта. Я не знал, получится или нет, но ударил разрушением по петлям. Те хрустнули, и дверь покосилась. Её подхватили и почти без лишнего шума убрали в сторону.

Матвей скользнул внутрь первым, за ним остальные.

Я зашёл в середине. При мне этого не обсуждали, но каждый сразу находил себе место. Часть осталась на первом этаже, остальные двинулись наверх.

Эта ночь запомнилась мне чем-то нереальным. Словно моё тело перехватили под управление, выключили все эмоции, и дальше оно действовало на автопилоте.

На первом этаже люди спали штабелями. Когда Матвей дал отмашку, мы ворвались в комнаты — каждый в свою. Мне досталась каморка с тремя людьми. Я придавил коленом первого и ударил, куда учил Тихий. Второй спящий дернулся, что-то разглядел в темноте и попытался от меня отползти. Третий же среагировал куда менее бурно, что-то сонно пробормотав.

Какие же они непуганые.

Следом я разобрался с третьим. Мне показалось, что он доставит меньше проблем, и я быстро справлюсь. Так и вышло. Второй, вот же дурак, ему кричать надо было, а он забился в угол и попытался отбиться от меня руками.

Я прикончил его с помощью разрушения.

Расточительно, но это лучше, чем драться и поднимать шум.

Со стороны второго этажа раздался легкий вскрик. А из соседних комнат доносился звук ещё неприятнее — бульканье и чавканье.

Не скажу, что мы совсем шума не подняли. Были и вскрики, и мольбы о пощаде.

Когда вышли на улицу, никто к нам не бежал. Не поднимал тревогу. Сработано было чисто. Если не считать рук, испачканных в крови.

Матвей хлопнул меня по плечу и толкнул вперед, чтобы я вёл дальше.

Кровавая ночь только начиналась.

***

Отряд проверял трупы людей. Я тоже похлопал по карманам ближайшего и заглянул в укромные места, наблюдая, как истощаются и исчезают тела. Нашли пару ножей, но на этом удача закончилась. Не прятал обычный люд оружия. Пока оно оставалось привилегией самых ушлых.

— Веди к храму, — сказал мне Матвей, когда вышли из второго здания.

Это было сомнительное решение, но спорить я не стал.

И правильно сделал. То ли удача была на нашей стороне, то ли Матвей прозорливый стратег, но к храму мы подошли ровно в тот момент, когда калитка распахнулась и оттуда выскочил первый человек.

Когда я сказал подошли, то имел в виду, что подошли к площади, на которой расположили пару костров, и вокруг них сидели люди. Укрепления из бревен здесь тоже были, но недоделанные. Отдельные нагромождения препятствий, которые вряд ли кого смогут задержать.

Того мужика, который выскочил и уже собирался закричать, подбил я. Он сделал несколько шагов и рухнул, привлекая к себе внимание тех, кто сидел у костров.

— Бей их! — рыкнул Матвей и первым сорвался с места.

Площадь пусть и немаленькая, ну так и люди сидели не прямо у храма, а ближе к середине. Бежать всего ничего.

Отряд ускорился и вскоре начал рубить всех тех, кто вскакивал и пытался оказать сопротивление.

Воспринимал я это урывками. Вот какой-то мужик вскочил, выставил перед собой меч неуклюже. Матвей пронесся мимо него, даже не задержавшись. Эрмец недоуменно уставился на отрубленную руку, собирался закричать, но тут ему в горло вошло копье.

Наши налетели, как коршуны, не давая противнику выстроиться и ответить.

Я отвлекся на калитку. Эрмец выскочил и попытался её закрыть, но умер от разрушения. Упал, перегородив проход.

— Тащите бревна! — скомандовал Матвей. — Зажмем их!

Оглядевшись, я увидел, что те, кто сидел у костра, разбегаются, кто куда. Выжившие разбегаются.

— Нападение! — истошно орал один из них. Остальные просто кричали.

Подхватив оброненный меч, я побежал к калитке. Тело попытались затащить внутрь.

На меня тоже выскочили. Замахнулись мечом, но я сделал выпад. Неуклюже, стараясь так, как показывали на тренировках. Спасло лишь то, что мужик оказался ещё большим неумехой, чем я. Лезвие вошло его в живот, руки ослабели раньше, чем он закончил удар.

Оттолкнув тело, которое снова рухнуло прямо в проход, я отступил в сторону, так, чтобы навыком не прибили.

Бревна уже тащили ко входу. Тела тоже затащить смогли, захлопнули калитку перед нами.

Нам дали поставить три бревна. Их одно на другое кинули, перекрыв проход. Калитка открывалась внутрь, поэтому пролезть смогут, но вот быстро выбежать — уже нет. Наверняка самый сильный отряд внутри, поэтому хотя бы от них удара ждать не стоит.

— Димон и Драк, на вас контроль. Мы на зачистку, — отдал новый приказ Матвей и пошёл к ближайшему зданию.

Я всё ждал, когда же на нас толпой навалятся. Выбегут те, кто в зданиях засел. Было видно, как люди выглядывают из окон, только вот что-то они не спешили наружу.

— Опять уровни мимо нас пройдут, — покачал головой Дмитрий, крутанув копье.

— Успеется.

Словно сглазил, калитка распахнулась, и оттуда выскочил наш знакомый — кучерявый.

Пошёл он хорошо. Куда быстрее, чем стоило ожидать от обычного человека. Но налетел на бревна, поскользнулся и рухнул. Прямо под удар Дмитрия подставился.

Всё произошло куда быстрее, чем я успел среагировать.

Поэтому перевёл взгляд на черный провал и убил того, кто побежал следом. Он выскочить не успел и завалился прямо на бревна. Раздался хрип — это Дмитрий добил командира эмерцев.

Кажется, удача сегодня на нашей стороне.

Зря я это сказал. Откуда ни возьмись из темноты на площадь выбежал десяток мужиков с копьями наперевес. Им до нас было метров пятьдесят.

Долгих пятьдесят метров.

Впервые я применил навык очередью. Прошёлся взглядом, подбивая каждого. Только два последних уцелели. Но они настолько удивились, когда его напарники рухнули, что остановились и растерянно замерли.

Видимо, растерялись, приготовившись умирать. Кто же виноват, что смерть к ним пришла с запозданием.

То, как Дмитрий ходил, — отдельное искусство. Три ловких подшага, выпад, и первый растерявшийся словил копье. Шаг назад, копье выходит из тела, смещение и входит в другого тормоза.

Следующим тормозом оказался я сам.

Когда из темноты улиц прямо на меня выскочил мужик с занесенным мечом, единственное, что я успел сделать — отскочить. Перебирая ногами так, чтобы не споткнуться. О том, чтобы ударить, парировать или принять какую-то стойку, и мысли не возникло — всё это вылетело из головы, когда я увидел сосредоточенное лицо человека, который задался целью меня убить.

Дмитрий успел и здесь. Подскочил, достал копьем мужика в бок, тот споткнулся и упал.

— Не спи, — бросил он мне.

Парень развернулся и встретил следующих набегающих. Я видел, что мужик не умер и тянется к мечу. Шагнув к нему, выставил перед собой меч и воткнул.

Это вышло куда легче, чем мне ожидалось.

Слишком легко.

Дмитрий в одиночку сдерживал тех, кто продолжал на нас набегать. Отпустив меч, который так и остался в спине мужика, я побежал за копьем тех, кого разрушение убило чуть ранее.

Копье казалось мне более простым вариантом.

Со стороны здания, которое штурмовал Матвей с людьми, доносились крики. В соседних домах тоже слышался шум. Крики о нападении разносились уже по всему городу.

— Эх, было бы нас чуть больше, мы бы храм захватили, — с досадой сказал Дмитрий, подходя ко мне. Его противники закончились.

Словно назло, в этот момент случилось сразу две вещи. Матвей вывалился из здания. Окровавленный, он походил на демона. Следом за ним и остальные выбежали, но этого я уже рассмотреть не успел. Со стороны сразу двух улиц послышался топот, а следом на площадь влетела толпа людей. Вооружены они были кто чем, но их было в разы больше, чем нас.

На этом наша удача пошла на убыль.

Я с Дмитрием бросился Матвею. Тот вышел наперерез толпе.

Сшибка, крики боли, брызги крови. Сам рыжий устоял, как и ещё пара человек. Остальных снесли толпой. В один момент я перестал понимать, что происходит.

Матвей что-то кричит, но его слова тонут в общем шуме. Его отряд толпа огибает, несколько человек рвутся к нам. Дмитрий замедляется, орудует копьем. Я тоже пытаюсь нанести удар, на ходу вспоминая, чему учили — снизу вверх, целюсь в живот и попадаю. Бегущий мужик, с перекошенным от злости лицом сам насаживается на лезвие. Сила столкновения такая, что у меня вырывает оружие из рук.

Кто-то толкает меня в плечо, мир сужается до одной точки, я не понимаю, как оказываюсь в переулке. Как минимум половина из наших мертва, но кто-то ещё остаётся.

— В здание! — слышу голос.

Сворачиваю и со всей дури врезаюсь в дверь. Та поддаётся, открывается с резким скрипом, и я проваливаюсь вперед, падаю в коридоре. Меня хватают за шкирку, резко поднимают.

— Не сдаваться! — это уже крик Дмитрия.

— Драк, проверь здание! — кричит Матвей. — Остальным держать проход! Продадим жизни подороже!

Встав, прислоняюсь к стене. Приказ-то слышал, но за этот короткий отрезок времени дыхание сбилось, и меня всего трясло. С улицы доносились крики, маты и угрозы.

— Мы вас выпотрошим! — кричали нам.

На первую же попытку прорыва Матвей ответил сталью. В проходе завязывался бой, эрмерцы щедро устилали вход трупами. До них пусть и не сразу, но дошло, что так пробиться не получится, и они отстали. Разбили стекла в комнатах и полезли в окна.

— На второй этаж! — командует Матвей.

Я бегу первым. Вспоминаю про приказ. Кинжал сам ложится в руку. Копье где-то потерялось.

Наверху попадаются противники. Двое мужчин, которые уж не знаю, что собирались сделать, но они встали в коридоре, у меня на пути. Рычу, кидаюсь на первого, бью кинжалом, прикрываюсь от удара второго. Тот пнул меня ногой, но как-то неумело. Не чувствую боли и полосую его в ответ.

Тот ещё жив, но на него набегают те, кто следовал за мной. Короткий удар, и на пол валится труп.

Снова бег, сшибка, крики.

Не знаю, сколько мы так продержались, теряя одного бойца за другим.

Пришел я в себя на крыше. До этого какая-то сплошная чехарда была. Внизу оставался Дмитрий, который перевыполнил план «продать жизнь подороже», обогнав командира.

Мне бы тоже пора подумать о том, как умереть.

Эта мысль не пугает. Знаю, что обязательно вернусь. Бог не оставит настолько забавную зверушку.

Осталось только выбрать, как умереть красиво. Я не Дмитрий, чтобы шинковать эрмерцев. Способность моя откатилась, но хватит на один, максимум два-три «выстрела».

Подхожу к краю крыши и смотрю, что там.

Крича и ругаясь, ко входу в здание пытается пробиться тот самый кучерявый. Прошло уже достаточно времени, чтобы он возродился?

Губы сами расплываются в улыбке.

Дожидаюсь момента, когда он проходит подо мной. Отталкиваюсь, прыгаю, применяю способность.

Кучерявый замирает, я падаю на него, выставив перед собой его же кинжал.

Удар, темнота.

Глава 11. Призвание

Вдох.

Я вздрогнул всем телом и выгнулся от судороги. Тело требовало кислорода и хотело жить. Из памяти поспешно выветривались воспоминания о вечной тьме и холоде, но какие-то доли мгновения я ещё ощущал их.

Живой... слава богу... Ороборгу.

Снова жить — это было неправильно. Но как же я радовался этой неправильности.

Даже то, что я подобно мертвецу проснулся в узкой нише под землей, в подвале храма, меня не смущало.

Тело слушалось плохо — я чувствовал, как внутри разгорается огонек жизни и тепло расползается по венам. Обычный подъем из лежачего положения вызвал головокружение. Я выставил руку, ища опору, но в темноте ее не так просто нащупать. Чувство, будто проваливаешься в пропасть. Оно длилось доли секунды, а потом я стукнулся о камень, окончательно уверовав, что нахожусь в живом мире.

С действующими законами физики.

Проще говоря, из своей ниши я вывалился. Совсем не изящно.

Надеюсь, никто не увидел. А то смею надеяться, моя репутация после всех этих приключений выросла. Самый живучий псих — так меня назвал Дмитрий.

Так себе прозвище, если честно. Но не думаю, что прибавление к нему «неуклюжий» будет лучше.

Поднявшись с пола, я сделал пару неуверенных шагов, морщась и потирая места ушибов. Прислонившись к холодной стене, выдохнул. В это было сложно поверить, но я живой. Знание, что другие уже возрождались, как-то не успокаивало. Тело помнило, как ломались кости, треснул череп, как меня ещё и железом каким-то проткнули. Прямо в спину что-то острое вошло. Меч, наверное. Это уже после того, как я упал на того кучерявого. Хорошо, что так. А то не хотелось бы выжить в плену у врагов, которым так нервы потрепал.

Внизу я простоял минут пять, давая себе время осмыслить опыт смерти и покинуть неприятным ощущениям тело. Из «комнаты» я вышел в общий коридор. Шёл аккуратно, потому что света здесь почти не было. Про планировку знал уже каждый. Те, кто возрождались, обычно как раз на выходе из комнат спотыкались о незаметную ступеньку. О чем спешили сообщить в красочных выражениях с кучей ненормативной лексики.

Могут их понять. Мало того что, как умирал, хорошо запоминаешь, так ещё потом и чувствуешь себя пожеванным, недопереваренным и выплюнутым. А то и вовсе вышедшим естественным путем из задницы под названием жизнь… И вот в этом состоянии ещё и спотыкаешься, отбивая себе что-нибудь.

В этом коридоре, помимо лестницы наверх, есть ещё пять проемов, ведущих в комнаты. В каждой по двадцать ниш, где можно возродиться. Несложно подсчитать, что всего сто двадцать «могил» для возрождения. После первых смертей уже появилось правило — не задерживаться, чтобы не создавать очередь. Это касается как лежания в нишах, так и нахождения в коридоре. Он-то узкий. Отлипнув от стены, я легко дотянулся до противоположной. Если разом сто двадцать человек возродятся, то давка образуется.

Чуть вперед пройдя, увидел проблеск света. Он сверху идет. Оттуда, где общий зал расположен. Лестницу, что наверх вела, видно уже отчетливо. Тоже то ещё испытание для ослабших людей. Ступени узкие, их много, и попробуй не убиться, особенно если спешишь наверх.

Сверху доносятся разговоры и взрывы смеха. Я счёл это хорошим сигналом. Случись что плохое, люди бы так не смеялись.

Поднявшись наверх, привлек внимание остальных. Все из оставшейся группы уже здесь. Матвей сидит бледный, отходя от посмертия в окружение людей, что веселятся, едят и отдыхают. Дмитрий сидел напротив него, активно жестикулируя, когда я только поднялся. Странно видеть измученные и бледные лица, что поголовно озарены победными и гордыми улыбками. Выдыхаю, радуясь, что все благополучно закончилось.

— О, а вот и наш Дракон! Герой! Рад, что ты выбрался, парень! — громко приветствует меня рыжий командир.

Насмешка при моем имени отсутствует.

Я рассказывал про то, какое имя за мной закрепил Ороборг. Сам я не был уверен, что хочу так называться. Это было лишней проблемой, приказом постоянно суетиться, чтобы выделиться, соответствовать имени и развлекать бога. Но сейчас, услышав Матвея, его одобрительный тон, радость от моего возвращения, что-то внутри меня зацепилось за это.

Не такое уж плохое имя.

Если соответствовать.

А если нет, то я буду клоуном.

— Иди к нам, парень! — зовёт меня Дмитрий.

Другие члены отряда тоже приветствуют меня, похлопывают по плечу, когда прохожу мимо. Замечаю Еву, которая подошла, заглянула мне в глаза и вручила миску с кашей да кружку с водой. Принимаю с благодарностью, сажусь за общий круг, рядом с Матвеем.

— Наш бешеный псих вернулся! — говорит Дмитрий. — Парень, ну ты реально самый везучий маньячила! Последним откинулся!

— Требуем подробностей! — восклицает Тимофей.

— Мы тут как раз рассказывали про наши подвиги, — поясняет Матвей.

Киваю ему, на меня сыплются вопросы. Вперемешку с шутками.

— Видели бы, как он кричал, отступая вместе с эрмерцами! — сдает меня Дмитрий.

Ева сидит рядом, я смущаюсь при ней от этих подробностей, прячу взгляд, что вызывает новую волну смеха.

Несмотря на это, сидим душевно. Выплескиваем эмоции. Не скажу за других, а меня потряхивает. Перед глазами так и встают особо кровавые моменты.

***

Посиделки закончились тем, что Матвей отправил всех отсыпаться. За что ему отдельная благодарность. Под конец я откровенно зевал, клевал носом и улавливал от силы половину разговоров.

Я смутно запомнил этот момент, но кажется, Ева легла рядом со мной. Не сразу, а когда я уже провалился в темноту сна.

Утром проснулся поздно, когда большая часть отряда покинула храм. Остались только дежурные. Ева тоже ушла, её я нигде не увидел в храме. Может, и приснилось, что со мной спала и обнимала. Надо же было вчера настолько вымотаться, что упустить этот момент.

Никого из близко знакомых здесь не было, поэтому, встав и потянувшись, я сразу направился к алтарю. Надо было прояснить, что там мне дали. На полпути организм проснулся и напомнил, что есть и другие важные дела, но, решив, что пять минут потерплю, план менять не стал.

Руку к алтарю протягивал с опаской, и не зря.

Стоило коснуться его, в голове пронесся пробирающий до дрожи голос бога.

Уже лучше.

Эта скупая похвала одновременно расслабила и напрягла меня. Звучит так, что уже лучше, но можно было постараться и посильнее

За эту вылазку я получил аж целых два уровня. Четвертый и пятый.

На четвертом выбор стандартный. Ничего нового не дают, поэтому я пропускаю и смотрю, что будет на пятом.

Вместо привычного выбора меня затягивает в темноту, где прямо в голову подгружаются образы и надписи.

Выбери призвание, Дракон.

Передо мной возникли три образа с подписями. Я вчитался в описание и понял, что мне предстоит очередной серьезный выбор.

Жнец, визард и шерд.

Вот, что мне предложили.

Жнец специализировался на массовых ударах. Это бы мне пригодилось сегодня ночью. Но также он был слаб в точечных атаках. У жнеца открывалась способность — веер разрушений, которая на первом уровне могла попасть сразу в десять противников с 30% эффективностью от общей силы разрушения. Также точечные атаки понижали свою эффективность в два раза.

Ослабления мне не понравились. Но, задумавшись и подсчитав, понял, что это может быть интересно для выкашивания тех, у кого нет магической защиты. Атака веером будет тратить в два раза больше, чем обычное разрушение. Им я сейчас мог нанести пятнадцать ударов. Получается, семь вееров, по десять человек, с тридцатипроцентной эффективностью.

Сначала я хотел умножить эти тридцать процентов на десять. Триста процентов урона — это круто, как ни крути. А потом дошло, что не так надо считать. Ключевое — фраги. Если на кого-то тридцати процентов не хватит, то атака уйдет в пустую, меняя всю статистику.

Но ведь можно было повысить ещё сам навык… Не знаю, как он будет расти, но если и в количестве целей и в уроне, тогда это очень перспективно.

Получается, прямо сейчас за раз я смогу убить больше пятидесяти человек. После чего отступить, вернуться и повторить.

Минус в том, что убью я самых слабых. Сильные останутся, и ответить им мне будет нечем.

Откровенно говоря, жнец — сам по себе выбор неоднозначный, так ещё и остальные путаницы добавили.

Визард позволял открывать навыки, связанные со стихиями. Изначально я мог взять огонь, ветер, землю или воду. То есть огненный шар, воздушное лезвие, земляную яму или водяную стрелу.

Впечатление это на меня не сильно произвело. Единственное, что заинтересовало, — огонь. Посжигал чужие города и, считай, победил.

Шерд заинтересовал куда больше. У него был всего один навык, зато какой. Невидимость сроком на минуту. На первом уровне.

Стоило взглянуть на описание, как сразу прошлая ночь во всех подробностях вспоминалась. Сначала я было подумал, как легко смог бы скрыться, а потом… В моей голове ряд аргументов за и против друг за другом встал. Из окруженного здания невидимость скрыться не поможет. Но так я мог и не бежать в здание, а отделиться от группы. После чего продолжить работать как диверсант.

Это ведь возможность терроризировать весь город.

Очень заманчиво. Если бы не два но. Невидимость тратила в пять раз больше, чем одно разрушение и откат у него, — двадцать минут на первом уровне. Уверен, откат сократится, если вложиться в навык, только… Чтобы его нормально развить, придётся ещё штук пять уровней поднять. Учитывая, что требования по количеству опыта растут, сделать это будет ох как непросто. И тогда получается, что невидимость будет бесполезна.

Тем более, вкладываясь в неё, я не буду вкладываться в разрушение. И тогда какой смысл? Резать слабаков в ночи, потому что на сильных последователей сил не хватит?

Так себе перспектива.

В этом темном пространстве я провисел долго. Несколько раз прочитал описания. Прикидывал различные ситуации, как то или иное помогло бы мне.

Был соблазн спросить совета у других, но как представил, сколько это споров породит, так всё желание отпало.

Это ведь моя жизнь. Я доказал свою полезность. Могу позволить делать выбор самостоятельно.

Мой выбор пал на жнеца.

На то было ровно две причины, которые перевесили любые другие аргументы.

Первая — призвание жнеца позволит мне быстро набрать несколько уровней в ближайшей перспективе. Есть шанс, что на высоких уровнях я отстану от других, но кто сказал, что дальше не будет таких же интересных предложений по усилению? Глядишь, что-нибудь и получу в награду. Получить преимущество здесь и сейчас, с шансом получить что-то ещё против сильных последователей в будущем — это показалось мне идеей куда более перспективной. Это лучше, чем сомнительные преимущества сейчас и такие же сомнительные потом.

Вторая причина — это то, как были мне показаны призвания.

Жнец стоял в центре, чуть впереди. Прорисован он был куда более детально и внушал уважение одним своим видом. Это не сразу бросалось в глаза, но остальные два пути — они как бы сзади стояли и выглядели блекло.

Может, это случайность, но у меня сложилось впечатление, что бог хочет, чтобы я пошёл именно этим путем.

И раз уж я играю в игры богов, от которых зависит моя жизнь, но надо уважать их пожелания.

Сосредоточившись, потянулся к жнецу. Остальные варианты исчезли, а этот образ возьми и напрыгни на меня. Я испугаться не успел, как мы с ним слились.

Жнец — теперь это твоё призвание.

Жнец-дракон.

Надо же.

***

Разобравшись с призванием, я отошёл от алтаря и побежал в туалет. Мочевой пузырь уже не просто намекал, что надо его обслужить, а бил в набат. Причем в темноте выбора я этого не чувствовал, а стоило выйти, как накатила вся гамма неприятных ощущений.

С туалетами было связано то, что ускользало от взгляда, тем не менее было важной частью. Всю важность легко было понять, зная, что в храме туалета нет. Какая-то мелочь, на первый взгляд, но я уже достаточно повидал, чтобы представить ситуацию, когда несколько сотен защитников будут заперты в храме. Маленькая деталь рискует превратиться в большую проблему. Хотя если людей зажмут в храме, то куда помочиться — это последнее, что будет волновать. Куда больше проблем это в обычные дни приносит. Раньше я как-то не задумывался об этом, а сейчас, уйдя в дальний угол храма и сделав дело в специально поставленное ведро, как-то естественно переключился на другой ход мыслей.

Согласно протоколу, калитка в храм открывалась редко, только когда был веский повод и накапливалось достаточно людей, желающих выйти. Ради того, чтобы дать мне сбегать отлить, никто её открывать не будет. И после вчерашней ночи понятно, что это чертовски правильное решение.

Разобравшись с потребностями, вернулся к алтарю.

Прошлый свой план менять не стал. Одно очко отправилось в восприятие, а второе — в энергетическое ядро. Нюх и сканирование столько раз мне пригодились, что было бы глупо не усилить это направление.

Два очка навыков и одно престижа я собирался кинуть в веер, но тут выяснилась одна подстава, которой я не придал значения.

Урон от веера считался от общей силы разрушения. Которая у меня сейчас была равна двум. Получается, примени я базовое разрушение, оно будет действовать в половину силы, то есть как навык первого уровня. А если применю веер, то на тридцать процентов от двух едини. То есть на ноль целых шесть десятых. Печально как-то. Очевидно, без повышения эта сила ничего не стоит. Ну да это я и так знал.

Решив не торопиться, я вкинул для теста одно очко в веер. Урон с тридцати процентов поднялся до сорока. Отлично. Просто отлично. А вот количество целей увеличилось всего на единицу. Не так много, как хотелось бы, но тоже неплохо.

Также я потратил очко престижа. Урон вырос до пятидесяти процентов, а цели приятно удивили, выросли до пятнадцати. Очко престижа давало куда больше бонусов.

Последнее очко навыков я вложил в базовое разрушение. Теперь у меня навык третьего уровня, и, как надеюсь, этого хватит, чтобы веером косить всех слабаков. Согласно подсчёту, я смогу поразить пятнадцать целей за раз, с силой разрушения в полторы единицы. Исходя из опыта, этого должно хватить, чтобы выносить всех первого уровня. Да, звучит это несерьезно. Только вот перваков прямо сейчас тысячи. Будь у меня этот навык сегодня ночью… Развернулись мы бы куда больше.

Я собирался было закончить, но тут выскочило новое сообщение, предложив два навыка на выбор. Возможность исцелить любую рану раз в сутки и привязка любой единицы оружия. Навыки, не требующие вложения очков. Хм… Очередной бонус за пятый уровень?

Не задумываясь, выбрал последнее.

Я, когда возродился, проверил. Нож остался со мной, а вот кинжал потерялся. Глупость, но те слова про талисман засели в голове и уходить не собирались. По уму, надо взять что-то более убойное, но вот те на. Таскаюсь с этим ножиком.

Его же и привязал.

Привязку, кстати, можно было менять раз в сутки.

— Закончил? — спросил Тимофей, когда я отлип от алтаря.

Чем заставил меня вздрогнуть.

— Ты чего подкрадываешься?! — возмутился я.

— А ты чего такой нервный? Лучше расскажи, что дали.

Маньяк. Самый настоящий.

— Призвание дали. Зови командира, обсуждать будем.

— Он пока занят. Ты бы выглянул, там много чего случилось…

Я ещё стою рядом с алтарем, когда меня накрывают слова бога.

Ты забыл про личную награду за выполненное задание, Дракон…

Меня опять накрывает темнотой, захлестывает в водоворот, кружит и… Выбрасывает в какой-то подворотне. Вокруг царит полумрак, и непонятно, что происходит. Дома выглядят не так, как здесь. Под ногами асфальт, рядом видны мусорные баки.

Я не узнаю это место, но чувствую, что бывал здесь.

Тем временем этот мир не стоит на месте.

Из-за угла здания выбегает парень и проносится сквозь меня.

Я замираю от шока. Этот парень — вылитый я.

Не успеваю додумать эту мысль, как в подворотню забегает кто-то ещё. Другой я останавливается — путь перекрыт, отсюда не сбежать. Те, кто окружает его, выглядят опасно.

А дальше…

Короткий разговор и то, как меня избивают, смотрел молча, тщательно запоминая лица. Следующая картинка уже не удивила. Едва дышащее тело дотащили до ближайшей арки и закинули туда. Так я узнал, кому обязан появлением в этом мире.

И кому обязан тем, что почти умер.

А может, и не почти. Меня избили настолько сильно, что не удивлюсь, что, промедли они на пару минут, и в арку бы отправился труп, а не едва дышащее тело.

Эта не такая уж длинная сцена сворачивается, вливается потоком мне в голову, оседает там воспоминаниями.

Я разом, одним вдохом осознаю некоторые подробности того, что увидел.

Эти бандиты охотились за мной целенаправленно, потому что я не хотел что-то для них делать. Что именно не вспомнил, лишь то, что какое-то время успешно скрывался, а потом они узнали, где я живу и… И в этом была ещё какая-то угроза. Я вспомнил, что занимался чем-то не очень законным, но не переходил черту. Занимался не просто так, а по серьезной причине, чтобы…

Воспоминания путаются, крутятся в голове, встают на место. Это сбивает с толку, поэтому не получается сразу разобраться в том, что я получил.

Избивший меня главарь бандитов носил прозвище Буян — это я смог вспомнить особенно ярко. Как и его лицо.

Он занимался продажей наркотиков и хотел, чтобы я продавал их в школе.

Видимо, это и была та черта, которую я не хотел переходить.

Шарю в закоулках разума, но больше ничего не нахожу.

— Эй, Драк! — чуть ли не кричит мне в лицо Тимофей. — Ты чего завис? Идем на улицу, говорю, тебе явно надо провериться!

Я отмираю, киваю и делаю шаг вперед. Тело действует на автомате.

Сам я пришиблен открытием. Как тем, что узнал причину своего попадания сюда. Так и тем, что я теперь на плотном крючке у Ороборга.

Намек более чем понятен. Если я и дальше буду радовать бога, он откроет мне остальную память.

Глава 12. Немного жестокости, интриги и обсуждения

Когда выхожу из храма, как раз попадаю к моменту произнесения речи.

Матвей забрался на завал из бревен, который успели укрепить с того момента, когда я видел его в последний раз.

— Вы все пришли сюда требовать! — кричит Матвей.

Я осматриваюсь и вижу, что на площади и правда много людей собралось.

— Хотите получить у нас еду и оружие! — продолжает он. — Но с чего вы взяли, что получите что-то от нас?! — в его голосе удивление смешивается с возмущением и искренним недоумением. — Вы увидели, как мои люди несут из замка припасы и оружие! Вас обуяла зависть и жадность! Не придумав ничего лучше, вы собрались в толпу, потому что по одному подходить страшно, и пришли что-то требовать!

— Но мы же все вместе! — кричат ему в ответ. — Надо делиться!

— Вместе?! — распаляется Матвей. — Вместе — это значит, что пока мы проливаем свою кровь и умираем, вы сидите здесь и ничего не делаете?! Это ты называешь вместе?! Если хочешь внести свой вклад, то иди, найди других последователей, убей их, заработай очки доблести и получи в обмен еду! После чего раздай её, помоги тем, кто не хочет сражаться! А пока ты этого не сделал, можешь проваливать и засунуть любые требования себе в задницу!

Это когда они так Матвея достать успели? Он выглядел раньше спокойным, а сейчас разошёлся не на шутку.

— Если хотите требовать, так идите к Кириллу! Именно он забрал себе припасы, которые уже были в городе, когда мы попали сюда! И которые принадлежат всем ороборгцам! А то, что получили мы, было добыто в бою!

Матвей замолчал, обвёл взглядом толпу, дал им высказаться, но люди молчали.

Я бы тоже молчал. За спиной у Матвея стоит толпа пусть и куда меньше, но вооруженная и куда более опасная. Удивительно, как у кого-то хватило смелости что-то требовать.

— Если до кого-то ещё не дошло, — Матвей не кричит, но голос у него звонкий, хорошо слышно. — Здесь вам не прошлая жизнь. Жаловаться некому. Как и просить помощи не у кого. Наш отряд называется защитники. Из названия понятно, какая у нас цель. Любой ценой защитить алтарь. Без него никаких возрождений не будет, и нас вырежут, как скот. Так что вы все, бездельники и паразиты, которые не хотят приносить пользу, ничего, кроме отвращения, у меня не вызываете. Потому что вы угроза! Враг будет вас убивать и становиться сильнее! Снижая тем самым шансы остальных на выживание! Подавитесь этим своим лицемерным «вместе», — сплюнул он. — Я готов вкладываться только в тех, кто приносит реальную пользу. И если вы из таких, из осознающих всю угрозу и ответственность, то можете попытаться записаться в наш отряд…

В этот момент моего носа касается запах еды. Поворачиваюсь и замечаю, что справа от храма успели оборудовать целую площадку, где развели костры и поместили на них большие котлы. Там же и Ева суетится. Не одна готовит, несколько парней и пара женщин ей помогают.

От запаха рот наполняется слюной. Пахнет не той унылой кашей, которую мы ели.

Поворачиваюсь к толпе и вижу, как та колеблется. Прямо у меня на глазах кто-то выскакивает вперед и заносит руку, чтобы бросить в Матвея камень.

Способность применяю автоматически. Бью веером по всем, кто находится рядом с этим… врагом.

То, что у нас с ним один бог, ничего не меняет. Если он выступил против нас, значит, враг.

Пятнадцать тел оседают, не успев и пикнуть.

— Любой ценой, — повторяет свои слова Матвей.

Которые в гробовой тишине звучат особенно мощно.

***

Уже позже, уплетая кашу с мясом, сидя в храме, я получаю нагоняй от Матвея.

— Ты реально по краю прошёлся, парень, — говорит он мне. — Но сработало, а победителей не судят, — добавляет он с ухмылкой.

— Как по мне, — говорит Дмитрий, тоже большими ложками закидывая кашу в рот. — Четко отработал. Они совсем крышей двинулись. Тут либо жесткие репрессии, либо мы бунт словим.

— Надо присматривать за толпой, — соглашается командир. — Драк, сейчас народ соберется, и расскажи, что там тебе дали. Пятый уровень я тоже получил, про призвание знаю. Давай обменяемся информацией, от этого наша стратегия зависеть будет.

Сюда, в храм, я одним из первых пришёл. После моей выходки толпа как-то сразу поумерила пыл. Кто-то кричать начал и возмущаться, но таких те, кто рядом был, успокоили. Про то, что возрождения работают, знали уже все. А теперь знают, что появилась сила, способная убить разом пятнадцать человек.

Должен сказать, что я сам в шоке от своей выходки. Действовал, не думая. Ну да у меня и не было времени как следует поразмыслить. Я просто заметил угрозу и действовал на опережение. Уже потом, когда увидел испуг толпы, как они пятятся от нас, так и не поняв, кто их атаковал. Увидев настороженные взгляды своих, которые как раз поняли, кто это сделал. Увидев встревоженное лицо Евы, которая, как и остальные, кто возился с едой, замерла и вглядывалась, пытаясь понять, что произошло. Уже после этого я понял, что да, мой поступок не самый однозначный.

Только вот мне и с урезанной памятью хватило понимания, что за брошенным камнем последовало бы продолжение. Матвей должен был бы ответить жестко. Я ему просто сэкономил время и не заставил проверять команду на прочность и узнавать, готовы ли они резать «своих».

Об этом я успел подумать, пока шёл до Евы. Когда толпа рассосалась и стало понятно, что бойня отменяется, Матвей спрыгнул с баррикад, подошёл ко мне, хлопнул по плечу и тихо сказал:

— Парень, ты каши себе возьми, да в храм заходи. Минут через десять общий сбор устроим, обсудим всякое разное.

Что я и сделал. Кашу мне лично Ева накладывала, выдав миску и наградив улыбкой. После этого настроение как-то само вверх поползло.

А дальше я ушёл в храм, выбрал место подальше от алтаря, чтобы лишний раз на Ороборгца не смотреть, уселся и принялся есть. Там и Матвей подошёл вместе с Дмитрием, которые поманили мне к месту общего сбора, где наш короткий разговор и состоялся.

Как и говорил ранее, храм большой. В центре расположен алтарь и статуя. Справа — спуск в святилище. Также вокруг статуи, где-то на расстоянии семи метров, стоят колонны, поддерживающие купол. И ещё на расстоянии шести метров от них находятся стены. Вот между колоннами и стенами и располагалось место «для совещаний». Не одному мне, видимо, не хотелось сидеть у Ороборга на виду. Там ещё наверху узкие окна находились. Человек не пролезет, но кое-какой свет они давали, поэтому сидели мы в приятном глазу полумраке.

Я половину каши успел не спеша съесть, когда начали остальные участники собрания заходить. Смотря на них, подумал, что жизнь продолжается. Люди общались, что-то обсуждали. Оружие, женщины, удачные маневры во время боя, природу происходящего. И лица вполне себе живые. Не апатичные, не затравленные, как я видел сегодня в толпе.

— Перед тем как начнем обсуждение, — сказал Матвей, когда все расположились и затихли, дожидаясь слова командира. — Предлагаю рассказать про те навыки и усиления, которые получили. Драк, у тебя, по всей видимости, самое интересное. Давай с тебя и начнем.

— Это ведь ты толпу осадил? — спросил один из мужчин, чьё имя я не запомнил, но он точно участвовал в ночной вылазке.

— Я, — отвечаю ему спокойно.

— Убойная способность, — покивал он с уважением.

Кхм… Отмечаю, что подсознательно ждал осуждения, но нет. Ничего такого на лицах не замечаю.

Больше никто вопросов не задал, поэтому я спокойно рассказал, что получил. Умолчав про то, что часть памяти вернул. Слишком уж это личное, да и не влияет ни на что.

— А за убийство наших ничего не дали? — спросил тот же мужчина.

— Нет. Награда, может, и есть, но этого не проверить. Наказания тоже нет, хотя я пока не касался алтаря.

— Надеюсь, награды нет, — хмыкнул Дмитрий.

— Это противоречит логике, — говорит Тимофей. — Если бы давали награду за своих, то логичнее убивать их. Не надо никуда идти. Не думаю, что боги хотят именно такой борьбы.

— Звучит и правда логично, — соглашается Матвей. — Не хватало нам ещё конфликтов из-за этого. В любом случае резать своих мы не будем.

— Зато теперь знаем, что осаживать идиотов можно, — замечает Александр, один из командиров. — Это решает вопрос с дисциплиной. Кстати, эти придурки ведь с минуты на минуту возродятся. Давайте дальше, пока не прервали.

Пока он говорил, подумалось, что мне приятно сидеть в такой компании. Особенно после того, что увидел на площади. Лучше быть по эту сторону баррикад и что-то делать, чем истерично требовать.

— Не успеем, — говорит Дмитрий, достав из кармана механические часы. — Как раз сейчас… Эх, парни, пойдемте встречать. Кто доесть успел?

Я не успел. Пока говорил, как-то не до каши было. Зато другие управились. Кто-то ел медленно, как я, а кто-то, наоборот, быстро, буквально запихивая кашу в себя. Может, они и правы. В любой момент что угодно произойти может, лучше к этому момент успеть поесть.

Дмитрий взял с собой пять человек. Они и встретили тех, кто вылез. Почти сразу все.

— Что это было?! — нервно спросил один. — Почему меня убили?! — Вот из-за этого идиота, — указал Дмитрий на мужика, который хотел кинуть камень. — А ну иди сюда, — схватил он того за шкирку и повалил. — Кто же так поступает? В хороших людей камни бросает, а? — вопрос сопровождался пинком ноги под ребра.

— Мужики… — заблеял тот. — Пощадите!

— Сейчас как пощадим! — пообещал Дмитрий. На этот раз по ребрам с другой стороны прилетело. — А вы чего встали? — посмотрел он на тех, кто следом выбрался. — Тоже недовольны нашей политикой? Так можем и вам бока намять. Если нет, и всё устраивает, то валите! Выпроводите их, ребят.

— Мужики, а можно к вам? — выходит вперед один.

— К этим уродам?! — удивляется-возмущается в другой. — Ай!

Это ему в зубы прилетело. От того, кто у меня про наказание и награды спрашивал.

— Ты кого уродом назвал? — деловито спросил он, нависнув над упавшим на задницу мужичком с разбитыми губами. — На выход, недоносок!

Схватив его за ухо, он поднял мужичка и пинком придал ему ускорения. Очень быстро тринадцать человек вывели наружу. Остался только любитель камней и тот, кто в отряд просился.

— Вступить в отряд — это хорошая идея, — сказал ему Дмитрий. — Скоро у тебя появится возможность присоединиться. Сразу после нашего совещания набор начнется, подожди пока снаружи.

Контраст налицо. К нему он вполне нормально обратился. Не так, как к остальным. И парень это понял, закивал и свалил из храма.

— А что касается тебя, — перевёл Дмитрий взгляд на любителя камней. — Мы только начали.

— Н-не-надо! — взял высокую ноту он, получив пинок. — Меня заставили!

— Заставили? — с интересом спросил Дмитрий. — Кто же тебя заставил, одаренный ты наш!

— Кирилл! Это всё Кирилл! Сказал, что даст мешок крупы, если я это сделаю!

— Да неужели, — умилился Дмитрий. — Спасибо, что рассказал.

Дальше я отвернулся. Не очень приятно смотреть на то, как человека пинают. Хотя, надо сказать, пинали его не так сильно, как тот бандит меня, забивая до смерти.

— Значит, Кирюша воду мутит, — сказал тихо Александр, когда любителя камней потащили на выход.

— Бывает, — пожал плечами Матвей.

— Что будем с ним делать? — спросил один из мужчин.

— Время покажет. А пока — ничего. Его дешевый план обломался. Сейчас нам нужно сбить команду, набрать уровни, а потом мелкие шалости не будут важны.

— Может и так, — задумался Александр.

Дмитрий с парнями вернулся, они уселись обратно, и разговор потек в прежнее русло. Мне рассказали последние новости.

Из нашего общего отряда «мести» выжило пять человек. Они пришли за полчаса, до того как я проснулся, притащив с собой трофеи. Так что мы ещё и в этом плане в прибытке оказались.

— Ты этого не видел, — рассказывал Матвей. — Но очков доблести мы нормально заработали. Что открыло кое-какие возможности. Про то, что можно еду получше купить — все уже в курсе. Теперь ещё возможность улучшенное оружие покупать появилась.

— Это какое? — сразу оживился Тимофей.

Для меня было большой загадкой, как он здесь оказался, но надо же. Уровень у него третий, и в бою он себя проявить успел.

— Это разное, — ответил Матвей, бросив на парня предостерегающий взгляд. — Там градация есть. Оружие обычное — это то, что мы в первый раз покупали. Примитивные поделки, которые выдержат один-два серьезных боя. Следующий уровень — это оружие качественное. Ничего необычного. Просто доброе оружие, сделанное из качественных материалов, которое прослужит не одну битву. Я взял Дмитрию копье.

Все сразу повернулись в сторону копья, которое Дмитрий прислонил к стене, когда только пришёл. Оно и правда выглядело куда лучше, чем обычные.

— После чего, — продолжил Матвей, — открылся следующий уровень. Оружие улучшенное. Сразу скажу, сейчас мы его брать не будем. По описаниям точно не ясно, чего от него ждать. Вроде как настолько крепкое и прочное, что способно, к примеру, разрубить аналогичное оружие более низкого качества.

— А сколько стоит? — по-деловому спросил Тимофей.

— Столько, сколько мы не заработали, поэтому умерь свой пыл.

— Наверное, потому что нубов мочили, — задумался парень и сразу оживился. — Когда основная масса игроков наберет уровни, то и доблести больше отвешивать будут.

— Возможно, — не стал спорить Матвей. — Большинство из вас уже знают, что я закупил. Двести копий, пятьдесят мечей и два десятка кожаных доспехов. Всё обычного уровня. Так как вооружать мы будем тех, кто в этом деле ничего не смыслит, велик шанс оружие потерять. Не вижу смысла покупать сразу что-то хорошее. Пусть учатся на обычном.

— Это правильно, — кивнул Дмитрий.

Обсудили и другие моменты. Теперь у нас была еда. На четыре дня хватит, чтобы прокормить триста человек. Мелочь, учитывая, что в городе две с половиной тысячи людей.

— С бытовыми вопросами закончили, — сказал Матвей. — Переходим к самому важному. У нас три человека, кто получил пятый уровень. Я, Дмитрий и Драк. То, что дают на пятых уровнях, способно изменить всю логику боя. Драк уже высказался, теперь моя очередь, только не смейтесь. Моё призвание — воевода.

Это вызывает улыбки у некоторых из нас. Так уже Матвея называли, и он открестился от этого звания. Какая ирония.

— Я сделал ставку на общее усиление, — продолжил он. — Сейчас могу повысить характеристики тех, кто находится рядом, на пятнадцать процентов. Все характеристики. Срок — пять минут. Откат — час.

— Нужна тренировка, — сказал сразу же Александр.

— Понятное дело, — кивнул Матвей. — Дима, давай ты.

— У меня призвание — гоплит. На тридцать секунд обретаю эффект как от тяжелых доспехов. Проще говоря, неуязвимость. Откат — час. Также есть прирост к базовым характеристикам на десять процентов.

— Вместе с бафом это отлично выйдет, — поднял большой палец Тимофей.

— Говори по-человечески, — поморщился Матвей. — Не все тут задроты.

— А я чего, понятно же, что имею в виду, — пожал плечами парень. — Получается, у нас жнец, воевода и гоплит.

— Похоже на начало похабного анекдота, — давит улыбку Александр.

— Не вижу ничего смешного, — отвечает ему Матвей. — С Дмитрием понятно. Ему нужно при поддержке отряда выходить против врага. С двумя усилениями и неуязвимостью он будет как комбайн.

— Как швейная машинка, — поправляю я раньше, чем успеваю подумать над уместностью.

— Эм? — косится на меня Матвей, да и Дмитрий удивленно хмурится.

— Он вчера как машинка, — поясняю я. — Вжих — труп — вжих — труп.

— Это сейчас наш мрачный парень пошутил? — удивляется Тимофей, чем заставляет нас смутиться.

— А ведь и правда. Как шилом работал, — улыбается Матвей. — Ну да ладно. Со мной тоже история понятная. Буду водить отряды, так способность лучше всего раскроется. А вот с тобой, Драк, не всё так однозначно. Вся логика ломается. Учитывая слабость твоего навыка, твои цели — первые уровни. Которых с каждым днем будет становиться меньше и меньше. Поэтому тебя надо прямо сейчас гнать к вражеской базе, ну, или к ближайшим вражеским отрядам, чтобы ты их обрабатывал этим своим разрушением. Большой отряд тебя только тормозить будет. Да и не было у нас в планах выходить прямо сейчас. Нужно потренировать людей перед этим, провести хоть какое-то слаживание.

— Большой отряд не мешает работе диверсантов, — берет слово Тихий.

Он и правда тихий. Настолько, что я позабыл о его присутствии.

— Ну да, — соглашается Матвей. — Придется разделяться. Думать надо. У кого какие мысли?

Глава 13. Приоритеты и новые способности

После слов «думать надо» Матвей предложил высказаться всем, у кого какие мысли есть. Что затянулось ещё на час обсуждений. Слушал я внимательно. Моя память работала странно. Про себя я ничего не помнил и лишь по смутным ощущениям мог предположить, что мне нравится, а что нет, что кажется правильным, а что не очень. При этом базовые понятия мне были знакомы, но не все. Как бы дико это ни звучало, но я узнавал о том, что что-то знаю, только когда мне об этом говорили. Или, наоборот, узнавал, что в чем-то совсем не разбираюсь, хотя понятие мне знакомо.

— Подводя итог нашей беседы, — сказал Матвей в конце, — в приоритете у нас сейчас три вещи. Первая по важности — получение как можно большим количеством людей пятого уровня, раз именно на этой отметке дают призвания и серьезные усиления. Привязка оружия тоже большую роль играет. Это даст возможность брать оружие получше и не бояться его потерять. Вторая задача — разведка. Мы по-прежнему очень мало знаем о том, где находимся. Я послал несколько человек разведать окружающую местность, и, судя по тому, что ещё не возродились, надеюсь, они продолжают собирать информацию. Так что ждем. Третья задача — поднять хотя бы одного из нас до десятого уровня. По логике игр, — Матвей бросил взгляд на Тимофея, который больше всего за этот пункт топил, — на десятом тоже должны дать что-то особенное. Все остальные задачи, такие, как тренировки, обеспечение всех нас едой, будут решаться походя. На этом всё. Пора каждому заняться делом.

Под делом на первые часы он подразумевал работу в городе. Матвей и его приближенные планировали заняться набором рекрутов и их обучением. Делая ставку на быструю подготовку и закрепление навыков на практике.

Что касается меня, что командир, что другие высказывающие правы. Мне надо идти к вражеской крепости и набивать уровни, пока есть возможность.

Но не хочется.

Понимаю, что надо, что это может обеспечить тактическое преимущество, но я ещё после вчерашней ночи не отошёл.

Внутри у меня царила опустошенность. Столько всего произошло, от моих рук столько людей погибло, я столько крови видел, ещё и воспоминания о собственном попадании сюда, все требовалось осмыслить. Где-то внутри меня резервуар стресса, который я мог выдержать, заполнился и грозился вот-вот лопнуть.

Стоило подумать о том, что мне куда-то надо будет переться полдня, а потом снова охотиться — как натурально начинало тошнить.

Причем я четко понимал. Прикажи сейчас Матвей выдвигаться, и я бы пошёл.

Но он не приказал. Наоборот, дал команду всем отдохнуть. Мне в том числе. Правда, понимание об отдыхе у него специфическое. Решение бесконечного числа проблем и тренировки до упаду. На тренировку меня уже пригласили, сказали подходить через полчаса.

Прихватив грязную миску, вышел со всеми на улицу. Калитку сразу же закрыли. Привычно просканировал окружающих, принюхался. Когда это для меня привычным-то стало? Видимо, сразу, как от этого моя жизнь зависеть начала.

Как сказал в ходе общего обсуждения, на войне быстро учишься.

Миску я отнёс к Еве. Не прямо ей, а к тележке, куда загружали бочонки и посуду, чтобы отвести к колодцу и там наполнить и помыть, соответственно.

— Как прошло? — спросила Ева у меня.

— Много говорили.

— Это плохо? — присмотрелась она к моему мрачному лицу.

О том, что оно мрачное, я задумался, увидев внимательный и подозрительный взгляд.

— Нет, не плохо, — заставил я себя расслабиться и встряхнуться. — Не отошёл ещё после ночи.

— Тяжело было?

— Нормально.

Ева ткнула меня кулачком в плечо, без слов говоря: да ладно тебе, не хорохорься, я всё понимаю.

Поболтали с ней немного, да она убежала и дальше делами заниматься, сказав, что Матвей скинул на них задачу накормить двести человек. Я посмотрел на костры, на котлы, на мешки с крупой и понял, что здесь тоже пахать приходится.

— Парень, — опустилась мне на плечо рука Тихого, — хватит пялиться на её задницу, идем заниматься.

— Кхм, — прокашлялся я, смутившись.

И вовсе я не пялился. Взгляд сам опустился ниже, когда Ева повернулась.

— Где ты научился драться на ножах? — спросил я, чтобы сменить тему, когда отошли.

— В армии увлекся. Потом на гражданке продолжил. Это моё хобби. Не надо меня считать мастером, но лучше ты здесь никого не найдешь. По крайней мере, он не заявил о себе, — спокойно ответил Тихий. — Вставай, как учил, — протянул он мне нож.

Самый настоящий, между прочим.

— Раз уж теперь точно известно, что любая смерть временная, а раны, если не сдох, заживают в течение часа, то тренироваться будем всерьез, — пообещал мне Тихий.

Как будто он мне в прошлый раз не оставлял порезы.

— А как же занятие с Матвеем?

— Наш командир обладает множеством хороших качеств, но слишком спешил и время определяет неточно. За полчаса они толпу не соберут.

Тихий оказался настоящим пророком.

Матвей с командой объявили, что готовы набрать новичков числом сто человек. От новеньких требовалось заниматься, выполнять все приказы, ходить сражаться. Взамен они получают еду, обучение и возможность поднимать уровни в отряде. И, видимо, люди уже достаточно прониклись новыми реалиями, потому что желающих было куда больше сотни. На совещаниие этот момент тоже обсуждали — Матвей не хотел набирать больше людей, потому что собирался сбить костяк.

Поглядывая на то, как Дмитрий с Александром на пару, под присмотром Матвея и остальных, выстраивают людей и заставляют их проходить отборочные, становилось понятно почему. Тут бы с сотней справиться, чтобы это не рассыпалось.

Так что Тихий был прав. Отбор шёл больше часа, что дало нам провести тренировку.

Что на занятиях с Тихим, что на общей тренировке я чувствовал себя чистым листом, на котором записывают знания. Нужно просто делать, что говорят. Повторить раз, два, три… пятьдесят раз, если нужно, чтобы запомнить приём. Ни о чем не думая и не мешая телу учиться.

Как и сказал, наше занятие длилось около часа. После чего я привалился к стене храма и какое-то время сидел, отдыхая и давая ранам закрыться. Полностью те не исцелились. Да и кто бы мне дал час отдыха. Дмитрий увидел, что бездельничаю, и погнал заниматься, выдав копье.

Выпад, выпад, выпад… Нас поставили друг напротив друга, учили держать оружие и всего одному приёму. Чем многие возмущались. Дмитрий им отвечал своей харизмой. В смысле отвешивал затрещины и не стеснялся жестко доминировать, а иногда и наглядно показывать, чего стоят на деле новички, которые занимаются первый день. Ничего.

— Я учу вас так, чтобы вы смогли убить хотя бы одного противника, — пояснял он. — Если повезет, то двух-трех. Это уже позволит вам получить первые уровни и стать сильнее. Не сдохнуть бесполезно, усилив врага. Так что хватит задавать тупые вопросы и ныть, а то я разозлюсь по-настоящему.

Если честно, я не представляю, как Дмитрий не озверел ещё в первые минуты. Ничто не мешало мне крутить головой и смотреть на людей. Они задавали десятки вопросов, давали советы — это при том, что сами ничего не умели и в вылазки пока никуда не ходили, кто-то даже спорил. Чего уж, мне самому хотелось прибить некоторых экземпляр. Более-менее народ успокоился, когда пару придурков выгнали.

Да уж, если на простой тренировке столько проблем, что будет, когда дойдет до сражений?

***

В конце занятий Матвей собрал отряд «ветеранов». Было смешно так думать про нашу команду. Смешно до того момента, пока не вспомнил, что было на тренировке. Смерть, как оказалось, хорошая прививка от глупости. Ветераны не суетились, вели себя адекватно, говорили по делу.

Ну да не суть.

Собрали нас для проведения теста.

— Ваша задача, — говорил вовсе не рыжий командир, а Тимофей, который как-то само собой занял должность главного исследователя способностей. — Проверить, что именно изменится при применении навыка усиления. Процессом будет руководить Дмитрий, — кивок в сторону копейщика.

Который сейчас, как и большинство из нас, стоял в одних штанах, сверкая мокрыми от пота фигурами. Запашок тот ещё стоял.

— Мы с ним придумали ряд тестов. На силовые показатели, на скорость реакции и прочее. Для этого нужно разделиться на две группы. Одна получит усиления — в неё войдут двадцать человек. Остальные не получат. Это нужно, чтобы вы могли сразиться друг с другом и проверить на практике, сколько усиление даёт реальной пользы.

— Ладно, хватит уже болтать, — взял слово Матвей. — Дел ещё полным-полно. Разделились на две группы. Также будем проверять усиление ваших навыков, поэтому те, кто получил что-то уникальное, автоматом зачисляются в первую группу. Напомню, у нас всего пять минут на тесты. Драк, для тебя отдельная задача. Попробуй прямо сейчас создать ров.

— Ров? — не понял я.

— Да, вот здесь, прямо перед завалом. Давай для теста метр на метр сначала.

Главный завал находился перед храмом, сложенный из бревен. Я посмотрел на брусчатку, на крупные камни и ударил по ним разрушением. Выглядело это… Ну, камень потрескался. Я попробовал ещё пару раз, под внимательным взглядами остальных. Смог расковырять то, что потрескалось, достать куски. Внизу нашлась обычная земля.

— Это первый замер, — больше всего за мной наблюдал Тимофей.

Мне его взгляд показался безумным слегка. А может, и не слегка. Тем временем люди разделились на две группы.

— Парни, отойдите, чтобы вас не задело. Я пока не очень понимаю, как это работает, будем заодно проверять… — сказал Матвей.

После чего применил способность, как вторая группа отошла.

Что сказать. Это было… сильно.

Зрение стало более четким. Не так, чтобы это ударило по мозгам от непривычки, но достаточно, чтобы разглядеть поры на лице человека в десяти метрах. Да и остальные недостатки тоже. Красные глаза, полопавшиеся капилляры, прыщи, обычную грязь, синяки под глазами. Тех, кто находился вдали, тоже стало лучше видно. Больше деталей.

Это было слегка непривычно.

Не для одного меня. Люди сразу начали описывать свои ощущения. Не только про зрение, но обо всём по порядку.

Зрение — это первое, что я осознал в полной мере. Следующим неприятным открытием стал запах. У меня и так нюх улучшен, как и восприятие в общем, а тут дополнительное усиление… Я ведь говорил, что мы потные стояли? Столько тренироваться на солнце, по жаре, кого хочешь замотает. А ведь душевых здесь нет, надо на источники идти. Пока сходишь, вернешься, снова употеешь.

В этот момент я понял, что мне мои способности ещё осваивать и осваивать. Слишком много всего я замечать стал. Нужно учиться выделять самое важное.

— Приступить к тестам! — скомандовал Дмитрий.

Мы всей группой начали приседать. А потом отжиматься, прыгать, драться между собой.

Это был крайне странный опыт. Слух тоже обострился. Слышать дыхание, кряхтение, шорохи одежды — вроде не сильно, но с непривычки отвлекало.

Как и ожидали, физическая сила тоже выросла. Как и реакция, скорость движения. Пусть это и был новый опыт, но усиление хорошо чувствовалось в спаррингах. Я куда лучше видел все движения партнера, успевал их просчитать и отреагировать. Кажется, мозги тоже чуть лучше стали работать.

В конце я попробовал с разрушением. На этот раз булыжники не просто трескались, а рассыпались на куда более мелкие осколки. А вот с запасом энергии что-то я не заметил изменений. Либо они были незначительны, либо я ещё не научился тонко чувствовать, сколько у меня осталось от общего количества. То есть был вариант, что объем тоже вырос, но не заполнился, поэтому я и не ощутил ничего.

А потом…

Резко накатила слабость. Это было настолько внезапно, обидно, что хотелось схватиться за ускользающее ощущение и держать его, не отпускать. Судя по общему вздоху, не я один испытал подобное.

— А вот это плохо, — сказал Матвей.

Он тоже под усилением собственным был.

— Кажется, нам придётся тренировать… кхм… — замялся Дмитрий, подбирая слова. — Нахождение под твоей способностью.

— Не расходимся! — крикнул Тимофей, как будто кто-то хотел разойтись. — Это надо записать! У кого есть бумага и ручка?

— А заранее ты об этом не подумал? — подкололи его.

— Что, ни у кого нету?! — искренне ужаснулся парень.

— Отставить панику, — сказал Матвей. — Идемте обмываться.

— Может, на источники? — предложил один из парней.

— Времени нет, — качнул головой Матвей. — Вечером сходим.

— Эй, погодите, надо ещё мою неуязвимость проверить! — очнулся Дмитрий. — Кто хочет меня побить? Драк, ты тоже свою способность на мне проверь.

— Это может быть опасно, — заметил я.

— В крайнем случае потеряю пятнадцать минут, — пожал он плечами. — Так что, кто бить-то будет?

Добровольцы нашлись. Способность и правда помогала лучше держать удар. А вот моя способность не сработала. Наглядно мне показав, что против противников его уровня она уже не работает.

Как-то после этого моё нежелание отправляться на охоту сразу пропало.

Если исходить из того, что всё больше людей будет вовлекаться в сражения, то у меня есть день-два, в лучшем случае три, форы.

***

Пока мы тренировались, кое-какие события прошли мимо.

Толпа, которую обласкал Матвей, разделилась на два лагеря. Часть попыталась устроиться к нему в отряд, и во что это вылилось, я последние пару часов наблюдал. А вот другая часть пошла выяснять отношения к Кириллу, что переросло в драку, взаимные оскорбления и срач.

— А чего вы радуетесь? — обвёл взглядом Матвей тех, кто позлорадствовал. — Чем больше внутренних конфликтов, тем мы слабее как фракция. Через неделю или две я не удивлюсь, если битвы разрастутся до тысячи на тысячу. Тогда и хлебнем горя, если единственная не будет.

Эти простые слова остудили тех, кто злорадствовал.

Я же подумал о том, что Матвей сам стрелки перевёл. Ещё до того, как узнал, что того любителя камней Кирилл подбил на провокацию. Получается, наш командир целенаправленно хотел ослабить… Конкурента? Или просто другого лидера, который занял стратегически важную точку?

В контексте этого его слова прозвучали не так однозначно, но, судя по лицам других, не все это заметили. Я же ничего говорить не стал.

Слухи на этом не закончились. Пока мы тренировались, другая часть народа, ведомая в первую очередь голодом, поделилась на отряды и отправилась искать приключения.

— Их там перережут, как курят, — помрачнел Дмитрий, услышав это.

— Почему же, — не согласился с ним Александр. — Если встретят таких же неумех, то вовсе не факт.

— А если встретят кого-то, кто смог организовать небольшой отряд, то это будет резня, — парировал копейщик.

— Зато они смогут задержать тех, кто пойдет к нам. — Александар тоже не собирался сдаваться.

— Вы забываете, что голод не тетка, ждать не будет, — вставил Тихий.

Пока мылись, для чего использовали воду из ведер, которую натаскали пару мужчин за еду, и сохли, было много ещё чего сказано. Матвей же итог подвёл.

— Какая разница, что там будет, если мы это не можем контролировать. Надо свою часть работы делать, а там видно будет.

— Это понятно, — добавил Тихий. — Но ты, командир, вот о чем подумай. Кирилл не показался мне великим воином, а замок захватил. Что будет, если потеряем второй алтарь? Без еды останемся и оружия.

— Паршивенько будет, — посмурнел Дмитрий, да и остальные покивали. — Так, может, того, отобьем? Выбить их несложно будет.

— Нам бы со своими людьми разобраться, — покачал головой Матвей.

— Надо, но ты подумай, — добавил Тихий.

— Выбить их и дело с концом, — согласился Александр.

— Да, сразу после того как обучим людей, наладим быт, доведем всех до пятого уровня, наберем очков доблести, закупим нормальное оружие и разведаем, что нас вообще окружает, — с сарказмом ответил Матвей. — Нашлись мне великие полководцы, блин.

Глава 14. Неловкость

Простое обмывание не сильно помогло пахнуть лучше. Мой нос всё ещё улавливал запах пота. Надо будет всё же наведаться в источники и как следует помыться, но позже.

Пока выдалось свободное время, я отправился искать Еву, которая куда-то запропастилась. Её на общей тренировке поставили заниматься с луком. Лучники у нас отдельно тренировались, им мишени оборудовали за храмом, поэтому я особо не видел, что она там делает.

Сходил, проверил, за храмом её не обнаружил. Как и за готовкой. Это при приближающемся-то обеде. Спрашивать, куда делась, никого не стал.

Уж её запах я смогу отыскать. Заодно потренируюсь в использовании способности. Пока шёл, глазел на город и на людей. Вроде вчера то же самое было, но присмотришься и новые детали замечаешь. Кто-то оборудовал места для костров возле домов. Кто-то запасал воду в бочки, таская её от колодца. Кто-то возводил укрепления на улицах или пытался починить дверь, ведущую в дом. Ещё в глаза бросалось, что людей сегодня совсем мало. Отчасти потому, что в полдень на солнце никто находиться не хотел, припекало нормально так, но ещё потому, что многие ушли. Ближе к вечеру, пожалуй, стоит ждать наплыва возрожденцев, и надо будет усилить защиту храма.

Думал, девушка ушла к колодцам за водой, но ошибся. Нашлась она совсем в другой части города, что несколько меня удивило.

Когда я подошёл, то увидел Еву, повисшей на крыше. Хорошо, что не трехэтажного дома, а одноэтажного. Успел я в последний момент. Когда она полетела вниз, подскочил и успел поймать. Вышло не очень, но она хотя бы не упала.

— Ой! — выдала она.

— Ты это чего тут делаешь? — опешил я.

Ситуация была настолько бредовой, что не укладывалась у меня в голове.

— Ты опять спас меня! — воскликнула Ева и обняла меня.

От чего я растерялся ещё больше. Нет, её объятия мне приятны, отрицать не буду. Да и запах её вблизи бьет по мозгам, будоража кровь. Никогда не думал, что девушки могут пахнуть настолько вкусно. Хотя, может, и думал, но забыл.

В общем, не об этом речь. Всю приятность объятий портила бредовость происходящего.

— Так что происходит? Ты нашла на крыше клад?

— Я, нет… — смутилась она. — Глупо получилось.

Глупо или нет, но я понял, что ситуация куда сложнее, когда из-за угла дома вышли двое мужчин. Я даже узнал одного из них. Того самого, что кинул камень.

Надо же, какая встреча.

— А ты прыткая! — воскликнул он.

Ева сжалась, и я задвинул её себе за спину. Как-то само это движение вышло.

— Это кто? — уставился на меня второй мужчина.

До них не дошло, кто именно их на возрождение отправил. Второй тоже под разрушение тогда попал. Получается, они друзья и я не напрасно невинных людей прихлопнул? Есть в жизни справедливость.

— Вы девушку на крышу загнали? — спросил я.

— А мы чего, всего лишь пообщаться хотели с этой симпатяшкой. Кто же знал, что она такая резвая, — заухмылялся любитель камней.

— Они тебе что-то сделали? — повернулся я к Еве.

— Нет, — покачала она головой. — Пытались утащить меня в переулок, но я убежала.

— И никто из наших не помог? — удивился я.

— Я одна шла. Решила срезать и не идти по главной улице, — смутилась она. — Драк, может, пойдем?

— Погоди, — повернулся я к двум трупам. — Так значит, девушку решили обидеть…

— Эй, парень, не наговаривай! Врет она всё! Сама нас зазывала, а теперь брешет!

Язык этого ничтожества взорвался. Его глаза расширились от боли, он схватился за рот и упал на колени. Я перевёл взгляд на второго и взорвал ему голову, сразу отправив на перерождение.

Пнув первого ногой в лицо, повалил его на землю.

— Я тебя могу убивать столько, сколько захочу, — сказал ему, наклонившись. — И это был только второй раз…

Небольшое усилие, и он обмяк.

— Ты не испугалась? — повернулся к Еве.

Спрашивал я одно, но поняла она совсем другое.

— Это немного пугает, да… Но я понимаю.

До меня с задержкой дошло, что испугалась она вовсе не эту падаль.

— Я…

— Всё в порядке, — поспешно сказала Ева и схватила меня за руку. — Пойдем отсюда.

— Идем в храм, надо остальных предупредить.

— Ты расскажешь о том, что случилось?

— А ты хочешь, чтобы они кого-то изнасиловали, одурев от безнаказанности?

Я уж молчу про то, что этот тип второй раз подряд за короткое время творит какую-то дичь.

— Я… Нет.. Ты прав. Просто жизнь меня к такому не готовила, — призналась девушка.

— Никого не готовила, — вздохнул я. — Прости, напугал тебя. Разозлился, когда представил, что они могли с тобой сделать.

— Так волновался за меня? — улыбнулась Ева.

Улыбнулась почти настоящей своей улыбкой, которая чуть растопила то напряжение, которое повисло между нами.

Самое необычное во всем этом, благодаря частично вернувшейся памяти, я смог разобраться, почему меня тогда так переклинило во время нападения нежити, и я бросился спасать девушку, забыв обо всём.

Это было желание спасти кого-то другого. Не Еву.

Кого-то из прошлой жизни. Другую девушку? Нет, по ощущениям, это не то. Сестру? Уже теплее, но точно я сказать не мог.

Получается, Ева мне напомнила кого-то из прошлого, поэтому я так и среагировал на неё. Но то было пару дней назад. Сейчас же я смог отделить те чувства от интереса к самой Еве. И меня разозлили именно угрозы по отношению к ней.

Во всех этих чувствах и голову сломать можно.

— Конечно, волновался, — ответил ей.

Мне и в голову не пришло, что это нужно утаивать.

— Пойдем отсюда, — улыбнувшись чуть теплее, Ева увлекла меня с пустой улицы, если не считать пары людей, что наблюдали за нами из окон.

Какое-то время шли молча, а потом Ева выдала:

— Ты изменился.

— Да?

— Да. Когда я тебя впервые увидела, ты был одиночкой, что сидел на крыше. Потерянный и не понимающий, что происходит. Сейчас же в тебе появилась жестокость. Это меня и напугало.

— Это плохо? Про жестокость.

— Будь мы в прошлом мире, я бы сказала, что да.

— А сейчас?

— А сейчас я ни в чем не уверена. Они ведь возродятся, поэтому это даже убийством назвать нельзя, — вздохнула она. — Получается, тех людей на площади тоже ты…

— Да. Воспринял их как угрозу, и… получилось то, что получилось.

Говорю и слышу, насколько жалко это звучит.

Снова повисла тишина. Это толкнуло меня задуматься, а чего я вообще с Евой вожусь?

Холодная, циничная мысль, говорящая, что одному проще. Пока Матвей играет в лидера, я могу рвануть к чужим крепостями и при небольшой толике везения поднимать уровни. За короткий срок подняться настолько, что меня уже никто не остановит.

Так почему же я сегодня остался здесь? Почему переживаю о девчонке, которую знаю меньше недели?

Спрашиваю себя и получаю однозначный ответ.

Потому что хочу остаться человеком.

— Кому-то срочно нужно снять напряжение, — Ева берет меня под локоть и чуть толкает.

В тот момент я жалею, что остался без памяти, потому что не могу разобрать, что значат её интонации.

— Как?

— Ну… А как обычно снимают напряжение? — в её голосе появляется смущение с азартом.

— Не знаю. У меня же памяти потерялась.

— Жаль, очень жаль, — смеется она, а потом резко меняет тему: — Драк. Ты хороший и делаешь то, что должен.

— Главное, — отвечаю я, — что для тебя я абсолютно безопасен.

— Правда? — спрашивает Ева, остановившись и заглянув мне в глаза.

— Да, — говорю без капли сомнений.

— Настоящий дракон, — ее лицо озарила улыбка, а глаза блеснули, как в первый раз, когда я ее увидел. — Спасибо тебе. Я ценю, что ты оберегаешь меня, хоть мы и мало знакомы.

Мы стоим, смотрим друг на друга, пока оба не смущаемся и синхронно не продолжаем идти.

— Расскажи, как твоя тренировка, — говорю я. — Видел, из лука начала стрелять?

***

Придя в храм, нашёл Матвея и рассказал, что случилось. Ева снаружи осталась, вернулась к своим делам.

Лидер выслушал и сказал, что я всё правильно сделал. Добавил, что разберется с этой проблемой.

Не разобрались.

Сколько бы мы ни ждали, эти двое так и не появились.

Ороборг не счёл их достойными возрождения.

От этой новости меня пробрало до самых печенок. Да и остальных придавило. Пока ждали, много кто узнал, в чем причина.

— Бог избавляется от тех, кто может испортить ему игру, — сказал Тихий.

Прозвучало гнетуще.

***

— Стопэ, — остановил меня Дмитрий, когда я возвращался в храм, сходив «до ветру». — Разговор есть.

— Чего тебе? — зевнул я.

— Ты это, не хочешь перебраться в дом?

— Чем храм плох?

— Ну… — улыбнулся он и посмотрел куда-то в сторону.

Я не сразу понял, куда именно. В том направлении несколько костров было. Люди сидели, общались. Ничего необычного, если не считать, что сегодня вечером в нашем кругу прибавилось женщин.

— Дом — это возможность уединиться. Если ты понимаешь, о чем я, — подмигнул Дмитрий.

— Уединиться? — тупо переспросил я.

— Дима, ты там скоро?! — позвала одна из девушек, сидящих в одиночестве у костра.

— Иду! — крикнул он.

У меня в голове сложилось, что происходит.

Даже удивительно, как я не замечал очевидных вещей. Часть женщин не просто грелась у костра. Она грелась, сидя либо рядом с кем-то, либо и вовсе у наших воинов на коленях. Да и то, что Дмитрия так охотно звали, намекало, что ночью он сегодня скучать не будет.

— А-а… — протянул я, когда до меня дошло. — Это ведь не по любви, да?

— Конечно, по любви! — откровенно развеселился он. — По первобытной любви, когда мужики, у которых есть еда, получают плюс сто к харизме и сексуальности. Что явно не твой случай… — задумался он. — Так-то тупить. Девчонку нашёл, а что делать дальше — не сообразил.

— Да я…

А что я — так сразу сказать и не мог.

— Из головы вылетело? — любезно подсказал Дмитрий. — Так пусть обратно влетит. Девка липнет к тебе, не тупи. Кто знает, может, мы завтра все сдохнем. Мучительной смертью, и не раз, — рассмеялся он. — Бывай, — хлопнул он меня по плечу. — Немножко напора — и всё будет! Дракон ты или нет, а?!

Посмеиваясь, Дмитрий ушёл к своей «леди».

Я же стоял в ступоре, изучая новую грань себя.

Неужели я был в прошлой жизни романтиком? Иначе как объяснить, что происходящее и эти слова парня настолько выбили из колеи?

Выбили и направили мои мысли в сторону конкретных фантазий.

***

В тот вечер на активные действия я так и не решился.

Зато кое-что замечать начал. Как Ева бросала взгляды на другие парочки, которые удалялись в сторону домов, и на меня взгляд переводила.

Может, это и закончилось бы чем-то интересным, но тут мимо меня прошёл Матвей, подозвал к себе и сказал:

— Парень, раз ты не при деле, возьмешь на себя дежурство? Первые смертнички уже повалили, но вскоре поток только усилится. Удивительно, как они так продержались. В этот напряженный момент твоя способность пригодится.

— Хорошо, — подумав, ответил я.

— Вот и славно! — обрадовался он. — Я тоже подойду… Попозже.

Стоит ли говорить, что вскоре я увидел Матвея, который удалился с какой-то дамочкой в сторону ближайшего к храму дома?

Кажется, меня тупо использовали.

Ну да сам виноват. Надо было не сидеть и тупить возле храма, а предпринять вполне конкретные действия.

— Идешь спать? — подошла ко мне Ева, когда калитку открыли, чтобы сменить отряд дежурных.

— Да… — протянул я.

Если бы она знала, какие мысли меня терзают. А может, и знала. Улыбалась же почему-то загадочно.

Легла она рядом со мной, на спальный мешок, которых Матвей тоже закупил. Пожалуй, это был самый неловкий момент в моей новой жизни. Казалось, воздух настолько наэлектризовался между нами, что ещё чуть-чуть — и волосы дыбом встанут. Легли мы как роботы, подчеркнуто прямо.

Я пытался найти в памяти, что нужно делать в подобных ситуациях, но та молчала. Надеюсь, не потому что я профан в этом деле.

Зато тело оказалось умнее. Без моего на то разрешения рука как-то сама сдвинулась и коснулась Евы. А она возьми и отзеркаль. Наши руки поглаживали друг друга, и совсем скоро Ева подвинулась ко мне.

— Обнимешь меня? А то холодно.

В храме не было холодно. Но я не идиот, чтобы говорить об этом.

Надо было слушать Дмитрия и искать себе место в доме. Тогда мы бы не были на виду у двадцати человек. Пусть здесь полумрак, пусть нас скрывают колонны, но лишь частично. При желании можно всё рассмотреть и услышать.

Завтра точно вопрос решу.

***

Ночью, стоило задремать, нас разбудили мертвецы.

— Что там? — шепнула Ева в темноте.

Я отчетливо уловил, как она вздрогнула.

Ещё бы не уловить. Заснули мы в обнимку. Думал, рядом с ней не смогу заснуть, слишком воображение разыгралось, да и то, как Ева прижималась, закинув на меня ногу, заставило внутри всё пылать. Только вот ожидания — это одно, а накопленная усталость — другое. Отрубился я быстро.

Жаль, что вставать пришлось. Казалось, глаза секунды назад закрыл.

Вскакивать не стал. Приподнял голову и убедился, что это всего лишь те, кто возродился. Подзадержались они что-то.

— Воды, — прохрипел поднявшийся по лестнице мужик. — Дайте воды…

— А ногой по лицу тебе не дать? — прозвучал раздраженный голос. — Разбудил, блин…

Не одному мне пробуждением настроение испортили.

— Да меня убили! И остальных… Там щас ещё будут. Гребаная игра! Покрошили нас, как кутят…

Мужик осел прямо на пол и закрыл лицо руками.

Это сгладило моё раздражение. Всё же эти люди испытали не самый приятный опыт.

— Держи, — к мужику подошёл Тихий и протянул кружку с водой. — Пей и рассказывай, что случилось? Далеко от города тебя убили?

Мужчина рассказал. Следом за ним ещё несколько человек поднялись и тоже рассказали. А потом люди повалили плотным потоком, что продолжалось всю ночь.

Истории у всех были схожи.

Ходили, бродили, нарвались на неприятности.

Кто-то встретил вражеский отряд по пути. Кто-то успел и до вражеской базы добраться. Кто-то нарвался на монстров. Не обычных зверей, а, если верить рассказам, тварей ростом с человека и весом в несколько тонн.

Слышал я истории безоговорочного поражения. Слышал и про пусть небольшие, но победы. Слышал и тех, кто хвастался новыми уровнями.

Тимофей, который тоже в храме ночевал, забил на сон и вёл подсчет, сколько последователей получили первый уровень. Пятьсот семьдесят два. Остальные, которых было не меньше, погибли бездарно, усилив врага.

Но об этом я узнал утром. Ева, как поняла, что происходит, прижалась ко мне покрепче и уснула. Я тоже выбирать не стал. Моя рука лежала на её бедре, и требовалась более веская причина, чтобы заставить меня подняться.

В этот раз уснул я не сразу. Пусть людям и сказали не шуметь, но благодаря прибавке к восприятию я слышал некоторые разговоры и сложил общую картину. Главное, что никто не умер рядом с нашим городом, а значит, бежать никуда не надо.

Засыпая, подумал о том, что благодаря этой ситуации у меня есть веский повод пригласить Еве перейти жить в дом. Не каждый же раз так просыпаться.

***

— Парень, — тряхнул меня за плечо Тихий. — Просыпайся, пора выходить.

Кое-как продрав глаза, я недоуменно уставился на мужчину.

Тихий дождался осмысления в моих глазах и отправился остальных собирать. Точно, мы ведь вчера договорились отправиться на вылазку. Прошлый день был посвящен тренировкам и отдыху, а сегодняшний посвятим охоте за уровнями.

Ева, вот же соня, не проснулась. Её милое личико было совсем рядом, расслабленное и безмятежное.

— Тшш… — подергал я её. — Мне надо иди.

— А? — задвигалась она. — Куда?

— Отправляемся в поход. Ты спи. До общего подъема ещё час.

Наш выход был назначен на рассвет, а завтрак будет через пару часов, так что Ева могла ещё спать и спать.

Я мягко отодвинул это сонное чудо и положил на соседний спальный мешок. Внезапно Ева обвиняла мою шею и поцеловала в губы.

— Удачи тебе, — шепнула она. — Буду ждать.

Выглядела она как спящий человек, поэтому я не был уверен, что этот поцелуй был осознанным.

Но черт возьми. Да я теперь с тройным рвением врагов крушить пойду.