«Архитектор Стихий»

Глава 1. Синий экран смерти и загрузка нового движка

Меня зовут Василий Белов.

Если бы мою жизнь можно было описать одним термином из IT, то это был бы «legacy code» — устаревший, никому не нужный код, который все боятся трогать, но и удалить жалко.

Раньше я писал код, который менял правила игры. Я был ведущим разработчиком, пока мои же коллеги не решили, что один в поле — не воитель, а один в поле — клоун, у которого можно украсть патент. Меня подставили, засудили, а черный список в IT-сфере оказался длиннее, чем список ошибок в старом коде Windows. Так я, тридцатилетний мужик с высшим образованием, оказался в форме охранника в стеклянном бизнес-центре. Платили немного, но на гречку и пиво хватало. Средний класс, как говорится. Стабильность.

В тот вечер, как обычно, после двенадцатичасовой смены на ногах, я пришёл домой, закинул в себя пельмени и сел за ноутбук. Делал небольшую халтурку для одного индуса — верстал сайт.

Строки кода мелькали перед глазами. If, Else, For, While...

Внезапно в груди словно кто-то оборвал главный кабель питания.

Боль была такой, будто мне под ребра засунули раскалённый серверный шкаф. Я попытался вдохнуть, но воздух не пошёл. Перед глазами поплыли зелёные пиксели, которые быстро сменились классическим синим экраном смерти.

«Ну вот, — подумал я, — даже сердце не выдержало этого баганого мира».

И я вырубился.

Очнулся я от запаха лекарственных трав и какого-то сладкого, цветочного аромата.

Первое, что я понял — я жив. Второе — матрас подо мной был слишком мягким, а простыни — шелковыми. В моей квартире-студии такого у мне нет.

Я открыл глаза. Потолок был высоким, украшенным лепниной, а в углу горел настоящий камин. Где я? В реанимации? Нет, тут интерьер как в фильмах про средневековье.

Я попытался сесть и кашлянуть, но тут же замер.

На стуле рядом с кроватью сидела девушка. Невероятно красивая, с длинными серебристыми волосами, собранными в небрежный пучок, и огромными изумрудными глазами. На ней было странное, похожее на готическое платье, но с кучей рюш. Она спала, склонив голову на край моей кровати, крепко сжав мою... руку?

Я дёрнул рукой. Девушка вздрогнула и подняла глаза. Увидев, что я не сплю, она издала какой-то гортанный, мелодичный, но абсолютно непонятный звук.

— Э-э-э... Девушка, где я? — попытался спросить я.

И тут я ужаснулся.

Из моего горла вырвался не хриплый бас тридцатилетнего мужика, а тонкий, писклявый детский голосок.

Я резко поднял руку перед лицом.

Рука была маленькой. Пухлой. Рука ребёнка лет шести, от силы семи.

Девушка, увидев, что я очнулся, вскочила и громко, на повышенных тонах, начала что-то лопотать на своём непонятном языке. Она махала руками, тыкала в дверь и прижимала руки к груди.

«Так, спокойно, Вася, — пронеслось в голове. — Галлюцинации от инфаркта? Или я в коме?»

В комнату с грохотом ворвались ещё две женщины. Одна — постарше, в строгом, но богатом платье, с невероятно благородными чертами лица. Вторая — девушка лет девятнадцати, точная копия первой, только с более дерзким взглядом.

Они что-то кричали, спрашивали, плакали. Красивая девушка в рюшах упала на колени у кровати и целовала мою маленькую руку, причитая что-то со слезами на глазах.

Я сидел и моргал. Мой мозг, привыкший анализировать данные, пытался найти паттерн.

Звук. Интонация. Повторяющиеся корни.

И тут у меня в голове, прямо за глазами, словно щёлкнул тумблер. Появилось странное ощущение, будто на компьютер установили языковой пакет и он сейчас интегрируется в систему.

Непонятная тарабарщина начала обретать смысл.

— ...маленький господин! Вы очнулись! Боги, благодарю вас! — всхлипывала красивая девушка.

— Валериан, мой мальчик! — женщина в строгом платье бросилась ко мне, обнимая и прижимая к пышной груди. — Ты был в коме три недели! Этот проклятый огненный шар... Если бы не щит твоего отца...

— Мать, отойди от него, ты его душишь! — сказала девушка по младше, аккуратно, но твердо отстраняя женщину. — Вал, ты меня слышишь? Это я, твоя сестра, Алисия. И это Элина, твоя няня.

Я переварил информацию.

Валериан. Мать. Сестра Алисия. Няня Элина. Огненный шар.

Я закрыл глаза и попытался нащупать в себе... себя. И тут я почувствовал ЭТО.

Внутри меня, вместо привычного ощущения органов, пульсировал огромный, бесконечный океан энергии. Но самое главное — я чувствовал его структуру.

Огонь. Вода. Земля. Воздух. Свет. Тьма.

В моем мире программиста это выглядело так, будто мне выдали права супер пользователя (root) ко всем без исключения библиотекам и языкам программирования. Я был предрасположен ко всем элементам. В этом мире, судя по обрывкам воспоминаний, которые начали всплывать в голове вместе с языком, такое случалось раз в тысячу лет.

— Элина, — тихо сказал я, и мой детский голос прозвучал на удивление твердо. — Принеси мне зеркало. И... кажется, я хочу есть. Не эту вашу кашу, а что-нибудь мясное.

Няня, красивая Элина, замерла, ее изумрудные глаза расширились. В голосе шести летнего ребёнка не было испуга. В нем было столько усталости, цинизма и... власти, что она инстинктивно кивнула и побежала выполнять приказ.

Я посмотрел на свою маленькую руку и сжал её в кулак. Между пальцами на долю секунды проскочила искра чистого, белого электричества — результат моей попытки применить закон Ома к местной мане.

Что ж, — ухмыльнулся я про себя. — Меня убили в прошлом мире. Посмотрим, кто осмелится сделать это в этом. Тем более, что у меня теперь есть чит-коды.

Мать и сестра смотрели на меня с благоговением, не понимая, что их маленький Валериан только что начал писать новый исходный код для этого магического мира. И, судя по тому, как на меня только что посмотрела няня Элина, мой «харизм-стат» тоже работал на максималках.

Гарем, похоже, начинал формироваться раньше, чем я думал.

Глава 2. Попытка номер один: "Я не ребенок, я — сеньор-разработчик!"

Элина вернулась через десять минут с серебряным подносом, на котором лежало зеркало и... гигантская куриная ножка.

— Господин Валериан, вы так долго не ели, вам нужно...

Она поставила поднос на тумбочку и протянула мне зеркало. Я схватил его обеими руками и уставился на отражение.

Мне в глаза смотрел ребёнок. Пухлые щеки, большой лоб, голубые глаза-пуговки и пучок светлых волос, торчащий во все стороны. Я выглядел как ангелочек с рождественской открытки.

Ну всё, — подумал я. — Теперь я понимаю, почему меня в прошлом мире считали "милым". С таким лицом можно было просить скидку в любом магазине.

— Элина, — сказал я, стараясь говорить максимально серьезно. — Мне нужно поговорить с тобой как взрослый со взрослым.

Няня улыбнулась той самой улыбкой, которой улыбаются детям, когда те говорят глупости.

— Конечно, мой маленький господин. О чем вы хотите поговорить?

Я вздохнул. Ладно, начнём с базовых вещей.

— Во-первых, перестань называть меня "маленький господин". Моё имя — Валериан. Или, если хочешь быть формальным, "милорд".

Элина моргнула, затем ее улыбка стала еще шире.

— О, какой вы серьёзный! — она сложила руки перед грудью. — Вы такой милый, когда пытаетесь звучать как ваш отец!

Я почувствовал, как у меня начинает дёргаться глаз. Хорошо. План Б.

— Элина, послушай меня внимательно. Я не "милый". Я — взрослый человек. У меня есть опыт, знания и... — я запнулся, потому что понял, что не могу сказать "стаж работы 8 лет". — ...и я хочу, чтобы ты относилась ко мне с уважением.

Она наклонилась ко мне и погладила по голове.

— Конечно, милорд. Конечно. — Её голос был таким снисходительным, что мне захотелось закричать. — А теперь кушайте курочку, пока она не остыла.

Я посмотрел на курицу. Потом на Элину. Потом снова на курицу.

Знаете что? К черту границы. Сначала нужно набраться сил.

Я схватил курицу обеими руками и начал есть. И, надо признать, это было божественно. Мясо было нежным, сочным, с какими-то незнакомыми специями. Я ел с таким энтузиазмом, что Элина смеялась, вытирая мне подбородок салфеткой.

— Осторожнее, милорд, вы весь испачкались!

— Я не испачкался, — пробормотал я с полным ртом. — Это... стратегический запас калорий.

— Что-что?

— Ничего.

Когда я наелся, в комнату вошла Алисия. Моя "сестра". Она несла какую-то книгу и выглядела так, будто собиралась читать мне лекцию.

— Вал, я принесла тебе книгу сказок. Подумала, тебе будет интересно...

Она замолчала, увидев, как я сижу на кровати, скрестив ноги, и пытаюсь прочитать надпись на корешке книги.

— Алисия, — сказал я, не поднимая глаз. — Мне семь лет, но мой ментальный возраст... — я запнулся. Блин, как это сказать? — ...мой разум гораздо старше. Мне не нужны сказки. Мне нужны учебники по магии.

Алисия уселась на край кровати и посмотрела на меня с любопытством.

— Интересно. А откуда ты знаешь слово "ментальный"?

Я замер. Детские воспоминания Валериана. Этот пацан был вундеркиндом и уже читал взрослые книги.

— Я... прочитал в книге отца.

— Ага. — Алисия хитро прищурилась. — И что же ты там прочитал, маленький гений?

Я решил рискнуть.

— Что магия — это не просто слова и жесты. Это... структура. Как... — я поискал аналогию — ...как рецепт. Ты берёшь ингредиенты, смешиваешь их в определённой последовательности, и получаешь результат. Но если ты изменишь порядок или пропорции, результат будет другим.

Алисия подняла бровь.

— Это... на удивление точная аналогия. Кто тебе это сказал?

— Никто. Я сам додумался.

Она смотрела на меня долго, внимательно. Затем улыбнулась, но уже не так снисходительно, как Элина.

— Знаешь, Вал, ты действительно изменился. После комы ты стал... другим.

— Я и есть другой, — пробормотал я.

— Что?

— Ничего. Просто... я понял, что жизнь коротка. И я не хочу тратить ее на сказки.

Алисия кивнула, и я увидел в её глазах что-то новое. Уважение? Или просто удивление?

— Хорошо. Тогда я принесу тебе учебник по основам магии. Но предупреждаю: это скучное чтиво. Там одни формулы.

— Идеально, — сказал я, и моё лицо просияло. — Формулы — это мой любимый жанр.

Алисия рассмеялась.

— Ты странный, Вал. Очень странный.

Когда она ушла, я решил, что пора действовать. Мне нужно было понять, что я могу.

Я закрыл глаза и попытался нащупать ту самую "оперативную память" — ману. Она была везде. Внутри меня, вокруг меня, в воздухе, в стенах, в полу. Она пульсировала, как электрический ток в проводах.

Хорошо. Давай попробуем что-нибудь простое. Огонь.

Я вспомнил, как в играх обычно вызывали огонь. Нужно представить пламя, произнести заклинание...

Но я не хотел делать "как в играх". Я хотел сделать "как в физике".

Огонь — это процесс быстрого окисления. Нужен кислород, топливо и источник воспламенения. Давай начнем с кислорода.

Я сосредоточился на воздухе вокруг своей ладони. Представил, как молекулы кислорода собираются в одну точку. И...

Щелк.

Воздух вокруг моей руки стал плотнее. Я почувствовал, как он нагревается.

Теперь топливо. В воздухе есть водяной пар. Давай разложим его на водород и кислород.

Я не знал, как это сделать магически, но попробовал представить, как моя мана "разрывает" молекулы воды. И...

БАБАХ!

Моя ладонь вспыхнула маленьким, но ярким огоньком. Он горел всего секунду, но этого было достаточно.

— Ого! — воскликнул я.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Элина.

— Милорд! Что случилось?! Я услышала взрыв!

Она увидела меня, сидящего на кровати с обожжённой ладонью, и её глаза расширились.

— Вы... вы использовали магию?! Без разрешения?!

— Элина, — сказал я, показывая ей ладоню. — Смотри. Я создал огонь. Но не как обычно. Я... я использовал химию.

— Хи-мию? — она посмотрела на меня, как на сумасшедшего. — Милорд, вам нельзя использовать магию! Вы только что вышли из комы! Ваше тело ещё слабое!

— Но я же смог! — я был взволнован. — Элина, ты понимаешь? Я не просто "произнёс заклинание". Я понял, как это работает! Я могу оптимизировать магию!

Элина подошла ко мне, взяла мою обожженную руку и начала лечить её. Её ладони светились мягким зелёным светом, и боль мгновенно утихла.

— Милорд, — сказала она тихо, не поднимая глаз. — Вы... вы удивительный ребёнок. Но пожалуйста, будьте осторожны. Магия — это не игра.

Я посмотрел на неё. На её серебряные волосы, на длинные ресницы, на то, как её губы слегка дрожат от волнения.

Черт. Она красивая. И она волнуется обо мне. Даже если считает, что я ребёнок.

— Хорошо, Элина, — сказал я мягче. — Я буду осторожнее.

Она улыбнулась и погладила меня по голове.

— Вот и умница.

Я вздохнул. Она снова называет меня "умницей", как ребёнка. Но ладно. Прогресс есть.

И тут я понял, что у меня появилась идея. Если я могу использовать науку для магии, то почему бы не использовать науку для... других целей?

Например, для того, чтобы доказать Элине и Алисии, что я не ребёнок.

Или для того, чтобы создать что-то, что изменит этот мир.

Знаете что? — подумал я. — В моем прошлом мире меня считали "гением кода". В этом мире я буду "гением магии". И, кажется, у меня уже есть первые "пользователи" моего... хм... "софта".

Я посмотрел на Элину, которая все еще держала мою руку в своих ладонях.

Эта битва за "взрослость" будет долгой. Но я готов.

Глава 3. "Hello World" по-магически, или Как я взорвал умывальник

Утро началось с того, что я проснулся раньше всех.

Во-первых, потому что в теле семи летнего ребёнка сон был каким-то... другим. Не таким глубоким, как у взрослого мужика. Во-вторых, потому что в голове крутились идеи, и я боялся их забыть. Как это бывает с гениальными мыслями в три часа ночи — пока не запишешь, пока не проверишь, они испарятся.

Я сел на кровати и потянулся. Тело было лёгким, послушным. Никакой боли в спине от офисного кресла, никакой тяжести в груди после вчерашнего... того самого.

Так. План на день.

Я взял со стола пергамент и уголёк, который вчера попросил у Элины ("милорд, зачем вам это? вы же ещё не умеете писать!" — "Элина, я умею. Просто... почерк поменялся").

Нужно было составить список экспериментов. Как настоящий разработчик, я начал с "Hello World" — то есть с самого простого, что можно было проверить.

Задача №1: Вода → Лёд. Без морозилки.

Я вспомнил школьную физику. Чтобы заморозить воду, нужно отвести от неё тепло. В обычных условиях это делает холодильник — компрессор гоняет фреон, фреон забирает тепло, отдаёт его наружу.

Но у меня нет холодильника. Зато есть мана.

А что если... использовать эндотермическую реакцию? Ту самую, где вещество поглощает тепло из окружения?

Я встал с кровати и пошёл к умывальнику. Открыл кран — оттуда хлынула чистая, прозрачная вода. Я подставил под струю медную чашу.

Хорошо. Теперь нужна реакция. В моём мире для этого использовали нитрат аммония — "холодный пакет" из аптеки. Но здесь его нет. Зато есть мана.

Я закрыл глаза и сосредоточился. Вода — это H₂O. Две молекулы водорода, одна кислорода. Если я смогу... "разорвать" эти связи с помощью маны, а потом заставить их пересобраться в новой конфигурации...

Стоп. Это слишком сложно для первого раза. Давай проще.

Я представил, как мана входит в воду не как "сила", а как... инструкция. Как команда в коде.

1234567

Я не знал, как это написать на "языке магии", но чувствовал, что принцип должен работать. Мана — это же энергия. Если я заберу у молекул воды их кинетическую энергию...

Я протянул руку к чаше. Между пальцами мелькнул голубоватый свет. Вода в чаше начала... дрожать. А потом, на моих глазах, она покрылась тонкой корочкой льда.

— Работает! — прошептал я.

Но я не остановился. Я продолжал забирать энергию. Лёд становился толще. Чаша начала покрываться инеем. Воздух вокруг моих пальцев стал холодным, таким холодным, что кожа начала покалывать.

Ещё. Ещё чуть-чуть. Я хочу увидеть, каков предел.

И тут чаша треснула.

Лёд расширился — вода при замерзании увеличивается в объёме, это же базовая физика! — и разорвал медную ёмкость, как бумагу. Осколки полетели в стену. Я отскочил назад, прикрыв лицо руками.

— Милорд!

Дверь распахнулась, и на пороге появилась Элина. Она была в ночной рубашке — белой, лёгкой, с кружевами на плечах. Волосы распущены и падали на грудь. Она выглядела... очень хорошо. Очень.

Сосредоточься, Вася. Ты не ребёнок. Ты... ну, почти не ребёнок.

— Что случилось?! — она подбежала ко мне, схватила за плечи, осмотрела со всех сторон. — Вы ранены? Я почувствовала скачок маны!

— Элина, всё нормально, — сказал я, стряхивая её руки. — Я просто... экспериментировал.

Она посмотрела на разбитую чашу, на куски льда, разбросанные по полу, на иней на стенах. Её глаза расширились.

— Вы... вы заморозили воду? Без заклинания льда?

— Не совсем без, — я попытался звучать как профессор. — Я использовал эндотермическую реакцию. Понимаешь, когда молекулы воды теряют кинетическую энергию...

— Милорд, — она перебила меня, опускаясь на колени передо мной. — Вы... вы в семь лет создали лёд без стандартного заклинания? Это... это невозможно. Даже маги третьего круга не...

— Элина, это не магия. Это физика.

— Фи-зи-ка? — она произнесла это слово так, будто я сказал "квакушка".

— Ладно, неважно. — я махнул рукой. — Главное, что работает. Теперь мне нужна новая чаша. И... может быть, что-нибудь покрепче меди.

Она смотрела на меня долго-долго. А потом... улыбнулась. Той самой улыбкой. Снисходительной, умильной, "какой ты у нас милый".

— Конечно, милорд. Я принесу вам новую чашу. И... может быть, вам стоит сначала позавтракать?

— Элина, я не голоден.

— Вы всегда не голодны, когда делаете что-то... опасное.

Я вздохнул. Бесполезно. Она всё равно видит во мне ребёнка.

После завтрака (который я всё-таки съел, потому что в теле ребёнка аппетит был зверский) я решил перейти к следующему эксперименту.

Задача №2: Статическое электричество.

В моём мире электричество можно было получить, если потереть воздушный шарик о волосы. Это называлось "трибоэлектрический эффект" — перенос заряда с одного материала на другой при трении.

Если я смогу усилить этот эффект с помощью маны...

Я нашёл в комнате шёлковый платок (откуда он тут взялся? а, наверное, от матери) и кусок янтаря на столе (местный аналог пластика, как я понял из воспоминаний Валериана).

Я сел на пол, положил янтарь на ковёр и начал тереть его шёлком. Одновременно я направил ману в зону трения — не как "силу", а как... усилитель. Как будто я увеличивал коэффициент трения в формуле.

F = μ * N, где μ — коэффициент трения. Если я увеличу μ с помощью маны...

Янтарь начал... потрескивать. Воздух вокруг него стал странным — таким, как перед грозой. Волосы на моей руке встали дыбом.

— Ого, — прошептал я.

Я поднёс палец к янтарю.

ТРЕСК!

Маленькая, но яркая молния проскочила между пальцем и камнем. Я отдёрнул руку — было не больно, но ощутимо.

— Работает! Работает!

Я начал смеяться. Это было... это было прекрасно. Я, программист из Москвы, создавал электричество в фэнтези-мире с помощью янтаря и шёлка. Если бы мои бывшие коллеги это увидели...

— Валериан!

Я обернулся. В дверях стояла Алисия. Моя "сестра". Она держала в руках стопку книг и смотрела на меня так, будто я только что начал танцевать на столе.

— Что... что ты делаешь?

— Сестра, — я постарался звучать максимально серьёзно. — Я создаю электричество.

— Электри... что?

— Электричество. Молнию. Но маленькую. Контролируемую.

Она вошла в комнату, посмотрела на янтарь, на шёлк, на мои волосы, которые всё ещё стояли дыбом. Затем она медленно опустилась на колени напротив меня.

— Вал... ты в курсе, что маги-молнии учатся вызывать молнию десять лет?

— Да, — я пожал плечами. — Но они делают это неправильно. Они пытаются "приказать" молнии. А нужно просто создать условия для её появления. Как... как садовник. Ты не приказываешь цветку расти. Ты создаёшь почву, поливаешь, даёшь солнце. И он растёт сам.

Алисия замерла.

Потом она медленно, очень медленно, протянула руку и погладила меня по голове.

— Ты... ты пугающий, Вал. Пугающий и гениальный.

— Я не гениальный. Я просто... читал много книг.

— В семь лет?

— В... да. В семь лет.

Она улыбнулась. Но в её улыбке было что-то новое. Не снисходительность. Не умиление. Что-то похожее на... уважение? Или страх?

— Ладно, "гений", — она встала и отряхнула платье. — Если ты хочешь экспериментировать дальше, я принесу тебе книги по продвинутой магии. Но с одним условием.

— Каким?

— Ты будешь экспериментировать в подвале. Там каменные стены. Если ты случайно... взорвёшь что-то, дом не пострадает.

— Договорились.

Она повернулась, чтобы уйти, но тут остановилась.

— Вал... а почему ты такой... другой? После комы.

Я замер. Как ответить? "Потому что я не твой брат, я программист из другого мира"? Не вариант.

— Я... увидел сон, — сказал я тихо. — Очень странный сон. И в нём я понял, что жизнь... она коротка. И я не хочу тратить её на то, что делают все. Я хочу делать то, что не делал никто.

Алисия посмотрела на меня. Долго. Очень долго.

— Знаешь, — сказала она наконец. — Может быть, это и к лучшему.

И она ушла.

Когда я остался один, я посмотрел на янтарь, на свои руки, на иней на стенах.

Так. Это только начало. "Hello World" пройден. Теперь нужно переходить к реальным проектам.

Я улыбнулся.

Впервые за долгое время — за всю свою прошлую жизнь, за всю эту неделю в новом мире — я чувствовал себя... живым. По-настоящему живым.

Спасибо, ребята, которые меня подставили. Спасибо, инфаркт. Если бы не вы, я бы никогда не попал сюда. В место, где я могу быть... собой. Где мои знания имеют значение.

Я встал и пошёл в подвал.

Впереди было много работы. И, кажется, я уже знал, как изменить этот мир.

Глава 4. Лейденская банка по-аристократически, или Как я чуть не убил няню

Подвал оказался огромным.

Настолько огромным, что я, привыкший к московским квартирам-студиям, сначала подумал, что заблудился. Каменные своды, ряды деревянных бочек, стеллажи с какими-то склянками, мешками, инструментами. В углу тлел магический светильник — шар, парящий в воздухе и излучающий мягкий желтоватый свет.

Так. Рабочее место есть. Теперь нужно оборудование.

Я начал обходить подвал, изучая содержимое. Местный Валериан, оказывается, был не только вундеркиндом, но и маленьким хламовщиком — в углах валялись самые неожиданные вещи.

Я нашёл:

Медную проволоку (толстую и тонкую)

Стеклянную бутыль из-под какого-то вина (пузатую, с узким горлышком)

Кусок олова

Железные гвозди разных размеров

Шёлковые нити

Кусок дерева

И, что самое интересное, — кристалл. Прозрачный, размером с кулак, слегка светящийся изнутри.

О, это уже интересно.

Я взял кристалл в руки и почувствовал, как внутри него пульсирует мана. Не так, как во мне — не океаном, а скорее... ручейком. Но чистым, структурированным.

Это же... магический аккумулятор? Или проводник? Нужно проверить.

Я закрыл глаза и попробовал "прощупать" кристалл манной. И тут у меня в голове щёлкнуло.

Лейденская банка!

В моём мире это был первый электрический конденсатор — устройство для накопления заряда. Стеклянная банка, обёрнутая изнутри и снаружи металлической фольгой. Между фольгой — стекло, диэлектрик. Заряд накапливается на обкладках.

А что если... заменить фольгу манной, а стекло — этим кристаллом?

Я начал лихорадочно работать. Это было как в детстве, когда я собирал радиоприёмник из подручных деталей. Только теперь у меня была магия, и "подручные детали" стоили как крыло самолёта.

Шаг 1: Я обмотал бутыль медной проволокой — плотно, виток к витку, от дна до горлышка. Это будет внешняя "обкладка".

Шаг 2: Я наполнил бутыль водой с растворённой в ней солью (соль я нашёл на кухне, когда тайком оттуда таскал еду). Вода с солью — проводник. Это будет внутренняя "обмотка".

Шаг 3: Я поместил кристалл в центр бутыли, так, чтобы он касался воды.

Шаг 4: Теперь самое сложное. Нужно было "зарядить" конденсатор.

Я сел на пол перед бутылью, закрыл глаза и сосредоточился.

Так. В обычном конденсаторе заряд накапливается за счёт разности потенциалов. Мне нужно создать эту разность с помощью маны.

Я представил, как мана течёт из меня в проволоку. Не вся сразу — я уже понял, что в теле семилетки её не так много, как я думал. Скорее, ручеёк, а не океан. Но ручеёк чистый, структурированный.

Я направил ману в проволоку. Та начала светиться — слабым голубоватым светом. Кристалл в центре бутыли отозвался — его свечение стало ярче.

Ещё. Ещё немного.

Я продолжал накачивать ману. Проволока светилась всё ярче. Кристалл гудел — тихо, но ощутимо. Воздух вокруг бутыли стал... странным. Таким, как перед грозой.

Хватит. Кажется, хватит.

Я открыл глаза и откинулся назад.

Передо мной стояла... штука. Стеклянная бутыль, обмотанная медной проволокой, внутри которой светился кристалл. Всё это тихо гудело и излучало слабую голубоватую ауру.

Магический конденсатор. Работает.

Я протянул руку, чтобы потрогать проволоку — просто проверить, насколько она заряжена.

— Милорд! Не трогайте!

Я отдёрнул руку. На пороге подвала стояла Элина. Она держала в руках поднос с едой и смотрела на меня так, будто я собирался съесть динамит.

— Элина, всё нормально, — сказал я, стараясь звучать уверенно. — Это просто... эксперимент.

— Эксперимент? — она осторожно вошла в подвал, не спуская глаз с бутыли. — Милорд, эта штука... она гудит. И светится. Это опасно.

— Нет, не опасно. Это... конденсатор. Он накапливает ману. Как... как бочка накапливает воду. Только вместо воды — магия.

Элина посмотрела на меня, потом на бутыль, потом снова на меня.

— Вы... вы создали артефакт? В семь лет? Из... из бутыли и проволоки?

— Не артефакт, — я вздохнул. — Артефакт — это когда маг вкладывает в предмет свою силу на годы. А это... это просто устройство. Как... как мельница. Она не создаёт муку сама. Она просто перемалывает зерно. Этот конденсатор не создаёт ману. Он просто... хранит её.

Элина медленно опустилась на колени напротив меня. Её глаза были огромными.

— Милорд... вы понимаете, что вы только что сказали? Хранить ману? Это... это невозможно. Маги тратят годы, чтобы научиться сохранять ману в кристаллах. А вы... вы сделали это из бутыли?

— Ну, не совсем из бутыли, — я пожал плечами. — Кристалл тоже важен. Но да, в принципе, это просто... физика.

Она смотрела на меня долго-долго. А потом... протянула руку и потрогала проволоку.

ТРЕСК!

Яркая голубая молния проскочила между её пальцами и проволокой. Элина вскрикнула и отскочила назад, прижимая руку к груди.

— Элина! — я вскочил на ноги. — Ты в порядке?

Она смотрела на свою руку. На пальцах не было никаких следов, но она дрожала.

— Я... я в порядке, милорд, — она подняла на меня глаза. — Но... это было...

— Больно? — я нахмурился. — Прости, я не подумал, что оно так сильно заряжено.

— Нет, — она покачала головой. — Не больно. Просто... неожиданно. И... — она замолчала, глядя на меня. — ...странно приятно.

Я моргнул.

Что?

— Элина, ты... ты в порядке? — я решил уточнить.

— Да, милорд, — она быстро встала и поставила поднос на деревянный ящик. — Просто... вы удивительный ребёнок. Очень удивительный.

Она повернулась, чтобы уйти, но тут в подвал спустилась Алисия.

— Я почувствовала скачок маны, — она остановилась, увидев бутыль. — Что... что это?

— Это... конденсатор, — сказал я. — Он накапливает ману.

Алисия подошла ближе, осмотрела устройство со всех сторон. Её глаза сузились.

— Вал... ты в курсе, что такие артефакты стоят состояния? Что над их созданием работают десятки мастеров месяцами?

— Это не артефакт, — я снова вздохнул. — Это просто... устройство. Как...

— Как что? — она подняла бровь.

— Как... как... — я замялся. Как объяснить ей, что такое "технология", в мире, где этого слова даже нет? — ...как колесо. Оно не создаёт движение само. Оно просто облегчает его.

Алисия посмотрела на меня. Долго. Очень долго.

— Знаешь, Вал, — сказала она наконец. — Ты пугаешь меня. Но... это хороший страх. Как будто я смотрю в бездну, и бездна смотрит на меня. И бездна... умная.

Я не знал, что ответить. Поэтому просто пожал плечами.

— Ладно, — она выпрямилась. — Я принесу отцу новости. Он... он должен это увидеть.

— Подожди, — я поднял руку. — Может, не стоит? Я ещё не закончил. Это... сырая версия. Прототип.

— Прототип? — она усмехнулась. — Ты говоришь странные слова, Вал. Но... ладно. Я скажу ему, что ты "экспериментируешь". Но он всё равно захочет увидеть.

Она повернулась и ушла. Элина последовала за ней, но на пороге обернулась.

— Милорд... будьте осторожны. И... не трогайте это больше без меня.

— Хорошо, Элина, — я кивнул. — Я буду осторожен.

Она ушла. Я остался один в подвале, глядя на светящуюся бутыль.

Так. Прототип работает. Теперь нужно улучшить его. Сделать безопаснее. И... нужно понять, как использовать эту ману. Как "разрядить" конденсатор контролируемо.

Я сел на пол и достал пергамент с углём.

Так. Задача №3: Контролируемый разряд.

Я улыбнулся.

Добро пожаловать в мир, где я — Тони Старк. Только вместо реактора в груди у меня... кристалл в бутыли.

Глава 5. Разговор с "батей", или Как я узнал, что меня хотели убить из-за наследства

Отец не пришёл в подвал.

Вместо этого через час после того, как Алисия ушла, в подвал спустился дворецкий — высокий, худой мужчина с лицом, похожим на засушенный гриб. Он поклонился мне так низко, что я подумал, не сломается ли он.

— Милорд Валериан, — его голос был таким же сухим, как и лицо. — Град Белов ожидает вас в рабочем кабинете.

Град Белов. Звучит как название города из "Властелина колец".

— Хорошо, — я встал и отряхнул штаны. — Проводи меня.

Дворец (я уже понял, что это был именно дворец, а не просто дом) был огромным. Коридоры, лестницы, гобелены на стенах, доспехи в нишах. Я шёл за дворецким и пытался запомнить дорогу — привычка программиста, всегда нужно знать, как откатиться к предыдущей версии.

Кабинет отца оказался на втором этаже. Дубовая дверь, украшенная резьбой. Дворецкий открыл её и отступил в сторону.

— Милорд Валериан, — объявил он.

Я вошёл.

Кабинет был... впечатляющим. Огромный стол из тёмного дерева, заваленный бумагами. Стены увешаны картами, портретами, какими-то грамотами. В камине горел огонь. А за столом сидел...

Ого.

Отец выглядел как человек, который мог одной левой поднять меня за шкирку и выбросить в окно. Высокий, широкоплечий, с короткими тёмными волосами и пронзительными серыми глазами. На нём был строгий мундир с какими-то наградами. Он выглядел не как аристократ-интриган, а как... военный.

— Валериан, — его голос был глубоким, как гул трансформатора. — Иди сюда.

Я подошёл к столу. Чувствовал себя... маленьким. Не только потому, что был в теле ребёнка, но и потому, что этот мужчина излучал такую ауру власти, что даже мой тридцатилетний разум сжимался.

— Садись, — он указал на стул перед столом.

Я забрался на стул. Ноги не доставали до пола. Отлично. Выгляжу как идиот.

Отец посмотрел на меня. Долго. Очень долго. Его глаза были как сканеры — казалось, он видел меня насквозь.

— Алисия рассказала мне о твоих... экспериментах, — сказал он наконец. — О конденсаторе.

— Это не артефакт, — я сразу решил расставить точки над i. — Это просто устройство. Как...

— Я знаю, что это не артефакт, — он поднял руку, останавливая меня. — Алисия объяснила. Ты сказал ей, что это "как колесо".

Я моргнул. Она передала мои слова дословно?

— Ты удивляешь меня, Валериан, — отец откинулся на спинку кресла. — После комы ты изменился. Не только телом. Ты... другой.

Я замер. Он что, догадался?

— Отец, — я решил рискнуть. — Я... я видел сон. Очень странный сон. И в нём я узнал вещи, которых не должен был знать.

Отец усмехнулся. Но в его усмешке не было снисходительности. Было что-то другое.

— Сон, — он кивнул. — Знаешь, Валериан, в нашем роду были случаи, когда люди получали... видения. После того, как балансировали на грани смерти.

О, это удобно. Значит, в этом мире тоже есть объяснение для "попаданцев".

— Но дело не в видениях, — отец наклонился вперёд, и его голос стал тише. — Дело в том, что ты выжил. А должен был умереть.

Я почувствовал, как у меня по спине пробежал холодок.

— Покушение, — сказал я. — Кто?

Отец посмотрел на меня с удивлением. Затем его лицо стало жёстким.

— Ты знаешь, что это было покушение?

— Отец, — я постарался звучать как можно серьёзнее. — Огненный шар в грудь семи летнему ребёнку на территории нашего дома? Это не "несчастный случай". Это попытка убийства.

Он молчал. Потом медленно кивнул.

— Ты прав. Это было покушение. И я знаю, кто за этим стоит.

Он встал и подошёл к карте на стене. Это была карта какого-то региона — с городами, реками, лесами. Он указал на одно из названий.

— Дом Виртус, — сказал он. — Наши... конкуренты.

— Конкуренты? — я нахмурился. — В чём?

Отец повернулся ко мне. В его глазах был... гнев? Нет, не гнев. Усталость.

— В нашем мире, Валериан, власть аристократов определяется не только землями и золотом. Но и... магическим потенциалом рода. Чем сильнее маги в семье, тем выше её статус. Тем больше влияния при дворе.

Он вернулся к столу и сел.

— Наш род, Беловых, был одним из сильнейших. Твоя мать — маг воды третьего круга. Я — маг земли четвёртого круга. Алисия — маг воздуха, второго круга. А ты...

Он замолчал, глядя на меня.

— А ты должен был стать нашим наследником. Нашей силой. Потому что у тебя... у тебя была предрасположенность ко всем элементам.

Я кивнул. Я уже знал это. Чувствовал этот "океан" маны внутри себя.

— Дом Виртус знает об этом, — продолжил отец. — Они знают, что ты можешь стать сильнейшим магом поколения. И они не хотят этого. Потому что если ты станешь сильным... наш род поднимется так высоко, что Виртусы останутся позади. Навсегда.

— Поэтому они попытались убить меня, — я закончил его мысль.

— Да, — отец кивнул. — Они наняли наёмного мага. Тёмного мага. Тот пробрался в сад во время твоей прогулки с Элиной и...

Он не закончил. Но я понял.

— И что теперь? — спросил я.

— Теперь? — отец усмехнулся, но усмешка была холодной. — Теперь я собираю доказательства. Когда они будут готовы... Виртусы заплатят. Но это не так просто. У них есть союзники при дворе. Если я обвиню их без доказательств... это будет война. А к войне мы не готовы.

Я кивнул. Политика. Вечная политика. Ничего не меняется — что в моём мире, что в этом.

— Но есть ещё кое-что, — отец посмотрел на меня внимательно. — Твоя... гениальность. То, что ты сделал с этим конденсатором.

— Это не гениальность, — я вздохнул. — Это просто...

— Валериан, — он перебил меня. — Ты в семь лет создал устройство, которое накапливает ману. Маги тратят десятилетия, чтобы научиться этому. А ты... ты сделал это из бутыли и проволоки.

Он встал и подошёл ко мне. Положил руку мне на плечо. Его ладонь была тяжёлой, тёплой.

— Ты понимаешь, что это значит? — его голос стал тише. — Если ты сможешь делать такие вещи... если ты сможешь создавать артефакты, которые могут использовать даже слабые маги... наш род станет не просто сильным. Он станет... непобедимым.

Я почувствовал, как у меня внутри что-то сжалось. Ого. Он уже думает о стратегических преимуществах. Как настоящий CEO.

— Но, — отец выпрямился и отошёл. — Это также значит, что ты стал ещё большей мишенью. Виртусы теперь знают, что ты не просто "одарённый ребёнок". Ты... угроза. И они попытаются убить тебя снова.

Я сглотнул. Ну вот. Теперь я ещё и "угроза". Отлично.

— Поэтому, — отец посмотрел на меня серьёзно. — С этого момента ты не будешь выходить из дома без охраны. Элина будет всегда рядом с тобой. Алисия будет обучать тебя магии — не только основам, но и боевым техникам. А я... я найду тебе учителя. Того, кто научит тебя контролировать твою... гениальность.

— Отец, — я поднял руку. — Я не нуждаюсь в...

— Валериан, — он перебил меня, и в его голосе появилась сталь. — Ты гений. Но ты также семи летний ребёнок. И ты моя семья. Я не потеряю тебя. Понял?

Я посмотрел на него. На его серьёзное лицо, на напряжённые мышцы челюсти, на глаза, в которых читалась... забота? Страх?

Чёрт. Он действительно волнуется. Он не просто "аристократ-батя". Он... отец.

— Понял, — сказал я тихо.

Отец кивнул. Его лицо немного расслабилось.

— Хорошо, — он вернулся к столу. — А теперь иди. Алисия ждёт тебя в тренировочном зале. И... Валериан!

Я остановился у двери.

— Будь осторожен. Пожалуйста.

Я кивнул и вышел из кабинета.

Когда я шёл по коридору обратно, в голове крутилось множество мыслей.

Так. Ситуация сложнее, чем я думал. Есть враги — дом Виртус. Они хотят меня убить. Отец собирает доказательства, но это займёт время. Мне нужна защита. Но также мне нужно стать сильнее. Быстрее.

Я остановился у окна и посмотрел на сад. Тот самый сад, где на меня напали.

Они думают, что я просто "одарённый ребёнок". Они думают, что если убьют меня, проблема решится. Но они не знают... они не знают, что я — программист. Что я вижу магию не как "волшебство", а как код. Как систему. И я могу её... взломать.

Я улыбнулся.

Ладно, Виртусы. Хотите войны? Получите войну. Только вы не знаете, что я уже начал писать свой... "вирус".

Я продолжил путь к тренировочному залу. Впереди меня ждала Алисия. И, кажется, у меня появилась новая цель — не просто выжить, но и стать настолько сильным, чтобы ни один "тёмный маг" не посмел подойти ко мне ближе, чем на километр.

А ещё... — я подумал об Элине, о том, как она волновалась, когда я взорвал чашу. — Мне нужно защитить и их. Мать. Алисию. Элину. Всех, кто... заботится обо мне.

Я усмехнулся.

Кажется, я начинаю привыкать к этому миру. И к этой семье.