Архитектор магических форм. Том 2

Глава 1

— Я что, дом с привидениями купил?

Тру лицо ладонью и ещё раз щёлкаю выключателем. Без толку.

Телефон показывает четыре процента заряда. Ну конечно. Включаю фонарик и оглядываюсь. Сумка стоит у стены, где я её оставил, все остальные вещи по-прежнему в пикапе.

Если бы свет решил погаснуть на десять минут позже, я хотя бы успел наставить по дому коробок, чтобы было обо что спотыкаться.

Щиток мне показывали на просмотре. Кажется, где-то возле входа, только тогда меня куда больше интересовало, как я буду стенд в мастерскую затаскивать и где будет зал, чем чужая электрика.

Иду искать.

Телефон светит нормально первые несколько метров, потом экран снижает яркость. В коридоре приходится переступать через скомканную строительную плёнку. Край цепляется за ногу, ползёт следом, и я замечаю движение раньше, чем успеваю запутаться.

Удобно, и чего это все возмущаются на Аспект? Весьма полезная штука, как минимум, чтобы башку не расквасить в новом доме.

Вот только неподвижные вещи Движение за меня не найдёт. В дверной косяк всё равно врезаюсь плечом.

— Твою мать.

Подсвечиваю фонариком помещение и понимаю, что пришёл не туда.

Прохожу дальше, стараясь вспомнить план. Дом я осматривал несколько раз, но ни разу не думал, что первым же вечером придётся искать щиток почти на ощупь.

Экран моргает.

Один процент.

— Только не сейчас.

Телефон со мной не соглашается. Фонарик гаснет, вслед за ним исчезает и свет экрана.

Стою несколько секунд в полной темноте.

Ладно. Машина снаружи. Там есть инструменты, фонарь и зарядка, если я не запихнул её в одну из коробок.

До выхода добираюсь уже медленнее. Движение помогает хотя бы понимать, что именно я сам задел и куда оно после этого поехало. Но никакого волшебного зрения не появляется, так что возле порога всё-таки цепляю носком что-то твёрдое.

Ругаюсь и выхожу во двор. Хоть глаз выколи, это вам не город с фонарями и подсветкой высоток. Здесь только звёзды над головой, но они не дают нужного света.

Пикап открывается с брелока. Салонный свет после дома кажется прожектором. Ставлю телефон на зарядку и лезу в кузов.

Коробки подписаны. Хорошо хоть на этом этапе я решил не проверять собственную память.

Налобный фонарь находится сразу. С инструментами тоже всё просто. Зарядка, как выясняется, лежит в коробке с рабочими мелочами, хотя я точно помню, что собирался положить её к одежде.

Через несколько минут возвращаюсь в дом уже нормально экипированным.

Щиток нахожу почти сразу. Открываю.

Один автомат выбило. Щёлкаю и свет в коридоре появляется мгновенно и почти сразу пропадает. Рычаг возвращается обратно.

Вот теперь уже понятно, что дело не в лампочке.

Отключаю, проверяю напряжение и снимаю защиту. Возле одного из соединений нагар. Похоже, когда подали электричество, что-то не учли, раз бедолага перегрелся из-за света в коридоре.

Не катастрофа.

И даже почти обидно. Я уже приготовился искать проклятие прежнего хозяина, а получил старый автомат.

Проверяю доступный участок. Повреждение есть, заменить надо и автомат, и часть соединения. Ничего сложного, кроме одной мелочи.

Нужной детали у меня нет.

Смотрю на коробку с инструментами, потом на щиток.

Можно оставить до утра.

Вода работает. Крыша есть. Кровать, если прежняя хозяйка её не вывезла, тоже где-то была. Переночую без света, утром съезжу за всем необходимым.

Достаю из пикапа уже немного зарядившийся телефон и смотрю на время.

Без пяти два. Ну а что, идеальное время позвонить другу.

Он отвечает далеко не сразу.

— Ну? — слышу заспанный голос Дена.

— Спишь?

— Теперь уже нет. Что случилось?

— Мне нужен автомат.

Тишина.

— Какой ещё автомат?

— Электрический.

— М-м, хорошо что не Калашникова. На кой он тебе в, — Ден шуршит чем-то, — два часа ночи?

Фотографирую маркировку и отправляю ему вместе со снимком повреждённого соединения.

— Мой сгорел. И ещё несколько вещей. Сейчас напишу список.

— Где я тебе это возьму ночью?

— Понятия не имею.

— Отлично.

— Но надо.

Слышу, как он возится на другом конце.

— До утра дом развалится?

— Нет.

— Тогда какого хрена?

— Ты же предлагал помощь с переездом, вот, решил воспользоваться.

На том конце наступает тишина, а потом Ден начинает ржать.

— Гор, ты как всегда. Это было вечером, а сейчас ночь. Чё изменилось?

Ещё несколько часов назад я был уверен, что спокойно закину вещи в дом, лягу спать и утром начну заниматься новой жизнью.

— Тогда свет работал.

Ден фыркает.

— Долго?

— Не отвлекайся.

— Я спал.

— Уже нет.

Он вздыхает.

— Адрес скинь ещё раз. И размеры нормально напиши, чтобы я не привёз тебе какую-нибудь хрень.

— Сейчас.

— И если я ничего не найду, до утра терпишь.

— Посмотрим.

— Гор.

— Хорошо.

Отключаюсь.

Скидываю всё необходимое и возвращаюсь к щитку.

Пока Ден ищет детали, снимаю повреждённый участок и проверяю соседние. Ничего подозрительного не вижу. Возможно, действительно просто неудачно совпало: дом долго стоял почти без жизни, старый узел дотянул до моего приезда и сдох ровно в момент, когда я решил воспользоваться электричеством.

— Очень гостеприимно.

Через двадцать минут приходит фотография.

«Этот?»

Увеличиваю маркировку.

«Да».

Следом ещё одна.

Тоже подходит.

«Нашёл. Еду».

Вот и хорошо.

Коробки так и оставляю в машине. В доме вешаю один из фонарей на батарейке, который валялся в инструментах. Я не раз сталкивался с тем, что линия не справлялась с нагрузкой, так что автономных источников света у меня хватает.

Выхожу на крыльцо.

Ночью здесь совсем тихо. В квартире такого не бывает, даже когда кажется, что вокруг никого. Там всегда что-нибудь гудит, ездит, хлопает дверями. Здесь слышно ветер и редкую машину где-то далеко за посёлком.

Смотрю на дом.

Большой и недоделанный.

Но, главное, мой. Эта мысль ещё не ложится в голову как надо, но всё равно приятно.

Машина Дена появляется примерно через час, может, чуть больше. Он сигналит у ворот, я иду открывать.

Друг выбирается из тачки с пакетом в одной руке и контейнерами в другой.

— Я очень хочу знать, в какой момент моей жизни стало нормальным ездить ночью чинить тебе дом.

— Когда познакомился со мной, — пожимаю плечами.

— Скорее всего, — соглашается Ден. — Хотя чему я удивляюсь? Мы и на квартире многое сами чинили.

Протягивает пакет.

— Проверяй.

Внутри всё, что просил.

— Где взял?

— У знакомого. Ему теперь тоже интересно, кто настолько охренел, что в два часа ночи понадобился автомат.

— Скажи, известный спортсмен.

— Я сказал, что псих.

— Тоже подходит.

Ден поднимает второй пакет.

— И еда. Потому что я тебя знаю с твоими мясными роллами и бичпакетами.

— Вот за это спасибо.

— А за остальное?

— Посмотрим, заработает ли.

Ржём и заходим в дом. Ден светит фонарём по стенам и оглядывается.

— Неплохо.

— Именно поэтому купил.

— Я про размеры. Всё остальное пока требует воображения.

— Воображение у меня есть.

— А деньги?

— Пока да.

Еду оставляем возле окна и идём к щитку. Ден заглядывает внутрь и сразу отступает.

— Ты же понимаешь, что я тут скорее для моральной поддержки?

— Фонарь держи.

— Вот. Это уже ближе к моим навыкам.

Меняю автомат и повреждённое соединение. Ден светит, иногда подаёт то, что лежит дальше вытянутой руки, и пару раз пытается заглянуть через плечо.

— А точно всё безопасно?

— Да, я всё отключил.

— Это я понял. А когда включишь?

— Тогда отойдёшь.

— Прекрасный план.

Заканчиваю, проверяю ещё раз и возвращаю защиту на место.

— Давай.

Ден выходит в коридор, а я кошусь на него. Издевается засранец, я-то точно знаю, что он не из пугливых. Ещё по щегляне, когда с Огнём я управлялся так себе, он ни разу не пригнулся, я ему даже бровь подпалил как-то.

Включаю всё, но ничего не происходит. В хорошем смысле.

Щёлкаю выключателем, лампы загораются.

Жду несколько секунд, но свет продолжает гореть.

— Ну? — спрашивает Ден.

— Работает.

— Тогда идём есть.

— Сначала посмотрю нагрев.

— Я знал, что зря приехал с горячей едой, — бурчит Денис.

Проверяю соединение через несколько минут. Нормально. Никакого запаха, автомат держится.

Полную диагностику ночью устраивать всё равно не собираюсь. Сейчас достаточно того, что проблема найдена и свет есть. Днём спокойно посмотрю, как здесь вообще собрана разводка.

Закрываю щиток.

— Всё.

Ден сразу идёт к еде.

Садимся на широкий подоконник. Стола и стульев здесь пока нет. Контейнер открываю и сразу понимаю, насколько голодный.

— Без тебя я бы тут с голоду сдох.

— Второй раз твои похороны организовывать не буду.

— А что, первые плохо прошли?

— Да вроде нормально, но мне хватило.

Тут даже спорить нечего.

Некоторое время просто едим. Ден посматривает по сторонам.

— А чё шмотки не занёс?

— Так свет жахнуло, не буду же в темноте ползать.

— Да уж, не думал, что ты решишься на такую покупку. На тебя это не похоже.

— Угу, — говорю с набитым ртом. — Я вообще на себя не похож после того, как вернулся. Решил пересмотреть свой образ жизни.

— Это круто, что всё так вышло. Я правда рад, что ты вернулся.

— Сопли не разводи, — хлопаю друга по плечу, и мы смеёмся.

Заканчиваем есть, и Ден тут же подрывается.

— Ладно. Давай коробки таскать.

— Да я сам, можешь домой ехать.

— Я уже притащился в эту глухомань. Если сейчас уеду, ты до утра будешь таскать всё сам, потом ни хрена не выспишься и работать сядешь.

— Я так не делаю.

Ден смотрит на меня.

— Да ладно.

Возразить сложно. Да и помощь мне и правда пригодится. Идём к пикапу.

Первую коробку он поднимает и сразу смотрит на подпись.

— Книги. Отлично. Начинаем с лёгкого.

— Могу дать награды.

— Они хотя бы заслуженные?

— Большая часть.

— Тогда тащи сам.

Смеёмся и таскаем коробки. Все составляем в ближайшей пустой комнате, ибо я пока не знаю, где и что будет.

Заглядываю в спальню и вижу, что кровать осталась.

Низкая рама стоит прямо на плёнке, матрас закрыт сверху от пыли. Снимаю защиту и проверяю, что под ней.

— Ну всё, — говорит Ден из дверей. — Можно открывать гостиницу.

— Завидуй молча.

— Когда баб таскать сюда начнёшь?

Смотрю на голые стены и усмехаюсь.

— Сначала хотя бы дверь в комнату поставить надо.

— Разумно.

До утра остаётся совсем немного, когда последняя коробка оказывается внутри.

Провожаю Дена.

— Спасибо.

— Запишу. Ты сегодня уже второй раз сказал.

— Не привыкай.

— Если свет снова погаснет, до двух ночи не звони.

— Ничего не обещаю.

Он смеётся и уезжает. Закрываю ворота и возвращаюсь в дом.

В окнах горит свет. Коробки стоят вдоль стен, на подоконнике остался пакет от еды, в спальне есть кровать.

Не квартира, конечно.

Но жить можно.

Нахожу постельное бельё только со второй попытки, застилаю матрас и ставлю телефон заряжаться возле кровати. Одежду оставляю поверх коробки.

До идеала ещё далековато, зато места хватает.

Выключаю свет и заваливаюсь спать.

За следующие несколько дней дом становится чуть меньше похож на ночлежку.

Коробки никуда не исчезают, просто я начинаю знать, в какой из них что лежит. Покупаю стол под ноут. На нём же пока ем. Одежда переезжает в одну комнату, инструменты — в другую. Награды даже не распаковываю. Полок для них всё равно нет, как и отделки на стенах.

С электричеством после ночного ремонта всё спокойно. Новый автомат держится, соединение не греется. Я пару раз заглядывал туда, но пока всё тихо.

Утром тренируюсь во дворе.

Не зал, но на первое время подходит. Участок большой, можно нормально размяться, пробежаться, поработать с весом собственного тела и не думать, что через стену кто-нибудь услышит, как я опять проверяю пределы Движения.

С самим Движением сейчас как раз ничего нового. Я просто пользуюсь им, будто оно всю жизнь у меня было.

Отлично помогает удержать равновесие там, где раньше пришлось бы переступать с ноги на ногу. Даже не замечаю каждый раз отдельно, что что-то сделал Аспектом. Чуть разогнался или притормозил, сменил направление быстрее обычного. Красота.

После тренировки почти всегда захожу в будущую мастерскую. Там пока делать нечего, зато думать удобно.

Проёмы открыты, ветер гуляет через всё помещение. Оборудование сюда сейчас можно тащить только при большом желании купить его заново после первого же дождя.

Но планы строить всё равно надо. Первым делом — окна и двери. Потом нормальная электрика. И дальше уже внутренние работы.

Стенды, накопители и всё остальное подождут. Если сейчас полезу считать сразу всю будущую мастерскую, закончу тем, что закажу половину оборудования раньше, чем появится место, куда его ставить.

Надо держать себя в руках и не торопиться.

Мне впервые досталось помещение, которое не надо освобождать от чужой работы. Можно спокойно собрать всё под себя.

Возвращаюсь в дом, записываю несколько вещей по ремонту и закрываю список.

Большую стройку пока не начинаю. Я только въехал. Надо хотя бы разобраться, где буду жить, пока вокруг начнут работать строители.

Новый адрес журналисты пока не нашли.

После последних недель это почти непривычно. Никто не стоит у подъезда, незнакомые люди не пытаются выяснить, правда ли я воскрес именно из пепла и что чувствовал в этот момент. Позволяю себе получить от этого удовольствие. Тишина, кто бы мог подумать, что Пекло станет домоседом.

Работа тоже постепенно возвращается в нормальный режим. Мелкие заказы делаю за ноутбуком, часть старых подписок работает сама. Пока мастерской нет, ничего сложного не беру.

На третий день телефон вибрирует как раз тогда, когда я пытаюсь понять, в какую коробку убрал нормальную рулетку.

Сообщение от организатора закрытых боёв.

«Вектор, интерес после прошлого выхода хороший. Если хочешь строить карьеру, надолго пропадать не стоит. Когда готов рассматривать следующий бой?»

Ну да. У меня же теперь две карьеры.

Одна официальная, известная всей стране, но без Аспекта, который от неё ждут.

Вторая только начинается и вообще существует при условии, что никто не узнает, кто под маской.

Главное, чтобы никому однажды не пришло в голову столкнуть Вектора и Пекло.

Вот это будет номер. Смеюсь. Я ещё мастерскую не запустил, а мне уже опять предлагают выбрать, где именно мне будут бить морду.

Убираю телефон в карман, организатор подождёт, у меня тут более важные дела.

Рулетка находится в коробке с книгами. Да уж, нашёл, куда упаковать.

К концу недели я почти перестаю обращать внимание на голые стены. Как и на коробки, плёнку на полу и отсутствие нормальной кухни. Какое-то время можно и так пожить.

Вечером ставлю кружку на стол и открываю ноутбук.

Лампа над головой моргает.

Поднимаю взгляд, а она блымает ещё раз. А потом раздаётся щелчок из коридора, и свет гаснет.

Сижу несколько секунд.

— Да вы издеваетесь.

На этот раз фонарь лежит там, где положено, телефон заряжен, щиток я найду и с закрытыми глазами.

Иду проверять. И быстро выясняю, что выбило ту же линию.

Новый автомат выглядит нормально. Никакого запаха, следов нагрева тоже нет.

Включаю тумблер, свет загорается. Несколько секунд лампы светят, а потом снова вырубаются.

Отключаю линию и открываю щиток.

Первый раз всё было просто. Старый элемент реально подгорел, соединение тоже требовало замены. Только теперь очевидно, что этим дело не ограничилось.

Проверяю то, что делал сам. Всё на месте. Контакт нормальный. Ничего не оплавилось.

Сегодня я вообще не включал ничего нового. Та же обычная нагрузка, которая несколько дней спокойно работала.

Значит, надо смотреть дальше.

От щитка линии уходят в стену. Часть направления ещё понятна по доступному участку, дальше всё скрывается внутри.

Открываю технический отчёт по дому.

Там есть состояние электрики, ввод, замечания. Подробной схемы разводки, естественно, нет. Никто не знает, как бывший владелец разложил провода.

Закрываю файл.

Электрика вызвать можно. И вызову, если сам ничего не пойму. Но сначала хочется хотя бы разобраться, куда уходит проблемная линия.

Осматриваю стену возле щитка.

Штукатурка местами отличается, но дальше всё сливается. Можно начать вскрывать стены и идти за кабелем физически. Только я дом купил меньше недели назад. Как-то рано ломать стены просто из любопытства.

Провожу пальцами по поверхности и стучу костяшками.

Звук меняется ближе к углу.

Ещё раз.

Сама по себе разница ничего не значит. Внутри кладка, бетон, металлические элементы, пустоты. Я не строитель и точно не собираюсь определять устройство дома на слух.

Но мне и не слух нужен — хочу проверить теорию.

Бью ещё раз и задерживаю внимание на слабом движении, которое расходится от точки удара.

Вот это уже интереснее. Чувствую, как колебание проходит по материалу и затухает.

Сдвигаюсь немного в сторону, повторяю.

Здесь иначе. Возвращаюсь назад.

Опять тот же отклик.

Беру отвёртку за рукоять, чтобы удары получались примерно одинаковыми, и начинаю проверять стену вдоль предполагаемого направления кабеля. Не пытаюсь найти сам провод. Для этого мне пришлось бы внезапно стать магом Рентгена, а такого Аспекта у меня нет.

В одном месте движение распространяется через сплошной материал, чуть дальше встречает пустоту. Возле металлического элемента отдача держится дольше. Чем больше сравниваю соседние участки, тем лучше вижу разницу не глазами, а именно по тому, как ведёт себя созданное мной движение.

И где-то через пару метров нахожу протяжённый участок, который сильно отличается от остальной стены.

Проверяю дальше, пока одинаковый отклик не протягивается почти через всю стену.

Присматриваюсь внимательнее и замечаю крышку технического доступа, заляпанную штукатуркой. С первого взгляда она вообще сливается со стеной. Нахожу крепления, открываю и свечу внутрь.

Там проходит силовой кабель, причём заметно толще обычной бытовой разводки. Канал тоже сделан с запасом.

Похоже, сюда изначально закладывали совсем другую нагрузку, чем свет и несколько розеток.

Кабель уходит дальше в стену, примерно в сторону задней части дома. Так, и что это такое?

Я помню, что прежний хозяин строил дом для себя, но что он здесь планировал делать?

И куда протянул эту линию?

Глава 2

Закрываю технический доступ и оставляю проблемную линию отключённой. На сегодня со стенами хватит. Куда бы ни уходил кабель, ночью я за ним не полезу.

Ранним утром нахожу управляющую компанию посёлка. Именно они подключали электричество перед моим переездом, их номер есть в переписке по дому. Позже ещё договор с ними заключать, но сейчас меня интересует более насущный вопрос.

— Электрика можно вызвать? Повторно выбивает питание, — говорю, как только знакомлюсь с диспетчером и сообщаю, что теперь живу в доме.

Договариваюсь на девять, ставлю будильник и возвращаюсь в постель. Ночью долго крутился, прикидывая, что мог питать такой кабель. Не выспался.

В девять с небольшим открываю ворота электрику. Он приезжает один, привозит инструмент и первым делом просит показать щиток.

Показываю.

— А за домом что планируете? — спрашивает мужик.

— Мастерскую, если свет починим.

— Починим, — усмехается он. — Ещё не было такого, чтобы я что-то не сделал.

Охотно верю. Оставляю электрика разбираться, а сам возвращаюсь за ноутбук. Стоять рядом и спрашивать, ну что там, каждые пять минут не собираюсь. Телефон заряжен, воды набрал, до обеда переживу.

Проверяю сообщения, отвечаю по одному мелкому заказу и открываю контакты. Всё собирался поговорить с владельцем бывшей мастерской лично, но так до него и не добрался. Начну хотя бы со звонка. Если он действительно помнит время, когда нашёл мой труп, это может пригодиться в суде.

— Владислав, здравствуйте. Соколов беспокоит, — говорю, как только тот отвечает.

— Да, здравствуйте, Гордей Романович. Что-то случилось?

— Хочу уточнить по поводу того вечера. Напомните, пожалуйста, во сколько вы тогда приехали в мастерскую?

На другом конце становится тихо. Слышно, как Владислав чем-то шуршит, потом негромко откашливается.

— Поздно уже было. Часов в десять, может, одиннадцать. А то и позже, точно не скажу, не следил за временем.

Перестаю крутить ручку. Не понял.

— Странно. В прошлый раз вы сказали, что приехали около семи.

— Я? Вряд ли. Вы, наверное, неправильно поняли.

— Я точно помню, что вы говорили о семи вечера.

— Значит, оговорился. Вы же понимаете, какой это был шок. Я тогда плохо соображал.

— Ну да.

— Такое не каждый день происходит, думаю вы понимаете, что я плохо соображал.

Смотрю на открытую тетрадь. Пишу: «десять — одиннадцать», и обвожу. Врёт или это я уже везде вижу подвох?

— Службы сразу вызвали?

— Конечно, сразу. Как только вас увидел.

— А сами там оставались?

— Да. Не уезжал.

— Звонок у вас сохранился?

— Не знаю. Телефон посмотреть надо. Столько времени прошло, я уже всё чистил десять раз.

Ещё недавно он точно помнил, а теперь, оказывается, прошло слишком много времени.

— Если потребуется подтвердить обстоятельства официально, сможете?

— Смотря что подтвердить. Я же не специалист, Гордей Романович. Приехал, увидел, вызвал. Что ещё я могу сказать?

— То, что видели. И когда это произошло.

— Ну, поздно вечером. Ночью уже почти, я за временем особо не следил. Больше мне нечего сказать.

Он говорит быстрее, чем в начале разговора. Несколько раз повторяет, что не следил за часами. Хотя я больше не спрашиваю.

— Хорошо. Спасибо, Владислав.

— До свидания.

Он отключается первым. Ещё немного смотрю на экран, потом кладу телефон рядом с тетрадью.

В прошлый раз было около семи. Теперь почти ночь. Причём сначала я якобы не так понял, а потом уже он оговорился. Свидетель, которого я собирался привести в подтверждение разницы со справкой, переобулся прямо-таки на ходу.

И когда он говорил правду?

По тому, как торопился оправдаться сегодня, я бы поставил на первый разговор. Только это не доказательство. Может, действительно перепутал, а теперь боится отвечать за собственные слова. А может, ему объяснили, что лучше помнить совсем другое.

Вопрос только кто? Дядюшка подворовывал, но сомневаюсь, что он внезапно стал бандитом.

Оставляю вопрос рядом с двумя вариантами времени. Обвинять на основании чужого заикания глупо. А разобраться надо, но это уже работа для тех, кто сможет спросить официально. Если потребуется — через суд.

Укажу на хозяина мастерской как возможного свидетеля, а там пусть вызывают и допрашивают, если понадобится.

Электрик возится почти полдня. Пару раз выходит к машине, потом надолго пропадает за домом. В какой-то момент ему привозят недостающие детали. Я успеваю поработать и перекусить. Когда он наконец зовёт, ноутбук уже напоминает, что его тоже неплохо бы накормить.

— Включаю, — говорит мастер.

Свет загорается сразу. Подключаю зарядку, проверяю ближайшую розетку. Всё работает.

В щитке появились новые обозначения. Мужик показывает на них.

— Дом отдельно, ваша будущая мастерская отдельно. Раньше у вас тут одно на другое было завязано. По частям всё допустимо, а вместе нормально не работает.

— Значит, я зря автомат менял?

— Нет, там действительно менять надо было. Вы сделали нормально. Только причину это не убрало. Прошлый хозяин сам занимался? — спрашивает электрик.

— Похоже на то. Я подробностей не знаю.

— Видно, что не профессионал. Часть показателей не учёл. Надо было иначе разделять питание.

Идём к будущей мастерской. У входа теперь стоит отдельный щиток. Мужик открывает крышку, показывает защиту.

— Та линия сюда приходит? — спрашиваю.

— Да. Я её отделил от дома. Здесь своя защита, в доме своя. К оборудованию уже будете разводить отсюда.

Так-то лучше. Теперь мастерская будет отдельно.

— Выбивать больше не должно?

— Я проверил всё, что мог. Ничего греться не должно. Только сами обратно не соединяйте, как раньше.

— Не собирался. А сколько сюда можно подключить?

Мастер называет значение. Я уточняю, не ослышался ли.

— Нет, всё верно. Тут небольшой завод можно ставить. Для гаража с лампочкой столько не заводят.

Усмехаюсь. Завод мне пока без надобности, а вот мастерская с нормальной мощностью очень даже кстати. Не придётся с нуля решать вопрос с мощностью под оборудование.

Сумма за работу и детали выходит приличная. Рассчитываюсь. Он ещё раз проверяет питание и забирает инструмент. Провожаю до ворот, уточняю, сможет ли он сделать мне разводку, когда я займусь ремонтом.

— Разумеется, только заранее сообщите. И если надо, могу вам ремонтников посоветовать. Они тут половину посёлка делали.

— Буду благодарен, — киваю. — Напишите, мой номер у вас есть.

Затем возвращаюсь к мастерской.

Смотрю на щиток и довольно усмехаюсь. Только на кой-всё это понадобилось прежнему хозяину?

Вспоминаю голые комнаты и одинокую кровать. Жилую часть он даже не довёл до ума, зато сюда проложил такую выделенку, что электрик про завод заговорил. Значит, собирался чем-то серьёзным заниматься.

Захожу внутрь и на этот раз внимательно смотрю на то, что тут пылится.

Вдоль стены лежат остатки стройматериалов. Мешок штукатурки надорван, возле него белая пыль. Поднимаю край плёнки, которой прикрыты вёдра. Шпатлёвка, краска. Ничего, ради чего потребовалась бы мощность небольшой производственной линии.

Возвращаю плёнку на место. По мешкам со штукатуркой профессию покойного не угадаешь.

Зато можно заняться тем, что нужно мне. Достаю телефон и связываюсь с замерщиками. Объясняю, что мне нужны окна и двери в будущую мастерскую и явно нестандартных размеров. Хочу, чтобы в будущую мастерскую можно было спокойно заносить оборудование, а не упражняться в собирании пазлов.

На утро следующего дня есть свободное время. Подтверждаю адрес и договариваюсь, что буду на месте.

Вечером открываю договор, ибо любопытство сжирает. Фамилия прежней собственницы — Брусникина. Полина Аркадьевна. Получается, отец, скорее всего, Аркадий Брусникин.

Хотя она могла выйти замуж и сменить фамилию. Я даже не знаю, замужем ли она. Разговор у нас был про дом, а не про личную жизнь.

Вбиваю имя в поиск. Среди результатов хватает людей, которых я точно не ищу. У одного свежие фотографии, другой вообще слишком молод. Добавляю, что человек умер, и получаю страницу Аркадия Филипповича Брусникина.

Учёный. ИМиЖА — Институт магобиологии и жизненных Аспектов. Похоже на правду.

Открываю страницу целиком. Даты подходят, мужчина на фотографии похож на Полину. Та же форма носа, сходство особенно заметно в верхней части лица. К тому же среди подходящих результатов он единственный уже покойный.

На странице перечислены работы, ниже ссылки на публикации. Открываю несколько аннотаций. Духовная структура, особенности её развития. Дальше идёт такое, что с наскока уже не прочитаешь.

Магобиология мне знакома в той части, которая нужна Архитектору. Но до специалиста, способного с ходу оценить всё написанное этим учёным, далеко. В одной работе половина терминов требует отдельного поиска, и я закрываю её после вводной части.

Большинство публикаций вообще теоретические. Для проверки остальных скорее нужен кабинет с лабораторным оборудованием, а не большое пустое помещение с силовым кабелем. Хотя кто его знает, что именно использовал учёный.

Листаю список к последним датам и замечаю странность. Последняя публичная работа вышла примерно за пять лет до смерти.

Проверяю другие страницы. Может, здесь список просто не обновили. Нахожу ссылки на те же статьи, попадаются упоминания более поздних обсуждений, но новой работы за ними нет.

Пять лет человек ничего не публиковал. Для того, кто до этого писал регулярно, перерыв заметный.

Мог перестать заниматься наукой. Устал, заболел, решил наконец жить для себя. А мог продолжать, только результаты в открытый доступ не выкладывал.

Можно будет спросить у Полины Аркадьевны. По большому счёту какая мне разница, чем занимался старик, если я не собираюсь продолжать его исследования?

Так-то незачем, банальное любопытство.

Закрываю лишние вкладки. Кабель от этого менее полезным не становится. Часть дорогой подготовки под мастерскую здесь уже сделана, мне остаётся нормально ею воспользоваться.

Раз уж сижу за ноутбуком, добираюсь до своих материалов. Электронный учебник открыт ещё с прошлого чтения. Пролистываю знакомое, останавливаюсь на разделе о происхождении Аспектов.

В учебнике всё начинается с природных зародышей. Тема, которую я, кажется, прогулял.

При подходящих условиях могла возникнуть энергетическая структура с определённым эффектом. Для этого нужна насыщенная маной среда и физическое явление, которое устойчиво повторяется очень долго.

Например, аномальное грозовое облако, которое висит в зоне высокой концентрации маны, питается уже не водой, а этой самой маной и извергает молнии одну за другой пару десятков лет, вполне может стать зародышем Аспекта Электричества.

Люди научились находить такие зародыши, затем удерживать их стабильными. Позже дошли до лабораторного воспроизведения. Теперь люди массово воспроизводят известные аспектные зародыши.

А вот создать с нуля новый стабильный Аспект не могут до сих пор.

Возвращаюсь к этой строчке. Разницу понимаю, но она всё равно неприятно цепляет. То есть воссоздать то, что сотворила природа, мы можем, а придумать своё — нет.

Ниже идёт упрощённое деление Аспектов по сложности. Простейшие и составные, отдельно — сложносоставные. Автор сразу оговаривается, что это учебная модель, а не научная. Ну да, незачем в седьмом классе пичкать юные умы сложными терминами.

Подумаешь, что кое-кто и в двадцать пять этот учебник решит почитать.

Пример Огня читаю внимательнее. Нужно запустить горение — дать искру или иным способом получить пламя. Потом разрастить его, удерживая под контролем. Для меня это когда-то было одним привычным действием. Я же не проговаривал себе каждый этап, когда бил.

Теперь приходится смотреть на то, что внутри этого действия было спрятано.

Со Льдом задач больше. Сначала нужна влага из окружающей среды, хотя бы минимум — пара капель. Доступный объём увеличивается за счёт маны, затем температуру требуется опустить до замерзания. И уже льду надо придать форму, управляя им через структуру или Формы.

Вспоминаю Шипа. Его ледяные штуки появлялись достаточно быстро, чтобы мне было не до оценки сложности процесса. А ведь он действительно сильный маг. Ещё не до конца развитый, но Аспект у него сложный, одним выпендрёжем такую работу не вытянуть.

Дальше добираюсь до одной из теорий появления сложных Аспектов. Естественные мутации духовной структуры, которые происходили на протяжении сотен тысяч лет. Удачные изменения передавались потомству и закреплялись. Постепенно могло получаться то, что лаборатории сегодня умеют воспроизводить лишь по готовому шаблону.

Читаю абзац ещё раз. Это лишь теория, окончательного объяснения не существует. Но попытки искусственно скрещивать Аспекты растут в том числе отсюда.

Результат у этих попыток пока так себе. Повторить известное можно, а получить принципиально новый устойчивый Аспект всё ещё не выходит.

Открываю тетрадь с собственными наблюдениями за моей схемой, я уже добавил пометки о чувствительности.

У меня осталась структура Огня. Одна из изменённых точек даёт тепло, хотя работаю я Движением. Само по себе оно воду нагревать не умеет, это я уже проверял. Тепло появляется, когда воздействие проходит через определённый участок старой структуры.

Теперь рядом ещё и точка, через которую лучше различаю движение. Со стеной вчера это особенно пригодилось. Обычной чувствительности едва ли хватило бы так уверенно отделить нужный отклик от остального.

Если предположить, что изменения структуры чем-то похожи на мутации ДНК, у меня может идти ускоренный вариант того, что обычно занимает куда больше времени.

А может, я опять пытаюсь назвать обычное развитие слишком громким словом. Движением постоянно пользуюсь, нагрузка растёт. Структура подстраивается, и это само по себе ничего не доказывает.

Ставлю вопрос рядом с пометкой. Наблюдать надо, а не объявлять себя родоначальником новой ветви магов после нескольких удачных опытов.

Завтра попробую немного облегчить питание чувствительной точки. Без попытки переставить половину структуры за один заход. Я уже достаточно хорошо знаю, чем заканчивается желание ускорить процесс. Второй раз могу и не вернуться.

Просыпаюсь раньше будильника. За окном уже светло. Умываюсь, выпиваю воды и устраиваюсь так, чтобы спина не затекла через десять минут.

До приезда замерщиков есть время. Телефон кладу рядом, чтобы не пропустить из звонок. Но сейчас мне важно проследить, как откликаются соседние участки на небольшое смещение.

Закрываю глаза, погружаюсь в медитацию и нахожу чувствительную точку. Не сразу начинаю что-то менять, некоторое время прогоняю через неё привычный поток маны. Слежу за связями вокруг, запоминаю состояние без вмешательства.

Сдвигаю точку совсем немного, одновременно ослабляя подачу. Ближайшая связь натягивается, соседний участок отвечает раньше, чем хотелось бы. Останавливаюсь. Давить дальше не надо.

Чуть отпускаю смещение. Структура охотно тянется обратно, и я позволяю ей остановиться почти там, где была. Почти — сейчас меня вполне устраивает.

Снова пускаю ману. На этот раз слежу не за самой точкой, а за входящей связью. При прежнем положении на неё приходилось больше напряжения. Пробую изменить угол совсем немного, сохраняя поток слабым.

Маны уходит больше, чем хотелось бы для такого скромного результата. Возле виска выступает пот, а спину приходится сознательно расслаблять, потому что я излишне напрягаюсь. Стоит отвлечься, и структура начинает возвращаться к привычному равновесию.

Чёрт.

Не мешаю ей силой. Подправляю только там, где удалось найти менее напряжённое состояние, и снова проверяю «соседей». Пару раз полностью отпускаю изменение, затем повторяю уже меньшим движением.

Постепенно нахожу положение, в котором точку легче питать. Не такое удобное, как рисовалось в голове вчера вечером, зато окружающие связи не пытаются немедленно ответить. Прогоняю ману, укрепляя то, что удаётся удерживать без постоянного нажима.

Заканчиваю, когда замечаю, что начинаю торопиться. Спешка в этом деле чревата последствиями. Хочется дожать ещё чуть-чуть, раз уж получилось. Очень знакомое желание, но лучше остановиться и открыть глаза.

Сижу некоторое время, глядя на стену. Потом беру с края стола карандаш и перекатываю между пальцами.

Внутренний отклик на движение приходит почти сразу. Обычно приходилось чуть дольше прислушиваться, прежде чем выделить его из привычных ощущений руки. Повторяю, не меняя темпа. Разница небольшая, но есть.

Кладу карандаш на стол и легонько толкаю, помогая Аспектом. Оба движения замечаю быстро, а вот чтобы разобрать их отдельно, снова приходится сосредоточиться.

Записываю результат. Эту тренировку определённо стоит продолжать, чтобы развить Движение и помочь структуре лучше перестроиться под новые реалии, но торопиться не буду, чтобы не накосячить, как в прошлый раз.

Телефон вибрирует, смотрю на сообщение — замерщики подъезжают. Успеваю переодеться и выйти к воротам.

Осмотр занимает немного времени. Показываю будущую мастерскую. Ребята тут же приступают к осмотру. Ползают с рулеткой по всем проёмам и всё записывают. На двери задерживаемся чуть дольше: хочу сохранить нормальную ширину, чтобы потом не заносить оборудование по частям.

Они уточняют сторону открывания. Я проверяю, не будет ли дверь мешать проходу, и подтверждаю. По окнам договариваемся тоже быстро. Выбираю хорошие и противоударные стеклопакеты. Кто знает, какие эксперименты я тут буду проводить.

Расчёт обещают прислать уже завтра. Возвращаюсь к ноутбуку. До обеда можно заняться тем, что уже слишком долго откладываю.

Открываю старые профессиональные площадки. Там я по-прежнему Гордей Соколов, а не человек, который недавно завёл отдельный рабочий телефон и заново собирает заказы на форумах.

Формы продаются. Часть покупают редко, некоторые до сих пор идут стабильно по подпискам. Смерть автора не означает, что площадка обязана перестать продавать готовую работу, пока наследники разбираются с бумагами. Это как раз нормально.

Меня интересует другое.

Банк уже разморозил часть рабочих счетов. Проверяю те, к которым вернули доступ: привычных перечислений нет. Меняю период, убираю фильтр — старые поступления видны, новых не появляется. Открываю соседнюю площадку. Там тоже есть покупки после моей смерти.

Перевожу взгляд на папку, куда складываю важные бумаги. Неизвестные мне фирмы уже фигурировали в документах, как и операции, которых я не совершал. Только между этим знанием и ответом на вопрос, куда ушли деньги, лежит работа, в которой я не разбираюсь.

Есть продажи и отсутствие перечислений там, где я привык их получать. Этого достаточно, чтобы задавать вопросы. Недостаточно, чтобы самому ткнуть в виновного.

Сохраняю то, что вижу по площадкам. Рядом выписываю счета, на которых искал поступления.

Открываю тетрадь на странице, где делал пометки, пока разговаривал с Владиславом. По документам моя смерть наступает в двадцать три сорок, а вот единственный свидетель очень удобно покрутил педали назад.

Не факт, что всё связано. Но период между вечером, когда меня якобы уже нашли мёртвым, и официальной смертью нравится мне всё меньше.

Дядюшка мог успеть что-нибудь провернуть? Мог, они же напару с Тёмой как-то переоформили тачку. Значит ли это, что провернул именно он? Пока нет. Мало ли кто это сделал, а дядя мог лишь воспользоваться ситуацией. На брата не думаю вообще, ему мозгов на такое не хватит.

Закрываю банковское приложение. С профессионалами я собирался связаться после решения вопроса с домом. Дом куплен, свет починен, дальше нет смысла тянуть.

И я знаю, к кому поехать.

Достаю визитку Елизаветы Викторовны. Адрес в Москва-Сити. Проверяю на сайте: «Аверс Групп», младший партнёр Елизавета Шереметьева. По имущественным делам мне как раз туда.

Заодно можно наконец вернуть долг с ужином.

Закидываю в папку всё, что у меня есть по странным транзакциям и другие важные документы, которые могут пригодиться. Ноутбук тоже поедет со мной, данные с площадок удобнее показать на экране.

Открываю коробку с одеждой и достаю костюм, который не мнётся. Может, он и не самый идеальный вариант для дорогого ресторана, но зато практичный и солидный. Рубашку тоже нахожу ту, которая выглядит лучше остальных. Недолго вожусь с брызгалками, которые когда-то покупала Ди, чтобы в дороге шмотки не гладить.

Хм, неплохая штука — рубашка приобретает отличный вид. После обеда надеваю её, застёгиваю манжету. Телефон звонит в тот момент, когда я беру пиджак. Кому я внезапно понадобился?

Макс.

Смотрю на экран, затем на время, но всё-таки отвечаю. Лучше сейчас, чем он начнёт названивать в дороге.

— Да?

— Ты какого хрена меня перед Ареной опускаешь?

— Привет, Макс.

— Мне сказали, ты бой принимать не хочешь. Это что за разговоры, что я тебе не соперник?

Кладу пиджак на спинку стула. У меня папка собрана, впереди женщина, с которой давно хочется встретиться, а я опять должен слушать Тарана.

— Я тебе уже говорил, что идея глупая.

— И что? Это не даёт тебе права выставлять меня перед Ареной так, будто я тебе не соперник?

— Ты мне три раза продул. Зачем нарываться на четвёртый?

— Табуретку тоже считаешь? В нормальном бою всё будет иначе.

Он шумно втягивает воздух. Жду, пока он угомонит свою истерику. Похоже, Аспект Импульса влияет не только на тело, но и на его мозг и язык. Импульсивность у него в крови.

— Подумай, как это будет выглядеть. Пекло воскрес, вернулся на Арену и опять победил Тарана. Вот тогда тебе действительно будет что обсуждать с организаторами.

— Я не собираюсь проигрывать!

— А я не собираюсь с тобой драться. Опять.

Макс бросает трубку. Убираю телефон в карман и надеваю пиджак. Папку ещё раз проверяю перед выходом, затем беру ключи от пикапа. Сейчас мне не до истерик взрослого мужика, которому я отказал в бое.

Проверяю адрес перед выездом, вижу, что к Лизе можно оформить запись, но решаю не делать этого. Незачем давать ей повод снова слинять от меня.

Торможу на вип-парковке у Москва-Сити и топаю в сторону золотого здания. Вхожу и вижу табло с фирмами. «Аверс Групп» занимает пару этажей. Пока добираюсь до нужного, ещё раз смотрю страницу компании.

Конторка явно не из бедных. С таким офисом надо хорошо знать своё дело, иначе его долго не потянешь. На ресепшене девушка поднимает глаза, и на секунду её глаза распахиваются больше, чем надо, но она быстро берёт себя в руки.

— Добрый день, Гордей Романович.

— Добрый, — улыбаюсь. — Смотрю, в представлении не нуждаюсь. Я к госпоже Шереметьевой.

— У вас назначена встреча?

— Нет. Я задолжал Елизавете Викторовне деловой ужин. А свою проблему хочу обсудить лично с ней.

Девушка смотрит на папку в моей руке, затем возвращается к экрану.

— У Елизаветы Викторовны сейчас встреча с клиентом.

— Подожду.

— Я сообщу, что вы приехали. Присаживайтесь, пожалуйста.

Она указывает на свободные кресла. Сажусь и кладу папку на стеклянный столик перед собой. Успеваю просмотреть сообщения на форуме, взять заказ на перерасчёт Формы молодого архитектора и убрать телефон, когда девушка за стойкой отвечает на звонок, слушает и поднимает глаза на меня.

— Гордей Романович, вас готовы принять.

Беру папку и иду по указанному коридору, возле двери поправляю рукав. Стучу и вхожу, не успев придумать ничего лучше того, с чем приехал.

Лиза поднимает на меня глаза, и я улыбаюсь.

— Привет. Я тут пришёл должок вернуть.

Глава 3

Лиза смотрит на папку в моей руке, потом переводит глаза на меня.

— Если вы про ужин, то сейчас совершенно не вовремя, господин Соколов.

— А когда будет вовремя?

— Гордей Романович, у меня рабочий день. Встреча с вами не назначена.

Подхожу к столу и показываю папку.

— Так я тоже по работе. Вот, даже подготовился.

— Тогда запишитесь, как остальные клиенты.

— А как же ужин?

— Сегодня я никуда не пойду.

Опа-опа, «сегодня», это не «не пойду совсем». Кладу папку на край стола.

Лиза поднимается и стреляет глазками в сторону двери. Обхожу стол и оказываюсь ближе к красавице. Она сразу отступает на полшага.

— Я не смогу сейчас выделить вам время, — говорит она почти шёпотом. — Вы могли бы сначала позвонить. Вы же так нагло забрали мою визитку.

— А вы ждали звонка?

— Нет.

Лиза хватает папку, протягивает мне и сразу же направляется к двери, огибая меня. Выходим в коридор, но она же не думает, что так легко сможет меня спровадить? Останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

— Елизавета Викторовна, вы же сами обещали мне ужин!

Говорю достаточно громко. Девушка на ресепшене поднимает голову, а Лиза чуть не впихивает меня обратно в кабинет. Задирает голову и шикает.

— Тише! Господин Соколов, вы вообще понимаете, где находитесь?

— В месте, где очень трудно получить обещанное.

— Вообще-то ужин задолжали вы.

Не могу удержаться и широко улыбаюсь:

— Так я и пришёл расплатиться.

Она смотрит на меня, сжав губы. Я спокойно жду, придерживая папку под мышкой. Через пару секунд Лиза отворачивается.

— Дайте мне десять минут. И это будет деловой обед.

— Уже нравится.

— Я вас выслушаю. После этого решу, буду ли вообще с вами работать. Никаких обещаний.

— Согласен.

— Ждите у лифта. И больше не надо объявлений на весь офис о том, что мы идём на ужин. То есть обед.

Иду к лифту, стараясь не улыбаться слишком откровенно. Обед вместо ужина — явное жульничество, особенно учитывая позднее время, но спорить не собираюсь. Но раз это не ужин, значит, формально я всё ещё в долгу, а значит, будет вторая встреча.

Лиза появляется с сумкой через обещанные десять минут. Проходит мимо, на ходу сообщая, куда мы идём. Название ресторана мне знакомо. Я, конечно, сам обещал дорогой ужин, но она, похоже, решила проверить, насколько серьёзно я к этому отношусь.

— Отличный выбор, — киваю и жму на кнопку вызова лифта.

— Средств хватит? — спрашивает Лиза, пока ждём.

— Если понадобится, месяц спать не буду, но заработаю.

— Сколько пафоса ради обеда.

— Ради обеда я бы заказал доставку, а это ужин.

Лиза фыркает и входит в лифт, стуча каблучками. Ресторан совсем рядом, так что ехать не приходится, просто идём в соседнее здание.

В ресторане Лиза выбирает стол побольше, за которым удобно разложить документы. По крайней мере, именно так я понимаю её отказ от первого предложенного места у окна.

Сажусь напротив и открываю меню. Заказываю осьминога. Лиза чуть кривится, когда уточняю, с чем его подают.

— Не любите?

— Нет.

— Ну и зря, это вкусно, а ещё в нём много белка.

— Папку давайте.

Протягиваю. Лиза убирает меню и открывает документы ещё до того, как нам приносят воду. Я собирался сначала хотя бы поговорить, но она явно настроена отработать этот обед и вернуться в офис.

— Что вы хотите получить в результате? — спрашивает она, не поднимая на меня глаз.

— Разобраться, что у меня осталось и куда делось остальное. Вернуть своё, если получится.

— С чего началось?

— С того, что умер, — усмехаюсь. — Но вы эту часть знаете.

Она отрывается от страницы.

— Гордей Романович.

— Хорошо-хорошо. Сначала выяснилось, что дядя подворовывает, я его уволил. Сейчас часть рабочих счетов вернули, а денег от площадок на них нет. Хотя Формы всё это время продавались. Думаю, он что-то сделал, пока я был мёртв.

— Думаете, он обошёл дело о наследовании?

— Ну, брательнику же тачку он помог переоформить задним числом, — пожимаю плечами. — Может, закажете что-нибудь?

— Я не голодна, — бурчит Лиза и снова утыкается в мои документы.

Она уточняет по оборудованию, потом спрашивает, что из имущества уже вернул. Отвечаю, а Лиза отмечает что-то на отдельном листе. Ручка двигается быстро, почерк разобрать с моей стороны не получается, похоже, она умело пользуется стенографией.

Эх, а я прогуливал лекции по этому предмету.

— Принесите девушке лёгкий салат и травяной чай, — прошу официанта, когда он появляется рядом.

— С чего вы взяли, что я пью травяной чай? — она смотрит на меня.

— А я угадал? — прищуриваюсь.

— Возможно, — отвечает она и снова смотрит в папку.

Ни от салата, ни от чая не отказывается. А когда приносят, делает вид, будто не голодная, но вижу, что покусывает губы.

— Если мы это назовём деловой встречей, вы перестанете делать вид, будто не хотите поесть?

Лиза бросает на меня взгляд и берёт вилку. Салат ест с аппетитом, так что поднимаю руку и подзываю официанта.

— Не стоит, — тут же оживает она.

— Михаил, — читаю бейджик на рубашке официанта, — принесите нас ассорти ваших лучших закусок, сырную, мясную тарелку. И две порции блюда дня.

Парень кивает и быстро уходит. Лиза буравит меня взглядом, будто я ящерицу на стол притащил.

— Что? Я сегодня не обедал. И судя по всему, вы тоже.

Лиза не отвечает, продолжает читать документы и почти сразу просит пояснить, откуда взялась разница во времени смерти. Отвечаю: в справке двадцать три сорок, а владелец бывшей мастерской сначала называл семь вечера. Теперь утверждает, что приехал едва ли не ночью. Контакты у меня есть, но официально он ещё ничего не подтверждал.

Когда приносят еду, она сдвигает бумаги подальше от тарелок. Папку, впрочем, не закрывает.

— Вы к нам по рекомендации?

— Мне сказали, что вы лучшая.

— И кто это такого высокого обо мне мнения?

— Есть люди, которые очень хорошо о вас отзываются.

— Конкретнее?

— Пока оставлю вам возможность погадать. Надеюсь, это не помешает вам заинтересоваться делом. Я вот вами уже заинтересовался.

Она берёт бокал с водой и делает небольшой глоток. Я наконец пробую осьминога. Вполне неплохо, хотя я и не думал, что за такие деньги принесут резину.

За едой Елизавета продолжает задавать вопросы, упорно стараясь поддерживать деловой тон. На вопрос о фирмах честно отвечаю, что впервые увидел названия в бумагах и больше ничего о них не знаю.

— Тогда почему не пришли раньше?

— Сначала думал, что разберусь сам. Потом решил купить дом.

— Купили?

— Да. Сейчас ремонтирую пристройку, чтобы разместить там мастерскую.

— А старое оборудование? Я вижу, что всё на ответственном хранении. Вам восстановили доступ?

— Да. Как раз решаю, что с ним делать.

Наклоняюсь к её стороне стола, чтобы показать нужную строку. Лиза отодвигается раньше, чем я успеваю дотянуться. Останавливаю руку над листом.

— Я не кусаюсь, — усмехаюсь.

Но Елизавете, похоже, не до смеха.

— А я могу, — она прячет руки под стол.

— Готов узнать, как вы кусаетесь, если это доставит вам удовольствие, — улыбаюсь. — Я лишь хотел показать документ.

На скулах у неё появляется румянец.

— Вы со всеми так разговариваете?

— Дайте-ка подумать. Нет. Вы особенная.

— Давайте всё-таки вернёмся к имуществу.

Откидываюсь на спинку, оставляя между нами весь стол. Лиза тянется к солонке возле моей тарелки. Беру её первым и подаю. Она принимает, не касаясь моих пальцев.

По груди проходит лёгкое тепло. Засматриваюсь на её глаза и на секунду забываю, что ещё держу руку над столом. Лиза остаётся с солонкой на весу, чуть приподняв бровь.

— Что?

— Ничего, — мотаю головой.

Убираю руку, расстёгиваю верхнюю пуговицу рубашки. В ресторане вроде не душно, а мне жарко. Давненько в моих объятиях не было женщины, вот организм и вспомнил, что я всё-таки живой.

Некоторое время едим спокойно. Я отвечаю на оставшиеся вопросы, не пытаясь превращать каждую реплику в приглашение. Лиза просматривает последние страницы, сверяется со своими записями и закрывает папку.

— Дело я не возьму, — объявляет она внезапно.

Смотрю на неё поверх стакана.

— Совсем?

— У меня и так несколько серьёзных проектов. Здесь большой объём, и одним запросом не отделаешься. Я не готова сейчас брать на себя ещё и это.

— Но вам интересно.

— Вы слишком много о себе думаете, господин Соколов.

— Я про дело.

— Ответ тот же.

Она возвращает папку. Я рассчитывал на другой результат, но вытягивать согласие за столом после прямого отказа не буду.

— Хорошо. Тогда мы можем просто продолжить ужин? Это ни к чему вас не обязывает.

Лиза некоторое время смотрит на меня, затем берётся за приборы. Больше документы не открываем.

Оплачиваю ужин, пока Лиза проверяет телефон. До офиса идём вместе. У входа она останавливается.

— Спасибо за обед.

— Деловой, — напоминаю и улыбаюсь. — Ужин я всё ещё вам должен.

Лиза округляет глаза, но быстро приходит в себя и выпрямляет спину.

— Всего доброго, Гордей Романович.

Она уходит, а я возвращаюсь к пикапу с папкой под мышкой. Ну что ж, в ресторан вытащил. С остальным пока не сложилось.

Дома переодеваюсь и пишу Дену.

«Завтра собираюсь поработать руками. Если свободен, приезжай. Штукатурить будем».

Ответ приходит, пока достаю из сумки ноутбук.

«Утром буду. Только не начинай без меня, а то опять самое весёлое пропущу».

Обещаю оставить ему кучу стен и сажусь за стол. Папку с имущественными делами пока убираю подальше. Вчерашние записи по структуре лежат поверх всего, и я едва не вкладываю их в сегодняшний заказ.

Надо прекращать сваливать всё в одну кучу.

Создаю отдельную папку для нормального отслеживания развития аспектной структуры. Туда идут материалы, с которыми вообще можно сравнивать мои данные.

Для незакреплённых Аспектов завожу свой раздел. Сюда же складываю случаи, когда Аспект не удалось нормально закрепить или подходящий период упустили и структура заросла. С этим я уже знаком, перечитывать общее правило не требуется. Нужны подробности, которых в школьном учебнике не будет.

Свои записи оставляю отдельно, под простым названием «аномалия». Как бы ни хотелось подогнать их под готовое объяснение, пока не получается. Смерть внесла свои коррективы, обычное развитие мне не грозит. А срастание Движения с участками Огня — вообще не вписывается ни в одну из известных теорий.

Но начну разбираться со всем по очереди. Для начала надо выяснить, что вообще происходит со структурой, если не закрепить Аспект. Я знаю, что у Дена нет магии. Но деталей особо никогда не выяснял, похоже, пришло время.

Завтра спрошу.

Следом открываю готовый список оборудования, которое лежит на складе. Нахожу фирмы, которые покупают подержанное магическое оборудование. У нескольких есть обмен с доплатой. Смотрю условия, сохраняю страницы с подходящими позициями.

А перед сном снова захожу на сайт «Аверс Групп». Лиза отказала лично, компания пока нет. Раз она не хочет добавлять дело к своей работе, можно хотя бы узнать, кого мне предложат, если обратиться к ним официально. Профессионалы мне всё равно нужны.

Открываю запись к старшему партнёру, Тимуру Давлетовичу. Есть время на завтра, после обеда, мне подходит.

Заполняю заявку под своим именем, коротко указываю имущественный вопрос и жду подтверждения. Оно приходит прежде, чем успеваю закрыть ноутбук.

Отлично, теперь надо выспаться.

Ден приезжает утром, когда я уже освобождаю выбранную комнату. Доведу её до ума и переберусь сюда, пока вокруг будут ремонтировать дом.

— Вот эту? — спрашивает друг, заглянув внутрь.

— Да. Буду здесь жить. Холодильник небольшой потом притащу, чтобы ночью не ходить через всю стройку.

— А штукатурить ночью не собираешься?

— Сегодня до обеда работаем. Потом мне уехать надо.

— Уже прогресс.

Переодеваемся в рабочие комбезы. По полу расстилаем плёнку там, где её не хватает. Инструмент лежит у стены, материалы тоже уже здесь.

Начинаем с участка, который успели освободить. Я беру на себя замес. А потом никакой магии, только работа руками. Ден время от времени подправляет угол, я меняю положение и стараюсь не испортить соседний участок.

Слегка помогаю себе Движением — дело спорится, так что перехожу к тому, ради чего и позвал друга. Штукатурить я и сам мог.

— Слушай, а с Аспектом у тебя как тогда вышло? — спрашиваю.

— В смысле?

— Я знаю, что не поставили. Почему именно — не помню.

Ден снимает лишний раствор с инструмента.

— Потому что я тебе особо не рассказывал. А что вспомнил?

— Читаю про развитие структуры. В том числе про случаи, когда Аспект не закрепляется. В учебниках всё коротко, хотелось понять на живом примере.

— Ну вот он я, живой пример, — смеётся друг и разводит руками.

Я жду и попутно соскабливаю упавший на пол раствор.

— Плохо у меня всё формировалось, — говорит Ден. — Ещё когда подростком был. Смотрели несколько раз, ждали, что станет лучше.

— Не стало?

— Не настолько, чтобы нормально провести слияние. Сказали, узкое окно. Совместимый Аспект найти было сложно. Мне тогда объясняли, я уже половину забыл. Можно было попробовать, но это было рискованно.

— И решили не пробовать?

— Ага, родители решили.

Он прижимает шпатель к стене сильнее, чем нужно. По краю тянется неровная полоса. Ден смотрит на неё и убирает лишнее.

— Врачи сказали, можно навредить. Они и запретили. Я-то тогда думал, ещё подрасту, потом сам решу.

— А потом поздно стало, — бурчу больше себе.

— Ага, — кивает Ден и вздыхает.

— Структура заросла?

— Угу. Вот и всё. Пришёл ещё раз, мне объяснили, что теперь необратимо. Надо было раньше.

Некоторое время слышно только, как инструмент проходит по стене. Подбираю смесь, заполняю пропущенное место.

— Ты тогда сам хотел рискнуть?

— А ты как думаешь? Все вокруг выбирают, у кого что будет, а ты ходишь и ждёшь чуда. А чуда не произошло.

Он пожимает плечами, не отрываясь от работы.

— Но родители не хотели, чтобы я покалечился. Я понимаю.

— Понимать и быть довольным — разные вещи.

— Ну да. Как говорится, в семье не без урода. Я единственный не смог стать магом. Но это не мешает мне ночью отыскать того, кто продаст мне детали для электрощитка.

— Это тоже своего рода магия, — говорю и возвращаюсь к стене. — Спасибо, что рассказал.

— Да ладно. Ты только не начинай теперь смотреть на меня с жалостью, терпеть этого не могу.

— Сейчас я смотрю на то, как ты мне стену поганишь, — усмехаюсь.

Ден смеётся, а я решаю на этом тему закрыть. Пока. Ещё многое хочется уточнить, но для одного утра достаточно. Лучше потом сопоставлю с тем, что читал.

К концу работы мы оба уляпаны в растворе, но одна стена уже похожа на ровную. Отхожу к двери, смотрю вдоль поверхности — выглядит неплохо.

Ден складывает инструмент, а я проверяю время. На поездку остаётся нормально, если не решу ещё один участок сделать напоследок.

— На сегодня заканчиваем, — говорю.

Быстро наводим порядок, потом я тащусь в душ, а Ден решает ехать домой. Видите ли не нравится ему в спартанских условиях мыться, он в ванне поваляться хочет. Так что валим в город, но уже каждый на своей тачке и по своим делам.

Останавливаюсь на той же парковке, что и вчера. Перед тем как идти, открываю профиль Лизы. Читаю внимательнее, чем вчера. Возврат активов, споры о полномочиях. Дальше отдельно указана работа с финансовыми операциями в имущественных делах.

На ресепшене называю время записи, и меня провожают к старшему партнёру.

Тимур встаёт из-за стола, когда я вхожу.

— Гордей Романович! Вот это неожиданность. Проходите.

Жмёт руку и предлагает кресло напротив. Кладу папку на стол.

— Можно просто Гордей, — говорю.

— Договорились. Меня зовут Тимур Давлетович, можно просто Тимур. Давно за вами слежу. Возвращение, конечно, у вас получилось эпичное.

— Я старался.

— А к нам по какому поводу?

— Разобраться с последствиями.

Начинаю с полномочий и возврата активов — ровно с того, что значится у Лизы в профиле. Финансовые операции идут следом.

Тимур кивает и подтягивает мою папку к себе.

— Здесь без проверки цепочки операций не разобраться, — он трёт подбородок.

— Поэтому я здесь.

Продолжаю рассказ об иммуществе. Напоследок показываю расхождение со временем смерти. Объясняю, что свидетель теперь называет другой час.

— Не знаю, связано ли с остальным, но исключать тоже не хочу, — поясняю.

— Правильно. Это отдельно проверять надо.

Тимур откидывается в кресле. Смотрит на папку, затем на меня.

— Дело интересное. И имя у вас такое, что тихо заниматься, наверное, не получится.

— Мне прежде всего нужен результат. Так что порекомендуйте лучшего в вашей компании.

— Само собой. По таким вопросам у нас лучший специалист — Елизавета Викторовна.

Стараюсь не улыбнуться раньше времени.

— Шереметьева?

— Да. Знакомы?

— Можно и так сказать. Наслышан.

— Тем лучше. Пойдёмте к ней, на месте и обсудим.

Беру папку и поднимаюсь. Тимур ведёт меня к Лизе. У её двери не останавливается, чтобы постучать. Открывает и входит, продолжая говорить:

— Лиза, у нас для тебя клиент. Твой профиль.

— Тимур, я же, — начинает она и осекается, подняв голову.

Наши взгляды пересекаются, она тянется к лежащей перед ней папке, но убрать уже не успевает.

На верхнем листе моё имя. Папка толстая, рядом свежие распечатки с пометками. Узнаю название одной из площадок, о которой вчера рассказывал ей.

Перевожу взгляд на Лизу. Вот тебе и нет времени.

— Мы с Гордеем Романовичем уже обсудили задачу, — говорит Тимур. — Полномочия, спорные операции. Ещё надо проверить, что там происходило с активами до и сразу после смерти.

— Я в курсе, — отвечает она.

— Когда успела?

— Вчера.

Кладу свою папку на свободный край стола. Лиза держит ладонь на той, что лежит перед ней. Неужели за сутки успела столько поднять?

— Смотрю, вы уже начали своё расследование, — усмехаюсь.

— Ничего я не расследую.

Лиза замечает мой пристальный взгляд на своих распечатках и убирает ладонь.

— Посмотрела некоторые материалы. Интерес не означает согласие работать.

— Конечно. Я помню, у вас совсем нет времени.

— Гордей Романович, — цедит она и бросает взгляд на коллегу.

Тимур переводит глаза с неё на меня.

— Если уже посмотрела, тем проще, — говорит он. — Я именно тебя и хотел поставить на это дело.

Лиза выпрямляется в кресле.

— Мне стало интересно, да. Я немного покопалась после нашего разговора. Но у меня дел по горло.

— Я не прошу завтра всё закончить, — отвечаю раньше, чем успевает встрять Тимур. — Суды всё равно быстро не работают. Пока начнёте проверять, успеете распределить остальное.

— Вам не кажется, что вы очень легко распоряжаетесь моим временем, Гордей Романович.

— Я понимаю, что вы нарасхват. Всё-таки лучший спец в городе. Так что и вы поймите меня, я не хочу поручать это никому другому.

— Лесть вам не поможет, — фыркает она и переводит взгляд на Тимура.

А меня снова накрывает. До чего ж хороша. И чувство такое странное, внутри прямо тепло становится, будто щекочет. Еле сдерживаюсь, чтобы не выпроводить этого Давлетовича и продолжить разговор с Елизаветой наедине. Что-то мне подсказывает, что носик она воротит только напоказ.

Я редко ошибаюсь в таких делах.

— Почему я? — спрашивает она.

Показываю на него.

— Вы лучшая, — указываю на Тимура, — он подтвердил.

Тимур усмехается.

— Я от своих слов не отказываюсь. Лиза, посмотри, как можем поставить в работу. Если надо, по загрузке отдельно поговорим.

— Хорошо, Тимур Давлетович, — говорит она сквозь зубы и натянуто улыбается.

Он хлопает меня по плечу.

— Тогда оставляю вас договариваться. Гордей, рад знакомству.

Отвечаю тем же. Тимур выходит, и Лиза ждёт, пока за ним закроется дверь. Потом смотрит на свободное кресло перед столом.

— Садитесь уже.

Она выдыхает, придвигает мои документы к себе.

— Хорошо. Но у меня будет одно условие…

— Согласен.

— Вы даже не знаете, какое! — возмущается она.

— Всё равно согласен.

Лиза открывает рот, затем качает головой. А я впервые за последнее время реально расслабляюсь. Здесь здорово, особенно, когда Лиза делает вид, что читает документы, а сама каждые десять секунд смотрит на меня. Замечаю, как она кусает губки, а потом и румянец на её щёчках.

Ничего, неприступных крепостей не бывает, это лишь вопрос времени. А я сдаваться не собираюсь.

Позже, уже дома, открываю предложения по боям для Вектора. Организатор по-прежнему ждёт ответа. В прошлый раз я только пробежал глазами, теперь сажусь смотреть нормально.

Хочется понять, на ком можно проверить Движение. Надо выбрать бойца так, чтобы у меня появилась задача, с которой я ещё не сталкивался. Чтобы расти, надо постоянно изучать новое.

В одном из описаний задерживаюсь на Аспекте.

Регенерация. Читаю подробнее, потом открываю доступную запись. Смотрю недолго и искренне удивляюсь тому, что мужик с медицинским Аспектом пошёл морды квасить, а не лечить.

Возвращаюсь к описанию. Регенерация ускоряет естественное восстановление. Тяжёлую травму за секунду, конечно, не исправит, но мелкие и средние повреждения переносить бойцу заметно легче.

Любопытно, и как с таким драться мне?

Забрасывать его мелкими повреждениями бессмысленно. Я сам буду расходовать ману, пока работаю Движением. Интересно было бы проверить, как долго он держит темп и что делает, когда не успевает восстановиться.

Открываю условия и замечаю обновлённый допуск. Мне подняли уровень после боя с Шипом. Теперь разрешены боевые артефакты, если укладываются в обозначенные требования.

Подтягиваю к себе тетрадь. Ещё минуту назад прикидывал только собственные возможности, теперь придётся учитывать и то, с чем можно выйти, и что против меня принесёт соперник.

Хороший артефакт не заменит умения драться. Но это всё равно дополнительная переменная, которую надо учесть.

Снова смотрю на описание Регенерации. Ответ организатору пока не пишу. Сначала хочется понять, что вообще я могу противопоставить такому сопернику?