Архитектор Кидо (фанфик по Bleach/Блич)

Глава 1. "Утащенец".

«Меня утащил Айзен…» — именно с этой фразы я и хотел начать свой рассказ, выведя первую его строчку на непривычном листе толи папируса, толи пергамента (простите, не знаю как называется японский свиток и из чего изготавливают) при помощи… как не странно авторучки, которую я научился призывать с помощью этой странной техники, которую они называют «Кидо», а я – просто магией. А потом еще и восстанавливать запас чернил с ее же помощью научился…

По началу сидеть, поджав под себя ноги и использовать непривычные принадлежности для письма было в край неудобно. Первые несколько дней я кряхтел, прямо как мой дедушка в последние несколько месяцев его жизни. Только через несколько дней после того, как мой новый наставник — гори он в адском котле — наконец объяснил, что это всего лишь остаточные воспоминания тела, не имеющие ничего общего с моей нынешней формой существования — я перестал ныть. Просто потому, что попробовал себя убедить — мое тело не устает, не затекает — затекать и болеть нечему. Так оно и оказалось.

Уже спустя месяц или два (точно не могу сказать так как я почти потерял счет времени из-за статичной картинки за окном) я выучился читать, а через еще три – и писать иероглифами вместо обычной кириллицы. За это мне, наверное, тоже стоит поблагодарить проклятого садиста наставника. Впрочем, если быть честным — он не столько садист, сколько циничный, расчетливый и бесчувственный урод. Умный, хитрый проницательный, просчитывающий все…

Наверное будет правильном для меня сначала представиться, и объяснить — кто я такой, где нахожусь, как сюда вообще попал? И кто этот наставник, к которому я испытываю такие смешанные чувства? Ну, давайте попробую.

Вообще меня зовут Теодор. Если точнее — Теодор Максимович Куро. Да, вот такие вот странные у меня фамилия и имя. И все потому, что я на четверть японец. Или не на четверть… Дедушка вроде был русский, бабушка тоже, а вот отец дедушки вроде как пленный японец со времен второй мировой… в общем меня зовут Теодор Куро. Для друзей – просто Тео. Или звали? Наверное, все-таки пока что зовут, хоть я и опасаюсь с каждым днем, что настоящее время все-таки поменяется на прошлое… Почему?

Наверное, правильнее будет начать с того, что объяснить, где я сейчас нахожусь или что я сейчас такое…

Из дома меня утащил Айзен. Ну, сказать по правде – не из дома, а с кладбища в моем родном мире, и не сам Айзен, а какой-то странный жукообразный крокодилоид, который по его приказу пришел за моим дедушкой. Или за его духом. Именно с этого все началось. Забавно звучит, да? Но на самом деле — забавного тут мало. Когда ты сидишь рядом с могилой дедушки, плачешь и вспоминаешь самые светлые и радостные моменты своего еще толком не ушедшего детства — меньше всего ты ожидаешь увидеть что-то не обычное. Я бы даже сказал — неестественное, или потустороннее, потому что ты с ног до головы рационалист и скептик, живущий по принципу: яви мне чудо, и тогда я в него поверю.

Ну да, дедушка как-то рассказывал, что в детстве в его жизни был такой же момент, когда его отец умер — он какое-то время еще мог его видеть и разговаривать с ним. Я тогда счел его чудаком. Ну или думал, что он привык развлекать своего уже подросшего внука красивыми сказками, забавными историями, и страшилками, коих он знал тьму тьмущую, и в свою очередь слышал уже от своего отца — о духах, чудовищах, йокаях, синигами, и еще каких-то толи пустых толи дырявых монстрах…

И вот, когда я сидел на кладбище, отдавая последнюю дань памяти, и пытался болтать с дедушкой, мысленно представляя себе, как он меня слышит и даже отвечает — я вдруг и правда его услышал. А потом и увидел — дедушка стоял странной полупрозрачной тенью, позвякивая каким-то обрывком цепи, торчащим прямо из его груди. На мой вопрос правда ли это он и что это за цепи — он ответил, что да, правда, а что за цепи — он понятия не имеет…

Я подумал было, что я сплю, как неожиданно немного дальше от него словно из воздуха собрались много-много маленьких светлячков, образовав яркую арку, и оттуда явилась странная фигура человека. Словно целиком состоящего из этого яркого света. И пока мы с дедушкой зажмурились — не заметили, как сзади прямо в воздухе образовалась странная уродливая дыра, расширилась, словно разрыв в прохудившемся мешке, и из нее вылезло три уродливые твари, скрипя и клацая масками-черепушками. Они что-то забормотали на непонятном языке, препираясь и толкая друг друга, потом ринулись вперед.

Я сначала не понял, что происходит, но потом осознал: они пришли за дедушкой! Все они — и светящийся человек, и эти уродливые монстры, воняющие гнилью и помойками…

— Юкио Куро! Я прибыл за тобой, чтобы отвести тебя к твоей любимой жене, которая взмолилась за тебя всевышнему. Если ты согласен — дай руку и пойдем! — торжественно провозгласил голос из света, но в ответ захрипели и зарычали пришедшие монстры:

— Нет! Он вам не принадлежит! Он не вашей веры! Он наш! Наш!

Двое монстров бросились на странного пришельца, облаченного в свет, а третий схватил дедушку и потащил обратно в уродливую тьму прохода. И я не выдержал, закричал, замазал руками, начал обзывать тварюгу самыми бранными словами (где-то я слышал, что призраки и монстры не выносят брани и лопаются как пузыри… чушь конечно, но до сегодня и сами призраки и монстры были для меня чушью). Если честно, дальше я смутно помню, что там произошло. Просто в какой-то момент этот светящийся мужик буквально аннигилировал этих двух монстров и взял дедушку за руку. А тот в свою очередь тянулся уже ко мне, что-то крича…

Я почувствовал, как последний монстр схватил меня когтями и потянул за собой в пугающую пустую и холодную тьму разрыва… Немногим позже, когда мы буквально перестали падать, вывалившись на странный серо-белый песок, точнее даже сказать — причудливо мерцающий круг из песка - монстр плавно опустился на лапы, видимо уже привык так путешествовать, а я грохнулся лицом вниз, нехлебавшись этой гадостии отплевываясь.

Крокодилоид схватил меня за ногу и поволок вперед, к выходу из круга в сторону каких-то непонятных построек, похожих на старую и запутанную крепость. Причем, я немного увлекался историей и архитектурой, но даже предположить не мог к какому стилю или эпохе принадлежит это странное строение, похожее на галлюцинаторный бред художника абстракциониста, хвалящегося что из него выйдет чудесный архитектор.

— Korehanandesuka? Dare o tsurete kita nodesu ka? — послышался чей-то голос, и навстречу из туннеля на свет вышел… человек. Я уже перепугался было, что сейчас выползет еще какая тварюга похлеще той, что меня притащила, но это оказался вполне обычный высокий мужчина с каштановыми волосами, умным лицом и волевым подбородком.

Монстр что-то прокашлял, жестикулируя тараканьими лапами и пытаясь что-то объяснить, толи как-то оправдаться.

Новый незнакомец приблизился, пристально меня оглядел, потом что-то спросил, но я не разобрал ни слова. Он повторил, интонации явно были вопросительные. Я просто пожал плечами, все еще косясь на урода, который меня держит. Тогда мужик задумался на минуту, поправил волосы, вернув на место выбившуюся челку, а потом, приняв какое-то решение, быстро пальцами начертал в воздухе непонятный знак, заговорив нараспев:

— Tozasareshi koe yo, ima hirake. Koto no tamashii, ware ni yadore! Sōro jū san-ban: Kaigan!

И вдруг моя голова закружилась. Я не смог удержаться на ногах и бухнулся на пыльные каменные плиты, встряхнув головой и стараясь избавиться от странного, дурманящего головокружения. Однако, кружилась не только моя голова: вокруг поднялся воздушный вихрь, подхватил песок в кругу, закрутил в небольшой смерч. В середине круга — над его поверхностью в пару моих ростов что-то заискрило, засветилось, молнии потянулись от этого сгустка прямо к груди незнакомца, уткнулись в нее, заискрились. Одна из молний, которые клубились в груди странного незнакомца словно живое щупальце впилась мне в голову, что у меня аж из глаз искры посыпались, а пол ушел из-под ног. Незнакомец замахал руками, и вдруг чертыхнулся на вполне понятном языке:

— Чикушо-о… вот же незадача, все время забываю, что применять кидо недалеко от стационарного портала не стоит, особенно мне… опять хоугёку резонирует…

Я удивился было, и хотел задать вопрос, но неожиданно пучок искр над странным кругом вдруг разросся и превратился в еще одну уродливую щель, разрыв пространства. И оттуда начало вылезать огромное уродище. Похожее на химеру с несколькими головами и пастями, оно вывалилось из разрыва и поползло в нашу сторону, рыча и плюясь сгустками какой-то дряни. Я вскрикнул, и попытался вырваться из лап державшего меня монстра, чтобы отползти подальше от этой страховидлы намного больше и страшнее, но тот и не подумал меня отпускать, хотя и сам опасливо попятился.

Против моего ожидания — мужчина не испугался, не вскрикнул и даже не отшатнулся, а с какой-то усталой миной закатил глаза.

— Ну вот. Опять какая-то мерзость пролезла… как они уже надоели, букашки, все лезут и лезут, как мошки на свет бумажного фонаря! Совсем инстинкта самосохранения нет… Путь разрушения четыре: белая молния!

И из его указательного пальца выстрелила ослепительно-белая вспышка, подобно стреле из света — пробила одну из голов твари, а по телу уродищи заплясали искры молний, заставляя ее корчиться в агонии. Та голова, которую пробило и шея, а также часть щупалец повисли безвольными кусками… мяса? Туши? Не понятно.

А я от удивления рот разинул: вот это да! Ничего же себе способность! Теперь понятно почему этот странный мужик не боится всяких монстров, да он сам монстр тот еще!

Незнакомец, правда, моего восторга не разделил. Цыкнул, разочарованно прищурился, мне показалось, что он ожидал куда большего эффекта от этого удара.

— Мда. Какая-то чересчур напитанная реяцу тварюшка попалась. Ну хорошо, поздравляю, ты заставила меня пошевелить рукой вместо пальца, чтобы с тобой разобраться. Гордись. И унеси эту гордость с собой в небытие…

И он вскинул правую руку вверх, сложив кисть в ладонь, словно собрался рубануть ей воздух.

— Клубящееся знамя пучины бездны! Бездонная чаша безумия! Кипи! Отрицай! Цепеней! Ослепляй! Нарушь целостность и покой! Плетущая царица железа! Рассыпающаяся кукла из грязи, с клинками орихалка! Объединись! Сплотись! Наполнись тьмой и осознай своё бессилие в угасании! Хадо девяносто: Курохицуги! (черный гроб)

Б-У-УМ! Вот теперь мне пришлось удивиться по-настоящему. Да что там удивиться — охренеть! Вокруг ползучей мерзости в одно мгновение обозначились контуры квадрата на белом песке. Из его очертаний взметнулась ввысь волна темной энергии, охватила тварь целиком, сомкнулась, поглотив монстра целиком, и словно взорвалась изнутри. А потом опала…

От монстра остались только склизкие ошметки, стекающая по ним зеленая жижа и куски каких-то костей вперемешку с песком. От удивления я едва дышать не перестал. Интересно, это вот сотворил простой прочитанный стишок? Как там оно было?

«Клубящееся знамя в пучине… бездонная чаша…»

Незнакомец тем временем лишь презрительно фыркнул, брезгливо смахнув со своего одеяния несуществующую пылинку.

— Так, теперь с тобой… Почему ты один? Где остальные?

— П-простите, господин Айзен, они не вернутся. Их убил тот странный дух из другого мира, видимо какая-то новая разновидность синигами…

— Понятно. А все-таки: кого ты опять притащил мне, глупое порождение Хуэко-Мундо? — услышал я ироничный, уверенный и властный голос. — Это ведь не тот человек! Реяцу чем-то схожа, но сильно отличается, и какая-то слабая. Зачем мне этот слабый мальчишка?

— Простите господин Айзен, — поклонился монстр, который явно побаивался этого мужчину, если не сказать боялся до усрачки. — Я… мы… нашли того, о ком вы говорили в том странном и чужом мире, но пришли эти… светлячки, они больно жгутся и слепят глаза… я не увидел, кого схватил, там был этот мелкий…

— Замолчи. Ты уже порядком меня утомил, а своими постоянными оплошностями так и вовсе раздражаешь.

Монстр испуганно затих, а странный мужчина приблизился ко мне пристально разглядывая.

— Даже не знаю, сгодится ли он на что-нибудь, или просто сразу отправить его на перерождание? Посмотрим… Встань, человечек. Я знаю, что ты меня понимаешь, я применил на тебе кидо пути созидания — Прозрение. Экспериментальное, но оно действует, я проверял.

Я сглотнул и пополз назад по песку, резонно опасаясь этого дядьку, который рвет таких вот монстрищ как тузик старую шляпу одним движением руки.

— Ты меня не слышал что ли? — недовольно нахмурился мужик. — Путь связывания один: Сай!

Он указал на меня пальцем. И мои руки сами собой завернуло за спину, а тело отделилось от песка и медленно поплыло в сторону этого странного колдуна. Я перепугался до чертиков, но старался не трепыхаться и не кричать — все равно бесполезно, а этим его можно только разозлить… как оказалось, это меня тогда и спасло…

Когда моя тушка подплыла по воздуху поближе, незнакомец крутнул пальцем и меня отпустило, поставив на ноги. Незнакомец шагнул ближе и слегка наклонился:

— Я тебя предупреждаю один раз, и хорошенько запомни, — сказал он своим спокойным и властным голосом. — Я привык что меня слушают и понимают с первого раза. И выполняют все, что я скажу. Я не люблю глупцов и наглецов, и не потерплю их рядом с собой. Не люблю когда меня раздражают, мешают или заставляют тратить мое драгоценное время, которого итак не хватает ни на что. Ты все понял, плюс?

— К-кто простите?

— Так. Правило номер два. Никогда не отвечай мне вопросом на вопрос. Уяснил?

— Д-да.

Мужик выпрямился и вскинул бровь, словно на что-то намекая. Будто я что-то забыл. Что-то определенно важное.

— Еще раз? Ответь как подобает. Ты уяснил?

Я сделал вдох, выпрямился, и ответил уже без запинки.

— Да! — потом секунду подумал, вспомнив, как этот странный монстр обращался к этому странному колдуну и добавил: — Я уяснил… господин Айзен…

* * * * *

Итак, меня утащил Айзен. Ну, точнее господин Айзен-сама как его еще называют эти странные монстры, и злющие полулюди полу- какие-то странные черти, разномастные уроды, словно жертвы постапакалипсиса, мать их… Но вернёмся к сути. Как я понял, этот Айзен — какой-то непонятный «синигами». Если вдуматься в смысл этого слова на японском языке, то дословное значение — проводник душ. Но на самом деле он колдун-экспериментатор, преследующий непонятные цели и ставящий эксперименты над душами людей. Или не совсем людей. Место, куда меня к слову сказать утащилиназывается дворец «Лас-Ночес». После моих непродолжительных исследований и самостоятельных брожений по переходам я убедился, что место это явно заколдовано. Снаружи там царит вечная ночь, даже звезд практически не видно. А внутренний дворик — который к слову сказать оказался весьма немаленьким — наоборот круглосуточно освещается как днем. Самого солнца толком не видно, но свет присутствует и эффект от него ощущается по-настоящему.

Обитатели дворца тоже, мягко говоря, смущали, если не сказать раздражали и пугали. Почти все они — за редким исключением оказались кхм… дырявыми. Не в том смысле, о котором вы подумали, просто на их телах в абсолютно разных случайных местах присутствует сквозная дыра. У каждого своего размера, формы и расположения, но она всегда есть: у кого-то в груди или животе, у кого-то в руке или даже вместо глаза. И при этом они себя отлично чувствуют, что меня удивляет. Кстати, я тут видел пару девчонок пубертатного возраста, и было очень любопытно не в том ли самом месте у них тоже дыра? Фу, о чем я думаю… они здесь такие мерзкие и злые, что будь они все хоть королевами красоты — ни за что не взглянул бы.

От некоторых жителей дворца Айзен вообще посоветовал держаться подальше, да и выходить в одиночку наружу запретил. Ну, точнее не совсем так. Вообще – он никогда ничего не запрещает. Просто однажды он мне сказал такую штуку: «Каждый вправе делать абсолютно что хочет. Вопрос в том. Готов ли т к последствиям своих действий. Если уверен, что справишься – действуй». Поэтому, это было не запретом, а скорее… ну наверное это можно назвать легким предупреждением. Со смехом он намекнул: выходить из дворца самому не стоит, но если я не послушаю и дам себя сожрать — мол сам себе злобный клоун.

Как я позже выяснил, портал, через который меня утащили… ну тот круг снаружи межмировой портал, через который Айзен отправляет этих своих дырявых… то есть простите пустых в наш мир… точнее, если быть совсем уж точным не только в наш, а во многие другие миры, за некоторыми духами, подходящими для его целей. В основном это люди с сильным или редким «реяцу». Что это такое я так до конца и не понял. Вроде какая-то толи оболочка, толи аура. Толи какая-то внутренняя мощь. Начал задавать вопросы, надеясь что смогу получить внятные объяснения, но видать в тот день у него было очень плохое настроение: какой-то из экспериментов пошел не по плану, и одна из его разработок сделала «БУМ». По опыту я уже знал, что в такие дни лучше ему не мешать и не надоедать вопросами. В иное же время он даже снисходил до подробных ответов, мне даже стало казаться что Айзену нравится рассказывать о своих экспериментах, опытах, научных изысканиях… в такие моменты я затыкался и превращался в слух, впитывая все новые знания как большая жадная губка.

А еще у меня единственного из всех его слуг ( а их тут немало к слову) появилось разрешение на доступ в его лабораторию и к некоторым свиткам записям. Точнее, не совсем так. После одного случая, как один из этих «нумеросов» упустил какую-то тварюгу, а та, убегая, забралась в лабораторию Айзена и что-то там расколотила, попортила записи… Я как раз прятался в лаборатории от Гримджоу (есть тут один наглый тип от которого достается почти всем). В общем, когда я понял, во что сейчас превратится единственное спокойное и безопасное место – опробовал на тварюшке кидо, которое учил по заданию хозяина лаборатории, и поймал ее в барьер, а нумеруса вырубил с помощью артефакта, который Айзен как раз доделал буквально недавно.

Вернувшись, Айзен внешне никак не показал что расстроился или разозлился. Он просто разрубил одним ударом и тварь, и этого дырявого арранкара. И они оба истаяли.

- Отправляйтесь в общество душ и донимайте кого-нибудь там, - скучно

После чего обратился уже ко мне:

- Значит так. С этой минуты – ты отвечаешь за порядок в лаборатории. Я запрещу сюда входить всем, кроме тебя, Улькиоры, Гина и Тоусена. Проследи, чтобы больше ни одна живая душа сюда не сунулась. Я готовлюсь к важному эксперименту, и не хочу, чтобы мне мешали.

- Как прикажете, Айзен-сенсей…

Синигами повернулся и внимательно на меня посмотрел, словно я сморозил какую-то глупость. Хмыкнул, и взял в руки свиток с незаконченным рисунком какой-то магической фигуры.

- Я тебе уже говорил, не называй меня так. Я тебе не учитель. И вообще никого учить не собираюсь. И вообще, я все еще не уверен, для чего именно ты мне пригодишься, и пригодишься ли вообще, — скучно бросил Айзен, дорисовывая на свитке магический знак, осторожно подправляя и добавляя контуры. — Опять не то… Путь возвращения семь!..

Рисунок засветился, задрожал, и контуры поползли в обратном направлении словно кто-то перематывал кинопленку назад.

— Так… ладно, пока оставим. Давай проверим, ты научился за последнее время, и сможешь ли пригодиться мне в будущем… Создай простой отражающий барьер между мной и тобой, так, чтобы он выдержал три моих удара. Приступай.

Я сделал вдох с сложил перед собой ладони.

— Бакудо восемьнадцать: Кёмон!

Между нами повисла призрачная слегка мутноватая пелена. Айзен положил письменные принадлежности на место, повернулся и задумчиво окинул меня взглядом.

— Достаточно сил вложил?

— Как вы учили, господин Айзен.

— Хорошо. Путь разрушения номер один: Сё!

Из его пальца выстрелил пучок энергии и я зажмурился, готовясь отлететь. Сгусток врезался в барьер, не причинив вреда.

— Хм. Путь разрушения четыре: белая молния!

Вырвавшаяся из его пальца белая молния подобно змее впилась в мой барьер и расплескалась снопом искр. Барьер потрескался, но устоял. Айзен не показал ни удивления ни одобрения и вообще никак не прокомментировал результат.

— А теперь… Путь разрушения тридцать два: Окасен!

Я вздрогнул: это уже не детский фокус а серьезная атака. Как я и ожидал, на этот раз барьер разлетелся соколками и сгусток устремился уже точно в меня. И мне точно должно было достаться как следует… если бы я не был готов к такому. Последнее что я успел сделать, это выставил руку в запомнившемся жесте и мысленно произнес: «Сэки-no! »

И навстречу его сгустку выстрелил бледно желтый огонек, поглотив остатки направленной против меня силы.

— Путь связывания восемь! Сэки! — выдохнул я, расслабившись, и убирая жест.

Айзен как-то странно улыбнулся, прищурившись.

— Любопытно. Как ты понял, что некоторые слова кидо можно произносить уже после его выполнения? — спокойно поинтересовался он.

— С ваших слов, Айзен-сама. Вы дважды обмолвились, что останавливали так вражескую атаку, когда сами слова произнести не успеваешь. Это ведь называется «сделка со временем, да»?

— Верно… Что же, молодец. Я редко кого хвалю, если честно. Хорошо, посмотрим на тебя завтра в реальном деле. Я буду проводить важный эксперимент, и мне нужен будет толковый ассистент, а эти недоумки арранкары похожи на бегемотов в посудной лавке, у них хорошо получается только крушить и топтать. Никакой тонкой работы им не поручить… Будь готов завтра..

Глава 2. дисбалланс

Наверное, перед тем как рассказывать о странном эксперименте Айзена и к чему он привел, стоило бы сделать небольшое отступление, чтобы немного подробней пояснить, как так получилось, что вместо того, чтобы отправить меня на новое рождение - Айзен стал меня учить. Ситуация и правда забавная, что уж говорить.

Тот день, когда меня утащили, стал для меня настоящей пыткой. Во-первых, очень большого труда стоило перестать трястись от страха. С этим я справился, повторяя много раз «Это сон, это все сон, это не по-настоящему… я просто ударился башкой и сейчас в коме, а это все глюки…»

Во-вторых – после того, как Айзен отвел меня в замок и запер магическим барьером ко мне стали наведываться разнообразные уроды – обитатели Лас Ночес. Некоторые выглядели почти по-человечески, другие же напоминали мешанину из разных животных, попавших толи в волшебную тестомешалку, толи ставших жертвой радиации. Они пытались задавать вопросы, угрожать, или просто смеялись над моей беспомощностью.

Я же сидел, зажавшись в угол и старался не реагировать на этих визитеров. Сначала это им наскучило, конечно. Но только сначала. А потом кому-то из них пришло в голову развлечься. Они притащили небольшую зверушку, похожую на ящерицу. И как-то закинули ко мне за барьер… это были долгие час или два, пока я от нее бегал, а она пыталась меня схватить и сожрать на потеху этим уродцам. В конце концов уже дважды сумела меня заловить в углах не такого большого помещения и потрепать. И наконец, когда я уже хромал на одну ногу, и держался за левую руку – всю искусанную - тварь зажала меня в третий раз…

- Хехехе – ржал один из полоумных детишек, тыкая в меня пальцем. – Как думаете:– сколько он еще продержится?

Стало по-настоящему страшно. Ящерица наступала, загородив путь к бегству, а я был зажат в угол, да и ранен. Эх-х, круто было бы, если бы я мог как тогда этот мужик: прочитал какой-то стишок, махнул рукой и все. Интересно, а если тоже попробовать? Все равно отсюда не сбежать…

Абстрагируюсь и пробую вспомнить тот самый момент, когда Айзен буквально раздавил чудовище, вывалившееся из разрыва пространства. В конце концов, если это и правда глюки в коме – то почему бы мне не уметь то же самое что и этот странный Айзен… Вроде он поднял руку вот так.. и жест пальцами еще… а потом стишок… как жеж его… Я хорошо помню начало и конец, а вот середину…

-Эй, ты! Пошел вон! Я тебя сейчас в фарш превращу! – закричал я, но ящерица, понятно не отреагировала, а за барьером грохнул хохот этого цирка уродов.

Ну ладно… Дыхание участилось, поднимаю дрожащую руку над головой и выкрикиваю:

- Клубящееся знамя… бездны! Бездонная чаша безумия! Закипай! Перевернись! Нарушся! Железная королева! Рассыпающаяся грязная кукла! Объединись! Скрутись! Наполнись тьмой и… - дальше я забыл.

Очередная порция смеха, а тварюшка приблизилась почти вплотную.

Я тогда не обратил внимания, что кровь хоть и брызгала из меня при укусах – но потом странным образом останавливалась. И вот, она снова была на расстоянии вытянутой руки, когда я без особой надежды рубанул ладонью воздух.

- Куро… хицу!

И тогда над головой монстра заклубился небольшой черный вихрь, уплотнился, приобрел форму деревянного ящика, и… бухнулся твари на голову. Ящерка обижено фыркнула, затрясла мордой, ящик откатился в сторону. Монстрик снова оскалился, а я хоть и удивленный – быстро сообразил что случилось что-то до ужаса странное. Это я вызвал этот ящик?! Я снова рубанул ладонью воздух. И снова.

- Курохицу! Курохицу!

На полу валялось уже пять небольших деревянных ящиков, когда я поднял один из них, и загородился от тварюги, не давая к себе приблизиться и подставляя ей ящик в пасть.

- Эй, смотрите! – заржал один из этих противных детишек. – Этот слабый дух пытается создавать какие-то ящички для риса… Интересно, долго он сможет отбиваться от Сукша…

Так, значит что-то у меня все-таки получается. Может проблема в том, что я неправильно произнес слова? Все еще тыкая уродливую ящерицу ящиком, я постарался вспомнить. Этот мужик произнес все на одном дыхании. Интересно, а когда он бил молнией – он не читал такой длинный стих. Только показал пальцем и произнес:

- Номер четыре, белая молния!

И разумеется ничего не произошло. Все-таки что-то я не так делаю, но… с ящиками же как-то получается. Я снова задумался, вспоминая изо всех сил. Прокрутил в голове все, что удалось запомнить. Последняя фраза звучала как-то странно… ха-до… это значит - путь разрушения. Он тогда… Айзен произнес эти слова прежде чем монстра размазало в ошметки…

- Путь разрушения… Хадо… Ku-ro-hi…

И тогда что-то произошло. Мне вдруг очень ярко вспомнилось и то, как огромный обелиск из чистейшей тьмы вырос из земли и опутал тварь, но одновременно с этим я словно вновь ощутил, как одна из молний, которая змеилась тогда возле круга телепорта ударила меня в лоб, не обожгла, а словно пронзила мою голову и засела там… Я снова почувствовал эту молнию в моей голове и в мыслях прояснилось. Я ухватился за эту молнию, вцепился как котенок, забравшийся на самую верхушку дерева, спасаясь от стаи собак. Картина стала четкой и прозрачной, словно я только только увидел тот самый момент, и…

- Хадо девяносто: Курохицуги!!

Мое тело и разум словно пронзило вспышкой, будто по коже прошла волна электричества. Пол под ногами твари почернел, яркая белая линия очертила ровный квадрат вокруг монстра, и тьма взметнулась кверху, поглотив монстра и ударив в потолок. Вспышка! Призма тьмы Монстр забулькал, закряхтел, выпуская изо рта струйку крови, замотал башкой. Сработало! Но, похоже не так сильно, как у Айзена, потому что тварь хоть и раненая перестала мотать головой и сфокусировалась уже на мне. Но я плохо понимал природу этой странной магии. Потому что сверху, над башкой монстра образовались трещины в потолке, видимо кладка была повреждена заклинанием. И камень не выдержал, обрушившись сверху и погребая под собой монстрика. Все что осталось – большое облако пыли. А по ту сторону барьера на меня смотрели четыре пары изумленных глаз.

- Ичто у нас здесь происходит? – поинтересовался какой-то ехидный голос.

* * * * *

На пороге по ту сторону барьера стоял еще один человек. Ну, так мне тогда показалось. Это теперь я понимаю, что синигами внешне неотличимы от людей. Уродливые дети-монстры расступились, пропуская этого странного светловолосого типа с короткой стрижкой, похожей на корейскую, сощуренными в тонкие щели глазами и улыбкой бешеного дикобраза.

- Это не мы, - быстро забормотал уродливый подросток с заячьими зубами. – Это все он!

Странный светловолосый мужчина с улыбкой рептилии провел рукой и отключил барьер, приблизился ко мне, и внимательно осмотрел.

- Какой странный плюс… Пойдем со мной.

Мы прошли несколько залов, поднялись по лестнице и вошли в просторное помещение с колоннами, уходящими куда-то далеко вверх, а потолка так и вообще видно не было. На небольшом постаменте в противоположном конце зала стоял толи трон толи кресло… пустое. А за ним угадывался проход на балкон.

- Что такое, Гин? – услышал я уже знакомый голос. - Зачем ты его притащил сюда?

Светловолосый, которого назвали Гином приблизился и что-то тихо проговорил почти в ухо Айзену, который в этот самый момент на балконе что-то мастерил, возясь с какой-то странной цилиндрической конструкцией, внутри которой поблескивал неярким светом небольшой шар. Тот в свою очередь выслушал, кивнул и развернулся в мою сторону.

- Как интересно, - задумчиво произнес он, оторвавшись от своего занятия. – Это правда? Ты применил высокоуровневое кидо и повредил потолок камеры?

Я хотел было переспросить что это такое, но памятуя прошлый запрет отвечать вопросом на вопрос, ответил несколько иначе.

- Я извиняюсь, я не знаю, что такое это «кидо». Эти странные… эти ваши прислужники забросили в мою камеру чудовище, и оно меня чуть не сожрало. Я ну… попробовал повторить за вами те странные стишки, и что-то сработало…

- Странные стишки? – Айзен поднял бровь. – Очень любопытно…

Он приблизился и направил на меня ладонь. Воздух словно сгустился, загудел, тело вмиг потяжелело, и меня начало притягивать к полу. Я изо всех сил старался устоять на ногах, но это жуткое давление усиливалось, ложилось на плечи, пригибая и сминая.

- Очень занятно, - хмыкнул Айзен и давление исчезло. – Его реяцу словно изменилась. Ты не заметил? – обратился он к Гину.

- Как я мог заметить, я его впервые вижу, - пожал плечами светловолосый. – Шел мимо, чувствую, кто-то кидо балуется. Дай думаю посмотрю. А там такая сцена: мелкие арранкары толпой стоят возле барьера и забавляются, глядя как этот человечек изо всех сил трепыхается. Я уж было подумал все как обычно, а тут – бам и твое излюбленное заклинание припечатывает уродца и обрушивает на него потолок. Мне совсем интересно стало – смотру, а аранкары себе развлечение устроили. Ну я и притащил его к тебе, спросить нужен он тебе или пусть дальше…

- Ты правильно сделал, - перебил его Айзен. Честно говоря, я планировал им заняться несколько позже, но раз уж так получилось… - он повернулся ко мне, еще раз пристально осмотрел, прищурился. – Покажи мне, как… какие слова ты использовал?

Я сглотнул и пожал плечами

- Я могу попробовать, только мне нужна цель для этого…

- Ты хочешь чтобы я кинул тебя в яму с пустыми? – скучно поинтересовался Айзен и на его губы выползла противная ухмылка.

- Простите, нет конечно. Я имел в виду, что для атаки нужна какая-нибудь цель…

Он смотрел на меня около пяти секунд, после чего шагнул поближе.

- Вот смотри сюда. Разбейся, Кьёка Суйгецу….

Ничего не произошло. Совсем. Я вопросительно глянул на Айзена, но тот ухмыляясь кивнул головой вперед.

- Смотри, новый монстр!

Рывком разворачиваюсь, и точно! Прямо на меня топает огромная четырёхлапая уродина. Я вскрикнул, мой взгляд забегал по сторонам но неожиданно Айзен и Гин пропали, оставив меня один на один с монстром. Вот же черт! Что делать?

Я завертел головой в поисках куда бы убежать, но монстр медленно и неумолимо надвигался, опустив морду наподобие большого зубастого носорога, оскалившего гадючьи клыки.

С какой-то обреченностью я понял, что деваться некуда. Отошел на максимальное расстояние, поднял руку вверх, изо всех сил вспоминая как там правильно сказать…

- Хадо девяносто: Курохицуги!!

И на этот раз снова все повторилось: монстра окружил контур, взметнулась вверх тьма в виде призмы, опутала чудище, сжалась и распалась. От чудовища нее осталось ни клочка. Фух…

- Неплохо, неплохо, - проговорил голос Айзена откуда-то слева. – Ты был прав, Гин. Это кидо, причем упрощенная форма – без заклинания! Очень интересно!

Напомни мне, сколько лет ты потратил, чтобы освоить свое первое заклинание?

- Ой, ну я даже не помню, - сероволосый опять выдавил из себя улыбку рептилии.

- Но не сразу точно.. месяцев восемь до получения первого результата. И на тот момент я уже был членом Готей13 около года. Как интересно…

- Хорошо. Ты свободен, Гин. Оставь нас. Хочу поболтать с нашим новым другом немного…

Вот так и получилось, что Айзен заинтересовался моими способностями. Вообще как я позже узнал, обычный дух, или плюс, как они их называли, не способен ни то что на кидо, но и даже на более простые вещи, досутпные как синигами, так и этим дырявым. Как я понял – мой дар какой-то уникальный. Но при этом - весьма однобокий. У синиками и арранкаров после пробуждения появлялись мечи, они могли развивать технику быстрых перемещений, скачков… много чего еще. Но все проверки оказались тщетными. Ничего из этого у меня нет, и развить не получается, Кроме кидо -вот им я овладеваю очень быстро, и как говорит сам Айзен -вполне достойно звания мастера.

Ну что же, вскоре мне предстоит это все выяснить…

А пока что – Айзен давал мне некоторые мелкие поручения, а так же задания, где необходима смекалка, аккуратность, расчетливость, и, разумеется кидо. Потому что именно его в моей жизни стало очень много. Не скажу, что я этому сильно рад, однако, появилось некое чувство городости: как же – мой дар уникален, я быстро учусь кидо, А вот Айзен начал вести себя очень странно, и я так до сих пор и не понял: толи он рад моему уникальному дару, толи всерьез считает такого однобоко развитого человека – лишней обузой. Ну ничего время покажет…

Глава 3. А давайте-ка выбросим мусор?

До назначенного Айзеном времени было еще долговато. Как обычно, все свое свободное время я проводил в небольшой библиотеке, состоявшей из старых потрёпанных фолиантов и свитков с печатями.

Долго и вдумчиво выбирал один трактат или свиток, пробегал глазами и если понимал хотя бы частично первые несколько абзацев – начинал читать и изучать.

По началу читать всю эту муть было адски неудобно. Дело в том, что языку я научился магическим способом, и это создавало определенные проблемы с пониманием и усвоением информации. Поясню: чтобы я мог понимать речь, Айзен использовал созданное им самим заклинание кидо – из так называемого «пути созидания». К слову сказать, из того материала, что хранился здесь, в его личной библиотеке и оказался доступным для меня следовало, что никакого «пути созидания» – не существовало. Ну, точнее в классическом, каноничном «кидо» - существовало только четыре типа: путь разрушения, путь связывания, путь возвращения, и еще заклинания создающие барьеры и печати - в основном сдерживающие.

Однако, судя по его библиотеке – Айзен очень сильно продвинулся как в теории так и практике кидо. Намного дальше базовых, и уверен что и продвинутых дисциплин.

Путь созидания – это дисциплина, созданная и разработанная им самим, и содержащая не такой обширный объем техник, как остальные. И тем не менее – как по мне он намного перспективнее того же пути разрушения, или пути связывания: те всего лишь изменяют окружающую реальность, деформируют или искажают ее в угоду заклинателю. Пусть создания же привносит в точке приложения что-то новое, свое, созданное, спроектированное и смоделированное разумом заклинателя. Заклинания этой дисциплины способны создать новые объекты, преобразуя энергию реяцу, выстраивает новые молекулярные связи при работе с материей, и даже цепочки нервных окончаний и нейронов в живых организмах. Самым первым я на себе испытал именно одно из таких заклинаний: именно оно и научило меня японскому, в угоду этому тщеславному и самоуверенному синигами.

«Путь Созидания тринадцать: Пробуждение Духа Слова» - так звучал ключ активации этого кидо. Кстати, любопытный эффект: в момент когда Айзен применил на мне это заклинание я не понимал ни звука из того, что слышал. А вот сейчас – когда вспоминаю – мутная зубодробительная фраза выстраивается в голове в четко, взаимосвязанные слова и понятия к тому же явно имеют магический эффект.

Конечно, если рассуждать здраво и быть честным с самим собой - до вундеркинда мне далековато, и хоть в школе я учился на отлично – звезд с неба особо не хватал. Тем не менее, для меня до сих пор остается дикостью что простые слова, сказанные в определенной последовательности и определенным же посылом – могут что-либо создать, или вызывать какой-либо эффект, повлиять на физику пространства… При их произнесении – запускается некая программа, буквально изменяющая реальность вокруг мастера кидо.

В мою руку легла переплетенная кожаной обложкой тетрадка без названия или пометки. Раньше я ее здесь не видел, и мне стало любопытно – что же в ней может содержаться. Обтерев обложку от налетевшей пыли и белого песка, от которого здесь похоже нигде не спрятаться, я осторожно открыл попавшую мне в руки рукопись.

Почерк был аккуратным и убористым, текст изложен лаконично и структурировано. Смутило то, что ни на первой странице, ни на последней не было оглавления.

«Основы формирования рейрёку в момент принятия изменения духом или душой при прохождении через очищение,» - гласил заголовок.

Мне стало интересно, и я углубился в чтение. Если коротко резюмировать написанное, то обычная человеческая душа ничем особенным не выделяется, пока находится в живом теле – сосуде. Когда тело умирает или впадает в кому и душа теряет контроль – она отделяется, словно выходит из вместилища, как космонавт из скафандра. И первое время душа еще привязана к телу некоей цепью судьбы… я скривился: чушь какая-то.

Пролистал подальше. Здесь в основном описывались результаты наблюдения за душами после пересечения порога и освобождения от тела и связывающей цепи. Кстати… цепь в основном тянулась от тела и крепилась на груди души – как раз в том месте, где у нее расположено сердце.

Я перевел взгляд на свою собственную грудь, в поисках цепи или описанного места. И обнаружил аккурат по центру грудины какое-то неясное полукруглое образование, слово залепленное непонятной массой неизвестного происхождения. Никакой цепи, понятно, не было. Странно…

Далее описывались так называемые «плюсы» и «пустые», приводились основные отличия и схожие моменты (оказывается они тоже есть).

Плюсы – это духи после ритуала погребения или очищения. Они освобождались от цепи судьбы, и становились свободны, правда в пределах плана бытия, куда отправлялись. Плюсами могли стать и пустые тоже, убитые (или очищенные) клинком синигами… Не совсем понимаю, ну да ладно.

Кстати, как я уразумел, меня утащили из моего мира в какой-то совершенно иной план, другую реальность, живущую по своим законам и со своими верованиями. Насколько я слушал и смог понять, пока наблюдал за местными монстрами здесь, этот мир тоже называется земля. Точнее – так называется мир живых. Место, под названием «Сообщество душ» - описывается как некий загробный мирок, куда все усопшие отлетают после погребения. И вот что странно: никаких тебе Рая или Ада, так подробно описываемых религиями моего собственного мира. Здесь их заменяли – «Сообщество душ» и «Уэко Мундо». Хотя, в одной из книжек я натыкался на информацию, что существует некое «дно миров» или «дно бездны», куда сливаются после смерти особо грязные или оскверненные души…

Но я отвлекся. Итак, основы формирования рейрёку. Как я понял, это некая энергия, духовная оболочка, своего рода запас силы того или иного духа, или существа. У живых он минимален и как правило блокирован внутри тела и скрыт. У тех же кто перешел грань… тут по-разному.

Если перешедший стал плюсом – она начинает медленно развиваться в так незнаемую положительную сторону - и рано или поздно он может стать синигами. Ну, точнее – получить схожие сними силы, так сказать одной «полярности».

Те же, кто не прошел ритуал или деструктивны по своей природе – становятся пустыми… или минусами. Или Меносами? Вот тут я не до конца понял. Сначала они считаются пустыми, потом могут разрастись до Меносов (которые по смыслу значения этого слова и есть «минусы» – т.е. существа с полярностью, антагонистичной плюсам). Далее становятся адьюкасами, васто-лордами, нумеросами и арранкарами… Иначе говоря – дворец Айзена кишмя кишит этими вот существами всех уровней пустых. И при этом – сам Айзен как ни крути синигами, и что делает среди этих минусов-Меносов – не понятно… Так, я опять отвлекся.

Итак, в зависимости от полярности существа – его рейрёку пробуждается и растет в определенную полярностью сторону. Синигами и пустые – антагонистичны, поэтому даже простое их взаимосоприкосновение наносит вред и тем и тем. Неконтролируемая сила буквально взаимноуничтожается. При этом, с увеличением концентрации и объёма «рейрёку» – увеличивается «реяцу» духовная сила, которая и является уже инструментом, может по разному проявляться, принимать различные формы в зависимости от умений ее обладателя, направленности силы и еще кучи индивидуальных свойств.

Пустые например могут использовать самый минимум реяцу, концентрируя ее на своих телах превращая в примитивное оружие грубой формы: клыки, зубы, когти… некоторые додумываются создавать палки и прочую мелочевку. Даже всякие Меносы и адьюкасы – всего лишь одичавшие и озверевшие души, использующие реяцу подобным образом, хотя у них как раз за счет возросшего запаса энергии появляется возможность концентрировать реяцу, формировать ее в лучи или потоки и выстреливать огромной их концентрацией. Это называется «Серо». Некоторые бывало запускали в меня это дрянь…

Когда же они развиваются в форму, близкую к вершине пищевой цепочки – как Арранкары например – то к ним возвращается часть разума, может даже память. Сама реяцу при этом сильно возрастает, становится более концентрированной что ли… и они начинают использовать ее тоньше, почти как синигами.

Могут появиться мечи, дополнительные способности, вроде того же «Сонидо»… бр, вот эта мерзость, прямо бесит. С помощью этой гадости Арранкары прыгают, сокращают расстояние почти мгновенно, издавая при этом характерный скрежещущий звук, напоминающий помесь помехи в старом телевизоре и пердежа…

И только я об этом подумал, как слева от меня раздалось характерное «пф-р-р-р» и рядом возникла девочка с двумя косичками и прикрытым повязкой левым глазом. Лоли Аивирн, так ее звали. Мелкая злобная стерва.

- Вот ты где, ущербный человечишка!

- Меня зову Тео, не «человечишка», - фыркнул ей в ответ. – Пора уже запомнить…

- Ты действительно думаешь, что для меня это имеет какое-то значение? Мы вчера с тобой не закончили! Ты посмел так со мной разговаривать…

Я устало вздохнул. Лучше всего не давать ей договорить. Зная, что эта малолетняя, перманентно пребывающая в постменструальном синдроме девочка - является занозой в заднице даже у ее дружков Арранкаров. И если ее не заткнуть – она прожужжит все мозги и потом в конце концов нападет…

- Чего тебе, Лоли? Я выполняю задание для Айзен-сама. Уйди.

- Ты!! – зарычала она. -Ты забыл с кем разговариваешь?

- Да помню, как же… с малолетней истеричкой. Свали отсюда, тебе нельзя входить в лабораторию…

- Да ты… - она замахнулась, чтобы залепить мне оплеуху. Как всегда. Но, начиная с сегодня – я решил, что с меня хватит.

Я, конечно, куда слабее Арранкаров, но… куда более универсален, хехе…Больше я не дал ей сказать ни слова. И я указал на нее пальцем:

- Бакудо один: Сай! - И руки Лоли мгновенно завернуло за спину. – Хадо номер один: Сё! – делаю движение пальцем от себя, словно пытаюсь сделать щелбан.

Резкий хлопок и толчок в грудь буквально вышвырнул скандалистку за дверь лаборатории, заставив покатиться по полу уже по ту сторону.

- Баккудо Двадцать девять: Burokkingu! - мой палец был направлен на дверь, которая с хлопком закрылась перед ее носом, и на ручках загорелся блокирующий иероглиф. Вот и все.

Снаружи раздался грохот кулачками по дверям, приглушенные вопли малолетней скандалистки. Но дверь не поддавалась, а что она там изливает в порыве гнева целуя дверной замок - мне было фиолетово в крапинку.

Впервые за все время, проведенное здесь – я не испугался и не побежал, не стал звать кого из более адекватных прислужников Айзена или его этих… точно не знаю кто они – друзья или приспешники, эти двое синигами.

Это конечно не полноценная победа – рано или поздно она освободится, потом попробует меня подловить… но тем не менее – победа! Было бы чего алкогольного – я бы с удовольствием отметил свою первую победу.

На этой ноте своего маленького торжества я продолжил чтение. Итак, плюсы, минусы… то есть мЕносы. Реяцу. В самом конце книжицы содержались интересные гипотезы. Как синигами, так и пустые – имели некий отпущенный предел силы, своего рода стеклянный потолок в развитии, выше которого вырасти невозможно. Однако, согласно теории, которая здесь излагалась – для того, чтобы стать сильней или пробиться сквозь этот потолок - необходимо выйти… точнее - перейти на качественно иной уровень.

Согласно гипотезам Айзена максимально возможный предел синигами… ну пусть будет сотня ступеней. Если исходить из этой системы расчета – Айзен сейчас где-то на восемьдесят седьмом, по крайней мере – согласно его собственным рассуждениям. Не фигово, к слову.

Его друзья – Гин Ичимару и Тоусен… забыл как его там. Так вот, они примерно на шестьдесят третьем и пятьдесят седьмом. А теперь самое интересное. У пустых – тоже есть аналогичная шкала силы, только противоположно направленная. Рядовой пустой – где-то минус три – минус девять. Более сильный – до минус двадцати. Гиллианы или Меносы – до минус тридцати пяти. Далее уже Адьюкасы и нумеросы – порядка сорока пяти. Арранкары – до минус шестьдесят пять, некоторые и выше…

А теперь самое занятное. Айзен, как синигами, искал способ увеличить свою мощь до невообразимых и недостижимых высот, но этот самый потолок заставил его разбить себе лоб. Тогда он пошел весьма странным но занятным путем: он решил развить или раскрыть для себя противоположную ветку культивации (или хрен знает как это называется). То есть, он хочет пересечь отметку «ноль» и уйти в отрицательные… точнее антагонистичные значения реяцу. То есть, будучи синигами с силой девяносто три, и при этом – пустым с силой, к примеру, минус восемьдесят девять… общая чистая выраженная сила составит примерно сто восемьдесят. Согласно описанию здесь – такого уровня не достиг даже Король Душ (хрен его знает кто это вообще такой, но похоже довольно крутой дядка), потому, что здесь его уровень указан как «101? Не проверено…»

В дверь загрохотали с удвоенной силой. Я лишь повернулся и брезгливо хмыкнул.

«Идите нахрен - подумалось мне. – Если это Айзен – он без труда снимет печать. А если кто-то другой – мне пофигу, пусть хоть до конца времен стучат. Айзен много раз повторял: берись только за то, что сможешь потянуть. Если ты достаточно силен. Если нет – твои проблемы»

Очередной удар со стороны двери был значительно сильнее предыдущих, и несчастная дверь предательски затрещала, со стен посыпалось вещество, замещающее штукатурку. Я захлопнул блокнот. Похоже, спокойно дочитать мне не дадут.

Пришлось развернуться к входу в лабораторию в ожидании… я не успел додумать, как дверь вылетела вместе с косяком и частью стены, и бухнулась на пол. На входе стоял огромный, я бы даже сказал пухлый Арранкар, похожий на бойца суммо – с пудовыми кулачищами, сломанной маской-костью, слегка прикрывающей его нижнюю челюсть. А За ним стояла все та же Лоли и мерзко ухмылялась.

- Ага, думал спрячешься! Ну теперь ты у меня…

- Предупреждаю один раз, - перебил я ее холодно. - Вам обоим запрещено сюда входить. Айзену это может не понравиться…

- Айзен уважает силу! – расхохотался жирный Арранкар. Кажется, его звали Ямми.

- И верность! – добавила эта истеричная дура. – Поэтому, нам можно…

Ну что за идиоты. Если они тут что-нибудь расколотят или повредят, Айзен их…

- Хватай его, Лоли, - зарычал пузан и грузно затопал вперед.

Черт. По-хорошему вломить бы им сейчас чем-нибудь убойным, чтобы они долго выбитые зубы поломанными пальцами собирали… проблема в том, что высокоуровневые кидо получались у меня пока что из рук вон плохо. Тот же «Курохицуги» я пробовал повторить много раз, но получался он у меня не всегда. В присутствии Айзена, к слову – почти всегда выходило…

Я долго ломал голову, пытаясь понять, почему кидо выше сорокового получается крайне паршиво и пришел к выводу, что это от слабой реяцу. В тот самый первый раз, когда у меня получилось… наверное я был слишком напуган. А сейчас, спустя почти год нахождения здесь, я уже настолько привык, что заставить себя достаточно испугаться не выйдет…

Лоли бросилась на меня стиснув зубы и зарычав, целясь мне в живот. Вот сучка мелкая…

- Хадо номер восемь: Сэки!

Передо мной возник энергетический шар, быстро растянулся в длинный и плоский щит, за секунду до того, как Лоли с размаху ударила меня, попав аккурат в магический барьер. Разумеется, он тут же загорелся, впитал часть реяцу противника и отразил обратно. Лоли, получив собственного же пинка в живот – отлетела прочь, кувыркаясь и катясь по полу врезалась в ноги Ямми. Я надеялся, что его это если не собьет с ног, то хотя бы отодвинет назад, но нет, тот был достаточно массивен, чтобы не сдвинуться ни на дюйм.

- Смотрите-ка! А человечишка научился огрызаться! Ха! Ха-ха-ха! Лови! – зарычал он, махнув в мою сторону кулаком. – Бала!

Из его руки выстрелил плотный красный сгусток, и мне пришлось уклоняться: попадет – мало не покажется…

- Да стой ты на месте мартышка прыгучая!

И он замахал руками, выстреливая этими шарами словно пулемет. Стиснув челюсти рванул прочь, спрятавшись за колонной, которая начала истончаться под его непрерывными ударами.

Вот же срань… У меня нет ничего достаточно мощного, чтобы заставить его отступить. Тот же черный гроб быстро его уработал бы, но уверен, он как назло не сработает… а если сработает – не думаю, что Айзен будет в восторге, если я покалечу до неспособности сражаться одного из его боевиков.

Ну что же, не получится сильным заклинанием – отделаюсь парой тройкой мелких. Я быстро замахал руками, сменяя пассы и знаки, долженствующие предшествовать заклинанию.

- Бакудо… Кигай-но-дземон!

Барьер – «Панцирь черепахи». Крепкая штука, как раз чтобы запереть ненадолго в ограниченном пространстве кого-то вроде Ямми.

Вокруг обоих арранкаров закружились прозрачные зеленоватые чешуйки, похожие на соты, быстро сложились и скрепились в большой яйцеобразный кокон, заключив обоих в барьер-ловушку.

Истеричная девка подскочила на ноги, и рванула на меня, не обратив внимания и даже не поняв, что произошло. И расквасила себе нос о полупрозрачную преграду. Я едва сдержался, чтобы не заржать. Жирный арранкар оскалился, сжал кулак и со всего размаху ударил в барьер. Но тот выдержал. Даже трещин не пошло. Он нахмурился и ударил второй раз. Меня распирало любопытство - сколько же продержится барьер? Особенно когда эта малолетняя дурында перестанет пищать и объединится с пухляшом в попытке его смять. Я трезво понимал, что ее щуплые формы и фигура девочки-подростка обманчивы: арранкары атакуют не кулаками а реяцу, воплощенной в оружие, а у нее она не слабая. По крайней мере, на данный момент в прямом столкновении я ей не соперник. Но… Зачем мне прямое столкновение? Зачем пробовать парировать с помощью рапиры удар кочергой, если можно уклониться и дать противнику упасть самому? Всяко лучше, если например сделать вот так…

… как-то пару месяцев назад, я стал свидетелем применения интересного заклинания. Айзен произнес его впопыхах и с немалым раздражением. Мы в очередной раз встречали у межмирового портала какую-то отправленную на задание тварь. Но из портала вывалилось что-то длинное склизкое, похожее на кхм… очень большую игрушку для взрослых, да еще и с тентаклями. А еще – оно страшно воняло. Айзен недолго думая применил «Курохицуги» и тварь буквально раздавило на ошметки. Но от этого стало только хуже, а вонять начало еще страшнее. Сморщив нос и глядя на вонючие ошметки, Айзен выругался и забормотал заклинание, которое я до того не слышал. Как ни странно, но на мой вопрос – куда в буквальном смысле провалилась вся эта вонючая труха – Айзен даже снизошел до ответа. Так я узнал, что такое долины криков…

И сейчас, глядя как два разъяренных арранкара разламывают поставленный мной кокон-ловушку, я не придумал ничего умней, чем воспользоваться тем самым заклинанием, которое Айзен применил для того, чтобы банально избавиться от мусора:

- Тьма, разлившаяся по земле! Холод, что зовет в глубины! Разверзни бездну под ногами, пожри скверну и нечистоты, низвергни прочь, в долину без возврата, в место где не видно звезд и не слышен мой голос! Sōdō (путь созидания) двадцать семь: нараку суймон!

Мои сложенные вместе длани – разошлись в стороны, образуя дыру между ладонями.

И тень, отброшенная арранкарами – уплотнилась, округлилась, расширилась, сделавшись черной и непроглядной. Опора под их ногами пропала, и кокон с арранкарами вместе ухнул в темную бездну, которая сразу же захлопнулась и пропала.

- Ха! Получилось! – удивился я, прикрыв лицо ладонью, и противно захихикал. – Ну, теперь они вернутся не скоро…

- Да уж, неплохо придумал! – послышался слева насмешливый голос, и обернувшись я увидел стоящего в полумраке алькова Айзена. Он тихо наблюдал явно довольный увиденным - улыбался, а я не знал радоваться этому или нет...

========

Дорогие читатели! Архитектор - это фанфик, который пишется поднастроение. Ну или при ажиотаже читателей, так как это все-таки не совсем мой стиль.Так же проды будут выходить чаще при наборе определенного количества лайков (+10) и библиотек(от +20-25) Как фанфик - платным он не будет никогда. Но если кому-то понравилась история и он скинет награду - автору будет очень приятно, и это будет неплохой пинок (где прода?!), и намек, что произведению нужно уделять больше внимания.

Глава 4. Осколок.

За проведенное здесь время я уже успел уяснить: даже если Айзен улыбается, это совершенно не значит того, что он доволен, или одобряет происходящее. Как-то раз я наблюдал занятную ситуацию. Один из новосозданных арранкаров попробовал бросить ему вызов. Тогда с лица Айзена долго не сходила довольная ухмылка, ее даже не омрачил тот факт, что поле его удара реяцу – банально неоформленной чистой силой - ошметки этого арранкара пришлось соскребать по всем стенам лаборатории. А грязь и вонь он не любит, в этом я убедился. Но, видимо, он куда больший садист чем чистюля и педант.

Поэтому, сейчас, увидев его слишком довольную ухмылку как результат своей - проделки - я в душе содрогнулся. Однако, как оказалось - напрасно. Вместо того, чтобы разозлиться или проявить неодобрение Айзен никак не отреагировал на мой маленький экспромт, кроме сдержанной похвалы за смекалку.

- Неплохо ты справился, - рассеянно кивнул синигами, становясь в круг по центру лаборатории и прикрывая глаза. – Правда теперь они недели две добираться обратно будут… ну да ничего, время здесь течет медленно, а им будет хорошим уроком. А теперь будь любезен отойди немного, ты создаешь искажение…

Я сразу догадался, что он работает с реяцу – настраивает ее на определенную тональность, чтобы открыть один из тайников - словно кодовый замок. Здесь, в лаборатории в небольших тайниках в стенах и полу, а так же в пространственных карманах содержатся заготовки, разработки и самые ценные артефакты, созданные безумным гением моего… наставника(?) , который, к слову терпеть не может, когда я его так называю.

- Как думаешь, какой из доступных тебе барьеров лучше всего применять для удерживания адских духов и проклятых? – внезапно спросил он, не открывая глаз.

- Самое действенное против таких созданий – «Роппо фудзин», думаю, но… я пока что знаю только теорию, Айзен- сенс… в смысле Айзен-сан, - быстро поправился я, но он не обратил внимание на мою оговорку.

- Сегодня попробуешь. Возьми этот накопитель, тебе его должно хватить…

Посреди комнаты из воздуха вплыла бледно-зеленая сфера с каким-то странным медальоном внутри, испещрённым иероглифами. Медальон ощутимо нагревался, стоило мне задействовать даже крохи своей итак слабенькой реяцу чтобы считать его активаторы.

- Не нужно этого делать, он крайне нестабилен, - предупредил Айзен не поворачивая головы. – Если захочешь разобраться в плетении – потом, когда израсходуешь заряд.

- Слушаюсь. Позвольте вопрос?

- Говори…

- В зале для тренировок исчерпались противники. Не могли бы вы…

- Вот как? Ты всех убил? Ты что, вызвал всех разом и применил «Кольцо огня»?

Ха, похоже, он еще не скоро забудет мне этот эпизод… Я тогда только-только осваивался и применил кидо кольцо огня прямо в лаборатории. Повезло, что мое реяцу еще слабо, и разрушения были минимальными, а заклинание сработало по площади два шага в любую сторону от меня…

- Да, Айзен-сан… то есть нет! Я тренировался с Асаучи, как вы и приказали, изучал приемы и техники боя на мечах. Эти болванчики - они ведь настроены так, что текущий пропадает, когда я осваиваю прием и у меня получается с его этим приемом поразить… В общем, вчера они кончились…

Айзен открыл глаза и молниеносно развернулся, глянув на меня таким взглядом, что меня до мурашек пробрало.

- Хм… Хочешь сказать, ты освоил их все? Быстро ты… А технику пробуждения меча пробовал?

Я опустил голову, слегка втянув плечи.

- Пробовал, но не выходит. Я просто не вижу этот луч, о котором вы говорите, не слышу никакого шепота внутри, или чего-то там. Такое ощущение, что в этой технике что-то не так…

- Не говори глупостей, - раздраженно перебил меня Айзен. – Я сам по ней учился, и это первое, что у меня получилось на пути… не понимаю, ты легко применяешь сложные техники кидо, и при этом не способен даже вообразить себе форму своего занпакто? У меня складывается впечатление, что ты просто не хочешь взяться как следует, потому придумываешь отговорки.

- Простите, Айзен сен.. Айзен-сан. Ничего подобного. Я все свободное время провожу в попытках…

-Я тебе уже говорил, что бывает, если мне лгать?

- Но я не лгу! Я действительно пробую все свободное время! Просто его не так много… вчера например, я освоил барьер пяти сфер, потому что субстанция, которую вы храните в ячейке у окна – начала протекать. Пришлось закуклить и запитать барьер от источника в комнате, иначе оно бы все тут загадило и испортило! На реализацию этой задачи я и потратил все время…

- Что? Ихор затензия протек? Как это произошло?

- Не уверен, но думаю, что арранкары повредили его саркофаг, когда вломились прошлый раз… - я слегка поморщился, ожидая нагоняя, но как ни странно обошлось, Айзен лишь пристально на меня глянул, потом перевел взгляд в то место, где находился указанный пространственный карман\сакрофаг, прищурился.

- Понятно. Ладно, потом поправишь, я объясню как. Кстати, ты должен освоить призыв занпакто как можно быстрее. Иначе, не уверен, как именно ты мне пригодишься в дальнейшем. Идем…

Ну вот, моя неспособность пробудить занпакто явно его раздражает. Но вот странно: Айзен раздражается, когда я называю его сенсеем, при этом продолжает давать мне «домашние задания» и проверяет, как я справляюсь… Честно говоря, про себя я все равно стал воспринимать Айзена как своеобразного университетского профессора-самодура, пусть и поехавшего.

Тем временем, один из кирпичей в полу растаял и из образовавшегося отверстия в полу поднялась небольшая подставка, на которой покоился округлый светящийся шар, мерцающий странным голубоватым светом, и словно пульсирующий в такт сердцебиению, правда непонятно чьему. Айзен что-то поколдовал над ним, осторожно обернул его коконом и убрал в рукав хаори.

- Пойдем за мной, - приказал он, направляясь на крышу лаборатории.

Я мысленно застонал: опять он собрался экспериментировать на пойманных тварях, создавая из них различных прислужников и арранкаров.

На крыше привычный фон от купола Уэко Мундо обдал меня волной густых, удушающих эманаций. Воздух звенел от напряжения. Айзен, не оборачиваясь, прошествовал к центру площадки, где на цельной алтарной плите был начертан сложный круг из иероглифов, причудливо мерцающих словно футуристичная желтая неонка.

- Сейчас откроется карман, и оно выберется… как только это произойдет - применяй барьер, — его голос прозвучал спокойно, но в нем слышалось нетерпение. — «Роппо Фудзин». Удерживай пойманного… пойманное существо центру круга. Точность критична.

Я сглотнул, чувствуя, как накопитель, болтающийся на шнурке в моей руке отзывается на команду, излучая тепло. Моя собственная слабая реяцу показалась мне ничтожной по сравнению с тем, что исходило от сферы, которую Айзен теперь держал в руках, разворачивая кокон.

- Айзен-сан… что именно я… что именно мне предстоит сдерживать?

- Осколок, - ответил он, и в его глазах мелькнул тот самый огонек, который я видел перед тем, как стены лаборатории пришлось отскребать от ошметков арранкара. — Осколок черной души, который не желает признавать поражение и уйти на перерождение. И сейчас мы проверим, насколько прочны твои барьеры.

Шар в его руках дрогнул, и из него хлынула лавина духовного давления, такая плотная, что я едва устоял на ногах. В ушах зазвенело, а в висках застучало. Я едва успел вскинуть руки, бормоча слова заклинания.

Но вместо моего тихого шепота - мир вокруг заполнился оглушительным ревом существа, для которого словно сама смерть была лишь дверью, и в которую оно ломилось с великой радостью.

Посреди круга открылся пространственный карман, из которого повеяло таким черным отчаянием, обреченностью и жаждой убийства, что меня в буквальном смысле слова затошнило.

Айзен неспешно достал сферу из рукава, развернув кокон, поднял пульсирующий шар над магическим кругом. Иероглифы вспыхнули ярче, и от них потянулись тонкие, похожие на паутину, нити света, которые стали оплетать сферу, впиваясь в нее и вытягивая наружу клубящуюся черную субстанцию.

- Хогиоку лишь ускоряет и направляет эволюцию, - его голос был спокоен, как на лекции, и это пугало куда больше любого крика. - Но сырье… сырье должно быть качественным. Эта душá была сильна и злобна при жизни. Идеальная основа для послушного инструмента. Сейчас я отделю его тень, своего рода эхо личности, и преобразую в нечто иное, а саму душу отправлю дальше, на перерождение…

Из шара вырвался оглушительный визг, не звук, а буквально звуковой удар - вибрация, от которой разболелись зубы и затуманилось зрение. Черная субстанция заклубилась, сопротивляясь, приобретая форму - когтистых лап, извивающихся щупалец, пасти с бесчисленными рядами игловидных зубов. Она не хотела поддаваться, не желала позволять кому-либо довлеть над ней. Она хотела одного: уничтожать.

- Барьер! - голос Айзена разрезал гул, в нем впервые прозвучал оттенок… нет, не тревоги, а скорее раздражения.

Я вцепился в накопитель, выкрикнув слова заклинания. Бледно-зеленый свет хлынул со всех сторон, и шесть прозрачных плит энергии с грохотом сомкнулись вокруг круга, едва сдерживая бьющуюся внутри тварь. Она металась, и с каждым ударом по внутренней стенке барьера по моему телу прокатывалась волна боли, будто ломали кости. Накопитель в руке раскалился докрасна, иероглифы на нем светились ослепительно.

- Нестабильно… - сквозь зубы процедил я, чувствуя, как трещины поползли по энергетическим плитам.

- Концентрируйся, - невозмутимо произнес Айзен, наблюдая за процессом с научным интересом. – Сожми свободное пространство и обездвижь его на три минуты, мне хватит…

Я прикрыл глаза – зрение сейчас только мешало - и сконцентрировался на созданном барьере, сузив внутренний кокон до размера пушечного ядра – буквально спрессовав эту тварь и удерживая внутри.

Пульсирующая сфера отделилась от рук Айзена, и зависла на небольшой высоте над пойманной тварью, излучая на нее рассеянный свет, словно вливая свое содержимое, и темная масса начала… меняться. Она разделилась на две составляющие – ярко-багровую сферу и черный дым, который сконцентрировался, в клубок.

- Очень хорошо, - прокомментировал синигами, шевеля пальцами в воздухе, будто играл на каком-то причудливом инструменте. – Еще немного…

Вот только у меня не было этого «немного». Именно в этот момент накопитель полыхнул последний раз и потух, и поддержание барьера ухнуло на мои плечи целиком. Тварь тут же воспрянула - моя собственная слабая реяцу не могла поддержать конструкцию слишком долго. Багровая сфера полыхнула в мою сторону, раздался звук, похожий на хруст стекла. Одна из плит рассыпалась на сноп искр.

Черная масса, как жидкая тень, рванула в образовавшийся проем. Не на Айзена. На меня.

Я инстинктивно отпрыгнул назад, пытаясь в панике восстановить барьер, но было поздно.

- Бакудо один: Сай! – рявкнул я, отбрасывая тварь прочь, но это выиграло мне лишь пару секунд: тварь, разделенная надвое представляла куда большую угрозу, нежели пока она была одним целым. Черное месиво вытекло из обломка барьера и потянулось к Айзену, а я почувствовал, как нечто обжигающе холодное и твердое, как сталь, копнуло меня в бок, чуть ниже ребер. Боль пришла не сразу. Сначала был лишь оглушительный толчок и чувство глубокого, леденящего холода, расползающегося по всему телу. Я грохнулся на спину, и только тогда сквозь шум в ушах пробился мой собственный хриплый вскрик.

Я увидел что-то напоминающее кровь, темную и густую, разливающуюся по серому камню крыши. Увидел клочья своего кимоно. И тварь, рядом со мной, явно готовящуюся для нового удара ее когтистой лапой. Но хуже то, что вторая ее лапа, торчала из раны в моем боку, где она похоже с удовольствием шарила…

Сверкнула яркая вспышка, словно отблеск шаровой молнии на стальном клинке – длинная катана в руке Айзена разрубила существо напополам. В следующее мгновение тварь просто перестала существовать. Не взрыв, не вспышка - ее просто стерли с реальности. Воздух сдавленно хлопнул, и все, что от нее осталось — это легкая дымка рассеивающейся реяцу.

Айзен стоял надо мной, опуская руку. На его лице не было ни гнева, ни досады. Лишь легкая, почти незаметная усмешка.

- Как же глупо и бесполезно, - произнес он, глядя на мою рану. - Потратил весь заряд накопителя, а сам даже не смог удержать объект на несчастных пять минут. И еще позволил так себя ранить…

Я пытался что-то сказать, извиниться, но из горла вырвался лишь пузырящийся кровавый кашель. Холод сковывал все тело.

Айзен присел на корточки, внимательно, как под микроскопом, рассматривая повреждение. - Мда. Незадача. Интересно… Ее коготь прошел чуть выше скопления духовных узлов. Повезло. Или нет? - Он наклонился ближе. – Сильно болит? Чувствуешь здесь что-нибудь? Да уж, кого я спрашиваю. Это похоже на какой-то энергетический яд, медленно заполняет каналы и перекрывает ток реяцу. Будь ты хотя бы пустым, эта пакость не сильно бы и навредила, но ты плюс…

Он поднялся его пальцы быстро затанцевали в воздухе, перебирая магические знаки.

- Путь Возвращения… - и замолчал, так и не произнеся ключ-активатор заклинания.

Я замер, понимая, что сейчас он решает стоит ли вообще мне помогать, или сочтет это (и меня в том числе) бесполезным и… А еще я понимал, что просить не стоит, любое проявление слабости Айзена только раздражает.

Сквозь заплывающее туманом сознание я услышал тихие шаги слева, и надо мной склонилась вторая смутно знакомая фигура.

- Ой-ей, что тут у нас… - надо мной склонился его дружок синигами с вечно прищуренными глазами и улыбкой рептилоида. – Какая жалость. Все-таки твою новую игрушку потрепали, я говорил тебе, ты слишком много надежд возлагаешь на…

Мои глаза закрылись, и дальнейший их диалог потонул в шуме в ушах.

- … осторожней. Немного не… интересно…

- …проще как-то.

-… сам виноват.

- … посмотрим, может и…

* * * * *

Как ни странно, в какой-то момент я резко открыл глаза и подскочил с места, не понимая что происходит и где я. Замахал руками, стараясь избавиться от странного белого покрова, укрывающего все мое тело. В конце концов удалось смотать и скрутить в бесформенный ком приличный кусок ткани, похожий на… белую простынь. Ну да.

Я в лаборатории Айзена, лежу (точнее уже сижу) на постаменте, на котором он проводит свои эксперименты с пустыми. Сердце екнуло, а по виску потекла капля пота. Причем – это опять-таки рефлекс, своего рода фантомная память – дань по покинутому в мире живых телу.

Я ведь уже давно убедился – я даже воздухом не дышу. По крайней мере, когда в тренировочной комнате я сражался с генерируемыми для меня иллюзорными противниками – в какой-то момент я внезапно осознал: я не устаю, не запихиваюсь, руки не начинают болеть или гудеть. Именно поэтому – я преодолел все «уровни сложности» этих иллюзорных противников за рекордное время – просто понял: я не устаю и могу до победного махать с ними тренировочными катанами.

Однако вопрос: как я все-таки выжил и что я делаю на столе лаборатории? Внезапная догадка поразила: Айзен не стал восстанавливать меня с помощью кидо, а скорей всего меня… переделал? Я теперь тоже жертва его экспериментов?

Медленно опускаю глаза вниз на свои руки. Вполне нормальные человеческие руки. И ноги тоже. Не удержался и даже под балахон заглянул. Слава богу, там тоже все в порядке, и у меня ничего не отвалилось или наоборот не выросло лишне. Фух.

Впрочем обнадеживало и то, что я очнулся не скованным, не привязанным, не заточенным в тюрьму барьера или печати, а ведь вполне могло быть… И кто-то (сам Айзен?) перетащил мое безвольное тело назад в лабораторию, уложил на стол, и… явно что-то сделал, потому что я ощущаю себя живым (если кто-то в этом месте вообще может таковым считаться), здоровым и полным сил.

Спрыгнув на пол, я слегка покачнулся, но устоял. Огляделся по сторонам и в дальнем углу обнаружил что-то напоминавшее… ну да, точно. Это и было оно – мое кимоно, только все в крови и изорванное. Даже пятна, напоминающие кровь присутствуют, правда застарелые и высохшие очень давно. Интересно, сколько времени я тут провалялся?

==================

Спасибо читателям за лайки! Как и обещал, в связи с тем что лайкии библиотеки набрались быстро - вторая внеочередная прода через 2 дня. Еще буду очень благодарен за подписку на профиль автора!!

Кстати, как смотрите на небольшую романтическую линию в этом фанфике? напишите в коментах... а, и в илюстрациях и доп-материалах - спойлер =Р

Глава 5

Мое любимое, но при этом порванное и грязное кимоно не вызвало никакого желания надеть его. Но при этом выходить из лаборатории в балахоне, и выглядеть как псих после неудачного побега из дурки тоже не хотелось. В лаборатории буквально нечего было натянуть на себя даже временно. Я вдруг понял, что одежда здесь вообще непонятно откуда берется. Прикрыв глаза, сделал несколько быстрых вдохов. Опять же, я понимал что это глупо, ведь давно уже уразумел, что дышать мне не обязательно. Но эта привычка была данью уважения моему прошлому. Дедушка, когда тренировал меня, учил рукопашке, всегда требовал, чтобы в начале любого серьезного действия я сначала выравнивал дыхание и приводил мысли в гармонию с миром. Проще говоря – успокаивался и отрешался от эмоций. А дыхание всегда в этом помогает.

Итак. Передо мной вполне тривиальная задача. Не удивлюсь, если Айзен специально все так обставил, чтоб понаблюдать как я буду выпутываться из этой смехотворной ситуёвины. Ну если так, то я не дам ему насладиться моей растерянностью или глупостью.

Ведьвыход у меня был, и причем самый простой и очевидный. Я положил свое любимое кимоно на постамент, где до того лежал сам, сделал пару шагов назад, опять же вдохнул полной грудью, сложил пальцы правой руки замысловатым жестом и произнес:

- О Господин, что пишет чернилами вечности! О хранитель сосудов, созданных руками смертных! Сотри следы течения времени, обрати вспять нити увядания, и верни миру облик, данный при рождении, с самого сотворения!

Kaydo nana-ban: sai katachi!

(путь возвращения семь: воссоздание формы!)

И с удовольствием стал наблюдать, как кимоно словно немного посветлело, будто кто-то стер с него пыль, коричневые пятна стали ярче, покраснели и приобрели ярко-алый оттенок, но затем быстро уменьшились в размерах и пропали. Разрывы ткани начали затягиваться, срослись, сама ткань стала практически новой и аккуратно выглаженной. Ха! Легко! Я подумал, что мне сейчас придется пыжиться, повторять заклинание, делать перерывы на восстановление сил. Заклинания пути возвращения в половине случаев имеют дело со временем (это например обращало вспять время для конкретного материала и предмета. Правда, ограниченного размера и неживого. С живым (даже условно живым, как например духи, арранкары или синигами) - не сработает.

Недолго думая снял дурацкий балахон, и облачился в свою привычную одежду. Размял плечи, повертел головой и пару раз махнул руками – ничего нигде не стесняло. Ну и отлично.

Оглядевшись по сторонам, я обратил внимание, что лаборатория подверглась некоторым перестановкам. Пропали шкафы и стеллажи со свитками, проход на балкон к рабочему столу, где любил в одиночестве работать Айзен тоже изменился: лестница пропала, вместо двери теперь окно, а балкон просто убрали. Хм… Внимательно осмотревшись по-новой, я заметил еще больше мелких изменений. Само помещение тоже претерпело перепланировку, круг призыва, бывший раньше в центре – перенесен в отдельное помещение с узкими дверями, и сейчас вокруг него мерцал барьер, за которым был заточен… кто-то. Или что-то. Какой-то очередной монстр, похоже. Приближаться не хотелось. Ладно, потом у него спрошу.

Я поднял постамента асаучи, повертел в руках. Махнул им. Вложил в ножны, валяющиеся поблизости, заткнул меч за пояс и двинулся к выходу из лаборатории.

Ого, да тут много чего поменялось! Коридор стал более широким и высоким, к тому же куда более разветвленным. В противоположной стороне широкая арка открывала вид на большой зал, где как проводились обсуждения ситуаций, смотры арранкаров и прочие мероприятия. Этот зал тоже был пустой.

А вот откуда-то из нового ответвления слышались странные звуки. Приглушенные смешки, шарканье ног, а еще – чьи-то всхлипывания. Звуки доносились со стороны коридоров, ведущих наружу и к комнатам арранкаров.

Не придумав ничего лучше, я решил последовать туда, откуда доносятся звуки. Но когда заглянул внутрь - кровь застучала в висках:

В центре помещения, используемого для тренировок, окруженная четверкой арранкаров, стояла на коленях красивая и хрупкая на вид девушка. Рыжие волны волос спадали ей на лицо, но я видел, как по ее щекам катятся слезы. Она всячески пыталась прикрыть разорванное в клочья простое платье, съеживаясь и вздрагивая от каждого движения своих мучителей.

Почти всех присутствующих я знал, а некоторых видел мельком раньше. Во-первых

Лоли: та самая маленькая мерзавка с косичками - тыкала девушке в бок носком своего башмака, язвительно ухмыляясь. Гримджоу Джагерджакс прислонился к стене, наблюдая с ленивым, скучающим видом, но в его глазах читалось хищное любопытство. Рядом топтался огромный, туповатый Ямми – еще один давешний знакомец, просто рычал и похохатывал, наблюдая за происходящим. А замыкал эту компанию Шаврон Квилге Опи - худой и высокий, он не трогал девушку, а просто водил вокруг нее пальцем, и по коже у нее тут же расходились тонкие, кровоточащие порезы, от которых она вздрагивала и плакала еще сильнее.

- Ну чего ревешь, слабачка? - тянула Лоли, явно наслаждаясь происходящим. – Здесь не любят трусливых и плаксивых! Заткнись, или сейчас еще получишь!

Ямми гулко захохотал.

А я больше не раздумывал: ноги сами понесли меня вперед. Даже не особо задумывался, что сейчас делаю, что противников минимум четверо и даже против одного моих сил, мягко говоря не хватит.Только вот мои принципы и убеждания были выше всего этого.

- А ну свалите от нее, отбросы! - мой голос прозвучал громко и с какими-то рычащими нотками, я даже сам удивился. Наступила тишина, гнетущая и давящая. Все четверо обернулись, словно не веря что эти слова сказал я. Лоли скривила губы в брезгливой гримасе и протянула:

- О, смотрите, кого к нам принесло! Любимый щенок господина Айзена! Где он прятался, интересно, и как до сих пор не сдох? Мы все уже думали, что он тебя давно в расход пустил...

Гримджоу лениво ухмыльнулся, а Ямми, видимо вспомнив, по чьей милости он не так давно оказался на помойке этого мира - злобно зарычал.

- Ты?! Ты-ы-ы!! Это из-за тебя мы почти месяц выбирались из этой помойной ямы! И до сих пор с тобой не поквитались, между прочим!

Чего?! Сколько?? Месяц выбирались? Это ж сколько я провалялся без сознания… Однако, удивляться и анализировать времени не было.

- Остынь, здоровяк.

- Охамел вконец! Сейчас я его как следует...

Он открыл свою квадратную пасть, и в ней забликовал красный пучок энергии, начал пульсировать и разрастаться… Черт! Серо!! Времени на придумать что-то практически не было, действовать пришлось на чистых рефлексах:

- Бакудо восемьдесят один: Данку!

Ямми грозно рыкнул, и мощный багрово-красный луч понесся на меня с ужасающей скоростью. Я понимал, что кидо восьмидесятого уровня мне почти не дается, и заклинание скорей всего не сработает, поэтому прижался к боковой стене, чтобы избежать урона но…

Додумать я не успел. Кидо сработало. Впереди полыхнула пленка прозрачного барьера и серо ударило в самый центр… Буум! Брызнули осколки и… крошево от стен по обе стороны барьера. Барьер выдржал, а вот стены - нет: часть излучения серо расплескалась по поверхности и повредила своды.

Ха! Да я крут! Мой барьер выдержал Серо члена Эспады!

- Вот и все, дочирикался, - хохотнул Ямми, уже не глядя в мою сторону, и видимо еще не осознав, что просчитался.

Зато, пока этот бешеный кусок сала ржет и бахвалится, я уже действую:

- Sodo двадцать семь! Нараку сеймон!

Я произнес слово-ключ заклинания без прочтения полной версии, потому что времени на прочтение просто небыло. И я понимал, что скорей всего не сработает, но оставалась надежда: с «Данку» же повезло, почему бы не повезти еще раз?

Ямми все еще смеялся, когда тень под его ногами уплотнилась, почернела, разрослась вширь и… стала порталом, ведущим в известную уже долину-помойку. Ямми ухнул вниз под тяжестью своего веса, и портал тут же захлопнулся.

Остальные арранкары все еще вторили Ямми: кто-то глупо хихикал, кто-то (Гриммджоу) просто улыбался, качая головой, не замечая, что их приятель в очередной раз отбыл чилить на помойку.

Ха!! Я чуть не подпрыгнул от радости, но пересилил этот порыв. Вместо этого, внимательно вспомнил манеру общения Айзена. Он никогда не показывал чувств, не бахвалился, не хамил. Всегда был спокоен, самоуверен и даже вежлив... прежде чем ударить так, что остей уже не соберешь. И никогда не боялся и не отступал. А эти жертвы духовной радиации в свою очередь его боялись и уважали. Поэтому – лучшим вариантом поведения - будет скопировать манеру Айзена.

Вдох-выдох, выпрямляю спину, развеиваю барьер, и на уверенных щах вхожу в зал из коридора, наблююдая вторую за сегодня немую сцену.

- И когда уже Ямми научится себя вести, - холодно, и деланно устало бросаю я, старательно имитируя манеру речи и поведения Айзена. – Ну ничего, еще пара тройка недель в долине криков его быстро остудят, и научат.

Арранкары затихли, и посмотрели на меня с удивлением.

- Чего? Ты живой? – удивился Гриммджоу.

- Ты! А… как... - Лоли отскочила назад, и напряглась встав в боевую стойку. – А Ямми, он…

- Прошлого раза ему было мало, видимо, - я пожал плечами. - Повторная столь же увлекательная и познавательная экскурсия пойдет ему на пользу. Желаешь присоединиться?

Лолли отпрянула назад и напряглась, ее глазки забегали по сторонам, словно она собралась драпать.

- Нет? Тогда, будьте все любезны, отпустите девушку. Айзен-сама приказал мне забрать ее в лабораторию.

- Чего? - возмутился Гриммджоу, отклеившись от колонны, которую подпирал до того, и сделал шаг вперед. – А ты ничего не попутал урод?

- Я? Нет. А вот ты попутал, Гримджоу. Думаешь, Айзен-сама привел ее сюда рад того, чтобы развлекать вас? Даже такой медноголовый как тыпоймет, насколько глупо и наивно это звучит…

На дрожащих ногах я приблизился, и встал прямо между ними и девушкой, чувствуя, как дрожь в коленях сменяется ледяной решимостью. Моя реяцу была жалкой по сравнению с их чудовищной мощью, но я уже видел нерешительность в их глазах, а кое-у кого и страх проскальзывал. Я знал, чего, а точнее кого они на самом деле боятся. И пер на них, заставляя поверить, что выполняю приказ Айзена.

- Я сказал, отойдите, - медленно поднимаю руку, кончики пальцев сфокусировали остатки моей духовной энергии. Ее было мало, ни на что серьезное не хватило бы. Но вот они этого точно не знают. Они знают только то, что я смотритель лаборатории Айзена, с неясными полномочиями. И, уверен, подразумевают, что со мной лучше не связываться.

- Прочь. Или вы все хотите лично объяснить Айзену, почему испортили его новый… экспериментальный материал?

Я бросил взгляд на дрожащую девушку, давая понять, что она здесь не просто так. Имя Айзена подействовало как ушат ледяной воды. Даже Гримджоу нахмурился. Лоли замерла на мгновение, ее глаз задрожал от ярости и страха. - Ты… ты врешь. И вообще…

- Хочешь проверить? - я сделал шаг вперед, и мои пальцы вспыхнули слабым, но угрожающим синим светом. Ничего серьезного, на самом деле, просто яркая вспышка и ударная волна. Но вида формирующейся энергии хватило.

Шаврон Опи, молчавший до этого, наконец заговорил своим скрипучим голосом:

- Не стоит искать проблем, Лоли. Хозяин не любит, когда трогают его вещи без спроса.

Он кивком показал на выход. Гримджоу, плюнув, первым развернулся и пошел прочь. Лоли еще секунду постояла, сжимая кулаки, и бросила на меня взгляд, полный чистейшей ненависти – уже чрез плечо, стоя в дверях:

- Ты у меня получишь, щенок! Обязательно!.

Как только их реяцу скрылись из поля моих чувств, я выдохнул и чуть не рухнул на колени. Адреналин отступал, оставляя пустоту и дрожь в конечностях. Медленно повернулся к незнакомке, которая смотрела на меня широкими, полными слез карими глазами. В них читался не просто страх, а настоящий ужас, смешанный с недоумением.

- Ты… ты кто? - прошептала она.

- Тео, - ответил я, снимая свою верхнюю накидку-хаори и накидывая ей на плечи, чтобы прикрыть разорванную одежду. - Куро Тео. А тебя?

- Ори… Орихимэ Иноуэ, - она сжала полы хаори своими маленькими ручками. - Спасибо тебе… но… почему они…

Я смотрел на нее - на ее доброе, красивое и совершенно невинное личико, и чувствовал, как по спине бегут мурашки.

Айзен притащил сюда живого человека. И не просто человека. Девушку. И просто отдал ее на растерзание арранкарам. Вот сука. Что, черт возьми, он задумал на этот раз?

Глава 6

Пространство Уэко Мундо всегда навевало ощущение холодной, безразличной пустоты веков. Все звуки приглушены, сухой ветер, запахи практически отсутствуют, даже песок под ногами хрустел как-то иначе, - словно сам мир не желал признавать ни шагов, на запахов, ни дыхания. Ранее я не обращал на это внимания: сперва был слишком напуган, а после настолько привык, что перестал обращать внимание.

И только сейчас я начал понимать масштаб отличий – насколько действительно все окружающее, вплоть до мельчайших деталей на уровне восприятия – чуждо.

Я осознал это в тот миг, как это самое восприятие среагировало на мою реакцию от реяцу странной незнакомки, что без сознания покачивалась на моих руках по пути обратно, в лабораторию.

Тепло её тела ощущалось даже сквозь плотную ткань моего кимоно, легкое дыхание девушки щекотало мой подбородок и волосы, а лёгкий сладковатый запах духов, даже сам по себе будоражащий – напомнил мне о том, что они вообще существуют. В смысле - запахи.

Малышка была без сознания, ресницы дрожали, на щеке и переносице - следы удара, оставленные игрищами этих тупых животных арранкаров.

Само собой я понимал: раз Айзен не давал мне прямого приказа забрать ее, рано или поздно даже такой идиот как Ямми догадается об этом спросить, и у меня могут быть проблемы.

Впрочем, я уже успел неоднократно убедиться: Айзеном движет холодная рассудительность и трезвый расчет. Вопреки первичному мнению, которое у меня сложилось при самой первой нашей встрече – Айзен не был воплотившимся злом, черным властелином или каким-то кровавым тираном. Если ему это выгодно, могло ускорить продвижение в исследованиях, а иногда просто забавы ради – Айзен мог даже помочь, подсказать или поправить, оградив от серьезных последствий необдуманных действий. Словом, ему плевать на то, что вокруг происходит, кто и как трактует приказы или интерпретирует правила, но лишь до тех пор, пока это не начинает идти вразрез с его планами, не говоря о том, чтобы впрямую им вредить. Вот тогда можно было ожидать любых неприятностей.

Если он ее похитил (или приказал похитить) целенаправленно - он вполне удовольствуется тем, что девушка будет находиться в шаговой доступности, в пределах Лас Ночес. Лаборатория и смежная с ней моя комната - в этом смысле идеальное место. Шаговая доступность, и при этом – недоступность для большинства. Кому-то из аранкаров Айзен, вероятно, отдал приказ доставить ее в Лас Ночес. Ну а я выбрал доставить её конкретно в свою комнату - рядом с лабораторным сектором. Проблем быть не должно…

Плечи девушки дрогнули, она открыла глаза и быстро осмотрелась по сторонам, явно пытаясь сообразить, что происходит, оценить, какая обстановка ее окружает и где она находится. Ее теплые карие глаза встретились моими, но быстро опустились, толи от страха, толи от… смущения, наверное. Они были удивительно тёплыми, мягкими - и совершенно чуждыми этому миру из белого камня и черной, холодной пустоты.

- Я… где я? - моргнула она несколько раз

- В безопасности, не бойся, - я постарался улыбнуться, вышло правда неловко. - В лабораторию арранкарам проход запрещен. Там безопасно.

Двушка попыталась осмотреться по сторонам, казалось собралась было вырваться и опуститься на ноги, но почему-то передумала и прикрыла глаза.

- Извините пожалуйста, я… я потеряла сознание, да? Мне жаль, что так вышло, и я доставила беспокойство....

- Не извиняйся, - я улыбнулся и преодолевая неловкость заставил себя подмигнуть. - Ты - мой гость, и для меня это не трудно…

Она посмотрела мне в глаза куда более заинтересованно, мягко, но с какой-то внезапной внутренней решимостью. - Вы ведь не арранкар, так? И… не просто пустой или монстр. Кто вы?

- Я - не арранкар, - против своей воли я нервно усмехнулся. – Равно не пустой, и не синигами. Впрочем, вероятнее всего я уже и не человек. Думаю, я кхм… эксперимент... это если сильно упростить... И давай на ты, хорошо? Мы, кажется, ровесники...

Или даже я младше, подумалось мне. Вообще Айзен похитил меня в возрасте шестнадцати, почти семнадцати лет. Но я уже провел здесь очень много времени, почти вечность… думаю, года два-три точно.

- Эксперимент?.. – как-то непонимающе и тихо повторила милашка, словно это слово задело её острее, чем следовало. – Но… ну… ты мне очень помог. Спасибо большое.

- Ну да. Почему бы и нет? Красивая девушка в неприятной ситуации – любой на моем месте сделал бы вполне очевидный выбор.

Её губы дрогнули в попытке улыбки, глазкт быстро опустились, глядя в сторону. Как мило и невинно она смущается, если честно я не привык к такому. Особенно, если сравнить с девушками из моего... бывшего моего окружения.

- Я… вы... тоесть, ты мне очень помог. Спасибо.

Фыркнув, стараясь выглядеть как можно естественнее, я пожал плечами.

- На самом деле в этом ничего особенного, вполне естественная реакция любого нормального парня. И прекращай меня благодарить, ты меня только смущаешь.

- Простите...

Она наклонила наклонила голову, и кажется, ее щечки совсем чуть-чуть порозовели.

- Все равно, это очень необычно. Для этого места. И для тех, кто служит Айзену...

- Я ему не служу, - мой нос поморщился сам собой. - Я… скорей отрабатываю свое право на жизнь, наверное. И даже в этом случае это не значит, что мне по душе все, что здесь творится, - выдохнул я, подходя к двери в лабораторию, жестом заставляя ее открыться, пропуская нас вовнутрь.

- Вы говорите обо всем этом так спокойно, словно для вас это уже вошло в привычку, спасать старшеклассниц, попавших в беду, - она прикрыла глаза на миг и ее дыхание согрело кожу на моей шее. – Но мне всё равно очень приятна ваша забота, благодаря вам мне стало так спокойно…

На сей раз, я почувствовал, как краснеют уже мои щеки и уши, и встряхнул головой отгоняя накатывающее смущение.

- Повторюсь, ничего такого. И если не возражаешь – давай все же на ты, договорились же...

- Хорошо, если тебе так больше нравится – я не против, - согласилась рыжая милашка.

Следующая дверь, ведущая уже в мою комнату, растаяла, пропуская нас внутрь, и на несколько мгновений я и сам застыл у входа, удивившись переменам.

Выделенная мне небольшая комнатушка с письменным столом, стеллажом для книг и свитков и кроватью, на которой я как правило просто лежа раздумывал (так исторически сложилось, что в Уэко Мундо не спят в принципе) – теперь превратилась в просторные трехкомнатные покои. Одна из комнат стала отдаленно напоминать рабочий кабинет самого Айзена, особенно письменный стол, который стал больше, и начал напоминать оборудованный Айзеном для себя в лаборатории. По крайней мере там все тоже было завалено книгами и свитками, и это помимо заготовок и набросков разных магических фигур, а так же клочков бумаги с хокку – коротких стихов на японском языке, как правило оказывавшихся частями какого-то заклинания Кидо… Ну, так по крайней мере было на рабочем месте Айзена. У меня же стол был абсолютно пуст. Интересно, и это же кто-то заморочился, обставляя мои комнаты.

Я приблизился к большому ложу, заменившему собой небольшую кровать, как часть интерьера, опустил девушку, задержав на пару мгновений взгляд чтобы рассмотреть, как ее волосы рассыпались по подушке мягким медным облаком. Серебристый свет Лас Ночес придал им какой-то нереально яркий, чуждый по сравнению со всем окружающим меня оттенок.

Малышка снова открыла глаза, огляделась по сторонам, и сообразив, что находится в весьма двусмысленной ситуации - нахмурилась, но заметив, как я отстраняюиь и отхожу подальше – расслабилась и впервые улыбнулась чуть шире прежнего.

- Спасибо... А еще раз, как ты говоришь, тебя зовут? Куро-сан? Или может быть можно Куро-кун? - она почти незаметно прищурила глазки, и в них промелькнула какая-то хитринка.

- Куро Тео. Я никогда не использую эти суффиксы... не доводилось.

Я не выдержал и снова подмигнул, получив в ответ еще одну улыбку.

- А как тебя как правильно…

- Иноуэ Орихимэ, - с небольшим наклоном головы сообщила рыжая милаха. - Но… можешь звать просто Орихимэ. Можно даже Орихимэ-тян...

- Лады. Тогда - Орихимэ... тян.

- Спасибо. Ты очень… тактичен, - она мягко усмехнулась, снова опуская глазки. - Даже слишком, пожалуй…

- А ты разговорчива для человека, который только что очнулся в Уэко Мундо, и пережил такое, - не остался в долгу я.

- Это… прости, просто у меня такой характер – я все время болтаю, когда нервничаю, а тем более сейчас... Ну, то есть после всего произошедшего, - быстро поправилась она. - Прости.

- Да хватит уже извиняться, - устало выдохнул я. - Все я понимаю, - закончил я, медленно направляясь к арке в соседнюю комнату. - Тебе нужно отдохнуть и восстановить силы. Советую так и сделать. Меня можно не бояться, и рядом со мной - тоже.

- Знаю, - тихо выдохнула она. - Почему-то я тебе доверяю...

Её слова прозвучали искренне. Опасно искренне. Опасно для нее, разумеется, подумалось мне, но вслух я понятно, ничего подобного говорить не стал.

- Отдохни, - повторил я. – Я буду в соседней комнате, у меня в планах сеанс медитации часа на четыре. И ничего не бойся, малышка, здесь тебе ничего не угрожает.

Кроме Айзена, подумалось мне, пока я поправлял волосы уже будучи повернутым спиной и удаляясь.

Отгоняя странное оцепенение, я направился было к окну, заставляя себя выбросить девушку из головы, расслабиться, очистить сознание, настроиться на небольшую медитацию. Сейчас мне крайне необходимо вспомнить и проанализировать все недавние события, попробовать проанализировать свои собственные ощущения, обнаружить и вычленить изменения, которые по всей вероятности должны были со мной произойти. Уж кто-кто, а я, прочитавший так много дневников и лабораторных журналов своего сенсея, который «Я тебе не учитель», понимал не хуже самого Айзена: просто так, без последствий, пережить случившееся со мной невозможно.

Перво-наперво, я прошелся по изменившимся комнатам, чтобы настроиться на изменившуюся обстановку, поискать наилучшее место для медитации. К своему удивлению, я без труда нашел такое место. Им оказалось небольшое возвышение посреди просторной комнаты, почти лишенной меблировки, похожей на персональный тренировочный зал. Прямо на возвышении, на поверхности плиты были вырезаны круг, уписанный в него квадрат и семилучевая звезда, обрамленная замысловатой спиралью, вопреки всем канонам и правилам - не замкнутой в окружность, а наоборот открытой и словно… незавершенной. Хм… Интересно. Это наверняка приготовили для меня. Впрочем, если бы Айзен хотел мне навредить – я бы уже давно отправился в небытие. Или переваривался по частям в желудке какой-нибудь твари…

Я осторожно постелил коврик аккурат посредине площадки для медитаций, присел на него и сложив пальцы правой руки особым жестом, так называемой «мудрой», поднес правую ладонь ребром к груди, а левую руку выпрямил перед собой, изобразив другой жест.

Жест правой руки – «внутреннее познание» - долженствующий облегчить мою «самодиагностику», тогда как жест левой руки - отторжение чуждого -воспрепятствовать вешним искажениям и помехам со стороны фонящего злой реяцу Хуэко Мундо.

«Душа, что дремлет на дне тишины!

Река жизни, что колышется, течёт, меняется и наполняется!

Рассей сомнения, отбрось искажения, пролей свет на тень и яви истину.

Кайдо двадцать семь — Дзикосинри!»

Ближайшее значение Дзикосинри - познание истины своего «Я». Некое заклинание пути Восстановления, позволяющее созерцать собственную рейяцу. Это заклинание как-то давно я нашел в одном из старых, запыленных томов, заброшенных на старой полке в дальнем углу лаборатории. Эти записи Айзен делал собственноручно очень давно, по его собственному признанию в «те незапамятные и наивные времена, когда я был всего лишь лейтенантом Готей 13, и только начинал оттачивать свое мастерство каллиграфии…»

Ранее, я уже пробовал применять это кидо, в надежде не то чтобы увидеть, а хотябы краем глаза рассмотреть свою рейяцу, понять, как я сам выгляжу со стороны, под углом чужого восприятия. И чем отличаюсь от тех же арранкаров, синигами и прочих обитателей этого странного места.

К моему большому сожалению, ничего рассмотреть, сравнить и сделать выводы я банально не успевал: эффект срабатывал буквально на каких-то пять-шесть ударов сердца, а потом заклинание просто прекращало действовать, а я оставался отдыхиваться с опустошенным резервом.

Сейчас же - меня ждал очередной сюрприз. Не успел я произнести формулу, как заклинание сработало, и я тут же увидел себя со стороны. Мое тело, контуры рейреку вместо слабой сероватой дымки – налились сочным золотистым свечением. Изображение было настолько четким, что я смог рассмотреть в деталях каждый миллиметр своего духовного тела. На позвоночнике, стопах, кистях рук и макушке – словно бушевали маленькие темные вихри, от которых по позвоночнику и рукам тянулись яркие и четкие каналы силы, циркулировавшей во все направления, протекающей вверх, потом вниз и назад.

Самое интересное, в груди больше не наблюдалось залепленной дыры с обрывком старой цепи, которая раньше мягко говоря раздражала. Безусловно, я сильно изменился с последней моей попытки, вот только в какую сторону, и чем это для меня чревато - пока не понятно.

- И как, много интересного разглядел? – нарушил мою медитацию такой знакомый и вместе с тем пугающий до мурашек фальшивой вежливостью голос. Только один человек… а точнее сказать синигами, говорил так подчеркнуто дружелюбно, тепло и с участием, но от его тона бросало в дрожь.

- Я пока еще сам не понял, что изменилось, Айзен-сенс… в смысле Айзен-сама, - изо всех сил стараясь не подавать виду, что испугался.

- Понятно, - он как-то странно, понимающе ухмыльнулся, продоолжая меня разглядывать. - Ну ничего, в другой раз разберешься и поймешь. Заодно и со мной своими соображениями поделишься. А сейчас идем, - он сделал легкий жест рукой, - четырьмя пальцами на себя – словно приглашая меня подняться.

Я послушался, поднявшись и замерев в ожидании.

- Итак, ты наконец-то пришел в себя, - спокойным голосом, словно напоминая самому себе какую-то мелочь произнес Айзен. – Некоторые тут были уверены, что ты не сможешь пережить то нападение и рассеешься, отлетишь на перерождение. Все они ошиблись, а я – нет. Как всегда. Люблю оказываться правым, знаешь ли, - в голос вплелись тонкие нити самодовольства, которые, не зная Айзена, можно было бы списать на воображение. –А ты еще едва только пришел в себя - как сразу затеял драку с арранкарами. Заблокировал серо высокоуровневым кидо, опять вышвырнул в долину Криков Ямми, а пока остальные удивленно моргали – увел у них из-под носа любимое развлечение последних двух недель, - продолжил он, явно наслаждаясь моей реакцией. – И вместо того, чтобы после просто отдать ее тому же Улькиоре, например – унес ее в свои покои… - Айзен лукаво усмехнулся. – ну-ка расскажи мне, зачем она тебе?

Глава 7

Буду с вами честен, в прошлой жизни мой длинный язык довольно часто становился источником многочисленных неприятностей. Ничего не поделаешь, такова защитная реакция, выработанная с младенчества: если меня ловят на чем-то, застают в неловкой ситуации, или касаются моих глубоко личных струн – я начинаю язвить и огрызаться, уводить разговор в сторону или переводить фокус обсуждения на оппонента.

И сейчас мне это едва не стоило жизни. Или «послежизни», или как там называется мое текущее состояние – одному Айзену известно.

Кстати, об Айзене. Вот он, стоит в паре шагов, слегка склонив голову набок, на его губах змеится ироничная ухмылка, а повисший в воздухе вопрос требует немедленного ответа. Ну а моя дурацкая въевшаяся с детства привычка заставила язык сболтнуть ответ раньше, чем голова успела подумать:

- А вы сами как считаете, зачем парень моего возраста может вписаться в откровенный буллинг со стороны кучки тупых арранкаров над красивой рыжей девчонкой? - прищурился я. Думаете, самому захотелось развлечься?...

И вдруг до меня дошло осознание, какую глупость я совершил: мало того, что я в такой вот форме огрызаюсь на поставленный Айзеном вопрос, что уже само по себе может послужить путевкой в небытие, так я еще и нарушил самое первое правило, которое обещал выполнять: никаких ответов вопросом на вопрос.

Я всерьез ожидал мгновенного удара возмездия, какого-нибудь разрушительного кидо или хотя бы высвобождения чудовищного реяцу, которым Айзен раскатывал в блин существ, куда посильнее арранкаров. Однако, удара не последовало: у меня на пару мгновений сложилось впечатление, что он банально впал в ступор от такой моей наглости. Поняв это, я быстро поспешил самолично ответить на свой вопрос:

- Разумеется, я так сделал чтобы помешать этом пустоголовым неотёсанным упырям испортить ваш кхм… объект исследований, - быстро поправился я. – Ну, это не считая моего собственного академического интереса, разумеется.

Айзен слегка склонил голову набок, прищурился, а на его лице зазмеилась легкая улыбка, словно говорящая: я вижу тебя насквозь, кому ты тут лечишь...

-Вообще, очень интересная девчонка, у нее очень… необычное духовное излучение. Ее рейяцу не такая жесткая, как у синигами, и не агрессивная как у пустых, но вместе с тем… она словно мягко продавливает реальность, формируя окружающее… Изменяет…

Понимая, что в конце начал нести какую-то жуткую околесицу, я тем не менее продолжал, стараясь уловить хотя бы крохотные отголоски настроения Айзена, и в глубине души ожидая серьезную такую плюху.

Но Айзен ухмылялся, всем своим видом показывая, что не сердится, терпеливо слушал мои излияния, и даже покивал каким-то своим мыслям, когда я наконец закончил.

Это все достаточно интересно, - спокойно проговорил он, тем не менее всем своим тоном давая понять, что ничегошеньки нового не услышал. – Итак, ты забрал Иноуэ только лишь затем, чтобы помешать арранкарам испортить мой объект для исследований?

Ироничная усмешка на его лице стала еще шире, и я почувствовал, что мои уши краснеют, хоть прекрасно понимал, что в моем нынешнем состоянии нечему там краснеть.

- Ну, в основном да, - я отвел глаза в сторону.

- Да? - Айзен вопросительно приподнял голову. – Причина только в этом?

Я лишь чертыхнулся про себя, и вопреки здравому смыслу задрал подбородок.

«Уж если ты попался на чем-то здорово тебя компрометирующем, лучше всего - сделать вид, что никакого компромата и смущения нет. Все должно выглядеть так, словно ты именно так и задумывал, и хотел все представить», - говаривал дедушка когда-то давно.

Неожиданно для себя самого я поднял голову и посмотрел прямо в глаза синигами.

- Уверен, вы абсолютно правильно поняли причины и скрытые подоплеки моего решения, Айзен сан. Я парень, мне почти восемнадцать… точнее, уже, наверное, больше. Для меня это нормально, думаю, - я слегка пожал плечами. - А кроме того, мне и правда интересна эта девчонка и ее особенности. Ну, в смысле – как объект исследования… А арранкары вероятней всего ее убили бы или травмировали, пришлось бы восстанавливать…

Последние слова я выдавил через силу, стараясь не опускать глаза и гадая, насколько он в действительности зол. Айзен выдержал паузу около полминуты, и вдруг хмыкнул в открытую.

- Понятно. Очень хорошо. Я ценю твою откровенность, - он задумчиво мотнул головой, и сделал странный жест рукой, словно хотел поправить несуществующие очки, но потом словно передумал. - Что ж, признаюсь тебе, изначально особых планов насчет нее у меня не было. Она здесь лишь затем, чтобы послужить приманкой для одного… хм… субъекта, присутствие которого очень желательно здесь, в Уэко Мундо, на то время, пока я буду занят в Каракуре… Но понаблюдав за ней, я пришел к выводу, что у нее есть уникальный дар, и эта девочка очень и очень непроста. Я планировал поручить Улькиоре за ней приглядывать в мое отсутствие, но так, пожалуй, даже лучше. Я соглашусь с тобой: здесь в лаборатории ей и правда безопаснее. Оставь ее у себя какое-то время, если хочешь. Можешь даже ее кхм… исследовать поглубже, если так уверен, что это хорошея идея, конечно, - он вдруг заулыбался еще откровеннее, и я осознал: он и в самом деле не сердится! – С этого момента - ты за нее отвечаешь.

Я быстро кивнул, все еще ощущая прилившую к щекам краску, и делая вид что все в полном порядке и ничего необычного не происходит.

- Ладно, оставь ее здесь, и следуй за мной. Пока у меня есть немного свободного времени, я хотел проверить твое состояние, оценить, что изменилось после хм… инцидента.

* * * * *

В дальней части лаборатории обнаружилась еще одна дверь, которой я прежде не заметил. За ней располагался абсолютно пустой темный зал, с мерцающей на полу по центру магической печатью, и небольшим постаментом с противоположной от входа. Айзен шагнул вперед и… пропал, мгновенно перенесясь на постамент.

Я завистливо вздохнул. Раньше мне уже доводилось видеть этот прием, и даже читать в книгах описание и руководство по практическому применению. Сюнпо. Техника мгновенной поступи, доступная самым сильным и опытным синигами. Наряду с кидо, хохо, дзандзюцу ( включающих умения фехтования, наряду с шиккаем и банкаем)... К слову, я был абсолютно уверен: Айзен владел почти всеми техниками синигами, но не очень любил это афишировать, и за редким исключением – не стремился демонстрировать.

- Никогда не стоит хвастаться своими способностями и умениями, особенно перед врагом, о котором ничего не знаешь, - говаривал он, наблюдая за моими потугами в тренировочном зале. – А еще – не стоит заранее поднимать Асаучи и становиться в стойку, готовясь применить конкретный прием парирования или блокирования. С тупыми иллюзорными болванами, на которых ты тренируешься - это, безусловно, сработает, и ты выиграешь полсекунды, но если столкнешься в бою с обученным синигами или даже просто стражником – заранее выбранная поза позволит ему предугадать твои намерения, и ты неминуемо будешь повержен…

Уверен, именно поэтому Айзен никогда не позерствовал, применяя способности вот так, вне ситуации боя. Однако, сейчас от него сквозило каким-то несвойственным нетерпением и любопытством, видимо поэтому он и ведет себя несвойственно.

- Становись по центру, - приказал он, принявшись чередовать смутно знакомые жесты и пассы руками.

Мне ничего не оставалось кроме как послушаться, занять указанное место и застыть в ожидании.

Откуда-то сверху мне в макушку ударил столб света, тело в один миг стало ватным и загудело. Я тряхнул головой и выпрямился, подняв глаза на Айзена, который в очередной раз улыбнулся своим мыслям. Потом что-то поменял и давление усилилось.

Ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и расправить плечи, перебарывая странное давление. Стоявший на постаменте Айзен прищурился, улыбка на его лице стала еще загадочней, а взгляд стал задумчивый.

- Что ощущаешь? – спросил он отстраненным голосом, но в его взгляде сквозила какая-то колючая заинтересованность.

- Небольшое внешнее воздействие на мою рейяцу. Неуютно, пожалуй…

- И все?!

- Ну да… - я лишь пожал плечами.

- Тогда давай проверим какой уровень ты выдержишь…

Еще одно небольшое движение с его стороны, и давление усилилось, можно сказать почти вдвое. Я по привычке сделал вдох и резко выдохнул, распрямляясь, словно в спортзале выполняя жим лежа. Ноги подрагивали, но я вновь себе напомнил что это лишь остаточная фантомная память – у меня нет мышц, на которые приходится нагрузка, а значит это лишь интерпретация оказываемого духовного давления моим сознанием.

Айзен продолжал сверлить меня взглядом энтомолога, поймавшего в банку редкую бабочку, постепенно меняя параметры. Теперь давление осуществлялось не только сверху, но и с боков – луч словно сжался, концентрируя свечение и оставляя мне все меньше доступного пространства. Ощущение тяжести легло еще и на мои плечи. Я простоял так какое-то время, ощущая, как прессинг увеличивается, в какой-то момент понимая, что тяжесть становится неподъемной.

- Позволите узнать, что именно вы ожидаете увидеть?

- Хотел бы я сам знать ответ на этот вопрос, - заулыбался Айзен, очевидно в ответ каким-то своим мыслям.

- Дело в том, что если вы мне не объясните что именно ищете – я не смогу понять как мне себя вести, и могу случайно хм… нарушить чистоту эксперимента, - настоял я, стараясь говорить спокойным ровным голосом.

- Думаю, оттуда, где ты сейчас ничего нарушить ты не сможешь, - хмыкнул он, и неожиданно добавил: - Впрочем, можешь попробовать. Если у тебя получится – в какой-то мере это и было бы ответом… впрочем, прости, но у тебя не выйдет…

Ухмылка Айзена приобрела какую-то злорадность но вместе с тем… Да ну нет, мне кажется… Или это все-таки азарт? На какую-то долю секунды мне вдруг показалось, что Айзену было бы до ужаса любопытно, что будет если я попробую, и рискну ли вообще… Я скорей всего ошибаюсь, но если нет… думаю, в этом случае стоит попробовать поднять ставки.

- Айзен-сама, я не уверен, что это хорошая идея. Ведь если я попробую – я рискую повредить этот ваш… не знаю, как это называется. Ну эту диагностическую штуку…

- О? Ты так в себе уверен?

Он провел ладонью, и давление еще больше усилилось, я буквально удерживался на ногах изпоследних сил, но что-то мне подсказывало: сдаваться нельзя!

- Уверен. Если захочу – смогу выбраться.

- Хм… ну попробуй. Я не возражаю.

А я набрался наглости, сделал вдох и выпалил:

- Как пожелаете. Остается вопрос: а что я получу, если выиграю наше с Вами маленькое пари?

Улыбка стала еще шире и дружелюбнее, но я-то не обманывался тем, что вижу… зная Айзена…

- Ну ты нахал, - проговорил он делано дружелюбно. – Ну хорошо. И чего же ты хочешь?

Я закусил щеку, набираясь храбрости перед тем, что собрался озвучить. Скорей всего он откажет, но если вдруг…

- Я хочу – Орихимэ.

- Что-что? – брови Айзена поползли вверх, что было индикатором сильного удивления – второй раз на моей памяти.

- Если у меня получится выбраться – я хотел бы получить Орихимэ Иноуэ. В единоличное владение. Хочу оставить ее себе, решать ее дальнейшую судьбу.

Айзен буравил меня взглядом долгих три секунды а затем неприкрыто рассмеялся.

- А ты не только нахал, но еще и самоуверенный выскочка! А что будет, если ты проиграешь?

- Что угодно, на ваше усмотрение, - выдохнул я.

- Ну хорошо. Если вдруг тебе каким-то чудом удастся разрушить «Узы Титана» - ты получишь себе… хех… Орихимэ. Но, тебе не удастся, так что… готовься поплатиться за свою дерзкую выходку…

- Благодарю вас за шанс проявить себя, - из последних сил держать сквозь зубы процедил я, прикрывая глаза и напрягаясь.

Я сделал вдох и попробовал распрямить плечи. Как бы не так – меня продолжало спрессовывать, словно тяжесть невидимого давления увеличивалась с каждой секундой. Еще через полминуты мне стало настолько невмоготу – что захотелось плюнуть на все и попросить прекратить это. Однако, где-то на краю сознания осторожно закрутилась другая мысль, обретая с каждой секундой все больше веса и смысла.

«Можешь попробовать…» хм-м-м…

Я задумался. Поле, охватывающее меня со всех сторон – это некая форма барьера. Причем, не многосегментного – как все изученные мной кидо подобного типа, а скорей похожее на усиленный мыльный пузырь… А значит, если нарушить целостность путем простейшего прокола тончайшим инструментом – он просто лопнет, как и его мыльный товарищ…

Перед моими глазами пробежали строчки, прочитанные в одном из пыльных фолиантов, найденных на предпоследней полке в лаборатории. Заклинание пути разрушения, кажется называется «Игла, пронзающая пустоту»…

Я осторожно направил указательный палец в сторону, так, чтобы своим телом закрыть от Айзена свой жест и прошептал:

- Клинок без толщины! Струна мироздания!

Верни все законы в хаос, дай бесконечности путь.

Пронзи твердую реальность, отвергни догму ограничения!

Хадо тридцать девять: Mujin no Meishin!

На кончике моего указательного пальца едва заметно блеснуло тончайшее острие, сорвалось и со скоростью искры прошило стенку барьера как кхм… презерватив.

И барьер лопнул в то же самое мгновение, распавшись бледными безвредными искрами, а я облегчено выдохнул, прилагая все оставшиеся силы чтобы сдержать победную, я бы даже сказал – злорадную ухмылку. Да!!

Глава 8

Наверное, мне давно следовало бы привыкнуть к одной простой вещи: в моих текущих реалиях просчитать, каков будет результат того или принятого мной решения, или предпринятого мной шага – очень сложно. Просто в силу существования единственного хаотичного фактора, который выкинуть из уравнения невозможно. Думаю, вы уже догадались, что… а точнее кто этот фактор.

Чертов Айзен. Я давно должен был понять и принять, что он никогда не играет по правилам. Кроме тех, разумеется, которые устанавливает сам. Мало того, он и есть основное, самое непредсказуемое правило, условия которого, равно как и прямой результат взаимодействия предсказать почти невозможно…

Айзен не любит проигрывать. Не любит он и ошибаться, даже в мелочах, не говоря уже о том, чтобы просчитаться где-то по-крупному. На моей памяти, он оказывался победителем практически всегда и во всем. Кроме трех случаев. И в первых двух – его просчет стоил жизни двум дырявым, которые не оправдали его надежды или нарушили какие-то планы. А вот третий раз… третий раз произошел с моим прямым участием.

И когда барьер разлетелся бесполезными искрами, а следом еще и лопнул небольшой кристалл, очевидно его подпитывающий – выражение лица Айзена на одно мгновение утратило вселенское спокойствие и довольную улыбку. Он нахмурился, затем его брови медленно поднялись на сантиметр повыше, а глаза подозрительно прищурились.

Мне вдруг стало страшно. На одно долгое мгновение мне показалось, что сейчас он меня просто аннигилирует, как прочих пустых или неупокойных духов, в прошлом имевших глупость нарушить его планы.

- Любопытный результат, - глаза синигами сузились и стали очень похожи на прищур его прихвостня по имени Гин. – Узы Титана способны достаточно долго сдержать члена эспады или синигами уровня не ниже капитана. Чтобы освободиться, узнику придется потратить уйму сил, - рассуждал он вслух. – Или, как оказалось – нарушить целостность оболочки проколом, сконцентрировав реяцу в одной точке. Как ты это понял?

- Ну… то ваше задание по работе с удерживающими барьерами, помните? Я потратил очень много времени на изучение всевозможных барьеров, их различия и свойства. Внимательно изучив все техники, я обратил внимание, что самые эффективные - те, которые состоят из большого количества ячеек, потому что при разрушение одной – такой барьер не утрачивает удерживающих свойств… Возьмем для примера Кигай-но-дземон. Его универсальность в том, что при разрушении одной из ячеек – вся конструкция целиком не разрушается а как бы сжимается, что почти исключает возможность одномоментного прорыва изнутри. В то время, как барьер, состоящий из одной сплошной пусть и гибкой ячейки – лопается за счет простейшего коэффициент соотношения сил. Что победит: заклинание барьера, энергия которого размазана и растянута по всей поверхности, или кидо разрушения, сила которого сконцентрированная в одной точке на острие иглы? Думаю, ответ очевиден… - я через силу заставил себя азартно улыбнуться и спросить: - Это ведь была проверка, так Айзен-сама? Я ведь ее прошел?

- Мне казалось, что ты давно понял: вся жизнь – это постоянная и непрекращающаяся проверка, - туманно ответил он, явно о чем-то раздумывая.

- Вся… жизнь? – переспросил я осторожно. – Заранее прошу прощения, если понял неправильно, но… мое нынешнее состояние считается жизнью? Я сейчас жив?

Сердце моего несуществующего тела заколотилось в ожидании ответа.

- Не стоит трактовать все услышанное буквально, это лишь уведет тебя глубже в дебри заблуждения, - возразил синигами. – Впрочем, если посмотреть с другой стороны: способность мыслить, рассуждать и влиять на окружающую реальность – не это ли есть признаки того, что ты жив? Мертвецы не способны ни рассуждать, ни повлиять на что-либо, знаешь ли…

- Простите, но тогда… Я ведь умер, так? Лишился тела, когда тот пустой меня схватил…

- А что по-твоему есть смерть?

- Ну, раньше я думал, что смерть – это уничтожение тела. Остановка сердца, прекращение жизнедеятельности…

- Не говори глупостей, - он поморщился. - Умершей можно назвать душу, полностью лишенную рейяцу, остатков рейреку. Душу потерявшую плотность и растворяющуюся в пустоте бесконечности. Такой душе лишь остается отправиться на круг перерождения, чтобы вновь вернуться к жизни, начав с самого начала… При желании, ты можешь сосредоточиться и ощутить его зов, а затем поддаться ему, позволить себя затянуть. Тогда ты отправишься на перерождение и вновь родишься в мире живых. Колесо жизни и смерти – самый естественный процесс циркуляции душ, единственно правильный. Таким он и был первоначально, до того, как в его функционирование не вмешались первые синигами…

Слушая его объяснения, я вдруг понял, что Айзен неожиданно переключился в режим «профессора», и настроился на благодушный лад, как иногда бывало в моменты, когда проведенная им верификация результатов опыта - показала желаемые или близкие к тому конечные параметры.

- А… - я на минуту завис, переваривая. – Но как же… вы хотите сказать, что синигами нарушают порядок цикла перерождения?!

- Именно. Когда тело теряет силы и умирает душа освобождается. У нее остается небольшой запас рейреку, долженствующий облегчить душе путь к… ну пусть будет колесу перерождений. Это если очень упрощенно. Этот запас энергии по-хорошему формируется еще при жизни, и от него зависит очень многое. Сам я не проверил конечно, но считается, что чем больше и качественнее твой запас, тем в лучшие условия реинкарнации ты попадёшь. Однако, не понимающие этого души тратят свой запас, позволяющий какое-то время существовать в пространстве живых, бродя бестелесными духами. Одни расходуют его на то чтобы помочь оставшимся живыми близким, другие закончить какие-то дела, например отомстить своему убийце… В конце концов, все они растратив свой запас – теряют остатки сил, волю к сопротивлению, становятся вялыми и апатичными, и колесо без проблем увлекает их… дальше. Правда не всех. Некоторые становятся пустыми.

- Кажется я понимаю, - я уважительно склонил голову, и осторожно продолжил: - А ну… вернуться назад… возможно?

К горлу подкатил ком, но Айзен неожиданно хмыкнул и покачал головой.

– Что по-твоему означает вернуться назад? В тело, которое умерло? И как ты себе это представляешь?

Я задумался. Черт, он прав. Даже если вернуться в свое тело, и оно каким-то чудом «оживет»… Брр, ну нафиг. Видел я последствия такого, случайно подсмотрел в одном из кристаллов из коллекции Айзена. Запись о том, как группа синигами проводили эксперименты по возвращению души в разлагающееся тело…

- Нет, простите, я не это имел в виду...

Он пристально на меня посмотрел и вдруг выдал:

- И тем не менее, я понимаю, о чем ты. И да, возвращение возможно, в трех случаях. Первое – тело еще живо, а связь с ним не разорвана. Это довольно часто случается, если человек, например травмирован и тело долго восстанавливается. Второй случай – уже не относится к категории естественных. Можно занять чужое тело, до того, как оно успеет окончательно умереть, если душу выбьет из него случайно, или даже насильно… преценденты случались. Третье – это искусственно созданное тело… в обществе душ был один очень талантливый ученый, который создал прототип, он называется Гикай. Из минусов, скажу, что для реализации второго и третьего способов, необходима нетривиальная духовная сила. Иначе говоря, реципиент должен обладать приличным запасом рейяцу, и владеть теоретическими знаниями в достаточном объеме… Мда… А интересная мысль однако пришла мне в голову, - пробормотал он тише, явно о чем-то задумавшись.

Я напрягся, понимая, что вероятно Айзен сейчас вспомнит о своем проигрыше в нашем маленьком пари, и дальнейшее предсказать будет сложно, а у меня еще столько информации, которую нужно получить и обработать…

- А все-таки, какой шанс для души успеть вернуться в свое тело, если например ее занесло… очень далеко? И… цепь уже порвалась?

- В большинстве случаев и при определенных условиях – шансы достаточно высоки, - ответил он задумчиво. – Главным условием, полагаю, будет то, чтоб мозг не успел окончательно умереть… -

Он пронзил меня холодным взглядом, явно подумав, к чему именно я это спрашиваю, поэтому я не нашел ничего умнее, чем попытаться перевести стрелки и увести разговор в сторону.

- Если позволите, я хотел… имел в виду конкретный случай… Орихиме-тян. Она…

Айзен прищурился, тихо хмыкнул и покачал головой.

- Без фундаментальной базы знаний - не стоит увлекаться теориями и применять их к любому конкретному примеру, это может повлечь серьезные ошибки, и увести тебя в дерби заблуждения, - взгляд сфокусировался на мне, из рассеянного стал цепким и колючим. – Кстати, об Орихимэ…

Пи-и-ип… Я мысленно хлопнул себя по лицу.

- Думаю, наше маленькое пари ты выиграл. Поздравляю. Ты заслужил свой приз, и с этой минуты – она твоя. Только одно условие: ей нельзя покидать крепость Уэко Мундо. До моего распоряжения…

- Слушаюсь, Айзен-сама, - я быстро поклонился, все еще не веря в свою удачу, и осторожно сделал шаг назад. – В таком случае не смею больше отвлекать вас своим навязчивы присутствием. Позволите покинуть вас?

- Однако, - с какой-то каверзной ноткой продолжил он, и я мысленно застонал: не прокатило… - Однако же, помнится, некоторое время назад я давал тебе задание: создать и развить духовную связь со своим занпакто. И это задание до сих пор не выполнено… А я не люблю, когда мои приказы не выполняются, или выполняются очень долго. Поэтому, я решил вот что: забирай Иноуэ в свои апартаменты, однако же я сниму запрет для арранкаров на проникновение. С этого момента – поддерживать порядок в лаборатории и охранять девушку – целиком твоя забота. И в твоих интересах, если ты хочешь сохранить в целостности свою новую игрушку – развиваться быстрее и быть полезным. Ступай, ты свободен. И помни: до того, как я объявлю о снятии запрета у тебя остается не так много времени…

Еле сдержавшись, чтобы не заскрипеть зубами от злости, я стиснул кулаки, а мозг лихорадочно заработал, стараясь придумать если не выход из ситуации, то хотя бы возможность хоть что-то на этом выгадать…

- Тогда разрешите еще одну просьбу?

- Говори?

Я сделал вдох-выдох и аккуратно уточнил:

- Вы помните тренировочный зал с иллюзорными двойниками, на котором я тренировал пробуждение?

- Разумеется. Но как мы выяснили, он тебе не подходит – ты слишком быстро раскусил что иллюзорные болванчики действуют однотипно… На аранкаров, кстати, это не распространилось, они почти не понимают разницы… впрочем, у них и модель поведения иная.

- Я хотел бы попросить вас зарядить все три кристалла тренировочной комнаты и позволить мне менять настройки поведения противников…

- Для чего?

- Уверен, что смогу добиться большей их эффективности, и тренироваться с ними дальше. Возможно, в определенных условиях боя у меня получится нащупать нить, ведущую к занпакто… Незадолго до… инцидента, я нашел в вашей библиотеке копию дневника некоего там неразборчиво, но вроде как этот чело… синигами составлял гайды по пробуждению…

- Что-что составлял? – переспросил Айзен, и я быстро перефразировал:

- Ну, своего рода обучающие записки… он изучал, и…

- Понятно, - перебил он, явно потеряв ко мне, равно как и к моему предложению интерес. – Это не сработает. Болванчики остаются болванчиками, как бы ты не менял им настройки модели поведения. К тому же, если ты их будешь настраивать – значит будешь и знать как они поступят в той или иной ситуации… Ступай, все на сегодня.

- Осмелюсь все же настоять, Айзен-сама. Вы ничего не теряете от того, что я попробую, только приобретаете в случае успеха…

- Какой же ты все-таки дотошный, - его глаза сузились, и я насторожился, гадая не последует ли сейчас наказания за то, что отнимаю его время.

- В прошлый раз моя дотошность обнаружила ошибку в формуле и смогла сэкономить вам время и лишние кристаллы, которые были бы уничтожены по недосмотру… - я тут же прикусил язык, понимая что сейчас и вовсе шагнул по краю.

Еще бы, тыкать Айзена носом в едва не случившийся прокол…

- Ну хорошо, - раздраженно бросил он. – Но я жду результатов, иначе ты поплатишься за дерзость, - пригрозил он. – В зале хранения номер два, в дальнем левом углу, второй пространственный карман сверху. Вот символ-ключ, - он быстро начертал в воздухе замудренный иероглиф, и на пару мгновений след от его пальца оставил светящуюся линию в воздухе. – Но если не справишься, потратишь, мое время, или что-нибудь испортишь…

- Благодарю за доверие, Айзен-сенсей…

- Ступай уже! – добавил он металла в голос, и я пулей вышмыгнул прочь, только сейчас сообразив, что я опять допустил промах, и на этот раз Айзен не среагировал на мою оговорку.

Не заметил? Или накажет позже? Или… ай, ладно, чего уже гадать.

* ** * *

До зала хранения я долетел едва ли не на крыльях, быстрее наверное было бы только если бы я владел Сюнпо. И лишь добравшись до нужного места, я с запозданием понял, что практически обделался. Хорошо, я знаю в каком тайнике искать, и знаю, как его открыть… а что в самом тайнике? Как это использовать? Твою ж за ногу и об стену… И что теперь делать?

Впрочем, сокрушаться уже поздно, да и бесполезно. Остается надеяться, что там будет некая инструкция или заклинание, которое… черт. В моих руках лежало два свитка и странный лиловый кристалл, мерцающий бледным светом. В одном из свитков было заклинание кидо – пути созидания, позволяющее овеществлять фантомов, наделяя их так называемой «телесностью». Второй – способ кристаллизации личных навыков, моторной памяти и визуальных образов… и кристалл непонятного назначения, на котором выгравированы неизвестные символы. Все.

Я мысленно выругался, пожелав Айзену максимально громко и вонюче опозориться на очередном сборе эспады. Жаль, что физиологические процессы здесь протекают иначе чем в мире живых, а проклятья не имеют силы… хотя… Возможно, когда-нибудь, когда я постигну тайны кидо – я смогу это исправить. Если доживу…

Вернувшись в лабораторию, я свернул в арку, ведущую в мои апартаменты, и с ужасом обнаружил, что Орихиме там не одна…

В комнате обнаружилась непрошенная гостья – Лоли Айвирн, которая медленно наступала на милаху, оставленную на мое попечение, заставляя ее пятиться к стене.

- Ну что, сучка мелкая, теперь, когда этой собачонки господина Айзена нет, ты никуда от меня не сбежишь…

Я быстро прокрутил в голове сложившуюся картину. Лоли здесь быть не должно, по крайней мере, пока она верила, что действует запрет Айзена. А значит, ей кто-то сказал, что ограничения больше нет.

Наверное, по законам жанра нужно было выкрикнуть что-то наподобие «А ну убери от нее свои грязные лапы!» или «Прочь от нее, ты…». Вероятно, какой-нибудь древний благородный самурай поступил бы именно так. Однако же, я не самурай, и до благородства мне очень далеко. Я не буду брезговать возможностью ударить в спину врага, особенно если я не приглашал его в гости, и он прямо сейчас хочет навредить девчонке, которая…

- Бакудо номер один: Сай! – произнес я, указав пальцем ей в спину, и ухмыльнувшись от того, как забавно Лоли ойкнула от неожиданности.

- Что за… ты! Откуда ты здесь? Ты же был с господином на пьедестале Ночи…

Я не удостоил ее ответом. Да и о чем мне с ней говорить? Просто выброшу в очередной раз мусор на помойку.

- Sōdō двадцать семь: нараку суймон!

Под ногами Лоли ожидаемо раскрылся портал, и она легко ухнула вниз, даже не пискнув.

- Ты в порядке? – спросил я, встряхивая руку, сбрасывая остатки реяцу, окрашенной заклинанием. Понятия не имею, как это происходит, но на руках остается какая-то липкая субстанция крайне противной тактильной составляющей...

- Все хорошо, спасибо, - улыбнулась она. – Ты вовремя. Прости, что доставляю неприятности, - она потупилась, явно испытывая неловкость.

Я приблизился, и не придумав ничего лучше – осторожно погладил девушку по голове, чувствуя, что она немного дрожит. Лолли, мелкая стерва, никак не успокоится.

- Видимо, они теперь не оставят меня в покое, слишком уж их задело, что ты меня вырвал тогда, Куро-кун.

- Ну и хорошо, что задело, - я слегка осмелел и приобнял милашку за плечо. – Зато теперь мы ее увидим не скоро – она отлетела в межпространственный пузырь-помойку, и выбираться оттуда будет долго, вместе с Ямми…

- А вот хрен тебе! - неожиданно раздался со стороны входа противный знакомый голос, и, обернувшись к двери я с удивлением увидел там скалящуюся в злой усмешке Лоли. – Что, не ждал меня так быстро, ублюдок?! Ну теперь, когда я нашла способ бороться с этой твоей подлой способностью, ты у меня получишь!!

Я тут же вскочил, заслоняя Орихимэ, и удивленно соображая, как ей так быстро удалось вернуться из долины криков, и чем бы ее теперь приложить чтобы отвадить отсюда раз и навсегда. Однако, мелкая стерва тоже преподнесла мне сюрприз: в этот раз она явилась не одна…

Глава 9

Из-за спины мелкой стервы вышла ее подружка – Меноли Малиа. Еще одна одноглазая девчонка-арранкар, пусть даже она немного спокойнее Лолли – почти настолько же неприятная.

- Что, не ждал меня так быстро, ущербный щенок? Думал, твоя эта дыра в такая безотказная, да? Ха! Наивный!

Я молча перевёл взгляд с неё на Меноли. Та лишь пожала плечами с видом «я тут просто так, меня попросили, я пришла». Никакого страха. Никакого сомнения.

- Ух ты! – я медленно и максимально дружелюбно улыбнулся Меноли, надеясь использовать ее как отвлекающий маневр, а сам лихорадочно соображая. – Привет, красотка! А я был о тебе лучшего мнения… всегда считал тебя рассудительной, более взрослой и умной. Умнее Лолли – точно, ведь ты никогда не участвовала в сомнительных игрищах арранкаров…

Честно говоря, это была чистая бравада: раньше, там, дома, в ситуациях когда я оказывался перед превосодящим меня количеством противника – всегда старался его ошеломить или заставить чувствовать неловкость. Бывало, что и кто-то отказывался от идеи нападать…

- Я и сейчас не особо хотела… а вообще – заткнись, не твое дело, - огрызнулась та, но как-то неуверенно, но щеки ее предательски покраснели. Хм-м-м…

Я мысленно выругался, прикидывая расстановку сил и ситуацию, в которую попал. Во-первых, моя рейяцу прилично ослаблена после практики кидо и странного испытания Айзена. А эти две суч… в смысле некультурные девушки – на пике формы. Во-вторых, Лолли как-то слишком уж быстро умудрилась вернуться после исторжения… Готов поставить на кон свое посмертие, что не сама она такая ловкая. Я мог бы понять, если бы она избежала ловушки, но после того, как мелкая дрянь туда угодила – назад для нее только одна дорога – по Гарганте. Порталы – это область кидо, которым арранкары не владеют. Это сильно сужает круг подозреваемых. Ровно до трех синигами. Гин и Тоусен пожалуй легко бы вернулись, техниками порталов они пусть слабо но владеют. Однако, сомневаюсь, что они отслеживают когда я вышвырну эту мелкую стерву, чтобы ее поямать и вернуть. Скорее всего, это какой-то артефакт, открывающий проход обратно, в Уэко-мундо… Значит Айзен. Обычно он не нарушает данного слова, однако, вполне может ввести в игру неоговоренную переменную. Например – в качестве наказания за мою самоуверенность и дерзость. А значит…

- Лоли, - медленно произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Напомню тебе, как ты только что вылетела отсюда с воплями. И вот ты снова здесь. Уже с подружкой. Должен восхититься твоей настойчивостью… но мне хочется тебя пожалеть, ведь ты не умеешь учиться на своих ошибках. Думаешь, в этот раз у тебя получится до меня добраться?

Я специально акцентировал агрессию на себе, выталкивая из поля ее прицела Орихимэ, и расчитывая, что злость застит ей глаза.

- Заткнись! - взвизгнула она, делая шаг вперёд. -Господин Айзен сказал, что теперь здесь нет запретов! Так что, даже если сумеешь затолкать меня туда еще раз, не думай, что это тебя спасет! Теперь я возвращаться снова и снова, пока не вырву твой грязный язык и поганую душонку и не скормлю её Ямми!

-Кстати о Ямми. Он-то как раз сейчас в долине криков, - напомнил я. – И поскольку тут не так воняет – выбраться он не смог, - ухмыльнулся я. – Значит, твой способ рассчитан только на тебя одну, и его наличие – не твоя заслуга…

Лоли замерла на мгновение, и в её глазах мелькнула тень сомнения. Но только тень.

- Он… он выберется! А я пока… я позвала Меноли. Вдвоём мы тебя…

- Вдвоём вы меня - что? - перебил я, делая шаг вперед, и давая знак за спиной, Орихимэ топала подальше, в соседнее помещение. - Вы две - мелкие истерички, которые даже приблизиться ко мне толком не успеет. Ты, Лоли, полагаешься на скорость и когти. А ты, Меноли, - я перевёл взгляд на светловолосую, - ты вообще предпочитаешь издалека смотреть, пока другие работают. Я прав?

Меноли чуть склонила голову набок, зато Лолли уже явно выходила из себя:

- Ты много о себе мнишь! Мы – арранкары, а ты - даже не синигами. Ты - мусор, которого Айзен-сама терпит из любопытства.

- Из любопытства? - я криво усмехнулся. - Может быть. Но подумай вот о чем: еще недавно любая из вас могла меня уделать на раз-два. Однако, произошел хм… инцидент. Господин Айзен подарил мне новые силы… точно так же, как вероятно недавно подарил тебе способ возвращаться из долины быстро, - пальнул я наобум. – Вероятно какой-нибудь заряженный артефакт, оформленный в виде небольшого…

Улыбка сползла с лица Лоли, и она рефлекторно схватилась рукой за маленький значок в виде иероглифа, приколотый на левой стороне груди. Ха! Угадал!

- Так вот, знаешь, что я заметил, Лолли? Те, кто называет меня мусором, почему-то всегда оказываются на помойке в долине криков. Странное совпадение, не находишь?

Лоли дёрнулась, будто её ударили.

- Ты! Ты просто везучий! И прячешься за спиной Айзен-самы! Без него ты - ничто!

- Без него вы - тоже ничто, - парировал я. - Все вы. Арранкары и Эспада, не гововоря уже о вас, нумеросах… Вы все – собачки, или свинки для опытов… Разница лишь в том, что я – собачка, которой разрешено трогать другие игрушки. А вы - те, кого трогают…

- Ч-ш-што ты сказал?! – зарычала Лолли, буквально закипев, и выхватывая из-за пояса короткий клинок, похожий на удлиненный кинжал.

С виду – обычная детская игрушка, но мое усилившееся восприятие показало сильную ауру разложения от этой штуки. Ее занпакто? Проверять не очень хотелось.

- Тебе конец! – завизжала она, бросаясь на меня.

- Tsumetaki katsumen, ayumi o tate! Hado no roku, Hyokatsu! (Холодная гладь, прерви поступь! Хадо номер шесть: Хьёкатсу!) – быстро протараторил я, подаваясь назад.

Фух, успел! Еще одно заклинание из пыльны фолиантов библиотеки Айзена. Помечено как «для прерывания быстрого шага превосходящего количества врагов». Честно говоря, я понятия не имел, как оно сработает против арранкара, так как задумывалось против синигами, но… Глупая истеричка бросилась на меня явно уверенная в своем превосходстве в силе, и да, в прямом столкновении грубой силой – я вероятно проиграл бы, особенно ослабленный. Однако, терпеть не могу таранить башкой мчащийся на тебя грузовик, лучше уж разлить масло ему под колеса, и отойти, дав улететь с обрыва. Ну, а за неимением масле- вполне подойдет и искуственный каток.

Как я и думал, Лолли не ожидала такой подлянки, когда пол под ногами превартился в скользкую поверхность без малейшего трения. Она уже летела на меня, когда ноги лишились опоры, и не придумав ничего лучше она попробовала затормозить. И со всего размаху грохнулась на пятую точку, инерцией ее закрутило против часовой стрелки, а ее тушка продолжила скользить ко мне.

- Бакудо шестьдесят один: Рикудзякуро! – выпалил я без прочтения полного текста, надеясь что этого мне хватит.

Шесть лучей энергии со всех сторон сомкнулись на мелкой стерве, сковав ее движения, и пока она, будучи обездвиженной так и катилась мне под ноги - я протянул руку и сорвал с ее одежды вожделенный значок. Выражение ее глаз при этом моем действии доставили мне неописуемое удовольствие.

- А теперь посмотрим, как быстро ты вернешься!! – я подмигнул.

- Тео, берегись!! – раздался сзади выкрик Орихиме. –Сотэн Киссюн!

Я запоздало оглянулся, чтобы увидеть, как в этот самый момент Меноли извергает Серо, целясь мне в спину, и твою мать, я не успеваю отразить!

Однако тонкий багрово красный поток застрял на полдороги, ударившись в полупрозрачную преграду, возникшую между мной и мелкой «арранкаркой».

- Sōdō двадцать семь: нараку сеймон! – выкрикнул я, заканчивая заклинание, и с удовольствием наблюдая, как Лолли с противным «Не-е-ет, только не это!» проваливается в портал.

И готов спорить на что угодно, в ближайшее время, нас с Орихиме она не побеспокоит.

Глава 10

(Внеочередная прода за 25+ библиотек)

Лолли все-таки вернулась в Уэко Мундо быстрее ожидаемого, вопреки моим расчетам, правда теперь уже не сама. И гонору у нее поубавилось. Меноли честно говоря тоже должна была получить и отправиться следом, она была уже на волоске от полета если бы кое-кто не вмешался…

- Ты! - зарычала она, глядя как ее товарка провалилась через волшебный мусоропровод. - Я тебя…

Однако бросилась она не на меня, а на Орихимэ, которая прикрыла мою спину своим умением… Ну вот и чем она думает? Нападать на того, кто прикрыл мне спину, поворачиваясь спиной в мою сторону? Максимально глупый поступок.

- Хадо номер четыре: Бякурай!

И Меноли вскрикнула от боли, заваливаясь налево, а из ее рта брызнула кровь, потому что стрела молнии, ударившая из моего пальца пробила ей бок и взорвалась внутри, куроча внутренности или что там у арранкаров вместо них. Ого! Кидо четвертого уровня пробило кожу арранкара? Без чтения текста?! Я даже подвис на мгновение от удивления. Раньше это заклинание лишь поражало разрядом молнии, заставляя тростить в конвульсиях пару тройку секунд и давало возможность подготовить более сильную или, кхм, изощренную атаку.

- Не буду опускаться до банального “а я предупреждал”, - проговорил я внешне спокойно, старательно подражая модели поведения Айзена, и поправляя свои очки. - Но тем не менее, глупость должна быть наказана, дабы впредь не было искушения ее повторить…

Глаза Меноли выпучились, видимо от понимания того, что сейчас она полетит следом за своей подружкой, когда свой ход сделала Орихимэ.

- Подожди! Не торопись, Тео… пожалуйста. Сейчас, я немного…

Мои брови поползли на лоб, когда девушка снова тихо позвала, и в воздухе замелькали два крошечных существа, закружившись вокруг тяжело дышащей Меноли.

- Мне не нужна твоя помощь! - зарычала она, но рыжая милаха продолжила свое странное вмешательство, и я удивленно смотрел, как нанесенная мною рана медленно затягивается.

- Крутая способность, - похвалил я. - Только зря тратишь силы, все равно она не оценит…

- Ну и пусть… я так или иначе не могу смотреть, когда кому-то больно, - она словно извиняясь улыбнулась, а я едва сдержал едкий комментарий.

Мне оставалось только вздохнуть, качая головой.

- Ладно, думаю, достаточно. Остальное как-нибудь само восстановится. Sodo двадцать семь: нара…

- Это лишнее.

Спокойный но властный голос раздавшийся откуда-то справа, заставил меня вздрогнуть и прервать кидо, а Орихимэ ойкнуть и спрятаться за моей спиной. Ну вот, в очередной раз приходится убедиться в том, что с Айзеном лучше всегда быть готовым к сюрпризам, особенно если что-то прошло слишком просто.

- Даже не знаю, хватить тебе или наказать, - с притворным участием вздохнул синигами, выступая откуда-то из тени, где еще мгновение назад его не было.

Интересно, это он с помощью Сюнпо сюда прыгнул, или скрытно наблюдал все время с самого начала?

- На самом деле ты молодец. Легко догадался, что у Лолли ключ возвращения, и что получила его она именно от меня. Но при этом, понимая, что это мое решение - ты все-таки отобрал у маленького недоразумения ее игрушку… позволишь? – он требовательно протянул руку, принимая у меня отобранную вещь.

Я изо всех сил постарался сохранить невозмутимое лицо, даже после того, как из-за его спины кривя страшные рожи показалась Лолли, вернувшаяся быстрее, чем я планировал. Вот же...

- Благодарю вас, Айзен-сама! – поклонилась Лолли, выставляя руки ладошками кверху, надеясь получить обратно свой подарок, но Айзен не был бы Айзеном, если бы все было так просто.

- Не за что, Лолли. Надеюсь, тебе это послужит хорошим уроком, и впредь ты проявишь больше благоразумия…

А в следующий миг он двумя пальцами раздавил артефакт, заставив его рассыпаться невесомой пылью.

- Ступайте отсюда обе.

- Но… - в ее глазах проступила какая-то детская обида.

- Сейчас же, - проговорил он тем же участливым голосом, но даже я почувствовал в нем нотки угрозы, и мелкую дрянь как ветром сдуло, вместе с Меноли.

Взгляд Айзена пронзил меня и мельком пробежал по все еще прячущуюся за моей спиной Орихимэ.

- А вы неплохо дополняете друг друга, - вдруг выдал он странно довольным голосом. – Тем не менее, ты меня немного разочаровал. В некоторых ситуациях ты проявляешь чудеса проницательности и рассудительности, а в других – наоборот, играешь в непроходимую тупость…

- Простите, Айзен-сан, но я…

Синигами нахмурился, а я благоразумно заткнулся.

- Ты легко понял, что я предоставил кому-то способ быстрого возвращения. При этом, своим решением отодвигать угрозу вместо прямого ее устранения – ты создаешь помехи моим планам. И, судя по тому, как быстро ты раскусил трюк с возвращением Лолли – ты и сам это понял…

Я сглотнул, всерьез ожидая санкций.

- Приношу извинения. Я посчитал, что арранкары могут быть нужны вам для дела, и выводить их из строя серьезными повреждениями неразумно. То, что способ косвенного устранения угрозы может создать вам неудобства я не подумал. Моя вина.

Он изучал меня любопытным взглядом энтомолога-маньяка секунд десять, пока наконец не ответил:

- Ну хорошо. Воздержись впредь от применения этого заклинания и найди другой способ. Например, сосредоточься на том, что я тебе поручил. Времени остается мало, скоро у нас будут гости, и следует быть готовыми к их встрече...

- Слушаюсь, - я поклонился, но этот жест был адресован уже пустому месту – Айзен сгинул.

Фух. Но все-таки, неужели его разозлил сам факт исторжения арранкаров в долину криков? Или за этим кроется что-то еще?

* ** * *

Следующие несколько дней, или недель прошли в очень быстро и насыщенно. Айзен больше меня не навещал, лишь иногда вызывая к себе, заставляя ассистировать в каких-то изысканиях или во время работы с арранкарами (которые по понятным причинам добрых чувств ко мне после такого не испытывали). Впрочем, они их не испытывали бы в любом случае.

С попытками пробуждения занпакто у меня швах. Не получалось от слова совсем. Я перелопатил всю доступную мне библиотеку, а следом вконец оборзел, позарившись на свитки в лаборатории и личной коллекции Айзена…

Но давайте по порядку. Меня очень сильно заинтересовал так называемый «ключ возвращения», и я больше двух суток убил на поиски записей об этом. В одной из книг я обнаружил описание и способ создания так называемых оберегов. Получалось, что если заготовить специальное вещество, нанести определенную последовательность знаков и зарядив небольшим количеством духовных частиц – можно превратить такую конструкцию в оберег или даже артефакт. К сожалению, без хорошего понимания теории и владения продвинутыми техниками – полноценного оберега мне не создать. Однако же кое-какого результата я добился. Как я уже знал, для поддержания стабильности Лас Ночес – Айзен разместил в пространственных карманах несколько заряженных кристаллов, подпитывающих контуры дворца и многочисленные конструкции разного назначения. Проследив несколько духовных линий, я недолго думая скопировал их, очертя периметр лаборатории и своих комнат, нанося всего лишь два магических знака: «узнавание» и «предупреждение». Соответственно, все, кто находился внутри в момент активации контура – автоматически считались «своими», а при пересечении «чужим» раздавался звуковой сигнал. Ну и еще дублирующим предупреждением прилетало уже мне, как создателю контура.

В эффективности даже такой примитивной системы я убедился уже на следующий день (говоря следующий день, я подразумеваю примерный отрезок времени длинной плюс-минус сутки, ведь в Лас Ночес нет разделения на день или ночь). Едва я только успел погрузиться в глубокую медитацию, ища способ пробуждения связи с занпакто – как меня буквально выбило в нормальное восприятие громким ударом гонга – предупреждение, что в мои апартаменты заявился чужак.

Вскочив с площадки для медитаций я едва застал момент, как Тесла Линдокрус, напирающий на пятившуюся Орихимэ – потерял терпение и при помощи сонидо переместился девушке за спину, чтобы схватить сзади за шею.

- Пойдешь со мной! Господин Нойтра желает тебя…

- Хадо номер один: Сё! – не дослушал я его, прицеливаясь аккурат в его наглую харю и ударом заклинания отправляя в полет, заставляя впечататься в противоположную стену.

- Тео… - охнула милашка.

- Спокойно, ничего не бойся, - приблизился я, подмигнув и погладив по голове девушку.

- А-а-р-р-р! Ты совсем страх потерял, отброс?! – поднялся с пола, мотая головой арранкар. – Да я тебя…

- Мне кажется, это ты страх потерял, - ухмыльнулся я, давая знак девушке отойти подальше. – Арранкарам запрещено входить в лабораторию. Даю тебе один шанс убраться…

- Запрет больше не действует! – сплюнул Тесла. – Господин Айзен его отменил! А господин Нойтра приказал мне привести девчонку…

- Слушай сюда внимательно, дырявоголовый. Господин Айзен никогда не делает ничего просто так. Ваш запрет отменен, однако, мой приказ – никого сюда не пускать нет. От кого ты услышал об отмене запрета? От этой истерички Лолли? Ну так спроси ее, чем закончился ее прошлый визит, и почему она больше не пробует? Хочешь следом за Ямми?

Я многообещающе улыбнулся. И да, Айзен запретил мне это заклинание, вот только Тесла об этом вряд ли знает…

Арранкар зарычал и оскалился.

- Со мной этот номер не сработает!

Легонько улыбнувшись, я указал на него пальцем правой руки, осторожно заводя за спину левую… По-хорошему вдарить бы его чем потяжелее, но что-то мне подсказывает, что именно этого он и ждет, а значит…

- Бакудо номер восемь: Секи! – прошептал я одними губами заклинание противодействия.

И не ошибся. Подобно своему мерзкому хозяину, Нойтре, его фрасьён Тесла обожает нападать на жертв сзади, хватая за горло. И прямо сейчас этот не шибко умный пустой при помощи сонидо прыгнул мне за спину, попытавшись ударить или схватить… Честно говоря, это было уже не важно: Связующий путь восемь создает энергетический щит, отражая вектор направленной на него реяцу в противоположном направлении, усиливая при этом первичный импульс на треть (а то и в половину). В результате Тесла получил своим же усиленным реяцу и отлетел, ударившись в стеллаж, на котором стояло несколько заготовок глиняных сосудов.

- Ну, сам напросился, - зло прищурился уже я, кривясь от мысли, что теперь придется наводить порядок, и пока Тесла тряс башкой, прочитал скороговоркой: – Перст Властителя Грома, пронзи и разорви! Хадо номер четыре: Бякурай!

В этот самый миг Тесла как раз поднялся, уперевшись одной ногой, его левый глаз потемнел и приобрел красноватый оттенок, словно лазерный излучатель. Я запоздало понял, что сейчас он ударит какой-то неизвестной мне атакой, но…

Произнесенное мной заклинание сработало как-то иначе, чем прежде. Я ощутил, словно электрическая волна пробежала по всему телу, хлынула в руку, собралась на кончике пальца в одну точку, полыхнула белым, сорвавшись и устремившись во врага. И где-то поблизости от его лица мое заклинание и его странная атака столкнулись. Яркая вспышка и грохот, слегка дезориентировали, а следом раздался вопль невыносимой боли.

Когда я перемогался, то увидел, как на месте части стены образовался пролом, через который вылетел арранкар, пытающийся приподняться на дрожащей левой руке, а правой закрывающий обожженное лицо. Сквозь пальцы текла темная субстанция, вероятно заменяющая пустым кровь.

- Урод!! – зарычал он. -Тебе конец!

Скажу честно, в обычной ситуации я никогда не добиваю лежачего. Однако, это не обычный противник, и если я проявлю слабость (а жалость в его отношении ничем иным быть и не может) – он ей непременно воспользуется. Эхх, зря кое-кто запретил мне выбрасывать арранкаров в долину криков. Я поднял руку, готовясь ударить любимым заклинанием Айзена.

- лубящееся знамя пучины бездны! Бездонная чаша безумия! Кипи

Тесла скрипнул зубами, что-то процедил и… исчез. Тревожная сеть сразу успокоилась – в ее пределах посторонних больше не было.

Погасив импульс реяцу, заготовленный для преобразования в «Курохицуги», я повернулся к Орихимэ, которая вдруг всхлипнула и вдруг… полезла обниматься!

Я так и застыл, ошеломленный такой реакцией, когда она положила голову на мое плечо, вздохнув.

- Спасибо, Тео… я очень испугалась. Он такой жуткий, выскочил из темноты и…

- Не бойся, стараясь перебороть неловкость ответил я, освобождая левую руку и зажигая в ней небольшой огонек. – Вот смотри, теперь тут будет светло… я развешу такие по периметру лаборатории и комнат.

Она тихонько хихикнула и отстранилась, а я, чтобы скрыть неловкость принялся создавать огоньки, помещая их под потолком.

Наконец, удостоверившись, что с ней все в порядке – направился назад, на пьедестал для медитаций, когда неожиданно в дверях объявился Улькиора.

- Айзен-сама приказал тебе немедленно явиться, - своим бесстрастным голосом сообщил он, разворачиваясь к выходу. – Поторопись.

Я скривился, бросив взгляд на беспорядок, оставленный нападением Теслы, и девушка правильно все расценив предложила помощь:

- Не переживай, Тео-кун, я тут все уберу, книги сложу отдельно.

Я лишь кивнул и подмигнул, с удовольствием наблюдая, как рыженькая милашка застенчиво опустила глаза.

* ** * *

Вопреки моим ожиданиям, Айзен никак не прокомментировал произошедшее, даже не показал виду, что в курсе событий. Ну а я не стал на этом акцентировать.

- Левый дальний кристалл почти разряжен, Айзен-сама, - осторожно сообщил я, глядя как тот едва заметно вздрагивает. – Прошлый раз, когда мы упустили этот момент, получилось… не очень хорошо.

В ответ синигами как-то странно ухмыльнулся своим мыслям, прищурился, изучая на указанный мной инвентарь, после чего кивнул, доставая из хранилища новый.

- Ты прав. Молодец, что заметил. Очень жаль только, что ты пренебрегаешь другими своими обязанностями.

- Осмелюсь уточнить: какими именно?

- Как продвигаются успехи с взаимодействием занпакто?

Я медленно опустил голову, подбирая слова для ответа.

- Я прилагаю все усилия, Айзен-сама. Не уверен в правильности своих выводов, но возможно, что у меня нет занпакто как такового?

Синигами отвлекся от записывания каких-то своих мыслей и посмотрел на меня в упор.

- Вероятно, у тебя есть веские основания заявлять, что ты понимаешь в этом больше меня?

Я сглотнул, мысленно обзывая себя дурнем.

- Я лишь предполагаю, основываясь на своих наблюдениях и информации, почерпнутой из библиотеки. В частности я изучал записи, в которых сказано, что многие синигами за всю свою жизнь… ну, то есть за все свое существование не достигают пробуждения занпакто. В другой книге указано, что занпакто доступен лишь синигами, имеющим потенциал стать сильнейшими. При этом…

-… при этом, почерпнув информацию из книги, ты посчитал ее абсолютной истиной, не потрудившись перепроверить источник, или задаться вопросом, насколько всесторонне данный документ освещает вопрос, чтобы делать такие выводы, - перебил он меня. – В том же самом трактате, описывающем техники синигами, к примеру сказано, что овладеть кидо под силу лишь небольшому количеству избранных синигами, в результате упорных тренировок… При этом, не у всех выпускников получается овладеть хотя бы парой базовых заклинаний, тогда как установить связь с занпакто – является основным требованием для выпуска. Иначе говоря, если у тебя достаточно сильная рейяцу для использования Кидо – то уж для пробуждения занпакто ее хватит с лихвой, - припечатал он.

- Но еще там указано что силы и способности духов индивидуальны и то, что не дается одному – получается без проблем у другого, и это норма…

- Какая глупость, - с ноткой разочарования в голосе покачал головой Айзен. – Лучше бы ты приложил усилия для достижения результата, чем искал оправдания в трактатах, актуальность информации которых давно вызывает сомнения…

Он развернулся к стеллажу, хранящему его личные записи и коллекцию рукописей.

- Вот, возьми это и изучи. Внимательно. В следующий раз, когда я спрошу, я не желаю слушать глупости… - он махнул рукой, от полки отделился пухлый том, слегка потрёпанный и даже подожженный по краям.

- Благодарю, Айзен сама… а можно…

– Бери отсюда все, что сочтешь нужным, однако возвращай на место так же аккуратно и в том же порядке, - отмахнулся он, и я понял, что выбрал удачный момент чтобы спросить разрешения (он выполнял какую-то тонкую настройку небольшой пульсирующей сферы со странным названием ‘Хоугиоку’, и ему явно не было дела до происходящего вокруг).

Если честно, услышав эти слова, я едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть на месте и не завопить “Йес!!”, потому что в его личной коллекции имелись куда более интересные записи, нежели в библиотеке, которая хоть и объемами раз в шесть побольше - содержала в основном общие сведения. Личные бумаги же… о, это был поистине бесконечный кладезь! Тут были и дневники опытов, и аналитические заметки, множество теорий с аккуратными пометками вроде “Маловероятно” или “Непроверенное”, или “работает стабильно при соблюдении…”, а в половине случаев “Закономерность прослеживается стабильно, продолжить наблюдения…”

Именно здесь мне попался в руки небольшой фолиант, оформленный очень аккуратно и каллиграфическим почерком.

“Истоки, общие основы и принципы конструирования заклинаний Кидо, с поправками…”

Согласно информации здесь описанной, сам термин “Кидо” придуман и введен в оборот неким Первым Архитектором, имя которого не раскрывается. Указано лишь, что это был выдающийся мудрец, один из членов “семей-основателей общества душ, провожавших Короля в его путь без конца и начала...”. Считается, что именно он заложил основы “Пути Демона”, выведя принципы преобразования энергии рейяцу в иную форму, окрас и «сродство»…

«Согласно законам мироздания, каждая душа имеет уникальный отпечаток, окрас и сродство духовной силы. Эти три кита – есть основы, полученные каждой душой при рождении, и являются незыблемыми и неизменными вплоть до ее полного развоплощения и возвращения к Колесу перерождения…»

Я нахмурился, мысленно отметил эту отсылку к мифическому «Колесу», вспомнив что и Айзен не так давно об этом говорил, и продолжил чтение.

«…именно этими основами также определяется предрасположенность умений, запасы сил каждого конкретного существа, в том числе и синигами. Так, кто-то рождается с предрасположенностью к огню, и в этом случае этот атрибут прямо или косвенно влияет на все, касающееся этого конкретно: характер становится вспыльчивым, ярость – необузданной, температура тела – выше на пару градусов, а его личные способности, в частности – шикай и банкай – напрямую завязаны на эту стихию. Кому-то свойственна ледяная холодность, кому-то ближе стихия металла, кто-то и вовсе приверженец ментальных техник… кто-то слишком прямолинеен, подобно острию клинка, а кто-то мягок и податлив, подобно облаку яда или тьмы. Иногда душа слишком молода, чтобы определиться со своим окрасом и сродством, и в этом случае ей требуется куда больше времени и сил, чтобы выбрать стезю, которой следовать… »

Я прервался, всерьез обдумывая прочитанное. Получается, эта последняя часть как раз про меня. Возможно это и есть причина, почему у меня не получается пробудить свой занпакто?

«… Первый Архитектор обладал склонностью к сфере разума. Его занпакто в высвобожденной форме не имел режущей кромки, а лезвие принимало форму призрачного сгустка, касание его режущей кромкой повреждало разум и сводило с ума чувства противника, однако… вследствие такой ущербности он даже простейшего пустого рассечь не мог, лишь обездвиживал и погружал в пучину ментальных оков. Это подтолкнуло его тому, чтобы создать комплекс теорий по преобразовании энергий реяцу, меняя не только ее форму, но и окрашивая к определенным стихиям… поначалу.

Спустя годы тренировок, наблюдая за процессами применения реяцу другими синигами, он сумел придать собственному реяцу иные свойства, отличные от базовых, а далее - вывел ряд формул, ставших основой осознанного преобразования.

На то время преобразования, формирование и придание нужной формы фрагменту собственного рейяцу оказались слишком долгим, сложным и затратным процессом, почти непригодным для практического применения, тем более - в бою. Первый Архитектор долго ломал голову над тем, как упростить процесс, сохранив при этом универсальность новой техники.

И не придумав ничего лучше, он начертал первые десять формул прямо в своем сознании, закрепил их и доведя формирование и применение до приобретенного рефлекса. А позднее - чтобы облегчить передачу знаний - на каждую формулу преобразования рейяцу придумал своеобразный стих, закрепляя основу...

=================

Друзья, не забывайте пожалуйста ставить лайки, если история вам по душе! И кстати, как вам идея вставлять иллюстрации в повествование? Не сильно ли они мешают воображению? Напишите в комментариях.

Глава 11

Когда я, наконец. оторвался от чтения - с удивлением понял, что прошло очень много времени (едва ли не больше суток). И хотя в моем нынешнем состоянии тело не затекает, а глаза не устают – тем не менее определенный эффект перегруза присутствует. Не так давно я вдруг обнаружил, что не могу поглощать знания бесконечно. После определенной критической массы голова начинает гудеть а прочитанное – путаться и перемешиваться. Вот и сейчас в голове тихо, буквально на грани восприятия гудело и потрескивало – верный сигнал того, что стоило бы прерваться и уложить в голове все прочитанное.

Помотав головой я несколько раз моргнул и потер виски, прогоняя навязчивое гудение. В голове, словно улей с пчелами, жужжала туча обрывков формул, теории преобразования реяцу и рассуждения о природе занпакто. Первый Архитектор, Колесо перерождения, «сродство» и «окрас» - всё это смешалось в липкую кашу, из которой не удавалось вычленить ни одной полезной мысли.

- Так, - пробормотал я, закрывая фолиант и откладывая его в сторону. - Хватит. Мозг кипит.

Я поднялся с площадки для медитаций, разминая плечи – опять же по привычке, потому что в моём нынешнем состоянии никакие мышцы не могли затечь. И тут я заметил, что комната изменилась. Радикально.

Там, где раньше царил беспорядок из разбросанных свитков, пыльных книг и обрывков бумаги с моими каракулями, теперь было… чисто. Книги стояли на стеллажах ровными рядами, корешками наружу. Свитки аккуратной стопкой лежали на столе. Даже пол - обычно покрытый тонким слоем белого песка, который сюда набивался непонятно откуда - был выметен до блеска. Обрывки и наброски записей, сделанные мной от руки – аккуратно сложены на углу стола, а на комоде, там, где раньше не было ничего, кроме пыли, стояла небольшая глиняная ваза. В ней торчали несколько тонких веточек, кажется даже с набухшими почками…

Где Орихимэ их раздобыла – оставалось загадкой. потому что в Уэко Мундо не растёт ровным счётом ничего. Но тем не менее – ветки неизвестного растения были перед глазами и… выглядели живо. Не как высохший хворост, а словно кто-то только что сорвал их с куста.

А еще в комнатах пахло как-то незнакомо.

Раньше здесь пахло пылью, старыми чернилами и той особенной затхлостью, которая появляется в помещении, заброшенном владельцем, которое уборщики обходят десятой дорогой... да весь Уэко Мундо именно так и пах. Сейчас пахло чем-то сладковатым, чистым, почти неуловимым…

Я повертел головой. Орихимэ разглядывала выход на балкон, с каким-то странно заинтересованным взглядом, словно раздумывала над чем-то. Она не заметила, что я очнулся, и тихонько напевала что-то себе под нос. Какой-то простенький мотив, может, песенку из школы.

Я замер у арки, наблюдая.

Девушка двигалась плавно, почти танцуя, её рыжие волосы, поймав серебристый свет Лас Ночес, отливали медью и золотом. Я только сейчас обратил внимание, что на девушке была одета не школьная клетчатая юбка и гольфы, а что-то другое - простое, свободное, похожее на то, что носят здешние обитатели… и что носил я сам.

Интересно, где она взяла эту одежду. Наверное, нашла в одних из многочисленных пустых комнат.

- Орихимэ, - позвал я, и она вздрогнула, обернувшись.

- Тео-кун! - её щёки мгновенно порозовели. - Ты… ты уже закончил? Я не хотела тебе мешать, просто тут было так пыльно, и я подумала, что если ты проводишь здесь столько времени, то тебе будет приятнее, когда вокруг станет немного… уютнее.. А ещё я нашла в шкафу вот это, и еще…

- Орихимэ, - перебил я, и она замолчала, глядя на меня виноватыми глазами.

- Все хорошо? Ты как-то странно-быстро тараторишь, словно куда-то торопишься, или за тобой кто-то гонится…

Она моргнула, потом неловко хихикнула и сделала глубокий вдох.

- Прости, я волнуюсь.

- Я заметил, - я усмехнулся и шагнул в комнату, останавливаясь у прохода на балкон. - Тут… стало по-другому.

- Тебе не нравится? - в её голосе прозвучала тревога. - Я могу всё убрать обратно, если…

- Нет, ты что - я покачал головой. - Не надо. Все очень уютно, и… мило.

Это была чистая правда. Я не ожидал, что отсутствие пыли и разбросанных свитков может так сильно изменить ощущение от помещения. Раньше это была просто клетка, в которой я жил. Сейчас - комната. Чья-то комната, которая словно испускает эманации эм… наверное правильно будет сказать, индивидуальности и жизни… Да, именно так.

- Правда? - она просияла, и от этой улыбки мне вдруг самому захотелось улыбаться.

- Ага, - подтвердил я, отводя взгляд. – Особенно эти ветки… Они - как живые. Где ты их взяла?

- О, это… - она смутилась ещё больше. - Я нашла их в одном из помещений со стороны выхода... Куда тебя часть зовет Айзен, а вот арранкары обычно не бывают. Они просто лежали на плите, сухие, но… я подумала, что если поставить их в воду, они могут ожить. Немного. Пока не завянут окончательно.

- Воды у нас нет, - заметил я.

- Есть, - возразила она. - В твоей лаборатории. Там, где ты хранишь всякие колбы и реактивы, есть чистая вода в большой стеклянной посудине. Я взяла немного...

Я хмыкнул. Айзену бы не понравилось, если бы он узнал, что в лаборатории кто-то хозяйничает, или что его ингредиенты используют для полива сухих веток, даже если это обычная вода... Но, с другой стороны, ему вообще многое не нравится.

- Осторожнее с лабораторией, - сказал я. - Там есть вещи, которые могут быть опасны.

- Я знаю, - кивнула она. - Я трогала только то, что выглядело безобидным.

Мы помолчали. Тишина не была тяжёлой - скорее, наоборот, уютной. Я вдруг понял, что уже очень давно не сидел в тишине без мысли о том, как здесь выжить, как стать сильнее, как угодить Айзену, чтобы казаться полезным. А сейчас просто сидел. Рядом с кем-то.

- Тео-кун, - тихо сказала она, - Ты не голоден?

- Голоден?? – я нахмурился, соображая. – Не знаю… нет, наверное. Здесь я вообще не ем, и, думаю, в нормальном понимании этого – никто не ест… Единственные, кто тут ест - пустые всех цветов и мастей. Но не думаю, что их еда придется нам по вкусу…

- Ах да… - она опустила глаза. - Прости, я всё забываю, что ты… что мы… - она запнулась.

- Что мы не совсем живые? - подсказал я.

- Я не хотела сказать грубо, - поспешила она. - Просто… я привыкла заботиться о других. О брате, о друзьях. И когда я вижу, что кто-то устал или расстроен, я хочу его накормить или позаботиться. Это глупо, да?

- Нет, - ответил я, и сам удивился, насколько искренне это прозвучало. - Не глупо. Просто здесь не так работает…

- Я знаю, - она вздохнула. - Но все равно хочется что-то для тебя сделать. Ты уже несколько раз спас меня от этих, а я… я чувствую себя бесполезной. Только мешаюсь под ногами, и добавляю проблем с моей защитой.

- Ты не мешаешься, - возразил я. – И ты очень даже полезна.

- Да? И чем же?

- Ну… например твое присутствие помогает мне отвлечься от этой мрачной реальности, когда мы болтаем – мне становится как-то легче, теплее что ли… А еще ты сделала мою комнату уютной и теплой, как… ты сама.

Она подняла на меня глаза и в них что-то промелькнуло, затем девушка отвела взгляд, а ее щеки слегка покраснели.

- Тео-кун…

- И давай договоримся, что ты перестанешь бояться, и зажиматься, хотя бы когда мы с тобой разговариваем, потому что мне начинает казаться что тебе неуютно, и словно я тебя вынуждаю меня терпеть.

- Мне… мне очень спокойно. Рядом с тобой. Даже здесь, в этом страшном месте.

Она сделала шаг ко мне, потом ещё один, остановилась, о чем-то задумавшись, а я, чтобы скрыть неловкость быстро свернул с неловкой темы:

- Кстати, хоть я тут и не ем, но частенько пью чай… с Айзеном, - я поморщился. – Честно говоря, понятия не имею, с чем это связано, но это один из немногих моментов досуга, во время которых я чувствовал себя комфортно… до этого момента.

Девушка нахмурилась, а я сам уже понял, что спорол глупость, упомянув этого чокнутого экспериментатора.

- Я к тому, что если ты хочешь – можем устроиться на балкончике и выпить вкусного чаю. Я могу принести все необходимое, у меня есть разрешение брать вещи Айзена все, что мне понадобится. В конце концов отдыхать и расслаблять мозги тоже надо.

Договорить я не успел, девушка просияла и легонько кивнула.

- Давай, я только за! Бери пока что все, а я … сейчас…

Она подхватила со спинки стула какую-то ткань, а меня развернула к выходу и легонько подтолкнула в спину.

* ** * *

По дороге к залу ритуалов, и примыкающим к нему хранилищам мне попался вынырнувший из бокового прохода Гриммджоу. Завидев меня, он оскалился в гадкой ухмылке, и двинулся на сближение, почти не пряча своих намерений.

- Ух ты, кто тут у нас!

Я изо всех сил постарался сохранить невозмутимость на лице, внутренне готовясь отбиваться.

- Я слышал, что ты совсем зарываться стал, возомнил тут о себе демоны знают что!

- Да нет, что ты, куда уж мне, - ответил я, осторожно заводя руку за спину.

- Эй, Гриммджоу, мы готовы выдвигаться! Ты где… - послышался смутно знакомый голос во стороны прохода, откуда тот вынырнул минутой раньше. Я мысленно выругался, справедливо понимая, что если сейчас нарисуется еще пара его дружков, то мои шансы уйти целым – и без того вызывающие опасения – начнут стремиться к нулю. Поэтому, надо валить…

- Даже не пробуй со мной свои фокусы, отброс, - расценил по-своему мой бегающий взгляд Гримджоу - Такой мусор как ты не сможет…

Ох, черт. Я изо всех сил стиснул зубы, стараясь пересилить себя, и не поддаться на провокацию, но… буду честен, это мой огромный недостаток: когда меня оскорбляют или наезжают, я не могу просто поджать хвост и убежать. Мне нужно ответить, хоть как-нибудь, если не силой, то хотя бы острым словцом.

- Не мусор, - поправил я его. – Мусорщик.

- Чего? – не понял он.

- Му-сор-щик, - повторил я. – Это тот, кто избавляется от мусора… не очень приятная и престижная работенка, но кто-то ведь должен ее делать…

Я притворно грустно улыбнулся, пожав плечами, а Гриммджоу медленно прищурился, словно туго соображая, что именно я имел в виду. И похоже до него дошло… а в следующую секунду молниеносно схватился за торчащую у пояса гарду занпакто и взмахнул им, явно намереваясь меня пополам перерубить!

«Секи-no!!» - мысленно выдохнул я, едва-едва успев: режущая кромка его занпакто высекла искры от удара по поверхности закрывшего меня щита, а самого арранкара отбросило назад, правда не настолько сильно и далеко, как того же Тесла, он всего лишь какие-то метров пять пролетел…

- Бакудо номер восемь: Секи! – выдохнул я, завершая «сделку со временем», и лихорадочно соображая, что делать дальше.

Арранкар с ревом вскочил и рванул на меня, его клинок снова взмыл вверх, в руке, занесенной для удара наотмашь, но пока я следил за сверкнувшим лезвием – упустил заблестевший на кончике пальца другой руки, опущенной вниз, сгусток красной энергии… Серо!

- Гримджоу, ты тут?! Нам пора выдвигаться… – раздалось из-за его спины, и в этот самый момент произошло сразу две вещи:

Вспышка, тонкий луч устремился в меня и… ударился во все еще мерцающий остатками заряда барьер. «Секи» не смог полностью выдержать удар и рассыпался, но при этом отклонил его, и луч Серо просвистев в обратном направлении мимо выпучившего глазенки арранкара ударил в колонну Лас Ночес, вызвав страшный грохот и проделав в ней пробоину, и улетел дальше, точнехонько в выглядывающего из прохода Шаолонга Куфонга – одного из арранкаров послабее, частенько ошивавшегося поблизости самого Гриммджоу. Тот успел лишь удивиться и выхватить занпакто, закрываясь им от потока Серо.

Гриммджоу удивленно отшатнулся и захлопал глаза, а я быстро забормотал:

- Тьма, Разлившаяся по земле! Холод, зовущий в глубины! Разверзни Бездну под ногами, пожри скверну…

Честно говоря, в этот раз я решил плюнуть на запрет Айзена, и отправить его подальше: с двумя сразу я точно не справлюсь. Однако, неожиданно эта жертва купороса проявила недюжинную сообразительность, либо какой-то частью своего крошечного мозга прокрутил в голове наш последний диалог и сообразил, что ему грозит.

Раздался уже привычный звук пердящего бабуина, и Гримджоу пропал, а следом за ним с тем же звуком «Сонидо» ушел и Шаолонг.

Неужели и правда свалили? Настороженно постояв еще минуту, подозрительно оглядываясь по сторонам, я наконец позволил себе расслабиться: похоже, им сейчас не до меня.

Остаток пути и весь путь обратно прошли без происшествий. Добравшись до нужного мне помещения, я свернул в небольшую комнатку, и на одной из полок обнаружил то, зачем собственно и пришел сюда: набор для чаепития и несколько мешочков, очевидно содержащих разные сорта чая. Напрягши память, мне удалось припомнить, как однажды Айзен перечислял содержимое, указывая на каждый их них, и сделав над собой еще небольшое усилие – выбрал четвертый по счету. Осторожно высыпал немого содержимого в чайничек, поставил его на поднос, и прихватил две пиалы, после чего быстро вернулся к себе.

Орихиме к тому времени уже обустроила нам место на балкончике, откуда открывались виды на мрачные пейзажи Уэко Мундо. Посреди балкона расстелена мягкая белая ткань, в которой я опознал материал, из которого сшита форма арранкаров (да и наши кимоно тоже), в продолговатой мензурке почти на самом дне аккуратно горела свеча, позаимствованная в лаборатории, а в еще одной – стояла одинокая веточка с крохотным кристалликом на ее кончике.

- О, ты вернулся, - она заулыбалась и приглашающе кивнула, похлопав ладошкой рядом с собой. – Я уже подумала, что ты опять в медитации…

- Хорошего же ты обо мне мнения, - фыркнул я, ставя принадлежности и присаживаясь рядом. – Как там оно…

Я начертил в воздухе два знака пальцами, сопровождая их коротким стишком, которым Айзен обычно завершал приготовление напитка. Чайничек и крышечка дрогнули и тихо зазвенели, а из носика потянулась небольшая струйка пара.

- Думаю через минут пять можно будет…

Я затих, потому что девушка осторожно передвинула поднос с принадлежностями, подсела поближе и положила голову на мое плечо, и мне не оставалось ничего кроме как сидеть не двигаясь, чувствуя, как учащается пульс, а мои ладони становятся влажными - очередной фантомный рефлекс живого тела.

- Можно я… - она замялась, и тихонько хихикнула. Позволишь тебя обнять? Совсем немножко…

Я не нашёл слов и просто кивнул, а девушка придвинулась еще ближе, и прижалась ко мне, обхватив руками за талию, и положив голову мне на плечо. Её волосы щекотали мне подбородок, пахли тем самым сладковатым, живым, нездешним запахом.

- Спасибо, - прошептала она. - Что ты есть, что ты такой теплый и… настоящий.

- Я не совсем уверен, что это правильно - благодарить за такое, - ответил я, пожимая плечами. - Но… пожалуйста.

Так мы и сидели несколько мгновений. А может, и несколько минут. Я потерял счёт времени - впервые за всё время, проведённое здесь.

Когда она отстранилась, её щёки были слегка пунцовыми, и она улыбалась.

- Тео-кун, - сказала она, - ты покраснел.

- Не может быть, - буркнул я, отворачиваясь. - Мне нечем краснеть. У меня кровь не циркулирует.

- А вот и циркулирует, - хихикнула она. - Я чувствую тепло твоих рук.

Я посмотрел на свои ладони. Она была права. Они действительно стали тёплыми. Как у живого человека.

- Знаешь, - сказал я после паузы, - ты очень странная девушка. - Но мне это нравится, - добавил я, стараясь не глядеть в глаза рыжей милашки чтобы скрыть неловкость.

Она опустила глаза, и её улыбка стала ещё шире.

- А вот ты не странный, Тео-кун. Ты такой, каким хочется тебя видеть…

И в этот момент, посреди мёртвого, холодного, бесконечно чужого Уэко Мундо, мне вдруг стало тепло. По-настоящему тепло. Словно кто-то невидимый зажёг маленький, хрупкий огонёк, который не могли погасить ни ветры пустоты, ни арранкары, ни сам Айзен.

Я смотрел на неё, на её раскрасневшиеся щёки, на веснушки, рассыпанные по переносице, на этот неуместный здесь, в мире костей и песка, румянец, и думал…

- Слушай, я все хотел спросить… а ты откуда вообще? Как сюда попала?

- То есть как, откуда? – удивленно нахмурилась она.

- Ну, ты же где-то живешь… жила до того, как тебя сюда притащили…

- Притащили? – удивленно переспросила она и задумалась. – Меня не тащили, вообще-то. Я сама пришла…

- Сама?!

От удивления я даже голос повысил. Что за чушь? Кто придет сюда сам, по своей воле, из мира света и жизни, в эту помойку, полную разномастных чудищ?

- Ну да… кажется… - она вдруг задумалась, явно напряглась и сдвинув брови, словно для нее было адски тяжело вспомнить. – Кажется, я поняла, что мне незачем оставаться там… и я…

Она явно силилась вспомнить, что послужило причиной ее появления здесь. И не могла. А я лишь смотрел на девушку невидящим взглядом, размышляя, что же это все может значить. Похоже, еще одна тайна, которую мне предстоит разгадать.

======

следующая прода 5 мая, или... когда будет 100 лайков или 340 библиотек ☺