Архимаги не ищут лёгких путей! Книга 2

Глава 1

– Я уж думал, Парц исправился... стал сознательным человеком... – ворчал Васька, сгребая в совочек остатки очередного незадачливого грабителя. Слишком уверовал, бедолага, в свои силы и решил, что башня архимага в отсутствии хозяина – лёгкая добыча. – Но нет, как закончил свои дела в Чертянске, так сразу же куда-то бесследно испарился. И на связь не выходит...

Кот грустно вздохнул. Он-то надеялся, что волшебник наконец-то возьмётся за решение накопившихся проблем, что-то сделает с долгами... но нет. Видимо, встряски, полученной в Чертянске, оказалось для него недостаточно.

Иногда Ваське казалось, что он один одинёшенек в целой вселенной. Грустный рыжий котик в огромной чёрной башне, наполненной хитроумными механизмами и смертоносными магическими ловушками. Поговорить толком не с кем. Если не считать разнообразных воров, грабителей и ассассинов, желающих поживиться добром Великого и Ужасного архимага Парацельса. Но с ними разговоры как правило были довольно однообразны. И заканчивались одинаково – котик собирал в совочек горстку пепла и высыпал в урну. Магическая защита башни работала выше всяких похвал и не знала пощады. Особенно если незваный гость не вытирал ноги при входе. К вопросам чистоты Васька подходил очень серьёзно.

Но иногда даже в работе магической защиты случались накладки. Либо грабитель попадался не из простых.

Васька как раз протирал тряпочкой от пыли небольшое декоративное чучело дракона, как вдруг в комнату через открытое окно забрался здоровенный накачанный детина в набедренной повязке. Зубами он прямо за лезвие держал огромный топор. Его тело покрывали грязевые разводы в виде рунических символов. Лицо незваного гостя оказалось столь свирепо, излучало такую звериную кровожадность, что чучело дракона, которое протирал кот, в ужасе взвизгнуло и соскочило с постамента. Испуганно кудахча и теряя чешуйки, оно скрылось под шкафом.

– Так вот куда я вчера просыпал волшебный оживляющий порошок! – воскликнул кот, всплеснув лапами. Он перевёл взгляд на громилу. – Спасибо тебе, добрый человек! Если бы не ты, я бы наверное так и не нашёл этого живчика...

Громила перемахнул через подоконник и, взявшись рукой за рукоять топора, разжал челюсти. Васька отметил, что на лезвии остались глубокие отпечатки зубов.

– Я Вулканорождённый Лоб Расшибатель! – проревел здоровяк. От звуков его мощного голоса в комнате задрожала мебель, словно при землетрясении. – Я явился, чтобы бросить вызов величайшему чародею на свете – архимагу Парацельсу! Здесь и сейчас я докажу, что сталь сильнее магии!

Васька приподнял брови. Необычный посетитель. Как правило незваные гости старались не привлекать к себе внимание, делать свои воровские дела незаметно, по-крысиному... а этот прёт напрямик, да ещё и вызов бросает. Первый раз такое.

– Я сильнейший воин племени Камнежуев! – продолжал расхваливать себя Лоб Расшибатель. После каждого предложения он бил древком топора об пол, отчего мебель в комнате подпрыгивала. – Покрыт Священной Грязью! Вскормлен Молоком Небесной Козы и благословлен её Хвостом нести в этот мир Разрушение! Враги дрожат едва услышат моё имя!

Ваза с цветами, подпрыгивающая от мощных толчков, после очередного удара опасно приблизилась к краю стола. Васька, вовремя заметив опасность, в длинном прыжке перехватил её у самого пола.

– Уф-ф-ф-ф... – выдохнул он. – Чуть было не случилось худшее...

– Женщины теряют сознание едва учуют мой запах! – не успокаивался Лоб Расшибатель, который даже не заметил молниеносного кошачьего манёвра. – Запах настоящего мужика! Ха!

Воин вскинул руку с топором над головой, до Васьки донёсся могучий подмышечный аромат.

– Про женщин охотно верю, – кот, поставив вазу на пол, быстро зажал нос лапкой. – Тут и иной мужик приляжет...а дракон прямо во время полёта рухнет... Послушай, Бакланорождённый Рот Зашиватель... или как там тебя... А ты когда-нибудь пробовал мыться?

Варвар на секунду задумался.

– Один раз в жизни было дело, – сказал он. – Когда дрался против Великого мага воды! Он применил против меня Водный Поток, Дробящий Камни, когда я не ожидал. Окатил с ног до головы, зараза такая! Так я и помылся впервые в жизни.

– Судя по запаху, этот Водный Поток, Дробящий Камни, справился максимум с двумя слоями грязи... – кот тяжело вздохнул.

Приблизившись к незваному гостю, он обошёл его кругом, внимательно изучая. Осторожно понюхал сапоги из кожи и скривился. В металлической застёжке на обувке отразились жёлтые кошачьи глаза,загадочно блестевшие в свете магических кристаллов.

– Даже один слой не одолел! Священная Грязь выдержала! – гордо произнёс варвар, скаля желтоватые зубы. – Знай, маленький рыжий кот, что сразу после рождения мать закалила меня в жерле вулкана, чтобы укрепить мою плоть! Потому и зовусь я Вулканорождённым!

– Закалка иммунитета у младенцев в вашем племени вызывает уважение, – кивнул кот. Он перебежал в центр помещения и начал неторопливо вылизывать лапу, не спуская с варвара внимательного взгляда. – Ни одна зловредная бацилла, ни один мерзкий вирус такого точно не переживут. Одобряю!

– С того момента ни камень, ни сталь, ни даже магия меня не берут! – продолжал нахваливать себя варвар.

– Ну, возможно, хорошее жиросжигающее средство для мытья алхимических печей и справится... – прикинул Васька, оценивающе разглядывая грязевые символы на теле незваного гостя. – Я им месяц назад даже Изначальный Хаос отмыл после одного из неудачных экспериментов Парца... Надо проверять на практике.

Варвар явно пропустил слова котика про жиросжигающее средство мимо ушей.

– Ответствуй, маленький рыжий зверёк, где находится твой хозяин? – потребовал Лоб Расшибатель, указав в сторону Васьки топором. Острое лезвие сверкнуло в свете магических кристаллов. – Больше всего на свете жажду найти я достойного противника, дабы битва наша вошла в легенды! Народная молва гласит, что нет в мире никого сильнее и безумнее архимага Парацельса!

– Скорее вы с ним сильно напьётесь до невменяемого состояния, а потом пойдёте вдвоём искать безумные приключений на пятые точки... – Васька покачал головой. – А ещё народная молва гласит, что в легенды можно войти как живым, так и мёртвым. Не знаю, как на счёт первого варианта, но второй Парц с лёгкостью обеспечит не только врагам, но и друзьям...

– Где хозяин башни? – продолжал настаивать варвар. Он сделал шаг в сторону Васьки. – Ответствуй! Я не люблю спрашивать дважды!

– Парацельса сейчас нет дома. Когда вернётся – неизвестно, – сказал кот и незаметно нажал хвостом неприметную плиту под лапами. – И это ещё надо посмотреть, кто из нас в башне хозяин. Он постоянно где-то ошивается, а всё хозяйство на мне!

Со стороны потолка послышался едва различимый гул, словно пришли в действие невидимые механизмы. Васька позаботился о том, чтобы напичкать башню ловушками на случай незваных гостей. Особенно таких как этот.

– Очень плохо! – произнёс Лоб Расшибатель, который слышал только собственный голос. – Тогда я останусь здесь и буду ждать его! Эта башня на время станет моим стойбищем, а я – её хозяином! Нанесу на стены несколько слоёв Священной Грязи племени Камнежуев! Небесная Коза благословит эту башню своими Катышками!

Дикарь закатил глаза, на его лице появилось мечтательное выражение. Он даже широко расставил руки в стороны, словно прямо сейчас общался со своим божеством и получал благословение полными порциями.

От такого заявления Васька выпучил глаза. Подобного стерпеть уже нельзя. Что этот дикарь себе позволяет – грязь в дом заносить? Ещё и козу какую-то драную привести хочет. Хвост кота начал отбивать о плиты пола самую настоящую чечётку, приводя в движение многочисленные магические механизмы.

Над головой у варвара что-то загрохотало. Прежде, чем поднял голову, сверху на него упала огромная каменная глыба в человеческий рост, ранее являвшаяся частью потолка. Дикарь исчез, полностью скрывшись под каменной толщей. Глыба впечатала его в пол и, кажется, раздавила до состояния блина.

– Ходят тут всякие... Священную Грязь свою разносят... А мне потом за ними отмывать Пресвятыми Тряпкой и Шваброй! – возмущению Васьки не было предела. – Есть хоть малейшая совесть у этих легендарных варваров?

Он обошёл камень по кругу, внимательно оглядывая и обнюхивая – непросто будет сдвинуть такую здоровую дуру с места. Да и пыли целое облако подняла после падения. Но дело того стоило. Ради защиты дома от грязи и заразы не стоит мелочиться. Если вредитель попадается слишком крупный – надо использовать мухобойку побольше. Даже если паразит расхваливает себя и обладает зашкаливающим самомнением.

Когда Васька развернулся и направился к выходу из комнаты, за спиной раздался треск. Уши Васьки встали торчком, он остановился и ме-е-е-едленно обернулся. На его глазах по каменной поверхности прошла широкая трещина, и глыба раскололась на две половинки. Между ними стоял целый и невредимый Лоб Расшибатель. У него разве что волосы немного спутались и стали ещё грязнее, чем были.

Внимательно глядя на Ваську, дикарь наклонил голову чуть вбок и постучал обухом топора по виску. Из его уха на пол упало несколько камешков. Кот проводил их недовольным взглядом. Опять пол подметать...

– То ли у меня в ухе зазвенело, – недовольно произнёс варвар, распрямляясь. – То ли здесь потолки какие-то непрочные...

Васька провёл лапкой по подбородку, оценивающе разглядывая Лба. В этот раз противник ему попался не чета остальным доходягам. Такого паразита так просто из жилища не вывести. Стандартные средства не помогают, надо пускать в ходя тяжёлую артиллерию. В подвал что ли сбегать за спреем против драконов?

– Это твоих рук... лап дело? – поинтересовался варвар, указав на каменную глыбу.

Васька решил не отрицать очевидное.

– Конечно моих, – сказал он. – Ты ворвался в чужое жилище, начал угрожать архимагу Парацельсу. Надеялся на тёплый приём?

Варвар лишь расхохотался. Кажется, факт покушения нисколько его не разозлил. Даже наоборот...

– Воистину в твоих лапках таится огромная сила и скорость... я даже не заметил, как ты швырнул эту глыбищу мне на голову, – сказал он. Схватил большой обломок с пола и с размаху разбил его о свою голову. Словно наглядно продемонстрировал действия кота. Продолжил как ни в чём ни бывало: – Но не бойся, я не в обиде. Не престало великому воину марать руки о слабых существ! Однако помни! Коли ещё раз встанешь на моём пути, не пощажу тебя!

Васька молча шлёпнул себя лапой по морде. Похоже, Небесная коза или как там её, обделила своего могучего сына интеллектом. Про магию и механизмы Расшибатель даже не подумал. Хотя... знал ли он вообще о существовании такого понятия как механика? Наверняка всё непонятное объясняет злой магией.

– Ну вообще-то я тоже вполне себе великий воин, – возразил Васька, мысленно перебирая весь свой арсенал. Требовалось найти что-то бронебойное, способное преодолеть слои вулканической священной грязи. Поэтому он, чтобы выиграть время, брякнул первое, что пришло на ум: – Великий воин, сильнее, чем даже архимаг Парацельс. По крайней мере он во всём меня слушается.

– Ты? Великий воин? – не поверил Лоб.

– Именно. Великий Воин. Особенно когда дело касается битвы с грязью, – подтвердил кот. – В том числе и со Священной. К сражению с ней я со всей серьёзностью отношусь. Всегда держу наготове свежие тряпки и разнообразные алхимические средства для наведения чистоты и порядка.

Глава 2

– Хочешь сказать, ты способен справиться с самой Священной Грязью? – воскликнул варвар. Он выглядел очень удивлённым.

– Как уже сказал, я всего месяц назад отмывал лабораторию Парца от Изначального Хаоса, – напомнил кот. – Сам знаешь, какая это приставучая зараза. Даже драконий жир легче вывести.

– Изначального Хаоса? – варвар недоверчиво посмотрел на него. Нетерпеливо перекинул топор из руки в руку. Ему словно очень хотелось вступить с кем-нибудь в кровавую схватку или просто начать крушить всё вокруг, но Васька пока что успешно держал его внимание на себе. – Но ведь Изначальный Хаос – зло, совершенно чуждое нашему миру!

– Ну, как видишь, хорошее моющее средство всё же справилось, – кот развёл лапы в стороны. – Главное тереть лучше. И тогда Грязь, Хаос... или даже Пыль! – исчезнут.

– Пыль? Неужели ты сейчас говоришь об... об Изначальной Пыли? – последние слова варвар произнес с придыханием, словно в благоговении. Его волосы на голове, кажется, зашевелились от избытка чувств. А может быть это просто сильный порыв ветра влетел в окно?

– Да у меня с любой пылью разговор короткий, хоть с обычной, хоть с Изначальной, – Васька лихим движением подкрутил ус. – За чистоту и порядок я порву любого, и никакая неприкосновенность не спасёт.

Варвар с решительным видом шагнул прямо к коту. Его глаза пылали, а руки ещё крепче сжали рукоять боевого топора. На лице застыло странное выражение – некая фатальная обреченность и решимость.

Ваське показалось, что варвар сейчас нападёт, и даже приготовился дать отпор. Благо в его кошачьем арсенале имелись куда более мощные средства борьбы с двуногими, чем стандартные "Печальные глазки", "Лечь на коленки" или даже "Кусь". Но нет, Лоб Расшибатель не собирался нападать. Вместо этого он... встал перед котом на одно колено.

– И вновь Великая Небесная Коза преподнесла мне урок, – произнёс варвар. – Наглядно показала, что даже в столь тщедушном тельце может скрываться Великий воин, наделённый добродетелями истинного героя! Сила твоя равна божественной, а дух способен пронзить небосвод!

– Спасибо, конечно, но я и так прекрасно осведомлён о своих талантах, умениях и возможностях, – произнёс Васька. – И оцениваю их очень адекватно.

Лестью его невозможно было подкупить. Только помытыми руками. И сапогами, вытертыми о коврик в прихожей.

Всё-таки варвары и прочие дикие люди иногда наивны как дети. Не умеют врать и отличать ложь. Впрочем, кот Расшибателю и не врал. Просто сказал всё как есть. Что он радеет за чистоту и порядок, будет за них бороться любыми методами. А уж что этот интеллектуал с вонючими подмышками себе навоображал – не его дело.

– А более всего радостно мне от того, что нашёл я наконец противника равного себе! – со счастливой улыбкой возвестил Лоб Расшибатель. Он поднялся на ноги и, глядя на Ваську странным безумным взглядом, произнёс: – Вижу я, что архимаг Парацельс не стоит и кончика твоего когтя, Великий Кошачий Воин, одолевший Изначальную Пыль! Окажи честь, сразись со мной в смертельном поединке! Ведь ты – тот самый достойный противник, которого я искал! – варвар вскинул кулак над головой, сверля потолок фанатичным взглядом. – Наша битва войдёт в легенды!

От такого поворота у Васьки чуть было шерсть дыбом не встала. Меньше всего ему хотелось драться с варваром – от него запросто можно что-нибудь подхватить. Неприятный запах – лишь меньшее зло из всех возможных вариантов. Нужно как-то выкрутиться.

Варвар смотрел на него пылающими глазами. Он буквально кипел дикой первобытной энергией. Она требовала выхода. И если Васька не направит её в мирное русло, дело грозит обернуться катастрофой...

– Хорошо, – произнёс кот, не теряя хладнокровия. – Козий воин против кошачьего воина, отлично... Битва на все времена, да... Я дам тебе тот бой, которого ты так жаждешь, великий воин... сразу после того, как ты одолеешь моего ученика, архимага Парацельса.

– Но... – варвар нахмурился. – Великий Кошачий Воин...

– Пойми правильно, я не могу тратить свои силы на недостойного, – произнёс кот. – Бой с моим учеником подтвердит твои навыки. Если ты не справишься даже с ним, какой смысл мне терять время? Коли проявишь силу, я выполню твоё желание и обнажу свои когти. И вскрою ими баночку с моющим средством. И тогда проверим твою Священную Грязь на стойкость.

– Хорошо... – варвар покорно опустил голову. – Я принимаю твою волю, Великий Кошачий Воин. Буду покорно дожидаться возвращение архимага Парацельса, чтобы доказать тебе свою силу!

"Очень хочется верить, что Парц по возвращению не будет страдать дурью, и быстро вынесет этого дивного качка, – подумал Васька. – Иначе мне конец. Я ж в конец замучаюсь отскребать грязь после такого вонючего парня! К слову, может быть это стоит проверить прямо сейчас? Настолько ли его Священная Грязь непробиваема, как он говорит?".

– Скажи, Великий Кошачий Воин, могу ли я остаться в башне, дожидаясь возвращения Великого и Ужасного архимага Парацельса?– попросил Лоб Расшибатель. Говорил он уже заметно тише и куда более уважительно. По крайней мере мебель от его голоса уже не дрожала.

– Ни. За. Что, – медленно произнёс Васька. – Там коврик есть за входной дверью. Если очень хочешь, можешь переночевать на нём. Всё равно скоро выбрасывать хотел. Это максимум, который я могу тебе предложить.

– Клянусь, я помогу тебе в твоём нелёгком деле! Я буду очищать мир от грязи вместе с тобой со всей яростью и пылом! – не сдавался Лоб.

– Очищать от грязи, говоришь... – уже добрее произнёс кот. – Что ж, это звучит неплохо... Думаю, мы найдём общий язык, мой новый ученик... Но если ты хочешь остаться в башне, мы сперва должны что-то сделать с твоим запахом.

– Как пожелает Великий Кошачий Воин! – кивнул Лоб. – Из уважения к твоей силе я согласен пройти омовение!

– Вот и ладушки...

Отмыть Лба от налипшей грязи оказалось непростой задачей. Васька перепробовал всё – от обычных моющих средств до серной кислоты. Помогли лишь особые магические жиросжигающие порошки, которыми он ранее отмывал Изначальный Хаос. Вместо мочалки пришлось использовать наждачку из драконьей чешуи. Да и её часто приходилось менять. Также Васька надел жёлтый защитный антихаотический костюм, в котором Парацельс иногда захаживал в измерение Хаоса.

– Без Священной Грязи я чувствую себя как будто голым... – произнёс растерянный Лоб, когда процедура омовения подошла к концу.

– А твои боги.. или кому ты там поклоняешься... не обидятся? – уточнил кот. – За удаление грязевых символов с твоего тела?

– Священную Грязь можно легко нанести снова, – сказал варвар. – Обычная грязь станет Священной, если провести правильный ритуал Нанесения.

– Вот как... Пока находишься в башне, прошу воздержаться от любых ритуалов... – решил Васька. Не для того он грязь счищал, чтобы её потом наносили. Если уж козий варвар захочет, пусть проводит свои ритуалы за пределами башни. А потом руки снова моет, если захочет обратно войти. И ноги вытирает.

– Как пожелает Великий Воин... – Лоб Расшибатель покорно принял его волю.

В течении недели Васька обучал варвара тому, что лучше всего знал сам. То есть влажной уборке и личной гигиене. Лоб Расшибатель оказался усердным учеником и настолько быстро впитывал новые знания, что через пару дней Васька даже доверил ему уборку целого этажа. И варвар проявил себя, взявшись за наведение чистоты с энтузиазмом истинного берсерка...

Он управился всего за час, стены и потолок на всём этаже сверкали, отмытые до блеска. Васька прошёлся по коридору с лупой, но не нашёл ни одной пылинки.

Кот удовлетворённо кивнул. Лоб Расшибатель поднял руку с шваброй над головой и огласил башню громогласным рёвом, как будто только что одержал победу в трудном кровопролитном бою. Котик поднял один коготь вверх, словно человек большой палец.

Хотя Васька этого и не показывал, в душе он очень радовался успехам своего ученика. Всё-таки приятно иногда пообщаться с понимающим и, главное, культурным человеком. А то одни архимаги-алкаши да демоны-шизофреники... Так и до их уровня опуститься недолго. Лоб Расшибатель проявил себя, однако впереди его ждал ещё долгий путь. Чистота и Порядок – это вам не какая-нибудь магия, тут огненные шары направо и налево в стиле архимага кидать не получится... Тут основательный подход нужен! С душой!

На следующее утро Васька проснулся от жуткого шума, доносящегося откуда-то из-за пределов башни. Кот услышал неразборчивый многоголосый гомон, рёв животных, скрип тележных колёс... что там такое происходит? Где же тишина и покой?! Когда можно будет отдохнуть и наконец расслабиться?

Вооружившись на всякий случай метлой, он вышел на балкон и... потерял дар речи. Вокруг башни расположилась... самая настоящая армия зеленокожих степных орков! Варвары, восседающие на огромных степных варанах, славились жестокостью и дикостью по всему континенту. Что они забыли у их башни? Опять в набег на соседние царства идут? Но ведь есть более короткие пути, лежащие севернее и южнее...

Орки активно разбивали палатки, копали землю в поисках родников. Иногда вспыхивали стихийные драки – при помощи зуботычин зеленокожие частенько наставляли собратьев, если те делали что-то неправильно. Васька даже увидел отдельные массивные деревянные детали, из которых в дальнейшем скорей всего соберут осадные орудия. Сами орки подобные сооружения строить не умели и как правило закупали их перед крупными и опасными походами. К примеру, когда собирались брать штурмом хорошо укреплённые города. Или башни.

Васька выронил метлу, в ужасе глядя на бесконечные ряды орочьей армии. Его спина выгнулась, шерсть встала дыбом, а зрачки сузились, превратившись в вертикальные щелочки.

– О нет... мои худшие кошмары стали явью... – прошептал он. – Это ж сколько грязи они нанесут вокруг башни... Как я всё это убирать буду? И как, в конце концов, объясню Парцу, откуда у нас взялось столько орочьих трупов? Всех на гигантскую росянку из оранжереи, как в прошлый раз, списать не получиться.

Печальна была судьба того орочьего посла, который месяц назад решил, что дипломатическая неприкосновенность позволяет не вытирать ноги. Особенно перед тем, как войти в дом. Возможно, коту следовало обойтись с ним немного помягче... но что сделано, то сделано.

Если обычные люди видели в армии орков жестоких грабителей и варваров, то Васька лицезрел исключительно скопище микробов, готовых вторгнутся в его царство чистоты и порядка. До его носа докатилась волна вони от тысяч немытых зеленокожих туш... Орки, как и племя Камнежуев, личную гигиену не уважали. Мытьё у них происходило всегда стихийно – если под дождик попадут или реку вброд перейдут...

– Архимаг Параце-е-е-ельс! – взревел один из орков, облачённый в костяную броню, ранее являвшуюся частями скелета разных жутких тварей. – Я вождь степных орков Чембурбей! Я пришёл за калымом за двадцать восемь дочерей! Отдавай или заберу силой!

Воины поддержали вождя диким рёвом. В воздух взлетели мечи, дубины, топоры и не очень удачливые мелкие гоблины, которых орки таскали с собой в качестве пушечного мяса.

– Да вы издеваетесь... Парц, где же там тебя черти носят? – возмутился Васька. – Я вообще кот, у меня лапки, почему я должен в одиночку защищать твою башню?

– Не в одиночку, учитель! – за его спиной возник Лоб Расшибатель. Глаза варвара пылали праведным гневом, в правой руке он держал боевой топор, чистый и блестящий, в левой – швабру. – Лучший воин племени камнеедов поможет справится с этой зелёной напастью! От имени Великого Кошачьего Воина Чистоты и Порядка я начищу им рыло!

Глава 3

Бескрайняя серебряная лунная равнина раскинулась от горизонта до горизонта. Вверх вздымались барханы, словно в пустыне, серьёзно мешая обзору. Под ногами Парацельса, Геренда и Беатрисы скрипел странный серебряный песок, блестящий и очень сыпучий. Даже в воздухе, казалось, разлилась едва заметная серебряная дымка. Серебряный цвет... в этом мире он преследовал путников везде.

Впереди, словно маяк, возвышался причудливый город. Его дома оказались столь высоки, что, казалось, достигали облаков. Барханы не сумели загородить их полностью. Между домами носились странные сверкающие точки – то ли неизвестные летучие существа, то ли магические средства передвижения. Высоко в небе прямо надо городом горела странная, необычайно яркая звезда, уступавшая разве что солнцу или луне.

– Красота-то какая, – сказал Парацельс, глядя на город. – Ляпота. Если бы ещё и песок в ботинки не попадал, я бы получил море эстетического удовольствия.

– А я надела своё лучшее платье, – пожаловалась Беатриса, щеголявшая в вычурном наряде с павлиньими перьями, более подошедшим для великосветского раута, нежели для путешествия по пустыне. – Эх, знала бы, где мы окажемся...

Парацельс и Геренд, пребывавший в женском теле, кивнули. Первый носил плащ, расписанный золотыми нитями, второй – чёрный камзол. И то, и другое им подарили благодарные чертянцы. После путешествия по пустыне эта одежда скорей всего придёт в полную негодность.

– Единственное, что может вернуть мне настроение – зловредный еретик, которого я бы с огромным удовольствием сожгла на костре, – продолжала рассуждать леди-инквизитор. – Но вряд ли я найду хоть одного на Луне... Хотя... – она задумчиво перевела взгляд на город. – Тёмные боги коварны, их щупальца способны проникнуть везде... Даже в самые неожиданные места...

Архимаг хотел сначала устыдить потерявшую берега леди, но потом догадался, что она говорит про местность, то есть про Луну, а не про некие части человеческого тела. Как изначально решил он.

– Вам лишь бы сжечь... – вместо этого укоризненно произнёс Парацельс. – Кто о чём, а инквизитор про еретиков...

– Я просто рассуждаю вслух, – Беатриса несколько раз моргнула с очень наивным выражением лица. – Неужели инквизитору нельзя немного помечтать о чём-то хорошем?

На некоторое время они остановились передохнуть на вершине одного из барханов. Пустыня и город располагались на дне невероятно огромного кратера, оставшегося предположительно после падения исполинского небесного камня. Расстояние от края кратера до его центра, где располагался город, оказалось весьма... очень даже весьма. До города предстояло долгое путешествие, если не получиться как-то ускориться или сократить путь.

Парацельс пытался несколько раз призвать духов или даже демонов, чтобы те донесли их до города или даже вернули сразу домой, но астральное измерение оставалось глухо к просьбам. Никто так и не отозвался, хотя обычно потусторонние существа всегда охотно являлись на зов волшебника. Создать элементаля из подручных средств тоже не вышло. Кроме серебряного песка вокруг не было ни одного природного элемента, а сам песок нагло игнорировал заклинания чародея, демонстрируя высокий уровень сопротивления колдовству.

– Я вижу в небе нашу планету и солнце, – задумчиво произнесла леди Беатриса, глядя вверх. – В то же время небо чёрное как ночью, отлично видны звёзды. Это означает, что у нашего спутника нет атмосферы, а значит и пригодного для дыхания воздуха. Тем не менее мы все вполне комфортно дышим и общаемся. Архимаг, вы можете это как-то прокомментировать?

Волшебник кивнул с важным видом, поглаживая окладистую бороду.

– Легко. Наверное местные чем-то прогневали своих богов, и те наслали на них проклятие вечной ночи.

Парацельс обладал исключительными знаниями в ряде магических дисциплин, но при этом совершенно игнорировал те области, которые считал для себя бесполезными. В частности звёздами он интересовался очень слабо.

– А научно? – предприняла вторую попытку Беатриса.

– Научно вам пусть астрологи объясняют, которые как раз изучают Рыб, Тельцов, Козерогов и прочие звёзды, – отрезал Парацельс, небрежно махнув рукой. – А я алхимик, а не какой-нибудь там любитель лженауки. Я занимаюсь по-настоящему важными вещами. Например варка парцея... кхм... поисками философского камня. А такими глупостями как звёзды пусть неудачники от мира магии тешатся.

– Мне понятна ваша позиция, – кивнула Беатриса с любезной улыбкой.

– Парц, ты, главное, местных своим философским камнем не напои, – проворчал Геренд. – А то как бы они в наши края не надумали явиться. За добавкой.

Парацельс подметил, что вампир с момента их появления на луне находился словно не в своей тарелке. Постоянно оглядывался по сторонам и то и дело принюхивался. Да так, что крылья носа чуть ли не трепетали от потоков втягиваемого воздуха.

– Геренд прав, – сказал Беатриса. – Мы столкнулись с продвинутой неизвестной цивилизацией. Они строят невероятно высокие здания, достигающие облаков... Мне страшно от мысли, сколько там живёт людей. Или иных живых существ... А ведь их надо кормить, как-то обеспечивать... однако я совсем не вижу вокруг города полей, способных произвести необходимое количество еды. Пустыня малопригодна для земледелия. Что они едят? Куда, извиняюсь, свозят отходы? У меня складывается впечатление, что мы столкнулись с чем-то совершенно непостижимым. А значит, и оружие у этой цивилизации может оказаться для нас... непонятным. А потому вдвойне опасным.

– Пф-ф-ф-ф, – Парацельс с насмешливым видом сложил губы трубочкой. – Высокие дома – это ещё ничего не означает. Может быть наши... лунатики ничего кроме архитектуры и не умеют. Дома строить – это вам не огненные шары метать. Для этого головой думать не надо.

Но Беатриса настрой Парацельса не разделила.

– При всём уважении к искусству метания огненных шаров... – начала было она.

Из-за ближайшего серебряного бархана подул сильный ветер. И вместе с ним прилетели странные звуки – как будто металлический лязг и скрежет. Геренд замер, его остроконечные уши едва заметно шевелились. Парацельс с Беатрисой тоже застыли, чтобы не мешать своему более чуткому товарищу. Однако странные звуки прекратились также быстро, как и начались. Ветер тоже утих.

Беатриса нагнулась и зачерпнула горсть серебряной земли.

– Не особо похоже на плодородный чернозём, – сказала она. – В этой бесплотной пустыне даже при помощи сильной магии не вырастишь хороший урожай...

– Да-да, я уже понял вашу мысль, леди, – кивнул Парацельс. – У вас есть дельное предложение, что нам предпринять дальше? Нахождение целой цивилизации на Луне, это, безусловно, дело интересное, но для начала нужно вернуться в родные края, прежде чем поведать Императору о находке.

– Честно говоря, об этом я пока не думала... – нехотя призналась Беатриса.

– Я мог бы ещё раз применить заклинание телепортации, – предложил архимаг. – Более чем уверен, что в третий раз всё точно пройдёт гладенько...

– Нет!!! – хором сказали Беатриса и Геренд. Последний даже отвлёкся от попыток унюхать или услышать что-то интересное.

– Ну как хотите, – Парацельс скрестил руки на груди и с независимым видом принялся разглядывать дома-башни лунного города. – Архимаг умывает руки. Тем более у меня с собой всё равно нет нужных ингредиентов, необходимых для стабилизации телепортации. А здесь я их вряд ли найду. Даже если перекопаю всю пустыню.

– Я мог бы использовать Зов Высшего Вампира, чтобы призвать к себе низшую нечисть, – предложил Геренд. – Они, возможно, расскажут нам больше о здешних краях.

– Вряд ли здесь возятся привычные нам вурдалаки и упыри, – заметил Парацельсь.

– Прекрасной эльфийской деве знакомы подобные черномагические заклинания? – моментально спросила Беатриса, приподняв бровь.

Парацельс отметил, что после этого вопроса щека у Геренда едва заметно дёрнулась. Вампироэльф сболтнул лишнего, чего точно не стоило делать в присутствии инквизитора. Они, конечно, втроём сражались на поле боя против Неописуемого Ужаса, плечом к плечу, но... для инквизитора это ничего не меняет. Разве что разочек пустит скупую слезу, пока будет сжигать бывшего товарища на костре.

– Леди, не притворяйтесь, как будто давным-давно не сделали в отношении меня определённых выводов, – заметил Геренд. – Вы инквизитор и хорошо знаете своё дело. Мы общались более чем месяц, вы должны были понять, что я отнюдь не просто прекрасная эльфийская дева.

А Геренд-то с огнём играет... Парацельс озадаченно почесал затылок, глядя на этих двоих. Он как-то упустил из виду, что Беатриса до сих пор не в курсе их с Герендом истории знакомства. И кто "прекрасная эльфийская дева" такая на самом деле. Беатриса наверняка что-то да подозревает.

Может быть лучше ей обо всём рассказать? Хотя-я-я-я... лучше не надо. Кто знает, как отреагирует леди-инквизитор, если её подозрения превратятся в уверенность? Борцы с нечистью крайне недолюбливают вампиров. Многие ставят их на один уровень опасности с демонами... и не без причин, надо признать.

– Нам остаётся только попросить помощи у местных. Самое главное – соблюдать осторожность! – заявила Беатриса. Слова Геренда она как будто пропустила мимо ушей. При этом продолжала, как обычно, любезно улыбаться. – Имперская декларация номер одна тысяча шестьсот сорок пять пункт третий дробь один гласит, что в случае столкновения с неизвестным, но могущественным политическим образованием требуется соблюдать максимальную скрытность и осторожность.

– Как это соблюдать осторожность, когда мы должны собрать как можно больше информации об этом новом для нас мире? – возмутился Парацельс. – Согласно постановлению Совета Магов от две тысячи сто пятого года от Воскрешения Императора...

Геренд смотрел на спорщиков с кислым выражением лица.

Беатриса, как официальный представитель власти, демонстрировала хорошее знание бюрократических протоколов. Да и Парацельс не отставал от неё. Волшебник в прошлом хлебнул не мало проблем из-за незнания законов, а потому поспешил заучить наиболее важные положения на зубок.

– В таком случае вы будете нести ответственность за все возможные последствия, – отрезала леди-инквизитор. Она скрестила руки на груди и отвернулась от Парацельса. Всем видом дала понять, что умывает руки.

– Вот и буду!

– Вот и будьте!

– Тихо! – неожиданно прервал их разговор Геренд. Вампироэльф в женском теле поднял руку с открытой ладонью на уровень головы, требуя тишины. – Я что-то слышу... Снова те же звуки.

Парацельс и Беатриса затихли, прислушались. Сначала им ничего не удавалось уловить, людям не тягаться с эльфами и вампирами по остроте слуха, но постепенно и они разобрали странный гул необъяснимой природы. Ничего похожего ранее они никогда не слышали – словно железо вдруг обрело голос и начало монотонно петь. К гулу добавились чьи-то неразборчивые крики, принадлежащие без сомнения разумным существам.

Звуки усиливались с каждой секундой – к троице что-то быстро приближалось. Из-за ближайшего бархана вылетели... очень странные объекты. И Парацельс, и Геренд, и Беатриса – люди опытные, много повидавшие, в первые секунды ощутили растерянность и удивление.

Ближайший и самый крупный объект представлял собой нечто вроде чёрной вытянутой платформы с высокими бортами. На её носовой части была нарисована морда неизвестного, но явно хищного зверя. Платформа летела невысоко над землёй, издавая тот самый странный гул. При этом Парацельс не ощущал никакой магии в этом причудливом устройстве.

Неужели местные чародеи научились так мастерски скрывать свою силу, что даже архимагу её не обнаружить? Да не может этого быть...

На носу и боковых частях платформ были установлены металлические платформы с длинными вытянутыми трубами. Они напомнили Парацельсу о пушках и прочем огнестрельном оружии вроде пищалей. Данное оружие не получило широкого распространения, однако его иногда использовали как альтернативу магии. Поодаль от большой платформы летели ещё две такие же, только чуток поменьше.

Куда больший интерес у Парацельса вызвали те, кто ехал на этих самых платформах. Это, безусловно, были разумные существа, очень похожие на людей или эльфов. Их уши имели чутка заострённые кончики, как у перворожденных, а глаза отличались миндалевидным разрезом. Кожа отличалась ярко выраженным серым цветом, под ней выделялись чёрные вены, что придавало странным эльфам сходство с умертвиями. Всего лунных эльфов насчитывалось несколько десятков.

Парацельс быстренько проверил их ауры – нет, вполне себе живые существа. Вроде бы даже разумные. Хотя что-то в их аурах было всё-таки неправильным... волшебнику никак не удавалось определиться. Ауры являлись слишком... вычищенными? Куцыми? Словно над ними кто-то очень основательно поработал, удалив практически всю интересную информацию. Либо же очень качественно её спрятал.

Лунные эльфы носили причудливую пластинчатую броню, похожую на сплав металла с чёрной обугленной плотью. Оружия Парацельс при них не видел. Некоторые из эльфов носили на поясах что-то вроде коротких чёрных штырей, да и только.

Некоторые из лунатиков передвигались на личных небольших платформах, похожих на чёрные чешуйчатые крылья. Серокожие эльфы стояли на них, чутка согнув колени. Полностью игнорируя силу тяжести (а на Луне любые объекты весили намного меньше, чем на Земле), лихачи на больших скоростях нарезали круги вокруг трёх основных платформ и даже переворачивались в воздухе. С дикими криками они выделывали такие замысловатые фигуры, которым позавидовали бы даже очень опытные наездники на драконах.

За летучими платформами по земле тащились несколько окровавленных тел, привязанных цепями. Измочалены они были до такой степени, что лишь по самым общим чертам, таким как наличие рук и ног, можно было причислить их к разумным прямоходящим существам.

Один из серокожих эльфов завис перед процессией на своей чернокрылой платформе. Он что-то нажал у себя на поясе, и бронированные пластины на его груди само собой разъехались в стороны, обнажив серую плоть. Эльф выхватил из-за пояса чёрный штырь, что-то нажал на его корпусе, из штыря выскочило острое зазубренное лезвие. Размахнувшись, "лунатик" резким движением вогнал его себе прямо в грудь...

Раз за разом воин наносил удары, кровь водопадом лилась на серебряный песок, окрашивая его в алый. При этом безумец весело и беззаботно смеялся, словно не чувствовал боли. Товарищи подбадривали его лихими выкриками и свистом.

Глава 4

Долго так, разумеется, продолжаться не могло. Движения безумного суицидника постепенно замедлились, глаза затянула серая плёнка. Он свалился с чёрного крыла прямо в песок. Крыло само по себе приблизилось к одной из платформ, на него тут же запрыгнул один из членов экипажа. Доспехи мертвеца сами собой разделились на составные части, те по воздуху залетели на борт одного из летающих кораблей-платформ. Всё ценное имущество лунные эльфы забирали с собой, оставив лишь распростёртое тело. Его цепью прикрепили к одной из платформ, и оно потащилось следом.

– Эх, что-то я сразу студенческие годы вспомнил, – задумчиво произнёс Парацельс, ощущая приступ ностальгии. Поведение лунных эльфов его не особо удивило – он за свою жизнь повидал народы с куда более дикими и необузданными нравами. Одни орки чего стоили. Хотя причина внезапного самоубийства оставалась для мага загадкой. – У меня друг был, некромант, с параллельного потока. У них в общаге точно такая же атмосфера царила. Как ни зайду – обязательно кто-нибудь кого-то режет. Тот, кого режут, всё это дело активно комментирует, даёт советы, да ещё и сам скальпель норовит выхватить, чтобы показать как надо... В общем, учёба, как она есть.

– Да, но эти ребята не особо похожи на студентов, – заметил Геренд. – Разве что на студентов старших курсов, либо на выпускников, да и то с натяжкой.

– Ну не зна-а-а-аю... – протянул Парацельс, поглаживая бороду. – Как по мне в плане беспредела и безумия этим ребятам до моего выпуска очень далеко. Мы на выпускной такое устроили... Ещё чуть-чуть и успокаивать нас послали бы инквизиторов...

Разумеется, лунные эльфы, или кем они на самом деле являлись, очень быстро заметили троицу. Парацельс, Геренд и Беатриса с их земной внешностью выделялись также хорошо, как тролль в деревне хоббитов. Корабли-платформы начали описывать круги вокруг путников, "лунные эльфы" о чём-то громко переговаривались, глядя на них. На лицах воинов угадывалась беспечность и пренебрежение, разбавленные лёгким любопытством.

– Вы всё ещё думаете, что просить у местных жителей помощи – хорошая идея? – уточнила Беатриса. Павлиньи перья за её спиной едва заметно шевелились. – По-моему этих ребят и просить не надо, они с радостью любому помогут... отправиться на тот свет.

Парацельс обратил внимание на одного из лунных эльфов – тот по-видимому являлся лидером в своей группе. Его доспехи выглядели массивнее и дороже, чем у остальных, он сидел на троне, расположенном на возвышении в задней части самой крупной платформы. Выражение его лица оставалось скорее скучающим, даже когда он глядел на своего подчинённого, убивавшего себя.

Подле трона сидела слабо одетая девушка с остроконечными ушками... если конечно одеждой можно было считать ошейник и трусики, оснащённые шипами в районе пояса. Вторым концом цепь была прикреплена к подлокотнику трона. Помимо отсутствия одежды, девушку кое-что заметно отличало от её пленителей – цвет кожи. Она являлась не серой, а серебристой, напоминая песок пустыни. Словно пленница и воины принадлежали к разным расам.

– Похожи на народ эльфов, – растерянно произнёс Геренд за спиной Парацельса. – Только очень странные. Никогда таких не видел. Чуть сильнее напоминают Тёмных эльфов, но... Вот уж не думал, что наш народ живёт и на луне.

– Ваш остроухий брат тот ещё проныра, – согласился Парацельс. – Без смазки куда хочешь пролезет. Даже на луну.

Один из летунов на чёрных крыльях издал громкий боевой клич и устремился прямо на троицу. Геренд и Беатриса молниеносно отпрыгнули в стороны. Лишь архимаг остался на месте, с любопытством разглядывая приближающегося воина. Тот выхватил из-за пояса длинный чёрный штырь, из которого с громким треском выскочило странное искрящееся лезвие – оно состояло из чёрного света, которому непостижимым образом придали форму клинка.

Лунатик взмахнул своим оружием, целя архимагу прямо в голову. Парацельс поднял руку и двумя пальцами прямо за чёрное лезвие поймал копьё. Лунатик своё оружие держал тоже очень крепко и отпускать не пожелал. Чёрная платформа, похожая на хищную птицу, пронеслась мимо архимага и вонзилась в бархан. Она не прекращала двигаться, пытаясь словно забуриться в песок, но ей не хватало мощности.

Лунатик, соскользнувший с крыла, остался рядом с Парацельсом, из-за большой скорости частично погрузившись ногами в песок. Его товарищи выпучили глаза, в совершенном недоумении глядя на волшебника, державшего чёрное лезвие двумя пальцами.

Лишь один из странных серокожих эльфов оглушительно расхохотался. Тот, что сидел на троне. Его единственного действие волшебника, казалось, нисколько не впечатлило. При этом он случайно дёрнул цепь, к которой была привязана пленница. Та охнула от неожиданности, когда её прижало к подлокотнику трона, и покорно опустила взгляд.

Пойманный серокожий, злобно скалясь, схватил Парацельса за руку. Он перебирал ногами в воздухе, злобно шипел и пучил глаза. Но вырваться на свободу ему не хватало сил. Тело волшебника, хоть и выглядело довольно хлипким, было переполнено чистой магией, что позволяло архимагу при желании вытворять невероятные вещи.

– Я смотрю, кое-кто пренебрегал физической культурой и ходил исключительно на лекции по ней, – снисходительно сообщил волшебник своей жертве.

– У вас были лекции по физической культуре, мессир? – недоверчиво посмотрела на него Беатриса, стоявшая поодаль. Павлиньи перья за её спиной едва заметно шевелились, напоминая агрессивных змей. Леди-инквизитор была готова вступить в битву в любой момент.

–У нас ещё и лабораторные по ней были... – с затаённой грустью пояснил волшебник. Скупая слеза, переполненная магией, скатилась по его щеке и прожгла в серебряном песке глубокую воронку. – Столичная академия магических наук не щадила никого и ничего...

– Император сохрани... – Беатриса осенила себя защитным жестом. Геренд едва заметно дёрнулся и на полшажка отступил от леди-инквизитора. Хотя расстояние между ними было довольно большим. Но архимаг всё подмечал!

Парацельс бросил взгляд на чёрное лезвие в своей руке. Оно выглядело невероятно острым. По его поверхности периодически пробегали искры и молнии, оно издавали странный, едва различимый гул. Подушечки пальцев, которыми он держал лезвие, слабо пощипывало.

Кажется, данное оружие могло причинить вред, просто приблизившись к своей жертве, даже не разрезая её. Волшебник никогда не сталкивался ни с чём подобным.

– Так и поцарапать недолго, – укоризненно произнёс Парацельс, переведя взгляд на пыжащегося воина. Тот дёргал своё оружие в разных направлениях, но вырвать его из хватки чародея никак не получалось. Парацельс пожалел своего противника и разжал пальцы. Тот отскочил назад, тяжело дыша и глядя на него со смесью страха и удивления.

– Если бы вы знали, кто перед вами стоит, – сказал Геренд серокожим эльфам и указал на архимага. – Вы бы предпочли остаться дома...

Парацельс поднял руки со скрюченными пальцами над головой и дьявольски расхохотался.

– Мессир, не переигрывайте, – Беатриса легонько толкнула волшебника в бок. – Зачем вам эта театральная показуха?

– Да, Парц, – согласился Геренд. – Ты лучше делом докажи, что не так страшен преподаватель, как его дополнительные вопросы...

Серокожий эльф с чёрным лезвием что-то произнёс, но Парацельс его не понял, хотя бегло говорил на довольно большом числе языков. Нахватался по верхушкам за долгую жизнь. Ему показалось, что язык имеет нечто общее по звучание с обычными эльфийскими языками, но это было не точно...

– Ладно, вопрос с взаимопониманием надо решать... – произнёс волшебник и применил заклинание, отменявшее языковой барьер. Что бы он сейчас не сказал, эльфы поймут его, хотя и слышать будут незнакомую речь. Аналогично заклинание работало в обратном направлении. Архимаг поймёт смысл слов эльфов, даже не зная их языка.

– С кем имею честь беседовать? – поинтересовался Парацельс, встретившись взглядом с лидером серокожих эльфов. Говорил он подчёркнуто любезно.

– Я Мадьяк Усердный, Кровавый Староста третьего ранга, – после небольшой паузы представился тот. Голос его, низкий и глубокий, казалось, эхом отдавал в самих костях.– Предводитель сквада Молодых Дерзнувших. А кто такой будешь ты?

Сколько странных и непонятных словосочетаний. Архимаг сперва даже подумал о том, что где-то допустил ошибку при использовании заклинания, но почти сразу же отбросил это предположение. Во-первых, он был совершенно трезв. До сих пор держался после обещания не пить, данное месяц назад. Во-вторых, заклинание простенькое, его в состоянии использовать даже начинающий чародей.

– Староста значит... – произнёс Парацельс, задумчиво глядя на эльфа. Он сразу выцепил для себя знакомое слово из весьма непонятной речи Мадьяка Усердного. – Эх, всё больше и больше ассоциаций с бурной студенческой молодостью... Был у меня на первом курсе тоже староста... и прозвище Кровавый ему бы тоже идеально подошло. Тот ещё кровосос был... в прямом и переносном смысле. Ну да не важно.

Он приосанился,прокашлялся.

– Позвольте представиться, Великий и Ужасный архимаг Парацельс фон Заубебер! – торжественно произнёс он. – Я также известен как тот самый чародей, перепивший Зелёного Змия! Лауреат премии Мерлина! С недавних пор к моим достижениям также добавлена победа над Неописуемым Ужасом! Хотя нет, не так... – Парацельс на несколько секунд задумался. – Я – тот самый чародей, напугавший Неописуемый Ужас! Нет, лучше так... описавший Неописуемый Ужас!

Судя по двум раздавшимся неподалёку хлопкам, Геренд и Беатрисса дружно припечатали себя ладонями, прикрыв глаза. А судя по вытянувшемуся лицу Мадьяка Усердного, он испытал те же самые чувства, что и Парацельс минутой назад. Когда главный эльф первый представился. А может быть и куда более сильные.

Перечисляя свои титулы и достижения, Парацельс под конец не забыл и о своих спутниках.

– ...и друзья, – произнёс он в финале, указав рукой на Геренда и Беатрису. – Добрые люди, достойные упоминания.

Из-за спины архимага в воздух взлетели лепестки роз, порхнули два ангелочка, трубя в рожки задорный торжественный мотив, и опустили волшебнику на голову лавровый венок.

Увидев ангелочков, серокожие эльфы возбуждённо зашептались. "Неопознанные формы жизни... псионический уровень зашкаливает" – разобрал волшебник.

– Даже пить ещё не начал... а галлюцинации уже тут как тут... – проворчал Геренд.

– Но-но! Я держусь! – покосился на него Парацельс. – Архимаг теперь за здоровый образ жизни! Уже целый месяц как ни капли в рот.

– Продолжайте в тоже духе, мессир, – одобрила Беатриса. – На Луне нам нужен только трезвый архимаг, с пьяным точно застрянем очень надолго.

Мадьяк Усердный нахмурился. Кажется, он не понимал, почему Парацельс и его спутники так беспечно себя ведут... студент зелёный, что с него взять.

– Луна принадлежит ветви Тёмная материя, – произнёс он. – Мы, Тёмные ваниар, никому не позволяем без нашего разрешения разгуливать по этим землям. Не смотря на то, что я и мой отряд – лишь кандидаты в полноценные воины, мы вправе пролить кровь, если сочтём это необходимым.

Прочие Тёмные ваниар дружно достали свои палки и выпустили искрящиеся лезвия. На архимага и спутников они смотрели с самыми кровожадными выражениями лиц, словно стая волков, увидевших добычу.

– Вот тебе и раз... я попал пальцем в небо! – обрадовался Парацельс. – Это же реально студенты! Только лунные!

– Ну да, прямо как земные... только со своей лунной спецификой, – согласилась Беатриса.

"Студенты" мрачно и решительно глядели на троицу, словно настоящие студенты – на магический холодильник с едой. Они прекрасно понимали, что ничего хорошего за закрытой дверцей Судьбы их не ждёт, но всё равно были полны решимости её открыть и узреть правду.

– Немедленно встаньте на колени и воздайте почести великому Шаррум-итеру, – приказал Мадьяк.

Для Парацельса количество загадочных и непонятных слов перевалило за некий критический допустимый минимум. Поэтому он просто продемонстрировал Мадьяку защитный жест, по поверьям отгоняющий нечистую силу, злых духов и плохих людей – сжатый кулак с оттопыренным средним пальцем.

Вместо ответа эльф обнажил свой клинок. Тот оказался в два раза длиннее, чем у любого другого эльфа.

– Убить их, – приказал Мадьяк Усердный, указав пальцем на Парацельса. На его чёрном когте бликом отразился лунный свет.

Один из эльфов, стоявший рядом с носовым орудием, нажал несколько кнопок на выступающей пластине. Пушка исторгла из себя чёрный луч, очень похожий на лезвия тёмных ваниар. Он ударил Парацельсу прямо в бороду и срикошетил в ближайший бархан. С лёгким шипением луч вошёл в серебристый песок. Оставляя за собой чёрную дымящуюся полосу, он вспорол огромную массу песка и, кажется, вылетел с другой стороны.

Борода Парацельса в месте касания немного потемнела.

– Наша пушка... Свирепая Сука... она же пробивает насквозь титановую пластину толщиной в метр! – прохрипел один из ваниар, в ужасе глядя на архимага. В его глазах читалось запоздалое осознание...

Волшебник посмотрел на свою бороду и после некоторой паузы перевёл взгляд на серокожих.

– Я могу простить покушение на свою жизнью... – медленно произнёс Парацельс, глядя Мадьяку Усердному прямо в глаза. – Но покушение на свою бороду я не прощу никому и никогда!

...Спустя пять минут после начала битвы над серебряной поверхностью пустыни летела лишь одна платформа, самая крупная из всех. Остальные дымились позади на земле, выбрасывая в воздух клубы чёрного дыма. Вокруг лежали неподвижные тела "студентов" и обломки чёрных крыльев.

Препод сегодня был зол и отправил всех на "переэкзаменовку".

Парацельс сидел на троне и держал в руках цепь. Её второй конец крепился к ошейнику, надетому уже на Мадьяка Усердного. Хотя сейчас ему куда больше подошло прозвище Побитый. Под глазами у Тёмного ваниар красовались два больших фингала, он неподвижно лежал на дне и не подавал признаков жизни.

Геренд и Беатриса находились в носовой части около пушки и спорили о том, работает ли она на магии или на чём-то другом. Например, на пафосе, злобе, безумии или любой другой сильной эмоции. Рядом с ними на цепи сидел ещё один Тёмный ваниар, взятый в плен. Его оставили, чтобы объяснил, как именно управлять летучей платформой.

На коленях у Парацельса сидела серебренокожая лунная эльфийка, бывшая пленница. Широко раскрытыми глазами она удивлённо глядела на архимага и не могла вымолвить ни слова.

– Едем с ветерком... Юная леди, рад нашему знакомству, – произнёс Парацельс, дружелюбно обращаясь к бывшей пленнице – Ничего не бойтесь, с этого момента вы на надёжных коленях... я хотел сказать в надёжных руках конечно же. С вашего позволения задам парочку скромных вопросов... Не настолько скромных, как ваше одеяние, но всё же...

Глаза девушки широко распахнулись. Ранее тусклые и равнодушные, они преобразились, в них всеми красками заиграли испуг и... сожаление?

– Простите меня! – воскликнула она. – Я очень, очень виновата! Это всё из-за меня!

Глава 5

Оборона башни от вражеской армии шла с переменным успехом. Орки понесли серьёзные потери. Они лишились нескольких сотен живой силы, десятка обозов с припасами. Безвозвратно были повреждены детали к нескольким требушетам. И это только во время подготовки к штурму. Не видя противника, орки выпускали пар, разбивая морды друг другу. Видимо, для того, чтобы потенциальный враг понимал, с какими отморозками имеет дело, и боялся ещё больше.

У защитников башни потери оказались куда серьёзнее. Васька потерял две баночки с моющими средствами и одну швабру. К счастью, Лоб Расшибатель, прочесав вдоль и поперёк несколько этажей, нашёл их и вернул счастливому владельцу.

Вождь Чембурбей по какой-то причине медлил и не командовал наступление. А орки славились довольно скверным и драчливым характером. Зачастую в склоках между товарищами по оружию погибало больше зеленокожих, чем от вражеских мечей. Но орков потери в живой силе никогда не волновали. Они отличились невероятной плодовитостью, уступающей лишь их агрессивности. Как говорится, там, где с проблемой не справится один орк, явятся десять его братьев. И побьют проблему.

К Васькиному удивлению у зеленокожих неожиданно обнаружилась и музыкальная "культура". Если конечно, это слово было вообще применимо в данном случае. Занимавшиеся "культурой" орки делились на две большие группы – "музыканты" и "инструменты" соответственно. Первые что есть сил лупили вторых по черепушкам и надутым животам, пытаясь попадать в ритм. Получалось не очень, но энтузиазма оркам было не занимать. "Инструменты", как правило, быстро уставали, но их тут же заменяли другие желающие. В последних недостатка не ощущалось. Видимо, тяга к культуре была у орков в крови.

Преобладали в основном ударные, но имелись и иные виды "инструментов". Особенно Ваську возмутили так называемые "духовые". На них он взглянул лишь один раз, чтобы преисполнится совершенного отвращения к орочьей "культуре".

– Да это целый О-Р-Кестр, – прокомментировал Васька, выделив голосом первые три буквы. – Вот, значит, зачем им столько возов с горохом...

Штурм мог начаться в любой момент. И рыжий котик вовсе не был уверен, что магическая защита башни справится с таким количеством заразы. Она и раньше периодически сбоила даже при меньшей нагрузке, а тут вождь Чембурбей нагнал вояк со всей степи... Ваське требовалось что-то придумать, если он хотел сохранить чистоту башни в неприкосновенности.

На мгновение в голову кота пришла идея просто откупиться от вражин. Отдать им этот самый калым и пусть катятся с ним на все четыре стороны. Однако, выслушав требования от орочьих парламентёров, он отказался от данной идеи. Сумму зеленокожие выставили такую, что можно было купить среднюю по размерам страну. Дорого стоили орочьи принцессы, ох дорого... особенно если их двадцать восемь штук. И все убеждены, что беременны от архимага.

– Что ж... – произнёс он. – Если я хочу защитить свои идеалы... мне придётся пойти на крайние меры... Очень уж не хочется прибегать к этому, но... выбора нет...

– Учитель... – напряжённо произнёс Лоб Расшибатель. Варвар в это непростое время старался держаться рядом с котом. Возможно, хотел защитить его... хотя он скорее хотел посмотреть на Великого Кошачьего Воина в деле. – Неужели вы собираетесь применить против них жиросжигающее чистящее средство?

– Хуже... – произнёс кот. – Много хуже... следуй за мной... Я покажу тебе всё.

Васька собирался сделать то, чего не делал уже очень давно – спуститься в подвал, расположенный под башней. Про это место в народе ходили самые разные слухи. Что архимаг разместил там портал в преисподнюю... что там живут сами Древние... В общем, неграмотная масса много чего понапридумывала про это место.

Об истинной правде не догадывался никто. В том числе и сами Парацельс с Васькой. Потому что они сами толком не знали, что происходит в подвале под башней. По крайней мере в большей его части.

Раньше Парацельс использовал подвал просто как место, куда можно было просто скинуть отходы после экспериментов и забыть о них. Подобная беспечность привела к самым плачевным последствиям... В подвале что-то произошло с физическими законами времени и пространства. Комнаты менялись местами, время в них то замедлялось, то ускорялось, сами по себе открывались порталы в иные измерения, из которых периодически лезла всякая дрянь... Парацельс пытался решить вопрос, накладывать стабилизирующие заклинания, но они помогли лишь отчасти. Лишь некоторое количество комнат в подвале являлись относительно безопасными, во все остальные даже Васька старался без нужды не заходить.

Парацельс также хранил здесь свою колл... впрочем, об этом пока не стоит.

Спустившись со Лбом Расшибателем в подвал, некоторое время они спускались по тёмной лестнице. Васька шёл первым, держа в лапках светящийся камень-огневик. Варвар двигался следом, прикрывая тылы, вооружённый топором и шваброй. Готовый рубить или швабрить, в зависимости от поджидающей их напасти.

Иногда до их слуха долетал чей-то приглушенный шёпот, трещины на стенах складывались в чьи-то ухмыляющиеся лица и морды... Что и говорить, нехорошим местом являлся подвал башни.

– Что это? Злые духи, Великий Воин? – спросил Лоб Расшибатель. – Небесная Коза защищает меня своими рогами об любой нечисти, но как на счёт вас?

– Что? – Васька с непонимающим видом обернулся. – А, ты про этих... не обращай внимания, они безобидные. Пошепчут и отстанут.

– Но кто это такие? Вы не знаете?

– Да души микробов, наверное, которых я отмыл... – кот пренебрежительно махнул лапкой. – Которые ноги о порог не вытирают...

Они вошли в огромное помещение, чей высокий потолок терялся в полумраке, подпираемый десятком каменных колонн. Свет от камня огневика выхватил из тьмы огромную статую в дальнем конце залы. Она напоминала человека с головой дракона, сидящего в позе лотоса. В руках она держала огромный меч, украшенный блестящими камнями.

– Этот каменный монстр пробудится, если мы коснёмся его? – нахмурился Лоб Расшибатель.

– Нет, монстр пробудится во мне, если коснуться статуи немытыми руками, её материал очень пористый и плохо отмывается, – сказал Васька.

– То есть статуя не оживёт? – с некоторым разочарованием произнёс варвар. Он явно не возражал против хорошего боя, чтобы размяться перед битвой с орками.

– Конечно нет. Это подарок одного южного шаха Парацельсу в благодарность за помощь. В итоге убрали в подвал, потому что так и не придумали, куда её деть. Места занимала слишком много. А выбрасывать жалко.

Глаза воина-дракона загадочно блестели в полумраке, пока Васька и Лоб приближались к нему. Вдоль стен за колоннами находилось ещё десяток чёрных проходов, ведущих куда-то за пределы зала. Из них в теории можно было очень удобно нападать, пользуясь прикрытием в виде колон.

– Кого мы ждём, Великий Воин? – спросил Лоб Расшибатель, когда молчание стало совсем уж невыносимым.

– Не волнуйся, ОНИ скоро прибудут, – произнёс кот. – Всегда чувствуют моё присутствие и являются строго через определённый лимит времени, в какой бы точке подвала не находились.

– Что это за существа? – полюбопытствовал Лоб. –Злые духи? Искусственные монстры? Существа из запределья? Откройте тайну!

– Терпение, мой ученик... Ты скоро сам всё увидишь.

Варвар не мог похвастаться выдающимся вниманием, а потому он куда позже Васьки заметил, что они в комнате уже не одни. По стенам, полу и потолку двигались тёмные сгустки, ловко прячась в тенях и за колоннами. Они окружили кота и варвара со всех сторон, постепенно смыкая круг...

– Спокойно, – Васька положил Расшибателю лапку на ногу. – Всё под контролем. Нет причин для битвы.

Судя по напряжённому лицу Козьего Воина, он придерживался прямо противоположного мнения. Но Васька его не винил. Любой бы на его месте нервничал. А то и вовсе задал стрекоча.

Один из тёмных сгустков спрыгнул с потолка на пол прямо перед Васькой и обернулся... человеком, закутанным в чёрные одежды с головы до пят. На кота через узкую прорезь смотрели два внимательных блестящих глаза... холодные и расчетливые, они без сомнения принадлежали убийце, привыкшему легко забирать человеческую жизнь...

Некоторое время человек в чёрном и кот мерялись взглядами. После чего...

– О Великий кошачий сёгун Ва Си Лий, – ниндзя склонился в глубоком поклоне, сложив перед собой ладони. – Мы закончили вытирать пыль со стен древних подземелий. Мы протёрли статую Великого Демона, очистили от серы ноздри и уши Каменного Дракона... Помыли до блеска полы в Лабиринте Отражений... Когда нам можно будет вернуться домой?

– Когда я лично всё проинспектирую, – ответил Васька. – Если найду хоть пылинку, начнёте уборку заново.

– Сенсей суров, – ниндзя склонился ещё ниже. – Но таков Путь Чистоты...

Прочие тени также вышли в освещённое пространство и оказались... самыми разнообразными личностями. Судя по их одежде кто-то также являлся ассассином, кто-то боевым магом, кто-то вором, иные принадлежали к нечеловеческим расам.

Вулканорождённый Лоб Расшибатель озадаченно моргнул. Он и знать не мог, что являлся отнюдь не единственным обитателем башни, драящим полы во славу чистоты и порядка. У Парацельса не хватало денег, чтобы в полной мере оплачивать услуги наёмной рабочей силы, и потому Васька активно, в тайне от хозяина, эксплуатировал... силу рабскую.

Нет, ну а что, они сами пришли, их никто не звал, замышляли нехорошее, многие – опасные преступные элементы с судимостью... пусть так сказать для разнообразия поработают на благо общества. Тех, кто хорошо работал, Васька даже кормил. Иногда досыта.

Лоб Расшибатель покрепче сжал топор и швабру в руках. Он был готов принять бой в любой момент даже против превосходящих сил врага. Но сейчас в этом отсутствовала необходимость.

– Открою тебе секрет, мой новый ученик, – произнёс Васька. – Ты не первый и не единственный, кто драит полы... я хотел сказать, не первый, кого я наставил на путь Чистоты. Вас таких на самом деле много. Просто ты первый, кто принял Путь чистоты добровольно. Всех остальных пришлось... немножко заставить.

Присутствующие ассассины, воры и все прочие как один поклонились коту, выражая своё уважение ему, словно наставнику. Авторитет рыжего пушистика никто не ставил под сомнение.

– Все эти люди, душегубы, воры, убийцы, – пояснил Васька Лбу Расшибателю. – В разное время без разрешения забрались в башню. При этом они совершили страшную ошибку... – глаза кота сверкнули. – Они не вытерли ноги. Теперь они отмывают здесь свои грехи. И полы заодно.

Ученики поникли и печально опустили головы, полностью признавая ошибки прошлого.

Лоб Расшибатель нахмурил брови и крепче сжал рукоять топора. Весь его вид говорил – подумать только, какие мерзавцы обитают в нашем несовершенном мире!

– Раньше все мы шли путём Силы и Власти, но вы... вы, учитель, открыли нам истинный путь... Путь Чистоты... – с придыханием произнёс ниндзя в чёрном, словно речь шла о божественных заповедях.

Но кот как-то религиозного порыва не оценил.

– Я просто сказал вам, что тряпки лежат в том шкафу, а ведра– в этом... – проворчал Васька, неопределённо помахав лапой из стороны в сторону. – А вы какое-то учение придумали... Впрочем, мне всё равно. Главное, чтобы полы были чистыми.

– Сенсей невероятно скромен... – ниндзя снова поклонился. – Спасибо за урок смирения...

– Раз уж вы всё вычистили, – произнёс кот. – Пришло время мне дать вам по настоящему серьёзное задание. Вы готовы?

– Мы в совершенстве освоили ваши Священные Техники борьбы с пылью, – заверил его ниндзя. – Влажную Уборку и Личную Гигиену. Мы готовы выступить против любого врага! Хоть против самого Бога-Императора или Богов Хаоса... да что там! Даже против грязи и пыли!

Васька лишь покачал головой. Он и не думал, что у него, похоже, ненароком образовался культ верных фанатичных последователей с промытыми мозгами, готовых молится на него, словно на пророка. Ну, в принципе, почему бы и нет? Пока они наводят чистоту и порядок, пусть хоть Богом-Императором его зовут. Чем бы дитя не баловалось. По крайней мере они умерили свои грабительские порывы и больше никого не пытаются прирезать за звонкую монету.

У него всегда был простой подход ко всем этим авантюристам. Если пришёл за сокровищами – так изволь для начала позаботиться о чистоте сапог. Башня большая, одинокому котику ни в жизнь её не отмыть от грязи. Ну а если нет – пеняй на себя. В самом лучшем случае будешь драить полы до блеска.

– Интересно, как Парц отнесётся к тому факту, что я держу без его ведома в рабстве кучу народу? – вслух подумал кот. – Он человек временами рассеянный, до сих пор думает, что чистоту и порядок в башне поддерживают исключительно домовые и призраки... Может быть стоит ему сказать? Нет, лучше не стоит рисковать. В конце концов, я делаю это ради Великой Цели – Чистоты и Порядка.

Ассассины и Лоб Расшибатель послушно кивали в такт, ловя каждое слово котика.

– Итак! – Васька повысил голос, эхо подхватило его слова и вознесло под самый потолок. – Бойцы швабры и мыла! Я пришёл поставить перед вами финальную задачу. Справитесь с ней – можете считать все ваши грехи искупленными и идти домой... Если коротко, то наверху...

Откуда-то издалека донёсся многоголосый орочий рёв, стены пол и потолок затряслись от топота многих тысяч ног. Дикая степная армада пошла на штурм.

– Как не вовремя, – Васька развернулся к выходу из подземелья. – Все за мной, бойцы! Будете вникать в суть дела на ходу.