Архимаг с пелёнок. Том 6.

Глава 1. Гонка началась!

Всё вокруг пузырилось и шипело. Глаза Императора Российского Петра Четвёртого заливал пот — и это несмотря на охлаждающие чары! Впрочем, он и без того всё время щурился от давящего алого света.

Сегодня он впервые лично посетил Красную Яму, цитадель того, с кем он не так уж давно по меркам бессмертных заключил договор.

Ну и мерзкое же местечко!

Ну ничего. Бессмертие… Ради него можно многое потерпеть! Пётр бы даже сказал, что ради него можно потерпеть что угодно. Но всё-таки всегда лучше, когда за тебя терпят другие.

— НЕ НРАВИТСЯ ТЕБЕ ТУТ, ЧЕЛОВЕЧЕК!!! — прогрохотал гортанный бас, больше напоминающий звериный рык.

Рык огромного адского… точнее, легитского зверя, усиленные стенами Ямы.

— И тебе привет, Легитский Потрошитель! — крикнул куда-то в вездесущее алое марево Пётр. — Как поживаешь?!

Этот туман, больше похожий на испарённую кровь, здесь был повсюду. Тягучие вязкие капельки висели в воздухе, источая удушливый смрад разложения. Даже дышать здесь человеку трудно.

И это несмотря на артефакт-дыхатель!

В кровавом тумане что-то заворочалось. Громадная тяжёлая туша. По зыбкому сырому песку Ямы заскребли длинные когти, а затем земля слегка затряслась.

Пётр застыл на месте. Особого страха он не испытывал. Он знает — сейчас Император Российский нужен Легиту, строго необходим! Такое нечасто случается — чтобы бессмертные демоны нуждались в смертных, если речь не идёт о пище.

Но нынче для Легита настал именно такой момент. И Пётр был буквально на седьмом небе, когда понял, что сумеет этим воспользоваться. Не трусил он и сейчас.

— А что до твоего логова, Потрошитель… — огляделся Пётр, не увидев ничего, кроме алого тумана. — Ну да, мне тут слегка… неуютно. Когда стану одним из вас, отгрохаю себе дворец, или башню, как ваши Отцы. Где-нибудь на Окраинной Гряде, подальше от этой ужасной жары… А может и на Землю вернусь.

— НА ЗЕМЛЮ НЕ СОВЕТУЮ! — прорычал Потрошитель, и Петра обдало смрадным горячим дыханием. — В ОБЫЧНЫХ МИРАХ МЫ ВЫРОЖДАЕМСЯ. КАК БОГИ ВЫРОЖДАЮТСЯ В ДУХОВ КАКОЙ-НИБУДЬ ВОНЮЧЕЙ РЕЧКИ!

— Да уж, стать вонючим духом не хотелось бы! — хмыкнул Император, зажимая нос рукавом мундира.

Потрошитель явно заметил это и расхохотался, отчего вся Яма заходила ходуном. Пётр еле устоял на ногах.

Наконец, демон перестал томить гостя ожиданием и приблизился. Сначала из марева показались два глаза. Больших и горящих пламенем, в них пылала затаённая ярость.

А потом к Петру наклонилась морда. Антрацитово-чёрная, она была покрыта крупной грубой чешуёй, но походила скорее на волчью, чем на морду ящера.

Из клыкастой волчьей пасти вырывались языки пламени, так что Император усилил охладительные чары. Над глазами, из крупной мощной лобной кости назад уходили два чёрных рога — длинных и слегка изогнутых. А всю нижнюю челюсть покрывали длинные алые отростки, мерзко шевелящиеся как тонкие щупальца, или растущие прямо из челюсти черви.

Отростков этих было так много, что издалека они походили на длинную шерсть… Но шерсть не извивается. И не щёлкает мелкими острыми зубками, пытаясь в тебя вцепиться!

Чешуйчатое тело демона скрывал кровавый туман. Но Император и так знал, как выглядит Легитский Потрошитель. Громадный чешуйчатый то ли волк, то ли лев, с мощным хвостом ящера, усеянным ядовитыми шипами, с огромными когтями на лапах, способными резать металл.

За них, быть может, его и прозвали Легитским Потрошителем. Ну или просто за чистую любовь к резне.

Вдоль гибкой спины демона — гребень из таких же алых змей-щупалец-червей, как на пасти, только ещё более длинных.

Сейчас чёрную шкуру демона освещало вездесущее здесь алое пламя, отчего он выглядел ещё более зловещим. А ведь его и так не назовёшь ангелом во плоти!

— КОГДА… ЕСЛИ ТЫ СТАНЕШЬ ОДНИМ ИЗ НАС, МОЖЕШЬ СТРРРОИТЬ СЕБЕ ВСЁ, ЧТО ПОЖЕЛАЕШЬ! — пророкотал Потрошитель. — НО СЕЙЧАС ТЫ ЗДЕСЬ! ГОВОРИ, СМЕРРРТНЫЙ!..

Петра передёрнуло, конечно. И от вони из этой пасти, в которую он без особого труда влезет целиком, и от заливающего глаза пота. И от необходимости делать перед кем-то доклад.

Да перед кем! Просто очень древняя тварь, в своё время ставшая питомцем какого-то демона, а потом сожравшая своего хозяина! По крайней мере, об этом гласят легенды.

А в здравом уме никто не рискнёт спросить, так ли это.

— Я УМЕЮ ЧИТАТЬ ВАШИ МЫСЛИ, СМЕРРТНЫЙ! — особо близко наклонился к нему Потрошитель, оскалив пылающие клыки. — НЕ ЗАБЫВАЙ ОБ ЭТОМ…

Пётр сглотнул. Ладно. Всем будет лучше, если он перестанет думать обо всякой чепухе.

— Всё идёт по плану… в целом. — воодушевлённо начал Пётр. — Мы выловили в своих рядах одного шпиона… К сожалению, он покончил с собой, в плен взять не вышло. Но с теми, на кого он шпионил .мы вскоре разберёмся. Ну и ещё какой-то черномазый мужик пытается вставлять нам палки в колёса. Но это частности. В главном вы были полностью правы!

— ЕЩЁ БЫ! — обдал Императора паром демон. — МЫ НЕ В ПЕРВЫЙ РАЗ ТАКОЕ ПРРРОВОРРАЧИВАЕМ! С ВАШИМИ МУЖИКАМИ РРРАЗБЕРРИСЬ САМ, У ТЕБЯ ХВАТАЕТ МАРРРИОНЕТОК!!! ЧТО ТАМ, СМЕРРРТНЫЕ УЖЕ ПОПОЛЗЛИ К НАМ НА КОЛЕНЯХ?!

— Ага. — презрительно усмехнулся Пётр. — Мои… подданные оказались так ничтожны, что сразу после провозглашения грядущего турнира к культистам очередь начала строиться! На что только эти людишки не готовы ради местечка потеплее!

Потрошитель как-то странно утробно заурчал. Императору показалось, что демон… смеётся?!

— НУ, У НАС ТУТ ТОЖЕ НЕ ОЧЕНЬ-ТО ВЕЕТ ПРРРОХЛАДОЙ! СЛЫШАЛ Я ОБ ОДНОМ СМЕРРРТНОМ, КОТОРРЫЙ ОЧЕНЬ МЕЧТАЕТ СЮДА ПОПАСТЬ!!!

Теперь демон рычал и смеялся уже во весь голос. М-да…

— Это другое. — мрачно произнёс Пётр. — Местечко у трона и мешок золота — пуль. Иллюзорные бирюльки для идиотов! А бессмертие… о-о-о, бессмертие! Это ключ ко всему! Когда ты бессмертен, ты можешь делать что захочешь, где захочешь и когда захочешь, Потрошитель!.. Думаю, ты понимаешь, о чём я. А ваш Легит… Мы просто вовремя нашли друг друга. Не была бы вас — я бы спустился хоть в Ад.

— ТЮ! — плюнул демон-волк пылающей слюной. — НУЖЕН ТЫ ТАМ КОМУ-ТО В АДУ С ТВОИМ БАРАХЛОМ! ЭТО ДЛЯ НАС СОТНЯ МИЛЛИОНОВ ДУШ ВЕЛИКАЯ ЦЕННОСТЬ, А ДЛЯ НИХ… ЧТО ТАМ КУЛЬТИСТЫ?

Пётр с облегчением вернулся к докладу. Он никогда не любил слишком уж раскрывать душу демон знает кому. А уж раскрывать душу демону… Увидев, как насмешливо заурчал Потрошитель, Пётр отбросил лишние мысли о личном.

— Культисты работают в три смены, наводняя Москву и не только демонитами и демонопоклонниками. В основном к ним идут бедняки… ничтожества, не желающие подниматься честно! Но не только. Как и предполагала Осквернённая, богачи тоже готовы за звонкую монету превратить своих младших детишек в машины для убийств.

— А ТЫ СОМНЕВАЛСЯ В ЕЁ СЛОВАХ?! — довольно рухнул на песок Ямы демон. — ОНА ЖЕ НЕ РРРОСТО ТАК ОСКВЕРРНЁННАЯ! БЫВШАЯ АНГЕЛИЦА!

— Из Рая?!

— НЕ! К РРРАЮ МЫ И ПРРИБЛИЖАТЬСЯ НЕ СТАЛИ БЫ! ЕСТЬ ТАКОЙ МИРРОК, ДАВНО УЖ МАЛО КОМУ НУЖНЫЙ — ИРРРИЙ. ОТТУДА ОНА, БЫВШАЯ РРРОЖАНИЦА!

Пётр смутно припомнил что-то из уроков истории отечества. Кажется, этот Ирий и у славян раньше был знаменит… Неважно.

— Некоторым особо удавшимся мы подсаживаем этих аших мозговых паразитов, Миазмы. Но пока это особо ни к чему. Моя задумка по истреблению демонологов идёт полным ходом, сейчас для них всё больше работы. А на них отожрутся и потренируются наши новоявленные бойцы!

— НЕ ЗАБЫВАЙ, ЧТО ОНИ НЕ ДОЛЖНЫ ПОБЕДИТЬ В ТВОЁМ ТУРРНИРЕ! НАМ ЭТИ ТУШИ БУДУТ НУЖНЫ ЛИШЬ КАК СЛУГИ! НАДЕЮСЬ, В ТВОЕЙ ЗЕМЛЕ НАЙДЁТСЯ ЧЕЛОВЕЧЕК, ДОСТАТОЧНО МОГУЧИЙ, ЧТОБЫ ВОПЛОТИТЬ В НЁМ… МЕНЯ…

О, как сладко пророкотал Потрошитель последнее слово. Да, именно эта звероподобная гора клыков, когтей и щупалец — инициатор текущего плана. Ему только дай легально оказаться в мире смертных и устроить там резню…

Пётр улыбнулся. Жалости он давно не испытывал. Все эти людские судьбы, души — пыль под ногами истинно бессмертных. И когда стоит выбор: присоединиться к истинных господам мироздания, или сдохнуть высокоморальной пылью…

Пётр никогда не колебался в этом выборе.

— Найдутся, найдутся. — усмехнулся он. — Желающих полно, и они уже вцепились друг другу в глотки! Особенно подростки… Эти всегда тупы и управляемы. Гонка претендентов на выбывание уже началась!

— ХОРРРОШО-О-О… ПУСТЬ БОЛЬШАЯ ГОНКА ПЕРРЕРРАСТЁТ В БОЛЬШУЮ РРРЕЗНЮ!!!

***

Над тренировочной ареной возник матовый купол. На этот раз не полупрозрачный, как обычно, а абсолютно непроницаемый.

Чтобы участникам «турнирной» битвы никто и никак не мог помогать извне.

Магия, заключённая в конструкциях арены, тут же подхватила нас и растащила по разные стороны поля. Тоже правила — не давать преимуществ контактным бойцам.

То, что так преимущество даётся уже дистанционникам, авторов этого правила не смутило.

— Готовьтесь, мелочь, будет больно! — расхохотались все пятеро с того конца арены. Мы же стояли собранные и готовые встретить удар.

— Костя, а нам вообще можно это? Вроде же смешанные бои с шестого класса! — прошептала Лиза. Я мотнул головой.

— да хрен знает. Раз арена откликнулась, значит можно! Видимо, дело в том, что через пять лет мы уже будем подходить на турнир по возрасту. Вот нам и разрешили тренироваться уже щас.

Пока я отвечал Лизе, пятеро врагов начали резко сокращать дистанцию. Ни одного телепортера среди них не оказалось… Они вообще все оказались элементалистами!

— Чё они творят ваще?! — ахнула Рина, рефлекторно ударяя по покрытию арены хлыстом. Я тоже смотрел на происходящее… и лицо искажала насмешка.

— Понятно с ними всё! Убогие. Ребята, все силы на этого Копытина! На остальных не распыляемся!

А происходило перед нами вот что. Рванув с места к нам, четверо подпевал мажора начали разгонять свою ману, обращать её в первостихии… и стремительно перекачивать в ауру баронета!

От того любителя поржать к главарю хлынула струя чистого пламени. От жеманной блондинки — белоснежный ледяной поток, покрывший арену инеем. От наштукатеренной — извивающаяся струя песка и пыли. А четвёртый, невысокий и неприметный, крутился будто в танце, раздувая в сторону господина ураганный ветер.

— Они поддерживают главного своей силой! — быстро объяснил я своим, пока рослый парень поднимался в воздух над ареной и летел к нам. — Дл нас это очень удачно. Сашка, Рина, помните про свои силы! Лиза, на тебе оборона. А я… я с ним разделаюсь!

— ЧТО ВЫ ТАМ ШЕПЧЕТЕСЬ?! — донёсся из-под купола громогласный, но писклявый крик. — УЖЕ ОБДЕЛАЛИСЬ?!

О. Снова дал «петуха». На этот раз вышло похоже на скрип ножом по стеклу, так громок стал его голос.

Нет, барончик, такими спецэффектами ты нас не проймёшь. Не Архимага, начинавшего с элементализма! Бой обещает быть может и красочным, но коротким.

Я провалился в сотворённый за миг портал… и выпал прямо на голову летящему парню.

— Здарова, молодой! — отвесил я ему болезненный подзатыльник. — Рождённый ползать летать не может, слыхал такое?! Падай давай!

— ВОТ ТЫ И ПА… А-А-А-А-А!!!

Кажется, он даже не понял, что произошло. Почему подпитка силой от его шакалов вдруг прекратилась, и он полетел вниз.

А я просто закрутил вокруг него эфир, перенаправив энергоканалы на себя, да и всё. По жилам разлилась стихийная энергия… больно, кстати!

Такое я пока перевариваю с трудом.

Отключив от подпитки и себя, шарахнув по каналам этих четверых слабыми молниями, я полетел к земле вслед за баронетом. А там его уже разделывали!

Падение он предотвратить всё-таки смог, оказавшись магом-воздушником. Но вот нормально встать…

— Ай! — раздосадованно вскрикнул он, когда ноги в очередной раз переплелись и он рухнул на задницу. — Да почему?!

— По кочану! — показала ему язык Рина, делая резкий выпад и хлеща его плетью по кумполу. — Вот тебе!

— Ах ты!!! — взлетел баронет на полметра. Всё-таки догадался встать с помощью магии. — Сейчас ты!..

Он был вооружён кривой саблей — оружием многих воздушников в любом из миров. Именно такой саблей удобней всего творить и выпускать воздушные лезвия, рассекающие всё на своём пути.

Защититься Рина не успевала. Так что я метеором рухнул перед ней, едва не переломав ноги, и на лету искривляя пространство. Незримое лезвие со свистом ушло в потолок.

А приспешники, совершенно растерянные, уже подбегали к господину. Девчонок всё ещё чуть потряхивало от пущенных мной разрядов.

— Как?! — взмахнул саблей баронет. — Как отразил понятно, но как прервал нашу Духовную Связь?!

Я с искренним недоумением глянул на подростков.

— Ты что, Копытин, совсем неуч?

Противник покраснел, сделал резкий рывок ко мне… и упал на своих шакалов, провалившись в мой микропортал. Он его даже не почувствовал…

— Да. Совсем неуч… — печально констатировал я. — Лиза, шугани эту крашенную, чего она там ползает?

«Наштукатуренная» действительно единственная из всех пыталась обойти нас сбоку. Подняв тучу пыли, она, похоже, думала, что мы не увидим, откуда именно она ударит.

Но мне и не нужно её видеть, чтоб учуять ауру. Моё серьёзное преимущество.

Лиза тут же направила туда, куда я указал, посох с сидящим в нём Виктором, и в цель ударило облако болотно-зелёного эфира…

В следующую секунду магесса, не сумевшая себя защитить, визжа и трясясь вылетела из своего облака, и полезла обниматься к их воздушнику.

Того это слегка смутило, но не сильно.

Баронет вновь сумел подняться только с пятого раза, сотворив воздушный щит. Ничему-то его жизнь не учит.

— Слушай, Копытин. — окликнул я его. — Ты же видишь, как легко мы тебя уделали? Никто кроме меня даже с места не сошёл. Осознаёшь?

— Ну! — опустив голову засопел… вообще-то ещё мальчишка, просто постарше нас. — И что?! Ты как-то сжульничал, сейчас мы соберёмся и!..

— …И я опять вас «разберу». — хохотнул я. — Прими добрый совет, баронет. Команда — это команда. Сплочённая группа равных, а не стадо скота, из которого ты будешь черпать силу для себя…

— Чушь! — процедил он. — Люди не равны! Если мы с… с этими вот будем играть как команда равных .мы будем равны только в своей слабости! А так, за их сч… благодаря их усилиям, я становлюсь многократно сильнее! Я уже побеждал так даже студентов!

— Вот всю жизнь студентов побеждать и будешь! — презрительно хмыкнул я. — Выше тебе никогда не подняться, если не станешь сильнее сам.

— Ну да ну да, давай, простолюдин, расскажи мне, что надо играть по правилам, много и упорно трудиться! — упёр руки в бога баронет. — Вы-то, наверняка, в эту школу ну исключительно честным трудом попали!

— Вообще-то да!!! — выпалила Рина, аж выскочив вперёд. — Мы старались! С самого детства! Да, мы одарённые, но вы же тоже! Никто тут из нас не родился с возможностями, которые есть у богатых!

— Вот и оставались бы там, где вам положено! — заржал самый неприятный из приспешников. Но на этот раз баронет так посмотрел на него, что тот язык проглотил.

— Мы всё равно не успеем к турниру. — как-то совсем не по-дворянски плюнул он на пол арены. — Если не через объединение… Тогда нам проще обратиться к культистам!

Лицо жеманной переменилось, став испуганным, а вот «конь» хищно оскалился, одобрительно кивая. Рина с тревогой посмотрела на меня.

— Ты же понимаешь, что за такие речи тебя и казнить могут? — спросил вдруг Сашка своим елейным голосом.

— По… Понимаю. Я пошутил вообще-то! Шутка!

— Вот и не шути так больше. — невинно захлопал глазками наш манипулятор. А затем в его голосе появилось что-то… такое. Новая сила. — А лучше бы тебе проникнуться таким отвращением к демонам и всему, что с ними связано, что ты будешь готов в морду дать любому, кто тебе подобное предложит!

Честно говоря, в этот момент я слегка нарушил свой же совет. Быстро сотворил Энергоканал и влил в Сашку неслабую порцию маны. Это значительно усилит эффект его силы.

Повисло молчание. Баронет медленно кивнул. А потом махнул рукой.

— Пошли отсюда! — развернулся он, приказывая своим. — Нам ещё надо придумать, как защитить наше Усиление от всяких малолеток! Чтобы его нельзя было так легко взломать!

— Что, даже совета не попросишь? — улыбнулся я.

— Сами научимся. И уделаем вас через пять лет!

— Командир, ты чего?! — зашипел «конь». — Не, это мы ща шутили и всё такое, но… может нахер это усиление? Есть же вариантики…

Видимо, зная, на что тот намекает, баронет просто подошёл к нему… И отвесил смачную такую оплеуху. Возвышаясь над севшим от неожиданности парнем, он грозно процедил:

— Чтобы я никогда больше об этом не слышал! И вообще… Андрей, свали-ка ты из нашей команды. Мелкие вчетвером справляются, справимся и мы!

— Но…

— Я всё сказал. А вы, мелочь, бывайте. Спасибо за урок. И… Рина, тебя ведь так зовут? Прости меня и вот этого клоуна. И ты, прости…

— Константин.

— Да. Мне и правда ещё рановато терять представления о дворянской чести.

А затем баронет встал на одно колено и склонил голову.

Надо же, даже «петуха» ни разу не пустил! Как облагораживает человека признание своей неправоты… ну и животворящие люли, конечно! Правда, верится в это всё с трудом… Думаю, уже через пару дней он отойдёт и вернётся к старому.

…Я ошибся. Через пару дней эти теперь уже четверо снова пришли к нам на арену.

— Слышал, сегодня вы арендуете! — помахал нам баронет. — Не против, если мы присоединимся к тренировкам?

Глава 2. Устранение препятствий.

А пока ребята проводили лето за тренировками, кое-кто ещё задумал, наконец, окончательно решить свою проблему. Жирную и омерзительную проблему, совсем потерявшую берега!

Настя Долгорукая… пока ещё Долгорукая, сидела и нервничала. Не помогал даже успокаивающий чай, налитый ей Имреданом.

А уж чай у них отменный… ничего такого, просто хороший настоящий чай.

— Нравится мне у вас бывает. — слегка нервно усмехнулась Настя, решив поболтать, чтобы немного отвлечься. — Не в общем зале, конечно, там кромешный ужас. А здесь…

Она оглядела уютный полуподвал, обшитый досками. С её первого посещения это место изменилось… не без её прямого участия. Одну из стен очистили от досок, теперь там ровный красный кирпич в стиле лофт, забранный стальным каркасом.

Над стойкой, за спиной вечно что-то протирающего Имредана, настенные горшки с растениями — внешне грубые, но на деле дизайнерское изделие.

Такое сейчас — самый писк моды. Вся эта нарочитая грубость форм, некоторая аляповатость, иллюзорная примитивность.

Вот и былые табуреты Имредан заменил на грубые, покрытые корой, пни. Со спинками — разумеется, со спинками. Простота не должна мешать удобству посетителей. Кстати, довольно редких.

— А чего вы сюда никого, кроме наших не приглашаете? — спросила она, подхватывая новую чашку чая, появившуюся из ниоткуда на барной стойке. — Главное, обустроили тут всё по феншую, а никому не показываете!

— Ха, ну как это никому? — усмехнулся своим слегка металлическим смехом хозяин заведения. — Тебе, вот, показываем. Осинским. Даже Дашков, уж на что не любит нас, пару раз захаживал!

— Ну ты же меня понял! Устроили бы тут ВИП-зону, для особых гостей.

Имредан скептически покачал головой… ну, наверное скептически. Даже с этой его артефактной маской, напоминающей человеческое лицо, мимика у него сугубо произвольная. Выглядит это жутковато.

— ВИП-зона у нас уже есть! Где, по-твоему, твой боров щас барахтается? Не с чернью же всякой! А здесь… здесь у меня особое место. Для совсем особых гостей… Может, когда все наши проблемы разрешатся, я открою этот зал для широкого круга лиц. А пока… пока это чревато.

— Скоро он там? — помрачнела Настя. — Конечно, план оказался хорош, и компромата на… муженька у меня уже вагон и маленькая тележка, но это утомляет!

— Ну вот! — притворно насупился Имредан. — Сидеть с друзьями её уже, видите ли, утомляет!

— Да ты тут один стоишь!

— Э-э, милочка… — раздался вкрадчивый шёпот будто бы из самих стен… да, вообще-то, именно из стен. — Я всегда здесь…

Долгорукая поёжилась. С этим демоном-паразитом, сидящем в Древе Смерти, она не имела столь близких отношений, как с Имреданом.

Всё-таки он слишком уж чужд человеческому. Неуютно с ним как-то. Имредан-то хоть был человеком раньше, почти всю жизнь так прожил. А этот… Откуда вот он взялся вообще?!

— О! — встрепенулся вдруг Имредан. — Закончил! Щас мы его пощёлкаем-с, и будет свободен. А ты можешь отчаливать. Сегодня ещё не время. Но, чую, он уже совсем на грани!

Вздохнув, Настя залпом допила чай и поднялась с места. Опять мимо. Почему её муж настолько ничтожен, что даже в «виртуале» не может позволить себе чего-то по-настоящему жёсткого?!

Тем, что младший княжич изменяет жене с виртуальными шлюхами журналистов не удивишь… да вообще никого не удивишь. Как и тем, что он в процессе тут употребляет.

— Надеюсь, уже скоро. — брезгливо поморщилась Настя. — Надоело ждать!

— Эх ты… — поцокал Имредан. — Вот так вот. Поможем мы тебе избавиться от мужа, и ты совсем о нас забудешь!

— Да блин! — фыркнула Настя, спеша убраться подальше. Не дай Бог муж здесь её увидит.

***

Прошло ещё две недели. Семейство Долгоруких…, а точнее, его маленькая и не совсем чистая на руку часть сидела глубоко в саду родового поместья. Настя, её старшая сестра и её муж — будущий наследник всего рода Долгоруких. Павел Долгорукий.

Павел вообще ничем не походил на своего младшего брата. Ни внешне, ни внутренне. Настя частенько подозревала, что они сводные… А точнее, что Павел не родня остальным долгоруковским отпрыскам.

Их ведь пятеро — два брата и три сестры. И четыре из них — выродившийся сброд, прожигатели жизни, ожиревшие от денег и статуса кровососы. В отличии от него.

— Что ж. — произнёс своим глубоким бархатистым баритоном Павел. — Это уже явно перебор, что есть, то есть. Связи с несовершеннолетними… даже вот такие, сугубо виртуальные, это позор для Рода. Достаточный позор, чтобы мы могли публично отсечь порочную ветвь.

— Ты так красиво говоришь, любовь моя! — захлопала глазками Настина сестра. О, при муже она умела и любила изображать этакую дурочку и подпевалу. — И ты полностью прав, несомненно!

Разумеется, Павел всё прекрасно понимал. И всё одобрял. На публике сногсшибательно красивая, но глупенькая жена лишний раз подчёркивала его, Павла, выдающийся ум. А в личной жизни… Мало ли у кого какие ролевые игры.

Настя не осуждала.

— В таком случае, я могу организовывать утечку? — улыбнулась Настя. — Мы, наконец, от него избавимся?

Павел кивнул.

— Можно. Похоже, все пазлы на своих местах. Итак…

Настя уже знала, что сейчас он начнёт перечислять. Это, пожалуй, единственная навязчивая привычка Павла: страсть к перечислениям, спискам, расчётам. Особенно при планировании.

— …Мы настроили против него восемь из одиннадцати старших членов Рода. — действительно начал он. — Мы сделали ему несколько намёков, которые он, разумеется, не понял, ввиду чего окончателньо утратил ценность в глазах папеньки. Мы успешно подбросили компромат на него нескольким журналистским агентствам, чтобы создать иллюзию независимых расследований… И, наконец, мы сумели заманить его к этому твоему знакомому, постепенно доведя его до откровенно криминальных фантазий.

— Всё так, всё так. — на лице Насти расцвела улыбка. — Месяцы работы… и вот мы можем сначала сделать эту свинью позором для Рода, а потом избавиться от него, героически выйдя из этого «испытания».

— …И не выводя тебя из Рода, сестрёнка! — потрепала Настю по кудрям сестра. — Знаешь, я так счастлива, что ты взялась за ум!

Настя ничего не ответила, лишь криво улыбнулась. Конечно, все прекрасно понимали, ради чего… и ради кого Настя помогала им по журналистской части. Да и по части компромата… всё-таки, она была и остаётся ближайшим человеком своего мужа.

Но Настя понимает, насколько это будет полезно для Рода. Во-первых, такое публичное и показательное «распятие» нерадивого сына продемонстрирует всем, что у Долгоруких есть пределы терпения, что они дорожат репутацией Рода и готовы безо всякой жалости избавляться от порченых ветвей.

Ведь сегодня далеко не вся знать может похвастаться таким качеством. Семья, ветвистый обширный Род… Для большинства тех, кто пережил «бутылочное горлышко» начала двадцатого века этот семейный фетиш давно заслонил белый свет.

На шеях многих… да почти всех имперских родов висят целые грозди нахлебников, тусовщиков, бездарных прожигателей жизни. И, пока военные говорят о необходимости новых чисток знати и отборов лучших, знать всеми силами оберегает каждого, кто носит их фамилию.

Боятся, что однажды, по той или иной причине, их Род может удруг угаснуть… и сами же своими действиями создают эту причину.

Долгорукие же, публично избавившись от порочащего их имя сынка, покажут всем, что с ними стоит иметь дело. Что для них родовая честь важнее родовой плодовитости, а звание Аристократа — не пустой звук. Ему нужно соответствовать.

Настя вспомнила Софью, мать Кости. Бестужевы. Они — яркий пример такого Рода. Готового избавиться о тех, кто порочит их репутацию. Да, для матери маленького Кости это обернулось проблемами…

Но зато родовые дела Бестужевых прут в гору как на танке! Поговаривают, Валерия, нынешнего главу Рода, скоро провозгласят князем!

— Уверены, что хотите оставить меня в Роду? — вздохнув в очередной раз спросила Настя. — Я обязана вам, так что подчинюсь…, но Мирона я не оставлю не из какой благодарности. Это не будет проблемой?

Павел мотнул головой.

— Не будет. Судя по тому, что я выяснил об этом твоём Мироне… и о его теле, он и сам явно не из простых. Хотя Род его проследить не вышло даже у меня! Но раз он скрывает происхождение, не скрываясь сам… значит у него есть на то причины. А ещё это значит, что он не дурак и обладает какими-то выдающимися качествами. Ведь и ты не дура, Анастасия. А в него влюбилась.

— Это так. — кивнула Настя. — Можете поверить мне на слово, он далеко не простолюдин. И, когда его проблемы разрешатся, когда он сможет открыться, вы ни о чём не будете жалеть.

— Ну вот и ответ на твой вопрос! — усмехнулся Павел. — Конечно, мы оставляем тебя Долгорукой. Это ведь вторая по важности часть плана. Эта недавняя мода на меритократию… Мне она, буду честен, симпатична.

Да. Вторая причина, по которой старшие Рода одобрили их план — возможность оставить Настю Долгорукой. Показать всему свету, что Долгорукие не разбрасываются ценными кадрами, даже если эти кадры были связаны с типами вроде её мужа. Что Долгорукие способны бить по проблемам точечно, а не рубить с плеча… А значит в их Род можно и нужно отдавать лучших своих дочерей. И быть уверенными, что их не выбросят на мороз, если вдруг их муж из Долгоруких окажется подонком.

Когда-то Светлейшие Князья Долгорукие были одним из ключевых столпов Империи. Но именно ввиду огромного количества чёрт знает кого в Роду в начале двадцатого века они очень пострадали.

Тогда знать отвернулась от них… А сегодня многие открывают для себя этот Род заново. Как деловых партнёров, как землевладельцев, как цель для удачных браков… И Настин муж станет тем самым жертвенным бараном (О, баран он ещё тот!), который ляжет на алтарь возвышения Долгоруких.

Возвышения, которое сделает Настю свободной.

***

Свежие новости о Долгоруких я получил, валяясь на койке в общаге. На улице стояла дикая жара, доходящая до тридцати восьми градусов, погодные чары на каникулах никто не применял, так что сегодня мы закончили тренировки пораньше.

И теперь я, на купленном мне на одиннадцатилетие ноутбуке, смотрел свежайшие новости Империи Российской.

Новость. Одну, но забившую все первые полосы всех новостных сводок. Отовсюду на меня смотрели кричащие заголовки:

«Позор рода Долгоруких» — плевал в меня заголовком баннер Свободного Вещания.

«Инцидент с княжичем Долгоруким. Просчёт Рода, или удачный случай?!» — более умеренно спрашивали официозные СМИ.

«Кто подставил господина Долгорукого?!» — так, а это уже какая-то желтуха.

Но я просмотрел всё. Начиная от скандальных журналистских расследований, запустивших эту цепочку, заканчивая свежайшим публичным обращением главы семьи и Рода Долгоруких.

Я уже давно был более-менее в курсе о планах Насти и её хитрозадых родственничков. Во снах ведь мы всё ещё нередко видимся с Имреданом, и он делится информацией. В том числе и такой, которую просто так из взрослых хрен вытянешь.

Мне план нравится. Да, чтобы всё выглядело естественно — мол, княжич «падал» постепенно, а журналисты докопались до всего сами — пришлось месяцами готовить компромат. Но зато уж теперь бедолажный муж Насти явно станет настоящим лицом порочной аристократии!

Миллионы семейной казны, отданные сетевым мошенникам (Разумеется, нанятым кем надо)! Азартные игры на огромные суммы (А то, что мои знакомые демоны, да и я сам, затуманивали мужику сознание — не так уж важно, не правда ли?)! Всякие разные вещества… Да, на них этот жиртрест и сам сидел всегда.

Но проигрыши и потери больших сумм сами толкают увеличить дозировку, не так ли?

Ну и вишенка на торте — ставшие регулярными посещения заведения Имредана. Сам бы он о нём никогда не узнал, но Настя и её семейка, похоже, мастаки подбрасывать и подсовывать кому надо заманчивую рекламу.

Ну а разок попробовав, разок почувствовав себя не жирным ничтожеством, а атлетическим качком в окружении кучи дам… разве он мог остановиться?

В конце концов из заведения он уже почти не вылезал, не желая возвращаться в реальность, в которой он и ходит-то еле-еле. А его фантазии от пресыщения дошли до чего-то совсем уж запредельного.

Конечно, это всё легко могло бы сойти ему с рук. Даже с учётом того, что Имредан сотрудничает с копами. Но Настя с Мироном не зря едят свой хлеб и заводят свои журналистские связи.

Всё-таки в России пока ещё худо-бедно жив институт репутации… он ведь необходим любому обществу, в котором есть аристократы. А иначе у богачей-простолюдинов очень быстро появляются вопросы: а чем мы хуже этих расфуфыренных мажоров?!

Теперь, глядя на прекрасно срежиссированное выступление главы Долгоруких и его наследника, я понял то, о чём не раз говорил Дашков.

В России дворянство ещё не сгнило окончательно. И, в случае большого кипиша, аристократия, при всех её пороках, примет сторону своего народа, а не кровожадных иномирных тварей. Пусть даже твари будут жрать их людей от имени Его Величества.

А может дворяне просто ценят пиар… Только что уже промелькнула новость, что ещё какой-то князь отрёкся от своего наследника, обвинив его во всех смертных грехах, а себя объявив стражем имперского величия и звания Дворянина.

М-да. Ну ничего, это всё к лучшему.

Если демоны всё-таки сумеют прорваться в этот мир, лучше пусть их встретит сплочённое и «почищенное» дворянство, чем толпа обдолбанных богачей в окружении голых девиц.

Настя во время всего обращения молча сидела на аккуратном стульчике у ног главы Рода. Честно говоря, я удивился тому, что её не изгнали как опороченную жену.

Но, видимо, у них там какие-то свои мутки. Да и иметь в Роду преуспевающую журналистку — весьма удачный актив.

Лучше, чем иметь вне рода обиженную на вас журналистку, которая в курсе того, как именно вы избавились от княжича.

Настиного мужа в итоге с позором изгнали. А Император лично, и очень оперативно, лишил его статуса дворянина. С полного одобрения круга Великих Князей, которое для этого необходимо. Теперь с ним будет разбираться полиция. А Настя...

Настя только что стала видной партией для каждого авантюриста в Империи и за её пределами. Великая Княжна, которую оставили в Роду даже после такого... Это дорогого стоит.

Но, боюсь, ничего этим авантюристам не светит. Сейчас она просто заляжет на дно, а потом вынырнет - уже в стальных объятиях нашего киборга-демоноборца!

…Вечером, когда жара слегка спала, я выбрался прогуляться по саду. Я часто гуляю здесь, когда думаю о чём-то не очень серьёзном, но всё-таки важном.

А таких мыслей у меня обычно вагон.

Сейчас я вспоминал детство. То, что я вытворял в садике. Я ведь тогда пиарился… Пиарился с далеко идущими планами. И, похоже, журналистику в России закрывать пока не собираются.

Конечно, когда кто-нибудь из этой «четвёртой власти» начнёт активно лезть в дворцовые дела, интересоваться, откуда лезут всё новые демоны, их закрою.

Или попытаются перебить, как пытались убить Мирона. Но это труднее — многие князья и даже графы имеют собственные журналы и каналы. А Император сейчас не так всесилен, чтобы влезать в дела богатейших Родов как к себе домой.

Но это ладно. Для меня важен лишь один вопрос: не пора ли вновь вернуться в новостные заголовки? Уже через год я смогу участвовать в первых турнирах по Магбою. А их будет много…

Имперская Боевая Федерация уже объявила, что в преддверии большого императорского турнира они организуют целую сеть маленьких. Для выявления перспективных кандидатов.

А за год я сумею ещё подкопить сил… Так не пора ли показать этому миру чего-то, чего здесь ещё не видели?

Мага, способного комбинировать чары для любого Источника, например.

Или стоит подойти к большому турниру тёмной лошадкой, не привлекая к себе внимания?

Нет. Не стоит. Родители ведь были правы, когда говорили, что лучше всего я буду защищён в этой школе, просто потому что тут я у всех на виду.

Это же правило работает и в масштабах страны. Если обо мне все знают, все говорят, меня уже не так-то просто попытаться убрать тихо. Сегодняшняя ситуация продемонстрировала, что даже личные дела Великих Князей могут стать достоянием общественности.

А уж, к примеру, покушение на боевого гения, подающего надежды мага, могущего и желающего выиграть императорский турнир и стать опорой трона для Империи…

Я усмехнулся собственным мыслям.

Да уж. Опорой-то я стать, может, и готов. Только вот для этого вашу Империю, господа-с, придётся слегка перекроить. А с трона скинуть одну охеревшую задницу!

Глава 3. Птица в клетке.

Мари откровенно скучала в общежитии. Она вообще очень удивилась, когда узнала, что весь год говорила брату, что останется на лето тут…

Нет, она, кажется, и правда говорила, точно! Но вспомнить причину такого решения уже не могла. Дурь какая-то, видимо, в голову взбрела. Братик раньше часто говорил, что в Мари много дури.

Видать, был прав.

Так что, когда в середине августа брат вызвал девочку на личную встречу, она была ужасно рада. Долго прихорашивалась, даже решила надеть то самое красивое оранжевое платье неизвестного происхождения, которое висело в её комнате.

Кстати, может, ей его брат и подарил? Да, кто-то его подарил! Но вот кто — и почему оно, подаренное годы назад, всё ещё безупречно сидит, бог его знает.

К счастью, встреча должна состояться не в летнем дворце, где обычно живёт и работает брат. При всей сестринской любви к Его Величеству, Мари прекрасно помнила, как ей плохо спалось во дворце!

Так что теперь, поднимаясь в огромном блестящем лифте на вершину Триумфальной Башни, девочка зачарованно разглядывала всё вокруг. Здесь она раньше никогда не была.

Да и что ребёнку делать в одном из самых огромных управленческих центров всей Империи?! Её охрана даже не признала по началу. Но, когда признала, конечно проводила со всеми почестями.

Ворота лифта растворились в воздухе, и Мари ступила на мягкий ковёр, устилающий коридор последнего этажа башни. Сто двадцатого этажа.

В приглушённом магическом свете её уже поджидал брат. При всём параде…, но и как-то по-домашнему.

— Брат!!! — хотела броситься к нему Мари, но он только повёл бровью, и принцесса осеклась. Вспомнила, что она принцесса. — Э-э, доброго вам здравия, Ваше Императорское Величества.

На этот раз Мари совершила весь малый церемониал, с приложением руки, поклоном и поцелуем царственной ладони. Она отлично выучила всё это за годы в школе.

Но хотелось, конечно, не этого.

— Ладно уж! — добродушно улыбнулся брат. — Вольно, сестрёнка! Пойдём, покажу тебе свою резиденцию!

Сдежующий час прошёл как во сне. Широкий полутёмный коридор вывел их в единственное помещение на весь верхний этаж. Единственное — но зато какое!

— Ничего себе! — воскликнула девочка, оглядывая пространство под стеклянным… нет, магическим куполом! — А для чего тут столько места?!

— Обычно я принимаю здесь отчёты, требующие пристального внимания. — сказал Пётр, подводя Мари к абсолютно пустому кругу метров пятнадцать в диаметре.

Мари обрадовалась, когда поняла, что может на глазок прикинуть диаметр. Не зря училась!

А затем брат показал один такой отчёт. Встал в центр круга, приобнял её за плечо — и прикрыл глаза. Края круга тут же вспыхнули мягким светом, смыкаясь мерцающим куполом. А внутри этого купола, прямо перед ними, стали сменяться изображения.

Трёхмерные и порой неотличимые от живых!

Сначала свой доклад на ускорении зачитал министр финансов и снабжения. Мари мало что поняла, но вычленила главное — обанкротилось какое-то крупное предприятие где-то… где-то не в Москве. Географию девочка ещё не учила.

Ну а потом она воочию увидела, как брат этот вопрос решает. Он взмахивал руками — и прямо вокруг них появилось сначала то самое место, о котором делался доклад. Будто они оказались прямо перед тем заводом. Потом промышленный пейзаж стал отдаляться, они вдвоём парили туда-сюда и брат что-то пристально рассматривал.

Вокруг него то и дело всплывали какие-то досье, отчёты, страницы с кучей текста… И он всё время что-нибудь очень быстро говорила, писал, выбирал, с кем-то связывался.

И так целый час! У Мари аж голова закружилась… Но она была безумно счастлива. Ведь сейчас она не просто играет с братом как ребёнок — она немножко приобщилась к его работе.

Он Император всё-таки. Давно прошли времена, когда Мари думала, что быть Императором значит сидеть, ничего не делать, всем приказывать, и получать всё, что хочешь.

Она сразу поняла, что братик не просто так ей всё это показал. Он, как и все умные люди, вообще ничего не делает просто так. Так что, когда купол вокруг них исчез и он подвёл её к паре мягких кресел на краю этажа, она ничуть не удивилась.

— Присаживайся, сестрёнка. — улыбнулся он, потирая виски. — Поболтаем немного.

Мари села, с опаской глядя на расстояние между ней и краем этажа. Там ведь ничего нет! Магический купол, который даже и не настоящий — а за ним обрыв в сто двадцать этажей!

Она до сих пор побаивается высоты. Но взгляда от величественного пейзажа центра Москвы оторвать не смогла. Слишком тот завораживает.

— Всё это ужасно выматывает, сестрёнка. — без предупреждения проронил Пётр, пристально глядя на неё. — Ну… Вот это. Моя работа. Ещё два часа дня, а я принял уже восемь докладов разной степени важности. В ход шести дел вмешался лично, два передал ответственным.

Мари важно покивала.

— Понимаю, брат! — заверила она его, хотя мало что конкретного поняла. — Управлять целой страной! Это же очень много — целая страна!

— Много? — усмехнулся он из-под аккуратной русой бороды. — Ты так думаешь?

— Ну… да. — удивилась девочка. — У нас же самая большая страна в мире! Нам в школе рассказывали!

— Хорошо, хорошо! — добродушно рассмеялся Пётр. — Большая, это правда. Но вот сам наш мир… Это ведь просто окраина. Захолустье мироздания. Мир так огромен…

— Да-а-а! — мечтательно протянула принцесса. Она вспомнила, как частенько болтала о чём-то таком с… с кем-то. Да, неважно. Наверное, с кем-то из других ребят. — Мир очень большой! Я, наверное, пока не понимаю, насколько! Но целой жизни не хватит его весь обойти!

Брат почему-то вдруг опечалился. Мари всегда легко видела печаль на его лице. Протяжно вздохнув, он ответил:

— Ты права, сестра. Ты чертовски права… Жизни человека, вообще смертного, не хватит, чтобы познать и миллиардную частичку мира! Разве это не ужасно?!

— Ну… наверное. — непонимающе ответила Мари. — Я не знаю. А зачем кому-то познавать всё подряд? Я вот после пяти уроков уже устаю познавать! А тут целый мир!

Пётр улыбнулся, чуть повеселев.

— Ты просто ещё маленькая, сестрёнка.

— Чего это я маленькая?!

Она даже не хотела спорить, вообще-то! Но почему-то её это вдруг задело. Ей уже скоро одиннадцать лет! Это в садике она была маленькая!

— Маленькая-маленькая! — протянул руку Пётр, потрепав её по волосам. — Это легко проверить.

— Да ну?! Как?!

— Ну вот ты учишься в школе.

— Учусь. Уже в пятый класс пойду!

— Большая у вас школа? Для тебя — большая?

Мари ни на секунду не задумалась с ответом:

— Конечно! Огроменная! Там и общежития, и парк большой, и арены всякие, и…

— Вот то-то и оно! — почему-то усмехнулся брат. — Раз школа вокруг тебя для тебя большая, значит ты её маленькая. Даже для этой школы.

Принцесса не нашлась что ответить. Пока она обдумывала эту новую и странную мысль, Пётр продолжил:

— Подожди. Ты подрастёшь ещё немного, пройдёт лет пять — и школа станет для тебя совсем маленькой. Тебе захочется выбраться за её пределы. Погулять самой по городу, например. Сходить куда-нибудь. Просто подышать новым, свежим воздухом. А проблемы десятилеток тебе в пятнадцать будут казаться совсем мелкими и ничтожными.

— Да почему мы ничтожные-то?!

Брат тепло рассмеялся.

— Не вы ничтожные! Вы просто маленькие — и в вашем масштабе ваши проблемы очень важны. Но потом ты вырастаешь — и проблемы, как любимые ботинки, становятся маленькими.

Раньше брат никогда не вёл с Мари таких вот бесед… Она не очень понимала, как их назвать. Таких. Ну блин!

О жизни что ли…

Да раньше она бы и слушать не стала. Мари вдруг ясно для себя это поняла. Просто обиделась бы на то, что её назвали маленькой, и убежала обижаться.

Или начала бы глупо истерить, как… как маленькая!

Да, если бы перед ней сейчас стала истерить пятилетка, ей бы это не понравилось. Показалось бы смешным. Она ещё раз задумалась над словами брата.

— Во-от, вижу — ты понимаешь! По глазам вижу, понимаешь! — в глазах самого Петра появился какой-то странный нездоровый блеск, но Мари не заметила этого. — Слушай! Потом, когда ты закончишь учёбу и найдёшь своё место в целом мире, твой город тоже станет маленьким!

— Даже Москва?! Она же громадная!!!

— Даже Москва! Тебе захочется попутешествовать, увидеть новые города, страны… или наоборот. Ты перестанешь радоваться городу, уйдёшь в свой внутренний мир, который намного больше какой-то там Москвы.

— Но я не хочу переставать радоваться!

— Помню, ты как-то так же говорила, что никогда не перестанешь лепить куличики из песка. Давно лепила в последний раз?

— Я!.. А… Не помню. Кажется, очень давно.

Мари так и застыла с открытым от удивления ртом. Да, она вспомнила, как лет в пять говорила те слова брату.

— Вижу, что помнишь. — усмехнулся он. — Так и тут. Хочешь, не хочешь — ты просто станешь слишком большой для этого города. А потом… потом и для этой страны. И для этого мира.

— Не хочу!!! — вдруг закричала от страха Мари. Она как-то очень остро представила, как всё вокруг становится маленьким-маленьким, а она — совершенно одна такая большая! — бегает и не находит, что ей делать с этим. — Не буду!!!

— Это пройдёт. — припечатал Пётр. Но затем добавил: — Но ты не бойся, сестрёнка. Это случится очень нескоро…, а может и вообще не случится. Большинство людей так и остаются маленькими. Не вырастают из своего дома, города, места работы. Просто я… я вырос.

— Но ты же итак самый главный! — почему-то со слезами возразила Мари.

— В этом и дело. Жизнь забросила меня сразу на самый верх. Я не карабкался сюда годами и десятилетиями упорного труда. А потому… я не слеп. Приложенные усилия не ослепляют меня, не заставляют хвалить занятое мной место.

— Неужели, тебе не нравится быть Императором? Но… так же не бывает! Все же хотят…

— А ты? — прервал её брат. — Ты… хочешь?

Мари уже открыла рот, уже хотела выпалить: «Конечно»!.. Но вспомнила тот отчёт, который видела только что. Вспомнила, как редко брат мог играть с ней. Как много у него всегда дел…

В каком мрачном и жутком месте он обычно проживает.

Мари задумалась. Наверное, впервые в жизни принцесса, рождённая с золотой ложкой во рту, но и в строгой дисциплине, задумалась всерьёз. Хотела бы она быть императрицей?

И она нашла ответ. Ответ, который даже её саму поразил своей… правильностью?

— Не хочу. — твёрдо сказала она, впервые за долгое время заглянув брату в глаза. — Но если вдруг понадобится — буду. Я ведь Романова!

Петра словно выключили. Он как истукан глядел на девочку пустыми глазами несколько секунд. Мари даже испугалась, не случилось ли чего. Но потом брат сглотнул и расплылся в улыбке.

— Правильно. — протянул он. — Правильно, сестрёнка. Ты у меня настоящая принцесса! И… думаю, ты бы годилась на престол лучше, чем я. Я просто не могу заставить себя. Просто не вижу смысла в том, чтобы повелевать бестолковыми судьбами тех, кто всё равно умрёт. А потом так же умереть самому, не увидев плодов своих усилий.

— Не умирай! Никогда не умирай! — подскочила к нему Мари, крепко обнимая. Брат обнял её в ответ.

Мари не поняла его чувств. Его печалей… да и многих слов. Она никогда не чувствовала ничего такого. Но… Брат ведь самый умный! А значит он ничего не говорит просто так!

Значит… у него есть своя правда? Да, вроде так говорили им весной на литературе. Про разную правду у героев.

— Правильно. Я и не собираюсь… — прошептал он ей на ухо. — Но чтобы не умереть мне придётся прекратить править.

— Тогда давай я буду! — взглянула ему в лицо девочка. — Я ещё маленькая, но… ты подожди немного! Ты же сам сказал, что я скоро вырасту! И буду!

— Ну, ну, не спеши! — тепло рассмеялся брат, обнимая сестру. — Не каждый взрослый готов править. Ты ведь не хочешь, чтобы по твоей вине в целой стране наступили плохие времена?

— Нет конечно! — испугалась Мари такой перспективы. — Что мне надо делать? Учиться?! Я и так хорошо учусь! Или надо быть самой красивой? Смотри, какое у меня платье! Или…

— Погоди, погоди, не спеши. Императрица должна быть умной и красивой, это так. Но для начала престол и страну нужно уметь удержать. Особенно, когда ты молода. Особенно, когда ты женщина.

— Я… Тогда мне надо стать сильной?!

— Самой сильной. — расплылся в какой-то хищной улыбке брат. Но Мари и тут не придала этому значения. — А для этого надо много тренироваться.

— И победить в турнире! — аж подскочила от своей догадки Мари. — Ну в том, который ты устроишь! Он ведь самый главный турнир! И если я победю… побежду… Если я одержу в нём победу, я буду самой главной чародейкой!

Слушая её тираду Пётр одобрительно кивал.

— Ты верно мыслишь, сестрёнка. Силу всегда нужно уметь показывать. Особенно в мире высшей знати. Если ты, например, публично пообещаешь выиграть турнир, а потом выиграешь его — никто уже не посмеет усомниться в твоей силе. И в силе твоего слова.

— Да!

Возбуждённая Мари уже буквально носилась вокруг кресла брата, нарезая круги. Выкрикивала какие-то бравые лозунги. Если братик её просит — она и горы свернёт!

— Тогда… если хочешь, мы завтра же вместе объявим о твоей решимости, сестрёнка.

— Да! Хочу! Хочу вместе!

— …И ещё одно… Ты ведь уверена в своей победе?

— Конечно! — остановилась перед ним Мари. — Я точно выиграю! Кто ещё сможет сравниться с принцессой Романовой?! А иначе — какая из меня императрица?

— Прекрасно. Уверенность в победе — половина победы! — воодушевлённо выдохнул брат. — В таком случае… не будет ведь проблемой, если мы объявим, что победитель турнира, помимо всего прочего… получит тебя в жёны?

— Нет!.. Стой, чего?! В какие ещё жёны?! Зачем?!

— Ни в какие, сестрёнка. Ни в какие. Ты ведь сама выиграешь! Помнишь? Ну а если нет… Значит, править ты всё равно недостойна. А стать женой моего возможного советника — о-очень почётная судьба. Как думаешь?

Мари попыталась что-то возразить. Предложение брата звучало странно и… и странно. Но с другой стороны — он так верит в неё! И он уж точно не желает ей зла!

А значит с чего бы ей отказываться, если брат просит? В конце концов, если она проиграет — будет сама виновата. Как и все слабаки. Тогда всё равно уже будет неважно, замужем она, или нет.

— Я согласна!

…Следующим вечером Пётр Романов также сидел на вершине административной башни. Любовался ярко-алым закатом… И тем, какой они с сестрой сделали удачный ролик.

— Принцесса сегодня была в ударе! — раздался из тьмы за его спиной елейный женский голос. — Я вижу, ты сумел её убедить. Она была такой… искренней. Такой невинной! Как и я когда-то…

Невидимая гостью звучно и мелодично рассмеялась. Пётр обернулся.

На самом краю освещённого закатом пространства клубилась тьмой изящная стройная фигура. Без лица, очертаний и даже внятного силуэта — даже так она источала грацию и какой-то животный магнетизм.

Императору давно хотелось вживую увидеть хозяйку этой проекции. И он увидит… Через пять лет он встанет рядом с ней как равный!

— И тебе доброго вечера, Осквернённая. — улыбнулся он. — Да, всё прошло прекрасно. Сегодняшние отчёты уже говорят о новом потоке желающих поучаствовать.

— Прекрасно… — провела она тенью руки по тени талии. — А я ведь говорила, что любовь может творить чудеса. Особенно любовь к деньгам и статусу! Все так хотят возвыситься за счёт других!

— Это уж точно! Да и болтовня о судьбе прекрасно подействовала даже на маленькую девочку! Она сама себя во всём убедила. Похоже, у нас и правда скоро будет армия фанатиков, которых в случае чего можно натравить на кого угодно…

— … Просто обвинив его в «желании сорвать турнир», ага! Вы, смертные так предсказуемы. Когда я ещё плела судьбы ваших далёких предков, сидя в Ирии, я уже дико скучала… А теперь мне никогда не бывает скучно!

— Не надо этого «вы»! Я уже не один из них. Я уже сделал шаг за грань и скоро стану для вас равным!

— Прости-прости… мой Император. Ты прав. Ты уже сделал шаг… за грань.

Глава 4. Опасная задумка.

Известия об участии Мари в турнире и новом «главном призе» в виде неё же я встретил… двояко. Пока я всё разузнал, Мари как раз успела вернуться в общагу. Счастливая!

А значит венценосный братец не запугал её, а либо запудрил ей мозги какой-нибудь чушью, либо околдовал. Но последнее вряд ли — слишком уж ненадёжно.

Только вот он ещё не знает, что для него «слишком ненадёжно» и первое. Ведь в моём (не очень) уютном уголке Царства Сна хранятся её настоящие воспоминания.

И я распечатаю их тогда, когда это будет нужно.

Вообще, изначально я накуролесил с этими воспоминаниями вынужденно — просто не успевал продумать план получше. Но потом, покумекав на свежую голову, понял, что искал медь, а нашёл золото!

Ведь теперь у меня есть то, что способно если не в одночасье отвратить принцессу от её брата и перевести на мою сторону, то как минимум очень сильно смутить её.

Это позитивная сторона дела. А вот о негативной я читал уже в сети — благо, Дашков давненько дал мне доступ к своим каналам. А в них информации куда больше, чем в интернете для простолюдинов.

Настоящий взрыв интереса людей к теме турнира — вот что я увидел на следующий же день. Ведь, думаю, все согласны, что далеко не каждый мечтает стать императорским гвардейцем.

Да среди регулярных победителей турниров полно просто вольных бретёров, гоняющих по всему миру и пропивающих награды за победы в ближайшем элитном баре! Я знаю, я выяснял.

А вот заполучить в жёны целую принцессу, да ещё без каких-либо обязательств. О, это лакомый куш для многих. От тех же самых юмористов-авантюристов до врагов Петра.

Про его союзников нечего и говорить. Они в очередь выстроятся, желая приблизиться к своему кумиру.

Не осознавая, что кумир их всех давно предал и продал. А когда осознают — будет уже поздно. Трудно что-то исправить, когда тебя догрызает тёмная тварь.

В общем, ставки растут. Конкуренция на турнире будет лютая. Теперь я и правда рад, что сижу на территории охраняемой элитной школы. Мало ли какая чернуха взбредёт в головы незадачливым конкурентам?

Но и нам готовиться нужно серьёзно. Очень серьёзно. Именно с этой целью следующей же ночью, в самом конце августа, я собрал всю нашу команду во сне.

Прежде всего нам нужно будет толковое оружие… Но никакое оружие не исправит положение, если команда не будет едина как монолит. Именно единство я и собираюсь укрепить.

Собрались мы во сне Саши. Ему как раз снилось, что он бродит по берегу какой-то уютной реки. Здесь мы все и появились.

— О, и вы тут? — помахал он нам. — Странно…

— Что странного? — спросила уже давно привыкшая к такому Рина. — Это всё Костя опять спать не даёт блин!

— Странно, что я вам удивился. Во сне же ничему не удивляешься, я читал! Мы точно во сне?

— Точно-точно. — улыбнулся я. Сашка и, особенно, Лиза не так часто взаимодействуют со мной во сне. А тренируемся мы «на моей территории», и я их всегда заранее предупреждаю.

Сегодня же я собрал их без лишних формальностей.

— Сесть бы где-нибудь… О, беседка! — заморгал Сашка, когда после его слов мы тут же вышли на полянку с уютной крытой верандой. — Не, точно спим!

Это слегка разрядило обстановку. Друзья расслабились и тут же принялись творить всякую дичь в меру своего разумения. Лиза, например, тут же «добавила» в сон Виктора.

Ну, попыталась.

— А чего он не реагирует? — протянула девочка, водя рукой перед лицом неподвижно висящей тени.

— Потому что призракам не снятся сны. Это не он, а просто оболочка, которую ты сама выдумала и воплотила. Что вам, в реальности общения мало?

— Да не, ну просто… Не знаю. Привыкла как-то, что он всё время где-то рядом, или в посохе сидит. А сейчас посох — вот он, а Виктора нету…

В общем, немного поразвлекавшись, мы устроились в беседке, и я наконец изложил всем причину собрания. Но не сразу.

— Так, молодёжь. — внимательно оглядел я всех собравшихся. — Есть у кого-то ко мне какие-то вопросы? Любые. Всё, что вас волнует. Здесь и сейчас вы можете спросить что угодно и я отвечу — во сне легко уловить ложь, можете сами попробовать.

Саня тут же поспешил проверить.

— У меня в кармане сто рублей! — хитро посмотрел он на остальных. И я ощутил, как от его ауры пахнуло чем-то… ну, чем-то неприятным. Будто стухло что-то.

Именно так пахнет явная ложь. Просто в явном мире уловить это очень трудно.

— Врёт, врёт, я почувствовала! — ткнула в него пальчиком Рина. Лиза уверенно закивала.

— Отлично. — кивнул и я. — Ну-с, господа-с… Ваши вопросы?

— Я первый, я первый! — затряс рукой Саня. Надо же, уже впитал школьную привычку.

— Давай ты.

— А чё это он?! — зыркнула на парня Рина. — Я, может, тоже хочу!

— А руку надо было раньше поднимать!

— А я…

— Хватит. — добавил я немного волевой силы в голос. — Мы здесь не ради всякой ерунды. Саша, потом Рина, потом Лиза. Недовольные есть? Вижу, что нет. Саша?..

— Да, щас, щас!.. А… — парень замялся.

— Пф-ф, ты что, ещё даже не придумал, блин?! А что руку тянул? Давай я!

— Да всё я придумал! — обиженно выпалил Саня. — А… А зачем ты хочешь чтобы мы тебе задавали вопросы, а?!

Рина глянула на парня как на идиота. Я же не разделял её скепсиса.

— Вполне достойный вопрос. — похвалил я. — Всегда лучше знать, что происходит, чем просто плыть по течению. Отвечаю. Я хочу, чтобы между нами не было никаких недомолвок и нерешённых вопросов. Если вы что-то обо мне думаете, или что-то вызывает у вас недоумение — я хочу, чтобы все вопросы сразу отпали. Мы ведь собираемся победить в турнире, не так ли?

— Да! Но… я чё-то не хочу Мари в жёны брать. Хотя, в итоге-то ты победишь, по-любому, наверное, ты и возьмёшь. бедолага… — сочувственно вздохнул Сашка.

Я усмехнулся.

— Да мне Мари как-то вообще до лампочки. Для нас всех это просто удачный способ получить личное дворянство. А заодно показать всем, чего мы стоим… Да и всякие нехорошие планы Императора сорвать. А должности и принцессы — дело наживное.

— Во-во! — фыркнула Рина. — Я слышала, как наша принцесса сёдня нахлебникам своим хвалилась, что турнир она сама выиграет, так что замуж ни за кого не пойдёт! Понятно, что это из-за того, что ты ей мозги промыл, но всё равно она меня выбесила!

— Да! — вмешалась вдруг и Лиза. — Я тоже слышала! Она говорила, что будет участвовать много всякой черни, но черни никогда и до финала не дойти! Так обидно стало…

— Так и должно быть. — твёрдо ответил я. — Это значит, что в вас есть чувство собственного достоинства. Что вы не готовы пресмыкаться перед теми, кто просто удачней родился. А это первый шаг к свободе!

— Э-эх, если выиграем, весь мир будет меня знать! — мечтательно протянул Сашка. Но тут же осёкся. — Ээ, то есть нас. Нас будет знать весь мир!

— И я смогу много кому помочь! Детям из детдомов, например! — воодушевлённо добавила Лиза. — Я уже поняла, что надо сначала стать знаменитой, а потом уже пытаться всем помогать!

Рина ничего не стала добавлять. Похоже, желания утереть нос принцессе для неё более чем достаточно.

Что ж, меня всё устраивает. Я не предводитель секты и не закомплексованный ребёнок, чтобы требовать ото всех какой-то «идеальной» мотивации. У каждого в жизни свой путь и свои мотивы.

Даже если они совсем детские, как пока у Лизы, эгоистические, как у Сашки, или связаны с личной обидой, как у Рины… Любое большое дело делают разные люди. И у каждого свои тараканы в голове.

Лишь бы дело делалось, а там уж жизнь покажет, кто чего достигнет.

— Хорошо. — вернулся я к теме разговора. — Так вот, если мы хотим выиграть, нам надо быть всегда честными друг с другом. Нам за эти пять лет предстоит много тренировок. Это не будет весёлой игрой. И это я ещё не упоминаю о том, чем сейчас заняты наши взрослые.

Рина заулыбалась.

— М-м?

— Наши взрослые — звучит как наши кошки, или там попугайчики!

Теперь заулыбались все, включая меня.

— Ну а что с них взять! — развёл я руками. — Они же взрослые, мало что в этой жизни понимают. Так что все заботы ложатся на нас…

— Согласна! — состроила Рина серьёзное лицо. — Нет, правда! Даже пофиг на этот турнир! Я же хочу, когда вырасту, стать демонологом, как твой папа! Даже круче! А для этого надо быть очень-очень натренированной!

Рина так воодушевлённо замотала головой, что её ярко-алые волосы разметались по сторонам. Она как раз недавно их пообрезала, так что теперь они напоминали пышный бутон, распустившийся вокруг её бледного лица.

Красиво. Всё-таки, стоит признать, что и папаша немало, кхм, вложил в её необычную внешность. Мир его праху, так сказать.

— Так да! — подхватил и Саша. — Вообще всё равно на турнир этот сам по себе! Победа в нём нужна, чтобы обо мн… о нас все узнали! Я вот папу хочу найти своего! А для этого тоже надо быть самым крутым!

— Папу? Адама? Или настоящего?

Подумав пару секунд, Саша решительно ответил:

— И того, и другого! С Адамом же ещё и мама где-то… где-то там! Им, наверное, без меня там совсем худо!

— Это верно. — поддержал я хороший душевный порыв. — А настоящий тебе зачем?

— Морду ему набью! За то что маму бросил!

Я лишь одобрительно улыбнулся, как и все мы. Что ж. Если он сумеет набить морду небожителю… значит, наши тренировки точно не пройдут даром.

Лиза тоже порассуждала о том, что если она будет слишком слабой, она не сможет никому помочь. Какая-нибудь очередная «наставница» просто схватит её да запрёт в очередной комнате наказаний.

Похоже, то место навсегда останется в памяти девочки.

— Что ж. Раз мы все идём к общей цели… Думаю, вы понимаете, почему я предлагаю распросить именно меня?

Рина ответила незамедлительно.

— Конечно! Потому что мы, блин, сидим и беседуем во сне, который сделал ты! А до этого мы также занимались бегом, спасали дурацкую принцессу, ты, вон, подарок Лизе сделал… И… И вообще!

— Всё так, всё так. Твой вопрос?

— Как ты всё всё это делаешь?!

Вот так вот просто, без раздумий, Рина одновременно сумела задать вопрос, который одновременно требует рассказать обо всём и имеет тысячу способов не рассказывать.

Но я не собираюсь этим пользоваться. Разве что… немного. Но в целом соратники должны знать, чего от меня ожидать, не так ли?

В конце концов, они уже входят в тот возраст, когда формируется критическое мышление. Когда перестаёшь верить друзьям просто наслово, что бы они не говорили.

— Ну, — вздохнул я, собираясь с ответом. — Отвечу как есть. Мой Источник — не совсем Источник обычного человека. Помимо моих собственных сил и умений в моей душе есть ещё одна штука. Я называю её Универсальным Заклинанием. Именно с её помощью я могу в теории творить вообще любую магию любых направлений. Если сил хватит.

Да. Эту часть правды я решил не скрывать вообще. Это то, во что ни один взрослый этого мира не поверит на слово, но и то, что добавит ребятам немало уверенности в нашем успехе, когда будет трудно.

— Но откуда?! — ахнула Рина. — Лиза, щас твой вопрос, спроси, откуда!

Ну, Лиза и спросила. Она-то как раз смотрела на меня наиболее рассудительно. Пытается понять, не вру ли я? Нет, скорее — верно ли она меня поняла.

— Из прошлой жизни, думаю. — развёл я руками. — Помните, мы на мироустройстве проходили теорию астральной реинкарнации? Ну, про бессмертие души там и всё такое.

— Ага!

— Ну вот. Видимо, я-прошлый что-то сделал, чтобы я-нынешний получил эту штуку… и знания о том, как ей пользоваться.

Ни слова неправды. Я-прошлый и правда немало сил приложил, чтобы научиться магии, чтобы стать великим! Ну а потом — чтобы всё это осталось со мной при перерождении, конечно.

Глаза ребят наполнились восторгом. Они не увидели никакой лжи, так что, кажется, приняли эту гипотезу и теперь смотрели на меня по-новому.

Главное не говорить им, что сознание у меня тоже осталось. Это неизбежно породит отчуждение. Никакие дети не захотят тусоваться со взрослым дядькой, в чьей шкуре бы он ни был.

— А покажи чё-нибудь… ну, такое! — замахала руками Рина. — Ну… блин! Ну вспомните что-нибудь серьёзное из магии! Пусть Костя покажет!

— А что, то, что вы все щас в моё сне сидите, это для тебя так, пустяки? — насмешливо спросил Сашка. Рина задумалась.

— Нет, конечно! Но это я уже видела! А если он всё-всё может…, а можешь наколдовать… не знаю.

— А ты кучу конфет попроси! — хмыкнул Сашка. — Будет о-очень умно!

— Сашка блин! Я же уже не маленькая!

Да уж. Эту привычку говорить с «блинами» Рина стойко переняла от моей матери. Делу распространения слов-паразитов верны!

Но сама идея Рины запала ребятам в душу. Они стали всерьёз обдумывать, чем бы таким «серьёзным» меня напрячь. Понятно, что на самом деле они все уже во всё поверили…

Но от того обдумывать «испытание» ведь ещё интересней! Потому что знаешь, что желание будет исполнено!

А я обдумывал следующий этап. Оружие. В идеале — способное убивать бессмертных.

Да, сам турнир не про массовые убийства. Но не тренировочными же игрушками мы будем сражаться! У Лизы инструмент уже посерьёзней, для тренировок он сгодится, как и для обороны ото всякого сброда…

Но не для сражения. Только не теперь, когда на турнир точно заявится толпа молодых авантюристов, толпа свежих демонопоклонников, и ещё большая толпа авантюристов-демонопоклонников!

…С которыми после турнира надо будет как-то разбираться. Если живы останемся и не пойдём демонам на корм.

Кста-а-ати! А ведь это мысль! Если Император явно делает ставку на кучу демонитов… не сделать ли ставку на антидемоническое оружие?

Именно эти мысли крутились у меня в голове в последнее время, но теперь оформились в идею. Глядя на оживлённо спорящих ребят, я обдумывал, где бы нам его добыть.

Первый вариант, конечно, всегда «сделай сам». Но я уже не раз убеждался: магией можно сотворить далеко не всё. О прямом творении речи не идёт вовсе — оружием с такой низкой реальностью разве что обывателя можно заковырять.

Нужен ритуал. И ритуал посерьёзней, чем призыв духа типа «типовой кузнец неплохих артефактов». А высшая ритуальная артефакторика — отдельная и очень непростая дисциплина. Далеко не самая близкая лично мне.

Так что этот, худший, вариант оставим про запас.

Второй вариант — попросить. Разумеется, просить нужно каких-нибудь ангелов. Заявиться в какой-то воинственный светлый мир — да хоть, вот, в Рай, хотя это совсем непросто — и сказать: так, мол, и так, подайте на войну с силами тьмы.

Могут и подать. А могут и сжечь всех нахер — за то, что с полудемоницей якшаемся. А я ещё и тёмные души жру.

Ну а что? Светлый мир же воинственный — вот и искоренит немного скверны мимоходом. Вместе с носителями.

А мирный светлый мир ни в жизнь ничего не даст. Толку-то…

Но есть и третий вариант. Который, вкупе с моей собственной магической проблемой, устраивает меня больше, чем тыкаться в артефакторике и целовать архангельские сапоги.

Добыть оружие самим. Или, по крайней мере, материал для такового оружия.

Где? Ну, это совсем просто. Кто умеет убивать бессмертных тёмных тварей лучше, чем такие же тёмные твари, постоянно друг с другом воюющие? Даже светлые духи обычно проигрывают демонам в том, что касается их, демонов, изощрённой резни!

Только вот в любом обычном тёмном мире, в том же Аду, или в самом Легите, инородные смертные будут как на ладони.

Как лежащий на ладони лакомый кусок мяса, если быть более точным. А иллюзий на свой счёт я не строю. Потенциально богоподобный, сейчас я не справлюсь даже с приличным боевым отрядом высших демонов.

Такой отряд будет послан сразу, как только мы, скажем, прикончим кого-то одного из высших на его территории. Потому мы и выманивали папашу Рины к нам…

Но выход есть! Ведь миры — хоть смертных, хоть светлых духов, хоть тёмных… они бывают очень разные. А некоторые БЫЛИ очень разными…, но с ними случилось что-нибудь нехорошее.

И теперь в этих мерах осталась лишь выжженная радиоактивная пустошь, неоформленный космический хаос, застывшая навечно пустота… или же кромешная Тьма, среди которой рыщут лишь случайные, чудом живые, голодные демоны.

Так обычно выглядят демонические миры, уничтоженные какой-нибудь чудовищной катастрофой. Они же не только с планетами смертных могут стрястись!

Вот в таком-то мире как раз нетрудно найти кого-нибудь достаточно сильного, чтобы разобрать его на подходящее оружие. Этот «кто-нибудь» обычно сам находит там любого незванного гостя.

Но в таких мирах нет никаких законов. Никаких обществ. Никакой власти и защиты своих. Да и своих-то никаких нет.

Есть только вы, бесконечная кромешная Тьма, и рыщущая в ней тварь, за миллионы лет существования ставшая невероятно могучей, но выродившаяся до простого демонического животного.

А животное, даже демоническое, можно победить. Не магией, так разумом. Если, конечно, как следует подготовиться!

— Эй, ребята! — прервал я их спор. — Давайте я сам вам кое-что предложу?

— Ну давай! — подозрительно посмотрели на меня все трое. — Только без иллюзий, ты их итак можешь!

— Да легко! — усмехнулся я. — Раз уж мы тут играем по-крупному и понимаем, что от взрослых нам помощи не дождаться… Не хотите ли ненадолго сгонять в другой мир?!

— Да!!!

— Блин, а зачем?!

— А это не опасно?..

— За оружием, способным расправляться даже с демонами. — ответил я на вопрос Рины. И, тут же, на вопрос Лизы: — Опасно. Очень опасно, ребята. Я сейчас вообще не шучу. Но если у нас будет хотя бы год-другой на подготовку… Тогда сгоняем с ветерком!

Разумеется, я не собираюсь затевать это предприятие, пока не буду уверен в высоких шансах на успех. Не стопроцентных, нет — отправляясь туда, где должно умирать вообще всё живое, гарантий не получить.

Именно я должен сделать всё, чтобы увеличить шансы на успех до предела. Ведь я отвечаю за ребят.

Но это необходимо сделать. Мы не играем и не шутим — на кону стоит будущее этого мира, а нам всем в нём ещё хотелось бы пожить. Жаль, что такая ответственность должна лечь на плечи совсем ещё детей…

Но мы ещё вырастем. И, если будет нужно, вынесем и войну с тварями, решившими, что вшивый контракт со вшивым царьком даёт им здесь какие-то права.

Глава 5. Шаг первый.

Я обрисовал ребятам свою задумку довольно подробно… Честно сказать, на это не ушло много времени. Потому что пока она была весьма проста.

Подыскать какой-нибудь погибший тёмный мир, коих всегда полно в любом секторе. Отправиться туда, предварительно как следует подготовившись. Найти там достаточно сильную и древнюю тварь, чтобы её туша годилась для создания из неё приличного оружия.

Ну и пережить встречу с ней. Желательно оставшись с прибытком.

Вопросов мне теперь задали уйму. Но, к счастью, ответы на большую их часть нам уже давали даже в школе. Я вкратце обрисовал ребятам структуру мироздания, классификацию и типы измерений… Правда, на Земле она в основном остаётся теоретической. Почти никто из местных почти никогда не бывал почти ни в каких других мирах.

Этот факт раззадорил всех ещё сильнее. Мои периодические мантры, мол, «это может быть смертельно опасно, любой может отказаться, да я и сам могу всё сделать…» уже не имели никакого результата.

— Не надо нам тут! — поджимала губки Рина. — Зачем-то же ты предложил это нам! А раз предложил — поздно отверчиваться… Откручиваться…

— Отмазываться поздно!

— Точно!

Эх, ребята. Я даже заулыбался от умиления. Но так-то они правы — я мог бы просто ничего им не рассказывать, как делал раньше.

Но далеко ли зайдёт команда типа «диктатор-самодур плют послушные марионетки», каким бы мудрым, великим и достойным этот диктатор не был?

Не думаю.

— А что нам надо для этого подготовить? — робко спросила Лиза.

Будучи тихой домашней девочкой, она явно нервничала больше всех. Но отступать не собиралась — я прекрасно видел это по её лицу. Она то бледнела, то краснела, но строила такую решительную физиономию, что я не удержался и потрепал подругу по волосам.

— Не переживай, Лиза. Мы всё сделаем. Пока я не буду уверен, что вероятность успеха высока, я никуда вас не потащу. «Героические» на словах авантюры затевают только идиоты, не способные к планомерной работе, или раздолбаи, уже проср… кхм. Уже упустившие контроль над ситуацией. Я не хочу быть ни тем, ни другим.

— Так, а нам-то что делать? — вклинился Саня. — Ты понятно. Но ведь это будет тёмный мир! Они же вообще не такие, как наш!.. Ну, наверное.

— Это правда. Простой человек, попадая в любой мир с преобладающей стихией, испытывает огромные трудности. Особенно, если это враждебные стихии — Огонь, или Тьма.

— А чё, есть огненные миры?! Целые миры, которые всё время горят?!

— Есть. — кивнул я. — По крайней мере, такие наблюдались, насколько мне известно. Не уверен, что в них кто-то известный бывал. А вот в мирах Тьмы люди бывали и не раз. И научились там существовать.

Я вкратце рассказал ребятам о способах противодействия Тьме и порождаемой ей энтропии. Просто для интереса. Ясно, что ни боевых скафандров, как в фантастических фильмах, ни сплошных магических доспехов нам и за пять лет не достать.

Не того мы полёта птицы, каким бы там генералом Дашков ни был. Ну а если и достать — в них люди годами орудовать учатся. Нет, толковому магу доспехи не нужны!

А я не то что толковый. Я Архимаг, чёрт подери!

— Так что к магии мы и прибегнем. — резюмировал я. — Создадим что-то вроде… не знаю. Батискафа, наверное. Пространственную сферу, внутри которой и будем путешествовать. А чтобы её просто не сплющило, у нас, вон, есть штатный полуангел. Наполним её исходящей от тебя, Саня, Благодатью. Просто за ближайшие месяцы тебе надо научиться её вырабатывать побольше.

— Это как это?! Я понял, о чём ты. Но я чувствую… это самое чувство только тогда, когда нахожусь в центре внимания!

— Ну так и находись. Но чтоб за пару лет максимум начал мне излучать свет, как заправской фонарик, м-де!

Пародия на нашего генерала вышла удачной, так что все как следует посмеялись. Обстановка слегка разрядилась, и даже Лиза заулыбалась, расслабившись.

Да, ребята в этом предприятии могут быть очень даже полезны. Особенно Сашка, которому сам Бог… какой-то велел противостоять Тьме. Призрак Лизы — уже мёртвый, а потому куда более устойчивый к первостихии — очень пригодится нам в разведке.

Не стоит забывать и про имеющиеся у нас артефакты. Не факт, что выданные родителями телепортационные амулеты будут работать и между мирами…, но почему бы это не проверить?

А если будет нужно — не усилить их действие. Это не создание с нуля, на это я, полагаю, способен.

Да и тот самый медальон, который Бестужев давным-давно, ещё во втором классе, подарил Лизе — тот, что предупреждает об опасности — может послужить нам отличным средством разведки.

Ну а мы с Риной станем основными боевыми единицами. Об этом я и сказал:

— Лиза. Тебе за это время нужно максимально укрепить связь с духами. Призраки — наилучшая форма некромантии как для разведки в целом, так и конкретно для путешествий сквозь Тьму. А тебе, Рина — до упора оттачивать своё умение сбивать противника с толку, порождать ошибки в его действиях. А там, глядишь, ещё чего полезного в своей силе откроешь.

— Эй! Я не бесполезная!

— А кто такое говорил? Твоя сила как раз может нам очень помочь. Во-первых, именно демонам проще всего воздействовать на других демонов. Во-вторых… если не мешать древним тварям на нас нападать, рано или поздно они нас неизбежно сожрут. А ты — можешь им мешать.

В общем, самим по себе ребятам не нужно делать ничего, чего они не делали бы и без меня. Разве что ответственности больше. Поняв это, все трое обрадовались и начали наперебой обсуждать, как и с кем лучше устраивать тренировки, чтоб эффективней вышло.

— А потом. — в последний раз прервал я их. — Когда вы натренируетесь, мы начнём проводить, так сказать, полевые учения. В условиях, максимально приближенных к боевым.

***

Вскоре после этого наступил новый учебный год. Пятый класс.

Он принёс с собой много перемен. Василиса Андреевна, наша единственная учительница первые четыре года, сменилась на множество учителей-предметников, например.

Я даже запоминать их особо не стал — доверил Сину, с которым всё равно постоянно поддерживаю связь. Пусть он хранит у себя эту, несомненно, очень важную информацию.

Всё равно пока все дети путают имена преподавателей. Потом запомним. Сейчас вполне можно обращаться к учителям на «Извините, можно спросить».

А вот наш новый классный руководитель нам ещё как запомнился! Ещё бы! Довольно трудно не запомнить, когда у тебя теперь руководит сам директор школы!

— Да, ребята. — оглядел наши удивлённые лица Марк Пожарский. — То, что я директор, не значит, что я не имею отношения к преподаванию. В конце концов, в своё время я получил блестящее образование. Как педагогическое, так и по контрмагии.

Угу. А ещё по резне ближайших родственников… Хотя тут он, конечно, недорабатывает. Мирон-то живой.

Да, именно так называемую контрмагию и ведёт у нас Пожарский. В этом мире так называется курс «магической безопасности», на котором учат как соблюдать базовые правила при собственном творении, так и противостоять разным проявлениям магии в мире.

В том числе духам, демонам и диким чародейским тварям. Иронично.

С пятого класса предметы стали интересней. К обычным для просвещённого общества географии, истории и природоведению добавились и вот такие предметы для магов, приближенные к практике.

Контрмагия, Основы теории магии (ОТМ), История и археология магии, Закон о высших силах.

Последний, несмотря на возвышенное название, самый «приземлённый». Законом о высших силах в Российской Империи называется законодательная база, связанная с магами, магией и всем таким прочим.

Будем изучать, как колдовать в России так, чтоб не оказаться за решёткой антимагической камеры.

Но меня всё это уже мало занимало. Да, я вместе со всеми посещал уроки, решал задачки, разбирался с типами магических угроз.

Но для меня-то что задачки, что типы эти — детский сад. Так что большую часть времени я посвятил подготовке к нашим собственным делам. И рассказать о дальнейшем ходе учёбы мало что могу. Я посещал её сугубо по инерции и «в обязаловку».

Другое дело — Магбой! Вот уж где мы оттягивались. С началом нового учебного года арена вновь забилась желающими тренироваться. Да ещё как! Вся школьная молодёжь жаждет принять участие в грядущем турнире.

Но нам это только в плюс. Теперь мы всегда тренировались с кем-нибудь другим из ребят, и всегда с разными. С пятого класса в занятиях стало куда меньше заучивания и куда больше мышления.

От повторения ударных приёмов мы переходили к их применению. А это куда полезней и для развития навыков, и для развития Источника.

Окончательно картинка того, что и как нужно сделать, сложилась у меня как раз на уроке у Пожарского.

— …Магия, которая сейчас кажется вам самым чудесным, что только может быть, — увлечённо вещал он. Этот демонопоклонник оказался действительно толковым преподом! — На самом деле магия — лишь плёнка на поверхности сил, куда более глубоких и могущественных. Магия — тот способ, которым простой смертный человек может прикоснуться к частичке этих сил.

Тут он прав. Когда я сам это преподавал, я обычно сравнивал это с костылями. Они позволяют безногому ходить, пародируя настоящие ноги. Чем лучше костыли, тем больше от них толку.

Но между костылями и настоящими ногами, чистой силой — пропасть. Пропасть, над которой я завис в прыжке, когда изобрёл Универсальное Заклинание.

Допрыгну ли? Жизнь покажет.

— …Но не магией единой силён человек! — продолжил Марк, пристально глядя на всех нас. — Чем ещё? Ответит кто-нибудь?

Среди раздавшихся тут и там банальных ответов — «дружбой», «техникой» и так далее — я аккуратно поднял руку. Почему бы не поболтать, раз дают возможность?

— Спасибо, спасибо, ребята. Но давайте-ка всё-таки по руке. Осинский? Константин, кажется?

— Да. — встал из-за парты я. — Отвечая на ваш вопрос. Дело в том, что человек в широком смысле — универсальное существо.

— Вот как? Объяснишь классу, что имеешь ввиду?

Я, разумеется, объяснил. Никогда не стоит отказываться от просвещения, если оно тебе не вредит. Никогда.

Хотя… надо признаться, что слова я подбирал не слишком усердно. Не факт, что многие меня поймут.

— Конечно. Человек может приспосабливаться к любым условиям…, но не слишком хорошо, не становясь жертвой узкой специализации. Человек может размножаться, восстанавливаясь почти с нуля… Но не слишком хорошо, не выжирая мгновенно собственную же кормовую базу. Человек может развить в себе все возможные моральные добродетели…, но не слишком, всегда умея отступить от принципов ради реальных возможностей. Человек способен самоотверженно трудиться, преобразуя всё вокруг…, но не слишком, не становясь «мировым механизмом», как высшие духи, умея жить для себя. Человек умён, его разум способен разгрызть любую загадку…, но не слишком умён, чтобы пресытиться познанием и потерять вкус к жизни. Ведь именно это — бич всех высших обществ, не так ли, господин учитель?

После моей речи класс на какое-то время застыл. Погрузился в кромешную тишину, которую ни я, ни Пожарский не смели нарушить. Казалось, в головах ребят был слышен скрип вращающихся шестерёнок.

Но затем учитель прервал паузу, громко ответив:

— Да, Константин. Именно так. Не знаю, что за достойный человек научил вас тому, что вы знаете, но, с вашего позволения, я воспользуюсь вашей речью как основой для урока?

— Я всегда предпочитал учиться сам, Ваше Сиятельство. — приложил я ладонь к груди. — Хотя и благодарен моим родителям и близким.

— Достойный ответ. Что ж. Садитесь, Константин, вам пятёрка — вижу, вы прекрасно знаете, на что вы, и мы все, способны. А сегодня я расскажу вам об основных типах высших сущностей… и их ключевых проблемах!

Да, сегодняшний урок оказался посвящён именно этому. Тому немногому, что земным магам известно о цивилизациях бессмертных… и о том, почему они до сих пор не поделили меж собой всю бесконечность миров, раз такие могущественные.

Для меня и здесь ничего не стало новым. Боги, я бы и сам мог неплохо дополнить рассказ учителя! Но всё-таки именно рассказ Пожарского как-то привёл к тому, что мысли в моей голове наконец улеглись.

— …Давайте дальше. Бессмертные звери. Ну, название это очень условное. Понятно, что какой-нибудь бессмертный… не знаю, кот. Пусть будет кот. Бессмертный кот — это не просто кот, который не умирает. Как правило, бессмертные звери — это представители какой-либо древней и очень высокоразвитой цивилизации… которые выродились. Или уничтожили сами себя, а теперь влачат жалкое существование на руинах.

При этих словах Марка моя троица, разумеется, дружно поглядела на меня. Ну да. Те демоны, к которым мы собираемся в гости — яркий пример таких вот «бессмертных зверей».

Просто тёмных, очень голодных и кровожадных. Такова их природа.

Что ж. С урока я шёл в общагу уже с довольно стройным планом.

В первую очередь, конечно, нужно максимально экранировать комнату. Благо, в школе учатся дети имперской элиты, и в своих общажных комнатах им позволено многое.

Ну и нам. За компанию.

У Сани сегодня как раз занятия по Властелину, так что я остался в комнате один. Не тратя времени, приступил к работе.

Пора бы вновь продемонстрировать себе и миру, на что способен маг, обладающий Универсальным Заклинанием!

Для начала мне нужно сделать так, чтобы никакую мою магию не засекли извне. Я обратился к проверенному уж способу. Прикрыв глаза, я резко потянул ману прямиком из Заклинания, разогнал по всему телу… затем усилием воли выбросил её во все стороны за пределы тела, тут же творя нужное заклинание.

— Абсолютный Ноль. — хрипло выдохнул я, и вся комната стала похожа на саму себя в ретро-ретуши.

Цвета слегка поблекли, очертания чуть смазались, свет стал более рассеянным.

Фух! Я утёр выступивший пот. Да уж, магия искажения внешне, может, и не кажется какой-то выдающейся — но абсолютно незаметно скрыть от любого сканирования целую комнату, это дорогого стоит!

Я подошёл к настенному зеркалу, взглянул на себя. Зрачки расширены, руки подрагивают. Только что я в один миг использовал примерно в шесть раз больше маны, чем есть в моём собственном Источнике.

Но это лишь первый шаг. Можно сказать, я обеспечил себе рабочее место — пора приступить и к работе.

Эфир в комнате теперь абсолютно мёртвый. Абсолютный Ноль ведь фактически вырвал её из мира, замкнув на себе. А значит и мировая мана сюда больше не течёт. Теперь тут есть лишь я и мои внутренние силы.

Благо, они у меня потенциально бесконечные.

Я сел посреди комнаты и закрыл глаза. Сейчас она куда ближе к Тени, чем мир в целом, так что всё должно получиться.

Я представил, что у меня нет никакого тела, что ничего не тянет меня к земле, что я лишь эфирный поток, несущий сквозь мироздание нужную весть нужному созданию…

В Тени всё ещё неспокойно. Я сразу это почувствовал. Сейчас я не видел тумана этого междумирья, но ощутил — он стал гуще, мрачнее, чем был. Похоже, Сын Неба всё ещё не оправился.

Но и ищу я не его. Прозревая мыслью пространство, я сжигал целую прорву маны. Высшие сущности могут делать это просто так, потому что хотят. Нам же, магам, приходится выжигать эфир, или собственный резерв.

Ну ничего. Если я и на костылях — уж на них я могу делать любые кульбиты!

Есть! Моё предельно растворённое в Тени сознание ощутило лёгкое прикосновение. Одновременно холодное и тёплое, оно сопровождалось тихим мелодичным звоном. Я сумел достучаться до той, кого когда-то создал.

Когда я открыл глаза, на моей кровати сидела статная красавица. Фигуристая, но стройная и невероятно грациозная женщина с абсолютно белой кожей, пушистым хвостом, сотканным из снежных завихрений, острыми кошачьими ушками на макушке и большими прозрачными как лёд глазами.

Жутковатое зрелище…, но и в чём-то очень притягательное. Уж кто-кто, а маги ксенофобией страдают редко.

— Ого! Похоже, имя Снегокошка тебе уже совсем мало! — хмыкнул я, тяжело поднимаясь с пола. Тело горит огнём.

Та, кого я когда-то назвал этим смешным ребяческим именем, хитро улыбнулась и промурлыкала:

— Мр-р, думаешь? Ну не зна-а-аю…

Она подтянулась, выпячивая и без того солидную грудь. Я уселся на стул напротив.

— Что, нашла какой-то мир, или ипостась? Просто так духи так сильно не меняются.

— Мир-р-р… Вообще-то, такую форрму и на Земле можно заполучить. Но я нашла себе др-ругое место, теперь кор-рмлюсь там.

— Ну поздравляю. И что же ты в том мире воплощаешь?

— Коварство зимней вьюги, заметающей следы в лесах, сбивающей путников с дор-роги и ведущей их к смер-рти от холода, мр-р-р! В одной дер-ревне дикарей мне уже поклоняются, м-р!

— М-да. — фыркнул я. — Я тебе жизнь спасал, думал, хорошим чело… духом станешь. А ты вон какая!

— Ну… — картинно приложила она тонкие ладони с коготками к груди. — М-р, кто-то же должен это делать! А меня, в отличии от пр-ростой вьюги, можно и задобр-рить…

Это правда. Духи, которые становятся олицетворениями реки, леса, или природного явления тем и хороши — если они где поселятся, то с ним всегда можно как-нибудь договориться.

Если они, конечно, не прокляты и не безумны.

Потому люди так и почитают всякие древние леса, великие реки, постоянные ветры и сезонные явления… Знают, или верят, что постоянство это обеспечено именно духами.

— Ладно. Я тебя вообще-то по делу позвал. Как видишь, приложил для этого немало усилий. В школе за такой призыв меня п голове не погладят!

— Да догадываюсь! — фыркнула Снегокошка. — Уж всяко не пр-росто так, поговор-рить со старой подр-ругой, фр-р! Бессердечный ты!

— Всё так, всё так. — я встал и принялся мерить комнату шагами. — Вообще-то, это очень хорошо, что ты пошастала по окрестным мирам. Расскажи-ка, по старой памяти… или подскажи, у кого узнать. Где здесь ближайший погибший тёмный мир? И, по возможности — что он примерно из себя представляет?

Глава 6. Форпост-17.

Прежде, чем гостья дала мне ответы, я всё-таки проявил гостеприимство и ткнул кнопку электрочайника. Удобная штука. Никогда не думал, что без магии можно сделать что-то настолько удобное.

А вот в этом мире такого пруд пруди. Это сильно… расширило горизонты моего мышления. Но магия всё-таки пока незаменима. Слышал, что есть миры совсем без неё, с абсолютно пустым эфиром.

Ума не приложу, как они там вообще живут!

В общем, разговор мы продолжили, уже сидя за столиком друг напротив друга и попивая хороший листовой чай. Это мне родители из дома передали — здесь такой стоит баснословно дорого.

— Ну что, вернёмся к тёмным мирам? — с улыбкой спросил я, когда гостья откинулась на стульчике. — Хотя для начала… как тебя всё-таки лучше называть? Ну правда, не Снегокошкой же! Я вообще это имя дал просто потому что оно рифмовалось хорошо!

— Вот всегда вы так! — ехидно фыркнула она. — Твор-рцы! Вдохнёте в кого-нибудь жизнь мимоходом, а их мало того что пр-рикончить ср-разу пытаются, так ещё и имя потом дур-рацкое носить! Вот ты, маг… Хотел бы ты р-ребёнка? Дочь напр-ример, мр-р?

Внезапный вопрос поставил меня в тупик. Но, разумеется, за четыре столетия жизни я тысячу раз его обдумал, передумал и ещё столько же раз поменял решение.

Но в своём итоговом ответе я уже давно уверен.

— Да. — кивнул я головой. — Я бы не хотел, чтобы мой род прерывался. Хотел бы вложить часть себя в другого… в других. Я и без того отдал этому всю жизнь, делая бытие людей лучше. Но дать другому человеку нужные условия с нуля… С самого раннего детства. Я не знаю лучшего способа воспитать того, кто станет лучше меня самого. А значит — двинуть вперёд прогресс всего общества…

— Да постой, постой ты философствовать! — звонко рассмеялась дама. — Я не пр-редлагаю тебе стать отцом по-настоящему! Я к тому, что если у тебя мр-родится дочь — выбер-ри ей имя с умом. Хотя бы в память обо мне…

— Хорошо. — на полном серьёзе кивнул я. — Имя и правда играет огромную роль в жизни. Извини, что подошёл тогда к вопросу так безответственно… честно говоря, с думал, что из снежной скульптуры родится обычный слабый элементаль, что он поживёт мирно пару недель, да рассеется. А в итоге тебя пришлось спасать, отправлять в Тень… и как-то завертелось.

— Да ладно, чего уж! Никто же не знал, куда мр-рменя вынесет судьба. — улыбнулась она рядом белоснежных заострённых зубов. Да уж, это не чета всяким «кошкодевочкам», так популярным в местной массовой культуре…

Настоящий кошкочеловек выглядит весьма… специфично.

— В общем, зови меня Химао. — дала, наконец, ответ она. — На языке тех людей, которые теперь мне поклоняются, это что-то близкое к «снежная кошка». Я им пока предстаю в основном в традиционном обличии…

— А этот облик откуда взялся? — оглядел я её точёную. фигурку. — Духи ведь так просто облик не меняют.

— А этот они уже успели сами сочинить! — заливисто рассмеялась она. — И сами же так в него повер-рили, что за какие-то два года он м-р-р-прилип намер-ртво, пр-редставляешь, мр-р?!

Я представляю. В мирах примитивных народов бывает и не такое. Но всё-таки мы отклонились от темы.

— Так что там с тёмными мирами? Мне нужен какой-то из уничтоженных, причём желательно очень давно. Чем давнее, или как это сказать, тем лучше. Никаких законов, никаких рамок и правил. Только голая сила против голой силы.

Химао не ответила сразу. Она изящно приложила снежно-белый пальчик к губам и критически меня осмотрела.

— А ты не маловат ещё чтобы это знать, мяу? Не подумай, мр-рсоздатель, я знаю, что это не пер-рвая твоя жизнь. Но… Ты в зер-ркало-то себя давно видел?!

В её словах я не почувствовал агрессии, или насмешки. Лишь какую-то странную заботу. Но всё-таки ответил:

— Не стоит меня недооценивать. Ростом и мускулатурой я не сравнюсь с тёмной тварью ни в шестнадцать лет, ни в тысячу шестнадцать. А силы во мне уже немало. И может стать ещё больше, если ты ответишь на мой вопрос. Если же не ответишь — прошу по-хорошему, не трать моё время.

Больно мне нужна чья-то забота! В голове у меня есть план, в душе — сила Заклинания. А значит я либо справлюсь, либо погибну пытаясь.

Предварительно, разумеется, вытащив из беды остальных.

Недовольно поурчав, Химао всё-таки кивнула. Видимо, определившись с решением, она бросила:

— Сейчас, подожди нем-рного….

…И начала терять плотность, вскоре став похожей на статую из хрусталя.

Ждать мне совсем не улыбается — каждая секунда Абсолютного Ноля высасывает из Заклинания и Источника ману. Я стараюсь тратить в основном свою — всё-таки реальность от душ демонов пока повысилась не принципиально.

Я уже могу творить что-то реально очень сильное, но всё ещё очень осторожно. И по возможности лучше не тратиться на пустяки.

Но я подождал. Сейчас именно Химао мой самый надёжный и незаметный источник информации. Уходить с территории школы в Тень, или призывать кого-то вроде звёздного духа чревато проблемами.

В Спецкабинет мне пока рано. Ещё не удержусь, замочу тамошнего демона — а это пока рано. Пока.

— Фух! — выдохнула наконец она так, будто зашла с мороза в тепло. От неё даже пар повалил, и подул свежий холодный ветерок. — Мр-разобр-ралась!

Судя по её довольному урчанию и ехидной физиономии, результат должен меня обрадовать…

Так и оказалось.

— Есть тут один мир-рок… Ну, был. Пар-ру… нет, вру. Семьдесят два миллиона земных лет назад. Где-то так.

Я присвистнул. Надо же! Я не очень-то силён в Истории Творения, это вообще дисциплина молодая и больше пока похожая на офигительные истории от сумасшедших.

Но даже я знаю, что большинство миров разумных, а уж тем-более бессмертных, намного, намного моложе.

— Такой старый мир. Наверное, раньше доминировал в нашей области реальности. — задумчиво протянул я. — Представить страшно, что с ним произошло, раз он сумел выстоять в те далёкие времена.

Насколько мне известно, в то время реальность буквально кипела. Большинство ныне живых божеств, даже Демиургов, тогда ещё не зародились!

— Понятия не имею! — усмехнулась Химао. — Они, знаешь, как-то давненько не ведут летописей! Сын Неба говор-рит, что это был даже не магический мир-р. Изначально. А потом стал магическим…, но большего он, мр-р, не знает.

— Технический мир, ставший миром демонов?! — ещё сильнее удивился я. — Они что, вторглись туда, захватили его, а потом разрушили?!

Химао помотала головой. С её белоснежных волос посыпались искристые снежинки.

— Сын Неба говор-рит, что вр-ряд ли. Скорее они нашли какой-то мр-р способ стать тёмными духами без магии. Техников-бессмер-ртных в мир-рах тоже хватает. Но о техниках-демонах я никогда не м-рслышала. Но я ведь ещё совсем молодая…

С этими словами она вновь потянулась, демонстрируя, что поклоняющиеся ей селюки о её молодости не имеют ни малейшего понятия. И что им явно нравятся солидные формы.

Я почесал подбородок в задумчивости.

— Уничтоженный мир техников-демонов… Звучит как бред. Да ещё такой древний… Да не строй ты такую мордашку! Я доверяю твоим словам. Мне даже стало интересно взглянуть!

— Взгляни-взгляни… Как у тебя всё пр-росто, фр-р! Я только что обошла многих, но не нашла никого, кто даже близко к этому мир-ру р-рисковал подбир-раться!

— Ну, — развёл я руками. — Тебе просто за пару минут «обойти многих». Мне — одним глазком заглянуть в тёмный мир без особого вреда. У всех свои преимущества.

— Это пр-равда! — жеманно надула синеватые губки Химао. — Я до сих пор-р не пр-ривыкну к тому, как тр-рудно духам жить в гр-рязном астр-рале! Была же элементалём, скакала где хотела и гор-ря не знала! А теперь… Святилище своё охр-раняй! Одер-ржимых зачищай… тьфу!

— Ну так не охраняй, не зачищай. Одичаешь, снова будешь скакать где хочешь.

— М-р-не хочу! Я тогда стану совсем тупор-рылой! А мне ваши сер-риалы нр-равится смотреть!

— Сериалы? Какие ещё сериалы?

— Нар-рисованные! Про кошкодевочек, мро-р! Они там такие забавные… и добр-рые к людям. Я тоже добр-рая.

Сказав это Химао лукаво улыбнулась, вновь обнажив ряд мелких острых зубов. Да уж. Видимо, духам тоже нравится смотреть по телеку на лучшие версии себя.

В общем, больше никакой информации гостья мне не сообщила. Упомянула лишь, что неподалёку есть ещё два уничтоженных тёмных мира… они вообще не так уж редко дичают и гибнут.

Но оба они и дальше, и куда более агрессивны. Уничтоженные миры агрессивны все — в нормальных обществах, в которых о таких мирах знают, любые контакты с ними, а особенно призывы, строжайше запрещены.

Я сам, лично, вводил за такое смертную казнь. А ведь в основном я смертную казнь из законов убирал, а не вводил! Но это…

А теперь вот я сам собираюсь сунуться в эту клоаку. Пусть даже в частном порядке, никого не вытаскивая оттуда… никого живого и целого. Дохлого и по частям — ещё как собираюсь.

Оружие из тварей, которым десятки миллионов лет… У них там, наверное, уже застывшая мана вместо костей! Я невольно ненадолго замечтался. А Химао, допив свой чай, попрощалась и растворилась в снопе сияющих льдинок.

Напоследок она лишь сообщила мне название, под которым тот мир помнит история. Форпост-17.

Нелепое и странное название…, но даже я уже в курсе, какие идиотские названия технические цивилизации умеют давать… чему угодно.

Только вчера я слушал музыку рок-группы «Радиологова» и ел шоколадку «Возьми шоколадку».

***

Что ж. Цель у меня появилась — конкретная и очень даже обозримая. Но, по зрелому размышлению, появились и препятствия на пути к ней. Мне ведь нужно провести разведку, тут Химао полностью права. Лезть в неизвестный тёмный мир просто зная, что он неизвестный и тёмный — сущий идиотизм.

На такое обычно всякие безумные проповедники светлых богов горазды. А я никогда и к храмам-то особо не приближался, куда уж мне!

А для проведения разведки мне нужны условия, которые нельзя создать, скрыв Абсолютным Нулём. И главное из них — надёжное помнящее место Силы, имеющее собственный магический фон.

А Абсолютный Ноль весь собственный магический фон места отрубает.

Нет, на территории школы такое место есть, конечно. И не одно. Каждая тренировочная арена каждой магической игры является таким местом.

Но у меня есть сомнения, что мне позволят посреди дуэльной арены открыть окошко в натуральную Бездну. Не знаю уж, почему, но вот что-то мне подсказывает.

Значит, это место должно находиться вне школы. Значит, сделать это я смогу только на каникулах, и только если найду подходящее место… Или если кто-нибудь отвезёт меня в Пермь!

Точно! Вот где самое подходящее помнящее место. Не зря мы там столько тренировались, когда были мелкими. В нашем пермском имении…

А вот до тех пор, за ближайший учебный год, я должен подготовиться. Понадобятся и кое-какие предметы, и кое-какая комплексная магия. Для подстраховки.

И вот уже это — меньшая из проблем. На следующей же неделе я записался в школьный клуб артефакторов. Да, помимо главных, игровых клубов, обязательных для всех, в школе есть ещё много всего.

В артефакторской игре я участвовать не собирался, так что приняли меня с большим и громким скрипом…, но артефакторов в обществе всегда мало. Уж больно редкий тип Источника.

Так что со словами:

— Ну ладно, настырный мальчик! Раз ты так уж хочешь приобщиться к высшему из искусств, будешь помогать мастерам своими пространственными штучками!

…Громадный и толстый для своего возраста девятиклассник таки принял меня в малочисленные, но гордые ряды артефакторов.

Нет, правда! Это натурально человек-гора! Я сначала даже заподозрил, что он магический киборг, как Мирон. Но аурочтение опровергло эту гипотезу. Просто парень оказался первым встреченным мной за одиннадцать лет ребёнком с Нестабильным типом Источника.

Этакое «всё, понемногу и непонятно как». Видимо, развитие тела тоже пошло во все стороны и непонятно как. Не осуждаю.

Так что со второй половины осени я действительно начал постоянно помогать артефакторам. Поддерживать детали предметов в нужном положении, телепортировать заготовки куда скажут… Ну и понемногу, исподтишка, корректировать само производство.

Ну не смог, не смог я без боли смотреть, как эти школьники запарывают добрых две трети своих изделий!!! Ну не такой я человек!

Благо, в аурочтении и чаровиденьи артефакторы как правило полнейшие нули. Так что особо я не опасался… Да и чего опасаться? Того, что меня похвалят и скажут «молодец»?

Не потащат же они такого полезного меня в демонический околоток?

На самом же деле я вступил в клуб ровно с одной целью. Только его членам разрешено пользоваться школьной чарокузницей и лабораторией, а ещё заказывать «с воли» предметы явно артефактного назначения.

Увы, сотворять их ни в коем случае нельзя, станут бесполезны. А воровство со стороны магов (например, меня) в этом мире давно научились отслеживать и пресекать.

Это ж не лаваш из столовки! Это…

— Изделие номер семьсот два — тринадцать! Шар из нуль-хрусталя, закалённый и полированный, полый! Диаметр — тридцать сантиметров! Кто получатель?!

Я с улыбкой смотрел на доставщика фирмы с банальным названием «Строгановы и Ко». Он явно пребывал в полном шоке от того, что эту дорогущую бандурину пришлось доставлять каким-то школярам.

А уж когда ему навстречу из толпы ребят, ждущих посылки, вышел я — обалдели все вообще!

Жаль, что товар пришлось получать публично. Но иначе легально посылки такого рода в школу не попадают. А ничего нелегального я делать не планирую. Мало ли дял чего мне этот тяжеленный шар, стоящий как двушка в провинции?

Откуда деньги? Так Имредан прислал! Он нынче чело… демон солидный, крупно поднялся по жизни. А за мою заботу о Сашке он давно обещал (его отцу) заботиться о моих нуждах.

Вот я и заявился в его сон со словами: «Пришёл час расплаты, зловещий демон»!!!

А теперь, кряхтя, держу на руках металлический куб с этаким сокровищем внутри.

— Эй, Осинский! — обратился ко мне тот самый здоровенный парень. Он оказался одним из четырёх официальных глав клуба, и сейчас за его спиной сгрудилась куча любопытных. — А на кой-чёрт тебе такая… хреновина?! Не, ты не подумай! Откуда у тебя такие суммы я не спрашиваю — это не по школьному уставу! Но… зачем?! Ты ж не артефактор!

— В мячик!.. Буду играть! — прохрипел я, телепаясь прочь с этим кейсом. Сколько ж он весит-то?! — Администрация пропустила это, значит можно!

Но потом я всё-таки ответил по-людски, решив, так сказать, не портить отношения с коллективом.

— Я ж иллюзионист. Хрустальный шар себе сделаю, буду смотреть по нему… всякое.

Услышав, вообще-то, абсолютно очевидный ответ, участники клуба как-то сразу поскучнели и принялись расходиться. Ну а чего они ожидали?! Хрустальный шар, наверное, единственный артефакт, который способны создать маги с моим Источником.

Ну и порталы ещё. Но порталы это особая и очень сложная вещь, её и к артефакторике обычно не относят.

— Ты чё, реально просто решил за кем-то поподглядыват?! — хихикнула Рина, подбежав и помогая мне с грузом. — Да всё интересное-то от этих шаров давно закрыто! Такие деньжищи, ё-маё…

— Это в нашем скучном мире всё интересное закрыто. — устало ответил я ей. — А я собираюсь заглянуть подальше. Намного, намного дальше, Рина. Это для наших с вами дел.

— А-а-а-а-а! — понимающе закивала она, едва не уронив этот гроб мне на ноги. — Тогда если что понадобится — зови, я мигом!

— Мигом ты только ноги мне раздробишь щас! А работать надо пла-но-мер-но. Позову, когда понадобится. Пока я сам…

И, с того дня, дозаказав ещё всякого уже по мелочи, я действительно стал регулярно появляться и в самой кузнице. Обрабатывпть, зачаровывать и наполнять силой шар из хрусталя.

Хрустальным Шаром в этом мире называют вообще-то любой следящий артефакт, в основе которого лежит древняя вера местных людей в прорицательскую мощь шара из стекла, хрусталя, много из чего.

Многие артефакты работают лишь потому что миллионы в это верят. Особенно обереги и талисманы. Хрустальные Шары — не исключение, хоть он и не оберег.

Вообще, я собирался делать именно его. Артефакт, позволяющий видеть что-то, что ты хочешь увидеть. У них множество специализаций — от древнего аналога телевидения до шпионажа и малых предсказаний.

Но я делал нечто иное. То, благодаря чему мой народ много веков назад и узнал, что существуют другие миры. Совершенно случайно узнал…, но это изменило всё. Вообще всё.

А та штука и сегодня красуется на гербе основанной мной академии. Глаз Бога. Золотистое око в обрамлении ангельского стекла.

Или нуль-хрусталя, как (по-дурацки, как обычно) его назвали местные техники. Нет, правда, ну вы сравните! Ангельское Стекло — и какой-то нуль-хрусталь!

Работать я старался рано утром и поздно вечером, всегда забирая заготовку с собой. Никто этому не удивлялся — основа-то дорогущая!

А вот когда моя работа затянулась на месяцы, когда подходила к середине зима, а я всё никак не мог закончить, вопросы ко мне возникли. Да не у абы кого, а у самой кураторши клуба артефакторов и их же игровой секции.

Так мне впервые, на пару лет раньше, чем положено, пришлось познакомиться в преподавательницей Теории Веществ — Вейей Кас Нориан.

Я удивился, услышав явно не земное имя. Но всё быстро встало на места, когда я увидел её, а Заклинание забило тревогу, чувствуя Скверну.

Нет, демоном эта Вейя не была. Но и человеком тоже.

Глава 7. Свобода воли.

В кабинет кураторши меня вызвали. Причём, вместе с моей многострадальной заготовкой Глаза Бога. Рина, обычно помогающая мне её таскать, вызвалась пойти со мной, но не сложилось.

Всё тот же здоровенный старшеклассник попросил девочку подождать у дверей. На меня он смотрел без какого-то осуждения, или пренебрежения.

Но и, явно, без страха за меня. Видимо, эта Вейя не из тех, кого боятся даже собственные подчинённые.

Подобной мрази, наверное, и не держат среди педагогов столь престижной школы. Хочется в это верить, м-да.

Так что втаскивал свой шар, уже заметно мерцающий золотистым светом, я без особой опаски. До тех пор, пока Заклинание не оповестило меня о повышенной концентрации Скверны.

Впрочем, стоило мне резко вскинуть голову и посмотреть на хозяйку кабинета, как мои опасения… ну, не развеялись, конечно. Но заметно поубавились.

Кабинет был обставлен простенько, я бы даже сказал бедно. В нём только и было, что два кресла - причём, оба для гостей, - да массивный и высокий письменный стол.

Стол пустовал. На нём вообще ничего не было, да и в самом кабинете больше ничего не было. Зато он оказался идеально чист.

А за столом стояла… да, именно стояла - у неё кресла или стула не было - его хозяйка. Вейя Кас Нориан. Высокая женщина с безупречной осанкой. Вся её фигура прямо таки излучала властность и какую-то… возвышенность.

И эффект только усиливался при взгляде на два больших лебединых крыла, сложенных за её спиной. Почти совершенно чёрных крыла - лишь немногие перья выбивались, отдавая снежной белизной.

А над спадающими с плеч белыми волосами в воздухе парили какие-то куски золотого… чего-то. Какого-то кольца, или…

Меня обдало ароматом Благодати, но какой-то… порченной. Это что у неё, нимб?!

— Добрый вечер, юноша. Мы не знакомы. - кивнула мне женщина. — Присаживайтесь. Своё изделие можете положить на второе кресло. Обещаю, у вас не будет неприятностей, ибо вы не совершили ничего незаконного.

— Добрый вечер, госпожа… э-э, Нориан? Или Кас Нориан? Как будет правильней?

С этими словами я отвесил ей лёгкий почтительный поклон, аккуратно положил свой шар и уселся в мягкое зелёное кресло. Заглянул в большие глаза женщины с пурпурными зрачками.

Они будто излучают свет.

— Удивлён? - мягко улыбнулась она. — Да, я ангел… Была им когда-то, очень давно.

Последние её слова обдали меня такой волной скорби и раскаяния, что аж сердце защемило! Я приготовился уже отражать какой-то ментальный удар, но это был не он.

Похоже, женщина просто искренне скорбит, а её сила отражает это. Иначе Заклинание уже забило бы тревогу. Пока же оно лишь регистрирует в кабинете Скверну.

— Честно сказать, не ожидал. - чуть хрипло ответил я. — Даже предположить не мог!

— На моих первых уроках все ребята удивляются! - вновь улыбнулась ангелица. — Но младшие здесь почти не общаются со старшими о преподавателях… особенно обо мне. Это не поощряется школой.

— Буду знать. - спокойно ответил я, желая поскорее убраться отсюда. Больно мне есть дело до того, кого тут собрала эта школа! — Вы что-то от меня хотели? Я не занимаюсь ничем незаконным, вы и сами сказали.

— Ты ведь понимаешь, что создавать Прозреватели не запрещено законом только потому что в мире сием их создавать не умеют?

Вот этот вопрос, заданный мне совершенно спокойным тоном, как задают вопрос «как сегодня прошёл день», резко вновь повысил градус напряжения.

Ну да! Если она и ангелица в собственном смысле слова - дух из Рая, это не говорит о том, что она родом с Земли!

Скорее наоборот. Ведь, насколько я знаю, Земля из под юрисдикции этого светлого мира уже выведена. Причины мне неизвестны, как и земным теоретикам, но считается, что это так.

Такого названия Глаза Бога я ещё не слышал. Так что, не оставляя надежды, что она всё-таки приняла мой Глаз за что-то другое, я спросил:

— Что такое Прозреватель? Не очень понимаю, о чём вы.

— Я была четыре тысячи семьсот двадцатым ангелом Исканий, молодой человек. - без тени хвастовства холодно ответила крылатая дама. — Одной из Законов. Не архангелом, конечно, но и не рядовой святой. Познавать сущее было моей сутью и смыслом. Думаешь, ты сумеешь меня провести?

— Может и сумею. - уже не притворяясь ответил я. — Может и не сумею. Но попытка не пытка!

— Однажды и я так подумала. Решила, что холодная Истина важнее праведности. Что для победы над Тьмой её стоит познать, погрузиться в неё… Я совершила ошибку.

— Печально. Но при чём тут я? Я действительно никогда не слышал слова «Прозреватель» и пытаюсь понять, понимаете ли вы, что я вообще создаю. При всём уважении.

Обычно святые и прочие такие ребята не нуждаются в угодливости и внешних признаках почёта, а иногда прямо просят их не оказывать. Так что я решил сразу говорить с ней как есть. И это, похоже, оказалось удачным решением.

— Творение, способное заглядывать за край мира. Смотреть через миры. - ответила Вейя. — Я не знаю и не могу узнать, зачем ты его делаешь. Но я должна тебя предупредить…

— …Что это опасно? Я знаю. Вы же не думаете, что Глаз Бога смог бы сделать тот, кто не знает, для чего он нужен? Вы верно заметили, что в этом мире его не знают. Вряд ли я нашёл его чертежи у деда на чердаке, верно?

— Верно. - признала ангелица. — Глаз Бога… Увы, я уже очень давно не способна прозревать Вселенную и не могу узнать, в каком из миров его называют так. На этой службе я предельно ограничена, и это величайшая радость для меня.

— Ограничены? Радость? Неужели, местная знать сумела пленить небожительницу?!

Когда я понял, что зная о Глазе Бога эта Вейя не пытается его у меня отнять, или что-то мне запретить, опасение моё отошло на второй план.

На первый вылезла моя вечная жажда исследования! Если до школьных мелочей мне нет дела, то судьба целой ангелицы, да ещё явно не рядовой… Ну кто тут откажется хотя бы попробовать её распросить?!

Я не откажусь.

В ответ на мой вопрос Вейя мелодично рассмеялась. Её голос вообще очень приятен слуху - глубокий, переливистый, текучий как музыка.

— Не дума .что они сумели бы. - отсмеявшись ответила женщина. — Хотя, как знать… Всё-таки Рай не просто так оставил этот мир. Мы… они признали его силу. Увы, я пала задолго до этого. А здесь, в мире, не знающем света Господня, я… прохожу своё Искупление.

Вот оно как. Падший ангел, желающий вернуться на свои Небеса? Но как этому помогает работа в школе?! Да ещё в той, в которой по соседству демон мучает детей!

Ну не может же она об этом не знать. Так я прямо и спросил.

— Да, я знаю об этом. - кивнула она головой, тряхнув тяжёлыми густыми локонами. — Но это тоже часть моего Искупления. Я впала в грех гордыни, юноша. Решила, что лучше Господа знаю, каков путь к исправлению несовершенного мира. Решила, что смертные просто не знают о сути Тьмы, а потому поддаются ей.

— И теперь вы вынуждены видеть, что мы её прекрасно знаем, но всё равно лезем? - мрачно усмехнулся я. Я сидел уже расслабленно, глядя на собеседницу с любопытством.

— Именно так. Уже две тысячи сто три года я отлучена от миров Света Господня, коих, хвала Ему, всё больше в обозримом мире. Мне уготован жребий наблюдать за жизнью смертных, наставлять их, учить всему, чему угодно… но никогда ни во что не вмешиваться. Никогда ничего не менять делом своим.

— Вот оно как. Ваш Демиург решил показать тебе, что ты можешь хоть до посинения вдалбливать смертным какие угодно истины, но сами по себе они никому не нужны?

— Ты воистину проницателен, юноша. А заодно мне на плечи возложена миссия проповедника. За свою долю срока я воочию увидела, как живут смертные без Света Господня, как они нуждаются в нём… и как отвергают его без сожаления. Как отвергла его когда-то и я…

Интересно, чего это она перед каким-то школьником тут распинается? Рассказывает свои слезливые истории и всё такое… Не о Боге же она со мной планирует поговорить?!

Как оказалось нет. Но о чём-то не менее унылом.

— Я рассказываю тебе всё это потому что чувствую, что ты не просто юноша. Что ты странствующая душа, остающаяся, однако, душой смертного. И силы твои… они способны привести к ужасающей ошибке!

— Да-да-да… - сразу поскучнел я. — Мне ещё в детстве один цыган из Англии нагадал, что не будет у меня ни дороги дальней, ни казёного дома. Только погружение во Тьму и смерть по заслугам. Я в курсе.

— Это несомненно. - улыбнулась она. — Все, кто делают шаг за грань, обречены на страшную погибель. Но я не вижу, чтобы ты его сделал.

— Приятно слышать!

— Приятно, что тебе приятно. - не ощутила сарказма Вейя. — Значит, твоя душа ещё не потеряна, как была потеряна моя. Увы, я не могу прозревать грядущее. Но даже так, я вижу, что ты не готов рассказать мне, зачем тебе это творение. Но я хочу предостеречь тебя! Оно очень опасно! Я знаю сотни миров, которые погибали почти сразу после того, как изобретали аналоги Прозревателя!!!

Ангелица не на шутку взволновалась. Выйдя из-за стола, она заходила по почти пустому кабинету как обычная смертная женщина, заламывая тонкие пальцы. В её голосе слышалась искренняя страсть и даже страх.

Но я оставался спокоен. У каждого своё мнение по этому поводу, и чужие эмоции на моё не повлияют.

— А я знаю как минимум один мир, который благодаря этому изобретению совершил настоящий прорыв во всех областях знания. Мой собственный. И что? Слышал я и о других таких примерах.

— Они бесспорно есть. - обернулась ко мне ангелица. — Но это лотерея. Да, если Господь уготовал мне судьбу плакальщицы на руинах очередного мира, я приму её с благодарностью. Но я не…

— А я бы не принял.

— Что?..

— Говорю, а я бы не принял такой судьбы, кто бы мне её не напророчил. - холодно ответил я, поднимаясь с кресла. — Хоть божество, хоть сам Демиург. Пока я жив - я буду делать то, что считаю правильным, а не что заповедали мне какие-нибудь высшие силы.

— Но это путь в бездну!

— Значит я шагну в неё, а потом вернусь, забрав с собой всё самое полезное. И спасу этот мир вместо того чтобы лицемерно рыдать на его руинах! Сколько вам ещё осталось просветляться, госпожа Гориан?

— Шесть тысяч восемьсот девяносто семь лет. - отчеканила она ровным голосом, как метроном.

Я присвистнул.

— Значит, в целом вам дали «девятку»? И сколько погибших миров вы собираетесь оплакать за отведённый вам срок бесстрастного созерцания?

— Столько, сколько будет угодно Творцу. - Вейя, похоже, полностью вернула самообладание. — И столько, сколько я не сумею спасти своим словом и своей верой.

— А ваш родной мир? Сильно он изменился за прошедшие века?

Лицо ангелицы помрачнело.

— Сильно. Его давно нет. До падения я пробыла ангелом ещё двадцать четыре тысячелетия, и за сей срок мой мир пал жертвой собственных страстей.

— Прекрасно. - усмехнулся я. — В таком случае, удачно вам отмотать свой срок ещё в каких-нибудь мирах, когда падёт этот. А там, глядите - снова вернётесь на Небеса и заживёте как в сказке. Вечность. Уже никуда особо не стремясь и не подвергая Слово Господне сомнениям.

— А ты? Я не могу и не желаю препятствовать тебе. Но я должна была предостеречь!

— …Чтобы вновь увидеть, как смертный, прекрасно зная обо всех рисках и о возможном крахе, шагнёт во Тьму? Я шагну. Ведь, в отличии от вас, я на это способен. Слава Богу, или кто там сотворил людей, что мы способны действовать в своих собственных интересах, пусть в идеале они и совпадают с интересами большинства. Мои - совпадают. Моих врагов - нет. Вот и вся мораль. Думаю, именно по этой причине мы живём в мириадах миров. Я могу идти?

— Идите, Константин. Идите…

***

Вейя полностью сдержала своё слово, не чиня мне никаких препятствий. Похоже, она никому и не рассказала обо мне. Так что, уже весной, постоянно отвлекаясь то на учёбу, то на школьные мини-турниры по Магбою (я щёлкал их как орешки, ничего значительного), я завершил создание своего артефакта.

Глаза Бога.

К этому моменту ребята тоже стали заметно взрослее. Все входили в юность, Сашке вот только исполнилось уже двенадцать.

Я знавал людей, особенно одарённых, которые в двенадцать уже вели вполне взрослую жизнь, осваивали науки, самостоятельно развивались как маги.

Да, таких абсолютнейшее меньшинство. Но, будем честны, наша четвёрка - не совсем обычные люди, даже маги, росшие в совсем необычных условиях.

Эфирогоны дома, постоянные всевозможные тренировки, планомерные занятия в детском саду, богатейший опыт детства, смешанное происхождение Рины и Сашки…

Всё это привело нас к тому, что к двенадцати годам мы спокойно можем тягаться с подростками лет пятнадцати даже физически.

А уж в плане ума, магического дара, зрелости воли - и подавно. Так что ребята подошли к тренировкам в этом году очень серьёзно.

И, уверен, так же сделают и в следующем, и через год, и через два… К турниру мы подойдём совсем другими людьми.

Дело осталось за внешними факторами. Для начала - за оружием.

За год на наших взрослых никто больше не покушался. Точнее, «копать» под Дашкова стали только активней - но копали по армейской линии, что автоматически сделало его заметной фигурой в московской политике.

Я в очередной раз убедился: хочешь защититься - стоит стать известным.

Ну а остальные… ещё раз пять сменив дислокацию, остальные сумели полностью залечь на дно. С журналистскими агентствами теперь работала исключительно известная в Москве Настя, а остальные старались не высовываться.

Благо, Имредан, как и другие знакомые отца, частенько подкидывали ему разные заказы. Чего-чего, а тёмных тварей в городе расплодилось ну просто выше крыши.

Нет, правда - интернет полнится ночными фотками всяких крылатых тварей. Население напряжено и напугано.

В общем, обстановка успокоилась. Так что родители всё-таки забрали нас на лето из школы. Привычный глайдер Эльданы отвёз нас в новое место жительства - на этот раз мы просто арендовали целый этаж в небогатой высотке на окраине Москвы.

Благо, воздушный транспорт добавляет мобильности, Имредан со своим клубом обретается тут неподалёку, а демонов в бедных кварталах хоть отбавляй.

Но и тут мы не задержались. Ведь Сашку, Рину и Лизу я подговорил заранее. Так что после нашего дружного нытья:

— А может в Пермь поедем?! Мы там так давно не были!!! Да и там же безопасней!!!

…Родители сдались… не особо и сопротивляясь. И уже через три дня Дашков обеспечил нам скрытный транспорт. Как тогда, восемь лет назад. Но на этот раз мы ехали среди буйной июньской зелени.

Отправилась с нами Эльдана… а ещё Имредан!

Вот уж от чего я натурально охренел!

— Ты-то куда собрался, железяка? - усмехнулся я, когда выдалась минутка поболтать наедине. — У тебя же тут заведение, не?

Имредан рассмеялся своим металлическим каркающим смехом.

— Заведение не пропадёт! За столько лет я стал вполне доверять Артуру… а и помимо него у меня там теперь хватает надёжных ребят! Помнишь тех .с кем мы батю Рины мочили? Ну вот они хотя бы. А мне не помешает отдых…

— Тебя кто-то из наших уговорил что ли?

— Ну… Они не настаивали. Но никто из них сейчас отлучиться не может, а Эльдана, при всём уважении, при всех её боевых навыках… ну, не маг. Вот и всё. Но вообще, предложил я.

— И даже батя согласился! - хохотнул я. Да, к этому моменту я уже знал, что родители согласны. — Демонолог всё-таки решился оставить сына с демоном!

— Решился, решился. - пробурчал Имредан. — Мы друг друга так давно знаем, и я ни разу не давал повода усомниться в себе, знаешь ли! К тому же… тут отец Сани объявился.

— Адам?! - ахнул я. — Живой?!

— Живой, курилка. Что с ним станется?! - усмехнулся демон. — Я же говорил, как сдохнет - я вам сообщу! К счастью, не пришлось.

— А где он был-то?

— Где-где! В Тауэре в основном.

— В Тауэре?

— В Тауэре. Ну, каменные мешки, усиленный караул, ров с кислотой и антимагические колодки! Грёбаный, мать его, Тауэр! Королевская британская тюрьма для изменников короны!

Я присвистнул. Надо же! Вот уж чего не ожидал… хотя, собственно, а почему не ожидал-то? Адам явно был связан со спецслужбами. Видимо, запутался в этих связях, вот и всё.

— За что сидел-то?

— А это он уже сам потом расскажет… если сумеет вернуться в Россию так, чтобы ещё и тут не схлопотать десятку на Лубянке!

Да уж. Если схлопочет, будет действительно как-то неловко. Он, конечно, живучий как демон, но не до бесконечности же!

— А как связано его возвращение с тем, что родители-то к тебе хорошо относятся? - вернулся я к теме.

— Да всё просто. Во-первых, Адам подтвердил, что всё это время я помогал ему как мог. Как минимум полностью обеспечивал Эмму, которую в Британии сделали по сути бомжом. А во-вторых, если всё сложится удачно… он и сам заглянет к нам в гости. Сына повидать.

— Чудно. В таком случае, жду не дождусь отправления.

И это было правдой. Неодарённая Эльдана и знающий о моей истинной натуре Имредан - идеальная, прямо таки наилучшая компания для спокойного путешествия и осуществления всех моих планов на лето.

А планы эти грандиозны. Когда я ещё на подъезде к пермскому имению ощутил астральный фон, исходящий от наших Мест Силы, я понял. Уже вот-вот я смогу заглянуть в бездну.

И высмотреть там того, кого мы сумеем пустить на оружие!