Архимаг: Демон

Глава 1

Старость. Ненавижу старость. Отдал бы всё оставшееся время, лишь бы прожить хоть один денек молодости.

Ночное небо полно таких красивых, бесконечно далеких холодных звёзд, но все они сливаются в бесформенную мешанину. Даже очки уже слабо помогают. Кресло стоит как неплохой автомобиль, но кости все равно ломит. Чёрт, раньше мог днями на пролет бегать, ходить, стоить, теперь же путешествие от кухни до веранды уже тянет на маленький подвиг.

В лицо подул слабенький ветерок, принося с собой ароматы цветущего жасмина в саду. Ненавижу жасмин. Точно, завтра же скажу прислуге вырубить все кусты подчистую. Все одно жены уже лет как пятнадцать нет в этом мире, никто не закатит истерику.

Стукнулся лёд о стены стакана, виски обласкал старческий пищевод волной тепла. Глубокая затяжка и вверх устремилось облачко сизого табачного дыма. Хорошо. Хоть какая-то радость в жизни. И пусть этот молодой врач говорит о вреде, какая к бесу разница? Сдохну побыстрей, закончу то, что уже давненько лишь существование, никак не полноценная жизнь.

Нащупав рукой кнопку лампы на подлокотнике, прожал. Свет мягкий, желтый. Сделав ещё один глоток виски, зажал сигарету в зубах и раскрыл книжку. Почти закончилась, а жаль. Не часто попадается фантастика или фэнтези из современного, которое читаешь с тем же юношеским интересом к неизведанному, будто не семьдесят четыре тебе, а вновь четырнадцать.

Закончилась книжка ближе к утру, серая предрассветная хмарь уже клубилась средь садовых деревьев, да и звезды пропали. Не было больше цветных пятен на небе.

Двадцатый окурок отправился в пепельницу, закончившаяся книжка легла рядом, последний глоток уже теплого виски был все равно несравненно лучше очередного витаминного коктейля. Ха, кому бы сказал из сослуживцев, что теперь тот самый Димка пьёт морковный сок с полезными добавками… а уж как бы ржали братки над боссом, если б увидели со стаканом смузи из сельдерея. Особенно после того случая в девяносто четвертом. Да уж. Были времена, не то, что сейчас. Старая развалина.

Кулак с силой впечатался в подлокотник кресла, боль в руке лишь раззадорила. Самодовольно ещё хвалился. Один остался, всех врагов пережил, красавчик. И что теперь? Полкан тот, Уляба, давно уж, наверное, снова в молодом теле чужих девок тискает. Сиплый и Петр Палыч тоже, не от давления таблеточки пьют. Один я остался, все никак не сдохну, живчик. Да только к чему жизнь-то такая, а?

Уперевшись руками в подлокотники кресла, медленно стал подниматься.

- Ух ты ж! – спину прострелило болью, да так, что в глазах потемнело.

Размазня. Раньше и от огнестрельного лишь зубы сжимал посильнее.

Распрямившись, уже хотел было сделать шаг, но тут вспышкой боли отозвалось уже сердце. В глазах потемнело, но теперь уже навсегда…

…или же нет?

В себя приходил быстро. Спина вся болела, но не так как раньше. Злая боль, не старческая. Голова трещала, но далеко не от давления. Солоноватый, такой родной вкус во рту – кровь.

Рывком подскочив с каменистой земли, запоздало было испугался очередных болей в суставах, но отринул пока эти мысли. Тело пело. Оно полнилось энергией, да такой, что по старости уж и позабыл подобную. Открывшиеся глаза видели все четко, ясно. Небо какое-то больно красное, куда не кинь взгляд – каменистые серые холмы, покрытые пылью и мелкой жесткой травой с редкими чахлыми кустами. Но всё это было сейчас не важно. Важна была тварь передо мной. И не одна.

Вроде и собака, но здоровая. Мне холкой до плеча достанет точно. Рвет на куски уже даже не кричащего, тихо хрипящего демоненка. Да-да, самого настоящего демоненка, мелкого такого, краснокожего, с когтистыми лапками, рожками и будто атрофировавшимися крылышками за спиной. Точнее одним крылышком, второе валяется чуть в стороне.

Понятное дело, что этот рыжий пес, смахивающий на шипастую гиену тут же, кинется на меня, как только домучает беса. Нужно бить первым, пока адская версия Мухтара не обернулась назад.

Зашарив глазами в поисках оружия, увидел лишь камень с человеческую голову размером чуть в стороне. Сойдет, за отсутствием пистолета там или дубинки. Тихо, стараясь не шуметь, но при этом и не тратя время, добрался до булыжника. Мои красные когтистые ручки схватили камень и… Красные когтистые ручки!? Чуть не уронил на землю ношу от неожиданности. К чёрту, потом разберусь, сейчас главное тварь прикончить!

Подкрасться, к сожалению, не удалось. Тварь похоже меня услышала. Окровавленная приплюснутая пасть повернулась в мою сторону. Ни рыка, ни лая. Шерсть вздыбилась, мышцы на сухом теле псины напряглись.

Успел. Мразь уже летела на меня, когда с усилием кинутый валун впечатался ей в грудину, сбивая на пыльную землю и заставляя кубарем прокатиться по жесткой красноватой траве.

Я с несвойственным мне полуписком-полурыком напрыгнул сверху, тело само стало полосовать морду псины когтями. Щелкнули челюсти, сознание затопило адской болью. Правой руки не чувствовал до локтя. Боль вызвала лишь ярость и ненависть, которые на удивление прочистили мозги. Теперь в активе была только левая рука, но бессмысленно полосовать моржу я перестал. Вместо этого обхватил задними лапами псину, вцепившись в загривок, сам же начал уцелевшей левой с остервенением тыкать в глаз.

Пес рычал, пытался снова вцепится зубами, но даже скинуть меня не смог. Держался я крепко, упаду – и точно конец мне придет.

Наконец, когтистый палец погрузился в горячий внутренний мир псины, послышался скулеж, я сильнее надавил, пробивая мозг своим кривоватым когтем с зазубринами. Адская животина держалась, брыкалась, но коготь все продолжал проворачиваться, превращая все в пределах досягаемости в кашу. Ноги псины подкосились, она упала в пыль, но я продолжил своё грязное дело, пока тварь окончательно не стихла.

На краю сознания что-то тренькнуло, по телу прошлась слабенькая волна теплоты и удовольствия.

Времени обращать внимание на мелкие странности не было совершенно, требовалась понять, что вообще тут происходит.

Пнув пару раз труп гиены-пса-непонятной адской животины, убедился в окончательной и бесповоротной смерти оной. Теперь следовало проверить местность на наличие противника, это основы, не соблюдая которые можно очень быстро получить передозировку свинца в организме. Ну или клыков, учитывая какие тварюшки тут встречаются.

Окружающая действительность была максимально неестественной, сразу становилось понятно – я далеко не на старушке Земле. Бескрайние просторы невысоких холмов, пара бурых речушек неподалеку, совсем маленьких и извилистых. Небо переливается всеми оттенками красного, редкие низкие черные тучи вдалеке закрывают клонящееся за горизонт светило ярко-бордового цвета. На востоке же, высились громады гор, чьи вершины устремлялись в небо тремя скрюченными пальцами. И на этом все. Совсем все, если не считать унылую растительность в виде красноватой и коричневой травы и редких полудохлых кустов. А, нет, у берегов речек растет камыш. Ну или что-то на него похожее.

Не обнаружив поблизости ничего живого, принялся за осмотр себя самого. Первое, что бросается в глаза, за исключением моей явно не людской природы – правая рука откушена по локоть. Вон, ошметки кожи свисают с кусочками мяса. Вот только стремления выть от боли у меня не возникало. Почему-то. Да, боль была. Но явно не такая сильная, послабее даже пулевого ранения, хотя, по описанием сослуживцев, должно быть строго наоборот. Сам, благо, раньше такого опыта не имел. Кровь на удивление уже почти остановилась, лишь сочась мелкими капельками через свежую корку и капая с культи на серую пыль. Спина все ещё побаливала, на ощупь там было не меньше семи глубоких борозд, иногда достигающих ребер – похоже псина успела подрать до того, как я очутился в тельце этого… существа. Ну, и самое вкусное – я переродился. И совсем не так, как то описывали буддисты. Скорее стал этим… попаданцем, вот! Странное слово, обозначающее перерождение с сохранением памяти, да, на старости лет читал и такое фэнтези, грешен. И раз грешен, то и стал по итогу демоном. Ну или существом крайне на него похожим.

Моё новое тело было, откровенно говоря, не очень высоко. Рядом никакой завалящей линейки не было, но не думаю, что ростом теперь превышаю полтора метра. Передвигаюсь на двух ногах, чуть сутулюсь, кожа красная, рожа, судя по всему, ужасная. Есть маленькие рожки и совсем не маленькие когти, руки и ноги пятипалые и мало чем отличаются друг от друга – прям как у шимпанзе. Тело, откровенно говоря, худосочное, живот впалый, пупка нет. Даже ребра отлично видно.

Судя по второму телу, уже тоже мертвому, которым и обедала собака, лицо, а правильнее сказать рожа, у меня нынче также далека от идеала. Человеческие черты, но нос будто отрезали, кривоватые клыки в широкой пасти, уши… ну, эльфийские допустим. Правда жирноватые они для эльфийских, но пусть хоть что-то будет во мне из условно красивого. В общем и целом, тот ещё уродец. С сомнением глянув на набедренную повязку своего нового соотечественника, решил не использовать эту половую тряпку в качестве перевязочного материала.

Живот предательски заурчал. Голод нахлынул внезапной, но всепоглощающей волной. Ещё раз оглядевшись, печально вздохнул. Если я тут надолго и испытываю голод, значит нужна еда. Из вариантов – камни, трава, кусты, псина и новый соотечественник, наверное. Или собрат по крови? Судя по клакам в моей пасти, я явно не травоядное. Да и траву кушать меня совсем не тянет. А вот от одного вида мяса живот скручивает новый спазм голода.

За неимением инструмента, ни костра, ни нормальной разделки мяса не получилось. Гиену пришлось кромсать моими вполне острыми когтями, которые с трудом брали толстую прочную шкуру. Сырое мясо было отвратительным, благо, судя по реакции организма, при этом вполне сносным источником энергии, белка и микроэлементов.

Так, жуя стейк с прожаркой «мечта сыроеда», принялся обдумывать сложившуюся ситуацию. В своём мире я явно умер. Уж инфаркт опознать смог, был уже один, но слабенький. То есть сбылась мечта дурака – умер наконец. Причем сбылась, судя по всему, очень качественно. Сдохнуть сдох, но не до конца. Теперь вот, в теле беса обживаюсь. Ну или не беса, без понятия пока что кто я там по видовой принадлежности теперь. Даже потерянная рука не особо печалит, прорвемся. Зато молодой. Ну или не очень, честно, в иных видах разумных существ разбираюсь не ахти как. То, что разумных, сомнений не было – животные повязки скрывающие гениталии не носят, а мой дохлый сосед имел половую тряпочку, прикрывающую седалище и прочие интересности, как и я сам.

Оторвав зубами от своего куска мяса кусочек поменьше, вновь принялся тщательно жевать. Пастью, где все зубы являются клыками, удавалось это непросто. По идее, с таким строением рта, я пищу должен просто глотать, если опираться на почти позабытые уроки биологии, но точно не уверен. Сам процесс доставлял удовольствие, хоть и была еда отвратной – когда последние годы зубов из-за старости явный недобор, снова иметь возможность нормально есть уже очень приятно, никакие протезы не сравнятся, что бы там не говорили ушлые стоматологи.

Неприятное чувство на краю сознания не давало покоя. Будто забыл что-то, мысль вертеться вокруг, ускользает каждый раз, когда почти удалось схватить её за хвост. Сосредоточившись, припомнил все, что произошло со мной странного за это недолгое время. Ну, это если вывести за скобки смерть, перерождение, бой и обед сырым мясом демонической гиены. Что-то точно было. Что-то неуловимое, немного приятное, от чего… отмахнулся! Вот же! Когда убил тварь пёсью, по телу пронеслась волна тепла и я испытал небольшое удовлетворение, мне раньше не свойственное. Убийства мне никогда удовольствия не приносили. Схватившись за мысленную «ниточку», как будто «потянул» на себя.

Перед глазами появилась табличка. В голове что-то явственно щелкнуло. Возможно, это моя логика на пару со здравым смыслом взвели курки пистолетов, приставив их к вискам.

Система приветствует тебя, пользователь!

Система является Ме, надстройкой души, в данном случае направленной на развитие пользователя.

Внимание! Из-за Системы владелец теперь никогда не сможет набирать могущество путем пленения душ и поглощения выделяемой ими ба-хионь. Стандартный путь развития как демона невозможен.

Функция Системы – переработка частиц души убитых пользователем существ и направление полученной энергии на развитие оболочек души владельца. С развитием пользователя функции Системы могут быть расширены.

Трижды перечитав текст из всплывшего красного окошка, украшенного золотыми узорами, я протяжно вздохнул. Вот значит как. Перерождение, Система - точно попаданец в общем. Даже если всё это окажется предсмертным бредом агонизирующего разума, то… а что, в сущности, это меняет? Я осознаю себя, испытываю эмоции, ощущаю вкус мяса во рту, вижу мир, дышу этим жарким воздухом. Живу. Примем за факт, пока не доказано обратное: я переродился. И в знакомом мире, если брать во внимание некоторые оговорки, а именно Ме и оболочки души. Читал фэнтези с такой терминологией буквально перед самой своей смертью. Но свою теорию можно вывести и позже, сейчас слишком мало информации, которую, кстати, можно добыть, прожав иконки интерфейса, появившиеся после прочтения приветственного сообщения.

Итак, первое окошко после мысленного пожелания раскрылось, представ перед моими глазами:

Имя: нет.

Уровень: 2

Тело: 1

Магия: 1

Демоническая сила: 1

Свободные очки: 2

Так-так. Уже что-то. Но вот как понять, что имеется ввиду под… ага, понял. Как только я задумался о значении термина «тело» и что значит единица напротив, всплыли две подсказки.

Тело – параметр, заключающий в себе Первую и Вторую Оболочку души. Первая Оболочка это физическое вместилище, собственно, само тело пользователя. Вторая Оболочка это прана, жизненная энергия, которая содержится в каждом живом существе и обеспечивает процесс жизни. Прана поддерживает состояние физического тела, пропитывает каждую его клеточку. Полная потеря праны означает смерть физического вместилища души, Первой Оболочки.

Система измеряет развитие и выражает его в максимально доступной и понятной форме для носителя. В данном случае единица это первоначальный уровень развития пользователя, по мере развития он будет увеличиваться.

Таким методом, то есть простым желанием знать, мне удалось понять значение всех остальных терминов.

Магия. Самое интересное для меня. Отвечает за возможность оперировать маной. Комплексно: контроль и объем энергии которыми могу воспользоваться.

Демоническая сила… отвечает, собственно, за мои демонические способности. Которые пока, по факту, отсутствуют.

Свернув на время свой профиль, если так можно выразиться, приступил к изучению второй иконки, в виде желтоватого конверта. Перед глазами тут же появилась вереница сообщений.

Новый уровень: 2

Это за убийство страшненькой гиены, надо полагать. Так, уровня у меня два, неких свободных очков также парочка. Ну, принцип более-менее понятен.

Следующее сообщение было ещё интереснее:

Пользователь, чтобы использовать свободные очки, прежде необходимо выбрать класс.

Рядом с табличкой висела стрелочка, «нажав» на которую, я раскрыл список тех самых классов.

Доступные классы:

Воитель

Маг

Колдун

Как-то… маловато. Не такой уж и большой знаток я в подобном, но мне казалось таких вот направлений должно быть побольше. Сосредоточившись, попытался мысленно, волей, получить информацию от Системы. Как будто хочу пояснений, но не об определенном термине, а о ситуации в общем.

Мысленно «тужился» добрых минут десять, перебирая и перефразируя вопросы. В итоге удалось добиться двух скупых пояснений:

Система – Ме, зародившаяся хаотически, в итоге слияния душ смертного человека и бессмертного демона.

Система помогает в направленном развитии оболочек души, но только в пределах доступной энергии. Система связана с сознанием пользователя и с ноосферой.

Всё. Ещё добрый час попыток углубится в вопрос не принесли ничего. Из всей полученной информации выходило так, что Система оформилась из моих мыслей, потаенных желаний и бессознательного, используя как ресурс Тьму моей Восьмой Оболочки. Той самой Оболочки которой обладают только бессмертные сущности, к примеру – демоны. Из этого же и вытекает доступный перечень классов и они сами.

К счастью, суть классов мне всё же удалось понять.

При выборе воителя моё дальнейшее развитие будет сосредоточено на оперировании жизненной силой и использовании всевозможного оружия. То есть прогресс будет завязан на прану, способность ею оперировать. Стану в итоге сильным, быстрым, выносливым. При нажатии на стрелочку рядом с этим классом вылезла добрая сотня подклассов, каждый из которых также пришлось внимательно изучить. Тут было решительно всё, что только я мог вообразить. И классический рыцарь, использующий латы с мечом, и варвар, орудующий секирой, и лучник, и монах, тело которого – и есть оружие… но все это было не то. Не лежала у меня душа к такому. Рядом, буквально руку протяни, есть возможность стать самым настоящим магом! Кто откажется от такого, в пользу махания железным дрыном?

Из чисто научного интереса решил также ознакомиться с тем, что может предложить класс колдуна. Ну, примерно, как я и думал. Колдун – пользователь заёмной силы. Была возможность принести клятву верности, а вместе с тем и свою душу на блюдечке разнообразным высшим сущностям. От одного перечня доступных имен кровь стыла в жилах, а на абсолютно лысом теле волосы вставали дыбом. Азаг-Тот, Пазузу, Шаб-Ниггурат, Асмодей, Ктулху… список закрылся быстрее полета мысли. Если я во вселенной Архимага, а это уже почти доказанный факт, то даже одно простое произнесение этих имен может привлечь внимание обладателей. Вся моя новоприобретенная демоническая природа вопила об опасности даже простых имен, не то что существ, которых ими именуют. К чёрту. Слишком свежи мои воспоминания о написанном про эту вселенную, если они правдивы, то я оказался в очень страшном месте. Правда, полном исключительных возможностей, если удастся не сдохнуть от самых различных ужасающих тварей миры вселенной населяющих.

Оставался класс мага. Раскрыв предложенные подклассы, с головой нырнул в их изучение, стараясь поскорее забыть о том неконтролируемом ужасе, что вызывали недавно прочитанные имена.

Условно-мирные направления я отмел первыми. Если хочу выжить в окружении демонов, тут, где спокойно шастают твари наподобие адской гиены, флористика или любовная магия мне мало помогут. Мне нужна сила, если не хочу оказаться обедом или рабом более могущественной твари. Это же подразумевает и Система, ведь это Ме берет энергию для моего развития из частиц поверженных мной же врагов.

Было множество интересных вариантов. Та же магия вампиризма – способность высасывать энергию из других существ. К сожалению, для меня она не особо подходила. Без должных знаний и умений как её применять энергия бесполезна. Магических школ и мудрых наставников, готовых взять меня на обучение поблизости не видать, а значит по итогу я стану просто перекачанным маной и праной монстром. Сильным, безусловно, но это далеко не предел мечтаний. Есть варианты и получше.

Были и экзотические направления, наподобие болотной магии, которая предлагала своему адепту таинства управления болезнями, ядами и кислотами. Но как-то не лежала у меня душа превращаться в всамделишного дерьмодемона.

Глаза просто разбегались при виде десятков наименований. Десятков путей, выбрать из которых можно лишь один. Так. Нужно привнести системность в весь этот хаотический хоровод моих мыслей и желаний. Что предполагается подклассом? Скорее всего именно в этом направлении у меня будет большой потенциал, эта область будет наиболее эффективно мной развиваться за счет Ме. Но это же не значит, что мне будут закрыты все остальные пути? Нет, они станут лишь труднее. Уверен, будь у меня учебники по той же магии смерти, я смогу её освоить рано или поздно. Просто на этом поле придётся играть по общим правилам, прилагать такие же усилия, какие прилагают для освоения этой ветви Искусства простые маги. Значит, нужно выбрать подкласс, который позволит мне дожить до тех благословенных времен, когда будет возможность изучить другие направления магии.

Я демон. Вокруг, судя по пейзажам и местной фауне явно тёмный мир. Даже сейчас, будучи простым мелким бесёнком, или как там мой вид называется, я буквально кожей ощущаю потоки Тьмы, что струятся вокруг. Из моих знаний о метавселенной, описанной писателем с Земли: тёмные миры чаще всего населяют демоны. То есть первое время противостоять мне будут именно любители чужих душ в собственном соку. А какая область магии наиболее эффективна для убиения ближнего своего, если ты демон? Правильно, демонология. От такого вывода непроизвольно хохотнул. Смех получился жалким и писклявым. Черт, как только наберу побольше силушки, обязательно надо будет что-то сделать с моим новым телом. Оно мне категорически не нравится. Слишком уродливое, да и слабоватое. Вон, несчастную псину забил только на голой удаче и то, руки лишился. Благо, в мире, где есть магия, инвалидность это не приговор.

С выбором определился. Мимолетное, но твердое желание и вот, новое сообщение перед глазами:

Выбран класс маг, подкласс демонолог.

Доступны новые заклинания.

Доступны новые расовые особенности.

Заклинаний предлагалось всего три на выбор.

Тюрьма низших – позволяет создать малый круг, который будет сдерживать в себе слабых существ чья природа полнится Тьмой. Требует постоянной подпитки маной от мага в соразмерности тем усилиям, какие прилагает заключенный, чтобы выбраться.

Малый призыв – призывает случайное слабое демоническое существо.

Цепь Нингена – пламенный кнут, которым можно как биться, так и ненадолго сковать, ослабив цель. Чем больше вложено маны, тем эффективнее действие.

Расовые особенности интереса не вызывали.

Ядовитая слюна – теперь ваша слюна способна ослабить или вовсе убить некоторых существ.

Гнев демона – при сильном гневе ваши силы возрастут, организм мобилизует все ресурсы. Продолжительность зависит от силы пользователя, после пользователь станет уязвим и слаб, потребуется время для восстановления.

Оба варианта предполагали сражение на сверх близких дистанциях, что при моей инвалидности и явной слабости на фоне той же демонической гиены равносильно смертному приговору.

Из заклинаний призыв отмел сразу. Никаких ритуальных кругов сдерживания демонов я не знаю, так что при использовании ко мне перенесет ничем неограниченного злобного монстра, который с большей вероятность меня просто сожрет. Оставались Тюрьма низших и Цепь Нингена. Выбор тут был для меня очевиден, ведь с некоторой натяжкой Цепь сможет выполнять функции Тюрьмы, при этом кнутом можно будет ещё и сражаться, не подпуская врага близко. Да, кнутом владеть я не умел, но… а чем умел? Заклинаний призыва ТТ с освященными пулями или АК-74 не предлагалось.

Сделав выбор, ощутил, будто вспоминаю. Вспоминаю то, что никогда не помнил. Как ощутить силу внутри себя, как направить её в руку, как управлять созданным кнутом.

Я ощущал тлеющие угли глубоко внутри, распаленные накатившими знаниями. Они вспыхнули, породив трескучие горячие искры, пробежавшиеся до моей когтистой лапы, которая с силой сжала пылающую рукоять трехметрового кнута. Он воспринимался как новая конечность. Кончик дернулся и вскоре воспарил над землей. Я захотел и кнут с силой впился в голову уже мертвой гиены, прожигая шкуру до черепа. Волевое усилие, сотканный из пламени кнут разгорается ещё ярче. Гудящие оружие со свистом описало дугу и с треском проломило череп псины.

Я завороженно, с потаенным восторгом наблюдал как Цепь Нингена плавает в воздухе, загибаясь во всевозможные фигуры, высекает пыль и крошку из камней и с легкостью кромсает труп уже мертвой демонической псины, раньше казавшейся совершенным хищником.

Но наслаждаться новоприобретённой властью над чем-то таинственным, магическим, не вышло. Буквально через три минуты пламя в груди стало угасать. Мана заканчивается. С сожалением развеяв заклинание, снова призадумался. Оставалось ещё одно очко, с помощью которого можно было купить заклинание, особенность или же улучшить одну из характеристик. Расовые особенности практически бесполезны, а между ещё одним заклинанием и увеличением магической мощи лучше пока выбрать второе. Если не хватит энергии в бою, бесполезно знать и сотню заклинаний, всё одно не смогу их сотворить. Был ещё соблазн вложится в тело, для лучшей выживаемости, но поразмыслив, отмел этот вариант. Сомневаюсь, что та же регенерация станет на порядок лучше от одного очка, рука тоже не отрастет, потому нет смысла.

Вложив последнее оставшееся очко в магию, почувствовал, как небольшое огонек во мне прибавил силы и стал с каждым мигом все больше разгораться. Значит, регенерация маны тоже улучшилась. Отлично.

К моменту как я закончил с первым ужином в своей новой жизни и Системой, светило окончательно скрылось за горизонтом. Холмистые просторы накрыли сумерки. Хоть местная звезда и скрылась за горизонтом, небеса всё также продолжали переливаться всеми цветами красного. Будто северное сияние, только вместо радуги всевозможные оттенки винного и бордового, с вкраплениями насыщенного оранжевого.

Спать на удивление не хотелось. Возможно, моя новая природа даёт о себе знать.

При повторном обзоре местности приметил стайку из трех демонических гиен в паре километров, они бежали на запад, туда, где недавно скрылась за горизонтом звезда моего нового мира.

Всю жизнь сидеть на холмике мне не улыбалось, потому началась подготовка к походу. Первым делом закончил разделку туши убитой мной псины. Выбрав лучшие куски мяса, подобрал поблизости более-менее плоский камень и принялся мелко нарезать плоть своей добычи. Выходило отвратно, когти мои для этого были явно не предназначены. Но за час управился. Большая часть фарша отправилась лежать на куске снятой шкуры, меньшую размазал тонким слоем по камню и снова призвал Цепь Нингена. Пламенный кнут источал жар, он-то мне и был нужен. Покорное моей воле оружие скрутилось в спираль и зависло над камнем, не близко, чтобы не спалить мясо, но достаточно для ускоренной сушки.

Силы закончились на седьмой минуте. Отозвав кнут, уселся прямиком на землю и принялся мастерить, попутно ожидая пока мана восстановится. Из меня не бог весть какой рукодельник, но для моей задумки хватит наличия интеллекта чуть повыше обезьяньего и прямых рук. Ну, руки в моем случае.

Сначала отчекрыжил, а по-другому и не скажешь, подходящий кусок шкуры гиены. Далее следовала долгая и нудная работа по удалению с кожи ошметков мяса, жира и шерсти. При наличии трех рабочих лап и туповатых когтей это было сложновато, но справлялся. На середине данного действа мана восстановилась, и я опять устроил солярий фаршу на камне.

Так и провел время до рассвета мастеря предметы для похода и попутно высушивая мясо при помощи магии.

Итогом стали грубая сумка полная сушеного мяса и пока пустой мех для воды. Вместо нитей для сшивания использовал жилы, а когти стали заменителем шилу. Пробил дырочку, продел жилу и так пока не скрепишь нужные куски. Поделки мои выглядели откровенно плохо, воняли и того хуже, но это было хоть что-то.

Перекинув ремни моих новых аксессуаров, сделанных из натуральной кожи и при помощи исключительно ручной работы, зашагал в путь. Топал не бездумно, а выбрав направление – на восток. Ну или не восток. В общем, туда, где садится местное светило, которое с первыми же минутами рассвета стало прогревать и так жаркий воздух.

Первая остановка случилась через полчаса, у берега речки. Вода откровенно грязная, бурая, но выбирать не приходилось. Утолив жажду мерзкой на вкус жижей, наполнил свою фляжку и побрел дальше.

Местность для туризма была отвратной. Камни, колючая трава, постоянные спуски и подъёмы из-за холмов, ещё и солнышко красненькое припекает. Но новое тело откровенно радовало. Хоть ножки и короткие, ростом теперь я невелик, зато выносливость дикая. Четыре часа по сложной местности, а ни единого признака усталости.

Шёл аккуратно, постоянно высматривая опасность. И поражался пустоте. Серьезно, ни одной завалящей мошки, не то, что животинки какой дьяволической. Только серо-красно-бурые пейзажи, да слабы засушливый ветерок в спину.

На часу примерно шестом, когда я уже было стал подозревать, что остался последним представителем фауны в этом мире, меня поспешили разубедить в столь гнусных предположениях. Причем разубедить радикально – путем пробития моего брюха копьем.

Движение при спуске с очередного холма заметил лишь благодаря опыту боевых действий в гористой местности. Красный чёрт, мой собрат по расе, выпрыгнул из-за камня как наш дальний родственник из табакерки.

- Кахяя! – взвизгнуло это рогато-крылатое недоразумение, метнув в меня копье.

Увернулся лишь чудом. Вспоротый бок вспыхнул болью, древко копья со стуком упало на каменистую землю. Из-за камня уже выходила тройка демонов, сжимая в руках приличного веса дубины.

Никаких разговоров, троица с повизгиванием бросилась в мою сторону с неандертальскими битами наперевес. Боль лишь усилила мою ярость, пламя в глубине души вспыхнуло, в руке загудел огненный кнут.

Выбежавший чуть вперед демон, самый крупный, получил кончиком кнута по лицу и с диким воем покатился по земле. Его собратья лишь перепрыгнули препятствие. Второго удалось полоснуть по руке и плечу, он выронил дубину, присоединившись к крикам первого.

До третьего дотянуться не успел. Попытавшись отпрыгнуть, не смог до конца увернуться от удара. Правое плечо хрустнуло, из горла вырвался сдавленный рык. Сбитый, я упал на землю. В голове на миг помутнело от боли. Точно перелом.

- Сдохни! – завопил радостный демон, вновь замахиваясь своей дубиной.

Левая пука ещё сильнее сжала рукоять кнута. Тело болело неимоверно, но близость смерти придавала сил.

- Кх. – захрипел замахнувшийся враг, когда кнут обвился вокруг его шеи.

Дернув на себя, повалил противника на землю. Тут же, не останавливаясь, вскочил и нанес своей ногой удар в лицо. Когти вспороли морду демона, пятка с силой впечаталась в нос.

Развеяв на мгновение кнут, призвал его вновь, обрушив на уже пришедшего в себя противника с обожжённой рукой. Маной Цепь Нингена я накачал от души, она вспорола глубокую борозду на брюхе твари. Ещё раз для верности впечатав ногу в морду поваленного врага, ринулся полосовать кнутом второго. Пять ударов под визги и вой заставили тело на земле затихнуть. Вернувшись, добил противника с полностью расквашенным лицом, превратив его голову в сплошное месиво первым попавшимся под руку камнем. Ману тратить не хотелось, она уже на дне была.

Остался лишь один, тот, кто и бросил в меня копьё и выбыл из схватки самым первым, получив кнутом по морде. Он уже не выл, а тихо поскуливал, валяясь на земли и зажав раками лицо.

С ним я не церемонился. Для доведения до нужной кондиции враг получил добрых семь пинков по почкам, или что там расположено в организме моей новой расы. Изначально хотел перебить всех, но меня разубедил крик одного из демонов, точнее пожелание мне «сдохнуть». Выходит, у местных вполне есть язык, и я его понимаю. А это просто замечательно! Старый добрый полевой допрос действенен будет и тут, боль твари испытывают, а значит и информацию от них получить вполне возможно.

В качестве веревки пришлось использовать одну из половых тряпок, что заменяют местным набедренные повязки. Туго связав руки за спиной пленного, отволок шипящего демона к камню за которым они сидели в засаде. Облокотив того спиной на шершавую серую поверхность валуна, принялся с интересом осматривать новоприобретение.

Уродец, как есть уродец. Тонкие губы фиолетового оттенка, красная кожа, маленькие рожки на лысой голове, злобные глаза с желтой радужкой, широкий рот полный кривоватых клыков, торчащие в сторону острые уши. Ну и крылышки, не стоит забывать о крылышках. Вот с них и начал. Дубина была, а чего ещё надо? С хрустом первое крыло обвисло, кость сломал примерно посередке. Тварь заорала. Не останавливаясь, принялся за второе красное крылышко совсем не из киэфси.

- Прекрати, прекрати, прекрати! – завыл демон, когда я уже решил перейти к ногам.

- Как твое имя? – спокойно уточнил, морщась от боли в плече и боку. Кровь уже остановилась, но от того ощущения приятнее не становились.

- Ярги, меня зовут Ярги! – проскулил демон.

Я задумчиво дернул крылом. Да, появилась небольшая привычка. Эти две конечности, росшие из лопаток для меня были в новинку и мне пока было неизвестно зачем они нужны. Моё тело в воздух эти два посмешища точно не поднимут. Каюсь, пробовал. Выглядел со стороны, наверное, просто до ужаса комично.

- Ярги значит. – улыбнулся я, от чего демон задергался ещё сильнее, - А скажи-ка мне, Ярги, диспозицию ваших отрядов.

- Что? – недоуменно переспросил кривящийся от боли демон, на чьем лице багровел ожог от кнута.

Я молча ударил его по крылу. Кость обломилась, черным острием показавшись наружу. Демон опять заорал.

Пока пленник успокаивался, скинул с себя свою ношу и зачерпнул горсть мяса, закинув сушеный фарш себе в пасть. Без соли то ещё блюдо, но кушать что-то надо. А после ранений у меня опять проснулся дикий голод.

- Повторяю. Какова диспозиция ваших боевых… - начал было я, но замер.

Черт. Эти оборванцы тут в набедренных повязках с дубинками бегают. Может, не понимает вообще суть вопроса?

- Как называется твое племя? – решил начать с малого.

- У нас не племя. Клан. – простонал тот, - Мы зовем себя Кровавые Когти. И мы сильны, чужак! – удивил меня своей храбростью демон.

У меня от удивления аж дубина опустилась. Прямо на крыло. Новая порция криков вперемешку с подвыванием стала мне ответом.

- Есть поблизости ещё воины? – новая порция сушеного мяса оказалась ещё противнее предыдущей. Чуть зуб не сломал о случайно попавшийся камешек.

- Нет, - просипел уже явно начавший сдавать пленник, - Остальные семеро сейчас в лагере, их сильно подрала стая назгов.

- Назги?

Так, обедая и попутно проводя допрос, мне за добрых три часа удалось узнать много нового о мире в целом, и об отдельно взятом регионе в частности.

Глава 2

Правильная слежка – целая наука. Особенно если приходится скрываться на открытой местности.

Пришлось потратить всю воду из бурдюка, намочив тело, а потом извалявшись в пыли. Моя кожа из красной превратилась в буро-серую, поврежденный бок нещадно щипало. В прошлом теле я бы ни в жизнь не пошел на такой риск получить нагноение раны, но мне уже пришлось убедиться в живучести своего нового тела.

Лежать на земле, прижавшись всем телом к острым камешкам и колючей траве было неприятно, зато с высоты отлично было видно поселение в низине, спрятанное меж пяти холмов. Восемь хибар, слепленных из глины, травы и дерьма. И один чуть покосившийся домик, сложенный из неровных камней в центре этого стойбища.

Пленный демон Ярги валялся связанный в метрах пяти от меня с кляпом во рту. Он мне и поведал всё, что только смогло меня заинтересовать. Ну, по крайней мере то, что знал.

Тёмный мир, в котором я ныне живу, имел название Элут-Ша. Что оно значит а’каот не знал. Да, раса демонов к которым я нынче относился называлась а’каот. Ярги смог мне многое поведать, ведь был одним из лучших воинов племени. Это было не сильно большое достижение, ведь всего бойцов у них имелось ровно десять.

Все близлежащие земли назывались Серые Холмы. Оригинальное название, этого не отнять. Из разумных тут водились лишь племена а’каот, да их злейшие враги э’кат. От чего они враждуют с точно такими же чертями Ярги объяснить так и не смог, вроде что-то на религиозной почве. Зато детально описал внешний вид этих демонов. Из описания выходило, что… это те же самые а’каот, только с серой кожей и более худые. И вообще, они презренные черви, что не достойны даже кончика когтя чистокровного а’каот. Это со слов Ярги. Были среди этих двух племен и так называемые кархаи. Эти демоны – сильнейшие представители расы, герои и вожди племен. Сильнее, быстрее, яростнее любого воина, выше ростом и умеют летать. Именно такой вот кархай жил в каменной лачуге, стоящей в центре стойбища и являлся по факту единственным боеспособным демоном племени на данный момент. Семерых на недавней вылазке тяжело изранила стая назгов, ещё троих нейтрализовал я. Назги – так называют тех демонических гиен аборигены.

Увидев всё, что хотел, отполз назад и встал, подойдя к своему пленному.

- Значит так, Ярги. Сейчас я пойду и перебью всех демонов твоего племени. Вернусь. И медленно порежу тебя на куски за то, что посмел напасть на меня, – в глазах замычавшего сквозь кляп пленника смешались ненависть и страх, - Но есть и другой путь. Клянись своим истинным именем. Клянись не чинить мне вреда ни умыслом, ни делом, ни бездействием. Клянись стать моим верным рабом на веки вечные и умереть тут же, как умру я.

Про истинные имена я знал и раньше, из прочитанных фэнтезийных книг по этой вселенной. Но парой наводящих вопросов при допросе удалось подтвердить, что они существуют и тут, в Элут-Ша.

- Закричишь и ты мертвец. – предупредил демона, доставая кляп из его рта.

- Пожри твоё чрево черви, а твой гнилой язык пусть достанется… - тирада демона оборвалась затрещиной.

- Ещё хоть слово не по делу и поймешь, что раздробленные крылья - это не самая страшная участь. – доверительно сообщил пленнику.

- Ты предлагаешь мне выбор между смертью и смертью, презренный! – зашипел Ярги, - Наш кархай Гулош втопчет тебя в пыль и пленит. Будет медленно сдирать с тебя кожу, втирая раскаленный песок в мясо. Выдавит глаза, вырвет все когти и зубы. А потом заживо сожрет. Если я дам тебе эту клятву, то умру, ведь ты сдохнешь. Если не дам - тоже умру. Надеешься на свой огненный кнут? – кривая усмешка обнажила клыки демона, - Гулош не боится огня, он сам выдохнет тебе в лицо пламя и сожжет твою мерзкую рожу.

Да, был один неприятный нюанс. Кархаи обладали силой повелевать огнем. И по мере их взросления могущество лишь росло. Но Гулош жил не так долго, потому имел лишь неуязвимость к пламени и сам мог выдавить из себя пару-тройку струй огня. Но кнут мой это не просто огонек костра.

- Решай. Так у тебя будет шанс. Ведь если я проиграю и Гулош пленит меня, то обязательно узнает кто из его воинов рассказал, где мне его найти.

- Дерьмо шалу у тебя вместо разума, если надеешься одолеть кархая. – выплюнул Ярги, - Может Гулош срубит твою башку и гнилой язык не скажет уже ничего.

- Тогда о тебе никто не узнает и ты останешься тут. Ночью прийдут назги и сожрут тебя. - спокойно парировал я.

Видя, что демон опять хочет заспорить, не желая становиться рабом, просто всунул в уже раскрывшуюся пасть кляп и воткнул коготь в бедро. Медленно прокрутил. Демон истошно завопил, но тряпка во рту превратила вопль в глухое мычание.

- Клятва. Или оставайся тут. Будешь спорить и сломаю колени.

- Я согласен. – прохрипел наконец демон.

Закрыв на миг глаза, Ярги глухо продолжил:

- Имя скажу, именем поклянусь, именем заклинаю – да будет исполнена клятва сия. Истинно, потаённо, имя моё Ригярати’а. Клянусь не чинить тебе вреда ни умыслом, ни делом, ни бездействием. Клянусь стать твоим рабом на веки вечные и умереть тут же, как умрёшь ты. Клятву сию господину своему и хозяину приношу, клятву сию под светом Кровавого Ока говорю. Да будет та исполнена.

Глаза Ярги сверкнули злобой, лицо скривилось в ненависти, но под моим взглядом он лишь покорно наклонил голову.

- Отлично. Жди здесь и никуда не уходи, раб. – бросил я напоследок и зашагал к стойбищу, поигрывая дубинкой.

Демоны уважали только силу. Это было понятно из книжек про этот мир, прочитанных в прошлой жизни. Это стало ещё более ясно после сведений о быте и культуре местных племен, которые я добыл, допрашивая своего нового раба. Дрогнуло ли во мне хоть что-то, когда убивал тех двух неудачников, напавших на меня вместе с Ярги? Нет. Я убивал и раньше, на войне. И потом, когда страна, за которую убивал прекратила своё существование и приходилось делать много грязи, чтобы жить хорошо и дать отличное будущее детям. Пытки? Не смешно, опыт уже имелся. Рабство? Три раза ха. Мне нужен источник информации о местном мире, нужен демон знающий каждый камешек в округе, нужно сделать его послушным и не опасным. Если для этого ему придётся стать моим рабом, то пусть будет так. Вся жизнь это война и я хороший солдат, усвоивший её жестокие уроки на своей шкуре.

Первыми мне в поселении попались парочка демонов-рабов. Серая кожа вся бугрилась от старых шрамов, рога спилены, на шеях символические веревки. Рабы, захваченные в одной из войн племен. Э’кат. Безоружные, тощие и слабые от постоянных измывательств. Первый даже ничего не понял, когда дубина проломила его голову. Второй отшатнулся, упал в пыль и тут же был убит парой ударов.

Из ближайшей саманной лачуги на шум выскочил краснокожий а’каот. Хромает, на ноге не хватает куска мяса, наверняка откусила демоническая гиена. Он завопил, но быстро смолк, выдержав только три удара.

Дальше события понеслись вскачь. Из домов стало выбегать всё больше демонов. Все – рабы или же израненные после столкновения со стаей назгов краснокожие а’каоты. Отбросив дубину, зажег в своей руке огненный кнут. Действовать нужно быстро, мана далеко не бесконечна.

Цепь Нингена гудела, со свистом взрезая воздух и полосуя напирающих демонов. Раны кнут наносил страшные, очень болезненные, но не смертельные. Пришлось отступать, чтобы не быть захлестнутым волной врагов. Израненные краснокожие бросались яростно, с воплями. Рабы нападали больше из страха перед хозяевами, всеми силами оттягивая своё знакомство с кнутом.

Но вот первый а’каот упал на землю, болезненно подвывая. За ним последовал второй, третий. Они были слишком обессилены из-за ран и не могли дать достойного отпора. Меткий поганец успел метнуть в меня заточенную палку, заменяющую аборигеном копье, но на этот раз удалось увернуться. Когда вонь паленого мяса стала уже забивать нос, а уши оглохли от криков, пятый а’каот рухнул в пыль и рабы наконец дрогнули, с ужасом став разбегаться в разные стороны.

Бой занял максимум минуту, но эта минута показалась целой вечностью. Всегда так, когда ходишь на волоске от смерти.

Добить двух оставшихся воинов не удалось. Вмешался кархай.

С неба рухнул демон, с ревом атакуя меня вполне себе железным мечом. Кончик пронесся в считанных сантиметрах от моего лица. Отшатнувшись, взмахнул рукой, ударяя рослого мускулистого кархая кнутом по ноге. Тот даже не подумал защищаться, наверняка рассчитывая на свою неуязвимость к огню. Напрасно.

Цепь Нингена с шипением опалила плоть кархая, оставив на ноге черные росчерк. Демон зашипел от боли и сам поспешил разорвать дистанцию, явно удивленный таким поворотом событий.

- Чего стоите?! Атакуйте! – рявкнул возвышающийся над всеми демон двум своим воинам.

Те были уже слишком измотаны. И так все изодранные назгами, получившие несколько хороших ударов кнутом до прибытия своего лидера, а’каот явно не хотели влезать в наш бой с кархаем.

Вздрогнув, воины бросились на меня с отчаянным рыком. Сам кархай отставал от них метра на два, явно желая отвлечь меня этим мясом и ударить в самый неподходящий момент.

Кончик кнута выстрелил вперед, послушный моей воле. Обмотавшись вокруг ноги воина, Цепь Нингена с силой дернула в сторону. Ослабший демон рухнул прямо под ноги своему соратнику, и они оба кубарем покатились по земле.

Кархая это не остановило. Краснокожий с силой оттолкнулся от земли, взмахнул своими куда более мощными крыльями и перелетел повалившихся бойцов. В полете его глотка засветилась изнутри и кархай изрыгнул в мою сторону поток огня, сам замахиваясь своим мечом.

Я дернул левой рукой, посылая кнут в сторону приземляющегося врага, одновременно с этим прыгнув в сторону. Кубарем прокатившись по земле, рыкнул от боли. Камешки впились в кожу будто иглы, колени точно разодрал. Но концентрацию не нарушил. Огонь в моей груди отдавал всю возможную силу, накачивая маной кнут, что уже раскалился добела.

Подскочив, развернулся к врагу и довольно ухмыльнулся. Кархай валялся в пыли, силясь разорвать огненные путы, которые стянули одну его руку и оба крыла к телу и прожигали кожу. Цепь Нингена не только оружие. Это заклинание ещё и ослабляет демонов на короткое время. Если магу, конечно, достает сил такое провернуть. Мана стала утекать просто с бешеной скоростью.

Не тратя и секунды, подскочил к кархаю. Единственная рука была занята кнутом, потому пришлось воспользоваться ногами-лапами. Когти стали кромсать лицо взревевшего демона, пытаясь попасть в шею. Верткий гад никак не давался, лишь стал орать, когда его рожа в скорости превратилась в кровавое месиво. Плюнув на это дело, стал бить того по голове рукоятью кнута. Лишь через минуту что-то в черепе демона хрустнуло, и он наконец стик. Развеяв заклинание, взял тяжелый меч и для верности в три удара отрубил рогатую башку.

Повернувшись назад, увидел тех двух воинов, упавших благодаря моему маневру с кнутом. Те обессилено сидели на коленях, из вновь открывшихся ран, полученных совсем недавно, текла кровь, а ожоги изрезали их тела черными полосами обугленной плоти.

- Мы готовы служи… - начал было один из них ослабевшим голосом, но прервался, когда я наконец до них дошел и раскроил его голову мечом.

Второй попытался было вскочить, но лишь рухнул спиной на землю от слабого пинка в грудь. Сил похоже у них и вправду не осталось совсем. Перерубив поверженному воину горло, зашагал дальше. Требовалось добить всех раненых, валяющихся сейчас в пыли. Это не заняло много времени. Спрятавшиеся в одном из домов рабы тоже что-то попытались говорить о служении, но мне нужен был лишь один раб и он, к их великому горю, у меня уже был. Эти полудохлые забитые демоны в количестве пяти штук не смогли меня даже поцарапать.

Новый уровень: 4

Прочитав сообщение от Системы, пришедшее по окончании зачистки, обессиленно сел прямо на землю, облокотившись спиной на кривую стенку ближайшей халупы. Всего два уровня за такую бойню? А, плевать. Я слишком устал. Прикрыв глаза, положил себе на вытянутые ноги запачканный в крови меч и решил немного отдохнуть, прежде чем возвращаться за Ярги.

Очнулся уже вечером, алое светило заходило за горизонт, освещая своими последними лучами лужи крови и трупы вокруг.

Голова гудела, мысли слегка путались. Мой разум будто превратили в компьютер, в висок воткнули флешку и загрузили целую тонну информации. Класс и подкласс полноценно раскрылись, по крайней мере их основы. Похоже, моему Ме требовалась энергия, чтобы дать мне не только силу, но и минимальный базис знаний. Откуда только Система это вытянула? Ах да, ноосфера.

Теперь я мог с гордостью именовать себя начинающим магом и демонологом, а не просто удачливым демоном-инвалидом, способным на одно заклинание. Информации было реально много, даже чересчур, учитывая улей растревоженных ос в моей голове. Теперь я знал, как правильно медитировать, восстанавливая ману. Также имел общее представления о том, что такое демонология в принципе и получил поверхностные знания о демонах. Поверхностные они были от того, что демонов – огромнейшее количество разновидностей. В каждом темном мире их может набраться в несколько десятков совершенно непохожих друг на друга существ, но общие моменты имелись. Теперь, кстати, становилось абсолютно очевидно, что в моей магии есть и примесь чисто демонических сил, слишком уж хорошо она действовала на моих новых сородичей. Но понять даже примерный масштаб различий не представлялось возможным, слишком мало я ещё знаю и умею. К сожалению, бесплатной супердубинки или потаённого могущественного знания мне Ме не выдала. Боюсь, даже мои теоретические знания еле дотягивают до ранга подмастерья, если опираться на шумерскую градацию магов. Уж про силу и набор заклинаний и говорить не стоило. Одно заклятье, которое могу использовать минут пять активного боя… смех один, а не маг. И это можно чуточку подправить уже сейчас, благо имеются два свободных очка.

Открыв интерфейс Системы, нашел нужную вкладку. Кроме уже виденных мной Тюрьмы низших и Малого призыва появилось два новых заклинания:

Казнь зла – призыв магических лоз, что скуют тёмное отродье, пробьют тело шипами и прорастут внутрь.

Мантия демоноборца – защитный барьер покроет тело демоноборца, укрыв мага от энергетических атак темных сущностей.

Оба заклинания выглядели перспективными. Одно позволит атаковать две цели сразу, если комбинировать с кнутом, при этом ещё и сковав врага, удерживая на одном месте. В битве с несколькими противниками очень полезно. Или же с одним, но сильным, которого нет никакого желания подпускать близко. Мантия демоноборца и вовсе даст защиту от того же огня, выдыхаемого кархаями. Но выбрать надо было что-нибудь одно. Второе очко пойдет в магию, маны едва хватило на бой с несколькими калеками и молодым кархаем.

Из интереса проверил новые расовые особенности, которые опять были вроде и полезными, но с заклинаниями конкурировать не могли:

Костяная броня – все жизненно важные места на теле покроют костяные пластинки.

Договор – позволит заключать договора, скрепленные демонической силой.

Договор был заманчивым выбором, но… а с кем его заключать? Демоны же обычно заключают контракты со смертными, а их что-то не видно в округе. Одни кровожадные твари желающие сожрать меня на ужин. Так что лучше уж заклинание.

После минутных раздумий решил все же выбрать Казнь зла. Кархаев в округе не должно водится слишком много, если избегать крупные племена демонов, риск столкновения с ними падает до ничтожно малой вероятности. А те же назги имеют лишь физические атаки, против которых Мантия демоноборца будет бесполезна.

После сделанного выбора в голове опять «вспомнились» нужные знания. Пожелав призвать крохотную лозу, направил свою ману в нужное русло. Рядом, прямо из земли, показался черный стебель с красными прожилками. Никаких листьев не было, крохотная лоза вся была усеяна кривыми шипами, даже на вид острыми. Второе очко вложил в магию.

Путь назад, за Ярги, много времени не отнял. Демон все также лежал на склоне холма, связанный и явно очень недовольный. Лишив его пут, вынул изо рта кляп, тут же вызвав целый поток ругательств:

- Смрад дохлого назга, червивые потроха э’кат, как же ты жесток, тупое отродье пожирателей камней! – тут же вскочил демон, принявшись сбивать с себя ранее мной незамеченных жучков, - Ещё бы немного и пыльные кусаки точно пожрали мой уд!

Ярги сорвал свою вонючую повязку, вызвав у меня на лице брезгливую гримасу. Демон яростно принялся давить мелких жучков, похожих на помесь клопа с муравьем.

- Пошли, нужно собрать трофей, пока на гору трупов по запаху не явились назги. – дав демону профилактическую затрещину, развернулся и зашагал обратно к поселению.

- Неужто ты завалил Гулоша? Эта смрадная отрыжка пожирателя камней и вправду подохла? – явно повеселел демон, тут же забыв про полученную оплеуху, - И вправду издох! – удовлетворенно заключил Ярги, когда я недвусмысленно помахал перед его лицом мечом убитого кархая.

- Чему ты радуешься? Я убил твоего вождя и всех тех, кого ты знал. – заинтересовался я тонкостями демонической психологии.

- Ну, положим не всех. Гулош и его племя – далеко не все демоны, кого я знал, да будут их души вечно мучимы во Тьме. Я был одним из лучших воинов, потому сопровождал кархая на сходки вождей все три последних У-Ги-Кат, – с явной гордость сообщил мой раб, ковыляя следом за мной, - А радуюсь почему… так отчего грустить? Нет, попасть в рабы к безрукому и тупейшему из всех а’каот без всяких сомнений жестокая кара судьбы, но ведь ты силен, раз смог убить кархая и пожрать его сердце. – рассудил Ярги.

- Я не жрал его сердце. – скривился я от перспективы такого ужина.

- Как!? – возмущенно вскрикнул Ярги, - Любой воин знает, что нужно делать с сердцем могучего врага! Почему ты не съел его сердце?

Черт, вот и всплывают культурные особенности, которых не знаю. И просто дать Ярги по лбу, сказав, чтоб не лез не в своё дело тоже нельзя. Ведь тогда он лезть и не будет, «забывая» сообщать важную информацию, а ведь мне возможно в будущем придется контактировать с демонами не только в разрезе их убийства, такие моменты знать нужно.

- Я не считаю его могучим врагом. Так, добыча. – напустил я побольше пафосу и высокомерия.

- А-а-а! Хочешь унизить этот кусок тухлого мяса ещё сильнее! – мерзко захихикал Ярги, - Мало ему было помереть от руки простого а’каот, хоть и способного вызывать огненный кнут, так ещё и его сердце выкинули на съедение пыльных кусак!

- Зачем выкидывать сердце? Я не буду его потрошить. – недоуменно глянул на демона.

- Как же ты его собрался разделывать, о мой умнейший хозяин? – улыбка на лице демона стала столь противной, что он тут же получил пинок под зад.

Нечего ему тут расслабляться. Воспитывать надо подчиненных и спуску не давать.

- На кой мне его разделывать, идиот?

- Так жрать ведь что-то надо! – даже обиделся от такой несправедливости демон, - Зерно в поселении почти кончилось, там самое большее пара корзин в погребе кархая. Да и зачем оно, если есть столько мяса? – повел носом демон, учуяв кровь, когда до поселения осталось совсем немного.

- Я не буду есть а’каот и э’кат.

Демон ничего не сказал, но уставился на меня так, будто увидел перед собой ангела, спустившегося с небес и предложившего выпить вместе пива.

- Не хочу. – даже не стал ничего пояснять этому каннибалу.

В деревне мы провели пол ночи за работами, потом ждали рассвета, отдыхая в доме покойного кархая. С первыми же кровавыми лучами, показавшимися из-за горизонта, двинулись в путь. Куда? Да, как и прежде, на восток.

- Лучше бы меня пожрали пылевые кусаки. – ворчал демон, нагруженный плетеной корзиной, повешенной ему на спину, - Мои крылья только стали заживать благодаря мясу подохших идиотов, эта корзина одна из лучших пыток, которые я только знаю.

На спине демона, в корзине, был запас зерна, похожего на помесь кукурузы, пшеницы и фасоли. Также в корзину были уложены пять лепешек, найденных в доме кархая, отрез грубой ткани, железный слиток весивший около трёх килограмм и вяленое мясо назгов из запасников все того же покойного Гулоша. Поселок вообще оказался очень беден хоть на что-то полезное. Посуда вся неказистая, глиняная, орудия труда – камни, да палки. Только домик вождя и стал источником наживы.

- Если не можешь заткнуться, говори нечто полезное. – недовольно произнес я.

Летящий передо мной камешек дрогнул и упал. Опять. Телекинез давался тяжело. В отличии от Казни зла и Цепи Нингена мне о нем знания никто в голову не вкладывал. Я просто знал, что умение двигать предметы силой мысли – это основа основ в магии, если смотреть на то же обучение в Шумере, описанное в книгах. Но телекинезу приходится учиться самостоятельно, концентрируя все свои мысленные усилия на злополучном камешке. Болтовня демона лишь сбивала.

- Вчера ты говорил, что знаешь и других демонов, потому что сопровождал своего вождя на некий У-Ги-Кат. Что это? – пнув своей когтистой ногой камень, присмотрелся к горизонту.

Горы, казавшиеся не очень далекими в начале пути не увеличились и на процент. Они все также далеко. Со слов Ярги – идти до них минимум тридцать дней, а видны они аж отсюда из-за своих огромных размеров.

- У-Ги-Кат это сбор всех вождей а’каот, – начал повествование демон, морщась от палящих лучей светила, - Он проходит в великий праздник Эге-Такэш, когда Кровавое Око на три дня закрывается и на мир опускается полумрак. Мы приносим обильные жертвы великому Катудакату, а вожди собираются в руинах разрушенного Акендора. Там, в городе мертвецов и покрытых пылью разрушенных храмов, приносят самые великие жертвы и молят Спящего в Холмах скорее очнутся от забытия целебного сна, дабы опять его нога ступила по этой земле, рука разила проклятых э’кат, а чрево пожирало их кархаев.

- Кто такой Катудакату? – спросил я.

Демон споткнулся, чуть не упав. Он остановился и медленно повернулся ко мне.

- Из какой же дыры ты вылез, хозяин? – в голосе злобного демона проскочила даже нотка жалости.

За дерзость демон тут же поплатился, получив затрещину, чуть не отправившую его нюхать землю.

- Твои крылья еще не до конца зажили, а ты уже решил проверить границы моего милосердия?

- Удивлен, что оно вообще есть. – буркнул демон и поспешил за мной, стоять на одном месте я был не намерен.

- Отвечай на вопрос или вырежу твой бесполезный язык.

- Катудакату величайший и могущественнейший из всех Владык, что только видел Элут-Ша. – начал вдохновенно Ярги, - Он мудро и справедливо правил а’каот тысячи лет через своих слуг, Негорящих. Велик Катудакату, велики были и его слуги, да прольется милостивая Тьма на их израненные души. Но был в Серых Холмах и другой Владыка. Немощный, подлый и завистливый Залатукен, что властвовал над таким же мелким и ничтожным племенем э’кат. Никто уж не ведает о причинах начала священной войны. Зато известен итог. Все города а’каот и э’кат теперь лишь руины уже как семьсот сорок лет. Великий Пламень, владыка наш Катудакату, смог сковать Залатукена, скинув того в пучины Гибельного океана. В той войне погибли все Негорящие и проклятые Жрецы Пыли э’кат. Но и сам владыка наш пострадал, потому сейчас находится в целебном забытьи, спит. Мы ждем его возвращения, дабы наконец истребить остатки э’кат и прекратить бесчинства слуг прочих Владык на наших землях.

- Слуг прочих Владык? – заинтересовался я.

О таких фигурах нужно знать как можно больше. Ведь если я все правильно понял – Владыки это архидемоны или же темные боги.

- Да. – нехотя, с потаенной ненавистью ответил Ярги, - Далеко, в направлении, где закатывается за горизонт Кровавое Око, Серые Холмы граничат с горным хребтом Серая Лапа и Болотным лесом. Среди великих деревьев и топей правит Владыка Харашиши, в горах же властвует Гододон. Все крупные племена платят их посланцам дань. Мы слишком ничтожны, как говорят их слуги, но это не так! Скоро, очень скоро Владыка наш Катудакату очнется и не миновать его ярости ни проклятому Вечно Гниющему дракону с болот, ни гиганту Гододону!

- С чего ты решил, что Катудакату скоро очнётся? – перспектива воцарения в окрестностях архидемона меня не прельщала, охота на демонов точно осложнится при появлении у них такого покровителя.

- Так говорили на прошлом У-Ги-Кат все три великих вождя. – ответил Ярги, чуть успокоившись.

- А говорили они так на двух предыдущих собраниях, на которых ты сопровождал своего вождя? – с интересом уточнил я.

- Конечно, – тут же кивнул демон, взбираясь вслед за мной на очередной холм, - А что?

Отвечать я не стал. Слова демона меня чуть успокоили. Возможно, три самых могучих вождя а’каот просто водят за нос всех остальных. Раз семьсот сорок лет архидемон валяется в своей спячке, не факт, что восстанет и через тысячу лет. Особенно учитывая ничтожное сейчас состояние его… ну пусть будет вассалов. Оказывается, краснокожие бесы раньше и города имели! Сейчас же в Серых Холмах явно правит балом племенной строй, эти дикари даже в одно протогосударство образоваться не могут, не то что все усилия объединить для возвращения своего Владыки.

- Назги. – со страхом шикнул Ярги, припадая к земле.

С вершины холма нам отлично было видно, как в метрах двадцати от нас пробегает очередная стая демонических гиен. Вот только мы были слишком близко. Крупный пятнистый вожак остановился, повел носом и безошибочно повернулся в нашу сторону, оскалив клыки. Остальные псины дружно взвыли, перемешивая завывания с отвратительным лаем-гоготом.

- Нам конец. – дрожащим голосом простонал Ярги, отупив на шаг назад.

- Бери своё копье и не лезь вперед. – отдал я приказ, сосредотачиваясь на пламени внутри груди.

Подняв руку, направил её на рванувших к нам тварей. Так было легче сосредоточится. Три четверти резерва маны ухнули в землю, я покачнулся от такой резкой траты большей части сил, но устоял на ногах. Земля перед бегущими назгами содрогнулась, выпуская из своего чрева пять толстых и гибких лиан, увенчанных шипами. Шипы впились в лапы первых трёх тварей, прочные стебли сжали мохнатые ноги и назги с воем упали на землю.

В моей руке загорелась Цепь Нингена, тут же стегнув по морде подобравшейся вперед гиены. Справа Ярги с воплем накинулся на второго свободного от пут назга, сунув заточенным острием в морду отскочившего хищника.

Мой противник противно взвыл, отпрыгивая назад. Но одного удара было явно недостаточно. Развеяв заклинание в своей руке, решил сэкономить ману, скидывая с плеча перевязь с мечом. Тварь прыгнула с места очень резво. Я успел лишь выставить перед собой меч, на который грудью и приземлился назг, снеся меня своим телом. Ударившись спиной о землю, сразу же полоснул своими когтями по глазам раненого демонического зверя. Тот уже лишь хрипел, меч застрял у него между ребер.

Подскочив, кинул быстрый взгляд на Ярги. Тот отступал, всё свое внимание уделяя своему противнику, то и дело тыкая в его сторону копьем и не подпуская слишком близко.

Решив, что мой демон пока справляется и сам, поспешил к тройке скованных назгов. Казнь зла оплела своими колючими стеблями двух молодых гиен, прорастая внутрь их тела и причиняя чудовищную боль, судя по их визгам. А вот крупный вожак лишь яростно рычал, с остервенением перегрызая уже последний стебель, впившийся ему в заднюю лапу.

В моей руке снова загудел огненный кнут, обившись вокруг головы вожака, заставив того ещё сильнее зарычать. Тот было дернулся в сторону, но я уже налетел сверху, повалив могучую гиену на землю и полосуя всю его шкуру когтями на ногах. Добавив несколько ударов рукоятью кнута, бросил в топку заклинания остатки маны, сжигая твари всю морду.

Отцепившись от все ещё живого вожака, которого уже оплела шипастая лоза, поспешил на помощь Ярги. Мана закончилась, потому первым делом вытащил застрявший меч из трупа назга валяющегося в стороне. Тем временем краснокожий демон уже и сам почти справился со своим противником. Шкуру и морду гиены заливала кровь, тот заметно сбавил напор, уже просто кружа вокруг Ярги. Приметив моё приближение, последний назг поджал хвост, заскулил и просто бросился наутек. Брошенное ему вдогонку копье пролетело мимо петляющей твари.

- Добей их. – бросил я под ноги уставшего Ярги меч и присел там же, где и стоял.

В запале стычки не заметил, но от гиен мне тоже досталось. Весь живот и грудь были исполосованы глубокими порезами, единственную руку прокусили в предплечье. Со стоном поднявшись, добрел до валяющейся на земле корзины с нашими пожитками и распорол когтями единственный отрез ткани на повязки, которыми и попытался перевязать раны.

- Дай помогу. – рядом на колени сел тяжело дышащий Ярги, приняв из моих рук эрзац бинты.

- Шкуры все испорчены, а вожака и тех двух неудачников и вовсе высушили твои страшные лозы. – посетовал демон, перевязывая мне руку, - Но мяса с того, убитого мечом, мы получим.

Я глянул в сторону опутанных назгов. Те и вправду усохли, превратившись в мешки с костями, из которых проросли шипастые побеги. Лозы с каждым мигом усыхали, лишившись подпитывающих их существование трупов и маны.

- Никогда не слышал о таких демонах как ты. – признался Ярги, - Очень могучие способности. Сперва думал, что ты какой-то неправильный кархай, но больно дохлое у тебя тело. А теперь и эти растения, выпивающие кровь, – демон покачал рогатой головой и принялся за мои раны на груди и животе, - Когда наше племя ещё не отделилось от великой орды Улетара, старые а’каот мне рассказывали байки у вечернего костра. Мол, за Болотным лесом, за великой рекой, высятся Три Пика, на вершинах которых стоят дворцы трех Владычиц-сестер. Их слуги ведают тайны многие и могут повелевать ветром, водой и землей, но даже в этих байках старых демонов нет и слова об этих страшных выпивающих лозах.

- Пока тебе не нужно знать мои тайны, - сдержал я стон, когда когтистые лапы Ярги стянули повязки на груди в узел.

- Но хоть имя свое можешь назвать? – поднялся демон, закончив с моими ранами, - А то хозяином тебя постоянно называть не хочу.

Ярги порылся в корзине, достал каменный нож и поплёлся в сторону единственного более-менее целого трупа назга, не забыв прихватить с собой меч.

А вот я крепко задумался над вопросом демона. Своим старым именем представляться совершенно не хотелось. Новая жизнь, чистый лист. Изначально раздумывал о чем-нибудь библейском, но тут же выкинул подобные мысли из головы. В этой вселенной Ад вполне существует, не стоит лишний раз рисковать. Лучше уж взять из прочитанных книг, все равно обычные имена будут для меня звучать дико, в условиях я когда теперь самый настоящий демон. Хотя, тоже бред. Не юноша уже, размениваться на такие шалости.

- Можешь звать меня Регис. – пусть будет не полная анаграмма моего собственного имени.

С разделкой туши назга Ярги провозился ещё добрых тридцать минут. А потом был довольно мерзкий прием пищи. Дров не было, специй тоже, потому пришлось есть сырое мясо, которое у этих хищников и так на вкус не очень. Но живот нужно было набить до отвала. Регенерация у а’каот намного лучше человеческой, но без мяса лишь отнимает силы.

- Хорошо, – блаженно протянул Ярги, прикрыв глаза и сложив когтистые руки на вздувшемся животе, - С тобой не так уж и плохо, Регис.

Ничего не ответив испачканному в крови демону, подложил под голову, снятую с назга шкуру, и закрыл глаза. Путь продолжать было нельзя – сил хватило лишь на небольшой переход, подальше от останков демонических гиен. Старые и новые раны давали о себе знать, требовался отдых и время на лечение.

Все важные дела были сделаны, потому можно было разобраться с новыми сообщениями от Системы. Которые, откровенно говоря, не могли не радовать. Похоже, для перехода на пятый уровень не хватило лишь немного частиц душ после той резни мелкого племени а’каот, ведь после победы над стаей назгов в моем профиле гордо значилась цифра шесть напротив уровня.

Имя: Регис.

Уровень: 6

Класс: Маг

Подкласс: Демонолог

Тело: 1

Магия: 3

Демоническая сила: 1

Свободные очки: 2

Справка расширилась, появились класс и подкласс, которые я мысленным желанием тотчас скрыл – слишком большое полотно текста выходило.

За взятие пятого уровня Система предложила на выбор два варианта, предупредив, что при выборе любого из них второй станет недоступен. Первый относился к разделу магии, второй – к демонической силе. Причем, крохоборное Ме требовало целых два очка за любой из вариантов!

Щит Хошиши – создает перед магом преграду, сквозь которую не сможет пройти ни одна темная сущность, пока у использующего заклинание есть мана.

Демоническая живучесть – любая травма тела со временем излечится, нужно лишь приложить побольше энергии.

Предложенное защитное заклинание было крайне заманчивым вариантом. Примени я такое – и потенциально смогу не подпустить к себе любого демона. Да, уверен, на защиту от какого-нибудь архидемона потребуется резерв как минимум архимага, но потенциал, потенциал!

С камнем на сердце, я отверг этот вариант в пользу Демонической живучести. Как бы не был полезен Щит Хошиши, уже стало кристально ясно – без регенерации я рано или поздно умру. Слишком много ран получаю в бою, а избегать сражений и вовсе глупо, ведь тогда мое развитие застопорится. А без развития мне конец, в Элут-Ша слабаки долго не живут, учитывая какие опасные твари тут встречаются на каждом шагу. Удел слабого тут быть либо пищей, либо рабом. Да и руку хотелось вернуть поскорей. Её отсутствие не только давило морально, но и уже дважды вынудило запрыгивать на сильных врагов и биться когтями на лапах, а ведь мог спокойно рубить мечом, пока кнут в левой руке!

После сделанного выбора, по всему телу прокатилась не уже привычное легкое тепло, а волна холода, принесшая с собой слабость. Будто вмиг обессилил и вновь превратился в старика. Обрубок правой руки зачесался, как и раны по всему телу, но я уже не обращал на это внимания, погружаясь в сон…

Глава 3

Позади послышалось довольное урчание, за которым последовала сытая отрыжка.

- Ещё раз так сделаешь и следующие десять дней будешь есть лишь сырое зерно. – не оборачиваясь бросил я.

С легким шорохом зарослей Ярги подполз ближе.

- Зерно кончилось, так что ничего не выйдет, Регис. – шепотом возразил Ярги, чуть отгибая мешающий тростник.

Мы лежали в зарослях местного растения, которым оброс весь берег мелкой речушки. С другой стороны водной глади зелени не было – она вся пошла на строительство саманных хибарок, что курили дымком из труб в метрах пятидесяти от извилистого русла мутной речки.

- Богатое племя, чтоб на их головы обрушился кровавый дождь. – поцокал языком демон, - Вон, у семи из пятнадцати домов есть трубы.

Это селение мы искали последние десять дней. К этому времени все запасы еды подошли к концу, слишком уж много мне приходилось есть. Регенерация буквально выпивала все соки из организма, если желудок не был набит до отвала, потому приходилось жевать даже на ходу. Хорошо, что повезло наткнуться на одинокого назга этой ночью. Он был плешив, тщедушен и слаб, наверняка от того и выгнали из стаи. Он и стал нашим поздним ужином и завтраком. Не слишком вкусным, но сытным.

- У э’кат есть женщины. Ты об этом не говорил. – буркнул я, наблюдая как две демонессы стирают целую гору набедренных повязок в реке.

Отличались от мужчин они лишь маленькой грудью, которую прикрывала вторая тканевая повязка. А так – точно такие же лысые черти с серой кожей, рожками, маленькими крылышками и пастью полной клыков.

- Твоя тупость имеет свой предел? – округлились глаза у Ярги, - Как бы мы появлялись на свет без самок? Твой разум также жидок и бесполезен, как понос наз…

Резко ухватив демона за шею, сжал ту со всей силы, заставив Ярги захрипеть.

- Не забывайся. – прошипел я в лицо демона, беспомощно вращающего глазами и высунувшего свой язык из мерзкой зловонной пасти.

Разжав хватку, отпустил засипевшего раба, который начал со всхлипами вдыхать и выдыхать воздух.

- Почему тогда я не увидел ни одной женщины в твоем племени? – уточнил у уже отдышавшегося демона.

- В нашем селении самки ходят без этих повязок. – мотнул рогатой головой раб в сторону стирающих бельё представительниц племени э’кат, - У них груди ещё меньше, да и какой в том прок?

Из моей груди вырвался тяжелый вздох, вопрос дикаря остался без ответа. Получается, в том селении я вырезал не только воинов, но и… женщин. Осознавать это было крайне неприятно. Я солдат. Воин. На войне убивают, это привычно. Но мирняк мне резать никогда не приходилось, я считал это очень низким и мерзким. Бесчеловечным.

Посмотрев на свои чуть дрожащие руки, сжал их в кулаки. Сильно. Кровь из распоротой когтями кожи стала сочиться и капать на мокрую землю, поросшую тростником.

Это не люди. Демоны. Среди них нет мирных существ. Только алчущие плоти и душ твари, нет разницы какого они пола. Помню, были демоны а’каот в том селении, которые не имели видимых ран и которые точно также кидались на меня, желая порвать на куски. Вот значит кем они были. Я же списал их на воинов, которых назги подрали просто не так сильно. А считать трупы мне и вовсе как-то в голову не пришло. Зачем?

- Они атакуют меня точно также как… самки а’каот? – с запинкой спросил у демона, что с интересом поглядывал на меня.

- Да. – не задумываясь ответил Ярги, - А что?

- Ничего. – буркнул я, - Продолжаем наблюдение.

Слежка за поселением продолжилась до самой темноты. Открыто нападать на этот поселок не было никакого желания. Слишком много демонов там обитает. За день насчитал около семи мужчин и двадцати женщин, плюс с дюжину краснокожих рабов из а’каот. В сумерках в деревню пришли ещё восемь мужчин с двумя тушами назгов. Бегающих тут и там мелких демонов не считал, но было их как-то маловато.

- Тут ничего удивительного, – Ярги уже смирился с моими вечными вопросами об «очевидных» вещах, - Мы можем жить очень долго, но и дети рождаются не часто. Раз в пять лет хорошая женщина порождает своим чревом будущего воина или ещё одну самку. У нас в племени вообще было сложно с этим. После того как наш кархай вместе с нами отделился и ушел из-под руки могучего Улетара, с самками было туго. Тройку удалось захватить в набеге, ещё двоих выкупить… но приплода они не принесли. И уже не принесут. – хихикнул демон, - Зато как вкусны были их бедра… - словесный поток Ярги был прерван очередной затрещиной.

- Почему это племя э’кат не вырезало ваше? Их больше и э’кат, по твоим словам, ненавидят всех а’каот. – задал я новый вопрос, смотря на ночное небо Элут-Ша, все заполненное красочными переливами всевозможных оттенков красного. Сегодня оно было особенно красивым, тут и там виднелись оранжевые и бордовые всполохи, будто весь мир кинули в огромный костер.

Мы уже удалились подальше от поселения и готовились ко сну, уложившись на плохо выделанных шкурах назгов. Постель крайне вонючая, но лучше так, чем на голой каменистой земле.

- У них нет ни одного кархая. Их вождя зарубил славный и могучий вождь Улетар, когда против его племени опять выступили пять самых больших племен э’кат, призвав в поход и всех кархаев своего роду с лучшими воинами. Заметил, что у них женщин больше, чем мужчин? Та бойня произошла шестнадцать лет тому назад, но до сих пор многие общины этих серокожих отродий не оправились, – Ярги мечтательно улыбнулся и почесал свой живот когтистой лапой, - Ты бы видел тот пир и празднества после победы. Десятки отродий Залатукена напоили алтари Катудакату своей кровью, а их мясо наполнило животы верных слуг Спящего Владыки, да проснется он и утопит весь Элут-Ша в огне очистительной войны.

- А что же остальные два великих племени а’каот? Ты говорил их три. – эта тема мне была намного интереснее мечтаний Ярги о возвращении своего храпящего Владыки.

- Воевали меж собой, как обычно. От того э’кат и смогли в очередной раз всеми силами накинуться на благословенного Владыкой Улетара, да будут его дни полны воплей сжигаемых врагов. – ответил демон скучающим тоном.

- Эти два племени а’каот, от чего они воюют?

Требовалось как можно лучше разобраться во всех раскладах политических и военных сил региона. Раз уж решил заняться истреблением демонов ради набора сил, то мне попросту жизненно необходимо знать о противнике максимально подробную информацию.

- Ими правят великие вожди Нерт и Ярган. Обоим почти по три сотни лет и ненависть к друг другу они испытывают как бы не большую, нежели к э’кат. Впрочем, Улетара они также ненавидят. – Ярги перевернулся на бок и стал ковыряться меж своих клыков кривым когтем.

- Не заставляй меня тянуть из тебя историю по крупице. – рыкнул я на затихшего Ярги.

- То дело давнее и темное, я слышал лишь легенды, – нехотя начал раб, - Тогда, около двух сотен лет назад, уже как два десятка лет все племена а’каот были объединены после долгих кровопролитных войн сильнейшим и древнейшим кархаем, каких только видывал Элут-Ша со времен великой войны промеж Катудакату и Залатукена, да сгниет он заживо. Гарон Возжигатель, могучий средь могучих, яростнейший средь яростных, проживший почти три с половиной века, поставил э’кат на колени. После битвы, в которой сошлись десятки кархаев, он вышел победителем, окончательно разгромив серокожих червей. Но Возжигатель получил серьезные раны… в отличии от трех своих ближайших соратников и учеников. Нерт Опаленный, Ярган Топор и Улетар Отцеубийца предали Гарона. Вероломно напали на своего вождя и убили. А после величайшее племя а’каот распалось на три куска, что по сей день сходятся в кровавых побоищах, отвлекаясь лишь на очередную войну с э’кат.

- Улетар Отцеубийца? – раньше Ярги не упоминал прозвища своего былого вождя.

- Улетар самый могучий из всех трех великих вождей. Он свою силу унаследовал от ещё более великого отца. Которого сам и убил. В тот трижды проклятый день а’каот опять раздробились на осколки и не смогли додавить поганых выблядков Залатукена. – сплюнул Ярги.

- Благодарю за интересную историю. – поудобнее расположившись, заложил руки за голову.

Удивленно на меня посмотрев, Ярги ничего не ответил, молча отвернувшись.

На этом разговор сам собой сошел на нет, и мы просто молча разглядывали небо, каждый думая о своем.

Следующий день тянулся долго, уныло и скучно. Плотный завтрак был представлен лишь жестким пресным мясом старого назга, белыми кореньями тростника, которые накопал Ярги и прохладной водой из речки. После приема пищи и до самых сумерек мы вновь наблюдали за лагерем, пока под вечер не вернулись семь демонов, ушедших из поселения с первыми лучами красного светила. С собой они несли три большие плетеные корзины.

- Видать вчера напоролись на назгов, но сегодня все-таки смогли отыскать гнездовье шалу. – пожал плечами Ярги, на мой вопрос, что это добытчики принесли в поселение.

- Шалу?

Это оказались ещё одни представители местной фауны. По описанию походили на смесь рачков и жуков, размером примерно с кулак. Из еды предпочитают растительность, часто можно встретить на дне реки поедающих водоросли, но особенно любят шалу мигрировать за пожирателями камней – огромными подземными червями – и поедать отходы их жизнедеятельности. В общем, встретить зверюшек можно много где, они съедобны и являются похоже одним из главных источников белка для всех племен живущих на земле прозванной Серыми Холмами.

- Скоро мясо закончится. – предостерег меня Ярги, когда и этот день подошел к концу.

- Не волнуйся, завтра уже начнем. – не стал вдаваться в подробности.

Поднялся я как обычно с первыми лучами. Это вошло в привычку ещё с давних казарменных времен, потом помогало поддерживать себя в форме и продуктивно работать, когда камуфляж сменился пиджаком, а золотые звездочки на погонах были променяны на золотую цепь на шее. Ну а под конец прошлой жизни… просто уже стало частью меня.

Мы дождались пока отряд охотников-собирателей вновь уйдет из поселения. Тогда же часть оставшихся жителей в компании практически всех краснокожих рабов вышли в поле, орошаемое прорытыми каналами от реки. Там колосилось то самое зерно, которое мне посчастливилось раздобыть в доме убитого кархая. Прочие э’кат занимались своими делами внутри саманных домиков и не показывались наружу. Дети, кстати, тоже не сидели без дела, а трудились в поле, вырывая сорную траву.

- Пора. – шикнул Ярги.

- Жди. – шепотом ответил я.

Мы сидели в зарослях тростника, но уже по другую сторону реки. Переплыли ещё загодя, ночью. В паре сотен метров одинокая серокожая женщина, страшная как и все прочие местные демоны, стирала белье в реке. Но меня она мало заботила. Интересовал лишь идущий в нашем направлении демон, подгоняющий палкой худющего замученного а’каот с рабской веревкой на шее.

Вот, парочка из толстого серокожего и тощего краснокожего прошла мимо нас, прошагала ещё метров двадцать и остановилась только у вычищенного от тростника спуска к реке. Там берег имел более плавный спуск к реке, там же зияли три большие вытянутые ямы, в одну из которых и спустился раб, став копать прямо руками, складывая в корзину добытую белую глину. Это поселение славилось своими керамическими изделиями, тонкими и красиво расписанными. Славилось настолько, что даже Ярги об этом знал.

Мы медленно стали идти по заранее заготовленной тропинке, прорубленной меж высоких зарослей кустарника, при этом не издавая шума.

Толстяк, как и в прошлые дни, расселся на плоском камне и с видимым удовольствием прикладывался к прихваченному с собой красивому глиняному кувшину с затейливой росписью. Клыкастая пасть то и дело прожевывала новый кусок вяленого мяса и изрыгала очередное проклятье на голову трудящегося раба.

- Да не это, не это, тупое ты отродье сгнившего назга! – не выдержал серокожий толстяк и, схватившись за тонкую гибкую палку, принялся охаживать ею сдавленно воющего раба, - Выбирай только лучшие, белейшие куски! Мне что, потом возиться с этим дерьмом?!

Пнув стоящую на краю ямы корзину, демон опрокинул её вниз, высыпая всю добытую глину.

- Заново! И пусть я только замечу там хоть комок земли, этим же вечером пущу тебя на мясо, заплесневевшее семя четырежды проклятого Спящего! – удовлетворившись экзекуцией, демон вернулся на камень и снова смачно зачавкал мясом, не забывая присасываться к тонкому горлышку сосуда.

Мы затаились слишком близко, потому старались даже дышать потише. Я тронул своего раба за плечо и кивнул. Тот довольно ощерил широкую клыкастую пасть, крылья его будто бы обрезанного носа возбужденно затрепетали.

Мы ринулись одновременно. Серокожий демон только и успел повернуться в мою сторону. Его лицо исказилось от ужаса, глиняный кувшин выпал из рук, а в следующее мгновение я с силой саданул э’ката по голове древком копья. Сзади, из ямы куда сиганул Ярги послышалось сдавленное мычание и глухие удары, но я не обращал на это внимания. Подпрыгнув к повалившемуся демону, схватил того за рог своей правой рукой и с силой впечатал кулак в подбородок, окончательно «выключая свет» в его глазах.

Отпустив потерявшего сознание демона, вновь сжал и разжал правую руку. Иметь обе руки – очень приятно. Конечно, не так приятно, как вновь чувствовать себя молодым, но тоже очень неплохо.

- Он бесполезен. – Ярги уже вылез из ямы, таща за веревку на шее краснокожего демона.

Его пленник был в сознании, но лишь вяло сучил ногами, мычал и пускал кровавые сопли из того обрубка, что у а’каот зовется носом.

- Почему? – развязав веревку, обязанную вокруг пояса, принялся связывать руки своего серокожего пленника.

- У него язык вырезали. – просто ответил Ярги, швырнув тощего раба рядом со мной и с усилием раскрывая тому пасть. Там и вправду оказался только обрубок.

- Глотку вскрой и в реку. – махнул я рукой.

Ярги плотоядно оскалился, пленный рыб попытался вскочить, но лишь захрипел, упав обратно на землю. Из вспоротой глотки толчками выходила кровь, щедро поливая землю, раб засучил ногами, отчаянно хрипя и вращая глазами. Ярги криво ухмыльнулся, облизал окрасившиеся в красный когти и схватив всё ещё живого раба за ногу, потащил к берегу.

Как мы перебрались обратно на другой берег – история, достойная как минимум эпической поэмы. Сначала мы спустились ещё ниже по течению, скрывшись за очередным холмом, который огибало речное русло. Следом пришлось задействовать все взятые в качестве трофеев веревки и подключить в дело даже нашу скудную одежду, чтобы связать достаточно длинную химеру от мира канатов… очень тонких канатов. Ярги привязал к себе уже очнувшегося пленника, что-то постоянно мычащего в кляп, я же переплыл не такую уж и бурную речку, держа в руках канат, другим концом привязанный к поясу Ярги. Ну а дальше… мой раб прыгнул в воду вместе с пленником, а мне же пришлось тащить их к нужному берегу.

Когда мы вернулись к нашему новому лагерю, устроенному в трех километрах от речки, мы были очень уставшими, мокрыми и злыми. Ярги занялся готовкой, поджаривая на маленьком костерке остатки мяса старого назга, приправив те грубо порубленными кореньями тростника. Я же усадил нашего толстого пленника на землю и стал прикидывать в уме, что у меня такого есть для допроса. Выходило не сильно густо. Собственные когти, меч вон лежит, камни, щепки сухого тростника, как вариант… А, ладно. Начнем с простого.

Мана, которую я ощущал как пламя в груди, всколыхнулась. Покорная моей воле, духовная энергия потекла горячим потоком вдоль левой руки и уже вскоре огненный кнут загудел, призванный в этот мир по моему желанию. Очень возбуждающее чувство. Причастность к чему-то ранее недоступному, волшебному. Магия с каждым применением нравилась мне все больше. Особенно то ощущение, ощущение всемогущества. Даже держа на мушке автомата очередного противника не испытываешь подобного. Будто ещё недавно был простым смертным и вот, уподобился чему-то куда более совершенному. Возможность творить вещи, ранее о которых даже не помышлял. И это только первые шаги, азы Искусства. Что же будет дальше?

Выгнав из потока мыслей бесполезные сейчас мечтания, вернулся сознанием в бренный мир, глянув в напуганные глаза давно очнувшегося пленника. После первого же удара на серой шкуре появилась черная обуглившаяся полоса. Даже сквозь кляп послышался вопль полный боли. Мне же стало как-то даже приятно, что ли…

Второй замах окончился ничем. Я просто замер. Пытки и убийства мне никогда не приносили радости. Никогда. Это было просто работой, ремеслом. А тут вдруг небольшой трепет предвкушения, охвативший будто перед хорошей ночью с парой красивых барышень.

Отойдя на шаг назад, развеял заклинание, почистив волей остатки оформившейся энергии. Сев на пятнистую шкуру назга, закрыл глаза и стал скрупулёзно перебирать все свои эмоции и поступки. Так-так-так. Небольшая эйфория от применения магии. Это понятно. Это логично. Сколотив свою небольшую и крайне серую фирму в девяностых и окружив себя исполнительными головорезами, некоторые из которых были моими бывшими сослуживцами, я испытывал нечто схожее. Чувство глубокой удовлетворённости от того, что стал выше простых работяг, могу отдавать приказы и меня уже намного сложнее «нагнуть» кому бы то ни было. Тут же самая настоящая магия. Достаточно серьезно разовьюсь – и превращусь в того, кому по боку почти всё. Не нужны верные люди, ты сам себе армия. А ведь в прошлой жизни без своей команды, стаи, ты просто тля. Теперь же для меня есть перспектива стать тем, кто своей волей, желанием, может рушить города и возводить дворцы, побеждать армии и воскрешать мертвых – неограниченное могущество, только приложи усилия и миры падут к ногам. Это пьянит.

Но от чего я испытываю положительные чувства от пытки? От вида страшащегося пленника, скулящего от боли? Неужели так на меня влияет новая демоническая природа? Это плохо. Очень-очень плохо. Тот, кем руководят его желания – всего лишь животное. Тупое, ничтожное животное, ищущее только удовлетворения своих потребностей наиболее легким путем. Садизм никогда не был мне присущ. Но теперь он есть. И с этим нужно что-то делать, я хоть и убийца, да и конвенции и законы не часто блюду, но не маньяк.

Но что делать? Мои красные руки с когтистыми пальцами сжались в кулаки и вновь разжались. Побороть собственную природу? Боюсь, собственную суть так просто, обычным самоконтролем, не преодолеть. Да и не сказать, что моё самообладание подобно алмазу. Следить за собой год за годом, ближайшую вечность… сойду с ума или же плюну на это дело, утеряв нити самоконтроля и растворившись во Тьме, что живет теперь в моей душе. Душе… ответы нужно искать в магии. Она способна на все и даже больше.

Знания, дарованные системой. Там не было заклинаний. Не было ритуалов и списка истинных имен всех величайших и ужаснейших демонов мироздания. Лишь самые азы, которые постигают юные маги в обучении. Крохи, общие черты, всем известные истины. Одна из таких – клятвы. О, их великое множество. Но благодаря Ме мне стало известно лишь о нескольких самых распространенных в демонологии, простых и совсем не заковыристых. И ещё об одном виде. О той клятве, зароке и обете, что маг дает сам себе. Гейс. Нарушить его, не получив воздаяния, невозможно, ибо сам даешь зарок и сам себе становишься и надсмотрщиком, и судьей, и палачом.

Но нужно все обдумать очень тщательно. А время зря тратить совсем не хочется. Ярги возился у костра, готовя нехитрый обед.

- Ярги, хватит осквернять нашу еду. – поморщился я, смотря за потугами этого повара, - Иди, побудь с нашим пленником.

- Его можно попытать? – загорелись глазки демона. Обвислые крылышки за спиной встрепенулись в предвкушении.

- Нет. – обрубил я на корню мечты злобного раба.

Жарить кусочки мяса над огнем – дело нехитрое. Запах даже отдаленно напоминает о молодости. Речка, мясо… компанию бы только получше, поморщился я, глядя как Ярги с мерзим хихиканьем тычет пальцем в свежий ожог пленника, пока тот извивается на земле, мыча в кляп наверняка не самые лестные слова в наш адрес.

Гейс. Нужен один, но затрагивающий всё. Не стоит опутывать душу бессчетным числом клятвенных цепей. Что мне хочется в себе сохранить несмотря ни на что? Наверное, некоторое наследие прожитых годов. То, что отличает меня от Ярги и прочих здешних тварей. Да, я не сильно их лучше, но все же. Нужен некий кодекс. Правила, что станут для меня нерушимы, которые придется блюсти всю оставшуюся вечность, ведь подыхать я не собираюсь, а демоны бессмертны. От старости не помру уж точно.

Одна маленькая мысль, даже не усилие, желание. И мир преобразился. Истинное зрение. Способность видеть то, что не доступно простым смертным. Воздух окрасился в цвета и потоки, заструились перед взором энергии пока мне непонятные, два демона неподалеку обрели глубину, мне стали видны их ауры. Тёмные, с вкраплениями разноцветными, большинство которых даже на вид выглядят очень не очень. Ауры читать я пока тоже не способен. Но уж отличить безвинную овечку от демона или злодея наверняка сумею. Пришедшая в голову мысль была достойна внимания. Почему бы, собственно, и нет?

Никогда не убивать невинных. Очень размытая часть клятвы. Ведь абсолютно невинным быть не может никто из живущих. Таков мир. Миры. Да и если столкнусь, к примеру, с ангелом каким или другим бессмертным в чьей душе не Тьма, но Свет и это существо захочет меня убить? Не уверен, что вот у таких нет греха за душой. Но вдруг и вправду нет? Нужно уточнить.

Никогда не убивать и не пожирать души или части душ тех, у кого аура светлее и чище пятикратно от обычной, среднестатистической человеческой, если это существо не хочет мне смерти или любого другого вреда. Откуда взять эталон «обычной души человеческой»? Тут нет ничего сложного, хоть и сомневаюсь, что поблизости можно найти хоть кого-то не принадлежащего к демоническому роду. Гейс это клятва, которую даешь сам себе, за его исполнением следит твое же подсознание. Слова и буква договора тут не важны, важна суть. Я сам понимаю, сам отмеряю меру и сам буду взвешивать свои поступки. В этой части обета всё просто – убить можно простого обывателя. Такое уже было и не раз в прошлой жизни, тут я не вижу ничего зазорного. Такова жизнь и таков я сам. Но вот, к примеру, старушку божий одуванчик или там ребенка какого… Нет, я не считаю себя монстром и вести себя так никогда себе не позволял, да и не желал. Хотя, возможно, просто не было огромной необходимости… Нет. Хватит о таком думать. Не делал такого зла раньше, не буду творить и в будущем. Сознательно, по крайней мере. Если уж выстрелить во врага, а задеть ещё и другого, на кого в обычном случае рука бы и не поднялась… то, это… терпимо. Ведь не из злого умысла, а по случайности.

Что ещё? Ну да, из-за чего весь сыр-бор. Не причинять муки и боль лишь ради удовольствия. Боюсь, само удовлетворение от пыток убрать будет невозможно. Но вот купировать проблему – очень даже.

Ещё четверть часа просто смотрел на маленькое пламя костра, на котором постоянно подгорало мясо, если не успеть вовремя перевернуть куски другим боком. Думал, размышлял. Но ничего в голову больше не приходило. Говорить только правду? Я и раньше врать не любил. Полуправда, умалчивание, введение в заблуждение двусмысленными фразами – все это было, но прямая и честная лож это слишком грубо. Если на ней поймают, а рано или поздно лжеца за язык ухватят, то не поможет никакой авторитет и никакая репутация. В миг из человека, с которым можно иметь дело, превратишься в пустобреха, которому и руку подать зазорно.

Ладно, нечего оттягивать. Все уже решил и так.

Как только твердо решил, возжелал, дал зарок, гейс пришел в действие. Моя собственная сила, горящая огоньком, глубоко внутри пришла в движение, оплетая всего меня невидимыми путами. Всю суть, саму душу. Тьма, которую обычно даже не чувствую, вдруг всколыхнулась. Забурлила. Ей вторил все сильнее разгорающийся костер в груди. Тело вспыхнуло дикой болью. Такой я ещё ни разу не испытывал. Пулевые ранения? Когти демонов? Откушенная рука? Все это ничтожно. Вот подлинная Боль. Сама моя суть стала мне враждебна. Впилась тысячью жадных пастей, впрыснула литры жгучего ледяного яда в вены и опалила всё изнутри нестерпимым пламенем. Нельзя было вздохнуть или закричать – тело свело судорогой, я ничего не видел и не слышал, все чувство ослепила всепоглощающая Боль. И она только нарастала.

Муки были бесконечны. Я мог лишь осознать себя и ощущать всеми фибрами души лишь одно единственное чувство, что заиграло тысячью красок. Мне одновременно вырывали зубы, лили кипяток на оголенные нервы, срезали кожу со спины и втирали в мясо соль. А через мгновение или сотню лет все менялось. Жар становился леденящим морозом, в глотку при этом заливали расплавленный свинец, а каждая косточка дробилась на мельчайшие осколки, что впивались в нервные окончания, а потом срастались вновь, чтобы вновь взорваться… пытка была долгой. Нет, не то слово. Бесконечной, да, бесконечной. Страдания, которым нет конца, боль у которой тысяча проявлений.

- …ис! Регис! – на лицо упала тень, перекрывая вид на кровавое светило Темного мира.

В голове была звенящая пустота. Мне было очень хорошо. Так хорошо мне не было ещё никогда в жизни. Отсутствие Боли. Это так приятно. Будто лежишь на облачке, нежишься в ласковых лучах солнца и попиваешь лучшее пиво в мире.

- Чего тебе, Ярги? – возвращаться мыслью в бренный мир совершенно не хотелось.

- Ты упал, скрючился и лежал неподвижно очень долго. Вон, Кровавое Око уже заходит за горизонт. – указал когтистой лапой демон, с беспокойством! глядя на меня, что-то выискивая на лице.

- Прошло так мало времени? – не на шутку удивился я, приподнимаясь на локтях.

Черт, а я уже успел проклясть свое бессмертие. Думал, раз жить могу вечно, то и страдать мне примерно столько же. По ощущениям минуло не меньше нескольких веков пытки… как только я могу здраво мыслить после такого? Бытие демоном влияет на сознание, не иначе.

Магия: 5 (+2)

Демоническая сила: 3 (+2)

Система тоже решила напомнить о себе. Я и вправду чувствовал прибавку сил. Пламя в груди горело чуть яростнее, его стало больше. Ещё сильнее изменилась Тьма, что является моей Восьмой Оболочкой души, которая и дает бессмертие и делает меня тем, кто я есть. Демоном. Своим гейсом я пошел против своей же природы. Отрезал часть себя и выкинул как не нужный порченый кусок, ограничил цепями порывы своей новой сути. А гейс так и работает. Ты сам приносишь обет, клянешься, отрекаешься от чего-то важного или обещаешь сам себе творить некие действия, ритуалы. К примеру, каждый первый день месяца стоять на голове, никогда не есть мяса, говорить лишь правду или же творить десять добрых поступков в неделю. Но если где-то убыло, где-то обязательно прибыло. Элементарный закон сохранения энергии действует и для таких тонких энергий. Но мысли так усилить себя ещё больше у меня даже не появилось. После того, что я испытал, просто думать о гейсе было морально больно. Вся моя суть содрогалась, боюсь, приобрел новую фобию.

Поднявшись на ноги, повел плечами. Чувствовал я себя просто замечательно, особенно когда старательно гнал от себя воспоминания о последних часах. Но Ярги прав, нечего тут разлеживаться. Демоны уж наверняка заметили пропажу этого жирного глиномеса, который до сих пор валяется связанный. Нужно поскорее менять свое расположение, дабы не столкнуться с поисковым отрядом.

- Ты зачем ему лицо разбил? – подходя к серокожему пленнику, приметил, что тот явно был бит, причем от души и щедро.

- Сбежать захотел, как только ты присел на шкуру, а потом грохнулся в беспамятстве. – пожаловался на толстяка Ярги, мстительно пнув того в живот, - Гнилой помет шалу, я чуть не выпачкал набедренник по первой. Думал ты сдох и скоро я разделю твою участь.

- Не дождешься. – усмехнулся я, что Ярги принесло лишь облегчение.

Цепь Нингена вновь загудела в моей когтистой руке, а пленник снова глухо завопил в обслюнявленный кляп. Через двадцать лёгких ударов, в которые я вкладывал как можно меньше силы, боясь ненароком лишить жизни пленного, пытка прекратилась. Ярги брезгливо вынул изо рта э’ката кляп и тут же вытер руки об набедренную повязку.

- Отвечаешь полно, но ёмко. Если учую лож, то не буду тебя щадить и превращу в хорошо прожаренный кусок мяса. – сообщил я серокожему.

Шкуру пленника покрывал ровно двадцать один обугленный ожог, тянущийся порой вдоль всего тела. Из-под почерневшей кожи выглядывало красное мясо и сочилась кровь вперемежку с прозрачной сукровицей.

В ответ э’кат лишь согласно простонал, тяжело дыша и подвывая, распластавшись на земле подобно коровьей серой лепешке.

- Сколько в вашем племени и кого? – последовал первый вопрос.

- Пятнадцать мужчин и двадцать две женщины. Семеро детей и дюжина рабов. – глухо ответил пленник.

Речь его была прерывиста, он тяжело дышал, то и дело стонал, а глаза серокожего заволок туман боли. Всё, что хочется в таком состоянии это чтоб оно не ухудшилось, а лучше уж пусть сознание и вовсе отправится в спасательную тьму небытия. Один из самых верных способов добиться ответов от строптивого пленного. Просто пытать, не давая возможности даже слова сказать. А потом дать такую возможность. Уж он то за неё ухватится всеми руками и ногами, лишь бы все закончилось.

- Одиннадцать рабов. И четырнадцать мужчин. – хохотнул Ярги, оторвавшись от ковыряния в зубах. Зубочистку ему заменял собственный кривой коготь.

- Расскажи о всех местах, куда ходят охотники племени… - последовал мой второй вопрос.

Провозился я до самого заката. А дни тут тянуться не как на Земле, судя по моим наблюдениям. Часов тридцать, если на вскидку. А дней в году четыреста сорок девять, если верить Ярги.

Имя своего пленного я узнать не удосужился. Ни обычного, ни истинного. Мне хватало и Ярги, а этот э’кат все равно бесполезен – жирный, слабый, знающий толк только в еде, питье и лепке посуды. Ну, а заодно хорошо знающий всю внутреннюю кухню своего племени. Как-никак входил во что-то вроде совета самых уважаемых жителей общины. Понятно почему, торговали эти э’кат с другими поселениями в основном его продукцией.

Труп ставшего бесполезным пленника прикопали там же, на месте очередного бывшего лагеря. Его жрать Ярги я запретил, хоть этот прожорливый демон и просил очень настойчиво. Надо этому гурману отвыкать от своих пристрастий, я не дикарь и не каннибал, значит и мой подчиненный таковым быть не должен.

Всю ночь мы шли. Переправились через реку, добрались до описанного места – двух особо высоких холмов, поросших чахлыми скрючившимися деревцами, и притаились в очередной засаде. По пути даже встретили троих воинов э’кат, явно занятых поисками пропавшего вдоль берега реки, но напасть на них не рискнули, поселение было слишком близко.

Уже давно как Кровавое Око показалось из-за горизонта, опаляя своим взором холмистую землю. Но четыре фигурки э’кат показались вдали лишь сейчас. Шли они осторожно, каждый был вооружен копьем и щитом. Причем у двоих копья блестели железными наконечниками. Э’кат были явно настороженны, все время крутили головами и шли по знакомой местности так, будто из-за любого куста может выпрыгнуть целая стая назгов. Рискнули. Пошли за второй партией шалу, чье гнездовье обнаружили днем ранее, несмотря на пропажу своего гончара вместе с рабом.

- Ты был прав. – прошептал Ярги, - Сунулись сюда, да ещё меньшим числом.

Он залег рядом со мной, на вершине холма, у подножия которого и выкопали себе нору шалу.

- Нам повезло. Они не законченные идиоты, но при этом жадные и беспечные простофили. – ответил я, пристально наблюдая за единственным демоном, у которого был ещё и колчан стрел в компании с луком.

- Да, да, да. Склоняюсь пред твоей мудростью и ядовитым коварством, Регис. – цокнул языком Ярги, - Большая часть мужчин наверняка осталась охранять поселение, часть все ещё ищет ценного гончара или притаившегося врага, а эти четверо сунулись сюда за остатками не до конца разоренного гнездовья. Такая добыча редка, её упускать никак нельзя. Мы так не воюем. Надо сойтись лицом к лицу, выступить сила на силу и пусть воистину великий Владыка Катудакату рассудит кто кого.

- Двое против четырнадцати? – с сомнением произнес я.

- Ты не побоялся выйти против всего моего племени и кархая в одиночку. – с толикой уважения произнёс Ярги, - А теперь мы лежим тут, валяемся в пыли как презренные пыльные кусаки. – закончил демон, брезгливо морщась.

- Я вышел против кархая. И семерых полудохлых а’каот. Тут же почти полтора десятка свежих и полных сил воинов, да ещё и больше двадцати женщин, которые у а’каот и э’кат отличаются от мужчин только наличием грудей. Не переоценивай тот вклад, что сможешь внести в битву. А я не убью и десятка в одиночку за раз.

На том разговор и утих. Мы ждали пока серокожие демоны наконец достигнут цели. Вот, вся четверка наконец дошла до подножия холма. Трое скинули с плеч корзины и на карачках стали заползать в глубокую узкую нору. Последний, четвертый, присел неподалеку, став зорко осматривать окрестности.

Ярги молча приподнялся, пригнулся, стиснул рукоять меча и пошел в обход. Он удалился шагов на двадцать вбок, только затем начав аккуратный спуск вниз. Я забрал чуть влево, тоже стараясь не издавать лишнего шума.

Меч решил отдать Ярги. Им пользоваться он не умел точно также как и я, но у меня хоть магия была. В качестве оружия взял копье своего раба. Правда острие отрубил – оно деревянное, уже успело затупиться, а новое стругать особого смысла не было. Мне хватит и просто крепкой палки, длинной достигающей мне шеи, если упереть в землю.

План почти удался. Э’кат тут же встрепенулся, когда в его поле зрения появился Ярги. Дозорный подскочил, вскричал, натянул тетиву… и резко развернулся за спину! Отреагировать я никак не успел, нас разделяли пустяковые десять шагов. Лишь дернулся, больше от неожиданности. Стрела вошла мне в плечо, заставив лишь злобно ощерится. Боль была сильной. Очень. Пострашнее чем после огнестрельного, если честно. Но много слабее той, подлинной Боли, что накрыла меня в момент принесения гейса. Ноги понесли меня вперед, враг уже наложил новую стрелу на тетиву, но вынужден был уклонится от моего неумело посланного в полет посоха. А дальше было поздно. Огненный кнут захлестнул шею э’ката подобно аркану, раскалился до бела, стиснул хватку, и я дернул врага на себя. Серокожий даже ничего не успел предпринять, когда я что есть мочи вдарил пяткой ему по затылку. Вот уже показался и Ярги, с гиканьем опустив меч на серую спину дозорного.

Я развеял кнут, оставляя уже обреченного демона в компании своего раба и поспешил к норе. Та была очень глубокой и достаточно широкой. Вполне возможно, шалу просто заняли оставленное жилище другой твари, покрупнее. Но это все неважно. Важна рогатая безносая башка, уже показавшаяся из «входа».

Я направил обе руки в сторону норы, мана в моем теле забурлила, воспылала, утекая и разом забирая три четверти резерва. Но оно того стоило. Гибкие прочные стебли вырвались из-под земли на протяжении всей норы и впились острыми крючковатыми шипами в плоть демонов. Я видел лишь голову самого расторопного, успевшую высунуться наружу. Тот зашелся в вопле, но затих буквально через минуту, когда окровавленные побеги проросли прямо из глотки.

- Их осталось десять. – встал рядом со мной Ярги, с неподдельным интересом наблюдая как иссыхает рогатая башка демона, превращаясь в обтянутый кожей череп, - Надо бы копья забрать. Хорошие копья.

- Заберём. – согласился я, попутно вырывая стрелу из плеча, - И продолжим охоту.

Глава 4

Пять дней тянулись подобно жвачке. Точно такие же свежие в начале, они быстро наскучили и потеряли «вкус». После пропажи отряда из четверых охотников-воинов, поселение э’кат полностью замкнулось само в себе и перешло на венное положение, если такое понятие можно применить к племени демонов, мало отличающихся от дикарей.

Пейзажи Элут-Ша, точнее региона Серых Холмов, также были скудны на разнообразие. Холмы, мелкая жесткая трава, чей цвет варьируется от коричневого с примесью засохшей крови до бурого зеленого. Деревья в окрестностях поселения росли, но редко, да и сами едва достигали в высоту пары метров, были узловаты и скрючены. Даже река и та была грязноватой, хоть и поросли её берега более привычным глазу зеленым тростником, часто переходящим в сухой желтый окрас.

- Ты, Регис, совсем уж их за дураков не считай. – бурчал Ярги, весь перепачканный кровью, - Они теперь даже в поле выходят всей толпой, уже так просто никого отдельно не подловить.

Демон сидел на коленях у свежего трупа назга, орудуя своим новеньким ножом. Одно из копий было нещадно укорочено, остатки древка Ярги туго обмотал полоской кожи, приспособив под рукоять, ну а сам листовидный наконечник и так сошел за не слишком удобное лезвие. Второй подобный нож висел у меня на поясе. Демон хоть и умел лучше обращаться с копьем, полностью влюбился в меч бывшего кархая, даже спя с ним в обнимку. Ну а нож в хозяйстве дело тоже полезное.

- Есть одно лишь зерно они все равно долго не смогут. Сам говорил, как тогда слабеют что а’каот, что э’кат. Им нужно мясо, хотя бы немного, но постоянно. Уверен, рано или поздно вылезут. – я тоже не сидел без дела, разделывая второго назга, уже освежеванного.

Эти демонические пятнистые гиены со здоровыми пастями и мощной грудной клеткой не были очень уж вкусны. Скорее наоборот. Мясо жёсткое и сухое, лишенное и капли жира, одни дубовые мышцы и резиновые жилы. Шкуру тоже нужно несколько дней вымачивать в воде, перед этим хорошенько очистив от остатков мяса, но даже после этого она воняла нещадно. Нормально обработать свои трофеи мы не могли. Не было нужных инструментов, дубильного отвара и особого умения. Единственное чем помог Ярги – копчение над ямой с костром… но первую шкуру мы благополучно спалили, а все остальные стали вонять ещё и дымом.

- Это да, потому мы иногда даже охотились на маленькие стайки назгов, - почавкал демон, закинув в рот ещё один кусок сырого теплого мяса, - Но это племя серокожих земляных червей имеет много преимуществ над моим прошлым, совсем маленьким и молодым. У них, уж будь уверен, есть запасец вяленого мяса и даже соленого. Богачи! – завистливо рыкнул Ярги. Соль в эти места попадала только с довольно далекого от этих мест побережья и цену за нее редкие купцы ломили будь здоров.

- Нам ничто не мешает ждать тут хоть ещё месяц. – вырезав сердце назга, отложил его отдельно, оно было достаточно вкусным у этих тварей, лучше только печень, - Охотимся, присматриваем за селением и ждем.

Ко времени я стал относится чуточку иначе. Мне и раньше было не привыкать сидеть в какой-нибудь дыре неделями, ожидая дальнейших приказов. Или же выжидать нужного момента, дабы подставить конкурента и откусить от его предприятия кусок посочней. Что война, что бизнес не терпят спешки. Конечно, если не происходит ничего из форсмажоров, которые, к несчастью, случается постоянно. Вот тогда да, нужно действовать быстро и решительно. Ко всему прочему я теперь вроде как бессмертен… если никто не открутит бедовую рогатую башку. Так что спешить и вправду некуда.

Как оказалось через десять дней – лучше уж бы мы поспешили.

Именно через десять дней над нашими шеями тенью навис топор форсмажора.

- Грязные, бесчестные и трусливые выблядки Залатукена, не стоящие и вонючего хера назга. – шипел Ярги, ползя среди тростника, которым порос берег мутной реки.

- Тут. – шепнул я и забрал вправо, подползая к самой кромке воды.

Отсюда отлично было видно отряды э’кат по ту сторону. Демоны сбились в группы по пять воинов каждая и прочесывали все побережье. Пятнадцать, двадцать… тридцать. Ровно тридцать отлично вооруженных демонов. Все в тканевых стеганых халатах, которые не каждая стрела пробьет, со щитами, обтянутыми кожей и копьями с железными наконечниками. Сзади, за нашими спинами, уже можно было различить командные выкрики. На нашем берегу врагов тоже не меньше трех десятков, а то и побольше.

- Дерьмо, дерьмо, дерьмо. – шептал Ярги, судорожно оглядываясь по сторонам, будто дикий зверь, попавший в западню. А’каот скалил клыки и покрепче сжимал рукоять меча, чей клинок уже был заляпан кровью.

Все началось ночью. Не было никаких факелов, шума и перекличек. Просто вот мы сидим в нашем лагере у маленького костерка, обсуждаем дневную охоту на отбившегося от стаи назга. А вот в следующий момент в нас летят стрелы, во тьме вырастают десяток фигур с копьями и щитами наперевес… Уйти смогли. Но с потерями. Мы лишились всего, чего не держали непосредственно под рукой. Ярги успел лишь схватить свой любимый меч, я – посох и нож. А дальше все расплылось, смазалось в картины коротких яростных стычек и бегства.

- Заткнись, раб. – шикнул я.

- Да мы уже мертвецы. Хотя, какие к Залатукену мертвецы! Нас схватят и будут долго пытать, а потом зарежут стонущие куски плоти на своих алтарях! У них два кархая! – тихо взвыл в бессильной злобе Ярги.

За время нашего бегства демон словил две стрелы, а его бок до сих пор кровоточил, распоротый копьем. Я тоже отделался совсем нелегко – как только в ночи мелькнул огненный кнут, враг почти полностью сосредоточился на мне. Регенерация работала хорошо, особенно после того, как у меня стало не одно, а целых три очка в демонической силе. Но без еды, да при постоянном беге и попытках скрыться мои раны лишь слегка стянулись, да кровь перестала идти. Пять дыр в шкуре от стрел и наверняка ужасная борозда через все лицо – тот серокожий мускулистый кархай появился совсем неожиданно, я еле успел отпрянуть, прежде чем меч чуть не развалил мне голову пополам. Убить тварь не получилось, но Казнь зла дала мне так нужные мгновения, чтоб сбежать и от него.

Отряды э’кат явно рассредоточили по всей округе, мы часто на них натыкались. Убили не меньше четырех воинов, ранили ещё больше. Но серокожих ублюдков все равно было слишком много. Второй кархай, вооруженный топором, кружил в воздухе, поднявшись вверх с первыми лучами солнца и внимательно нас выслеживая. Хорошо хоть к тому времени мы успели добежать до реки и скрыться в густых зарослях, благо, за эти дни отлично смогли изучить местность.

Оглянувшись назад, ничего не разобрал за зарослями кустарника. Но то обычными глазами. Сосредоточившись, «увидел» десяток аур демонов, медленно прочесывающих заросли и при этом неуклонно двигающихся в нашу сторону. Все остальные были далеко, но эти два отряда столкнуться с нами уже в течении ближайших трёх-четырех минут.

Выход из ситуации я видел только один, потому сразу же приступил к реализации своего плана. Цепь Нингена привычно загудела, затрещала искрами от переполняющей её маны и змеёй стала ползти вбок, задевая все новые и новые стебли тростника. Пожар занялся быстро и чуть в стороне от нас, привлекая внимание клубами удушливого дыма.

- В другую сторону, да поживей. – прошептал я и сам первый пополз подальше от огня.

Половину неба заграждали верхушки зарослей, но я успел заметить, как серокожий кархай в небе метнулся в нашу сторону. Хотя нет, чуть вбок. Вон он, кружит над уже вовсю пылающим участком берега.

- В воду! – мне осталось только проверить, крепко ли сидит нож в самодельных кожаных ножнах и прыгнуть следом за Ярги.

Течение было не сильным, но мы тут же занырнули почти до самого дна, скрывшись от чужих взглядов в мутной грязной воде. Не видно было даже собственных рук, но оно и к лучшему. Я просто плыл, плыл по течению и ускорял себя не слишком умелыми гребками рук и ног.

Вынырнул только через добрые пару минут и тут же оглянулся назад. Метрах в двухстах уже вовсю поднимались языки пламени, окутанные густым дымом. Целая огненная полоса вдоль берега, тянущаяся все дальше и дальше в стороны. Ярги видно не было. Долго оставаться на поверхности водной глади было опасно, потому вскоре опять занырнул поглубже.

Так прошло ещё минут двадцать, не меньше. Муть перед глазами, холодная вода, редкие выныривания чтоб вздохнуть поглубже и снова спуск в спасающую грязную глубину. Руки и ноги уже стали откровенно уставать, да и пожарище превратилось лишь в струйку черного дыма вдалеке, потому погреб к берегу. Жирный скользкий ил на мелководье перепачкал мне все ноги и руки, прежде чем я выбрался на твердую землю. Здесь рос не тростник, а редкие колючие кустики. Оглядевшись, нигде не приметил Ярги. Просто опостылевшие холмы, жесткая трава, да вот эти кустики с малиновыми листьями.

Устал не сильно, потому взобрался на ближайший холм и стал осматривать округу внимательней. Ну, никаких красных демонов видно не было. Мой информатор и помощник благополучно затерялся. Возможно все ещё плывет вниз по течению. А может и утоп где.

Тело все ломило от усталости, добрых пять часов беготни от отрядов э’кат, несколько мелких стычек и последующий заплыв выжали большую часть сил. Маны оставалось около половины. Уже хотел было спуститься с возвышенности и перевести дух, как заметил две серые точки летящие точно в мою сторону. Точки быстро увеличивались, приобретая черты серокожих мускулистых демонов. Кархаи.

Крепко стиснув зубы, обнажил сохранившийся нож. Отступать сейчас не вариант, просто сдохну уставшим. До реки уже не успею добраться, а летят эти демоны быстро. По земле убежать не выйдет. Значит пришло время очередного броска монетки. Которого в моей жизни? Не важно. Правила ясны и обыденны – убей или умри.

Оба демона приземлились на почтительном расстоянии, сразу атаковать не став. Оба они были явно постарше того молодого краснокожего, которого мне удалось убить в бывшем селении Ярги.

Тот, что стоял чуть сзади и справа скалил свои желтоватые клыки. Метра два ростом, с длинными, острыми и прямыми черными рогами, в расшитой узорами набедренной повязке, которую даже сравнивать с обычными обмотками местных демонов стыдно. На когтистых ступнях кожаные сандалии, ремешками, обхватывающими всю голень, в руках он сжимал длинный железный меч длинной с меня. Ноги были заметно изодраны, хоть кровь уже перестала течь. Второй, вышедший чуть вперед, отличался только ещё большим количеством мышц, надетыми на предплечья железными наручами и вооружен был здоровым топором, а не полуторником.

- Кархай карлик? – наклонил голову чуть вбок вооруженный секирой, - Это он тебя ранил, Ракх? – издал басовитый смешок серокожий.

- И за это он сдохнет. – мрачно пообещал мечник, с ненавистью глядя мне прямо в глаза.

- Мы тут и так потеряли много времени вместо того, чтобы уже быть при основной армии. Схватим его и приведём в цепях к вождю Раратаку. Так хоть будет оправдание. – покачал рогатой головой демон, делая шаг в мою сторону.

- Хватит и того, что мы защитили наших данников. Нам простят это запоздание. И он мой, Ярух! – гневливо рявкнул мечник, тоже делай шаг вперед и чуть отвлекаясь на собеседника.

План в моей голове родился быстро. Правый уже знаком с Казнью зла, от того это заклинание не станет для него неожиданностью. Потому именно его и стоит атаковать.

Земля перед мечником вспучилась, выпуская две шипастые лозы, ринувшиеся к демону. Тот, словно только этого и ждал, срубил их ещё в полете, сам отпрыгивая чуть назад… и тут же запинаясь, схваченный за голень третьим стеблем, проросшим за спиной. Кархай неловко взмахнул крыльями, споткнулся, пытаясь устоять, но тут подоспела снова отросшая пара лоз спереди, впиваясь колючими крючьями в плоть и валя взревевшего э’ката на землю.

Второй демон даже не посмотрел в сторону упавшего товарища. Он лишь прищурился, перехватил топор поудобнее и пропал! Растворился в пылевое облако, тут же понесшееся на меня! Цепь Нингена вспыхнула белым раскаленным росчерком, рассекая это облако надвое, но тщетно. Я даже не успел повернуться, а враг появился уже сбоку. Левое плечо вспыхнуло нестерпимо, меня отшвырнуло на добрых два метра и уронило на землю.

Кархай усмехнулся, презрительно взглянув на меня. И было от чего. Одним ударом топора мне снесло левую руку и разворотило бок. Боль была адская, в глазах на секунду потемнело. Но ещё сильнее была ярость. На себя, на двух этих серокожих ублюдков и на все вокруг в принципе.

Демон снова растворился в воздухе, распадаясь на невесомую серую взвесь и уворачиваясь от хлестнувших колючих лоз, вырвавшихся из-под его ног. Я успел лишь неловко вскочить, поливая все вокруг своей кровью из культи, как ублюдок снова оказался рядом. Теперь справа, как я и думал. Хочет взять в плен и перед этим отрубить все «лишнее».

Огненный кнут, загоревшийся уже в правой руке, ударил точно в цель. Демон попытался рассечь пламя своим топором, но Цепь Нингена лишь захлестнула, обмоталась вокруг деревянной рукояти и сжимающей её когтистой ладони.

Я тут же пустил в заклинание столько маны, сколько смог. Огонь затрещал, демон покачнулся и взревел, снова распадаясь в пылевое облако. Он материализовался в метрах трех от меня, но уже без упавшего на землю топора и правой кисти. Я злобно оскалился.

- Знаешь, моему вождю хватит и головы. – прорычал серокожий, под завывания все ещё находящегося в плену Казни зла товарища.

Блеснул вынутый из-за пояса нож, больше похожий на кукри. Демон снова превратился в стремительное облако пыли.

Мысли мои обратились в заполошные молнии. Меньше чем за миг проносились и отбрасывались предположения. Спереди? Ему опасно. Сбоку? Сзади? Предсказуемо.

Мы ударили одновременно. Огненный кнут взметнулся вверх, обматываясь вокруг головы и шеи появившегося надомной врага. Огромный нож врубился мне в ключицу, перерубая кости и застревая в ребрах.

Рухнули на землю мы вместе. Боль была слишком сильна. Весь мир для меня сжался до пульсирующего агонией обрубка руки и застрявшего в теле кукри. Остатками здравомыслия я просто пускал почти закончившуюся ману в Цепь Нингена. Больше. Ещё больше! Вскоре пламя в груди превратилось в остывающие угли, но я продолжал накачивать заклинание, чувствуя, как пускаю в топку саму свою жизнь, слабея ещё сильнее.

Сознание вернулось не быстро. Или быстро. В голове шумело, мир в глазах двоился.

Ха! Времени много не прошло. Рядом со мной валялась рогатая дымящаяся башка, чуть вдалеке лежало тело. Похоже на нервах кархай использовал свою способность. И сдох, оставив на месте часть тела, обхваченную Цепью Нингена.

Я захрипел, застонал. Боль никуда не делась. Но надо было встать. Второй, тот, что с мечом. Он притих. Но я не верил, что демон издох так легко.

Удалось только приподняться на локте. В мою сторону ковылял труп… нет, ещё живой серокожий кархай. Во многих местах не хватало целых кусков мяса, кожа свисает кровоточащими ошметками. Вместо правого глаза красная дыра, одной щеки не достает, как и куска лица, там просто голая кость и зубы. Но демон продолжал тяжело ковылять в мою сторону, волоча за собой меч. Его уцелевший глаз смотрел с ненавистью и болью. Чудовищной болью. Но, ненависти похоже было куда больше. Живучая мразь.

Я не мог встать. Просто сил не доставало. В голове мутило, боль туманила разум, липкой стальной паутиной расползаясь внутри черепной коробки и препятствуя здраво мыслить. Мана на нуле. Если буду использовать жизненную энергию, то сдохну. Хотя… Кукри все ещё причинял нестерпимые муки, застряв в теле. Из обрубка левой руки сочится кровь, а вместе с ней уходит и жизнь. Полученные ранее раны тоже дают о себе знать. Кархай всё ближе. Я и так мертвец.

На лицо наползла непрошенная улыбка, превращающаяся в оскал. Так вот как чувствуют себя парни, лежащие в грязи с зажатой в руке гранатой и ждущие пока враг подойдет поближе. Дерьмовые ощущения. Жить хотелось. Очень. Но если помирать, так в компании. Сама душа будто заболела. Струйка энергии потекла вдоль руки, готовая оформиться в прощальное заклинание.

- А-а-а! – крик спутал мои мысли. Голова дернулась в его сторону, я заметил лишь красного… красного мелкого демона с мечом наперевес.

Ярги врубился в серокожего кархая с яростью достойной берсерка. Тот запоздало приподнял руку с мечом, но было поздно, клинок а’каота проткнул живот и вышел из спины. Мой раб на этом не остановился, повалил демона на землю и вгрызся тому прямо в глотку.

Я обессиленно откинулся обратно, в затылок уколола жесткая багровая трава. Умиротворяющая темнота забирала меня в свою пучины, под приятные предсмертные хрипы врага.

***

Ночи Элут-Ша особенны. Они не хуже и не лучше, чем на Земле. Они просто другие. И они мне начинают нравиться.

Каждый раз небо особенно. Каждый раз не такое как в прежний. Темный мир Элут-Ша попил из меня крови больше, чем два года войны меньше, чем за месяц. Я пролил тут крови как бы не больше, чем в бытие человеком. Небо тут подходящее. Оно серо и невзрачно, когда высится над головой светило, прозванное Кровавым Оком. Но ночью преобразуется. Будто неумелый художник проливает сотни оттенков красного на серый дневной холст. Или, быть может, умелый мясник на бойне перерезал глоток больше, чем может сосчитать и вылил всё без остатка на небеса? Звезд нет, нет даже луны. Просто бардовый, алый, малиновый, винный, коралловый и множество прочих оттенков смешиваются меж собой в водоворотах, кляксах и скоплениях, погружая мир в тёмные красные сумерки.

Я лежал на чуть покалывающей кожу шкуре назга. Теплой, в Элут-Ша никогда не бывает холодно. Рядом трещат ветки в костре, с аппетитом поедаемые пламенем, над которым шкворчит мясо на деревянных шпажках. Вокруг высятся мрачноватые, окутанные тенями и освещенные багровыми тонами холмы, неподалёку шумит река, а над головой разлились кровавые небеса. Красиво, черт побери. Двигаться совершенно не хочется, на душе легко и пусто. Пару бутылочек хорошего пива, прямо из холодильника и можно так провести всю оставшуюся вечность…

- Очнулся, Регис? – поднял на меня задумчивый взгляд Ярги.

- Да. Живой. – горло першило, дико хотелось пить. И есть.

А’каот молча кивнул, с кряхтением встал и поднес к моим губам бурдюк с водой. Новый, очень кособокий и неказистый, явно сшитый на скорую руку неумелым челове… демоном. Ну, от Ярги таких талантов никто и не ждет. Вода была приятна на вкус, без грязи, освежающая и с кислинкой.

- Тут повсюду кусты марби. Листьями с этих кустов не наешься, но вкус подправить могут. – прокомментировал демон, при мне закинув в клыкастую пасть целую жменю маленьких листочков цвета спелой малины.

Оторвавшись от горлышка, закашлялся, перевернувшись на бок и облокотившись локтем на расстеленную шкуру. Руки у меня снова было две. Раны нигде не болели, даже шрамов не заметно.

- Ты живуч как не знаю кто, пожри мои губы пылевые кусаки. – добродушно проворчал Ярги, положив опустевший бурдюк на землю и принявшись снимать мясо с огня, - Я же вообще подумывал на показываться тебе на глаза. Специально отплыл, держался позади. Думал, плюнешь и свалишь подальше.

- От чего передумал? – язык ещё не совсем слушался, ворочался с трудом.

- А то сам не понял. – сплюнул Ярги, - Порешат тебя. Я сдохну. Хитрая, крепкая клятва. – с одобрением буркнул а’каот, - Да и шансов вдвоём больше. Одиночке не выжить в Серых Холмах.

- Только если ты слабак. – возразил я.

- Ты видишь пред собой четырнадцатого Владыку? – смех Ярги все так же был похож на визги подыхающей свиньи. Уже привычно.

- Перечисли их всех. – попросил я, принимая в руки плоский камень, на котором парило свежее мясо.

- Ничтожнейший, бесчестный Залатукен. Раньше его звали Серый, сам думаю догадаешься от чего, сейчас же этот кусок дерьма шалу прозван Вечно Тонущий. Владыка наш Великий Пламень Катудакату, Спящий в Холмах. Про них я тебе уже рассказывал тебе, дикарь, не знающий своего господина. – ядовито ухмыльнулся Ярги, ловко уворачиваясь от камешка, брошенного мной телекинезом.

- Я ослаб, но скоро восстановлюсь. Не жди снисхождения. – нахмурился я. Демон опять берет на себя слишком много.

- Я спас тебе жизнь. Уж будь милостив, уживись с моим нравом. – оскалил клыки в улыбке безносый краснокожий демон.

- Ладно, можешь говорить свободно. Но не наглей, иначе вырежу язык. А потом и на голову укорочу. Зачем мне ты без возможности поведать о мире?

Пусть его. Да, он действовал наверняка из боязни за свою шкуру, ибо тот ещё… демон. Но факт есть факт, Ярги спас мне жизнь. Раб, не раб, к черту. Своих подчиненных нужно поощрять. А дать я могу ему немногое, сам гол как сокол.

- Сколько я так валялся? И рассказ продолжай.

- Дней двадцать, точно не считал. Пришлось туго, но мясо я раздобыл. Меч просто замечателен. – погладил лежащее рядом оружие Ярги.

Демон закинул в пасть сразу три ещё исходящих паром куска мяса, проглотил не жуя и сыто отрыгнул. Над манерами этого дикаря ещё работать и работать.

- Осталось ещё одиннадцать, да? – поскреб когтями лысую макушку Ярги, - Ну, слушай. На восходе светила Серые Холмы граничат с зловонным Болотным лесом и горным хребтом Серая Лапа. Отвратное место те топи и ублюдки там живут такие же, властвует над ними ясное дело самый мерзкий и вонючий Владыка известный как Харашиши, дракон по прозванию Вечно Гниющий. Среди гор засел гигант Гододон, про него мне известно маловато. Ну здоровый он, это да. Служат ему такие же как он каменные истуканы, тоже большие как самомнение Залатукена, чтоб он поскорее захлебнулся.

Демон прервался на ещё пару кусков мяса и взглянул на красное ночное небо.

- Дальше будут остальные девять, про них узнал только на сборах вождей от старейших и мудрейших воинов трех великих племен. Им верить можно, они попусту языки из пастей не вываливают, но вот кто им эти байки рассказал… назгов хер знает, потому особо сильно не полагайся на эти знания. Зиэль, Хаэль и Миэль – три сестры, обитающие на вершинах трех гор, прозванные Три Пика, как и поселение меж ними. Больше про сих Владычиц ничего не скажу, там уж совсем сказки для розовой молодежи. – почесал красный живот Ярги, - Вечные враги Ладаин Царь Пяти Искусств и Гузоргус го Рог но Дор, по прозванию Алчущий. Они правят вроде соседствующими городами и ведут чуть ли не постоянную войну. Эшара-Каэ, про неё знаю только то, что она женщина. Муспос, Владыка города Торговый, знаю только легенды о необъятном брюхе Богатейшего.

Ярги прервался, поежился, хотя на улице царила приятная теплота ночного Элут-Ша.

- Вот про последних двух даже в нашем захолустье слышали. Ничего хорошего, но слухи доходили. И легенды, что старейшие рассказывают молодняку длинными ночами. Уруру’Наг’Тахэ, Кормящий и Поедающий. Ползущий хаос о ста очей, пятистах пастей и не счесть сколько конечностей. Вечно Голодный. Единственный, кто не властен ни над одним демоном и рабом. Он просто жрет. Всё. Лучше не заходить в те пустоши, где он обитает.

Демон бросил обглоданную кость в костер, в небо устремились сотни сияющих искр.

- Ну и сильнейшая. Королева Ажжешета, Владычица Аллуя-Кенозз, улья и цитадели. Пришлая, как и Уруру’Наг’Тахэ. Вот только откуда выползла отрыжка Хаоса Первозданного никто не знает. А вот Королева вроде как была кем-то на подобии Владычицы в одном далеком и очень могучем Темном мире, который не поделил что-то с богами. Светлыми. Их там всех истребили иль запечатали, легенды разнятся. Известно лишь, что по прибытии в Элут-Ша она и её демонические тараканы, или кем она там правит, возжелали властвовать над нашим миром безраздельно. В те далекие времена по земле ходил Владыка наш Катудакату и отравлял своим присутствием воздух ничтожный Залатукен. Многие Владыки, почти все, объединились и одолели чуждую Ажжешету, подписав вечный договор и ограничив место, где могут обитать её детки. Таковы тринадцать Владык.

Я также отдал должное мясу, попутно слушая рассказ Ярги. Еда была сносной, демон сумел найти несколько трав и корешков, которые с трудом, но чуть улучшили вкус жесткого и пахучего мяса назга.

- Как думаешь, куда шел тот отряд э’кат? – с основным блюдом уже было покончено и мы пили отвар из тех кисловатых листьев. Откуда демон раздобыл глиняную плошку, куда и налил горячий напиток, было неясно.

- Отряд? – хмыкнул Ярги, - Мне иногда кажется, что ты жил в самой настоящей норе и растили тебя шалу, так мало ты знаешь. То представляется, что ты сам пришел оттуда, из-за гор и лесов, отделяющих Серые Холмы от всего остального мира, скрывающего десятки потрясающих разум вещей. Там было не меньше четырнадцати рук отлично снаряжённых воинов! – для наглядности демон растопырил все свои пять когтистых пальцев на одной из когтистых лап, - Отряд! Это была самая настоящая армия, собранная четырьмя, а то и пятью племенами. А там ведь было ещё и два кархая. Воистину, мы наткнулись на очень могучее войско и только проведением могучего Катудакату выжили.

- Ты может и не слышал, но те два серокожих амбала говорили, что ведут отряд на соединение с основным войском своего вождя. Кажется, они его ещё Раратак называли. – припомнил я, отхлёбывая красноватый напиток.

- Выродки Залатукена. – зашипел Ярги, досадливо морщась, - Сам я не догадался о таком. Похоже, грядет новая война.

- С чего ты так решил? Может это просто очередной набег э’кат на а’каот? – уточнил я, становясь серьезным.

- Для набега на самое сильное, но обычное племя хватило бы и тех четырнадцати рук воинов, что собрали эти двое. – Ярги пошарил у себя за спиной, достал холщевый мешок и вытряхнул на землю два рогатых черепа, до боли знакомых, - Я думал это два вождя, договорившиеся вместе пойти за добычей и рабами. Но раз они сами имеют над собой господина, то вывод один. Это ближники правителя одного из пяти великих племен э’кат. Да и имя знакомое. Раратаку уже ходил войной на Улетара Отцеубийцу. Выкормыши Вечно Тонущего опять затеяли свой поход против сильнейшего вождя а’каот!

- Ты думаешь, за те двадцать дней, пока я лежал без сознания, война ещё не началась? – уточнил я.

- Нет. – помотал рогатой головой Ярги, - Я дня четыре назад сумел подловить двух путников из серокожих. Вот, это их глиняная чаша, мешок и ещё по мелочи. Одного мне удалось взять в плен и ничего про войну он не говорил, а уж будь уверен, когда вспыхнет бойня, все окружающие земли учуют запах пожарищ. Всегда так, после главного сражения много предателей убегают и становятся отщепенцами. Ходят, сбиваются в шайки и грабят слабые поселения, пока не будут отловлены кархаем с крепким отрядом воинов.

Дезертиры значит. Понятно.

- Может главного сражения ещё просто не было? – уточнил я.

Генеральные сражения вообще, насколько я знаю, в войне не обязательны.

- Главное сражение это первая битва. – пояснил Ярги, - Много дней набольшие вожди с обоих сторон стягивают войска со всех поданных племен, за это время определяется через посланцев место будущего кровопролития.

Я на это лишь присвистнул. Похоже местные племена довольно благородны. Или тут есть более приземленное объяснение. Ну… если прикинуть, что провизии у племен без особых излишков, то сборы очень долгие, к основной армии отряды стекаются мелкими группами… Да, тогда понятно. Никакого блицкрига у местных просто не выйдет, враг минимум за пару месяцев прознает о подготовке и сам начнет стягивать войска. Ну а определение места генерального сражения наверняка обусловлено тем, что слишком долго такие орды вожди кормить не могут, вот сразу и сходятся в решающей битве. Да, в это я поверю намного охотнее, нежели в благородство и рыцарство среди этих кровожадных дикарей.

- Куда, кстати, ушёл тот отряд после смерти кархаев?

- На восход Кровавого Ока. Наверняка выбрали среди своих временного набольшего и пошли к своему вождю. И правильно сделали. – одобрительно буркнул Ярги, - Им Раратаку и так головы порубит за потерю целых двух опытных кархаев.

- А обратно он не пошлет кого по наши головы? – напрягся я. Думал, после потери своих главных э’каты разбредутся по домам, дисциплина у них должна хромать. Племенное общество же.

- Он не идиот, раз смог стать вождем столь сильного племени. Хотя, все э’кат думают дерьмом назгов, что аж из ушей у них сочится. – задумался Ярги, но потом решительно мотнул рогатой головой, - Не, точно не пошлет. Нас искать тут можно очень долго. А у него сейчас на счету каждый воин, не то что кархай. Они же сейчас, все пятеро великих вождей этих серых червей, будут войсками и силами мериться, решать кто встанет во главе войска. Могут в итоге порешить опять в пять голов повелевать, но тогда могучий Улетар уж точно пожрет их сердца.

Помолчав немного, Ярги поднял на меня глаза:

- Нужно бы поторапливаться. Долго не долго, но война скоро начнётся.

- Хочешь помочь своему бывшему вождю? – я, признаться, даже удивился.

- Нет конечно! – аж сплюнул от возмущения краснокожий, - Сейчас самое время набрать могущества, Регис. У племен на страже остались самые никчемные воины, все остальные мужчины отправятся на войну.

А вот сейчас мне стало уже не до шуток. Я мрачно посмотрел на Ярги, наш маленький лагерь погрузился в тишину. Лишь треск догорающего костра и шум реки были слышны в теплой ночи Элут-Ша.

- Что так смотришь? – нарушил молчание криво усмехнувшийся и явно напряженный Ярги, - Я уже все понял, да. Ну или почти всё. Ты убиваешь и становишься за счет этого сильней. Жрешь души как Негорящие из легенд! Но это даже хорошо. Я твой раб, не предам. Ты сильней, а значит и я. Не забудешь ведь про своего самого первого и вернейшего из слуг?

- Посмотрим. – мрачно сказал я, ставя на землю опустевшую глиняную чашу.

Про то, что о моих силах нужно молчать говорить не требовалось. Демон и так никому не проболтается без приказа. Клятва не даст.

А так, Ярги прав. Война меж племен дает отличную возможность пройтись по тылам серокожих.

- Зачем ты сохранил черепа? – решил чуть сменить тему, кивнув на останки двух убитых кархаев.

- Не важно чем закончится эта бойня, Отцеубийца выстоит. – уверенно начал Ярги, - А вот нам надо будет уходить. После того, что мы тут натворим, за нами будут охотиться все, в ком течет гнилая кровь серокожих ублюдков. Улетар платит дань Болотному лесу. И может дать пропуск по землям Вечно Гниющего, это я хорошо помню. Принесем Отцеубийце щедрые дары, в том числе головы кархаев э’кат и получим пропуск.

План был неплох. Очень. Я ведь и сам хотел набрать побольше сил в Серых Холмах и потом уйти отсюда. Вечно торчать в окружении этих дикарей не хотелось совершенно. Даже если хватит могущества стать вождем – тут мне не получить знаний о магии и не заполучить возможность вообще покинуть Элут-Ша. Темный мир был в чем-то даже неплох, но жить среди людей намного приятнее, чем тут. Да и все эти Владыки меня очень напрягали. Эти твари наверняка что-то вроде архидемонов Лэнга и могут самостоятельно уничтожать целые города и страны. Неприятно получить возможность стать максимально независимым, превратиться в ходячую армию, но при этом всегда подвергаться риску. А ну, просто не понравлюсь кому из Владык? Или наоборот – понравлюсь и меня захотят поставить на службу? Смерть или вечное рабство… с какой стороны не глянь, оба варианта паршивы.

Ладно, в любом случае сейчас стоит заняться делами более насущными.

- Собирайся, на рассвете выходим к нашей первой цели. – отдал я приказ Ярги.

Сам же решил проверить Систему. За бой с кархаем и предыдущие победы мне удалось заполучить уровень, пора стать ещё на капельку сильнее себя вчерашнего…

Имя: Регис.

Уровень: 7

Тело: 1

Магия: 5

Демоническая сила: 3

Свободные очки: 1

Из нового в ассортименте предлагалось заклинание и расовая особенность.

Слабость – ослабляет на некоторое время отродье Тьмы. Эффект зависит от вложенной в заклинание энергии.

Ну и особенность, заинтересовавшая меня на удивление куда как больше:

Клиент и Патрон – вложите часть своих демонических сил в подчиненного, даруйте ему частицу своего могущества.

Ослабляющее заклинание я отринул почти сразу. Чтобы оно заметно подействовало наверняка нужно вбухать маны как бы не больше, чем в прожорливую Казнь зла. Но как по мне – легче просто убить врага Цепью Нингена или шипастыми лозами. Все одно, в Серых Холмах я способен справится даже с кархаем… если нападать по-умному, при доле везения и не на совсем уж древнего монстра. Так что выбор у меня был скорее между особенностью Клиент и Патрон, а также защитным заклинанием Мантия демоноборца, которое уже давно доступно к покупке. Только вот поможет в обозримом будущем такая защита только от пламени кархаев а’каот. Их серокожие коллеги не атакуют своими способностями напрямую, а Мантия защищает только от энергетических атак. В повышении параметров тоже пока не было острой нужды, благо гейс мне сэкономил, считай, четыре уровня, дав два очка в магию и парочку в демонические силы.

С другой же стороны, если думать на перспективу… купить заинтересовавшую меня особенность можно и позже. Никуда она от меня не убежит. А вот в приобретении её здесь и сейчас смысла маловато. У меня самого пока только три пункта в разделе демонических сил. Вряд ли даже пара очков отданная Ярги даст демону ощутимую прибавку сил. При этом это ещё и ослабит и так не очень сильную мою сторону – живучесть, ведь эффективность особенностей завязана именно на демоническую силу, а уж лишаться регенерации мне совершенно не хотелось.

Очки копить тоже смысла мало. Чем больше вложу в себя, тем быстрее заработаю новые. Значит, всё-таки усилю ману. Был соблазн сделать себя покрепче, вкинув очко в тело, но опять же – ближний бой не мой профиль, хоть и встреваю в него с досадной частотой. Очков мало, не буду распыляться.

Магия: 6 (+1)

Глава 5

- Э’кат молодой, на войну собрался. Только вышел на порог - без башки остался.

Серокожий демон вздрогнул в последний раз и затих, обмяк.

Разжав хватку, выпустил из захвата труп, упавший на землю, и продолживший заливать траву кровью из вспоротой глотки.

Петь я тоже прекратил. В горле пересохло.

Кровавое Око нещадно припекало, стояла удушливая жара. Сказал бы что летняя, но, к сожалению, тут такая погодка круглый год со слов Ярги. На склоне холма валялись три трупа, два из которых были высушены Казнью зла.

- Пленить его было непросто. – устало произнес Ярги, когда я присел рядом.

Демон уже перевязал неглубокую царапину на бедре и сейчас обтирал мокрое от крови лезвие своего любимого меча.

- Если демонов не убиваю лично я или моя магия, сильнее не стану. – пояснил, попутно тоже приводя в порядок трофейный кукри.

С двух кархаев мы получили очень много ценного. Ну, по меркам ситуации, в которой находимся. Топор, второй меч и кукри. Нож мне понравился. В моих руках он выглядел боевым мачете. Прочее оружие припрятали в основном лагере за ненадобностью. А вот сандалиями мы разжились знатными – укоротили чутка и ходили уже не босые. Ярги даже не побрезговал расшитым набедренником одного из павших, мне же носить чужие, считай трусы не захотелось. Денег при них не нашлось, да и сомневаюсь сильно, что они возможны в принципе при племенном строе. Скорее всего в Серых Холмах правит балом меновая торговля.

- Пора в путь. Найдем другое племя и по новой. – поднялся я, допив воду из бурдюка.

- На страже остались от силы четверо воинов всего, причем паршивых. – раб тоже встал, презрительно плюнув в сторону единственного не высохшего трупа, - Может все-таки того их? Разорим?

- Нет.

Резать женщин и детей не хотелось совершенно. А четверых оставшихся охранников как раз хватит, чтобы отогнать от поселения непрошенных назгов и помогать женщинам возделывать поле. С этим племенем мы закончили.

Сборы много времени не заняли. Вещей у нас было не так уж и много, с момента как я очнулся минула всего неделя. Трофейное оружие кархаев, мешок с вяленым мясом назгов, несколько бурдюков с водой, запас засушенных кислых листьев малинового цвета, да пара лучших назговых шкур в качестве переносных кроватей. Лук одного из убитых э’кат брать не стали. Ни Ярги, ни уж тем более я им владеть не умели.

Дорога была однообразна, хоть мы и отвернули на юг, не желая заходить на территорию Улетара. Опять нарваться на большой отряд воинов или уж тем паче оказаться втянутым в войну меж э’кат и а’каот желания не было.

Шли в основном чуть поодаль реки. Взбирались и спускались с бесконечных холмов, всегда идя или чуть вверх, или чуть вниз. Кровавое Око то восходило из-за горизонта, то закатывалось обратно. Теперь правда спали и отдыхали мы в основном днем, шли ночью, когда прохладнее. На назгов натыкались редко, они не целыми тучами тут водятся. Пару раз даже смогли полакомиться шалу – наметанный глаз Ярги отлично примечал признаки рассадника этих порождений любви рака и майского жука размером с кулак. На вкус их мясо больше всего напоминало жесткого кальмара, солоноватого и не вонючего. Этим шалу выгодно отличались от назгов.

День шли. Два, три… лишь на десятый, под утро, приметили дымок, поднимающийся к небу.

- Торговец. – уверенно постановил Ярги, когда мы взобрались на ближайший холм и разглядели в метрах ста от нас лагерь.

Мы лежали прямо в высокой траве, неподалеку шумело листвой небольшое кривое деревце, а на соседнем крутом холме горел большой костер. Рядом с ним стояла небольшая палатка. У костра собирались в дорогу серокожие э’кат. Дюжина. Все отлично снаряжены. Копья в руках, толстые стеганые халаты прикрывают тело, видны несколько колчанов рядом с которыми лежат луки без тетивы – её оказывается снимают, а не вечно таскают это оружие в боевой готовности. Но больше всего меня заинтересовал то ли як, то ли ещё какая животина, уже запряженная в массивную крытую телегу. Сборами руководил тринадцатый э’кат. Высокий для своей расы, метр шестьдесят минимум и крайне объемным пузом. Голос его был зычен, обрывки брани долетали даже до нас.

- Что это за животное у телеги?

- Ун или уна. Здоровая и вонючая мохнатая крепость. Жрет очень много, зато дает молоко. Таких красавцев могут прокормить только большие племена или же торговцы. – ответил Ярги.

- Ты говоришь так, будто торговцы не члены какого-либо племени. – подметил я, прикидывая наши шансы.

- Они вечно кочуют. Если у них и есть место, где живут жены и дети, там они дай Катудакату раз в пару лет появляются.

- Отворачиваем. – после минутных раздумий приказал я.

Отряд крепкий, вряд ли мы сможем его разнести в две лица.

- Поздно. – хмыкнул Ярги, выпрямляясь и указывая когтистым пальцем в сторону лагеря.

А там уже началась нездоровая суета. Жирный торгаш смотрел прямо на нас, покрикивая в сторону пяти отделившихся бойцов. Те вздевали шлемы, натягивали тетивы на луки и тоже посматривали в нашу сторону. Черт. Засекли.

- К реке? – деловито уточнил Ярги.

- Обожди. – я до рези в глазах осматривал лагерь.

Всего дюжина воинов, не считая жирного торговца, который, похоже, решил захватить нас в рабство. В погоню отправится пятеро. Даже чрезмерно, учитывая наличие луков, брони и копий. Пара обычных а’каот не смогли бы победить и двойку опытных бойцов с дальнобойным оружием. Нас явно приняли за обычных бродяг, но решили перестраховаться.

- Бежим. Но не к реке. – медленно произнес я, а потом сорвался с места, под крики и улюлюканья уже двинувшихся в нашу сторону охотников за двуногой дичью.

Мы скатились с холма чуть шли не вприпрыжку. Ноги в сандалиях безжалостно топтали траву, оставляя хорошо различимый след. Бежали мы быстро, не давали сократить расстояние и нагнать нас преследователям. Вот, очередной спуск.

- Стой. Готовься, сейчас пойдет потеха. – скомандовал я Ярги, когда мы преодолели уже добрый километр.

Дыхание почти не сбилось, тело полнилось энергией. Даже такие слабые низшие демоны как а’каот превосходят людей и много выносливей.

Вон, на вершине уже показался отряд преследователей. Те замерли буквально на пару секунд, один из э’кат отдал короткий приказ остальным и те начали спуск, доставая из колчанов стрелы.

- Перестреляют же как плешивых назгов. – в голосе моего подчиненного не было и капельки страха.

Ярги уж слишком вошел во вкус в последнее время. Рядом со мной он чувствовал себя чуть ли не сподвижником героя местных легенд Гарона Возжигателя.

- Им рабы нужны, а не трупы. Не перестреляют, если не дергаться раньше времени. – заметил я шепотом, когда Ярги уже скинул лишний груз на землю и покрепче сжал меч кархая, который в его руках выглядел самым настоящим двуручником.

- Так-так-так. – хрипло произнес главарь пятерки.

Нас разделяли уже считаные три метра. Остальные серокожие взяли нас в круг, готовые в любой момент вскинуть луки и наделать дырок в красных шкурах.

- Жирная добыча, очень. – довольно улыбнулся демон с парой косых шрамов на лице, с неприкрытой жадностью осматривая наш скарб, - Два меча, топор и кукри. Да ещё и пара рабов в придачу. Верно, сам Залатукен улыбается мне сегодня.

На нас он смотрел как на два куска мяса. Почти безразлично, лишь с толикой той жадности, с которой осматривал мои трофеи.

- Парочка краснокожих шалу ограбила своего кархая и пустилась в бега. – цокнул языком главарь, - Радуйтесь, вас поймал я, а не ваши собратья. Станете рабами, но сохраните жизнь. Сложите оружие, не хочу портить товар уважаемого господина Утакара.

- Ярхен. – позвал главаря один из воинов, стоящий у меня точно за спиной, - Может, того? Рабов на корм пылевым кусакам, оружие себе и в бега? К Катудакату в пасть жирного Утакара, тут на всех богатств хватит. Ты посмотри какие отличные мечи. Сталь наверняка, а не дрянное железо!

- Заткнись. У нас контракт, я поклялся. Никто не скажет, что я нарушил хоть раз слово за всю сотню лет жизни. – мрачно отрезал главарь.

Он уже было хотел сказать что-то ещё, но тут ближайший к нему воин кивнул чему-то у себя за спиной и три стрелы воткнулись в плоть лидера, только и успевшего дернуться. Расстояние было смехотворным, так что одна попала ровно в шею и серокожий ничком повалился на землю, хрипя и в бешенстве вращая глазами. Ближний, тот, что кивнул, быстрыми шагами пошел в сторону смертельно раненного, занося копье. Ну а мы с Ярги начали действовать.

Я вихрем развернулся к стоящим позади. Загоревшийся пламенем кнут арканом захлестнул шею одного, второй заорал, завыл. Его стремительно опутывали шипастые лозы.

Ярги с ревом бросился на сменившегося лидера, что там происходит я уже не видел. Третий успел выпустить в меня стрелу, она вошла точно в шею.

Я захрипел. Дышать стало невозможно. В глазах помутилось от боли и проблеска холодящего страха, но на ногах устоял, пуская ещё больше маны в Цепь Нингена, просто пережигая горло попавшему в захват демону.

Развернувшись, увидел неожиданную картину. Пустивший мне в глотку стрелу сейчас стремглав бежал, бросив лук. Он уже был в метрах десяти, когда я с натугой поднял свободную руку и потратил сразу пол резерва. Слишком далеко от меня цель. Беглец запнулся, упал, его ногу обхватила одинокая лоза. Неподалеку рухнул затихший э’кат с запекшейся шеей.

Я припал на колено, с шеи толчками выходила кровь, в голове шумело, в теле разливалась слабость. Но сил хватило повернуться в сторону поединка Ярги и последнего дееспособного врага. Мой демон явно проигрывал, уже получив пару порезов и отступая, отбиваясь от метких и скупых выпадов копья.

Мысленное усилие, посыл, и вот побеждающий серокожий неловко отпрыгивает в сторону, спасаясь от двух вырвавшихся из-под ног шипастых лоз. Матерый. Но Ярги улучил этот миг и использовал с толком. Меч врубился кончиком прямо в колено тут же рухнувшего воина. Ещё один удар отрубил руку, третий лишил второй ноги.

Ярги оглянулся, увидел меня, дернулся было, но взял себя в руки. Обошел буквально всех раненых врагов, ударом плоской стороны меча ломая тем ноги. И стал их стаскивать ко мне.

Я нашарил немеющими пальцами кукри на поясе. Руки слабели, но нож острый, глотку вспороть в состоянии. На предпоследнем враге Система обрадовала:

Новый уровень: 8

Мысленное усилие…

Демоническая сила: 4 (+1)

Напряжение чуть спало, я было рухнул прямо в траву, но Ярги подхватил, прижимая какую-то тряпку к шее, пытаясь остановить кровь…

Очнулся в сумерках. Серое небо уже окрасилось в сотни оттенков красного, светило почти скрылось за горизонтом. Шея побаливала. Но стрелы в ней уже не торчало.

- Сколько?..

- Два дня. – уже в чем-то даже привычно ответил Ярги, подбрасывая в костер ещё одну ветку.

Я хрипло выругался. Горло саднило.

- Вообще удивлен, что ты не сдох. – доверительно сообщил Ярги, - Надо было прыгать в реку.

- Не ожидал, что так обернётся. – признал промашку, хоть внутри все и клокотало от злости. В основном на себя.

Не ожидал, что один из лучников сможет так быстро «перезарядиться» и точно выстрелить. У меня из уязвимостей только голова, шея и сердце, все остальное со временем заживет без проблем, хоть на это может понадобиться на один день. Рискнул, поверил в себя идиот. Почувствовал силу, бестолочь заносчивая. Черт, как будто не мне тут за шестьдесят уже перевалило, старик с молодостью в заднице. Хотя, и не старик уже. Бессмертному старость не грозит, а умом и душой я уж всегда был молодым и активным.

- Сможешь по следам привести нас к тому торговцу?

- Они снялись с места через пол дня. Шли быстро, похоже торгаш подумал на ловушку. Не захотел рисковать. – усмехнулся Ярги, - Выследим, мохнатый ун идет так, будто землю пашет, тут и следопытом быть не надо. Да и телега к тому же…

Нагнали мы отряд под предводительством жирного э’ката спустя сутки, под вечер. Те уже вставали лагерем. Стреножили уна, этого мохнатого и шипастого яка, разбили палатку для своего господина и разводили костер.

- Подождем. – мрачно усмехнулся я.

Дозорным оставили только одного демона. Все остальные улеглись у костра, спать. К середине ночи на пост взошел третий э’кат, ещё сонный. Мы прождали с Ярги ещё немного и начали действовать.

Из-за спины дозорного выскочила лоза, стискиваясь шипастой лианой на шее. Демон выгнулся дугой, в беспомощности открыв рот и беззвучно крича. Копье с глухим стуком вошло ему в живот, а Ярги довольно оскалился своему меткому броску.

Перерезали мы всех быстро. Спящих просто сковала большая Казнь зла в виде целых десяти отдельных гибких «ветвей», попутно сожрав у меня пол резерва. Торговца в плен взял мой подчиненный, просто оглушив плоской стороной меча выскочившего из палатки жирного олуха.

Допрашивали купца мы до самой зари. Узнали местоположение ближайших племен э’кат, а также то, что генеральное сражение меж пятью вождями серокожих и армией Улетара случиться очень скоро, по крайней мере так думал плененный визгливый хряк.

Добыча тоже порадовала, хоть нового уровня я и не взял. Зато разжились палаткой, несколькими отрезами крашенной ткани, тремя мешками соли, каждый кило по пятьдесят, броней и оружием воинов, и маленькой шкатулкой с неровными камешками похожими на слегка прозрачный жемчуг. По словам купца эти три камня ничто иное как валюта, принятая в десяти городах. Что за десять городов? Крупные поселения демонов за Болотным лесом и Серой Лапой. Сам торгаш о городах тех знал мало, никогда не покидал Серые Холмы, а вот ещё его дед вел дела с демонами, живущими в горах на востоке, продавая рабов и получая часть расчёта в этих драгоценных камнях, в каждом из которых заключена душа смертного. Ценная добыча, с какой стороны не посмотри, но больше всего я был рад появлению у нас хоть и тихоходного, но транспорта.

Жизнь стала веселей. Теперь можно было часть пути преодолевать в повозке, благо она была крытая и с ней дневная жара была не так страшна. Да и, казалось бы, банальная соль многократно улучшила вкус всех мясных блюд.

Два племени э’кат для нас проблемой не стали. Мы уже наработали нужный опыт, да и были они не слишком крупными, меньше десятка мужчин в каждом. Действовали по отработанной схеме. Выжидали крупную охотничью партию и нападали, вырезая всех и каждого. За месяц счетчик убийств прибавил ещё дюжину пунктов, а я взял девятый уровень, благо по пути попались ещё и две крупные стаи назгов. Полученное очко вложил в ману, заклинания и особенности в этот раз предложены были не слишком ценные. Ни крепкая кожа, ни минутное усиление за счет маны меня особо не привлекли.

Тридцать два дня спустя той стычки с торгашом, мы наткнулись на новую группу путников. Ну, точнее её нашел Ярги. Нас было слишком мало, чтобы высылать отряд разведки вперед тихоходного уна. Всего двое нас было, если не считать вечно смердящего и жрущего шипастого яка. Но мы поочередно выходили размять кости, вечно трястись по бездорожью было невыносимо, даже в приспособленной для этого повозке с огромными колесами.

- На этот раз точно не засекли. – успокоил меня Ярги, - Это трусы.

- Трусы?

- Ну, убежавшие от войны. – пояснил Ярги, - Генеральная битва случилась. И Улетар победил.

- Ты это прочитал из мыслей… трусов? – скептически приподнял я бровь. Попытался. У а’каот бровей как таковых нет, как в принципе и всего остального волосяного покрова.

- Не, такого не умею. – беспечно отмахнулся краснокожий и шумно втянул воздух «отрезанным» носом, - Там пятерка потрепанных серокожих и кархай без руки.

- Все равно отряд неплохой. Сильный. – оценил я.

Да, мне уже приходилось сходиться с кархаями в битве, а пара-тройка демонов без луков и вовсе для меня опасности уже не представляет, но тут неплохой отряд воинов. Хоть и потопанных.

- У них и луков нет. – ехидно заметил Ярги, - Можешь не переживать так за свою шкуру.

От оплеухи краснокожий черт ловко увернулся. Явно был готов, шельма.

Сборы долго времени не заняли. Хотя и пришлось повозиться с портупеей. Или как там можно величать кадавр, вышедший из-под моих рук. В общем, изначально широкий пояс, завязываемый на большой узел. Пряжек тут не водилось в природе. Но такая конструкция оказалась слишком не надежна, потому к ней пришлось приделать ещё и подтяжки, идущие крест-накрест. Кстати, вся остальная одежда тоже переменилась, благо в мои руки наконец попали хорошие отрезы ткани и нити с иголками, нашедшиеся у торговца в скарбе. Теперь я ходил как дикарь. Но не такой запущенный нежели раньше. Обзавелся самодельными трусами, поверх которых шла опять же набедренная повязка, но уже из нормальной чистой ткани, опоясанная поясом-портупеей. К которой через некоторое время были пришиты кожаные полоски, сделав мне поверх набедренника эдакую защитную юбку, не сковывающую движений. Видел такие в фильмах про древность. Все равно лучше, нежели просто набедренная повязка. Корпус тоже перестал быть голым, я сшил себе простенькую жилетку их белой плотной ткани. Как же я мысленно воздавал честь и хвалу армии, научившей пользоваться нитью и иглой. Да, мои одежды ужаснули бы любую швею. Но они теперь были! Как и намотки на ноги, сандалии стали их натирать.

Ярги тоже теперь выглядел не как конченный дикий черт. Он стал чуть более цивилизованным диким чертом. Принарядился как я, но сшил все сам, внимательно перед этим наблюдая за моей работой. Стал бы я ещё шить этой морде трусы. Раб он в конце концов или не раб?

Никакой засады мы делать не стали. Серые Холмы и так не блещут густой растительностью, а в окрестностях вовсе не было ничего выше бурой травы. Потому нас двоих таких красивых приметили издали. Группа из шести демонов шла на запад и мы просто встали на их пути. Они отворачивать даже не подумали, даже чуть ускорились.

Выглядели местные дезертиры откровенно погано. У парочки даже набедренных повязок не было. Пятерка обычных э’кат вооружена дрекольем, лишь у одного короткое копье имеет железный наконечник. Все исхудавшие, в свежих, едва затянувшихся шрамах. Но кархай был истрёпаннее всех. Одна рука отрублена по локоть, через все лицо прошла красная борозда, верхней губы не достает куска, оба руга обломаны почти у основания. Он смотрел на нас мрачно, сжимая в правой руке крепкую дубину.

Однорукий предводитель молча вышел на два шага вперед и поднял свое оружие к небу. Постоял так секунд десять. И опустил вниз, пристально глядя на нас.

Ярги мне рассказывал про этот обычай. Демоны не люди. Их генералы – зачастую сильнейшие среди всей армии. И в Элут-Ша обычай дуэли лидеров перед битвой, схватки один на один, древнее пыли у нас под ногами. Почти не одно «правильное» сражение не обходиться без этого. Мне раньше такого не встречалось, но это ситуации располагающей не было просто. Сейчас же у меня в руке мерно гудел огненный кнут. Ростом и статью не вышел, чтоб кархаем зваться, но уж точно не простой а’каот, тут и дураку понятно. А главарь этой банды не в том положении, чтобы рисковать горсткой своих подчиненных, когда решить дело можно один на один. Тем паче что, победив меня, он с легкостью скрутит башку Ярги и обойдется вообще без потерь. У меня самого мысли примерно те же – быстро расправиться с одноруким может и смогу, но не настолько я уверен в Ярги. Пятерых сразу он не потянет.

- Мое имя Морокх. И я взываю к древнему обычаю. – с хрипом прогудел кархай, нависающий тут над всеми. В этом здоровяке пара метров и десяток сантиметров сверху, не меньше.

Я вышел вперед. Нас теперь разделяло метра два. Не слишком удобная дистанция для мага, но я пока больше на средних работаю.

- Моё имя Регис. И я чту древний обычай. – говорил медленно, рассматривая на удивление сильную ауру оппонента.

Как только последнее слово было произнесено, кархай распался в облако пыли. И двигалось оно раза в два быстрее уже виденных мной!

Кархай появился у меня ровно за спиной, чтобы тут же распасться обратно в серую взвесь, пропуская сквозь себя огненный кнут. Как только Цепь Нингена вылетела из облака пыли, Морокх появился на том же месте.

Проросшие было шипастые лозы даже не успели коснуться грубой серой кожи – демон топнул ногой, и они распались в пыль.

От ответного удара дубины увернулся с великим трудом. Не до конца. Кончик чиркнул по подбородку и весь мир у меня в глазах мотнуло. Это чуть не стало причиной моей гибели. Ещё секунд пять я просто бешено крутил вокруг себя Цепь Нингена, вливая в нее побольше маны, сам собирая глаза в кучу.

Кархай появлялся то тут, то там. Надо мной, сзади, сбоку спереди… помогало только истинное зрение, позволяющее следить за его аурой и понимать, где он вообще находиться в своей форме облака пыли.

Враг уворачивался от всех моих ударов. Растворялся в воздухе за секунду до столкновения с огненным кнутом, не давая даже коснуться. Казнь зла я прекратил применять со второго раза – лозы просто развеивались в невесомую взвесь, как только появлялись на свет.

А кархай все кружил, мерцал, появляясь только чтобы исчезнуть. Два раза он почти меня достал, но мне удалось увернуться. Я просто не позволял себе ошибиться. Дубина гудела, взрезая воздух погромче моего огненного кнута. Ещё один пропущенный удар и точно сдохну.

Черт. Мана утекала как вода через дуршлаг. Я чувствовал, как меня трижды окатило чужеродной силой… инстинктивно тратил просто прорву своей, сопротивляясь. Боюсь, будь у меня поменьше энергии, этот кархай развеял бы в пыль саму мою плоть.

Нужно что-то делать. Ещё пол минуты и окончательно выбьюсь из сил. Новая волна мурашек прошлась по коже, резерва осталось только треть. А кархай все уворачивается от ударов, машет своей дубиной и бьет невидимыми лучами, пытаясь развеять мне то руку, то ногу.

Ловушка. Капкан. На живца. Мысли бегали подобно разрядам тока, мир сжался в одну точку.

Я чуть не успел. Не отвел вовремя правую руку с огненным кнутом. Кость хрустнула как сухая ветка, вспышка боли натянула все чувства как тросы под напряжением.

Кархай на миг «мигнул», снова становясь облаком пыли. Перенесся почти вплотную, уже замахиваясь дубиной. И всхлипнул, дернулся. Моя уцелевшая рука вогнала кукри демону в печень, сразу отпуская рукоять и возжигая Цепь Нингена.

Демон опять распался, перенесся на добрые десять метров в сторону… и собрался из пыли. Не весь. Все, что ниже пупка осталось валяться на прежнем месте, обернутое огненным кнутом.

Дальше я действовал быстро. Боль была как всегда адской, но я похоже уже начинаю привыкать её игнорировать в момент нужды. Резерв окончательно опустел, даже жизненная энергия была задействована. Ноги уже не держали, я рухнул на колени, наблюдая как визжат от боли и ужаса пятеро дезертиров, уже попавшиеся в шипастые объятия Казни зла.

Ярги деловито притащил мне верхний кусок кархая. Тот уже был в бреду, мелко дрожал и подвывал на одной ноте, но был жив. Мой краснокожий подчиненный сам подал кукри, я слабеющей левой рукой вспорол глотку, добивая могучего врага.

Новый уровень: 10

Были ещё какие-то сообщения от Системы, но я слишком устал. Отмахнулся от них как от мух. Все это надо читать на трезвую голову.

- Ярги, поесть тащи. Но сначала сделай мне повязку для сломанной руки. – слабым голосом дал я указание, так и сидя на коленях, перед обезображенными трупами э’кат.

Утро добрым не было. Внутри поселилась пустота, будто выгорел тот костер, что обычно полыхает в груди. Знакомое уже чувство. Использование жизненной силы никогда не идет на пользу, восстановиться гораздо труднее. Рука все время ныла. В ней будто осталось чуток той демонической силы, что использовал однорукий кархай. Перелом, такое чувство, заживать вовсе не спешил. Похоже, выздоровление сильно затянется. Не простой противник нанес мне раны. Хотя странно. Вроде уже бился с кархаями и раны после этого затягивались так же, как обычные травмы. Может, не такие уж сильные были у меня до того противники? Однорукий точно бы снес головы двум давешним серокожим, молчу уж про очень молодого краснокожего.

Но мысли потекли вскоре в другом русле. Я уже достаточно оправился, чтобы разобраться с новым уровнем. Десятый. На пятом я заполучил Казнь зла, полезное заклинание против слабосилков. Да и в битве с кархаями не раз выручало.

Пользователь, Система расширяет свой функционал. Появилась возможность повышать уровень заклинаний.

Уровень заклинания отображает максимальную энергоёмкость оного. При повышении уровня появляется возможность вкладывать больше энергии, повышая мощь используемого заклинания.

Внимание! Максимальный уровень заклинания на Первом Этапе – третий.

На лицо наползла непрошенная улыбка. Сидящий рядом Ярги с недоумением на меня покосился и продолжил заготавливать череп поверженного однорукого кархая.

Это были просто замечательные новости. Я давно заметил, что моё Ме не очень-то щедро на действительно стоящие заклинания. Да, все они не бесполезные… но мне пока хватало Цепи Нингена и Казни зла. Ещё бы пару заклинаний, защищающих от физических и энергетических атак и вообще сказка. Но то мечты. Реальность же такова, что больше очков я вкладываю в ману и демоническую силу, купив только одну особенность и незаменимую парочку в виде огненного кнута и шипастых лоз. Которые теперь можно усилить. Причем, скорее всего ближайшие несколько уровней только и буду, что повышать уровень заклинаний – меня очень впечатлил однорукий кархай, который развеивал мои лозы. Да и кнут ему был бы не смертелен, в этом я почти уверен. Чудо, что вообще смог его побороть. Чистая череда успешно сложившихся событий – я уже знал, что будет если кархай э’кат использует свое перемещение будучи в захвате Цепи Нингена и смог с толком использовать полученную в прошлой стычке информацию.

Вот только меня озадачила ремарка про максимальны уровень заклинаний на Первом Этапе. Это вообще что? Попытки узнать, выпытать у Ме пояснений ни к чему не привели. Ноль информации. Просто глухая стена. Мне похоже просто предлагалось уяснить, что сейчас мой максимум – третий уровень. И всё. Ладно, к чёрту, похоже информацию я получу позже. Возможно, когда достигну Второго Этапа. Правда, совершенно не представляю, когда это произойдет и вообще, что такое Этапы. Ещё один вопрос в копилку тех тайн, что окружают мою Систему.

Ме оказалось на удивление скупой на информацию о себе в принципе, это ведь не первая моя попытка узнать побольше. Впрочем, удивительно вообще то, что надстройка моей души в принципе имеет нечто вроде ограниченного намека на искусственный интеллект и выдает информацию в текстовом виде. Может, мне просто так наиболее удобно и подсознание влияет на Ме? К черту, никогда не любил гадать на кофейной гуще.

Разобраться как именно происходит повышение уровня заклинания труда не составило. Система вообще крайне интуитивно понятный инструмент.

Уровень заклинания Цепь Нингена повышен до второго

- Ярги, где там у нас было вяленое мясо? – после столь хороших новостей проснулся аппетит.

***

Серые Холмы – крайне однообразное и тухлое местечко. Кажется, у меня уже были размышления на этот счет. Из представителей фауны можно встретить назгов - злобных пятнистых гиен, которые раза в два больше своих земных аналогов, а также иногда попадаются гнездовья шалу. Есть ещё пылевые кусаки, очень агрессивные насекомые, исполняющие роль муравьев в этой странной экосистеме. Да и все. Нет, конечно, живности хватает, но она тут в основном подземная и наружу выползает редко. Для меня до сих пор остается загадкой что жрут те же назги. Пошутил бы про пост и питание святым духом, да вот только вряд ли демонические животные способны к такой аскезе.

Флора – бесконечное море травы, островки кустарника и редкие деревья. Птиц вообще не видел, как и рыб. Серые Холмы загадочны и унылы в своей скудности.

Основная жизнь вертится вокруг племен а’каот и э’кат. Самые мелкие живут с собирательства и охоты, более крупные и «продвинутые» поселения растят зерно и торгуют разными продуктами примитивных ремесел, обмениваясь меж собой и покупая у более диких собратьев шкуры и кости назгов, иногда другие необработанные ресурсы.

Ну а самые жирные жабы в этом застоявшемся болоте – три великих племени а’каот и пять чуть менее великих поселений э’кат. Хотя нет. Серокожие уступают заметно, вон, в последней войне опять объединились и не смогли разгромить армию Улетара Отцеубийцы, хоть и самого могучего вождя всей окрестной ойкумены, но ведь они выступили впятером против одного! И проиграли.

Путь без конкретной точки назначения продолжался. Причем долго, однообразно и крайне скучно. Я выработал целую доктрину этой странной войны против всего окрестного мира. На одном месте не сидеть больше пяти дней, постоянно находится в движении, не задерживаться в охотничьих угодьях подолгу и ни за что не лезть к восьми лидирующим племенам – там риск встречи с группой кархаев рос в геометрической прогрессии. Очень скоро пришлось разворачиваться на юго-запад, ведь мы слишком близко подобрались к территории Улетара. А вот на землях данников пяти великих племен э’кат было раздолье, ведь после недавней войны те понесли серьезные потери в воинах и кархаях, так что контролировали ситуацию из рук вон плохо, им едва хватало демонов на нужды собственных поселений.

Большая часть моих сражений пришлась на стычки с дезертирами. Их было на удивление много. Часто группки в пять-шесть побитых жизнью демонов, иногда более крупные. Они жили чисто с разбоя и охоты, пытаясь грабить редких торговцев и разоряя мелкие племена. Дезертиров можно было резать вообще безнаказанно, их никто не хватится, так что в некоторый момент мы с Ярги почти полностью на них и переключились, выслеживая и вырезая подобные шайки. С того памятного боя с одноруким, после которого моя сломанная рука заживала добрых пару недель, с кархаями мы больше не сталкивались. Не так уж они многочисленны, не под каждой кочкой прячутся.

Если примерно прикинуть, то с момента моего перерождения в демона минуло уже больше года. А год в Элут-Ша длится целых четыреста сорок девять дней. Причем сутки же тоже более длинные, навскидку часов тридцать. То есть по меркам Земли обитаю я в этом Темном мире примерно восемнадцать с половиной привычных месяцев или же полтора года с копейками.

Полтора года нескончаемого пути, боев, засад, убийств и выслеживания новой цели.

Уровень повысить с каждым разом становится всё сложнее. Жаль, нет никакой шкалы или другого обозначения сколько ещё осталось до следующего уровня, так намного проще было бы высчитать выгодно ли вообще убивать тех же назгов. Первый уровень, помнится, получил за уничтожение одной-единственной демонической гиены. Сейчас же на этих хищников охочусь лишь ради мяса и шкур, иногда просто из скуки. Неразумные животные фактически перестали быть сколь либо выгодны в плане моего усиления. Разве что уничтожать их сотнями… но у меня пупок развяжется, да и не бегают они тут такими ордами.

Скольких демонов я убил за все время? Трудно сказать, даже используя намного улучшившуюся память. Не запоминаю. Последние месяцы слились в одно большое путешествие в поисках битвы. Схватки. Ну или убийства. Тут уж насколько зубастый противник попадется и какое сопротивление окажет.

- Я готов стать рабом! Пощади, молю! – выл серокожий демон, стоя на коленях.

Небольшая стоянка очередной банды дезертиров была усеяна трупами. Некоторые жертвы застыли в агонии, превратившись в высушенные мумии с широко распахнутыми зубастыми ртами, из них во многих местах проросли черные колючие лозы с бордовыми прожилками. Остальные валялись с глубокими черными бороздами, мясо обуглилось до костей, в воздухе стоял тяжелый смрад паленой плоти.

Я безразлично посмотрел на сдающегося главаря этой крупной шайки из шестнадцати бродяг-разбойников. Мимолетное желание и в воздухе с гулом размылся пламенеющий кнут. Раскалившийся острый кончик пробил глаз демона и вмиг прожарил мозги. Труп как подкошенный завалился набок, дымя черным провалом глазницы.

Новый уровень: 19

Наконец-то. Уже начали закрадываться сомнения. Этого уровня пришлось добиваться месяц. С каждым разом новая ступень к силе требует все больше. Думаю, уже нет никакого смысла концентрировать свое внимание на простых а’каот и э’кат. Боюсь, демоны кончаться раньше. Нужны более сильные противники…

- А с этими что делать? – уточнил Ярги.

Краснокожий демон стоял у прижавшихся к друг другу пленников, захваченных дезертирами. Пленниц, если быть более точным.

- Опять того? – демон с явным сожалением окинул взглядом троих серокожих демонесс. Изрядно избитых, не имеющих даже набедренных повязок и выглядящих откровенно жалко, напугано.

Я не на шутку удивился. Ярги и сострадание?

- Может сперва чуть развлечемся? У меня женщины уже тьму времени не было. – развил свою мысль а’каот.

Я устало вздохнул. Ярги и сострадание, да.

- Ты сам знаешь, что делать. – махнул я рукой и зашагал к нашей повозке, оставленной в паре сотен метров, за холмиком. Холмы и дикие демоны. Вот чем богат этот опостылевший край.

- Сейчас быстро называете свои истинные имена. – нудным голосом заговорил Ярги, - Молчать! Куда дернулась?! Сидеть, кому говорю! Вот так, да. Смирно. Истинные имена по очереди и клянетесь ничего никому не рассказывать о произошедшем, а также…

Дальше уже голос совсем стих. Мой слух остер, но я ещё не научился различать ворчание несносного раба на любых расстояниях, что меня, впрочем, не сильно тяготит. Да и не скажет он ничего интересного, я эту клятву сам и разработал, когда впервые столкнулся с пленницами у дезертиров. Сейчас Ярги обеспечит нам анонимность, а после позволит собрать весь скарб разбойников и отпустит на все четыре стороны, указав демонессам путь к ближайшему поселению а’каот. У них будет оружие, припасы… возможно даже извлекут выгоду из сложившейся ситуации. От шального назга по пути отобьются, да и не должно тут быть в округе этих вонючих гиен, пару дней назад перебили целую стаю. Ну а если бывшим пленницам не повезет… то не повезет. Шанс у них есть.

Добравшись до транспорта, развязал стреноженного уна, этого шипастого и крайне мохнатого яка с костяными наростами на лбу и принялся впрягать пованивающее и крайне равнодушное животное. Управился как раз к приходу Ярги, который с уханьем вспрыгнул на место возничего. Я присел рядом, лавка у крытой повозки была длинна и широка.

- Неподалеку есть поселение. Мелкое совсем, там воинов пять, не больше. В паре дней пути крупное племя, можем сразу туда. – предложил демон, тряхнув своими перепончатыми кожистыми крылышками.

- Разворачивай на восход. – приказал я, попутно мокрой тряпкой стирая с ноги кровь.

У одного из ублюдков оказался лук. Рана неприятная, но кровь уже остановилась. Затянется за сутки, может даже раньше.

- Хочешь пройтись назад, по пути которым пришли? Вряд ли наткнемся на что-то интересное. Думаю, даже трупы уже растащили назги. – Ярги сунул руку в небольшой простенький сундук, приколоченный к лавке между нами, и достал бурдюк с водой, жадно присосавшись к горлышку.

- Мы держим путь к землям Улетара Отцеубийцы. – вытянув ноги в сандалиях, невольно поморщился. Обмотки на ногах опять грязны как душа Ярги. Придётся снова стирать.

- Пора? – с затаенным беспокойством уточнил демон.

- Пора.

Глава 6

Поселение самого большого племени а’каот внушало. Не уважение и трепет, совсем нет. Скорее легкую брезгливость и оторопь от здешних нравов.

Огромное, раскинувшиеся вдоль широкой реки поселение. Так его описывал Ярги. Но то в глазах примитивного дикаря это место выглядело поистине великим. На самом же деле – большое село. Саманные домики с крышами из сухого тростника стоят где попало, их будто навтыкали как придется. Дорог как таковых нет и в помине, просто пространство между жилищами демонов, по которому можно передвигаться. Все в каком-то мелком соре вроде осколков костей и вконец изодранных тряпок, гниющих объедков и дерьма унов, которых тут держали как тягловый скот.

Никакого намека на КПП, пост стражи и прочее. Поселение раскинулось широко, стен вокруг себя не имело, потому контроль как таковой отсутствовал. Да и торговцы сюда часто заезжали, потому наша телега особого внимания у простых демонов не вызвала. Краснокожие, не буяните? Ну и ладно, главное, что не отродья Залатукена.

Но то предместья. Жилища простых демонов. А вот внутри этой кляксы и вправду вытянувшийся вдоль реки, был огороженный участок. Причем солидный по местным меркам, внутри крепкой деревянной стены было около сорока домов, причем больших и иногда даже двухэтажных.

К воротам этой огороженной зоны мы и продвигались. Медленно.

- Пшел с дороги! – рявкнул Ярги, грубо отталкивая очередного демона в сторону.

Застройка тут была плотной, Ярги вынужден был спуститься и вести фырчащего уна за узды, протискивая нашу повозку между серыми боками округлых хижин. Очередной демон со злостью посмотрел на моего подчиненного, но убрался в сторону. Ярги выглядел на фоне местных богатым и опасным воином. Весь покрыт буграми шрамов, с ободранными, так и не зажившими крыльями, в кожаных штанах и жилетке с пришитыми к ней десятками клыков назгов. Но самое престижное по меркам а’каот – железный меч. В руках простого на первый взгляд демона. Чтобы такое заслужить нужно или быть очень полезным воином, или одолеть в бою кархая. И то, и другое подразумевало крайне высокие боевые навыки, потому все предпочитали уступать, не лезть на рожон. Тем более жители тут привычны к такому – охранники купцов обычно крайне заносчивые и матерые вояки, которые толпой могут завалить и кархая. Иначе бы все местные торговцы давно бы пошли по миру, с такой-то клиентурой.

Но вот, впереди показались раскрытые ворота. Тут уже была охрана, причем весьма солидная. Явно молодой краснокожий кархай подпирал спиной деревянную створку, болтая о чем-то с калекой.

Как только мы приблизились, этот самый калека отвлекся, окинул нашу повозку взглядом и свистнул. Рядом тут же выросли два рослых воина, секундой раньше сидящие за грубым столом и азартно играющие в какую-то игру вроде костей.

Одноногий а’каот встал напротив Ярги, но обратился ко мне.

- Спускайся, не заставляй старика запрокидывать голову. – проворчал демон.

По этому воину было понятно с первого взгляда, что прожил он прилично. Даже очень. Демоны бессмертны, но шрамы заменяли ему морщины. Буквально ни единого квадратного сантиметра на коже, где не было бы отметин былых битв. На пол лица светлой бугристой кляксой расползся ожог, левая глазница прикрыта отрезом серой ткани. Пальцев на руке не достает, правая нога отсутствует по колено, вместо нее полированная деревяшка, окованная железом на конце. На поясе висит короткий изогнутый меч, а на другом боку булава.

Спрыгнул на землю я прямо напротив встречающего, Ярги сразу отошел мне чуть за спину, положив руку на рукоять меча.

- Кто таков? Раньше тебя не видал. – демон меня осматривал также внимательно, как и я его.

Должно быть мой вид был несколько странноват для этих мест. От штанов я в итоге отказался, отдав свою новую поделку Ярги, но тут никто не щеголял и в подобии шорт, сверху покрытых поясом-юбкой из кожаных полос до колен. Моя защитная амуниция явно привлекла внимание демона. Как и кукри на поясе, его он осматривал даже с большим удивлением чем меч Ярги.

- Странник. Пришел к великому и могучему Улетару с богатыми дарами и просьбой. – коротко пояснил я.

Выдавать себя за торговца смысла не было. У меня нет охраны, нет товара на продажу, я не похож на торгаша. Да и воины к купцам тут относятся с явным пренебрежением, которое дополняется завистью к богатству насколько я сумел понять.

- Странник? Без роду и племени? – хмыкнул старик, цепко осматривая теперь и повозку, - Как же ты только добрался до нас имея лишь одного бойца? Да и откуда у вас это оружие? Этот нож мне знаком, кажется. – страж провел по своей испещренной шрамами груди и остановил когтистый палец на одном застарелом, глубоком и с неровными краями.

- Ярги. – бросил я через плечо.

Под пристальными взглядами стражников и подошедшего поближе кархая мой раб быстро забрался внутрь повозки и вытащил на свет простой грубый мешок.

- Это первая часть даров твоему великому вождю. – сообщил я, когда Ярги положил на землю между нами мешок и развязал узел.

Собравшимся на обозрение предстали три черепа с длинными острыми рогами, смотрящие на мир пустыми черными провалами глазниц и скалящие клыки в вечном оскале.

Скучающий до этого кархай отпихнул одного из стражников, почтительно протиснулся мимо старого демона и присел у двух черепов, внимательно на них смотря и к чему-то принюхиваясь.

- Кархаи, все трое. Из серокожих. – вынес вердикт демон и встал, полностью поворачиваясь к одноглазому ветерану, - И один из них принадлежал Морокху Однорукому. – чуть помедлив, рубанул рукой воздух кархай, - Славные новости, коли он сдох.

- Славные. – медленно повторил одноглазый, - Пропустите их. Пусть решает Улетар.

Демон сам присел у мешка, завязывая узел.

- Пойдем, сопровожу вас. – он передал черепа обратно Ярги, сам же захромал вглубь огороженного поселения.

Ярги по моему приказу повел телегу, я же шел рядом с этим потрепанным жизнью воякой, осматривая внутреннюю часть этой большой деревни. Получше, конечно, но все равно не то. Чисто, тут и там шныряют дети, спешат по делам серокожие рабы с веревками на шеях. Половина домов двухэтажные, с простоватой росписью на стенах. Несколько прошедших мимо свободных а’каот были одеты в расшитые цветными нитями набедренные повязки и жилеты, встретилась и парочка кархаев.

- Ждите. – сухо попросил сопровождающий, когда мы остановились у самого большого дома.

Одноглазый с явным трудом взобрался по трем высоким ступеням, стуча по камню окованной деревянной ногой и без стука распахнул дверь, скрывшись в проеме.

Не появлялся старик долго, от чего Ярги становился все более дерганным. С подозрением посматривал на любопытствующих демонов. На прошедшего мимо кархая уставился так, будто сей же миг готов ринуться в смертный бой. Я же сохранял спокойствие. Да, если наваляться все разом, мне останется только подохнуть, забрав побольше демонов с собой. Тем более это готовая мышеловка – выход только один, его контролируют бойцы вождя, а летать я не умею. Пока что. Но особо не переживал. Так, продумывал планы отступления, дополняя старые наработки свежими наблюдениями. Нет смысла переживать о том, что от тебя никак не зависит. Сейчас ход на стороне Улетара.

Но время пришло и дверь вновь распахнулась. Одноглазый старик молча нам кивнул. Ярги подхватил пристроенную у колеса телеги корзину с лямками, взвалил на плечи и сжал в руках мешок с черепами. Я пошел первым, за прихрамывающим стражником, чья спина на удивление оказалась лишена и малейшего шрама. Я про себя лишь одобрительно похмыкал – сопровождающий ни разу не подставил тыл врагу. Это вызывает уважение.

Коридоров как таковых в доме не было. Просто дверные проемы, занавешенные искусно отделанными пятнистыми шкурами, отделяющие одно помещение от другого. В коридоре, точнее просто в ближайшей к выходу комнатушке мы омыли запыленные ноги в специальном корытце. Тут для помощи даже стояла специальная рабыня, худенькая э’катка, но её услугами воспользовался только Ярги. Уж ноги я сам как-нибудь помою.

Дальше последовала череда комнат со скромным убранством. Выделялись только стены, увешанные трофеями – железным оружием с выщерблинами, уже не годным для битв, но ценным как память. Висели тут и головы демонов. В основном кархаев, но изредка попадались и черепа другие, мне не знакомые. Была даже черепушка назга, вот только побольше обычной раза эдак в три.

Дом был большой, но не бесконечный, на пятой комнате страж откинул полог, но на это раз пропустил нас вперед.

Зал был вовсе не крупный, так, просто чуть побольше прочих. Вдоль стен стояли отодвинутые деревянные столы и лавки, по полу стелились мягкие шкуры, а у дальней стены стояло большое кресло. Из чего оно сделано видно не было, каждый сантиметр покрывали шкуры. Но не назгов. Серые и красные. Тоже трофеи, но уже наверняка с кархаев. На нем восседал демон с загнутыми назад рогами, один из которых был обломан в середине. Здоровый, никак не меньше двух с половиной метров роста. Его аура просто клокотала от переполняющей её мощи, от Улетара так и веяло силой с запахом раскаленного железа и дыма сгоревшей плоти. В остальном то был пускай и покрытый шрамами, могучий кархай, каких я уже видел не раз.

- Приветствую тебя, сильнейший. Здрав будь и правь своим племенем вечно, да покроет оно все Серые Холмы. – произнес я одно из стандартных приветствий. С культурой а’каот за это время мне удалось в некоторой степени ознакомиться, иногда я беседовал с пленниками.

- Назовись, странник. – голос у Улетара был громкий, басовитый и властный. Смотрел он на меня явно с высока, но при этом удивленно – от такого сильного и опытного демона скрыть свою ауру и силу я даже не пытался.

А я хоть сейчас и уступал повелителю окрестных земель, но не сказать, чтобы сильно. Для того, кто не является кархаем такие показатели просто немыслимы, если, конечно, не обладаешь столь полезным Ме.

- Меня знают как Региса, странника без роду и племени. – тут это выражение обозначало одиночку, отщепенца. И часто им именовались дезертиру, правда с приставкой «трус».

- Я вижу твою силу. Чувствую. – ещё внимательнее присмотрелся Улетар, наклоняясь вперед.

Мы тут были одни. В зале не было никакой стражи, кроме вставшего подле кресла одноногого, ведь Улетар был сильнейшим, что не раз доказал, вырезая враждебных кархаев пачками. Но вождь не терял голову, иначе не прожил бы нескольких веков. В двух соседней комнатах сидели воины, часть гвардии вождя, в том числе я чувствовал в доме присутствие минимум трех кархаев кроме самого Отцеубийцы.

- Странно. Ни разу не видел таких как ты. От тебя веет силой, но ты не дышишь пламенем. Чужак. Хоть и а’каот. – вынес вердикт Улетар, - С чем ты пришел ко мне?

- С дарами. И просьбой.

- Хочешь купить меня? – пахнуло от вождя недовольством, а сам он нахмурился, смотря своими пылающими глазами явно недоброжелательно.

- Дары в знак уважения. Просьба отдельно, ты можешь отказать. Мы не купцы, чтобы торговать. – таков уж был уклад местных, порождением которого и был Улетар. Несговорчивый, почти всегда мрачный и любящий сражения. Так его описывали, иногда добавляя способность на ядовитое коварство к врагу.

- Я не нуждаюсь в твоем разрешении на отказ, странник Регис. – несмотря на слова, Улетару мои слова пришлись по душе. Огонь в глазах чуть утих, сменившись интересом.

Я молча сделал жест рукой и чуть вперед вышел Ярги. Тот не смотрел в лицо вождю, три раза отбил поклон и снял с плеч корзину, принявшись выкладывать дары. Черепа кархаев Улетара заинтересовали, но не очень сильно. Оно и понятно, тут все стены ими увешаны, я по пути и в этом зале насчитал штук сорок, не меньше. На шкуры были выложены почти все мои трофеи – для меня это барахло только в тягость. Можно было бы продать, но… не уверен, что поделки местных племен ценятся в остальном мире, где демоны не так дики. Пятьдесят восемь железных наконечников для копий, несколько связок стрел с металлическими остриями, топор и меч, пять рулонов неплохой по местным меркам ткани.

- Перед твоим домом стоит телега с уном. Внутри мешки с солью, двадцать стеганых воинских халатов и прочая моя добыча, честно взятая в бою. Все это теперь тоже твоё. – добавил я, когда Ярги прекратил доставать из корзины подарки.

- Щедро. – оценил крайне довольный демон, - Очень щедро для путника, богатые дары достойные моего величия. – теперь он смотрел на меня с явным одобрением.

Ну да, я уже мал мала разбирался в ценности той или иной вещи. Я подарил Улетару, считай, двадцать полных воинских комплектов и еще почти сорок новых копий. А также уна и телегу, что тоже достаточно ценно – можно снарядить ещё один торговый караван или пристроить к армии в качестве дополнения к обозу. Прочие подарки тоже были небесполезны, хорошая крашенная ткань, железо и соль тут заменяют золото и серебро. Ну а топор и меч скованные под кархая и вовсе два новых бриллианта в корону могущества племени Улетара. Я уже знал, что такое оружие покупается только в обмен на десятки рабов у соседей из гор Серой Лапы и Болотного леса. Сами а’каот и э’кат столь искусных кузнецов не имели, да и железо в этих краях встречалось не часто и было дрянным, годилось только на наконечники копий и стрел.

- Дары ты подарил. Говори просьбу. – благосклонно посмотрел на меня Улетар.

- Мне нужен пропуск через земли Вечно Гниющего Владыки. – буднично огласил я.

Улетар сначала нахмурился, гневно сверкнув глазами. Он платил дань именно Владыке гнили и болот. И не любил, когда напоминали о его бессилии по отношению к намного более могущественному соседу. Но демон вновь посмотрел на выложенные перед ним дары и прикрыл глаза, чуть успокаиваясь.

- Зачем он тебе? Хочешь вести торговлю? – задумчиво обронил Улетар и сам же покачал головой, - Тогда бы оставил при себе повозку и уна. Отвечай, к чему тебе путь в Болотный лес?

- Там я надолго задерживаться не хочу, могучий. – сильнейшим сейчас назвать вождя было бы ошибкой, это покажется насмешкой и тот может выйти из себя, - Я странник и уже говорил тебе об этом. Хочу увидеть мир за пределами Серых Холмов.

- Это ошибка. Ты молод, я вижу, нет и сотни лет. Но силен. – медленно начал Улетар, - Ты порадовал мое сердце, принес мне в своем уважении богатые дары. Я отплачу добром, дам совет и не только. Откажись от своей идеи, юный а’каот, в том мире, что ты жаждешь увидеть тебя ждет бесславная смерть или жалкое существование. Там ты будешь не сильным, способным на равных говорить с вождями и сильнейшими воинами. О нет, ты грязь под ногами высших и уж тем более их Владык. Они чудовищно могучи, раздавят или обратят в раба, слугу быть может. Останься тут, на земле своих предков и Владыки нашего Катудакату. Я дарую тебе место у своего стола, и ты будешь равен моим кархаям, ведь не уступишь им в силе. Большой дом, рабы и хорошие, славные битвы.

Улетар и вправду по достоинству оценил и черепа кархаев э’кат, и мои подарки. По местным обычаям он прямо сейчас оказывает мне величайшую честь своим предложением. Выше только побратимство, но тут уж извините, мы не сражались плечо к плечу ни одной битвы. Да и совет верный почти для любого а’каот. Только вот я исключение. Мне и нужны сильные противники. И нужен способ путешествовать по нормальным мирам, где демоны не живут. Серые Холмы не могут дать ни того, ни другого. Разве что кархаи… но их самостоятельных нет так уж и много, за большинством стоят так или иначе великие племена. А против четырех или там пяти кархаев, и я не сдюжу в одиночку.

- И все же. Такова моя просьба. – со всем уважением произнес я.

Улетар не был тем, кто сможет меня легко одолеть. Но почем зря ссориться с ним не было никакого смысла. Он один из немногих может дать разрешение на проход по землям своего покровителя. Без пропуска я буду законной добычей для тамошних обитателей, а там встречаются монстры способные уничтожить то же племя Улетара в считаные минуты. Я тщательно готовился к походу, по крупицам собирая любую информацию о Болотном лесе и Серой Лапе.

- Ты упрям. Юн, горяч. И глуп. – вынес вердикт Улетар, - Я не хочу, чтобы такой самородок из а’каот сдох без всякой пользы для своего народа, ничтожно, как раздавленный походя пылевой кусака.

Я прищурился. Ах ты ж хитрая, неблагодарная скотина. Да, недооценил я Улетара. Вот чего ты хочешь по-настоящему. Твои слова просто шелуха и цветные фантики, вождь храбрый и смелый, но и вправду хитрый и ядовитый.

Развернуться и уйти? Черт, я слишком долго шел к этой цели. К двум другим великим вождям а’каот на хромой козе тоже не подъедешь. Нужны сопоставимые дары и далеко не факт, что они запросят меньшего за услугу. А это время, трата сил и нехилые риски. Тем паче, что если меня завернут и они… к Улетару вернусь и он потребует гораздо больше. А вожди э’кат вообще не вариант, там меня встретят только мечи и топоры повелителей пыли.

- Сколько? – уже не играя роли спросил я. Недовольно, без былого уважения.

Улетар рассердился. Улетар полыхнул яростью, вспыхнул огонь на его рогах, глаза раскалились и превратились в две яркие оранжевые точки, в зале стало жако. Но я смотрел на него все также, не дрогнул, хоть и не полыхнул в ответ своей силой. Это уже было бы открытым вызовом. А вот Ярги с всхлипом вдохнул горячий воздух, покачнулся, зашарил непослушной рукой, ища рукоять меча. Я недовольно цыкнул, и раб тут же прекратил попытки вынуть меч слабеющими руками.

- А ты наглец. – прогудел пылающим пламенем голос вождя.

А потом все схлынуло, давление прекратилось. Вождь оскалил клыки в оскале.

- Десять лет ты будешь мне служить.

Я от такого предложения открыто усмехнулся.

- Я выйду на одну битву. Решающее сражение с двумя твоими заклятыми врагами. И ты поклянешься, что если я выживу, то ни словом, ни делом не причинишь мне вреда, как и все твои подчиненные и рабы. И дашь право пройти по Болотному лесу.

Покачав головой, посмотрел на явно начавшего злиться уже по-настоящему Улетара.

- Думаешь, я не знаю? Два твоих брата по ученичеству, двое из трех великих вождей а’каот уже собирают армии, уже заключили перемирие. Твое войско ослабло после очередной войны с э’кат. И они хотят этим воспользоваться. Я помогу, могучий Улетар. Но только в одной битве и не за даром. Дары ты не слишком ценишь. – едко добавил я, - После победы или поражения ты в любом случае даруешь мне пропуск по землям Владыки Харашиши, Вечно Гниющего.

- Я могу тебя просто убить за дерзость. – поднялся с трона Улетар, подхватывая прислоненную к подлокотнику двухлезвийную секиру.

- Просто убить? Вряд ли. Легко не будет. – я был готов сразиться, огонь в груди уже рвался выйти наружу, все мое естество жаждало битвы, крови и кусков душ, но мой самоконтроль был ежовыми рукавицами, стискивающими внутреннюю Тьму, - Так ты вместо приобретения ценного воина рискуешь потерять своих бойцов. А может и большее.

Прямо об убийстве Улетара я не сказал. Но намек был прозрачен как вода в горном ручье. Это его ещё больше разгневало, но держать себя в руках вождь умел. Как и мыслить здраво.

- Пусть так. – наконец вынес вердикт Улетар, - Договор?

- Договор. – я пожал предплечье протянутой руки. Наша демоническая сила соприкоснулась, завилась невидимым вихрем и спала, оставляя след заключенного контракта на душе.

Аудиенция была окончена, Улетар взмахнул когтистой рукой, отпуская меня словно слугу. А на это ребячество лишь улыбнулся краешком губ и покинул дом вождя вместе с Ярги.

Страж нас приведший шел рядом, молча. Заговорил лишь когда мы покинули здание:

- Пойдем, покажу, где жить будешь.

Дом мне выделили на самом отшибе, но все-таки за внутренними стенами поселения. Три комнаты, один этаж, слегка покосившиеся стены. Тут уже обитали пара рабов из а’каот, собственность ещё прошлого хозяина, погибшего в минувшей войне с серокожими.

Дни потянулись один за другим. Первое время в поселении даже было слегка интересно – слишком долго я скитался по пустым пространствам Серых Холмов. Если бы не Ярги, то точно умер бы от скуки. Но быт и общение с местными наскучили уже через десяток дней. Простые а’каот не блистали интеллектом, их заботили лишь еда, да женщины. Да, в некотором смысле это свойственно и людям двадцать первого века, но… у моих бывших соплеменников были ещё сотни тем для обсуждения. У этих краснокожих только две – размножение и еда. Развлекались они тоже не замысловато. Спаривались и ели. Да, спаривались. Занятием любовью сей процесс не назвал бы и самый непритязательный из людей. Да и на поболтать времени много у простых работяг просто не было, они занимались добычей еды и прочими работами почти весь световой день.

С воинами та же беда, что и с простыми членами племени, только в их круг интересов входили ещё битвы. Но тренировались они редко, почти никогда. Иногда просто случались поединки, если выходила между ними ссора. Но и только. Все остальное время эти бездельники либо охотились, либо пили местную бражку из зерна, которая была на вкус отвратительнее спирта, смешанного с бензином и загнившим хлебом. Но Ярги влился в их компанию как родной, все равно демону сейчас занятия не было, а по обществу своих братьев по разуму мой подчиненный соскучился.

Теплилась надежда на кархаев, но… эти от воинов отличались только силой, умением управлять огнем и ещё большими либидо и тягой к спиртному. Ну, ещё в азартные игры играли. Что-то вроде костей с тремя пятигранными кубиками. Примитивнейшая игра не требующая и толики интеллекта, а от того скучная до безобразия. Но местным нравилось.

Я было пару раз сходил на охоту, но тоже быстро понял свою ошибку. Тут охотились на назгов. На этих пятнистых здоровых гиен, которые мне опостылели даже больше однообразных холмистых пейзажей.

В общем, я просто изнывал от скуки. От того почти сразу оказался у дома вождя, когда даже до моего дома долетел шум. Если голосят, там что-то происходит, верно? Надеюсь, хоть это событие хоть ненадолго вытянет меня из этого проклятущего дня сурка.

А у самого большого дома было целое столпотворение по меркам этой деревушки. Десятков шесть демонов, в том числе и дюжина кархаев во главе с тринадцатым, самим Улетаром. Простые краснокожие обступили целый караван из трех повозок, но держались на почтительном расстоянии. А вот вождь во главе своих элитных воинов стоял на крыльце, возвышаясь над всей толпой и внимательно смотря на транспорты.

Повозки отличались от уже привычных мне, как и запряженные в них существа. Гладкие плавные линии, ни единого окошка, каждая щелочка старательно законопачена плотно сваляным… не знаю, вроде на мох похоже. Оси и колеса тут казались лишними, грубо приделанными к небольшим корабликам без мачт. Настоящая химера, дитя любви лодки и телеги. Животины были похожи на здоровых варанов, размером с молодого бычка каждый и было их в каждую телегу запряжено по два. Гигантские ящерицы вращали глазами, скалили желтые клыки, между которых мелькал тонкий раздвоенный язык и капали на плотно утоптанную землю вязкой слюной.

Но вот, третья, последняя телега остановилась и у всех транспортов сразу откинулись люки на крышах. И оттуда полезли прямоходящие ящерицы. Каждая метра два ростом, с мощным хвостом, двумя ногами и парой четырехпалых рук. Морды очень смахивают на головы их же ездовых животных только в миниатюре, разве что клыки не скалят и слюной не капают. Одежды эти демоны не носили, зато у каждого в лапах был трезубец и небольшой щит, причем что тот, что этот были цельнометаллические. Из украшений заметил только ожерелья из клыков на шеях.

Всего прямоходящих рептилий вылезло трое, из каждой телеги по одному. После стали вылезать странные тварюшки. Жаболюди? Я чуть в голос не засмеялся, увидев этих метровых раздувшихся коротышек. Они отличались друг от друга расцветкой, некоторые имели почти черную бугристую шкуру, другие были зелены как лайм, а третьи, самые малочисленные и маленькие красовались гладкой склизкой кожей фиолетового цвета, украшенной желтыми разводами. Вот этих толстячков, посыпавшихся прыжками из телег, было штук пятнадцать.

Самым последним показался ещё один ящер. От трех предыдущих он отличался цветом своих чешуек, они перевались в лучах солнца яркой медью. В одной из лап был зажат узловатый посох, с навершия которого свисала целая гроздь разнообразных миниатюрных черепов, из глазниц которых лилось буро-зеленое сияние. Вот этот важный ящер уже был облачен в мантию, испещренную сотнями вышитых рун, и был подпоясан поясом, с которого свисали множество склянок, фиалов и колбочек. В них плескалась мутная жижа всех оттенков коричневого, зеленого и красного.

Демонические жабы засуетились, приставили деревянную лестницу к крыше, и медный ящер спустился, встав напротив крыльца. Улетар на него смотрел с каменным лицом. Трое прямоходящих ящериц зашипели, стукнув трезубцами о землю, а четвертый, очевидно главный, прищурил свои чуть выпуклые глаза.

Краснокожий вождь ещё немного померился взглядом с этой делегацией, а затем недовольно дернул уголком рта. Почти незаметно, но на Улетара я смотрел очень пристально, в том числе разглядывал его ауру. Кархай явно был очень недоволен. Он тяжело и медленно зашагал по ступеням крыльца, которые очень быстро закончились. За ним последовали и все двенадцать его элитных воинов. И все они встали на колени, в том числе и вождь. Тут же, будто ветер пригнул траву, вся толпа собравшихся а’каот рухнула вслед за вождем. На этой маленькой площади перед домом вождя остались стоять на ногах лишь новоприбывшие демоны…

И я.

Это заметили почти сразу. Медный ящер ничего не сказал. Даже пальцем не пошевелил, а один из трех его сородичей уже метнулся ко мне. И он был быстр. Даже быстрее того однорукого кархая, что задал мне трепку и был сильнейшим демоном с кем я сходился в бою. Но много времени с тех пор утекло. И я стал в два раза сильнее, приблизившись вплотную к двадцатому уровню.

Вот демон метнулся, рванул так, что наверняка в глазах обычных а’каот размазался в воздухе. Замахнулся своим трезубцем, намереваясь насадить меня на как кусок мяса на вилку. Так он и замер в этой позе. Ноги, руки и хвост стиснули вырвавшиеся из-под земли черные лозы с красными прожилками, готовые в любой момент выпустить шипы и прорасти внутрь демона и сожрать эту крайне смелую ящерицу. Но этот воин меня удивил. Он не замешкался и на мгновение. Смотря на меня своими салатовыми глазами, чешуйчатый распахнул пасть полную мелких загнутых клыков и выдохнул бурое смрадное облако.

Вокруг меня тут же появилась едва видимая глазу пленка, в которую ударил бурый поток, но не смог преодолеть, рассеявшись метра на три вокруг. Окружающие нас коленопреклоненные краснокожие тут же стали падать на землю, дико визжа, блюя кровью и выцарапывая себе глаза когтями. Мясо пошло волдырями, зловонный гной потек на землю вперемешку с кровью и рвотой.

Я на это лишь чуть скривился. Да, видал в жизни картины и похуже… но это одно из самых мерзких зрелищ, которым я стал свидетелем.

Остальные двое с трезубцами без дела не стояли. Они ринулись было, но послышался резкий шипящий окрик, и воины просто окружили меня не нападая, но напряженные как пружины, готовые в любой момент сорваться.

Я тоже уже несколько пожалел о своей гордости. Хотя… в топку все это. Они не сильнее меня, только тот медный, но и он меня превосходит по чистой мощи раза в полтора всего, не больше. Нет тут таких, кто заставит меня падать на колени и дрожать как все эти мелкие а’каоты вокруг, что остались сидеть на коленях даже после мучительной смерти нескольких своих соплеменников. Даже Улетар не шевельнулся.

Медный, как я у себя в голове прозвал эту рептилию с посохом, медленно подошел к нашей «компании». Остановился рядом с шипящим от ярости плененным воином. И коснулся когтем моей лозы. Внутрь моего заклинания потекла его демоническая сила, ощущающаяся как болотная трясина полная смрада и разложения. Я поддал мощи, опустошая свой резерв уже на одну четвертую, выжигая чужеродную силу. В месте, где медный прикоснулся к лозе, выскочили крючья шипов, но тот успел одернуть руку.

Он уставился на меня. Рассматривал с минуту. А потом из чуть приоткрытого рта донесся… кашель с шипением?.. а, это он так смеется.

- Кто ты таков? – спросил он.

- Регис. Я странник. – ответил я уже привычно, этот вопрос мне за последние десять дней задавал каждый встречный, - А ты?

Снова это шипение-кашель, только уже со всех сторон, оскалился даже опутанный лозами пленник. Впрочем, тот не переставал напрягаться и прикладывать просто титанические усилия, пытаясь разорвать крепко держащие путы.

- Шахат, Сеющий Хворь. – представился главный среди чешуйчатых, - Эмиссар Владыки Харашиши. И ты только что напал на одного из моих подчиненных.

- Я не пролил кровь, лишь помешал себя убить. – возразил я, попутно как можно скорее восстанавливая истраченные силы. Они могут понадобиться.

- Проявил неуважение, не склонился перед посланцем господина твоего господина. – зашел с другой стороны демонический ящер.

- Улетар мне не господин. У нас договор, я буду учувствовать в решающей битве на его стороне. Но и только. – пояснил я, попутно незаметно пуская тонюсенькие лозы в землю, что нитями стали распространяться от меня к готовым к бою чешуйчатым, - Моё уважение к твоему Владыке несомненно, но от чего я должен кланяться тебе? Мы не равны, но ты не выше меня намного.

- Истинно. – присмотрелся к моей ауре демон, - Но проявить уважение ты все равно обязан. Ты на земле данников Владыки, а я его эмиссар.

Тут уже было не поспорить. Я медленно завел руку к свисавшему с пояса мешочку и сорвал его с петельки. Помедлив пару секунд, бросил его медному. Тот схватил кошель в полете, глянул на него и удовлетворенно зашипел-засвистел.

- Камни душ? Годиться. – медленно и асинхронно моргнул он, - Вышло недоразумение.

- Согласен. – мои лозы опали, освобождая опутанного ящера.

Все чешуйчатые с трезубцами будто разом утратили ко мне интерес, они просто развернулись и пошагали обратно к крыльцу дома вождя, раскачивая хвостами при каждом шаге. Медный бросил на меня последний взгляд и тоже возвратился к Улетару.

Дальше я уже не смотрел, решив вернуться домой. Сердце приятно стучало в груди, разогнанная кровь бухала в ушах, а внутреннее пламя бурлило. Вот значит как выглядят обитатели Болотного леса. Они сильные, интересно будет сразиться с ними. Но не в таком неравном бою – четверо против одного, да в придачу у них же ещё с собой больше дюжины этих прямоходящих жаб… но те выглядят даже слабее простых а’каот.

Весь оставшийся день и большую часть ночи поселение гудело, в честь приехавших гостей Улетар закатил большой пир. Но на торжество я не пошел, мне это было попросту неинтересно. Что там может изобразить вождь дикарей? Дрянная выпивка, страшные девки и пьяные песни, от которых вянут уши. Спасибо, в молодости хлебнул такого полной чашей.

Но, как говорится, иногда собеседника искать не надо, он приходит к тебе сам.

- Это. – помялся в проходе Ярги, отвлекая меня от медитации, - К тебе там этот пришел, медный сын.

Да, звали этот вид демонов оригинально. Первым шел окрас, вторым словом прибавляли сын. Оказывается, сам Харашиши в стародавние времена породил несколько подвидов этих прямоходящих ящериц, вот те и именуют себя его сыновьями, аж раздуваясь от гордости.

- Впусти, а сам иди погуляй. – чуть недовольно произнес я.

От медитации оторвался я неохотно. Мне как демону это особо не надо, силы сами восстанавливаться и быстро, но в методике, которую мне вложила Система благодаря выбору именно такого класса как маг были и неочевидные плюсы. Восьмая оболочка души дарует бессмертие, при этом улучшения комплексные, выводящие на ступень выше простых смертных даже низших демонов. Ну, почти всех. Память тоже улучшается, но не становиться книжной полкой, с которой можно взять интересующий «томик» и досконально припомнить именно этот фрагмент твоей биографии. И уж тем более сложнее вспоминать то, что было со мной в прошлой жизни, тогда, когда я был человеком… всё будто подернулось серой пеленой, очень сложно вычленять мелкие детали. А они мне очень нужны, я буквально по крупицам восстанавливаю все те прочитанные мной книги по этой вселенной. Любые факты о магии, богах, демонах, мирах. К сожалению или к счастью, попал я в мир никак не описанный, даже не знакомый по строчкам тех произведений. Но общие законы, интересные и полезные факты, это всё ещё было просто космически полезно и познавательно.

- Регис Странник. – зашел в мою обитель медный сын, - Приветствую.

- Шахат, Сеющий Хворь. – я повел рукой, предлагая сесть за стол, - Прошу, будь моим гостем и разделим же трапезу.

Слова были сказаны согласно более-менее общепринятому ритуалу, теперь действуют законы гостеприимства. Напасть теперь – большое такое пятно на репутации и даже ауре, которая видна почти всем сколь либо сильным демонам.

- И да, странник это не прозвище. – добавил, смотря как медный сын поудобнее устраивается на деревянном стуле с тонкой подушкой заменяющей мягкую сидушку.

Посох со связкой черепов просто завис рядом с демоном, паря в паре сантиметров над полом и сияя гнилостным зеленым из пустых глазниц костяков.

Стол был небогат. Местная крупа в большой миске, сваренная и сдобренная маслом и солью. Самки унов дают молоко далеко не коровье, но в принципе есть молочку можно, любителям козьего и вовсе бы, наверное, понравилось. Рядом лежало плоское керамическое блюдо с плотным бежевым сыром и нарезанным ломтиками мясом, соленым и вяленым. Отдельно примостился глубокий пузатый горшок с тушеной… назгятиной?.. не уверен, как правильно обозвать. Пара кувшинов с местным пойлом и один с травяным отваром. Вот его я себе и налил, не желая травиться той гадостью, что пьют а’каот. Черт, не уверен что эти помои вообще можно пить.

- Травяной настой? – расширились щели ящера, заменяющие тому ноздри, - Отлично, вода уже опостылела. А с собой взять вина не догадался.

Чешуйчатая лапа аккуратно приняла из моих рук кувшин.

- От чего же пьешь воду, уважаемый Шахат? Уверен, вождь Улетар не поскупился на лучшую свою выпивку. – с лёгкой улыбкой спросил я.

Медный сын на это рассмеялся в своей кашляюще-шипящей манере.

- От чего сам не пьешь… это? – собеседник чуть брезгливо скосил глаза на кувшины, водруженные на самый край стола, подальше от всех блюд.

- Боюсь, испить из самого зловонного болота во владениях твоего отца будет и вкуснее, и безопасней.

Шахат усмехнулся, но и чуть подбоченился. По ауре было видно, мои слова пришлись ему по душе. Харашиши ему никакой не отец, Шахат и сам это прекрасно осознает, но все равно приятно.

- Поведаешь свою историю? – мы ели, но говорить нам это не мешало, оба почти не жевали.

У ящера так устроен организм, это и так понятно. Я же просто из вежливости закинул пару кусочков вяленого мяса и проглотил почти не жуя. Насладиться едой все равно не смогу – назги на вкус паршивы. Эх, сейчас бы бургер. Или хотя бы говяжий стейк…

- Не слишком интересная тема для беседы. – мягко отказал я.

Раскрывать свои секреты этому демону нет никакого желания. Вообще не хочу кому-либо говорить о моем Ме, а если просто вырезать его из повествования, то появиться очень уж много логических дыр.

- Пусть так. – легко согласился медный сын, - Хочешь сразу к делу?

- Сам решай.

- Да, это же я к тебе пришел. – оскалил ряды маленьких загнутых клыков собеседник, - На самом деле просто решил познакомиться поближе и отдохнуть от общества Улетара.

- О, неужели тебе уже успели надоесть кархаи? – улыбнулся я, примерно представляя, о чем пытались постоянно завести беседу краса и гордость племени а’каот. Женщины, выпивка, драки.

- Раньше сюда приезжал другой эмиссар, но он несколько провинился перед Владыкой и его немного казнили. Поэтому я тут впервые и немного… - медный сын помахал когтистой лапой в воздухе, пытаясь подобрать слово помягче, - Обескуражен. Да, несколько обескуражен местными традициями. Они… специфичны.

- Дикари. – без обиняков высказался я.

- Дикари. Даже эти ходячие лягушки, ксы, ведут себя поприличнее. – кивнул Шахат, - А ты мне показался несколько не таким.

Он похоже очень любит это слово. Несколько.

- Поэтому и хочу покинуть Серые Холмы.

- Покинуть? – прищурился медный сын, - Это часть твоего договора с Улетаром. Ты помогаешь в битве, а он дает пропуск по землям Владыки Харашиши. – быстро догадался демон. Приятно иметь дело с умным чело… индивидом.

- Похвальное стремление. Хочешь поступить на службу властителю Болотного леса? – тотчас уточнил медный сын.

- Нет. Я же всё-таки странник. Хочу попутешествовать, научиться новому. – отделался общими фразами, попутно подцепив когтем ещё один кусочек мяса.

- Мы будем сопровождать войско Улетара. Я тут в качестве наблюдателя, буду следить, чтобы слуги Гододона не вмешались в войну а’каот. – поведал Шахат.

Ага, вот мы и переходим к делу наконец-то. Скучно ему, от того и заглянул в гости, конечно. Верю, верю.

- Владыка Харашиши благородно заботиться о своих данниках, это не может не вызывать уважения. – покивал я.

- Истинно так. – покивал Шахат, - Регис, ты можешь озвучить полный текст договора с Улетаром? – сменил он тему резко, но меня это вообще не смутило. Дешевый трюк, господин эмиссар, я таким в школе баловался.

- Помощь в генеральном сражении, в обмен он даст пропуск. И не будет причинять мне вреда. – тут тайны особой не было.

- Не будет причинять вреда? Только он? – оскалил клыки в улыбке Шахат.

- Только он. – медленно кивнул я, уже с интересом смотря на эту рептилию…

Глава 7

Стяжал войска и собирал обоз в поход Улетар ещё добрых пятнадцать дней. Дело это оказалось отнюдь не быстрым, ведь большое войско под рукой вождя, но и жрет вся эта толпа соответственно. Одна за одной забивались телеги зерном, собранным с обширных полей, сушеным сыром, вяленым мясом и бочками с солеными шалу в собственном соку. Воинов собрать также дело не простое. Окрестные племена приходятся Улетару данниками и платят они отнюдь не только едой, да поделками своих ремесленников. Кровь, вот главный налог. К раскинувшемуся вдоль реки поселению стягивались мелкие вожди, под рукой которых приходили и их лучшие воины. Выбора у этих мелких даже не царьков, так, помещиков не было как такового – если не разбить объединённую армию Нерта Опаленного и Яргана Топора вся эта безудержная орда лесным пожаром пронесётся по всем их деревенькам, грабя, убивая и уничтожая то, что нельзя унести с собой.

Но время пришло, и мы выступили. Шесть сотен а’каот и двадцать три кархая. Несколько элитных бойцов остались прикрывать тыл, оберегать почти беззащитные земли, но почти все силы Улетар сжал в один кулак, ведя армию к уже обговоренному месту генерального сражения.

Сотни демонов шли пешком, таща на своих плечах не только своё оружие, но и корзины с лямками, в которые были загружены припасы. Телег попросту не хватало. И это была отнюдь не организованная армия, так я называл эту вооруженную толпу только по привычке. Просто огромное сборище постоянно галдящих, верещащих и дерущихся между собой демонов. Их разбили на группы, над каждой из которых поставили кархая, который своей силой, посредством пинков и зуботычин, поддерживал хоть какую-то видимость тени дисциплины. В центре же войска вальяжно шествовали могучие, но не слишком расторопные уны, эти покрытые длинной кудлатой шерстью шипастые яки. Ну а в самом конце пристроились три транспорта, под руководством эмиссара Владыки Харашиши.

Мне, как демону уступающему кархаю только в росте и физической силе, тоже хотели поручить приглядывать за одним из отрядов, но я от такой чести благополучно отмазался. Большинство а’каот ещё тупее срочников на службе, мне такого счастья точно было не надо. Улетар, конечно, от отказа был не в восторге, но контракт есть контракт. Я наемный боец, а не офицер среднего звена. Тем более я боялся опять привязаться к своим бойцам… это точно снова кончилось бы паршиво.

- Ты много времени проводишь с этим… эмиссаром. – последнее слово Улетар чуть не сплюнул, - Лучше бы возглавил отряд и снял с плеч прочих кархаев лишний груз.

Я сидел рядом. Улетар, как и все прочие кархаи не особо любил ходить пешком. Часть времени он проводил в небе, ведь в отличии от меня летать умел, но больше, конечно, путешествовал вот так, на месте возницы одной из телег. Лишний раз пачкать ноги об пыль как простые а’каот их более высокопоставленные сородичи считали зазорным.

- Я боец, а не военачальник. Путешественник, если ты вдруг забыл. Ставить меня во главе отряда – не лучшая затея, могучий Улетар. – ответил я, закинув ногу на ногу и попивая отвар из фляги, - Но мне скучно, потому иногда составляю компанию эмиссару Шахату. Мы беседуем об окружающем мире, о местах, которые обязательно стоит мне посетить, когда пересеку болота его родного леса и выберусь в большой мир.

- Большой мир, большой мир. – все же сплюнул Улетар и махнул когтистой рукой, - Глупости! Тут ты уважаемый демон, сила! А там? Там ты один из многих, так ещё и чужак. Не сдохнешь, так станешь низким слугой в услужении кого-то вроде этого медного ублюдка. А не станешь слугой, так сдохнешь. Подумай о моем предложении, Регис. Подумай хорошенько.

- Подумаю. – пообещал я.

Это уже четвертая подобная беседа. Мне уже начинает казаться, что Улетару или очень скучно и нечем заняться, или этот вождь просто решил взять меня измором. Других объяснений подобному упорству просто не находилось.

- Это ещё не все. – заметил вождь, когда я уже было хотел распрощаться, - Готовься, с рассветом следующего дня мы будем на месте.

- Будем идти всю ночь? – уточнил я, посмотрев в сторону последних отблесков заходящего за горизонт Кровавого Ока.

- Да.

Покинул Улетара я в несколько смешанных чувствах. Скоро будет битва. Настоящая, с участием сотен демонов с обоих сторон. Есть реальный шанс сдохнуть. Но за эти месяцы я разучился бояться смерти. Сложно бояться, когда у тебя стабильно раз в неделю происходит очередная стычка, в которой можешь умереть. Не выгорание, скорее… принятие. Тем более, разве не этого я ищу большую часть новой жизни? Битвы с сильными и опасными врагами, чьи куски душ станут новым шагом на пути к силе. Силе, что позволит защитить свою вечную жизнь и прожить её не в хибаре из палок и дерьма.

Передвижное жилище Шахата встретило меня полутьмой и сыростью. Люк ведущий на верхний этаж повозки закрыт, воздух поступает из парочки маленьких окошечек у потолка. Тут было не очень просторно – низкий потолок, пара лавок напротив друг друга и столик между ними. Мы сидели друг напротив друга, свет горящего шара отбрасывал дрожащие тени, играл бликами на медной чешуе эмиссара. Шарик завис над центром стола, он был охвачен белым огнем. Бросовый артефакт по словам медного сына, но такого в Серых Холмах не встретишь.

Пары наших шестигранных кубиков одновременно покатились по столу, подпрыгивая на углублениях, где соединялись сколоченные доски.

- У меня на два очка больш-ше. – удовлетворенно прошепелявил ящер.

Он иногда нарушал безупречность своего произношения, но редко.

Мы переключили своё внимание на игральную доску. Сейчас она была разделена на шестнадцать зон, десять из которых уже окрасилось в цвет моего оппонента. Каждая из ячеек с неровными границами была подписана, обозначая какой территорией является: деревня, лес, поле, горы…

Из высокой колоды в чешуйчатую руку медного сына влетело две маленькие серебристые пластинки, и он почти сразу вложил обе в центр своих земель, там у него значился город. После этого Шахат внимательно всмотрелся в один из участков доски, а я не отставал от него.

Стоило направить небольшую нить демонической силы, подпитывая доску, как она тут же раскрыла передо мной нужную картинку. Самая окраина моих земель на западе, деревенька, обнесенная частоколом. Там сейчас вовсю шла битва – целых двадцать ополченцев и пять рыцарей в сюрко медного цвета пытались взять штурмом укрепления, в то время как мои семь лучников и слабенький маг во всю отбивались. Черт, прошло уже пять ходов как эту ячейку штурмуют, она уже считается осажденной. Податей не собрать. Я отдал команду на переход засадного отряда егерей с соседней лесной ячейки в тыл к ополченцам врага, а сам переключился на свой замок на границе с территорией противника, там как раз закончили обучение целых шесть рыцарей…

Эта партия в ху-тах длилась ещё добрых полтора часа. Очень долгая игра, особенно если переходить сразу в партизанскую войну и окапываться на каждой ячейке. Я все равно проиграл в силу неопытности, но продержался на этот раз намного дольше.

- Интересная стратегия. – заключил Шахат, затягиваясь из своей трубки, - Но если только обороняться победить не удастся. – из широкой пасти заструился сизый дымок, устремляясь вверх.

Запах был тяжелым, сладким и с примесью хвои. Когда я в первый раз увидел, как медный сын с удовольствием дымит трубочкой, тоже очень захотел. Ни единой сигареты считай полтора земных года! Но как только узнал, что это легкий дурман – сразу отказался. Наркотики делают из даже самого достойного человека ничтожное животное. Плевать, что я теперь демон. Туманить свой разум для меня было просто неприемлемо.

- Это мои первые партии, я только осваиваюсь. У тебя же было четыреста лет, чтобы научиться. – пожал я плечами, - Как насчет той твоей настойки?

- Поддерживаю, чуть выпить не помешает. – удовлетворенно пыхнул Шахат.

Он три раза хлопнул в ладоши. Тут же откинулся маленький люк в углу комнаты и оттуда выползла пара бодо, этих прямоходящих лягушек метр ростом. Они теснились в нижнем ярусе этой большой повозки, что на самом деле являлась небольшим кораблем, поставленным на колеса.

Лупоглазые тварюшки, покрытые слизью и бородавками тут же засуетились, услышав приказ Шахата. Доска, шкатулка с картами-пластинками и игральные кости бережно были убраны в настенный сундук, из трюма подняли булькающий бочонок и небольшую бутыль. На свет извлекли и два маленьких хрустальных стакана, поставив их по разные стороны от золотого блюда. Тут, в Элут-Ша, этот металл уважали только за красоту – реального веса в денежной системе он не имел, ведь единственное, что для демона представляет настоящую ценность это душа. Души. Чем больше, тем лучше.

В глубокое блюда из бочонка перекочевали маринованные корни экка, самого распространенного растения Болотного леса. Они напоминали помесь мутировавшего огурца и имбиря, эти зеленые разветвленные корешки, покрытые жгутиками.

По хрустальным стаканчикам разлили ярко-желтый напиток, тут же окутавший всю комнату ароматом мяты, кориандра, апельсина и чего-то ещё… честно, слишком необычный аромат, я с трудом улавливал хоть что-то знакомое.

Чокаться тут не было принято, потому мы просто осушили большие рюмки и захрустели сочными пикантными корешками. Тепло расползлось от глотки вниз, обволокло желудок и пролилось через капилляры по всему телу согревающим и бодрящим уютом. Этот напиток сразу завоевал мою любовь, лучше чем весь алкоголь, что я пробовал.

- О чем ещё ты хочешь узнать? – добродушно поинтересовался Шахат.

Медные чешуйки переливались под светом вечно горящих свечей, дымок струился из ноздревых щелей, а глаза эмиссара маслянисто блестели. Демон окончательно пришел в добродушное настроение. Шахат любил не очень многое, но что любил, то был готов делать часами и днями напролет. Бесконечная жизнь к тому располагала. Медный сын обожал ху-тах, курить свою дурманную смесь, пить настойки и болтать обо всем на свете. Хотя при всех своих достоинствах и оставался демоном. Если бы не наша договоренность, не думаю, что вообще бы пригласил меня хоть раз на такие посиделки.

- Ты уже многое поведал о Болотном лесе. Подводных деревнях бодо, плавучих поселениях сынов Харашиши, ваших войнах с гигантами Гододона и контактах с купцами из Торгового города. Расскажи о народе, что ближе всех живет рядом с вами. Ты говорил о неких кровожадных воителях, что доставили вам и Серой Лапе много проблем. – прямоходящие жабы бодо давно скрылись обратно в трюме, так что новую порцию желтой настойки разлил уже я.

Конечно, хотелось бы узнать побольше и о горной цепи Серая Лапа, чьи самые высокие пики видны даже из поселения Улетара, но о своих заклятых врагах, каменных гигантах, медный сын говорить не хотел совершенно.

- О, это будет интересной историей. – хрустальная рюмка была подхвачена чешуйчатой лапой и опрокинута в клыкастую пасть, следом последовала маринованная закуска, - Тар-Иг-Эк’ратар, так зовется город, чьи стены высятся у перекрестка двух великих рек, Талой и Соленой.

- Странное название, там случаем не демонические эльфы живут?

- Кха! – поперхнулся демон, - Нет. – залился он хохотом, схватившись за живот, - Эк’ратар демонические эльфы! Ха-ха-ха! Отличная шутка! За такую и выпить можно.

Медный сын сам разлил новую порцию настойки. В голове уже чуть зашумело, потому я подналег на закуску.

- В общем. – продолжил Шахат, сыпля новую порцию мелко нарезанных и высушенных трав в чашку трубки, - Там всем заправляют эк’ратар. Они не имеют Владыки, но включены в Договор. Это право они заслужили, да. Самые воинственные из всех, тут их не могут перещеголять ни рыцари Бирюзового Дворца, ни высокие господа Рона-Эл. Делятся на шестнадцать кланов, каждым управляет аку, патриарх по-нашему. Эти аку образуют Аку-Сор, совет патриархов. Там у них есть ещё Аку-Ма’Ра, патриарх-без-клана. Он вроде правитель… но не особо мне понятный, скорее самый уважаемый член совета, но не как Владыка, сам не решает за весь народ эк’ратар.

- А с чего они живут? – если не задавать вопросов по пути повествования, Шахат слишком сильно начнет углубляться в пока что малозначительные детали.

Он любит поразглагольствовать, словно сам просто наслаждается своим голосом, но о чем конкретно говорить ему было не слишком принципиально. Главное, чтобы собеседник был более-менее равный и не слишком тупой. В ином случае он бы давно уж присел на уши своим лягушкам или подчиненным воинам, зеленым сынам, едущим в двух других транспортах.

- С чего живут? С войны. – как само собой разумеющееся ответил Шахат, - Я же сказал, воинственный они народ.

- Ты же уже говорил про этот Договор. Соглашение промеж Владык о ненападении на земли друг друга и запрете на убийство одним Владыки другого. Исключение сделали только для Царя Пяти Искусств и Алчущего, которые постоянно находятся в то почти затухающей, то вновь вспыхивающей войне. Как эк’ратар живут с войны? – развернул я свой вопрос.

- Они воюют не в Элут-Ша. – как маленькому растолковал мне Шахат.

Ну, с одной стороны, я и вправду очень молод по меркам нормальных демонов. Мне нет и сотни лет.

- В основном, конечно, сотрудничают с Муспосом Богатейшим, хотя и сами наверняка частенько находят себе работенку. – снова задымил трубочкой Шахат, - Торговый город большую часть душ зарабатывает, как ни странно, с торговли. У них самая большая сеть контактов с мирами смертных, они часто выступают посредниками между всякими смертными магами и демонами нашего мира. Торгаши же почти ничего сами не могут, только болтать, да вымогать долю с честных тружеников. – презрительно высказался Шахат, - Нужно наслать моровое поветрие, натравить на вражескую армию паразитов или поразить колодцы хворью в осажденном городе? Это к нам, Болотному лесу. Торгаши ручки не пачкают, сами не утруждаются, но охотно берут с нас плату за предоставление жирных контрактов. Или вон, захотел какой-нибудь правитель смертных быть красивей всех на свете и прожить на пару сотен лет подольше. Так купчишки с радостью ему помогут, переуступив за процент контракт скульпторам плоти из Анор-Эл.

- А эк’ратар, получается, ведут войны. – понятливо кивнул я.

- Не обычные войны. – поправил Шахат, - Простые смертные они что? Хрупки, слабы и ничтожны. Я вот чихну на такого, а он и издохнет сразу. – на этих словах парящий над полом посох медного сына вспыхнул гнилостным сиянием из глазниц черепов чуть сильнее обычного, - Нет, тут почти любой город может предоставить подобные услуги. Эк’ратар славны другим. Они любят вызов, равных противников или даже посильнее их самих. Их контракты это уничтожение полчищ разной нечисти, противоборство с группами сильных магов, убийство чудовищ… и битвы с другими демонами. Да, против демонов их в основном и призывают. Смертные, знаешь ли, никчемны. Это одно из любимых дел – вместо себя натравить на вражескую армию демонов. Ну, иногда колдун какой сильный может призвать кого угодно, вплоть до Владык других Темных миров. Вот тогда эк’ратар тоже призывают, это у них самые прибыльные контракты. Они вообще там вольготно устроились, эти отморозки. Души сильных существ намного ценнее, а они практически всегда против таких и воюют. Хотя… слишком это опасно. Я вот хоть демон и молодой, всего четыре века, но за свою жизнь успел повидать всякого. Пару раз сходился в схватках против других высших демонов и это было чертовски опасно, скажу тебе. Хочешь жить подольше – не сильно искушай судьбу, вот тебе мой совет, Регис.

- Других Владык Темных миров? – удивился я, - Простые демоны?

- Говорю же, эк’ратар заслужили свое вступление в Договор. Кровью заслужили. В те времена, когда в Элут-Ша всё пылало и не было ещё никакого Договора, эк’ратар переселились к нам. Ну… строго говоря в Элут-Ша все имеющие разум демоны переселялись, изначально в этом мире не было разумных рас, тут все пришлые. Просто кто-то попал сюда раньше всех, как те же Катудакату и Залатукен, а кто-то позже. Так вот. Когда эк’ратар только пришли их проверяли на прочность. Не знаю уж такие детали, но в Эпоху Воюющих Владык кровь лилась рекой и дохли даже сильнейшие из демонов. Все резались со всеми. Представь, как их, не имеющих даже собственного Владыку, встретили. Изначально кланов у эк’ратар было куда больше нынешних шестнадцати.

- Но как они выстояли?

- Они изначально были такими какие есть. Жадными до битв кровожадными ублюдками. – пожал плечами Шахат, - Ну и их сплоченность, да. Это их акан’ратар, учение войны, застывшей смолой сцепляет их общество. И в отличии от многих их способ хранения душ очень хорош. Позволяет чаще всего сохранить накопленное одним и передать после смерти наследнику. Вот мой посох не так хорош, да. – провел когтем по маленьким черепам Шахат, - Души заключенные в нем разлетятся если умру очень быстро. А вот броня эк’ратар, если не основательно повреждена, хранит души в себе ещё какое-то время после смерти владельца. За это время можно «переплавить» их в другой доспех. Ну а их Венец Возмездия… жуткая вещь. – поежился Шахат, - Говорю, они все отбитые на голову больные ублюдки.

- Венец Возмездия? – заинтересовался я.

- Страшная вещь. – кивнул Шахат, - Его всегда носит их Аку-Ма’Ра, этот немного правитель, председатель Совета Патриархов. Я расскажу историю его создания, помню хорошо эту повесть, прочитанную ещё когда мне не было и двух сотен лет. Тогда эк’ратар уже понемногу осваивались, даже нашли несколько хороших контрактов, потихоньку врастали в землю у места скрещения двух великих рек. Большая часть воинов ушла в очередной поход, с ними ушли и сильнейше представители их народа. В это время пара Владык, Андрэ Бирюзовый и Гузоргус Алчущий встретились с одним очень могучим демоном, почти равным им в силе… он искал их поддержки, хотел переселиться в Элут-Ша. Наверняка насолил кому-то в своем родном мире и бежал в нашу глухомань. Но то не слишком важно. Важно то, что ему эту поддержку пообещали, если он уничтожит эк’ратар. То он и сделал. Пришел и принес собой смерть. Убил девять частей из десяти. Вся молодежь была вырезана подчистую.

Демон прервался ненадолго, опрокинул в себя уже пятую или шестую рюмку настойки.

- Но Аку-Ма’Ра и патриархи прознали про это. И не вернулись сразу. О нет, тогда Аку-Ма’Ра у эк’ратар был мудрым, он не повел на смерть свой народ. Слишком силен был пришлый Владыка, да ещё и сильнее стал, слопав столько демонических душ. Они сотворили артефакт, что нарекли Венцом Возмездия. Наполнили его тысячами, десятками тысяч душ. А в финале восемь сильнейших, патриархи, высшие демоны пошли добровольно под нож. Их души были заключены в тот артефакт, причем добровольно! Больные ублюдки. – с ноткой восхищения вынес вердикт Шахат, - Аку-Ма’Ра вернулся в Элут-Ша один. Пришлый Владыка никуда не уходил с разрушенного поселения эк’ратар. Ждал. Но обманулся в своих ожиданиях. – ядовито засмеялся-зашипел медный сын, - Один удар. Десятки тысяч душ мгновенно сгорели в огне чудовищных мук, были направлены восьмью патриархами. После него Аку-Ма’Ра умер, это элемент той чернейшей магии, он добровольно уничтожил свою суть, но удар нанес. Испепелил убийцу детей своего народа, разорвал в клочья душу пришлого Владыки.

- Впечатляет. – согласился я, - Но как же эти Андрэ Бирюзовый и Гузоргус Алчущий? Они же явно хотели добить выживших и не собирались оставлять жизнь ни эк’ратар, ни пришлому.

- О да. Они пришли буквально почти сразу. Явились, как только почувствовали смерть своего одураченного помощничка. Но застали только выжженую пустошь, на которой стоял весь народ эк’ратар. А впереди уже был их новоизбранный Аку-Ма’Ра. Они готовы были вложить свои души в Венец Возмездия, все передохнуть, но и этих двух Владык забрать с собой. В тот день они окончательно заслужили признания всего Элут-Ша и когда Эпоха Воюющих Владык окончилась Договором, они тоже были в него включены. Хоть никто из эк’ратар и не получил свою Реликвию, не стал Владыкой.

- То есть, тогда ещё по сути и не было Владык?

- Да. Это после Договора, при помощи одного Темного бога были созданы Реликвии, хранящие в себе запас душ Владык. – кивнул Шахат, - До этого Владыки звались по-разному. Цари, господари, лорды… но в итоге прижилось это наименование. Теперь, если кто из Владык умрет, его запас душ не пропадет понапрасну, а перейдет другому демону вместе с Реликвией. Так было, к примеру, с подло убитым Андрэ Бирюзовым, чье место заняла его наложница, Эшара-Каэ, прикончившая одного из сильнейших. Договор и Реликвии вывели наш мир на новую ступень, теперь мы превосходим простые Темные миры, чьи обитатели тонут в вечной войне промеж себя и переносят крайне болезненно смерть любого из своих сильнейших, ведь это считай невосполнимая утрата.

- Но при этом ты назвал Элут-Ша захолустьем. – подметил я, с удовольствием жуя маринованные корешки.

- Мы даже в своем секторе не входим в десяток сильнейших Темных миров. – покачал головой Шахат, - Почти всегда вынуждены действовать очень осторожно, работать только через контракты и призывы. Чтобы наше прибывание в мирах смертных было полностью… законным, оправданным. Мы приглашенные гости, нам дают дорогу сами обитатели. Иначе начнутся проблемы со Светлыми мирами, боги которых покровительствуют смертным. Мы не настолько сильны, чтобы бросить вызов богам и сильно наглеть, вторгаться целыми ордами в миры. Самое большее, что мы можем себе позволить это малые отряды охотников, от которых тут же отрекаются, если начинаются проблемы. Владыки, собравшись все разом, вытянут самое большее парочку не слишком сильных божеств. Я так считаю. Знаю о случаях битв богов и властителей других Темных миров, там происходят поистине ужасающие вещи.

- Даш совет?

Я не говорил какой именно. Все было понятно и так, мы оба друг друга более-менее изучили за время долгих бесед и игр в ху-тах.

- Ты хочешь путешествовать, видеть новое и сражаться. Жать сильные души. – кивнул Шахат, - До сих пор тебе поражаюсь. Ты знаешь, что являешься аномалией, верно? И я сейчас не только про твою способность поглощать и долго удерживать души. А’каот и высший демон, подумать только. – покачал головой медный сын.

Он не знал про мое Ме. Считал просто высшим демоном. Но и это немало – а’каот ведь низшие, все поголовно. Изредка среди них рождаются те, кто на ступень выше, могут использовать свою демоническую силу – кархаи. Но это не то. Они также не в состоянии хранить души, прибегать к усилению когда захотят. Нет, их максимум – просто сразу слопать, получить временное усиление, но и только. Я тоже этого не могу. И не смогу никогда, судя по всему. Но как по мне в обмен получил тоже немало, Ме, которая со временем может даже вывести меня на уровень Владык… хотя, тут тоже должны быть подводные камни.

- Ты ведь ещё и не такой ограниченный. Не такой… дикий. Твой взор не остановлен на этих пыльных холмах и колючей траве. Всех этих мелких дрязгах ничтожных племен, воюющих незнамо за что. – неопределенно повел рукой ящер, - Ты пылаешь амбициями и можешь их подкрепить умом, не только грубой силой. Предлагаю ещё одну сделку. – хитро прищурился Шахат, закончив наконец лить патоку лести мне в уши, - У меня есть некоторые связи. Могу сделать так, что тебе будет менее трудно на землях других Владык, не только моего. Ну и поделиться полезными сведениями.

- Я не стану слугой. – покачал я головой.

- Что ты! – вскинул руки демон, - Я и так это знаю. – этот оскал обозначает у него ироничную усмешку, кажется, - В обмен, скажем, на ответную услугу. Не знаю куда заведут тебя твои странствия. Но уверен, толк с тебя будет, если не сдохнешь слишком быстро. Дашь мне взамен что-то ценное, равнозначное услуге. Или я попрошу помощи в каком-нибудь деле.

- Право на один призыв или равнозначная услуга в будущем. Ну или ценность. – предложил я.

- Но помни, что значит получить хоть какое-то прикрытие от местных для такого как ты, не слишком то и сильного чужака, за которого точно никто и не спросит. – протянул руку Шахат.

Я ответил на рукопожатие, заключая вторую по счету сделку с этим демоном. Она мне было не слишком то и нужна… по крайней мере не жизненно необходима. Но такие заделы на будущее не строят если хотят убить в ближайшее время, это ещё одна гарантия безопасности. Если наш первый договор окончиться успешно, у медного сына будет ещё меньше поводов ударить мне в спину. Вот это было уже намного ценнее. Правда, это может быть ловушкой, усыпляющей мою бдительность. Но такие трюки слишком очевидны, я останусь настороже в любом случае.

- Если честно, выбор у тебя не так уж и велик. – довольный сделкой демон поудобнее уселся на диване, - Понятное дело в Аллуя-Кенозз тебе путь заказан. Там любого ждет лишь превращение в питательный бульон для личинок Королевы Улья. К каменным гигантам тоже лезть не стоит. Во-первых, мы хоть и не открыто, но постоянно конфликтуем, там связи с Болотным лесом будут лишь ещё большим поводом тебя убить. Вообще, эти демонические духи, вселяющиеся в камни не очень гостеприимны. В Болотном лесе задерживаться также не советую, у нас и так небольшое перенаселение, скоро начнётся очередная усобица между медными, серебряными и золотыми сынами. Я потому и вызвался бить эмиссаром в этой глуши. – подлил себе наливки демон, - Анор-Эл и Рона-Эл для тебя пока слишком опасны. Там примут с распростертыми объятьями любого, да. Только вот приодеться участвовать в их вечной войне. По-другому никак. И поверь, лучше туда не соваться даже высшим, иногда Владыки сами выходят на поле боя и тогда… не выживает обычно никого, кроме кучки удачливых ублюдков, оказавшихся как можно дальше от столкновения Царя Пяти Искусств и Алчущего. Три Пика были бы хорошим вариантом, но все-таки не советую. Слишком много демонов в одном городе, при этом Сёстры редко обращают внимание на копошение у подножий их цитаделей. Беззаконие и право сильного царят там. А ты не настолько могуч, да и не имеешь реального покровительства могущественных сущностей, любой день для тебя там станет подобен прогулке по болотам – один неверный шаг и вот, ты уже сдох.

- Остаётся только три варианта.

- Верно. Бирюзовый Дворец, Торговый город и Тар-Иг-Эк’ратар. Но на земли Эшары-Каэ идти тоже не стоит. Всем там заправляют заносчивые рыцари и подлые чиновники. Одни ни во что не ставят большую часть демонов кто не часть их сословия, а вторые тебя радушно встретят, но разденут догола и повезет, если вообще уйдешь в долгах, но сохранив душу. – одобрительно фыркнул медный сын, - Остаются торгаши и эк’ратар. Тут сам решай.

Я благодарно кивнул. Да, по факту все рассуждения Шахата верны, он ведь приблизительно уже понял мои цели. И, пожалуй, больше я склоняюсь именно к воинственным эк’ратар, а не торгашам Муспоса Богатейшего. Во-первых, у них нет своего Владыки, а ведь от этих архидемонов стоит держаться подальше любому благоразумному существу. Во-вторых, я примерно понимаю как образ мышления военных, так и стремления с методами бизнесменов. А значит в общих чертах могу прикинуть возможности встроиться в общество как эк’ратар, так и демонов из Торгового. Особенно оперируя всей информацией, выуженной из наших бесед с медным сыном. И, если честно, больше мне импонирует именно Тар-Иг-Эк’ратар. Военные попроще, среди них меньше подлецов, лжецов и конченных людоедов готовых тебя раздавить ради сущего пустяка, просто потому что это принесет немного выгоды. Да и стезя эк’ратар очень перекликается с моими нуждами, в отличии от всяких контрактов на продажу души и прочего бизнеса купцов из Торгового – мне нужно именно убивать сильных демонов и монстров, пожирать куски их душ своим Ме, а не копить десятками, сотнями и тысячами не очень-то и сильные души простых обывателей, от которых поодиночке и толку чуть. Гейс, опять же…

Мы говорили ещё долго, ели и пили, сыграли партию в ху-тах. Я все больше выспрашивал про эк’ратар, а Шахат охотно делился информацией, исполняя свою часть сделки.

Но вот, третья бутылочка настойки подошла к концу, партия завершилась очередным моим проигрышем, хоть и не таким разгромным как в первые разы.

В люк на крыше деликатно постучали.

- Эмиссар Шахат, впереди армия. – всунул зеленую голову внутрь транспорта один из ящеров сопровождения.

- Наконец-то. – встал на ноги медный сын, крепко сжимая древко своего зловещего посоха.

Я тоже поднялся. Волевой посыл и внутреннее пламя прошлось по всему моему телу, отрезвляя. Демон может напиться, но, если появится необходимость протрезветь, много времени это не займет.

Уже через минуту я стоял в компании кархаев. Больше двух десятков краснокожих демонов встряхивали крыльями, тихо переговаривались и переминались с ноги на ногу. Улетар стоял впереди всех, но всё его внимание было обращено вперед, туда, где стояла уже выстроившаяся армия врага. Вздымались в небо все новые крылатые фигуры вражеских вождей и сильнейших бойцов, простое воины стояли одной большой кучей, пятном на более-менее ровном плато, круженном высокими холмами, на один из которых только что мы и взошли.

- … невозможно, просто невозможно… - говорил один из стоящих рядом со мной воинов другому.

- Они попрали все… - вторил неподалеку другой кархай.

- Ублюдки! – прорычал один из самых рослых краснокожих, полыхнув пламенем.

Голоса смешивались, слова переплетались, сзади нарастал гул нашего подтягивающегося войска.

А впереди стояла армия. Армия, расползшаяся пятном красно-серого цвета по половине плато. А’каот и э’кат стояли плечо к плечу. Моё зрение было остро, очень остро. И я видел пики, воткнутые рядом с группой вражеских кархаев, стоящей впереди всего войска. Пики, на которых были нанизаны две головы ящеров, медных сынов. У их подножия валялись целые груды камней… наверняка трупы тех самых каменных гигантов с Серой Лапы.

- Они дерзнули. – мрачно обронил поравнявшийся со мной Шахат, за спиной которого сжимали трезубцы три его болотных ящера, - Плохо.

- Плохо!? – взревел услышавший это Улетар, разворачиваясь к эмиссару, - Они предали Катудакату! Объединились с серой падалью Вечно Тонущего! Они больше не а’каот!

Улетар был в бешенстве. В ярости, в которую переплавился секундный страх перед армией, что превышала размером нашу раза в два. Это было видно мне. И всем прочим. Но кархаи не обратили внимания на мгновение слабости своего лидера. Их обуревали ещё более сильные эмоции.

- Да, плохо. Похоже, они нашли себе покровителя получше. – указал рукой в небо Шахат.

Там парили над вражеской ордой восемь кархаев, ещё десять стояли перед войском. Улетар хорошенько проредил вождей э’кат совсем недавно, а два великих вождя а’каот и сами сожгли в междоусобице большую часть своих элитных воинов. Мы даже чуть превосходили по числу сильнейших демонов, но это не давало нужного преимущества. Простых солдат противник имел вдвое больше. И все было бы не так печально, уверен, мы бы ещё побарахтались… если бы среди восьми кархаев в небе не парил высший демон. Отсюда виднелся только силуэт в темной мантии, развевающейся на ветру, но одного взгляда на ауру было достаточно, чтобы осознать мощь этого демона. Высший, причем не низовой, такой как Шахат, а раза в два сильнее. Улетар для него не противник.

- Договор. Договор запрещает вмешиваться так явно, вторгаться на территорию Катудакату и Вечно Тонущего. – процедил сквозь зубы Улетар, - Они посмели нарушить его?

- Скорее всего эмиссаров убили сами. А потом честь по чести признали своим покровителем Алчущего. Это точно его посланец. – Шахат говорил медленно, прищурившись рассматривая фигуру в балахоне, - Неплохой ход. Столько мяса в топку вечной войны промеж Анор-Эл и Рона-Эл. Меня и не тронут. Если не вмешаюсь во внутренние дела а’каот и э’кат. Тогда эмиссар Гузоргуса тоже вправе вступить в бой.

- Ты сможешь его одолеть? – Улетар уже вскинул секиру на плечо. У него-то выбора не было.

- Главный вопрос: захочу ли? – усмехнулся Шахат.

- Твой господин обещал мне свое покровительство! Я свою часть сделки исполняю. – глаза Улетара окончательно превратились в два огненных водоворота, из рта и ноздрей то и дело вырывались языки пламени.

- Я не обязан умирать в этой бойне. – стоял на своем медный сын.

- Хорошо! – рявкнул Улетар, - Сотня душ и право призвать меня пять… нет, три раза!

- Двести и пять императивных призывов. – пристукнул о землю посохом Шахат. Связка черепов на навершии глухо затрещала, пустые глазницы засветились сильнее.

Вождь резко обернулся за спину. Там все вражеские кархаи уже собрались вместе, и краснокожие, и серокожие. Впереди шел демон в балахоне, рядом с ним… наверняка это пара выживших великих вождей э’кат и дуэт бывших соучеников Улетара.

- Сделка. – тяжело обронил вождь.

- Сделка. – шипяще отозвался Шахат.

Мы двинули вперед. Кархаи и по высшему демону с каждой стороны шли навстречу, к центру поля. Войска пришли в движение, волнами зашагали следом, но выдерживая дистанцию.

- Меняем план. – на ходу быстро начал раздавать указания Улетар, - Катор, Уту, возьмете на себя недобитков серокожих, убейте этих паскуд, лишите э’кат их главных вождей.

Двое самых сильных кархаев молча кивнули, чуть смещаясь в нашей группе, нацеливаясь на двух впереди идущих серых здоровяков.

- Шахат, тебе нужны все трое зеленых сынов? – спросил Улетар, отмеряя очередной шаг.

- Двоих хватит. – помедлил с ответом эмиссар Болотного леса.

- Отлично. Пусть один из них возьмет на себя Яргана. Тот, что с топором и шрамом на роже. – уточнил вождь.

Один из троих зеленых ящеров кивнул, поудобнее перехватил трезубец и удовлетворенно зашипел, всматриваясь в фигуру могучего даже на фоне других кархаев здоровяка.

- Я схлестнусь с Нертом, ублюдок тут сильнейший после посланника Алчущего. – заканчивал инструктаж Улетар, мы уже почти сблизились с идущей нам навстречу вражеской элитой, - Все остальные возьмут на себя по одному из простых кархаев. Как только освободитесь, тут же помогайте ближайшим соратникам. И да, Регис. – даже не повернулся в мою сторону Отцеубийца, - Не высовывайся, ударь в самый лучший момент, прибереги пока свои лозы.

- Понял. – мы и изначально планировали, что я ударю в спину кому-нибудь из сильнейших, стану тем камушком, что начнет камнепад, но обстановка круто поменялась. Тут бы уж не сдохнуть самому.

Я даже подумывал сначала об… тактическом альтернативном наступлении. Свалить, проще говоря. Но сделка есть сделка. Нарушить её… пойти против своей сути, так уж устроены демоны. Считай, на мне сейчас ещё один миниатюрный гейс, грубо говоря. Разрывать его в одностороннем порядке крайне нежелательно.

- Улетар. – пробасил краснокожий здоровяк, его однолезвийный топор смотрел в землю, - Вот и свиделись.

- Ярган. Нерт. И вы, ублюдки. – обвел взглядом всех наших противников Улетар, - Хорошо, что вы собрались все вместе. Можно разом убить всех.

- Ты так всех достал, что объединились даже а’каот и э’кат. – насмешливо фыркнул другой краснокожий, с ожогом на пол лица.

Нас разделяло всего жалких три метра, воздух буквально густел от демонической силы. Огнем горели ауры краснокожих кархаев, тремя кострами высились бывшие ученики одного ими же убитого учителя. Вожди серокожих помалкивали, они заметно уступали в силе любому из них. На уровне того однорукого, убитого мной.

- Умолкните. – холодно бросил кутающийся в черный балахон высший демон.

С такого расстояния его можно было рассмотреть намного лучше. Богатая мантия с капюшоном и тьма, скрывающая лицо меня почти не интересовали. Большее внимание занимала аура. Тяжелая, давящая. Она воспринималась мной всеми органами восприятия и даже больше. Серая, изрезанная червями черных «вен». От него «пахло» тленом, на языке будто ощущалась густая кровь, а по телу пробегали мурашки от неприятного, иллюзорного мороза. Силен. Очень. К такому я бы не сунулся один на один – тут нет шансов. Я с сомнением покосился на Шахата. Он тоже высший. Но… слабее. Заметно слабее. Он уступает как простой кархай уступает Улетару.

Этого высшего Шахат даже с помощью двух своих зеленых собратьев-ящеров задержит максимум, и то ненадолго.

- Не вмешивайся, ящерка Гниющего. Сохранишь жизнь. – прошелестел посланец Алчущего.

- Мне хорошо заплатят. Да и господин не обрадуется, если отступлю. Они подняли руку на моих братьев. – кивнул в сторону голов на пиках Шахату.

- Быть посему. – вздрогнула мантия высшего демона.

Никаких дуэлей. Никаких поединков лидеров перед армией. Вот, мы стоим и слушаем разговор двух высших демонов.

А вот уже вспыхнуло.

Улетар напал первым. Просто распахнул пасть и выдал целый столп пламени, который с хохотом принял на грудь Нерт. Стоящего за его спиной серокожего кархая прожгло до костей, тот рухнул на землю дымящимся трупом.

Ярган со звоном отразил трезубец метнувшегося к нему ящера. Рядом промелькнуло зловонное зеленое облако, вылетевшее из посоха Шахата. Высший топнул ногой и двоих наших просто насадило на выстрелившие из земли костяные колья.

Всё превратилось в одну большую свалку. Я крутился волчком, еле успевая охаживать гудящим кнутом приближающихся врагов. Мантия демоноборца трещала от пылающего повсюду демонического огня, невидимых ударов серокожих кархаев, кислотного и ядовитого дыхания ящеров и магии враждебного высшего. О, кутающийся в мантию демон поражал своей мощью. Он одновременно бился против медного и двух зеленых ящеров, насылал густой темный дым на прикрывающегося огненным покровом Улетара и разбрасывал в стороны костяные пики, иглы, колья… Просто выкашивал обычных кархаев, наших в первые же секунды полегло не меньше четверых.

Я сразу плюнул на приказ Улетара. Бился в полную мощь, еле успевая уворачиваться от особо сильных ударов. Меня окружили колючие тернии, не подпускающие близко носящихся пылевыми облаками серокожих, Цепь Нингена гадюкой извивалась и уже не гудела, а ревела от вложенной силы. Мана утекала как вода сквозь пальцы, уходя на поддержание защитного покрова Мантии демоноборца.

Вот, мой кнут обхватил шею вражеского кархая, он покачнулся, и ему тут же снесли башку. В следующее мгновении падает изрубленный и почерневший от огня ящер, а одолевший его Ярган заходится в кашле, падает на колени, из его глаз и рта ручьем течет гной, рана на груди уже вовсю расползается по телу мертвеющим пятном.

Вспыхнул как костер Нерт, рев боли перекрыл крик добиваемого рядом кархая. Улетар прижег своим же пламенем культю правой руки и тут же бросился на вражеского высшего, который уже превратил в решето одного из зеленых ящеров, а второго иссушил своим черным дымом.

Я увернулся от меча, подобравшегося непростительно близко серокожего, мои лозы выстрелили, спеленали врага, проросли внутрь, расцвели кровавыми шипами.

В спину ударил огненный шквал, барьер лопнул и мне ожгло спину. Я крутанулся на месте, вскинул руку, Цепь Нингена попросту слизнула половину лица краснокожего. Из его груди тут же показался кончик меча подоспевшего союзника.

Мантия высшего демона сгорела в огне Улетара. Теперь отлично было видно чудовищную тварь, лишь отдалённо похожую на человека. Пасть полная зубов-игл, большие белесые глаза, кожистые крылья, впалый живот, серая кожа и саблевидные когти. Высший на равных бился в ближнем бою с Улетаром, попросту игнорировал его огонь, да ещё большую часть внимания уделял постоянно насылающему на него проклятья и новые гнилостные облака Шахату.

Повсюду уже бушевала битва меж армий. Простые демоны избегали центра поля, но уже схлестнулись. Рев, крики и визги поднялись до небес.

Сражение полностью меня захлестнуло. Все мысли метались молниями. Я бил огненным кнутом, терзал врагов шипастыми лозами, уворачивался от мечей, булав и копий, прикрывался Мантией демоноборца от огня, черного дыма и незримых, но превращающих в пыль лучей серокожих.

Очередной кархай рухнул на землю с развороченной грудиной. Действовавший со мной в паре союзник метнулся к другому противнику, уже примеряющемуся ударить в спину Шахату, а я оказался очень близко к вражескому высшему.

Демонический вампир уже выбил из строя Улетара. Тот валялся поодаль с выпущенными кишками и с распоротой ногой. Вождь был вполне жив, такими ранами не убить столь сильного демона, но бой уже продолжить не мог.

Медный сын еле держался. Они вступили в дистанционную дуэль, черный дым против ядовитых кислотных облаков, вырывающихся из черепов на посохе. Но Шахат пятился, одна рука обвисла плетью, от нее осталась лишь чешуя и кости, из нее будто разом откачали всю кровь и прочие жидкости.

Я решил рискнуть. Оставил самый минимум сил, только на защиту. Земля передо мной вспучилась будто от подземного взрыва, десять толстых лоз полусферой рухнули на эмиссара Алчущего, не давая увернуться даже с его скоростью.

Первые два стебля просто развеялись прахом, как только их окутала волна черного дыма, ещё четыре порезало на куски от ударов уворачивающегося высшего. Но остальные схватили не ожидавшего такого удара в спину демона. Шипы даже не оцарапали серую кожу, стебли затрещали от чистой демонический силы, что волной изошла от высшего, ещё два отростка лопнули, не выдержав рывка этой клыкастой твари. Но оставшаяся пара смогла задержать его ещё немного. И Шахат не подвел, расстарался. Посох в его руках дрогнул, почти вся связка черепов осыпалась осколками, а в демонического вампира полетело целых шестнадцать темных зеленых сгустков. Они были не слишком быстры, высший бы легко уклонился… но не смог, мои две оставшиеся лозы сдержали.

Сгустки врезались во врага целым каскадом. Вампир весь обратился в дым, рванул было в небо, но тут же рухнул на землю вновь обретая плоть, но уже без нескольких кусков мяса, оставшихся на шипах Казни зла. Высший демон вопил всего мгновение, а потом стих. Кожа, мясо, даже кости растеклись одной большой зловонной лужей.

- Регис! – медный сын вскинул руку и кинул мне уже знакомый мешочек.

Внутри лежало целых пять перламутровых камешка, я уже знал, что с ними делать. Они отправились мне в пасть как леденцы. Шахат зачерпнул из своей сумочки целую горсть и тоже поглотил. Мы тратили души максимально неэффективным образом – сжигали сразу, высвобождая при этом чудовищную мощь энергий. Силы рывком восстановились, я тут же бросился в очередную мелкую схватку двух кархаев. Их уже немного осталось, штук шесть с нашей стороны и восемь с вражеской.

Шахат не присоединился, отдавая мне на откуп битву с кархаями. Сам медный сын сорвал с пояса целую связку склянок, подкинул в воздух и взмахнул посохом. Стекло лопнуло, высвобождая облако смешавшийся капелек зелий и песчинок порошков. Эта смесь раздулась, налилась силой, отвратно засияла от вкладываемой демонической силы и понеслась на сражающиеся армии. Шахат старался накрыть в основном врагов, но весь передний край наших тоже задело. Низшие демоны падали десятками, задыхаясь, гния и растворяясь в этом кислотно-ядовитом облаке.

Битва длилась ещё добрых полчаса. При поддержке освободившегося Шахата мы разделались с кархаями, но сами потеряли всех своих. Я получил ещё две глубокие раны, но регенерация почти сразу остановила кровотечение, так что сдохнуть мне было не суждено. Ну а дальше уже была резня. Медный сын насылал все новые отравляющие, растворяющие и сводящие с ума от боли облака на армию противника, наши демоны перли лавиной, в то время как армия врага потихоньку разваливалась. Все новые группы просто откалывались и бежали с поля боя, ведь их вожди и лидеры повержены, а это очень деморализует, как и разлагающиеся на глазах верещащие соратники и мерно шагающий навстречу высший демон, покачивающий своим посохом с черепами.

Мы вернулись к центру поля. Простые а’каот сами довершат дело, они уже начали брать в плен тех из врагов, кто не успел вовремя побежать.

Улетар уже стоял на ногах, тяжело опираясь на свою секиру. Наверняка имел при себе несколько камней с душами. Раны зарубцевались, живот сросся, но вождь все равно выглядел не очень. Рядом с ним стоял уже знаковый мне стражник, его один из самых верных приближенных, хоть и простой а’каот, не кархай. Без глаза, со своей деревяшкой вместо ноги, он не смотрелся особо сильным, зато был крайне опытен и авторитетом мог задавить даже элиту племени.

- Души будут. – разлепил окровавленные губы Улетар, когда мы подошли, - Как только захватим селения всех этих ублюдков.

- Да, я заплачу по счетам, уважаемый Шахат. – неожиданно для вождя подал голос покрытый шрамами а’каот.

- Что ты… - тернии вырвались из-под ног Улетара шипастыми канатами.

Кархай вздрогнул, с ревом призвал слабоватый огнь, разрубил одну лозу, вторую… вскоре ослабшего Улетара сковало по рукам и ногам.

- Предатели. Вы все. – прохрипел Отцеубийца, с ненавистью смотря на одного из самых преданнейших воинов, что служил ещё при его отце.

Мой кукри разрубил его глотку, в рану вросли тернии, шипами кромсая все внутренности. Вскоре Улетар начал усыхать, выпиваемый Казнью зла.

- Гарон Возжигатель наконец отмщен. – удовлетворенно произнес одноглазый, смотря на уже переставшего биться в агонии Улетара, - Все три ублюдка подохли. Славный день.

- Уверен, что сможешь взять власть? – уже, наверное, в пятый раз за последний десять дней спросил Шахат, устало опираясь на посох.

- А, не твоя печаль, эмиссар. Ты же знаешь, те четверо кархаев, что остались стеречь племя, преданны лишь мне. Двое внуков от дочек, ещё парочка имеет в женах моих родственниц. Они полностью на моей стороне. – отмахнулся демон, который с деревянным перестуком заковылял к основной армии, - Все вышло даже лучше, чем я думал.

- Надеюсь, подати и вправду увеличатся втрое.

- Подати?

- Подарки. – отмахнулся медный сын, - Какая разница как их называть, суть одна. И да, долг Улетара теперь на тебе. Двести пятьдесят душ.

- Было двести. – недовольно буркнул а’каот.

- И право на несколько призывов. За кой мне призывать одноглазого и одноного низшего? – фыркнул Шахат.

- Сойдемся на двух сотнях и ещё двадцати. – предложил новоявленный вождь.

- Тридцати.

- Сделка. – согласился а’каот.

Я шел с ними рядом, но молча. Моя часть уговора уже выполнена, но… сейчас же вся уцелевшая орда пойдет огнем и дубиной собирать кровавый урожай. Почему бы немного не подзаработать, прежде чем отправляться в одиночное странствие?

- Господин! – раздалось сбоку.

Я обернулся. Ко мне плелся Ярги. Не усидел все-таки в тылу. Весь перемазанный кровью, с одного из рогов свисает кусок… кого-то. С меча капает, глаза аж блестят от восторга. Невольная улыбка расплылась на моем лице. Хорошо хоть жив, бестолочь.

Глава 8

Мы стояли у самой границы. Её хорошо было заметно – вот высятся древесные исполины, своими широкими плоскими кронами отбрасывающие вечную тень на земли смрадных болот и озер, а вот уже начинается каменный тракт, извивающийся вдоль плоской равнины, поросшей пучками диких полевых трав.

Медный сын за три месяца, что минули с памятной битвы, стал выглядеть ещё солиднее. Связка уменьшенных черепов свисала с посоха богатой виноградной гроздью, на шее появилось ожерелье из пяти миниатюрных и усохших голов кархаев. Выглядело все это шаманство диковато, но я уже окончательно привык к реалиям Темного мира. Тут внешность не главное, сила – вот что важно. И мощь моего знакомого возросла, причем заметно. Новый вождь всех выживших в недавней бойне а’каот честно расплатился душами за помощь Шахата. Мне тоже, кстати, кое-что перепало, не зря немного отложил свой уход из Серых Холмов.

- Ещё увидимся, Регис. – обнажил клыки в улыбке Шахат, - Заглядывай в гости.

- Уж лучше ты ко мне. – кисло ответил я, - Бывай, Шахат.

Я пожал протянутую лапу демона и круто развернувшись, зашагал по растрескавшемуся камню древнего тракта. Рядом с сумой за плечами вышагивал Ярги.

- Свежий сухой воздух, что может быть лучше? – довольно проворчал мой демон, - Как они вообще живут в этом гнилом прыще на лице Элут-Ша?

- Привыкли, наверное.

После помощи новому вождю а’каот в деле завоевания крайне ослабших соседей мы с Шахатом, как и собирались, пересекли насквозь граничащий с Серыми Холмами Болотный лес. Изначально вообще планировалось, что мы с Ярги и сами справимся, с пропуском-то от медного сына, но… в родных болотах ящера началась очередная усобица. Их Владыка на грызню среди своих высших особо внимания не обращает, главное, чтоб вовремя приносили положенное количество душ. Харашиши вообще большую часть времени проводит на дне самого глубокого и более-менее чистого озера, редко являясь во плоти к своим поданным. Из-за неспокойной обстановки Шахату пришлось меня лично сопровождать самыми окольными путями. Большую часть времени мы плыли на лодке, иногда переправляя суденышко через немногие островки земли. Путь занял не так уж много времени, но за эти дни мы с Ярги сполна оценили атмосферу постоянной удушливой влажности, гнили и попыток всяких мерзких москитов сожрать нас живьем. Очень негостеприимный край. И это мы ещё не заглядывали в поселения местных!

Шли мы недолго, около часа.

- А вот и речка. – довольно буркнул Ярги, - Привал?

Я молча скинул с плеча свою сумку и пошел к берегу этого большого ручья. Вода была ледяная, но чистая. Речушка наверняка берет свое начало с виднеющихся позади горных пиков Серой Лапы.

Искупятся хотелось крайне сильно, принимать ванны в заросших ряской вонючих болотах мне было не с руки, потому за время пути я стал похож на изрядно замаравшегося бомжа. Зашел в воду прямо так, в одежде.

- Холодная! – клацнул зубами Ярги.

- Зато чистая. – времени зря не терял, тут же начал купание, совместив со стиркой.

Справились быстро, подгоняемые обжигающим холодом текущей воды. Костра разводить не стали, кругом была только трава, так что просто быстро пообедали вяленым мясом и засохшими лепешками и улеглись на травку, любуясь небосводом. Правда, Ярги очень скоро надоело, ничего прекрасного этот варвар в небе не видел, так что демон принялся полировать свой ненаглядный меч речным песочком.

Я же размышлял о своем дальнейшем развитии, в который раз сверяясь со своими характеристиками и перечитывая сообщение от Системы, полученное ещё после битвы трехмесячной давности.

Имя: Регис.

Уровень: 20

Тело: 1

Магия: 10

Демоническая сила: 5

Свободные очки: 0

Из заклинаний за все время я приобрел всего три. Цепь Нингена, Казнь зла и Мантию демоноборца, вложив в каждое дополнительные очки и доведя до третьего уровня, максимального на данном этапе. Особенность у меня только одна, множество раз выручавшая регенерация, которую, к сожалению, улучшить было нельзя. Она просто напрямую зависит от демонической силы, так что часть очков было вложено именно в эту характеристику.

Сообщение же от моего Ме было только одно, зато крайне длинное. Мне наконец стало более-менее понятно, что же это за Первый Этап, на котором я сейчас нахожусь. Именно из-за него можно было улучшить заклинания только до третьего уровня, а развитие застопорилось на двадцатом.

Пользователь, вы достигли предельного уровня Первого Этапа. Энергия на эволюцию накоплена. Перейдите на Второй Этап, чтобы появилась возможность дальнейшего развития.

Выберете один из ниже предложенных вариантов эволюции, сформированных исходя из вашего класса, подкласса, видовой принадлежности и распределения характеристик.

Тёмный демоноборец – ваша демоническая сила изменится, приобретет новые черты. Теперь вы – идеальный изничтожитесь отродий Тьмы, что сам является её частью. Вся ваша демоническая сила будет заточена на борьбу с демонами, она станет топором в руке палача, кнутом карателя и ритуалом экзорциста. Другие виды магии кроме боевой и демонологии станут практически бесполезны в ваших руках.

Пожиратель – ваше Ме изначально заточено на поглощении частей душ убитых. И эта особенность лишь усилится. Мана, прана, сама Тьма – пожрите и станьте могущественнее. Но помните, что отнимая у других, сами обрекаете себя на участь вечно голодного вампира.

Двуликий – вы не любите демонов. Вы их уничтожаете. А иногда нет. Сам ваш лик вас тяготит, хоть в глубине души вы и признаете положительные стороны бытия демоном. Двойственность порождает раскол, но двойственность есть и единая монета с двумя сторонами. Разделите и объедините. Станьте двуликим. Тем, кто сам выбирает в какой ипостаси предстать. Важно помнить, что в виде человека демонические силы практически полностью будут ограничены, в отличии от магии. Но и отличить вас от смертного будет крайне сложно.

Вот такой выбор встал передо мной. Я подступню ожидал нечто подобное. На пятом уровне мне дали возможность выбрать одно из двух крайне полезных заклинаний, закрыв себе путь ко второму. Казнь зла с тех пор меня не раз выручала. На десятом Ме стало способно повышать уровень моих заклинаний, что тоже было крайне полезным. Пятнадцатый остался загадкой, вроде бы ничего нового. Но вот двадцатый… да, тут был предложен выбор. Крайне сложный. Но уж за три месяца я успел обдумать все варианты не меньше сотни раз. Все равно пока рядом был Шахат проходить эволюцию было крайне опасно. Открывать такие свои особенности совершенно не хотелось и так для а’каот я крайне необычен.

Темный демоноборец был вариантом хорошим. Всё-таки всю свою новую жизнь я только и делаю, что сражаюсь с демонами. И если пойти по такому пути развития, рано или поздно стану самой настоящей машиной истребления своих новых собратьев по виду. Но именно его я и отринул самым первым. У меня потенциально бесконечно долгая жизнь, будет очень глупо отрезать себя от всего множества путей и развилок, от всего того многообразия магии, что таят в себе сотни миров, превратить себя в узкого специалиста в одной области. Это было бы отличным выбором, если бы моя жизнь ограничивалась человеческим пределом, за восемьдесят или даже сто лет не стать гуру в совершенно разных профессиях, разумно сосредоточится на чем-то одном, но обладая бессмертием… Вдруг через триста лет захочу научиться растить деревья и создавать леса? А что? Буду демоном-друидом, жить себе в лесу и горя не знать. В общем, этот вариант был неплох, но в сравнении с другими смотрелся слишком ограниченным. Эдакий очень хороший меч, который убивает просто отлично, но с его помощью ни дома построить, ни рану исцелить, ни тортик из воздуха сотворить.

Путь Пожирателя обещал сделать меня крайне могучим, причем быстро. Я уже мал мало понимал во всех этих демонических силах, пране, душах и прочем. Сказались азы знаний, выданные мне Системой при выборе класса и долгие разговоры с Шахатом обо всем подряд. Демонам нужны души, чтобы становиться сильнее. Я тут несколько выделяюсь со своей многофункциональной надстройкой души, но не сильно. По факту точно тоже самое, только выбор пути развития широкий и оно само более организованно. Если я смогу пожирать энергии и даже саму Тьму, одну из двух первородных стихий… это станет очень существенным козырем. Думаю, при таком выборе меня ожидает взрывной рост дурной мощи и некоторая независимость, станет не обязательно «потреблять» именно куски душ. Но все портила маленькая оговорочка про вампира. Я узнал про этих тварей побольше от Шахата, и информация была для меня крайне удручающая. Эта нежить вполне может быть обычной, жить в мирах смертных, может быть и демонической, как тот же высший, выступивший на стороне вражеской армии в сражении трёхмесячной давности. Пожирая прану обычные вампиры перестают сами вырабатывать жизненную энергию, превращаются в бессмертную, но крайне зависящую от своего питания нежить. Не знаю точно как обстоят дела с демонами-вампирами, но ставить эксперименты на себе желанием не горю. Сейчас я вполне жив, могу наслаждаться вечной молодостью, кровь бурлит, а душа поет. И рискнуть лишатся многих радостей жизни, да ещё стать зависимым хоть от чего-то мне крайне не хочется.

А вот третий путь эволюции отвечал почти всем моим потребностям. Возможность стать человеком! Ну, не совсем человеком, но все же! Иметь привычное лицо, пальцы, рост. Избавиться от этих дурацких крыльев, нужных только для «красоты». Черт, да каждый раз, когда я смотрю на Ярги и понимаю, что вот примерно такой же внешностью и обладаю мне хочется отменить свой выбор в пользу стези демоноборца и стать каким-нибудь иллюзионистом! Безносая красная морда с клыками и развесистыми ушами приводит в уныние. Нет, я уж точно не хочу вечно быть уродливым карликом. Да и возможности, предоставляемые этим вариантом перекликаются с моим желанием побольше времени проводить в мирах нормальных, которые населены не кровожадными демонами. Может, вообще съеду из Элут-Ша. А то уж больно пока этот Темный мир не радует, если судить по диким племенам и унылым пейзажам Серых Холмов, а также о скоротечном путешествии по Болотному лесу.

Да, именно третий вариант импонировал мне больше всех прочих. Недостаток в виде ограничения демонической силы в облике смертного был существенен, но не смертельно опасен. По Элут-Ша в принципе можно ходить и в демоническом обличье. Ну или перекидываться во время битвы. Главное, чтоб не застали врасплох. Кстати, минусом это было поскольку постольку, иногда это и плюс, ведь если доступ к демонической силе ограничен, то и почувствовать во мне демона будет сложнее. Иногда это может быть полезным.

Но выбирать такой вариант эволюции будучи рядом с Шахатом было бы ещё большей глупостью. А’каот не умеют превращаться в людей, да и сомневаюсь, что мой демонический облик останется прежним. Всё-таки при переходе на Второй Этап я уж точно окончательно и бесповоротно стану демонов высшим, а они не могут быть настолько ничтожны обликом. Ну, я очень надеюсь на это.

- Ярги. – привлек я внимание демона, отрывая его от выравнивания скола на лезвии меча, - Сейчас я кое-что сделаю. Не знаю, сколько времени займут преобразования. Если потеряю сознание, охраняй меня пока не очнусь.

- Опять свои непонятные секреты развел. – тут же заворчал рогатый, недовольно дернув крыльями, - Нет бы как все нормальные демоны…

На этот фоновый шум я не обратил и капли внимания. Уже привык.

Выбрана эволюция по пути Двуликого.

Мир померк. Будто на кнопку питания нажал и выключил сам себя. Но сознание не потерял, мысли не были запутаны как во сне, я себя полностью осознавал. Просто находился в кромешной тьме.

Перед глазами стал проступать серый, будто светящийся изнутри силуэт. Две руки, две ноги, туловище, голова. Но все обезличенное, просто контуры. Вот, фигура налилась ещё большим светом и раздвоилась. Теперь передо мной во тьме зависли два идентичных серых манекена с внутренней подсветкой. Если присмотреться, они не были однородны. Будто состоят из плотно спрессованной полупрозрачной пыли или ещё чего.

В голове появились новые знания. Будто вспомнил что-то. Сравнимо с эффектом дежавю, хоть и отдаленно. Так мое Ме дает мне новые знания. Я смотрел на две серые мерцающие фигуры и с кристальной ясностью осознавал, что это – пара моих будущих обликов. Вот, левый «манекен» начал светлеть, его с правым соединил незримый канал, в который переткал черный цвет. Миг, и одна будущая форма стала в несколько раз темнее другой, все ещё остающейся серой, но намного более светлой по сравнению с соседней.

Первым делом я решил сформировать свой человеческий облик. Давалось мне это легко, словно я профессиональный скульптор. Ме вложила в голову все нужные знания.

Так-так. Молодым? Безусловно, быть дряхлой развалиной как-то не хочется, даже если это просто маска. Но и не юнец, я себя не ощущаю восемнадцатилетним шкетом. Лет двадцать пять самое то. Полностью сформировавшийся молодой мужчина. За основу возьму свою внешность, так привычнее. Но недостатки поправлю. Вот родинки, к примеру, мне совершенно ни к чему. Да и цвет волос можно понасыщеннее. Хотя, может какой-нибудь необычный? Платина там или золотые кудри? Нет, вообще не смотрится, останусь шатеном. Тогда пусть будет привычный зачес назад с коротко остриженным затылком и висками. Глаза оставлю родные, зеленые. Разве что ярче их сделать. Ну и рост чуть побольше, метр девяноста. Каланча. Ладно, останусь метр восемьдесят.

Формирование человеческого облика заняло самое большее минут тридцать по ощущениям. Меня в принципе устраивала старая внешность в бытность молодым, так что подправил только мелкие огрехи. Результат оценить трудно, сложно судить о собственной внешности. Не сказочный слащавый принц. Просто хорошо сложенный мужчина, без единого изъяна, что так присущи любому человеку. Ни родинки, ни морщинки, ни шрама, ни захудалого прыщика. А большего мне и не надо.

А вот демоническая форма ставила в тупик. Можно же изобразить все что угодно, плюс-минус в разумных пределах. Хоть медведь, хоть летающий глаз, хоть небольшой дракон. Предел был примерно в десять тонн живого веса. Помню познавательную программу по телевизору. Как же она называлась-то? В мире животных, вроде. Белые медведи могут достигать веса в тысячу килограмм. Десять огромных туш во мне одном.

Тут я игрался долго. То создавал просто огромного гиганта, то примеривался к дракону, то и вовсе пытался изобразить что-то свое.

В итоге получилась сущая крокозябра. Полу дракон, полу скорпион, щупальца… нет, это не дело. Нужно смотреть на вещи трезво. «Стерев» все свои ребяческие зарисовки, принялся ваять нечто гуманоидное. Так мне будет просто привычнее, да и человек существо универсальное. Не представляю как буду в форме того же дракона пользоваться Цепью Нингена, например. Также не стоит забывать то, что я хочу если не влиться в общество эк’ратар, то хотя бы первое время жить именно на их территории. Значит, не помешает быть похожим на них, почти копией, тем более что они отнюдь не такие уродцы как те же а’каот. Ну, рост пускай будет два метра тридцать сантиметров. Не слишком маленький, но и не гигант. Излишне большое тело может осложнить жизнь. Так, добавим хрящей и костей внутрь, ради дополнительной защиты и амортизации органов. Сердце дублируем. Ну и внешность чуть более устрашающую. Демон я или нет? Кожа пускай будет не человеческая, а серая. Яркий цвет не хочу, а вот такой пепельный в самый раз. Так, Шахат говорил, что у эк’ратар зубы представлены только клыками и жевательными. Ну, пускай, ничего не имею против. А вот вытянутые зрачки и пустой белок как у эк’ратар мне иметь не хочется. Так-с, красные глазные яблоки смотрятся нелепо. Золотые тоже. А вот серебряные… а что, выглядит неплохо. Будто ртути в глазницы залил. Рога, хвост и крылья – все это мне не нужно. Несмотря на почти два года жизни в Темном мире, чертом я себя совершенно не чувствовал и такие детали считал излишними. А тот же полет можно обеспечить чисто демонической силой или магией, никакие лишние конечности мне для этого не нужны, только практика.

Ещё раз придирчиво осмотрев получившиеся облики, полностью удовлетворился увиденным. Вот это я понимаю более высокая форма жизни, бессмертный. Не уродливый карлик, но настоящий воин.

Очнулся я буднично. Словно просто хорошо выспался. Тут же поднялся на ноги и стал с интересом себя осматривать.

Серая кожа, рельеф сухих мышц. Пальцы совсем как у человека, никаких когтей и прочего непотребства. Рост большой, очень. Это ощущается, особенно после нескольких лет пребывания чуть ли не карликом. В теле поселились приятная легкость, хоть сейчас иди в спортзал или на часовую пробежку. Руки, ноги, все смотрится отлично – никаких перегибов, я творил себя строго пропорциональным.

- Я… я даже не знаю, что сказать. – подал голос Ярги, - Ты теперь вообще кто?

Демон не выглядел ошарашенным, скорее подавленным. Судя по положению Кровавого Ока на небосклоне, без сознания я пробыл порядка двух часов, так что мои метаморфозы демон видел во всех подробностях.

- Высший демон. – голос мой почти соответствовал тому, которым я обладал в бытность человеком. Только более густой, глубокий.

Я с досадой посмотрел на свои одежды, сшитые с таким трудом. Они стали слишком малы и разошлись по швам во многих местах. Крепкий пояс, на котором крепились кожаные полосы не порвался, но стал сильно давить. Благо я делал с запасом и просто сейчас перевязал узел, подгоняя под новые размеры.

Появившийся было вопрос, а как, собственно, обратиться человеком, отпал сам собой. Хватило желания увидеть себя в человеческом обличье и вот, мир стал немного больше. Рост уменьшился ровно на полметра, снизившись до сто восьмидесяти сантиметров. Мышцы чуть усохли, кожа стала бежевой, а на душу будто… накинули плотную ткань. Теперь я почти не ощущал своей демонической силы. Пламя в груди уменьшилось в размерах, ослабло, но не слишком сильно. По мановению моей руки вверх взлетела полная провизии сумка. Странные ощущения. Колдовать стало будто одновременно и труднее, и нет. Словно лишился усилителя, но в принципе можно и без него. Подхватив телекинезом свой кукри, который теперь был и вправду обычным ножом, а не мачете в моих руке, без колебаний полоснул ладонь. Остро заточенное лезвие взрезало кожу с трудом, обнажив связки и кости. На траву пролился ручеек крови, но он почти сразу иссяк, рана покрылась красной коркой. Значит, регенерация есть, но она слабее.

Обернувшись обратно в серокожего демона, проследил как рана затянулась буквально за пять секунд. Да, просто замечательно. Регенерация стала даже более эффективной после моей эволюции.

- Хватит отдыхать, пора в путь. – решительно заявил я, подхватывая свою сумку, которая теперь казалась даже несколько маловатой. Как же приятно снова не быть коротышкой.

- Ну, теперь хоть служу не самому маленькому кархаю в мире. – пробурчал Ярги, закидывая лямку своей сумы на плечо, - Может все пожитки теперь сам потащишь? Ты теперь вон какой здоровый.

- Ты мой раб. Будь им хоть в таких мелочах. – укоризненно посмотрел на скорчившего страдательную мину а’каота, - Разбаловал я тебя совсем.

- Мы уже так долго вместе, Регис. Освободи меня, я же твой самый преданный соратник и друг. – заканючил Ярги, еле поспевая за моим широким шагом.

- Ты сам признался, что хотел меня сожрать.

- Так то по незнанию! Кабы я знал, что ты не просто одичавший однорукий а’каот, так сразу бы отговорил соплеменников на тебя нападать. – горячо заверил меня демон.

- Если бы ты знал кто я, то просто разработал бы план получше и точно меня схарчил. – не поверил я этому лицемерному лжецу.

- Ну да. Но не съел ведь в итоге! – легко признал мою правоту Ярги.

- Конечно не съел. Я же прибил твоих дружков и поработил тебя. Ты теперь не можешь на меня напасть и сдохнешь, если я умру.

- Малозначительные подробности. – выдал этот черт и уныло примолк, строя из себя несправедливо угнетенную невинность.

Вскоре мы увидели стадо коров. Ну, не совсем коров. Твари были на них вообще не похожи, если честно. Но занимали в Элут-Ша примерно такую же нишу. Гигантские слизни размером с быка медленно ползали по обширному полю, оставляя после себя дорожки голой земли покрытой слизью. Молочные слизни. Уверен, этот вид зверодемонов вывели искусственно, ни за что не поверю, что природа даже Темного мира способна породить слизняков, размножающихся почкованием и производящих вполне себе вкусное молоко. Я их видел ещё в Болотном лесу, но там только один раз – среди топей очень редко встречаются куски суши с нормальной растительностью, способные прокормить даже парочку особей. Тут же стадо насчитывало голов двадцать, не меньше.

Пастух же на нас с Ярги не произвел особого впечатления. Я уже был в курсе, что а’каот и э’кат нынче водятся не только в Серых Холмах. Часть эмигрировала в другие регионы, желая более спокойной и сытой жизни, нежели жалкое существование среди диких племен и постоянных мелких войн.

Краснокожий демон сидел верхом на обычной такой лошадке. Скорее даже пони, которая отличалась разве что наличием двух хвостов и отсутствием шерсти.

Пастух нас тоже приметил и пустил лошадку рысью в нашу сторону. Добрался он до нас быстро, ездовое животное оказалось на удивление быстрым. Обряженный в простые кожаные штаны и жилетку низший демон тут же выпрыгнул из седла и замер в поклоне.

- Приветствую вас на земле клана Ца, уважаемые. – произнес а’каот не поднимая глаз.

- Долго ли идти до славного Тар-Иг-Эк’ратар? – спросил я.

Демон поклонился ещё ниже:

- Ежели по дороге, господин, то на закате следующего дня и прибудете, значится. А к вечеру этого будете у усадьбы патриарха калана Ца, там можете и переночевать. Великодушные господа никогда не откажут в такой малости высокому путнику.

- Тебя не просили давать советы. – через губу высокомерно бросил Ярги.

Он вообще стал очень свысока смотреть на других низших демонов. Себя считал личным и единственным слугой высшего, так что как бы он уже и не совсем на нижней ступени иерархии.

- Простите великодушно. – ещё ниже сгорбился пастух.

Задав ещё парочку вопросов о пути к единственному городу эк’ратар, мы оставили пастуха пасти гигантских слизней, двинув дальше по дороге.

Чем больше мы отдалялись от Болотного леса, тем более обжитыми становились земли вокруг. Повсюду росли поля, паслись молочные слизни, повстречалось стадо унов. Деревеньки тоже не были редкостью – я насчитал целых четыре, причем самая маленькая имела двадцать дворов. В поселениях жили в основном э’кат и а’каот, причем совместно и мирно, тут за века после переселения уже давно был зарыт топор вражды. Да и не позволили бы местные господа своим крестьянам резать друг друга. Самих эк’ратар мы, кстати, не встретили ни разу, ведь все они по большей части обретаются в единственном городе, тут максимум обитают управляющие в поместье, удаленном на несколько километров от основного тракта. Увидел я и новый для себя вид демонов – они походили на антропоморфных волков, все покрытые короткой шерстью и с собачьей головой. Разги, мне о них мельком поведал Шахат. Прибились к эк’ратар, так как сами за себя постоять особо не могут. Прибыли в Элут-Ша относительно недавно, всего девятьсот лет назад. По силе уступают кархаям, но заметно превосходят простых а’каот и э’кат.

Ночь мы провели под открытым небом. Напрашиваться к кому-то на постой я совершенно не хотел. Большую часть времени я даже не спал, в этом высшие демоны все равно нуждаются далеко не так сильно. Новые возможности несколько пьянили. То и дело оборачивался человеком, тестируя насколько сильно слабеет магия без усиления демонической силой. Учился летать за счет телекинеза, эта способность заметно усилилась после эволюции. Пока, правда, получалось скверно. Оторваться от земли и воспарить было не трудно, а вот управлять телом в воздухе… Ярги три раза просыпался от моей ругани, когда я в который раз не справлялся с управлением и встречался лицом с землей.

К городу мы прибыли уже на следующий день, причем слегка припозднились, Кровавое Око уже скрылось за горизонтом, а небо расцвело алым, погружая мир в приятный полумрак.

Тар-Иг-Эк’ратар не походил на города, которые я видел прежде. Даже на те европейские которые посетил в качестве туриста в бытность человеком, сохранившие древние каменные средневековые улочки и дома. Мощных каменных стен и бастионов не было и в помине, хотя их невольно ожидаешь увидеть у города самого воинственного народа целого Темного мира. Даже завалящей оградки не было. Почти все здания двухэтажные, приземистые, в виде правильных прямоугольников с покатыми черепичными крышами и белыми стенами. Мощенные дороги проложены идеальными линиями, все здания выстроены словно по ниточке. Сам город тоже явно построен по одному плану, все строго и однообразно. Посреди улиц высажены дающие тень деревья и разграничивающие движение кусты, некоторые жилища оплетены плющом. Эта зелень вносила небольшой жизненный хаос в город, который больше походит на военный лагерь.

Выбивались из общего ансамбля лишь семнадцать зданий. Шестнадцать башен, таких же основательных и приземистых, как и все постройки в этом городе и семнадцатая, более низкая и широкая, высившаяся в самом центре Тар-Иг-Эк’ратар. Резиденции кланов и место заседания Аку-Сор, правительства эк’ратар.

Вход в город был свободный, тут вообще не было каких-либо органов правопорядка. Но преступность была крайне низкой, никто не хотел сдохнуть и отдать душу ближайшему эк’ратар, нарушив законы города. Их, кстати, было не так уж и много, но вот блюсти их нужно было неукоснительно, тут живёт слишком много высших демонов, каждый из которых способен убивать низших десятками.

А вот кстати и представители народа, про который я так много разузнал у Шахата. Эк’ратар очень выделялись на фоне спешащих по своим делам крестьян и слуг из числа а’каот и э’кат. Человекоподобные, но очень высокие, от метра двадцати до двух с половиной, очень похожие на мой демонический облик. Кожа разных оттенков, от красного до тусклого сиреневого. Глаза – пустые белки с веретеном вытянутого зрачка в центре, причем цвет его соответствовал окрасу кожи. Все поголовно абсолютно лысые, волос не имеют и женщины, которые у эк’ратар довольно симпатичные. Я даже залюбовался одной дамой с желтой кожей, вытатуированными письменами и тяжелой броне с мордой злобного демона на нагруднике. Да, броню эти высшие демоны носили все поголовно. Некоторые щеголяли в легких кольчугах, другие были с ног до головы закованы в латы, третьи и вовсе имели только один наплечник – защитное обмундирование объединяло только наличие рельефных морд самых разнообразных чудовищ, чаще всего наверняка демонов, но у одного особо крупного вояки я приметил даже голову дракона на одном из наручей. И от всех шибало просто поразительной мощью, я не встретил ни одного с которым мог бы сравниться в силе, черт, да на их фоне даже тот посланник Алчущего выглядел бы бледновато. Это несколько подавляло. Я только эволюционировал, стал по моему скромному мнению ровней даже для таких монстров как тот демовампир, который вырезал кархаев с поразительной легкостью, но тут… тут я чувствовал себя опять маленьким а’каотом, выучившим пару трюков. Неприятно с одной стороны. С другой же… плавая в лягушатнике и гордо квакая будучи самой жирной жабой никогда не стать кем-то большим.

- Эй, хуро, подойди. – остановился передо мной один из эк’ратар и поманил меня к переулку.

Я сначала захотел просто сделать вид, что не расслышал. Ну его, мужик ощущается как один из самых сильных эк’ратар которых я повстречал за полчаса брожения по улицам Тар-Иг-Эк’ратар. Стаха не было, но рисковать почем зря жизнью было попросту нелогично. Тут везде ступают по своим делам его сородичи, даже если смогу выжить в схватке с ним одним, меня просто покромсают толпой. Но игнорировать тоже не вариант, вон, стоит в тесноватом переулке между двух торговых домов и выжидательно смотрит прямо на меня своими вытянутыми зрачками ярко красного цвета. Вздохнув, сделал жест Ярги, чтоб не приближался, а сам зашел в переулок, напряженный и готовый атаковать в любой момент.

- Чего смотришь так, малец? – слегка недоуменно приподнял бровь эк’ратар.

Я на такое обращение аж поморщился, что не укрылось от глаз высшего демона. Малец? Мужик, мне почти восемьдесят! Да, вы тут все можете выглядеть молодо, а на самом деле быть древнее костей мамонтов, но не повод же это меня считать за сосунка.

Демон, облаченный только в наручи и легкую белую тунику чуть наклонился вперед, от чего моя рука непроизвольно сжалась. Я был готов в любой момент призвать Цепь Нингена, оттолкнуть демона телекинезом и опутать лозами Казни зла.

- Да ты кинуться на меня готов! – удивленно воскликнул эк’ратар и его лицо посуровело, - Кто твой наставник, хуро? Почему ты боишься брата по акан’ратар?

Я мысленно чертыхнулся. Акан’ратар, в переводе на общий звучит как «учение войны». Библия, кодекс, свод нерушимых законов, столп всего общества эк’ратар. Я был очень поверхностно знаком с содержимым, Шахат не очень интересовался этим священным писанием своих соседей, но даже малой крупицы знаний хватало, чтобы понять замешательство этого краснокожего высшего. Эк’ратар крайне редко нападают на своих соплеменников. В их среде очень много значат узы, связывающие воедино все шестнадцать кланов, что большая редкость среди демонов, которые по природе своей возведённые в абсолют эгоисты.

- У меня нет наставника. – буркнул я, готовый в любой момент или защищаться, или ретироваться. Черт, часа не прошло, а сразу проблемы. Как знал, надо было и дальше просто кочевать, и искать сильных врагов.

- Почему? – требовательно уставился на меня демон, растеряв все благодушное настроение, - Почему у тебя нет наставника, хуро? Твои отец и мать были убиты? Никто из клана пока не взял под опеку? Да нет, бред. Все равно это не объясняет твои странные глаза и эту самодельную одежду. – сам себе возразил демон, ещё пристальнее вглядываясь в мою ауру, - Смесок? Но с кем? Не могу понять. – даже как-то растерянно пробормотал он, - Отвечай, хуро. – не попросил, но приказал этот краснокожий, злящий меня с каждой секундой все сильнее.

- Я не хуро. Я вообще не эк’ратар. Просто путник, посетивший Тар-Иг-Эк’ратар. И уже ухожу. – развернувшись, решил просто покинуть это место. Если до меня тут будут так на каждом шагу докапываться, то лучше вернуться уже поднакопив сил или вовсе сразу двинуть в Торговый.

- Э, нет. – на мое плечо легла рука.

И хватка была поистине демонической. Я рванул, хотел развернуться, ударить или отпрыгнуть, но меня просто придавило к земле. Будто на плечи положили штангу весом эдак в тонну. Сила не послушалась. Чужая воля сковала прочнее цепей, высший демон использовал свою намного более превосходящую мощь и просто надавил, запретил.

- Просто поговорим. – спокойно произнес голос за спиной, - А там посмотрим, хуро.

- Хуро это малец, да? Вы даете имена только прошедшим ритуал взросления, верно? Так вот, я не эк’ратар, у меня есть имя. Регис. И я не желаю ни о чем с тобой говорить. – прошипел я, распаляя огонь в груди все сильнее. В руке все-таки стал медленно формироваться гудящий кнут.

- Не пристало хуро перечить взрослому эк’ратар. – цокнул языком демон.

Из меня вышибло дух. Будто пропустил крепкий удар в солнечное сплетение. Цепь Нингена развеялась, не сумев до конца сформироваться, а не упал я только благодаря руке, все ещё крепко сжимающей плечо.

- Пойдешь сам? Не хочу тебя позорить, вроде не совсем малыш, чтобы под ручку вести. – удовлетворенно хмыкнул демон, когда я перестал сопротивляться.

Он слишком силен. Если может вот так запросто лишить сил, то уж убить меня может играючи. Я бы ещё попытался неожиданно атаковать или убежать, но он просто читает по моей ауре меня самого как открытую книгу, предугадывая любое действие. А ещё не стоит забывать, что такой монстр тут далеко не один, тут целый город эк’ратар.

Мы пошли по улице. Демон шел чуть впереди, но я буквально кожей ощущал его внимание. Выкину снова хоть что-то и уже точно потащит меня просто силой. Ярги я жестом приказал просто затеряться. Его слово призыва я знаю уже давно, тем более нас связывает клятва, так что пусть погуляет пока. Часть моих сбережений храниться у него, сможет некоторое время протянуть и сам. А если со мной случиться что-то совсем уж нехорошее, то сможет стать крестьянином. Вон, а’каот вполне себе живут на территории эк’ратар и горя не знают.

Шли мы минут десять. Остановились у здания, отличающегося от прочих деревянной вывеской над дверью. Прочитать что написано я не смог, скорее всего язык эк’ратар, он полностью отличается от общего, на котором мы говорили с моим… сопровождающим.

Эк’ратар толкнул дверь, и мы вместе зашли внутрь кафе. Ну, скорее трактира. Пол из серого камня, деревянные столы и лавки, за которыми сидят одни высшие, даже обедающие в броне. Стойки с барменом не было, повсюду лишь плавно перемещались серокожие женщины из э’кат в прозрачных одеждах, разносящие подносы с выпивкой и едой.

Мы не останавливаясь прошли сквозь весь зал и поднялись на второй этаж по лестнице. Тут нас встретил коридор с рядами закрытых дверей. Демон уверенно подошел к одной из них почти в самом конце, распахнул и приглашающе повел рукой. Небольшая светлая комната с маленьким окном под высоким потолком. Вдоль трех стен стоят каменные лавки образуя букву П, в центре полированный гранитный стол. Как только мы расселись, внутрь заглянула одна из официанток.

- Две порции рагу из уна, пива и покурить. – бросил эк’ратар.

Низшая демоница с поклоном удалилась, так и не проронив и слова.

- Сейчас поедим. Негоже вести разговоры на голодный желудок. – почти доброжелательно сообщил высший, внимательно рассматривая меня.

Я не отставал, изучая фактического врага. А как ещё назвать взявшего меня в плен демона? Уж точно не приятелем.

Туника не вызывала никакого интереса, просто белая ткань частью крепившаяся на плечо и перетянутая на пояснице широким кожаным ремнем. Наручи прикрывают мускулистые предплечья, на левом скалит клыки неведомая рогатая тварь с мордой похожей на козла. Руки, видимая часть корпуса, шея и половина головы покрыты черными узорами татуировок, иногда переходящих в непонятные буквы, красная кожа чиста от рисунка только на лице. Аура сильная, так и гудит от выставленного на показ могущества, а оба элемента брони попросту сияют от вплавленных туда сотен, а может быть и тысяч душ. Да, я ему точно не противник. Пустыми руками голову может мне скрутить, не поможет тут никакая магия, просто голой демонической силой раздавит.

Тишина для меня была напряженной и тяжелой. Чувствовал себя попавшим в капкан зверем. Даже хуже, тут не получится отгрызть себе лапу и скрыться, охотник вот он, сидит и расслабленно разглядывает меня, непринужденно улыбаясь и время от времени хмыкая себе под нос.

Когда принесли еду я даже обрадовался. Можно себя занять нехитрым делом, отвлечься от мрачных мыслей хоть на пару минут. Нам обоим поставили глубокие керамические тарелки с тушеным мясом и кашей из местного злака, смахивающего на помесь пшеницы, кукурузы и фасоли. Рядом разместились большие кружки с пивом. Черт, в них литра полтора, наверное. Хотя, мы тоже немаленькие – я ростом два метра и тридцать сантиметров сверху, а краснокожий меня даже чуть повыше. В центре стола был водружен кальян. Меня он особо не удивил. Ну кальян и кальян, подумаешь. Тут, похоже, моя судьба решается.

Ребячиться и специально есть медленно, чтобы оттянуть разговор я не стал. Это просто не имеет смысла. Мясо оказалось вкусным, получше назгова уж точно. Почти говядина, только жира меньше. Каша явно была сдобрена салом и специями, ставшей уже привычной пресности не было. Пиво отличное, темное нефильтрованное. Не сиди напротив меня этот черно-красный татуированный лоб, можно было бы даже насладиться местной кухней.

Но вот, прием пищи подошел к концу, пустые тарелки были отодвинуты в сторону. Демон подал мне один из двух шлангов, сам же уже успел глубоко затянуться и выпустить клуб сладкого дыма. Я тоже сделал затяжку, забулькав водой в колбе. Не очень любил в прошлой жизни кальян, но шанс упускать не хотелось – это первое мое курение за последние пару лет. Возможно, и последнее.

- Ну, рассказывай. – благодушно смежил веки эк’ратар.

- Может, сначала хоть представишься?

Страха не было. Все равно сдохну если захочет убить, к чему притворяться покорным или боящимся?

- А, за всей этой суетой даже забыл назвать имя. Прости мою грубость. – искренне извинился демон, повергнув меня в некоторый культурный шок, - Зови меня Цаген.

Цаген. Ладно. Как устроены имена эк’ратар мне рассказал ещё Шахат. Ца – название клана, ген – само имя. По факту можно перефразировать как Ген из клана Ца. Почти что Гена. Только на кого-кого, а на доброго крокодила высший демон совсем не походил, хотя клыки имел порядочные.

- Регис. – посчитал я правильным представиться ещё раз.

- Э, нет. – погрозил мне пальцем Цаген, - Ты хуро. Имя не положено юноше, не сковавшему себе брони.

- Я не эк’ратар! – уже не скрывая своей злости рявкнул, - Понимаешь ты, Цаген, или нет? Я не часть твоего народа. Вообще пришел из Серых Холмов. Просто путешествую, заглянул в Тар-Иг-Эк’ратар и почти сразу натолкнулся на тебя! Хочешь убить? Так давай сразимся, назгов ты хер!

Все, меня это окончательно достало. К черту! Никто не может просто взять меня за шкирку и таскать куда вздумается как щенка малолетнего. Цепь Нингена засияла почти белым раскаленным кнутом, пол и стены растрескались, из них показались шипастые черные лозы с красными прожилками, меня укрыло Мантией демоноборца. Внутри все просто клокотало от ярости.

- Экий ты буйный. И гордый. – Цаген даже не привстал, просто снова забулькал кальяном, набирая в грудь побольше ароматного дыма.

Но то было поверхностное, то что видят глаза. Эк’ратару не нужно было и пальцем шевелить на самом деле. Прямой контроль реальности – вот основа основ всего демонического рода, даруемая нашим подвидом высшей духовной силы. И такой сильный демон мог творить поистине невероятные вещи просто пожелав. Шипастые лозы не осыпались пеплом, не растворились, нет. Они просто перестали быть. Как и Цепь Нингена. Мантия демоноборца вспыхнула, её сдуло как осенний лист порывом урагана. Меня вдавило в каменную лавку, сжало. Шевелить я мог теперь только головой, говорить, но даже руку поднять был не в состоянии. Меня всего заволокло тягучим густым туманом чужого могущества. Пожелает сейчас Цаген: «Умри, Регис» - и я попросту сдохну. Это ужасает. И восхищает. Тоже хочу также.

- Ты мне уже который раз твердишь, что не из народа войны. – ткнул в мою сторону мундштуком кальяна Цаген, - Зачем врешь, хуро?

Я хотел его просто обматерить. Ярость прошла, она мне и не мешает мыслить здраво, но вот жгучая злость никуда не делась. Я… я же просто бессилен. Вообще. Абсолютно беспомощен перед лицом этого демона. Первым порывом было просто оскорбить его. Сказать такие слова, после которых он просто обязан будет меня убить. В плен не хотелось совершенно, это просто на подкорке сидит уже, поселилось там давно и основательно, когда был молодым и зеленым, с калашом в руках и верой в лучшее. «В плен нельзя, там ты тоже умрешь, но после пыток» - просто аксиома. Лучше сдохнуть, прихватив с собой побольше врагов, как бы банально это не звучало.

Но если бы я не мог вовремя отдалиться от эмоций и подумать головой, то закончил бы свои дни отнюдь не в уютном двухэтажном домике с бокалом виски и интересной книжкой в руке. Цаген относится ко мне как к молодому представителю своего вида, кличет хуро, молодым пацаном если переводить с его родного языка. Я похож на эк’ратар, сильно, сам того желал, когда конструировал свой демонический облик, но… черт! В голове зажглась лампочка осознания. Система, мое Ме. Надстройка души реализует накопленную мной энергию для исполнения своих функций, моих пожеланий. Учит заклинаниям, может их улучшать и так далее, используя в том числе ноосферу. Направленная эволюция – плод труда Системы. Что я там желал, ваяя себе новый облик? Быть максимально похожим на эк’ратар, чтобы валится в их общество. Идиот! Вот, что же может быть максимально похожим на эк’ратар? Сами эк’ратар!

Я застонал от осознания свой тупости.

Цаген терпеливо ждал, пуская все новые облака сладкого дыма, которые улетучивались в маленькое вентиляционное окошко под потолком.

Так, нужно говорить только правду. Лож он точно почувствует, её можно определять, видя ауру собеседника. Да, с демонами это намного сложнее, но не для такого сильного и опытного высшего как Цаген.

- Что ты от меня хочешь? – устало произнес я, специально отведя взгляд.

- Узнать с какого это уда молодой эк’ратар не имеет наставника и вообще говорит, что он не принадлежит к народу войны. – как маленькому начал втолковывать мне Цаген, - Объясни мне, хуро.

Последнее было произнесено с явным нажимом. Похоже, терпение собеседника подходит к концу.

- Мои мать и отец мертвы. – правда и только правда, ни намека на лож, - А клана у меня нет.

Если первое Цаген принял спокойно, то второе его заставило попросту замереть, не донеся мундштука кальяна до губ. Он уставился на меня, словно я только что сообщил лауреату Нобелевской премии, что земля плоская, а атом не имеет ядра.

- И ты говоришь… правду? – сам не поверил своим словам эк’ратар, - Ты в это веришь и считаешь абсолютной истиной. – потерянно пробормотал демон, все сильнее рассматривая меня, пронизывая взглядом своих вытянутых красных зрачков насквозь.

Он встал с каменной лавки и заходил взад-вперёд, меряя шагами небольшую комнату.

- Как звали твоих отца и мать? – остановился он и упер в меня требовательный взгляд.

- Не хочу говорить. – вот это слабое место собираемой мной наспех легенды.

Цаген заиграл желваками, стал походить на грозовую тучу. Его демоническая сила стала угнетать, давить, душить.

- Плевать, они не эк’ратар. К чему мне имена каэл’акан? – последнее было произнесено так, что даже я осознал все презрение, вложенное в одно-единственное слово.

- Кто такие каэл’акан? – нужно больше информации, иначе просто посыплюсь на следующих вопросах.

- Ты даже не знаешь истинного языка. – с искренней жалостью посмотрел на меня Цаген.

У меня аж зубы свело от такого отношения.

- Каэл’акан, предавшие учение. Презреннейшие из презреннейших. Выродки, отринувшие наши законы, заветы предков и традиции. Они достойны лишь порицания и смерти. – с перекошенным от ярости лицом поведал Цаген, закипая все сильнее, - Они покинули клан. Ни отец, ни мать не стали для тебя наставником. Ты не знаешь языка, не ведаешь обычаев, пребываешь в неведении кто твои предки, что за кровь течет в твоих жилах! – последнее демон уже просто проревел.

Он шарахнул ногой по гранитному столу и в стену полетел щебень, все здание тряхнуло как при землетрясении.

Дверь распахнулась, за ней было видно целых пятерых эк’ратар, которых возглавляла высока девушка. Все облачены в полные латы, а каждый кусочек тела, в том числе лица, покрыты письменами.

- Что тут происходит, брат? – спокойно, но крайне холодно спросила предводительница делегации.

- Просто вспылил, ничего страшного. Я держу себя в руках, сестра. – ответил Цаген.

Он и вправду чуть поостыл, меня больше не плющило от огромного и яростного давления. Стены перестали трескаться, а я наконец смог сфокусировать поплывший взгляд.

- Хорошо. – скупо кивнула девушка и прикрыла дверь.

- Она и вправду твоя сестра? У нее кожа фиолетовая, а у тебя красная. – нужно срочно отвлечь этого вспыльчивого древнего монстра от тяжких дум.

- Не по крови, по учению. – рассеяно ответил Цаген, - По татуировкам же ясно, все пятеро из клана Ир, а не Ца.

Тут он осекся, наверняка сообразив, что раз уж мне не известен даже язык и самые базовые внутренние традиции, то в их особых портаках я вообще ничего не понимаю.

- Надо что-то делать. – буркнул Цаген, - Это вообще не дело.

Демон ещё раз оценивающе меня осмотрел.

- Ты совсем молодой. Даже не пойму, сколько тебе. Странно. Но меньше века точно, даже, наверное, и пятидесяти нет.

- Сам точно не знаю. – честно признался я, ведь определить мой возраст затруднительно. И вообще, год Земли и год Элут-Ша совершенно разные временные промежутки.

- Плевать. Ты хуро без наставника. А это неприемлемо. – убежденно заявил Цаген, - Я стану тебе наставником.

- А если я не хочу?

Вообще, я не против. Примерно этого я и хотел, идя в Тар-Иг-Эк’ратар. Правда, не таким способом. Но ладно, чего уж тут. А вот границы дозволенного проверить надо.

- А это никого не волнует. – снисходительно пояснил Цаген, с досадой смотря на сломанный кальян, - Ты же хуро, пойми. У тебя вообще нет мнения и голоса, ты полностью под опекой наставника пока не пройдешь ритуал взросления. Вот обзаведешься именем и броней, тогда да, делай что вздумается, главное не нарушай акан’ратар.

Ага, похоже я нежданно негаданно угодил в эдакое рабство. Замечательно. Чертов Шахат, ящерица болотная, почему он не упоминал о таких тонкостях культуры эк’ратар?

- У меня есть имя. Регис. – быть безымянным придатком мне претило.

- Нету. – надавил Цаган, - И это даже не имя, просто набор букв. Вот станешь достоин имени, сам составишь какое хочешь. Хоть Царегис, хоть Цагис.

- Это я получается теперь член клана Ца?

- Младший, молодняк. – кивнул демон.

- И чем занимается клан Ца?

- О глубины Тьмы, ты же даже не знаешь какой клан чем отличается. – простонал Цаген, - Все пошли, ученик. Нас ждет много работы. – решительно заявил краснокожий, распахивая дверь.

Мне оставалось только устало вздохнуть и поплестись следом за… учителем? Ладно, если этот татуированный мне слишком не понравится, а минусы перевесят плюсы, просто ретируюсь как выпадет возможность.

Глава 9

Заселился я в дом Цагена. Каменный двухэтажный особняк с белыми стенами, увитыми плющом. Обстановка в жилище была холостяцкая, мне хорошо знакомая. Чистоту и порядок поддерживали пара слуг из а’каот, но женской руки в этой берлоге не было давно, это сразу видно. Простая надежная мебель, из украшений только различные трофеи в виде черепов и оружия на стенах и полках.

Комнату мне выделили на втором этаже, рядом со спальней Цагена. Аскетичная обстановка меня не смутила – последнее время ночевал я в основном на земле под открытым небом, а тут и кровать, и тумбочка, и стол письменный с креслом. Жить вполне можно.

В доме я провел три дня, Цаген все это время просто отсутствовал. Он вообще особо не беспокоился, просто привел в свой дом, дал пару указаний слугам и свинтил. Правда, перед этим разрушив все мои планы по возможному побегу, который я планировал устроить, если обучение окажется слишком… не таким, с каким можно смириться. Эк’ратар просто перед уходом уведомил, что теперь я честь по чести его ученик, а он мой наставник. И наложил демоническую печать мне на душу, доверительно поведав, что теперь меня может отыскать хоть в другом мере, за Кромкой. Это был сильный удар. Но я его пережил, оправился и отыскал на следующий же день Ярги, передав все свои сбережения. Этого хватит, чтобы раб прожил спокойно в постоялом дворе ближайшие полгода, все-таки некоторая часть куша сорванного Шахатом досталась и мне, за помощь. Светить своим подчиненным перед Цагеном я пока не планировал. Пусть а’каот будет той ниточкой, что сможет вытянуть меня из трясины, если запахнет совсем уж дурно. Правда, нужно разработать новый план побега «на всякий случай». Пока не представляю как низший демон мне может помочь в такой ситуации.

На четвертый день, за завтраком мне компанию составил вернувшийся Цаген. Хотя, его же дом. Компанию скорее я составляю ему. Ну да не важно.

- Это хорошо, что распорядок дня у тебя нормальный. – одобрительно заявил Цаген, допивая третью кружку пива, - По рассвету сподручнее начинать день. Первое время будем заниматься на дому, сначала тебе нужно усвоить много того, что дети впитывают с молоком матери.

Он достал просто из воздуха туго свернутый свиток и бросил его мне. Я подхватил рукопись телекинезом и развернул перед глазами. Такие простые фокусы мне теперь давались совершенно легко, но я до сих пор внутренне каждый раз восхищался всем этим колдовством, таким… обыденным, что ли.

- Тут ничего не понятно. Это язык эк’ратар?

- Да, – кивнул Цаген, - Учи.

- Как?

- Там внизу есть перевод на общий. Его ты хоть знаешь?

Я был без понятия. Устную речь я понимал с самого своего рождения как демона, но вот письменную… тоже оказывается понимал. Свиток был широкий и очень длинный. Тут имелись кроме алфавита и правила построения предложений, и список самых часто используемых слов, и даже несколько небольших рассказов. Целый учебник эк’ратарского языка.

- Знаю. – ответил я.

- Времени тебе пять дней. Я пока доделаю все неотложные дела и после вплотную приступим к твоему обучению.

Я на это лишь поморщился. Цаген сейчас выглядел и вел себя как обычный мужчина, с поправкой на демоническую внешность. Но общался со мной как взрослый с сообразительным подростком. При этом лишний раз провоцировать его не хотелось. Помню, как легко он с головой окунается в свои гнев и ярость. Из этого ученичества можно извлечь немало плюсов, если игнорировать это раздражающее отношение. И в конце концов, в Элут-Ша выжить в одиночку будет сложно, если я не хочу возвращаться в «лягушатник» Серых Холмов. А эк’ратар – отличный вариант, я в Тар-Иг-Эк’ратар и прибыл как раз ради чего-то такого. Но, конечно, в настолько большую зависимость попасть не рассчитывал, тут уж моя недоработка.

Лишь два раза я покидал дом Цагена за следующие пять дней. Навещал Ярги. Демон чувствовал себя потерянно. Для него буквально все было внове. Мне оставалось лишь посоветовать ему найти какую-нибудь работу, так легче будет валится в общество, да и дело себе найдет. Хотя, занятие а’каот себе уже подыскал – квасил с другими низшими демонами в трактире.

Все пять дней я усиленно штудировал подаренный учебник словесности, отвлекаясь лишь на еду и на скромную практику в том же телекинезе и полетах. Ничего глобального, не хотелось привлекать внимания кого-либо, слишком мало оказывается у меня информации о местном обществе. А тут не Серые Холмы, полноценный эк’ратар переломит мне хребет с такой же легкостью как я сейчас могу одолеть кархая. Мне даже понравилась небольшая смена деятельности. Удобная постель, крыша над головой, вкусная еда. Эдакий перерыв. Язык был у эк’ратар слегка мудреный, сложнее того же английского безусловно, но с улучшившейся памятью и прилежанием взрослого сознательного чело... демона за пять суток весь свиток был освоен.

Я как раз заканчивал с ужином, когда прямо у обеденного стола появился Цаген. Туника в двух местах порвана, белая ткань вся набухла уже подсохшей кровью. В руке демон сжимал за волосы отрубленную человеческую голову. С обрубка шеи текла кровь.

- Повесишь в малой гостиной, в том пустом углу. – отдал эк’ратар трофей подбежавшему слуге.

Щелчок пальцами и туника сменилась на новую, свежую. Цаген тоже перестал походить на любителя ванн в томатном соке, черные линии татуировок опять стали видны, как и буквы эк’ратарского, выбитые на каждом свободном клочке кожи.

- Времени и так много потеряно впустую, пошли. – нетерпеливо обратился ко мне эк’ратар.

Два широких шага и мне на плечо упала тяжелая рука. Мир преобразился. Мелькнула непонятная серость, потом вспыхнул на секунду красный свет и вот, мы уже стоим на зеленой поляне, в окружении древних дубов. В нос ударила сырость прелой листвы, неподалеку послышалось журчание ручья, с ближайших веток вспорхнули зачирикавшие птички. Дышать стало приятнее. Будто ходил жарким летом в бушлате, а потом наконец скинул, вздохнул полной грудью и занырнул в глубокое прохладное озеро.

- Это не Элут-Ша? – вопрос был несколько глупым, я уже видел сквозь могучие зеленые кроны голубое небо.

- Нет. Просто безымянный мир смертных, они тут примерно на таком же уровне развития как дикие племена Серых Холмов. – ответил Цаген, усевшись на большой замшелый валун и блаженно потянувшись. В руке у татуированного краснокожего тут же появилась кружка с пивом.

- Я думал, демоны могут являться только по призыву смертных, иначе можно получить трепку от богов. – я присел на соседний камень, пониже, но зато более удобный.

- Мы можем ходить там, где захотим и делать что угодно. – фыркнул на такое Цаген, - Просто да, стараемся блюсти договоренности со Светлыми мирами. Элут-Ша не слишком могучий мир, мы не одолеем в конфронтации даже трех не особо сильных богов, а эти трусы всегда сбиваются в большие пантеоны. Проще всего если законный обитатель мира сам призовет нас, тогда мы можем творить что заблагорассудится. Но то другие демоны, не эк’ратар.

- И чем же отличается в этом плане народ войны?

- Наш народ. – строго поправил Цаген, - Мы воины. Иногда охотники. Смертные призывают нас не чтобы за ночь возвести прекрасный дворец или научить могучей магии. Мы ведем войну. Чудовища, другие демоны, сильные маги, армии смертных. Их мы уничтожаем, жнем души, да ещё за это чаще всего получаем отдельную плату от призвавшего.

Цаген в три глотка опорожнил литра полтора пива, утер пену с губ и выбросил кружку, которая развеялась ещё в полете.

- Но да ладно, вопросы будешь задавать потом. Сейчас внимательно слушай. Некоторые наставники перво-наперво учат молодых хуро и хуари акан’ратар. Но я считаю это не слишком правильным, потому сначала поведаю тебе о мироздании в целом, месте демонов в нем и почему наши далекие предки высекли в вечности для народа войны учение. Зачем учить акан’ратар того, кто не понимает в чем смысл, к чему ему принимать сердцем наши законы и следовать им? – задал риторический вопрос Цаген.

Я разместился на камне поудобнее, уже поняв, что беседа предстоит долгая. Цаген же, сделав небольшую паузу, заговорил:

- Существует множество миров, бесконечная прорва. Некоторые появляются из Хаоса сами. Из Первозданного и Переменчивого иногда бьют… гейзеры, если можно так выразиться. Так рождаются Темные и Светлые миры, напоенные одной из первостихий. Но их могут создавать и боги, хотя делают они это реже. Соседствовать друг с другом такие миры не могут, Тьма и Свет в чистом своем проявлении самоуничтожаются при соприкосновении. Но большинство обитаемых миров, конечно, творят боги. Эти всесильные ублюдки, думающие, что они самые главные просто потому что, – на этих словах Цаген скривился, будто припомнил что-то крайне омерзительное, - Творят они самое разное, но часто пользуются шаблонами. Будто крестьяне, заливающие в форму глину и лепящие кирпичи. Так намного проще, как мне кажется. Точно не знаю, я не бог и этим очень доволен. – заключил Цаген, - Мы, демоны, лучшее что есть во всех мирах. А эк’ратар одни из лучших представителей демонического рода и сейчас ты сам это поймешь, мой юный ученик.

Цаген сделал театральную паузу, прищелкнул пальцами и с удовольствием ополовинил новую кружку с пивом.

- Бессмертные отличаются от смертных наличием Восьмой оболочки души. Мы можем жить бесконечно долго. В теории. Так-то нас тоже можно убить, хоть мы и не такие хрупкие как смертные, которые сдохнуть могут по любому поводу. Вон, один раз лично был свидетелем, как человек выпил что-то не то, заболел, это передалось другим смертным и так вымерло полгорода. Двадцать тысяч человеков сдохли просто из-за стакана нечистой воды! – поделился со мной Цаген «забавной» историей, - Восьмая оболочка может основываться на самых различных видах духовной энергии или первостихиях. Мы, демоны, полны Тьмы. Наше могущество растет, когда мы поглощаем души, точнее ба-хионь, выделяемую ими. В этом мы схожи с богами. Боги тоже нуждаются в ба-хионь, только вот они ею как бы «дышат», просто поддерживают ею свое состояние, мы же ею множим свое могущество. Низшие могут только жрать души, единовременно высвобождать много ба-хионь, тем самым уничтожая все оболочки души кроме нерушимого Атмана, ядра, что уходит на перерождение. Мы действуем намного эффективнее. Тянем из душ по чуть-чуть, зато они хранятся тысячелетиями. Это намного эффективнее. – стукнул друг о друга своими наручами высший, - На самом деле разумные демоны в мышлении отличаются от смертных не так уж и сильно, это доказал в своем философском трактате ещё патриарх Цаарх. – резковато сменил тему эк’ратар, - Если говорить о плотских демонах, имеющих материальное тело, то мы тоже любим всевозможные удовольствия: спим, хотя в том не нуждаемся, дышим, ценим вкусную пищу, занимаемся любовью и прочее. Если всего этого не делать, то ты слишком отдалишься от материального и превратишься в духа. Тоже демона, но бесплотного. Как бы тебе так доходчиво объяснить отличие смертных от нас. – задумчиво поболтал оставшимся на дне пивом наставник, - А, вот, вспомнил! Внимай мудрости древних, ученик, вот что писал о том великий мыслитель и военачальник Цаарх: «Смертные по природе своей больше склонны к такому понятию как зло, нежели добро. Так они именуют действия во благо свое, нежели свершения альтруистичные, направленные к благополучию всего смертного рода в целом. То есть можно провести прямую аналогию с эгоистичностью демонов и альтруистичностью небожителей в их подавляющем большинстве. Но на более высоких этапах развития почти все разумные предпочитают организовывать общественные объединения такие как племена, королевства, империи. Ибо без племени далеко не уйдешь. Эту простую истину понимают даже ничтожные по сути своей эк’лик. Но если всяк разумный будет стремится удовлетворить только себя, даже если это вредит его сородичам, то общество быстро развалится. Именно посему необходимы законы и их поддержание, традиции и правильное воспитание. Воистину велики древние эк’ратар написавшие акан’ратар, ибо без учения все мы были бы лишь ничтожными дикарями, режущими друг друга…».

Цаген сделал небольшую паузу, давая мне впитать мудрость древних.

- С рождения смертные окружены всякими законами, обычаями, правилами. Им с детства объясняют, что такое хорошо, а что такое плохо в скудном понимании их родителей. Мы же отличаемся тем, что у нас есть Восьмая оболочка души, состоящая из Тьмы. Это дарует огромное могущество. Вечную жизнь. Ты должно быть чувствуешь, как и все мы, эту захватывающую разум силу. Власть над самой реальностью. – Цаген протянул руку и из нее выстрелил настоящий луч гудящей плазмы, пропахавший сотню метров вглубь леса, просто испепелив деревья и землю, - Над нами нет никаких оков морали и прочей шелухи. Твори что вздумается, – оскалил клыки высший демон, - Многие обитатели Темных миров так и поступают. Просто из скуки могут пытать первого встречного или вторгнуться в какой мирок ради жатвы душ. Никаких ограничений, кроме более сильных существ. Это, конечно, немного ставит в рамки, если ты не совсем дикий и тупой, но по большому счету демоны и вправду воистину свободны по сравнению со смертными, сильны и бессмертны. От того многие и считают нас самим злом во плоти. На самом деле, если случайный смертный вдруг заполучит такую же власть, такую же силу… он скорее всего будет вести себя примерно так же. Они просто ничтожны, их может убить почти что угодно, и они вынуждены себя из-за этого ограничивать в своих желаниях намного сильнее.

Было видно, что Цаген не очень опытен в преподавании. Мысли его скакали, он то и дело отклонялся от темы, а сейчас вообще сделал паузу. Я решил немного помочь:

- Ты говорил, что эк’ратар отличаются от множества демонов в лучшую сторону.

- Да, точно. – хлопнул кулаком по раскрытой ладони Цаген, - У нас есть акан’ратар, собственно. Очень немногие демоны следуют хоть каким-то законам, кроме закона силы. Относительный порядок есть в городах Владык только от того, что им нужны высшие и низшие. Они, Владыки, не дают своим поданным окончательно скатится в кровавую вакханалию. Иначе бы Элут-Ша был бы похож на множество прочих, ничем не выдающихся Темных миров, которые утопают в крови вечных войн внутри себя. Мы же намного лучше всех этих ублюдков, готовых убивать братьев и сородичей по расе. Мы давно осознали, что эффективнее и логичнее держатся вместе, дабы выживать при конфликтах с более сильными. Вот взять тот же Болотный лес. Если я пойду и просто так порублю на куски нескольких высших, другие даже обрадуются устранению конкурентов. Но если какой ублюдок попробует провернуть такое в Тар-Иг-Эк’ратар… - Цаген кровожадно и многообещающе оскалился, - Вот почему народ войны жив и независим, вот почему даже Владыки признали эк’ратар равными себе. Мы готовы умереть ради своих, ведь племя превыше всего. Таково учение войны.

- Я думал, это из-за Венца Возмездия властители Элут-Ша включили нас в Договор.

- Венец Возмездия требует очень много душ. Сильных. До сих пор их там недостаточно. Если снова придется к нему прибегнуть, часть эк’ратар отдадут свои жизни. И мы готовы пойти на это ради выживания остальных. И Владыки это знают. – немного помрачнел Цаген, - Будь мы жалкими и ничтожными трусами, трясущимися каждый сам за себя, нас давно бы подчинили или истребили. Акан’ратар делает народ войны истинными воинами, ибо учение есть столп, на котором зиждется наше могущество, наше единство. Наша свобода и выживание.

Я невольно начал кивать в такт словам Цагена. Если я все правильно понял, то общество эк’ратар намного лучше организовано, если брать в пример тех же а’каот и э’кат. Да и из прочтенных книг, описывающих эту вселенную, я помнил примеры других Темных миров, достигших процветания. Там и вправду основа основ – бей чужих, а не своих. Хоть и с некоторыми оговорками. Эк’ратар пошли даже чуточку дальше, им не чужда даже жертвенность во благо остальных. Черт, они в этом несколько похожи на небожителей своей готовностью отдать жизнь. Правда, эк’ратар те ещё фанатики войны и резни, кровавой волной не раз захлестывающие целые города и государства. Только среди своих они неплохие парни, это я уже успел узнать от Ярги, который взял в привычку квасить в трактире с другими низшими, много знающими о своих господах.

- Теперь же я расскажу тебе акан’ратар. Слушай внимательно и старайся понять разумом буквы заветов, а сердцем принять их дух.

Небо уже нарядилось яркими алыми облаками, когда Цаген окончил свой монолог, а я попытался подвести ему итог.

Основных догматов было всего несколько, но они имели уйму толкований, из них вытекали другие законы и обычаи, которых было довольно много.

Нет ничего превыше племени. Да, именно вот так. Словно писалось для дикарей наподобие племен а’каот. Хотя, кто знает? Возможно, так и есть. Из этого проистекали преданность клану, обязанность воспитывать своего ребенка в духе эк’ратар и принятие на себя ноши наставника, если родные отец и мать чада мертвы.

Носить броню и нести войну. Тут было сразу несколько смыслов, до некоторых я дошел далеко не сразу, приходилось уточнять. С броней было все понятно – эк’ратар так издревле запасают души, хранят их в своих доспехах. Это важно. Если простой высший демон умрет, то все удерживаемые им души развеяться, уйдут. Но вот заключенные, в данном случае в броню, могут перейти по наследству. То есть народ войны, в общем и целом, ослабнет не так сильно от потери одного из членов, а вот для того же Болотного леса смерть высшего крайне болезненная утрата. Нести войну в акан’ратар толковалось как заниматься только этой стезей. Никакой подленькой торговли, интриг и прочего. Это развращает, делает слабыми и ничтожными. По крайней мере по мнению авторов акан’ратар. Ну а чуть скрытый смысл – эта заповедь идет второй. То есть сначала нужно позаботиться о племени, продолжить род, дабы восполнить убыль воинов, а уже потом вести войну. Правда, это уже касалось кланов и общества эк’ратар в целом, а не отдельных индивидов. Хватало холостяков, хоть их было довольно мало, и они часто брали учеников, компенсируя свое не совсем сознательное поведение.

Храни культуру. Тоже интересный момент. Эк’ратар очень берегли свои обычаи, традиции и конечно же акан’ратар. Отвергнуть учение вообще считалось страшнейшим из преступлений, наравне с трусостью. Но была ещё небольшая заковыка, наверняка приписанная уже позже – можно распространять акан’ратар среди всякого достойного. То есть чтобы быть эк’ратар не обязательно родится в клане, могут принять демона и со стороны. Хотя, к крови тоже относились очень бережно, всеми силами стараясь сохранить её чистоту. И тут уже не совсем даже расизм и прочее, вместе с кровью по наследству передается и сила характерная для определенной расы демонов. К тому же, смески часто оказываются бесплодными, а это напрямую нарушает правило о продолжении рода и заботе о племени. В общем, тут уже несколько скользкая тема.

Чти старших. Тут не имеется в виду именно более древних представителей вида. Речь идет о иерархии. Эк’ратар довольно свободолюбивый народ, при этом все замешивается на демоническую кровь и необходимость дисциплины среди этого народа воинов. Это все вылилось в главенство права сильного с элементами демократии, как бы странно это не звучало. Патриархом мог стать любой член клана. При этом запрещалось именно просто свергнуть нынешнего, стать главой клана просто потому, что ты сильнее. Уйти с поста нынешний патриарх, он же аку, может строго по двум причинам – смерть и выражение недовольства всех поголовно членов клана. Целых восемьдесят процентов должно выступить против нынешнего лидера. Плюс имеется приписка, что такой вот вотум недоверия может быть вынесен только если на данный момент, не идут масштабные боевые действия. Мелкие никогда не прекращаются. Из этого кстати проистекает и повиновение признанным лидерам похода и Аку-Ма’Ра.

Один член народа не должен лить кровь другого без особой нужды. Ну, в принципе и без толкования все понятно. Смертельные дуэли крайне редки между эк’ратар, войн кланов между собой вообще никогда не было, тут это лишь на пол шишечки менее страшный грех, нежели отвергнуть акан’ратар.

- Вижу, не все мило тебе из сказанного мною. Пусть так. – пыхнул дымом кальяна Цаген, - У нас ещё много времени. Ты все поймешь сам.

Усталости на удивление не чувствовалось. Никогда не был особо старательным студентом, хоть и мог проявить усидчивость. Не хотелось ни есть, ни спать. Даже ноги не затекли, а ведь несколько часов к ряду я просто сидел на голом камне.

- Пойдем, поохотимся. – это предложение наставника мне пришлось по душе.

Охота, правда, была крайне скучной. Никаких сильных монстров в этом безымянном мире не водилось. Под кронами многовековых дубов нам попался только молодой вепрь, которого мы без труда догнали, даже не разгоняясь что есть силы. Затравленно верещащему свину хватило одного-единственного удара в голову, чтобы череп с содержимым расплескался по прошлогодней опавшей листве.

- Соизмерять силы я тебя тоже научу. – пообещал Цаген, с лёгкостью взвалив тушу на плечо.

Идиллия нетронутого, первозданного леса вселяла в сердце радость и покой. Весело трещали сухие опавшие ветки в костре, пуская к ночному небу искры, что смешивались с мириадами незнакомых, чужих звезд. Запах прелой листвы перемешался с дымом костра и капающего жиром кабаньего окорока. Неподалеку журчал глубокий чистый ручей, из которого я уже успел напиться свежей холодной воды. Цаген привалился могучей спиной к вековому дубу и вырезал ножом из срубленной ветки деревянную игрушку, в ней уже проступали черты ощерившегося пса.

Вдруг эк’ратар напрягся. Будто прислушался к чему-то, замер с прикрытыми глазами. Нож отправился в ножны пояса, недоделанная игрушка полетела в костер, а ко мне протянулась увитая мускулами рука.

- Хватайся. – приказным тоном потребовал Цаген.

Спорить я не стал. Камуфляж был скинут с плеч будто пять жизней назад, но приказ командира – это приказ командира.

Мы опять провалились в серое ничто. Вокруг вздыбились серые туманы всевозможных оттенков, которые пропали стоило нам сделать единственный шаг. Теперь мы словно зависли над землей. Вокруг стояли ничем не выделяющиеся двухэтажные домики из камня и дерева, с черепичных крыш лилась вода, на улице царил день, но солнце затянули тяжелые свинцовые тучи. То и дело мелькали молнии разыгравшийся грозы.

Ни звуков, ни запахов. Мы зависли бесплотными тенями, капли дождя прошивали нас насквозь, падая в грязь узкой улочки.

- Готовься, сейчас начнется. – голос Цагена прозвучал прямо в голове, он даже губами не шевельнул.

Эк’ратар оказался прав. Буквально через секунду нас потянуло, мы переместились со скоростью пули на две улицы вбок и оказались в чьем-то доме. Под ногами вспыхнула пентаграмма, задымились и сгорели установленные на лучах пятиконечной звезды приятно пахнущие благовония.

Напротив нас стоял всклоченный старик очень преклонных лет. В руке он сжимал кривой нож, только что перерезавший горло ни то гоблина, ни то ещё какого уродца, но явно бывшего разумным, вон, даже одежда есть. Призвавший нас маг был одет лишь в накинутую на голое тело мантию, расшитую десятками серебристых рун. Седая борода вздыблена, словно старца ударило током, сальные волосы беспорядочными лохмами ниспадают на плечи, затравленный взгляд уперся в нас, но все время косил на дверь за нашими спинами в которую с грохотом и матами ломится целая толпа, судя по шуму. Крепкая дверь вот-вот сорвется с петель, вон, мелькнуло лезвие топора, ещё, ещё…

- Убейте тут всех. – с ненавистью выплюнул старик.

Он зажмурился, вскинул руки и все руны на мантии разом вспыхнули. Мантия опала пеплом, к потолку устремилась одинокая сизая струйка дыма и в комнате остались лишь мы вдвоем. Если, конечно, не считать труп с перерезанным горлом.

- И как этот идиот… - начал было Цаген, но тут его взгляд опустился вниз, к пентаграмме, - Понятно.

Ручей крови добрался до начерченного мелом круга и окрасил белый порошок в красный. Лопнул невидимый мыльный пузырь, я это буквально загривком ощутил. Мы одновременно сделали шаг, переступив невидимую черту.

Заискрилась дубовая дверь, на ней проступили все те же непонятные закорючки, засветившиеся серебром. Из щелей ударили языки пламени, да под таким напором, что дерево на глазах стало превращаться в угли.

- Такие вызовы тоже бывают. Почти без условий. У смертного было очень мало времени, и он просто бросил зов, указав только название нашего мира и вид демона, что желал увидеть. Приоткрыл дверь в свой собственный мир, пригласил на вольный пир. – Цаген был спокоен.

Стоящий рядом краснокожий демон пристукнул друг о друга наручи. На металле стали проступать десятки маленьких морд и лиц с распахнутыми в беззвучном крике ртами.

- Я чувствую там двух довольно сильных магов. Возьми на себя всех остальных. – скучающе приказал эк’ратар, без всякого интереса осматривая картину, висящую в этом просторном коридоре. Под взглядом демона портрет хозяина дома почернел, его изрезали багровые трещины, лишь тяжелая золотая рама осталась целой.

Послышался особо сильный удар, почерневшая древесина вспучилась и взорвалась целым сонмом щепок и обломков. Несколько из них ударилось о мою серую кожу, но лишь бессильно отскочили. Боли не было вовсе.

- Азериус, подлый ты чернокнижник! Именем Великой Башни, ты заведомо осужден на смерть! – грохнул громогласный глас и внутрь прихожей ввалилась целая толпа.

Два седобородых старца в зеленых мантиях, одна миловидная русоволосая девушка в расшитом золотом алом плаще и добрая дюжина закованных в полные латы рыцарей в серебряных пущах.

- Демоны. – прошипел один из стариков, вскидывая посох.

Кристалл на навершии замерцал и вокруг всей делегации появился почти полностью прозрачный барьер, с каждым мигом вбирающий все больше маны из явно необычного посоха.

- Я таких не знаю. – напряженно прошамкал второй, чьи глаз затянули бельма катаракты.

Но я не обманывался внешним обликом. Оба в аурном зрении так и пылали мощью. Потянут даже на Шахата. Полностью обессиленного и без его черепушек набитых душами.

- Отвечайте, где Азериус, отродья Тьмы, иначе мы вас уничтожим. – грозно произнесла девушка, уже наполовину обнажив меч, чье лезвие было полупрозрачным кристаллом.

- Знаешь, ученик, давай-ка ты сам. Убей тут всех. Вот, сборщик душ. – Цаген не обратил и доли внимания на вошедших, он все также продолжал смотреть на портрет призвавшего нас мага, лишь отвлёкся на секунду бросив мне медальон, тут же мной надетый мной на шею, - А я пока заберу плату. – зловеще оскалился демон и протянул руку к картине, растворяясь в воздухе.

Мне было плевать на этих людей. Я видел их ауры – среди них нет великих праведников или детей. Моя совесть будет чиста, гейс на душе даже не дрогнет.

Пламя в груди заревело боевым горном, по венам потекла лава, в руке вспыхнул кнут. Цепь Нингена – противодемоническое заклинание. Но какое мне до этого дело? Просто побольше собственной демонической силы, ещё больше желания нести смерть и выжигать, сковывать.

- Умри! – слепой маг скрючил пальцы, в меня полетело первое заклинание.

Мир вспух и затрещал, воздух загорелся, в уши ввинтился треск молний и гром каменных перекатов. Маги обрушили на меня всю свою силу, молодая девушка с огромной скоростью ринулась с занесенным мечом и за ней последовали рыцари.

Я двигался даже быстрее воинов и их предводительницы. Для меня они будто замедлились, сам же я остался в «нормальном» скоростном режиме.

Вот, аура мага опять вспыхнула, он послал в меня новую горящую зеленым пламенем сеть, которую с лёгкостью рассек пылающий кнут. В спину ударила каменная пика, заставив лишь пошатнуться. Выхваченным кукри отбиваю полупрозрачный меч и пинком отправляю девицу в стену.

Черные шипастые лозы вырвались из стен, потолка и пола, ударили в барьер седобородого с посохом и тот затрещал, стал продавливаться.

Сразу три меча ударили мне в тело, один даже дотянулся до лица… но даже не оцарапал. Простые смертные игрушки высшему демону не помеха. Моя рука мелькнула очень быстро. Я почти не почувствовал сопротивления. Три сломанных тела кусками покорёженного железа и фарша рухнули на пол.

Нужно больше маневра.

Я даже не стал пробиваться сквозь магов. Просто ломанулся тараном вбок, к проходу, снеся с ног ещё одного рыцаря.

Ага, вот и окно. Со звоном стекло посыпалось на грязные камни мостовой, я приземлился прямо в лужу. По телу тут же застучали приятные прохладные капли дождя, мелькнула на темном небе новая вспышка молнии.

- За ним! – послышался уже знакомый девичий голос.

Я и так не собирался никуда убегать.

Проход в особняк был совсем рядом, маги только успели развернуться к выходу, как на их барьер снова обрушился я.

Цепь Нингена и Казнь зла тут бесполезны. Я просто напитал энергией кулаки и вломил со всей силы. Ещё раз. Ещё. Кристалл в посохе лопнул, осколки посекли лицо слепого старца и тот с криком стал падать на пол, я же шагнул ко второму.

Маг опять бросил в меня свою пылающую зеленым огнем сеть, за ней тут же последовал удар молнией. Огненный кнут разрубил сразу оба заклинания, развеял и заставил сгореть.

- Сдохни! – проревел старик в мантии и сорвал с шеи маленький белый кристалл, бросив прямо в меня.

Медальон вспыхнул в полете и залил все светом. Нет, не так. Заполонил все Светом!

Я сразу почувствовал враждебную первостихию. Меня будто разом сварило, зажарило и окатило прохладной целебной волной. Глаза, легкие, кожа. Все буквально пульсировало болью.

Я заревел. Ориентироваться по аурам мешала разлитая везде благодать, но я все-таки видел. Позабылись и заклинания, и кукри. Я просто бросился вперед и стал бить, рвать и кромсать.

Вот, потухла аура бросившего кристалл старика. Под пяткой ноги захрустел и хлюпнул череп второго, создавшего тот сильный барьер. Рыцари стали обычными грушами для битья, они умирали от одного удара, их броня мялась как фольга.

С криком бросилась на меня русоволосая девица. Я уже снова мог видеть, хоть и очень плохо. Полупрозрачный меч взрезал кожу подставленной под удар руки, но даже не смог добраться до кости. Я просто вырвал клинок из рук, а саму девицу снова отправил в полет до ближайшей стены. Её аж светящаяся от вложенной магии броня выдержала, а вот хозяйка вырубилась на этот раз надежно, грохнувшись затылком о камень.

- Хуро, ты тут закончил? – уточнил Цаген.

Эк’ратар появился из воздуха чуть в стороне. Единственный выживший рыцарь упал на пол уже без головы. Цаген просто снес её ребром ладони.

- Да. – я тяжело дышал, все лицо и грудь болели, перед глазами плыло, ориентировался я больше по аурам.

- Как тебя так смогли потрепать парочка смертных ничтожеств? – неприятно удивился высший демон, - Ты настолько слаб? – голос так и отдавал холодом и ноткой презрения.

- Нет. Кристалл со Светом. – коротко ответил я, пытаясь своей демонической силой ускорить регенерацию.

- Необычно. – только и сказал наставник, - Девица ещё жива, кстати.

- Я тут закончил. – с нажимом повторил, срывая с шеи сборщик душ и бросая его Цагену.

- А это уже мне решать, хуро.

Мне не удалось даже одернуться. Только вздрогнул в последний момент, а в следующий миг уже валялся на полу. В соседней комнате. Моим телом просто проломило стену, настолько был силен удар Цагена. Раскрошенные зубы изрезали лопнувшие губы, в голове зашумело. Рядом послышался треск, аурное зрение прекрасно показало. Цаген сжал ладонь на голове девушки и лопнул череп как воздушный мячик, душа тут же втянулась в одну из пастей на наручах эк’ратар.

- Похоже, тебе нужен урок послушания, хуро. Все-таки ты вырос не среди своих сородичей. Многого ещё не понимаешь. – задумчиво обронил Цаген, шагая ко мне.

Глава 10

Ворон приземлился прямо на плечо, впившись когтями в плоть. Умный черный глаз заглянул мне в душу, противное карканье ввинтилось в уши. Перебрав когтистыми лапками, птица подобралась поближе к лицу.

- Прочь. – прохрипел я, дернувшись всем телом.

Цепи зазвенели, натянулись, я еле смог пошевелится.

- Кар! – загнутый клюв впился прямо мне в глаз.

Боль была нестерпимой. Три удара и гадкое пернатое создание вырвало мне глаз, проглотило и принялось терзать щеку.

Раньше я считал, что терпеть боль я научился. Принятие гейса, противного моей сути было нестерпимой пыткой, по сравнению с которой все что было в моей жизни до того злосчастного мига показалось детским лепетом. Но нет. Неделю назад какой-то маг смог подарить мне целую палитру мучений могучим освященным талисманом, ранив самим Светом. Но наставник решил мне преподнести урок, наказать. И этот урок я уж точно запомню на всю жизнь.

Мы вернулись в тот же мир, где уже почти зажарили кабанчика. Когда мне добавили сверх всего прочего несколько переломов, я уже было решил, что все. Это и есть наказание. О, как же я ошибался. Цаген сумел причинить муки похуже. Вот уже неделю как я скован цепями, а к груди прибита гвоздями освященная железная пластина с ликом неизвестного мне божества. Регенерация замедлилась, демоническая сила практически полностью заблокирована. К дубу эк’ратар прибил меня тоже гвоздями, потратив ровно тридцать пять длинных и толстых кусков металла, явно тоже необычного. Переломы, в том числе открытые, ожоги от благодати, срезанные пласты кожи и тупые животные. Демон до кучи облил меня какой-то гадостью, приглушив мою ауру, чтоб обычное зверье не боялось. И вот, мне уже во второй раз выклевали глаза, а ноги обглоданы по колено – вчера заглянули «на огонек» несколько мелких волков. От того, что они мелкие, моим ногам легче не стало.

Тупая птица свалилась с плеча через пару минут, упала прямо к трем другим черным тушкам, в которых уже копались личинки. Лапка дернулась пару раз и пернатый затих. Жрать демоническое мясо – очень вредно для желудка простых животных. Уверен, волки после того вчерашнего обеда тоже убежали не далеко.

По щекам и груди капала тягучая горячая кровь, обглоданные ноги, к счастью, кровоточить уже перестали. Я устал даже хрипеть. Просто тихо стонал от боли, проклиная Цагена и свой порыв не убивать ту девчонку. Хотя, нет. К черту. Захотел не убивать – и не убил. Пошел этот ублюдок к назгу в зловонную пасть.

- Урок усвоен? – раздался вопрос.

Я даже не почувствовал появления Цагена. Слишком устал. Слишком больно.

- Какой из? – тихо прошептал я.

Громко говорить тоже было мучительно, несколько гвоздей засели в груди.

- Оу. Я давал их несколько? – холодный голос приблизился.

Клубок чернейшей злобы в моей груди шевельнулся, скрутился. Дай только волю. Дай только дотянуться, ублюдок…

- Что я приказал тебе, ученик? Что приказал тебе твой командир, хуро?! – рявкнул мне прямо в ухо Цаген.

Я промолчал.

Минута. После минуты молчания терпение Цагена лопнуло и мне в грудь прилетел новый удар. Ещё один. Ребра треснули, рот наполнился кровью, и я закашлялся, сотрясая цепи и причиняя себе ещё больше боли от зашевелившихся в ранах гвоздей.

- Убить всех. Таков договор, таков был мой приказ тебе! – шипел Цаген, - И ты ослушался. Посмел даже перечить.

Новый удар был ещё болезненней, кажется, это хрустнул мой левый локоть.

- Это неприемлемо. Ты хуро, мальчишка. И ты обязан подчинятся своему наставнику, мне. – продолжал вспыльчивый Цаген, - Это акан’ратар. Заботься о племени. Как ты сможешь заботится о племени, вести войну, если не можешь даже следовать приказу?

- Её душа так важна? Это доблестная битва? Убить девчушку, которой и тридцати нет? – прохрипел я, пытаясь кричать. Вышло откровенно жалко.

- Ей было пятьдесят восемь. Читать ауры тебя тоже надо научить. – обронил Цаген, - Ты не усвоил урок?

- Катись назгу в зад.

Эк’ратар промолчал. А через некоторое время я понял, что тот просто ушел. Я зашелся в булькающем, диком и ужасно болезненном хохоте. Этот ублюдок просто ушел. Просто ушел!

Я закричал, ринулся всем телом, цепи натянулись, шляпки гвоздей впились в плоть и от боли сознание померкло.

Дни тянулись медленно. Каждую минуту, каждую секунду я ощущал всем своим естеством и проклинал. Зрение вернулось на вторые сутки, на ногах мясо и кожа наросли через двадцать дней. Я просто висел на дереве, прибитый гвоздями и ослабленный, абсолютно каждое мгновение мучаясь от дыр в теле. Но боль поутихла. Раны затянулись, кости срослись. Остались лишь гвозди и цепи. Звери уже не приближались ко мне на пушечный выстрел – зелье прекратило свое действие и теперь я во всю шибал скверной. Это в Темном мире все пронизано Тьмой. Тут же даже трава завяла, кора дуба усохла и растрескалась, а на месте лужи моей крови и вовсе образовалась мерзкая проплешина, на которой выросла целая связка белесых зловонных грибов. Животные просто боялись приближаться, они даже лучше людей ощущают скверну. Откуда я это знаю? Черт его знает. Мысли текут медленно и бессвязно, боль никуда не отступает.

- Урок усвоен? – из ниоткуда шагнул Цаген, прихлебывая пиво из своей большой кружки.

Отвечать не было никакого желания. Просто плюнул ему под ноги, одним взглядом обещая муки во сто крат сильнее.

Цаген от чего-то улыбнулся. А через мгновение меня захлестнула не боль и даже не Боль с большой буквы. Квинтэссенция мучения.

Когда высший демон ушел, от меня остались лишь руки и туловище, да и на тех не хватало некоторых мышц, сухожилий и кусков кожи. Тело все было обмотано каким-то шипастым растением, по прочности похожим на стальную проволоку.

Регенерация на этот раз не принесла и капли облегчения мук. Когда мясо и кожа нарастали, кости вставали на место и ноги вновь отрастали, становилось как бы не хуже. Поганая лоза, схожая с колючей проволокой, врезалась шипами и врастала внутрь, добавив новый вид боли к не заживающим дырам от гвоздей.

Я не умел терпеть пытки. Откуда бы такие навыки? Зато ненависти и злости мне было теперь не занимать, они дополнили упертость, иногда переходящую в упоротость. Игнорировать вбитые гвозди и вросшие колючки было невозможно. Но за почти месяц я научился чуть отдалятся. Быть выше плоти. Просто на память «перечитывал» книги, хрипел песни. Старался как можно сильнее отвлечься, перестать обращать внимание, не терпеть, но просто перестать замечать.

- Урок усвоен?

Цаген стоял напротив, внимательно осматривая меня. Будто холст знаменитого художника, словно пытаясь найти потаенный смысл.

Мою тираду он не дослушал, просто вырвав мне челюсть, тут же остановив кровь запечатав рану огнем. А я ведь так долго продумывал ответ, так долго подбирал ругательства…

Вновь оставив от меня лишь обрубок, эк’ратар исчез. На этот раз надолго.

Вернулся Цаген только через полгода.

- Приставь ко мне а’каота. Пусть время от времени пытает, зачем тебе отвлекаться самому? – встретил я его насмешливой улыбкой.

Освободится не вышло. С этой пластиной, прибитой к груди, я был слабее даже обычного человека. Но боль… боль осталась. Но мне на нее уже было плевать.

- Я честно пытался научить тебя. – задумчиво склонил голову набок эк’ратар, смотря на меня своими вытянутыми алыми зрачками, - И вот, научил.

- Чему?! – рявкнул я, подаваясь вперед.

Кровь снова засочилась, капая со шляпок гвоздей, набухая упругими алыми шариками на вросшей в плоть лозе.

- Игнорировать боль. – одними уголками губ улыбнулся Цаген, - Этот урок ты усвоил. А вот с пониманием акан’ратар у тебя проблемы.

По щелчку пальцев высшего демона цепи осыпались ржавой трухой, гвозди исчезли, как и лоза. Ослабляющая пластина железа, прибитая до этого момента к моей груди, просто упала на давно сгнившую траву.

Я ринулся в бой молча, без разговоров. Ненависть так и клокотала в груди, распаляясь с каждой секундой все сильнее.

Удар в лицо Цаген отвел хлопком ладони. Пинок в колено он встретил своим, отбив мне ногу.

Вокруг нас из земли вырвался целый лес шипастых лоз, Цепь Нингена обхватила ублюдка за шею.

Огненный бич распался на мириады искр под насмешливым взором демона, лозы обратились в пыль от одного хлопка в ладоши.

Мне в грудь прилетел удар. Простой такой, даже слабенький на вид. Но внутри все затрещало, кости смялись, осколки ребер пропороли кожу. Я кубарем прокатился по земле, врезавшись в злосчастный дуб.

- Слабо! – рявкнул Цаген.

Поднялся на ноги я мгновенно. Взвился бешеной кошкой и снова бросился в бой.

Все мои удары эк’ратар отводил играючи, не забывая на каждый мой отвешивать два своих. Очень скоро я снова валялся на земле, но уже переломанным мешком. И подняться уже просто не мог. Руки и ноги превратились в два чулка из дырявой кожи, откуда выглядывали зубья белеющих костей и текла горячая кровь.

- Ты восстановишься примерно через два дня. Я приду. – Цаген исчез.

И явился снова на рассвете второго дня, как по расписанию.

Я атаковал сразу, без разговоров. Заклинания перемешались с простым рукопашным боем. Но магию Цаген просто развеивал своей демонической силой, намного превосходящей мою, а в битве был просто монстром. Будто предугадывал каждый удар, видел десятый мой шаг ещё прежде, чем я занесу ногу для первого.

На третий раз я приготовился лучше. Не сидел на месте, благо смог ходить уже через сутки после второго боя. Нашел в этом бесконечном лесу крутой обрыв в овраг, куда мы оба и полетели, стоило Цагену телепортироваться снова. Сжимал его что есть мочи и приземлились мы удачно – я на ублюдка, он головой о камень. Валун треснул, голова высшего демона - нет.

Дни потекли веселее. Теперь я не висел приколоченный к дереву, а мог бродить по лесу, отохотится и наслаждаться природой, вкусной дичью. Каждые два дня приходил Цаген, и мы бились. Ублюдка мне хотелось прикончить всерьез, вариант с бегством даже не рассматривался – на моей душе его печать, поставленная ещё в первый день знакомства. Наставник, который так словно развлекался, каждый раз калечил меня и снова уходил. Ровно на два дня. Потом круг замыкался, и мы встречались вновь.

Догадаться, что Цаген меня так учит сражаться труда не составило. Но это отнюдь не уменьшило мою к нему ненависть. Даже увеличило, помножив на два. Я просто принял в итоге правила игры, в свободное время истребляя все живое в своих блужданиях по бесконечному лесу. Оттачивал навыки сражения с ублюдком и по крохам копил силу. Иногда вылавливал духов. Слабых, но более полезных в деле повышения уровня нежели простые животные.

Встреча произошла почти ровно через семь месяцев после моего боя с людьми-магами. Я просто брел по звериной тропе, выслеживая хищное млекопитающее, очень похожее на тигра, но более крупное. Аурный след был едва различим, лишь слабые отголоски на краю зрения, тонкие нити в спокойном эфире, тень тени запаха крови и удачной охоты. Но тут неожиданно показался силуэт. Вышел из-за дуба, увитого крупными паразитными грибами. Я еле сдержался, чуть не атаковал. Цаген должен явится только завтра, но кто знает этого эк’ратар?

Старик. Даже старец, наверное. Окладистая серебристая борода, вьющаяся стальной проволокой, многослойные одежды, сверху покрытые медвежьей шкурой, завязанной на плечах медной цепью и когтистыми лапами на узел. Бронзовый обруч, белые, почти прозрачные волосы плащом спадают на спину, в них виднеются костяные и металлические бусы, висящие на тонких косах. Лицо строгое, с орлиным носом и ясными голубыми глазами.

- Мир тебе, дух злой и ненасытный. – оперся на витую клюку старец, - Молвить с тобой хочу, но яко пожелаешь биться боем смертным, то пусть.

Нас разделяло добрых два метра, но я все равно возвышался над человеком подобно скале. Седая макушка едва достанет мне до груди, слишком уж высок я в форме эк’ратар.

Слишком подозрительная встреча. Я ничего не ответил, внимательно осматривая как старца, так и все окружение аурным зрением. Духов многовато. Вон, осторожно высунулся из-за могучего корня человечек с шляпой гриба на голове, из дупла внимательно наблюдает зеленая белка с тремя золотыми полосами на спине. Клюка в морщинистых руках вроде и самая обычная, но внутри нее кто-то затаился, ждет, высматривает, хочет… защитить могучими корнями и прикрыть широким стволом хозяина. Шкура медведя и вовсе дом для старого и злого зверя, так и желающего ринуться, растерзать, затоптать. Маг. Ну или шаман, наверное. Не обычный старец. Скрылся от моего взора или переместился, как Цаген? Я так пока не умею.

- Как твое имя и зачем ты хочешь говорить со мной? – вынутый сперва кукри отправился за пояс, а я чуть расслабился. Этот старик мне не угроза, он слабее даже тех двух магов.

- Зови меня как сам того пожелаешь, дух злой. Имя мое не к чему оглашать. – осторожно ответил старец.

Я на это лишь улыбнулся.

- Мне не понадобится твое имя, если я захочу тебя разорвать пополам. Но пока ты не нападаешь, я тоже не стану.

- Добр ты разве? – вскинул брови старик, - Духи в ужасе бегут от тех мест, где нога твоя ступает. Смертью бьешь всякого, кого встретишь. Саму суть поедаешь, как зверь обезумевший, растерзав первого встречного.

- Это были звери и духи безмозглые, разумных просто так я не убиваю. – отмахнулся я и повел носом, - Ты что, приготовил подношение?

Пахло и вправду приятно. Запах доносился из прислоненной к дереву корзины, накрытой красивым белым накрахмаленным платком с синей вышивкой.

- Просьба у меня есть. Но разговоры после трапезы. – пристукнул клюкой старик.

Прямо из земли выросли крепкие корни, которые тут же сплелись в два табурета и стол. Старик расстелил большой платок и выложил на него угощение: сладкий пирог, так и пышущий запахом меда и душистых трав, печеные яблоки, груши и в самом центре запеченная птица. Рядом примостились две деревянные чарки, в который старче налил медовухи.

- Как звать тебя, дух злой, но добродушный? – уточнил старец.

- У меня нет имени. – сам сказал и тут же скривился. Цаген уже вбил эту науку крепко, дая и я желал все-таки стать частью эк’ратар. Слишком опасен оказался окружающий мир… миры для одного молодого высшего демона.

- У всякой твари и у всякого духа имя есть. Разумом ты обладаешь и речью молвишь. От чего имени не быть? – кустистые седые брови взметнулись в неподдельном удивлении.

- У моего народа не принято давать имена тем, кто ещё не прошел посвящение. Можешь звать меня просто хуро, что значит юноша. – нехотя ответил я.

Мысленное усилие и я обратился в человека. Рост уменьшился, хоть и все равно я с высоты смотрел на собеседника. Силы сильно ограничились, теперь в моем распоряжении только мана и заклинания. Но простого человека я все равно намного сильнее, да и крепче.

- Удивителен ты, юноша. – покачал головой старец, с ещё большим изумлением меня осматривая.

Собеседник ещё немного помолчал, а потом повел рукой над угощением:

- Тебе, хуро.

Еда была вкусной. Намного лучше сырого мяса или запечённого без специй на костре. Жирная птица, медовый пирог и яблоки так и таяли во рту. К грушам я не притронулся. Никогда их не любил. Медовухой угостился с удовольствием – легкий алкогольный напиток щипал язык газами и дарил свежесть с небольшим расслаблением. Добавил мяту? Необычно, но очень неплохо.

- Благодарю. – кивнул я, когда стол опустел, - Было вкусно.

- Рад, что удовлетворился ты подношением. – степенно огладил бороду старец, за все время только ополовинивший свою чарку и съевший небольшой кусочек пирога.

- О чем ты хотел попросить, старче? – уточнил я, пребывая в самом благодушном расположении духа, за последние месяцы.

Помочь с проблемой старика я был не прочь. Человек обратился со всей вежливостью, угостил таким вкусным ужином… почему бы и не решить его затруднение? Что для смертного трудность, то для меня пустяк. А плату и вовсе брать не хочется – ну что может предложить бессмертному и чудовищно сильному монстру не слишком то и сильный маг, шаман или кто он там? Разве что вкусный обед.

- В трех днях пути на восход светила поселился озлобившейся дух лесной. Не смог я его умиротворить, уже шесть охотников в лесах сгинуло. – с горечью и виной обронил старец, - Уж было решился я кликать прочих знающих со всех земель окрест, дабы одолеть нечистого. Но про тебя прознал. Ты, о могучий, шел почти прямиком к поселению, кое я оберегаю. Вышел я бой с тобой принять иль просьбу озвучить.

- Силен он?

- Силен.

- Отлично. – расплылся я в улыбке. Давно у меня не было сильного врага, чья душа добавит мне пару капель к могуществу.

Поднявшись с табурета, свитого из корней, уже было пошел в указанном направлении, но меня остановил оклик старика:

- Прости, о могучий, но должен молвить тебе: не достанется тебе ни единая жизнь людская в уплату окромя моей.

- Мне и твоя ни к чему, старче. Приготовь мне ещё один такой ужин после победы и будем в расчёте. – отмахнулся я.

Угол обзора сменился, я вырос на добрых полметра, раздался в плечах. Руки и ноги налились кипучей энергией, так и жаждущей вырваться.

Три дня пути – это для простого человека три дня пути. Я мог двигаться без сна и отдыха и ночью, и при свете солнца, нестись вперед намного быстрее даже самого быстроногого олимпийского чемпиона и лавировать меж могучими стволами вековых дубов проворнее лисицы.

Утром была уже привычная встреча с Цагеном. Он поджидал в кроне дуба, спрыгнув прямо напротив меня. Схватка закончилась через полчаса. Цаген не выкладывался на всю, даже давал скупые советы, но все равно, даже сражаясь далеко не на пределе он знатно меня отделал, хоть ничего и не сломал.

- Слабо. – вынес холодный вердикт эк’ратар и присел рядом.

Шевелится я мог, но с трудом. Пара трещин в ребрах, все тело украшают фиолетовые синяки, которые заживут только часа через три.

- Сегодня мы поговорим о реальности. – начал наставник очередную лекцию, - Не путай её с материальностью, хуро. Призрак или дух может быть вовсе и не материален, но вполне реален. Атман, нерушимое ядро души, обладает стопроцентной реальностью. Он образец, мера всему. Его невозможно разрушить, даже боги и демиурги не в силах этого сделать. Сразу после идет адамант, металл, получающийся после смерти бога. Не сразу после, конечно, эта сгущенная божественность может образовываться тысячелетиями из трупа божества. Можно сказать, он лишь чуть немного, на один процент менее реален чем атман. Первостихии, Тьма и Свет, равны в своей реальности адаманту.

Эк’ратар говорил с небольшими запинками и паузами, будто припоминает давно прочитанную книгу или услышанный рассказ.

- Сразу после идет ба-хионь. Сложно коротко раскрыть суть этого очищенного эфира, божественной энергии. Её источает всякий, кто обладает душой. Она производится Третьим Началом души, но исходит с помощью Седьмого. Вырабатывается и выходит во вне в качестве побочного продукта духовных проявлений, прежде всего чувств и эмоций, но не обязательно именно их. При колдовстве ба-хионь вырабатывается очень много, душа мага потому ценится намного больше обычной смертной душонки. Хотя, бессмертные обладающие Восьмым Началом все равно намного более питательны в этом плане. Можно поделить на два направления, Светлую ба-хионь и Темную. Мы, демоны, можем питаться любой, но почти всегда предпочитаем Темную. Её намного легче выбить из плененных душ, ведь эта ба-хионь суть негативные эмоции. Реальность ба-хионь достигает практически девяноста девяти процентов.

Я молчал, слушая очень внимательно. Моя ненависть к учителю тут не играла никакой роли – ублюдок давал очень ценные знания, учил меня сражаться… да и убить я все равно в ближайшие годы его не смогу.

- Про демиургов ничего сказать не могу, слишком эти сущности возвышены даже по меркам бессмертных. Боги в зависимости от силы имеют реальность от девяноста до девяноста пяти процентов. Хтоники, порождения Хаоса Первозданного могут достигать девяноста семи, но обычно, конечно, ниже, на уровне прочих бессмертных. Величайшие из Владык Темных Миров, сильнейшие из сильнейших почти равны богам, но чаще чуть пониже все-таки. – с неудовольствием признал Цаген, - Бессмертные, в том числе и демоны, верхней планкой имеют рубеж в восемьдесят пять процентов, но вообще обычно ниже, иногда даже всего семьдесят. Горячий эфир, мана, исторгнутая через чакры обычного смертного имеет шестьдесят, как и сами смертные. В общем, чем более могучая у тебя душа, тем больше ты уподобляешься в своей сверхреальности к абсолютному атману.

Мне уже удалось просто сесть, силы восстанавливались очень быстро, хоть ребра ещё и болели.

- Но это все теория, можно особо не забивать ей свою голову. – рубанул Цаген, - Главное вот что. Чем менее реален по сравнению с тобой объект, тем проще на него влиять просто волей, духовной силой. В нашем случае демонической. Владыка запросто может просто исчезнуть смертного, будто того и не было. Мы с легкостью примем на грудь топор какого-нибудь цверга, но рану тебе я могу оставить простым ударом кулака. Чтобы поразить нас смертные обычно прибегают ко всяким уловкам или по-настоящему могучей и хитрой магии. Один раз меня ранили стрелой с наконечником из зуба высшего демона. – усмехнулся своим воспоминаниям Цаген, - Запомни. Управлять реальностью можно только от высшего к низшему и никак иначе. Я с легкостью могу сделать так. – эк’ратар протянул руку и ближайшее дерево оплыло как растаявшая свеча, закапало корой-воском на землю, - Но с твоей плотью так сделать не смогу, хоть и намного сильнее за счет десятков тысяч душ в своих наручах. Моя реальность не настолько сильно превосходит твою.

Наступила тишина, послышалось даже чириканье птиц вдалеке и уханье важного тетерева, или кто там может ухать в рассветном часу. Но Цаген не уходил по своему обыкновению. Закончил лекцию и вперил в меня свои вытянутые красные зрачки, недовольно приподняв верхнюю губу обнажая клыки.

- Надоело. – скривился демон, - Не хочешь раскрыться наставнику сам? Что же, я спрошу прямо: что у тебя за Ме?

От этого вопроса внутри все сжалось. Я опять потянулся за кукри, под наливающимся яростью взглядом эк’ратар.

- Мальчишка! – рявкнул демон, ударом выбивая широкий изогнутый нож и крепко хватая меня за плечи, - Я не враг тебе! Ни один из уважающих себя эк’ратар не убьет другого без очень веской причины! Таков акан’ратар! Я твой наставник. Учитель, что должен обучить учению и жизни. – мне в грудь уперся твердый, будто отлитый из стали палец, искаженное в ярости лицо приблизилось к моему, - Думаешь я плохо тебя учу, воспитываю? – шипел Цаген, - Я вкладываю всего себя! Взял тебя, обездоленного и лишенного отца и матери, принял и назвал учеником, сыном! Ты уже намного лучше себя прошлого, того, кого я повстречал на улице месяцы назад. Сейчас бы ты порвал на части прошлого себя, а ведь по силе ты не прибавил и капли! Только умение переносить боль и наши учебные бои дали тебе много, очень много. А ведь не прошло и года с начала обучения. У тебя хороший потенциал, но ты гробишь его мелкими обидами и нежеланием выполнять приказы своего наставника.

- Сыном? – переспросил я. Гнев на этого… этого демона несколько поутих.

- Сыном, конечно. А как ты думал входят в клан, несносный мальчишка? – скривился Цаген, отпуская меня.

- Не называя меня мальчишкой. – зло бросил я.

Сыном, подумать только. Сыном, да? Ха! Папаша. Как-то прожил и без отца, вот уже… да лет семьдесят шесть получается.

- Заслужи доспех. Возьми имя. И я назову тебя равным себе. – отчеканил Цаген.

- Я не желаю убивать некоторых люде… разумных. – припомнилось, что в бесконечности миров есть не только люди, - Да и гейс…

- Гейс!? – опять взвыл боевым горном Цаген, - Ты наложил на свою душу гейс? Заключил контракт с самим собой? Не молчи хуро, излагай все дословно!

Я на это лишь ещё больше скривился. Вот ведь. Ладно, если это нужно для обучения, то пускай.

- Не убивать и не пожирать души и части душ тех, чья аура светлее и чище пятикратно от обычного смертного. Конечно, если мне не хотят причинить вреда. Если нечаянно убью или такой разумный желает меня убить, заточить или покалечить, то мне это развязывает руки.

- Ладно, не смертельно. Но глупо. – поразмыслив минуты две, вынес вердикт Цаген, - Мало кто имеет такую светлую ауру кроме небожителей, и мало какой небожитель не захочет прикончить демона. Почему не хотел убивать ту самку человека?

- Просто не хотел. – ответить что-то про мелькнувший приступ жалости было бы неосмотрительно. Цаген бы просто не понял, такого слова даже нет в эк’ратарском.

- Хорошо. Не хочешь говорить – не надо. Это уже не важно. – скрестил руки на груди эк’ратар, - А теперь ответь мне, хуро, что у тебя за Ме и кто его даровал. Даже мне, далеко не мастеру в чтении аур видна эта Сущность. Она огромна и сильна, очень. Никогда такую не видел.

- Это сложно объяснить. – начал я, и вправду затрудняясь подобрать слова.

- А ты начни, я уж дальше поспрашиваю. Мы никуда не торопимся.

Мой рассказ продолжался добрый час. Про перерождения я так и не упомянул. Хотел скрыть и то, что был раньше а’каот, но Цаген учуял недосказанность и въелся клещом, требуя подробностей и не темнить. Я очень не хотел рассказывать про этот момент. Опасался, что меня примут за фальшивку и тут же убьют. Не хотелось бы подыхать из-за такой ерунды.

- Плевать. – не задумываясь бросил Цаген, - Сейчас ты эк’ратар по крови и по духу. Ну, почти. Глаза бы нормальные и приказы выполнять не споря. – протянул Цаген, но опять махнул рукой, - Ладно. Это очень интересная информация. И хватит продумывать планы моего убийства! – взъярился эк’ратар, - Повторяю для тупых: без очень веского повода никто из народа войны не посмеет убить собрата по учению. И да, ученик, если ты не знал – Ме нельзя отобрать насильно. Никак. Просто невозможно. Надстройку души можно передать исключительно добровольно, если не испытываешь и капли внутреннего сопротивления. Будь иначе и каждый владелец Ме жил бы под постоянным опасением нападения.

Я и так это знал. Помнил из прочитанных книг по этой вселенной. Но все равно стремно рассказывать о таком козыре.

- Твое Ме многое меняет. – задумчиво потер татуированной рукой подбородок Цаген, - Получается, тебе не нужна броня. – это он произнес, будто сам не верит какую хулу изрекают его уста, - Это одновременно плохо и хорошо.

- Пояснишь?

- Мы носим броню не только потому, что это удобный способ собирать души. После смерти чаще всего доспехи переходят другому брату или сестре по учению, их переплавляют и души делают сильнее наследника, вплавленные в уже его железные одежды. Я тебе это уже рассказывал. – укоризненно попенял мне наставник, - Если ты умрешь, то это будет безвозвратная потеря. Но и возможности даруемые твоим Ме Системы очень хороши, не могу этого не признать. Да, вся эта магия пока просто игрушки. – ощерился Цаген, развеивающий все мои лозы с легкостью, - Но вот превращение в человека… перевоплотись-ка.

Мне нужно было только пожелать. Рост опять уменьшился и теперь мне приходилось задирать голову, чтобы смотреть собеседнику в лицо.

- Очень неплохо. – кивнул Цаген, внимательно осмотрев со всех сторон, - Аура, тело, плотность. Тебя почти не отличить от просто неплохого смертного мага. Попробуй использовать демоническую силу.

Я призвал Цепь Нингена, которая потеряла большую часть своей мощи без подпитки демонической силой. Теперь это просто хорошее противодемоническое заклинание, вряд ли сработает нормально даже на слабом высшем демоне. Обратившись к очень «далёкому» пламени, пустил по кнуту капли демонической силы.

- Вот. Теперь твоя аура скорее похожа на того, кто родился от союза смертной девы и эк’ратара. – вглядывался вглубь меня Цаген, - Потяни ещё больше.

Попробовав взять ещё хоть каплю силы, я почувствовал, как будто распахнул дверцу в горнило, яростное пламя вновь омыло меня, и я обратился в свой второй, демонический облик.

- Понятно. Все равно просто отлично. – довольно заключил Цаген.

- Отлично?

- Да. Похоже мне придется попросить одного своего знакомого дать тебе несколько уроков. Среди эк’ратар тоже есть те, кто заключают контракты, а не просто являются по призыву ради сражений. Кому-то нужно договариваться со смертными, чтобы нам дали ход и право в их мире действовать. Ты хорошо можешь маскироваться, это дарует серьезное преимущество. Можно без опасений разгуливать прямо под носом жрецов и могучих магов, ища хорошей сделки.

- Я думал контракты нам в основном предоставляют подчиненные Муспоса Богатейшего.

- Это не совсем так. Некоторые мы находим и заключаем сами, без посредничества торгашей. Восстанавливайся. А мне нужно переговорить с парочкой старых знакомых. – махнул рукой Цаген, опять просто растворяясь в воздухе.

Через пять часов я продолжил путь, а в глубокой ночи следующего дня уже был на месте. Присутствие чего-то темного и достаточно сильного буквально витало в воздухе и эфире. Дух совсем не сдерживался, скверна, производная Тьмы, тут и там проявлялась. В коре деревьев гроздьями копошились белесые личинки, на каждом шагу встречались трупы полусгнивших животных на которых роились стаи жирных мух и опарышей, зелень травы сменилась чернеющим настилом опавших листьев.

Никакой поляны с особо страшным покореженным деревом в дупле которого засел страшный злой леший я так и не нашел. В какой-то момент воздух сгустился и дух сам явился ко мне во плоти. Это была девушка, чья плоть соткалась из ярких листьев и цветов, волосы – из травы, а глаза смотрели двумя большими каплями росы. Совсем небольшого роста, мне по пояс. Все что выдавало в ней темного духа, так это аура, исполненная тленом и гнилью. По крайней мере так я это воспринимал.

- Это мой лес. Уходи.

Голос звучал прямо в голове, сам дух даже не шевельнулся, безразлично смотря своими водяными глазами.

Мне говорить с этим существом было не о чем. Контракт уже заключен.

Мантия демонолога укутала, обволокла барьером. Дух тут же вскинула руку и меня попытались оплести шипастые корни, которые встретили гибкие лозы Казни зла. Атаки переплелись и начали борьбу, сама же девушка из листьев захотела скрыться, уйти. Уже подул ветерок, сорвались первые листья её тела… но огненный кнут обвил шею, и я дернул рукой.

- Нет!

Крик неприятно полоснул по ушам, но это не помешало мне врубиться кукри в плоть из листьев, раня и астральное тело духа. Цепь Нингена почти пережгла шею, второй удар ножам пришелся по лицу, раскроив голову духа пополам. Обгоревшая листва и трава опала к моим ногам.

- Слабо. – буркнул я и сам же прикусил язык. Вышло на удивление похоже на Цагена.

Уровень не повысился. Конечно, за такую мелочь это было бы слишком жирно, злой дух был слабее любого высшего демона. О чем говорить, битва не заняла и десяти секунд. Но это хоть что-то, всяко лучше истребления простого зверья.

Вырвавшиеся из земли шипастые корни опали гнилой трухой, лозы тоже развеялись, послушные моей воле.

- Так, где там старик? – покрутился я на месте.

Шел я ровно на восток, значит обратно следует идти на запад. А там найти звериную тропку и продолжить прерванный путь – шаман сказал, что тогда я двигался прямо к поселению, которое он бережет. Отлично. Нормальная еда, починка поизносившейся боевой юбки, может быть даже женщина… сколько лет я уже не предавался постельным утехам? Черт, да лет десять. Даже больше. А ведь молодое, пышущее энергией тело позволит очень многое! О, я иду, неизвестная деревенька туземцев.