Горшенев Герман

Архераил Звёздная Кровь Книга-3. Теория невероятности

Глава 1. Раджеп Мадарасп

Тархан, Упрямый как Трава на Ветру, стукнул кулаком по столу. Хотел в экран, транслирующий праздник Смены Сезонов, но экран здесь ни при чём, но нервам надо было дать выход. Да, лучшего кандидата, чем разлетевшаяся о стену кружка не было. Все остальные предметы на столе были нужны и заменить их будет непросто.

- Твари. Тупое старичьё, - рычал он, словно настоящий хищник.

Выжившие из ума старики, занявшие тёплые места в малом совете, собирались вечно сидеть за великой стеной и копить руны, всё больше забывая зачем нужна наука. Великий учитель завещал идти вперед, идти вдаль, и плевать, что он погиб. Любой может погибнуть, но он не сидел за стеной, а изучал мир и копил знания, а не значки в скрижали. Как же его раздражало. Они должны гнать молодых на освоение нового, чтобы работали мозги, а не бояться за себя. Они, их дети, дети их детей, и ещё много поколений будут получать всё лучшее. А как же остальные? А как же заветы древних?

Из ярости вывел запрос соединения. По закрытому каналу с ним связывался высший служитель. Один из тех, кто постоянно говорил, что нужно выходить за стены и идти дальше, но его мнение давили большинством голосов. А потом нужно было исполнять принятое советом решение.

- Мой маленький и ласковый телёнок опять в ярости? – услышал он знакомый голос и увидел уважаемого старика, который для него всегда был мудрым учителем и даже больше, чем родной отец.

Лицо, с выжженными отметками служения, образующими сложный узор, было добро, а взгляд весел и внимателен.

- Приветствую тебя Третий высший служитель, - учтиво склонил голову.

- Оставь церемонии для этих. Твоя теория о нестабильных вероятностях похоже себя оправдала. Мой телёнок рассчитал миллиардную процента.

Сердце в груди молодого служителя дёрнулось.

- Две миллиардных, - поправил он старика.

Ему кивнули:

- Невероятно, так оно и есть. Он существует. Мы засекли его. Твои две миллиардных. Даже оракулы молчат.

- Как молчат?

- Две миллиардных процента, – улыбнулся старик. - Неопознанный корабль, точно такой, как ты рассчитал, скоро коснётся круга Серебряных Копыт. Возьми мой Пронзающий Рог.Для вылета личного транспорта высшего служителя разрешения Стены не требуется.

- У тебя могут быть неприятности.

- Расковыряй эту кучу навоза. Не все плохие, они просто не знают, что надо делать, а мои неприятности пусть тебя не беспокоят, - и с экрана добро, но грустно улыбнулись.

Уже через три минуты Тархан нёс в руке лётный шлем и шёл по гулкому коридору к площадке.

***

Лампочка с красной сменила цвет на зеленую, руку назад, коробочка, криптор в зубы, Дефендер в руку, щемящее чувство потерянных двух секунд на снятие с предохранителя и досылание патрона. Как всегда, никто никогда не догадается взвести и снять пистолет с предохранителя. Зачем экономить пружины, если все равно он будет лежать в экстрамерности и никогда не выстрелит? А это секунды. Ещё секунда и нож в руку. Пять, десять, двадцать секунд. Никто не отрывал крышку капсулы, не стучал в пластсталь.

На краю зрения мигнул красный маркер доступного объекта, который почувствовал мой Симбионт и тут же стал зеленым. Пришёл контроль-запрос и я дал ответ. Многоцелевой корвет, «Пронзающий Рог» передал мне права капитана, и выдал информацию о техническом состоянии, которое было так-себе, но боевой корабль списывать было пока рано. На борту один член экипажа, ранен и находится в состоянии стабилизационного медикаментозного сна. С остальными членами экипажа связь потеряна. Оставшиеся шесть процентов универсальных модулей защиты ведут огонь на подавление нападающего противника.

Похоже, в этот раз я остался без питомца, думал я, давая команду на открытие капсулы и выскакивая, готовясь увидеть снаружи всё, что угодно и очень зло ругая создателей проекта Космо, которые позаботились обо всём, кроме того, чтобы упавший с неба колонист мог посмотреть на окружающий его мир не открывая крышку из пласт стали. А вдруг вокруг тебя стая животных или ты на глубине?

Я пробирался осторожно, закладывая дугу, внимательно прислушиваясь и наблюдая. Имея в руках только Дефендер, и помня о том, какие опасности здесь бывают, я осознавал, что, резко выскочив и открыв огонь из пистолета, вряд ли смогу обеспечить перевес в сражении упавшего космического корабля, пусть даже имеющего всего шесть процентов огневой мощи. Да, это был именно космический корабль, вернее «заатмосферник», если можно обозначить полёты в Единстве над кругами в безвоздушном пространстве и разряженном воздухе чёрных земель.

Вначале нужно было понять хотя бы, что такое местный корвет, откуда взялся, почему отлично общается с Симбионтом через систему контроль-запросов и с какого перепуга назначил меня капитаном, даже не заморачиваясь на моё мнение по этому поводу? Ещё хотелось бы знать, почему он лежит на грунте, и кто тот, кто напал и смог снести остальные девяносто четыре процента штатных систем обороны?

В моём понимании, корвет уже серьёзный корабль. Пусть по размерам он и не сильно перешагнул представителей москитного флота, и относиться к классу малых кораблей, но огневая мощь подобных бортов сопоставима с залпом эсминцев. По крайней мере в моем мире подобные корабли представляли грозную силу.

Это были черви. Они драли корабль, бросались на автоматически турели. Похожий модульный принцип использовали все технологические цивилизации, как люди, так и нелюди. Кто то, как мы, заменяли контейнеры. Если небольшая система ПВО выходила из строя, то проще было сбросить контейнер с поломанной и вывести на корпус новый, чем пытаться в бою починить небольшое скорострельное орудие. Нелюди делали почти то же самое, только вылуплялись боевые посты из коконов или отправляли в виде паучков с ножками, которые потом трансформировались в нужный блок.

Лежавший на боку корабль, время от времени открывал бронированный люк, из него высовывался, контейнер со скорострельным нечто, наносил сокрушительный урон копошившимся везде червям, но вызывал ответную агрессию и через минуту огневая точка разносилась инсектоидами. Затем черви, немного успокоившись, возвращались к мерному колупанию корпуса. Металл корабля пока держался, но местами были довольно серьёзные повреждения.

Это был не фантазийный, похожий на напыщенную птицу корабль, с которыми сталкивался раньше, а нормальный. Конструкторская школа была иная, но всё было логично, расположено по классической схеме, аэродинамические обводы и все остальные признаки, что его делали те, кто читал умные книжки и знает, что такое сопротивление воздуха. Нос, корма, небольшой грузовой, он-же десантный отсек, навесное оборудование и внешние приборы. Небольшие крылышки для атмосферы и обожжённые пятна дюз, как маневровых по корпусу, так и маршевых. Системы стыковок не было, но, возможно, и не надо, зато была продвинутая система вертикального взлёта и посадки, позволявшая кораблю садиться в очень неподготовленных местах. На мой взгляд, нормальная машина.

Мне, наверное, пока ничего делать было не надо. Твари были не маленькие. Лежащей на боку корвет наколотил огромное количество трупов и некоторые из них содержали звездную кровь. Дразнить червей, покрытых хитином и размером с четверть тауро из Дефендера смысла не имело. Даже самый мелкий из здесь присутствующих вряд ли, был бы мне по зубам, даже будь у меня штурмовой комплекс и пяток гранат. Я в каждом круге получал задание от наблюдателя, в котором говорилось о том, что мне, как Восходящему, необходимо уничтожать червей, где бы я их не встретил и в любых количествах. Если меня снова назначат Восходящим, то наверняка получу и в этом. Понятно, что чем больше я их набью, тем больше будет моя награда, слава и прочие хорошие вещи, но в данном случае если что-то и мог сделать, то только дождаться утра, попытаться найти единственного выжившего члена экипажа, находящегося в коме и попытаться поднять борт.

Потерпеть пришлось недолго. С рассветом черви покинули территорию, и я смог выползти из своего наблюдательного поста. Дал команду открыть небольшой люк и влез внутрь. Открывать аппарель категорически не хотел. Не известно в каком тут всё реальном состоянии и часто бывает, что открыть можно, а закрыть уже не получиться. Не хватало ещё оставить на распашку огромную дырку.

Раненного я нашёл без проблем. Он был на месте второго пилота. Сюда его кто-то затащил, и он был пристегнут к креслу. Что с ним понять было сложно. Наверняка были переломы и виднелось несколько ранений. Из рваных дыр скафандра торчала густая плотная пена, перемешанная с кровью. Обычное дело. Почти все скафандры моего мира имели медицинскую пену, которая блокировала боль, включала регенерацию, дезинфицировала и останавливала кровь, заодно обеспечивала герметичность, закрывая дыры, если скафандр находился в космическом вакууме.

Всё было сделано по местным технологиям с применением азур. Это я почувствовал просто так. Не знаю почему, но даже не надо было смотреть на А-индикатор на крипторе, на который я тоже, конечно, посмотрел и проверил свое вновь возникшее чувство, но копаться в разукрашенном рюшечками интерфейсе восхождения совсем не стал. Приборы пульта были не знакомы от слова совсем никогда ничего подобного не видел. Это была совсем другая конструкторская школа и кроме подобия штурвала я не понял ни одной рукоятки и индикатора, но мне это не требовалось. Мой капитанский имплант отлично договорился со всем управлением, тем более корабль не сопротивлялся и сам передал мне полный доступ. Это плохо, когда у тебя всего один способ работы с техникой, и если что-то случится, то не будет возможности перейти на ручное управление штурвалом, но всё равно других вариантов не было. В том, что с наступлением темноты черви вернутся, чтобы доколупать зливший их столько времени корабль, у меня сомнений не было.

Перед рассветом, уходя, черви уволокли несколько трупов экипажа, находившихся около потерпевшего крушение борта, и собрали звёздную кровь со своих убитых товарищей. Было очень обидно, но на поживу сильно и не рассчитывал. Тупые работяги могли бросить столь ценный для меня трофей, но скорее всего на корабль нападали и несколько вполне себе развитых, имеющих звёздную кровь существ, которые не поленились перед рассветом пробежаться и собрать ценности.

Раненный был восходящим. Скорее всего ещё несколько членов экипажа могли иметь стигматы, но их тела утащили черви и единственное что я мог сделать, это отметить район поисков. Пока светло, нужно было попробовать привести в порядок корабль. В привычном мне понимании ремонтных дронов в виде суетящихся металлических паучков не оказалось, зато была медуза одна из положенных восемнадцати по штату на корабле малого класса. Вспомнился разговор с Цаем, моим бессменным командиром оружейных комплексов. Я тогда не жаловался, а просто бурчал:

- Если я умею чувствовать тварей Грани, чего нас совать везде?

Цай тогда ответил:

- Поэтому и пихают, потому что можешь чувствовать. Вот такой замкнутый круг. Единство возможностей и последствий.

Оставалось усмехнуться. Первым кораблем, на котором мне удалось побывать ещё и получить управление в другом мире могло быть всё что угодно, но я получил именно корабль малого класса. Не мой любимый тральщик, но и капитаном корвета я был не раз, хотя тральщики я люблю больше.

Медуза, содержащая звездную кровь и выполняющая все ремонтные функции была универсальна и весьма неспешна. Она могла залепить составом из своего тела дырки в обшивке, создать токопроводящий элемент, заменить провод, заодно вокруг сделать изоляцию, а ещё имела возможность вырастить любую деталь к любому механизму, находящемуся на борту. Всех остальных медуз выгребли черви, когда неспешные создания отправлялись чинить внешние модули, а эта задержалась над ремонтом внутри и поэтому осталась цела.

Какая-же она не спешная и педантичная. Доделав критическое повреждение, она проползла на пять сантиметров и принялась чинить царапину на стене, оставленную на декоративном покрытии. Она чинила не то, что нужно, а всё подряд.

- Вот же червяк вывернутый! Корабль, отчёт о критических повреждениях, классификация, расположение, схема! – громко скомандовал я.

Говорить голосом не требовалось, а просто хотел выплеснуть эмоции. Через секунду я видел все точки критических повреждений, а Симбионт отфильтровал только те места, от которых зависела возможность взлететь, расставив по приоритету и проигнорировав всё остальное. Дольше я отлеплял медузу, переносил на проблемный узел и ждал неспешного ремонта. Когда Симбионт говорил, что модуль заработал достаточно, то не дожидаясь завершения полной починки, перетаскивал кусок слизи к следующему. Весь корабль был сделан так, чтобы медуза могла просочиться в любую точку, но она делала это столь размеренно, что порой мне было быстрее оторвать решётки с помощью мультиключа из криптора, сунув туда склизкое тело ремонтника, чем ждать, пока она просочиться, а потом выползет обратно.

За это время болезный два раза выходил из комы, впадая в горячку и бредя на незнакомом языке. Я пытался наладить контакт, но вся его рожа была запенена медицинской пеной и единственно что удавалось, это влить несколько глотков воды, а на вопросы кто он такой и откуда, отвечал: «Раджеп Мадарасп». В наборе космо было пару бутылок с водой. Не всегда капсула могла упасть в место, где можно было набрать воды, поэтому создатели озаботились и этим вопросом. Очень похвалил предусмотрительность. В прошлые разы у меня всегда было полно воды и было время пополнить запасы, а в этот раз всё бегом-бегом, но бутылочка пригодилась. Мне удалось буквально влить несколько глотков в раненого. Спросил на Едином:

- Тебя как зовут? Кто ты?

- Раджеп Мадарасп, - прошептали в ответ, а потом отключились.

- Ладно, Раджеп Мадарасп, а меня зовут Архераил, - легко согласился я, закрыв бутылку и оставив её около сидения с лежавшим телом, чтобы потом не суетиться, и не выхватывать из криптера.

Оставаться к ночи в корабле я не собирался. Если не смогу поднять корвет перед наступлением темноты, закрою вход и уйду, оставив медузу чинить повреждения.

Световое пятно сползало и свет затухал, когда включились двигатели и корвет поднялся в воздух. Чувствовалось, что корабль скорее бы полежал, чем полетел, но только из-за моего тупого упрямства и кипучей жажды деятельности он позволил с собой это сделать и готов немного полетать. Всё исключительно, чтобы мой энтузиазм не ронять.

Хлопнул по плечу беспамятное тело:

- Ну что Раджеп Мадарасп, ещё полетаем, - сообщил я на Едином.

- Ммммм… Неопределённо простонали в ответ из-под слоя кровавой пены.

Пилот знал Единый, потому что реагировал на слова, поворачивая голову и пытаясь что-то шептать, но его пока хватало не на долго. Корабль был местной поделкой из смеси рунных технологий и технологий высокоразвитой цивилизации. Почему сделали именно так пока выяснять было некогда, да и неукого. Симбионт раскопал полётное задание и электронные карты круга. Пополнить знанием местности мою карту восходящего не получилось, но житель головы прекрасно давал навигацию основываясь на направлении света дерева и показаниям бортовых приборов. В этом круге было немало бесполётных зон, но они были обозначены на картах. Ни о каких манёврах я даже и не думал, а просто полете. Решил добираться не до точки вылета, а до ближайшего пункта, где по данным приборов были посадочные полосы и куда уже летал этот борт. Не так что бы далеко. Если ничего не отвалиться, то нормально.

Мы подлетали. Всё было необычное, но вполне узнаваемое. Жилые строения, огороженные забором, посадочные площадки, промышленные ангары. Небольшой военный городок, а может и просто воинственное поселение. Сразу вспомнились слова мальчишки, когда в первый раз дочку Маханта вытаскивал: «А почему ты думаешь, что все народы Единства пользуются только рунами и палками?». Приборы дали связь, а я передавал на общем канале:

- Аварийная посадка. Капитан Архераил. Со мной Раджеп Мадарасп. Прошу посадочный коридор.

- Принято. Второй коридор. Поясните про Раджеп Мадарасп, - как-то неуверенно ответили.

Если честно, я не понял чего они от меня ещё хотят, но имплант указал траекторию снижения, подсветив контуром дополненной реальности, беспощадно исковерканным интерфейсом Восхождения. Я это видел тысячи раз, сажая тральщик в брюхо несущих линкоров и авианосцев, но украшенная бесконечным количеством рюшечек и завиточков глиссада бесила. Уже перед самой посадочной площадкой я почувствовал неладное. Теперь я понял, что мне казалось странным. Черви драли жёсткий корпус, раздавили одну из створок грузового отсека, раздвинули, но не сорвали. Повредили ремонтных медуз, но не всех, а корабль оставался условно на ходу. Такое ощущение, что был умнейший командир, который знал, что рано или поздно владельцы корабля заберут его, отремонтируют, подымут и перетащат к себе на базу. Наверное, мои мысли слишком открыты для мироздания и меня поняли, а я почувствовал червя.

Удар! Жуткий по своей силе ментальный импульс, а я рванул корабль вверх свечой и немного в сторону, закладывая разворот. Просто услышал стон ведущего оператора в наушниках. Такой удар по площадям был предназначен не только мне, а должен был накрыть целое немаленькое пятно.

- У меня на борту червь. У меня червь! Огонь на себя. Капитан Архераил и Раджеп Мадарасп. Огонь на себя! – орал я на открытом канале и выжимал из покалеченного корвета всё что можно.

Уводил в бок, и рвал вверх на сколько можно. Если начнём падать, то пусть упадём как можно дальше от строений и посадочных модулей, и как можно больнее. Я уводил корабль вверх, а рядом с кораблем, на километровой высоте открылся портал, и оттуда посыпались черви. Падая с огромной высоты, часть тварей наверняка разбилась, но точно не все. В брюхе корабля вопил червяк, пытаясь выжечь мне мозги и заставить либо сесть, либо обрушить корабль вниз.

По падающим червям заработали системы ПВО, вполне узнаваемые роторы и энергетика, которую дополняли рунами. На мгновение показалось, что к месту портала рванулась какая-то наземная техника. Это была ловушка. Её делали, разумеется, не тупые фуражиры, скребущие по корпусу и отрывающие контейнеры со скоростными турелями, а вот такие управляющие. По мозгам резанул ещё один страшный удар, жесткий, направленный, созданный мощнейшей тварью Грани, который был предназначен именно мне.

Я понимал с чем столкнулись. Сам червь по размерам был небольшой, но его сила не в этом. Это из тех, которые берут не размерами, а скоростью, силой и чудовищной мощью ментального воздействия. Хитрый, со своей чудовищной логикой диверсант убийца может уничтожить целый город. Я знал историю, когда выжигали целый сектор орбитального кольца для того, чтобы уничтожить подобную зверюгу. Прямо вместе с жителями и уничтожали. Я по привычке сбросил мыслеобраз на пункт связи, по широкополосному каналу, просто сообщить о происходящем. На удивление, на той стороне меня отлично поняли и приняли информацию. В ответ имплант принял ответное сообщение и перевели на голосовой канал. Я услышал на Едином:

- Командующий вторым сектором. Отставить огонь на себя. Можете классифицировать червя? Кто вы?

Если про червя вопрос был понятен, то что говорить про меня? С какого перепуга я на их корвете прилетел?

- Червь – мимикрид, скорее всего класс нергал или меньший, по вашей классификации имаго командир. Я капитан Архераил, корабль передал мне управление и раненый Раджеп Мадарасп.

На той стороне задумались на пару секунд, пока я набирал высоту, а потом мне пришли новые координаты.

- Дотяните? – сообщил задумчивый голос.

Я глянул на исковерканный Восхождением интерфейс лётного управления. Новая точка посадки находилась недалеко. Меня отправляли не просто куда- то, а в конкретное место. Огромное плато, окруженное горными массивами, находилось на самой границе тёмных земель, где свет игг-древа только цеплял своими проблесками за почти непроходящие сумерки.

- Так точно. Что делать с Раджеп Мадараспом?

Ещё через небольшую паузу мне ответили:

- Раджеп Мадарасп – это ругательство. Имя раненного вы найдёте на шевроне. Он на груди, плече и на задней стороне шлема. На плече дублировано на Едином.

Я прочитал:

- Тархан.

- Принято. Садитесь и сразу уходите. Спасательная группа будет через двое суток. В бой не вступать, ваша задача просто остаться в живых до прихода помощи.

- Так точно, подтвердил я, - хотя совсем не был уверен, что червяк даст нам спокойно отсиживаться столько времени.

Связь была рваная, через раз, а потом совсем пропала. Я уводил корабль, а тварь грани пыталась рвать моё сознание. Раненый начал приходить в себя, но я выхватил из криптора инектор и влупил болезному дозу снотворного, не скупясь на количества. Моя персона - это отдельный разговор, но если раненый придёт в себя, пока у нас в трюме беситься червяк, то ему мозги выжжет наверняка. Он всё равно по моим прикидкам пока не ходячий. Так и так, с телом таскаться.

Из какой-то пещеры вылетел червь. Здоровая и быстрая штука. Для корвета, когда он в нормальном состоянии – это лёгкая добыча, но не для нашей потрёпанной посудины. Внешнего вооружения я не чинил, рассчитывая или взлететь, или бросить корабль. Ни при каких обстоятельствах не собирался вступать в воздушный бой. Тварь неслась к нам, и я прямо догадался кто её позвал. Когда крылатая зверюга была совсем близко, я дёрнул корабль, уходя от столкновения, а из облаков метнулось что-то огромное и здоровое, разодрав крылатого червяка. Не уверен, но может это был небесный змей. Я таких видел над малым древом честнейших. Они постоянно летали в кроне, греясь в свете, но этот был совсем здоровый.

Светящемуся исполину, сожравшему червяка, было плевать на металлического жука с изодранным корпусом. На нас никто не собирался охотиться, но и проблемы жука летающую громадину мало волновали. Нас пихнули и всё стало не так. Корвет ещё держался в воздухе на истинном чуде и моих воплях: «Раджеп Мадарасп!». Раз они тут так ругаются, то и я буду, тем более располагало…

Мы падали и уходили вбок, оказываясь совсем не в том районе, куда мне дали точку, где нас будет искать спасатели. Осталось надеяться, что из-за червяка здесь не образовалась бесполетная зона, и нас быстро найдут с воздуха, а не придётся прочёсывать местность пешком. После шлепка змея, вышла из строя часть дюз, уменьшив и без того драную манёвренность, а ещё мы теряли тягу. Только благодаря запасу мощности скоростного корабля и могучим математическим возможностям моего жителя головы, мы ещё как-то держались в воздухе, но летели - куда летели. Помогала возможность импланта лезть в прямое управление, подключая модули, которые для корабля значились как потерянные, но радикально это ситуацию не выправляло. Симбионт открыто говорил, что он постарается, но точно не долго и следует как можно быстрее подыскать что ни будь для посадки. При этом слова: «подходящее место» - пропускал. Сам знаю, что не до подходящего, и судорожно подыскивал хоть что, но вокруг были скалы, вода, а потом скала, опять обрыв и пропасть с подозрительным туманом.

Вот-же Раджеп Мадарасп. Если бы не крылатая матка червей, о которых мне тоже рассказывали, то мы бы уже сели и нас бы уже искали. Это конечно наш червяк ей приказал пойти в самоубийственную атаку и ещё не известно, что бы было, не перехвати её небесный змей. Тварь не унималась и долбила из трюма во всю мощь ментальных сил, надеясь меня достать и всеми способами сделать гадость, раз я испортил его диверсионный план.

Я уводил корвет. Мы уже отклонились километров на двести, не меньше, а потом пошла сплошная вода. Посадить на воду реально, но не конкретно этот набор запасных и не очень работающих деталей. Житель головы сразу об этом сказал, что при посадке на скалы у нас шансов больше. А затем я увидел здоровенный остров. Это уже были мои традиционные места обитания. Здесь начинались теневые земли. Это ещё не была глубокая тень, но уже и не нажористые обильные места основного круга.

Камни, камни, камни и отличная поляна с высокой, в рост человека травой. Симбионт мне перекинул мыслеобраз и я рванул вверх, поняв свою ошибку. Вот же червь! Не просто червь, а конкретно этот Раджеп Мадарасп, притаившийся у нас в трюме. Может быть это от того, что к моей душе кусок твари Грани прилип, или сработало что-то из моего вопросительного дерева ментальности в двести разветвлений, но я понял и осознал ошибку. Червяк выправлял данные приборов, и только благодаря моему Симбионту, который без конца лез в прямое управление, я получил истинное изображение и смог увидеть. Шептали не мне, а шептали навигационной системе, половина которой сделана с использованием звёздной крови. Будь здесь нормальный искин, у червя шансов просто не было бы.

Вместо огромной поляны, которую я видел с воздуха, всё пространство состояло из разломов метра в два и поросших травой плоских площадок метров по пять. Более неудачного места для приземления найти невозможно, а самое главное, уже начинался рассвет и червяк сразу сможет уйти в темноту глубоких трещин, а потом отлично нападать из темноты.

Управляющие контуры вырубило, но имплант схватил управление напрямую, просто давая тягу и пытаясь довернуть дюзами, а потом двигатель замолчал, но мы нашли компромисс. Корабль рухнул посреди небольшого леса, на краю изрезанной трещинами поляны. Я специально вывернул корпус так, чтобы корвет грохнуло на грузовой отсек. Темнота.

Глава 2. Обладатель уникальной коллекции

Последнее, что я помнил, как мы рухнули на грузовой отсек, в надежде прибить нелегального пассажира. Всё было неплохо. Мне удалось продержать корабль в воздухе почти до рассвета. Приглушило не только меня, но и имаго командиру досталось неслабо. Когда червяк начал приходить в себя, древо уже светило в полную мощь и он просто сбежал в глубокую расщелину, прячась от света. Всё это я понял по показаниям Симбионта, который продолжал расхваливать антиперегрузочное кресло, смягчившее удар. Мои капитанские модификации на защиту от перегрузок и подобных сотрясений, житель головы вырастить пока не успел.

Источник злого ментального фона в трюме отключался почти на полтора часа, но потом включился, но рассвет уже вступил в свои права и червяк сбежал. Расстояние точно определить нельзя, но не очень далеко, зато направление было отлично известно. А потом воздействие прекратилось.

- Понятно! - сообщил я вслух мирозданию.

Прибить затаившегося в трюме червяка высших форм развития не так просто, даже если прихлопнуть корветом, но оглушить удалось. Это нас и спасло. Переборки между грузовым отсеком и нами я заблокировал сразу, как только понял о нелегале. Добраться до нас можно было только снаружи, выйдя наружу из корабля и зайдя в люк главной рубки. Других вариантов просто не было. При свете игг-древа у твари просто небыло столько времени, чтобы расковырять наше убежище, но он вернется, я не сомневался. Червь был разумный, а подобные твари Грани были очень злопамятны и обидчивыми. Это была их сущность.

Пока лежал в отключке, всё уже произошло. Меня назначили Восходящим, традиционно обозвали мерзостью и грязью. Лишили славы и опозорили. Потом объявили, что Восходящий Архераил убил мерзкую тварь Архераил, дали бронзовую награду на выбор и традиционные пол сотни очков славы. Но я обнаружил и кое-что другое. Наблюдатель предлагал выбрать имя, ждал почти десять миллисекунд, пока Симбионт сканировал моё состояние, а потом мой житель головы отозвался как Архераил, с чем Наблюдатель и согласился. При выборе имени была пауза почти в десять миллисекунд, но тогда почему меня в прошлый раз никто не спросил, или тогда тоже Симбионт отвечал? Может и в прошлый раз был вопрос, но скорее всего я ответил на него неосознанно. Если всё так, значит я новый Архераил, но тогда почему со мной мои руны и карта?

Ах, да, карта и счётчик времени. Раджеп Мадарасп! Симбионт тоже был вне времени, пока мы подыскивали себе новое тело, он не знал, сколько моя душа болталась в пространстве. Если Гадюка правильно определила технологии переноса сознания, то деньков в этот раз минуло немало, а энергетический кораблик, в который прячется моё сознание, умеет неплохо летать. Прошло больше полугода и все мои чудесные способности стали снова работоспособны. Я оказался не в пяти или десяти кругах, а на другой стороне сферы Единства. Если хочу взглянуть на свои предыдущие деревья, мне нужно просто поднять голову и посмотреть на звёздное небо.

Пробежался взглядом по своему рунному имуществу: Чёрная руна была на месте и теперь описание поменялось на три применения из одиннадцати. Почему-то я был уверен, что она обязательно будет со мной. Корзинка удовольствий. Махант дарил от чистого сердца, поэтому прилипла так, что уже не отдерёшь. Некомплектный, без искина и боевого вычислителя Тарантул - подарок Гадюки. Тоже по любви, от души подарили. Руна телесной эфемерности. В этот раз её решили не отбирать, раз с таким трудом подпихнули мне её обратно. Илиумовый Коготь. Он и по описанию привязывается к душе. Ошейник изничтожения, не смотря на приписку, что самовосстанавливающийся, по-прежнему значился как поломанный, со знаками вопроса. Термическая смарт-граната на палке с верёвкой. Кристалл полигона. Руна мгновенного уродливого роста. Это, наверное, взбодренный чёрной руной амулет Нимфей переродился в совсем ни на что не похожее, и по традиции нашел себе самого подходящего владельца. Даже не буду указывать пальцем на кого.

Снежного вихря, который оставил мне Туг, не было. Я им не пользовался, значит, решили, что он мне и не нужен. Пусть достанется какому-то другому Восходящему, который всё-таки будет заниматься своим ростом и развивать руны. Осталось только улыбаться, читая свой коллекционный список дефектных редкостей, собранных мной в настоящую коллекцию с разных кругов. Единственным огорчающим моментом было то, что у владельца столь впечатляющей коллекции не было ни одной капли звёздной крови.

Ко всему этому была бронзовая награда Наблюдателя, которую мне надо было в очередной раз тщательно выбрать из бесконечных трёх вариантов. Неожиданно заработал и начал считать счётчик уничтоженных мной червей. Это, наверное, мне засчитали тех, кто разбился, падая с высоты. Неплохо порезвился. Мне начислили деревянную награду. Теперь мне нужно было забрать целых две руны у Наблюдателя, но вначале насущное.

Проверил болезного. Всё стабильно. Выполз под свет древа. До ближайших разломов было неблизко, и если червь решить выскочить посреди дня, что они, кстати, вполне могут сделать, то у меня будет возможность спрятаться. Я, между прочим, его прекрасно чувствовал и буду реагировать раньше, чем он попадёт в прямую видимость. Хотя он притих и совсем не теребил ментальное поле, но моё чувство капитана малого тральщика отлично давало информацию, где он находиться, и что тихо ждёт своей очереди.

Корабль лежал на каменном завале, подмяв под себя немного сломанных деревьев, и даже сотни ремонтных медуз не хватит, чтобы он взлетел к наступлению темноты. А именно к этому времени обещался зайти в гости один очень сильно обиженный товарищ, с которым я недавно совсем нехорошо поступил. С первым осмотром было понятно. Ещё было плохо, что сторона, на которой сохранилось два орудия, из которых корвет уничтожал рабочих червей, была подмята, а на верхней стороне все средства поражения были поломаны ещё до меня. Обидно. Где-то в душе, я рассчитывал на несколько подлых выстрелов в червячью голову, но не срослось.

Перед тем как выползти, я вколол регенератор, антидот и добавил снотворного раненому. Судя по тому, что зафиксировали тело серьёзно, вытащив специальные упоры, скорее всего были повреждения позвоночника и либо сильные повреждения конечностей. Тот, кто укладывал Тархана в кресло, наверняка знал больше о его состоянии. В голову пришла замечательная идея и приволок медузу. Снял разбитую, с кусками лечебно-герметизирующей пены перчатку с руки. Пальцам досталось прилично, но вроде без переломов. Материал, похожий на нашу пластсталь деформировался, где-то треснул, но защитил кисть руки. М, да. Летуны у них очень крепкие ребята. Может штурмовики из десанта? Кулак Тархана был в полтора раза больше моего, да и ростом он был под два метра. Я сразу обратил внимание, что все кресла были габаритные, и чтобы отрегулировать под себя, я просто сдёрнул всё настройки на минимумы.

Медуза оказалось полным универсалом. Она начала объедать лечебную пену, растворяя в себе, затягивала несколько царапин от вмятых кусков металла, прилаживая к месту и приживляя два вывернутых ногтя. Как обычно, делала она это неспешно. Ещё немного понаблюдал, и убедившись, что занимаются именно лечением, а не растворяют беспамятное тело, решил заниматься своими делами.

Снова отправился наружу. Червяк был там-же, тихо сидел и наверняка был уверен, что я не знаю где он. И я буду поступать аналогично. Под высокой травой росли целые поля мелких разрывников. Малыши с ноготок прятались при моём приближении, исчезая под землёй. Можно было-бы попробовать запустить руну мгновенного уродливого роста на разрывник, и если всё пройдёт нормально, то злой куст может задержать червя. Но вначале надо было добыть звёздной крови, которой у меня не было совсем.

Огляделся. Когда не надо, то на тебя сыплют изобилием, но где мне взять звёздной крови до вечера? У меня ещё была руна с термической гранатой, сразу с палкой и верёвкой. Готовая растяжка, которая наверняка взбодрит червя, и я даже был готов применить кристалл полигона. Если червяк ничего не боится, и будут только мои страхи, то ему изрядно придётся побегать за метающей говно одноглазой клоунессой. Оставалось только вздохнуть. Ноль из нуля, столь ценного ресурса. Самое интересное, что руны при смене тела оставили, а звёздную кровь забрали полностью.

Решил вернуться к цивилизации и распотрошить криптор. Традиционный набор из Дефендера, палатки, лодки, запасного белья и набора пищевых концентратов я пробежал глазами. Из разного был Суворов, десять магазинов, две коробки отдельно и запечатанный ящик патронов. Гранат не было. А жаль. Наверное, моё тело принадлежало военмеду. Было два расширенных операционных дрона, вроде компактных автомедов, и целая залежь бинтов, пластырей, и лекарств. Был целый ящик блоков к инектору, причём в расширенном ассортименте. Это не личный запас. Одному человеку надо каждый день все ноги и руки ломать, чтобы использовать хотя бы половину из увесистого ящика лечебной химии. Всё это было вместо традиционных репликационных схем и батарей. Но мои проблемы, даже наличие Суворова не решало.

Червяк был непрост, и я начал готовить великую засаду. К кораблю вело три разлома, а остальные разломы начинались гораздо дальше. В те два, которые по бокам, я целый день таскал ветки. Летающие машины - это такая штука, которая наполнена кучей жидкостей, от обычного хладагента из систем кондиционирования до сжиженных и очень горючих газов. Есть масла из гидравлических смесей для сервоприводов и даже там, где большую часть устройства занимает энергетическое поле, не факт, что не будет корпуса, в котором циркулирует горючая жидкость. Когда падает корабль, то всё это капает, стекает, а если расковырять в нужном месте, то отлично сливается в импровизированные вёдра, которые я устроил из пары пластиковых мешков, связав и разрезав в нужных местах.

С корабля удалось слить немало горючих жидкостей, которыми я щедро поливал дрова. В одном проходе, с пролитыми горючим дровами сделал растяжку из ракетницы, а во второй установил выдранный с корвета прибор. Он имел источник энергии, и если зацепить провода, то они включаться, раскаляться и огонь вспыхнет.Всё тщательно и демонстративно показательно замаскировал.

Оставался центральный и самый ближний к кораблю проход. Около прохода раскидал блоки пищевого концентрата и уложил их дорожкой метра через два. Дорожка из еды вела к грузовому трюму. Использовав веревку и пару палок, организовал блок, и приподнял кусок разбитой обшивки, соорудив отличный проход под вывернутой дюзой. Достал из криптора свой запасной комбинезон. Набил его мусором, создав чучело, одел тактические очки и разместил внутри дырки. Получилось, как будто я бежал, а по пути ронял блоки пищевого концентрата, а теперь сижу внутри дырки, за приподнятым большой палкой куском металла.

Затем к палке, придерживающей лист металла, привязал веревку. Если дернуть, то проход закроется. Отошёл метров на пятьдесят и спрятался за камнем, держа в руках веревку. Я чувствовал, как червяк вначале пошел к одному обходному проходу, потом к другому, но подойдя к моим залежам дров, облитых горючими жидкостями, и растяжкам из ракетницы и прибора, дальше двигаться не стал. Вернулся к самому удобному и свободному выходу из разлома. Очень осторожно высунулся. Долго смотрел на мою дорожку из блоков пищевого концентрата и дырку, подпертую палкой, с веревкой, в которой просматривались очертания моего запасного комбинезона.

Червь довольно долго рассматривал мои приготовления, а потом, что-то для себя решив, начал действовать. Червяк медленно двигался по дорожке из пищевых концентратов, подошёл, и почти просунулся в дырку, а потом резко обернулся в мою сторону, издав пронзительный чирикающий звук.

- Сам идиот! - чирикнул я в ответ на универсальном ксено.

Этот язык в обязательном порядке вкладывали в симбионты всем, кто имел контрабордажные команды из нелюдей. Моя модификация, у кого, были на борту пауки и богомолы, содержало наречие именно этих рас, но и остальные понимали большую часть, что я чирикнул.

Немая сцена. Червяк ожидал всего что угодно, кроме вот этого. А потом сработала ловушка. Но не железка с палкой, а я дал команду, и вывернутая дюза включилась, опаляя сотню метров поляны вокруг, как раз над головой червя. Всё было как я люблю, неправильно и максимально бессистемно. Если по правилам, то корабль должен дать команду, сработать системы накачки, системы компенсации и ещё много чего, и только потом контур управления подаст горючее и вспыхнет огнём факел дюзы. А можно как мой Симбионт, используя резервный бак напрямую, просто сразу запалив горючее и полыхнув факелом огня.

Пламя вылетело толстой струёй, обжигая червя. И опять. Только и оставалось подумать - Раджеп Мадарасп! Силище у червяка была эпическая. Поляна оказалась залита огнём, но червяк устоял, прыгнул, а потом скатился на небольшую площадку в узкой трещине. Бежать ему было некуда, сгорающее топливо ревело над ним, тваре тьмы было очень некомфортно, но это не то, на что я рассчитывал. Любой бы другой червь однозначно вспыхнул от такого огненного сюрприза, а этот неплохо подпалился, но оставался вполне дееспособным. Было предположение, что этого червя готовили как диверсанта, а зная, что самое опасное для них - огонь, наделили немалым количеством защиты. Но гадать бесполезно.

Червяк, опаленный из заработавшей дюзы, по-прежнему сидел на небольшой площадке под каменным уступом. Я даже не предполагал, что обожженный огнем червяк будет такой резвый. Он никуда не мог двинуться, но и пламя не доставало. Его опаливало, но не убивало. Он всем своим видом показывал, что у него терпения гораздо больше, чем топлива в резервном баке. Наверняка имаго-командир понимал, что болтающаяся на соплях железяка, не сможет долго извергать щедрые потоки огня, покрывая сотню метров. И я понимал. Создавалась патовая ситуация. В ловушку для идиотов я его поймал, а вот что мне теперь с ним делать?

Все пространство заросло мелкими, с ноготь размером, разрывниками. Они были и на площадке с червяком. На эти растения постоянно указывал Симбионт, выделив их в особую касту и отыскивая повсюду. Архераил, ты тупой? Я же уже так делал в храме Говорящей Головы! Открыть задание наблюдателя и забрать награды. Схватил первые попавшиеся руны и сломал. Пять капель звёздной крови. Меня этому Говорящая Голова научил. Руна – амулет мгновенного уродливого роста и отправить искорку в крошечный кустик разрывника.

Растение сразу стало огромным, а ветви куста, с кусачими колючками, впивались в шкуру извивающегося червя. Разрывники всегда выглядели недобро, и я особых отличий обычного от взращённого уродливым ростом не увидел. Как по мне, милый кустик, когда от него подальше находишься. Ветви дернулись в разные стороны, а колючки всё больше и больше впивались в тёмную тварь, врезаясь намертво. Куст старался разорвать свою жертву, но червь выдержал, пытаясь вырваться. Ветви, вцепившиеся в тело, держали намертво, но не убили. Я почувствовал, как воздух наполняется мощнейшим ментальным импульсом. Мне страшно захотелось взять нож и разрезать побеги, а потом последовал большой список желаний, связанный с отпусканием имаго командира из ловушки и простецкие просьбы - головой об камень убиться.

У меня было оружие, но я даже не пытался стрелять. Симбионт сразу предупредил, что возможности червя гораздо более широкие, чем кажутся, и если я вздумаю высунуть руку или голову, то тут меня и прикопают без той части тела, что я высунул. Да уж, нашёл себе развлечение в виде отловленной твари, а потом я заржал.

- Капитан Архераил, ты тупой? - сам у себя спросил и тут-же подтвердил.

- Так точно. Тупой.

В жизни многие вещи идут не по плану, как это. Вместо сжечь, я только поймал червя, но если к нему не придёт помощь в виде другого теневого чудовища, то мне надо просто подождать всего несколько часов. Я посмотрел в сторону ночного силуэта игг-древа. Первые проблески уже начинали вытеснять свет ночной иглы, заменяя синеватый оттенок золотым свечением. Оставалось только не обращать внимание на навязчивый шёпот в голове, который совсем мне не мешал, хотя раздражал и упрямо требовал бросить всё и прийти на выручку схваченному разрывником червяку.

Шум от борьбы твари и милого кустика был гораздо сильнее, чем ментальное давление на мозг от пойманного червя. Я прислонился к борту и прикрыл глаза. К возможному появлению других червей я отнёсся философски. Тварь так вопила на всех мозговых диапазонах, что все обычные хищники давно обгадились и разбежались, а с моим автоматом из аварийного набора от пришедших на помощь червей, если они здесь есть, не отбиться.

Червь бился и орал. Жуткие вопли в ментальном поле сотрясали всю округу. Сжигаемое игг-светом чудовище не церемонилось. От нас врассыпную бежали звери, стараясь как можно быстрее покинуть страшное место. Многие падали и бились в конвульсиях, некоторые просто валялись, возможно погибнув или пребывая в беспамятстве. Не мудрено, что может оглушило таким миндальным воплем. Симбионт сообщил, что в моё ментальное дерево с вопросами добавилось параметров, но прочитать не может, зато способен показать, где это место. Прямо здесь и сейчас узнавать такие ценнейшие сведения я не хотел, и от меня отстали.

Под всё это сам не заметил, как заснул. Проснулся, когда было уже совсем светло. Заглянув в разлом, увидел остатки выгоревшей сороконожки и тут-же получил сообщение от наблюдателя: «Ваша слава повышена на пять. Задание - уничтожение червя командира - один из десяти - выполнено».

Меня немного похвалили за сложность, а потом добавили ещё одну единичку славы за то, что червяк был не из простых. Осторожно высунулся за край камня, посмотреть на площадку. Ещё одна недокументированная возможность. На площадке было два мертвеца – червяк и теневой разрывник. Теневые твари погибают от игг-света, но гораздо менее чувствительны к действию древа. И червь и растение сгорели под игг-светом, но вначале червяк, а потом теневой разрывник. Судя по всему, растение забрало звёздную кровь у имаго командира, и только потом издохло само.

Не уверен, но может уродливый рост и заключается в приставке теневой? Теневые хищники всегда силнее таких-же, только без приставки теневые, но страдают от света древ и стараются жить подальше от центра круга.

От червя почти ничего не осталось. Такое ощущение, он горел, словно труп сжигали в крематории. Нашлось всего несколько небольших чешуек и интерфейс опознал небольшой гранёный камешек. Дар превосходящего червя, чёрный предмет, может содержать чёрную руну, а дальше шли вопросы. Наверняка что-то редкое, но прикасаться не хотелось. Я аккуратно подобрал две палочки, переложил штуковину в полиэтиленовый пакет, а затем зашвырнул в ячейку криптора. Там безвременье, и, если штука ядовитая, радиоактивная или содержит ещё какую гадость, прекрасно полежит в экстамерности. Таскать подобную вещицу в кармане не хотелось абсолютно. Ещё немного покопав палочкой в остатках разложившегося монстра, обнаружил неприметную тончайшую цепочку, покрытую зеленым налетом. На ней висел крошечный кулончик с маленьким зеленым камушком.

Кусочек иллиума - на цепочке из иллиума. И всё. Ни вопросов, не свойств - ничего. В дальнейшем интерфейс Восхождения полностью проигнорировал предмет. Это тоже наверняка штука ценная, но я не очень понимаю во всех этих украшениях. Не зря же его червяк таскал? Или просто съел кого-то нарядного, а кулончик за почку зацепился и остался в желудке? Для меня еда, броня и оружие - вот настоящие ценности, а всё остальное придумали торгаши на отсталых планетах. С предметом я поступил точно так же. Положил в полиэтиленовый пакет и зашвырнул в хранилище.

Над выжженым разрывником висело несколько искорок. Червь одарил меня двумя проклятыми рунами с классификацией мерзость. Это наверняка с него. Было ещё двадцать две капли звёздной крови, которые я забрал у кустика. Возможно, не будь двойной перекладки от червя к растению, мои трофеи были бы гораздо больше, но тоже неплохо.

Задание наблюдателя обновилось. Теперь мне предстояло убить десять, а потом и сотню таких червяков. Как я понял, их тут кишмя-кишело и они не переводились. Жаль, что не было доступа к моему другу Говорящей Голове. У меня появилась куча конкретных вопросов, на которые мне наверняка бы ответили, раз рассказали о всех тайнах мироздания, но не всегда знаешь, что надо спрашивать, когда перед тобой нужный собеседник, а многие вопросы появляются уже после беседы.

Потрёпанный, но довольный, я вполз в корабль. Главного врага придушили, даже трофеи собрали, ещё и от Наблюдателя похвалы получили. За время моей славной охоты, медуза растеклась по всему телу больного, слизала лечебную пену и во всю лечила раненного. «Раджеп Мадарасп!» – само вырвалось у меня. Привязанный к креслу, закованный в потрёпанный лётный доспех, лежал настоящий тавр.

Глава 3. Теория невероятности

Рухнувший корабль был отличным домом. Все основные модули во время падения и наших мытарств в воздухе давным-давно вышли из строя, но Симбионт нащупывал отдельные приборы, и брал их под управление. В корабле было светло, работала вентиляция, а в углу командной рубки, после того как мой житель головы принудительно заблокировал автоматическую систему пожаротушения, я развёл костёр. В корпусе было немало дырок, и по техническим каналам, под пульт дул приличный сквозняк, давая неплохую тягу. Нужно только было выломать ценные приборы и натаскать немного камней, засунуть пару листов металла, организовав место для приготовления еды. В этих местах было прохладно и дополнительный источник тепла тоже был совсем не лишним.

Во время удара жёсткость корвета повело и корпус во многих местах пошёл небольшими трещинами и разрывами обшивки. Кое-где выдавило технические лючки или просто вывернуло немало навесного оборудования. Грузовой отсек был заблокирован, а через мелкие дырки в обшивке, крупные хищники к нам пролезть не могли. Зато мелочевка, привлечённая запахами людей, с удовольствием пролезала через множество растрескавшихся и вывернутых от удара плит корпуса. Потом мелкие животные расползались по техническим каналам, шурша по всему внутреннему пространству. Около меня крутилась целая стая небольших и любопытных тинехватов. Они сновали то там, то там, и старались не попадаться под свет светильников, но очень заинтересовались моей кулинарией.

Совсем недалеко протекал ручей, где воды было буквально по щиколотку, а прямо по нему плыли рыбины. Водные обитатели оказались традиционно зубастые и крайне агрессивные. Не такие огромные, которых я ловил с Кусем, но и не мелочёвка, а килограмма по три-четыре. Подобных рыб я уже добывал, но размером чуть побольше. Всё сделал без заморочек. Просто вытащил мачете, проткнул тушу, отбросив на берег, а потом добил камнем, пока меня самого не покусали. Выброшенная на берег животина клацала пастью, и пыталась меня укусить, но я заранее присмотрел удобный булыжник. Потом сунуть в криптор и повторил ещё два раза.

Когда вернулся на корабль, костерок, сделанный посреди разбитого пульта, горел, дымок выносило наружу сквозняком, угли уже были готовы, и оставалось только начать готовить рыбу. Вокруг бегали небольшие тенехваты, попискивали и ждали угощения. Оставлять раненого одного я не боялся. Крупняк сюда не пролезет. В рубке было несколько камер, в которые я поглядывал через имплант, а когда включали свет на полную яркость, то теневые тварюшки убегали в темноту технических каналов и не высовывались. Когда возвращался, то приглушал освещение и честно делился. Целая стайка тенехватов с визгом и клёкотом дралась за небольшие кусочки рыбы, выясняя, кому есть первым. Дрались не насмерть, а только распределяя последовательность кормления.

У меня было полно дел, кроме того, как тенехватов прикармливать, но и этому занятию я находил минутку. В этом у меня был сугубо практический интерес. Все животные с приставкой - теневые, как я убедился, имели гораздо больший интеллект, чем все остальные, а ещё имели целый набор расширенных чувств. Они двигались быстрее и почти всегда бесшумно. Как я пойму, что сюда пришёл кто-то опаснее мелких многоногих? В случае, если сюда будет пробираться кто-то страшный и ужасный, то моё зверье почувствует реальную опасность. Я, конечно, и не думал, что они заступятся за капитана малого тральщика, но смогу увидеть суету, и у меня будет больше времени отреагировать, чем, если бы я просто нос к носу столкнулся с уже зашедшим на мою территорию теневым хищником. Они-то наверняка старших товарищей отслеживают.

Выполнив родительские обязанности по кормлению малышей, отправился осмотреть и попробовать напоить болезного. С медузой было и хорошо, и не очень. Она отлично лечила все внешние повреждения, зализывала раны на коже, стягивала ошмётки плоти, вправляла вывернутые ногти и всё, что касалось внешних повреждений. Зато чудо биотехники и рунной мысли внутренние повреждения не лечила категорически. Надежд на то, что ситуация как то поправится - совершенно не было.

Вернулся к очагу. Все-таки за это время я уже привык к еде не из пищевого синтезатора. У меня ещё оставалась корзинка Удовольствий, и теперь я ей мог воспользоваться, но решил приберечь звёздную кровь для экстренных ситуаций. Непонятно как дело обернется дальше. Нужно было осмотреться. Может быть за нами прилетят через несколько часов и нас просто заберут, а если выбираться самим, то тогда что делать? Проблема была в раненом тавре. Судя по тому, что кресло было специальным образом подогнано, выдвинуты дополнительные упоры, а ноги и грудь дополнительно стянута страховочными ремнями, с нестандартной фиксацией, то внутренние повреждения были наверняка. Надо было понять, что с ним и как его тащить. Прекрасно знаю, что если кто-то получил перелом позвоночника или бедра, то поднять его на ноги и сказать, что всё будет хорошо – это не лучшая идея. Гораздо правильнее зафиксировать тело, даже если нужно немного в грязи полежать, и дождаться тех, кто реально умеет помощь оказывать.

Уже вторые сутки раненный провёл в отключке. Накачал я его очень здорово. За это время удалось пару раз попоить его по несколько глотков, по крайней мере его жизни ничего не угрожало. Была идея использовать автодок из моего комплекта военмеда, но пока он не придет в себя, делать это было нельзя. Повреждения были внутренние и вначале нужно было адаптировать пауков. Анатомия разумного тавра была почти такая же, как у людей. Практическое отличие было только в копытах и в слегка коровоподобной морде. Рогов у Тархана не было, и он носил нормальный сферический лётный шлем. Поэтому я даже и не думал, что он бык, а не человек. На ноги не обратил внимания. У многих скафандров ботинки больше напоминают копыта. Внизу размещают магнитные подошвы, дополнительные системы подвижности или просто тяжёлые элементы экипировки, смещая центр тяжести вниз. Опуская критические элементы как можно ниже, можно убрать с линии огня энергоблоки, резервный БК и ещё масса причин.

Пока решил не суетиться. Куда бежать я просто не знал. Корвет точно всё, но ещё мог послужить в качестве трупа. Многие бронеплиты расслоились и образовали множество мелких дырок, через которые пробирались небольшие теневые животные, зато крупных не было. Большую часть времени была ночь, но если сюда придут черви, то лучше обороняться изнутри, чем бегать по тёмным расщелинам с бесчувственным телом на руках.

За это время, помимо костра посреди пульта управления, удалось организовать некое подобие обороны. Под чутким руководством импланта, я смог отколупать, перетащить, укрепить, а потом выпустив ремонтную медузу, ещё и активировать непонятно каким чудом оставшийся последний боевой модуль. Это был гибрид энергетики и гаусс орудия на основе рунных технологий. Что это конкретно и чем стреляло понять было невозможно, но мощь этих штук я видел. Просто внутри корпуса остался ещё один неиспользованный контейнер, который я и переволок, установив за вывороченной створкой грузового отсека и подключив с помощью медузы. Теперь у нас была закрыта задняя полусфера, а просто так прыгнуть на орудие не получиться. Проход к нему перегораживало целое сплетение покорёженного металла. Часть сектора обстрела перекрывалась железяками, зато и в один самоубийственный прыжок снести огневую точку не удастся.

Всё это время думал о происходящем. По традиции, в первые секунды прибывания в новом круге я получал теневого хищника, а после женщину из рыбообразных с великой идеей. В этот раз теневые хищники дружить со мной хотели только издали, в стаю не брали, хотя в округе подобного зверья было немало. Взамен мне выдали драный корвет и потрепанного тавра. Может, где-то в душе даже был и рад тому, что в этот раз началось не с теневого хищника.

- Раджеп Мадарасп, - было первым, что я услышал от раненого.

Тархан внимательно смотрел на меня, грязного, в потрёпанном, но вполне современном синтетическом комбинезоне, колдующего у огня, разведенного прямо посреди управляющего пульта. На обломанных железках, которые я использовал как шампуры, жарилась рыба. Я их срезал мульти ключом из набора Космо и получил отличные приспособления для кухни. Видя, что тавр приходит в себя, кивнул:

- Точно. Раджеп Мадарасп. Скажи, тавры только солому едят или рыбу тоже будут? Если что, у меня есть овощные сублиматы и галеты.

Он, слегка приподняв голову, осматривал обстановку. После литров химии, которую я щедро влил в болезного, приходил в себя тавр медленно. Знаю, что был перебор со снотворным, но ментальное давление червяка было таким, что девяносто девять и шесть девяток после запятой давал Симбионт на вероятность, что ему мозги выжгут и остальные доли процентов оставил на случайность. Вероятность, что у него есть дерево ментальности вроде моего, располагалась дальше ещё на шесть знаков после запятой, обозначаясь в триллиардный долях процента. Я мог предполагать, что это будет тавр, но если бы под пеной скрывали людей леса, воды и даже кел, то воспринял бы это с меньшим удивлением.

В моём понимании тавры всегда были полуразумными дикарями с дубинами, и никогда не летали на многоцелевых корветах, сделанных по гибридным технологиям. Я никогда не слышал о том, чтобы человеко-быки были разумны, хотя логика подсказывала, что ничего в этом такого и нет. Были разумны, а потом одичали. Мало ли таких ситуаций в жизни происходит? Был я на одном орбитале по добыче не очень нужного астероидного пояса. Там народ жил столетиями, занимаясь межродственными браками, тупея и злоупотребляя спиртным такого качества, что порой примесей в нём было больше, чем самого спирта. Сюда никто не хотел ехать, а если и удавалось как-то кровь разбавить, то, только когда на разработки привозили преступников на вечное поселение, заменив смертную казнь на пожизненное. Вот там народ реально дичал и зверел, а то, что носили штаны, никакой разницы. Дикие тавры со своими мордами выглядели более интеллигентно, чем пьяные и обдолбанные химией рожи населения орбитала.

- Кто ты? – немного собравшись с силами сказал раненный.

- Давай я расскажу тебе, что здесь произошло, и было бы интересно услышать твое мнение, - ответил Тархану, улыбнувшись во всю рожу.

Я, конечно, не стал мучать угадайками ещё не до конца пришедшего в себя человеко-быка, поэтому вкратце рассказал Тархану, кто мы, чего мы и где мы. Без подробностей и пока без рассказа о прошлых кругах. Просто капитан космического тральщика с гвоздём в голове, а потом передал слово:

- А теперь, уважаемый парнокопытный, готов выслушать ваши предложения, что нам делать?

К моему удивлению, бычара улыбнулся во всю рожу и воскликнул:

- Раджеп Мадарасп! Моя теория верна! Теперь я могу спокойно умереть. То, что мы с тобой встретились - это всего две миллиардные процента.

- Умереть просто так не дам. По крайней мере пару стейков срезать обязан, а самое главное, почему именно две миллиардных? И что это за две миллиардных? – уточнил я.

- Я посчитал площадь Единства, и ещё более сотни тысяч параметров. Мы следили за той стороной почти тридцать лет и собирали информацию. Я рассчитал, что закрытой зоне летает гигантский корабль на недоступных высотах, а потом до нас начали доходить слухи, что с неба падает целый народ. Вероятность того, что ты будешь в нашем круге, это две миллиардные, но это по классической теории, но есть и другая. Я разрабатывал теорию нестабильных вероятностей. К математике надо добавить звёздную кровь, желания высших сил и незримые приметы. Есть несбыточные события с точки зрения расчётов. Сможет ли под твоим окном пройти сама Творящая? Вероятность, пятьдесят на пятьдесят. Либо сможет, либо нет. По факту, вероятность события ноль, но если ты начнёшь убивать мир, договорившись с червями, или спасёшь всё Единство от жуткой угрозы, или придумаешь как создавать новых животных, лучше прежних, то возможно, под твоим окном и промелькнёт силуэт Творящей.

- А какова вероятность пройти тот-же путь и совершить те-же дела, оказавшись случайно в другом круге? – уточнил я.

Разговор прямо в интересную сторону свернул.

- Если сам этого хочешь, то почти нулевая, если кто-то хочет, то пополам, а если круг выбран неслучайно, то почти сто процентов. Мало данных, но в том и смысл, чтобы звёздную кровь смешать с математикой.

Слова тавра заставляли задуматься. Я всеми ногами и руками брыкался, скакал в стороны не хуже Куся, но меня протащили словно вагон монорельса по предначертанной судьбе, и заставили замкнуть цепь событий. Симбионт, получив столь заманчивую информацию, жаждал узнать больше и посчитать всё это. По его прикидкам, с учётом движения Хельги по заданному маршруту, площади сбросов и количеству капсул, оказывающихся на поверхности, поделенных на площадь Единства и коэффициент удалённости, вероятность выходила намного меньше. Но Тархан рассчитал моё появление и реально ждал, почти угадав с местом и временем. Теперь Симбионт жаждал всех подробностей, и желал непременно ознакомиться со всеми тонкостями этой теории.

Сам Тархан был очень неслабым начальником в должности младший служитель. Слово младший не означало - мальчик на побегушках. Тавры не болели тщеславием и скромное название не принижало возможности моего быка. Он был учёным, воином и командиром.

- Ошибся на один круг и полгода, - сокрушался он.

Хотя, как по мне, угадать что Хельга прыгает через порталы на другую сторону единства, ещё и меня выпасти – это очень неслабо. В голову пришёл вопрос. Хорошо, тавр просчитал вероятности появления обычного колониста, а какова вероятность появления именно меня? Тархан выражал свои пламенные чувства, что он теперь знает, что он прав. Да, он сейчас скорее мёртв, чем жив, будучи привязан к креслу и отдаёт себе отчёт, что без серьёзной помощи, он долго не протянет, но как восторженно знать, что ты ткнул мордой в навоз целую кучу недоумков, которые вместо науки занимаются собиранием рун и занудными проповедями о ценности рогов.

Про рога я тоже уточнил. Оказалось, тавры были разделены по роговому принципу.

- Староверы, ортодоксы - как угодно. У прародителя рогов не было, потому что он носил лётный шлем. А эти оставляют рага. Для чего? А от ветра голову не поворачивает? Придурки. Всю боевую экипировку для них приходится переделывать. Шлемы, как кастрюли. С другого края круга видно, - возмущался Тархан.

- А я думал рога только военные удаляют.

-Да нет, многие удаляют. Есть, конечно, те, кто не хочет, но это гражданские. Им не надо, а эти принципиально. Даже историю придумали о том, что прародитель по кругам летал и искал способ обратно себе рога вернуть. Придурки. Он знания искал.

Тархану становилось всё лучше и лучше. Я уколол ему палец ножом, и притронулся локтем к капле крови. Симбионт сообщил, что химия и генетика у людей и тавров отличается минимально, по крайней мере все лекарства в моей аптечке будут работать правильно и я могу спокойно добавить антидота и кормить не только сеном. Чем я и занялся. После пары препаратов, из моей расширенной аптечки, раненный совсем пришёл в себя и много пил, а потом не отказался и от еды. Давал ему пока понемногу. Всё-таки несколько суток совсем без еды, и надо было поберечься.

Когда я сидел около разведенного костерка, к нам выполз тенехват размером с пару ладоней. Я отрезал кусочек рыбы и протянул зверьку. Очень быстрым движением схватил угощение, отскочил метра на три и начал быстро жрать. Это было хорошо. Пока спокойно бегаем мелочь, нет постоянных крупных хищников. По крайней мере прямо сейчас. У теневых зверей совершенно другие чувства и принципы взаимодействия и если сюда направиться кто-то покрупнее, то мелочь сразу разбежится.

Я прекрасно чувствовал червей, по сути, первородных тварей Грани, которыми, собственно, они и являлись, просто это был один из миллиардов вариантов, что водились за разрывом пространства. Как говорила Гадюка, теневые животные прихватили часть генокода червей, но, по сути, были обычными животными, и я их почти не чувствовал. В любом случае, моих ощущений точно недостаточно, чтобы гарантированно понять о приближении подобного зверюги, а не тогда, когда на спину прыгнут. Я, конечно, тоже не был чужим. Просто знаю, что на меня эти не нападут, и тоже благодаря чувствам, а вот на Тархана напали-бы обязательно.

Заботливая мамочка в виде капитана космического тральщика нарезала ещё несколько кусочков рыбы, кинув так, чтобы каждому досталось, и дети не дрались. Без злых писков и стрекотаний не обошлось, но всем досталось, и никто еду у товарища не отобрал.

Мы с Тарханом ели только спину, а голова, плавники, брюхо и костяной хребет с щедрыми кусками мяса, подкидывал суетящейся мелочи. Иногда возникала драка, но беззлобно, зато с громкими писками и угрозами в виде поднятых лап и клацанья пастью. Выясняя отношения не в полный контакт, а просто расставляя приоритеты, кто за кем и чего будет есть. Еды хватало. Насмерть, собственно как и принято у теневых хищников, никто не сцеплялся.

Тархан наблюдал за этим всем. Когда очередной зверёныш выхватил из пальцев кусок рыбы и убежал, тавр сказал:

- Это теневая тварь. Это очень опасно. Почему они не укусили?

- Наверное любят. Меня тут многие животные любят.

- Они же могут и руку отхватить?

- Могут, но меня не кусают, - легко согласился я и протянул ещё один кусочек.

Тенехват подскочил, выхватил у меня из пальцев еду и шмыгнул в сторону, чтобы у него товарищи добычу изо рта не вытащили. Бычара только усмехнулся:

- Что-то ты не договариваешь?

- Договариваешь, но всё так сразу не объяснить, - и начал выкладывать следующий круг правды.

Тавры были в курсе устройства Единства, собирали об этом информацию со всех возможных источников и были в курсе, что в легендах описывались иные звёзды и существует ещё много чего, что вне нашего мира.

- А тараканы космические есть? – удивлённо воскликнул Тархан.

- Нет никаких тараканов. Есть пауки, богомолы, сколопендры и жуки.

- А муравьи?

- Муравьи - этот пауки. Если лапы к телу и брюшко - это все паукообразные, а если тело ровно посередине и лапы мелкие, то это жуки. Только всё равно всех пауками называют. Так проще. Почти все дроны и биоботы – это тело с несколькими ножками и их все пауками называют. От миллиметровых паучков-наблюдателей до двадцати четырёх нагих ударных танков – которые размером, что в трюм линкора еле пролазят - всё пауки. Правильнее было бы сказать жуки, но так повелось. Богомолы - они почти как люди, только лапы от 4 до 6, а вместо рук ударные лапы и могут укусить. Сколопендры - это длинное, и когда много ног.

- Совсем как наши черви, - поддержал товарищ. – А летающие? Есть ведь?

- Есть. Мухи, стрекозы, бабочки, паруса.

- А паруса это что?

- Огромная тряпка, почти всегда в космосе живёт. Есть такие существа, которые между галактиками по много миллионов лет летают, на звёздный ветер опираясь.

- Разумные?

- Есть и разумные. У нелюдей на одной планете может быть сотни тысяч видов разумных. Вариации разумных тоже отличаются. Есть высшие, бойцы, разумные, хранители, полуразумные, неразумные. Только у пауков восемь видов разумности. Мне это не надо. Я в этом не разбирался.

- Сколько всего мы ещё не знаем, - вдохнул Тархан.

Он расспрашивал меня обо всём, словно ребёнок. И также восторгался. Рассказал и таврах:

- Те, кто создал наш народ, смеялись над нами. Мы были тупы, безмозглы и агрессивны. Они разбросали Народ Тавров по множеству кругов, превратив нас в животных, которые должны жрать травы со звездной кровью, накапливать и отдавать со своей смертью. Но пришла та, что Творит, и возмутилась, и сказала, что нельзя людей превращать в животных и дала нам разум, но она коснулась не всех, и теперь Народ Тавров разделён на животных и тех кто помнит. Мы обязаны сохранить дар, должны творить, учиться и быть умными. Тысячи поколений мы храним и развиваем технологии, хотя давно могли всё заменить рунами, но тогда мы утратим дар и станем как большинство народов кругов, забившиеся под свет игг-древа. А дальше будут руны, хижины и костяные ножи, которыми одинаково удобно охотиться и выкапывать из земли съедобные коренья.

- Так серьёзно? А мы вроде как произошли от обезьян сами по себе. Выходит, вы специально технологии держите, но можете обойтись рунами?

- Вы от обезьян произошли и вам плевать будут у вас руны или наука, а мы не можем. Наш народ создали, как и многие народы Единства. Творящая дала нам разум, и мы специально всё, что можем, делаем без рун, стараясь использовать руны по минимум. Но, наверное, скоро придёт конец нашей цивилизации. Старики всё больше и больше хотят видеть рунах перспективу. Безмозглые придурки! Наши рунные технологии развиваются также, как и остальные и наши Восходящие не слабее других, но в совмещении двух технологий сила тавров. Наш прародитель всегда говорил о том, что техника нужна не потому, что мы без неё не можем обойтись, а для того, что без неё не могут обойтись наши мозги. И как только мы перестанем строить боевые корабли, то начнём драться дубинами, как наши родственники, которые за стеной пасутся. В рунах быстрая сила, но долгая и неумолимая смерть для мозга. Пока мы не найдём истоки технологии создания рун, то для нас они будут отупляющей игрушкой и закончим, как и другие народы, копьями и топорами.

Оставалось только восхищаться. Просто сильно. Космо, пришедшим из другого мира – это очевидно и земляне активно пользуются совмещением технологий. Но сколько надо бычьего тупого упрямства, чтобы сотни тысяч лет создавать электронику и чинить поломанные моторы, сохраняя науку, десятилетиями учить детей в школах и высших училищах, а не пульнуть из рунного кружка искорку и решить проблему.

Глава 4. Бегом-бегом

Местные человеко-коровы были людьми не меньше, чем волосатые Люди Леса или моя Склизкая, с чешуёй, перепонками и жабрами. Основатели расы заложили неплохой старт, а при рунных возможностях смогли сохранить и технологическую ветвь развития, не опустившись до своих полуразумных сородичей. Кстати, дикие тавры тут тоже водились в изобилии. Огромные, клыкастые, рогастые и совершенно тупые животные здесь были настоящим бедствием для остальных народов, но высокотехнологичные тавры их убивали только в том случае, если шла прямая агрессия их поселениям, предпочитая отгонять рунами и слезоточивым газом. Полуразумные родственники быстро научились не подходить к городам разумных человеко-коров и практически не беспокоили, зато отрывались на других народах круга.

Быт налаживался. Каждый вечер, когда гас свет древа, я ходил ловить несколько рыб. Мои глаза отлично видели в темноте, а рыбы плыли медленнее, поэтому становились лёгкой добычей. Тархан замечательно ел рыбу, мясо и вообще всё, что дали, не перебирая. За мной увязывалась пара тенехватов. Эти были посмелее, постоянно лезли под руку и всегда получали самый лучший кусочек. Они носились по берегу, создавая невероятную суету, наблюдая за моей рыбалкой и вожделея своей доли. Я много времени на берегу не проводил, опасаясь того, что если долго задержаться на одном месте, то на меня могут обратить внимание те, кто посильнее. Добыв две-три рыбы, выдавал долю сопровождавшим, раз уж вместе ходим на рыбалку, совал в тушки в криптор и возвращался на корвет.

С Тарханом всё было относительно неплохо и плохо. Как обычно это бывает у меня, всё идет комплектом. Позвоночник был цел, а самая большая опасность была именно в этом. Боли, при повреждении позвоночного столба, очень тяжело блокировать. Особенно плохо, если они вызваны разрывами нервных окончаний. Тут нужно либо полностью отключать сознание, либо давать бешеные дозы обезболивающих. На этом хорошее заканчивалось.

У товарища была повреждены бедренные и тазовые кости. Там были даже не кости, а суповой набор, хоть сейчас гуляш из говядины вари. И как это всё лечить? Ничего хорошего, но это уже гораздо легче блокируется препаратами, а самое главное, что верхняя половина тела не нуждалась практически ни в каком лечении, руки и голова были в относительном порядке. Ни о какой транспортировке в ближайшее время говорить не приходилось, а ещё очень хорошо, что анатомия людей и разумных тавров очень близка.

Пришла идея. Я же теперь, вроде как доктор. Выволок лечебные машинки из своего комплекта, а Симбионт отлично оживил паучков. Автомеды не задавались никакими вопросами, а просто определили необходимую геометрию кости, спросили у меня подтверждение, не померещились ли им такие огромные костищи. За это время, пока паучки диагностировали повреждения, мы содрали часть скафандра с Тархана, при помощи мультиключа, мудрых советов человеко-быка и возгласов про Раджеп Мадарасп. Удалось освободить неплохое операционное поле. Автомеды были рассчитаны на работу в походных условиях и было не обязательно снимать всю броню и создавать стерильные условия. Достаточно было дать доступ к ране, а всё остальное пауки делали сами.

Как только организовали доступ к телу, машинки принялись прокалывать, шить, сверлить и бурить. Как оказалось, у меня была целая куча дополнительных деталей для моих врачебных механизмов. Я вначале думал, что это просто комплект для выживания. В экстрамерности лежали целые коробки небольших саморезов, гвоздиков, винтов и штифтов. Но оказалось, что это тоже для моих паучков. Космо решили собрать в кучу все необходимые расходники и не распылять возможности криптора медика. Кости Тархана обзавелись целый горстью титановых вставок, зато теперь ничего не болталось и стало на своё место. Комплект был достаточно продвинутый, и мне только оставалось говорить. Да, да, да и делать, делать, а паучки уже сами ковырялись, вкручивали, сверлили и стягивали.

Почти всё время Тархан проводил в отключке, находясь под действием обезболивающих препаратов и снотворного. Операцию, по совету искусственного интеллекта автомедов пришлось разделить на два этапа. Я и близко не думал о том, что после того, как поработают автодоки, болезный поскачет бодрым козликом, но завинтили быка основательно. Оставалось только ждать пока схватятся кости и начнут восстанавливаться ткани. Всё время мучал вопрос. А какова вероятность получить вот такой медицинский криптор, и какова вероятность, что он попадёт к тебе именно тогда, когда у тебя будет поломанный тавр? А самое главное, на сколько сильно цифры будут отличаться в обычной математической теории и теории Тархана на звёздной крови?

Когда в очередной раз кормил больного, после операционного сна спросил, не дававший мне покоя вопрос.

- Скажи, а что такое Раджеп Мадарасп.

Тархан задумался и медленно ответил:

- Это такое существо, совсем не похожее на тавра. Оно не плохое, но там, где оно появляется, - и опять задумался, подбирая объяснение, - всем окружающим становиться непредсказуемо. Да, наверное, так самое правильное. Именно непредсказуемо. Наше общество живет порядком, а где появляется Раджеп Мадарасп, там заканчивается логика, порядок, перемешиваются все планы и становиться непредсказуемо.

- Отличное слово! Прямо как у нас сейчас.

В ответ Тархан только согласно кивнул.

Несколько дней вроде было всё нормально, но по как обычно, хорошо, но мало. Ещё не успело дерево как следует погаснуть, мои тенехваты нервно зачирикали, отказались от еды и явно куда-то меня звали. А потом зверьки сбежали. Я выполз из брони и увидел как сотни теневых зверей выползали изо всех щелей и шли в сторону огромной горы, возвышавшейся на той стороне здоровенного острова. Свет древа только погас. Обычно звери выходят позже, но в этот раз они решили пойти, как только свет игг-древа перестал жечь им шкуры настолько, чтобы можно было выжить.

Заполз внутрь и сообщил быку, что вижу.

- Понаблюдай ещё минут десять, - предложил он, и я вернулся к люку, но ничего не менялось.

Тархан прям зарядил мне идею смотреть на всё через призму его теории невероятности. С одной стороны, всё было как нельзя не вовремя, а с другой стороны нам, если это всё должно и было произойти, дали нормально отлежаться, привести себя в чувство, и потерпели десяток древодней. Судя по всему, нужно будет срочно уходить, но ругать судьбу тоже не стоило. У нас был отличный дом, очаг, даже кое-как наладили частичную систему обороны. Тавр шёл на выздоровление. И даже дали немного времени, чтобы собранные по частям кости начали между собой схватываться. А потом вот это всё.

Все теневые животные, включая моих тенехватов уходили в другую часть острова. Почему теневые твари двинулись уже с последними отблесками света древа, как только смогли выползти? Им было совсем не комфортно, но они упрямо шли, через боль. Это было неестественно и абсолютно непонятно. Я несколько раз выглядывал наружу и видел одно и тоже. Мелкие и большие теневые животные брели в другую часть острова. Остальные животные, которые были без приставки теневые, удивленно смотрели на передвижение своих ночных собратьев и не чувствовали никакой опасности. Невдалеке видел большую стаю травоядных, которые мирно паслись и никуда не собирались. Обычные и тёмные звери всегда были намешаны на краю света игг-древа и в этом ничего такого необычного не было. Только конкретно сейчас теневые уходили, а простые никуда не спешили, и спокойно занимались своими делами.

Капитаны малых тральщиков, к которым прилип кусок тёмной души, доверяют тем, у кого есть немного генетического кода от азур чудовищ - гораздо больше. Надо было срочно выдвигаться. Пусть лучше паника будет напрасной, и все просто собрались на ту сторону острова на концерт исключительно для теневых хищников. Придём, и я увижу сидящих в рядок медвегрызов и найтволков, аплодирующих артистам, и буду себя ругать за излишнюю осторожность, чем потом окажусь не прав. Симбионт просчитал вероятность концерта как две стотысячных процента. Оценить математический этюд не было возможности, поэтому приступил к насущному.

- Ну что? – первым делом спросил меня Тархан, когда я вернулся внутрь корабля.

- То же самое. Ну ты бычара и здоровый. И как тебя волочить?

Тархан улыбнулся:

- Бросай Архераил.

- Да нет, хотелось бы утащить.

- А мне как хотелось, но я только буду обузой. Это очень далеко. Ты должен выжить и рассказать, что здесь произошло. Ты не сможешь.

И действительно. По сравнению с одичавшими родственниками местные тавры были мелкие, почти как люди, но по габаритам были равны или превосходили Людей Моря. Человеко-быки были массивнее. Если жирняки с обрюзглыми рожами с нажористых орбиталов любили оправдывать свой экстремальный вес тем, что у них кость широкая, то у человеко-быков кости действительно были широкие. Веса добавляли массивные копыта, а толщина конечностей была именно габаритней человеческой, как за счёт кости, так и мышц. В Тархане было около двух метров роста и килограмм под сто шестьдесят живого веса, но снять полностью лётную броню было нереально, не разодрав раны после операции. А это уже все двести, а ещё надо было как-то аккуратно, не тревожа только собранные кости.

- Проще съесть чем таскать, - подтвердил я итог прикидок по весу.

Вытащить его из бокового люка было вполне реальным. Я пользовался верхним, а боковой не открывал из соображений безопасности. На разбитых кораблях открыть можно, а вот обратно закрыть удается далеко не всегда, но, когда мы покидали корабль в экстренной ситуации, это было вполне приемлемо. В этот люк можно было протащить лежанку человеко-быка, не тревожа его только-только начинающие заживать суставы.

- У тебя сколько звездной крови? - осведомился я, но, наверное, запас звездной крови это была интимная информация.

Во многих народах такие вопросы считались дурным тоном и узнать о том, когда его жена будет дома одна, считалось меньшей бестактностью, чем вот так в лоб спросить о запасе.

- Тебе зачем? – спросил тавр.

Да, наверное, вопрос надо ставить по-другому.

- Мне нужно сто пятьдесят капель, - решил я уже уточнить.

Тархан кивнул и немного подумав, ответил:

- У меня почти четыре с половиной тысячи.

- Ого!

- Я младший служитель и моя звёздная кровь, это не моё достояние, а достояние всего народа. Просто она у меня хранится.

Я перекинул ему руну поломанного Тарантула. Тархан читал описание руны подаренной Гадюкой. Он был технически грамотный и понял суть описания сразу.

- А точно нужно именно сейчас вот на это тратить полторы сотни капель звёздной крови? Его сомнения понятны. Он тоже был ребенком технической цивилизации, поэтому сразу всё понял, но не учитывал мои недокументированные возможности. Без управляющего модуля металлический паучара будет красивой, но бесполезной штуковиной.

Я утвердительно кивнул:

- Только чуть попозже, на улице. Когда мы тебя вытащим, - а дальше я почти час откручивал, отламывал и разбирал куски кресла, стараясь не дёргать раненного.

А затем, используя физическую силу рук Тархана и несколько железок, мы сняли верхнюю часть сиденья. Пришлось помучиться, чтобы доволочить до бокового выхода. Размеры малых кораблей не подразумевают, что будут таскать крупногабаритные предметы, но упрямство всегда побеждало технические неудобства. Открыть примятую дверь не получилось, но Симбионт подсказал другой вариант. Имплант дал команду и несколько пиропатронов отстрелили входной блок, вместе с дверью. Проход получился даже больше, зато обратно всунуть дверь уже точно не удастся.

Тархан выпустил Тарантула около корабля, а я носился между оторванным сидением с раненым и металлическим пауком, создавая целую упряжь из тросов комплекта колониста и того, что смог подходящего отодрать от корвета. Симбионт доложил, что энергетические блоки в порядке, мозгов, как и положено - нет. Если что, у нас есть гаусс орудие, весьма недурной мощности и он готов порулить вверенным механизмом. Дальше было всё проще. Выволочить Тархана, придержав, чтоб не грохнуть, а металлический паук тянул волокушу в ту сторону, куда двигались все звери.

Приходилось заранее выбирать дорогу, высматривая менее каменистую местность. Было видно, что Тархану не так, всё это просто дается и, несмотря на обколотые обезболивающим раны, все равно существовало множество фантомных болей и общее самочувствие. Но он молчал и наблюдал по сторонам. Рядом с нами мирно шли звери такой силы, что напади они, у нас бы не было никаких шансов. Мы шли на легке. Всё необходимое я сунул в криптор, и единственный багаж был в виде ремонтной медузы. Пришлось прилепить её к Тархану. Она не совалась в экстрамерность, зато спокойно сидела и подлечивала шрамы после работы автомедов.

Всё звери двигались на край острова. Мелкие и крупные брели вместе, никто никого не ждал, но и не трогал. Единственной обязанностью тех, кто помельче, заботиться о том, чтобы на тебя не наступили. В обязанности габаритных теневых зверей смотреть под ноги не входило. Кого только не было. Разнообразие теневых тварей было огромно, просто они старались на глаза не показываться, пока тебя есть не начнут. Думаю, именно поэтому обычных зверей увидеть в разы легче, а теперь всё разнообразие предстало в полной красе. Видел несколько медвегрызов, найтволков и ещё пару знакомых видов. Вездесущие тенехваты сновали туда-сюда. Встретили тройку тенехватов такого размера, что как тауро можно запрягать.

Все шли, и мы тоже. Не сильно то мы из общей массы и выделялись. Разнообразие было таким, что драный космо и металлический паук, тянущий волокушу с потрёпанным тавром, не выглядели как-то особенно. Меня однозначно принимали как своего, а мою стаю в виде Тарантула и тавра терпели. Не уверен, что в другой бы раз не напали, но вовремя массового перехода порыкивали, но не трогали. Больше всего рыкали на паука, как на самого здорового, но он сохранял полное спокойствие, флегматично таща груз с раненым. Я постоянно прислушивался к своим чувствам, пытаясь поймать ощущения. Они были, но ментальной связи как с Кусем и Плешивым точно не будет. Теневые твари воспринимали меня далеко ни как обычного космо, который годится только в еду, но обратной связи у меня не получалось.

Мы поднялись на гору. Все главные события происходят всегда так, чтобы я на них мог насмотреться и насладиться. Вышли на большую и плоскую вершину. Почти по середине торчал монолит, словно кто-то гигантское многогранное копьё в гору воткнул. Каменный кристалл торчал, а я улыбался во всю рожу. Вокруг него рассаживались звери, образуя большие круги, и слушали. Я теперь тоже понял, что слышу перезвон. Неслышимый, но ощутимый звук шёл от камня. Просто я столько набегался за это время и в моей голове так шумели, что лёгкую мелодию даже не заметил. Никто не дрался, все теневые зверюги шли именно сюда.

- А какова вероятность по твоей теории, что это будет концерт? - сообщил я Тархану, указывая на рассевшихся кругами зверей.

- Или на каменную проповедь, - как-то недобро буркнул мой товарищ, выгибая голову со своей лежанки и оглядывая происходящее.

А потом с неба пришёл росчерк в место, где мы бросили корабль. Поляна с трещинами и окружающая территория, почти до самой воды, разлилась огненной лавиной. Пламя поднималось и бурлило, покрывая территорию в несколько десятков квадратных километров, вытекала на берег и горело на воде. То, что звало животных перестало работать, мелкие тварюшки прыснули в стороны, а те, которые покрупнее, чисто формально порыкивали, делая вид, что охотятся, но давали мелочевке разбежаться.

- Кто-то очень любит теневых зверей и знал, что туда упадет руна. Но почему только теневых? – спросил я на смотрящего на огонь Тархана.

Бык пожевал губами и молчал, а потом внимательно на меня посмотрел:

- Любит. Но не теневых, а тебя. Это не совсем руна. Только четыре корабля обладают таким оружием, но ни один из них не должен быть в этом круге. Мы создали их для защиты от червей, перед тем как высадить второе малое игг-древо. Первое мы не спасли, но у нас было два семени. Построили четыре корабля, чтобы выжигать идущих в темноте тварей тьмы, но они не летают просто так. Чтобы дать команду нанести удар, должно быть единогласное решение малого совета. Тавры никогда не станут применять это оружие внутри круга.

Половина острова просто горела. Огонь вытекал на воду и растекался огромным пятном.

- А может, у кого-то ещё есть подобное оружие? Пока делали четыре корабля, например создали прототип и по-тихому умыкнули?

Тархан вздохнул:

- Знаешь, мой друг Архераил, теперь я и правда думаю, а надо ли мне прямо сейчас возвращаться?

Слова Тархана заставляли задуматься. Если существует всего четыре корабля с столь приметным оружием и так тяжело получить разрешение на вылет, то какова вероятность, что это был именно этот корабль? Не уволочи меня оттуда тот, кто приглядывает за мной, то наверняка нас бы уже сожгли. Мысленно поблагодарил за помощь. Иногда пихают тебя прям некстати, но в этот раз спасибо. Симбионт, основываясь на объяснениях Тархана и пробуя моделировать свою теорию нестабильных вероятностей выдал, что девяносто девять и девять процента, ни один из четвёрки кораблей своё расположение не менял.

Точку ещё одного корабля, нарядного и пышного до невозможности, увидел издалека и указал Тархану. Это был тот самый, с оборванцами. Бык сделал удивленную морду. Корабль пролетел над нами на огромной скорости, на секунду мазнув по нам широкополосным сканером. Наверняка нас заметили гораздо раньше, просто хотели точно убедиться до миллиметра, что этот ободранный космо и есть тот, кто надо. Наверняка знали, что это я, но не спрашивайте как. Корабль унесся в сторону тёмных земель. Симбионт с вероятностью девяносто девять и пять девяток доложил, что по обоим теориям удар наносил не этот корабль.

- Видел? - спросил я у Тархана.

- Да. Это Нилли.

- И что ты думаешь по этому поводу?

- А они то, что забыли? – искренне удивился бык.

Совершенно очевидно, что контакты с этой цивилизацией у них есть, но что-то было не так и человеко-быки не видели в них каких-то конкурентов или опасностей. Наверное, пришла очередь мне рассказать очередной круг правды о моём опыте общения с этими летающими аппаратами. Но вначале надо было сбежать с открытого пространства, вдруг сюда ещё кто-то прилетит, и из тех, кто реальное отношение в огненному морю имеет. Даже если заряд подобного оружия было всего один, то на любом корабле есть масса других замечательных способов прибить команду из полуживого, неходячего быка, дефектного Тарантула и грязного космо. Присмотрел отличную пещеру. Скоро был рассвет и здесь был аншлаг.

Много мест для ночёвки, которые использовали теневые животные было потерянно, поэтому звери набились целой толпой. Возможно, в следующие несколько дней каждый присмотрит себе отдельную уютную норку и соседей уже не потерпит, но это после. Своим ночным зрением я отлично видел несколько крупных хищников и множество мелочёвки. Мы зашли и на нас отреагировали снисходительно, только слегка рыкнув, обозначая, что мы тут не одни. Нам не нужно было прятаться от света, поэтому заняли самое ближайшее ко входу место, только чтобы снаружи нас не было видно. То, что сегодня никто не нападёт, я просто знал. Звери порыкивали, предупреждая, кто здесь самый главный папочка, но ничего против расположившихся почти на свету диковинных и странно пахнущих животных не имели.

Пока осматривал раны, после перехода и немного покормил тавра, то расспрашивал о прочих летунах этих мест. Корабли тавров действительно были хороши, а вот на технику Нилли Тархан только фыркнул, что это не боевые борта, а пародия на аэродинамику и они летают только потому, что очень далеко от круга тавров. Человеко-быки могут перебить их в любой момент, но смысла в этом никакого не было. Нилли не представляют для них угрозу и пусть себе летают между кругами Единства, на своих жалких лоханках. Самым странным товарищу показался рассказ о том, как они преследовали меня и что появлялись в местах массовой гибели людей. Бык откровенно не понимал, почему они сцепились с червями, и кто такие оборванцы. Рассказал о том, как лично видел, как они сбрасывали реагент, через десять минут после того, как ядовитой руной отравили огромный лес тоже вызвал удивление.

- Очень непохоже. Они не беззащитны, но если есть хотя бы один шанс из миллиона уйти от драки, то Нилли обязательно им воспользуются. Они даже чрезмерно расплодившихся хищников не убивают, а отлавливают и отвозят в другие круги, где много корма для зверей, а истребляют только тех животных, на которых выдаёт задание Наблюдатель.

- Я не видел, кто пускал руну, но они уже через десять минут были там и сбросили реагент. Они точно были в этом секторе за ранее иначе просто бы не успели прилететь и если это и случайность, то что тогда делала куча реагента в грузовом отсеке? Тоже совпадение? - ещё раз объяснил я, свои наблюдения.

- Глаза говорят, но мой разум в это верить отказывается. Архераил, у меня нет ответа. Это очень непредсказуемо.

- Раджеп Мадарасп, - кивнул я.

Но разговор не завершился, а ещё раз вильнул в сторону и опять принял интересный оборот.

О причинах крушения Тархан вначале не хотел говорить, но я догадывался. Немножко разобравшись с менталитетом человеко-быков, я сразу понял, что для него это была тяжёлая тема и ему было стыдно это признавать, даже если я не бык, а произошёл от обезьян. Я добросовестно молчал, не желая дёргать неприятные мысли, но тавр сам начал разговор:

- Архераил, мне надо тебе обязательно сказать. Такие вещи должны знать все члены экипажа. Мне стыдно, но Пронзающий Рог упал не сам по себе.

- Не переживай. Я обо всём догадался, сразу как увидел корабль и получил отчёт о состоянии корабля.

Для меня совсем не стало удивлением, что это была диверсия. Самое настоящее подлое предательство, причем предательство на уровне не просто мелких пакостников, а кто-то самый большой и наделенный возможностями предатель, или даже сам руководит предателями. Корабль, который взял Тархан, принадлежал какому-то ещё большему начальнику, члену малого совета.

У тавров было два совета. В большой входили почти пол тысячи самых уважаемых и заслуженных быков и там обсуждали, говорили и предлагали, а реальные решения принимали на малом. В него входили двенадцать, четырнадцать или шестнадцать самых правильных и проверенных. Почему количество было четным? Потому что любое решение принимается большинством, а если половина за, а половина против, то это не решение, и надо над ним ещё подумать, а если сделать нечетное количество, то всего лишь один голос будет решающим. Разумным свойственно ошибаться, а вдруг именно этот тавр ошибся? Поэтому решение может быть принято исключительно уверенным большинством, и только когда голосов больше на два, остальные безропотно подчиняться и выполнят одобренное без сомнений.

На текущий момент это и был один из двенадцати. В малый совет ещё допускали несколько перспективных служителей, но они только слушали, набираясь опыта и размещались на приставных скромных стульчиках. Один из таких стульчиков обещали и Тархану, но он был безрогий, а всеми делами сейчас заправляли те, кто видел ценность в рогах и сохранении, по утверждению товарища, глупых традиций. Политика - одним словом.

Никто не мог знать куда полетит корабль одного из руководителей всей цивилизации разумных тавров. Только Тархан знал заранее предполагаемые координаты, но ему их дали буквально за несколько часов, а о том, что он полетит не на своём положенном корабле, а получит корвет высшего служителя, сам Тархан узнал за три минуты до взлёта. Никто не знал, где появиться гигантский корабль, и даже координаты появились буквально за несколько часов до вылета и были огромным секретом. Но в точке, куда он направился, корабль ждали, связь в этом месте не работала. Кстати, я обратил внимание, что в этом месте, где валялся корвет, связи с Наблюдателем не было. И во многих местах, над которыми мы пролетали в этом районе, тоже неоднократно прерывалась.

Любой корабль, и тем более борт члена малого совета, оснащали дополнительными системами связи и слежения. Это не потому, что все хотят знать куда он полетел. Нет, это очень закрытая и секретная информация. Просто все должны знать, что если происходит плохое, то нужно понимать, сколькими голосами принимать решение, от которого зависит существование всего народа тавров. В Единстве полно опасностей и всё это очень серьёзно.

Связь пропала мгновенно, многие системы не сработали, корабль ждали, а черви напали очень бодро. На этом моменте рассказа мне пришло осознание. Я им тут всё Раджеп Мадараспнул с ног на голову. Вспомнил разговор с Гадюкой. Она мне рассказывала про параметры ментальности. Говорила, что те, у кого два десятка – это монстры, а если вдруг был-бы тот, у кого оказалось пол сотни параметров, то его проще с пяти километров из Вдовы по-тихому пристрелить, чем держать около себя непредсказуемое чудовище. Большей конкретикой со старшим сотрудником научного отдела по поводу ментального развития не занимался, решив оставить эту тему, и не давать повода для беспокойства. Я не такой, и даже не собирался, но лучше пусть все спят спокойно, чем косо на меня поглядывают и надевают фольгу на голову, узнав о моём дереве развития.

Есть такое дурацкое суеверие, что фольга на голове защищает от ментальных ударов тварей Грани. Легенда, которую берегут люди, ведь каждому хочется иметь надежду. Фольга, конечно, не спасает, а защиту дают только симбионты, когиторы и специализированные воксы. Я часто бывал на орбиталах после ударов тварей Грани и видел немало трупов гражданских с фольгой на голове.

И тут я опять понял. Фольга на голову! Ни я, ни Тархан им не нужен. Наверняка на место крушения корабля любимого телёнка прилетит высший служитель. Да, он будет в сопровождении нескольких боевых кораблей и с отличной охраной. В случае нападения сотен червей они их легко раскидают. А сможет ли выдержать разум старика ментальный импульс червяка, который притаился в трюме? Поэтому червяк меня постоянно пытался уронить. Ему нужно было место крушения, куда прилетит высший служитель, и плевать, где оно будет. Ему просто попался такой как я, у которого мозги бетонные и дерево ментальности курчавое и ветвистое до невозможности. А от того, что оно знаками вопроса, и я прочитать не могу, то это не значит, что мои возможности не работают. Я прекрасно чувствовал, как червяк свалил первым мозговым ударом половину диспетчерской и народ на посадочных площадках. Площадь удара была огромная.

Оставалось рассказать Тархану свои соображения. Он был умным быком, учёным и наверняка отчасти политиком, который умеет просчитывать множество вариантов. Он такой вариант не продумал, не понимая с какой тварью мы столкнулись, без моих дополнительных пояснений. Скорее да, именно так всё обстоит, и тем угрюмее была ситуация. Конкретно я, вот такой, с гвоздем в голове и непонятно какими возможностями, выдержал удар, а те, кто сюда пришёл бы с высшим служителем, наверняка нет.

У Тархана тоже была развита ментальность. Младший служитель не может не обладать подобными атрибутами. Они развиваются очень тяжело, невероятно долго и нужно делать что-то нереальное, чтобы поднять каждую единицу. Он мог с пристрастием спросить, говорят ли ему правду, защититься от внушений и не бояться много чего. Этот атрибут был на слабом серебре, имел несколько субатрибутов и десяток навыков. Наверное, это было похоже на мои разветвления, но я свои прочитать и сравнить всё равно не мог, поэтому не стал развивать тему. Если предположить, что он младший служитель, член большого совета и ему пророчили место в малом, то это много. Пусть у высшего будет вдвое больше, все двадцать, и даже тридцать, но это на порядок меньше моего.

Оставалось задуматься. Я про свои не сказал, конечно, просто пояснив, что гвоздь в голове – это и есть главная защита. Кстати, симбионт, который сам по себе защита, считается отдельно, или его возможности уже учтены в ветвистом вопросительном дереве? Может и не учтены. В то время, когда я не слышал ни о какой ментальности и был ещё деревянным при деревянным Восходящем, я не раз попадал под ментальные удары, которые отлично отражал без всяких параметров. Жаль, что спросить не получиться.

Нужно было поспать. Я уселся на пол пещеры и привалился спиной к каменной стене, прикрыв глаза спросил:

- Знаешь Тархан, скорее всего, кому-то нужно место в малом совете.

- Я тоже так думаю. Может и хорошо, что у нас нет никакой связи и если Нилли не разболтают, то теперь все думают, что от нас даже пепла не осталось.

Я мысленно согласился и начал проваливаться в сон. Надо было пользоваться уютной норкой для отдыха. Свои не тронут, а чужие обгадятся сюда подходить.

Глава 5. Путь

Надо бы определяться с дальнейшими движениями, исходя из появившихся новых обстоятельств. Логичнее было бы как можно быстрее сбежать, попытаться переплыть узкий пролив между островом и большой частью круга, где начиналась континентальная часть, поросшая невысокой зеленью и порезанная каменистыми образованиями. Был абсолютно дурной и нелогичный вариант, который, под дружное: «Раджеп Мадарасп», мы приняли как единственный. Нужно было вернуться в выжженное пятно, но не подходить к самому корпусу корвета и понаблюдать. Если там, конечно, что-то сохранилось, то это захотят проконтролировать и обязательно будут проверять, а не сдрыснули ли мы? Причин может быть много, и как пример, просто захотелось пройтись, посмотреть округу, или на концерт собрались. Не всё же в бескультурье сидеть?

Огонь сжег всё, что возможно, но он был специализированный. Что касалось биологических форм жизни, а особенно форм жизни, имеющих приставку теневую, тем более самих червей - выжигалось беспощадно. Зато камни и древесина горели весьма неохотно. Осталось множество корявых остовов толстых деревьев. Сами ветки обгорели и опали, а вот чёрные, выжженные стволы растений сохранились. Оружие не было классической зажигательной смесью, а огонь был специальным энергетическим составом на химии и звёздной крови, которая должна была выжигать червей, затаившихся не только на поверхности, но и просочиться в каждую щель, залиться в каждую дырочку. Именно этим и объяснялась такая текучесть огня, и то, что большая его часть вытекла на водное пространство, образовав пылающее море.

Бояться, что там, кто-то сохранился из живых существ было совершенно не надо, а вот выжженный корпус корвета сохранился отлично, и это было совсем плохо. Лучше-бы фугасом долбануло, чтобы среди искорёженных кусков Раджеп Мадарасп поймёшь кто осёл, а кто козёл, и чьи куски среди вывернутых железяк запрессовало. А вот в нашем случае можно отлично понять, снимая пепел по миллиметровым слоям и проводя нормальные научные анализы, что пары кучек пепла от драного космо и тавра не хватает.

Оставалось подумать, как нам пройти по выжженной земле, не оставив следов, но и тут нашли компромисс. Решили затаится около самой кромки выжженной территории. Здесь металось полно всякого зверья. Все эти звери топтали следы, жрали растительность, охотились и разводили нереальную суету, пытаясь обживать места, появившиеся после катаклизма, вызванного ударом оружия тавров. Затеряться среди постоянно передвигающихся животных было лучшей идеей, заодно мы не будем терять из видимости эпицентр удара.

Пауку не требовал никакого вмешательства, и ещё несколько дней он мог быть отличным тягловым устройством для Тархана. У меня в крипторе было полно еды, а воспользовавшись предыдущим опытом, когда проходили мимо быстрого и чистого ручья, достал несколько полиэтиленовых пакетов, набрал воды и сунул также в экстрамерность, обеспечивая нас запасом воды на много дней. Теперь не стоило переживать вообще ни за что и можно было просто залезть в пещеру и просидеть там пару недель ни разу не выходя наружу. Оставалось подобрать удобный наблюдательный пункт, который не просматривался бы с воздуха, зато мы видели местные окрестности, и желательно так, чтобы это все было из глубины, и нам самим не приходилось выползать наружу.

В расколотой, помятой и забросанной различной дефрагментированности камнями, скалами и вырванными целыми пластами местности, покрытой густой растительностью, найти подходящую пещеру не представлялось проблемой. Спустились буквально на пару километров вниз, и под колючими лианами обнаружили отличную пещеру. Пещера глубокая, дно ровное, а высота свода позволяла ходить в полный рост. Загнали паука, затащив кресло Тархана. Я аккуратно прошелся, посмотрел, чтобы максимально замаскировать следы от нашего присутствия и погрузились в молчаливое ожидание. Быт налаживался. Как обычно, прикармливал тенехватов, очень обрадованных халявным пищевым изобилием. Я их держал с той же целью, чтобы составить компанию, а в случае приближения крупных хищников, по улепетывающим зверькам, понять, что появился кто-то более мощный и сильный.

Тарантул имел огромную огневую мощь, мог вовремя среагировать. Гадюка говорила, что несколько стволов имеют неправильную геометрию и заряды уже на двести метров летят куда хотят, но вблизи это все равно будет шквал огня и такой разлет даже в плюс, когда нужно вести огонь по стремительным теневым хищникам. Но не пришлось. Ко второму вечеру тенехваты зачирикали и побежали к Тарантулу, очевидно, решив, что он на них очень похож, является старшим собратом, и сможет защитить, а к нам в пещеру сунулись гости. Скорее всего, после столь сокрушительного удара оружия тавров, мест для днёвки не хватало, и звери пускали на побывку гостей. Я просто чувствовал, хотя у меня не было чёткого понятия. К нам явилась тройка найтволков. Хищники рыкнули, глянули мне в глаза, а я отошёл к стене пещеры, пропуская в глубину зверей. Волчары заняли место в самой глубине длинной пещеры, и даже я, со своим ночным зрением видел только контуры. Кормить гостей не стал. Непонятно как они отреагируют на кусок жратвы, и не захотят ли они добавки в виде космо и ста шестидесяти килограммового куска говядины?

Вечером звери ушли, а мы ждали. Тархану становилось всё лучше и лучше с каждым часом. Растрясенные переходом кости немного поныли, но потом, согласно докладу автодоков, начали усиленно срастаться. Всё было хорошо, и нужно было просто некоторое время спокойно полежать и никуда не скакать. Одним словом – покой, как автоматический доктор прописал.

Пока тихо отсиживались в пещере, пытались немного разобраться со странностями. Я показал Тархану добычу с червя. Один предмет оказался с той стороны Восхождения, что, собственно, не удивительно. Добыл я его с неслабого червяка, а вот второй предмет оказался и простой, и очень непростой. Он был как Раджеп Мадарасп. Кусочек Иллиума на цепочке из иллиума. И всё. Тархан ещё раз внимательно просмотрел. Служитель, даже в статусе младший телёнок обладает множеством разных знаний и умений, и обязательная часть программы – это определение гадостей, но ничего больше ему обнаружить не удалось.

- Странное и неожиданное изделие. Иллиум нейтрален к рунам, как и сам не является носителем рун, за исключением изделий, где он содержит что-то, что содержит действующий элемент. Можно сделать посох из иллиума с огненным существом, чтобы удерживать тварь и направлять её энергию куда надо. Можно просто соорудить ящик из иллиума, чтобы хранить опасные вещи. Создают руны из изменённого иллиума, но просто кусочек? Я не вижу ни одной причины, зачем червяку его таскать. Если бы это было лезвие или игла, то им можно убить Восходящего, проткнув средоточие энергии, но почему просто кусочек?

- У меня такое-же мнение. Лучше суну его в криптор, - сообщил я, под одобрительный кивок товарища.

Ещё хотел подсунуть для определения ошейник, что снял со Златоглазки, но решил, что эти вещи точно лишний раз светить не надо. Тут либо разобраться самому, либо пусть оно лежит. Чем меньше людей об этом будет знать, тем спокойней спят окружающие и капитаны малых тральщиков в их присутствии.

- А почему я не могу сам определять?

- Наверное нужно вложить куда нибудь звёзды развития, и у тебя, скорее всего, не открыты нужные атрибуты или нету навыков. Всё очень просто. Если хочешь, нарисуй своё дерево развития, и я подумаю куда можно приложить атрибуты. Попробуем. Возможно, получится прочитать часть параметров.

- Спасибо большое, - искренне согласился я, но при этом решил, что, наверно, тоже с этим повременю.

Ещё не хватало мне тут крону ветвистого исполина нарисовать под стать главному древу круга, особенно в навыках ментальности. И будут от меня окружающие в панике разбегаться, или притопят по-тихому из антиматериального снайперского комплекса.

Всё было хорошо ещё сутки. Тавр с интересом рассматривал мой комплект колониста, замечая для себя некоторые технологические тонкости. Пробовал еду из пищевых концентратов. Съели и распили Корзинку Удовольствий Маханта. Я передавал руну быку, а он её активировал, раз у него запас звёздной крови почти бездонный. Разумный коров с интересом рассматривал расписной кувшинчик с длинным и тонким горлышком. Этот предмет нравился всем, столько труда и необоснованной ювелирной работы было вложено в сей сосуд. Отдохнуть дали, но недолго. Ещё через день, глядя в даль через прибор, Тархан говорил:

- Обезьяны всегда такие злопамятные и подозрительные?

Он рассматривал через мой бинокль зависшую над выплавленным корветом пару небольших кораблей.

- Может друзья прилетели, помочь хотят? – ёрничал я.

- Раджеп Мадарасп знает, что они хотят. Скромные они очень, тайно хотят помочь, и наверняка не один раз, если поймают, - произносил тавр, рассматривая корабли в полученный от меня оптический прибор.

Компактное устройство давало двадцатикратный оптический и пятисоткратный цифровой зум. Обзору больше мешала постоянно висящая муть от мельчайшего пепла, поднимаемого ветром, чем расстояние. Но это было и хорошо. Если на кораблях есть серьезное оптическое оборудование, вроде широкополосного сканера, то в этой муляке разглядеть мелкие детали и наши следы будет непросто.

- Совсем не добро? – просто поддержал разговор я, понимая, что не добро, но хотелось понять размер происходящего.

- Два разведывательных корабля без бортовых номеров и знаков приписки.

- Ну и что? – удивился я. - Для разведки нормально, чтобы тихи и незаметно.

Тархан был умён и понял моё удивление, просчитав ситуацию за меня.

- Архераил, вы дерётесь не только с тварями Грани, и у вас есть множество миров, в которых вы воюете с людьми и не людьми. Ты сам говорил. Вам иногда нужно хранить секрет, чей это корабль. У нас Единство. Около нас летают Нилли, есть ещё две цивилизации, которые залетают раз в год и просто пролетают. Теперь вы, но на другой стороне сферы. Здесь только корабли тавров. Нам не от кого прятаться, а корабли делают сразу для конкретных подразделений и сразу на производстве наносят опознавательные знаки, как символику круга, так и бортовой номер. Эти корабли были сделаны без опознавательных знаков. Понимаешь, знаки не спрятали, а их изначально не было, -сообщал Тархан, а я видел ещё кое-что.

Как я понял из разговоров с товарищем, мыслеобразы были в ходу у человеко-быков, и они отлично умели пользоваться этой технологией, но делали это не напрямую, как я, через Симбионт. У них для этого было специальное стационарное оборудование. Они прекрасно формировали мыслеобраз, отправляли его, а потом получали уже расшифрованы данные. Думаю, именно поэтому перевели голосовой канал, когда червяк над военной базой хотел корвет ронять. Тавры получили пакет моих данных, поняли, увидели ситуацию о имаго-командире, а дальше перешли на голосовой канал. Он самый незащищенный, зато самый надежный.

Мыслеобраз я скинуть Тархану не мог, зато в комплекте космо был обычный блокнот с белыми листками пластика и маркер. Очень удобно. Многие, даже имея десятки экранов и виртуальный интерфейс вокса, держали около себя листок и маркер для записей. В небе был ещё кто-то. Глазами я это не видел, но Симбионт просчитал искривления света, видимые моим ночным и дневным зрением, добавил к этому неправильные тени и странности преломления игг-света, проходившего через пылевую взвесь. Для того чтобы это разглядеть, нужен настоящий математический искин, работающий с изображениями или вот такой житель головы. Имплант спроецировал в дополненной реальности контуры корабля на листок, а я аккуратно обвёл маркером.

По местным меркам корабль был огромный. До наших, стокилометровых линкоров-призраков и трёхсоткилометровых баз флота, и даже до Хельги, ему было ещё расти и расти, а вот габаритами с тяжёлым крейсером он мог потягаться. Обводы были логичные, в стиле нормальной технологической школы, без крыльев и напыщенных хвостов как у Нилли. Я протянул бумажку товарищу. Тархан внимательно смотрел на рисунок, а я осведомился:

- Ну что думает бык по поводу обезьяньей картинки?

- Это откуда ты взял? - уточнил Тархан, отвечая вопросом на вопрос.

- Я хотел бы услышать твои предположения. Как по мне, крейсер тяжёлого класса. Вот прямо сейчас он в невидимости висит. Глазами не разглядеть. Это мой гвоздь в голове просчитал.

- Это Крейсер Верховного. Но он не летает сам по себе. У главы совета есть другой корабль, а этот применяется только для официальных визитов, и в качестве командного пункта, когда приходит опасность всей цивилизации. Верховный на нём летает только в составе больших делегаций, а в бою мы его использовали последний раз, лет десять назад. Тогда высаживали малое древо в круге Серебряных Копыт. Всё остальное время он стоит у центрального храма Прародителя и его используют в качестве музея истории. Туда каждый день приходят сотни тавров и приводят своих детей.

- Ммм, да. Ну не знаю. Кораблик приметный, но что есть, то и нарисовал. А эти два? – и указал на суетящиеся около места падения корвета борта.

- Брат, мой, у меня нет ответа. Эти корабли – обычные малые разведчики, но на них нет бортовых номеров. У тавров никто никогда не прячется. Мы, если с кем-то воюем, то ведём бой открыто, и у нас всегда есть опознавательные знаки на кораблях. Для чужака они ничего не скажут, а свои должны знать кто ты.

Осталось только пожать плечами. Тархан примерно понял, где висел корабль. Дальше, сделав несколько кругов над нашим островом, но видимо ничего не обнаружив, пара разведчиков скользнули в небо, и замерцав, исчезли под маскирующим полем исполина. Симбионт доложился, что большой корабль поднялся вверх и ушел в сторону теневых земель. Всё, что мне докладывал житель головы, я синхронно дублировал быку. По недоумевающей морде товарища было понятно, что это было крайне удивительно, неправильно, а в правдивом менталитете человеко-коров – практически невозможно.

Корабли тавров были не сравнимы по размерам с нашими, но по местным меркам борт Верховного являлся аналогом нашего линкора. Если всё хорошо, то корабль главы человеко-быков выполнял представительские функции, был музеем и предметом гордости. Но когда приходило время оборонять росток очередного малого древа или спасать соседний круг от нашествия червей, то борт поднимали и вводили в бой без оглядки на принадлежность.

Мы черпали из Грани триллионы и триллионы тонн брахмы, а корабли строили миллионами. Тоже-самое делали ксеносы, но только создавая основу, и доращивая всё остальное. Нелюди использовали всё туже брахму, но мы из неё детали делали, а они на её основе органику, из которой слепляли корпуса своих бортов, от москитов, до огромных маток роя. Я это к чему? Даже при таких масштабных производствах, корабли построенные по одному и тому-же проекту, уже через пару месяцем могли прилично отличатся. То добавили блоки ракет, то дополнили эмиттеры силовых полей, то на корпус вывели пару надстроек подавителя. Нелюди, так вообще ничего одинакового не выращивали. Корабли сверх тяжёлых классов всегда строились штучно и каждый корабль чем-то отличался. Возможно, я на листике не передал тонкости, и Тархан ошибся, но вероятность такой ошибки была небольшая. Подобных кораблей было всего шесть. Таврам просто незачем было строить такие громадины. За исключением массового прихода червей, для них просто не было целей, а в случае с тварями тьмы, большие борта было легко заменить роем малых кораблей.

И очередная странность. Даже если это и был другой корабль, то и на его вылет нужно разрешений не многим меньше. Капитан может принять решение и единолично отдать приказ о вылете, но тогда он предстанет перед малым советом и должен обосновать своё решение. В любом случае – секретиков не получиться.

А ещё, такой корабль нельзя собрать, даже имея все чертежи и умыкнув по тихому пару конструкторов и несколько мастеров, занятых над изготовлением корабля. Просто у себя в мастерской, находящейся на окраине заброшенного астероидного пояса, такие вещи не делаются. Здесь нужны ресурсы всей цивилизации. Можно ли было сделать такой же корабль незаметно для цивилизации Тавров?Или это действительно был именно тот самый корабль Верховного? Тогда вставал ещё один вопрос. Это что за такая важность, что сам Верховный рискнул и улетел на своём корабле в столь неоднозначное и скандальное место? В чём хотели убедиться самолично, и я тут при чём?

Предположить, что сам Верховный главный предатель? Но тогда зачем? Кому он предался и что ему могли пообещать больше, чем владеть всей цивилизацией разумных быков? Да, был малый совет, но власть главного быка была эпической и распространялась на три внутренних круга внутри стены и почти десяток близлежащих. Судя по моей информации, даже кинг людей центрального древа не мог похвастаться подобными возможностями. Что ещё надо? Тавры вели неспешную экспансию, и того и гляди, пяток-другой лет, и ещё присоединят пару кругов. Своим пытливым и подозрительным умом я загнал Тархана в самое дно тёмных мыслей. Вот люблю я малые тральщики, и даже не буду говорить за что.

Похоже, и в этот раз мои чувства не подвели. Тархан по-простецки предлагал бежать и прятаться, но то, что я увидел, показывало, что мой вариант был получше. Место, где валялся корвет, было выжжено посильнее, но остов корабля был вполне наблюдаем. Звери пытались идти в свои любимые места и потихонечку обживать выгоревшие зоны, но побродив по бесплодной пустыне, возвращались. Везде было натоптано, нахожено и натаскано куча следов и грязи. Теперь, среди всей этой суеты обнаружить борозды от волочения сидушки будет очень непросто. Я старался как можно меньше оставлять следов, помня про сканеры Нилли. У тавров тоже могли быть подобные устройства.

Чтобы не натаптывать отпечатков подошв, я обмотал башками тряпками, разорвав покрывало из набора колониста, а следы Тарантула были похожи на когтистые вмятины от крупных тенехватов и ещё нескольких насекомоподобных животных, которые тут водились, но я их видел только издали. Тяжелее было со следами волочения лежанки Тархана, но и тут я старался выбирать твёрдую почву или двигаться так, чтобы можно было замаскировать след.

Расстраивало только то, что в корвет никто из теневых зверей не лез, а хотелось бы. У человеко-быков точно есть специальные приборы, которые могут по молекулярному составу пепла определить, а были ли на борту те самые герои? А может быть им удалось сбежать до удара? Скорее всего наблюдали с воздуха, потому что захотели сохранить тайну большого корабля и пары разведчиков без опознавательных знаков. Для любого исследования нужно брать образцы, а это означало ковырять и оставлять следы.

Я поделился своими мыслями. Тавр кивнул:

- Да, наверняка не хотели. Если в этом замешан кто-то из высшего совета, то место нашего крушения могут найти случайно, потом прилетят сюда нормальные корабли и возьмут все пробы. А гадёныши, все это устроившие, наверняка получат результаты одними из первых.

- И тогда можно нас поискать уже по-тихому, зная, что мы сбежали. Даже на земле официально объявить поисковую экспедицию. А может просто найдут наши следы.

Товарищ поддержал:

- Потом поищут-поищут, объявят пропавшими и свернут экспедицию.

- И тогда нас будут искать совсем другие ребята, о которых мы догадываемся, а добропорядочные и честные члены совета даже и не предполагают, - завершил я мысль.

- Раждеп Мадарасп, - согласно кивнул бык.

Следопыты наверняка обнаружат наше присутствие, просто надо спуститься на поверхность. Путь волочения лежанки Тархана и следы паука увидит любой абориген. Местные всегда неплохо выслеживали добычу и достаточно сюда выпустить пару человек из Народа Леса, как они всё о нас расскажут без всяких сканеров и газоанализаторов. Теперь оставался всего один вариант – это сбежать с острова, но как?

То, что меня любят - я никогда не сомневался. Остров оказался почти полуостровом, или не знаю, как это правильно назвать. Обширная отмель, на глубине всего несколько метров, пересекала расстояние от нашего, наверное, всё-таки острова, до континентальной части. Дальше земля уходила в сторону теневых земель, а вправо и влево тянулась вода. Были участки, где глубина оказалась совсем небольшая, от полуметра и чуть больше. Течения были не сильные, по крайней мере сейчас, и на мелководье нанесло обломки деревьев и груды водорослей. Возможно, потом ветра и усилившиеся воды разгонят мусор, но пока это была почти дорога, которую можно на треть пройти пешком. Все это перемежалось выступающими из воды камнями. Практически, отличный мост, если уметь нырять.

Прямой дороги по суше не было, но одно дело переплывать на лодке бурлящий пролив с мощным течением, а другое, проволочиться среди мусора и завалов топляка, пройдя треть пути и вовсе пешком. Отмель заросла пятнами мерно колышущихся водорослей, среди которых сновали целые косяки небольших рыб. Возможно, через несколько тысячелетий здесь действительно появится новая суша, но пока, нам, и так годилось.

План был прост. В комплекте колониста традиционно была лодка. Я специально очень фанатично собрал на корвете за собой все предметы из набора космо, забрав в криптор даже пустые пластиковые упаковки от еды. Моя капсула, в которой я упал, была пуста, я нигде не оставлял гильз, стреляя в хищников и собрал весь мусор. Если не знать про криптор, то не было ни одного подтверждения, что у меня есть с собой хоть что-то, кроме комбинезона и нательного белья. А потом я такой – хоп, и выхватываю из кармана двухместную надувную лодку. Осталось взять и сделать.

Если присмотреться с высоты, то можно было неплохо сориентироваться. Сутки посвятил наблюдениям. Я прекрасно помнил огромных стокилограммовых рыбин, которых ловил Кусь. Они приплывали только ночью. Почти все активные хищники имеют суточный цикл. Если в этом болоте из дров и водных растений есть кто покрупнее, то в течении дня он себя покажет. Это конечно не факт, но хотя-бы минимальная осторожность не повредит. Отлично помнил труднопроизносимого водяного хищника, которого боялась Нимфея и свирепых монстров, охотящихся на Ледоколы, и не обязательно для этого нужны черные глубины, а вполне подойдёт теплое нажористое мелководье.

Крупная живность была, но не смертельно опасная. Достойный трофей, килограмм на двадцать, спокойно плавали, жрали друг друга, ковырялись в песочке, и прятались в густой растительности, но ничего крупнее пока мною замечено не было. Особенно внимательно старался вглядываться в воду ночью. Но нет, практически ничего не поменялось. Нужно было действовать прямо сейчас.

Шли последние часы, после которых Тарантул уйдёт на многодневный откат. Нужно было что-то делать. Было удобно, когда паук таскает Тархана. Товарищ уже начал немного самостоятельно ворочаться, но автомеды рекомендовали ещё хотя-бы неделю-две на ноги не вставать. Если есть возможность, чтобы тавр полежал, лучше пусть полежит.

План был прост, осталось убедиться, что он получиться. Я не был уверен, что для такой туши, какой обладали человеко-коровы, хватит резиновой лодки. Она была рассчитана на два человека, а тавр, даже без скафандра -это уже полтора, и часть лётного скафандра в наших условиях снять нереально, не потеребив раны. У меня был второй комбинезон, выполнявший роль полуброни и неплохо державший воду, и он был отличной защитой от холода.

Перед тем, как покидать корвет, я порылся в ценном имуществе. Оружия тавров не было. Даже у Тархана его штатный пистолет и все запасные магазины были вытащены. Команда вела бой и затащив, и зафиксировав раненного командира, отправилась воевать с червями. Видимо там все стволы и остались. На малом корабле, если его специально не готовят к десантной операции, запас оружия ограничивается личным арсеналом команды. Исключения составляют только бои с тварями Грани, как у нас на флоте. Чудовища изнанки постоянно прыгают внутрь бортов через порталы и тогда нужна контрабрдажная команда из ксеносов, а каждый человеческий член экипажа – это боец ближнего боя. Подобной ситуации на корабле тавров быть не могло, поэтому резервной оружейной или развешанных, как у нас, по стенам штурмовых комплексов не было. А жаль.

Но, огорчения по поводу оружия не помешали мне быть вдумчивым и внимательным мародёром. Я прилично обнёс имущество разбитого корабля. Добыл четыре самоспаса. Очень полезная и удобная штука. Как и в моём мире – это практически безразмерные пластиковые мешки с руками и ногами, маской на голову и блоком регенеративных патронов для дыхания. Кстати, у тавров, вместо небольшого головного колпака, который обычно применяют у нас, сразу решая проблему маски, обзора и заменяя шлем, был огромный прозрачный пластиковый мешок. Это для того, чтобы могли спасать не только боевых человеко-быков, у которых удалены рога, но и обычных гражданских, с кастрюлей на голове. Зато была пара пластиковых стяжек и если у тебя нет рогов, то достаточно затянуть на затылке, и получался мягкий шлем. Во всех мирах такие вещи, как самоспас, шлюз, страховочный карабин - были придуманы миллионы лет назад. Все эти вещи получились очень похожи и почти не поменялись с тех времён. Подобными предметами можно пользоваться интуитивно и у меня вопросов не было.

Ещё, с разбитого корвета натаскал расходных материалов. Провода, тросы, как металлические, так и пластиковые, отодрал несколько плоских металлических панелей и всего по мелочи. Сгрёб запасы еды длительного хранения, наподобие наших брикетов и что-то в пластиковых прямоугольных бутылках. Потом расспрошу, но это было в ящике с едой, а значит и мне подойдёт.

Очень не хотелось выдавать свое присутствие. Наш следы обязательно найдут, но лучше, чтобы это сделали немного позже. На песке отмели, в зоне прибоя, где постоянно были небольшие волны, я выбрал штук пятнадцать разного калибра брёвен. Брать из завалов, находящихся на берегу, не решился, потому что наверняка, когда буду тащить, оставлю слишком много следов, а здесь следы смываются волной. Сам Тархан весил килограмм сто шестьдесят плюс броня, и ещё, наверное, столько-же сидение, на котором он возлежал. Отрывал не просто саму сидушку, а с ребрами жесткости, чтобы удерживать раненого. Итого, уверенные три человека по весу, плюс лёгкое волнение.

Из брёвен смотал небольшой плот, использовав провода и тросы с корвета. Использовал только то, что надёргал с корабля. Свои запасы походного оборудования, согласно хитрому плану, светить было нельзя. Затем Тарантул втащил сидение с Тарханом на моё плавсредство, а потом боевая машина втянула в воду загруженный плот. Мне бы потребовалось немало усилий, чтобы это сделать без помощи паука. Успел буквально на последних секундах, перед тем как руна ушла на перезарядку. В воду упала упряжь, которой я оплёл паука, соединив с креслом Тархана. Всё тщательно проверил и засунул упряжь от паука в криптор. Она на половину состояла из верёвок набора космо и была нашим секретом.

Я свой комбинезон одел давно, и стоял по пояс в воде, придерживая плот, чтобы он не сел на мель опять. Выдал быку самоспас. Затем немного пыхтения, и болезный был успешно засунут в пластиковый мешок с ручками и ножками. Осталось собрать упряжь и замаскировать следы волочения. А потом, подталкивая тяжёлые, просоленные брёвна, направить плот к противоположному берегу.

Переплывали самую широкую и глубокую часть перехода. Здесь глубина достигала метров трёх. Тархан гордо восседал на троне, а я плыл сзади, подгребая ногами и толкая плот.

- Копытный готов поплавать? – спросил я у Тархана.

- Да, брат обезьяна. Готов, - и фиксирующие ремни расстегнулись.

Время пришло, и я осуществил свой подлый план. Самоспас - хорошая штука. Не зря прихватил, пожертвовав другими, на мой взгляд, не менее полезными вещами. Тавр оказался в ледяной воде, но не промок. Согласен, прохладно, но это не нырнуть голяком. Если ты не из племени рыбообразных, то время жизни в воде такой температуры минут десять. Специально наплёл целый пучок узлов и обмотал брёвна так, чтобы выглядело как можно надёжней, но по факту получилось, что где-то зубами не оторвать, а где-то на соплях крепче будет. Ну что могли наплести два пилота, один из которых ранен, а второй непойми кто? Если окружающим ничего не известно о моих морских походах в Единстве, и о том, что я несколько лет провёл на вольном выпасе, среди дикой природы на планете торгашей, то всё по красоте. Специально вязал, чтобы плот одним куском был, и чтобы сразу понятно, что забраться на расползающиеся брёвна не получиться, а только уцепившись за древесину плыть.

Плот развалился, сидение из-под тавра ушло на дно, заодно прихватив внушительный продуктовый запас. Вместе с сидушкой на дно утащило несколько мешков с едой, которую я прихватил на корвете, и сделал это сознательно. Мешки и продукты были только местные, не космо, и должны были показать, что всё пропало, и наша тщательная подготовка на дне морском, а мы, уцепившись за скользкие брёвна, уплываем на волю морских течений. Немного проводили взглядом удаляющийся в открытое море плот, отлично утопленную сидушку. Подплыло несколько неспешных рыб, решивших проверить, что это за новое такое им с поверхности намусорили? Теперь коронный выход. Вытащил из криптора лодку, подсунул под дрейфующего быка и надул.

Никто в этом круге, кроме моего копытного друга, не знает, что у меня есть двухместная резиновая лодка. Пока сидел на берегу, наблюдая за водой на перешейке, из палок и куска металла, который отодрал от обшивки корвета, сделал три отличных весла. Большие, ухватистые, аккуратно вырезанные с помощью мультиключа. Два нам и одно запасное. У меня было ещё два, из набора космо, но по сравнению с моими, они смотрелись невнятно.

Лодка всплыла из-под воды, поднимая Тархана. Товарищ был восхищён, что как такое можно придумать и осуществить за столь короткий срок? Я ему вскользь говорил о своих водных путешествиях, но, чтобы передать весь размер происходящего тогда, надо было этому целый день посвятить. Сюда наверняка скоро прилетят официальные корабли, вначале обнаружат, что наших тушек в выгоревшем корвете нет, и с особым рвением начнут рыть каждый камень. Обязательно обнаружат следы нашего присутствия, утопленное кресло, а затем, где-то далеко - плот. Утонуть он не сможет, и обязательно найдут. Будет либо само разлезшееся плавсредство, либо набор брёвен для плота с комплектов проводов и тросов для связывания. Даже если нас не посчитают утонувшими, то будут искать по течению, а не против. В случае кораблекрушения, обычно люди плывут по прямой к берегу, или дрейфуют на обломках.

Всунулся в лодку, и подтянул ноги. Плавсредство под нами было почти затоплено, но поддерживало нас в состоянии, около нейтральной плавучести. Пришлось изогнуться и свернуться калачиком, чтобы не тревожить кости тавра. Из такого положения грести было неудобно, но и не потребовалось. Я выдал сидящему по пояс в воде человеко-быку подогреваемую стельку из набора колониста, а вторую сунул себе за пазуху, а потом достал два весла. Тархан презрительно хрюкнул, и я убрал второе обратно. У меня было крепкое тело космо, а бык был на сильной бронзе, и вроде как у него какой-то серебряный атрибут был открыт. Некогда было в подробности вдаваться, и я объяснений Тархана так и не понял. Хотя, нижняя половина ещё не срослась, зато места, которыми весло держат, отлично работали.

Прямо ух! Мы уверенно поплыли против течения. Логичней было-бы мне волочиться, буксируемый лодкой, но я не хотел привлекать местных подводных обитателей своей тушкой. Лучше пусть будет непонятный и крупный оранжевый овал, с хлюпами, чем вкусно волокущийся над глубинами космо. Не смотря на явный перегруз, лодка шла бодро, и даже немного всплыла, когда я понемногу вычерпал из неё воду.

Плыли пятый день. Тавры очень крепкие ребята, а когда попадаются накормленные Восходящие на сильной бронзе, даже почти серебро, то лучшего движителя для надувного плавсредства не существует. Еды и воды было полно, к берегу не подходили, и не останавливались. Я почти всё время спал, или разговаривал с машущим веслом подельником. Когда тавру нужно было отдохнуть, брал весло, и моей задачей было просто, чтобы нас обратно не снесло. С тёплой стелькой за пазухой и в сухой лодке, мне ничего не оставалось делать, как мило общаться, пока другие работают.

- Отлично гребёшь! Скажи, а если женщину зовут Гадюка, и у неё на голове вместо волос змеи, то она водоплавающая?

Тархан задумался.

- Змеи, даже если они сухопутные, никогда не откажутся от возможности поплавать.

- Да я всё считаю по твоей теории невероятности. У меня было две водоплавающие жены и одна змея, в компаньонах два разбойника, один водяной, а один ночной. Про тебя думаю. Какова вероятность получить водоплавающего тавра, не из разбойников?

Тархан думал пару минут, не прекращая мерно грести, а потом легко подняв весло, указал на берег. За скальным свалом была видна бухта, а в ней довольно большое поселение с пристанью, у которой стояло несколько парусных кораблей:

- Архераил, а эти какие по твоему мнению? Они уже ночные или ещё водяные разбойники? Мне с тобой придётся теорию пересматривать.

Это были Люди Моря. Морские бродяги, пираты и искатели приключений разом, обосновались в тихой и незаметной бухте. Мы были хорошо за кромкой ночных земель. Большую часть года здесь вода ледяная, но ещё не замёрзала, а свет древа приходит всего на несколько часов. Неожиданно. Обычно они обитают, где потеплее.

Глава 6. На абордаж

Цивилизация разумных тавров занимала немало кругов. В главном был великий храм, основные производства и огромные залежи сырья. Центральное древо располагалось на руинах древнего гиперполиса, но не вплавленного в камень, а вполне сохранившегося. Работала развитая сеть порталов, было несколько стрел, в том числе две вели в соседние круги. Тавры развивали науку, жили себе спокойно и высадили полный комплект малых древ, расширив свои круги по максимуму.

География тавров была интересна. Три главных круга располагались внутри древней стены высотой с пол километра и шириной в пять. После высадки малых игг-древ, большая часть стены попала в теневые земли и была пригодна для жизни при наличии тёплой одежды. Небольшая часть стены осталась в землях ночи, но недалеко и там можно было обходиться только тёплой одеждой и лицевой маской с кристаллом оксидиана. Чтобы совсем обезопасить себя от нашествий червей, приспособили древнюю стену, обеспечив её системой ПВО от летающих маток. Почти всё пространство центральных кругов занимали мегаполисы, производства и заповедники, где берегли природу. Это и была так называемая большая стена.

Разумные быки заселили немало менее цивилизованных кругов. В них проживало много разных народов, в основном люди. Те, которые из традиционных народов прекрасно сосуществовали. Разумные человеко-быки в дела местных народностей не лезли, в случае опасностей помогали, но могли и по голове настучать, если кто-то сильно наглел. Фактически, для тавров соседние круги были источником ресурсов и местом обитания тех, кто решил поселиться не в городе. Мы сейчас были в одном из таких кругов, за пределами великой стены.

Кстати, всюду водились и дикие родственники. Они везде присутствовали. Целенаправленной охоты разумные человеко-быки не одобряли, но и не мешали, осознавая, что их одичавшая родня представляет угрозу, даже большую, чем обычные хищники. Гадюка мне говорила, что существует немало похожих существ, предназначение которых гонять и бодрить местное население, помогая развиваться и становиться сильнее. В воде есть аналоги диких тавров. Я их раньше никогда не встречал, наверное, просто не пришлось, но имелись полуразумные человеко-жабы, что-то летающее и даже животные роющие ходы в земле. Просто в тех кругах, где я бывал, преобладали именно дикие тавры.

Пришвартовал лодку к причалу и выпустил автодоков. Ещё пять дней на воде наверняка пошли на пользу. Да, пошли. Тархану было разрешено вставать, но с условием опоры, в качестве которой я решительно выступил.

Мы шли по небольшому посёлку Людей Моря. Они больших поселений не любили, и проводили почти всю жизнь на корабле. Единственным крупным местом проживания, которые я видел - был порт Хастров, из которого мы выплывали со Штормом. Но, думаю, проект делали торговцы, а не морские волки, просто бухта и торговые здания стали центром сбора отдельных семей и кланов, а не местом постоянного жительства. Порой, верфь на которой строили корабли, была больше, чем сам поселок и просто на момент строительства корабля приезжали мастера, делали корабль, а потом разбредались по своим морским делам.

Местное население разумные человеко-быки очень жёстко приучили, что если вскроется случай, когда Тавра взяли в трели, то техногенной цивилизации будет плевать, кто прав, а кто виноват. Все места, в которых был совершён проступок получат по голове, и даже если кто-то просто рядом стоял, то и ему влетит. Нас никто не трогал, тем более, мы были не безоружны. На плечо я повесил Суворов, да и Тархан был неслабым восходящим. В Трели нас не брали, но и помогать по первому требованию никто не обязан.

Рожи у большинства Людей Моря были традиционно пиратские. На меня с интересом смотрели. Мои черты лица резко отличались от тех, которые здесь были приняты, но ажиотажа не вызывали. Мало ли народа бродит по кругам Единства? Местные встречались с техникой тавров, и автомат удивления не вызвал. Скорее высматривали, чего-бы спереть, чем были обеспокоены видом раненного и оружия. Зашли в просторный сарай, выполнявший роль культурного центра посёлка и питейного заведения одновременно. Я подошёл к хозяину харчевни. Это было видно сразу. Он специально вышел встретить нас, вернее поглазеть. Вокруг суетились сбитые девки, подносящие еду и напитки, но я решил самолично подойти к стойке.

- Покормишь? И нам нужен корабль, – спросил я у хозяина кабака.

У меня было полно жратвы, но вопрос был не в еде, а в налаживании отношений.

Мне хмыкнули, а я вытащил маленький керамический нож, который был в проекте Космо. Для выживания он не столь удобен, как штатный, и у меня оставалось ещё мачете, и у тархана был свой, из комплекта скафандра, но зато на кухне, для готовки, это лезвие будет очень удобно. Керамика не тупилась и могла служить в дикарских условиях практически вечно, если не пытаться резать древние артефакты. Достал из криптора скатерть и пустой кувшинчик. Я помнил, как Туг прихватывал расписной длинногорлый кувшинчик, чтобы порадовать семью, вот и я решил кинуть в криптор после того, как угощал Тархана из Корзинки Удовольствий. Предполагал, что ценность пригодится для обмена. Держатель питейного заведения с интересом глянул на шедевры керамики и вышивального искусства, но вида не показал. Я просто почувствовал, что нравиться, но набить цену – дело святое.

- Проходите. Садитесь, - показал он на зал, где было немало пустых столов и сгрёб имущество под стойку.

Никто не спрашивал, что мы хотим, а просто приносили еду и напитки в деревянных кружках. Я помог усесться Тархану. Он ещё плохо двигался, хотя основную часть проблем уже подлатали, и сейчас просто шла фаза заживления и просто нужно было время для того, чтобы всё срослось. Сами кости уже были в относительном порядке, а вот окружавшие их сухожилия и мышцы должны были ещё прийти в норму.

Еду просто приносили, заменяя блюда и сменяя кружки с пенным напитком на зерновой основе. По традиции нас задирали, говорили гадости, в основном мне. Если не заморачиваться на вербальные подначки, то милое место. К Тархану лезли по минимуму, но и ему тоже прилетало. Бык только хмыкал, жуя кусок мяса и с удовольствием слушая про некомплектный навоз и переизбыток сена, в исполнении местных мореходов.

Когда одна из девок сменяла кружки, то шепнула на ухо:

- Хозяин сказал, что из наших никто вас не возьмёт. Могут взять тебя, но тавра нет. За тем столом сидит Крюк на Мачте. Он не из наших. Уходит с утра, но договариваться хозяин с ним не будет, - и она показала на здоровенного мужика, сидевшего за дальним столом.

Он никого не задирал, не вопил, как тут принято, не произносил гадостей, а был занят какими-то своими раздумьями и мирно ел, не обращая внимания на вопли и подначки окружающих. Пока девка говорила, Тархан поводил ухом и точно услышал, что сказала девица. Бык щёлкнул небольшой коробочкой на бедре своего скафандра и достал пять небольших палочек, протянул под столешницей девице.

- Одна тебе, а четыре хозяину. Скажи спасибо. Тархан, Упрямый как Трава на Ветру не забывает хорошего.

Девица заграбастала предложенное, мгновенно сунув свою долю в бездонное декольте и проскользнув за стойку, передала остальное хозяину. Мужчина моргнул, что получил оплату, и на этом свою работу он завершил.

- Чтоэто? - уточнил я у Тархана.

- Мы тут как деньги используем. Это Хрумки. Каждая на пополнение пяти капель звёздной крови мгновенно, но не расширяет запас. Тебе не давал. У тебя запас полный, просто маленький. Ломаешь или раскусываешь. Они тут в ходу. Хранятся практически вечно, побочных эффектов не имеют. Местные их очень любят. В комплект скафандров обязательно несколько штук входит. Даже самые упрямые устоять не могут.

Оставалось кивнуть. Тавры ввели местную валюту, и вполне разумно, что использовали звездную кровь. Это реальная ценность и запас в виде пары палочек не повредит.

Сделать Тавра трелем или беспричинно убить – это означало получить очень большие неприятности. Если такой факт всплывал, то человеко-быки были непримиримы. А вот отказать тавру в ночлеге, оставив под проливным дождем, не продать еды, отказать в перевозке, или пройти мимо, когда его будут резать - местные народы были вправе. Трелем и убить нельзя, а остальное – договаривайтесь, как хотите. Большинство народов видело в разумных человеко-коровах только плюсы. Выгодно обменять много рыбы и мяса на отличные ножи, всегда можно попросить о помощи с нереально разожравшимися хищниками, нашествием червей и когда случился ваал. А вот именно с Народом Моря был нюанс.

Само так получилось, или древние кел специально создали Людей Моря с дефектами, но изначально в менталитете морских разбойников было непреодолимое желание пограбить. Даже если можно не грабить, то из двух вариантов выберут, никогда не угадаете какой, с обязательным грабежом. Существовал целый кодекс - кто, кого, когда, а потом за сколько кого и что выкупать. Я всё это прекрасно знал. Даже Шторм, увлеченный идеей отомстить за семью и полностью погруженный в процесс, оставался настоящим морским разбойником. И как следствие, именно поэтому от технологичных тавров Людям Моря влетало чаще других. Пираты откровенно недоумевали, за что им регулярно давали по голове и что они такого делали? Исходя из этого, именно тавров, и именно морские бродяги не любили больше остальных, но были вынуждены терпеть, даже за хорошую оплату. Меня были готовы везти куда угодно, а товарища - нет.

Забрал у Тархана ещё десяток палочек с пополнением звёздной крови и сказал, чтобы он сидел и ничего не делал. Что бы не происходило, и как бы странно не выглядело, его дело просто ждать.

- Надеюсь, ты знаешь что делаешь? – напутствовали меня, и я двинулся.

Я подошёл к столику, где сидел задумчивый капитан, положил палочки на стол и протянул руку:

- Приветствую тебя Крюк на Мачте! Это останется у тебя в любом случае. Если продержусь, то возьмёшь меня с тавром в рейс. Нам плевать куда плыть.

Специально сказал именно продержусь, учитывая предыдущий опыт. Я наверняка смогу его вырубить, но пусть это останется нашей тайной. Окружающие не должны сомневаться в мощи капитана, но иногда бывает, что у некоторых парней просто деревянная голова от рождения. Так я не стану ронять самооценку мореходу и сделаю что мне нужно.

- Да простит меня Творящая за отбитые мозги этого парня, - на мой взгляд, вполне искренне сказал морской волк и протянул руку в ответ.

Наивный. Нельзя быть таким доверчивым. Нам начали связывать руки. Оставалось мысленно поблагодарить создателя местных, за их бесхитростный быт и очень удобные традиции. Если у тебя, конечно, есть амортизация мозга и дублирующая кровеносная система.

Бам, и мне по роже прилетела увесистая оплеуха, ладонью с половину моей головы. Крюк мне сразу понравился. В прошлый раз, когда я устраивал поединок с Хитрым Гарпуном, даже при всей его хитрости, на мой взгляд он допустил очень грубую ошибку. Лоцман недооценил соперника и не проверил. Это хорошо, что его природная хитрожопость позволила выйти из поединка с полным достоинством, и мне нужен был лоцман, а не в навоз мордой его тыкать. Симбионт сразу доложил, что по его примерным прикидкам, и с учётом опыта предыдущих поединков, Крюк на Мачте уменьшил возможность своего удара процентов на двадцать. Он был крупнее Гарпуна, но ударил значительно слабее. Наверняка мог дать и посильнее, но прощупывал возможности, и это было очень хорошо.

Бам, ответил я, сделав силу удара примерно сопоставимую. На секунду, на невозмутимом лице морского капитана мелькнуло удивление. Возможно, его пониженный уровень удара был связан просто с тем, что он не хотел убивать тупого идиота, решившего, что поединок на оплеухах доступен всем кому не лень. Бам, получил я следующий удар процентов на пять сильнее предыдущего, но опять точно не в полную мощь. Может и меня жалко, но сейчас точно прощупывает мои возможности.Бам, увеличил я силу своего удара, повысив ровно настолько, как это сделал капитан, не форсируя ситуацию. Бам, бам, и два удара прошли на равных. Народ шумел и вопил, фантазируя и предвкушая, воображая себе, как у меня из головы скоро глазные яблоки выпадут, но поединок продолжался и ничего из глаз, как и из других мест, на стол не падало. Бам, бам, прошла очередная серия.

Привычные к подобным вещам, Люди Моря были гораздо крупнее и за долгие годы выработали иммунитет к битью по роже, а я нет. Мордочка космо, ещё не успевшего обзавестись усилениями вроде твёрдой кожи, прекрасно принимала всю мощь ударов, покрываясь гематомами и припухлостями. Бам, бам. Крюк принял мой удар с достоинством, и я с достоинством, только моя морда добавила к предыдущему объёму процентов десять, а глаз окончательно заплыл и перестал открываться. Симбионт хотел подлечить, но я запретил. Зрелище должно быть максимально пафосным.

Крюк на Мачте давно был согласен забрать мои палочки со звёздной кровью и взять меня на борт, даже вместе с тавром, но просто так прекратить битву, на созерцание которой сползлись даже с ближайших пирсов, побросав работу, было невозможно. Бам, бам, и ещё бам, бам.

Капитан давно понял, что именно я даю ему возможность остаться гордым, и не улететь под стол от следующей оплеухи, но народ был уверен, что убивали именно меня. Бам, бам и окружающие опять одобрительно загудели, увидев, что скоро мне придётся на ощупь бить, когда второй глаз окончательно заплывёт. Тархан, наверняка знавший местные традиции, с изумлением наблюдал на буйство толпы, собравшейся на эпическую битву.

Трактирщик, он хороший парень и добросовестно отрабатывал то, что ему очень щедро заплатили. К нашему столу подошла девка. Они все были здесь крупные, с объемными формами, но у этой размер был просто катастрофический. Хозяин кабака наверняка специально именно её подослал. Платье было сшито из добротной парусины, только поэтому верхнюю половину не разрывало в клочья от распирающего объёма. К нам на стол поставили две огромные кружки с пенным напитком, больше похожи на ведра.

- Не хотите передохнуть? – предложила она, и стрельнула глазами, одновременно покрыв застенчивым взглядом почти всех собравшихся вокруг нашего стола мужиков.

Крюк взял кружку, и двигая кадыком, отпил чуть ли не половину из безразмерного ведра, со стуком поставил посуду на стол.

- А тут и думать нечего. Продолжать не будем. Я беру этого парня в команду. Если утоплю молоток, и нужно будет срочно забить в палубу гвоздь, то мне нужна будет его голова! – и он протянул мне свободную руку.

Я скрепил приглашение на корабль крепким рукопожатием, улыбаясь вовсю покрытую синюшными гематомами рожу, а народ взорвался громкими воплями и требовал и им по такой же кружке.

Утром выползли грузиться на борт. С кораблём не произошло никаких удивлений. Это было небольшое, скоростное двухмачтовое судно, с традиционными косыми парусами сложной формы. Точно такие же паруса использовали Люди Моря в моём первом круге и корабль с похожими ппарусами стоял в сухом доке колонии Вепря. Помещений было всего четыре. Кормовая и носовая надстройка, и трюм, грузовой и вторая половина, где было ещё немного грузов, хранили припасы и жила команда.

Сборы на корабль были очень простыми. Кроме нас самих не надо было ничего больше собирать. Когда я вытащил Тавра и ставил на ноги, то лодку сдул и сунул в криптор. Перед отплытием зашли в кабак на пару минут. Перекинул руну Корзинки Удовольствий Тархану, и он материализовал набитую жратвой увесистую тару. Вытащил оттуда брикеты сублимата, переложив в криптор. Мне не жалко, но это лишняя информация для тех, кто обязательно найдёт это заведение. Пусть лучше всё будет местное и незатейливое.

Подарили трактирщику уже полный кувшин, ещё одну скатерть и диковинные фрукты, которые здесь были большой редкостью. Даже сама корзинка, сплетенная мастерами азио с безумным вдохновением, вызвали у хозяина заведения бурю положительных эмоций. Нам отгрузили простецкой, зато добротной и вкусной еды, в количестве - огромный мешок на лямках. Попрощались и двинули к отплытию.

Отдельной каюты на корабле просто не было. Все жили в половине трюма, где были и товары, и гамаки для экипажа. Гамаки использовали не случайно. На море бывает качка, и вместо того, чтобы кататься по прикрученной к полу кровати, лучше пережидать такое время спокойно болтаясь в верёвочной кровати, подвешенной к балке.

Такелаж так и остался для меня загадочным плетением, в котором понимали только те, кто родился пауком или пиратом, но, если надо было просто подержать или потянуть, то вполне мог выполнить нехитрую работу. Даже если мне занятия не находилось, то я предпочитал оставаться на палубе, наблюдая за работой моряков, ведущих корабль сквозь темные и холодные воды, чуть поодаль от берега. Тархан тоже почти всё время проводил на палубе, сидя в большом, грубо сплетённом кресле, которое не пойми откуда притащили. Он расхаживал ноги, но пока долго ему это было делать нельзя. Мебель была прям как для тавра, массивная и прочная. Всё было нормально. Мы были уже далеко и через два дня должны оказаться в небольшом порту, где собирались поменять корабль, а после переплыть на сторону, ближе к древу. Уже там поискать связь с таврами на кораблях которых имелись опознавательные знаки.

Мореходы пользовались рунами, просматривая мели, подгоняли паруса, создавая попутный ветер и отгоняли крупных рыбин, которые превосходили размерами наш корабль, но испуганные рунными всплесками, уходили с нашего пути. Тархан, чтобы ускорить процесс, забрал пару несложных рун у Восходящих команды и несколько раз запускал, используя свой запас звёздной крови. О размере его возможностей он не уточнял, но и без цифр было понятно, что много.

Всё было слишком хорошо, а это плохо. Я просто почувствовал и заорал:

- Воздух! – ткнув пальцем в низкую облачность.

- Лежать! На палубу! – заорал Тархан, высвечивая скрижаль и запуская вспыхнувшую вокруг корабля сферу.

А через секунду, расплёскивая искры от попаданий о защитный барьер, вызванный быком, из облаков прилетели трассеры из ротора. Над нами прошёл корабль, а Симбионт доложил, что один из тех самых, которые без опознавательных знаков. В воду упала небольшая штуковина и понеслась к кораблю, заходя с кормы. Я выхватил Суворов, открыв огонь, но скорее показывая, что надо делать, а не надеясь уничтожить опасность. Пули при попадании в воду теряют энергию через полметра, а вот рунный тюлень, брошенный за борт одним из моряков, оказался очень ничего. Что-то небольшое натолкнулось на тушу зверя и разорвалось. Через корму захлестнуло фонтаном воды от взрыва, вперемешку с кишками разодранного зверя. И ещё через секунду, все плюхнулись на палубу. С неба пришёл гул роторов и удар плазмы. Враги делали второй заход.

Стрел пираты не применяли, но в идущий корабль полетели руны, не дав расстрелять нас в упор. Борт вильнул, уходя от удара, но вести по нам огонь не перестал. Это не крейсер, а всего разведчик, и даже несильные руны могут нанести повреждения и лучше до этого не доводить. Щит Тархана был крепок, но не абсолютен. Он поглотил почти всю очередь из ротора и почти всю плазму, но у нас вспыхнул парус на одной из мачт, и остаток очереди ударил в кормовую надстройку, пробивая деревянный корпус. От попаданий оставались дыры размером с кулак. Крюк открыл скрижаль, и видимость упала почти до нуля, а вокруг нас образовалось огромное дымовое облако. Но через десяток секунд, в нос и горевшую мачту прилетел ещё один сгусток энергии, а корпус получил ещё десяток дырок от чуть ушедшей в бок очереди.

- Тархан, таплак! – заорал я, просто сообщая обстановку, что ориентируются через прицел на тепло от горящей мачты, но товарищ отреагировал.

Бык заморозил горевшую мачту, а из скрижали вылетела небольшая огненная медуза и стала медленно отлетать от корабля. Следующая щедрая очередь из ротора разнесла водяную гладь чуть в стороне от корпуса. Значит в тумане они нас оптикой не видят и стреляли по неспешно плывущей по воздуху руне.

Наречия Людей Моря я не понимал, но по тону было понятно, что сильно ругались и было с чего. Нас несло к берегу на скалы, из парусов обрывки на второй мачте, а обстрел кормовой надстройки заклинил руль и теперь корабль просто бревно с пассажирами. И ещё, место похоже выбрали не случайно. Здесь сходилось несколько течений, и без хорошего корабля и опытной команды сюда вообще соваться не следовало. Про нас молчу.

Дымовая завеса по-прежнему нависала над кораблём и с воздуха нас пока не беспокоили. Холодная вода имела отличную прозрачность и можно было прекрасно видеть дно и острые скалы под днищем корабля, которые становились всё ближе. Собирали ценные вещи и каждый себе присматривал что ни будь плавучее. Тархан негромко говорил с Крюком, что-то обсуждая, а потом тавр открыл скрижаль и подул резкий боковой ветер, снося туман.

Корабль, цепляясь за порывы ветра остатками парусов второй мачты, резко повернул в бок, прошёл между двух скал и почти выпрыгнул на небольшую мель около огромной скалы, стукнув носом. Мы намертво припарковали судно. Под килем были камни, а борта вжало между двух, слегка выступающих из воды каменных глыб. Зато нос касался береговой скалы и можно было прямо с корабля лезть на мокрые камни, а не прыгать в ледяную воду. Крюк и его ребята тут наверняка бывали не один раз и отлично знали как берег, так и рельеф дна, о чём говорила лихая парковка раздолбанного корабля.

Скалы, лес и опять скалы. Именно так я бы охарактеризовал местность нашего кораблекрушения. Мы выползли на небольшую изломанную гряду, поросшую огромными деревьями. Пираты лихо выбрались из воды, попутно втащив и меня с тавром, а вот разведчику сесть было негде. При попытке подлететь и примоститься на скалах, чуть выше, я отбил магазин из Суворова, пользуясь целеуказаниями Симбионта, и довольно неплохо попал в маневрирующий корабль. Тархан запустил несколько ледяных рун, и пару огненных росчерков. Запас, в четыре с половиной тысячи капель звёздной крови, всегда аргумент. Корабль был оснащён парой крупнокалиберных роторов, энергетикой и я видел четыре блока ракет на подвесах, но если бы нас хотели прибить, то потопили бы подальше от берега, а не давали выползти из воды. Одного наглого космо и его копытного товарища явно хотели взять живыми.

Разведчик – это всегда лёгкий корпус, а его броня – это незаметность и скорость – как бы мощно он не был бы вооружён. Наверняка есть силовые щиты и обшивка из отличной брони, но его защита никогда не будет сравнима даже с корветом. Рисковать, попадая под пули и руны явно не хотели. Это разумно. Немного отлетели и сели недалеко. Теперь нас отделял пролив, метров в сто шириной, а сам корабль сел, уйдя из прямой видимости за небольшую скалу. Скорее всего, там была подходящая площадка. Забравшись чуть выше, наша банда расположилась за камнями, в тени небольших, но толстых и крючковатых деревьев. Мы видели часть корабля, но, чтобы пройти по суше, нужно обойти вдававшуюся в глубь берега резкую бухту. Это, наверное, километров пять по обрывистым скалам, или была более удобная дорога, но гораздо длиннее.

Вытащив бинокль, Тархан немного понаблюдал и передал мне. Я тоже понаблюдал. Пираты, они такие. Они повсюду. На воде, в космосе и даже в пустыне ухитряются захватывать и обворовывать колесные караваны. Я глянул на корабль, около места нашего крушения.

- Крюк на Мачте, извини, что втянул тебя во всё это. Скажи, ты пират или так, помореходствовать немного? Не хочешь размяться?

Капитан покосился в сторону Тархана. Ну да, тавры неплохо воспитали местных мореходов, пытаясь вбить в упрямые головы, что грабить это нехорошо. Но в этот раз мой бычара просто одобрительно кивнул:

- Тебе построят корабль такой, как ты захочешь, и я поставлю на него металлический движитель. Он сможет плавать без парусов против ветра. Слово младшего служителя Тархана, Упрямого как Трава на Ветру. Если доживём, конечно, - и тавр хмыкнул.

Больше сомнений у капитана и его банды не было. Команда, это всегда семья, поэтому наш разговор слышали ещё несколько выбравшихся на берег парней, а остальным передали по цепочке. Если тавры не против, ещё и с подарочком, то отказаться невозможно. Но только как? Наступила моя очередь объяснять. План был предельно прост…

Крюк на Мачте слушал с хитрым прищуром. Он прекрасно знал, что младший служитель - это очень даже не маленький теленок, который только реликвии во время песнопений держит. Не смотря на скромное звание, морские волки отлично понимали, что Тархан наделён очень большой властью и возможностями. Лезть в драку тавров пирату совсем не хотелось, но и обещания человеко-быки выполняют свято, и если будем живы, то у нашего капитана с сотоварищами будет самый превосходный корабль в этих водах. Прям чувствовалось, как словно в лучших примерах культуры азио, боролись противоречивые чувства, но тёмная сторона давно победила, просто добивала свою светлую оппонентку неспешно, давая сопернице насладиться ситуацией. С желанием пограбить и получить за это корабль, бороться невозможно.

Перед тем как разошлись, Тархан протянул пирату звёздочку руны.

- Это сага, она будет открыта только для Третьего высшего служителя. Никому не говори, что тебе нужна встреча с Третьим верховным, пока вокруг тебя не будет много тавров и твои слова не смогут сделать секретом. Скажи, что у тебя послание от младшего служителя Тархана, Упрямого как Трава на Ветру. А когда встретишься с Третьим, то отдай ему руну сагу. В ней есть и про твой корабль.

Пират кивнул. Видя мой взгляд, товарищ пояснил:

- Любой младший служитель умеет создавать руны. Наше предназначение – это даровать народу истину и знания. Иногда проще показать, чем рассказывать.

Я тоже понял о чём он говорит. Я такую руну уже подбирал, но она образовалась из вождя-предателя, который хотел свою деревню отравить. Видимо, служители тавров умели сами такие руны формировать. На самом деле удобно, как замена мыслеобразов. Сразу текст, изображение, личные ощущения и пояснения. Проще перекинуть мыслеобраз о состоянии корабля технику ремонтной палубы, и мгновенно доложить о всех дырках и пробоинах, чем два часа неисправности голосом перечислять. Служители много общаются, и такая возможность точно будет не лишняя.

Пираты должны были разводить костры и имитировать стационарный лагерь, пока я шёл на дело. Как оказалось, пиратствовать не такое уж сложное занятие, когда у тебя есть для этого подходящие приспособления. Первым оказалась лодка, которая отлично выхватывалась из криптора и позволила переплыть залив напрямую за несколько минут, а подправив настройки и изменив размер ячеек, сунуть лодку в криптор обратно, не сдувая. Я так уже делал, и было очень удобно. Аккуратно поднялся по скале, не выползая в зону видимости камер корабля, но так, чтобы приспособление номер два, смогло сделать свою работу. Боевые кодировки тавров были неплохие, но им не приходилось сталкиваться с тварями Грани. Большую часть защит люди разрабатывали именно для этого. Когда появляются разумные твари, с поистине огромными возможностями, то защищено должно быть всё, иначе может сработать самоподрыв корабля, зенитный ротор ударит по своим, а кофейник будет пытаться облить кипятком.

Симбионт взял управление кораблём непринуждённо. Даже не думал, что я являюсь обладателем таких возможностей. Прямо император воздушных пиратов. Корабль я под управление взял, но пока об этом знали я с имплантом и сам корабль. Все было просто, и очень не просто. Тавры народ очень организованный. Даже если это корабль без опознавательных знаков, то и у них обязательно есть порядок, уставы и дисциплина. Разведчик имел два обитаемых отсека, разделённых переборкой. Это боевой отсек, он-же командная рубка и кабина. Второй отсек был трюмом, а по совместительству десантным отсеком. Корабль был небольшой, и всё было скромно. На борту было два пилота, три десантника в доспехах, вроде кидо и пять Козерогов. Тавры были быкообразными, поэтому все названия давали от рогов и копыт.

Это были металлические пауки, очень похожие на Тарантула. Таже многоногая система, роторные орудия и энергетика на смеси физических принципов и рунных технологий. Был силовой щит и пара манипуляторов для ближнего боя. Машины имели свой разум, вроде боевого искина, позволяющий драться в автономе. Группа выдвинулась в сторону, где у берега лежал выброшенный на мель корабль и разгорались несколько дымов костров. Пилоты-же, закрыв десантный люк, остались в корабле. Всё правильно. Если группе потребуется помощь, то корабль может взлететь в любую секунду и помочь с воздуха. Мы так и предполагали, что корабль посадят в стороне, а за нами пойдут специально обученные ребята.

Дождавшись, пока группа уйдет, я сообщил, что пора паниковать. Специально ждавший сигнала, наблюдатель, который был чуть в стороне, начал вопить и орать, а затем побежал к лагерю. Бойцы явно не рассчитывали, что их так быстро заметят. До лагеря потерпевших кораблекрушение было ещё очень далеко. Они старались двигаться как можно быстрее, но пираты уже бодро трусили, унося носилки с Тарханом. Люди Моря отлично знали эти берега и тропки, а тавры – нет. Завязалась эпическая погоня. Попытка быстро отослать одного из козерогов на перехват, привела к тому, что машина сорвалась на осыпающихся камнях и упала в провал, а потом скатилась и ушла под воду. Мореходы в этих местах двигались не медленнее бойцов, хотя наверняка уступали в боевой моще.

Теперь моё соло. Над кораблём висел небольшой беспилотник и пара рунных птиц. Я осторожно полз. Руна невидимости, которую на меня напустил Тархан, размывала мои контуры, покрывая рябью воздуха, вроде наноткани маскировочных плащей разведчиков, а от теплового зрения я пытался прикрыться термоодеялом из комплекта колониста. Зрение бывает разное и хотел скрыть и тепловую сигнатуру. Двинулся к кораблю. Нужно было как-то высадить оставшихся членов экипажа. Идей было много, но вначале нужно попробовать взять в плен. Эти то точно осведомлены, почему на кораблях бортовых номеров нет.

Бум, и сработали датчики противопожарной системы. Пульты взвыли. Завопила тревога, обнаружив страшный пожар в трюме. Симбионт включил систему чего-то противопожарного, выпустив целое облако тумана. Я приготовил Суворов, желая ноги парням прострелить. Мешать им говорить пара дырок не будет. Это на тот случай, если они покинут корабль, решив доверить тушение автоматике, но нет. Видимо, захотели тушить, якобы пылающий грузовой отсек изнутри, самостоятельно. Переборка открылась, и схватив со стен какие-то штуки, видимо огнетушители, они засунулись в трюм, наполненный туманом. При нулевой видимости, в заполненном противопожарным газом помещении, обнаружить источник огня было непросто. А потом переборка закрылась, и открытая аппарель захлопнулась, а передо мной открылся люк в рубку.

Я метнулся к открывающемуся проходу в кабину, а поняв свою ошибку, двое пилотов пытались открыть створку грузового отсека. Кто бы им позволил? Они были заблокированы, а Симбионт поставил им статус, что они находятся в стабилизирующей медикаментозной коме. Теперь корабль их принимал как членов экипажа, зато команды игнорировал по состоянию здоровья. Убрать живых бойцов из состава команды было невозможно, но обозначить ранеными – вполне. Корабль был упрямый. Капитана я не получил, а вот исполняющими обязанности второго пилота меня назначили.

Я не имел возможности добраться до связи, поэтому мой Симбионт её просто заблокировал. Лучше пусть ни туда ни сюда, чем этот вопрос выйдет из-под контроля. Управлять боевыми модулями и летать я мог, а большего и не надо. Взлёт, попасть в видимость убегающих пиратов, два раза припал на правый борт, чтобы Тархан увидел, что у меня всё получилось. Дальше сесть и открыть люк в командную рубку.

Примазавшиеся к гордому званию пирата тавра и капитана космического тральщика, дружно поздравляли всей бандой, когда впихивали человеко-быка в небольшой люк. Сделали быстро, аккуратно, зато с огромным количеством ругательств. Приходилось буквальном смысле слова сидеть на головах, пока затащили товарища и усадили в пилотский ложемент. Затем я на взлёт, а пираты разбежались по норам. Скорее всего, увидев, что мы сбежали, остальных пиратов искать не будут. Парни отлично знали местность, а без ста шестидесяти килограммового, и условно ходячего тавра, они разбежались на третьей космической. Найти их без знания местности силами трёх десантников и нескольких пауков будет нереально. Бойцы были заточены на бой, а не на то, чтобы аборигенов по щелям гонять.

Симбионт доложил, что перехватил запрос на самоуничтожение борта. Конечно, ничего не сработало, но некоторое время на той стороне будут думать, что мы погибли. Это разуметься, если мы не находимся в видимости радаров или хуже, в прямой видимости. Я рванул корабль вдоль берега, потом ушёл в поворот, уходя в сторону открытого моря, а потом, зайдя в облако, пошёл в сторону теневых земель. Прямой безгоризонтный обзор позволял видеть корабль почти на любом расстоянии, и единственным укрытием были складки местности и облака.

- И что об этом всём думаешь? – задал я вопрос погружённому в свои мысли Тархану.

- Да простит меня прародитель, что с обезьянами связался, но кому-то сегодня очень хорошо между рогов прилетело. Я доволен.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге

Архераил Звёздная Кровь Книга-3. Теория невероятности

Архераил Звёздная Кровь Книга-3. Теория невероятности

Глава 1. Раджеп Мадарасп

Глава 2. Обладатель уникальной коллекции ​

Глава 3. Теория невероятности

Глава 4. Бегом-бегом

Глава 5. Путь

Глава 6. На абордаж

Глава 2. Обладатель уникальной коллекции