Аргумент барона Бронина

Глава 1. Подходящий кандидат

— Плохо, Максимус! Пло-охо, — хмыкнул я, даже не посмотрев в сторону своего ученика.

Мой голос выражал презрение, а на лице играла довольная усмешка.

Ученик вскинул голову и сначала бросил взгляд себе за спину, а затем непонимающе уставился на меня:

— Но учитель! Я в одиночку справился с целой армией демонов!

Я небрежно скользнул взглядом по долине, в которой только что кипел бой. Посреди выжженной местности дымились груды мелко порубленных останков монстров. Толстые столбы жирного дыма тянулись в небо, обезображивая прекраснейший горный закат, которым я, между прочим, пытался наслаждаться.

Я недовольно закатил глаза и поглядел на кружащего высоко в небе ворона. Мой старый и, пожалуй, единственный друг Корк каркнул, заметив моё внимание и мысленным импульсом передал особенно неприятные образы, а также запах гари.

Сделав глубокий вдох, я послал мощный импульс в землю. Спустя несколько секунд, четыре особенно крупных кучи дымящихся тел, стали проваливаться в открывшиеся расселины в земле. Судя по панораме, что транслировал в моё сознание парящий в небе Корк, пейзаж стал чуточку лучше. Да я и сам увидел результат. Стоило закрыть проломы в земле, как дымные столбы принялись рассеиваться.

Пейзаж снова радовал.

Я поморщился и, смахнув ментальным импульсом капельку пота со лба, произнёс:

— Ты слишком долго возился. Действовал как деревенщина, а не будущий архимаг, пейзаж вот испортил. Итог: Экзамен ты завалил.

На самом деле, я и не собирался делать его своим преемником. Парень, безусловно, старательный и многообещающий, но по личностным качествам не прошёл. Либо будет на побегушках у императора, либо, что ещё хуже, станет вести собственную игру за власть. Я в людях разбираюсь, а у этого карьериста характер куда хуже, чем у меня.

Логичный вопрос: Зачем тогда я его учу, и измываюсь над ним? Ответ прост: Нужно ведь архимагу Алексиусу хоть как-то развлекаться. Хотя были и другие причины. Преемник мне всё же был нужен. Только вот с подходящими кандидатами никак не везёт.

В глазах моего ученика вспыхнула смесь ярости, разочарования и обиды. Услышанное поразило парня прямо в его чёрное сердечко. Я едва не расплылся в довольной улыбке. Если уж совсем откровенно, нравится мне доставать этого заносчивого мальчишку.

Он ещё раз обернулся на результаты устроенной им бойни, которые я уже подправил, и дрогнувшим голосом произнёс:

— Но до меня никто не мог справиться с этой ордой! Даже имперская армия отступила.

— Я бы справился за семь минут, — хмыкнул я, демонстративно заинтересовавшись своими ногтями. — А имперские генералы явно переоценили свои силы. — Я искоса взглянув на парня. — Повторюсь. Этот экзамен ты завалил. Теперь ищи себе новых противников.

— Новых? — на лице Максимуса застыло растерянное выражение. Тем более недостойная эмоция для сильнейшего мира сего. Я лишь фыркнул.

Парень обессиленно упал на колени, вызвав у меня ещё один смешок. Как отыгрывает… Он далеко не слабак да и сейчас полон сил. Я это чувствую. Максимус однозначно симулирует. Пытается приглушить мою бдительность?

Я предпринял новое усилие над собой, чтобы не расплыться в довольной улыбке. Неужели он таки решится и наконец попытается напасть на меня? Если он и сейчас удержится, то в пору подумать, что это достойный юноша, а я ошибался… Как бы не так. Старика Алексиса так просто не обмануть.

Дворяне уже лет сто как перестали скрываться в своих попытках отправить меня на тот свет. Открыто отправляют ко мне под видом учеников выпускников школ ассасинов. Мол, из академии плаща и кинжала выходят самые старательные и прилежные ребята. Только из таких и надо выращивать архимагов. Ага, как же…

А главное, всё это с позволения императора. Их династия уже давно боится, что у меня появятся амбиции отнять у них власть. Больно надо, мои цели куда глобальнее. Зачем захватывать власть в империи, когда можно завладеть миром на правах хозяина? Мои силы растут, и скоро я смогу заявить права на куда большее могущество и власть. Например, стать кем-то вроде бога в этом мирке.

Пока что ученик изображал отчаяние и не отрывал взгляд от земли. Да сколько же можно?.. Ну чего он так осторожничает. Я медленно повернулся подставляя спину, делая при этом вид, что собираюсь уходить и совершенно ничего не подозреваю. Даже старчески покряхтел для виду.

Ну, давай же, Максимус, а то я уже не знаю как тебя мотивировать.

Однако удар последовал с другой стороны.

Сбоку от себя заметил преломление света, будто воздух парил над раскалённым песком.

В мой ментальный щит врезался поток тёмной силы. Щит выстоял, но я тут же пожалел, что не удержался от красивого жеста и потратил силы на расчистку ландшафта. Демоны и сами бы разложились, без моего участия. А с миром материальным и неодушевлённым, всегда сложно управляться. А теперь вот драться приходится и противник явно не простой. Не чета мне, но момент подобран очень неприятный.

Прямо передо мной стала проявляться трёхметровая махина верховного демона. Его маскировка спала, видимо он вложил в удар всю свою силу. Наверное, даже на защиту не оставил.

— Максимус, ну о какой сдаче экзамена может идти речь? Ты ещё и генерала демонов пропустил, — со вздохом произнёс я.

Навстречу краснокожему монстру, крест на крест устремились два ментальных хлыста, которые разорвали тело рогатого на четыре части.

Я обернулся к тому месту где до этого на коленях стоял мой ученик и изображал оскорблённую невинность… Вот только ученика не было на прежнем месте.

Движение Максимуса было очень быстрым. Стоит отдать ему должное, его атаку я попросту не заметил.

Он не выдал своего намерения ничем. Ни единой мыслью. Даже воздух не всколыхнулся. Я почувствовал лишь клинок, вонзившийся в щит.

Ну наконец-то, день веселья только начинается. Я хотел было повернуться, чтобы посмотреть в глаза поганцу. Очень хочется увидеть выражение его лица когда он поймёт…

Его кинжал вдруг пробил мою защиту, а в следующий миг, остро отточенное лезвие вошло мне под лопатку.

Ого! Недооценил я его, похоже он успел таки чему-то научиться. Но это ничего не меняет, старого воина такая рана не способна остановить.

Я обернулся к ученику, улыбаясь во все тридцать два зуба. Похоже это и правда будет весело.

— Мак-си-мус, сегодня твой звёздный час, — нараспев произнёс я, оскалившись подобно дружелюбному медведю в берлоге весной. — Ты сорок седьмой ученик, который попытался убить меня в этом столетии. Но первый, кто сумел хотя бы ранить.

Я хотел сначала поаплодировать ему, а потом сломать руки… Но не смог пошевелиться. По телу стремительной волной стала распространяться слабость.

Хм-м…

Максимус оскалился в ответ:

— Ну что, удалось мне сдать экзамен, старик? Мне плевать, видел ли ты меня своим преемником. Я сам заберу твою власть силой, по праву наследника и займу место Архимага, — глаза парня горели торжествующим огнём. Ишь какой самоуверенный.

— Парализующий яд горной анаконды? — хмыкнул я, соображая какой шаг предпринять следующим и параллельно растягивая время. Надо ослабить воздействие яда и притупить последствия. — А неплохо, возможно я даже не сразу тебя убью.

— Вы хорошо учили меня, мастер Алексиус, — плотоядно улыбнулся подлец, изображая раболепный тон покладистого ученика.

Хм-м… Это будет ещё интереснее, чем я ожидал.

Тело пока не слушалось, пришлось направить часть ментальной силы на разложение яда и регенерацию. Надо срочно очистить кровь… Мда, а отравы он не пожалел. Где только достал такую огромную дозу? Половину фамильного замка продал? Ладно, обещание оставить его в живых лучше отложить. Надо быстро разделаться с гадёнышем, а потом уже разбираться с ядом.

Усмехнувшись про себя, я стегнул его ментальным кнутом, намереваясь превратить его разум в кашу… Но хлыст отскочил от заискрившегося мощью щита. Я удивленно изогнул бровь:

— Стащил из храма амулет Щита Бога?

— Его лично вручил мне сам император, — ответил паршивец, ехидно улыбаясь и крутя кинжал в руках. — Не забывайте, я лучший ученик академии ассасинов за столетие и на меня возлагали большие надежды.

У него сейчас прямо-таки счастливейший момент жизни. Вон как пыжится. Ну что ж, пока два — ноль.

Я почувствовал, что он начинает наращивать ментальную силу внутри себя. Похоже на ментальный бур. Видимо надеется вскрыть мой разум. Ну пусть попробует.

— Смотри бульон в голове не вскипяти, — хмыкнул я, — против моей защиты у тебя нет шансов, червячок, — так я называл его первые три года обучения, от чего Максимус жутко бесился.

— Пытаетесь меня разозлить? — задумчиво хмыкнул он. — Значит вы действительно испуганы. К чему обижаться на труп, учитель? В школе ассасинов это главная из заповедей. Вам кажется, что изучили меня, но эти годы я лишь давал вам удобные мне поводы поиздеваться надо мной. Червячок — это ведь даже не обидно. Но зато, я прекрасно знал как вас расстроят горы демонических трупов и дым, — он улыбнулся, — и что вы обязательно потратите силы, чтобы исправить пейзаж.

— С демоном тоже договорился? — спросил я изогнув бровь.

— Поставил ему ультиматум, — охотно поделился ученик.

Он немного помолчал, будто взвешивая что-то, а затем любезно предложил:

— Мастер, я не хотел бы вскрывать ваш череп и насильно выдирать ядро разума. Будет лучше, если вы передадите мне ваш чертог силы по собственной воле. — Его голос сделался таким мягким. Сопляк…

— Ну уж нет. Придется замарать руки, — хмыкнул я.

— Ну что ж, я искренне хотел по-хорошему. Простите учитель, — произнёс паршивец, вот только в его глазах не было ни капли сожаления. Наоборот, он предвкушал пытку.

Одного только Максимус не учёл. Пока он тратил время, чтобы потешить самолюбие, я активировал завершающую стадию обряда перемещения разума. Я подготовил его ещё пару сотен лет назад, после первого покушения, и с тех пор совершенствовал его не менее тысячи раз. Магия древняя, и испытать её можно лишь однажды. А учитывая тот факт, что она катапультирует разум вместе с ядром силы подальше от тела, никто из тех магов, что испытывали обряд на себе, не имели возможности поделиться опытом и успехами.

Выхода нет, придётся рискнуть. Я могу пытаться прошибить щит бога и даже делал кое-какие наработки, но не с огромной дозой яда в организме. Поэтому, просчитав ситуацию с разных сторон, я принимаю решение временно отступить, собрать силы, а потом вернуться и заставить Макса плакать…

Есть конечно вероятность, что я и вовсе помру, ну значит будет ничья. Да я проиграю, но и они останутся вообще без архимага.

Однако, у меня нет сомнений в том, что всё будет хорошо. Я вернусь и покажу им, что лучше не злить мирно живущего в горах великого архимага Алексиуса.

Один лишь вопрос, на что рассчитывал император? Этому Масимусу верить совсем нельзя. Стоит ему дорваться до истиной силы, он в этом мире первым делом устроит кровавую баню. Вон как несчастных демонов ментальным клинком покрошил, хотя мог просто разумы поотключать. Изверг, одним словом!

Мой ученик медленно занёс кинжал, а я окинул взглядом закатное небо, и отправил мысленное сообщение ворону, в котором прощался со старым другом. Сразу после этого, я как можно более широко улыбнулся и активировал последний элемент обряда. Мой разум, вместе с голубоватым ядром, мгновенно покинул тело.

Прежде чем отправиться в полёт сквозь пространство, я услышал полный гнева крик. Похоже Максимус уже понял, что старый мастер оставил его с носом. Эх, жалко я так быстро улетаю, даже не успел толком насладиться моментом…

***

Мой разум летел в молочно-белой пелене, рассекая пространство.

Интересно, куда меня забросит? Я много раз пытался перевести слова заклинания, но понять смысл конструкции было непросто. Одно я знал точно, мой разум будет летать, пока не найдёт подходящее тело. Мне, конечно, не нравится это оговорка, найти достойное тело для меня – это ой как непросто. Но ничего, я готов подождать.

Наконец мой полёт стал замедляться. Быстрее чем я думал. Неужели обряд уже отыскал подходящего кандидата в теле которого я поселюсь?..

Но произошло нечто до крайности неприятное и болезненное. Трудно описать словами, что именно, но от моего разума будто отщипнули кусочек, отделив личность от опыта и накопленных знаний, а затем зашвырнули куда-то, подобно мячику.

Что это? Сбой в ритуале?

Сознание стало медленно проясняться. Следом подтянулась способность владеть телом.

Базовые возможности вроде бы постепенно приходили в норму.

Я попытался пошевелиться и почти сразу же мне в плечи врезались какие-то ремни. Это ещё что? Не успел я обрести тело, как тут же попал в переплёт?

Затылок уперся в высокую спинку стула, на языке какой-то отвратительный привкус… Я привязан и похоже меня отравили. Неужели Максимус смог каким-то образом отменить обряд и меня таки схватили?..

Это неприятно признавать, но тузы в моих рукавах начинают иссякать.

Наконец, ко мне вернулся слух. Я услышал скрип деревянного стула подо мной и… шаги. Тяжелая поступь. Кто-то неповоротливый перемещался по комнате и чем-то гремел. Пыточных дел мастер?..

Затем с моих глаз постепенно спала пелена. Хоть это радует. Я быстро обвел взглядом незнакомую, хорошо освещённую комнату. Высоченные потолки, длинный стол передо мной. И толстуха. Огромная тетка ростом в три меня, а весом… Одним богам известно сколько она весит.

Женщина палач. Это явно что-то новенькое. Да ещё и великанша.

Она пролепетала что-то ласковым сюсюкающим голоском. Издевается значит?!

Ну сейчас я тебе мозги вскипячу.

Моё лицо пересекла зверская ухмылка, от которой теряли сознание сильнейшие демоны.

Я хлестнул её своим излюбленных хлыстом разума, но… не смог. Тот просто не сработал, будто магия разума отвернулась от меня. Тётка подошла и поставила передо мной тарелку с чем-то белым. Она проворковала что-то на незнакомом языке, но сосредоточившись понял, что могу различать отдельные слова и фразы.

— А какой у нас злой малыш, кто это так кричит? — говорила она. Точно издевается. Радуется моему положению… — Вот и завтрак подоспел. С этими словами она зачерпнула ложкой еду и насильно сунула её мне в рот!

Совершенно, не понимая, что происходит и до глубины души возмущённый этой изощрённой пыткой, я воздел руки, пытаясь воззвать к своим силам и вбить толстуху в каменную стену ментальным импульсом.

Признаюсь, здесь я потерял самообладание.

— Я Архимаг! С большой буквы А, исчадие ты преисподней. Я покоритель миров, гроза демонов, длань бога, гений в мире магии! Я распылю тебя на атомы!.. Да, я… А что с моими руками?!

Я вдруг понял, что мои руки принадлежат в лучшем случае карлику. А-а-а… Да я же ребёнок! Ребёнок!

— Давай ещё ложечку маленький, это ведь твоя любимая кашка, — очередная ложка с отвратным варевом магическим образом проникла мне в рот. Мои ногти беспомощно заскребли по деревянным подлокотникам. Так меня ещё никто не унижал. Когда я со всем разберусь, она умрёт в муках.

Кое-как погасив вспышку ненависти ко всему живому и к сомнительным обрядам древних, я потянулся разумом к сознанию женщины. Обойти базовую ментальную защиту, подчинить поверхностные импульсы. Магия едва меня слушалась, но я смог подключиться к её нервной системе, а затем и к глазам. Я посмотрел на себя её глазами.

Опустив взгляд тётки, я принялся рассматривать себя со стороны.

Да, сомнений нет. Я в теле ребенка!.. Года три на вид. Да у этого тела ведь мозг даже не сформирован! Вот это я попал… Подходящее тело, чтоб его…

Да это тело вообще никуда не годится! Слишком маленькое и слабое... Я даже говорить не могу. Кое-как получается понимать слова. А язык, на котором они говорят… Куда я вообще попал?

И как же сложно управлять собственными мыслями. Я очень надеюсь что скоро адаптация пройдёт, и все придёт в норму. Не могут ведь сотни лет тренировок и затачивания собственного разума улететь демону под хвост.

В этот момент тётка занесла свой пыточный инструмент и зачерпнула из миски варево.

Мои кулачки сжались так, что затрещали суставчики, а мягкие костяшки побелели.

Я стиснул зубы. Я буду не я, если эта безумная баба сунет в меня ещё хоть ложку… Агрх!... Да как у неё это получается?!.

Тетка тем временем сюсюкала:

— Умничка, Лёшенька, ещё ложечка за маму… — я не вынесу всего этого. — А кто такой у нас важный Алёшенька Александрович?

Закончив экзекуцию, тётка вытерла мне рот краем кружевной салфетки. Какой позор…

— Какой же ты лапочка, — продолжила она. — И ничего, что недоразвитый. Ну не говоришь, ничего не понимаешь, слюну пускаешь, и что?.. И никакое ты не горе. Твои родители совершенно не правы. А у кого такие синие глазки? У тебя…

Зацепившись за информацию, и игнорируя остальные обидные характеристики, я продолжил шерстить её разум, чтобы хоть как-то разобраться в ситуации.

Я обычно не ругаюсь, но сейчас мне хочется выражаться самыми грязными эпитетами!

Я попал в тело идиота. Моё второе имя: Позор графского рода Медведевых. Причём я старший сын, и совершенно неподходящий кандидат на роль наследника. Это уже давно решили, и моя мать скоро должна родить нового наследника.

Позор... Я им устрою позор. Мои крохотные кулачки сжались ещё крепче. Пускай мне три года, но вы поперхнётесь магом Алексиусом.

— А кто у нас оставил сюрприз в подгузнике?

А-а-а-а!

Глава 2. Разочарования

Графский род Медведевых постигла череда досадных неудач.

Новости о том, что трёхлетний наследник наконец проявил зачатки разума, лишь ненадолго вселили надежду в душу Александра Николаевича Медведева.

Я к слову, несколько раз просканировал мозг паренька, и никаких отклонений не обнаружил. Всё это время он не говорил лишь потому, что его в принципе всё устраивало.

Отец… Мой отец… Тьфу! Отец тела в котором я поселился, на радостях пригнал какого-то важного мага, из самого Петербурга, чтобы это не значило. Этот полушаман шарлатан, должен был определить мой магический потенциал, а также сродство с родовой энергией: Силой Камня…

— Сила в нём большая, — с важным и видом таинственно начал шаман, однако когда он продолжил, его голос стал менее уверенным: — Но использовать он её не сможет.

— Что значит не сможет?! — прогремел Медведев старший. — Я вас для чего позвал?!

— Вы меня позвали определить его силу и сродство со стихией камня, — тут же пояснил шаман, попытавшись принять ещё более важный вид, хоть у него и не получилось. Отец его пугал. Кадык шамана запрыгал вверх-вниз, а голос едва заметно дал петуха.

— Так определяйте, и без этих ваших не сможет! — прогудел Медведев.

— Сила этого ребёночка, в нашем мире недоступна, — продолжил шаман. — В его теле живёт большая мощь, но пользоваться ей не получится.

— Что за сила? — багровея спросил Александр Николаевич, очень пристально глядя на собеседника. Мне показалось, что кулаки у него при этом стали расти в размерах и темнеть, будто превращаясь в булыжники.

— Да откуда же мне знать? — отступил на шаг шаман. — Она же недоступна…

— Так, хватит! Что вы мне голову морочите? — взмахнул рукой отец. — Что с камнем? Камень его принял?

Спустя некоторое время, мужчина наконец продолжил.

— У него определённо есть потенциал… — шаман шумно сглотнул. — К камушкам. Совсем мелким.

— Что значит совсем мелким? — лицо Медведева старшего тоже принялось темнеть, буквально превращаясь в каменную маску.

— Его стихия… Вы не могли бы не каменеть на меня? — вдруг взвизгнул шаман, отступив ещё на пару шагов.

Медведев сделал глубокий вздох, и его лицо вновь стало принимать красный цвет.

— Что стихия? Продолжайте, — сделав огромное усилие над собой, делано благодушным тоном, попросил Медведев.

— Его стихия… не совсем камень, — наконец продолжил шаман. — Песок.

— Что песок? — не понимающе спросил Медведев.

— Его стихия — песок…

До Медведева постепенно доходили слова. И чем больше он понимал, тем шире становились его глаза.

— Какой, к чертям, песок? Мы Камень! Великий Камень! Основа магии земли! Мы стойкие как утёсы! Мы крепкие как гранит! Нас не сломить! Какой… Песок?!

— С-сыпучий такой, — шёпотом уточнил шаман.

Лучше бы он этого не делал. Под взглядом Медведева, шаман скукожился и стал выглядеть совсем жалко.

— Где в Российской Империи вы видели песок? Мы воины! Опора империи! Да ладно воины. Пускай бы у него было чутьё камня, горные разработки — львиная доля нашей прибыли, но песок! Как я его Великому Медведю покажу? Что он будет делать этой стихией? Куличики на сочинских пляжах строить?! Позор!..

Ну да, ну да. И ничего что всё это время я сидел рядом сложив ручки на груди и сверлил их презрительным взглядом. Жаль, что я пока не могу нормально говорить, а то объяснил бы им, что значит настоящий маг. Расклады пока не в мою пользу, но я такое не забываю. Я покажу вам позор…

Пока что, учитывая обстоятельства, единственное, что мне оставалось, стиснув зубы терпеть унижение. А когда никто не видит, неустанно работать, работать, работать, чтобы хоть как-то привести в порядок свой разум. Шаман говорил что я не смогу пользоваться силой и, очевидно, он имел в виду магию разума. Как бы не так. Тренировки давались с трудом, будто пространство сопротивлялось моим способностям, но я и пространство согну в бараний рог.

Пускай с большим сопротивлением, но кое-что у меня выходило.

Однажды я уже преодолел путь, от простого мальчишки до величайшего мага разума. Дорожка проторена, а мой успех лишь вопрос времени. А когда я наберусь сил, я и здесь порядок наведу, а потом я загляну к Максимусу в гости, для светской беседы. Чувствую, император на сей раз тоже без душевного разговора не обойдётся.

Что я понял: Мой разум был сильно повреждён, и ситуация сначала стремительно ухудшалась, но я смог замедлить, а потом и вовсе остановить собственную деградацию. Да, потеряно много, но я сохранил свою сущность, а также память кем я был. Это уже не мало.

Навыки тоже были потеряны, но оставалось базовое понимание как они должны работать. Пока что мне удалось восстановить только простейшие техники. Мне удавалось смотреть чужими глазами, или использовать слух. Ещё получалось подслушать поверхностные мысли, но только у людей не обладающих никакой местной магией. Например: с прислугой управляться получалось. Хотя не со всей, только с няней да с парой уборщиц. Просто они были неодарёнными.

А вот у посудомойщицы оказалось небольшое сродство с магией воды, которую она кое-как умудрилась развить, видимо, чтобы лучше полировать тарелки. Так вот на ней мои способности тут же начали сбоить. Изображение из её глаз было чёрно-белым, искажённым и всё время дёргалось. Когда попытался что-то подслушать, у меня аж голова разболелась от помех. Её мысли я так и не услышал: пустота. Будто она искусный менталист и смогла полностью закрыться, хотя это конечно же полнейшая чушь.

О менталистике здесь даже и не слышали. Я узнавал. Однажды подключился к одной из уборщиц и отправил её в местную библиотеку. Кое-что удалось разведать, но о магии разума ноль.

Поэтому я так и не смог разглядеть, чем конкретно посудомойщица занималась с конюхом в кладовке. Различил только шуршание, стоны да дёргающуюся вверх-вниз картинку. Но то ли еще будет.

В общем, местная магия, создаёт серьёзные помехи для магии разума, так и запишем.

Как бы удручающе это не звучало, на людях оттачивать навыки не получится, поэтому придётся возвращаться к основам основ и работать с мелкими животными да насекомыми. О том, чтобы вернуть сознание Корка, моего друга-ворона, пока даже и думать не стоит.

Искать подопытных на больших дистанциях не получалось, поэтому приходилось довольствоваться тем, что было в доступе.

Сначала я нашёл муху. Да-да, всего одну муху, невесть как пробравшуюся в замок. (Хотя по правде, на окнах стояла воздушная магия, не позволяющая насекомым и птицам залетать в помещения). Живность, будто ощущая защиту, даже не приближалась к замку. Правда, как-то за окном пролетала стрекоза, но, как оказалось, у неё были зачатки магии воздуха и мои способности не сработали. Кто бы мог подумать, стрекоза маг…

В общем с мухой я развлекался пару дней. Мне удалось завладеть рефлексами насекомого и кое-как наладить управление. Несколько раз я заставил муху разогнаться засветить противной няне в глаз. Эта экзекуторша настырно продолжала пичкать меня кашей.

Ещё удалось побудить крылатую отложить личинку на макушку конюха, который в разговоре с няней позволил себе нелестно отозваться о моей важной персоне. Мол, не доставляет ли милейшей даме слишком много неудобств гений и будущее светило этого мира в моём лице. Он, конечно, назвал меня другими словами, за что и поплатился.

Следующим под раздачу попал мой отец на совместном семейном ужине. Он на меня недобро косился, вот муха и залетела ему в рот. Правда он ничего не заметил и попросту её съел. В итоге и шутка не удалась, и я заработал сильнейшую мигрень из-за резкого разрыва связи. Но это половина беды. Я ведь с мухой не только развлекался, я ещё и отрабатывал разные упражнения, всё глубже осваиваясь в примитивном разуме насекомого и выжимая из своих небольших возможностей максимум. Я заставлял её выписывать геометрические фигуры в воздухе, делал мёртвые петли и другие фигуры высшего пилотажа… ну, пока она была жива. А теперь предстоит искать нового питомца и подопытного. Эх, как же мне не хватает моего ворона, а то здесь и поговорить-то не с кем.

Кстати, когда я попытался подключиться к мыслям и сенсорным органам отца, у меня едва мозг не разорвался от напряжения. Причём не из-за того, что я сильно старался, стоило коснуться его сознанием, как в меня хлынула сила и едва не разорвала на части разум. Да уж, с экспериментами нужно быть осторожнее. Так и запишем.

Но ничего, спустя пару часов после бесславной гибели моей мухи, я нащупал разум небольшой полевой мышки, которая пряталась под половицей в столовой. У мыши магии не было, а значит тренировки продолжатся. Ну и для пакостей больше возможностей открывается. Хе-хе. Чувствую, у кого-то на завтрак будет каша с изюмом…

***

Спустя долгие месяцы весьма энергозатратных поисков, Максимус наконец-то смог отыскать след своего беглого учителя. Оказалось тот не просто сбежал, а оказался совсем в другом мире.

— Так просто ты от меня не сбежишь, старик, — хрипло процедил он, слегка пошатываясь после ритуала междумирового вселенского поиска.

Было слишком много помех, но конкретный мир определить таки удалось. Архимаг забрался очень далеко, но от Максимуса, обуреваемого жаждой власти, сложно скрыться.

Решив не откладывать в долгий ящик такое важное дело, будущий архимаг принялся плести сложнейшее заклинания портала, желая поскорее оказаться ближе к своей жертве.

Спустя ещё три часа, изрядно истощённый и побледневший Максимус, ступил на землю незнакомого мира и вдохнул свежий воздух. Он оказался посреди лесной чащи, у громадной ели, в корнях которой кто-то вырыл здоровенную нору.

— Где же ты прячешься, Алексиус? — пробормотал ученик архимага, сощурив глаза, будто объект его поисков должен был находиться совсем рядом и дрожать от страха, например, в той самой норе.

Максимус сделал уверенный шаг и тут же наступил на сухую, трескучую ветку.

В следующий же миг, из норы раздались звуки чьего-то копошения, а затем показался любопытный нос и две бусины чёрных глаз.

Максимус даже внимания на животину не обратил, сделав ещё один неровный шаг. Всё же два мощных обряда не прошли для него даром.

У лесного зверя, на чью территорию забрёл какой-то пижон, было совершенно иное мнение о сложившейся ситуацию. В следующий миг, рядом с Максимусом возник взъерошенный барсук, который с претензией уставился на мага разума, мол: чего забыл здесь, мальчик? Еда есть? А если найду?

Воин инициативы барсука не оценил, и хорошенько размахнувшись, пнул того под толстый зад, отшвырнув в ближайшие кусты.

В следующий миг, из тех самых кустов где скрылся зверь, в мага полетел здоровенный булыжник.

Максимус лишь в последний миг успел выставить ментальный щит, однако от столкновения его едва не отшвырнуло в сторону. Он вовремя заметил что защита не выдерживает и смог отскочить.

— Это что ещё за дела? — рявкнул он, ловко извернувшись. Намереваясь грациозно приземлиться на еловые иголки, Максимус не рассчитал особенности местной гравитации и врезался спиной в толстенный ствол той самой ели. Однако не растерялся, и уже спустя мгновение стоял, готовый отразить любую атаку. Сложный обряд отнял немало сил, но и Максимус был не простым смертным. Хотя его и настораживала бесполезность ментального щита, сильнейшего средства защиты…

Новым пушечным залпом, из кустов выпрыгнул рассерженный барсук.

С грозным шипеньем, которое, судя по всему, выражало справедливую претензию, мол: “Ты на кого наехал, баран?”, зверь двинулся на обидчика.

Маг разума долго не мешкал. Максимус уже укрепил кинетический щит (от мощного удара булыжником тот едва не раскрошился), и стал вливать энергию в ментальный клинок.

— Да уж, похоже, сегодня не твой день, — хмыкнул Максимус и двинулся навстречу барсуку, намереваясь выпотрошить животное, чтобы выпустить обуявший его гнев.

Ученик Архимага не сразу понял, что с момента полёта в кусты, лесной зверь сильно изменился. Его стоящая дыбом шерсть собралась колтунами, и теперь топорщилась будто обрела каменные шипы. Да и в размерах зверёк явно увеличился.

Резкий удар ментальным клинком, оставил глубокую борозду на спине барсука, а так же выбил сноп искр, будто тот был сделан из гранита.

Максимус такого не ожидал. А зверь, со смесью злобы и боли, громко взвизгнул и сразу сам ринулся в атаку.

Сверкнувшие сталью когти, несколько раз зацепили защиту ментального мага, и этого оказалось достаточно, чтобы щит покорёжило, будто это шерстяное полотно. Больше Максимус под удары не подставлялся, легко уходя от яростных атак зверька. А ведь барсук был едва ли метр длиной.

Да что же это за зверь такой? Местный бог в облике животного? Откуда столько силы? Неужели Максимус так ослаб из-за обрядов, что не может справиться с жалким барсуком?..

На покрытого каменной бронёй зверя обрушился град из ментальных ударов, которые стекали с небольшого тельца, как вода.

Можно было, конечно, ретироваться и попросту сбежать от барсука, но какова вероятность, что тот не погонится за Максимусом. Опять же, вдруг он нарвётся на другого, ещё более опасного зверя.

— Нет, поспешил я, — признавая неэффективность своих атак, хмыкнул бывший ассасин, уйдя от очередного смертоносного удара.

Поэтому, театрально отпихнув, изрядно потяжелевшего зверька, неспешно отступил, а затем запрыгнув в портал, который он предусмотрительно не стал закрывать за собой.

***

Новое разочарование ждало главу рода Медведевых.

Ах-ха-ха! Дочь ему, а не наследника. Я веселился от души, глядя как стены дома сотрясаются от гневных воплей отца.

Но это он такой смелый пока жены дома нет. Моя мать, Ольга Павловна Медведева, характер имела сильный и волевой. Она не то, что себя в обиду не давала, напротив, часто сдерживала себя, и берегла тонкую душевную натуру грозного мужа. Хотя я пару раз видел её в гневе. Даже меня проняло.

Сестрёнку назвали Светочкой. Характер у неё был скверный, она всё время орала, и не давала мне спать (так как находилась в соседней комнате).

Спустя полгода мелкая чертовка научилась ползать. И естественно, больше всего на свете её интересовала моя комната. Она вечно таскала мои вещи и норовила разбросать их. Портила мои игрушки… Да я ими совсем не интересовался, но это были МОИ ИГРУШКИ! Более того, всё до чего могла дотянуться, она обильно слюнявила. Отвратительно!

Кстати, сродство с камнем у неё было, да ещё и самое что ни на есть боевое. Дочка воин, ну разве не радость для папашки! Ну это я злорадствую от бессилия. Учитывая её огромный магический потенциал, управлять сестрёнкой не получалось, сколько я не пытался… В общем, мне пришлось стоически вытерпеть всё. Но я не сдавался. Я тренировал разум и по крупицам восстанавливал себя.

Что ж, буду и дальше тренироваться на мышках, которых под моим контролем уже было целых три. Они шныряли по замку, подслушивали, подглядывали, а также помогали реализовывать мои пакостные задумки против всех неугодных. Например, против той же Светы. Я всерьёз озаботился тем, чтобы у неё не было ни одной непрогрызенной игрушки.

Кстати, первая мышь уже перенесла первую реинкарнацию. Простейшая задача перенести разум пожилой мышки в молодое тело, оказалась для меня серьёзным испытанием. Я едва не отказался от затеи. Пару раз едва не лишился сознания, но дело до конца довёл.

Кстати Мики, так я назвал свою первую мышь, после перерождения поумнела и сделалась очень покладистой. Видимо поняла, с кем связала её судьба.

***

— Так у тебя ведь есть наследник. Чем тебя так не устраивает Алексей? — однажды Мики (она девочка) стала свидетельницей разговора моего отца и деда Николая Михайловича.

— Он не наш, — ответил мой отец. — Песок это не камень. Ну какое у него может быть будущее? Как он будет питать свой кристалл силы, когда повзрослеет? Отдать его на кондитерскую фабрику? Будет там повелителем сахарной пудры?

— Может, не всё так плохо, — хмыкнул дед. — Может, стоит оценить на что способен его дар? — старик давно хотел окончательно уйти от дел, передав главенство сыну, однако его всё равно дёргали по любому поводу. Но всё же не оставлял попыток вразумить сына.

— Что значит не так плохо? — Александр Николаевич потемнел лицом и опустил здоровенные кулачищи на столешницу красного дерева. — Не будет он наследником… Всё пропало…

— Эх, Сашка Сашка, всему тебя учить нужно, — вздохнул старик. — Во-первых, не забывай про право отказа. Ты всегда можешь отделить неугодного наследника в отдельный род.

— Сделать Алексея отказником? — хмуро посмотрел Александр на своего отца.

— Ну, не убивать же его. Неужто грех на душу возьмёшь? — хмыкнул дед.

— Оскорбить меня вздумал? Это удел Лисицыных, Гадюкиных и им подобных, — рыкнул глава рода.

— Да, это будет недёшево, — продолжил дед. — Но это вполне действенный способ. А у Светы очень сильный дар.

— Дочь наследница это точно не вариант, ты будто сам позабыл, что значит беспокоиться о роде, — хмуро пробасил отец. — Стоит ей выйти замуж, и она уже не будет Медведевой, это прямой путь к забвению. Искать мужа барона, который решит отказаться от своего рода, это тоже позор для нас. А надеяться что какой-то граф или герцог решит отказаться от фамилии… — мужчина раздражённо махнул рукой.

Дед усмехнулся и покачала головой.

— Во-вторых, ты ещё совсем молод, Ольга еще родит тебе сыновей, — старик устало вздохнул. — Ты прекращал бы метаться. Жену лучше навести, а то она решит, что ты ей недоволен, тогда тебе точно наследник не светит… Но в любом случае, не ставь крест на первенце. Вдруг он сможет тебя удивить.

На следующий день, мой дед Николай Михайлович Медведев, подарил мне мешочек с песком из пустыни Сахара.

А спустя девять месяцев, родилась моя младшая сестра Полина. Ух-ха-ха-ха!..

Глава 3. Неожиданности

Спустя год изнурительных тренировок, гнева, отрицания и торга, я стоически принял одну простую мысль. Я больше не архимаг. Я теперь действительно ребёнок, который лишь помнит о могуществе, доступном мне когда-то.

Но принятие это тот самый первый шаг на пути к достижению результата. И я этот путь пройду снова и до конца. Буду идти столько сколько потребуется, каким бы трудным он не был. И обязательно дойду, ведь я уже знаю, что меня ждёт.

Раз уж меня вышвырнуло из родного мира, я решил не отчаиваться и отнестись к своему положению философски. Ну а что, я просто начал путь заново. К тому же получил второе детство. Если рассуждать, это очень неплохо, хоть необходимость начинать с нуля немного удручает. Однако это гораздо лучше, чем верная смерть. К тому же мои амбиции никуда не делись, а значит мой путь к вершинам продолжается. Пускай и в другом мире.

Помнится, в молодые годы я жалел, что мне не повезло с детством. Ну что ж, видимо у вселенной есть уши, и она, услышав моё недовольство, решила таким образом восстановить справедливость.

Я как раз практиковался в управлении мышью. Та таскала клейстер в ботинки конюху, что в очередной раз отвлекал няню от работы в кладовке.

Поймал себя на мысли, что мелковато это для Архимага, а скорее по-детски.

— Ну ничего, повзрослеть никогда не поздно, — пробормотал я. — А там и до Максимуса доберусь и до императора из прежнего мира. Их ботинки от меня никуда не денутся.

(Ну это я уже шучу).

Я обязательно вернусь в свой мир воплощённым ночным кошмаром. Но для этого нужно вновь обрести силу.

Будучи ребёнком, пусть и благородным, признания и власти не добьёшься, поэтому я пользовался как мог своим положением. Всё время я тратил на тренировки доставшегося мне детского мозга (совмещая их с мелкими пакостями особенно вредным слугам).

Как известно: подготовка, это восемьдесят процентов успеха.

Преодолевая огромное сопротивление, я учился заново выстраивать ментальные структуры и пробиваться через стены разумов. Было это чудовищно тяжело. Гораздо тяжелее, чем в те деньки, когда я, будучи первый раз ребёнком, ступил на путь постижения наук и силы. У меня были подозрения, что дело не в неразвитом мозге Алексея Медведева, а в мире где я оказался. Однако сдаваться не перепробовав всё, я не собирался.

Понятное дело, что со стороны я выглядел странновато и лишь подтверждал слухи о том, что старший сын рода Медведевых родился “особенным”. Внимания на слухи я не обращал. Когда придёт время, многие подавятся, как своими словами, так и мнениями…

Однако урок, что преподала мне судьба, я усвоил. Не думайте, что преисполнился смирением, но решил пока позабыть, что я был когда-то архимагом и сосредоточиться работе над собой настоящим. К тому же, глупо обвинять окружающих за то, что они обращаются со мной как с ребёнком, ведь я и есть ребёнок.

***

— Сила в вашем ребёнке великая! — вещал шаман, которого снова пригласили, чтобы оценить потенциал Светы.

Александр Николаевич Медведев слушал, скрестив руки на груди, явно ожидая какого-то подвоха.

Мики уже заняла позицию и внимательно наблюдала за всем происходящим.

— Что за сила? Сродство с камнем есть? — грозно хмурясь спросил граф.

— Самый натуральный камень. И дух медведя благоволит. Чувствую даже сейчас готов дать своё ядро. Прекрасный наследник. Этот ваш сын более чем удался.

На лицо графа было страшна смотреть. Если бы мимикой можно было убивать, то всё живое в округе было бы истреблено.

Наконец Медведев взял себя в руки и хрипло произнёс:

— Дочь.

— Что, простите? — спросил шаман.

— У меня родилась дочь.

***

Кроме ментальных тренировок, которые я сам себе регулярно устраивал, были и другие обязательные занятия с воспитателями. Я принял решение до конца отыгрывать роль ребёнка, поэтому был прилежным и слушался старших, которые были младше меня в среднем лет на четыреста. На некоторых занятиях, касающихся, например, правил этикета при дворе я, как правило, спал с открытыми глазами, или медитировал, или выстраивал внутреннюю структуру. Однако, быстро рассудив, решил таки не разбрасываться дармовыми знаниями, и сажал рядом с собой одну из подконтрольных мышей, которые внимательно слушали всё рассказанное учителями и записывали знания в архив, что находился в чулане моего разума, авось пригодятся когда-нибудь.

Только на занятиях по фехтованию и другим прикладным наукам приходилось работать всерьёз, но я не роптал, напротив, даже втянулся. Боевые навыки дело полезное. По крайней мере в этом мире. К тому же я передавал все умения которые получалось своей мышке Мики, делая из полёвки настоящего воина, пускай и в миниатюре. К удивлению, результат был. Не раз замечал, как старшая мышь награждает подзатыльниками менее расторопных товарок. Поучает уму разуму…

К слову, занятия боевыми искусствами явно пошли Мики на пользу.

Няня и кухарки, несколько раз открывали на мышку полномасштабную охоту, с тесаками, скалками и другими подручными материалами. Но мышь, познавшая путь воина, показала кто в доме главный. Горжусь ей.

Были ещё новости, причём хорошие. Как оказалось, мой опыт и знания пропали не окончательно.

Я как-то раз медитировал и пытался выйти за границы своего разума. Задача казалась бесполезной, будто в стену лбом бился. Однако вдруг ощутил нечто на грани ощущений. Причём, это нечто было на удивление знакомым. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил себя.

К сожалению, я не мог обратиться к своим знаниям и опыту, но вполне отчётливо чувствовал ту часть себя, что отсекли от моей личности перед переселением в новое тело. Где-то на границе этого мира, находилась часть моего закапсулировавшегося сознания. При желании я вполне мог бы попробовать вернуть свой разум в полной мере, но был один нюанс. Тело, в которое я попал, явно было неподходящим.

Вероятнее всего, детский разум просто сгорит от перегрузки, либо капсула с многолетним опытом разрушится и большинство знаний бесполезно пропадёт. Поэтому я пока оставлю её в покое. Буду терпеливо готовить разум юного Алёши, чтобы однажды снова стать Архимагом Алексиусом. Жалко лишь, что я не смогу вытащить хотя бы копию разума Корка. Можно было бы переселить своего верного друга в какую-нибудь местную пичугу. Но если собой я ещё готов был рискнуть, то вороном рисковать не собирался. Видимо стал излишне сентиментальным последнюю сотню лет.

***

Младшая сестра Полина, несмотря на то, что тоже иногда капризничала и слюнявила мои игрушки, к удивлению, раздражения у меня не вызывала. Людей я чувствовал всегда, и моя младшая сестрёнка показалась мне весьма славной.

Зато Света, стоило ей подрасти и научиться говорить, вполне оправдала мои подозрения. Дразнила меня Лёшкой-крошкой, и другими обидными, по её мнению, прозвищами. Я не обижался, но подаренный дедом песок хранил по ночам исключительно в её постели, рассыпанным тонким слоем по простыне.

— Ка! Ня! Тюптю! — девчушка в который раз забрела в мою комнату, и уселась на небольшую скамеечку в ожидание представления.

К слову, управление песком, пускай его было и не много, давалось мне куда легче чем магия разума. Я мог заставить левитировать крошечные камушки и составлять из песка различные формы.

Однажды, просидев семь часов, смог составить их песка подаренного дедом фигуру своего старого ворона, парящего под потолком. Полина была в восторге, и громко смеялась хлопая в ладоши, когда песчаный ворон выписывал кульбиты.

Сейчас я сформировал песочного человечка, который отрабатывал удары руками и ногами, как показывал мастер.

Полина усидела всего пару секунд, а затем потянулась к человечку, чтобы схватить того. Как-то раз я уже совершил ошибку и позволил сотканной из песка бабочке сесть на руку девочке. Стоит ли говорить, что та сразу была съедена. Я кое-как вернул потом свой песок.

Человечек тут же принялся убегать от Полины, а та, смешно семеня на четвереньках принялась гоняться за ним по моей комнате.

Эх, жаль у меня песка мало. Так бы я устроил полномасштабную войну лилипутов, против огромного монстра Полины. И мне тренировка, и девочке счастье.

Жалко, что тот песок, который я отыскал в округе, был совсем никчёмный. Уж не знаю почему, наверное он был недостаточно чистым, не в пример подаренному.

Пытаясь разгадать, почему один вид песка хорошо меня слушается, а второй еле реагирует, я кое-что нащупал. Кстати, на мысль меня навёл тот шаман и его оговорка, что дух медведя готов поделиться ядром.

Оказалось, что для любой магии нужно ядро. Некий центр определяющий сродство с магией, уровень контроля, мощь и количество силы.

Как я выяснил, в телах местных одарённых тоже есть некое силовое ядро. Вернее в них присутствует некий кристалл. Причём находится в области сердца. Звучит как глупые домыслы, однако проверять я пока не решился. Этот кристалл растёт в телах местных одарённых и со временем способен накапливать энергию Ну а дальше всё и так ясно. Чем больше энергии, тем сильнее одарённый. И, кстати, чем больше разлито вокруг энергии, тем лучше. Хотя что это за субстанция такая и от чего зависит её обилие, я долго не мог понять.

Однако были способы временно увеличивать количество этой энергии, например побеждая местных зверей. А ещё, можно было находиться какое-то время в месте силы, пронизанном эманацией нужной стихии. Но для этого был нужен ещё один компонент, способный эту энергию концентрировать и направлять в силовое ядро. Это было некое духовное ядро, что необходимо было получить, или заслужить. Но с ним было неясно. Ведь оно находилось не в теле. К тому же, где брать это ядро?

Стихия, которая была родственной для одарённого, являлась основным проводником этой энергии. Таким образом, поместье Медведевых, выстроенное из мрамора гранита и других пород камня, было самым настоящим источником силы для моей родни. В то время как для меня это был просто камень.

Теперь понятно всё негодование моего отца.

Что касалось духовных ядер, они каким-то образом были связаны с тотемами, которые давали имена родам. И их роль я понимал слабо. Вроде есть какие-то животные, чьи души согласились когда-то служить на благо рода. Некоторые, особенно великие звери, и не думали покоряться, а брали тот или иной род под свою опеку. Но что конкретно они давали, я разгадать пока не смог. Типа как ангелы хранители в одной из местных религий. Были легенды, что животные хранители порой говорят с главами родов, или играют с детьми, но я пока здоровенных медведей в округе не замечал. А за пределы поместья и вовсе ни разу не выезжал, (ну это из-за предубеждений отца, который не мог позволить, чтобы кто-то углядел слабость рода).

В общем, про накопление личной силы и могущества я не забывал.

Что меня удивляло, я нигде в округе, я больше не чувствовал подходящего песка, что легко откликался бы на мой зов. Тот что был в почве, был слишком слаб. Хотя, возможно всё дело в маниакальном стремлении моей матери к идеальной чистоте. Мне всегда казалось, что орда наших слуг во главе с Графиней Медведевой, имели лишь одну цель в жизни: уничтожить всю пыль на планете. А может дело в том что наше поместье располагалось в болотистой местности.

Однако, хоть я и не забрасывал занятия со своей основной стихией, моя упёртость не позволяла снизить нагрузку в тренировках ментальной магии.

Я по-прежнему мог подслушивать и подглядывать используя уши и глаза неодарённых слуг. У некоторых читал поверхностные мысли. Чтение чужой памяти мне по-прежнему не давалось, как и управление разумом, сколько бы сил я не прилагал. Единственное существо в чьи воспоминания я смог погрузиться, была бабочка подёнка. Жизненного опыта у неё было не то чтобы много… но хоть что-то.

Про управление чужой памятью и внедрение мыслей я и вовсе молчу. Сколько я не проводил экспериментов над мышами и насекомыми, результатов это не давало совершенно. Получалось лишь грубо брать под контроль нервные центры и управлять подопытными, будто магоуправляемыми игрушками на пульте управления. А что касается Мики, так она просто ко мне привыкла и научилась меня понимать. Ей очень далеко до Корка, но мышь старалась, как могла.

Некоторые заклинания прикладной менталистики у меня всё же выходили, хоть и криво. Например, повесить примитивный ментальный щит разума вроде получалось, но проверить его эффективность, возможности я не имел. Обычно его совершенствуют во время боевых спаррингов с другими менталистами, а таковых под боком не было. Если кратко, вся магия касающаяся взаимодействия с другими разумными у меня не выходила, будто я был бездарным калекой… Ах да, ведь так и было, если верить родне и придворным.

Успех достигнутый с мышами я не считал достижением. Хоть из менталистики это и было самым большим достижением. Хотя больше трёх зверьков я вряд ли бы потянул. Это Мики ко мне привыкла, а вот двух других я удерживал на грани возможностей. Но это пока.

Зато заработало кое-что другое. Я вполне мог использовать ментальные техники для работы с собственным разумом. Например, ускорять своё сознание.

На деле это выглядело как замедление времени. После этого моя голова обычно гудела несколько часов, но эти техники не раз в прошлом спасали мне жизнь. А ещё я внутри своего разума отстроил зал с множеством комнат. В моём прежнем теле, внутри сознания был небольшой городок, с канализацией, тёмными улочками и тайниками. Это позволяло прятать в недрах своего разума любую важную информацию и быть уверенным что она не попадёт в чужие руки. Сейчас это, конечно, без надобности, но кто знает как всё в будущем повернётся. Кстати, это сильно помогало с обучением, и в систематизации знаний. Хоть я и спал на занятиях, но учения, благодаря внимательным мышкам, не пропадали, аккуратно записанные и сохранённые в удалённой комнате моего разума, под названием «Изучу когда-нибудь потом».

Кроме этого, неплохо показали себя кинетические техники, например, телекинез. Эта грубая и бесполезная в моём старом мире магия, в новом оказалась на удивление эффективной.

Очень скоро я овладел левитацией некрупных предметов. Например, мог заставить кружить по комнате чайную ложку, или любимую куклу Светы, пока та орала и, подпрыгивала, пытаясь дотянуться до ускользающей в последний момент игрушки.

С Полиной я тоже иногда играл таким образом, устраивая ей целые кукольные спектакли перед сном. И мне тренировка, и девчушке радость.

Что касаемо энергетического кристалла, если он во мне и рос, то я его не чувствовал, да и подходящего песка было слишком мало. По крайней мере резких скачков способностей я не замечал.

***

Сколько я не искал, но информации о духовных ядрах так и не нашёл. Были какие-то намёки и упоминания, например, о том, что нужно убить легендарного зверя или подчинить его себе (ну или попробовать договориться), и каким-то образом это даст то самое пресловутое духовное ядро, что является неотъемлемой частью достижения личной власти в этом мире.

Да уж, искать зверя, будучи ребёнком, да ещё и изолированным (мой папа об этом даже очень хорошо позаботился), задача очень непростая. Однако поместье и прилегающие территории, узником которых я являлся, были довольно обширными. И моё «заточение» было очень условным. По крайней мере, возьмись я исследовать земли Медведевых пешком, то пару лет бы мог на это потратить.

Раз уж в книгах не было необходимой информации, я принялся искать необходимое в мыслях слуг. Не всё же мне над ними измываться и пакостить им. Может, их к чему полезному удастся приспособить.

Гувернантки и поварихи, ожидаемо ничего не знали ни о каких духовных ядрах и зверях. Однако я сдаваться тоже не собирался. И удача мне улыбнулась практически сразу, когда я решил проверить конюха, который по-прежнему частенько наведывался к нашей няне. Помогать наводить порядок в кладовке…

И он действительно знал кое-что об одном легендарном звере, который находился, по счастью, прямо на наших землях. Это был дух некой черепахи, от которой уже не первый год хотели избавиться, но то ли руки не доходили, то ли не могли с ней справиться — этого я так и не узнал.

Но для меня это было, во-первых, прекрасным вызовом и проверкой своих сил. А во-вторых, возможностью начать развиваться, вопреки всему.

Навести справки и распознать, где находилась эта черепаха, было довольно легко. За небольшим лесом, на западе наших владений, располагалось небольшое озерцо, дававшее начало небольшой быстротечной речке. И вот в устье этой реки как раз и находилась необходимая мне черепаха.

Самое сложное в моей затее было разработать операцию таким образом, чтобы никто не заподозрил, куда я иду, и не увязался за мной. Да и чтобы потом вопросов лишних не задавали.

Как обычно, сложнее всего было избавиться от средней сестры Светы. Та хваткой бульдога уцепилась в меня и не хотела отпускать, будто чувствовала, что у меня важное дело.

Ну ничего. Пару телекенетических кочек на её пути, и она пролетела кубарем в канаву, а затем, со слезами и воплями, направилась обратно в замок переодевать платье. Ну а я к тому времени уже давно скрылся в лесу, и был таков.

Я довольно быстро добрался до того озера, перед этим вдоволь накупался, затем отправился к реке. Теперь оставалось понять, как найти ту черепаху, а самое главное, как её победить.

Как ни странно, обнаружение зверя делом было несложным. Стоило мне начать свои поиски, как искомое животное тут же проявило себя. Это была довольно крупная черепаха, чей панцирь возвышался на метр над землёй. Она подняла любопытную голову и принялась меня изучать. Я в ответ принялся изучать её.

Черепаха как черепаха. Единственное, что выдавало в ней необычность, это голубоватое свечение, растёкшееся вокруг неё когда она решила меня прогнать.

— И что мне с тобой делать? — спросил я черепаху.

Черепаха склонила голову на бок, будто пытаясь понять, чего я от неё хочу.

Сила-силой, но вот эту зверюгу убивать что-то не очень хочется. Жила она себе, наверное, не одну сотню лет, никого не трогала, а тут пришёл я убивать всех направо и налево.

Черепаха, будто выслушав мои мысли и неправильно меня поняв, вдруг набычилась и зарычала.

— Ты что это на меня рычишь? — удивился я.

Черепаха продолжила возмущаться, неуклюже поднялась на лапы, а затем вдруг ринулась на меня. Ну как ринулась... Двигалась она неспешно, но целеустремлённо. Хотела, видимо, меня прогнать с земель моей семьи. Ну да, сейчас прям...

— Заметь, черепаха, не я первый нападал, — заявил я, попытавшись оттолкнуть её телекинетическим ударом.

Моя атака черепаху не впечатлила, но раззадорила.

Я заранее почувствовал направленную в меня силу и легко ушёл от здоровенного кома земли, что упал на то место где я стоял.

Распустив завязки на мешочке, висящем на шее, выпустил из него тонкую струйку песка. Затем сформировал из получившейся массы массивный кулак и направил навстречу черепахе.

Ожидаемо, ей эта атака ей тоже никак не повредила. Всё-таки основная черта черепах — это крепкая защита. А у магических существэта защита распространялась не только на панцирь, но и на всё остальное. И, скорее всего, так просто её не победишь. Но эта задачка решалась довольно просто. По крайней мере, строить из себя кровожадного воина и пытаться забить черепаху до полусмерти я точно не собирался, да и не со своими небольшими силами пытаться провернуть такое. Поэтому я попросту пустил тонкую струйку прямо в пасть твари и закупорил ей глотку.

— Подчинись, — твёрдо приказал я ей.

В ответ последовал мысленный импульс, который в подробностях описывал куда мне нужно отправляться с такими приказаниями.

Ожидаемо, у местных животных довольно неплохо развит интеллект. Яркий пример — Мики, которая довольно много времени училась у меня. Но и дикие звери, не контактирующие с людьми, тоже очень даже умны. Так и запишем.

Очень скоро черепаха поняла, с кем связалась. Я хотел было сжалиться над ней, но черепаха сдаваться не спешила. Более того, включила турбоскорость и решила покалечить меня. Сначала попыталась сбить меня с ног, затем начала бомбардировать комьями грязи.

Я выпустил ещё чуть-чуть песка и сделал что-то вроде удавки, обвившейся вокруг шеи зверя. Ну что ж, душить так душить.

— Подчинись, — снова приказал я.

— Никому не подчиняюсь. Либо тебя убью, либо сама умру. — Довольно отчётливо раздалось в голове.

Ну что же, она сама выбрала свою судьбу.

Мне виделось, что я справлюсь с черепахой быстро, но это оказалось не так. Видимо, у черепах как-то иначе сформированы органы дыхания, и она ещё долго пыталась меня атаковать. По крайней мере, я бегал от неё не меньше получаса и довольно серьёзно умаялся. Однако, по прошествии времени, черепаха наконец безжизненно завалилась на землю.

— Не скажу, что это была эпическая битва, — торжественно произнёс я, — но дело сделано.

Я подошёл к магическому монстру и положил на неё ладонь. Кажется, нечто подобное нужно было сделать для приобретения духовного ядра. В этот момент я почувствовал что-то тёплое и лучащееся энергией внутри тела черепахи. И эта энергия отозвалась на моё прикосновение и потянулась ко мне.

Слов я не слышал, но больше всего этот импульс походил на следующее сообщение: «Ты победил меня, и теперь моя жизнь, сила и судьба принадлежат тебе. Сделаешь ли ты меня своим священным зверем?»

Я ощущал импульсы черепахи и не смог сдержать улыбку.

— Собственно, за этим я сюда и пришёл, поэтому давай, забирайся, — ухмыльнулся я.

И в следующий миг волна энергии сначала коснулась моей руки, а затем принялась проникать в моё тело, наполняя силой. Песок, что по-прежнему охватывал горло зверя, засветился золотым огнём, а я коротко рассмеялся...

Глава 4. Неожиданности. Часть 2

— Ваше сиятельство, — перед графом Медведевым по стойке «смирно» стоял гвардеец из личной охраны рода Медведевых. — Смею доложить, что легендарный зверь — речная черепаха, что не давала покоя лесникам и смотрителю пруда — была убита сегодня.

Медведев, отвлёкшись от своих дел, лишь искоса взглянул на докладчика:

— Прекрасно, давно пора было от неё избавиться. Только почему это докладываете вы? Вам заняться, что ли, больше нечем?

— Видите ли, — гвардеец закусил губу, — Её убил ваш сын...

Медведев отложил бумаги в сторону и внимательно посмотрел на гвардейца.

— Лёша? Хм, любопытно. Может быть, из него что-то да выйдет. Спасибо, что доложил, я повидаюсь с ним сегодня.

Но доклад гвардейца был явно не закончен. Он по-прежнему кусал губы.

— Что-то ещё? Не томите, — нетерпеливо потребовал граф.

— Как нам стало известно... он поглотил духовное ядро черепахи, — осипшим голосом ответил гвардеец.

— Он что сделал?!

Гвардеец по-прежнему стоял по стойке смирно, но больше всего на свете ему сейчас хотелось сжаться в комок под гневным взглядом графа, чьи кулаки принялись наливаться тяжестью, — причём такой тяжестью, что заскрипел письменный стол.

— Он поглотил дух какой-то вшивой черепахи?! Почему за ним не уследили? Как вы это вообще допустили? — Медведев, устало осел на кресло. — Где он вообще достал информацию о духах и духовных ядрах?

— Не могу знать, — ответил гвардеец, с облегчением выдыхая.

Все гвардейцы охраны бросали жребий, кто именно пойдёт докладывать о случившемся графу, не готовые испытывать на себе его немилость.

— Ну что ж, он и так был никчёмным одарённым с никчёмной стихией. Так ещё и никчёмное духовное ядро себе заимел. Сам решил свою судьбу, — отмахнулся граф, снова погружаясь в свои дела. — Если больше нечего докладывать, продолжайте заниматься своими делами.

Я задумчиво слушал произошедшее в кабинете, посредством одной из своих мышек шпионов и пытался понять, что же так не понравилось отцу. Не то чтобы меня это заботило, но ему похоже всё не нравится, чтобы я не сделал. Ну и демоны с ним.

С тех пор глава семьи Медведевых старался вообще не контактировать со своим сыном. Тот для него будто умер в этот день. А самое неприятное, дед тоже будто разочаровался во мне, правда объяснил что именно я натворил и почему ошибся.

Духовные ядра нельзя поменять. Оно связывается с силовым ядром раз и навсегда. Именно поэтому многие будущие воины, намеренно максимально оттягивают момент пробуждения духовного ядра, надеясь получить каким-то образом ядро посильнее. Именитым родам, которых взял под опеку один из великих духов, в этом плане больше везло. Им сильные духовные ядра полагались по праву рождения.

Были случаи, когда главы родов, побеждали еще более сильных зверей, или получали их расположение, но для своих детей, тем самым усиливая свой род. Но сделать сильнее себя они уже не могли. Были способы усилить ядро, но они были очень сложными, а результаты ничтожными.

В общем мой дедушка, Николай Медведев, поджал губы, потрепал меня по голове, а в глазах его плескалась тоска и обречённость. Похоже, тоже поставил на мне крест. И это обидно.

Ну а я, оказавшись один в своей комнате, ментальным импульсом, в который раз нащупал своё духовное ядро, поиграл с ним, перекачивая энергию из песка в силовое ядро в груди и обратно, а затем попросту выхватил его прямо из воздуха.

На моей ладони лежал округлый камень, который формой и покрывшим его узором, напоминал черепаший панцирь. Стыки роговых пластин, светились мягким голубоватым светом, придавая камню причудливый образ. В нём действительно была сила, и этой силой я мог управлять. Вот только с чего дед взял, что я с ним связан навсегда и не смогу выковырять камешек при надобности? Очень даже могу.

Но и оправдываться перед кем-то не собираюсь. Вот ещё. Если уж отец так зациклился на наследнике с силой камня, это его проблемы.

Могу даже передать ядро Мики, но торопиться не буду. Вдруг у мышки я так просто забрать ядро не смогу, а оно у меня одно, пока что…

***

С момента обретения ядра, мои силы и правда стали расти, а вместе с ними и успехи. Причём не только в моей основной сыпучей стихии, но и в телекинетике, хоть она и была грубоватой.

Когда мне исполнилось восемь лет, я смог сформировать настоящий телекинетический клинок. Сначала результаты не впечатляли. У меня получалось разрезать ментальным импульсом планирующий лист бумаги на две части. Пока звучит не очень, но это ведь только начало. Выглядело это как магия воздушников, особенно презираемых моим отцом. Но это был чистый разум. Однако, отцу я старался всё же не показывать своих способностей. Он и так со мной почти не разговаривает, а если заподозрит во мне владение бесполезной магией ветра, так вообще отречётся.

К десяти годам, я разрубал на две половины подброшенный в воздух толстенный фолиант… Правда проделал я это всего два раза. Меня поймал дед и пообещал выпороть за порчу древних книг.

Зато меня охотно поддержала Полина, которой к тому времени исполнилось четыре года. Она зашвыривала в небо надоевшие игрушки, а я превращал их в десятки обломков и тряпиц до того момента, как они приземлялись на землю. Для этого хватало пяти точных попаданий. Почему пяти? — это, пока что, был мой максимум, после которого я по-прежнему мог держаться на ногах. Всё же мне досталось очень слабое тело.

Клинки были не единственным освоенным приёмом. У меня получилось сформировать небольшой кинетический щит, едва закрывающий верхнюю половину тела. Полина, на пару со Светой, весело хохоча, швыряли в меня резиновые мячи, которые, не долетев до моей головы, отскакивали в разные стороны. Кстати, Света всё время целилась точно в нос. Причём нет-нет, да зашвыривала в меня булыжник вместо мяча, чертовка.

Щиту я уделял много внимания, и спустя пару месяцев, тот стал достаточно послушным. Щит мог трансформироваться скажем в перчатку, плотно охватившую мой кулак и заострённую на манер наконечника копья на конце. Это позволило мне оставить глубокую вмятину в груди тренировочного манекена во дворе, пробить навылет не самую толстую деревянную дверь насквозь, а еще победить в дуэли взглядов камердинера, когда тот пытался выяснить виновника испортившего дубовую дверь из редких пород.

Но главное, менталистика со скрипом, да поддавалась. Пускай и не в том виде в каком я хотел, но я уже начал формирование полного телекинетического доспеха.

С манекеном я тренировался ночью, опять же, чтобы никто лишний не увидел.

Всё изменилось, когда я перестал разделять две своих стихии. Я намеренно отдалял подобные эксперименты, предполагая, какой скачок сил тогда произойдёт.

И мои надежды оправдались. Например, я обнаружил, что если в кинетическую латную рукавицу вплести подаренный дедом песок, тяжесть удара увеличивается троекратно. А базовые приёмы наложенные на стихию песка (например шипы, или кулак сформированный из песка), и разогнанные телекинезом, могли вполне поспорить с мощью камня.

Последним достижением стала ментальная рука. Да-да, третья полнофункциональная, невидимая рука, способная растягиваться на три метра. Звучит не особо впечатляюще, но если зажать в ней кинжал… Один был в ней минус, тяжёлые предметы ей пока не давались, даже если усиливать её песком.

Я пытался её приспособить, чтобы управляться с именным мечом, что был выкован в день моего рождения, но третья рука пока не справлялась с его весом. Хотя возможно дело было в самом мече. Как я понял, в нём был некий кристалл, усиливающий стихию камня. Для меня же, тот кристалл похоже наоборот был как балласт. Поэтому меч, на мой взгляд, оказался бестолковым и неудобным.

Но к демонам меч. Вопреки всему я решил, что третья рука это весьма полезный навык! Особенно если усиливать атаки песком.

В общем, время я зря не терял. И хоть были мысли пожить беззаботно в качестве ребёнка, но я и так неплохо развлекался. Видимо у меня и у настоящих детей, слишком разные интересы.

Я старался брать всё от этого времени и учился всему что могло сделать меня сильнее. Я пройду путь до конца и стану сильнейшим этого мира. А уж потом посмотрим, что я буду с этим делать.

Когда мне исполнилось двенадцать, во время родов умерла моя мать, Ольга Павловна Медведева, вместе с нерождённым сыном. А спустя ещё полгода, умер и мой дед.

После этого, мысли о том, чтобы позволить себе беззаботное детство, меня больше не посещали.

***

Семнадцать безуспешных попыток проникновения в неизвестный доселе мир, научили Максимуса многому.

Несколько раз он встречался с животными. Последним был горный баран, обладавший магией огня. Такого позора Максимус не переживал давно. Рогатый, не переставая пережёвывать жвачку, отправил незадачливого ментального мага в полёт со скалы, и лишь сноровка ассасина позволила ему избежать увечий после не самой мягкой посадки.

Простые бандиты, поняв что ничего не могут противопоставить отряду профессиональных воинов во главе с Максимусом, и начали использовать магию, а Максимусу пришлось вновь отступать.

Вывод был очевиден, хоть неудавшийся архимаг долго его не принимал: В этом мире, ментальная магия не действует. Природу такой аномалии Максимус так и не разгадал, но радовало одно. Раз нет магии у второго по силе ментального мага империи, значит первый оказался в тех же условиях.

Напрашивалось вполне простое и эффективное решение, хоть и не самое удовлетворительное. Раз силы Максимуса недостаточно, можно пригласить сторонних участников для поимки беглого архимага. Благо Алексиус успел нажить себе немало врагов.

Недолго размышляя, Максимус отправился в соседний мир заселённый демонами. Эти твари жили тем, что захватывали и заселяли все миры, до которых могли дотянуться и превращали их в инферно. Как только империя столкнулась с ними, более трёхсот лет назад, развернулась непрекращающаяся война. Однако, Максимус не зря потратил годы в школе ассасинов. Когда есть общий враг, договориться можно даже с демонами.

— Ты немало моих слуг извёл, слабый человечек. — Базалес, дьявол тринадцатого кольца миров, склонил рогатую голову и направил три янтарных глаза на Максимуса. Человек казался крошечным по сравнению с огромной краснокожей фигурой. Дьявол восседал на вырезанном из скалы троне, покрытом кристаллизованной кровью, и сжимал трезубец, подозрительно напоминающий чей-то гигантский позвоночник. — Что мне мешает раздавить тебя как букашку, раз уж ты сам ко мне заявился?

Максимус сдержал усмешку. Он хорошо смог скрыть свою силу, так как и сам опасался подобного исхода. Но демон сейчас говорил ради красного словца. Рогатый не мог оценить силу ментального мага стоявшего перед ним и не был уверен, что справится. А вот Максимус знал, что этот монстр ему не ровня. Всё же Алексиус был прекрасным учителем. С Максимусом не справились бы и двое таких дьяволов.

— У нас есть общий враг, — просто ответил менталист. — Мы оба хотим смерти Алексиуса. Он ослаблен и уязвим. Я считаю, это прекрасный повод чтобы наконец начать сотрудничать. Кто знает, может однажды наши миры смогут сосуществовать без войн.

Демон криво усмехнулся.

— Отчего же сам не убьёшь своего старого учителя? Я слышал, как он обращается с подопечными. Уверен, свернуть ему голову было бы наслаждением для тебя.

— Я должен учиться стойкости и смирению. Убийство Алексиуса принесёт мне мимолётное удовлетворение, но не прибавит мудрости, — Максимус спокойно посмотрел в глаза демона. Хоть это было и не просто, учитывая их количество.

Демон скрежетнул чёрными когтями по каменным подлокотникам.

— И ты скажешь, где его искать, — утвердительно произнёс он.

— Даже предоставлю его ментальную сигнатуру для ищеек, — подтвердил маг.

— И что взамен? — в руках демона, после полыхнувшей вспышки, появился скрученный свитком пергамент, который он тут же развернул и принялся внимательно изучать.

— Свежее, тело архимага Алексиуса. — ответил менталист. — Ключевое, его голова должна быть на месте и невредима. Достаньте его сердце, выпустите кровь, задушите, но голова должна быть целой.

— Меня восхищает тот путь, которым ты идёшь к смирению, — оскалился дьявол, поглядев на мага поверх пергамента. — Не хочешь присоединиться к нам?

Максимус оглядел охваченные пламенем равнины и орды блуждающих демонов, гончих, бесов, чертей и других жутких тварей.

— Боюсь, мне климат не по душе, — ответил он.

***

После смерти матери, я почти не видел своего отца. Кончинажены серьёзно подкосила Александра Медведева. А смерть отца и вовсе добила его. Если бы не возникшие проблемы в империи, требующие присутствия главы первого военного рода, он бы, наверное, совсем пал духом.

В итоге, воспитанием меня и сестёр занималась многочисленная прислуга и небольшая армия преподавателей во главе с нашим дядей Дмитрием Медведевым. Он был младшим братом моего отца, отчаянным кутилой и пьяницей. Однако, только у него и нашлось время на троих племянников. Правда, это с его слов. Я всерьёз подозреваю, что в нашем поместье он от кого-то скрывался.

Хотя, стоит отдать дядюшке должное, он серьёзно подошёл к выбору преподавателей. А я усердно учился, причём без ущерба своим тренировкам. Единственное, что страдало — мой сон.

Кстати, частенько учиться приходилось одному. Сёстры постоянно уезжали в школы других городов, а я безвылазно сидел в поместье, будто в тюрьме. А всё из-за распоряжения отца. Он запретил мне покидать поместье, чтобы не позорить фамилию. Эх-х… Но я пока не был против. Библиотека поместья была изучена не полностью, а я был еще слишком юн, чтобы пускаться в самостоятельное путешествие.

Но и экспериментировал немало. Силовое я всё же поместил силовое ядро в Мики. Убедившись что могу без труда его возвращать, так и оставил камень у мышки. Мышь стала явно крупнее, да и интеллекта прибавилось. Казалось мы стали понимать друг друга по одному только взгляду. Любопытно. В себе я никаких изменений не замечал, даже когда три месяца ходил с ядром.

В итоге решил сфокусироваться на учёбе.

Кто и чему нас учил?

Могу выделить троих интересных для меня людей.

Улыбчивый путешественник и моряк по имени Яго, с аристократическими чертами лица и тонким шрамом под глазом, учил нас географии, иностранным языкам и международным отношениям. Хотя, учитывая частые оговорки, мне казалось что этот мужчина с выдубленной ветрами кожей, большую часть жизни был пиратом и грабил корабли тех самых ребят, чьим языкам и обычаям нас сейчас учил.

Сергей Павлович Лермон, был отставным начальником пограничной службы на Кавказе. Он учил нас фехтованию, истории, а ещё, он всем сердцем любил Российскую Империю, и большинство наших занятий оканчивалось рассказами о прекрасных пейзажах, душевности и удивительности простых людей, о культуре и ценностях предков местных жителей.

Нора Германовна Герц — возглавляла преподавательский состав, занимающийся нашими магическими познаниями и навыками.

Преподавателей было много, но эти трое были самыми важными. Для меня во всяком случае. У них всегда было своё мнение, стальной характер и искренняя любовь к тем наукам, которым они нас обучали.

Я по-прежнему скрывал свою изрядно возросшую ментальную силу. Полина явно подозревала что-то, но хранила мои секреты, хоть я её и не просил. Да, я и не спешил показывать класс на практических занятиях. Зато усваивал теорию и тренировался по ночам, оттачивая неспешно растущие силы.

Что касаемо родной стихии, мне по-прежнему было подвластно лишь содержимое подаренного когда-то дедом мешочка, но зато, что я вытворял с этой горсточкой…

Не менее активно развивались мои сёстры. Все учителя магии, пророчили Свете будущее великой повелительницы камня. Она как-то раз, слегка не рассчитав силу, сделала огромную пробоину в толстенной стене крепости. Там кладка была минимум метр толщиной. Следом отличилась Полина, которая за полчаса, собрала разрушенную стену обратно, при помощи одной лишь магии. Далось ей это непросто, но она справилась и довела дело до конца, под аплодисменты преподавательского состава.

Что касается меня…

Я откровенно наслаждался жизнью и покоем и доступными знаниями. А чем плохо второе детство? Я знавал множество людей, что были бы счастливы оказаться на моём месте. Шутка ли, получить второй шанс. Без особых обязательств получить возможность посвящать время учёбе. Каждый кто прожил жизнь, вам скажет, что это самый богатый подарок судьбы. Да ещё и преподаватели, что давали необходимый объём нужных знаний, значительно ускоряя процесс обучения, чем если бы я сам искал необходимое по крупицам.

И учился всему, что только мог усвоить. Ни одна наука не бывает лишней, особенно, когда мастер своего дела готов делиться опытом. Это я вдалбливал ещё своим ученикам. Конечно, потом я почти их всех убил, но никогда не славился плохими советами.

Учёба это хорошо, однако были и другие события, которые меня смущали.

Отец не просто так мотался по всей центральной России. Два года назад, в этот мир стали массово открываться прорывы пространства, откуда лезли орды моих старых рогатых знакомых. И всё бы ничего, это не первый мир в который вдруг началось вторжение демонов и дьяволов. Вот только основная масса проломов открывалась именно на территории Российской империи, где находился я, игнорируя другие континенты, а в совпадения я никогда не верил. Большая вероятность того, что Максимус решил заключить контракт с этими отродьями бездны. Ну что ж, он сам пошёл на соглашение, и это его выбор. А мне ещё один повод усиленно готовиться.

— … Эти прорывы подтверждают рассуждения учёных, которых ранее считали безумцами. — вещал мужчина с пышными усами из выпуклого экрана маговизора. — Мы не одни во вселенной. Есть и другие миры, пускай они и не в космосе. Однако в этих мирах обитает опасный враг. Не дрогнем братья. Примем грудью удар судьбы, защищая наших женщин и детей и ответим копьём и мечом! Заставим умыться кровью иномировых созданий.

Демоны, стоило им дорваться до человеческих селений, повели себя предсказуемо. Они попросту вырезали деревню за деревней, устраивая кровавые обряды и оргии на местах пожарищ и поганя землю.

Видимо Максимус передал им мою сигнатуру, но из-за особенности мира, толку в ней не было. Я уже догадался, что вся менталистика или глушится, или искажается. Вот и осваивают краснорожие территорию необъятной Российской империи.

Я уже всерьёз подумывал о том, чтобы раньше времени покинуть дом Медведевых и отправиться на охоту за старыми врагами. Да, это опасно, но даст мне верный шанс быстрее вернуться к прежней силе. Однако, местные меня удивили.

Дворяне и простые жители Российской Империи не только не отчаялись, они обнаружили, что из демонов можно извлекать колоссальную пользу.

— … Кровь демонов, это самый настоящий бальзам долголетия и молодости, — вещал всё тот же усатый диктор из маговизора. — Плюс во время битв с этими созданиями, кристаллы магии напитываются мощью прямо на глазах. Но ничего не сравнится с той пользой, которую несут в себе тестикулы этих созданий. Подумать только, если свежесорванные колокольчики рогатого создания заварить в кипятке с солью…

Я смеялся так, что из глаз текли слёзы.

Максимус послал за мной армию опаснейших тварей, а местные жители заваривают их тестикулы в кипятке, чтобы подправить здоровье. Мне определённо нравится этот мир. Даже я с демонами такое не вытворял. К тому же это давало больше времени на подготовку. Успею ещё истреблением демонов заняться…

За неделю до моего шестнадцатилетия, домой вернулся отец и привёз с собой новую жену Анну Дмитриевну, в девичестве Соколову, о чем нам с сёстрами и было объявлено. К слову, женщина была беременна, о чём говорил заметно круглый живот.

Глава 5. Проверка

Сегодня ночью я совершил очередной прорыв.

Я смог своей ментальной рукой поднять свой именной полутора килограммовый меч, и нанести семь ударов по манекену находящемуся в шести метрах от меня. И это без подпитки песком. Это были сильные удары, способные снести человеку голову.

Да, если сплетать обе стихии воедино, я смогу гораздо больше, но это лёгкий путь, ведущий к переоценке своих возможностей. Немало мастеров моего родного мира погорели на том, что упивались раздутой силой, при этом не понимая её. Я такой ошибки никогда не допускал, и любую из своих способностей стремился доводить до идеала, причём по отдельности. Разве что на телекинез внимания не обращал, за что и поплатился. Ведь только он в этом мире нормально и работает.

Правда, за тренировками, я совсем потерял счёт времени, и провозился до глубокой ночи.

В постели я оказался в половине четвёртого утра, а из-за обуревавшего меня ликования, смог уснуть далеко после четырёх. По крайней мере, точно помню, что уже начинало рассветать.

Стоит ли говорить, что проснулся я в состоянии овоща приготовленного на пару.

Разбуженный Полиной, я кое-как умылся. Оглядел своё измождённое лицо в зеркале. Бледен, каштановые волосы растрёпаны, а жёлтые глаза потускнели и покраснели, но в целом вполне свеж. Пускай я пошатываюсь, но годы тренировок сделали моё тело жилистым и крепким. Глубоко вдохнув я нетвёрдой походкой направился в столовую.

К своему стыду признаюсь: я начисто забыл о том, что отец вернулся день назад, поэтому не сразу сообразил, кто это на меня так гневно глядит, и почему в зале вдруг повисла тишина.

— И это мой наследник, — услышал я хмурый бас отца, не предвещающий ничего хорошего.

Сон как рукой сняло. Я уставился на отца, едва сдерживая, колкий ответ. А то ишь, явился спустя два года.

Хотя, стоит признать, после насыщенной ночи и едва ли трёх с половиной часов сна, я, вероятнее всего, выгляжу помятым. И это мягко говоря.

— Доброе утро, господа и дамы, — произнёс я холодным тоном, и приложил титаническое усилие, стараясь без шатаний добраться до своего места за столом.

— Дмитро, ты что выбрал моего сына собутыльником? Чему ты учил его два последних года? Что это за посмешище?

Я в упор поглядел на главу рода. Медведев старший, смотрел на меня в ответ. Моё лицо не выражало ничего. Я ведь не мальчик, не собираюсь вступать в конфликт, который заведомо проигрышен. Всё же он глава рода.

— Александр, ну что за шутки у тебя? — мягким тоном поспешил разрядить ситуацию Дмитрий. — Твой сын прилежно учится, причём, частенько засиживается до глубокой ночи. А чтобы разгул какой, такого на территории поместья и в помине не бывало.

— Ну-ка, возьми его, — произнёс Александр Николаевич, затем достал из-за пазухи чёрный угловатый камень и швырнул в меня.

Камни я по-прежнему не чувствовал. Но и уворачиваться не собирался. Не этого от меня ждали.

Отследив траекторию полёта, я подставил мягкую ментальную ладонь и замедлив полёт булыжника, заставил его повиснуть в метре от себя.

— Не дурно, неужто суть камня уловил, — хмыкнул отец. — А ну, попробуй взаимодействовать с ним.

Я не совсем понял, что от меня хотят поэтому замешкался, взглянув на Александра Николаевича.

— Ну, чего ждёшь-то, пусти в него свою силу. Покажи, что можешь, — потребовал он.

Может, зашвырнуть камень обратно? Ну, не лупить ведь его ментальным клинком, или песчаным кулаком.

Я пробудил своё чутьё песка и попытался прощупать чёрный камень. К моему удивлению он откликнулся, принявшись едва заметно крошиться по краям.

— Ну же, смелее, покажи силу.

Ну я и показал.

Пожав плечами, я влил мощь в камень, ускорив его разрушение. Спустя пару секунд, над столом зависло облако чёрного песка.

Повисло долгое молчание.

Решив не останавливаться на достигнутом, я принялся создавать разные фигуры. Удивительно, но этот чёрный песок слушался меня ещё лучше, чем подаренный когда-то дедом. Надеюсь, удастся оставить его себе для экспериментов.

— Ты что натворил?! — громыхнул гневный бас. — Это же огненный обсидиан. Он светиться должен! Ты зачем его… Да ты ведь в песок его превратил!

Я оторвал взгляд от роящегося песчаного сгустка и окинул присутствующих за столом. Сёстры неспешно завтракали, делая вид, что абсолютно ничего не происходит. Только Полина обеспокоенно взглянула на меня. Зато Света едва сдерживала улыбку, явно была рада моей неудаче.

Анна Дмитриевна абсолютно не показывала эмоций, аккуратно орудуя вилкой и глядя перед собой. Ишь какая искусница.

Дядя Дмитрий, побелев лицом, сосредоточено смотрел в пространство между мной и отцом, будто готовясь в любой момент вскочить на стол между нами и выступить щитом.

Отец в упор глядел на меня. Его лицо ничего не выражало, и было похоже на каменную маску.

— Судя по всему, я победил камень, — хладнокровно ответил я.

Я только сейчас ощутил необходимое свойство вещества, и песчаное облако действительно стало мягко светиться.

Отец гулко зарычал.

— Раз уж я и мой брат не смогли воспитать в тебе достоинство, в Муромской из тебя сделают настоящего аристократа, — заявил Медведев старший, затем медленно перевёл взгляд на брата. — Немедленно отправить с глаз долой. С Грицаевым свяжись. Нечего ему здесь делать.

После этого, завтрак прошёл в гробовой тишине. Даже звон вилок о тарелки не было слышно.

Я спокойно ел. Завтрак был на удивление вкусным.

***

— Алёшенька, мне так жаль, — нагнала меня Полина, когда я возвращался в свою комнату.

— Не о чем сожалеть, — бодро ответил я, продолжая шагать по коридору.

На самом деле, мне и правда не было особой разницы, где дальше постигать науки. Да и засиделся я здесь, так что, всё к лучшему. А то привыкну к беззаботной жизни подростка. Последние годы не прошли впустую, но я уже способен к обучению на практике.

— Ну как это не о чем? — возмутилась сестра. — Мы ведь не будем видеться. И кто знает, что будет там, в академии.

— Думаю, всё будет хорошо, — заверил я сестру, — И я постараюсь навещать тебя.

— Обещаешь? — с искренней надеждой во взгляде спросила она.

— В лепёшку разобьюсь, но приеду, — заверил я её. И ведь не соврал. Очень я привязался к Поле за последние годы. Она мне стала почти так же близка, как когда-то мой ворон Корк.

Быстро переодевшись, я направился в учебную комнату, на занятие учителя по фехтованию.

На полпути столкнулся со Светой. Она смерила меня злым взглядом и нарочно врезалась плечом в заранее выставленный мной телекинетический щит.

— Подумать только, — ворчала она потирая ушибленное плечо. — Какого-то неумеху отец отправил в академию имени Ильи Муромца… Это я воин! А тебя я мизинцем в порошок сотру. Мелочь… К тебе даже Медведь не являлся.

Я лишь тяжело вздохнул. Никогда всерьёз не бил женщин. Даже учениц не брал, понимая, что рано или поздно их придётся убивать…

— Не доросла? — спросил я, даже не покосившись на сестру.

— Это у тебя не всё отросло, а меня через два года… подумают отправлять ли.

Я лишь пожал плечами, продолжая шагать на занятие Сергея Павловича Лермона.

— Ну что, Алексей, похоже сегодня наше последнее занятие, — объявил учитель когда мы приготовились постигать науки. — Дмитрий пытался убедить вашего батюшку перенести вашу отправку, но тот непреклонен.

Мы уже провели разминку. Я сидел на татами, скрестив ноги и с непроницаемым лицом глядел на учителя. Сёстры, сидевшие рядом, почти одновременно поёрзали на полу.

— Что ж, надеюсь Полина и Светлана не будут против, если на сегодняшнем, заключительном занятии, мы посмотрим чему вы смогли научиться.

Полина тут же согласно покачала головой, а Света недовольно поджала губы.

— Начнём со спаррингов, выбор оружия произвольный, — объявил Лермон.

Мы одновременно поднялись и направились к стойке с учебным оружием. На самом деле оно было боевым, но вплетённая хитроумная магия воздуха, делала удары неопасными. Например, пропущенный удар булавы, ощущался немного тяжелее удара подушкой. Хотя после попадания, как правило, следовал ощутимый электрический разряд, а в случае потенциально смертельного удара — полный стазис.

Я взял себе укороченную глефу – недавно начал изучать это оружие и тактику обращения с ним. Возможно роль сыграли тренировки с копьями и алебардой, но глефа оказалась для меня даже слишком простой в освоении.

Полина по обыкновению выбрала короткий меч и облегчённый круглый щит с выпуклой металлической сферой в центре.

Света подняла цеп с шипастым шаром свисающим с рукояти. Во вторую руку взяла небольшой боевой топор. Похоже, она в который раз надеется “отделать меня по полной”. Однажды, когда я уделял меньше внимания тренировкам, ей это удалось, и с тех пор она не может успокоиться. Я редко выкладывался в спаррингах на полную, даже со средней сестрой, однако цеп в её руках всегда доставлял немало неудобств. Ну а топор вообще отдельная тема. Это её любимое оружие. А всё из-за того, что по какой-то причине, его удары, даже сквозь защитную магию, ощутимее всего и могут реально доставить боль противнику. Да, такая вот у меня гуманная сестрёнка.

— Заставлю тебя поплясать, — в который раз, многообещающе улыбнулась Света, поймав мой взгляд.

Я лишь усмехнулся и повернулся к преподавателю, ожидая его команды.

Сергей Павлович кивнул Свете, видимо услышал её слова, и произнёс:

— Очень надеюсь, Света, что ты выложишься на полную, — затем поглядел на меня и объявил: — Алексей, времени у нас не так много, поэтому сегодня сражаешься с двумя противниками. Светлана, Полина, на исходную позицию, бой по команде.

Что-то новенькое. Жаль что это в первый и в последний раз. Лермон тем временем отдал команду начать бой.

Я криво ухмыльнулся.

Ну сейчас я этим двум ушки-то надеру. Думаю, в последний день можно дать себе волю и показать настоящий класс.

Скажу честно, такие спарринги я люблю. Раньше, будучи архимагом, сражался только за счёт ментальной магии и в сторону фехтования даже не смотрел, хотя и умел драться. Зато здесь, последние несколько лет, отдался этому искусству всецело. Я личность увлекающаяся, а такое хобби никогда лишним не будет.

— Поля, заходи справа, пока не атакуй, твоя задача щитом заблокировать глефу и раскрыть его, — тут же принялась отдавать команды Света, двинувшись на меня.

Полина несколько раз крутанула мечом, а затем тоже устремилась ко мне легкой рысью.

Такие воинственные…

Я стоял и спокойно глядел на приближающихся девчонок, опираясь о древко, будто о крестьянские вилы.

Еле удержался, чтобы не подставить обеим ментальные подножки. Даже усмехнулся, представив как смешно они растянулись бы на полу. Но решил не использовать телекинез, а то у них совсем не останется шансов.

Спарринговый зал был достаточно просторным и позволял развернуться.

Как-то раз, в качестве демонстрации, Лермон устроил тренировочный бой наших гвардейцев пять на пять. Причём и мы удобно расположились, и воины не чувствовали себя в тесноте.

Как только Поля достаточно приблизилась, я тут же крутанулся волчком. Глефа описала широкую дугу сверкнув лезвием перед самым носом девушки.

Она отшатнулась и закрылась щитом. Замешкалась она лишь на мгновенье, но мне было этого достаточно. Продолжая движение глефы, я резко присел и древком подсёк ей ноги, заставив плюхнуться на попу.

Полина смешно ойкнула, а я, не теряя времени, тут же разорвал с ней дистанцию, направившись к Свете. Ну сейчас я ей покажу… Средняя сестра с кровожадным выражением на лице, обходила меня по широкой дуге, намереваясь зайти за спину.

Поняв что её “хитроумный” план не удался, она сощурилась и угрожающе крутанула цеп. Резким движением девушка запустила тяжёлый шар мне на встречу, целясь в голову. Одновременно с цепом, она молниеносным выпадом направила оголовье топора мне в живот.

Какая умничка, как слаженно действует. Совсем как большая.

А вот про защиту, как всегда, забыла… Хе-хе-хе.

Слегка присев, я поднырнул под летящий сверху шипастый шар и направил в грудь сестре тупой конец древка глефы. Несмотря на короткую дистанцию девушка мгновенно среагировала и отпрыгнула назад. Чего я собственно и добивался – я поменял положение рук и в неё уже летел клинок, готовый развалить тонкое тело на две половины. Ну, конечно, если бы это был реальный бой.

Всё же Света, несмотря на юный возраст и пол, была прирождённым воином. Она и от этого удара ушла, пускай оступление далось ей нелегко.

Тем временем, Полина тоже не зевала. Аккурат мне в затылок уже летел щит который она зашвырнула, вложив в бросок всю сестринскую любовь.

Благодаря ментальным маякам, которые работали как третий глаз на затылке, я уже просчитал его траекторию. Мне стоило лишь сделать короткий шажок влево и наклонить голову. Щит пролетел мимо и врезался Свете промеж глаз, сбив девушку с ног. Изображая злобный смех достойный среднестатистического генерала демонов, я опустил на сестрёнку глефу, обозначая добивание. Магия тренировочной комнаты тут же погрузила её в стазис, чтобы не вмешивалась в бой. До конца спарринга, она могла только наблюдать.

Скорчив кровожадную улыбку, я резко повернулся к Полине, заставив ту вздрогнуть.

— Ну что, сестрёнка, вот мы и остались один на один, — оскалился я, выписывая пируэты глефой. — А у тебя только короткий меч.

Поля была явно слабее, но ни при каких обстоятельствах не отступила бы. Несмотря на особенность силы которой была одарена девушка (она вероятнее всего будет заниматься рудной разработкой), из нее растили настоящего воина. Таковы были семейные традиции Медведевых.

У нас даже прислуга при необходимости могла дать отпор бандитам. Например, моя няня, что в детстве пичкала меня кашей, кроме того, что кого угодно могла победить при помощи столовой ложки, была хорошим мечником. А что она вытворяла с булавой и пилочкой для ногтей…

— Полина, тебе разрешаю пользоваться магией, — тут же объявил Лермон.

На лице девушки появилась усмешка.

— Сейчас я тебе прощальный фингал-то оставлю, братец, — не менее угрожающе оскалилась она.

Я тут же двинулся на сестрёнку, раскручивая глефу и с гулом рассекая воздух. Это всегда сбивало её с толку и изрядно нервировало.

Из гранитного пола, мне в грудь устремилось каменное копьё. Я был к этому готов и просто отскочил, но Полина, похоже, решила-таки меня достать. Ещё одно копьё, которое я едва не пропустил, чуть не врезалось в меня сзади, аккурат пониже спины. Я замешкался и едва успел увернуться от серии летящих в лицо и грудь каменных снарядов. Уклонившись от булыжника я рванулся вперёд. Надо было спешить, сейчас у сестры попросту не осталось энергии для новых магических атак. Я-то её силёнки знаю. Серия из трёх быстрых заклинаний секунд на десять лишила её магии. А мне большего и не надо.

Я попросту оттолкнулся от каменного шипа, целящегося в мой копчик и, подлетев вверх, обрушил на сестру лезвие глефы, начисто сметая защиту. Да и что это за защита? Одноручный меч в тоненьких девчоночьих руках.

— На исходные позиции! — скомандовал Лермон, обозначая конец боя. — Алексей, отличное владение оружием и использование ситуации в свою пользу.

Света тут же вскочила на ноги и бросила на меня гневный взгляд.

— Нечестно! Тебе Полина подыграла! Вы заранее договорились!

— Нет, — качнул я головой. — Полина была на твоей стороне, а вот твой топор… Он уже не первый год со мной заодно.

Света скосила глаза на своё оружие, а затем метнула его в меня. Чувство юмора всегда было её слабой стороной.

Зато я не удержался. Подхватил топорище ментальной рукой и, заставив топор описать дугу, направил его обратно в сестру.

Она яростно вскрикнула и попыталась увернуться, но не удержалась на ногах и завалилась навзничь.

— Жулик! Негодяй! Он схитрил! — воскликнула Света, тут же вскочив на ноги. Она подхватила с пола топор и потрясая им направилась к Лермону. — Вы видели? Он всё время жульничал! Я ведь знала все эти годы, что он мне не ровня!

Мы с Полиной переглянулись и принялись хохотать, однако уже через секунду умолкли, под взглядом Лермона.

— Спокойно, Света, — успокоил девушку Лермон, а потом повернулся ко мне. — Следующий бой проведёшь со мной, — объявил Сергей Павлович. — Магию можешь использовать.

Я коротко поклонился учителю и с готовностью встал на исходную позицию. Спарринг с учителем, к сожалению, не частое явление.

На самом деле, если подключить телекинез и вооружить мою третью руку, думаю я легко одолею Лермона, но это будет контрпродуктивно. Я хочу овладеть холодным оружием в полной мере и без костылей. Не люблю я полумер. Хочу стать великим мастером и в этом искусстве. Да и ментальные способности не афиширую. Однако мешочек с песком всё же развязал и положил рядом с собой, исключительно для виду.

Краем глаза заметил на притолоке усатую мордочку мышки Мики. Она часто наблюдала за моими тренировками, то и дело дёргая лапками, будто пытаясь повторять особенно эффектные приёмы. И зачем ей это? Своих товарок уму разуму учить?

Лермон, не пошёл к стойке с учебным оружием, а направился в сторону выхода, где стояли скамейки. На одной из них я заметил лакированный футляр, из которого Сергей Павлович вынул кривой меч, похожий на японскую катану, но с очень длинной рукоятью. Присмотревшись я понял, что рукоять и клинок одинаковой длины.

— Что это за оружие? — спросил я с интересом.

— Японская нагамаки, — тут же ответил Лермон. Он произнёс заклинание воздушной оболочки, которое превратило смертельное оружие в учебный клинок. — Вы готовы?

Я лишь кивнул и занёс глефу.

Спарринг с учителем оказался очень напряжённым и продолжался менее пяти минут. Это мне потом Полина сказала. В моменте мне казалось, что бой длился вечность. Я понимаю, что Лермон сдерживался и скорее всего мог завершить бой уже на первой минуте, но этот спарринг был всем экзаменам экзамен. Давно я так не сражался. Даже Света следила за нашим боем с приоткрытым ртом. Кстати, песок я так и не использовал. Хотя очень хотелось опробовать новую смесь. Я таки забрал часть песка оставшегося от камня, что дал мне отец.

— Завершили бой, — выдохнул наконец Сергей Павлович, со лба которого обильно струился пот.

Я с облегчением опустил глефу. Руки у меня дрожали от перенапряжения, а сердце гулко стучало в рёбра. Но я был доволен собой, ведь так и не отступил и не пропустил ни одного удара.

— Достойно, — объявил наконец Лермон, спустя пару минут он сел в позу лотоса, положив свой необычный меч на колени, — со спокойной душой заявляю, что ты станешь достойным студентом Муромской академии.

Я поклонился, а затем последовал примеру учителя и сел перед ним. Света и Полина тоже присоединились к нам.

— Этот меч я получил от японского командира, двадцать лет назад, когда победил его в честном поединке, — произнёс Сергей Павлович. — Я до сих пор считаю, что японцы наши заклятые враги, но и у них есть чему поучиться. Ты отлично сражался сегодня, и сегодня я хочу передать это оружие тебе.

Глава 6. Прощальные подарки

Лермон резким движением вложил сверкнувший клинок в лакированные чёрные ножны, украшенные белыми и розовыми узорами. Я даже не сразу понял смысл слов учителя, моё внимание было поглощено мечом. Ножны были украшены рисунком с белой цаплей на фоне одинокой горы. Очень красивая и очевидно дорогая вещь. Такие я люблю.

Суть происходящего я понял лишь тогда, когда учитель протянул оружие мне.

— Владей с гордостью, мой ученик, — по-доброму улыбнулся он. — В Муромской академии у меня остались знакомые. Я замолвлю за тебя словечко, но и сам не плошай. Помни, что ты лицо не последнего рода империи. Память и достояние предков стоят за твоей спиной. Не сдавайся перед трудностями и врагами, но и не забывай о том, что однажды тебе предстоит продолжить род, так что понапрасну тоже не рискуй.

Подобные диалоги происходили у нас после каждой тренировки. Таким образом мы успокаивались перед другими предметами, которые преподавал Лермон. Беседы, в свою очередь, плавно перетекали в гуманитарные занятия.

Лермон со значением посмотрел на меня, а затем процитировал одно из своих любимых четверостиший:

— Никогда не страшился драки

И не боялся проиграть,

Но если в спину лаяли собаки,

Не спешил на четвереньки вставать.

Лермон был очень неординарным человеком. В нём уживались и любовь к поэзии, и стремление к прекрасному, и прагматичность воина, и глубокие познания в различных науках. Если бы не пропасть между нами, сложившаяся из-за его происхождения и слишком юного возраста хозяина моего тела, я бы с радостью назвал его своим другом. Но подобное панибратство строго пресекалось. Мне ничего бы не было, а Лермона вероятно выслали бы.

— Спасибо учитель, — я положил меч на колени, и низко поклонился. — Я надеюсь, мы с вами ещё увидимся.

— Я тоже, — коротко кивнул он, — перейдём к экзамену по истории Российской Империи…

Виду я не подавал, но подарок мне пришёлся по душе. Да и меч лёг в руку как влитой, будто был создан для меня и последние десять лет я только им и сражался. Именной меч, который был выкован в день моего рождения с этим произведением искусства даже рядом не стоял. Хотя, готов спорить, что мой меч стоил примерно в пять раз больше.

После занятия я тут же отправился в свою комнату. Очень хотелось внимательно изучить подаренное оружие.

Я был в восторге. Кроме идеального баланса, оружие выглядело просто шикарно. Люблю я искусно сработанные вещи. Оказалось, узорами были украшены не только ножны, но также клинок и рукоять. Вместе это была вполне законченная композиция. На рукояти было изображено море, а на клинке лес, из гущи которого выглядывали лесные коты.

По устоявшейся когда-то давно привычке, я просканировал клинок ментально… Ого, неожиданно. В мече обнаружилось полноценное хранилище души. Не знал что в этом мире есть такая магия. Причём оно было пустое. Интересно, туда вполне можно поселить дух сильного зверя. Но рисковать всё же пока не буду. Первый на очереди подопытный кролик для усилений духовными ядрами у меня Мики.

К слову, Максимус ранил меня одним из таких кинжалов, с заключённой внутри душой. Но даже для моего родного мира это довольно экзотическая магия. Хотя если порассуждать, здесь, в мире, где частью магии владеют тотемы, такое оружие действительно имело смысл. Я припомнил один из уроков истории. (Практических занятий по управлению силами было не так много). Если разбираться, то духовные ядра побеждённых зверей, можно впускать не только в себя, или отдавать наследникам, но так же можно пускать и в оружие. Интересно, надо бы поискать информацию об этом. Жаль нельзя прихватить с собой замковую библиотеку.

Когда-то давно, мне попадался топор, в котором находилась душа человеческого воина. Звучит круто, но это был проклятый топор с обезумевшей душой. Это, кстати, была одна из первых попыток покушения на меня. В общем, что я тогда понял: души людей лучше отпускать с миром. Они должны находиться либо в теле живого человека, либо отправляться на перерождение. Всё остальное до добра не доводит. Даже если душа пожертвована добровольно.

Не знаю, осознавал ли ценность подарка Лермон. Этот клинок и так очень дорогой, но если в него поместить достаточно сильную душу, он станет поистине бесценным.

Я несколько раз взмахнул мечом, со свистом рассекая воздух. В этот момент в дверь раздался стук.

— Войдите, — произнёс я.

В комнату вошла няня, Лилия Афанасьевна, и подсобный слуга Стёпа.

— Ваш батюшка наказал собрать вещи, — доложилась женщина.

Я кивнул и аккуратно вложил клинок в ножны. После этого убрал его в футляр, который Лермон тоже передал мне.

— Меч пололожите к ручной клади, — произнёс я, указав на стоящий отдельно рюкзак, который собирал сам, затем отправился на следующее занятие.

Больше никто из преподавателей не подал виду, что что-то произошло, и меня это вполне устраивало. Занятия проходили как обычно, и больше никто не заострял внимание на том, что я последний день в поместье.

Вечером мои покои посетил дядя, Дмитрий Николаевич.

— Алексей, ты как? — спросил он с порога. — Сильно из-за отправки переживаешь?

Я, не скрывая усмешки, посмотрел на него.

— Ага, я и забыл, что тебя нелегко пронять, — пробормотал дядя. — Жаль, твой отец не видит твоих качеств.

— Он видит то, что ему хочется видеть, и часто бьётся носом в преграды которые не желает замечать.

— Мда, — протянул дядя и поспешил сменить тему. — К трудностям Муромской академии готов?

— Думаю там будет интересно, — хмыкнул я.

— Муромка – специфическое место, — произнёс он, а затем усмехнулся: — Слишком много практики.

— Я слышал, — пожал я плечами.

— И даже демоны тебя не пугают?

— Думаю, это им стоит бояться, — на полном серьёзе ответил я, хотя дядя рассмеялся приняв это за шутку.

— Ты не сердись на отца, — решил он сменить тему, — он хоть виду не подаёт, до сих пор от смерти Ольги не отошёл.

— А Анна Дмитриевна ему активно помогает, — подметил я.

Дмитрий поморщился.

— Не надо так. Как минимум, он глава рода и твой отец.

Я лишь вздохнул и перевёл взгляд на догорающий закат. Из моей комнаты открывался прекрасный вид. Вот по этому виду я точно буду скучать.

— Смотрю, твои вещи уже собрали? — перевёл он взгляд на груду чемоданов в углу.

— Собрали, — ответил я, хотя считал это лишними заботами. Я уже отобрал в отдельный рюкзак всё самое необходимое, безжалостно отбросив девяносто процентов ненужного барахла, собранного слугами.

Дмитрий Николаевич потёр переносицу.

— Ладно, завтра с утра Семён отвезёт тебя к вокзалу. Слышал, ты отказался от сопровождения слуг?

— Мне они ни к чему, — ответил я.

— В академии, на время обучения, принято забывать о происхождении, но ты всё равно будешь представлять наш род.

Я с иронией посмотрел на дядю. Отец вчера весь вечер изучал правила, пытаясь выяснить, можно ли как-то скрыть мою принадлежность роду Медведевых.

— Постараюсь не ударить в грязь лицом,

Дядя лишь пожал плечами, мол, хозяин барин, не переубеждать ведь.

Обычно, любого члена семьи сопровождала многочисленная свита, но практической необходимости в этом не было. Чистая показуха, а я такое не люблю. Я привык иначе показывать свою значимость. Более того, слуги со мной отправиться не смогут, правила академии об этом заявляли прямо. А в том, чтобы пускать пыль в глаза окружающим я смысла не видел. Кроме того, озвученная в уставе академии необходимость забыть чины и оставить их в пошлом, мне понравилась. Лермон часто повторял, что на поле боя не имеет значения титул, и я склонен с ним согласиться. Куда важнее способность товарища прикрыть тебе спину, и не важно к какому роду он принадлежит. Ну, по крайней мере, пока я снова не научился уничтожать армии в одиночку, мне понадобятся сторонники, и их я буду выбирать не по принадлежности к громким фамилиям.

По поводу охраны вопрос тоже не стоял. В нашем регионе никто в здравом уме не посмеет напасть на машину рода Медведевых.

— Поезд отправляется в семь пятьдесят. Муромка сейчас находится на границе с Монголией.

— Не перенесётся? Туда ведь больше суток добираться, — спросил я.

— Не должна, — качнул головой дядя. — Сейчас как раз набор учеников. Когда первый поток наберётся, тогда и будет перенос.

Доступная информация об академии гласила, что Муромская академия растила настоящих воинов, а настоящие воины закаляются в бою. Поэтому каждый год, академия переносилась в ту точку страны, где происходили боевые столкновения, чтобы у студентов была возможность учиться на практике. Иногда академия совершала несколько перемещений за год.

После того как дядя ушёл, я дождался когда совсем стемнеет и принялся готовиться ко сну. Сегодня решил не загружать себя тренировками.

Отсортировывая ненужные вещи, включил маговизор, чтобы посмотреть последние новости. За всю свою новую жизнь, поместье я почти не покидал, и это достижение местных магов, помогало хоть как-то изучать мир, в который я умудрился попасть.

Импозантный репортёр с внушительным пузом и не менее внушительными пышными усами, вещал об открытии нового зоопарка… Вернее парка с различными видами пленённых демонов.

— Демонопарк братьев Бестужевых, позволит вам не только больше узнать о причудливых созданиях, повадившихся приходить на нашу землю, — рекомендовал усатый, — но и заставит вас пощекотать нервы.

В этот момент изображение на экране сместилось, продемонстрировав крупным планом свиноподобную морду адской гончей. Та будто по заказу тут же начала рычать.

— Слышите этот рык? — самодовольно улыбнулся диктор, — но не пугайтесь, клетки надёжны и выдержат любую тварь.

Я уже не слушал, а сидел в кресле и отдувался после приступа гомерического хохота.

В отличие от диктора, я знал язык демонов и понимал, о чём тот говорит.

— Просто отдайте нам архимага Алексиуса и мы уйдём, — повторяла гончая раз за разом. — Нет необходимости и дальше проливать кровь. Нам не нужен ваш мир. Нужна только душа архимага. И… Отпустите меня!

Судя по всему, демоны тоже не знают местного языка, иначе информация о полезности тестикул, заставила бы их крепко призадуматься об успехе вторжения. Похоже они до сих пор считают, что контролируют ситуацию.

Вот интересно, когда демоны изучат язык и до них дойдут все те ужасы, что творят с ними местные, у них появится новый смертельный враг, или они решат что не так уж я им и нужен? Вряд ли стоит терпеть такое ради заскорузлой мести. Думаю, такими темпами, скоро останется Максимус без союзников.

— Демонопарк братьев Бестужевых, предлагает и другие услуги. — продолжал тем временем диктор. — Вы можете пригласить дрессировщика демонов на торжества для развлечения гостей. Не особо опасных демонов можно заказать на день рождения вашим детям. А для искушённых господ, можно устроить небольшую охоту или полномасштабную битву против демонов.

Очаровательно. С радостью пригласил бы какого-нибудь монстра на свой день рождения.

В дверь раздался стук.

— Входите, — громко произнёс я, отключая маговизор. Однако дверь осталась закрыта. Я лишь пожал плечами, но тут в дверь снова постучали.

Я решил посмотреть таки, кто это балуется, но когда потянул за ручку, на меня тут же кто-то набросился и повис на шее. Я едва не рубанул телекинетическим клинком негодяя, но вовремя одёрнул себя. Это была Полина. Девочка обхватила меня за шею, при этом ревела, то и дело шмыгая носом.

Этого мне ещё не хватало.

Я издал тягостный вздох, закатил глаза от безысходности, а затем, смиренно принялся поглаживать сестру по спине.

— Не уезжай… — прохныкала она.

Я обвёл взглядом коридор и тут же встретился взглядом со Светой, которая с иронией в глазах наблюдала за сценой оперевшись о стену.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Что? — уставилась она на меня. — Я без телячьих нежностей. На меч хотела посмотреть.

— Ну, заходите, — сдался я.

В итоге мы проболтали до глубокой ночи.

Вспоминали детство и наши проказы. Маму и деда. Они тоже стали для меня немало значить за последние годы. В подробностях обсудили няню и её кашу. Было что вспомнить, и посмеяться и погрустить.

Полина почему-то была уверена, что мы больше не увидимся, а я убеждал её, что это глупости.

Света тоже от чего-то грустила, хоть виду и не подавала. Зато перерубила на две части мой стол. Думала клинок вонзится, а он оказался острее. Хотя, признаться, я сам удивился. Судя по всему, она вложила в удар энергию камня. Может, меч сломать хотела из вредности.

Когда расходились по комнатам, я попросил Полину задержаться.

Решил сделать ей подарок напоследок и передать одну из своих мышек, Лилию. Та кстати пережила недавно вторую реинкарнацию, но была по-прежнему бестолковая. В её ушастой головке были только игры с другими мышами, да поедание лилий из клумб в округе. Собственно поэтому её так и назвал. Бестолковое создание, но на удивление хитрое.

Девчонки обычно брезгуют вида грызунов, но когда Полина увидела крохотную мышку, что, вытянувшись на задних лапках протягивала ей лилию с обгрызенными лепестками... Стоит ли говорить, что радости девочки не было предела.

— Какая прелесть, — восторженно вздохнула Поля.

— Это тебе, — улыбнулся я сестрёнке, — Только выпускай её гулять почаще.

Я ментально привязал мышку к сестре и внедрил ей в голову ряд голосовых команд. Полина весело рассмеялась, когда хвостатая Лилия, повинуясь моим приказам, приносила изюм из вазочки, выкладывая на столе сердечко. Ну да, какие только глупости не вызывают восторг у девочек.

За всем этим наблюдала старшая мышка Мики, засев на притолоке. Она сложила лапки на груди и хмуро шевелила усиками, то и дело закатывая чёрные бусинки глаз.

Счастливая Полина наконец убежала в свою комнату, начисто забыв обо мне. Чувствую, она ещё долго не засыпала той ночью.

Глава 7. Вокзал

В итоге на утро я снова был как сонная муха.

Почти на автомате поспорил с няней о том, что мне не нужны все собранные ею вещи, и мне достаточно только рюкзака и чемодана. Ну и футляр с нагамаки, естественно, я планировал тоже взять с собой. А так, даже именной меч оставил. Давно смирился с тем что няня обладает стойкостью бронепоезда и по мелочам с ней не спорил. Но когда мне что-то действительно было нужно, она обнаруживала, что переубедить архимага Алексиуса невозможно.

Вокзал находился в двух часах езды от поместья, поэтому в машине удалось немного поспать, пока одна из трёх оставшихся мышей сидела рядом с окном и контролировала обстановку.

Небольшая часть моего мозга работала, анализируя происходящее перед глазами грызуна. В итоге я всегда был начеку, даже когда спал. А если бы зверьки могли различать буквы, то и учиться смог бы во сне, но эту задачку я так и не решил. Однако некоторые книги, которые мне лень было читать, были внимательно изучены моими помощниками и скопированы в отдалённых уголках сознания, на случай если когда-нибудь появится свободная минутка, а я не найду чем себя занять.

Наконец автомобиль прибыл на вокзал небольшого городка Новоангарска, Красноярского района, и взвалив на плечи рюкзак со своими вещами, я направился к путям. Водитель настаивал на том, чтобы сопроводить меня до поезда и помочь с вещами, мол, как же это, граф и без сопровождения, но я решительно отказался.

На перроне было относительно пустынно. В дальнем конце платформы пожилые мужчина и женщина беседовали со смуглым подростком, причём женщина обнимала парня за плечи и слегка покачивалась, будто провожала того на верную смерть. Усатый офицер на противоположном конце перрона смолил трубку, задумчиво глядя перед собой. В центре станции стояли двое: совсем молодые парень с девушкой, которые расположились у скамьи, в окружении чемоданов с вещами.

Я встал неподалёку от парочки ребят, оперевшись о стену здания вокзала, а сам послал к ним Микки, послушать о чём те говорят. Уверен, что они тоже поедут в Муромскую академию. Информация никогда не бывает лишней.

Пока мой маленький шпион пробирался к ребятам, внимательнее оглядел парочку. Невысокий рыжий паренёк худощавого телосложения. Я бы даже назвал его компактным, эмоционально рассказывал что-то высокой стройной блондинке, отрешённо глядящей куда-то в сторону. Та явно пыталась показать всем своим видом, что не горит желанием общаться с рыжим, однако пареньку это явно было неважно.

— Не переживай, Маринка, в обиду я тебя не дам, — выпятив тощую грудь заверял рыжий. — Знаю я всех этих графских да княжеских сынков. Так и думают, как девушек, или кого послабее обидеть. Барон Росомахин, своих не бросает.

Девушка лишь закатила глаза.

— Вон, посмотри, какой важный пришёл. Ещё и без вещей, — он кивнул в мою сторону. — За ним сейчас слуги небось плетутся. Сам даже ложку до рта донести не в состоянии. Знаю я таких… В Муромке его быстро научат как жить.

Я присмотрелся. Телекинез, при определённых обстоятельствах, позволял сжать воздух так, чтобы получилась небольшая линза. У паренька на джемпере и правда вышита голова какого-то зверька с оскаленной мордой. Коричневатая окантовка подтверждала его принадлежность к баронскому роду.

Вообще, по правилам школы, любые знаки отличия и принадлежности к родам были запрещены, но на это, похоже, всем было плевать.

У девушки на плаще виднелась голова какого-то гада, то ли змея, то ли ящерицы, а вот окантовка серебристо изумрудная. Она, видимо, из княжеского, либо из герцогского рода. Вряд ли она из семьи так ненавидимых отцом Гадюкиных, слишком уж далеко от их земель, но все кто выбрал тотемом гада, как правило, малоприятные люди. По крайней мере, большинство местных книг говорит именно об этом.

А ситуация на перроне складывалась комичная. Паренёк явно был до крайности невнимателен, раз не удосужился разобраться кто его собеседница. Ну либо слишком серьёзно воспринял правила академии. По крайней мере, вряд ли юные аристократы будут держать свою гордыню и амбиции в узде, из-за каких-то там правил.

В следующий момент из высоких дверей вокзала показались двое мужчин в чёрных плащах. На их спинах виднелись те же пресмыкающиеся, что и на груди у девушки. Вот только с насечками в кайме, которые указывали на то, что они были слугами этой самой девушки. Я внимательнее рассмотрел их гербы, — всё же змеи.

Рыжий тут же отреагировал на появление пары мужчин. Парень явно не особо смышленый и недальновидный, (либо не пожелавший разбираться в правилах) потому как новые участники, тут же удостоились его критики.

— Ещё вон посмотри, важные какие. Идут по сторонам не смотрят. Возомнили о себе чёрт знает что, индюки набитые изюмом.

Ну да, парень безнадёжен. Хоть бы посмотрел, что эмблемы одинаковые.

Девушка, что старательно делала вид, что не имеет никакого отношения к барону, скользнула безразличным взглядом по мужчин и в следующий миг, на её губах появилась кривая усмешка. Она вдруг медленно повернулась к барону и заглянула тому в глаза. Рыжий умолк на полуслове, поймав на себе взгляд красавицы. Вот похоже и причина его недальновидности. Он видимо пытался понравиться девушке и совсем потерял голову. Зато сейчас прямо-таки просиял.

Но всё равно не пойму, как такая ситуация сложилась. Имя он её знает, а титул видимо пропустил мимо ушей, да и на герб не взглянул.

Ещё, как вариант, парень излишне буквально воспринял указания от академии. В информационном листе, в заглавии значилось, что уже на железнодорожной платформе следует забыть о своём происхождении. В академии, для учеников нет рангов и титулов. Вроде даже наказание какое-то предполагалось для излишне честолюбивых учеников.

Блондинка неспешно выставила ладонь вперёд, будто хотела похлопать расплывшегося в улыбке барона по груди, а в следующий миг полыхнула белая вспышка. Барона отбросило в сторону. На ногах удержаться у него не получилось и он тут же растянулся на платформе.

Моя мышка, притаившаяся рядом, затряслась и скукожилась, пряча нос от резкой вспышки холода. Жёстко она… Видимо обладает магией холода. Интересно. она нарочно так барона приложила, или напротив пожалела и поберегла силы? Понять бы насколько сильна.

Двое мужчин, заметив происходящее поспешили к девушке.

— Ваше сиятельство… — начал было один из них, но девушка оборвала его, подняв в ладонь вверх.

— Юный барон Росомахин, изволил назвать меня Маринкой. — оба парня синхронно закашлялись. — Гюрзин, объясните барону, как следует обращаться к герцогине, повернулась она к одному из слуг.

А фамилия знакомая. Кажется этот Гюрзин и сам был бароном, хоть и числился слугой юной герцогини. Но ведь служить герцогу будучи бароном совсем не зазорно.

Тем временем, побелевший Росомахин, чьё лицо и одежда обильно покрылись инеем, заторможено стал подниматься на ноги. Он хорошо расслышал слова девушки, потому что лицо его стремительно оттаивало и заливалось краской.

— Стойкий, — услышал я едва слышное бормотание одного из мужчин. Несмотря на резкое похолодание и непростую ситуацию, мышь по-прежнему передавала звук.

В следующий момент, волосы парня принялись трепетать от сильного ветра, а от одежды повалил пар.

— Он огневик, — хмыкнув, махнула рукой девушка. — А это интересно. В общем, разберитесь с ним, — скомандовала она. — Но не увлекайтесь. Скоро поезд, а вам ещё грузить мои вещи.

К перрону и правда приближался поезд, оставляя дымный след из трубы головного вагона. Он медленно плыл разгоняя утреннюю дымку, и минут через десять должен был застыть у платформы.

— Ты чего дерёшься? — хмуро спросил парень у девушки, совершенно игнорируя двоих мужчин приближающихся к нему. На фоне тех ребят, Росомахин и вовсе выглядел как ребёнок.

Блондинка в очередной раз закатила глаза и, даже не удостоив рыжего взглядом, безразлично отошла подальше. Видимо не хотела быть свидетельницей экзекуции, что сейчас будет происходить.

А мне было очень даже интересно. Не каждый день на такие ситуации удаётся посмотреть. Всё же засиделся я в поместье.

Был бы здесь Корк, то обязательно принялся бы возмущаться и требовать моего вмешательства. Слишком мой ворон сердобольный. Ну а мне нет никакого дела до барона, герцогушки и её дуболомов.

В руках у мужчин появились недлинные голубоватые жезлы. Присмотревшись я увидел, что воздух вокруг них струится и искрит. Похоже рыжему сейчас достанется.

— А вам чего надо? — расстроенный Росомахин наконец обратил внимание на приближающихся слуг герцогини. Не знаю, собирался ли он как-то отвечать обидчице, но похоже до него стало доходить, что ситуация приобрела непростой характер.

— Видите ли, уважаемый барон, — мягким голосом произнёс один из мужчин, — вы нанесли оскорбление нашей госпоже, герцогине Снежинской. Она и рада бы оставить вашу неуклюжесть без внимания, но это может нанести ущерб её доброму имени и репутации всего рода. Поэтому нам придётся преподать вам урок добрых манер.

Вообще такое поведение недопустимо. Как минимум один из них должен был вызвать барона на дуэль. Но здесь была интересная ситуация, столкновения законов и правил академии, которые вступали в силу уже на перроне. Видимо слуги Снежинской и воспользовались этой лазейкой в правилах. Барона лупить нельзя, а ученика академии, который на время лишается всех титулов, запросто. И плевать, что вся ситуация складывается из-за того, что их госпожа этими правилами недовольна.

Я внимательно следил за участниками конфликта и оценивал их действия.

От дяди и тех преподавателей, что имели благородные корни, я слышал много историй о коварстве дворян и их, порой, излишне жестоких играх с более слабыми, или уязвимыми.

В высшем обществе правило такое: если кто дал слабину или повернулся спиной, ты не имеешь права не воспользоваться моментом.

В прежней жизни мне было плевать на интриги аристократов. По крайней мере меня они боялись, а если кто и решал попытать удачу, судьба его была незавидная. Сейчас же я не являюсь сильнейшим этого мира. К тому же, я граф, а значит буду в центре внимания. Всё же идти путём силы проще когда ты незаметен.

Иными словами, я вполне могу однажды оказаться на месте рыжего барона. И если уж подобное произойдёт, я хочу быть уверен, что тот кто оскалит зубы, потом срочно побежит искать стоматолога для имплантации новой челюсти. А для этого нужно много учиться, изучать потенциальных соперников и самому всегда быть наготове. Я не заблуждался, и прекрасно отдавал себе отчет в том, на какие ухищрения могут быть способны подростки, тем более благородные.

Один из мужчин лениво взмахнул жезлом, видимо, намереваясь запустить в Росомахина чем-то неприятным. Однако рыжий меня удивил.

Паренёк, несмотря на полнейшее отсутствие преимуществ, сдаваться явно не собирался.

Стоило барону уловить замах противника, как он тут же бросился в атаку. Росомахин ловко проскользнул под рукой с жезлом, и нанёс резкий удар мужчине по рёбрам, заставив того отскочить. В свою атаку, парень явно вложил стихию. Очень уж тревожно воскликнул слуга Снежинской, да и пар, поваливший от него, появился неспроста. Второй отчего-то замешкался, но уже в следующий миг я понял почему. В него врезалась плотная волна воздуха. Его волосы и кожа на лице принялись волноваться будто вода под порывами ветра, а плотный плащ едва не сорвало с его плечей. После его рот и вовсе раскрылся, а щёки стали смешно раздуваться.

Долго воздушная атака не продлилась, однако дело своё сделала. Росомахин воспользовался заминкой и уже успел лягнуть согнувшегося пополам слугу рода Снежинских в голень, а затем вцепился в его руку, пытаясь вырвать голубоватый жезл.

А молодец паренёк, драться умеет. Да и уверенности ему не занимать.

Правда, на везении далеко не уедешь, и второй мужчина уже направился на подмогу напарнику. Он замахнулся жезлом, готовясь нанести удар в спину рыжему, но это показалось мне уж совсем подло. К тому же поезд ещё не остановился, а мне нужно было как-то развлекаться.

В общем, я решил поспособствовать дальнейшему развитию сценки.

Выпустив немного песка из мешочка, я напитал им свою ментальную руку. Хорошенько размахнувшись, я выбил из рук подлеца жезл, оставив того безоружным. Мужчина не растерялся, и несмотря на утерю оружия, бросился на помощь товарищу, который пытался отодрать от себя обезумевшего подростка. Подоспевший мужчина попросту перехватил рыжего поперёк туловища и попытался отшвырнуть его от напарника, но не тут-то было.

Красный как свёкла Росомахин, рычал будто разъярённый зверь. Он вцепился мёртвой хваткой в рукав противника и отпускать того явно не собирался. Хорошо что зубами не впился. При этом он отчаянно лягался, пытаясь нанести максимальный ущерб схватившему его сзади мужчине.

Спустя пару секунд рыжего удалось-таки оторвать, правда, вместе с рукавом пиджака. Парень кубарем покатился по камню перрона.

— Ах, ты!.. — зарычал благородный оборванец, замахнувшись высвобожденным жезлом. Похоже Росомахин всё же получит своё…

Однако, удача по-прежнему оставалась на стороне барона.

— Извольте объясниться, господа, что здесь происходит? — раздался густой баритон. К дерущимся быстро и напористо шагал тот самый усатый офицер, которого я приметил на краю платформы.

Командирский голос нового участника, заставил троицу застыть на месте. Все повернулись к усатому.

Слуга рода Снежинских с оторванным рукавом, смерил офицера оценивающим взглядом, видимо, пытаясь определить его родовитость.

Я заметил, что у рыжего из носа текла струйка крови. Он уже успел подняться отступить на шаг, однако даже и не помышлял о побеге. Вид у парня был обиженный, но сдаваться тот по-прежнему не собирался. Мне даже показалось, что он прикидывает как будет действовать, если и офицер вдруг присоединится к этой драке на стороне противника. Слишком уж шустро бегали его глаза, оценивая обстановку.

— Этот… Барон, оскорбил герцогиню Снежинскую. А потом напал на моего коллегу, — заявил один из мужчин, тот у которого были на месте все рукава.

Кстати, дядя вроде бы как-то упоминал этот герцогский род, но что-то конкретное вспомнить не удалось.

Росомахин шмыгнул и вытер нос рукавом, размазывая кровь по лицу и рукаву джемпера.

— А я стоял вот там и наблюдал, — усатый неспешно указал на дальний край платформы, — и данная ситуация предстала мне совсем в другом свете. Я видел, как ваша госпожа напала на молодого барона. А потом вы решили его избить. Вот только он оказался вам не по зубам и вы едва не применили оружие. Более того, он является студентом Муромской академии, а значит находится под её защитой, а вы, как я вижу, староваты для поступления. Вам повезло что вы не успели применить свою плеть.

Повисла долгая пауза.

— Это… — мужчина с оборванным рукавом, ещё раз оглядел офицера, видимо тщательно подбирая слова. — Это клевета! — наконец заявил он.

— Тогда давайте дождёмся офицеров полиции, которых я уже позвал. Думаю, они быстро разберутся в этой ситуации. Либо!.. — усатый рявкнул так, что загудели металлические скамейки вокруг. — Предлагаю проследовать к вашей госпоже, а барона оставить в покое. Ему пора вещи в вагон грузить.

Повисла ещё одна долгая пауза, на протяжении которой, усатый и слуги Снежинской сверлили друг друга тяжёлыми взглядами.

Пока они стояли, поезд окончательно замедлился и остановился.

Наконец, один из слуг, тот что с оторванным рукавом, толкнул локтем второго.

— Просим простить, мы вынуждены откланяться, — наконец произнесли они едва ли не в унисон. — Мы должны сопроводить госпожу. Однако, будем надеяться, что в скором времени вернёмся к разговору.

Мужчины смерили взглядом Росомахина, а затем направились к горе чемоданов, судя по всему принадлежащих герцогине.

Офицер лишь кивнул рыжему, а затем поспешил обратно к краю платформы, где лежали его вещи.

Молодой барон остался в одиночестве и с потерянным видом глядел по сторонам, явно не понимая, что ему дальше делать. Адреналин никуда не делся и явно мешал подростку трезво мыслить.

Ну, думаю, он сам разберётся, а мне пора бы поискать своё купе. Остановка поезда не длинная, всего десять минут. Раз представление окончилось можно отравляться в вагон.

Глава 8. Вагон

Стоило сделать шаг внутрь вагона, как я обнаружил, что серебристая эмблема с медведем исчезла с лацкана моего пиджака. Об этом я тоже читал, но проверить был обязан. Всё же администрация академии не надеялась на благоразумие учеников.

Я вынул из внутреннего кармана портмоне и увидел,что на нём тоже пропал герб рода Медведевых. Думаю, так даже проще.

Я огляделся. Мои мышки уже разбежались в разные стороны, отправившись собирать информацию о соседях.

Купе здесь были двухместными. По идее, это должно было называться спальным вагоном, но почему-то в билете значилось двухместное купе.

Я как раз отыскал нужную табличку и потянул за дверную ручку. Стоило сдвинуть дверь, как я увидел миниатюрную блондинку с вьющимися волосами. Напротив девушки, судя по всему, на моём месте, восседал здоровенный волчара, который тут же повернул голову ко мне, сощурился и издал гулкий рык. Однако девушка взмахнула рукой и зверь тут же растворился.

Интересно.

У неё какая-то магия призыва? Или у девушки настолько тесная связь с тотемом? Я слышал что некоторые главы родов имели глубокое взаимопонимание с охранителями своего рода, и могли призывать их, но чтобы совсем девчонка… Хм, надо будет с нашим медведем тоже попробовать наладить связь. Не скажу, что никогда не пробовал, но и не настаивал особо.

— Привет, — бодро поприветствовала меня девушка, высоким голоском, и помахала рукой. Её губы расплылись в такой широкой улыбке, что я сначала подумал, будто у неё спазм лицевых мышц. — Вы мой новый сосед, отлично! Значит, это судьба. Вы теперь будете моим другом!

Я встал, как вкопанный на входе, сомневаясь стоит ли переступать порог. У меня уже зазвенела в ушах от её писклявого голоса.

Отступив на шаг, ещё раз проверил номер купе, в надежде, что ошибся. Затем сверился с билетом, в общем-то уже не надеясь, что я что-то перепутал и судьба убережет меня от странноватой попутчицы.

Нет, ошибки не было. Это точно моё купе значит, ближайшие полутора суток, мне придётся провести с этой девушкой, у которой видимо какое-то редкое психическое расстройство.

Смирившись, я шагнул вперёд, переступив порог.

— Меня зовут Ирэн! — девушка вскочила с места и тут же протянула мне руку. Видимо она тоже решила не углубляться в родословную, потому как не назвала ни титула, ни фамилию. — А вас как зовут?

— Здравствуйте, меня зовут Алексей, — слегка склонив голову представился я, после того как свалил вещи на койку, а затем небрежно потряс протянутую ладонь.

— Очень приятно, Алекс! Поскорее расскажите о себе! Мне очень интересно, с кем же меня связала судьба.

Я смерил девушку взглядом, но та невозмутимо продолжила:

— Я тут раскладывала карты Таро и они мне поведали такое… — она таинственно взглянула на меня. — Карты сказали, что сегодня я познакомлюсь со своим самым лучшим другом! В общем, очень рада с вами познакомиться. И поздравляю, теперь вы мой лучший друг!

— Прекрасно, — обречённо выдохнул я, закидывая рюкзак на багажную полку.

— Ой а где все ваши вещи? Их сейчас слуги принесут? — оглядела она мои пожитки.

— Нет, — качнул я головой и кратко пояснил. — Это всё, что мне необходимо. Я предпочитаю путешествовать налегке.

— Правила академии запрещают называть принадлежность к родам, но если вы из бедного баронского рода, это не беда, — задумчиво хмыкнула она. Кажется эта поездка будет неспокойной. Однако девушка не теряла энтузиазма: — Я вполне могу взять вас под защиту рода. Но поверьте, это совершенно не помешает нам быть друзьями.

Я устало потёр переносицу. Бессонная ночь давала о себе знать. Интересно, удастся ли мне её не убить до конца поездки?

Девушка была довольно красива, хоть и явно не в себе. Видимо у неё дефицит общения и гиперактивность. Грубо осаждать её пока не буду, по крайней мере, она довольно приветлива, хоть, похоже, и страдает от тех же проблем, что и встреченный на перроне Росомахин.

— Смею вас заверить, что не нуждаюсь в чьей-либо опеке, — холодно ответил я. Ну не отчитывать ведь её.

Девушка тут же прикрыла рот ладонью.

— Простите, не хотела вас обидеть, думала, что для друзей нет ничего предосудительного в таком предложении.

Я уселся напротив и взглянул на девушку.

— Не думаю, — ответил я. Может она не такая уж и простушка, а задумала провокацию. Просто решила развлечься за счёт соседа. Мне даже стало интересно, и я решил проверить эту гипотезу. Глядя на неё в упор я произнёс: — Однако, если будет необходимость, я готов взять под опеку вас.

Я ожидал что девушка сейчас изобразит оскорблённую честь и начнёт качать права, но она меня переиграла.

— Так это же прекрасно, и я охотно воспользуюсь вашим предложением.

Либо она совсем безнадёжна, либо на это и рассчитывала, либо я чего-то не понимаю.

Мимо нашего купе, дверь в которое я не закрыл, как раз прошел стреляющий во все стороны гневными глазами Росомахин, будто в любой момент ожидал нападения врага. Барон тащил за собой два объемных чемодана. Может предложить ему поменяться местами?

Но у парня был настолько напряжённый взгляд, что я решил его не беспокоить. Когда тронется поезд, спрошу у контролёра, вдруг в поезде остались пустующие места.

Глянул в окно. Слуги Снежинской, уже занесли груду чемоданов своей госпожи, стояли на перроне и старательно махали, широко улыбаясь. Видимо очень рады, что наконец распрощались с герцогиней. Я видел, что её вещи грузили в соседний вагон.

— Вы не переживайте, я теперь тоже без слуг, — проследив за моим взглядом продолжила тараторить Ирен. — С этого момента, все ученики Муромской академии становятся самостоятельными молодыми людьми, лишёнными всяких титулов и положенных привилегий. Так что мы с вами теперь на равных. Ну, почти.

На реплику девушки я не обратил внимания.

Я и сам знал, что в поезде слуги не допускались. Здесь были только Пассажиры, отправляющиеся в Академию имени Илья Муромца, а именно студенты, или кто-то из наставников или иного персонала.

Донести вещи до поезда не возбранялось. А вот дальше студенты должны были разбираться с жизненными невзгодами самостоятельно.

— Я где-то читала, когда-то давно было правило, что студенты должны были сами преодолеть путь до академии, совершить этакое паломничество, — продолжила поучать меня Ирен. — В путь им давали лишь коня, оружие, да необходимые припасы. Я бы, конечно, без проблем справилась, но ведь не все такие как я, — она ненадолго задумалась и подмигнув мне добавила: — И не у всех есть такие друзья как я, верно?

Я лишь вздохнул.

— А мне даже нравится что ты такой серьёзный. Из нас выйдет отличная команда!

Я тоже изучал историю. Правила давно изменились по разным причинам. Всегда были родители которые спешили облегчить путь своим детям и отчаянно жульничали. Зато те кто хотел быть до конца честен, по своей воле, или из-за упёртости родителей, часто погибали в пути, лишая академию будущих героев, что не успели распуститься. Поэтому путь до академии решили упростить.

В попытке отвлечься от назойливого щебетания девушки, я потянулся разумом к своим мышам, которые в данный момент изучали происходящее в соседних купе.

В нашем вагоне, в основном находились подростки примерно одного со мной возраста. Плюс-минус год.

Кроме нашего, занято было еще три купе. В одном двое парней отчаянно рубились в карты. Уж не знаю кто и что там проигрывал, но битва была напряжённая. Во втором купе тоже было двое парней: Один спал, посвистывая, второй, с виду довольно упитанный, усиленно двигая челюстями, поглощал кусок ветчины.

В третье купе как раз вошёл Росомахин…

Получается, Ирен была единственной девчонкой во всём вагоне.

Каждая из моих мышек заняла исходные позиции в вагоне в ожидание чего-нибудь интересного. Мики я отправил за Росомахиным, чтобы не пропустить ничего. Мики у меня более внимательная, а я нутром чувствовал, что этот Росомахин еще что-то вычудит.

Барон, кипя от злости вошёл в свое купе и с силой, будто стремясь сорвать всю свою злость на несчастных чемоданах, не глядя забросил их в помещение. Естественно, он едва не зацепил высокого черноволосого паренька с бледной кожей и пронзительными синими глазами. Тот невозмутимо выставил ладонь, и чемоданы не долетев до него рухнули на пол, будто натолкнувшись на стену.

Черноволосый тут же поглядел на Росомахина, но без вызова или возмущения, а с любопытством естествоиспытателя.

— А ты чего уставился? — с вызовом буркнул рыжий.

Немного подумав, черноволосый спросил:

— Это ведь тебя сейчас на перроне мутузили двое мужиков? — к моему удивлению он не стал поправлять барона, а сам обратился к нему на “ты”.

— Это кто ещё кого мутузил, — насупился барон, принявшись раскладывать багаж. — А если понадобится, могу и тебе накостылять.

— Поверь, это совершенно излишне, — невозмутимо ответил темноволосый. — Мне абсолютно не хочется приучать к порядку сына мелкого купчишки, или недавно оперившегося барона, с раздутым самомнением, или кто ты там.

— Нарываешься! — тут же вспыхнул Росомахин. — Мой отец получил титул за героические достижения на поле брани.

— Вовсе не нарываюсь, просто пытаюсь определить кто передо мной. Вот узнал о твоём отце. Нам ведь теперь нельзя заявлять о своих титулах, да и прямые расспросы под запретом, — вокруг Росомахина вибрировал воздух, но черноволосый казалось этого совершенно не замечал и не чувствовал никакого дискомфорта. — Хотя это уже не обязательно, я и так вижу кто ты.

Росомахин вдруг принял расслабленную позу и подпёр бок рукой. Его глаза опасно сузились. Думаю, сейчас будет драка.

— И кто же я? — улыбнувшись одними губами спросил рыжий.

— Ты по сути неплохой парень, которому при случае можно довериться и позволить прикрыть спину. По крайней мере подлости в тебе нет. Не хватает такта и внимательности, да и воспитания не достаёт, но все мы не без греха, верно? — черноволосый поднялся и протянул Росомахину руку: — Меня кстати Дмитрий зовут. Дмитрий Лебедев.

Такого поворота даже я не ожидал, а рыжий барон и вовсе впал в ступор, глядя на протянутую руку.

Чероноволосый тем временем продолжил.

— Если ты не планируешь наносить мне оскорбление и становиться моим врагом, протянутую руку принято пожимать, и ещё при этом представиться в ответ.

Хм, интересный попутчик у Росомахина.

Я на миг отвлёкся, и тут услышал, что Ирен по-прежнему о чём-то со мной говорит.

— …Вы сможете носить мой рюкзак, — рассказывала она все прелести дружбы с собой. — А если за мной, вдруг, станет ухаживать какой-то парень, то вы, как настоящий друг, будете передавать мне его письма.

— Уверен, вы и сами с этим неплохо справитесь, — хмыкнул я, — а у меня есть дела по важнее.

— Какие это? — с интересом спросила девчонка.

— Поспать, — ответил я и невозмутимо завалился на койку.

— О, можете не переживать! Графиня Волкова… То есть Ирен в обиду вас не даст. Я буду охранять сон своего верного друга.

Она уставилась на меня, всем своим видом показывая готовность активно охранять мой покой.

Волкова. Даже удивительно. Отец об этом роде отзывался очень уважительно, правда, скорее как о достойных врагах, а не как о союзниках. Но вот подробностей никаких. Даже удивительно что у этой девушки такое легкомысленное поведение. Или всё же это какая-то хитрая игра?

— Не обольщались бы вы, — бросил я, не оставляя надежд избавиться от назойливого внимания. — Из меня не особо хороший друг выйдет. Я не особо компанейский. Но уверен, что в соседнем купе есть весьма достойные вашего внимания господа.

— Всё, как и говорили карты, — с восторгом протянула она. — Вы будете сопротивляться, а потом станете мне самым верным другом.

О-ох… Это будет непросто…

Только я смежил веки и сделал три глубоких вдоха, по древней методике, готовясь перейти ко сну, как, после настойчивого стука, дверь в купе распахнулась.

Мои мыши-шпионы не показывали мне, что кто-то покидал своё купе. В проёме показался мужчина в униформе, которая, судя по всему, принадлежала железнодорожному ведомству. Он был в преклонном возрасте, с седыми волосами торчащими из-под высокой кепки, и аккуратно подстриженной бородой. На носу его сидели квадратные очки.

— Доброе утро, юные воины, — бодро отрапортовал он. — Я проводник вашего вагона. Кроме того, я обслуживаю два соседних вагона, поэтому если вдруг я понадоблюсь, а вы меня не найдёте, ищите в соседних вагонах, — он подмигнул.

— Здравствуйте, — тут же расплылась в улыбке Ирэн. — Как вас зовут?

— Эрик, — представился проводник, галантно поклонившись.

— О, так это вы, я вас узнала! Вы ведь директор Мурманской Академии?

Проводник удивлённо приподнял брови. Признаться, я тоже. Вот ещё будет директор военной академии возиться с поездами. Однако мужчина вдруг звонко рассмеялся.

— Отличное предположение, юная леди, — ответил он. — Считайте, что я и правда директор Мурманской Академии, но порой подрабатываю проводником для души. Однако прошу никому не раскрывать мою тайну.

Ирен захлопала в ладоши от восторга.

Я ещё раз окинул мужчину взглядом. Ну, может он и похож на директора Мурманской академии. По крайней мере, портрет его я видел в нескольких телепередачах, но вряд ли это он. По крайней мере это, как минимум, нелогично.

— Хотел поинтересоваться. Надеюсь, среди вас нету некого барона Росомахина, — спросил он.

— Я точно не он, — хмыкнул я. — А вот насчёт неё не знаю, — кивнул я в сторону девушки.

— Замечательно, — улыбнулся проводник. — Некая госпожа Снежинская, как она представилась, просила передать сообщение. Хотя, смею вам напомнить, что отныне и до окончания вашей учёбы ваши титулы под запретом. В общем, эта госпожа объявила, что у неё сегодня день рождения и она приглашает всех будущих учеников Академии к вагону-ресторану. Там она решила организовать банкет. Однако попросила ни в коем случае не приглашать барона Росомахина. Да и всех, кто носит титул барона и ниже, тоже попросила воздержаться от посещения. Тот самый барон Росомахин испортил ей сегодня настроение, и она теперь намерена считать, что все бароны совершеннейшие дикари.

— Ага, передайте ей мои поздравления, — буркнул я, поудобнее устраиваясь на своей койке.

— Приятного пути, — кивнул проводник, видимо верно поняв мою реакцию. — Если появятся какие-то вопросы, вы знаете, где меня найти.

Дверь закрылась, а Ирэн аж подпрыгнула на своём месте.

— Алексей, Алекс, пойдём, там, наверное, много новых и интересных ребят! С кем-нибудь ещё познакомимся. Это же так классно! Новые друзья!

— Уверен, вам повезёт найти того самого друга, которого вы увидели в своих картах, — ответил я с улыбкой, и тут же отвернулся к стенке.

— Ну, Алекс, не будьте букой…

Я ничего не ответил, применив технику быстрого засыпания, а в следующий миг провалился в глубокий сон. Очень надеюсь, что я при этом захрапел. Думаю, это будет лучшим ответом на просьбу моей попутчицы.

Однако спал я недолго, а именно ровно семнадцать секунд. Что-то громыхнуло, а меня аж подбросило на койке. Поезд врезался что ли в кого-то? Я подскочил на своём месте и уставился в громадную дыру в противоположной стене. Перепуганная Ирэн, видимо от неожиданности, свалившаяся на пол, отползала к моей койке, тоже глядя в ту сторону. Судя по всему, то, что проделало эту дыру, пролетело сантиметрах в двадцати от её головы.

— Это ещё что такое?

Я услышал, как за дверью протопали чьи-то ноги. Видимо, это проводник.

С той стороны дыры я заметил шевеление. Следом оттуда высунулась мальчишечья голова с округлившимися глазами.

— Матерь лесная! Миша, ты что натворил? — раздалось оттуда. — Ну проиграл и проиграл, зачем так расстраиваться?

— Да я это, мышь хотел подстрелить, — ответил басок из глубины соседнего купе.

— Попрошу следить за выражениями, — парировал парень.

— Да я не про тебя, — отмахнулся Миша.

Это были те самые ребята, которые ранее играли в карты. Следом в их купе распахнулась дверь. Дыра была настолько здоровенная, что я увидел контролёра с выпученными глазами.

— Вы что здесь устроили?! — рявкнул он.

— Прошу нас простить, — вдруг посерьёзнел тот парень, что пару секунд назад выглядывал из дыры округлившимися глазами. Он вдруг приосанился и с достоинством посмотрел на проводника. — Мы, видимо, слегка погорячились, но стоит отметить, в нашем купе слишком тонкие стены. Я бы сказал хрупкие. Видимо, имеет место быть какой-то брак. Прошу в срочном порядке предоставить мне книгу отзывов и предложений. Я обязательно распишу свои мысли на этот счёт в подробностях.

— Наши вагоны строятся из лучших материалов Российской Империи! — вдруг гневным грудным голосом заявил проводник. Он взмахнул рукой, и дыра в стене стала затягиваться. — А вас, молодые люди…

Продолжение фразы я уже не услышал, потому как дыра уже исчезла. Мне конечно было интересно, что эти двое там устроили, но успеется. Потом посмотрю память мыши, что там дежурила…

Так, стоп.

Я сосредоточился, пытаясь наладить контакт. Видимо, не получится узнать что там произошло. Мышь, похоже, задело ударом. Вот паршивцы малолетние! Моего шпиона погубили. Ну ничего, я им устрою… Да и другим мышам будет напутствие, что надо быть настороже. Хотя Мики и так учёная. Но это потом. А сейчас мне и вправду нужно поспать.

Я снова повернулся на бок.

— Нет, ну, Алекс, Вы что, серьёзно собираетесь спать после всего такого интересного? — снова набросилась на меня Ирэн.

— Именно это я и собираюсь сделать. А вас ждёт приём у госпожи Снежинской, — хмуро ответил я и снова глубоко задышал, стремясь поскорее погрузиться в царство Морфея.

Проснулся я от того, что у меня стало щипать нос.

Так бывает на сильном морозе, однако в купе было тепло. Да и аллергии у меня нет. Сон как рукой сняло, потому что я прекрасно знаю, что это за сигнал. Это значит, что где-то рядом открывается портал. Причём не простой портал, а проход из мира демонов. О чём говорит лёгкий запах серы в носу. Он почти не чувствуется, а ощущается скорее на инстинктах. Я не одну сотню раз сталкивался с подобными ощущениями. Ага, вот и в пальцах закололо. Точно, рядышком прорыв демонов. Видимо, почувствовали меня и решили раскрыть врата поблизости.

Глава 9. Портал демонов

Я поспешно осмотрелся. Ирэн в купе не было.

Так, я ведь в поезде. И куда это демоны решили ворота открыть?

Не думаю, что дьявольскому портальщику удастся попасть прямо в едущий поезд. Да и вообще врата обычно статические. Я не припомню, чтобы демоны часто ставили динамические порталы, способные перемещаться в пространстве. За всё время моей войны с демонами, а длилась она порядка двухсот пятидесяти лет, я лишь два раза видел движущиеся порталы, и то их вызывали для архидемонов при особенно важных атаках на наш мир. Ну, это по мнению демонов особенно важных, конечно же. Все их атаки непременно захлёбывались. Всё-таки демонам далеко до магов разума.

Я поднялся на ноги и потянулся к своему рюкзаку, к которому был приторочен футляр с нагамаки.

— Ну что ж, как раз и испробуем в бою подарок Лермона, — усмехнулся я.

Моё тело по-прежнему слабо и я, будучи в этом теле, ещё ни разу не участвовал в серьёзных сражениях. А что уж говорить про сражение с демонами. Но страха не было совершенно. Был лёгкий азарт и ожидание боя. Ну и лёгкая ностальгия. Неужто я снова возвращаюсь к полноценной жизни. На моем лице заиграла улыбка. И это была кровожадная улыбка.

Я потянулся к духовному ядру, и оно тут же заняло своё место. Кристал в груди потеплел заставив энергию внутри меня забурлить

Я тут же призывал двух оставшихся мышек. Микки и вторую выжившую, которая еще не заслужила имени. Третьей мышки, конечно, будет недоставать. Я уже привык к трём разведчикам. Но ничего, думаю, скоро найду замену. Тем более, что из старожилов только Микки, а остальные были совсем молоденькими.

Другие купе были пусты. Росомахина, кстати, на месте тоже не оказалось. Очень интересно. Неужто он тоже отправился на торжественный ужин к Снежинской? Наверное, скандал там устроит. Эх, всё самое интересное пропускаю.. Но сейчас не об этом. Чувствую, что званый обед Снежинской будет сорван и без Росомахина. По крайней мере, вторжения демонов не способствуют расслабленной обстановке и светским беседам.

Я приоткрыл дверцу купе и выглянул в коридор. Так, справа пусто, слева кто-то стоит. Ого, Росомахин собственной персоной. Выпрямившись, я шагнул вперёд, кашлянув, чтобы привлечь его внимание.

— Добрый вечер, — окликнул я его.

Росомахин едва заметно вздрогнул и искоса бросил на меня взгляд.

— Здрасьте, — буркнул он и, тут же отвернувшись, снова уставился в окно.

Судя по внутренним часам, проспал я около трёх часов. Значит, сейчас время ближе к обеду.

— А где все? — дружелюбно улыбнувшись, спросил я, по-прежнему оценивая обстановку, пытаясь понять, откуда следует ждать демонов.

— Что, друзей решил себе найти? — буркнул Росомахин, махнув куда-то в сторону головного вагона. — Так это там, в вагоне-ресторане, такие же как ты развлекаются, — бросил парень, даже не повернувшись в мою сторону.

Нет, этот барон явно не слышал о манерах, но сейчас не до него.

В обычной ситуации можно было бы сбить спесь с этого самоуверенного сопляка, но сейчас у меня есть дела поважнее. В следующий миг справа от меня распахнулась дверь в тамбур, с той стороны где располагается головной вагон. Я тут же среагировал, заняв боевую стойку и выставив нагамаки лезвием вперёд. В проёме появился тот самый Дмитрий Лебедев — сосед Росомахина.

— О, Борис, ты здесь. Я нам еды принёс. Как ты и говорил, там у этой Снежинской сплошная скука. Все важные как гуси ходят… — тут он глянул на меня, будто только что заметил. Всё-таки аристократы такие аристократы. Не заметить вооружённого человека, наставившего на тебя оружие, вполне в стиле какого-нибудь графа. Главное сделать важное выражение лица, а то, что штаны полные эманаций ужаса, никому знать не обязательно.

— Добрый день, — произнёс он. — Меня зовут Дмитрий Лебедев. Не имел ранее чести с вами познакомиться. Уверен, нет необходимости так бурно реагировать на моё появление. И можно так рьяно не салютовать вашим мечом, — обезоруживающе улыбнувшись, произнёс Лебедев.

В этот момент у меня снова защипало в носу. Неужто ещё один портал? Это вот уже совсем нехорошо. Видимо десант забрасывают.

— Здравствуйте Дмитрий, меня зовут Алексиус, — представился я своим настоящим именем из прошлого мира. — Прошу вас войти в ваше купе и пока подождать там. Здесь сейчас может быть неспокойно.

Уловил движение за своей спиной. Это ко мне резко повернулся Борис Росомахин.

— Это чё это? Он нам указывать вздумал? — тут же набычился барон. — Ты тут не путай. Здесь не твоё поместье, где ты привык служанками верховодить. Здесь ученики Академии едут. Командовать дома будешь и указывать кому, где сидеть.

Всё больше убеждаюсь, что с манерами у барона явно проблемы.

Ну да, другого я и не ожидал от этого парнишки. Думаю, в будущем он наживёт себе ещё немало проблем. Если, конечно, доживет до этого будущего. Отмахнувшись от него, попытался сосредоточиться. Надо понять, как, используя доступные мне способности, определить нахождение демонов. Можно было бы отправить мышей в разные стороны, но здесь была одна проблема. Их ведь надо как-то выпустить из закрытых купе, куда я их изначально послал. Да и тамбурные двери крохам явно будут не по силам.

Опять же, демоны демонами, но не стоит забывать о таких мелочах, что в Академии я проведу какое-то время, и раскрывать при свидетелях чужие купе — не самая хорошая идея. Они ведь могут неправильно понять такой жест и начать выдумывать всякие ложные версии. Казалось бы, какое это имеет значение перед серьёзной угрозой вторжения демонов? Отвечу: честь и доброе имя куда важнее любых опасностей. Уж поверьте архимагу с четырёхсотлетним жизненным опытом.

Несмотря на реакцию Росомахина, Дмитрий Лебедев, напрягся и сощурился. В его руках были зажаты какие-то свёртки, видимо, с едой. Однако он прижал свою ношу к груди, освободив правую руку, вокруг которой тут же появилось марево.

— Что вы имеете в виду, говоря, что здесь будет неспокойно? — тут же спросил меня Лебедев.

— Я глядел в окно и заметил две вспышки красных порталов, — немного подумав, ответил я, следя за реакцией Лебедева. Если он хоть чуть-чуть понимает в повадках демонов и их особенностях, поймёт, что это означает. Ведь красные порталы ведут только в демонические миры. Любой, кто хоть раз видел вспышки вторжения инферно или слышал о них, понимает, о чём речь. Тут достаточно было увидеть какой-нибудь выпуск новостей и быть внимательным, а таких в последние годы было много.

— Красные порталы? — настороженно спросил Росомахин, похоже поняв о чём я. — Может они были иного цвета?

Лебедев нахмурился.

— Может, вам показалось? — спросил он, хотя голос его выдавал напряжение. Видимо, он задал риторический вопрос, уже просчитывая ситуацию. Всё-таки аристократы, пускай и молодые, но есть аристократы. Нас с детства приучают действовать и реагировать, мгновенно ориентируясь в ситуации.

— Мне не показалось, — ответил я. — И я надеюсь, мы все понимаем что это означает.

Пока парни соображали, я оценил взглядом Лебедева, затем посмотрел на Росомахина. Нет, всё-таки подобные напарники мне не нужны. На них я положиться точно не смогу, хоть пока и сам не особо-то боец.

Тут вопросы какие? Как от них избавиться и как попросить Росомахина открыть дверь в своё купе, чтобы выпустить Мики. Всё-таки разведка мне сейчас очень нужна.

— Господа, учитывая опасность не нашего уровня, думаю, вам следует пойти в купе. А еще лучше предупредить руководство поезда.

Росомахин оттолкнулся от стены и тут же принял героическую позу.

— Никуда мы не пойдём. Если демоны угрожают, мы примем бой. Если нужно, героически погибнем, — тут же заявил он. — Росомахины не привыкли бежать от проблем.

Лебедев закатил глаза. Я только поморщился. Может, его проще прямо здесь прирезать и свалить всё на демонов? Нет, эти двое совсем не входят в мои планы. Тем более Росомахин со своим пафосом. Мой мозг принялся работать, ища варианты.

— Нет, я думаю, мы даже втроём не справимся с этими демонами. А умирать раньше времени, как предлагает господин Росомахин, это контрпродуктивно, — заявил я. — Мы ещё слишком молоды и неопытны. А вот через пару лет, когда наберёмся опыта, может и зададим демонам по пятое число, — максимально дипломатично произнёс я.

По крайней мере, Лебедева я, кажется, заставил задуматься.

— Думаю, вы правы, Алексиус. Коллеги, я предлагаю найти...

Кого он там предлагал найти, мы так и не услышали, потому что в противоположную тамбурную дверь, что вела в хвост поезда и рядом с которой стоял Росомахин, врезалось что-то тяжёлое.

— Что-то мне подсказывает, судари, искать уже никого не надо, нас и так нашли, — бодро заявил Росомахин.

Уж не знаю, кто там был за дверью, но он явно не умел пользоваться дверными ручками. В этот момент неизвестный гость врезался в дверь так, что её выгнуло наружу. Росомахин встал в боксёрскую позу, хотя на что он надеялся — неизвестно. Однако вокруг него завибрировал воздух, а обивка вагона рядом с ним принялась пузыриться.

Лебедев немного попятился.

— Назад, придурок! — совсем не аристократично рявкнул я Росомахину.

— Сам придурок! — огрызнулся в ответ барон. — Росомахины не отступают.

В этот момент неведомая тварь врезалась в дверь третий раз, и её попросту вышибло. Та пролетела вперёд и попала аккурат в Росомахина, снеся барона и повалив на землю. И даже выставленные в боксёрской позе кулаки ему не помогли. Да, надеюсь этого идиота насмерть не зашибло. Но об этом я позже подумаю, сейчас нужно действовать.

В проём заглядывала бычья башка низшего красного демона. Эти в основном полагаются на физическую силу.

И что это ты здесь забыл?

Эти ребята в принципе не особо опасны. Да ещё и этот совсем сосунок — у него ещё даже рога розовые, а не чёрные, как у матёрых тварей. Хотя о чём это я? Я ведь и сам ещё подросток, не бывавший ранее в реальных боях, и совершенно не представляю, что смогу противопоставить даже такому слабому демону.

Я ведь еле как телекинез освоил. Менталистика мне вообще не подвластна и это удручает. Зато есть знание песка и телекинез. Не знаю, годится ли на что-то против этих тварей, но будет прекрасная возможность проверить. Да и наградной меч не терпится опробовать. Но, как помнится, в моём мире самые лучшие войны императора ничего не смогли противопоставить обычным демонам. Хотя многие из них были величайшими мастерами холодного оружия.

Демон, тем временем, увидев меня, оскалил клыки и двинулся вперёд. Вот только не особо резво, видимо, в вагоне потолки оказались ниже, и он тут же увяз рогами в потолочной панели. Поняв, что застрял, демон зарычал, из его ноздрей повалил пар, а глаза налились пламенем.

Да уж, умом он не блещет.

Я двинулся вперёд.

— Назад, глупец, — услышал я за спиной возглас Лебедева. Видимо, это он говорил мне.

Я даже не обернулся. Всё же я мало похож на клоуна Росомахина и представляю, что нужно делать. По крайней мере, уж точно не собираюсь с голыми руками идти на рогатую тварь. Хотя есть ещё кое-что, о чём следовало бы подумать. Уж не знаю, на что я годен, но раньше времени демонстрировать свои секреты и силы, пускай даже небольшие, точно не стоит.

— Я задержу его, — бросил я через плечо. — Беги за подмогой. Может, здесь есть кто-то из офицеров или старших бойцов. Нужно уведомить администрацию. И вообще всех, кого только необходимо уведомить. В поезде прорыв демонов!

— Я тебя не оставлю! — распаляя себя, выкрикнул Лебедев.

— Бегом! — взревел я. — Оба здесь подохнем, и никто не узнает, что здесь демоны. Будет только больше жертв, а так хотя бы ты в живых останешься. И будет что-то предпринято.

Спустя мгновение и мимолётную внутреннюю борьбу, Дмитрий крикнул:

— Я этого не забуду! — бросил мне в спину скрывшийся Лебедев, хотя ничего иного я в принципе и не ожидал. Не очень-то он сопротивлялся. Но это я так, шучу. Мне-то ведь это и надо было.

Я повернулся к демону и оскалился не хуже рогатого. Ну что, будем выяснять на практике, чему я научился за последние годы лет и у кого тестикулы крупнее. В принципе, я прекрасно помню, какие у этой твари уязвимые места и могу завалить его прямо сейчас. Но мне ведь это не к спеху, надо для начала выяснить, на что способны мои возможности.

Передо мной уже сформировалось плотное облако песка, что я выпустил из мешочка на шее. Я тут же сформировал телекинетический клинок и пропитал его песком. Затем, создав импульс, запустил его вперёд, прямо демону в живот. Живот — одно из уязвимых мест у любых тварей, вне зависимости от происхождения и мира. Однако надо ещё постараться прошить шкуру демона. И это я как раз и хотел проверить, сможет ли моё ментальное оружие вкупе с песочным укреплением эту шкуру прошить. Можно было бы садануть его в нос. У этих демонов, как, например, и у местных лосей, это самое уязвимое место. Но тогда большая вероятность в случае успеха завалить его на месте, а мне этого пока не нужно.

Бычара, видимо, понял мои намерения и подставил руку, будто почувствовав, откуда идёт опасность. Быстро он сориентировался. Его предплечье взорвалось брызгами тёмной крови. Затем клинок, прошедший насквозь, добрался и до брюха. Чуть выше пупа у него образовалась глубокая рана. Демон тут же принялся реветь. Его глаза налились пламенем. Из носа стал бить пахнущий серой пар. А я неплох. На предплечьях этих демонов шкура укреплена. Но главное дело выполнено и перевыполнено, свою боевую мощь я хоть как-то, да испытал. А вот этот парень, как противник, (или правильнее сказать, груша для битья), уже не годится.

Я создал ещё два небольших ментальных клинка и на этот раз направил в две разные точки. Один снова в живот, в уже образовавшуюся рану, а второй в нос.

Ну, попробуй, увернись.

Демон взревел, но в следующий миг принялся хрипеть и дрыгаться. Конец рогатому, отбегался. Где там ещё демоны? Давайте мне парочку.

Я почувствовал лёгкое тепло в груди, причём исходило оно от кристалла. При этом духовное ядро тоже стало излучать ощутимо тепло. К чему бы это?

В этот момент зашевелилась выгнутая дверь, из-под которой показался изрядно помятый Росомахин.

— Конец тебе, демон! — тут же взревел он и, ловко вскочив на ноги, бросился на не успевшего завалиться Рогатого. Красномордый держался в вертикальном положении лишь за счёт рогов, застрявших в потолочной панели, но рыжего барона это не смутило.

Ух, неугомонный парень!

Демон, может, и подыхает, но вполне может хорошенько лягнуть Росомахина напоследок. Да так, что у того душа и отлетит мигом. Росомахин же, хорошенько разогнавшись, прыгнул ногами вперёд и протаранил демону колено. При этом его ноги осветились огненным ореолом, будто летящий по небу метеор. Что-то хрустнуло. Надеюсь, демон.

Рогатый, что и так висел на одних кончиках рогов, от полученного удара, к слову, действительно сильного, отцепился и принялся заваливаться, складываясь пополам.

Росомахин тут же вскочил на ноги и отпрыгнул назад.

— Обалдеть, как я его завалил! — протянул барон, а затем взревел: — Смерть демонам!

Он снова размахнулся и изо всех сил пнул рогатого ногой в лоб. Однако тут же ойкнул, видимо, ушибив ногу. Да и усиление на этот раз он не делал

— Не переживай, графёныш, или кто ты там, — бросил он мне через плечо. — Ситуация под контролем. Я уж как-нибудь тебя защищу.

— Вот как… — хмыкнул я. — Похоже я теперь в полной безопасности?

— Несомненно, — тут же ответил барон.

С этими словами Росомахин пробежал прямо по спине демона и юркнул в тёмный проём тамбура, откуда до этого появился рогатый. Видимо, пошёл ещё искать противников.

А я не удержался и хлопнул себя ладонью по лбу.

Всё интереснее и интереснее.

Глава 10. Испытание

Я задумчиво глядел на удаляющуюся спину барона Росомахина.

И что мне с этим всем делать?

Последовать за ним и проследить, чтобы этот маргинал не убился? Или лучше подождать немного и дать рыжему честно избавить мир от себя?

Судя по всему, этот с розовыми рогами был разведчиком, и за ним сейчас последуют ещё демоны. По крайней мере, где один демон, там и весь отряд.

Портала было два. Я не знаю, были они рядом или появились в разных концах поезда. Кстати, есть большая вероятность, что только один портал выпустил демонов именно в поезд. Всё же открыть проход в движущийся объект задача очень непростая.

Однако не стоит отбрасывать вероятность, что демоны могли появиться и в головной части состава. В той стороне, где сейчас скрылся Лебедев.

В любом случае, демоны мне сейчас нужны. Я бы хотел в реальном бою оценить свои силы и понять на что я способен, а для этого, нужно идти в ту сторону, где враги есть наверняка. В общем, Росомахину невероятно везёт.

Я неспешно двинулся вперёд.

Видимо, становлюсь сентиментальным. Вновь представил, как старина Корк отчитал бы меня за то, что я отпустил рыжего в одиночку, причём не важно — каким бы тот идиотом не был.

Тяжело выдохнув, я ускорил шаг, по пути приоткрыл двери в соседние купе, выпуская своих мышек. Шпионы мне сейчас совсем не помешают. Немного подумав, я направил Микки вперёд, следом за Росомахиным, чтобы изучила обстановку. Вторую мышку, которая ещё не успела себя зарекомендовать, отправил в противоположную сторону, следом за Лебедевым. Скорее всего на полпути она попадёт в тупик, ведь двери, вероятно, будут закрыты, а раскрыть их маленькой мышке не по силам, но мне нельзя забывать контролировать и пути для отхода. Даже если она возьмёт под контроль этот вагон и будет держать меня в курсе обо всех незваных гостях, это уже будет большая помощь.

— Капец тебе, демон! — услышал я истошный крик Росомахина где-то в глубине соседнего вагона. Видимо, это его коронная фраза, которая, впрочем, тут же оборвалась.

Микки уже успела добраться до входа в вагон и транслировала, как парень кубарем пролетел через весь тамбур и распластался на полу. Мне показалось, что барон сейчас опять вскочит, но тот так и остался лежать, раскинув руки в стороны, а на него двинулась чёрная тень адского бронелоба. Это такой подвид адской гончей, но с массивной броней на голове, которой демон таранит всё на своём пути. Если бы Росомахину встретилась обычная классическая гончая, то барон, скорее всего, не досчитался бы ног. А так, в худшем случае, получил пару переломов. Бронелобы в демонской армии, как правило, используются для разрушения зданий или борьбы с хорошо бронированными противниками. (И чего он в поезде забыл?) Обычные адские гончие обладают огромными зубастыми пастями, способными перекусить всё что угодно.

Я уже нёсся по коридору. Можно было бы решить, что я спешу на помощь товарищу, но нет. Внутри меня бурлило возбуждение. Шутка ли — испытать свои способности против бронированной твари? Передо мной уже повисли три ментальных клинка, которые я напитывал красноватыми струйками песка, (часть песка побывала внутри прошлого демона и поэтому окрасилась в красный). Одновременно с этим я раздувал кулак своей третьей ментальной руки. Бронелоб — тварь тупая и непробиваемая. Вряд ли получится обезвредить её атакой в лоб. Поэтому нужно применить хитрость и вынудить её подставить спину или другие уязвимые места. Первым делом надо было отвлечь бронелоба от Росомахина. Парень до крайности неприятный, но позволить твари заканчивать начатое я не намерен.

— Эй, тупица! — рявкнул я, переключая внимание монстра на себя.

Вместе с этим я бросил несколько ругательств на демонском языке, из тех что не употребляют даже в неприличном обществе. И это ожидаемо подействовало.

Бронелоб тут же поднял морду, сфокусировался на мне, затем утробно взревел и ринулся вперёд, намереваясь снести и меня. А мне это и требовалось. В крепкий подбородок тут же врезался разогнанный мною ментальный кулак, пропитанный песком. От мощного удара тварь подбросило, её тяжёлая башка откинулась назад, едва не заставив существо сделать заднее сальто. Вместе с этим обнажилось незащищённое горло и брюхо, открыв самые уязвимые места твари. Телекинетические клинки тут же устремились вперёд, впиваясь в податливую плоть монстра.

К слову, во лбу твари виднелась вмятина, причём свежая. А Росомахин действительно не промах. Интересно, на что способны его атаки против не бронированных целей.

Тем временем тварь взревела.

Этак я тоже кубарем полечу как тот же Росомахин. Но мне бегать от твари не хочется.

Поддавшись “удачной” идее я схватил тварь за горло метальной рукой, затем, усилием воли поднял ту за шею, удерживая её на весу.

Зверюга завизжала и принялась извиваться, но я не отпускал. Ментальные клинки, которым я не давал растаять, всё глубже впивались в тело твари и проворачивались в ранах. Одновременно с этим я продолжал напрягать свои небольшие силы, удерживая морду гончей в хватке огромной ментальной ладони.

С одной стороны, необходимости в этом не было. Всё же такие манипуляции очень уж затратны, но очень уж неудобный противник этот бронелоб, особенно в ограниченном пространстве.

Страшные раны, оставленные моими клинками, от чего-то никак не отразились на боевом духе гончей. Та извивалась, пытаясь вырваться из хватки и наброситься на меня, видимо каким-то чудом не получила критических ранений. А я стремительно терял силы. Тварь весит килограммов двести как минимум. Но стоит мне её отпустить, и она тут же бросится на меня.

Даже смертельно раненая, бронированная гончая способна представлять немалую угрозу. Чувствуя, как стремительно вытекают силы из моего тела, я покрепче сжал длинную рукоять нагамаки, которую по прежнему держал в руках — не следует терять времени. Единственный минус моего оружия — длинным клинком особо не помашешь в узких пространствах. Я рывком подскочил к зверю, держа клинок у самого пола, затем резко ударил наискось снизу-вверх, буквально выпотрошив брюхо гончей. Мне повезло, и я рассёк сердце твари.

В следующий миг на пол вагона рухнуло тело агонизирующей гончей. Я же привалился к стене тяжело дыша. Мне срочно нужен был отдых. Я израсходовал много сил, теперь необходимо восстановиться. Нет, безусловно, на мне ещё пахать и пахать, но именно сейчас, в этот момент, я был выжат как лимон. Во время тренировок дома я не раз доводил себя до такого состояния. Сейчас пару секунд отдышусь, и снова буду как огурец.

Однако, несмотря на слабость, на моих губах была довольная улыбка. Это же надо, силой мысли удерживал такую тушу на весу. Позавчера я смог сделать шесть ударов мечом, пользуясь лишь телекинезом, но стоило добавить стихию песка, и моя мощь выросла многократно.

Но по идее, я способен сделать куда больше. Всё же, голая ментальная магия слишком быстро выжирает мои силы, а подходящего песка у меня очень мало.

В любом случае, даже такими небольшими силами, я выпотрошил бронелоба за пару секунд.

Снова взглянув на тушу, я даже рассмеялся, устало откинув голову. Но что-то не рассчитал и со стуком врезался затылком головой в стенку. Видимо, очень радостный от победы. Но на самом деле, если уж не кривить душой, здесь была и доля злости.

Раньше я таких гончих одним взглядом испепелял!

Пользуясь короткой передышкой, решил оценить свой бой с тварью.

Всё-таки я слишком много суетился, и понадеялся на три отправленных клинка. Зато перестарался с удерживанием твари на весу и истратил лишние силы.

Можно было поступить куда экономичнее. Если бы я не держал бронелоба за шею, а только подкинул бы его, но при этом, запустил бы не три клинка, а девять, то вымотался бы меньше, зато наверняка бы попал в сердце или повредил бы другие жизненно важные органы. Всё же основная масса сил ушла на удержание твари в вертикальном положении. Да, оставался риск, что она даже после этого попыталась бы до меня добраться, но действовать явно нужно было иначе. Всё же у меня не только в знаниях пробелы, но боевых рефлексов не хватает.

Было ещё кое-что, на что стоило обратить внимание.

Мне показалось, что у меня немного возросли силы. По крайней мере я ощущал как в меня проникают крупицы чужой энергии.

Я впервые чувствовал, как внутри меня пульсирует настоящая мощь. Похоже, так работает поглощение чужой энергии кристаллом. Я даже посмотрел внутрь себя, пытаясь отследить все потоки силы.

И действительно. Над телом демона скапливалась тягучая энергия. Духовное ядро, доставшееся мне от черепахи, поглощало эту энергию и направляло в кристалл силы находящийся в груди. Интересно.

Мне даже показалось, что моё ухудшившееся самочувствие, результат вовсе не истощения, а хлынувшей в меня энергии. По крайней мере, до этого я ничего подобного не испытывал.

Во рту пересохло, сейчас бы воды выпить.

Всё хватит прохлаждаться. Бронелоб явно не один, нужно готовиться к следующему врагу.

Силы возвращались, хоть и неспешно. Работа над ошибками проведена, и если сейчас к демонам прибудет подмога, то им не поздоровится.

Тварь, тем временем, все еще сучила лапами, то и дело всхрапывая. Один её глаз злобно уставился на меня, явно выражая предсмертное желание перегрызть мне глотку. Видимо, я что-то серьёзное повредил, иначе она бы даже полудохлая до меня доползла, а так валяется, пускает пену.

Я вдруг понял, что стена, на которую я всё это время опирался, поползла в сторону. До меня дошло, что я, скорее всего, опёрся не о стену, а о дверь в чьё-то купе. В следующий миг я завалился в открывшееся помещение, и провалив тщетную попытку удержать равновесие плюхнулся на ковровую дорожку, что устилала пол между кроватями.

Я увидел нависшее над собой заспанное лицо веснушчатого парня. Ещё один рыжий, этого мне ещё не хватало.

Повисла неловкая тишина. Я пытался прийти в себя, а парень недоумённо пялился на меня. Пауза затянулась.

— Вы что-то хотели, сударь? — в конце концов, спросил он. Видимо, пытался понять почему я сижу, а не стою.

— Воды дай, — хрипло произнёс я.

На лице парня принялись сменяться различные эмоции. Сначала там проступило удивление, потом возмущение. Мол, будут ещё ему — благородному сэру — указывать, кому и что подавать. Затем он внимательно присмотрелся ко мне. Наверное, мой взгляд сейчас был очень красноречив и достаточно было отчетливо заметно желание жестоко убивать всех окружающих. Или хотя бы он выражал всю серьёзность моей просьбы и необходимость её срочного выполнения. А пить мне и правда хотелось.

Затем взгляд парня скользнул в сторону и упёрся во взгляд уродливой морды бронированной гончей, которая до сих пор пускала розовую пену из пасти. Лицо его вытянулось, глаза округлились.

— Момент, — только и выдавил он из себя, и тут же скрылся из виду.

А я тем временем, наслаждаясь неожиданным продолжением моей передышки, притянул к себе рассыпанный вокруг песок, что остался после того, как растаяли мои ментальные клинки и третья рука. Всё же, когда песок в мешочке рядом с моим телом, я чувствую себя лучше, да и энергия, кажется, быстрее циркулирует. Очевидно, это как-то связано с моим сродством с этой стихией, не думаю что просто самовнушение. Но, тем не менее, когда мешочек с песком висит на груди и наполнен, мне гораздо спокойнее живётся.

Снова появился конопатый и выдал мне небольшую бутылку с водой. Как удачно. Я припал к горлышку и тут же осушил содержимое.

— Благодарю вас, — напившись кивнул я.

— Сударь, быть может вам нужна помощь? — сглотнув, предложил парень.

— Это будет лишним, — заверил я. — Я бы рекомендовал вам отправиться на поиск подкрепления. Вот этим вы мне очень помогли бы. В любом случае, оставаться здесь точно не стоит.

Опираясь на нагамаки, будто на посох, я выпрямился в полный рост. Меня чуть шатнуло, но это был лишь отголосок. Силы уже достаточно восстановились, и я уверенно направился вперёд.

— Послушайте, — услышал я голос конопатого. — Это вы его… убили? — спросил он, явно имея в виду гончую.

— Нет, — буркнул я. — Это тот рыжий барон врезался в него своей головой, — ответил я, даже не поясняя, кого имею в виду.

В этот момент Микки, которая успела добраться до конца вагона и нырнуть в тамбур, заметила неясную тень. И эта тень мне очень не понравилась. Вообще удивительно, что мышка смогла что-то рассмотреть. Может, это какие-то особенности мышиного зрения? А мне даже мгновения хватило, чтобы оценить, что за существо прячется в тёмном тамбуре.

Это был теневик — очень противный демон. Может, не такой непробиваемый, как бронелоб, но очень быстрый и коварный, а самое главное — почти невидимый.

Теневики — твари хитрые и подлые, при этом действительно очень быстрые. С ними нужно сражаться совсем не так, как с бронелобами. Как минимум, теневику нельзя показываться на глаза. Во всяком случае, не с моими настоящими возможностями. Иначе — пиши пропало. У меня ведь ни брони, ни скорости. Особенно скорости. В этом я теневику точно проигрываю. Нужно убить эту тварь до того, как она меня заметит. Как это сделать? Да легко. У меня ведь есть свои глаза в том тамбуре. И пускай эти глаза и принадлежат трясущейся от страха мышке, но мне и этого достаточно.

Ну ничего, сейчас.

Главное действовать быстро, и не терять времени. На этот раз начинать стоит без песка. Тварь ведь может почувствовать формирование материального оружия, а для создания кинетического клинка времени особо не требуется. Опять же, пробивать жёсткую броню мне не нужно. Но потратить силы всё равно придется. Нужно убить теневика сразу, желательно с одного удара, не оставляя ему шансов.

Остаётся надеяться, что телекинетические клинки справятся, ведь я на этот раз не буду использовать песок в качестве усилителя. По крайней мере не сразу.

Признаюсь, лёгкий мандраж меня одолевал. Я только победил в своей первой драке с демоном. Причём не с одним. Но сейчас мне будет противостоять тварь куда более серьёзная.

Главное не зевать и вовремя напитать телекенетические клинки песком, тогда сил хватит, чтобы пробить кожу высокоуровневой твари.

Теневик уже успел растаять и Мики перестала его видеть, однако тамбур он не покидал, видимо затаился. Что ж, мне не впервой действовать вслепую. В голове охотно всплывала информация о повадках этих демонов, позволяя на ходу составлять план действий.

В коридор эта тварь входить не будет. Здесь светлее, чем в тамбуре. Теневиков можно разглядеть в движении и при ярком свете. Вот он и затаился. Ждёт, когда я к нему сам приду.

Поморщившись от перегрузки, я быстро создал шесть тонких длинных лезвий прямо там, в тамбуре, и резким рывком пустил их справа налево, ориентируясь на то место, где Мики в последний раз заметила демона.

Два из шести клинков натолкнулись на невидимое препятствие и тут же вгрызлись в чужую плоть. В следующий миг и остальные лезвия устремились туда же. Мое оружие буквально снесло тварь и прижало к стене.

Окрылённый успехом, я бросился к тамбуру со всех ног.

Теневик тут же принялся метаться, причем так резво, что я испугался упустить его. Эти твари ведь особенно опасны, когда ранены. Будучи невидимым, теневик стремится найти как можно больше врагов отыскать их уязвимости. Потом, когда он найдёт достаточное количество жертв, постарается незаметно собрать свою кровавую жатву. Затем начнёт цикл по новой. Но поняв, что раскрыт, демон будет стремиться убивать всех на своем пути, пока не сдохнет или не сбежит. И поэтому отпускать его сейчас нельзя ни в коем случае. Здесь слишком много людей, неспособных противопоставить что-то подобной твари.

Из тамбура раздалось отчаянное шипение. Я и забыл, что эти твари скорее сродни змеям. Аж молодость вспомнил.

Пока что прямые клинки прижимали теневика к стене, нанося тому раны и не давая скрыться, но долго так продолжаться не может.

Мне ещё трудно давалась трансформация телекинетических импульсов, но острая ситуация меня подстегнула. Клинки стали стремительно изменять форму. Они принялись изгибаться, буквально обхватывая тварь стальными кольцами и сжиматься, вгрызаясь в плоть. Своей остроты клинки при этом не утратили.

Наконец я добрался до тамбура, затем сорвал с шеи мешочек и рассеял содержимое.

Песок веером рассыпался в воздухе, а следом, будто магнитом, стал притягиваться к моим телекинетическим “хомутам” и усиливать давление. Тварь тем временем билась, пытаясь выбраться. Признаюсь, удержать её была та еще задачка, но она весила куда меньше чем гончая. К тому же теневик при этом ранил себя и тоже выбивался из сил. Пол в тамбуре уже весь был забрызган тёмной кровью твари. На моей одежде теперь были следы крови трех демонов.

Всё же два боя подряд меня вымотали. Я оступился и упал на колени.

— Эй, вы там молитесь что ли? — тут же услышал я за спиной возглас конопатого. Тот похоже следил за мной.

Сказал бы я ему пару ласковых, но на это не было ни времени, ни сил. Как раз в этот момент клинки достаточно напитались песком, а кольца сжались до такой степени, что уперлись в позвоночник и кости демона. Конец теневику, отбегался. По крайней мере, вряд ли невидимка после такого выживет.

Я ухватился за ручку двери ведущей в тамбур и поднялся на ноги. Однако меня тут же повело и я привалился к стене.

— Вы ранены? — снова окликнул меня конопатый.

Я даже не посмотрел в сторону парня, мне сейчас было не до него.

Я чувствовал жар в груди. Сердце билось как бешеное, а внутри разгорался уголек, напитываясь чужой силой. Интересно, это всегда будет сопровождаться такими ощущениями?

Теневик прямо-таки лучился силой, которая сейчас проникала в меня.

Чувствую, мое развитие в этом мире значительно ускорится… — подумал было я, но в следующий миг Мики принялась передавать новые образы.

Умная мышка, поняв что я здесь и так справлюсь, а теневик ей не по зубкам, продолжила разведку. Протиснувшись сквозь щель в незапертых тамбурных дверях она забралась в следующий вагон.

В глубине открывшегося моему взору вагона показались четыре массивные фигуры, усеянные шипами.

Да уж, развитие ускорится, но это не значит, что оно станет проще.

Глава 11. Смекалка

Демоны отчего-то не спешили. Я разглядел двоих низших рогачей, одного с коричневыми рогами и другого с чёрными, перед ними адскую гончую, что раскрыв пасть роняла слюну на пол, а за их спинами стоял инкуб.

Ну всё, можно считать, что это знак.

Проверка возможностей окончена. Дальше мериться с демонами силой точно не стоит. Теперь нужно действовать хитростью.

Пораскинул мозгами, какие у меня есть приёмы и что вообще здесь можно предпринять. Проще всего не сражаться вовсе, а просто отцепить вагоны. И пускай эти демоны там остаются. Есть только один вопрос: сколько ещё вагонов тянется за тем, где сейчас находятся демоны. И нужно подумать, есть ли там другие будущее ученики Академии. Лучше их наедине с демонами не оставлять.

Позади себя услышал сопение конопатого. Тот, видимо, был недоволен от того, что не получил ответы ни на один из заданных вопросов. Но, тем не менее, очень кстати, что он сейчас находится здесь.

— Сударь, как вас зовут? — спросил я.

Тот тут же сменил гнев на милость. К тому же туша бронелоба не способствовала выяснениям отношений. Думаю, он и визг твари из тамбура слышал.

— Я граф Орловский, — сказал он с достоинством.

Ох уж эти манеры. Я не спрашивал какой там у него титул и фамилия. Хотя, видимо он решил реабилитироваться за невыгодное для него начало нашего знакомства.

— Как ваше имя? — терпеливо спросил я.

В этот момент, один из рогачей раскрыл дверь в купе. Оттуда сначала раздался непонимающий окрик, а потом крик ужаса. Гончая тут же рванулась внутрь.

У меня сердце в груди сделало кувырок, однако на лице ничего не отразилось. Сейчас нужно собраться и поскорее решить проблему. По крайней мере, тем ребятам в купе уже не помочь.

— Имя, господин Орлов! — требовательно повторил я.

— Михаил, — тут же, ответил он.

— Послушайте, Михаил, сейчас в том вагоне четыре демона, довольно серьёзные. Один я с ними не справлюсь. Вы, — я обернулся и окинул парня хмурым взглядом с головы до ног, — думаю, тоже. Надо как-то от них избавляться. Знаете, сколько ещё вагонов едет за нами?

— Два, — ответил парень, округлив глаза от услышанного.

Я припомнил. Действительно, Орлов правду говорит, там ещё два вагона. Получается за демонами ещё один. Это удача. Какова вероятность, что там кто-то остался живой? Учитывая сколько прошло времени. Думаю, эта четвёрка методично занималась истреблением всего живого в хвостовом вагоне, а затем перешла в следующий.

Вероятность, что в последнем вагоне кто-то остался, равнялась нулю. Но в любом случае, ближе к головным вагонам живых гораздо больше. Да и я погибать не собираюсь. Однако можно сделать финт ушами и постараться заставить демонов вернуться в последний вагон, тем самым снизить вероятность лишних жертв.

Может, попробовать иллюзию сделать…

— У вас стихия какая? — спросил я тоном истинного аристократа.

Парень поморщился, все же о таком не говорят, однако снова бросил взгляд на затихшего бронелоба, затем посмотрел на меня и ответил:

— Я воздушник.

Молодец. С одной стороны раскрывать личные стихии перед незнакомцами не принято, но Орлов быстро оценил ситуацию.

— Воздушник… — задумчиво повторил я, пытаясь припомнить, что свойственно этим одарённым, и чем он может быть полезен. — А иллюзии умеете создавать? — спросил я напрямик.

Помнится, некоторые воздушники умели создавать искажение воздуха и даже изменять цвет газов, тем самым придавая им форму. Можно попробовать приманить демонов и заставить их погнаться, например, за чьей-то человеческой фигурой. Это вполне возможно. По крайней мере, рогачи и бронелобы вполне могут купиться. А с суккубом уже потом будем думать, как поступать. Он вряд ли последует за всеми, но с ним одним уже можно будет попробовать управиться. Главное, под шипы его не попадать и в глаза не смотреть.

— Иллюзию сделать могу, — серьёзно ответил парень.

— А что-то из боевой магии умеете? Таран воздушный, например?

Он посмотрел на меня, прищурившись.

— Многовато вы знаете о нашей магии, — заявил Орлов. — Да и, уж простите, почему я должен вам верить. И тон ваш…

— Слушай меня, Миша, — глядя ему в глаза перебил я, перейдя на ты. — только что, гончая и два рогача ворвались в купе в соседнем вагоне. И в нём был кто-то из учеников. Думаю спасать там уже некого, и сейчас демоны пойдут дальше. Времени у нас нет. Если что-то умеешь, буду рад помощи. Если нет…

— Клинок воздушный могу сделать, — тут же отчеканил он. — Ещё могу копьё, оно помощнее. С тараном, — он замотал головой, — пока не получается. Слишком грубая сила для нас.

— Копьё, — ответил я, — это сойдет. Значит так, смотрите, — снова перешёл я на “вы” и принялся объяснять свой план. — Они сейчас находятся в дальнем конце вагона. Потрошат дальнее купе. Наша задача сделать так, чтобы они не продвинулись ближе и больше никто не пострадал. А ещё лучше, заставить их отступить в последний вагон.

— Понимаю, — ответил парень. — Что нужно сделать?

Я возблагодарил силы этого мира, что хотя бы этот рыжий оказался понятливым.

Мне понадобилась секунда, чтобы оформить идею в голове, после чего принялся излагать.

— Нужно создать иллюзию. Так… Вы сможете создать иллюзию на другом конце вагона? Например, парня, похожего на меня, который бежит в хвостовую часть поезда. Да, и ещё, иллюзию придётся делать вслепую. Нельзя чтобы демоны заметили нас. Сможете?

— Сложно будет, — округлив глаза ответил парень, — но я постараюсь.

— Так, а насколько мобильная иллюзия? При надобности сможете изобразить, что фигура упала, когда я скажу это сделать?

— Ну, по идее смогу. Только зачем?

— Инкубы стреляют шипами. И если он выстрелит в иллюзию, а шип пройдёт сквозь жертву, он сразу всё поймёт. А нам этого не надо, — времени было всё меньше, но лучше потерпеть и объяснить важные детали. Лишняя спешка порой хуже медлительности.

— А как вы поймёте, когда нужно падать?

— Демон, перед выстрелом, шевелит ушами, — терпеливо пояснил я. — В общем, я подам знак. Так что, Михаил, вы готовы? — спросил я.

Парень кивнул.

— Тогда идёмте. Осторожно подходим к тамбуру. Дальше делайте то, что я буду говорить. И начинайте заряжать копьё.

Микки, несмотря на то что её сотрясала нервная дрожь, сидела на месте, будто приклеенная и наблюдала за происходящим в вагоне. Ей очень хотелось закрыть глазки от страха, но она этого не делала. Держала себя в лапках. Умничка. Надо будет обязательно её наградить.

Как только мы оказались в тамбуре, Орлов застыл, уставившись на теневика валяющегося в луже крови, но самообладание не потерял.

Я тут же принялся инструктировать:

— Значит так, ещё раз. Демоны находятся в конце вагона, у самого дальнего от нас купе. Иллюзию нужно будет изобразить в противоположном от нас тамбуре таким образом, будто она увидела демона, испугалась и побежала прочь, вглубь последнего вагона. Я тоже постараюсь отвлечь этих тварей.

После этого я прикинул примерный вариант развития событий. Скорее всего, за иллюзией в первую очередь бросится гончая. Демоны тупые и, вероятно, тоже погонятся, но сначала будут долго соображать что к чему. Неплохо бы их спровоцировать как-то.

— А вы голосовые иллюзии делать умеете? — припомнив кое-что из прежней жизни спросил я.

— А как это? — спросил он.

— Сделать так, чтобы, например, иллюзия заговорила.

— Ну, иногда я чревовещанием баловался, и переносом звуков тоже, когда маленький был. Но на таком расстоянии это будет непросто. — он задумчиво пробормотал: — Надо ведь еще направить звук от иллюзии.

— Так попробуете? — спросил я напрямик.

— Попробую, — неуверенно ответил он.

— Хорошо, — кивнул я. — В общем, когда я убежусь, что демоны увидели иллюзию, она должна произнести следующую фразу: «ижбалаш-малаваш». И, по возможности, плюнуть перед собой. Затем иллюзия должна побежать, ясно?

Парень удивлённо поднял глаза.

— Ижбалаш-малаваш?

Я хотел было одёрнуть парня, чтобы не выражался, но в этот момент, перемазанные в крови твари покинули купе и двинулись к следующему. Хорошо ещё что Росомахин в отключке, он бы точно всё испортил.

Сердце бешено колотилось в груди, от напряжённости ситуации. Надо торопиться. Очень надеюсь что следующее купе пустое.

— Именно так. — подтвердил я. — Демоны от этого звереют. Давайте поторопимся, действовать нужно незамедлительно. И тихо!

— Главное со звуковой иллюзией справиться, — пробормотал Михаил, на цыпочках следуя за мной, стараясь не поскользнуться на крови теневика.

— В общем, постарайтесь сделать так, чтобы они бросились за иллюзией. — поспешно инструктировал я. — И ещё, если вдруг что-то пойдёт не так, ни в коем случае не встречайтесь взглядом с инкубом. Вы, конечно, не девушка и сильного воздействия он на вас не возымеет, но парализовать или оглушить вполне сможет. И он стреляет шипами изо рта. Как только пасть разинет, сразу прячьтесь, падайте, да, что угодно делайте, но старайтесь не оказываться на линии стрельбы. От яда инкуба излечиться очень тяжело. Ясно?

— Ясно, — подтвердил парень шёпотом. Мы как раз подошли к проходу в коридор вагона.

— Вы знаете, как расцепляются вагоны? — спросил я.

— Понятия не имею.

— Попробую разобраться сам, — пробормотал я.

Тем временем, я накачивал ментальный кулак и напитывал его песком, готовясь в любой момент запустить его вперёд. У меня будет всего один шанс атаковать инкуба. Эти твари довольно быстрые и, если вдруг промажу или не смогу в него попасть, то, вероятнее всего, он на нас набросится, и драка эта будет непростой.

Пересёкся с Михаилом взглядами, тот хмуро мне кивнул.

— Готов.

— Запускайте иллюзию.

Я сфокусировался на том, что видит Микки. Прямо за спиной демона соткалась моя точная копия. На всякий случай, я направил ментальный импульс и толкнул инкуба в спину, побуждая того обернуться. Одновременно с этим, моя копия повторила грязнейшее демонское ругательство, при этом плюнув перед собой. А парень неплох! Картинка рябила, но, если не знать, что это иллюзия, сразу не догадаешься.

Инкуб, раскрыв рот, уставился на иллюзию. Я испугался, что он прямо сейчас попытается выстрелить шипом, но понял, что рот он открыл от изумления, а не потому что попытался атаковать. Так, а вот сейчас уши инкуба стремительно поползли на затылок, взводя шип.

— А теперь изобразите что иллюзия улепётывает в даль вагона, — вцепившись в рукоять нагамаки прошипел я Михаилу. От напряжения у меня все волоски на теле встали дыбом.

Иллюзия вдруг развернулась и послушно бросилась прочь. Прекрасная получилась иллюзия, как живая! Всё же я правильно сделал, что решил сэкономить силы. У меня такая реалистичная картинка не получилась бы. Демон видимо принялся отдавать мысленные указания, которые сводились к тому, чтобы срочно схватить мелкого подонка и наказать его самым жестоким образом. Оба рогача и гончая тут же бросились в ту сторону, куда указывал инкуб. Очень удачно, что он разозлился и не решил их разделить, иначе ситуация бы усложнилась. Я как раз заметил, что уши инкуба сошлись в пиковой точке на затылке.

— А теперь сделайте так, чтобы иллюзия упала, — скомандовал я. — Сейчас инкуб выстрелит.

— Понял, — донёсся до меня напряжённый шёпот Михаила.

Уши инкуба, подобно лопастям арбалета, резко устремились вперёд и принялись колыхаться вперёд-назад.

— Так, выстрел был! Теперь поднимайте иллюзию, пускай бежит дальше, к дальнему концу вагона.

— Понял, — ответил парень.

Микки передала очередное изображение. За дверью тамбура скрылся последний рогач, покинув вагон. Дело сделано! Они теперь в хвосте. А сейчас надо не терять времени.

— Михаил, сколько нужно времени, чтобы зарядить воздушное копьё?

— Я его уже заряжаю. Осталось пара секунд. Две, одна… Готов запускать.

— Отлично! Там впереди стоит инкуб.

— Тот демон с торчащими ушами? — спросил он.

— Да, — ответил я, удивившись. Неужто его иллюзии тоже могут передавать изображение, как и моя Микки.

Потом вдруг до меня дошло, откуда доносится звук. Парень, раскрыв рот, выглядывал из-за стенки тамбура и пялился в коридор. Я поборол желание дать ему подзатыльник, он ведь мог привлечь внимание демонов, тогда бы наша авантюра провалилась, но сейчас не до того, как минимум уже поздно.

Я отделил ментальный кулак от себя и сформировал из него гладкое ядро, наполненное песком.

— Готов? Запускай! — скомандовал я, и одновременно с этим пустил вперёд ядро, целясь прямо в спину инкуба.

Целился я аккурат в поясницу. Убить демона точно не получится. Всё-таки броня у инкубов серьёзная. Да и копьё Михаила, наверное, даже не пробьёт шкуру. Этих тварей можно легко поражать в глаза, но для этого нужно стоять к инкубу лицом. А как я уже говорил, в глаза этой твари лучше не смотреть. Щёку мне обжог порыв ледяного ветра. Видимо, Михаил запустил своё копьё.

— А теперь стой на месте. Я попытаюсь отстегнуть вагон.

Перехватив удобнее Нагамаки, я бросился вперед, наблюдая, как сначала моё ядро, а потом и копьё Михаила настигли цель, ударив инкуба в спину. Демона отшвырнуло назад, он раскинул руки в стороны и полетел лицом навстречу к последнему вагону. Отлично получилось, как раз то что я планировал.

Подгоняя себя телекинезом в спину и ускоряясь, насколько это было возможно, я летел к дальнему тамбуру. Я заметил что из последнего купе по полу разлилась лужа крови. Но сейчас не до этого.

Я очень быстро оказался в тамбуре и создал прямо перед собой мягкую кинетическую подушку. Благо, там всюду был рассыпан песок из ядра, которым я только что отоварил инкуба. Чувствуя, что время утекает, и демоны сейчас поймут, как мы их обманули, я действовал на пике своей скорости. Я буквально каждой поджилкой ощущал, как убегают секунды. Демоны могут вернуться в любой момент, и они сразу нападут на меня.

Суматошно принялся искать то, что отвечает за расцепку вагонов. Рычаги, клинья, что угодно.

Рычаги были, но похоже не те, что надо. Стоп-кран в этой ситуации точно не поможет. Внизу я увидел крепление, настолько толстое, что тут и отбойным молотком не справишься. Но и я не железнодорожный рабочий. Перерубить крепление я вряд ли смогу, а вот выбить клин попробовать можно.

Я покрепче перехватил свой Нагамаки и принялся напитывать его силой. Вокруг лезвия и древка начал собираться тонкий слой песка. Кристалл в груди стал горячим, а духовное ядро стало светиться, создавая вокруг меня мистическую ауру. Оружие завибрировало от вливающейся в него мощи. Откуда-то из глубины вагона послышался злобный вопль гончей, и он приближался.

Времени нет.

Я занёс руки над головой, а затем резко опустил вниз нагамаки, будто это был обычный лом. Что-то тренькнуло. Я с ужасом увидел, что великолепный клинок, подаренный Лермоном, переломился у основания ручки. Внутри как будто что-то оборвалось вместе с этим клинком. Однако следом я заметил, что добился-таки своего и мне удалось выбить клин из крепления, которое соединяло вагоны.

Вагон медленно стал удаляться. Вот между нами уже метр, полтора метра…

В тамбурной двери появилась оскаленная морда гончей. Я поблагодарил себя, что не стал развеивать подушку, которая затормозила мой бег, и тут же сформировал из неё небольшое, но сконцентрированное ядро и запустил в морду гончей. Не хватало ещё, чтобы она на меня прыгнула. Вряд ли я смогу с ней сейчас справиться. Ядро угодило в гончую как раз в тот момент, когда она попыталась броситься на меня. Мой снаряд сбил её в полёте, заставив кувыркнуться через голову. До вагона она не долетела, зато рухнула спиной прямо на рельсы и покатилась кубарем.

Следом из тамбура появилась озлобленная морда инкуба. Я тут же отвёл глаза, чтобы не встречаться с ним взглядом, однако улыбнулся во все тридцать два зуба и помахал ему рукой. Лишь склонил в сторону голову, когда почувствовал, как в меня летит шип, что тут же вонзился в стену позади моей головы и завибрировал.

— Никогда эти демоны не умели проигрывать, — усмехнулся я.

За спиной инкуба появились ещё два рогача. Ну что ж, миссию можно считать успешно выполненной. Силы свои я испытал. Да, учиться предстоит ещё многому, и накапливать силы ещё долго, но на кое-что я всё-таки способен.

А главное, я совершил неплохой поступок. Отсёк демонов от остального поезда, и тем самым спас людей.

В этот момент раздался грохот и звук сминаемого металла. В удаляющийся вагон врезалось нечто стремительное и тяжёлое. Железную стену буквально вмяло, будто в неё въехал ещё один поезд на полном ходу. Одновременно с этим тушу одного из рогачей разрубило пополам, а в голове инкуба образовалась глубокая трещина.

Всё-таки недооценил я его, оказался матёрым, хорошую броню отрастил раз выдержал такой мощный удар. Не знаю, правда, что этот удар нанесло… А нет, знаю! Прямо в воздухе соткался воин в чёрных доспехах и стремительным рывком врезался в грудь инкубу. Тот, может, и бронированный, но лёгкий, и такой удар не смог выдержать, устояв на ногах. Дальше их сражение продолжилось уже внутри вагона. Я лишь слышал громкие звуки ударов. То и дело стены вагона вспучивались, будто в них изнутри врезалось что-то тяжёлое. А стёкла искристыми брызгами разлетались в разные стороны.

— Ну что там? — услышал я за спиной голос Михаила. Тот, стоял рядом, и высунул голову, наблюдая за удаляющимся поездом. — Всё получилось?

Так бы и дал подзатыльник, а если шип от инкуба прилетит?

— Получилось, — выдохнул я.

Я бросил взгляд на парня. Тот был бледен, его лоб покрывало испарина, видимо тоже выложился на полную.

— Ты видел, там кровь? — мотнул он головой за спину и сглотнул. — Дверь закрытая, я не видел кто там, но заглядывать не хочу!

— И правильно, нечего, — ответил я, затем, тяжело выдохнув, сделал шаг назад и уселся прямо на пол тамбура, положив на колени древко Нагамаки с обрубленным клинком. Эх, не уберёг оружие! Но послужило оно мне неплохо, хоть и недолго. Спасибо учителю Лермону!

Глава 12. Условная безопасность

Михаил обессиленно прислонился к стене тамбура, все также не сводя глаз с удаляющегося вагона.

— А что это там происходит? — спросил вдруг он, заметив неладное.

— Какой-то воин появился и принялся истреблять демонов, — пожав плечами, честно ответил я.

По крайней мере, я не видел смысла в том, чтобы скрывать информацию.

— Служба безопасности наконец-то отреагировала, — покивал Орлов. — Долго же они копались.

Он недовольно нахмурился, затем перевёл взгляд на меня.

— Простите, вы не представились, и я не имел чести узнать как вас зовут, — не без достоинства спросил вдруг парень.

— Алексиус, — коротко ответил я.

Мне сейчас было не до разговоров. Хотелось вернуться в своё купе и улечься спать. Оставалось только надеяться, что эта пресловутая Ирен будет где-нибудь в другом месте, и не помешает мне. Желательно всё время до приезда в Муромскую академию.

— Признаться, я впечатлён вашими способностями, — продолжил высокопарную речь Михаил. — Справиться с одним демоном — непросто, а перехитрить организованную группу — сложная задача, даже для лучших воинов империи. Уж вы мне поверьте, я об этом наслышан.

Я лишь пожал плечами, мол, пустяки.

— Я перед вами в неоплатном долгу, и для меня большая честь учиться с вами на одном потоке, — Михаил протянул руку. — Вы можете рассчитывать на мою поддержку в любых вопросах. И будьте уверены, в моём лице вы нашли себе настоящего друга.

Я не стал противиться и пожал руку Орлова.

— Благодарю вас, — ответил я.

И в этот момент из раскуроченного вагона, где неизвестный воин лупцевал демонов, и который находился от нас уже метрах в трехстах, вывалилось нечто тёмное, объятое пламенем. Спустя мгновение это нечто рвануло прямо к поезду.

Ну вот, что-то новенькое. А к этому я не был готов. Выставил было перед собой свою нагамаки, но тут же обнаружил, что у неё обломан клинок. Да уж, остался я без оружия. Но не время унывать. Я тут же принялся формировать телекинетические клинки, готовый встретить врага, параллельно с этим планируя способы отступления. Наверное, лучше всего будет бежать не в поезд, а вовсе выпрыгнуть из поезда, приготовив себе мягкую подушку из телекинетической энергии, пропитанной песком.

Однако пламя опало, и я вдруг увидел, что это вовсе не демон, а воин в чёрных рыцарских латах, с длинным мечом. Латник завис в воздухе, а затем плавно поплыл за нами следом, при этом стремительно приближаясь. Будем надеяться, что это не враг. По крайней мере, мне вот такие финты с полётами пока что недоступны. Как я слышал, для того чтобы нечто подобное провернуть, нужно быть очень сильным и одарённым.

Тем временем, шлем на голове воина стал складываться причудливым образом, пока вовсе не спрятался где-то в глубине брони, открыв лицо мужчины лет тридцати.

— О! Дядя Петя, привет! — замахал вдруг Михаил, узнав воина.

— И тебе привет, Миш, — произнёс воин, застыв в воздухе в метре от нас. Хотя, правильнее сказать, он следовал за нами со скоростью поезда. — Ты как, не пострадал?

— Нет, дядь Петь, всё хорошо. Меня вот друг спас. Позволь представить, Алексиус... — он повернулся ко мне. — Прошу прощения, не помню вашей фамилии.

— Алексей Медведев, — хмыкнув, произнёс я.

— Наслышан о вашем роде, — склонил голову мужчина. — Меня зовут Пётр Орлов.

— Тоже слышал о вас немало лестного, — поклонился я с достоинством. Хотя, если по-честному, вообще никогда не слышал ни о каких Орловых. А мне начинает нравиться общаться таким образом. Но оно и понятно, с моим прошлым образом жизни.

Мужчина улыбнулся.

— Вы молодцы, что вагон отцепили. Быстро среагировали.

— А там никого не осталось? — спросил перепуганный Михаил. — Может, там были живые?

— Нет, никого в живых не осталось. Демоны всех вырезали, — покачал головой мужчина. — Вообще удивительно, как вы под раздачу не попали.

— Это всё Алексей, — кивнул на меня Михаил. — Там в одном купе всё залито кровью. И я не рискнул туда заходить.

— Любопытно, но потом расскажете, — кивнул воин. — Ладно, я полечу дальше. Мне надо отчитаться перед командованием. Можете возвращаться к своим делам. Демонов в поезде больше нет, теперь с гарантией. Что касаемо крови, вы теперь воины. Привыкайте.

— Спасибо, дядя Петя, — тут же ответил Михаил, а я вежливо кивнул. Голова воина тут же скрылась за шлемом, а затем он взлетел и направился куда-то по ходу вагона.

Я было расслабился, но в этот момент сзади хлопнула дверь. Я тут же напрягся. Прислушался к Микки. Она сидела в уголке и смотрела сейчас на взъерошенного Росомахина, что с бешеными глазами вломился в тамбур, а затем, едва не поскользнувшись на луже крови демона, побежал дальше. Я кое-как успел его придержать, чтобы он не сиганул вперёд.

Он попытался было вырваться, потом посмотрел на меня:

— Где демоны? — рявкнул он.

— Нету. Сбежали все. Тебя испугались, — ответил я.

Росомахин тут же выпрямился и даже, как мне показалось, немного зарделся. Неужели он воспринял мои слова всерьёз? Затем посмотрел на меня.

— Насмехаетесь надо мной? — спросил он.

— Ни в коем случае. Наоборот, восхищён вашей храбростью, — поспешил я отвлечь Росомахина, а то он сейчас опять какую-нибудь сцену устроит. А мне сейчас не до этого. — Позвольте представить вам моего друга Михаила Орлова. Я как раз рассказывал ему, как вы сначала атаковали рогатого демона, а потом и вовсе сошлись в рукопашной с бронированной гончей.

Росомахин хоть и подозревал подвох, но состроил горделивую мину, мол, действительно, было такое. Готов принимать поздравления и восхваления.

Орлов же сначала удивлённо посмотрел на меня, потом на Росомахина. Однако на его лице проскользнула ирония. Кажется, он и так всё понял.

— Там в купе, — затараторил Росомахин, — много крови. Я хотел проверить, нужна ли кому-то помощь, но там все мертвы.

Я лично ничего иного не ожидал, но стоит отдать Росомахину должное. Он не растерялся и не испугался крови, а ринулся помогать людям. Достойное поведение. Ему бы мозгов побольше, вышел бы вполне себе достойный воин. А так, будем надеяться, что он не погибнет в следующей подобной ситуации.

Наученный горьким опытом, я то и дело проверял своих маленьких усатых шпионов, чтобы не пропустить больше незваных гостей. И очень вовремя, потому что именно в этот момент моя первая мышка увидела процессию, вошедшую в тот вагон где я размещался — трое воинов в доспехах и тот самый офицер, что на перроне заступился за Росомахина. Все они были вооружены и, судя по всему, направлялись аккурат в хвост поезда.

Мышка кое-как смогла их оценить, но её быстро обнаружил один из воинов, который водил по сторонам незнакомым, но явно магическим аппаратом, судя по всему, сканер или радар. Он посмотрел на мышку, мышка посмотрела на него. Затем он занёс сапог, хотел было её раздавить, но потом, видимо, передумал и опустил ногу.

— А, по крайней мере, ты не демон, — бросил воин и направился дальше.

А я облегчённо выдохнул. Если бы я лишился ещё одного подручного, это было бы очень неприятно. Серая же, видимо, поняв, какая участь её миновала, тряслась всем телом, глядя перед собой, расфокусировав зрение. Из-за этого, как шпион, она стала до крайности неэффективна. Но ничего, придёт в себя, быть может, это её чему-то и научит. Может, у меня будет ещё один надёжный помощник.

Воины быстро прошагали по вагону, после чего уже вошли в тот вагон, где находился я со своими товарищами по несчастью. На всякий случай отозвал Микки. А то вдруг этот воин, обнаружив вторую мышку, передумает и решит не оставлять в живых. А Микки для меня ценна. По крайней мере, ей жертвовать я точно не согласен.

Микки быстро добежала до меня и, уцепившись коготочками за мою штанину, быстро вскарабкалась вверх и спряталась под полой моего пиджака.

— Мне показалось или к вам под пиджак заползла… — начал было Орлов, но я тут же его перебил

— Определённо показалось.

Спустя минуту в тамбуре стало тесновато. Орлов выпучил удивлённые глаза, а Росомахин, остро отреагировав на хлопнувшую дверь, от неожиданности и вовсе едва не выпрыгнул из вагона прямо на рельсы. Пришлось его придержать. Понятное дело, все взвинчены и ждут нападения, а у Орлова и Росомахина ведь нет шпионов в поезде.

Тем временем воины во главе с усатым офицером пристально оглядели нашу троицу. Офицер хмуро спросил:

— Где последний вагон? — тон у него был такой, будто он подозревал нас в краже этого самого вагона.

— Вагон отцеплен, — тут же доложил Орлов.

— Молодцы, — кивнул офицер, — где демоны?

Я решил не вмешиваться в диалог и отступил на шаг назад, надеясь, что меня не станут приплетать. С одной стороны, неплохо было бы воспользоваться моментом, чтобы снискать лишней славы, но отчего-то я пока не хотел громко заявлять о себе. По крайней мере, надо ещё понять, как это использовать лучше всего, с наибольшей выгодой для себя.

— Часть убил… — Михаил указал было на меня, но я отрицательно качнул головой и он тут же исправился. — Часть убиты, остальные демоны остались в том вагоне, — произнёс Орлов. — Однако мой дядя, Пётр Орлов, он служит в охране, потом уничтожили их всех.

— Уверены? — спросил офицер.

— На сто процентов. Мой дядя обычно не ошибается, — с гордостью за родственника ответил Михаил.

— Понятно. Возвращайтесь в свои купе, — произнёс офицер, — угрозы больше нет. Вы в безопасности.

Да неужели… Я едва удержался чтобы издевательски не хмыкнуть.

— Это что, всё, что ли? — взвился вдруг Росомахин. — На поезд напали демоны! А вы нас просто отправляете обратно в вагон? Там вообще-то люди погибли. Кто за них ответит?

— Уж явно не вы, — невозмутимо заявил офицер, смерив барона взглядом. — С этим мы разберёмся. Вы целы, вы живы. Молодцы. Вполне можете за себя порадоваться. Или вы ждёте особого отношения? — под тяжёлым взглядом офицера, Росомахин раскраснелся. Было видно, что он был готов еще что-то сказать, но сдержался. Возможно сыграла благодарность за то, что этот офицер по сути спас его не так давно. Тем временем, усатый продолжил:

— Вы теперь воины Академии. Более того, вы связали свою судьбу с войной. Ваша жизнь отныне всегда будет на волоске от смерти. А будете паниковать и устраивать истерики, долго не продержитесь.

С этими словами офицер развернулся и зашагал обратно. В этот момент как раз моя вторая мышка возвращалась ко мне, и застыла перед офицером. И так удачно он поставил ногу, что я не удержался.

Офицер явно не смотрел по сторонам, и мой маленький шпион зацепился лапками за его штанину, а затем и вовсе забрался под одежду, чтобы никто лишний её не заметил. Уж не знаю, к чему это приведёт, но мне показалось, что я могу узнать что-нибудь действительно важное. А информация — она всегда ценнее любых ресурсов.

Воины тем временем покинули тамбур и зашагали обратно, теперь уже в направлении головного вагона. Росомахин, пунцовый как рак, сжимал кулаки от злости. Однако, пока офицеры не удалились, возмущаться больше не стал. Зато когда они ушли достаточно далеко, вспыхнул:

— Ишь, «возвращайтесь». Мы тут, видите ли, с демонами сражаемся. Люди погибают, пока они там штаны посиживают. А они, значит, обращаются с нами, будто мы ничего не стоим...

— Боря, не кипятись, — дипломатично произнёс Орлов, впрочем обратившись к барону на “ты”. Это можно было расценить как принижение, но в данном случае, Орлов скорее наоборот, обращался к Росомахину как к равному. — Не забывай, что мы теперь, как ученики Академии, лишены всех титулов. А согласно табели рангов, мы даже не рядовые. Мы пока что лишь кандидаты в курсанты. Так что мы действительно не в том положении.

— Кем бы мы ни были, или они, — выдохнув, произнёс Росомахин, — но человеческая жизнь чего-то да стоит. И не важно, какой за ней стоит титул. Да и честь тоже не пустой звук. Я этого не забуду. И если подвернётся возможность, этот офицер ответит за свои слова и за своё отношение.

Ох уж этот Росомахин. То, что он проблемный, это без сомнения, но сердце, стоит признать, у него на нужном месте. Да и стержень присутствует.

— Ты слишком горяч, мой друг, — невесело хохотнул Михаил. — У нас ещё таких моментов будет слишком много. Если не относиться к этому просто и с иронией, действительно долго не выдержишь. Или подвернёшься под чью-нибудь горячую руку, или загремишь на гауптвахту. Дядя мне не раз о таком рассказывал. Так что не бери в голову.

— Господа, а я действительно откланяюсь и оставлю вас. Я немного утомился, — произнёс я, кивнув Орлову. Не дождавшись ответа, я направился вслед за воинами.

Сейчас всё моё внимание было сконцентрировано на сознании мышки. Я ожидал, что офицер с кем-нибудь встретится или начнёт обсуждать подробности произошедшего. И я не хотел бы пропустить хоть что-то интересное.

Однако краем уха я услышал диалог, что вели за моей спиной Росомахин и Орлов.

— Я вам не друг! — возмутился барон, как обычно, показывая свою ершистость перед всеми незнакомыми.

— Да все мы теперь друзья в каком-то роде. Ну, или, правильнее сказать, товарищи, — невозмутимо ответил Орлов. — По крайней мере, не вижу смысла задирать нос. Вот, например, Алексиус только что победил двоих демонов, а ещё обхитрил группу из четырёх демонов. И уж у кого-кого, а у него есть повод вести себя заносчиво. Однако он вполне учтив.

Повисла пауза, однако Росомахин быстро пришёл в себя.

— Ему лишь повезло, — ответил барон. — Повезло, что я его не опередил.

Продолжение диалога я не слышал.

Офицер вместе с воинами тем временем напористо двигался вперёд, абсолютно не обращая внимания на тех, кто попадался ему на пути. Чтобы он не смел их с ног, идущие навстречу курсанты вжимались в стены. Однако, несмотря на свою непоколебимость, офицер то и дело кивал ребятам, будто благодаря их за то, что они уступили ему дорогу.

Моя мышка, в силу неопытности, заняла позицию на штанине. И от тряски, которую устроил ей офицер, её уже изрядно мутило. Однако она мужественно держалась, уцепившись всеми своими коготочками за плотную ткань, и готова была дальше терпеть испытания.

Тем временем я уже добрался до своего купе и с радостью обнаружил, что оно по-прежнему пустовало. Я быстро стащил с себя перемазанную в крови одежду и надел свежую. Затем тут же улёгся на койку и укутался в одеяло и уткнулся в стену, радуясь тому, что не пришлось ни на кого отвлекаться, и полностью сфокусировался на органах чувств своего маленького шпиона.

Тем временем офицер в сопровождении троих воинов, уже прошёл добрую половину всего состава и наконец остановился перед одним из купе. Постучал, после чего, дождавшись разрешения, вошёл. Воины остались снаружи. Через нехитрое ощущение, передаваемое мышкой, я почувствовал мощнейшее возмущение энергии, что понеслось прямо над ней. Видимо, офицера просвечивали какой-то сканирующей способностью.

Похоже, эта мышка действительно очень уж везучая. Ведь заберись она чуть выше, может, её путь был бы и менее стрессовым, однако, вероятнее всего, её бы сейчас обнаружили и, возможно, убили бы.

— Ну что, Фёдор? Как там дела? Докладывай.

— Все ученики целы, — рапортовал офицер.

Я же, нахмурившись, продолжил слушать. Хотя ответ офицера меня и возмутил. Не знаю, перед кем он отчитывается, но похоже, он решил скрыть жертвы.

— Другие пострадавшие есть? — продолжил расспрашивать мужчина.

Хотелось бы его разглядеть, но я не рискнул приказывать мыши высунуться из-под защиты штанины.

— Все, кто находился в последнем вагоне, убиты. И последнее купе предпоследнего вагона.

— Кто там находился? — холодным тоном спросил мужчина.

— В последнем вагоне представители от братьев Бестужевых, заводчиков, — произнёс офицер. — Им ведь весь вагон выделили для тех двух демонов. А в том купе, где погибли люди в предпоследнем вагоне, размещался обслуживающий персонал.

— Ну, это приемлемо, хоть и неприятно. — ответил собеседник. — Задумав проверку для курсантов, мы были готовы к потерям, глупо было надеяться, что обойдётся без них.

Я весь превратился в слух. Очень любопытно, что это ещё за проверка такая. И что за братья Бестужевы? Я вдруг припомнил, кажется, так назывались те самые заводчики, что решили устроить цирк из демонов. Кажется, у них были услуги из серии привезти живого демона на мероприятие, чтобы порадовать детишек или взрослых.

Неужто у этих самых братьев заказали двух демонов, чтобы запустить их в поезд и посмотреть, как будущие ученики Академии себя поведут? В принципе, неплохая идея. Вот только что-то мне подсказывает, что демонов они содержали вместе, а это огромная ошибка.

Я даже примерно представляю, как все получилось. Демонов на поезд погрузили в бессознательном состоянии. А когда те пришли в себя, то первым делом стали пытаться связаться со своими, что и послужило маяком для открытия портала. А если там был кто-то посерьёзнее, из серии гончих или тот же самый инкуб, (что вряд ли), то они вполне могли и сам портал открыть.

Кстати, теперь ясно, почему было две вспышки. Видимо, было два прорыва. Первое открытие портала было проверкой, а второе уже забросом десанта. Потому демоны и не успели натворить слишком много.

Больше чем уверен, что тот самый рогач, которого я убил первым, и бронелоб — были теми демонами, которых привезли заводчики. Ну а дальше уже стандартная пятёрка: два рогача, гончая, командир инкуб и разведчик теневик. В принципе, всё довольно логично складывается.

— Проверка удалась? Есть кто из отличившихся? — тем временем спросил у офицера по имени Фёдор его собеседник.

— Четверо учеников проявили себя неплохо. Один из них взял на себя командование и отправил целого графа докладывать о случившемся, а тот даже и не спорил. Один барон довольно силён, но тактических навыков не хватает. Если его поднатаскать, да обучить осторожности, вполне хороший воин выйдет. Но больше всего меня заинтересовал тот самый парень, который взял на себя командование. Отличное тактическое планирование. Да и действовал довольно жёстко и стремительно. Смог убить трёх демонов, да и в целом организовал целую операцию, чтобы обойти демоническую боевую четвёрку.

— Любопытно. Хорошее начало, — согласился мужчина. — В любом случае, наблюдать ещё и наблюдать. Но опыт вышел неплохой. Надо взять на заметку на будущее, не располагать демонов вблизи с прислугой. Это бессмысленные потери.

Да уж, вот тебе и “хорошее начало”. Весёлую проверку они затеяли. Интересно, они и задумывали начать с нашего вагона, или действовали на авось? Похоже на то. Кстати, похоже и меня обсуждали

Вот только интересно, как они обо всем узнали? Видимо, в поезде есть какие-то системы слежения. По крайней мере, вряд ли бы этот Фёдор стал составлять свой доклад, исходя из того, что, например, услышал от Михаила Орлова или его дяди.

— Ну а теперь, раз мы утолили любопытство особенно активных учеников, — произнёс вдруг мужчина, — поговорим о действительно важных вещах.

Раздался щелчок, и моя мышка отключилась. А я едва не рассмеялся. Это что же получается, они всё это время знали, что к офицеру представлен мой шпион, и решили таким образом меня вознаградить? Очень любопытно. По крайней мере, других объяснений, почему связь вдруг прервалась (хотя тут дело не в связи, мышка просто отключилась) у меня нет.

Я в очередной раз получил подтверждение того, что если демоны и пришли за мной, то даже не представляют где меня искать. Соответственно, можно и дальше копить силы и готовиться к серьёзному сражению в будущем. А то, если уж честно, я сначала переполошился, решив что меня наконец раскрыли.

В этот момент, будто по заказу, дверь в купе распахнулась, и внутрь, как стихийное бедствие, ворвалась Ирэн. Она тут же вскочила на свою койку и принялась меня звать:

— Алёша, Алёша, Алёшенька, ты не поверишь, тут такое говорят! — тут же затараторила она. — Говорят, на нас демоны нападали. Это так волнительно! Я даже вся взбудоражилась, готова была идти в бой, но оказалось, угроза уже прошла, даже не начавшись. Это так несправедливо...

Она говорила, даже не обращая внимания на то, что я лежал лицом к стене и изо всех сил изображал, что вижу сны.

— Ой, ну ладно вам, не будьте букой, я же вижу, что вы не спите, — будто прочитав мои мысли, произнесла девушка.

— Понятно, что не сплю, — буркнул я. — Поспишь тут с такими шумными соседями.

Однако, не только Ирэн мешала мне отдыхать. Спустя несколько минут проводник принёс на серебряном подносе спящую мышь. Ему было явно неловко, потому что он не понимал смысла происходящего, но я попросту схватил грызуна и засунул его в карман, чтобы моя любопытная попутчица не стала задавать лишних вопросов.

Но мои надежды были тщетны…

И все же мне стоит поаплодировать. У меня был большой опыт в методиках сбивания с толку женщин, которые я оттачивал на няне. Я довольно быстро смог отвлечь Ирен, рассказав, что это маленькое чучело на удачу. Благо мышка почти не шевелилась. После, девушка, поняв что я по-прежнему не склонен поддерживать беседу, отправилась обратно в купе к Снежинской, а у меня появилось время всё обдумать.

Глава 13. Академия

За своими размышлениями я и сам не заметил, как уснул. А проснулся лишь когда поезд стал замедляться.

Дверь в наше купе распахнулась, и на пороге появился проводник.

— А мы приехали, господа-курсанты, — громко объявил он. Поздравляю с успешно пройденным путём!

Ирэн, которая к тому времени уже вернулась на свое место, подскочила и захлопала в ладоши.

— Ура, ура, наконец-то! — возбуждённо воскликнула она. — Алёша, вы слышали? Уже приехали.

— Да, благодарю, — сдержанно кивнул я.

Судя по шуму, двери в соседних купе тоже пораскрывались, и оттуда выходили остальные ученики. Проводник откланялся, а я вдруг увидел, что за спиной старика стоял знакомый мне подросток. Это был Михаил Орлов.

— Алексиус, — махнул он рукой.

Я дружелюбно махнул в ответ.

— Был рад познакомиться, и спасибо за всё. Надеюсь, ещё увидимся, — произнёс он.

— Да, я тоже, — неопределённо ответил я.

Хотя последнюю часть фразы я не совсем понимал. Какие ещё у нас есть варианты? Вроде бы мы теперь все вместе будем учиться, хотя мало ли какие правила в Академии. Может, нас и разнесёт куда-то в разные места.

Ну да ладно, об этом я подумаю позже. Мне парень тоже понравился, и хоть я не стремился искать себе друзей, но Орлов вполне подходил на роль верного товарища. Он тут же вежливо поклонился и направился в сторону своего вагона.

— Ой, ты себе еще друзей нашёл? — с нотками ревности наигранно возмутилась Ирэн, однако в голосе её явно по-прежнему прослеживалось маниакальное дружелюбие.

— Да так, прогуливался перед сном, — ответил я.

— А почему без меня? — тут же возмутилась девушка. — Можно было бы вместе прогуляться, заодно бы продемонстрировали нашим будущим сокурсникам, что у нас с тобой союз.

— Успеется ещё, — отмахнулся я.

Я по-быстрому проверил свои вещи, затем раскрыл футляр, в котором когда-то лежала целая нагамаки, а теперь лишь два обломка от неё — клинок и рукоять. Горестно вздохул, закрыл футляр и закрепил на рюкзаке. Надо будет озаботиться ремонтом.

А всё-таки удобно путешествовать налегке. Пара секунд, и я уже готов двигаться дальше. В то время как Ирэн до сих пор пыталась понять, в каком порядке доставать свои чемоданы. Готов поспорить, что её вещи грузили слуги.

— Алёшенька, дорогой мой, — перешла Ирэн на “Ты” и посмотрела на меня щенячьими глазками, — не сочти за грубость и попытку эксплуатировать тебя, но, если ты поможешь скромной девушке вынести вещи, я буду тебе несказанно благодарна.

Она захлопала своими ресницами, а я ненадолго задумался. Может, сейчас её хорошенько поставить на место? Но что я от этого получу?

С одной стороны, это можно воспринять как слабость – знак, что можно и дальше меня эксплуатировать. Хотя, с другой стороны, как посмотреть. Это вполне может быть шанс ввести её в заблуждение. А то вот Ирэн напридумывает себе всякого и воспримет меня как простака и слабака, а потом, когда она расслабится, то очень пожалеет о своей неосмотрительности.

Если уж смотреть на ситуацию не через призму взаимоотношений между аристократией, то почему бы и не помочь девчонке? От меня не убудет. Да и отношения с другими учениками выстраивать мне придётся, хочешь не хочешь. А эта, пускай странноватая девушка, может вполне оказаться неплохим временным союзником.

— Конечно помогу, — В тон ей ответил я. — Но будешь мне должна, — с широкой улыбкой ответил я.

— Я вся к твоим услугам, — не без иронии ответила Ирен, театрально поклонившись.

Видимо, сон благостно на меня влияет, и настроение поднялось, и эта девушка уже не кажется мне такой надоедливой. Более того, я обратил внимание, что она весьма симпатичная.

Всё-таки спать хорошо. Ещё бы поесть что-нибудь вкусного. Всё же зря я не посещал местный вагон-ресторан. А живот тем временем настойчиво давал о себе знать. Но не время поддаваться слабостям. Я подхватил один из самых крупных чемоданов девушки, который по факту не должен бы быть таким уж и тяжёлым. Для меня, в принципе, любая тяжесть такого размера была бы по силам, если, конечно, не брать слиток металла или булыжник. Думаю, у девушки типа Ирэн такой поклажи с явно собой не будет. Максимум — какие-нибудь платьишки или другие дамские безделушки. Однако, стоит признаться, чемодан оказался действительно не таким уж и лёгким. А стоило мне его приподнять, как внутри звякнуло нечто металлическое. Я удивлённо посмотрел на неё.

— Это мои женские штучки, — хихикнула она, будто прочитав мои мысли и отыскав в них идеальное оправдание. — Всякое оружие, доспехи.

Я лишь невозмутимо пожал плечами и с показной лёгкостью, (не без помощи телекинеза), подняв чемодан, понёс его к выходу. Хотя, судя по ощущениям, весил он килограммов шестьдесят, не меньше.

Покинув поезд мы оказались на неширокой платформе, которая без каких-либо переходов превращалась в довольно обширную площадь. Там уже выстроилась часть будущих учеников, а также, поодаль, воины в доспехах, и офицеры в форменных мундирах.

— Это что за армия? — услышал я шёпот одного из учеников.

— Курсанты-старшекурсники, — ответил ему второй голос.

Пассажиры продолжали собираться на плацу. Воины, облачённые в доспехи, вроде тех, что сопровождали офицера в поезде, присоединялись к шеренгам с другими такими же воинами, что выстроились в дальнем левом углу плаца. Похоже у них не было с собой никаких личных вещей. Следом вышагивали офицеры, что занимали строй с подобными себе, в противоположной части плаца.

В центре площади стоял седой мужчина в чёрных доспехах и с зажатым подмышкой шлемом. Посмотрев на его лицо, я хмыкнул. Он мне показался очень знакомым, при том, что видел я этого человека недавно. Он действительно, как две капли воды, был похож на нашего проводника. Я попытался припомнить – когда мы выходили, о приезде объявил тот же самый проводник или другой? Я даже поискал глазами Ирэн, как она отреагирует на это. Девушка повела себя довольно ожидаемо. Она замахала рукой мужчине, при этом широко улыбаясь. Однако воин не обратил на неё никакого внимания, из-под нахмуренных бровей оглядывая копошащихся подростков.

Наконец, на плац вышли все пассажиры.

Я ожидал что сейчас будет перекличка, или нас с ходу начнут строить, но нет. Да уж. А вдруг кто-то потерялся?

Будущие ученики, следуя примеру других присутствующих на площади, попытались выстроиться в несколько шеренг, однако обилие вещей, сваленных за спиной каждого из подростков, это заметноусложняло. Но стоит отметить — порыв продемонстрировать дисциплину и порядок какой-то да был. В итоге ученики построились в три шеренги подражая офицерам и воинам.

Мужчина в чёрных доспехах, тот, что был так похож на проводника из поезда, выступил вперёд. Из-под седых кустистых бровей он оглядел ряды учеников. Я быстро пересчитал, нас оказалось аж шестьдесят три человека.

— Итак, курсанты, приветствую вас в рядах будущих воинов Муромской академии. Вы теперь будущие муромцы, свет и лицо нашей империи на поле боя.

Вот это да, даже я проникся от такой торжественности.

Я своим ученикам обычно показывал где они будут спать, а ещё объяснял что с ними случится, если они будут меня раздражать.

Над плацем повисла тишина, придавая значимости сказанным словам.

— Надеюсь никто из вас не пребывает в иллюзии, что он отправляется на курорт. В любом случае, в скором времени вы лишитесь подобных заблуждений. Отныне вы больше не имеете права расслабляться и терять бдительность. В любой момент вас может подстерегать бой или испытание. И ваша задача всегда быть готовыми принять вызов судьбы и победить. Другого варианта у вас нет. Альтернатива — бесславная смерть.

После слов ректора, повисла недолгая пауза, которая, впрочем, тут же нарушилась рёвом воинов и офицеров:

— Вперёд к победе, ни шагу назад!

Воины отсалютовали и замолкли, а мужчина продолжил:

— Представлюсь: Я — ректор Академии, генерал-полковник Александр Павлович Седов. Я буду следить за тем, чтобы вы получили достойную нагрузку и вышли из стен Академии закалёнными воинами.

Я огляделся по сторонам. Что-то самой Академии-то не видно. Выстроили нас на плацу, а не где-то. И куда нам придётся ещё шагать, чтобы наконец добраться до этой самой крепости? Видимо первое испытание дотащить свои вещи и выжить. Ирэн со своими чемоданами точно проиграет.

Тем временем ректор продолжал:

— Части из вас посчастливилось подвергнуться первому испытанию на своём пути в поезде, что привёз вас сюда. И смею признать, что будущие ученики показали себя с лучшей стороны. Кто-то проявил осмотрительность и рассудительность.

Я вдруг заметил, как откуда-то сверху стали бить лучи света, и поднял голову. Какая любопытная магия. Вроде никаких фонарей нет, а лучи бьют из какого-то невидимого источника метрах в пятидесяти над нами. Да так ярко, что при свете дня лучи были вполне отчётливо видны, будто в темноте.

Несколько толстых столбов света тут же высветили из нашей шеренги около десятка учеников. Среди них я увидел недавнего знакомого Дмитрия Лебедева.

Видимо местное руководство оценило его осмотрительность. А остальные ученики? Видимо испытание проходили не только мы. К тому же, подтвердилась версия, что в поезде за нами наблюдали.

— Кто-то проявил доблесть и целеустремлённость, хоть и соседствующую с безрассудством.

Я заметил ещё один пучок лучей, на этот раз иного цвета. Луч, который высветил Лебедева, имел голубоватый оттенок, а тот, который только что высветил шестерых учеников, в том числе и Росомахина, приобрёл оранжевый цвет. К своему удивлению, я увидел что и Ирен удостоилась такого же луча. И когда она успела засветиться? Хотя она в поезде была ещё до моего появления.

— Кто-то выступил как опора и поддержка для товарищей.

Еще пучок из семи лучей. Слева от меня такой луч высветил Михаила Орлова. Его осветило зелёным цветом. Парень сначала удивлённо заозирался, а потом смущённо улыбнулся. Цвет этих лучей, судя по всему, что-то да значил, вот только я ни о чём подобном раньше не слышал.

— А кто-то, — продолжил ректор, — проявил истинную доблесть, твёрдость характера, быстрый ум и волю к победе.

На этот раз луч высветил всего двоих учеников, одним из которых был я, чему уже не был удивлён. Единственное, меня заинтересовало, какого цвета будет луч. Он оказался красновато-золотистого цвета. Находясь в световом столбе, определить его оттенок было непросто, но я глядел вниз под ноги, где была вытоптанная светло-бежевая глинистая почва. Разглядев необходимое, я принял невозмутимый вид и продолжил смотретьвперёд.

Однако по рядам воинов и офицеров пронёсся шепоток, а затем воины вдруг вынули свои мечи и отсалютовали. Снова прогремел их девиз.

Интересно, это они меня так привечают? Или так принято?

— Красно-золотой — это очень хорошо, — уголком губ произнёс Михаил Орлов. — С одной стороны, скажу, что тебе повезло. С другой стороны, учитывая, что ты там устроил в поезде, это совершенно заслуженно. Даже не буду говорить, что тебе завидую. Тебя вполне могут сразу сделать командиром пятёрки.

Я едва заметно кивнул. Остальные ребята старались смотреть перед собой, но я то и дело замечал искоса направленные в мою сторону взгляды. Второй ученик, что удостоился того же луча, стоял слишком далеко от меня и я не смог его рассмотреть. Судя по реакции, это было нечто необычное.

Ректор снова продолжил:

— С этого момента, ваш послужной список получил первое достижение. — я вдруг заметил, что вокруг левого запястья образовалось световое белое кольцо, на котором, небольшой бусиной горело золотисто-красное пятно. Краем глаза увидел, что у остальных учеников появились такие же кольца, а у Орлова на браслете, разглядел зелёное вкрапление.

Ну, теперь понятно почему не было переклички. Похоже мы всё время были у них под наблюдением.

О таком я тоже не слышал, видимо какая-то система внутреннего рейтинга и контроля. Любопытно.

— Получивших отличительные черты учеников поздравляю, но и предостерегаю. Не думайте, что дальше будет легко. На пути вас будет ждать ещё много испытаний, да таких, что пережитое покажется вам пустяком. Остальные же берите пример со своих товарищей и готовьтесь к тому, что испытания будут настигать и вас. Как я уже говорил, всех ждёт непростое время, наполненное испытаниями и житейскими трудностями. Можете забыть о мягких перинах, прислуге и всём том, что присуще аристократам.

Я едва подавил улыбку. Испугал он меня отсутствием перины... Я больше сорока лет спал и медитировал на голом камне в грубой пещере. У меня даже был любимый булыжник, который упирался мне в позвоночник. Сначала я не понимал всех его прелестей, а потом так проникся, что какое-то время спать без него не мог.

— Я вижу решительность на ваших лицах и рад вашему настрою, — продолжил ректор. — Что ж, отправляйтесь в здание академии.

Ректор воздел вверх руку с зажатым кулаком, и прямо из глинистой поверхности, в пятидесяти метрах за его спиной, из земли стало подниматься нечто острое и массивное, больше всего напоминающее шпиль башни. По мере того, как это нечто возвышалось над нами, тем больше вырисовывалась общая картина. Из-под земли будто гриб после дождя росла довольно массивная крепость. Причём та самая, в которой мы будем учиться, я её видел на картинках, и опознал верхнюю часть.

Я, если честно, был впечатлён и восхищён такой мощью. Пускай я в это мире видел не столь многое, но кое-что в местной магии понимал. Да и отец мой был не последним магом. Признаться, такую мощь я не ожидал ни от кого.

Я потянулся сознанием, пытаясь нащупать, что это за магия и что на самом деле делает ректор. Неужто он прямо вручную собирает этот замок при помощи магии?

Однако, чуть разобравшись, я и вовсе едва удержался от того, чтобы не поаплодировать генералу. Он не создавал замок. Крепость поднималась из огромного портала. Не знаю, где раньше находилась эта махина и как удаётся удерживать её на весу, тем более переносить из какого-то иного пространства. Но факт остаётся фактом. Ректор при помощи силы своей магии, не знаю, личной или полученной от артефактов, буквально переносил замок из другого пространства через разрыв в реальности. И это не укладывалось в голове.

Магия разума — тонкая наука. Но прежде такое могущество мне было не подвластно. И если в этом мире я научусь чему-то подобному, я вернусь в свой родной мир ещё более сильным, чем был. И тогда, уверен, дорожка к пути Бога будет для меня куда как проще, чем раньше.

Тем временем крепость твёрдо застыла на земле, будто всегда там и стояла, а портал закрылся. По крайней мере, замок полностью оказался в нашем мире. Как это было произведено? Каким образом проводились расчёты? Почему замок с такой точностью оказался на поверхности? Даже если бы он завис в паре сантиметров от земли, он бы наделал очень много грохота, приземляясь. Нет, восхитительная магия! Я и сам в своё время вполне мог устроить локальное землетрясение с разломами и катаклизмами, но легко мне это не давалось. (На чём меня и подловил в своё время Максимус). Но такое провернуть я бы точно не смог.

И, кстати, вот ещё вопрос: был ли кто-то в это время в замке? И если да, то что они чувствовали при переносе? Всё больше вопросов, которые будоражат моё воображение. Я буду не я, если не узнаю всё в подробностях.

— Добро пожаловать в военную академию имени Ильи Муромца! — объявил ректор, — Отправляйтесь в обеденный зал. После этого вы будете распределены по отрядам.

Глава 14. Армия начинается со столовой

Впечатлённые курсанты застыли, не понимая, как реагировать на приглашение ректора. Во-первых, всех, как и меня, удивило появление Академии. Во-вторых, не совсем было понятно, что делать с вещами. А объяснять пока что никто ничего не спешил. Действовать на своё усмотрение и нарваться на замечания, тем самым выставив себя не в лучшем свете, никому не хотелось.

Ректор уже развернулся и зашагал к крепости. Две шеренги, где стояли воины и офицеры, пока не двигались, воздев в салюте мечи. Однако в следующий миг от тех рядов отделились две группы. В одной было двенадцать воинов, в другой — три офицера. Они уверенно зашагали к ученикам, где-то на середине пути образовав клин.

Наконец процессия подошла к нам. Лица у воинов и офицеров были на удивление молодые. Думаю они были почти нашими ровесниками. Один из молодых офицеров восточной внешности, с лихо закрученными усами, критично нас оглядел, затем громко произнёс:

— Ну что, добро пожаловать, господа юнкера, — объявил он. (Кажется юнкер это устаревшее название курсанта.) — Уверен, вы не посрамите честь Муромской Академии. Хватайте вещи и следуйте за мной в зал. По любым вопросам обращайтесь ко мне или к любому из нас. А сейчас идём, — он махнул рукой, приглашая новое пополнение последовать за ним. Однако вежливо подождал, пока ученики смогут собрать свои вещи.

Я тут же подхватил тот самый чемодан Ирэн, дождавшись благодарного кивка девушки. Девчонка тоже схватила сумку и менее громоздкий чемодан, после чего мы переместились поближе к офицерам, ожидая других учеников и готовые направиться вперёд.

Вопросов у меня было масса, но выделяться и первым расспрашивать офицеров мне не хотелось. Со мной поравнялся Михаил Орлов. Я припомнил – он отметил то, какой луч мне достался. Из этого я рассудил, что он что-то да знает. В общем, офицеров я ещё успею порасспрашивать, а потешить своё любопытство и узнать чуть больше информации можно уже сейчас от своего нового товарища.

— Михаил, мне показалось, вы знаете, что это за браслет? — подойдя к Орлову, спросил я, демонстрируя своё запястье.

Михаил, отчего-то с опаской искоса взглянув на офицеров, осторожно кивнул.

— Да, знаю, — шёпотом ответил он.

Я посмотрел на его запястье, однако там больше не было белого браслета с зелёной бусиной. Интересно, он его как-то спрятал или этому есть другая причина.

— Нам скоро всё расскажут, но есть правда нюансы и свои секреты, — оглядевшись по сторонам и убедившись, что нас не подслушивают, ответил Михаил.

— Может, отойдём, — предложил я, покосившись на любопытную Ирэн, но она о чем-то уже говорила с другим курсантом.

Парень явно был взволнован, но в то же время ему хотелось поболтать, поэтому я решил воспользоваться возможностью. Оставив вещи, мы отошли от группы собирающихся учеников. Ждали Снежинскую и еще пару ребят, у которых было больше пяти чемоданов.

— Эти браслеты теперь как наше персональное досье, где будут собираться все наши достижения, ну и провалы — принялся объяснять он. — подвиги и всё остальное. Но это только для нас, курсантов и выпускников Муромской Академии. Все ученики, которые прошли обучение, будут как… семья.

Мне показалось, что, подбирая слово, Михаил чуть замешкался.

— Кроме достижений, на нём ещё копятся некие баллы. Это как внутренняя валюта нашей Академии, которую можно тратить на разное. Например, если хочешь получить какой-то уникальный урок от одного из преподавателей, или, например, заполучить редкое оружие у оружейных мастеров Академии.

— Любопытно, — пробормотал я, внимательнее оглядывая свой браслет. — Кстати, а почему я ваш браслет больше не вижу? — спросил я.

— Они же почти сразу исчезают и видны только владельцу, ну или во время каких-то мероприятий, когда их необходимо предъявлять, — пожал плечами Михаил.

— Хм, понятно, — задумчиво произнёс я. — А как те баллы получать?

— Так они сами начисляются за всякие достижения и дуэли. Уверен, у вас уже какие-то баллы набежали за ваши победы, — ответил Михаил.

— И как это узнать? — я покрутил запястьем, пытаясь увидеть хоть что-то.

— Надо сосредоточиться на этом кольце, но я сам ещё не разобрался. Нам объяснят, как им пользоваться, попозже. Так что по этому поводу не переживайте.

— А что означают цвета этих лучей? — спросил я.

— Это градация и типы достижений. Например, зелёное достижение, связано с помощью товарищам на поле боя. Такие обычно получают воины поддержки. Лекари например. А вот ваше, означает героическую победу. Такое получить непросто даже опытному воину. Это значит что вы победили заведомо более сильного противника, сами не пострадали, да еще и спасли людей. Ну это в вашем случае, — он улыбнулся. — У всех это индивидуально. А то что у нас двое таких на курсе, это вообще удивительно. Такое бывает не часто даже на поле боя.

— Понятно, — ответил я. — Благодарю, что рассказали.

— Только не говорите никому об этом, — отчего-то смутился Михаил. — Видите ли, нам правила ещё не объявляли, но обсуждать с кем-то, кроме учеников Академии, внутренние дела не принято. За это особого наказания не будет, но считается дурным тоном. Мне дядя кое-что рассказывал, когда приезжал домой, но делать этого я не должен был.

— Понятно, — коротко кивнул я, давая понять, что принял к сведению и языком болтать не собираюсь. — В любом случае мы уже ученики академии, так что вы не нарушаете правил.

Михаил, улыбнувшись, кивнул.

Теперь стало ясно, почему он так оглядывался и говорил со мной шёпотом.

К слову, стоит отметить, поведение Ирэн. Когда мы отошли в сторону, она явно поняла, что мы хотим о чём-то своём поговорить, и не вмешивалась. Всё-таки не всегда она ведёт себя как невоспитанная и взбалмошная девчонка. По крайней мере, хоть какое-то понимание о такте у неё присутствует. Хотя странно было бы, если бы этого не было, ведь она аристократка.

— Кстати, кроме курсов и покупок, баллы можно тратить на то, чтобы заявлять права на статусы, — вдруг, искоса глядя на меня, заявил Орлов.

— Какие такие статусы? — тут же уточнил я.

— Во-первых, нас сегодня распределят по отрядам. Если вы захотите поменять специализацию, это нужно будет подтвердить. Ну а чтобы подтверждение запросить, нужно заплатить баллами. А ещё, к концу курса, кто-то из нас станет командиром звена. Если, например, кто-то будет не согласен с назначенным командиром, он тоже сможет за счёт баллов бросить ему вызов, чтобы доказать, что он больше достоин этого звания.

— Спасибо за информацию, — поблагодарил я, кивнув.

Это действительно любопытно. Чувствую, учёба будет весьма интересной. По крайней мере, рано или поздно внутри нашего курса начнётся здоровая конкуренция, а такое я люблю.

Наконец, ученики разобрали вещи и собрались. Я вдруг понял, что все собравшиеся теперь ждут только нас. (Кстати, воины и офицеры, уже скрылись в недрах крепости). Переглянувшись с Михаилом, мы направились к тому месту, где оставили свои чемоданы. Подхватив вещи, мы длинной шеренгой направились следом за офицерами и воинами.

Наконец, мы оказались у ворот замка.

Перед нами открылись широкие створки, за которыми показался длинный коридор с высоким сводчатым потолком. Миновав коридор, мы оказались перед ещё одними воротами, которые сами собой распахнулись перед нами. А уже там показался довольно просторный зал, заставленный длинными столами. Судя по всему это была столовая. Правда размерами, она могла посоревноваться с площадью какого-нибудь провинциального города.

Я ожидал свойственной аристократам вычурности, но убранство было довольно скромным. Простые кирпичные стены, тяжёлая дубовая мебель. Ученики сидели на скамьях вытянувшихся вдоль столов. С высокого сводчатого потолка свисали здоровенные кованые люстры.

Большая часть мест была занята (за какими-то уже сидели курсанты, в доспехах или офицерских формах. А еще часть столов занимали сейчас те самые офицеры и воины, что встречали нас на плацу). Свободны были лишь три стола, располагающихся в углу у правой стены помещения. (Причём на отдалении от остальных). Собственно, туда нас и повели.

Я демонстративно игнорировал взгляды, что бросали на нас присутствующие в зале. Все новички тоже вели себя сдержанно и не вертели головами, даже Ирэн присмирела. Хотя от любопытства так и распирало – все хотели посмотреть, кто же там сидит.

Однако кое-что различить всё-таки удалось. Как я понял, основная часть столов была занята другими учениками Академии старших курсов. Ряды у дальней стены занимали офицеры и воины. Был ещё один стол, тот располагался перпендикулярно всем остальным столам. За ним сидела группа людей в офицерской форме. И, судя по знакам отличия, там явно был командный состав — генералы и полковники. Наверное, это были преподаватели.

Кто-то из командиров внимательно следил за нами, кто-то разговаривал о чём-то, между собой совершенно не обращая внимания на новое пополнение.

А до меня вдруг дошло — а ведь все они явно сидят давно. Уже как минимум минут десять — пятнадцать. А значит, замок был перенесён из портала в процессе приёма пищи. И это удивительно. Интересно, ощущали ли они перенос? Трясло ли столовую? Были какие-то сотрясения или ещё что-то? И как вообще отразилось на жителях крепости перемещение и левитация такого огромного здания? Трещин на стенах вроде нет, да и никого не укачало. Определённо, исключительная магия.

Стоило нам дойти до столов, как офицеры, сопровождавшие нас, заняли места во главе каждого из них. Двенадцать воинов в доспехах также поделились на три группы и уселись по правую и левую руки от офицеров. Логично было предположить, что остальные места предназначались для учеников. Осталось только решить, куда девать вещи. Но и тут всё решилось.

В углу, недалеко от столов, обнаружились стеллажи.

— Вещи туда сложите, — подсказал тут же один из офицеров, указав на эти самые полки. — И давайте, усаживайтесь, да принимайтесь за еду. День ещё не скоро закончится, вам понадобится много сил.

Сказавший это офицер был, на удивление, молодым, по крайней мере, выглядел таковым. Он был блондином, у него было открытое безусое лицо и глубокие прямо-таки синие глаза. Можно было бы сказать, что он похож на подростка, если бы не глубокие морщины, прорезавшие напряжённый лоб.

Все ученики тут же последовали его примеру и принялись складировать вещи. Я то и дело натыкался взглядом на своих недавних знакомцев. Лебедев всё время находился рядом с Росомахиным, и мне казалось, что он оттесняет его подальше от кого-то. Я этим заинтересовался и почти сразу понял от кого именно. Снежинская также старалась держаться от Росомахина как можно подальше. А Лебедев, видимо, со своей стороны, всеми силами пытался не допустить встречи неприятелей.

Увидел я и двух парней, что до этого резались в карты и погубили одного из моих шпионов. Они как раз обсуждали результаты одной из партий и о том, кто из них шулер, и кто кому, что должен.

В целом, никто ни о чём интересном не говорил. Больше обсуждали впечатления от поездки, или от появления Академии, или старика ректора, который показался им каким-то несерьёзным, и всякую подобную дребедень.

Очень хотелось отправить Мики к преподавательскому столу и послушать о чём беседуют там. Но пока лучше не рисковать.

Я довольно быстро справился со своими вещами и чемоданом Ирэн, после чего направился к столу.

Мне показалось, что в зале повисло какое-то магическое поле, но что-то конкретное определить не смог. Но это и немудрено. Думаю крепость до самого основания пронизана магией.

Едва, по привычке, не занял место напротив офицера, но решил до времени пока не выделяться и уселся посередине. Слева от меня уселся Михаил Орлов. Судя по всему, он решил держаться пока рядом со мной. Справа уселась Ирэн, да с таким видом, будто это её законное место. У меня даже появилась хулиганская идея взять и пересесть, да посмотреть на лица моих новых товарищей, но сдержал порыв.

— Ну что как вам впечатления об академии? — бодро поинтересовалась Волкова.

Я в ответ лишь пожал плечами, зато ответил Росомахин:

— Слишком помпезно, — хмыкнул рыжий барон. Он разместился недалеко от Ирэн. — Сидят все важные, а нас в дальний угол отселили.

Между бароном и Волковой уселся и Лебедев, который в очередной раз приветливо мне кивнул, (правда, я так и не понял, с какой целью — приветствует меня или ждёт какой-то встречной реакции). В ответ на вопрос Ирен он произнёс:

— Думаю, у этого есть какой-то смысл. Опять же, как я знаю, испытание проводится сразу после обеда, наверное нас поэтому и отселили.

Снежинская, немного помешкав, уселась на место, расположенное как можно дальше от ненавистного барона — она явно демонстрировала то, как сильно не хотела находиться с ним рядом. В то время как Росомахин вообще на неё никак не реагировал. Хотя неправда. Нет-нет, да косые взгляды на неё бросал. Но здесь, я думаю, была простая обида из-за того, как она с ним обошлась. По крайней мере, гнева он не испытывал.

Да и вряд ли Росомахин стал бы таить злобу на девчонку, пускай она и является сильным воином. Вдобавок к характерной ему отваге и слабоумию, у барона были представления о чести и достоинстве. По крайней мере, хоть он и был ершистым, но до некрасивых сцен вряд ли бы опустился. По крайней мере, стоит на это надеяться.

Несмотря на то, что стол был заставлен различными яствами, юные аристократы, рассевшись по своим местам, к еде прикасаться не спешили. Хотя, как мне показалось, многие испытывали голод. Возможно, я просто сужу о всех по себе. По крайней мере, я бы сейчас с удовольствием что-нибудь съел.

— Приступайте к еде, — кивнув чему-то своему, скомандовал тот самый офицер с лихо подкрученными усами, что первый обратился к нам на плацу.

Ученики со свойственной им аристократической аккуратностью принялись есть. Еда была простая, но довольно вкусная.

Пару кусочков я положил рядом, чтобы покормить Мики и её товарку.

После того как с едой было покончено, раздался звон. Ученики закрутили головами, пытаясь определить источник звука. За столом преподавателей, ректор Седов стучал по высокому бокалу ножом, привлекая всеобщее внимание.

— Раз все пообедали, предлагаю приступить к распределению нового потока, — заявил он. — В этом году у нас шестьдесят три ученика. — в зале раздались неуверенные аплодисменты, которые, впрочем, стали набирать силу. — На данный момент, нам необходимы отряды следующих направлений: штурмовики, разведчики и магическая поддержка. О каждом из вновь прибывших учеников, у нас уже собрана поверхностная информация. Что-то получено от учителей и опекунов, что-то мы успели собрать сами, оценивая по тому, как вы реагировали на опасности, с которыми столкнулись. Но в любом случае, вам ещё только предстоит себя показать и доказать, чего вы стоите. Для кого-то из вас уже есть рекомендованное место в том или ином отряде. Однако мы не лишаем вас возможности и самим решить, какое направление для вас важнее.

Тем временем к нашему столу прибыло ещё шестеро воинов в доспехах. Они поделились на три группы, по двое человек, и встали позади каждого из офицеров, будто чего-то ожидая.

Я хоть и слушал ректора, но по сторонам глядеть не забывал.

Многие ученики внимая речи об осторожности забыли, поэтому не заметили появления новых воинов. А кто-то был более внимательным и заволновался. Над столами пронеслись шепотки, ученики то и дело косились на новоприбывших, толкали локтями товарищей, привлекая внимание.

Ректор тем временем продолжал:

— Итак, об специализации отрядов: Обучение штурмовых отрядов направлено на достижение максимальной силы, выносливости и убойной мощи, необходимых для организованных атак, способных обратить в бегство любого врага.

Отряды, специализирующиеся на разведке и диверсиях, направлены больше на скрытые и эффективные операции, способные кардинально повернуть ход боя в свою пользу, при этом не подвергая себя опасности и не вступая в прямые столкновения.

Отряд магической поддержки направлен на причинение огромного вреда противнику посредством магии, а также обеспечение поддержки штурмовых и диверсионных отрядов. В любом случае, работать вы будете вместе. И вам предстоит учиться функционировать как самостоятельными группами, так и в составе взводов и рот.

В ходе обучения вы всегда сможете поменять специализацию, если вас заинтересует фокусировка на той или иной науке. Но для этого вам нужно будет заслужить это место. Ваши наставники объяснят вам, как нужно действовать и что для этого нужно будет предпринять.

Речь была затянутая, но чёткая и понятная. По крайней мере, мне всё было ясно.

Слушая речь ректора, я дожёвывал здоровенную и, на удивление, вкусную сосиску. Очень уж она мне понравилась. Или я просто очень сильно проголодался. Но и наедаться не спешил.

Вместе с тем, я продолжал смотреть по сторонам, ожидая подвоха. Если придётся сражаться, (а чего-то подобного я и ожидал, это ведь военная академия), лучше не переедать.

Что касаемо речи ректора, в принципе, всё понятно. Три рода войск: поддержка, разведка, способная нанести огромный удар, и штурмовики, которые будут принимать лобовое столкновение. Вопрос только, как они будут нас проверять. Наверно, заставят сражаться друг с другом. Я бы, на их месте, нечто подобное провернул.

Кстати, как-то раз у меня был такой случай, когда мне в ученики напросились сразу двое. Один, посланный придворными, — наёмный убийца. Ну, здесь всё стандартно. А второй — простой паренёк из деревни. Я им сказал, что ученика на этот раз я возьму одного, поэтому им самим придётся как-то решить, кто будет обучаться у меня.

Ожидаемо, началась драка.

В тот раз победил паренёк из деревни. Но, как оказалось, это была очередная хитроумная выдумка прихвостней императора. Это был ещё более успешный ученик Академии Плаща и Кинжала, притворившийся деревенским пареньком. (Ну а как бы деревенский увалень одержал верх над обученным ассасином?) Аристократы думали, что я потеряю бдительность, подпущу этого деревенского парня слишком близко. Но он не продержался и трёх лет. Слишком уж наглый был, не понравился он мне. Думал, что он самый умный, вот и сгинул в бездне с демонами.

Тем временем я ощутил возмущение магии.

На всякий случай отправил мышей к стойке с вещами. Мало ли что сейчас будет, а лишаться шпионов я не хочу.

Со столов куда-то пропала еда, в том числе и сосиска которую я не успел доесть. А следом над залом пронесся возглас ректора:

— Итак, начнём!

В следующий миг трое офицеров и восемнадцать воинов вскочили на ноги и выхватили из ножен клинки.

Глава 15. Испытание

Как я и ожидал, начинается что-то интересное!

Воинам до меня было далековато. Между нами было ещё, по меньшей мере, десяток человек. Да и позиция у меня удобная — со спины никто не зайдёт. К тому же, маяки заработали на полную мощность, контролируя обстановку вокруг. Потихоньку я стал выстраивать телекинетический щит.

Оценил на глазок расстояние. Моя третья рука дотянется до каждого из противников. Если на каждого из них потребуется один удар, справлюсь с ними секунд за тридцать. Но это будет совсем не интересно. Во-первых, я скрываю свой телекинез, а во-вторых, если я просто отойду в сторону и понаблюдаю, я ведь могу узнать столько всего интересного.

Тем временем, один из воинов сходу пнул находящегося рядом с ним ученика. Тот не успел отреагировать на стремительно изменившуюся и ситуацию потому пропустил удар. Парня отшвырнуло в сторону. Как по мне, досталось ему даже слишком сильно, надеюсь, он выживет.

По крайней мере, ректор не зря говорил об испытаниях, которые нас будут теперь подстерегать на каждом шагу и о том, что нужно быть начеку. Этот парень за этим не уследил, вот и получил своё. Вычёркивается из списка полезных кадров, но пока карандашом.

Все курсанты, сидящие за столом, всего лишь подростки, и для них это, может показаться жестковато. Но, как по мне, только так и закаляются герои.

Заметил как двое учеников попытались вскочить на ноги, но скамья сыграла с ними злую шутку, и они попросту повалились на спины. Остальные оказались расторопнее. Один из учеников, каменным кулаком отшвырнул скамейку прочь. Причём так удачно, что я едва увернулся от неё.

Сохраняя невозмутимый вид, я поднялся на ноги. Совершенно проигнорировал пролетевший мимо стул.

Рядом со мной по-прежнему сидел Орлов, распахнув от удивления глаза. Хотя взгляд его и метался по сторонам, оценивая обстановку. А вот Ирэн уже насторожилась и волком смотрела в сторону бойцов. В следующий миг она начала действовать. Выбросив вперёд руку, она запустила нечто светящееся в того самого воина, что атаковал зазевавшегося паренька. Что-то в положении тела девушки показывало, что она найдёт чем удивить даже профессиональных бойцов.

— Миша, заряжай своё копьё! — скомандовал я, приводя товарища в чувства, одновременно с этим сформировал телекинетический кулак.

Один паренёк плотного телосложения, покраснев от натуги, потрясал кулаками и вопил во всю мощь лёгких:

— Да вы знаете, кто я? Вы что себе позволяете? Мой отец приедет и такое здесь вам устроит, камня на камне от вашей Академии не оставит! Я потомок великого рода Акуловых! Вы поплатитесь за ваши выходки!

Этого паренька вырубили спустя десять секунд. Он практически тут же получил какой-то дальнобойной атакой в грудь и завалился на спину. Видимо, таким образом его невежливо попросили умолкнуть.

Ещё один паренёк попытался сбежать, но натолкнулся на стену купола огородившего наш угол.

Воины были защищены и вооружены достаточно хорошо, в то время как мы в дорожной одежде и безоружные. В голове тут же возник образ дяди Михаила Орлова, который в поезде разметал демонов в пух и прах. Надеюсь, эти воины не настолько умелые, иначе у нас просто не будет шансов. (На первый взгляд доспехи у них чуть другие, но и я с точностью не определю). Иначе тогда, какой в этой бойне вообще был бы смысл? Убить всех учеников сразу? Ну, это ведь нелогично. Вот хорошенько отлупцевать и показать своё место — это да, это будет даже полезно, но точно не убивать.

Поэтому импровизируем, действуем по ситуации, а там — как карта ляжет. Сначала нужно проверить, на что эти воины вообще способны, и к чему стоит готовиться. Демонов я уже попробовал на зубок, а местных воинов пока нет.

Я рванул тесёмку на мешочке, мой телекинетический кулак тут же напитался песком. Недолго думая, я хорошенько размахнулся и впечатал напитанное песком ядро прямо в голову одного из ближайших бойцов.

К моему удовлетворению, воин пошатнулся, затем отступил на пару шагов и потеряв равновесие упал на задницу. Удара оказалось достаточно, чтобы пробить защиту и отбросить серьёзного противника. Не такие уж они и непробиваемые. Но не время доминировать. Надо и другим дать возможность показать себя.

Собственно, чего-то подобного я и ожидал.

Но и действовать не забывал.

Ближайшего к себе противника я вывел из строя и даже наметил следующую цель, из тех кто может проявить излишнее внимание к моей персоне. Одновременно с этим, вертел головой по сторонам, оценивая обстановку. Ученики уже начали осознавать, что им устроили такую неожиданную и до крайности подлую проверку. Реагировали они по-разному, но в основном, бездумно принялись атаковать своих новоиспечённых противников, качать права, или вовсе ловить ворон.

Более воинственные ребята хаотично посылали несильные заклятия из серии копий, стихийных кулаков и огненных шаров, которые в большинстве своём имели слабую эффективность против латников и офицеров.

Офицеры хоть и были в мундирах без доспехов, но вокруг них образовались энергетические щиты, поглощающие любые атаки. Эти противники посерьёзнее будут, надо тоже проверить насколько они крепкие.

Тем временем все присутствующие в зале, (кто не участвовал в драке), спокойно наблюдали за нашей схваткой. Видимо им очень интересно…

Я попятился назад, держа происходящее в поле зрения. Мне ведь необходимо иметь возможность реагировать на любое развитие событий. Телекинетическая рука, то и дело атаковала бойцов и офицеров, периодически сбивая их с ног. Правда я обращал внимание на противника только в тех случаях, когда под угрозой был один из новичков, кого я не успел достаточно хорошо изучить.

Сбоку от меня пристроился Орлов. Как ни странно, Лебедев тоже предпочёл держаться поближе ко мне, то и дело поглядывая в мою сторону, будто ожидая указаний. Это что же, я так легко добился признания и уже воспринимаюсь как командир?

Росомахин же, напротив, судя по затрепетавшим волосам, принялся готовить какую-то свою магическую атаку.

Краем глаза заметил, что вокруг Снежинской, которая зачем-то встала на скамейку, тоже собралась небольшая группа: двое парней и девушка. Видимо, её так называемый званый обед в честь дня рождения не прошёл даром, и она в каком-то роде стала неформальным лидером.

На глаза попался паренёк, который уже успел наделать дел в поезде, тот самый, что убил мою мышку. Видимо, попытался провести тот же самый приём и запустить в них огненным снарядом, но оказался слишком близок к воинам, которые тоже времени зря не теряли. Его атака разбилась о щит ближайшего офицера, а следом до парня дотянулся меч одного из воинов.

Тем временем, часть учеников уже лежали оглушённые. (По крайней мере трупов я не видел).

Судя по тому что нигде не было крови, здесь действовали правила тренировочной площадки. Ученики, которым не повезло, просто пребывали в стазисе. Видимо это и есть результат той магии которую я почувствовал, когда подходил сюда.

Паники не было, но и достойным сопротивлением даже не пахло.

Наши противники выстроились в клин и методично раздавали удары мечами направо и налево всем до кого могли дотянуться.

К слову, я заметил, что магия особо вреда воинам не причиняет. Защитные оболочки посверкивали, когда особенно мощные удары приходились по ученикам или тем же офицерам, которые не были облачены в доспехи.

Бой тем временем разворачивался нешуточный. Не прошло и пары секунд, а уже больше десятка учеников валялись поломанными куклами, а воины выкашивали всех до кого могли дотянуться.

Даже как-то обидно стало за новичков. Неужто мы так легко продуем, с троекратным численным перевесом. Надо брать ситуацию в свои руки.

— Все ко мне, живо! — рявкнул я, одновременно с этим подкинув один из столов в воздух, чтобы следующим ударом отправить его прямо в группу атакующих.

— Вы что себе позволяете, сударь? — тут же последовали возмущённые голоса со всех сторон.

— Как вы обращаетесь к аристократам?

— В какой деревне вас растили?

Я не отреагировал. По крайней мере, на этих возмущённых увальней мне плевать. Зато, кому надо было, те услышали, и ко мне присоединилось ещё пятеро незнакомых ребят: четыре парня и одна девушка. Ирэн, продолжая осыпать противников своими атаками, тоже попятилась в нашу сторону, явно узнав мой голос.

Тяжёлый стол, хоть и не причинил противникам особого вреда, но на краткий миг перекрыл обзор противникам и заставил их смешаться.

Почувствовал нечто неладное. Прислушался к себе и сразу понял в чём дело. Мики и её товарка так прониклись происходящем, что решили поучаствовать.

Две крошечные мышки, оскалив зубки неслись к ближайшему воину.

— А ну стоять! — прошипел я, послав импульс не в меру воинственным зверькам. — Назад в сумку!

Мики возмущённо пискнула. По крайней мере, мысленный импульс был недобрый.

В следующий миг я заметил, как над тем местом, где расположились хвостатые, начал распускаться огненный цветок. Миг, и из центра цветка, ударил яркий луч. Атака пришлась на ближайшего ко мне воина. Его отшвырнуло как куклу и протащило по полу пару метров.

Упс. А такого даже я не ожидал. Видимо Мики освоила таки ядро силы.

Игнорируя возмущённые писки, вынул камень из ауры мышки и придавив грызуна силой, принудительно отправил её прятаться в чемодан. Ишь какая воинственная. Но потом с этим разберусь.

Убедившись что приказ выполняется, переключился на битву.

Ирэн что-то скомандовала, выбросила вперёд руку, будто швыряя нечто невидимое. В воздухе перед ней материализовался летящий волк, который полыхнул золотистым светом. Зверь тут же приземлился на четыре лапы и помчался по широкой дуге намереваясь зайти воинам за спины.

Левую щёку обожгло ледяным воздухом. Я краем глаза заметил, как мимо меня пролетело нечто массивное, но при этом прозрачное, заставляющее воздух вибрировать. Кажется, это было воздушное копьё Орлова.

— Атакуем их разом, — скомандовал я. — Договариваемся о целях. Попробуем вывести их из строя по одному.

Кто-то, коротко кивнув, дал понять, что услышали меня, кто-то согласно воскликнул. Больше всего меня удивила атака Росомахина. Именно от него чего-то подобного я не ожидал. У барона в руках вдруг возник огромный светящийся шар, который горел, будто солнце, и тут же устремился в сторону нападающих. Мне показалось, что вокруг этого шара даже воздух принялся пузыриться из-за жара. Врезавшись в группу воинов, шар взорвался брызгами. Часть бойцов расшвыряло в стороны офицер стоявший рядом покатился кубарем по полу. Двое воинов, которым перепало сильнее всего, упали на пол, принялись вопить и корчиться от боли. Их доспехи при этом дымились.

Однако Росомахин, похоже, тоже уже не боец. Я увидел, как парень завалился на спину, тяжело при этом дыша. Видимо, отдал все силы. И ради чего? Большая часть воинов и офицер уже поднимались на ноги. Хотя те двое, что продолжали орать от боли вставать не торопились. Ну, по крайней мере, минус два. Размен, конечно, не самый удачный. Ведь среди учеников уже больше тринадцати бойцов выпало. А у наших противников только четверо валяются в отключке.

— Собираемся в группу, — скомандовал я. — У кого есть защитные способности, окружайте нас бронёй, не позволяйте к нам пробиться.

Ребята, собравшиеся вокруг меня, начали действовать на удивление слаженно. Вокруг нас тут же повисли два щита. Один лучащийся голубоватым холодным цветом, второй жёлтый.

— Ирэн, будь добра, попроси своего волка подтащить сюда Росомахина, — попросил я девушку, указывая на валяющегося в отключке барона.

Я как раз заметил, что зверь Волковой пытался напасть на одного из воинов со спины, но у него никак не получалось довести атаку до логичного результата. Воин всё время предугадывал атаки хищника, либо уворачивался, либо и вовсе пытался перерубить волка надвое. Но и зверь был не промах, ловко уходя от контратак. Так они и плясали. Эффектно, но бестолково. И даже когда к их пляске подключились ещё два воина, волк всё так же лихо уходил от атак, но и атаковал всё реже. С одной стороны, он отвлёк на себя часть противников, но этот ресурс можно использовать куда эффективнее.

Ирэн, которая тоже стояла вместе с нами под защитным куполом и осыпала противников ярко сверкающими снарядами, лишь кивнула. Волк вдруг вспыхнул, заставив противника отшатнуться, а затем материализовался рядом с Росомахиным и, сцепив зубы у того на плече, потащил парня к нам.

— Есть у нас лекари? Помогите ему прийти в себя, — скомандовал я, рассчитывая на ещё одну его атаку с пылающим шаром. Вдруг он сможет это повторить и выбьет ещё кого-нибудь из строя?

Тем временем двое пареньков, из тех, которые начали огрызаться, когда я дал команду собраться, уже валялись навзничь. Они послужили лишним подтверждением того, что лучше уж действовать в команде и проявить дисциплину, чем выпячивать вперёд своё происхождение и валяться полутрупом на полу.

Тем временем Снежинская тоже не теряла времени, пытаясь отдавать команды, то и дело поглядывая в нашу сторону. Наверное, она повторяла за мной. Но всё лучше, чем ничего. Вокруг неё стало на одного человека больше, и вокруг них сиял белёсый щит.

— Так, выбиваем по одному, — скомандовал я как можно громче, чтобы меня услышали все. — Выбираем одну цель и бьём в неё. Стараемся вышибить. Бьём по ближайшим. Три-четыре...

Я сформировал телекинетический кулак, напитанный песком.

— Сударь, прошу разъяснить, а как мы узнаем, кого бить? — спросил меня один из учеников, крепкого телосложения парень со смолисто-чёрной копной волос.

— Хороший вопрос, — пробормотал я. — Михаил, ты сможешь повесить иллюзию с целью на ближайшего противника?

Тот быстро кивнул, и стоило небольшому красному крестику появиться, как я скомандовал:

— Огонь!

Чего я не рассчитал, так это то, что ударят все разом, и недооценил мощь такой атаки.

Мне даже стало немного жалко попавшего под раздачу воина. Надеюсь, он останется в живых. Бедолагу снесло с ног и впечатало в стену с чудовищной силой. Походя, он сшиб с ног ещё одного офицера и двоих латников.

Ну, тоже неплохо.

— Так, делим цели, — скомандовал я. — Михаил, ты сможешь сделать два целеуказателя?

Он лишь кивнул, а в следующий миг напротив одного из офицеров и воина зависли красные крестики.

— Огонь! — скомандовал я.

Нам везло в том, что воины до сих пор занимались разрозненными учениками, которые не успели сориентироваться и не спешили примкнуть к отдельным группам. По крайней мере, воин назначенный первой целью, даже ничего не заметил, пропустив нашу атаку, улетел прочь, сшибая всё на своём пути.

Зато офицер сразу заметил висящую на нём иллюзию и мгновенно разобравшись в чём дело попытался увернуться. Стоит признать, от части атак он действительно ушёл. Однако, выросший прямо из земли здоровенный кулак подбросил офицера в воздух. А следом в него прилетело копьё и несколько телекинетических клинков в моём исполнении. Не бог весть что, но ему хватило. По крайней мере, на какое-то время он был выведен из строя.

События неслись с бешеной скоростью, и мне было непросто улавливать стремительно меняющуюся обстановку. Оказалось, что не только у меня и у Снежинской образовалась группа. Вернее, не так. Не одни мы доставляли воинам академии проблемы.

Двое ребят, довольно шустро уклонялись от атак и осыпали противников мелкими, но довольно эффективными заклинаниями.

Какой-то паренёк то и дело появлялся и исчезал за спинами воинов, нанося неожиданные для тех удары. Всё-таки ловкость бойцов академии оказалась небезграничной. Однако хватило этого прыгуна ненадолго. Он хорошенько наподдал трём воинам, отправив тех в стазис, но четвёртый, подловив его при появлении, мощным пинком отправил парня в угол помещения. Удар был настолько силён, что новичка отшвырнуло и впечатало в стену. Да что же они нас так не берегут-то.

Что удивительно, паренёк не спешил сдаваться. Я уже убедился, что в этом бою действовали учебные правила, и любой потенциально смертельно раненный просто лежал парализованный магией. А вот парень, похоже, умудрился как-то уйти от возмездия и остаться при этом целым, хоть удар и показался мне довольно серьёзным. Новичок пошатываясь поднялся на ноги, тяжело при этом дыша. Глаза его были налиты кровью, а лицо не предвещало ничего хорошего всему живому, что попадётся на его пути.

— Внимание, ребята! У кого ещё есть щиты, прикрывайте его, — указал я на ловкача. — Он будет нашим ударным клинком.

— Но он же не в нашей группе, — возразил кто-то из-за спины.

— Не имеет значения, мы сейчас все в одной группе, — тут же заявил Лебедев.

Всё-таки дипломатия у Дмитрия в крови.

Тем временем и наша передышка закончилась. Воины уже расправились с большей массой учеников, и группа из семи воинов, возглавляемая офицером, направилась в нашу сторону. Они явно намереваясь разделаться с нами. Офицер был тот самый, залихватски закрученными усами, что встретил нас на плацу. Подлый усач, а до этого казался таким дружелюбным…

— Держать строй! — скомандовал я.

Одновременно с этим по уже отработанной схеме я зашвырнул второй стол в надвигающуюся группу.

— По офицеру все, огонь! — рявкнул я, справедливо надеясь на то, что даже если офицер увернётся, то уж точно достанем воинов, которые идут следом за ним.

Атака, вихрем прошедшая сквозь ряды противников, вышла на славу. Думаю, такой вполне можно было бы разнести стену этого самого замка. Если бы она попала в офицера, то он точно уже валялся бы в анабиозе. Однако он вдруг мигнул и исчез, а все атаки прошли мимо него. А вот это уже любопытно. О такой магии я даже не слышал.

Зато не посчастливилось воинам, которые шли следом за исчезнувшим офицером. Их попросту разметало в стороны. Четверо из них уже больше не встали. Однако следом этот самый офицер снова появился. И к нему на подмогу уже спешили оставшиеся воины и ещё один прихрамывающий офицер. Тот самый блондин, с открытым юным лицом и голубыми глазами.

За спиной усатого офицера вдруг появился тот ловкач, что успел вырубить троих воинов и которого раз уже отправили в нокдаун. Его руки вспыхнули огнём, и он, выбросив обе ладони вперёд, запустил огненный шар в офицера.

Тот, в последний момент почувствовав неладное, резко развернулся и, не глядя, рубанул мечом. В итоге оба противника отлетели друг от друга в разные стороны. От офицера валил густой дым, а паренёк попросту свернулся на полу, мелко дыша. Оба были в стазисе.

Тем временем небольшая группа воинов, довольно шустро расправилась с командой Снежинской. Дальнобойными магическими атаками новички ещё могли хоть как-то огрызаться. Но когда воины перешли в ближний бой, у пятерых подростков не осталось шансов. Закончив с учениками, они присоединились к основной группе, готовясь покончить с нами.

Теперь наши отряды остались один на один. Против нас был один уцелевший офицер и восемь воинов.

— Держим строй! — тем временем кричал я. — Действуем по прежней схеме. Выбираем цели и атакуем.

— Стоп! — разнёсся над залом голос ректора. — Достаточно!

Глава 16. Второй уровень

Все взгляды снова были прикованы к ректору, но я старался не сводить глаз от застывших напротив офицера и воинов.

— Ваша небольшая группа показала, что вы готовы к опасностям, — произнёс ректор. — Думаю, вступительное испытание на этот раз понравилось многим. Думаю, все согласятся, что новички неплохо проявили себя в противостоянии с второкурсниками.

Зал взорвался овациями. Многие кричали что-то, но я на это внимания не обращал, всё ещё ожидая подвоха. Как минимум, это несправедливо, что большая часть новичков лежит в отключке, а мы стоим, в то время как у нас всё ещё есть противники.

— Предлагаю несколько уравнять шансы и вооружить наших новичков. А второкурсникам разрешаю использовать атакующую магию. Есть возражения?

Офицер с по-детски юным лицом, который внимательно слушал ректора, осторожно покачал головой. Он, в свою очередь, тоже не сводил с нас взгляда.

Неплохо бы чтобы ректор, или кто там у них отвечает за это испытание? взяли бы да убрали тела застывшие в стазисе. Но нет, видимо их нарочно оставили.

— Вот и прекрасно. Позволяю ученикам взять своё фамильное оружие, которое они брали с собой в поездку, если, конечно, таковое у них есть.

Рядом с той стойкой, куда мы складывали свои вещи, вдруг прямо из воздуха материализовались стойки с оружием.

— Если же своего оружия у вас нет, вы можете взять что-то подходящее из арсенала Академии.

Я стал повернулся в сторону оружейной стойки, при этом контролируя обстановку посредством магии.

— Так, ребята, давайте-ка вооружайтесь, только будьте начеку, — скомандовал я.

Оценил предложенный ассортимент и уже приметил на оружейной стойке то, что мне было нужно. Там находилась уже привычная для меня глефа. Это, конечно, выглядит не так эффектно, как нагамаки, но тоже ничего. По крайней мере, мне здесь будет достаточно места чтобы разгуляться.

Кроме всего прочего, я анализировал действия противников и союзников. Я пытался понять, как нам защищаться и что из арсенала ребят можно использовать в предстоящем противостоянии. Хотя полезного было не так уж и много.

У Ирэн есть волк, он хоть как-то позволяет расфокусировать противника. Почти все имеют дальнобойные атаки разной степени мощности. Но, как правило, чем мощнее атака, тем быстрее заканчиваются у учеников силы, и они быстро становятся вовсе бесполезны. Однако спаренные атаки средней мощности разом дают нам неплохую возможность вырубить даже офицера, при этом не терять соратников. Не стоит забывать и о защите. К ней пока не приходилось прибегать, но то ли еще будет.

— Так, — негромко произнёс я, постаравшись, чтобы мои слова дошли до каждого, — нам необходимо разделить зону ответственности. У кого самые сильные щиты, вы занимаетесь только обороной. И вам предстоит сфокусироваться на оружии ближнего боя. Остальные же концентрируйтесьна максимально эффективных дальнобойных атаках. Как и прежде делим цели по двое. И если устоим, у нас будет шанс их победить. Вопросы есть?

Я видел, как перекосились лица у нескольких незнакомых мне аристократов. Они явно хотели возмутиться по любому из бесконечного множества поводов, но сдержались. Всё-таки я уже показал свою эффективность, а оказаться в отключке им не хотелось. Сейчас, по крайней мере, не до споров. А у меня хотя бы есть план, и я себя уже зарекомендовал.

Стоило нам вооружиться, как над столовой прогремел голос ректора:

— Ну что ж, раз все готовы, предлагаю продолжить!

Последнее слово он выкрикнул, и всё вокруг снова понеслось вскачь.

Я отметил, что убирать валяющихся в стазисе курсантов никто не спешит.

— Миша, цели! — скомандовал я.

Тут же напротив офицера и ещё одного воина зависли красные крестики.

Ребята, окружившие меня, отреагировали мгновенно. Замелькали вспышки, стихийные копья и клинки.

Пара воинов действительно попали под раздачу, но я вдруг обнаружил, что на пути наших заклинаний были далеко не все противники. Там было только четверо воинов в доспехах. Но где же остальные?

Я покрутил головой и почти тут же ментальные маяки, сначала показали чьё-то присутствие за спиной, а затем я почувствовал, как в меня со спины несётся меч.

— Сзади! — воскликнул я, привлекая внимание ребят.

Уворачиваясь от меча, я едва не рухнул на спину. Одновременно крутанул глефой, стремясь отпугнуть, а лучше поразить всех, кто подобрался к нам со спины. Звякнула сталь. В десяти сантиметрах от моего носа со свистом пронёсся рассёкший воздух клинок.

Я выровнялся, удачно контратаковал, натолкнув противника на клинок глефы телекинетической рукой. Затем успел ранить еще одного в руку, но всё это уже не имело значения. Кое-как окинув обстановку взглядом, я понял что всё кончено. Сначала растворился в воздухе волк, бросившийся спасать Ирэн. Он грудью налетел на меч. Ирэн что-то воскликнула и швырнула пучок света прямо в лицо убийцы, но ей это не помогло. Воин, вставший против неё осел на пол, зато его сосед, разрубил второй выпущенный пучок света своим мечом и, даже не замедлившись, ткнул острием девушке в грудь.

От мощного удара, Ирен сложилась пополам, да так и завалилась на землю.

— Нет! — завопил кто-то знакомым голосом.

К девушке бросился Росомахин. Вокруг барона вибрировал воздух, будто над раскалённым асфальтом. Он вспыхнул подобно факелу, и прямо из его груди, в сторону воина, поразившего Ирэн, выстрелил мощный луч света. Судя по тому, как скрючило этого воина, а затем и вовсе снесло с ног, Ирэн была отомщена. Вот только и Росомахин опять завалился без сил. И что-то мне подсказывало, на этот раз он ушёл в стазис. А даже если нет, то всё равно не боец и помочь нам ничем не сможет. Да и отвлекаться, чтобы привести его в порядок некогда и некому.

Лебедев бросился на помощь закадычному товарищу и придержал того, не давая свалиться на землю. Несмотря на то, что он не забывал и об атаке, тут же получил мечом по шее, вследствие чего, абсолютно бестолково завалился на землю вместе с Росомахиным.

На удивление хорошо показал себя Орлов. Он и до этого давал серьёзный отпор, а сейчас очень ловко увернулся от двух мечей, направленных ему в голову. Затем выставил руки вперёд, выпустил из ладоней два копья. Попавших под атаку воинов разбросало в стороны, хоть и не вырубило. Однако Михаил на миг замешкался и тут же получил от третьего воина мечом по шее.

Да уж. Учиться ребятам и учиться. Тем временем я остался один. Напрягая все силы, я уходил от атак сверкающих клинков, и контратаковал глефой. Всё же я пока далеко не всесилен. Спустя пару секунд я констатировал, что бьюсь один против четверых. В стороны от меня разлетались телекинетические клинки. То и дело кому-то из моих противников прилетали атаки кинетической рукой со спины. Правда, щиты пробивать получалось не всегда.

Я смог отправить в стазис двоих и ещё одного хорошенько подранить. Можно было и дальше продолжать. Быстро бы я не справился, но до поражения тоже было ой как далеко.

Но тут я увидел полнейшее отчаяние в глазах офицера, которому так и не удалось ни разу зацепить меня, хотя он и выкладывался на полную.

Люди в зале тоже затихли.

Может, я делаю что-то не так.

Вполне можно поднапрячься и эффектно отправить в стазис всех четверых, но ради чего? Я никогда не любил позерства. Хотя и не был чужд красивых жестов.

Я выпрямился, и посмотрел в упор на офицера. Тот от чего-то побелел, хотя я и снял с себя защиту и опустил глефу. Наверное, подумал что я сейчас включу вторую скорость. Но я ничего не предпринимал.

Спустя миг офицер взял себя в руки, а мне в грудь прилетел ледяной шар, который стал обволакивать мой торс. Кивнув, я продолжил сопротивление. Выставив вперёд глефу, я продолжил парировать атаки, игнорируя растекающуюся по телу слабость. Пару раз, несерьёзно достал офицера, который попал в меня шаром. Но сопротивление уже было бессмысленно, мои движения слишком замедлились. Мой противник без труда смог уйти от атаки. Следом в меня врезались ещё два меча, и на этом я почувствовал, как меня стала обволакивать пелена стазиса. Давно я не ощущал этого чувства. Лет, наверное, с одиннадцати.

Я выдохнул и расслабился, готовясь к встрече с полом. В последнем столкновении, против меня оставалось трое подранков: двое бойцов и один офицер.

«А неплохо ребята их проредили», — мелькнула в голове мысль. — «Всё-таки новички чего-то да стоят».

Тем временем зал взорвался овациями. Многие вставали с мест и аплодировали. Офицер, одержавший победу, кивнув мне, повернулся к залу и слегка поклонился. Следом за ним это сделали и воины.

— Так держать, ребята! — кричали из-за дальних столов.

— Отличный бой!

— Не ударили в грязь лицом!

— Хорошее пополнение!

Над залом прокатился голос ректора:

— Новички действительно показали себя неплохо. Стоит признать, лучше многих новичков за последнее десятилетие, — назидательный голос ректора грохотал, заставляя дрожать стены. — Однако вы все были не готовы. У вас нет дисциплины, в вас слишком много заносчивости. Вы спешите опираться на достижения своей семьи, а не на свои собственные силы. Врагу на поле боя плевать кто ваши предки. — он хмыкнул. — А что это за витиеватые фразы? На поле боя нужны чёткие, понятные команды, а не вежливые экивоки. Вы не на балу и не на светском рауте. Пока вы будете объясняться или решать, кто из вас более родовит, вас всех перебьют враги, а вы даже не сможете ничего с этим поделать. В бою не время решать кто кому должен подчиняться. И прекращайте обращаться друг к другу на “вы”. В нашей академии это дурной тон.

Стазис потихонечку отпускал. Я понял, что могу подняться на ноги. Рядом со мной вставали и другие новички. Многие угрюмо хмурились и не смотрели по сторонам. Кто-то, наоборот, не терял присутствия духа и посмеивался. Я присмотрелся. Ну ясно, это была Ирэн. От неё такая реакция, в принципе, неудивительна, ей всё нипочём.

Многие ученики не смотрели друг другу в глаза. Видимо очень уж близко к сердцу восприняли поражение. Хотя, тех, кто вылетел первым можно было понять. Воины же, пришедшие в себя, напротив, то и дело подходили к кому-то из своих недавних противников и дружески хлопали их по плечам. Заводились короткие разговоры и подбадривали.

Тот офицер, который в конце смог меня обезвредить, подошёл ко мне.

— Ну, ты даёшь, парень. Хорошая у тебя подготовка, — хмыкнул он и протянул мне ладонь. — Меня зовут Тимофей Свиридов.

Я в ответ пожал руку.

— Алексей, — вежливо ответил я, однако род до поры решил не называть. — Вы тоже себя хорошо показали.

— Думаю, если бы у тебя были чуть более опытные воины, вы бы нас вполне могли уделать, — хохотнул Свиридов.

Я невозмутимо пожал плечами.

— Откуда нам знать, как могло быть, — дипломатично ответил я. — Но вы по праву заслужили свою победу.

— Благодарю, — с усмешкой произнёс он. — Для меня будет честью учиться с наследником рода Медведевых. Вокруг вашей семьи ходили глупые слухи, но теперь я вижу, что это лишь выдумки.

Я едва не усмехнулся, но лишь невозмутимо кивнул.

— Не удивляйтесь, на вашем потоке всего два Алексея. И один из них — из баронского рода. Не думаю, что он смог бы дать нам такой отпор.

— Бароны тоже порой могут удивить, — парировал я, припомнив Росомахина.

— Не без этого. Но всё-таки, я думаю, что вы именно Медведев.

— Не буду отрицать, — ответил я.

— Все-таки нам, потомкам графских, княжеских и герцогских родов, надо держаться вместе. Что бы ни говорили правила Академии, никогда барон не будет другом и товарищем князю. Они должны нам служить.

В ответ на это заявление я тактично промолчал. Никогда не страдал от чрезмерного высокомерия.

— В общем, буду к вашим услугам и среди своих замолвлю за тебя словечко — продолжил тем временем Свиридов. — Так что будь уверен, тёплая встреча тебе обеспечена. И не рекомендую поддерживать отношения с баронами, баронетами и другими низшими аристократами. На пользу репутации это точно не пойдёт.

— Я учту, — неопределённо кивнул я.

Будет он меня ещё учить, с кем общаться. Я даже пожалел, что поддался ему.

Тем временем воины и офицеры выстроились в три небольших ряда. Офицеры впереди своих отрядов.

Я поискал глазами того самого паренька, который ловко сражался с офицерами и умудрялся уворачиваться от их атак. Он ведь один на один смог победить офицера, а это немало. Но он почему-то держался в стороне, прислонившись к стене и глядел перед собой.

Любопытно, видимо, он не очень компанейский. Однако, мне он показался наиболее эффективным из всех. По крайней мере, думаю, присоединись он к нашей группе, ребята и без меня бы справились.

— Этот год несёт немало интересного, — произнёс ректор, — удивительно, что офицеров возглавлявших отряды штурмовиков и разведчиков смогли победить новички. Это одновременно и удача, и огромное упущение.

Двое офицеров, которые до сих пор плохо управляли конечностями после стазиса, поморщившись направились вглубь зала, к своим столам. А им навстречу шагали два других офицера. И эти внушали уважение одним своим видом. Как минимум они были крупнее, да и аура силы от них исходила весьма ощутимая. Я такие вещи научился определять.

Те офицеры заняли освободившиеся места во главе обеих групп воинов.

— Итак, начнём распределение.

Над головой каждого из офицеров вдруг засветились какие-то изображения. Они всё наливались светом, пока не стали вполне различимы. Над тем офицером, который смог меня победить, возникла голова зелёной совы. Видимо, так они обозначали отряд поддержки.

Над головой двух других офицеров тоже появились изображения: синий пикирующий сокол и расправивший крылья оранжевый орёл. Судя по всему, орлы — это штурмовики, хотя сюда можно было бы поставить какое-нибудь другое животное, и было бы более логично. А вот соколы за счёт своей скорости и неожиданности, явно были разведчиками.

Ну что ж, хоть какая-то фантазия у местной администрации присутствует, стоит это признать.

В следующий миг засветились браслеты на руках курсантов. Цвета стали изменяться с белого на зелёный, красный или синий. Видимо это и было распределение: Зелёный цвет — совы, оранжевый — орлы, синий — соколы.

Я заметил, что у Лебедева браслет засветился зелёным. Он невозмутимо пожал плечами и направился к строю воинов, над головами которых горела зелёная сова.

У Росомахина браслет вспыхнул красным. У Орлова, к моему удивлению, было два цвета: зелёный и красный. У Ирэн браслет горел красным и синим.

Вот это да, а у меня три цвета: зелёный, красный и синий! Видимо, особо отличившимся ученикам дают право самим выбирать, куда им идти.

Осталось только сделать свой выбор.

Глава 17. Соседи

Спустя пару секунд все участники недавней битвы принялись неуверенно подниматься на ноги. Кто-то тряс головой, кто-то подволакивал ногу. По идее в учебном режиме никаких повреждений быть не должно, но из-за стазиса порой изрядно затекают конечности. А от некоторых атак, например, если пропустить хороший удар по голове, может немного и пошатать. Опытные инструкторы говорят, что должна же быть какая-то компенсация за неуязвимость на тренировочном поле.

Воины академии выстроились в три шеренги, возглавляемые офицерами. Чеканя шаг, они торжественно прошагали к ближайшему ряду столов, и отсалютовали в сторону преподавательских столов. Изображения птиц над их головами вели себя будто живые. Орёл гордо вертел головой. Сова зорко стреляла глазами, будто выискивая добычу. Пикирующий сокол, то и дело менял направление. То выписывал пируэты, то ложился на крыло.

Ректор кивнул офицерам, после чего те развернулись на сто восемьдесят градусов и оказались лицами к курсантам. Воины последовали их примеру.

Лебедев как раз дошёл до шеренги Совиного отряда и встал прямо напротив выстроившихся воинов академии лицом к офицеру.

Тем временем и другие новички тоже направились к тем отрядам, чьими цветами горели их браслеты. Замешкались лишь с десяток учеников, те, у кого было больше одного цвета. И я в их числе. Интересно, а есть ли какой-то лимит на приём учеников? Нас шестьдесят три. Ровно на три отряда, если делить по двадцать одному человеку. Уверен, подразумевалось, что количество отрядов будет равным. Но кто знает, как правильно. Не проверишь, не узнаешь.

Я думал недолго. Благодаря моим достижениям мне открыты пути к любой из специальностей. А как я узнал от Орлова, я всегда могу поменять своё решение, что в целом неплохо. Вопрос только в цене. А учитывая то, как здесь начисляются баллы, думаю, что у меня с этим проблем никаких не будет. Надо лишь понять, с чего начать.

Оценив плотность наполнения тех или иных отрядов, решил направиться к синим Соколам в подразделение разведки. Там учеников было меньше всего. Из чего я сделал вывод, что попасть туда сложнее. К тому же, чем меньше учеников, тем больше внимания будет им уделено. Это как раз то, что мне не помешало бы. Что-что, а учиться я умею.

Я уверенно направился туда, где резвился сокол и, по примеру остальных учеников, встал перед строем воинов.

Хоть все и стояли по стойке смирно, ученики, воины и офицеры с интересом друг друга разглядывали. Больше всего взглядов были прикованы ко мне, к присоединившейся следом за мной Ирэн, а ещё к поравнявшемуся со мной крупному парню. К тому самому, что в одиночку справился с тремя воинами и смог победить офицера.

Тем временем остальные ученики заняли места в своих отрядах. В итоге получилось тридцать один человек в отряде штурмовиков, двадцать один в поддержке и одиннадцать в разведке.

Интересно, а куда распределили тех учеников, которых вырубили в первую очередь? Я даже покрутил головой, пытаясь найти паренька, которого срезали одним из первых. Удивительно, но он был среди штурмовиков. Что-то мне подсказывает, что я сделал правильный выбор. Видимо, в штурмовики берут всех, кто не пригодился в других подразделениях. Судя по количеству учеников в поддержке, туда тоже не особо серьёзный конкурс.

А вот в разведке людей не так много. Значит, это направление либо не пользуется успехом, что мне кажется неверным, либо сюда не так-то просто попасть — и меня это вполне устраивает.

— Ну что ж, раз с распределением покончено, предлагаю новичкам отправиться в свои башни, а остальным ученикам готовиться к вечерней тренировке, — ректор хлопнул в ладоши, и все сразу же засобирались.

Наши офицеры, окинули новобранцев строгими взглядами.

— Стройсь! — воскликнул офицер, стоящий напротив нас. — Равняйсь! Смирно! А теперь за мной.

Он бодро развернулся на сто восемьдесят градусов и зашагал прямо сквозь зал к распахнутым дверям.

Что примечательно, и сидящие за преподавательским столом, и остальные ученики встали, провожая нас. Кто-то хлопал, кто-то улыбался и салютовал нам, всеми силами изображая радушный приём.

Так строем мы и дошагали сначала до выхода из зала.

Я поравнялся с Орловым, который сначала хотел направиться к поддержке, но затем свернул на полпути и присоединился к разведчикам. Если честно, я этому внутренне порадовался. По крайней мере, он знает явно больше окружающих в Академии, и с ним можно будет ещё поболтать и узнать что-то раньше других. Да и нравился мне этот парень.

Орлов повернулся ко мне.

— Ну ты и отчаянный, — заявил он. — В разведку идут или полные психи, или те, у кого выбора нету.

Я поморщился. Неужто ошибся с выбором? Хотя, почему ошибся? Я, может, и не страдаю психическими расстройствами, но никогда не боялся трудностей. По крайней мере, я очень хотел изучить местные премудрости убийц. Как мне кажется, местные разведчики вполне соответствуют своими познаниями и навыками выпускникам Академии Плаща и Кинжала из моего мира. Раньше я пренебрегал этими науками, а сейчас, почему бы не изучить, чем таким могут похвастаться эти ребятки. Всё же один из таких смог меня одолеть.

— А ты тогда почему пошёл? — спросил я невозмутимо.

— Решил, что лучше держаться вместе, — в тон мне ответил парень. — К тому же, мне кажется, что рядом с тобой велик шанс увидеть что-то интересное и научиться новому. Это никогда не бывает лишним.

Ремарку парня я пропустил мимо ушей, однако, решил спросить:

— А что не так с этими разведчиками?

— Самое сложное направление, как-никак, — заявил Орлов. — Не подумай, что я приверженец лёгких путей. Просто не планировал сразу идти в разведчики. Слышал, что у них первый курс самый тяжёлый.

Я лишь пожал плечами.

— Ректор сказал, что мы сражались против второкурсников. И что эти офицеры тоже второкурсники? — спросил я.

Он покивал.

— Да. По крайней мере, на втором курсе нам тоже предстоит учиться командовать.

— Кем же это? — удивился я. — Нам выделили всего трёх офицеров. Ну и плюс ещё тех воинов. Но там же осталось ещё очень много других второкурсников. Они-то чем занимаются?

Михаил улыбнулся.

— Так они будут заниматься настоящими солдатами и вояками. Нянчиться же с нами — это одновременно и большая “привилегия”, — он сделал жест пальцами, обозначающий кавычки, — и в то же время настоящая проблема. Ведь кому хочется учить неумех аристократов вместо того, чтобы вести в бой опытных солдат?

— Ну, думаю, среди этих солдат тоже много новобранцев. К тому же мне не показалось, что среди нас поголовно были неумехи.

На что Орлов лишь пожал плечами.

— В общем, младшие офицеры, как правило, выбираются из лучших учеников. И они будут управлять всем нашим отделением и делиться бесценным опытом. Дальше нас поделят поровну и выделят по одному из воинов для более качественной подготовки. Они будут нам помогать и объяснять, что и как. А во время практических занятий мы будем следовать за ними.

— Понятно, — хмыкнул я.

— Но, в любом случае, до конца курса, в каждом из подразделений, должны будут появиться минимум два лидера, которые займут места этих второкурсников. Ну, а на втором курсе кто-то из нас должен будет занять место офицера, что будет вести весь второй курс за собой. Этакий полковник или генерал.

— Занятно, — хмыкнул я.

По крайней мере, подобной информации об Академии я не находил. И то что открывается, мне определённо нравится. Будет чем заняться.

Тем временем мы уже миновали пару коридоров, пока не дошли до винтовой лестницы. И эта лестница могла бы стать первым испытанием на стойкость для новичков. Я даже поймал себя на мысли, а не бросить ли багаж Ирен. Вот и будет для неё испытание.

Поднимались мы действительно долго. Не знаю, какой это был этаж. Десятый? Пятнадцатый? Но когда мы наконец добрались, добрая половина нашего небольшого отряда тяжело отдувалась, хотя в целом слабости старались не показывать.

Мы оказались в довольно просторном холле с куполообразной крышей. Холл был двухэтажным. По крайней мере, на первом этаже было порядка десяти дверей, а также три лестницы вели на небольшие балконы, где находились ещё с десяток дверных проемов.

Неужто у каждого из нас будут свои комнаты? Хотя вряд ли, обязательно будет какой-нибудь подвох.

— Так, раз все добрались, давайте знакомиться, — объявил офицер. — Меня зовут Иннокентий Громов. Однако обращаться ко мне следует не иначе как господин лейтенант. Вы можете приходить ко мне по любым вопросам. Но и без толку меня прошу не беспокоить. Также вы можете обращаться к моим помощникам и вашим непосредственным руководителям.

Он указал на шестерых воинов в доспехах, что выстроились слева от него.

— Младший лейтенант Измаил Гаврилов, — один из офицеров выступил вперёд и стянул с головы шлем, затем кивнул новичкам и шагнул обратно. — Младший лейтенант Фёдор Багратионов, — очередной офицер шагнул из строя. — Младший Лейтенант Елизавета Гордеева, — девушка сняла шлем, расплескав белокурые волосы по доспехам. — Прапорщик Захар Чаицын, прапорщик Таисия Алмазова и прапорщик Пантелей Ларионов.

Когда все воины были представлены, офицер развернул свиток, оказавшийся у него в руках.

— Так, перейдём к распределению по комнатам. Как и ожидалось, на первый курс разведки набралось мало учеников, но это нормально. Комнат хватает всем, но определять по одному ученику в комнату без соседа не положено. Поэтому селиться будете совместно. В ваших браслетах загружен пропуск, а также номер комнаты, в которой вы будете жить.

В этот момент мой браслет засветился, а над ним появилась цифра 11. Я завертел головой, пытаясь понять, кого назначили мне в соседи. Но хоть остальные ученики и пялились на свои запястья, браслеты больше не проявлялись.

— Также в ваших браслетах будут загружены расписание занятий. Чтобы не заблудиться, пользуйтесь картой крепости. Она тоже есть в вашем браслете. На втором этаже, — он указал на семь засветившихся дверей, — находятся комнаты командного состава, то есть наши. Форменная одежда уже лежит в ваших покоях. Свою старую одежду оставите в корзинах с грязным бельём. Её заберёт прислуга академии.

Офицер умолк, оглядел нас, будто убеждаясь, всё ли мы услышали.

— Да, и рекомендую не пренебрегать правилами Академии, гласящими, что всем следует забыть свои титулы и заслуги семьи. — решил таки добавить он. — Здесь вы все равны. По крайней мере, до окончания Академии. Здесь о вашем статусе будут говорить ваши заслуги и ваши умения. И ничто больше. И моя отдельная рекомендация: Для упрощения коммуникации, не следует обращаться друг к другу на «вы» или как-то иначе, согласно правилам этикета. Это только навредит и усложнит вам учёбу. Про решение боевых задач я и вовсе молчу.

Наконец он закончил, и новички принялись разбредаться по комнатам.

На половине дверей второго этажа, тут же проявились фамилии офицерского состава.

— Занятия начинаются завтра с восьми утра, — подала голос одна из девушек в доспехах. Кажется, Елизавета Громова. — Не рекомендую опаздывать. Тем более, что первое занятие будет практическим. Уж поверьте, инструкторы по боевой подготовке люто наказывают опоздавших.

Ко мне тут же подбежала Ирэн.

— Лёша, Лёша, а у тебя какой номер? А вдруг мы в одной комнате будем?

— Вот уж не думаю, — хмыкнул я. — Не забывай, что ты девушка.

— Ой, ну да, — хихикнула она. — Но в поезде были ведь в одном купе. Ну ладно, увидимся!

Она с завидной лёгкостью выхватила у меня из руки свой тяжеленный чемодан, и направилась в сторону одной из дверей первого этажа.

Я, в свою очередь, направился к комнате, на которой засветились две единички. Она была на втором этаже. Краем глаза я наблюдал, кто ещё направится в ту же сторону. Примечательно, что остальные комнаты не светились. Значит, этот номер видел только я один. Ну и ещё мой сосед. Заметил, что тот самый молчаливый паренёк, что смог уделать офицера, смотрит в ту же сторону.

Я пригляделся. У него, как оказалось, тоже совсем немного вещей: небольшая дорожная сумка и небольшой рюкзак с притороченной перевязью. Только сейчас я обратил внимание, что его одежда выглядела довольно потрёпанной. Будто он пешком добирался до вокзала. Да и не только до вокзала.

Не став терять время, я зашагал по лестнице, слыша за спиной шаги однокурсника. Я толкнул дверь и оказался в довольно просторной круглой комнате. Окна у неё были панорамные. Комната делилась на три зоны для каждой кровати, которые можно было отделить небольшими шторками. Сразу же занял ту, которая была рядом с окном.

Кинув вещи на кровать, я поспешил к окну изучать виды. А пейзаж, к слову, был действительно занимательным. Видимо башня находилась очень высоко, и передо мной простиралась обширная степь, которая оканчивалась тёмно-зелёной опушкой леса. А опушка делила открывшийся пейзаж на две части: жёлтую и тёмно-зелёную.

Вот это по мне. Такие виды мне нравятся.

Сразу вспомнились родные горы моего мира. Не такие красивые, и, все же, именно туда я хотел вернуться.

В этот момент дверь раскрылась, и в комнате появился мой сосед.

— Приветствую, — тут же откликнулся я. — Меня зовут Алексиус.

Тот отчего-то ссутулился и помялся на входе.

— Здравствуйте, я Василий, — ответил он.

— Приятно познакомиться, Василий, — не обращая внимания на его поведение, ответил я. — Ну, значит, будем соседями.

Как я давно изучил, чтобы получше узнать человека, нужно постараться не сразу показывать ему свой дрянной характер, а проявить дружелюбие и приветливость. А там уже смотреть по ситуации. Если окажется засранцем, уж я ему устрою весёлую жизнь. Ну а если нормальный парень, то почему нет? В компании всяко веселее. Хотя и в одиночестве есть своя прелесть. Но мне при любых обстоятельствах хорошо: и с друзьями, и с врагами, и без лишних свидетелей.

— Я занял эту кровать, а ты занимай, какую захочешь, — обратился я к нему.

— Благодарю, — угрюмо произнёс парень.

Повертев головой, он направился ко второй кровати, которая тоже находилась рядом с окном. Там он осторожно положил вещи рядом с кроватью. И, глядя перед собой, принялся скидывать с себя одежду.

Я заметил, что на моей кровати лежит сложенный комплект одежды синего цвета. Точно такой же, какой был у офицеров. На груди кителя был нашит синий значок с изображением сокола.

Я тоже последовал примеру соседа и начал переодеваться.

— А ты не разговорчивый, — хмыкнул я Василию.

— Извините, господин, — произнёс он.

— С чего это я тебе господин? — вот сейчас я удивился. — Разве ты забыл, что по правилам Академии мы теперь лишены своих титулов?

Парень удивлённо посмотрел на меня.

— Не думал, что это правило действительно кто-то исполняет, — ответил он. — По крайней мере, я слышал, что сказал вам тот офицер в зале.

Я пожал плечами. Что я на самом деле думал? С одной стороны, учитывая моё положение и возможности, связи никогда не будут лишними. Но это сейчас точно ни на что не повлияет, разве что инвестиция на будущее. Однако не стоит забывать и на качество этих связей. Высокопоставленных подлецов тоже лучше избегать, поэтому я пока присматриваюсь к потенциальным союзникам. С другой стороны, я поддерживаю мнение руководства Академии. В первую очередь следует стремиться к тем, кто сможет тебе прикрыть спину.

— Ну слушай, настоящего аристократа ничего не уронит, и не важно, с кем он поддерживает дружеские отношения, — хмыкнул я. — Ты из баронского рода? Если из баронского это не значит, что тебе следует чувствовать себя скованно или назвать меня господином. По крайней мере, это не доставит мне радости.

— Я не из баронского рода, — покачал головой парень.

Я нахмурился.

— А из какого тогда?

— Не из какого. — понурил он голову. — Я из семьи землепашцев.

Вот это поворот. Видимо, он бастард какого-нибудь благородного мужа, который по наследству передал ему талант к магии.

— И кто твой отец? — спросил я.

— Не знаю, — ещё более хмуро ответил он. — Никто не знает.

— Ну, не думаю, что это так уж важно. В любом случае, буду рад называть тебя своим товарищем и добрым соседом.

Не то чтобы я был добряком или стремился оказать кому-то психологическую помощь. Просто было в этом парне нечто такое… Думаю у него будет очень интересное будущее. Ну и как иначе, он ведь мой сосед.

Кроме всего прочего, Василий не был неумехой. И судя по тому, что я увидел сегодня, был самым эффективным воином из всего нашего потока. Я думаю, что мне повезло с соседом куда больше, чем тем, кого поселили рядом с графьями или князьями.

— Давай договариваться. Ты меня называй Алекс. Я буду звать тебя Васей. Вот этих всех господинов, господ и ваше благородие, оставим за пределами Академии. Договорились?

Вася кивнул.

— Ну, вот и славно. А я, пожалуй, пойду прогуляюсь, да оценю обстановку.

Глава 18. Посиделки в гостиной

Покинув комнату, я не стал сразу спускаться в холл, а облокотился на перила.

Внизу, в холле, шло обсуждение подробностей прошедшего распределения. Будущие ученики в красках пересказывали подробности боя и реакцию преподавателей, а также старших учеников. Однако стоило ребятам заметить меня, как разговоры тут же замолкли.

Кто-то прошептал:

— Это он.

Я не стал приглядываться, что это там за беспардонный выскочка, вздумавший тыкать в меня пальцем.

Зато другой парень оказался посмелее:

— Обалдеть! Я не знаю, кто ты, но ты просто великолепен, — заявил он, совершенно не по-аристократически тыча в меня пальцем.

— Мы видели, что ты почти победил, — поддержал его второй. — Но ты ведь поддался зачем-то.

— Да и правильно сделал, — тут же заявила стоящая рядом девушка. — Такого ещё ни разу в истории не было, чтобы первокурсники смогли победить на отборочном испытании. Боюсь даже представить, что бы нам тогда подготовили. Нам бы покоя не было вообще. И так двоих командиров вынести смогли.

В холле снова поднялся гул.

Однако тот самый ученик, который до этого набрался смелости и задал мне вопрос, спросил:

— Ты мне расскажи, где ты так научился сражаться? Ведь ты и организовал всех, и сам показал себя очень даже неплохо в бою. И почему ты сдался? Неужто тоже считаешь, что следовало поостеречься?

— Я не хотел совсем уж унижать курсантов старших курсов, — невозмутимо пожал я плечами.

Тут же почувствовал на себе недобрый взгляд. Сместил взгляд в сторону и встретился глазами с одним из командиров, что так же как и я стоял, облокотившись на перила, и слушал пересуды учеников. Снова перевёл взгляд на спорщиков.

— Иначе встал бы вопрос, — весело хохотнул я, — чему я вообще здесь собрался учиться, если даже старшекурсники не способны противостоять мне. Не правда ли?

Ребята снова загалдели, обсуждая мои слова. Кто-то махнул рукой, мол, слишком уж я хвастливый. Кто-то, наоборот, живо воспринял моё заявление и воскликнул:

— Знай наших! Наш курс будет лучшим.

— А ты ведь граф Медведев? — вдруг услышал я знакомый женский голос.

Поискал глазами. В кресле неподалёку расселась знакомая мне ещё по платформе герцогиня Снежинская.

— А я тут слышала, что наследник Медведевых — умственно отсталый. А ты вроде бы вполне нормален.

Ирэн и Орлов тут же поднялись на ноги, смерив Снежинскую недобрыми взглядами.

— Вообще-то нам не положено мериться титулами, тем более не представлялся всяким выскочкам, — заявила Ирэн. Мне показалось, что в голосе девушки зазвучало раздражение. Видимо они уже успели что-то не поделить. — И вообще, будь он хоть бароном, этот союзник мне подходит больше, чем кто-либо ещё.

— Алексей, — вдруг расхохотался Орлов, не став участвовать в пикировке со Снежинской. — Пожалей уж ребят. Если сейчас не ответишь на вопрос, у нас здесь будут минимум десяток лопнувших от любопытства курсантов.

Я невозмутимо зевнул, а затем ответил:

— Да, я действительно из рода Медведевых.

Затем неспешно спустился вниз и уселся в кресле.

— Любопытно, — стоило мне усесться, продолжила разговор Снежинская, — выдать такого сильного наследника за умственно отсталого — это очень неплохая интрига. Вот уж не думала, что Медведевы сильны в подковерных играх. Думала, что они просто тупые солдафоны, — сказала она это с вызовом, в упор глядя на меня.

Я же ответил так:

— Солдафоны, как вы выразились, отличаются до блеска начищенным сапогом. И вам ли не знать, что именно такими сапогами удобно давить всяких гадов, — поглядел я на неё в упор. И до неё явно дошёл мой намёк, про ядовитый герб Снежинских.

Но и без меня нашлись те, кому было что ответить:

— Медведевы, между прочим, герои, — заявил вдруг один парнишка. — Они уже не раз доказывали свою доблесть на поле боя. Немало битв было выиграно лишь благодаря поддержке этой семьи.

— В любом случае, граф Медведев, мы горды, что ты учишься с нами, — заявил один из ребят, и, пройдя через всю гостиную, протянул мне руку. Я пожал ладонь. Имя моей семьи, действительно что-то да значит в этом мире.

Примеру паренька последовали остальные, тоже подходя и пожимая мою ладонь. Ирэн демонстративно подошла, приобняла и чмокнула меня в щёку, поймав на себе немало недобрых взглядов.

К моему удивлению, после Ирэн ко мне подошёл один из офицеров — я не запомнил, какая у него фамилия. Он смерил меня взглядом, затем тоже протянул мне руку.

— К вашим услугам, граф Медведев, — произнёс он. — Род Чаицыных следит за тем, с кем следует заводить связи. И для меня будет честью служить с вами в одном подразделении. Думаю, мы будем друг другу полезны, — кивнул он мне.

— Благодарю, коллега, — одними уголками губ улыбнулся я. — Тоже буду рад служить с вами вместе.

Признаться, меня немного раздражали все эти напыщенные, ничего не значащие перифразы. Но я решил, что пока следует соответствовать поведению благородного подростка и изо всех сил изображал чванливость и манерность.

— В любом случае, — продолжил тем временем офицер, — у нас ещё будет много возможностей показать себя в бою. Уже завтра нам предстоит перенос.

При этих словах окружающие зашушукались.

Опустив свою ладонь, Чаицын развернулся к остальным ученикам:

— Ну а теперь, марш по своим комнатам и готовьтесь к ужину и к завтрашнему дню. Не рекомендую вам опоздать. Наказания у нас достаточно суровы.

В призыве Чаицына послышался командный тон. Я ожидал, что кто-то начнёт возмущаться, однако с удивлением обнаружил, что все ученики действительно притихли и принялись разбредаться по своим комнатам. Я тоже решил не выделяться. По крайней мере, офицер внимательно следил за тем, чтобы его указания были выполнены.

Ну что ж, успеется ещё погулять по замку. Правда, я хотел отправить своих мышек, чтобы они изучили окрестности. Но это можно сделать и из своей комнаты. Когда я вошёл, то услышал мерное сопение. Похоже, Василий уже спал, либо старательно это изображал сон. Я решил не проверять, а просто направился к своей кровати, перед этим задёрнув полог, закрывая своё место от любопытных глаз.

Безымянную мышь, которая пока что спала, я решил пока не дёргать. На неё у меня сегодня были особенные планы. Сперва достал Микки и положил её на ладонь. Мышка посмотрела на меня с интересом. Я в ответ посмотрел на неё.

— Ну и что это было, маленькая пакостница? — спросил я, припомнив здоровенный огненный шар, что она выпустила в сторону наших противников.

Я потёр висок. Судя по всему, я недооценил магию, дарованную тотемами. По крайней мере, когда я изучал ядро, доставшееся мне от черепахи, то никакого практического применения ему не нашёл. Магия там ощущалась, но как её применять, как использовать дарованную силу, я так и не понял. Поэтому и поместил его в мышь, решив разобраться когда-нибудь потом. К слову, у мыши тоже врождённой магии не было. Ничего подобного я точно не ожидал. Мышь смогла сделать то, что не смог я. Она научилась использовать ядро.

Выходит, что благодаря ядру той черепахи моя Мики обрела новые грани силы. Этот мир удивляет меня уже который раз. Выходит, я недооценил этот источник силы. И раз даже мышка так способна удивить противников, то, на что же буду способен я, когда разберусь с этим. Да уж, мне ещё учиться и учиться.

Я размышлял, а мышка внимательно смотрела на меня, хлопая чёрными глазками, будто ожидая чего-то.

— Как я понимаю, рассказывать о том, как ты активировала ядро, ты не собираешься, — риторически заключил я.

Мышка, к моему удивлению, отрицательно качнула головой.

— Вот тебе на. Ну тогда иди на разведку, — хмыкнул я, однако мышь осталась на месте и продолжала выжидательно смотреть на меня.

Мысли мыши я читать не научился, но намерение её вполне понял.

— Даже не думай, ядро я тебе не верну, — сказал я.

Мышка сморщила нос, пошевелила усами, затем, недовольно дёрнув хвостом, спрыгнула на пол. Она оглядела комнатку, приметила небольшую щель в углу и быстро направилась в ту сторону, скрывшись в тёмном провале.

Отдал ей мысленный приказ собирать информацию и исследовать территорию.

Следом достал из кармана вторую мышь — ту самую, что мне в бесчувственном состоянии принесли в поезде. Лёгким импульсом заставил её проснуться. Малышка открыла глазки и сонливо начала озираться по сторонам.

— Спешу признаться, ты меня удивила, — заявил я. — Ты неплохо поработала. Считай, теперь достойна получить своё имя. Теперь ты... — я побарабанил пальцем по подбородку. Ну это так, для проформы. Я уже знал, как её назову. — Я назову тебя Сплинтер.

Мышка, казалось, всё прекрасно поняла и тут же пришла в себя от моих слов. Она удивлённо уставилась на меня, навострив ушки. Затем вдруг встала на задние лапки и глубоко поклонилась мне.

Да уж, эти мыши не перестанут меня удивлять. Прям какие-то дрессированные человечки. Видимо, в этом мире животные развиты совсем иначе. Но как именно, я вряд ли скоро узнаю — всё же разум этих созданий пока скрыт от меня. И оценить, на что они действительно способны, я пока не могу. Но не время расслабляться.

— А теперь, малышка, давай-ка за работу. Твоя задача — узнать, что это были за люди в поезде, которые тебя вырубили. Отыщи их и пошпионь за ними. На этот раз постарайся не попадаться. Я на тебя рассчитываю.

Когда мыши разбежались, я выхватил из воздуха духовное ядро побеждённой когда-то черепахи. Покатал его на ладони… Нет, так просто не разберусь.

Кстати, давно я не практиковался с магией разума.

Я сел в позу лотоса, взял камень в ладошки и принялся медитировать. Попытался нащупать хоть что-то, за что можно было бы уцепиться. Но так ничего и не почувствовал.

И что там Мики могла использовать? Каким-то образом ведь она наладила контакт с этим ядром. Но как конкретно, кто же её разберёт. В любом случае пока поместил ядро в себя. Попробую походить с ним, вдруг что-то обнаружится.

Истиная медитация — дело очень щепетильное, требующее полного сосредоточения.

Я сел в позу лотоса, кристалл крепко зажал в ладони. Затем потянулся к нему, как выразился мой отец, активируя его. И почувствовал, как тот проникает в меня, занимая своё место где-то в энергетическом поле.

Снова попробовал его прощупать, найти хоть какую-то взаимосвязь с местными энергетическими полями. Но опять безуспешно.

Не знаю, сколько я так просидел, но из-за забытья медитации меня вырвал чей-то голос, разнёсшийся по нашей комнате. Какая-то девушка объявила, что начался ужин, и всем ученикам следует направиться в столовую.

Ужин? Недавно же обед был. Я взглянул в окно, а там уже вечерело. Да уж, кто знает, сколько часов я так просидел.

Сделал несколько глубоких вдохов. Настроил сознание, чтобы безболезненно выйти из состояния транса, и, закончив медитацию, наконец, раскрыл глаза.

Комната по-прежнему была поделена на две части. И я услышал, как мой сосед засобирался и спешно вышел из комнаты. Меня он решил не ждать. Он не шибко общительный. Но это нормально, меня это вполне устраивает.

Спустя пару минут и я поднялся со своей кровати. Оглядев себя в зеркало, убедившись, что выгляжу вполне себе ничего, пусть и в форменной одежде академии, направился к выходу из комнаты.

Видимо, я долго собирался, потому что в холле уже никого не было. Все ученики отправились на ужин.

Однако стоило мне появиться, как из кресла, стоящего в дальнем углу, поднялась женская фигура. Это была Снежинская. Она вздёрнула бровь, оглядела меня с головы до ног и хмыкнула.

— Медведев, — произнесла она.

Я пожал плечами:

— Снежинская, — хмыкнул я и неспешно спустился по лестнице, направляясь к выходу из холла.

— И что? Ты считаешь, что стал здесь звездой? — вздёрнула она бровь. — Как бы не так. Не обольщайся, и не думай что тебя будут ценить за заслуги. Герои нужны пока они удобны.

— Я вообще ни о ком не думаю, — хмыкнул я. — Я думаю только об учебе. До остальных мне дела нет, — невозмутимо ответил я.

— Все вы так говорите, графья да барончики, чтобы значимости себе прибавить. Но это не потому, что ты так себя проявил. Всем на это плевать. Всё дело лишь в том, что у тебя происхождение очень уж хорошее. Все хотят с тобой дружить. Все хотят добиться твоего расположения. Открою тебе секрет. Если бы ты был менее родовит, тебе даже руки бы не подали. Так что за все, что произошло пару часов назад в этом холле, благодари не себя, а твоего папочку, который успел сколотить себе имя.

Я лишь вздохнул. Уж кого-кого, а папочку я благодарить совершенно не собираюсь.

Снежинская так и стояла у кресла, пока я уже дошел до дверей выхода.

— Рад был повидаться, — кивнул я.

— Постойте, — вдруг произнесла она. — Граф Медведев, а что же это, не проводите девушку до обеденного зала? Не составите компанию? Не подставите свой локоток?

Надо ли мне это? Абсолютно нет. Но для графа Медведева проигнорировать столь прямой намёк было бы не совсем правильно. Главное, расточительно.

Снежинская хоть и имеет явно дурной характер, но может быть весьма полезна в будущем. Кто знает, где она пригодится мне.

Стоило нам выйти на лестницу, как герцогиня снова обратилась ко мне:

— Как я уже говорила, здесь всё в любом случае решает имя. Но не только это. Ведь родовитых семей и кроме нас немало.

— Дайте подумать, — хмыкнул я. — А ты знаешь, мне это известно.

— Я даже не сомневалась. Иначе не завела бы с тобой такой диалог, закивала она..

— Хочешь мне что-то предложить?

— Именно так. Я предлагаю тебе заключить нечто вроде союза. В команде мы можем достичь довольно многого. При этом нам на руку сыграют не только наши способности, но и репутации наших семей.

— Зависит от того, что ты можешь предложить. Пока что я не вижу особых достижений с твоей стороны, — произнёс я, внимательно изучив свои ногти.

— Это не будет бесконечно. Мы ведь с только познакомились. И сегодня только в первый день нашего пребывания здесь. Мы ещё не успели проявить себя и показать перед преподавательским составом.

В этот момент я услышал какой-то шум. На лестнице явно кто-то спорил. Вот только кто и о чём, я пока не разобрал.

Глава 19. Решение

Голоса скандалистов показались мне знакомыми. Приблизившись, я услышал голос Орлова:

— Просто примите с достоинством ваше поражение, — терпеливо произнёс он.

— Поражение? — раздался надменный голос. — Вы нас не победили, вы только себе проблем создали. Если вам один раз повезло, это ещё не значит, что вы теперь короли и в полной безопасности.

— Если вы считаете, что нам повезло, так давайте это проверим, — раздался Только теперь дружки не спасут вас.

Мы как раз миновали виток лестницы и увидели всю сцену. С одной стороны стояли наши первокурсники. Это был Орлов, Ирэн и ещё один незнакомый парень. Сзади них стоял Василий, мой сосед. Напротив них стояли трое старшекурсников. Двое незнакомых, а один — тот самый усатый офицер, который встретил нас ещё на перроне. И тот самый, которого смог победить наш Василий.

Тут собравшиеся заметили меня. Орлов заметно расслабился. Ирэн тоже улыбнулась и помахала мне рукой. У усатого губы растянулись в неприятной улыбке.

Не знаю, в курсе ли Орлов и Ирен о происхождении Василия, но они явно его защищали.

— А вот тебя мы и ждём, слабак, — сказал усатый повернув голову в мою сторону..

— Спасибо, что представились. Меня зовут Алексей.

Даже стоя на отдалении, я услышал, как скрипнули зубы задиры. Парень, стоявший за Ирэн и Орловым, едва не рассмеялся. Усатый, на его счастье, проигнорировал мою контратаку.

— Ну что, гадёныш, я тебе покажу, как надо со старшими обращаться. И научу тебя уважению.

— Слушайте, как говорил мне отец, уважение сначала нужно заслужить, а уж потом ожидать, что кто-то его станет к тебе проявлять.

— Отец? — скривил губы в улыбке усатый. — Я слышал, как твой отец сбежал с поля боя не один раз. Он такое же ничтожество, как и ты. А то, что про него говорят, так это байки, за которые ваша семья проплачивала большие гонорары журналистам.

Я поймал на себе взгляд Орлова, который мотал головой. Да я и сам уже все понял. Это была провокация. Этот усатый просто провоцировал меня, чтобы я сделал какой-то ответный шаг, напал на него. Я пока не изучил все штрафные санкции, но что-то бы обязательно было.

Я лишь сказал:

— Достижения наших отцов — это их дело. Важно, чего мы сами стоим. Вот про моего отца вы слышали, пускай и выдуманные байки. А про вашего отца я даже не знаю. Кто он? Сапожник, быть может?

Усатый зашипел рассерженной кошкой:

— Да что ты себе позволяешь, малец?

Он покраснел и стиснул зубы. Один из старшекурсников даже придержал его за плечо, мол, не торопись.

— Повторюсь, вопрос в том, чего мы стоим. Я вот почти победил всю вашу команду, хотя лишь новичок и здесь всего первый день. Зато отчётливо помню, как ты валялся в стазисе.

Усатый демонстративно сбросил руку товарища с плеча, поправил китель и, уставившись на меня, твёрдо произнёс:

— Ты наговорил лишнего, малец. Я вызываю тебя на дуэль.

— Что? На дуэль? — расхохотался я. — С тобой? А кто ты вообще? Да и не пристало военным дуэли устраивать. Да и опять же... Как я знаю, по правилам Академии, дуэли допускаются. Но ради чего-то. Что мне будет за победу над вами? Меня что, повысят до третьего курса? Сомневаюсь. А в целом не вижу никаких достижений за тобой, которые бы я хотел получить в качестве награды за победу. Поэтому не интересно.

— Ты просто боишься, — прошипел усатый.

— А чего мне бояться? Мы вас уже один раз победили. Или ты уже успел забыть об этом? — хмыкнул я.

Усатого ситуация явно вывела из себя. Он прошипел что-то, сплюнул на пол, потом отступил на шаг.

— Ладно, — произнёс он вдруг изменившимся голосом и гаденько улыбнулся. — Было приятно с вами пообщаться. Ещё увидимся. И не уверен, что эта встреча вам понравится. Предлагаю вам опасаться. Мы за вами ещё придём. И, боюсь, говорить с вами больше не будем.

— Я на это надеюсь, — улыбнулся я.

Рядом со мной встала Ирэн, и тоже кивнула:

— Да-да, надеемся, что вы уже перестанете болтать языками и перейдёте к действиям.

Я и сам не заметил, как за моей спиной выстроились все наши первокурсники. Как один большой кулак, мы готовы были наброситься на этих напыщенных болванов.

Пауза затянулась, и я решил её разбавить:

— Ну что, мы вас оставим с вашими блажными фантазиями, а сами, наверное, отправимся на ужин.

Когда мы отдалились от беснующихся старшекурсников, Ирен принялась распекать на чём свет стоит наглецов, а Орлов принялся рассказывать:

— Это Стефан Горских, — сообщил мне Орлов.

А я даже бровью не повёл.

— Ума не приложу, кто это такой, — хмыкнул я.

— У них довольно сильный военный род, — Удивлённо приподнял брови Орлов. — Даже странно, что ты о нём не слышал. Он, конечно, не дотягивает до Медведевых, но его отец и дед тоже снискали немалую славу на полях битвы.

— И что ему от меня надо? — хмыкнул я.

— Как что? Ему нужна сатисфакция. Они довольно важные люди в мире военной элиты. И репутация для них важнее жизни. Ему терять лицо нельзя. За такой позор, что ты ему вчера доставил, его из семьи могут выгнать. А сегодня ты ещё прошёлся по его чести. Он теперь будет искать любые возможности, чтобы тебя растоптать. Хитростью или прямым столкновением — неважно. Главное, чтобы это было по правилам и не роняло его лицо.

— Так он только что подошёл ко мне и стал меня оскорблять. Он, по-моему, уже потерял лицо. Разве так себя ведут аристократы, — хохотнул я.

— Ну, его дружки сказали бы, что он был учтив. К сожалению, такие диалоги на лестничных клетках сложно доказуемы. Потому как наши слова против их слов. Мы обе стороны заинтересованные. Поэтому тут им нечего противопоставить. Но если бы ты поддался на его провокацию и, например, ударил, было бы всё совсем иначе. Тебя бы наказали или отправили бы на штрафные работы. Или вовсе сделали бы манекеном для отработки ударов на.

— Кстати, не знаешь, из какого он отряда? — спросил я. — Тоже разведчик?

— Нет, он из штурмового отряда медведей.

— Не орлов? — удивился я. — Я думал, что штурмовики у нас орлы.

— Это только наш курс, — пояснил Михаил Орлов. — Каждому курсу дают своих животных. Чтобы нас идентифицировать и как-то отличать. И в случае чего, любой, проявивший себя на поле брани из нашего курса, прославит и весь наш поток Академии.

— И что, животные не повторяются? — спросил я Орлова, который, похоже, всё знал об Академии и о её правилах.

— Ну, когда последний из курса погибает, животное-оберег снова можно использовать для новых курсов.

— Понятно, — произнёс я.

Пока мы общались с Орловым, Ирэн бушевала и возмущалась, потрясала кулачками.

— Ох уж эти правила Академии. Я бы этому, как там его зовут?Горский… Я бы этому Горскому уши пообрывала. Только правила Академии его и спасают. Да я бы его, — она изобразила движение руками, как будто душит какую-то змею.

Когда она особенно громко стала выкрикивать нелестные эпитеты в сторону старшекурсников, Орлов переместился от меня к ней, принявшись объяснять, что не стоит лишний раз создавать поводы для конфликтов. А тем более, вопить на всю академию, на какого размера копье она вертела все старшие курсы.

Я же тем временем, воспользовавшись моментом, потянулся сознанием к своим мышкам. На всякий случай, вдруг они что-то успели узнать.

Мики, как хорошая девочка, первым делом пробралась в женскую душевую. И откуда у неё такие потребности? Правда, распознав в ней магическое животное, её сразу же оттуда выгнали. Правда, очень бережно. Уверен, если бы она полезла к парням, скорее всего, её бы прихлопнули.

Я тут же вспомнил одну из своих мышек, которую спалили огромным огненным шаром в поезде. Да уж, парни не церемонятся, зато девушки вот более бережно относятся к чужим жизням, даже мышиным.

Вторая мышь пока что ползала где-то в подземельях крепости, пытаясь найти проход к преподавательским комнатам. Но пока безуспешно. Правда, нашла она там несколько любопытных помещений. Надо бы попросить её внимательно их изучить.

Мы расселись за выделенными нам столами. Стояли они уже не на отдалении, а среди рядов других курсов.

Несмотря на то, что никаких испытаний пока не ожидалось, ученики всё равно были очень напряжены, будто ожидали, что в любой момент на них начнут нападать старшекурсники. Всё верно, Седов ведь сказал, что стоит ожидать нападения в любой момент.

В этот момент в главные ворота крепости вошёл крепкий невысокий мужчина с седой бородой. На нём были простые солдатские чёрные доспехи, но выправка и напористый шаг выдавали в нём личность сильную и несгибаемую.

— Ого! — толкнул меня Орлов, который сидел рядом. — Это же сам Лупицкий.

— Лупицкий? — хмыкнул я. — Да уж, говорящая фамилия.

Заметив мою ухмылку, Орлов покачал головой:

— Он один из самых талантливых полководцев Российской империи. Если бы он был чуть дипломатичнее, он бы мог стать военным министром. Но имеет очень уж вспыльчивый характер и спорит буквально со всеми, даже с императором. Только его ценность на поле боя уберегла его от казни за неподобающее обращение к царственной особе. Причём не один раз. Он постоянно пребывает в немилости императора.

— Хм, интересный мужчина.

Тем временем Лупицкий прошагал по преподавательскому столу, кивнул некоторым преподавателям и развернулся к ученикам.

— Здравия желаю, бойцы! — рявкнул он так, что задрожали стены и зазвенели бокалы. — Горжусь новым потоком. Так держать! Всегда приятно, когда молодые дарования сбивают спесь с зазнавшихся старшекурсников.

Далее поднялся гул, причём разноголосый. Кто-то недовольно гудел, но большинство учеников радостно загалдели.

— Да-а-а! — прокричал несколько ребят на задних рядах.

— Жаль, я пропустил бой. Уверен, там было на что посмотреть. Но, учитывая, какой поток нам достался, я ещё не раз услышу о вас и посмотрю на ваши подвиги.

В зале снова громыхнуло.

— А теперь к новостям, — рявкнул он и взглянул на ректора Академии Седова. Ректор согласно кивнул. — Завтра, после завтрака, будет перенос Академии. Событие для новичков важное и незабываемое. Подобного чуда вы, быть может, в жизни никогда и не увидите. Мало кто удостаивается чести побывать при переносе Академии, кроме её учеников и преподавателей. Переноситься мы будем к месту, где образовался стабильный прорыв демонов. Из этого прорыва, на нашу территорию попадают всё новые и новые орды иномировых тварей. Наша задача — обеспечить боевую поддержку нашим войскам, что сдерживают натиск мирового врага. И всеми своими силами и доблестью показать, чего мы стоим. При этом не только демонам, но и нашим соседям, которые, даже в такой сложный для нашего мира момент, не упускают возможности найти способы как-то нам навредить. Нам и нашей империи. Также уведомляю, что именно там будет проходить предстоящая дипломная битва по боевой защите.

Зал наполнился гулом. Лупицкий слегка склонил голову, затем строевым шагом направился в сторону преподавательского стола. Он уселся и принялся ужинать.

Про перенос Академии я уже неоднократно слышал, да и видел его со стороны, когда Академия появилась прямо из портала. Если это, конечно, был он. Портальная магия для меня вещь не новая, но целый перенос здания — на грани чуда. Повторюсь, не знаю, кто создавал эту магию, но это нечто колоссальное.

Дальше ужин прошёл без происшествий, если не брать в расчёт то, что все первокурсники дёргались и подскакивали от каждого неосторожного шума и звяканья тарелок, да и недобрых взглядов со стороны тех самых старшекурсников, которые пытались наезжать на нас на лестнице.

К слову, их было уже не трое, к ним присоединились и другие. Я насчитал человек десять недоброжелателей. Но ничего, так будет даже интереснее.

Лучший способ обучения — это практика. Вот и попрактикуюсь на подопытных кроликах.

Кстати, Василий по-прежнему держался на отдалении и старался даже не смотреть в мою сторону, хотя мы с ним были соседями.

Вернулись мы порознь. Когда я завалился на кровать, едва не придавил астрального ворона, который сидел на моей кровати и, поворачивая голову то так, то эдак и глядел на меня. Этих воронов для чего только не использовали — и для разведки, и для переноса грузов. Особенность астрального ворона, что это были искусственно созданные существа, способные перемещаться по магическим подпространствам. И перемещались они практически мгновенно.

Учитывая, что его создал не я, но он сидит на моей кровати, его отправили по мою душу. Вот только что он мне принёс? Ворон ещё раз покрутил головой, затем дёрнул клювом, в котором появился скрученный свиток с печатью.

Печать была явно магическая, значит, послание секретное и, скорее всего, после прочтения уничтожится. Это уже любопытно. Хотя тайны о том, кто отправил мне это послание, не было. Такие любил наш дядя Дима. Чего это он? Неужели так по мне соскучился? Или хочет узнать, как дела?

Я протянул руку и ворон, подскочив ко мне, бережно положил свиток в мою ладонь. Смерив птицу взглядом, я принялся читать послание:

«Дорогой племянник, у меня для тебя довольно важные новости. Думаю, лучше будет, если ты узнаешь их как можно раньше и от меня, а не от кого бы то ни было другого. Для начала, спешу тебя поздравить. Сегодня ночью у тебя родился брат».

Вот это поворот... Я хмыкнул и, уже предчувствуя нечто неладное, уселся на кровать.

«Твой батюшка готовился к этому событию довольно давно. Но, думаю, для тебя это и так не секрет. В общем, пользуясь правом отделения наследника, твой отец наделил тебя титулом барона. Так же он выделил тебе довольно большой кусок земли в поместье.

Как ты уже понял, больше ты не Медведев. Я пытался отговорить твоего отца, но он, как ты знаешь, часто бывает непреклонен и глух даже к голосу собственного разума.

Если он что-то решил, его не переспорить. Так что тебе в рамках месяца нужно принять новое владение и заявить твой новый титул и имя рода в Имперской канцелярии. Но рекомендую не затягивать, канцелярия может что-то потерять и процесс затянется. Да, и отнесись ответственно к своей фамилии. Многие не верят, но я всерьёз считаю, что она сильно влияет на ту судьбу, что ждёт тебя впереди.

Несмотря ни на что помни, что ты не один и у тебя много родных. И даже если твой батюшка тебя не ценит, это не значит, что остальные относятся к тебе так же.

С уважением, Дмитрий Медведев».

Я тихонько рассмеялся, положил рядом свиток и вытянулся на кровати. Что ж, похоже, начинается взрослая жизнь. Пора браться за дела по полной.