Аргумент барона Бронина 5

Глава 1. Защитники

Погонщик — демон, не самый приятный, особенно доросший до уровня архидемона, но вполне победимый.

Усугублял ситуацию тот факт, что он повелевал четырьмя гончими, которых он вырастил до таких размеров, что они вполне были способны противостоять паре-тройке архидемонов схожего с дрессировщиком уровня.

В тварях погонщика чувствовалась такая мощь, что мне самому стало не по себе. Да и сам погонщик выглядел не лучше. Пятиметровый перекачанный гуманоид с боскообразным туловищем и головой кабана. По крайней мере, именно на свиное рыло больше всего походила морда. Усыпанная клыками челюсть из которой то и дело вырывался оглушительный поросячий визг. К слову, этот жуткий звук резал уши и буквально оглушал, сбивая с толку сражающихся бойцов. К слову, своим тоже доставалось.

Гончие, чувствуя вкус крови и горячку боя, всё ускорялись и ускорялись. Эти твари носились вокруг, уворачивались от боевых заклятий и рвали всё, что попадалось на пути, здоровенными зубами. Против них плохо спасали щиты. Клыки в огромных пастях явно были заколдованными и рвали щиты так, будто их и не существовало вовсе. Что уж говорить о доспехах.

Одна из этих гончих направилась прямо на нас с Лупицким. По пути она, то и дело щёлкая челюстями, откусывала конечности и головы попавшимся на пути воинам. Мы с Лупицким разошлись в разные стороны. Мне на голову принялся наползать песчаный шлем, увенчанный острыми зубцами. Теперь мой образ полностью повторял Лупицкого. И нас было довольно сложно различить.

— Думаешь, сейчас самое время? — последовал мысленный сигнал.

— Мне о защите тоже нужно думать. Шлем не помешал бы, — хохотнул я. — Посмотрим, как дело пойдёт.

В руках у Лупицкого появился двуручный меч, засветившийся синим. Клинок у него был тонкий, но из-за яркого мерцания казалось, будто он куда больше и тяжелее, чем казался на первый взгляд. Мы разошлись в разные стороны, пытаясь сбить с толку тварь. Она явно двигалась к нам — видимо, был особый приказ убить командиров, в то время как остальные гончие просто устраивали кровавую баню, атакуя всех на пути. Сам погонщик, у которого плюс ко всему оказалась ещё одна пара рук, принялся вертеться, осыпая ударами бойцов нашего отряда. А вот сейчас я всерьёз пожалел, что мы не успели отступить, ведь подмоги у нас нет. В нижней паре рук у демона были массивные топоры, в верхней — огненные кнуты. Сам он теперь представлял собой смертоносный смерч, выкашивающий всё живое на пути.

Позади послышался оглушительный треск. Я быстро оглянулся в ту сторону. Кажется, наши воины принялись разбирать завал из астероидов. И не один я это заметил. Казалось, что это событие придало нашим парням сил и уверенности, что надо продолжать биться, не сдаваться, идти только вперёд. Как бы страшно ни было, какие бы страшные твари против нас ни выступали, мы со всем справимся!

Мы с Лупицким, не сговариваясь, бросились навстречу гончей.

При этом генерал не забывал выкрикивать подбадривающие кличи и раздавать приказы. Железной воли человек!

Моя нагамаки засветилась красным, будто предчувствуя, что сейчас начнётся нечто интересное. Краем глаза заметил, как одну из гончих смогли повалить на землю, а четыре воина, взобравшись на спину твари, рубили её мечами и топорами, пытаясь пробить защиту. Гончая вертелась, вырывалась и пыталась перевернуться на лапы, что ей никак не позволяли сделать, осыпая заклятиями. Мне даже показалось, что маги холода приморозили её прямо к земле. Челюсти гончей щелкали, стремясь откусить какому-нибудь зазевавшемуся воину ногу, но в нашем отряде были далеко не простаки и так легко не подставлялись.

Уже через мгновение мне стало не до приключений завалившейся твари. У нас тут своё веселье.

Гончая, несущаяся к нам, лишь на миг смутилась из-за нашего с Лупицким манёвра. Однако уже через секунду бросилась прямо на меня, выбрав себе цель.

Я усилил щиты, чтобы не отвлекаться на то и дело попадающие в меня заклятья. Сейчас лучше не отвлекаться.

Лупицкий, решив, что это прекрасный шанс, попытался подскочить к твари и рубануть её по незащищённому боку, но тут же едва не отлетел от щёлкнувшего перед самым лицом хвоста твари. Следом, гончая, будто взбесившийся конь, попыталась лягнуть Лупицкого задними лапами, увенчанными длиннющими когтями. Одновременно с этим тварь попыталась ухватить уже меня своей огромной пастью. Я охотно поддержал её начинание и, выбросив вперёд нагамаки, вонзил его прямо в пасть, ожидая, что легко пробью ей черепушку.

Однако металл заскрежетал о металлическое нёбо, наполнив пасть твари яркими искрами, делая картину еще более жуткой. Такого я ещё не видел. Ведь пасть — как правило, опасная часть тела, но в то же время уязвимое место. Здесь же — что-то совсем новое.

Видимо, погонщик очень печётся о судьбе своих зверюшек и оставляет мало уязвимостей для того, чтобы их покалечить.

По крайней мере, я припомнил, что когда отвлёкся на завалившуюся гончую, отметил, что её живот и шея защищены металлической шипованной бронёй. Причём метал был не из простых, наши ребята так и не смогли поразить её в уязвимые места. Как же она ест, если у неё всё перекрыто? Или это какая-то броня?

Недолго думая, я едва успел вырвать нагамаки из мгновенно сомкнувшейся пасти и, продолжая движение, рубанул тварь по шее. Клинок нагамаки увяз на пару сантиметров, но толстенная бронированная шкура не позволила нанести хоть сколько-нибудь серьёзный ущерб. Да как их убивать-то?

Ладно, в сторону игры.

Я попытался залезть в мозг твари, но не смог! У меня не получилось. Это что еще за новости? Какая-то блокировка? Это что же, демоны научились экранировать ментальную магию? Это не очень хорошо. И очень несвоевременно.

Тем временем Лупицкий, то и дело уворачиваясь от хвоста, который, казалось, жил своей жизнью и атаковал не хуже, чем башка твари, пытался прорваться в ближний бой.

— Она вся бронированная! — подал я мысленный импульс. — У неё все уязвимые места защищены! И мне кажется, что защищены куда лучше, чем хребет и другие важные части.

— Значит, я буду бить туда, — последовал ответ.

И это было довольно логично. Ведь если снизу на животе металл, а на шипастом позвоночнике защиты нет, значит, это и есть необходимая уязвимость. Продолжая атаковать клинком, я создал из песка несколько магических клинков и дал им задание рубить тварь по спине, шее и холке. Но идея оказалась сомнительной. Казалось, позвоночник тоже был из металла. По крайней мере, все атаки, от которых гончая не успевала увернуться или отбить, вызывали лишь снопы искр.

— Да что же это такое? Она что, вся из стали сделана? — ревел Лупицкий, то и дело посылая воздушные заклятия, молнии и рубя тварь мечом.

К слову, гончая замедлилась. Видимо, до этого она действовала на адреналине или под воздействием какого-то ускорения. Сейчас же её атаки были не столь стремительными. (Ну, либо что-то тварь поразило-таки. Осталось понять, что именно).

Я то и дело пытался прощупать её разум, но мне просто не за что было зацепиться, будто она не живая. Но нет же, вон дышит, рычит от злобы, капает слюной…

Однако пробить её защиту мы так и не смогли. У меня даже закралась мысль: а не использует ли она магию какого-нибудь духа, типа той, которой обладает моя черепаха? Надо хорошенечко подумать, как вскрывать её защиту. Единственное, что я видел из возможностей, как-то ей навредить — попробовать сломать ей челюсть и забить что-нибудь взрывоопасное в глотку. По крайней мере, как-то же эти гончие глотают конечности бойцов.

Тварь начала замедляться. Почему-то кокон вокруг неё создать никак не получалось. Слишком тварь была сильная и быстрая. Она вырывалась из хватки каждый прежде, чем удавалось связать ей лапы. Я смог замедлить её, но полностью обездвижить гончую оказалось непросто.

Параллельно с этим, я забивал всё новые порции в глотку твари, пока та злобно щёлкала челюстями. Кажется, что она сожрала уже столько песка, что должна потерять возможность двигаться. Однако этот песок будто пропадал куда-то. Я его очень плохо чувствовал. Мне казалось, будто желудок твари тоже залит каким-то металлом, экранирующим магию. Да что ж она такая неуязвимая-то? Что этот погонщик умудрился с ней сделать?

В очередной раз, когда тварь щёлкнула передо мной челюстями, я создал что-то вроде распорки из песка, максимально усилив её ментальной магией и телекинезом. Поравнявшись с её распахнутой пастью, почувствовал, что песок внутри её брюха я могу ощутить, пускай и слабо. Причём, только тогда, когда я нахожусь напротив её раскрытой пасти. Ну что ж, тоже неплохо. В следующую секунду весь песок, оказавшийся внутри твари, принялся трансформироваться в микросмерчи, усеянные клинками, что принялись рвать плоть твари изнутри. Гончая взвыла, принялась мотать башкой.

Неожиданно связь с песком вдруг усилилась, и я стал ощущать стихию внутри брюха твари. И это прекрасно. Кажется смог пробиться.

Лупицкий нашёл иной способ вредить твари. Всё же металлическая броня хорошо проводила электричество. Вот генерал и принялся атаковать тварь молниями. И та действительно оказалась очень уязвима к этому типу магии.

Лупицкий, казалось вложил всю свою мощь в кривую дугу, что прошила тело монстра нсквозь. Уже через пару секунд тварь тряслась в припадке, то и дело сотрясаемая электрическими разрядами. При этом, изнутри неё раздавались звуки разрываемой плоти.

Очень скоро мои смерчи буквально выпотрошили тварь изнутри. Я очень хотел добраться до её мозга, чтобы понять, в чём же секрет: почему я не могу воздействовать на неё ментальной магией. А пробиться к черепной коробке сквозь броню возможности не представляется.

— Она всё, — бодро констатировал Лупицкий. — С ней всё кончено. Пошли дальше воевать.

— Подожди, — произнёс я. — Надо одно дело сделать.

— Ладно, пойду нашим помогать. Подскажу им про молнии.

Я лишь кивнул. Тем временем, созданный из песка червь прогрызал себе путь к голове твари, прямо внутри туши. Где-то на заднем фоне, как безумец, завопил погонщик — он уже понял, что одна из его зверюшек закончилась, и это его не радовало. В следующий миг мой песчаный червь добрался до черепа, и тут я встал в ступор. Внутри не было мозга.

— Это ещё что за новости? Как тогда оно управляется?

Я перевёл взгляд на хозяина зверюшки. Это загадка, которая теперь не даст мне покоя. Его обязательно нужно брать в плен.

В следующий миг по небу прокатился раскат грома. Я увернулся от пары залпов, пущенных демонами, что всё ещё находились на стенах и осыпали нас градом снарядов.

Тем временем, в глубине чёрных облаков, закрывавших небо, начало шевелиться нечто явно неприятное. Будто небо было на самом деле океаном, по какой-то причине находящимся теперь вверху. А внутри тёмной воды находился кто-то очень неприятный. Вроде гигантскго спрута или целой стаи хищных гибких рыб. Неприятное предчувствие кольнуло. А ещё ощущение, что в стане врагов прибыло сильных бойцов. Кажется, бой только усложняется, и демоны так легко крепость оставлять не собираются, несмотря на то что она им явно причиняет много неудобств.

Внезапно из одного из крупных облаков показалась массивная фигура. Это была колесница, самая настоящая, будто из какого-то древнего мифа.

В колесницу были запряжены несколько сотен гарпий, довольно крупных, злых. Они ругались, слали проклятья и разбрасывали всюду боевые заклятия. Верхом на колеснице восседал крупный демон. Отчего-то он был золотым, а не красно-чёрным, как обычно любят выглядеть эти твари.

— Давно я не участвовал в таких весёлых битвах, — прокатилось по небу, подобно раскату грома. — Теперь повеселимся!

А мне вот было не до веселья. Уровень демонов был очень высок.

Глава 2. Выжигание

Погонщик явно приободрился, поняв, что к нему прибыла подмога. Он радостно взревел. Вместе с ним взревели и гончие. Две из них всё ещё носились по кругу, разрывая на части неосторожных бойцов, хотя, признаться, им всё реже попадалась достойная добыча. Разве что песок, который я забивал им в глотки, всякий раз, как они раскрывали пасти.

Песок в их желудках я по-прежнему не ощущал, но план действий у меня уже был.

Всё чаще воины уклонялись от атак гончих и предпринимали успешные контратаки. Лупицкий орал на всю округу, что их надо бить молниями. Мол, твари железные, поэтому электричество их шокирует. Однако у его ребят явно что-то не выходило. По крайней мере, молнии стекали с тварей, как вода с жирных птиц.

К слову, ту гончую, что воины умудрились повалить, так и не выпустили. Несмотря на то, что её товарки всё время пытались отогнать воинов подальше и не дать им дать добить тварь. Воины умело оборонялись, то и дело отгоняя гончих, хотя, учитывая их броню, это было удивительно. Ведь справиться с такой тварью было ой как непросто. Это я уже и сам понял.

Опять же не давало покоя отсутствие мозга в черепах демонов, это до сих пор не укладывалось у меня в голове. Вот такой вот каламбур.

Погонщик, что до этого лишь контратаковал пытающихся нападать на него воинов, и сам решил вступить в бой. Он двинулся на ту самую группу воинов, что пытались забить примёрзшую к земле зубастую псину. Он, размахивая своими топорами и кнутами, попытался отогнать ребят, но те приняли его в штыки, не позволяя приблизиться.

Со стен крепости и из бойниц замка на нас понеслись десятки боевых заклятий. Гарпии стреляли ядовитыми дротиками. Суккубы и инкубы то и дело, пытаясь запудрить головы бойцам, плевались отравленными шипами. То и дело появлялись теневики. К слову, поголовье теневиков тоже уменьшилось. У курсантов Муромской академии оказалась хорошая реакция.

Если в моменте, когда мы пробились внутрь крепости, отряд Лупицкого насчитывал порядка пятисот человек, то сейчас на ногах стояли чуть больше трёхсот. Битва была очень жаркой. Радовало только то, что в завале за нашими спинами всё чаще появились бреши, а это значило, что наша подмога тоже близко, и мы не останемся один на один с этими тварями. Потому как впервые за долгое время, учитывая особенность гончих, я задумался о том, насколько я сам всемогущ и насколько я могу противостоять демонам. Такие новшества меня откровенно сбивали с толку. Но ничего, у меня ещё есть чем удивить монстров.

Сверху на нас посыпались новые волны убийственных заклятий. Метеоритов больше не было. Однако с неба режко закапала какая-то чёрно-красная вонючая жижа. Золотой демон в колеснице, продолжая орать что-то агрессивное, воздел в небо руки, и тучи набрякли чем-то очень тяжёлым и неприятным. В следующий миг, вниз обрушился багровый дождь. Выглядело это очень жутко. Тёмно-красное небо и кровавый дождь. Тёмная вонючая жидкость образовывала лужи, которые шипели и бурлили, делая картину вокруг действительно инфернальной.

— Будто в ад попали, а? — хохотнул Лупицкий, даже не думая унывать. Он уже присоединился к ребятам и, создав мощную молнию, смог таки поджарить вторую гончую.

— Я возьму на себя того красавчика, — указал я на погонщика.

— Ничего не имею против, — радостно заревел Лупицкий. — А мы с ребятками порвём этих шавок. Отряд номер два, выбейте уже со стен этих недомерков. Они, может, ущерба и не приносят, только внимание отвлекают.

— Так точно, господин генерал, — воскликнул один из командиров и тут же направился к стенам.

Я задрал голову и увидел, как через укреплённые толстые стены к нам буквально перепрыгивают бойцы из других отрядов. Вот только что-то изменилось. Замок будто кто-то изолировал, навесив на него защитный купол. И многие воины просто врезались в него, бессмысленно скатываясь по сторонам. При том, что они уже давно предпринимали безуспешные попытки пробиться сквозь купол.

Всё таки подмога нам нескоро прибудет. Остаётся надеяться, что завал из булыжников будет единственной преградой на их пути.

Да уж, подмога пробиться не может, а проклятый дождь вполне спокойно проходит сквозь эту защиту.

Я тем временем уже нёсся навстречу погонщику, и тот, мгновенно заметив меня, радостно оскалился. Я внимательно оглядел его броню, защищён неплохо, вот только морду не закрыл. Щиты магические есть, но мне важно проверить другое.

Я допускаю, что он каким-то образом переместил мозги своих подопечных куда-то в отдалённое место. Быть может, это был какой-то эксперимент противодействия метальным магам типа меня. Но с собой же он, как я надеялся, такое не проделал.

Создав импульс помощнее, хорошенько вложившись в него, я направил ментальный кулак прямо в разум четырёхрукого погонщика.

И о чудо! У этого здоровяка мозги были на месте. Монстр, ожидавший честного боя, сделал заднее сальто, приземлившись прямо на голову. Шея его искривилась с громким хрустом. Я же продолжил кромсать его нервную систему, хоть это и давалось непросто.

Очень любопытно. С его гончими разобраться — целая проблема. А сам он оказался не очень-то серьёзным противником. По крайней мере для меня. Однако какая-то защита у него была. Всё-таки архидемон — это не рогач и даже не инкуб.

Он рывком поднялся на ноги, мотнул башкой. Из его носа и ушей в разные стороны разлетелись тягучие капли бурой демонической крови.

Он взревел:

— Менталист, ненавижу вашу породу!

Затем он вдруг достал какой-то камень и закинул себе в рот. Я опомниться не успел, как его глаза сделались стеклянными и разъехались в разные стороны. Из его рта потекла густая пена.

— Жрать! — заревел он и бросился на меня.

— Весело, — хохотнул я. — Смотри, не подавись, я не вкусный.

Моя нагамаки вспыхнула красным пламени. Предполагая, что этот красавчик подготовил мне какой-то сюрприз, я принялся выписывать своим орудием восьмёрки и собрал побольше метальной силы, пытаясь повредить ему. Однако на этот раз всё снова пошло не так. Неужто эти дрессировщики нашли какой-то способ противодействия менталистике?

Оставлять этого гада в живых нельзя, потому что если он уйдёт и сможет доложить Базалесу о своих открытиях, ничем хорошим для меня это не закончится. Не хватало мне ещё орду таких воинов, иммунных к ментальной магии. Так мы всё преимущество растеряем.

Пытаясь испепелить ему мозг и нервную систему, я сшибся с ним в ближнем бою. Бросился к нему, выставив перед собой нагамаки и принял на клинок удар двух топоров. Кнуты попытались обвиться вокруг меня, но песчаный щит вперемешку с телекинезом не дали им этого сделать.

Где-то внутри себя я почувствовал толчок, раньше ничего подобного не ощущал. Это что-то новенькое. Не Носорог ли подаёт мне сигналы, пытаясь уберечь от чего-то. Вот только от чего?

Спешно орудуя клинком, я отбил пару мощных выпадов, затем ловко извернувшись, смог отсечь гиганту одну из рук, сжимавшую топор. Погонщик омерзительно завизжал. Я кое-как увернулся от летящей прямо в голову секиры, сбросил с себя один из кнутов, попытался вонзить клинок прямо в пасть погонщика, в тайне надеясь, что у него тоже не окажется металлическая пасть.

Но тот был куда проворнее своих подопечных и, отведя голову в сторону, ловко контратаковал.

К слову, щит у него был тоже довольно крепок. Я периодически пускал в него мечи и копья, сотканные из песка. Но вся беда в том, что клинок с душой Ардуила легко пробивал его щиты, а вот песчаные копья и клинки лишь бессильно разбивались о мощную защиту, то и дело полыхающую красным.

С одной стороны, мне было очень интересно взять этого молодчика живым и допросить. Но с другой стороны, оставлять его в живых нельзя, причём нужно вскрыть ему черепушку и спалить всё, что там есть, на случай если Базалес решит его воскресить, чтобы не осталось никакой памяти. Ничего. Нужно испепелить саму его душу. И на этот случай у меня был один маленький подарочек от Ардуила. Было не так много зарядов, которые можно усиливать свои песчаные клинки, их я берёг на важные случаи. Вот, к слову, такой случай и настал.

Погонщик давно перестал обращать внимание на летящие со всех сторон атаки из песка, поэтому даже не обратил внимания, как здоровенное копье, пройдя сквозь его щиты, вонзилось прямо в череп и принялось буквально выжигать всё его существо. Оно упало аккурат сверху вниз, сначала пронзив его макушку, пройдя сквозь череп, а потом и по всему столбу позвоночника. Не должно было остаться ничего, ни одной мысли, никакой памяти. Рисковать подобными вещами я точно не готов.

Я всё ещё стоял, тяжело дыша, отходя от быстротечной схватки. Как меня отвлёк протяжный вой двух глоток. Гончие осознали, что потеряли своего хозяина. Мне было уже не до них. С ними справятся ребята. Я смотрел наверх, туда, где золотой демон готовил какую-то новую пакость. А ещё из черных туч все отчётливее стали выплывать длинные толстые щупальца.

Похоже, на подмогу погонщику прислали целых двух тварей, причём до крайности противных. В следующий миг из собравшихся чёрных луж, вызванных дождём, полезли чёрно-красные лапы, щупальца и когтистые руки.

Картина выглядела жутковато, но глаза боятся, руки делают. Главное — не отступать, а там руби себе, да руби. Но лучше бить тех, кто всё это представление устроил.

Я быстро оценил поле боя. Молодой майор, которого Лупицкий послал защищать стены, справился довольно неплохо. По крайней мере, демоны с одной стороны стены были полностью заняты боем, им было уже не до нас.

Вторая половина демонов, занявших позиции на крепостных стенах, также про нас забыли и сейчас поддерживали своих товарищей, потому что понимали, что они будут следующими.

Гончие, к слову, несмотря на потерю хозяина, казалось, лишь разозлились ещё сильнее и принялись сражаться с большей яростью. Мне даже показалось, что их могучие тела вспыхнули, обжигая и отравляя зелёным пламенем всех, кто находился рядом.

Набрав полную грудь воздуха, я создал ещё два копья и поместил в них часть могущества Ардуила, затем направил их вверх. Одно копьё должно было поразить золотокожего демона, несущегося в колеснице, а другое — многоногого монстра, засевшего где-то там в гуще туч.

Оба копья я наделил зачатками разума, и они понимали, что нужно поразить цели и убить их, а не просто ранить, так сказать, самонаводящиеся копья.

Одно из копий, стремительно понеслось вверх, а в следующий миг вгрызлось прямо в жирную тучу.

Уже в следующее мгновение округу огласил протяжный рёв огромной твари. Облака, казалось, взорвались от этих воплей и принялись шевелиться и разъезжаться в разные стороны. Однако тварь не была побеждена. Я её ранил, но это скорее не убило её, а разозлило. Что же это за монстр такой?

А вот второй демон очень неприятно меня удивил. Копьё, описав круг вокруг золотомордого, устремилось к нему. А тот, прекрасно его видя, не стал уклоняться. Выставив руку вперёд, он его просто поймал.

Глава 3. Столкновение лоб в лоб

Золотокожий демон, держа в руках моё копьё, громогласно захохотал, потрясая трофейным оружием:

— Вы просто ничтожны, смертные! Ума не приложу, и чего Базалес так переполошился?

Демон на колеснице выбросил руку вперёд, и из кончика копья ударил ярко-красный луч разрушительной мощи.

— Вы даже свою собственную магию не можете удержать, слабаки!

Где-то там, по полю боя, косой прошёлся красный луч. Я уверен, что он распылял всё на своём пути. Слишком уж разрушительна магия Ардуила.

Тем временем клинок нагамаки в моих руках вспыхнул гневным красным светом. Я помню, что, несмотря на ограничения этого мира, Ардуил всё равно был способен поддерживать контакт и управлять своей магией. И сейчас ему явно не понравилось, что кто-то воспользовался его мощью не по назначению. Мне даже показалось, что клинок сейчас попросту взорвётся — так сильно он полыхал. Моё лицо опалило жаром.

Тем временем, демон, пересекающий на колеснице небосвод, победно хохоча, продолжал посылать вниз разрушительные лучи. Вот только недолго: в следующий миг копьё в его руке засветилось красным. Золотомордый не сразу понял в чём подвох. А в следующий миг, песчаное орудие взорвалось в его руке. Ай да Ардуил, ай да молодец! Даже здесь сумел преподнести сюрприз нашим врагам.

Здоровенный демон яростно зарычал, баюкая обрубок мощной лапы, оторванной повыше локтя. Небеса сотряс яростный рык:

— Да будьте вы прокляты! — проревел демон.

Ага, недолго радовался.

Тем временем мне самому было не до смеха. Я хоть и наблюдал за тем, что происходит наверху, но по большей части пытался увернуться от существ, что лезли из чёрно-бурых луж. Попеременно раскидывал тут и там песчаные смерчи, наделяя их толикой разума, чтобы они делали за меня грязную работу. Я уже сделал около полусотни таких торнадо, которые сеяли смерть в рядах демонов и разбредаясь по всему полю боя.

Лупицкий с подчиняющимися ему воинами уже выпотрошил третью гончую. Сейчас дело оставалось за малым: догнать четвёртую, которая, несмотря на отсутствие мозга, проявила не дюжую волю к жизни и сообразительность. Она пыталась вырваться: сначала через стену, затем попыталась ретироваться в замок. Там-то её и нагнали наши бойцы. Лупицкий очень хорошо сработался с водными магами. Те замедляли тварь, буквально примораживая её лапы к земле, а Лупицкий мощной дуговой молнией поджаривал её заживо.

Стены тоже были практически расчищены. Таким образом, вся территория перед замком была за нами. Теперь следовало переходить к следующему этапу, а именно — штурму самого замка. И что-то мне подсказывало, что погонщик был не единственным его защитником.

Я пока решил не торопиться, оценить обстановку получше и подождать, пока Лупицкий закончит с зачисткой. Также следовало подождать, когда наши войска пробьются сквозь завал из метеоритов, что перекрыли доступ к замку.

Опять же мне очень хотелось попробовать на прочность купол щита, что навис над крепостью.

В общем, дел еще не в проворот.

Перед захватом замка, я решил что вернее будет разделаться с двумя незваными гостями, что сейчас во всю резвились вверху, посылая в наших ребят волны разрушительных заклятий.

К слову, над нами метеориты больше не летали, но это только внутри замка. Снаружи, там где наши ребятки схлестнулись с основными силами демонов, что валили из порталов сплошными потоками, булыжники летали с впечатляющей периодичностью.

Но это терпимо. Ребята справятся и сами. А если не справятся, я тоже не нянька.

А вот два демона, резвившиеся наверху, даже для меня были проблемой. Золотокожий всё ещё пребывал в смятении и сыпал проклятиями, но его гарпии не дремали, посылая вниз заклятия за заклятиями, буквально создав проливной дождь из боевой магии. Да и затаившаяся в тучах тварь тоже проявляла себя всё активнее.

Я заметил, как с неба вдруг рухнуло нечто тяжёлое, толстое и вытянутое, будто здоровенная змея, свалившаяся с ветки могучего дерева. Меня прямо-таки оглушило от волны ужаса и боли, что донеслась с поля боя. И это были нехорошие вестники. Там погибали люди в большом количестве, и защитная магия, какой бы хорошей она ни была, справлялась не всегда. Всё-таки есть силы и стихии, против которых не очень-то и попрёшь.

— Ардуил, — позвал я, — знаю, что тебе тяжело здесь разговаривать. У тебя есть идеи, как достать тех молодчиков?

Будто сквозь вату до меня донёсся его голос:

— Ты же летать умеешь, создай свою ладонь из песка, лети и сражайся, — хохотнул древний полубог.

— Что-то мне не хочется к ним лезть, — прикинул я обстановку.

Во-первых, я стану лёгкой мишенью для всех окружающих тварей. Во-вторых, не хочется мне в ближнем бою сталкиваться с такими монстрами. Да, я великий менталист, но здравый смысл никто не отменял. Стоит только попасть под удар такого щупальца, и меня попросту размажет. Но дело делать надо. Глаза боятся, руки делают.

Прикинул, сколько у меня ещё осталось зарядов от Ардуила. Тринадцать зарядов. С одной стороны, это довольно много, учитывая то, какие разрушения принесли предыдущие попытки. С другой стороны, никогда не знаешь, когда они закончатся и будут наиболее необходимы. Поэтому растрачивать впустую я их пока не стану, приберегу.

Настало дело высшей ментальной магии. И не просто метальной магии, а переплетённой с песком и телекинезом. Посмотрим, чему я научился за последнее время и что приобрёл. Главное — постараться не усердствовать и не растрачивать лишнюю энергию попусту, ведь тот фокус со щитом дался мне очень непросто. Ну и магия земли, посылающая в нас здоровенные булыжники, тоже была весьма нетривиальной.

Я принялся создавать сложную конструкцию. Как бы круто ни выглядел этот золотомордый, он вполне уязвим. И копьё Ардуила это показало. Я не знаю, насколько сравнимы мои силы с силами полубога, и насколько они окажутся действенны, но всё познаётся в сравнении.

Я принялся создавать ментальное копьё, вкладывая туда более мелкие заклинания, которые при столкновении с целью активируются и начнут изнутри разрушать жертву. Заклинания очень едкие и эффективные, но абсолютно беспомощны против магических щитов. Поэтому в основе должно быть нечто такое, что с лёгкостью пробьёт защиту. Песок в этом плане вполне пригоден для внешней оболочки и сможет серьёзно удивить любого врага, особенно если сделать более многослойный наконечник, что прогрызёт любую защиту врага. К тому же усиление телекинезом и менталистикой должно значительно усилить эту атаку. До этого я, признаться, ленился выстраивать сложные структуры. Да и незачем было. Большинство врагов были уязвимы против грубой силы. Сейчас же необходимо применить толику хитрости, да и экономия сил становится актуалной. Вот и поглядим. Но заряды Ардуила я приберегу до более ответственных моментов. Теперь надо подойти к этому со всей ответственностью.

— Господин генерал, мне будет нужна ваша помощь, — позвал я Лупицкого, который, собственно, уже радостно хохотал, скорее глумясь над врагами, чем побеждая их.

— Конечно, мой юный ученик, чем могу быть тебе полезен?

— Надо отвлечь внимание вон того пупыря, — я указал пальцем вверх.

Лупицкий задрал голову, качнул подбородком:

— Ну что ж, нет пределов геройству на поле боя. Веди, готов идти за тобой, если, конечно, у тебя есть план.

— Надо раскрыть его спину. Вдвоём будем отвлекать его внимание, в то время как вот эта красавица… — я потряс копьём, — попытается его убить.

— А ты, я смотрю, полон всяких хитроумных сюрпризов, юный барон Бронин.

— Не забывайте об этом, господин Лупицкий. Я всегда способен удивить.

— Так, — Лупицкий принялся раздавать приказы бойцам. — Добивайте этих гадов на стенах. Задача — удерживать захваченную территорию, ждать, когда к нам придёт подкрепление, и не отвлекаться ни на что. Всех впускать. И никого не выпускать. Как своих, так и чужих. Своих — радостными криками приветствовать, чужих — превращать в фарш.

— Так точно, господин генерал! — раздалось над полем боя.

В следующий миг я рванул вверх и, как завещал Ардуил, будто ракета, направился вперёд, выставив горящий красным пламенем клинок над головой. Ладонь из песка я не создавал, ни к чему было. Я и при помощи менталистики неплохо умею летать. Хотя прямо подо мной стало формироваться нечто тонкое и высокое, будто шпиль башни, который сам собой рос и тянулся к небу, будто пытаясь поймать меня. Я решил подстраховаться и построить шпиль из песка, чтобы родная стихия была всегда под рукой, но при этом мне не приходилось её держать в воздухе — на это ведь тоже уходит немало сил. А так, кто знает, к чему приведёт этот мой эксперимент.

Как я и предполагал, стоило нам появиться в воздушном пространстве, как активировался второй демон, который по-прежнему прятался в облаках. И стоило нам преодолеть защитный купол, как в нас тут же полетело массивное щупальце. Настолько чудовищно огромное, что, признаться, у меня дух перехватило. Какой бы сильный ты ни был, но когда видишь нечто, что во столько раз больше тебя, тут впору действительно задуматься о своей ничтожности, особенно когда понимаешь, что это лишь чьё-то щупальце.

Я увернулся, наотмашь рубанув нагамаки. Красный клинок процарапал борозду в щупальце, но это, похоже, никак не навредило твари. Щупальце даже не дёрнулось. Да уж, здесь придётся много рубить.

Золотой демон, увидев нас, яростно расхохотался, и его гарпии сменили курс, полетев в нашу сторону. Следом в нас устремились сотни заклинаний, разбившись на две цели. Но здесь спорить нечего: знают, с кем здесь стоит считаться и кто по-настоящему представляет опасность. Этого золотомордого, (даже не знаю, какова его специализация), я примерно представляю как победить. А вот что за спрут прячется там и как с ним сражаться, я пока даже не догадываюсь и совершенно не понимаю, какая у него магия. Я попытался пощупать его менталистикой, но пока не смог уловить ничего даже отдалённого похожего на разум, с чем можно было бы работать?

Лупицкий, создав вокруг себя куполообразный ярко-синий щит, будто наконечник копья, устремился прямо навстречу гарпиям. Все пущенные в его сторону заклинания попросту рикошетили в разные стороны, улетая то вверх, то в стороны, не способные причинить Лупицкому никакого вреда. Хотя вопрос ещё, где эти заклинания погаснут. Ведь они сыпались, в том числе и вниз, прямо на головы наших воинов. Но нам сейчас было не до того. Лупицкий прорывался прямо к колеснице, забрав на себя всё внимание гарпий. Я же решил не действовать так прямолинейно. Нарастив песчаную броню, я, будто мощный магический снаряд, принялся обходить колесницу сбоку, чтобы ударить прямо в золотого демона. Копьё пока что висело рядом со мной, я не спешил его запускать. Нужно подобрать нужный момент. Для начала надо перегрузить защиту золотого демона.

Со всех сторон в него устремились сотни песчаных копий, что срывались с высокого шпиля, который продолжал расти за моей спиной. Песчаные снаряды врезались в ярко-красный щит, то и дело заставляя его вспыхивать. Демон воинственно рычал, его рука вдруг принялась терять форму и удлиняться. На месте обрубка повисла чёрная тягучая капля, которая принялась удлиняться всё длиннее и длиннее, превращаясь в бурый хлыст, состоящий будто бы из расплавленного кровавого стекла.

— Хотите поиграть со мной, букашки?! — хохотал демон, и смех его был пронизан безумием. Глаза его полыхали, как две красные звезды посреди бездонного чёрного пространства. От вспышек из-за столкновений песчаных снарядов с красным щитом рябило в глазах.

Гарпии то и дело отвлекались на меня, посылая в мою сторону десятки боевых заклятий, которые, будто капли с гуся, стекали с меня вниз и рикошетили в разные стороны. Несколько таких заклятий даже попало обратно в гарпий. К слову, вокруг них был довольно мощный щит. Несмотря на то, что Лупицкий, врезавшись в их плотный строй, смог причинить немало вреда, их численность уменьшилась от силы процентов на двадцать. Лупицкий вертелся, будто волчок. Его голубой меч с бешеной скоростью разрубал очередную тварь за тваью. Самого Лупицкого не было видно, его движения я угадывал лишь по голубоватому свечению, что испускало его оружие.

Хоть это было самоубийственно, но я решил попробовать повторить фокус, использованный Лупицким. Вокруг меня завертелась песчаная стихия, превратив меня в здоровенный бур, способный просверлить дырку в любой твердыне.

— Да ты, я смотрю, любишь погорячее, — расхохотался демон.

Интересно, почему он так орёт? Он не способен контролировать голос, или он всё время так разговаривает? Или это какой-то акт устрашения или психического воздействия. По крайней мере, если он так со всеми своими подчинёнными разговаривает, неудивительно, что они такие отбитые. Вон, гарпии вообще не реагируют на Лупицкого, который косит их в разные стороны. Но это я так, сетую. Просто впервые вижу таких дисциплинированных гарпий. Они обычно трусливые и разбегаются при первой же опасности, а эти — нет. Либо их колесница, к которой они привязаны, побуждает стоять единым фронтом, либо удивительная для этих тварей дисциплина. Хотя, может, какое-то одурманивающее заклятие?

Я, хорошенько разогнавшись, врезался прямо в колесницу золотого демона. Его щит, будто пасть огромного монстра, распахнулся передо мной, а затем сомкнулся за спиной. Это что? Он решил проверить меня на прочность? Ему же хуже. Я тут же выпустил созданное ментальное копьё, и оно принялось вертеться вокруг меня, будто разошедшийся угорь, то и дело меняя траекторию. Главное — связать этого рогача боем, а дальше посмотрим, на чьей стороне будет удача.

Я врезался во второй контур щита, что был не столь ярким, но более крепким. Тут же увернулся от несущегося в мою сторону хлыста, выросшего из обрубка золотой руки. В левой руке демона появился тяжёлый кусок камня, заострённый кверху — так это выглядело, хотя какой-то особо извращённый ум мог бы назвать это мечом. Демон больше ничего не говорил, только громогласно рычал, что порядком действовало на нервы. Ну а я, не жалея нагамаки, ринулся в бой, принимая на клинок удар здоровенного каменного орудия. Хлыст двигался, будто ядовитая змея, стремительно атакуя и пытаясь опутать туловище, ноги и тело, либо хлестнуть со спины, либо впиться в лицо. До крайности неприятное оружие. Но главное — не сдаваться, не пасовать, не обращать внимания ни на какие уловки, действовать, бить в цель, раз за разом, и не отступать, не снижать натиска. Только так достигаются победы.

Спустя минуту демон пожалел о своей самонадеянности. По крайней мере, я вливал в себя всё больше и больше ментальной силы, ускоряя свои движения. Параллельно с этим я воздействовал на неплохо защищённый мозг золотомордого, замедляя его, разрушая нервную систему, разъедая мозг. Это было непросто. С архидемонами в принципе всегда непросто. Всё-таки их не так-то легко победить.

Демон сопротивлялся, как мог, но на моей стороне было время. И чем дольше тянулся наш бой, тем слабее и медлительнее становился рогатый. Моё копье уже перестало вертеться вокруг меня и теперь облетало круг за кругом магический защитный купол. Красномордый то и дело реагировал на него, пытаясь сбить кнутом или поймать, но копьё, будто живое, каждый раз уходило из-под его атак или хватки. Надо, чтобы он про него забыл, перестал на него реагировать. Копьё всё ускоряло свой полёт. Вскоре я уже перестал его замечать, так быстро оно двигалось. Как и демон, к слову. Его внимание теперь было полностью приковано ко мне и моим атакам.

Ардуил, казалось, лично, сражаясь с этим демоном, вселился и в меня. Я сам не ожидал от себя такой прыти и того, с какой скоростью я наносил удары. Удар за ударом. Радостная улыбка уже стёрлась с лица монстра, но и он не собирался сдаваться. Он неустанно атаковал меня, не обращая внимания на пропущенные удары, что отскакивали от его щита.

Купол первого контура щита, что окружал нас, вдруг перестал светиться красным и стал багровым, будто огромный кровавый пузырь. Из него в мою сторону полезли руки, когти, щупальца, шипы, намереваясь поразить в спину и незащищённые части. Но я на них не отвлекался. Мой щит пока что справлялся с ними, хотя натиск становился всё сильнее.

Демон же тоже не плошал, то и дело он выпускал в меня заклятие за заклятием, от части из которых приходилось уклоняться, а некоторые принимать на клинок. На каком-то моменте он неожиданно удивил меня, выпустив струю ярко-красного пламени прямо из своей пасти. Я отшатнулся; щит едва не дал брешь. Что неприятно, струя пламени была направлена прямо в лицо, а это сильно закрывало обзор. Я пропустил несколько ударов. Медлить было нельзя. И в этот момент, будто чувствуя удачный момент, моё копье вонзилось прямо в спину демона.

В следующий миг сработали сотни заклинаний, направленных на то, чтобы искромсать, растерзать, поработить, уничтожить всё, что представляет собой враг. Над полем боя снова раздался громогласный рёв. И в этот раз это был не радостный рык, это был крик боли, отчаяния и понимания, что бой проигран. Я и сам понял, что последние пятнадцать минут сражался на грани сил. Мне хватало энергии, чтобы держаться на лету, да и чтобы сражаться, но я чувствовал, что и сам на последнем издыхании.

Стоило красному пузырю лопнуть, разлететься на сотни осколков и капель, как из чёрного облака вырвалось толстое щупальце, ощетинившееся шипами и присосками. Я, не в силах напрягаться, лишь чудом ушёл от атаки.

Интересно, как там Лупицкий? Жив ли он? Но следить за ним мне совсем не хотелось. Я сейчас расслабился и летел вниз. Главное — уйти из-под всех атак, а там, на земле, уже как-нибудь разберусь и смогу быстро восстановить силы. И потом снова в бой. Я не сразу понял, что я напоролся на что-то спиной, на удивление мягкое и при этом не враждебное. Сначала подумал, что меня щупальце подловило, но нет. В следующий миг ощутил родственную стихию. Быстро обернулся и понял, что сижу верхом на огромной башне, составленной из песка.

Тут же облегчённо расхохотался.

Воспользовавшись случаем огляделся вокруг, благо панорама открывалась прекрасная. Даже на миг залюбовался. Где-то мимо пролетало огромное чёрное щупальце.

Лупицкий, воспользовавшись тем, что щит исчез, устроил гарпиям настоящую кровавую баню, превращая проклятущих тварей в кровавый фарш прямо в воздухе. Где-то внизу демоны сражались с воинами, а с небес, вперемешку с дождём, падал град из полыхающих раскалённых камней, что неслись вниз, врезались в землю, взрывая почву и разбрасывая в стороны сражающихся врагов и друзей.

Одна из битв закончена, но это ещё не конец, и впереди нужно многое сделать. До победы ещё слишком далеко.

Небеса вдруг дрогнули.

Похоже кто-то понял, что потерял дружка.

Казалось тяжёлые тучи забурлили, а щупалец вдруг стало в разы больше.

Глава 4. Упавшие небеса

Облака в небесах вдруг вспучились, будто готовые исторгнуть то, что их наполняло. Видимо, жуткий спрут, скрывавшийся в тёмной гуще, понимал: через несколько мгновений мы пойдём и за ним. Не знаю, что это за тварь, умеет ли она мыслить и какому пороку служит. Но никто не хочет умирать. А то, как легко мы расправились с погонщиком и золотокожим, показывало, что мы опасные противники.

Однако тварь решила не сбегать, а принять бой. До этого момента демон, прячущийся в тучах, мало себя проявлял, лишь иногда обрушивая на головы сражающихся тяжёлые чёрные щупальца. Сейчас же всё резко поменялось. Отростков оказалось действительно много. И по большей части они пытались схватить, разломать, разорвать нас с Лупицким. Тонкие, крепкие и необычайно длинные жгуты то и дело выстреливали из туч, пытаясь обвить нас. Толстые щупальца по-прежнему обрушивались на поле боя, пытаясь покалечить или убить как можно больше сражающихся.

У меня даже закралась мысль, что это не одна тварь, а несколько. Либо у этого монстра иначе устроен мозг, если он способен одновременно атаковать и землю, и воздух. При этом я не заметил особого нарушения координации. Моя нагамаки то и дело скрежетала о толстую чешую щупалец. Даже магия Ардуила не всегда справлялась с бронёй демона. Но четыре щупальца я уже отсёк, пускай и пришлось попотеть. Но это не дело. Мой враг — не щупальца. Мой враг — тот, кто ими управляет. А я всё никак не мог нащупать разум этого создания.

Лупицкий, используя свою родную стихию, уже пять минут пытался разогнать тучи, чтобы явить пред наши очи того самого монстра, но те будто сопротивлялись, не желая показывать тело гигантского демона.

— Господин генерал, — позвал я Лупицкого, — может, оставим возможность победить этого монстра и другим нашим бойцам? А то мы на себя всех боссов забрали, — хохотнул я.

— Господин архимаг, очнитесь! Вы давно смотрели вниз? Там демонов с тех пор прибавилось раз в двадцать. Нашим бойцам и так есть чем заняться.

Я, нахмурившись, действительно обратил внимание на поле боя. Действительно, поголовье демонов увеличилось в разы. Этот момент я как-то упустил. Чувствовал, что тварей стало больше. Но почему-то не связал этот факт с тем, что монстры могли биться с бойцами и за стенами крепости. Я же хотел поскорее отправиться в замок и захватить его; мне почему-то казалось, что стоит нам завладеть крепостью, и битва сама собой закончится. Но делать нечего: видимо, этого гигантского спрута придётся убивать всё-таки нам.

Я прикинул.

— У меня есть предложение, — снова обратился я к Лупицкому.

— Излагай, барон Бронин, — ответил Лупицкий, врезаясь мечом в тело толстенного щупальца и пытаясь отсечь его.

— Предлагаю подняться над уровнем облаков и посмотреть, сможем ли мы атаковать спрута сверху.

— Идея блестящая, вполне может сработать. Но нам надо как-то пробиться через клубок этих щупалец и не подохнуть, — расхохотался генерал. — А так, весьма трезво, одобряю, мой ученик.

Последние слова я пропустил мимо ушей.

— Тогда отправляемся. Предлагаю объединить усилия и сформировать щит помощнее. Чувствую, это будет совсем не лишним.

— Поддерживаю, — бодро произнёс Лупицкий, и, в последний раз рубанув щупальце мечом, стремительно полетел ко мне.

Мы с Лупицким подлетели друг к другу и, не сговариваясь, положили друг другу руки на плечи.

— Так, ты занимаешься внешним контуром, твоя стихия больше подходит, — скомандовал он. — Я займусь внутренним усилением. Опять же, думаю, свежий воздух внутри капсулы не повредит.

— Поддерживаю, — согласился я, стабилизируя песок и укрепляя его телекинезом.

— Ну что, готов? Погнали! Надо уже раздолбать этих демонов и идти захватывать замок.

— Поддерживаю, — кивнул я.

В следующий миг мы рванули вверх. Я вдруг ощутил, что у генерала в голове идёт бурная мыслительная деятельность.

Я только сейчас понял, что он ведь управляет большей частью армий, раздавая командирам указания. Действительно удивительный человек. Немного позволил себе проникнуть в его мысли. И увидел, что при помощи системы воздушных линз он ещё умудряется то и дело присматривать за своими командирами, корректировать их действия. И всё это мысленно. Это в принципе задача сложная. А если учесть, что он при этом сражался с щупальцами этого осьминога, и вовсе колоссальная. Есть над чем задуматься. Лупицкий действительно может стать хорошим учителем. Уверен, что я тоже так смогу, но без чётко выстроенной системы нахрапом сделать так будет непросто, и потом я буду очень долго отдыхать после столь напряжённой работы мозга.

Тем временем мы врубились в сплетение щупалец. Сокрытые в облаках отростки были не столь хорошо бронированы. Видимо, тучи использовались как прикрытие и маскировка, защищая уязвимые части демона. Ну а мы раскалённым ножом вонзились в эту массу. Кроме щита, я создал и тонкие клинки, что вертелись вокруг нашего кокона и разрубали всё, что были способны перерубить. В итоге за нами протянулся кровавый след, приправленный отрубленными конечностями. К слову, облака тоже не затягивались. У меня даже закралось предположение, что монстр эти облака создал сам.

Через пару мгновений мы оказались вдруг под синим светлым небом. Я даже глазам не поверил. Казалось, в этом мире есть место только черноте. А нет же. Над чёрными облаками светит вполне обычное солнце. Глаза, не привыкшие к такому яркому свету, заслезились. Проморгавшись, я увидел, к своему удивлению, что мы не одни здесь с Лупицким. Тут и там сновали какие-то крылатые звери, а также бойцы Муромской академии, которые будто птицы кружили над чёрными тучами и посылали боевые заклятия вниз, атакуя монстра.

— Так держать! — отсалютовал Лупицкий пролетевшему мимо нас командиру.

Я, к слову, даже не подумал о том, что здесь тоже может вестись битва. А Лупицкий даже это учёл. Да уж, согласен. Учиться мне есть чему. Как минимум, работе в команде. Я-то всю жизнь ориентировался только на себя, а приказы раздавать считал не своим делом. Сейчас же мои взгляды значительно изменились.

— В общем, как докладывает майор Пронин, — принялся рассказывать Лупицкий, — центр принятия решений находится вон в той лунке.

Лупицкий указал на воронку в пятистах метрах от нас.

— По крайней мере, это логично. Но! Они уже несколько раз туда залетали и ничего не могут там обнаружить. Там пустота. Пролетают свободно, насквозь.

— Интересно, — хмыкнул я, тут же направив туда ментальное щупальце, пытаясь нащупать хоть какую-то умственную активность. По крайней мере, ничего конкретного я так и не обнаружил. Иногда казалось, что щупальца действуют сами собой. Но стоило сфокусироваться хоть на одном, и было понятно, что откуда-то они получают сигналы. Но откуда конкретно, понять было очень трудно. Особенно, если учитывать сильный ментальный фон и количество этих щупалец, то задача становится практически невыполнимой.

В итоге ориентироваться можно было лишь на ощущения, да надеяться, что быть может случайно удастся наткнуться на мозг твари.

Однако, дотянувшись до воронки, я действительно согласился с неизвестным мне майором Прониным и его умозаключениями. Сигналы явно выходили оттуда. Причём снизу это почувствовать было практически нереально. Но сверху, когда мы оказались над облаками, это было естественно и понятно. Но был один момент. Там не было ничего живого. Там была пустота. И это было абсолютно невозможно и непонятно.

Это какой-то демон воздуха? Никогда таких не слышал. Или что-то ещё в этом роде, или может призрак?

Я отчётливо ощущал разряды нейронных связей, посылающие сотни тысяч приказов, заставляя щупальца извиваться и уничтожать всё на своём пути. Я попытался сфокусироваться на сигналах, и тут до меня дошло. Демон был действительно чем-то вроде призрака. Там была целая система спор и отдельных нервных окончаний, отдающих приказы. Но при этом это была часть одного существа. Некая газообразная субстанция, к которой каким-то образом крепились смертоносные и вполне материальные щупальца.

— Кажется, я понял, в чём проблема, — доложил я Лупицкому. — Мне нужен какой-нибудь огневик помощнее, и чтобы он выжег всё в этой воронке к чертям!

— Есть такой, — доложил Лупицкий.

— Скорее отправьте его туда, — заявил я, оглядывая пространство над тучами.

Любопытный всё же демон. Воины действительно очень много времени тратили на то, чтобы сражаться с его щупальцами, не понимая где искать сердце. Казалось, победить врага практически невозможно, А ирония была в том, что он был абсолютно не защищён и совершенно не заметен.

Бойцы Пронина буквально пролетали сквозь него, даже не понимая, где очутились. Следуя приказам Лупицкого, в сторону воронки отправились порядка пяти огневиков. За ними вились чёрные дымные столбы — они пользовались своей стихией как реактивным двигателем. В следующий миг, будто кружась в танце, воины образовали кольцо вокруг воронки, а затем направили в неё плотные потоки пламени, который тут же стал искрить и взрываться. Раздался жуткий визг — он действительно исходил из воронки. Тучи постепенно стали рассеиваться, обнажая тугие пучки, переплетённых между собой щупалец и отростков.

— Вот чёрт, — рявкнул Лупицкий. — А ну, все живо! Все силы в защиту! — заревел он благим матом так, что казалось его было слышно и вверху, и внизу. И я понял, что он имел ввиду и к кому он обращался.

Он взывал к бойцам на поле боя, на которых сейчас обрушатся огромные, тяжёлые клубки щупалец, что закрывали собой всё небо. (Ещё вопрос, как этот монстр держался на лету).

И тут эта туша всё стремительнее и стремительнее принялась падать вниз. А Лупицкий, летая, будто волчок, и отдавая приказы, пытался выпотрошить эти щупальца прямо на лету. К слову, брони у них действительно стало меньше. Видимо, демон большой упор делал на магическую защиту, которая, к слову, даже не чувствовалась. Но теперь стало явно, что тварь стала куда менее защищена. И я вместе с Лупицким принялся рассылать в стороны песчаные смерчи, которые будто маленькие мясорубки превращали здоровенные отростки в фарш.

Спустя пару минут на землю обрушилось месиво из перемолотого демонического мяса, крови и толстенных щупалец, которые мы не успели перерубить. Но некоторые воины, из тех, что не были шустрыми, оказались погребены под телом гигантского демона.

Но случилось ещё кое-что. Я не сразу понял, отчего воины, измазанные в крови и мясе, вдруг радостно взревели, потрясая мечами, а потом осознал: ведь я всё это время находился над тучами, и для меня солнце стало уже почти привычным. В то время как для всех остальных чёрное небо упало на землю, обнажив нормальные голубые небеса и солнце. И это породило в сердцах местных жителей настоящие ликования. Мир, кажется, стал выздоравливать. Демоны не забрали у них небо навсегда. Небо вернулось. Да, я уже заметил, что тучи принялись затягивать нанесённую им рану. Но тем не менее это надолго будет символом приближающейся победы и очищения мира.

— Ну что, — устало произнёс Лупицкий. — Пойдём выжжем из замка остатки демонской нечисти. Чувствую, там ещё немало сюрпризов.

Я задумчиво покивал, наслаждаясь красотой чужого мира, которую мне удалось увидеть впервые.

Глава 5. Внутри замка

От воодушевления, поднявшегося в рядах наших бойцов, меня самого переполнили эмоции.

Поле боя буквально фонило восторгом, азартом и радостью от того, что есть видимый результат. Людей переполняла такая всепоглощающая радость, будто бы они уже одержали полную победу над демонами. И я их прекрасно понимал.

Я ведь всё время мотаюсь в Муромскую Академию на занятия, вижу солнце, вижу небо. Но даже пробыв здесь чуть меньше суток, уже успел проникнуться унынием и скорбью, что вызывают чёрные непроглядные облака, давящие на землю.

А каково воинам, что здесь провели неделю? Для них это нечто куда большее, чем просто маленькие победы. Это вдох свежего воздуха! Давящая атмосфера Инферно убивает всякую надежду и волю к победе. А сейчас они получили огромный мощный заряд уверенности в том, что победа возможна.

И это только воины, побывавшие здесь неделю.

А теперь представьте себе, каково тем бойцам, что однажды потеряли свой мир, что были вынуждены уйти под землю, выживать кое-как, собираться в коммуны, что воевали с демонами и показывали неплохие результаты в битвах, но вместе с тем, медленно, день за днём наблюдали, как их родной мир гаснет, покрывается пеплом и чернотой. Так они жили долгие годы, десятки лет. И вот сегодня, впервые за долгое время, они наконец увидели небо, а ещё солнце. А кто-то увидел его и вовсе в первый раз. Молодых бойцов было немало, тех, кому едва ли исполнилось двадцать лет.

Я припомнил, как вёл себя Лидиус на военном совете. Хотя, что тут припоминать? Он ведь был в актовом зале, глубоко под землёй, без окон и каких-либо намёков на солнечный свет. Искал ли он глазами хоть один солнечный лучик? Наверное, искал.

Я так расчувствовался, что у меня появилось непреодолимое желание предложить Лупицкому и Седову на время вывозить местных ребят, чтобы они побывали на солнце. Пускай даже это будет происходить в пустыне. А ещё лучше – вывозить куда-нибудь в лес.

Точно, прекрасная идея! Они будут работать на моих землях, наводить порядок и будут безмерно счастливы этому. Всё-таки, каждый день гуляя под солнцем, пускай даже порой под тяжёлыми осенними тучами, забываешь, насколько огромную ценность оно имеет. И не только солнце. Например, чистая вода, которую в этом мире тоже не просто достать.

Но было ещё кое-что.

Чем громче над полем разносились победные крики, тем сильнее бурлила волна глубокого, животного страха на фоне. Демоны разных уровней, что всё ещё продолжали сражаться, дрогнули. Их сердца наполнились ужасом. Они боялись синего чистого неба, боялись солнца. Многие из них закрывали лица руками и скукоживались, даже забыв, что они в бою, и что становятся лёгкими мишенями. Кто-то бежал, кто-то открывал порталы и просто уносился с поля боя. И мощь демона определяла лишь мгновение, которое они будут держаться. И это странно, ведь демоны нередко отправляются в десант на другие миры, где ещё нет такого сильного влияния Инферно. Почему они так напуганы? Что не так? Или здесь сработал обратный эффект? Они увидели, что Инфернальное небо пало, и это заставило их дрогнуть?

— Бой демонам, бей их, не дайте им уйти! Всех под нож, всех в расход! — орал Лупицкий, и командиры орали, и простые бойцы. Особенно те, кто всю жизнь боялся демонов, всю жизнь их остерегался и бил чуть ли не в спину. А теперь впервые в жизни демоны дрогнули и побежали. И это была самая настоящая победа! Победа не просто на поле боя, а победа в головах. Воины впервые поверили, что могут победить. Для них это была самая главная награда. Крики «Ура!» были для них слаще самого дорогого вина. А страх демонов, животный ужас, вкуснее любого лакомства. О да, это того стоило!

— Ну что, мой юный ученик, чувствуешь себя настоящим героем? — хохотал Лупицкий. Казалось, у него открылось второе дыхание. Он метался по полю боя, будто мотылёк, реагируя на открывающиеся порталы и тут же отправлял туда мощные разряды молний, испепеляя всех, кто пытался трусливо сбежать. Никому не давал пощады.

— Господин генерал, — окликнул я его я, — думаю, здесь и без нас справятся, нам пора в замок. Чует моё сердце, мы рискуем пропустить что-то очень важное.

И я не лукавил. Я внутренне ощущал, как что-то приближается. Что-то тяжёлое, тягучее. Демоны с поля боя хоть и убывали, но вместо них прибывало что-то новое. И это что-то было внутри замка. Где-то там, в самом его сердце. Это было нечто очень важное, одновременно и дарующее надежду, и способное отобрать всё на свете, не оставив и капли надежды на победу.

Признаться, напряжение доросло до такой точки, что я уже едва держал себя в руках. Мне хотелось просто сорваться и лететь туда, в замок, не дожидаясь подмоги, просто ощетинив оружие, влив все свои магические силы в один единственный удар и направить его куда-то внутрь замка. Вот только куда? Кое-как привёл себя в порядок. Что это со мной? И это я, маг разума, способный всегда держать себя в узде, всё анализирующий, неподдающийся эмоциям. А ну, собраться!

Лупуцкий, благо, отреагировал мгновенно. Я уже боялся, что действительно не удержусь.

— Да, летим! — произнёс он, запустив напоследок ещё одну мощную молнию.

Я, к слову, тоже на месте стоял и потихоньку распускал в разные стороны самонаводящиеся смерчи из песка. Их уже насчитывалось больше четырёх сотен. Они кружились тут и там, унося жизни демонов. Многие из наших, не понимая, что это за существа такие, пытались их атаковать, но смерчи лишь тактично уходили в сторону, не позволяя напасть на себя.

Всё это время я отчего-то опасался смотреть в сторону замка и массивных ворот, из которых некогда появился погонщик со своими гончими. Но сейчас я заметил, что оттуда продолжают валить демоны. При том, что нормальных уровней. Там были чёрные рыцари и бронированные рогачи, доросшие до того уровня, когда у них стали появляться крылья за спинами, и гончие, поменьше тех, что серьёзно проредили наши ряды, но и немного уступающие им в габаритах, и не такие бронированные. Да и бронелобов было немало, и теневики пёрли дин за одним.

У них там что, фабрика по изготовлению демонов? Печатают их там, что ли?

Я создал с десяток песчаных кулаков и отправил их прямо на головы тварям. Кулаки, будто бомбы выпущенные из бомбардировщика, разбросали и разметали в стороны добрую сотню демонов. Какие-то из них тут же поднялись на ноги и бодро посеменили дальше, даже не обратив внимания на внезапную атаку. А кому-то досталось так, что они встать уже не смогли. А кто-то и вовсе издох. Туда им и дорога.

Я создал вокруг себя каплевидную сферу из песка с заострённым концом, что смотрел вперёд. Усилил его телекинезом и заставил вертеться, будто наконечник бура. Не замедляясь, влетел прямо внутрь замка, расшвыривая и перемалывая всех, кто попадался на пути. Своих там быть просто не могло, в этом я даже не сомневался. Наши бойцы давно отступили под натиском волн демонов. Не то чтобы демоны побеждали, просто к чему лезть на рожон, когда можно последовательно истреблять этих тварей, понемногу отступая, но неизменно собирая кровавый урожай.

Я оказался в просторном помещении с высоким потолком. Некогда здесь были белые стены, но теперь они были прокопчены и завалены тем, что некогда было демонами, которых я разметал. Моя нагамаки завертелась с чудовищной скоростью, со свистом рассекая воздух. Я уже даже не замечал, что за демоны передо мной. Их просто разносило на куски от моих ударов. Нечто глубинное тянуло вперёд. И важно было торопиться, лишь бы не опоздать. Я не знал, откуда пёрли все эти демоны, но они, будто течение реки, пытались смыть меня. Я же сопротивлялся как мог. Казалось, что в какой-то момент я перестану продвигаться вперёд, просто из-за того, что всё пространство вокруг заполнится телами тварей. Но я продолжал ввинчиваться внутрь замка, разрубая и кромсая всё, что попадалось на пути.

На каком-то моменте ко мне присоединился Лупицкий. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышал его голос:

— А здесь жарко.

Хотя вполне возможно, что прошло всего лишь мгновение.

— Надо торопиться, — бросил я.

— Куда? — спросил Лупицкий.

— Внутрь замка, за мной! — рявкнул я, неимоверным усилием на порядок увеличив темп.

Спустя, казалось, вечность, или пару часов, или пару минут, мы миновали около десятка комнат и длинных коридоров, лестниц и пролётов. Спустя бесконечное количество комнат, я заметил красное свечение впереди.

— Портал! Я вижу портал! — зарычал я, действуя на грани своих сил и прорываясь вперёд.

Мой щит светился, как раскалённая чугунная головешка, из-за сыплющихся на него сотен ударов. Демонов было очень много. Но я даже сквозь бесконечную шевелящуюся, бьющую ударами и заклятиями массу, ощущал мощь портала, раскрывающегося впереди. Его открыл кто-то очень сильный. Это явно портальщик высокого уровня. Такой, что способен причинить очень много вреда любой армии. И не только посредством перебрасывания бесконечного потока демонов. Твари, способные создавать немыслимое количество пространственных ловушек и повергать в отчаяние любых полководцев и заставлять отступать целые армии. И признаться, искать того портальщика не так-то просто. Он по-любому где-то спрятался и сидит в своей конуре. А отыскивать его, времени просто нет. Нужно уничтожить портал. Но как? Есть у меня один план – рисковый, но может сработать.

— Прикрывайте меня! — рявкнул я, бросаясь вперёд, ввинчиваясь в орду демонов, что неслись на меня полным потоком.

А в следующий миг, поравнявшись с порталом, я активировал самоуничтожающийся щит носорога.

— За ментальную магию! — зарычал я.

В следующий миг мой щит покрылся сотнями тысяч трещин, что вспыхнули ярким красным огнём. А дальше последовал взрыв. Вы когда-нибудь были в эпицентре взрыва подобной силы? Да, конечно же, нет. По крайней мере, вы бы это просто не читали.

Выжить в подобном взрыве невозможно. Но вот в чём нюанс. Я был той самой бомбой, которая вызвала этот чудовищный выброс энергии. И меня волна не затронула. Зато я увидел разрывающихся на куски демонов, что ещё минуту назад представляли чудовищную опасность, а сейчас, превратившиеся в фарш, разлетались в стороны. А самое главное – дрогнул портал. Он покрылся трещинами, его выгнуло дугой. Он принялся вибрировать как мембрана. И нужно было лишь посильнее ударить.

— Господин генерал, бейте в портал молнией! — зарычал я.

И Лупицкий ударил. Почти мгновенно, будто только и готовился к этому.

В следующий миг раздался оглушительный хлопок. Портал треснул. Теперь эти трещины были явственными. Демоны, что застряли в портале во время перехода, принялись вопить, как безумные. А затем портал разорвало на части. И от этой вот волны меня отшвырнуло и впечатало в стену. Я едва не потерял сознание. Такой сильный был удар. И это несмотря на то, что щит сработал прекрасно. Явного ущерба я не получил. Но от столкновения голова мотнулась а из лёгких выбило воздух. Пространство поплыло перед глазами, но я тут же собрал волю в кулак. Не время для слабости.

Демонов, что атаковали нас, сразу стало очень мало. Поток иссяк сам собой.

Лупицкий, который на удивление легко перенёс последствия взрыва, принялся метаться по помещению, добивая уцелевших тварей.

— Ну, ты дал, парень! — хохотал он. — Вот это взрыв! Вот это я понимаю! Давно такого не видел! Ай да ученик! Ай да барон Бронин! Ай да архимаг Алексиус! Вот это я понимаю высшая магия! Обалдеть! — восклицал он, перемещаясь от демона к демону и обрывая их жизни. — Вот это я понимаю война с демоническим отродьем! Вот тебе! Вот! На! — орал генерал.

Его переполняло такое возбуждение, что он один вполне мог бы поспорить с целым полем боя, наполненным нашими воодушевлёнными воинами. Я кое-как пришёл в себя, сначала поднялся, встал на четвереньки, потом выпрямился сам, слегка пошатнувшись. Из носа обильно текла кровь. Вытер её рукавом. Пару секунд смотрел на испачканную кровью ладонь. Поморщившись, усилием воли уничтожил всё до капли, скорее на автомате. Огляделся по сторонам – живых демонов здесь уже не было. Лупицкий стоял и смотрел на меня, то и дело покачивая головой.

В следующий миг пол под ногами дрогнул. Затем снова и снова. Будто к нам шагал кто-то очень тяжёлый и уверенный в своих силах.

— Да это, похоже, никогда не закончится, — снова расхохотался Лупицкий. — И мне это нравится. Дайте ещё демонов! Мне маловато!

Я лишь усмехнулся, выпрямляясь. А в следующий миг на нас обрушилась такая усталость, что захотелось просто лечь прямо на холодный пол и, забыв обо всём, уснуть. Лупицкий сладко зевнул.

— Демон лени — это опасный демон, — предупредил я, изо всех сил стараясь сделать голос бодрым. — Придётся собрать всю волю в кулак. Ненавижу этих тварей. Драться с ними – это настоящая мука.

Глава 6. Манеры

Я вдруг почувствовал, как тяжело стало стоять. Ноги едва держали, а колени тряслись. Хотелось привалиться к стене, а ещё лучше сползти прямо на пол. Отчего-то пол показался таким мягким и уютным, несмотря на то что был грубым, неровным и завален потрохами демонов.

— Слушай, ты пока разбирайся с этим, как его там... демоном-тюленем, — произнёс Лупицкий. — А я, может, прикорну здесь пока, в себя приду. Надо силы восстановить. — он вдруг смачно зевнул.

Голос Лупицкого был бодрый, но речь его явно расходилась с состоянием, которое он испытывал. Я скользнул взглядом в сторону генерала. Тот стоял пошатываясь, и опирался на свой меч. Казалось, он вот-вот завалится набок со своим оружием в обнимку, но каждый раз умудрялся удержаться на ногах.

— Так, собраться! А ну! Полная боевая готовность! — рявкнул Лупицкий, да так громко, что аж в ушах зазвенело. Правда, ни мне, ни ему этот вскрик не помог. Тем временем шаги приближались, и уже казалось, что некто огромный и страшный вот-вот появится из-за дальней двери, сильно покорёженной взрывом.

— И что ты говоришь, что этот демон там делает? — буднично поинтересовался генерал.

— Вызывает сонливость, — ответил я.

— Понятно, — снова зевнул Лупицкий, едва не вывихнув челюсть.

Он решил не истязать себя и попросту уселся на пол, подогнув ноги под себя. Учитывая, что он был в доспехах, выглядело это несколько необычно.

Всё же раньше я этим демонам противостоял легче. Таким вот образом и проявляется ущербность моего тела и неподготовленность. Здесь я ещё не достиг идеала, хоть и работал регулярно в поте лица. Зато моё старое тело, пускай и принадлежало старику, но не знало усталости и слабостей. Сейчас же мне хотелось волком рычать от одной мысли о том, что сейчас какая-нибудь тварь ввалится и начнёт высасывать из меня энергию, пока я буду дрыхнуть.

По мере приближения демона, давление усиливалось. Казалось, на веки подвесили грузы.

— Бронин, ты чего расселся-то? — пошатываясь, спросил Лупицкий, — Ты вставать-то собираешься? Воевать, например, идти. А то сидишь, чего-то ждёшь, там к нам идёт демон, между прочим.

— А сам чего сидишь? — огрызнулся я.

Злость придала мне сил. Конечно, не так много, как хотелось бы, но хоть что-то. Я встал на четвереньки, зарычал, как лев. Оттолкнулся и выпрямился, продолжая стоять на коленях. Поднял свою нагамаки и уперев её рукоятью в пол, перебирая руками вдоль древка, попытался приподняться. Древко было не таким длинным, как хотелось бы, но к какому-то результату я пришёл.

Пошатываясь, я встал на две ноги, перевернув оружие и теперь опираясь на рукоять нагамаки. Клинок неприятно проскрежетал по камням. Поднял глаза как раз в этот момент, когда в проёме появился демон лени.

— Мать честная, вот это образина! — восхитился Лупицкий, хлопнув себя по колену. — Ты посмотри! У него щупальца прямо из морды растут. Так и хочется вмазать!

— Так иди, вмажь, — недовольно ответил я, сделав осторожный шаг вперёд. Меня всё ещё шатало, хотя я вроде смог найти баланс и стабилизировать внутренние резервы.

Глядя в горящие пламенем глаза демона, я расправил плечи и сделал глубокий вдох. Я принялся рубить воздух перед собой, разминая шею и переставляя ноги вперёд-назад, хоть как-то разгоняя кровь по телу.

— Давай, архимаг Алексиус, наберись сил! Или ты так и будешь никому не нужным Алёшкой, которого даже из рода выперли, потому что он ни на что не годился? Давай, архимаг Алексиус! — вполголоса рычал я на себя, разгоняя внутри ярость.

Представил, что внутри меня красное, клокочущее от ярости ядро, которое, правда, сейчас поутихло и замедлилось. Но если чуть-чуть поддать жару, да раскрутить его, получится настоящий снаряд, тянущий меня вперёд навстречу любым опасностям. Побеждающий любые невзгоды.

— Давай, архимаг Алексиус! — взревел я.

— Вы что здесь разорались, сударь? — раздался очень мягкий, вкрадчивый баритон. — Здесь, между прочим, люди отдыхают.

Омерзительная морда демона вдруг поплыла, черты стали изменяться. Черты стали изменяться, и он принялся превращаться в довольно приятного мужчину. Правда, ростом этот мужчина был метра три, да и чрезмерно широкоплечим. Длинные вьющиеся волосы, ясные голубые глаза, кожа сначала показалась белой, но с каждым моментом она начала желтеть, а затем и вовсе стала золотой. Мужчина вошёл в зал.

— Вы говорите, вас зовут архимаг Алексиус? Уж простите, подслушал вашу беседу с самим собой, — произнёс демон лени.

— Да, это я. И я пришёл за твоей головой, — рыкнул я.

— Очень самонадеянно. Я уважаю уверенных в себе воинов. Даже руку вам пожал бы, но не рискну к вам приближаться, — хохотнул демон. — Очень уж вы враждебно теперь настроены.

— А чего так? Боишься, тварь? — спросил я.

— Опасаюсь, — дипломатично ответил демон.

— Приятно встретить здравомыслящего господина, особенно посреди такого месива, — вступил в разговор Лупицкий. — А вы здесь, собственно, какими судьбами, мил человек?

Я едва не поперхнулся. Где он тут людей увидал?

— Да я вот услышал, шумят здесь. Решил поглядеть, всё ли в порядке. Может, здесь кто-то ушибся, — он сначала приподнял одну ногу, от подошвы отвалился кусок, некогда принадлежавший особо ретивому демону, затем опустил ногу с громким чавканьем, приподнял вторую ногу. — Да... намусорили здесь, напачкали. Очень долго придётся порядок наводить. А мне так нравится этот замок. Здесь уютно. Да и очень не хочется его покидать, знаете ли, господа.

— Но это придётся, — покачал головой Лупицкий. — Это уж извольте, мил господин. Безусловно, приятно пообщаться с человеком... или кто вы там, демон? Но замок этот мы отбираем. Так что, если жизнь дорога, вы бы подобру-поздорову топали отсюда.

Я слушал этот высокопарный бред и удивлялся. Вот же демона сюда прислали, впервые такого вижу. К слову, шипастая броня, в которую он был изначально облачён уже сменилась на щегольской камзол небесно-синего цвета с золотой строчкой. Он одёрнул белоснежные манжеты, затем поправил платок на шее ярко-алого цвета.

— А вы неплохо выглядите, — подметил прихорашивание демона Лупицкий.

— Благодарю, сударь. Вы тоже удивительно элегантны в этом своём доспехе. И всё же хотел бы обсудить с вами некоторые моменты. Вот вы, например, господин архимаг Алексиус, до нас дошли сведения, что некий Максимус, ныне архидемон, одержал над вами победу и даже поработил вас. И что вы, при случае, выступите на нашей стороне против дьявола Базалеса. Я бы хотел получить подтверждение, так ли это или нет.

Я скрипнул зубами. Если бы я сейчас был с ним один на один, то не колеблясь ответил бы утвердительно. Сейчас же рядом со мной был Лупицкий.

А, была не была.

— Да, именно так. Я приду на зов Максимуса и потрачу все силы, чтобы сразить дьявола.

— Прелестно, прелестно. Однако вы не ответили. Всё-таки Максимус вас победил, или произошла иная договорённость? Либо события пошли в другом ключе? Для нас это, видите ли, принципиальный момент. Мы демоны. Для нас договорённости и статьи договоров очень важны, особенно их толкования. Если Максимус нас обманул, то и договора никакого нет, а нам с вами в будущем придётся воевать в невыгодной для нас позиции.

— Максимус вас не обманул, — медленно растягивая слова, ответил я. — Максимус смог меня победить и даже почти убил. Однако мы пришли с ним к договорённости.

Самое интересное, я даже не врал. Максимус действительно однажды меня почти убил. Главное, чтобы демон не оказался достаточно дотошным и не стал уточнять, когда именно произошло это событие.

— Интересно... История достойная песен и легенд, не правда ли? Бывший ученик побеждает своего учителя, заставляет его служить самому себе. Очень занятно. Как правило, такие истории заканчиваются смертью учителя, а ученик занимает его место, а тут вон как вышло. Занятно, занятно... Однако, от моего внимания не укрылось, что вы вертитесь как уж на сковороде, давая неточные данные, — демон пронзил меня взглядом. — Однако, главное, что вы не во всём лжёте, и вы, действительно, готовы выступить против Базалеса. Да и мотивов у вас предостаточно. А это любопытно... Поэтому я не буду испытывать ваше терпение, а также вносить сумятицу в наши ряды. Раз уж Максимус готов нас вести и сил у него достаточно, к тому же вы будете нашим гарантом и не ударите нас в спину, — тут он внимательно посмотрел на меня. — Кстати, этот пункт нам надо будет внести в нашу договорённость. Вы же понимаете, что мы не намерены верить на слово и подставлять свои спины.

— Разберёмся, — кивнул я.

— Это непременно, господин архимаг, — затем он повернулся к Лупицкому. — А вы тот самый генерал Лупицкий? Наслышан о вас, наслышан... Да и до мира другого добрались. Это о многом говорит. Вы достойный соперник. Я вижу, что вы вполне успешно сопротивляетесь моей магии, и теперь лишь притворяетесь. Это вдвойне достойно уважения.

Давление на миг усилилось, и я едва не свалился, но в следующий миг исчезло совсем.

— Раз уж мы с вами пришли к некому соглашению, взаимопониманию, не смею больше вас задерживать и утомлять своим присутствием. Надеюсь на скорейшую встречу по одну сторону баррикад, уважаемые господа.

Демон учтиво поклонился, затем, развернувшись на пятках, направился куда-то в глубь замка. Но уже через три секунды я почувствовал толчок силы, означающий, что где-то открылся портал. Ишь, позер. Мог просто уйти, но ему же важно было уйти красиво.

Отдуваясь, я поднялся на ноги. Силы возвращались приливной волной. У меня аж голова закружилась.

— Где-то здесь я чувствую очень мощный источник энергии, — произнёс я. — Не знаю, что это, но фонит магией знатно.

— Я тоже ощущаю, — покивал Лупицкий. — Это где-то в глубине замка. Там, куда направился этот вежливый господин.

При этих словах Лупицкий усмехнулся, потом сплюнул.

— Да он свалил уже через портал, — махнул я рукой.

— Ага, я тоже почувствовал. Предлагаю не затягивать, а то что-то здесь нехорошее нагнетается. Опять же, портал мы закрыли, а портальщика ещё не достали, — покачал головой Лупицкий.

— Он в отключке пробудет ещё полчаса как минимум, — заверил я. — Когда порталы так схлопываются, портальщики становятся уязвимы и невменяемы. А здесь портал был большой, мощный. Демон в него много сил вложил. Отдача его должна была сильно накрыть. Может, даже убить.

— Хорошо бы, — покивал Лупицкий.

— Ладно, не будем мешкать, вперёд!

* * *

Базалес скрипел зубами от злости. Три неплохих архидемона меньше чем за час погибли. Ещё один, менее ценный, сбежал. Никогда он не любил этих демонов лени. Слишком уж они поганые твари. Но рассказ его заставил задуматься.

Похоже, архимаг Алексиус действительно вошёл в полную силу, и это удивительно. За такой короткий срок, учитывая все обстоятельства. Это сильно меняло все планы. А ещё они продвигались в замок и с минуты на минуту достигнут того самого места, где скрывается неведомое, тайное и от того вожделенное оружие, невиданной мощи.

— Горадиус! — Базалес громко призвал пожирателя душ, того самого, что исследовал Божественный артефакт. Этот призыв был слышен всюду, в том числе и в других мирах.

— Архивариус явился, господин, — едва скрывая недовольство, произнёс демон. Тот явно был поглощён работой и ему крайне не нравилось, что его отвлекают от важных дел. — У нас, как я понимаю, неприятности?

— Скоро, по твою душу прибудут наши добрые друзья. И главный из которых архимаг Алексиус.

Пожиратель душ клацнул зубами от злости.

— Не отдам, моё! Мой артефакт. Я его нашёл! — в его глазах вспыхнула алчность перемешанная с гневом и жадностью. Но он вовремя опомнился, осознав в чьём присутствии позволяет себе излишние проявления своей сущности.

— Понимаю твои чувства. Но в любом случае, рано или поздно, изучишь ты его или не изучишь, мы его используем по назначению, и он сделает громкий бабах. Так какая разница, когда нам это сделать? Сейчас или после. Если на другой чаше весов риск потерять оружие навсегда и не применить его.

Базалес был рассудителен и вкрадчив. Но это было одно из его опасных состояний и многие демоны погибли, неправильно распознав интонации дьявола.

Горадиус подобострастно склонился в поклоне. Однако спустя секунду выпрямился, обращаясь к хозяину:

— Но я не понимаю вас, господин, — произнёс Пожиратель душ.

— Надо артефакт применить. Взорви его, — произнёс Базалес. — Пускай там разнесёт всё, вместе с этим проклятым замком. Разнесёт все армии и всех этих мерзких людишек. Никто не должен остаться в живых. Накачай его силой, делай что хочешь, но он должен взорваться, и он не должен попасть в руки людям. Ты меня понял?

— Да, мой господин, — произнёс Архивариус. Лицо его было серым. Ему явно не нравилась перспектива лишиться такого интересного объекта для изучения.

Но и в словах Базалеса был смысл. Оставлять его врагу было огромной ошибкой.

Пожиратель душ кивнул, затем растворился белёсой дымкой. Схлопнувшийся портал донёс до дьявола отголосок яростного воя, в котором прослеживалось и вселенское горе.

— Но, если Алексиус и после этого выживет, я уже не знаю, что с ним делать. Проще мир ему отдать, — горько усмехнулся Базалес. — Сожжённый дотла мир, конечно же.

Глава 7. Аннигиляция

Мы с генералом спешно шагали вперёд, то и дело озираясь по сторонам. Уже через пару минут нам навстречу попался довольно крупный отряд демонов, причём не из последних. С одной стороны, я таких уже убивал, и довольно много. Вон все коридоры их ошмётками забросаны.

Но признаться, силы у меня тоже не безграничные. Я даже тяжело вдохнул, готовясь к схватке. Однако, демоны удивили. Они вдруг разом остановились, оглядели нас, затем главный из них склонил голову, затем его примеру последовали и остальные демоны. Нападать на нас не спешили. Главный выровнялся, взмахнул рукой, и перед ним открылся довольно широкий портал. И демоны гурьбой направились туда.

— Да что это с ними? Может, мы убили какого-то важного демона, теперь с нами никто не хочет сражаться? — предположил Лупицкий.

— Не думаю. Может, это приспешники того демона лени? — предположил я.

— Наверняка, — махнул рукой генерал.

— К слову, хорошо, что мы отправились вдвоём в этот бой, — искоса взглянув на Лупицкого, произнёс я. — Боюсь, многие ребята попросту бы здесь не выдержали. Померли бы по чём зря. А так мы вдвоём неплохо справились. Да ещё и вполне целы.

— Да уж... — протянул Лупицкий. — А то мне уже всякие мысли в голову закрадываются. Вдруг мы с тобой валяемся дохлые, ну или без сознания. Демон лени из нас силы высасывает, а мы с тобой галлюцинации видим.

— Не исключено, — усмехнувшись, покивал я головой. — Но шагать надо дальше. У нас есть цель, и мы к ней движемся.

Встретили ещё две довольно крупные группы демонов, причём очень противных, и способных создать проблем даже серьёзным противникам, типа нас. Но те лишь поклонились нам и исчезли.

— Да что это с ними? Совсем сражаться не хотят, — посетовал Лупицкий, похлопав своей меч по клинку.

— Зато время не потеряли, — бросил я.

— Нет в тебе романтизма, Бронин? Когда кишки врагов разлетаются в стороны, лицо забрызгано кровью, это ж… Эх, молодёжь, — махнул он рукой на меня.

— Насилие никогда не бывает романтичным, — парировал я.

— Бронин, ты забыл, где учишься? Ты же в военной академии учишься. Воином хочешь стать. Ты не можешь не любить дело, которым занимаешься. Это контрпродуктивно. Своё дело нужно любить, будь ты садовник или мясник. И если любишь своё дело, то и дело в ответ любит тебя. Кстати, — окликнул вдруг Лупицкий. — Ничего не хочешь мне рассказать, что там у тебя за дела с Максимусом?

Ну да...

— Боюсь, господин генерал, не стоит это обсуждать в окружении большого количества демонов. Здесь даже у стены есть уши. Давайте я расскажу вам всё в подробностях, но в более уединённой обстановке.

— Ну ты и шутник. Мы ведь можем умереть в любой момент. Мы же в бою. А так я умру не в бою, а от любопытства. Очень уж ты коварен, господин Бронин.

— Каков есть, другого предложить не могу — усмехнулся я.

Кажется, ситуация начала отпускать. Мне уже не хотелось рычать. У меня даже походка изменилась. Я вполне уверенно шагал вперёд, размахивая рукой, однако не забывая держать нагамаки наготове. Лупицкий тоже держался вполне свободно. И по нему сложно было сказать, что совсем недавно мы оба валялись без сил, разлагаемые волнами лени.

На четвёртом отряде демонов, который пропустил нас без боя и тут же скрылся в портале, Лупицкий хмуро пробурчал:

— Это становится скучно. Следующий отряд перебьём, — заявил он. — А то что это они без боя уходят, будто и не враги нам вовсе.

— Ну, по идее, это наши потенциальные союзники в войне с Базалесом, — пожал я плечами.

— И что? Это же демоны, интервенты. Наш мир топчут своими ножищами, и этот превратили чёрт знает во что. Не дело это — отпускать их. Да и руки чешутся без дела так просто бродить.

— Понимаю.

Однако следующий отряд, попавшийся нам порядком удивил. Силы там были не шуточные. Притом, что возглавлял его очередной архидемон. Страшный до жути. Огромное бочкообразное тело, плечи, настолько широкие, что делали фигуру действительно квадратной, без преувеличений. Это был конкретный квадрат, залатанный в железные шипастые доспехи. Взгляд горящих глаз заставлял ёжиться. Видимо, это какой-то демон ужаса или, наоборот, гнева.

Он окинул нас взглядом, будто добычу. Признаться, я замешкался на миг. Нет, меня такие монстры не пугали, просто к таким противникам надо готовиться. Но монстр лишь усмехнулся, причём совсем не дружески, козырнув Лупицкому и окинув меня взглядом он начал открывать портал. Лупицкий поглядел на меня.

— Ну что, готов?

Я качнул головой.

— Время потеряем, господин генерал.

— Тоже верно. Вон какая бандура...

Когда все демоны скрылись, а портал захлопнулся, я почесал затылок.

— Как-то легко всё складывается, что-то они сами уходят, убегают, притом мы не понимаем, союзники это или не союзники, они с нами даже не разговаривают. А этот архидемон и вовсе смотрел на нас, как на куски мяса.

— Или на будущих трупов, — без малейшей тактичности повторил мои мысли Лупицкий.

— Именно. И это мне совсем не нравится, — согласился я.

— Мне тоже. Что-то намечается нехорошее, чувствую. Очень уж предчувствие поганое. — Генерал расплавил плечи, будто разогреваясь. — Ты понимаешь, куда нам нужно?

— Да понимаю, мы где-то очень близко к месту. Есть, конечно, ощущение, что кругами ходим, но всё равно приближаемся к цели. Вот примерно за той дверью сильные импульсы.

— Тогда бежим, — произнёс Лупицкий, ускоряя темп.

Ворота, как и ожидалось, оказались заперты. Но после пары-тройки молодецких ударов ворота вывернуло наизнанку и мы ввалились в обширный зал, до боли знакомый мне. Точно такой же куполообразный зал был и в моём поместье, вот только этот был не на крыше, и потолок здесь был не стеклянный. Однако у здесь пространство было явно побольше, но было еще кое-что: В центре помещения висел огромный кристалл, полыхающий ярким синим светом. И вокруг этого кристалла вертелось какое-то существо — до крайности мерзкое, жуткое, но не внушающее опасений.

— Ты кто ещё такой?! — рявкнул Лупицкий.

Демон застыл на месте и медленно повернулся к нам.

— Что ж вы такие быстрые-то? Я же ничего не успел сделать, — простонал Пожиратель душ.

Знаю эту породу и знаю, что он здесь делает. А ещё многое стало на свои места. Это очень уникальное место. Похоже, что божественный артефакт заряжен… Да это же уму непостижимо! Такое сокровище и в руках демонов!

Демон вдруг вскинул руки вверх и воскликнул:

— Базалес, взываю к тебе! Мне нужно время! Нужна защита! Хоть что-нибудь, Базалес! Отзовись!

Вокруг Пожирателя душ тут же полыхнул ярко-красный щит, настолько мощный, что нас обдало жаром. Следом, нас стало буквально выдавливать из комнаты. Демон хищно улыбнулся и снова повернулся к кристаллу, производя таинственные манипуляции с кристаллом.

— Надо его остановить, — взревел я, пытаясь просверлить дыру в ярко-красной защите. — Базалес нам этот кристалл никогда в жизни не отдаст. Они хотят его взорвать.

— Понял тебя! — не задавая вопросов согласился герерал. — Давай подождём.

Тем временем Пожиратель душ вливал в кристалл проявления своей мерзкой магии. Поверхность магического камня то и дело покрывалась черной патиной, которая тут же растворялась в кристалле, а тот приобретал прежний ярко-синий оттенок.

— Да что с тобой не так, чёртова бесполезная хреновина?! — орал демон.

На каком-то моменте он вдруг психанул и изо всех сил пнул в кристалл. А дальше произошло удивительное.

Кристалл вдруг завибрировал. По нему пробежали молнии, которые опасно походили на трещины. Притом казалось, что кристалл вот-вот рассыплется на сотни кусочков, которые никак не могут отцепиться друг от друга. Демон завопил от ужаса. Сначала я не понял отчего, но вдруг заметил, что его нога так и прилипла к кристаллу. Он просто не мог её отнять.

— Пусти! Пусти! — верещал он.

А следом вдруг стал растворяться и отсыпаться пеплом на пол. Кристаллу явно не понравилось грубое с ним обращение. Демон верещал. Мы пытались пробиться в центр комнаты. Кристалл вибрировал. А в следующий миг пол под ногами дрогнул. Я вдруг понял, что орудие Богов пришло в действие.

Взорвать кристалл демону не удалось, но орудие было готово выстрелить. Вот только вопрос, куда оно будет стрелять?

Я ощутил знакомое ощущение подъёма. Орудие под нами выдвигалось и тянулось к небу, а следом купол вдруг стал прозрачным. Сначала мы увидели небо, ещё не успевшее затянуться чёрными тучами. Мне даже показалось, что я увидел птиц где-то в вышине. В следующий миг картина сменилась, будто линзы сфокусировались и стали игнорировать озоновый слой.

Перед нами открылась бескрайняя чернота космоса, усеянная звёздами. Потом и она скрылась, и космос скрылся, сменившись иным пространством. Изображение за куполом переливалось, то и дело переключаясь, то на астрал, то на энергетическое измерение, то на другие, совершенно незнакомые мне. Это орудие было совсем иным, не то, что показывала мне Лилит.

И вот, наконец, я увидел нечто очень знакомое. Пространство вокруг залило красным маревом. Я не сразу понял, что это, а потом до меня дошло. Там, в моей башне, мы видели подступающее к нашему миру щупальце Инферно, которому предстояло ещё только начать преодолевать огромный путь до нашего мира. Здесь же это щупальце до мира дошло. Более того, оплело его, изолировало от других миров, а еще высасывало из него жизненную силу. Но божественное орудие следовало своей природе. Оно искало врага, которого способно поразить, и отыскало. Тварей хаоса орудие не нашло, зато увидело иную угрозу – демоническую.

Купол обсерватории выступал сейчас как огромный прицел с бесконечной возможностью фокусировки. И оно сейчас фокусировалось на какой-то очень далёкой точке, откуда инфернальное щупальце пришло в этот мир. И пускай точка была крошечной, но она стремительно приближалось. Всё ближе и ближе, очень медленно но увеличивалось. Однако даже в этом уже не было необходимости, потому что древний божественный артефакт нашёл цель.

В следующий миг грохнуло. И это был не звук, это было нечто куда более разрушительное и внушительное, что действовало на всех уровнях миров. Меня едва не распылило от той мощи, что протекла сквозь моё тело. И физическое, и астральное. Душа моя едва не испарилась. Мой разум, казалось, сейчас распадётся на составляющие. Но я устоял лишь потому, что у этой жуткой машины не было цели убивать нас. Кристалл решил оставить свидетелей, что находились в этой обсерватории.

Зато вперёд, сквозь куполообразное окно, устремился яркий луч света, бивший куда-то далеко, в маленькую неразличимую точку, откуда в этот мир пришло Инферно. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем луч достиг цели, а мы, застыв в неестественных позах, наблюдали, не в силах даже шелохнуться.

Последовал сильнейший удар, при том, что это был лишь отголосок того столкнования, что пришлось по цели. Всё моё нутро содрогнулось от этой мощи. Кто вообще создавал это? Неужто у Богов такая разрушительная мощь? Это пугало, это вызывало ужас, а ещё это вызывало желание обладать такой властью. Но сейчас я не смею даже помыслить ни о чём подобном.

Кажется, тот, кто оказался на противоположном конце, кого это ужасная машина убийства назначила своей целью, сейчас очень страдает. Ну или отмучался. Там сейчас произошла абсолютная аннигиляция всего живого.

Хотел бы хохотнуть, но вдруг на меня обрушилось такое отчаяние, такая боль, что меня едва не вывернуло на изнанку. Я упал на колени, меня затрясло. Во мне будто что-то оборвалось, что-то сломалось. Из груди вырвался сдавленный стонстрадания и скорби. Отчего это, ума не приложу. Мне было очень больно. Больно не телу, а душе. Но из-за чего? Что произошло? В следующий миг я попросту потерял сознание, не в силах выносить происходящего.

Глава 8. Последствия. Часть 1

Меня скрутило от резкой боли, все тело скукожилось будто от резкого спазма. Перед глазами забегали голубые росчерки.

Это что ещё такое?

Меня что, электричеством пытают, что ли?

Я с рыком выпрямился. Тут же телекинезом отбросил неясную фигуру, нависшую надо мной.

На меня явно кто-то напал, пока я был без чувств.

Сам не успел заметить, как я вскочил на ноги. В руке, будто сама собой появилась нагамаки.

— Ну, кто здесь решил здоровьем рискнуть? — рычал я.

— Доброе утро, Бронин, вот ты и пришёл в себя, а то я тебя уже пятнадцать минут пытаюсь в чувство привести, — беззаботно захохотал Лупицкий потирая ушибленный зад.

Я посмотрел в ту сторону, откуда донёсся голос генерала.

— Вы что, меня электричеством будили? — прорычал я.

— Так ты ни на что другое не реагировал, — развёл он руками.

У меня перед глазами заплясали языки пламени, причём складывается впечатление, что Лупицкий в этом пламени аккуратно пропекается. Туда ему и дорога! Ишь, чего удумал!

Так… Надо успокоиться.

Я сделал глубокий вдох.

Выдохнул.

Необходимо привести сознание в порядок, эмоции отбросить. Я вдеь способен посмотреть на ситуацию здраво.

Лупицкий мне не враг, даже несмотря на то, что этот… Позволил себе…

Так, выдохнуть.

Глубокий вдох, медленный выдох.

Мы своих не убиваем, не расчленяем, конечности им не отрубаем.

— С тобой-то, что приключилось? — как ни в чём не бывало, любознательно поинтересовался генерал. — И вообще, что здесь произошло? Ты понимаешь что-нибудь?

— Не понимаю, — отрывисто ответил я, прислушиваясь к себе. — Если вы ничего не понимаете, с чего я должен что-то понимать?

— А чего ты отрубился, кстати? — продолжил расспросы он. — Не верю, что такой слабый удар смог тебя вырубить. — поймав мой взгляд, он поправился: — Нет, удар, конечно, был серьёзный, меня тоже тряхануло, но не до такой же степени. Или ты устал? — он хитро посмотрел на меня.

— Не дождётесь, — прорычал я.

— Да ладно тебе, все мы люди, все мы иногда устаём. И у тебя тоже есть границы. Это нормально, главное их принять.

— Я всесильный архимаг Алексиус, у меня границ нет! Но если ещё раз что-то такое проделаете, я вас...

— Угрожаешь вышестоящему по званию? — шутливо спросил генерал.

— Пока мы с вами наедине и никто не слышит наш разговор, отвечу прямо — я угрожаю придурку, который решил меня разбудить молнией.

Лупицкий сначала задумчиво посмотрел на меня. Явно хотел возмутиться, но затем вдруг расхохотался и принялся хлопать себя по ляжкам.

— Ну ты даёшь, Бронин, молодец, пришёл в себя настоящий мужчина, — в следующий миг он посерьёзнел. — Только впредь фильтруй вокабулярий. Не следует ничего подобного произносить при наших чинах.

Я лишь отмахнулся от него. Прислушался к себе. Явно что-то странное творилось. Причём не во внешнем мире.

Вокруг была вволю разлита энергия победы. Настоящей победы. Где-то там, за пределами этого замка люди ликовали. Они отбросили демонов.

Воины восхваляли героев, хвалили товарищей, подбадривали друг друга.

Они до сих пор не могли осознать, что победили столь смертоносную армию с их чудовищами.

Люди наперебой рассказывали друг другу том как демоны дрогнули, а потом и вовсе сбежали с поля боя. Причём рассказывали так, будто их товарищи не видели этого собственными глазами.

Местные жители и вовсе не верили своему успеху, они впервые смогли обратить демонов в бегство. И это очень дорогого стоило.

Я открылся разлитой вокруг силе и энергия счастья уже через миг стала переполнять меня. Но на душе у меня всё равно было тоскливо.

Чёрная пустота внутри будто затягивала меня подобно трясине. Она высасывала силы. Что-то вокруг было очень неправильным, но что не так? При том, что эти ощущения явно не были связаны с предчувствиями. На нас не надвигалась никакая опасность, не шли орды демонов, нет. Но было что-то иное, нечто жуткое, непостижимое и абсолютно катастрофичное.

— Бронин, ты чего застыл? Задумался?

— А? — я вздрогнул от оклика генерала.

— Что ты смотришь перед собой как умалишённый?

Я бросил на генерала гневный взгляд.

Лупицкий поморщился.

— Ну, что за кислая мина? Ты что, не чувствуешь своей ментальной магией? Мы победили! Демонов то больше нет! Крепость наша! Мне все командиры докладывают один за одним. Они там уже джигу-дрыгу танцуют, а ты стоишь, как в воду опущенный. Радоваться надо победам, а не грустить. Или тебе что, демонов мало досталось? Недовольный, что так мало убил?

— Господин генерал, а вы больше ничего не почувствовали? — осторожно спросил я, искоса взглянув на него. — Мне просто какое-то смутное чувство покоя не даёт, а что именно, я не понимаю.

— Не знаю, у меня сейчас эйфория, и не рекомендую портить настроение своими домыслами, юный барон, — погрозил мне пальцем Лупицкий. — В общем, если нас ждала какая-то очередная страшная хрень, пускай подождёт немного, время для празднования тоже должно быть, — заявил Лупицкий и развалился прямо на каменном полу, благо здесь разорванных демонов не было. Однако камень явно был подпалён и истёрт взрывной волной, что понеслась из разрушенного кристалла.

— К слову, кстати, а где тот демон? — спросил я, озираясь по сторонам, — тот, который пнул кристалл и устроил это всё.

— Так его же на куски разорвало, развеяло на пепел, — тут же махнул рукой генерал. — Да и чёрт с ним с демоном. Ты это, приходи в себя и пошли наверх, там нас уже заждались. Воины ищут своих героев, а это ведь мы. Я, к слову, даже не буду пытаться отнять у тебя твою часть славы. Ты заслужил! — генерал показал мне большой палец, в латной рукавице. — Ты бился, как настоящий лев.

Задор Лупицкого, заставил меня немного отвлечься от тяжёлых дум.

Будто чувствуя это, генерал принялся расхваливать меня пуще прежнего:

— Демонов, разнёс в пух и прах. Одной левой! Наравне со мной бился. Давно такого не видел, тем более от ученика первого курса. Ей Богу, если бы не смотрел на тебя прямо сейчас, никогда бы не поверил, что ты не хуже Седова на поле боя себя покажешь. А ведь только он за мной и мог угнаться, и то в молодые годы. А тут я за тобой едва поспевал. — Генерал, в порыве, залихвацки качнул головой. — И ведь действительно не врал! У меня вообще нет теперь сомнений, что ты чего-то стоишь. В общем, пока свидетелей нет, предлагаю сделать так, — он приподнялся на локтях, заговорщически огляделся, будто опасаясь что нас кто-то подслушает. Затем продолжил вполголоса: — Я буду учить тебя, как и договаривались, а ты покажешь пару своих премудростей. Мне очень интересно посмотреть, что это за магия такая – ментальная. Научишь своей науке, как она действует?

Я поморщился.

— В вашем мире она не работает, — признался я.

— Как так? Я же видел, что ты вытворяешь!

— Ну, в этом мире она работает, а в вашем нет. Стоит ограничение на менталистике, — признался я. — Видите ли, я ещё сам не понял до конца законов мироздания на этот счёт, но такой момент существует. Зато, как вы уже, наверное, заметили, в этом мире не работает духовная магия. Духи покровители просто не отвечают.

— Серьёзно? Я то своего даже не зову. Мне он здесь как-то без надобности, — пожал плечами генерал.

Интересно, а что у него за тотем?

— А зря, — качнул головой я, — мой мне тотем очень помогает.

Я поддерживал непринуждённую беседу с Лупицким, а у самого кошки на душе скребли. Я пытался понять, в чём здесь нелогичность. Что сломалось? Куда закралась ошибка? Может, дело в этом ударе? Куда он, кстати, пришёлся? В сторону демонического щупальца?

Я вскинул голову, надеясь снова увидеть цель божественного артефакта, но купол уже перестал быть прозрачным. Да уж, ещё понять бы, куда пришёлся этот удар. Можно было бы пошаманить с настройками, но я еще плохо понимал, как управлять этим куполом.

Лилит ведь показывала, а я, как на зло, не изучил толком. Рычаги вроде какие-то надо дёргать, а к черту!

Даже поймал себя на мысли, позвать девушку, чтобы она помогла понять, что на самом деле произошло.

Но Лилит сейчас лучше здесь не светиться. По крайней мере, появление демоницы могут расценить как попытку контратаки. А здесь у нас собраны такие силы, что даже я вместе с Лупицким Лилит не отобью. Беднягу просто раздавят, как клопа, какой бы сильной она не была.

Да уж, задачка. Сердце колотилось, уголки губ стремительно ползли вниз. Вопреки славной победе, на душе было очень пусто, и тревожно… Но не время хандрить!

Я сделал новый глубокий вдох, предпринимая успешную попытку отбросить сомнения и взять себя в руки.

— Господин генерал, идёмте к своим, — бодро произнёс я. — Вы правы. Нечего здесь кольчужные штаны просиживать.

— Это ты верно заявил, — тут же вскочил на ноги генерал, тот до этого мгновения продолжал валяться на каменном полу. — Идём.

— Кстати, а кристалл куда делся? — опомнился я.

— Так, испарился вместе с демоном, — хохотнул Лупицкий. — Хорошо, хоть нас не спалило. Если честно, до конца думал, что нам кранты, особенно когда ты завалился без сознания. Думал, все, сейчас все пеплом станем. Ан нет, живы, и это стоит отпраздновать! Ты, конечно, несовершеннолетний, пить тебе нельзя, — хохотнул он. — Но я с тобой чарку-то выпил бы, за победу.

— Спасибо, — только и кивнул я, после чего побрёл в сторону выхода из замка.

Я был уверен, что демонов здесь больше нет, и вряд ли появятся в скором времени. По крайней мере, больше им здесь делать нечего.

Поймал себя на том, что иду согнувшись, в три погибели, будто бедняк на паперти, или ещё какой-то юродивый.

Так ну-ка, собраться, не стоит себе позволять щеголять в таком виде тут.

Вдохнул полную грудь воздуха и, опираясь на свою нагамаки, направился вперёд.

Интересно, здесь сокровища какие-нибудь водятся? Надо бы на какую-то их часть лапу наложить, по крайней мере, род Брониных приложил немало усилий для этой победы. Всё-таки мы с генералом трёх архидемонов завалили, дa ещё двух прогнали куда подальше. А это кое-чего да стоит.

Я сделал ещё пару шагов, как вдруг мне в голову прилетело что-то увесистое и неприятное. Будто раскалённое до красна. Меня проредило, будто от молнии. Это Лупицкий что ли снова атакует?

Я сам не заметил как упал на колени. Из-за новой вспышки, я схватился за виски. Что это ещё такое?

Кто-то очень мощный взывал ко мне. Причём очень сильно и грубо, совершенно не считаясь с уязвимостью человеческого мозга. Мне даже показалось, что этот кто-то попытался против моей воли вскрыть мой собственный разум. Это что за новости? Меня моим же оружием?

Наверное я что-то делаю не так. Сначала Лупицкий меня молниями будит, теперь кто-то решил со мной наладить связь, попутно едва не спалив мозг.

Я так разгневался, что послал мощный контримпульс в обратную сторону, по протянувшемуся ментальному каналу.

— Алексиус, ты чё творишь? — раздался в моей голове хор голосов. И эти голоса я прекрасно узнал. Это был совет архимагов из моего родного мира.

— А вы что творите? — взревел я. — Вы меня атакуете. Вы что, с ума сошли? Да я вас развею на атомы. Вы что решили от меня избавиться? Я ведь вернусь и вас с лица земли сотру одного за другим.

— Мы не о том. Дурья твоя башка, ты что натворил? Что ты сделал с нашим миром?

Тут до меня начало кое-что доходить. По спине пробежал холодный пот.

— Что случилось с нашим миром? — напряжённо спросил я.

— Вот мы хотим тебя спросить, что ты сотворил с нашим миром. Что это была за атака?

— Какая атака? — спросил я, скорее риторически. Я уже и сам всё понимал.

— На наш мир обрушилась мощнейшая волна, она прошла по касательной, но у нас теперь всю планету трясёт. На все прибрежные города, нескончаемым потоком обрушиваются цунами! Огромные волны стирают целые города с лица земли. Говорят, южный континент откололся и улетел куда-то в небо, да там и пропал. Представляешь, целый континент в космос улетел. У нас планета едва цела осталась, и угроза эта пришла откуда-то извне. Из другого мира, а из нас только ты в другом мире, архимаг Алексиус.

Шестерёнки в моей голове завертелись.

Базалес, ведь он основная угроза и первая цель для системы обороны этого мира. Но он ведь откуда-то пришёл, обычно демоны распространяются по вселенной, как пауки, разбрасывая вокруг сети. Выходит, что в этот мир он пришёл из моего родного мира? А орудие богов искало угрозу. Я ведь еще тогда заметил, как за стеклянным куполом сменялись целые пласты измерений. Будто орудие искало, кого атаковать. И оно нашло о самое щупальце инферно, которое подобно спруту обхватило этот мир. Вот только орудие атаковало не щупальце, а целый мир, из которого угроза пришла, вот жеж...

— Ну, это ещё что, — раздался скрипучий голос. — Двоих дьяволов убило. Я не знаю, что ты там за план разыграл. Не знаю, как ты это провернул, но матерь богов! Ты убил двоих дьяволов! Я не знаю, как ты это сделал. Да, это просто в голове не укладывается! Алексиус, дорогой наш, ты никогда больше не применяй это оружие. Но, мать твою, ты сотворил чудо! Двое дьяволов убиты…

В такой связи плохо, что сложно из гомона вычленять голоса, и разбираться, кому они принадлежат. Разве что по манере речи. Но я сейчас был в таком состоянии, что не способен был понять ничего.

— Это еще что, — перебил другой голос. — Демоны полностью вышли из-под контроля! Как с цепи сорвались и просто вырезают простых жителей. Мы устали бегать по всему континенту, пресекая попытки геноцида. Они уже даже свои правила не чтут, режут всех, кого попало. Совсем страх потеряли.

— В столице, настоящая резня, — вступил еще один голос. — Мы смеялись, что все придворные там теперь из одержимых или Демонов. А теперь они как взбесились… и мало того, что они, друг дуга пытаются истребить, так, ещё и простых людей, которые не поддались демонской проказе, убивают из веселья.

— Это потому, что у них теперь руководства больше нет, вот и беснуются. Устроили кровавое пиршество, твари инфернальные. Ничего у них нету святого. Звучит смешно, но оно и логично.

У Демонов не может быть ничего святого. Они же демоны! Они же из инферно. А весь налёт здравомыслия и дипломатичности это лишь заслуги дьяволов с миллионами лет жизненного опыта. Но стоит дьяволу устраниться, как демоны начинают делать то, что умеют лучше всего: бездумно убивать и разрушать.

Слушал я это всё, а в голове была пустота. Вот же устроил Базалес проблему. Причём не ясно, кто от его затеи больше пострадал.

— Какие дьяволы, — опомнившись, спросил я.

— Галфур и Зандан, два верховных дьявола, — последовал незамедлительный ответ.

— Ситуация удивительная, — пробормотал я. — Вы мне скажите, наш мир уцелел? Насколько все плохо? — уставшим голосом спросил я.

— Мы не знаем, буря бушует, волны слизывают целые леса. О городах и вовсе молчим. В целом устояли лишь те города, что стоят в высокогорьях. Все поселения на равнинах погребены под толщами воды. А в тех городах что уцелели, земля под ногами трясётся постоянно.

— Землетрясение каждую минуту. Да такой силы, что скалы рушатся!

— Что собираетесь делать? — сухо спросил я, игнорируя вспыльчивые крики и причитания.

— А я у тебя хотел спросить, что делать. Мы же все-таки совет из магов. Вдруг у тебя будут хорошие идеи.

— Да и ты ведь это начал, Алексиус.

Ну да, все шишки конечно на меня…

— Ваша задача сохранить как можно больше людских жизней, — сухо заявил я. — Причём, тщательно фильтруйте всех одержимых. Приспешников демонов среди этих людей быть не должно. Делайте ковчег, делайте бункеры, все что угодно, но защитите людей. Если потребуется, переселяйте людей в соседние миры, желательно не повреждённые инферно, но если не будет таковых миров, я найду, где им расселиться. Наша задача — не дать нашим народам погибнуть.

— Нам нужна помощь, архимаг Алексиус!

— Мы обещали тебе помочь, но и ты нам обещал помочь в ответ!

— Сейчас нам твоя помощь нужна.

Я тяжело вздохнул. Прислушался к себе. Еще раз просканировал поле боя.

— Я постараюсь прибыть в ближайшее время.

В ответ пришла волна облегчения, от архимагов с той стороны.

— Но это будет непросто. И нескоро. Здесь, в этом мире, тоже идёт битва, и довольно серьёзная. На меня здесь тоже рассчитывают. Но, я постараюсь отправить помощь как можно быстрее.

Архимаги загалдели было, но тут же притихли. Возражать больше не стали, и не спорили. Знали, что я слов на ветер не бросаю.

— Ты уж постарайся, архимаг Алексиус, сдержать своё обещание. А то, глядишь, так и у нас не окажется сил для помощи тебе.

— Причём в самый нужный момент.

Даже пожалел сейчас, что не могу идентифицировать все голоса. Ну и чёрт с ними. Пускай что хотят говорят.

Я больше ничего не ответил.

Да и ответа от меня никто не ждал, связь почти мгновенно прервалась. Видимо не терпится им кости мне поперемывать.

Только сейчас понял , что на протяжении всего разговора я ощущал какой-то едва слышный писк, будто комариный. И сейчас он усиливался.

Я принялся озираться по сторонам. Вдруг вспомнил особенность таких переговоров. На время нашей связи, время очень сильно замедлилось. Лупицкий только и успел, что подняться на ноги, да выпрямится. Он потянулся и бодро зашагал ко мне.

Но сейчас было не до генерала. Этот писк очень раздражал, и кажется он был важен.

Было необходимо найти скорее его источник. Этот писк стал почти невыносим. Кто-то взывал ко мне, более того, молил меня о помощи! Причём обращался через артефакт когда-то созданный мною самим.

Какой я популярный сегодня. В пору удавиться с горя.

Припомнив магическую конструкцию подобной связи, я сфокусировался на источнике этого звука и почти мгновенно распознал знакомые нотки… Опа! а не простой гость у нас здесь! Да это же наш дорогой император! Совершенно не ожидал его услышать.

Алексиус! Алексиус, взываю к тебе! — вопил голос из далёкого мира. И так жалостливо, так обречённо… У меня аж настроение улучшилось!

Это ведь тот самый император, который несколько сотен лет подряд, подсылал ко мне в качестве учеников ассасинов. В том числе и того, который меня убил.

Тот самый, который позволил моему родному миру превратиться в очередную пародию на инферно.

Который допустил в свой царский двор, демонов и одержимых, будто простых подданных.

И он сейчас взывает ко мне!

Более того, я ведь труп! Ведь эта подлая пародия на человека сделал все, чтобы от меня избавиться.

И вот он от меня избавился, а теперь взывает ко мне за помощью?

Я расхохотался, одновременно с этим принимая вызов.

— Ваше императорское величество, как неожиданно слышать вас, — максимально издевательским тоном ответил я. — Особенно спустя столько лет.

— Алексиус! Алексиус! Ты только ты можешь нам помочь! Слава богам, ты жив, слава всем богам! Я чувствовал сердцем, чувствовал, что не сломить непокорную душу старого хитреца архимага и я не прогадал. Все отвернулись от нас. Только ты, наша последняя надежда. Демоны!. Они переполошили здесь все. Они убивают моих подданных. Взываю к тебе! Помоги, иначе мы все погибнем.

Я слушал эти невнятные мольбы со смешанными чувствами. На фоне того, что только что происходило в этой крепости, на фоне того, о чем мне рассказали архимаги моего мира, страдания этого человечишки выглядели смешными. Я вдург вспомнил Лидиус, который несколько десятков лет защищал своих подданных. Ведь он сам взял на себя ответственность и не испугался её, хотя и бы значительно моложе этой древней устрицы.

Единственное, что мне сейчас хотелось ответить: “Категоричное нет! Просто сдохни, если не можешь выжить в том мире, который сам создал.” Вот что мне хотелось ему ответить!

Но одно дело, что нам хочется, и другое дело то, что мы действительно говорим…