Аргумент барона Бронина 4

Глава 1. Семейное чаепитие

По старой, сформированной ещё архимагом Алексиусом привычке, я слишком мало отдыхаю.

По крайней мере, раньше я мог позволить себе любой режим без вреда для здоровья. Сейчас же моему новому телу отдых был необходим. А об этом я частенько забываю.

Причём, когда я жил в поместье и спал по два-три часа, это ещё было допустимо. По крайней мере, мне не нужно было никуда мчаться, решать какие-то сложные проблемы и сражаться.

Сейчас же любая ошибка могла привести к тому, что я попросту погибну. А второго шанса у меня может и не быть. Ведь я не уверен, что смогу вновь переродиться.

Поэтому, прочитав письмо с настойчивым приглашением Гадюкиных, я аккуратненько его сложил и положил во внутренний карман пиджака. Подумаю об этом когда-нибудь потом и точно после того, как хорошенько посплю.

Сегодня уже было немало приключений, хотя я, казалось, совсем недавно отдыхал в мире, поражённом Инферно. Сейчас говорю не про сон. Я бы с удовольствием просто растянулся бы на чём-то мягком и почитал книжку. Или весело провёл время со своими сестрёнками. Не обязательно же их сразу отправлять домой.

Можно, например, поспаринговаться, повспоминать старые деньки. Опять же, такой гость ко мне пожаловал. Целый тотем рода Медведевых. Глупо не воспользоваться такой возможностью.

Стоило мне подняться, как передо мной появился один из мужиков, которые остались на хозяйстве:

— Господин Алексиус, вы там это... столько сокровищ оставили. Я, конечно, не переживаю, вряд ли кто-то решится с ваших земель что-то красть, но они ведь проклятые? По крайней мере, я слышал, как господин Медведь говорил об этом.

— Проклятые, — подтвердил я.

— Так вы бы их забрали, чтобы не вводить, так сказать, в искушение. А то, мало ли, сейчас бабы пойдут, как увидят блестяшки, вдруг захотят примерить. А бабы у нас на вес золота, куда драгоценнее любых сокровищ.

— Веское замечание, справедливое. Приму к сведению, — согласился я. — Ну, а вы пока идите, займитесь своими делами.

Я сам направился на выход из своего поместья. Там действительно образовалась довольно большая куча барахла. По крайней мере, я настолько был погружен в вопрос решения проблемы с филактерией, что совершенно не замечал ничего вокруг.

Мне даже не показалась странной здоровенная куча золота, украшений и различных предметов, которая валялась грудой у входа в моё поместье. Ну что ж, наверное, нужно вернуть это обратно.

Притом, помня, что большинство этих предметов по-прежнему прокляты, я направил их в своё хранилище телекинезом, стараясь не касаться их. Во всяком случае, несмотря на проклятие, ни в одном из этих предметов не было живых сущностей. Разве что в саквояже с камнями душ, но из этого саквояжа выхода нет. Так что, в принципе, все предметы кажутся условно безопасными для хранения.

Свалив все такой же кучей в своём хранилище, я направился в столовую, где меня дожидались плюшки и горячий чай. Всё-таки что-то в этом есть. В ощущении, что ты находишься дома и просто пьёшь чай. Наверное, стоит быть одним из сильнейших архимагов своего мира и довольно сильным магом другого мира, чтобы позволить себе такую малость — просто пить чай с плюшками. Хотя сладостей мне на самом деле недостаёт. Я бы съел ещё чего-нибудь повкуснее.

Тут же создал небольшой портальчик и изучил столовую Муромской академии на предмет ещё вкусного. Только набрал полный поднос различных печений, сухофруктов, шоколадок и других яств, как с той стороны раздался крик:

— Вот он, этот вор, вот он! Говорю же, это прорыв демонов, демоны воруют у нас печенье!

— Матерь Божья, — раздался грубый голос. — Я думал, это сказки.

Затем одновременно с этим раздался свист. Такой обычно издаёт здоровенный стальной клинок, летящий, чтобы срубить кому-то голову. Ну или отрубить руки не в меру прожорливому воришке.

Я едва успел затащить поднос с вкусняшками в портал и закрыть его.

— Да уж, приключеньице, — я весело рассмеялся и закинул в рот песочное печенье с маленькой капелькой малинового варенья в серединке. Сразу же запил это не успевшим остыть чаем.

— Жизнь хороша, — хохотнул я.

— Ах, вот ты где, — раздалось за моей спиной.

Да уж, покой нам только снится.

Я обернулся, там стояла Светлана.

— А мы тебя ищем, уж повсюду. Переживаем, а ты тут без нас чай пьёшь?

— Так присоединяйтесь, — пожал я плечами.

— Умничает он, — возмутилась Света. — Я тебе ещё припомню последний наш спарринг. Думаешь, твои мнимые проблемы, или блестящая лысина спасут тебя от возмездия сестры?

— Ой, Светка, отстань ты. Давай чайку попьём, успеется ещё.

Я растянулся в кресле, пропитавшемся пылью, и вытянул ноги. Только сейчас понял, как я устал за последние дни. Вернее, тело устало. Дух Архимага во мне рвался вперёд, он жаждал новых испытаний и вызовов. Дух урождённого Алексея Медведева желал приключений не меньше, по крайней мере, зная о возможностях, доставшихся ему. А вот тело шевелиться не хотело. Оно хотело принять горизонтальное положение и закидывать в себя что-то вкусное.

Как же слаба человеческая плоть, так недолго и от лени помереть. Знаете, как помирают от лени? От лени помирают, когда ленятся настолько, что не замечают подобравшихся вплотную врагов.

По крайней мере, Света явно не желала успокаиваться. Она вдруг бросилась ко мне со спины, явно пытаясь схватить сзади за шею. Я лишь слегка отклонил голову, уворачиваясь от её захвата, и едва не пролил чай.

— Света, не шали, иначе будешь наказана, — назидательным тоном заявил я.

— Да ты, баронишка, мне, графине, указываешь, чем мне заниматься?

Следом в комнате появилась Полина:

— Светка, ты что делаешь?

— Этот баронишка проявил ко мне неуважение. Сейчас я научу этого невежду уважать благородных дам рода Медведевых.

— Светочка, ну остынь, — попыталась достучаться до разума сестры Полина. — у нашего Лёшки и так полно проблем. И агрессивные соседи, и неналаженный быт…

— Вот и я о том, — заявила Света. — У него проблем полон дом, а он развалился и расслабляется. Совсем тонус потерял, а опасности следует ждать отовсюду!

С этими словами, Света выхватила небольшую саблю, и решительно двинулась ко мне. К слову оберегающих чар, которые накладывались на тренировочное оружие я не ощутил, а значит сабля боевая.

Только я это отметил, как Света едва не разрубила мне плечо. Сестра называется.

Но играть с ней я не собирался.

Из-под моей одежды вылетели пять десятков килограммов песка, и упаковали беснующуюся девчонку в кокон. Оставил ей лишь небольшое окошко для лица.

— А ну пусти! Ты должен меня слушаться! Ты ниже по титулу, — принялась вопить Светка.

Тут же залепил ей рот и всю нижнюю половину лица, оставив возможность только дышать и мычать что-то гневное.

Светка принялась пучить глаза, пытаясь прожечь меня взглядом.

— Нет, Света, я тебе ничего не должен. Независимо от того, какие у нас титулы, я остаюсь твоим старшим братом, и ты будешь слушаться меня. Нравится тебе это или нет.

— Ой, Лёшка, ты с песком разобрался, — восхитилась Полина.

— Да, — тут же переключил внимание на младшую сестрёнку. Отдуши захотелось похвастаться, и я с улыбкой стал рассказывать: — В нашем поместье песка просто не было. Стоило только найти пустыню и вуаля! У меня так силы возросли!

— Лёшенька, я так за тебя рада! Только будь по-нежнее со Светочкой. Она не хотела ничего плохого.

— Конечно, моя дорогая, нашей вздорной сестрёке ничего не грозит, — ответил я, плотнее утрамбовав песок и заставив Свету крякнуть.

В глазах Полины была лишь ирония, девочка и сама понимала, что старшая сестра сама напросилась.

— Так вот, Света, не забывай, кто из нас старший. Теперь, подумай над своим поведением, а мы с Полей чай будем пить.

— Ой, сколько у тебя всего вкусного, — младшая сестрёнка увидела полный поднос сладостей, и уселась напротив меня. Свету мы старательно игнорировали.

С Полиной я хотел обсудить тотем Медведевых. Всё же, судя по всему рассказу, тот сопровождал их на протяжение всего пути. Интересно ведь, что он им рассказывал.

Кстати, а где он сейчас. Ведь когда я убирал свои проклятые сокровища, медведя перед поместьем уже не было.

Подключился к системе безопасности, и почти тут же заметил передвижение чего-то большого сильного и опасного.

Здоровенная, лоснящаяся жиром туша, прорубалась сейчас через лес.

Медведь резвился будто маленький, при этом сшибая всё на своём пути. Вдруг я понял, куда он так спешил.

Медведь оттолкнулся мощными лапами от земли, и пролетев метров семь, рухнул всей массой на застывшего неподалёку лося.

Бедный сохатый, даже не понял откуда прилетело, в то время как хищник тут же принялся рвать жертву зубами и когтями.

Что этот косолапый себе позволяет!

Территорию мою портит, молодую поросль губит. (И так, Гадюкины здесь всё загадили). Так еще и охотой занимается на моей земле без всякого разрешения.

Может, мне нравился этот лось!

Я выдохнул, успокаивая нервы.

Ну ладно, спорить не буду, мне важнее наладить с ним контакт.

— Ой, а чай правда вкусный, — произнесла Полина, видимо, решив напомнить о себе. — И печенья какие восхитительные.

— Благодарю, — покивал я. — Кстати, а что вы с ним обсуждали, с этим медведем?

— Он с нами мало разговаривал, — произнесла она. — Сказал, что только на нас одних надежды и есть. А то старшее поколение Медведевых совсем не туда свернуло.

— Это нашего отца имел в виду или дядю Диму? — спросил я.

— Наверное обоих, — посетовала Полина. — Но ты нашего папу не ругай. Он действовал сгоряча. На го долю много без досталось.

— Не ругаю, — ответил я. Вряд ли полина сама пришла к такому суждению, но повторила то что нужно.

— Дядя Дима говорит, что папа тоже заслужил быть счастливым, как и все мы. И что все мы однажды тоже будем счастливыми. Очень жаль, что наша мама умерла, но всё обязательно наладится и будет хорошо. А лучшее, что мы можем сделать для мамы, — это помнить о ней только хорошее и не грустить, чтобы она, глядя на нас из других миров, не грустила и знала, что всё хорошо. По крайней мере, если бы она увидела нас грустными, она бы не порадовалась.

— Эх, Полина, Полина, ты очень добрая девочка, — произнёс я. — Я тоже на папу не злюсь.

— Вот и прекрасно, — произнесла Полина. — Миша сказал, что постарается сделать так, чтобы ты снова вернулся в наш род. Я не знаю, как он это будет делать, но это было бы очень хорошо, — заметила она.

Я лишь пожал плечами. Затем спросил:

— Слушай, а у вас какие вообще были планы? Ну вот приехали вы сюда и дальше что хотели делать?

— Ну как что? Помочь тебе здесь освоиться, — ответила Поля, — организовать здесь всё хозяйство и охрану. Ты уже нанял себе гвардию?

— Эх, Полина, Полина, — улыбнулся я. — Да где же я эту гвардию достану?

— Ну, можно нанять наёмников или переманить у соседей, — улыбнулась она. — Но ещё я слышала, что на этой земле есть какой-то секрет. Об этом сказал Миша, и дядя Дима об этом говорил, что земля тебе досталась очень даже ценная и полезная. Мне, если честно, самой не терпится заняться исследованием.

— Да, — покивал я. — Здесь есть божественный артефакт, по крайней мере, как говорит Лилит.

— Лилит? — нахмурилась Полина. — Это та самая девушка в чёрном платье?

— Да, она, — покивал я.

— Она мне не нравится, мне кажется, она злая.

— Ну, не без этого. Добрячкой её действительно не назовёшь, — согласился я.

Решил не говорить, что на самом деле она демоница. Мало ли как Полина к этому отнесётся. Всё-таки, несмотря на то что она очень разумная девочка, она всё ещё ребёнок.

— Ну что, Света, ты отошла? — повернулся я к упакованной в песчаный кокон сестре.

В ответ раздалось мычание и пучение покрасневших от натуги глаз.

— Ладно уж, — я отнял от её лица песок.

— Ты, мелкий пакостник! Я тебе такое устрою! — тут же заголосила девушка, получив возможность говорить.

— Нет, Света, не устроишь, — заявил я. — Тебе пора уяснить одну вещь. Я твой старший брат, и это навсегда. Ты всегда будешь меня слушаться и считаться со мной. И если тебе вдруг вздумается напасть на меня со спины, тебе придётся находиться в этом коконе и думать о своём поведении.

— Что ты сказал?

— А ну-ка молчать, а то я обратно верну кляп.

Света хотела было что-то возразить, но промолчала. Быть с набитым песком ртом ей явно очень не понравилось.

— Не забывай, что я старший и меня нужно слушаться.

— Ну ты же барон! Почему это графиня должна слушаться барона? — капризно спросила Светка.

— Потому что я твой старший брат, — припечатал я. — И это куда важнее, чем наши статусы. Потому что если вдруг я стану королём, я не перестану к тебе относиться, как к своей младшей сестре. И в этом вся суть.

— Ой, Лешка, ты такой мудрый! — похвалила меня Полиночка.

— Спасибо, дорогая! — улыбнулся я. — А сейчас предлагаю пойти исследовать это поместье. Там у меня целый зал, который был здесь задолго до строительства этого дома. И кажется это божественный артефакт. Я изучил его подвал, но там есть ещё и верхний этаж, чердак или обсерватория. Мне очень любопытно посмотреть, что там. Пойдёте со мной?

— Конечно! Что же ты молчал? — восхитилась Полина, захлопав в ладоши от радости.

— А ты, Света, пойдёшь? — перевёл строгий взгляд на вторую сестру.

— Пойду, — буркнула она.

— А вечером, перед ужином, можно будет поспаринговаться и посмотреть, кто из нас сильнее. Я обещаю, что теперь я не буду сдерживаться и поддаваться.

— Договорились, — бросила Света. — Давай уже освобождай меня. И что это вообще ты удумал со своим песком? Я же в тебя камнями не швыряюсь. Хотя могла бы. Здесь всё поместье из камня сложено. Хочешь, устрою здесь обрушение?

— Что-то мне подсказывает, что не устроишь, — задумчиво произнёс я.

Я даже без чутья камня ощущал, что кладка вокруг пропитана такой мощной магией, что разрушить её не под силу ни магии, ни времени, ни чему бы то ни было другому. По крайней мере, у нижних этажей. Верхние этажи, как мы уже выяснили, не столь крепки. Всё же крышу Гадюкины повредили довольно сильно, и при этом без труда.

— Давайте-ка еще по чашечке чая, не зря же я его доставал, и пойдём.

Глава 2. Разведка на местности

Дьявол тринадцатого кольца миров Базалес отдавал себе отчёт в том, что он не так стар и опытен, как другие тысячи дьяволов населяющих вселенную Инферно. Безусловно, были и другие начинающие дьяволы, которые и в подмётки Базалесу не годились, но и до старших он, мягко говоря, не дотягивал.

Трагедия ли это? Нет, Базалес был умён и рассудителен. А остальные, без подобных качеств, до ранга дьявола и не дотягивают.

Базалес прекрасно понимал, что не так много миров за его спиной уничтожено, не так много героев и защитников побеждено, не так много сил собрано, и не такие большие армии ему подчиняются. Но это всё решаемо. Опыт, время, личная сила — это всё нарабатывается со временем.

Однако дьявол вдруг осознал: сейчас наступил один из тех моментов, когда всё идёт не по плану и буквально валится из когтистых лап.

Такие моменты случаются и Базалес научился относиться к ним философски. Так бывало и когда он был простым архидемоном или просто демоном. Ведь Базалес начинал с обычных рогачей, а добрался вон до каких высот. И пускай для этого понадобилось несколько десятков тысяч лет.

И вот когда всё валится из рук, нужно не спешить, а проанализировать: что же не так? А главное, не пороть горячку.

С чего же начались проблемы?

Для начала он ввязался в охоту за одним из своих старых врагов, за архимагом Алексиусом. Этот сравнительный сопляк немало крови попортил ему и его старшим товарищам. Десять лет Базалес пытался достать архимага из мира, который оказался ещё одной занозой в заднице.

Но это ещё полбеды. В одном из миров, который Базалес стал недавно осваивать, начались проблемы с местным населением. Базалес понимал, что баланс надо сохранять. Вырезать под корень жителей нельзя, чтобы не породить гнева мироздания.

Однако те людишки, что остались в живых, начали создавать серьёзные проблемы. Двадцать архидемонов были убиты за несколько дней. Знали бы эти червяки, чего стоит вырастить одного архидемона. На это нужно потратить очень много сил, энергии и времени. Речь идёт о тысячах лет. А они за три дня обесценили столько труда. С этим надо что-то делать. И немедленно.

Но и на этом беды не закончились. Договор с учеником архимага Максимусом, который должен был принести барыши в будущем. Как минимум, Базалес надеялся в короткий срок получить неплохого архидемона, способного занять место по правую руку от Базалеса. Но и это обернулось проблемой. Максимус стал, мягко говоря, вредить. И мало того, что он убил ещё троих архидемонов, так он ещё решил устроить бунт, начав собирать вокруг себя радикально настроенных демонов и формировать оппозицию Базалесу.

Да это уму непостижимо! В Инферно не демократия и даже не коммунизм. Тут тоталитаризм, диктатура, и любая оппозиция должна быть уничтожена незамедлительно и очень жестоко. Демоны могут думать, что захотят, но стоит им открыть рот и начать действовать, их нужно убирать сразу. Одно дело жалостливое попискивание недовольных и другое дело — активные действия. Иначе империи не строятся.

И можно было бы решить всё быстро, но был ещё один момент. Правая рука Базалеса, Лилит, его любимое идеальное оружие вдруг решила взять отпуск. И суть в том, что это единственная демоница в его окружении, которая действительно чего-то стоила и с которойне следовало спорить. Когда-то Лилит стала для него настоящим подарком судьбы. Она позволила ему совершить огромный скачок в иерархии дьяволов. Но теперь что-то поменялось, и Базалес это ощущал, и ему это очень не нравилось.

И что поделать со свалившимися проблемами, дьявол пока не знал. Решил последовать старому проверенному способу: понаблюдать и посмотреть, к чему это приведёт. Но важно не просто наблюдать, а быть очень внимательным и контролировать любые изменения, чтобы не пропустить того момента, когда будет слишком поздно.

Здраво рассудив, Базалес понял, что в приоритете сейчас разобраться с перевалочной базой, с тем миром, где причинено наибольшее количество ущерба в качестве потерь архидемонов, а также где резвится Максимус.

— Господин, мы прибыли по вашему зову, — четыре архидемона, которых Базалес когда-то назначил учениками Лилит и сделал разведчиками, преклонили колено.

Базалес покачал головой. Нет, они совсем не Лилит. И не скоро ещё будут дотягивать до её подобия. Более того, один из этих четверых не верен Базалесу и служит ком-то другому.

— Мне нужен подробный отчёт по миру Саэрии. Действий никаких не предпринимать. Действовать осмотрительно и осторожно. Не подставляться. Мне нужно понимать, сколько существует ячеек сопротивления, насколько они опасны, и смогут ли демоны в ближайшие месяцы устроить восстание против меня. Также меня интересует детальный отчёт по силам, которыми располагают местные жители, те, которых мы не добили. И насколько процентов мы можем уменьшить их поголовье.

— Будет исполнено, господин. Мы дадим ответ, как только всё будет готово.

— Да, да, да, — проворчал Базалес.

У Лилит все данные уже были бы готовы. Действуйте незамедлительно.

Тем временем Базалес не собирался оставлять столь важную задачу на четверых недоучек. Он и сам принялся заниматься разведкой.

Первым делом дьявол превратился в туманное облако и максимально рассеял себя, став почти неосязаемым. А затем, в виде чёрной тучи пепла, поплыл далеко на восток, туда, где один из городов подвергся нападению Максимуса.

Там уже погибли семь тысяч демонов среднего уровня, что не хотели выступать против Базалеса. А вот остальные пока что живы, а значит, им тоже суждено будет умереть вот только от руки хозяина. Однако просто так их убивать слишком просто и расточительно. Надо, чтобы они принесли пользу своей смертью — много пользы. А для этого их неплохо бы отправить в более подходящий мир и дать им умереть во имя Инферно с максимальной пользой для дела. А то иначе какой в этом толк?

Базалес рассудил, что один из этих недоразведчиков — шпион, которого уже успел завербовать Максимус. Эта версия была наиболее неправдоподобной и опасной для дьявола, а значит наиболее верной.

Причём разведчик всерьёз думал, что Базалес этого не заподозрил и не увидел. Но это было на руку — он понимал, что у него есть очередной козырь в рукаве.

Базалес отправился следом за тем самым завербованным разведчиком, подсадив в его разум паразита-шпиона.

Эти мелкие создания Инферно уже не раз оказывали полезную службу Базалесу. Зачастую цена взаимодействия с ними была слишком высока, как минимум это сильная душа демона. Но и демоны, в которых подсаживал паразитов Базалес, заслуживали такой участи.

Но что поделать, они сами виноваты. А у Базалеса это был самый любимый инструмент.

* * *

— Ой, Лёша, что-то мне так страшно стало, — вдруг произнесла Полина, как только мы подошли к большому круглому залу, откуда начинался путь в подземелье.

— Поля, а что это ты засомневалась. Негоже старшему поколению Медведевых показывать дурной пример всяким там барончикам.

Сказав это, Света старательно не смотрела на меня. Я даже ухом не повёл.

— Просто ты не ощущаешь. Там сила очень большая, — пояснила Поля.

— Что значит, не ощущаю? Ну-ка сейчас проверю.

Света вдруг нахмурилась.

— Действительно, что-то там неприятное находится, — вдруг заявила она. — Камни очень тяжёлые, и силы в них очень много. Что-то мне тоже не хочется туда идти.

— Что ты там говоришь, негоже? — хмыкнул я, искоса взглянув на сестру.

— Ой, отстань ты, Лёшка-Картошка, тебе не понять, ты камни не чувствуешь.

— Зато я чувствую песок, — заявил я. — Но в любом случае, там опасаться нечего. По крайней мере, со мной ничего не случилось. Но я уверен, что в целях безопасности не следует пытаться воздействовать силой на стены этого артефакта.

В том, что это артефакт, у меня уже сомнений не было.

— Ага, — покивала Полина. — Но место там нехорошее, опасное очень. В нём очень много боли.

— Да что ты там такое видишь? — взвилась Света.

— Не знаю, но чувствую, — призналась Поля.

— Просто смирись уже, что Полина лучше тебя разбирается в камнях, — не удержался я от лёгкого укола.

Света хмуро посмотрела на меня, а потом покосилась на Свету:

— Ты нас не рассоришь, у нас женская солидарность.

— Я даже не пытался, — хмыкнул я. — Ну что, идём или вы решили отказаться от идеи?

Мы зашли в круглый зал, где прежние хозяева обустроили столовую. Девчонки принялись глазеть по сторонам, изучая пространство вокруг. В этот момент появилась Лилит.

— А что это вы здесь делаете? — спросила она, сощурившись.

— Вот те на. Ещё в моём доме не спрашивали, чем я тут занимаюсь, — изогнув бровь и подперев бок рукой, уставился я на демоницу.

— Да это я не о том. Вы решили изучить артефакт? — улыбнулась она.

— Да, — вдруг заявила Полина. Правда, когда Лилит перевела на неё взгляд, тут же ойкнула и опустила глаза. Всё-таки Полина чувствовала в Лилит что-то злое и чуждое.

Зато Света абсолютно не смутилась:

— И что ты можешь здесь знать? И кто ты вообще такая... Лёша нам про тебя ничего не рассказывал. Сама тоже не представляешься, из каких ты краёв, какого рода и племени. А то, ишь, появляешься здесь, как у себя дома. Вопросы недобрые задаёшь.

— Света, Лилит — мой гость, — придержал я сестру.

Не то чтобы Лилит была тем существом, за которое стоило заступаться или меня пугал их конфликт. Просто не надо Свете знать, кто такая Лилит, какого она рода-племени, и вообще ничего не надо знать лишнего. К слову, своей полудемонической подруге я тут же подал сигнал, что не стоит поддаваться на провокации и информацию сестричкам лишнюю лучше не выдавать.

— Я личная помощница вашего брата. Меня назначили в Академии, — не моргнув глазом соврала Лилит.

— Личная помощница? — протянула Света. — Я такого ни в одном учебнике не читала. Что это за помощница такая?

— Особая услуга для ВИП-клиентов, — не без достоинства произнесла Лилит.

Затем встала за моей спиной и, профессионально окинув взглядом, смахнула невидимую пылинку с моего плеча.

— Слежу за тем, чтобы мой подопечный всегда был в полной готовности и в боевом настроении.

— Как это ты контролируешь? — заинтересованно спросила Света.

— Внимательно, — ответил вместо Лилит я, затем обернулся на полудемоницу: — Так ты покажешь? Ты говорила, что знаешь все механизмы здесь. Думаю, ты понимаешь, что я и сам бы разобрался, но не хочу тратить время. Покажи всё, что ты знаешь об этом месте.

— Хорошо, мой господин, — ехидно кивнула Лилит. — Мой отец мне много рассказывал об этих местах. Он предполагал, что это оружие, причём очень сильное, но рассчитанное всего на один выстрел. Может больше, но где искать снаряды к этому орудию, не знает никто.

— И с чего ты это решила? — спросил я, оглядывая круглую комнату. Припомнив строение подвала, определил, что комната вместе с подвалом имела сферическую форму.

— Всё очень просто.

При помощи телепортации Лилит переместилась к дальнему концу комнаты, вызвав у Полины и Светы сдержанные вздохи удивления. Лилит провела пальцами, казалось, по голой стене, и сверху, прямо с высокого сводчатого потолка стала спускаться винтовая лестница, будто штопор, пробивший потолок насквозь.

— Как интересно, какой любопытный механизм, и работает же! — подивилась Полина.

— У нас в поместье и не такое есть, — с полным достоинства голосом произнесла Света.

— Да ладно тебе! — тут же среагировала Полина. — Ну, правда же красиво! Смотри, какая она! Золотая вся и как красиво сплетена.

Лестница действительно была красивая, будто сплетённая из тонких золотых прутьев, и толстых нитей. Она наконец-то опустилась и коснулась пола.

— Можно подняться по лестнице, а можно воспользоваться лестницей как лифтом, — доложила Лилит. — Нас доставит прямо на верхнюю часть.

— Поднимемся сами, — заявил я.

Всё-таки неизвестно, сколько времени этой конструкции, и не застрянет ли она где-нибудь на полпути.

Рисковать я не собирался, особенно учитывая то, что камни этой конструкции слишком уж крепкие. Даже Света с Полиной их опасаются. И если мы где-нибудь там застрянем, сложновато будет выбраться.

Забравшись по лестнице, мы оказались в настоящей обсерватории. Мы оказались под стеклянным куполом с удивительно чистыми, прозрачными стёклами. Небо сквозь них просматривалось вполне отчётливо. Либо кто-то здесь регулярно наводит порядок и полирует стёкла, либо присутствует какая-то магия. По крайней мере, за столько времени, сколько дом пустовал, стёкла должны были покрыться грязью и пылью. Но нет.

В следующий миг Лилит нажала ещё какой-то рычаг, и комната, в которой мы находились, начала подниматься вверх. По крайней мере, я это почувствовал и увидел края крыш, что скрылись за нижней частью окон.

— Мы поднимемся на десять метров вверх, — ответила Лилит на мой незаданный вопрос. — Это, собственно, ствол орудия. И оно поворачивается в нужную сторону.

— Ствол орудия? И чем оно будет стрелять? — спросил я. — Нами, что ли?

— Нет. Здесь что-то вроде зоны наблюдения, и одновременно фокусировочная линза. Обрати внимание на строение купола. Ничего не напоминает?

Я по подсказке Лилит осмотрел купол и понял:

— Так это же прицел, — вскинул я брови.

— Именно — кивнула Лилит. — Это место позволяет нацелить орудие в правильном направлении с высокой точностью. А потом мощный поток магии, божественной или титанической, по крайней мере так предполагал отец, поразит любое существо, что попытается проникнуть в этот мир. И как ты понимаешь, мощь тут такая, что мелких демонов или всяких там дьяволов лучше этим сверхорудием не пугать. Слишком дорого получается.

— Тогда что же за тварь должна быть, чтобы в неё из такой пушки стрелять? — вдруг спросила Полина.

— А это правильный вопрос, девочка.

— Не называй её девочкой, — тут же одёрнула Лилит Светлана. — Это графиня Медведева. Я попрошу обращаться к ней со всем почтением.

Лилит закатила глаза.

— Продолжи, пожалуйста, то, что ты хотела сказать, — попросил я Лилит.

— Это орудие против тех тварей, которые способны проглотить мир, — заявила она.

— Не существует таких тварей, — продолжила пикировку Света.

Тут не выдержала уже Полина:

— Света, пожалуйста, прекрати вести себя таким образом. Ты ведёшь себя непочтительно и недостойно звания графини.

— Что?! — возмутилась Света. — Да как ты? Я же за тебя заступаюсь.

— Мы не должны терять лицо, в первую очередь. Если Лёша уважительно относится к этой девушке, я ему доверяю. А ещё она рассказывает интересную информацию. Я бы хотела послушать её, а не твои претензии.

— Ну знаете ли, — возмутилась Света, — совсем распоясались простолюдины! Я здесь старшая и по титулу, и по возрасту!

Я поймал на себе весёлый взгляд Лилит, затем внутри головы раздался голос:

"И как ты с ней уживался всё это время, архимаг Алексиус?"

"Исключительно с любовью", — ответил я, подмигнув полудемонице.

Глава 3. Червоточина

Тем временем, Света явно не была готова сдаваться и прекращать расспросы.

— Ну и всё же, — спросила Света, — откуда твой отец мог знать все эти подробности об этом орудии, о тварях, которые просто не могут существовать? Да и что это за существа такие, которые могут проглотить целый мир?

— Вы до этого и в демонов не верили, да не знали об их существовании, — веско хмыкнула Лилит.

— Кто это "мы"? — спросила Света с вызовом.

— Люди, — пояснила Лилит. — Что касаемо твоего второго вопроса, мой отец знал об этом, потому что лично видел и тех тварей, и то, как использовали это орудие.

— Как он это мог видеть? — спросила Полина, видимо, припоминая, происходило ли что-то подобное в их мире за последнюю сотню лет. Всё же истории нас учили старательно.

А я знал ответ. Во-первых, сама Лилит прожила немало лет, и отец её тоже жил немало. За то время могло произойти всё что угодно. Ещё неизвестно, сколько лет её отцу, или кто там был её демоническим родителем, а кто — человеком.

— У этого орудия, кстати, есть ещё одно свойство, — произнесла полудемоница.

— Какое? — спросила Полина. — Расскажи, пожалуйста.

— Оно выискивает прорывы в пространстве и аномалии.

Лилит снова подёргала рычаги, а следом вся конструкция вдруг принялась двигаться и наклоняться в сторону юга. При этом пол оставался ровно горизонтальным. Мы, хоть чувствовали покачивание, но без проблем оставались на своих двоих.

Когда конструкция остановилась, Лилит дёрнула ещё один рычаг, а следом купол вдруг потемнел. Хотя можно было бы решить, что это небо потемнело. Сквозь черноту проступили звёзды. А затем нечто очень большое и тревожное стало проявляться на куполе.

Тёмное пятно выглядело будто большое, тёмно-багровое солнце. Его сложно было распознать невооружённым глазом, но чем больше я вглядывался в эту черноту, тем очевиднее становилось, что над землёй нависла здоровенная дыра, напоминающая пасть. Уж не о такой ли пасти рассказывала Лилит?

— Артефакт ощущает угрозу, — сухо произнесла девушка. — И угроза эта вон там.

Я прикинул размеры открывшейся червоточины. Интересно, насколько она близка к этой планете. И насколько большую угрозу она представляет. Потянулся к ней разумом, но не ощутил. Видимо, эта червоточина находится очень далеко. Однако тревожное чувство внутри не отпускало.

— Да уж, и чем мне поможет эта информация? — пробормотал я.

— Ничем не поможет. Просто это такое напоминание о приближении конца, который однажды наступит, — ответила Лилит. — Который, к слову, можно отсрочить, если понять, как действует этот артефакт. Но я таких видела уже больше десятка. Однако все они бездействовали, не содержали никаких снарядов. Поэтому я не знаю, что способно привести их в рабочее состояние и заставить атаковать врагов.

— Или кто, — задумчиво произнёс я.

— Да, — покивала Лилит. — О богах все судачат. Но их давно не было ни в одном из миров вселенной. Может, где-то есть боги, способные привести в движение эту машину, но их давно не было дома.

А ведь том мире охваченном инферно, из которого происходит вторжение сюда, местный император хочет попробовать воскресить какого-то бога.

Однако вслух ничего не сказал. Всё-таки не стоит забывать, что тайна эта не моя, а Лилит — демоница. И работает она на Базалеса.

Однако Лилит, будто прочитав мои мысли, продолжила:

— Говорят, люди в разных мирах не раз пытались воскресить богов или призвать их из далёких странствий, где они давно сгинули. Но ни разу такие попытки не завершались успехом. Кажется, боги забыли о своих мирах. И даже пришествие такой напасти, как Инферно, не побуждает их вернуться и защитить своих подопечных. Безусловно, в некоторых мирах сохранились полубоги, древние герои, возомнившие себя богами, или волшебники, достигшие бессмертия и какого-то могущества и возомнившие себя богоподобными. Но им далеко до богов древности и до их мощи. Быть может, боги действительно могли бы сразиться со всеми дьяволами Инферно и победить их, но пока что у Инферно нет естественных врагов.

Тут ахнула Полина, прижав ладошки к рту.

— Я увидела, увидела! Это большая червоточина! Это что такое?

Всё-таки у меня могущества было побольше, да и опыта тоже. По крайней мере, я понимал, что на звёздном небе находиться должно, а чего быть никак не может.

— А я ничего не вижу, — насупилась Света.

— Это то, о чём говорила Лилит? Та самая угроза, которая нависла над нашим миром? Нужно срочно обо всём рассказать папе, а ещё донести до императора.

— Успокойся, сестра, — подошёл я к Полине и положил ей руку на плечо. — Эта опасность нам не грозит. По крайней мере, в ближайшие несколько сотен или тысяч лет. Думаю, мы не доживём до того момента, когда эта напасть станет серьёзной угрозой.

Полина перевела взгляд на Лилит. Девушка согласно кивнула.

— Это просто развлечение такое. При дворе моего отца часто развлекались таким образом, представляя, что будет через много-много лет после нашей смерти.

— Постой, что-то я тут не смекнула, — заявила Света. — Кем был твой отец? То он король, то он какой-то бессмертный, который видел мир задолго до нашего рождения. Ты кем себя возомнила?

— У меня было несколько отцов, — ответила Лилит. — Один родной, второй меня воспитывал. А воспитывал меня король.

— Король? Что это за король такой? У нас вон император. А короли обычно в мелких королевствах.

— Не из этого мира, — ответила Лилит.

— У нас из других миров только демоны, — немного подумав, заявила Света. Она явно просто хотела покрасивее уязвить не понравившуюся ей девушку, но сама не поняла, как оказалась близка к истине.

Лилит лишь усмехнулась.

— Думаю, на сегодня с демонстрациями покончено, — заявил я, обращаясь к Лилит.

— Да, мой господин, — улыбнулась она, затем провела какие-то манипуляции с рычагами, и небо снова стало светло-серым — сегодня к вечеру погода стала пасмурной.

Наконец, платформа стала выравниваться, а огромная конструкция, которая выдвинулась к небу, приняла вертикальную форму и стала опускаться.

— Хоть убейте, не понимаю я, для чего нужна вся эта бандура. Безусловно, дорогая, но абсолютно бесполезная. Вы думаете, что я поверю в то, что это какое-то древнее оружие?

— О, — снова нашлась Лилит. — При помощи неё очень удобно наблюдать за звёздами. Многие находят это очень занятным и познавательным занятием.

— Если по правде, эта червоточина, что это такое? — спросил я игнорируя Свету. Всё же меня самого смутило то пятно. — Я ведь знаю, что твари бездны давно не проявляли себя. По крайней мере, война с ними давно осталась в прошлом. Да, я не знал об этих обсерваториях, но думаю, не ты одна умеешь ими пользоваться. И если бы такая угроза существовала, пускай и через большое количество времени, сильные архимаги этого и других миров об этом знали бы.

— Это червоточина принадлежит не хаосу, а Инферно, — улыбнулась Лилит. Это тоннель, что однажды соединит этот мир с сетью миров Инферно, которые питают главное кольцо миров и дьяволов, правящих там.

— Ой, Лилит, ты столько знаешь о демонах и Инферно, но ты так молодо выглядишь. Откуда ты это всё знаешь? — на этот раз подозрительный вопрос задала Полина.

— Мой отец был очень могущественным волшебником. И он мне это всё рассказывал, — осторожно ответила Лилит, зная, что мне не хочется, чтобы Света и Поля узнали о природе моей спутницы.

Хотя, как я понял, она сказала правду. Просто не всю правду. Не знаю, можно ли назвать сильных демонов волшебниками, но любое волшебство — это магия. А магия бывает светлой, чёрной, стихийной, демонической, хаотической… да какой угодно.

Стоило обсерватории занять исходное положение, как передо мной появился ещё один ворон. В свете дня он угадывался сразу. Замахав крыльями, он описал обсерваторию по кругу, затем завис прямо передо мной.

— Ну что, девчонки, вот, похоже, от дяди Димы весточка пришла. Скоро вам придётся возвращаться домой, — сказал я, окинув взглядом сестёр. Затем выставил руку вперёд.

Однако я снова не угадал. Письмо было не от дяди Димы, а от главы рода Гималаевых — по крайней мере, так значилось на конверте. Я ещё узнал их герб: козлиная голова на фоне заснеженных островерхих скал.

В письме значилось следующее:

"Уважаемый барон Алексей Александрович Бронин,

Мои люди передали мне недобрые вести о неудаче, постигшей их во время выполнения миссии по возвращению наших земель. Однако из их описания я понял, что вы действительно серьёзный противник, и что вы так же могущественны, как и ваш батюшка, с которым мы так и не смогли договориться. Признаюсь честно, мне это не по душе. Однако получается, что ситуация никак не изменилась. И пускай вы больше не из рода Медведевых, но в вас течёт их кровь. И глупо было надеяться, что ситуация решится так легко.

Поэтому мне ничего не остаётся, как признать тот факт, что от вас мы землю не получим, и оставить разбирательство по этому спорному участку нашим потомкам. Однако, учитывая обстоятельства и то, что мои люди и родственники стали вашими должниками, а также тот факт, что вы не стали их убивать, а повели себя вполне достойно, не стали злоупотреблять возможностью, характеризует вас как довольно достойного и благородного человека.

Поэтому предлагаю вам заключить предварительное перемирие, а также сделать первые шаги к сближению друг с другом в нашей будущей дружбе.

Несмотря на то, что род Гималаевых давно сотрудничает с родом Гадюкиных, мы никогда с ними не были друзьями. И спешу вас предупредить, что хоть Гадюкины признали поражение и пообещали, что удовлетворят ваши претензии, но будьте осторожны, они в любой момент могут ударить вас в спину.

Не расслабляйтесь, барон Бронин, вы меня заинтересовали. Не скажу, что встаю на вашу сторону при возможном противостоянии. Наша история с Гадюкиными гораздо старше взаимоотношений даже с вашим батюшкой. Однако предупредить вас не составит никакого труда, да и предательством это считаться не будет.

С наилучшими пожеланиями, Аркадий Геннадьевич Гималаев"

— Ну что ж, Спасибо Аркадию Геннадьевичу Гималаеву, что предупредил, — пробормотал я. — Что мне ещё остаётся?

— Что там, что там? — тут же подбежала ко мне Света, пытаясь заглянуть через плечо в содержание письма.

Я тут же его сложил.

— Чужие письма читать неприлично.

— Конечно неприлично, но ты же мой брат, тем более барон. Значит письмо не чужое. Что же тут неприличного? — взялась за старое Света.

— Так это от дяди Димы? — спросила Полина.

— Нет, не от дяди Димы. Пока что ещё погостите у меня, — заявил я.

— Тогда кто? — настойчиво спросила Света.

— А это уже не твоё дело. Что? Как насчёт дружеского спарринга? — спросил я у Светы и Полины, поспешив сменить тему.

— Я за.

— Ой, а меня возьмёте? — оскалилась Лилит.

— А не боишься, что мы тебе бока намнём? — хохотнула Света.

Лилит ещё шире улыбнулась:

— Абсолютно не боюсь.

— Тогда я тоже с вами поучаствую, — раздался за нашими спинами гулкий бас, от которого задрожали стены.

Я обернулся и встретился взглядом с медведем.