Аргумент барона Бронина 3

Глава 1. Я против себя

Я стоял посреди комнаты из чёрного мрамора. Казалось, стены поглощали тусклый свет, что лился из магического источника над моей головой.

Прямо напротив меня стояла моя точная копия, по крайней мере, копия того тела, в котором я сейчас находился. Паренёк, невысокий, светлый, с льдистыми голубыми глазами и нахальной улыбкой. Он лениво опирался на нагинату и глядел на меня.

- Ну что, Лёшенька, - хмыкнул мой двойник. - У нас есть минутка, перед тем как нам придётся сражаться. Если хочешь, ты можешь задать мне пару вопросов. Не каждый день удаётся поговорить с самим собой, а?

Он подмигнул мне. Я на нахала внимания не обращал. Пытался подбить те ресурсы, которыми сейчас обладаю. Песка с собой принёс я немного. От силы килограмм двадцать. То, что набилось в карманы и под одежду. Ну и тот песок, из которого я сделал свой щит. Опять же, магический песок над моей головой. Тот самый, который был у меня в мешочке. Что ж, на безрыбье и акула тунец.

А ещё, к своему удивлению, я смог наладить контакт со своими мышками. До этого ничего не чувствовал, ни одной живой души рядом, даже отражение было пустым местом на энергетическом плане. А вот мыши, оказывается, были где-то неподалёку, метрах в ста над моей головой. Значит, я действительно под академией. А то на какой глубине я оказался, признаться, заставляло задуматься и зауважать тех, кто эту академию возводил. Всё-таки, сооружение действительно колоссальное, и по масштабу, и по той магии, что заложена в неё.

Микки находилась в каком-то помещении и забившись в уголок, боялся показывать нос из норки. Потому что с академией творилось что-то непонятное. Она будто бы превратилась в огромный механизм, где каждый камушек, каждая стена, каждый элемент кладки двигался и трансформировался, создавая причудливые лабиринты.

Сплинтер тоже ощущался, но он по-прежнему носился где-то с броненосцем, поэтому он точно мне не помощник.

К слову, Микки почти сразу почувствовала, что-то неладное, и то и дело отправляла мысленные сигналы, проверяя, в порядке ли её хозяин, и сможет ли она чем-то помочь. В то время как второй мышь заигрался настолько, что даже не почувствовал, что со мной что-то произошло. Более того, он про меня, похоже, совсем забыл и сейчас развлекался вовсю. Нет, когда я разберусь со всем этим, надо будет с зазнавшейся мышью потолковать и показать, кто здесь хозяин. А то, глядишь, так попаду в беду, а этот дармоед даже ни сном, ни духом. И даже ухом не поведёт. Но это я так, шучу чтобы пар выпустить. Чем мне здесь поможет мышь, я, на самом деле, понятия не имею.

Меня больше заботило немного другое. Сила в моём противнике ощущалась немалая, но при этом на энергетическом плане он не существовал. Я скорее телом ощущал опасность, исходящую от него. Он был вполне живым человеком, но при этом почему-то магии в нём не ощущалось. Видимо, мне с ним придётся сражаться врукопашную, показать, на что способно моё тело. Или нет?

- Какие правила нашего поединка? - спросил я.

- Никаких, - улыбнулся мой двойник, признаться, загнав меня в тупик.

- Магию тоже можно использовать? - спросил я.

- Конечно, и поверь, я её буду использовать на полную.

- Но в тебе же нет магии, - иронично заметил я.

- Это тебе так кажется, - ехидно хохотнул пацан.

Так, а это мне начинает не нравиться. Если бы он был материализованной иллюзией, или кадавром, или ожившей статуей, повторяющей мой образ - это одно дело. Есть ещё зеркальная магия - довольно редкий вид магии, что практикуют горгоны в одном из отдалённых миров, который я когда-то посещал. Тоже магия любопытная, но она несовершенна. И в любом случае, клоны, созданные при помощи зеркальной магии, прямо-таки фонят энергетическим излучением. А здесь же пустота.

Я слышал только про один тип артефактов, которые способны создавать нечто подобное. И если моя догадка верна, то это может обернуться чем-то не очень хорошим. Нет, не для меня, в целом, для этой академии и этого мира.

Существуют божественные артефакты познания. Я слышал только о трех таких. Они были созданы для того, чтобы полубоги могли обучаться и совершенствоваться. Бог Феронил создавал такие для своих детей-полубогов. Он был богом войны и на пике могущества захватывал соседние миры, но править ими совершенно не хотел. Поэтому назначал сановниками своих сыновей, а чтобы они хорошо справлялись со своими задачами и были непобедимы, он создавал им такие вот тренажеры.

Эти магические симуляторы создавали полную копию тренируемого, дабы тот смог преодолеть себя, выйти за собственные рамки. Я себя не переоцениваю и понимаю, что с одной стороны сейчас у меня не такое уж и сильное тело, но, если рамки отпадут и мне придётся преодолевать себя, это может повредить не только академии, но и этому миру в целом. Всё-таки магия, которой я владел когда-то и владею сейчас, довольно сильна и опасна, если использовать её бездумно. А мне придётся её использовать без ограничений, чтобы победить самого себя. Ну что ж, посмотрим, что из этого может выйти.

Пару сотен лет назад, когда я только услышал об этом тренажёре, я грезил о том, чтобы найти его, испытать себя, чтобы выйти за собственные рамки. Что ж, похоже, мысли материальны. Правда, я уже совсем не тот. Я едва не рассмеялся.

- Вижу твое смятение, ты уже понял, при помощи чего я создан? - хмыкнул мой двойник. - Если хочешь, можно договориться. Например, не использовать магию.

Он поднял вверх руку и ровно половина моего песка, собранная в щит, вдруг приняла форму вытянутой змеи и стремительно поплыла к моему противнику. Ровно половина. Мы с ним полностью идентичны. Значит, он может все то же, что и я. А ещё песок его признает хозяином, а значит, он претендует на половину того объема, что есть у меня. Неприятно.

- Ты же понимаешь, что если мы с тобой выложимся на полную, то можем проблем создать. Но я пришел ведь испытывать тебя лишь по одному направлению, по одному уровню, по уровню тела. Уровень разума здесь, скорее всего, даже не вспомнят. Ну а уровень духа ты будешь экзаменовать с другой копией. Здесь же, если договоримся, можно только поспаринговаться на мечах без магии стихий. Ну, это я только предлагаю.

- Что-то мне рожа твоя не нравится, - хмыкнул я. - Слишком уж ты хитрый. Готов поспорить, что лучше мне с тобой ни о чем не договариваться. Все равно нарушишь все обещания. Лишь бы победить.

- Верно мыслишь, - расхохотался двойник. - Но здравого смысла я тоже не лишен. Я бы не хотел тех последствий, которые могут наступить, если мы с тобой выйдем за рамки и не будем сдерживать силы.

Он будто нарочно принял совсем расслабленную позу и принялся поигрывать древком от нагинаты, перекидывая из одной руки в другую.

Ну нет, я слишком хорошо себя знаю. Вон как отыгрывает. Значит, скоро начнет атаковать. В следующий миг мой двойник будто бы потерял равновесие и нагината начала заваливаться вперед. Он наклонился за ней, изображая, что пытается перехватить древко. Одновоременно с этим из-за его спины в меня устремился длинный отросток из песка, напоминающий скорпионий хвост.

Я легко увернулся, рубанув по импровизированному хвосту клинком нагинаты. Толку от этого было мало, что я смогу сделать песку? Но не реагировать тоже было нельзя. Я попытался перехватить контроль над его частью песка, но он не отозвался. И наоборот, будто отстранился от меня, будто говоря: я тебе не принадлежу. Очень любопытно.

Воспользовавшись заминкой, я создал из песка, который до этого потихонечку заводил за спину противника, короткое копье, которое тут же выстрелило в спину моего оппонента. Я хотел воспользоваться моментом, пока он отыгрывал неловкость, но он тоже был не промах. Заметив атаку, он сначала напрягся, но потом расслабился и попросту неуклюже завалился на пол. А мое копье пролетело в миллиметре от его головы.

- Ой, какой я неловкий. Завалился, - хохотнул он, тут же вскочив на ноги.

Он будто пытаясь удержать равновесие выбросил руку вперёд. Клинок его нагинаты сверкнул смазанным веером и пронесся перед самым моим лицом. Я немного откинул голову назад - этого было достаточно, чтобы кончик клинка до меня не добрался.

Я создал небольшую ладонь из песка, и мягко подтолкнул просвистевший перед лицом металл, заставив моего противника повернуть корпус чуть сильнее. Почти получилось, он едва не потерял равновесие, при этом раскрывшись. Но рано я радовался. Он едва не засветил мне прямо в лоб древком, толстый конец вдруг засветился ярко-голубым светом. Я думаю, что этот пропущенный удар точно не прошел бы без последствий.

Мы принялись обмениваться выпадами, и я обнаружил, что каждый мой хитрый выпад встречал либо удачно подставленный блок, либо проходил мимо, неспособный достать до противника. Будто тот знал каждый мой удар, и был к нему готов.

Ну а дальше мой двойник перешел в атаку. И тут для меня что-то дошло. По мимике, жестикуляции и положению тела я за секунду знал, как он будет действовать дальше. Я будто открытую книгу читал его и каждое его действие, и прекрасно понимал, как и чем он будет бить в тот или иной момент. Чем больше мы сражались в полном контакте, тем очевиднее были для меня все его дальнейшие действия.

На каждый новый выпад противника, я отвечал своими контратаками. Магические атаки встречали магические щиты или меткие контрудары, пресекающие любые попытки атаковать друг друга на корню.

Темп постепенно стал ускоряться. На каком-то этапе я даже перестал улавливать, как реагирует мое тело. Я просто действовал по наитию, отдавшись на волю интуиции и рефлексов. Клинки сверкали с такой скоростью, что казалось, вокруг меня образовался серебристый купол. Сталь звенела на очень высокой ноте, от чего звук неприятно резал уши.

Руки двигались настолько быстро, что, если не присматриваться, они просто размывались в пространстве. И самое что интересное, темп продолжал расти.

- Что? Понял уже? - недовольно хмыкнул мой двойник.

Что нужно понять, я не знаю, но продолжаться дальше так не могло. По крайней мере, я не готов доверять на сто процентов этому телу. Мои навыки уже не поспевали за действиями. Я резко разорвал дистанцию, создал несколько ступенек из песка, намереваясь забраться повыше и потом сверху попытаться атаковать.

Как только я добрался до высшей точки, случилось еще кое-что. Я ощутил новые залежи песка. Где-то на грани ощущений, и очень далеко от меня. Но столько, что я смогу заполнить эту комнату до краев.

Я хохотнул, затем сделал еще несколько рывков вверх и, взяв под контроль огромный кусок пустыни, расположившись сверху, сделал сотни ручейков и направил их прямо в это помещение.

Каким образом песок попадал сюда, я не знаю. Он проникал в комнату беспрепятственно и все быстрее, быстрее собирался под сводами потолка.

Я нарочно держал его на максимальном отдалении, чтобы мой противник не почувствовал стихию. Я не забывал ни на секунду о том, что он тоже владеет песком.

Собрав нужное количество, я ринулся вниз на нагло смотрящего на меня двойника, намереваясь разбить его на две части.

Парнишка усмехнулся и принялся совершать пассы, готовя мне веселую встречу.

Ну, сейчас, подожди. Сейчас я тебе...

В эту атаку я вложил все свои силы. Я окружил себя телекинетическим коконом и усилил его песком. Я сам сейчас был клинком, который должен провести атаку. И такая атака могла бы уничтожить даже сильного демона, попади она в него.

Но вряд ли он додумается, что этот мощный приём, достойный звания удара последнего шанса, всего лишь отвлекающий маневр.

Глава 2. Дебют

Полковник Афанасьев испытывал сейчас нечто что по гамме чувств было ближе всего к триумфу.

Наконец-то он дорвался до должности распорядителя испытаний и мероприятий для учеников.

Он четыре года был заместителем генерала Лупицкого по личному составу и грезил тем, что однажды Лупицкий доверит ему организовывать боевые вылазки и испытания. До этого организацией занимался сам генерал Лупицкий.

Генерал, как правило, не спешил напрягаться и выдумывать что-то интересное для учеников. Вся его деятельность состояла в том, чтобы найти какую-то заварушку поинтереснее и бросить силы туда. Правда здесь он не обходился без креатива, выдавая почти невыполнимые задачи. Стоит отдать должное, эта методика давала свои плоды, потому как все эти невыполнимые, на первый взгляд, задачи как правило были выполнены, а ученики добивались больших результатов.

Но Афанасьев всё равно был недоволен. Можно же делать все более изящно, подходить более творчески к обучению будущей элиты Российской империи. Как говорится, пропал распорядитель мероприятий — да здравствует новый распорядитель! Лупицкий уже день как исчез, и о нём не было ни слуху ни духу. Однако график обучения очень плотен, нельзя оставлять курсантов незагруженными.

У Лупицкого имелся запас заданий примерно на неделю, но Афанасьев уверенно его отодвинул и достал из закромов свою старую папочку, где он коллекционировал различные идеи, чем можно занять юных воинов.

Идея создания идеального испытания, будоражила полковника. К тому же нужно было действовать быстро, пока не вернулся Лупицкий.

Полковника очень заинтересовал новичок Медведев, которого по какой-то причине выделили из рода. Однако мальчишка показал недюжинную сноровку. А ещё намекнул, что на самом деле не из этого мира. С одной стороны, можно было бы отмахнуться от глупых бредней новичка, но Афанасьев был уверен — это не просто бредни, и что-то в этом ученике есть. Осталось только понять что именно и вытащить это наружу, сделав из паренька идеальное оружие. А для этого нужно подойти к подготовке с особой фантазией.

В юности Афанасьев зачитывался легендами, что ходили об академии. Ведь тайн относительно этого учебного заведения было слишком много. И у сочинителей всех мастей хватало почвы для фантазий и рассуждений. Целые приключенческие книжки писались о том, что могло бы находиться за стенами Муромской академии. Тысячи людей задавались вопросами, какие тайны она скрывает.

А когда Афанасьев сам поступил учиться сюда, оказалось, что большинство этих выдумок — чистая правда. Более того, в академии скрывалось столько тайн и секретов, что будь этих выдумщиков даже в сто раз больше, они не смогли бы их всех рассказать.

В итоге, детское увлечение Афанасьева стало только прогрессировать, когда он добрался до местной библиотеки.

У воинов древности приключения были что надо. Преподаватели и инструкторы совсем не жалели своих подопечных. Казалось, что воины прошлого были более искусны в магии и науках, ну, либо были более красноречивы. По крайней мере, многие приёмы, механизмы, существа, которые описывались в некоторых трактатах, не укладывались у Афанасьева в голове. Такое просто невозможно было повторить при том уровне магии, что был доступен сейчас.

Также он нашёл немало подтверждений тому, что маги прошлого частенько путешествовали по мирам, в то время как современники Афанасьева заговорили о межпространственных путешествиях только сейчас, когда к ним пришли демоны. Кстати, ходили легенды, что многие твари, обитающие на нижних ярусах академии, были привезены из других миров. Хотя здесь могут быть и ошибки перевода, ведь язык претерпевал немало изменений. Например, "перенос твари из нижнего мира" может значить что угодно – как найденный озлобленный дух, затаившийся где-то в глубоких пещерах, так и буквально тварь из другого мира.

Поэтому, когда Афанасьев дорвался до возможности самому выбирать испытания для учеников, он, решив не мелочиться, выбрал самое страшное, древнее и опасное существо, какое только мог найти из архивных описей академии. А в катакомбах содержалось действительно много страшных существ.

У полковника чесались руки. Наконец-то он исполнит свои давние мечты!

В трактате «О Великом Пространственном Спруте», было множество информации о самом таинственном существе из катакомб, и о том как им управлять. Существо это было древнее и коварное, однако сотни лет изучения дали свои плоды, позволив обезопасить окружающих от влияния твари и от её разрушительной мощи. Казалось, что древний маг Игнатус, который, собственно, этот трактат и написал (а судя по трактату, он и пленил это существо), будто занимался дрессировкой этого спрута. И так уж вышло, что при смерти Игнатуса спрутом больше никто не занимался. Хотя не ясно неизвестно почему. Либо из-за того, что не могли с ним управиться, или просто никому не было дела до многорукого монстра.

Но слава Игнатусу, инструментарий был описан довольно чётко. Как бы это не звучало смешно, но общение с монстром осуществлялось посредством детских музыкальных инструментов. В ход шли серебряные колокольчики, дудочки, бубен и трёхструнная гитара. Игнатус учил Спрута подчиняться себе посредством различных мелодий. Так уж вышло, что у полковника Афанасьева был идеальный слух, и в подростковом возрасте, до отправки в Муромскую Академию, он увлекался музыкой. И если бы не влияние его родного батюшки, что был из древнего военного рода, то матушка бы обязательно отдала его в консерваторию, и быть тогда полковнику Афанасьеву не бравым воином, а пианистом.

Путём сложных трелей Афанасьев вышел на контакт с древним существом, что висело в пространстве огромной древней тюрьмы в катакомбах, и даже смог завести с ним диалог. Оказалось, что существо также общалось мелодичными трелями, описание значений которых находилось в том же трактате.

Посредством магии и алхимических препаратов Афанасьев смог вызубрить книгу наизусть за каких-то полчаса. И поэтому контакт с монстром он наладил довольно быстро.

Основная суть диалога с монстром заключалась в том, что в одной башне академии находятся игрушки для этого самого спрута, но игрушки ценные, ломать их нельзя. Надо с ними просто поиграть и попугать их, а потом аккуратненько сложить на одном из уровней академии, где находится зал для следующего этапа испытаний. По крайней мере, такие команды были понятны Спруту, и именно такими командами пользовался Игнатус, когда взаимодействовал с этой тварью.

Надо ведь удивить учеников и приучить их действовать решительно даже в абсолютно непредсказуемых ситуациях.

К слову, из всех описаний, несмотря на всю опасность и коварность, Спрут был одним из самых понятливых и адекватных тварей, которые частенько использовали для обучения курсантов в прошлом. Было предположение, что этот Спрут был всё ещё ребенком, в лучшем случае подростком, и ему очень нравились игры. Вот Спруту и давали поиграть, но с условием, что он не будет ломать игрушки.

Однако игра явно вышла из-под контроля, и игрушки сами решили надавать разыгравшемуся подростку. И когда курсанты смогли сначала ранить щупальца, а потом и вовсе отсечь одно из них, Спрут немного разозлился и стал выходить из-под контроля. Он готов был забыть правило, что игрушки ломать нельзя, и тогда пришлось вмешаться самому Афанасьеву. А вмешательство куратора в активное обучение, не совсем правильно. По крайней мере, в регламенте было подписано, что нужно устраивать события таким образом, чтобы они разворачивались сами собой, без участия стороннего персонала.

Лупицкий в этом плане был хитрецом, и его тактика не создавать испытания, а искать их, была, конечно же, оправдана. А здесь, несмотря на столь красочное и яркое испытание, Афанасьеву всё-таки пришлось вмешаться самому.

Простейшее заклинание темноты, доведенное до абсолюта, и несколько манипуляций с панелью управления академией позволили незаметно убрать стены и пол под ногами курсантов, отправив их на нижний ярус. Заклятье массовой левитации не дало им разбиться. Хотя, по правде, Спрут большинство ребят доставил-таки до мест назначения. Проблема была только с Медведевым, что сопротивлялся до последнего, и с Алексеем Гореловым, который, уйдя от щупалец один раз, уворачивался теперь, как сумасшедший и пытался улизнуть. Видимо, он напитал себя магией огня, ускорив рефлексы до максимума. И сейчас уже щупальца гонялись за ним, пытаясь схватить. Но Горелов не поддавался. И Афанасьеву пришлось самому его спеленать и отправить на следующее испытание.

Ну ладно, вышло как вышло. Переходим к следующей части! А следующая часть — это самый таинственный артефакт Муромской академии. Более того, ходило суждение, что вся академия является частью артефакта или, правильно сказать, футляром.

В древних трактатах было много рассуждения на тему природы огромного лабиринта с десятком комнат и той силе, что таилось в нём. Древние, не в силах понять весь гений, создавшего этот лабиринт, призывали не использовать его слишком часто и бездумно. Более того, призывали применть его только для самых исключительных учеников.

Но Афанасьев считал всех учеников исключительными, так что этот пункт был выполнен. Что же касается всего остального, древние считали, что если неправильно использовать артефакт, то можно не только лишиться его, но и потерять всю академию. Ну, это были простые предположения, как будет на самом деле, не знал никто.

И как понял из трактатов полковник, древние зачастую много осторожничали, не спешили рисковать. С одной стороны, бережное отношение к артефактам позволило многим из них дожить до наших времен. С другой стороны, как понять все возможности того или иного магического чуда, если не использовать его по полной.

У всех курсантов испытание на Божественном Артефакте проходило в принципе по плану. Ученики должны были продемонстрировать на что способны и дойти до определённого уровня мастерства, выложиться на полную, а потом двойник, созданный Артефактом, должен был бы сдаться и растаять.

С Медведевым же, или как он себя теперь называет, Брониным, что-то пошло совсем не так. Во-первых, он уже на второй минуте показал поразительную скорость и точность в боевых искусствах. Но бой и не думал не заканчиваться. Скорее всего это говорило о том, что он выложился не на полную, хотя тот уровень, что он показал, просто поражал.

А потом юноша решил пойти совсем иным путём. После того, как Медведев прервал спарринг, он призвал силу стихий, после чего вся академия содрогнулась.

— Господин полковник, у вас всё хорошо? — от вкрадчивого голоса Афанасьев едва не подпрыгнул на месте. Голос принадлежал генералу Седову, ректору академии.

— Да, всё под контролем, — поспешно ответил полковник.

— Вижу, вы развлекаетесь? У меня в кабинете побелка осыпалась. Я понимаю, что это не ваши компетенции, но исправить это придется вам.

— Господин генерал, у нас испытание в полном разгаре. Не желаете присоединиться и понаблюдать? – спросил полковник.

— Благодарю, но нет. Виду вы творчески подошли к обязанностям. Но лучше не усердствуйте с экспериментами. Действуйте, пожалуйста, по заведенному Лупицким регламенту. Думаю, так будет правильнее, и безопаснее для всех.

— Но, господин генерал, результаты ведь великолепны. Вы только гляньте, — начал было полковник Афанасьев, но генерал его прервал:

— Вы мне побелку в кабинете исправьте и ради всего разумного, действуйте по регламенту. Давайте действовать без излишней фантазии. Пожалейте учеников, будьте добры.

Стоит ли говорить, что Афанасьева визит генерала не обрадовал. Но приказ есть приказ.

Вот только стоило полковнику предпринять попытку вмешаться в испытание, как артефакт притормозил его.

В мозгу Афанасьева ярко вспыхнула чёткая мысль: Испытание должно быть закончено, и вмешиваться в его ход не следует.

Эта мысль была явно вложена в его голову артефактом.

Глава 3. Три начала

Многотонный кулак сотканный из песка, рухнул на одинокую фигуру подростка.

Я предусмотрительно поднялся над кулаком, но что-то было не так.

Грудь сдавило, позвоночник затрещал, будто это на меня сейчас обрушилась вся мощь стихии.

Я почувствовал привкус крови во рту.

Я опустился на заполнивший комнату песок. Не удержался и рухнул на колени. Да что же это?

Передо мной начала образовываться воронка. Видимо мой двойник пытается выбраться.

Попытался воспрепятствовать этому, но из меня будто выжали все силы. Ну и чёрт с ним, пускай вылезает.

— Не любишь ты оставлять себе шансов на поражение, — услышал я вымученный хохот.

Из образовавшейся ямы показался мой двойник.

Выглядел он бледно. Лоб и щека были рассечены. Я на автомате провёл рукой по лицу, будто в зеркало на себя смотрел… С удивлением посмотрел на свою ладонь, она была в крови.

Тем временем, мой двойник, едва передвигая руками и ногами выполз на поверхность и развалился на песке, раскинув руки в стороны.

— Это ведь испытание для подростков, — выплюнув сгусток крови, сипло проговорил двойник. — Оно учит смирению и еще какой-то ереси. Поле твоего последнего удара испытание бы и закончилось. Зачем было песок сюда перекачивать? А если бы ты меня убил? Ты ведь и сам помер бы.

— Откуда я знаю что здесь за испытания и какие условия. Мне никто ничего не объяснял, — буркнул я. Мне самому сейчас хотелось завалиться на землю и полежать, но я себе такой блажи не позволю.

— В любом случае, ты сам себе создал проблем, — силясь подняться на локтях продолжил мой двойник. — Теперь испытание придётся продолжить.

Обычно после такой пафосной фразы противник встаёт с новыми силами и начинает показывать чудеса выносливости. Но мой противник и не думал вставать.

Что он там говорил, я почти прошёл испытание?

Я перехватил свою нагинату и метнул её таким образом, чтобы она вонзилась аккурат рядом с головой моего отражения.

— Сдавайся, — лениво произнёс я, — а то дальше хуже будет.

— Убедил, — хмыкнул мой двойник, — ну лови тогда мудрость. Порой, прежде чем действовать, нужно присмотреться и понаблюдать.

— Благодарю за урок, — абсолютно серьёзно кивнул я.

— И от меня мудрость, поменьше раздумывай, а то еще пару секунд и артефакт начал бы испытание по новой. Я был бы полон сил, а ты попросту не прошёл бы задание. И кто знает, что с тобой стало бы.

Я едва не расхохотался.

Хотя чему я удивляюсь. Божественные сущности и их разумные артефакты почти всегда работают на грани абсурда. Так чего удивляться, что две мудрости сказанные мне, полностью противоречат друг-другу.

— И что, на этом всё? — спросил я.

— Нет, конечно, для тебя всё только начинается, — вымученно хохотнул двойник. — Ты меня победил, никакой ничьей, никаких полумер, только победа, только хардкор.

Что за хардкор такой, я не знал, но слово прозвучало гаденько.

Мой двойник поднялся, на ноги. От прежней бледности не осталось и следа. Раны на его лбу и щеке стремительно затягивались. Он снова выглядел бодро и нахально, в то время как я по-прежнему ощущал себя пережёванным.

— Твоё тело и связь с материальной магией этого мира должна быть на высоте, — принялся поучать меня двойник.

Мне показалось, что он больше не выглядит как подросток.

Он будто повзрослел за несколько секунд. Его тело стало крупнее, и теперь стало скорее походить на моего отца, или дядю Диму. Черты лица обострились, и теперь не были мальчишескими. Надбровные дуги увеличились, скулы заострились, нижняя челюсть стала шире и тяжелее. Взгляд стал строгим и пронзительным.

— Твоё направление это разведка. Тебе придётся бездействовать и наблюдать куда больше чем сражаться, но это не значит, что ты можешь позволить себе быть слабым. Твоё тело должно быть сильно, но ты не имеешь право использовать его бездумно, для грубой драки. Твоё тело, это оружие, которое стреляет лишь один раз и сразу наповал. Ты идеально оружие последнего шанса. Именно такие мысли должны быть в твоей голове, и никак иначе.

Ого, как разошёлся.

Я позволил себе усмехнуться. Очень уж пафосно звучали речи двойника, но меня тут же швырнуло на землю.

— Не смей непочтительно относиться к бесценной науке, — натужно просипел мой двойник. Я округлёнными глазами смотрел на него.

Он только что атаковал меня магией разума.

Но она ведь не работает в этом мире!

В следующий миг, тело моего противника изогнулось дугой. Он зарычал, и через боль выпрямился.

Из его рта струёй потекла кровь.

— Этот мир не признаёт магию разума, — расхохотался он.

Ага, будто я этого не знал.

— Целый мир пытается меня стереть, но я не поддамся, пока ты не усвоишь свой урок.

По его вновь побелевшему лицу, побежала кровавая слеза.

— В этом мире нет магии разума, но здравый смысл и разумность здесь ценятся превыше всего. Ты это не твоё тело. Ты это не устремления твоего духа. Ты в первую очередь это разум. Холодный, острый, готовый к любым испытаниям. Не поддающийся химическим реакциям тела и моральным терзаниям. Ты холодный разум достигающий цели. И когда ты это поймёшь, для тебя не останется недостижимых задач.

Говоря это, он смотрел на меня в упор, налитыми кровью глазами. По его щеками кровь текла уже струями.

Я не особо впечатлительный, но эта сцена отпечатается в моей памяти надолго.

В следующий миг, помещение залил яркий свет. Стены окружившие меня вдруг стали сужаться. Песок подо мной, при этом стал будто бурлить, но его уровень наоборот стал понижаться. Будто каменное крошево впитывалось в гранитные стены.

В следующий миг, стены и вовсе исчезли… Вернее они стали прозрачными.

Я увидел соседние комнаты, где несколько десятков других ребят сражались со своими копиями.

Вон Ирэн хлещет свою противницу лозами, то и дело уворачиваясь от ядовитых стрел. А её волк сцепился со своим двойником.

Росомахин прыгал по воздуху будто по земле, видимо создавая ступени благодаря своей стихии. Выглядело это эффектно, как и сотни копий, что будто живые, атаковали двойника, спрятавшегося за прозрачным коконом.

Казалось, что на двойника Росомахина набросилась целая армия невидимок.

Снежинская, будто ледяная королева, создала ледяную булаву и атаковала свою противницу, разбрызгивая крошечные льдинки.

Все ребята справлялись довольно неплохо.

Василий со своим двойником мелькали будто в лучах стробоскопа, то появляясь и осыпая друг друга ударами, то исчезая.

Внезапно ситуация изменилась.

Казалось, все двойники только и делали, что ожидали удачного момента. И вот, бойцы, будто сговорившись, стали делать ошибки. А в следующий миг…

Ирэн покатилась по каменному полу. В неё нацелились две лианы, на концах которых открылись две хищные пасти.

Миг, и сочащиеся ядом зубы сомкнулись на её плече и бедре.

Двойник Василия, подловил своего спарринг-партнёра, и сильно пнул того ногой в живот. Следом, на голову завалившегося подростка, полетел тяжёлый двуручный меч.

Я увидел Орлова, отступающего под градом воздушных копий сыплющихся на него.

И еще пять десятков ребят, для которых ситуация резко изменилась.

— Если ты хочешь, ты можешь помочь им. Всем. Но тогда ты не пройдёшь своё испытание, — произнёс вдруг голос моего двойника. От неожиданности я даже вздрогнул.

— Кто-то из них умрёт? — невозмутимо спросил я.

— Мне это неведомо, — хитро улыбнулся двойник.

— Можешь больше ничего не говорить. У каждого из них свой путь и своё испытание, которые они должны пройти, — твёрдо заявил я. — Если я вмешаюсь, они точно свои испытания не пройдут. А если я вмешаюсь, и они победят, то грош цена таким испытаниям. Это военная академия. Каждый должен самостоятельно пройти свой путь.

Я снова поглядел на своего двойника, и едва не поперхнулся.

На меня глядел архимаг Алексиус и хитро смотрел на меня. Как же гадко он улыбается. Сразу видно достойного мага разума.

— Божественный артефакт пожелал, чтобы ты прошёл именно это испытание. Видимо он не знает, скольких учеников ты погубил.

— Огни совершали грубые ошибки — были слишком слабыми. — пожал я плечами.

Вот сказал а самому не по себе. Видимо здравый смысл и опыт архимага борются во мне с юношеским максимализмом и излишней чувствительностью. Всё же подростком быть непросто.

— Это испытание слишком простое. Но здесь ничего удивительного, тренажёру слишком давно не приходилось прибегать к разуму. Вот и потерял сноровку.

— И что же, выходит я прошёл испытание? — спросил я.

— Выходит что так, — иронично поглядел на меня старик. — Но прояви уважение, не заставляй думать божественный дух, что заключён в этом артефакте, будто он недоработал. Это чревато.

— Спасибо за урок, — я глубоко поклонился почтенному и вызывающему уважению старцу. Всё же круто я выглядел тогда.

Копия моего былого кивнула в ответ.

— Так-то лучше, — ехидно сказал старик. — Дам тебе подсказку. Если пройдёшь и третье испытание, возможно заслужишь небольшой приз.

Стены вдруг завибрировали, а старик подмигнул мне.

— Всё-всё, молчу.

Его очертания поплыли. Фигура в белых одеждах стала таять. Мне показалось что лицо старика исказилось от боли.

От него отделился маленький светящийся шарик, и очень быстро устремился ко мне. Я не препятствовал, и даже убрал щиты, чтобы не создавать препятствий, устремившемуся ко мне светлячку.

Стоило светящейся частичке коснуться меня, как в голове стало проясняться.

Видимо этот артефакт, запертый в мире без магии разума, только что нарушил правила мироздания.

Мало миров, где сильны три начала. Тело, разум и дух. А даже если такие и есть, то они рискуют очень скоро разрушиться, не способные прийти к единству.

Местные боги, сохранили два начала. Ну а магия разума здесь не приветствуется. Выходит, если бы я продвинулся достаточно далеко в своих тренировках, то весь мир стал бы атаковать меня, пытаясь уничтожить, или вернуть к прежнему уровню моего развития.

В покое бы меня не оставили. Как это работает понять непросто.

Нужно просто смириться и развивать то что доступно. Однако в мирах где три начала сильны, боги ходят по земле наряду со смертными. А у смертных есть шанс встать в одни ряды с бессмертными и всемогущими.

И кто знает, может однажды, под небом какого-нибудь мира, смертные будут восхвалять всемогущего бога Алексиуса.

Я сделал глубокий вдох, и морок отступил.

Это что это, меня соблазнял артефакт? Или просто показал картинку будущего, с возможными перспективами.

Или это было следующее испытание.

Кстати, вроде всё логично. Сначала было испытание тела. Магия стихий и боевое мастерство. Следующим было испытание разума. Причём, не принимаемого этим миром. Дальше будет испытание духовного начала? Очень любопытно. Особенно если учитывать то, что я так и не разобрался с магией духа.

Тем временем, образ настоящего Архимага Алексиуса растаял в дымке.

И теперь мне стало понятно, что следующее испытание не начнётся, пока мир не убедится, что угрозы со стороны магии разума нет. Главное, чтобы он не воспринял за угрозу меня.

Я уселся на песок в позе лотоса. При помощи песка, вернул себе нагинату. С ней мне было спокойнее.

Попробовал ментально дотянуться до Ардруила, но тот не отреагировал. По-прежнему закрывал свой разум. Помощничек. Надо будет отплатить ему тем же при случае.

Прошло секунд пять, как пространство передо мной снова засветилось.

Сначала на том месте где стоял мой двойник появился голубоватый огонёк. Затем его цвет начал темнеть. Стоило мне подумать, что свет исчез, как на его месте появилось чёрное пятно. Или правильнее сказать не пятно, а комок, который формировался в нечто живое. Комок перьев. Вот показалось крыло, второе. Мелькнула лапа, а затем и чёрный массивный клюв.

Птица выпрямилась, и на меня уставился здоровенный чёрный ворон.

Он раскрыл клюв:

— Корк! — крикнула птица и повернула голову на бок.

У меня перехватило дыхание.

Это был мой ворон.

Корк!

Мой лучший друг… по крайней мере внешне.

Говорят, чем старше становятся люди, тем сложнее найти им друзей. Когда тебе четыреста лет, задача практически невыполнимая. А я вот нашёл друга. И пускай это птица. Зато он понимает меня лучше любых людей. И не болтает понапрасну.

На моём лице расползлась радостная улыбка, а щёки помокрели. Я и не думал что буду так рад увидеть старого пернатого друга.

Я выставил вперёд предплечье, и ворон привычно рванул вперёд, выставив лапы.

Я уже приготовился к привычной хватке на запястье, но Корк полетел мимо, куда-то мне за спину.

Я развернулся ему вслед. Корк неспешно летел куда-то вглубь, вновь расширившегося помещения.

— Дружище, постой, — позвал я, но ворон даже не обернулся. Я бросился следом.

Краем глаза заметил неясную фигуру и обернулся. Там стояла Ирэн и приветливо улыбаясь махала мне рукой.

Я отвернулся, и тут же заметил с другой стороны еще одну фигуру. Там был Росомахин. Он насупился в своей манере, и хмуро глядел на меня. Ох, этот еще…

В следующий миг, я застыл на месте. Дорогу мне заступила еще одна фигура, и от неё я не готов был отмахиваться.

Передо мной стоял Максимус. Он в своей манере нагло улыбался мне, глядя сверху вниз. Корк уже сидел на его плече и несильно клюнул его в щёку, как делал это со мной.

Отчего-то мне стало очень больно от этого зрелища, но вида я не подал. Только встал на месте и опёрся на свою нагинату.

Это испытание духа? Победить своего прошлого ученика? Да без проблем.

Я по-прежнему стоял с невозмутимым лицом, а песок подо мной ходил ходуном. Я его одним ударом смету. Не знаю, что нашло на Корка, но с этим потом разберусь. Главное не поранить старого друга.

Рядом с Максимусом, по обе стороны встали Росомахин и Ирэн.

И всё было так реально, что я на какое-то время растерялся, силясь понять: реальность это, или иллюзия…

И всё е это Иллюзия. Максимуса здесь быть не может, как и Корка. Хотя одна мысль о том, что мой старый друг мог меня предать, едва не вызвала во мне вспышку ярости. К слову, возможность предательства Ирэн и Росомахина, тоже вызвало во мне тягучее и неприятное чувство. Но это не на самом деле. Поэтому я усмирил песок под ногами, и просто улыбнулся в ответ.

В следующий миг, все трое потянулись ладонями к своим лицам. Я не сразу понял что они делают, а они стали снимать свои лица, будто маски. Под масками было моё улыбающееся лицо. Ребёнка, старика и подростка.

Я нахмурился, и три мои копии нахмурились в ответ. Я снова улыбнулся.

Корк слетел с плеча Максимуса и подлетел ко мне.

Я ощутил ментальный толчок. Это было сродни дружескому постукиванию по плечу.

— Я рядом, — донёсся до меня ментальный импульс.

А следом, я обнаружил себя сидящим на груде песка, улыбающимся и плачущим.

— Ты прошёл все испытания, — раздалось в моей голове. — А вот и обещанный приз.

Я вдруг ощутил как нечто проникает в мою голову. Будто сильный менталист пытается пробить мою защиту, и у него это прекрасно получается.

В следующий я понял что за подарок мне достался. Я теперь мог дотянуться до капсулы, что зависла на границе этого мира. А значит, я могу вернуть себя. А ещё, я могу вернуть Корка!

Глава 4. Итоги и выводы

Я вытер лицо рукавом.

— Что это здесь? Дождь, что ли, идёт? — хмыкнул я.

Огляделся. Песок и те же самые гранитные стены.

— И что, это всё? Всё, на что способен божественный артефакт? Я, конечно, ожидал большего.

Рядом показалось небольшое облачко, которое меня ударило микромолнией. Ощутимо, но не смертельно. Я даже не поморщился.

— Прояви уважение, — раздался в голове голос.

Что-то мне подсказывало, что он принадлежал вовсе не артефакту, а Ардуилу. Слишком уж я хорошо изучил этого проказника. Это вполне в его стиле.

Нет, безусловно, стоит отдать должное. Спецэффекты были на высоте. Но в целом испытание меня не впечатлило. Слишком лёгкое. Оно, похоже, было рассчитано на подростка лет 14. Но я-то не подросток. Я-то четырёхсотлетний архимаг. Пускай и выгляжу несколько моложе. Но всё равно, не могли придумать что-то посерьёзнее...

Я опёрся на свою нагинату и оглядел гранитные стены.

— И как мне теперь отсюда выбираться? — задал я вопрос в воздух. — Только не говорите, что опять доставкой будет заниматься тот жуткий спрут. Не уверен, что я позволю ему снова себя схватить, — хохотнул я.

— Не нравится спрут — добирайся сам, — раздался позади меня знакомый голос.

Я обернулся. Там стоял полковник Афанасьев и с любопытством смотрел на меня.

— Летать умеешь? Поднимайся, выход там, — он показал пальцем вверх.

— Так, а вы здесь чего? Только не говорите, что вы всё это придумали и реализовали? — хохотнул я.

— Нет, не я. А вот от тебя жду подробный отчёт как прошло испытание, — заявил он, с прищуром глядя на меня.

— Это только от меня или от всех? — нахмурился я. Всё же в испытании было много личного.

— От всех понадобится. Так что не филонь. Подробненько, со всеми деталями опишешь что за испытания были. Мы этот артефакт уже много сотен лет изучаем. И вот такие данные собираем.

Что-то в голосе Афанасьева подсказывало, что он преувеличивает. Но мне не жалко. Правда, стоит ли рассказывать всё, что я здесь видел? Расскажу, пожалуй, только про первое испытание. Ну и про второе, умолчав о том, что видел я не себя молодого, а архимага Алексиуса. Или просто скажу, что видел себя старым. Что же касается третьего испытания... что ж, его тоже можно частично раскрыть. Расскажу, что видел своих заклятых врагов, насмехающихся надо мной, и друзей, которые хотели меня предать. Но я не сдался, не поддался на провокации, и испытание оказалось пройденным. Такие вот дела.

Я поглядел на Афанасьева.

— А других альтернативных способов добраться обратно в свою кроватку нет? — хитро спросил я. — А то спать-то мало осталось. И не я себя выдёргивал из кровати.

— А ты наглец, — хмыкнул Афанасьев. — Поучить почтительности тебя, конечно, надо. Но наглецы мне нравятся. По крайней мере, робость ещё никого не красила. Однако одной смелостью транспортные услуги не оплатишь. Так что давай-ка создавай свою песчаную ладонь и дуй наверх.

— Вас подбросить? — вздёрнув бровь, спросил я.

— Возражать не буду. А заодно расскажешь, откуда взялся песок, — подозрительно поглядел он на меня.

— Откуда? Что-то с собой притащил, что-то сверху нагрёб, — кивнул я в потолок, которого, уже собственно, и не было.

— Сверху нагрёб? А какой радиус у твоей стихии. Как далеко ты чувствуешь? — спросил он у меня.

— Откуда я знаю? Не замерял.

— А плохо, что не замерял. Отчёт вести всегда надо, — покачал головой Афанасьев.

Я пожал плечами.

— Да как-то необходимости не было.

— Необходимости у него не было, — посетовал головой полковник. — Знаешь, Медведев, или как ты себя называешь теперь... Бронин, у вас ведь скоро будет распределение по наставникам. Я вот думаю, не тряхнуть ли мне стариной, не взять тебя к себе в ученики?

— Наставники? — вздёрнул я брови. — А кто обычно выступает наставником?

— Как правило, старшекурсники, — заявил Афанасьев, — но порой и преподаватели тоже занимаются индивидуальным обучением. Я вижу в тебе потенциал. Глядишь, из тебя что-то и получится.

Я смог удержать нейтральное лицо.

Из меня уже давно что-то получилось.

Ну не буду же я огорчать полковника, который так жаждет поделиться своими знаниями. Поэтому уверенно закивал:

— Конечно, конечно, для меня это будет большой честью.

— Ай, хитрец! Наглец и хитрец. Ужасные качества, идеально подходящие к инструментарию карьериста и будущего офицера. Далеко пойдешь, паря. Мне тоже будет любопытно поработать с тобой, — он мне подмигнул.

Я тем временем, не тратя времени, создал песчаную ладонь под собой, и та приподняла меня в воздух.

— Забирайтесь, — предложил я своему потенциальному наставнику.

Тот осторожно вступил на плоскую поверхность.

— А что это был за спрут? — спросил я.

— Древний пленник нашей академии, — пояснил Афанасьев.

— Понятно, — покивал я, задумавшись о чём-то своём.

А Афанасьев не сводил с меня глаз.

— То есть спрут тебя заинтересовал, а основное испытание — нет? — спросил он.

— Конечно, заинтересовало, — закивал я головой. — А что это такое было? Какая-то симуляция?

Но, видимо, задал этот вопрос недостаточно естественно изобразил восхищение и трепет. Потому как Афанасьев лишь покачал головой и задумался о чём-то своём.

— Ай, непростой ты парень, Алексей Бронин. Чувствую, с тобой будет очень интересно. Главное, чтобы проблем было не слишком много.

Платформа, созданная из песка, принялась подниматься наверх.

Я поглядел в потолок. Показалось, что там светят звезды, потом понял — нет, не звезды, а фонари. Эх, а было бы так завораживающе красиво! Ну, что поделать.

Поднимались мы метров двести, не меньше. Всё-таки глубоко располагалась комната с божественным артефактом.

— Да уж, испытания так испытания, — протянул я нарочито громко. — А у нас еще много таких будет? — покосился я на Афанасьева.

— Кто знает. Вот Лупицкий вернется — будут испытания. Я с вами слишком много нянчусь, — проворчал он.

— Кстати, а куда делся генерал Лупицкий? — спросил я с интересом. — Его так и не обнаружили?

— Нет, не обнаружили. Он как с тем демоном сцепился, так и исчез вместе с ним. Ни слуху, ни духу, — покачал головой Афанасьев.

— Господин полковник, признаюсь по достоинству, оценил юмор генерала Седова, который обещал, что испытания нас будут ожидать за каждым углом. Но вы уж скажите, сегодня следующего что-то ожидать? А то и так насыщенный день был. Так еще и испытания после ночи.

— Посмотрим. Ничего не могу обещать, — хмыкнул он.

Я чуть поморщился. А мог бы и сказать.

* * *

Генерал Лупицкий, тяжело дыша, опирался на свой меч. Вот уже больше десяти часов он бился с архидемоном.

Архидемон, которым, по сути, был ученик архимага Алексиуса — Максимус, развалился в тридцати метрах от своего противника, и задумчиво смотрел на него. Оба воина сильно устали, и оба не видели дальнейшего смысла в продолжении битвы, ведь было очевидно, что никто из них не может одержать победу. Силы их были равны. Быть может, если бы Максимус был более опытен и искусен, и привычен к своему телу, он смог бы одержать победу, но это не имеет значения, ведь есть только здесь и сейчас.

Мозговые паразиты в голове Максимуса требовали разум новой жертвы. Они наблюдали за боем демона и человека и возжелали испробовать душу столь сильного воина, который сопротивлялся величайшему архидемону. По крайней мере, так думал Максимус.

На самом деле мозговые паразиты уже давно пытались пробраться в разум и тело генерала Лупицкого. Им казалось, что защита генерала вот-вот поддастся, и генерал на грани чувств это понимал. Понимал, что скоро бой закончится, независимо от того, кто победит.

Лупицкий не питал надежд, ведь он оказался не в своём мире. Похоже, демон перенес его в мир Инферно. Генерал ожидал, что на него накинутся толпы монстров, но этого не произошло. Они были вдвоём с демоном.

Главное — одержать победу. Похоже, свою последнюю победу, причём в чужом мире. А потом доблестно сложить голову.

Но главное, что в бою, а не в постели. Не стариком, не боясь будущего, а в бою, как настоящий воин, как живой человек.

Когда Лупицкий понял, что демон утащил его в портал, да еще и в другой мир, мир Инферно, родной мир демонов, генерал подумал, что на том конце его встретит целая армия демонов. Но нет, архидемон остался один. И даже честно принял бой, что удивительно.

Но итог битвы был один — никто из противников не смог одержать победу. Только третья сила по-прежнему пыталась пробиться к сознанию Лупицкого и взять его под контроль.

— Кто ты, демон? И зачем ты меня сюда перенес? — спросил генерал, тяжело отдышавшись и снова поднявшись на ноги.

— Да не демон я, сколько раз тебе говорить, — лениво отмахнулся Максимус.

— Тогда зачем ты меня сюда перенес? — спросил Лупицкий.

— У меня контракт. Твоя душа в обмен на мою. Тут уж не обессудь. Ты хорошо сражался, но мои цели куда важнее, чем признание сильного противника. Ты был хорошим врагом, и мне понравилось с тобой сражаться. Жаль, что не удастся повторить.

Лупицкий искривил губы:

— С чего ты взял, что не удастся? Можем прямо сейчас продолжить.

— Да ты на ногах еле стоишь, — хохотнул демон, — как, собственно, и я. А вот твари, что поселились в моей голове и пытаются сейчас пробиться к тебе, ещё полны сил и скоро до тебя доберутся.

Лупицкий призадумался:

— Странный ты. Выглядишь как демон, а говоришь, что не демон. Еще в тебе какие-то твари живут и жрут тебя. В незавидном положении ты оказался, — хмыкнул он.

— Ты тоже любопытный. Скоро ты умрешь и будешь сожран. А в тебе еще есть силы на сочувствие. Хотя я тебя на это и обрёк.

— Ну, с возрастом я стал ценить любопытных врагов, с которыми есть о чём поговорить, — хохотнул он. — Расскажешь, почему так вышло?

— Неудачный контракт с дьяволом, — пожал плечами демон. — Получил сильное тело, а в контракте не было указаний, что к этому телу не прилагается балласт в виде мозговых паразитов, способных сожрать разум.

Лупицкий снова помолчал, прислушался к себе. Защита его, несмотря на слова демона, держалась неплохо. И паразиты, или кто это там стучится к нему в сознание, ещё не скоро преграду пробьют. Но выбираться из ситуации как-то нужно. По крайней мере, учитывая ситуацию и то, что погибать ему пока что не придется, можно попробовать вернуться обратно на родину.

— Ты, как я вижу, воин по сути своей. Неужели тебя устраивает наш незавершённый бой? — хмыкнул Лупицкий. — Сейчас его продолжать смысла не имеет, потому что верх мы друг над другом не одержим. Но, глядишь, спустя годик или два сможем встретиться снова, накопить сил и повторить наш поединок.

Демон горестно вздохнул.

Ответа так и не последовало. Тогда генерал решил сменить тактику.

— А для чего ты пришел в наш мир, раз ты не демон? — сменил тему Лупицкий.

Максимус чуть подумал: какая разница, всё равно перед ним уже труп. А почему бы и не поговорить, чтобы скоротать время.

— Я пришёл за своим учителем, который сбежал в ваш мир.

Лупицкий задумался. За учителем. Он окинул демона взглядом.

— Не знаю, насколько ты был силён до того, как тебе дали это тело, но духа тебе не занимать. Видимо, твой учитель — сильная личность.

— Он великий архимаг, сильнейший маг разума нашего мира.

— Маг разума? — нахмурился Лупицкий.

— Да, вам, видимо, невдомёк. В вашем мире есть магия материального мира, она же магия стихий, а ещё магия духа. Зато магия разума в вашем мире заблокирована. А в нашем мире наоборот. Немного есть магии духа, зато магия разума сильна и процветает. Такие дела, — улыбнулся он.

— И что же? Ты нашёл здесь своего учителя?

— Нашёл. Он переродился в теле какого-то сопляка. Назвал себя бароном Брониным. И теперь щеголяет, будто ни в чем не бывало. Да вот только что-то он замыслил. Это вполне в стиле старого пройдохи.

— Барон Бронин, — призадумался Лупицкий. — Никогда о таком не слышал.

— Уверен, услышал бы, в будущем. Но не суждено тебе оставаться в живых, — невесело улыбнулся демон.

— И для чего ты ищешь своего учителя? — спросил Лупицкий, не отреагировав на фаталистичную ремарку.

— Чтобы убить его и забрать его силу, — прямо ответил Максимус.

— Любопытно. Не буду врать, — произнёс генерал. — Я не самый сильный воин своего мира, но и не из последних. Твои твари ко мне ещё не скоро подберутся, а я уже набрался сил и могу продолжать бой. Зато ты, как я смотрю, еще не готов. К тому же судя по твоему примеру, контракты с демонами заключать вообще не стоит. Но ты сам говоришь, что ты не демон. Поэтому предлагаю прити к договорённости: я дам тебе защиту от твоих паразитов, и, возможно, она сможет какое-то время продержаться, а ты вернешь меня домой.

— И зачем мне это?

Лупицкий призадумался. Затем, взвесив все «за» и «против», ответил:

— Если ты не найдёшь своего учителя самостоятельно, через два года я обеспечу тебе встречу с ним. А там уже судьба решит, кто из вас одержит верх. Сильнейший архимаг твоего мира или ты в теле архидемона.

Максимус призадумался.

— Но эти паразиты, которые сейчас внимательно следят за нашим диалогом, дают мне доступ к памяти этого демона. Всё-таки контракт с ними пока что выглядит выгоднее.

— Как показывает практика, не бывает честных контрактов с теми, кто в любой момент может тебя убить. И сколько бы ты с ними ни договаривался, в любом случае, сильная позиция на их стороне. И они будут шантажировать тебя, столько, сколько им заблагорассудится. И рано или поздно сожрут тебя. Просто так, из прихоти. Я же дам тебе возможность общаться с ними на равных и диктовать свои условия.

— Нет! — завопили сотни голосов в сознании Максимуса.

Это было настолько громкое крик отчаяния, что даже Лупицкий его услышал. И он уже знал ответ который услышит.

Собрав силу четырех стихий, что были открыты ему, создал кристаллическую решетку, безошибочно угадав, где располагаются демоны. Он с легкостью нашел подход и просто их заблокировал. Точно так же, как это сделал когда-то Максимус. Только Максимус блокировал тварей посредством магии разума. А Лупицкий добавил магию стихий и магию духа, а вместе они смогли создать несокрушимую тюрьму.

— Теперь ты их хозяин, — произнес Лупицкий. — А дальше решай сам: готов ты со мной договориться или нет. Или мы будем продолжать наш бой?

Теперь настало время Максимуса подумать.

— У меня есть тебе одно предложение, — произнес вдруг он. — Ваш мир атакует лишь один из множества дьяволов. Зовут его Базалес. И то, как он со мной поступил, мне особо нравится. Думаю, ты тоже не в восторге от того, что ваш мир осаждают демоны. Не хочешь объединить силы и наподдать рогатому?

Глава 5. Ох, уж эти преподаватели

Что может быть лучше для молодого растущего организма, чем пятичасовой сон, пусть и с перерывами, после очень насыщенного трудного дня? Правда, всерьёз надеюсь, что еще поспать удастся. Это было бы не лишним. Хоть мне не нужно спать много, но сегодня чувствую, без этого я не обойдусь.

Когда я вошел в свою комнату, Василий уже лежал в кровати. Правда, он не спал, а смотрел в потолок круглыми глазами. «Видимо, думает о чем-то важном», – подумал я и решил его не беспокоить. Мне думать особо не о чем, поэтому я спокойно улегся в свою кровать и почти сразу вырубился.

Проснулся я от того, что Микки подала мне импульс. Она каким-то образом добралась до канцелярии и, разобравшись, что там происходит, уведомила, что скоро меня придут будить, для того чтобы передать какие-то документы.

Почему бы и нет? Я сладко потянулся, поднялся. По ощущениям поспал я часа полтора. Чувствую, сильно устал, слишком много спал.

Бросил взгляд на своего соседа. Он всё также лежал в кровати, глядя в потолок. Кажется, он даже не засыпал. По крайней мере, даже позу не изменил. На всякий случай ментально его прощупал. Вроде живой и теплый, даже дышит. Ну, и то хорошо. Не придется разбираться с хладным трупом. А то потом доказывай, почему сосед умер на второй день пребывания со мной в одной комнате. Ну, это я так.

По-прежнему не беспокоя соседа, поднялся с кровати и хотел было пойти одеться, но обнаружил, что даже не раздевался вчера, а прямо так в одежде завалился в кровать. Взглянул на себя в зеркало. Вроде одежда не сильно помялась, но сменить её всё равно надо. Поэтому по-быстрому сбегал в душ и переоделся в чистое.

Благо, чистая одежда была всегда. Местная магия и слуги позволяли курсантам всегда выглядеть безупречно, при этом не нужно было следить за этим самостоятельно. Когда я сам был молод и постигал ментальные науки, мой учитель заставлял меня драить одежду каждый день перед тренировками. Говорил, что одежда мастера должна быть белоснежной. За пятна на рубахе он наказывал страшнее, чем за неудачи. Это, как он говорил, закаляет разум. До сих пор его за это ненавижу. Однако любовь к чистоте у меня сохранилась. И желание всегда выглядеть идеально тоже. Это действительно заставляет чувствовать себя куда более уверенным в себе. Хотя, казалось бы, какая тут связь, но работает.

Несмотря на явные издевательства, учителю за науку я благодарен до сих пор.

В свою бытность архимагом я приводил одежду в порядок одной лишь силой мысли. На это у меня уходило пару секунд, а не полчаса в ручную. Все-таки ментальная магия имеет свои любопытные особенности при взаимодействии с внешним миром. С песком же так не получалось. Максимум чего я добивался — это истирал свою одежду до дыр.

Выйдя из душа и одевшись, я встал перед зеркалом, чтобы убедиться, что выгляжу идеально. В этот момент в комнату залетел какой-то офицер.

— Медведев, на выход! — рявкнул он во всю мощь своего луженого горла. Видимо, ожидал, что я в столь ранний час буду нежиться в кровати, и он меня заставит подпрыгнуть, но когда я ему ответил: «Всегда готов», — причем не из постели, а из-за его спины, тот сам подпрыгнул и ойкнул.

— Ты что, вообще не спишь, что ли? — ошарашенно спросил он. — Тебя вызывают в канцелярию. Следуй за мной.

— Так точно, господин младший лейтенант! — ответил я.

Видимо, он знал, что у нас вчера было испытание, и решил поглумиться над новичком, но не тут-то было. Сам же на своей шутке попался.

Бросил взгляд на Василия. Тот даже с приходом старшекурсника не подал признаков жизни. Сильно его приложило. Интересно, что у него за испытание такое было, что до сих пор в себя прийти не может. Мне казалось, что у него довольно крепкая нервная система, но, похоже испытание нашло ключик к этому непробиваемому парню.

Я посмотрел на свой браслет, который тут же засветился разными цветами, после чего осмысленно задал вопрос:

— А где находится канцелярия?

Передо мной сразу же появилась красная линия, которая зазмеилась куда-то сквозь холл, на лестницу и дальше. Я по привычке зашагал вперед. Старшекурсник увязался за мной.

— Господин младший лейтенант, так и будете меня провожать? — спросил я.

— Сказано доставить, значит доставлю, — заявил он.

— Да у меня маршрут построен, — сказал я.

— Это ничего страшного. Меня отправили за тобой. Значит, задание должно быть выполнено. Ты лучше скажи, что натворил-то? Как проштрафился, что тебя на третий день в канцелярию вызывают?

— Это талант надо иметь, — с гордостью заявил я. — Вот буду всем тайны свои рассказывать, так и приглашать перестанут, — хохотнул я.

— Достойный ответ, — покивал головой парень и, вместе с тем, сразу поскучнел. Видимо он рассчитывал на любопытную байку. Однако, поняв, что не услышит ничего интересного, тут же сменил намерения: — Ну раз дорогу знаешь, значит дошагаешь. Бывай.

Какой он непостоянный. А порывался сопроводить. Ну и ладно. Я бодрым шагом продолжил спускаться по лестнице. А младший лейтенант развернулся и напротив поднялся обратно в холл. Наверное, еще кого-то кошмарить собирается.

Я быстро миновал лестничные пролеты и вышел в коридор, идущий куда-то вглубь нашего корпуса. Раньше я здесь не проходил. По бокам то и дело встречались разнообразные двери, ведущие в кабинеты и аудитории. Были и окованные металлом двери, были кожаные, деревянные. От чего зависел материал обивки, я не представлял, но любопытство зашкаливало.

Оставил себе пометку в голове – дать задание Микки обследовать эти комнаты. Вдруг там что-то интересное будет. В любом случае, не сомневаюсь, что рано или поздно все эти кабинеты я посещу. Но лучше ведь заранее знать, к чему стоит готовится. Любопытство всегда было одним из главных моих движителей.

В дверях одного из кабинетов появилась высокая фигура в длинном балахоне. На голову фигуры был накинут капюшон, но я его узнал сразу по многим признакам: по походке, по телосложению, а еще потому, что от него воняло демонами. Этого гада я ни с кем теперь не перепутаю. Более того, подсознательно искал нашей встречи.

— Здравствуйте, Демилион Асгоротович, — приветствовал я преподавателя.

Тот вздрогнул, внимательно поглядел на меня.

— Бронин? Или правильно сказать Медведев?

Я уверенно шагнул к нему расслабленной походкой. Преподаватель, ничего не подозревая, выпрямился, будто ожидая, что последует какой-то вопрос. А я без обиняков втолкнул его в кабинет.

— Ах ты, демонская подстилка! — зарычал я на него. Да так, что демонолог вздрогнул.

— Ты чего себе позволяешь, малец? Это военная академия, а не школа благородных девиц, — взъярился было он.

Но я запустил в него такой импульс, что его швырнуло на землю. Затем сверху ещё пару раз припечатал песчаным кулаком.

— Ты что себе позволяешь? Ты только что атаковал преподавателя. За это светит...

— Ты, тварь, якшаешься с демонами! — прошипел я. — Ты пытался меня продать и сдавал наши позиции портальщику.

— Это клевета! Ты лжешь! В эту чушь никто не поверит! — зарычал он в ответ.

— А мне не нужно, чтобы мне кто-то верил! Я не собираюсь никому ничего доказывать! Я прямо сейчас, прямо здесь тебя убью! — заявил я, оскалив зубы.

— Так попробуй! — хохотнул он.

Глаза демонолога вспыхнули. Его демоническая аура стала в разы сильнее. Фигура его стала укрупняться. Несмотря на то, что его давил к земле песок, он, хоть неспешно, но выпрямился прямо передо мной.

— Демонское твоё отродье! А сколько разговоров-то было... С демонами якшаться нельзя, заёмная сила демонов — это плохо, — издевательски хохотнул я максимально язвительным голосом.

— Да что ты понимаешь, сопляк? Я с этими демонами уже десять лет...

— И я с этими демонами, — перебил я его издевательским голосом, — Я уже триста лет демонов бью. И заставил их бояться себя до усрачки. А ты еще просто не знаешь, кто я такой. И не научился бояться меня. Но я тебя научу.

Уверенности во внешнем виде Демилиона поубавилось. Все-таки уверенность в себе и напор – это пятьдесят процентов успеха. А еще плюс тридцать процентов — это подготовка. И вот, мы имеем восемьдесят процентов шанса на успех.

Поэтому я снова запустил ему в лоб заранее подготовленный песчаный кулак. И одновременно с этим запустил ещё один со спины, чтобы хорошенечко его прижать.

Но Демилион Асгоротович тоже оказался не дураком, и на пути моих песчаных кулаков встал щит из демонического пламени. Песок принялся плавиться стеклянной коркой, облепив щит.

— Ты забылся, пацан, — гулким голосом произнес демонолог. — Я преподаватель в этой школе, а ты ученик. Если тебе что-то привиделось, это твои проблемы и фантазии. И не думай, что у тебя не будет последствий из-за твоего поступка. Знайте свое место, господин Медведев.

— Я его знаю, и мое место здесь — давить таких, как ты, — рявкнул я.

И в этот момент третий кулак ударил демона сверху. Защита его не выдержала и разлетелась осколками. Я вложил много сил в этот удар, но Демилион решил не выставлять больше щитов. А просто сбежал.

Прямо под ним открылся портал. И он попросту рухнул вниз.

— Сбежал. Да уж. Ну и преподавателей набирают в военную академию... — хмыкнул я, постучав ладонями друг о друга, будто стирая прилипшую грязь.

Портал закрылся сразу же, как только голова Демилиона пропала под полом, и мой удар бесполезно рассыпался по полу, оставив глубокую вмятину и целую сеть трещин.

Чем хороша магия песка: несмотря на гигантскую силу удара, шума не было. Иначе, можно было бы переполошить половину академии. В этом явное преимущество перед магией камня.

Ну, ничего. С этим гадёнышом я еще встречусь. Сопляк. Ишь, возомнил о себе. Демонов он десять лет гоняет. Только увижу его в этой академии, надаю ему. Такое ему устрою, что мало не покажется. И доказать его причастность я смогу легко. Не отвертится.

Оглядел кабинет. Тот был обставлен довольно минималистично: пара книжных шкафов, заставленных какими-то фолиантами. Быстро пробежался по заглавьям магическим зрением. Ничего путного там не было, больше теоретические изыскания. Никаких магических фолиантов или заклинаний в нем не имелось. Поэтому, махнув рукой, я вышел из кабинета, прибрав за собой песок, и вновь направился по маршруту.

Когда я дошел до канцелярии, меня встретили не самые добрые лица, пускай и бодрые и отдохнувшие. И это при том, что солнце еще не встало. Они что, здесь вообще не спят, что ли? И главное, все присутствующие что-то делали. Здесь было по меньшей мере человек 40. Все суетились, бумажки летали, подписывались и заполнялись бланки.

— Кто таков? — окликнула меня высокая, статная женщина с породистым лицом. Ей бы в дорогом платье на балах плясать, а она стояла передо мной в неуместных для кабинета доспехах, которые лязгнули, стоило ей повернуться.

— Бывший граф Медведев, ныне барон Бронин.

— Медведев был, Брониных у нас нет, — внимательно оглядела она меня.

— Я еще не подал документы на регистрацию титула, — пояснил я.

— Так и не зовись тем титулом, которому не соответствуешь, юноша, — заявила она. — Чего тянешь? Хочешь вообще без титула остаться?

— Да нет, планировал заняться, — не стушевался я. — Как раз к вам за этим пришел. Это же через вас организовать можно?

— Можно, можно. И от родни твоей, теперь уже лишь кровной, запрос пришел.

Что за запрос я услышать не успел, потому что двери, в которые я вошел минут назад, резко распахнулись, врезавшись в стены. На пороге встал воин, в светящихся серебристых латах. Вернее, были они когда-то серебристыми, сейчас же они сплошь были усеяны выбоинами, подпалинами, царапинами и трещинами.

Мне даже показалось, что от него идет чёрный дымок. Я напрягся. Что-то здесь было не так. Чем-то таким фонило от этого рыцаря, что мне совсем не понравилось. И нечто подобное я уже ощущал, причем совсем недавно, когда столкнулся с Максимусом, своим бывшим учеником. Сначала думал, что это влияние демонической оболочки, а может, контракт с дьяволом так на него повлиял. Не придал значения этому оттенку в ауре или в энергетическом слепке. А вот почувствовал нечто подобное и от этого воина.

Он, слегка склонившись, содрал с себя вогнутый шлем с вмятиной на забрале, и я увидел, что это Лупицкий. Вот это да! Это что же, генерал Лупицкий тоже каким-то образом связан с демонами?

Я застыл на месте. По крайней мере, Лупицкий не так прост, как Демилион. И его я вряд ли смогу победить и прогнать из Академии. Но находиться здесь, зная, что под боком столь опасный враг — это не самая лучшая перспектива. Хотя тут еще разобраться надо, что это за аура такая была у Максимуса. Может, я тоже в чем-то не прав? По крайней мере, я не знаю, как действовать в этой ситуации, но пока точно не стоит идти на открытую конфронтацию.

Я поклонился. Не успел даже слова сказать, как за моей спиной окликнула та самая женщина:

— Федор Львович, вот вы где! Мы же вас уже второй день с ног сбились искать. Где вы были-то все это время?

— Доброе утро, Роза Степановна. Где был, там уже нет, — отрубил он.

— Что же вы к нам в такую рань-то пришли? Может, вам лучше в медсанчасть показаться? А то вы похоже ранены.

— Подождет. Дело у меня есть неотложное. — заявил он.

— Какое? Конечно, чем могу помочь? — тут же откликнулась Роза Степановна.

— Я все личные дела проверяю, — начал он. — Меня одна фамилия заинтересовала, не помню, чтобы личное дело было.

— Какая же? — подняла брови женщина.

— Бронин, — произнес он.

Меня будто током поразило. И где же он мог слышать эту фамилию? Я ведь мало кому её называл.

Я уже знал что последует дальше, поэтому напрягся, ожидая чем обернётся эта ситуация. Не ожидая я так скоро столько демонопоклонников под боком.

Глава 6. Возвращение легенды

Я стоял и глядел на вошедшего Лупицкого, всем своим нутром ощущая приближающиеся проблемы.

Да уж, наша битва будет эпичной и вряд ли долгой.

Песок, который я оставил за пределами канцелярии, сейчас собирался прямо за дверью, готовый в любой момент трансформироваться в копье или кулак, чтобы атаковать возможного противника.

Будто гром среди ясного неба — в ответ на вопрос генерала начала говорить Роза Степановна:

— Как интересно, — хмыкнула она. — Вот этот молодой человек называет себя бароном Брониным. — я физически ощутил направленный в спину палец. — Правда, он еще не засвидетельствовал свой титул.

Лупицкий перевел глаза на меня. Я глаза не отвел, так мы друг друга и сверлили взглядами.

— И как же это возможно, что я услышал эту фамилию до того, как титул был засвидетельствован? — спросил он.

— Видите ли, — ничего не подозревая, принялась рассказывать женщина, — данный молодой человек — урождённый граф Медведев. Однако его буквально вчера выделили из Рода. Новый титул он ещё не получил, но, как я поняла, фамилию себе уже выбрал, и всем подряд её называет. Очень по-мальчишески. Опять же, есть некоторые нюансы с заполнением документов, а также получением титула и вступлением во владение выделенными ему землями.

Лупицкий невозмутимо перевел взгляд на женщину:

— Вы же понимаете, учебный год только начался, и парню надо учиться.

Женщина не ответила.

— Вы ведь можете решить все бюрократические вопросы без его участия? — спросил Лупицкий.

— Ну... — женщина хмыкнула. — Это, конечно, против правил, да и хватает у нас важных дел...

— Я знаю, — дипломатично произнес Лупицкий. — Так же знаю, что для вас нет ничего невозможного.

— Ну, скажете тоже... Есть много чего невозможного для нас. Но если вы просите, можем сделать исключение. Однако совсем избавить его от дел я не могу — придется съездить на землю и засвидетельствовать титул. Иначе никак. А то он и вовсе может лишиться титула такими темпами.

— С этим разберемся, — заявил Лупицкий. — Как я помню, там не так много времени надо потратить. Если что, сделаем портал.

Женщина закашлялась.

— Портал? — недоуменно перевела взгляд мне в спину.

Я этот взгляд лопатками почуял. Ну и ментальные линзы показали, которые я развесил вокруг на всякий случай. Ведь если сейчас с Лупицким придется драться, то все присутствующие тоже будут задействованы, и не факт, что на моей стороне.

— На секундочку, земли, которые выделены данному юноше, находятся более чем в тысяче километров отсюда, — назидательным тоном заявила женщина. — Вы ведь понимаете, что это слишком затратно?

— Ну, порой забываю о необходимости отчитываться за энергию, — пожал плечами Лупицкий. — Виновен. Ну, на крайний случай отправим его поездом.

— Так-то лучше. А то совсем не бережете казенные ресурсы, — произнесла Роза Степановна. — На самом деле, еще под вопросом необходимость создания последнего портала. Прорыв демонов, конечно, был большой, но слишком уж легко вы с ним справились. Да и последствия, мне кажутся несоизмеримыми.

— Все на благо наших учеников, — ответил Лупицкий. — Все оправдано. Нечего тут разбираться, — хмыкнул он.

Затем перевёл взгляд на меня.

— Господин Алексей... Хм... Бронин. Позвольте нам с вами перекинуться парой слов наедине, — произнёс генерал.

— Для чего это? — первое, что пришло в голову, спросил я.

Лупицкий поднял брови:

— К старшему по званию, тем более генералу, так обращаться не принято, молодой человек, — тут же взвилась Роза Степановна за моей спиной. — Боюсь, вопрос о том, почему вас выделили из рода, становится для меня все менее загадочным. По крайней мере, манер вам явно не достает, а также субординации.

— Прошу прощения, господин генерал, — тут же поправился я. — Так точно, будет исполнено. Готов приступить к обсуждению интересующих вас вопросов, — отчеканил я, а сам раздумывал, как теперь из этой ситуации выходить.

В любом случае, пообщаться с ним наедине будет куда безопаснее для меня. Это гарантирует то, что у Лупицкого не будет подкрепления. Но в то же время и свидетелей тоже не будет. А я что-то не настолько уверен в своих силах, чтобы выступать против такого монстра, как Лупицкий, сейчас. Вот будь у меня ментальная магия здорова — все было бы хорошо. Но с одной песчаной магией боюсь не сдюжу.

Лупицкий оглядел помещение, задержав взгляд на побелевшей Розе Степановне, затем кивнул в сторону выхода.

— Давай за мной, — произнес он и, молодецки развернувшись, размашисто зашагал к выходу.

Я тут же распылил песчаное копьё и запрятал песок по углам на потолке и рассыпал мелким слоем по полу.

Всё же нападать первым пока не стоит.

Набрав полную грудь воздуха, я незамедлительно последовал за ним. Я физически ощущал цепкий взгляд, устремленный мне в спину. По крайней мере, все сотрудники канцелярии внимательно следили за мной.

Все-таки Лупицкий, как я понял, был здесь легендарной личностью. И то, что он заинтересовался каким-то первокурсником, более того, попросил в канцелярии об услуге, однозначно должно было вызвать целую волну обсуждений порождённых любопытством.

Да уж, попал я в интересную ситуацию. Осталось понять, чем это всё для меня обернется. Ведь если я правильно понял, именно Лупицкий сражался тогда с Максимусом и потом вместе с ним пропал. А сейчас вот вернулся и интересуется, кто же такой Алексей Бронин. Да еще и демонами от него несёт за версту. Совпадение? Не думаю. Но что гадать — сейчас всё и узнаем.

Шагали мы недолго. Лупицкий встал посреди коридора, внимательным взглядом оглядел пару дверей, затем толкнул ближайшую.

— Заходи, — поманил он меня.

Оглядев кабинет, он уселся прямо на преподавательский стол. Мне указал на первую парту, находящуюся прямо напротив стола. Я невозмутимо последовал указанию и, усевшись за парту, выжидательно посмотрел на генерала.

Параллельно снова подтянул песок к входу в аудиторию. Надеюсь мимо кабинета в ближайшее время никто не пройдёт.

Так мы с генералом и сверлили друг друга взглядами. Пауза явно затянулась, но уж я точно не собирался начинать беседу первым. И его долгий взгляд меня нисколько не смущал — не на того нарвался.

— Итак, — наконец спросил он, — Алексей, тебе случаем не доводилось слышать имя Алексиус? А если точнее — архимаг Алексиус? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.

— Допустим, — ответил я. — Мало ли архимагов развелось на белом свете.

— Приемлемый ответ, — кивнул Лупицкий. — А что касаемо ученика этого самого архимага — Максимуса, самого настоящего архидемона, об этом ты что-нибудь слышал?

— Кое-что слышал, — в тон генералу ответил я.

— И что же ты слышал?

— Что он едва не разрушил всю академию, — хмыкнул я.

Одно радовало, что он еще не успел поговорить с Афанасьевым, иначе тот рассказал бы генералу про этого Максимуса и наши с ним взаимоотношения.

— Ладно, давай не будем ходить вокруг да около. Я общался с этим самым Максимусом, вернее, сначала мы с ним долго бились, а потом уже приступили к переговорам.

— Все по классике, — хмыкнул я, не сводя глаз с директора.

— И он мне рассказал интересную историю, что он из другого мира, что оказался здесь, потому что погнался за своим учителем, неким архимагом Алексиусом.

Произнеся это, он вперился взглядом в меня, так, будто ожидал прочитать все мысли на моем лице. Я даже бровью не повел.

— Его проблемы, — пожал я плечами.

— Так вот, он говорит, что этот самый его учитель, архимаг Алексиус, переродился в другом теле и является неким бароном Брониным, которым ты назвался. Это совпадение?

Можно, конечно, сейчас выиграть время и солгать, но не люблю я ложь. Особенно когда на этой лжи меня ловят. К тому же она и так раскроется очень скоро, когда Лупицкий пообщается с Афанасьевым. А это может случиться в любую минуту.

— Господин генерал, — отбросив лишнее, спросил я, — могу я к вам обратиться не как к должностному лицу, а как к человеку, или как к мужчине?

Лупицкий удивленно поднял брови.

— Вообще-то, если уж по-честному, я специально завёл этот разговор наедине, чтобы мы могли поговорить как мужчина с мужчиной, — немного подумав, ответил он. — Поэтому это будет предпочтительно.

— Тогда позвольте задать вопрос: От Максимуса за километр воняло адскими эманациями и демонской сущностью. Но это понятно — он заключил контракт с дьяволом, да ещё и согласился поместить себя в тело архидемона. Но вот один вопрос мне покоя не даёт: от вас я чувствую те же самые эманации. И, признаюсь честно, этот факт не позволяет мне отвечать прямо на ваши вопросы.

— Чувствуешь демонические эманации? — переспросил Лупицкий, хотя вопрос был явно риторический. Он прислушался к себе. — Я ничего не чувствую. Это любопытно. Каким именно образом ты их чувствуешь? — спросил он.

— Я ещё не изучал природу этих эманаций, — уклончиво ответил я. — Не было времени, как вы понимаете. Однако природа излучения явно демоническая.

Он помолчал, будто решая, что мне стоит говорить, а что нет. Затем смерил меня взглядом.

— Максимус сказал, что в теле, которое дал ему дьявол, скрываются некие демонические паразиты. Что это за паразиты, он сам не знает. Да и я тоже.

Я едва подавил желание расплыться в улыбке. Максимус надеялся обмануть весь свет, вот только обманывается сам на каждом шагу.

— Но когда мы с ним бились, — продолжил Лупицкий, — он пообещал этим паразитам мою душу. Но я смог себя оградить. Не позволил им пленить разум. И помог этому Максимусу более надёжно оградиться. Однако, судя по твоим словам, так просто от них избавиться мне не удалось, и одна из этих тварей всё же присосалась ко мне. Или несколько тварей. Это правда, — он взглянул мне в глаза. — Мне скрывать нечего.

— А позвольте тогда ещё один нескромный вопрос? — невинно продолжил я.

— Задавай уж, раз мы начали общаться, — пожал плечами генерал.

— Вы с демонами или дьяволами контракт заключали? — спросил я напрямик, следя за каждым движением Лупицкого.

С одной стороны, человек его уровня обязан быть сдержан и не позволит себе излишних эмоций, но контракты с демонами и дьяволами накладывают свои отпечатки и влекут за собой неожиданные последствия.

— Контракт с демоном или дьяволом я не заключал, однако есть две договорённости с одним молодым человеком в теле архидемона, — хитро посмотрел он на меня.

— Так раскроете ли вы подробности этой договорённости? — спросил я.

— Раскрою. Первая договорённость: мы с ним договорились объединиться, чтобы надавать по щам одному дьяволу, что осаждает этот мир.

— Второе? — напомнил я.

— Второе: я пообещал этому демону, что через два года, если он сам не найдёт некоего архимага Алексиуса, я обеспечу ему встречу с бароном Брониным.

Ну да, что-то подобное я и ожидал.

— Почему через два года? — спросил я напрямик.

— Здесь всё просто. За эти два года я планирую лично заняться обучением Бронина. Чтобы этот барон стал настоящим монстром. По крайней мере, поднять его до своего уровня. Этого уже будет достаточно, чтобы архидемону Максимусу не поздоровилось при встрече.

— Вы очень самоуверенный, — хохотнул я. — С чего вы взяли что справитесь с такой задачей

— Потому что в противном случае, я убью тебя своими руками — невозмутимо ответил генерал.

— Как легко вы готовы нарушить данное слово, — хитро ухмыльнулся я.

— Почему же, я свожу демона на твою могилку, — тем самым обеспечу вашу встречу.

Глава 7. Отъезд

После разговора с Лупицким я по-прежнему в его сопровождении снова отправился в канцелярию, ну а там уже получил дальнейшее распоряжение.

В общем, как доложили генералу, а заодно и мне документы все подготовят без моего участия.

Роза Степановна намекнула, что я буду ей обязан. Чем именно обязан, я пока не знаю. Лупицкий покивал, сказав, что тоже не останется в долгу. Оставалось дело за малым. До транзитного поезда меня обещали доставить. Отправляется он с ближайшей станции через три часа.

Об этом меня уведомила еще одна девушка, лет двадцати пяти на вид, что, похоже, тоже занималась моим вопросом. При этом все с любопытством наблюдали за мной. Чего это целый генерал, считай, второй человек в академии, вдруг так озаботился судьбой какого-то подростка, тем более первокурсника, только-только поступившего на учебу. Более того, генерал Лупицкий в принудительном порядке поручил закрепить меня за ним, как за моим наставником.

Я попытался возразить, мол, полковник Афанасьев уже вызвался быть моим наставником, и я дал согласие.

Но генерал лишь махнул рукой:

- Ничего страшного. Если захочет, тоже поучаствует. Не думаю, что он будет возражать.

Роза Степановна попросила меня по буквам продиктовать мою новую фамилию. Затем сверила с какими-то бланками и выдала мне ряд документов и какую-то квадратную коробочку, от которой довольно сильно фонило магией.

- Так, это твои документы. Здесь надо поставить подпись. Здесь, здесь и здесь, - командовала она.

Я послушно подписывался.

- Вписываешь свою фамилию в графу «владелец», - продолжала инструктировать она.

Я аккуратно вывел: «Алексей Михайлович Бронин. Барон, владелец поместья Иртыш». Дальше следовали характеристики объекта, буквенно-цифровой код, координаты.

- Вот эту печать, - она указала на коробочку, - откроешь, когда прибудешь на участок. Она сразу сработает, и участок будет закреплен за тобой. Сейчас там деактивирован регистрационный знак рода Медведевых. Раньше его не открывай, иначе он сгорит. А новые тебе выдадут не скоро, это уж поверь. Понял?

- Понял, - кивнул я, тут же убрав коробочку в пространственный карман.

- Всё, а теперь кыш собираться. Не теряй времени. Надо еще разобраться, кто тебя доставит до перрона.

- Я сам доставлю, - вызвался Лупицкий.

- Да как можно, вы же целый генерал! У вас что, других задач нету?

- Есть. Но это задача не менее важна, - заявил генерал, чем снова породил целую волну заинтересованных взглядов в мою сторону.

Чувствую, скоро по академии поползут новые слухи.

***

Первым делом, я подал сигнал своим мышкам. Микки поручил оставаться в академии и разведывать территорию. Всё же у нее это неплохо получается. Зато Сплинтеру приказал поскорее возвращаться ко мне. Такая несуразная боевая единица мне вполне может пригодиться. Если и не в противостоянии против врагов, то хотя бы в качестве отвлекающего элемента. Ну или буду использовать крошечного воина для психической атаки по неокрепшим нервам моих будущих врагов.

Налаживал связь я находу, и когда закончил, обнаружил что уже стою в холле нашего отряда.

Быстро взбежал на лестницу, и ввалился в нашу комнату.

Отсутствовал я явно больше часа, поэтому, когда я вошел в свою комнату и увидел Василия в той же самой позе, также не мигающего, глядящего в потолок, немного задумался. Этого паренька психиатру бы что ли показать, а то совсем он не в себе.

- Эй, Вась, ты там как, живой? - позвал я.

Ноль реакции.

Ох, не очень хочется этим заниматься, к тому же, как я выяснил, этот мир весьма неохотно встречает адептов магии разума, но потянулся к нему. А там даже копаться не пришлось, чтобы почувствовать крайнюю степень смятения, снедающего парня. Что-то его очень сильно беспокоит. Я бы даже сказал, он пребывает в предшоковом состоянии. Но не оставлять же его так. У меня времени маловато, но на дружескую встречу времени я никогда не пожалею.

Подошел к нему, заглянул в глаза, затем размахнулся и изо всех сил влепил ему пощёчину.

- А ну, очнись, боец! Отставить хандру! - зарычал я.

Парень вздрогнул и из-под одеяла тут же вскинулась рука с зажатым в ней кинжалом. Я отшатнулся. Василий бешеными, налитыми кровью глазами уставился на меня. Однако в следующий миг в его взгляде промелькнуло узнавание, и он опустил клинок.

- Извините, - произнес он.

- Чё ты извиняешься? Я тебя только что по щеке хлестнул, а ты тут извиняешься. Ну-ка давай-ка рассказывай, что там у тебя случилось?

- Ничего такого не случилось, - отведя глаза, произнес он.

- Ага, знаю я, как ничего не случилось, - хмыкнул я. - Вот так вот оставишь тебя одного, а потом начнешь бегать по академии голый с топором. Рассказывай давай, кому как не соседу по комнате душу изливать.

В его голову проникнуть я, конечно, не могу, изложить нужные мысли. Но надавить кое на какие центры и нервные окончания вполне, что побудит его быть посговорчивее.

- Давай, рассказывай, иначе я никуда отсюда не уйду. Так и буду здесь ждать. А еще сейчас пойду звать преподавателей и психологов, чтобы с тобой провели воспитательную беседу. А то ишь, решил здесь в одного страдать. Не положено, - хохотнул я.

Поняв, что я не сдамся, и, видимо, решившись на что-то, он, сначала нехотя, принялся рассказывать:

- Я убил его пять раз.

- Кого? - спросил я.

- Алексея, - Василий отвёл глаза.

Я не сразу понял, о ком он.

- Так, Горелова что ли? - спросил я.

И тут Василия прорвало:

- Да. Он меня бил. Пытался меня убить много раз. Но я уходил от него. А когда стало невмоготу, я его убил. И этого нельзя было делать. Я не имею права. Я должен был умереть. Но не позволить себе поднять на него руку. Но стоило мне его ударить, как он встал и продолжил. А потом я его убил. Я думал, что это все закончилось. Но в следующий миг он восстал и снова продолжил меня истязать.

- Так и правильно сделал, - пожал я плечами. - Видимо, это и было твоё испытание. Артефакт показывал тебе, что ты ничем не обязан этому напыщенному снобу. И что можешь легко его избить и даже убить, если тебе того захочется. Ты ему не принадлежишь.

- Это не совсем верно. Все-таки их семья воспитывала меня как сына. Я обязан им. Я дал клятву, что буду присматривать за Алексеем. Но теперь... - он умолк.

- Что теперь? Говори уже.

- Я не уверен, что смогу относиться к нему по-прежнему теперь. И если он снова начнет меня задирать, я вполне могу убить его и шестой раз.

Вот это поворот! Это мне нравится!

- Слушай, если вдруг ты захочешь ему надавать тумаков, знай, я готов тебе в этом помочь и составить компанию, - расхохотался я.

- Я вам не позволю, - заявил он. - Я должен оберегать Алексея Горелова.

- Ага, - хохотнул я. - Или убить его, когда он будет тебя донимать, - расплылся я в улыбке.

Парень умолк, опустил глаза.

- Это что, всё из-за чего ты так тревожишься? - спросил я.

- Это для меня очень важно, - ответил он.

- Не переживай, в твоей жизни будет ещё очень много чего важного, на первый взгляд, что на самом деле яйца выеденного не стоит. Конечно, любопытно, что на второй день пребывания здесь тебе выдалось такое испытание, но это же прекрасно, что у тебя так быстро появилась возможность вырасти над собой. Так что давай, парень, не хандри. Приходи в себя, а еще лучше, воспользуйся оставшимся временем и поспи.

- Что значит поспи? А вы куда собрались? - окинув меня взглядом с ног до головы, спросил он.

- А у меня появились неотложные дела. Не забивай себе голову, - улыбнулся я. - И давай, не раскисай. А если Горелов к тебе вдруг подойдет и начнет что-то говорить, ты, главное, не переборщи, а то, боюсь, за убийство курсанта тебя по головке никто не погладит.

- Ага, - закивал он головой, - да я и не собирался, тем более теперь понимаю, что это было испытание.

- А вот и прекрасно, - расхохотался я. - Ты меня, как сосед, вполне устраиваешь. Не хотелось бы так быстро менять окружение.

В этот момент дверь в нашу комнату распахнулась, туда бодрым шагом вошел Лупицкий. Я даже не заметил, когда Василий, при виде такого гостя, оказался в вертикальном положении. Вот лежал, а вот уже стоит. Магия какая-то. Никогда раньше ничего подобного не видел. Я едва сдержал улыбку.

- Здравия желаю, господин генерал! - рявкнул Василий.

- Ага, - кивнул генерал. - Бронин, давай-ка, не тяни время. Собрался? Чего копаешься? Отправляться пора.

- Так точно, господин генерал! - хохотнул я.

- Вещи с собой взял?

Я огляделся: а из вещей мне не особо много чего и нужно. Закинул пару комплектов белья и запасную одежду в пространственный карман, решил пользоваться им, а не чемоданом. Все-таки налегке путешествовать куда удобнее. Благо, что эта магия у меня заработала. Теперь чемоданы мне вообще не нужны. Правда, немного застыл перед футляром, в котором лежала сломанная нагамаки. Подумал, подумал, откинул футляр, взял вытянутую рукоять и закинул ее тоже туда же в пространственный карман. А пригодится, почему бы и нет?

Все-таки хочу одну свою мыслишку воплотить в жизнь.

- Я готов, - отрапортовал я, повернувшись к генералу.

- Вот и прекрасно.

Генерал повернулся к незапертой двери, в которую уже заглядывали любопытные курсанты, что не спали в этот час. Всем интересно, что это у первокурсников в комнате делает целый генерал. Он взмахнул рукой, и на месте дверного проема стал разрастаться ярко-голубой портал.

Опачки! Любопытненько. А я слегка замешкался. Все-таки есть кое-что, без чего мне в дальнюю дорогу лучше не отправляться.

- Господин генерал, а куда ведет портал?

- На железнодорожную платформу.

- А какую конкретно?

Лупицкий окинул меня недоуменным взглядом, но все-таки пояснил.

- На ту же самую платформу, где вы появились.

- Понятно. Господин генерал, а можем мы отправиться не из моей комнаты, а с улицы?

- Это еще зачем? - спросил он.

- А мне кое-что прихватить с собой надо, - невозмутимо ответил я. - Это очень важно.

- Ну, важно так важно.

Он снова щелкнул пальцами, взмахнул рукой, и портал мигнул, однако не исчез.

- Давай за мной, - заявил он.

- Но я же...

- Это портал на улицу, не пешком же идти.

Если бы сейчас здесь была Роза Степановна, обязательно бы сказала, что генералы не бережливы к магии. Но я лишь улыбнулся и уверенно шагнул в портал. И почти сразу же в следующий миг оказался в метрах в двадцати от академии, посреди песчаных дюн.

- И что ты решил с собой прихватить? - спросил меня Лупицкий, едва не заставив вздрогнуть.

- Кусочек пустыни на память, - хохотнул я, а в следующий миг вокруг меня стала собираться здоровенная дюна из белого кварцевого песка.

Генерал в который раз с любопытством меня оглядел.

- Твоя стихия - песок, - скорее не спросил, а заключил он.

- Грешен, - растянул я губы в улыбке.

- Да уж, любопытненько. И что, собрался его с собой везти? - спросил он. - Поезд не грузовой, а пассажирский.

- Я что-нибудь придумаю, - улыбнулся я.

- В этом даже не сомневаюсь. Ну что, отправляемся?

На всякий случай, прежде чем шагать вперед, я пустил плотный поток песка прямо сквозь портал. Лупицкий, которому я буквально перегородил дорогу, замешкался и оглянулся на меня.

- Ну, молодой человек, наглости тебе не занимать.

- Это предусмотрительность и осторожность, - парировал я.

Генерал лишь хмыкнул и, совершенно игнорируя поток песка, шагнул прямо в портал. Песок же аккуратно обогнул его с обеих сторон, практически не задевая его защиту. Следом прошел и я. Все-таки не зря я обеспокоился. Стоило мне выйти из портала, как тот закрылся, а вместе с ним прекратился и поток песка. Хотя чего я жалуюсь...

Лупицкий задумчиво смотрел на здоровенную белую кучу. Целый бархан посреди степного пейзажа.

- Да уж, - пробормотал он.

Перекачать я успел несколько тонн белого песка. Не скажу, что все, что хотел, но это тоже неплохой аргумент в любом противостоянии.

Появилась у меня еще одна мыслишка, но для этого понадобятся кое-какие вложения. Деньги у меня имеются, все-таки и от деда остались сбережения. Он нередко перечислял на мой счет кругленькие суммы, видимо, подозревал, чем все может обернуться. Да и батюшка тоже деньги отправлял, вернее, дядя Дима отправлял деньги от лица батюшки на мои дни рождения и другие праздники.

Не скажу, что мне хватит денег на безбедную жизнь до старости, но и влачить жалкое нищенское существование мне тоже не грозит. Ну и для моих целей средств хватит. Ну а там, глядишь, найду, где финансами разжиться.

- Ну что, думаю, с остальным сам разберешься. Вот твои билеты.

У Лупицкого, будто у заправского карточного фокусника, появился золотистый билет, который он протянул мне.

- В документах все данные есть. Дальше разберешься сам. А теперь счастливо. Делай дела и возвращайся обратно. К слову, что бы ни произошло в твоих новых владениях, считай это первым испытанием, - подмигнул он мне.

- Что вы имеете в виду? - спросил я.

- Ну как что? Только не рассказывай мне, что тебе достался абсолютно беспроблемный участок, на который нет ни у кого притязаний.

- Откуда вы узнали? - спросил я.

- Так это древняя традиция. Каждому нежелательному наследнику, которого выделяют из рода, дают шанс, так сказать, реабилитироваться и заслужить доброе имя, даря ему возможность проявить себя в противостоянии с серьезным противником. И чем серьезнее противник, тем громче будет твоя победа. А значит, и возможность показать, что даже нежелательные наследники рода что-то из себя представляют.

- Любопытно. Не знал о такой традиции, - хмыкнул я.

- Ну вот теперь знаешь. И не вздумай сплоховать. У тебя нет шанса на проигрыш.

Подмигнув мне, он исчез, на этот раз без всякого портала.

- Вот же фокусники, - покачал я головой и побрел в сторону платформы. Песок толстенной змеей пополз за мной следом.

Глава 8. Переосмысление

Купе в поезде мне досталось пустое, и это были просто замечательные новости. По крайней мере, было чем заняться, и нежелательная компания мне была бы сейчас в тягость.

А задач у меня было целых две. Во-первых, я хотел разобраться с даром божественного артефакта и возможностью дотянуться до своего закапсулировавшегося сознания. Но отчего-то эту задачу я откладывал как только мог. Хотел подойти к ней с максимальной серьезностью, отдохнувшим и собранным. Боялся, что что-то не так сделаю или неосторожно залезу и утеряю столь ценную для меня информацию. А главное, что я боялся навсегда потерять — разум Корка.

Вторая задача, которой я хотел бы заняться, — это адаптация Ардуила. Сегодня должно было быть занятие по работе с артефактным оружием, в частности, с клинками. И, к сожалению, я его пропускаю из-за того, что вынужден отправиться в поездку, но кое-что в голове и у меня есть. Я читал несколько книжек на эту тему еще в юном возрасте. К тому же некоторая информация была записана в моем сознании, и в принципе, пускай без помощи специализирующегося на этом преподавателя, я и сам мог кое-что проверить.

Идея присоединить божественный клинок с заключённым в нём божественным духом к рукояти нагамаки меня, если честно, будоражила. Пускай с Ардуилом у нас договор только на год, но за этот год я могу столько всего успеть с божественным клинком! Ух, от одной мысли об этом руки начинают чесаться, а дыхание перехватывает.

Что касается артефактного оружия, как правило, мастера предпочитали делать его из двух или из трех элементов. Но зачастую из двух. Это понятно, рукоять и клинок. При том, что камни душ предпочитали вкладывать либо в клинок, либо в рукоять. Если в рукоять, то там использовались духи, усиливающие защиту. Для усиленной атаки духов помещали в клинок, и по возможности агрессивных существ.

Очень редки были случаи, когда камни душ помещались и в клинок, и в рукоять, но следовало к этому относиться осторожно и убедиться, что духи между собой ладят, потому что внутренний конфликт оружия вполне мог привести не только к разрушению артефакта, но и к гибели хозяина.

Что касается трех душ, было только одно упоминание в книге, которое я сейчас как раз и пролистывал, о мече с двумя клинками. И в нем использовались три души трех братьев-соколов. Правда, о защитной магии в рукояти там речи не шло. Все было направлено на силу удара. И, как говорили легенды, этот клинок мог не только убить бога, но и разрушить мир. Поэтому он был уничтожен почти сразу. Память о нем осталась, но доподлинно неизвестно, существовал ли такой клинок на самом деле. Да уж, и для чего мне эта бесполезная информация?

В принципе, помещать какой-то камень душ в клинок необходимости нет — у меня уже есть готовый клинок с душой. Рукоять у меня тоже есть. К слову, в этой рукояти есть сосуд или вместилище для камня душ. Но что это за камень душ может быть, пока что рановато об этом думать.

Нужно сначала подружить Ардуила с новой рукоятью и как-то убедить его взаимодействовать с ней. А уж потом и думать, удастся ли добавить еще один камень душ в божественное оружие.

— Меня на такую простую рукоять, еще и оружие какое-то нестандартное! Это что ты удумал, Алексиус? — возмущался дух полубога, когда узнал о моих планах.

— Ну слушай, уж лучше хоть какая-то рукоять, пускай и не стандартная, чем вообще никакой, — весомо заметил я. — Неужели тебе не надоело быть пустым куском металла?

— Пустым куском металла? Да я! Я ведь обломок величайшего оружия.

— Именно, то, что обломок. Неужели тебе не надоело быть обломком?

Ардуил помолчал.

— Да я не просто обломок. Я же величайший...

— Величайший обломок. Я не спорю, — согласился я. — Глупо здесь спорить. Но я предлагаю тебе вернуться в состояние полноценного оружия. А учитывая тот факт, что мы с тобой заключили договор, это будет идеальное оружие для меня. Я смогу этим оружием вершить великие дела. Ну а ты станешь легендарным оружием этого мира. Неужто это тебя не будоражит?

— Я и так уже легендарное оружие, только своего мира.

— Но будет еще один мир, и тебя будут почитать. Я слышал, что боги становятся сильнее от того, что смертные помнят их и поклоняются им. А еще я слышал, что каждый полубог — потенциальный бог. Вдруг ты станешь каким-нибудь богом оружия в этом мире? Не думал о такой перспективе?

— Красноречивый ты слишком, Алексиус, — подозрительно произнес Ардуил. — Опасное это качество для типчиков вроде тебя.

— Ну, не без этого. Настоящий архимаг ведь не только силой бравирует, он еще хлестко жжет глаголом. Не все же воевать, доказывать силу своего тела и магии. Можно еще доказать свое право быть архимагом силой меткого слова.

Ардуил снова помолчал.

— Ишь, как запел, — хмыкнул Ардуил.

— Вот так и ты докажи, что не рукоять делает великий клинок. Более того, даже со слабой рукоятью ты способен творить великие дела. Ну что, сможешь доказать?

Вот говорю все это, а про себя думаю, что такого ни в одном учебнике по артефакторике точно не вычитаешь. Как убедить артефактный божественный клинок взаимодействовать с другими частями оружия. Думаю, даже лучшие преподаватели Муромской академии меня такому бы не научили.

— Твой ядовитый язык пролезет в самую узкую нору самой высокой скалы. Ты прямо-таки отец хитрости, скажу я тебе.

— Ой, да не заливай, — отмахнулся я. — Ну так что, согласен поработать с рукоятью?

— При одном условии: ты ее улучшишь, либо заменишь, сделаешь достойной меня. Пока что временно с этой поработаю. Но не думай, что достаточно одного твоего обещания. Я требую рукоять из самой лучшей древесины этого мира, украшенную драгоценными камнями и покрытую позолотой.

— Ты что, решил стать эстрадным микрофоном? — хохотнул я.

— Не эстрадным микрофоном, если бы я еще знал, что это такое, а лучшим и красивейшим клинком этого мира. Ты же сам об этом говорил. Или уже хочешь забрать свои слова обратно?

— Будет тебе лучшая в мире рукоять, — согласился я. — Ну-ка, давай-ка попробуем, прорепетируем твою посадку.

Ардуил отлип от моего предплечья и вытянулся на койке. Я в свою очередь вытащил из пространственного кармана длинную рукоять нагамаки и положил перед ним. Обломанный конец клинка с грубыми зазубринами вдруг распрямился и потянулся несколькими щупальцами к рукояти. Вот это да, я не знал, что он так умеет. Щупальца вроде были металлические, но при этом извивались, будто бы живые. Хотя чисто технически они и так были живые. Ведь Ардуил... Хотя чёрт знает, как у них устроено у этих духов, пускай и божественных.

Клинок присосался к рукояти, а затем маленькие металлические щупальца обвились вокруг гарды, став с рукоятью одним целым. Я осторожно приподнял нагамаки за рукоять, опасаясь, что клинок отвалится. Потряс оружие на всякий случай. Нет, вроде держится. Осторожно взмахнул. Клинок со свистом рассек воздух. Хотя, казалось бы, взмахнул не сильно. Хм... Сделал небольшой взмах, насколько позволяла площадь купе. Извернулся и едва не подскочил от раздавшегося грохота. Сам не заметил, как случайно подрубил цепь у соседней койки. О-хо-хо. Надеюсь, соседа ко мне не подселят. А то ему спать негде будет. А я ведь даже не заметил, как перерубил эту цепь.

— Впечатлен? — хохотнул Ардуил. — Я еще и не такое могу.

— Даже не сомневаюсь, — почесал я макушку. — Ладно, как мне тебя хранить? В ножны полезешь? — спросил я, припомнив, что ножны я оставил вместе с клинком. Да уж.

— Рукоять здесь неудобная, — посетовал полубог. — Так бы я вокруг пояса обернулся. Но рукоять такая длинная. Я, конечно, могу чуть похимичить с ней, сделать более гибкой. Но боюсь, тебе с ней будет неудобно.

— Нет уж, давай обойдемся без экспериментов, — попросил я.

В этот момент по селектору раздался голос машиниста поезда:

— Мы прибываем на промежуточную станцию. Будьте осторожны, за бортом бушует, — он прочистил горло, — песчаная буря. Хотя, как это возможно, ответить я, к сожалению, не могу. Однако перед выходом закутайтесь в плотную одежду и берегите себя.

Эх, это я переборщил. Подошел к окну, держа нагамаки осторожно отставленным в сторону, чтобы никому ничего не повредить.

А за окном действительно бушевала песчаная буря. По крайней мере весь песок, что я смог с собой утащить, сейчас со скоростью состава следовал за моим вагоном.

Хорошо было бы, если бы здесь был какой-нибудь товарняк или просто пустое помещение, куда можно было бы этот песок забить. Но, за неимением большего, отправил песок за собой следом.

Я снова посмотрел на клинок.

— Надо понять, как мне тебя теперь переносить.

— А что тут понимать? — хмыкнул Ардуил.

Сначала он принялся уменьшаться. Я бы подумал, что он сейчас впитывается куда-то в меч, но нет. Он снова принял прежнюю форму. Задумчиво похмыкал.

— Нет, рукоять здесь недостаточно вместительная, — произнес он.

А потом принялся обвиваться вокруг рукояти. Теперь у меня в руках было нечто вроде дубинки, усиленной металлом. Что ж, тоже любопытное решение. Из эфеса забавно торчал маленький хвостик, отчего казалось, что клинок нагамаки уменьшился в десять раз. И теперь маленький кинжальный клинок торчал на длинной массивной рукояти.

Это самое забавное оружие, которое у меня когда-либо было. Я едва не рассмеялся. Затем открыл пространственный карман.

— Ардуил, ты не против таких карманов?

— Кидай уж! Где тебе меня еще держать? — хмыкнул он. — А при случае быстро с руки на рукоять я вряд ли смогу перебраться. Так что пока довольствуемся меньшим.

Я кивнул и аккуратно сунул рукоять в пространственный карман.

Теперь настала пора разобраться с подарком божественного артефакта. Признаться, я сам не знаю, с какой стороны к этому подойти. Но изо всех сил попытался прийти в более спокойное состояние.

Я уселся на койке, подогнув под себя ноги. Затем попытался нащупать канал и потихонечку, неспешно, потянулся через образовавшуюся протянутую ниточку к своему прежнему разуму, что завис где-то на границе этого мира. И только когда добрался до туда, понял, насколько тоненькая эта ниточка и насколько большая капсула, в которой находится мой разум, по сравнению со мной сейчас. И понял, что даже и пары процентов не смогу освоить.

Однако уже через пару мгновений я понял замысел артефакта. Мне было даровано ровно столько, чтобы перекачать разум Корка. По крайней мере только об этом я и подумал. Потому что крупицы моего сознания, безусловно, бесценны, но для этого мира, к сожалению, бесполезны. Зато мой ворон для меня куда важнее каких-то там знаний, которых и в этом мире полно.

Эх, выходит, теперь у меня новая задачка. Нужно срочно подыскивать подходящее тело для Корка. И обычная курица тут не подойдет, да и вороны, не факт, что будет достаточно. Все-таки нужна птица с развитым мозгом, а тела для своего друга я выращивал отдельно из специально выведенных птиц.

Где найти здесь таких, я ума не приложу. Но задачу решить необходимо.

Глава 9. Подарки

Только я хотел заняться тем, чтобы подобрать тело для Корка, как меня весьма бесцеремонно прервали. Все-таки, похоже, кто-то появился на роль соседа по купе. Прямо посреди помещения вспыхнула яркая вспышка, и на землю рухнула весьма миловидная девушка. Она тут же вскочила и принялась отряхиваться.

— И где тебя носило? Я тебя столько времени найти не могла, — отряхнувшись набросилась на меня Лилит.

Стоило Лилит появиться, как из моего кармана моего походного рюкзака выпрыгнул Сплинтер в своих маленьких доспехах и с копьецом, и принялся размахивать им по сторонам, готовясь отразить любую атаку. И смотрел так грозно, что у меня у самого от умиления улыбка расплылась по лицу.

Я подал сигнал грызуну, чтобы он успокоился, мол, опасности никакой нет. Сплинтер, конечно, мне не поверил, по крайней мере, он явно ощущал эманации демона, но успокоился и сел в позу лотоса, хоть и копьё было взято на изготовку.

Девушка не обратила на мышонка никакого внимания.

— Что значит не могла найти? — хитро спросил я. Не знаю, почему она не могла меня найти, но уверен, я сейчас узнаю какую-то тайну.

— Да я тебя вообще не чувствовала. Только здесь тебя смогла отследить. Ты будто бы был под какой-то защитой, — продолжила возмущаться девушка.

Это любопытно. Похоже, у академии есть какая-то защита против отслеживания и наблюдения, по крайней мере магию демонов она заблокировала.

Но думаю, что Лилит это знать не стоит. Все-таки это секреты академии, а эта пигалица на другой стороне и далеко не союзница. Кто знает, как она использует эти знания.

— Я тестировал заклинания блокировки, — соврал я. — И благодарю за обратную связь. Они прекрасно работают.

Девушка насупилась.

— Что ещё за заклинания блокировки? Ты что, собрался от меня прятаться?

Я лишь закатил глаза.

— Ладно, я не с пустыми руками. Подарочки тебе привезла, — заявила девушка.

Подарки от демонов никогда не бывают просто так. Бойся демонов дары приносящих. Однако любопытно.

— Что за подарки? — поинтересовался я.

— Ты логово портальщика разорил, портальщика убил, вскрывал все его сокровищницы, а сокровища не забрал, — хохотнула девушка. — Вот делаю за тебя грязную работу.

Она выставила руку вперед, и в ней появился здоровенный мешок, от которого тут же пахнуло проклятой магией.

— Ты что творишь? Ну-ка убери быстро, — зарычал я. — Здесь же проклятий столько, что весь поезд можно уничтожить.

— Ну какой ты суеверный, — хмыкнула девушка. — Эти проклятия легко снимаются. Зато в этом мире ценится золото и драгоценные камни. Вот проклятие снимешь, можно будет использовать как валюту. Глупо отказываться от ресурсов.

Да уж, об этом я не подумал. Вернее, не так. Я даже не задумывался о том, что можно снять проклятие. Все-таки мои познания в артефакторике довольно скудные. По крайней мере, я не знаю, как их снимать. Возможно, на уроках Муромской академии, посвященных артефактам, можно какую-то информацию почерпнуть. Но я пока таких учений не встречал.

— Если поможешь с этим, будут благодарен.

— Конечно помогу, — улыбнулась девушка.

— Что мне это будет стоить? — тут же спросил я.

— Договоримся, — хмыкнула она.

— Сначала озвучь цену, а потом будем общаться. Но не забывай, что это я разорил гнездо портальщика. Все-таки сокровища мои. Согласен посовещаться с тобой за долю. В противном случае буду считать, что ты меня обокрала.

— Обокрала? Ты же сам их бросил.

— Откуда ты знаешь? А может, я собирался вернуться?

— Ну конечно. Портал-то схлопнулся, как бы ты вернулся?

— Придумал бы как, — невозмутмо заявил я.

— Значит, это тебе не пригодится, а я думала, ты обрадуешься.

В её руках помимо мешка появилась небольшая книжица.

— А это еще что? — насторожился я.

— Как что? Книга портальщика. У каждого из них такая есть. Они там все свои знания записывают.

— И где ты её взяла? — заинтересовался я.

— Так под его филактерией. Я даже удивилась, что ты её пропустил.

Вот блин. Да уж, невнимательный я совсем. Такое сокровище едва не упустил. А эта книжка мне бы не помешала. По крайней мере, у меня ведь действительно есть портальный ключ. А если я пойму, как им пользоваться, то можно будет неплохо разгуляться. Мне не нужны высшие заклинания портальщиков, которые способны перемещать целую армию, а вот научиться самому перемещаться в пространстве без сложных ритуалов, мне не помешало бы. Ради такого я готов отдать немало.

Я посмотрел на Лилит.

У нее было явно приподнятое настроение. И чего она такая радостная? Задумала что-то.

— Что ты хочешь за эту книжицу?

— С чего ты решил, что я такая меркантильная? Просто не скрывайся от меня больше. И всё. Я бы хотела узнать о тебе побольше.

— Зачем это? — спросил я.

— Ну, кто знает, как дальше наша судьба сложится? — улыбнулась девушка.

Я проигнорировал. Ясно как. Либо я ее убью, либо она меня убьет, либо разойдемся порознь. По крайней мере, с демонами обычно всегда только так.

Девушка подкинула мне книжицу, я тут же ее подхватил.

— Ой, а где это мы? — оглянувшись, спросила она. Видимо, до неё только сейчас дошло, что мы находимся в купе поезда. — Мне кажется, или это комната движется?

Она подбежала к окну.

— Действительно движется. И что это за стук?

— Это поезд, — ответил я, изучая книжицу в своих руках. Нужно проверить на предмет проклятий. Мало ли, как портальщик мог защитить свою собственность.

— Поезд? Никогда о таком не слышала. Расскажешь, что это такое?

Ага. Делать-то больше нечего.

— Местные люди так передвигаются, — пояснил я.

— А что, они портал не создадут? — хмыкнула она, с любопытством глядя в окно.

— Слишком затратно.

— Обалдеть! — она вдруг исчезла.

Я пожал было плечами: Ушла и ушла. Хотел было присесть на свою койку, но она снова появилась, до крайности задумчивая.

— Значит, построить здоровенную железную машину, и перевести целую гору чёрного угля — это значит дешевле, чем портал? — задумчиво спросила она.

— По всему выходит, что так, — ответил я, призадумавшись насколько это выгоднее. Хотя услуги мага пространства, наверное, стоят куда дороже, чем этот состав. Либо есть другое обоснование. Такие маги нужны на поле битвы, чтобы быстро доставлять армию или эвакуировать раненых. А на простые перевозки можно создать и такой поезд. Все-таки тут соотношение цены и ценности играет роль.

Девушка прошлась по купе. Видимо рентабельность железной дороги перестало её волновать.

Она вдруг заметила Сплинтера и воскликнула:

— А это что ещё за зверёк? Твой тотемный зверь, что ли?

— Ещё одна... — хмыкнул я. — Нет, просто мой шпион, — ответил я.

— Ой, какой миленький! И кто какой грозный? — сюсюкая, произнесла она, попытавшись погладить мышонка по головке, но тот зашипел и взмахнул копьецом. — Настоящий воин! Вернее, будешь, как подрастешь, — подмигнула она мышке.

Она уселась на мою койку и поглядела на меня. У меня от этого едва дыхание не перехватило. Нет, в ней точно течёт кровь суккубов. Иначе, почему у меня так дыхание перехватывает от её взгляда.

— Ну так и что? — после недолгой паузы спросила она. — Ты сам будешь заниматься очищением артефактов или мне это сделать? Кстати, если удастся снять проклятие и оставить усиление, то стоимость таких безделушек вырастет в разы. Подумай об этом, и ты сможешь озолотиться. Будешь завидным женихом, — хохотнула девушка.

Я никак не реагировал, однако вопрос финансов меня интересовал. Все-таки у меня сейчас довольно глобальные цели, и деньги никогда не бывают лишними.

По крайней мере, мне надо было самому подумать о том, чтобы забрать сокровища портальщика с собой. Хотя как это сделать безопасно для себя, я не знал. Зато вот Лилит, похоже, совсем не переживает за последствия.

— Ой, — хмыкнула девушка. — Кажется, кто-то переполошился.

Стоило ей это сказать, как я услышал какой-то шум в вагоне и топот. Моё купе располагалось в центре вагона, но я услышал, как где-то по бокам затрещали перекрытия, будто кто-то большой и сильный пытался проломить двери купе.

— Открывайте! — раздался голос. — Кажется, начался прорыв демонов. Откройте для проверки.

— Кажется, это за тобой, — хмыкнул я, глянув на Лилит.

— А я пользуюсь успехом, — усмехнулась она. — Ладно. Ты ещё долго будешь в этой едущей комнате?

— В поезде? — спросил я, усмехнувшись. — Думаю, ещё полдня.

— А куда ты едешь?

— В родное поместье по делам, — ответил я.

— Ну тогда я к тебе чуть позже вернусь. А то местные бойцы немного нервные и явно горят желанием помешать нам поболтать в приватной обстановке.

Я ничего не ответил, а девушка подмигнула мне, затем неожиданно вдруг послала воздушный поцелуй и растворилась. Почти в этот же миг дверь моего купе распахнулась, в неё ввалились воины.

— Вы видели демонов? Наши маги говорят, что был прорыв.

— И большой прорыв? — вскинул я брови.

— Нет, небольшой, — опешил здоровенный воин в серебристых доспехах. Он явно не ожидал, что ему будут задавать вопросы. — Но тем не менее демоны на борту или были на борту поезда.

— Я никаких демонов не видел, — заверил я. И даже почти не соврал. Всё-таки Лилит, хоть и была по природе демоном, таковой не выглядела, и внешне была вполне обычной девушкой.

Воин оглядел моё купе. Его взгляд остановился на перерубленной койке.

— А это ещё что? — указал он пальцем на обломки.

— Неудачно чихнул, — невозмутимо ответил я.

— Ну вы прикрывайтесь что ли, — усмехнулся воин. — Ладно, сам вижу, что здесь пусто. Будьте осторожнее. Если увидите демонов, нажимайте кнопку тревоги, — он указал на небольшую красную кнопочку, находящуюся в изголовье моей койки.

— Благодарю, будет сделано, — улыбнулся я.

Воин еще раз подозрительно оглядел мое купе, затем покинул его. Я же невозмутимо сел на свою койку и взялся за книжицу портальщика. Очень любопытно. Конечно, возможность вернуть Корка очень важна, но без подходящего тела я вряд ли смогу это сделать быстро. А вот возможность путешествовать порталами очень полезна. И если разберусь с портальным ключом, мне это может сослужить очень хорошую службу. По крайней мере, если я смогу найти уединенное место в Инферно и, гуляя туда, тренировать ментальную магию, кто знает, чем это может обернуться. Может, я смогу вернуть все свои знания, а там, глядишь, найду какую-то лазейку и смогу использовать менталистику здесь, в этом мире.

Я ведь не собираюсь действовать топорно. Ментальная магия, она довольно хитрая, и интуиция подсказывает, что если не действовать в лоб, то обойти местные ограничения я сумею. По крайней мере, в мелочах мне это удавалось. Главное — не привлекать внимание внешних сил.

Будто по наитию я достал из пространственного кармана портальный ключ, покатал его в руке. Он оказался теплым. Взглянул на него. А портальный ключ, оказывается, светился ровным оранжевым светом. Раньше такого не замечал. Я подвинул его к книге, и камень в моих руках засветился еще ярче. Любопытно. Принялся искать информацию в книге о портальных ключах и о том, как с ними работать. Чувствую, эта поездка окажется более полезной, чем я ожидал.

Ко мне на колени юркнул мышонок. К слову, видимо из-за доспехов и оружия он уже не был таким легким, и вес его ощущался довольно отчетливо.

Он взглянул мне в глаза.

— Что, голодный? — предположил я.

Он покивал.

— Ну, беги тогда, поищи себе еды, — кивнул я, представляя, как мышь будет отыскивать ресторан и пугать поварих.

Можно было бы, конечно, упростить ему задачу, сходить, купить что-то поесть. Но он же не просто мышь, он мой шпион и должен решать задачи любой сложности. По крайней мере, я не сомневался, что у него это получится.

Глава 10. Делёжка

Стоило мне погрузиться в таинство портальной магии, как меня снова отвлекли.

Как и первый раз, посреди купе зажглась небольшая искорка и появилась Лилит.

Снова она.

— Тебе что здесь нужно? Сейчас опять набегут охранники, — возмутился я.

— Ой, да не переживай. В этот раз я их не побеспокою, я уже поняла, какая здесь система безопасности. Вот увидишь.

— Как это, система безопасности? Ты что, местную систему решила взломать? — нахмурился я.

— Да нет, я всё размышляла, как ты от меня спрятался, и попыталась смоделировать разные ситуации, чтобы понять, как не дать тебе от меня скрыться впредь, — деловито пояснила она.

«Ах ты ж чертовка», — хмыкнул я про себя, но внешне никак не отреагировал.

— И что, поняла? — спросил я.

— Нет, — вздохнула девушка, — зато нашла сигнальную систему твоего этого поезда.

Она огляделась, и вдруг заметила чем я занимаюсь.

— О, ты уже изучаешь ключ портальщика? — подобралась она, увидев в моих руках сияющий портальный ключ.

Я тут же спрятал камень в пространственный карман.

— Ой, да ладно, не отвлекайся на меня. Я здесь посижу, понаблюдаю за тобой.

— Ага, вот ещё чего не хватало, — хмыкнул я. — Ты зачем пришла?

— Как зачем? Нам ведь нужно очищать артефакты. Вот этим и предлагаю заняться. Мне скучно, а ты всё равно ничем полезным не занимаешься.

— Как это ничем полезным не занимаюсь? — возмутился я. — Я ведь твой подарок изучаю.

— Это дело хорошее. Но подарков у тебя ещё вагон и маленькая тележка.

Я попытался просканировать поезд ментальным взглядом, насколько это было возможно в моих силах. Получилось не очень хорошо. По крайней мере, суеты я никакой не заметил. Затем потянулся сознанием к разуму Сплинтера, который как раз сейчас преодолевал переход в следующий вагон. Он тоже ничего не заметил, никаких шумов и суеты.

Видимо, Лилит действительно смогла никого не побеспокоить и обошла систему безопасности вполне филигранно. Что ж, в любом случае, её помощь мне не помешает. По крайней мере, глупо отказываться от таких даров. Вопрос только, как мне всё это уместить в своём пространственном кармашке.

Судя по величине мешка, сокровища эти увесистые. Но в любом случае я не брал с собой багаж, поэтому, может, и так смогу их утащить. Если, конечно, демоница не придумает ничего неожиданного.

— И как ты собралась снимать с них проклятие? — спросил я.

— О, значит заинтересован? — хохотнула она. — А мне нравится твоя решимость. Раз так, давай заниматься делом.

Девушка растянула губы в широкой улыбке. Улыбка у неё была действительно красивая. Ровные белоснежные зубки с слегка удлинёнными клыками придавали ей особый шарм.

— И как собираешься снимать те проклятия? — не без любопытства спросил я.

— Вот прям так возьми тебе всё и расскажи, — хихикнула девушка.

Нет, что-то у неё действительно слишком уж хорошее настроение. Это неспроста. Интересно, что у неё на уме? И где мог просчитаться? Может, отказаться от этой затеи? С этими демонами не угадаешь, где у них начинаются замыслы. А что касаемо благих намерений, у демонов не может быть благих намерений вообще.

Увидев моё замешательство, она тут же заговорила:

— Да, расскажу уж, здесь же всё просто. Сначала нужно определить тип проклятия, на что оно направлено: на духовное тело, на материальное или на разум. Ну, это базовые проклятия. Бывают ещё побочные, направленные на эфирные тела, на управление человеческими страстями и на впадение в грех, но это уже скучные проклятия, и от них вреда не так много. А вот те, что разлагают саму суть жертвы... С этими да, с этими нужно быть осторожнее. А с базовыми работать проще всего. По крайней мере, один из самых простейших способов — переместить предмет с проклятием в тот мир, где этот вид магии не действует. И попытаться его активировать, тогда оно само по себе сгорит. Его изотрёт мир. Но желательно самому с ними не контактировать. Ты сам понимаешь почему. Чтобы проклятие, начав действовать, принялось искать жертву и излилось в мир. Или ты ещё не разобрался с проклятиями? — она с хитринкой посмотрела на меня.

Я ничего не ответил, но она и так поняла.

— Тогда куда же ты торопишься? Сначала нужно разобраться с портальной магией, а потом уже очищать артефакты от проклятий.

В общем, оставшаяся часть пути прошла интересно и с пользой, да еще и в компании с полудемоницей, что придавало пикантности всей ситуации. На самом деле, снятие проклятий с артефактов — дело оказалось непростое, но интересное. По крайней мере, я увлекся. Сложновато было, конечно, с определением проклятий и тем, чтобы самому не попасться под их воздействие. Но Лилит оказалась довольно опытной в этом деле. Как она сказала, не раз пыталась пуститься в бега, но не решалась. Однако готовила плацдарм себе изрядно. По крайней мере, как я понял, она имела изрядный опыт в потрошении сокровищниц и использовании чужих артефактов, а так же в снятии с них проклятий.

Я так увлёкся, что несколько раз едва не забыл про свой песок, который так и следовал за поездом. Вспоминал в последний момент, но не уверен, что не потерял часть своих запасов. Да уж, оставаться без своего самого сильного оружия не стоит.

Правда, продвигалось очищение артефактов не так быстро. Мы едва успели очистить Меч Паучьих Королей, как называла его Лилит, и Корону Грязной Власти. Как она сказала, для нее названия этих артефактов очевидны. Она просто на них смотрит, а те показывают ей свое название. Раньше не задумывался, как это у демонов происходит. Оказывается, вот как.

Прервал нас проводник. Он зашел без стука уведомить о том, что скоро будет моя станция. Однако, увидев Лилит, он замешкался.

— Упс, простите. Не хотел вас отвлекать.

Оценив девушку взглядом, он поджал губы и приподнял бровь. Затем оценивающе поглядел на меня, мол, какую красотку к себе пригласил.

— А вы, девушка, откуда? Что-то не помню, чтобы вы садились в этот вагон.

— Она из соседнего, — поспешил ответить я.

— Понятно, — проводник снова оценил меня взглядом. — Ну что ж, следующая станция ваша. Не забывайте вещи и имейте в виду, за нами по-прежнему следует песчаная буря. Так что будьте осторожны.

* * *

В глубокой пещере существо, похожее на нечто среднее между останками человека и облезлым драконом, вылепленным из песка, почувствовало неладное. Его создатель и обидчик, на которого была завязана привязка к миру, куда-то удалялся. Причем довольно стремительно. Если раньше лич был спокоен, ощущая неподалёку существ, создавших его, то сейчас эта связь могла прерваться. И лич вполне весомо испугался того, что, лишившись хозяев, он может и сам лишиться своей псевдожизни. Ведь создатель, сами того не ведая, подпитывал его, позволяя оставаться в живых, если форму этого существования можно было так назвать.

Пора было выбираться из подполья и продолжить свою охоту. За минувшие сутки лич сумел поднять уже больше пятнадцати умертвий. Правда, по большей части это были скелеты животных: лисицы, барсука, двух лосей и нескольких небольших грызунов, волка и ворона. Правда, от последнего толку вообще не было, потому что на своих костяных крыльях он бы никогда в жизни не взлетел.

Получилось найти и полуразложившегося человека, сделав из него зомби. Но все эти существа были слишком уж слабыми. И использовать их для чего-то серьезного не представлялось возможным, а действовать нужно было немедленно. Тащить на себе этих тварей смысла не имело, поэтому лич попросту забрал всю накопленную умертвиями энергию себе, слегка подпитавшись.

Это было, конечно, обидно. Лич потратил немало сил, создавая этих ходячих мертвецов, но вернул себе чуточку больше. Правда, если бы умертвия успели набраться сил, а еще лучше — смогли бы кого-то убить, прибыль была бы больше. Но и это тоже неплохо.

Лич снова принял форму песчаного дракона. Кроме того, что эта форма ему полюбилась, ему было проще находиться именно в этой личине и сохранять свое естество. Видимо, это было как-то связано с тем, что именно такую оболочку создал ему тот мальчишка.

Пришла пора отправляться в путь. Рановато, конечно, но оставаться на месте в данном случае было куда рискованнее.

* * *

Геннадий Степанович Курпатов, глава графского семейства Курпатовых переживал не лучшие времена. В миру уже поговаривали, что сам граф Курпатов на грани банкротства, а их род рискует лишиться титулов. Ситуация была отчаянная. Вариантов, как наладить дела, оставалось не так много.

Развернувшаяся на западе война лишила их семейство нескольких доходных дел. Еще два дела стабильно работали в убыток вот уже второй десяток лет. Еще и беспокойные соседи все время донимали...

Хватило бы совсем небольшой суммы в пару миллионов рублей, чтобы привести дела в порядок. Да, все-таки пара миллионов рублей не такая уж и маленькая сумма, но она бы как раз подошла.

Геннадий, как обычно, сидел в своем кабинете и, снедаемый тяжелыми думами, покуривал трубку. В этот момент у него зазвонил магофон. Он нехотя протянул руку и поднял трубку. Ничего хорошего он не ждал. Это либо кредиторы, либо еще какой-нибудь «доброжелатель», который расскажет ему о новых возникших проблемах.

Звонил его старый закадычный друг, барон Кречетов, с которым они когда-то заканчивали магическую академию Македонского.

— Геннадий Степанович, здравствуй, дорогой! Есть новости, — раздалось на том конце провода. — И мне кажется, эти новости тебя могут заинтересовать. Более того, они могут тебя порадовать.

— Излагай уже, — не надеясь ни на что хорошее, произнес Курпатов. Он даже поморщился, будто от зубной боли.

— У меня появились интересные новости из канцелярии. Помнишь тот спорный участок, из-за которого у вас с Медведевым когда-то был серьезный конфликт?

— Этого еще не хватало. Что Медведев еще от меня хочет? — Курпатов предпринял усилие над собой, чтобы его возглас не был похож на стон.

— Да ты не понял. Не тот проблемный участок, а тот, на который были притязания у твоей семьи. На реке Иртыш.

— Так, поподробнее давай, — тут же выпрямился Курпатов, почуяв возможную наживу.

— А что тут подробнее? Медведев своего старшего сынка выделил из рода и отдал ему тот самый участок. Теперь он принадлежит не клану Медведевых, а пока что неизвестному барону без фамилии. Знаешь, Генка, я думаю, что тебе наконец-то улыбнулась удача, и рекомендую ее не игнорировать, а поскорее хватать медведя... гм... быка за рога.

У Курпатова тут же завертелись мысли в голове. Вот тот самый шанс, который он просил! Вселенная услышала его мольбы, предоставила прекрасную возможность. У него появится шанс решить свои долговые проблемы. Нужно всего-то вернуть свое.

— Только не расслабляйся, — напомнил о себе друг в трубке. Курпатов про него уже и думать забыл, почти его не слышал. — Я тебе доложил об этом, но не забывай про Лисицыных и Фоминых. Те тоже своего не упустят. Не знаю, когда они получат ту же самую информацию, но я на твоем месте не зевал бы и не считал ворон, а действовал. Я уж попробую со своей стороны помочь. Думаю, сможем сделать все возможное, чтобы преимущество осталось на твоей стороне. Поэтому начинай действовать, и все будет хорошо. Надеюсь, ты очень скоро поправишь свои дела и перестанешь ходить с такой кислой миной.

С Кречетовым у Курпатов были хорошие отношения, и он порой спускал такие шуточки. Всё же нужный человек в канцелярии никогда лишним не будет. И в этот раз, баронишка оправдал все надежды возложенные на него.

— Придержи информацию как можно дольше. Я начинаю собирать гвардию.

Глава 11. Ресурсы

Я стоял в открытом поле, глядел на открывающийся густой лес. Выходит, это все мое. Любопытно. Только что мне с этим делать? И где искать свою усадьбу?

Рядом со мной стояла Лилит и с любопытством оглядывала окружающую территорию. Ждать никаких комментариев не приходилось. Да и что она мне может сказать? Как хорошо превратить этот лесок в пылающую пустыню? Или какие там пейзажи нравятся демонам?

От железнодорожной платформы до моего участка было, к слову, не так далеко. Хотя и двигался я, в основном, по пересеченной местности, по лесам, полям и через реки с озерами. Примерно километров двадцать. Ни много, ни мало. Да и какая разница? Перемещался я при помощи своей песчаной ладони. Правда, была проблема, всё же песка я потерял немало, и запасы надо бы восстановить. Вот только где? Вопрос пока открытый.

Я, правда, нашел несколько торчащих из леса скал, и одна из них, оказалось, состояла из песчаника. Но песчаник, как известно, легко превращается в песок. Не такой качественный, как хотелось бы, но тоже вполне сможет подойти для моих целей. Вполне пригоден для использования. Но к нему я вернусь чуть попозже. Все-таки переработка камня в песок — дело тоже непростое.

К слову, как я нашел свой участок? Удивительно, но браслет, который присвоила мне Академия, оказался довольно многофункциональным. И при этом не только в Академии, но и во внешнем мире. По крайней мере, я, решив побаловаться, наугад ввел данные участка в систему навигации, и маршрут построился.

Передо мной выстроился огромный план местности, который пересекла коротенькая красная линия, ведущая от места моего положения к обведенному красным светом массивному участку. Все-таки технологии местного мира меня не перестают удивлять и радовать.

Я слышал о техногенных мирах, где при помощи механики и науки достигали необычных решений, которые вполне могли бы заменить любую даже сложную магию. Здесь же, посредством магии, обогнали техногенные миры. И это впечатляло. Более того, я ведь в этом мире живу уже десяток лет, а до сих пор удивляюсь каким-то его новшествам. И думаю, что этот мир еще не раз приятно меня удивит.

Стоило мне ступить на свой участок, как во внутреннем кармане что-то завозилось и завибрировало, явно подавая импульсы, чтобы я обратил на него внимание. Я полез в карман, достал ту самую печать, которую мне вручила Роза Степановна в канцелярии Муромской академии. Одновременно с тем, как я достал коробочку, на меня вдруг повеяло запахом косматой слежавшейся шерсти. Послышался грозный рык где-то совсем рядом.

Я поднял голову, и из леса, медленно ступая, вышел здоровенный медведь. Можно было бы, конечно, предположить, что это проекция тотема нашего графского рода Медведевых. Но нет, зверь был слишком натуральным, и никаких тебе эманаций духовной магии. Следом за медведем появилось еще два зверя. И что делать? Нападать они пока не торопились, однако что-то мне подсказывало, что стоит мне сделать шаг навстречу им, они тоже атакуют. Любопытно, и что же мне с этим делать?

С одной стороны, даже несмотря на недостаток песка, я легко могу их прихлопнуть. С другой стороны, надо ли мне переводить такой ценный ресурс? Вон какие звери. Мне такие пригодятся в личной охране. Уверен, они здесь не просто так завелись. Скорее всего, это какие-нибудь стражи территории. И раз их здесь разместили, нужно научиться ими пользоваться, а не пытаться с ними бороться или устранить их.

Здесь путей несколько. Либо попробовать поговорить с дядей Димой или отцом, чтобы понять, как управляться с этими зверями, но это не солидно. Второе, как я уже говорил, попытаться их убить. Третье, приструнить по праву сильного и показать, кто здесь хозяин. Но для этого мне нужен дополнительный песочек и побольше.

Да уж, задачка. Время и силы тратить не хочется ни на изучение, ни на переработку песчаника в песок. Ведь песка понадобится много. Однако, когда я летел к своим угодьям, то пролетал над небольшим городком, а там отчетливо угадывался дом местного самоуправления или административное здание. Быть может, там будут какие-то полезные связи и контакты. Да и узнать побольше об этом участке, прежде чем начинать какую-то деятельность. Как подсказывает интуиция, как только я активирую печать и переоформлю участок на себя, начнутся любопытные события, и к этим событиям нужно быть готовым.

Поэтому, решив не торопиться и не пороть горячку, я поднял песчаную ладонь повыше и отлетел чуть подальше от троицы скалящихся медведей.

— Тебя что, напугали эти зверюшки? — хихикнула Лилит.

— Не дождешься, — заявил я.

Вообще, следовало бы её отправить восвояси, но в компании всегда веселее. К тому же меня забавляла реакция Сплинтера на эту полудемоницу-полудевушку. Он сидел у меня на плече с копьём в руках, готовый в любой момент отразить коварную атаку. Дисциплина и служение сделают из любой мыши настоящего воина. Даже самому любопытно, во что это может перерасти. По крайней мере, этот Сплинтер совершенно не похож на исполнительную и послушную Микки или рассудительного Корка. Таких боевитых питомцев у меня ещё не было.

Отправившись обратно и пролетая над небольшим городком, я вдруг заметил кое-что любопытное. На этот раз летел чуть другим маршрутом и увидел территорию, заполненную камнями, кирпичами, щебнем и песком. Да, там было две довольно основательные кучи песка. Причём песок хороший, кварцевый. Не самого лучшего качества, но для моих целей вполне подходил.

Можно было бы просто забрать его по праву хозяина стихии, но предположу, что этот песок кому-то принадлежит, и просто так забирать его будет не совсем правильно. Поэтому я решил опуститься и узнать, что же это за территория такая и зачем им песок. Может, удастся его выкупить.

Благодаря Лилит, у меня прибавилось золотых изделий, в том числе золотых монет. С золотых кругляшей демоница с лёгкостью фокусника уже поснимала все проклятия, и те готовы были к использованию в товарно-денежном обороте.

Местечко оказалось захолустным. И когда в затемнённое помещение вошёл пускай и юный, но граф в сопровождении эффектной красавицы, у сидящего в конторке мужчины задёргался глаз, а его молодой помощник едва не уронил челюсть, уставившись на обворожительную брюнетку с ярко-синими глазами.

Всё-таки одежда выдавала во мне принадлежность к какому-то благородному роду. Пускай по правилам Академии я был сейчас в форме, лишь с удалёнными знаками отличия.

— Не часто у нас в краях увидишь благородного господина, — поклонился седоволосый мужчина, поднявшись со своего места. — Вы путешествуете или по каким-то важным делам? Или, может, решили присмотреть для себя местечко для рейдерского захвата?

— Меня заинтересовал песок на территории за вашим зданием, — честно произнёс я.

— Песок? О, вы хотите что-то построить? — предположил мужчина.

— Да, построить кое-кого, — покивал я.

— Это замечательно. У нас имеется масса строительных и отделочных материалов. А кроме песка вам понадобятся клейкая смесь, цемент, арматура, гравий, кирпичи, блоки, бетон?..

Старик продолжал перечислять номенклатуру, а у меня уже у самого начал дергаться глаз.

— Нет, интересует только песок.

— Но как же, из песка не построишь серьезного здания, достойного такого достопочтенного господина.

— Мне хватит пока и того. Давайте вернемся к песку. Это все, что у вас есть?

— Ну, на этом складе, да. Однако у нас есть карьер неподалеку, а также ещё несколько точек, где хранится товар, — произнес мужчина, подсчитывая примерные убытки, которые он понесёт, недостаточно заполнив чек. Ведь песок — это лишь малая доля того, что требуется в строительстве.

Однако курочка по зернышку клюет, как известно. И кто знает, может, сейчас этот странный господин купит только песок, а потом поймёт, где просчитался и закупит все остальное. Поэтому нужно сохранять любезность, — всё это я прочитал на его лице.

— Так сколько вы можете поставить песка? — спросил я. — Меня интересует все, что у вас есть.

— Ну, для начала можем доставить четыре вагона. К вечеру, думаю, управимся. А там еще вагонов двадцать.

Мужчина улыбнулся, будто решил, что удачно пошутил, предлагая мне серьезное количество. Я же, задумавшись, кивнул:

— Да, меня такое количество устраивает.

— Какое количество?

— Четыре вагона сегодня и все, что сможете поставить в ближайшее время. Чем раньше доставите, тем лучше. Сколько это будет стоить?

Мужчина тяжело рухнул в кресло, а мальчишка-помощник едва не поперхнулся. Он хоть и не особо хорошо понимал в математике, но примерный порядок цифр осознавал. Несмотря на то, что продавать простой песок — не самое выгодное предприятие, но масштаб сумм впечатлял.

— Вы же шутите? — пробормотал мужчина.

— Ни в коем случае, — мотнул я головой. — Этот песок нужен мне как можно скорее.

— Возможно, возникнут какие-то проблемы с логистикой, песок доставим, но с задержками…

— Ничего, я могу забрать самовывозом, — хмыкнул я.

— Самовывозом? — переспросил старик. — И как же вы собираетесь его вывозить?

— Доверьтесь мне, у меня есть на этот случай удачное решение. Так откуда можно брать песок, и какова будет его стоимость?