Аптекарский сад

Глава 1. Похищение

-Скажите, кто станет вашим адвокатом сейчас?

-Тот, кому я доверяю больше всего – я сам.

Сотрудники полиции усадили преступника в машину, оставляя репортёров и журналистов без дальнейших ответов на их вопросы. Как и представители СМИ, здание суда оставалось позади, а впереди ждали очередные дни заключения до следующего судебного процесса, где он совершит побег через библиотеку, что была при суде, выпрыгнув через окно второго этажа и вывихнув лодыжку. В бегах он пробудет целых шесть дней, пока полицейские, заметившие его машину, не вернут его обратно в Аспен.

Кружочек загрузки появился, не успел убийца договорить предложение. Зритель знал, что будет дальше, он помнил весь фильм наизусть, каждый побег душителя из Сиэтла, методы и орудия убийства, даже принципы, по которым он выбирал жертв. Но кружочек загрузки на экране заставил его тяжко выдохнуть и закрыть ноутбук. Зритель устало уткнулся носом в одеяло, затрудняя кислороду доступ к лёгким. Вкрадчивые шаги, что остановились у его комнаты, не смогли стать причиной, чтобы оторваться от постели. Чья-то рука легла на его бирюзовые волосы, слегка поглаживая.

-Ты будешь задыхаться таким образом слишком долго, солнце, – сказал нежный женский голос.

-Зато задыхаться.

-Да, Винс, ты обязательно станешь первым человеком, который умер таким способом.

Юноша повернул голову в сторону своей матери, устремляя на неё усталый, безучастный взгляд. Он зажмурился, когда рыжие волосы женщины коснулись лица, а губы оставили на макушке поцелуй.

-Ты можешь рассказать об этом способе врачу. Собирайся, у тебя встреча.

-Хорошо, мам.

Женщина кратко обняла сына, оставила ещё один поцелуй на его виске и вышла из комнаты.

Винс снова уткнулся в одеяло, простонав что-то невнятное. Взглянув на циферблат часов в своём телефоне, он встал с постели и стал без особого интереса собираться на встречу с психиатром. По собственной невнимательности в его руках оказалось два разных носка, на что мальчик внимания не обратил и продолжил сборы как ни в чём не бывало. Натянув джинсы, переодеваться в уличное дальше стало лень. В старой, растянутой футболке, повидавшей многое в прошлом, она принадлежала матери Винса ещё в её детстве, юноша лениво покинул комнату.

Проходя мимо кухни, он стащил с разделочной доски пару ягод.

-Как нормально питаться, так нам не хочется, а как тырить продукты на салат, так вот он.

Юноша ничего не ответил. В знак протеста он в наглую взял ещё несколько штук. Женщине ничего не оставалось, только отогнать сына от стола чистой рукой.

-Давай прекращай, а то опоздаешь.

-Много не потеряю.

Одного взгляда мамы Винсу хватило, чтобы натянуть кеды и джинсовку без дальнейших препираний.

-Не прыгай под машины, родной.

-Постараюсь.

Идя по улице, в глаза постоянно бросались листовки о пропавших детях. Кто-то был старше, кто-то младше. Одни объявления прятались за другими, что ни листовка, так новое лицо. Винс рассматривал одну из них, висевшую чуть больше недели. Мальчик на фото улыбался и, похоже, был счастлив. Мысли юноши крутились вокруг героя с объявления, его имя значилось как Александр. "Почему он, а не я?" думал Винс, с завистью глядя на листовку и на счастливого мальчика, "Вот бы мы могли поменяться местами, ты бы сейчас был с родными, а я бы пропал без вести". Вздохнув, парень продолжил свой путь в кабинет врача.

Мальчику оставалось перейти дорогу и пройти всего лишь одну улицу, чтобы оказаться в больнице. Светофор для пешеходов на перекрёстке только что загорелся красным светом, факт чего мальчик проигнорировал, возможно, специально, а может, действительно не увидел. Водитель серой Audi издалека заметил, что для него светофор уже был зелёным и если он ускорится, то успеет проехать. Уставший и равнодушный взгляд заметил пешехода после того, как нога нажала на педаль газа. Авто резко затормозило и бампер с глухим звуком встретился с вышедшим раньше времени на проезжую часть пешеходом. Водитель тяжко, раздражённо вздохнул и, бросив взгляд на зеркало заднего вида, спешно выбежал из машины.

-Парень, ты жив?! – взволнованно поинтересовался мужчина.

-Жив, - безучастно ответил юноша, – к сожалению, – добавил он еле слышно.

-Встать можешь? Может, тебя до больницы подбросить?

-Спасибо, я дойду.

Стоило Винсу опереться на левую ногу, как та сразу же отдала тупой болью. Юноша лишь слегка скривился, но заметив взгляд мужчины тут же схватился за ногу и зашипел от боли.

-И далеко ты уйдёшь? Давай садись, отвезу тебя до врачей.

-Я справлюсь.

-К вечеру, может, и приковыляешь, садись, говорю, – голос мужчины стал звучать раздражённо.

-Ладно, – так же раздражённо, но лениво ответил парень.

Прихрамывая, не без помощи водителя, Винс добрался до пассажирского сидения и смог на него забраться. Вернувшийся за руль мужчина достал из бардачка бутылку с водой, протянул её юноше.

-Я не хочу.

-Станет полегче, не препирайся, я ведь с благими побуждениями.

Не желая слушать доводов и просто голос своего почти убийцы, мальчик принял сосуд и осушил его полностью за раз. Мужчина одобрительно кивнул и тронулся с места. Рассматривая пейзаж за окном, Винс вдруг заметил, что в салоне играет музыка. Спокойная, умиротворяющая мелодия, доносящаяся из магнитолы, убаюкивала, голова вдруг стала будто свинцовой. Не в силах удерживать такую ношу, лоб юноши встретился с окном автомобиля. Здание больницы пронеслось мимо, когда глаза юноши начали закрываться сами собой.

-Больница, – с трудом выговорил мальчик, – вы проехали.

-Всё хорошо, – вкрадчивый голос будто звучал в голове парня, – Засыпай, не противься, всё будет хорошо.

Ещё несколько секунд Винс отчаянно пытался бороться с сонливостью, но потерпел сокрушительное поражение, стоило ему задуматься лишь на мгновенье. На губах водителя расплылась улыбка, когда он увидел спящего мальчика.

Глава 2. Мой личный маньяк

Винс очнулся в тёмном влажном помещении на голом матрасе, пружины которого впивались в его спину. Последнее, что юноша помнил чётко, это странные ощущения после выпитой бутылки воды. Вспышки воспоминаний подсказывали, что мальчик ненадолго приходил в себя несколько раз. Смутно он вспомнил, как мужчина бросил его на этот матрас, как рука юноши наткнулась на что-то холодное, в чём затуманенный взгляд опознал человеческий силуэт. Сознание снова покинуло Винса, когда тело этого мальчика куда-то потащили. В настоящем голова Винса жутко болела, он чувствовал, как пульсировали его виски. Ладонь автоматически потянулась к больному месту, пытаясь немного смягчить неприятное ощущение. Какое-то время парня терзали сомнения, действительно ли он открыл глаза или ему кажется, настолько темно было в помещении.

Превозмогая головную боль и лёгкую слабость, юноша на локтях поднялся. Глаза уже освоились, и во тьме стали появляться силуэты. Массивная железная дверь в другом конце комнаты, одинокая лампочка, болтающаяся на проводе, и что-то мягкое у ног Винса. Вглядываясь в неизвестный объект, юноша так и не понял, что это, пока комок меха не подбежал к лицу мальчика. Без тени страха или брезгливости парень отставил от себя существо, которым оказалась обычная мышь. Зверёк недовольно пискнул и скрылся в дверной щели. Дверь, в направлении которой ускакал грызун, была старой и хлипкой, она отделяла ещё одну комнату от основной. Интерес был сильнее болезненных ощущений. Юноша осторожно встал на ноги, прихрамывая подошёл к проёму. Света не было и там. Любопытство это только раззадоривало. Если с потолка свисает лампочка, значит она должна светить. Первой разумной мыслью было найти выключатель и исследовать помещение при свете.

В конце концов рука нащупала на стене возле железной двери что-то похожее на нужный объект. Щелчок, и лампочка ярко вспыхнула, после чего сразу же потухла. Пощёлкав ещё несколько раз, результата не появилось, лишь громкий звук механизма. Не сразу Винс заметил, что комнату осветил тусклый свет, но исходил он из-за приоткрытой двери. Мальчик перевёл взгляд на источник света и увидел уже знакомого мужчину.

-У вас лампочка перегорела, - равнодушно сказал Винс и в доказательство щёлкнул выключателем ещё несколько раз.

-Как нога?

-Нормально.

Мужчина кивнул и скрылся за дверью. Осознав, что во тьме делать особо нечего, Винс доковылял обратно до матраса и на него же рухнул.

Через время дверь снова распахнулась. Первой в комнате показалась стремянка, а после и хозяин помещения. В темноте что-то щёлкнуло, и холодный свет фонарика осветил часть комнаты. Подросток внимательно смотрел на своего похитителя, меняющего лампочки. Свет фонарика немного освещал его лицо. Этот пустой взгляд зелёных глаз. Такой знакомый. Каждый раз проходя мимо зеркала, юноша наблюдал такой же на своём лице.

Наконец лампочка озарила своим светом помещение. Глаза подростка забегали по всем углам, пытаясь рассмотреть всё и сразу. Прилетевшая в лоб бутылка заставила сосредоточить взгляд на ней.

-Пей, – холодно сказал мужчина, всё ещё возвышающийся на стремянке.

-Не хочу.

-Ты пролежал в отключке почти два дня. Всё это время ты не ел и не пил.

-И?

-Ты здесь не для того, чтобы умереть от обезвоживания.

Недолгая игра в гляделки, и мальчик, сощурившись, сделал несколько глотков. Похититель кивнул, спустился на пол и сложил стремянку, продолжая смотреть на свою жертву. Он желал увидеть на лице парня страх, ужас, отчаяние, мольбу. Но видел лишь безразличие.

-Начнёшь препираться ещё раз, и уговаривать я тебя не стану.

-Умолять начнёте?

Мужчина вскинул брови, изображая удивление. Подросток ещё и смеет дерзить. С такой ситуацией он сталкивается впервые.

-Ты уверен, что осознаёшь ситуацию до конца?

-Вы меня украли. Надеюсь, для того, чтобы убить. Готов дать правую руку на отсечение, если вы сделаете это прямо сейчас.

-Что ж, я принесу тебе поесть, а после мы продолжим разговор.

-Я не хочу.

-А я не хочу слушать твои капризы, – гневно бросил похититель и покинул помещение.

Дверь осталась слегка приоткрытой. Обычный ребёнок увидел бы в этом прекрасную возможность для побега и предпринял бы попытку. Винс прохромал к двери, любопытства ради выглянул. Увидел он лишь лестницу, ведущую наверх. Она не была чем-то интересным, так что парень молча закрыл дверь и вернулся к своим делам.

Вернувшийся мужчина был крайне удивлён подобным поступком, никогда ещё его жертвы не вели себя так спокойно и даже нагло. Нога мальчика должна была адски болеть при ходьбе, но нет, он ходил по всему подвалу, лишь прихрамывая на пострадавшую ногу. Юноша как раз стоял у стены и рассматривал простенький рисунок, набросанный мелом.

-Ты бы не дёргался понапрасну, нога дольше заживать будет.

-Я надеялся, что мы закончим до этого момента.

-Сядь и ешь, – приказал похититель.

-Маньяк из вас не очень. От вас заботы больше, чем угроз. Если вам так хочется окружить кого-то заботой, то купите себе фикус, он будет рад.

Мужчина отставил в сторону поднос с едой и, схватив парня за капюшон, рывком бросил на матрас.

-А теперь ешь.

-Еду вы в меня так же швырнёте?

-Нет, я просто запихну её в тебя через силу.

-С первой значительной угрозой вас.

Ногой похититель подвинул еду к юноше, сверля того холодным пронзительным взглядом. Винс устало выдохнул, поставил поднос к себе на колени и недовольно подпёр голову рукой, второй стал запихивать в себя пищу.

-Не так и сложно, да?

-Пихаю в себя через силу. Надеюсь, вам нравится смотреть на мои страдания.

-Я в восторге, не сомневайся, – с натянутой улыбкой съязвил мужчина.

Мало того, что мальчик дерзит и ведёт себя не так, как подобает жертве, так ещё и воротит нос от еды и воды. Либо он останется здесь навсегда, либо умрёт слишком быстро. Зависит от терпения похитителя.

Некоторое время спустя Винс отдал поднос с пустой тарелкой мужчине и бросил взгляд на стену, которую рассматривал ранее.

-Как тебя хоть зовут?

-Винс. А к вам как обращаться?

-Ты уже назвал меня маньяком, продолжай в том же духе.

-Хорошо, господин маньяк.

-Разговор продолжим завтра утром. Постарайся не умереть за ночь.

-Ничего не обещаю.

Тяжко вздохнув, похититель вышел из подвала, оставляя юношу в распоряжение самому себе. Мальчик перевёл взгляд на закрывшуюся дверь. Уголок его губ чуть дёрнулся в первой улыбке, и неосознанно он прошептал:

-Мой личный маньяк.

Глава 3. Подвальный сосед

С момента похищения прошло уже несколько дней, около четырёх, как думал юноша. Винс беззаботно пролёживал сутки на старом матрасе. Иногда один, иногда с мышью, которую встретил в свой первый день здесь. Грызун своего подвального соседа не боялся от слова совсем. Подросток временами мог приласкать мышонка или прикормить тем, что приносил ему его похититель. Между жителями подвала завязалась неплохая дружба.

В очередной раз, когда мышонок получал дозу ласки от мальчика, тот решил немного поговорить.

-Надо дать тебе имя.

Подросток чуть задумался, не прекращая тискать грызуна, перебирал в голове имена знаменитых, по-своему, людей.

-Тебе нравится имя Ричард?

Грызун проигнорировал этот вариант.

-Если бы ты был кроликом, то звучало бы. А может, Айван?

Это имя мышонку пришлось по нраву. Он выпутался из ладони Винса и по рукаву забрался на его плечо, оттуда спрыгнул в капюшон, где благополучно заснул.

-Значит, теперь ты носишь имя Айвана Милата. Надеюсь, что умрёшь ты не так, как он.

Подросток осторожно снял джинсовку, чтобы не потревожить сон Айвана, и положил её на матрас.

В скором времени заскучав, Винс вдруг заинтересовался собственной ногой. Он закатал штанину где-то по колено и увидел бинт, покрывающий большую часть лодыжки. Под слоями повязки была охлаждающая мазь, которая медленно, но верно помогала ноге мальчика приходить в норму. Первым порывом юноша хотел сорвать бинт и бросить его куда подальше. Но слишком крепкий узел не хотел поддаваться. Смирившись с участью, он, опираясь на здоровую ногу, стал измерять подвал шагами.

Когда-то давно, когда его мать только привезла сюда сына, она показала ему способ, которым развлекалась сама много лет назад. "Просто встань в углу комнаты и вот так, – женщина сделала небольшой шаг вперёд так, что пятка левой ноги пристыковалась к носку правой, это действие она повторила несколько раз, – начинаешь идти вдоль стены и считать свои шаги. В мои годы это было весело". В голове пронеслось воспоминание из детства. Тогда было сложное время, но она продолжала улыбаться, не оставляла попыток вызвать хоть тень улыбки на лице своего сына. Винс схватился за голову, отгоняя воспоминание, но всё равно продолжал вспоминать дальше. Вспоминать то, как она старалась сделать всё возможное, чтобы их жизнь была спокойной и беззаботной, как она работала сразу на нескольких работах и как преподносила ему дорогие подарки, хотя Винс никогда не чувствовал себя достойным этих вещей.

Дыхание подростка участилось, а сердце забилось так сильно, что вот-вот проломит грудную клетку. Машинально он схватился за шею, в попытках избавиться от противного удушающего чувства. Отсчитывая шаги, парень остановился прямиком у железной двери. Даже когда та открылась и повалила его на пол, внезапная паника не ушла. Слова похитителя отозвались неразборчивым звуком где-то на фоне, Винс не придал им никакого значения. Мужчина несколько минут с наслаждением наблюдал за тем, как его жертва валялась на полу, не в силах совладать с собственным страхом.

Похититель вошёл в подвал, держа в руках баночку с крысиным ядом. В его магазине завелась мышь, которая, не ровен час, испортит ему все дела. Придя к выводу, что мерзкий грызун прячется в подвале, он решил проверить каждый угол подземного этажа.

Взгляд юноши ухватил упаковку крысиного яда, что осталась на пороге. Он смог различить на ней лишь очертания крысы, но этого было достаточно. Желая избавить себя от мучительных воспоминаний, подросток попытался достать заветную банку. Она с шумом упала. Похититель лишь обернулся, но, увидев парня в приступе панической атаки, вернулся к своим делам. А Винс смог ухватиться за яд и притянуть к себе. Без малейшего раздумья мальчик начал засыпать отраву в себя. Будучи на грани бессознательности, он услышал одновременно злой и испуганный голос, прозвучавший вдалеке. Что-то выбило яд у него из рук, но поздно, юноша уже лежал без сознания.

Воспоминания продолжали наплывать. Будто со стороны он смотрел на события прошлого. Наблюдал за самим собой, стоявшим перед зеркалом, пытающимся изобразить хоть какую-то эмоцию. Но безразличный взгляд никуда не девался, губы были обездвижены. Он чувствовал эмоцию, но лишь одну - ненависть к самому себе. За то, что он не такой, как все, за то, что не может заставить себя почувствовать хоть что-то положительное. Винс был готов молить кого угодно, чтобы не смотреть, не видеть этого, чтобы забыть об этом навсегда. Он зажмурился, но голос матери заставил снова открыть глаза. Женщина обнимала сына, приговаривая, как сильно его любит. Но мальчик не мог сказать того же, он не знал, что значит любить. И не хотел, чтобы мать любила его.

Подросток был благодарен судьбе за то, что смог очнуться от этого кошмара. Правда, жизнь тут же заставила его пожалеть об этом. Мальчик впечатался лбом в холодную керамику, когда пришёл в себя.

-Это меньшая из бед, которые ждут тебя в ближайшее время, – прозвучал знакомый голос.

-Боже, – простонал юноша.

-Не угадал, к нему тебе рановато и не пустят. Самоубийство – тяжелейший грех, если верить Библии.

-Я атеист.

-Я тоже, но молитва тебе бы пригодилась.

Не успел мужчина договорить, как к горлу Винса подступило чувство тошноты, а рвотный позыв не заставил себя ждать.

-Поздно, – усмехнулся похититель, глядя на мальчика, отчаянно хватающегося за раковину, о которую ударился.

-Вот вообще не смешно.

-Это только твоё мнение.

Подерзить юноше не удалось. Тошнота была слишком сильной. Лишь в небольших перерывах он мог перекинуться фразой с мужчиной.

-Вы так и будете здесь стоять?

-Да. Ты, оказывается, непредсказуемый, а у меня тут мыло на видном месте, лезвия бритвенные. Вдруг съесть попытаешься.

-Вы отвратительный маньяк! – после очередного рвотного позыва прошипел подросток.

-А ты ужасная жертва! – вскрикнул мужчина, – Нет бы, как все, побояться, помолить о пощаде! Так нет! Сначала дерзит мне, а потом глотает крысиный яд!

-Ну не хочу я жить, не обязан перед вами жизнерадостного строить!

-С самого начала мне странным показался, но почему-то я привёз тебя сюда. Надо было там оставить, на дороге!

-Знаете, я такого же мнения! Уж лучше притворяться нормальным, чем быть жертвой такого маньяка!

Обессиленный Винс лежал на полу, глядя на яркую люстру. Тошнота отступила, забрав с собой все силы. Глаза слипались, вставать совершенно не хотелось. Похититель поднял мальчика и бросил на него сочувствующий взгляд. Но на попытку отмахнуться от помощи сурово ответил:

-Ты сам дня три ползти будешь.

Винс не стал отнекиваться, он просто обмяк на чужих руках и позволил нести его куда угодно.

Уже в подвале юноша почувствовал, как коснулся чего-то мягкого. Мужчина уложил его на матрас, но сразу после этого помещение покинул. Глаза мальчика закрывались сами собой. Царапающее чувство заставило его ещё немного побыть в сознании. Айван, завидев соседа по подвалу, карабкался к его лицу. Мелкие лапки царапались, но сам зверёк был пушистым и мягким. Да и внимание от мышонка льстило Винсу.

-Что, скучал по мне? А я вот думал, что умру, а не умер, представляешь.

Грызун что-то пропищал и улёгся рядом с парнем.

-Ты всё время спишь, тебе не надоело ещё? – подросток попытался изобразить обиженный тон, но получилось как всегда безразлично, что юношу расстроило.

Вскоре и сам Винс поддался сну.

Глава 4. Вечер откровений

Приятная прохлада в области ноги помогла мальчику открыть глаза. В его ногах сидел мужчина, рядом с ним лежала аптечка. Руки похитителя умело скользили по ноге жертвы, втирая мазь. В заботливых маньяков юноша не верил и верить не хотел. Маньяк на то и маньяк, что убивает своих жертв жестоко и порой изощрённо, а не выхаживает их, как птенцов. Винс собрал все силы, которые смог в себе найти, и дёрнул ногу. Руки мужчины тут же впились в больное место, удерживая конечность на месте. Парень вдохнул сквозь зубы, зажмурившись.

-Ещё раз так сделаешь, и будет больнее, – со сталью в голосе предупредил похититель.

Винс цыкнул и позволил совершать махинации со своим телом. Вскоре мужчина завязал крепкий и аккуратный узел, закончив работать с бинтами. Он быстро сложил все медикаменты в аптечку и повернулся к своей жертве. Мальчик внимательно следил за каждым действием похитителя. Мужчина сегодня был в необычном для себя амплуа. Если в другие дни на нём была мятая рубашка и свободные брюки, а очки в основном были в кармане, то сегодня он стоял в идеально выглаженном халате, окуляры гордо лежали на переносице, а чёрные волосы завязаны в тугой хвост.

-Не думал, что вы врач.

-Не совсем. Я фармацевт.

Какое-то время юноша вглядывался в лицо аптекаря. "Ходила сегодня в аптеку, лекарства забирать твои, и с аптекарем разговорились. Такой милый человек. Улыбчивый, вежливый, ну чудо просто. Ещё и хорошего дня мне пожелал. Как же его зовут?.." – вспомнил Винс один из рассказов своей матери. – "У него ещё хвостик такой милый был". В голове сложился пазл. Это был тот самый фармацевт, про которого рассказывала мама.

-Господин Нуар? – в голосе юноши чувствовалась нотка сомнения.

-Допустим, – с подозрением ответил мужчина.

Если бы мальчик мог, он бы засмеялся в голос. Тот самый фармацевт, который казался его матери самым милым человеком, оказался маньяком, да и улыбается он не так часто. Какие-либо эмоции на его лице – тоже редкость, наигранные сразу бросаются в глаза, а настоящие проявляются не всегда, только когда сам подросток его раздражает.

-Мама про вас постоянно рассказывала.

-Неужели.

-Но она никогда не упоминала, что у вас есть склонности к похищению детей.

-Об этом знает только определённый круг лиц, земля им пухом, – мужчина последовал примеру Винса и тоже стал вглядываться в его лицо.

Юноша казался ему отдалённо знакомым, похож на кого-то из его клиентов, но на кого конкретно, так и не смог вспомнить.

-Ладно, речь пойдёт не об этом, - вздохнул аптекарь и опустился на корточки перед Винсом, - скажи мне, ты на кой чёрт решил наглотаться крысиного яда?

-А вы думаете, что есть много причин, по которым люди это делают?

-Хорошо, давай перефразирую. Что конкретно в тебе вызвало такое желание умереть столь безобидным для человека способом?

-Жизнь.

Фармацевт тяжко вздохнул и достал из кармана халата канцелярский нож, который забыл там несколько часов назад. Он приставил лезвие к шее мальчика.

-Ты мне информацию, а после этого я тут же перерезаю тебе горло.

-Выгодное предложение. Неприятные воспоминания из детства, когда мы только переехали сюда.

-Надо было довезти тебя до психолога.

-Да, как раз туда я и шёл. Хотя не хотел. А тут вы. Спасибо, что украли. Можете передать меня маньяку получше? Или уже наконец выполнить обещание.

Мужчина молча убрал нож обратно в карман.

-Эй! Вы обещали!

-Ну раз уж я отвратительный маньяк, то посиди живым ещё немного.

-Ой, какие мы нежные, – обидчиво процедил подросток.

Аптекарь поднялся, забирая аптечку с собой, и слегка улыбнулся, в этот раз искренне, посчитав обиду мальчика забавной.

-Отдохни пока, чуть позже принесу тебе поесть, и ты не станешь препираться.

-Слишком самоуверенно.

Фармацевт молча вышел из подвала, оставляя юношу наедине со своим негодованием.

Винс с тяжёлым вздохом лёг, ногой пытаясь содрать с себя бинты. Веки снова сделались будто из свинца. Не сопротивляясь, мальчик опять погрузился в сон.

Но продлился он недолго. Уже в привычном своём образе мужчина стоял напротив подростка, прожигая его взглядом. В его руках не было обещанной еды. Только две свежекупленные слойки и бутылка воды. Аптекарь терпеливо ждал, пока юноша соизволит проснуться и обратить внимание на собственного похитителя. От пристального взора становилось некомфортно, что и побудило открыть глаза и найти источник дискомфорта. Сонный взгляд сменился на недовольный, как только обнаружил фармацевта.

-Второй раз за день вижу, как ты спишь.

-А я второй раз за день стал обманутым вами. Вы обещали прийти с едой.

-Чтобы ты опять начал ныть, что не хочешь есть?

-Вы обещали, я настроился.

-Пообещал – сделаю, – похититель протянул Винсу одну из слоек и сел рядом с ним.

Мальчик скептически оглядел выпечку и отбросил за спину. Но глаза зацепились за перекус аптекаря. У него была слойка с вишней, когда Винсу он отдал с сыром. А вишня для парня была в разы привлекательнее. Мужчина заметил голодный взгляд своей жертвы. Из жалости он отдал свою еду юноше.

-Спасибо, – выдавил из себя подросток и протянул мужчине свою слойку, предварительно подняв её с матраса.

-Чтобы ты и сам за едой потянулся.

Винс обиженно отвернулся и приступил к поеданию выпечки. Нехотя, но он мог заставить себя поесть. Когда дело касалось вишни, то подросток мог есть её бесконечно и когда угодно, в любой ситуации и состоянии. Сейчас исключением не стало.

-И отвернулся от меня, я, может, с тобой поговорить хотел.

-Вам внезапно одиноко стало? Поговорите с кем-то другим.

-А я хочу с тобой. Мы в прошлый раз не всё обсудили.

-Я всё сказал.

-А мог бы со мной поговорить, мы бы помогли друг другу, и ты бы добился того, чего хочешь.

-Вы уже пообещали мне то, чего я хочу. И я этого не получил. Почему я должен поверить вам?

-Потому что конечная цель у нас с тобой совпадает. И если мы оба хотим к ней прийти, то...

-Звучите как чересчур пафосный персонаж в каком-то боевике, – перебил Винс, – Может, от этого ещё и судьба всего мира зависит?

-Как же с тобой сложно. Иногда хочется выбросить тебя на улицу.

-Так вперёд, уж лучше на улицу, чем терпеть такого маньяка. Выхаживаете меня здесь как потерянного птенца, хотя могли бы просто убить. Так нет же, даже самому себя убить не даёте. Хотя я вас раздражаю, вы меня ненавидите. У вас ещё и к мазохизму склонности видно.

-А у тебя к поспешным выводам. Что привело тебя к мысли о том, что я тебя ненавижу?

Юноша не ответил, только всхлипнул. Он опустил голову на колени, в попытке заглушить слёзы, но результатов это не дало.

-Я же вижу, как вы на меня смотрите. А я знаю, как смотрят на людей, которых ненавидят. И вы как раз в этом списке.

Ещё никогда ни одна жертва не проливала слёзы в этом подвале не от страха смерти, а от того, что ещё жива и считает, что её ненавидят. Фармацевт сидел с округлившимися глазами, не зная, что ему делать. Если попытаться утешить мальчика, то он просто отмахнётся и снова начнёт свою пламенную речь о том, что ему попался отвратительный маньяк, а если ничего не делать, то вдруг он попытается съесть упаковку от слойки, чтобы задохнуться. Мужчина мягко протянул было руку, всё ещё не зная, что ему делать. Но подросток сам всунул аптекарю мусор и продолжил запихивать в себя еду, надеясь, что она заставит его прекратить плач. Но слойка не оказала желаемого действия. Лишь протянутая бутылка воды смогла немного успокоить юношу. За один заход Винс смог осушить всю ёмкость.

-Если бы я знал, что тебя надо доводить до слёз, чтобы ты ел, – вздохнул мужчина.

-Не плачу я! – сорвался на крик парень, – Я просто воду пролил!

-Да, вижу.

Не сдержав злостного порыва, мальчик кинул в фармацевта пустую бутылку. Похититель ловко увернулся от первого снаряда, следом в висок ему прилетела голубая крышка от всё той же ёмкости. Но далее ничего не последовало. Мальчик просто снова уткнулся в колени. Впервые за всю свою убийственную деятельность аптекарю не хотелось вогнать острый предмет поглубже в череп своей жертвы. Хотелось дать острый предмет мальчику, чтобы тот вогнал его поглубже в того, кто смотрел на него таким ненавистным взглядом. Судьба решила сыграть с Нуаром злую шутку. Годами он убивал дрожащих от страха людей, годами это доставляло ему удовольствие. И именно сейчас он наткнулся на того, кого не хочется отправлять на тот свет. Наткнулся на мальчика, в котором смог разглядеть себя самого. Проблемы с проявлением эмоций, только негативные они оба могли показывать без особых проблем. Родители, которые показали своим детям, каково это, чувствовать ненависть к самому себе. Аптекарь тоже прошёл через это, знал, что значит быть не таким, как все, в плохом смысле, разумеется.

Перешагивая через самого себя, фармацевт подошёл к мальчику и положил руку на его выцветающие бирюзовые волосы. Юноша в свою очередь поднял на аптекаря заплаканный взгляд. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза молча, не желая прерывать тишину. Рука Нуара потрепала волосы мальчика.

-Порой ты меня раздражаешь и очень сильно. Но до моей ненависти ты ещё не дорос. И я сомневаюсь, что дорастёшь когда-либо.

Юноша сбросил руку со своей головы резким движением, но сразу же обхватил её своими ручками, найдя в своём маньяке нечто похожее на поддержку.

-Нет, Винс, я не подбадриваю тебя, а ставлю перед фактом. Отпусти руку! – протестовал Нуар, но не предпринимал никаких действий.

Винс лишь сильнее вжался в ладонь фармацевта. Аптекарь опустился на колени перед мальчиком и свободной рукой похлопал того по плечу.

-Полегчало?

-Ага.

-Теперь ты меня отпустишь?

-Ещё пару минут. Мама всегда меня вот так за руку держала, когда мне плохо было.

В воспоминаниях пронеслись моменты, когда мать Винса пыталась сжать его в объятиях, стоило мальчику пролить хоть слезинку. Но каждый раз он вырывался, будто его обнимает не родная мать, а странный незнакомец. После этого акта женщина аккуратно обхватывала ладони сына и тихо наговаривала слова любви. Она не знала, что это только усугубляет положение. Винс совладал с эмоциями в этот момент, чтобы мама думала, что это работает, но этот метод ни разу не дал положительного результата.

-Я не твоя мать. И не собираюсь утешать тебя.

-Знаю.

Винс прикрыл глаза и понемногу стал приходить в себя. Нуар всё хотел выдернуть свою руку, оставить мальчика здесь одного, но что-то из прошлого не разрешало ему уходить. Мужчина вздохнул и обхватил вторую ладонь мальчика, время от времени обещая вот-вот уйти от него. Подросток остался в подвале один только когда его похититель был уверен в том, что он спит. "Спи спокойно" - прошептал Нуар и осторожно закрыл за собой массивную дверь.

Глава 5. По ту сторону

В полицейском участке кипела работа. Некоторые сотрудники ходили туда и обратно, кто с документами, кто без. Кто-то сидел и заполнял эти самые документы. Без дела была лишь одна женщина. Она не работала здесь. В её дипломе значилось, что она астроном, но на деле была консультантом в похоронном бюро. Женщина то и дело бросала взгляды на проходящих мимо полицейских, выискивая кого-то конкретного. Мужчина заметил ожидающую его особу и попытался скрыться от её глаз как можно быстрее, но зоркий взгляд уже приметил его.

-Офицер Эфрон! – закричала женщина, подбегая к полицейскому.

Офицер закатил глаза настолько сильно, что они, казалось, сделали оборот вокруг своей оси, прежде чем вернуться в обычное положение. Он натянул улыбку и подготовил себя к беседе.

-Что такое, госпожа Бардем?

-Я хотела уточнить, как продвигается расследование о пропаже моего сына. Прошло уже две недели, и...

-Госпожа Бардем, – вздохнул офицер, – я уже говорил вам и не раз. Мы не утаиваем от вас результатов, как только мы что-то найдём, то сразу же вам сообщим.

-Да, я знаю, но...

-Мы не волшебники. Если бы могли находить пропавших по щелчку пальцев или просто послав мысли в космос, то ваш сын уже был бы дома и радовался жизни вместе с вами.

-Если я могу чем-то помочь, то вы только скажите.

-Если вы хотите действительно помочь, то идите домой, примите валерьянки, успокойтесь и дайте нам делать свою работу, – гневно выдохнул офицер и ушёл.

Бардем ещё несколько раз пыталась дозваться его, но бесполезно. Осознав собственную беспомощность, женщина вздохнула и вышла из полицейского участка.

Бродив по улицам, она бросала взгляды на детей, что пробегали мимо, останавливалась возле детских площадок, завидуя матерям, что наблюдали за игрой своих детей. Утерев слёзы, Бардем села на ближайшую лавку. В кармане её бежевого пальто со дня пропажи сына всегда лежал пузырёк валерьянки. Он стоял нетронутым несколько месяцев, но кончился слишком быстро в связи с определёнными обстоятельствами. Баночка полетела в мусорное ведро.

От полиции никаких вестей, делают ли они хоть что-то существенное? Или только создают видимость работы? Результата хотелось здесь и сейчас. Бардем хотела сидеть на этой лавке не одна, а рядом со своим сыном. Она хотела бы обнять его и никогда больше не отпускать. Но мальчик снова начал бы ворчать, что не любит объятия. Женщина бы улыбнулась этому и вместе они сошлись бы на том, что просто подержат друг друга за руки.

Но кто-то же должен быть в силах помочь! Влиятельные люди могли бы, но едва ли такие есть в окружении Бардем. Ну, один всё же был. У этого человека была лишь одна проблема. Женщина его ненавидела всем сердцем и хотела бы забыть о нём как о страшном сне. Но чего не сделаешь ради сына. Несколько раз топнув ногой от злости и безысходности, она всё же набрала номер своего бывшего мужа.

-Здравствуй, милая Лиен, – вкрадчиво поприветствовал бархатный мужской голос. – Дай угадаю, ты по поводу уродца.

После стольких лет он всё ещё упоминает своего сына такими словами. Кровь кипела от злости, но Бардем сдержала гневный порыв и ответила спокойным голосом:

-Нет, я насчёт своего сына.

-Уже твоего сына? А как же наш сын?

-Давай мы не будем это обсуждать.

-Как скажешь. Тогда зачем ты сейчас говоришь со мной?

-Мне нужна помощь. Просто помоги мне найти Винса.

-Ничего в этом мире не бывает просто, моя дорогая Лиен.

От этих обращений Бардем хотелось выбросить телефон куда подальше, закричать на всю улицу, как жаль, что помощь ей нужна слишком сильно и грубить не лучшее решение в этом вопросе.

-Оставь эти любезности другим девушкам.

-Бесишься. А раньше тебе нравилось. Неужели ты забыла, как нам было хорошо вместе?

-Назови цену. Всё что угодно, только помоги мне.

-Где ты сейчас?

-В городском парке.

-Жди там, за тобой скоро приедут.

Мужчина бросил трубку. Лиен мысленно успела проклясть и пожелать смерти своему бывшему мужу не один раз, прежде чем успокоилась.

Фамилия Ромеро, от которой она отказалась много лет назад, по сей день навевала воспоминания о браке. Первые месяцы были прекрасны, всё было как в сказке, но после прекрасная сказка о любви медленно переросла в творение братьев Гримм, в которой счастливого конца не было уготовлено никому.

Вскоре на дороге появился чёрный автомобиль с тонированными стёклами. Тот самый, что приехал за Лиен. Женщина вздохнула, приготовилась к неприятному диалогу, но открыв заднюю дверь, бывшего мужа она там не обнаружила. Значит, придётся ехать к нему домой, чего Бардем надеялась избежать.

На пороге женщину встретили несколько домработниц. Все они помнили Лиен и свободное от работы время, проведённое с женой господина. Девушки весело поприветствовали друг друга, после чего посочувствовали давней подруге. Господин Ромеро сидел в своём кабинете, делал вид, что решает важные вопросы. В кабинете царил полумрак, лишь стол, заваленный бумагами, был ярко освещён. Мужчина рявкнул на вошедшего, даже не глядя, кто это. Но Бардем молча устроилась в кресле позади него.

-Милая Лиен, – улыбнулся Ромеро, отрываясь от дел, – ты быстро, скучала по мне?

Из-за темноты в комнате лица мужчины видно не было. Но по голосу было слышно, как тот мерзко улыбается. Как будто злодейский злодей из штампованного фильма, выразился бы Винс.

-Не в этой жизни. Давай без прелюдий, сразу к делу.

-Все бы так. Но неинтересно. Я так давно тебя не видел. Ты постарела за эти годы. А этого ты чего в детдом не сдала? Или в психушку? Что ты всё носишься с этим мёртвым грузом? Ты должна быть благодарна судьбе, что он больше не с тобой.

-Я сама с этим разберусь, не переживай. Скажи, чего ты хочешь.

-Чтобы деньги на моём счету появлялись просто так. Организуешь?

-Хотелось бы обойтись без твоих глупых шуток.

-Ты слишком серьёзная, расслабься.

Лиен была готова сорваться уже сейчас, однако с трудом держала себя в руках.

-Прекрати, просто давай поговорим как взрослые люди, оставим твои дурацкие шутки, оставим твоё неуместное кокетство и поговорим, обсудим всё. А то ведёшь себя как ребёнок.

Ромеро встал со своего кресла и медленно, вальяжно подошёл к бывшей жене, повелел ей встать.

-Моя милая Лиен, – вкрадчиво прошептал он.

Женщина насторожилась и не зря. Рука миллионера обхватила её лицо, сжимая его с нечеловеческой силой. Женщина пискнула от неожиданности, лихорадочно пытаясь разжать его пальцы.

-Ты так и не поняла, что мне плевать на твои проблемы. Я сам решу помогать тебе или нет. И причин для этого я не вижу. Вот что ты можешь такого предложить мне, чтобы я бросил все свои дела и побежал искать твоего уродца? Ни-че-го.

Лиен в попытках вырваться ударила мужчину ногой. Тот ослабил хватку, Бардем сбросила руку бывшего мужа и хотела было сбежать, но Ромеро успел замахнуться и дать женщине пощёчину. Лёжа на полу, Бардем потирала горящую от удара щёку. Миллионер приставил носок ботинка к её шее, то прижимая, то отпуская.

-Милая Лиен, ты всё такая же дерзкая, даже не знаю, нравится мне это или наоборот бесит.

-Ты тиран!

-Нет, мне просто не нравится, когда такие, как ты, считают себя главней меня.

Бардем не смогла придумать ничего лучше, чем впиться в лодыжку Ромеро зубами. Мужчина зашипел от боли, и Лиен смогла отбежать от него в сторону.

-Я не помню, чтобы разрешал тебе уходить!

-Ты больше не мой муж! И не имеешь права мне указывать!

Закрывая за собой дверь кабинета, крикнула Лиен. Когда миллионер выбежал вслед за ней, женщина уже была почти у входной двери.

-Я найду его, Лиен! – гневно вскричал мужчина. – Найду, не сомневайся! Если я сделаю это раньше полиции, то верну я его тебе мёртвым!

Бардем успела увидеть лишь перекошенное от злобы лицо Ромеро.

Будучи уверенной в том, что ей ничего не угрожает, Лиен остановилась, жадно глотая воздух. На глаза наворачивались слёзы. Мало того, что не смогла добиться помощи, так ещё и беду навлекла на собственного сына. Вся жизнь наперекосяк. То замуж неудачно вышла, то сына не уберегла. Не смогла дать ему нормальной жизни. Если твой ребёнок всё время думает о собственной смерти, это не является показателем того, что ты хороший родитель, верно? По крайней мере, так думала Лиен. По ошибке в желании сына поскорее увидеть тот свет она винила себя, а не влияние мужа – тирана.

Вспомнив слова офицера, женщине показалось, что купить себе успокоительное – не такая уж и плохая идея. Чтобы хоть немного скрасить этот отвратительный день, Бардем направилась в свою любимую аптеку, где её всегда встречают улыбкой и добрым словом.

Аптекарь сидел за прилавком и что-то усердно выписывал, постоянно поглядывая в сторону.

-Добрый день, госпожа Бардем, – не отрываясь от дел, поприветствовал фармацевт.

-Добрый, господин Нуар, – голос её был усталым и на грани срыва.

Мужчина поднял глаза и увидел странную картину. Обычно улыбчивая и радостная женщина сегодня была помятой и тащила на себе грусть всего мира. Аптекарь отложил ручку и обеспокоенно глянул на клиентку.

-Госпожа Бардем, что с вами произошло?

-Да так. Ничего особенного, не беспокойтесь.

-Хорошо, тогда по какому вы вопросу? И, кстати, ваши антидепрессанты уже давно вас ждут.

-Да, точно, совсем забыла, но всё равно их некому принимать сейчас. Так что не думаю, что они мне нужны.

Рука Бардем сжала край пальто, жест незамеченным не остался. Не желая вытаскивать информацию из клиентки силой, Нуар осторожно положил руку на её плечо и мягко заговорил.

-Значит, вы по другому вопросу.

-Да. У вас найдётся успокоительное? Желательно такое, чтобы успокаивало моментально.

-Такого нет и пока что не придумали. Но могу предложить вам пустырник, не в момент, но успокоит.

-Сойдёт, давайте.

Фармацевт отлучился от прилавка и принёс Лиен упаковку успокоительного. Но один вопрос всё не давал ему покоя. Женщина ему смутно кого-то напоминала. Он всё вглядывался в её лицо. Догадка была, но хотелось подтверждения теории.

-Прошу прощения за столь личный вопрос, но для кого тогда были эти таблетки?

-Для моего сына.

Целый день Лиен удавалось сдерживать слёзы, но после всех событий их накопилось слишком много. Не сдержав истерики, она судорожно стала вытирать слёзы выглядывающим из-под пальто рукавом свитера. Догадка аптекаря оказалась верной. Он не успел порадоваться верному выводу, как тут же запаниковал, не зная, что делать с плачущим человеком. Слова будут излишни, да и не помогут особо. По рассказам, Бардем была человеком тактильным, возможно, объятие поможет хоть немного. Нуар буквально выбежал из-за прилавка, спеша утешить клиентку. Он мягко прижал её к себе, чуть поглаживая рыжие пряди.

-Будет вам, – прошептал он, – Всё наладится, не стоит так переживать.

-Не наладится! Никогда ничего не было хорошо и сейчас не будет! Всю мою жизнь всё идёт совершенно не так! То поведусь на красивого парня, на которого убью многие годы. И ведь не просто поведусь, выйду за него замуж. Ладно он, это уже далеко в прошлом. А сейчас я никудышная мать! Он ведь не пропал, это ведь из-за меня всё. Затаскала сына по больницам, по врачам. Какая мать будет мучить своего ребёнка всю жизнь пробежками из одной больницы в другую. Так ещё и не сразу поняла, что надо было уходить от мужа ещё до его рождения. У нормальных родителей дети не хотят поскорее умереть. А мой хочет. Может сбежал от меня и уже…

-Давайте не будем о плохом, – перебил аптекарь мрачные мысли Лиен, – Я не думаю, что вы настолько плохой родитель. Ваш сын вас любит, уверен, что он не хочет, чтобы вы проливали из-за него слёзы, а уж тем более из-за таких глупых мыслей.

-Скорее всего. Но что мне остаётся? Я не получаю никаких вестей, а попросить о помощи кого-то ещё, кроме полиции, не получилось.

-С ним всё будет в порядке, я уверен.

-А если нет? А если он уже мёртв?

-Не надо думать о плохом, госпожа Бардем, его найдут, и всё будет хорошо.

-Надеюсь. Спасибо вам.

Женщина обвила руками аптекаря в объятии, от этого ей и вправду становилось легче.

-Не нужно меня благодарить. Я ничего не сделал. Но если вдруг вы захотите поговорить об этом ещё раз, то я всегда готов выслушать вас снова.

-Спасибо, спасибо вам, я очень благодарна.

-Не стоит, я всегда к вашим услугам.

Лиен утёрла слёзы и впервые за день смогла улыбнуться.

Попрощавшись с аптекарем, она вышла на улицу, направилась домой и глупо улыбалась, смотря на упаковку пустырника, которую забыла оплатить из-за внезапной истерики.

Глава 6. Господин Бардем

Айван пытался протиснуться в очередную щель в стене. На днях Винс уже пытался засунуть туда руку, но далеко залезть не смог, только грязь собрал. Мыши было проще, половина грызуна уже была скрыта стеной. Некоторое время юноша наблюдал за подвальным соседом, пытаясь увидеть его во тьме.

-Если вдруг ты что-то интересное найдёшь, то принеси мне, ладно? – не увидев друга, без особого интереса сказал мальчик.

Винс прождал несколько минут, а после ему надоело. Нога парня уже зажила, передвигаться он мог вполне спокойно. Досчитать шагами периметр комнаты ему всё же удалось. Это оказалось не так уж и весело, несколько раз он сбился со счёта, и начинать приходилось заново. От скуки мальчик даже попытался открыть дверь подвала, но та была надёжно закрыта. Хоть где-то его маньяк не смог оплошать. Когда развлечения иссякли, юноша повалился на матрас, глядя на щель в стене.

Вскоре к нему вернулся мышонок. В зубах он держал небольшой кусочек пластика. С горем пополам грызун смог забраться на матрас и, оставив пластик рядом с мальчиком, залез в карман его джинсовки.

-Хорошая находка.

Юноша покрутил осколок в руках, провёл пальцем по заострённым участкам, выискивая самый острый. Закатав рукава, он пристроил пластик к вене, собираясь предпринять попытку её перерезать.

-Брось мусор, Винс! - приказал холодный голос.

-Не хочу.

-Брось, кому говорю! Откуда ты его вообще взял?

Фармацевт быстрым шагом подошёл к мальчику и грубой силой отобрал у него находку. Парень обиженно насупился и скрестил руки на груди.

-Нашёл.

-Где?

-На улице. Подумал, что я тут засиделся и вышел воздухом подышать, заодно принёс какой-то кусок пластика сюда, гнездо вить буду, как мышь.

Аптекарь вздохнул, потерев переносицу. Отправив осколок в карман халата, он присел возле парня, вглядываясь в его лицо.

-Знаешь, я наконец понял, на кого ты похож. Твоя фамилия не Бардем случаем?

Винс небрежно хмыкнул, но читалось в этом жесте больше тревоги.

-Хотелось бы. Но я Ромеро.

-Но Лиен Бардем твоя мать.

-Да.

-Она сегодня заходила. Твоя пропажа сказывается на ней не лучшим образом. Ты знал, что в твоих суицидальных наклонностях она себя винит? Говорит, что не смогла стать для тебя хорошей матерью.

-Себя винит?! – вскричал Винс. – Да что с этой женщиной не так?!

От такой реакции фармацевт опешил. Он ожидал чего угодно, но только не такого эмоционального взрыва.

-Ну вот что ей для счастья надо? Ну вот не осталось у неё проблем. Свободна она теперь, чего ей не хватает?! Ей больше не нужно тратиться на бесполезных психиатров для меня, на эти таблетки! Но нет, нам опять что-то не нравится! Она волнуется, что меня всё же вернут ей? Может, кто-то просто принесёт ей моё тело? Тогда она будет хоть немного счастлива? Почему ей плохо? Ей должно быть хорошо, меня ведь больше нет, почему она не счастлива?!

Аптекарь знал ответ на вопрос мальчика и мог бы его озвучить, но, во-первых, он не обязан утешать свою жертву, а во-вторых, не смог бы объяснить ему свой ответ. А сам подросток не догадается никогда, потому что не хотел верить в этот очевидный ответ.

-Потому что она тебя любит.

-Но не должна! Почему она меня любит? Что я такого сделал, чтобы она меня любила? Чем я заслужил её любовь?

Ответ на этот вопрос был более очевидным. Бардем хотела ребёнка, она была безумно счастлива, когда узнала о своей беременности. Ей не нужно было повода, чтобы любить своего сына. Что делало её уже не самым плохим родителем. А вот Винс не мог почувствовать того же. Он был лишь благодарен матери за всё. Но всё же считал себя лишь проблемой в её жизни и хотел, чтобы она была счастлива без него.

-Ты её сын. Этого вполне достаточно.

-Да, а ещё я сын своего отца, но он меня ненавидит.

-Потому что твой отец ужасный человек, а мать тебя любит просто потому, что ты существуешь.

-Я не понимаю!

-С нашей с тобой проблемой это нормально. Когда-нибудь поймёшь.

-С нашей проблемой?

Мужчина поднялся на ноги, отряхнул халат и, всего лишь кивнув мальчику в ответ на его вопрос, прошагал к выходу.

-Нет, стойте! – Винс подбежал к двери быстрее и закрыл проход собой. – Что значит «нашей» проблемой?

-Если ты отойдёшь и дашь мне закончить рабочий день, то после я тебе обязательно расскажу.

-Вы любите врать.

-И откуда в тебе столько наглости.

Словно кота, Нуар поднял мальчика и осторожно отставил в сторону, чтобы тот снова не повредил себе какую-нибудь часть тела. Проворный подросток успел проскочить в щель закрывающейся двери и преградить аптекарю путь снова. Фармацевт не сильно удивился такому поступку, зная свою странную жертву, он даже не заволновался о сокрытии своего секрета и, хмыкнув, поднялся в магазин.

-Вы не можете просто уйти!

-Ещё как могу.

Юноша шёл за своим похитителем, всё время твердя, что хочет получить ответы и не отстанет, пока их не получит. Яркий свет торгового зала на мгновенье ослепил мальчика, и тот прикрыл глаза рукавом. Не успев привыкнуть к свету, парень, благодаря фармацевту, уже оказался под столом, на котором лежали рабочие записи и стояла лампа, на случай, если после окончания рабочего дня придётся ещё немного поработать. А ботинок мужчины впился в его лицо, подросток решил молча полежать и не выкрикивать возражений, когда услышал чей-то голос.

Лицо Нуара скривилось от боли, когда он ударился о ножку стола, приветствуя зашедшего полицейского. Сотрудник правоохранительных органов осмотрел помещение, прежде чем заговорить с владельцем аптеки.

-Добрый день, господин Нуар. У меня будет к вам несколько вопросов. Вы, наверное, знаете, что пропал очередной ребёнок. Возможно, вы видели что-то? Может, даже самого мальчика?

Полицейский протянул фотографию пропавшего ребёнка. Ради приличия Нуар всмотрелся в фото, делая вид, что пытается что-то вспомнить, придерживая пропавшего мальчика, который старался не дышать, чтобы не издавать лишних звуков. Мужчина покачал головой, сопровождая жест словами.

-Нет, не видел. Знаете, увидеть что-то за пределами аптеки, когда ты погружён в работу, довольно сложно. Тем более, скоро сезон заболеваний, надо подготовиться к длинным очередям и огромным спискам лекарств.

-Хотя бы мельком. На вид мальчик примечательный, может, где-то приглянулся всё же?

-Нет, никого похожего.

-Что ж, ладно, спасибо вам.

-Рад помочь.

Мужчины кратко друг другу кивнули, и полицейский покинул здание. Винс вылез из-под стола и потёр запястье, которым так громко ударился при падении. Свет всё ещё немного резал глаза после тёмного подвала, но зал мальчик разглядеть смог. Светлая просторная комната с витринами, заполненными всякими медикаментами. У входа несколько стульев и светлый круглый стол. А за спиной аптекаря Винс заприметил дверь.

-Что ты выглядываешь? Обычная аптека.

-Я заметил. А на вопрос вы так и не ответили.

-Что ты ко мне пристал? Отстань от меня, у меня ещё два часа рабочий день.

-Не вижу ни одного клиента, так что поговорите со мной.

-А тебе что, внезапно одиноко стало? – передразнил мужчина подростка.

Желая начать свою гневную речь, юноша открыл было рот, но его затылок уже столкнулся с кафельной плиткой пола. Полицейский вернулся. Винс оперативно отполз от видного места и стал наблюдать. -Пока я не ушёл далеко. У вас не найдётся чего-то противовирусного?

-Конечно.

Юноша облегчённо выдохнул и слегка расслабился. Почувствовав себя в безопасности, он выглянул из-за витрины. Мужчина недовольно продолжал оглядывать помещение, цепляясь взглядом то за одно, то за другое. В соображениях собственной безопасности подросток спрятался обратно. Фармацевт одобрительно кивнул на мудрое решение Винса и наконец попрощался с офицером полиции окончательно.

Мальчик испуганно смотрел в глаза маньяка, а Нуар с долей удовольствия глядел на мальчика. Подросток прижался к полкам, где был уверен, что его не было видно, и пытался не двигаться.

-Меня радует страх в твоих глазах, но удручает, что боишься ты не меня.

Не говоря ни слова, парень медленно переполз обратно под стол. Обхватив колени руками, он устроился покомпактней, чтобы всё-таки не мешать своему похитителю работать. Фармацевт попытался вытащить мальчика наружу, но тот упирался и отказывался покидать своё убежище. Сдавшийся Нуар вздохнул и решил выкурить подростка другим способом. Будто бы случайно он всё время задевал мальчика ногами, оставляя на нём пыльные следы. Винс только оттирал пыль с одежды и мужественно терпел все удары.

-И долго ты будешь сидеть там?

-Я не выйду отсюда, пока вы не закроете магазин!

-Сейчас никого нет.

-А вдруг зайдут? А вдруг увидят меня? Там же сразу поймут, что вы меня похитили. Пусть лучше вас поймают из-за кого-то, кто будет пытаться активно сбежать, а я не хочу вашей свободой рисковать.

Аптекарь опустился на колени, чтобы быть с Винсом на одном уровне. Мальчик выглядел необычно для самого себя. Вместо привычного безразличия на его лице была тревожность. Обеспокоенно он бросал взгляды на фармацевта, не скрывающего своего сочувствия. Мужчина прекрасно понимал, что слова сейчас не помогут, да и в целом они никогда не помогали его жертве. Имея в этой области некоторый опыт, он протянул мальчику руку. Поколебавшись минуту, ладонь парня обхватила руку маньяка. Тревога постепенно отпустила юношу, и тот выглядел уже спокойнее, снова безразличен. Слёзы заблестели в уголках глаз, что заставило обоих напрячься.

-Ну ещё заплачь здесь. Тогда тебя не увидят, а услышат. И что я скажу людям? Что кота завёл? А попросят показать? Покажу им тебя со словами: «Смотрите, какого котёнка подобрал»?

Неожиданно для всех юноша улыбнулся.

-Так и скажете, – закивал он.

-Пойдём, – шепнул аптекарь и мягко потянул мальчика за собой.

Винс послушно вылез из-под стола. Мужчина улыбнулся ему в ответ и повёл обратно в подвал, где подросток чувствовал себя в безопасности.

Второй рукой фармацевт придерживал юношу за плечо. Парень только держал аптекаря за руку. Для него было странно вот так идти в сопровождении своего похитителя. Маньяки, про которых он смотрел фильмы, не были такими добродушными, они истязали каждую свою жертву, жестоко убивали, а что делали после, порой было жутко узнавать. Узнав о том, что можно умереть так, чтобы твоей вины в этом не было, в мыслях мальчика стала крутиться лишь одна идея. Он хотел, чтобы и его постигла эта участь, быть убитым опытным маньяком. Однако, когда его желания наконец стали реальностью и он оказался в скрытом от чужих глаз подвале, в котором встретили свой конец множество людей, он оказался не очередной жертвой, а узником, ждущим старости, от которой и покинет этот бренный мир. Он пытался умереть, но его вернули к жизни, любая попытка суицида сводилась к скорейшей остановке. Но сам мужчина убивать мальчика не спешил. Что жутко нервировало Винса. Не хочешь убивать сам, так дай сделать это самому или скажи, что тебе надо для мотивации к убийству.

Уже в подвале фармацевт оставил мальчика одного. Но тот снова проскочил в дверной проём и коснулся локтя своего похитителя.

-И всё же вы странный маньяк. Зайдёте после работы?

-Зайду. Только с глаз моих скройся.

Юноша кивнул и скрылся за дверью подвала.

Мужчина вздохнул. В некоторой степени он корил себя в том, что привязался к мальчику из-за одной малейшей схожести с ним самим. С самого детства они оба не понимали, что есть эмоции и как их испытывать, что люди чувствуют, когда улыбаются, а когда проливают слёзы? Нуар доходил до всех выводов сам, а Винс не понимал ничего, сколько бы раз ему ни объясняли.

Рабочий день подходил к концу, фармацевт подсчитывал кассу. Основной свет уже не горел, только настольная лампа освещала множество купюр и монет. Заметив, что в зале темно, Винс осмелился выйти. Дверь Нуар закрыл не до конца, ненамеренно, всего-навсего задумался и забыл довести дело до конца. Но с этой жертвой можно было не волноваться о таких вещах. Мальчик просто закроет дверь сам или выйдет, но дальше аптеки не уйдёт добровольно. И сейчас юноша позволил себе покинуть место временного проживания и побродить между полками, где были не только медицинские принадлежности.

-Винс, будь любезен, отойди от товара, а то прикарманишь ещё что-нибудь.

Подросток послушно подошёл к кассе, которую аптекарь уже закрыл. Перепрыгнув через стойку, как через турникет в метро, он подбежал к мужчине и стал ошиваться возле него. Даже когда тот покидал торговый зал, юноша был рядом.

На втором этаже здания была жилая площадь. Просторная гостиная, совмещённая с кухней, и ещё пара неизвестных комнат. Скорее всего, спальня и санузел, предполагал Винс.

-Сядь за стол, не путайся под ногами.

Немного терпения, и перед мальчиком уже стояла тарелка с горячей едой. Он с долей пренебрежения посмотрел на мешочки из теста и отодвинул от себя посуду.

-Они с вишней.

Кодовая фраза прозвучала, и у юноши проснулся аппетит. Больше он не препирался и не кривился от вида пищи, даже не строил из себя мученика, поглощая еду. Одно «но» всё же присутствовало. Мальчик так и не получил ответа на свой вопрос, поэтому продолжал доставать своего похитителя с этим.

-Вы обефали ответить на мой вопвос, – не прожевав говорил подросток.

-С набитым ртом не говори. Подавишься. А я маньяк так себе, откачаю.

-Рассказать вы обещали. Почему проблема наша.

-А, это.

-Да. Вы из-за этого меня не убили ещё? Или из-за этого вы как раз начали убивать? Что нас с вами связывает?

-Что я получу, если расскажу тебе об этом?

-А чего вы хотите?

-Давай так. Я рассказываю тебе, почему проблема наша и как она связана с моей неосновной деятельностью, а ты расскажешь мне, откуда у тебя такая ненависть к себе и суицидальные мысли.

-Идёт!

-Заодно посуду помоешь.

-Хоть все витрины, только расскажите!

-Хорошо. Только доешь сначала, ты с утра ничего не ел.

Убедившись, что тарелка верного слушателя пуста, Нуар откинулся на спинку стула и, глянув на внимательно смотрящего Винса, начал рассказ.

Глава 7. Потому я убиваю

Это произошло около тридцати лет назад. Нуару тогда было чуть больше, чем сейчас Винсу. Лет так пятнадцать-шестнадцать. Что такое печаль или радость, он не знал с самого рождения. Всегда и везде, в любой ситуации на его лице было одно только равнодушие к окружающему его миру. Родителям Нуара не было дела до собственного ребёнка, как и до его проблем. Эмоциональных или каких-либо других. Любимым сыном он мог стать только когда у них кончалась очередная доза, а руки и ноги были не в состоянии сбегать ещё за одной. Но эмоциональные проблемы порой играли на руку. Со страстью родителей к алкоголю и запрещённым веществам жизнь в благополучном районе была для мальчика чем-то недостижимым. Жить приходилось в районе, в котором как раз и проживали наркоманы, алкоголики и похожие персонажи. Такие люди непредсказуемы. Попробуй угадай, когда безобидный алкаш захочет наброситься на тебя с ножом или кулаками. Не зная, что такое страх, юноше было жить немного проще, чем людям, познавшим эмоции.

В очередную ночь, когда пришлось бежать за дозой и спиртом, одному из местных алкоголиков пришла в голову идея забрать у ребёнка вещества и продолжать наслаждаться жалким существованием. Нуар не боялся, но был готов к подобному. Рука мужчины не успела дотянуться до подростка, как тот сразу же выхватил из кармана канцелярский нож, который на днях стащил с учительского стола в школе. Лезвие прошлось по пальцам, и тонкая струйка крови потекла вниз по руке. В пьянице закипел гнев, и он набросился на юношу уже с более злыми помыслами. Закатив глаза, вздохнув, Нуар продолжил махать ножом. Лезвие оказалось в горле мужчины, тот стал хрипеть и пытаться оттолкнуть мальчика. Во время борьбы пакетик с белым порошком выпал из карманов, и пьяница, схватив его, побежал прочь.

Спрятав под лестницей бутылку беленькой, подросток рванул за мужчиной. Выслушивать очередные речи о том, что он ужасный сын и ни на что не годен, совершенно не хотелось. Далеко пьяница убежать не успел. Истекая кровью, слабея с каждой минутой, он пытался вскрыть зип-пакет, но тот не поддавался. Юноша без особых усилий вернул порошок, но этого показалось мало.

Заставив медленно умирающего посмотреть на себя, он увидел, как тот боится. Не ситуации, а самого парня. От того взгляда, наполненного ужасом, вдруг стало так хорошо. Хилый подросток никогда не наводил ни на кого ужас. Всем было на него плевать, пара человек цеплялись за его особенности, но Нуару было всё равно, как, впрочем, и всегда. Но сейчас он чувствовал власть в своих руках, ответственность за жизнь человека. Прямо сейчас ему решать, останется ли алкоголик здесь как очередной труп в этом районе или же продержится до прихода помощи.

Мальчик ещё несколько минут наслаждался данной ему властью, а когда страх мужчины заставил его молить о пощаде, Нуар нанёс ещё несколько ножевых ранений, пока сердце пьяницы не перестало биться.

Как ни в чём не бывало он вернулся домой. С самого порога уже раздавалась брань.

-Сколько можно!? – визжала женщина, валяясь на полу. – Тебя только за смертью посылать!

-Как скажешь, мам, – с улыбкой на губах ответил юный Нуар.

Подойдя к матери, он решил, что не будет сегодня идти на поводу безответственных родителей. Перед лицом женщины он нарочно уронил бутылку, а её дозу бросил в дальний угол.

-Паршивец! Надо было продать тебя кому-нибудь! Оставить умирать!

Женщина совмещала брань на сына со слизыванием остатков алкоголя с грязного пола. Зрелище было невероятно жалким, но мальчику нравилось смотреть, как человек унижается перед ним. Впервые чувствуя эмоции, он совсем забыл о том, что ноги перестали работать только у его матери. Отец ещё был в состоянии передвигаться на своих двоих. Мужчина толкнул сына, и тот упал прямо на осколки. Лицо горело от боли, алая кровь окропила лоб и щёки. За один вечер столько новых эмоций. Власть и наслаждение чужим страхом, упивание чужой жалостью, а сейчас присоединился и гнев.

Недолго думая, мальчик поднял с пола один из осколков и замахнулся на отца. Несколько взмахов, и на счету Нуара уже два трупа. Он не понимал, что произошло и как. Понимал только то, что второе убийство не доставило ему столько же удовольствия, сколько первое. Но почему? Женщина продолжала лизать пол, облизывать осколки. Подростку уже наскучила эта картина. Он вышел из квартиры и до самого утра просидел на лестничной клетке.

На занятиях сонливости он не ощущал. Юноша до сих пор улыбался, из-за чего одноклассники время от времени на него поглядывали. Но кого это волнует. Подросток хотел испытать весь спектр эмоций того вечера ещё раз. Приятные ощущения дарило ещё и чувство тайны. Никто в этой комнате не знал, что вчера он убил двоих человек, одним из которых был его отец. Секретность будоражила, что будет если об этом узнают? Нуара начнут бояться? Избегать? Свидетелей принято устранять, если кто-то узнает, то тут же умрёт.

Пара парней снова решили прицепиться к однокласснику из-за его странностей.

-Смотрите-ка, столько лет ходил лицо кирпичом, а сейчас внезапно заулыбался.

-А ты завидуешь, что я достигаю хоть каких-то успехов, пока ты только и делаешь, что деградируешь?

Хулиган не ожидал такой дерзости и остался стоять столбом, смотря вслед уходящему Нуару. Было приятно.

После занятий юноше не позволили сразу пойти домой. Всё те же хулиганы просили ответить за свои слова.

-Я сказал всё предельно ясно. Возможно ты не понял слово "деградировать". Деградация - это как развитие, только в обратную сторону, снижение умственных способностей.

Дальше слов не последовало. Завязалась драка, из которой мальчик планировал выйти победителем. Хоть и был он довольно хилым, но бил сильно. Повалив хулигана на землю подросток без разбору начал бить его только что подобранным камнем.

Когда труп того парня нашли, юный Нуар уже был дома, учитывая факт того, что домой он возвращался поздно. После школы он обычно искал подработку, чтобы у него были деньги на случай, если придётся уйти из дома. В планах было покинуть этот прогнивший дом и район в свой восемнадцатый день рождения. На подростка упало меньше всего подозрений. Все знали, что отпор он обычно не давал, а предпочитал просто уходить от драки. И сейчас поступил точно так же, как думали все.

-Твои одноклассники сказали, что особо ты в драки не ввязывался, – допрашивал полицейский мальчика, – но ты последний, с кем он общался в тот день.

-И? Я выгляжу так, будто способен убить кого-то?

-Знаешь, сколько людей оказывались жестокими убийцами, но не выглядели так?

-Много. Но я не при чём. Каюсь, я угрожал ему, потому что хотел домой после уроков, а он не пускал. Я просто пригрозил ему камнем, и он отстал. Больше я ничего не делал.

Возможность чувствовать то же самое, что и обычные люди, прошла, на их место вернулось родное безразличие. Это играло на руку, ведь не было больше волнения или страха.

-Может, ты знаешь что-то?

-Да, знаю. Муха делает двадцать тысяч взмахов крыльями в минуту.

-Хорошо, остряк, мы ещё вернёмся к этому разговору, а пока ты свободен.

-Спасибо.

Нуара вызывали на допрос ещё несколько раз, но каждый из них он выходил сухим из воды. Вся школа косо смотрела на странного мальчика, его побаивались, что доставляло ему удовольствие.

Как и планировалось, в восемнадцать Нуар собрал вещи и ушёл из дома. Уехал в другой город на попутках, смог поступить в медицинский колледж, на фармацевта. Параллельно учёбе решил посещать театральные курсы, чтобы узнать немного больше о человеческих эмоциях. Учеником он оказался способным, несколько раз даже побывал на сцене в качестве актёра и благодаря курсам мог имитировать эмоции в повседневной жизни.

Старая жизнь осталась позади, но всё же не всё молодой человек был готов оставить там. Где был он, там пропадали люди. Умирали в страхе перед ним. Несколько его одногруппников, сосед по комнате в общежитии, парочка сокурсников. Дабы хоть как-то снять подозрения с себя, убивал мужчина тех, с кем общался крайне редко или не общался вообще.

Вопросы возникли лишь с соседом по комнате, но им было всё равно друг на друга, они перебрасывались парой фраз за день и всё. Да и ночевал сосед иногда в другой комнате.

По окончанию учёбы Нуар вернулся в родной населённый пункт.

Продолжать деятельность маньяка здесь было интереснее, чем в большом городе. Мужчине хотелось, да и было необходимо, найти источник заработка. Диплом фармацевта своим наличием намекал на род деятельности, которым следует заняться. Первое время он работал в какой-то аптеке, где довольно неплохо усвоился. Исследуя здание, в котором работал, Нуар находит подвальное помещение, в котором прекрасно смотрелось бы несколько человек, дрожащих от страха и молящих о пощаде и свободе. Навязчивая мысль заполучить себе в распоряжение этот подвал не покидала. В голову молодого человека пришла странная, но не самая глупая идея. Подсобрав немаленькую сумму денег, откладывая от зарплаты и забирая у своих жертв деньги, ему удалось выкупить целое здание и бизнес у своего работодателя. Оставалась только одна проблема. Мужчина не знал ничего о том, как нужно вести дела в собственном магазине. Пришлось изучать основы бухгалтерии, менеджмента и прочей предпринимательской информации.

Как можно понять, дела в аптеке идут очень даже хорошо. И не только в аптеке. Под магазином дела шли не хуже, до недавнего времени.

Винс продолжал восторженно смотреть на своего похитителя. И снова ни грамма ужаса. Это удручало.

-И чего ты заулыбался?

-У вас тоже эта проблема с эмоциями! Убийства помогают вам чувствовать хоть что-то! Вот почему у вас получается их испытывать. И понимаете вы, что к чему… А расскажите! На что и как реагировать? Что люди чувствуют, когда улыбаются? А когда боятся? А что чувствуете вы, когда убиваете человека, глаза которого полны ужаса?

-Что ты сейчас чувствуешь?

-Я не знаю, – пыл мальчика поутих, он задумался, подбирая слова, – Как будто тепло… такое внутри. И хочется слушать вас ещё.

-Скорее всего, ты имеешь в виду термин тепло на душе. А хочется слушать… наверное, тебе нравится моя компания.

-Да, нравится! А когда вы про страх говорите, то что имеете в виду? -Здесь уже сложнее. С удовольствием рассказал бы тебе, но на это уговора не было. Тем более уже поздно.

-Я не хочу спать, я не устал.

-А я целый день работал, устал и хочу спать.

-Тогда спокойной ночи.

-Спокойной ночи.

Подросток встал из-за стола и, махнув рукой своему маньяку, побежал обратно в свой подвал.

Глава 8. Кому вообще нужны пути побега?

Ранним утром на подземном этаже было очень скучно. Все стены изучены, периметр высчитан шагами, бегом, в секундах и даже прыжками. Единственное развлечение, Айван, куда-то запропастился. Не желая снова наворачивать круги по подвалу, юноша прилёг, думая, чем бы себя занять. Нечто пушистое залезло под рукав и стало бегать туда-обратно. Мальчик поманил грызуна к себе, и тот послушно уселся на руке своего соседа. Винс пригладил шёрстку мышонка и посадил к себе в карман. Грызун высунул мордочку, ожидая чего-то вкусного. Но получил чуть больше ласки, это устраивало обе стороны. Всё же на месте долго мышь не просидела. Она пробежала по руке Винса, по традиции, под рукавом, на другую сторону матраса. Из чистого любопытства мальчик подсмотрел, куда конкретно побежал его сосед. Грызун скрылся непосредственно в самом матрасе. С боку, с левой стороны, ближе к стене, в подстилке был разрез, в котором порой ночевал Айван. А одна из бывших жертв кое-что там оставила. Пошарив в дыре рукой, подросток выудил оттуда тетрадь. Она была свёрнута в трубочку, а в пружинках лежала ручка. Но, к сожалению, она уже протекла и оставила большой чернильный след на нескольких страницах. Текст представлял из себя записи в личном дневнике, но говорилось здесь не о очередном прошедшем дне под солнцем и наполненном улыбками, а в тёмном, сыром подвале.

07.07

«У меня получилось стащить эту тетрадь с его стола, теперь я буду записывать сюда всё, что происходит, вдруг кто-то другой сможет найти тетрадь и она будет ему полезна. Я просто зашёл в аптеку, чтобы купить жаропонижающее, как просила мама. Кто бы мог подумать, что я останусь здесь сидеть в его подвале».

10.07

«Он продолжает просто приходить сюда и приносить мне еду. Иногда он со мной говорит. Даже не знаю, что страшнее. Когда он молча смотрит на меня или разговаривает».

11.07

«Сегодня этот псих вёл со мной философские разговоры. Говорил о смерти, о том, что будет после. Спросил про мои любимые цветы. Зачем ему это?» 16.07

«Я нашёл выход. Здесь всё же есть возможность сбежать! Я сбегу! Как только появится возможность!»

19.07

«Он знает, что я знаю, как можно сбежать. Он не говорил мне об этом, но я легко это понял. Он предложил мне воды, уверял меня, что это самая обычная вода. Но после того, как я выпил её, мне стало так тяжело, клонило в сон. Я упал и начал засыпать. В этот момент он начал ломать мне ноги. Было адски больно, но у меня даже не было сил, чтобы закричать. На следующее утро я с трудом ими шевелил. Но я не хочу оставаться здесь».

23.07

«Сегодня. Сегодня я сбегу. Я перетерплю любую боль, но убегу отсюда и расскажу всему городу, что знаю, кто стоит за всеми убийствами!»

На этом записи обрывались. Информации ноль, чего-то интересного тоже ноль. Только мысль о том, что автор записей сейчас там, где спрятал его убийца. Возможно, он видел аптекаря в своей более маньячной манере, а не в роли заботливого отца. После такого чтива стало даже грустно.

Оставалось не просмотренным только чернильное пятно. Чем-то схожее с тестом Роршарха, где тебе показывают абстрактную картинку, а ты должен сказать, что видишь на ней.

Шелест страниц заглушил звук открывающейся двери. Парень растерял интерес к тетради и бросился к своему похитителю.

-Доброе утро, господин маньяк! – прокричал юноша, хватая мужчину за локоть.

-Ага, добрейшее, – промямлил сонный аптекарь и передал мальчику вишнёвую слойку, – на вот, ешь, не хочу сегодня готовить.

-Хорошо, спасибо.

-Да-да-да, обращайся.

Фармацевт ушёл, даже слишком быстро, оставляя Винса одного.

-Айван! У нас есть еда! Вылезай из матраса!

Мышонок уже ждал своего соседа и свою долю угощения от него.

Когда слойка была съедена, мужчина вновь спустился, но в этот раз был более бодрым и более одетым. Одним ловким движением руки он собрал в хвост волосы и бросил подростку связку ключей.

-Меня долго не будет, сколько - не знаю, но оставляю здесь всё на тебя. Здесь ключи от второго этажа. От всех комнат. Пока меня не будет, тебе задание. Поднимешься наверх, там найдёшь себе нормальную еду, если нет, то плита в твоём распоряжении. И сходи в душ. Планы с твоим убийством откладываются на неопределённый срок, так что сходи. И волосы твои, на них смотреть больно.

-Там бирюзовый был.

-Ты всё понял?

-Понял, не дурак.

-Всё, тогда инструкции ты получил, не скучай, – не успел мужчина уйти, как тут же вернулся, – Сразу скажу. Ты не замок, Винс, не пытайся вскрыться моими ключами, хорошо?

-Хорошо, – разочарованно вздохнул юноша.

Почувствовав некую власть, мальчик опрометью вылетел в торговый зал, желая исследовать каждый угол. Торговый зал уже был им изучен, да и выходить туда особо не хотелось при свете дня. Центром изучения стал второй этаж. Как мужчина и просил, первым объектом исследований стал холодильник. Он был практически пустым, но на одной из полок стояла небольшая миска, заполненная вишней. Это нельзя было назвать нормальной едой, но парня уже было не переубедить и не остановить.

Миска опустела, а любопытство подростка никуда не делось. Изучив кухню вдоль и поперёк, он, продолжая следовать указаниям, стал искать ванную комнату. Затянуть с поисками было трудно, из двух дверей найти нужную много времени не займёт, даже если ты промахнёшься. Комнатка была небольшой, но достаточно просторной для свободного перемещения между мебелью и сантехникой. Впервые за всё своё нахождение здесь подросток посмотрел на себя в зеркало. Его взгляд уже не был таким уставшим, выражение лица не было таким безразличным. Зацепившись за эту новинку, юноша даже не обратил внимания на собственные волосы. От яркого бирюзового цвета остались лишь еле заметные следы на осветлённых прядках. Среди которых затесались и родные рыжие корни. Мальчик готов был до самого вечера стоять и рассматривать такого эмоционального себя, но поручение фармацевта само себя не выполнит.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, он включил воду и, сбросив одежду, предварительно высадив Айвана из кармана, наконец коснулся горячей воды.

Одеваясь в свою одежду, Винс заприметил комплект одежды, висящий на крючке. На нём был приклеен стикер.

"Надень это вместо старой одежды. А старую оставь в ванной" гласила записка.

Юноше футболка оказалась по колено, а шорты еле на нём держались. Но в данной ситуации выбирать не приходится. Свою одежду он аккуратно сложил и оставил лежать на углу ванной. Чем занять себя дальше, не понятно. Только не Айвану. Он весело бегал по рукам своего соседа, то залезая, то вылезая из рукавов.

-Весело тебе, да? – вздохнул Винс. – А мне вот не очень, у меня руки затекли.

В спасение от скуки дверь этажа распахнулась, и на пороге появился аптекарь. Мышонок угомонился и устроился на плече мальчика. А сам подросток радостно побежал встречать своего похитителя.

-О, на человека стал похож, а то как бездомный ходил.

-А бездомные не люди?

-В смысле, опрятно выглядеть стал.

-А, понял. Вам нужна помощь? – глядя на множество пакетов в руках фармацевта, поинтересовался юноша.

-Да, возьми вот это, – мужчина передал мальчику несколько пакетов, – скройся с глаз моих и переоденься.

Подросток кивнул и ушёл обратно в ванную. Не со всеми размерами аптекарю удалось угадать, но новые брюки и кофта легли как надо. Одежда была больше спортивной, в чёрных тонах. И большая жёлтая футболка.

Тем временем на кухне фармацевт разбирал остальные пакеты. Чтобы хоть иногда видеть, как его жертва ест, пришлось закупиться всем, где фигурирует слово «вишня». Ещё просматривая полки магазинов, мужчина вдруг задумался, в какой момент своей жизни он стал заботиться о своей жертве, как о родном сыне. Кормит, одевает его. Мысль не давала покоя, но не тяготила. Вроде мальчик счастлив, хотя сам не осознаёт этого, вон улыбаться изредка начал. А с другой стороны, хотелось уже поскорее избавиться от очередной жертвы.

Юноша, довольный, вернулся к своему похитителю и с восторгом стал рассматривать всё то, что принёс аптекарь. Мужчина мельком глянул на ноги подростка.

-Сегодня у тебя настроение ходить в одинаковых носках? – усмехнулся Нуар.

-Не, я, когда к врачу собирался, не глядя надевал.

-Оно и видно.

Внимание парня привлекла краска для волос. Он взял коробочку в руки, на которой гордо восседало название нужного цвета. Юноша чуть улыбнулся, глядя на краску.

-Вечером тебя красить будем, а то на твои волосы смотреть больно. Нестриженный, выцветающий.

-А сами-то? Сколько лет вы не стриглись? А ещё у вас прядь седая!

-А у тебя корни отросли. Рыжик.

-Будете вы спать.

-Что, угрожаешь мне? Давайте, маэстро, покажите своему маньяку, как это надо делать.

Чтобы быть на одном уровне с подростком, мужчина опустился на одно колено.

-Прошу, – улыбаясь и наигранно серьёзно сказал Нуар.

-Весело вам, да?

-Ни в коем случае. Я готов познавать основы, ты явно знаешь больше.

-Вы ужасный маньяк.

-А ты ужасная жертва, но я уже не жалуюсь, – фармацевт потрепал мальчика по влажным волосам, – Есть хочешь?

-Не хочу.

-Значит, от торта с вишней ты отказываешься, будь по-твоему.

-Хочу! Я хочу есть!

Фармацевт ухмыльнулся и кивком головы отправил мальчика за стол. Сам поставил греться электрический чайник. Уточнив, в каких пропорциях мальчик пьёт чай, он сделал заготовки и взялся за нож, чтобы успеть разрезать торт. Юноша уже тянул ручонки к кондитерскому изделию, желая насладиться тортом в одиночку, за что получил по лбу и уселся на месте. Глаза парня горели от восторга, когда кусок выпечки всё же оказался перед ним. А когда закипел чайник, то вместо привычной воды перед подростком стоял бокал горячего чая.

Первое время трапеза проходила в тишине, но у Нуара скопилось много вопросов. Откладывать их он не хотел, так что лишь подождал, пока торт закончится. Мальчик радостно попивал чай и пристально смотрел на оставшуюся часть торта. Почему Винсу так сильно нравилось всё вишнёвое, не знал даже он. Просто однажды перепробовал много видов, но вишня стала любимицей на многие годы. Прознав об этом, мать Лиен стала баловать внука сладостями с вишней, вареньем из этих ягод. От вариативности блюд мальчик не знал, к чему приступить, что выбрать. Поэтому ему удалось изобрести нечто, состоящее только из вишни.

Все вопросы испарились, когда взгляд аптекаря зацепился за мышь на плече подростка, которая тоже кормилась сегодня вишнёвым тортом.

-Винс, – сурово начал мужчина, – будь любезен, избавься от мыши.

-От какой? А, от этой? Это Айван! – юноша поманил грызуна на ладонь и протянул своему похитителю. – Он хороший.

-Ты назвал мышь в честь Айвана Милата?

-Да.

-В честь австралийского серийного убийцы, я правильно понял?

-Совершенно верно.

-У тебя нездоровая заинтересованность к маньякам.

-А у вас к убийствам, но я не жалуюсь.

-1:1, рыжик. Так и быть, оставь себе. Но чтобы отдельно от тебя я её не видел.

-Понял, спасибо! – заулыбался мальчик.

Внезапно Винс вспомнил о своей находке утром. Не сказав и слова, он бросился в подвал, за тетрадью. Она продолжала лежать на матрасе, за то время, что уже прошло, страницы немного выпрямились. По возвращению юноша уловил на себе испепеляющий взгляд своего похитителя, оно и понятно. Вот так без предупреждения просто убежать.

-Я утром нашёл сегодня, вам показать хотел.

-Тетрадь? Ты никогда не видел тетрадей?

-Я про записи внутри.

С тяжёлым вздохом мужчина открыл первую страницу, глаза пробежались по первым строчкам, и некая заинтересованность всё же появилась на лице фармацевта. Он помнил автора этих записей, помнил, как с ним намучился и с каким облегчением выдохнул, когда наконец убил этого мальчика. Тот всё время что-то делал, жутко боялся и очень плохо делал вид, что ему совсем не страшно. Даже умудрился умыкнуть тетрадь из-под носа Нуара, что-то писать там. И умер он прямо перед заветной дверью. Даже не успел узнать, что замок на той двери клинит и открыть он её смог бы, только сильно по ней ударив. Но у мальчика не было ни единого шанса с его раздробленными ногами.

-Да, помню его, выделывался много.

-Почему с ним вы такой маньячный, а со мной нет?

-Тебе тоже ноги сломать? Поговорить с тобой о смерти? О твоих любимых цветах?

-Почему бы и нет.

-Ломать тебе ноги смысла нет, всё равно не сбежишь. Заводить с тобой разговор о смерти я не хочу, опять наглотаешься чего-нибудь, а твои любимые цветы мне пока не интересны.

-Тогда расскажите про этого мальчика!

-Сегодня твоя очередь рассказывать истории, не забыл?

-Как красить меня будем. Сидеть нам долго.

Аптекарь кивнул.

-Слушайте, а вы проявите свою маньячную натуру, если я попытаюсь сбежать?

-Зависит от тебя.

-Смотрите, какая там птица красивая.

За окном действительно сидела птица, но это была самая обычная синичка. Не успел фармацевт выбросить очередную остроту в сторону своей жертвы, а того уже не было в комнате. Аптекарь довольно ухмыльнулся.

Вспомнив про записи мальчика, конкретно про запасной выход, через который можно сбежать, юноша пошёл туда. Дверь не поддавалась. Замок всё ещё клинило. Мальчик подёргал ручку, но безуспешно. Осознав, что толку от дёрганий никакого нет, Винс уселся на пол около двери, ожидая, когда его обнаружат.

Аптекарь неспешно спустился на первый этаж, допивая свой чай. Увидев сдавшегося подростка, он не смог сдержать смешков. Парень поднял на него осуждающий взгляд.

-Как успехи?

-Никак.

-А другую дверь ты открыть не пытался?

-Она закрыта. У вас выходной сегодня.

-Ладно, попытка засчитана, с этажа ушёл красиво. Рукоприкладство заслужил.

Юноша поднялся на ноги, после чего получил звонкий подзатыльник в качестве наказания.

-Как будто слово матом обронил, а не сбежать от маньяка попытался.

-Какой побег, такое и рукоприкладство. Может, ещё попробуешь?

-Да ну. Зачем оно мне вообще надо? Нам меня красить ещё, так что не хочу я уходить.

-Тогда идём, расскажешь мне, как ты к этой одержимости маньяками пришёл.

Глава 9. Потому я и хочу умереть

Нанося краску на волосы Винса, Нуар всё подначивал мальчика начать рассказывать свою историю, постоянно поглядывая в телефон, где была инструкция, как правильно проводить все парикмахерские махинации. Юноша прокашлялся, готовясь пережить всё это ещё раз, и начал рассказ.

Своё начало история взяла ещё до рождения Винса. Лиен всегда была мечтательной девушкой, верившей в любовь. А в студенческие годы и вовсе встретила мужчину, в которого была влюблена без остатка. Он был для неё центром вселенной. Да и Марк недалеко ушёл, посвящая всё своё время лишь ей одной. Их история была похожа на сюжет романтичной комедии, где герои сразу влюбляются друг в друга и клянутся в любви до гроба.

Свадьбу тоже сыграли довольно быстро. Было пышное торжество. Жених располагал немалыми средствами, поэтому всё удалось организовать в лучшем виде и в кратчайшие сроки. Счастью Бардем не было предела, когда она смотрела на собственное отражение, она стояла в элегантном белом платье, держала в руках букет, состоящий из прекрасных нежных цветов. Только одна вещь не устраивала её в своём образе невесты. Так мечтательно она смотрела на белоснежные туфли на высоком каблуке, которые идеально подходили к её платью, но на свадьбе она была в балетках, зато в брендовых и очень дорогих, как говорил Марк.

Лиен была довольно высокой девушкой. Без каблуков разница в росте с её будущим мужем составляла всего пару сантиметров, а на каблуках она была значительно выше, что мужчина, мягко говоря, ненавидел. Женщина должна быть маленькой и хрупкой, любил он постоянно повторять. Бардем и не думала спорить с любовью всей своей жизни.

Свадьба прошла прекрасно. Торжество, танец молодых. Это был поистине идеальный день, такой, каким Лиен его себе представляла, о котором она мечтала. Как жаль, что дальнейшая жизнь сложилась не так хорошо. На первый же день после свадьбы Марк будто растерял интерес к своей уже жене. Больше не было той нежности в их отношениях. Бардем стала просто частью интерьера. Вещью, которой можно похвастаться в случае чего. Единственное, что оставалось девушке это общаться с прислугой в доме и бросать печальный, скучающий взгляд на своего мужа, который не мог выкроить даже минуты времени на неё.

Всё изменилось в один прекрасный день. Обдумывая крупную сделку Марк позволил выпить себе бокал дорогого красного вина, а за ним ещё один и ещё. К окончательному решению он не пришёл, но вдруг вспомнил, что женат и в соседней комнате его жена должна готовиться ко сну. Отключив разум насовсем, отдаваясь только чувствам, он направился в спальню. Запах перегара отталкивал желание Лиен побыть немного с мужем, но слишком уж сильно она его любила.

Через пару недель девушка узнала о своей беременности. Она готова была кричать от восторга. И никто ей не запрещал. С восторженным криком она встретила домработницу, которая зашла в её спальню утром. Восторженных крика в комнате стало два. А чуть позже весь дом радовался за жену господина. Одна половина набрасывала имена для девочки, вторая для мальчика. Только Лиен сидела и представляла, как обрадуется Марк, как их семейная жизнь наладится и всё будет так, как она всегда мечтала. На временный застой в работе обратил внимание Ромеро и поспешил разогнать всех по своим рабочим местам. Завидев господина, девушки заахали, предвещая его реакцию на новость. Лиен вздохнула и подошла к мужу, держа в руках тест на беременность.

-С самого утра сказать хочу! – радовалась Бардем. – Не буду нагнетать. Я беременна!

Реакция господина заставила все улыбки померкнуть.

-Прикольно, – без особого интереса выпалил Марк.

-И всё?

-Нет, – он протянул жене свою карту, – сходи сделай аборт. А после купишь себе шоколадку.

Впервые за время их отношений Лиен разозлилась на мужа. Она даже не посмотрела на протянутую карту, просто швырнула её в лицо своего мужа. Ромеро никак не отреагировал. Пальцы мужчины легли на лицо девушки и сжали, заставляя её жалобно пискнуть от боли.

-Ты стала слишком много себе позволять.

-Это твой ребёнок! Ты не можешь поступить так жестоко!

-Могу. Могу и поступлю. Не пойдёшь сама, притащу за волосы, поняла?

-Нет! Ты не хочешь, но я здесь при чём? Я хочу этого ребёнка.

-Меня должна растрогать эта речь? Не пойдёшь сама, так я выбью его из тебя, не вижу проблем. Так будет даже дешевле.

-За что ты так?

-Потому что могу. Так что выберешь?

-Ничего из этого! Я сама в состоянии решить, что мне делать!

-Я тебя понял.

Лиен напряглась, приготовилась к худшему исходу, но Марк просто отступил. Убрал руку в карман и вернулся в свой кабинет. Девушка гордой не была. Из-за пережитого взяла и расплакалась на глазах прислуги. Девушки стали обхаживать госпожу, пытаясь хоть немного её приободрить. Но Лиен их будто и не слышала. Она была полностью погружена в свои мрачные мысли, пыталась понять, когда всё свернуло не туда. Так давно, так часто она мечтала о семье: о любящем муже, детях. И вот все её желания пошли крахом. Мужу она не нужна, как и их ребёнок. Но почему? Всё ведь было так хорошо, в лучших традициях любовных романов. Всё просто. Марк был последним человеком, которого могла заинтересовать романтика. Лёгкая интрижка - его максимум, а серьёзные отношения он оставил для других, более бедных людей. Женитьба была для него лишь игрой, чем-то незначительным. Да и Лиен он за человека не держал. Она была для него лишь вещью, с которой можно делать всё, что душе угодно, ведь она влюблена настолько, что и слова сказать не осмелится.

Сидя в саду уже целый день, девушка начала думать, что её мечты об идеальной семье только мечты и в этом браке она обречена на одиночество, но с кольцом на пальце, подаренным мужем тираном. С одной стороны, сделать аборт - решение глупое, но вызовет немного одобрения в глазах мужа, а с другой – Лиен уже была влюблена в своё дитя и расставаться с ним не готова ни за какие деньги. Будучи девушкой мечтательной и оптимистичной, она всё же решила, что сможет убедить Марка оставить ребёнка.

В свою очередь, Ромеро выполнил обещание. Когда Лиен слезливо умоляла его передумать, мужчина, в порыве гнева, ударил супругу, тем самым повалив её на пол. С силой его нога опустилась на её живот, заставляя её испуганно вскрикнуть. Но боялась она не за себя, а за будущего сына.

-Ты то ли тупая, то ли… нет, других вариантов нет. С первого раза не поняла? Я уже всё сказал. Деньги в твоём распоряжении, водитель тоже. Назначить тебе приём у врача и нужные процедуры не проблема. Другого исхода просто нет. Пойми, моя милая Лиен, нельзя в твои годы ходить в розовых очках круглосуточно. Не в каждой ситуации есть выбор, и это одна из них. К тому же, ну какая из тебя мать? Что может воспитать такая, как ты? Гееватого и мечтательного мальчика? Или такую же инфантильную девочку? Не мучай ребёнка, избавься от него, он будет благодарен тебе за это.

-Просто позволь мне его оставить! Я не прошу о большем! Только оставить! Всё остальное я сделаю сама, он тебя даже не потревожит, я клянусь! – взмолила Лиен.

-Я. Уже. Всё. Тебе. Сказал, – продолжал избивать жену Ромеро. – Я выбью из тебя не только ребёнка, а ещё и всё, что смогу, если ты ещё раз посмеешь мне перечить!

Девушка свернулась в калачик, пытаясь приглушить боль. Кто бы догадался, что после тех сказочных месяцев отношений и столь прекрасной свадьбы всё сложится так отвратно, что Марк посмеет устраивать побои своей супруге.

Расположение мужа или долгожданный ребёнок? Лиен обдумывала, как ей поступить. Пойти у супруга на поводу или остаться верной своим желаниям. Не собрав вещей, не оповестив любимого человека, Бардем ушла. Знали об этом только домработницы, провожавшие жену господина со слезами на глазах. Временное пристанище девушка отыскала в небольшой квартирке, которую сняла за небольшую сумму. Хозяйкой квартиры была молодая девушка, с которой Лиен сдружилась за время своего проживания в её квартире. Нередки были случаи, когда девушки собирались вместе, чтобы обсудить новости минувшего дня.

За всё время, проведённое вне дома своего мужа, он написал ей всего раз. Несколько сообщений в один день и в одно время.

"Твои вещи собраны и ждут тебя в отдельной спальне, милая Лиен. Если захочешь вернуться, то двери моего дома для тебя открыты. Для одной тебя".

"Не ожидай тёплого приёма. Тебя отведут в твою комнату, и мы будем чужими друг другу людьми. Понадобишься – позову".

"На твоей карте достаточно денег для жизни, считай это моим подарком, моя милая Лиен".

На поздних сроках хозяйка квартиры помогала своей съёмщице как могла. Когда в магазин сходить, когда проводить до больницы. Хорошие отношения поддерживались вплоть до девятого месяца. Тогда уже начинались ложные схватки, из-за которых обе девушки не спали ночами, опасаясь, что в этот раз всё же настоящие. Скандал на этой почве уж точно был настоящим. Сборка вещей и решение полежать в больнице на сохранении тоже были вполне реальны.

Лежа в светлой палате, рассчитанной на два человека, совершенно одна, Бардем безучастно смотрела в потолок, размышляя над событиями нынешнего года. Вышла замуж за человека, с которым они были взаимно влюблены без памяти, но с ним она стала только аксессуаром для выхода в свет. Казалось бы, нашла хорошую подругу, но и с ней поссорилась из-за положения.

-Я насолила могущественной ведьме, и она прокляла меня на вечное одиночество, - горько усмехнулась Лиен.

Весь оставшийся срок девушка провела в палате одна, изнывая по общению. Иногда заходившие в палату медсёстры были для неё не меньше, чем праздником. А остальное время Бардем беседовала сама с собой или с сыном. Не лучшие собеседники, но приходилось довольствоваться тем, что есть.

Одним солнечным утром Лиен проснулась от резкой боли. Очередная схватка, но на этот раз настоящая. Около восьми часов своей жизни девушка потратит на мучительные роды. Но всё не зря. Уставшая, но светящаяся от счастья Бардем держала на руках своего сына. Как бы она ни радовалась, но усталость всё же брала верх. Она заснула, не отпуская ребёнка.

Проснувшись, Лиен обнаружила себя там, где больше не надеялась появиться. Она лежала в шикарной постели с шёлковыми простынями, рядом спал её сын, а возле кровати стоял Марк, прожигая жену своим гневным взором.

-Что я здесь делаю?! - в ужасе прокричала девушка, осознав всю ситуацию.

-Живёшь. Или временно проживаешь, как сама решишь.

-Не ты ли был против моего возвращения с ребёнком?

-И всё ещё против. Но у меня сейчас хорошее настроение, так что так и быть. Можешь остаться здесь с вот этим, но не дай бог это нечто станет меня тревожить. Церемониться не буду. Пристрелю или выброшу в окно. А может, ещё что-то сделаю, не знаю. В общем, добро пожаловать обратно, моя милая Лиен,

Марк развернулся и покинул спальню. А Лиен прижала сына к себе, чтобы быть уверенной в его безопасности. Она намеревалась уйти. Если стерпеть побои на себе у девушки были силы, то дрожать и бояться за собственного сына не было никакого желания. Её муж человек непредсказуемый, сказанное может и выполнить, даже если это полный бред или опасно для окружающих.

Однако с новорождённым на руках было трудно податься куда-либо. Не все готовы принять человека с ребёнком, да и неудобно перед теми, кто примет. Частые крики и плач не каждая мать способна стойко терпеть, а тут сторонний человек. Поразмыслив, Лиен решила покинуть дом, когда Винс немного подрастёт. Она не хотела этого, но видела в этом решении единственный возможный вариант. На пользу это решение не пошло никому, кроме, пожалуй, Ромеро, который получал садистское удовольствие, наблюдая за дрожащей от страха женой. Спокойной жизни мужчина ей давать не собирался. Радостным и спокойным моментом в жизни Лиен были дни, когда Марк приходил домой в сопровождении очередной дамы.

В таких отвратительных условиях прошло несколько лет. Винс уже был вполне независимым ребёнком, способным самостоятельно говорить и передвигаться. Как любящая мать, Лиен радовалась каждому достижению сына, а отец мальчика раздражённо вздыхал каждый раз, когда его сын проходил мимо. Ещё и всегда с одним и тем же выражением лица. Марк никогда не видел на его лице радости, грусти, раздражения или какой-либо другой эмоции.

-Малой, иди сюда, – подозвал он, в очередной раз увидев сына в одиночестве.

Винс, не знающий, что в этой фразе может быть подвох, подошёл. Ромеро присел на корточки, чтобы быть со своей жертвой на одном уровне. Он протянул сыну небольшую бутылочку с йогуртом, ожидая хотя бы улыбки. Но на лице мальчика не дрогнул ни один мускул.

Неудовлетворённый мужчина нахмурился и тут же отвесил сыну пару щелбанов. Голова Винса машинально откинулась назад, что так же не устроило Марка.

-Нет, ничего мне не скажешь? – допытывался мужчина.

-Спасибо, – неуверенно произнёс мальчик.

-Я ударил тебя. Может быть, ты разозлишься или расстроишься? Хоть что-то, ну же!

-Отстань от ребёнка! – вскрикнула Лиен, поднимая на руки сына.

-Ты бы его к врачу сводила. А то он дефектный какой-то.

-Не дефектный, а немного не такой, как все.

-Одно и тоже.

-В любом случае, тебя это не касается.

-Как знать. Я не привык держать дома сломанных вещей.

-Винс не вещь! Он наш сын!

-Да хоть дочь, мне всё равно. Меня бесит его… – мужчина сделал паузу, чтобы подобрать нужное слово, но так и не смог ничего придумать, – раздражает он меня. Сделай что-нибудь с его лицом или этим займусь я. Своими методами.

Лиен грозно вздохнула и ушла в свою спальню, крепче прижимая к себе сына.

Сидя в гостиной с документами, Марк поглядывал на электрический камин, жалея, что огонь в нём не настоящий и сжечь в нём ненавистные бумаги нельзя. На столике рядом с ним лежало несколько метательных ножей, которые он мог метнуть в стену или в мебель, когда становится скучно или работа начинает слишком сильно надоедать. Интересным вариантом мишени мог стать мальчик, снующий туда-сюда. Винс робко дёрнул отца за штанину, привлекая внимание, но в качестве ответа мужчина просто отодвинул его от себя, не отрывая глаз от документов. Мальчик был настойчив. Еле удерживая в руках стеклянную бутылку, он не оставлял попыток.

-Ну что? Что тебе от меня нужно?

Винс молча протянул отцу холодное стекло.

-Мама сказала, что тебя надо поблагодарить. За то, что угостил. Девушка, что здесь работает, сказала, что тебе такое нравится.

Марк забрал у ребёнка вино, бросив на него полный презрения взгляд.

-Ты знаешь, сколько «такое» стоит?

-Нет.

-Больше, чем вся твоя жизнь. А если бы ты не донёс? Если бы уронил и разбил?

-Я нёс аккуратно.

-Неважно, как ты это делал. Важно то, что тебе хватило наглости хвататься за мои вещи.

-Я хотел сделать тебе приятно.

-Ещё и пререкаться будешь?

Мужчина отложил в сторону документы и взялся за один из ножей. Минуту он покрутил его в руках и метнул в сторону сына. Сталь пронеслась в сантиметре от мальчика, но тот не дрогнул, даже не осознал опасности.

-Ты такой скучный. Странный, непонятный. Одним словом – урод, – мужчина взял ещё один нож и встал с кресла, – Вот какой от тебя толк? Что такого полезного ты сделал за свою жизнь?

-Ничего?

-Вот именно, – метнув нож, огласил Марк, – От тебя толка не больше, чем от футбольного мяча. Мир не потеряет много, если ты внезапно умрёшь.

Третий брошенный Ромеро нож всё же попал в Винса. Лезвие прошло по касательной, и на месте, где только что была холодная сталь, стекала кровь. Мальчик чуть скривился от боли, чем вызвал у отца улыбку.

-Наконец-то. Я уж думал, что ты не способен на такую вещь, как эмоции, – мужчина протянул руку к столику, но, пошарив немного по его поверхности, наткнулся только на документы, – Подай, – холодно приказал он сыну.

Винс здоровой рукой поднял с пола нож и протянул отцу. Марк рывком выхватил оружие у мальчика и стал крутить его в руках.

-Пап... – не успел Винс озвучить мысль, как Марк пришёл в ярость от такого обращения.

Он пригвоздил сына к полу обувью и яростно, с ноткой заинтересованности, то ослаблял, то увеличивал силу нажатия. Мальчик жалобно заскулил, но источник боли убрать не попытался. Лишь смотрел на своего отца, раздумывающего над следующим действием. Ромеро давно обещал, что не станет ограничивать фантазию, если нежеланный ребёнок начнёт его нервировать. По сей день все его взаимодействия с мальчиком не приносили сильного вреда. Сегодня есть возможность отыграться за все дни, когда Марк был милостив.

-Что будет, если прямо сейчас я вдавлю тебя в пол так, что больше ты не встанешь? Или лучше придушить тебя? Нет, свернуть шею, как курице. Там такой приятный звук. Ни одному музыканту не создать мелодии лучше, чем это. Такой тихий, мокрый звук. Детские шеи я не сворачивал, но с удовольствием сделаю это сейчас.

Руки мужчины уже тянулись к тонкой шее мальчика, к счастью, телефон Ромеро раздался протяжной вибрацией. Ему кто-то звонил.

Взбешённый этой ситуацией Марк схватил мобильное устройство.

Злоба ушла, когда он увидел имя человека в определителе номера. Голос его стал спокойным. Воспользовавшись тем, что отец отвлёкся на разговор, Винс поднялся на ноги и тихо ушёл обратно в спальню.

Лиен не сдержала крика, когда увидела своего сына с кровоточащей раной и с синяками. Первым делом она бросилась на поиски аптечки, чтобы остановить кровь. Мальчик покорно стоял и ждал, пока мама закончит оказание первой помощи дрожащими руками. Никто не решался заговорить первым, но Бардем нужна была информация. Кто это сотворил, было очевидно, но зачем и при каких обстоятельствах знали лишь двое.

-Винс, это папа так с тобой?

Он кивнул и согласно промычал.

-Что произошло?

-Он разозлился, когда я принёс ему ту бутылку.

-И всё? Только из-за этого?

-Наверное, я не знаю. Он просто начал говорить мне что-то о том, что от меня нет пользы и мир ничего не потеряет, если я умру. Что-то такое.

Лиен смогла лишь вздохнуть. Закончив с раной сына, она достала из шкафа свой чемодан и быстро начала бросать в него всё самое необходимое. Даже не удосужившись переодеться, прямо в пижаме, она взяла сына за руку и выбежала из ненавистного дома, оставляя своё обручальное кольцо на прикроватной тумбочке. Один из кошмаров наконец закончился. Ромеро даже пальцем не пошевелит ради возвращения Лиен, он просто примет её уход как факт и продолжит жить дальше, будто никогда в браке не состоял.

А Бардем в тот вечер пришлось несладко. Куда ей податься с ребёнком на руках, да ещё и в ночи. Вариант был только один – вернуться в родительский дом. Однажды она ушла и возвращаться не особо хотела. Их отношения не были плохими или напряжёнными. Родители Лиен с самого начала недолюбливали её избранника, и девушка решила не надоедать им своей замужней жизнью.

Стоя на пороге родительского дома, Бардем всё не решалась нажать на кнопку звонка.

-Надо постучать? – потерев глаза, спросил Винс.

-Да, постучать тоже можно.

Не дожидаясь момента, когда мама осмелеет, мальчик сам несколько раз ударил кулачком по двери. По ту сторону было слышно, как женский голос ворчит, но слова было не разобрать. Открыв дверь, женщина, чью голову покрывало множество седых прядей, удивлённо ахнула, увидев собственную дочь на пороге.

-Привет, мам, – сконфуженно помахала рукой Лиен.

Женщина, утерев слезу, молча обняла дочь.

-Да, я тоже рада видеть тебя.

-Чего мы на пороге в такой час? Заходи быстрее, я тебе чай горячий сделаю!

Не успела Лиен возразить, а уже оказалась за порогом. Винс остался стоять на улице, не зная, что делать. К счастью, Бардем долго не думала и вернулась за сыном и чемоданом.

-Мам, ты чуть не оставила за дверью моего сына.

Мальчик уставился на свою бабушку, будто вглядывался в суть её души, а женщина медленно осела на пуфик в коридоре, на котором обычно стояла её сумка.

-И даже не сказала, что у меня есть внук!

Девушка виновато улыбнулась и подняла сына на руки. Обычно Винс сопротивлялся, когда к нему пытались прикоснуться, но в этот раз он сидел смирно, не решаясь сказать и слова против.

-Это Винс! – радостно вскрикнула Лиен. – Смотри, какой хорошка!

-Здравствуйте, – неловко проговорил мальчик.

-А это твоя бабушка.

Говоря начистоту Винсу не было дела, кто эта женщина перед ним. Он хотел, чтобы это знакомство поскорее закончилось. Было бы прекрасно, если после всего этого семейного собрания его оставили в покое и забыли о его существовании хотя бы на пару часов. Обидные слова от отца, излишнее внимание со стороны домработниц, которые считали своим долгом потрепать мальчика по волосам или потрогать его «за милейшие щёчки», дали свои плоды. Не особо тактильный ребёнок стал избегать любых прикосновений всеми способами. Кроме матери. Её руки на своей коже он тоже не любил ощущать, но терпел из благодарности. На самом деле, чувство благодарности было любовью, но Винсу никто должным образом ничего не объяснял. Поэтому со временем он трактовал это чувство как благодарность.

Бабушкины прикосновения Винс терпеть не собирался. Не успели морщинистые руки коснуться мальчика, а тот уже активно протестовал.

-Он не любит, когда его трогают.

-Ты, когда маленькая была, тоже не любила. А подросла и сама на людей бросаться начала.

-Не наговаривай! Я всегда любила ваши с папой объятия! Кстати, а где папа?

Женщина в момент стала темнее тучи. Она бросила тоскливый взгляд на одну из семейных фотографий. Пазл в голове Лиен сложился сам. Познакомить своего сына с дедушкой она не успела. Попрощаться с отцом тоже не смогла.

-И даже ничего мне не сказала.

-Не хотела омрачать твою жизнь такими новостями.

-Но мне бы хотелось, чтобы меня о таком оповестили. Когда он умер?

-Пару месяцев назад.

-Соболезную, мам.

Винс, которого уже вернули на землю, осматривал помещение в поисках чего-то, где можно было бы прилечь. Но, немного пораздумав, решил особо не заморачиваться на этот счёт и просто лёг там же, где и стоял. Он уснул, как только его голова коснулась пола.

Проснувшись, мальчик обнаружил себя уже на кровати. На часах было около четырёх утра. Винс ворочался на одном месте, пока не увидел голубоватое свечение экрана телефона. Лиен лежала рядом и уже целую ночь просматривала сайты больниц и всякие форумы, пытаясь понять, как решить эмоциональную проблему сына. Она заметила, что Винс уже не спит, и повернулась к нему, с улыбкой растрепав и без того растрёпанные ото сна волосы.

-Чего не спишь в такое время? – ласково спросила Бардем.

-Ты тоже не спишь.

-Да, но у меня важное дело.

-Какое?

-Понимаешь, – сконфуженно начала Лиен, – обычные люди на разные ситуации реагируют по-разному, а за тобой я не замечала никаких проявлений эмоций.

-Я всё-таки неправильный?

-Нет! Нет-нет-нет! Ни в коем случае! Ты замечательный такой, какой есть, но мне бы хотелось узнать, что с тобой.

-Когда пойдём?

-Завтра с тобой к психологу сходим. А там посмотрим, что дальше.

Винс кивнул. Укрываясь одеялом с головой, он попытался уснуть снова.

Так и не поспав оставшиеся несколько часов, мальчик слышал, как его мать выбралась из постели и куда-то ушла. Сам он вылезать не хотел, но пришлось, когда Лиен настойчиво стала звать сына. Вздохнув, завернувшись в одеяло, Винс слез с кровати и неохотно пошёл на зов матери.

Придя на кухню, он застал Лиен и бабушку. Бардем накрывала на стол, а женщина стояла у плиты и что-то готовила. Аромат свежих блинчиков стоял на весь дом, любой человек бы уже горел желанием скорее сесть за стол и вкусить благоухающей еды. Винс знал, что сейчас его будут заставлять есть, ведь завтрак - самый важный приём пищи и так далее, и так далее. С одним и тем же аргументом его заставляли есть в любой приём пищи, будь то завтрак или обед.

На столе стояла большая стеклянная тара, доверху наполненная ягодами, среди ярко-красной клубники и розовой малины выделялась тёмная, практически бордовая вишня. В доме отца ягод никто толком и не видел, потому что хозяин не любил их вкус и ввёл на них запрет. А в доме бабушки таких запретов никто не ставил. Заинтересовавшись яркими цветами ягод, Винс пристально уставился на миску со всеми оттенками красного. Заметив интерес сына, Бардем слегка оживилась и протянула сыну клубнику. С опаской мальчик принял угощение и слегка надкусил.

-Ну как?

-Слишком сладко.

-Попробуй другие, может понравится что-то.

На удивление самому себе мальчик послушался совета и уже тянулся за остальными экземплярами. Малине он не смог дать точного описания. И сладкая, и кислая, всё вперемешку и ничего не понятно.

Вишня была ягодой кислой. Что пришлось мальчику по душе. Даже слишком. Руки Винса сами стали хватать всё больше ягод за раз, пока те совсем не кончились. Счастливая до невозможного Лиен, наблюдающая за тем, как её сын ест по собственному желанию, а не через долгие уговоры, радостно притопывала ногой, ложками черпая малиновое варенье, чтобы не увидела мама.

-И что же такого в вишне, чего нет в другой еде? – с прищуром спросила Бардем.

Мальчик пожал плечами, не отрываясь от поедания ягод.

Полюбив эту ягоду всем сердцем, Винс даже добровольно вышел на улицу. На заднем дворе дома, где жила мать Бардем, был небольшой садик с цветами и несколькими плодоносными деревьями. Среди которых росло и дерево вишни. Плоды были достаточно высоко для Винса, но он не растерялся и оттащил от одной из грядок белый табурет. Оставив его на неровной поверхности, мальчик стал собирать ягоды в капюшон своей толстовки, которую предварительно переодел задом на перёд.

В то же время у грядок с цветами стояла Лиен и перекрикивалась с матерью, пытаясь доказать её, что никакой белой табуретки у грядок не стоит. В итоге всё нашлось, когда Винс, тянувшись за одной из ягод не удержал равновесие и рухнул на землю. Девушка подбежала к сыну. Винс лежал на земле непоколебимый, вокруг была разбросана вишня, вывалившаяся из капюшона.

-Ты в порядке?! – испуганно закричала Лиен.

-Наверное.

-Ничего не болит? Не сильно ушибся?

-Да нет.

Бардем помогла сыну встать и осмотрела на предмет возможных повреждений. Собрав вместе с сыном выпавшие ягоды, Лиен, уже в доме, пересыпала их в тару и отправила сына переодеваться в чистую одежду, чтобы сразу поехать в больницу.

Отсидев очередь к психологу, специалист направил Бардем к психиатру, потому что сам не в праве ставить диагнозы и назначать лечение. Психиатр смог предоставить Лиен нужную информацию. Винсу диагностировали алекситемию. В голове девушки это звучало как проклятье, но врач поспешил заверить её, что всё не так страшно и это можно вылечить, но придётся частенько навещать психотерапевта и постоянно заниматься дома самостоятельно. Бардем была согласна на всё, лишь бы вылечить сына. Сам Винс больным себя не считал и искренне не понимал, почему ему назначили какое-то лечение.

Спустя пару месяцев занятий и сеансов у врача результата не было. Лиен нашла другого психиатра и повела сына к нему. Диагноз тот же, как и предложенное лечение. Из больницы в больницу, от врача к врачу, все они говорили одно и тоже. После очередного повторения Лиен сдалась. Продолжала водить сына к психотерапевту, но уже не так часто. Занятия дома тоже стали реже. Результат, а точнее его отсутствие, подкашивал девушку, а скорая смерть её матери сбила с ног вовсе. Было трудно и морально, и финансово. Почти все пожитки ушли на похороны, а ведь оставался ещё сын, чьи походы к терапевту стоили немало, да и жить на что-то было нужно. Лиен замкнулась в себе окончательно. Сутками пропадала на работе, с сыном общалась крайне редко, иногда позволяя себе прикрикивать на него, когда в очередной раз он пытался с ней поговорить. Имея печальный опыт с не очень разговорчивым родителем, после последнего контакта с которым Лиен сбежала из дома, Винс убедил себя в том, что он действительно никто и мир не потеряет много, если его не станет. Отец был прав. Мальчик знал, как можно избавить мир от самого себя, опять же, спасибо папе. Он подгадывал момент, когда Бардем сидела за столом, нарезая продукты. Её телефон завибрировал, кто-то звонил. Раздражённо что-то проговорив себе под нос, девушка взяла гаджет и отошла в другую комнату для разговора. Мальчик долго не думал. Взял со стола оставленный нож и приложил холодную сталь к горлу. Но на тот момент опыта у него не было. Винс пытался убить себя тупой стороной лезвия. Руки матери вырвали нож из рук сына. Лиен была не в силах даже закричать или сказать хоть что-то. Она несколько минут смотрела на сына, на глазах которого наворачивались слёзы, а губы задрожали, предвещая долгие рыдания. Убрав лезвие подальше от ребёнка, она попыталась обнять его, и Винс даже не сопротивлялся. Уткнувшись в плечо Бардем, он проплакал несколько часов под утешающие слова матери. Но они были просто фоновым звуком. В тот момент Лиен думала, что её сын всё же будет таким, как все, но это был лишь один из множества приступов мальчика.

Винс болтал ногами, сидя на стуле, пока его похититель смывал краску с его волос.

-А потом мы с мамой смотрели какой-то фильм по телевизору. Она уснула до того, как пошли финальные титры, а я спать не хотел. После показывали передачу про маньяков. Рассказывали о их мотивах, убийствах. У меня тогда и щёлкнуло в голове, что если я умру не от своих рук, то так будет легче для всех. Я умру, мама не станет винить в этом себя, а убийца добавит новый пункт в свой список жертв. Собственно, именно поэтому я так интересуюсь маньяками. Да, я пытался убить себя, уже находясь у вас в заложниках, но даже если бы моё тело нашли, то на меня не подумают, списали бы на очередное убийство.

Фармацевт не сказал ни слова после окончания рассказа, казалось, он вообще не слушал. Только отведя юношу на кухню, аптекарь стал задавать вопросы.

-Слушай, мне всё интересно, те антидепрессанты, которые покупала тебе мать…

-Бесполезны, – перебил парень, – врач сказал, что совокупность всех этих таблеток поможет мне с эмоциями и с суицидальными наклонностями. На деле я не испытывал вообще ничего. У меня просто не было сил, чтобы поднять на себя руку. После них мне приходилось практически часами заставлять себя встать с постели, а иногда целыми днями, чтобы сделать хоть что-то. Приступов не было, попыток тоже, значит всё работает как надо. Но мысли никуда не делись. Я хотел наложить на себя руки, но просто не мог.

-Врачу об этом говорил?

-Говорил. Я озвучил его слова.

-Знаешь, у меня была мысль запихнуть в тебя всё это, но тогда ты здесь действительно от старости умрёшь.

-И я о том же! Причём смотрите, я тут с вами таким эмоциональным стал! Может, скоро бояться вас начну! А там уже вы своими маньячными делами займётесь.

-Ты просто хочешь побыстрее умереть.

-Да, а как вы догадались? – с наигранным удивлением спросил юноша.

-Читаю тебя как вскрытую книгу.

Ответ был глупым, даже слишком для сорокалетнего фармацевта без чувства юмора, но Винс рассмеялся от всей души. Нуар одарил мальчика взглядом, которым обычно смотрят на сумасшедших, но смягчился. Всё же их отношения с первой встречи стали лучше. Фармацевт тепло улыбнулся, глядя на задыхающегося от смеха мальчика. Он не стал его успокаивать или как-то отвлекать. Он поступил умнее. Пока Винс смеялся, аптекарь забрал себе последний кусок торта, на который юноша так мечтательно смотрел, пока шёл в ванную красить волосы. Не всё же хорошими делами промышлять, что-то плохое тоже надо сделать.

Глава 10. Новая жертва

-В7, – раздался голос из-под стола.

-Мимо, С10, – фармацевт заулыбался, увидев гневно сопящего мальчика.

Винс положил на стол листок и ручку, не вылезая из-под стола. Нуар злобно хихикнул и победно откинулся на спинку стула. -Жулик! – крикнул юноша.

-Ты как-то странно произносишь: «Я поражён вашим профессионализмом».

-Из всех ваших областей ни в одной профессионалом вы не являетесь.

Парень, как вредная пятилетка, показал язык своему похитителю, заглянувшему под стол, и отвернулся. Нуар вытащил мальчика из укрытия и поднял его, чтобы их глаза были на одном уровне. Аптекарь не злился, он прекрасно понимал, что подросток просто выпендривается, что подтверждала его ухмылка.

-Ещё раз что-то подобное услышу, и я притащу тебя в полицейский участок. И обниму на прощание, – улыбаясь, но строго отчеканил мужчина.

-Да, простите. Я поражён вашим профессионализмом. В сфере жульничества.

-Наглец, – усмехнулся Нуар, возвращая парня на пол.

Юноша оперативно нырнул под стол.

-Давайте ещё партию?

-Нет, и так от работы меня отвлёк. Если тебе нечем заняться, то там обед скоро. Можешь что-нибудь приготовить.

Неуверенно кивнув, Винс попытался вылезти из-под стола, но делать это самому, без своего похитителя, было трудно.

Над входной дверью прозвенел колокольчик. Подросток резко выдохнул и так же резко поднялся, ударившись головой о стол. Нуар, идущий обслуживать клиента, тут же развернулся и ушёл в обратном направлении. К удару прибавилось ещё и протяжное страдальческое «Ай!». Винс выругался себе под нос и всё же вылез на свет.

Любопытство стало новой чертой, которую осваивал юноша. Осмотревшись, как вор, он открыл тетрадь, где было поле для морского боя. Судна фармацевта были расставлены только по краям, а середина была полностью пустой.

-Кто так расставляет корабли? – возмущённо прошептал юноша.

Мягкий женский голос тактично прокашлялся, заставляя парня с ужасом поднять глаза. Перед ним стояла девушка лет восемнадцати, поправляющая свои чёрные локоны.

-Ты выглядишь очень знакомо, – наконец сказала она.

Винс не мог ничего ответить. Он стоял будто вкопанный, чувствуя, как его накрывает паника

-Твоё имя, случаем, не Винс? – не унималась девушка.

«Бежать. Куда? В подвал. Нет. Далеко. Если убегу, то сдам Нуара.

Нельзя. Что делать? Что делать? Сказать ему. Нет. Так тоже сдам…»

Пока подросток не мог сделать буквально ничего, фармацевт видел в этом пользу. Девушка была увлечена Винсом, в то время как аптекарь смог подойти к своей жертве незамеченным. Мужчина схватил девушку поперёк груди, в руке он держал шприц, игла которого уже впивалась в её шею. Она потеряла сознание, и фармацевт подхватил тело на руки. Попутно он хотел отругать Винса за невнимательность, но решил отложить этот разговор, увидев мальчика, неспособного справиться с паникой.

Подросток продолжал смотреть туда, где ещё минуту назад неизвестная пыталась узнать его. С одной стороны, мальчик понимал, что её там уже нет, но с другой его прожигал не только страх, прибавилось ещё и чувство стыда. Ему стало стыдно за себя самого, обещавшего Нуару вести себя тихо и никому не сдавать его. Нарушить обещание таким глупым образом. «Отец был прав, от меня никакого толку». Наконец мальчик опустил глаза и увидел тетрадь с полем для морского боя. «Даже здесь я бесполезен, не могу хотя бы одну партию выиграть». Размеренным движением он закрыл тетрадь. Холодные руки фармацевта пытались растолкать подростка, но тот ушёл слишком глубоко в раздумья.

«Мне очень жаль, я так не хотел, я не думал, что всё будет так…»

-Винс! – предпринял Нуар попытку докричаться до парня.

Мальчик наконец поднял глаза. Он даже не заметил, как его притащили на второй этаж. Аптекарь выглядел взволнованно, даже слегка испуганным. За что ему стало стыдно ещё больше.

-Я вас чуть не сдал.

-Нет, только не…

-Простите, – перебил юноша, – пожалуйста, простите. Я не хотел, простите, правда не хотел.

Теперь уже мужчина перебил подростка, закрыв ему рот рукой.

-Угомонись. Я тебе ничего не сказал ещё. Тем более, с кем не бывает. Знаешь, сколько раз я чуть сам не попался? Однажды меня чуть не поймали, когда в моей машине нашли женскую сумку. Она принадлежала девушке, от тела которой я избавился незадолго до этого. Пришлось сказать, что это моя, и объяснять, что сумки у девушек такие удобные.

-А потом что?

-Избавился от неё. Полицейские странно на меня смотрели, но я доказал, что это моя сумка.

-А зачем вы мне это рассказали?

-Ты же отвлёкся от своих мрачных мыслей.

-А… а-а-а, – протянул Винс, – ловко вы это.

-Попей воды и успокаивайся. Я скоро подойду.

Винс кивнул.

Аптекарь закрыл магазин, чтобы спокойно уйти на перерыв. Поднявшись обратно он лицезрел мальчика, державшего в руках стакан не с водой, а с вишнёвым соком. Кто-то ожидал другого расклада? Нуар недовольно вздохнул, но всё же подросток без особых уговоров потреблял пищу, что уже радовало и облегчало жизнь. Не желая отвлекать юношу от его важных дел, мужчина повесил свой халат на плечики, вместо него накинув на себя фартук и открыл холодильник, попутно думая, чем кормить себя и свою жертву.

Не выпуская из рук стакана, Винс подошёл к плите, у которой крутился фармацевт, и заворожённо смотрел на то, как ловко тот орудует ножом. Подросток часто наблюдал за тем, как готовила его мама, но из-за действия таблеток думать о том, чтобы научиться готовить, было слишком тяжко. Зато сейчас, смотря на своего похитителя, который неосознанно многому его научил, подобная мысль крепко засела в сознании. Мысль, посаженная отцом о собственной бесполезности, таилась рядом, но новое желание их затмевало.

-А могу я чем-то помочь? – неловко поинтересовался подросток.

-Можешь, – отозвался мужчина. – Можешь достать из верхнего шкафчика молотый перец и подать мне соль, она около плиты. И на верхней полке в холодильнике стоит вишня. Не съешь всё по дороге.

Подросток отставил пустой стакан и быстро принёс всё необходимое, даже выполнив просьбу не есть ягоды. Нуар отложил в сторону нож и благодарно потрепал мальчика по волосам.

-Спасибо, рыжик.

Подросток лениво кивнул.

-Не хочешь ещё кое-что сделать?

-Хочу!

-Тогда возьми в ящике нож и несколько ягод пополам разрежь.

Очень аккуратно, старательно и увлеченно Винс брал в руки вишню и пытался ровно её разрезать. Не зная меры, несколько штук у подростка превратились в несколько десятков штук. К тому же, несколько десятков криво нарезанных половинок. Но, несмотря на это, парень гордился своим маленьким вкладом.

-Винс, несколько штук, а не всё, что находится в поле твоего зрения!

-Вы не уточнили.

-Ладно, ты всё равно молодец, давай сюда.

Похвала заставила юношу гордиться собой ещё больше. Тот заулыбался и придвинул свои труды ближе к мужчине, чтобы ему было удобней.

Спустя тридцать минут мучительного ожидания прозвучало долгожданное: "Уже должно быть готово, выключи духовку". Сгорая от нетерпения, юноша чуть не сгорел буквально, хватая раскаленный противень голыми руками. Фармацевт подскочил к подростку, рассматривая его руки на предмет ожогов. Ничего серьёзного, не считая испуга самого аптекаря.

-Простите.

-Не извиняйся, просто будь аккуратней и немного головой думай.

-Хорошо.

Инцидент не смог утолить в юноше интерес и аппетит, тем более в блюде, в приготовлении которого он сам принял участие.

Отправив в рот кусочек куриного рулетика с сыром и вишней, подросток расплылся в блаженной улыбке. Фармацевт облегчённо выдохнул, наблюдая за трапезничающим мальчиком. Невольно губы растянулись в улыбке. Забыв о собственном обеде, мужчина не отрывал взгляд от счастливого лица Винса, желая делать что угодно, лишь бы тот чаще улыбался. Но сказать подобного в лицо своей жертвы не хватит смелости, гордость не позволит признать, как дорог ему какой-то подросток. Мальчик отвлёкся от еды, чтобы улыбнуться аптекарю в ответ, но получил он только презрительный взгляд и тон, на который фармацевт переключился, как только Винс на него посмотрел.

-Что ты улыбаешься? Ешь, из-за стола не выпущу, пока не увижу твою пустую тарелку.

-Я хотя бы ем, а вы просто смотрите на меня, хотя у вас обед кончается.

-Обо мне не переживай.

-Скажете, чтобы я волновался о себе, да? Я целый день тут просижу, ещё успею поесть, а вам придётся ждать до вечера. Так что начинайте открывать рот для другой цели.

Фармацевт одобрительно ухмыльнулся под холодным взглядом синих юношеских глаз и под их пристальным взором приступил к еде. И когда это его жертва стала копировать тон и фразы своего похитителя? Какая-никакая гордость за непризнанного сына заставляла улыбку расцветать вновь и вновь. Да так, что Винс позволил себе несколько раз пожурить аптекаря за то, что тот отвлекается на чувства, вместо использования своего обеденного перерыва по назначению.

Оставив тарелку пустой, фармацевт убрал её со стола, собираясь вернуться к работе.

-Надоел ты мне, – надевая халат, нарочито громко произнёс мужчина.

-Вы мне тоже.

Нуар спустился в магазин, а мальчик избавил мойку от грязной посуды.

Найти занятие на дальнейший день было задачей потруднее. Одним из любимых вариантов было сидеть рядом с аптекарем под столом, постоянно переговариваясь или во что-то играть. Иногда подростку удавалось получить в руки листок, а иногда и несколько, где гордо возвышался заголовок «Акт инвентаризации». В такие моменты юноша сидел на складе, пересчитывая лекарства и прочие аптечные товары. По вечерам и ранним утром занимал себя небольшой уборкой в торговом зале и на столе продавца. А сейчас спускаться туда не хотелось от слова совсем. Вдруг парень снова проявит неосторожность и попадётся кому из покупателей. Там уже не спрячешь грохот от собственного падения блестящей игрой фармацевта перед полицейским и не сможешь потянуть время, чтобы Нуар избавился от свидетеля. Винса передёрнуло от одной мысли о том, что с его похитителем может что-то случиться, и уж тем более из-за него. Чёткие картинки, как в магазин врываются полицейские, надевают на всеми любимого аптекаря наручники и забирают его у мальчика, как того снова возвращают матери, свято веря, что облегчили таким образом её жизнь, как сотрудники полиции, в сопровождении больших и грозных ищеек обыскивают дом, находя в нём тела и следы пребывания всех жертв. От столь чётких картин в горле застрял комок, недалеко была и истерика. Айван, что только открыл глаза, ловко спрыгнул со стола на диван и с него уже на пол. Поняв, что хозяин его игнорирует, маленькие когтистые лапки стали царапать голые ноги подростка. Парень чуть дёрнулся, опустив взгляд в пол. Мышонок, как ни в чём не бывало, сидел и умывался.

-Спасибо, зверь, – поднял мальчик грызуна на руки.

Мышь что-то пропищала и, по обычаю, залезла в рукав хозяина.

Хоть Нуар и пригрозил, что избавится от Айвана, если увидит того отдельно от хозяина, но исполнять свои угрозы в жизнь не спешил. Не один раз мышонок прибегал к аптекарю сам, несколько раз нагло залезал к нему на колени или в карманы. Каждый из этих моментов мужчине хотелось вышвырнуть грызуна из окна аптеки и никогда о нём не вспоминать, но также он представлял, сколько слёз прольётся из-за этого мышонка, поэтому каждый раз просто относил его Винсу, жалуясь на наглость Айвана. Когда самовольные прогулки мыши совсем ему надоели, фармацевт достал где-то коробку из-под обуви, гневно вручил её подростку вместе с ватой, бумагой и чем-то похожим на миску для еды. «Сделай своему разносчику заразы дом, чтобы не ходил где вздумается», - одним вечером приказал аптекарь. Целую ночь юноша обустраивал домик для своего друга. Но Айван стараний не оценил и разворотил всё в первые несколько минут своего пребывания в новом доме, после чего улёгся спать. Подросток ещё никогда в жизни не был так сильно возмущён и обижен. На протяжении целого дня он игнорировал грызуна, не желая контактировать с вандалом.

Сейчас все конфликты были решены, и мальчик с грызуном ходили везде вместе. По классике, Айван сидел на плече или ползал под рукавами, изредка находился в кармане. Думая, чем бы себя занять, Винс стал посматривать на дверь, за которой раньше никогда не был. Спальня фармацевта оставалась для юноши неизведанной территорией. Воображение рисовало жуткие картинки, комнату, в которой хранятся разные вещи его бывших жертв, орудия убийства, а может, более жуткие штуки, которые воображение неспособно воспроизвести. Предвкушая увидеть нечто, будоражащее разум, юноша толкнул дверь и… сильно разочаровался, увидев скучную и обычную спальню. Небольшая комната была заставлена лишь кроватью, письменным столом со стулом и шкафом. Однотонное постельное бельё серого цвета, практически пустой гардероб, в котором висело несколько рубашек, пара запасных медицинских халатов и брюки. Ничего даже в крови не испачкано.

-Скука, – горестно вздохнул Винс.

Его вниманием завладел одиноко стоящий на столе ноутбук. Может хоть там будет что-то жуткое и секретное. Но нет. Абсолютно пустой рабочий стол со стандартными обоями. Выглядит так, будто им ни разу не пользовались. В истории браузера должно быть что-то. Хоть что-нибудь. Но и там ничего интересного не оказалось. Нуар искал только места, где можно купить цветы для пересадки и несколько сериалов, содержания которых Винс не мог даже представить. Интерес был сильнее совести, пальцы прошлись по тачпаду и выбрали строчку с каким-то пиратским сайтом с фильмами. Небольшой сериал в жанре посткиберпанк, детектив. Выглядит нудно и пафосно. Остальные кинокартины особо не отличались друг от друга. Разочаровавшись ещё больше подросток захлопнул крышку ноутбука и вышел из комнаты. Минуту погодя вернулся, забрал технику и устроился на диване. Среди странных сериалов появился новый запрос, документальный фильм «Эйлин Уорнос: Продажа серийного убийцы». К этой картине Винс давно не мог приступить из-за действия таблеток и боязни чего-то нового. Остатки обеда стали прекрасной закуской для просмотра, а горячий чай согревал в прохладный день.

От просмотра подобных жанров становилось спокойней. Все тревожные мысли отходили на второй план, как и все прочие. Оставалось лишь желание узнать о истории, мотивах и преступлениях убийцы. За просмотром документалок время проходило незаметно. Фильм за фильмом, и день уже закончился. Похожая история произошла и сегодня. За просмотром уже другой киноленты мальчика застал фармацевт, чей рабочий день подошёл к концу.

-Засматриваешься на других маньяков, находясь у меня в заточении? – обиженно произнёс Нуар за спиной у Винса. – Все вы жертвы одинаковые.

Юноша поставил фильм на паузу, хватая диванную подушку. Мгновенно она прилетела мужчине в затылок. Фармацевт поднял подушку с пола и кинул обратно в парня. Пока тот оглядывался в надежде недовольно высказаться, аптекарь уже стоял позади и трепал рыже-бирюзовые волосы юноши.

-Сделаешь так ещё раз и я заставлю тебя смотреть со мной пафосный боевик, и всё это время буду обнимать тебя, понял?

-Пытка, достойная криков ужаса.

-Неужели мне наконец удалось тебя напугать? Скоро будешь, как все нормальные люди, бояться.

-Не дождётесь, я с вами до самого конца.

-Не дай бог. Я не смогу терпеть тебя ещё столько лет.

-Как уверенно вы измеряете время в годах. Может, в какой-то момент я надоем вам так сильно, что удачно швырнёте в меня нож.

-Нет, для тебя это банально, твой отец уже пытался.

-Тогда как бы вы меня убили?

-Заобнимал бы до смерти и заговорил словами любви.

-Отвратительно.

-Ты ждал от меня маньячных вещей, вот они.

-Фу, – скривился мальчик и вернулся к просмотру.

Фармацевт снял халат и бросил его рядом с Винсом на диван, после чего скрылся в собственной спальне. Вернувшись, обнаружил, что рабочая одежда уже лежит не на диване, а на плечах юноши. Фармацевт не стал даже возмущаться, он молча закрыл ноутбук и отставил на край стола.

-Если у меня не будет документалок, то я буду вас доставать целый вечер.

-Или можешь стать прямым свидетелем.

-В смысле?

-Ты идёшь со мной? – спросил мужчина, убирая в карман очки.

Без очков аптекарь спускался только в подвал к своим жертвам. Подросток вспомнил об этом не сразу, но как только нужная мысль пришла в голову, сразу же вскочил с дивана.

-Иду! – воодушевлённо крикнул мальчик.

Перед выходом в свет пришлось оставить халат висеть на вешалке, а самому натянуть джинсовку. Но иначе его бы не пустили дальше лестницы.

Спускаться в подвал, что успел стать родным за несколько месяцев проживания, было немного странно. Последние пару недель спальным местом Винса был диван в гостиной. Ради приличия аптекарь немного поворчал, что мальчик совсем уже обнаглел, и даже выгонял его обратно в подвал, но где-то в глубине души был рад, что подросток выбрался наверх и теперь живёт немного ближе к нему. Подземный этаж теперь занимала девушка, что чуть не разрушила прекрасный тандем. Она давно уже не спала. Несколько часов подряд надрывала горло в попытке докричаться хоть до кого-то, но ответом была лишь оглушающая тишина. К приходу хозяина подвала и его маленькой свите, девушка уже потеряла надежду и просто ходила взад-вперёд по комнате, что-то приговаривая себе под нос. Появление гостей она заметила не сразу, лишь когда легкий ветерок колыхнул чёрные пряди, она повернула голову и очень пожалела об этом. Фармацевт смотрел на неё зловеще, с хищной улыбкой, от которой до самых костей пробирал страх. Девушка попятилась назад, но споткнулась и упала на матрас. Винс не понимал, чего именно она так испугалась, но и знать не хотел. Он сам восторженно смотрел на лицо своего похитителя, наблюдая за его истинной, убийственной натурой. Такого маньяка он ожидал увидеть в свой первый день здесь, такого властного человека, что в данной ситуации подобен богу, решает жить тебе или нет. Мужчина сдвинулся с места и подошёл к своей новой жертве вплотную, рассматривая её шею. Они играли в молчанку ещё несколько минут, возможно игра продолжалась бы немного дольше, но облепивший лёгкие страх заставлял девушку вновь надрывать горло, попросить о помощи мальчика, стоящего за спиной у её палача. Разум предполагал, что истерикой делу не поможешь, а может и усугубишь. Она смогла выдавить из себя лишь один вопрос:

-Почему я здесь?

Глава 11. Я тоже так хочу

-Как ты себя чувствуешь? – полушёпотом спросил фармацевт.

-Почему я здесь?

-Потому что тебе не повезло. Так как самочувствие?

Девушка оглядывалась по сторонам, пока мужчина терпеливо ждал ответа. Взгляд зацепился за стоящего позади мальчика, что продолжал восторженно смотреть на аптекаря. Она отчаянно пыталась найти в нём спасение или хоть какую-то помощь, но, как бы печально это ни было для неё, подросток целиком и полностью на стороне Нуара. Терпение фармацевта было не безграничным, схватив девушку за подбородок, заставил смотреть себе в глаза.

-Хорошо, раз боишься, значит всё в порядке. Тогда вопрос полегче. Твоё имя?

-Мэй, – слезливо произнесла девушка, – Мэй Уи…

-Мне не интересна твоя фамилия, имени достаточно.

Страх парализовал, Мэй не могла и руки поднять, чтобы отнять пальцы своего будущего убийцы со своего лица. К её счастью, долго рядом он задерживаться не собирался. Убрал руку в карман и выудил оттуда небольшую бутылочку с водой. Девушка нашла в себе силы принять её, но открывать, а уж тем более пить это не хотелось. От Винса её отличал страх смерти. Юноша охотно выпил бы бутылку с водой, если бы была даже малейшая вероятность того, что жидкость отравлена. Мэй не откроет этой бутылки, если будет знать о малейшем содержании яда в воде. Пить или не пить - дело только её. С похожей мыслью мужчина ненадолго откланялся, чтобы принести ей поесть. Дверь осталась открытой. Винс знал, для чего. Нуар ждал, что жертва попробует сбежать, в этот раз точно. Девушка бросила взгляд на парня и встала на ноги, готовая бежать как никогда далеко и быстро.

-Почему ты не уйдёшь?

-Я не хочу, – равнодушно ответил подросток.

-А твои родители? Они ведь волнуются.

-Не говори о том, о чём ничего не знаешь. Дверь открыта. Попытка не пытка.

В этом случае попытка вполне могла оказаться пыткой.

-Вижу. Если убегу, то скажу полиции о том, что ты здесь. Тебя отсюда вытащат.

-Иди уже, – раздражённо бросил юноша.

Мэй кивнула и стремглав вылетела из подвала. Тревожное чувство не покидало её, всё ведь не может быть так просто. Не может же быть такого, что опытный убийца забыл закрыть дверь или оставил её для мальчика. Что-то не то. Однако, Мэй уже было трудно остановить. Это смогли сделать только крепкие руки Нуара, ожидавшего побега. Одной рукой он удерживал девушку на месте, второй сдерживал её руки.

-Прошу, отпустите! Я никому…

-Не скажу? Все вы так говорите. Но много ли из вас говорит правду? Никто. Но знаешь, отрадно видеть твои попытки убежать. Знаешь, что сделал Винс в такой же ситуации? Он просто закрыл дверь и остался сидеть в подвале. А теперь у меня есть ты. Напуганная, молящая, любящая жизнь. Давно у меня не было таких. Рад, что ты здесь.

Фармацевт ухватил девушку поудобней и спустился с ней обратно на подземный этаж.

Винс сидел у двери, наблюдая за бегающим по подвалу Айваном. Грызун проверил каждую щель, но вернулся ни с чем. Сейчас это было не так важно, всё, что необходимо, мальчик мог достать сам или попросить у Нуара. Его внимание привлекла девушка, влетевшая в проход с той же скоростью, что и выбежала из него. Следом показался аптекарь. Мужчина несколько секунд смотрел на Мэй, после чего перевёл взгляд на мальчика. Тот лишь улыбнулся и пожал плечами, мол «Я не при делах».

-Ты помог?

-Ни в коем случае, она девочка самостоятельная.

-Верю. Сходишь со мной или посидишь здесь?

-Посижу, давно тут не был.

На этот раз дверь за фармацевтом закрылась. Винс остался сидеть у двери, не обращая на девушку внимания. Мэй походила по комнате ещё немного, пока усталость не взяла верх, и она не рухнула на матрас. Для девушки было загадкой, и даже дикостью, такое спокойное поведение мальчика. Самой Мэй было жутко представить, как её родители заявляют о пропаже, до последнего надеются на лучший исход, не подозревая, что их дочь ближе, чем казалось бы. С ужасом думает о том, что простой поход в аптеку за пластырем обратился в целую катастрофу. Так бы и прошёл весь вечер в мрачных мыслях и картинах, но её отвлёк Айван, заинтересовавшийся новым соседом. Девушка взвизгнула при виде мыши и машинально пнула её в сторону, устраняя объект дискомфорта. Юноша подскочил на ноги и подбежал к мышонку, который уже встал на ноги и недовольно умывался. Винс поднял друга на руки и стал поглаживать, приговаривая успокаивающие слова.

-Мой хороший. Сильно она тебя? Не расстраивайся, она тут не задержится, ей тоже будет больно, хорошик мой.

-Это ты её успокаиваешь!? Она не стала жертвой маньяка по несчастливой случайности! И не умрёт в ближайшее время!

-Да откуда ты знаешь? Может, он в таком же положении, что и ты.

-Мы, – поправила Мэй.

-Нет, ты, у меня тут свои привилегии, а у тебя только старый матрас и ожидание смерти.

-Нельзя же быть таким жестоким. Нет бы помог.

-Ждёшь, что я предложу свою помощь для твоего побега? А какая мне с этого выгода?

-Как какая? Свобода, жизнь!

-Тошно от твоего оптимизма. Ни то, ни другое мне не надо. А если сбежишь ты, то растреплешь всё полиции, ещё кому-нибудь и всё. Мы оба на свободе, но жизни продолжаешь радоваться только ты.

-А как же твои родители? Мама, папа?

-Папа, – усмехнулся юноша, – отец очень сильно расстроится, когда узнает, что я жив.

-Допустим, – смутилась девушка, – а твоя мама?

-А ей просто будет лучше без меня. Но буду честным, тебя мои семейные дела не касаются.

-Я тоже буду честной! – Мэй вскочила на ноги и подошла к Винсу, – это только твои проблемы, у меня семья нормальная и я хочу к ней вернуться. А если ты весь из себя бедный несчастный, то сделай с этим что-нибудь…

Через время вернулся Нуар с подносом в руках. Подростки его не заметили, а мужчина остался стоять на месте, увлечённый их перепалкой.

-… вместо того, чтобы ныть и жаловаться на свою несчастную трагичную судьбу!

Парень одарил свою оппонентку самым холодным взглядом, который смог изобразить. Ростом он был значительно ниже девушки, но высказаться, глядя ей в глаза, хотелось неимоверно сильно. Рука юноши резко взметнулась вверх, крепче хватаясь за чёрные локоны. Теперь их взгляды были на одном уровне. Мэй сжато пискнула от боли и порывалась снять руку мальчика со своих волос, но тот держал крепко.

-А теперь слушай ты. Что-то говорить про мою семью у тебя права

нет. Несчастного я перед тобой не строил. Ты спросила – я ответил. Если тебе не хватает мозгов, чтобы различить нытьё от обычной речи, то ты непробиваемо тупая, – губы парня дрогнули в улыбке, – А о своей семье можешь забыть, ты к ним больше не вернёшься, сколько ни умоляй.

Юноша разжал пальцы, и девушка выпрямилась, чуть не потеряв равновесие. Мужчина мягко положил руку на плечо Винса и отвёл его подальше. Хищная улыбка с губ мальчика до сих пор не сходила, он продолжал смотреть в самую душу Мэй.

-Не смотри на него, – приказал Нуар, - ешь.

Кое-что всё же объединяло Мэй и Винса – нежелание прикасаться к еде. Если в случае с парнем мужчина знал, что делать, то здесь уже нет.

-Что здесь намешано? – с подозрением спросила девушка.

-Соль, перец и щепотка любви, – съязвил юноша.

-Без последнего, – сухо уточнил аптекарь.

Чувство голода притупляло опасения. И не зря. Еда оказалась не отравлена, да к тому же и на вкус хороша. В этот раз фармацевт не стал ждать, пока его новая жертва закончит трапезу, а просто ушёл, прихватив Винса с собой. Напоследок мальчик подал девушке знак, что ещё вернётся и разговор продолжится.

Сидя за кухонным столом, юноша продолжал восторженно смотреть на своего похитителя. Тот стоял у плиты, готовя уже для себя, и негромко напевал какую-то мелодию. Таким счастливым, одухотворённым, подросток его ещё не видел. Но уже был рад, что его похититель счастлив.

Совсем недавно Винс видел Нуара таким, каким хотел видеть. То, как он смотрел на бедную девушку и как спокойно, но устрашающе, с ней говорил. Таких маньяков юноша видел в документальных фильмах. Такого он мечтал увидеть вживую. Видеть своего маньяка таким было даже лучше, чем быть его жертвой. Наблюдать не только за тем, как фармацевт вызывает страх у своих жертв, но и исцеляется от их общей проблемы. Если так получается у него, то может получится и у парня? Не сдержав чувств, юноша выпрыгнул из-за стола и закричал:

-Я тоже так хочу!

Аптекарь чуть дёрнулся, не ожидая такой бурной реакции неизвестно на что.

-Как так? У плиты стоять? Не проблема, с завтрашнего дня за готовку отвечаешь ты.

-Нет, я не совсем про это. Про другую вашу деятельность.

-У тебя и без меня неплохо получается. Не ожидал от тебя такой жестокости.

-До вас мне ещё далеко.

-Ой, смотри, как быстро ты переобулся. А где же твои крики о том, что я отвратительный маньяк?

-Там же, где ваши крики о том, что я ужасная жертва.

-Ты начинаешь вести себя как я. Меня это раздражает.

-Факт или собственное поведение?

-Самую малость, я начинаю тобой гордиться.

-Если что-то мне покажете и позволите попробовать самому, то будете гордиться ещё больше.

-У тебя есть потенциал, с этим я спорить не могу. Но всё же не хочу марать в крови твои руки.

-Почему?

-Не вижу в этом смысла. Если ты сможешь найти причину, по которой я смогу взять тебя за ручку и повести в мир убийств, то я обещаю подумать.

Винс очень хотел возмутиться, мол, вы просто отнекиваетесь, но так и остался стоять с открытым ртом, осознав, что причина "Раз вам помогает, о мне поможет" будет мгновенно опровергнута.

-Вот, – протянул фармацевт, – подумай, я не требую ответа сейчас.

Винс смог только кивнуть.

Лёжа на диване, укрывшись тёплым пледом, подросток продолжал думать над вопросом Нуара. Зачем ему это? Пугать бедную девочку?

Аптекарь прекрасно справится с этим сам, без чьей-либо помощи. Просто спускаться, чтобы поиздеваться над ней? Звучит весело, но не причина, мужчина и с этим справится. Изначальной причиной ходить в подвал со своим похитителем было желание всё же разглядеть в нём истинную убийственную натуру, лицезреть вживую всё то, о чём рассказывали и показывали в документальных фильмах. И эта цель выполнена. А что дальше? В памяти вспыхнуло воспоминание, где Винс держал Мэй за волосы и её испуганный взгляд после. По телу прошла приятная дрожь. Видеть страх в чьих-то глазах, быть его причиной было приятно. Осознавать, что ты словно кукловод дёргаешь за ниточки жертвы, заставляя её бояться всё больше и больше, решать в какой момент ты обрежешь нити, и избавишь жертву от страха, радости, печали. Эти мысли пугали и завораживали одновременно. На мгновенье даже показалось, что вот он, ответ. Но это был не он. Но всё же идея так будоражила, что мальчик не сдержался, встал с дивана, накидывая на плечи плед, и побежал к своему похитителю.

Нуар сидел за столом в своей спальне и дёрнулся от громкого хлопка двери по стене.

-Я такое придумал, господин маньяк! – закричал юноша.

-Три. Часа. Ночи. – размеренно проговорил фармацевт, пытаясь утихомирить собственное сердцебиение. – Почему ты посчитал нормой ворваться ко мне в такое время?

-Ну вы всё равно не спите.

Взгляд юноши зацепился за стол. На нём стоял раскрытый ноутбук, а на клавиатуре, на пробеле, рука мужчины. Рядом с техникой несколько коробок фастфуда и кофе.

-А ещё аптекарь. Что дальше? Сигареты у вас найду? Или тело в подвале?

Глаза фармацевта округлились от удивления. Наглость парня эволюционировала с каждым днём. Жестом он подозвал мальчика к себе. Тот послушно подошёл. Диалога не состоялось. Мужчина отвесил подростку звонкий подзатыльник, одарив строгим недовольным взглядом, и закинул в рот уже остывшую сырную палочку.

-Несправедливо.

-В следующий раз будешь держать рот закрытым и стучаться.

-Вы меня даже не выслушали!

-И не должен. Я сплю вообще. Уходи.

Винс молча повернул голову на экран ноутбука, где застыл персонаж, которого пауза прервала на полуслове.

-У вас сны на паузе, значит, не спите.

-Так, пошёл вон.

-Я лягу спать здесь, если вы меня не послушаете.

-Умеешь уговаривать. Я тебя слушаю.

Парень победно улыбнулся, сложив руки на груди.

-Значит, слушайте. Вы спрашивали, зачем мне тоже убивать, так вот, мне нравится. Просто нравится.

-Ты в жизни людей не убивал, не верю.

-Насчёт убивать не знаю, ладно, но её испуганные глаза во время диалога со мной… Так приятно, я теперь понимаю, почему вам это так нравится. Чувствовать себя главным в ситуации, так сказать, ответственным за чужую жизнь. Я хочу ещё. Хочу пугать людей более профессионально. Хочу как вы быть!

-Как насчёт компромисса? Я позволю тебе с ней говорить, запугивать и всё в таком роде, но убивать тебе не дам.

-Да почему?!

-Да потому! Как я сказал, так и будет. Скажи спасибо, что я тебе хоть что-то разрешаю!

-Но… – юноша хотел возразить, но подозревал, что если будет препираться, то лишится и этого компромисса. – Ладно, идёт, лучше, чем ничего.

-Отлично, теперь ты уйдёшь?

В знак протеста юноша хмыкнул и уселся на стул между ног аптекаря.

-Нет.

-Упрямец, – процедил мужчина сквозь зубы, но снял сериал с паузы и помог подростку устроиться поудобней.

Фармацевт ещё немного поворчал ради приличия, однако был даже немного рад, что Винс сидит тут и смотрит. И не просто смотрит, а пытается вникать, вопросы задаёт, смог запомнить несколько персонажей. Ещё немного, и можно будет показать юноше другие картины кинематографа. После одного вопроса желание выгнать его подальше вновь возросло.

-А вы какие жанры любите?

-Нуар…

-Винс, очень приятно, но мы вроде знакомы, – перебил парень.

-Пошёл вон, – беззлобно бросил мужчина.

-Неа, – подросток укутался сверху пледом аптекаря.

-Чёрт с тобой.

Надолго Винса не хватило. Не досмотрев и одной серии, он уже сопел, опираясь на стол руками. Любящий мальчика Нуар осторожно уложил его на свою постель, укрыв одеялом вместо пледа, и сделал звук тише, чтобы не мешать юноше спать.

Глава 12. Первый блин комом

Утром подросток резко поднялся с постели, отгоняя дурной сон, где он снова жил в доме отца, но уже не боялся, а был полной его копией. Отогнав сновидение подальше, юноша потёр глаза и упал обратно на подушку. По привычке он хотел посмотреть в окно, но там, где оно обычно было стоял шкаф. Только в этот момент до мальчика дошло, что он уснул не на своём диване, а в роскошной, по нынешним меркам, постели. Но как бы удобна ни была кровать, подросток уже успел належаться на жизнь вперёд, так что долго задерживаться не стал. Ступив на холодный пол, парень слегка поморщился и натянул на ноги носки, после схватил плед и вышел в гостиную.

Знакомый голос напевал какую-то мелодию, стоя у плиты. На плече мужчины сидел Айван, поглощающий кусочек сыра. Увидев фармацевта в добром расположении духа, подросток заулыбался и бросился к своему похитителю.

-Доброе утро! – почти прокричал мальчик.

-Доброе, рыжик, – после небольшой паузы ответил аптекарь. – Раз ты проснулся, то сходи в ванную и не говори со мной, пока зубы не почистишь.

Мальчик пробурчал что-то на недовольном, но послушно скрылся за нужной дверью.

В стаканчике, в котором раньше стояла одинокая зубная щётка, появилась ещё одна. Как только Винс переехал из подвала на диван, фармацевт закупился для своей жертвы предметами первой необходимости. В том числе и зубная щётка, рыжая, с голубой щетиной. «Она была так похожа на тебя, что я не смог пройти мимо, рыжик», оправдал фармацевт свой выбор. Мальчик отказывался разговаривать с мужчиной ещё час после такого.

В свою очередь аптекарь, уже закончил готовить завтрак и накрывал на стол. Всё это время грызун с плеча фармацевта не слезал. Зато успел сбегать на другое плечо, вернуться обратно. Несколько раз умудрился запутаться в волосах Нуара, но успешно выбирался. Фармацевт, которому надоел неугомонный грызун, закончил с сервировкой и взял мышонка на руки.

-Долго ещё по мне бегать будешь?

Айван не ответил.

-Хоть не дерзишь, как твой хозяин, единственное, что радует.

Грызун послушно сидел на ладонях, глядя на фармацевта. Аптекарь смотрел на мышь. Игру в гляделки прервал Винс.

-Вы всё-таки не ненавидите Айвана!

-Не радуйся так сильно, он всё ещё мне не нравится.

-А вы ему нравитесь.

-Вау, – без особых эмоций сказал мужчина, – как жаль, что не взаимно.

-Злой вы, но ладно, потому мне и нравитесь.

-Без ножа меня режешь своей симпатией. Фу.

Юноша усмехнулся и сел за стол.

Покончив со своим завтраком, Нуар позвал Винса и, взяв в руки поднос с едой, решил навестить свою новую жертву. Мальчик посадил мышонка в карман и побежал за своим похитителем. Проходя мимо ещё не вскрытых коробок на первом этаже, подросток заприметил на одной из них канцелярский нож. Подумав, что такая вещь лишней не будет, парень ловко спрятал лезвие в рукаве джинсовки.

Фармацевт распахнул подвальную дверь. Девушка лежала на матрасе, свернувшись в клубок, и никак не отреагировала. Пытаясь привлечь её внимание без лишних слов, аптекарь немного поиграл выключателем, но реакции так же ноль. Он подозревал, что Мэй не спит, но не стал допытываться до неё пока что. Подросток не подозревал, подросток знал, что девушка лишь делает вид, для него это было слишком очевидно. Он уже не стал терпеть плохое притворство. Молча подошёл, молча замахнулся, и ладонь с глухим звуком ударилась о висок Мэй. Девушка рывком поднялась. Увидев самодовольное лицо юноши, разозлилась и замахнулась для ответного удара. Рука замерла в воздухе, а холодное лезвие едва касалось шеи. На губах парня заиграла улыбка.

-Рад тебя видеть, – шепнул он.

-Пошёл ты, – огрызнулась Мэй.

-Грубиянка.

Нож отправился обратно в рукав, мальчик вернулся к двери.

-Доброе утро, – лучезарно улыбнувшись, поприветствовал мужчина.

Пыл девушки тут же утих. Она обхватила себя руками и отползла ближе к стене.

-Твоя реакция меня радует, но надо поесть, возьми.

Нуар поставил поднос на пол и катнул его к девушке. С опаской Мэй приняла пищу.

-Еда отравлена, – выпалил Винс, дождавшись, пока девушка начнёт трапезу.

Та молниеносно выплюнула еду и закашлялась.

-Нашла кому верить, – фармацевт бросил взгляд на беззвучно хихикающего подростка. – Пока ты думаешь, позволю себе отлучиться.

Нуар прикрыл за собой дверь и ушёл заниматься своими делами. Винс сидел у двери, в руках он крутил канцелярский нож. Оставаться с парнем наедине было не страшно. Настораживала только его способность выбросить что-то неожиданное. Мэй сморщилась, не пряча отвращения, и старательно держала себя в руках, чтобы не выпалить каких-либо оскорблений. Юноша начинать беседу тоже не стремился. Ему было комфортно сидеть в тёмном и сыром подвале, в такие моменты он знал, что не докучает фармацевту. А в последнее время подобные мысли посещали его всё чаще. Но одни лишь мысли его не останавливали. Мальчик продолжал тянуться к своему похитителю, хотел быть рядом с ним почаще, но в это «почаще» чувствовал дискомфорт и вину за свою прилипчивость. А сейчас у Винса есть Мэй. Он мог бы просто поговорить с ней, но так было неинтересно.

-Что тебе нужно? – прервала молчание девушка.

-Ничего. Просто хочу побыть здесь. Как-никак я тоже его жертва.

-Раз жертва, то попробуй сбежать или сделать хоть что-нибудь.

-Обсудим это ещё раз?

-Оставь меня одну, если не собираешься помогать, не хочу находиться в одной комнате с таким, как ты.

-А что со мной не так?

-Всё. Начиная от твоей внешности, заканчивая твоими взглядами.

-Могу сказать то же самое и о тебе.

-Со мной всё в порядке, а вот тебе стоило бы провериться у психолога.

-Проверялся. Мне диагностировали депрессию и алекситимию. Ещё вопросы?

-В твои-то годы депрессия? Что такое? Мама запретила страшное кино смотреть? Или игрушку не купила?

-Во-первых, не надо на меня нападать, я тебе ничего не сделал, а во-вторых, будь добра, хватит обсуждать мою семью, это не твоё дело.

-А что такое? Не нравится? Мне тоже много чего не нравится. Находиться здесь, к примеру, терпеть твоё присутствие. Но ты не помогаешь мне и не уходишь. Так что я буду говорить то, что думаю.

-А при нём ты не такая смелая.

-Он может со мной что-нибудь сделать. А ты просто маленький мальчик, который способен только ныть и жалеть себя.

Винс одарил девушку непроницаемым выражением лица, поднялся на ноги, слегка напугав девушку этим действием и схватился за ручку двери, зная, что она открыта.

-Со стеной говорить приятней, чем с тобой, она не грубит с поводом и без.

Мальчик собирался уйти, но дверь не поддалась. Она заперта. Парень дёрнул её ещё несколько раз, не желая верить в то, что Нуар просто оставил его здесь.

-Что такое? Маньяк запер тебя в подвале? Странно, правда? Они ведь обычно окружают тебя заботой и растят как собственного ребёнка.

Юноша не стал отвечать на колкость. Он просто опустился обратно на пол и стал ждать. Мэй тоже опустила руки, когда реакции на её слова не было совсем. В уютной тишине глаза начали закрываться сами по себе. Не прошло и получаса, как по стене мальчик съехал на пол и поддался навязчивому чувству.

Было огромной ошибкой стать жертвой собственной сонливости. Тот самый неприятный сон, что был рядом с подростком всю ночь, снова решил составить компанию. Винс чётко помнил роскошь своего старого дома, в котором сейчас находился, узнавал руки, что помогали ему держать блестящее лезвие, и отчётливый звук, будто что-то капает. Опустив глаза, он увидел перед своими ногами небольшую лужицу красного цвета. Такая же капала с ножа. Кровь. В серебряном металле парень заметил силуэт, но чей, так и не смог разобрать. Но, вглядываясь внимательнее, узнал самого себя. Непроницаемое выражение лица, будто ничего не происходит, будто он не держит в руках окровавленный нож. Он слышал крик, умоляющий прекратить.

Слышал отчётливо, казалось, что обладатель находится рядом. Проблема в том, что рядом лишь отец, не произносящий ни слова и безжизненное тело девушки, казавшейся знакомой. Она не могла кричать.

Юноша распахнул глаза, когда понял, что кричат не во сне. Девушка, с которой он разделял подвал, молила фармацевта остановиться. Мимолётное мгновенье, хруст костей и душераздирающий крик. Словно крыса в потёмках, в голове мальчика пронеслось описание ломания костей от его отца. Аптекарь медленно повернулся к парню, смотря на него с той же яростью, что и на Мэй, пока ломал ей руку. Хотя бы сейчас стоило бы испугаться, но нет. Винс вздохнул, скрестив руки на груди, будто сейчас его будут отчитывать за найденные сигареты или лишнюю порцию сладкого. Ни проронив ни слова, Нуар грубым рывком схватил мальчика за капюшон и поволок так наверх.

-Неужели я всё же стану жертвой? – усмехнулся юноша.

Поездка прервалась в торговом зале. С выражением чистой ярости на лице мужчина смотрел в самую суть души Винса. Тот не стал строить из себя крутого и молча ждал дальнейших действий.

-Ты в порядке? – угрожающе спросил Нуар.

-Да.

-Отлично, – прошипел фармацевт и снова потащил подростка за собой.

-Я могу идти сам! Отпустите!

-Хотел, чтобы с тобой обращались как с жертвой – пожинай плоды!

Поднявшись наверх, аптекарь отпустил жертву. Подросток вскочил на ноги, желая начать высказывать свои претензии, но не осмелился лишний раз открывать рот после очередного взгляда фармацевта.

-Чтобы из этой комнаты ни ногой.

-И не собирался.

Укутавшись пледом, мужчина устроился на диване, продолжая ночной просмотр своего сериала. Чувство вины захлестнуло мальчика до краёв, всё же наскучил, всё же довёл. Опасения были не напрасны. Парень смотрел на своего похитителя, желание снова пристать к нему по несущественному делу, чтобы тот неохотно поворчал, было сильным, но похоже, что мужчина не настроен на беседу. Что конкретно заставило Нуара так разозлиться? Отбросив в сторону инстинкт самосохранения, Винс потёр глаза, предотвращая слёзы, и несмело подошёл к фармацевту.

-Простите, пожалуйста, – робко начал мальчик, – а…

-Не сейчас.

Подросток желал узнать, почему ненависть к нему вдруг так возросла. Он закрыл ноутбук, и, казалось, этого было достаточно, чтобы его тело уже засыпали землёй, но аптекарь не пошевелился.

-У тебя минута.

-Что я не так сделал?

-Тебе это так важно?

-Да, чтобы вы не злились больше.

-Потерялся.

-В каком смысле?

-Твоя минута кончилась.

-Нет! Это важно! Поговорите со мной, скажите причину, а вдруг я опять так сделаю? Мне надо знать.

-Сядь на одно место и сиди. Не нервируй меня.

Мальчик кивнул и устроился на другом конце дивана, пытаясь не издавать и звука. Все мысли Винса сконцентрировались на одном слове – потерялся. Поэтому дверь была закрыта? Нервно потерев руки, подросток заметил, что канцелярского ножа у него нет. Пошарив руками по всей одежде, он так ничего и не нашёл, кроме перепуганного Айвана. Возможно Нуар уже изъял холодное оружие. Не желая поднимать эту тему, юноша принял решение просто сидеть рядом и не начинать разговоров с фармацевтом пока тот сам не захочет поговорить.

Такому послушанию удивился даже Нуар. Несколько раз он успел подумать, что парня здесь нет, но вот он, сидит рядом, положив голову на колени, смотрит в стену. Выглядит так, будто и не дышит вовсе. Но было отчётливо слышно отрывистое дыхание. Нуар вздохнул, понимая, что неспроста парень так долго молчит. Поставив чайник, аптекарь достал из настенного шкафчика не вскрытую упаковку печенья с вишнёвой начинкой. Когда чайник вскипел, фармацевт поставил перед юношей бокал чая и десерт. Мальчик неловко потянулся к кружке. Аптекарю удалось заметить заплаканное лицо подростка. Вот почему он сидел молча и даже не поблагодарил за угощение. Волнуется из-за плохого настроения фармацевта. Тут даже аптекарю стало немного совестно. По сути, Винс был не виноват. Он был причиной, но не виновником. Перешагивая через неловкость жеста, мужчина положил руку на волосы мальчика.

-Винс, я на тебя не злюсь, – реакции не последовало, – посмотри на меня.

Неохотно подросток повернулся в сторону своего похитителя.

-Я не на тебя злюсь.

-А на кого тогда?

-Не важно. Я потерял тебя и испугался.

-Постараюсь больше не теряться.

-Постараюсь больше тебя не терять.

Подросток улыбнулся и накрыл руку мужчины своей ладонью. Фармацевт подтянул парня к себе, и тот даже не попытался сопротивляться. Положил голову на колени аптекаря и приготовился к просмотру. Мужчина долго думал, куда деть свои руки, чтобы было комфортно обоим. Мельтешение прекратил Винс, молча положивший руку на себя, изобразив подобие объятия. Аптекарь гордо заулыбался, когда понял, что именно ему мальчик первым не просто позволил обнять себя, а потянулся сам. Даже к матери он так не тянулся, как к своему похитителю. И именно в такие моменты мужчина готов был на всё ради своего неофициального сына.

Просмотр подошёл к концу только ближе к ночи. Когда фармацевт с подносом в руках спускался в подвал. На этот раз Винс решил не ходить с мужчиной, а остаться лежать на диване. Только когда аптекаря не было достаточно долго, подросток начал переживать и спустился следом. Было тихо. Открыв дверь, мальчик увидел девушку с фармацевтом, сидящими на краю матраса. Мэй дрожала от страха и жалась на самый угол, как можно дальше от убийцы, в то время как аптекарь спокойным тоном говорил с ней.

-Ты зря так боишься. Умирать не так уж и страшно. Вон Винс не боится. Что плохого случится, если ты умрёшь? Это ведь всё равно произойдёт рано или поздно. Ищи в этом плюсы. Мирские заботы будут уже не важны, лишь вечный покой в уютной могиле. Знаешь, а на могилки принято приносить цветы. Какие твои любимые?

Всё это время Нуар смотрел куда-то вдаль, но не на девушку. После заданного вопроса он чётко дал понять, что ждёт ответа, повернувшись в сторону новой жертвы. Дрожащим голосом она выдавила из себя тихое:

-Лилии.

-Не врёшь? Не хочу, чтобы на твоей могиле были ненавистные тебе цветы.

-Не вру.

-Хорошо, верю. Хорошие цветы, красивые. А какие именно? Разновидностей немало. Мне, к примеру, нравится такой сорт, как чёрный принц. У них очень красивый цвет.

-Любые.

-Тебе бы подошли Элоди. Если память мне не изменяет, они нежно-розовые такие. И сейчас как раз период, когда лилии сажают. Очень хорошо. Я достану несколько саженцев в ближайшее время для тебя. А пока отдыхай. Час уже поздний.

После этих слов мужчина поднялся на ноги, оглядел комнату и не спеша вышел. На выходе, заприметив мальчика, он положил ладонь ему на плечо и повёл за собой. Восторг вновь разгорелся в юношеских глазах. Наводить ужас, не делая практически ничего. Вот это профессионализм! После этой встречи Нуар словно расцвёл.

-Вы такой счастливый, – выпалил Винс.

-Приятно видеть, что твоя жертва тебя боится.

-А зачем вы спрашиваете про цветы? У того мальчика запись об этом была, сейчас вы спросили.

-Всему своё время, – сказал Нуар и достал из кармана телефон. – Хочешь и тебе цветочки купим?

-Только если на могилку.

-Обойдёшься.

Мужчина набрал номер и удалился в свою спальню, чтобы поговорить. Подростка распирало от любопытства, но влезать в чужие дела он не стал. Молча достал из кармана мышь и посадил обратно в домик. На удивление, этот грызун мог целый день просидеть в кармане юноши и ни разу не пискнуть, но только при наличии хоть какой-то еды.

На столе возле обувной коробки остался стоять ноутбук аптекаря. Занятие на оставшуюся ночь нашло себя само.

Ложиться спать не хотелось. Во-первых, из-за незваного гостя в своих снах, а во-вторых, парень и так целый день проспал. В поисковой строке браузера отобразились прошлые запросы. Ради новых тем для разговора, от которых фармацевт не будет тяжко вздыхать, юноша решил посмотреть один из тех фильмов, что так любит его маньяк. Странные картины кинематографа в чёрно-белом цвете, где судьба каждого персонажа полна горестей и сожалений. Таков уж жанр. Глядя на аптекаря никто и никогда не сказал бы, что его любимый жанр кино соответствует строке «фамилия» в паспорте. Винс ткнул на первое попавшееся. Меланхоличное звучание саксофона, под которое частный детектив курил сигару в своём кабинете, завораживало. Подросток устроился поуютней и начал смотреть фильмы один за другим.

Во время просмотра очередной картины компанию ему составил фармацевт, вставший, чтобы попить воды. Мальчик был слишком сильно увлечён своим киномарафоном, чтобы заметить второго зрителя.

-В ногах правды нет, – еле слышно шепнул Нуар и, всё же сходив за водой, сел рядом с парнем. – И даже не документалка про очередного маньяка.

-Вам нравятся такие фильмы, может, я потом, как вы, полюблю тоже.

-Что ж, раньше у тебя нездоровая заинтересованность серийными убийцами, а сейчас нездоровое желание быть похожим на меня, если честно, это немного напрягает.

-Почему? Многие пытаются походить на кого-то.

-Да, но не на серийного убийцу, который тебя похитил.

-А минусы будут? Вы меня если бы не украли, то я бы дошёл до врача, продолжал принимать таблетки и всё. А сейчас я умею улыбаться! И не только! Я тут с вами столько всего чувствовать начал! Поэтому да, я хочу быть похожим на вас.

-Знаешь, мне вдруг стало интересно, осознавая свой прогресс, ты бы решился вернуться к матери?

-Нет, – вдруг сделался серьёзным мальчик, – а если я таким только с вами буду? А если с ней снова всё будет как раньше? Я не хочу снова быть неправильным.

-Так, смотри, если так сильно хочешь быть похожим на меня, то опирайся на мои слова, а не на слова человека, что поспособствовал твоему рождению. Ты нормальный. И не важно, чувствуешь ты что-то или нет. Поверь человеку, что уже через это проходил.

-Я понял, – смиренно вздохнул юноша.

-Ничего ты не понял.

Винс пожал плечами и откинулся на спинку дивана синхронно со своим похитителем. Кинолента подошла к концу, и мужчина поспешил удалиться. Парень остался смотреть старые фильмы в гордом одиночестве.

Позже они снова встретились. Подросток так и не лёг спать, а Нуар снова проснулся, но на этот раз не ради воды, в этот раз он был при полном параде, не хватало только халата и очков. На ходу он подвязывал волосы и явно спешил. Мальчик не обратил на это особого внимания. Неизвестный голос, что обращался к фармацевту, заставил юношу выглянуть в окно. Мужчина с кепкой на голове передавал аптекарю деревянный ящик с саженцами. Мужчины перекинулись парой фраз и разошлись. Заинтригованный парень бросился на первый этаж рассматривать цветы поближе.

Фармацевт оставил ящик на улице, а сам скрылся за дверью небольшого сарайчика, где хранились садовые инструменты. Выудив оттуда секатор, вернулся обратно. Из дверного проёма торчали бирюзовые волосы и пара любопытных глаз. Мужчина улыбнулся, глядя на парня, но поспешил его пожурить.

-Соскучился по людям? Кыш!

-А можно на цветы посмотреть?

-А ты никогда не видел?

-Лилии только оранжевые!

-У тебя развитие как у пятилетки. Ну-ка вон отсюда. Принесу тебе.

-Спасибо!

Фармацевт заулыбался ещё больше и секатором срезал одну из лилий.

Срезанный цветок очень внимательно рассматривал Винс, пока они вдвоём шли до подвала. Мэй уже не реагировала так резко при появлении Нуара, она молча осознавала, что никуда не денется и здесь же встретит свой конец, но продержится подольше, если будет более покладистой.

-Доброе утро, – улыбнулся мужчина.

Девушка кратко кивнула, не отрывая взгляда от пола.

-Ты сегодня очень красноречива. А мы, между прочим, с обещанным подарком.

Подросток провёл рукой по лепесткам и прошёл вперёд, вставая перед девушкой вплотную. Пальцы мальчика легли на подбородок Мэй, он заставил её поднять голову и посмотреть на себя. Девушка сжалась, ожидая худшего. Но парень улыбнулся и положил цветок ей за ухо.

-Я угадал?

-Да, красивые.

-Прекрасно, рад, что тебе нравится.

На этой ноте визит подошёл к концу. Нуар подождал, пока юноша пройдёт вперёд него, и уже после закрыл за собой дверь. Выбежав на светлый этаж, мальчик на секунду зажмурился, после чего нырнул под стол, зная, что сейчас мужчина должен открывать магазин. В последнее время сидеть одному на жилом этаже было скучно и одиноко.

Стало уже традицией при визитах Винса в рабочее время начинать какую-нибудь игру. Любимцем у обоих был морской бой, но хотелось разнообразия. Сегодня выбор пал на незамысловатые крестики-нолики. У этой игры был всего один минус – слишком короткие партии. Не больше трёх минут нужно было до конца. К концу рабочего дня вышла почти полностью исписанная тетрадь и засыпающий мальчик. Бессонная ночь давала о себе знать. К концу игры подросток уже был вялым, и ему надо было время, чтобы осознать, что сейчас его ход. А к концу рабочего дня и вовсе клевал носом.

Фармацевт понял это только когда не получил ответа на свой вопрос об очередной партии. Даже после попыток аптекаря юноша не проснулся. Мужчина осторожно потрепал парня по волосам и закрыл магазин, напоследок навестил новую жертву.

Опять знакомый дом, снова знакомое, ненавистное прикосновение, сверкающее в тусклом свете острие ножа, окроплённое кровью. И опять этот отвратительный безразличный взгляд.

-В твоей дефектности есть польза, – прошептал отец.

Мужчина сделал пару шагов назад, а мальчик позволил себе опустить глаза. Медленно, но верно перед глазами начал открываться образ жертвы. Туфли на высоком каблуке, чёрные джинсы и знакомое серое пальто, на которое так долго и мечтательно смотрела…

-Мама, – еле слышно проговорил Винс.

Было трудно не узнать эти огненно-рыжие волосы, обладателем которых стал и её сын. В отражении лезвия юноша заметил, что сейчас он был шатеном, как и его отец, но рыжие корни всё же было видно.

Что-то стеклянное упало на пол и разбилось. Юноша обернулся на звук.

Фармацевт тормошил парня усерднее, чем в прошлый раз. Не без труда мальчик открыл глаза. Ладонь отдавала несильной болью. Несколько тонких струек крови медленно стекали вниз. С брезгливым видом парень стёр их рукавом другой руки.

-Винс! – взволнованно вскричал мужчина, – Ты как себя чувствуешь?

-Я разбил ваш стакан… – виновато сказал юноша.

-Да всё равно мне на этот стакан, ты сам как?

-Устал немного.

-Значит, иди отдыхай. Не сиди здесь до потери сознания.

Винс кивнул. Только он начал вылезать из-под стола, как заметил за спиной аптекаря движение. Знакомые чёрные локоны, сливающиеся с таким же чёрным свитером, из-под которого выглядывала ярко-красная рубашка. Девушка двигалась медленно, постоянно оглядывалась, пыталась высмотреть своего похитителя. Увидев, что он занят, Мэй стала идти намного уверенней, но канцелярский нож продолжала держать так же крепко. «Так вот где он всё это время был» - подумал Винс. Всего мгновенье, и в голове подростка загудела сирена, оповещающая о том, что безопасность его и Нуара под угрозой.

-Вы не закрыли дверь! Опять! – вскричал мальчик.

Фармацевт резко обернулся. Не успел он предпринять малейшей попытки вернуть девушку в подвал и получил от неё удар ножом. Аптекарь зашипел от боли и схватился за ранение. Кровь подростка вскипела от злобы. Никто не имеет право посягать на жизнь его похитителя. В попытках остановить Мэй самостоятельно Винс схватил с пола осколок стекла и наотмашь ударил её по ноге. Это помогло. Девушка машинально схватилась за порез и не смогла удержать равновесия. Нож из её руки улетел в сторону. Одновременно с парнем они бросились к лезвию. Одновременно подростки схватились за сталь. У Винса было небольшое преимущество, которым он незамедлительно воспользовался. Ногой он дотянулся до раны Мэй и с силой по ней ударил. Девушка ослабила хватку, отдавая нож мальчику. Понимая, что проигрывает, она пытается бежать, пытается игнорировать боль в ноге и снова разыгравшуюся в сломанной руке. Ей не удаётся добежать и до конца прилавка как её настигает фармацевт. Юноша стоял рядом, крепко сжимая нож и тяжело дыша.

-Послушаешься, – и проживёшь немного дольше, – прошептал мальчик и бросился на Мэй.

Аптекарь остановил его. Винс послушался.

-Я позволю ему тебя добить, если попытаешься снова сбежать.

-Что мне сделает десятилетка?

-Четырнадцатилетка. Много чего. Он кровожадней, чем выглядит.

Мэй фыркнула и ринулась к двери. Винс бросился за ней. Мальчик смог прижать девушку к полу, так, чтобы перекрыть ей все возможности к сопротивлению.

-А я говорил тебе, что живой ты не уйдёшь. Но теперь вопрос – как тебя убить? Когда-то давно отец хотел свернуть мне шею. Говорил, что там такой приятный хруст. Даже величайшим композиторам не написать музыки лучше, чем ломание чужих костей. А может просто всадить в тебя нож? Банально, но эффективно. А можно убивать тебя медленно и мучительно. Слушать твои мольбы и крики.

-Дай мне уйти, прошу.

-Зачем? Язык за зубами не удержишь, а я возвращаться не планирую.

Юноша без малейших сожалений вонзил нож в тело Мэй. Кровь была на полу, на лезвии, на руках и одежде Винса. Он несколько минут смотрел на ещё тёплый труп без эмоций и мыслей. Стоило ему повернуть голову на стеклянную дверь, в которой он отражался, и вспомнил собственный сон, так похожий на нынешнюю ситуацию. Подросток с ужасом смотрел на себя самого, узнавая в себе отца.

Глава 13. Ночное рандеву

-Я не хочу быть как он, я не хочу быть как он, я не хочу быть как он, – без остановки бормотал Винс.

Мальчик обхватил колени и раскачивался, продолжая произносить одну и ту же фразу. Мужчина переводил взгляд с юноши на тело и обратно. Решив, что эмоциональное состояние парня сейчас будет поважнее, Нуар поднял мальчика на руки и унёс подальше от ужасающей картины.

Стать похожим на своего отца было одной из вещей, которой юноша неосознанно боялся. Быть таким же жестоким тираном с людьми, что любят тебя, что такого жестокого обращения к себе не заслужили. Без зазрения совести убивать людей просто потому. Как сейчас. Девушка не заслужила такой смерти. Такой спонтанной смерти от рук мальчика, что младше её на несколько лет. Ещё и той же речи, какой Винса одарил отец перед их с матерью побегом. Юноша не умолкал ни на мгновенье, продолжая говорить одно и то же. До сих пор. Он не хотел верить в произошедшее, не хотел принимать всё за чистую монету, но сделанного не вернуть. Руки запятнаны кровью, а совесть сомнениями. А на первом этаже, перед самым выходом из аптеки, лежало бездыханное тело.

-Всё в порядке, – шептал в унисон бормотаниям спокойный голос.

Винсу хотелось в это верить, но он не мог, не хотел. Он теперь такой же, как и отец, всё не может быть в порядке. Бормотания прекратились. Всего секунда и мальчик уткнулся в фармацевта, заглушая собственный плачь. Аптекарь, не ожидавший от Винса таких тактильностей и эмоций, неловко положил одну из рук на волосы парня, а второй опирался о диван.

-Плакса, – прошептал мужчина, – только что спас нас от разлуки и рыдает в три ручья.

-Никого я не спас! Я… я… – из-за слёз не получалось сказать больше пары слов.

-Проревёшься, и обсудим это. Но ты молодец, не испугался.

-Не заслужил я похвалы! Перестаньте! Меня по-хорошему надо вслед за ней убить, а не хвалить.

-И с чего вдруг такие выводы? Ещё пару дней назад кричал, что тоже хочешь у людей жизни отнимать.

-Я думал, что это поможет быть нормальным, а в итоге я не чувствую буквально ничего. Я только что убил человека и ничего не чувствую! Только больше стал бояться, что стану таким же, как мой отец. Уже стал…

-Не стал. Тебе до него далеко. Да, убил, но не просто так. Подумай,

если бы ты испугался, то мы бы с тобой сейчас так не сидели. Ты был бы дома, с матерью, а я среди таких же убийц за решёткой.

-У полиции нет доказательств, что вы серийный убийца.

-Да, но стоит им немного перекопать мой сад, и обнаружится несколько пропавших детей.

-Сад? – юноша переменился в лице. – А-а-а-а! Так вот зачем вы про цветы спрашиваете!

-Достаточно маньячно?

-А что бы вы на мне посадили?

-Зависит от того, что хочешь ты, – фармацевт глянул на мальчика, что готов был озвучить ответ, и тут же перебил его. – Нет, не говори. Ты не хочешь цветы. Ты хочешь дерево вишни.

Подросток активно закивал. Он улыбнулся, безрезультатно утёр слёзы рукавом.

-Вы такой внимательный, всё знаете.

-Да, слишком долго ты у меня живёшь, – фармацевт мягко отстранил от себя мальчика, – Успокоился?

-Немного.

-Хорошо, тогда приляг, а то совсем у меня расклеишься.

Юноша промычал что-то согласное и послушно улёгся на диван, когда мужчина ушёл. После истерики мыслей в голове совсем не осталось. Парень просто пялился на обивку дивана. Хотелось убежать как можно дальше от самого себя. Это было возможно, но была в этом способе одна небольшая загвоздка – нежелание Нуара убивать свою жертву. Винить его никто не собирался, мальчик сам сильно привязался к мужчине и раньше положенного уходить не хотел. Если это положено вообще существует. Аптекарь ещё несколько раз прошёл мимо парня туда-обратно. Только один раз он остановился, оставив рядом с Винсом импровизированный ужин из бокала чая и вишнёвой слойки. Напоследок потрепав мальчика по волосам, ушёл в последний раз.

Расправившись с едой вместе с Айваном, выпрашивающим угощение из кармана, парень решил проверить, где там его похититель, слишком уж долго его нет. Нуар в это время был на своём заднем дворе, выкапывал могилу для Мэй. Хотелось подойти и поговорить, чтобы хоть немного стало легче, но было страшно выходить на улицу, даже в ночное время, когда улица была пуста и единственное, что разбавляло гробовую тишину, это лопата фармацевта. Заприметив в темноте силуэт, мужчина несколько раз щёлкнул пальцами, привлекая внимание, и жестом показал накинуть капюшон. Мальчик послушался, но выходить не стал.

-Твоя осторожность похвальна, но вокруг никого, можешь подойти. Хоть свежим воздухом подышишь.

Несмело, но подросток всё же вышел на улицу. Вдоль высокого забора располагалось множество кустов и ростков с цветами. Многие из них были жухлыми или только начинали увядать. Осень брала от природы своё. Лишь некоторые растения стойко переживали осеннюю стужу и оставались ярким зелёным пятном на фоне золотой опавшей листвы. Внимание Винса привлекли чёрные лилии. Он помнил, что аптекарь упоминал их как свои любимые. В лунном свете чёрные бутоны смотрелись мрачно и таинственно.

-Нравятся? – спросил Нуар, подходя к парню.

-Ага, красивые очень.

Недолго думая, мужчина срезал одну из лилий и протянул юноше.

-Оставь себе, любоваться будешь.

-Спасибо.

Фармацевт кивнул и вернулся к раскопкам. Ещё немного посмотрев на свой цветок, юноша повернулся к накрытому тканью телу. Интерес взял верх, и Винс подошёл к Мэй. Её глаза были закрыты, но парень всё равно смотрел с опаской, думая, что вот сейчас она откроет глаза и продолжит обвинять его во всём, в чём он виноват и к чему не причастен. Однако девушка лежала и не двигалась, ничего в ней не говорило о том, что она скажет ещё хоть что-то. Мальчик внимательно осмотрел тело и не обнаружил при Мэй лилии, которую дарил ей от лица аптекаря совсем недавно. Бросив взгляд на свой цветок, подросток направился в подвал.

На подземном этаже, посреди комнаты лежала нежно-розовая лилия. Её лепестки слегка увяли, но своей красоты она всё равно не растеряла. Парень поднял цветок, осмотрел со всех сторон и неторопливо стал возвращаться.

По возвращению Винса, тела уже не было видно, только ткань, валяющаяся скомканной где-то в стороне. Первая земля уже коснулась Мэй, и юноша поспешил оставить цветок.

-Стойте! – прикрикнул парень.

-Я разрешил тебе выйти на улицу, а не орать на весь район.

-Простите, – мальчик подошёл к могиле, – я хотел отдать.

Он встал на колени и, как только мог, аккуратно положил цветок ближе к девушке. Мысленно подросток несколько раз извинился. Девушке было уже всё равно на извинения, но Винсу стало немного легче.

-Отдал?

-Да. Ей нравятся эти цветы. Может, ей будет немного лучше, если рядом будет любимый цветок?

-Не знаю, Винс, не знаю.

Юноша кивнул и отстранился, позволяя Нуару продолжать закапывать могилу. Наблюдая за тем, как земля постепенно наполняла яму, мальчик вдруг начал представлять на месте Мэй себя самого. Будет ли кому-то так же стыдно за его смерть? Будет ли кто-то грустить на его скромных похоронах? Винс не знал и знать не особо хотел. Вернее, хотел бы, но только в одном случае – если ответ будет отрицательным, слышать грустное «да» не хотелось. Когда вся земля закрыла могилу полностью, фармацевт приступил к посадке цветов. Под каждой клумбой было по телу. Если этого не знать, то можно было подумать, что дружелюбный аптекарь ещё и прекрасный садовник. Цветы у него и вправду выглядели хорошо. В глазах общественности мужчина был чуть ли не святым. На секунду Винсу даже стало интересно, подозревал ли его кто-то в похищениях. Возможно, кто-то пытался даже обвинить его в пропажах детей. Такая ситуация стала бы для Нуара не самой большой проблемой. Он бы улыбнулся и сослался на большое количество работы, а там и за садом следить надо, красть чужих детей просто некогда. В этот самый момент он как раз мог бы закапывать одного из пропавших. Мальчик хихикнул, представляя эту картину. Фармацевт мгновенно оторвался от работы, готовый к истерике, суицидальному признаку, но подросток ограничился лишь тихим звуком.

-Всё в порядке?

-Да, простите, задумался.

-О чём же таком забавном ты задумался?

-Да так, неважно.

-Рад, что ты пришёл в себя.

Подросток улыбнулся и сильнее сжал в руках свой цветок. Аптекарь к тому моменту уже закончил с пересадкой и собирался уходить. Обзаведясь привычкой всё время проверять, рядом ли Винс, мужчина осмотрелся и заметил, что мальчик сидит на месте. Мужчина молча взял подростка за руку и повёл за собой. Юноша не препирался, лишь бросил взгляд на могилу, прежде чем послушно последовать за своим похитителем.

Нуар заботливо предоставил мальчику импровизированную вазу из пластиковой бутылки, наполненной водой, когда привёл того к столу на втором этаже. Подросток смотрел на обычный цветок как на священный Грааль: мечтательно и восхищённо. Суетящийся рядом мужчина поглядывал на парня, радуясь его интересу. Он хотел уже было сходить и срезать ещё несколько, чтобы лицезреть у мальчика восторг, но подумал, что живые цветы будут радовать куда больше. Постучав костяшками пальцев по столу, фармацевт привлёк внимание мальчика и вручил ему кружку вишнёвого сока. Парень принял бокал и сделал несколько глотков. Пока юноша любовался цветком, аптекарь успел сходить в свою спальню за ноутбуком и найти для себя новый сериал. Из холодильника он выудил несколько бумажных пакетов с логотипами сети фастфуда. Подросток сразу понял, что лягут они сегодня поздно. Не успел он подлизаться к мужчине, как в него прилетела картонная упаковка.

-Я купил тебе пирожок с вишней, надеюсь, ты счастлив.

Глаза подростка загорелись. И лилия уже не была такой же интересной, как чересчур вишнёвый ужин. Юноша с соком в одной руке, пирожком в другой и Айваном в кармане с интересом наблюдал, как фармацевт ищет кино на вечер. На удивление выбор мужчины пал не на нуарную историю, а на вышедший относительно недавно сериал.

-Что мы смотрим сегодня?

-Какой-то сериал про маньяка.

-Но это даже не документалка.

-Ну ты бы в любом случае сюда пристроился бы чтобы посмотреть. Мне нравятся художественные фильмы и сериалы, а тебе маньяки. А здесь есть и то, и другое.

-Ладно, доверюсь вашему вкусу.

Мальчик укрылся пледом, устраиваясь ближе к экрану. Айван уже сидел у Винса на плече в ожидании чего-то вкусного. Фармацевт выдернул у подростка покрывало, забирая немного себе, и включил сериал.

Художественное произведение разнилось с документальными фильмами, поэтому некоторые сценарные решения юноша оспаривал и критиковал. То они были нелогичными, то нереалистичными, то просто глупыми. Каждым моментом негодования аптекарь был доволен больше, чем кинолентой.

-Ощущение, что ты местного маньяка критикуешь больше, чем меня.

-Мне не надо лишний раз открывать рот, чтобы вас покритиковать. Одно моё существование в данную минуту уже одна большая критика вашей деятельности.

Нуар драматично вздохнул.

-А я ведь к тебе со всей любовью, рыжик.

Винс смог изобразить самое натуральное отвращение, какое только мог. Эта картина была ещё лучше вечных возмущений. Мужчина ехидно захихикал и потрепал мальчика по волосам.

-Отвратительно.

-Знаю, но ты так забавно реагируешь.

Закатив глаза, юноша вернулся к просмотру, во время которого позволил себе немного прижаться к Нуару. И позволил мужчине слегка себя приобнять.

Глава 14. Затишье перед бурей

Винс обнаружил себя лежащим на диване, хотя сам не помнил, когда он успел заснуть. Фармацевта рядом не было, ноутбука на столе не стояло. Даже коробка Айвана не издавала ни звука. Парень бросил взгляд на часы, которые, на удивление, показывали час дня. Так долго мальчик не спал никогда. Подросток лениво потянулся и спрыгнул с дивана. Первым делом он открыл холодильник в поисках чего-то съестного. На глаза попалась небольшая банка с вишнёвым вареньем. Выбор был очевиден. Отыскав на кухне хлеб, юноша поставил чайник и подумал, что не так уж и сильно ему нужно на что-то намазывать варенье, так вкуснее.

Мужчина всё равно отправил бы Винса в ванную, так что юноша поплёлся в сторону нужной двери. Прежде чем взять в руки зубную щётку, мальчик неосознанно убрал прядки за уши. Несколько таких жестов спустя подросток раздражённо собрал волосы одной рукой и продолжил водные процедуры другой. Лишь несколько минут спустя он понял, что может собрать хвостик. Не раздумывая ни секунды, парень нашёл на столе резинку и завязал её на волосах. Улыбаясь, он вышел из ванной.

После позднего завтрака и водных процедур подросток аккуратно спустился на первый этаж, на работу к Нуару. Людей в магазине не было, а фармацевт лежал на столе и мирно спал. Обычно в это время он делал хоть что-то. Иногда что-то писал, иногда работал на складе. Винс тихо подошёл к аптекарю и пару раз толкнул. Тот лениво отмахнулся и отвернулся от источника дискомфорта.

-Господин Нуар, – прошептал мальчик.

Мужчина пробурчал что-то невнятное, но глаз не открыл. Спит крепко. Парень хотел предпринять ещё одну попытку, но над входной дверью прозвенел колокольчик. Юноша оперативно спрятался под столом, а Нуар мгновенно выпрямился, будто и не спал вовсе. Когда покупатель расплатился и вышел из аптеки, мужчина снова улёгся на столе и заснул.

-Господин Нуар! – повторил Винс чуть громче.

Но реакции не последовало.

Не придумав ничего лучше, юноша взял в руки швабру и, чтобы не мелькать перед прозрачной дверью, слегка ударил по колокольчику над дверью. Как и предполагалось, аптекарь поднялся со стола. Не увидев никого, кроме Винса, он закрыл лицо руками, тяжко вздыхая, и устало спросил:

-Что?

-Доброе утро, – лучезарно улыбнувшись, пожелал мальчик.

-Не сказал бы. У тебя что-то срочное?

-Вообще не очень, просто похвалиться хотел.

-Хвались, раз хотел.

Радостно мальчик подбежал к Нуару и показал свои волосы.

-У меня теперь тоже хвостик, как у вас!

Аптекарь улыбнулся и потрепал мальчика по волосам, одновременно с тем укладываясь на стол.

-Тебе идёт. Ещё немного отрастить, и будет красиво.

-Да! Будем с вами вместе с хвостиками ходить!

-Обязательно, только дай мне поспать немного.

-А вам может помощь какая нужна тогда?

-Нет, отдыхай, – мужчина закрыл глаза, но тут же снова поднялся, – чуть не забыл, – он достал из кармана халата спящего мышонка и передал Винсу, – Айван сегодня почти всё время со мной, пусть спит у себя дома, а не в тесном кармане.

Мальчик засиял и уходить не спешил, глядя на фармацевта самым счастливым взглядом на свете. На вопрос аптекаря о причине улыбки мальчик ответил незамедлительно, чуть ли не прыгая от радости:

-Вы наконец назвали его по имени!

-Пошёл вон.

Всё так же улыбаясь, Винс отнёс грызуна в его домик. Сам же уселся на диване, думая, чем занять себя сегодня. Нуар отсыпается, значит, поиграть с ним не получится, на этаже делать было нечего, а смотреть документалки про маньяков не хотелось, что для подростка было странно. Единственное развлечение, которое он смог для себя придумать – это подробное изучение каждого уголка каждой комнаты. Но, к сожалению, задумка провалилась не начавшись. Все углы давно были изучены, ничего нового в них уже не найти. Площадь самого магазина была изучена парнем только поверхностно. Убедившись, что никого нет, что мужчина спит, мальчик прошмыгнул к столу и начал рыскать по ящикам. Разочарованию не было предела, когда он обнаружил аккуратно разложенную канцелярию в одном, документацию в другом и одиноко лежащий провод зарядки для телефона в третьем. Четвёртый наверняка будет совсем пустым. Но на удивление там лежали скомканные бумажки, среди которых скромно прятался фотоаппарат. Наконец что-то интересное. Юноша взял камеру в руки, но рассмотрев её со всех сторон, понял только то, что, возможно, этот аппарат годится ему в родители.

-А рыться в чужих вещах нехорошо, – сонно проговорил аптекарь.

-Мне скучно.

-Полностью оправдан, – саркастично прыснул мужчина, – А если серьёзно, то закрой ящик, и положи что взял.

-А зачем вам такой фотоаппарат?

-Когда-то давно увлекался фотографией.

-А…

-Нет, обычной фотографией, никаких фото тел, жертв и так далее, – перебил фармацевт.

-Завидую вашим предыдущим жертвам. Им не приходилось слушать это разочарование.

-Я смогу насладиться тишиной, если отдам тебе камеру?

-Вполне возможно.

-Тогда бери и уходи.

Подросток кивнул и, рассматривая аппаратуру, удалился из магазина.

Думая, что можно запечатлеть на фото первым, в голову пришло сделать парочку фото Айвана. Мышонок проснулся всего на мгновенье, посмотрел на новинку в руках хозяина и вернулся ко сну. Направив объектив на грызуна, Винс нажал на нужную кнопку и несколько секунд пытался найти, где посмотреть получившееся фото. Юноша чуть дёрнулся, когда камера тихо зажужжала и готовое фото вылезло из специального окошка. Но на бумаге ничего не было. Интереса ради, мальчик несколько раз встряхнул фото, и картинка начала проявляться. Получилось слегка не то, что подросток задумывал, но результат оказался удовлетворительным. Он просто отложил фотографию и сделал ещё одну, но с другого ракурса. Следующими на очереди стали слишком громкие птицы за окном. Подходить вплотную к стеклу было бы глупо, но ветви деревьев удобно располагались близко к окнам, птиц на этих деревьях тоже было видно очень хорошо. Издалека фотографии получились не такие красивые, но всё же получились. Птиц было видно достаточно чётко, задний план вышел неплохим, но всё равно что-то не то. На Айване и птицах идеи парня иссякли. Он опустошённо приземлился за кухонный стол, глядя на фотоаппарат. В нём ещё осталась плёнка, хотелось сфотографировать что-то ещё, но что?

Винс вдруг вспомнил, как мама в совершенно случайные моменты времени могла достать из кармана телефон и сделать несколько фотографий самой себя. Дома, на работе, на улице, да где угодно. Парень часто был свидетелем данной ситуации, но никогда не понимал, для чего это вообще нужно. Однажды он даже решился спросить, зачем и для чего Лиен это делает. В ответ получил простое: «На память». Это не помогло, зато мать затащила сына на внеплановую фотосессию и вместе с ним перебирала фотографии. Мальчик скептично смотрел на каждую, всё ещё пытаясь найти смысл. Но в те годы ему это так и не удалось. Но сейчас он улыбался, вспоминая эту ситуацию. Даже посчитал эту идею фото на память забавной. В любой момент можно посмотреть на фотографию, что-то вспомнить. Загоревшись идеей, подросток уже поймал неплохой ракурс и приготовился нажать кнопку, но одумался. Фотографии в одиночку будут слишком скучными, для фото на память совершенно не то. Такое надо делать со значимым человеком или любым другим существом. К этому моменту как раз проснулся Айван. Винс подхватил того на руки и стремглав спустился вниз.

Нуар как раз закончил с клиентом и с улыбкой желал тому хорошего дня на прощание. Не теряя драгоценных минут, подросток подбежал к ещё не успевшему лечь аптекарю и дёрнул того за рукав.

-Скажи мне, что сейчас ты пришёл с чем-то действительно важным.

-Очень. Я знаю, что хочу сфотографировать.

-Это не относится к перечню важных причин.

-Ещё как относится, если хотите поспать.

-Маленький шантажист, – прошипел мужчина.

-Учился у лучших, – подросток пересадил Айвана на плечо и продолжил. – Так вот, у моей матери был заскок постоянно где-то фотографироваться, мол на память. Давайте тоже так сделаем.

Нуар молча глядел на мальчика, не зная, что тому ответить. Он не был особо против, но и согласия давать не хотел. Несколько раз он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но промолчал. По итогу мужчина взмахнул руками с кратким:

-Давай.

-Всё-таки у вас будут фотографии с жертвой.

-Давай по-быстрому с этим закончим.

-Ничего не обещаю.

Приличное количество времени заняло обсуждение выбора фотографа. Винс настаивал на том, чтобы камеру в руках держал фармацевт, аргументируя это тем, что какой-никакой опыт в фотографии у него есть, а мужчина всеми силами отнекивался и пытался всучить аппарат парню. Свой отказ он оправдывал как отсутствие опыта, ведь все фотографии, что он когда-либо делал, получались ужасными. Злобно фыркнув, юноша вновь открыл ящик, где лежала камера, и достал несколько бумажек. Это всё были сделанные аптекарем фото. Ничего необычного или гениального в них не было. Просто всякие пейзажи, иногда попадались фото собак и кошек, что забредали к фармацевту на участок, и пара фотографий птиц из окна, такие же совсем недавно делал Винс. Но назвать всё это бездарным или ужасным было нельзя. Несколько экземпляров юноша разложил перед собой на столе, внимательно рассматривая каждый.

-Я искренне не понимаю, что не так. Всё ведь красиво.

-Хорошо, давай камеру, пара фотографий и на этом всё, понял?

-Хоть так.

Парой фотографий не обошлось. Пока оба уселись, пока нашли, куда пристроить Айвана, чтобы тот красиво смотрелся на картинке. По началу кадры получались больше неловкие. Никто не понимал, что конкретно им нужно делать. После нескольких снимков обоим стало намного комфортней. Для одного из фото мальчик постарался. Поставил нужное положение для себя, фармацевта, где оба демонстрировали хвостики. На другом фото Винс нагло забрал себе очки мужчины и позировал в них. На каких-то Нуар позволял себе проявлять себе чуть больше тактильности. Фотосессия закончилась вместе с плёнкой на фотоаппарате.

Сидя на коленях фармацевта, подросток перебирал целую стопку фотографий. Каждую рассматривал по несколько минут, вглядывался в каждую деталь. Нуар не рассматривал фото так же внимательно, но всё же посматривал на снимки. На той самой хвостатой фотографии мальчик остановился дольше. Эта ему нравилась больше всех остальных.

-Ты можешь носить фотографию с собой.

-Так и сделаю. А вы себе заберёте какую-нибудь?

-Да, оставшаяся стопка останется у меня. Отнесёшь в мою спальню?

Юноша кивнул и, взяв в руки снимки, побежал на второй этаж. Думать, куда пристроить фотографии, Винс не стал, оставил всё на столе и поспешил вернуться.

Довольный Нуар сидел за столом и приговаривал что-то ласковое, приглядевшись, мальчик заметил, что одновременно с этим фармацевт играется с Айваном. Подросток давно подозревал, что вся эта ненависть к грызуну – просто показуха. Мальчик тихо подошёл к Нуару и положил голову ему на плечо. Мужчина не отвлёкся от тисканья мышонка, но начал с парнем диалог.

-А я всегда знал, что он вам нравится.

-Он милый, не больше.

-Конечно, конечно.

Юноша и сам протянул к Айвану руки, желая присоединиться к играм. Неосознанно подросток поднял глаза и заметил вдалеке фигуру, целенаправленно идущую сюда. По очертаниям было похоже на мужчину, но разглядеть более детально возможности не представилось. Человек опустил голову вниз, что-то печатая в телефоне. Винс толкнул аптекаря, предупреждая о клиенте, сам спрятался под стол. Зазвенел колокольчик над дверью, и парня вдруг накрыла тревожность. Когда вошедший заговорил, в лёгких стало не хватать воздуха. Голос был знаком, был выжжен в подсознании и внушал страх. Винс всегда помнил этот голос, всегда будет помнить. Голос своего отца.

Глава 15. Ты ведь помнишь про дерево вишни?

Фармацевт заметил волнение мальчика, но не придал этому значения, списав всё на боязнь людей.

-Добрый день, господин…Нуар, верно? – доброта в голосе не была искренней, аптекарь понял это сразу.

-Да, всё верно. Могу я чем-то помочь?

-Можете. Это может показаться странным, но я здесь по женскому вопросу.

-Я вас слушаю.

Желание Винса убежать с каждой секундой становилось всё сильнее и непреодолимей. Воздух в лёгких продолжал кончаться, и дышать было почти невозможно. А голос отца в настоящем продолжал, словно туман, окутывать мальчика, нагоняя жуткие воспоминания из детства. Мужчины тем временем продолжали друг другу наигранно улыбаться и лицемерно любезничать.

-Можете посоветовать что-то для прерывания беременности на

ранних сроках?

-Аборт. Но с этим не ко мне, а в специальную клинику.

-Смешно, но ноги моей здесь не было бы, согласись она добровольно. Так что приходится говорить с вами.

-Можете не мучить себя, я не собираюсь продавать вам ничего, если это будет использовано кому-то во вред.

Мужчина усмехнулся. Маска доброжелательности слетела с его лица, уступив место хищному оскалу. Винс уже дрожал от страха, молясь, чтобы отец скорее ушёл, а на лице Нуара не дрогнул ни один мускул. Но любезно улыбаться он перестал, одаривая клиента безразличным взглядом.

-Ты, видимо, не понял, – перешёл мужчина на полушёпот. – Я одним щелчком пальцев могу купить твою вшивую аптеку вместе с тобой, а ты имеешь наглость мне отказывать?

-Да. Будьте так любезны, покиньте помещение.

Мужчина хмыкнул. Запустив в волосы пятерню, он усмехнулся и резким движением схватил фармацевта за халат, притягивая к себе вплотную. В хищном оскале появилась нотка безумия, а Нуар был всё так же беспристрастен. Несколько минут клиент молчал. Не дождавшись от собеседника и слова, фармацевт взял инициативу на себя.

-Как мало вам надо, чтобы выйти из себя. Что дальше? Убьёте меня? За то, что никто не объяснил вам о такой вещи, как контрацепция?

Винса тем временем немного отпустило. Юноша еле сдержал смешок и успел понять, что надо что-то делать. Аккуратно он вылез из-под стола. Увидев накалённую обстановку, снова стало не по себе. Но мужчины подростка не замечали, что было юноше на руку. Он видел обоих, видел, как его маньяку угрожают. Кровь начала вскипать от злости. Никто не имеет права мешать аптекарю жить, кроме него самого. Отключив инстинкт самосохранения, мальчик дотянулся до одного из ящиков. Достав оттуда ручку, он швырнул её в отца. Мужчины синхронно повернулись в сторону мальчика. Ромеро был ещё больше зол, Нуар же мысленно убивал парня за этот жест.

-Уродец, – вдруг улыбнулся Марк. – И даже родного отца не встретил, как же так?

-Руки от него убери.

-Ещё и грубияном вырос, – взгляд мужчины зацепился за свежевыкрашенные волосы сына. – Что стало с твоей головой? В последнюю нашу встречу ты был рыжим, прямо как твоя мать.

-Зато ты ничуть не изменился. Всё такой же богатый урод. Только постарел.

Ромеро выпустил фармацевта и потерял к тому всякий интерес. Его вниманием целиком и полностью завладел Винс. Несколько раз кивнув, мужчина так же, как и аптекаря, схватил мальчика, но вместо разговора потащил того к выходу. Из мёртвой хватки отца не выбирался ещё никто. Как бы сильно юноша не старался, результата было ноль. Марк лишь сильнее, до хруста костей, сжал руку сына.

-Отпусти меня! – вдруг вскричал подросток.

-Нет. Я дал обещание твоей матери и собираюсь его выполнить.

Сердце вдруг пропустило удар. Он общался с ней, что-то наобещал. Парня будто парализовало, отчего тащить его за собой стало гораздо проще. Не придумав ничего лучше, юноша впился в руку Марка зубами и тот, зашипев от боли, ослабил хватку, подарив мальчику шанс вырваться. Что юноша и сделал, отбежав от мужчины на пару шагов.

-Весь в мать, – бросил Ромеро, – Но ты не она, тебя я так просто не отпущу. Я обещал ей принести твой труп.

-Какая тебе с этого выгода?

-Мне? Особо никакой, но лишить тебя жизни я хочу очень давно, а тут такая хорошая возможность.

Взгляд Винса вдруг переместился за спину отца. Знакомая картина. Нуар уверенно схватил мужчину со спины и приставил к его горлу аккуратный тонкий нож, чем-то напоминающий ручку. Не растрачивая слова впустую, он точным движением провёл лезвием по горлу Ромеро. Проблема была всего одна. Марк превосходил фармацевта в росте и малость в силе. От попытки убийства осталась лишь царапина. Заслонив Винса собой, аптекарь наставил на его отца нож, не давая тому приблизиться.

-Надо же, – вдруг осознал мужчина, – Так долго по городу ходят легенды о маньяке, пропадают люди. Кто бы мог подумать, что им окажется старый аптекарь.

-Ух ты, – без особых эмоций поразился фармацевт, – ты прямо детектив. Как жаль, что живым отсюда не выйдешь и донести миру шокирующую правду не получится.

-Кто уйдёт отсюда живым, а кто нет, ещё надо решить. Как-никак, у меня есть небольшое преимущество.

Ромеро запустил руку во внутренний карман пальто. Через секунду он вытащил оттуда небольшой пистолет, направляя его прямо на Нуара.

-Просто пистолет? – разочаровался аптекарь, – В рассказах Винса ты был таким маньячным, изощрённым. А на деле я получаю это.

Мягко говоря, мужчина был удивлён такой реакцией. Обычно люди начинали переживать за свою жизнь, только завидев оружие, а здесь никаких эмоций ни у Нуара, ни у Винса.

-Ты думал, что сможешь напугать серийного убийцу оружием? Весь блеск твоего ума иссяк, когда ты понял, что говоришь с местной легендой?

Винс наблюдал, как аптекарь пытается его защитить, всеми силами переводит стрелки на себя, чтобы мальчик оставался в безопасности. Но Ромеро не его проблема. Юноша помнил, что в ящике было ещё несколько ручек, похожих на нож, что сейчас держит Нуар. Аккуратно, не привлекая внимания, парень из-за спины аптекаря скрылся за стеллажами и витринами, пробираясь таким образом к столу. И он был прав. В ящике действительно лежало ещё несколько металлических ручек, скрывающих за своим корпусом смертоносное оружие.

Перемахнув через стойку, как через турникет, парень без раздумий несколько раз полоснул отца по ногам, затрудняя тому передвижение, и безопасности ради отошёл. Хоть злость в нём и кипела, хотелось уже сейчас вогнать нож в отцовский череп поглубже. Сомнений и сожалений на этот раз не было. Этот человек заслуживает смерти уже за то, что ходит по земле. Завидев злобный взгляд Ромеро, юноша нанёс ещё удар, и стоять на ногах стало неимоверно больно. Мужчина потерял равновесие и упал в руки Нуара, который с силой швырнул того на пол, для пущего успеха закрепив результат так же, как когда-то это делал сам Марк. Ботинок аптекаря впечатался в горло мужчины. Подросток уже стоял ближе, наслаждаясь видом, получая истинное удовольствие от вида задыхающегося, беспомощного отца. Сейчас был прекрасный момент, чтобы лишить его жизни и забыть о нём навсегда, если бы не одно «но». Нуар оттащил мальчика за витрины и жестом сказал сидеть тихо. Сразу же после этого за витрину он затащил глотающего воздух Ромеро. Суетливо вручив Винсу оружие его отца, ещё раз попросил быть тише. Не успел мальчик задать вопрос как над дверью прозвенел колокольчик.

-Добрый день, господин Нуар, – поприветствовала Лиен.

Винс молился, чтобы она поскорее ушла, а Марк беззвучно смеялся. Боясь, что их укрытие раскроют, юноша, навалившись всем весом, приставил ко лбу отца его же пистолет. Ситуация позабавила Ромеро ещё больше, но всё же он замолчал.

Разговор у Нуара и Бардем состоялся недлинный. Но для некоторых тянулся слишком долго.

-Помните, я как-то у вас тут успокоительное покупала?

-Припоминаю.

-Я только недавно осознала, что забыла за него заплатить. Извините, пожалуйста.

-Не страшно, со всеми бывает. Вы ведь вернулись.

-Да, напомните, сколько с меня?

Мужчина озвучил цену, и Лиен поспешила расплатиться. Но не собиралась уходить, завела беседу с фармацевтом.

-Давайте поговорим с вами не здесь. Как-никак у меня обед.

-Конечно, простите, что отвлекаю.

-Мы с вами можем продолжить беседу на улице.

-Как вам угодно.

Лиен немного отошла от стойки, и Нуар, следуя примеру мальчика, перемахнул через неё на другую сторону.

-Обходить долго, – пояснил он, заметив удивлённый взгляд Бардем.

Женщина прикрыла смешок ладонью и последовала вместе с Нуаром к выходу. Аптекарь продолжал улыбаться, но бросал беспокойные взгляды туда, где сейчас был Винс.

Как только дверь закрылась, Марк одним движением руки оттолкнул от себя мальчика. После вернул пистолет. Из средств самообороны оставался только нож.

-Маленький слишком, чтобы такое в руках держать.

-А ты старый.

-Ещё слово, и я выведу тебя к матери, на её глазах и застрелю же.

-Она была здесь только что, что же ты ничего не сделал?

-Неинтересно. Я верну ей твой труп, как и обговорено, но просто убить тебя скучно. Посидим с тобой, как сын с отцом, повыбиваю из тебя эмоции. Ты вон некоторые уже выучил.

-Развиваюсь, в отличие от тебя.

-Какой дерзкий, – мужчина нажал на спусковой крючок, и пуля прошла в миллиметрах от лица юноши, – Но всё равно боишься.

-За тебя. Если со мной что-то случится, за меня будет кому ответить.

-Маньяк твой что ли? Вы с ним тогда вместе на тот свет отправитесь. Ты ведь всё такой же глупый маленький мальчик. Я убивал людей за меньшее. Думаешь, что он сможет мне помешать? Плохо думаешь. Мне не составит труда убить его вслед за тобой просто забавы ради. Или нет. У меня есть идея получше. Он тебе, судя по всему, дорог. Как насчёт того, чтобы сначала я убил его, а уже после тебя?

-Себя убей.

Ещё одна пуля прошла по касательной, задев руку.

-Не перебивай, это некрасиво.

-Пошёл ты… – ещё одна пуля задела висок.

-Ещё и ругается. Чему только тебя учила мать.

-Тому, что следует быть осмотрительней в логове маньяка.

Марк повернулся на голос и тут же об этом пожалел. Держа в руках камень, Нуар с размаху ударил мужчину по голове, и тот потерял сознание. Вздохнув с облегчением, Винс убрал лезвие в карман и подбежал к фармацевту.

-Ты как? Всё в порядке? – взволнованно спросил аптекарь, разглядывая кровавые следы на рукаве джинсовки и мокрые от крови волосы.

-В порядке. Немного болит, но всё в порядке.

-Не страшно, это просто царапины, быстро заживут.

-А с вами всё в порядке? Он ничего вам не сделал?

-Всё отлично.

Винс повернулся к лежащему на полу отцу. Он не чувствовал ничего, глядя на него. Но мыслей, что с ним сделать было много, даже слишком. Одна перебивала другую, вторая была более жестока, чем первая.

-Что будем с ним делать? – унял мысли юноша.

-Добьём и закопаем где-то в лесу.

-Даже не в вашем саду?

-Ещё я место для таких занимать буду.

-Тоже верно. Предлагаю добивать его медленно и мучительно.

-Маньяк, – усмехнулся Нуар.

-Учился у лучшего серийного убийцы.

-Как мило, ещё обними меня.

-Нет.

Мужчина усмехнулся и приготовился оттаскивать тело Ромеро в подвал. Он не успел сделать и шага, как раздался ещё один выстрел. На этот раз пуля не прошла по касательной, не пролетела мимо. Она попала прямо в цель. Кровь тёмным пятном растекалась по футболке.

Парень пошатнулся, опираясь на витрину опустился на пол. Ни секунды раздумий. Нуар вонзил в череп Марка нож. Несколько мгновений, и мужчина уже был мёртв. Фармацевт бросил сталь в сторону и бросился к мальчику.

-Мы едем в больницу, и ты не посмеешь со мной спорить.

-Посмею, – отрезал подросток. – Я не собираюсь жертвовать вашей свободой из-за такого пустяка.

-Ты умираешь!

-И что? Просто добейте меня.

-Нет!

-Да! Чем дольше вы отнекиваетесь, тем скорее я умру от руки отца. А я не хочу. Хочу от вашей.

-Я не хочу тебя убивать, да как ты не поймёшь?!

-Я прожил у вас несколько месяцев, я так и понял, что не хотите. Но причина ведь не в том, что я вас не боюсь?

-Нет, уже давно нет.

-Расскажете?

-Обязательно, но после того, как я отвезу тебя в больницу.

Слабо юноша ухватился за халат фармацевта, разбивая тому сердце.

-Да всё равно умру. Рано, поздно, какая разница?

-Рыжик, будь любезен, дай мне тебя спасти.

-И так слишком долго от смерти спасали. Мы не сможем объяснить никому ничего так, чтобы вы были не виноваты ни в чём. Если отвезёте, то у вас проблемы из-за моего похищения или его смерти будут. Просто убейте меня и спрячьте его. Вы давно должны были это сделать.

-У меня нет ни единой причины соглашаться, Винс, но… – мужчина сделал паузу, пытаясь сдержать слёзы. – Но почему-то я иду у тебя на поводу. Меня не будет несколько минут, не вздумай умирать.

На скорую руку Нуар соорудил что-то похожее на компресс, чтобы приостановить кровь и удалился, предварительно закрыв магазин.

Достав из закромов немного яда, уже повидавшего немало жертв. Мужчина смотрел на пузырёк, не решаясь отнести его подростку. Взяв себя в руки, фармацевт утёр слёзы рукавом халата и направился к парню. На рабочем столе до сих пор сидел Айван. Нуар посадил мышонка на плечо и всё же дошёл до мальчика.

Грызун мгновенно подбежал к хозяину, бегая по нему туда-обратно, пока его не взяли на руки. Придерживая компресс свободной рукой, подросток устало тискался с Айваном, извиняясь за уход.

-Не переживай, у него есть кому позаботиться.

-Спасибо вам.

Мужчина помахал перед собой руками.

-Несколько месяцев вместе живём, давно уже мог на «ты» перейти.

-Мог бы. Гос…

-Хоть сейчас перейди, – перебил фармацевт, – а здесь формальности не нужны.

Винс молча смотрел на своего похитителя, ожидая услышать его имя.

-Можешь сократить до Фаль.

-А полностью как?

-Парзифаль.

-Красиво.

Юноша пересадил Айвана на пол и, улыбнувшись, посмотрел на фармацевта.

-Ты что-то принёс мне.

-Да.

Парзифаль помог Винсу выпить яд и сел рядом. Юноша улыбнулся ещё больше и бросился на плечи фармацевта, сжимая его в объятиях. Руки мужчины прижали мальчика к себе как самую дорогую вещь на свете. Хотя не вещь, как самого родного человека на свете.

-Ты ведь мне как сын был.

-Поэтому вы меня не убивали?

-Именно. Хотел ведь, а потом вдруг так сильно полюбил тебя.

-Я тоже тебя люблю, – шепнул подросток и прикрыл глаза. – А ты помнишь про дерево вишни?

-Помню, рыжик, помню.

Но Винс уже не мог ответить. Парзифаль держал в руках мёртвого, но всё ещё самого родного человека. Не стыдясь собственных слёз, он уткнулся в шею парня и дал волю накопившимся эмоциям.

Рабочий день аптеки закончился слишком рано. Нуар отнёс тело мальчика на второй этаж, тело Марка швырнул в подвал и стал наводить порядок после случившегося, одновременно с тем покупая дерево вишни. В то же время Айван сидел у фармацевта в кармане, был единственной поддержкой. Ближе к вечеру дерево уже стояло в саду. Аптекарь смотрел на тело Винса, он улыбался. Хотя в свой первый день здесь не верил в то, что когда-то будет так уметь. Раскапывать для него могилу было самой настоящей пыткой. Хотелось продолжить вечерние посиделки, послушать его претензии насчёт методов маньяков из фильмов и нравоучения насчёт рациона. Но всё это в прошлом. В настоящем остались только дерево и могила. Прежде чем закопать тело, в могилу он положил чёрную лилию, недавно ставшую любимым цветком Винса.

Возвышающееся дерево смотрелось странно на фоне сада, засаженного цветами, но кому было не всё равно? Мужчина выпил стакан вишнёвого сока, оставив кружку стоять рядом с деревом. А сам, прихватив коробку из-под напитка, поднялся на второй этаж, желая поскорее лечь спать, чтобы на утро всё вернулось на круги своя, чтобы весь сегодняшний день оказался дурным сном. В спальне на столе лежала стопка фотографий. Увидев её, на глазах Парзифаля вновь навернулись слёзы, он облокотился на стол, рассматривая снимки. Рядом сидел Айван, тоже поглядывая на фотографии и слушая скорбные рыдания Нуара.