Апон. Книга Первая. Детские грезы.

Пролог

Τέλος (télos) - с гр. конец

απεη (apei) - с гр. дом

*****

Тишина. Осенний влажный ночной воздух приятно покалывает кожу, заставляя редкого прохожего, спешащего по своим делам в такой поздний час, приподнять края своего воротника чуть выше. На всей улице нет ни одного фонаря, лишь тусклый свет из окон разбавляет густую темноту всеми забытого района трущоб. Тишь и мрак господствуют здесь над всем…

Неожиданно резкий ветер, нарушающий эту молчаливую гармонию, подлетает к мирно стоящему вязу и с жадностью отрывает его последний листок.

Этот маленький оплот - последнее напоминание о теплом и уютном лете - уносится на диких крыльях в непроглядную черноту, забирая последние надежды на возрождение и заставляя почувствовать близость зимы. Но он не падает в недавно оставленные дождем лужи, а продолжает свой полет. Изящно огибает угол ближайшего здания… вздымается вверх, подхваченный новым порывом… протискивается сквозь линии проводов… и с ревом влетает в распахнутое ветром окно.

Кира вынырнула из-под розового одеяла и босиком просеменила до упавшего на ее любимую пластиковую лошадку листа. Схватив его рукой, она ощутила, как иссохшие края рассыпаются мелкой пылью между подушечками пальцев. Решив не задумываться о том, что завтра придется подметать пол, девочка подошла к открытой форточке и всмотрелась в темноту ночного города.

Это был старый район, переживший Объединяющие войны: без фонарей на тротуарах, без скамеек и лавочек у подъездов; здесь было не найти маленькие аккуратные домики с модной, в последние пару лет, зеленой крышей, вместо этого все покрывали затхлые многоэтажки с потрескавшимися стенами и с окнами, закрытыми обрезками старой ткани. Безлюдная картина исчезающего мира, где за каждым углом мог скрываться бандит или вор, пугала Киру, поэтому она старалась не гулять допоздна и возвращалась домой, когда маленькая стрелка на настенных часах устремляла свой взор на цифру «семь».

Еще один порыв ветра ворвался в комнату. Он выхватил смятый листок и унес его во мрак, прокатился по комнате волной, заставляя колыхаться детские рисунки с изображением животных, и уронил стоящую на краю тумбочки куклу в фиолетовом комбинезоне. Напоследок, поиграл с волосами Киры, подбрасывая на воздушных потоках ее «огненные» пряди. Их матовый черный цвет нежно перетекал в бордовые и ярко-красные языки, пытаясь в конце обрести насыщенный апельсиновый оттенок. Кажется, что еще чуть-чуть и вспыхнет алое пламя, готовое заполнить собой все уголки этой комнатушки, чтобы в конце утонуть в сверкающих янтарем глазах и остаться пылать там навечно. Длинная непослушная челка иногда перекрывала обзор одному глазу, скрывая несколько прыщиков на лбу и маленький аккуратный носик, из-за чего по утрам ее приходилось прибирать с помощью заколок.

Девочка поежилась, стоя в тоненькой пижаме на сквозняке. Прижимая одну руку как можно ближе, другой она толкнула оконную раму и с силой надавливала на стекло, пока не услышала характерный щелчок.

- Кира, прекрати стоять голыми ногами на холодном полу – простудишься! – строгий голос раздался из-за спины, донося упрек, смешанный с беспокойством.

Темноволосая женщина – мама Киры, Люси - сидела, облокотившись на спинку двуспальной кровати, и пристально смотрела на озябшую дочь. Маленькие морщинки на ее лбу подчеркивали ярко-зелёные глаза и миниатюрный носик, показывая тень той красоты, что ушла с годами.

Глядя на свою мать, Кира представила ее в те годы, когда она еще была молодой красавицей, не исхудавшей от плохого питания и непрекращаемой работы. Очнувшись от фантазий, девочка в несколько прыжков очутилась у края кровати и вернулась под теплое одеяло, укладываясь на родное плечо.

- Мама-мама, ну, давай же дальше! Продолжи уже читать! Я жду не дождусь того момента, когда рыцарь спасет принцессу от злого дракона, - с другого плеча матери послышалось визгливое упрашивание, и Кира приподняла голову, чтобы посмотреть на источник. На противоположной стороне кровати, приткнувшись к боку одного из самых дорогих для этих детей человеку, уютно устроилась ее младшая сестренка, Никс. Глядя на восьмилетнюю девочку, создавалось ощущение, что по ее волосам – полной противоположности неиствующему пожару – не спеша катится полуночно-синяя волна, попутно превращаясь в насыщенный синий цвет.

Пухлые детские щёчки надулись от негодования, а жизнерадостные сиреневые глаза, пока еще не знающие горя, наполнились гипнотизирующей силой, заставляющей потыкать всем прихотям этой непоседы.

Люси нежными движениями погладила голубоволосую макушку и продолжила читать лежащую на ее согнутых коленях книгу.

- И тогда злой дракон выдохнул свое жаркое пламя, желая погубить доброго рыцаря, но умный и находчивый сэр Эсканор достал свой блестящий щит и отразил огненное дыхание. Злой дракон испугался и решил улететь, забрав принцессу. Но отважный рыцарь подбежал к нему и отрубил его голову, а после вскарабкался по спущенной принцессой веревке из покрывал в самое высокое окно башни и спас ее от заточения. Они вернулись в Золотое королевство и счастливо зажили. Конец, - на последних словах Люси захлопнула книжку и положила ее на тумбочку, где раньше стояла кукла.

Кира заметила темные круги под зелеными глазами матери. Они появились в скором времени после того, как Кира в восемь лет подожгла своего мишку. Нет, она не играла со спичками или зажигалкой (папа строго настрого запретил прикасаться к ним). В то утро Никс много плакала - сестра заболела - и родители отменили поход в зоопарк. Расстроенная, Кира сидела у себя в комнате и игра в чаепитие. Ее мысли занимали злость и несправедливость того, что заболела сестра, а в зоопарке не побывает она; тогда и появился огонь, сам, из неоткуда, пробежал по полу тоненькой струйкой и превратил любимую игрушку в факел. На испуганный возглас прибежал отец и накрыл мишку одеялом. Пламя стихло, но запах паленой ткани толковал о том, что плюшевого друга придется выбросить. В тот раз папа посмотрел на Киру, и какая-то безмолвная боль отразилась в его голубых глазах. Он не ругал за испорченный пол, лишь тяжело вздохнул и вышел.

Спустя неделю вся семья уехала в другой город, Линск, но задержалась там всего на полгода – пока Кира не подожгла стеллаж в магазине игрушек во время мелкой ссоры из-за новой куклы. С тех пор они часто переезжали, и месяц назад их занесло сюда, в Роскон. Отец устроился грузчиком на две смены и приходил домой полусогнутым, держась за поясницу; его ясные голубые глаза потускнели, но теплая вымученная улыбка появлялась каждый раз при виде дочерей. Мама подрабатывала секретаршей в местном отделении для помощи нетрудоустроенным, персонала не хватало, поэтому ей приходилось обслуживать по несколько людей одновременно.

После каждого переезда Кира спрашивала родителей о причинах. Сначала, ей говорили о простой смене обстановки, но год назад, после того как к ним домой приходил сосед и о чем-то долго ругался с папой, мама усадила дочь на колени, посмотрела в ее янтарные глазки и рассказала правду. Оказалось, что после взрыва сети термоядерных электростанций семьдесят лет назад по всей территории их страны начали рождаться «уникальные» люди. Но обычные граждане боялись обладателей «диких талантов», как их называли в газетах. Тогда Высший Совет Федерации создал специальные лагеря, куда стали отсылать всех детей, проявивших способности. Их забирают у родителей, не давая видеться, и обучают контролю над даром, чтобы потом сформировать специальные отряды и органы на службе и под контролем государства.

Кира очень не хотела расставаться с родителями, поэтому скрывала свои умения от посторонних. А два месяца назад способности проснулись и у Никс: она заморозила воду в кране во время еженедельного купания. Тогда стало понятно, что, прояви Кира талант на публике, заберут не только ее, но и сестру.

- Эх, хотела бы я оказаться на месте этой принцессы, чтобы меня спас доблестный рыцарь в блестящих доспехах, - со вздохом произнесла Никс, глядя на разукрашенную цветными карандашами обложку отложенной книги, где красовалась миловидная девушка с золотыми волосами и в шикарном бальном платье.

Кира отбросила негативные мысли о расставании с мамой и папой и с широкой улыбкой на лице ответила взгрустнувшей сестре.

- А зачем тебе рыцарь? - черные бровки, выглядывающие между красными волосами, сложились галочкой. - У тебя есть я! Подрасту ещё немного и не только дракона смогу одолеть, но и сама стать драконом, а ты моей милой маленькой принцессой.

- И мы будем жить в замке? – сиреневые глаза засияли, представляя перед собой сказочную картину.

- А на обед нам будут приносить самые разнообразные заморские блюда, например, кабачковую икру… - пошутила Кира.

- Фу… Только не это, она мерзкая и странно пахнет.

Совместное хихиканье разнеслось по комнате, приглушая треск старой лампы.

- А для мамы и папы место в вашем замке найдется? – Люси прижала к себе девочек и поочередно взлохматила их прически, щекоча кожу.

- Конечно, вы будете жить в лучших комнатах; у вас будет выход на балкон, откуда будет чудесный вид на вишневый сад.

- Вы ж мои умницы!.. - сказала женщина, крепко обнимая своих будущих дракона и принцессу.

Пока троица разделяла своё счастливое время, край покрывала задымился, а секундой позже показался небольшой огонёк.

Быстрая рука пересекла пространство комнаты и закрыла собой пламя, не давая ему стать больше, но небольшая дыра с твердыми почерневшими краями портила замысловатый цветочный узор.

- Кира, сколько раз я тебе говорила "контролируй свою силу"...

- Но я… я же не специально… просто мне было так… так хорошо, что оно… оно само вырвалось и… - в уголках янтарных глаз начала собираться влага и тоненькими ручейками побежала по щекам.

- Тише, милая, успокойся… Никто тебя не ругает, просто мы с папой очень переживаем за вас, - ещё крепче прижав, мама поцеловала дочку в лоб. - Пока никто из посторонних об этом не узнает, всё будет хорошо, просто будьте аккуратнее.

Эти слова успокоили Киру, и слезы закончились, оставив после себя небольшую красноту. Пошмыгав носом, красноволосая девочка уткнулась лицом в грудь матери и закрыла глаза.

Люси едва заметно улыбнулась, и из ее уст полилась мелодия старой колыбельной, которую она с наслаждением слушала, лежа в теплой детской кроватке, когда-то давно-давно... Мелодичный и монотонный голос разлился по комнате, создавая атмосферу уюта и открывая дорогу в чудесный мир грез.

*****

Из часов показалась кукушка, покрутилась в обе стороны, пропищала свою мелодию, сообщая о наступлении полуночи.

Аккуратно закрыв дверь и ненадолго задержав свой задумчивый взгляд на фотографии дочерей, прикрепленной бумажным скотчем к двери, черноволосая женщина с едва видимыми седыми прядями прошла по узкому коридору до комнаты с приоткрытой дверью. Через мелкую щель вытекал плавный поток тусклого света, который растворялся во тьме коридора.

Приоткрыв дверь, она протиснулась в образовавшийся проем. У левой стены красовался потрепанный временем диван болотного цвета и небольшой круглый столик перед ним с двумя банкетными табуретами рядом; массивный стеклянный шкаф с распашными дверями у правой стены со встроенной небольшой книжной полкой, где, если приглядеться, между разными сказками можно было различить мятые журналы, содержащие статьи о новинках технического мира, учебники по биоинженерии, стопку папок, перевязанных между собой толстой нитью, и большую энциклопедию о животных “Мой чудесный мир”. На столе стояла небольшая лампа с красным абажуром, которая служила единственным источником света в помещении.

Своими немногочисленными лучами она освещала фигуру уже не молодого мужчины, сидящего на диване и не спеша читающего какие-то записи.

Взгляд Люси привлек разорванный конверт с печатью старого знакомого, валяющегося среди кипы газет.

- Какие-то важные новости от мистера Ривера? – Люси помнила мистера Ривера еще с тех времен, когда училась в институте: он преподавал курс биоинженерии, а она, нерадивая студентка, ходила на дополнительные занятия, из-за частых прогулов.

Мужчина перестал читать и положил листки на стол. В красном свете его кожа приобретала насыщенный алый оттенок, не давая рассмотреть мозоли и натертости, полученные на работе.

- А, это ты Люси. Как они? – взгляд мужчины обратился к силуэту жены, проскользил по тонким рукам, впалым щекам и остановился на темных кругах под глазами. Губы дрогнули, показывая тень расстройства или может самоукора, но тут же вернулись в отработанную улыбку. Женщина ощущала тяжесть последних лет и то, как они отразились на ней, но решила не нагружать мужа, пашущего двойную смену за «крохи».

- Спят… Кира опять в порыве эмоций подожгла одеяло.

- Вас кто-то видел? - блеск беспокойства отразился в голубых зрачках.

- Нет, все хорошо… Я быстро потушила пламя, так что вряд ли кто-то углядел такую мелочь.

- Ну… это хорошо, - тяжелый вздох полной грудью и постукивающие по подлокотнику пальцы олицетворяли всю степень беспокойства, перенесенного за эти доли мгновений.

- А помнишь нас?! Молодость, талант, граничащий с гениальностью, наш первый совместный эксперимент, а потом… - внезапный шорох за окном остановил беседу. Люси подбежала и выглянула в окно. - Птицы, - прошептала она, закрывая створки. - Так что в письме?

- К сожалению, нам придется снова! переехать. В скором времени в город прибудет много патрульных групп для надзора; недавно Империя провела несколько диверсий, поэтому в приграничных городах усиливают контроль.

- Это плохо! Если эти группы засекут Киру или Никс, то это приведет к тому, что…

- Тсс, - мужчина схватил Люси за руку, усадил к себе на колени и положил ее голову к себе на грудь, - не бойся, все будет в порядке, это не первый раз, когда мы оказываемся в такой ситуации. Быстрый переезд в какую-нибудь небольшую деревню сможет решить наши проблемы и позволит побыть в тишине.

- Я знаю, Пауль, я знаю, - проговорила она шепотом, - просто… все, чего я хочу, так это чтобы девочки могли жить нормальной жизнью: не скрывая своих способностей, без угрозы очередного внезапного переезда и раз за разом испытываемого стресса от знакомства с новыми людьми…

Грубые руки коснулись губ женщины, не давая продолжить ряд испытаний, выпавших на долю детей.

- Всем хочется спокойной жизни, Люси, но жизнь - чертовски хитрая лиса, поймать её за рыжий поддразнивающий хвост мало кому удавалось.

Успокаиваясь, Люси закрыла глаза и продолжила сидеть в том же положении, но уже в тишине, слушая размеренное биение любящего сердца, тяжелые вздохи и ощущая приятное покалывание небритой щетины.

*****

Крики и шум прервали фантастический сон о принцессе и драконе. Кира откинула розовое одеяло, опустила ноги в меховые тапочки и подошла к двери.

Позади пискнула Никс; потянулась, подняв обе руки вверх, спрыгнула с кровати и маленькими шажками приблизилась к сестре.

- Тебе незачем вставать, - поглаживая голубые волосы, произнесла Кира. - Ничего страшного не произошло, а ты не выспишься, если сейчас же не ляжешь, - на лице Никс читалось недоверие и беспокойство.

- Но сейчас час ночи, обычно в такое время все спят. И у меня какое-то плохое предчувствие, как будто должно произойти что-то ужасное, - маленькие руки нервно теребили синие кончики волос. Сиреневые глаза, приобретшие в темноте темно-розовое свечение, не отрывали взгляд от белоснежной.

У Киры и самой по коже пробегали мурашки, а где-то внутри, около сердца, скрежетало тягостное предощущение, но беспокоить сестру ей не хотелось.

Послышался грохот, как будто входную дверь выбили тараном. Треск дерева, звонкое эхо металла и топот тяжелых ног, от которого в квартире началось маленькое землетрясение.

Кира провернула золотистую ручку и вышла в коридор.

- Всем на колени, руки за голову, работает АНБ (агентство национальной безопасности)! – двое людей в черной форме и защитных касках стояли в другом конце коридора, держа в руках прозрачные щиты. Еще двое стояли на лестничной площадке и направляли оружие на вышедших из гостиной родителей.

Люси сместилась к стене, стараясь заградить детей, а Пауль вышел вперед и взмахнул руками.

- Знаете, дорогие господа, здесь, наверное, произошла какая-то ошибка. Видите ли, никто из нашей семьи не обладает никакими способностями, так что… *бабах* - голос прервал гулкий выстрел. Один из агентов, стоящих в коридоре, направил автомат вверх и выстрелил предупредительный.

- Никаких разбирательств, несколько соседей написали донос, что в данной квартире укрывают детей с «диким талантом», так что не оказывайте сопротивления: встаньте на колени и уберите руки за голову, - жесткий голос впереди стоящего сотрудника звучал приглушенно из-за маски, но мощь, вложенная в него, заставляла детские коленки подкашиваться.

- Хорошо-хорошо, - сказал Пауль, убирая руки за голову и начав опускаться. Но перетружденные на работе ноги подвели, и он, не удержав, равновесия повалился в сторону близ стоящих агентов.

*Бабах*

Еще один пронзительный выстрел и голова отца откинулась назад. Обмякшее тело в белой домашней рубашке и синих дырявых джинсах скатилось в замедленной съемке по прозрачному щиту, оставляя тонкий кровавый след и образуя бордовую лужицу у черных ботинок агентов.

У Киры екнуло сердце и похолодело в животе, она смотрела как ясные голубые глаза, всегда придающие ей уверенности, безжизненно смотрели в неверии и досаде от того, что не смогли уберечь, а сейчас бросают на произвол, оставляя в одиночестве тех, кого любили… Горькие слезы отрицания текли ручьем, а зубы стучали, отбивая барабанную дробь, но все эти ощущения подавлялись апатией и… яростью. Яростью на того испугавшегося агента, который спустил курок, не разобравшись в ситуации; яростью на саму себя за то, что не смогла предотвратить этого, потому что слаба; и яростью на страну и людей, которые боясь тех, кого не понимают, рушат счастливые семьи.

Руку Киры коснулось что-то холодное и влажное. Девочка обернулась и увидела заплаканное лицо сестры, уткнувшееся в ее ночнушку.

Мысли освободились; пришло осознание, что ей некогда горевать по случившемуся и ее главная задача, на данный момент, - ограждение Никс от вида бездыханного тела отца. Она вытерла глаза и сильнее прижала сестру, крепко, уверенно защищая от всех недугов этого злого, несправедливого мира. Ее взгляд метнулся к закопошившимся агентам, подхватывающим осевшую и эмоционально выгоревшую Люси под руки, к прибывшему отряду медиков с носилками и мужчине в черном костюме, лавирующему между остальными, который не спеша подходил к ним. Остановившись в метре, он нацепил широкую поддельную улыбку и обратился к испуганным сестрам.

- Вам необходимо пройти со мной, - слова были сказаны спокойно, безучастно, как будто все произошедшее несколько секунд (а может минут) назад никак его не касается, как будто он не несет частичку груза ответственности за смерть прекрасного человека, испустившего в эту ночь свой последний вздох. Гнев снова пробудился и заплясал пышными кострами в янтарных зрачках. Десяток огненных ручейков промчались по холодному бетонному полу и начали карабкаться по слишком неподходящему для обстановки костюму. Пламя пожирало тонкий льняной материал, разгоралось сильнее, поднималось выше, поглощая все больше и больше. Но белая пена с противным шиканьем остановила «бунтаря». Огонек в глазах погас, и Кира заглянула за спину «элегантному» мужчине. Там стоял один из агентов, ворвавшихся в квартиру с щитом, и сжимал красную ручку огнетушителя.

Мужчина осмотрел поврежденный костюм, его наигранная улыбка дрогнула, но бархатистый голос, с которым он обращался ко всем своим «объектам», не изменился.

- Вы вынуждаете меня пользоваться тем, чем я не желаю, - он выхватил странный пистолет из кобуры на ремне и сделал два точных выстрела.

Колющая боль пронзила руку. Кира почувствовала, как ее веки слипаются, сознание уплывало, погружаясь в царство Морфея…

*****

Томительная тяжесть отдавалась непрекращающимися толчками в висках. Конечности одеревенели, с трудом позволяя свинцовому телу подняться над белой кроватью.

Кира села, одной рукой придерживая «одурманенную» голову. В глазах рябило, как после долгой тряски на американских горках, а ориентация давала сбой, периодически меняя пол с потолком.

Просидев так… несколько часов? несколько дней? а может года?.. Кира не знала, но на смену пустоте и непониманию, пришла боль. Боль, которая бывает от очень долгого сна, когда ты несколько дней пролежал в кровати с температурой, а потом рывком поднялся на ноги, теряя контроль над собой и видя черные пятна перед глазами.

Вместе с болью пришли и воспоминания: ворвавшийся в квартиру спецназ, статная фигура отца в свете красной лампы, а потом *бабах*… и протяжный скрип от прикосновения оголенной кожи к щиту. Слезы уже подступили к краям, но Кира помотала головой, вызывая жуткое тошнотворное чувство.

“Сейчас не время,” – подумала она, - “сначала, Никс и мама, а потом эмоции.

Послышались звонкие удары каблуков. Шуршание одежды. Щелчки прокручиваемого ключа. Электронный писк идентификационной панели. Скрежет отъезжающей в сторону двери. И уже глухие шаги; тишина. Высокая худая женская тень прошла по комнате и, остановившись у кровати, осмотрелась. Белые стены и белый потолок. Маленький столик белого цвета. И небольшая кровать с белой простыней. На фоне этого “белого” мира сидела девочка с огненными волосами, которые как языки буйного пламени пытаются разрастись и сиять не хуже звезд на небе, но чистая и строгая пустота комнаты заставляет их покориться, заключая в клетку.

Кира оглядела вошедшую женщину: белая рубашка, синий пиджак, такого же цвета приталенная юбка до щиколоток и черные туфли на высоком каблуке, подобные тем, которые одевала мама на работу, светлые волосы, нос с небольшой горбинкой, и карие зрачки.

- Где Никс? – первое что вырвалось из пересохшего рта. Говорить было неприятно, небо прохладный воздух иголками прошелся по небу, но Кира перетерпела и устремила свой взгляд прямо в глаза собеседнице.

- Мисс Тилос, в вашем положении думать о … – женщина напустила на себя важный тон и попыталась отчитать девочку, но раздражающая боль придавала уверенности.

- Неважно что со мной, что с Никс? - уже с нотками мольбы переспросила она.

- Её состояние удовлетворительно, сейчас она ожидает у комнаты Совета; после вашего присоединения к ней Вы с сестрой предстанете перед комиссией по делам несовершеннолетних Уникумов.

Кира протяжно выдохнула, осознание того, что с сестрой все в порядке, придало сил, позволяя окончательно избавиться от последствий продолжительного сна. Остался еще один вопрос, который она поспешила задать.

- А Вы можете...

- Кира Тилос, у меня нет времени отвечать на Ваши детские вопросы... их Вы сможете задать на слушании, и, если председатели комиссии захотят, Вы получите ответ на любой свой вопрос. А теперь подымайтесь и следуйте за мной! – женщина демонстративно развернулась и вышла в коридор. Кира решила последовать наставлениям девушки и, с трудом поднявшись с кровати, поплелась за провожатой.

Убедившись, что за ней следуют, женщина зашагала дальше.

Интерьер коридора был выполнен в успокаивающих голубых тонах. Во время ходьбы по обе стороны от девочки мелькали серые однотипные двери, точно такие же как та, из которой вышла она. Справа от каждой двери на стене находилась панель доступа с биометрической аутентификацией и разъемом для электронного ключа. С виду дверь казалась хрупкой, но те, кто побывал с другой стороны, прекрасно знают, что это лишь видимость и что за тоненькой дверкой расположены толстые железные створки как в лифте. Периодически на глаза попадались маленькие диванчики бежевого цвета и низенькие, по колено, стеклянные столики.

Идя резкими шагами, они добрались до конца коридора. Проведя ключом по панели и дождавшись открытия двери, временная провожатая шагнула в открывшийся проход. Недолго думая, Кира последовала за ней.

Оглядывая новое помещение, на лице ее появились удивление и восторг. Она оказалась на втором этаже огромного офиса, откуда прекрасно просматривался первый ярус. Через гигантские панорамные окна лился рекой солнечный свет, который освещал огромный офис с коридорной системой. Во множестве закутков расположилась толпа людей: одни куда-то спешили с пачками бумаг в руках, кто-то сидел небольшой компанией и пил чай или кофе, разговаривая с коллегами; другие, в гордом одиночестве, сидели перед голограммами устройств и неотрывно водили руками по экрану, одновременно руководя некоторыми процессами с помощью голосовых команд. Несмотря на теплый солнечный свет из окна, под высоким потолком были расположены растровые светильники, которые обволакивали эту живую картину своим холодным светом. В углу этого зала выстроились в ряд человек пятнадцать. Все они были в полностью черном обмундировании: закрытый шлем, штаны с прикрепленной кобурой и наколенниками, ботинки на толстой подошве, перчатки и куртка с бронежилетом, из-под которого выглядывала аббревиатура «СНУ» (Служба Надзора за Уникумами). Перед группой стоял мужчина с шрамом на щеке и что-то объяснял своим подопечным. Что сильно привлекло внимание девочки, так это большое количество камер наблюдения, которые не упускали из виду ни один угол. Немного подумав, Кира пришла к выводу, что скорее всего так и должно быть в главном ведомстве страны.

Пребывая в лёгком шоке от увиденной картины, девочка не заметила, что остановилась, из-за чего ведущей её женщине пришлось вернуться назад и вывести ее из ступора.

- Эй, я прошу тебя не останавливаться, нам нужно дойти до комиссии, и дальше ты станешь не моей заботой, - проговорила женщина, тряся Киру за плечо.

Очнувшись, Кира помотала головой и посмотрела на собеседницу.

- Простите меня, я просто немного удивилась, здесь столько всего...

- Рада это слышать, - ответили ей безэмоциональным голосом, - а теперь, следуй за мной!

Продолжив путь, они добрались до лифта и, подождав, пока тот приедет, зашли в открывшийся проем.

- Привет, Роуз! Давно не виделись.

В лифте стоял молодой парень с рыжими волосами, одет он был в ту же форму, что и оперативники, увиденные Кирой внизу. Через форму можно было разглядеть накаченное тело, а в руках он держал какое-то устройство, напоминающее механического осьминога. Улыбаясь, парень смотрел на вошедших девушек.

- Здравствуй, Крас. Ты как всегда весел без причины. Разве у твоей команды не намечается задание на поимку вышедшего из-под контроля мета-человека?

- Все так, очередной Уникум, который не смог себя контролировать. Думаю, мы его быстро повяжем и отправим в "Зимний форт". Ты, кстати, сегодня свободна?

- Боюсь у меня слишком много дел, - сарказм сквозил в ее словах, но жизнерадостная улыбка не сходила с лица Краса.

- Жаль, а я хотел тебя пригласить в ресторан "Amour", что с французского переводится как "любовь", произнося название, он руками показал маленькое сердечко.

- Я же дала отказ, или ты до сих пор не понял, что я тебе не по зубам. - убирая длинную челку с глаз, с ехидством в голосе констатировала девушка.

- Вечно ты такая злюка, хотя этим ты меня еще больше привлекаешь.

Роуз хотела съязвить Красу, но лифт остановился и тот выскочил.

- Идем, - немного раздраженно проговорила провожатая, обращаясь к Кире.

Выйдя из лифта и немного пройдя, они повернули, но не успела Кира сделать и пары шагов, как в нее кто-то врезался. Маленький голубой комочек всеми силами пытался вжаться в девочку, заключая в вечные объятия; периодические всхлипывания давали понять, что это чудо с растрепанными во все стороны волосами сильно плакало.

- Тихо, мое солнышко, успокойся, я с тобой. Теперь все будет хорошо.

Кира нашептывала слова, пытаясь успокоить свою сестру, хотя сама кое-как удерживалась от того, чтобы забиться в какой-нибудь угол и забыться в слезах.

- Я обещаю, что бы дальше не было, я останусь с тобой.

Трогательное воссоединение прервал напористый голос.

- Очень хорошо, что вы воссоединились, но прошу не задерживать меня! – смотря на наручные часы, поторапливала Роуз.

Так, не разжимая объятий, двоица подошла к полностью белой двери, по бокам от которой стояли солдаты, похожие на тех, что Кира видела в офисе. После предоставления секретаршей своего пропуска, охранники развернулись к панели и одновременно использовали удостоверения.

Дверь, состоящая из трех слоев, отличающихся толщиной и цветом, начала отъезжать в сторону.

- Заходите, - командным тоном произнесла Роуз.

Последовав указанию, сестры шагнули в открывшийся проход.

Дверь сразу же закрылась. Оказавшись в центре полностью белой круглой комнаты, девочки остановились.

Пытаясь понять, что им следует делать дальше, Кира увидела, что вокруг них начали появляться голограммы людей в деловой форме.

Всего их было пятеро: молодая девушка с волосами по пояс, старик со шрамом на шее, джентльмен с чуть-чуть приспущенными на нос очками, молодой парень с взъерошенными волосами и статная дама лет сорока. Посмотрев на других, разговор начала девушка.

- Здравствуйте, маленькие леди! Давайте сначала познакомимся! Я - Ирина Таль, один из действующих советников Службы Надзора за Уникумами; специализируюсь на делах с детьми. Можете обращаться просто "госпожа Таль".

- З-з-здравствуйте, госпожа Таль, мы - Кира и Никс Тилос, - Кира почувствовала, как её руку обхватили и сильно сжали.

- Вы знаете зачем вас сюда...

- Хватит сюсюкаться с ними... У нас здесь не младенческий приют! - выкрикнул джентльмен, от чего его очки спали; и пухлая неуклюжая рука пыталась вернуть пропажу на законное место.

- И всё же, при детях нужно сохранять самообладание, а иначе вырастет замкнутый в себе человек, мы не хотим, чтобы наши подопечные получили психическую травму, от которой потом не смогли оправиться.

Старик со шрамов начал описывать негативные последствия плохого общения с детьми, пока...

- Советник Брондли, мы очень рады тому, что Вы недавно стали дедушкой, но это не ваши внучки! И вообще, наш разговор отошел от главной темы: какая судьба ждёт двух девочек, чьи родители прятали существование их способностей.

- А чо тут париться?! Просто запихнуть их в обычный лагерь, где их и обучат всему необходимому; какие проблемы то? – молодой парень раскинул руки, как бы говоря «зачем мы вообще собрались по этому поводу?».

- Карл, ты как всегда бестактный, - обругала неряшливого парня госпожа Таль, - обычно детей забирают сразу после первого проявления способности где-то в девять-десять лет, но в нашем случае всё усложняется возрастом. Кире Тилос недавно исполнилось тринадцать лет и помещать её в обычное заведение непредусмотрительно.

- *Кхм... Кхм... *

Все обратили внимание на покашливание советника Брондли.

- Хочу вам напомнить, коллеги, что возраст не единственная погрешность, способная повлиять на дальнейшую судьбу этой девочки.

- И что же мы опускаем, старик?

Мистер Брондли стерпел обидчивое обращение от самого юного члена их "команды" (Карла).

- Пирокинез - силу, что она продемонстрировала, поджигая одного из наших сотрудников. Он до сих пор не оправился от ран, а его больничный обошелся нам в приличную сумму. Она опасна для граждан, но в тоже время может послужить важным стратегическим запасом для Федерации.

- Вы безусловно правы мистер Бронди, такая сила в неопытных руках, её нужно отправлять в военный лагерь.

- Также еще необходимо... - к разговору подключилась леди Таль.

Шум нарастал, все советники подключились к беседе; в итоге, в качестве будущего места дислокации был утвержден военный комплекс для обучения юных кадетов, а дальше речь пошла о деталях.

Кира смотрела как пятеро членов Комиссии решают ее судьбу, пытаясь подобрать удачный момент. Чтобы задать свой вопрос.

- Извините, мадам...

- Леди Тирент, - сказала дама в возрасте, поправляя края воротника своего рабочего костюма, чем-то отдаленно напоминающего женскую военную форму, которую носят диспетчеры и связисты, - у вас к нам вопрос?

- Два, если быть точно, - голос немного дрогнул, но желание узнать, что стало с родителями, перебороло робость.

- Что же, давайте послушаем!

- Что случилось с мамой? Женщина, что меня провожала, сказала, что Вы сможете мне поведать...

- Она уже представились перед судным комитетом и была направлена в охранную зону на отработки.

- А мы больше не сможем с ней увидеться или...

- По законам нашего государства, вам будет категорически запрещено покидать территорию лагеря и связываться со своими родственниками до конца обучения. Это сделано для того, чтобы защитить их и, в первую очередь, защитить вас от ненужных травм, - Кира всматривалась в рябящую проекцию леди Тирент, пытаясь просверлить в ней дыру. Ее слова о защите не убедили девочку, в ее памяти ярко запечатлелись образы кривящихся людей при виде «экстраординарных» отрядов, патрулирующих город.

- А что будет тогда с моей сестрой? Её способность проснулась совсем недавно, и она ещё не до конца смогла раскрыть суть...

- Я думаю, что мои коллеги согласятся с тем, что твоя сестра будет помещена в обычный лагерь, где сможет начать постигать свои силы.

- Л-л-леди Тирент, а могла бы моя сестра отправиться вместе со мной? А я обещаю, что тогда приложу все силы, чтобы освоить пропущенную программу и показать себя в наилучшем свете.

- Невозможно, это военный комплекс; зачем там нужен такой неподходящий человек как...

- Мистер Раен!

- Мистер Бронли?

- Во-первых, прекратите коверкать мою фамилию, а во-вторых, прежде чем решать, необходимо задать один вопрос.

Губы старика немного поднялись вверх, и страшный шрам, изначально пугающий Киру, перестал внушать чувство страха. Лицо господина Брондли покрылось множеством морщинок, какие бывают не от старости, а от частой улыбки на лице собеседника, дарящие тёплую атмосферу и смягчающие тяжёлую старческую ауру.

- Видишь ли, юная леди, мы проверили вас обеих и определили наличие мутировавшего гена. Вы ярко продемонстрировали свои возможности на одном из наших сотрудников, поэтому сделать выбор о вашей будущей дислокации было несложно, но нам мало известно о способностях твоей сестры, поэтому нам трудно принять твоё предложение; конечно, вы бы могли просветить нас.

- Я... Я м-могу превращать в-воду в л-л-лёд, - тихий шепот послышался из-за кириной спины.

- И как много ты можешь заморозить?

- А-о-один раз, купаясь в ванне, я разозлилась... на маленькую утку... та не хотела переворачиваться, и заморозила текущую из крана воду.

- Огонь и лёд, как интересно. - послышался шепот со стороны.

- Кхм...кхм...Ну что ж, потенциал есть, я думаю, что можно было бы попробовать. В такой ситуации разлука может навредить обеим нашим подопечным.

- Я "за"; после вопроса старика, по мне, так это лучший вариант.

- Проголосуем? - спросила, уже какое-то время не пытавшаяся вклиниться в разговор, госпожа Таль.

- Хорошо, - промямлил Мистер Раен.

- Кто " за"?

Вверх взметнулись пять рук.

- Единогласно?! Тогда на этом предлагаю наше заседание считать оконченным. Спасибо всем участникам и удачи вам, Кира и Никс, надеюсь вы станете незаменимой частью Федерации в будущем и принесете пользу нашему обществу, научившись управлять силой.

Кира хотела задать ещё несколько вопросов, но голограммы замерцали и исчезли, рассыпаясь на светящиеся пылинки.

Позади послышался звук открывания дверей. Роза зашла в комнату постукивая каблуками и остановилась с папкой в руках в двух шагах от сестёр.

- Прошу за мной! – произнесла строгим голосом.

- И не отставать! - добавила она, элегантно разворачиваясь на каблуках и шагая к выходу.

*****

Теплое солнце, легкий ветерок и густая трава.

Каждый бы после этих слов представил яркую и живописную картину природы, где он на лугу лежит на мягкой травке в тени большого дуба и прислушивается к природе. Там в невысокой осоке начал свою мелодию кузнечик, в разросшихся кустах слышны шорохи от маленького белого зайки, а в чистом небе раздается гомон птиц. Полная идиллия.

Именно об этом думала Кира, стоя в такой прекрасный день перед воротами заведения, которое должно стать ее новым домом.

Весь периметр лагеря окружала черная металлическая ограда в пять или даже шесть метров высотой с копьевидными наконечниками сверху. Периодически по ней пробегали искры, свидетельствующие о том, что весь забор находится под напряжением. У гигантских ворот, выполненных в том же стиле, стояли два небольших здания: охранная будка и домик, где проживал сторож и его напарники. По тому, как был укреплен лагерь, где должна обучаться будущая военная "сверхсила" страны, можно было судить о военном положении, введенном из-за войны с Империей.

Из мыслей Киру вытащила Никс, которая, обнимая сестринскую руку, начала ее дергать, чтобы девушка обратила внимание на нее.

- Не бойся, Солнышко, все у нас будет в порядке, - нежно ответила на эти действия Кира и устремила свой взгляд на ворота, которые начали медленно открываться.

- Здравствуй, новый дом!

*****

Глава 1

Голубое небо, на котором до самого горизонта не видно ни облачка; палящее солнце и освежающий ветерок. Райская картина.

Толпа бегущих в военной форме, состоящей из зеленой футболки, такого же цвета штанов с ремнём и чёрных кроссовок, синхронными движениями передвигается по недавно подстриженной траве полигона. Их занятие сопровождают трели птиц и стрекот кузнечиков.

"Как же я хочу оказаться на их месте, а не сидеть в этом пропахшем хлоркой кабинете и выслушивать нотации этой мымры".

- Тебе просто необходимо… Кира! Ты хоть слушала то, что я тебе сказала.

- Так точно, госпожа Вивьен! - отвлекаясь от своих мыслей протороторила на автомате девушка.

- Я всех предупреждала, что реактивы и добавки необходимо смешивать точно по выданной инструкции, даже малейшее отклонение может привести к возникновению взрывной реакции, которая…

И правда, любого внезапного гостя при виде этого бедлама хватил бы удар. Обожженные парты, стулья, некоторые перевернуты или отброшены в конец комнаты; осколки стекла по всему полу, перевёрнутые штативы и разбросанные мензурки с вытекающей из них серой, белой и красной субстанциями; перепуганные ученики, толкающиеся в углах или старательно маскирующиеся под партой; несколько черных пятен на потолке и огромное пятно, где-то полметра диаметром, на одной из стен.

И всё бы было нормально, ведь это уже не первая практическая работа с подобными веществами, но вчера Никс снова мучили кошмары, и пришлось до поздней ночи сидеть рядом, взявшись с ней за руки и успокаивая в те моменты, когда она начинала крутиться и испуганным голоском повторять “мама… папа… нет, не трогайте их, папа…”. Поспать удалось пару часов, а после хамское солнце начало тыкать своими лучами в лицо - пришлось вставать и занавешивать шторами окно. С самого утра Киру клонило в сон, а мысли уплывали вдаль. И стоило ей ненадолго потеряться в грезах, как случился взрыв, превращая привычный кабинет в подобие комнаты заброшенного дома.

- Ладно Кира - весь день в облаках летает! Ну а ты, Лили? Ты то почему не доглядела?.. – черноволосая девушка со смуглой кожей и азиатскими чертами лица, пыталась спрятаться от пронзительного взгляда за учебником по химии.

- Я читала следующие пункты в методичке, пока Кира смешивала реагенты, и не заметила, что она по ошибке добавила серную кислоту, а не фосфат аммония… - начала тороторчески оправдываться Лили, чем еще сильнее разозлила вышедшую из семя учительницу…

*Глубокий вдох*

- Хватит с меня на сегодня экспериментов. Всем сдавшим - "зачет", а остальные будут пересдавать на следующем занятии.

- А мы?.. - робким голосом уточнила Лили.

- А вы, девочки, берете в руки тряпки и зачищаете кабинет, а после занятий вас ждут в библиотеке, там уже давно помощников просили; вот вы и поможете книги разобрать. Денька три походите, глядишь внимательнее к заданиям будете.

- Три!.. Но зачем так много, может на денёк и…

- Три Лилечка; и точка! Всё понятно Кира? – строгий взгляд вернулся на красноволосую девушку, не переставшую апатично высматривать в окне что-то известное только ей.

- Да… Так точно! - задумчивый голос подтвердил получение приказа.

- Тогда чего сидим?! За тряпкой и приступайте к работе!

*****

Атмосферу столовой наполнял гул голосов; крики кухарок, стоящих на раздаче и пытающихся перекричать других; визгливый смех, лязганье столовых приборов и шарканье ног. Сотни кадетов мелькали между длинными рядами столов в поисках места.

Подаваемые сегодня на обед курица с гречневой кашей и какой-то травяной отвар не могли пробудить аппетит. Поэтому Кира сидела, апатично уставившись в тарелку, и выслушивала жалобы Лили.

- Как же меня эта "алхимическая крыса" достала со своими заданиями! - Лили воткнула вилку в курицу, которую сегодня подавали на второе и потерла раздраженную от воды кожу на руках. - Не принесешь конспект - сидеть тебе весь вечер на кухне с ножом и картошкой; опоздала на минуту - нужно пересадить цветы с клумбы; а сейчас три дня придется пахать в библиотеке! пытаясь не утонуть в тоннах пыли. Да катись она к "отступникам" со своими заданиями! - Лили с грустью посмотрела на разодранный кусок курицы.

- Салют, девчата! Отрываетесь за тяжелую судьбу "подрывника" на курице?

За обеденный стол подсел брюнет с карими глазами, кривым носом (видно, что пару раз ломал) и ярко очерченными скулами. Выступающие сквозь одежду мышцы говорили о хорошей форме (хотя у всех здесь было спортивное тело), а небольшие потертости на костяшках пальцев свидетельствовали о пристрастии к каратэ.

- Да иди ты, Алекс, туда же! Через месяц состоятся ежегодные "Военные игры", а я, будучи участницей танцевальной группы поддержки, на репетициях бываю реже, чем нам подают нормальную еду; мне готовится надо, движения отрабатывать, а не книжные заросли расчищать.

*Цзинь*

В порыве гневной тирады кулак черноволосой движением опустился на стол, перевернув стакан Алекса со всем его содержимым.

- Прости! – начала извинять Лили.

- Не парься, я всё равно бы его вам отдал, не любитель я этой… травяной бурды, - еще раз окинув пролитый напиток брезгливым взглядом, брюнет посмотрел на задумавшуюся подругу. - А ты Кира? Я как не посмотрю сегодня на тебя, ты всё время думаешь о чем-то своем.

- Да… просто Никс опять кошмары о родителях мучили: пришлось всю ночь сидеть рядом с ней и утешать, когда она начинала подскакивать, вот немного растерянная и хожу, - прекращая гипнотизировать курицу, сообщила Кира.

- Так вот чего с тобой сделалось, а я уж думала, что влюбилась ненароком… - с интонацией осознания начала подруга.

- Лили, вы ведь вместе живете. Тебя разве не разбудили ночные крики?

- Ты бы видел ее! Уляжется вечером и дрыхнет всю ночь как богатырь. Делай с ней что захочешь, а она и глаза не откроет! - задорным голосом раскрыла секреты “спячки” своей подруги Кира.

- А ты вот зачем ему обо мне рассказываешь? Тебя кто за язык потянул. А еще подругой зовется! –на лице черноволосой проступил легкий румянец.

- Ладно… Хватит вам, девчонки! Пошутили немного и достаточно. А информация даже очень полезная. Вот пойду я с тобой, Лили, на задание, и хоть знать буду, что будить бесполезно; бревном на плечо положу и побегу, - Алекс показал, как обхватывает невидимую подругу и кладет ее на плечо.

- Это кто- еще здесь бревно?!

- Ты…

- Ах ты, чучело побитое, - Лили пыталась взять парня на удушающий, но тот умело изворачивался.

Нежная улыбка скользнула на губах Киры. У нее появились те, кого она могла назвать “друзьями”, а может даже “семьей”.

Очутившись пять лет назад в военном детском комплексе по приговору комиссии, Кира растерялась. Ей пришлось поступать сразу на пятый курс и наверстывать тонны пропущенного материала. Всё свободное время в первый год она проводила, сидя за учебниками или занимаясь на полигоне (в те времена её спортивная форма оставляла желать лучшего). Но спустя пять лет постоянных тренировок, правильной диеты и колоссального труда ее тело окрепло и повзрослело. Метр семьдесят два - рост. Стройная фигура с цепляющей взгляд парней грудью, накаченным прессом и рельефными мышцами рук и ног. Детская "пухлость" исчезла, на её замену пришли аккуратные мягкие черты лица с небольшим количеством веснушек на щеках. Волосы приобрели насыщенный алый оттенок, а янтарные глаза наполнились каким-то непостижимым опытом, заключенным в глубине. Всё это превращало юную, поначалу незаметную девочку в красавицу, за которой постоянно бегают парни в попытках пригласить куда-нибудь или наладить «отношения». А та, в свою очередь, отгоняет от себя непрошенных гостей. И мало кто захочет спорить с той, кто на одном из занятий по случайности превратила стальных манекенов в лужи.

За прошедшее с момента расставания с родителями время многое изменилось. Не подавляя силу в себе, а постоянно используя и "подчиняя своей воле", Кира научилась вызывать приличных размеров "костерок", вполне способный мгновенно охватить и переплавить на составляющие небольшую машину. Ей не составит труда расплавить металлы наподобие цинка или серебра, но для переплавки никелевого слитка ей придется приложить усилия.

С таким разрушительным потенциалом ей пророчили перспективное место среди элитных отрядов Федерации. Хорошая должность и большие заслуги обеспечили бы безбедную жизнь полную славы и почета. Но ей претили эти лживые похвалы и огромные откупы, вылезающие из-под маски страха.

На уроках седьмого курса им поведали об истории появления Уникумов. Когда-то давно, почти сразу после катастрофы, которая вошла в историю под громогласным названием «Разрушительная авария на ТЭК (термоядерный энергетический комплекс)», на свет начали появляться младенцы с «дикими талантами», как назовут их в будущем. У них стали отрастать когти и хвосты, им были подвластны стихии, они творили чудеса силой мысли… Но граждане не приняли новый виток эволюции, нет, они испугались «уникальных» … и начались гонения: «уродливых» отнимали у семей и уничтожали, на них охотились, их презирали, выгоняли из городов и деревень, исследовали и подвергали опытам. Тридцать лет тянулись темные времена, пока одна из Уникумов, под псевдонимом Императрица, не подняла восстание, объединив под своим крылом тысячи угнетенных, она повела единый фронт ради свободы и процветания ее «собратьев». После тяжелых боев бунтовщиков подавили, уничтожив или припрятав в Зимний форт – специально оборудованную тюрьму для Уникумов. Но несмотря на все разрушения правительство исполнило их просьбу и закончило гонения. Для Уникумов начали создаваться специальные учреждения, где они могли бы «свободно» учиться и постигать свой дар. Теперь они помогают нуждающимся, патрулируют улицы или ловят тех Уникумов, которые нарушили закон.

Кира не верила в эти бредни о милостивой помощи. Она прекрасно осознавала, что вся эта система с лагерями нужна лишь для того, чтобы не допустить нового восстания. Федерации пришлось нелегко, когда против обычных солдат сражались летающие бетонные балки и стаи насекомых. Поэтому правительство решило воздействовать на подрастающие наивные умы, прививая преданность Родине и Высшему Совету. Но большинство Уникумов прекрасно осознают всю тяжесть положения: их посылают в самые опасные районы, заставляют трудиться в тех местах, куда обычный человек не сунул бы нос, политики и обеспеченные нанимают одаренных в личную охрану, они подавляют восстания и недовольства на всей территории страны, проливают кровь на полях битвы – в общем, делают всю грязную работу. Еще до попадания в лагерь, Кира слышала истории, как богачи покупали на закрытых аукционах Уникумов и садили их в специально оборудованные комнаты у себя в домах, относясь к ним как к питомцам. Несмотря на все творящиеся зверства Уникумы вынуждены терпеть, чтобы не оказаться за решеткой или не быть показательно казненными. Это выводило Киру из себя, она ненавидела членов Высшего Совета, помнила, как умер отец из-за принятых ими законов и инструкций, безжизненные глаза матери, которую в опустошенном состоянии как марионетку вынесли из квартиры, помнила каждую горькую слезинку, которую проронила Никс с того злополучного дня, помнила свои собственные детские «кошмары» с белыми халатами и шприцами.

Расставание с родителями прошло тяжело. Их заселили в одну комнату с Лили и Зои, белокурой заучкой; первые два месяца Кира засыпала в обнимку с сестрой, каждый раз утешая ту перед сном. И хотя кошмары перестали приходить еженощно, иногда случаются и бессонные ночи, как сегодня.

"Будь моя воля, сбежала бы вместе с Никс отсюда, но тогда нас объявят в розыск за дезертирство. Лучший выход – попасть в элитный отряд, чтобы вытащить маму из тюрьмы. За мои боевые заслуги ей могут сделать поблажку, и тогда мы сможем зажить семьей, без папы, но хоть как-то…" – гневные мысли прервал Алекс: Лили удалось заломать брюнету руки, и тот, в попытках выбраться, ударил ногой обеденный стол, заставив остывшую курицу подскочить на тарелке.

- Кстати, вы дописали конспект по истории? Я немного загулялся вчера, поэтому надеялся одолжить у вас, - парень похлопал подругу по руке, капитулируя в дружеской борьбе.

- А-а-а… Черт. Совсем забыла про него, пока занималась Никс! Лили, ты ведь сделала? Скажи, что сделала! Ты ведь всегда всё записываешь.

- И что я в вас разглядела, когда начинала общаться?! – проговорила Лили, возвращаясь на свое место.

- Мою неподражаемую харизму, - пафосно ответил Алекс, приглаживая челку.

- Ага. Бездарь, да и только.

- Так ты написала конспект? - не дал уйти от темы Алекс.

Лили потянулась к рюкзаку и вытащила небольшую пластину размером с ладонь. Лёгкое касание по поверхности, и в её руках небольшой голографический планшет.

- Списывайте, только быстрее! До конца перерыва пятнадцать минут, - оповестила черноволосая, протягивая "голограф" друзьям.

- Ты наша спасительница.

- Вот-вот.

Столовые приборы “разошлись” в стороны, освобождая место для ещё парочки планшетов. За столом закипела работа

Смотря на своих старательно списывающих друзей Лили не сдержала смешок.

- И куда вы без меня?!

*****

- *Тук-тук-тук* Здравствуйте, простите за…

- Бегом за парты! - строгий взгляд исторички скользнул в сторону опоздавшей троицы, которая рысцой бросилась к своим местам.

- Продолжим… Целью нашего урока будет знакомство с битвой при Аркане, изучение тактических маневров генерала Дерли и их предпосылки.

“Опоздали, но хоть конспект есть.” - усаживаясь подумала Кира.

Одетая в строгую белую блузку и синюю юбку, Елизавета Ефимовна прогуливалась между партами, периодически нанося указкой точные удары по головам шепчущихся учеников.

- Третье июля двести тридцать пятый год от создания Высшего Совета. Этот день вошёл в историю нашей страны как дата окончательного уничтожения последних объединенных сил Маларийцев и последующего объединения семи стран победительниц в Тиарийскую Федерацию.

"Да-да… Созданное потом и кровью миллионов погибших солдат; крупнейшее из всех государств на планете, объединившее под своим крылом две трети суши - Тиарийская Федерация. С самого детства нам рассказывают о величии, технологическом прорыве и неподражаемости нашей державы. Мы изучаем историю побед и "незначительных" поражений, прогрессивных реформ и этапов создания "утопического" мира, в котором сейчас живем. После поражения Маларийцев (а так называли все маленькие государства на Восточном материке) единственным соперником Совета стала Империя Лиарген, занимающая Западный и север Южного материка. Военная мощь Империи уступает Федерации, но это не мешает им держать оборону на протяжении вот уже шестидесяти лет. Но после принятия в свои ряды Уникумов, линия фронта начала смещаться, с каждым годом отдаляясь на Запад.

Пока мысли Киры занимали общеизвестные факты, Елизавета Ефимовна начала свою лекцию.

- В тот день утро было туманным, а над армией генерала Дерли нависли массивные "медные" тучи, раскинувшиеся по серому небу. В полночь ему пришло сообщение о перехвате союзных вспомогательных резервов при переправе через реку Мглен и приближении маларийских войск к его укреплениям. Разница в силе и снабжении была колоссальной: пятьсот тысяч его солдат против двухмиллионной армии. По приказу высшего командования он должен был сдерживать напор до прибытия подкрепления, но гениальный ум и точный расчёт позволили развернуть наступательный фронт. Подпустив основные войска в радиус обстрела артиллерии, началось прореживание первых наступательных рядов. На встречу им были отправлены седьмой, тринадцатый и пятый танковые батальоны, второй, четвертый, шестой мотопехотные и третий воздушный флот под командованием вице-адмирала Стингера. Этой группе войск удалось отвлечь основной огонь на себя, заводя наивного соперника в ловушку у моста близь деревни Кирзаль. После преодоления маларийцами первого минного рубежа в их тылы пробрались первый и одиннадцатый батальон с помощью подземных передвижных машин того времени "ныряльщик", замкнув круг и взяв объединенные войска в кольцо. Импульсивные действия со стороны вражеского командования и отсутствие снабжения сыграли злую шутку, позволив окончательно разбить основной костяк войск, а последующее наступление обеспечило окончательное уничтожение и захват главенствующих персон.

*Тук* - очертив полукруг в воздухе, указка приземлилась на одну из темноволосых макушек.

- На этом заканчивается основная информация о битве, так что перейдем к построениям, маневрам и другим нюансам, повлиявшим на исход…

*****

"Как же болит рука от долгой писанины… Столько информации, что мозг плавится. Сейчас бы на пробежку, развеяться хоть немного!.. "

Потирая кисть, чтобы унять боль, Кира разглядывала необычный цветок, расположившийся за трехслойным окном. Тоненький гладкий стебель, крошечные листочки с зазубринами и насыщенно-бордовые лепестки, создающие невообразимый узор, так и манили прикоснуться. Но Кира помнила плачевным опыт, связанный с этим "аленьким цветочком". Под мягонькими, на первый взгляд, листьями расположены хрупкие капсуловидные шипы, моментально впускающие раздражительный сок под кожу, вызывая зуд и покраснение.

- …тем самым данное построение позволяло ограничить возможности быстрого перемещения воздушных катеров по полю боя, уменьшая гибкость тактических маневров. На этом всё, вопросы?

- Елизавета Ефимовна, генерал Дарли нарушил прямой приказ командования, разве это не дезертирство? - послышался вопрос с первой парты.

- Ты права, Кейси, прямое нарушение приказа влечет за собой военный суд и последующее заключение. Но генерал Дарли не нарушал приказ, он занял оборонительные позиции и ударил в самый неподходящий для противника момент, нанеся смертельную рану врагу.

Вверх взметнулась рука.

- Не точнее ли было использовать построение W для лучшего эффекта? Данный вариант позволил бы обойтись меньшими потерями, но с тем же эффектом.

"Опять этот "болван" умничает. И как в человеке могут сочетаться ум и кретинизм?! "

- Этот вопрос, Алекс, ты задашь своему учителю по тактике. Но я поддерживаю ваше стремление к тактическому мышлению, поэтому вашим домашним заданием будет эссе на тему "Возможные последствия поражения в битве при Аркане и пути их решения". Объем не менее пяти страниц. На подлинность проверю, так что писать придется самим.

- Елизавета Ефимовна?

- Кира?

- Нужно ли учитывать возможное заключение генерала Дарли?

- Будем считать, что предшествующие заслуги генерала позволили бы ему сохранить пост. Раз больше вопросов нет, то может поиграем?

На лицах ребят всплыли озорные улыбки. Кира подумала, что взыскательная Елизавета Ефимовна очень любит забавы. Каждый урок, не считая с зачетами, она придумывала новый способ интересно преподнести информацию в игровой форме, благодаря чему пользуется уважением среди всех курсов.

Лёгкие касания по панели управления классом, и парты вместе со стульями уехали под пол, превращая привычный кабинет в подобие небольшого зала со ступенчатым спуском.

- Правила просты: два человека становятся капитанами и набирают себе равные команды; команды расходятся по углам и ждут сигнала; я зачитываю вопрос; первый правильный ответ, появившийся на доске приносит, написавшей его команде, балл. Всё понятно? – обратилась Елизавета Ефимовна к классу.

- Да! - послышался хор голосов.

- Тогда у вас минута на деление, и начинаем.

Началась суета. Кира подошла в образовавшийся круг, чтобы присоединиться к выбору капитана.

- Кто будет капитаном? – начал выборы Генри – кудрявый парнишка с большой родинкой на щеке.

- Ты совсем?! Кира и Алекс. Они всегда на лидирующих позициях, - выпалила Кейси.

- Да-да, если они будут в одной команде, то это нечестно.

- А меня кто-нибудь вообще будет спрашивать, хочу ли я? – Кира возмутилась тому, что ее мнение решили не учитывать.

- А зачем? За тебя уже всё решили, - посмеиваясь добавил Алекс.

- За тебя кстати тоже!

- А я и не против, - улыбнулся брюнет.

- Тогда начнём набор. Я беру Кейси.

- Лили.

- Серый, дуй ко мне.

- Шанни.

- …

- …

- Команды готовы? - сидя на удобном учительском кресле прокричала Екатерина Ефимовна.

- Да! *хор голосов*

- Тогда, первый вопрос: во время битвы при Аркане флотом воздушных сил командовали…

Вопрос не был закончен; по классу помчались две тени элегантно преодолевая ступени.

Алекс решил немного приостановить свою соперницу, преграждая ближайший проход к доске. Оббегать учительский стол у Киры не было времени, а сдвинуть друга - временно ставшего ей соперником - не представлялось возможности. Тело сработало на рефлексах: рука опустилась на учительский стол, перенос тяжести на зафиксированную руку и сильный толчок ногами.

Отгадав идею, Алекс попытался свободной от письма рукой сбить “гимнастку”, но грациозный уворот и своевременная смена рук, позволили закончить элемент. Несмотря на то что Алекс оказался у доски на пару секунд раньше, навыкам письма Киры стоило бы позавидовать.

- Один балл команде Киры! Вернитесь на свои места!

Унимая своё быстро колотящееся сердце, капитан лидирующей команды гордо зашагала к своим.

- Мне кажется, или, когда ты не высыпаешься, то двигаешься быстрее?

- Ха-ха… - наигранно посмеялась девушка. - И стоило мне мешать? С твоими навыками ты всё равно оказался бы у доски первым.

- Хотел посмотреть на твои действия, - ехидная улыбка скользнула по лицу Алекса.

- Предлагаю соглашение.

- И какое?

- Я не выспалась и хочу отдохнуть хоть пару минут. Давай введем правило, что капитанам команд участвовать запрещено. Иначе командное соревнование перерастет в дуэль, а я к концу занятия окончательно выдохнусь.

- Хм… Идет! - поднимая плечи и разводя в стороны руки (словно говоря “почему бы и нет”), согласно улыбнулся друг.

Под короткий диалог двоица присоединилась к командам. В последний раз посмотрев на парня и увидев поднятый вверх палец, Кира ушла за толпу и облокотилась на стенку. Глаза слипались, и даже шум голосов болельщиков не помешал ей попасть в царство Морфея.

- Вопрос второй: какое построение…

Глава 2

- Удалось отдохнуть?

- Ай!..

Незаметно подкравшись сзади, Алекс ущипнул бока плетущейся по коридору подруги.

- *Зевок* Да… но ты еще тот жук, обещал же не участвовать! - нахмурив брови, Кира посмотрела на собеседника.

- Я был бы рад сдержать обещание, но проигравшая команда сдавала конспект. А он у меня… ну, не закончен, вот и пришлось в конце попыхтеть.

- Гад!

Пара прижалась к стене, освобождая дорогу марширующим по коридору первокурсникам.

- Дуешься?

- Немного.

- И как поднять леди настроение, чтоб меня простили? - отдернув взгляд от скрывающегося за угол строя, брюнет поспешил за Кирой.

- Дай-ка подумать… - наигранно задумалась девушка, приложив палец к щеке и подперев рукой подбородок. - Может сходишь вместе со мной на отработку в библиотеку?

- Не-не-не… тамошняя библиотекарша на меня косо подглядывает, после того как я во время одной из отработок чуть не сжег стеллаж, пытаясь удивить одну семикурсницу.

- И что ты сделал? Решил поиграть в аборигенов, взял шаманский бубен и начал танцевать? А для большего антуража посреди зала костер из книг устроил.

Двери лифта любезно поприветствовали посетителей, разъехавшись в стороны.

- Не… Жонглировал своими молниями.

- И? Не смог удержать “шарики”?

- Смог, но на столике, недалеко от меня, стоял графин с водой. Он мой “шарик” и притянул. А библиотекарь шла рядом, увидела графин, решила убрать, и бабах… Небольшой электрический удар,

шок и обморок. *Смех*

Створки разошлись, и перед Кирой предстала картина полигона, которую тремя часами ранее она наблюдала из окна кабинета химии: мягкая зеленая травка, освежающий ветерок и горячее солнышко.

Наслаждаясь великолепной погодкой, девушка прикрыла глаза и начала нежиться в лучах, подставляя звезде свободные от одежды участки тела.

- И чем закончилась история?

- Ну… Скажем так, больше меня в библиотеку на отработки не посылают.

- Эх… Мне бы так… - опустив плечи пробубнила девушка.

- Ну так как я могу загладить вину? - не унимался брюнет.

- Посидишь с Никс вечерком, пока меня не будет?

- Она же не маленькая, чо за ней приглядывать то?

- Да или нет? – потребовали короткий ответ.

- Если это все, - с недоумением пробубнил Алекс, - то пойдет! Сестра у тебя веселая, найдем чем заняться.

- Ну и хорошо. Только трюки с молниями ей не показывай. Комната у нас одна.

Разговор закончился у границы полигона, где проходят занятия по контролю способностей.

- Ты иди, а мне еще переодеться надо.

- Угу, тогда увидимся через час…

- Ха-ха, как смешно, - голос наполнился сарказмом, - я тебе не императорская дочка, чтобы часами примерять наряды…

- Как скажешь, императрица… - на ходу крикнул “неудавшийся жонглер”, двигаясь к группе в центре площадки.

- Эх… ему бы повзрослеть…

Решив не забивать голову глупыми мыслями, Кира повернулась в сторону одиноко стоящей на краю поля раздевалки и неспешным шагом направилась туда.

Старое здание, стоящее еще со времен, когда военный комплекс был обычным детским лагерем, было похоже на «дом страха», в котором Кира побывала с родителями во время ежегодной летней ярмарки, устраиваемой в деревне Мельс. Стены покрылись паутиной трещин; в некоторых местах зеленая краска отпала, забрав с собой слои штукатурки, открывая заплесневевший кирпич, местами покрытый мхом и какой-то вьющейся травой, похожей на миниатюрную версию лиан из тропических лесов. Окон не было, лишь маленькое отверстие под черепичной крышей, осколки которой разбросало а ж на десять метров, служило единственным источником вентиляции.

Дойдя до железной двери, со следами ржавчины в местах креплений Кира с силой надавила на ручку. Не поддавшаяся напору дверь издала протяжный «воющий» скрип и осталась стоять в своем непоколебимом величии.

“Когда-нибудь я не сдержусь и расплавлю эту дверь. Мир контрастов! Где-то тебе «голографы» и умные парты, а где-то приходиться воевать с заржавевшей дверью.”

- Хм… И-и-и... *Бам*- удар ногой открыл путь в помещение.

Внутри раздевалки (которая раньше, скорее всего, была складом) боролись затхлый тяжелый воздух и оглушающая вонь чьих-то потных носков. На шкафчиках лежали слои скомканной одежды; под скамейкой валялась порванная пара кроссовок; а на люстре, закрывая немногочисленный свет единственной лампочки, покачивались штаны, то и дело, норовящие свалиться.

- Жуть… каждый раз по всему телу мурашки разбегаются.

Поставив свой портфель на скамейку, Кира ловкими движениями выудила полевую униформу. Для занятий, на которых им разрешается использовать свои «дикие таланты» руководство комплекса изготовила им специальную одежду, защищающую от огня, электричества, обморожения… Но главной особенностью является возможность частичного поглощения кинетической энергии, что помогает избежать травм при падениях, сильных ударах и столкновениях. Костюм из неизвестного материала отливал матовым черным цветом. Состоящий из кофты, закрытых перчаток и обтягивающих колготок, он удобно сидел на теле и подчеркивал фигуру, придавая ей элегантности.

Немного полюбовавшись формой, Кира переоделась, оставив зеленые штаны и кроссовки.

Аккуратно уложив снятую одежду в портфель, девушка поспешила на полигон, откуда стал доноситься голос инструктора.

- Десятый курс, сегодня у нас сдвоенное занятие с двенадцатым, поэтому вместо стандартных тренировок будут дуэли.

Остановившись за толпой, Кира начала осматриваться в поисках друзей.

Лили и Алекс стояли с краю и о чем-то задорно беседовали. Заметив Киру, парень помахал рукой, приглашая присоединиться к компании.

- И где ты так долго возилась? – не скрывая усмешки поинтересовался друг.

- Пыталась всеми силами удержать себя, чтобы ненароком не превратить дверь раздевалки в лужу.

- Опять заклинило?! Почему ты не одеваешь костюм под основную одежду, как я? А продолжаешь наведываться в этот… «сарай» - озадаченно глядя, поинтересовалась Лили.

- Если бы?! Моя способность повышает естественную температуру моего тела. И как бы не был хорош костюм, охлаждения в нем нет. А пытаться не умереть от жары во время занятий мне не хочется, вот и мучаюсь с этой… железякой. – показав рукой, что разговор окончен, Кира перенесла свое внимание на Александра Захаровича.

Черная майка, маскировочного окраса штаны, перекаченное тело и съехавший берет на голове – настоящий военный. Руки украшали шрамы, порезы, мелкие следы швов. Светлые волосы, орлиный нос и светло-зеленые глаза, которые, по ощущениям, смотрят в душу. В прошлом – офицер, проведший на поле боя семнадцать лет, сейчас – инструктор. Его способность «уплотнение воздуха» идеально подходила под должность.

- Слушайте внимательно, правила элементарны! Я буду по очереди вызывать по одному человеку с каждого курса на поединок. Проигравшие бегут тридцать кругов вокруг стадиона. Всем понятно?

Толпа закивала.

- Тогда марш за границу полигона!

Ученики развернулись и отправились выполнять приказ.

- Как тебе заруба? Редко удается потягаться силами со старшими курсами, – поинтересовался пристроившийся слева Алекс.

- Не знаю, – с ноткой безразличия ответила девушка.

- Уровень способностей растет примерно до двадцати лет, так что сейчас большинство из них находится в своих «пиковых» состояниях. Победить кого-то такого в нашем положении… Это станет огромной галочкой в личном деле.

- Может ты и прав. Мне бы пригодилась такая «галочка», - хотя это было сказано с сарказмом, одна мысль о том, чтобы выслуживаться перед Советом… даже просто государством, заставляла внутренне поморщиться.

Затылок похолодел; промелькнуло ощущение, что кто-то пристально смотрит на нее. Но повертев головой, ей не удалось обнаружить «наблюдателя».

“Хм… Столько народу, наверное, показалось.”

Уже стоя на краю поля, девушка с восхищением наблюдала, как огромный, во все небо, голубоватого оттенка купол накрывает будущую арену.

- Взгляд завораживает, - грубоватый голос прокомментировал ее мысли.

- Угу… каждый раз восхищаюсь этим зрелищем. Как-будто огромная волна накрывает бескрайнее поле. – Кира не заметила, как черноволосый старшекурсник с карими глазами и вогнутым носом подошел к ней. Запах свежескошенной травы и пота обдал носовые рецепторы, заставляя сделать пару шажков в сторону.

“Инстинкты сбились?.. Давно так близко, без своего ведома, не подпускала. А сейчас еще бой предстоит. Надо бы собраться!”

- Меня, кстати, Кейном звать. А ты?

- Кира, – коротко ответила девушка.

- Кира… - полушепотом повторил кареглазый. – Знаешь, я знаком со многими девушками, но таких пламенных волос и туманящих разум глаз не встречал ни у одной, - рука парня попыталась обнять за плечи, но ее отбила их владелица.

- Можешь не пытаться… - прямая фраза оборвала типичный подкат.

- И чем же я не угодил? – глаза наполнились смесью восторга и любопытства.

- Да, ничем. Хотя у нас негласно разрешены «отношения», - пальцы согнулись, показывая кавычки, - до тех пор, пока это не касается обучения и правил. Меня они не интересуют.

- Интересно, откуда такая незаинтересованность?

- И без того проблем хватает, - Кира демонстративно отвела взгляд на поле, не давая и шанса продолжить разговор.

На поле выступила первая пара: Кейси и рыжеволосая старшекурсница. Способность Кейси – мутация растений. Воздействие на строительные клетки растений позволяет выращивать густые непроходимые заросли или снабжать примитивные растения ворохом пропитанных ядом колючек. Умение полезное в исследованиях, на испорченных землях или в боях на лесистой местности, но в зданиях теряет свою пригодность.

После свистка, свидетельствующего о начале поединка, «властительница природы» (так шутя называли девушку в классе) оградила себя зарослями лоз с шипами. Перед коконом проросли два стебля, полметра диаметром и с шесть этажей высотой. Подергав немного кончиками, Кейси проверила контроль над своим «детищем», а после направила на бегущую в ее сторону двенадцатикурсницу.

- Она управляет стеблями с помощью рук, связать их и ей конец. Хотя заросли заграждают путь…

- Да… интересные уловки, с такими навыками удобно устраивать засады или участвовать в погоне. Но… для нашей Алины это не проблема.

- О чем ты… - Кира не закончила фразу; на ее глазах гигантский стебель обрушился на Алину, но вместо того, чтобы отлететь от удара или попытаться перепрыгнуть преграду, девушка превратилась в серый туман, проходя над стеблем и собираясь обратно после исчезновения опасности.

- Она превращает свое тело в туман?!

- Не совсем. Ее клетки разбиваются на контролируемые элементы, позволяя на короткий срок перейти в газовое состояние.

Выслушая объяснения, Кира завороженно наблюдала, как Кейси отчаянно пытается остановить девушку, взращивая перед ней новые преграды или зажимая в тиски каким-то хищным растением, похожим на гигантскую мухоловку. Но рыжеволосую было не остановить; медленно, но верно она приближалась к своей сопернице, периодически становясь серым облачком.

- Закончилось тем, что вашей повелительнице мухоловок заломали руки, - с иронией в голосе подытожил Кейн. – Так какие проблемы у такой красавицы как ты?

- Сестра, отработки и один пристающий хам, не желающий признавать, что он оказался неинтересен, – в глазах промелькнула искра ехидства.

- Так давай его закопаем, чтобы больше не приставал!

- Помочь или сам в землю залезешь? – прозвучал саркастический вопрос.

- Пожалуй еще ненадолго задержусь и посмотрю на маленькое дующееся солнышко. - правая рука начала разминать затекшую шею.

- Смотри, чтобы это «солнышко» тебя в запеканку не превратило.

- Очень постараюсь.

На арене замаячила макушка Лили, и весь интерес перешел с парня на подругу. Кира считала способность соседки по комнате одной из самых продуктивных на курсе, так как она создавала из своей крови обволакивающую дымку, которая укрепляла тело до уровня танталового сплава и повышала физические характеристики. Правда, у всего этого была и обратная сторона: в качестве подпитки использовалась собственная кровь, поэтому долго силой не попользуешься (во время тренировок она частенько падает в обморок от нехватки крови).

С другого конца арены «кровавую деву» оценивал каменный гигант (три метра роста). Все тело парня (по крайней мере так предположила Кира, решив, что на девушку «голем» не похож) покрывали разнообразные горные пароды, превращая в калейдоскоп красок и оттенков. Коричнево-кровавый цвет кварцита устрашающе смотрелся на шарообразных кулаках размером с чью-то голову. Не спуская взгляда, он гигантскими шагами устремился к мелкой, по сравнению с ним, девчушке. Недюжинный вес исполина оставлял миниатюрные кратеры, вдавливая твердую почву вместе с газоном.

Лили не стала оттягивать поединок и бросилась навстречу. Свою комбинацию она начала с прямого удара правой, попадая в подставленную ладонь. Контратака не заставила себя ждать и к голове девушки направился левый хук, которого избежали небольшим смещением корпуса и последующим уворотом. Закончив приветствие, дуэлянты создали дистанцию в пару шагов и приняли стойку. Начался бокс! Сдвиг левой ноги вперед и попытка подсечки; шаг навстречу, во избежание травмы колена, и удар наотмашь по большой траектории, от которого мастерски ушли кувырком. Два шага в попытке догнать соперника, но точный джеб и незамедлительный апперкот выбивают землю из-под ног и заставляют отлететь на десяток метров. Ожидание подъема соперника, проход под правым хуком и удал левым локтем в ребра, заставляющий на секунду потерять ориентацию. Обманный удар снизу, пока соперник не вернул баланс, и, вместо блока, еще одно подныривание с неимоверной силы оверхендом… Битва окончена. «Каменный Орион» придавлен к мягкой земле ногой. По груди великана расползлась трещина, а на голове красовался скол.

- Не хило она Димку потрепала… - с нотками удивления в голосе проговорил Кейн.

- *Глубокий выдох* Лили еще до появления сил ходила на бокс, а когда очутилась в лагере, он стал ее любимым хобби.

Кира не заметила, как сильно переживала за подругу. Во время матча она не переставала перебирать в руках свои огненные волосы, что делает в особо нервозных случаях.

- В этот раз «Терн» с размахом подобрал пары.

- Терн? – на лице отразилось непонимание.

- Да, так выпускные курсы называют инструктора. Вот и мы начали, - пояснил черноволосый.

*хи-хи* - послышался смешок.

- Чего ты смеешься?

- Да так, вообразила, что он с вами сделает, когда об этом узнает. Виселицы, эшафоты…

- А в добавок сто кругов вокруг полигона и беспощадные тренировки на эмуляторе, – бойко закончил ряд Кейн.

Девушка представила запыхавшегося парня, который ползком пытается выбраться из «зеленого» круга, но его ноги хватают накаченные руки тренера и тащат обратно.

“Забавная картина, туда бы еще…” – ход мыслей прервал вопрос.

- А у тебя какой талант? – поинтересовался парень.

На вопрос не дал ответить скрип рупора…

- Следующая пара – Кира Тилос и Кейн Вердан, – раздался басистый голос тренера.

- Вот сейчас и узнаешь! – язвительно улыбнувшись, Кира шагнула в толпу и начала прокладывать дорогу к полигону.

Пока она шла к стартовой позиции, ее окликнул Терн (ей пришлось по душе забавное прозвище, упомянутое Кейном; и, в мыслях, решила называть грозного инструктора таким образом).

- Кира!

- Да, Александр Захарович! – обернулась на голос девушка.

- Поле я защитил, а на Кейне костюм, но ты все равно… сдерживайся чуток! – с едва проскальзывающими нотками беспокойства на бесстрастном лице попросил бывший «вояка».

- Поняла, буду аккуратней, – в ответ показалась легкая улыбка, больше похожая на оскал.

Ноги сорвались на бег, и Кира рысцой добралась до нужного края поля.

Пока девушка стояла на мягонькой травке в ожидании начала поединка (после каждого боя система восстанавливает поврежденные участки), по телу начал подниматься холодок. Медленно карабкаясь от лодыжек, заползая в желудок, проходя через легкие и оканчиваясь на подушечках пальцев. Так бывало всегда перед боем: сердце, выбивающее оглушающую мелодию в ушах; учащенное дыхание, слегка подрагивающие пальцы рук и удушливая засуха в горле. На импровизированных трибунах стояла толпа, то и дело выкрикивающая «подбадривающие» словечки. Кто-то показывал пальцем на поле, объясняя недалекому, по их мнению, другу свою гениальную стратегию; кто-то смеялся и шутил, играясь со своими способностями; другие обсуждали прошедшие поединки и делали ставки на текущий. Им всем неимоверно хотелось улицезреть завораживающее представление, подобное тому, какое показала Лили, но от этого в душу еще глубже проникали лапы ужаса. Несмотря на всю свою силу, огромную силу, Кира боялась… боялась не проиграть, а не удержать хищного огненного зверя внутри нее. После каждого поединка она глубоко вздыхала, радуясь, что не перегнула палку, не убила соперника, друга, товарища, превращая его в обгоревший кусок мяса. С каждым годом сила росла, боролась, вырывалась, и ей все сложнее было удерживать контроль. Контроль над тем, что каждый раз норовит перекинуться на близ стоящего оппонента, поджечь его волосы, зарумянить кожу… Подобная картина часто мелькает в Кириной голове, создавая желание запереть это Нечто в себе и никогда не выпускать, но все это улетучивается, когда возникает образ маленькой синеволосой девочки с невинной улыбкой и сияющими глазами; данное самой себе обещание защитить эту улыбку заставляет с каждым разом все сильнее открывать дверцу клетки и усмирять непокорное.

Холодный пот стекал ручьем, а, до этого теплый, ветер леденяще касался кожи.

“Нет… нет… так дело не пойдет, надо собраться… Соберись, Кира! Соберись! Это уже не первый бой, ничего не случится, просто надо внимательней относится к контролю способности, и все будет хорошо. Костюм поможет… спасет от ожогов, а голова… в голову я целиться не буду. Так и поступлю!” – после мысленного подбадривания холод затаился, давая путь теплому чувству уверенности.

Одернув плечи и закинув волосы за плечо, Кира подняла взгляд полный готовности. Ноги встали в стойку баскетболиста (согнуты в коленях), готовясь к резким движениям; руки напряглись, кончики пальцев начало немного покалывать, сердце замедлилось в ожидании свистка. Глаза сосредоточились на фигуре Кейна, неподвижно стоящей с другой стороны полигона.

Прозвучал прерывистый свист…

Мгновенно сотни ручейков пламени разбежались от ног Киры, устремляясь в сторону соперника. Дойдя до середины поля, они начали соединяться, образуя огненные коконы, из которых с хлопающими звуками начали выбираться всевозможные виды животных. Пляшущие языки на звериных лапах, шёрстке, хвостах меняли свой окрас с насыщенно-алого на сочный-лимонный, с оранжевого на темно-бордовый, как будто кто-то разорвал солнце на много маленьких кусочков, полыхающих жизнью, и отправил их в свободное путешествие. Рыси, медведи, кабаны, лисы, еноты, ежи, кролики, слоны, жирафы… вставали на ноги и устремлялись в одну точку, где не сделавший за все время боя ни одного движения черноволосый парень наблюдал за огненным зоопарком, представшим перед его взором.

Двухметровый орел вишневого цвета первым добрался до цели и после очередного взмаха крыла спикировал на Кейна. Считанные секунды до столкновения, но королевская птица разбилась о толстенную стену, выросшую из земли, и осталась затухать искрами. Кареглазый вышел из-за земляного укрытия и поднял руки в небо, устремляя ладони к солнцу. На пути живности одна за одной начали подниматься подобные сооружения. Звери бежали, падали с высоты и разбивались; толпами врезались в стену, обугливая и запекая почву до состояния графита. Некоторые заграждения не выдерживали и рушились, оставляя на своем месте бугры.

Из земли показались элементали, и медленно зашагали, переставляя массивные ноги. Держа в руках каменную дубину, они бесстрашно вступили в бой с огненной армией. Один взмах и двухметровый медведь развеялся в воздухе, но тут же огромная пантера прыгает на спину и сносит лапой голову. Рядом с ними мифическая мантикора сдерживает натиск каменного скорпиона, а чуть дальше гигантское щупальце земляного кальмара обрушивается на стадо несущихся газель. Не успел моллюск поднять свою конечность, как стая волков, взбежав по новому подъему, повалила головоногого и совместными усилиями превратила в пепел. Гранитовый носорог устремился на полыхающего красным льва, но свалился, опутанный извергающими пламя лианами и раскололся на части. Сотни огненных существ рождались и погибали, унося за собой их земляные подобия.

“Эх… Такими темпами он просто перебьет всех. Придется увеличить напор.”

В янтарных глазах вспыхнул костер. Количество источаемых ручейков увеличилось, сливаясь в единую реку. Люди на трибунах зажмурились. Перед девушкой сформировался ослепительно-белый лис высотой четыре метра.

Хлестнув хвостом по траве и оставляя выжженные круги, зверь поспешил на помощь свои собратьям, разбивая возникающие на пути преграды своей могучей лапой.

Голова Киры «загудела», призыв и управление такого количества стихии выматывало ментальные силы. Ноги подкосились, но годы тренировок позволили сохранить контроль. В то время как девушка пыталась унять головную боль, солнечный свет перекрыл исполинских размеров объект. Гигантская земляная рука отражала сокрушительные атаки белоснежного лиса. Каждое нанесенное повреждение затягивалось новым слоем земли, из-за чего бой перерос в испытание на выносливость.

Зверь носился из стороны в сторону, периодическими рывками приближаясь к противнику и оставляя огромную рану своей когтистой лапой; после чего отпрыгивал и продолжал бегать, ожидая новой возможности. Рука пыталась схватить соперника, но не поспевала за его ловкими движениями. Прыжок, взмах, удар, отскок, уворот, прыжок, взмах, удар, отскок, уворот - комбинация повторялась раз за разом.

После очередного удара, лис оказался в ловушке из каменных стен. Потраченное на избавление от преграды время позволило каменной ладони обхватить «белоснежного» и заточить в кулак. Кажется, что победитель определился, но по каменной коже расползаются белые трещины, откуда вытекают белые языки пламени. Их становится все больше, больше и больше, пока конечность с грохотом не разлетается, оставляя выжженную пустошь вместо себя.

“Уничтожил мой козырь ценой своего. Еще одного я сейчас не создам, но…” – мысли прервала тряска под ногами.

Скачком Кира избежала земляной стены, появившейся на ее месте.

Переведя взгляд на поле, ее взору предстали десятки выезжающих из-под земли стен, превращающих арену в лабиринт.

“После такого трюка у него должно остаться мало сил, придется сближаться… А для этого необходимо каким-то образом залезть на стену, попробую-ка это…” – огненный шарик оставил небольшую вмятину на поверхности стены. “- Идеально, просто идеально! Еще пару шаров и у меня будет лестница.”

Достигнув вершины лабиринта, девушка вновь почувствовала освежающий ветерок. Подтянувшись за край стены, она закинула правую ногу и, использовав ее в качестве опоры, затащила оставшееся тело. В момент, когда Кира решила подняться на ноги, ее интуиция возвестила об опасности. Небольшой перекат и подъем прыжком. На месте, где она находилась секунду назад, стоял Кейн, потрепанный и весь измазанный в грязи. Края его волос были немного подпалены, но на лице сияла ослепительная улыбка.

- Предлагаю окончить бой врукопашную! – предложил парень.

- Согласна, у меня тоже силы на исходе.

Скачок и хук левой. Парень увернулся и попробовал контратаковать апперкотом в грудь, но Кира ладонью отвела удар в сторону, выбрасывая вперед колено. Кейн проследовал за отклоненной рукой, нырнул под левую руку соперницы и на обходе сделал подсечку ногой. Девушка не выдержала удара и полетела лицом на землю.

Готовясь к болезненному приземлению, Кира прикрыла глаза и выставила руки, но упасть не дали чьи-то руки.

- Не хорошо калечить такую красоту. – все с той же задорной улыбкой высказал черноволосый.

- *Глубокий вздох* Я сдаюсь! - послышалось ему в ответ.

Парень поставил красноволосую на ноги, и та начала отряхивать одежду.

Пронзительный свисток возвестил об окончании фееричной дуэли.

*****

Глава 3

Как же болит тело после долгой пробежки! Тридцать кругов показались чистилищем по дороге в ад! Стопы отказали в чувствительности еще после двадцать второго круга, икры ноют он изнеможения при каждом чертовом шаге. Вены вздулись и при малейшем движении реагируют так, как будто их окунают в котел с кипящей водой. Легкие до сих пор поглощают столь желанный и необходимый воздух, а горло пересохло настолько, что, по ощущениям, каждые пять секунд там проносятся миллиарды стеклянных осколков, превращая каждый вздох в жуткую пытку. И это «райское» состояние продлится несколько томительных часов.

“Больно, но так хорошо! Этот божественный вкус обычной прохладной воды… Ммм…” – закончила опустошать вторую бутылку Кира.

Рядом полусидела-полулежа истощенная боем Лили. Ее бледноватая кожа свидетельствовала о недостатке крови.

- Вы обе в таком состоянии, что вас, девчата, можно брать в качестве главных героев ночных страшилок и городских баек. Окажись вы на ведьмовском шабаше, вас бы за своих приняли и пучком полыни наградили, как самых «красивых» на празднике. – слова брюнета приглушали многочисленные вздохи и звуки вдавливания пластика.

- Помолчи немного, и без тебя тошно… - ловя языком последние капли, пробурчала Кира.

- Из нас троих, ты в самом лучшем состоянии, так что перестань говорить и продолжай реанимацию! – добавила подруга.

- Ладно-ладно, понял.

В данный момент троица находилась на занятии, где их обучали оказывать первую медицинскую помощь. В начале урока им выдали специальные манекены для тренировки реанимации сердца и наказали выполнить по пять удачных реанимаций на группу. Так как девушки чувствовали себя… «плохо», вся работа свалилась на единственного здорового человека в команде – Алекса.

- Тебе с противником повезло. Его способность призывать дождь сыграла против обладателя, когда ты запустил свою молнию. Бой закончился быстро, а тебе не пришлось бегать. – солнечный свет, попадающий в маленький кабинет через пластиковое окно, раздражал глаза, и «бледнолицая» накинула кофту на лицо, скрываясь от лучей.

- Тут вы правы. Кстати, Кира, хороший был бой. Давно ты так не выкладывалась.

- Угу, но видимо недостаточно, – руки красноволосой нежными круговыми движениями растирали бедра, в попытке унять боль.

- А этот паренек, Кейн, силен. Хотя… когда ты достигнешь пика - он тебе не ровня.

- Он ко мне подкатывал перед боем. – поняв, что неприятные ощущения не прекращаются, в ход пошла последняя бутылка, взятая с собой.

- И? Ты согласилась встречаться? – приподнимая краешек рукава так, что стали видны потерявшие краску губы, спросила Лили.

- Нет, конечно. У меня и без любви проблем хватает. Я так ему и сказала.

- Эх… - черноволосая скорчила гримасу разочарования. – Хоть бы с одним согласилась, а то закончишь обучение, так и не познав «сладость» отношений.

- Больно надо! Мне о Никс нужно заботиться, - холод дал о себе знать, и покалывание перешло в легкое онемение.

- Как скажешь, - капитулируя, развела руки подруга.

- И-и-и… Пять. *выдох* - Алекс закончил задание и улегся на манекен, восстанавливая дыхание. – Тогда хоть сходишь на вечеринку?

- Какую?

- Ребята с четырнадцатого курса вернулись из поездки - их возили на показ современной военной техники - и прихватили с собой много сувениров в виде всяких напитков, сладостей и безделушек. Кроме еды будут танцы, игры, конкурсы и возможности для новых знакомств - в общем, все для клевого отдыха. Приглашены все курсы, начиная с десятого.

- А кураторы не узнают об этом «пиршестве»?

- Среди выпускного класса есть пара ребят, которые могут создавать пологи, не пропускающие свет и звук. Так что никто даже не заметит следов мероприятия. Это не первая их вечеринка, и до этого все было нормально. Состоится завтра после отбоя в левом крыле мужской общаги.

- Ну-у-у… - закончив реанимацию конечностей, бутылка полетела в сумку.

- Кир, когда еще выпадет шанс повеселится и попробовать вкусности? В следующем году тех пацанов не станет и вечеринок никто не увидит. Соглашайся! – руки парня сложились в молитвенном жесте.

- Ладно! – сдалась девушка. – Загляну на часик и вернусь в комнату.

- Не пожалеешь!

- И парня себе найдешь! – встряла в диалог резко приободрившаяся подруга.

- Ой, иди ты…

*****

Двухэтажные стеллажи заполняли пространство библиотеки. В множестве ячеек аккуратными рядами расположились десятки тысяч книг: на верхней полке пристроился толстый том с обложкой из натуральной звериной кожи «Полное собрание животных Тиарийской Федерации»; рядом со стойкой библиотекаря красуется огромная стопка одинаковых плакатов с инструкциями по калибровке прицела во время стрельбы, а в правом углу второго этажа расположились пожелтевшие от старости газеты с противоречивым названием «Политика и правда».

- И зачем хранить столько «бумаги», когда все эти учебники и статьи есть в электронном виде? – с жадностью разглядывая руководство по боксу «Приемы для мастеров и профессионалов», поинтересовалась Лили.

- Это дань уважения нашей истории, а также надежный способ хранения информации. Практически любой компьютер можно взломать удаленно, но, чтобы украсть книги, придется лично прийти сюда. – пояснил звонкий голос библиотекаря. – Следуйте за мной, я покажу вам объем работы.

Двоица последовала за провожатой, заворачивая в многочисленные коридорчики, поднимаясь по черной круговой лестнице с перилами и огибая груды книг, оставленных на полу. После очередного поворота перед ними предстала «гора» с человеческий рост.

- Вот это, - указала женщина на «гору», - ваше задание на три дня. Сначала вы вносите название в реестр, а потом помещаете на место, определенное компьютером. План работы ясен?

- Так точно, - ответил дуэт.

- Тогда приступайте, - звонкий звук каблуков начал удаляться в сторону входа.

- Мы здесь надолго, - подметила подруга.

- Угу…

Убаюкивающая тишина, ни шелеста, ни писка, лишь растения, животные и фотографии авторов, разглядывающие юных гостей с обложек книг.

Взяв красный томик с проклеенным переплетом и повертев его в руках, Кира открыла первую страницу.

- «Необычные животные Империи и их способности» … звучит интересно, - долистав до первой главы, она начала читать, - Бинджи или «Ледяные демоны», так называют волков, живущих на Севере Империи. От одного до двух метров длиной, толстая белоснежная шкура с синими полосами, острые закруглённые когти на пятипалых лапах. Питаются оленями, лосями и мелкой живностью. В голодные сезоны, обычно зимой, нападают на небольшие селения людей в поисках пищи. Свое прозвище «Ледяной демон» животное получило благодаря способности создавать лед. Родную стихию животные используют не только при строительстве жилищ, но и для загона жертвы во время погони, блокируя путь убегающему. Наиболее старые особи отращивают ледяные когти на лапах для битвы. – Пальцы перелистнули страницу и на девушку уставилось живое дерево. Вместо рук у него были толстые ветви, плечи окутывала трава, а на голове вырос зеленый гриб. Едва проглядываемы черты лица складывались из корней, непривычных изгибов коры и мха. – Мукаи – древоподобные гиганты. Проживают в чащобах, густых, предпочтительно, лиственных лесах и на склонах гор. Питаются как все деревья, поглощая минералы и воду из почвы. Одиночки. Создают домены, повышающие благосостояние почвы. Охраняют свою территорию от посетителей. Живут тысячи лет, способ размножения не выявлен. В деревенских кругах считаются «хозяевами лесов», ежегодно на празднике жатвы им преподносят часть урожая, оставляя у самого высокого дерева в лесу. – “Поклоняться монстру и преподносить ему дары. В эпоху, когда все делается с помощью техники и роботов! Странные у имперцев… обычаи.” – Глава вторая. Хасхай – крупное животное в два метра высотой. Ходит на двух лапах. Покрыт серой или темно-зеленой шерстью. Огромное брюхо, перепонки между пальцев передних лап. Нос похож на свиной, но имеет перегородки внутри, отдаленно напоминающие рыбьи жабры. Ушей нет. На голове пышная грива. Живет в болотах. Заманивает жертв в болото, имитируя голоса птиц, животных, реже - людей. Может воздействовать на психику, вызывая видения. Подстраивает в топях ложные кочки, которые моментально обрушиваются при взаимодействии с ними. Попавших в ловушку зверей хватает и утаскивает под воду, после чего лакомится добычей. – в голове промелькнули ужасные сцены, где потерявшийся путник забредает на болото и его утаскивает хасхай. – Каджи – маленькие лисицы. Живут стаями в лесах вблизи поселений. Как и обычные лисы, охотятся на мелких травоядных зверьков: зайцев, мышей, ежей. Ярко-красная шерстка с оранжевыми, бордовыми, желтыми, коричневыми и рыжими вкраплениями. Черные уши и нос. Светло-карие глаза. Отличием от других более крупных сородичей является склонность к пирокинезу. В случае опасности животное ограждает себя стеной огня или поджигает нападающего. Был случай приручения, когда прохожий спас израненную лисицу от стаи волков и принес домой. Животное постоянно следовало за хозяином и погибло спустя два дня после похорон владельца.

Продолжить чтение не дал возмущенный голос.

Лили, держащая в руках стопку книг, пыталась привлечь внимание подруги.

- Я занесла эти произведения в компьютер, поэтому пойду раскладывать их по местам. А ты, прекращай читать и помоги! Эта гора сама собой не рассосется.

Девушка ушла, оставив голограф для занесения на своей табуретке. Кира отложила занимательную книгу и посмотрела на гигантскую кучу литературы.

- Это будет долго…

*****

Два часа рутинной работы пролетели в мгновение. Желание - вернуться в комнату, лечь на скрипучую кровать и забыться – поднялось до уровня вожделения. Но запланированные на вечер дела позволяли лишь забежать и оставить ненужные вещи.

Привычная серая дверь открылась без ключа. Две двухэтажные кровати по левую сторону. Небольшая тумбочка между ними со сложенной пополам майкой, пустой бутылкой воды, стопкой книг (которые уже пресытились) и ночником. В двух выдвижных ящиках хранились предметы первой необходимости: пластыри, зубные щетки с пастой, мыло и прочее. Салатового оттенка стены и голубой потолок давали ощущение, что ты находишься на лугу, а люстра на потолке – миниатюрное солнышко. Подойдя к встроенному в правую стену шкафу, Кира отодвинула дверцу. Красный огнетушитель на случай возникновения пожара висел приделанный к стене. Это самая необходимая вещь в комнате для тех, кто может по зову мысли создавать огонь, поэтому Кира периодически проверяла его состояние. На небольших полочках расположились однотипные комплекты (состоящие из спортивных штанов, футболки, носков, майки и топа) разных размеров. Чуть ниже проходила железная перекладина на которой висели ветровки, накинутые на вешалки. Пробежав взглядом по приклеенным к внутренней части рукавов биркам, девушка отыскала свое имя и, стянув одежку, перекинула через плечо. Рукой закрыла шкаф и посмотрела в представшее зеркало. За прошедший день появились новые царапины на руках и лице, левую руку украшал синяк, полученный во время первой неудачной попытки забраться на земляную стену, а темные озера под глазами превратились в моря.

- Любуешься своей красотой?! – знакомый саркастичный тон.

Под окном, занавешенном бежевыми шторами с узором из листьев папоротника, стоял небольшой стол из гипсокартона сливочного цвета. Рядом с ним стояла пара обычных стульев, на одном из которых расселся ехидно улыбающийся Алекс. На другом сидела тринадцатилетняя девочка с матовыми васильковыми волосами, меняющими свой оттенок от полуночного (у самой головы) до небесно-синего (на кончиках). Отвлекаясь от каких-то записей на своем планшете, она вскочила и бросилась на Киру.

- Кира! – огневолосая поймала «волну» и приютила ее в своих объятьях.

- Привет, Никс. Как прошел твой день? - Кира уложила подбородок на мягкие голубые волосы и зажмурила глаза, наслаждаясь близостью сестры.

- Так себе. Я не удержала контроль и покрыла ледяной коркой парту, - на румяном показалась безысходность.

- Не расстраивайся по таким пустякам, мне тоже, поначалу, не удавалось уследить даже за одним моим творением, - Кира подбодрила расстроенную сестру и еще крепче сжала объятья.

- Но все мои одноклассники уже овладели талантом; у них не случаются случайные выбросы силы как у меня, – не унималась девочка.

- Не все получается сразу. Когда-нибудь и ты сможешь. А сейчас ты посидишь с Алексом, пока я хожу по делам. – грубая рука взъерошила мягкие голубые волосы.

- И какие-такие дела у тебя? – поинтересовался до этого затихший брюнет.

- А тебя это не касается, – не стала отвечать на вопрос Кира. -Позанимаешься с ней?

Ветер залетел в комнату, распахивая прикрытую форточку. Алекс привстал со стула и закрыл ее, плотно прижимая и проворачивая ручку.

- Сделаем все в лучшем виде, - брюнет принял изящную позу мыслителя, уперев левую руку в бок, а правую откинув в сторону. Такое показушничество заставило Киру улыбнуться, что сильно порадовало парня. - Иди по своим делам, я отведу ее на ужин, так что можешь присоединиться к нам в столовой, - уже мягко и с надежностью в голосе проговорил Алекс.

- Спасибо! Тогда я ретируюсь от сюда, - Кира поцеловала сестру в лоб и выбежала в коридор. Входная дверь хлопнула, возвестив об уходе.

Форточка снова открылась, и Алекс, ругаясь на плохой механизм, потянулся к ней.

*****

Заброшенное двухэтажное здание находилось на самом краю территории комплекса. Первый этаж олицетворяли пошарпанные стены, приютившие на себе черную плесень; куски отпавшей штукатурки, осколки разбитых окон причудливой формы, проросшая сквозь щели трава, каменный и деревянный мусор, разбросанный по комнатам и проходам; потрескавшийся кирпич и повылазившие из стен провода. Как Кира узнала, раньше это был дом для сотрудников комплекса, но после газовой аварии тринадцать лет назад жильцам построили новый корпус рядом с администрацией. Здание не снесли, а денег на ремонт не выделили, поэтому так и осталось в бесхозном состоянии. Правда, популярностью среди студентов оно не блещет - после происшествия несколько несущих стен обрушились, оголяя в некоторых местах арматуру, и вместе с ними рухнула часть второго этажа. Одно неверное движение… и может упасть оставшаяся.

Посреди небольшой комнатки с замховевшим полом сидела девушка. Ноги согнуты в позе лотоса. Кисти рук уложены на колени. Грудь мерно производит глубокий вдох, надуваясь как кит, а потом опускается, производя выдох. Покрасневшее солнце клониться к горизонту, и по голубому небу разливаются теплые тона. Бордовые всполохи обгоняют своих желтых и оранжевых собратьев, уносясь единой волной во тьму ночи. Не успело Солнце сбежать, как его холодная сестрица Луна показалась на небосводе и своим леденящим душу светом окрасила темные аллеи лагеря. Птицы стихли, на смену им пришел ропот тишины, заставляющий стянуть наигранную «маску» и заглянуть сквозь «призму правды» в потаенные уголки души.

Порыв ветра, поднимающий осевшую на подоконнике пыль, коснулся огненных волос, покачивая кончики из стороны в сторону.

- Попробуем снова.

Руки уперлись в пол. От тоненьких пальцев побежали алые ручейки огня. Просеменили по бетонному полу и слились в одной точке, создавая силуэт. Босые стройные ножки, худощавое тело, тоненькие руки, короткая шея и горбатый нос. Короткое платье до колена росло, дотрагиваясь подолом до пят и обзаводясь парочкой украшений в виде роз. Когда фигура закончила свои преобразования, она начала набирать цвет, превращаясь в элегантную леди с зеленым веером в руке. Дама сделала шаг, потом еще шаг, попрыгала пару раз и попыталась поднять камень, но тот прошел сквозь руку, превращаясь в уголек.

- Да! Да! У меня получилось! – прокричала Кира, не сдержав радости.

- Мне удалось скопировать женщину с обложки книги, которую я сегодня видела. Да! И еще раз да! – не унималась девушка.

Взмах руки, и темноволосая женщина с голубыми глазами полыхнула, растворяясь в ночной прохладе.

- Такими темпами я смогу создавать правдоподобную копию человека из своего огня. Контролируя температуры пламени и состав, я могу изменять цвет, а если подобрать правильную разность давлений, то и голос можно воссоздать! – на лице всплыла мечтательная улыбка.

Послышалось жужжание стрекозы. Пара мотыльков, потеряв огненный ориентир, присела на листик березы и замерла. Потерявшееся за деревьями солнце намекало девушке на то, что тренировка окончена и пора двигать ноги в сторону столовой.

- Интересные у тебя способности, Искорка, – нотки знакомого голоса разбили эйфорию от достижений. Запах свежескошенной травы ударил в нос, заставляя поморщиться.

- И многое ты видел? – вставая и отряхивая от прилипшей пыли одежду, уточнила Кира.

- Ты про Мифедию Клаус – признанного физика, гениального теоретика и автора произведения «Энергия космоса и ее законы. Теория Щице.»?

Кейн стоял в дверном проеме, облокотившись спиной на стену и разглядывая мусор под ногами.

- Наверно, я не посмотрела ее имя.

- Копируешь тех, кого не знаешь, как опрометчиво. – парень поднял голову и устремил взгляд на розовые губы огневолосой. – Применение способностей вне полигона наказуемо. А раз ты использовала силы одна и в заброшенном здании, то не хотела афишировать свои достижения…

Повисла пауза. Она давила на нервы, зажевывала проносящиеся в голове мысли, вызывала дрожь. Кулаки Киры сжались до посинения, костяшки побелели, вены на руках вздулись, а челюсть трещала от напряжения. Ее иллюзии были козырной картой в кармане, которую она держала на случай побега из лагеря или освобождения матери из тюрьмы. Если о них узнают учителя, то обязательно внесут в личное дело, и все ее планы развеются прахом. Кира посмотрела в глаза Кейна и разглядела… желание. Парень не убежал, чтобы наябедничать кураторам, а значит у него есть предложение, от которого ей будет сложно отказаться. Глубокий вдох… возвещающий о последних секундах воли и выдох… с полным принятием ситуации.

- Говори свои условия, - сквозь зубы процедила девушка.

- Ммм… И что же мне попросить?!, - палец прикоснулся к подбородку, изображая наигранные размышления. – Знаю! Ты.

*Кх-кх-кх* - Кира поперхнулась от такого наглого желания, из-за чего пришлось постучать по груди. От кашля на глаза выступили слезы, а лицо покраснело. Переведя дух и обдумав полученную информацию, решила задать уточняющий вопрос.

- В каком смысле «я»? – янтарные глаза смотрелись жалко из-за слез, но Кира все равно подняла их на уровень лица парня.

- Если тебе не отказывает память, сегодня на полигоне ты отказалась встречаться со мной. Мое требование просто. Мы. Становимся. Парой! – бесящая до жути улыбка появилась на ухоженном лице.

- Что входит в понятие «пара»?- еще один уточняющий вопрос, ведь весь их диалог это условия будущей сделки, и прежде поставить маленькую подпись внизу листа, было необходимо разузнать все в мельчайших подробностях.

- Дай-ка подумать! Совместные прогулки, любовные словечки, обжимания, поцелуи…

- А тебе не жирно будет?! Сахар на ложечке в рот не положить, чтоб жизнь слаще показалась?! – возмущение Киры никак не повлияло на парня, он лишь вальяжно скрестил ноги и подыграл разгорячённой девушке.

- Ну если ты хочешь… - заискивающе произнес нос, предлагая исполнить предложенный трюк.

- Нет, на этом списке и ограничимся! – поставила точку Кира.

- Хорошо, - послышалось согласие. – Скоро ужин, не хотелось бы его пропустить. Прогуляемся?! – приказные нотки не давали шанса отказаться.

Взяв из рук Кейна кофту, до этого спокойно лежащую у дверного проема, Кира первой вышла из комнаты, находясь под пристальным взглядом черноволосого.

Идя по аллее, ведущей от женского общежития к столовой, Кира почувствовала, что ее обняли за плечи. Руководствуясь рефлексами, она уже хотела скинуть нахальную руку, но вспомнила о договоре и стерпела.

- Так почему ты так не хочешь рассказывать другим о своих иллюзиях, что согласилась на сделку со мной? – поинтересовался пристроившийся сбоку Кейн.

- Качественные иллюзии опасны в умных руках. Тебе не нужно присутствие человека, чтобы дать показания в суде. Проникновение на любой военный объект пройдет гладко, когда в твоей машине генерал или сам маршал. Погоня пойдет по ложному следу, пока ты отлеживаешься в теплой кроватке. Дай человеку то, чего он желает, и с мешком золота улепетывай на райские острова, пока обман не раскрылся.

- Другими словами, если государство узнает о твоих возможностях, тебя сделают послушной «собачкой», беспрекословно выполняющей приказы «апорт» и «фас». А иначе…

- Меня «усыпят» или, еще хуже, используют мою семью для шантажа. - Кейн посмотрел в глаза своей спутницы. Насыщенный янтарный цвет с множеством оранжевых отблесков таили в себе какую-то тайну. Яркое осознание того, что все перечисленные – лишь ширма для пряток истины – на интуитивном уровне закрепилось в его мыслях. И желание раскрыть этот опасный «секрет» подогревало любознательную натуру парня, заставляя уголки губ ползти вверх.

“Снова эта ехидная улыбка!”

- Искорка, твоя судьба в моих крепких руках.

- Не называй меня так! – воспротивилась Кира. Так называл ее папа, поэтому это прозвище ассоциировалось с чем-то глубоко личным, чего не должны касаться незнакомцы.

- А мне нравится. Каждый раз, когда я тебя так называю, твои щеки краснеют, а ладони сжимаются в кулак, – с толикой наслаждения, выговорил черноволосый.

Тьма опустила подолы своей мантии и поглотила аллеи комплекса. Щебетание неизвестной птицы доносилось с ближайшего дерева, но как бы не всматриваться, невозможно увидеть темный силуэт маленького певца. По бокам зажглись фонари. Холодный ночной воздух казался на свету новым миром, миром из тысячи пылинок, кружащих в головокружительном хороводе.

- Можно вопрос? – девушка прервала тишину, решив узнать важную деталь.

- Давай! - не стал противиться парень.

- Чем я тебе приглянулась? Не говори, что сразила красотой. Если так скажешь, то буду считать дураком, бегающим за каждой «модной юбкой», - красные волосы потемнели в тусклом свете фонарей, приобретая темно-бордовый окрас с легким оттенком бурого.

- Тогда я поспорил с друзьями, что смогу развести на поцелуй любую девушку, на которую они укажут, но поговорив с…

- И это все? Обычный спор? Это все ради обычного спора, - В голове Киры вскипела ярость, желание высказать недовольство сносило рассудок, открывая калитку для огненного зверя. Глаза рыскали по округе, в поисках груши для битья.

Из-за дуба показались окна столовой и Кира, высвободившись из объятий Кейна, рванула в сторону подсвеченного зеленым светом входа, бросив короткое «пока».

- Кира постой! Ты все не так поняла, – девушка не обернулась; уставшие за день ноги позволили вспорхнуть по лестницам, но отдались жгучей болью.

Вбежав в холл трапезной, она увидела десятки забитых людьми столов. Из-за одного из них махал рукой Алекс, а рядом с ним сидела Никс, за обе щеки уплетая вторую порцию желе, доставшегося от парня. Гнев утих, оставив неприятное послевкусие.

“Ничего, Кира. Как-нибудь да прорвемся. Нельзя позволить остаться ей одной!”

*****

Глава 4

Солнечный свет проскользнул мимо хранящих темноту занавесок и разрезал пространство комнаты утренним лучом. Солнечный зайчик, подобно геккону, закрепился на стене и отправился в путешествие по комнате. Неторопливыми движениями спустился на тумбочку; изучил скомканное покрывало; поигрался с экраном голографа и пустился дальше. Аккуратно перелез через ограждение кровати - останавливаясь на лице. Брови нахмурились, губы искривились и недовольные веки ненадолго приоткрыли янтарные зрачки, но тут же сомкнулись, и белое одеяло накрыло голову. Солнечному бунтовщику не удалось потревожить сон девушки, он задержался еще на мгновение и продолжил путь.

Казалось – все затихло. Но оглушительный вой сирены разбил тишину. Он проносился диким взбесившимся зверем, возвещая всех жителей комплекса о начале дня.

С затуманенным от сна взором Кира приподнялась на локтях. Ее грезы прервал местный «будильник», заставляя вернуться из приятных сновидений в суровую реальность.

Вчера, после весёлого ужина, компания направилась на вечернее построение, где им сообщили о временной замене учителя по тактике. Вернувшись в комнату, Кира легла на кровать и «отрубилась»; накопившееся за день напряжение моментально утащило девушку в царство Морфея.

Сейчас, в отдохнувшей голове, воспоминания о дуэли, библиотеке, удачном эксперименте в заброшенном здании и… Кейне казались такими далеки, как будто прошли года. Но скребущееся около сердца чувство заставило вспомнить о договоре с черноволосым, от чего во рту появился неприятный привкус.

Со второго яруса спрыгнула Никс, потянулась обеими руками вверх и сделала пару наклонов. Ее светло-голубая пижама идеально подходила к внешности девочки, создавая небесную картину – голубоволосый ангел спустился на землю и одаривает нуждающихся благим светом.

Никс развернулась лицом, ее сиреневые глаза блистали бодростью и духом – духом надежды… На что? Никто не знает.

Иногда Кира не замечала, как выросла ее сестра за эти пять лет. Густые черные брови, прямой аккуратный носик, румяные щеки, сочные губки, острый подбородок, гордая осанка, тоненькие руки и атлетичные ножки - настоящая принцесса из сказок, запертая в замке под названием «Военный комплекс №4». В мыслях девушки она была все тем же маленьким чудом, мертвой хваткой цепляющимся за руку сестры, каким была в кабинете комиссии по делам мета-людей. Но стоя перед глазами во всей своей природной красе, начинала казаться новой, другой…

- Вставай! А то на утреннее построение опоздаем, - растормошили огневолосую за плечо.

- Да-да, встаю. Доброе утро, Никс! – переходя в реальность, промямлила Кира.

- Вот и хорошо! – забыв о сестре, васильковые волосы порхнули к шкафу.

На экране голографа моргала надпись «6:13».

“И правда, пора вставать. Хотя бы умыться и волосы причесать до построения.”

*****

- Бегом - Марш!!! – Несколько сотен человек одновременно рванули с места. Небольшой кросс в пять километров являлся неотъемлемой частью совместной утренней зарядки.

- Бег - это, конечно, хорошо, но ноги за ночь не прошли, - плетясь в конце строя вместе с другими проигравшими дуэль и первокурсниками, жаловалась Кира.

- Ничего, к вечеру пройдут, - Алекс замедлил темп и бежал на ровне с подругой.

Вибрация от людей вокруг проходила по телу и затупляла мысли. Думать о чем-то во время бега не получалось. Все внимание сосредоточилось на легких покалываниях утреннего ветерка, росе под ногами и спине невысокой девушки впереди.

- Вчера, когда ты вернулось, в тебе чувствовалось… раздражение. Возникли неприятности? – по пальцам парня пробежали крохотные молнии, сообщая о готовности хозяина применить силу.

- Нет, тебе показалось. Я лишь запнулась при входе в столовую и мысленно ругалась на узенькие ступеньки, - бровь немножко дернулась.

- Не хочешь – можешь не говорить. Твои глаза говорят о душевном состоянии больше, чем ты того хочешь. Просто… знай, что ни я, ни Лили не оставим тебя разбираться с проблемами в одиночку, – заботливое выражение украсило лицо брюнета.

Немного поколебавшись, Кира ответила.

- Я учту и… если появятся трудности, сообщу тебе или Лили.

Пробежка закончилась на центральной площади у здания администрации. На каменное возвышение поднялся Александр Захарович.

- Вы готовы к зарядке? – прокричал инструктор характерным басом.

- Да! *Хор голосов*

- Вы готовы впитать в себя энергию?

- Да! *Хор голосов*

- Тогда начнем нашу зарядку!

Из передатчиков на здании администрации полились раскаты барабанов. Палочки разбивали воздух, нанося точные звонкие удары по мембране, тарелкам, ободкам; стукались друг о друга создавая деревянное звяканье. В какой-то момент добавилось рокотание «бочки», послышались бубен и бонго. Штормовая волна энергии нахлынула и начала утягивать за собой. Она вливалась в тело потоками, ты ее пьешь, поглощаешь жадно – но жажда не стихает. Озера вытекали реками в моря, моря складывались в океаны, и весь мир превратился в единую Атлантиду.

Хорошая разминка придала Кире бодрости. С лица не сползала уставшая, но довольная улыбка. А шутки Алекса за завтраком и сладкая, в кои-то веки, овсяная каша подняли настроение.

В таком состоянии девушка отправилась на первый урок – физику.

- Процесс выглядит так: ядро урана-235 «обстреливают» нейтронами, из-за чего оно теряет стабильность и вскоре делится на две неравные части. В ходе этой реакции отделяется два-три новых нейтрона. Если они снова попадают в ядра урана, происходит размножение нейтронов в геометрической прогрессии — идет цепная реакция, что приводит к взрыву из-за быстрого выделения огромного количества тепла. С ураном-238, который составляет 99% природного урана, ничего подобного не происходит.

Пока учитель рассказывал основы ядерной физики, в мыслях Киры крутились варианты для улучшения иллюзий.

“Горячий воздух обладает большим давлением чем холодный. Вместо гортани и связок можно использовать уплотненный воздух. Перепады давления можно вызвать разницей температур, а работу мышц можно заменить огнем.”

На самом деле девушка не знала, сможет ли ее огонь воплотить идею; но какая-то частичка подсознания заверяла, что пламя послушается, поддастся воздействию и выполнит задачу. Само, на уровне рефлексов, заложенных в нее с рождения, как получилось с огненными птицами - получившие свободу алые язычки не убежали от хозяйки, они инстинктивно послушались приказов, собрались вместе, образуя лапы, крылья, хвост и устремились вверх обжигающим соколом.

“Эх… Голос — это, конечно, хорошо, но камень прошел насквозь, когда копия взяла его в руку. Есть ли какой-то способ это исправить?”

Кира окинула взглядом Алекса. Брюнет сидел с Кейси, и парочка интенсивно о чем-то шепталась. Старик Грен, как все называли учителя физики, был уже в пожилом возрасте, поэтому испытывал проблемы со слухом. Так что можно было говорить в полный голос, а он спокойно продолжит читать свою лекцию. За седой шевелюрой проглядывался схематичный рисунок распада ядра. Тонкие линии шли от кружка к кружку, каждый раз увеличивая свою численность, превращаясь в огромную сеть из множества слоев.

“Слои… До этого я использовала только один – огненный, но можно создать высокое давление воздуха вокруг кожи и ткани. Тогда можно будет брать предметы и жар не просочится наружу…”

Пока Кира думала, по ее ладони прыгал миниатюрный кенгуру.

“Стоп… Кенгуру?” – пальцы сжались, заставив огненного зверька исчезнуть. – “Что-то я замечталась. Даже не заметила, как воспользовалась способностью.”

Глаза метнулись на стену.

“Еще десять минут… Успею сделать химию.”

*****

Урок управления талантом проходил в медленном темпе. Так как на прошлом уроке были дуэли, Александр Захарович не стал «издеваться» и просто разослал всех по полигону для самостоятельной работы над улучшением контроля.

Огненный медведь стоял на задних лапах и пытался сдвинуть огромный кусок лианы, которую «милостиво» предоставила Кейси. Пятипалая лапа никак не хотела взаимодействовать с растительностью, лишь прожигая волокна. Это была сорок третья попытка воплотить составленную ранее теорию на практике.

- Давай, упрямый воздух! Уплотняйся! – ругнулась девушка.

Еще один взмах желтой лапой – ствол приподнялся, но тут же упал, потеряв источник воздействующей силы.

- Неплохо! – похвалил позади стоящий тренер. – Гениальная идея – уплотнить воздух за счет высокой температуры. Правда, не понимаю, как это работает.

- Я, до конца, тоже, - призналась Кира.

- Продолжишь в том же духе, и карьера члена элитного отряда не за горами.

- Спасибо, стараюсь!

- Я чо подошел-то. Меня вызвали по делам, так что можете закругляться. Сообщишь ребятам? – губы загнулись внутрь, и короткая бородка закрыла место, где раньше был рот.

- Да, я передам всем.

- Благодарю!

Солдатской походкой Александр Захарович удалился в сторону администрации.

Кира поднялась и отряхнула испачкавшую штаны землю. Несмотря на все старания на правой икре осталось огромное пятно.

“Перед столовой придется заглянуть в прачечную.”

Выпрямившись и приставив руки ко рту, девушка прокричала на весь полигон.

- Закругляемся! Нас отпустили пораньше.

Громкое «Ура!» послышалось в ответ. Часть отправилась в раздевалку, а кто-то просто подхватил оставленные под деревом вещи и не спеша пошел в столовую.

Проводив уходящую толпу взглядом, Кира зашагала к администрации.

“Не хочется толкаться в раздевалке. Переодеться можно и в прачечной.”

*****

Поднимаясь по лестнице из прачечной (она находилась под зданием администрации), Кира услышала вопль. Звук доносился из тупика, где находился служебный выход для работников столовой. Недолго думая, девушка рванула на непрекращающиеся крики.

В небольшом углублении (десять на двадцать метров) стояла черная пожарная лестница на второй этаж, пара мусорных баков и… толпа подростков. Они пристально наблюдали за пятеркой своих ровесников.

Решив разобраться, Кира подошла к наблюдающим и через мешающиеся головы попыталась рассмотреть происходящую впереди картину

Слегка полноватая девочка с прыщом на носу вытряхивала содержимое сумки.

- Смотрите сколько здесь всякого барахла! – ликующе оповестила других Прыщавая.

На земле валялся голограф, бутылка воды, сменная форма, парочка учебников, маркеры, расческа, яблоко с завтрака и лист с чертежом (У начальных курсов в расписании имеется такой предмет как черчение. Это сделано для развития мелкой моторики и пространственного мышления у детей.)

Мальчик и девочка - с длинными пальцами (мальчик) и шатенка (девочка) - прекратили избивать лежащего на земле человека и подошли к Прыщавой.

Шатенка подобрала чертеж и взяла его в две руки.

- Эй, Трики, смотри какой чертеж! Но мне кажется, что он не закончен. Ему не хватает пары штрихов.

- Сейчас закончу. Я неплохой художник, - отозвался Длиннопалый.

Его ногти удлинились, превращаясь в десятисантиметровые звериные когти. Размашистый удар разорвал чертеж на две половинки.

- Так-то лучше, - противный гортанный голос временами становился писклявым.

- «Удивительный мир насекомых», фу… - Прыщавая закинула книгу с синей обложкой в мусорный бак. – Есть, в десяточку!

Эй! – снова окликнула Шатенка. – Мне кажется вещи испачкались, лежа на земле. Давайте их постираем! – в ее руке была бутылка, выпавшая из портфеля.

Она демонстративно открутила крышку и вылила содержимое на одежду. После того как последняя капля покинула горлышко, черный кроссовок потоптался по ткани.

– Как новая! – с наигранным восхищением Шатенка показала форму друзьям.

Троица засмеялась. Смех неохотно подхватила толпа.

Оставшиеся двое хулиганов были парнями. Они периодически пинали лежащего, пока тот всхлипывал.

- Мерзавка! – сильный пинок.

- Будешь знать, как выставлять меня дураком перед всеми! – еще один пинок.

- Я просто предложил тебе стать моей девушкой, - еще один пинок.

- А ты отказала на глазах у всего класса. Мне! Тому, у кого сильнейшая способность на курсе. Тому, кто в будущем возглавит сильнейший элитный отряд, - еще пинок.

- Да, как у такой слабачки, которая даже силу свою контролировать не может, хватило духу отказать! – белобрысый пацан плотного телосложения закончил пинать и отошел в сторону.

Из-за его фигуры показался силуэт маленькой девочки, свернувшейся калачиком. Отличительные васильковые волосы потемнели от грязи. На теле цвели синяки. С разодранных коленей текла кровь.

Секунда осознания и… ярость, душепожерающая ярость. Дикая, необузданная ярость. Она заживо сжигает рассудок, затмевает слова, мысли. Накрывает жгучей лавиной, подхватывает на огромные крылья и уносит в беспамятство, сообщая о непростительном поступке. Поступке, который совершили эти наивные глупые детки; своим ребячеством разбудив монстра, до этого мирно посапывающего в чертогах глубокой бездны. Но сон потревожен. Хищника разбудили от тысячелетней спячки, и хищник голоден. Он жаждет пищи - жаждет мести, острой кровожадной мести и добычи, на которую он с жадностью набросится; огромные клыки вопьются в плоть, разорвут – растерзают на мелкие кусочки, обливаясь кровавым дождем. Свет померкнет, и лишь глаза, огромные ярко-красные глаза с бесконечно черным зрачком останутся сиять в темноте.

Коридор огня разделил толпу. Подростки попрыгали в стороны и прижались к стенам, спасаясь ревущего пламени. Головы обернулись ко входу в тупик. Посреди прохода стояла девушка, ее огненные волосы уподобились лесному пожару, глаза превратились в огнива, а в янтарных зрачках можно было разглядеть самые глубокие недра ада.

Ведомое страхом «стадо» со всех ног ринулось из закоулка. Люди бежали, падали, но, не обращая внимания на боль, вставали и пуще прежнего удирали из «логова зверя».

Провинившаяся пятерка попыталась смотаться с остальными, но спрыгнувшие с пальцев девушки искры, образовали трехметровую стену, преграждающую путь к бегству. Виновники попятились в тупик. Огневолосая сделала шаг, и стена двинулась вместе с ней. Еще шаг и лестница в столовую бесследно испарилась. Бездушные глаза уделили внимание «пропаже» и вновь устремились на «грешников». Прыщавая и Шатенка забились в угол и плакали, Длиннопалый лежал на земле, обняв колени, и бормотал неразбериху, еще один пацан, участвовавший в избиении, свалился без сознания. Вперед вышел Белобрысый. Его колени тряслись, слезы капали с пухлых щек, а из носа текли ручьи.

- Не подходи! Слышишь?! Не подходи! – прокричал он.

Пылающая фигура сделала два шага, остановилась и осмотрела кокон черного, беспросветного огня, образовавшегося на месте, где раньше лежала Никс. Постояв пару секунд, девушка сделала еще пару шагов, пока не оказалась в трех метрах от паренька.

- Не подходи! Слышишь?! Не подходи! – уже как-то жалобно, с мольбой повторились слова.

Белобрысого окружала зеленая сфера, состоящая из тонкой мембраны, по которой с периодичностью пробегали белы всполохи.

Красноволосая поднесла мерцающую белыми искрами ладонь к губам и слегка подула на руку. Белоснежный отблеск слетел с указательного пальца и устремился к мальчику. Легкое касание, и сфера лопнула со звуком битья стеклянной вазы об пол, а парня ударило остаточной волной о бетонную стену. Скатившись, он поднял глаза на безэмоциональное лицо девушки.

“Дьявол.” – подумал парень.

В ее руках красовалось белесо-голубое пламя, жар от которого расплавлял асфальт под ногами. Мгновение, и сфера полетела в пятерку. У каждого из них, кто еще сохранил рассудок, промелькнуло одно коротенькое слово – «Конец» …

Звук стих… кажется, что время остановилось… надежда, что, еще секунда, и ужасающий морок спадет… закоулок снова станет тихим, безызвестным местом, куда каждый вечер выходит ворчащий стюарт с ведром мусора и под безмолвные песни звезд вывалит очистки овощей и остатки ужина…

Но рев голубой сферы прогоняет все наваждения.

Внезапно из земли вырастает алмазная стена, преграждая дорогу испепеляющему пламени. Огонь вгрызается в кристалл, пожирает его, проделывает круглое отверстие и устремляется дальше… но перед ним встает еще одно препятствие, и он теряет силы, так и не достигнув желанной цели.

Девушка наклонила голову, на лице читалось непонимание: «кто посмел остановить мой огонь?». Ладонь приподнялась, начав накапливать новый голубоватый сгусток… Но кто-то за спиной окрикнул, не дал продолжить начатое.

- Кира! – красноволосая обернулась, пламя в глазах утихло, на смену ему пришел разум.

В проходе стоял испачканный пеплом и сажей… Кейн. Руки покрывали волдыри от ожогов, футболка почти сгорела, оголяя накаченное тело с шестью кубиками пресса, а запах паленого мяса и свежескошенной травы витал в воздухе.

- Успокойся! Не надо совершать опрометчивые поступки! Ты сейчас должна быть с ней! – на руках парня лежала израненная, с разбитой губой, покрытая синяками Никс.

Пламя в волосах погасло; трехметровые стены исчезли, оставив глубокие следы на кирпичах. Красноволосая подошла к парню и аккуратно, с максимальной нежностью, переложила тело голубоволосой девочки к себе на руки и посмотрела черноволосому в глаза.

- Иди, Искорка, я здесь со всем разберусь, - уже привычная саркастическая улыбка показалась теплой и родной.

Кира, не оборачиваясь, направилась в сторону улицы.

На выходе ее встретил приветливый солнечный свет, обласкал своими лучами и вновь «запечатал» монстра, больно долго пробывшего на воле.

*****

Глава 5

Песок. Океан песка. Бескрайние пустынные равнины, наполненные своей - загадочной для незнакомцев - атмосферой.

Толстое, неуклюжее дерево с безлистными ветками направило свой взор к небу в ожидании благого дождя. Его ствол хранит сотни литров освежающего сока, но непрекращающаяся несколько месяцев засуха по крохотным каплям иссушает запасы.

В тени дерева отдыхает рыжая газель. Копыта спрятались под телом, шея улеглась на оголённый корень. Рот открыт, а засохшее горло сглатывает воображаемую слюну, требуя воды. Неутолимая жажда мучает бедное животное.

Всего пару дней назад она бегала вместе с папой и мамой по просторным полям саванны, жевала травку и пила из маленькой речки.

Но то осталось в прошлом, сейчас она одна посреди голодной, жаркой пустыни.

Глаза приоткрылись, и затуманенному взору предстала картина рая - густой лес с высокими деревьями, широколистными папоротниками и огромным озером посредине. Голова оторвалась от древесной "подушки". Ноги газели приподнялись, дрожа от бессилия, и пустились в последний бег. Убаюкивающий песок звал, предлагал прилечь и больше не вставать, но жажда - жажда жизни - заставляла раз за разом поднимать тяжёлые копыта. И когда до спасительного оазиса оставалась пара прыжков…

… Упала кружка, разбилась и разлетелась осколками по кафельному полу. Кира проснулась и, приподнявшись на одной руке, оглядела помещение. Несколько кроватей с белоснежными простынями, невысокая перегородка, белая тумбочка и зеленоволосая девушка с растерянным выражением лица.

- Ой, я тебя разбудила?! Прости-прости! - белый медицинский халат, подпоясанный на талии, позволял сделать предположение, что она врач.

- Ты… ты можешь спать дальше, а я сейчас все-все уберу, - девушка засуетилась, взяла из угла пластиковую метлу и принялась собирать осколки.

В голове у Киры была пустота. Мысли возникали, но были нечёткими и почти сразу же терялись. Воспоминания о закоулке мелькали одно за другим: толпа подростков… чертёж… смех… белобрысый мальчишка и… валяющиеся на земле Никс.

"Никс… " - промелькнул образ сестры, подталкивая тело к тому, чтобы сорваться на поиски.

Кира уже собиралась вскочить и побежать, как кто-то шевельнулся на её кровати. Повернув голову, она увидела Никс. Голубые волосы вновь приобрели свой полуночный оттенок. На миловидном личике и руках не было и следа произошедшего, как будто огненного кошмара не существовало и произошедшее было выдумкой.

- Эм-м-м… Это ты ее вылечила? - палец девушки указал на мирно посапывающую Никс.

- Нет-нет, что ты! Я на такое не способна, ну, по крайней мере, пока… Это моя бабушка постаралась, Лидия Семёновна. Она… - зеленоволосую прервали; в дверь вошла старая женщина, лет восьмидесяти, с седыми волосами и горбатым носом. Фиолетовый халат был свободным, но не скрывал полную фигуру. В руках она держала сверток бумаги, которым отбивалась от одолевающей жары.

- Спасибо, Лизочка, но я и сама могу представиться, - зелёные глаза отдавали опытом, присущим пожилым людям.

- Бабушка, опять ты не слушаешь мои наставления. Ты истратила много сил, поэтому должна была отдыхать в своей комнате. Отправляйся обратно в комнату, а я здесь все быстренько доделаю и навещу тебя, - упрекнула старушку Лиза.

- Мне послышался какой-то шум, как будто что-то разбилось, и я решила проверить, - задорная улыбка скользнула на старческих губах.

Перед Кирой разворачивалась комедия, где юная девушка ругает строптивую старушку. И как бы не завораживающе выглядела данная сцена, но кое-что заставило прервать семейные разборки.

- Я не часто бывают в медпункте, но Вас раньше не видела.

Лидия Семёновна прекратила объяснять внучке о нежелании бесцельно лежать в кровати и повернулась к Кире.

- Хе-хе-хе, не мудрено, я здесь от силы пару месяцев. Сама о себе позаботиться не могу, старая стала, и Лизочка часто навещать не могла, вот мне и разрешила администрация комплекса, по старым заслугам, поселиться с ней в комнате. И она работает, и я под присмотром.

- А как получилось, что… - Кира замешкалась.

- А ты разве не помнишь, как пришла с "Васильком" на руках и стала просить помощи? Я тогда с прогулки возвращалась, вот и встретила тебя. Ты была перепуганной и тороторила непонятщину; пришлось под предлогом воды дать сильное успокоительное, от которого тебя в сон и склонило. А сестру твою дар мой подлечил. Не молодая уже, тяжело пользоваться способностью, кости начинают ныть, но шибко плохо она выглядела. Не хотелось такую-то красоту-то губить.

В голове Киры промелькнули затерянные картинки событий: как мчалась к медпункту, как на лавочке перед входом сидела пожилая женщина, как губы молили помочь Никс, стакан освежающей воды, последние секунды сознания и сон, напоминающий передачу о животных, которую показывал ей в детстве папа.

По щекам начали скатываться слезы. Чрезмерная благодарность этой зеленоглазой старушке нахлынула волной, заставляла разум боготворить её и возносить всевозможными молитвами (хоть ни одной не знала, готова была отыскать даже самые древние и возвестить забытым Богам о своей «спасительнице»).

- Ну, Огонечек, чего глаза промочила?! - морщинистая рука погладила макушку красных волос.

- Как мне Вас отблагодарить? – пытаясь смахнуть непослушные слезы, спросила Кира.

Брови над зелёными глазами нахмурились.

- Бросай всякие глупости и ступай-ка ты на занятия. Скоро обеденный перерыв кончится, а ты, вон, голодная поди.

- Но… - не унималась Кира.

- Василек до завтра останется в медблоке, ей отоспаться надо: моя сила лишь ускоряет физическую регенерацию, но ментальную усталость снять не может. А насчет благодарности, у Лизы дел много, поэтому я в одиночестве слоняюсь по аллеям в дневное время. Забегайте ко мне в свободные часы, а мне большего и не нужно!

- Обязательно! - пообещала Кира. – Обязательно! - и обняла старушку.

*****

- Резче-резче, шевелим копытами! Грей, не стой столбом на «разрушенном мосту», за тобой уже очередь собралась! Линси, так держать!

- Так точно, тренер.

- Не разговаривай, а то… Линси выбыла! Не повторяйте ошибки других, следите за дыханием!

Вертикально установленные в шахматном порядке цилиндры небольших диаметров, настолько, что едва помещались две ноги, крутились подобно юле.

- Да он издевается! - прокричал Алекс.

Прыжок, второй и… нога соскользнула. Брюнет полетел в воду, но его ухватили за ногу.

- Держу, - Лили повисла, одной рукой цепляясь за канат, который обвила ногами, а второй удерживая парня. Лёгкая дымка на пальцах говорила об использовании дара, что было запрещено на полосе препятствий, но в такой суматохе никто не заметит.

Перебравшись к подруге, Алекс провёл рукой по волосам.

- Фух, спасибо!

- Не за что. Кира, ты там как?

Красноволосая находилась впереди и удерживала равновесие на вращающемся "барабане", периодически уклоняясь от летящих снарядов.

- Стараюсь, - двадцатисантиметровый шар пролетел через место, где секунду назад стояла нога, - но не уверена, что продержусь долго.

Прыжок, перекат под гигантским качающимся молотом и остановка перед озером с кучей качающихся "тростинок".

- Линси, Кейси выбыли, - послышался голос учителя по тактике.

- Нас осталось семеро, - огорчился Алекс.

- Ничего, прорвёмся! И-и-и… - качнувшись на канате, Лили перепрыгнула на следующий. – Схватила.

- А-а-а, - донося визг Киры. «Тростинку», на которой она стояла качало из стороны в сторону, сгибая стержень чуть ли не под девяносто градусов.

- Я немного ускорюсь, чтобы помочь Кире. Не упадешь без меня, - черная коса девушки качалась подобно маятнику. Несмотря на годовые мозоли кожа на пальцах стерлась, вызывая жжение.

- Конечно.

- Тогда я пры…

*Плюх*

- Лили и Алекс выбыли.

…

*****

- И почему надо было перебираться на мой канат именно в тот момент, когда я раскачивалась для прыжка!

- Я же извинился, что не так? – троица закончила прохождение полосы препятствий и прогулочным шагом возвращалась в учебный корпус. Алекс пытался получить амнистию у подруги, сложив ладони в молящем жесте и состроив щенячьи глазки, больше похожие на глаза раненого волка. Девушка позарез отказывалась прощать за сорванный полугодовой зачет и демонстративно повернула голову, ударив черной косой брюнета.

Позади них шла Кира, поглощенная своими мыслями. История о том, как старшеклассница напала на младший курс, еще не предалась широкой огласке, так как пострадавшие лежат в медблоке, а остальные не присутствовали на обеде по «непонятным» причинам. Смотря приятелям в спины, девушка пыталась подобрать нужные слова, чтобы сообщить товарищам эту новость как можно аккуратнее. Нет, они бы не бросили ее, узнав о произошедшем, но могли натворить глупостей, чего Кира не хотела. Желание мести не ушло, но горящий напалм стих, оставляя холодную ярость. Нельзя было причинить провинившейся пятерке вред, избежав последствий. Но душу грел тот факт, что им придется ответить по всей строгости закона за свой проступок. Их не исключат (слишком сильно нужны Федерации способные кадры, собранные здесь), но могут надеть браслеты для блокирования генных мутаций или вырежут свободные часы из расписания, отправив на вечные отработки.

Размышления прервала чья-то нахальная рука, она проскользила по позвоночнику, обняла за талию и двумя пальцами ущипнула бок. К спине прижалось горячее мужское тело, и в воздухе завитал приятный запах свежескошенной травы. Повернув голову, Кира уперлась взглядом в большие карие глаза. Кейн приподнял подбородок с плеча девушки и поцеловал ее в лоб.

- Как самочувствие после случившегося, Искорка? – идущая впереди двоица остановила свои распри, которые уже давно переросли в игру, и резко замерла. Две изумленные пары глаз непонятливо уставились на подругу в немом вопросе.

- Искорка?! - недоуменный возглас Алекса обратился к красноволосой.

- Ты разрешила ему обнять себя и поцеловать. Та, кто поджигала парней, если они начинали к тебе приставать. Та, кто вчера утверждала, что ей неинтересны отношения и жаловалась на кучу проблем со стороны. Я требую объяснений! – Лили была в бешенстве от того, что подруга скрывала парня.

- Мы требуем объяснений! – приписался Алекс.

Шелест листьев испускал расслабляющую мелодию. Львиный зев и красные маки испускали свой завораживающий аромат, слегка покалывающий нос. Приставучие комары и мошки спрятались в траве от полуденного солнца. Освежающий ветерок потрепал огненные кудри и закинул непослушную прядь челки на глаза. Кира потянулась рукой к носу, чтобы снять ее, пока размышляла над ответом.

“Они не должны узнать о заключенном с Кейном контракте. Иначе я могу подставить их.“

Грубая рука, удобно устроившаяся на талии девушки, дернулась, сильнее притягивая Киру ближе к парню. Первое желание было отодвинуться, слова о споре, сказанные вчера, еще ворошили память, но картина обожжённых рук, покрытых волдырями, с голубоволосой девочкой на них сжигала обиду. Чувство неприязни, испытываемое ранее, поутихло. Ощущался лишь жар, источаемый парнем, который усыплял осколки холодной ярости, принося спокойствие.

“Он не пострашился сунуться в огонь, зная: какую боль это принесет… И алмазные стены, защитившие белобрысого, это его рук дело. Если бы шар попал, то меня судили бы как преступницу, а так, дети отделались легким шоком, и единственное что мне грозит, так это гора отработок, но с этим я справлюсь. Благодаря нему Никс не осталось одна – может он не такой безнравственный, как показалось вчера? Ладно, это потом. А сейчас – друзья.”

Губы разомкнулись, чтобы начать разговор, но Кейн рукой притянул голову красноволосой на грудь, перенимая обязанность объяснения на себя.

- Вчера вечером я предложил Кире встречаться, и она согласилась, - неповторимая ехидная улыбка украсила рот парня.

- Уверен? Вчера в столовой она выглядела больше раздраженной, чем счастливой влюбленной, - воспоминания о задумчивости подруги и железной хватке, которой она, не замечая, погнула вилку, вызывали сомнения в правдивости слов.

- Я думаю, что ты просто никогда не видел ее влюбленной, - ловко парируя наезды брюнета, Кейн продолжал настаивать на своей истории. Про себя же Кира подумала, что она очень устала от всего и защиту секрета можно доверить черноволосому.

- А что ты имел в виду под «случившимся»? – закрыв ладонью неугомонный рот Алекса, поинтересовалась Лили.

- Она вам не рассказывала об инциденте у прачечной? – на лицах друзей отображалась смесь непонимания и безысходности.

- Я еще не успела, - промямлила Кира в черную футболку, пряча стыдливое выражение от друзей.

- Тогда я расскажу. Лучший ученик пятого курса предложил сестре Киры встречаться, но та ему отказала на глазах у всего класса. Не стерпев обиды, он трусливо позвал друзей, и они совместными усилиями затащили ее в закоулок и начали избивать под взглядами толпы однокурсников. Мимо проходила Кира и, поинтересовавшись необычным столпотворение, застала картину избиения… Никс, вроде ее так зовут. Поддавшись эмоциям, она перестала контролировать способности и чуть не сожгла провинившуюся пятерку. Убежавшие из закоулка пятикурсники встретили меня и попросили помочь. Когда я пришел, то увидел загнанных в угол ребят и черный кокон огня. Рассудив, что там Никс, я вытащил ее оттуда и вовремя преградил огненные шары, полетевшие в белобрысого мальчика, алмазными стенами. Увидев на моих руках израненную сестру, Кира вернула себе контроль и ушла в медпункт, а я позвал учителей и подробно описал произошедшую ситуацию, о которой мне поведал один из одноклассников тех ребят. Руки мне быстро подлатали, благо живем мы в мире технологий, но новая кожа слишком тонкая, поэтому от оставшихся занятий по тактике я сегодня освобожден, - закончив длинный рассказ, черноволосый провел обновленной рукой по шелковистым волосам.

- Кира, у нас много вопросов к… - слова возмущенной двоицы прервали.

- За ужином, все расскажу за ужином, а то мы с Лили в библиотеку опаздываем. С Никс будет все хорошо, на ней даже шрама не останется благодаря помощи одной бабушки. Она сейчас отсыпается в медблоке. Так что можете не волноваться. Но день и в правду выдался сложный, а еще сегодняшняя вечеринка… После всего произошедшего желание идти куда-то отпало, так что удачи вам там, повеселитесь! – освобождаясь из объятий парня, проторила девушка.

- Может все-таки сходишь на вечеринку, вместе со мной. В библиотеке я вам помогу, закончишь раньше, а твою сестру выпишут только завтра утром. Всю ночь она будет под присмотром специалистов, так что можешь позволить себе выпустить пар, - Кейн схватил за запястье, не давая убежать. Грубые пальцы легонько пошаркали кожу, вызывая приятное чувство в районе сердца.

“Он сегодня много для меня сделал, и Никс в безопасности. Может Кейн прав: и мне стоит выпустить пар?” – Кира задумалась, взвешивая все «за» и «против», и не заметила, как машинально обхватила руку черноволосого.

- Я согласна, - сомненья не отпали, но перспектива нового опыта привлекала.

- Вот и отлично! А теперь, в библиотеку, - Кейн подхватил свою спутницу как принцессу и направился в сторону учебного корпуса, радом с которым находилась библиотека.

- Ты когда-нибудь видел, чтобы она соглашалась на свидание? – с безэмоциональным лицом спросила Лили брюнета.

- Никогда, - донеслось ей в ответ.

Глава 6

Эх, эта прекрасная летняя ночь! Знаете тот момент, когда последние лучи алого солнца достигли верхушек крон, а новые еще не показались на горизонте? Момент, когда на несколько коротких часов наступает полная тишина и мелкие лесные существа отправляются в свои норки и гнезда, чтобы спрятаться от вышедших на охоту хищников, дожидаясь рассвета. Именно тогда белоснежная красавица-луна медленно катится в своей карете по звездному небу, разбрасывая величественный свет, не раз спасавший заблудившихся путников в лесу. Освещая холодными потоками старые пни, покрытые мхом; бездонные дупла, откуда доносится непрекращающийся скрежет; высокие заросли малины и маленькие кустики дикой земляники с едва различимыми шарообразными ягодками, она невидимой рукой создает тропинку. Идешь по ней и выходишь к гладкому озеру. Стоячая вода приветствует путешественника, предлагая утолить жажду. Наклоняешься в заросли камышей, зачерпываешь горсть и довольствуешься студеной водой, подземных источников, от которой сводит зубы и болят десна. Пересохшее горло притихло, и можно присесть на мягкую травку для отдыха. Ожидание восхода утомляет, и ты невольно начинаешь прислушиваться к округе. Стараешься выцепить хоть звук, но в ответ лишь мертвая тишина…

В такой час в одно из окон женского общежития стукнулся камень, прекратив сладкий сон красноволосой девушки. Кира поднялась с кровати и поглядела на часы. Стрелки круглого циферблата на голографе показывали «полночь». Кровати соседок по комнате были непривычно пусты. Помассировав слипающиеся глаза, Кира взяла бутылку с тумбочки и сделала несколько глотков. Прохладная вода утолила жажду. В окно прилетел еще один камень.

Вернув бутылку на место и подойдя к задернутым шторам, Кира отдернула бежевую ткань и прислонилась к стеклу. Взгляд зацепился за Кейна в привычной зеленой форме. Воспоминания о библиотеке, где черноволосый помог разобраться с остатками книг, всплыли в памяти вместе с причиной, по которой парень кидал камни.

- Сейчас спущусь, дай пять минут, - полушепотом сообщила девушка в приоткрытую форточку и отправилась собираться.

Спустя обещанных пять минут окно распахнулось и из него выпал темно-зеленый силуэт. Кареглазый поймал фигуру и поставил на ноги, обнимая за притягательную талию.

- Спала? – поинтересовался партнер.

- Заснула, пока дожидалась твоего прихода. Лили и Зоя уже ушли, а ты обещал зайти после отбоя. Но я никак не ожидала, что сделаешь это спустя два часа, - тон девушки был спокойный, а в голосе чувствовались остатки от недавнего сна.

- Вечеринка идет уже час, но самое интересное только начинается. В коктейли добавили алкоголь и большинство начали раскрепощаться, во всю танцуя или участвуя в конкурсах.От страха быть пойманными кураторами, который был в начале, не осталось и следа. Теперь это настоящая вечеринка со смехом, весельем и дружеской атмосферой. Тебе понравится.

- Пойму, когда увижу, - сказала Кира, неуверенная в адекватности посещения такого мероприятия.

- Тогда стоит поторопиться! – Кейн схватил одну из рук красноволосой и рванул к мужскому общежитию, увлекая спутницу за собой.

Притаившись в кустах, пара проводила взглядом патрулирующего охранника. Мужчина черных штанах и черном жилете с желтой надписью «Охрана» прогуливался медленным шагом по аллеям комплекса. В его руках светился маленький, но мощный фонарик, создающий огромный круг света на затененных деревьях.

Удостоверившись, что мужчина ушел, Кейн схватил Киру за запястье и вытащил из бурьяна. Взлохмаченные красные волосы взлетели вверх от неожиданного рывка и упали на плечи девушки, образуя шедевр абстракционизма. Выругавшись и потерев потянутое место, Кира поспешила за своим спутником, который, не пойми, как, оказался на другой стороне дороги.

Добравшись до мужского общежития, Кейн повел их к задней части левого крыла. На гладкой черной стене выступала рама открытого окна из комнаты первого этажа. Посмотрев на расстояние от земли до подоконника, которое необходимо преодолеть, Кира обратилась к парню.

- Здесь не меньше четырех метров, как мы должны туда залезть? – ответа не последовало, черноволосый лишь улыбнулся и отошел на несколько шагов от стены. Выставил правую руку перед собой и небольшим движением пальцев поднял из земли каменные ступеньки.

- После Вас, моя госпожа, - нахально улыбнувшись, Кейн опустился на одно колено, склонил голову и двумя руками указал на созданный подъем.

Кира закатила глаза в ответ на продемонстрированные понты и ступила на лестницу.

Неосвещенная комната оказалась самой обычной, в какой проживают все студенты: две двухэтажных кровати, шкаф, тумбочка, маленький столик, послуживший площадкой для осмотра, и стул, выступающий в качестве ступени. Отсутствие чужой одежды, учебников и принадлежностей говорило о бесхозности помещения.

Кейн спрыгнул со стола с глухим звуком. Кира посмотрела в окно туда, где бывшая несколько секунд назад лестница превратилась в гладкий асфальт.

- Ну что, идем?! – красноволосая не успела ответить. Открыв дверь в коридор, черноволосый шагнул в проем, утаскивая за собой партнершу.

В момент перехода Кира ощутила, как ее тело входит в какую-то невидимую субстанцию, напоминающую желе. Она обволакивала тело, приятно щекотала кожу, делилась своей прохладой и тишиной. Но это длилось всего мгновение, а потом оглушительный шум ворвался в ее ушные раковины, заставляя болеть барабанные перепонки, а яркие разноцветные лучи слепили глаза.

- Это и был защитный полог? – сквозь звуки голосов и музыки попыталась спросить девушка у сопровождающего.

- Чего? – крикнул Кейн, не расслышав вопрос.

- Это и есть полог, который не должен дать учителям увидеть, чем мы тут занимаемся? – подойдя ближе, красноволосая прокричала парню на ухо.

- Да. А вон и авторы этой работы, - рука парня указала на трех парней, стоящих у ящика с напитками. Один пытался без рук вылить содержимое бутылки в себя, а другие болели за него, громко хлопая и выкрикивая «Пей-пей-пей-пей!».

- А как они умудрились пронести все это через охрану? – такое количество спиртного, тортов, конфет и других предметов никак не умещалось в походные сумки, а ящики с неизвестным содержимым вызвали бы ворох вопросов.

- Зарк… - Кейн указал на сероволосого парня, сидящего на диване и с энтузиазмом оставляющего засосы не шее блондинки, - может немного расширять пространство, никто не может объяснить, как, но спрятать все эти запасы в свой рюкзак ему под силу.

Возможность растягивать само пространство звучит… невероятно. Кира думала, что способности Уникумов – это лишь некие возможности, которые дала им природа. Но такой талант больше похож на черную дыру, которая поглощает колоссальное количество материи и не подчиняется обычным законам.

- Ладно, Искорка, мы пришли веселиться, а не других разглядывать, пойдем в толпу, - и вновь нахальная рука обхватила талию.

По всему коридору встречались танцующие парни и девушки, целующиеся пары от которых знатно разило алкоголем и компании, наблюдающие как «проигравший какой-нибудь глупый спор» друг выполняет нелепые задания. На втором этаже картина не изменилась, но людей стало меньше. В комнатах проходили конкурсы: по типу самый точный бросок стаканчика на люстру; игры: боулинг из подручных средств, где кеглями служили пластиковые бутылки с водой, а шаром – валявшиеся книги (ох, и достанется кому-то от библиотекаря); а также какая-то игра, напоминающая «бутылочку».

Сероглазая брюнетка накапливала в руках сгусток света, помещала его в пустую жестяную банку сока и подкидывала в воздух. Банка падала, закупоренная отверстие освобождалось, и на одного из сидящих кругом людей проливался белый ослепительный свет.

Один такой белоснежный луч озарил неприметного парня с шрамом на щеке, и тот встал.

- Я желаю, чтобы… - глаза осмотрели толпу, - Лина меня поцеловала.

- Не-е-е, загадай что-то другое, - запротестовавшая шатенка видимо и была той самой «Линой».

- У нас все честно. Выполняй или уходи! –грозно оповестила сероглазая.

- Ладно… - пухлые губы коснулись шрама паренька и тот просиял улыбкой. – Надеюсь в следующий раз луч укажет на меня. Будешь целоваться с тараканом.

Кира не увидела «следующего раза», так как куда-то подевавшийся Кейн вернулся с двумя стаканами напитка лаймового цвета.

Девушка взяла стакан из рук парня и поднесла к носу. Запах спиртного ощущался отлично, видимо составители этих коктейлей не пожалели выпивки.

- Я не стану пить алкоголь, - воспротивилась красноволосая, отдавая стакан обратно. Но парень не принял его и легким касанием локтя подтолкнул его обратно ко рту спутницы.

- Не бойся, он не крепкий, крышу не снесет, зато нервы успокоит, - посмотрев на мелькающие отблески на поверхности напитка, состав которого она не знала. Съедающие мысли сомнения прокрались в сознание девушки, но Кира заглушила неприветливых гостей - решив для себя, что «текущий день выдался слишком тяжелым, а хуже уже быть не может» - и опрокинула содержимое стакана в себя. Попавшая в рот зеленая субстанция обожгла горло и перекрыла дыхание, как будто несколько старшекурсников прописали несколько апперкотов в грудь; но всего через пару секунд по телу пробежала успокаивающая волна, а на смену жжению пришла удивительная легкость в голове.

- А коктейльчик … хорош, такой… бодрящий, и в голове… порядок - оценила Кира выпитое, пытаясь не свалиться на подогнувшихся, от неожиданного «удара», ногах.

- Я же говорил, что полегчает! – Разглядывая мир сквозь навернувшуюся на глаза пелену, Кира засмотрелась на аккуратные губы черноволосого, сложившиеся в соблазнительную улыбку.

– И чем займемся? Можно пойти на первый этаж: потанцевать в толпе. Или примкнуть к группе Сирианы и поиграть в рулетку, - рука Кейна указала на сероглазую брюнетку, за действиями которой Кира наблюдала до его прихода.

Вопрос парня вернул Киру в реальный мир, и она заозиралась по сторонам в поисках чего-то привлекательного. Танцующие парочки, несколько групп, играющих в Монополию; светловолосый парень, пытающийся удивить девушек фокусами с огнем; Генри и Томас из ее класса, набивающие красный пластиковый стаканчик вместо мяча.

- Там есть тир с водяными пистолетами… - Кира наблюдала, как Линси и какой-то скучающий старшекурсник закончили сбивать пирамидки из стаканчиков и отложили игрушечные автоматы. – Пойдем туда!

- Как пожелаешь… - донеслось в ответ. Кира не поняла: понравилась ли эта идея парню – но она пришла отдохнуть, а не потакать его желаниям.

Девушка метнулась к табурету, выступающего в роли подставки для целей, как будто кто-то мог ее опередить, собрала упавшие стаканчики и выставила пятиуровневую пирамиду. Подобрав лежащий рядом автомат, красноволосая отошла на пять шагов, чтобы начать стрельбу по пластиковым мишеням.

Первая струя не достала до цели, из-за чего пришлось подкачать давление специальным поршнем. Вторая поразила самый верхний стаканчик, от чего тот свалился на пол и укатился в сторону танцпола.

- Хороший выстрел, - прокомментировал черноволосый, который все это время стоял позади и с интересом наблюдал за спутницей.

- Спасибо, я люблю стрелять. Эти несколько мгновений - когда ты навел прицел, совместил его с мушкой, ждешь вылета пули, медленно надавливая на курок и стараясь не шевелиться, чтобы не сбить наводку – забирают все твои мысли, заставляя забыть обо всем, - Кира вообразила этот миг, внутренне наслаждаясь им. Но вспомнив, что стоит посреди «отжигающей» толпы рядом с человеком, шантажирующим ее раскрытием секрета, распахнула глаза и сделала еще один залп, сбивая центральный нижний стаканчик, который унес за собой три верхних «этажа». – А еще я ходила на дополнительные курсы по стрельбе в том году, - невзначай упомянула красноволосая.

- Можно попробовать? - Кейн сдвинулся с места и протянул руку. Он оказался слишком близко к девушке, от чего ее щеки покраснели, а дыхание участилось.

“Что это со мной?.. Наверное алкоголь подействовал, но я чувствую, как он собственнически смотрит на меня, как его дыхание касается кожи, вызывая мурашки… Бр-р” – Кира помотала головой, отгоняя нахлынувшие ощущения.

- Конечно, держи… - красноволосая робко протянула водяной автомат и поспешила скрыться за спиной парня.

Кейн встал в стойку, расставив ноги на ширину плеч, начал целиться… водяная пуля пролетела мимо оставшихся стаканчиков, попадая на штаны какой-то рыжеволосой девушки, проходящей мимо. Рыжеволосая не обратила внимания и продолжила свой путь с коктейлем в руках.

– Плохой из меня стрелок… - отметил черноволосый. Сделав грустную гримасу, Кейн произвел еще несколько выстрелов, которые повторили успех своего предшественника. – К черту эту стрельбу! Пойдем лучше на танцпол, а то так и простоим всю вечеринку, - перекрикивая музыку, произнес парень, толчком завлекая Киру за собой.

Кейн обнял правой рукой талию девушки, а левой перехватил ее ладонь.

- Мадам, позвольте же начать наш танец!

- Вообще-то мадмуазель! – запротестовала Кира.

- Правда?! Никак не могу запомнить отличия… – и за словами последовал головокружительный оборот, потом пара шагов, и Киру оттолкнули так, что спина прогнулась, и резким движением вернули обратно, вновь обхватывая за талию. Танец длился головокружительно долго. Взмахи руками, повороты, кручение (“И откуда у Кейна такие танцевальные навыки”, - пронеслось в голове девушки, но вслух она ничего не сказала, лишь глупо улыбалась, глядя в карие глаза.), весь мир слился калейдоскопом красок, фонарей, молний, чьих-то использованных способностей, танцующих и снующих по комнатам людей; Алексу и Лили, которые вместе с парочкой однокурсников сидели за небольшим столом в углу и играли в «попади молнией в фантик» (девушки подбрасывали скомканные фантики, а Алекс ловко обстреливал их маленькими электрическими разрядами под громкие возгласы парней), фантики вспыхивали при каждом попадании и растворялись белым дымом в этой сказочной атмосфере. Казалось, что ее несут на крыльях дикие лебеди, поднимают к облакам и позволяют потрогать мягкий белый пух. Жизнь казалась такой простой и понятной, а весь ужас, который сегодня произошел, растворился без следа как кубик льда в жаркую погоду. Из эйфории вывел Кейн, он двумя руками обнял девушку, крепко прижал к себе и… поцеловал. Мысли затуманились сильнее; вязкий, терпкий вкус его языка был сладок; требовательные губы жадно впивались, пытаясь завоевать новую территорию. Ноги Киры подкосились, и она полностью упала в объятья обворожительного черноволосого, теряя контроль над своим телом и полностью отдаваясь мгновению. Воздух закончился, стало нечем дышать, и парень разомкнул поцелуй, давая ощутить свежесть. Кожа горела, легкие болели от долгой нехватки кислорода, а зрачки расширились и заблестели подобно драгоценному камню высшей огранки.

- Предлагаю продолжить в соседней комнате, когда я ходил за напитками она была пустой, - предложение парня звучало очень заманчиво; нотки разума, не заглушенные тем «зеленым напитком», говорили, что она может пожалеть о случившемся, но теплое чувство в районе сердца перебивало все, удерживая на языке только одно единственное слово…

- Давай!

Пара ненадолго оторвалась, зашла в пустую комнату, забаррикадировала дверь (точнее, все делал Кейн, пока Кира пыталась унять возбуждение и томные глубокие вздохи) и вернулась к тому моменту, на котором остановилась. Черноволосый начал покрывать руки и шею спутницы поцелуями, периодически оставляя собственнические засосы, а потом вернулся к мягким и припухшим губам, продолжая страстный поцелуй.

За окном начался рассвет. Солнце показало границы своего круга из-за верхушек деревьев и начало будить заснувшую природу. Белоснежный туман поглотил полигон, создавая затерянное царство, где, по ощущениям, можно было крикнуть слово, и передразнивающее эхо вернет его, исказив, сделав грубее, как будто говорит пожилой старик, проработавший всю жизнь у моря. Бойкие голоса птиц встречали новый день, желая ему удачи и грандиозных событий. Они улетали в небо, закапывались в землю, просачивались сквозь стены домов, но отскакивали от прозрачной мембраны, скрывающей «страшную» тайну.

Громкий крик заставил Кейна остановиться. Растопившееся «марципановое сердце» девушки окатили ведром жидкого азота, моментально замораживая и приводя в чувство.

- Кураторы здесь! – раздалось с первого этажа.

После этих слов весь алкоголь окончательно выветрился, заставляя мысли бегать в поисках спасения.

- Черт! – прошипела Кира.

- Давай за мной! – парень подбежал к окну, распахнул створки и выпрыгнул, не сомневаясь. Огневолосая последовала за ним, но в последнюю секунду остановилась.

- Тут второй этаж, а у меня все плывет, - заявила девушка.

- Не трусь, я поймаю! – черноволосый подставил руки для ловли.

- Но…

- Прыгай быстрей, а то кураторы схватят! – знакомые голоса за дверью придали сил, и Кира полетела вниз, где ее подхватили теплые руки, но тут же поставили на землю. – Бежим к женскому общежитию!

- Но твоя комната здесь, зачем тебе со мной? – проскользнул недоуменный взгляд в янтарных глазах.

- А к себе ты тоже сама полезешь? Через вход тебя не пустят, - с нотками сарказма уточнил Кейн.

- Спасибо.

- Потом поблагодаришь, а сейчас бежать надо. Вот черт! – парень нырнул в ближайшие кусты и утащил Киру с собой.

- Что случи… - закончить ей не дали, рот закрыла грубая рука.

- Александр Захарович идет, сиди тише.

Бывший военный активными шагами шел вдоль здания.

- Так-так-так, и где вы, прохвосты? Знаю, что повыпрыгивали, но от меня так просто не удрать, - из окна первого этажа вывалилась блондинка, с которой обжимался Зарк. С потрепанными волосами, босая, она поднялась на шатающиеся ноги и хотела бежать, но толстый воздушный кокон сковал движения.

- Лилия-Лилия, а я был о тебе лучшего мнения, - проговорил ухмыляющийся инструктор. Неожиданный шум в кустах привлек его внимание.

- Прости, просто после такой тряски и похмелья мой желудок выворачивает на изнанку. Обещаю себе, что больше никогда не буду пить! – оправдывалась огневолосая.

- А, черт, теперь он сюда идет… что делать-то? – парень схватился за голову, пытаясь придумать способы обмануть учителя.

- Кейн… - потрясла его Кира, - Кейн… - парень не отвечал.

Очнувшись от ступора, он нацепил уверенную «маску» на лицо и произнес.

- Я его отвлеку, а ты беги в это время… - черноволосый привстал, но женские руки не дали совершить «геройский» поступок.

- Кейн! Послушай же меня! Не надо жертв, можно все сделать проще… - улыбка красноволосой приобрела толику ехидства.

*****

Александра Захаровича разбудили посреди ночи. Комендант мужского общежития заметил «магические стены» (как он их назвал) и решил сообщить об этом директору. Оказалось, что старшие курсы протащили на территорию комплекса спиртные напитки и устроили громадную вечеринку, даже поставили шумо- и свето-изолирующие пологи (создателям которых «ой» как несладко придется), чтобы никто не узнал об их посиделках. В итоге, подняли всех, кого можно, на захват «нарушителей», а учителю по контролю таланта достался патруль территории за общежитием. Его способность и убегающих в кокон схватит, да и выпрыгивающих из окна подстрахует (разобьются еще ненароком). К этому времени он поймал уже четверых и «охотился» на затаившегося в кустах трусливого «зайчишку», желающего поскорей сделать ноги.

Когда Александр Захарович подошел к пышным зарослям дерена, на него выскочила сероглазая брюнетка (вроде бы с тринадцатого курса) и направила кулак в лицо тренера. Не ожидая такой наглости, старый военный увернулся, но удар все равно попал в плечо. Отшатываясь, он вовремя восстановил равновесие, чтобы не упасть, но этого времени хватило, чтоб брюнетка успела добежать до другого угла общежития и скрыться в кустах.

“Хороший удар, как будто стальной трубой били, а не кулаком. Догоню – отчитаю и возьму в ученицы,” – закончив рассуждения, инструктор рванул за «беглянкой».

Пока обманутый учитель гонялся за иллюзией сероглазой ученицы, Кира и Кейн пробирались через заросли бурьяна к женскому общежитию.

- Ну и ночка, - устало проговорила красноволосая, - еще чуть-чуть и попались бы, а там и запись в личное дело, и несколько месяцев отработки.

- Не шуми, учителя, могут, не только у мужского корпуса караулить, но и центральную аллею патрулировать, - черноволосый шел на корточках впереди, раздвигая высокую траву.

- Да я и так шепотом, просто мне выговориться хочется, - и снова грубая ладонь заткнула рот. Киру начало бесить, что ее так бесцеремонно затыкают уже второй раз за ночь. Огромное желание стукнуть черноволосому и высказать недовольство разжигалось в мыслях, но…

- Смотри! – Кейн указывал на фигуру в темной кофте с капюшоном, которая кралась от женского корпуса в сторону складов. – Форма не наша, да и похоже больше на обноски. Был бы работником комплекса - не стал бы скрываться. Значит – посторонний. Интересно, что он тут делает.

- Может бездомный какой-нибудь, пришел еду из мусорных баков у столовой стащить, пока никто не видит, - предположила девушка.

- Может, но лучше нам проследить за ним… у меня какое-то предчувствие… - парень свернул с пути к женскому общежитию и углубился в заросли деревьев, прокладывая новый путь к складу.

Кира постояла несколько минут, глядя на то место, где находилось окно в ее комнату. Осознав, что без парня туда не попасть, тихо выругалась и направилась туда, где скрылся силуэт черноволосого.

Труднопроходимая поросль колола руки, обматывала паутиной и так и норовила залезть тоненькой веточкой в глаза. Периодически прислушиваясь к треску палок впереди, Кира следовала за Кейном, пока не уперлась в спину спутника.

- Посмотри! - они стояли на небольшом холме на самом краю территории, в нескольких метрах от электрического забора. Внизу, у склада, припарковались три грузовика с закрытыми черной тканью коробками, которые команда из десяти человек активно перетаскивала на склад. Еще четверо стояли в стороне, руководя процессом: девушка с серебристыми волосами, отливающими металлическим блеском; высокий мужчина в черной рубашке и ковбойской шляпе; невысокая девчушка с фиолетовыми волосами, с ручкой или карандашом за ухом и в белом халате; а также женщина с медными короткими волосами, жонглирующая сгустками красной энергии на кончиках пальцев.

У самого края склада, где он соединяется с забором, появился тот самый парень в темной толстовке с капюшоном, за которым проследил Кейн. Парень помахал рукой, и серебряноволосая, видимо главная, прокричала что-то неразборчивое в толпу. От грузчиков отделился перекаченный гигант, у которого бицепс был размером с голову. Он подошел к электрическому ограждению и, как ни в чем не бывало, раздвинул металлические прутья, выпуская паренька, а потом задвинул в прежнее состояние.

- Из чего сделан этот громила, что ему тысяча ампер показалась пустяком? – удивленно спросила Кира.

- Не знаю, - ответил Кейн. – Но меня терзают смутные сомнения, что администрация комплекса не подозревает о происходящем.

- И почему ты так решил? – поинтересовалась красноволосая.

- Посмотри на охранников, они больше похожи на зомби, чем на людей, - Кира поискала взглядом привычную желтую надпись «Охрана», точно такую же, какую видела на форме патрульного. Мужчина в черных штанах и жилете неподвижно стоял рядом со своей «будкой». Руки расслабленно качались, спина сгорбилась, а взгляд смотрел в пустоту, как будто его околдовали, и он ждал следующего приказа. Еще семеро таких же стояли по всему периметру склада, побросав свои автоматы и шокеры на землю.

- Как марионетки в ожидании того, когда их потянут за ниточки.

- Ага, - согласился со сравнением черноволосый. – Надо срочно сообщить кому-нибудь из кураторов.

- Нас скорее повяжут и запрут в комнатах, - возразила Кира. – Сейчас комендантский час, и нас вообще… - девушка развела руками, описывая круг, - недолжно быть здесь. Знаешь, два дня в пыльной библиотеке отбивают любое желание оказаться там вновь.

- И что ты предлагаешь? – по взгляду черноволосого было видно, что парень колеблется: сообщать ли ему, ведь, если эта разгрузка окажется санкционированной, ему влетит вдвойне.

- Возвращаться в общежития и сообщить завтра, что видели странные движения за окном. Пусть проверят, - Кира очень устала и хотела в кровать, но она была честной с собой: это была не главная причина, по которой она хотела вернуться. Ее… интуиция, шестое чувство, трезвонила об высоком уровне опасности, особенно при взгляде на серебряноволосаю девушку. Инстинкты били тревогу, подталкивая тело бежать… бежать… и бежать как можно дальше от этой девушки.

- Хорошо, - согласился Кейн, - пусть будет по-твоему. Завтра я расскажу Александру Захаровичу, что проснулся среди ночи из-за шума и увидел странный силуэт, пробирающийся в сторону складов.

Поглядев на трясущиеся губы спутницы, черноволосый поднялся с колен, на которых простоял так долго, что на коже остались маленькие углубления от камней, и зашагал в сторону женского корпуса.

Кира проводила ее взглядом до кустов и, прежде чем уйти, решила еще раз запечатлеть картину, происходящую внизу. Три белых грузовика. Зомбированные охранники с остекленевшим взглядом. Четверка странных личностей. Десяток грузчиков, таскающих коробки…

Одна коробка упала и из-под плотной ткани выглянул желтый значок с черной кляксой посередине («Взрывоопасно»). Свободные носильщики подбежали к товарищам и быстро задернули ткань обратно, но этих мгновений хватило, чтобы у Киры похолодели пальцы.

“Здесь твориться что-то очень, очень плохое, о чем мне не стоило бы знать,” – внезапно тело пронзил ужас, животный ужас, который бывает перед лицом превосходящего противника. Кира огляделась и заметила, что серебряноволосая пристально смотрит ей в глаза, подобно хищнику, увидевшему беззащитную жертву. Ноги подкосились, в боку закололо, дыхание участилось. Пот лился ручьем, заставляя испачканную и порванную от долгих скитаний по зарослям зеленную футболку пропитаться влагой. Голова гудела, мысли путались, сознание улетучивалось, скрываясь от… «нечта», способного его запереть в клетку с толстыми стальными прутьями и не выпускать больше никогда.

Кира сжала кулак, давно нестриженные ногти впились в кожу, вызывая боль и возвращая частичку контроля. За этот короткий миг просветления девушке удалось разорвать зрительный контакт с кристально-голубыми глазами. Тяжесть отступила, как будто огромная плотина, мешающая бурной реке занимать русло, рассыпалась от огромного взрыва, открывая доступ в глубокое море.

*Тяжелый вздох*

*Тяжелый вздох*

*Тяжелый вздох*

Кира жадно глотала воздух, о котором забыла, глядя в голубые глаза «хищницы». Немного отдышавшись, она поторопилась нагнать Кейна, который уже, скорее всего, ждал ее у стен общежития…

*****

Спустя полчаса любой желающий мог наблюдать смехотворную картину, как черноволосый парень старается подсадить в окно первого этажа красноволосую девушку.

- И-и-и раз… И-и-и два… Ты дотягиваешься? – проговорил Кейн, на плечах которого стояла Кира.

- Еще чуть-чуть… - послышалось сверху.

- И-и-и… Черт, совсем затупил! - каменная лестница выползла из земли, сопроводила девушку в комнату и бесследно исчезла.

- Спасибо… за все, - сказала красноволосая, облокотившись на подоконник.

- И тебе, это было прекрасно, - улыбнулся Кейн. – Ты сожалеешь о случившемся? Ну, я о…

- …поцелуе, - закончила Кира, она и забыла о нем после увиденного на складе. – Нет, не знаю… За последние два дня многое поменялось, в том числе и отношение к тебе, но…

Двоица замолчала, но продолжила смотреть друг на друга. Тишина. Яркий свет уже высоко забравшегося солнышка. Дождевые тучи на пасмурном небе…

- Мне пора спать, - прервала молчание Кира.

- Да, конечно. Спокойной ночи! – немного неуверенно и отрывисто попрощался Кейн. Девушка задернула шторы, и ее силуэт скрылся в глубине комнат.

Парень еще постоял, воображая сцены из общежития, и с улыбкой направился к себе. Может для Киры ночное приключение и закончилось, но ему предстояла тяжелая миссия: вернуться в комнату, не привлекая внимания кураторов.

“Эх, и сумбурная выдалась ночка…”

*****

Глава 7

Как же тяжело просыпаться с похмельем! В горле бесчинствует столетняя засуха, голова ходит ходуном, а яркий свет льющийся из незашторенного окна "выжигает" глаза, заставляя жмуриться и прикрываться рукой. Тело отекшее, ноющее, как будто вместо рук и ног вековые булыжники. Каждое движение напоминает отчаянный бой, где приходится держаться за каждый миллиметр земли. Кажется, что ещё немного и ты грохнешься без сил и пролежишь так до конца своих дней.

Кира стояла около низенькой тумбочки, пытаясь дотянуться до бутылки с водой. Усилия, которые потребовались, чтобы выйти из безжизненного состояния, в котором она проснулась под "убийственно" громкий гудок, и подняться с кровати, исчерпали те крохи энергии, что накопились за три оставшихся часа сна. Легкие пошатывания в попытках удержать равновесие при сбоившем вестибулярном аппарате привели к тому, что пластиковая ёмкость с характерным треском свалилась на пол. Пришлось, чуть не присоединившись к бутылке, нагибаться и поднимать. Несколько усилий над пробкой, и освежающая влага начала тоненькой струйкой поступать в иссушенное горло.

"Никогда больше не буду пить!" - в сотый раз за утро обещала себе Кира, переживая побочные эффекты от того "зеленого напитка".

"«Там совсем чуть-чуть алкоголя». Ага, так и поверила! Хоть это и первый раз, но готова поспорить: там было не менее восьмидесяти процентов спирта." - рассудила девушка, вытряхивая последние капли из горлышка.

Бросив опустошенную бутылку на кровать, красноволосая открыла один из ящиков тумбочки и взяла зубную щетку, пасту и мыло. Порылась на полках шкафа, и, закинув на плечо полотенце, со всеми банными принадлежностями направилась в душ.

Порадовавшись отсутствию очереди, девушка забежала в ванную комнату и задернула щеколду. Ловкие движения, и потрёпанная одежда, которую она забыла снять перед сном (точнее, не забыла, а, жутко устав, решила не снимать), скомкавшись, упала на плитку.

Кира залезла в душевую кабинку и провела пальцами по приборной панели. Двери плотно закрылись, а сверху полилась прохладная вода, унося потоками все эффекты от бурной ночи. Тело и мысли охватило блаженство, заставляя впадать от тоненьких струек в транс.

Голова перестала гудеть, и воспоминания о поцелуе, побеге, жутком складе, желтом значке «взрывоопасно», серебряноволосой девушке и словах, сказанных парню на прощание, заставляли краснеть, впадать в жар и остывать под холодными каплями душа.

"Вчерашний поцелуй, он… он поглотил меня всю, подчинил эмоции, заставил забыться… Понравилось ли мне быть с ним? Определённо - да. Хочу ли остаться с ним навсегда?.. Не могу, у меня планы, да и о Никс нельзя забывать. Несмотря на те действия, что я сделала на горячую голову, этого больше не повторится. Точно, нельзя терять рассудок от любви. И без того проблем за последнее время прибавилось," – сердце кольнул страх при воспоминаниях о насыщенно-синих глазах. Кира поежилась.

"Холодновато стало," - рука дотянулась до сенсорной панели и подняла электронный бегунок на пару делений выше.

Холод сменился теплом, и красноволосая потянулась к мылу…

Покидая ванную комнату, Кира обернулась полотенцем, а старую форму взяла под мышку.

Перед дверью своей очереди дожидалась Лили. Сидя на корточках и оперевшись спиной на дверь, она уложила голову на махровое полотенце и завидно посапывала. А когда опора, в виде двери, исчезла, она кувыркнулась назад и распласталась по полу.

-Доброе утро, Лили. Смотрю: не только у меня выдалась тяжёлая ночка. Благо сегодня выходной и можно отдохнуть, - смотря в прикрытые глаза подруги с тёмными кругами, поприветствовала Кира.

- *А-а-а-а* - послышался в ответ зевок. - Это была сама худшая ночь в моей жизни. Мало того, что я исползала все кусты, скрываясь от Александра Захаровича, так ещё и попалась глупо, когда, не рассчитав силы при прыжке, упала прямо на нашего инструктора. И выспаться не получилось, и голова от похмелья болит, а, в добавок, наказание сулит, - вывалила подруга на одном духу. И, если приглядеться, то под светло-карими глазами виднелись тёмные озера, лицо и руки украшали маленькие порезы и ссадины, а бледная кожа говорила о недавнем злоупотреблении даром.

-Мне повезло больше, он отвлёкся на сероглазую брюнетку, которая ударила его по лицу. Ладно, давай руку! А то весь день здесь и проваляешься, - Кира рывком поставила подругу на ноги так, что она чуть не упала.

-Я в душ. Встретимся на построении, - уныло адресовала Лили.

-Смотри не утони! - не разворачивая головы во время ходьбы, предупредила красноволосая.

Вернувшись в комнату, девушка сбросила полотенце и встала перед зеркалом. В глазах пробежала искра, и волосы покрыл тонкий слой пламени. С шипящим звуком вода покидала огненные локоны, превращаясь в белый пар.

-Так-то лучше. Не хотелось бы бегать с сырыми волосами, - упоминание о ежедневном кроссе отдалось тяжестью в теле.

-Как не хочется бежать эти пять километров. Вот бы их отменили…

Осмотрев тело на наличие травм и изменений, на глаза Кире попались следы от засосов на шее.

-Кейн, твою ж дивизию! Как мне это убрать, следы не скроются под футболкой. Хотя можно надеть ветровку, но на улице… - мимолётный взгляд на планшет подсказал, что за окном температура достигла отметки в двадцать четыре градуса, - жарко, капец, как жарко…

Но следы скрыть было нужно: вдруг кураторы догадаются о моем присутствии на вечеринке. В итоге, к запланированным зелёным штанам с ремнём и чёрной футболке поверх топа добавилась плотная ветровка с капюшоном.

Дверь в комнату отворилась и показалась Лили. После водных процедур подруга приободрилась, и на прошлое состояние намекали лишь круги под глазами.

-Ты в кофте в такую жару? - недоуменное выражение всплыло на лице черноволосой.

-Худею, - коротко пояснила Кира и, обходя подругу, скрылась за серой дверью. - Построение через семь минут, не опоздай! - сообщил голос красноволосой на прощание.

*****

На большой площади с фонтаном, в центре которого красовался герб Тиарийской Федерации: родная планета - Теор - с метеоритным поясом в виде цепочки ДНК и семью белыми звёздами вокруг (Цепочка ДНК символизирует превосходство нации над другими, а также недостижимый для других научный прогресс. Семь белых звёзд - семь членов Высшего Совета, управляющих страной и ведущих нацию к свету (Первыми советниками стали семь глав объединившихся государств, но позже места в Высшем Совете начали занимать люди, победившие на голосовании. Титул и должность Высшего Советника присваиваются на всю жизнь, но могут быть отменены голосованием Совета.). Планета - символ огромной территории суши, на которой господствует Федерация.), ровными прямоугольниками расположились все пятнадцать курсов военного комплекса. Каждый ученик держал свой взор на седовласом мужчине с большой лысиной на лбу. В красном пиджаке и такого же цвета брюках, он броско и аристократично смотрелся на фоне толпы, одетой в чёрные и зелёные тона. Это был директор комплекса, Леон Робертович, тот самый человек, которому комендант мужского общежития сообщил о "ночном мероприятии". Поправив жёлтый галстук и сухо откашлявшись, мужчина начал свою речь.

- Кх-кх, дорогие кадеты, хочу донести до вас важную новость. Сегодня ночью, во время комендантского часа! в левом крыле мужского корпуса, где проживают старшие курсы, была организованна вечеринка, - в рядах начальных курсов начался удивленный шепот. - Кх-кх… Тихо! – прекратил шепотки директор. - Благодаря ответственному подходу к своей работе комендант мужского общежития, Григорий Акимович, своевременно обнаружил несанкционированное мероприятие и доложил лично мне. Мною был поднят преподавательский состав, который участвовал в поимке провинившихся, попытавшихся улизнуть от лап правосудия. После осмотра помещений, задействованных для вечеринки, были выявлены следующие нарушения: использование способностей вне специально отведенной зоны и без присмотра преподавателя, пронос на территорию комплекса спиртных напитков и других запрещенных продуктов, а также их дальнейшее употребление, нам не удалось выяснить: кто и как пронес продукты… - директор подтянул желтый галстук выше и еще раз откашлялся, - но мы обязательно выясним и в скором времени проведем детальный осмотр всех комнат на наличие запрещенных предметов; далее… - он посмотрел на листок бумаги в руках и, приподняв очки, прочитал следующее нарушение, - игнорирование комендантского часа и невыполнение приказа администрации комплекса, а также нанесение вреда имуществу комплекса и кураторам во время побега. На этом список основных нарушений заканчивается. *Кх-кх-кх-кх-кх* - стоящая позади секретарша подбежала маленькими шажками и постукала начальника по спине. Директор закончил кашлять и обтер руку белым платком. – Спасибо, Рита. Что бы я без тебя делал?! – переведя взгляд обратно на курсантов, он выпрямился и расправил плечи. – Так вот. Всем присутствовавшим на вечеринке назначается по два месяца отработок, - протяжный стон прокатился по толпе. - Но они могут уменьшить наказание, если поведают интересную информацию, например, о тех, кому удалось сбежать без наказания. По этому вопросу можно обращаться к инструкторам или лично ко мне. Начальным же курсам я хотел бы напомнить о том, что соблюдение правил комплекса обязательно. Вы будущие военные и неподчинение указам будет сурово наказываться законом, - директор снова откашлялся, отходя к смирно стоящим учителям. Кира знала, что директор заболел после экспедиции в зараженную зону. Но в последний раз, когда она его видела на награждении весной, он не закашливался после пары предложений, а его кожа была намного розовее. Болезнь за три месяца превратила здорового, на вид, человека в калеку, чья жизнь угасает на глазах.

Александр Захарович занял свое привычное место и готовился отдать команду «бегом – марш!», когда директор развернулся и, потирая седую лысину, перебил тренера.

- Кое-что забыл, - промямлил он, - Кира Тилос с десятого курса, ты освобождаешься от пробежки и идешь в мой кабинет. У меня к тебе пара вопросов. Теперь все, продолжайте! – обратился директор к учителю по контролю.

Прозвучала команда. Все повернулись и начали пробежку. Из первых линий, где были старшекурсники, доносились тяжелые вздохи и оханья. Тысяча ног барабанила об землю, мимо проносились люди, а Кира опустошенно смотрела перед собой, не двигаясь. Зачем ее вызвали? Это по поводу вечеринки? Вряд ли, ведь она не попалась на глаза кураторов, да и пойманным уже огласили приговор. Тогда что? Та серебряноволосая женщина оказалась подругой директора и поведала старику о гуляющих у ограды ребятишках? Возможно, но мало вероятно…

Мысли бурлили как кипящий котел с супом, пока Кира направляла свои стопы в сторону административного здания.

Где-то на задворках сознания всплыла пятерка пятикурсников, издевающихся над голубоволосой девочкой. Точно, инцидент с Никс. И как она могла забыть об этом. Вчера ее не вызвали, то ли времени не было, то ли других опрашивали, но наказание за использование способностей в неположенном месте и нападение на других, даже с целью запугивания, рано или поздно настигло бы девушку. Так что не мудрено, что ее вызвал к себе директор. Его задача услышать все версии и принять правильное решение.

Из-за ночной суматохи и странностей Кира совсем забыла о сестре, чего раньше никогда не случалось.

“Наверное, перетрудилась. Не пойду сегодня на дополнительные тренировки. Заберу Никс и прогуляюсь в парке,” – пообещала она себе.

Автоматические двери в администрации разъехались в стороны, пропуская красноволосую девушку внутрь. Огромный приемный зал поражал своей белизной. Керамический пол блестел под ногами, пуская солнечных зайчиков по белым стенам. Посреди помещения стояла громадная гранитная статуя с изображением семи членов Высшего Совета в традиционных нарядах: широкая мантия до пола, накидка, закрывающая голову, изящная цепочка на груди с миниатюрным драконом. С каждым из советников скульптор изобразил тотемное животное или национальное чудо: водопад Ди-рей (почти два километра свободного падения воды) обрушивается с одной руки первого Советника на другую; Феникс – птица возрождения (королевская корона и пышущие огнем перья, возвещающие о ее величии) гордо восседает на каменном предплечье второго; дворец Рюкен (самое высокое и красочное здание в мире, в котором заседают и живут главы Тиарийской Федерации) возвышается на поднятой вверх ладони третьего; четвертого советника обнимает аист (символ свободы и благополучия); пятый читает толстую книгу «Мудрость поколений», хранящую в себе наставления предыдущих Советников (ее дозволено прочесть лишь «избранным»); в руке шестого распустился тысячелетник (Кире было непонятно, почему его так назвали, если он распускается каждые пятьдесят лет.); но самым интригующим для девушки стал - седьмой, над ним парит массивная туча с ударяющей в землю молнией, от которой в разные стороны распространяются цунами, землетрясение (иллюзия трещин на камне) и свирепый огонь - все эти природные явления - символ Уникумов, проживающих на территории страны.

Закончив изучать внушающую страх и благоговение скульптуру, Кира обратила внимание на большую черную надпись - «ВОЕННЫЙ КОМПЛЕКС №4» - на противоположной от входа стене. Слева от нее широкая лестница, поднимающая на второй этаж, пестрела зеленью разнообразных экзотических растений, а на подоконнике, рядом со стойкой ресепшн, стояла миниатюрная лейка для ухода за комнатным садом.

- Вам на пятый этаж, Леон Робертович ждет Вас в своем кабинете, - ласковым, отработанным голосом проконсультировала Рита (как зовет ее сам директор), указывая на лифт под надписью.

Кира не ответила секретарше и зашагала к подъемнику. Железные дверцы плавно отъехали в стороны после легкого прикосновения к панели вызова. Девушка поспешила зайти внутрь. Створки закрылись, и конструкция тронулась. В голове сразу почувствовалось небольшое давление, какое бывает при стремительном взлете. Кира посмотрелась в зеркало, установленное на одной из стен лифта. Оно было в отпечатках и какой-то липкой жиже (возможно смазке, оставленной рабочим при починке лифта), но это не помешало немного расчесать пальцами волосы и зафиксировать любимую челку за ухом.

Сигнал о прибытии пропищал, и дверцы открылись. Кира вышла в длинный виляющий коридор, застланный красным ковром, и начала оглядываться в поисках таблички с именем директора. До сего момента ее никогда не вызывали под его порог, поэтому на поиски нужной двери ушёл десяток минут.

Надпись - «Коринов Леон Робертович» - красовалась черными буквами на белой аккуратненькой двери прямо над другой надписью: «Без стука не входить!».

*Тук-тук-тук* - Кира постучала несколько раз костяшками пальцев и отошла на шаг. Послышался шелест бумаг, копошение и тихие ругательства. А после прозвучали звонкая фраза «Входите!» и сухой кашель.

Кира нажала на ручку и толкнула дверь, заходя в кабинет.

Небольшая комнатка с бежевыми стенами привлекала своей простотой. Огромный стеклянный шкаф, заложенный стопками бумаг, учебниками, переплетенными папками, альбомами, фотографиями лучших выпускников и орденами за боевые заслуги. Дубовый «Т»-образный стол со стареньким принтером, двумя карандашницами с простыми карандашами и ручками, «геоном» (одна из первых моделей голографических компьютеров) смотрелись мрачно и немного пугающе в тусклом освещении солнца, едва пробивающегося сквозь плотные серые шторы. Две металлические тумбочки высотой с человека примостились в справа от стола, а выпирающая из них бумага не давала ящикам закрыться полностью, из-за чего желающим подойти к владельцу кабинета пришлось бы сильно втянуть живот. Рядом со входом стояла пара удобных кожаных кресел с загнутыми вверх подлокотниками. Кира присела на одно из них, в ожидании, пока Леон Робертович прекратит разбирать свалившиеся с верхней полки шкафа документы и обратит внимание на нее.

Когда стопка была уложена на место, директор, закашливаясь, вытащил из внутреннего ящика стола маленькую стеклянную баночку без маркировки. Высыпал несколько белых капсул в кружку с надписью - «Любимому папе от Ники» - и налил в нее воды из кулера, стоящего позади. При контакте с водой лекарство начало шипеть и растворяться, вызывая пузыри на поверхности. Помешав содержимое чайной ложечкой, Леон Робертович опустошил все одним залпом. Его бледное лицо сморщилось от неприятного вкуса, он достал из внутреннего кармана красного пиджака апельсиновую мармеладку, какие раздавали по праздникам, и сунул ее в рот. Немного разжевав конфету, мужчина вспомнил о вызванной десятикурснице.

- Прости мою грубость, - решил объясниться директор, - но эта болезнь...

- Да, конечно… Я понимаю. Тем более я здесь гость, и Вам незачем оправдываться, - Кира испугалась неожиданных извинений и замахала руками.

- Вот и хорошо! – улыбнулся мужчина. – Я вот по какому поводу тебя вызвал, вчера ты…

- …Использовала свои способности в попытке навредить нескольким ученикам пятого курса. Эх… Я прекрасно осознанию, что нарушила правила и чуть не убила их, - янтарные глаза потухли, а голова опустилась, пытаясь избежать пристального взгляда, проникающего в глубины души. – Но хочу сказать в свою защиту, что они избили Никс до полумертвого состояния, и что-то внутри меня дрогнуло при виде этого зрелища…

Успокойся, дитя… - послышались скрип отодвигаемого стула и тяжелые шаги, - мне донесли: в каком ужасном состоянии твоя сестра попала в больницу и о невероятной удаче, что вам повстречалась Лидия Семеновна, которая возвращалась в то время с прогулки, - директор стоял над Кирой, заграждая малочисленный свет своей тенью. – Конечно, тебя надо бы наказать: назначить месяцы отработок, ограничить использование дара с помощью «тирановых» браслетов (Тиран – особый метал серебристого цвета, в чистом виде встречается в природе редко, особые свойства: подавляет экстраординарные способности Уникумов.) или перевести в другой комплекс, хоть ты и не убила, но многочисленные ожоги, если и не сделают тех детей калеками, то оставят жуткие шрамы… но голос внутри меня говорит: окажись я в ситуации, когда на месте твоей сестры была бы моя дочь, - сделал бы то же самое, - с неверящими глазами Кира подняла голову.

- Вы… не ругаете меня?! – Леон Робертович засунул руку в карман и вытащил еще одну мармеладку.

- Держи! Съешь и успокойся, - Кира взяла предложенное лакомство и положила его в рот. Терпкая апельсиновая кислинка защипала язык, немного успокаивая нервы.

- Знаешь, может я и просиживаю свои брюки в этом затхлом и темном кабинете, но за подающими надежды курсантами приглядываю. История твоего прибытия в комплекс… необычна, - гладя седую щетину, мужчина вернулся в свое кресло. – Пять лет назад мне позвонили из АНБ и сказали, что под мою «опеку» поступают еще две ученицы. Обычно с этим нет проблем, так как многие «запоздалые» пропускают первые два курса, поступая сразу на третий, - директор потер виски морщинистыми руками, вспоминая давнишние события. - Но родители девочек умудрились скрывать способности старшей дочери в течение пяти лет, часто меняя место жительства и начисто затирая следы своего пребывания, при чем настолько хорошо, что сперва Агентство не поверило в донос соседей, - на девичьем лице промелькнула тень страха, что не укрылось от глаз военного исследователя. - Такого нонсенса не случалось за всю историю АНБ, ребенка-уникума укрывали максимум на год, да и то – по ошибке новичка; но не в этот раз, как будто сам Совет скрывал существование семьи. Говоря по секрету, не отреагируй агенты тогда мгновенно – через день они довольствовались бы чистой незаселенной квартирой, ведь отцом девочек были куплены билеты на поезд в дальнюю деревеньку на Юге страны, - Леон Робертович налил немного воды в кружку и отпил глоток, попутно наблюдая за реакцией собеседницы. – О чем это я… А-а-а! Вспомнил, мы немного отошли от темы. Так вот, старшая дочь поступила сразу на пятый курс, и оказалось, что ее Дар и контроль намного опережают возможности сверстников, а благодаря огромным стараниям и безмерному потенциалу, спустя три года, ей не стало равных на курсе. Догадываешься о ком я?..

- Вы обо мне?! – с наигранным удивлением произнесла Кира. – Но ведь я не сильнейшая на курсе.

- Я видел записи твоих боев, до вчерашнего дня ты не проиграла ни одной дуэли, ни одного командного поединка, всегда на голову опережая своих соперников. - Киру охватила волна воспоминаний: черноволосая женщина склоняется над маленькой трясущейся девочкой, удобно устроившейся в кроватке, и медленно гладит по красным волосам. «Кира, - строгим поучительным тоном говорит женщина, - не выделяйся, будь как большинство – где-нибудь с краю подальше от глаз – иначе Они найдут, найдут тебя и Никс. Вы слишком уникальные, чтобы Они бросили эксперимент. Поэтому будь как все, будь обычной».

- Вижу искры осознания в твоих глазах… Я знаю, что ты выкладываешься на полную; не нарушаешь порядков, даже на вчерашней вечеринке тебя не было! - в горле у красноволосой встал ком, - всячески оберегаешь сестру и стремишься после выпуска занять высокое положение, чтобы обеспечить ее всем необходимым. Все что ты делаешь заслуживает уважения, поэтому я сделаю тебе маленькую поблажку. И-и-и… между нами говоря, кое-кто «важный» присмотрелся к твоей кандидатуре и желает видеть тебя в будущем в качестве своей охраны. А такие пятна на твоей репутации для него могут встать боком, - правый глаз дернулся, изображая жалкую попытку подмигивания.

- А кто этот человек? – новость о тайном покровителе, который отслеживает ее успехи, вызвала мурашки по телу.

- Это секрет… - загадочно ухмыльнулся мужчина.

- Ладно, так Вы простите мне этот случай?

- Да… Тем более, что виноваты эти обнаглевшие прохвосты с пятого курса. Группой избить одинокую девочку, потому что она отказалась встречаться – высшая дурость, за такое надо под трибунал отдавать.

- А что с ними стало? – поинтересовалась Кира.

- Им наденут тирановые браслеты, и за их персонами будет налажено постоянное наблюдение. Так что можешь спать спокойно – больше они не тронут твою сестру.

- Спасибо! – по щекам девушки потекли слезы благодарности.

- Не благодари! – Леон Робертович посмотрел на часы и окинул взглядом гору документов на столе. – Что-то мы заговорились, мне за работу пора, а тебе сестру из медблока надо забрать!

- Уму… - только промычала Кира, не находя сил говорить от неописуемого облегчения и счастья, нахлынувших на нее. – До свидания, - промямлила красноволосая и выбежала за дверь.

Седого мужчину в красном пиджаке развеселило такое необычное состояние девушки. Его бледное лицо украсила улыбка, а в голове промелькнула одна мысль: «Интересно, очень интересно!».

*****

Глава 8

Дверь в палату Никс распахнулась от легкого прикосновения, приглашая Киру в стерильную комнату. Со всех сторон приветствовали привычные для медблока белизна и порядок, которую девушка наблюдала в прошлый раз: аккуратно заправленные кровати с белоснежными простынями; белые тумбочки, ширмы и занавески. В прошлый раз Кира не заметила, но освещение исходило не из привычных люстр и лампочек на потолке, а из контура, установленного в углах помещения. Мягкий «холодный» свет равномерно окутывал со всех сторон, создавая приятную для глаз картину. На дальней кровати, у окна, сидела Никс, облокотившись на спинку и обхватив согнутые ноги руками.

При виде сестры у Киры всплыло воспоминание, где Никс, окровавленная, раскинулась на руках Кейна. Кошмарный образ возник в голове и попытался слиться с видимой картинкой, изображая на теле голубоволосой девочки ссадины, кровоточащие порезы, цветущие синяки и гематомы, разбитую верхнюю губу, изодранную одежду и мертвые глаза. Потухшие сиреневые глаза смотрели безучастно, как будто принадлежали покойнику, покончившему жизнь самоубийством. Но где-то в глубине они желали мести… за то, что их хозяина заставили принять эту участь, заставили принять судьбу и отказаться от жизни.

Старческий женский голос развеял набежавший морок, приводя Киру в чувства.

- Кирочка, это ты?! А мы ждали тебя позже. Разве у тебя сейчас не зарядка, или я ошибаюсь? – Лидия Семеновна сидела на краешке кровати Никс, держа в руках книгу с пожелтевшими от старости страницами.

- Меня вызвал директор по поводу вчерашнего инцидента, - Кира подошла к сестре и обняла, мысленно радуясь, что настигший ее образ был лишь плодом бурного, изощренного воображения.

- Надеюсь, он с тобой ничего не сделал? А иначе…

- Не беспокойтесь, все хорошо… - наслаждаясь сильными объятиями Никс, Кира уткнулась в макушку сестры и закуталась в матовые полуночно-синие волосы. – Мне не назначили наказания. «Спасибо» неизвестному покровителю и благоговейному отношению директора к одаренным ученикам.

- Вот и славно… а мы здесь рассказ читали, который я в библиотеке взяла. Про охотника и бело-черную собаку, - Кира открыла, зажмуренные от наслаждения глаза и посмотрела на обложку. На зеленой ткани золотыми нитями было выдавлено название: «Записки лесника». – Мне она очень понравилась в детстве, подумала, что Никс тоже оценит.

- Уму, очень захватывающая история, - Никс оторвалась от сестры и улыбчиво закивала.

- Я рада, - добродушно произнесла Лидия Семеновна.

- Я Вам многим обязана за заботу о сестре, - не отрываясь от объятий, произнесла Кира.

- Опять ты начинаешь! Я же уже сказала, что ты ничего не должна; но буду рада, если вы будете заглядывать к старушке, - строгий взгляд зеленых глаз показывал, что эта тема закрыта и дальнейшему обсуждению не подлежит.

- Я поняла… Но все равно, спасибо, - Кира с чувством доброты и невыполненного долга посмотрела на своего благодетеля.

Закончив наслаждаться легким васильковым ароматом и мирной атмосферой тишины, красноволосая отпрянула от сестры, еще раз пропустила через пальцы матовые голубые волосы и слегка подтолкнула за плечо.

- Вставай, нам пора, - мягким материнским тоном произнесла Кира, - выпишем тебя из медпункта, а после прогуляемся по парку, сегодня выдался хороший пасмурный денек без ветра.

- Бабушка, а ты пойдешь с нами? – с молящим взором обратилась Никс к Лидии Семеновне.

- Нет, голубушки, идите без меня! У меня колени ноют, видимо к дождю. Я лучше пойду полежу, а вы идите, наслаждайтесь пока время есть, а то выходной пройдет, а вы и не отдохнете. – С этими словами Лидия Семеновна встала с кровати и медленными шагами пошла к выходу.

У самой двери старушка обернулась и пристально посмотрела на Киру.

- Что будет с теми пятикурсниками, что посмели издеваться над Никс?

Не ожидав такого вопроса Кира впала в ступор, но на автомате ответила старушке:

- Им наденут тирановые браслеты и назначат отработки в свободное время, - услышав, что сказала красноволосая, Лидия Семеновна удовлетворенно кивнула и вышла из палаты, закрыв за собой дверь.

- А они точно больше не нападут на меня? – на лице Никс отобразилась гримаса ужаса и толика сожаления.

- Не бойся, директор обещал, что они не посмеют больше приближаться к тебе, - успокоила сестру Кира. – А теперь вставай с кровати, переодевайся, и пойдем на выписку!

- Есть, сэр! – наигранно, положив руку на сердце, отрапортовала Никс и резким скачком встала с кровати, начав собираться.

*****

Стеклянные створки автоматических дверей плавно задвинулись за спинами сестер. Ритмичные шаги раздались на небольшой бетонной площадке перед входом в медблок, потихоньку отдаляясь в сторону небольшого парка в северной части комплекса.

Белые пушистые облачка заполонили небосвод, возвышаясь величественным замком в летнем небе. Верхушки ветвистых деревьев не спеша покачивались от восточных ветров, несущих за собой дожди и прохладу.

Кира и Никс шли по аккуратно уложенной плитке парка, боясь перебить первозданный голос природы, радующий внимательных слушателей своим очарованием.

Впереди показалась одинокая пара – парень и девушка – наслаждающаяся утренней прогулкой, держась за руки. Кира свернула на соседнюю глухую аллею, короткой фразой увлекая сестру за собой.

- Давно мы так не гуляли, - немного сбавляя темп, начала разговор Кира.

- Да-а-а, - со вздохом наслаждения ответила Никс. – Такие деньки – редкость в нашей жизни. Обычно ты занята тренировками, учебой или дополнительными занятиями, предоставляя меня себе самой или оставляя с Алексом, - красноволосая с удивлением и непониманием посмотрела на сестру.

- Правда?! Никогда не замечала этого. Хотя, если подумать, с самого приезда сюда я прикладывала все усилия, сначала, чтобы догнать однокурсников, а потом, чтобы заработать место в элитном отряде. И во всей этой мороке я совсем забыла про тебя. Мне хватало и того, что видела тебя улыбающейся каждое утро, поэтому даже не задумывалась о твоих чувствах. Простишь мою глупость?.. - задумчивый взгляд янтарных глаз устремился вперед, в самый конец аллеи.

- Не зачем… После того случая, пять лет назад, когда отца убили, а нас насильно разлучили с мамой, единственным близким человеком, который у меня остался, была ты, - Никс обхватила ладонь Киры своей и крепко сжала. - Я, сначала, не замечала ничего, из-за переполнявших меня в то время эмоций; но с течением времени начала осознавать, что непривычная отрешенная улыбка на твоем лице, показавшаяся мне по началу… ненормальной, оказалась лишь маской, чтобы я не увидела всю глубину одолевающего тебя горя. Ты заставляла себя улыбаться день ото дня, несмотря на все бурлящие эмоции, лишь для того, чтобы мне стало легче. Шло время, и ты не заметила, как все сильнее и сильнее погружалась в повседневную рутину в попытках забить терзающие чувства делами. Когда я оправилась от потрясения, было уже поздно: ты с головой погрузилась в… во все… во все это, пытаясь убежать от реальности. Поэтому мне оставалось лишь радовать тебя счастливой улыбкой и… - договорить девочке не дали; Кира резким движением притянула Никс к себе, заключая в «теплые», семейные объятия и утыкаясь лицом в макушку сестры. Тяжелый сдавленный стон душевной боли раздался в окружающей тишине, и Никс почувствовала, как по ее лицу начали течь слезы… нет, не ее, а рыдающей на всхлип Киры.

Солнце медленным колесом катилось по небосводу, изредка выглядывая короткими лучиками сквозь плотно закрытое небо. Ветер опускался с бодрящей высоты и аккуратными касаниями теребил края незаправленной футболки.

- Спасибо, - хриплым голосом прошептала Кира, - за все.

- Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

- Знаешь, мне страшно, - не разжимая объятий, проговорила красноволосая.

- И чего же ты боишься?

- Потерять тебя… - отступив на шаг, Кира обхватила плечи сестры руками и с серьезным взглядом посмотрела в сиреневые зрачки.

- Вчера, когда я увидела тебя, лежащую в том переулке, в крови… - голос предательски дрогнул, - в тот момент, когда нога того белобрысого мальчишки ударила по твоему, не шевелящемуся телу… Во мне что-то пробудилось. Что-то могущественное и злое, желающее пожрать все, - Кира потрясла Никс за плечи, - все что мне дорого, - еще раз, - все чего я ненавижу… - красноволосая опустила голову, скрывая лицо в длинных прядях волос, - все, абсолютно все! – Никс почувствовала, как руки сестры затряслись. - Оно поглотило меня. И знаешь, что?! Мне понравилось! Мне понравилась та сила, которая насыщала меня в те мгновения. Не покажи мне Кейн тебя… я бы испепелила ту пятерку. И самое страшное то, что я знаю: случись с тобой что-нибудь подобное, я уже не смогу остановиться, - голос окончательно сел, и последние слова были похожи на писк попавшей в ловушку мыши.

- Но со мной все хорошо, видишь? – Никс указала на белоснежное личико, на котором не осталось ни шрама. - Тебе незачем так себя корить! Ты не виновата в случившемся, это мне следует задуматься о моей беспомощности… - пытаясь переубедить сестру, Никс перешла на крик, из-за чего, по окончанию, в воздухе повисла неловкая пауза.

- Можно вопрос? – немного нерешительно пробормотала Кира.

- М-м-м, какой?

- Ты… злишься на ту пятёрку, что издевалась над тобой? – на подростковом миловидном личике проступил страх, но тут же скрылся за натянутой улыбкой.

- Знаешь… Они в чем-то были правы: я не компетентна.

- О чем это ты говоришь, ты… - Никс приставила палец к губам сестры, прерывая ее утешительный возглас. Оглядевшись по сторонам, голубоволосая заметила пустую скамейку и потянула сестру в ее сторону. Прохладный бетон ласкал кожу, немного щекоча и заставляя периодически вздрагивать, когда очередная волна мурашек пробегала по всему телу.

- Я… боюсь их… и в тоже время злюсь на себя за этот страх. Он показывает, как я слаба, как беспомощна, когда тебя нет рядом. Я уже на пятом курсе, а мой дар до сих пор не подчиняется моей воле. Если так дело пойдет дальше, то я так и останусь маленькой слабой девочкой. Этот… отрывок моей жизни будет долго преследовать меня, но мне хочется верить, что я смогу преобразовать этот страх в силу, - Никс опустила голову на плечо сестры и закрыла глаза. Кира не стала продолжать разговор, она просто облокотилась на спинку скамейки и уткнулась в ставшую привычной голубоволосую макушку.

Время медленно текло, изнеможенная взаимными признаниями двоица так и сидела на каменной скамейке, пока с дальнего конца аллеи их не окрикнул мужской голос.

- Кира, Никс, - Никс разлепила глаза и уставилась на быстро приближавшуюся фигуру парня. Черные волосы, карие глаза и вогнутый нос идеально сочетались, превращая юного парня в красавца, за которым могут бегать девчонки.

- Кто это? – спросила Никс у сестры.

- А, это…

- Кейн, парень твоей сестры, - бодрым голосом возвестила подошедшая фигура.

- Ч-ч-чей парень?! Киры? – с выпученными на лоб глазами Никс повернулась к красноволосой, острым взглядом требуя ответы.

- И почему вы все так удивляетесь, - немного вспылила Кира. – Лили и Алекс не поверили, одноклассники стали подходить и расспрашивать какую-такую тему для реферата я взяла, что понадобился старшекурсник; даже Александр Захарович спросил о моем здоровье, увидев, как Кейн нес меня на руках вчера. Почему вы просто не можете поверить в то, что у меня есть парень.

- Т-т-ты… н-н-но когда вы начали встречаться?

- Позавчера вечером, я сделал Кире предложение, и она… не пожелала отказываться, - решил пояснить черноволосый.

- А почему мне ничего не рассказала? – с негодованием возмутилась Никс.

- Не успела… - немного скукожившись от непривычного вида сестры пролепетала Кира.

- Не стоит так возмущаться, Кира и так вся испереживалась после вчерашнего. Вот, возьми лучше подарок: прекрасный цветок для прекрасной леди, - вступил в разговор Кейн протягивая Никс алмазную розу.

Голубоволосая покрутила в руках прекрасное творение, легонько коснулась миниатюрного шипа и бережно положила цветок на скамейку.

- Кира, ты же не против если я украду твоего парня на пару минут.

- Но я хотел… - начал было возмущаться Кейн.

- Все потом, разговор займет всего несколько мгновений, - и пока никто не успел возразить, утащила ошарашенного парня в заросли кустарника.

Прошелестели листья, послышался звонкий хруст ломающейся ветки, и наступила тишина. Кира взяла оставленную Никс розу и подставила под пробившийся сквозь туман облаков луч солнца. Мгновение и ладонь залил чарующий душу свет, переливающийся всеми цветами радуги.

“Надеюсь она не скажет ему ничего лишнего.”

*****

Кусты зашелестели и из зеленой стены показался Кейн.

- Пойдем? – протягивая правую руку, парень склонился над Кирой.

- А где Никс? – не увидев сестру, решила разузнать красноволосая.

- Мы с ней поговорили, и она отправилась в комнату. Просила передать, что устала, но тебе срываться и бежать к ней необязательно, так что можем прогуляться по парку до обеда.

Кира пристально вглядывалась в лицо черноволосого, пытаясь выяснить, что такого сказала парню Никс, после чего с его лица не сходит счастливая улыбка. Решив не морочить голову, Кира вложила свою ладонь в руку парня и небольшим рывком встала на ноги, угодив прямо в объятия парня. Кейн немного приобнял Киру, его рука сместилась на талию девушки, и они медленно пошли ко входу в парк.

- И о чем вы беседовали? – тщательно скрывая заинтересованность, начала свои расспросы девушка.

- Да, так, ничего особенного, - попытался отмахнуться парень.

Такой ответ не устраивал красноволосую, поэтому ей пришлось сделать подлый, но действенный ход. Она положила голову на плечо парня и повторила свой вопрос.

- А я все-таки настаиваю. Не хорошо это – иметь секреты от своей “половинки”.

- Ну, хорошо-хорошо, не надо делать такой грустный голос. Я прекрасно понимаю, что ты шутишь.

- Вот и славно, - Кира отстранилась от парня, выбираясь из объятий.

- Она дала нам свое благословение… - эта фраза прозвучала как гром среди ясного неба.

- Благословение?! – недоуменно повторила Кира.

- Она рассказала мне, что ты не встречалась никогда с парнями и все свое свободное время проводишь в делах. Поэтому посоветовала по чаще тебя отвлекать тебя от рутины и не давать работать до потери сознания. А еще… - парень немного стушевался, но тут же вернул прежнюю бодрость, - рассказала о ваших родителях.

Данная откровенность удивила Киру. Они, с Никс, никогда не рассказывали о своей семье посторонним (не то что это был секрет, просто эта тема была больной для них обеих). И, если Никс рассказала о родителях Кейну, то это значит, что она полностью ему доверилась. Никс всегда тонко чувствовала натуру людей, поэтому ее суждениям, как эмпату, можно было доверять; а доверить такую маленькую «тайну» она бы решилась только искреннему человеку.

Мысли пронеслись вихрем, и, сделав выводы, Кира вернулась в реальность, желая услышать, что еще скажет кейн.

- Ты с ранних лет в одиночку присматриваешь за сестрой и пытаешься сделать все для ее счастливого будущего, поэтому… - сделал небольшую паузу черноволосый, - я бы очень хотел стать тем, на кого ты и Никс могли бы положиться. Ты позволишь мне это? – голос парня был неуверенный, но искренность, сквозившая в нем, заставила сердце Киры забиться чаще.

- Да, - произнесла красноволосая и, схватив ладонь парня, крепко ее сжала.

Глава 9

Глава 9

Хаотичный наплыв первогодок, как стадо буйволов, пронесся по оживленным коридорам академического корпуса, заставляя разговаривающие группки и спешащих на первый урок студентов прильнуть к недавно перекрашенным стенам или с ногами забраться на узенький подоконник.

Кира стояла в дальнем конце коридора второго этажа рядом с выходом на лестничный пролет, всеми силами вжимаясь в холодную стену и стараясь не дышать, чтобы этот «единый» организм не утащил ее в сумбурном потоке.

“Сегодня начался последний месяц лета, а значит у всех курсов стартовали полугодовые зачеты и полевые практики… Эх-х-х,” – воздух закончился, в голове немного помутнело, а легкие болезненно потребовали новой порции питания. Кира резко выдохнула скопившийся в теле углекислый газ и глубоким вдохом закачала в себя новую дозу кислорода, после чего вернулась в прежнее статическое положение, возвращаясь к внутреннему диалогу. - “Когда-то и я остервенело неслась на свою первую полевую практику с желанием испытать собственные силы… но все ожидания рассыпались после очередного незачета и последующей изнурительной пере…” – бок пронзила резкая боль, ноги подкосились в коленках в отчаянной попытке уронить девушку прямо под несущуюся орду. Тело по инерции поддалось вперед, но инстинкты, выработанные за несколько лет лютых тренировок, вовремя дали о себе знать, позволяя в последний момент ухватиться за небольшой выступ из стены, служащий для защиты выведенных проводов. Послышался хруст пластмассы, но конструкция не отвалилась, предоставив возможность стабилизировать состояние.

Уверенно встав на ноги, Кира нормализовала сбившееся дыхание и осмотрелась на предмет, с которым столкнулась: худенький мальчик в черной футболке и стандартных зеленых штанах распластался на «резиновом асфальте», из которого изготовлен академический пол. Мозоли на руках, пара синяков на предплечье и несколько ссадин, показавших себя из-под задравшейся штанины.

Не теряя ни секунду, мальчик рывком поднялся из лежачего положения и помчался догонять своих сокурсников, которые уже скрылись за поворотом.

“Да-а-а, когда ты вдохновлен, а из тебя так и пышет энергия – никакая рана тебе не помеха,” – Кира заглушила свои мысли и взглянула на часы.

Длинная черная стрелка на электронном циферблате почти добралась до низу. Это означает, что урок начнется с минут на минуту, а девушке ни в коем случае нельзя было опаздывать.

Из-за недавней оплошности, когда Кира замечталась на уроке и взорвала колбу с реагентами, ей пришлось несколько дней провести в пыльной и затхлой библиотеке, перебирая горы, огромные завалы книг самого разнообразного содержания. Но этим наказание не закончилось. Вчера, на обеде, к ней подошла госпожа Вивьен и дала дополнительное задание: подготовить доклад на тему «История развития органической химии». Такое задание не обрадовало девушку, так как пришлось провести свой единственный выходной в угнетающих залах академической библиотеки, но радовал и тот факт, что в помощь ей прислали Лили, с которой они вместе устроили тот бедлам.

Пока Кира мысленно сокрушалась об упущенной возможности провести весь выходной с сестрой (особенно после того, как они рассказали друг другу о своих переживаниях и пообещали проводить больше времени вместе), ее ноги, летящей походкой, лавируя между возникающими преградами, доставили хозяйку прямо до двери нужного кабинета.

Двустворчатая белая дверь с резным орнаментом встречала с роскошью и величием. Небольшая прямоугольная табличка, изысканно смотрящаяся в орнаменте стиля рококо, содержала небольшую информативную фразу, написанную витиеватыми черными буквами:

Помещение 71

Кабинет химии и биологии

Ответственный: профессор кафедры естественных наук О. К. Вивьен

Немного постояв, приводя хаотичные мысли в порядок, Кира толкнула тяжелую металлическую дверь, выпуская в коридор холодный свет люминесцентных ламп.

Несколько уверенных шагов, и девушка очутилась посреди просторной аудитории с парочкой новых парт, большой голографической доской и черным пятном на стене, которое так и не удалось отмыть.

У учительского стола стояла Лили и внимательно слушала наставления госпожи Вивьен.

Кира прошла вдоль правого ряда, положила сумку на свободное место и поспешила присоединиться к подруге.

- Здравствуйте, госпожа Вивьен! – поздоровалась Кира, пряча сильный недосып за приветливой улыбкой.

Уже не молодая учительница с несколькими морщинками на лбу прекратила объяснения и посмотрела на только что подошедшую девушку.

- Добрый день, Кира. Я надеюсь: ты сегодня не будешь витать в облаках, а ответственно проведешь лекцию, как я и просила? – густые брови чуть нахмурились, придавая строгий вид.

- Да… да, все хорошо. Я тогда плохо себя чувствовала, но сейчас мне уже лучше.

Профессор еще раз пристально вгляделась в лицо ученицы и, наконец, расслабилась.

- Вот и прекрасно! Желаю вам удачи, а я во время лекции буду наблюдать из конца кабинета, - высокие каблуки застучали по кафельному полу, удаляясь все дальше и дальше.

- Готова?! – с напряжением в голосе спросила Лили.

- Я искренне надеюсь, что все пройдет по плану, так что…

Привычный металлический звон раздался по всему академическому корпусу, возвещая о начале первого занятия.

Курс расселся по местам и замер. Настала томительная гнетущая тишина, которая начинала давить на психику выступающих. Сделав протяжный вздох, Лили начала лекцию.

- Всем добрый день. Сегодня мы затронем такую науку как органическая химия. В наше время и ближайшем будущем это одна из самых перспективных и полезных областей, развитие которой активно поддерживает Высший Совет. Вы знаете об исследованиях Уильяма Гарвея, который в триста четвертом открыл способ синтезирования практически любой пищевой продукции, чем решил одну из главных мировых проблем – голод. Или актуальные по сей день разработки братьев Грю, которые описали основные принципы клонирования, позволив уменьшить число вымирающих видов и воскресить несколько вымерших, - под конец длинного монолога голос черноволосой слегка охрип, из-за чего Кире пришлось взять инициативу в свои руки.

- Это все очень интересно, и мы гордимся заслугами наших соотечественников, но давайте углубимся в историю и выясним: как развивалась органическая химия в далеком прошлом. И чтобы было занимательней, я и Лили не только расскажем, но и покажем это наглядно, - кончики пальцев Киры вспыхнули и сложились в огромную трехмерную огненную цепочку, состоящую из десятков и сотен элементов углерода, водорода, кислорода, азота, фосфора, серы и галогенов.

Класс ахнул от представшего огненного чуда, красиво переливающихся и постоянно меняющихся цепочек с бесконечным потенциалом. Кира удовлетворенно кивнула и продолжила лекцию:

- В мировой истории корни органической химии уходят в глубокую древность. Многие народы использовали красители индиго и ализарин, содержащиеся в растительных веществах, умели производить спиртные напитки, уксус из сахара и крахмал.

Огненные цепочки начали видоизменять в маленьких человечков, которые с захватывающим усердием склонялись над чашками и бочками, таскали охапки травы и бережно перебирали их сидя на пеньке, отображая примитивные способы выделения нужных органических веществ.

- Первые зачатки органической химии как науки всплывают в шестом-четвертом веке до нашей эры (это XVI-XVIII века по старому календарю): были получены эфирные масла, диэтиловый и метиловый спирт, уксусная и янтарная кислоты, в основном путём перегонки определённых растительных продуктов. Большое экономическое значение имело обнаружение Андреасом Маргграфом сахара в свёкле, о чём он сообщил в статье «Химические попытки извлекать настоящий сахар из растений нашей страны» в 1747 году по старому календарю, - огненные человечки сжались в небольшую огненную сферу, после чего с малюсеньким хлопком превратились в огненный портрет мужчины с вытянутым овальным лицом и выступающим подбородком. Короткие прямые волосы оголяли широкий лоб. А полыхающие на конце горбатого носа крохотные язычки пламени придавали образу живой вид.

Дальнейшее повествование взяла Лили, давая своей подруге возможность сосредоточиться на деталях портрета.

- В сороковые-шестидесятые годы восемнадцатого века старого календаря – представления о сохранении массы материи получили подтверждение и обобщение в трудах М. В. Ломоносова, - изображение в руках Киры полыхнула и превратилось в известного тиарийского писателя, физика и химика, который жил на территории прошлой России (страна, которая стала одной из основательниц Высшего Совета). – А в триста пятьдесят втором году до создания Высшего Совета (1748 год по старому календарю) он писал: “Сколько материи прибавляется какому-либо телу, столько же теряется у другого”. При этом полагали, что органические вещества могут быть получены только из живых организмов благодаря «жизненной силе». Так, спустя пять лет после этого Юхан Валлериус в предисловии к сборнику работ Урабана Йерне, - огонь в руках Киры полыхнул синим, и рядом с огненным портретом Ломоносова предстал силуэт со строгим лицом и аллонжем на голове, - утверждал «…ни животные, ни растительные тела, ни их части не могут быть воспроизведены поэтому химическим искусством».

Алекс, сидя на передней парте попытался дотронуться до трости в руках джентльмена, но, не достигнув цели, отдернул руку, почувствовав испепеляющий жар в паре сантиметров от себя, когда изображения мужчин опали на землю, чтобы объединиться в очертание следующего человека. Черноволосый мужчина с четко очерченными скулами и квадратным подбородком мечтательным взглядом смотрел на потолок аудитории.

- Перед вами Карл Вильгельм Шееле, работая в триста тридцатых и триста двадцатых годах до нашей эры (1770-1780-е года по старому календарю) выделил несколько органических кислот, среди них яблочная, винная, лимонная, галловая, молочная и щавелевая, - рядом с портретом ученого появились алое яблоко с оранжевыми всполохами на веточке, насыщенно-желтого цвета лимон, слепящий глаза и небольшой куст «кислинки» (как называли его раньше в простонародье).

- Пока Шееле пытался выделить кислоты, его французский коллега Гиймон Франсуа Руэль… хочется отметить, что Франция одной из первых добровольно вошла в состав Тиарийского государства, поэтому его можно считать истинным тиарийцем. Так вот, Руэлю удалось в триста двадцать седьмом году до нашей эры (1773 год по старому календарю) выделить мочевину. А в конце этого века его соотечественник, - Кира сделал несколько пассов руками и перед аудиторией предстал аккуратный профиль с короткой прической в стиле рококо, - Антуан Лавуазье разработал количественные методы определения состава химических соединений.

Кира наблюдала ка все однокурсники неотрывно строчат тексты в своих голографах, изредка поглядывая на ее «обжигающие» творения, чтобы сфотографировать пример и вставить в свой конспект.

- Одно из первых открытий, которое привело к зарождению органической химии как науки, было сделано в двести семьдесят шестом году до создания Высшего Совета или в одна тысяча восемьсот двадцать четвертом году по старому календарю. Фридрих Вёлер впервые синтезировал щавельную кислоту, и в этом же году он провел синтез мочевины в результате упаривания водного раствора цианата аммония. Это открытие подтвердило идею о том, что органические вещества можно синтезировать без участия живых организмов, что вызвало огромный интерес научного общества того времени и уничтожило представление о «жизненной силе», - Кира развела руки вширь, а потом резко сомкнула, схлопывая огонь, чтобы потом из новых искр создать огненный портрет мужчины с вытянутым овальным лицом и квадратным подбородком. Его черные кудрявые волосы вились в аккуратные локоны, оголяя широкий лоб. А пальто, черный фрак и элегантный шарф подчеркивали интеллигентность человека.

- Наконец, в одна тысяча двадцать восьмом году старого календаря Берцелиус ввел термин “органическая химия”, определяя её как «часть физиологии, которая описывает состав живых тел вместе с химическими процессами, происходящими в них», - Кира попыталась воссоздать виденное в одном из библиотечных справочников одутловатое лицо с густыми светлыми бровями и широким носом, но чуть не утратила контроль над своей стихией.

“Видимо долгое использование дара и детализированное изображение мельчайших деталек вымотали меня психически. Это середина, так что надо крепиться!” – подбодрила мысленно себя красноволосая.

Девушка обратила внимание на обеспокоенный взгляд подруги, но кивнула, показывая, что все в порядке. Лили покачала головой, но продолжила лекцию.

- В двести шестьдесят третьем году до нашей эры (1837 год по старому календарю) Ю. Либих и Ж. Дюма опубликовали программную статью “О современном состоянии органической химии”, после чего стала интенсивно разрабатываться теория сложных радикалов, - Кира закрыла глаза, сконцентрировалась на своих ощущениях и дала команду своей стихии преобразиться в пожилого человека с бакенбардами и непослушными волосами, а также молодого господина с гладкими зачесанными на бок волосами и маленькими стильными усиками. - В этом же году О. Лоран, Ш. Жерар и уже известный Ж. Дюма создали унитарную систему, в основу которой легло представление о молекуле как еди… кх-кх, простите, - хриплым голосом произнесла Лили. Девушка подошла к учительскому столу и выпила пару глотков из заранее приготовленного стакана воды.

- О чем это я?.. – немного призадумалась черноволосая, - а, вспомнила.

Представление о молекуле как едином целом. После чего, спустя пять лет, русский химик Н. Н. Зинин открыл метод получения анилина и других ароматических аминов путем восстановления нитробензола… кх, - голос снова охрип, и девушка отпила еще один глоток.

- Следующим этапом в истории органической химии стал взрывной рост ее теоретической части. Так в одна тысяча восемьсот пятьдесят третьем году по старому календарю Ш. Жерар излагает в законченном виде теорию типов, по которой все вещества постро… кх-кх, Кира, можешь продолжить, у меня голос сел.

Красноволосая открыла глаза и посмотрела на свою подругу:

- Хорошо… построены подобно некоторым неорганическим соединениям и могут быть произведены от них путем замещения атомов водорода атомами других элементов или радикалами. В этом же году его английский коллега Э. Франкленд вводит понятие о валентности, а через три года Арчибальд Купер и Фридрих Кекуле разрабатывают теорию валентности, основой которой являются разработки А. Кекуле этого же года: доказательство четырехвалентности углерода и утверждение возможность сцепления атомов углерода друг с другом с образованием цепей, - стараясь не сбиться с пути повествования, Кира перестраивала свою огненную фигуру в очертания старика с раздвоенной белой бородой, для предания цвета которой ей пришлось раскалить пламя до одной тысячи трехсот градусов. - Также А. Кекуле добавляет к существующим типам соединений метан, к которому относит все существующие углеводороды. А через несколько лет в научных кругах о органической химии стали говорить, как о химии соединений углерода.

- Все-все, можешь дальше не напрягаться, я восстановила голос, - Лили похлопала по плечу огневолосую подругу, волос которой, без ее на то ведома, начали покрываться огнем.

- Ещё немного позднее, а именно в двести тридцать девятом году до нашей эры (1861 год по старому календарю), Александр Бутлеров на съезде немецких естествоиспытателей сформулировал основные положения теории химического строения: “химическая натура сложной частицы определяется натурой элементарных составных частей, количеством их и химическим строением...” Он ввел понятие о химической связи, порядке связей атомов в молекуле, о взаимном влиянии атомов, связанных или несвязанных друг с другом, и многое другое, что позволило ученым того века еще сильнее углубиться в изучение этого направления.

Картинка над ладонями Киры дрогнула и сменилась на строение молекулы, похожей на шестиугольник с тремя двойными сторонами и группой СН в вершинах.

- Одним из важнейших моментов в истории органической химии было открытие структуры бензола. Это событие произошло в двести тридцать пятом году до создания Высшего Совета (1865 год по старому календарю) благодаря усердной работе Адольфа Кекуле, который предложил структуру бензола в виде правильного шестиугольника с чередующимися простыми и двойными связями. Благодаря его работам удалось объяснить непонятные до того времени факты и рассмотреть с позиций структурной теории класс ароматических соединений (“бензоидная теория” Кекуле — 1872 год по старому календарю), в следствие чего структурная формула бензола стала одним из важнейших открытий в органической химии, а сам бензол, в будущем, стал сырьем для производства лекарств, различных пластмасс, синтетической резины и красителей, - Лили приостановила рассказ, сглотнула слюну, немного прокашлялась и продолжила.

- Каждый из нас очень любит выходные за возможность поспать подольше. А Дмитрий Иванович Менделеев, спустя четыре года после открытия Кекуле, совершает собственное открытие во сне – ну, по крайней мере ходят такие легенды – формулирует периодический закон химических элементов и разрабатывает периодическую систему элементов, вскрывшую взаимосвязь элементов и позволившую предсказать существование и свойства элементов, еще неизвестных.

Кира изобразила от стены до стены современную таблицу Менделеева со всеми известными на данный момент элементами. Таблица получилась огромной и красочной, зато класс пришел в восторг от эффекта горения у букв и масштабности творения.

- В этом же году В. В. Марковниковым подготовлена докторская диссертация “Материалы к вопросу о взаимном влиянии атомов в химических соединениях”, в которой развивается далее бутлеровская теория химического строения, рассматривается взаимное влияние атомов, соединенных друг с другом, - Кира еще раз показала портрет Бутлерова с немного прищуренными глазами. – А также было высказано положение о затухании взаимного влияния атомов вдоль цепи химического взаимодействия.

- Уже в тридцатых годах третьего века до нашей эры (1870-е года по старому календарю) на фундаменте, заложенном теорией химического строения А. М. Бутлерова, возникла стереохимия — учение о пространственном строении химических соединений и термохимия. Н. А. Меншуткин положил начало изучению скоростей химических реакций, - из огня создалась трехмерный бюст Меншуткина с бородой и зализанными назад волосами. - Вант-Гофф и Ле Бель предложили тетраэдрическую модель атома углерода, по которой связи атомов углерода направлены к вершинам тетраэдра, если атом углерода поместить в центр этого тетраэдра, - Кире пришлось поднапрячься, чтобы удерживать одновременно бюст, два портрета и огромную тетраэдрическую модель атома углерода.

- В начале второго века до нашей эры (XX век по старому календарю) А. Н. Морозов выпускает свою книгу “Периодические системы строения вещества. Теория образования химических элементов”, и благодаря его работам начинает развиваться представление о возможности образования межатомной связи парой электронов, принадлежащих обоим атомам. Таким образом была впервые высказана идея о ковалентной связи атомов. А в 20-х годах Ф. Прегль заложил основы количественного органического микроанализа, - Кира развеяла портреты ученых третьего века (XIX век по старому календарю) и подняла с учительского стола упомянутую книгу, которую она вчера два часа выпрашивала у недружелюбной библиотекарши.

- Именно с этого времени совершенствуются и создаются новые физические методы анализа: хроматография, рентгеноструктурный анализ, масс-спектроскопия, электронный парамагнитный резонанс, ЯМР-, ИК-, УФ-спектрометрия и другие. Эти методы позволяют быстро и точно определить структуру органических веществ практически без применения химических методов. Благодаря этому, в конце пятидесятых годов двадцатого века по старому календарю, с помощью рентгеноструктурного анализа Д, Кендрю и М. Перуц установили пространственное строение миоглобина и гемоглобина.

Лили глубоко выдохнула, было видно, что она, да и Кира, сильно устали за эти тридцать минут «представления», но впереди еще целый век, о котором нужно рассказать и раскисать раньше времени было нельзя.

- Давайте вернемся на несколько десятилетий назад, в одна тысяча девятьсот двадцать седьмом – двадцать восьмом годах по старому календарю группа С. В. Лебедева разработала метод получения синтетического каучука, и через несколько лет он стал производиться промышленно. В это же время была сформулирована электронная трактовка реакций органических веществ с помощью методов квантовой механики. А спустя три года (1931 год по старому календарю) квантовая теория появилась в работах Хюккеля для объяснения свойств альтернативных ароматических углеродов, чем основал новое направление в органической химии — квантовую химию, - ноги Киры уже подкашивались, а в голове была каша. От всего этого яркого иллюстрирования она сильно устала, поэтому решила присесть за свободную первую парту, не то чтобы она была свободна и раньше, просто после пары дуновений горячего, обжигающего кожу ветра, желающих сидеть в первых рядах поубавилось.

Пока Кира улучшала условия своего пребывания, чтобы дотянуть до конца лекции, Лили активно повествовала об Ингольде, который провёл изучение кинетики реакции замещения у насыщенного атома углерода, что и привело к масштабному изучению кинетики большинства типов органических реакций. От методичного и успокаивающего голоса подруги усталость накатывала сильнее, но девушка всеми силами цеплялась за сознание, не давая телу провалиться в желанную дрему.

- … А в следующие десять лет исследования А. Е. Арбузова привели к открытию новых типов физиологически активных соединений — теплостойких пластмасс, лекарственных веществ, инсектицидов. Во второй же половине двадцатого века старого календаря основной органический синтез перешел с каменноугольной смолы на новую материальную базу – нефть. Таким образом, появилась новая область химии — нефтехимия, которая вызвала бум в органической химии и определила интенсивное развитие новой области – химии полимеров, - голос все убаюкивал и убаюкивал, протягивая клешни и цепляясь за голову в попытке уложить голову на удобную парту. Изображаемая фигура начала мерцать, грозя затухнуть от легкого дуновения, но Кира вовремя очнулась от прострации, в которую ее постепенно загоняет обстановка, и поддержала пламя, усиливая его до прежнего состояния.

- А сто сорок девятый год до нашей эры (1951 год по старому календарю) можно считать годом рождения новой области органической химии — химии переходных металлов. Также благодаря бурному развитию кинетических методов исследования появляются теория цепных реакций Н. Н. Семенова и основы кислотноосновного и гетерогенного катализа. Спустя всего двенадцать лет Дю Винью синтезирует инсулин, а еще спустя пять лет индийский ученый, X. Г. Корана впервые в мире синтезировал простейшие гены, что способствовало расшифровке генетического кода, за что ему и Р. Холли и М. Ниренбергом была присуждена величайшая награда для ученых того времени - Нобелевская премия.

На этих словах силы покинули Киру, и она распласталась на парте, оставляя подругу в одиночестве заканчивать лекцию.

- На этом на сегодня все, это лишь малая часть той великой истории открытий в области органической химии. Дальше будут греметь имена Джона Фенна и Койчи Танака «За разработку методов идентификации и структурного анализа биологических макромолекул»; Аарона Цехановера, Аврама Гершко и Ирвина Роуз «За открытие убиквитин опосредованного разложения белка»; ученого военных лет – Лимма Флоуренса «За открытие способа воссоздания внутренних органов человека из неорганических веществ» и многих других. Благодарю за то, что внимательно слушали меня и Киру, но урок подошел к концу. Спасибо все за внимание! – со словами Лили прозвенел звонок, и все начали собираться, дописывая конспекты, укладывая вещи в сумки и быстрым шагом выходя из кабинета.

Черноволосая обессиленно упала рядом со спящей подругой и закрыла глаза.

Послышался стук каблуков. Лили затылком почувствовала нависшую над ней ауру госпожи Вивьен.

- Ну как, девочки, понравилось?! – с небольшой издевкой спросила профессор.

- Очень устали… Сил нет, вся внутренняя энергия истощилась- проговорила проснувшаяся Кира.

- Вот и хорошо, это будет вам уроком, чтобы в следующий раз не уходили с размышлениями в себя во время моих занятий. Можете вместо следующего урока сходить в медблок – отдохнуть, все-таки жалко мне вас, - уже приветливо проговорила женщина. – Я вам записку. У вас ведь следующим физика?! Попрошу кого-нибудь передать ее Анатолию Альбертовичу, а вы идите уже, скоро сюда другой класс придет…

- Спасибо, - хором выкрикнули девушки покидая аудиторию и, плетясь небольшими шагами, направились на выход из здания.

*****