Антон всемогущий

пролог

Его звали Антон, и было ему уже двадцать три года (как он сам считал, – почти старик). В этом парень, несомненно, сильно отличался от большинства граждан нашего общества (а также всех не наших граждан, как враждебных государств, так и прилипчиво дружелюбных), имеющих иное количество лет (от одного до двадцать двух и от двадцати четырех до ста с копейками. Больше уже не живут).

В остальном он был общим показателем людского сообщества современного мужского гендера: рост чуть выше среднего, вес – чуть ниже среднего (последний раз он взвешивался два года назад, так что теперь, скорее всего, уже и просто средний), волосы – среднесветлые, черты лица – средние и проч.

На стенде «Его ищет полиция» это была бы одна из заурядных, блеклых личностей, у которых даже эксперты с трудом найдут отличные от других признаки.

Его привычки формировались поздним советским / ранним постсоветским ширпотребом, когда, с одной стороны, еще господствовал острый бытовой дефицит, ощутимый даже в столице, а, с другой стороны, было уже ощутимым влияние западного ширпотреба, при чем ее самой дешевой, вульгарной части, получаемого в рамках гуманитарной помощи, нередко отвергаемой самим западным обществом. Из-за этого тонкость вкуса и высокий уровень эстетики получили развитие в самой слабой, первоначальной форме, а на практике господствовали, так называемые «вкусы простого народа».

Прошу любить и жаловать – Антон Дмитриевич Иванов собственной персоной. Москвич, холост, не глуп, но и звезд с неба не хватает (недостаток интеллектуального роста налицо). Скорпион, что иногда выливается в ироничные и саркастические шутки в адрес родных и знакомых. И, как он сам говорил, по характеру – мелкая сволочь в расцвете сил в меру личных возможностей и размера квартирной площадки подскока.

В юности, когда все мы мним себя Наполеонами, или, по крайней мере, гитаристами ВИА и перворазрядниками по боксу, Антон со злости пытался воевать хотя бы со своими среднестатистическими волосами, делая их огненно-рыжими на радость всей школы. Затем ломал типичный нос – не в результате несчастного случая, а специально (медики и полиция были профессионально неулыбчивыми и пытались завести хотя бы административное дело), пытался потолстеть (отец грозил ремнем, мать – нравоучениями).

Но все это уже прошло. Юность, увы, время быстролетящее, ограниченное несколькими годами, а у некоторых – даже месяцами. К концу второго десятка жизни наш герой смирился с тем, что он продолжит линию среднестатистических москвичей, ничем не выделившихся в семейном древе. Судьба требовала от него немногое – прожить жизнь достойно и оставить потомство. А затем на выбор – одно из московских кладбищ или модный ныне колумбарий.

В армию его, к всеобщему облегчению родных, не взяли по зрению. В итоге после окончания школы Антон сразу поступил в университет на экономический факультет, проучившись положенные пять лет. Светлую память о себе, как о вундеркинде, в альма матер не оставил, но и двоечником не был. И даже чуть-чуть не получил красный диплом, но в итоге ограничился синим, не дотянув трех четверок до требуемого минимума. В итоге, в родимых стенах о нем забыли сразу же после окончания им вуза.

Не спился, наркоманом не стал, что в это веселое время было совсем не гипотетической опасностью. Девушкам себя увлечь не дал, что было не меньшей опасностью, чем наркотики. Ведь, несмотря на отсутствие ярких черт и броской мужской красоты, Антон имел несколько привлекательных моментов для потенциальных невест: потомственный москвич с пропиской, единственный ребенок в трехкомнатной квартире, что давало возможность после смерти родителей мужа зажить на широкую ногу. Или, по крайней мере, отсудить солидный кус жилплощади в случае развода. Но не срослось.

После получения высшего образования при помощи родителей поступил в одно из серьезных министерств экономистом. Прорваться туда синедипломнику без опыта работы было сложновато, но вуз был престижным, а родители имели какое-то петушиное умение привлекать к себе благосклонное внимание начальства.

Зарплата у клерка министерства была по московским меркам средней, хотя и позволяла в какой-то степени создать финансовую базу для будущей семьи. Без излишков, но гостей было приглашать не стыдно. А жениться было пора уже, третий десяток пошел. Гайдар в меньшие годы полком командовал, а молодогвардейцев зверски убивали.

Кстати, о семье. После окончания университета на семейном совете в узком кругу (говорила, в основном, мама) было решено, что Антону лучше начать жить одному. Лет ему уже много, молодость потихоньку уходит, пора было позаботиться о своей личной жизни. Ведь ясно, что девушки будут стесняться приходить к родителям (видимо, мама почерпнула эти знания из собственной практики и заранее жалела потенциальную невестку). На практике современные девушки не боялись никого, и не стеснялись ничего, но этот нюанс как-то проскользнул мимо нее.

Антон на совете имел один совещательный голос без права принятия решения, но против такого варианта родителей не возражал и бунта не поднял. Конечно, в одиночку придется формировать финансовый бюджет (чего он никогда не делал), но была зарплата. Кухня теперь будет его (это не констатация, а угроза), но есть газовая печь и микроволновка. К плюсам относилось то, что существовала гипотетическая возможность постоянно приводить девушек. Возможность оказывалась очень мизерная, поскольку с постоянной девушкой Антон не довел отношения даже до уровня поцелуя в шечку, а снимать на разовую ночь представителей прекрасной половины не умел ни теоретически, ни практически. Но все выглядело очень даже завлекательно.

Собственно и постоянная девушка существовала у Антона чисто теоретически. Все гуляют с девушками, вот и он один – два раза в неделю ходил с избранной девушкой в кино, цирк, театр и в другие учреждения, которые бог присылал в столицу нашей Родины – Москву. У его девушки – Лизы, положение было таким же. Все девушки ходят с парнями, и она тоже, а большего ей и не хотелось. Становиться женой и, тем более, (о, ужас!) матерью Елизавета еще не жаждала и когда захочет, не представляла.

Короче говоря, жизнь у Антона постепенно шла, никто не грузился, глядя на процесс дальнейшего роста мальчика. Хотя сам мальчик, в принципе, медленно подходил к такому этапу, когда взросление уже сменялось на старение. Но на это никто особо не обращал внимания, занятый своими проблемами.

Родители, поднатужившись, обменяли родимую трешку на две двушки (с доплатой). Антону квартира досталась за МКАД, зато рядом с линией метро. До работы всего лишь двенадцать станций с одной пересадкой, общее время от двери квартиры до двери их служебного помещения – один час пятьдесят пять минут быстрым шагом. По столичным меркам – достаточно быстро. Как раз хватало вдумчиво прочитать в метро «Московский Комсомолец», включая многочисленные коммерческие объявления и перечень административных и технических работников газеты, работавших над номером.

Похоже, Антон без особых проблем сумел найти среднестатистический несложный путь своей судьбы. Жизнь – легкая, работа – непыльная, уровень – средний. Типичная жизнь среднего индивида столицы современной России. Все расписано от родильного дома до милого кладбища или колумбария. Число праздников в среднем уравновешено с количеством невзгод, а объем получаемых средств можно легко просчитать на любом этапе жизни даже с учетом вредительской деятельности родимого правительства.

Родился – жил – помер.

Аминь!

Так живут все среднестатистические. И в этом их сила, поскольку они и есть общество. Этому можно злорадствовать, можно саркастически хмыкать или даже сердится, но противостоять такому явлению нельзя. Ибо это объективный процесс.

Но и у объективного процесса есть отдельные исключения. И тогда у одного из тысячи середнячков, согласно правилу биологической мутации и закону средних чисел, жизненная тропа сворачивает с привычного пути. В таком случае жизнь пускается во все тяжкие, творя чудеса под аплодисменты полиции, ФСБ, МЧС и других чрезвычайных и силовых структур. Середнячок вдруг сходит с общепринятого благообразного пути. В оптимистическом варианте, становясь известным певцом, экстрасенсом, популярным футболистом или даже очередным первым космонавтом. Правда, есть еще пессимистический путь, но это к нашему герою, к счастью, не относилось.

Итак, Антон оказался в числе исключений. Ему пришлось выпасть из среднестатистического российского большинства в тот момент, когда, прочно вшитый, буквально вмурованный в общий распорядок, он и не собирался что-то делать или, боже упаси, кем-то становиться. Но его никто и не спрашивал. В России всегда так: бьют – беги, дают – бери. Здесь не рюмочная, водки не нальют.

Но даже без водки у героя оказалась родимая кровинушка – старенькая бабушка, –которая решила, в преддверии своей скорой смерти, улучшить судьбу внучка. М-да, с этого все и началось. О, женщины, вы все! Ведь говорили стародавние мудрецы, что благими намерениями вымощены дорога в ад, но нет, все стараются улучшить жизнь домочадцев, а в итоге получается, как всегда.

И старушка, видя, что потенциальные возможности у его родственники есть, но слабые, посадила в тело Антона попаданца – человека прошлого, уже умершего, но силой магии вернувшего свой разум. И кто теперь здесь хозяин? И куда мы плывем?

Глава 1

Этой ночью он опять летал во сне. Большинство деталей с рассветом позабылось, хотя, видимо, находился парень в полете достаточно высоко, но так, что все было видно, включая рисунок этикетки спичечной коробки у курильщика.

При чем летал он не на самолете или (архаичный вариант) ступе Бабы Яги. Нет, в воздухе он был без поддержки всяких механических приспособлений, как птица, но и без крыльев, как все воздухолетающие твари.

Логическая составляющаяся прошедшего сна явно уступала уровню яркой картинки содержания.

Такие сны Антон с давних пор, практически с раннего детства, не любил. Сны с полетами, вопреки общепринятым тезисам многих земляков и иностранцев, лично у него не вызывали никаких приятных восклицаний и воспоминаний. И если он и рос в это время (как утверждают романтики), так только на очередной килограмм в пухлом животе, что наяву тоже не вызывало особых положительных ощущений.

Зато ночь с полетами практически на сто процентов гарантировала проблемы на следующий день. Прямо на выбор – служебные с начальством и сослуживцами, семейные с родителями или, изредка, с бабушкой, интимные, с его девушкой, или со случайной подругой, как ее называл с некоторой натяжкой Антон, понимая, что откровенно лукавит со статусом своей женской половинки.

Да мало ли проблем может быть! Один транспорт чего стоит. А общепитовская колбаса из псевдомяса, которая вопреки общепринятому подходу, некачественной являлась, но дешевой была только для наших псевдодрузей с Запада, благодаря искусственному курсу доллара/рубля.

И еще один негатив увиденного сновидения. Антон никак не мог определить соотношение характеристики сна с типом очередной свинячьей задачи, которую предстояло решить. То есть примета: низко летаю – завтра грязью забрызгают, высоко летаю – по кумполу получу, здесь никак не проходила.

Это могла быть и выволочка от начальника отдела, расстроенного ссорой с очередной любовницей (то был известный сластена), и мимолетная ссора в метро, и легкое отравление «качественными» пельменями и т.д. Типология никак не выстраивалась, несмотря на многочисленные сонники и якобы глубокие аналитические обзоры псевдоцелителей и псевдомыслителей.

Не зря поэтому после такого сна он встал на ноги в очередной понедельник (!) с плохим настроением. За выходные, по сути, не отдохнул, а теперь опять придется весь день быть настороже и получать новую острую проблему в самый неожиданный момент жизненного полета уже в реальности. Как говорится, получи фейсом о тейбл в ходе многообещающих конструктивных переговоров.

Нехотя проделал все утренние гигиенические процедуры, позавтракал и отправился на работу с запахами кофе, винегрета, сосисок и мятной зубной пасты. Очередной спешащий в контору клерк в толпе других с ворохом мелких проблем и сиюминутных радостей.

До работы он доехал без всяких трудностей, что случилось не каждый повседневный день. Даже больше того, можно сказать, сегодня ему с транспортом феноменально повезло. Поезда шли с регулярной сменой станций метро и с постоянной крейсерской скоростью. И ему постоянно удавалась в общей сутолоке находить сидячее место. При этом рядом не оказывалось ни дряхлого старичка, ни беременной на сносях женщины, которым в нашем обществе в обязательном порядке почему-то требовалось уступить место.

Правда, был сосед, очевидный бомж, хотя и гладко побритый, но издающий такое амбре, смесь технического спирта и выгребной ямы, что одновременно хотелось закусить и освободиться от принятой пищи. Но мусорный тип сошел через три станции и запах вскоре развеялся.

И еще женщина, обругавшая его матерно ни с того, ни с чего. Не по какой-то конкретной причине, а просто так, от плохого настроения и присутствия мужчины, который явно не ответит на ее выпад. Но и она тоже быстро вышла, почувствовав общее недоброжелательное отношение людей в вагоне. И это как-то согрело его и сгладило негативный след. А потом он приехал.

От станции метро до здания своего министерства он прошел почти в одиночестве (никто не перебегал дорогу, не наступал на ботинки, не толкал и не лез с пустыми разговорами). Погода, в принципе, была неплохой (для июньской поры отсутствовали сильный порывистый дождь, крупный град, тайфун и проч. неприятности климата).

При преодолении очередного препятствия – грозного труднопроходимого вестибюля – охранник даже ответил на приветствие и приветливо пропустил, хотя обычно обязательно требовал ведомственный пропуск с пятиминутной нотацией на тему: «Кругом враги, они не дремлют».

Как ни странно, все это кажущееся благополучие Антона не радовало. Да, летняя погода стояла неплохая, и дорога на работу оказалась весьма удачная, но, с другой стороны, из-за этого имеющиеся зубодробительные проблемы, подвешенные в воздухе, все копятся, аккумулируются и в конце концов врежут по нему со всей своей учетверенной силой, и мама не балуй. Мало не покажется. Он даже зримо представлял, когда и где ему попадет и от кого конкретно. И тогда, как говорится, живые будут завидовать мертвым.

На прошлой неделе (в среду) он сдал плановый отчет по особенностям развития экономической модели одного из подмосковных предприятий. Над ним Антон работал последние десять дней, после чего, как требовалось, передал заместителю начальника их отдела по прозвищу Стальные Челюсти – 3 (за последний год она была уже третьей креатурой на этой должности, самой лучшей, с точки зрения заведующего отделом, и последней сволочью, по мнению остальных сотрудников). И теперь ждал от нее воз и маленькую тележку проблем. Уж она оторвется, не забудет и не пожалеет.

Третья (сокращенный вариант названия Челюстей) идеально подходила на свою собачью должность. Ее даже не портили двадцать юных лет, миловидное лицо и красивая фигура. В ином случае за ней толпами бегали бы мужские особи вплоть до пенсионного возраста включительно. И не только из их министерства.

Но не в этом варианте развития событий. Отчитать тоненьким прелестным голоском тет-а-тет, отлаять на будущее на очередном совещании, предупредить о неполном служебном соответствии, подойдя к служебному месту в присутствии всех сослуживцев, и, наконец, покарать за ошибки (мнимые и действительные) – терновый путь этот был очень коротким, но весьма мучительным и через него уже неоднократно проходили все сотрудники.

Итог – четверо имеющихся мужчин отдела наотрез отказывались жениться на любой женщине, приняв добровольный целибат, а все семеро сотрудников отдела (к мужчинам охотно присоединись три представительницы женского пола) лихорадочно искали новую работу, намереваясь в кратчайший срок обновить трудовую программу.

Проблема заключалась не в лени многострадальных сотрудников или их тупости. Просто Стальные Челюсти №3 требовали такой отчет, который обязательно взял бы Нобелевскую премию, если бы его на нее номинировали.

Провести аналитическую подборку источников, обрисовать перспективу с выделением хронологических периодов, указать причины и последствия проходящего процесса на качественно высоком уровне и чтобы все это подтвердилось в реальности - вот требуемый минимум Челюстей. Видимо, в их отделе не было будущих нобелевских лауреатов и это очень злило Третью.

Конечно, существовали и обычные, стандартные требования, предъявляемые в соседних отделах департамента и министерства в целом, но их Челюсти гордо игнорировала. Жаловаться было бесполезно. Высший для сотрудников отдела уровень – директор департамента – возвращал жалобу с резолюцией «рассмотреть, наказать бездельника, нечего скулить». И ведь она даже любовницей его не была! Чем же его так привлекла, нехорошая девочка? Про заведующего отделом уже даже не упоминали, считая его заведомо провальным делом. Этот сластена пускал слюну только при упоминании ее имени.

Так и жили, периодически отдавая на съедение очередного сотрудника. Сегодня безусловным кандидатом на съедение был Антон. И, судя по хорошему развитию событий дня, визит к Челюстям завершится человеческими жертвами или, по крайне мере, членовредительством.

Вывод был логичным, абсолютно правильным и страшным. Варианты? Немного, вариативно предполагалось получить:

а) нотацию;

б) выговор;

в) увольнение.

Уровни совершенно разные и в нормальном состоянии их соседство было невозможным, но только не в случае с Челюстями. Женская логика считает, что основой мироздания является именно она. Будь зам простой сотрудницей, можно было попытаться показать всю ошибочность ее взглядов. Но, будучи не крупной, но начальницей, она действовала, как матерый, много прослуживший прапорщик, по принципу: хочешь со мной разговаривать – молчи. Рот откроешь – подпишешь смертный приговор.

Понимая грядущие последствия, Антон попрощался со всеми сослуживцами, щедро улыбнулся милой, хотя и строптивой Олечке, которая имела грядущие возможности стать Лизой N 2, то есть попасть в очередь за поцелуем в щечку (может быть). Он еще не решил, хотя уже приценивался.

Оля снисходительно посмотрела на суетящегося Антона. Парень он, конечно, симпатичный и веселый, но для серьезных отношений не годится. Какой-то… не надежный, что ли, легковесный. Но в качестве соседа по работе вполне годится. Не сплетничает за спиной, не доносит, всегда готов поднести кружку чая,

А сейчас он идет к Челюстям. Бедненький, как его жаль! Она ободряюще и в то же время печально улыбнулась. Очень хотелось верить, что он сам, на своих ногах, выйдет из закуточка Челюстей, где она вершит свои черные дела.

А Антон уже пошел. Ave, Caesar, идущий на смерть приветствует тебя. Дрожащие коленки в счет не идут, их все равно никто не видит – мужчины в России юбки не носят и вряд ли будут носить. Не толерантная голубая Европа.

Интересно, она повторится? Три недели назад он сдавал предыдущий отчет о перспективах электронных денег. Отчет ей не понравился, и, поначалу, она вообще отказывалась принимать его. Только после десяти минут уговоров, а, точнее, мольб и унижений, Челюсти нехотя открыла папку и начала крошить его аналитическую работу. Оказалось, что источников он набрал мало, репрезентативность маленькая и уровень их низкая. А то что он ссылается на Wikipedia, так это совсем позор! Антон не знает, как и кем здесь составляются статьи?

Периодически Антону казалось, что из ноздрей Челюстей начинает идти дым, а изо рта вот-вот покажется огонь. Он даже не возражал, а мычал, показывая, что он все слышит и ему стыдно. Ибо возражать в такой момент Челюстям, все равно, что поливать костер на складе боеприпасов бензином. Не просто умрешь, хоронить будет нечего.

Завершив с источниками, Челюсти обрушилась на содержание. Выяснилось, Антон и историю развития этих денег оценил неправильно, и текущее состояние выделил неубедительно, а уж о перспективах лучше не говорить. Неточно и неправильно. Вам все понятно, коллега? В таком случае я вас не задерживаю.

В тот день он, только отойдя за два поворота и сотню метров коридора, позволил себе скривиться от бешенства и мысленно грязно выматерился, не решаясь издать хотя бы один звук протеста. Что-то будет сейчас?

Антон скрылся за поворотом, а остальные принялись гадать, каким он явится – белым от злости или красным от негодования. Настроение довольства и веселья исключалось сразу же, как невозможное по умолчанию.

Впрочем, гораздо важнее, в каком настроении нынче будут Челюсти – ей интересно будет остро шутить по поводу этой фигни, которая называется аналитическим докладом, или злобно издеваться над этим бестолковым мужчинкой? Желания жертвы при этом совершенно не учитывались. Производственный процесс, как объективная реальность.

Однако в этот июньский день реальность оказалась еще страшнее. Челюсти издевались, как умели. Через положенное время Антон вернулся целым. Полный абзац. И настроение у него было скорее растерянным и смущенным, чем негативно-эмоциональным. Сотрудники всполошились. Жизнь представилась куда ужаснее, а Челюсти – коварнее и кровожаднее. Одиннадцать часов утра – время каждодневной порки – уже прошло, обед на дворе, солнце светит июньским изобилием, а Антон даже не вспотел. Жертва называется.

Зато за него вспотел весь остальной отдел в полном составе, за исключением заведующего. Вопреки обычной практики, отведенная половина часа на обсуждение отчета были отведены не характеристике негативной стороны деятельности Антона и его незабвенных предков, а дифирамбам содержания аналитического отчета. На фоне большого числа позитивных сторон негативные моменты, которые Челюсти, как и подлежит любому объективному начальнику, выделили, выглядели весьма бледно и очень не убедительно.

А где же низкий умственный уровень, прямо-таки коровий (бычий, если подходить с гендерной плоскости)? Где птичья специализация? Дятел вы, коллега, или, может быть, трясогузка? Где примитив, характерный дождевым червям?

Возникло такое чувство, что, пусть с некоторым опозданием, но их зам зав отдела, наконец, осознала, что зима на дворе – явление давно минувших дней и что ей, как и всем биологическим особям, пришло время позаботиться о продолжении рода и получить потомство. И нужного самца для этого процесса она уже нашла – его, Антона. И теперь хвалит его, вопреки практики, готовит к совместной жизни в уютном семейном гнездышке.

Все прочие вариации были еще безумнее и неправдоподобнее. Инопланетяне? Сильная вспышка на Солнце? Цивилизация пошла вспять? Э-э, марсиане балуются?

Реальных причин не было. Но факт есть факт – с него не сняли скальп, не кастрировали, не распяли, не сожгли, не посадили на кол, не съели и вообще ничего не! Челюсти его отпустили? Челюсти, у которой улыбка является промежуточным этапом на пути укуса ядовитыми зубами, улыбнулась и… остановилась!

Она уже пообедала? И… когда новый обед?

Вот здесь-то остальные рядовые сотрудники их отдела явственно затряслись. Будучи по определению и по вопросам службы аналитиками, они понимали, что, если волчья стая не съела первого встречного, то она съест второго. Или третьего. Или любого последующего, но все равно съест. Ибо милые зверушки хотят кушать, предпочитая траве мясо, и понятие гуманизм у них всегда ассоциируется со вкусом любимой пищи.

А Челюсти по уровню аппетита никогда даже и не конкурировали с волками, значительно превосходя их по объему проглачиваемой добычи и по обширности укуса. Взрослый самец, лидер стаи, весит килограмм 120 – 130. Челюсти не дотягивали даже до 60 кг. Но жрали они так, что волки только сглатывали слюну и стыдливо отводили взгляды.

Так и сидели они в похоронной тишине отдела, где тиканье больших часов звучало похоронным метрономом. Антон – ища проблему неизвестную, которая скоро на него обрушится, ведь если Челюсти не съели, то что стоит ожидать – падение термоядерной бомбы? Его сотоварищи – пытаясь забыть о проблеме известной, но не менее страшной. И уволиться невозможно, попробуй, подай сейчас заявление об уходе по собственному желанию, такую волчью характеристику получишь, ужас!

Антон незаметно подмигнул своей соседке Оле, которая, как и все, находилась в жесточайшем жизненном коллапсе. Он так сильно сжал ее, что она, ярая кошатница, даже не пыталась заговорить о своих любимцах.

Оля в ответ просияла на такой знак внимания, но потом потухла. Тяжко жить без пистолета!

Особенно, если ты слабая девушка, а общаешься с зубастым монстром под названием Челюсти № 3. И это ничего, что сейчас они ластятся и ласково улыбаются. Через мгновение они могут обозлиться и ринуться в атаку на нее, маленькую и хорошенькую. И тогда последняя мысль в этой жизни будет о несправедливой судьбе и зачем я маленьким (ой) не умер (ла).

К вечеру минор стал звенеть в атмосфере помещения так сильно, что случайные прохожие, оказавшись в помещении отдела, пулей вылетали в коридор, даже не пытаясь поздороваться. А начальник отдела, придя поздравить (отчитать?) одного или несколько сотрудников, получил зримую контузию от общего напряжения и вышел из помещения вместе с дверью, забыв о цели визита.

Конец рабочего дня, обычно радостный, служащими мысленно был встречен похоронными фанфарами и комментариями о зарытом счастье. Большинство возмущалось медлительностью Челюстей (совсем нюх потеряла, козлище). Ведь могла бы уже всех страждущих… э-э-э… полюбить, и на некоторое время все бы успокоилось вплоть до нового отчета. Это целая декада спокойных счастливых дней! А тут пытка временем продолжалось, нервы растянулись тоньше гитарной страны. И все зримо понимали, что именно на них их будут вешать. И пока они будут медленно умирать, Челюсти станут расхаживать между умирающими и академическим тоном разъяснить их ошибки.

Это была общая судьба сотрудников отдела. Работа шла, отчеты, согласно рабочему графику, постепенно сдавались и к концу рабочего дня уже все они ожидали, когда их начнут использовать, как сучку во время течки.

А Антон теперь не мог заставить себя просто выйти на улицу. Работа-то завершилась! И он откровенно страдал от необходимости подняться и покинуть ставшим вдруг таким уютным рабочее помещение. Впереди был огромный, страшный, почти чужой город, где на каждом шагу ему грозила опасность. А здесь, по крайней мере, оставался еще теплый после Оли стул. И дождь не страшен.

Рабочее место он покинул последним, со значительной задержкой, и после неоднократного напоминания дежурного, уже проводившего все начальство и не понимающего, что тут до сих пор делает это ЧМО?

Он приходил несколько раз, при чем во время последнего визита пригрозил вызвать полицию и написать заявление на имя директора департамента по подозрению в попытке проведения КРАЖИ.

Чудак человек, какое воровство, у него такие жизненные проблемы, хоть стреляйся при помощи веревки и мыла!

Дежурный может и был чудаком, но не дураком точно. Видимо, с самого начала, не полагаясь на одни угрозы, он вызвал экстренную помощь. Очень эффективную, красивую, но очень язвительную, спрятанную в секретном сейфе министерства на экстренный случай.

Глава 2

Антон даже удивился, когда в дверь аккуратно постучали и в помещение отдела вошла… нет, не первая красавица Земли, просто ослепительно красивая девушка. Где вас прятали, моя прелесть? В каких коридорах вы отсиживались? Или действительно в министерстве есть секретные сейфы со всеми удобствами?

Как и у всех мужчин, при виде девушки, со вкусом красиво одетой, понимающей и активно использующей свою яркость, у Антона напрочь отключился головной мозг. Он сидел, бабуин – бабуином, молодой самец, озабоченный продолжением рода и видящий перед собой только эту самочку.

Девушка непринужденно расположилась на рабочем месте Оли, расправила детали женского туалета. Внимание мужчин для таких представителей женского пола, как мощный допинг для спортсмена – не захочешь, а поставишь мировой рекорд. Но ожидать что-то реальное, хотя бы даже поцелуй в щечку, ему было не дано – на это она прямым текстом сказала в самом же начале разговора, обломив все его нехитрые замыслы.

- А меня зовут Антон, - многообещающе представился он, загадочно улыбаясь.

- Рассчитывать на что-то серьезное не стоит, - роскошно улыбаясь в ответ, сказала она, - надеюсь, ты меня правильно понял, мальчик?

- Но почему? - возмутился Антон. По своему характеру он и сам не рассчитывал на что серьезное, кроме улыбок и шутливого разговора. Но когда тебе говорят об этом в лоб, это очень серьезно бьет по мужскому самолюбию. Особенно, когда ты переходишь из легковесного юношеского в солидный мужской возраст.

Лучше бы уж врезала по промежности окованным мыском туфли. Очень больно, зато не надо искать подходящее выражение лица и сдерживать эмоции.

- Потому что ты дохляк и до настоящего мужчины тебе, как до Пекина пешком. Сходи, прогуляйся, придешь обратно завтра утром вместе со всеми, может, поймешь.

Хотя вряд ли тебе это поможет. В твои годы секс тебе противопоказан. Ну, так ты оторвешь свою задницу от стула и покинешь рабочее место в это уже неподходящее время?

Она сидела – уверенная, сильная, прелестная. Чувствовалась, что она совсем им не интересуется и ничуть не боится. Такой мужчинка просто не ее уровень.

Антон поморщился. Все понятно. Надо действительно уходить, иначе искомая проблема нарисуется сама собой. Напоследок спросил:

- И когда же у меня наступит возраст для секса?

Девушка еще раз улыбнулась. Если не подтекст, которым она сопровождала ее, можно было понять, что она ищет его расположения. Но, когда она сказала, что его возраст для секса начинается при выходе на пенсию и даже правительство боится этого и специально увеличивает пенсионный возраст, стало понятно, что это тонкое издевательство и надо драпать.

Вздохнул, вышел на улицу. Погода в тему его настроения была какой-то непонятной. Климат большого современного города осенне-зимнего или весенне-летнего сезона. Не жарко, не холодно, не ясно, не дождливо. Одевать надо либо теплое демисезонное пальто, либо летний дождевой плащ.

Временами из подворотен дул сильный ветер. Хотя время уже достигло почти семи часов, народу было удивительно как много. Сидели бы дома, не праздник, в конце концов. В итоге он нечаянно (правда!) наступил на туфлю хорошенькой молодой женщине, совершенно не оценившей его неуклюжее приставание (если бы), столкнулся с пожилым мужчиной, еще слишком крепким, чтобы назвать его стариком. Жертва инцидента обошелся одним, но очень емким ругательством, произнесенным шепотом. Все-таки он был интеллигентом, хотя и явно самопальным.

В метро их поезд останавливали чуть ли не на каждом перегоне в ожидании, когда впереди идущий поезд наберет необходимое расстояние. Дважды случались перебои с электричеством, поезд останавливался на середине перегона, и вагоны погружались в кромешную тьму. Тогда Антон судорожно держался за карманы, припоминая рассказы сослуживцев о ловких ворах-рецидивистах, специально подгадывающих такие моменты и обворовывающих беспечных пассажиров. Так проходило несколько томительных минут, подача электричества восстанавливалась, лампочки загорались, а поезд трогался с места.

Одно радовало – неприятные бытовые мелочи повседневной жизни показывали, что он самый обычный человек и должен, как и все, понемногу мучаться для возможного зачисления в рай в последующей послежизни. А, значит, ожидать какого-то обвального критического прорыва в никуда не приходится.

Приехав, наконец, в свой родимый спальный район, Антон вспомнил, что перед загрузкой в квартиру необходимо экстренно заполнить продовольствием холодильник, сильно пострадавшим за выходные дни, когда он совсем не выходил на улицу и беззастенчиво его грабил. Пришлось, шепотом грязно ругаясь и всячески обзывая себя за ленивый образ жизни в субботу и воскресенье, плестись в ближайший по месту жительства универмаг и затариваться различной продукцией химической промышленности, снабжающей россиян бренной пищей. Мясо из синтетики, колбаса из сои, усилитель вкуса вместо мясных продуктов, хлеб из консервантов, молоко «долгоиграющее» с добавками из химии. М-да!

На обратном пути из магазина домой с тяжелыми пакетами в тихом переулке ему встретилась пьяная агрессивная компания, которая немедленно обратила на него внимание с целью свести старые (но не совсем понятные) счеты. Пьянь, видимо, перепутав Антона с каким-то своим знакомым, стала требовать от него старый должок в виде водки и денег. И обещала сдачу в виде десятка синяков и шишек. Чтобы в будущем так не наглел и пил вместе с ними.

Антон почти обрадовался. Наконец, долго идущая до него актуальная проблема решит свои дела и все станет на свои места. Пусть хорошенько побьют. В-первых, он даст им сдачи, во-вторых, что такое для настоящего мужчины добрая, старая драка и несколько синяков и шишек? Зато нарыв будет ликвидирован.

Он снял с лица очки, засунув их в карман, поставил груженные продуктами пакеты и встал в оборонительную стойку, готовясь к горячей свалке. Главное не упасть на асфальт. Тогда будут бить ногами и синяки от пинков в лицо будут слишком заметны. А так он им задаст жару. Их трое, но все еле стоят и бить будут в полсилы. Давайте, ребята, я вам покажу, как это море по колено!

Но стычка закончилась пшиком. Изрыгая ругательства и угрозы, пьяная шелупонь почему-то прошла мимо, обратив активное внимание на резкий свист, раздавшийся неподалеку. Антон даже не понял, а видели ли они его? И кому вся эта нецензурная ругань предназначалась? Только адреналин лишний получил.

Подхватил пакеты, прошел дальше, найдя родимый подъезд. Сухо щелкнул дверной замок, констатируя окончательное окончание рабочего дня и переход в защитный, изолированный от всего мира режим в родимой квартире. Разложив продукты в холодильнике, и приготовив нехитрый ужин, Антон получил мощную волну удовлетворения и оптимизма, как преступник, осужденный к смерти полгода назад и с тех пор каждый день получавший уведомление о скорой смерти, а тут внезапно получивший отсрочку накануне мучительной казни. И ничего, что завтра все начнется по новому кругу. Впереди целая спокойная ночь!

К этой волне счастья, однако, примешивалось некоторое недоумение. До сих пор за всю его жизнь полет во сне всегда приводил к дальнейшим неприятностям на следующий день. Таков был порядок. Логика обычная – полетал и лицом в грязь. Справедливая расплата за развлечение, как плата за видео в дорогом кинотеатре. А тут вдруг – десять секунд, полет нормальный. Что же это за такой сбой? Близится конец света или, по крайней мере, очередные президентские выборы? И не приведет ли сбой к аккумуляции неприятностей и взрыву сверхновой на ограниченной площади вокруг него? Или будущее будет, как у летчика, не вернувшегося из полета. Помер непонятно как и где и хоронить нечего.

Но его тревожные мысли были внезапно прерваны. Звонок телефона прозвучал, как колокола громкого боя на подводной лодке: «Все вниз. Срочное погружение!»

Антон был готов погрузиться и буквально, хотя бы на дно ванны, перед этим набрав воды. Три дюйма воды над тобой – весомая защита. Но вместо этого он покорно подошел к телефону. Этот номер, кроме полиции, ФСБ и МЧС, знало считанное количество людей, не особо вредных и не кусачих. Очень хотелось верить, что не этот звонок был анонсированной бякой.

Вообще-то в наш век мобильной связи заводить стационарный телефон решается не каждый. Достаточно дорого, не эффективно и откровенно глупо. Сидишь весь день на работе, кроме выходных и платишь за квартирный телефон. Для кого он? Для домашних привидений или тараканов (если есть, конечно)?

Антон оказался в числе этих странных счастливцев, решившись, разумеется, с подачи мамы, на такую форму современной техники. За одним и недорогой Интернет провел.

Все хорошо, но отсутствие поминутной оплаты поначалу приводило к длительным разговорам по часу и более. Родительнице хотелось знать все и ко всему иметь свои комментарии и советы. В итоге после работы он не мог ни поужинать, ни отдохнуть нормально на диване около телевизора.

Пришлось Антону впервые в жизни применять твердость характера и ограничивать телефонные переговоры десятью минутами. Несмотря на каждодневные истерики дражайшей маман, ее ругань и откровенные угрозы перестать с ним разговаривать, он жестко проводил свою линию, не давая ей возможности реализовывать аутотренинги по продовольственным вопросам, семинары по уборке квартиры и допросы из сферы личной жизни. Так и жили в будние дни. Смеялись и плакали, ругались и шутили.

Сегодня мама была на редкость лапидарна.

- Бабушке опять плохо, - в полголоса укоризненно сказала она, - Татьяна Алексеевна хочет поговорить с тобой. Будь с ней поласковей. Ты так редко у нее бываешь.

Антон покорно согласился. Хорошо, что мама еще не обвиняла его напрямую в болезнях Grandmaman. Видимо, той действительно плохо, мама с ней не справляется и пускает в ход последний резерв – единственного ее ребенка, драгоценного сына и внука.

Бабушка, живущая этажом выше в том же доме, где располагались родители, была очень старая, больная и откровенно немощная. При этом про возраст она говорить категорически не любила и не разрешала своей дочери (маме Антона) даже заикаться о своей старости и слабости. Изредка общаясь с ней (когда отговорится не удавалось и приходилось сдаваться на милость престарелого неприятеля), Антон понимал, откуда у его родительницы такой тяжелый и говорливый характер. Гены, что б черти подрали эту науку!

В свое время, когда наступила пора любопытствующей юности, он провел целое расследование по этому вопросу. Получалось, что возраст его самого старого живого предка Татьяны Алексеевны находится в рамках где-то 90 – 100 лет, не меньше. Точнее узнать ему, увы, не удалось. Столько обычные люди, конечно, тоже живут, но все же… Дело в том, что в воображении Антона бабушка в рамки нормальных людей никак не вписывалась. Никак!

За время жизни Антона бабушка Таня прочно находилась в состоянии ценной недвижимости, пораженная мощным параличом. Передвигалась, питалась и даже общалась она только с посторонней помощью. Из всех органов у старушки сносно работали лишь правая рука и язык. Остальной организм был в следующем состоянии: левая рука и нога – не рабочие, глаза – плохо, уши – посредственно, осязание – не работоспособное.

Еще сто лет назад она уже померла бы, или, по крайней мере, безуспешно боролась бы за нормальное существование. Наверное. Хотя сейчас было совсем другое время эффективных лекарств и умных лечебных методик, но Антон полагал, что в основе всего лежит ее железный характер.

Взять хотя бы принцип бабушки последовательно проводить политику полной независимости от ближайших родственников. Никакой помощи, кроме взаимообразной, она не принимала. Финансы у ней всегда были в идеальном порядке и она никому не позволяла их контролировать. По-видимому, кроме обычной пенсии (де-факто нищенской), она имела другие источники денежных поступлений. Или у нее была серьезная долларовая заначка от прошлых лет, о которых Антон помнит весьма смутно по вине своей детской поры. Денег ей хватало и на безбедное житье (принцип «перемогаться на хлебе и воде» был явно не для нее), и регулярную оплату коммунальных услуг, и на приличные подарки дочери с зятем на красные дни их личного календаря, и даже на некоторое вспомоществование Антону, который школьником и студентом всегда сидел без денег. Ее хватало даже на здоровенного кота Григория, который постоянно крутился вокруг своей хозяйки, всех мужчин встречал, как соперников, и не забывал об этом напоминать противным мявом. Питался он явно не святым духом, а не дешевыми Китикетом и Вискасом.

Кроме бесплатных работников государственного собеса, появляющихся время от времени на квартире, бабушка имела помощницу в форме то ли постоянной платной работницы, то ли приживалки. Во всяком случае, жила баба Катя в ее квартире, кажется, безвылазно.

О квартире стоило поговорить отдельно. Бабушка имела четырехкомнатное жилье! Зачем двум старушкам с котом иметь четыре комнаты? В футбол играть? Прятаться друг от друга от нечего делать? Разводить мышей на прокорм прожорливого кота?

Попасть в это полузасекреченное жилище было практически невозможно, в том числе для избранных. Даже пробивная мама была в нем раза три-четыре за всю свою жизнь, хотя она уже прожила не одно десятилетие, а сам Антон, как это ни странно звучит, был даже чаще, но все равно считанное количество раз. Получила бабушка эту квартиру в тот период, когда повзрослевшая дочь вышла замуж, разменяв (!) свою однокомнатную квартиру на четырехкомнатную для себя и трехкомнатную для дочери с зятем в одном доме. Она же потом помогла разменять трехкомнатную на две двухкомнатных. Узнать от бабушки, где она так мудро работала, что научилась осуществлять подобные фокусы, Антон не смог (точнее не пытался, заробев допрашивать ее). Но решил, опираясь на теоретические знания и прожитую практику, что ее знакомые находятся, как минимум, на уровне замов министров неслабых министерств. Как обычная пенсионерка входила с ними в контакт, и как заставляла выполнять свои просьбы, гадать даже не стоило, получалась всякая ерунда типа ведьмина боевика.

Так было всегда, и Антон, со временем повзрослев, даже привык, что в мире существует такая форма социально-биологической жизни, достаточно пассивная, но еще живая и иногда привлекающая внимание, как бабушка. Периодически она, как бы начинала умирать, требуя появления у нее всех близких родственников в определенной поочередности.

Первоначально, еще в годы детства Антона, такая новость вызывала нездоровое возбуждение у его родителей, но когда это сообщение повторялось уже второй десяток раз, новизна была как-то утрачена. Новость, что бабушка при смерти, лишь означала, что она начинает хандрить и ей нужно всего только некоторое веселье и определенные контакты с внешним миром.

Мама в таких случаях безудержно ругалась (на всякий случай негромко, чтобы не дошло до адресата), сетовала на нехватку времени, но приходила к бабушке в надежде, что в случае скорой смерти четырехкомнатная квартира не пройдет мимо нее.

Сам Антон также не возражал оказаться у родимой, хотя и не столь близкой старушки. Человек, проживший столько лет и до сих пор имеющий твердую жизненную позицию, обладает определенным правом на некоторые капризные поступки. И не ему осуждать бабушку – человека, старше его почти в пять раз!

И он всегда покорно приходил к вроде бы умирающей бабушке, выслушивал ее советы и рассказы, помогал в нехитрых бытовых вопросах. Выносил мусор, ликвидировал засоры в водной системе, налаживал электропитание и даже завинчивал лампочки. Трудно жить пожилым людям.

Благо на работе в министерстве (когда он уже начал работать) к этим отлучкам относились удивительно лояльно, словно бабушка в свое время оказала личную услугу священному духу министерства и он, в благодарность, обязал всех начальников помогать пенсионерке. Заявление на отпуск за свой счет по собственному желанию (брать больничный бабушка категорически запрещала) регулярно переделывалось в отделе кадров в командировку по производственным нуждам с оплатой по всем статьям (проезд, жилье, суточных по высшему разряду, компенсация непредвиденных расходов, куда входили возмещение расходов за купленные лекарства, вызов платного врача и т.д.). Все это беспрекословно подписывалось нужными начальниками.

В этом была какая-то тайна. Одновременно и приятно-загадочная, поскольку в глазах сослуживцев ее тень падала и на самого Антона, делая его таинственным незнакомцем. И досадная, так как немощная старушка оказывалась выше его, здоровенного лба двадцати трех лет от рода.

Нужного эффекта добавлял и зав. отдела кадров министерства Андрей Владимирович Старков, высокий лысеющий блондин лет около сорока, непосредственно курировавший эту сферу. Получая это «направление на лечение», он всегда находил время подробно выспросить о жизни и текущей болезни бабушки, которую он откуда-то знал, а потом читал длительную нотацию о пользе здоровой и вкусной пищи, то есть, конечно же, вкладе Татьяны Алексеевны уровень современной России. Нотация плавно переходила в назидательную лекцию на тему: «Ведь были люди в наше время». И завешалось общение с зав. отделом кадров короткой итоговой резолюцией: находиться у Татьяны Алексеевны до полного выздоровления, активно содействуя ей в этом.

Конечно, содействовать полному выздоровлению старушке было невозможно по причине полной изношенности ее организма, но звучало очень ярко. Тем более, за эти «командировки» в течение последнего года Антон дважды получал благодарности по министерству, вызывая удивленные и завистливые шепотки сослуживцев. У них что министерство социального призрения, уход за старушками оценивается так высоко?

Когда Челюсти, объективности ради (одни поблагодарили – мы отругаем), попыталась впихнуть Антону сначала предупреждение и, а затем и выговор за плохую очередную работу, ее ждал жесткий облом. При чем, если приказ о предупреждении был просто возвращен «с наддранием», то есть начальство видело, но не одобрило, то после направления приказа с выговором заведующего отделом с его Челюстями вызвали к директору департамента. И, как сообщила секретарша главы, округляя глаза, с них жестко потребовали не трогать ценного и перспективного работника Иванова А.Д., не надоедать мелкими придирками. В противном случае дисциплинарные выводы в первую очередь могут последовать к ним самим. При чем, было очевидно, что директор только выполнял чье-то указания. Кто же так покровительствовал Антону с бабушкой?

Все это было очень мило и оценивалось им сугубо положительно, но Антон разумно понимал, что через бабушку он нечаянно прикоснулся к каким-то сферам высшей политики, в которых простому человеку быть очень опасно. Пока его равнодушно гладят по шерстке, но при случае могут так лягнуть, что лучшей для него вакансией будет пожизненная кочегарка где-нибудь в малолюдном населенном пункте Крайнего Севера с отсутствием карьерного роста и пол-литра технического спирта в сутки в качестве некоторой компенсации к вакансии полубомжа, полудоходяги.

Не смотря на все эти мысли, с бабушкой Таней по телефону он поговорил очень доброжелательно, поинтересовался ее состоянием здоровья. Правда, телефонному разговору немного мешало какое-то постоянное гудение, но слова были понятны.

В ответ на приветствие бабушка прочитала конспект на тему: «Вот умру я скоро и как вы без меня…».

На это Антон вяло отреагировал с достаточно фальшивыми уверениями, что Ленин и теперь живее всех живых и тебе, баба Таня, того же желает.

Бабушка потребовала обязательной явки в ее квартиру завтра утром для закрепления имеющегося положения. Антон мысленно по-пионерски козырнул, но вслух, не ерничая, побожился, что обязательно будет. Договорились, что с утра он позвонит в министерство, чтобы не поставили прогул, а потом явится к бабушке, но будет недолго, а, узнав детали, смотается на работу с заявлением по собственному желанию в связи с болезнью близкой родственницы. После этого гудение резко усилилось и вдруг прервалось. Придется обратиться в телефонную компанию с жалобой на это безобразие.

Он положил трубку. И вдруг у него внезапно закружилась голова и он внезапно ощутил себя сидящим на полу кухни, опираясь о тумбу мойки.

Что это? Ему стало плохо? Он упал в обморок? У него был глюк? А был ли звонок бабушки вообще?

Почему-то появилась мысль, что этот век находится слишком для него далеко, и эпоха Екатерины IIникак не состыкуется с компьютерными чудовищами.

Что это он? Тьфу-тьфу-тьфу! О чем думает? Во второй половине XVIII века еще его прадедов не было!

Сжал виски. Ему показалось, что в его сознании находится два существа. Раздвоение личности? Очень здорово!

Затем так же внезапно личность осталась одна, но стала совершенно другой:

- мягкой – стала очень твердой;

- неосознанной – с четкой целью;

- посредственной – талантливой;

Он был прежним и одновременно совсем другим. Что за хрень?

Встал, подошел к телефону, взял трубку и принялся вторично набирать номер бабы Тани, может она что-нибудь объяснит?

Увы, как только он взял трубку, вновь закружилась голова и он опять оказался на кухне на полу.

Звонить сразу расхотелось. Антон, покачиваясь, отправился спать, продолжая гадать, какой же гадости он сегодня сумел избежать. Он еще не понимал, что только что в нее вляпался по самое ничего и теперь его среднестатистическая жизнь плавно перейдет в галоп. А он ничего уже сделать не сможет. Объективные причины!

Таинственный звонок бабушке разрезал его жизнь на две части: прошлую, среднестатистическую жизнь обычного обывателя и будущую жизнь, странную, бурную, опасную, но такую интересную.

Антон это еще не знал, но новый день встречал уже новый он, подпитанный «попаданцем, а старый безвозвратно сгинул. Прости, Господи, вины его!

Глава 3

У бабушки он оказался в половину десятого, предварительно все же забежав в министерство и объяснив причину непоявления на своем служебном месте в рабочее время. И все это время не мог придти в себя после очередного сна. Нет, сегодня он не летал. Но хрен редьки не слаще.

Сутки, начавшиеся во сне, были странными и невероятными. Уже само сновидение, словно наступила одноименная ночь на Ивана Купалу, было ярким, сочным, цветным. И очень необычным. Настолько осязаемым, как будто он не сон видел, а жизнь прожил. И сон был волшебным. Точнее сказать, он видел сон, как становится волшебником и творит в наши дни разные чудеса, как на уровне государства, так и отдельных людей. Чудеса, это вам не летать, бестолково порхая в воздухе, как мотылек, а творить полезные вещи.

Сон прошел, а легче не стало. Он стал другим. Чем объясняется это изменение, он рассказать не мог, но твердо знал – другой! И почему – тоже не мог. Черт возьми!

С этим чувством Антон поехал в поезде метро в министерство. Вчерашняя договоренность не состоялась. Запланированный звонок на работу оказался фикцией. Заведующий отделом стервозный Александр Матвеевич Безматерных, нехотя выслушал просьбу подчиненного отпустить его на лечение бабушки и потребовал явиться в отдел лично, оставив письменное объяснение для потомков.

Эта скотина откровенно отрывалась на своем подчиненном, поскольку тот не мог отбиться. Ведь с вышестоящим начальством все было выяснено и появилась резолюция – разрешить немедленно. И сама командировка являлась объяснительной. Но как объяснить это тупому мстительному начальнику, желающему обязательно унизить его?

Разговор оказался малоприятным… для заведующего. Антон неожиданно даже для себя стал жестким и агрессивным. Когда Александр Матвеевич попытался потребовать написать именно для него объяснительную записку (ее мягкий ранее Антон всегда писал), нахальный подчиненный всего лишь пожал плечами и сообщил, что представит командировочную, когда ее оформит.

Заведующий отделом попытался надавить на Антона, заявив, что объяснительная нужна лично ему и он обязан написать ее.

Но Антон всего лишь удивился и поинтересовался, на каком уровне находится Александр Матвеевич. Директор департамента удовлетворен, заведующий отделом кадров тоже, а заведующий просто отделом – нет. Кто кем командует?

Александр Матвеевич вспылил и пригрозил, что двоим им в отделе не работать. Антон согласно кивнул головой, словно подтвердил слова начальника.

Это была последняя капля для заведующего. Он вспылил, потребовал выйти из его кабинета. Антон невозмутимо вышел, удивляясь своей наглости. С другой стороны, пока не дашь по рукам, он так и будет думать, что это положенная процедура, которая полезна и приятна всем, не только начальству, но и подчиненным.

Чуть позже в коридоре на него напоролись с какого-то счастья оживленные и румяные Челюсти. Точнее говоря, у Антона создалось впечатление, что зам зава его активно искала. Быстро работает Александр Матвеевич, хорошо он его тронул за нежную часть организма, если он активизировал механизм репрессий.

- Антон, вы мне нужны, - слегка запыхавшись, сообщила хищница, показав зубы, – красивые, мощные, очень опасные.

Ага, щука назначила свидание пескарю. Что ж, пескарь сможет удивить негаданную подругу размерами колючек.

- Приятно вас увидеть, - любезно ответил Антон, - я тоже рад вас лицезреть.

Челюсти немного сбились с намеченного пути, но постарались подправиться:

- Это по вчерашнему отчету. Мы с вами рассмотрели только его позитивные стороны, а негативные вскользь. Давайте для более эффективной будущей работы остановимся и на недостатках.

Антон подумал, что хорошо бы держать в руке красивую розу с прочными листьями и большим алым цветком. Подумал и вздрогнул под тяжестью цветка в руке. А что это именно роза, он понял по тому, как больно впились в его кожу шипы. Откуда у него такие возможности? И кто хихикнул в глубине разума?

- Вы, безусловно, правы и поражаете своим умом и красотой, - галантно поклонился он и протянул розу, - это вам.

Челюсти были на работе и выполняли производственную программу по отгрызанию отдельных конечностей у нечаянно попавшихся сотрудников. Но роза, как эффективная вредоносная вирусная программа повредила программный код и заставила забуксовать деятельность девушки. Она ведь тоже человек, а не механизм. Кажется, ее зовут Людмилой.

Люда покраснела, осторожно, как опасный груз, взяла подарок. Цветок ей понравился. Еще бы! Откуда он его взял? Таких цветов нет в магазинах на Тверской и, тем более, в спальных районах. Эксклюзив, стоящий несколько сот долларов, в лучшем случае. А то и больше.

Челюсти буквально разрывались на части. Ее производственная часть требовала выполнения задания прямого начальника, обиженного этим мальчиком, а женская, человеческая часть предлагала плюнуть на указания этого двинутого самца, повернутого на любовницах и самовлюбленности, и практически ничего не значащего, как руководитель.

Два этих вектора деятельности привели к тому, что она сначала покраснела, оживилась, но потом погрустнела, попыталась сказать что-то конструктивное, но смогла только пискнуть. С чем благополучно скрылась, как нечистая сила под воздействием животворящего креста.

Сказал в душе и не поверил – он знает, что такое животворящий крест?

И едва затормозил появившийся поток информации о кресте, о христианстве, о Всевышнем. Он не знал все это!

Задвигавшиеся Челюсти, скрывшиеся за углом, перевели его мысли на текущую жизнь. Антон облегченно (удрученно) вздохнул. Атака отбита, хотя с ужасающими последствиями для него. Что еще он сегодня сделал? И как сделал? Если на первый вопрос можно ответить цитатой из полицейского протокола: «Находясь в состоянии тяжелого похмелья, шумел и буянил…», то переносить или сотворять предметы он не умел и никогда не делал этого ни в каком состоянии. И даже не верил в это!

Он снова бы сослался на похмельный синдром, хотя по настоящему никогда не пил, но появление розы было зафиксировано также Челюстями, а та точно находилась в эффективном кровожадном состоянии (как обычно) и не страдала галлюцинациями.

В тяжком эмоциональном кризе он явился на намеченную встречу. Бабушка, уже умытая и одетая, сидела в преддверии любимого внука, была каменно холодна, умеренно спокойна. Она попивала чаек и болтала с бабой Катей.

Несмотря на постоянные протесты лечащего врача и слабое здоровье, пила она практически чифир, без сахара, разбавляя его небольшим кусочком лимона. Матери не было. Она вообще здесь пребывала на роли нелюбимой падчерицы. По некоторым намекам, да и то направленных не Антону, а всего лишь при нем, главной задачей дочери было родить и воспитать сына, после чего она может делать все, что угодно. С подтекстом, что здесь она уже не нужна.

Эх, бабушка Таня!

С появлением Антона они оживились. Баба Катя, как вышколенная прислуга и одновременно квалифицированная сотрудница контрразведки, крутилась около бабушки с внуком, оказывая мелкие услуги и четко фиксируя все нюансы разговора.

Сама бабушка Таня на приветствие Антона только вскинулась, но ее вопросительный взгляд буквально сдирал кожу. Бабу Катю она просто не замечала, как старую, давно используемую вещь.

Впрочем, Антон никаких принципиальных тайн в их разговоре не видел и прятать от обоих информацию не собирался. Подумаешь, внучок с любимой бабулей встретился!

Согласно принятому протоколу, такому же официальному и стандартному, как тожественный выход королевы в Букингемском дворе, он задал вопрос о текущем состоянии здоровья.

Ее величество королева Елизавета II, тьфу, бабушка Таня, величественно вздохнула и экспрессивно вывалила на него большой объем ненужной мелкой информации, в которой внук быстро запутался. Впрочем, он не был медиком, поэтому, даже если бы не запутался, все равно к правильным выводам не пришел бы. Главное, бабушка, как всегда, активна и эмоциональна, а, значит, относительно здорова, и все что от него требуется, это присутствие с ней на протяжении…

- Бабушка, на сколько брать отпуск?

- Как всегда, на две недели, внучок. За это время или помру или не помру.

Помрет она. Значит, на протяжении двух недель он должен курировать бабушку. Неплохо. Он бы не сказал, что здесь скучнее или тягомотнее, чем в министерстве. И Челюсти отсутствуют. А то замучается он ей цветы дарить. И она привыкнет.

Величаво кивнул головой, как лорд на приеме у ее величества и отправился на службу, исполнить формальности с командировкой и, если надо, поцапаться с начальством. Какой-то он иной. Нравится цапаться? Надо посмотреть в зеркало, не сменились ли зубы – взамен человеческих акульи.

Ну это, в общем, мелочи. Можно считать, все как всегда, если не считать поехавшую голову.

После бабушки сначала приехал в свой родимый отдел. Там, как всегда. Сотрудники при известии об очередном отпуске Антона за свой счет дружно взвыли, а шутники поострее заблеяли и захрюкали – откровенно завидовали. Две недели посидеть у родимой кровинушки и получать зарплату (все равно опять сделают командировку), пропуская очередь для покусания у Челюстей, – так может только хитрец Антон Иванов. Какой покровитель у него есть, а, главное, какого пола? Почему никак не показывается? Обществу интересно!

Так он им сказал (если бы он сам знал!). Антон только загадочно улыбнулся в ответ на требования. Объявив всем, что он их тоже любит и цветы на их могилки после встречи с Челюстями принесет свежие и дорогие, поцеловал прелестную Олечку в лобик и незамедлительно удрал.

Подписи, как обычно, на бумагах появились быстро, никто и не думал возражать. За это время Челюсти в коридоре с ним не столкнулись, хотя при желании могли бы. Заведующий отделом, судя по реакции начальников, палки в колеса не вставал, хотя опять же мог бы. Много усилий ему на это не требовалось, а Антон замучался бы подписывать командировку. Но все прошло гладко и за короткий срок командировочный лист был готов.

С тем и вернулся к бабушке, объявив, что готов к труду и обороне, сдаче ГТО и проч.

Бабушка Таня, полулежа в своем кресле, усмехнулась, заулыбалась и неожиданно ухмыльнулась, уже даже не вспоминая о своих якобы смертоносных болезнях. На ее лице появилось злобное выражение старого армейского старшины, дорвавшегося-таки до нужного солдатика, талантливого и умного, но ужасного раздолбая и лентяя, позорящего всю роту.

- Садись, внук, - властно приказала она. Антон механически сел на стул, ошеломленно глядя на бабушку. Такой он ее еще не видел. Крыша едет на старости многих лет?

- Катя, дверь прикрыла?

- Закрыла на ключ, - подтвердила, улыбаясь, старушка.

- Никто не может прослушивать?

- Нет, никого не слышу.

- Совет готов слушать и решать?

- Связь установлена, контакты обновлены.

Антон сам едва скрывал улыбку на двух бабушек, играющих в пацанов. Но потом ему стало не до шуток.

Бабушка Таня объявила:

- Слушай, запоминай и пока молчи. Все вопросы и возмущения потом. Ты вырос, а я совсем постарела и одряхлела. Констатирую: ты в полном объеме готов выполнять функции резидент-аналитика, а я выполняю их с трудом и все с меньшей эффективностью. Значит, прежние игры закончены, пора проводить смену часовых, как это ни грустно говорить.

Слушай сюда внимательно. Ты, Антон Дмитриевич Иванов, мой родной внук от дочери Елены Петровны Жиловой, обладающей рецессивными генами мага, и Дмитрия Сергеевича Иванова, имеющего магический минимум для самца-производителя. Получилось вроде бы неплохо, хотя пара сложилась не самая лучшая. Но при помощи мага Петра Дормидонтовича Леонова удалось достигнуть полный оттиск мага.

Антон выслушал эту эскападу бабушки с каменным лицом, хотя его несколько задела подобная характеристика родного отца. С биологической точки зрения все вроде правильно, но люди же не кролики и не копытные, чтобы так подходить с функцией размножения. И Дормидонтович какой-то. Какой? Он никого не знает. Или один из лечащих врачей?

Но бабушка только махнула рукой, не отвечая на немой вопрос, и продолжила явно не только для него:

- Две проверки – в десять лет, - она пояснила, - помнишь, ты проходил медпроверку перед поездкой в лагерь отдыха, и в семнадцать, в рамках сборов новобранцев, выявили в тебе доминантные магические гены. Кроме того, мной лично с детства проводились регулярные проверки примерно раз в два–три года.

Антон обозлился. Он уже тогда мальчишкой во время этих медпроверок смутно понимал, что здесь как-то не так. Во-первых, действия врачей выходили далеко за пределы работы стандартных медкомиссий. Их же не в космонавты отбирают. Во-вторых, его проверяли гораздо шире, чем остальных. Но тогда его просто задавили авторитетами. Но сейчас он выскажется!

- Ну знаете ли! - возмутился Антон, - я вам не экспонат для опытов!

- А я тебя сказала, все потом! - отрезала бабушка, - я продолжаю для уважаемой публики. Вчера вечером произошла окончательная активизация мага Антона Иванова при помощи всеми уважаемыми Петра Дормидонтовича. Его психооттиск успешно внедрился в сознании реципиента и сумел модифицировать Антона Иванова.

Сударь! Вы подтверждаете? Подтверждаете!

Антон почувствовал, как в его разуме что-то шевельнулось. Невольно взбрыкнул:

- ?! Мать – перемать!

Баба Таня ничуть не испугалась, только недовольно сказала:

- Фу, Антон, мало тебя в детстве пороли.

- Я чуть к психиатру не направился, думал с ума схожу. Не любишь ты своего внука, бабуля, - грустно указал внук бабушке Тане недостатки ее воспитания.

- Расскажи, какие проблемы у тебя вчера и сегодня возникли? - бабушка и не думала возмущаться и протестовать.

- Началось все с того, что, поговорив с тобой по телефону, я вдруг очутился на кухне, сидящим на полу, упершись лбом в тумбу мойки. Попытался позвонить еще и снова нашел себя на кухне. И такое чувство, что на мое сознание было наложено чужое. Эмоции, факты, представления. Все другое.

А на следующий день, то есть сегодня утром, чуждый разум исчез. Зато начал делать поступки совершенно не свойственные для себя: надерзил своему заведующему отделом, переспорил Челюсти. Челюсти! И, бабушка, я сумел создать великолепную розу! Из ничего! Этого не может быть!

Но все же меня больше пугает чужак. Он не поглотит мое сознание?

Бабушка удовлетворенно кивнула:

- скажу, но для начала скажи ты. Внучек, тебе стыдно за свои поступки?

- Мне? - удивился Антон откровенной глупости, - никогда!

Бабушка Таня решительно отмахнулась от всего остального и объявила:

- Маг Антон успешно активизирован. Поскольку земные силы моего тела явно исчезают и идут к концу, хочу представить моего продолжателя на посту резидент-аналитика. Мнения?

Заговорила баба Катя:

- Судя по данным техники, Совет принимает мнение большинством голосов с рекомендацией:

«Одобрить, дать испытательный срок на время земной жизни прежнего резидент-аналитика. После этого принять экзамен и, в случае положительного исхода, назначить постоянным резидент-аналитиком при президенте Российской Федерации».

Выключаю канал связи, слишком велик расход энергии.

- Фу, - вытерла пот со лба бабушка Таня, - кое-где есть шероховатости, но, главное, Совет запустил процесс, а обучим мы тебя без проблем и по-родственному, с помощью доброго слова и старой дедовской вички. Давай теперь вопросы, торопыга.

- Так ты меня всю жизнь на прицеле держишь? - выпалил покрасневший Антон, мало что понимающий и откровенно ошалевший от происходящего. Таинственная бабушка Таня совсем потеряла обыденный облик. Хотя она и ранее выделялась особняком, но сейчас стала совершенно сказочным персонажем. Осталось ей встать в ступу и взлететь, взяв на плечо своего Гришеньку.

Бабушка Таня заговорила тоном опытного психолога, разговаривающего с нервным младенцем:

- Одни чувства, вопрос не информативен. Успокойся, внук, и мы можем поговорить с тобой, как взрослые люди. Пора уже выходить из детской поры, русских сказок и современного фэнтези.

Антон застеснялся своей вспышки:

- Ладно, я наказан и высечен. Признаю свою вину. Теперь, давай, бабушка, рассказывай о своих фантазиях. Чувствую, информации у тебя воз и маленькая тележка. Все просвети – от серого волка до космического боевика.

Бабушке Тане не понравился тон, с каким ее внук с ней заговорил. Не верит, что было вполне понятно. Трудно из технического настоящего, где маги появлялись только на экранах телевизоров в виде толкиенутого колдуна и Кощея бессмертного, оказаться в магическом будущем. Наверняка, решил, что старушка съехала головой. Придется использовать экстремальные мероприятия. Иначе современную молодежь, пропитанную скептицизмом, не проймешь. А словами убеждать – долго и неэффективно.

- Приноси мне кружку с водой, - внезапно холодно приказала она Антону, перестав рассуждать о достоинствах магии. Антон не возражал. Кружка стояла в этой же просторной комнате, неподалеку на столе, и он поднялся, чтобы ее взять. Бабушка вставать не может, от чего бы не помочь ей сердобольному внуку…

- Нет, - отрезала она, - сядь обратно. Не руками возьми, это любой здоровый человек сделает, а мыслью, желанием. Представь, что ты ее мысленно переносишь.

Антон непонимающе посмотрел на нее. Передачу «В гостях у сказки» он в свое время любил, но это было так давно, что уже и забылось все.

Бабушка цинично посмотрела на него, как красавица отличница на недотепу двоечника, который мало что тупой, так еще и удивительно безобразен. Усмехнулась.

- Вот так, - она посмотрела на кружку. Та медленно поднялась, сделала небольшую горизонтальную петлю, как миниатюрный асс, и встала обратно на стол.

Антон сделал некоторое усилие, чтобы не допустить отвисания собственной челюсти. Похоже, кружок юных критиков-атеистов придется временно закрыть… на ближайшие лет десять – пятнадцать… В лучшем случае. А старушки-то не простые. Бабушка добрая волшебница? Или злая?

- Теперь ты, - потребовала бабушка, действуя по принципу «куй железо, пока оно горячо - давай, у тебя получится. Ты маг, просто еще совсем не обученный и без опыта. Но потенциал у тебя наличествует.

Антон закусил губу от напряжения, машинально лелея нехитрую мысль о том, что магов в повседневной жизни не бывает и бабушка просто издевается над строптивым внуком. Есть фэнтези, и есть взрослые дяди и тети, не желающие взрослеть.

Эта идея еще получала некоторые права на развитие, когда он воздействовал имеющую в организме энергию. Голубушка, не странно ль это?

Под воздействием его душевной энергии / созданной мысли чайная чашка вдруг нашла силы для полета, поднялась и полетела к бабушке. Появилось странное ощущение, что ты думаешь о чем-то не трудном, но важном и тратишь на это энергию. Словно сложный интеграл решаешь.

Эй, он поднял чашку силой мысли! Братец, а зеленых человечков ты еще не видишь? Эльфы, орки, полтергейст?

Антон почувствовал, что у него элементарно едет с резьбы голова. Пожалейте мальчика, не валите на него все оптом.

- Спасибо, - бабушка взяла медленно плывущую к ней чашку, будто с подноса, неторопливо отпила глоток воды, - надеюсь, теперь ты понял, что магия существует. Голова не раскалывается, в глазах не двоится? Нет? И не надо. Не волнуйся и не психуй, ты не сходишь с ума. Это просто несколько иной вид деятельности, доступный не каждому человеку. Одни владеют техническими дисциплинами, другие – гуманитарными. Третьи – волшебством. Последних очень мало, но они есть. Ты – один из них, точнее – один из нас. С чем и поздравляю. Именно маги создают магию. Их тела аккумулируют рассеянную энергию Земли и преобразуют ее в ману.

- А что это за Совет? - прервал ее Антон, поняв, наконец, что от этой реальности ему уже не отвязаться. Тогда с паршивой собаки хоть шерсти клок. Пусть делятся имеющейся информацией.

- Узнаешь, - легко ушла от ответа бабушка, - ты многое узнаешь, о чем никогда не знал или представлял, но неправильно, совсем, как неграмотные люди. А пока давай проведем начальный урок, чтобы ты знал, как понимать и видеть магическую силу. Тебе надо много чего узнать, чего не знают другие, даже твои родители. И забудь о скепсисе. Незнание отдельных сторон жизни не говорит об их отсутствии.

Смотри, в этой комнате я специально вырастила интенсивный канал нашей магической силы. вглядись, какой он интересной расцветки и интенсивной силы. Тебе понравится.

- Где? - удивился Антон. В комнате ничего необычного не было, кроме мебели, различной домашней мелочи. Только две странные старушки и черный котяра. И он, очумевший от диких новостей.

- Да вот же, - удивилась бабушка бестолковому внуку, - разуй глаза и все будет нормально.

От этих нехитрых слов словно спала с глаз пелена. Антон увидел яркий разноцветный поток странной субстанции, выходящей из стены и уходящей в пол. Не кстати появилась мысль, что нижних соседей уже, наверное, затопило.

С этого времени среднестатистический Антон Иванов, рохля и обычная тупица, окончательно стал превращаться в могучего мага и кудесника, жесткого, упрямого, а если надо – циника и развратника, подпитываясь от появившегося альтер эго – «попаданца» - давно умершего и ожившего в его сознании Петра Дормидонтовича Леонова. Пусть не для всей Земли, то для России наступила новая эпоха. Только россияне об этом еще не знали. В светлое будущее наших соотечественников вводили, как всегда, не интересуясь их мнением и желанием.

Дормидонтыч, ты сейчас где?

Глава 4

Очередное ухаживание за «тяжело больной» бабушкой резко отличалось от остальных сеансов прошлых лет. За две недели «командировки» Антон прошел «курс молодого бойца» – комплекс занятий начального обучения мага. Маршировать и крутить солнце его не заставляли, но вообще пришлось очень туго. Объективные проблемы баба Таня не признавала, все нестыковки во времени и неумения Антона выводились только от лени, не дисциплинированности и тупизны ученика.

А еще в первое время оказалось сложно с «попаданцем». Петр Дормидонтович Леонов,, проживавший во второй половине XVIII веке, оказался могущественном магом. Баба Таня, знакомая с его учениками еще в ту пору, когда молоденькая девчушка только-только знакомилась с магией, решила, что этот опытный наставник, если наложить его психотип на разум Антона, сумеет решить все проблемы молодого мага.

Решить-то он решил, но до этого Антону пришлось пережить несколько жутких суток, когда:

А) он подумал, что его разум будет окончательно заглушен, а тело окажется полностью подчинено сознанию Леонова;

Б) «попаданец» Петр Дормидонтович, представив, что он оказался в плену темных сил, взбунтовался. С помощью бабы Тани недоразумение было погашено, но за это время Антон не раз оказался на грани смерти.

Но, наконец, все успокоились и учеба возобновилась. При чем она пошла с двух сторон – с внешней стороны (баба Таня) и внутренней (Петр Дормидонтович). И ладно, если знания шли синхронно. А если наставники ссорились? Тогда уж Антону приходилось становиться дипломатом (а, точнее, парламентом) и сводить позиции непримиримых сторон.

В итоге, через несколько дней, Антон получил следующий объем:

Чуть-чуть правил техники безопасности и некоторой секретности.

Много собственно магических методов, накапливаемых магами на протяжении столетий.

- Фуга боли, - объявила баба Таня, - одна из древнейших, пришла к нам из тьмы веков. И понятно почему – магам надо защищаться, магам надо подчинять людей в своих интересах. Боль – лучший метод общения. Один сеанс – и окружающие понимают, осознают твои слова.

Петр Дормидонтович знавший гораздо больший объем этих знаний, решительно воспротивился такой оценке. Внешне это выразилось в виде скептической мины на лице внучка.

- Сейчас дам по морде, - озлобилась бабушка, не желая знать, кто отвечать, - мал еще. Слушай лучше. Технология работы с этой фугой не сложная, лишь бы понял. Смотри, ты мысленно берешь ману, преобразуешь ее в магическую энергию, затем в зависимости от требуемой цели, взрываешь энергию – люди поражены болью, они ничего не могут, валяются в отключке. Поджигаешь энергию – боль нарастает постепенно, чем выше темпы сгорания, тем выше уровень боли. Меняешь уровни, пока твои собеседники не сдаются. Хочешь нанести удар боли не по всему телу, а по части тела и по отдельным органам – наполняешь маной эту сферу.

- А по характеру боли?

- Молодец, быстро схватываешь. Здесь сложнее, нужно знать отдельные заклинения. Потом я тебя им поучу. И Петр Дормидонтович поможет. Наберешься опыта, будешь сам создавать. А сейчас только основные подходы.

Тут Петр Дормидонтович не выдержал и принялся объяснять, в чем баба Таня не права. Антон при этом играл преимущественно физическую роль. В том смысле, что маг говорил его ртом, а магиня говорила в его уши. При этом его говоримые слова не только не касались, но и он совершенно ничего не понимал. Как будто говорили они на китайском языке.

Объяснились. Дальше Антона снова подключили в качестве младшей стороны.

Баба Таня, недоверчиво посматривая на Антона (Петра Дормидонтовича) принялась продолжать лекцию:

- Фуга исцеления. Появилась недавно, лет двести пятьдесят назад. Мой учитель говорил, что ее разработал его учитель. Не знаю, так ли, но действует по настоящее время эффективно. Тут принцип деятельности немного другой – создаешь резонанс восстановления всего организма или отдельных органов и с ним работаешь. То есть организм воссоздает себя сам, он практически омолаживает себя, а тебе надо лишь помогать ему энергией и поддерживать созданную резонансную волну. К сожалению, процессы и характер лечения сильно отличаются у каждого человека. Массовых излечений у тебя не получится. Каждый раз работаешь только с конкретным пациентом.

- Бабушка, но тогда почему ты…

- Почему я не излечусь? Ответ прост и ужасен. Антон, у магов есть один серьезный недостаток. Да, они живут долго и плодотворно, но очень трудно. И тебе не избежать паралича, как у меня. За умение быть магом надо платить износом организма. Обычно это инсульты – мозг работает напряженно и его сосуды изнашиваются раньше времени. И маги не излечиваются с помощью магической энергии. Честно говоря, и обычная медицина справляется с трудом даже с простейшими болезнями.

Антон, уже понимая, что у него теперь двое наставника, мысленно обратился к «попаданцу».

Петр Дормидонтович, не согласившись по мелочам, остальное цензурно пропустил. Пожаловался, что умер от инфаркта. Который, в свою очередь, возник именно из-за обширного инсульта

Бабушка, правильно поняв паузу в словах и действиях Антона, только ухмыльнулась, когда любимый внучек попросил продолжить.

- Теперь перейдем к третьей фуге – переносу своего тела и различных предметов и людей пространственно. Учись! - бабушка выжидательно посмотрела на внука. Тот только вздохнул, предвидя тяжкое будущее.

Так шли дни. Первоначальное, базовое обучение было трудным, но, в конце концов, и оно окончилось.

- Мастером ты еще не стал, но и простым человеком уже не являешься, - констатировала баба Катя, являющаяся помощником магини бабушки Тани на подхвате. Она и кухарка, и техник, и, что особенно удивило Антона, охранник. И еще обладатель многих других полезных функций. Но магом старушки не являлась, что делало ее очень ценным советчиком и ценителем, но не соперником, - все системы жизнедеятельности прошли через магическую активизацию и приобрели дополнительные функции. А процесс обучения подтянул теоретическую часть под свойства развивающегося организма. И Петр Дормидонтович явно помог, очень видно.

То, что он изменился, Антон и сам понял – сначала был шок, затем радость и понимание. Конечно, частично грубость, жесткость, властность, не говоря уже о могущественность, были наносные – от «попаданца». Но и характер самого Антона тоже изменился. Ушли излишние мягкость и нерешительность. Острота и желчь скорпиона стали совмещаться с широтой и глубиной анализа. И к женщинам он стал относиться совсем по-другому.

Но этого еще было мало. Мало измениться человеком. Надо стать сильным и опытным магом. Влияние двух опытных магов оказали большое влияние, но и сам Антон должен быть получить навыки, заработать нужный опыт.

Две недели напряженного обучения, и, после настоятельных советов бабушки Тани, наставлений « попаданца», пришлось выйти на работу в министерство для решения некоторых практических вопросов. Хотя, он не до конца понимал, зачем магу тащить груз забот клерка. Денег он сможет заработать и магической деятельностью. Одна фуга исцеления, если надо, принесет столько…

Но раз надо… благо обычно ссорящиеся наставники, тут дружно на него надавили.

Практически с этого момента она (бабушка и учитель), он (психотип и тоже учитель) по совместительству стали еще мастер-тренером и наставником стажера – резидент-аналитика.

Если бы он еще до конца понимал, в чем все это заключалось. Бабушка командовала, а он делал, даже не вникая и не понимая до конца. Петр Дормидонтович также нашел свое место. Обычно он на все указания бабы Тани язвил и комментировал. Но Антон после некоторой паузы, спохватившись, мотал его ворчание на ус. Как говорится, одна голова хорошо, а полтора лучше.

А вот то, что он пусть новичок, но все же всемогущий маг, понял сразу и одномоментно. И дело было не только в перемещении чайной кружки – тест для маленького ребенка. Нет, его магическая практика оказалась гораздо шире. При помощи Петра Дормидонтовича он такие магические шедевры наворачивал!

Шел обычный июньский дождь. Сильный и стремительный, омывающий зелень и торопливые машины, однако чрезвычайно мешающий ему передвигаться по городу. В сердцах он потребовал, чтобы дождь прекратился, не мешая. И выругался парой-тройкой магических формул (заклятий) в пространство.

Дождь сразу же прекратился, будто так и положено. Даже как-то странно. Был дождь и нет его. Немедленно. Резко.

И еще. Вечером, когда он вернулся от бабушки, ему вдруг захотелось перед сном перекусить. Пришло прямо-таки возникло жуткое чувство голода. Лягушку съем для умиротворения желудка!

И тогда он из ничего, буквально из воздуха, сделал палку вареной колбасы и буханку черного хлеба. Жуть! Подумать не успел, а в руках продукты! И вкусные! Ел так, словно он после недели голода получил изысканный обед в модном ресторане.

Кстати, прятать новый статус внука от многочисленных представителей узкого круга заинтересованных лиц бабушка не стала. Нечего прятать мага от тех, кому он очень нужен и кто, самое главное, в состоянии платить за дорогостоящие услуги. Ведь это будет полезно и стране и отдельным компаниям, и даже отдельным людям. Ей самой откровенно некогда. На определенном этапе жизни, когда увядающие физические силы начинают слабеть и у мага превалируют умственные, он начинает мудреть и узнает много нового о себе. В частности, когда и как он умрет. Кстати, господин Леонов грустно подтвердил мысли бабушки.

Все, его вопросы о будущем трудоустройстве сразу отпали. Зачем он пять лет мучался?

Грустно, конечно. Но бабушка и без тогопрожила сто десять лет, а не девяносто с гаком, как наивно думал раньше Антон. Нечего бога гневить, прожила достаточно – почти двойную норму по стране. Кстати, да, бабушка, хоть и была магом и, по мнению многих, сама стала почти богом, но все же верила в Христа. Что поделать, эмоциональная сфера есть у всех. И как бы ты не был всемогущим, хочется верить, что есть еще сильнее тебя, и именно он, великий и всеведущий, направит и поднимет себя. Петр Дормидонтович, происходя из темного XVIII века, тем более был подвержен влиянию религии. Под этим влиянием Антон и сам потихоньку стал втягиваться в веру.

Но бабушка так далеко не уходила. Только о смерти. Как ей привиделось, умрет она примерно года через два, вечером, от последствий очередного инсульта. Буквально угаснет. Легкая смерть. Как говорила баба Катя, многие, умершие тяжело и болезненно, завидовали.

- Умершие завидовали?

Цепкий ум аналитика Антона сразу уловил несоответствующее принципам здоровой логики предложение. С какой это поры умершие стали общаться с живыми? А привидения есть?

Баба Таня укоризненно посмотрела на свою проболтавшуюся подругу и уклончиво ответила вместо нее:

- Об этом ты узнаешь немного позже. Пойми, мы не скрываем от тебя полусекретную информацию, просто часть ее необходимо придерживать для твоей же пользы. Дабы твой молодой и девственный мозг не взорвался. Он и так мучается из-за двух разумов сразу. Лучше вернемся к нашим работодателям. Скоро ты начнешь с ними плотно работать и должен быть во всеоружии.

Антон хотел возразить, даже открыл рот с язвительными словами, но посмотрел на одновременно хитрющее и непреклонное лицо бабушки, и передумал. Не время дискутировать и любопытствовать. Бабушка все равно не расскажет, если посчитает, что еще нельзя. Наврет, обманет, и сам же еще в дураках останешься. Потом поговорим, когда подойдет нужное время.

Дормидонтыч, посмеявшись всласть в голове Антона, тоже пообещал рассказать. Потом. Антон только вздохнул, радуясь общей твердой позиции наставников по оболваниванию ученика.

Порадовался и вернулся, по настоянию бабы Тани, «к нашим работодателям, заинтересованным в магических услугах».

Их оказалось совсем немало, даже жуть брало. Антон громко удивлялся, старательно доводя свое мнение до слуха наставников.

Кажется, кто-то говорил о секретности магов? Как же тут спрячешься, если буквально дверь квартиры не закрывается. Как там Пушкин говорил, к нему не зарастет народная тропа? К нам точно не зарастет!

Народ пер, как бомжи на бесплатную раздачу обедов. Уже на третий день после привлечения Антона к работе (тот проворчал, еще бы о вербовке сказала), бабушка начала знакомить его с потенциальными представителями работы по его новой профессии. И в больших масштабах.

- Ты, пойми, Антон, в то, что магов не существует, в современном мире верят только наивные дурачки и слишком простодушные люди, - предупредила она, - умные воспринимают магов, как данную реальность контрастной вселенной. Просто маги, как и золото, на дороге не валяются. Но кто ищет, тот всегда найдет. Особенно если ищущий – это государство, которому очень нужны люди со сверхъестественными возможностями.

Петр Дормидонтович с высоты своего века тоже сообщил, что в его годы государство активно использовало магическую мощь магов.

«Я интересно дурак или излишне простодушный?» - мысленно поерничал Антон, который и не думал о существовании магов ни в текущей возможности, ни в прошлой, и, значит, относился к одной из этих категорий.

- Скорее второе, - вслух прокомментировала его учительница, - до дурака ты чуть-чуть не дотягиваешь. Интеллект подводит. Слишком сильные аналитические возможности. Но оторвать глаза от земли и не хочешь, и не можешь.

- Бабушка, ты мысли мои читаешь? - удивился Антон, понимая, что про свою категорию он всего лишь подумал, но не говорил. Мысленно спросил своего «попаданца», но тот только хихикнул. Смешливый какой-то попался, все ржет и ржет.

- Читаю, - спокойно сказала она, - и не только мысли. С Дормидонтычем беседуем. Все твои намерения и желания у меня, как на ладони.

- И раньше читала?

- Конечно. И не только у тебя. У всех окружающих. Выборочно и коллективно. Научишься магический барьер ставить – будешь прятать. А пока читаю и прикалываюсь. Не отвлекай меня. Ты вообще с ума сошел – маг и не уметь читать чужие мысли. Какой ты тогда волшебник?

Отстань. Лучше поговорим пока немного о теории и истории волшебства. А то ты совсем неграмотный. Проведу хотя бы небольшой магический ликбез.

Оказывается, в свое время естественно появившиеся в природе маги жили еще в средневековье. Сами возникли, то ли из грязи, то ли предки наши были высококачественным сырьем, самостоятельно превращаясь в магов без всяких магических технологий.

Возникли традиции и правила, которые в целом сохраняются до сих пор, передаваемые от учителей к ученикам и по разрозненным записям. Запомни:

- Маг происходит от людей, но это уже не человек;

- У него такие же органы, но они имеют куда больший спектр возможностей;

- Маг работает на людей, но имеет свои принципы и понятия. Магическое первично, человеческое – вторичное;

- Маг работает на человечество и никогда ему не вредит, но отдельным людям вполне может и это не предрассудительно;

- У магов свои структуры, старшинство определяется силой. Попав к магу чужой страны ты имеешь два варианта – сдаться на условиях временного рабства или погибнуть.

Петр Дормидонтович, послушал, твердо добавил:

- Устал от жизни – умри.

Глава 5

Баба Таня, слышавшая все мысли, была лапидарна:

- Вот так внук. Жестко, но понятно. Но уже в те времена либо их перебили, либо они вымерли в силу неблагоприятных условий. Магов не стало. Выращивать их искусственно в новых условиях начали только в конце XIX века сначала в Азии, потом в Европе. У нас же в стране качественный рывок произошел еще позже, при Сталине, а при Хрущеве были созданы эффективные технологии, позволяющие получать одного супермена хотя бы в двадцать лет.

Антон удивился:

- ?! Это эффективные технологии? Бабушка, ты не путаешь?

- А маги не машины, тут конвейера нет. Все в порядке особого эксклюзива. В противном случае они появлялись бы еще реже. Чудак. Как думаешь, в современной России сколько магов?

- И сколько?

- Все в этой комнате находятся. Ты думаешь, я почему побеспокоила уже умершего Петра Дормидонтовича? Живого мага не нашла!

Антон непонимающе посмотрел на бабушку.

Та хохотнула:

- Антон, современные технологии гарантируют появление новых магов, но только при условии очень качественного сырья. А его – людей с магическими генами с обоих сторон – матери и отца – очень мало. Мне страшно повезло, что я, родив всего лишь одного ребенка, в следующем поколении получила качественную заготовку в твоем лице. И ты, с нашей помощью, сумел дорасти до мага.

- Так меня пропустили через технологию выращивания магов? - догадался Антон.

Бабушка правой рукой сделала нечто похожее на насмешливый реверанс.

- Могли бы и меня спросить, - проворчала жертва передовых промышленных магических методик.

- Успокойся, здесь обошлось без технологии, и так умный и способный оказался. Всего лишь активизировали. Я – внешне, Петр Дормидонтович – внутри разума. Так сказать зажгли запальный шнур и отошли в сторону, чтобы самих не взорвало. Но, вообще, технологии не трудные и не больные. Я вот прошла через этот этап и особо не страдаю. И вообще внучек, к нам пришел очередной гость со своими тараканами.

Она замолчала, готовясь к дальнейшему разговору с заказчиком. Надо было понять, о чем пойдет речь, выявить тонкости работы в предлагаемой сфере.

Зрелый маг, хорошо разбирающийся в людях, в экономических и политических процессах, был нужен многим и государственным структурам, и даже олигархам. Антон, видя большое число заказчиков, снова удивился, как магам удается сохранять свое, так сказать, инкогнито. Пусть многие понимают, что маги существуют. Но как укрыть конкретное лицо?

- На то есть прикрытие, - хмыкнула бабушка, опять втихаря подслушивая мысли, - пусть работают – колдуны седьмого разряда, потомственные ведьмы, рекламирующие себя, где можно – это в основном наши сотрудники. И им хорошо платят государственные структуры. А мы живем под их прикрытием. Ты думаешь, за границей по-другому? Хи-хи.

Весь этот шум про чудодейственных людей и их чудодейственные вещички создается не для зарабатывания денег, а скрытия действительных магов.

Да и сами маги не беззащитны. Прятаться им годами буквально на одном месте – пара пустяков.

А вот и наш гость, - как ни в чем не бывало, продолжила бабушка при его виде, словно только о нем и говорила, - знакомься, генерал-лейтенант Никитин Вадим Герасимович, начальник отдела сверхъестественных сил и аномальных процессов ФСБ. Помимо прочего, наша крыша. В миру полковник в отставке этой структуры, любитель потустороннего и сверхъестественного. Суется со всякой ерундой в СМИ и в телевизионные программы. Печатается и снимает, а потом за свои/ведомственные деньги издает. Для большинства окружающих невинный, хотя и докучливый пенсионер с надоедливой активностью. Таких достаточно много. А он под шумок работает во многих секретных проектах рядом с нами.

Никитин улыбнулся, хотя и несколько натянуто. Гость явно был недоволен такой открытостью хозяйки, показавшей его реальное лицо постороннему человеку, но она представила своего юного собеседника:

- Антон, стажер резидент-аналитик, - она многозначительно помолчала и добавила: - и мой внук. Сменит меня через пару лет.

- А ты? - вырвалось у генерала. Претензии исчезли, сменившись тревогой. Ведь маги на пенсию не уходят. Специальность специфическая, должность пожизненная.

- А я, - она многозначительно посмотрела на потолок.

- Да ты, Алексеевна, всех переживешь, - не поверил генерал такой сенсационной новости.

- Я маг, и я все знаю, - жестко сказала она, пресекая любую дискуссию по этому поводу. Гость смущенно опустил глаза, извиняюще кашлянул. Бабушка смягчила тон:

- Помните лучше, Вадим Герасимович, что вам надо будет не только прикрывать Антона. Из него еще надо сделать мастера. Потенциал есть, навыков и знаний маловато. Именно для этого я вас и вызвала. А об этом, - она пошевелила пальцами, - все мы смертны и не надо прятать глаза, а лучше подготовиться.

Поговорили еще немного. Генерал пообещал составить сетку учебных мероприятий на первое время, разнообразных по типу и постепенно усложняющихся. Ушел, пряча озабоченные глаза. Прежний маг, постаревший и ослабевший, работал все меньше. Но что представит из себя новый маг, совсем еще мальчишка, судя по внешнему виду? Не произойдет ли полный завал?

Знал бы он, что Антона страхует могущественный маг с многовековым опытом.

После Никитина один за другом появились представители академических учреждений сферы медицины – их интересовал ход разработки методики лечения постинсультных осложнений, администрации президента со своими проблемами, различных министерств и т.д., всего более пятнадцати учреждений, имеющих разрешительный допуск к магу. И это только приглашенные на этот день.

Всем бабушка Таня сначала неожиданно представляла своего сменщика, гасила эмоции – она казалось им вечной, в таком виде находясь уже десятки лет. Здоровые, крепкие, сильные люди постепенно дряхлели и умирали, а она – божий одуванчик, еле плетущаяся по жизни, – всех умудрилась пережить и тут вдруг сообщает о своей предстоящей смерти и о новом маге. Ужас.

Приехавший среди прочих посетителей министр финансов Северьянов, внимательно выслушав информацию о смене резидентов, покачал головой. Соболезнований бабушке передавать не стал, понимая, что это не приятно. Живой человек не должен страдать проблемами мертвых. Узнав, что новый маг служит в его структуре, помедлил, просеяв, видимо, имеющийся материал. Посмотрел на Антона, вспомнил, что видел его фамилию в списках поощряемых. Проекты приказы по наказаниям до него просто не допустили.

- В каком департаменте вы служите? - поинтересовался он. И, обращаясь уже к бабушке, предположил, что, видимо, надо найти должность более спокойную и выше оплачиваемую, чтобы не мешать его непосредственным обязанностям.

Бабушка величаво кивнула:

- Чуть позже, безусловно. Антону придется часто уезжать и много работать по своим/нашим делам. Со мной было работать проще – я давно пенсионерка, а вот ему надо разработать крышу. Иначе все замучаются.

Министр кивнул, прикидывая дивиденды, которые его министерство и он лично будут получать от наличия практикующего мага в своей структуре.

- Только я думаю, вам его не удержать в министерстве финансов, - безжалостно продолжила она. – Слишком большие силы заинтересованы в сотрудничестве с ним. Проблем много, практикующий маг один. Министерство ваше, конечно, знаковое, но выдержит ли оно борьбу сразу с силовиками, администрацией президента и другими заинтересованными товарищами.

- Да? - поморщился министр, представив масштабы свалки, и решительно закончил: - я все же попробую. Как говорил один силовик несколько десятков лет назад, попытка – не пытка.

Но гости все же были не главным фактором. В первую очередь надо было готовить из себя мага. И не только путем накачивания знаниями и навыками. В самом конце начального курса обучения, когда Антоном были получены базовые принципы магической аналитики и магической практики, бабушка, как бы невзначай, сказала:

- Да, внучок, тебе надо обязательно выполнить еще два важных условия деятельности магии. Петр Дормидонтович не говорил? Тогда смотри:

- Во-первых, завести черного кота. Как у меня. Гришенька, ты где?

Крупный кот, почти круглосуточно спавший в ногах бабушки, лениво потянулся и скосил хитрющий глаз в сторону бабушки. На просьбу бабушки сесть поближе, одним прыжком оказался у изголовья хозяйки и осторожно лизнул ее в щеку.

- Красавец, Гришенька!

Кот согласно промурлыкал и потерся головой о подбородок.

- Гришенька, щекотно!

Глядя на эти гринписовские картины, Антон пожал плечами. К кошачьим – от милых домашних Васек до грозных амурских тигров он относился равнодушно, в лучшем случае настороженно. Поэтому может прожить и без них. О чем наивно сообщил бабушке, думая на этом завершить эту тему.

Однако, просто так отбояриться не удалось. Бабушка, если и вцеплялась в какую-то тему, то жестко и безоговорочно. Да и «попаданец» кое-что успел разъяснить.

- Не капризничай. Это обязательный атрибут мага, - жестко пресекла бабушка, дав немного поговорить старому магу, - без кота ты не можешь полноценно заниматься магической практикой. Хочешь стать слабеньким магом?

- Бабушка, сейчас не средневековье. Почему колдун или ведьма обязаны иметь такой артефакт? Что за предрассудки! Давай, я буду носить черный смартфон?

Вопли любимого внука заставили бабушку звонко рассмеяться.

- Сам ты предрассудок, Антоша. Речь идет не просто о суевериях. Вот послушай-ка с точки зрения науки XXI века, о чем мне рассказали мои высоколобые друзья. А они говорят, что природой так сотворено, что кошки посредством своего тела служат тонким фильтром магической энергии, структурируя и усиливая ее свойства. При чем особенно эффективно получается у черных кошек.

- Кошки? - скептически поинтересовался Антон, - вот это вот мясо?

Показал он на тушку Григория, уже задремавшим на плечах у хозяйки, вытянувшись на весь свой черный аршин.

- Да, - посерьезнев, подтвердила бабушка Таня, - и не смотри так скептически. Ведь процесс обработки маны у них идет не осознанно. Мой Гришенька может спать, жрать, играть, вылизывать свое причинное место, а в это время его тело механически будет очищать и успокаивать магические потоки вокруг меня, тем самым помогая магу. Он, скорее всего, и не знает, какую важную роль играет. Нам это важно? Самое главное – при помощи черных кошек маги на несколько порядков, как минимум, оптимизируют свою магическую деятельность. Это известно, как ты уже сам косвенно сказал, сотни лет. А сейчас и доказано учеными.

- Не спорь со своей родственницей, - посоветовал Петр Дормидонтович, - она дело говорит. Ты понимаешь, мана, которую вырабатывают маги, груба и тяжела для переработки самими же авторами. И поэтому работать с нею трудно и долго. А эти пушистые игрушки производят модификацию маны, как бы между прочим.

Баба Таня добавила:

- При этом, обрати внимание, хорошо работает такой фильтр только если у него прекрасные отношения с хозяином. Поэтому биофильтр должен быть противоположенного с хозяином пола (однополые зверьки и хозяева трудно сближаются), для тебя это будет кошка. Она должна пользоваться твоим расположением. На практике это означает, пока ты не накормил кошку, о еде для себя и не думай. Иначе магическая практика для тебя станет мучительным делом. Кошка, которая не любит своего хозяина, будет перерабатывать ману в небольшом объеме и низкого качества.

Антон тяжело вздохнул. Оказывается, не все так легко, как сначала казалось. Вот тебе и всемогущий маг! Прикован к безмозглому зверьку и должен потакать его прихотям.

- Подожди, когда ты убедишься в пользе этого биофильтра, сам начнешь беспокоиться. Касаясь выбора. Котенок не должен быть полностью черным, породистым или особо красивым. Главное – ты должен почувствовать свою близость к нему. Я дам тебе пару адресов, подберешь. Или сам поищешь, здесь нет особых ограничений. Черных котят тысячи, вопросов не возникнет.

И, во-вторых, тебе надо в кратчайший срок наладить личную жизнь.

- ?!

Петр Дормидонтович тоже отреагировал – дьявольским хохотом, переходящим в истерический.

- Да, Антон. Обычно старшие родственники, типа твое альтер эго, говорят молодым – мальчику или девочке – о целомудренности и вечной любви до гроба с одним сексуальным партнером. Может быть, так и положено обычным людям. Российские законы, христианские заповеди к этому также подталкивают. Не нам судить об этом. Но ты носитель уникальных доминантных магических генов, ты маг и не совсем человек, хотя и находишься в человеческом теле. И к тебе походы диаметрально другие. Российское государство и общество, а через них и все человечество, очень заинтересованы, чтобы у тебя было много талантливых детей, при чем от разного числа женщин, чтобы наверняка угадать с появлением новых магов. Выбирать будешь ты. Брюнетки, блондинки, спортивного телосложения или пышки – решаешь ты. Ограничение одно – все твои избранницы должны носить рецессивные гены мага. По нашему магическому жаргону – красный пояс.

Антон срочно обратился за консультацией к господину Леонова. Раз уж занимает место, пусть помогает.

Леонов озабочено вздохнул. объяснил:

- Женщины в магических семьях зацикливаются на детородстве. Сам процесс, конечно, магам тоже нравится. Но куча детей всегда оборачиваются кучей проблем. Я в свое время вывернулся, ты, судя по энтузиазму Тани, не сумеешь.

Антон попытался отбрыкаться:

- Я не племенной бык! И не озабоченный кролик!

- Будешь им, - безжалостно подчеркнула бабушка, - и не строй из себя красну девицу. Уже в контракте у тебя отдельным пунктом будет подчеркнут пункт о заведении, как минимум, трех – четырех детей от разных матерей. И женщин на протяжении всей жизни тебе будут подкладывать постоянно. Красивых, умных, если надо распутных носителей рецессивных генов мага. Если ты завершишь земной путь и не оставишь наследников, это будет катастрофа. Но выбирать будешь ты.

Дело это очень важное, но ты не должен забывать о своей главной обязанности – ты маг!

Антон тяжело вздохнул. Бабушка рассмеялась.

- А ты думал, маги только развлекаются. Брось, это только в фильмах о безумных могущественных колдунах. В действительности наша жизнь тяжела и наполнена работой.

Понял теперь, почему я в очередной раз наслала тебе полеты во сне перед моим приглашением? Предупреждала о неприятностях.

- Бабушка, так это ты!

Антон думал, что к этому времени его ничем уже не удивишь. Ни магией, ни «попаданцами». Оказывается, ошибся, у бабушки Тани было много способов ошеломить своего любимого внука и наследника магического ремесла.