Анти-Лекарь

Глава 1

Комната заполнена синеватым едким дымом. Он медленно плавает в воздухе, настойчиво проникает в ноздри, раздражая рецепторы. Омерзительный запах! Но к нему примешивается ещё один.

Я окидываю помещение взглядом в поисках его источника. Сам не знаю, зачем. Это попытка уцепиться за что-то ещё.

Апельсины. Целая горка крупных оранжевых шаров в плетёной корзинке, стоящей на огромном письменном столе. Морёный дуб, искусная резьба, зелёное сукно. Бронзовое пресс-папье с фигуркой вставшего на задние лапы медведя.

А рядом с ним – сидящая на углу стола блондинка с ярко накрашенными пухлыми губками. В глубоком декольте – соблазнительная ложбинка, образованная пышными полушариями. Под ними - тонкая талия и длинные ножки, закинутые одна на другую. Кожаная мини-юбка, чулки в крупную сетку, туфли на шпильках. В руках красотка держит здоровенное охотничье ружьё, переломленное пополам. Смазывает механизм, выдавливая в него густую жидкость из крошечной маслёнки. Голубые глаза, похожие на два сияющих сапфира, устремлены на меня. В них бегают озорные и слегка насмешливые искорки.

- Эй, малыш, ты в порядке?!

Грубый мужской голос ввинчивается в уши, словно дрель, включённая на низкие обороты.

Моргнув, я сосредотачиваю взгляд на его источнике – широкоплечем толстяке с блестящей лысиной, крючковатым носом и крошечными, глубоко утопленными в плоскую физиономию глазками-бусинами. Словно пару стекляшек вставили в кусок пористого теста.

- Слышь! Я к тебе обращаюсь, парень!

Разлепляю губы, ворочаю языком, словно чужим. Первая попытка ответить провалена.

- Да что с тобой?! – раздражённо повышает голос толстяк в синем костюме и белой рубашке, воротник которой упирается в складки жирной шеи. – Чего ты уставился-то?! – мужик подозрительно прищуривается. – Плохо тебе, а? Чё так побледнел?

На толстом мизинце сверкает в свете настольной лампы, накрытой зелёным абажуром, золотое кольцо с крупным бриллиантом.

Прочищаю горло.

- Со мной… всё… в порядке.

За исключением того, что я знать не знаю, где нахожусь. И кто я такой – тоже.

Хотя…

Физиономия хозяина кабинета уже не кажется совсем уж незнакомой. Я словно видел её когда-то в толпе… Нет, не так!

- Уверен? – осведомляется толстяк. – Ну, лады тогда. Ириш, будь лапочкой, поставь ружьё на место и сходи к Пауку - скажи, чтобы подавал тачку к семи. Он знает, куда поедем.

Девушка грациозно и словно нехотя соскальзывает со стола, улыбается мне уголком чувственного рта и направляется к стене, где устроен оружейный шкаф. Старинный, из дерева и стекла. Вложив в него ружьё, она ставит маслёнку на полочку, закрывает дверцу, поворачивает в замочной скважине ключ и, покачивая крутыми бёдрами, выскальзывает за обитую чёрным коленкором дверь.

- Хороша краля, да? – одобрительно тянет толстяк, в течение всех этих манипуляций следивший за ней сальным взглядом. – Мировая бикса! Хм… Так о чём я? А, точно! – погляди-ка вот сюда, малыш, - с этими словами он тыкает большим пальцем себе за спину, где на стене висит копия «Тайной вечери» Леонардо да Винчи. – Знаешь, что это, парень?

- «Тайная вечеря».

- Ого! – моя осведомлённость почему-то очень удивляет собеседника. – Да ты умник, как я погляжу! Ты прав, малыш, это именно она. А знаешь, в чём смысл? Я тебе скажу, - кивает он, не дожидаясь ответа. – Предать может каждый. Кто угодно, понимаешь? Даже самый близкий. Тот, кому ты всегда доверял, как самому себе. Жена, брат, родные дети. Верить нельзя никому! – указательный палец нацеливается на меня, как ствол пистолета. – Заруби это себе на носу, парень! Иначе долго не протянешь, - толстяк откидывается на спинку кожаного кресла, словно эта тирада его утомила. Может, так и есть. – В общем, просьбу твою я рассмотрю, - говорит он, протягивая руку к хрустальному графину. – Но только потому что ты мой племяш, понял? И ещё потому что папаша твой, царствие ему небесное, - свободной от графина рукой толстяк быстро осеняет себя крёстным знамением, - очень хотел, чтобы ты его бизнес унаследовал. Так что никого другого к нему и на пушечный выстрел не подпускал. Все тонкости и контакты только тебе передал. Верно говорю? В общем, обеспечил сынку место под солнцем. Умный был мужик. Если б не всё это, я бы тебя не то, что послал куда подальше, а даже на порог не пустил, - толстяк наполнил хрустальный стакан янтарной жидкостью, сделал большой глоток, почмокал жирными губами и со стуком поставил обратно на стол возле графина. – Честно тебе это говорю. Прямо. Своя банда – это тебе не землю копать! Очень уж большая разница по сравнению с тем, чем ты сейчас занят, сечёшь? Закапывать для семьи трупы и делать их из живых людей – разные жанры. А придётся, если дам добро. Так что ничего не обещаю. Кроме как подумать. Ну, а сейчас, - толстяк сделал ещё один глоток и поднялся, опершись кулаками о стол, - пошли. Я тебя вызвал не об искусстве трепаться. Есть работа для твоей конторы. Вернее – скоро будет. Раз хочешь возглавить банду, погляди, чем придётся заниматься. Может, передумаешь, - хохотнув, толстяк подошёл к двери, распахнул её и остановился, глядя на меня. – Ну! Чего расселся?! Тебе письменное приглашение нужно, что ли?

Я поднялся. Тело слушалось, но было словно чужое. Явные проблемы с координацией. Сделав пару шагов, я слегка покачнулся, но удержал равновесие.

- Боже, да ты нажрался, что ли?! – нахмурился хозяин кабинета. – Какого чёрта, малыш?!

- Нет, просто… Голова малость закружилась, - ответил я.

Однозначно этого мужика я видел прежде. И это было ясно не только по разговору. Он вызывал… смутные образы. Кажется, какой-то серьёзный и опасный тип.

Чёрт, да что со мной такое?!

- Двигай живее! – бросил толстяк и вышел из комнаты.

Я последовал за ним. Надо разобраться, что происходит. Непростое дело, когда ты словно только что родился. Причём уже взрослым. Но ни хрена не помнящим. Даже собственного имени.

Гадство…

Переступив порог, я увидел двоих амбалов в серых костюмах. На меня они едва взглянули.

К моему удивлению, кабинет располагался внутри мясокомбината на втором этаже. Вниз вела железная лестница, по которой уже спускался вразвалку толстяк. Я двинулся следом. Пришлось держаться за перила, чтобы чувствовать себя уверенней. Похоже, кем бы я ни был, у меня случился какой-то странный приступ…

Здесь воняло ещё хуже, чем в кабинете. Кровью, сырым мясом, костями. Смертью. А ещё – хлором.

Но отвращения это амбре не вызывало. Как ни странно.

Спустившись на первый этаж, толстяк уверенно двинулся налево. Амбалы замыкали наше шествие. По дороге я заметил ещё пару охранников.

Мы шагали между рядами слегка покачивающихся свиных туш. Работников завода видно не было, но откуда-то доносился приглушённый стенами шум работающих механизмов. И ещё – было холодно. Не как в морозилке, но низкая температура вполне себе так ощущалась. Когда толстяк говорил, изо рта у него вырывались призрачные облачка пара.

Пройдя через помещение, мы оказались перед двустворчатой дверью, обшитой листовой сталью со следами множества мелких вмятин. По обе стороны стояли здоровенные мужики в костюмах. В ушах у них виднелись мониторы с витыми шнурами. Под пиджаками явно скрывалось оружие. Охранники распахнули двери перед толстяком.

Мы оказались в помещении поменьше. Здесь тоже главным украшением служили мясные туши, вскрытые, словно огромные устричные раковины.

Но не они мгновенно приковали моё внимание.

В центре болтался обнажённый человек. Его руки были связаны, а верёвки зацеплены за свисавший с потолка крюк. Подле него стояли трое мужиков в прозрачных комбинезонах, надетых поверх джинсов и спортивных курток. На одном даже целлофановая шапочка имелась. Справа на хирургическом столике с колёсиками холодно поблёскивали инструменты. И ими явно не гвозди заколачивать планировали.

- Смотри, малыш, - обратился ко мне через плечо толстяк и протянул руку к одному из мужиков в комбезах. – Перчатки, Саня.

Тот немедленно подал пару голубых неопреновых перчаток.

- Это твой сегодняшний клиент, - кивнул на подвешенного толстяк, натягивая их на пухлые кисти. – Знакомство ваше продлится недолго, но всё равно представлю его тебе. Аркадий Терновский, светский человек и дворянин. Правда, из мелких. Да и дворянство выслужил только личное. Впрочем, детей у него нет, а теперь уже и не будет. Передавать всё равно было бы некому, - толстяк подошёл к висевшему и взял его затянутой в перчатку рукой за спутанные волосы. – Что, ваше благородие, соскучились? Давно не виделись-то. Заняты были? Никак мои парни сыскать вас не могли. Весь город, на хрен, обегали!

Человек пошевелил разбитыми губами, застонал, словно пытаясь что-то выговорить.

- Я… скажу… Всё скажу… Клянусь… честью!

Это заставило толстяка расхохотаться. Кажется, вполне искренне.

- Честью, ваше благородие?! Откуда вам знать, что это такое? Не смешите, а то лопну, к херам! Когда вы пришли ко мне и умоляли взять ваши бабки, пустить в бизнес, я вас предупредил, что в случае чего меры будут жёсткими. Предупредил-предупредил, не возражайте, - толстяк щёлкнул пальцами, и ему тут же подали скальпель. – А вы, видать, решили, что я пошутил. И сдали моих парней легашам! Нет, так люди чести не поступают! Так делают трусливые, подлые шавки! Что они вам пообещали, ваше благородие? Защиту? Ха-ха! Трепаться они умеют. Ну, и что, защитили они вас, а? Ни хера! Плевать им на вас. А мне вот нет. Мне вы пользу ещё принесёте. Послужите остальным крысам уроком. Наглядным. Чтобы думали прежде, чем стучать на Зубра.

- Не надо! – просипел человек, косясь на сверкающий скальпель в руке толстяка. – Умоляю! Я всё скажу!

- Конечно, скажешь, - ласково пропел Зубр. - Куда ж ты денешься? И про то, кто тебе велел с легавыми снюхаться, тоже всё выложишь.

- Никто не велел! – пискнул человек.

Прозвучало неубедительно. И толстяк это сразу почувствовал.

- Ага! – кивнул он, хищно оскалившись. – Так я и думал. Кто тебе заплатил, сука?! Имя!

И скальпель ткнулся в живот пленника. Из-под острия показалась тоненькая струйка крови, задержалась на пару секунд и побежала дальше вниз.

- Никто, Зубр! – проскулил аристократ, безуспешно стараясь отодвинуться от лезвия. Но оно будто прилипло к его коже. – Клянусь!

- Врёшь, гондон! Говори, а то на куски порежу! Из-за тебя не только троих славных парней пристрелили, а двоих закрыли. Ты подумал о том, каково их семьям теперь? Мы о них, конечно, позаботимся, но это не то. Хотя кого я спрашиваю! Тебе ж, мразь, насрать! Про товар я молчу. Кто возместит мне потери? Ты?!

Явно я попал в логово бандитов. Не просто своры уголовников. Толстяк упомянул семью, а значит, это… мафия? Как ни назови, суть одна.

И, похоже, я один из них. Правда, мелкая сошка. Но жаждущая подняться повыше.

Всё это пронеслось в моей голове, пока Зубр мило беседовал с аристократом. Но слушал я вполуха. И на это имелась очень веская причина.

Едва войдя в комнату, превращённую в пыточную, и увидев висевшего на крюке человека, я застыл от изумления.

Ибо всё его тело покрывали, помимо синяков и ссадин, разноцветные пятна, связанные сетью пульсирующих каналов!

И я знал, что это такое! Нервная система - полная схема с обозначением очагов боли и их интенсивности.

Одного взгляда хватило, чтобы понять, куда и как воздействовать, чтобы причинить наибольшее страдание. Я читал этого человека, как открытую книгу боли.

Сначала меня поразило увиденное. Но затем я ясно осознал: это то, что я умею! Почему – без понятия.

Удивление прошло, осталось только чёткое понимание, как работать с этим болтающимся на крюке телом.

Работать?!

Да, именно это слово возникло в моей голове.

И я отлично видел, что толстяк тычет не туда.

- Говори, грязная сука, кто тебе заплатил! – прорычал тот, втыкая скальпель глубже.

- Никто, клянусь! Поверьте мне! Я бы никогда вас не…

- Заткнись! Хочешь, чтобы сюда привезли твою жену?! Хочешь посмотреть, как я нарежу её на полосы, а потом мои парни расфасуют то, что останется, по разным пакетам?! Или привезти сюда твою сестру? А может, племянников? На них тебе тоже плевать?!

- Босс, я никому ничего…

Зубр раздражённо обернулся к одному из своих людей.

- А знаешь, я так и поступлю! Давай, Топор, сгоняй-ка к родственникам этого говноеда и притащи сюда! Посмотрим, как он будет молчать, слушая их вопли. Знаешь, куда ехать?

- Да, босс, - кивнул тот, к кому он обращался, ухмыльнувшись. – Дайте мне полчаса. Максимум – час.

Так, если сюда притащат родственников этого бедолаги, решившего кинуть бандюгаев, они отсюда уже не выйдут! Этот, положим, сам себя обрёк на печальный конец, но при чём тут жена, сестра и племянники?

- Позвольте мне… босс, - сказал я, делая шаг вперёд.

Толстяк обернулся и уставился на меня недоумевающим взглядом.

- Что, малыш?

- Дайте мне с ним… поработать. Он всё скажет.

Зубр вдруг затрясся от хохота. Остальные бандосы тоже ухмылялись, но в голос ржать не решались. Видать, знали, что он мой дядя.

- Серьёзно?! Малыш, думаешь, справишься? Если собираешься произвести на меня впечатление, придётся постараться!

- Вот сюда нужно, - я указал на красную точку в верхней части груди.

- Куда?

- Туда, где ярче всего.

Толстяк нахмурился.

- Что ярче всего? Парень, ты сегодня не в себе.

Похоже, он не видел того, что видел я… Хм…

Я подошёл ближе. Ткнул в пленника.

- Здесь.

- Да? Уверен? Ну, давай! - Зубр протянул мне скальпель. – Только не убей. Он мне пока нужен. Держи!

Я отрицательно покачал головой.

- Лишнее.

Надавил указательным пальцем на алую точку и почувствовал, как через него в аристократа вливается нечто вязкое и тягучее. А затем красное пятнышко начало стремительно расти, запульсировало, от него побежали рубиновые жилки, и пленник заорал так, что толстяк аж вздрогнул.

Я почувствовал, как сердце аристократа начинает стучать с бешеной скоростью, приближаясь к пределу возможностей. Пришлось убрать палец.

- Говори.

Мужик судорожно глотал воздух. Я дал ему немного отдышаться.

- Ты что сделал?! – поражённо воскликнул Зубр.

- Просто на болевую точку нажал, - соврал я.

Это не было обычной акупунктурой. Я умел что-то… особенное. Мог бы исцелить синяки и ссадины. Или прикончить пленника, заставив его сосуды в мозгу полопаться. Другие способы тоже имелись. Я даже чётко видел состояние его органов и мог бы порекомендовать, к каким врачам обратиться в ближайшее время. Если бы они ему понадобились.

Я снова коснулся красной точки. Мужик завопил, извиваясь, как уж на сковородке.

- Скажу! Скажу! Хватит!

Доведя боль до предела, за которым он вырубился бы, я убрал палец.

- Это был… Резник! – прохрипел подвешенный, обессиленно повиснув на крюке, словно кукла. – Он… заплатил!

- Кривой?! – нахмурился толстяк. – Сам? Лично?

- Да… - едва слышно просипел аристократ.

- Сука! – взорвался Зубр. – Так и знал, что эта гнида попытается вышибить меня из бизнеса!

Шагнув к столику, он швырнул на него скальпель.

- Заканчивайте с этим, - брезгливо бросил он своим подчинённым. – Что б был готов через десять минут, не дольше. А ты, малыш… Идём! Подождём в кабинете. Заодно расскажешь, что за волшебный массаж такой, который языки развязывает.

И он двинулся к выходу, стаскивая перчатки. Бросил их на пол, толкнул створки и вышел. Я проскользнул следом.

Позади раздался характерный нарастающий вой электропилы. Он почти заглушил полный ужаса вопль.

- У этих сраных аристократишек у половины за душой ни гроша! – через плечо проговорил Зубр, шагая обратно через заполненный свиными тушами цех. - Половина титулами торгует. Больше-то нечего предъявить. Стараются жениться на дочках тех, кто состояние сколотил и с дворянством породниться через брак жаждет. И ведь многие так устраиваются! А иные богачи титулы просто покупают. Банкиры и промышленники любят особенно. Повесят герб над камином и любуются. Перед гостями хвастаются. Вон, мол, какую пользу я отечеству принёс, что мне дворянство пожаловали. А про то, во что оно им встало, молчат, само собой. Но у некоторых аристо власть имеется. У элиты, верхушки ихнего общества. И там связи приносят ощутимые дивиденды. Но чтобы туда пробиться, мало выслужить дворянство – что личное, что потомственное. Нужно из семьи быть, которая всё это уже имеет. Поколениями. Ну, или покровительством заручиться. Любовницу завести, например. А то и жениться. Но это редко у кого выгорает. Бывают случаи, конечно, когда девчонка так втюрится, что вынь ей и положь, а папаша не в силах дочурке отказать, но это исключения. У некоторых, впрочем, получается и по-другому. Один камер-юнкер так сдружился с царевичем во время их совместной учёбы в кадетском корпусе, что оттуда прямиком в Зимний дворец перебрался. Наперсник. Ясное дело, всё у засранца в шоколаде. А всего-то требовалось - кутить с царевичем, да по борделям его таскать. Ну, и следить, чтобы с ним не случилось чего. Включая сифилиса. Это, кстати, и родители царевича оценили высоко. Не люблю я, короче, эту мразь аристократическую! Гнилой народец. Ты сам видел одного только что. Говорит, сука, о чести, а сам о ней понятия не имеет. Крыса она и есть крыса, сколько титулов на себя ни навешай! У этого, правда, их и нет, да и дворянином стал недавно. Но поверь на слово – они почти все такие. Прежде были настоящие, с понятиями. А нынче – вырожденцы одни.

Слушая Зубра, я удивлялся собственным ощущениям. Примерно было ясно, в чьём обществе нахожусь, но страха или даже дискомфорта я не испытывал. Словно вся обстановка была мне… привычной, что ли. А ведь, судя по словам мафиозного босса, я выполнял для «семьи» лишь какие-то поручения, но допущен к подобным делам не был. Так откуда же такое спокойствие?

И кто я такой, помимо того, что толстяк назвал меня племянником. Чёрт, да он ведь даже имени моего до сих пор не упомянул ни разу! То «парень», то «малыш».

- Знаешь, что ещё меня бесит в этих говнюках, родившихся с золотыми ложками в задницах? – продолжал делиться Зубр, уже поднимаясь по лестнице, пыхтя и отдуваясь, как бегемот. – Они считают, что все должны перед ними пресмыкаться. Не просто кланяться, а почитать за святую обязанность выполнять все их хотелки по щелчку пальцев! Только лишь потому что они, видите ли, аристократы! Мне и таким, как я, приходится из кожи вон лезть, чтобы заслужить уважение. Чтобы люди что-то для нас делали. И мы благодарим их. А эти напыщенные гусаки даже «спасибо» никогда не скажут. А если даже и скажут, так оно ни хрена не стоит, ты уж поверь. Что думаешь, парень?

- Что вы совершенно правы, дядя, - решил подыграть я. Не говорить же, что ни черта не помню. Нужно входить в роль. – Слишком легко им всё даётся.

- Вот и я о том же! – обрадовался Зубр. – Ладно, заходи.

И он открыл дверь, пропуская меня в кабинет.

Я дождался, пока он дотопает до стола и рухнет в огромное кожаное кресло.

- Садись! – махнул рукой толстяк и тут же схватился за стакан. Поболтал в нём янтарную жидкость, помедлил пару секунд и опрокинул в себя всё оставшееся содержимое. Затем чуть ли не бросил стакан на стол и спросил: – Хочешь?

- Нет, благодарю.

- Как угодно. Ладно, к делу. Ты меня впечатлил. Не знал за тобой таких талантов, - Зубр ухмыльнулся, достал из нагрудного кармана шёлковый платок и вытер им физиономию. – Где научился так пальцами тыкать?

- Прочитал где-то. Уж и не помню.

- Серьёзно? Надо же. И что, ты так любого разговорить можешь?

Я пожал плечами.

- Думаю, да.

- Полезный навык. Но давай-ка к нашим баранам. Субчика этого мои ребята сейчас расфасуют, а ты уж его закопай, как положено. Ну, или сожги. Это тебе решать, ты своё дело знаешь. Главное - чтобы ни одна псина легавая не пронюхала, куда он подевался. И вот ещё, что: раз гнида эта, Кривой, решил меня подвинуть, скоро у тебя клиентов прибавится. Ты уж позаботься, чтобы для всех место нашлось, лады?

Я кивнул.

- Конечно… босс.

- Ну, вот и отлично. А насчёт того, о чём ты просил, мы ещё поговорим. Попозже, когда всё уляжется, - толстяк бросил взгляд на золотые часы. – Ну, кажется, пора тебе двигать. Скажи своим парням, чтобы забирали груз.

Поднявшись, я чуть помедлил, решая, как попрощаться, но, поскольку Зубр на меня уже не глядел, просто молча вышел из кабинета.

Так… Видимо, я должен избавиться от тела аристо, которого обработали в помещении для допросов. И где-то тут находились мои люди. Наверное, они на улице. Во всяком случае, стоит проверить это предположение.

- Какие-то проблемы, Гриф? – обратился ко мне один из охранников, видя, что я мешкаю возле кабинета.

В голосе его сквозила лёгкая неприязнь. Интересно, с чего бы.

- Забыл, где выход, - ответил я, растянув губы в холодной улыбке.

Мужик ухмыльнулся.

- Ну, ты шутник.

И всё. Никаких указаний. Видимо, я тут бывал часто, и амбалу даже в голову не пришло, что я мог говорить всерьёз.

Ладно, поищу сам.

Спустившись на первый этаж, я направился направо. Просто потому что Зубр ходил в другую сторону, и там никакого выхода я не заметил.

Пройдя между рядами свиных туш, я попал в облицованный кафелем коридор, а потом увидел пару охранников. Они стояли по сторонам большой двери.

- Привет, парни, - кивнул я, подходя.

- Что, забираете? – лениво поинтересовался тот, что слева.

Его квадратное лицо пересекал змеящийся шрам, одной брови почти не было.

- Ага. Вот за своими иду.

Охранники молча распахнули передо мной двери.

И я сразу увидел на улице чёрный катафалк, возле которого переминались три мужика в траурных костюмах. Один был среднего роста, с залысинами и серыми глазами, подтянутый, как гончая, второй – здоровяк с переломанным носом и мощными надбровными дугами, низким лбом и ежиком жёстких волос, третий – явный азиат в шофёрской фуражке. Завидев меня, он тут же поспешил к двери.

- Пора, босс? – никакого акцента у него не было, даже намёка.

- Да. Тащите груз сюда. Знаете, куда идти?

Азиат ухмыльнулся, продемонстрировав крупные «лошадиные» зубы.

- Чай, не впервой!

- Ну, так и не теряйте время, - кивнул я. – Жду вас здесь.

Все трое немедленно исчезли в здании, а я подошёл к тонированному стеклу катафалка и наклонился, чтобы рассмотреть собственное отражение. Хоть понять, как выгляжу…

Так-с… На вид – лет двадцать пять, не больше. Наверное, даже моложе. Всё же, стекло не зеркало, да и малость искажает из-за кривизны.

Тёмные волосы, светлые глаза, фигура… Ну, плечи как будто широкие. Остальное трудновато разобрать. Но не стар и не урод – уже приятно.

Вот только ясности отражение особо не прибавило. Что с моей памятью? Может, я долбанулся башкой по пути сюда?

Я даже ощупал голову, но никаких болезненных ощущений не было.

Так, ладно. А что насчёт имени?

Порывшись в карманах, я извлёк водительские права.

Зубарев Ратмир Родионович, две тысячи первого года рождения, рост – сто восемьдесят шесть сантиметров, вес – восемьдесят девять килограмм. Ого! Ну-ка, глянем, сколько на мне жирка. Быстрый осмотр тела показал, что состоит оно преимущественно из мускулов. Спортсмен, значит… И владелец похоронного бюро. Иначе объяснить наличие катафалка трудновато.

Так, ладно. Имя – запомнить. Фамилия с дядей, видимо, у нас одна – потому его Зубром и кличут. А вот с какого перепуга я Гриф, пока не ясно.

Хм… А какой у нас сейчас год?

Вытащив мобильник, я разблокировал его отпечатком пальца и глянул на дату. Две тысячи двадцать четвёртый. Значит, двадцать три года мне сейчас.

Надо бы посмотреть переписки, чтобы понять круг знакомых. Я ведь даже не знаю, жива ли мать, есть ли у меня сёстры-братья, девушка, наконец.

Но в этот момент на улицу вышли мои сотрудники. С чёрными мусорными мешками в руках.

- Всё готово, босс, - кивнул шофёр. – Щас загрузимся и можем ехать.

- Ну, так грузите, - ответил я.

Мужики быстро и, не церемонясь, закинули мешки в катафалк. Один из них открыл мне заднюю дверь.

- Босс.

Я забрался на мягкое сиденье. Пахло освежителем-ёлочкой и чем-то ещё. Формальдегидом, кажется.

Автомобиль тронулся с места и покатил в сторону железных ворот. При нашем приближении они медленно раздвинулись с натужным скрипом.

Как только мы выехали на улицу, шофёр втопил педаль газа, и катафалк помчался вдоль заводского забора.

- Чёрт! – процедил вдруг мужик, сидевший справа от водителя. – Босс, за нами хвост! Похоже, караулили, когда мы покажемся.

- И кто там? – поинтересовался я.

Словно в ответ на мой вопрос, позади раздался похожий на крик баньши вой полицейской сирены.

Глава 2

Чёрт! И что теперь делать?! У нас в катафалке расфасованный по мусорным пакетам труп, и едва ли легавые поверят, будто так захотели родственники усопшего.

- Как п-поступим, босс? – через плечо осведомился у меня сидевший рядом с водителем мужик.

Ха! Откуда мне знать? Я даже не представляю, какие тут могут быть варианты. Ну, то есть, как не представляю? Можно завалить полицейских. Теоретически. Наверняка у моих ребят есть оружие. Но стоит ли? С другой стороны, если этого не сделать, нас наверняка арестуют.

- Босс? – спросил бандит слегка удивлённо.

Бросив взгляд в зеркало, я увидел приближавшегося полицейского. Его напарник тоже вышел и направился к машине, но остановился, не доходя. Первый коснулся заднего фонаря – оставил отпечатки на случай, если придётся доказывать, что катафалк останавливали. Пройдя к водительскому окну, постучал костяшками пальцев по стеклу.

Оно опустилось. Полицейский снял тёмные очки, наклонился и, растянув тонкие губы в ледяной улыбке, проговорил:

- Привет, Монгол. Как дела?

- Сержант Попов, - отозвался тот почему-то с облегчением. Но и неприязнью. – Добрый день. Спасибо за беспокойство. Какими вы тут судьбами? Вроде, не ваш район.

- Случайно, Монгол, случайно, - патрульный переместил взгляд на меня. - Кого хоронишь, Гриф?

Так, мы знакомы. Выходит, легавый прикормленный. Но это не значит, что он не захочет взглянуть, что в катафалке, выехавшем с мясокомбината. Явно он в курсе, на кого я работаю и чем занимаюсь. И караулили нас, конечно, чтобы срубить побольше деньжат.

- Заехали взять мяса для вечеринки, - ответил я, улыбнувшись в ответ. – Буду жарить барбекю.

- Ого! Может, и для меня кусочек найдётся? – лицо полицейского напоминало мордочку хорька. – Как считаешь?

- Вам, сержант, оно не подойдёт. Жестковато.

- Да? Жаль. Я бы всё-таки взглянул – вдруг что-нибудь приглянется. В магазинах нынче всё дорого. Простому служаке не напастись. А от тебя ведь не убудет, Гриф.

- Что, финансовые трудности, сержант? – спросил водитель.

В голосе почти не слышалось напряжения. Умел он собой владеть, надо отдать должное.

- Как у всех, Монгол, - усмехнулся патрульный. – И у меня, и у напарника.

Сидевший рядом со мной мужик незаметно протянул мне пачку денег. Банкноты были сотенные, с двуглавым орлом.

Я передал их патрульному.

- Позвольте вам помочь, сержант. По старой дружбе.

- Ого! Вот это здорово, - снова осклабился тот. Пролистнул пачку, как колоду карт. – Премного благодарны. Счастливого пути, ребята.

И он немедленно двинулся обратно к патрульной машине.

- Вот урод! – процедил, наблюдая за ним в зеркало, мой сосед. – Нарочно ждали, пока мы выедем, чтобы бабок хапнуть. Пристрелил бы, на хрен!

- Н-наглеет ушлёпок, - отозвался мужик на переднем сиденье. – Но валить легашей нельзя. П-поехали, Монгол.

Катафалк тронулся с места и продолжил свой скорбный путь.

Я откинулся на мягкое плюшевое сиденье. Нужно всё обдумать. И постараться вспомнить… что возможно.

Прикрыв глаза, я расслабился, позволив сознанию делать своё дело.

Постепенно в голове начали всплывать образы, слова и эмоции. Я словно путешествовал сквозь чужой разум, изучая его – отстранённо, не чувствуя, что всё это моё. Как сторонний наблюдатель, открывающий один файл с информацией за другим. Вдобавок – они были перемешаны, разбиты на осколки, из которых медленно собирались паззлы.

Человек, сидевший рядом со мной, - Корень. Юрист и моя правая рука. Работал когда-то в нотариальной конторе, затем служил в военной полиции во время Турецкой компании, а потом вдруг стал фигурантом уголовного дела: его обвинили в убийстве собственной жены. Аргументом «за» было то, что супруга изменяла ему с инструктором по фитнесу, против – два свидетеля, показавшие, что в момент её смерти Корень находился с ними в частном клубе. Мужика оправдали, но в Коллегии адвокатов вердикту не очень-то поверили и нашли способ лишить Корня лицензии. С тех пор он работал с моим отцом, и достался мне по наследству вместе с похоронным бюро. Надёжен, как скала. Насколько это возможно в криминальном бизнесе.

Слегка заикающийся мужик рядом с водителем – телохранитель по имени Бивер, бывший боксёр с переломанным носом. Водила, которого легавый называл Монголом, – тоже боец. Детдомовский, не знающий своих родителей, осколок великой многонациональной империи, прибившийся к похоронному бюро. Исполнительный, но без особой фантазии.

А вот патрульного я так и не вспомнил. Видать, нечасто имел с ним дело.

Зато кое-что всплыло про Зубра. Приходился он мне, действительно, дядей и возглавлял «семью» - организацию, объединяющую несколько банд – ну, или ячеек. И, судя по нашему с ним разговору, я как раз просил его дать добро на то, чтобы создать собственную.

Катафалк свернул налево и покатил к огромному мосту. На гранитных постаментах красовались крылатые львы, положившие передние лапы на каменные шары, зелёная чугунная ограда представляла собой сложный узор из двуглавых орлов и средневековых доспехов витязей.

Под мостом виднелись железнодорожные пути с дожидавшимися отправки товарняками и тягачами-тепловозами. Бесконечные ряды контейнеров и нефтяных бочек тянулись до самого горизонта.

На другой стороне моста стало ясно, что мы постепенно покидаем промзону: начались спальные районы, заполненные как шестиэтажками, так и высотными зданиями – явными новостройками.

Справа промелькнул усаженный деревьями сквер. Среди зелени белели скамейки. По дорожкам прогуливались молодые мамы с колясками и пара собачников.

Проехав ещё километра три, мы притормозили возле большого, отдельно стоящего здания с вывеской «Бюро ритуальных услуг». Никакого другого названия вроде «В последний путь» или «Мир и покой». Два этажа, на всех окнах решётки, на стенах – камеры видеонаблюдения. Похоже, бизнес процветал.

На облицованном плиткой крыльце были выставлены огромные венки, перевитые траурными лентами с образцами надписей, нанесёнными золотой краской. Напротив них торчали обелиски – чёрные, белые, серые и из красного гранита. Образцы.

Однако Монгол не остановился перед крыльцом. Обогнул здание слева и припарковался напротив задней двери. Теперь было видно, что за конторой находится кладбище – сквозь решётчатую ограду я рассмотрел склепы, могильные плиты, фигурные памятники и кресты. Кажется, бизнес даже масштабней, чем я решил поначалу. Интересно, сколько неучтённых тел зарыто под всеми этими камнями…

Бивер вышел первым и открыл мне дверь.

- Мы отнесём мешки, б-босс, - сказал телохранитель, направляясь к задней двери катафалка. Корень и Монгол тоже вылезли из машины. – Сразу в к-крематорий тащить?

Я кивнул.

- Лады, босс.

Втроём они достали части тела и поволокли в здание. Я вошёл последним. Так, нужно прислушаться к ощущениям. Я тут провёл кучу времени, значит, должен ориентироваться инстинктивно.

Двинулся по коридору и оказался в большом помещении, уставленном гробами – от дешёвых, обитых красной и чёрной тканью, до полированных, с латунными ручками и инкрустацией. Были и металлические, украшенные коваными розами. Этакие воронёные саркофаги.

Пройдя мимо, я увидел лестницу. Всё казалось смутно знакомым.

Поднявшись на второй этаж, оказался в просторной рекреации, где сидели два амбала в костюмах. Под пиджаками явно пряталось оружие. Едва я вошёл, оба быстро поднялись с кресел.

- Привет, босс, - кивнул один, с выбритой до блеска головой и массивным, нависшим над глазами лбом.

- Здорово, парни.

Надо вести себя естественно. Даже если пока что я вынужден играть роль, которую не до конца понимаю.

Пока я разглядывал дюжих охранников, распахнулась одна из пяти дверей, и на пороге возникла стройная, пышногрудая брюнетка со стрижкой-каре, одетая в чёрный костюм – жакет, блузка, юбка-карандаш чуть ниже колен, чулки и туфли с высокими каблуками.

- Привет, сладкий! – улыбнулась она, демонстрируя белоснежные ровные зубки, и направилась ко мне.

Привстала на цыпочки, обвила мою шею руками и прижалась пухлыми губками к моему рту, обдав дорогими духами.

Поцелуй был долгий и чувственный, даже непристойный.

Оторвавшись, девушка с улыбкой уставилась мне в глаза.

- Как съездил?

- Удачно, - ответил я, пытаясь понять, кто это такая.

Нет, то, что любовница, - ясно. Не тупой. Но имя в памяти не всплывало.

- Я ужасно соскучилась! – почему-то шёпотом сообщила брюнетка. – Не знаю, почему, но хочу тебя! Пойдём!

И она потянула меня в сторону двери.

- Погоди, - сказал я. – Нужно сначала с делами разобраться.

- Успеешь! Займись сначала мной.

Ну, почему бы и нет? Расчленённый аристо всё равно уже никуда не убежит. А поцелуй был, что надо. Как и девушка.

- Ладно, - усмехнулся я. – Давай. Только по-быстрому.

- По-быстрому ты не умеешь, - брюнетка снова потянула меня к двери. – За то я тебя и люблю. В том числе.

***

Спустя полчаса я сидел в большом кожаном кресле за дубовым письменным столом. У себя в кабинете. На противоположной окну стене висела большая картина, изображавшая извержение вулкана и панику в древнем городе. Дальний угол занимал выключенный вентилятор. Кроме него, весь интерьер выглядел дорого-богато.

Даша – вот, как звали девушку, - пристроилась на маленьком диванчике, положив ноги на мягкий подлокотник. Личико у неё раскраснелось, зелёные глаза довольно блестели, грудь вздымалась так, словно она только что сошла с беговой дорожки.

- Ты сегодня превзошёл сам себя, - сказала девушка, глядя на меня. – Как будто месяц не трахался. Откуда такой аппетит?

- Понятия не имею, - ответил я, снимая блокировку с телефона.

Надо всё-таки посмотреть, с кем я о чём переписывался. Моя жизнь оставалась для меня терра инкогнито. И это здорово напрягало.

- Зубр тебе ответил насчёт запроса? – поинтересовалась Даша, рассеянно водя ладонью вдоль своего бедра.

- Сказал, что подумает.

- Уже неплохо. Мог ведь и сразу отказать.

- Наверное. Он намекнул, что предпочёл бы работать с моим отцом.

- Зубр знает, что все нужные связи у тебя. Ты ему необходим.

Вот как раз насчёт связей. Я понятия не имел, с какими полезными людьми веду дела. Пока, во всяком случае. Так что положение моё, кажется, было сейчас не слишком прочным.

Наверное, существовали какие-то записи. Но они наверняка зашифрованы. Кроме того, я не знал, где они хранятся.

В дверь постучали.

- Входите, - сказал я громко.

Заглянул Корень. Скользнул глазами по развалившейся на диване Даше, коротко улыбнулся, а затем уставился на меня.

- Босс, что будем делать с телом? Сжигать?

Вопрос хороший. Вариантов, собственно, было два. Либо кремировать, либо похоронить с кем-то другим. Особой разницы нет – и то, и то вполне надёжно. Откуда-то я знал, что главное – не помещать труп в одну могилу с тем, кто умер в результате преступления. Мало ли – вдруг однажды полиции потребуется эксгумация. А так – клади мертвеца на дно любой ямы. Сверху опускается гроб с зарегистрированным телом, и всё будет шито-крыто. На твой век, во всяком случае, точно хватит.

Что же касается кремации, то нужно лишь проверить после сжигания пепел – не осталось ли в печи каких имплантатов, зубов, металлических осколков и так далее. Иначе говоря – улик.

Внимательность – основа успешного бизнеса.

Пока я размышлял, Даша взглянула на часики и сказала:

- Через полтора часа будет кремация. Можно этим воспользоваться.

- Решено, - кивнул я Корню. – Сжигайте.

Тем более, раз я сам велел отнести тело в крематорий.

- Есть, босс. Простите, если помешал.

Он тут же исчез, плотно затворив за собой дверь.

Даша нехотя поднялась с дивана, одёрнула юбку.

- Я пойду готовиться к церемонии, - сказала она. – Скоро начнут родственники съезжаться. Увидимся после?

- Конечно.

Я растянул губы в улыбке. Не знаю уж, насколько искренне получилось.

Девушка подошла и, наклонившись, поцеловала меня. Не так продолжительно, как полчаса назад, но и мимолётным чмоком это не было.

- Может, даже повторим, - подмигнула она.

- Не имею ничего против, - в тон ей ответил я.

- Ещё бы! Ладно, до скорого.

Как только она вышла, я поднялся с кресла и прошёлся по кабинету. Всё казалось знакомым, но будто не моим. Странное ощущение.

Из комнаты вела вторая дверь. Быстро подойдя к ней, я заглянул в соседнее помещение.

Ого!

Уютная спальня с большой кроватью, стереосистемой, баром и стенным сейфом. И почему мы с Дашей ею не воспользовались? Вечером надо будет это исправить.

Подойдя к сейфу, я покрутил наугад колёсико. Нет, никаких ассоциаций. Проклятье…

Усевшись на кровать, я уставился в забранное снаружи решёткой окно. Как будто в клетке…

Надо решить, что делать. Особого желания создавать банду у меня не было. Видать, его отшибло вместе с памятью. С другой стороны, расширяться всегда хорошо. По идее.

За спиной раздались странные хлопки, заставившие меня резко обернуться. Рука сама скользнула под пиджак – туда, где в пластиковой кобуре покоился автоматический пистолет.

На баре из морёного дуба, расправив крылья, сидел здоровенный красный с голубым попугай!

Чёрт… Когда я вошёл в спальню, его тут точно не было! Уж такого красавца я бы заметил.

Птица уставилась на меня круглым янтарным глазом, медленно сложила крылья и склонила голову на бок, будто оценивая то, что видела.

- Да, не благодари меня, не надо! – проговорила она вдруг. – Зачем? Это же моя обязанность – вытаскивать тебя из передряг и спасать твою шкуру! Других-то дел у меня нет и быть не может, верно?

От неожиданности я вздрогнул. Уж больно осмысленно и эмоционально прозвучали слова попугая.

Хотя чему удивляться?

Подобные птицы и не такое выдать могут.

Вот только я никак не мог взять в толку, откуда попугай взялся.

- Не узнаёшь? – укоризненно проговорил ара и покачал головой. – Ну, конечно, разве старый друг что-то для тебя значит?

Надо же, насколько речь птицы походила во всех отношениях на осознанную.

- Ты откуда такой взялся? – усмехнулся я.

- Оттуда же, откуда и ты! Что, совсем память отшибло? Мда-а-а… Слышал я про такое, но не думал, что и тебя покоцает. Ладно, давай заново знакомиться, что ли, - и попугай вдруг картинно поклонился, расправив крылья и став удивительно похожим на придворного франта века этак семнадцатого. – Вилли. К твоим услугам. Как всегда, хоть ты этого ни хрена и не ценишь, самовлюблённый ублюдок! И, если это не прояснило твою память, я твой фамильяр.

- Фамильяр? – переспросил я.

Вот это слово во мне отозвалось, словно удар колокола.

- Он самый, - довольно подтвердил попугай.

Чёрт! Нет, это точно не было речью птицы, просто заучившей не связанные реплики. Ара вёл со мной самый настоящий, осмысленный диалог.

- И у меня вопрос! – заявил… Вилли. – Какие планы, хозяин?

Ха! Хотел бы я сам это знать.

- Раз уж ты жив, то, пусть мы и оказались в какой-то дыре, нельзя же сидеть, опустив крылья, - продолжил попугай. – Что делать-то будем?

- Хочешь сказать, ты знаешь обо мне больше, чем я? – осторожно поинтересовался я.

Попугай неожиданно фыркнул.

- Очень похоже на то!

- Так, может, расскажешь?

Ара окинул меня внимательным и даже подозрительным взглядом, словно пытаясь убедиться, что я над ним не подшучиваю.

- Реально ничего не помнишь?

Я отрицательно покачал головой.

- Ладно. Тогда слушай внимательно. История долгая.

***

Когда ара закончил говорить, я едва мог поверить своим ушам. Но само существование разумной птицы и тот факт, что я обладал способностью видеть уязвимые места людей, доказывали, что рассказ попугая – чистая правда.

Теперь было ясно, почему и это тело, и всё остальное казалось мне чужим.

Собственно, потому что так оно и было!

И ещё я знал, что никто, кроме меня, действительно, не видит цветовые схемы человеческих тел. Это только мой дар. Уникальный и… страшный.

- Ну, и что, есть идеи на будущее? – нетерпеливо поинтересовался Вилли, следя за мной одним глазом.

- Угу. Жить как можно спокойней, не высовываться, не рисковать. Уйти на пенсию, так сказать. Раз уж судьба дала второй шанс…

- Во-первых, не судьба! – запальчиво перебил попугай. – Это был я! Я тебя вытащил. Вернее – перетащил. За что, кстати, так до сих пор и не услышал ни слова благодарности. Во-вторых, не неси чепухи! Мы оба знаем, что свою природу не обманешь. Какой ещё, к чёрту, покой?! Это сейчас тебе кажется, что можно просто взять и забиться в тихий уголок. Но когда ты всё вспомнишь, станешь снова собой…

- Не тараторь! – сказал я, поморщившись. – Даже если ты не наврал…

- Наврал?! - ара буквально задохнулся от возмущения. – Я?! Да за кого ты меня принимаешь?! И с какой такой стати мне сочинять небылицы? Или, может, у тебя есть другое объяснение всему?

Я вздохнул.

Нет, конечно, птица рассказала правду. Она ведь прекрасно понимает, что рано или поздно я, действительно, могу всё вспомнить и уличить её. Да и зачем Вилли брехать?

- Замнём для ясности, - махнул я рукой. – Ты меня спас. Благодарю тебя за это. И сказал правду. Не сомневаюсь.

- Другое дело! - важно кивнула птица. – Так что насчёт нашего блестящего будущего? Чем ты вообще тут занимался, пока меня не было?

- А где ты, кстати, пропадал?

- Переход – штука непростая, - важно и с достоинством ответил Вилли. – Ты-то просто переместился, а мне пришлось весь процесс координировать. И себя ещё потом сюда втискивать. Вот и задержался. Ты от ответа не увиливай. Я ведь не отстану.

- Кто бы сомневался! Ладно, слушай. Моя очередь сказки сказывать.

Я вкратце описал фамильяру события последних двух часов.

- Так это же и неплохо! – заявил ара, когда я замолчал. – Сколотим банду, начнём грести огромадные бабки, всех под себя подомнём, конкурентов передавим, а потом и Зубра этого завалим! Как тебе перспективы?

- Красочные.

Попугай нервно дёрнул башкой.

- Не слышу энтузиазма! Только не заводи опять насчёт пенсии. Поверь, сейчас я знаю тебя лучше, чем ты сам. Этот номер не проканает. Не твоё.

- У меня нет настроения спорить. Можешь куда-нибудь исчезнуть?

- Как, интересно?

- Без понятия. Так же, как появился?

- Ха! Нет уж, извини! – Вилли возмущённо взмахнул крыльями и перелетел на спинку стула. – Придётся терпеть моё общество. Во мне, между прочим, часть твоей души, так что особо не выделывайся. Я тебе нужен, хозяин!

- Тогда хотя бы помолчи немного, - я завалился на кровать. – Хочу немного вздремнуть. Что-то у меня сегодня муторный день выдался. Глаза сами собой закрываются.

- Конечно! - буркнул попугай. – Валяй, дрыхни. Может, когда проснёшься, тебя озарит, и ты поймёшь, что я прав!

- Всё возможно, - не стал я спорить. – А теперь будь добр, завали клюв!

Птица принялась нервно чистить перья, нарочно громко фыркая и вздыхая.

Но мне это не помешало: уже через минуту я вырубился.

Проснулся от настойчивого стука в дверь.

Глава 3

- Вставай! – рявкнул Вилли. – Не слышишь – кто-то ломится! Пожар, наверное.

Сев на постели, я зевнул и крикнул:

- Кто там?

- Даша. Можно?

- Не заперто.

В комнату вошла девушка. В руках у неё был пакет.

- Церемония закончилась, - сказала она. – Покойник был тем ещё жирдяем, так что гореть будет долго. А вместе с соседом – так и вовсе часа три. Принесла тебе перекусить. Твоя любимая – из «Зелёного дворца». Курочка Кунг Пао и луковые колечки.

- Я не голоден.

- Спал, что ли? После сна никогда есть не хочется. Всё дело в каких-то там гормонах, которые вырабатываются, пока дрыхнешь. Это быстро пройдёт.

- Да, сморило чутка, - я взглянул на часы. Владелец похоронного бюро носил золотые «Ролексы» с чёрным циферблатом. – Ого! Долго прощание длилось. Уже половина десятого.

- Да, сон ты себе перебил, - сказала Даша, садясь напротив и принимаясь расставлять на журнальном столике коробки с едой. Рядом положила палочки. – Так что, надеюсь, спать мы не будем до рассвета, - она подмигнула, скомкала пакет и бросила в угол.

Заметив при этом, наконец, сидевшего на спинке стула Вилли. Попугай имел вид насупленный и недовольный. Янтарный глаз свирепо глядел на девушку.

- Ой! – подпрыгнула она на месте. – Боже, это ещё что?!

- Попугай, - ответил я, беря палочки. Сорвал упаковку и принялся катать их между ладонями. – Насколько могу судить, ара.

- Сладкий, откуда ты его взял?! И когда успел приволочь?

- Он залетел в окно, - не растерялся я. – Видимо, смылся от хозяев. Выгонять на улицу нельзя: тропические птицы в наших условиях не выживут.

- Сердобольный ты мой! – усмехнулась Даша, скептически разглядывая фамильяра. – И что, себе оставишь?

- Придётся.

- Хм… Надо ему тогда клетку купить. А то будет гадить по всей комнате.

- Заткнись, сука! – выдал попугай, воинственно приподняв крылья.

Даша ошарашенно вылупила глаза.

- Ни хрена себе! Хотела бы я поболтать с его прежними хозяевами. Явно они не стеснялись в выражениях.

- Шлюха! – мстительно припечатал Вилли, глядя на девушку.

Она покачала головой.

- Как будто понимает, о чём мы. Ладно, приятного аппетита.

- И тебе.

Мы принялись за еду. Вилли бесцеремонно перелетел ко мне поближе, а потом вспорхнул и уселся на моё плечо.

- Эй! – воскликнул я. – Обнаглел?!

- Дай пожрать! – требовательно проговорил фамильяр.

- Тварь какая! На!

Я сунул ему в клюв кусок курицы. Интересно, это считается каннибализмом?

- Вы явно подружитесь, - усмехнулась Даша. – Кстати, звонили от Зубра. Ирка. Сказала, ты чем-то сильно впечатлил босса. Она считает, у тебя есть шанс получить добро на создание ячейки. Только это между нами. Пока ничего официального.

- Вы с ней на короткой ноге? – удивился я, вспомнив блондинку, сидевшую с ружьём на столе главы семьи.

- Так мы ж кузины, - тоже удивилась Даша.

- А, точно!

- Прикалываешься, - кивнула девушка. – Зря. Между прочим, благодаря ей ты и узнал о том, что Зубр прикидывает, кого поставить на этот район вместо Палыча.

- Знаю, - ответил я, даже не моргнув.

Больше никаких удивлений. Всё воспринимать как должное. Если что – само потом прояснится. Ну, или вспомню постепенно. Ясно же, что сознание того, чьё место я занял стараниями фамильяра, стёрлось не полностью. Даже, наверное, сохранилось. Только нужно время, чтобы добраться до всех его уголков.

Зато, проснувшись, я понял, что ко мне вернулись собственные воспоминания. Теперь я не просто знал, кто я, со слов Вилли. Я помнил! И это было… прекрасно, наверное. С одной стороны. С другой – воспоминания оказались не такими уж приятными.

И да, чёртов попугай оказался прав: на покой уже не хотелось. Фамильяр предложил неплохой план, но нужно мыслить шире. Масштабней и амбициозней.

Сделать карьеру в мире теневой империи криминала – это, конечно, хорошо. Даже и занять место дядюшки было бы недурно.

Однако этого мало.

Зубр сказал, реальная власть в столице принадлежит аристократам. И даже перечислил способы, как войти в Высший Свет. Вот к этому и нужно стремиться. Да, будет непросто. Но мне всего двадцать три. Время есть.

- О чём задумался? – спросила Даша.

Попугай куснул меня за ухо. Мол, давай ещё курицы. Прожорливая ревнивая тварь. Но полезная.

Я сунул ему в клюв кусок и ответил:

- О том, хватит ли людей, чтобы заменить Палыча. Его-то парни ко мне не пойдут, небось.

Девушка мотнула головой.

- Они тебе и не нужны. Своих надо везде поставить.

- О чём и речь.

Даша сдержанно улыбнулась.

- Я не лезу в твои дела. Если ты сам не просишь. Сам знаешь.

Я кивнул, хотя понятия не имел, каким именно образом у Ратмира Зубарева и его сотрудницы деловые отношения не конфликтовали с личными. Но, видимо, это предстояло узнать в ближайшее время.

- Что ещё сказала тебе кузина? - спросил я, подцепляя из коробки кусок курицы. – Наверняка ведь вы успели поболтать и обсудить не только то, что мне удалось впечатлить Зубра.

- Она думает, что босс склонен рассмотреть твою кандидатуру в качестве замены Палыча. Всерьёз, я имею в виду. Если так, то почти наверняка, прежде, чем принять решение, устроит тебе проверку.

- Например?

Девушка пожала плечами. Она от еды тоже не отрывалась.

- Понятия не имею. Как и Иришка. Хотя она, даже если б и знала, не сказала бы. Но думаю, это будет что-то сложное. Тебе придётся выложиться по полной.

Я понимающе кивнул. Наверное, на месте Зубра я тоже захотел бы испытать претендента.

- Мне нужны счета конторы. Хочу кое-что проверить.

На самом деле – составить более чёткое представление о том, чем в похоронном бюро занимались. И какими суммами ворочали. Нелегальные записи, скорее всего, находятся в сейфе, так что пока придётся ограничиться законной стороной деятельности.

Даша удивлённо подняла брови, уставившись на меня. В её глазах мелькнула обида.

- Не доверяешь мне? Если да, то просто скажи.

Ага, так она здесь ещё и бухгалтер! Понятно…

- Нет, конечно, - ответил я, улыбнувшись. – Просто нужно провести небольшую аналитику. Есть пара идей на будущее. Вот и хочу прикинуть, как их лучше осуществить.

Девушка расслабилась. Усмехнулась и принялась ковыряться в коробке палочками, вылавливая самый лакомый кусочек снеди.

- Какие перспективы, Ратмир? Люди умирают – мы хороним. Что бы ты ни придумал, покойников больше не станет. К счастью, меньше – тоже.

Можно было бы сказать, что Зубр предвидит в ближайшем будущем войну с Резником, так что трупов как раз может прибавиться, но я не стал. Незачем лишний раз трепаться. Поэтому заметил только:

- Чёрный у тебя юмор.

Брюнетка пожала плечами.

- Какая работа, такие и шутки. Впрочем, я и не шутила. Чайку?

Я окинул взглядом стол.

- Где ты его возьмёшь?

- Где и всегда. Чёрный, с сахаром, как обычно? – добавила девушка, вставая.

- Нет. Зелёный. Несладкий.

- Серьёзно? Ты что, решил изменить привычкам?

- Почему бы и нет? Немного разнообразия не помешает.

- Когда слышишь такое от мужчины, поневоле начинаешь опасаться. Сейчас вернусь.

Как только Даша вышла, Вилли спорхнул с моего плеча и прошёлся по кровати туда-обратно.

- Бабёнка, вроде, смышлёная, - сказал он. – Но я бы ей не доверял. Стоит тебе её обидеть, и она мигом превратится в слабое звено.

Я кивнул. Кто бы спорил? Не знаю, о чём думал Ратмир Зубарев, заводя шашни с бухгалтершей. Если она ещё и теневыми документами ведает, то вообще мрак!

- Но и сместить её нельзя, - продолжал рассуждать Вилли, словно озадаченный стратег. – Это сразу сделает вас врагами. Проклятье, я вижу лишь два выхода, хозяин!

- А именно?

Было даже любопытно, до чего додумался пернатый.

- Либо тебе придётся на ней жениться и под предлогом того, что супруга такого важного человека не должна работать, убрать её отсюда и посадить дома, либо прикончить. Лично я за второе.

- Почему? Чем девчонка тебе не угодила?

- Может, ты не слышал, как она предлагала засадить меня за решётку?!

- Она ведь думает, что ты обычная птица.

- И только поэтому я упомянул первый вариант. Чёрт, возвращается! Постарайся сделать вид, будто не планируешь её убить!

- Угу. Приложу все усилия.

В спальню вошла Даша. С чайником и двумя кружками в руках.

- Когда мы вот так сидели? – спросила она. – Уже и не припомню.

- Я тоже, - честно ответил я.

- Не подумай, что это упрёк. Уверен насчёт чая? Точно зелёный?

- Сомневаешься, что я знаю, чего хочу?

Девушка отрицательно покачал головой.

- Нисколько. А ты? Уверен, что тебе это нужно – своя ячейка?

Она принялась наполнять кружки, в которых лежали чайные пакетики, кипятком. Разбавлять холодной водой даже не подумала.

- Посмотрим, какое испытание придумает Зубр, - отозвался я. – Может, оно и для меня послужит проверкой.

На самом деле, я отлично знал, чего хочу. Но делиться этим с Дашей или кем бы то ни было ещё, не собирался. С какой стати?

Покончив с ужином, мы выпили слегка остывший чай, а затем брюнетка выразительно глянула на кровать и спросила:

- Ты прямо сейчас собираешься смотреть бухгалтерские книги?

Я сделал вид, что не понимаю намёка.

- Да, хотелось бы. А что, это проблема?

- Нет. Никаких проблем, - голос у девушки звучал малость разочарованно. – Сейчас принесу.

Собрав пустые коробки и палочки, она вышла из комнаты.

- Ну, что решил? – тут же встрепенулся попугай, до сих пор изображавший в уголке чучело. – Кольцо или пуля?

- Отвали, - сказал я спокойно. – Лучше ответь, куда ты собираешься гадить? Я не хочу, чтобы твоё дерьмо валялось по всей комнате.

- Намекаешь на клетку?

- Нет, но какой-нибудь лоток, наверное, не помешает.

Вилли нахохлился.

- Как знаешь! – процедил он, сверкая жёлтым глазом. – Но, раз уж ты вспомнил о хозяйских обязанностях, то должен заметить, что два жалких куска курятины – маловато!

- Да-да, закажу тебе корм. Что вы, птицы, там едите? Зёрна, опарышей?

- Откуда мне знать? Я в этом теле всего ничего. И пока пробовал только одного из своих сородичей!

- Не смеши. Мы оба знаем, что от птицы у тебя только этот дурацкий вид.

- Вид у меня шикарный, - уверенно ответил Вилли. – Ты просто завидуешь.

В этот момент вернулась Даша. С пачкой толстых книг и папок-скоросшивателей.

- Вот, - сказала она, водружая их на стол. – Не знаю, что именно тебе понадобится, так что притащила всё. Уверен, что моя помощь не нужна?

- Нет, спасибо, - поднявшись, я подошёл и чмокнул её в губки. – До завтра.

- Ладно. Уже, и правда, поздно, - Даша направилась к двери, но на пороге задержалась. – Знаешь, меня будет смущать, если эта птица станет пялиться на нас, когда мы будем… Ну, ты понимаешь. Может, всё же сдать её в питомник? Думаю, она там быстро найдёт хозяина.

- У неё уже есть хозяин, - ответил я твёрдо.

Старый друг лучше новых двух. А Вилли стоил, пожалуй, всех десятерых.

- Как скажешь, - примирительно улыбнулась девушка. - Спокойной ночи, сладкий.

Как только она вышла, попугай перелетел ко мне на плечо.

- Сука! Она меня ненавидит!

- Перестань, - прихватив одну из книг, я вернулся на кровать. – И сиди тихо. Мне нужно поработать.

Фамильяр спустился с плеча и обосновался на спинке стула. Принялся старательно чистить перья, клацая клювом.

Часа два я тщательно изучал документы конторы. Бабки вертелись немалые. Но я и не думал, что кладбищенские мало зарабатывают. Интересно, сколько процентов от этих доходов перепадают «семье». Вернее – Зубру. Рано или поздно ведь придётся платить. И к тому времени хорошо бы знать размер подати. А для этого нужно вспомнить код от сейфа. И надеяться, что там отыщется то, что мне поможет лучше войти в положение.

Наконец, я отложил книги, встал, потянулся, скинул одежду и отправился в душ. Потом почистил зубы и забрался под одеяло.

Мой недавний сон пробудил воспоминания о том, кто я такой. Видимо, покой освободил подсознание. Хорошо бы и с воспоминаниями Ратмира Зубарева получилось так же.

Протянув руку, я щёлкнул выключателем ночника от «Тиффани» с витражным абажуром, и красно-оранжевые блики, освещавшие комнату до этого, пропали.

- Сладких снов, - проворчал из тёмного угла Вилли.

Отвечать я не стал. Фамильяры никогда не спят. Они сторожат.

Проснувшись, я не пошёл сразу в сортир отлить. Хотя очень хотелось. Нет, первым делом я покопался в своей башке, чтобы проверить, действительно ли утро мудренее вечера, и помог ли сон воскресить воспоминания Ратмира Зубарева.

Оказалось – помог! Не то, чтобы я получил их все. Для этого явно требовалось куда больше времени. Но многое прояснилось. В том числе, и полезное.

Опорожнив мочевой пузырь, я забрался в душевую кабину, настроил воду, чтоб была не слишком горячей, и начал отделять воспоминания, которые могли пригодиться, от всякой шелухи. В идеале лишнее вообще надо бы стереть, но башка – не жёсткий диск. Нужно ждать, пока мозг сам решит, от чего пора избавиться, чтобы не занимало место.

Выйдя из ванной, я взглянул, наконец, на часы. Половина одиннадцатого. Обычно я встаю гораздо раньше. Но, видимо, организму требовалась перезарядка.

- Было бы неплохо позавтракать! – подал, наконец, голос Вилли, с самого моего пробуждения демонстративно молчавший. – Ты обещал здоровое, сбалансированное питание.

- Ага, - кивнул я, доставая из ящика комода свежее нижнее бельё и носки. Перед небольшим зеркалом выстроилась батарея дезодорантов и парфюмов. Я взял первое, на что упал взгляд. – Сейчас выберусь в город и куплю тебе запас на всю неделю.

- Оставишь меня здесь? – странным тоном спросил Вилли.

- Нет, блин! Буду разгуливать с попугаем на плече, словно сраный пират!

- Раньше ты меня не стеснялся, - в голосе птицы послышался упрёк.

- Ну, если бы ты принял вид хомяка, морской свинки или хотя бы кошки, а ещё лучше – собаки, - наверное, я мог бы показываться с тобой на улице. Но, скажи на милость, как тебя угораздило стать здоровенным попугаем?!

- Мне захотелось чего-то нового, - угрюмо буркнул Вилли. – Добавить красок. Неужели так трудно понять?

Усмехнувшись, я достал из шкафа белую рубашку и чёрный костюм. Выбрал галстук в мелкую полоску. Ратмир Зубарев явно проводил большую часть времени на работе, и в его гардеробе преобладали тёмные тона. Меня это устраивало. Даже не захотелось прикупить ничего другого. В отличие от фамильяра, я к пёстрым расцветкам не тяготел. Чёрный – это то, что надо.

- Значит, уходишь? – спросил попугай, наблюдая за тем, как я иду к двери, набрасывая пиджак поверх кобуры. – А если что-нибудь случится?

- Будешь винить себя до конца дней. За то, что не стал вороной или голубем. Тогда смог бы летать за мной, не привлекая внимания. Нет, серьёзно, о чём ты вообще думал?!

- Ой, всё! – Вилли резко взмахнул крылом. – Иди уже! И даже не надейся, что я стану убиваться, если тебя прикончат. Не дождёшься. Ты сам отказался от моего общества из-за нелепых предрассудков.

- Нелепых – это точно, - ухмыльнулся я, смерив его взглядом. – Всё, давай – не кашляй.

Пройдя через кабинет, я открыл дверь и сразу увидел двоих охранников. Оба мигом поднялись.

- Вольно, парни, - кивнул я, переступая порог. – Мне нужно кое-куда съездить.

- Да, босс, - кивнул один из них, тут же доставая из кармана телефон. Прижал его к уху. – Одну минуту. Алло, Монгол, - проговорил он после короткой паузы. - Подавай машину.

Отключившись, убрал мобилу и уставился на меня, словно спрашивая, не нужно ли ещё что.

Кивнув, я отправился на первый этаж. Там располагались залы прощания, кремационные печи, помещение для бальзамирования и отдельная комната, где покойников одевали и гримировали. А также ряд хозяйственных помещений.

Пара встретившихся мне сотрудников поздоровалась и прошла мимо.

Я не знал, к какому выходу подал машину Монгол, но надеялся, что к парадному.

Так и оказалось: выйдя на крыльцо, я увидел подъехавший чёрный «Мерседес» с тонированными задними стёклами. Из него вышел Бивер, упакованный в кожаный бомбер и мешковатые джинсы. На голове у него была кепка-восьмиклинка. Взявшись за неё, он сказал:

- Д-доброе утро, босс.

И открыл мне заднюю дверь тачки.

Как только я сел, водитель, глядя в зеркало, тоже сказал:

- Доброе утро, босс. Куда едем?

- Завтракать. В любое место, где прилично кормят. Потом – в зоомагазин.

- Понял, - кивнул Монгол, даже не подумав спросить, на кой чёрт мне понадобились товары для животных.

Что я сразу записал ему в плюс.

«Мерседес» мягко тронулся, оставляя позади выставленные на крыльце венки и надгробья, свернул налево, выезжая из дворика, и покатил по блестящей от воды улице. Похоже, ночью была гроза. Ну, или просто дождь.

Я смотрел в окно, за которым мелькали вывески магазинов, пунктов выдачи товаров, ресторанов, кафе, всевозможных мастерских и крошечных заведений, гордо обозначенных как «Шаверма 24».

Пока всё это проносилось передо мной пёстрым калейдоскопом, я размышлял о том, какие ближайшие шаги следует предпринять. Теперь, когда большая часть воспоминаний Зубарева оказалась в моём распоряжении, мне было известно самое главное – структура организации, частью которой я стал. Всё-таки, хоть парень и занимал скромное место гробовщика, он был сыном брата главы «семьи». Племянником босса клана Зубаревых. А такое не отчешешь. Тем более, Ратмир очень хотел сделать в криминальном мире карьеру – вот и просил дядю позволить ему сколотить собственную банду. Ячейку, как это здесь называли. Ну, или двор, хотя такое название уже считалось устаревшим. Оно больше подходило к определению мелких банд, в которых число участников было чётко регламентировано. Когда-то этого хватало, чтобы делать дела. Но со временем криминальный бизнес рос, и обычного «двора» стало недостаточно, чтобы его контролировать. Тем не менее, он оставался моделью для формирования ячеек.

Во главе ячейки стоял граф. Дальше шёл маркиз, непосредственный помощник, который командовал начальниками бригад. Его называли либо бригадиром, либо, по старой памяти, бароном. В его подчинении находились силовики – ударные отряды, выполнявшие также функции охраны. Разумеется, и маркиз, и бароны имели не только зарплату, но и долю от какого-то подконтрольного ячейке бизнеса – кормушку. Солдаты сидели на зарплате. Это составляло основу ячейки, но имелись также всякие вовлечённые, связанные с деятельностью банды. Их именовали дворней или дворовыми.

Всё это я почерпнул из доставшихся мне воспоминаний Ратмира Зубарева. А вот про то, что всю эту ораву придётся кормить, додумался сам. Значит, вместе с разрешением создать ячейку, семья должна выделить мне и часть бизнеса. Небольшую, с перспективой для развития, но такую, чтобы хватало и мне, и моим парням, и на ежемесячную дань для Зубра.

Про бизнес покойного Палыча, павшего жертвой вероломства аристократа, прах которого вчера смешался с прахом вполне законопослушного толстяка-пекаря с Петроградки, я тоже знал. И понимал, что такой кусок мне целиком не выкатят. В лучшем случае – выделят от него часть, а остальное передадут кому-то другому. Скорее всего, Ржавому – боссу, чья территория соседствует с принадлежавшей Палычу. Ратмир об этом хрене знал мало. Почти ничего. И это плохо, потому что о соседе недурно бы знать побольше. Особенно если он не прочь оттяпать кусок от твоего бизнеса. А Ржавый точно не прочь. И людей у него явно побольше, и дела обделывать он привык.

А что у меня?

Из приближённых, доставшихся от отца, - Монгол, Бивер и Корень. Причём, никаких «титулов», как и у меня, у них пока не было, ибо никакой ячейкой мы не являлись, и, по факту, относились к дворовым.

Получится ли из Корня толковый маркиз, Ратмир не знал, так что и я – тоже. А это место было ключевым, ибо маркиз был в курсе всех дел двора. Над кандидатурой юриста ещё придётся поразмыслить. Тут нужен человек не просто преданный, но и с холодным сердцем. Умеющий держать себя в руках. А Ратмир не знал Корня достаточно хорошо, чтобы судить об этом. Не было пока у парня возможности испытать качества потенциального помощника.

Монгол и Бивер тянули на баронов, но лишь постольку, поскольку иных кандидатур не имелось. Да, оба были выходцами из криминальной среды. Но это не значило, что они могут командовать другими. И делать это эффективно. К тому же, этих самых других, солдат, у Ратмира имелось всего ничего – восемь человек. Да и из них он половину набрал недавно, чтобы показать дяде, что у него есть, из кого сформировать двор. Иначе говоря – моя ячейка должна была сложиться из мутной, непроверенной толком шушары. Меня такой расклад не устраивал, ясное дело. И на месте Зубра чёрта с два я удовлетворил бы просьбу племяша. Так что, не порази его вчера мой навык развязывать языки, думаю, ходатайство Ратмира было бы рано или поздно отклонено – достаточно вежливо, ибо гробовщик семье всё-таки необходим, но твёрдо. А затем парня, наверное, постарались бы устранить – чтобы не держать в семье того, кто мог затаить обиду и, стало быть, рано или поздно предать. Не сразу, но спустя некоторое время, подобрав на его место толкового похоронных дел мастера. И кровные узы не спасли бы.

Выходит, если не хочу, чтобы меня попытались прикончить свои же, надо очень постараться, чтобы Зубр дал мне добро на создание двора. Вопреки здравому смыслу даже. Иначе говоря, испытание, которое он придумает, придётся выполнить так, чтобы он охренел. И будет это непросто, потому что босс семьи, он же царь, наверняка поручит то, что, по его мнению, осуществить невозможно. Во всяком случае, гробовщику точно не по силам. И тогда он откажет племяннику со всем на то основанием.

Но допустить этого нельзя.

«Мерседес» остановился возле небольшого ресторана под названием «Калинов мост». На улице стояли столики, за которыми сидело человек шесть посетителей. От тротуара их отделяли деревянные кадки с мелкими фиолетовыми цветами.

- Приехали, босс, - сказал Монгол. – Сейчас только всё проверим.

Бивер вышел из тачки, но дверь мне открывать не стал. Вместо этого исчез в ресторане. Вернулся спустя минуты три. И на этот раз уже открыл дверь.

- Всё чисто, б-босс.

Похоже, не такая уж спокойная должность у гробовщика «семьи». Хотя, скорее всего, это формальность. Телохранителей-то у меня всего двое, значит, Ратмир за свою жизнь особо не опасался. А зря. Потому что, если Ржавый прознает, что меня прочат на место его соседа, вполне может попытаться устранить претендента на лакомые территории. Хоть я и племянник царя.

В ресторане меня усадили за отличный столик. И не в углу, так что в случае чего можно было попытаться сбежать. Бивер плюхнулся за соседний.

Я заказал грибной суп, пасту с креветками, греческий салат и чашку крепкого чёрного кофе. Пока ждал еду, вернулся мыслями к ближайшим планам.

Правильная ячейка – вещь важная. В неё нельзя брать кого ни попадя. Ратмир это знал, но ему не терпелось получить добро от Зубра. Я к таким вещам отношусь серьёзнее. И вот, почему.

Благодаря воспоминаниям гробовщика, мне теперь было известно, что главу семьи, царя, от исполнителей отделяло несколько прослоек. Нельзя самому отдавать приказы тем, кто будет для тебя совершать преступления. Этак запросто можно угодить за решётку. Один тебя сдаст – и всё. Пиши пропало. Требуется нехилая подстраховка.

Поэтому царь говорит, что нужно сделать, своему главному помощнику, князю. А тот выбирает начальника ячейки, которой решает это поручить – графу, и передаёт ему приказ. Граф же спускает его своей правой руке. Правая рука передаёт приказ ниже, и так далее. Таким образом, чтобы полиция добралась до царя, предать должны все. А это маловероятно. Но лишь в случае, если люди подобраны с умом. Так что, как только Зубр отдаст мне часть бизнеса Палыча, придётся в первую очередь заняться подбором людей. Откуда их взять – вопрос другой.

Иными словами, к тому, чтобы иметь свою ячейку, я был ни хрена не готов. И никогда не сунулся бы к царю с просьбой позволить мне её создать. Но Ратмир уже запустил процесс, и всё отменить было невозможно. Особенно сейчас, когда мои дарования впечатлили Зубра и заставили пересмотреть своё отношение к вопросу. Если я вдруг откажусь, то потеряю шанс получить от него разрешение навсегда.

Мне принесли заказ, и я принялся за суп. Надо отдать должное ресторанчику, готовили в нём неплохо. Очень даже.

Я как раз готовился перейти к кофе, когда в кармане зазвонил телефон. На экране высветилось «Корень».

Интересно, что ему нужно.

- Алло? – проговорил я, прижав трубку к уху.

- Босс, только звонили от Зубра. Он хочет тебя видеть. Сейчас.

- Понял. Куда ехать?

- Куда и вчера. Мне подскочить? Я сейчас в конторе, но могу быть на месте через двадцать минут.

- Давай. Там и встретимся.

Повесив трубку, я оставил на столике деньги и встал. Бивер тоже поднялся.

- Сгоняй в зоомагазин – купи птичий корм для попугаев и какой-нибудь поддон, чтоб ему было, куда гадить, - сунув ему пару банкнот, сказал я. – Отвези в контору и оставь в моём кабинете.

- А вы к-куда, босс? – нахмурился телохранитель.

- К Зубру.

- Так, м-может, мне лучше с вами?

- Нет, делай, что велено.

Даже если царь решил меня убить, присутствие Бивера ничего не изменит. А фамильяру нужно жрать. От голода он звереет и становится совсем невыносим.

Бивер проводил меня до машины.

- К Зубру, - сказал я, сев на заднее сиденье. – Туда же, где были вчера.

- Да, босс, - отозвался Монгол, и мы поехали.

Почему с нами не остался Бивер, спрашивать не стал. Чем заработал ещё один плюсик. Боссу нужно доверять слепо. Если подчинённый подвергает твои решения сомнению, значит, скоро начнёт глядеть на сторону. Это к бабке не ходи.

Когда подкатили к украшенным выпуклыми изображениями быков воротам мясокомбината, Корень уже был на месте. Сидел на капоте «БМВ» с картонным стаканом кофе в руке.

- Привет, босс, - кивнул он, подходя к машине. – А где Бивер?

- Отправил его за покупками. Нам откроют?

- Да, сейчас скажу, что вы прибыли.

Он направился к будке, коротко перемолвился с похожим на упакованную в зелёный бомбер гориллу охранником, и ворота со скрипом двинулись в сторону, освобождая путь.

Через минуту мы уже остановились возле входа в здание. То же самое, через которое вчера мои парни выносили труп недальновидного аристократа. Там нас встречали два амбала в пёстрых олимпийках. Они и сопроводили меня с Корнем в кабинет Зубра.

Дашиной кузины не было. Царь сидел один, потягивая из гранёного стакана золотистую жидкость, в которой плавали кубики льда.

- Угощайся, - кивнул он вместо приветствия на поднос, где стояли графин и ещё пара стаканов.

- Спасибо, но я предпочитаю кофе.

Босс усмехнулся.

- Иришки нет, отправилась обстряпать одно дельце в суде, так что придётся обойтись. Садись, не заставляй меня задирать башку. От этого шея болит. Это кто с тобой? – он указал глазами на Корня.

- Мой помощник.

- Пусть погуляет. Мои парни покажут ему, где можно подождать.

Я кивнул Корню, и тот вышел из кабинета.

- Дело тонкое, - сказал Зубр. – Кому его доверить, решай сам. Я твоих людей не знаю. Но лучше займись лично. И имей в виду – это твой билет. Если справишься, я подумаю, давать ли добро на то, о чём ты просил. Всерьёз подумаю, кроме шуток. Если нет, - он слегка пожал могучими плечами. – Сам понимаешь.

Глава 4

- Понимаю, - ответил я.

- В общем, расклад такой, - проговорил Зубр, ставя стакан на стол. – Есть один хрен. Редкостная гнида. Но со связями. В высших кругах, если понимаешь, о чём я. Сам Терновский на его приёмах бывает. А это министр юстиции, между прочим! Ну, и прочие всякие шишки с ним дружбу водят. Не знаю уж, чем он их берёт. Видать, бабками и шлюхами. А может, детишек своих мечтают на эстраду пристроить через него однажды. Короче, голыми руками этого гондона не взять. Просто наехать не получится. А мне от него кое-что нужно.

Он замолк, глядя на меня. Может, ждал, что я спрошу, чего именно, но я и ухом не повёл. Если хочет говорить – пусть говорит.

- Хрена этого зовут Марк Леонидович Дорин. Он крупный продюсер, владелец собственного лейбла. Ты о нём вряд ли слышал, предпочитает держаться в тени. Но куча поп-звёзд раскручена им. В общем, есть одна краля. Певичка. Перспективная, как считает мой партнёр по шоу-бизу. У него на неё виды. Но контракт у этой биксы с Дориным кабальный. Надо помочь птичке упорхнуть из клетки, сечёшь? Вот и уломай воротилу пойти девочке навстречу.

Чем дольше я слушал, тем меньше мне нравилось поручение. Как я и думал, в глазах Зубра оно являлось непосильным. Ну, не приставлять же пушку к голове продюсера, в самом деле. Может, он рассчитывает, что я мужику на пару точек нажму, и он всё подпишет? Не знаю. Но отказываться нельзя. Какой бы задача ни была, это мой шанс. И он мне нужен.

- Я всё понял, босс, - сказал я спокойно, ничем не выдавая своего отношения к услышанному.

Кажется, это удивило Зубра. Но он тоже был не лыком шит.

- Вот и отлично, малыш. Если сделаешь… тогда и поговорим.

Стало ясно, что разговор окончен. Так что я встал и направился к двери.

- Эй, племяш, - окликнул меня на самом пороге Зубр. – Не напортачь. Такой шанс выпадает лишь раз.

Ясно было, что он говорит не только о Дорине, но и обо мне.

- Если что – защищать тебя не стану, - жёстко добавил царь. - Сам понимаешь.

Я понимал. Поэтому лишь кивнул и вышел за дверь.

Корня нигде не было. Я прислушался к инстинктам: не кольнёт ли в сердце дурное предчувствие?

Но, увидев меня, один из охранников подал знак другому, и тот открыл соседнюю дверь.

- На выход, братан.

Юрист вышел, окинул меня цепким взглядом.

- Всё в порядке, босс?

- Лучше некуда. Пошли.

Нас проводили до машин. Сидевший на капоте Монгол грыз семечки, складывая шелуху в карман.

- В контору? – осведомился Корень, прежде чем сесть в свою тачку.

- Да, - ответил я. – Есть, что обсудить.

Чтобы достать Дорина, придётся собрать о нём кучу сведений. А людей у меня всего ничего. Так что пора Корню доказать свою полезность. Не только для Ратмира Зубарева наступило время испытаний.

Выехав за увитые поверху колючей проволокой ворота, мы двинулись в сторону похоронного бюро, но не прошло и пяти минут, как Монгол объявил:

- Босс, за нами хвост.

Спокойно так, как о чём-то обыденном.

Бросив взгляд в зеркало, я понял, что водила имеет в виду: зелёная «Шкода» могла нас обогнать, но не хотела.

- Наверное, люди Ржавого, - сказал Монгол.

- Оторваться сумеешь?

- Могу попытаться.

- Ну, так давай.

Он немедленно втопил педаль газа, и «Мерседес» рванул вперёд, ловко лавируя между машинами в потоке. Я следил за «Шкодой». Она тоже прибавила скорости и старалась не отстать. Похоже, о том, чтобы оставаться незамеченными, люди внутри неё уже не думали. Это означало, что им поручили не просто следить. Скорее всего, был отдан приказ меня устранить, и боевики просто ждали удобного случая по дороге.

- Меняй маршрут, - велел я Монголу.

Угодить в засаду ни малейшего желания не было. А тот, кто знал, как Ратмир обычно ездит от мясокомбината, вполне мог её устроить.

Водитель вырвался вперёд, обогнал пару тачек и резко свернул влево, бросив машину в переулок. Здесь было посвободней, так что мы сразу разогнались. Проскочив несколько домов, «Мерседес» снова свернул. Я успел заметить отставшую тачку Корня и «Шкоду», едва выруливающую в переулок. Почти оторвались. Но всё ещё могло измениться.

Монгол это явно тоже понимал, так что не расслаблялся. Скорость не сбрасывал, игнорируя знаки и попадавшиеся камеры. Жизнь важнее, чем штрафы. Как и приказ босса.

Мужик зарабатывал всё больше очков. Там, где я жил прежде, преданность ценилась, как ничто другое. До поры, до времени…

Я отринул нахлынувшие воспоминания о последних минутах в прежнем мире. Сейчас не время. Да и не о чем особо думать. Мой мир пал, а я умер с честью, оставшись верным себе. Никого не предавший. Всё, что я защищал, было уничтожено. У меня не осталось по ту сторону ничего, о чём стоило бы сожалеть.

«Мерседес» снова свернул, проскочил между автобусом и пикапом, обогнал несколько легковушек и нырнул в тоннель. Мы помчались в потоке. Огни на потолке сливались в жёлтые полосы. Кто-то возмущённо просигналил.

- Эй, полегче, – сказал я. – Смотри не намотай нас на опору.

Монгол ничего не ответил. Через минуту мы вылетели из тоннеля, и стало ясно, что машина перебралась на другой берег под рекой.

Водила сразу свернул раз, другой и лихо зарулил на парковку торгового центра. Встал на свободное место и заглушил мотор.

- Отличная работа, - одобрил я. – Подождём минут пятнадцать, а потом домой.

- Сучары! – злобно процедил Монгол. – В следующий раз надо будет их валить!

- Расслабься, - посоветовал я.

В этот момент раздался звонок. Это был Корень.

- Босс, вы где?! – выпалил он, едва я ответил на вызов.

- Неважно. Встретимся в бюро.

И тут же отключился. Я понятия не имел, насколько могу доверять своему окружению, так что сообщать, куда мы нырнули, не собирался.

Пока ждали, я открыл Интернет и поискал общедоступную информацию о Дорине. Её нашлось совсем мало. Продюсер явно старался не светиться. Никаких скандалов и так далее. Труженик тени. И это свидетельствовало о том, что мужик реально серьёзный. Тёртый калач.

Нет, силой тут точно ничего не добиться. Да и не собирался я пытать продюсера просто для того, чтобы он освободил от контракта какую-то девку, которую сам же и сделал звездой. Я и аристо на заводе потыкал пальцем только потому, что тому явно было похрен, что следующими подвешенными на крюки окажутся его родственники.

У «семей» существовала чёткая договорённость: даже во время войны банд или кланов не трогать родных, если они не имею отношения к бизнесу. Мирные могли чувствовать себя в полной безопасности. Но на семьи тех, кто не входил в число принятых в тайные общества, данное правило не распространялось. Так что Зубр вполне мог исполнить свою угрозу.

Меня смутило то, что он лично тыкал в предателя скальпелем. Босс должен бы держаться от таких дел подальше. Впрочем, Зубр ведь и не убивал пленника. Того распилили, когда он уже ушёл. И всё же, видимо, царя здорово выбесило то, что аристо сдал его людей, раз он пренебрёг правилом отделять себя от преступлений несколькими прослойками. По идее, мне должны были просто выдать мешки, и всё. А значит, Зубр не так осторожен, как следовало бы. Это нужно запомнить.

Когда я ввяжусь в криминальный бизнес по полной, у меня появятся враги не только из числа конкурентов клана. Будут они и среди своих. Тот же Ржавый, например, не оставит попыток прибрать мои территории. Ну, и сам Зубр, если я собираюсь занять со временем его место, мне не друг. Друзей у меня вообще не будет. Нет их и сейчас. Это забывать нельзя.

Впрочем, если я и вынес какой урок из своей смерти, то именно такой: предать может любой. Зубр не открыл мне вчера ничего нового.

В то же время, было ясно, что гробовщик находится на особом счету у семьи. Он, по-любому, в курсе, кого где закопали. Поэтому Зубр меня особо и не стеснялся, пуская кровь аристо. Наверняка поэтому и не послал на хрен сразу же, как получил просьбу разрешить создать свою ячейку. С другой стороны, в случае чего, меня уберут первым.

- Едем, босс? – спросил, глянув на часы, Монгол.

- Да, давай. Только следи за дорогой.

- Не сомневайтесь, босс.

До бюро добрались без приключений. Кажется, Монгол был даже слегка разочарован. С другой стороны, видно было, что рад тому, что сумел оторваться от преследователей.

Корень дожидался в кабинете. В углу стоял здоровенный пакет с птичьим кормом. Рядом с ним – два лотка. Один для еды, другой – для экскрементов. Видать, Бивер приволок. Про второй я ему сказать забыл, но он сам сообразил. Молодец. Ну, или продавец надоумил.

- Я хотел за ними проследить, - сказал юрист, - но они остановились у ресторана. Видимо, заметили, что я за ними еду.

- Ты их явно не интересовал, - отозвался я, беря лоток для корма. – У тебя как со связями?

- Связи? Ну-у… смотря, что нужно.

- Сейчас объясню.

Насыпав в поднос корм, я отнёс его в спальню. При моём появлении Вилли заметно оживился и немедленно слетел на пол. Скептически осведомился:

- Надеюсь, не дешёвка? Клетчатка, белки и углеводы в правильных пропорциях? Я не хочу, чтобы у меня развился диабет.

- Жри давай. У меня полно дел.

Вернувшись в кабинет, где дожидался Корень, я уселся в кожаное кресло. А затем рассказал, какое испытание придумал Зубр. Юрист слушал внимательно, слегка склонив голову набок. Только когда я замолчал, ответил:

- Собрать сведения об этом хрене можно. Но понадобится время. Зубр обозначил сроки?

- Нет. Но не думаю, что он станет ждать долго.

- Хм… Полагаю, у нас не больше недели. И это на всё. Я сейчас же займусь, босс.

- Давай, - кивнул я. – А где Даша?

- Не знаю, босс. Позвать?

- Нет, не нужно. Просто передай ей книги.

Когда Корень ушёл, я отправился в спальню и встал перед сейфом. Может, мышечная память позволит угадать шифр? Надо попробовать.

Я крутанул несколько раз кольцо с цифрами. Нет, ничего… Проклятье! На то, что Ратмир записал комбинацию, рассчитывать не приходилось. А даже если у него на это и хватило тупости, я всё равно не помнил, чтобы он куда-то прятал шпаргалку. Тем более, он наверняка ещё и регулярно менял шифр. Должен же был его отец чему-то научить.

А если просто вскрыть сейф? Мог же я позабыть комбинацию?

Но несгораемый шкаф выглядел более, чем надёжным. Да и спешки, вроде, не было. Ладно, подожду пока.

В конце концов, имелась проблема посерьёзней. Если Ржавый решил меня завалить, нужно срочно увеличить охрану. И не парней из частной фирмы нанять, а таких, которые не будут думать, чем я тут занимаюсь. А если и задумаются, то не спросят.

Этим и следовало заняться, не откладывая. Отвернувшись от сейфа, я подошёл к двери и выглянул в рекреацию.

- Позовите Монгола и Бивера.

Один из охранников тут же отправился на поиски. Долго ждать не пришлось: уже через две минуты оба телохранителя были в моём кабинете.

- Садитесь, - я указал им на кресла. – Есть разговор.

Парни переглянулись.

- Да, босс, - проговорил Бивер. – Что-то с-случилось?

- Думаю, ты уже в курсе, что нас пасли по пути от Зубра.

- Я рассказал, босс, - поднял руку Монгол. – Мне показалось, он должен знать.

- Конечно, должен. Но дело не в том, кто о чём знает. Если на меня объявили охоту, я хочу предпринять меры, чтобы не стать лёгкой добычей. Вообще ею не стать - в идеале. Так что нужно расширить штат. Ребята вроде вас, умеющие обращаться с оружием и не слишком щепетильные в отношении того, как его применять. Есть такие на примете?

Бивер поёрзал. Глянул на водителя. Монгол же сидел абсолютно прямо, в упор глядя на меня. Даже почти не моргал.

- Я знаю п-пару ребят, которые сейчас на м-мели, - неуверенно проговорил Бивер. – Работал с ними. В п-принципе, неплохие. Могут с-сгодиться. На первое время, по к-крайней мере.

- Мне не нужно на первое время, - твёрдо сказал я.

- Знаю кое-кого из стрелкового клуба, - проговорил Монгол. – Сам туда хожу. Думаю, получится подобрать несколько человек. Таких, как вам надо, босс.

- Сколько?

Водитель помолчал.

- У меня на примете семеро. Я так и думал, что рано или поздно вы заведёте этот разговор, вот и начал приглядываться заранее.

- Приведи пятерых.

Чем тщательней отбор, тем лучше.

Монгол понимающе кивнул.

- Да, босс. Завтра же, если вам не понадоблюсь, переговорю с ними.

- Считай, что у тебя отгул.

Я перевёл взгляд на Бивера. Он явно чувствовал себя неуютно из-за того, что его предложение отвергли. Но у мужика тоже имелся туз в рукаве. И я знал о нём, потому что о нём было известно Ратмиру.

- Нам понадобится оружие, - сказал я. – Много оружия. В том числе, автоматическое.

Именно Бивер в своё время достал пушки для тех, кто сейчас охранял бюро.

- Я наведу м-мосты, босс, - с облегчением от того, что всё-таки смог быть полезен, кивнул Бивер. – Сейчас же этим з-займусь.

- Валяй. Докладывайте обо всём. Я хочу быть в курсе.

Отпустив телохранителей, я снова вызвал Корня.

- Сбором инфы на Дорина уже занимаются, - сказал он, едва переступив порог. – Надёжные люди, они сделают всё тихо и быстро. Нужно только провести расходы по какой-нибудь статье.

- Об этом договаривайся с Дашей, - ответил я. – А мне вот, что скажи: во что встанет обнести участок перед конторой оградой?

Если уж держать оборону, то в крепости. Я ещё ничего не получил от Зубра, а меня уже пытаются грохнуть. Тянуть кота за яйца времени нет.

Корень озадаченно почесал щёку.

- Не могу сказать. Но точно придётся подмазывать муниципалов.

- Вот всё и узнай об этом. И чем быстрее, тем лучше.

- Понял, босс.

Он поднялся с кресла, собираясь уходить, но я остановил его жестом.

- Здание проверяли на предмет прослушки?

- Конечно, босс. Раз в неделю.

- Пусть проверяют каждый день.

- Каждый? – удивился Корень.

- Ты меня слышал.

- Да, босс. Я распоряжусь.

Если патрульный караулил меня у мясокомбината, значит, полиция в курсе, на кого я работаю. А стало быть, ухо следует держать в остро. Сколько легавых ни купи, всегда найдётся честный и подтянет ещё таких же.

- И ещё – знаешь, где Ржавый обретается?

- Адрес штаб-квартиры? Конечно.

- Напиши, - я протянул ему квадратный листок для заметок.

Едва юрист ушёл, я отправился в соседнюю комнату.

Вилли успел умять всё, что ему было насыпано, и теперь чистил перья на брюхе. Покосился на меня оранжевым глазом.

- Ну? Как дела? Славно без меня повеселился?

- Похоже, на нас собираются напасть, - выдал я без обиняков. – Сегодня уже пытались. Прокололись, а значит, их босс поймёт, что я в курсе угрозы и постараюсь срочно усилиться. Ждать этого он не станет. Будет действовать быстро. Думаю, гостей надо ждать этой ночью.

- Ого! – фамильяр тут же оживился. Даже чистить перья перестал. – И кто у нас такой смелый?

- Один хрен. Не хочет, чтобы мне достались территории, которые я рассчитываю получить в ближайшем будущем. Во всяком случае, больше, вроде, некому.

- Так давай его замочим, - предложил попугай. – Не дожидаясь ночи. Какие проблемы?

- Проблем как раз до фига. Это босс одной из банд семьи, частью которой я являюсь. И людей у него гораздо больше, чем у меня.

- То есть, собираешься держать оборону.

- Придётся. По крайней мере, пока не обустроюсь.

- Ну, а от меня ты чего хочешь?

- Для начала, чтобы ты перестал косить под птичьего сутенёра. В таком виде можешь рассекать здесь, но для выходов в свет будь добр – принимай неброский вид.

Вилли усмехнулся.

- Ладно, убедил! – проговорил он и тут же начал уменьшаться, меняя цвет с красного на чёрный.

Три секунды – и на спинке кровати сидел уже не экзотический ара, а самый обыкновенный ворон.

- Пойдёт? – осведомился фамильяр.

- Вполне. Теперь дуй вот по этому адресу. И узнай про нашего врага всё, что можно. Если заметишь, что его люди выдвигаются сюда, сообщи.

Вилли глянул на протянутый адрес и коротко кивнул.

- Принял. Осталось меня выпустить.

- С радостью.

Как только я открыл окно, ворон протиснулся между прутьями решётки и, несколько раз быстро взмахнув крыльями, полетел прочь.

- Не заблудись, - сказал я ему вслед.

В дверь кабинета раздался стук. Выйдя из спальни, я сам её открыл. На пороге стояла Даша.

- Мне передали книги. И ещё – что тебя пытались убить.

Вид у девушки был взволнованный.

- Ну, не совсем, - ответил я. – За нами следили. Нам удалось оторваться. Благодаря Монголу. Но думаю, таковые планы имелись.

- Это Ржавый? Можно войти?

- Конечно, - я отступил, впуская её. – Да, наверняка он.

- Урод! – выплюнула Даша и, закрыв дверь, немедленно обвила мою шею руками и впилась в губы крепким поцелуем. Затем оторвалась, чтобы сказать: - Что ты собираешься с ним делать?!

- Пока ничего. У нас неравные силы. А я предпочитаю действовать наверняка.

- Правильно, - к моему удивлению, тряхнула головой Даша. – Нельзя пороть горячку. Мы не готовы ответить. Но надо позаботиться об обороне.

- Я уже отдал распоряжения.

- Хорошо! – она снова меня поцеловала. – Никуда не выходи, еду будут привозить сюда. Из разных мест.

- Это, конечно, весьма разумно, но у меня есть дела, которые отсюда не провернуть.

- Зубр дал тебе задание?

- Ага.

- Расскажешь?

- Не сейчас.

- Какой ты стал скрытный, - с упрёком сказала брюнетка. – Ладно, я, собственно, не выпытывать у тебя пришла.

С этими словами она отстранилась, взяла меня за руку и потянула в спальню.

- Не против?

- Нет.

Я подхватил её на руки, так что она ойкнула, но тут же обвила мои бёдра стройными ножками.

- Не знаю, чтобы я делала, если б тебя убили! – прошептала она, серьёзно глядя мне в глаза.

- Искала бы новую работу. Бухгалтеры всегда нужны.

- Это точно.

И мы двинулись в соседнюю комнату.

Глава 5

Уже под вечер, когда я потягивал зелёный чай и ползал в Интернете, изучая мир, в который попал, явился Бивер.

- Б-босс, есть минутка? – спросил он, заглянув в кабинет.

- Конечно. Входи. Что-то насчёт пушек?

Телохранитель кивнул.

- Я с-связался с одним человеком. Его зовут Святоша, он п-продал нам оружие в п-прошлый раз.

- И?

- Он с-сказал, есть партия чистых с-стволов. Но такое количество он продаст только б-боссу. Хочет с вами в-встретиться.

- На кой чёрт? – такой вариант мне не понравился. Он нарушал правило буфера, а я этого торговца даже не знал. – Ему что-то не понятно по условиям?

Бивер замялся.

- Выкладывай, - велел я.

- Думаю, С-святоша опасается. Он человек осторожный.

- Чего опасается? Что это подстава, и ты сдашь его легавым?

Телохранитель кивнул.

- Мы с ним не т-то, чтобы друзья.

- Ясно. У него точно есть то, что нам нужно?

- Говорит, что да. И д-даже скидку с-сделает. За опт.

- То есть, товар жжёт ему руки. И это он называет чистым товаром? Где он берёт пушки?

Бивер развёл руками.

- Откуда ж мне знать, б-босс? Может, в Африке, м-может, на востоке. А то и в Афганистане. Или вообще на с-складе вещдоков. О таком не р-рассказывают.

- На складе вещдоков чистых стволов не бывает. Даже если спилить серийный номер, всё равно можно определить, что на этом месте было выбито. Ладно, как сам считаешь, стоит связываться?

- С-святоша, вроде как, мужик ч-чёткий. Веди он дела г-грязно, об этом знали бы.

Так себе довод, конечно. Явно Бивер не слишком хорошо знал того, с кем предлагал иметь дело. Но не сказать, чтобы у меня был выбор.

- Когда он готов доставить товар?

- Хоть з-завтра. При личной встрече. Тогда и п-пушки покажет.

- То есть, мы посмотрим, выберем, и он назовёт цену?

- Ну, да.

- Хм… Не нравится мне это. Если он загнёт, придётся отказаться. А это создаст неприятную ситуацию.

- Он же с-скидку обещал.

- Это всё слова.

- Босс, у меня на п-примете больше никого нет, - расстроился Бивер.

- Надеюсь, ему ты это не сказал?

- Нет, к-конечно. Я ж не дебил. Наплёл, что п-присматриваем пушки, прицениваемся. К нему, мол, тоже обратился, п-потому что в прошлый раз всё чётко прошло.

- Ладно. Пушки посмотрим. Но пусть привезёт образцы сюда. Если ему так не терпится сбыть товар, должен согласиться. Обговорим цену, и я скажу, сколько чего возьму.

- Завтра?

- Ага. Незачем тянуть. Передашь?

- К-конечно. Сейчас съезжу, босс.

- Давай.

Когда Бивер свалил, я вызвал Корня. За оружие придётся расплачиваться наличными, так что их нужно приготовить заранее. И сумма потребуется немалая. К счастью, похоронный бизнес очень выгодный. Но мне не хотелось снимать деньги в банке. Однажды это может вызвать вопросы. Например, на что они были потрачены. Конечно, расходы несложно оформить. Уверен, Даша с Корнем справились бы. Но бабки придётся привезти в контору. А это уже чревато. Ну, как на гонцов нападут и ограбят?

- Сколько у нас есть денег в свободном доступе? – задал я вопрос юристу, как только он расположился напротив. - Вернее, какую сумму мы можем потратить?

- Не знаю, босс, - удивлённо ответил тот. – Вам виднее. Деньги ж у вас хранятся.

Ну, да. В чёртовом сейфе.

- И всё, никаких других схронов? Заначек?

- Мне про это ничего не известно.

Было видно, что Корня мои вопросы удивляют.

- Думаете, я что-то утаиваю?

А, вот, в чём дело.

- Нет. Ладно, проехали. Сколько у нас тут, в здании, работников? Я имею в виду тех, кто непосредственно по специальности трудится.

Корень устремил взгляд в потолок и принялся загибать пальцы.

- Семь, - ответил он спустя полминуты. – Не считая Дарьи Михайловны, конечно.

Цифра совпадала с той, которую подкинули воспоминания Ратмира Зубарева. Хорошо. Все они считались проверенными людьми, работавшими не первый год. Но это не значило, что никого из них нельзя заставить принести в контору бомбу, например. Ещё как можно.

- Плюс сюда каждый день приезжают родственники усопших, - сказал я. – И на церемонии народ собирается. Слишком много посторонних. За всеми не уследить.

- Раньше и не нужно было, - пожал плечами Корень.

- Придётся съезжать, - сказал я. – Мы не можем рисковать.

- Но гробовщик семьи должен жить рядом с кладбищем, босс. Вы же знаете.

- Но не обязательно в конторе. Так ведь?

- Ну, наверное. Я не очень в курсе. Может, проще перенести церемонии и помещения для подготовки тел в другое здание? Откроем его чуть пораньше. Оно ведь практически готово.

А вот о том, что у нас новый корпус имеется, я не помнил. Всё-таки, ещё не вся память Ратмира оказалась в моём распоряжении. Лакуны имелись.

- Оставь здесь одну печь, - сказал я, подумав. – На всякий случай.

- Конечно, босс. Когда заняться переездом? Завтра?

- Да. Чем быстрее, тем лучше.

- За день не уложимся. Слишком много назначено церемоний.

- Ничего. Просто не затягивайте. И подумай, где взять денег. Кроме банка. На случай, если вдруг срочно понадобятся.

Вернее – если я не вспомню в ближайшее время шифр от сейфа. Впрочем, тогда его придётся вскрыть. И плевать на всё.

- Постараюсь, босс, - отозвался Корень.

Но по его тону было ясно, что рассчитывать на озарение юриста не стоит. Он явно понятия не имел, где достать бабки.

Когда совсем стемнело, я собрал охранников и предупредил, что возможны ночные гости. Приказал держать ухо востро и не кемарить. Сам я спать тоже не собирался, хоть отдохнуть не помешало бы. Но я почти не сомневался, что Ржавый пришлёт людей со мной разделаться. Вопрос лишь – сколько.

- Может, лучше куда-нибудь перебраться? – робко предложила Даша, когда я отпустил охрану на посты.

- Нет. Здесь наша крепость, и мы не сбежим. Ничего, продержимся. Не на танке же люди Ржавого прикатят.

- Шутишь? – мрачно усмехнулась девушка. – Какие, к чёрту, танки? Они приедут с автоматами и дробовиками. Ну, с пистолетами тоже.

Вот и я так думал. А с этим справиться можно. Главное – чтобы врасплох не застигли. Но при том, сколько на здании камер, это практически невозможно.

Персонал давно разошёлся по домам, и мы остались в здании с боевиками. Брюнетка тоже никуда не уехала. Хотя к солдатам, само собой, не относилась и свалить имела полное право. Почему она им не воспользовалась, я не спрашивал. Меня её присутствие устраивало. Несмотря ни на что, я считал, что в бюро сейчас безопаснее всего.

Они явились в час ночи. Ровно, как будто им было назначено.

Три машины. Пятнадцать человек. Я видел в окно, как они подъехали.

Атаковать здание можно было лишь со стороны фасада: по бокам и сзади оно было обнесено кладбищенской решёткой. Это сильно усложняло задачу прибывшим, зато здорово упрощало оборону.

- Вот они, ублюдки! – процедил Корень, тоже наблюдая в щель между занавесками. – Хорошо, что стеклопакеты поставили. По крайней мере, гранату, шашку или коктейль Молотова не закинут.

- На них б-броники, - сказал Бивер. – И каски. Хорошо экипировались, с-суки!

- Ссут потому что! – презрительно проговорил Корень. – Хотя нам бы такие штуки тоже не помешали.

- В контору с фасада два входа, - сказал я, следя за перемещениями бандосов. Не особо профессиональными. Спецов среди них явно не было. – Служебный и для посетителей. Минимум троих они оставят снаружи. Значит, каждую дверь будут штурмовать по шесть человек.

- Служебная железная, - сказал Монгол. Он тоже был со мной на правах телохранителя. – А вот парадная долго не протянет. Внутреннюю решётку выломать тоже не особо сложно, если у них при себе инструменты. А они их точно прихватили.

Никто не предложил вызвать полицию. Никому это даже в голову не пришло. Я тоже, ясное дело, не собирался. Это навсегда закрыло бы мне путь наверх в криминальном мире. Возможно, меня даже грохнули бы. Да и пришлось бы объяснять, с какой стати на похоронное бюро среди ночи нападает вооружённый отряд.

Полиция, конечно, всё равно явится. Перестрелку не скроешь. Но к тому времени большая часть улик будет уже убрана. Ну, и в этом меня уже не упрекнёшь. Возможно, от боссов прилетит Ржавому. Но не мне.

А вот чего я не понимал, так это почему Вилли до сих пор не объявился, чтобы предупредить о том, что к конторе выдвинулся отряд. Фамильяр не мог этого не заметить, а инструкции я ему дал совершенно чёткие. Разве что этих субчиков сюда отправили из другого места по телефону. Ладно, сейчас про это думать некогда. Но как только увижу попугая, тут же учиню ему допрос.

- Всем сказал, чтобы взяли живыми, кого смогут? – спросил я Бивера.

- Да, б-босс. Парни постараются.

- Даша, сиди в кабинете и не высовывайся. Здесь останется пара ребят.

- А ты? – быстро спросила девушка.

- Мне нужно встретить гостей.

- Босс, вы не говорили, что сами собираетесь участвовать! – тут же забеспокоился Корень. – Зачем так рисковать?

- Кто пойдёт за командиром, если он отсиживается?

- Но если вас подстрелят, то вся затея не будет иметь смысла!

Я похлопал юриста по плечу.

- За меня не волнуйся. Пошли.

Я двинулся на первый этаж. Мы знали планировку здания, так что у нас имелось преимущество. Наши враги, войдя внутрь, окажутся в лабиринте комнат, дверей и коридоров. Даже если они изучили схему, это не то же самое, что жить и работать здесь. И всё же, пятнадцать человек – это много.

- Монгол, ты к служебному, - велел я на лестнице.

- Да, босс.

Мы спустились в холл. Там уже находилось четверо бойцов с оружием. Из металлических гробов были сооружены баррикады. За ними – распахнутые двери на случай отхода.

- Пытаются вскрыть замок, - сказал один из них, обернувшись.

Комната была погружена в темноту, так что снаружи ничего видно не было.

- Как только пройдут решётку, стреляйте, - велел я.

- Да, босс. Мы помним.

В десяти метрах перед гробами слышалась возня. Она продолжалась минуты две, а затем двери открылись.

- Решётка, - донёсся тихий голос.

- Режь замок, - ответил ему другой.

Похоже, незваные гости догадались прихватить с собой мощные кусачки для металла. Звякнуло, лязгнуло, и решётка поехала в сторону, освобождая путь.

В холл крадучись вошли трое. Маловато.

Они двинулись к гробам.

- Кажись, никого!

- Темно, чёрт! Где выключатель?

И в этот момент помещение заполнилось стуком очередей и осветилось вспышками пороховых газов.

Только один из вошедших успел нажать на спусковой крючок, но выпущенные его автоматом пули прошли поверху, выбив из стены за нами штукатурку.

- Сука, это засада! – раздался снаружи крик.

- Давай гранаты!

А вот это нехорошо. Но за металлическими гробами опасаться особо нечего. Осколки до нас не достанут, а это главное.

- Но там наши! – запротестовал кто-то.

- Нет там уже наших!

В холл влетели две лимонки. Покатились по полу, подпрыгивая, как мячики.

- На пол! – рявкнул я.

Грохнуло так, что в ушах зазвенело.

- Получили, уроды! – прорвался сквозь грохот голос снаружи.

- Давайте, парни, берём их!

Боевики снаружи так и не знали, что мы прикрываемся тяжеленными металлическими гробами. Они думали, что осталось лишь добить тех, кто подорвался гранатами.

В общем, когда трое влетели в холл с пушками наперевес, их ждал сюрприз.

В виде плотного автоматического огня. Двое рухнули почти сразу. Метили мои парни в ноги, так что бронежилеты особо не помогали.

Третий рванул обратно и почти выскочил на улицу, когда его подстрелили, нашпиговав икры свинцом.

Отступать не пришлось.

- Прикрывайте! – велел я, выскочив из укрытия и метнувшись к стене возле двери.

- Босс! – испуганно окликнул Бивер.

Я встал, прижавшись к стене спиной, затем спустился на пол и оказался на корточках.

На полу корчились два боевика. Вокруг них стелился дым от разорвавшихся гранат. Один из них заметил меня и попытался дотянуться до своей пушки. Я выстрелил ему в лицо из пистолета. Когда речь идёт о твоей жизни, действовать приходится жёстко и решительно. Иначе запросто отдашь концы. А снова умирать я не планировал.

Второй полз к выходу, волоча ноги. О том, чтобы продолжать бой, он даже не думал.

- Светошумовую! – сказал кто-то снаружи.

В проём влетела похожая на маленький термос граната. Я поймал её, быстро вытянув руку, и немедленно швырнул обратно.

На улице полыхнуло так, что холл осветился, будто кто-то включил разом все лампы на потолке. А затем грохнуло. В ушах зазвенело, но не так сильно, как могло бы, взорвись граната в помещении.

Пригнувшись, я выскользнул на крыльцо, перепрыгнул лежавшего на ступенях боевика и тут же скатился со ступенек.

Так, один справа, двое слева. У второго входа никого – значит, ещё шестеро в здании.

Оставшиеся на стрёме вертели головами, судорожно моргая. Ослеплённые собственной гранатой, они ничего не видели.

Не рой яму другому, как говорится.

Подскочив к тому, что стоял ближе, я схватил его автомат за ствол и в ту же секунду коснулся указательным пальцем обнажённого участка шеи между шлемом и броником. Боевик мгновенно отключился, ноги у него подкосились, и он рухнул на землю. Несколько минут поваляется без сознания.

Я двинулся ко второму.

В этот момент на ступеньках показался Корень. Вскинув автомат, он открыл огонь по последнему боевику.

Чёрт, я же велел сидеть внутри!

Тот, к которому я направлялся, резко повернулся на звук пальбы. Пришлось прыгнуть к нему и сбить с ног прежде, чем отключить лёгким прикосновением к шее.

Корень припечатал лежавшего на ступеньках боевика, сбежал с крыльца и кинулся ко мне.

- Босс, вы в порядке?!

- Да. Хватай одного, а я – другого. Тащим внутрь.

- Понял.

Закинув добычу на плечи, мы поспешили в холл.

Скинули пленников на пол, и парни быстро их обыскали, а затем стянули руки и ноги скотчем. Заодно приволокли с крыльца пытавшегося сбежать и подтащили того, который успел доползти до порога, но там вырубился от потери крови.

- Кладите их в гробы, - велел я. – Не хочу, чтобы они случайно окочурились, если ещё кому-то из их дружков придёт в голову блистательная идея швырнуть осколочную гранату. Ты и ты – оставайтесь здесь. Следите за входом и этими. Остальные – за мной.

Мы двинулись по коридорам и залам в сторону служебной лестницы. Судя по звукам, там шёл ожесточённый бой.

Вскоре стало ясно, что противник пробился в первое помещение, выжал оттуда защитников и теперь штурмует склад могильных плит, из которых, в ожидании незваных гостей, мои парни сложили укрытия не хуже дотов.

Приоткрыв дверь, я заглянул одним глазом внутрь. Были видны мои люди во главе с Монголом, засевшие за баррикадой из обелисков. Противник находился по ту сторону.

Влетела светошумовая шашка. Я мгновенно закрыл дверь и отодвинулся. За ней грохнуло, в щель у порога хлынул белый свет.

Чёрт! У защитников служебного входа дела явно шли неважно. Выждав немного, я открыл дверь и заполз в комнату. Мои парни палили наугад. Подобравшись к щели между могильными камнями, я заглянул в неё.

Четверо боевиков были на ногах. Ещё двоих видно не было. Вероятно, их пристрелили ещё в первом зале. Прицелившись, я пальнул в ногу одного из уцелевших. Тот рухнул на пол, разразившись воплями и ругательствами. Я пустил ещё одну пулю – на этот раз ему в лицо. Боевик замер, распластавшись на полу.

- Уходим! – крикнул один из оставшихся троих. – Это бесполезно, на хрен!

Бандосы поползли к выходу. Я пальнул им вслед, но промахнулся: из-за порохового дыма их почти не было видно. Дать уйти? Нет, слишком жирно будет.

Обернувшись, я дал знак Биверу и Корню следовать за мной.

- Босс, Монгол ранен! – крикнул юрист.

Проклятье!

- Все на улицу! – гаркнул я. – Никого не выпускать!

Мои парни ринулись к выходам. Я же подошёл к водителю. Он сидел, привалившись к обелиску. Между пальцами прижатой к животу руки сочилась кровь.

- Дай посмотреть, - сказал я, опускаясь на корточки. - Убери руку.

- Не надо, босс. Кровь пойдёт.

- Она и так идёт. Давай, мужик. Я знаю, что делать.

Слабо выругавшись, Монгол уронил руку.

Да, прилетело ему нехило. Придётся оперировать, и срочно.

- Поднимаемся, - сказал я, беря его за руку и кладя её себе на плечи.

- Куда? – едва слышно просипел водила.

- «Скорую» ты не дождёшься. Так что придётся самому тебя подлатать.

- Босс… Вы же не врач.

Вот тут он ошибался. Правда, лечить мне не приходилось уже давно. Но руки помнили, что делать. Да и выхода особо не было. Если помрёт, будут проблемы. У Ратмира Зубарева врачебной лицензии нет. Но Монгол не умрёт. В этом я был уверен.

Дотащив его до комнаты, где трупы потрошили и бальзамировали, я уложил водилу на металлический стол с желобками и отключил лёгким прикосновением к шее. Не хуже наркоза. Затем придвинул столик на колёсиках со стерильными инструментами. Натянул перчатки, взял ножницы и быстро срезал с Монгола пропитанную кровью рубашку. Рана на уровне желудка. Тело водителя светилось каналами и узлами, наглядно демонстрируя всё, что мне требовалось. Я мог осуществлять полный мониторинг состояния пациента.

Остановить кровь парой прикосновений, затем вытащить пулю. Скальпель сделал небольшой надрез, одни щипцы раздвинули края раны, а другие погрузились в неё и ткнулись в твёрдое. Вот она! Зажать покрепче и тащить.

Бросив кусок металла в миску, я установил распорки и принялся зашивать, одновременно воздействуя на ткани, чтобы ускорить регенерацию. Действовал быстро, уверенно, думая только том, как минимизировать время на операцию.

Дверь распахнулась, и Корень замер на пороге.

- Босс, что вы делаете?!

- А сам не видишь? – ответил я, не поднимая головы. – Что с теми, кто пытался уйти?

- Догнали у машин. Живым никого не взяли. Но у нас и так четверо.

- Пусть их куда-нибудь вывезут на время. Скоро тут будет полиция. Так что допрос придётся отложить.

- Понял босс. А…

- Пусть останутся только охранники с лицензиями на ношение оружия. Подчистите всё, что можно. Встретишь легавых лично.

Корень кивнул.

- Само собой, босс. Но любая экспертиза выявит, что стреляли не только из зарегистрированных стволов.

- Значит, узнай, кому и сколько сунуть, чтобы по бумагам это прошло как неудачная попытка ограбления. У нас есть люди в управлении?

- Есть, но… В общем, я вас понял.

- Так действуй. У нас мало времени.

Корень исчез. Я надеялся, что мои люди успеют сделать то, что я велел. От этого зависело многое.

Зашив желудок, я запустил регенерацию тканей и уничтожил всё, что попало внутрь с пулей, плюс частицы одежды. А затем принялся штопать брюшину, одновременно ускоряя кроветворение и укрепляя иммунную систему. Уже ясно было, что Монгол выживет. И даже быстро встанет на ноги. В идеале, ему бы всё равно в больницу, но у меня не было ни малейшего желания объяснять, как и с какой стати я провёл операцию.

Так что, закончив штопать, я привёл водилу в чувство.

- Босс… - прошептал он, моргая. – Как там врач?

- Он тебе не понадобится, - ответил я, прикосновениями убирая болевые ощущения. – Пойдём. Нужно тебя переодеть. Если что, ты не ранен, понял?

- Понял, - спустя пару секунд ответил Монгол.

Я помог ему сесть, а затем – встать. Подхватил под руку.

- Сможешь идти?

Водила сделал шаг, другой.

- Кажется, да, - он провёл рукой себя по брюху. – Вы сами достали пулю? – в голосе слышалось недоумение.

- Ага. И зашил. Не волнуйся, сделано, как надо.

- Мне бы всё равно в больницу.

- Обсудим это позже. А сейчас пошли наверх. Я постараюсь, чтобы легавые до тебя не добрались, но, если что, запомни…

- Я не был ранен, - кивнул Монгол. – Да, босс. Я помню.

- Вот и отлично.

Пока поднимались по лестнице, с улицы донеслись звуки полицейских сирен.

В рекреации нас встретила Даша.

- О, боже! Он ранен?!

- Немного. Ерунда. Присмотри за ним, пока меня не будет.

- А ты куда?! – испуганно спросила девушка.

- Вниз. Слышала сирены?

Положив Монгола на диван в своём кабинете, я ободряюще кивнул Даше.

- Сидите тихо!

И быстро вышел.

Пора пообщаться с представителями закона. Пригладив на ходу волосы, я двинулся вниз по лестнице.

Глава 6

На первом этаже ещё пахло дымом, порохом и кровью – несмотря на то, что окна были открыты на проветривание вот уже пару часов.

Сидевший напротив меня полицейский был похож на бульдога. Лет сорока, гладко выбритый, с зализанными назад чёрными волосами, одетый в костюм и шляпу, которую так ни разу и не снял. Представился он лейтенантом Ветровым и вот уже полчаса снимал с меня показания, занося их в блокнот и раз за разом задавая одни и те же вопросы на разные лады – словно надеялся подловить меня на вранье.

Но, кажется, эта игра ему, наконец, наскучила.

- Значит, вы не знаете, кто это мог быть, - проговорил он, бросив недовольный взгляд на Корня, сидевшего справа от меня.

Мы расположились в одном из залов для прощаний, куда мои парни перенесли несколько складных стульев.

- Увы. Хотел бы вам помочь, господин лейтенант, но при всём желании не могу. Как я уже говорил, не представляю, кому могло прийти в голову напасть на бюро похоронных услуг.

- Ну, наверное, они решили, что у вас тут полно денег. Ведь похороны нынче не дёшевы.

Я пожал плечами. Лицо моё выражало сожаление.

- Вероятно, вы правы, лейтенант.

- Жаль, не осталось, у кого можно было бы спросить.

- Боюсь, мои люди не думали об этом, защищая свои жизни.

- Ну, да. Похоже на то, - бульдог вздохнул. – Ладно, время позднее. Не хочу тащить вас сейчас в управление подписывать бумаги, но буду рад, если вы заглянете завтра – оставите заявление по всей форме и подмахнёте показания.

- Мы с господином Кореневым непременно будем.

- Часам к десяти?

- Как вам удобно.

- Что ж, спасибо. И это… сочувствую.

- Обычно в этих стенах подобные слова произношу я, но благодарю, лейтенант.

- Да, точно. Не хотел, чтобы прозвучало, как каламбур, - полицейский встал и протянул мне руку. – Тогда до завтра, господин Зубарев.

- Я вас провожу, - вызвался Корень.

Когда они вышли, я встал и прошёлся между креслами. Конечно, Ветров не поверил ни единому слову. Несмотря на то, что мои люди успели немного прибраться, в телах полно пуль, которые ясно укажут, что здесь произошла куда более масштабная бойня, чем можно было решить на основе наших показаний.

Корень вернулся через минуту. Доложил:

- Они сворачиваются. Наконец-то.

- Хорошо. Номера машин, на которых приехали наши незваные гости, списали?

- Ага. Я поручил кое-кому из транспортного управления их пробить. Утром будут результаты. Заказать еды, босс? Вы уже несколько часов ничего не ели.

- Нет. Сходи наверх – проверь, как там Монгол.

- Да, босс.

Едва он вышел, в окно постучали. Повернув голову, я увидел ворона. Да неужели!

Подойдя, открыл окно и впустил птицу. Фамильяр протиснулся между прутьями решётки и превратился в попугая.

- Какого хрена тут произошло, пока меня не было?! – вопросил он с упрёком.

- Это ты мне скажи: почему не сообщил о том, что Ржавый послал сюда своих ребят?

- Ржавый – это тот малый, за которым ты велел следить? Ну, так не о чем было докладывать. Там всё было тихо. Спят давно. Мне стало скучно, вот я и решил слетать – тебя проведать.

- Как мило! Хочешь сказать, никакой движухи не было?

- Не-а. Кто бы сюда ни наведался, это не от него.

- Ну-ну. Посмотрим.

- Расскажешь, что случилось? Это просто бардак какой-то!

- На нас напали, ясно?

- Куда уж яснее! – ухмыльнулся попугай. – И что, всех перебили? Поболтать никого не оставили?

- Оставили, но, пока тут полиция, беседе не быть.

- Ну, так легаши, вроде, уходят. Я насчитал тринадцать трупов. С нашей стороны потерь нет?

- Двое. Ещё один ранен. Монгол, мой шофёр.

- Надо полагать, ты о нём позаботился.

- Пришлось.

Фамильяр с интересом склонил голову на бок, сверля меня оранжевым глазом.

- И каково это – вспомнить старые времена?

- Никак. Я просто сделал то, что был вынужден. Ты уверен, что Ржавый не при делах?

- Ну, денег не поставил бы, но совсем не похоже. Но ты ведь всё равно спросишь тех, кого оставил ночевать.

Я кивнул.

Конечно, спрошу. Ещё как.

- Кто-то идёт, - сказал попугай.

Повернув голову, я увидел Корня.

- Всё в порядке, босс, - проговорил он. – Чёрт, откуда здесь эта птица?!

- Не обращай внимания. Он летает по всему дому. Так что именно в порядке?

- Они из третьего управления, у меня есть там пара знакомых ребят. Я узнаю у них, можно ли сунуть бабки Ветрову, чтобы дело замяли. В смысле – приняли версию попытки ограбления и не вдавались в детали. Но влетит в копеечку.

А деньги всё ещё в сейфе. Код от которого я не помню.

- Уверен, что получится? Этот лейтенант не показался мне человеком, вымогающим взятку.

Корень усмехнулся.

- Я думаю, он просто ещё не знает, сколько попросить. Завтра определится.

- Понятно. Ладно, там все посторонние убрались?

- Ещё нет, босс. Идите спать. Вам не помешает отдохнуть. Я тут за всем прослежу. Сегодня нас больше не потревожат.

- Шутишь? Нам нужно допросить пленных. Как только легавые свалят, везите их сюда.

Юрист поднял руки, словно сдаваясь.

- Хорошо, босс, как скажете.

- Я буду наверху. Нужно приглядеть за Монголом.

- У меня есть один знакомый врач. Он ездит на вызовы и не треплется. Может, позвонить, чтобы заглянул? Всё-таки мужику брюхо продырявили.

- Он будет в полном порядке. Займись языками.

Как только Корень вышел, Вилли перепорхнул с подоконника мне на плечо.

- Есть идеи, кто мог на тебя наехать?

- Пока не особо, - ответил я, направляясь к лестнице. – Но думаю, если это не Ржавый, то кто-то вроде него. Территория, которая может мне достаться, конечно, не стоит бесхозной. Кого-нибудь да назначили временно собирать с неё дань. Может, это он. Рассчитывает остаться в должности. Ну, или другой сосед решил прибрать кормушку к рукам. Я не так хорошо пока разобрался во всём этом, как хотелось бы. Странно только, что он не побоялся наехать на племянника Зубра. Ещё и шум такой поднял.

- Что-то тут не так, да? Пованивает.

- Ещё как пованивает, - согласился я. – Но может, прояснится после допроса.

- А куда ты сейчас-то намылился?

- Проведать пациента.

Попугай расхохотался.

- Пациента! Уморил!

- Завали.

Монгол сидел в моём кабинете. Даша – тоже. Когда я вошёл, вскочила и бросилась ко мне, но я знаком велел ей остановиться.

- Босс, вы просто волшебник, честное слово! – воскликнул Монгол, слегка щупая собственный живот. – Я даже боли не чувствую. Что вы мне вкололи?

- Обезболивающее, - соврал я.

- А где так штопать научились?

- На курсах первой помощи.

Монгол расхохотался.

- А вот с этим полегче, - посоветовал я, садясь в кресло. – Швы могут разойтись. Не хочу снова ковыряться в тебе.

- Простите, босс. Просто…

Он не закончил фразу, не зная, что сказать.

Я взглянул на Дашу.

- Ты как?

Она кивнула.

- Нормально. Перенервничала немного.

- Отвезти тебя домой?

- Нет. Я лучше тут побуду. Если ты не против.

- Иди ляг у меня. Поспи. Нам ещё предстоит поработать.

Звучало это как приказ, так что девушка спорить не стала. Прошла в спальню и плотно прикрыла за собой дверь.

- Бивер сказал, вы взяли четверых, - проговорил Монгол, понизив голос. – Когда их привезут?

- Скоро. Тебе нужно отдохнуть.

- Да, наверное, придётся, - согласился водитель с явным сожалением. – Но хоть поглядеть разрешите, как будете этих уродов обрабатывать?

- Нет.

Монгол разочарованно вздохнул.

- Отлежись. И никаких физических нагрузок. Ты мне скоро понадобишься, так что постарайся встать на ноги побыстрее.

- Да я хоть сейчас могу!

- Сейчас не надо. Я сообщу, когда придёт время.

- Боюсь пропустить самое интересное.

Спустя полчаса доставили пленников. Правда, один отдал концы от потери крови. Третий тоже едва дышал, но был в сознании. Раны ему перевязали, чтобы протянул подольше. Хотя бы – пока я буду задавать вопросы.

- Каждого в отдельную комнату, - распорядился я. – И не мордовать.

- Да, б-босс, - кивнул Бивер. – П-подготовим в лучшем виде. Как вам, кстати, удалось вырубить тех д-двоих? Приём какой знаете, что ли?

- Знаю. Иди работай.

Начать я решил с того, который был ранен. Иначе до разговора он мог и не дожить.

Его поместили в помещение, где гримировали покойников. Примотали скотчем к стулу.

- Ждите снаружи, - велел я Биверу с остальными.

- Хотите с-сами его обрабатывать? – удивился телохранитель. – Мне не т-трудно. Зачем вам мараться?

- За меня не беспокойся.

- Ладно, как п-прикажете. Вам что-нибудь нужно? Могу п-притащить инструменты. Их тут полно. Если п-просверлить дрелью колено…

- Обойдусь, - прервал я его. – Спасибо.

Слегка озадаченный, Бивер кивнул остальным, и они вышли, прикрыв дверь.

Я взял стул и поставил его перед пленником. Он тяжело дышал. Его тело было покрыто светящимся узором с пульсирующими очагами боли и расходящимися от них каналами, бегущими вдоль нервных окончаний.

Первым делом я прошёлся по ранам в ногах, останавливая кровь. Затем – купировал очаги боли, чтобы не отвлекали пленника.

Пытать людей мне приходилось редко. Моя работа для Империи состояла в том, чтобы развязывать языки нелюдям – тварям, захватывающим человеческие тела и превращающим их в жутких монстров, с которыми обычные методы воздействия попросту не работали. Требовались специалисты особо рода – одарённые, способные довести болевые ощущения монстров до высшей точки. Те, кто досконально изучил их физиологию и играл на нервных окончаниях, как арфист – на струнах. Всё во имя высшего блага – спасения Империи и человечества. Ради этого я добровольно исказил свой Дар Лекаря и превратил себя из Целителя в палача.

В глазах пленника появилось удивление, когда он понял, что боли больше нет.

- Кто вас послал? – спросил я.

Боевик в ответ лишь усмехнулся.

- Зря артачишься. В конце концов говорить начинают все. Это истина, на которой держится само существование допроса с пристрастием.

- Ты всё равно сдохнешь, щенок! – процедил мужик, скривив рот в презрительной ухмылке. – Так зачем тебе знать? Зови сюда своих амбалов – пусть попытаются выбить из меня ответ!

- Если бы я хотел поручить это им, так бы и сделал.

- Что, сам решил поразвлечься? А справишься?

- Давай я тебя немного просвещу. Чтобы сломать между нами лёд, так сказать. У того, кто допрашивает, есть два стимула: страх и боль.

При этих словах пленник снова ухмыльнулся.

- Страх подходит, когда человек надеется остаться в живых, если скажет то, что от него хотят. В данном случае нужно лишь выяснить, чего он боится. Если, например, ослепнуть, следует выбить ему один глаз и пообещать, что, если он продолжит упираться, потеряет и второй.

При этих словах мужик улыбаться перестал. Мне удалось завладеть его вниманием.

- Ты как, выйти отсюда собираешься? – поинтересовался я, как бы между делом.

- Не смеши, - ответил боевик. – Мы оба знаем, что меня отсюда разве что вперёд ногами вынесут.

Я кивнул.

- Вот мы уже и достигли некоторого взаимопонимания. Получается, остаётся боль. Давай и про неё расскажу.

- Да что ты о ней знаешь?! – скривился боевик.

- Боль – это сигнальная система организма. По сути, она существует только внутри человека. Организм сам решает, насколько сильной она должна быть. Плохо, что её нельзя контролировать. Боль оповещает о повреждении и требует его исправить. Например, о сломанной кости, гастрите или порезе. Или об опасности какого-то внешнего воздействия.

- Типа про огонь, что ли? – нехотя спросил бандос.

Я кивнул.

- Именно. Позволяет предотвратить ожог. Но у боли есть ограничения. Стоит достичь порога, и организм отключается. Ну, или вообще умирает. Так что суть в том, чтобы почти достигать этого порога, но вовремя останавливаться. Ювелирная работа. Немногие способны на такое, ведь требуется индивидуальный подход.

- Ну, и? – проговорил пленник с вызовом. – Ты-то тут при чём, пацан? Ты хоть раз кого-нибудь пытал?

- Приходилось, - вытянув руку, я коснулся нужной точки на груди боевика. Судя по схеме, именно в ней находились наиболее чувствительные нервные окончания. – Сейчас мы выясним, какой у тебя порог.

- Что, затыкаешь меня пальцем? – скосил глаза вниз пленник.

Вместо ответа я запустил раздражители нервных клеток. Точка вспыхнула алым, начала увеличиваться, от неё побежала в мозг паутина сигналов.

Пленник выпучил глаза, рот у него приоткрылся, и из него вырвался стон. Но пока больше от неожиданности.

- Вызывая боль прямо в нервных рецепторах, я могу доводить её до пика, - поделился я, следя за ростом интенсивности. – И останавливать за мгновение до того, как ты вырубишься. Рано или поздно ты сдашься. Так есть ли смысл себя мучать?

Боевик закричал. Было видно, что он старается сдержаться, но это было бесполезно.

Доведя боль почти до предела, я убрал палец.

- Пока ты справился неплохо. Но мы ведь будем продолжать, пока ты не ответишь. И не пытайся соврать. Это меня очень расстроит. Кстати, у нас ещё несколько твоих подельников. Один из них точно расколется. Что сведёт твою стойкость на нет. В ней просто исчезнет смысл.

С этими словами я снова коснулся точки на груди.

На этот раз боевик стиснул зубы. Он так старался не заорать, что даже скрип раздался, а из глаз брызнули слёзы. Но всё равно закричал. Его сердце бешено колотилось, но я следил за тем, чтобы оно не остановилось. Организм был ослаблен потерей крови, и это несколько снижало уровень, до которого его можно было доводить. Если бы я спровоцировал боль по полной программе, это почти наверняка вырубило бы допрашиваемого. А то и убило. Если будет упираться, придётся его бросить и заняться двумя другими. Тогда смогу развернуться по полной.

Убрав палец, я подождал, пока боевик встретится со мной осоловевшим взглядом.

- Как думаешь, сколько продержатся твои дружки?

- Что ты делаешь?! – прохрипел пленник, хватая ртом воздух. – Это… невозможно!

- Повторить? Чтобы ты убедился, что твоя боль так же реальна, как если бы я втыкал в тебя иглу?

- Не надо! – быстро проговорил бандос.

- Значит, скажешь, кто вас послал?

Поскольку мужик запнулся, я недвусмысленно вытянул указательный палец.

- Не надо! – быстро выпалил он, попытавшись отстраниться.

Что у него, конечно, не получилось.

- Ну?

- Шрам! Это он! Мы из его ячейки.

Я порылся в воспоминаниях и, действительно, был в нашем клане такой граф. Тоже сосед Палыча, только с другой стороны. И посерьёзней Ржавого, кажется. Держал публичные дома, игорный бизнес и отели. Чем-то владел, где-то имел доли, что-то крышевал. Такого во врагах хотелось иметь куда меньше, чем Ржавого. Но выбирать мне никто не предлагал.

- Уверен? – спросил я. – Потому что, если твои дружки ответят иначе, придётся вернуться и продолжить разговор.

Бандос замотал головой.

- Сбрешут, если другое скажут!

- Ладно, пока приму на веру. Посиди.

Я перешёл в соседнюю комнату. В центре сидел на стуле примотанный скотчем амбал. Настоящий великан. Бритая башка, бородень, глубоко утопленные глазки. Он тут же вперился в меня взглядом.

- Знаешь меня? – спросил я.

Мужик промолчал.

- Это место принадлежит мне. Так что я вами, парни, очень недоволен. Вы хоть в курсе, на кого я работаю?

Амбал ухмыльнулся.

- Да уж, знаю! – буркнул он. – Какая разница?

- Ну, для тебя уже никакой, - честно ответил я. – Мне нужно имя того, кто вас послал. Остальные его уже назвали, так что от тебя требуется лишь подтверждение.

Пока говорил, изучал светящуюся схему на теле пленника. Высокий болевой порог. Кажется, даже есть какие-то отклонения. Возможно – следствие перенесённой в детстве болезни. А то и генетика.

Мужик это про себя знал и потому боли особо не боялся. Верил, что выдержит любые пытки. Хм… Ну-ну.

- Ни хрена они тебе не сказали бы, - спокойно проговорил, глядя на меня с вызовом, пленник.

- Это ты зря. Говорят, в конце концов, все. А уж вероятность, что все трое не проболтаются, вообще ничтожна. Ты же это понимаешь.

- А мне похер! Делайте, что хотите, а я ничего не скажу.

- Может, и так. Значит, просто пустить тебя в расход?

Мужик скривился в презрительной гримасе.

- А то ты меня отпустить собирался, если я отвечу! Ссы в уши кому другому, сопляк!

- Ну, а на кой ты мне, если ничего не скажешь? Пожалуй, я тебя, и правда, отпущу. Просто жалко убивать такого пышущего здоровьем человека. Ты, похоже, спортом увлекаешься. Тяжёлая атлетика?

- Ага. Тебе-то что?

Я зашёл боевику за спину и коснулся шейных позвонков, заставив его вздрогнуть. На них мерцали обозначения нервных узлов, соединённые нитями каналов. Первый позвонок именуется «атлант» - он соединён с черепом. Потому так и называется – в честь древнегреческого мифического великана, державшего на плечах небо. Второй позвонок - «эпистрофей». Пара простеньких блоков между ними, и сигналы из мозга перестали поступать. Вытащив нож, я разрезал скотч на руках и ногах амбала.

- Можешь идти.

Он уставился на меня подозрительным взглядом.

- Что за прикол?

- Никаких шуток. Вставай и уходи. Не хочешь рассказывать – свободен.

Было видно, что мужик попытался подняться. Но ни единый мускул в его теле не дрогнул. Он нахмурился, а спустя несколько секунд на его лице отобразилась паника.

- Что ты сделал?! – севшим голосом проговорил он, глядя на меня. – Вколол какую-то хрень?!

Я покачал головой.

- Это с мочой не выведешь. Хочешь уйти, не поговорив – вперёд. Не можешь – прикажу вывезти тебя куда-нибудь и выбросить. Как мусор. Своему боссу такой ты всё равно нужен не будешь. И имей в виду – этот паралич никакой врач не вылечит. Хочешь проверить?

- Сука! – выдохнул амбал, мотая головой, как будто это могло помочь. – Гнида!

- Я могу сделать, как было. Если скажешь имя.

- Пошёл ты!

Пленник разразился матерщиной.

- Я выйду ненадолго. А ты пока прикинь, как будешь жопу подтирать. Ну, и всё остальное делать.

С этими словами я направился к третьему «языку».

Глава 7

Парень оказался молодой, лет двадцати трёх. Выглядел испуганным. Даже странно, что такого взяли на дело. Зато понятно, почему оставили снаружи.

Окинув его взглядом, я быстро подошёл и, не говоря ни слова, вонзил палец в пульсирующую точку на уровне диафрагмы. Пленника пронзила резкая боль, и он заорал, дёргаясь на стуле так, словно его били током. Я быстро довёл рецепторы до предела и убрал палец.

Парень хватал ртом воздух, пытаясь отдышаться. Я не стал ждать, пока у него это получится. Снова ткнул пальцем в живот и довёл нервные окончания до пика. Ещё немного, и боевик вырубился бы, но грань я не переступил. На губах пленника выступила пена.

Убрав палец, я выждал ровно четыре секунды и повторил процедуру.

- Не… надо! – едва слышно просипел прерывающимся голосом боевик. – Хватит!

Я снова ткнул пальцем ему в диафрагму, но на этот раз не стал запускать боль сразу.

- Что вам нужно?! – взвизгнул парень, выпучив зенки.

Очаг в его животе начал увеличиваться, по нервам побежали в мозг сигналы. В три раза медленнее, чем в первые два раза. Я давал пленнику осознать, что его ждёт.

- Я всё скажу! – отчаянно заорал парень, дёргаясь на стуле. – Прекратите! Пожалуйста!

- Кто вас послал? – спросил я подчёркнуто спокойно, не прекращая увеличивать уровень боли.

- Шрам! Это был он, наш босс!

Что ж, либо они сговорились, либо Ржавый, и правда, ни при чём.

- Это Ржавый велел тебе так сказать? – осведомился я, доводя боль до предела.

- Нет! – взвизгнул боевик. – Клянусь, это Шрам!

- Ты хочешь, чтобы я повторил? Может, тебе нравится?

- Пожалуйста… Пожалуйста…

Нелюди, которых я пытал в прошлой жизни, от такого воздействия рассмеялись бы мне в лицо. Поистине моим навыкам не было настоящего применения в этом мире.

Я убрал палец, и пленник обмяк на стуле, роняя на грудь пену. Он судорожно вздрагивал.

Палач не должен получать удовольствия от работы. Стоит увлечься – жертва погибнет или вырубится. Конечно, её можно привести в сознание, но, если делать так часто, она быстро выработает свой витальный запас. Истинный палач холоден, расчётлив и думает лишь о результате. Поэтому он служит правосудию. Маньякам и садистам на этой должности не место.

- Если ты меня обманул… - начал я угрожающе.

- Нет! – парень едва заметно мотнул головой и всхлипнул. – Это Шрам! Я правду говорю…

Что ж, учитывая, что Вилли не обнаружил активности в штаб-квартире Ржавого, похоже, так и есть.

Я вернулся во вторую комнату. Амбал лежал на полу. Похоже, так старательно мотал башкой, что свалился со стула.

- Ну, что? – осведомился я, садясь на корточки возле его головы. – Приказать вывезти тебя на помойку, или скажешь то, что уже сказали мне твои дружки?

- Ты меня всё равно убьёшь! – после паузы проговорил пленник.

- А ты предпочитаешь жить вот так? Я дал тебе время подумать, но ждать вечно не собираюсь. Ну, так что? Ответишь и пойдёшь домой на своих двоих, или проведёшь остаток жизни, не двинув ни рукой, ни ногой? Узнать, почём нынче памперсы?

Я достал телефон и сделал вид, будто открываю поисковик.

- Будь ты проклят! – выплюнул амбал. – Ладно! Твоя взяла! Это Шрам.

Итак, три из трёх.

- Откуда мне знать, что кто-то не приказал вам так отвечать, если вас возьмут?

- Блин, ниоткуда! Никто не думал, что… - он замолк.

- Что кто-то попадётся? Думали, мы лёгкая добыча?

- Да, мать твою! Теперь или убей меня, или исправь то, что сделал! Плевал я, веришь ты мне или нет!

Разумеется, просто отпускать никого не планировалось. В этом не было ни малейшего смысла. Зачем мне лишние бойцы по ту сторону?

Я направился к двери, но тут Вилли, до сих пор спокойно и тихо сидевший на моём плече, словно пиратский аксессуар, вдруг всполошился.

- Погоди, хозяин, а ты ничего не забыл?! – спросил он тихо.

Практически в ухо прошептал. И тон у него был удивлённый и встревоженный.

- Ты это о чем? – я притормозил возле порога.

- Виталис! Мы должны его забрать!

- Ты же знаешь, что я так не делаю.

Я уже собирался продолжить путь, но попугай ощутимо стиснул плечо лапами, едва не вонзив в него когти.

- Не спеши! – прошипел он. – Это ты мог себе позволить в прежние времена. А теперь у нас нет выбора!

- В каком смысле?

- Ты видел в этом мире Колодцы, Разломы или Источники? – в голосе фамильяра послышались саркастические нотки. – Может, слышал о них или читал в этом своём Интернете, знающем ответ на любой вопрос? Нет! Ни хрена подобного. Потому что в этом поганом мирке нет ни одного приличного источника Виталиса. И, если ты планируешь и дальше использовать свой Дар, то хочешь – не хочешь, нравится тебе это или нет, а придётся забирать его у врагов. Если тебе это претит, с какой-либо точки зрения, то считай такую меру сбором трофеев. Трофеями же ты не брезгуешь?

Слова фамильяра заставили меня задуматься. Он был прав: без регулярной подпитки Дар скоро сойдёт на нет. А лишаться его я не намерен.

Взгляд упал на лежавшего на полу амбала. Чёрт…

- Они всё равно не жильцы, - встрепенулся, почувствовав мои колебания, Вилли. – Мы оба знаем, что ты прикажешь от них избавиться. Так зачем пропадать добру?!

- Заткнись!

- Я-то замолчу, но ты прими правильное решение, хозяин. Другого способа пополнить силы нет и не будет. Хочешь стать обычным человеком?

Вернувшись к пленнику, я присел возле него на корточки.

- Давай! – уже не таясь, проговорил попугай. – Я готов!

Он был прав. Не будет Виталиса – не будет и Дара.

Вытянув руку, я начертил над телом парализованного боевика сложный сакральный символ, и через пару секунд его жизненная энергия начала вытекать из него, собираясь в воздухе в маленькую светящуюся оранжевую сферу размером с грецкий орех. Когда её формирование было завершено, я взял её двумя пальцами и сунул фамильяру в клюв. Тот немедленно заглотил добычу.

- Правильное решение, хозяин! Жаль только, что лишь оранжевая сфера. Но в этом мире, наверное, нет существ, обладающих запасом, достаточным для красной.

- Скорее всего, нет, - согласился я.

Этому миру повезло.

- У остальных тоже надо забрать, - сказал попугай. – Двое ещё живы.

И снова он был прав. Я даже не стал спорить. Просто вернулся к парню, от которого вышел, и простёр над ним руку.

Он испуганно уставился на меня, не понимая, что происходит. Кажется, даже собирался спросить, что я от него хочу, но тут глаза его закатились, тело обмякло, а голова безвольно свесилась.

Над ней быстро формировалась жёлтая сфера.

- Слабак! – презрительно произнёс наблюдавший за этим фамильяр. - Но всё же, лучше, чем ничего.

Я взял зависшую в воздухе сферу Виталиса и отдал ему. Вилли поспешно заглотил её, словно удав.

Остался последний. Я направился в первую комнату, где находился раненый. Он встретил меня кривой усмешкой, но наглости в ней уже не было.

- Ну, что, убедился? – проговорил он. – Правду я тебе сказал?

Вместо ответа я начертил над ним знак. Пленник судорожно всхлипнул, захрипел, пару раз дёрнулся и обмяк, превратившись в груду костей, обёрнутых плотью. Над ним сформировался оранжевый запас Виталиса, который отправился вслед за предыдущими – прямиком в ненасытный желудок фамильяра.

- Ты очень мудр, хозяин, - льстиво проговорил попугай, когда я направился к выходу. – Чтобы выжить, нужно подстраиваться под обстоятельства. В прошлый раз ты не захотел, и посмотри, к чему это привело.

Распахнув дверь, я вышел в коридор, где дожидались охранники.

- Бивер, этих троих вывезите в город и оставьте на улицах в разных местах.

Телохранитель заглянул в комнату, высунулся, глядя на меня с удивлением.

- Что с ними, б-босс? – спросил он.

- В коме. И будут в ней ещё долго.

- П-простите, босс, но вы уверены? Может, лучше пристрелить их?

- Нет. Кладбище не резиновое. Делайте, как велено. А того, который умер, сожгите. Всё ясно?

- Да, б-босс.

- Отлично. Я буду наверху.

Очень хотелось напомнить, чтобы не забыли избавить тело от пуль, зубов и металлических частей одежды, но парни занимались таким не впервые, и недоверие могло бы их задеть. А настраивать против себя своих же людей – последнее дело.

Я двинулся по лестнице на второй этаж. Усталости не было, а вот сонливость начинала накатывать. Всё-таки, уже давно полагалось спать. А к десяти надо заехать в полицию – подписать бумаги и выяснить, сколько дать на лапу Ветрову. В идеале – хорошо бы прихватить бабки с собой. Хотя в управлении их могут и не взять. В любом случае, поспать мне было необходимо: только сон возвращал мне память. Так, может, утром я встану с шифром от сейфа в голове?

- Зря ты их пощадил, - недовольно проговорил сидевший на плече фамильяр. – Однажды они вернутся. И не для того, чтобы тебя отблагодарить.

- Знаю.

- Всё твои дурацкие фантазии о чести. Посмотри, до чего они нас довели! Хочешь повторить прежнюю ошибку?

- Это не было ошибкой. И больше не затрагивай эту тему.

Я вошёл в кабинет. Монгола там уже не было. Куда-то его увели.

Даша мирно спала в моей постели. Судя по висевшей на спинке стула одежде, голая.

- Сладкая сучка, - сказал Вилли, спархивая с плеча на комод. – Доверяешь ей?

- Пока не знаю. Посмотрим. Сейчас я собираюсь поспать, так что сделай одолжение – сиди тихо.

- Как скажешь, хозяин. Мне и самому не помешает вздремнуть.

С этими словами фамильяр сунул голову под крыло и замер, изображая чучело. Видать, рад был, что я не отправил его следить за Шрамом. Дрыхнуть он, конечно, не станет. Просто не умеет.

Раздевшись, я отравился в душ, почистил зубы и забрался к Даше.

- Всё хорошо? – сонно протянула она, кладя руку мне на грудь.

- В целом – да.

- Хочешь чего-нибудь?

- Не сейчас, детка. Давай спать.

- Ладно. Сладких снов.

И она почти сразу засопела. Как будто и не было внизу, на первом этаже, смертей, пыток и всего прочего. Хотя, может, её стресс выключил. Защитная реакция организма. Я быстро проверил состояние нервной системы спящей девушки. Да, точно: сработали компенсаторные механизмы. Но было что-то ещё. Ага, понятно. Даша приняла таблетки. Ладно, с этим разберусь позже.

Закрыв глаза, я постарался выровнять дыхание, а затем по очереди расслабить мышцы, начиная с ног. Не знаю, в какой момент меня выключило, но проснулся я от того, что в комнате раздался недовольный голос фамильяра:

- Сама ты глупая птица!

Открыв глаза, я повернул голову и увидел Дашу, стоящую в чём мать родила перед попугаем.

- Ты что делаешь? – спросил я.

Девушка взглянула на меня.

- Иногда мне кажется, что эта тварь меня понимает. Я серьёзно!

- Тупая курица! – с наслаждением заявил Вилли.

- Ты его лучше не задирай, - посоветовал я, откинув одеяло. Спустил ноги на пол, зевнул и встал. – Ещё клюнет, пожалуй.

Даша опасливо отодвинулась от фамильяра.

- Пусть только попробует! Мигом сверну ему башку.

Вилли послал мне насмешливый взгляд.

- Ладно, я в душ, - вздохнув, сказала девушка, но направилась не в ванную комнату, а к своей сумочке.

Порывшись в ней, вытащила оранжевый пузырёк с таблетками, потрясла, как погремушку, и одним движением скрутила крышку.

- Это что у тебя? – спросил я, подходя.

- Доктор выписал. Психотерапевт. Антидепрессанты.

Даша высыпала себе на ладонь две капсулы и осмотрелась в поисках воды. Протянула руку к кувшину.

- Погоди, - сказал я, беря её за запястье.

- Что такое? – в глазах девушки мелькнуло непонимание.

Человек на таблетках ненадёжен. Я не могу строить империю, опираясь на людей с зависимостями.

Окинув взглядом энергетическую схему девушки, я отметил про себя несколько очагов тревожности. С этим можно поработать. Сразу такие вещи не проходят, но постепенно решить проблему вполне реально.

- Отпусти, - сказала Даша, потянув руку. – Мне нужно лекарство запить.

Я не стал её удерживать, но прежде, чем разомкнуть пальцы, запустил парочку долгоиграющих программ, которые будут работать с её организмом, выправляя то, что пытался заглушить антидепрессантами психотерапевт.

Это, конечно, не мой профиль, так что трудно предсказать, сколько времени понадобится, чтобы Даша слезла с таблеток.

Проглотив капсулы, девушка скрылась в ванной, а я накинул халат и вышел в кабинет. Попугай выпорхнул вслед за мной и уселся на плечо.

Выглянув в рекреацию, я кивнул дежурившим там охранникам.

- Привет, парни. Как дела?

- Всё нормально, босс, - ответил один из них. – Корень просил сказать, когда вы проснётесь.

- Ну, так скажи. Только не прямо сейчас. Дай мне… десять минут.

- Да, босс.

- И пусть кто-нибудь позаботится о завтраке. Что внизу? Убрались?

- Более-менее, босс.

- На сегодня наверняка назначены погребения. Мы сможем принять скорбящих?

Телохранители переглянулись. Затем дружно пожали плечами.

- Ладно, проехали.

Поручу это Даше. Кажется, она занимается такими вещами. Помимо бухгалтерии.

Я подошёл к сейфу. Так, ну, и какой же у него код? Пришлось поднапрячься, чтобы в голове вспыли цифры. Хм, попробуем. Крутанув колёсики, я нажал ручку и потянул. Бесполезно… Сейф оставался запертым.

Проклятье!

Ладно, придётся применить экстремальные меры. Вторгнуться в воспоминания Ратмира Зубарева, ломая барьеры. Чревато нервным срывом или даже временным помешательством, но мне, чёрт возьми, необходимо то, что хранится в этом долбаном железном шкафу!

Я плюхнулся на задницу прямо там, где стоял. Вилли едва не свалился, потеряв на секунду опору.

- Ты что творишь?! – воскликнул он, вспорхнув крыльями.

- Устраиваю мозговой штурм.

- Эй, погоди! – всполошился фамильяр. – Уверен, что это необходимо? Ты ведь помнишь, какие бывают потом отходняки?

- У меня нет выбора. Я должен открыть чёртов сейф. Всё, не мешай.

Вилли слетел на подоконник.

- Это плохая идея, хозяин.

Как будто я сам не знаю!

Прикрыв глаза, я начал погружаться в особый вид транса, при котором опытный одарённый с Даром вроде моего способен проникать в собственное подсознание и проходить его слой за слоем, достигая в особых случаях даже рептильного мозга, доставшегося нам от таких далёких предков, о которых разве что в учебнике прочитать можно. Чем глубже опускаешься, тем опасней. Можно и не вернуться. Этого я, правда, не боялся. А вот насчёт отходняка фамильяр был прав: потом придётся помучаться. Но ничего. Подлатаюсь и как-нибудь день протяну. А потом отосплюсь.

Минут семь ушло на то, чтобы докопаться до личности Ратмира. Вернее, хранилища его воспоминаний. И ещё около трёх, чтобы вскрыть его.

В первую секунду меня словно в ледяную воду головой окунули. Затем по спине побежали мурашки, кончики пальцев свело судорогой, желудок сжался, и к горлу подкатила тошнота. Но всё это длилось лишь несколько мгновений. Потом интенсивность ощущений спала, и накатила слабость. Такая бывает при высокой температуре. Кости ломит, мышцы тянет, а башка – будто чугунная.

Открыв глаза, я несколько раз глубоко вдохнул и поднялся на ноги. Не без труда. Опершись о стену, взялся за кольца с цифрами. Так, какой там шифр Ратмир вводил последним? Он менял его каждую неделю, поэтому коды малость путались, но я всё же выбрал один. Начнём с него. Он казался самым свежим. На всякий случай я повысил чувствительность своего слуха и прижался щекой к холодной поверхности дверцы сейфа. Когда пальцы начали вращать первое кольцо, я ловил каждый металлический щелчок, раздававшийся в недрах механизма. Добрался до цифры «шесть», и звук слегка изменился. Едва уловимо. Если бы не улучшенный слух и полная концентрация, я бы ничего не заметил. Но сейчас было совершенно очевидно, что разница была. Значит, я на правильном пути.

Ещё три цифры сопровождались такими же звуками. Самым сложным оказалось вспомнить, в какую сторону вращать кольцо. Но пока всё шло, как надо. Осталось набрать вторую часть кода на втором кольце.

Едва я справился с этим, в кабинет вошла Даша. Она была одета и расчёсывала на ходу волосы.

- Мне нужно заняться делами, - сказала она. – Проверить, сможем ли мы принять сегодня клиентов. Если нет, то договориться о том, чтобы церемонии перенесли в новое здание.

- Как раз собирался тебя об этом попросить.

Даша улыбнулась, сунула расчёску в сумочку, подошла и чмокнула меня в губы.

- Сладкий, меня не нужно просить о моих обязанностях. Всё, я пошла. Не знаю, почему, но у меня сегодня отличное настроение. Странно, да?

На самом деле, странного тут ничего не было. Программы, которые я установил в организме девушки, так и работали. Но это лишь первый этап.

Даша направилась к выходу и на пороге чуть не столкнулась с Корнем.

- Доброе утро, босс, - сказал тот, выглядывая у неё из-за плеча. – Мне сказали, ты проснулся. Вот, принёс китайской еды.

- Позавтракаешь с нами? – спросил я Дашу, нажимая ручку сейфа и открывая на себя толстую дверцу.

- Нет, я по утрам не ем. Интервальное голодание. Ну, вроде того. Ладно, увидимся позже.

Корень посторонился, выпуская Дашу. Как только она прошла, переступил порог и прикрыл дверь.

- Взял вам вок со свининой, босс. И ещё кофе. Сахар не клал, но пару пакетиков прихватил.

- Ну, распаковывай, - отозвался я, перебирая содержимое сейфа.

Что в нём находится, я уже примерно знал, но лучше один раз увидеть, чем сто раз вспомнить.

Документы, книги с записями – зашифрованные, как я и думал – пачки денег, пистолет, акции, облигации и несколько футляров с драгоценностями. Я быстро прикинул, сколько в сейфе налички. По идее, на первое время должно хватить.

- Что с номерами тачек? – спросил я. – Пробили?

- Да, босс. Машины угнанные, номера перебитые. Этого следовало ожидать.

Я кивнул.

- А что вам вчера сказали языки? – проговорил Корень. – Ржавый это?

- Нет. Шрам.

Юрист присвистнул.

- Точно? Не наврали?

- Нет, информация надёжная.

- Это очень плохо, босс.

- Знаю. Серьёзный хрен. Хуже Ржавого. Но что есть.

- Знаете, что я думаю, босс? Они не собирались вас убивать.

- Откуда такой вывод?

- Если бы хотели, не полезли бы сюда. Подкараулили бы на улице.

- Считаешь, Шрам им приказал только припугнуть?

Корень кивнул.

- Дать понять, чтобы вы забыли о территориях Палыча. Рассчитывал, что вы обосрётесь от страха и дадите заднюю. Но валить племянника царя, да ещё и гробовщика семьи – нет, сомневаюсь.

Что ж, может, юрист был и прав. А может, и нет.

- Ну, теперь Шрам знает, что я не обосрался. А значит, всерьёз задумается о том, чтобы от меня избавиться.

Закрыв дверцу, я набрал код и подсел к журнальному столику, на котором Корень разложил еду. Первым делом отхлебнул кофе. Как ни удивительно, ещё довольно горячий.

Вилли недвусмысленно подкрадывался к нам, поглядывая на коробки с едой. Я показал ему на поддон, в котором ещё оставалось немного еды. Попугай обиженно дёрнул башкой и сменил маршрут.

- Как там Монгол? – спросил я, доставая палочки из упаковки. – Не стесняйся. Позавтракаем вместе.

- Спасибо, босс, - Корень тут же схватил палочки, сорвал бумагу и принялся катать их между ладонями. – Монгол, на удивление, хорошо. Говорит, что как новенький. Слышал я выражение «Заживает, как на собаке», но никогда не видел, чтобы человек с дыркой в брюхе расхаживал, будто ничего с ним и не случилось.

- Где он, кстати?

- Не поверите! Поехал в стрелковый клуб.

Это Монгол, конечно, зря. Процессы заживления я ему ускорил – как и кроветворения, боль тоже заблокировал, но это вовсе не значило, что он здоров. Ему бы полежать хоть пару дней.

- Один поехал? – спросил я.

- Нет, босс. Взял с собой Коляна.

- Хорошо. Нам сегодня нужно в полицию заехать. Сколько с собой прихватить?

- Нисколько, босс. Мы только договоримся. А бабки я потом занесу. В другое место, какое тот легавый назначит. Я навёл о нём справки с утра по своим каналам. Наш человек.

Это означало, что полицейского можно купить.

Меня это не удивило. Насколько я понимаю, в полицию идут служить три типа людей. Те, кто планирует брать взятки, те, кому некуда больше податься, и те, кто хочет убивать. С законным на то основанием. А, ну и ещё - любители упиться господством. Иногда эти виды совмещаются. Чаще всего, я бы даже сказал.

Честные легавые тоже встречаются. Но высоко не поднимаются и долго на службе не остаются. Либо быстро понимают, что толку от их честности нет, либо их пристреливают свои же. Чтобы взятки брать не мешали.

- А где Бивер? – спросил я, принимаясь за еду.

- Здесь. Ждёт, когда вы дадите ему отмашку насчёт торговца оружием.

- Тот согласился привезти образцы сюда?

- Угу. Не с восторгом, но всё же. Видать, хочет с вами познакомиться. Новая ячейка – это всегда хорошие закупки оружия и боеприпасов. Видать, кто-то ему шепнул, что Зубр может вам дать добро на…

- Кто шепнул? – перебил я, не донеся кусок свинины до рта. – Бивер?

- Нет. Я его спросил, он сказал, что ничего про это не болтал. Но ведь слухами земля полнится, босс.

Конкретно эти мне не понравились. Святоша в семью не входил. Он был сам по себе. И о наших делах знать ничего не мог. Но вот, поди ж ты, получается, знал.

- Позвони ему, когда свалим из управления, - сказал я. – Пусть привозит, что есть. Я решу, что взять.

- Да, босс, - кивнул Корень и взглянул на часы. – Нам бы уже выдвигаться надо. Если не хотим сидеть в полиции до самого обеда.

- Ну, тогда заканчиваем и погнали.

Из бюро мы выехали спустя пятнадцать минут. С машиной сопровождения. За рулём был Бивер, который всю дорогу рассказывал о том, как пообщался со Святошей.

Я слушал внимательно, но в то же время не забывал поглядывать по сторонам: кто знает, дадут ли мне доехать до полицейского управления?

Глава 8

- Почему его называют Святошей? – прервал я Бивера, когда мы проделали почти половину пути до управления.

К тому времени история его общения с торговцем оружием уже себя исчерпала, и телохранитель переключился на рассуждения о том, какие пушки было бы неплохо раздобыть. Судя по всему, он собирался воевать с размахом. Наверное, если б я его не остановил, дошёл бы и до фантазий о ракетных комплексах.

- В церковь всё х-ходил. Каждое воскресенье. Г-грехи, видать, отмаливал. А в прошлом году так вообще н-начал храм строить. И не часовенку у с-себя в особняке – у него там уже есть, кстати – а в городе, с благословения и всё т-такое.

- У него особняк? – спросил я.

- Ага. В Царском с-селе. Но он там редко б-бывает, я думаю. Так-то у него точка в китайском к-квартале. В клубе «Сад красных листьев». Шикарное з-заведение. Не знаю, какова в нём д-доля Святоши, но думаю, не просто так он там обретается. Владельцем «Сада» официально с-считается Юн Ли. Поговаривают, будто он связан с т-триадами, но это только слухи.

- И чем промышляют в китайском квартале? Казино?

- Нет, босс. Шлюхи, нелегалы и п-подпольная лотерея. Огромные бабки на этом д-делаются.

- Каким образом Святоша туда затесался?

- А вот это интересный вопрос, б-босс. Точно никто не з-знает. Я спрашивал на улицах, когда ещё в п-первый раз искал на него выход, но все только плечами п-пожимают. Лично я думаю, что Святоша с-снабжает китайцев оружием.

Достав телефон, я нашёл информацию о китайском квартале. Оказалось, он появился на восточной окраине столицы лет сорок назад, когда город начал быстро расширяться, и понадобилась дешёвая рабочая сила. Тогда в Петербург и хлынули толпы жителей Поднебесной. Сначала – по рабочей визе. А потом и в качестве нелегалов. Обосновались в городе прочно. Интегрироваться не спешили, но и желающих поразвлечься в их квартале не шугали. Даже наоборот – открыли там кучу увеселительных заведений.

Подпольная лотерея тоже в Интернете упоминалась. Ни для кого секретом она не была. Полиция, вроде как, пыталась с ней бороться, но не слишком эффективно. Вылавливали время от времени продавцов билетов, но китайцы были немы, как рыбы. Да и слишком много прослоек отделяло простых распространителей билетов от организаторов. К тому же, тех, кто язык за зубами держать не умел, быстро убивали. В том числе – с помощью знаменитой китайской казни «Смерть от тысячи ран», когда жертве наносится множество порезов. Что, собственно, и являлось основанием предполагать, что одна из триад протянула свою загребущую руку и достала аж до столицы Российской империи. Ведь именно так наказывают триады болтунов в Китае. С должниками поступают иначе – наносят тяжёлые увечья, но не убивают. Чтобы служили живыми напоминаниями остальным: с триадой лучше не юлить. В китайском квартале таких калек было немало. В Интернете даже имелись сделанные на улицах фотографии. Но всё это служило только пищей для подозрений. Никаких доказательств наличия в квартале мафии достать не удавалось. Вероятно, ещё и потому что китайские боссы вовремя заносили, кому надо, взятки.

Так и существовал на окраине российской столицы кусочек Поднебесной. Поставлял рабочие руки, экзотические развлечения и азиатских девушек. Судя по тому, что никто из отечественных боссов не прибрал его к рукам, имелись там свои «драконы», и вполне зубастые.

Бивер, наконец, иссяк и заткнулся. Может, потому что я замолчал, прервав расспросы.

Над городом стелились шлейфы чёрного дыма, идущего из многочисленных труб, торчавших буквально повсюду. Почти все районы вокруг центра, за исключением нескольких спальных, вроде того, где располагалось похоронное бюро, были напичканы заводами и фабриками. Индустриальный рай, так сказать.

Над улицами проносились по массивным клёпаным мостам товарные поезда и пассажирские составы, выныривающие из тоннелей метрополитена. И повсюду были грузовики. Между ними мелькали жёлтые такси. Дома покрывали рекламные вывески. Иногда за ними даже окон видно не было. Реклама вообще была повсюду: на баннерах, остановках общественного транспорта, на автобусах и троллейбусах.

Наконец, мы остановились напротив полицейского управления.

- Жди нас здесь, - бросил я Биверу, когда он открыл мне дверь тачки.

- Да, б-босс.

Дождавшись зелёного света, мы с Корнем перешли улицу и поднялись по ступенькам старого коричневого здания, украшенного лепниной. Справа от двери стояли трое полицейских. Что-то обсуждали вполголоса. На нас внимания не обратили.

А вот внутри пришлось ждать, пока о нашем приезде доложат по телефону. Наконец, дежурный связался с лейтенантом и выписал нам пропуска.

- Двести сорок третий кабинет, - сказал он. – Второй этаж.

В здании имелся лифт, но мы поднялись по лестнице. Хотя в коридоре оказалось немало посетителей, возле нужной нам комнаты не было никого. Постучав, я открыл дверь и заглянул внутрь.

Ветров сидел за письменным столом в рубашке, поверх которой была надета портупея с кобурой. Воротник расстёгнут, галстук висел на лампе с зелёным абажуром. Ну, чисто американский коп из гангстерских фильмов, которые так любил смотреть прежний обитатель моего тела. У меня в голове прямо калейдоскоп кадров промелькнул.

- А, господин Зубарев, - кивнул лейтенант, приглашающе махнув рукой. – Входите. И адвокат с вами, как я погляжу.

- Господин Корнев – юрист фирмы, - ответил я, подходя к стулу. – Позволите?

- Да, конечно. И вы садитесь, господин законник, - Ветров широко улыбнулся моему спутнику. – Возьмите вон тот стул. Нет, который справа у стены. Этот шатается. У управления нет денег даже на новую мебель.

Он замолчал, дожидаясь, пока мы с Корнем усядемся напротив стола.

- Что ж, господин Зубарев, - начал он, беря бумаги. – Вот ваши показания. Осталось только подписать. Ничего не хотите добавить или изменить? Может, вспомнили чего за ночь?

Я отрицательно покачал головой.

- Ну, пусть тогда ваш адвокат просмотрит документы, - полицейский протянул бумаги Корню. – Вы же для этого его прихватили?

- Именно для этого.

- А мы пока побеседуем, если не возражаете. Как здоровье вашего дядюшки?

- Которого?

- Николая Арнольдовича.

- Вы с ним знакомы?

- Имел счастье встречаться несколько раз. Вы на него работаете?

- У меня свой бизнес.

- Да, это я понял.

- Тогда что вы имеете в виду, лейтенант?

Ветров откинулся на спинку скрипнувшего кресла.

- Не секрет, что ваш дядя, дай ему Бог здоровья, давно на примете у нашего брата. Делами ворочает… сомнительными, так сказать. Так что я тут подумал: может, на контору вашу напали не ради грабежа? Как считаете, господин Зубарев?

Похоже, лейтенант начал подводить к взятке. Следовало ему подыграть, чтобы не затягивать пребывание в управлении.

- Что заставило вас так подумать?

Полицейский развёл руками.

- Есть кое-какие нестыковки. У ваших показаний и показаний ваших сотрудников с тем, что я заметил при осмотре места преступления и тел нападавших.

- Например?

- Слишком много оружия. С обеих сторон. Это может испортить мой отчёт начальству. И к вам вопросы возникнут.

- Досадно, когда мелочи портят документы, - сказал я, глядя на Ветрова.

Тот покивал. Его бульдожье лицо попыталось изобразить сожаление, но получилась только гримаса.

- Ещё как! – вздохнул он. - Столько из-за них мороки.

- Я бы хотел вам помочь.

- Как и я вам, господин Зубарев.

- Полицейское управление принимает частные пожертвования? На новую мебель, например?

- В частном порядке. Сами понимаете.

- Понимаю, лейтенант. И во сколько обойдётся сменить у вас в кабинете интерьер?

- Думаю, трёх сотен хватит.

- Радостно слышать. Когда вы могли бы принять от меня этот скромный дар доблестной полиции?

- Скажем, сегодня вечером. Часов в восемь. Я ужинаю в ресторане через три квартала отсюда по пути домой. Называется «Заводь».

- Мой человек составит вам компанию.

- Мои сердечные благодарности. Даже не знаю, как бы мы справлялись без таких вот сознательных граждан, как вы, господин Зубарев. С документами порядок? – обратился он к Корню.

- Всё нормально, - ответил тот, глядя на меня.

- Отлично. Тогда ставьте подпись, и не смею задерживать дольше. Если будут подвижки в расследовании, вам сообщат. Но, кажется, ваши люди и так перебили всех налётчиков. Досадно, но ничего не поделаешь. Давайте, пропуски подпишу. Приятно иметь дело с честными людьми.

Едва мы спустились с крыльца, Корень разразился матерщиной и проклятьями в адрес Ветрова.

- Жадная тварь! Три сотни за то, что мы же ему на блюдечке нападавших преподнесли!

Видимо, сумма оказалась больше, чем он ожидал.

- Так чего ж ты с ним не сторговался? – спросил я.

Юрист злобно сплюнул на дорогу.

- А толку спорить?! У него на руках все доказательства того, что мы пользовались незарегистрированным оружием!

- Ладно, уймись. Я хочу послать в ресторан Бивера.

- Я думал, вы мне это поручите, босс.

- Для тебя тоже работа есть. Поедешь за ним и сделаешь с улицы фотки, как Ветров берёт у Бивера пакет. Постарайся, чтобы снимки получились качественные.

- Понял, босс. Хорошая идея. С этими жмотами только так и надо. Подстраховка никогда не помешает.

Как только мы сели в машину, я объяснил Биверу, что от него требуется.

- Всё с-сделаю, босс, - отозвался тот, заводя мотор. – В лучшем виде. Может, ещё аудио з-записать?

- Нет. Возможно, Ветров захочет тебя проверить. Не стоит рисковать.

Когда мы вернулись в бюро, в рекреации на втором этаже обнаружились пять незнакомых мужиков. Они сидели вдоль стеночки под присмотром охранников.

Только я собрался спросить, кто это такие, как одна из дверей открылась, и из неё вышел Монгол. Слегка бледный, но, в целом, не выглядевший как человек, которому только ночью продырявили пузо.

- Босс, это те парни, о которых я вам говорил, - сказал он. – Из стрелкового клуба.

Я взглянул на «Ролексы». До назначенного Святоше часа оставалось ещё полно времени.

- Отлично, побеседую с ними по очереди. Скажи, чтобы заходили по одному, и присоединяйся. Ты мне нужен в кабинете.

Я вошёл первым, Монгол – спустя несколько секунд. При нашем появлении попугай расправил крылья, привлекая внимание, а затем выдал:

- Явился не запылился! Жрать давай!

Зыркнув на него, я демонстративно уселся в кресло.

- Шикарная птица, босс, - с неподдельным восхищением проговорил, глядя на Вилли, Монгол.

- Ну, так сыпани ей корма, если так считаешь, - ответил я. – Там, в шкафу на второй полке.

Пока телохранитель возился с птичьей жратвой, дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул мужик лет сорока, с большой лысиной, одетый в вельветовую коричневую ветровку и мешковатые джинсы. Я сделал ему знак войти.

- Господин Зубарев, - проговорил он вместо приветствия, прикрывая за собой дверь. – Мне сказали, у вас есть работа, - при этом он бросил взгляд на Монгола, который как раз наполнял лоток кормом. – Для таких, как я.

- Возможно. Садитесь.

Мужик расположился в кресле напротив. Скромно так, чуть ли не на краешке. Спину держал прямо, в руке сжимал бейсболку.

- Меня зовут Эдуард, - представился он.

- Расскажите, как вы представляете себе работу, на которую претендуете, - кивнул я. – Не стесняйтесь. Говорите прямо.

Мужик снова поглядел на Монгола, словно заручаясь поддержкой. Тот кивнул. Мол, валяй.

- Хорошо, господин Зубарев. Я так понимаю, что работа, которую вы предлагаете, подразумевает защиту вас и этого места. И… если что, я не особо щепетилен.

В этом я не сомневался: других кандидатов Монгол и не привёл бы. Все, кто сидел за дверью, должны были понимать, во что ввязываются.

- И почему вы считаете, что подходите для этого? – спросил я. – Какой у вас опыт, кроме стрельбища, скажем так?

- Я служил в армии, - начал Эдуард, комкая пальцами кепку. – Четыре года. Воевал в двух кампаниях. Шведы и турки.

- Флотский? – удивился я.

- Морская пехота. Десант. Специализация - снайпер.

- И хороший?

- Сто двадцать три подтверждённые цели.

Я присвистнул.

- А всего сколько?

- Двести одна.

- Впечатляет. И что, не нашли работу на гражданке?

Мужик отрицательно покачал головой.

- До войны я был в олимпийской сборной по биатлону. А теперь… слишком стар.

- А как насчёт наёмничества? Войны идут всегда. Снайперам платят кучу денег.

- Жена была против. Боялась, что не вернусь. Потом мы развелись. В прошлом году.

- Дети есть?

- Нет. Господин Зубарев, я больше не хочу никуда ездить. Мне нужно спокойное место здесь. Я буду вам полезен.

Я кивнул.

- Хорошо, подумаю. Поезжайте домой, не ждите ответа сразу.

- Да, господин Зубарев. Спасибо.

Поднявшись, Эдуард коротко поклонился и вышел, обменявшись взглядом с Монголом.

- Он не промахивается, босс, - сказал телохранитель, когда за претендентом закрылась дверь. – Снайпер нам очень пригодится.

- Давай посмотрим остальных.

Раздался стук.

- Открыто! – крикнул Монгол.

В кабинет вошёл мужик лет тридцати пяти, блондин в очках с жёлтыми стеклами, его желваки так и ходили ходуном под тонкой загорелой кожей, пока он неистово терзал зубами жвачку.

- Даров, мужики, - кивнул он, проходя к креслу, в которое тут же и плюхнулся.

Позу принял развязную. Явно не догонял, куда пришёл. Или старался показать, что ему наплевать. Ладно, послушаем, что скажет.

- Слышал, вы работу предлагаете, - сказал мужик, поглядывая по сторонам. – Непыльную.

- Есть такое, - ответил я. – Какой у вас опыт?

Мой собеседник усмехнулся.

- Чего-чего, а опыта хватает. Восемь военных кампаний. Штурмовые отряды. Перечислить, где был?

- Не нужно. Я вам верю. Один вопрос: зачем?

- Зачем? – мужик приподнял брови. – Да как сказать… Нравится мне это дело. Когда адреналин зашкаливает, а потом вдруг понимаешь: пронесло! Выжил. Обманул смерть. Ни с чем не сравнимое ощущение.

Так я и думал. Работа охранником такому человеку не подойдёт. Либо скоро бросит и отправится за острыми ощущениями в очередную горячую точку, либо устроит мне тут какой-нибудь ненужный переполох.

- Ясно, - сказал я. – Спасибо, что потратили время. Я подумаю, и, если решу, что вы нам подходите, с вами свяжутся.

- Лады, - хлопнув по подлокотникам, мужик встал. – Буду на связи. Всего.

Кивнув, он вышел.

- Он только с виду такой борзый, босс, - сказал Монгол. – А в пушках толк знает.

- В этом я нисколько не сомневаюсь. Но ты сам слышал, чего он ищет. Адреналина. Играет в перегонки со смертью. Мне такой человек не нужен.

- Понимаю, босс. Простите.

В этот момент в дверь постучали, а затем в кабинет заглянул третий претендент.

Худой такой мужичок в твидовом костюме и клетчатой рубашке. На носу – большие очки в черепаховой оправе. Ну, прямо английский лорд. Никогда бы не подумал, что Монгол приведёт такого человека. Но он привёл, а значит, считал его профи.

- Садитесь, - показал я на кресло.

- Благодарю, - кивнул мужик. – Меня зовут Максим Юрьевич.

- Ратмир Родионович. Вы не похожи на военного, Максим Юрьевич.

Мой собеседник скромно и неуверенно улыбнулся.

- Все так говорят. Но я служил шесть лет.

- Кем?

- Сапёр-подрывник.

Ого! Так вот, почему Монгол решил, что этот малый не помешает моей команде.

- А стреляете как?

- Сносно. Мне сказали, вам нужны охранники. Это, конечно, не совсем мой профиль. Но думаю, справлюсь.

- А я уверен, что мы и вашему таланту обращаться со взрывчаткой найдём применение, Максим Юрьевич. Если вас это устроит.

Мужик кивнул, поправил очки.

- Мне бы очень этого хотелось.

После него в кабинете появился огромный, похожий на гориллу человек с клочковатой бородой и густыми вьющимися волосами. Выглядел он как варвар с обложки старого фэнтези-романа. Оказалось, в армии служил, но не воевал. Пошёл в инкассаторы, работал пять лет и до сих пор трудится. Но ищет место получше.

В громиле я уверен не был. Может, стреляет он и хорошо, но смущало то, что он гражданский. И сам признал, что в перестрелке бывать не доводилось. Ещё и «Слава Богу» добавил. Мысленно я поставил напротив его кандидатуры вопросительный знак.

Последним в кабинет зашёл парень лет двадцати пяти в джинсовой куртке, трениках и кроссовках. Совсем неприметный на вид. Только правая щека немного подёргивалась.

- Арсений, - представился он.

- Ратмир Русланович. Садись, не стой. Где стрелять научился?

- В армии.

- А сейчас кем работаешь?

- Охранником на парковке.

- Что тебе сказал мой человек, когда предлагал работу?

Парень бросил взгляд на Монгола.

- Что нужно охранять похоронное бюро. И вас.

- Ты видел, в каком виде это место?

Арсений кивнул.

- Понимаешь, что случилось?

- Видимо, на вас напали.

- Вот именно. И это может повториться. Готов к такому?

- Я ведь не ушёл.

Звучало логично. Вот только сдюжит ли парень, когда придётся стрелять в ответ. Не по мишеням, а по живым людям.

- Думаешь, справишься?

- Не знаю, - помолчав, ответил парень. – Я ведь не пробовал.

- И не боишься, что тебя убьют раньше, чем попробуешь?

- Не боюсь, - спокойно ответил Арсений. И щека у него сильнее дёргаться не стала. – Думаю, что не подведу. Но вам решать, дать ли мне шанс.

Это верно. Решать мне.

- Почему в полицию служить не пошёл?

- Матери обещал. Боится, что убьют меня.

- Здесь не безопасней будет, как ты уже понял.

Арсений кивнул.

- Это я понимаю. Но мать об этом не знает.

Я побарабанил пальцами по столу. Так-то парень, конечно, прав: дело его, чем заниматься. Но готов ли я рискнуть лишить мать сына?

- Я понимаю ваши сомнения, господин Зубарев, - словно прочитав мои мысли, сказал парень. – Но это моя жизнь. Я просто не хочу расстраивать мать. У неё… альцгеймер. И мне нужны деньги, чтобы обеспечить достойный уход. Хотя бы на оставшееся время. Так что ваше предложение… очень своевременное.

- А потом? – спросил я. – Когда деньги на это перестанут быть нужны?

- Я человек благодарный, господин Зубарев, - серьёзно ответил Арсений. – Вы можете рассчитывать на мою преданность.

Прозвучало уверенно. Искренне.

- Я подумаю. И позже дам ответ.

- Спасибо.

Больше Арсений ничего не сказал. Кивнул Монголу и вышел.

- Хороший парень, босс, - проговорил тот, когда за ним закрылась дверь. – Толковый. И стреляет отлично.

- Меня более-менее устроили только четверо. И то двое под вопросом. Того, который адреналин ищет, отметаем сразу. У нас ему не место. Мы занимаемся серьёзным бизнесом.

Монгол кивнул.

- Понимаю, босс.

- Остальных нужно тщательно проверить. Пробить по разным каналам. Я не хочу, чтобы у меня в штате оказалась крыса.

- Типа, легавый? – нахмурился Монгол.

- Именно. Вероятность невелика, но бережёного Бог бережёт. Хуже от осторожности точно не будет. Сможешь это сделать сам, или попросить Корня?

- Наверное, лучше его, босс. У меня особо связей нет.

Так я и думал.

- Тогда передай ему список и скажи, что делать.

Когда телохранитель вышел, я повернулся к Вилли, последние минуты смирно сидевшему в уголке кабинета.

- Что скажешь?

- Любителя острых ощущений я бы тоже не взял. От таких жди неприятностей. Хотя в бою они часто становятся героями. И здоровяк мне не понравился. Явно ищет тихое место и не врубается, что его тут ждёт.

- А парнишка, который был последним?

- Зелен и не обстрелян. Может сломаться, а может стать отличным солдатом. Тут не предсказать.

- Это верно. Ладно, у меня для тебя есть поручение.

- Дай угадаю. Следить за Шрамом?

- Как всегда, ты отличаешься умом и сообразительностью.

- Спасибо, хозяин, - саркастически протянул фамильяр, превращаясь в ворона. – Открывай окно.

Едва я успел выпустить птицу, как в дверь постучали. Это был Бивер.

- Босс, еврей п-приехал. Хотите, чтобы я присутствовал при р-разговоре?

Глава 9

- Какой еврей? – не понял я.

- Айзенберг. Ну, С-святоша.

- Он что, еврей? Я думал, мужик строит церкви.

Бивер усмехнулся.

- Так и есть. Он из выкрестов. Принял нашу веру и теперь изо всех сил старается показать, что свой в доску. Если храм достроит, так, глядишь, ещё и дворянство получит.

- Понятно. Сколько с ним человек?

- Семеро. Но в контору вошли только двое.

- Хорошо, зови их сюда. Не будем заставлять господина Айзенберга ждать. Ты тоже останешься.

- Да, босс. Обыскать их? Сказать, чтобы сдали пушки?

- Не надо. У них нет причин меня мочить.

Бивер вернулся через пару минут в компании трёх мужиков. Все они были здоровыми, как медведи – просто трое из ларца. В дорогих элегантных костюмах, под которыми угадывались очертания оружия.

Тот, что был в центре, выглядел лет на десять старше своих спутников. И у него на правом запястье выглядывали из-под манжеты молитвенные чётки.

- Борис Айзенберг, - представился он, пожимая мою руку. – Спасибо, что-таки согласились на личную встречу.

- Как я мог отказать такому известному человеку, если он желает познакомиться? Прошу, садитесь.

Святоша опустился в кресло, а его телохранители, каждый из которых держал в руке по здоровенному чемодану, остались возле двери.

- Кофе? – предложил я. – Или ещё чего?

Айзенберг отрицательно качнул головой с идеальной укладкой.

- Нет, спасибо. Господин Зубарев, буду с вами честен.

- Сделайте одолжение, - кивнул я, так как он замолчал, выдерживая паузу.

- Без обид, молодой человек, но я не стал бы приезжать сам ради той партии, которую вы можете взять сейчас, не будь вы-таки племянником главы семьи. Полагаю, вы и сами это понимаете.

Я молча кивнул.

- Наше знакомство – мой вклад в будущее, - продолжил Айзенберг. – Я уверен, что вы-таки быстро подниметесь, и вам понадобится гораздо больше оружия, чем сейчас. Если, конечно, вас не убьют в ближайшее время. Чему я, собственно, и надеюсь воспрепятствовать, продав вам средства защиты. От такого вот досадного гармидера, который я видел внизу, когда вошёл. Так что я не просто заключаю сделку. Я оказываю услугу вашему дяде. Даю его племяннику то, что ему необходимо, чтобы защитить свою жизнь. Остальное в ваших руках.

- Весьма любезно, господин Айзенберг. Ваша прямота обезоруживает.

Мой собеседник растянул губы в холодной улыбке.

- Я всегда рад хорошему каламбуру, господин Зубарев. Но давайте к делу. Сколько у вас бойцов?

- Ну, скажем, десять.

- Негусто.

- Я планирую набрать больше. И закупить оружия с запасом. Минимум на два десятка.

Святоша одобрительно кивнул.

- Я вижу, вы, господин Гриф, человек серьёзный, не какой-нибудь дешёвый швицер, которому вынь да положь пушки подороже. Так что предлагаю, как родному, - автоматы графа Калашникова.

- Калашникова?

- Ага. Слышали про такого? Мужику пожаловали титул, причём наследственный. И не просто так. Он разработал лучшую пушку в мире. Лёгкую, дешёвую, простую и неубиваемую. Настоящий символ войны. И я предлагаю вам местное, отечественное производство. Не китайскую парашу с пластиковыми прикладами. Качество! В довесок советую взять УЗИ. Прямиком из Израиля, от моего хорошего знакомого. Девять миллиметров, тридцать выстрелов в секунду, компактный, легко помещается под пиджаком. Увеличенный магазин. Ну, а если нужны пистолеты, берите-таки «Глоки». Австрийские, никакая рамка не запищит, потому что керамика. Как будто для нашего брата делали. Угодно взглянуть на образцы?

- Ещё как угодно.

Святоша подал знак своим людям, и те немедленно подошли к столу и водрузили на него чемоданы. Когда открыли, я увидел внутри помещённые в ячейки пушки.

- Прошу, не стесняйтесь, - с улыбкой предложил Айзенберг. – Вот это УЗИ, это «Глок», а это - Калашников.

- Стволы, которые я получу, чистые? – спросил я, доставая из чемодана УЗИ.

- Как сказать. На территории Российской империи, можно сказать, да. Но новыми их не назовёшь. Прямиком с заводов тоже есть, но Калаши не отечественной сборки, а УЗИ и «Глоки» обойдутся дороже. Честно говоря, не вижу-таки разницы. Так зачем платить больше? Борис Айзенберг не делает с друзьями шахер-махер, это вам любой скажет.

- Какой разброс у этой игрушки? – спросил я, имея в виду УЗИ.

- Таки-приличный. Но на малой дистанции вещь показывает себя отлично. А вам ведь не из окопов палить по противнику. Для стрельбы на улице или в помещениях это то, что нужно. И его удобно носить под одеждой, - с этими словами Айзенберг подал знак телохранителям, и те дружно распахнули пиджаки, продемонстрировав закреплённые под ними автоматы.

- Хорошо, - сказал я, кладя УЗИ на место. – Беру. Теперь что касается «Глоков»… На сколько хватает керамического затвора?

- Если не палить каждый день на стрельбище, то надолго. Для ваших нужд в самый раз.

Я повертел в руках компактный пистолет. Выглядел он весьма прилично. Надёжно. Рабочая лошадка без понтов.

- Остзейцы знают толк в оружии, - сказал Святоша. – Как и мы, впрочем.

Осталось заценить автомат графа Калашникова. Вот он произвёл на меня впечатление. По-настоящему изящная вещь.

Было бы, конечно, неплохо испытать все образцы, но не на кладбище же палить. А тира в конторе, понятное дело, не было.

- Приклад складной, как видите, - сказал Святоша. – Это позволяет-таки уменьшить оружие в размере и носить под плащом. Удобная опция.

- Мне ещё нужна снайперская винтовка. Хорошая.

Айзенберг приподнял брови.

- И у вас-таки есть, кому из неё стрелять?

- Есть.

- Поздравляю. Выбор винтовок имеется, но прихватил я только одну. Если честно, просто на всякий случай, - Святоша кивнул, и один из телохранителей вытащил вкладку с пистолетами, под которой обнаружилась ещё одна. – Собери для господина Зубарева, Сева.

Громила тут же быстро соединил детали оружия и протянул его мне.

- Конечно, не мешало бы спросить мнение вашего снайпера, - сказал Айзенберг. – Раз ему с ней работать. Но я уверен, что «Василиск» ему понравится. Отечественное производство, дистанция до тысячи семисот метров, калибр под патрон восемь и шесть на семьдесят. Можно стрелять и днём, и ночью без предварительной пристрелки. Разработана для правоохранительных органов, но в армии тоже используется. Отличная вещь.

- Сколько стоит?

- Триста шестьдесят тысяч. Можете забрать эту, она чистая.

- Отлично. А за остальное?

- Давайте-таки считать. Двадцать «Глоков» по семьдесят кусков, двадцать УЗИ по сорок и двадцать Калашниковых по пятьдесят. Итого – три двести. Ну, и полагаю, вам понадобятся патроны. Накинем, скажем, на четыреста кусков. Этого вам надолго хватит.

Я понятия не имел, сколько стоят в этом мире на чёрном рынке стволы и боеприпасы, так что вопросительно взглянул на Бивера. Тот одобрительно кивнул. И даже большой палец украдкой показал.

- Как насчёт скидки, господин Айзенберг?

Святоша пожал плечами.

- Сбавлю двести кусков. В качестве дружеского жеста. Надеюсь, вы останетесь довольны товаром и в будущем будете брать у меня. Но процент посреднику выплатите сами. Идёт?

- Идёт. Честно говоря, я рассчитывал, что пушки обойдутся гораздо дороже.

Айзенберг холодно улыбнулся, продемонстрировав идеальные зубы.

- Мой юный друг, ваш дядя, дай ему Бог здоровья и долгих лет процветания, владеет чуть ли не четвертью города, снаружи стоит ваш «Мерседес», а вы предлагаете мне лучшие напитки в хрустале и наверняка трахаете охренительную тёлку, может, даже не одну, но поверьте - на этой планете есть места, где за блок американских сигарет для вас сделают, что угодно. Убьют, отсосут и даже пропустят грузовик, забитый ящиками с оружием. Если знать цены и способ оплаты, нет ничего невозможного.

- Я запомню это, господин Айзенберг.

- Запомните. Как и то, что я честный торговец и назначаю честные цены. Поэтому люди и возвращаются ко мне. Полагаю, стволы и патроны нужны вам как можно быстрее. Мои люди доставят их сегодня вечером часов в девять. Половину оплаты таки-вперёд, остальное – по факту получения. Винтовку, как я и сказал, можете оставить себе сразу.

- В таком случае мы договорились, господин Айзенберг, - сказал я, поднимаясь.

Святоша сделал знак своим громилам упаковать образцы, а я, сходив в соседнюю комнату, достал из сейфа половину оговоренной суммы и вручил торговцу.

- Амэхайя. Приятно иметь с вами дело, господин Гриф, - проговорил Айзенберг, пожимая мне руку. – Сразу видно, что вы не люфтментш. Я желаю вам удачи.

- Спасибо. Бивер, проводи.

Когда он вернулся, на столе его ждали двести тысяч.

- Это тебе.

- Мне, б-босс? – удивился Бивер. – В каком смысле?

- Твой процент со сделки.

- Но я вовсе не р-рассчитывал, босс!

- Это не значит, что ты их не заслужил. Давай бери.

- Спасибо, б-босс.

Было заметно, что Бивер приятно ошеломлён. Похоже, за прошлый раз прежний обитатель моего тела не дал ему ничего. Ну, новая метла по-новому метёт.

- Подготовь место на кладбище, чтобы заныкать лишние стволы. Я думаю, подойдёт один из старых склепов.

- Да, босс. К-конечно.

Вечер тоже выдался насыщенный. Перекусив с Дашей во время перерыва, который выдался у неё между похоронами в новом здании, я сел в кабинете послушать собранную Корнем информацию на продюсера Дорина. Выполнить поручение Зубра следовало как можно быстрее. Чем раньше я получу кусок бизнеса Палыча, тем раньше начну получать с него доход. И, возможно, Шрама устроит то, что мне дадут, и он успокоится. Если только дядюшка сам не захочет нас с ним стравить. А что? Очень даже возможно. Я ведь не знаю, какие у них тёрки. То, что Шрам состоит в нашей семье, вовсе не означает, что он не планирует оттяпать побольше. И Зубра это едва ли устраивает. Впрочем, может, я преувеличиваю. В любом случае, нужна ясность.

- Ну, давай, что ты там нарыл на Дорина? – поговорил я, наливая себе лимонад в высокий стакан. – Действительно такой крепкий орешек, как говорят?

- Этот старый хрен продюсирует поющие трусы и всякий клубняк типа ЭмСи Шлюха и ДиДжей Шмара, - начал юрист, поглядывая в записи. - Унц-унц, собирающий молодёжь по клубам. Развёлся три года назад. Имеет любовницу. Говорят, ради неё с женой и разошёлся. Двое детей. Младшая дочь больна лейкемией. Диагноз поставили семь месяцев назад. Дорин уже всех врачей перебрал, во всех клиниках с ней побывал. Вредных привычек нет. Занимается йогой. Постоянно обследуется в одной из лучших клиник в городе. Дважды в неделю к нему приходит тайка делать массаж. С окончанием или нет – не знаю. Так, что тут ещё…

Он говорил минут двадцать, вдаваясь в разные подробности. К удивлению, насобирать удалось довольно много. Но полезной информации оказалось всего ничего. Точно было одно: с пушкой к Дорину не подкрадёшься. А если и приставить ему к башке ствол, он почти наверняка не испугается. Мужик со стальными яйцами, жрущий конкурентов, как акула. И связи имеет в высших кругах. С таким бодаться себе дороже. Даже Зубр это понимал, раз решил бросить меня на амбразуру. Эх, не верил дядя в племянника, совсем не верил…

- Хорошо, - кивнул я, когда Корень замолчал. – Думаю, этого хватит. Молодец. А теперь оставь меня.

- Да, босс.

Как только он вышел, я нашёл в Интернете телефон продюсерского центра и позвонил туда. Ответил какой-то парень.

- Меня зовут Ратмир Зубарев, - представился я. - Мне нужно обсудить с господином Дориным контракт одной из его подопечных.

- Кого именно? – осведомился после паузы парень.

- Он поймёт. Главное – назовите ему мою фамилию.

- Хорошо. Я передам. Оставьте свой телефон. Возможно, вам перезвонят.

Продиктовав номер, я повесил трубку.

А затем отправил Бивера и Корня в ресторан на встречу с Ветровым. Ужинать, правда, предстояло только первому. Второй же должен был сделать снимки. Я ждал от них вестей недолго: вернулись они буквально через час. Сразу было видно, что недовольные.

- Как прошло? – спросил я. – Деньги взял?

- Взял, босс! – отозвался Корень. – Ещё бы не взял, сука!

- А снимки сделал?

- Хрена лысого! Простите, босс! Это гад в сортире деньги принял. Как чувствовал, что надо быть осторожным. Опытная сволочь!

Да, номер не вышел. Ну, да не всё коту масленица. Что-то мне подсказывало, что прижать лейтенанта шанс ещё представится.

- Сейчас приедут от Святоши, - сказал я, не став комментировать прокол с фотографиями. – Позаботьтесь о товаре. И меня предупредите. Хочу лично пересчитать пушки.

Фургон от Айзенберга, обклеенный логотипами прачечной, прикатил в четверть десятого. Разгружали у заднего входа в контору. Я проверял комплектность. Айзенберг даже с боеприпасами не надул, отпустив патроны по весьма низкой цене: я проверил в Интернете.

Часть была размещена в здании, а остальное отвезли в два склепа ещё позапрошлого века и надёжно заперли. Тел и гробов там давно не было, а вот места под каменными полами имелось вдоволь. Главное – чтобы готы не лазали. Но железные двери и замки должны были их отвадить.

Наконец, можно было отдохнуть. Спокойно провести немного времени. От Вилли вестей не было, так что нового нападения я не ждал. Да и не стал бы Шрам предпринимать то же самое. Но это не значило, что он прекратит попытки от меня избавиться, так что ухо следовало держать в остро. И как можно быстрее выполнить поручение Зубра.

Даша словно читала мои мысли.

- Что ты собираешься делать с Дориным? – спросила она, когда мы лежали после бурных любовных утех в постели. Мои пальцы перебирали её шелковистые волосы. – У него влиятельные друзья. Он не испугается, если ты станешь угрожать. Да и не даст тебе такой возможности, я думаю.

- Мне доложили, что Дорин крайне осторожен. Но сегодня днём я позвонил ему на студию и договорился о встрече. Завтра в шесть мы увидимся на его территории.

- Что, просто вот так взял и согласился? – удивилась Даша.

- Нет, конечно. Я даже не с ним говорил. Наверное, с секретарём. Он сказал, что перезвонит. И перезвонил. Меньше, чем через час.

- Наверное, Дорин пробил тебя и выяснил, что ты племянник Зубра.

- Скорее всего.

- Как думаешь, почему он согласился встретиться?

- Уверен, чтобы отшить меня. И передать Зубру весточку, чтобы больше никого не присылал.

- Так на что ты рассчитываешь?

- Есть одна идея.

- Одна идея?! – Даша даже на локте приподнялась, чтобы заглянуть мне в глаза. – И это всё?! А как же запасной план? Хоть какие-то варианты?

- Не волнуйся. Это очень хорошая идея. Если не сработает она, значит, Дорина ничто не заставит передумать.

Вздохнув, девушка легла обратно.

- Интересно, какой бизнес Палыча отдаст тебе Зубр, если у тебя всё получится. Хорошо бы чистый.

Я понимал, о чем она говорит, благодаря памяти прежнего обитателя моего тела.

Весь бизнес любой семьи делился на легальный и нелегальный. Первый использовался, в основном, для отмывания денег, поступающих от второго. Так что легального в нём было немного. Это казино, лотереи, прачечные, сетевые кафе и рестораны, букмекерские конторы, скачки и так далее. Всё, где крутятся трудно учитываемые бабки, так что теневые доходы можно оформлять как его законную прибыль.

А вот нелегальный, в свою очередь, состоит из чистого и грязного. Грязный – это бизнес, на который легко наехать. Заявиться с пушками и устроить погром. Например, бордель. У чистого же нет привязки к конкретному месту. Это купленные главы профсоюзов, политики, шлюхи на выезде и так далее. Самые лакомые и безопасные куски. Я очень сомневался, что они достанутся мне.

Но сейчас думать нужно было не об этом. Мечтает пусть Даша. А я должен завтра получить от Дорина расторжение контракта. И положить документ перед Зубром.

- Сладкий, ты уверен, что хочешь этого? – спросила вдруг Даша. – Может, отказаться? Я думаю, Зубр не расстроится. И поймёт.

Я вздохнул.

- Видишь ли, детка, каждый человек рано или поздно приходит к тому, что мало служить самому себе. Переходит на новый уровень, так сказать. Есть в нас потребность служить чему-то высшему. Наверное, это и отличает нас от животных. Одни служат человеку, который воплощает для них нечто неясное, но притягательное. Силу, например. Или власть. Смелость. Да что угодно. Другие же идут дальше и служат идее. У каждого она своя. И не все возвышенные. Но ради них люди готовы не многое. Иногда – на всё.

- А какой идее служишь ты, Ратмир? – спросила Даша, снова приподнимаясь, чтобы заглянуть мне в глаза.

Хороший вопрос. Я всю жизнь служил Империи. И если той, которую я любил всем сердцем и защищал до последнего вздоха, больше нет, я построю новую. Свою. И встану у неё во главе.

- Как-нибудь расскажу, - ответил я, улыбнувшись. - Однажды – непременно.

Глава 10

На следующий день за обедом Корень отчитался о проверке выбранных мною кандидатов. Все четверо выглядели чистыми – в том смысле, что не тянули на подсадных. Но, конечно, если бы кто-то захотел подсунуть мне крота через стрелковый клуб, куда ходил Монгол, то позаботился бы о том, чтобы биографии были в полном порядке. Но я всерьёз не думал, что кто-то из этих парней работает на полицию. Мелковата я сошка, чтобы мне агента засылать. Не тот уровень. Да и в стрелковый клуб, как я понял, они ходили задолго до того, как у Ратмира Зубарева появилась идея стать графом. Так что проверка была, в общем-то, формальностью.

Поразмыслив, от кандидатуры инкассатора я всё же решил отказаться. Конечно, трое – маловато. Но я за качество, а не количество.

- Значит, вычёркиваю, - сказал Корень.

- Да. Скажи Монголу позвонить оставшимся. Пусть выходят на работу. Но пока ставьте их на обычные дела – охрану, сопровождение. Никакого криминала. Рано им знать секреты.

- Понял, босс. Сделаю.

- У наших парней, которых вчера подстрелили, семьи есть?

- Знал, что спросите, босс. Да, один женат. Без детей. У второго двое мелких.

- Пусть им выплатят компенсации. И чтобы все об этом знали. Парни должны понимать: если с ними что-то случится, об их близких позаботятся. И вот ещё, что. Я хочу, чтобы церемонии прощания прошли здесь, у нас. За счёт бюро.

- Да, босс. Я поговорю с Дарьей Михайловной, и мы всё организуем.

- Хорошо. Скоро ехать на встречу с Дориным. Будьте готовы.

Полтора часа я изучал бумаги из сейфа. Большая часть сведений быстро всплывала в памяти. Одно цеплялось за другое, так что вскоре я уже был в курсе дел конторы и понимал, как что устроено и работает.

В начале шестого мы с Корнем, Монголом и Бивером выехали на встречу с продюсером. Нас сопровождали двое охранников в другой машине. Юрист пытался настоять, чтобы взять больше, но я не хотел оставлять бюро без прикрытия.

Здание «Дорин Рекордс» располагалось на Обводном канале. Не центр города, но и не окраина. Под офис приспособили старую фабрику по производству лампочек. Район был не самый лучший: вокруг высились заводские трубы, из которых валил чёрный дым, так что в воздухе пованивало смогом, причём запах всё время менялся. Не знаю, почему богач вроде Дорина предпочитал сидеть в таком месте. Может, из экономии.

Вечернее солнце висело уже низко, похожее на огромную монету из розового золота, готовую упасть в серую воду зажатого гранитными набережными канала. Он него на поверхности дрожала сверкающая полоса, слепящая глаза – призрачная дорога из жёлтого кирпича, которая исчезнет, как только солнце опустится ещё немного, скрывшись за крышами ближайших домов.

Монгол припарковал «Мерседес» на стоянке за зданием продюсерского центра. Там уже стояло машин двадцать. Возле шлагбаума маячил охранник в зелёной форме. Вооружённый.

Ещё два таких обнаружились при входе. Когда рамки запищали, мигом оживились.

- Оружие придётся сдать, господа, - сказал один из них. – Такие правила.

Выложив стволы в пластиковый ящик и получив номерок, мы направились к стойке, за которой находилась девушка-администратор. Обернувшись, я увидел, как охранник поднимает трубку внутреннего телефона.

- Мы к господину Дорину, - сказал я девушке. – Ратмир Зубарев.

Она быстро провела пальцем по журналу записей и кивнула.

- Секунду, господа. Я предупрежу, что вы приехали.

Спустя минуту после её звонка за нами явился вёрткий типчик с зализанными чёрными волосами, одетый в серый костюм, белую рубашку-поло и коричневые лоферы. Под мышкой он держал кожаную папку, а в руке – телефон. Пахло от него ванилью. И он ею явно щедро опрыскался, а не пирожок заточил за обедом.

- Господин Зубарев? – глубоким баритоном поинтересовался он, сразу выделив меня, ибо Корень, Монгол и Бивер держались чуть позади.

- Он самый.

- Эти люди с вами?

- Со мной.

- Хорошо. Пойдёмте, я вас провожу.

И он устремился обратно к лифтам с такой прытью, будто куда-то опаздывал.

Я последовал за ним. Мои парни не отставали.

Поднявшись на третий этаж, мы двинулись по устланному зелёным ковролином коридору, пока не остановились перед роскошной ореховой дверью с латунной табличкой, предупреждавшей, что за ней находится кабинет самого продюсера – Марка Леонидовича Дорина.

- Секунду, господа, - пропел наш провожатый и скрылся за ней.

Правда, почти сразу вернулся.

- Вы можете войти, - сказал он мне. – Остальным придётся подождать здесь.

Я кивнул своим телохранителям, и те нехотя опустились на кожаные диваны.

Переступив порог, я оказался в просторном помещении, обставленном скромно и со вкусом. На стенах висели в рамках платиновые диски и афиши, на стеллаже красовались покрытые позолотой музыкальные премии.

Сам Дорин восседал за столом из зеленоватого матового стекла. Одет он был в бархатный клубный пиджак, жаккардовый галстук с узором пейсли и белоснежную рубашку, воротник которой подпирал второй подбородок. На указательном пальце сверкало платиновое кольцо с паве из бриллиантов.

- Господин Зубарев, - кивнул он, не вставая и не протягивая руку. – Рад знакомству.

Продюсер указал на стоявшее перед столом жёлтое кожаное кресло.

- С чем пожаловали? – проговорил он, глянув на часы.

Ясно: намекает, что времени на меня у него с гулькин хер.

- Мой дядя поручил мне сделать вам деловое предложение, - сказал я.

Дорин усмехнулся. Не без доли презрительности.

- Такое, от которого не отказываются? Да-да, молодой человек, я знаю, кто ваш дядя. Он уже обращался ко мне по этому поводу. Я ему дал ясно и вполне вежливо понять, что не заинтересован. Так почему он решил, что у вас получится заставить меня изменить мнение?

- Отказываться или нет – дело ваше, Марк Леонидович. Никто к вашему виску пистолет приставлять не собирается. Да у меня его и нет. Я лишь прошу выслушать моё предложение.

Дорин пожал плечами.

- Что ж, у вас есть две минуты. И поверьте – это более, чем щедро. Я согласился на эту встречу из любопытства – и только. Так что постарайтесь не разочаровать.

Я демонстративно посмотрел на свои «Ролексы».

- Двух минут хватит. У вас есть дочь. Её зовут Нина. Она тяжело больна. Вы испробовали все средства и знаете: осталось девочке недолго. Так вот вам моё предложение: разорвите контракт с дивой, за которую просит мой дядя, и Нина будет здорова уже сегодня. Это я вам гарантирую.

Пока я говорил, Дорин стремительно менялся в лице. Сначала побагровел, затем побледнел, под кожей заиграли желваки, глаза прищурились, и в них мелькнули злобные огоньки.

- Всё сказали? – спросил он, когда я замолчал. – Отлично. Так вот вам мой ответ: если вы, молодой человек, ещё раз попадётесь мне на глаза, я найду способ избавиться от вас! И никакой дядя этому не помешает! Это понятно?

- Как и то, что вы никогда себе не простите, если упустите шанс, - ответил я спокойно, глядя ему в глаза. – Моё слово верное, Марк Леонидович. Если не вылечу вашу дочь, можете сразу меня пристрелить. Но полагаю, сейчас вы не в состоянии трезво оценивать ситуацию. Я вас понимаю. И потому не стану больше отнимать у вас время. Мой номер вы узнаете без труда. Всего доброго.

Поднявшись, я вышел, провожаемый ненавидящим взглядом Дорина. Не знаю, как у него хватило силы воли сдержаться и не наброситься на меня. Видимо, закалился в войнах с конкурентами.

- Ну, как прошло, босс? – спросил Корень, едва я вышел из кабинета.

- Пока не знаю. Идёмте.

Мы быстро направились к лифту. Пришлось немного подождать, пока он поднимется с первого этажа.

- Отказал, да? – шепнул Корень, глядя перед собой. – Вот сука! Так и знал! Ненавижу этих толстосумов! Смотрят на всех либо как на товар, либо как на грязь. Моя б воля, я бы их всех…

- Хватит! – прервал я его злобное шипение.

- Простите, босс!

Было видно, что ему ещё есть, что сказать, но он сдержался. Не без труда.

Перед нами раскрылись двери лифта, и мы вошли в кабину. Я нажал нижнюю кнопку.

- Мне жаль, босс, - сказал Монгол. – Что будем делать?

Тон жёсткий, холодный, как сталь. Водила был готов исполнить любой приказ.

- Да, босс, что б-будем делать? – присоединился к нему Бивер.

Вопрос, который одновременно мечтает и боится услышать любой руководитель. Босс всегда знает, что делать. Иначе он не босс.

- Ждать, - ответил я. – Судя по тому, как разозлился Дорин, он очень любит младшую.

- Кого? Дочку? – нахмурился Корень.

В этот момент мы вышли на первом этаже и быстро двинулись через холл. Телохранители едва поспевали за мной.

- Да, - ответил я, не оборачиваясь.

- Вы что, угрожали его ребёнку? – удивлённо спросил после короткой паузы юрист.

- Наоборот.

- Не понимаю…

- Тебе и не нужно. Я же сказал, что делать: ждать. Какие ещё вопросы?

- Никаких, босс. Простите.

Загрузившись в машину, мы выехали с парковки и покатили обратно в бюро. Другого дома у меня не было. Как верно сказал не так давно Корень, гробовщик семьи должен жить возле кладбища.

Я смотрел в окно, за которым мелькали старые дома и выросшие за ними высотки, скверики и парки. Мы остановились на светофоре, и, пока ждали зелёный, разглядывал гулявших за чугунной решёткой людей: влюблённые парочки медленно прохаживались мимо скамеек, на которых расположились пенсионеры, склонившиеся над шахматными досками. Молодые мамы с колясками и детьми, велосипедисты, бодро рассекающие старички с палками, собачники – целый мир, далёкий от того, в котором жил я. Между мной и этими людьми больше разницы, чем между обезьяной и леопардом. Они живут рядом, но пересекаются с моей реальностью только в одном случае: когда один становится жертвой, а другой – охотником.

- За нами нет хвоста? – спросил Бивер сидевшего за рулём Монгола.

- Нет, всё чисто, - отозвался тот. – Я поглядываю. Если кто-то пристроится, сразу замечу.

Отвернувшись от стекла, я откинулся на спинку заднего сиденья.

В том, что Дорин позвонит, сомнений у меня не было. Вопрос только – сколько у него уйдёт времени на то, чтобы созреть. Не поверить в то, что я пообещал, а осознать, что он не имеет права не убедиться, что молодой наглец, посмевший предложить ему такую сделку, лжёт.

Когда мы вернулись в бюро, меня сразу поймала Даша.

- Ну, как прошло? – спросила она, глянув на часы. – Удачно?

- Надеюсь, да.

- В каком смысле?

- Пока рано судить. Семена должны дать всходы.

Девушка нахмурилась.

- Не понимаю я тебя, Ратмир. Ладно, потом объяснишь, если захочешь. Через полчаса начнётся церемония. Родные наших убитых парней захотели кремацию. Ты будешь?

- Само собой.

- Тогда жду тебя в новом здании минут через двадцать, ладно?

- Конечно. Обещаю не опаздывать.

Когда девушка вышла, я встал перед зеркалом, пригладил волосы, поправил узел галстука, тёмно-красный платок в нагрудном кармане – единственный цветной акцент во всём облике.

Да, выглядел я мрачновато. Бледная кожа, тяжёлый пронзительный взгляд, совершенно не сочетающийся с возрастом, траурный костюм. И правда, гриф. Хищник, живущий с чужих смертей. Падальщик. Таким меня видели те, с кем я имел дело.

Что ж, придётся доказать, что гриф умеет не только ждать.

Выйдя, я увидел Корня, Монгола и Бивера. Они явно дожидались меня.

- Пошли, парни, - кивнул я. – Проводим братьев.

Народу было совсем мало. Похоже, убитые охранники жили довольно уединённо. Детей на похороны не привели. Так что были жёны и человек десять. Я пожимал руки и выражал соболезнования в течение нескольких минут, остававшихся до того, как слово взяла Даша.

Она явно успела побеседовать с семьями обоих покойников. Говорила хорошо, проникновенно. Профессионально. Речь была недолгой. Минут через десять девушка уже предложила присутствующим по очереди подходить прощаться с убитыми. А затем гробы закрыли крышками, и они начали опускаться на специальных платформах в подвал, где располагались печи.

Народ быстро покидал бюро, рассаживаясь в припаркованные у фасада машины. Я стоял у двери, кивая всем выходящим и пожимая руки. Ещё раз выразил соболезнования вдовам.

Подошла Даша. Строгая, вся в чёрном, без украшений. Даже духами не воспользовалась. Профи до кончиков ногтей.

- Ужин? – спросила она тихо, глядя на отъезжавшие машины.

- Только не китайская еда, - ответил я.

- Как скажешь, босс.

***

Мы приступили к жареным колбаскам с острым соусом и стручковой фасолью, когда на столе зазвонил телефон.

Даша замерла, не донеся до рта вилку.

- Думаешь, Дорин?

Ей я подробности нашего разговора с продюсером тоже не рассказывал, но она знала, что продюсер получил предложение, и я жду ответа.

- Сейчас узнаем, - отложив столовый прибор, я встал, подошёл к столу и снял трубку. – Алло.

- Господина Зубарева, пожалуйста.

Голос показался знакомым, но принадлежал точно не Дорину.

- У телефона, - сказал я, пытаясь понять, с кем говорю.

- Это лейтенант Ветров. Есть минутка?

- Конечно, лейтенант. Чем могу помочь?

Звонок меня удивил. Вроде, мы решили с полицейским все вопросы. Так что могло ему понадобиться?

- У нас проблема, господин Зубарев.

- Да? Серьёзная?

- Как посмотреть. На пятьдесят кусков.

- Что вы имеете в виду?

- Не знаю, вы ли обсчитались, или ваш парень по дороге их обронил, но, когда я пересчитал ваше пожертвование, там не хватало. Надеюсь, вы сможете решить этот вопрос.

Та-а-ак… Кажется, кто-то решил, что меня можно обвести вокруг пальца.

- Конечно, лейтенант, - ответил я после небольшой паузы. – Могу я вам перезвонить по номеру, который вы оставили?

- Жду.

В трубке раздались короткие гудки.

- Что такое? – спросила Даша, глядя на меня.

- Прости, но ужин придётся прервать. Позови сюда Корня и Бивера, будь добра.

- Конечно, - девушка немедленно поднялась.

Она вышла, а через несколько минут в кабинете появились телохранители.

- Вызывали, босс? – кивнул Корень.

- Да. Садитесь, - сам я уже занял место за столом. – Звонил лейтенант. Сказал, у нас проблема. Кто угадает, какая?

Глава 11

Корень с Бивером переглянулись. На их лицах появилось растерянное и напряжённое выражение. Оба сразу почуяли неладное.

- Какая, босс? – осторожно спросил юрист.

- Нет предположений? Ладно, не стану томить. Ветров сказал, что не досчитался пятидесяти кусков.

- Мы не б-брали, босс! – выпалил Бивер. – Врёт он, с-сучара!

- Точно брешет, - кивнул Корень. – Не наша работа, клянусь, босс! С бабками всё точно было – что дали, то ему и вручили.

Но в его голосе уверенности не было. И понятно, почему: взятку сунул лейтенанту Бивер. Юрист в это время находится снаружи ресторана – ждал случая сделать снимок.

- Босс, это не я, - сказал Бивер, понимая, что стрелки указывают на него. – Я ж не идиот. Да и зачем мне вас кидать?

- Знаю, что вы ни при чём, - проговорил я. – Лейтенант, похоже, решил, что, раз я не стал торговаться, то можно ещё хапнуть. На вшивость проверяет.

Парни дружно закивали. Вроде, с облегчением, но не совсем. Они ведь точно не знали, серьёзно ли я говорю.

Но я в них не сомневался. Если б кто их моих и решил меня кинуть, то не ради пятидесяти кусков. Нет, тут была налицо жадность Ветрова.

- И что будем д-делать, босс? – поинтересовался Бивер. – Заплатим?

- Конечно.

- Но он тогда вконец обнаглеет, - осторожно заметил Корень. – Почует лёгкую добычу и станет клянчить ещё и ещё.

- Не станет, - ответил я. – Эти пятьдесят тысяч станут последними, которые он от меня получит.

Парни переглянулись.

- Босс, нельзя валить легавых, - кашлянув, сказал Корень. – Это табу. Если его нарушить, на нас ополчится всё управление. Оно того не стоит.

- Он п-прав, босс, - присоединился Бивер. – Нас просто уничтожат, если тронуть Ветрова.

Я поднял руку в успокаивающем жесте.

- Не дёргайтесь, парни. Никто не собирается нашпиговывать этого ублюдка свинцом или взрывать. Хотя было бы неплохо испытать нашего нового рекрута.

- Тогда что вы хотите сделать? – спросил Корень.

- Люди умирают по тысяче причин. И большая часть из них никак не связана с насилием. Возможно, и нам повезёт.

Бивер непонимающе нахмурился.

- Что вы имеете в виду, б-босс? Будем ждать, п-пока он даст дуба от инфаркта?

Я развёл руками.

- А почему нет? Валить же его нельзя. Короче, я сам этим займусь.

- Чем, босс? – спросил Корень.

- Встречусь с Ветровым и передам ему деньги.

- А что, если нарыть на него компромат? – предложил Корень. Явно старался проявить инициативу, понимая, что в случае, если я получу добро на создание ячейки, ему готовится место советника. – Уверен, у лейтенанта рыльце в пушку. Ну, а если ничего не найдём, то сами что-нибудь придумаем. Есть пара вариантов неплохих ловушек. Заманим засранца, сделаем фото, видео, аудио. На этот раз позаботимся о том, чтобы он не вывернулся, как в ресторане.

- Не надо. У меня уже есть план. Можете пока быть свободны.

Потоптавшись пару секунд, Корень с Бивером вышли. Разговор их явно не удовлетворил. Но это не имело значения. Они были правы: стрелять в полицейского нельзя. Но и позволять тянуть из меня бабки – тоже. Так что придётся прикрыть эту лавочку иным способом. Раз и навсегда. Безо всяких выкрутасов вроде тех, что предлагал Корень, которые наверняка Ветрова только разозлили бы. Да и прикрыли бы его дружки, не дали бы грязи вылезти наружу. Наверняка и пресса есть у легавых прикормленная. Нет, в такой замес соваться не с руки. Может дороже выйти.

Я набрал номер, оставленный лейтенантом для связи. Он взял трубку через пять гудков. Наверняка нарочно сидел и слушал звонки, делая вид, что не очень-то и ждёт, когда я его наберу.

- Алло. Лейтенант Ветров.

- Это Ратмир Зубарев.

- Быстро вы.

- Когда я могу вручить вам недостающую сумму?

- Хотите лично это сделать?

- На этот раз – да.

- Понимаю. Плохо, когда нельзя доверять своим сотрудникам. Сегодня поздновато, но завтра в половине третьего я буду обедать в «Заводи». Подруливайте, если удобно. Угощу вас отличным стейком. Больше вы такой нигде в городе не попробуете.

- Весьма признателен. Буду.

- Договорились.

Повесив трубку, я встал и прошёлся по кабинету.

У меня не было иллюзий относительно того, что в бюрократическом аппарате или силовых структурах служат сплошь честные люди. Я достаточно времени трудился на благо империи, чтобы понимать: это зло неизбежное. Но те, кто наглели и, ослеплённые жадностью, старались хапнуть побольше, вызывали у меня острую неприязнь. Такие не приносят империи никакой пользы. Они думают лишь о собственном обогащении. Это тараканы, которых следует давить безо всякой жалости.

Увы, законного способа избавиться от лейтенанта не существовало. Значит, придётся действовать по-своему.

Ах, да, ужин ведь… Мы с Дашей его так и не закончили. Выглянув в рекреацию, я спросил охранников, не знают ли они, где девушка.

- У себя, босс, - ответил один. – Позвать?

- Позови.

Даша вошла минуты через две.

- Наверное, всё остыло, - сказал я. – Но можем продолжить.

- Слушай, прости, но мне позвонила сестра. Просит кое с чем помочь. Не против, если я поеду?

- Конечно, без проблем. Ира?

- Нет, родная. Марина. Я тебе о ней говорила.

Я кивнул, хотя никакой сестры не помнил.

- Поезжай. Если нужна помощь…

- Да нет, не думаю, что там что-то существенное, - махнула рукой девушка. – Опять со своим Никитой разосралась. Требуется женская поддержка. Будем ругать мужиков, плакать и гадать на бубнового короля. Всё, до завтра! – поцеловав меня в щёку, она упорхнула.

Взглянув на часы, я решил, что пора и отдохнуть. Время было не то, чтобы позднее, но хотелось выспаться и встать пораньше. Раздевшись, я отравился в душ. Стоя под тугими струями, прикидывал, какой бизнес может отдать мне Зубр. Самым прибыльным, насколько понимал мой предшественник – и я был вынужден руководствоваться его представлениями о делах семьи – считался контрафактный алкоголь. Поскольку всё производство спиртного и каналы его распространения вплоть до баров находилось в собственности государства, как повелось ещё с тысяча пятьсот пятьдесят пятого года, палёное бухло производилось буквально повсюду. И расходилось по стране в обход департамента, который должен был бороться с этим, но не справлялся – по той просто причине, что желающих гнать дистиллят было в разы больше, чем брошенных на защиту закона полицейских. Ну, и взятки делали своё дело, конечно. Стоило такое пойло дешевле, а на качество большинству было наплевать. Так что бизнес процветал. Время от времени легавые накрывали точку производства или пару грузовиков, но это было каплей в море. А ниточку до боссов протянуть вообще оказывалось делом гиблым: система прослоек, отделявших начальство от исполнителей, прекрасно работала. Если же к кому-то подбирались слишком близко, в ход шли взятки, угрозы и так далее. Может, полицейских убивать было и нельзя, но присяжные от этого защищены не были. Впрочем, как правило, удавалось купить судей, так что сотрудники департамента по контролю за оборотом спиртного рвали на себе волосы от отчаяния: все их усилия, в конце концов, сводились на нет.

В общем, получить кусок этого пирога было бы шикарно.

Выйдя из ванной, я уже собирался завалиться в постель, как вдруг услышал стук в окно. Повернув голову, увидел за стеклом в темноте неясный силуэт. Подойдя, разглядел ворона. Вилли вернулся.

- Какого хрена ты окно закрыл?! – накинулся на меня фамильяр, едва я впустил его в комнату. – Я же просил оставить мне лазейку!

- Прости, наверное, Даша закрыла, когда я не видел. Ты чего прилетел? Разузнал что-нибудь?

- Эта проклятая сука из кожи вон лезет, чтобы свести меня в могилу! Я ей сразу не понравился! О, Вилли такие вещи за версту чует, уж поверь! А она даже не пыталась скрывать своё отношение! Конечно, зачем? Я же всего лишь птица! Ну, валяйте, выставите меня за дверь и живите счастливо! Совет да любовь, как говорится. Если Вилли вам мешает, он смирится, он благородный друг и не встанет на пути у…

- Завались! – прикрикнул я на него, чтобы прервать этот словесный понос самобичевания, самопожертвования и самолюбования. – Прекрати кривляться. Никто не пытается от тебя избавиться. Ты это отлично знаешь, так что давай к делу. Ещё раз спрашиваю: узнал что-нибудь важное?

- Иногда просто хочется услышать доброе слово, - картинно вздохнув, промолвил фамильяр, успевший во время своей тирады превратиться в попугая. – Разве я многого жду от жизни? Всего лишь каплю сердечного тепла, и ту приходится с боем выдирать из твоих жестоких и равнодушных уст!

- С боем? – усмехнулся я. – Скорее уж, с истерикой!

Попугай встрепенулся, как собака, уронив пару перьев, и смерил меня жёлтым глазом.

- Шрам тот ещё ублюдок, - заявил он другим тоном, по которому было ясно, что весь предшествующий монолог – чистой воды спектакль, который фамильяр готовил и репетировал в течение дня от нечего делать. – Это, действительно, он послал тех парней, которых вы завалили ночью. Рассчитывал, что ты обделаешься от страха и передумаешь создавать двор. Когда выяснилось, какой его люди получили отпор, Шрам пришёл в ярость. Пересказать, как именно он тебя называл?

- Обойдусь.

- Как хочешь. Но некоторые речевые обороты показались мне особенно живописными. В них ощущалось настоящее творческое начало. Уверен, что не хочешь…

- Дальше, - строго приказал я, глядя на попугая ледяным взором.

Ара вздохнул с сожалением.

- Ладно, как скажешь. Ты у нас босс. В общем, Шрам в некоторой растерянности. Но это не значит, что он отказался от идеи выбить из твоей башки желание стать графом. Я слышал, как он поручил своим ребятам следить за тобой и докладывать о каждом твоём шаге. Думаю, собирается выяснить твой распорядок, чтобы подловить. Иначе говоря, в следующий раз тебя планируют грохнуть. Но! – тут попугай поднял крыло, как если бы вместо него имел указательный палец. – Шрам опасается Зубра. Так что, полагаю, он либо попытается подставить конкурента – Ржавого, скорее всего – либо устроит несчастный случай.

- Это твои домыслы, или ты это слышал от Шрама?

- Да, именно эти варианты он обсуждал со своим советником. Мерзкий ублюдок, кстати, похожий на крысу. Аж дрожал от ярости, когда узнал, что среди убитых вами был его двоюродный племянник. Думаю, мужику пришлось объясняться дома. И это было не самым приятным.

- Не так, как сдохнуть. Ладно, ты молодец. Завтра возвращайся туда и продолжай следить.

- Сейчас я могу пожрать хотя бы? – с вызовом поинтересовался попугай.

- Конечно. Без проблем. Заслужил.

- Счастье-то какое!

Я насыпал ему кучу корма и воды налил. Пока фамильяр насыщался, забрался под одеяло и закрыл глаза.

Завтра предстоял насыщенный денёк. Встреча с Ветровым, и я не я, если Дорин не позвонит. А значит, придётся провести немало времени в разъездах. И каждый будет означать риск. Не слишком большой, если верить Вилли, но всё же.

***

Когда я проснулся, фамильяра нигде не было. Видать, улетел нести дозор у штаб-квартиры Шрама. Не знаю, как именно он умудрялся подслушивать, но у Вилли свои методы, и они работают, а это главное. Не удивлюсь, если засранец оборачивается колибри и протискивается в вентиляционную шахту, например.

Позавтракав тем, что доставили в контору, я занялся текущими делами, а в два отправился на встречу с лейтенантом. До «Заводи» добрались меньше, чем за полчаса, так что пришлось подождать, пока Ветров прикатит на своём зелёном «Руссо-Балте». Припарковавшись возле входа в ресторан, он быстро осмотрелся и вошёл в заведение.

- Сел справа, - доложил Монгол, наблюдавший за полицейским в бинокль. – Меню, сука, разглядывает.

- Пусть сделает заказ, - сказал я.

Спустя минуты три Ветров отпустил официантку.

- Башкой вертит, - проговорил Монгол. – Думает, вы уже там. Ищет.

- Ждите здесь, - велел я и вышел из машины.

Мы стояли напротив ресторана, так что пришлось перейти дорогу, чтобы попасть в заведение. Я сделал вид, что высматриваю Ветрова. Он поднял руку, привлекая внимание. Кивнув, я направился к нему.

- Добрый день, господин Зубарев, - улыбнулся лейтенант, протягивая ладонь. – Закажете что-нибудь?

- Нет, я ненадолго. Много дел на работе.

- Понимаю. Наверное, придётся немало вложить в ремонт? Такой разгром у вас там.

- Увы, - я вздохнул с деланым сожалением. – Каждая копейка на счету.

- Поэтому мне так неприятно было сообщать вам о досадной недостаче, - лицемерно проговорил Ветров. – Терпеть не могу приносить людям плохие новости.

- Я сам в недоумении. Но разберусь. Вы не должны страдать из-за моих людей.

Стоило немалого труда не выдать своего истинного отношения к лживому ублюдку. Актёрский талант я у себя никогда не замечал, но полицейский купился.

- Рад, что вы адекватно восприняли ситуацию, - кивнул он. – Стейк?

Я отрицательно качнул головой.

- Нет, спасибо.

Лейтенант пожал плечами без тени сожаления.

- Если торопитесь, не хочу вас задерживать. Пойду в сортир первым. Подруливайте через пару минут. Там и рассчитаетесь.

- Договорились.

Ветров поднялся и направился через зал в дальний конец. Выждав немного, я пошёл следом.

Туалет оказался общим: четыре кабинки из гипсокартона в алюминиевых стойках. Напротив – ряд писсуаров.

Я остановился возле раковины, пригладил волосы, глядя в зеркало. В этот момент щёлкнул замок одной из дверок, и из кабинки вышел Ветров. Подойдя, открыл воду и принялся тщательно намыливать руки. Мы стояли молча, пока он не закончил и не вытерся бумажным полотенцем.

- Ну, давайте, - проговорил лейтенант, комкая и бросая его в урну.

Я достал из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул его.

- Пересчитайте.

Полицейский усмехнулся.

- Конечно. Моя вина, что не сделал этого сразу в прошлый раз.

Заглянув в конверт, он пролистнул пальцем десять пятитысячных банкнот.

- Всё в порядке. Приятно иметь с вами дело, господин Зубарев.

Я протянул ему руку.

- Спасибо за понимание и терпение, лейтенант. Извините за неприятный инцидент.

Пока мы сидели за столом, у меня было достаточно времени, чтобы изучить состояние его организма. Ветров явно вёл не самый здоровый образ жизни, так что часть его органов была не в лучшем виде, но он мог бы протянуть ещё долго даже без медицинской помощи. Вот только меня это не устраивало. Лейтенант сам подписал себе приговор, когда решил кинуть того, кто честно с ним расплатился.

Сердце у полицейского было дрябловато. И жирком заплыло, и тренировок не знало уже много лет.

Именно в него я и заложил особую программу, задержав руку Ветрова в своей на несколько секунд. Видно было, как по предплечью побежала вверх чёрная паутина, проникла в грудь и обернулась вокруг сердечной мышцы.

Полицейский на мгновение изменился в лице. Я сделал вид, что не заметил.

- Всего доброго, лейтенант.

- Да, - рассеянно проговорил Ветров, явно прислушиваясь к собственным ощущениям. – До свидания. Идите первым.

Выходя из туалета, я едва не столкнулся с направлявшимся туда мужиком. Обойдя его, пересёк зал и оказался на улице. Бросил взгляд вправо, затем – влево. Вроде, чисто.

Перебежав дорогу, нырнул в «Мерседес».

- Как прошло, босс? – осведомился сидевший за рулём Монгол.

- Отлично. Подождём, пока он выйдет.

- Зачем, босс? – спросил Корень. – Что вы собираетесь сделать?

- Просто немного проследить за ним.

Было заметно, что юрист не понял, для чего это нужно, но больше вопросов задавать не стал.

Ветров вышел из «Заводи» спустя двадцать минут. Двигался он медленно и неуверенно. Сел в машину и поехал вдоль улицы.

- Давай за ним, - сказал я Монголу.

- Слушаюсь, босс.

Мы покатили следом за «Руссо-Балтом».

- Похоже, хорошо г-гребёт легавый, - проговорил Бивер. – Вон какую т-тачку прикупил. На полицейскую зарплату такую не возьмёшь. Интересно, как он свои д-доходы объясняет.

Ветров свернул за угол, проехал метров сто и резко свернул к тротуару, затормозив в последний момент. Дверь распахнулась, и лейтенант вывалился из машины. Попытался встать, опираясь на тачку, но рука его соскользнула, и он рухнул на асфальт, царапая пальцами грудь.

- Чёрт! – воскликнул Корень, подавшись вперёд. – Что это с ним?!

- Похоже на сердечный приступ, - сказал я. – Прибавь газу.

Монгол послушался, и «Мерседес» пронёсся мимо лежавшего на спине полицейского, судорожно хватавшего ртом наполненный выхлопными газами воздух – словно макрель, вытащенная на берег.

- Босс, ваша работа? – после паузы спросил Корень.

- Моя? Как можно вызвать у человека сердечный приступ? Нам просто повезло. Мужику не стоило налегать на жирную пищу.

- Но вы как будто знали, что так будет, - проговорил Корень. – Я спрашиваю, потому что, если у него в организме найдут какое-то лекарство…

- Расслабься. Я его не травил. Мы вместе не обедали. Я ушёл ещё до того, как принесли его заказ. Просто мне показалось, что он бледноват – вот и решил посмотреть, что будет.

- Надеюсь, помрёт до того, как п-приедет «скорая», - процедил Бивер.

На это я отвечать не стал. Но телохранитель был прав: сердце Ветрова уже остановилось, так что тянуть бабки из меня больше некому.

Ехать за ним особой необходимости не было. Я и так знал, что полицейский долго не протянет. Но нужно было, чтобы мои парни убедились, что, если их босс говорит, что кто-то скоро умрёт, значит, так и будет. Почему – другой вопрос. Пусть гадают. Ореол мистики ещё ни одному лидеру не повредил.

- Давай в контору, - сказал я, откидываясь на спинку сиденья.

Но добраться до похоронного бюро мы не успели: зазвонил мой мобильный.

- Алло, - проговорил я, прижав его к уху.

- Чёрт бы тебя побрал! – голос принадлежал Дорину. – Моя дочь находится в госпитале имени Мечникова, я сейчас там. Приезжай и сделай то, что обещал, если, действительно, можешь! Получится – и контракт будет разорван. Сегодня же. Но если я пойму, что ты пудришь мне мозги…

Он не договорил. Все угрозы были озвучены вчера.

- Еду к вам, - ответил я и отключился. – Монгол, меняем маршрут. Вези меня в госпиталь Мечникова.

Глава 12

Зачем мне понадобилось в больницу, мои люди спрашивать не стали. Видимо, поняли, что босс знает, что делает, а если захочет – сам объяснит. И это была верная позиция. Я же всё больше убеждался в том, что не особо нуждаюсь в советнике. Да и Корень на эту роль не очень-то подходил. Всё-таки он был больше исполнителем, чем генератором идей. Что вовсе не означало, что он не может стать толковым маркизом. Тем более, полезные связи у юриста-таки имелись, а это со счетов сбрасывать нельзя.

К крыльцу госпиталя мы подкатили через полчаса после разговора с продюсером. Монгола я оставил в машине.

С Корнем и Бивером мы вошли в холл, осмотрелись. Явно клиника либо частная, либо очень хорошо спонсируется. Интерьер выглядел дорого-богато, совсем не как в бесплатных заведениях. Хотя, может, в этом мире везде так. Об этом я не мог судить, ибо в других больницах столицы ещё не бывал.

Нас никто не встречал. Ладно, сам найду нужную палату. Подойдя к регистратуре, я дождался своей очереди и спросил:

- В какой палате Нина Дорина? Её отец нас ждёт.

- Да-да, - всполошилась полная женщина в окошке. – Меня предупредили о вашем приезде. Поднимайтесь на третий этаж. Шестнадцатая палата. Сейчас выпишу вам пропуск.

- На троих, пожалуйста, - сказал я.

Охранник пропустил нас, едва взглянув на протянутую бумажку.

- Направо лестница и лифты, - указал он на дверь. – Решайте сами, как подниматься.

Возле лифта толпилось человек пять. Ждать не хотелось, так что мы прошли ещё немного и оказались на лестнице. Поднявшись на третий этаж, двинулись по коридору, высматривая на дверях нужный номер. Наконец, добрались до шестнадцатой палаты. Я постучал.

Раздались негромкие шаги, дверь приоткрылась, и на меня глянул Дорин в наброшенном на плечи белом халате.

Кивнул и вышел навстречу.

- Сразу предупреждаю, - начал он негромко, притворив за собой дверь. – Я вам не верю. Вообще. Но, как вы сказали, если не использую шанс, не прощу себе. Сколько вам нужно времени, и что вы собираетесь делать?

- Что я буду делать, вы не узнаете, - ответил я. – Это мой секрет. В палате мы с вашей дочерью будем вдвоём.

- Исключено! – вскинулся Дорин, сверкнув глазами. – Я должен…

- Вы не в том положении, чтобы ставить условия, - резко перебил я его. – С моей стороны на кону бумажка, которую всего лишь надо подписать, а с вашей – жизнь дочери. Хотите, чтобы, когда я выйду из палаты, она была здорова?

Продюсер сверлил меня горящим взглядом секунд десять, а затем в нём что-то изменилось. Плечи поникли, губы дрогнули.

- Вы гарантируете? – спросил он другим тоном.

- Да. Потребуйте у врачей сразу же провести обследование, и убедитесь, что я слов на ветер не бросаю. Уверен, они вам не откажут.

- Хорошо… И как долго…

- Не знаю. Вы куда-то опаздываете?

- Нет. Я буду ждать, сколько потребуется.

- Значит, договорились. А теперь предупредите девочку, что сейчас к ней зайдёт добрый волшебник, который её вылечит.

Дорин прищурился. Взгляд у него обрёл былую жёсткость.

- Хотите, чтобы я дал ей надежду?

- Пристрелите меня, если она окажется ложной.

- Я так и сделаю. Можете не сомневаться.

Подождав немного, но не услышав ответа, продюсер открыл дверь и скрылся в палате.

- Когда я зайду, следите за тем, чтобы он не совался, пока я не закончу, - обратился я к Биверу и Корню. – Ни при каких обстоятельствах никого туда не пускать. В том числе, врачей.

- Босс, что вы с-собираетесь делать? – тихо спросил Бивер.

- То, что обещал.

В этот момент появился Дорин.

- Прошу, - сказал он, посторонившись. – Надеюсь…

Не договорив, продюсер быстро отошёл в сторону и встал перед окном.

Я переступил порог и закрыл за собой дверь. Пахло в палате медикаментами. На стене висел телевизор. Выключенный. Свет был не слишком яркий, но лежавшую на кровати девочку видно было отлично. Бледная, с кругами под глазами, осунувшаяся, с тонкими ручками, обмотанная трубками и проводами, подключёнными к громоздкому прибору.

Когда я направился к ней, она слабо улыбнулась.

- Это вы добрый волшебник? – спросила она тихо. – Папа сказал, вы постараетесь мне помочь.

Эх, не верил в меня Дорин. И его можно было понять.

- Не просто постараюсь, - ответил я, придвигая пластиковый стул поближе. – А помогу. Сейчас ты заснёшь, а, когда откроешь глазки, будешь совершенно здорова. Ты мне веришь?

Девочка слабо кивнула.

- Обещаете?

- Ты же читала сказки? Разве добрые волшебники обманывают?

- Нет, никогда.

- Ну, вот. Значит, как я сказал, так и будет. А теперь – засыпай. Чем быстрее я начну колдовать, тем быстрее ты вылечишься.

- Хорошо, - малышка улыбнулась и закрыла глазки.

Пока мы говорили, я разглядывал её энергетическую систему. Лейкемия зашла далеко. Но это не имело значения. Просто придётся поработать немного дольше.

Коснувшись шеи девочки, я погрузил её в глубокий сон. А затем начал делать то, что обещал – творить волшебство, изгоняя болезнь из крошечного, хрупкого тела.

Работа требовала концентрации, так что вскоре я утратил ощущение времени.

Подобные болезни не исцелить парой прикосновений. Слишком многие системы организма они затрагивают.

Через некоторое время я бросил взгляд на запястье. Прошло больше часа. Мне удалось восстановить все функции организма и настроить его заново. Лейкемия была искоренена. На данный момент. Врачи называют это ремиссией. Но чтобы болезнь не вернулась, требовалось нечто большее. Я вовсе не собирался вырвать у Дорина контракт, воспользовавшись временным улучшением. Исцеление должно быть полным.

Поэтому я начал вливать в организм ребёнка Виталис. Одной сферы, полученной недавно, должно было хватить. По мере того, как жизненная энергия входила в тело девочки и распространялась по нему, пропитывая, словно губку, над кроватью образовывалась и формировалась другая – чёрная, матовая с красноватыми прожилками.

Я ощутил у себя за спиной лёгкий холодок – словно приоткрылась форточка, и из неё потянуло ветерком. А затем моего затылка коснулся едва ощутимый вздох, свидетельствующий о появлении Фантома.

Когда последние капли Виталиса вошли в девочку, из-за моей спины протянулась покрытая острыми шипами чёрная рука с тонкими красными разводами, бегущими вдоль предплечья. Когтистые пальцы взяли висящую в воздухе чёрную жемчужину и потащили её ко мне.

Повернув голову влево, я увидел бледное лицо с горящими глазами, обрамлённое плавно колышущимися тёмными щупальцами. Фантом открыл заполненный треугольными зубами рот, положил в него сферу и проглотил её.

Бледные губы слегка шевельнулись, издав только два слова:

- Спасибо, хозяин…

Голос напоминал шелест осенних листьев, которые тащит по асфальту октябрьский ветер.

Лицо отодвинулось назад, скрывшись из виду. Фантом исчез.

Коснувшись пальцем тоненькой шеи девочки, я заставил её проснуться. Она пару раз моргнула, приходя в себя, и взглянула на меня.

- Вот и всё, - улыбнулся я. – Сейчас придёт доктор, обследует тебя и скажет, что ты совершенно здорова.

- Спасибо! – улыбнулась она. – Большое спасибо, дядя волшебник!

- Мне нужно идти. Обрадую твоего папу. А ты отдыхай и набирайся сил.

- Хорошо…

Поднявшись, я быстро вышел из палаты.

Дорин немедленно вскочил с диванчика и шагнул мне навстречу.

- Болезнь не вернётся, - сказал я. – Позовите врача – пусть проведёт полное обследование. Я подожду в холле.

Продюсер ничего не ответил. Но в его глазах была надежда. И страх: вдруг всё ложь?

Сделав знак Биверу и Корню, я двинулся по коридору к лестнице.

Прошло около часа, прежде чем Дорин появился на первом этаже. Вид у него был растерянный и даже малость придурковатый. Видимо, от счастья. Обведя взглядом холл, он бросился ко мне. Правда, за два шага остановился, не зная, что делать.

- Вы… - пролепетал он.

- Убедились, что я выполнил свою часть сделки?

Дорин закивал.

- Да-да, конечно! Это… просто чудо какое-то! Врач сказал, что никогда такого не видел! Нина… Она совершенно здорова!

- Рад за вас, господин Дорин. Понимаю, что вам сейчас больше всего хочется побыть с дочерью, но я тороплюсь. Так что давайте рассчитаемся.

- А? – не понял продюсер. – Простите, я…

- Контракт.

- О! Да-да, само собой! Вы прямо сейчас хотите ехать на студию?

- Если не возражаете. С вашей дочерью всё в порядке, так что у вас полно времени, чтобы провести его с ней. А долг, как известно, платежом красен. У меня и юрист с собой.

- Э-м… Хорошо. Да, едем!

И Дорин первым устремился к выходу из госпиталя.

Не прошло и часа, как я стал обладателем подписанного и заверенного контракта, освобождающего нужную Зубру диву от работы на Дорина и его компанию. Безо всяких неустоек, штрафов и процентов. Она даже получила все свои песни.

Выйдя на улицу, я взглянул на часы. Без четверти шесть. Неплохо я управился. Пожалуй, даже успею заскочить к Зубру и порадовать его.

- Босс, как вы это провернули? – робко поинтересовался Корень, когда мы сели в машину.

- Никому ни слова о том, что вы сегодня видели и слышали, - сказал я жёстко. – Это всё, что вам надо знать. Ясно?

- Да, босс, - отозвался Монгол.

- Да, босс. Вы можете на нас положиться, - кивнул юрист.

- Лично я - могила, - сказал Бивер.

- Вот и славно.

С этими словами я достал телефон и набрал Зубра. Его номер был сохранён у Ратмира в контактах. Царь взял трубку спустя три гудка.

- Да? В чём дело, малыш?

- Контракт у меня.

Последовала пауза.

- Какой контракт, парень? – проговорил Зубр.

- Тот, который вы хотели получить от Дорина.

- Хочешь сказать, ты заставил его подписать…?

- Бумаги у меня. Могу завезти хоть сейчас.

- Чёрт… Ну, давай! Я дома, подруливай туда. Не терпится послушать, как ты уломал этого говноеда!

- Буду через час, - пообещал я и отключился. – Монгол, к Зубру на Крестовский.

- Понял, босс!

Лет восемь назад Зубр прикупил землю на острове и отгрохал себе шикарный особняк. Двухэтажный, в стиле модерн. Там он прохлаждался, когда дела не требовали его присутствия на мясокомбинате, где располагалась штаб-квартира клана.

Пока ехали, я немного вздремнул. Исцеление не то, чтобы было сложным, но требовало высокой концентрации, а это отнимало силы.

Разбудил меня Корень.

- Босс! Босс, приехали!

Открыв глаза, я увидел, как машина въезжает через ворота на территорию особняка. Само здание, белое, как кусок алебастра, сияло в сумерках, освещённое оранжевыми фонарями.

«Мерседес» остановился перед крыльцом, на котором стояли двое охранников. Под тонкими плащами у обоих были бронежилеты и автоматы.

Выйдя из машины, я велел телохранителям ждать в тачке, потянулся и двинулся ко входу.

Один из людей Зубра остановил меня, выставив перед собой руку.

- Прости, Гриф. Ты знаешь правила.

- Конечно, парни. Без проблем.

Вытащив из кобуры пушку, я вручил её одному из охранников. Второй быстро обыскал меня, похлопав сверху донизу. И лишь затем открыл дверь.

- Босс ждёт.

Войдя в просторный, облицованный мрамором холл, я увидел Ирину. Одетая в кремовый спортивный костюм и пушистые тапочки, она улыбнулась мне и двинулась навстречу.

- Привет, Гриф. Зубр сказал, ты с хорошими новостями. Как тебе удалось выкрутить руки Дорину?

- Это мой секрет.

Девушка усмехнулась.

- Зубр мне всё равно расскажет!

- А я ему тоже тайну не раскрою.

Ирина приподняла брови.

- Крутой, да? Не зазнавайся – мой тебе совет. Ладно, идём – провожу.

И она двинулась впереди меня, покачивая бёдрами. Шли мы дальше молча, она ни разу не обернулась, словно знала, что я не отстану.

Дом был большой. Роскошные интерьеры, картины, скульптуры. Просто дворец.

Наконец, Ирина остановилась перед ореховой дверью с инкрустацией.

- Ну, заходи, - ухмыльнулась она, открывая её и пропуская меня.

Переступив порог, я оказался в бильярдной. Два стола, покрытые красным сукном, резное дерево, лампы с зелёными абажурами горели только над тем, что был ближе к двери.

Зубр в расстёгнутой рубашке с закатанными рукавами и жилетке примеривался ударить по шару.

- Привет, малыш, - сказал он, бросив на меня взгляд через стол. – Играешь? Я вот обожаю. Но хороших партнёров найти трудно.

Удар, щелчок, и два шара влетели в лузы.

- Нет, - ответил я.

- Жаль, - Зубр подошёл к стойке, поставил в неё кий, отряхнул руки и направился ко мне. – Ну, показывай.

Я протянул ему контракт.

Царь быстро просмотрел его, кивая головой.

- Это даже больше, чем я ожидал, - признался он, глянув на меня. – Что, Дорин оказался не таким крепким орешком, как мне казалось? Или у тебя есть методы воздействия, о которых я не знаю? Как ты его заставил? Ткнул в него пальцем? – он рассмеялся.

- Не пришлось.

- Да? Так что ты сделал?

- Оставлю это при себе.

Взгляд Зубра стал жёстче.

- Знаешь, мы хоть и родственники, но, в первую очередь, я твой босс, малыш.

Повисла пауза. Царь сверлил меня взглядом. Я его, естественно, выдержал. Мог бы ответить, что пока у меня нет своей ячейки, он мне не босс, но зачем?

Зубр вдруг усмехнулся.

- Ладно, неважно. Какое это имеет значение, если дело сделано, верно? Хочешь сохранить секрет - ради Бога, - он бросил документы на бильярдный стол. – Итак, ты справился. А я обещал подумать. Хм… Должен сказать, не верил я, что ты справишься. Но вот, поди ж ты… Выходит, если теперь откажусь дать тебе добро, получится, что Зубр кинул родного племянника. Нехорошо, как считаешь?

Он хитро уставился на меня.

Я пожал плечами.

- Вам виднее, как поступить.

Зубр кивнул.

- Это верно. Ладно… Есть у меня одна идея. Перспективная. Наверное, не то, чего ты ожидал, но, если её раскрутить, будешь в шоколаде. Садись, - он указал на стоявшие возле камина кресла. Как только мы расположились, продолжил: - Я отдам тебе часть бизнеса Палыча. Небольшую. Три прачечных, две букмекерские конторы, ресторан и аптеки. Там всё налажено. Платить будешь столько же, сколько платил Палыч – десять процентов. И не вздумай меня надувать! – он погрозил пальцем. – У меня везде глаза и уши. Сейчас там заправляет Шрам. Он будет недоволен новым соседом, но я ему объясню, чтобы не совался к тебе.

- И поможет? – спросил я.

- Почём мне знать? Это уж твоя забота – сохранить то, что имеешь. Как говорится, человеку принадлежит не то, что он получил, а то, что смог удержать. Но это всё мелочи. Так, чтобы ты продержался на плаву первое время. То, что я хочу тебе предложить, гораздо выгоднее, - Зубр выдержал драматическую паузу. – Лекарства!

- Лекарства? – удивился я.

Царь кивнул.

- Да, малыш. Ты сейчас имеешь отличный, жирный и сладкий кусок пирога. Похоронный бизнес – это сказка. Огромные бабки. И главное – ты всегда, что бы ни случилось, будешь при деле. В чём можно быть уверенным, так это в том, что люди не перестанут умирать. Твой отец был прозорливым сукины сыном. Без обид, малыш, ты знаешь, как я любил его. Он был моим братом, в конце концов. Но чего ещё хотят люди, кроме как отдать последние почести своим близким? Не умирать! Победить или хотя бы на время обмануть смерть. Сейчас ты стоишь у последнего порога, так сказать. Но можно ведь торговать не только смертью, но и жизнью. Люди готовы отдать последнее, когда костлявая маячит на пороге. Так что не думай, что я предлагаю тебе какую-то дешёвку. Наладишь сбыт лекарств – и сможешь зарабатывать в три раза больше, чем сейчас!

- Каким образом? – спросил я.

- Есть один человек. Его зовут Принц. Погоняло, само собой. Может, ты о нём слышал. Что, нет? Странно, но не суть. Он из разжалованных офицеров, лишён дворянства. Но это было давно. Сейчас он промышляет контрафактом, и весьма успешно.

Я нахмурился.

- Подделки?

- Нет. Лекарства настоящие. Но на импортные высокий сбор. Поэтому мы будем продавать левые партии. У тебя будут свои аптеки. Для начала. Как наладишь сбыт, начнём расширяться. Будешь загонять лекарства другим графам. А хочешь – сразу продавай. Всё будет идти через тебя. Но это – если найдёшь общий язык с Принцем. Я веду с ними переговоры почти месяц, но ему нужен один надёжный человек. Он не хочет иметь дело с оравой графов, понимаешь? Так что скажешь?

- Заманчиво, - ответил я. – Видимо, мне нужно с ним встретиться?

Зубр кивнул.

- Само собой. Я позвоню, договорюсь, и ты к нему съездишь. Замётано?

- Конечно. Это звучит… перспективно.

- Вот и я о том же! Ты, вроде, парень головастый. Думаю, справишься. Тем более, и средства у тебя имеются. Загрузишь пару катафалков лекарствами – и развози хоть по всему городу, - Зубр поднялся. Я тоже встал. – Короче, жди звонка. Думаю, завтра.

- Хорошо, дядя.

- Босс, малыш. Ты теперь граф. Остальных я о твоём новом статусе оповещу. А ты уж не подкачай.

Он протянул мне руку.

Пока шли к двери, Зубр добавил:

- Как вступишь во владения, сразу поставь в каждой точке своих людей. Для надзора. Чтобы не обокрали тебя. Ну, и защищать бизнес тоже тебе придётся. Так что набирай бойцов.

- Спасибо, босс, - сказал я.

- Сам выход найдёшь?

- Найду.

- Ну, давай тогда, - хлопнув меня по плечу, Зубр закрыл дверь.

Фармакология. Хм… Дело, и правда, кажется перспективным. Если я буду контролировать всё распределение левых лекарств, то это золотое дно. Надо только убедить Принца, что я – именно тот, с кем он захочет иметь дело.

Глава 13

Ирина не появилась. Так что я добрался до выхода самостоятельно. В доме бывал Ратмир, да и у меня с памятью всё в порядке – запомнил бы дорогу даже и без него.

На выходе охранник вернул мне пушку. Сказал с одобрением:

- Отличный ствол, Гриф. «Иерихон 941», мощная вещь. Сколько отдал? Тридцатник? Где такой можно раздобыть?

- Он самый, - кивнул я, убирая пистолет в кобуру. – Папин подарок.

На нижней ступени крыльца я немного задержался. Хотелось запечатлеть это мгновение в памяти. От растущих в саду возле дома персиковых деревьев исходил сладковатый аромат. Вид немного портили охранники с доберманами, прогуливающиеся по дорожкам. Над ступеньками горели оранжевые фонари, вокруг которых с тихим шелестом вились мелкие насекомые. Среди них затесалось одно покрупнее, которое то и дело со стуком врезалось в стеклянные шторки.

На потемневшем небе под углом, словно росчерк гигантской кисти, застыл мерцающий браслет бриллиантовых звёзд.

Сегодня я не только стал графом, сделав первый серьёзный шаг в построении собственной империи.

Не менее важным было то, что я исцелил дочь Дорина. Человека со связями в высших кругах, имеющего в друзьях аристократов, приближённых к царскому двору. Рано или поздно он захочет оказать кому-нибудь из них услугу и даст мои контакты – того, кто способен спасти от смерти. Не шарлатана, а истинного лекаря. И тогда они придут ко мне. За свои услуги я не потребую денег. О, нет! Есть кое-что куда важнее. Я попрошу об ответной услуге. Скоро целый ряд самых влиятельных людей этого мира станет моими должниками. Эту дверь уже не захлопнуть.

Ещё недавно я ходил по краю: меня могли убить. Но теперь, когда со мной Фантом, получивший свою дань, это будет сделать гораздо сложнее. Почти невозможно.

Сойдя со ступеньки на вымощенную жёлтыми плитами дорожку, я направился к машине.

- Как прошло, босс? – шепнул дожидавшийся меня возле неё Корень.

Я похлопал его по плечу.

- Неплохо. Совсем неплохо. Едем домой. Есть, что отметить.

Юрист расплылся в широкой улыбке.

- Вас сделали графом?!

Я кивнул.

- Но пока рано плясать от восторга. Это только формальность. Нужно укрепить позиции. Набрать людей. И вот ещё, что: слышал про Принца?

Корень нахмурился.

- Это который промышляет контрабандой?

- Он самый. Узнай завтра о нём всё, что только можно.

- Сделаю, босс. И это… поздравляю.

- Спасибо.

Едва я сел в машину, в кармане зазвонил телефон. На экране высветилось «Даша».

- Да? – проговорил я, ответив на вызов. – Как дела?

- Плохо! – голос у девушки был взволнованный, дрожащий. Но, кажется, от злости. – Всё гораздо хуже, чем я думала. Этот урод… Он избил её. Сестру. Сильно. Она не хочет ехать в больницу, не слушает меня! А ей нужна помощь!

- Где вы сейчас?

- У неё. Ты приедешь?

- Да. Диктуй адрес.

Мы как раз выезжали из ворот, когда Даша назвала мне улицу, номер дома и квартиры.

- Ждите, - сказал я и отключился, не дожидаясь ответа. – Монгол, заедем кое-куда.

- Понял, босс, - отозвался тот, как только я продиктовал адрес.

- Что случилось? – насторожился Корень. – Куда мы?

- У Дашиной сестры проблемы.

- Не знал, что у неё есть сестра.

- Какой-то хрен избил девчонку. Она не хочет ехать в больницу.

Юрист понимающе кивнул.

- Ясно, босс. И кто он?

- Пока не знаю.

- Только прикажите, и мы объясним ему, как обращаться с дамами.

На это я ничего не ответил. Надрать задницу любителю распускать руки всегда успеется. Сначала нужно было выяснить, в каком состоянии девушка.

К названному Дашей дому мы покатили спустя минут сорок. Далековато он оказался от особняка Зубра. Высотка в спальном районе, явная новостройка, местами обнесённая решётчатой оградой. Во дворе – детская игровая площадка с горкой и качелями.

Припарковаться стоило немалого труда, так что пришлось пройти метров тридцать до подъезда.

Перед дверью торчала скамейка без одной рейки, над ней склонился фонарь, источающий мутный жёлтый свет. При нашем приближении тощая кошка, сверкнув глазами, юркнула в чёрный провал подвального окошка.

У меня вдруг возникло неприятное чувство, будто за мной кто-то наблюдает. Даже холодок по спине пробежал.

Притормозив, я обернулся, всматриваясь в темноту. Деревья, кусты, очертания замка на детской площадке, оранжевые огни фонарей, припаркованные автомобили. Вдалеке одинокий мужик выгуливал собаку, залипая в телефоне. Горящий экран освещал его похожее на бледное пятно лицо.

- В чём д-дело, босс? – настороженно спросил Бивер. – Увидели кого-то?

Он старательно завертел круглой головой, высматривая опасность. Рука потянулась под куртку.

- Нет, - ответил я.

Должно быть, показалось. Подобные ощущения обычно сопровождают присутствие поблизости Фантома одарённого. Но в этом мире ведь магов нет. Кроме меня. Так что, наверное, организм просто среагировал на то, что я вылез из тёплого салона автомобиля в вечернюю прохладу. Не стоит обращать внимания.

Я нажал кнопку вызова домофона. Запиликали негромкие гудки. Затем в динамике раздался Дашин голос:

- Да? Кто это?

- Ратмир.

- Слава Богу…

Замок пискнул, и вы вошли в хорошо освещённый подъезд. Возле стены под электрощитком стояли два велосипеда и детская коляска.

- Седьмой этаж, б-босс, - сказал Бивер. – Пойдём или поедем?

- Не люблю лифты.

Мы двинулись по лестнице. Когда добрались до нужной площадки, Даша встречала нас, выглядывая из приоткрытой двери.

- Спасибо, что приехал! – проговорила она, распахивая её. – Не знаю, что делать. Боюсь оставлять её одну. Она в гостиной, - добавила девушка, когда вы вошли.

Бивер остался в прихожей. Застыл у порога, притворив за собой дверь. Корень и Монгол двинулись со мной.

В гостиной на зелёном диване сидела девушка чуть младше Даши. Она была в банном халате, на котором виднелись тёмные пятнышки. Хватило одного взгляда на распухшее, посиневшее лицо, чтобы понять, что это подсохшие капли крови.

- Добрый вечер, - проговорил я, останавливаясь перед ней. – Меня зовут Ратмир. Что с вами случилось?

- Ублюдок её избил! – сказала Даша со злостью. – И это не в первый раз!

- Простите, что вам пришлось приехать, - всхлипнула её сестра. – Я говорила Даше, чтобы никому не звонила. Зачем? Со мной ничего страшного. Это просто… В общем, пара синяков – и всё. Это быстро пройдёт.

Я взглянул на Дашу. Мол, а что ты от меня, собственно, хочешь?

- Ей нужно в больницу, - сказала та. – Но она отказывается. Ни в какую! Может, ты её убедишь?

- Маловероятно, - ответил я.

- Что? – опешила Даша.

- Подожди-ка меня на кухне. Попей водички. Я сейчас поговорю с… Мариной и приду.

Даша немного помедлила, но затем кивнула и быстро вышла из комнаты.

Я же сделал пару шагов и присел перед её сестрой на корточки. Светящаяся схема ясно показывала, что серьёзных повреждений нет. Пульсировали очаги боли, причём, не только на лице. Девушку били по рёбрам, спине, бёдрам и рукам. Наверное, она пыталась ими прикрываться.

- Позвольте мне взглянуть, - сказал я.

- На что? – не поняла Марина.

Губы у неё распухли, на них виднелись ссадины. Повезло, что пары зубов не лишилась.

- На вас, - ответил я.

- Вы что, доктор? – судорожно всхлипнула она.

- Не совсем.

Повисла пауза, в течение которой девушка смотрела на меня с непониманием. Но затем опустила руки и замерла. Мол, да пожалуйста. Кажется, ей просто не хотелось вникать, зачем мне её разглядывать.

- Я знаю, кто вы, - сказала она, пока я скользил взглядом по её лицу. Довольно симпатичному, хотя сейчас это в глаза не бросалось. – Пожалуйста, не слушайте Дашку! Никита не плохой, честно! Просто… разозлился. Я сама, наверное, виновата. Не надо было говорить ему… В общем, то, что я сказала.

- Угу, - произнёс я и поднёс руку к её скуле, на которой наливался сизым здоровенный синяк. – Можно?

- Что?

- Потрогать. Говорят, у меня иногда получается облегчать боль прикосновениями. Верите в экстрасенсорику?

- Не особо, - глядя на меня с лёгкой оторопью, ответила Марина.

- Ну, давайте просто попробуем.

Она пожала плечами. Пробормотала:

- Хуже не будет…

- Это точно, - улыбнулся я и слегка коснулся кожи, убирая болевой синдром.

Затем проделал то же самое с остальными ушибами и гематомами на лице.

- Не трогайте его, пожалуйста, - говорила, тем временем, Марина. – Я… Мы… В общем, я не хочу, чтобы у него были неприятности.

- За кого вы меня принимаете? – поинтересовался я. – За бандита какого-то, что ли?

- А… вы разве не…? Даша сказала…

- Я скромный гробовщик. Только и всего. Полагаю, вы её неправильно поняли. Она просто хотела, чтобы я уговорил вас поехать в больницу.

- Ну, да… Но я не хочу!

- Как скажете. Это ваше право. Насильно вас точно никто никуда не потащит.

- Я думала, Даша собирается вас попросить… - начала Марина, но запнулась и отвела глаза.

- О чем? – спросил я, будто не понимая.

- Да неважно. Наверное, я сама себя накрутила. Кстати, болеть, и правда, стало меньше, - добавила удивлённо. – Даже... вообще не болит!

- Вот и хорошо. Получается не всегда, но вам повезло. Как насчёт остального тела? Вам не придётся раздеваться.

- Эм-м… Ладно, - поморщившись от боли, девушка показала на рёбра справа. – Вот тут особенно… сильно. Надеюсь, не трещина.

Трещины не было.

- Вы не думали расстаться с тем, кто вас так отделал?

Марина смахнула слезу.

- Я и хотела. Из-за этого мы и поссорились. Он не хочет со мной рвать.

- Думаете, любит?

- Не знаю, - вздохнула она. – Никита не всегда такой, честно. Просто… у него бывают вспышки. Я сама…

- Не надо, - прервал я её. – Вы не виноваты.

Девушка покачала головой.

- Нет, мне надо было… быть сдержанней. Я же знала, что могу его спровоцировать. Он и так был сегодня на взводе. Неудачное я выбрала время для разговора.

В общем, всё было ясно. Ситуация, скажем так, распространённая. И, похоже, бедняжка уже не так уж и жаждала расстаться со своим мужиком.

Я поднялся.

- Монгол, развлеки девушку. А я принесу водички.

С этими словами я направился на кухню.

- Спасибо! – вслед мне крикнула Марина. – Почти не болит…

Даша стояла возле окна. При моём появлении резко обернулась.

- Этот подонок заплатит! – выдала она. – Ему это даром не пройдёт! Либо я сама, либо…

- Что ты сказала сестре обо мне? – перебил я холодно.

Даша сразу замолчала.

- Кем она меня считает? Бандитом?

- Нет! Ратмир, ты же не думаешь, что я ей рассказывала о твоих делах?

- А ты не рассказывала?

- Боже, нет, конечно! Я ж не дура.

- Тогда почему она просила не трогать её парня?

- Парня! – презрительно выдохнула Даша. – Да какой он, к чёрту, парень?! Ничтожество, считающее, что ему всё можно, раз он аристократишка! Звездой себя возомнил! Тоже мне, жокей хренов! Ведёт себя, словно гонщик, выигравший Формулу-1, - девушка выплёвывала слова, как кобра – яд. – Думает, если папаша разрешил ему участвовать в скачках, так он обосраться, как крут! Мелкое ничтожество!

Так, новая информация. Скачки – это уже интересно.

Даша была слишком возбуждена. Подойдя к ней, я положил руку ей на плечо, снижая эмоциональный фон до нормального уровня. Девушка сразу успокоилась. Даже взгляд изменился.

- Она его не бросит, Ратмир! – сказала она уже совсем другим тоном. – И он не даст ей уйти. Ему нравится… Ну, ты понимаешь.

- Понимаю. Так что ты ей про меня рассказала?

Даша передёрнула плечами.

- Да ничего. О твоих делах ни слова. Я знаю правила. Сказала, что приедет мой друг и во всём разберётся. Конечно, когда ты вошёл со своими громилами, она решила, что…

- Ясно. Хорошо. Так что ты от меня хочешь? Влезать в чужие отношения – дело неблагодарное.

- Знаю! Но это нужно прекратить. Он же её однажды искалечит!

Это вполне могло случиться.

- Можешь… Не знаю… Поговорить с ним? Так, чтобы оставил её в покое?

Ещё недавно Даша жаждала расправы над парнем сестры, но теперь, когда я убрал её злость, она уже была согласна на меньшее.

- Думаю, придётся. Марина сказала, он аристократ.

- И что?! – вскинулась Даша. – Это проблема?

- В некотором роде. Как они вообще познакомились?

- Марина работает в пиар-агентстве, которое делало рекламную компанию для фирмы его отца. Не помню уже подробностей. Это было почти год назад. Ратмир, сестра для этого урода ничего не значит! Он никогда на ней не женится, ты же сам понимаешь. Она для него всего лишь простолюдинка, с которой можно покувыркаться. Я уверена, у него таких по всему городу пруд пруди. А она, дура…

Даша замолчала. Эмоциональный фон начал повышаться. Девушка постепенно заводилась.

- И на каком ипподроме проводятся скачки?

- Что? – непонимающе нахмурилась Даша. – Да какая разница?!

- Должен же я о нём хоть что-то знать.

- Боже… Не понимаю, при чём тут это! «Пегас», кажется. Ратмир, я…

- И часто парень твоей сестры выигрывает? – перебил я, наливая в стакан воды.

- Что? Блин… Да, чёрт возьми, часто! Его лошадь – фаворит. Ты что, ставки сделать хочешь? Я тебе, вообще-то, про другое…

- Погоди минутку. Стой здесь.

Оставив растерянную Дашу на кухне, я вернулся в комнату, ободряюще улыбнулся Марине, вручил ей воду и подошёл к Корню. Спросил очень тихо:

- Знаешь, кто рулит на ипподроме «Пегас»?

- «Пегас»? – переспросил тот озадаченно. – Эм-м… Сейчас вспомню. Так… Кажется, Шрам. А что, босс?

Повернувшись к Марине, я спросил:

- Вы сказали, ваш парень был сегодня на взводе. Можно узнать, почему?

- Ну… у него завтра заезд. На ипподроме. Он жокей, - девушка блаженно улыбнулась. – У него лучшая лошадь! Вернее, у его отца. Он мне как-то показывал. Я даже…

- Прошу прощения. Я на минутку.

Вернувшись на кухню, я не дал Даше возможности засыпать меня вопросами. Сходу сказал:

- Знаешь, где он живёт?

- Да! Ещё раньше выяснила, когда он в первый раз Марину побил. Хотела попросить тебя с ним разобраться, но… не хотела лезть со своими проблемами. Ты к нему съездишь?

- Съезжу. Но твоя сестра об этом знать не должна? Тебе ясно?

Даша наградила меня долгим внимательным взглядом.

- Ясно, - проговорила она. – Я просто хочу, чтобы он оставил её в покое. Навсегда. Буду у тебя в долгу.

- Ну-ну, - улыбнулся я. – Какие счёты между друзьями? Оставайся с сестрой. А мне дай адрес.

Девушка быстро написала улицу и номер дома на бумажке.

- Вот. Это флигель. Он его снимает.

- Значит, живёт отдельно от семьи?

- Да. Это хорошо, правда?

Я кивнул. Да, это было просто отлично.

- Ратмир… Его отец – большая шишка. Будь осторожен.

- Непременно. Не говори сестре о том, что дала мне адрес.

Даша помотала головой.

- Нет, конечно. Спасибо!

Мы вернулись в гостиную вместе. Корень скучал, разглядывая интерьер, а Монгол пытался развлечь Марину непринуждённым разговором. Судя по тому, что она поглядывала на него с опаской, не слишком успешно.

- Прошу прощения, но мне нужно ехать, - обратился я к девушке. – Уже поздно. Даша останется с вами. Один их моих людей – тоже, - я кивнул Монголу. – На всякий случай.

- Принято, босс, - прогудел тот.

- Но… куда же я вас дену?! – всполошилась Марина. – У меня места не так много!

- Меня никуда девать не надо, - осклабился в попытке изобразить улыбку Монгол. – Я тут посижу, на диванчике.

- А тебе нужно поспать, - сказала сестре Даша. – Пойдём, я тебе помогу.

- Спокойной ночи, - кивнул я. – Советую завтра всё же обратиться к врачу. И в полицию.

- Нет-нет! – испуганно воскликнула Марина. – Не надо! Только не это!

- Как угодно, - я слегка поклонился.

Монгол запер за нами дверь.

- Что будем д-делать, босс? – деловито осведомился Бивер, когда мы двинулись вниз по лестнице.

- Навестим Никиту, - ответил я, вручая ему листок с адресом.

- Неплохо бы разузнать, что за тип, - заметил Корень. – Чтобы не нарваться на неприятности.

- Я знаю, кто он. Жокей фаворита на завтрашних скачках.

- На ипподроме «Пегас»? - после короткой паузы проговорил Корень.

- Именно. Разузнай по дороге, на каких лошадей, кроме фаворита, дают самые высокие котировки. И во сколько начнётся заезд.

Выйдя на крыльцо, я невольно окинул улицу взглядом. Некоторые места во дворе были вообще не освещены. И в этой тьме вполне мог кто-нибудь притаиться. И наблюдать. Но в этот раз неприятных ощущений не возникало. Видимо, всё же, показалось.

До флигеля на Петроградской стороне, приютившегося во дворе старого доходного дома с кариатидами и лепниной, мы добрались за сорок минут – благо, в такое позднее время машин на дорогах было куда меньше, чем днём.

Здание было двухэтажным, справа от него торчал раскидистый дуб, под которым стоял чёрный «Порше». На нижнем этаже горел свет, окна были задёрнуты плотными синими занавесками.

- Босс, наш парень что, из аристо? – спросил Корень, когда мы подошли к дому. – У него на номерах фамильный герб.

Присев перед автомобилем, он достал телефон и сделал снимок бампера.

- Сраные аристо! – прошипел Бивер, сплюнув на асфальт. – Д-думают, они хозяева жизни! Что мы с ним сделаем, б-босс? Пристрелим и…

- Нет, - ответил я, не дожидаясь окончания вопроса. – Он не убил девушку, и мы его мочить не станем. И вообще, у меня на него свои планы. А ты займи место у чёрного входа. Если кто-нибудь попытается выйти, просто задержи. Можешь вырубить. Только аккуратно.

- Понял, босс, - кивнул Бивер.

Было заметно, что он разочарован своей ролью. Видимо, рассчитывал на хороший мордобой.

Когда он скрылся за углом флигеля, Корень показал мне экран своего телефона.

- Плохие новости, босс. Этот парень из рода Шуваловых. Влиятельный клан. Его папаша – граф, состоит при дворе обер-егермейстером.

Значит, отвечает за императорскую охоту и охотничьи хозяйства. Не последняя должность, учитывая традиционную страсть монархов пострелять живность на природе.

- Это неважно, - ответил я. - Мы поболтаем с парнем, и он оставит девушку в покое.

- Босс… - было заметно, что мои слова юриста не убедили.

И я отлично понимал, почему. Но в то же время знал, что делаю.

- Уже решено, Корень. Я тебя услышал, но мы всё равно войдём.

Он кивнул.

- Как скажете, босс. Что будем делать с камердинером? У каждого отдельно живущего холостяка есть камердинер, - пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд. – Не сам же графский сынок себе рубашки гладит.

- Предоставь всё мне, - ответил я, нажимая кнопку звонка. – И не вздумай доставать ствол. Что бы ни случилось, ясно? Мы здесь просто гости.

- Да, босс.

По лицу Корня нетрудно было догадаться, что он, мягко говоря, не в восторге от происходящего. Ничего, переживёт. Никто не обещал парк аттракционов и сладкую вату.

Щёлкнул замок, дверь отворилась, и на пороге предстал высокий пожилой мужик в белой рубашке, тёмной жилетке и с безупречно постриженной седой бородой.

- Чем могу помочь, господа? – поинтересовался он поставленным голосом, окинув нас с Корнем цепким взглядом, в котором немедленно появилось выражение, свойственное опытным слугам, моментально определяющим как социальный статус собеседника, так и то, как именно следует с ним разговаривать.

Глава 14

Я смерил старика в ответ максимально наглым и развязным взглядом. Перекатил во рту несуществующую жвачку.

- Мне надо перетереть с твоим хозяином кое-какую тему, приятель. Давай, скажи ему, что я здесь, и поживее.

На лице камердинера появилось брезгливое выражение.

- Уже поздно, и его сиятельство…

- Хорош трепаться! – перебил я грубо. – Сиять он будет в другой компании. А у меня мало времени. Мне некогда тут торчать. Как ты сам сказал – время позднее.

Поджав губы, слуга выдержал паузу, а затем сказал:

- Я доложу о вашем приезде.

И попытался закрыть у меня перед носом дверь, засранец.

Чего я ему, ясное дело, не позволил. Сунул ботинок в щель и распахнул её плечом.

- Мы тут подождём. Давай быстрее, старик. Я не собираюсь терять время из-за того, что у тебя подагра.

Обомлевший от такой бесцеремонности камердинер хотел было возразить, но мы с Корнем уже прошли в просторную гостиную. Я плюхнулся на диван, положив ноги на журнальный столик.

- Шевелись, пенсионер!

Слуга бросился в соседнюю комнату.

- Стой у выхода, - велел я Корню.

- Да, босс.

Камердинер вернулся через пару минут. На его лощёной физиономии виднелось смятение. Тем не менее, он взял себя в руки.

- Его сиятельство готов уделить вам время, - проговорил он, всем своим видом показывая, какие именно чувства вызывает в нём присутствие в приличном доме таких посетителей, как мы.

- То-то же! – кивнул я, вставая. – Сваргань моему приятелю кофейку пока.

Проходя мимо, я похлопал камердинера по плечу, заставив вздрогнуть и отпрянуть, как будто его коснулся прокажённый.

Я вошёл в кабинет, совмещённый с библиотекой. Книг было немного, и большинство полок занимали всякие безделушки, судя по всему, привезённые со всех концов света. В углу стояла доска для сёрфинга.

Никита Шувалов сидел за столом, одетый в зелёную бархатную куртку-венгерку, из-под которой виднелась расстёгнутая белая рубашка. Его жидкие волосы были зализаны назад и блестели от геля, а лицо с мелкими и непримечательными чертами походило на мордочку хорька.

Бросалось в глаза, что, подобно большинству жокеев, Шувалов был маленького роста и субтильного телосложения. В данной профессии это важно, ведь, чем меньше весит наездник, тем лучше. И как только он умудрился так отделать Дашину сестру? Впрочем, невысокие люди часто бывают жилистыми. А этот ещё и зол был, как чёрт.

Сейчас, правда, никакой агрессивности в нём угадать было невозможно. Взгляд, который устремил на меня аристократ, был, скорее, настороженным.

- Привет от Шрама, - обронил я, придвигая к столу антикварный стул из резного дуба и вальяжно усаживаясь на нём. – Не сильно побеспокоил?

- Нет-нет! – всполошился Шувалов. Произнесённое имя произвело на него прямо-таки бодрящее действие. – Я всегда рад… друзьям господина… Шрама.

Я наградил его за правильный ответ кивком и обвёл взглядом комнату.

- Неплохая обстановочка. Шик. Откуда барахло?

- Вы про сувениры? – сообразил мой собеседник. – Это… из путешествий. Ничего особенного.

Мы встретились взглядами. Тишина длилась секунд пять, затем Шувалов нервно поёрзал и, кашлянув, спросил:

- Вашего… То есть, господина Шрама что-то беспокоит? Или… есть изменения в завтрашнем плане?

- Его никогда ничего не беспокоит, - сказал я холодно. – С чего бы ему беспокоиться?

- Эм… - растерялся Шувалов. Глазки его забегали по комнате, словно ища опоры. – Я ничего такого не имел в виду. Не хотел…

- Давай-ка не будем тратить моё время, - прервал я его, поморщившись. – Шрам меня прислал убедиться, что ты всё верно понял. И запомнил. На кону большие бабки, осечки быть не должно.

Мой собеседник быстро закивал.

- Конечно, помню, - сказал он. – Перед финишем притереться к тому, кто окажется ближе всего, делая вид, что не замечаю этого, и хорошенько врезать ему хлыстом. К финишу приду первым, но меня дисквалифицируют за нанесение травмы сопернику. Всё будет шито-крыто, никто ничего не заподозрит.

Я кивнул, словно именно это и ожидал услышать.

- А если рядом никого не окажется? Притормаживать тебе нельзя – судьи это сразу заметят.

Шувалов улыбнулся, как прилежный ученик, обрадованный тем, что знает правильный ответ.

- Тогда я превышу разрешённое количество ударов хлыстом, - сказал он. – С тем же результатом. Победу аннулируют. Передайте господину Шраму, что я всё сделаю, как надо.

- Передам, не волнуйся, приятель. Он будет рад услышать, что у тебя всё на мази, - я привстал, делая вид, что ухожу. – Кстати, ты помнишь, какая лошадь должна выиграть? Не вздумай случайно шарахнуть хлыстом её жокея.

- Конечно, помню!

- Росинка, Ветер, Чёрный гром или Снежок? – перечислил я клички лошадей со средними котировками.

Если кто и должен обойти фаворита, не вызвав серьёзных подозрений в мошенничестве, то кто-то из них.

- Снежок, - ответил Шувалов. – Не волнуйтесь, не перепутаю.

Удовлетворённо кивнув, я опустился обратно в кресло. Проговорил совсем другим тоном:

- Что ж, вот мы всё и выяснили, господин Шувалов. Весьма прискорбно, что жокей, да ещё и член уважаемого дворянского рода, занимается подобными махинациями, - я осуждающе покачал головой. – Это же скандал! Настоящий позор!

Шувалов побледнел, как полотно.

- Что… О чём это вы?! – пролепетал он.

- Должен признаться, мне пришлось ввести вас в заблуждение, - продолжил я строго, сверля его взглядом. – К господину, известному как Шрам, я имею лишь то отношение, что мы уже давно присматриваемся к нему. И его деятельности на территории ипподрома.

- Кто вы такой?! – взвизгнул Шувалов.

- Думаю, нетрудно догадаться. Следователь Управления по скачкам. И прежде, чем вы скажете что-то ещё, хочу предупредить: наш разговор записан, - с этими словами я похлопал себя по груди, как будто у меня под рубашкой находился микрофон.

Мой собеседник съёжился, став ещё меньше. У него тряслись руки, глаза бегали, а на лбу выступила испарина. Так и искрилась в свете настольной лампы.

- Вы осознаёте последствия, если о вашем участии станет известно? – спросил я резко, развивая успех. – Представляете, какой шум поднимется в прессе? А ваш отец? Что он на это…

- Ладно! – пискнул Шувалов, вжимаясь в кресло. – Сколько?!

- Что «сколько»? – поинтересовался я.

- Не валяйте дурака! Сколько вы хотите за молчание?!

Я принял оскорблённый вид.

- Господин Шувалов, за кого вы меня принимаете? Я честный сотрудник Управления. И не шантажировать вас сюда пришёл. К тому же, в дело вовлечён не я один. Нет, откупиться не получится.

- Хорошо… - руки моего собеседника шарили по столу, словно живя своей, отдельной от тела жизнью. – Тогда зачем вы здесь?

Я выдержал паузу, давая понять, что выход есть. В глазах жокея мелькнула надежда.

- Что вам нужно? – быстро спросил он.

- Управление не хочет скандала. Это ударит по репутации скачек. Ну, и учитывая ваше происхождение… В общем, мне поручено предложить вам вариант, - я поднял указательный палец. – Всего один!

Шувалов поспешно кивнул. Ему не терпелось узнать, какова та лазейка, через которую он улизнёт от расплаты.

- Завтра вы выиграете заезд, - сказал я. – Никаких уловок, никаких оправданий. Либо приходите к финишу первым, либо…

Продолжать не было нужды. Мой собеседник всё отлично понимал.

Он замер в кресле, бледный и дрожащий.

- Но… меня убьют! – пролепетал Шувалов, в ужасе глядя на меня. – Вы не знаете, что это за люди! Шрам…

- Его предоставьте нам. Это не ваша забота. Если опасаетесь расправы, скройтесь сразу после заезда. Уверен, у вашего отца достаточно связей, чтобы защитить вас. Можете отправиться за границу на время. Впрочем, выбор за вами: честь дворянина или риск? Но ответ мне нужен сейчас.

Шувалов сник. На его физиономии появилось кислое, обречённое выражение. Было видно, что он размышляет, но уже знает, что выбора-то особо нет. Я терпеливо ждал.

- Честь, - проговорил аристократ спустя полминуты. – Если будет скандал, отец сам меня убьёт.

- Уверены?

Он нехотя кивнул.

- Гарантируете, что, если я приду завтра первым, всё это никуда не пойдёт?

- Разумеется.

Даже врать не пришлось. Ведь никакого отношения к Управлению скачками я не имел.

- Хорошо. Можете на меня положиться, - сказал Шувалов совершенно упавшим голосом. – Снежок не выиграет. Если только ураган не налетит и не швырнёт его прямо на финишную прямую.

Я поднялся.

- Рад, что мы пришли к взаимопониманию. Не смею долее отнимать ваше время. Полагаю, вам нужно хорошенько выспаться. Всего доброго.

Руку подавать, естественно, не стал. Шувалов вяло кивнул, глядя в сторону.

В гостиной я сразу направился к выходу, игнорируя присутствие камердинера. Корень распахнул передо мной дверь.

Мы вышли молча.

- Зови Бивера, - сказал я, спустившись с крыльца.

Юрист достал телефон и позвонил. Водитель явился спустя полминуты. Осведомился:

- Как п-прошло, босс? Он всё понял? Проблем с ним больше не будет?

- Даже лучше. Поехали домой.

Когда машина вырулила из-под арки и оказалась на дороге, я повернулся к сидевшему рядом Корню.

- Узнай, как зовут лошадь Никиты Шувалова. Он завтра будет выступать на скачках в качестве жокея фаворита. Не перепутай. Поедете с Бивером и Монголом на ипподром и сделаете в разных кассах ставки на его победу.

- Сколько, босс? – слегка удивлённо спросил Корень.

- Много. Поэтому сумма и должна быть разделена на три части. Ставки на фаворита никого не шокируют, но лучше подстраховаться.

Шрам непременно захочет узнать, кто наварился на победе Шувалова больше всех, и мои ставки не должны привлечь его внимание. Впрочем, у него скоро будет, чем заняться, ведь ясно, что он не один поставит на Снежка. Наверняка и своим дружкам-партнёрам кинул подсказку, кто должен завтра прийти первым. И они будут ой как им недовольны, когда пролетят. Всё, что они поставят (а суммы будут немаленькие), придётся возмещать Шраму. Так что в ближайшее время ему будет совсем не до меня.

Ну, и Дашу заодно порадую. Если Шувалова не прикончат ещё на ипподроме, ему придётся надолго залечь на дно. Скорее всего – в другой стране. Не думаю, что Марина его дождётся.

Я откинулся на спинку сиденья, чувствуя удовлетворение. День выдался просто отличный. Если все будут таким же, скоро я стану главой клана, а там и до собственной империи недалеко. Впрочем, это глупости, конечно. Просто повезло. Да и мечтать – удел женщин. Мужчина же просто идёт к цели.

Прошло минут десять, когда я вдруг понял, что снова чувствую лёгкий озноб. Проклятье, да что такое?! Простудился, что ли?

Опять возникло неприятное чувство, будто за мной наблюдают. Нет, это не просто мурашки по спине побежали. Это сигнал… И на этот раз игнорировать его уже было невозможно.

Выпрямившись на сиденье, я повернул голову вправо, затем – влево.

И увидел его!

Огромное чёрное существо, покрытое косматой шерстью, длинными скачками неслось по дороге, догоняя нас! Его горящие глаза оставляли в темноте светящиеся шлейфы, с приоткрытой пасти срывались вязкие нити слюны. Монстр легко перепрыгивал попадавшиеся на пути машины или огибал их. И по мере его приближения ощущение того, что тварь явилась по мою душу, всё усиливалось.

Водители вели себя странно: как будто огромной мускулистой туши, скачущей между машинами, не существовало вовсе.

- Бивер, - обратился я к телохранителю, занявшему за рулём место оставшегося с Дашей и Мариной Монгола. – Глянь-ка в зеркало – нет за нами хвоста?

- Сейчас, б-босс, - отозвался тот. – Да нет, вроде, всё чисто, - проговорил он спустя несколько секунд. - Хотите изменить м-маршрут?

Вероятность, что Монгол не заметил преследующую нас тварь, равнялась нулю. Как и то, что он воспринял её присутствие, как должное. Значит, чудище видел только я. Вкупе с сигналом, который получило моё тело, вывод напрашивался один: по дороге нёсся чей-то Фантом!

А значит, я не был в этом мире единственным одарённым.

Но как такое возможно? Всё свидетельствовало о том, что местные считают магов сказочными персонажами. Волшебство здесь являлось достоянием мифов или признаком шарлатанства.

Но вот меня преследует Фантом! Это факт, против которого не попрёшь.

И, между прочим, с какой стати?

- Босс, что там? – спросил Корень, видя, что я пялюсь в окно.

- Мне кажется, вот тот белый внедорожник едет за нами, - сказал я. – Попробуем оторваться.

- Принял, босс, - кивнул Бивер.

На ближайшем повороте он бросил машину вправо, наперерез другим участникам движения, прибавил газу и шашечкой понёсся между тачками и автобусами.

Пришлось обернуться, чтобы наблюдать за Фантомом. Монстр начал отставать. Ему не хватало скорости, чтобы настигнуть нас. Прошло минуты две, и он скрылся из виду.

- Кажется, оторвались, - заметил Бивер. – Если этот внедорожник нас и пас, то…

- Продолжай, - велел я. – Не сбавляй, пока не скажу.

Мы неслись, лавируя между машинами, пару раз даже казалось, что авария неизбежна, однако Бивер оказался опытным водителем. Вскоре он снова свернул, нырнул в тоннель, а затем ещё раз изменил маршрут.

- Даже не представляю, на сколько штрафов мы попали, - пробормотал Корень.

Мне было плевать. Что меня интересовало, так это случайно ли чей-то Фантом оказался поблизости. И зачем гнался за нами.

- Всё, хватит, - сказал я.

Бивер немедленно сбавил скорость.

- Уф! – с облегчением выдохнул Корень. – Ну, и гонка!

- Осторожность не п-повредит, - проговорил Бивер.

- Если при этом нас не размажет в лепёшку.

- Ну, не размазало же. Куда теперь, б-босс?

- Домой.

К похоронному бюро мы подкатили в начале двенадцатого. Венки и обелиски с крыльца были убраны, и выглядело здание вполне обычно. Не подумаешь, что это портал, через который проходят все, кто попадает на расположенное позади него кладбище.

Корень и Бивер в виду сложной нынешней ситуации ночевали в конторе, так что по дороге мы заехали в сеть круглосуточных закусочных «Самобранка» и прихватили кучу еды.

Я как раз принялся за подостывшие блинчики с ветчиной и сыром, когда в окно протиснулся Вилли.

- Приятного! – бросил он и немедленно направился к миске с кормом, на ходу превращаясь в попугая.

Фамильяр яростно захрустел, всем своим видом изображая поздно вернувшегося с работы супруга, которому жена дала на ужин не салат с креветками, а слипшиеся макароны.

- Какие новости? – непринуждённо поинтересовался я.

- Шрам в растерянности, - отозвался Вилли, не прекращая жрать. – Он не ожидал, что его отряд перебьют. Теперь гадает, удалось ли тебе кого-нибудь захватить, и, если да, то что они тебе рассказали. Кроме того, ему сообщили, что ты теперь граф. Угадай, обрадовало его это? В общем, Шрам решил притормозить и не идти открыто против Зубра. Хочет к тебе приглядеться.

- Иначе говоря, с его стороны можно пока ничего не опасаться?

- Вроде того. Не знаю только, надолго ли его хватит. А у тебя как день прошёл? Жрал и трахался?

- Если бы. Видел сегодня Фантома.

- И что?

- Не своего.

Мне удалось отвлечь фамильяра от еды. Он поднял голову и уставился на меня янтарным глазом.

- Кроме шуток?

- Какие уж тут шутки. Огромная тварь гналась за мной по дороге. С горящими зенками и полной зубов пастью.

- А ты не перепутал Фантома с местной псиной?

- Понимаю твой скептицизм, но нет. Монстр был размером с автобус.

Вилли передёрнулся.

- Но в этом мире нет источников энергии, кроме Виталиса.

- Предположительно.

Фамильяр отошёл от поддона и взлетел на спинку стула, оказавшись напротив меня.

- Ладно, допустим, ты прав. И здесь есть ещё одарённые. Почему о них никто не знает?

- Без понятия. Но, когда я изучал тему, мне показалось странным, что в этом мире так много мифов и сказок о колдунах и волшебстве. В них отображены явные признаки, что магия здесь существует. Вернее – существовала. А потом… будто бы исчезла.

- Хм… Думаешь, одарённые ушли в подполье? Но с какой стати?

Я отрицательно покачал головой.

- Нет, не похоже. Будь так, я бы уже их заметил.

- Тогда что означает Фантом, которого ты видел?

- У меня было время об этом поразмыслить. В пятнадцатом веке Папа Римский Иннокентий Седьмой издал буллу, положившую начало так называемой Охоте на ведьм. С тех пор в течение нескольких столетий истреблялись все, кого могли хотя бы заподозрить в занятиях магией. Полагаю, за это время одарённые были практически уничтожены. По крайней мере, в Европе и Америке.

- Допустим. Но сейчас ведь этого нет? Одарённые рождаются редко, но за прошедшее с окончания Охоты на ведьм время их должно было появиться на свет немало. И как насчёт других континентов, где магов массово не истребляли? Нет, не сходятся концы в твоей теории.

- Погоди. Ты не дослушал.

- Да? Ну валяй, выкладывай, что ещё тебе в голову пришло. Я весь внимание.

- Охота на магов могла носить и не официальный характер. Полагаю, те, кто ею занимались, не ограничились Европой и Америкой.

- Ладно, пусть так, - нетерпеливо встрепенулся Вилли. – Но если у здешних колдунов есть Фантомы, то как их могли убивать обычные люди? Сам знаешь: Фантома может уничтожить лишь другой Фантом.

- И какой напрашивается вывод?

Попугай прищурился.

- Что одни маги мочили других? Хм… Да, это возможно. И, если ты прав, то сейчас они должны следить за тем, чтобы рождающиеся одарённые не инициировались. А тех, кто успел, выявлять и уничтожать.

Я кивнул.

- И это объясняет, почему Фантом гнался за мной. Я ещё раньше почувствовал его присутствие, но решил, что почудилось. Полагаю, эта тварь – вроде гончей, выслеживающей одарённых.

Фамильяр озадаченно потёр краем крыла клюв.

- Возможно, ты прав, - сказал он. – Быть кучкой магов среди обычных людей, конечно, гораздо выгодней, чем быть одарёнными среди множества таких же. Вопрос – сколько таких охотников на себе подобных тут ошивается.

- Сейчас это сказать невозможно.

В этот момент я почувствовал знакомый озноб – словно кто-то, едва касаясь, провёл кончиками холодных пальцев вдоль спины.

- Он здесь, - сказал я, вставая.

- Кто?! – встрепенулся Вилли.

- Фантом! Я его чувствую.

- Уверен?

- Абсолютно!

- Дай мне минутку, хозяин! – фамильяр метнулся к приоткрытому окну, превращаясь в ворона. – Сейчас я найду этого выродка! От меня ему не скрыться!