Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 1

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Современный роман

Глава 1

2020г.

Дари ты щедро деньги,

Но сердце не дари.

*Альфред Хофман

- Нет, ты просто обязан признаться в своих чувствах! И лучше сделать это как можно быстрее. Иначе так и не решишься. Ведь завтра ты вернешься в Корею. Кто ждет тебя там? Если не признаешься сейчас, то потеряешь Эшли.

Джун сидел напротив друга, который из побуждений наставлял его, призывая к действию.

- Но согласится ли она поехать со мною в Сеул? - всегда решительный, Джун сейчас сомневался. - Или это будут отношения на расстоянии?

- Ты теряешь драгоценное время, - заметил Адам. - Два дня пролетят, как одно мгновение. Кажется, вы давно встречаетесь? Чувства взаимны. Послушай совета старшего, как вы называете старших в Корее? Ах, да, послушай совета оппы.

Услышав, как Адам произнес знакомое с детства слово, Джун невольно улыбнулся. Адам, конечно, перегнул, называя себя старшим. Разница в возрасте была всего в два месяца.

Но Джун уважал приятеля и был благодарен за поддержку. Этот рыжеволосый парень входил в число немногочисленных друзей и занимал там первое место.

Зная характер товарища, он дал вполне годный совет. Нет, Джун не трусил, но сердце сжималось в предчувствии чего-то нехорошего. Чем сильнее хотелось признаться, тем отчаянней протестовало тело, отказываясь подчиняться. Что, если в ответственный момент нападет ступор и он не сможет объясниться с девушкой?

- Сделаю это сегодня, - вздохнул Джун.

Довольный проделанной работой, Адам утвердительно кивнул. Но Джун не знал, что друг преследовал иную цель, а именно: открыть глаза влюбленному дуралею. Образ, который тот нарисовал в воображении, сильно отличался от настоящей Эшли, которую знали остальные сотрудники.

Адам подумал о девушке, внешне похожей на ангела - хрупкой, с длинными золотыми волосами и синими глазами, но невероятно амбициозной. Такая пойдет по головам, не гнушаясь ничем, ради своей выгоды и повышения.

Это было очевидно для всех, только не для влюбленного парня из Сеула. Яркая красавица с самого начала водила того за нос, одновременно встречаясь с директором...

Несмотря на сильный ливень, Эшли все же поехала в ресторан, где ее ожидали. Когда она вышла из машины, холодные капли тут же обрушились на голову. Чтобы не промокнуть насквозь, девушка поспешила к дверям и вошла в помещение. Послышалась тихая музыка, приглушенные голоса. В этот вечер было не многолюдно.

Эшли подумала о том, как сейчас выглядит. Наверное, как мокрая курица или бездомный котенок. Мысленно отругала себя за то, что забыла прихватить зонт, хотя знала прогноз погоды. Она привыкла выглядеть безупречно при любых обстоятельствах. И пусть Джун не был владельцем их компании, а рядовым служащим, хотелось держать марку даже при нем.

Услужливый администратор в черной медицинской маске, закрывавшей пол лица, поинтересовался, не желает ли мисс поужинать. На что ему сообщили, что девушку ждут. Один из официантов вызвался проводить ее до кабинета.

- Мисс, прошу, - сказал он и открыл дверь с витражными стеклами.

Голос прозвучал глухо. Казалось, что парень улыбнулся, но Эшли не могла знать наверняка, так как и это лицо было скрыто наполовину. Новые правила обязывали персонал надевать защитные маски. Корона, будь она неладна.

Как только дверь открылась, Эшли вошла в уютную комнату со стенами, обшитыми деревянными панелями. Интерьер соответствовал представлениям о Италии, кухню которой предлагали здесь. Реалистичная картина с видом на итальянский дворик занимала всю стену и сразу бросалась в глаза, от чего появлялась иллюзия присутствия там.

Свет от светильников был тусклым, но от этого обстановка казалась еще романтичней. За сервированным на две персоны столом сидел молодой человек, который при появлении Эшли тут же встал и помог девушке снять плащ. Повесил его на вешалку и отодвинул стул, приглашая тем самым присоединиться к нему.

Эшли мило улыбнулась и заняла предложенное место. Она взяла в руки меню.

- Я уже сделал заказ, - сказал Джун, наклонился и поцеловал ее в щеку.

Эшли не возражала, передавая полную инициативу в руки Джуна. Она всецело полагалась на вкус парня.

- Люблю итальянскую кухню, - сказала она.

- Я знаю, - Джун улыбнулся и протянул ей салфетки.

- Спасибо, - Эшли промокнула ими лицо. - Я попала под дождь.

- Прости, что не заехал за тобой, - извинился парень, которому стало неловко. - Твои волосы намокли.

Эшли подняла руки, собрала из волос хвост и ловко скрутила их в пучок. Джун смотрел на девушку и думал, какая она милая, даже без идеальной прически. Впервые в жизни он полюбил так, что готов был взять на себя всю ответственность за отношения и мечтал о будущем с любимой женщиной.

Эшли же была не против еще одного поклонника. Сильно льстило, что такой красавец сохнет по ней, но не более. Куда важнее было наличие у мужчины солидного счета в банке, возможностей и связей.

Темные волосы Джуна казались еще темнее. Карие, слегка раскосые глаза, пристально смотрели на нее. Девушка переместила взгляд на его губы и вспомнила о поцелуях. Синий пиджак, идеально подчеркивавший фигуру, был застегнут на все пуговицы. Белоснежная рубашка и черный галстук придавали парню деловой вид.

Да, это был уже не тот мальчишка, который явился в компанию два года назад. Но все же, он казался слишком молодым. Обычно Эшли предпочитала заводить знакомства с мужчинами старше себя, но Джун стал исключением. Возможно, она просто увлеклась слишком привлекательным азиатом. Но это ведь не означало, что чувства продлятся долго.

Размышления прервал тихий стук в дверь. Вошел официант с подносом, заставленным блюдами. На столе появилась паста с морепродуктами, тарелка с разными видами сыров, салат с рукколой, равиоли и цыпленок по-охотничьи. Дополнением ко всему великолепию служило вино, разлитое официантом по бокалам.

- Ох, чуть не забыл, - спохватился Джун и попросил принести то, что оставил у администратора.

Эшли гадала, что же это такое. Через пять минут принесли большой букет алых роз.

- Это тебе, - сказал Джун и вручил девушке цветы.

Эшли взяла букет и положила на свободный стул.

- Не стоило тратиться еще и на букет, - сказала она с улыбкой. - Но не скрою, мне приятно.

- Думал, что тебе это понравится, - просиял Джун.

В воздухе витало напряжение. Обычно словоохотливый, молодой человек сейчас больше молчал и смотрел на Эшли. И девушка чувствовала себя как на официальном приеме.

- Почему ты не ешь? - спросил Джун. - Давай, положу тебе на тарелку пасту?

Не дожидаясь ответа, парень встал, наполнил тарелку Эшли едой и сел на место.

- Ты приехала на такси? - спросил он, чтобы разрядить остановку.

- Нет, на машине, - ответила девушка, умалчивая, что подвез ее водитель начальника.

- Наверное, ты хорошо водишь, - Джун нахмурился. - Но не стоило приезжать самой, если собираешься пить алкоголь.

Эшли улыбнулась и взяла наполненный бокал.

- Не беспокойся, меня подбросили до ресторана.

- Отлично. Тогда обратно поедем вместе, - эти слова сопровождала ослепительная улыбка.

Эшли предполагала, что такого не случится, но предпочла промолчать. Зачем портить такую чудную атмосферу сейчас?

Вино немного расслабило скованность собеседников. Немного поговорив о работе, перешли к личным делам. Щеки Эшли раскраснелись, глаза блестели, она выглядела такой хорошенькой, что хотелось обнять и никуда не отпускать.

- Эшли, ты знаешь, почему я тебя сегодня пригласил? - Джун подумал, что это подходящий момент для признания.

- Нет, - ответила девушка. - Но было бы интересно послушать. Говори, я вся во внимании.

"Неужели хочет сделать предложение? Это было бы забавно", - думала Эшли, глядя на то, как молодой человек собирается с духом.

В кабинете звучала тихая музыка. Джаз, который любила Эшли. В бокалах темнело вино, от еды исходил аппетитный запах, а парфюм Джуна кружил голову. Молодой человек протянул руку и накрыл ладонь девушки.

- Эшли, мне нужно сказать нечто важное, - произнес он, глядя в синие глаза спутницы. - Мне позвонили из Кореи. Моя мать сильно больна, и я вынужден уехать из Англии.

Такого поворота событий девушка не ожидала. Все складывалось как нельзя лучше.

- Ты позвал меня, чтобы сказать, что уезжаешь? - спросила она ровным голосом.

Джун переменился в лице, опасаясь, что обидел девушку.

- Нет, не только, - поторопился он исправить ситуацию. - Я предлагаю поехать со мной.

Наступило молчание, нарушаемое лишь музыкой и треском свечи в подсвечнике.

- Поехать с тобой? - удивилась Эшли. - В качестве кого? Как ты это себе представляешь, Джун?

- В качестве моей девушки. Я люблю тебя, Эшли, - твердо сказал Джун и сжал ее пальцы.

- Бросить все и уйти из компании? Не для того я столько работала, чтобы остаться ни с чем. Когда в мире происходит такие тяжелые события, сложно оставаться без работы.

- Я рассказывал о своей семье, - напомнил молодой человек. - Моя мама возглавляет совет директоров компании, но сейчас больна.

- В это с трудом верится, - усмехнулась Эшли, подвергая сомнениям его рассказ. - Но даже если это правда, что будет, если с нею что-то случится? - прямо спросила Эшли.

Джун почувствовал, как сжалось сердце. Она не щадила его чувства и задела самое больное, слова Эшли ранили.

- Дядя займет ее место... Я не хочу думать об этом! Твои слова причиняют мне боль.

Эшли высвободила ладонь из руки влюбленного парня и произнесла:

- Извини, Джун, но я не поеду. Слишком многое поставлено на кон.

- О чем ты говоришь?

- Так, ни о чем, - ответила девушка. - Просто я не могу сейчас уехать. Ты хороший парень, но...

- Что - но? - Джун нахмурился, ожидая ответа. Эшли что-то недоговаривала.

- Тебе далеко до мистера Кларка.

Молодой человек сжал в руке нож и стиснул зубы. Так вот в чем дело...

- Какой же я дурак, - усмехнулся парень и бросил нож на стол. - Это из-за него ты задерживалась на работе? И частые командировки не были поездками по делам?

- У тебя нет права допрашивать меня, - Эшли капризно надула губки. - В конце концов, я не твоя девушка.

Джун стал еще мрачнее.

- Но я считал, что у нас отношения! - воскликнул он. - Думал, ты любишь меня.

- Люблю? - Эшли фыркнула. - Да, не скрою, мне нравились ухаживания симпатичного мальчишки. Но считать это отношениями? Не смеши меня.

Джун чувствовал, что ему становится тяжело дышать. Он потянулся к галстуку и ослабил узел.

- Я рассказал о тебе своей маме.

Эшли провела рукой по щеке, которая сейчас пылала, как от пощечины. Наверное, после выпитого вина.

- Зря ты поторопился, - произнесла она. - Мне жаль твою маму.

Взгляд Джуна на минуту стал отстраненным. И когда он заговорил, то казалось, все эмоции заперты глубоко внутри него. Но каждое слово будто вбивало гвоздь в уже раненое сердце:

- О человеке судят не по внешности, а по сердцу. Внешность, она как ракушка, пустая оболочка. Но истинная ценность заложена в самом человеке. Честность, искренность, доброта - это чистый жемчуг.

Эшли слушала его и не могла поверить, что это говорит молодой парень.

- Я помню, как мечтал всего добиться сам, без чьей-либо поддержки. Потому уехал учиться в Америку. Потом устроился работать в эту компанию, чтобы набраться опыта. Встретил тебя и решил, что это судьба. Но что такое судьба - определяем только мы. Что такое любовь - знаем только мы, что такое счастье - знаем только мы; что такое слезы - знаем только мы, как и - что такое конец...

Джун горько усмехнулся, взял в руки бокал и налил вина. Сделав глоток, поморщился и взглянул на Эшли.

- Я мечтал, что мы пойдем вместе, рука об руку, по дороге, устланной цветами. Что ты доверишься моему сердцу и мечте, она привела бы нас к счастью. И даже если бы нам стало тяжело, вместе можно преодолеть любые трудности. Но, как оказалось, тебе это не нужно. Как жаль, что из нас двоих любил я один.

Эшли покачала головой.

- Знаешь, в чем твоя проблема? Ты неисправимый романтик, а мне нужен реалист, твердо стоящий на ногах.

Эшли поднялась со стула и подошла к вешалке. В душе она надеялась, что Джун проявит галантность и поможет ей надеть плащ, который за это время успел высохнуть. Но парень не пошевелился, а просто молча наблюдал за ее действиями. Что ж, пусть так, ей уже все равно. Не нужно затягивать с прощанием.

- Вызвать такси? - бесцветным голосом спросил он.

- Не надо, обойдусь без твоей помощи, - с раздражением ответила Эшли и подошла к двери.

- Ты забыла цветы, - напомнил Джун.

Эшли обернулась и с сарказмом сказала:

- Спасибо, оставь их себе.

Девушка вышла из кабинета с гордо поднятой головой и с силой захлопнула дверь. Она уже не слышала, как вслед ей полетел злополучный букет, ударился о стену и упал на ковер.

Водитель давно уехал, потому такси пришлось вызывать, стоя в фойе. На девушку с любопытством оглядывались проходившие мимо официанты. Только сейчас Эшли поняла, что по щекам стекают слезы от досады и ущемленного самолюбия. Этому мальчишке удалось разозлить ее. Но ничего, она тоже приготовила прощальный подарок!

Такси приехало через десять минут. Эшли вышла из ресторана, села в машину и уехала. Ее нисколько не мучила совесть за то, что разбила сердце молодому человеку. Не волновало, в каком состоянии он находится после того, как его - по сути- бросили.

Заказав еще бутылку вина, Джун напился до чертиков. Голова раскалывалась, перед глазами все плыло, ноги еле держали. Официант, заметив это, сообщил администратору заведения. Посетителя, едва держащегося на ногах, попросили назвать адрес и вызвали такси.

Как Джун добрался домой, он плохо соображал. Дверь открыл ключом водитель, который пожалел бедолагу.

Оказавшись дома, парень закрыл дверь, сбросил в прихожей туфли, шатаясь, прошел в гостиную и упал на диван.

- Почему? - пробормотал он, не размыкая век. - Почему люди притворяются, чтобы их любили?

Джун уже не слышал, как на полу разрывается выпавший из пиджака телефон, который честный официант положил в карман горе-посетителю.

Проснулся Джун только к вечеру следующего дня. Голова трещала, как спелый орех. Да еще кто-то тарабанил в дверь. Парень с сожалением посмотрел на измятый костюм и поплелся открывать. Повернул ключ в замке и удивился, как не забыл запереться ночью. Наверное, сделал это по привычке.

- Ты почему на звонки не отвечаешь? - на пороге стоял Адам.

- Не кричи, голова болит, - простонал Джун и снял пиджак.

Адам быстро прошел в гостиную и осмотрелся по сторонам.

- Где твои чемоданы? - спросил он.

Джун с недоумением посмотрел на друга, а потом хлопнул себя по лбу.

- Черт, совсем забыл, - с ужасом произнес он.

Адам чувствовал, что случилось то, о чем он беспокоился.

- Билет! Где твой билет, Со Джун? - торопил он.

Но Джун просто стоял и смотрел на часы. Он опоздал.

- Я должен был находиться там два часа назад, - обреченно сообщил он и опустил голову.

- Что вчера произошло? Почему так напился? - не верил своим глазам Адам. - Вы с Эшли встречались? Или она не пришла?

- Встречались, - Джун прислонился к дверному косяку и внимательно посмотрел на друга. - Скажи честно: ты знал, что она встречается с мистером Кларком?

Парень понимал, что Джун сейчас очень зол. Одно неосторожно сказанное слово - и дружбе конец.

- Не пойми неправильно, но об этом сплетничают все в компании. И только ты ничего не замечал...

Джун тяжело вздохнул. Всего за несколько часов он потерял любимую и пережил обман лучшего друга. Как-то это слишком. Он прошел в комнату и сел в кресло. Адам остался стоять.

- Почему не сказал этого раньше? Еще друг называется. Я выглядел перед Эшли полным идиотом.

- А разве бы ты поверил? - с усмешкой произнес тот. - Знаешь, какие слухи ходят?

- Не желаю слышать, - с безразличием ответил Джун.

- Нет, ты послушай! - вспылил Адам, садясь на диван. - Уютненько тут у тебя... Извини, отвлекся. Так о чем я? Ах, да, мистер Кларк хочет отдать Эшли твой проект и сделать ее своим заместителем.

Джун побледнел, но ни один мускул не дрогнул.

- Это мой проект, - твердо сказал он. - И никто не в праве заканчивать работу вместо меня.

Адам посмотрел на друга, как на слабоумного.

- Очнись, Со Джун, в каком ромашковом мире ты живешь? Думаешь, здесь все, как в сказке? Все по закону и справедливости? Тебя предали...

- Знаю...

- Давай поедем в аэропорт и попробуем поменять билет. Вставай, собирай вещи.

- Спасибо, но я сам, - Джун встал и направился на кухню, чтобы налить воды.

Адам спросил, где чемодан, чтобы помочь, но Джун вернулся и попросил оставить его одного.

- Уходи, Адам, - сказал молодой человек. - Я не в настроении.

- Почему? Срываешь на мне зло? - парень усмехнулся.

- Ты знал, но даже не намекнул, - повторил Джун ранее сказанное. - Долго потешались надо мною с друзьями?

Адам махнул рукой и подошел к двери. На пороге обернулся и сказал:

- Советую спуститься с небес на землю. Эшли не та, кто тебе нужен. Поверь, я желаю тебе только добра.

- Я не нуждаюсь в твоих советах. Не забудь закрыть за собой дверь.

Грохот захлопнувшейся двери послужил оповещением, что Джун остался в квартире один. Молодой человек достал из ящика стола билет и позвонил в аэропорт в надежде, что удастся обменять билет или заказать новый. Но ему сообщили, что ближайший рейс будет только через неделю.

- Может, сделаете исключение? - надежда таяла, как первый снег.

- Увы, ничем не можем помочь, - произнес приятный женский голос. - Всего доброго, мистер Кан.

Джун не знал, что еще можно сделать в этой ситуации. Сидеть в пустой квартире целую неделю он не хотел. Возможно, следовало пойти на работу и поговорить с начальством. Что он и сделал на следующий день.

Директора на месте не оказалось, как и Эшли. Адам встретился взглядом с Джуном, но ничего не сказал. Однако, когда тот собрался уходить, обронил вскользь:

- Он только что ушел, за несколько минут до твоего прихода. Может, успеешь увидеть мистера Кларка.

Джун лишь кивнул, как бы благодаря за полезную информацию, и поспешил на первый этаж. Не увидев знакомой машины у входа, молодой человек отправился на парковку, но вскоре пожалел об этом. То, что он увидел, не шло ни в какое сравнение со всем сказанным Эшли ранее. Мистер Кларк обнимал его любимую девушку за талию. И да, они целовались. Прямо на парковке, не опасаясь любопытных взглядов и осуждений.

Тут Эшли отстранилась от директора и звонко рассмеялась. Джун почувствовал, как по спине пробежала волна озноба.

Директор был не молод, но довольно симпатичен, а главное холост. Тонкие черты лица, острый подбородок, прямой нос и плотно сжатые губы выдавали в нем личность с твердым характером. Этот прекрасно одетый мужчина обладал хорошими манерами и качествами, присущими холодному и расчетливому человеку, что угадывалось во взгляде серых глаз. И взглядом этим он будто проникал в самое сердце.

Широкие плечи под сшитым на заказ пиджаком, дорогие итальянские туфли ручной работы. Не сложно было догадаться, почему Эшли растаяла и выбрала его.

Джун, не отрываясь наблюдал за парой. Мистер Кларк и девушка сели в дорогой автомобиль и уехали. Молодого человека, стоявшего среди машин, даже не заметили.

- Не от того ли, что ты слишком неприметная личность, - губы Джуна искривила усмешка.

Он хотел подарить свое сердце ветреной красавице, но получил жестокий урок. Поначалу эта любовь казалась подарком небес и сделала его счастливым на несколько месяцев. Но все оказалось иллюзией.

Как чувствует себя человек, сердце которого разбито? И не глупо ли было мечтать о такой, как Эшли?

Об этом размышлял Джун, возвращаясь домой через два часа. Он оставил заявление об уходе, которое сразу было принято. В компании его больше ничто не держало. Проект, над которым он работал, отдали Эшли.

Молодой человек приобрел билет до Сеула и ожидал дня, когда сможет покинуть этот город. Но тут произошло то, чего никто не ожидал: страны закрыли границы. Никакие доводы, никакие мольбы не трогали сотрудников аэропорта.

- Что мне делать? - Джун был в отчаянии. - Я не смогу улететь домой. Мама больна, а я нахожусь далеко.

Адам мрачно смотрел на друга, сидевшего напротив него, в скромной квартирке, обставленной старой мебелью. Джун скривился, готовый выслушать все, что тот скажет, так как успел проконсультироваться со всеми знакомыми юристами.

- Что ты предлагаешь? - снова задал он вопрос.

- Просто отдохни.

- Отдохнуть? Прости, от чего мне отдыхать? - вспылил Джун.

- Границы закрыты, из компании ты уволился. С девушкой расстался.

Увидев, что Джун помрачнел, Адам поправился:

- Извини, что напомнил.

- Ничего, я просто тридцать три ходящих несчастья.

- В этом нет твоей вины, - философски заметил товарищ. - У всех бывает полоса неудач. Жизнь ведь такая, как зебра - полоса черная, полоса белая.

- Знаю, слышал уже, - отмахнулся Джун.

- Раз знаешь, то перестань накручивать себя. Займись тем, что интересно лично тебе.

- Я не знаю, как долго границы будут закрыты. По-твоему, я должен все это время посвятить себе?

Почти неделю его донимал родственник с звонками из Сеула. Он просил приехать, так как матери стало хуже. Джун всем сердцем стремился к ней, но обстоятельства были против.

Через две недели, посреди ночи молодого человека разбудил звонок.

- Твоей мамы больше нет, - произнес дядя. - Прости, что вынужден сообщить такое печальное известие. Знай, что до самого последнего она боролась и мечтала увидеть тебя... Со Джун, ты слышишь меня? Кан Со Джун!

Но племянник не слышал его слов. Телефон выпал из рук на пол, продолжая светиться. Беда не приходит одна, кажется, так говорят? Череда несчастий не желала покидать его.

- Пытаетесь добить меня? - Джун посмотрел наверх и сжал кулаки. - Отлично, дайте мне еще больше трудностей и испытаний! Я пройду их. Что будет следующим?

Глава 2

Глава 2

Не пытайся закрыть все небо ладонью.

(Корейская поговорка)

Пять месяцев спустя

Джун получил свой чемодан и покинул здание аэропорта. Наконец-то он вернулся в родной Сеул. Даже не верилось, что все закончилось.

Парень остановился у желтого автомобиля и постучал в окно. Казалось, водитель дремал, но стекло быстро опустилось. Мужчина без тени смущения разглядывал парня, который его потревожил.

Джун уже успел отвыкнуть от такого пристального внимания и бесцеремонности. Взгляд таксиста был оценивающим. Молодой человек почувствовал себя рыбой на рынке, к которой прицениваются, рассматривают и решают, стоит ли покупка запрошенных денег?

К машине приближался еще один парень в очках и занял выжидательную позицию. Но, судя по умилительной улыбке, которой одарили Джуна, он одержал победу в своеобразной борьбе за возможность с комфортом добраться до Сеула.

Таксист выбрался из машины, помог уложить чемодан в багажник и поклонился. Джун сделал то же самое. Да, он узнает Корею с ее скрытым вежливостью лицемерием.

Джун сел в такси, захлопнул дверцу и назвал адрес. На стекло упала капля, затем еще одна. Начинался дождь. Парень в очках поднял голову и посмотрел на небо, потом поежился и отошел в сторону. Как назло, других такси поблизости не наблюдалось. Джуну стало жаль бедолагу, что промокнет под дождем. Он опустил стекло и спросил:

- Куда ты едешь?

Парень сильно удивился, но ответил:

- В Сеул.

- Какое совпадение. Не хочешь поехать вместе со мной?

Таксист был не очень доволен такой идеей, но поддался искушению больше заработать. Нехотя, он снова вылез из машины и положил второй чемодан в багажник. Хорошо, что маска скрывала половину лица и молодые люди не видели выражения на нем.

Автомобиль тронулся с места и покатил по мокрому асфальту. За окнами моросил дождь, и капли стекали по стеклам, оставляя за собой мокрые полосы, а позади расплывалось здание аэропорта.

Таксист включил дворники, потому к музыке, звучавшей в салоне, добавился тихий скрип.

Парень, сидевший рядом с Джуном, снял очки и протер стекла платком. Затем снова надел их и посмотрел на спутника.

- Спасибо, что предложил поехать с вами, - сказал он, немного смущаясь.

- Не стоит благодарности, - Джун не считал, что совершил героический поступок. - Мы ведь корейцы, значит, должны помогать друг другу. Кстати, меня зовут Со Джун.

- Джи Юн, - представился парень в очках.

- Рад знакомству.

- Взаимно, - ответил тот.

Глядя на сузившиеся под линзами очков глаза, Джун предположил, что тот улыбнулся. Маска, скрывавшая лицо, мешала видеть эмоции собеседника.

Между парнями завязалась непринужденная беседа, из которой стало понятно, что Джи Юн - молодой специалист в сфере программирования, который, как и Джун, вынужден был вернуться на Родину. Какое будущее ожидало того, кто несколько лет провел в другой стране и выпал из реальности?

Но то же самое можно было сказать и о Джуне. Итак, сегодня встретились два отщепенца общества, рано покинувших дом и отправившихся далеко, в поисках самих себя. В итоге оба получили ни с чем не сравнимый опыт.

Джи Юн, поначалу смущавшийся, раскрылся как интересная личность и хороший собеседник. Выяснилось, что в школе он усердно учился, но терпел насмешки сверстников из-за больших очков. Хотя все знали об этой проблеме, никто не спешил заступиться за мальчика. И тот загорелся мечтой уехать в другую страну, где люди меньше обращают внимание на внешность, но больше ценят знания.

- К сожалению, у нас отдают предпочтение красивым, - вздохнул парень. - Но мне не понятно, почему уехал ты?

Джун рассказал, как отправился в Англию учиться, набираться опыта, но умолчал о неудачной первой любви. Имя той, которую он любил всей душой, решил стереть из памяти навсегда.

- Чем планируешь заняться? - спросил Джун попутчика.

Тот, не задумываясь, ответил:

- Поисками работы, конечно. А ты?

- Для начала надо навестить ближайшего родственника...

В голове строились планы, но как претворить их в жизнь? Увы, не для всех путь устлан розами. Некоторым приходится прокладывать его сквозь тернии. Парня не страшили трудности, он не привык отступать.

Таким же оказался и Джи Юн. Где-то робкий и стеснительный, но искренний и открытый человек, что было редкостью для жителей Сеула. Возможно, сказалось то, что его обижали в детстве. А может, отъезд из родной страны не дал очерстветь сердцу.

Как бы то ни было, Джун подумал, что компании пригодились бы такие люди, как его новый знакомый. Потому молодые люди обменялись контактами, чтобы не потеряться в большом городе.

Таксист изредка поглядывал в зеркало и качал головой. Похоже, эти двое нашли общий язык, да еще и сдружились. И все равно, чувствовалась между ними разница. От парня в костюме веяло уверенностью, да и весь внешний вид говорил о том, что семья его не испытывала материальных трудностей. Тот же, что носил очки, был попроще.

Мужчина усмехнулся, порадовавшись своей наблюдательности. Чутье никогда не подводило его.

Первым на место прибыл Джи Юн. Он выбрался из машины, расплатился с таксистом, забрал чемодан и пожелал Джуну доброго пути. Высокий, худой, в длинной джинсовой рубашке, которая висела на нем, как на вешалке, он походил на цаплю.

Джун поймал себя на мысли, что обернулся и тоже помахал рукой на прощание. На минуту даже стало как-то неуютно и одиноко. Но к одиночеству тоже придется привыкать.

Такси остановилось в районе Каннама. Джун вышел из машины, достал чемодан, дал деньги таксисту, не думая, что тот запросил больше, чем вначале. Конечно, разве мог алчный мужчина взять меньше, если парень оказался счастливчиком, проживавшим в одном из самых дорогих районов Сеула?

Молодой человек, должно быть, родился с золотой ложкой во рту. А такие денег не считают. Без угрызений совести он забрал причитающееся, пожелал всего доброго и уехал.

Джун промокнул лицо платком и поправил маску. С реки Ханган дул прохладный ветерок, за что он вознес благодарственные слова небесам.

Вдохнуть воздух родного города мешала маска. Нет, он не жаловался. Из-за близкого соседства с Китаем жители города и раньше надевали маски, когда в воздухе было много пыли. Сейчас же лица всех прохожих скрывались под белыми и черными прямоугольниками.

Со Джун слишком устал после перелета, потому не стал разглядывать рекламные щиты, которых стало еще больше за время его отсутствия, а пересек дорогу и направился к высотке.

Во дворе не было никого, кроме охранника, следившего за шлагбаумом. Увидев молодого человека с чемоданом, он поинтересовался, куда тот идет. Но после того, как ему показали паспорт, обрадовался и закивал головой.

- Сабоним Кан, извините, не узнал, - поклонился он. - Давненько вас не было. Добро пожаловать домой. Да, добро пожаловать, - повторил мужчина, пряча в карман небольшую купюру.

Колеса чемодана издавали звук, что могло помешать жителям дома. За такое соседи по голове не погладят. Но и тащить на весу тяжесть было неудобно. Потому Джун поторопился к своему подъезду, набрал заученные цифры на кодовом замке и, спустя минуту стоял возле лифта.

После нажатия на кнопку загорелась единица и двери разъехались в стороны, будто коварный зверь приглашал забраться в пасть, чтобы поглотить не слишком осторожного человека.

Сколько таких случаев описывалось в газетах и на страницах в интернете. Под громкими заголовками рассказывались душещипательные истории, где пассажиры застревали на верхних этажах почти на целый день. А некоторые падали в шахту вместе с непомерно тяжелой кабиной. После всех этих баек и городских легенд можно было (нет, нужно было!) отказаться от сомнительных удобств.

Но Джун не страдал клаустрофобией, а еще верил, что случится только так, как на роду написано. А потому не стал отказывать себе в удовольствии подняться на десятый этаж не пешком, а в зеркальной кабине.

Теперь с трех сторон его окружали отражения, от чего казалось, что в лифте едут близнецы. Джун усмехнулся от этой мысли. Он с детства мечтал о братьях и сестрах, но желание не исполнилось. Тяжелая обязанность быть единственным ребенком в семье, когда на тебя возлагаются большие надежды и не с кем разделить это бремя.

И снова мысли о маме. Будь у нее еще один ребенок, не пришлось бы оставаться одной в тот тяжелый час...

Лифт остановился, выпустил пленника наружу и снова поехал вниз. Молодой человек взялся за ручку чемодана, подошел к двери, находившейся на площадке справа, открыл замок ключом и вошел в квартиру. Запах тут был спертым из-за долго закрытых окон.

Джун поставил чемодан, снял маску и быстрым шагом направился к балкону, чтобы распахнуть дверь. В комнату сразу ворвался свежий воздух, от его потока взметнулись занавески и зазвенели серебряные трубочки "музыки ветра".

Наконец-то он дома. Однако большой радости Джун не испытывал. Он прошелся по комнатам, оценивая их состояние. Кто-то нанял людей из клининговой компании, это сразу было видно.

На кухне тоже царила идеальная чистота, как в самом помещении, так и на полках шкафов и в холодильнике, который он сразу подключил. Не беда, еду можно заказать, а потом сделать закупки в ближайшем супермаркете.

Молодой человек забрал чемодан из прихожей, раскрыл его и достал документы, чтобы убрать их в ящик стола. Но сначала он хотел смыть с себя дорожную пыль.

Джун достал из шифоньера чистую одежду, полотенце и зашел в ванную. Там долго, с наслаждением, мылся, нежась под теплыми струями воды. Вместе с нею уходили напряжение и усталость.

Облачившись в белоснежную футболку и легкие штаны, он вышел из ванной и поискал свой телефон в кармане пиджака. Надо было вставить другой номер, подключенный к сети в Корее. Другого телефона в доме не было, так как Джун не пользовался им. Что касалось интернета, то придется его оплатить.

Номер лежал в небольшой коробке, стоявшей на письменном столе. Нехитрым способом один крошечный прямоугольник заменил другой, а после нажатия кнопки экран моргнул и засветился. Через две минуты на него обрушился шквал сообщений. Большая часть оказалась от друзей, с которыми Джун давно не общался, несколько пришло от дяди. И два - от мамы. Снова защемило сердце.

Сев на диван, Джун открыл почту и стал читать. Мама писала тогда, когда еще могла держать в руках телефон.

"Сынок, верь, что все наладится и ты сможешь через это пройти. Жизнь может быть сложной, все мы сталкиваемся с моментами сомнений и трудностей. Помни, даже в самые мрачные времена всегда есть надежда и свет, которые ждут своего открытия.

Ты сильнее, чем думаешь, и твоя смелость и стойкость помогут пройти через это. Верь в себя, делай шаг за шагом и знай, что впереди еще более светлые дни. Ты не одинок, и путешествие твое ценно и важно. Продолжай двигаться вперед и никогда не забывай, что у тебя есть силы преодолеть любое препятствие".

Затаив дыхание, молодой человек приступил к чтению второго послания:

"Мой дорогой сын. Если читаешь эти строки, то знай, что я всегда рядом. Что бы ни случилось - закрой глаза и представь, что я нахожусь возле тебя. Не грусти, жизнь прекрасна, хоть порою кажется несправедливой.

Чувствую, что скоро уйду к твоему отцу, но ни о чем не сожалею. Я уйду счастливой, ведь у меня есть ты, дорогой. Надеюсь, ты не станешь долго грустить и страдать, ведь я не люблю, когда ты плачешь. Будь счастлив, мой Со Джун. Уверена, ты достигнешь в жизни таких высот, о которых мечтал. Встретишь девушку, создашь семью. Жалею лишь об одном, что не увижу внуков. Но я буду смотреть на вас с небес и радоваться, что ты счастлив.

С любовью, мама."

Перечитав письмо еще около трех раз, Джун выучил его наизусть. Мама не хотела, чтобы он плакал. Но как тут можно было сохранить самообладание, когда читаешь такие слова?

Парень разрыдался, глядя на красивое лицо матери, смотревшей на него с заставки на телефоне.

- Прости меня, мама, что не смог приехать. Ты так ждала, а я в это время упивался болью от расставания с девушкой. И вот, ни девушки, ни тебя...

Что сказала бы мама на эти слова? Вероятно, обняла бы сына и попросила вытереть слезы.

Джун медленно поднялся с дивана и пошел на кухню, чтобы еще раз посмотреть запасы. Хотелось чего-нибудь горячего и крепкого. В идеале кофе, но и на чашку чая был согласен.

Хорошо, что дядя оплатил коммунальные услуги, и в квартире горел свет, шла вода. Но с продуктами дело обстояло плохо. Парень пожалел, что не предупредил родственника о возвращении. Нет, он не думал устроить из этого грандиозный сюрприз. Просто хотел побыть один, наедине с мыслями. Но даже не подумал о том, что в холодильнике мышь повесилась. А еще пустые полки навевали уныние.

Проверив еще раз шкафчик для хранения круп, он отыскал банку начатого растворимого кофе, чудом завалявшуюся среди склянок со специями. Срок оказался вполне годным. Что касалось остального, то кроме сахара ничего не нашлось.

Джун подумал о том, что номер телефона могли закрыть. Но оказалось, что дядя, а вернее - его секретарь, и об этом позаботился. Удивительно, как мало человеку надо для счастья. В душе парень поблагодарил родственника за такую заботу и внимание. Теперь заказать что-нибудь съестное не составляло труда.

Отыскав в приложении телефона номер ближайшего кафе, Со Джун позвонил и спросил, есть ли у них рис, куриные ножки, пицца и рамен? Приятный женский голос назвал все, что было в меню и пообещал, что заказ доставят минут за сорок.

Молодой человек достал из чехла ноутбук и поставил на зарядку. А потом пошел на кухню и поставил греться чайник. Черный обжигающий напиток он научился пить в Англии, так как в Корее обычно делали очень крепкий кофе,добавляли лед и пили холодным.

Спустя несколько минут горячий напиток разлился приятным теплом. На душе стало спокойно, будто ангел укрыл своими крыльями.

От мыслей оторвал звонок. Курьер спрашивал код от входных дверей. Джун назвал цифры, положил телефон на стол и посмотрел в окно, за которым открывался вид на улицу с ее пестреющими вывесками. Солнце садилось, окрашивая серое небо лиловыми и розовыми красками. Скорее всего, завтра ожидается ветер...

Тихий стук заставил Джуна выйти в коридор. Он достал деньги из кармана висевшего на вешалке пиджака и открыл дверь. Худощавый нескладный парнишка, одетый в черные брюки и белую рубашку с эмблемой кафе, держал в руках коробку с пиццей, пакеты с упаковкой риса, курицей, пачками острой лапши и несколько банок с холодными напитками. Он протянул пакеты молодому человеку и взял деньги.

Взгляд невольно скользнул по руке заказчика: на предплечье виднелась татуировка с изображением тигра в короне. Джун нисколько не смутился, а только улыбнулся и поблагодарил за доставку. Курьер поклонился и быстро ретировался, мысленно ругая себя за любопытство.

Джун же закрыл дверь и понес пакеты в гостиную. Разложил все на столе, а сам сел на ковер. Он уже забыл о таком, прожив некоторое время заграницей. Но во многих домах Кореи ели за низкими столами, сидя на полу. Придется привыкать.

На вкус еда оказалась сладковатой и сильно острой. Все дело было в соли, у которой от свойств осталось одно название. Зная об этом, стоило привезти с собой хоть одну пачку настоящей соли.

Насладиться вкусом еды не вышло. Как только все сообщения достигли адресата, телефон буквально раскалился от звонков. Джуна не оставляли в покое до позднего вечера. Друзья и знакомые желали как можно скорее встретиться с ним. На все предложения пришлось отвечать отказом, ссылаясь на усталость. Первый день после приезда - не лучшее время для встреч. К тому же, Джун думал о том, что нужно поехать на могилу матери. С этого начнется новая страница его жизни.

Закончив есть, парень отнес оставшуюся пиццу и курицу на кухню и положил все в холодильник. Затем вернулся в комнату, закрыл балконную дверь и включил кондиционер. Влажность, стоявшая в воздухе, мешала дышать, одежда липла к телу.

Он хотел проверить ноутбук, но замер на месте, когда увидел бабочку. Красивый желтый мотылек кружил близко от его лица в завораживающем танце. Джун машинально вытянул руку вперед и, к его удивлению, бабочка села на нее. Затаив дыхание, он смотрел на это чудо, боясь пошевелиться, чтобы не вспугнуть.

Тут бабочка взмахнула крылышками, взлетела вверх, сделала круг над его головой и полетела к окну. Лучшим решением было выпустить легкокрылую красавицу. Как вообще она оказалась в квартире? Должно быть, залетела в открытую дверь.

В детстве Со Джун слышал от старших, что душа ушедшего в мир иной может проявиться в виде мотылька. Суеверным он не был, но так хотелось верить, что это мама почтила дом своим присутствием.

За окном стало темно, но зажглись огни вывесок магазинов, рекламные щиты показывали модные новинки индустрии красоты. Город оживал.

Мама не любила этот район Сеула из-за шума и суеты. Как она была права, когда советовала выбрать квартиру в другой части города.

На столе завибрировал телефон и высветилось имя дяди.

- Добрый вечер, уэсамчхон, - первым поздоровался племянник.

- Ты уже дома? Почему не сообщил о том, что прилетаешь сегодня? - сердился мужчина.

- Но ведь вам уже доложили, что я приехал, - Джун не переставал удивляться его осведомленности. - Хотел поблагодарить за оплаченные счета.

- Принимаю благодарность. Кто бы это сделал, кроме меня? Когда ты собирался сообщить о приезде? Мы давно не виделись.

- Я хотел позвонить завтра, - смутился Джун.

- Ты поел? - спросил дядя. - Это не простая любезность. Знаю, что твой холодильник пуст.

- Я заказал еду, не беспокойтесь, - ответил племянник.

- Хорошо, сегодня отдыхай, но завтра надо встретиться. Зайдешь к нам домой?

Джун на минуту задумался, а потом ответил:

- Я бы хотел поехать на кладбище, чтобы увидеть поклониться могиле мамы.

- Совсем забыл наши обычаи, - вздохнул дядя. - Мы сможем поехать туда только через месяц, в чусок. Выспись, а завтра я жду тебя в своем доме.

Дядя с племянником попрощались до завтра. У каждого накопилось много невысказанного. И следующий день должен был положить новое начало во взаимоотношениях родственников.

Джун больше не был тем подростком, который рано выпорхнул из родительского гнезда и жил так, как велело сердце. В корейском обществе царила иерархия, и младший обязан был подчиняться воле старших.

Потому дядя решил всерьез взяться за племянника. Он с самого начала не был в восторге от идеи сестры отправить сына заграницу. Но судьба распорядилась так, что племянник теперь остался совсем один...

На душе у Джуна была тяжесть. Ждать еще целый месяц. Но если таковы обычаи, с дядей не поспоришь. Сейчас он - старший в семье, а слово старшего - негласный закон, который обязаны соблюдать остальные.

Молодой человек отключил компьютер, даже не проверив почту. Оплаченный интернет стал приятным сюрпризом в дополнение ко всему прочему. Но за день Джун сильно устал, к тому же, давала о себе знать старая травма - нога болела на погоду.

Хотелось забыть об этом и никогда не вспоминать. Травма, которая поставила крест на его спортивном будущем. Именно поэтому Джун решил уехать из Кореи и учиться в другой стране.

Видя переживания сына, мать поддержала его, хоть дядя не одобрял эту мысль и говорил, что молодежь в Европе не такая, как в Корее и опасался дурного влияния.

Этого не случилось. Со Джуна не интересовали злачные места Лондона. Он действительно с головой ушел в учебу, а затем в работу. И, если бы не внезапная болезнь матери, то продолжал бы работать там. Увы, его планы рухнули подобно карточному домику. Казалось, судьба снова и снова подбрасывала новые испытания, чтобы узнать, справится он или нет.

С невеселыми мыслями молодой человек отправился спать и видел себя этой ночью снова маленьким, в объятиях мамы.

* * *

Проснулся Джун поздно. Умылся, разогрел в микроволновке пиццу и поел, запивая ее крепким кофе. Он выключил кондиционер, так как в комнате было прохладно и включил ноутбук.

Все, чему он обучался, живя в Лондоне и над чем работал, хранилось в файлах. Он настолько погрузился в старые записи, что не заметил, как наступил вечер. Дядя позвонил и предупредил, что пришлет машину, и попросил поторопиться.

Джун собрался менее, чем за полчаса, а возле дома уже стояла машина. Водитель вежливо поздоровался, когда молодой человек сел в черный BMV и пристегнул ремень безопасности.

Дом дяди находился в тихом районе Сеула и добираться до него пришлось около часа. По мере того, как они подъезжали, вокруг становилось зеленее, а автомобили встречались на дороге все реже. Вскоре показался двухэтажный дом за высокой оградой. Машина остановилась у ворот.

Джуна уже ждали, так как двери дома открылись и на пороге появился мужчина лет пятидесяти. Он открыл ворота, поклонился приехавшим и попросил гостя следовать за ним.

Водитель же сел в машину и поехал к гаражу. Джуна обуяли противоречивые чувства.

К дому вела дорожка, выложенная округлыми камнями. Шелестели листвой растущие вокруг деревья. Перед домом зажглись фонари, в свете которых кружили мотыльки. В окнах тоже горел свет, слышались голоса. Джун поднялся по ступеням и вошел в дом вслед за провожатым.

Приятный аромат сразу окутал его, так пахнут цитрусовые. На полу, выложенном мозаикой, стояли высокие вазы, расписанные пышными пионами. На стенах висели картины с японскими сюжетами. На второй этаж вела длинная лестница. Джун на минуту остановился. Мужчина, сопровождавший его, ушел, а через минуту в холл выбежала девочка лет семи. Она с интересом смотрела на гостя.

- Наён, поздоровайся с Со Джуном, - сказала красивая женщина в легком платье, с идеальной прической, которая встала напротив молодого человека и улыбнулась.

- Добрый вечер, уэсуньмо, - гость поклонился. - Наён, как же ты выросла! Помню тебя совсем крошкой.

- А я не помню, - отозвалась девочка.

Джун улыбнулся: малышка показывала характер и была настроена немного враждебно по отношению к гостю.

- Рада, что ты вернулся в Сеул, - сказала жена дяди. - Ты поел?

Зная, что этот вопрос задают вместо традиционного в других странах "как дела?", Джун ответил, что ужасно голоден.

Тут послышались шаги, и на лестнице появился дядя. Мужчина был еще довольно молод, но выглядел строгим и солидным.

- Так-так, наконец-то ты явился, - громко сказал он, спускаясь по ступеням.

Со Джун склонился в традиционном поклоне и поздоровался:

- Добрый вечер, уэсамчхон.

- Ты подрос, возмужал, - отозвался дядя. - Уверен, что еще не ужинал. Я прав?

Племянник улыбнулся и кивнул.

- Тогда пойдем, поедим. Стол уже накрыт. По такому случаю я раньше уехал с работы.

Мужчина прошел вперед, за ним шли жена и девочка, которая приходилась Джуну двоюродной сестрой. В дверях она обернулась и с вызовом посмотрела на кузена. Придется постараться, чтобы завоевать расположение ребенка. В следующий раз он принесет подарок. Интересно, что бы хотела получить маленькая девочка?

Обувь все сняли у входа в комнату, где стоял длинный деревянный стол, уставленный блюдами. Девушка в темном платье принесла кувшин с розовым напитком и поставила его на стол. Сесть пришлось на подушки, лежавшие на ковре.

- Не стесняйся, тут все свои, - приободрил дядя, видя смущение племянника. - Может, положишь нам еды, как полагается младшему члену семьи?

- Да, конечно, - сказал Джун.

Сориентироваться за минуту было тяжело, блюда на столе сбивали с толку. Рис, жаренная говядина под сладким соусом, лапша, острый салат из овощей с добавлением креветок, токпоки и еще много мисочек с различными закусками и соусами. Дядя наблюдал за племянником и одобрительно кивал.

- Это тебе не Лондон, - довольно хмыкнул он. - Разве там понимают, что такое настоящее застолье в кругу семьи? Едят свою овсянку на завтрак. То ли дело - собраться вот так, поесть говядины или свинины, отведать вкуснейшее кичхи.

- Дорогой, у них другие традиции, - жена улыбнулась и ласково посмотрела на мужа. - Уверена, Джун взял от них только хорошее.

Все сидевшие за столом ели металлическими палочками. Джун давно не пробовал такого вкусного кимчхи, как готовила мама...

Наён ловко орудовала палочками и украдкой поглядывала на гостя. Красивый, вежливый, но жутко неуклюжий. Она и то лучше справилась бы с подачей.

Джун почувствовал на себе взгляд и, заметив Наён, улыбнулся.

- Что уставился? - спросила девочка, нахмурившись.

- Дочь, нельзя так грубить старшим. Это сын твоей тети, зови его оппа.

- Так это его мы столько ждали? - она с удивлением перевела взгляд на отца.

За столом повисла неловкая пауза. Мать решила сгладить острые углы и ответила на вопрос:

- Со Джун смог вернуться, и это главное.

- Но так нечестно! Почему он не приехал тогда? - не унималась девочка, чувствуя обиду за тетю.

Отец нахмурился.

- Наён, перестань сейчас же. Это дела взрослых.

Девочка насупилась и замолчала.

- Вижу, как тебе тяжело слышать подобное, - сказала женщина. - Прости Наён, она еще ребенок.

- Я не обижаюсь. Тем более, сестренка права, - вздохнул парень.

Супруги переглянулись. Надо было перевести разговор в другое русло.

- Чем ты хочешь заняться в ближайшее время? - спросила мать Наён, беря инициативу в руки.

- Встречусь с друзьями, съезжу в Пусан.

Дядя слушал о планах племянника и думал, что тому и вправду не помешает развеяться.

- Договорились, - заключил дядя. - Даю тебе две недели на отдых. А потом зачислю в штат сотрудников компании. Начнешь с самых низов, чтобы знать, как все устроено. Надеюсь, ты не станешь возражать.

Мужчина выжидающе смотрел на парня, но тот не думал сопротивляться решению старшего.

- Я сам думал об этом, - сказал Джун. - То, чему я учился в Великобритании, не связано с концепцией нашей компании. Чтобы руководить ею, нужно изучить дело.

- А ты смышленый, - дядя был доволен ответом. - Останься ты тогда в Корее, занимал бы сейчас хорошую должность.

- У него все еще впереди, ёбо, - сказала супруга. - Для двадцати шести лет твой чокха многое успел сделать.

- У мужчины должны быть амбиции, - возразил муж. - Ты же знаешь, Со Джун унаследует компанию. Самое время начать вникать в процесс.

- Не беспокойтесь, дядя, я не доставлю вам неприятностей, - Джун встал и поклонился.

Наён фыркнула. Как можно обещать то, в чем не уверен? Даже она, любимая дочь, порою доставляла родителям огорчения.

Когда на стол поставили соджу, Наён отправили в детскую. Джуну снова выпала честь поухаживать за взрослыми. Рисовую водку полагалось наливать в маленькую стопку, держа бутылку двумя руками. И пить при старших полагалось, отвернувшись в сторону. Того требовали обычаи.

Супруга пожелала мужчинам доброй ночи и пошла к Наён. Дядя и племянник остались в столовой. Джун чувствовал, как затекли ноги, но не решался встать из-за стола, чтобы не выказать непочтение.

Дядя выглядел заметно повеселевшим и умиротворенным. То, что в Корее принято пить много соджу, было известно с детства. А корпоративы, на которых обязаны были ходить сотрудники и пить с начальством для сплочения коллектива, являлись обыденностью. И то, что некоторые совсем не умели пить, никого не волновало. Так трудолюбивые граждане снимали стресс.

- Скажи, а что там за история с девушкой? - спросил дядя, заметно захмелев. - Кажется, ты хотел нас познакомить?

Джун нахмурился, не хотелось сейчас думать о той, которая разбила ему сердце.

- По лицу вижу, что ничего не вышло.

- Она выбрала начальника, - ответил племянник, наливая соджу.

- Ххх, она крупно просчиталась, - усмехнулся дядя. - Но это к лучшему. Ничего, скоро ты станешь самым завидным женихом Сеула, как тебе такая мысль? Тогда мы подберем лучшую партию для брака.

Джун повернулся в сторону, выпил содержимое стопки и покачал головой.

- Я не задумываюсь сейчас о женитьбе, дядя. Хочу поработать немного и во всем разобраться.

- Тоже правильно, одобряю. Но поразмысли над моими словами.

Со Джун же подумал, что еще не скоро сможет заставить себя с кем-либо встречаться. Слишком живо было воспоминание о том вечере, разрушившем его жизнь.

Глава 3

Глава 3

Четырнадцать дней пролетели как два дня. Поездка в Пусан и встречи с товарищами заняли все свободное время, но оставили незабываемые впечатления. Друзья поздравляли его с возвращением и желали хорошо устроиться на новом рабочем месте.

Со Джун устроил всем прогулку на катере по реке Хан. Ночной Сеул был по истине волшебным. Лиловые сумерки, подсвеченные огнями, опустились на город. Прохладный ветерок гнал рябь по водной глади, разбивая отражение огней на тысячи искр.

На палубе веселились девушки и парни, пели песенки под аккомпанемент музыки, доносившейся из динамиков.

- Хорошо, когда у тебя богатый дядя, - один из парней поднял бокал с шампанским и отсалютовал Джуну.

- Ну, тебе-то грех жаловаться, - рассмеялся другой. - Твой отец владеет судоходной компанией.

- Да, но у меня есть старший братец, он первый в череде наследников. А Кан Со Джун унаследует всю компанию.

- Только не забывай, что там еще есть дядя. Со Джун - второй в списке, такие ходят слухи.

Он похлопал друга по плечу и открыл баночку с пивом.

- Меньше слушай сплетни, - парень встал и направился к остальным.

Джун же и не подозревал, о чем судачили за его спиной, он просто наслаждался видом ночного города.

* * *

Следующим утром Со Джун стоял в центре Сеула у небоскреба, на котором красовался логотип компании CG group. В руках у парня была папка с документами, которые передал помощник дяди.

У входа в здание толпились люди, ждавшие открытия. Хоть рабочий день и начинался в девять утра, являться полагалось на полчаса раньше.

Приблизившись ко входу, Со Джун стал ловить на себе косые взгляды. Костюм, сшитый в Англии на заказ, сидел как влитой. Идеальная стрижка придавала уверенности в себе. К незнакомцам тут всегда относились настороженно. И хоть работники верхних этажей не пересекались с работниками нижних, многие знали друг друга в лицо. Лицо же Джуна не было им знакомо.

Когда входная дверь открылась, люди встали входить в здание и останавливались у турникета, чтобы приложить пропуск. Со Джуна задержала охрана.

- Это мой первый рабочий день, - объяснил он, предъявив паспорт. - Меня ждут на собеседовании.

- А-а, - протянул охранник с нашивкой логотипа компании на форменной куртке. - Еще не известно, пройдешь ты или нет.

Он рассмеялся и сделал знак второму секьюрити. Тот без лишних слов проводил парня к лифту и нажал на кнопку.

- Третий этаж, прямо по коридору, в отдел кадров, - проинструктировал он.

Джун не успел поблагодарить его, так как двери лифта закрылись. Несколько секунд, и он оказался на третьем этаже. Вышел на общую площадку, направился вперед по длинному, плохо освещенному коридору, никуда не сворачивая. Двери кабинетов, расположенных напротив друг друга, были уже открыты. Обычное дело для начала трудового дня. Но сейчас значение имело другое.

Джун полагался на слово ближайшего родственника, обещавшего обо всем заранее договориться. В этом случае собеседование привело бы к результату, устраивающему всех, в том числе и его.

А может, собеседование и вовсе не состоится.

Джун ощущал легкое волнение, хоть и шагал уверенной поступью, скорее, чтобы убедить в решимости себя, а не окружающих.

Табличка с надписью "Отдел кадров" заставила остановиться и прислушаться к голосам, доносившимся из-за приоткрытой двери. В образовавшийся проем трудно было заглянуть и что-либо увидеть, кроме края шкафа и светлого пола, ничем не отличавшегося от того, что был на третьем этаже.

В кабинете находились две женщины, это Джун без труда определил по голосам. Что они обсуждали, осталось тайной, так как говорили тихо, изредка переходя на смех. Ожидание затянулось, потому молодой человек решил постучать. Голоса стихли, а дверь открылась. Несколько смущенная женщина с досадой посмотрела на ожидавшего и вышла из кабинета. Но на лице отобразилось удивление, а затем восхищение.

- Вы пришли с проверкой? - спросила она после традиционного поклона.

- Нет, на собеседование, - был ответ.

- О, тогда проходите, - женщина улыбнулась и посмотрела на начальницу.

Та приняла суровый вид и села за стол, на котором стоял компьютер и офисный набор канцелярских принадлежностей. Джун давно знал, какое впечатление производит на дам своей внешностью, но не спешил этим пользоваться.

Сидевшая в кабинете девушка-секретарь сделала вид, что очень занята, хотя было видно, что она прислушивалась к разговору.

Начальница выпрямилась, как натянутая струна, и приготовилась к речи.

- Здравствуйте, - Джун слегка поклонился, приветствуя ее. - Я на собеседование.

Женщина напряглась, в глазах появилась заинтересованность. Не тот ли это человек, о котором предупреждало вчера вышестоящее начальство?

- Представьтесь, пожалуйста, - сказала она, все еще сомневаясь.

- Кан Со Джун, - произнес парень и двумя руками подал папку с документами.

Женщина тут же встала, поклонилась, чем привела свою помощницу в замешательство.

- Добро пожаловать, сабоним Кан, - произнесла она, смущая молодого человека.

Обговорив накануне все детали, они с дядей решили, что не стоило пока объявлять о близком родстве Джуна с председателем Каном.

- Благодарю, аджума, - сказал Джун. - Но могу ли я попросить вас об одной услуге?

- Все, что пожелаете, сабоним Кан, - охотно согласилась женщина, осознавая, кто стоял перед нею и чем мог обернуться отказ.

- Я не хотел бы, чтобы кто-то раньше времени узнал, что мы с председателем родственники. Это отразится на отношении ко мне и к моей работе.

- Конечно, если вы так хотите, - женщина удивилась странной, на ее взгляд, просьбе. Она-то думала, что парень попросит представить его сотрудникам.

Девушка, сидевшая за компьютером, с изумлением смотрела на молодого человека, и до нее только начал доходить смысл сказанного начальницей. Она встала со стула и поклонилась.

- Прошу прощения, сабоним Кан, - быстро произнесла она, - не знала, кто вы.

- Вот этого я и не хочу, - сказал Джун, переводя взгляд с начальницы на подчиненную. - Буду только нервировать всех.

- Поняла, господин Кан, - женщина расплылась в улыбке и села за стол.

Джун не собирался задерживаться в кабинете, потому отказался от предложенного места в кресле, а остался стоять, отчего обе женщины почувствовали себя неловко.

Чтобы побыстрее разобраться, начальница открыла папку, пролистала ее, в надежде как можно больше узнать о претенденте на место в компании и увидела рекомендательное письмо от самого заместителя председателя. Пометка на нем была красноречивее всех слов. От вида знакомой подписи вспотели ладони.

- Какие-то проблемы? - спросил молодой человек, поправляя маску.

- Нет-нет, все в порядке, - уверила та, делая заметки в своей канцелярской книге. - Говорите, пришли на собеседование? Думаю, это ни к чему, если вы племянник председателя.

Со Джун усмехнулся, ведь все вышло так, как он предполагал.

- А как же вопросы? - не сдавался он.

- Какие вопросы? Обойдемся без них. Тут написано, чтобы вас отправили в отдел бухгалтерии на стажировку, - женщина по привычке поправила очки. - Вы не против?

- Нет, мы обговорили это с председателем.

Бумаги вновь легли в папку, а сама папка была отложена в ящик стола, чтобы никто не увидел. Стоявший рядом стол с еще одним компьютером и канцелярским набором временно пустовал. Работников в отделе кадров хватало, но помощница в этот день не вышла на работу.

"Много потеряла", - подумала женщина, внося имя молодого человека в компьютер.

- Готово! - воскликнула она, когда закончила. - С уставом компании, как и со своими обязанностями, ознакомитесь на месте. Пропуск вам выдадут завтра.

- Тогда подскажите, где находится отдел бухгалтерии? - спросил Джун.

- На первом этаже. Ниже только парковка, - ответила женщина с еле уловимой улыбкой. - Не мое, конечно, дело, но это немного странно, что вы начинаете с такой низкой должности, господин Кан. Вы в чем-то провинились?

- Нет, просто посчитал, что так будет правильно, - ответил молодой человек как можно вежливей.

- Тогда могу лишь пожелать удачи на новом месте, - женщина что-то быстро написала на листе бумаги и протянула его парню. - Отдадите начальнику Хану.

- Непременно, - Джун забрал бумагу, поклонился и вышел из кабинета.

Девушка тут же вскочила с места и побежала, чтобы посмотреть вслед молодому человеку. Но в дверях столкнулась с дамочкой из соседнего кабинета.

- Видала, какой красавчик? - с восхищением произнесла она. - И куда такого определили? Наверное, к "небожителям"?

- В бухгалтерию, - начальница отдела кадров сделала вид, что очень занята и застучала пальцами по компьютерной клавиатуре.

- Хм, а выглядит, как начальник с верхних этажей, - разочарованно произнесла любопытная начальница отдела этики.

- Первое впечатление обманчиво, - ответила та. - Если у тебя все, то можешь идти, работы много. В обед поболтаем.

Предвкушая возможность посплетничать и всласть перемыть косточки сотрудникам компании, женщина покинула кабинет начальницы.

"Чудно", - подумал Джун и открыл дверь с табличкой "Бухгалтерия". Он тут же очутился в прохладном помещении, где пахло сыростью. Парень два раза чихнул, чем сразу привлек к себе внимание сидевших за столами работников.

- Четный чих - к удаче, - произнесла девушка с кудряшками.

Мужчина лет пятидесяти окинул гостя оценивающим взглядом и спросил:

- Кто вы и по какому делу?

Джун спустился по ступенькам и подошел к его столу.

- Кан Со Джун, - представился он. - Меня направили сюда из отдела кадров.

Молодой человек поклонился и вручил бумагу мужчине, который тут же прочитал написанное и принял к сведению.

- Хочешь стать бухгалтером? - усмехнулся он.

- Люблю цифры, - ответил Джун.

- Хорошо. Поглядим, на что вы способны, молодой человек. Цифры, как известно, любят счет. Для начала познакомимся. Я - начальник отдела, Хан Джи Хун. Там, - он кивнул в сторону двух девушек, - старший бухгалтер Ши Со Йон и бухгалтер Чан Йон Хи. А те двое парней - бухгалтер Ли Хо Сок и Чо Сан Мин. И, конечно же, менеджер одела Мин Кенду и заместитель Тен Минсок. Кстати, стажер Ким Дасоль, потеснитесь и поставьте еще один стул для новичка.

Сидевшие за столами, кроме молодого парнишки Дасоля, даже не пошевелились. Девушки переглянулись между собой и о чем-то зашептали. Ни вам "здравствуйте", ни "приятно познакомиться". Такого "теплого" приема Джун не ожидал.

- О документах не беспокойся, файл мне пришлют по электронной почте, - сообщил начальник Хан. Именно так полагалось его называть.

Джун прошел к столу и сел. Удивительно, тут даже окон не было и плохо работала вентиляция.

- Стажер Ким, дайте новичку ознакомиться с уставом компании, чтобы он потом не задавал дурацких вопросов.

Парень в очках широко улыбнулся и снял с полки тонкую книгу.

- Читай, - сказал он и положил книгу на стол.

- Это надо выучить наизусть? - с сомнением спросил Джун.

- Как десять заповедей, - стажер улыбнулся еще шире и поднял большой палец кверху. - Даже если посреди ночи разбудят, должен помнить все пункты.

- Обрадовал, - хмыкнул Джун и углубился в чтение.

С каждой прочитанной строкой становилось все интереснее. Ранее он не предполагал, чем владеет их компания. По сути, CG group являлась корпорацией, имеющей две дочерние компании и шесть филиалов в Корее. Торговый центр, магазины одежды, обуви и аксессуаров, кафе, доставку и еще многое другое.

Здание в центре Сеула было главным офисом, где строго придерживались системы иерархической лестницы, когда офисные работники были ниже начальства и почти не имели права голоса.

"Компания - это одна большая Семья! " - гласил лозунг. Но отношениями в семье тут и не пахло.

На первых страницах поместили фотографии основателей и главных акционеров. Джун постарался не задерживать взгляд на портрете матери, чтобы не выдать свои чувства.

Дядя на фотографии выглядел очень строгим и важным. Что и говорить, многим людям он внушал страх и уважение.

Одолевали сомнения, что все пункты можно заучить за один день, но основное представление уже сложилось. Из прочитанного выяснялось, что каждый начальник, заведовавший отделом, подчинялся вышестоящему начальству и обязан был беспрекословно выполнять поручения.

Компанией поощрялись пунктуальность, трудолюбие и переработки в рабочих часах. Отказы от корпоративов с начальством не принимались, так как подобные встречи "укрепляли боевой дух для сплочения семьи".

Любой проступок одного сотрудника влиял на все лицо компании, также как и хороший поступок. Оказаться на первой полосе газет и в интернете никто не желал. Все, что вредило имиджу компании, порицалось обществом, а порицание вело к убыткам.

За крупными компаниями и корпорациями следили СМИ, и любой конфликт или скандал мог отразиться на продажах и акциях.

- Устав, как в армии, - произнес Джун задумчиво. - Кто его писал?

- Ты прямо как с небес свалился, - хмыкнул Дасоль. - Неужели сам не понимаешь?

- Он работал в другой стране, - сообщил начальник, так как успел прочитать информацию о стажере. - С нашими порядками не знаком, потому не стоит удивляться.

- Устав написан еще при госпоже Кан, - сказал стажер Ким. - И больше не менялся. Если вошел в курс дела, то вот тебе задание.

Парень подвинул стопку бумаг со своей стороны ближе к новичку.

- А как же устав? Я еще не закончил, - возразил Джун.

- Потом дочитаешь, - шепнул напарник и отвернулся к компьютеру.

Вскоре на Джуна перестали обращать внимание, так как на отдел обрушилась лавина звонков. Приходилось отвечать на них и выполнять обязанности одновременно. И так продолжалось до самого обеда.

Нового стажера завалили работой в первый же день. Проверка квитанций, сверка отчетов и внесение итогов в компьютер, ксерокопии в нескольких экземплярах.

- Новенький, пить хочешь? - окликнул Джуна один из сотрудников.

Молодой человек немного устал с непривычки и нуждался в передышке. Он встал, собрал бумаги на столе и подошел к парню в очках.

- Сейчас время обеда, можешь выйти.

- А как же остальные? - спросил Джун, переводя взгляд на начальника.

Начальник Хан, увидев сомнения во взгляде стажера, подал знак.

- У нас работы много, позвоним в доставку. Отведите его в столовую, а то парень позеленел уже весь, - добродушно сказал он.

Молодые люди вышли из помещения и поднялись на четвертый этаж, где располагалась столовая для работников нижних этажей и их начальства. Для вышестоящих руководителей на пятнадцатом этаже открыли кафе ресторанного типа. Об этом по секрету поведал словоохотливый напарник.

- За глаза их называют "небожителями", - тихо произнес Сан Мин, ставя на поднос тарелку с выбранным блюдом. - Но мы не жалуемся. Привыкай, новенький, - приободрил он Джуна.

Тот не стал поправлять парня, не каждый ведь должен запомнить его имя сразу. Пройдет пара дней, и с присутствием новичка свыкнутся. А пока он приложит все усилия, чтобы соответствовать идеалу офисного работника. Тем более, что начальник бухгалтерии вызывал симпатию.

Молодые люди прошли к свободному столу у окна и сели напротив друг друга. Людей в столовой было мало, многие успели пообедать и вернулись в свои отделы.

Джун молча ел свой обед и запивал газировкой из жестяной банки с яркой надписью. За спиной бухгалтера Сан Мина был свободный стол, который заняли двое мужчин и одна девушка. Они стали перешептываться и хихикать, бросая насмешливые взгляды на его товарища. Сан Мин крепко сжал в руках палочки, что выдало его напряжение.

- Не смотри туда, - произнес он, глядя на Джуна. - Это менеджер из финансового отдела со своими приспешниками. Вот же не повезло встретить их сегодня. Зуб даю, они нарочно говорят громко, чтобы спровоцировать меня на скандал. Если отвечу - нарвусь на неприятности и получу выговор от отдела этики.

Бедняга вздохнул и постарался пропускать колкости мимо ушей, но эмоции были написаны на его лице.

- В прошлый раз они задели Йон Хи, и той пришлось писать объяснительную, - продолжил он, запихивая в рот большой кусок.

- Почему такая вседозволенность? - спросил Джун, хмурясь.

- Потому, что их статус выше нашего.

- Но основную работу выполняет наш отдел, тогда как эти, - он понизил голос, - только используют наши отчеты.

- Зачем вообще тогда нужен их отдел? - недоумевал Джун.

- Они занимаются проверками и крупными сделками, - ответил Сан Мин. Так бесит их высокомерие.

Девица, сидевшая рядом с менеджером в больших очках, поглядывала на Джуна, а затем что-то тихо сказала начальнику. Тот оторвался от еды и окликнул бухгалтера:

- Эй, бухгалтер Чо. Чего вы расселись, как в ресторане? Заканчивайте есть и идите работать. Дела сами себя не сделают.

Сан Мин встал, поклонился менеджеру финансового отдела и сказал:

- Уже заканчиваю, менеджер Ри.

- А кто это с вами? Раньше его не видел.

- Это новенький, он стажер, - ответил Сан Мин.

- Странно, что стажеры у нас ходят в костюмах от как у начальства. Очевидно, скромность не входит в число его добродетелей?

- Извините, менеджер Ри, - Со Джун тоже встал и поклонился. - Наверное, мешок из-под картошки смотрелся бы на мне чуточку лучше. А рубище кающегося грешника, несомненно, создало бы нимб над моей головой.

Он снова поклонился. Менеджер чуть не подавился едой, а его заместитель разозлился и прикрикнул:

- Что это за дерзость, стажер? Немедленно извинитесь! Давно пора распустить эту бухгалтерию.

- Кто же тогда будет составлять вам отчеты? - невозмутимо спросил Джун, и тут же обратился к мужчине в очках. - Извините, менеджер, и приятного вам аппетита.

Бедняга Сан Мин схватил его за руку и потащил из столовой, бледный и испуганный, а троица из финансового отдела провожала их злобными взглядами.

- Да что на тебя нашло? - сердился напарник. - Хочешь в первый же день с работы вылететь? И проблемы из-за тебя будут у всего отдела. Знаешь, какая текучка в отделе кадров? Получить место в компании очень тяжело, а потерять - запросто. Сразу видно, что ты работал заграницей. Прошу, будь осмотрительней.

Джун понимал, что следовало быть сдержанным, но не из-за того, чтобы сохранить место. А потому, что не желал быть раскрытым сейчас.

Когда они вернулись в бухгалтерию, то почувствовали запах рамена. Работники ели, сидя за своими столами, на время оставив дела. Начальника в помещении не было, его срочно вызвали наверх, к руководству.

Джун не стал думать о том, что произошло в столовой, а занялся бумагами. Все требовалось закончить в этот день, не оставляя на конец недели.

Так как в помещении просили носить маску, лицо под нею потело. Не смотря на это, в городе работали кафе и рестораны, в которых по вечерам собирались люди. Так было решено правительством, чтобы поддержать малый бизнес.

Перед глазами у Джуна пестрели цифры, таблицы, отчеты. Он чувствовал, как немеют шея и руки, но встать не было возможности. Когда начальник вернулся, настроение его не предвещало ничего хорошего. Менеджер и его заместитель приготовились к худшему: просто так руководство не вызывает.

- Что там? - спросил заместитель.

- На следующей неделе будем готовиться к аудиту. Эх, работы прибавится.

- Вот же, - разочаровался менеджер. - Говорили, что начнут через два месяца.

Работники бухгалтерии приуныли. Никому не хотелось задерживаться на работе допоздна, но с начальством спорить никто бы не решился.

- Предлагаю сходить сегодня куда-нибудь, чтобы поужинать, - предложил начальник. - Заодно и новенького поприветствуем, как полагается. Правда, он уже сегодня отличился.

Сан Мин опустил голову и закрыл лоб ладонью. Сейчас стажера начнут отчитывать, как пить дать. Не хотелось в этот момент здесь присутствовать, но слушать придется.

- Первое правило: не вступать в спор с вышестоящим начальством. В первый же день я получил жалобу от менеджера финансового отдела. Сказал, что у стажера слишком длинный язык. Мне пришлось извиняться за вас, Кан Со Джун.

Джун подозревал, что менеджер другого отдела намеренно все приукрасил и выставил его в дурном свете.

- Уверена, они начали цепляться к бухгалтеру Чо и к новенькому, - заступилась за товарищей Йон Хи.

- Ладно, в этот раз прощаю. Но больше так не делайте, стажер Кан.

- Извините, начальник Хан, - Со Джун встал и поклонился. - Мне очень жаль, что я подвел вас.

- Хотелось бы набить им морды, но не могу, - мужчина ударил кулаком по столу. - Все настроение испортили.

Он сел за стол и выдвинул ящик, в котором лежал резиновый мячик. Пальцы сжали его с силой и отпустили. Мячик со стуком упал на пол и покатился под соседний стул.

- Не расстраивайтесь, начальник, - девушке с кудряшками захотелось его поддержать. - Мы будем стараться. Давайте сходим сегодня и отметим приход новенького.

- Да, оторвемся по полной, - обрадовались остальные.

На долю работников бухгалтерии выпадало не так много радостей. Глядя на то, как они стараются, Джун дал себе слово, что постарается облегчить их работу в будущем, когда станет занимать должное положение в компании. Эти люди заслуживали большего.

Рабочий день подходил к концу. Сотрудники покидали здание, чтобы разойтись по домам. Начальство спускалось на парковку, остальные пешком шли до метро.

В окнах здания гас свет. Работники бухгалтерии складывали бумаги в аккуратные стопки, убирали в стол файлы, отключали компьютеры. Со Йон зевнула и потянулась, расслабляя затекшие конечности. Она посмотрела на часы на стене, те показывали начало десятого. Как всегда, их отдел закрывался последним, что никак не отражалось на зарплате. Переработка поощрялась только на словах. Но стоило пренебречь обязанностями, как выписывался весьма ощутимый штраф.

Начальник Хан думал о том, как бы быстрее добраться всем до маленького ресторанчика. Свою машину он, как все, оставлял на парковке. Сотрудники же отдела приезжали на метро или автобусе.

"Ничего, заберу потом. Если мы собираемся пить, кто поведет?" - подумал мужчина.

Когда все собрались у выхода в вестибюле, где горели только неоновые лампы, в здании никого не осталось, кроме охраны.

- Как всегда, уходим последними,- с обидой протянула Йон Хи.

- Это же на благо компании, - успокаивал ее менеджер Мин. - Мы - семья, и все такое, забыла?

- Еще бы "семья" нас поддерживала, - пробормотала девушка. - Начальник Хан, куда мы пойдем?

- Неподалеку есть хороший ресторан, где подают отличное мясо.

- О, поедим мясца? - расплылся в улыбке заместитель менеджера. - А кто платит?

- Начальник Хан, - хором ответили девушки и рассмеялись.

То, что в Корее за счет платит самый старший, Джун знал и сочувствовал начальнику.

До кафе добрались за пятнадцать минут. Таких закусочных и лапшичных в Сеуле было много. Рассадив всех за большим столом, где стояла большая круглая печь с вытяжкой над нею, начальник подозвал официанта и сделал заказ. Уже через пять минут принесли салаты, закуски, соджу и блюдо с сырым мясом, которое полагалось готовить самим. Нарезанное тонкими полосками, оно быстро жарилось на раскаленной решетке.

Шумная компания притягивала взгляды. Менеджер и его заместитель много шутили, поднимая остальным настроение. Джун старался пить как можно меньше, чтобы проснуться завтра с ясной головой. То же самое делал второй стажер.

- Завтра пятница, а потом суббота, - мечтательно произнес Ли Хо Сок. - В воскресенье отдохну.

- Размечтался, - сказал менеджер. - Руководство предупредило, что в воскресенье работаем.

- Да что же такое! Мы и в то воскресенье работали, - возмутилась Со Йон. - Финансовый отдел прохлаждается, а мы отдуваемся за всех. Где справедливость?

- Со Йон, ее в этом мире нет. Не нравится - можешь уходить. Так говорит их менеджер.

- Этот кре... креативный человек слишком заносчивый, - еле сдержалась Со Йон. - Давайте лучше есть, а то аппетит испортится.

Джун слушал сотрудников и пытался составить о каждом правильное мнение. В душе он благодарил дядю за то, что тот позволил начать работу с низов. Так перед глазами вырисовывалась четкая картина о положении вещей в компании.

Время шло, блюдо с мясом сменили креветки и осьминоги. Пустых бутылок с соджу становилось больше. Но расходиться, пока начальник не позволил, было нельзя.

Со Джун достал из кармана пиджака телефон, нажал на кнопку сбоку. В верхнем углу высветилось время - половина двенадцатого. Такими темпами все скоро напьются и будут лежать под столом. Но похоже, это мало кого волновало.

Начальник и менеджер вели разговор о взрослеющих детях и предстоящих экзаменах. Каждый из них надеялся, что его ребенок получит высокие баллы. Ведь от экзамена зависело счастливое будущее и успех в обществе.

Одной из девушек позвонили. Она предупредила, что сегодня вернется поздно. Этот звонок заставил начальника поглядеть на часы.

- Почти полночь, - вздохнул он. - Думаю, нам лучше отправиться по домам, если никто не возражает.

Опираясь на край стола, мужчина встал и чуть не упал. Заместитель менеджера, сам нетвердо стоявший на ногах, поддержал его. Удивляли обе девушки, которые после выпитого казались трезвыми. Как всегда, коллективное мероприятие закончилось всеобщим весельем и обещаниями "стараться работать еще больше".

Начальник Хан, поддерживаемый Джуном и стажером Кимом, вышли из кафе. Сотрудники поймали им такси.

- До завтра, начальник, - заместитель менеджера пожал ему руку и назвал таксисту адрес.

В машину сели менеджер Мин, начальник отдела, а Ши Со Йон заставила новенького поехать с ними, опасаясь, что тот не сможет добраться домой сам. Хоть Джун и отказывался ехать, после угрозы штрафа, согласился.

От выпитого кружилась голова и клонило в сон. Он откинулся на сидение и закрыл глаза, впадая в легкую дремоту. Машина ехала легко и быстро, изредка останавливаясь на светофорах. Джун почти уснул, когда почувствовал болезненный толчок, будто кто-то ткнул его в плечо. Он открыл глаза, думая, что уже подъехал к дому. Но автомобиль не останавливался.

Парень потер глаза и посмотрел в окно. Прямо на дороге он заметил фигуру в белом, которая стремительно приближалась. Когда она поравнялась с машиной, он увидел женщину с развевавшимися по ветру волосами. Никто из сидевших рядом ничего не замечал. Женщина посмотрела на Джуна, и тот ясно услышал голос матери, которая звала его по имени и показывала на дорогу. На светофоре горел зеленый свет.

- Тормози! - закричал испуганный Джун и вцепился в сидение.

Таксист от неожиданности так резко затормозил, что всех сидящих подбросило вверх.

- Ты спятил? - опешил менеджер. - Что на...

Он не договорил, так как на перекрестке пронеслась фура. Светофор мигнул и загорелся красный свет.

- Вот же черт, - выругался побледневший таксист. - Проскочил на красный! Таких сажать надо!

Джун почувствовал тошноту, подступающую к горлу. Что, если бы не женщина в белом, которая его разбудила? В их машину на всей скорости врезалась бы фура, сминая всех под своей тяжестью. Но откуда взялась женщина и куда потом подевалась? На дороге никого не было.

Начальник и менеджер сразу протрезвели, а Со Йон пробормотала слова молитвы.

- Новенький, знаешь ли, что ты сейчас сделал? - произнес начальник отдела. - Ты нам жизнь спас.

Таксист благодарил Джуна и обещал, что всех отвезет домой и не возьмет ни копейки. А Джун в это время думал о голосе, который позвал его.

Глава 4

Глава 4

Со Джун смутно помнил, как добрался до дома. Кажется, это таксист помог ему дойти до подъезда, и даже вызвал лифт.

- Парень, придешь домой - сходи в туалет. У тебя лицо белое, как у мертвеца, - с сочувствием посоветовал он и похлопал молодого человека по плечу.

Оказавшись в пустой квартире, Джун почувствовал леденящий душу холод. Все, случившееся на трассе, теперь казалось жутким сном, кошмаром наяву. С каких пор он стал видеть призраков?

Голова болела, но не от выпитого, а от пережитого потрясения. Первым делом он избавился от сковывающего движения пиджака, проверил наличие телефона - тот лежал в кармане, а потом пошел на кухню, чтобы выпить воды.

Стакан дрогнул в руке, и немного жидкости пролилось на пол. Перед глазами, словно в замедленной съемке, вновь всплывала картина: ночное шоссе и летящая наперерез фура. И хоть Джун не был из трусливых, в эту ночь он сильно испугался.

Трудно было сказать, кем являлся тот призрак, но голос казался до боли знакомым. Никто, кроме него, в ту ночь не видел женщину в белом. Иначе водитель сразу бы затормозил.

Джун еще плеснул воды в стакан и залпом осушил его. В голове пронеслись мысли о дяде. Будет плохо, если он узнает о случившемся, хоть вины племянника в том нет. И хорошо, что обошлось без вмешательства со стороны полиции. Он надеялся на благоразумие начальника и заместителя.

Следовало бы успокоиться, но как это сделать, Джун не знал. Он пошел в ванную и умылся. Из зеркала на него смотрели глаза с расширенными зрачками.

- Что расклеился? - сказал парень своему отражению. - Соберись, не маленький.

Легко было сказать, но трудно сделать. Он поискал таблетки на полке шкафчика, висевшего рядом с зеркалом, нашел упаковку болеутоляющих, но с истекшим сроком давности. Надо было купить заранее, чтобы не думать об этом в последнюю очередь. Теперь придется дожидаться утра, когда откроются аптеки.

Взгляд упал на расставленные в беспорядке баночки и склянки с кремами, сыворотками, бальзамами, тюбики с гелями и прочими средствами по уходу за кожей лица и тела. Как давно он использовал их? Помнилось, что после отъезда из Кореи, он редко об этом вспоминал. Но не просто так айдолы с белоснежной улыбкой смотрели с таблоидов, уже одним своим совершенным видом делая рекламу индустрии красоты. Ведь если ты красив, перед тобой откроются двери в лучший мир, с заманчивыми перспективами и заоблачными гонорарами.

Но если ты не идеален, то рано или поздно, тебя закидают множеством выгодных предложений подправить что-нибудь в своей внешности, с помощью пластики или косметики.

То же самое касалось и друзей. Будет ли считаться дружба настоящей, если тебя ценят только за внешность и стиль?

Судьба баночек была такой же, как у таблеток - утилизация. Просроченная коллекция вскоре сменится новой, более совершенной. В том, что за эти годы модные тренды сменились, Джун не сомневался. Корея в этом плане шагала вперед семимильными шагами.

Парень вытер руки полотенцем, вышел из ванной, щелкнул выключателем. Свет теперь горел только на кухне, в остальных комнатах царил полумрак. В такие минуты острее всего чувствовалось одиночество.

Он прошел в коридор, где оставил пиджак, забрал телефон и лег под одеяло, но тут же его отбросил. Давал о себе знать выпитый алкоголь.

Джун прислушался к звукам, доносившимся с улицы. К лаю собак примешивался плач ребенка и гудение мотора. Проворочавшись с боку на бок, уснул только под утро, когда на часах было пять утра. А через два часа прозвенел будильник.

Вставать не хотелось, но мысль о том, что нужно еще зайти в аптеку, придала сил. Хорошенько умывшись ледяной водой, одевшись в чистую одежду, он взбодрился.

С утра на дорогах были заторы, потому многие жители Сеула ездили на метро. И если ты хотел попасть на работу вовремя, то и выходить требовалось пораньше. "Кто рано встает, того и тапки", - вспомнил он поговорку, услышанную еще в детстве. Джун усмехнулся, вышел из дома и пешком направился в сторону метро.

Солнце в этот день светило по-особенному ярко. День обещал быть теплым, даже жарким. Уже сейчас в воздухе стояла влажность. Прохожие спешили по своим делам, безликая серая масса, скрывавшая лица под масками.

Школьники в одинаковых униформах шли по тротуару, некоторые объединялись в небольшие группы. Когда-то и Джун ходил в школу, как эти дети. То, насколько усердно они старались, парень знал по себе. Все ради того, чтобы однажды сдать экзамен и поступить в высшее учебное заведение.

" Не всем повезло родиться в такой семье, как у тебя", - подумал он с грустью. Но этим детям повезло в другом, у них были живы родители. Джун отдал бы все на свете, чтобы хоть ненадолго вернуться в беззаботное детство.

Дорога заканчивалась переходом, и вход в подземку он увидел еще издалека. Вместе с потоком молодых людей, среди которых были одетые как в свободную одежду, так и в деловые костюмы, Джун продвинулся к аппаратам для пополнения баланса пластиковой карты. Загрузив довольно приличную сумму, он приложил карту к турникету,направился к табличке с надписями, повернулся налево и остановился у пустой скамейки. Когда табло загорелось зеленым, в отдалении послышался гул, лица стоявших на платформе обдало волной холодного воздуха, распущенные волосы и легкие юбки девушек взметнулись и тут же опали.

Со Джун только успел войти в переполненный вагон, как двери закрылись, из динамика полилась музыка и приятный девичий голос объявил о закрытии дверей и следующую станцию. От скорости, с которой понесся состав, захватывало дух.

Джун повернул голову и посмотрел налево: там стоял парень в белой футболке с длинным рукавом, в черной маске, скрывавшей половину лица. В ушах были наушники, он слушал музыку. Большая черная спортивная сумка, которую он прижимал к себе локтем, могла принадлежать как спортсмену, так и простому парню, решившему заняться тренировками. Молодые люди в Корее следили за своей физической формой. Джун хотел бы узнать, что за музыку он слушал, но звук был тихим. Пассажиры обязаны соблюдать тишину.

Сидения перед ними занимали женщины и пожилые люди. Кто-то читал новости в телефоне, кто-то сидел с закрытыми глазами. Одна девушка подняла голову и встретилась взглядом с молодым человеком. Она действительно смутилась, или ему так показалось?

Тут заиграла мелодия, вагон остановился, открылись двери. Джун отвлекся, а ведь это была его остановка. Успеть бы проскочить в узкий просвет между толпящимися в проходе. Его буквально вытолкнули из вагона, а двери тут же захлопнулись. Через мгновение состав исчез, оставляя за собой только удаляющийся стук колес.

Платформа быстро опустела, а еще через минуту появились новые пассажиры. На часах было 8:10. У него оставалось время забежать в аптеку и кофейню, чтобы купить кофе.

Как назло, аптеки еще не открылись, зато кафе напротив главного офиса принимало первых посетителей. На витрине был нарисован забавный персонаж, напоминавший плюшевого медвежонка.

Джун открыл дверь, над которой зазвенела "музыка ветра". За столиками в уютном помещении сидели веселые девушки с высокими пластиковыми стаканами, наполненными каппучино, латте и американо. Кофе тут пили холодным, с большой порцией кубиков льда.

Приятные юноши в белых рубашках и бордовых передниках заваривали кофе и обслуживали столики. За несколько тысяч вон ты мог почувствовать себя особенным, выбирая один из десятков предложенных вариантов. Вот только горячим напиток практически никто не пил. И когда Джун заказал горячее ореховое латте, то прочитал в глазах баристы изумление. Но все-таки получил заветный стаканчик и вышел на улицу, решив, что выпьет его по дороге. Наслаждаться напитком, сидя в кафе, как те девушки, было недозволительной роскошью.

Перебежав на другую сторону дороги, парень взглянул на часы - у него оставалось ровно пять минут, чтобы выпить кофе и выбросить стакан в урну.

Перед входом он увидел стоявшую Йон Хи и стажера Дасоля. Они помахали коллеге рукой.

- Доброе утро, - поздоровался Джун. - Как вчера добрались домой?

- Без происшествий, - сказала Йон Хи. - А ты что такой кислый? Не выспался?

- Да, спал плохо. Хотел купить таблетки, но аптеки закрыты, - ответил Джун.

- Не беда, у меня с собой есть, - Йон Хи открыла сумку и стала искать. - Нашла. Запьешь водой из кулера, он на втором этаже.

Девушка протянула капсулу в прозрачной оболочке.

- Точно, хорошее средство, если накануне много пил, - рассмеялся Дасоль. - Поднимешься на второй этаж, потом на третий.

- Зачем? - не понял его Джун.

- За пропуском, в отдел кадров. Забыл?

- И точно, совсем из головы вылетело.

Если Дасоль был веселым, то от хорошего настроения Йон Хи не осталось и следа. Джун проследил за ее взглядом, и все стало понятно: к зданию подъехала машина, из которой вышли менеджер финансового отдела и его заместитель.

- Вот же, - прошипела Йон Хи и тряхнула кудряшками, - умеют утро испортить.

Хорошо, что в этот момент охранник открыл дверь и стал по одному впускать работников в здание. Джуна снова бы задержали, но Дасоль вступился за него, объяснив, что у нового работника бухгалтерии еще нет пропуска.

- Не затягивайте с этим, - доброжелательно посоветовал охранник. - Мы ведь не можем помнить всех в лицо.

Джун не стал заходить в отдел, а сразу поднялся на третий этаж, снова проделал вчерашний путь от лифта до отдела кадров, испытывая чувство дежавю. Получить пластиковую карточку со своей фотографией и именем на ней, оказалось проще простого. Начальница снова кланялась, так и не сумев игнорировать происхождение парня. И Джун надеялся, что еще не скоро встретится с женщиной еще раз, так неловко он себя чувствовал.

Повесил пропуск на шею, как и другие сотрудники офисов, и спустился на второй этаж. Кулер с полным баком расположился у стены, прямо напротив лифта. Тут же стояли два кресла и журнальный столик, на котором лежала стопка глянцевых журналов. Для кого их положили, если учитывать занятость работников, оставалось загадкой.

Молодой человек набрал холодной воды в пластиковую емкость, достал таблетку, положил в рот и запил водой. Смяв использованный стакан, он выбросил его в мусорное ведро, развернулся и увидел сотрудницу финансового отдела.

- Что стажер бухгалтерии забыл на втором этаже? - спросила она, сощурив и без того узкие глаза.

- Ходил за пропуском, - ответил Джун.

- А что, здороваться вас не учили? - съязвила она.

Ан Харин была эффектной девушкой, этого Джун не отрицал, но язвительность портила первое впечатление.

- Здравствуйте, - Джун поклонился, - и до свидания.

Он снова поклонился и направился к лестнице.

- Вот нахал! - вспыхнула девушка. - Я за тобой буду наблюдать! - крикнула она Джуну вдогонку.

Но парень ее уже не слышал, так как торопился в свой отдел. Стоило ему войти, как стоявшие вокруг стола начальника коллеги, разом смолкли и повернулись к нему.

- Что? Почему вы на меня так смотрите?

Первой подошла Ши Со Йон и сказала, что благодарит его.

- Это правда? - не выдержал Дасоль.

- Не понимаю, что случилось, пока я ходил за пропуском? - спросил Со Джун.

- Какой скромный, - усмехнулся Сан Мин. - Все еще не понимаешь? Ты у нас теперь герой, людей спас. Жди от руководства премию. Начальник Хан всем рассказал. Невероятно!

- Скажи, ты действительно видел призрака? - громким шепотом спросил Хо Сок.

На Джуна со всех сторон посыпались вопросы, на которые он не знал, что отвечать.

- Я ничего такого не сделал, - остановил их Джун, пытаясь разорвать кольцо окруживших его сотрудников. - Почувствовал тревогу, только и всего. Зачем делать из этого сенсацию? Дайте же пройти, у меня работы много.

Девушки смотрели на новичка с восхищением, а мужчины с уважением. Молодой человек сел за стол и включил компьютер. Только занялся делами, как лежавший на столе телефон завибрировал. На экране высветилось имя дяди. Пришлось извиниться и выйти в коридор.

- Доброе утро, дядя, - сказал он и приготовился к вопросам.

- Утро совсем не доброе, - злился дядя. - Что это за новости, Со Джун?

- Какие новости? - переспросил Джун, делая вид, что не понимает.

- Не притворяйся, что не знаешь, - выдохнул мужчина в трубку. - Тебе известно, как быстро распространяются слухи в компании? Что ты делал ночью в машине начальника Хана?

- Мы были на корпоративе, - начал Джун, но не успел договорить, так как дядя прервал его.

- На корпоративе? Вы ехали домой пьяные? Господи, где была твоя голова, Со Джун? Я же просил вести себя скромно и тихо.

Джун мысленно ругал того, кто переврал услышанное.

- Мы ехали в такси, - объяснял молодой человек. - Не сердитесь, дядя, компания - одна большая семья...

- Да, большая семья. Но не забывай, кто ты есть! - послышался звон разбитой посуды. - Ащ, чашку уронил... Думаю, после всего этого начальник Хан надолго забудет о корпоративах.

Джун увидел, что в его сторону идет руководитель отдела, потому извинился перед родственником и обещал перезвонить. Он поспешно спрятал телефон в карман и поклонился мужчине.

- Стажер Кан, - тот улыбнулся и протянул руку.

Мужчины обменялись рукопожатием, жест, которого удостаивался мало кто из сотрудников. Оно вышло крепким, будто мужчина пытался вложить туда всю свою признательность. Чтобы не затягивать, Джун подался корпусом вперед, предупредительно открыл дверь и пропустил начальника. Тот лишь кивнул и первым вошел в помещение, Джун - за ним. Если кто-то и был в этот момент занят работой, то сейчас все отложили дела и обратились к вошедшим.

- Ну, что там? - робко спросил менеджер.

Начальник выдержал паузу и сказал:

- Новенькому выпишут премию. Но и это еще не все, - он поднял указательный палец вверх, - его фото поместят на доску почета!

От услышанного Джуну захотелось провалиться сквозь землю, но коллегам новость пришлась по душе. Ни одного из них, за долгое время работы, не удостаивали такой чести.

- А нельзя как-нибудь обойтись без этого? - с надеждой спросил он.

- Даже не смей отказываться, - Йон Хи вскочила с места, чуть не опрокинув стул. - Статистику нам хочешь испортить?

- Отказываться не буду, - сник Джун. - Но вся эта шумиха вокруг моего имени, ни к чему. То, что произошло на трассе - счастливое стечение обстоятельств, я к этому отношения не имею.

- Ну, имеешь или нет, решать не нам, - прервал его господин Хан, и, отодвинув стул, сел. - Думаю, лишние деньги тебе не помешают. На этом все, - он поднял руку вверх, предотвращая попытки Джуна повлиять на решение. - Принимайтесь за работу. Тем более, послезавтра начинается Чхусок.

Джун совсем забыл о празднике, на время которого вся трудовая деятельность по всей Корее замирала на три дня. Значит, и в компании будут нерабочие дни.

После кратких раздумий, Джун занялся подсчетами, лишь изредка отвлекаясь на звонки. А чуть позже в бухгалтерию стали наведываться любопытные сотрудники компании. После того, как портрет нового работника украсил доску почета, висевшую на первом этаже, а так же на электронном таблоиде, там собралась толпа.

Такое своеобразное паломничество слегка напрягало работников бухгалтерии. Они привыкли, что все запросы и распоряжения высказывались по телефону и не ожидали, что к их коллеге будет такое повышенное внимание. Теперь о бухгалтерском отделе говорили на всех этажах, и многим лично хотелось встретиться с героем дня.

Шумиха вокруг стажера Кана поутихла только к вечеру, успев изрядно поднадоесть не только виновнику, но и всему отделу.

- Это обратная сторона популярности, - вздохнула Йон Хи. - Никогда не думала, что скажу такое.

Она с сочувствием посмотрела на новенького, потом рукой взбила кудряшки и посмотрела в маленькое зеркальце. Теперь следовало соответствовать общему имиджу.

К Джуну подсел Дасоль, чтобы поинтересоваться, как коллега намеревался отметить праздник.

- Ты уже приготовил подарки? - тихо спросил он. - Представляешь, у нас с девушкой сто дней с начала отношений, и выпадает он на Чхусок. Родители хотят поехать в Кёнджу, теперь не знаю, как быть.

- Непростая дилемма, - согласился Со Джун. - Но если дорожишь девушкой, то должен отметить с нею этот день.

- Хочу пригласить ее в кафе, а еще подарить большой букет, - поделился мыслями мечтательный Дасоль. - Как думаешь, это хороший подарок?

- Слышал, что девушкам нравятся брендовые сумки. Тебе лучше посоветоваться с девушками, - Джун обернулся и посмотрел на старшего бухгалтера и ее напарницу.

- Не считаю это хорошей идеей. Девушки не умеют держать язык за зубами, а становиться посмешищем всего отдела не хотелось бы.

На счет сотрудниц Джун не был уверен, но в основном, согласился с Дасолем. Отношения - это дело двоих, и следует беречь их от вмешательства посторонних.

Дасоль заставил Джуна задуматься о выборе подарков для родственников. Кроме готовых наборов, продающихся на Чхусок во всех магазинах Кореи, на ум ничего путного не приходило.

До самого окончания рабочего дня Джуна не отпускало чувство напряжения, так как пришло сообщение от дяди. На праздник он приглашал племянника к себе домой и просил надеть новую одежду.

Когда молодой человек вернулся домой, то принял душ, переоделся и удобно устроился с телефоном на диване, чтобы просмотреть подарки. Неожиданные деньги, полученные в виде премии в конверте, оказались как нельзя кстати. Пролистав рекламные фотографии в ускоренном режиме, он остановил внимание на наборе дорогого китайского чая в металлической банке с изображением дракона, стеклянном бочонке горного меда и женьшене.

Для Наен выбрал красивую куклу в национальном костюме и небольшую игрушечную собачку, удивительно похожую на настоящую. Сделать заказ можно было по телефону, а оплата происходила при получении. Джун оформил заказ и получил подтверждение. Подарки обещали доставить ближе к вечеру.

* * *

Весь следующий день Джун усердно работал и даже не выходил на обед. Стажер Ким с сочувствием поглядывал на коллегу, и даже принес большой стакан кофе. А к пяти часам вечера позвонил курьер и сказал, что ожидает на проходной. Джун вышел на пять минут, чтобы с ним встретиться.

Мужчина лет сорока, одетый в свободные штаны и джинсовую рубашку, стоял недалеко от входа, с фирменными пакетами в одной руке и мотоциклистским шлемом в другой, а секьюрити наблюдал за ним. Когда появился заказчик, охранник потерял к тому интерес.

- Здравствуйте, сонбэним, - поприветствовал курьер молодого человека в костюме.

- Здравствуйте. Давно ждете? - спросил Джун и взял в руки протянутый ему бланк, где следовало расписаться.

- Нет, совсем недолго, - ответил мужчина и забрал подписанную бумагу. - Можете проверить, чтобы не было недоразумений.

Джун вытащил набор, но тот оказался запечатан. Это как покупать кота в мешке. Но магазин подарков и сувениров был известным, потому он лишь поверхностно осмотрел покупки и забрал пакеты. Он заметил, что курьер смотрит на него с удивлением.

- Это вы? - он указал на таблоид.

- Нет, просто похожий человек, - ответил Джун, не желая признаваться.

- Нет-нет, это вы, - просиял курьер. - Наверное, вы важный человек, сонбэним. Желаю хорошего дня и счастливого праздника.

- И вам того же, - ответил Джун, провожая его до дверей.

Мужчина вышел из здания, спустился к оставленному мотоциклу, надел шлем и помахал стоявшему в дверях парню. Проходившие мимо него девушки улыбнулись и стали обсуждать Джуна, бросая на него восхищенные взгляды, которые он не замечал. Даже на лицах охранников читалось уважение. Джун чувствовал себя неловко, когда подвергался пристальному вниманию, будто стоял перед ними без одежды. Но он хорошо понимал тех, кто мечтал о популярности, чтобы купаться в лучах славы и пользоваться известностью. Ведь когда-то и сам мечтал об успешной карьере футболиста.

Ах, что теперь вспоминать о неудачах, когда напоминание и так останется с ним на всю жизнь? И всякий раз, при смене погоды, будет мучить его? Джун уже не помнил той боли, только разрозненные фрагменты проносились перед глазами, как яркие вспышки, и быстро исчезали. Он прислушался к себе, сконцентрировал все внимание на больной ноге, но ничего не почувствовал. Если повезет, и погода на праздники будет стоять хорошая, можно даже получить удовольствие от поездки за город. А сейчас он должен был вернуться в бухгалтерию, чтобы доделать отчеты.

Он проигнорировал немые взгляды, которыми обменивались девушки и второй стажер, подстегивая тем самым их любопытство. Однообразная монотонная работа изматывала хуже физической. И под конец дня начинаешь чувствовать себя как выжатый лимон.

Но мысль о том, что завтрашний день он проведет с родственниками, грела душу. Даже то, что дядя будет выговаривать ему за тот день, уже не сильно волновало.

Домой он возвращался, как обычно, поздно. Сел в полный вагон, доехал до своей станции и вышел на оживленную улицу. Магазины со светящимися вывесками привлекали внимание и зазывали покупателей яркими витринами.

Ночной Сеул выглядел совсем иначе: он был похож на фантастический город из футуристических фильмов. Скрытая тайная жизнь начиналась именно ночью. Джун знал о ней из рассказов друзей - богатых наследников, прожигателей жизни и состояния своих уважаемых родителей. Но сам не стремился присоединиться к их компании. Тот, кто однажды поддавался искушению, с большим трудом возвращался назад.

Ночные клубы с громкой музыкой, танцами в пьяном угаре, знакомства с красивыми девушками на один вечер, не прельщали его. Что из этого всего может выйти, Джун знал не по наслышке, когда лучший друг садится пьяным за руль и врезается в столб. И не спасает его ни дороговизна автомобиля, ни подушка безопасности. У одних в семнадцать жизнь только начинается, у других заканчивается по глупости, из-за жажды острых ощущений.

Из одного придорожного кафе, пошатываясь, вышел парень, который бормотал слова извинений по телефону. Едва не налетев на прохожего, он остановился и тихо выругался. Джун не стал слушать, что станет говорить парень, а прошел мимо. Не ввязываться в ненужную полемику было единственно правильным решением. К тому же, на всех улицах Сеула были установлены камеры. Не хотелось бы в одночасье из героя стать отрицательным персонажем.

За драку полагалось наказание в виде штрафа и платы пострадавшему. Платил тот, кто первым ударил. Хоть пьяные драки случались редко, не стоило испытывать судьбу.

Джун прибавил шаг и вскоре стоял у своего дома. Поднимался он в этот вечер не на лифте, а по лестнице, чтобы расходить ногу. В бухгалтерии от постоянного сидения в одной позе затекали мышцы. Подниматься пешком становилось все сложнее. Следовало возобновить тренировки в спортзале, чтобы не чувствовать себя дряхлым стариком.

Дома его ждала расслабляющая ванна, чашка горячего каппучино и легкий ужин, состоявший из овощного салата с ложкой оливкового масла и соевым соусом. Все это он заказал по телефону, в очередной раз обещая себе, что после праздников закупит продукты.

Совершая привычные действия, ставшие неким подобием ежедневного ритуала, он думал о завтрашнем дне. Угодит ли он родственникам или удостоится небрежного кивка в знак того, что его старания вообще заметили?

В доме дяди было все, о чем только мог мечтать среднестатистический житель Кореи. Потому, представлялось сложным удивить чем-либо такого человека.

О капризной Наен вообще не шло речи. Будет хорошо, если она не бросит подарки, с досады топая маленькой ножкой и говоря обидные слова. То, что маленькой девочке все сходило с рук, дурное поведение в том числе, удручало Джуна. Возникал справедливый вопрос: была ли Наен так груба только с ним или со всеми? Может, она ревновала из-за внимания к нему родителей? Ведь те крохи внимания, что перепадали ей от отца, приходилось делить с появившимся в их жизни родственником.

Джун улыбнулся, вспоминая двоюродную сестренку, с ее по-детски пухлыми щечками и блестящими локонами каштановых волос.

* * *

Кукла, которую он приобрел, была немного похожа на кузину. В этом он убедился следующим утром, когда увидел девочку, наряженную в национальный ханбок, стоявшую в окружении родственников.

До дома дяди Со Джун добрался на такси, потеряв почти час от простоя в пробках. Жители Сеула садились в машины, покупали билеты и ехали в родные города, чтобы находиться в эти дни в кругу семьи. Чхусок являлся одним из трех главных корейских праздников, отмечаемый по лунному календарю. Торжество, посвященное сбору урожая, благодарность богам и поминовение предков.

- Со Джун приехал, - объявил мужчина всем присутствующим, когда тот вышел из машины.

Перед домом собрались близкие и дальние родственники, многих из которых Джун никогда ранее не видел. Мужчины приветствовали друг друга, обменивались подарками, в то время как женщины накрывали столы в доме. На пороге появились дети, среди которых была Наен. Следом за ней шла мать.

- Доброе утро, уэсуньмо, - поздоровался Джун. - Это для вас с дядей, а тут - для Наен, - он с поклоном протянул ей подарки.

- Спасибо, Со Джун, - улыбнулась она.

Наен стояла, наклонив голову на бок и смотрела на молодого человека. Маленькая девочка лет пяти тронула ее за руку и спросила:

- Это твой дядя?

- Нет, двоюродный брат, - ответила Наен.

- Он очень большой, ты меня обманываешь, - возражала та.

- Говорю же, не дядя, - настаивала девочка. - Не веришь - смотри.

Она подошла к парню и громко сказала:

- Привет, сачхон. Ты снова опоздал.

- Привет, сестренка, - Джун подхватил ее на руки и поднял вверх, от чего Наен взвизгнула, а потом звонко рассмеялась. - Отпусти меня, я боюсь!

Со Джун покружился с ребенком еще чуть-чуть, а потом плавно опустил на землю.

- Ух ты! - восхищенно произнесла малышка в розовом ханбоке. - Я тоже так хочу!

Джуну пришлось кружить еще добрый десяток детей. На всех была надета традиционная одежда, украшенная атласными лентами.

- Все, хватит, - сказал он, опуская мальчика в зеленой одежде. - Уже голова кружится.

Наен стояла на лестнице и обиженно смотрела, как развлекаются другие дети. Пусть все они родственники, но Со Джун к ней ближе всех, а это значит, что только ее должен был кружить. Заметив взгляд, наполненный разочарованием, кузен подошел к ней, погладил по голове и предложил пройти в дом, чтобы посмотреть подарки. Все еще дуясь, Наен все же последовала за братом.

В холле, украшенном цветами, перед ширмой у стены, соорудили "алтарь предков" и установили праздничный стол. На части, которая смотрела на север, стоял рис, на южной - три вида фруктов со срезанной верхушкой и овощи. На западной стороне и в середине поставили вареную курицу и жареную рыбу. На востоке - рисовые пирожки и напитки Макколи, а так же рисовое вино. Между ними стояли тарелки с лепешками чжон - особыми блинчиками из рыбы, яиц, муки и овощей. Пиалы с джапче - лапшой с мясом, овощами и специями. Пибимпаб и глиняная миска с водой. В высоких подсвечниках установили свечи.

- А это кто? - спросила пожилая женщина с седыми волосами, одетая в синий ханбок. - Неужто, Со Джун? Как же давно я тебя не видела. Как вырос, возмужал.

- Простите, я вас совсем не помню, - Джун поклонился женщине.

- Конечно, еще бы тебе меня помнить, - хмыкнула она. - Мы виделись всего раз, когда Наен исполнился год. А сейчас ей уже восьмой пошел.

Девочка, о которой только что упомянули, выбежала в холл с игрушечной собачкой. Глаза ее блестели от счастья.

- Откуда ты знал, что я хочу собаку? - воскликнула она.

- Это так очевидно. Все дети мечтают о собаке, - ответил Джун, вспоминая, как сам мечтал о щенке, но получил отказ.

- Тише, детка, имей уважение к духам предков, - женщина поймала ее и прижала к себе. - Твой сачхон очень внимательный. Слушайся его и почитай.

- Оппа, я так счастлива! - девочка была в восторге. - Щеночек, совсем как настоящий. И папа не будет сердиться.

- А кукла тебе понравилась? - Со Джун наперед знал ответ, но рискнул спросить.

- Она красивая, но песик лучше, - кузина светилась от радости.

Тут на ступеньках раздались шаги и послышались голоса, а через минуту, друг за другом вошли мужчины.

- Папа, посмотри, что мне подарил Со Джун! - Наен подбежала к отцу и показала ему собачку. - Я буду его любить, очень-очень.

- Кого, золотко, Со Джуна? - усмехнулся отец.

- Щеночка, - смутилась девочка. - И Джуна тоже.

- Подкупаешь мою дочь, племянник? - пошутил мужчина. - Вижу, ты хорошо знаешь, чем растопить женское сердце. А деньги откуда? Подарки ведь не из дешевых.

Джун подошел к дяде поближе.

- Премию получил, - ответил он.

- Вот это мы позже обсудим, - дядя нахмурился, так как знал, за что были выданы деньги. - Сейчас совершим ритуал, после поедим.

Мужчина опустился на колени, взял со стола спички и зажег свечи. По традиции, это должен был делать старший мужчина в доме. Когда он поднялся, то же самое повторили остальные родственники, в том числе Джун.

Когда он снял обувь и встал на колени, пламя свечи дрогнуло, а сбоку стекла капля воска, будто свеча плакала. Женщина, которая наблюдала за ним, покачала головой. Бедный, потерять обоих родителей и остаться сиротой, врагу не пожелаешь такой участи.

Джун помолился об упокоении души мамы, поблагодарил предков за поддержку и помощь с небес, а потом встал.

В столовой, перед низкими столами, уже расселись мужчины, женщины, а за отдельным столом дети. Дядя подождал, пока все утихнут, а потом произнес слова молитвы.

- Поблагодарим наших предков за все то, что они сделали для нас. Пусть упокоятся их души с миром.

Мужчина поджег написанную на бумаге молитву от пламени свечи. Только после этого все приступили к трапезе.

- Всю ночь готовили, - сказала женщина, сидевшая напротив Джуна. - Попробуй-ка, сонпхён. Гляди, какие они получились красивые и ровные.

Разноцветные пирожки из рисового теста, с начинкой из сладкой фасоли, имели легкий сосновый аромат, так как разделочную доску посыпали хвоей. Считалось, что у хорошей хозяйки, лепивший красивые пирожки, дети тоже будут красивыми. Но учитывая, как последнее поколение гналось за модой и совершенством с помощью пластической хирургии, об этом можно было не волноваться.

На стол поставили жареное мясо, кимчи, курицу, вареный рис и рыбу. Дети пили сок, а взрослые - рисовое вино. Дядя, сидевший во главе стола, смотрел на Джуна, пытаясь поймать его взгляд. Но парень старался не озираться по сторонам.

После того, как все поели, по традиции полагалось посетить могилы предков. Для этого со столов собрали еду, разделили на три части. Детей оставили дома под присмотром бабушек и няни.

Со Джуну пришлось сесть в машину дяди, которую вел личный шофер. В салоне пахло апельсинами.

- Теперь, когда мы одни, можешь рассказать, что произошло в тот вечер?

Вопрос был ожидаем, но задали его внезапно. Джун повернулся к мужчине.

- Я сам не понимаю, что случилось. Просто почувствовал опасность, а водитель вовремя затормозил.

- Пусть так, - согласился дядя. - Но я же предупреждал: не привлекай к себе внимание. И еще просил быть осторожным. Я обещал позаботиться о тебе, потому не заставляй меня нарушить слово, данное сестре.

Его рука, лежавшая на колене, дрогнула.

- Хорошо, я постараюсь, - Джун опустил голову, чувствуя укол совести.

- Уж постарайся, - мужчина говорил твердо, оставляя последнее слово за собой. Да, он любил племянника, но не желал показывать себя слабым. Джуну еще многому придется научиться, а для этого у него должен быть перед глазами достойный пример.

Машина поднималась в гору. Все кладбища в Корее были расположены на возвышениях. Оставив машины, родственники направились к открытым воротам. Пройдя изрядную долю пути, дядя Джуна остановился и обернулся, чтобы проверить, нет ли отставших. Все десять человек были на месте. Чтобы пройти к могилам, нужно было повернуть направо и еще немного подняться.

Джун повернулся и посмотрел вниз. Сверху открывалась панорама города, а вокруг все утопало в зелени.

Одна из женщин прошла мимо парня, чтобы подать стоявшему у могилы отца циновку и корзинку с едой. Она дала Джуну кусок ткани, смоченный водой, пустой пакет и сказала, чтобы он протер памятники от пыли. А еще повыдергивал сорняки.

Пока племянник протирал памятники дедушки, бабушки и матери, дядя расстилал на траве циновку, ставил пиалы с едой и водой. Потом встал на колени, поклонился и произнес:

- Мы пришли. Сегодня Чхусок, отец. Мама и сестра. Примите это подношение в знак уважения.

Мужчины и женщины по очереди становились на коврик и кланялись до земли. Жена дяди положила на могилы цветы в нечетном количестве. Она как-то странно посмотрела на Джуна, но ничего не сказала и отошла в сторону.

Джуну дали время постоять подольше и выговориться. Он просил прощения у мамы за то, что не смог приехать. Рассказал о расставании с девушкой, о работе в компании и благодарил за чудесное спасение. А еще просил, чтобы она наставила сына на истинный путь.

Когда Джун поднялся с колен, цветы, лежавшие на могиле, упали вниз, прямо под ноги. Все, кто это видел, сказали, что это знак подают. Он поднял цветы, положил обратно и снова поклонился. Пришло время прощаться.

Родственники произнесли последние слова и обещали приехать на следующий год. Циновку и посуду забрали с собой, а еду оставили там.

Джун сполоснул руки водой из бутылки и забрался на задние сидение автомобиля. В этот раз супруга дяди поехала вместе с ними. Она сидела рядом с Джуном и смотрела в окно. Муж занял место рядом с водителем, но изредка поглядывал в зеркало то на племянника, то на жену. С ней происходило что-то странное.

- Как тебе нравится работа в компании? - небрежно спросила она Джуна.

- Немного отличается от работы заграницей, - честно ответил он. - Все эти жесткие правила, контроль, иерархия... Обязательно ли нам их соблюдать?

- Начнем с того, что правила устанавливались еще при твоей матери, - сухо ответила женщина. - Сотрудники компании привыкли и не жалуются. Менять что-либо никто не решится, слишком это рискованно. В корпорации начнется хаос и неразбериха. Система работает, все довольны. Не лучше ли оставить в покое отлаженный механизм, работающий как швейцарские часы?

- Очень разумный ответ, - отозвался дядя, слышавший разговор. - Чтобы менять устав, нужно одобрение акционеров. А они вряд ли согласятся на такой необдуманный шаг, ведь в случае ошибки это отразится на акциях, что приведет к потере миллионов. Скажи, это твоя идея или кто-то надоумил?

Джун возмутился и сказал, что думал о работниках своего отдела, которые годами работают на нижних этажах и не имеют карьерного роста. А также упомянул о придирках финансового отдела.

- И подобные выводы ты сделал после двух дней работы? - хмыкнул дядя. - В финансовом отделе работают проверенные люди, имеющие степень бакалавра. Не все проходят отбор так легко, как ты, - намекнул он. - Они - настоящие профессионалы своего дела. Все на своих местах, поверь. А вот отдел IT хромает, не хватает специалистов.

Джун не стал спорить, так как понимал, что его время еще не пришло. Зато вспомнил о парне, с которым познакомился в аэропорту.

- Кажется, у меня есть подходящая кандидатура, - сказал он. - Буду надеяться, что он еще не нашел работу.

- Забавный поворот дела, - произнесла женщина. Казалось, ей не понравилось предложение Джуна.

- Позвони ему и спроси, - сказал мужчина. - Если свободен, пусть принесет документы и пройдет собеседование.

- Позвоню сразу после праздника, - пообещал Джун.

- Договорились. Только никаких поблажек ему не будет, - дядя откинулся на спинку кресла и посмотрел в зеркало. Лицо жены скривилось, а в глазах отражалась злоба.

Глава 5

Глава 5

Два дня, проведенных в доме дяди, хватило с лихвой для того, чтобы пообщаться со всеми родственниками. У мужчин и женщин сложились свои компании, а дети перемещались по дому от одной к другой.

Комнат в доме было достаточно, но родственники предпочитали сидеть в саду, под вишнями, где хозяин дома поставил столы и стулья с резными спинками. Ребятишки играли то в прятки, то в морские фигуры, то просто бегали по саду и резвились. Беззаботное детство было прекрасной порой, которая быстро заканчивалась.

Наен тоже включалась в игры, но не могла надолго расстаться со своей собачкой. Удивительное механическое чудо не только имело вид живого существа, но даже "дышало", как настоящий щенок. Живот то поднимался, то опадал, что вызывало иллюзию дыхания. Стоила игрушка недешево, но Джун ни разу не пожалел, что потратил деньги.

Сам он завести собаку не мог, так как боялся, что животное будет подолгу оставаться в квартире без присмотра, скучать, выть, а это не понравится соседям. То, что могло сойти с рук в другой стране, здесь не прощалось. На слишком шумных соседей вызывали полицию, а с этими ребятами связываться никому не хотелось.

Между Наен и Со Джуном было заключено перемирие. Сейчас девочка все чаще подходила к кузену, так как в глазах друзей отчетливо видела восхищение. Правда, только мнение девочки изменилось в лучшую сторону, чего нельзя было сказать о ее матери.

Она старалась казаться вежливой и дружелюбной, и только. Избегала встреч с племянником мужа, напускала на себя вид очень занятой хозяйки, хотя многое в доме выполнялось прислугой.

Все это не ускользнуло из внимания хозяина дома, но он предполагал, что супруга просто устала от шумных гостей, а Джун был самым младшим из родственников, не считая детей. И даже подумать не мог, что причина кроется в другом.

Когда парень стал собираться домой, дядя уговаривал его остаться еще на денек, когда еще они так соберутся? Но жена возразила, ссылаясь на то, что у Джуна, скорее всего, могут быть дела. И намекала, что пора бы покинуть их "гостеприимный" дом.

- Уже уходишь? - участливо поинтересовалась пожилая родственница в цветастом платье. - Что будешь делать дома, один?

- Отдохну, схожу в магазин, посмотрю какой-нибудь фильм, - ответил Джун с улыбкой.

- Да-да, конечно, - она закивала головой, будто хорошо представляла себе картину. - Тяжело, наверное, тебе приходится?

- Стараюсь привыкнуть к новой жизни, в которой нет мамы, - ответил Со Джун и поклонился.

Разговор навевал грусть, а грустить так не хотелось. Чтобы избежать дальнейших вопросов, молодой человек вызвал такси и вышел во двор. Когда машина подъехала к воротам, к Джуну подошли дядя и Наен.

- Приезжай, когда пожелаешь, - сказал мужчина. - И не забудь, мы всегда тебе рады. Теперь и Наен придерживается того же мнения.

- Оппа, приходи почаще! - воскликнула девочка и протянула ручонки к брату.

Джун поднял ее вверх и покружил, вызывая у ребенка неподдельную радость. Наен чмокнула кузена в щеку и зарделась. Ее учили не выражать чувства на людях.

- Обещаю, - с серьезным видом произнес Джун, опустил девочку на землю и открыл дверцу машины.

Он устроился на сидении и посмотрел на дядю. Тот захлопнул дверцу, махнул рукой, а Наен послала воздушный поцелуй. Детям в Корее позволялось многое.

Тетя так и не появилась, чем удивила всех, и не только своего мужа. Джун старался припомнить, не обидел ли чем-нибудь женщину, но на ум ничего не приходило.

В первый день, когда он появился в доме родственников, мать Наен была добра к нему и внимательна. Что же заставило ее так разительно измениться? И тут его осенило: работа в компании! Вот, что ей пришлось не по душе. Как ничтожно мало Джун знал обо всех подковерных играх и интригах корпорации.

Он дал себе слово, что обязательно добудет список всех главных акционеров, чтобы знать, кого опасаться. Ни для кого в Корее не являлось секретом, что совет директоров и акционеров мог сместить с должности самого председателя компании.

После ухода мамы пост руководителя временно занял родной брат. Не это ли стало причиной отчуждения его супруги? Впору было схватиться за голову и плакать. Самые близкие люди, которые остались на всем белом свете, могли предать. В дяде он не сомневался, но в аджумме...

* * *

- Проводили? - спросила мать Наен.

- Да! Оппа такой хороший! Почему я раньше этого не замечала? - мечтательно сказала девочка.

- О, детка, ты еще маленькая, много чего не понимаешь, - улыбнулась мать.

Муж взглянул на нее без осуждения. Скорее, это был немой вопрос.

- Почему ты не пошла с нами?

- Трудно сказать, - ответила она. - Наен, пойди, поиграй с друзьями, - женщина легонько подтолкнула девочку.

- Кажется, нам с папой нужно побеседовать.

Дочь хотела спросить, зачем нужно уходить, когда так хочется остаться и послушать? Но, увидев строгий взгляд отца, решила не капризничать, тем более, друзья действительно нашли нечто забавное и веселились от души. Как только девочка ушла, мужчина спросил:

- Дорогая, что происходит? Почему ты так странно ведешь себя с Со Джуном?

Женщина улыбнулась и покачала головой:

- Я всегда была с ним приветлива. Дорогой, тебе показалось.

- Я не слепой, - нахмурился он. - И ты это знаешь.

Женщине не нравился этот разговор, но продолжить его стоило:

- Хорошо, буду с тобой откровенна. Мне не совсем понятно, для чего ты привел племянника в корпорацию. У него недостаточно знаний.

- Дорогая, он проходит стажировку. Да, ему нужно время, но Со Джун всему научится.

Женщина почувствовала неприятное покалывание в области затылка, будто что-то давило на голову, а потом скользнуло и спустилось вниз по шее. Чувство было знакомо. Кто-то наблюдал за супругами со стороны. Обернувшись, она никого не увидела, но неприятное чувство никуда не исчезло.

- Ты уверен, что твой племянник справится с возложенной на его плечи задачей? - спросила женщина.

- Дело не в моей уверенности, - мужчина выпрямился и отвел взгляд в сторону. - Джун - настоящий наследник, а не только мой племянник. Я обещал сестре позаботиться о нем.

- Очень опрометчивое обещание, - криво усмехнулась жена, тщетно пытаясь отделаться от мысли, что кто-то подглядывает.

- У Джуна, кроме нас, никого нет, - напомнил муж.

- Не совсем так. У него есть богатая бабушка, если мне не изменяет память.

Мужчина поежился от напоминания о вредной старухе, которая поссорилась с невесткой и не пожелала видеть ни ее, ни собственного внука. Не могла смириться с гибелью сына в аварии и во всем винила невестку. Сидела бы та дома, как полагалось замужней женщине, а не посылала мужа на деловые встречи, ничего подобного бы не случилось. И слова проклятия, сорвавшиеся с уст, уже не вернуть. Механизм разрушения был запущен.

- Она слишком стара, дорогая. К тому же, мы не поддерживали с нею связь. Кто знает, жива ли она вообще?

Супруга фыркнула и пожала плечами.

- И что, из-за этого за Со Джуном должен смотреть ты? Что, в няньки нанялся? Он уже взрослый, сам о себе позаботится. К тому же, у нас подрастает дочь. Вот, кому по-настоящему нужны забота и внимание. Смотри, не разбалуй племянничка, а то на шею сядет и уважению конец.

- Со Джун не такой, - возразил ей муж, но червячок сомнения уже закрался в сердце.

- Постарайся не потакать его капризам, - настаивала жена, видя, какой эффект возымели ее слова. - Деньги - это хорошо, но они развращают молодежь. Будь с ним построже.

- Ты, как всегда, права, дорогая, - согласился с нею муж. - Пусть пока работает, а я понаблюдаю за его успехами.

- Или провалами, - усмехнулась женщина, когда отвернулась.

Она мечтала, чтобы парень допустил промах, тем самым доказав, что не заслуживает доверия и абсолютно непригоден для роли руководителя.

* * *

Вернувшись домой, Джун взял кредитную карту и отправился за покупками в гипермаркет, находившийся неподалеку. Людей в это время было много, и продавцы еле успевали раскладывать товар, а кассирам некогда было скучать.

Милая девушка, одетая в розовую футболку, бежевые брюки и мягкие туфли, подошла к нему и спросила, чем может помочь?

- Ищу, чем бы наполнить холодильник, - Джун улыбнулся, но вспомнил о маске. Вряд ли девушка это заметит.

- Не видела вас раньше, - сказала она. - Вы здесь впервые?

- Нет, я живу в том высоком доме, - он махнул в сторону, где должен был находиться дом. - Вернулся из Англии.

- О, Англия, - ахнула продавщица. - Наверное, видели саму королеву? Хорошо, наверное, путешествовать.

- Я там работал. Но воспоминания остались смешанные, - ответил Джун коротко, так как заметил недовольное лицо кассира. - Пожалуй, я сам разберусь с покупками. Спасибо за помощь.

Девушка поклонилась и продолжила заниматься товарами, чтобы не вызывать раздражение у начальства. А приятный молодой человек направился в сторону полок со средствами по уходу за кожей и волосами. Ходить вдоль аккуратных рядов можно было бесконечно долго, но Джун не желал тратить на это драгоценное время. Потому взял то, что показалось знакомым, положил в корзину и вернулся в продуктовый отдел.

Гипермаркет занимал обширную территорию, и у Джуна ушло около часа, чтобы обойти его. Отчасти тому способствовала музыка известной молодежной группы, заполнявшей все пространство. Она действовала расслабляюще, как и запахи свежей выпечки и крепкого кофе, заставляя забыть о заботах и получать удовольствие от траты денег. На самом деле - действующий маркетинговый ход, который не гнушались использовать не только супермаркеты, но и магазины одежды и электроники.

Однако Джун отдавал себе отчет в том, что складывал в корзину. В тележке, стоявшей у кассы, лежало лишь самое необходимое.

И даже в этом случае, рассчитавшись кредиткой, вышла довольно приличная сумма. О том, что нужно еще зайти в аптеку, парень вспомнил в самый последний момент, когда вышел из маркета, с полными пакетами. К ним добавился еще один, с таблетками от головной боли, спиртом и пластырем. Все остальное выдавалось только по рецепту врача.

Пакетов было так много, что парень потратил еще около двадцати минут на распаковку. Зато на полках появились крупы, специи, пачки лапши, а в холодильнике - свежая курица, мясо, яйца и овощи. На стеклянных стеллажах в ванной комнате - косметические средства.

Джун вернулся на кухню, спрятал таблетки в ящик стола и отошел в сторону, чтобы полюбоваться результатом проделанной работы. Кто говорит, что все мужчины - неряхи? Он мог поспорить с любым, что это не так. Правда, тогда те же люди могли назвать его нарциссом или психопатом. Но Джуну нравился порядок во всем, будь то шкафчик со специями или письменный стол.

Такой же порядок царил в шифоньере. Лишь о жизни он не мог такого сказать. В ней бразды правления были захвачены хаосом.

Молодой человек попытался вытряхнуть из головы мрачные мысли, которые часто досаждали своим присутствием, и переключиться на по-настоящему что-то важное. И первым в списке таких дел значился звонок случайному знакомому.

Где же лежал листок с его номером телефона? Суматоха праздничных дней не лучшим образом отражалась на мышлении, а особенно на памяти. Так куда же делась бумажка с записанным телефоном?

Она так и осталась лежать в кармане пиджака, висевшего на вешалке. Хорошо, что не выпала и не затерялась, а то пришлось бы краснеть перед дядей или лгать, чего Джун не допускал и не принимал в людях.

- Слишком честный, да? - с издевкой спрашивали его школьные товарищи, которые кичились силой. - Таких никто не любит! В жизни тебе придется туго, если не сумеешь врать и выкручиваться. Долго со своей честностью не протянешь.

Тогда подобные заявления поднимали в нем волну протеста. Как же так, ведь мама воспитывала его иначе. Теперь же, оглядываясь назад, Джун с грустью согласился, что правдивым быть тяжело. Но стать другим он не мог, да и не желал. Заложенные в детстве ценности не позволяли поступиться моральными принципами.

И людей с такими же принципами хотел Джун видеть вокруг себя. Потому и стремился связаться с парнем из аэропорта.

В пальцах одной руки он держал клочок бумаги, другой набирал номер. После трех длинных гудков ему ответил бодрый голос:

- Со Джун? Привет, как твои дела?

Джун удивился тому, как быстро его узнали.

- Джи Юн, спасибо, все хорошо. С праздником тебя, друг.

- И тебя, друг, - ответил парень.

- Уже нашел работу? - Джун хотел, чтобы ответ был отрицательным.

- Пока нет, но разослал CV в компании. А ты, устроился куда-нибудь?

На заднем фоне послышались веселые детские голоса, и Джун вспомнил дом дяди и Наен. В сердце всколыхнулись теплые чувства.

- Извини за шум, - сказал новый знакомый. - У нас гости, родственники приехали.

- Ничего, я сам два дня веселился с такими же малышами. Ты спросил о моей работе. По этому поводу я тебе и звоню. В компании не хватает программистов. Дядя просил пригласить тебя. Что скажешь, сможешь прислать резюме на адрес, который я скину?

- Работать в CG group?!- казалось, Джи Юн на мгновение потерял дар речи, в таком был потрясении. - Да это же не предложение, а мечта! Нет, это сказка! А ты не шутишь? - вдруг засомневался он.

- Какие шутки? - рассмеялся Джун, на минуту почувствовав себя волшебником, исполняющим чужие желания. - Сейчас сброшу адрес. Ждем тебя на собеседовании. Желаю удачи, Джи Юн, от души.

Джи Юн рассыпался в благодарностях, от чего Джун чувствовал неловкость. Ведь ничего такого не сделал, но испытал настоящую неподдельную радость. Делать кого-то счастливым было так приятно, ни с чем не сравнимое удовольствие.

И Джун намеревался продолжать в том же духе, когда на следующий день получил сообщение от Джи Юна о том, что его зачислили в штат сотрудников. Этот повод решено было отметить дома у Джуна. Он пригласил к себе друга, заказал готовую еду, чтобы не возиться на кухне, а товарищ принес с собой напитки.

- Проходи, располагайся, чувствуй себя как дома, - сказал Джун, замечая скованность гостя.

Тот снял в коридоре обувь и прошел в гостиную. Пребывая в легком шоке от увиденного, он переводил взгляд с одного предмета роскоши на другой. То, что одному казалось обыденностью, для другого было недосягаемой мечтой.

- И ты живешь тут один? - все еще не верил Джи Юн. Он взял с крышки фортепиано изящную фарфоровую статуэтку балерины.

- Как видишь, один. Но обставляла квартиру моя мама, так что, все теперь напоминает о ней.

- Прости, что заставил тебя думать о грустном, - извинился Джи Юн.

- Не извиняйся, я еще долго буду о ней помнить. Недавно я ездил на кладбище, на Чхусок. Все не могу поверить, что ее больше нет...

Джи Юн молча кивнул, соглашаясь. Он прошелся по всем комнатам, в легком состоянии изумления. Новый знакомый не кичился своим богатством. По Со Джуну нельзя было сказать, что он единолично владел такими апартаментами в самом центре Сеула, в самом дорогом районе.

Антикварная мебель, напольные статуи, редкие картины - его мать была ценителем искусства. Она умела сочетать европейский и азиатский стили превратила жилище сына в подобие музея.

Заказанную еду принесли быстро, и молодые люди расположились в столовой. Джи Юн привык есть, сидя на полу за низким столом, но здесь стояли стол и стулья на высоких ножках.

- Очень необычно, - признался парень. - Я ожидал увидеть тут несколько другое...

- Ты о стульях? - уточнил Со Джун. - Мама знала, что мне так больше нравится. Кстати, на фортепиано не играю. Максимум, что могу - это сбацать легкую песенку одним пальцем. А мама играла не только по нотам, но и подбирала мелодии на слух. Не знаю, почему, но я хочу, чтобы пианино осталось в этом доме.

- Я ходил когда-то в музыкальную школу, - сказал Джи Юн. - Так и видится: ботаник в больших очках тащит огромный, больше него самого, рюкзак с нотами. Игра на клавишах мне пригодилась. Сейчас занимаюсь тем же, только их заменили кнопки поменьше.

Со Джун усмехнулся. Парень с самоиронией, что может быть лучше?

Друзья коротали вечер за вкусным ужином и увлекательной беседой с интересными жизненными историями. Спустя час обоим казалось, что дружбе их много лет.

- Хорошо у тебя тут, - произнес Джи Юн, откидываясь на спинку стула. - Просторно, и одновременно уютно. А у нас дома тесновато. Может, я засиделся без работы, вот и ворчу. Не люблю сидеть без дела. Как только начну работать, накоплю денег и сниму маленькую квартиру.

- Подожди, попадешь в компанию, и отдых тебе будет только сниться, - ободрил его Джун.

- Это точно, - согласился друг. - Но и деньги там платят хорошие.

- Рад за тебя, правда, - сказал Джун и отсалютовал баночкой лимонада.

- Все благодаря тебе, - признал заслугу друг. - Даю слово, что сделаю все, чтобы не подорвать доверие, - парень встал и поклонился, прижав руку к сердцу.

Со Джун поблагодарил Джи Юна за честность и преданность. С таким другом и в разведку пойти можно - не подведет, что и говорить. И, так как возвращаться домой было поздно, он уговорил парня остаться, а утром вместе пойти на работу.

Он разложил диван, постелил на него простынь, сверху положил подушку и одеяло и включил ночник. Вернулся в столовую, но гостя там не застал. Джи Юн стоял на кухне и мыл посуду.

- Я не только посуду мою, но и готовлю, - усмехнулся тот, когда его застали за этим занятием. - Мама говорит, мне надо было родиться девочкой. А я не считаю зазорным помогать ей по дому и делить обязанности на женские и мужские.

- Интересный ты, все-таки, кадр, - пошутил Джун, не боясь, что друг обидится. - Повезет кому-то заиметь такого мужа.

- Не думаю, что это случится в скором времени, - Джи Юн вытер руки кухонным полотенцем и махнул им в сторону. - Мне в любви не везет. Девушкам нравятся сильные накаченные парни, а добрые и заботливые быстро надоедают.

- Ты не прав, - сказал Со Джун. - Сила не значит ум. Просто ты еще не встретил ту девушку, что оценит тебя по достоинству. На каждую кастрюлю найдется своя крышка.

Сам же вдруг вспомнил об Эмили. Кому он дает советы? Ведь даже со своей жизнью толком разобраться не смог. Но для Джи Юна его мнение имело большую ценность.

Молодой человек снял очки и протер их кусочком мягкой ткани. Выглядел он сейчас еще моложе и беззащитней.

- Не пробовал носить линзы? Это помогло бы при смене имиджа, - сказал Джун.

- Думал об этом, но осторожность взяла верх. Не уверен, что смогу их носить. В очках как-то привычнее.

- Ладно, - не стал настаивать Джун. - Но если захочешь, пойдем к окулисту вместе. У меня есть знакомый врач.

- Спасибо, - Джи Юн смутился от повышенного внимания к своей персоне. - Не знаю, почему ты возишься со мною. Но я благодарен.

- Хорошо, иди, ложись, я постелил в гостиной. Я не всех впускаю в свое пространство, это на будущее. Цени.

- Ценю, - молодой человек сложил ладони в молитвенном жесте и поклонился.

Чувствовать, что в одной с Джуном квартире находится еще человек, было очень необычно. Впервые за все время он ощущал невероятное спокойствие. Будто ангел накрыл его своим крылом. И ночь прошла в безмятежности и в полной уверенности, что все идет правильно.

Утром друзья быстро собрались, выпили кофе и отправились на работу. Джун пожелал Джи Юну удачи и просил звонить почаще, надолго не пропадать.

На двух симпатичных молодых людей сразу обратили внимание окружающие. Мало кто из работников компании дружил с коллегами. И в бухгалтерии к нему пристали с расспросами о красавчике в очках.

- Новый работник, программист, - ответил Джун, удовлетворяя всеобщее любопытство.

- Слышала, у них не хватает специалистов, - подтвердила Йон Хи. - Но айтишники такие скучные.

- Джи Юн не такой, - вступился за друга Со Джун. - Мало того, что он трудолюбивый и талантливый, так еще и внимательный. Не надо делать неверные выводы о человеке только потому, что он носит очки.

- А я и не делаю, - стушевалась Йон Хи. - Мне он показался милым.

Тут в бухгалтерию вошел начальник, и предупредил об аудите. В руках у него была стопка бумаг с подсчетами. В финансовый отдел уже прибыли люди и занялись проверкой предоставленных отчетов.

- Скорее, за работу, - скомандовал он, подняв руки вверх, подобно дирежеру. - Сейчас вам перешлют файлы.

Просидев за монитором более трех часов, Со Джун почувствовал, как затекает шея, напрягаются руки. От цифр рябило в глазах. Одна ошибка могла привести к непоправимым последствиям. Тут на глаза попался счет из ресторана, который до этого не проходил по расходам. Парень сверился с датой: все верно, обедали месяц назад. Отдел финансов поражал своей наглостью.

То же самое попалось старшему бухгалтеру Ши Со Йон. Девушка вглядывалась в счета и не могла понять, какое отношение к расходам компании имеет покупка дорогой техники, явно не для офиса.

- Что это? - задала она вопрос вслух. - Сонбэним Хан, вы не могли бы подойти сюда?

Начальник вздохнул - похоже, назревал конфликт, который затронет каждого в отделе. После тщательной сверки вырисовывалась такая картина: финансовый отдел, без зазрения совести, тратил средства компании на свои нужды.

- Они что, бессмертные? - вспыхнул он. - Не боятся председателя?

- Такого не было при госпоже Кан, упокой Господь ее душу, - произнес заместитель менеджера.

- Тише, а то услышат и донесут, - шикнула кудрявая Йон Хи.

- Почему финансовый отдел позволяет себе такое? - спросил Джун.

- Потому, что их начальник - друг жены председателя, - с иронией произнесла Йон Хи, и, заметив испуганные взгляды, добавила:

- А что, это всем давно известно. Госпожа - одна из крупных акционеров. Кто осмелится выступить против начальника финансового отдела?

- Твоя правда, - с досадой сказал начальник бухгалтерии. И что теперь, позволить им тратить деньги компании, как заблагорассудится?

- Откуда мы знаем, вдруг он делает это с молчаливого согласия аджуммы?

Джуну все это переставало нравиться. Но что он мог сделать? Стажер бухгалтерии, у которого прав голоса меньше, чем у любого сотрудника компании с низкой должностью. Но и смотреть, как дело его матери рушится, было слишком тяжело.

И когда на мониторе появилась крупная сумма, затесавшаяся ошибка в шестьсот миллионов вон, молодой человек посчитал это знаком свыше.

- Они утверждали, что там все верно, - сердился менеджер. - Сказали, что все следует оставить в том виде, в котором придут бумаги. Не думаю, что это ошибка.

Джун не захотел молчать, не смог. Он сделал распечатку отчетов и отправил их по факсу в финансовый отдел. Уже через пятнадцать минут в бухгалтерию влетела старшая бухгалтер финансового отдела Ан Харин. Взгляд ее метал громы и молнии. Игнорируя сидевшего за столом Джуна, она накинулась с обвинениями на начальника отдела. По помещению распространялся резкий запах ее духов.

- Вы вообще следите за своими работниками, начальник Хан?

- Конечно, аджумма, а что случилось?

Красивое лицо ее перекосилось от плохо сдерживаемой ярости.

- Ха, как бы не так! Говорите, что следите? Тогда почему какой-то простой стажер указывает нам, что делать? Да как осмелился, совсем страх потерял?!

- О ком вы говорите? - пролепетал мужчина, вытирая платком пот со лба.

- Ваш новенький перешел все границы! Да кто он такой? Если хочет здесь задержаться, должен стать невидимкой! А нет, так мы в два счета выкинем его из компании! - кричала девушка, от чего длинные серьги то и дело били ее по щекам.

Ан Харин даже не посмотрела на парня. Только круто развернулась на каблуках и вышла, громко хлопнув дверью.

- Что это было? - у Ши Со Йон рот открылся от удивления.

- Хотел бы я сам знать. Кан Со Джун, зачем вы это сделали? Смерти моей захотели? - начальник помахал рукой, пытаясь развеять запах духов, которым пропах весь отдел. - Они же добьются вашего увольнения, - схватился он за голову. Парень ему нравился, жаль было терять хорошего работника.

- Не посмеют, - сказал Джун абсолютно спокойно.

- Ну да, мечтай, - хмыкнул Чо Сан Мин и поправил очки. - Это же отдел финансов! - он поднял указательный палец вверх.

- Знаю, выше только председатель и директор компании, - без страха произнес Со Джун и занялся делами.

Коллеги переглядывались между собой и с восхищением смотрели на стажера.

- Вот же отчаянный, - тихо сказала Йон Хи.

- Я все слышу, - Джун усмехнулся.

То, что финансовый отдел стоит на ушах, он не сомневался. Безумный стажер, не знающий своего места, осмелился тягаться с небожителями. И когда позвонил дядя, Джун был к этому готов.

- Ты снова воду мутишь? - строго спросил он. - Что это за история со счетами? Менеджер финансового отдела грозится тебя уволить.

- А вы это допустите, дядя? - прямо спросил Джун.

- Нет, если объяснишь. Хочу услышать внятный ответ.

- В компании моей покойной мамы завелись крысы.

- Какие еще крысы? - рассердился дядя.

- Самые настоящие, - ответил Со Джун. - По-вашему, я должен спокойно смотреть, как они открыто воруют и прикрываются дружбой с женой председателя?

- Ты ворошишь осиное гнездо. Не боишься, что покусают? - усмехнулся дядя.

- Правда на моей стороне, - сказал племянник. - Они позволяют себе такое поведение потому, что не знают, кто я такой.

- Хорошо, я разберусь с этим. Но ты не станешь больше вмешиваться в процесс.

- Постараюсь, но не обещаю.

Дядя понимал, что определить Джуна в бухгалтерию было ошибкой. И с этим надо было что-то делать, как можно быстрее.

Глава 6

Глава 6

Аудит был в самом разгаре, но Джуна вызвали в отдел кадров. Коллеги провожали его сочувствующим взглядом, а сердобольная Йон Хи подбодряла и держала за него кулачки.

- Что бы ни случилось, мы с тобой, - сказал начальник и похлопал его по плечу. - Надеюсь, не уволят.

- Все может быть,- ответил Джун и вышел из помещения.

Пока он поднимался на третий этаж, то перебрал в уме десяток из вероятных вариантов, где увольнением оказался самый худший, а наилучшим - банальный штраф. Странно, ведь дядя давал обещание... От таких мыслей на сердце становилось невыносимо тяжело.

Когда парень шел по коридору, то не обращал внимания на тех, кто с любопытством выглядывал из-за дверей кабинетов и смотрел на него. Он собрался с духом и постучал в закрытую, а когда услышал знакомый голос, то вошел.

- Добрый день, аджумма, - Джун поклонился. - Вызывали?

Начальница кадрового отдела широко улыбнулась и встала, чтобы поприветствовать гостя.

- Не думала, что мы так быстро встретимся, - сказала она. - Сядьте, пожалуйста.

Девушки, сидевшие за компьютерами, усердно делали вид, что заняты делами, но внимали каждому слову.

Женщина села, расправила жабо на кремовой блузке и положила руки на стол. Видно было, что она нервничала и неумело это скрывала. Перед ней лежала папка с бумагами, а справа - стопка листов с прикрепленной к ним фотографией, на которой Джун узнал себя.

- Увольняют? - с усмешкой спросил он и кивнул на фото.

- Нет, переводят в другой отдел! Распоряжение генерального директора отдела кадров, - поспешила пояснить она.

- А разве не вы начальница?- удивился Джун.

- О, что вы, я всего лишь заместитель. Все директора сидят там, - она указала пальцем на потолок, подразумевая совсем другое, о чем все молчали. - Даже не представляете, как я рада. Теперь вы займете подобающее место в компании.

Она встала, поклонилась, все так же улыбаясь, шикнула на девушек, чтобы сделали то же самое. Те быстро поднялись, поклонились и захихикали. Все это было похоже на какую-то насмешку, глупую шутку.

- А если откажусь? - спросил Со Джун.

Женщина отрицательно покачала головой, показывая, насколько глупым выглядело его стремление показать свою независимость.

- Председатель ожидал такой ответ, - нахмурилась она. - Исключено, сабоним Кан.

Джун знал, что дядя не потерпит отказа. Из двух вариантов выбрать правильный было сложной задачей, от которой зависело его будущее. Уйти или остаться? Оставить компанию он всегда успеет, но для того, чтобы разобраться, что тут происходит, нужно воспользоваться предоставленным шансом. И Джун попросил показать ему бумаги.

- Как же быстро, - произнес он, листая страницы. - Моей скромной персоне посвятили так много времени. Когда пришло распоряжение?

- Сегодня утром было небольшое совещание, - женщина все так же улыбалась, и улыбка выглядела искренней. Отчего же хотелось стереть ее ластиком с этого лица?

- Какой отдел? - смиренно спросил он.

- Начальник отдела дизайна, рекламы и креатива, - ответила женщина, доставая из ящика стола лист.

- Чем же я так не угодил ему на месте стажера бухгалтерии? Убирают подальше от финансов, - тихо сказал Джун и поймал на себе недоумевающий взгляд.

- Вы разве не рады назначению?

- Отчего же, очень престижная должность, как я понимаю, - с полной серьезностью произнес Джун.

Не стал бы он объяснять этой милой женщине простую истину, заключавшуюся в том, что дядя, фактически, отстранил его от всего важного, что происходило в корпорации. Наверное, почувствовал угрозу своему положению и решил подстелить циновку, чтобы не было больно падать. Каков хитрец! Интересно, он сам принимал это решение или благоверная подсказала выход из создавшейся ситуации?

- Так что, господин Кан, - осторожно спросила начальница, - мне выписать новый пропуск?

- Оформляйте, - резко ответил он и встал со стула.

- Вот и хорошо, вот и правильно, - приговаривала дама, стараясь, чтобы улыбка не казалась фальшивой. - Примите мои, нет - наши поздравления! Искренне, от всего сердца!

Девушки, уже без напоминания, подскочили, как ошпаренные, чтобы вместе с начальницей раскланяться высокому гостю. Не часто их удостаивали такой чести. Чаще приказы, исходившие от руководства, приходили по электронной почте и не обсуждались сотрудниками. А само начальство не спускалось на нижние этажи, а вызывало наверх.

- Куда мне теперь? - спросил молодой человек, когда с церемониями было покончено.

- Оставьте пропуск здесь, он вам больше не понадобится. И поднимайтесь на шестнадцатый этаж,- женщина произнесла это с придыханием и почти с благоговением, будто шестнадцатый этаж был обителью богов. - Я проинформирую начальника бухгалтерского отдела и предупрежу менеджера отдела рекламы.

Джун снял висевший на шее пропуск и положил его на стол, а девушки с восторгом наблюдали за привлекательным молодым человеком, все еще не веря, что он является родственником самого председателя С G group.

Со Джун не знал, как заявить о переводе коллегам из бухгалтерии, причем, в такой ответственный момент. И когда он вернулся в отдел, то понял, что всем все известно. Кто-то смотрел на парня с заинтересованностью, а кто-то не скрывал справедливое негодование. Первой накинулась на него Йон Хи:

- Кан Со Джун, не стыдно притворяться бедным стажером? Мы все здесь верили, что ты - один из нас. Но нет, ты оказался птицей высо - окого полета! - она резко взмахнула рукой ввысь.

- Да, Йон Хи права, - поддержал ее Дасоль. - Когда собирался нам сказать, что переходишь на несколько ступеней вверх?

- Спокойно, ребята, - начальник поднял руки, пытаясь, как обычно, утихомирить недовольных. - Думаю, на то были веские причины, так ведь, стажер Кан?

Со Джун извинился перед друзьями и сказал, что не думал уходить из бухгалтерии. Но против приказа руководства пойти не может.

У него начинала болеть голова, хотелось на время остаться одному, но взгляды, жаждущие объяснений, не давали возможности расслабиться или сделать звонок дяде, чтобы расставить все точки над i.

У Джуна оставалось мало времени, чтобы попрощаться с коллегами.

- Наш Со Джун совершил квантовый скачок, - с улыбкой заметил менеджер. - Какие еще тайны скрывает стажер Кан?

Джун не мог сейчас рассказать, что председатель - его дядя. Тайна принадлежала не ему одному.

Вещей на рабочем месте было мало - канцелярская книга, блокнот, письменные принадлежности, все это можно было оставить на столе. Он был уверен, что нечто подобное есть в офисе, потому забрал с собой только ежедневник, в котором делал важные пометки.

- Все это очень настораживает, - с недовольством произнес начальник Хан.

- Да, как-то странно: сразу после найденных Со Джуном ошибок, его переводят подальше, - поддержал начальника бухгалтер Чо Сан Мин.

- Эх, что-то тут нечисто, - продолжил начальник. - Аудит выявил несколько несостыковок в отчетах, допущенные финансовым отделом ошибки.

- У меня есть подозрения, что они провели махинации, - тихо сказала Ши Со Йон. - Замешан ли в этом сам председатель?

- Тише, старший бухгалтер Ши, - замахал на нее руками менеджер. - Даже у стен есть уши, не забывай об этом.

Дасоль, чтобы перестраховаться, высунулся за дверь и проверил, нет ли за нею подслушивающих. Убедившись, что там пусто, вернулся и провозгласил:

- Все чисто, можете не беспокоиться.

- Ах, черт, мы что, в шпионов играем? - выругался начальник Хан. - В общем, что я хотел сказать: стажер Кан, ты уходишь, но это не значит, что мы перестаем быть друзьями. Можешь навещать нас в любое время. Чтобы просто поболтать или поделиться новостями.

- Да, особенно, если нужна помощь, - вмешался менеджер Мин Кенду.

- Все потому, что сунул нос, куда не следовало, - с умным видом сказал бухгалтер Ли Хо Сок.

- Ты раньше молчал, вот и продолжай в том же духе, - прошипела Йон Хи.

- А что такого я сказал? Всем это понятно, - ощерился обиженный Хо Сок.

- Так! Все садитесь на места, а то совсем обленились, - скомандовал менеджер. - Ступайте, стажер Кан, не задерживайтесь.

Джуну пожелали удачи на новом месте, хотя довольных его уходом не было, так как все успели привыкнуть к новому стажеру и надеялись, что со временем он станет одним из ведущих бухгалтеров.

У лифта его встретила улыбчивая девушка в строгом костюме.

- Этот лифт только для руководителей компании, - сообщила она и указала на другой. - Вам туда.

Джун усмехнулся, но спорить не стал. Дождался, пока откроются двери, вошел и посмотрел на табличку с кнопками: двадцать этажей, из которых только восемнадцать заняты простыми работниками. Два самых верхних принадлежали директорам и председателю компании. Вход туда был практически закрыт для обычных сотрудников.

На двадцатом этаже располагался актовый зал, ресторан для торжественных встреч и празднеств. Джун нажал на цифру девятнадцать. Когда кабина поднималась, сердце сжалось, показалось, что лифт движется вниз. Молодой человек повернулся и осмотрелся кругом - кругом были зеркала, и в каждом из них отражался он сам.

Остановившись на верхнем этаже, лифт остановился, двери открылись и быстро захлопнулись за вышедшим парнем. Площадка перед лифтом поразила как идеальной чистотой, так и отличной от других этажей отделкой.

Стены, обшитые панелями из темного дерева, с золотыми узорами и ковровые дорожки создавали атмосферу пятизвездочного отеля. Вот с чем Джун мог сравнить коридоры этого этажа. Любопытно, кто постарался над убранством, мама или дядя? Впрочем, это было уже не так важно.

Никогда раньше Джун не поднимался сюда, потому не знал, в какой части находился кабинет. Зато это хорошо знал охранник, который появился перед ним, как из-под земли и потребовал удостоверение или приглашение, отпечатанное на бланке и заверенное подписью самого председателя.

- Я Кан Со Джун. Передайте председателю, он знает.

- Не положено, - ответил охранник. - Если встреча не назначена, можете уходить, - парень, одетый в черную униформу, был намного выше Джуна и имел устрашающий вид.

Конечно, не пойми кого, в охрану не возьмут, и кандидаты проходили тщательный отбор. Руководство обращало внимание на рост, физическую подготовку и внешность. А реакцию Джуну посчастливилось видеть в деле.

Парень в форме сделал знак ждать и достал из нагрудного кармана рацию, чтобы связаться с секретарем. Поднимаясь сюда, Джун даже не предполагал, что придется столкнуться с такими проволочками. Насколько он помнил, мама никогда не говорила об охране верхних этажей. Так чего опасался дядя? Или это супруга позаботилась о безопасности?

Как много странностей произошло после того, как главной владелицы корпорации не стало.

Джун внимательно следил за тем, что делал секьюрити. Тот говорил тихо, хмурился, потом согласно кивнул и посмотрел на нежданного гостя. Затем спрятал рацию в карман и слегка кивнул головой.

- Пройдемте сюда, - он указал на дверь в самом конце коридора.

Конечно, кто бы сомневался, они шли к самому дальнему кабинету, и чтобы от лифта до него добраться, приходилось миновать десяток дверей, бравого охранника и пересечь всю галерею.

Секьюрити открыл дверь перед Джуном и предложил войти. За дверью оказалось большое помещение с открытым окном, в котором стояли письменный стол, два стула и диван, обитый светлой кожей. За столом сидел секретарь, но не девушка, как предполагали многие, а мужчина. Он что-то вносил в ноутбук, но заметил вошедших, и поклонился.

- Сабоним Кан? - сказал он. - Проходите, сонсэнним ждет вас.

Джун не стал дожидаться повторного приглашения и направился к приоткрытой двери.

Дядя стоял у огромного французского окна, по обеим сторонам которого спускались бархатные портьеры бордового цвета. У одной стены стоял стол из темного дерева и массивные стулья с высокими спинками, у другой - диван и два кресла для гостей. Кабинет был невероятно просторным и, как минимум, подходил для шести человек. Компьютера на столе не было, зато стояли ваза с цветами, настольные часы, подставка для карандашей и ручек. Тут же лежала книга с логотипом корпорации. А на стене висел портрет дяди и флаг Кореи.

Мужчина обернулся к вошедшему.

- Все-таки не утерпел и решил со мной увидеться, - сказал он.Удивительная манера речи, как у его секретаря. - Может, сядешь?

Сидеть Джун не хотел, потому остался стоять.

- Почему? - спросил Джун.

Мужчина прошел от окна к столу и сел за него.

- Ты о переводе? - он прищурился.

- Да. Зачем? - повторил Джун.

- Рано или поздно, это случилось бы. Так чего ради ждать?

- Я не хочу переводиться, - твердо заявил племянник.

Дядя нахмурился.

- Это уже не тебе решать. Я считаю, что будет правильным дать тебе возможность подняться по карьерной лестнице.

- Скажите честно, аджосси, вы специально убираете меня подальше от важных дел? У корпорации какие-то проблемы?

- А вот это тебя не касается, - в голосе мужчины звенел металл. - Не придумывай себе глупости.

- Как раз, это меня касается, - Джун оперся о стол и подался корпусом вперед. Теперь его лицо было почти на уровне с глазами сидевшего.

Дядя не сдвинулся с места даже на миллиметр, казалось, ситуация забавляла его, так как на губах появилась улыбка.

- Скоро всем станет известно, что аджумма Кан была моей матерью, и я являюсь наследником корпорации, - процедил Джун сквозь зубы.

- Сначала стань им, - усмехнулся дядя. - Решил, что все так просто? Пришел, увидел, победил? Я делаю это ради твоего же блага, потому не стоит видеть во мне врага. Ты хорошо зарекомендовал себя, вот я и подумал, что испытательный срок завершен. Завтра проведу собрание директоров и представлю тебя официально. Советую подготовиться. Кстати, речь для тебя напишут профессионалы, выступишь с нею. Все, свободен, - он махнул рукой и взял со стола звеневший телефон.

Мужчина встал из-за стола, ни разу не оглянувшись, отошел к окну и стал говорить со знакомым. А Джуну не оставалось ничего другого, как только покинуть кабинет. Вот и поговорили.

Секретарь складывал бумаги в шкаф с матовыми стеклами. В открытое окно врывался свежий ветерок и ворошил бумаги на столе.

- Уходите? - спросил мужчина, обращаясь к Джуну.

- Да. Разговора не вышло, - ответил он.

- Председатель строгий, но справедливый. Не нужно обижаться на его резкие слова.

- Он же ваш непосредственный начальник, вот и хвалите, - усмехнулся Джун.

Секретарь остановился, положил очередную папку в шкаф и закрыл створки, а потом запер замок ключом.

- Сабоним Кан, хочу рассказать вам очень короткую историю, если позволите. В далекой юности я с родителями ездил в Японию. Японцы - очень мудрый народ, кто бы что не говорил. Как думаете, почему там много долгожителей?

- Здоровая пища? - предположил Джун.

- Не совсем так, хотя и это играет немаловажную роль. Они научились плыть по течению и не сопротивляться. Отпускать ситуацию до более удобного времени.

- Не означает ли это, что человек сдался? - спросил Джун.

- Кто вам такое сказал? Посмотрите на ситуацию с высоты птичьего полета. Так что же делают японцы? Они улыбаются, согласно кивают головой, а потом все делают по-своему.

- Но это же лицемерие, - возмутился собеседник.

- Нет, это мудрость. Если желаете - хитрость. Что толку биться головой в кирпичную стену? Так можно потратить все силы, да и голову разбить. Кому хуже сделаете? Для всего есть свое время. Не лучше ли набраться терпения и немного подождать?

- Почему вы говорите мне все это? - с недоумением спросил парень.

- Я помню вашу мать, сабоним Кан. Она была ко мне очень добра. Не забывайте, что я вам сказал.

Мужчина поклонился и занялся своими делами, будто этого разговора между ними не было. Но Джун запомнил его слова, они отпечатались глубоко, в сердце.

Выйдя из кабинета, он направился к лифту, где снова повстречал охранника. Тот стоял, широко расставив ноги и заложив руки за спину. На лице не отражалась ни одна эмоция - просто застывшая маска безразличия ко всему происходящему. На парня он не обратил никакого внимания.

Тот не стал дожидаться лифта, а спустился по мраморным ступенькам лестницы. На шестнадцатом этаже, на площадке напротив лифта стояли диван и стеклянный журнальный столик с глянцевыми журналами и буклетами с рекламой CG group. По коридору торопливо сновали люди, занятые своими мыслями и рабочими поручениями.

Стен между отделами не было, их заменяли стеклянные перегородки. За компьютерами сидели девушки и парни модельной внешности. Конечно, ведь это был отдел, являющийся "лицом" всей корпорации.

Джун проходил мимо стеклянных кабинетов, похожих на аквариумы и совершенно неожиданно стал свидетелем профессиональной съемки. Девушка-модель, в красном платье, с кукольным личиком и роскошными волосами рекламировала один из продуктов компании, стоя на фоне огромного полотна с реалистичным изображением моря, белого песка и зеленых зарослей. Большой прожектор был направлен на экран и его яркий свет заменял солнечный. Вокруг девушки суетились гримеры, стилисты и куча помощников. На молодого человека, появившегося в отделе, никто даже не обратил внимания.

Со Джун думал о своем предшественнике. Если его назначают на пост руководителя, то куда денется начальник? Получит ли тот повышение или его понизят в должности? А может, и вовсе дойдет до увольнения? В компании давно все встало с ног на голову, казалось, проблемам не будет конца.

- Эй, парень, иди сюда, помоги, - позвал его молодой человек в светлом полосатом джемпере и широких штанах. - Подержи-ка вот это, - он дал Джуну прозрачный сосуд, наполненный водой. - Встань на лестницу и по моей команде лей воду на девушку.

Джун так и застыл на месте, а парень рассердился:

- Ну, чего непонятного?

- Она же мокрая будет, - неуверенно сказал Джун и с сочувствием посмотрел на девушку.

Все, кто стоял рядом, дружно рассмеялись, а парень сказал:

- Так, я не пойму, ты меня учить вздумал? Станет мокрой, и что с того? Ей за это хорошо платят. Погоди, может, ты тоже хочешь денег? Так и скажи.

- Нет, я помогу, если так надо, - ответил Джун.

- Чудной какой-то, - пробурчал под нос рекламщик, глядя, как парень взбирается на складную лестницу, держа в одной руке кувшин, а другой рукой хватался за поручни, чтобы не упасть.

По громкому выкрику "Начали!" Джун вылил всю воду прямо на голову девушки, которая, вместо того, чтобы сердиться, радостно улыбалась. Подумав о том, что все художники немного сумасшедшие, он спустился с лестницы и вручил кувшин стилистам.

- Прекрасная работа! Даже переснимать не нужно. Всем спасибо! - громко сказал странный парень и поаплодировал.

Актрисе тут же подали полотенце и увели в закрытое помещение, чтобы переодеться в сухое. Осветительные приборы выключили, лестницу сложили и унесли, декорацию свернули. Джун тоже хотел уйти, но его остановили.

- Ты вообще кто такой? Я раньше не видел тебя в этом отделе, - спросил парень-рекламщик.

- Меня прислали из бухгалтерии, - ответил Джун, поправляя съехавший с плеча ремень сумки.

- Так это немного не по адресу, - усмехнулся тот и хлопнул Джуна по руке. - Здесь, понимаешь ли, отдел рекламы и дизайна, а не финансов.

Помощники стилистов и осветители рассмеялись, оценив шутку.

- Знаю, - ответил Джун. - Я ваш новый начальник, выходит.

Молодой человек, пивший из стакана апельсиновый сок, поперхнулся.

- Новый начальник? - пробормотал он, не веря своим ушам. - А как же...

Но тут же спохватился и поклонился:

- Простите, ничего об этом не слышал. Вам нужно к нашему менеджеру. Пойдемте, проведу.

Под удивленными взглядами они двинулись в обратном направлении. Молодой человек без умолку тараторил и нахваливал отдел. Джун же внимательно слушал и пытался выудить из разговора важное для себя.

- А что случилось с прежним начальником?

- Нам не известно, что произошло на самом деле. И спрашивать запрещают, - доверительно сказал молодой человек, понизив голос. - Кажется, повздорил с кем-то из компании. Но я вам ничего не говорил.

- Понятно, что это останется между нами, - уверил его Джун и остановился у двери, выкрашенной в яркий цвет, которую до этого принял за декорацию. Никакой обозначительной таблички на ней не было.

Рекламщик постучался и вошел первым, следом - его спутник.

- Менеджер Чун, тут к вам пришли, - сказал парень.

Джун увидел невысокого мужчину в строгом костюме, внешний вид которого никак не вязался с его окружением.

- Кан Со Джун, - представился молодой человек и поклонился.

- Менеджер отдела, Чун Дин, - мужчина смотрел на молодого человека с интересом. Что ему нужно в этом отделе? И когда Джун сказал о своем назначении, мужчина сильно удивился и решил перепроверить информацию.

После того, как позвонил в отдел кадров и получил подтверждение, то сказал:

- Приношу свои извинения. Мне сообщили, что должен прийти новый начальник, но забыли сказать...

Он немного замялся, подбирая подходящие слова.

- Не ожидали увидеть кого-то, вроде меня, - закончил за него Джун.

- Не поймите неправильно, - сказал мужчина, - но вы слишком молоды для этой должности... Но кто я такой, чтобы обсуждать планы и решения вышестоящего руководства.

- Я быстро всему учусь, не переживайте, - сказал Со Джун, в душе сочувствуя этому человеку. - Если вы мне немного поможете, все произойдет гораздо быстрее.

- Извините, что не предложил вам сесть, немного растерялся, - мужчина выглядел виноватым.

- Ничего, все в порядке, какие обиды? Я бы хотел осмотреть свои, так называемые, владения.

Парень, который снимал рекламный ролик, оказался дизайнером. За короткий срок Джуну пришлось заново знакомиться с большим штатом сотрудников, большинство имен которых он не запомнил, но намеревался сделать это в самое ближайшее время.

Креативные дизайнеры, менеджеры, стилисты, визажисты, флорист, сценарист, оператор, фотографы, группа помощников и стажеров, и еще многие другие люди переходили теперь под его руководство. Его бросили в водоворот, надеясь, что там потонет. Он не доставит им такого удовольствия и превратит отдел в самый лучший.

Менеджер показал новому начальнику его кабинет. О таком Джун и не мечтал. Все здесь кричало о роскоши и больших деньгах, которые крутились в отделе рекламы. Ведь с компаниями заключались многомиллионные контракты.

В кабинете, выдержанном в темных тонах, у окна стоял дубовый стол, массивное кресло с велюровой обивкой, которое Джун мысленно приравнял к трону. На полу лежал ковер, окна занавешивали тяжелые портьеры винного оттенка. Отделка золотом бросалась в глаза, как и дорогая картина в позолоченной раме на стене.

- Располагайтесь, господин Кан, - сказал менеджер. - Здесь есть телефон, напрямую связанный с помощником и заместителем...начальства. Но сегодня у них выходной.

- Что, у обоих сразу? - Джун удивленно вскинул бровь. Выходные посреди рабочей недели в компании были нонсенсом.

- Видите ли, у заместителя заболела дочь, он повез девочку в больницу. А у помощника возникли неотложные дела.

- И вы за всех отдуваетесь? - Джун посмотрел на мужчину с сочувствием.

- Я бы так не сказал, - он смутился. - Начальника ведь нет...

- Но это означает, что нужно выполнять работу с особым рвением, - Джун нахмурился. - Скажите, что за бардак в офисе? Кто за этим следит?

- Прошу прощения, господин Кан, - менеджер поклонился. - Моя вина, не доглядел.

Мужчина был удивлен, как внешне спокойный парень так быстро изменился и показал истинную природу лидера. Наблюдательный, с гибким умом и прямолинейный, он сразу пришелся менеджеру по душе.

Джун подошел к столу, провел рукой по поверхности и потер пальцы, на которых осталась пыль. Сколько дней не было начальника отдела?

Кресло, в которое он сел, оказалось невероятно мягким и удобным. Джун посмотрел на дорогой письменный набор на столе, с золотой табличкой и гравировкой с именем прежнего начальника. Похоже, тот имел представление о комфорте.

В большом книжном шкафу, позади него, стояли книги в кожаном переплете с золотым тиснением. Было заметно, что в кабинет не заглядывали, по крайней мере, дней шесть, так как листья диффенбахии, стоявшей в кадке на полу, стали вянуть. Молодой человек снял сумку с плеча, положил ее на край стола и потянулся к ноутбуку, чтобы включить, но менеджер остановил его:

- Сабоним Кан, нужно позвать настройщика из It-отдела, чтобы переформатировать компьютер.

- Так почему до сих пор не сделали? - удивился Джун.

- Не успели. Сейчас займусь этим.

Мужчина поклонился и спросил, не надо ли чего принести?

- Не откажусь от крепкого кофе, но только горячего.

Когда менеджер вышел, Джун достал из сумки записную книжку и положил ее на стол. Надо же, даже компьютер не работает. До чего все запущено. Это вам не бухгалтерский отдел, где начальник Хан из кожи вон лез, чтобы поддерживать порядок.

- Это не креативный отдел, а царство хаоса, - произнес Джун в расстройстве чувств. - Работы - непочатый край, но каждый делает то, что душе вздумается.

Девушка, которая в этот момент вошла с высоким стаканом, остановилась и посмотрела в его сторону. "Странный, однако, сам с собой беседует, что ли?" - подумала она, изобразила на лице довольную улыбку и поставила стакан на стол. Похоже, кофе был из пакетиков или в офисе имелась кофемашина, так быстро его сварить не могли.

Девушка стояла и продолжала смотреть на Джуна, будто пыталась прожечь в нем дыру.

- Вы что-то хотели? - спросил молодой человек.

- Я помощник менеджера, Лим Чонха, - сказала девушка. - Скажите, а вы к нам надолго? А то все уже делают ставки, что новый начальник тоже не задержится.

- Надолго, если не навсегда, - заверил ее Со Джун, стараясь не рассмеяться. Это кто, интересно, слух пустил?

- О, тогда пойду, остальных обрадую, - девушка мило улыбнулась и поклонилась.

А когда выходила из кабинета, то чуть не столкнулась в дверях с незнакомцем.

- Смотри, куда идешь, - хмурясь, сказала она.

- Извините, но это вы первая на меня налетели, - ответил он.

- Вот нахал! - рассердилась Чонха. - Нет, чтобы извиниться, так еще и оправдывается. Где только таких набирают!

- В отделе кадров, - съязвил парень и вошел в кабинет, чтобы дальше не слушать гневную тираду, которой разразилась девушка.

Со Джун никак не ожидал увидеть друга, как и тот не думал, что встретит знакомого в кресле начальника.

- Ого, да ты просто мастер уровня бог, - восхитился он и поставил на пол сумку с инструментами. - Каким ветром тебя сюда занесло?

- Джи Юн, я сам в шоке, - ответил Джун, поднимаясь и протягивая руку для пожатия. - Пару часов назад узнал. Хотел открыть компьютер, а он не работает.

- Вычисли преступника и получи награду, - Джи Юн усмехнулся и пожал протянутую руку.

- Какого преступника? - не понял Джун.

- Вспомнил тут слова из одной игры, - ответил Джи Юн и повернул к себе ноутбук.

После включения тот вспыхнул и завис.

- Та-ак, - протянул молодой специалист, - тут работы, минимум на час. Что пьешь, кофе?

- Хочешь, и тебе попрошу принести?

Со Джун встал и направился к двери, чтобы позвать Чоху, а Джи Юн перебрался на его место.

- Зачем выходить, тут же телефон есть, - хмыкнул парень и постучал по аппарату. - Тут и должности написаны на кнопках.

От внимания Джуна не ускользнул тот факт, что у парня невероятная смекалка. Такой человек пригодился бы в команде. Потому он решил задать несколько наводящих вопросов, чтобы оценить положение.

- Тебе хорошо на новом месте?

- Просто отлично! - ответил друг. - Я многому учусь.

- А если серьезно? - Джун скрестил руки на груди и посмотрел на Джи Юна.

- Зачем спрашиваешь? Из любопытства или есть идеи?

- Появилась одна, но обсужу с тобою позже. Скажи, ты сегодня занят?

- Нет, если ты не о работе, - ответил тот, нажимая кнопки на клавиатуре.

- Заходи вечером, посидим, поедим.

- Если собираешься кормить меня так, как здесь подают кофе, то не приду, - друг усмехнулся, а Джун тут же позвонил менеджеру, чтобы исправить ошибку.

- Другое дело, - Джи Юн откинулся на спинку кресла. - Ладно, приду. Закажи креветки, мясо, отметим твое повышение.

Он попросил передать ему сумку, и когда получил, достал оттуда флешку. Вставил в гнездо, ловко застучал пальцами по клавишам, пытаясь разобраться в настройках. Девушку, которая принесла кофе, он не заметил. Та поставила чашку на стол и демонстративно покинула кабинет, чем рассмешила Джуна.

- Из-за чего вы поцапались с Лим Чонхой? - спросил он.

- Ее зовут Чонха? - молодой человек догадался, о ком шла речь. - Так, ерунда, но работница у тебя с характером. Такой палец в рот не клади - руку по локоть оттяпает.

- Уже успел убедиться, когда она за весь коллектив пришла спрашивать, как долго я намерен тут оставаться,- рассмеялся Джун.

- А ты намерен? - уже без иронии спросил айтишник.

- Когда сегодня шел в отдел, мысли были другие. Но сейчас хочу тут задержаться.

- Это правильно, - Джи Юн взял со стола чашку с ледяным кофе и сделал глоток. - Надеюсь, яду она не подсыпала. Итак, все данные из ноутбука исчезли. Остались только картинки с модельками и парочка рекламных лозунгов. Не веришь - сам посмотри.

Джун подошел ближе и склонился над столом, а Джи Юн водил по экрану курсором и листал фотографии девушек из рекламы. Больше в базе данных ничего не было.

- Кто мог удалить все папки? - спросил Джун, который не мог скрыть удивления.

- У меня спрашиваешь? Не знаю. Должно быть тот, кому было выгодно или сильно чего-то боялся. Похоже, ты вляпался по самые уши. Сочувствую, друг. Уж не знаю, отмечать ли твое назначение или горе заливать. Зови менеджера, нужны свидетели.

- Сейчас позову, - ответил Джун и связался по телефону. Удобная, все-таки, штука. - Но ты все равно, приходи вечером. Тем более, завтра меня представят совету директоров. Настроение - лучше некуда.

- Понимаю. Не грусти, разберемся, - подбодрил его Джи Юн и занялся делом.

Когда пришел менеджер, Джи Юн показал ему пустые папки, но тот понятия не имел, кто подчистил записи. Мужчина потребовал проверить записи с камер наблюдения за последнюю неделю, но они тоже исчезли.

- Если сомневаетесь, спросите у парня, который делает формат, - произнес Джун уверенно.

- Нет-нет, господин Кан, - испуганно сказал мужчина. - Лим Чонха все видела, когда была здесь. Жаль, что не могу помочь вам в этой ситуации.

Джун отпустил менеджера и сам, чтобы не мешать другу, вышел из кабинета. Работники офиса, за минуту до этого чувствовавшие себя свободно, сразу притихли. Слухи о новом красавчике-начальнике расползлись по всему отделу, и новая личность безумно интересовала всех.

Тан Гюбо, стоявший у стола и беседовавший с девушкой, заторопился к новому начальнику.

- Сабоним Кан, - позвал он, - позвольте показать, во что превратилась наша идея.

Он повел Джуна в студию, где снимали рекламный ролик. Немного поколдовав над камерой, парень показал снимки и ввел парня в ступор. Фотографии, как и видео, оказались чудесными! На стоявшую в красном девушку лилась вода, в руке, вместо рекламируемого сока, она держала апельсины. От всей картины веяло прохладой, свежестью и детской радостью.

- Не могу поверить своим глазам! - воскликнул Джун. - Да ты волшебник!

- Рад стараться, - парень шутливо раскланялся. - Люблю свою работу.

- У тебя видение художника, - Джун вернул камеру. - Признаюсь, не представлял, что из этого выйдет, но результат превзошел все ожидания.

- Не хочу хвалиться, но вся реклама держится на мне.

- Так держать, Тан Гюбо. Думаю, мы сработаемся, - Джун хлопнул его по руке.

- Ага, - парень вспомнил о фамильярности, проявленной по отношению к начальнику, и застыдился.

- Дурья башка, - пробормотал он. - Так разговаривать с начальником. Будет чудом, если не уволит после этого.

Парень вышел из комнаты, но начальника там уже не было, так как он вернулся в кабинет. Джи Юн только закончил работу и ждал друга.

- Вот и все, готово, принимай, - сказал он и освободил кресло. - Мне пора, недавно звонили.

- Хорошо, но не забудь, что я тебя жду.

- Не забуду, - рассмеялся парень. - И спасибо за кофе.

Друзья пожали друг другу руки и один ушел, а другой сел за стол и снова просмотрел папки. Они были совершенно пусты, как старый орех. Джун встал и подошел к окну. Оно выходило на проезжую часть. Движение автомобилей расслабляло и приводило мысли в порядок.

Что-то тут было нечисто: увольнение начальника отдела, пропажа документации, записей с камер,перевод Джуна и многое другое. До самого конца рабочего дня он пытался сложить в голове пазлы мозаики, но как назло, ничего не получалось.

В начале девятого менеджер напомнил, что пора собираться домой. И тогда Джун подумал о машине, стоявшей в гараже. Как раз сейчас можно будет приезжать на ней и не толкаться в метро.

Спустившись на первый этаж, он позвонил Джи Юну и спросил, где тот находится. Парень сказал, что немного задержится и сам доберется до его дома. Связь прервалась, а Джун на минуту остановился и посмотрел в сторону бухгалтерии. Соблазн зайти туда был велик, но бывший бухгалтер переборол себя и, попрощавшись с охранником, вышел из здания. На Сеул опустились сумерки, и на улице зажглись фонари. Ветер с запахом зелени и привкусом соли обвевал лицо, шелестел листвой, трепал флаги на зданиях, гнал опавшие листья по тротуару.

- Ветер перемен, - задумчиво произнес Джун. - Что ты мне принесешь?

Подталкиваемый его порывом, Джун быстро добрался до метро, а оттуда - до дома. Он повесил сумку на вешалку, разулся, переоделся в домашнюю одежду, вымыл руки, и только тогда достал из холодильника продукты. Мясо, овощи и креветки, о которых упоминал Джи Юн. Мясо в упаковке, уже нарезанное тонкими полосками, он оставил размораживаться, а сам занялся мытьем овощей. И только закончил, как зазвонил дверной звонок. После того, как Джун открыл дверь, в квартиру вошел Джи Юн, и не с пустыми руками: в пакетах лежали две баночки пива, соджу и апельсины.

- Набор как для больницы, - покачал головой Джун.

- Где ты видел, чтобы в больнице распивали соджу? - хохотнул Джи Юн, запер дверь и подал пакеты хозяину квартиры.

Он снял обувь, пиджак, и прошел за другом на кухню. Тот достал соевый соус и куриные ножки. А Джи Юн, когда увидел все это, попросил сковороду, масло, специи, закатал рукава и принялся готовить. Жарил, парил, лил соус, добавлял зелень, сыпал кунжут. В итоге в доме витали умопомрачительные ароматы.

- Ты где так научился готовить? - спросил Джун.

- Помогал маме, - ответил Джи Юн. - Но я вообще люблю это дело.

- Повезет твоей девушке, - Джун поставил на стол миску с готовым салатом.

- Да, только не знаю, когда. Пока готовлю для домашних, - он перевернул ножки, которые подрумянились в масле.

Спустя час на столе стояли блюда с жареным мясом, куриные бедрышки в соевом соусе, овощной салат с кунжутом, отварной рис и нарезанные кружками апельсины.

- Садись, поедим, - сказал Джун.

Джи Юн сел на стул и положил себе еды. Мясо оказалось очень мягким и просто таяло во рту, а ножки - с хрустящей корочкой.

- Давай, рассказывай, - сказал Джи Юн. - Удалось докопаться до правды?

- Никто ни о чем не знает. Хотя я мало в это верю.

- Я тоже такого мнения. Может, не даром тебя перевели в тот отдел? - спросил парень.

- Мне кажется, дядя сам не знает, что творится в компании, - поделился соображениями Джун. - А если знает, то тщательно скрывает.

- Думаешь, он хочет тебя подставить? - Джи Юн отложил палочки в сторону и внимательно посмотрел на друга.

- Не знаю. Но что-то там точно произошло, если исчезли все записи.

Некоторое время друзья ели молча, но первым молчание нарушил Джи Юн.

- Мы следим за компьютерами и связаны со базой данных всей компании. Я попытаюсь разузнать об этом больше и нарою информацию.

- Шерлок Холмс нашего времени, - пошутил Со Джун.

- Да какой там Шерлок, - скромный парень махнул рукой и плеснул себе в рюмку соджу. - Ох, извини, я должен был налить тебе первым, - спохватился он.

- Оставь эти церемонии, мы не на работе. Скажи лучше, как продвигается дело с поисками квартиры?

- Ищу, но ближе к центру сдают дорого, - парень вздохнул.

- Как ты смотришь на то, чтобы пожить у меня? - спросил Джун.

Джи Юн чуть не подавился соджу. Он посмотрел на друга расширившимися от удивления глазами.

- Ты ведь так шутишь? - не поверил он. - Это же очень дорого. Я имею ввиду, мне не по силам оплатить такое жилье и...

- Живи просто так, - серьезно сказал Со Джун. - Перевези свои вещи. Как видишь, я живу один, а места много.

- Но ты мог бы сдать комнаты жильцам и заработать на этом, - с сомнением произнес парень.

- Хватит меня отговаривать. Я не люблю посторонних, кроме друзей. А ты мне не чужой.

- Ты ведь мало знаешь меня, - Джи Юн пытался привести разумные аргументы против затеи.

- Достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Поверь, у меня глаз наметан. Но если хочешь отблагодарить, готовка будет на тебе.

- Да я с радостью! - счастью Джи Юна не было предела. - Не только готовить буду, но и убирать, и стирать.

- Всего перечисленного не надо, - рассмеялся Джун, - одной еды достаточно. Я хорошо зарабатываю и могу позволить себе клининг и химчистку, а стиральная машина стирает сама. Лучше ходи со мной в спортзал, за компанию.

- Мне кажется, я сплю и вижу сон, - гость похлопал себя по щекам.

- Отлично, значит, договорились. Завтра переезжаешь ко мне.

Со Джун поднял рюмку и выпил за здоровье друга. Завтра предстоял тяжелый день.

Глава 7

Глава 7

Утром Джун долго стоял у зеркала, завязывая галстук. Еще вечером он позвонил другу и попросил вернуть ключи от машины, которой тот пользовался по доверенности. Белый "Порш" мама подарила Со Джуну перед поездкой в Англию, и чтобы машина не простаивала в гараже, парень оформил доверенность на друга.

Устроившись на работу, он и подумать не мог, что дядя так быстро повысит его, потому ездил на метро. Но все изменилось за один день. Если ранее появиться в такой машине было неуместно, то теперь статус позволял.

Джи Юн получил один из костюмов, висевших в шкафу, так как племянник председателя корпорации желал видеть друга на собрании и не принимал отказа.

После того, как оба товарища стали выглядеть как популярные корейские айдолы, за ними приехали. Обменявшись приветствиями, Со Джун и его друг сели в машину. Джи Юн еще никогда не ездил в таком шикарном авто. Он то и дело щипал себя за руку, чтобы убедиться, что это реальность. А Джун был счастлив снова оказаться за рулем. Безупречный вид, дорогой парфюм и "Rolex" на запястье прибавляли уверенности в себе.

Проезжая мимо автобусов, Джи Юн видел восхищенные взгляды, которые бросали пассажиры переполненных салонов на дорогую иномарку. И если Со Джун буквально слился воедино со своей "ласточкой", то его друг чувствовал себя неловко.

- Я бы побоялся дать кому-либо пользоваться такой дорогущей машиной, - громко сказал он, чтобы быть услышанным.

В автомобиле играла музыка, а Джун тихо подпевал.

- Это всего лишь машина, - сказал он. - Тем более, ей был нужен пробег. Друг оказал мне услугу.

Джи Юн был удивлен ответом, но не стал спорить. Каждый раз новый знакомый открывался с неизведанной стороны. При всем своем богатстве он был скромным и невероятно щедрым человеком. Парень благодарил ангелов за то, что свели его с молодым господином Каном. Надо же было случиться такому невероятному везению!

Джун наслаждался ощущениями от обитого мягкой кожей сидения, от чувства свободы и быстрой езды, от прохладного ветра, врывавшегося в опущенное окно. Не взирая на большое скопление машин на дорогах, до работы они доберутся вовремя.

Когда перед зданием головного офиса остановился роскошный автомобиль, стоявшие у входа разом повернулись в его сторону, в ожидании, кто же из него выйдет? Увидев нового работника it-отдела, они сильно удивились. Машина отъехала на парковку, но главная интрига этого дня осталась не раскрытой: кто же сидел за рулем? На таком авто не ездил даже председатель.

Перед Джи Юном расступились и пропустили его вперед. Кто бы что ни говорил, но эффектное появление сыграло свою роль, как и дорогой костюм. Молодой человек слышал позади себя шепот, но делал вид, что не замечает повышенного к себе внимания.

А когда к зданию подошла девушка из отдела рекламы, то глаза ее расширились от удивления, а потом она гордо вскинула подбородок и уверенно поднялась по ступенькам. Как раз вовремя, так как охранник открыл дверь и впустил работников в здание.

В глубине души Джи Юн жалел, что девушка не увидела, с кем он приехал. И Джуна поблизости не было. Он только вышел с парковки и шел в сторону входа, здороваясь с подчиненными.

Охраннику уже передали, что господин Кан перебрался на верхний этаж, и тот низко поклонился новому начальнику отдела дизайна. Девушки, встретившиеся с ним у лифта, хихикали и отводили взгляд - смущались. И кабину предоставили другую, которой пользовалось только руководство.

Стоя у зеркала, Джун пригладил волосы - хорош, нечего сказать. Дорогая косметика тоже сделала свое дело, лицо его было безупречно.

На верхних этажах царила суматоха. Джун уверенной поступью прошел в сторону своего кабинета, где тут же был перехвачен менеджером. Он быстро заговорил о предстоящем собрании, назначенном на полдень и предупредил, что необходимо пару раз пробежаться по тексту, чтобы не сбиться, когда будет выступать. Выяснилось, что подготовка давно шла полным ходом.

- Когда же они начали? - удивился Со Джун.

- Рано утром, господин Кан, - ответил менеджер взволнованно. - Зал украшают цветами, проверяют оборудование, настраивают микрофоны. Даже журналистов позвали.

- К чему такая помпезность? Я ведь не на место председателя претендую.

- Таково желание самого председателя.

"Дядя снова чудит", - подумал Джун, но внешне сохранял спокойствие.

В его кабинете тоже наводили порядок на тот случай, если репортеры захотят снять начальника в рабочей атмосфере.

Джун ожидал увидеть новые лица, но его окружали знакомые люди.

- А где помощник и секретарь? - спросил он менеджера.

Тот немного замешкался с ответом, не зная, как правильно преподнести информацию.

- Они оба подали заявление об уходе, - ответил он.

- И когда успели? Тоже заявились раньше положенного? - удивлению Джуна не было предела. Казалось, этот день не закончит преподносить сюрпризы.

- Нет, прислали письма по факсу.

- И, естественно, никто не в курсе, что происходит? - Джун усмехнулся, так как понял, что не добьется правды.

Он попросил освободить кабинет, а менеджера, напротив, остаться. Мужчина стоял, смиренно сложив руки и ожидал приказаний.

- Я так понимаю, что остался без секретаря? - спросил Джун, усаживаясь за стол.

- Совершенно верно, - мужчина виновато опустил голову. - Но это легко исправить. Я уже подал прошение в отдел кадров.

- Сдается, менеджер Чун, вы здесь не на своем месте, - произнес Джун.

- Простите? - сердце мужчины сделало кульбит и ухнуло вниз.

- Мне кажется, это вы должны быть секретарем. Я поговорю об этом с дядей. А Лим Чонха станет помощником. На роль же менеджера подберите того, кого посчитаете достойным этой должности.

- Вы уверены, сабоним Кан? - мужчина до конца не мог поверить в услышанное, потому переспросил.

- Абсолютно. Займитесь этим сейчас. И попросите зайти ко мне вашу помощницу.

Менеджер Чун проработал здесь много лет, заработал репутацию честного и ответственного сотрудника, но даже в самых смелых мечтах не мог помыслить о повышении до уровня секретаря. Оказанная честь радовала ,и, одновременно пугала большой ответственностью. Но и оклад секретаря разительно отличался от оклада менеджера.

В отделе тоже шли приготовления к предстоящему собранию, посвященному новому начальнику. Работники шептались, что сабоним Кан, скорее всего, дальний родственник самого председателя, так как фамилии у них одинаковые. Кто-то неосторожно выдвинул версию, что Со Джун - внебрачный сын, за что получил от менеджера замечание и просьбу следить за своим языком.

- Быть того не может, - отрицала Лим Чонха. - Они не похожи, как отец и сын.

- Много ты понимаешь, - отвечали ей. - Сабоним Кан может быть похожим на мать.

- Зачем строить предположения, если все скоро выяснится? - прервал их менеджер Чун. - Идите, работайте. А вас, помощница Лим, искал начальник, зайдите к нему.

Менеджер и его помощница направились в свой кабинет, чтобы взять папку. Девушка опасалась, что ее ждал выговор и пристала к мужчине с расспросами.

- Если бы знал, то сказал бы, - ответил он. - Ступай, и ничего не бойся. Сама не видишь, что творится? Не задерживайся, господину Кану еще готовиться надо.

С одной стороны аудиторская проверка, с другой - смещение кадров. Менеджер тоже понимал, что в корпорации кто-то наводил порядок и подчищал следы. Увольнение секретаря и его помощницы служило тому доказательством. Решили они сами уйти или или кто надавил сверху?

По отделу уже начали ходить слухи, что дело касалось случая с неудачной рекламой, в результате которой актриса, снимавшаяся в ней, была подвергнута критике и травле в сети, что довело ее до больницы. Компания не встала на ее защиту и отказалась как-либо комментировать случившееся. Похоже, виновных наказали увольнением, но это никак не повлияло на устранение проблемы.

Менеджер отмахнулся от слишком назойливых мыслей и отправился следить за работой подчиненных.

А Лим Чонха в это время стояла в кабинете начальника и старалась предугадать его малейшее желание, чтобы во всем угодить.

Джун внимательно прочитал все, что было написано на бумаге, и отложил ее в сторону.

- Думаю, я справлюсь своими силами, без этого листа, - сказал он. - Это не совсем то, что я хотел бы произнести перед людьми. В любом случае, благодарю за старания.

- Но что я скажу тем, кто писал речь? - девушка испуганно сжала руки . Перед глазами ясно промелькнула картина, где ее отчитывал директор.

- Я беру это на себя, - ответил Со Джун. - Ни о чем не волнуйтесь, Лим Чонха. Идите, работайте. Если понадобитесь, я позову.

Девушка хотела возразить, но не посмела, опасаясь рассердить нового начальника. Она напомнила, что до начала собрания осталось совсем мало времени. Но разве Джуна мог кто-нибудь переубедить? В его голове выстроились совершенно отличные, от чужих предложений, фразы.

Чтобы отвлечься, Джун вышел из кабинета и прошелся по всему отделу. Работники вставали, кланялись и продолжали заниматься делами. Со Джун поискал менеджера и подошел к нему.

- Господин Кан, - он поклонился, - желаете понаблюдать за процессом?

- Уверен, вы справляетесь. Хотел попросить вас, чтобы и дальше контролировали все, пока я буду наверху.

- Конечно, сабоним Кан. Все сделаю, что требуется, можете на меня положиться.

- В таком случае, я оставляю людей на вас.

Время быстро бежало, и вскоре за Джуном послали человека. Весь отдел провожал его аплодисментами и добрыми пожеланиями.

На верхнем этаже его встретил секретарь дяди и провел в кабинет.

- Вы готовы, сабоним Кан? - спросил он.

- Да. Дядя у себя? - Джун кивнул на дверь.

- Нет, он уже в зале. Просил проинструктировать вас.

Секретарь объяснил, что представляет собой собрание, как правильно вести себя на сцене. Был удивлен тому, что Джун отказался от готовой речи и попросил со всей серьезностью отнестись к возложенной на него миссии. В зале, по всей вероятности, будут находиться не только директора отделов, но и акционеры.

- Для назначения простого начальника рекламного отдела? - хмыкнул удивленный парень.

Секретарь поправил очки и посмотрел на собеседника с легким укором.

- Не забывайте, что вы не совсем простой сотрудник компании, а находитесь в очень близком родстве с председателем. Даже если это скрывать, правда, рано или поздно, выплывет наружу. К тому же, вся информация о персонале содержится в компьютерах отдела кадров. И любая проверка может обнаружить это. Очень надеюсь, что вы уяснили главное и проблем не возникнет.

- Обещаю, что буду держаться молодцом, - губы Джуна тронула едва заметная улыбка.

- И вы не волнуетесь перед таким ответственным шагом?

- Нисколько. Там, где я работал, подобные мероприятия проводили часто.

- В таком случае, я тоже спокоен, - просиял мужчина. - Кажется, вам пора.

Он взглянул на часы и прикинул в уме, сколько времени понадобится на вступительную часть. Речь председателя могла занять минут двадцать.

- Если позволите, я бы хотел пригласить одного человека из отдела it, - попросил Джун.

- Можете приглашать, кого угодно, при условии, что человек будет вести себя тихо.

- Тогда я сделаю один звонок.

Джун отошел к дверям, повернулся к выходу и набрал номер Джи Юна. Тот быстро ответил и заверил, что явится через минут десять. Секретарь заверил молодого человека, что парня впустят в зал, но придется стоять в проходе, так как все места заняты.

Проходя по коридору, Джун только сейчас осознал, какие усилия были приложены, чтобы оживить мрачные тона и придать праздничный вид галерее. Холодная, строгая, сейчас она сверкала красками: в каждом углу стояли высокие, почти в человеческий рост, венки из живых цветов, перевязанные атласными лентами с золотыми надписями. Под потолком были протянуты бумажные гирлянды с логотипом корпорации. Навстречу Джуну спешила девушка в строгом брючном костюме, с папкой в руках.

- Сабоним Кан? - уточнила она. - Скоро ваш выход.

Джун проследовал за нею к закрытым дверям актового зала. За ними были слышны приглушенные голоса. Девушка повернулась к молодому человеку, улыбнулась, кивнула и взялась за позолоченную ручку.

- Стойте, - Джун накрыл ее руку ладонью. Он сделал глубокий вдох и сам открыл дверь.

Помещение, куда он вошел, напоминало театральный зал: полукруглая деревянная сцена со ступеньками по бокам, плотный занавес, который мог скрыть сцену, но сейчас был поднят.

Зал с сидениями был поделен на две части, а между ними оставался узкий проход к сцене. В данный момент там стоял дядя и приветствовал директоров отделов. Девушка, сопровождавшая Джуна, провела его к краю сцены, освещенной яркими прожекторами.

Находившийся на сцене человек ни на минуту не прервался, только подумал: "Где, черт возьми, его носило?"

- А сейчас я хочу представить вам того, на кого возлагаю большие надежды. Кан Со Джун, поднимись сюда.

Джун взошел по скрипевшим под ногами деревянным ступенькам и прошел к кафедре. Он поклонился дяде, а затем и всем сидящим в зале. Никто не аплодировал, Джуна будто изучали, наблюдали издалека и думали, заслуживает ли он доверия?

- Где лист? - тихо спросил дядя, и брови сошлись на переносице. - Ты что, не готовился?

- Я все прочитал и запомнил, - ответил племянник.

Мужчина знал, что сейчас не самое подходящее время, чтобы выяснять отношения, потому представил племянника акционерам и директорам корпорации. Тут же посыпались вопросы: почему председатель не говорил, что господин Кан - его родственник? Справится ли такой молодой парень с ответственной работой? Почему ушел прежний начальник отдела? И войдет ли Джун в общество акционеров?

Внутренне обеспокоенный мужчина, внешне не проявлял признаков волнения и предоставил слово племяннику. Под шквал рукоплесканий председатель покинул сцену, оставив там Джуна одного.

Молодой человек попросил дать ему микрофон, проигнорировав установленный на кафедре. Когда микрофон принесли, на зал опустилась тишина.

- Как уже сказал председатель Кан, я - его племянник, сын покойной аджуммы Кан. Несколько лет я провел заграницей, учился там и работал, набирался опыта у иностранных коллег. Но вернулся в Корею, так как считаю своим долгом продолжать дело, в которое вкладывала душу моя мама.

Она мечтала создать то место, где каждому будут даны возможности трудиться во благо будущего, без оглядки на прошлое.

- Вы спросили, почему председатель не рассказывал обо мне? - Джун уловил настроение собравшихся, а так же взгляд дяди. - Я стараюсь всего добиваться сам, без поддержки родных. Жизнь не раз бросала мне вызов, но шаг за шагом я продолжал идти к цели.

Джун на минуту замолчал и обвел зал взглядом. Солидные мужчины в дорогих костюмах и надменные женщины, молча слушали молодого человека и отдавали должное председателю: его племянник впечатлил их. А Джун тем временем продолжал:

- Кто-то из присутствующих спросил: справлюсь ли я с работой, не имея опыта? На этот вопрос отвечу честно: главный герой не прячется от дождя. Желание оставаться в безопасности мешает случиться необычайному приключению. Жизнь, о которой я мечтаю - это быть со своими людьми, со своей командой. И даже если будет тяжело, пройти вместе через испытания, не сдаться, поддерживая друг друга. Вместе грустить и вместе радоваться.

Ведь если сейчас я не попробую, то потом буду сожалеть об упущенных возможностях. Моя жизненная философия - всегда помнить добро, отражать зло и действовать. Каждый день - это драгоценность, и глупо отказываться от шанса получить драгоценный опыт. В свою очередь, я обещаю стараться изо всех сил, чтобы оправдать оказанное доверие.

У меня - все.

Джун низко поклонился, отдал микрофон помощнику оператора и спустился со сцены. В зале раздались первые аплодисменты, которые вначале были редкими, но затем приглашенные поднялись с мест и аплодировали стоя.

Зажегся свет, и теперь можно было видеть лица тех, кто находился в тени. К молодому человеку сразу подошел дядя и похлопал его по плечу.

- Молодец, отличная речь, - похвалил он. - Намного лучше, чем я ожидал.

- Поддерживаю, - к ним присоединился мужчина низкого роста, с жидкими волосами и большим животом. - Директор отдела снабжения, - представился он, - а также, акционер корпорации CG-group.

Со Джун поклонился мужчине, а тот рассыпался в извинениях, поблагодарил молодого человека за выступление, но тут же был оттеснен в сторону теми, кто тоже жаждал пообщаться с интересным парнем.

Джи Юн, который скромно стоял в проходе, так и не сумел пройти к другу, так как вокруг него столпилось слишком много людей и, похоже, они не собирались расходиться.

Со Джун терпеливо отвечал на все вопросы, но иногда отводил взгляд, чтобы поискать глазами друга. И когда это ему удалось, извинился перед дядей и хотел было отойти, но его не отпустили.

- Подожди, нельзя вот так уходить и оставлять важный разговор. Тем более, сейчас вопросы будут задавать репортеры. А друг должен потерпеть ради тебя.

Джуну было очень неловко перед Джи Юном, но противостоять дяде он не смел, особенно сегодня. Товарищ тоже понимал это, потому помахал рукой и указал на дверь, а затем покинул зал. Как бы ни было грустно, сделать то же самое Джун не мог.

Среди незнакомых лиц, с которыми пришлось обменяться приветствиями, находился и начальник бухгалтерского отдела.Он который стоял в сторонке и ждал очереди, когда можно будет подойти и поздравить бывшего подчиненного.

- Господин Кан, примите поздравления от нашего отдела, - сказал он. - Как же мы сразу не догадались, - он кашлянул, чтобы не продолжать мысль, но Джун понял, что мужчина имел ввиду.

- Теперь вы знаете. Хочется верить, что между нами не будет обид, - произнес молодой человек.

- Какие обиды? - начальник бухгалтерии улыбнулся и протянул руку для рукопожатия. - Я рад, что мы работали вместе.

Джун пожал протянутую руку, когда услышал позади себя знакомый голос:

- Поздравляю, Со Джун.

Он обернулся и увидел жену дяди. Женщина выглядела не слишком довольной, но старалась улыбаться.

- Аджумма, - Джун поклонился, - вы тоже здесь?

- Разве я могла бы пропустить такое событие? - женщина натянуто улыбнулась. - Дядя так тебе доверяет, старайся его не подвести.

- Буду стараться, - ответил Джун.

Женщина не стала задерживаться возле него и направилась в сторону своих знакомых, с которыми обменялась любезностями. Джун чувствовал себя неуютно, будто был чужим на этом празднике жизни.

В соседнем зале накрыли стол, и гости перешли туда. Столы буквально ломились от закусок, а нанятые на время банкета официанты, обносили собравшихся бокалами с шампанским.

- Со Джун, подойди сюда, - позвал дядя. - Познакомься, это наш компаньон, сабоним Ким.

Джун поклонился высокому худощавому мужчине в очках. Он приковывал к себе внимание невероятной уверенностью. От человека исходила энергия спокойствия и некого величия. Джуну показалось, что он уже где-то видел этого человека.

- Рад знакомству с вами, - произнес Джун, чем вызвал улыбку на лице мужчины.

- Какой приятный молодой человек, - сказал он. - Господин Кан, зачем вы так долго держали племянника вдали от дел?

Дядя Джуна чувствовал гордость за родственника и старался представить его как можно большему количеству полезных людей. Но господин Ким еще не раз подходил к чете Кан и их племяннику. Кое-какие мысли промелькнули в его голове, подобно вспышке.

Когда дядя с племянником остались одни всего на несколько минут, парень спросил, может ли он взять в секретари менеджера Чуна?

- Можешь, только найди ему замену, - ответил мужчина. - Но не спрашивай, почему секретарь ушел, все равно не отвечу.

- Не стану, тем более, что предполагал такой ответ.

Компаньон издалека наблюдал за председателем корпорации и его родственником, и чувствовал нарастающее между ними напряжение. Тот же холод проскальзывал от супруги председателя, хоть она и не демонстрировала это слишком открыто. Молодой человек, несомненно, являлся неординарной личностью и приковывал к себе внимание, из чего следовало, что младший Кан - чрезвычайно перспективный. И господин Ким намеревался и дальше следить за его успехами. А неудачи, у кого их не было в юности?

После фуршета руководители отделов вернулись к своим делам, а приглашенные акционеры собрались в ресторане, на самом верхнем этаже. Вышколенные официанты подавали еду и напитки с таким видом, будто обслуживали королевских особ, не меньше.

Председатель CG-group и его компаньон заняли самые лучшие места за столом.

- Мне понравился твой племянник, - сказал господин Ким. - Смышленый, целеустремленный парень, далеко пойдет.

Дядя Джуна усмехнулся, он не сомневался в племяннике.

- Жаль, что ты не привлек его раньше.

Мужчина сделал глоток крепкого кофе и посмотрел на собеседника.

- Если бы не уход матери, Со Джун еще долго мог жить в Великобритании. Но кажется, ты заинтересовался им, не так ли?

Мужчина, сидевший напротив, сцепил пальцы и откинулся на спинку стула. На лице отобразилась загадочная улыбка.

- Скажем так, у меня появились мысли относительно него и моей дочери. Она красива, умна, пользуется успехом в своих кругах. Только поступила в университет. Чем не пара твоему Джуну?

- Прекрасная идея, - восхитился господин Кан. - Только не знаю, как к ней отнесется племянник. Он - парень с характером, слишком упертый. А в делах сердечных вряд ли потерпит посредников.

- Пока не говори ему об этом. Пусть поработает, наберется опыта. Пару лет подождем, а потом устроим им свидание вслепую. К тому времени и моя дочь выучится. Что скажешь, компаньон?

Дядя Джуна улыбнулся, предложение ему понравилось. Нет, даже не так: предложение всколыхнуло в нем все чувства, дремавшие в глубине души. И мысленно он еще раз похвалил себя за дальновидность. Джун мог стать ключевой фигурой в его игре, в борьбе за возможность остаться у руля правления корпорацией. И тогда племянник переставал быть досадной помехой, а становился главным козырем. Следовало бы еще убедить в этом жену, своенравную женщину, далеко не глупую, но идущую на поводу у своих эмоций.

Мужчины пожали друг другу руки, в знак того, что их договоренность будет иметь силу.

* * *

Джун вернулся домой позднее обычного и сразу направился в ванную, чтобы освежиться. От запахов букетов цветов, которыми был завален кабинет, болела голова. Он вспомнил о дяде и его далеко идущих планах. А так же о господине Киме. Какие договоренности связывали этих двоих?

Еще там, в зале, парню показалось, что друг его дяди как-то странно смотрел на него, словно изучал диковинного жука под микроскопом, от того взгляда становилось не по себе. Насколько сильным было влияние, оказываемое им на главу компании CG-group? Этим вопросом он задавался уже дважды за день.

Одевшись и тщательно высушив волосы, Джун сел за компьютер и поискал информацию о господине Киме. Ноутбук быстро выдал фотографию мужчины с банкета и род его деятельности. Глава холдинга, господин Ким, также являлся акционером CG-group, значит, он держал часть акций. Хорошо это или плохо, в данный момент понять было трудно. Все зависело от того, насколько кристальны были его мотивы.

Джун посмотрел на телефон и заметил, что час поздний, но Джи Юна все не было. Звонок он сбросил, а через десять минут стоял у входа в квартиру. Когда Со Джун открыл дверь, парень вошел со своими вещами.

- Добрый вечер, - произнес он, - ты же не против?

- Проходи, - улыбнулся друг и закрыл за ним дверь.

Джи Юн сразу направился в выделенную ему комнату. Когда разобрался с вещами, вошел в гостиную, где сидел хозяин. Тот похлопал по дивану, указывая на место рядом с собой. Джи Юн сел.

- Почему не остался на фуршет? - спросил Со Джун.

- Работы было много, - ответил Джи Юн. - Но я слышал твою речь, и не только.

- Что ты имеешь ввиду?

- Ты многих впечатлил. Вначале они сомневались, но твои слова сумели сломать стену недоверия и заполучить в их лице единомышленников.

- Хотелось бы, чтобы они и вправду доверяли, - вздохнул Джун. - С одной стороны я их понимаю: молодой и неопытный, занял пост руководителя, еще и родственник председателя. Вдруг он пустышка и ничего не смыслит в делах? Еще и учился заграницей.

- Они обязательно изменят свое мнение, когда узнают тебя получше, - подбодрил его друг. - Ты говорил с дядей?

- Да, но не углублялся в проблемы. Меня одно напрягает - секретарь и помощник тоже уволились.

Джи Юн был шокирован.

- Когда они успели?

- Сегодня утром, - Со Джун вздохнул.

- И что будешь делать? - поинтересовался друг.

- Придется искать нового менеджера, а этого назначу секретарем. Лим Чонха будет помощницей.

- Не завидую тебе, - сказал он. - Слишком импульсивная личность, к тому же, язык длинный.

- Что ты так на нее взъелся? - рассмеялся Джун. - Пусть она и эмоциональна, зато работник хороший.

- Даже не думал, - усмехнулся парень.

- А может, ты к ней неровно дышишь? - Джун прищурился. - Могу помочь вам со свиданием.

- Да ну тебя, - друг смутился и махнул рукой, но возможность, которая перед ним открывалась, воодушевляла и дарила надежду.

Со Джун заметил душевные метания друга и усмехнулся:

- Подумай над тем, что я сказал.

Джи Юн смутился и пожелал другу доброй ночи. А Джун уже строил планы, идущие далеко вперед.

* * *

Госпожа Кан сидела перед зеркалом и снимала макияж ватным диском, смоченным специальной жидкостью. А супруг стоял посреди комнаты и говорил по телефону. Когда разговор был окончен, женщина посмотрела на мужа в зеркало и спросила:

- Надеюсь, ты хорошо понимаешь, зачем назначил Со Джуна на эту должность? Можно было оставить его в бухгалтерии или перевести в любой другой отдел.

Муж сел на край кровати и расстегнул пуговицы на манжетах рубашки.

- Я знаю, что делаю, дорогая.

- А что это за парень приходил в зал, когда выступал твой племянник?

- Его друг, - нехотя ответил муж. - Работает в нашей компании.

- Простой работник? - губы женщины искривились. - Надо объяснить Джуну, что теперь, когда он занимает такое положение, водить дружбу с голодранцами нельзя. Это портит имидж компании.

Муж не ответил, но подумал, что она в чем-то права. Надо будет поговорить с Джуном. Начальник должен командовать, а не дружить с подчиненными.

- О чем вы говорили с господином Кимом?

- Он заинтересовался Со Джуном.

Женщина хмыкнула и продолжила манипуляции с лицом, нанося на кожу увлажняющий крем.

- Никогда бы не подумала, что твой племянник заинтересует такого человека. Со Джун еще никак не проявил себя, не то чтобы добился успеха.

- Тем не менее, господин Ким разглядел в нем потенциал. И даже больше, он надеется на то, что в будущем Со Джун сможет связать судьбу с его дочерью.

Женщина замерла с баночкой крема в руке, а затем круто развернулась.

- Что ты хочешь этим сказать? - резко спросила она.

- Только подумай о слиянии двух корпораций! Со Джун - не помеха, а курица, способная нести золотые яйца.

В свете ночника его лицо выглядело пугающим. Когда женщина поняла, о чем говорил муж, на губах заиграла улыбка.

- Дорогой, мне и в голову бы не пришла такая чудная мысль! Нужно руками и ногами хвататься за тот шанс, что посылает судьба!

- Не торопись, - успокоил ее муж. - Дочь господина Кима еще очень юна. Но время быстро летит, оглянуться не успеем, как дети станут совсем взрослыми.

- А ты уверен, что Со Джун согласится на этот брак? - жену одолели сомнения, она затаила дыхание.

- Куда он денется? - ухмыльнулся супруг. - Но ты будь с ним помягче, чтобы не вспугнуть. Остальное предоставь мне.

Женщина встала, подошла к мужу и обняла его.

- Прекрасные новости, дорогой. Конечно, я буду к нему добра.

Маленькая Наен стояла у дверей в родительскую спальню, с округлившимися от изумления глазами. Ее кузен женится?! Опасаясь, что родители откроют дверь и застанут ее, девочка на цыпочках прошла в свою комнату. Нет, она не собиралась подслушивать, это вышло случайно...

А знал ли братишка, что для него нашли невесту? И хорошо, если она умная и красивая, но если наоборот? Наен вздохнула. То, что удалось услышать, ей совсем не понравилось. Со Джун заслуживал хорошую невесту. И при удобном случае она все расскажет брату.

Глава 8

Глава 8

Прошли два месяца с того памятного дня, как Со Джуна назначили руководителем отдела дизайна и рекламы. Пришлось быстро включиться в работу, чтобы наверстать упущенное. Бывший менеджер, а теперь секретарь, с удовольствием помогал новому начальнику освоиться.

Изредка к нему мог заглянуть Джи Юн, под предлогом настройки компьютера. На самом же деле, приходил поглядеть на Чонху. Между этими двумя проскочило что-то, похожее на искру, и Джун по-мужски желал другу обрести вторую половинку, потому всячески содействовал в этом вопросе. Время от времени вызывал к себе Лим Чонху и просил принести то кофе, то зеленый чай.

- Не проще ли заменить старый ноутбук, если он так часто ломается? - удивлялась девушка бережливости начальника. - Зачем постоянно вызывать этого грубияна?

- Наше дело - выполнять работу и не совать нос туда, куда не следует, - ответил ей секретарь. - К тому же, начальник ради тебя старается.

- Чего это, ради меня? - Лим Чонха порозовела и отвела смущенный взгляд.

- Это же очевидно, - секретарь усмехнулся непонятливости сотрудницы. - Так долго училась, специалист хороший, умная, а в мужчинах разбираться не научилась. Его друг зачастил сюда не из-за поломок, уж поверь мне, человеку в возрасте. Даже я, старик, вижу, как он смотрит на нашу Чонху, только она ничего не замечает. Приглядись к парню получше: трудолюбивый, вежливый, еще и с юмором.

Лим Чонха оторопела от слов мужчины. Признаться, о таком она и не мыслила. И тут же прикинула в уме, как это, стать девушкой друга начальника? Наверное, не худший вариант. Специалисты-компьютерщики хорошо зарабатывали.

Кроме всего прочего, этот Джи Юн был довольно симпатичным. И девушка не раз ловила себя на том, что смотрит на парня дольше обычного, будто оценивала. Если раньше его присутствие раздражало, то сейчас отсутствие вызывало чувство грусти.

После беседы с секретарем, Лим Чонха уже по-иному расценивала взгляды, которые бросал Джи Юн. Да и сама стала сдержанней в суждениях о нем. Что, если при первой встрече сложилось неверное впечатление о парне?

И когда молодой человек смущенно пригласил ее на свидание, это не стало неожиданностью. Заветная визитка была зажата в ладони, а на губах играла загадочная улыбка. В душе девушка была благодарна начальнику за помощь.

Пока Джи Юн встречался с Чонхой, дядя Со Джуна налаживал связи с семьей компаньона. Он пригласил их домой на ужин и позвал племянника.

Все начиналось, как обычная, ни к чему не обязывающая встреча двух друзей. И у Джуна даже сомнений не закралось, что было некое соглашение.

Супруга господина Кима мило беседовала с хозяйкой дома, в перерывах между сменой блюд искоса смотрела на Джуна и свою дочь. Им, похоже, было комфортно в обществе друг друга. Господин Ким и его компаньон обсуждали дела, а маленькой Наен не сиделось на месте.

Она хмурилась, когда смотрела на молодую гостью и переводила взгляд, полный сожаления, на кузена. Похоже, никто не собирался посвящать его в истинную суть происходящего. Это означало лишь одно: именно она, Наен, откроет брату тайну.

И, ближе к концу ужина, под предлогом того, что хочет показать новую игрушку, увела Джуна в свою комнату. Осторожничая, девочка закрыла дверь, и обратилась к брату:

- Оппа, ты знаешь, зачем она пришла?

- Наверное, за компанию с родителями, - предположил Джун. Он улыбнулся, уж больно комично выглядела сердитость девочки.

- Не правильно! - Наен уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на кузена. - Это твоя невеста!

- Какая еще невеста? - рассмеялся Джун. Вот разыгралась фантазия у ребенка. - Ты хотела показать какую-то игрушку? - напомнил он.

- Смейся-смейся, - насупилась маленькая кузина. - Я нечаянно подслушала папу с мамой. Они говорили, что хотят женить тебя на дочери сабонима Кима.

Улыбка сошла с губ Джуна. Не доверять словам Наен он не мог. Девочка была слишком честной и не скрывала ни своих симпатий, ни антипатий. Джун присел на корточки перед кузиной и взял ее руки в свои.

- Когда ты такое слышала? - спросил он, глядя прямо в глаза ребенка. - Ничего не путаешь?

- Нет, - девочка покачала головой. - Это было не так давно. В тот день их позвали на праздник.

Конечно, день его вступления в должность. И господин Ким присутствовал там.

- Спасибо, Наен, ты настоящий друг, - искренне поблагодарил кузину Джун. - Сохраним секрет, чтобы тебе не влетело от родителей.

Наен сказала, что девушка ей не понравилась и мечтала, чтобы та, как можно скорее, покинула их дом.

Со Джун до конца не мог поверить, что дядя решил все за него. Девушка была симпатичной, веселой, не более того. И встречаться с нею Джун не желал.

Когда он вернулся в столовую, дядя перешептывался с женой, а увидев племянника, замолчал. Супруга же широко улыбнулась.

- Наен, детка, пойди, поиграй, - обратился отец к девочке.

Мать встала, взяла ее за руку и вывела из столовой. Следом поднялись господин Ким с женой. Дядя Джуна посмотрел на племянника, а затем на дочь компаньона.

- Не желаете пообщаться без нашего присутствия? Мне кажется, вы друг другу очень подходите.

Значит, Наен все поняла правильно. Жаль, рассказала об этом поздно. Компаньоны, видно, еще в тот вечер обо всем договорились, а его только сейчас поставили в известность. Чтобы не выглядеть дураком, пришлось проявлять внимание к девушке.

Все были уверены, что молодым людям есть, о чем поговорить. Кроме Джуна. Он понятия не имел, о чем беседовать с дочерью господина Кима.

- Кажется, родственники всерьез решили устроить наше будущее, - улыбнулась девушка, хоть смущенной никак не казалась.

- А как ты смотришь на это? - осторожно спросил Джун.

- Не знаю, не задумывалась, - она рассмеялась. - Ты мне нравишься, но не настолько, чтобы думать о замужестве. Только родителям это не объяснишь.

- Рад, что мы друг друга понимаем, - сказал Джун.

Ничего, кроме дружеских чувств они не испытывали. И подаренные господином Кимом два билета на концерт, никак не спасали ситуацию. Поговорить с дядей Джуну не удалось, тот отмахнулся от племянника, как от назойливой мухи.

- Дядя, поймите же, я не смогу полюбить Мисук, - вспыхнул парень.

- Сходите на концерт, повстречайтесь. Не обязательно кого-то любить, чтобы жениться.

- Я кто, девушка на выданье или мужчина? - задал вопрос Джун, требуя ответа.

- Считаешь себя мужчиной? Так докажи это. Господин Ким - влиятельный человек, и портить с ним отношения я не позволю. Пока ты ведешь себя, как глупая капризная девчонка. И совершенно не думаешь о будущем. Доходы должны преумножаться, а для этого следует заключить выгодную партию!

Всегда сдержанный, дядя стукнул кулаком по дверному косяку и сказал, что Джун может возвращаться к себе. Продолжать беседу больше не имело смысла. Потому племяннику ничего больше не оставалось, как покинуть дом родственника.

Всю дорогу он думал о навязанном знакомстве, от которого невозможно было отказаться из-за слишком большого влияния господина Кима.

Дома Со Джун достал из кармана билеты, снял часы, положил их у настольной лампы. Он стоял у стола, задумавшись, и не заметил, как из комнаты вышел Джи Юн.

- Вернулся? - спросил он. - Ты поздно. Кажется, настроения нет?

Парень увидел билеты, взял в руки, посмотрел и присвистнул.

- Это же известная группа! Что, дядя расщедрился? Тут радоваться надо, а ты грустишь. Ты только посмотри, какие места!

- Дядя нашел мне невесту, - уныло произнес Джун.

- Ох, ничего себе новость! - воскликнул Джи Юн. - И кто она? Красивая хоть?

- Красивая. Дочь компаньона и держателя акций нашей корпорации. Но я не вижу нас вдвоем.

- Может, сходишь на свидание и мнение изменится? - неуверенно предложил друг.

- Нет, это все неуемные фантазии наших родственников и непомерные амбиции дяди. Он понимает, что в вопросе женитьбы я стану прислушиваться только к зову сердца.

Джун снял пиджак и повесил на спинку стула. В свете настольной лампы молодые люди отражались в окне. Тут лица их помутнели, запузырились, стекли вниз по стеклу. П потом и вся картинка расплылась: пошел дождь.

- Что будешь делать? - участливо поинтересовался Джи Юн. В душе он сочувствовал другу, на которого оказывали такое давление, но не знал, чем помочь в этой ситуации. Разве что, самому пойти на свидание с этой девушкой? Но последствия могли быть плачевными для обоих.

- Придется идти, хоть и не хочется, - вздохнул Джун. - Поговорю с ней начистоту. Уверен, Мисук все правильно поймет.

- Мисук? - переспросил друг. - Что-то знакомое, будто где-то я уже слышал.

- Все может быть, - Джун пожал плечами. - Ладно, я пойду спать.

- Не переживай, все образумится, - приободрил его Джи Юн, хоть и не был в этом уверен.

Со Джун переоделся, умылся, почистил зубы. Все время перед глазами стоял образ Мисук. На сердце от него не становилось теплее, наоборот, где-то в области живота все сворачивалось в тугой комок, словно внутри поселилась холодная змея. Такое чувство вызвал только страх, липкий, холодящий кровь. Что с девушкой не так, парень понять не мог, но точно знал, с ней надо быть осторожным.

Номером телефона, что она дала, Джун не воспользовался. Для себя решил, что сходит на концерт и окончательно поставит точку. Не стоило обнадеживать девушку и ее родителей.

В эту ночь Джун спал плохо, то и дело вздрагивал от снившихся кошмаров, где откуда-то из глубины к нему взывал женский голос и тянулись руки, пытаясь утянуть на дно черной заводи.

То, что молодой человек отправился на работу разбитым, было естественно. Повторяющиеся кошмары мучили его три дня, до самой субботы, когда должен был состояться концерт.

После трех часов дня Джун позвонил Мисук и спросил, помнит ли она про мероприятие? Девушка не сразу узнала парня, но встретиться согласилась. Однако на концерт идти отказалась.

- Встретимся в клубе, - сказала она и назвала адрес.

Джун повертел в руках билеты. Чтобы не пропадали, позвонил Джи Юну и попросил забрать. Пусть пойдут вместе с Лим Чонхой, чтобы добро не пропадало. Хоть не будет так обидно.

Друг обрадовался так, будто выиграл в лотерею миллион. И совсем не понимал девушку, которая предпочла концерту ночной клуб.

- Может, у нее там встреча? - предположил он. - Хотя какая встреча в это время? Ох, ты сам на себя не похож, плохо спал?

- Уже три дня кошмары мучают, - признался Джун и сжал пальцами виски.

Он сидел в кресле и старался сосредоточиться на работе, но ничего не выходило. Попросил помощницу принести стакан воды, чтобы запить таблетку.

- Просто будь внимателен с этой девицей, - напутствовал Джи Юн. - Не обольщайся по поводу внешней оболочки. Сердце подсказывает, что-то тут не чисто.

- Постараюсь, - пообещал Джи Юн.

Как могло навредить общение с Мисук, он подозревал. Потому твердо решил обговорить все на первом и последнем свидании, устроенном родственниками.

Ровно в десять вечера Со Джун стоял у входа в известный элитный ночной клуб на Инчхоне. Обычно, в таких заведениях отдыхали его друзья, сам же Джун не любил подобные места. Возможно, раньше, когда жил и учился в Корее, мог пойти с друзьями в бар. Но что там забыла молодая девушка из такой семьи? И куда смотрели ее строгие родители?

Мисук стояла неподалеку от главного входа. Заметив Джуна, она помахала ему рукой и подошла ближе. Выглядела девушка прекрасно: темные волосы были собраны в высокий хвост, поверх розового платья с пышной юбкой она надела короткую кожаную куртку. А на высоких каблуках казалась выше. Похоже, она уже успела выпить, так как нетвердо стояла на ногах.

- Привет, - она улыбнулась и взяла его под руку. - Пойдем, тебя все ждут.

- Кто это - все? - удивился Джун.

Девушка только рассмеялась, будто услышала нечто забавное, и повела нового знакомого за собой. У входа их хотели остановить охранники в строгой униформе, но когда увидели, с кем пришел незнакомец, расступились и дали дорогу.

Стоило двери открыться, как его оглушила громкая музыка. В полутьме вспыхивали яркие неоновые огни. Шум, грохот, смех, опьянение царило на этой вечеринке. За столом, расположенным близко от сцены, собралась группа молодежи, девушки и парни распивали коктейли, громко смеялись, старались перекричать шум. Среди них выделялся один иностранец. Увидев рядом с Мисук Джуна, парень нахмурился и поставил бокал на стол.

Мисук представила Со Джуна своим друзьям, вызвав среди них девушек заметное оживление. Они с интересом смотрели на нового знакомого своей подруги. Красивый, видный, чувствовалось, что этот клуб не подходит ему.

Мисук много пила, а потом потянула своего друга танцевать. Джун видел, что девушка счастлива, и вообще не понимал, зачем она пригласила сюда человека, который совершенно не вписывался в компанию. Подруги ни на минуту не оставляли в покое интересного молодого человека, хотя обстановка не располагала к беседе.

Дочь господина Кима веселилась от души, как и ее друзья. На столе лежал телефон, который буквально разрывался от входящих звонков. Джун не сдержался и пошел на танц-пол, за руку вывел девушку из круга танцующих, не смотря на протесты ее партнера по танцам, и повел на место. Она капризно надула губки и выдернула ладонь из руки Джуна.

- Фу, какой ты скучный! - девушка с досады топнула ногой. - Сам не танцуешь, и другим не даешь.

- Тебе звонили, мама беспокоится, - терпеливо растолковывал он, как маленькой.

- И что? Она же знает, что мы вместе.

Джун усадил девушку за стол, подал стакан воды, который тут же был отодвинут в сторону. Через минуту Мисук весело щебетала с матерью по телефону, а потом навела камеру на Джуна и попросила поздороваться. Все это выглядело ненастоящим, фальшивым, как венецианский карнавал, где маски скрывают истинные лица.

- Скажи, зачем ты позвала меня сюда? - спросил молодой человек, когда дочь господина Кима закончила разговор.

Парень, который танцевал с нею, тоже вернулся к столу и теперь смотрел на соперника с неприязнью. Зато по-хозяйски положил руку на талию девушки и привлек к себе. Она и не сопротивлялась, наоборот, испытывала счастье и прямо светилась.

- Эй, только не считай, что можешь претендовать на место моего жениха. Это Грегори, мой парень, - сказала Мисук. - Мы встречаемся, но отец не в курсе. Я пока не хочу говорить ему об этом. Думаю, он со временем сможет принять то, что Грегори не кореец.

Джун в этом сильно сомневался.

- И какую роль в этом спектакле отведена для меня? - твердо спросил он.

- Ты прикроешь меня, - сказала девушка с мольбой в голосе.

- Ха! И как ты себе это представляешь? - возмутился парень. - А что будет, когда правда вскроется?

- Пойми, мне только нужно доучиться, а потом я стану самостоятельная. Помоги, будь другом. Просто говори, что мы встречаемся.

Сидевшие за столом молчали, напряженно следили за развитием событий.

- Я не хочу лгать ни твоим родителям, ни себе, - сказал Джун и встал. - Извини, в подобные игры не играю. Пойдем, я отвезу тебя домой. И поговорю с господином Кимом.

Он встал, протянул руку, но встретился с негодованием дружка Мисук.

- Убери руку от моей девушки, я сам отвезу ее домой, - прошипел Грегори.

Драться с иностранцем Джун не хотел. Закон был на стороне корейцев, и виноватым считался тот, кто ударил первым. Грегори могли за драку депортировать. Хотя, может быть, следовало так и сделать, но Мисук закрыла парня собой. Тогда Джун попрощался с ними и вышел из клуба. Хорошо, что выпил совсем немного, чтобы оценить ситуацию, потому смог контролировать себя. От всего этого было тошно.

Почему бы не рассказать все честно родителям? Джун этого не понимал. Ведь маленькая ложь порождает большой обман.

Теперь перед ним яснее прорисовывались мотивы господина Кима, который, вероятно, искал в его лице твердое плечо и защитника для дочери. Мужчина хотел одним выстрелом убить двух зайцев: и зятя заполучить, и связи укрепить, как своеобразная страховка на будущее. Но люди редко меняются, и характер девушки вряд ли изменится. К тому же, Мисук нравился другой мужчина.

Джун оставил свою машину на парковке, а сюда добрался на такси. Он оглянулся, показалось, что кто-то окликнул, но рядом никого не было. Ветер усилился, и молодой человек поднял воротник повыше. Быстро поймал такси и назвал адрес.

Еще не успел доехать до дома, как на телефон пришло сообщение от Мисук, где она извинялась и просила не сердиться. Следом появилась фотография, сделанная в клубе. На ней девушка выглядела радостной, в отличие от парня, стоявшего рядом, в котором Джун узнал себя.

Вернулся он домой поздно, но Джи Юн не спал, так как сам недавно вернулся домой.

- Как прошел концерт? - спросил Джун, снимая обувь в коридоре.

- Прекрасно! Нам очень понравилось. Чонха в восторге! А что у тебя?

- Даже не спрашивай. Ходил в клуб, голова теперь болит от шума. Нет, я почти не пил, - предвосхитил он вопрос.

- Ты сказал, что не хочешь встречаться? - спросил Джи Юн, прищурившись.

- Так я и не нужен. У нее есть парень, но не кореец.

Джун устало вздохнул и снял пиджак. Вспомнил про телефон в кармане и показал другу фото. Джи Юну хватило пары секунд, чтобы узнать девицу.

- Да это же Рокси, известная тусовщица и блогер! - воскликнул он и покачал головой. - Не даром советовал тебе быть осторожным.

- А ты откуда знаешь? - удивился друг.

- Ты что, совсем отстал от жизни, приятель? У нее в Kakao-talk миллион подписчиков. Странно, что не пошла на концерт. Наверное, в клубе что-нибудь интересное намечалось?

- Вообще без понятия, - бросил Джун, уходя на кухню, чтобы сделать кофе. - Я ушел раньше, и Мисук осталась там.

- Уверен, завтра в интернете всплывет какая-то громкая сенсация, - хмыкнул Джи Юн. - Кажется, она учится на журналистку?

- Мне все равно, на кого она учится, - сказал Джун и залил кофе кипятком. - Ничего между нами быть не может.

Джи Юн на минуту задумался, а потом предложил:

- Давай, я зарегистрирую тебя на сайте знакомств. Может, там судьба улыбнется?

- Ты что, в старики меня записываешь? Сам найду, когда время придет. Сейчас не хочу думать об этом, работа на первом месте.

- Ладно, больше не стану говорить, - Джи Юн поднял руки, показывая, что сдается.

- Договорились, - отозвался Джун, - рад за вас с Чонхой. Пусть все будет хорошо, а за меня не беспокойся.

Молодые люди не только поддерживали друг друга, но и понимали почти с полуслова. И друг все еще помнил ту скверную историю, из-за которой Со Джун не успел увидеться с матерью. Потому от всей души желал ему встретить свою настоящую любовь.

Как и предполагал Джи Юн, фотографии и видео с вечеринки облетели весь интернет. И самым обсуждаемым событием стало не выступление Грегори в клубе, где он играл на ударных,а фото с Джуном. Хитрая лиса все ловко подстроила, расставив сети. И оставила подпись, что встречается с замечательным парнем, и впервые это серьезно. Правда не уточнила, с кем именно.

Со временем все утихло. Жизнь вошла в прежнее русло, а Джун всецело углубился в работу. Он расширил отдел, нанял новых специалистов по рекламе и стал активно продвигать услуги в интернете. Дядя пытался вмешаться в процесс, но Джуну удалось переубедить его. А когда вложения в рекламу окупились, и отдел стал приносить еще большую прибыль, все вопросы отпали сами собой.

Парень совсем забыл о Мисук, когда она сама позвонила и попросила о встрече. Молодой человек был обеспокоен из-за ее расстроенного голоса, спрашивал, что случилось, но девушка не хотела говорить об этом по телефону. Встречу назначила в торговом центре и спросила, в чем придет Джун. Получив ответ, поблагодарила и попросила не задерживаться.

Джун сослался на срочное дело и ушел с работы в середине дня. Погода была чудная, настроение соответствующим. Мисук ждала его на втором этаже огромного торгового центра, в черном платье, коротком жакете, с завитыми волосами и печальной совсем не выглядела. На фоне воздушных шаров, тонкая, как тростинка, на шпильках, с дорогой брендовой сумочкой, смотрелась она восхитительно.

- Со Джун, рада тебя видеть, - ласково улыбнулась она и протянула руку.

Не понимая, в чем дело, Джун оглянулся в поисках ее друга.

- Разве ты не со своим парнем? - недоверчиво спросил он.

- Грегори здесь нет, потому мне нужна твоя помощь. Хочу сделать подарки своим друзьям.

- Для этого нужно было звать меня? Срывать с работы? - нахмурился он.

- Ну, не будь таким занудой, - надулась она. - Я плохо разбираюсь в том, что нравится мужчинам. У Грегори скоро день рождения, хочу подобрать ему что-то из одежды. Обещаю, что не стану задерживать тебя.

Джун вздохнул, но согласился помочь. Знай он, чем все потом обернется, бежал бы без оглядки.

Первым делом Мисук повела его в бутик с мужской одеждой и долго выбирала для своего парня рубашку и джемпер. Потом накупила еще кучу аксессуаров, парфюм.

Посетив еще пару бутиков с женской одеждой, она направилась в ювелирный, долго присматривалась к украшениям и советовалась по поводу них с подругой по видео связи. У Джуна возникло чувство, что он лишний на этом празднике жизни. Зачем было приглашать его, если подруга прекрасно могла составить компанию?

Выбрав цепочку с симпатичной подвеской в виде бабочки, Мисук проверила деньги и поняла, что на покупку не хватит. Попросила отложить, но Джун сказал, что заплатит за украшение, достал карту и расплатился. Стоило бы видеть восхищенные и немного завистливые взгляды продавщиц, которые провожали парочку, по их мнению, влюбленных.

- Я потом верну деньги, - сказала Мисук на выходе.

- Не нужно, считай это прощальным подарком, - ответил Джун.

Настроение девушки заметно улучшилось. Она сказала, что хочет сделать ответный подарок и достала из пакета серый шарф с логотипом Louis Vuitton.

- Не стоило тратиться на подарок, - Джун хотел отказаться от вещи.

- Сувенир для друга, - пожала она плечами. - Ты мне очень помог, даже не представляешь, насколько. Сама бы не справилась. Давай где-нибудь поедим, я жутко голодная, - предложила она и протянула ему пакеты с покупками, а сама пошла вперед, стуча каблучками. Джуну ничего не оставалось делать, как следовать за нею со всеми многочисленными пакетами, как следовал бы слуга за госпожой.

Девушка остановилась у кафе с корейской кухней, сделала заказ и села за столик. Джун опустился на кожаный диван и поставил пакеты рядом. Мисук весело улыбнулась и полюбовалась приобретенным украшением. Камни на нем сверкали и переливались.

- Скажи честно, зачем позвала меня, а не своего бойфренда? - спросил Джун.

- Все опасаешься, что он вот-вот выпрыгнет из засады с камерой? Или вызовет тебя на дуэль? - спросила она кокетливо, накручивая длинный локон на палец. - Не беспокойся, мы тут одни. Почему ты, а не Грегори? Он не любит ходить по магазинам.

- С чего же ты взяла, что это занятие понравится мне?

- Ну, ты хороший, я в этом уже убедилась. А еще поняла, что не в твоих правилах бросать друзей в беде. И друга ты на работу устроил...

- Как много ты обо мне знаешь, - усмехнулся Джун.

- Пусть мы не близкие друзья, но отец не теряет надежды, что однажды поженимся, - продолжила Мисук.

Тут к столу подошел официант в белоснежной рубашке, бордовом переднике и стал расставлять тарелки с салатом, стаканы для сока, бутылку с водой.

- Я заказала курицу в соевом соусе, - сказала Мисук и попросила парня открыть бутылку с водой. Делала она это непринужденно, с достоинством, без всякого стеснения.

- Не рассчитывай, что однажды я оправдаю надежды твоих родителей, - предупредил Джун. - И не впутывай в свои игры. Что может быть проще, чем сказать отцу правду? Или хочешь, чтобы он и вправду устроил нашу свадьбу?

- Не говори ерунду, - в одно мгновение из милой и веселой девушки она превратилась в Снежную королеву. - Я делаю так не потому, что влюблена в тебя. Просто папа может рассердиться и оставить меня без денег раньше времени. Я еще не закончила учебу, а доход от блогерства - это пыль в глаза.

- Ты не думаешь, что отец разозлится не только на тебя, но и на меня, за то, что скрывал обман?

- К тому времени я обрету независимость и смогу уйти из дома, если он не одобрит мой выбор.

- А что, если Грегори нужна не столько ты, сколько деньги господина Кима?

Мисук изменилась в лице, как от увесистой пощечины. Парень задел ее за живое.

- Нет, мой избранник искренне любит меня, не за деньги!

Джуну стало жаль ее, на долю минуты, лишь на несколько секунд. Но он хорошо помнил, как девушка чуть не подставила его. Безобидная прогулка по торговому центру? Как бы не так. В глазах Мисук отражались искреннее дружелюбие и непонимание подозрений. Хотелось бы, чтобы это было правдой.

Пока молодые люди сидели за столом, ей на телефон позвонили раз пять. Девушка много шутила, снимала покупки и сделала несколько фото с Джуном, под предлогом того, что друзья хотели знать, с кем она обедала.

- Не беспокойся, Грегори знает, что между нами ничего нет, - рассмеялась она.

- Я беспокоюсь не о нем, - ответил Джун.

- Вот и славно. Нужно наслаждаться жизнью и жить, как-будто каждый день последний. Тогда больше шансов не пропустить что-нибудь хорошее, - повторила она услышанную где-то фразу.

- Как ты, на полную катушку? - усмехнулся он.

- Я тоже не идеал, - произнесла девушка с улыбкой. - Зато Грегори это удается без особых усилий. Он учится и подрабатывает в одном караоке-баре. Он неплохо играет на гитаре и хороший ударник. Жаль, в тот день ты не остался на выступление.

- Это его философией ты заразилась?

- Нет, я с детства такая. Привыкла, что родители ни в чем не отказывают. Но устала от их постоянной опеки. Хочется почувствовать свободу. Потому стараюсь жить, как хочется.

Джун думал о том, что Мисук слишком молода, неопытна и плохо разбирается в жизни. А влюбленность в этого легкомысленного красавчика иностранца могла сослужить дурную службу. Девушка не думала о будущем компании отца, слепо доверяя возлюбленному. Молодой человек попытался вразумить своенравную барышню, но встретился с непониманием и слепой верой в благородство музыканта.

Чтобы окончательно не поссориться, Со Джун сказал, что ему пора уходить и предложил подвезти девушку домой. На что она любезно согласилась, сказав, что сегодня без машины.

Джун всю дорогу молчал, лишь изредка отвечал на вопросы Мисук, да и то кратко. Девушка же без умолку болтала, снимала себя и виды из окон автомобиля.

"Мы слишком разные, как из параллельных миров. Неужели господин Ким считает, что меня всерьез может заинтересовать такая девушка? Или он что-то обещал дяде?"

Они остановились у высоких кованных ворот.

- Посигналь, чтобы привратник открыл, - сказала Мисук.

И правда, из стеклянной будки вышел мужчина в форме, открыл замок и распахнул ворота. Вид, который открывался за ними, был впечатляющим. Живя в Англии, Джун видел подобные загородные дома аристократов, похожие на старинные замки. Зеленый луг как площадка для гольфа, деревья, цветник и обязательно фонтан.

Колеса зашуршали гравием, которым была посыпана подъездная дорожка. Парень не удивился бы, увидев сейчас дворецкого. Даже его дядя не мог похвастаться таким домом, а Мисук родилась в этой роскоши. Потому совершенно не понимала, как живут простые люди.

Мисук уговаривала Джуна зайти к ним хоть на полчаса, но он отказался, передал пакеты с сидения авто и хотел сесть в машину. Но из дома вышла мать Мисук и помахала им рукой. Пришлось задержаться.

- Не зайдешь к нам на чашку чая? - спросила она, когда молодой человек поклонился.

- К сожалению, должен ехать, дела, - вежливо извинился он.

- Какая жалость, - женщина искренне расстроилась. - Но ничего, мы еще соберемся все вместе.

Мисук изобразила смущение, и даже слегка покраснела. В ней пропадала великолепная актриса, которая выбрала не ту профессию. Раскланявшись, Джун сел в машину и поспешил покинуть территорию этого дома, который уже не казался прекрасным. Скорее, напоминал мрачный готический замок.

Что скажет Мисук матери, его теперь мало волновало. Убедившись в том, что с ней не произошло ничего плохого, Джун сердился на себя за великодушие и излишнюю мягкость. Не стоило вообще встречаться с ней.

Он убедился в этом еще раз, когда вечером позвонил дядя и похвалил за инициативность. Выяснилось, что его жена встретилась с матерью Мисук, и та была рада, как развиваются отношения детей.

- Дядя, мы не встречаемся, - прервал его парень.

- Тогда как ты объяснишь покупку дорогого украшения? - рассердился тот. - За дурака меня держишь?

- У нее не хватило денег, вот я и оплатил покупку, - сердце Джуна похолодело. - Мало того, она встречается с другим.

- С каким другим?! - в голосе мужчины слышались металлические нотки. - Вы ходите вместе, выставляете совместные фото, обмениваетесь подарками...

- Откуда вам это известно? - поразился парень. - Мать Мисук сказала?

- Мисук выставила фотографии, где аы сидите в ресторане и отмечаете сто дней...

- Какие еще сто дней? - обомлел племянник.

И тут до него дошло. Так вот, что за спектакль разыграла Мисук! Оттуда и вопрос о цвете костюма. Они оба были в черном. И эта цепочка, будь она неладна!

- Это ложь, - сказал Джун. - Мисук специально выставила эти фото.

- Специально или нет, не важно. Может, оно и к лучшему. Значит так: можешь и дальше скрывать ваши отношения, но не вздумай обидеть Мисук, иначе дело будешь иметь не только со мной, но и ее отцом. Я не намерен терять такого компаньона и большую часть акций из-за твоей глупости.

- Я объяснюсь с господином Кимом, дайте мне его номер, - не выдержал племянник. - Зачем вы впутали меня в это дело?

- Думаешь, так легко встретиться с господином Кимом? К тому же, его сейчас нет в Корее, он поехал в Китай, - дядя отключил телефон.

Джун рассердился и ударил кулаком по столу. Позволил развести себя, словно маленького ребенка!

Масла в огонь подлил Джи Юн, который подошел с телефоном.

- Вас можно поздравить? - ехидно спросил он.

- Ты-то с чем пожаловал?

- Смотри, - он первым взглянул на экран. - Лопнут мои глаза, - пробормотал парень. - Как ты дал уговорить себя?

Джун воочию убедился в подлости девичьей натуры. Под снимками красовались надписи: "Отмечаем сто дней с нашего знакомства!" "Мы в торговом центре. Радостный шопинг!" "Прекрасная бабочка, которую подарил жених". Все комментарии, неугодные девушке, сразу удалялись.

- Ты здорово попал, - Джи Юн покачал головой.

- Я должен поговорить с господином Кимом, - Со Джун был вне себя от ярости.

Мисук на звонки не отвечала, а дядя опасался давать номер телефона партнера, чтобы племянник не наговорил тому лишнего.

Время шло, дни сменялись неделями, но Мисук больше не беспокоила его. От общих семейных обедов Джун отказывался, ссылаясь на завал на работе. Джи Юн следил за каналом мнимой невесты, но фотографий Джуна там больше не было. Правда, изредка появлялись огромные букеты с подписью "От любимого", но не более того. Казалось, что все утихло и беспокоиться не о чем...

2023 год

- Господин Кан, подпишите, пожалуйста, - в кабинет вошла Чонха с бумагами.

Со Джун пробежал глазами по документам и поставил подпись. Два года не прошли, а пролетели. За это время молодой человек набрался опыта, поднялся на ступень выше и сейчас занимал кабинет директора отдела на верхнем этаже. Чонха и секретарь отправились вместе с ним.

Джи Юн по-прежнему жил в его квартире, но подумывал в скором времени съехать, чтобы жениться на Чонхе.

Джун стоял у большого окна, в белоснежной рубашке, дорогом костюме, галстуке. Самый молодой в компании директор у всех вызывал восхищение. Даже жена дяди начала выказывать уважение при встрече, особенно после того, как Джун съездил в Таиланд в командировку и заключил контракт на выгодных условиях. После этого поездки участились, а ответственность не пугала, а давала стимул для новых свершений.

Близился день рождения Лим Чонхи, и Джи Юн ломал голову над подарком. Хотелось преподнести что-то особенное, а не отделаться букетом и сто первой брендовой сумочкой, которые так любили девушки. Он сидел на диване с телефоном и листал список предлагаемых товаров, периодически натыкаясь на людей, живущих в других странах.

- Что ты ищешь? - спросил его Джун. - Может, смогу помочь?

Он сел рядом и заглянул в телефон друга.

- А-а, не знаю, - ворчал Джи Юн. - Я уже и сумки дарил, и туфли, и платья.

- Купи украшение, - предложил Джун.

- Хочу купить кольцо, но чтобы было особенное.

- Не боишься потерять свободу? - усмехнулся молодой человек.

- Нет, пусть забирает ее, - Джи Юн мечтательно улыбнулся.

- Как насчет кольца в форме цветка?

- Хм, неплохой вариант, - одобрил друг.

Он вбил в поисковик слова "цветок", "украшения" и "подарок", и дождался появления картинки на экране. Букеты цветов сменились фарфоровыми статуэтками дам с цветами, картины. В глазах уже рябило от обилия красок. Джун сказал, что нужно искать среди ювелирных украшений. Джи Юн снова набрал нужные слова, появилась картина с фотографией над нею. Рука потянулась к экрану, но Джун вдруг остановил его.

- Стой, подожди!

- Он взял у друга телефон и нажал на фото. На нем была изображена девушка с зелеными глазами. Подпись под портретом на непонятном языке.

- Нашел что-нибудь интересное? - с нетерпением спросил друг.

- Не что-то, а кого-то, - пробормотал Джун.

- Дай взглянуть, - попросил Джи Юн. - Красивая, - вынес он вердикт. - Но что с того? Ты ничего о ней не знаешь. Может, она вообще замужем.

- Не знаю, но могу узнать, - в сердце шевельнулась тревога.

- Не глупи, ты даже языка этого не знаешь.

Он пролистал фотографии, где были только рисунки и картины. По всей видимости, девушка была художницей.

Джун встал с дивана и прошелся по комнате. Этот взгляд казался таким знакомым, а глаза будто заглядывали в душу. Чистое безумие! Он взял свой телефон и попросил Джи Юна переслать ссылку на профиль девушки. Тот нехотя исполнил просьбу.

- Наверное, она и слова по-корейски не знает, - усмехнулся он.

- Я знаю английский, - упорствовал Джун, разглядывая заинтересовавшее его лицо. - Она похожа на девушек, которых рисовал Боттичелли, - произнес он задумчиво.

- Скажи еще, на шедевр кисти да Винчи, - рассмеялся Джи Юн.

- Точно, в ней есть что-то от Джокконды, - согласился Джун.

- Я, конечно, слышал о любви с первого взгляда, но не верил в это. Очнись, от странных и слишком красивых женщин у тебя проблемы. И вообще, мы выбирали подарок для Чонхи.

- Хорошо, сейчас помогу тебе, - Джун вернулся на диван.

Вместе они перебрали много украшений, пока не нашли то, что искали. Но все это время, мысленно, Джун возвращался туда, к портрету незнакомки с зелеными глазами.

Глава 9

Глава 9

Всю ночь в Баку шел дождь, и под его тихий шепот хотелось уснуть. Анна сидела за столом, на котором дымилась чашка кофе, и печатала. Главу своей новой книги следовало бы опубликовать еще вчера, но как всегда, она опаздывала с выкладкой. И теперь приходилось наверстывать упущенное ночью, пока все спали. Девушка взглянула на часы и зевнула: половина пятого, а работы - непочатый край.

После проверки на опечатки, текст копировался, добавлялась иллюстрация, и только потом можно было публиковать в интернете. В двух авторских группах на одном сайте и в двух на других платформах.

Анна еще в детстве мечтала стать писателем, но не верила, что у нее получится. Писатели казались ей необыкновенными людьми, с особым видением мира, каким-то недосягаемым идеалом, к которому нужно стремиться всю жизнь.

Девушка взяла в руки чашку и сделала глоток. Кофе был крепким и вкусным. Именно он не давал уснуть. Анна часто ловила себя на том, что отключалась прямо во время рабочего процесса. Случалось это тогда, когда текст писался на бумаге. В такие моменты девушке казалось, что руки не принадлежат ей.

Не раз она впадала в состояние, похожее на транс: в голове возникали образы, а рука сама выводила буквы. Иногда девушка могла на пару секунд отключиться, и когда просыпалась,пыталась сосредоточиться на работе. На листе тетради же виднелись готовые строки. Это было настолько удивительно, невероятно, что поначалу немного пугало.

Анна списывала все на мистику, которая была присуща сюжетам ее книг. Порою сюжет менялся в самой середине истории. Герой вдруг совершал поступок, не предусмотренный автором, и оставалось только подчиниться и работать не по плану.

- Твои герои, как живые, - смеялась подруга Лейла, когда Анна рассказывала о том, как повел себя тот или иной персонаж. - Мне иногда кажется, что это они управляют тобой, а не ты ими. Самой не страшно?

- Нет, - смеялась Анна. - Они становятся частью моей жизни. Это особенный, волшебный мир.

- Лучше бы жила в настоящем, реальном мире, а не пропадала в вымышленном. Ты скажи, когда в последний раз на свидание ходила, с реальным мужчиной?

- Не помню, - Анна пожала плечами, - наверное, не встретила еще своего человека.

- После гибели мужа прошли десять лет, - с недовольством напомнила Лейла. - Те два свидания, что случились три года назад не в счет. Ты молодая, красивая женщина, будто заживо похоронила себя в этих книгах. Иллюзорный, призрачный мир, он вообще не имеет ничего общего с настоящим. Ты бежишь от реальности и прячешься за своими героями.

- Мой мир - самый настоящий, - обиделась Анна. - Что поделать, если не встречаются мужчины, похожие на моих героев?

- Конечно, они ведь выдуманные персонажи, с чертами, которыми их наделил автор. Ты создаешь настолько идеальных мужчин, в природе таких не встречается. Это же сорт, который ни один Мичурин не выведет.

- Вижу, спорить с тобой бесполезно, - подруга только махнула рукой.

- Да и не надо спорить, лучше прислушайся к совету: зарегистрируйся на сайте знакомств. Общайся с живыми людьми, а не со своими галлюцинациями. Время идет, тебе нужна своя семья, дети.

- У меня есть Вероника, - сказала Анна с теплотой в голосе.

- Ага, дочь двоюродного брата, позволь напомнить, - Лейла подняла вверх указательный палец. - Конечно, женушка твоего брата счастлива, что ты смотришь за ребенком. А про своих когда подумаешь?

- Ты знаешь, что это больная тема, но продолжаешь сыпать соль на рану, - Анна нахмурилась.

- Ладно, прости, - извинилась подруга. - Просто я за тебя беспокоюсь, пойми правильно.

- Понимаю, - ответила Анна. - Не стоит беспокоиться. - Если мне суждено встретить человека, он меня и дома найдет, вот увидишь.

- Как же, - пробурчала Лейла под нос, - ты же никуда не выходишь, сидишь дома, - подруга с осуждением посмотрела на Анну. - Как монахиня, клянусь. Кажется, еще немного, и над твоей головой нимб появится.

Анна усмехнулась и посмотрела на подругу:

- Знаешь, какое прозвище было у меня в школе?

- Дай угадаю: Снежная королева?

Анна покачала головой и улыбнулась еще шире. Похоже, ситуация забавляла ее.

- Синий чулок? - продолжала угадывать брюнетка. - Нет? Может, гадкий утенок? Ладно, сдаюсь.

- Мать-Тереза, - Анна рассмеялась. - Помню, одноклассники шли ко мне с проблемами и просили помочь с решением. Даже в любви признавались с моей помощью.

- А ты и не думала отказывать, - догадалась Лейла. - Какой в детстве была, такой и осталась. Пора выходить из этого образа пай-девочки, от которой все ждут только хорошего. На тебе же все ездят, кому не лень.

- А мне и не тяжело, - Анна улыбнулась и вздохнула.

Нет, она не лгала ни подруге, ни себе. Просто не умела жить иначе. Умом понимала, что Лейла права, но сердце не желало быть черствым...

Анна на минуту остановила поток мыслей, размяла затекшие мышцы шеи. Часы на стене показывали шесть утра. Еще пара часов, и домочадцы проснутся. А пока можно посвятить время себе, вернее, побыть наедине с героями и отвлечься от мыслей. В последнее время это удавалось все реже. Слишком многое навалилось на семью, беды сыпались, как из рога изобилия. И спасение девушка находила только в книгах.

Когда работа была закончена, Анна закрыла крышку ноутбука и убрала его в чехол. Тут тихо скрипнула дверь, из комнаты вышла тетя.

- Ты что, снова спать не ложилась? - женщина покачала головой. - Так нельзя, не выспишься ведь.

- Не могу, ведь читатели ждут, - ответила Анна полушепотом.

- Ничего, подождут твои читатели, - хмыкнула она. - Все равно, копейки на этом зарабатываешь.

- Я пишу для души, - ответила племянница, словно оправдываясь.

- Для души можно было бы заняться чем-то другим. Мариночка, вон, ходит, маникюр делает, хорошие деньги зарабатывает. Вот, я понимаю, занятие для души.

Анна не желала спорить с тетей. Бесполезно было доказывать, что Мариночка бежит из дома, чтобы посидеть с подругами, а Веронику- свою дочь, оставляет на бабушку и тетю. Беспокойный ребенок требовал много внимания, а женщина желала жить для себя.

- Пойду, посплю немного, - сказала девушка, зевая. - Хоть два часочка.

- О том я и говорю, - сказала тетя, - скоро все встанут. Сашенька на работе позавтракает, а Мариночка отведет Веронику в поликлинику. Обедом придется заняться тебе.

- Хорошо, поставлю будильник, - сказала Анна и закрыла дверь в комнату.

На ворчание тети девушка давно перестала обращать внимание. Что поделать, если Мариночка стала светом в окошке? Но, что бы ни сделала племянница, все было плохо.

Анна легла в кровать и попыталась уснуть, но это никак не удавалось. Сначала брат собирался на работу, долго искал свои вещи. Затем и Марина стала одевать девочку. Вероника была беспокойной, не стояла на одном месте, и так и норовила убежать в другую комнату.

- А где Аня? - с раздражением спросила невестка. - Могла бы и помочь, Вероника ее лучше слушается.

- Она только пошла спать, всю ночь печатала, - ответила свекровь.

- Конечно, книжонки важнее, чем племянница, - фыркнула она. - Своих детей-то нет, вот и живет, как хочется. Правильно говорят: сытый голодного не понимает.

Людмила Симоновна шикнула на невестку, чтобы та говорила потише.

- Сама знаешь, в том вины Ани нет, что тогда ребенка потеряла. Переживала сильно, когда муж погиб.

- Такова жизнь, - не унималась Марина, завязывая бантом пояс на платье дочери. - Не все коту Масленица.

- Аня, - требовательно произнесла девочка и посмотрела на дверь комнаты.

- Спит твоя Аня, - с раздражением произнесла Марина.

Девочка с грустью опустила голову, но потом выдернула ладонь из руки матери и побежала в комнату к тете.

- Вероника, вернись! Мы опаздываем! - нервничала Марина.

Мысленно она ругала двоюродную сестру мужа за то, что та нашла время спать.

Анна только начала засыпать, но девочка разбудила ее. Ребенок не понимал, почему тетя не хочет идти с ними. Пытаясь побороть головную боль, Анна встала и вывела девочку, получив при этом осуждающий взгляд матери.

Только после ухода Марины и Вероники в квартире стало тихо. Тетя занялась завариванием чая, а девушка вернулась в постель и укрылась тонким одеялом. "Покой нам только снится",- подумала Анна и зевнула. "Отключила ли я телефон?"- была последняя мысль перед тем, как провалилась в глубокий сон.

Сны Анна видела яркие, запоминающиеся. Часто среди них возникали те, которые потом в мельчайших подробностях сбывались. Но некоторые из них она бы предпочла никогда не видеть. Например, тот, где любимого мужа доставали из груды искореженного металла. Или тот, где маленькую девочку, игравшую жемчужным ожерельем, уводил прекрасный черный ангел с красными глазами. На востоке его называли Эзраиль. Анна ничем не могла помочь девочке, так как пугающее существо приказало стоять и не двигаться. Ребенок выглядел испуганным, жемчуг рассыпался по полу, и стук катившихся бусин еще долго преследовал наяву.

Но сон, приснившийся сегодня, был непохожим на другие. Огромный белоснежный дракон опустился перед домом и накрыл его жемчужными крыльями. Девушка до ужаса испугалась мистического существа и лихорадочно обдумывала план, как попасть домой. Огромная голова дракона покоилась на мощных лапах, глаза были закрыты, но чуткие уши улавливали любой шорох, едва заметное движение воздуха. Пройти мимо него незамеченным было нереально.

- Неужели я настолько труслива, что останусь ночевать на улице? - рассердилась Анна сама на себя и сделала осторожный шаг по направлению к подъезду. Дракон пошевелил ушами и приоткрыл один глаз. Увидев перед носом осмелевшего человека размером с букашку, существо рассвирепело и тихо зарычало. Лапа с огромными когтями поднялась и опустилась, вспорола землю, оставляя на ней глубокие борозды, и подмяла бы девушку под себя. Но тут случилось неожиданное: к дракону подбежал незнакомец-азиат и закричал:

- Не тронь ее, дедушка! Очень прошу!

В глазах дракона отразилось удивление, затем непонимание, но он отступил от добычи.

- Скорее, бежим, пока он не передумал! - воскликнул парень, схватил Анну за руку и повел за собой.

- Дедушка?! - Анна пыталась осмыслить услышанное.

- Да, но ты не бойся. Я буду рядом и не дам тебя в обиду, - пообещал незнакомец.

Вскоре они оказались в зеленом саду с диковинными растениями. Девушка села на скамейку с резной спинкой, чтобы перевести дух.

- Спасибо, - поблагодарила она.

- За что? - парень не понимал, почему его благодарили.

- За то, что спас меня.

- Я сделал то, что велело мне сердце, - ответил он и взял руку девушки в свою.

Сейчас, когда Анна находилась так близко, она могла разглядеть незнакомца и отметить его красоту. Из какой он был страны, девушка не знала. Молодое лицо, густые черные волосы, раскосые глаза, чувственные губы. Но самым удивительным было то, что они понимали друг друга.

- Нет, так не бывает, - усмехнулась она и покачала головой. - Принцы, драконы, это все в сказках.

- Разве не мы сами творим сказку? - спросил молодой человек, сорвал с ветки дерева спелое красное яблоко и дал Анне.

- Как ты нашел меня? - задала Анна мучивший ее вопрос.

- Сердце привело меня к тебе, - ответил парень и крепко сжал ее руку.

С этим ощущением Анна и проснулась. Какой странный сон! И чувство такое, будто все происходило наяву. Даже это яблоко, до сих пор на ладони ощущалась тяжесть.

- Совсем перетрудилась, - сказала девушка самой себе. - Настолько сказками увлеклась, что всякие небылицы во сне вижу.

Она включила телефон, чтобы посмотреть время. Два часа дня. Наверное, Марина с Вероникой уже дома. Анна прислушалась к звукам, доносившимся с кухни. Похоже, они и разбудили ее. Хоть тетя и старалась говорить тихо, невестка не слишком сдерживала себя. Она совсем не считалась с чувствами других, ставя свой комфорт на первое место.

Вероника, как обычно, бегала по комнате и выбегала в коридор. В девочке было слишком много энергии, которая совсем не расходовалась. Мать говорила, что времени на прогулки у нее нет, потому с племянницей гуляла Анна.

А еще девочка очень любила рисовать. Анна окончила институте искусств, и, будучи художником, свободное время посвящала занятиям с ребенком. Не имея собственных детей, она дарила нерастраченную любовь девочке, а та тянулась к тете всей душой. Анна понимала, какую бурю эмоций испытывала жена брата, но не могла изменить ситуацию.

- Аня придет! - услышала девушка голос Вероники у дверей комнаты.

- Она еще спит, деточка, - Людмила Симоновна взяла внучку за руку и повела на кухню. - Будешь суп?

- Не хочешь, - ответила девочка. - Аня придет!

Марина с недовольством посмотрела на дочь. Возиться с нею не хотелось. Пусть другие смотрят. Эх, не о такой жизни она мечтала, когда выходила замуж за Александра. Человек предполагает, а судьба располагает. Кто же знал тогда, что от плановой прививки будут такие последствия? И диагноз, поставленный в пять лет, прозвучит как приговор. Ребенок, видящий мир по-своему, избирательный во всем, капризный...

Только с тетей Вероника была другой, будто нашла родственную душу.

- Мне пора уходить,- сказала Марина свекрови. - Посмотрите за Вероникой?

- Иди, Мариночка, Аня скоро встанет.

- Поскорее бы, Вероника голодная.

Ко всему прочему, девочка ела только еду, приготовленную тетей. Потому и готовка ложилась на плечи девушки, забирая у нее много времени.

Когда входная дверь закрылась, Анна вышла из комнаты. Вероника тут же подбежала к ней.

- Вы давно пришли домой? - спросила она у девочки, хотя знала, что та не ответит. - Мама ушла?

- Только что, - откликнулась тетя Людмила. - Вероника, наверное, голодная. Времени уже много.

- Хорошо, сейчас займусь супом.

- Хочешь суп, курочка, - обрадовалась девочка. - Рисовать!

- Пойдем, порисуем, - пока Аня готовит, - сказала Людмила Симоновна и увела ребенка.

Пока Анна пассеровала нарезанные овощи, то обдумывала детали своего сна. Дом в нем был тот, в котором она в детстве жила с семьей, когда были живы бабушка и мама. Часто, в своих снах, она возвращалась туда и бродила по зеленым улицам, залитым солнцем. Сердце наполнялось радостью и счастьем, которыми хотелось поделиться со всем миром.

В такие моменты воображение рисовало сюжеты к волшебным книгам и картинам. Тогда девушка садилась в любимое кресло, брала в руки тетрадь и писала, писала все, что появлялось перед глазами.

- Не бойся делиться счастьем, - учила в детстве бабушка Ева, и Анна следовала ее совету, нисколько не чувствуя себя ущемленной или обделенной. Это было лучшей панацеей от хандры и дурного настроения.

Куриные голени подрумянились в масле и зашкварчали. Анна добавила в кастрюлю томат, картофель и все залила водой.

Готовить она начала еще в детстве, когда помогала бабушке на кухне и наблюдала за процессом. Позже, после окончания института искусств, она поступила в Университет менеджмента и туризма, где обучалась этому у профессионалов. А потом работала помощником шеф-повара в уютном семейном ресторане, где готовили блюда восточной кухни. Из ресторана пришлось уйти, так как с трудом переносила сильный жар, исходивший от огромной плиты.

Дальше был арендованный кондитерский отдел в супермаркете, где девушку в шутку прозвали Сладкой женщиной. Именно там она познакомилась с будущим мужем. Высокий, красивый, в форме, он сразу обратил на себя внимание. О том, что молодой человек приходил в магазин только ради нее, Анна поняла не сразу. Подруга из соседнего отдела подсказала.

- Что, твой опять приходил? - спросила она однажды, когда увидела в окно знакомую отъезжавшую иномарку.

- Почему это, мой? - удивилась Анна, думая, что сотрудница так пошутила.

- Да уже все в курсе, что парень голову от тебя потерял. Ходит вечером под окнами и смотрит на тебя. Да и тортики с конфетами покупает только у тебя. Помню, явился, когда ты выходная была, покрутился немного и ушел, ничего не купил.

Анна рассмеялась, думала, что девушке показалось, надумала себе. А потом и сама стала замечать взгляды, которые бросал на нее мужчина. Когда он появлялся, сердце выпрыгивало из груди, будто бабочка вырывалась на волю из закрытого спичечного коробка.

Молодой человек еще долго ходил бы и скупал килограммы дорогих конфет, если бы не вмешался Его Величество Случай.

У приятной продавщицы сладостей, которая разбиралась в составе конфет и могла помочь сделать выбор, постоянно толпились покупатели. Были и постоянные, которые заходили просто так, чтобы поговорить. Тянуло к ней с неимоверной силой, заставляя рассказывать то, о чем болело сердце. Девушка всех умела выслушать, поддержать, обнадежить. На душе становилось легче, а от полученных советов ситуация исправлялась, дела налаживались.

Помимо красавца в форме, приходил еще один парень, под видом того, что покупал для мамы вафли. Как обычно, он остановился у прилавка, чтобы сделать комплимент. И тут появился тот, кого она ждала больше всех. Надо было видеть, каким взглядом он окинул слишком любезного покупателя. Продавщицы из гастронома и кассир еле сдерживали смех, предполагая, чем может закончиться неожиданная встреча двух кавалеров. Анна же ломала голову над тем, как спровадить назойливого парня к его маме.

Искры между мужчинами так и летали, грозя воспламениться. Как можно вежливее, девушка извинилась перед первым и сказала, что должна обслужить другого покупателя. Парень уходить не собирался и сказал, что подождет. Девушки, которые наблюдали за развитием событий и скрывали улыбки за накладными на товары, прикрываясь ими, будто веером.

- Я вижу, торговля идет бойко? - спросил он.

- Не жалуемся, - ответила Анна.

- Конечно, потому этот не уходит. В ход уже пошла тяжелая артиллерия в виде мамы?

- Он всегда покупает сладости для нее, - ответила девушка, удивляясь осведомленности того.

- Потому вы так улыбаетесь ему? - молодой человек нахмурился.

- Я должна улыбаться даже тогда, когда грустно. Это залог вежливости, - ответила Анна серьезно. - Или считаете, я делала это как-то по-особенному?

- Не знаю, - с раздражением сказал парень. - Но мне это не понравилось.

Он повернулся, отошел к кассе, оплатил покупку и ушел, так и не забрав ее.

- Странный какой-то, - сказал парень с вафлями.

- Ничего не странный, - вмешалась в разговор кассир. - Давно уже ходит, скупает пол магазина и уходит, а сам страдает по Анне. А сегодня ревность показал. Чувствую, не за горами тот день, когда признается.

Анна покраснела, стала отмахиваться, до конца не веря, что так бывает. Но в тот же вечер поняла, что девушки не ошиблись. Молодой человек ждал ее возле магазина и попросил разрешения проводить. Признался в чувствах и сказал, что давно понял: он влюблен. Лейтенант ощущал себя маленьким мальчиком, робким и нерешительным, настолько боялся, что девушка откажет с ним встречаться.

В тот вечер девушка тоже поняла, что влюблена. Эльдар, так звали молодого человека, не стал долго тянуть и попросил познакомить его с родственниками.

Эльдар красиво ухаживал за девушкой, окружил вниманием и заботой. Все было так, как в любовных романах. Только знакомство с матерью и сестрой молодого человека оставило неприятный осадок. Женщины плохо скрывали то, что не в восторге от выбора Эльдара. Мать мечтала о невесте-мусульманке, а тут появилась Анна и нарушила давно сложившиеся устои в семье. Однако никакие доводы не смогли переубедить молодого человека в правильности принятого решения. И вскоре состоялась свадьба.

Анна буквально летала на крыльях, молодые супруги были безмерно счастливы. Анна ушла с работы и теперь жила с мужем в уютной квартире. Через два года Эльдара перевели служить в другой город, и Анна поехала с ним. Свободного времени было много, и она занялась рисованием. Картины получались яркими, наполненными светом.

Супруги мечтали о большой дружной семье, мечтали о детях. После пяти лет замужества Анна забеспокоилась и обошла врачей, которые только разводили руками и говорили, что все в порядке, надо немного подождать. А тем временем мать напевала в уши сыну песню о том, что ушлая невестка, наверное, принимает тайком лекарства, так как детей не хочет.

На свадьбе своего двоюродного брата Александра Анна узнала о себе много нового, услышала случайно. Идея стать матерью стала навязчивой. И когда это случилось, девушка позвонила мужу и расплакалась. Будущие родители решили, что лучше Анне вернуться в Баку, чтобы не оставаться дома одной.

- Я поговорю, чтобы меня поскорее перевели в Баку. А ты будешь пока с моей мамой и сестрой.

- Я бы хотела жить в нашей квартире, - сказала Анна.

- Так ты снова будешь одна, - нахмурился муж. - Пойми, я беспокоюсь о тебе и ребенке.

Анна вернулась в дом тети, к большому неудовольствию жены брата, Марины. А через два месяца Эльдар позвонил и сообщил радостную новость:

- Я приеду в четверг, любовь моя.

- Тебе удалось добиться перевода! - обрадовалась Анна.

- Да, хоть это было нелегко. Скоро будем вместе. Не представляешь, как я соскучился по моей родной женушке. Я даже во сне тебя видел. Ты приходила ночью, воздушная и нежная, как видение. Стояла у окна, подсвеченная лунным светом.

Анна хотела промолчать о том, что действительно представляла себе, как входит в комнату, становится у окна и смотрит на спящего мужа. Неужели, она и вправду может такое?

- Легкая занавеска наполовину скрывала тебя, - продолжил Эльдар.

- Она колыхалась от ветерка, дувшего в окно, - закончила Анна.

- Откуда... откуда ты знаешь? - удивился он.

- Не знаю, просто так вижу.

- Волшебница моя, как же я тебя люблю, - прошептал муж. - Жди меня, и я вернусь, - пошутил он, процитировав строчку из известного стихотворения, чем вызвал улыбку на губах Анны.

Всю среду Анна была, как на иголках. А ночью увидела тревожный сон, как Эльдара вытаскивали из искореженной машины. Она проснулась и сразу позвонила мужу. Телефон был вне зоны доступа, но пришло сообщение, состоявшее из трех слов: "Я тебя люблю". Анна посмотрела на время отправления - три часа ночи. Значит, он был в дороге.

Попытавшись успокоиться, Анна занялась рисованием. Но картина получалась мрачная. Краски ложились на холст рваными мазками. Ствол сакуры вышел черным и острым, а птичку, изображенную на нем, будто проткнул острый шип и лепестки сакуры казались каплями крови.

- Да что же это такое! - Анна в сердцах отбросила кисть и расплакалась.

Тетя, видя ее состояние, уговорила выйти прогуляться. Погода стояла замечательная, весна была в самом разгаре, сходить, развеяться, захотелось самой Анне. Надев легкое платье, кофту и туфли на низком каблуке, она спустилась во двор. Легкий ветерок приятно обдувал лицо.

На детской площадке гуляли женщины с детьми. Ребятишки весело смеялись, скатывались с горки. Две девочки катались на качелях. Молодые мамочки ходили вокруг с колясками, в которых мирным сном спали розовощекие младенцы. Анна машинально дотронулась до живота и улыбнулась.

Сон - это всего лишь сон, не стоило придавать ему значение. Мало ли, что привидится, особенно, если женщина в положении. Так она успокаивала себя. Но тут почувствовала, что задыхается, воздуха не хватало, а желудок скрутило в комок. На лбу выступила испарина. Она резко встала и побежала к кустам, где ее стошнило.

- Девушка, вам плохо? - подошла к ней сердобольная старушка.

- Спасибо, мне лучше, - ответила Анна, отдышавшись.

- На вот, попей водички, - бабушка достала из сумки бутылку минералки.

Анна открыла крышку и сделала пару глотков.

- Оставь себе, - бабушка отказалась от протянутой бутылки. - Что же себя так не бережешь? Вон, зеленая какая сделалась. - Иди-ка лучше домой. Далеко живешь?

- Да, в этом доме, - ответила Анна. - Не знаю, почему вдруг стало плохо. Может, нервничала немного.

- Сама дойдешь, или помочь?

- Спасибо, дойду сама. И благодарю за водичку.

- Иди, иди, милая, старушка посмотрела ей вслед и покачала головой.

- Крепись, милая, - услышала Анна ее голос и обернулась. Бабушки нигде не было.

Куда она подевалась? В таком возрасте быстро не ходят. Но долго стоять Анна не стала, а вернулась домой, где переоделась и легла в постель. Ее снова мучили кошмары. В этот раз ангел во всем черном уводил ребенка...

А вечером на телефон позвонили с номера Эльдара. Незнакомый человек, не думавший о чувствах других, прямо сказал, что ее муж погиб в аварии. Перед глазами Анны все поплыло, телефон выпал из ослабевших пальцев, а сама она рухнула на пол, проваливаясь в бездонную пустоту...

В тот день Анна потеряла не только любимого мужа, но и ребенка. По мусульманским обычаям, его похоронили утром, когда она была в больнице. Позвонила свекровь и наговорила кучу гадостей, обвиняя в том, что ее сын погиб по вине нерадивой жены. Женщину не тронуло даже то, что девушка находилась в больнице.

- Чужой была, чужой и осталась, - прошептала Анна и закрыла лицо ладонями.

* * *

Жить не хотелось. Когда вернулась из больницы, впала в депрессию, из которой вышла только благодаря старому другу семьи, который пригласил поработать в зоомагазине. Забота о животных позволила успокоить израненное сердце. Но еще долго Анна не могла спокойно смотреть на младенцев и влюбленные парочки - воспоминания возвращались и бередили старые раны.

Когда родилась племянница Вероника, девушка помогала Марине смотреть за нею и очень привязалась к ребенку. Она часто гуляла с ребенком после работы и готовила ужин для всей семьи. И когда знакомый поднял ей зарплату, а потом и вовсе сделал директором магазина, стала покупать племяннице красивую одежду и игрушки. Там, в "Детском мире" и познакомилась с Лейлой.

Сердце радовалось за малышку, когда та, нарядная, гуляла с нею в парке. Одно огорчало: после трех лет девочка перестала говорить, хотя до этого читала стихи и даже пела песенки. Осмотр у логопеда и невропатолога закончился направлением к специалистам, где девочке поставили диагноз аутизм. С того дня Марину будто подменили. Она перестала уделять внимание ребенку и часто оставляла девочку на свекровь и Анну, будто таким образом пыталась оградить себя от невыносимой правды.

Времени на все не хватало, потому Анна уволилась с работы и занялась племянницей. Девочка много болела, и Анна сидела с племянницей, пока мать занималась собой. Тетя Людмила не желала разрушать семью сына, потому во всем поддерживала невестку. Чтобы хоть как-то отвлечься, Анна писала картины и запоем читала книги, когда выпадала свободная минутка.

Свой первый рассказ она написала в мистическую группу, даже не думая о том, понравится ли он читателям. Получив хорошие отзывы, написала сказку, в которой король попал в другую реальность и увидел жизнь глазами бедняка. Рассказы были лишь пробой пера, но сердце лелеяло мечту о большом серьезном романе.

В один прекрасный день Анне позвонили из издательства и предложили сделать иллюстрации к детским книгам. Работа была интересной, хоть требовала много времени. Больше всех за девушку радовалась веселая и добрая Лейла. Девушка снимала квартиру, так как в семье было четверо детей. В трех комнатах жили мать, две замужних дочери с мужьями и детьми и младший брат-студент.

Заветной мечтой девушки было замужество. В свои тридцать два она так и оставалась одна, несмотря на чудный характер и красивую восточную внешность.

- И чего мужчинам не хватает? - удивлялась Анна. - Умница, красавица, фигурка ладная, волосы какие роскошные. И не белоручка, хозяйка хорошая.

- Ты мне что, рекламу делаешь? - усмехнулась подруга. - А сама что сидишь дома? Ни с кем не встречаешься?

- Не могу, - ответила Анна. - Кажется, лучше Эльдара никогда никого не встречу.

Видя, что подруга расстроилась, Лейла извинилась за бестактность.

- Думаю, на мне что-то есть, - вздохнула девушка.

- Что, например? - не поняла Анна.

- Проклятие или венец безбрачия, - она сделала страшные глаза. - Хочу сходить к одной гадалке, знакомые очень хвалили. Пойдешь со мной?

- Ой, да все это глупости, - махнула рукой Анна, но самой было любопытно. Никогда раньше не ходила к гадалкам, а цыган вообще побаивалась.

Лейла долго уговаривала Анну, пока не добилась своего.

Тетя София, старая седая цыганка, приехала к Лейле сама. Войдя в квартиру, пожелала мира дому и прошла в комнату. Улыбнулась Лейле, положила на стол узелок из пестрой шали и села в кресло.

- Ой, девки, пока ехала к вам, устала очень. Чайку не найдется?

Лейла быстро организовала чай и угощение. Поставила на стол варенье, вазочку с конфетами и печенье.

- Печенье есть не буду, зубы не те. А конфетку возьму, - сказала женщина и потянулась к сладостям. При этом мониста на ее шее тихо зазвенели.

Анна тоже с удовольствием выпила чай. Женщина не вызывала отторжения. Маленькая, кругленькая, она много говорила и смеялась.

- С тобой мы уже виделись, - сказала она Лейле. - На дне рождения твоей подруги Натальи. А что за красавицу ты мне привела?

- Подруга моя, - ответила девушка.

- Понятно, - протянула гадалка и попросила все убрать со стола.

После этого она развязала узел на шали, развернула и достала оттуда четыре колоды.

- Остальные дома спят, - сказала она, любовно поглаживая карты. - До большого церковного праздника. А после можно будет и на них смотреть.

Анна старалась не смотреть на то, как гадает цыганка. Открыла на телефоне книгу и стала читать, но краем уха слышала, как Лейла то и дело удивляется от слов ведуньи.

- А теперь ты иди, погляжу, - позвала цыганка Анну.

- Я? - растерялась девушка. - Но я не хотела гадать...

- Иди-иди, не бойся, я не страшная, - рассмеялась женщина.

Лейла встала со стула, уступив свое место. У Анны внутри все похолодело. Стало вдруг страшно, что там увидит старая цыганка? Пока женщина зажигала свечу, дала девушке подержать в руках карты. Таро были старыми, потрепанными, с оборванными краями.

- Подумай о том, что хочешь узнать, - напутствовала цыганка. - Потом постучи по ним три раза и сними на себя левой рукой.

Анна затаила дыхание и сделала так, как сказала ведунья. Но думать о чем-то ином, кроме погибшего мужа и ребенка, не могла.

Женщина разложила карты в известном ей одной порядке и взглянула на сидевшую напротив девушку.

- Вижу, в жизни хлебнула ты много горя, - сказала она. - Потеря за потерей...

Анна молчала, но вцепилась пальцами в край стола.

- Муж помер и дитя.

- Разбился на машине, - произнесла Анна тихим голосом. - Это вам Лейла рассказала или сама видите?

Цыганка нахмурилась:

- Никто еще старую Соппу не обвинял в мошенничестве. На другую бы обиделась, но на тебя не могу. И не потому, что жалею. Нет, а потому, что силу вижу в тебе, о которой сама не знаешь. А еще ангел за тобой сильный стоит. Знаешь ли, что за мужем вслед уйти должна была?

- Это еще почему? - ахнула Лейла, которая внимательно слушала цыганку.

- Со свету сжить ее хотели, - усмехнулась София. - На кладбище фото и вещи закапывали. И дитя нерожденное не пожалели.

Анна сидела, белее занавески, висевшей на окне.

- Кто это сделал? - не верила она.

- А ты сама подумай, кому мешала? Две женщины, родственницы мужа. Старая давно джадой занимается, мать его, твоя свекровка, - выплюнула она со злостью.

- Они не знали о ребенке, - возразила Анна, цепляясь за это, как за соломинку.

- Знали,- цыганка вытянула карту и бросила на стол. - Цыганские карты не лгут. А вот и ребенок.

На стол упала карта с изображением младенца в люльке. Дальше гадалка стала говорить стихами. Предсказание прошло мимо ушей, перед глазами все стоял улыбающийся Эльдар.

- Три раза перекувыркнешься, только тогда счастья добьешься, - цыганка бросила на стол три последних карты. - Жизнь у тебя будет очень интересная. И замуж еще раз выйдешь. Муж будет моложе, издалека.

Анна слушала все это, но не верила.

- Веришь - не веришь, мне разницы нет. Мое дело правду сказать. Перед появлением суженого увидишь сон странный, необычный.

- У меня много необычных снов, - Анна грустно улыбнулась.

- Знаю, сны вещие видишь. И в руках сила есть. Вижу, и к картам потянешься. А за девочку в семье не переживай, все еще наладится.

- Делали на вас с мужем отворот, но не знала свекровка, что за тобой сильный род стоит и за ребенка заберут ее сына.

- О Боже, - только и смогла произнести пораженная Анна. - Зачем?

- Сама знаешь, зачем, - старая София достала из кармана сигарету и чиркнула спичкой. - Не хотели они такую невестку, родственницу присмотрели. Младенец на себя все забрал. Но не думай, что на том все закончится. Душа у тебя чистая, а за такое Силы Высшие наказывают. Помяни мое слово. Прощать или нет свекровь, дело твое. Но сделанного назад не воротишь, и мужа не воскресить. Не печалься, девка, будет еще на твоей улице праздник. И любить тебя будут так, как никогда не любили. Встретишь родственную душу.

Так в тот день Анна впервые узнала о джаде, сильном колдовстве. Она сидела и плакала, а Лейла не могла найти слов утешения, так как сама была в шоке от услышанного.

Глава 10

Глава 10

Работа двигалась со скрипом, а времени катастрофически не хватало. Анна с сожалением вспоминала тот день, когда из-под пера, одна за другой, выходили главы. "Так я всех читателей растеряю",- вздохнула она и встала за очередной порцией кофе.

Когда вернулась в комнату, ахнула: телефон, на котором она работала, лежал на полу, а рядом сидела толстушка, белая кошка Муся и вылизывала лапку, как ни в чем не бывало. Завидев хозяйку, она подняла голову и с невинным видом мяукнула, будто она тут ни при чем.

- Ах, ты, негодница, - Анна, молясь в душе, подняла телефон.

Так и есть: экран стал полностью черным, а хрупкая вещь пришла в негодность - не выдержало удара и защитное стекло.

- Ну, что теперь делать? - девушка всхлипнула, слезы подступили к горлу и душили. - Заменить стекло?

При тщательном рассмотрении брат выдал вердикт: пришло в негодность, восстановлению не подлежит. Дорога одна - в мусорку.

- И как мне быть? - она с надеждой посмотрела на Александра, ища поддержки.

- Купить новый, - ответил он. - Говорил же, убирай телефон со стола и носи с собой. Один раз Вероника разбила, теперь Муська постаралась. Поищу подержанный, но не уверен, что это будет быстро.

Подержанный найти было не так уж просто. Не все отвечали требованиям: то корпус оказывался не в порядке, то с экраном проблема. Новый же стоил слишком дорого. Анна уже совсем отчаялась, но помощь пришла оттуда, откуда не ждали.

Узнав, что у подруги проблема и рабочая вещь разбита, Лейла предложила свой телефон, который давно хотела заменить на новую модель.

- Смотри, - показывала она, - тут и приложения разные есть, ничего загружать не надо.

Анна была благодарна подруге за такую своевременную помощь. Она не гонялась за новомодными телефонами, но без этой вещи не смогла бы работать. А ноутбук слишком громоздкий, чтобы носить его повсюду. Да и печатать на телефоне было удобней.

Девушка смотрела приложения, когда на глаза попался незнакомый "Kakao-Talk".

- Что это? - спросила она подругу, нажимая на желто-коричневый значок.

- Корейское приложение, - ответила Лейла.

- Мне-то оно зачем? Лучше удалю, а то места много занимает. И картинки хранить негде.

- Я бы на твоем месте не делала, - сказала подруга. - Приложение очень удобное, а загрузить можно только в Корее.

- А в твоем телефоне оно откуда? - удивилась Анна, рассматривая забавные картинки и непонятные буквы.

- Друг был в Корее, привез телефон уже с программой. Так что, бери и пользуйся на здоровье. Можешь загрузить туда снимки своих картин. Глядишь, кто-нибудь заинтересуется.

- В Корее? - Анна рассмеялась.

- Почему же, оно работает по всему миру. Дай, я фото твое поставлю, и язык поменяю на русский.

Анна сомневалась, что станет этим пользоваться, но что-то останавливало на полпути от удаления.

С настройками пришлось повозиться, но уже к вечеру все стало понятно. Загадочный желто-коричневый квадрат, в шутку прозванный "квадратом Малевича", манил и притягивал к себе. Почему Какао, а не, к примеру, Кофе? Не выдержав, девушка открыла приложение и стала изучать. Многое было необычным и непонятным, а картинки казались слишком детскими.

- Словно в детство вернулась, - улыбнулась девушка и нажала на свое фото.

Несколько снимков картин сразу же были загружены в интернет, и благополучно забыты. У Анны имелись дела поважнее.

- Книга сама себя не напишет, даже если имя ей Абадус, - произнесла она вслух и открыла толстую тетрадь.

Итак, молодая девушка Лилиан нашла удивительную книгу, в которую по глупости вписала свое имя... Сюжет пришел к Анне еще в детстве, когда она стояла в книжном магазине и с грустью смотрела на книгу, которую не могла купить. Книга была не очень толстой, с красочной обложкой, белыми страницами и странными заданиями, которые надлежало выполнять каждый день.

Пересчитав копейки, оставшиеся с не купленных школьных завтраков, девочка убедилась в том, что до нужной суммы не хватало около четверти. Попросила старую продавщицу оставить для нее одну книгу. Но на следующий день книг на полке уже не было.

Зато один экземпляр удивительным образом обнаружился в доме подруги. Как оказалось, ее брат приобрел книгу и строго-настрого запретил кому-либо брать ее в руки. Все это казалось таким загадочным, невероятным и таинственным, что оставило неизгладимый след в душе на долгие годы.

И сейчас Анна решила воплотить в реальность несбыточную мечту. На страницах "Абадуса" разворачивалась невероятная история, полная мистики, загадочности и волшебства.

Анна представляла, как Лилиан пытается избавиться от книги и смеялась над ее тщетными попытками. Заранее зная, что ждет главную героиню, девушка не стремилась делать ее идеальной. Что ни говори, молодая ведьма нравилась ей такой, какой ее создала, как и книга, в которую был заключен демон. Писать об этом было жутко интересно.

Не замечая, как летит время, Анна писала строчку за строчкой, погружаясь в свои фантазии. Из которых ее вырвал резкий крик Марины. Картинка, так отчетливо сложившаяся в голове, рухнула, хороня под обломками взволнованную Лилиан и волшебную книгу.

- Что, что случилось?! - испуганно воскликнула она, когда выбежала из комнаты.

Марина стояла посреди комнаты, пальцы ее сжимали ручку дочери. В глазах ребенка плескался ужас.

- Погляди, что я нашла под балконом!

Женщина ловким движением фокусника выудила из сумки куклу, от красоты которой ничего не осталось. Волосы, некогда сверкавшие золотом, свалялись от грязи, и теперь свисали серыми сосульками. Пышное розовое платье стало грязно-розовым, а кружева походили на тряпки.

- Вот, чем занимается твоя племянница, когда матери дома нет! - кричала она, брызжа слюной.

- Отпусти ребенка, - твердым, но спокойным голосом, сказала Анна и перехватила ручку испуганной девочки.

Глазки наполнились слезами, она тут же прижалась к тете.

- Давай-давай, защищай, - брезгливо посмотрела на дочь Марина. - Послал же Бог ненормальную девку.

- Ты так злишься из-за какой-то игрушки? - спросила девушка. - Откуда взялась эта кукла? Я прежде не видела ее.

- Конечно, что вообще ты видишь, кроме своей никчемной писанины? Эту куклу подарила Гюльнара ханум, когда я делала ей маникюр в прошлое воскресенье. Специально для Вероники принесла из своей комнаты. Очень дорогая, немецкая, и только посмотри, во что превратилась! Кошмар!

Вероника стояла с заплаканными глазами и с ужасом косилась на испорченную игрушку.

- Стоит ли так кричать? - спокойно сказала Анна. - Можно помыть ее и постирать платье, станет как новая.

- Тебе легко рассуждать, - Марина сотрясала воздух кулаками, - сегодня куклу выбросила, завтра золото выбросит в окно. Кто знает, что у этого ребенка на уме?

Анна присела на корточки, развернула девочку к себе лицом и заглянула в глаза.

- Вероника, зачем ты выбросила куколку? Это подарок, нехорошо выбрасывать подарки.

- Не хочешь, - тихо ответила девочка. - Выкинуть в мусорку.

- Думаю, на кукле слишком много негатива, - обратилась Анна к Марине. - Не та ли это Гюльнара ханум, которая никак замуж не выйдет?

- Да какое это отношение имеет к подарку? - возмутилась женщина.

- Такие детки, как Вероника, видят то, чего не видят обычные люди. Ей не нравится эта игрушка.

- Ай, вечно ты со своими сказками! Забиваешь голову ребенка ерундой. Сама такая же ненормальная, как она. Правильно про тебя написала твоя тезка-писательница. Возомнила себя эльфийской принцессой.

Марина рассмеялась, радуясь в душе, что подвернулся случай уколоть побольнее.

- Я никогда такого не говорила. Всего лишь написала, что видела прошлую жизнь. Если кто-то неправильно это понял и использует против меня, это его проблема. Но прошу, не срывай зло на Веронике.

- Это мой ребенок, - заявила Марина со злостью в голосе. - Я буду воспитывать ее, как считаю нужным. А ты лучше заведи своих детей или возьми из детского дома. Хотя, кто тебе даст ребенка, ни мужа нет, ни стабильного заработка.

Довольная своей колкостью, Марина повернулась и закрыла дверь. Анна, не зацикливаясь на обиде, обняла ребенка и вытерла ее слезы.

- Не сердись на маму. Она не знает, что ты видишь. Если не нравится та кукла, я ее потом спрячу подальше, договорились?

Девочка сжала руку Анны и улыбнулась. Видеть необычное Вероника начала еще в детском саду. Воспитатели, слегка напуганные, рассказывали, что иногда девочка смотрела на потолок и улыбалась, махала кому-то ручкой, разговаривала.

Однажды Анна сама убедилась в том, что это не было выдумкой. Как-то утром она проснулась от веселого детского смеха и решила посмотреть, над чем так смеялся ребенок.

Веронику она застала в гостиной, где та заглядывала за спинку дивана, не вплотную прислоненного к стене, будто пыталась разглядеть нечто маленькое. Анна тоже подошла к дивану, заглянула за спинку, но ничего не увидела. Вероника же отошла в сторону и улыбнулась.

- Детка, кто там? - ласково спросила тетя.

- Кто-то, - девочка рассмеялась и убежала в свою комнату.

А после удивительного волшебного сна, где Анна и Вероника были вместе, а на утро девочка вылепила из пластилина тех волшебных существ, девушка окончательно уверилась в тесной связи с племянницей.

Когда с работы вернулся Александр, он поцеловал дочь и пошел ужинать. А после направился в свою комнату. Анна позвала его к себе. Нехотя, мужчина пришел в комнату сестры.

- Саша, поговори с Мариной. Нельзя так кричать на ребенка. Сегодня она устроила скандал из-за игрушки.

Александр с раздражением повел рукой.

- Что я могу сделать? Это ваши женские дела, не хочу лезть в разборки. Иначе потом окажусь виноватым.

Анна с грустью посмотрела на брата.

- Я совсем не узнаю тебя, Саша. Куда подевался добрый мальчик, с которым я в детстве делилась всеми секретами? Мальчик, за которым я смотрела, как за родным братом? Ради которого пожертвовала многим?

- Он вырос, - просто ответил Александр. - Жизнь всех меняет, ты ведь тоже не та наивная девочка, что была в детстве.

- Да, где-то я стала тверже, но в душе осталась прежней, - с грустью произнесла Анна. - Веронике нужна любовь и ласка.

- Хорошо, я понял, попробую поговорить с Мариной. Но не рассчитывай на то, что произойдет чудо, и она вмиг изменится.

- Я и не рассчитываю. Чудес, как мы знаем, не бывает.

Доказывать брату, что тот в корне не прав, девушка не стала. В чудеса Александр перестал верить еще в детстве, когда увидел, как приглашенный на праздник Дед Мороз, снимает с себя шубу и длинную белую бороду, крепившуюся к шапке. Анна даже сейчас помнила, как пыталась переубедить заплаканного мальчика, что тот ошибся и Дед Мороз существует.

Ночью, когда маленький Саша спал, она тайком пробралась в его комнату и положила в изголовье несколько шоколадных конфет и пару оранжевых мандаринов, в надежде, что брат поверит, будто это гостинец от волшебного существа. Вера в сказки была восстановлена, пусть на маленький срок, а не навсегда...

Как же давно это было. Кажется, тридцать лет пролетели, пробежали, как одно мгновение. С возрастом взрослые теряют веру в чудеса, и это так печально.

Анна же с детства любила все волшебное. Девочки ее возраста представляли себя прекрасными принцессами, но Анна надевала длинное мамино платье, обувалась в туфли на высоком каблуке и закрепляла на голове прозрачную косынку. Роль волшебной палочки играл карандаш.

- Я - волшебница! - с серьезным видом заявляла она родителям, которые еле сдерживали улыбки. - Скорее загадывайте желания, я буду их исполнять. Сейчас всех сделаю счастливыми!

Исполнялись ли мечты близких, Анна не помнила, но еще с тех пор стала замечать за собой странные особенности. Что говорила, то скоро исполнялось, чего желала людям, те быстро получали. Только распространялось это на окружающих, а не на саму Анну. "Сапожник без сапог", как часто говорила ее бабушка. И внучка была с нею согласна.

Как же часто вспоминала она свою милую бабушку, которая многому научила внучку. Вернуться бы в те времена, в безмятежное детство, когда на уютной кухне собиралась вся семья, от мала до велика, и под чистый звонкий голос Евы Михайловны, поющей старинные русские романсы, лепили вареники с вишней и творогом. А холодными зимними вечерами, когда за окном уже смеркалось и с неба падали пушистые хлопья снега, будто кто-то встряхнул снежную перину, бабушка рассказывала сказки.

На кухне было тепло, над чашками с горячим чаем поднимался пар, а двое детей - мальчик и девочка, затаив дыхание, слушали чарующие истории, в которых прекрасные принцы дрались с чудовищами, простаки получали королевство благодаря своему доброму сердцу, а зло всегда было наказано. Да, в сказках царила госпожа Справедливость.

Еще таинственней казались истории, когда во всем доме отключался свет и на стол ставились старые серебряные подсвечники с толстыми свечами. Тогда сердце замирало, и даже от тихого шороха становилось страшно.

Бабушка привила Анне любовь к чтению, а мама открыла таинственный мир магии. И пусть на тот момент это были простенькие святочные гадания, со временем девушка стала интересоваться этим все больше. А вещие сны служили подтверждением, что в роду были ведуньи.

И пусть на сей день Саша отгораживался от воспоминаний бетонной стеной неверия, Анна хорошо помнила, как брат рассказывал о том, что видел на кухне их старого дома...

Какую удивительную шутку порой выкидывает человеческая память. Один помнит все в мельчайших подробностях, другой забывает не только события, но и людей, которые в них участвовали. Анна ничего забыть не могла, потому бережно хранила дорогие сердцу воспоминания, которые не раз помогали ей в жизни принять правильное решение.

Если бы можно было спрятать их в склянки, таких флаконов набралось очень много. Как иллюзионист, она вынимала бы флакон с искрящимся содержимым, осторожно открывала бы, любовалась воспоминанием и ставила на место. Если бы...

Анна сидела за столом и смотрела на лист бумаги, на котором расплывались сиреневые кляксы.

Мысли разбежались, как табун диких мустангов, и собрать их воедино было сложно. Девушка включила музыку, надела наушники и стала писать. Образы, возникавшие перед глазами, переносились на бумагу. Откуда возникали те или иные мысли, Анна не знала, но точно видела своих героев, отчетливо слышала речь, читала мысли, переносилась вместе с ними туда, в вымышленный мир, и, стоя рядом, наблюдала за действиями, разворачивающимися на глазах.

Герои вели себя так, как сами того желали, и совсем не слушались автора, потому Анна не вмешивалась, а лишь записывала то, что видела.

Она научилась отпускать их. Сейчас, уже с легкой грустью, вспоминала героев первого серьезного произведения, графа Раймунда и его супругу Николь. Герои "Мистраля" не отпускали ее больше года. Анна спала и видела себя в Провансе, бродила по замку Ле Бо, сидела на пиру в числе приглашенных. Раймунд и Николь стали родными, она остро переживала их сердечную боль и страдания, радость и грусть, все сильные эмоции.

- Сложно брать на себя роль создателя микромира. Наверное, так выглядит безумство, граничащее с гениальностью, - подытожила Лейла, когда впервые услышала о процессе создания книг. - Читала когда-то, что люди искусства как не от мира сего, но не думала, что это правда.

Анна не обижалась на подругу за эти слова. Композиторы и писатели, художники и поэты, всегда были натурами, сложными как для общества, так и для семьи, и часто оставались непонятыми. Душевные метания и искания не находили отклика в сердцах близких, а критика часто ранила.

- Бросала бы ты свое писательство, - сказала Лейла, когда обе подруги сидели в кафе на бакинском бульваре.

Погода в тот августовский день стояла жаркая, и выбраться из дома в самое пекло, не было возможным. Бело-красные зонтики, раскрытые над пластиковыми столами, почти не скрывали от солнца.

Над спокойным морем, с громким криком, кружили чайки, едва не задевая крыльями выступавшие из воды камни. Анна посмотрела вдаль, на белоснежный прогулочный катер, который стоял на приколе. Прямо посередине бульвара расположилось белоснежное кафе "Жемчужина", напоминавшее распустившийся цветок лотоса.

Девушки сидели за столиком, на стульях с ажурными спинками, и пили крепкий кофе, наверное, лучший во всем городе. Помимо чашек, на столе стояло блюдо с пирожными. Лейла была большой сладкоежкой и побывала почти во всех кондитерских Баку.

- Что задумалась? - спросила она подругу. - Попробуй, какая вкуснятина, - промычала она и сняла с ложки остатки воздушного крема. - Такие эклеры пекут только в кондитерской "Аза". Тут тебе и лимонный крем, и клубничный, и фисташковый. Даже мятный есть.

Анна рассмеялась, глядя, как та отправляет в рот пирожное за пирожным.

- Смотрю и удивляюсь, как ты все это ешь и не полнеешь? От такого количества сладостей меня разнесло бы, как бочку. Не влезла бы в старые платья.

- Хорошего человека должно быть много, - философски заметила Лейла. - И восточные женщины всегда были фигуристыми. Вспомни пышных красавиц из арабских сказок.

- Сейчас другие стандарты красоты, - возразила Анна.

- Ничего подобного! Знаешь, как говорит мой дядя? "Я не собака, чтобы бросаться на кости".

Она положила на тарелку еще одно пирожное и подвинула к Анне. Эклер оказался именно тем, с зеленым масляным кремом со вкусом мяты, которая щипала язык.

- Вкусно, правда? - Лейла улыбнулась и посмотрела на экран телефона. Кто-то звонил.

- Почему не отвечаешь? - спросила Анна.

- Достал уже, - Лейла нахмурила брови. - Целый месяц где-то пропадал, а теперь появился, как ни в чем не бывало. Интересно, что будет рассказывать, как объяснит это? Устала от таких сказочников.

- Очередная "любовь всей жизни"? - усмехнулась Анна.

- Да какая там любовь, - Лейла с досадой махнула рукой, - одно название. Интересно, где он заблудился, мой суженый, которого София нагадала? Наверное, конь околел, а принц идет пешком.

Анна не удержалась и прыснула со смеху, а Лейла с серьезным видом произнесла:

- Смейся-смейся. Правильно говорю ведь. Наверное, все цыганки делают такие счастливые предсказания, уверенные, что однажды встретится какой-никакой захудалый мужичонка.

- Я вообще не помню, что она говорила, - сказала Анна. - Обещала счастье, как все предсказатели.

- Но ты ведь говоришь правду, когда раскладываешь Таро.

- Я делаю это не ради денег, - ответила Анна. - И смотрю лишь в том случае, когда хочу найти ответ или помочь кому-то, а не ради праздного интереса. А еще вижу сны. Кстати, недавно видела один, очень красочный.

Девушка рассказала подруге о белом драконе и молодом парне из сна.

- Точно! София говорила, что ты увидишь сон, а потом появится мужчина.

- Как у тебя?

- Вот не надо, пожалуйста, - Лейла насупилась. - Всем хочется простого человеческого счастья. Кому-то легко познакомиться на улице, а кому-то в интернете. Важен не способ, а результат.

- Хорошо, не стану спорить.

Анна смотрела на белые "барашки" волн, бьющихся о прибрежные камни и жмурилась от удовольствия, когда легкий ветерок касался обнаженных плеч. Ближе к вечеру на море становилось прохладней.

- Интересно, есть ли в Каспие русалки? - задумчиво произнесла она, вглядываясь в еле различимые тени у оранжевых буев.

- Откуда же мне знать? - Лейла пожала плечами. - Мне интересны реальные люди, а не персонажи сказок.

- Бабушка говорила, что в Каспие водились русалки, по крайней мере, их видели в семидесятые годы прошлого столетия.

- В этом не уверена, но слышала от соседки историю о подводном городе. В шестидесятых море отошло от берегов и открыло то, что скрывалось на глубине долгие годы. Ты ведь знаешь, когда-то волны окружали город и море доходило до самой Девичьей башни. Только представь: на этом самом месте плескалось море, а сейчас мы ходим по твердой земле. В те времена у одного шаха была красавица-дочь, и пожелал он на ней жениться. Девушка, влюбленная в молодого простого парня, попросила шаха построить башню, в надежде, что отец к тому времени забудет о своей затее. Но шах не передумал.

- Тогда девушка бросилась с башни в море и разбилась о камни, - закончила за нее Анна.

- Верно. Башня получила название "Девичья" и стала маяком. Призрак девушки являлся морякам и рыбакам и показывал дорогу, уводя подальше от подводных рифов.

- Неужели никто не заступился за девушку? - размышляла вслух Анна, подливая кофе из кофейника.

Думаешь, много смельчаков отважилось бы вступить в схватку с самим шахом? Да, в одной из версий легенды шаха убил возлюбленный девушки. Но кто может подтвердить, так ли это было?

- Печальная история, - вздохнула Анна.

- Согласна. Хорошо, что прошли те времена, когда за девушку решали ее судьбу. Сейчас мы сами вольны выбирать как профессию, так и спутника жизни. Только выбор невелик.

- Поток женихов иссяк? - улыбнулась Анна.

- Да, как-то негусто. Я вот подумала, не поискать ли в другой стране? "Если гора не идет к Магомету, Магомет сам идет к горе".

- И как ты будешь общаться, не зная языка?

- Через переводчик, - Лейла улыбнулась, довольная, как кот, наевшийся сметаны. - Но для начала нужно Его найти.

- Желаю удачи в поисках, - Анна поражалась ее упорству и энтузиазму.

Посидев еще немного, девушки стали собираться домой. Анна положила телефон в сумочку, лишь мельком увидев, как на него пришло уведомление. Наверное, кто-то поставил отметку под фотографией. Но сейчас было интересно не это, а прогулка с подругой по набережной. Редкие встречи становились отдушиной в бешеном ритме жизни, и Анна ценила счастливые минуты, проведенные в компании единомышленницы.

Под каблуками хрустел гравий, перемешанный с битыми ракушками. Чтобы не портить обувь, Анна сошла на брусчатку. Пока шла, представляла себе Лилиан в парке. В голове, как пазлы, складывались фрагменты главы.

- Стой, надо кое-что записать, - остановила она подругу и села на скамейку под высокой зеленой туей.

Мысли, возникавшие в голове, Анна немедленно заносила в записную книжку, чтобы ни одна не потерялась, не исчезла, как песчинка в море. Легкий ветерок пробежал по ее волосам, перевернул страницу старенького блокнота и сбросил лист с платана. Кружась в воздухе, он плавно опустился на скамейку.

Лейла огляделась: позади них журчал фонтан, разбрасывая брызги, как бриллианты. Маленькая серая пташка подлетела к нему, опустилась на выступ чаши и склонилась над водой. Вдоволь напившись и почистив перышки, поднялась в воздух и полетела в сторону белоснежного здания с колоннами в античном стиле. Это был кукольный театр, в котором сейчас ничего не показывали.

Подруги прошлись по бульвару, утопающему в аромате цветущего олеандра, и спустились в подземный переход. Неподалеку от входа стоял аппарат для поп-корна и запах жареной воздушной кукурузы манил к себе ребятишек. От продавца они отходили с большим картонным стаканом, доверху наполненным легкими белыми шариками, похожими на распустившиеся цветы. А некоторые держали в руке сладкую вату.

- Хочешь? - спросила Лейла, кивая на лоток с соблазнительными лакомствами.

- Я что, маленькая? - Анна улыбнулась.

- Иногда полезно побаловать внутреннего ребенка, - с умным видом произнесла подруга и купила стаканчик с кукурузой и сладкую вату.

Анна покачала головой, когда ей протянули угощение. На мгновение снова ощутила себя маленькой девочкой, которой весь мир казался волшебным и наполненным чудесами.

Сейчас хлопья были не такими, как в детстве, а вата имела слишком приторный вкус и запах жженого сахара. Почему в детстве все выглядит иначе? И удовольствие можно было получать от самых простых вещей.

Подруги вышли из перехода и оказались в зеленом ботаническом саду. Справа расположился вход во внутренний Старый город, ставший неким подобием музея, хранившим воспоминания о славном прошлом: улица ремесленников с вымощенными брусчаткой узкими улочками, где дома стояли так близко друг к другу, что соседи могли общаться, не выходя из дома.

Именно тут снимались "итальянские улицы" таких шедевров советского кино, как "Бриллиантовая рука" и "Человек-Амфибия". А так же, та самая Девичья башня. А слева - филармония имени Рашида Бейбутова.

В саду росли финиковые пальмы, туи, ели, высокие кусты роз и многие деревья и растения. В ветвях деревьев пели птицы. Над головами пролетела стайка зеленых ожереловых попугаев, которых когда-то выпустил один старый орнитолог. Попугаи перезимовали, питаясь семенами сосновых шишек, прижились, теперь часть их обустроилась на бульваре, а вторая часть облюбовала ботанический сад, с его растениями. Здесь рос даже остролист с колючими листьями и красными ягодами.

Фонтан, украшенный фигурами амуров с рыбками, на подобие версальских, сегодня не работал. В нем плескались голуби, которых тут было множество. На ажурных белых металлических скамейках сидели женщины и смотрели, как резвятся ребятишки.

- Нужно прийти сюда с Вероникой, - сказала Анна. - Мне кажется, это самое красивое место в городе. Напоминает мне аллеи родного Луцка.

- Снова о других думаешь? - разочарованно протянула Лейла. - Ну, что за мечты? Никакой романтики. Нет, чтобы загадать: хочу прийти сюда с любимым мужчиной.

- Может, и приду, - Анна пожала плечами, так как не знала, случится ли это когда-нибудь.

Мысли Анны были далеки от нарисованных воображением Лейлы воздушных замков. Прекрасные пейзажи и виды лишь навевали ностальгию по былым временам, когда в этот парк она ходила с Эльдаром. И фотографировалась у этого самого фонтана, только место сильно отличалось от нынешнего, реставрация определенно пошла ему на пользу.

- Ты слишком мало радуешься, - заключила Лейла в конце прогулки, находясь в прохладном метро. - Нужно больше улыбаться. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на уныние.

- Я стараюсь, - ответила Анна, радоваться каждому дню и находить в нем что-то хорошее.

- Тогда послушай моего совета и начни уже встречаться с кем-нибудь.

- Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало,

Два важных правила запомни для начала:

Ты лучше голодай, чем что попало есть,

И лучше будь один, чем вместе с кем попало, - процитировала девушка известные строки восточного поэта.

- Вот-вот, с такой философией так и останешься одна, - Лейла обиженно надула губы.

Чтобы перевести разговор в другое русло, Анна пригласила подругу к себе домой, но та сказала, что будет занята и загадочно улыбнулась.

- И как ты все успеваешь? - рассмеялась Анна.

- Кто бы говорил, - усмехнулась девушка. - До тебя мне далеко. Просто я правильно расставляю приоритеты.

Спорить с подругой не хотелось, потому, доехав до станции, она сделала пересадку и поехала домой. В вагоне было прохладно. Анна закрыла глаза и представила Лилиан. Героиня книги была так же одинока, как автор. Но не унывала, а помогала тем, кто попал в беду. В этом девушки очень похожи. "Только тебе не встретить Эдварда", - подумала Анна и усмехнулась. Пусть хоть кто-то будет счастлив, не важно, в настоящем или выдуманном мире.

Вернувшись домой, девушка переоделась и направилась на кухню. Что бы приготовить? Извечный вопрос, мучивший не одну хозяйку. Заглянув в холодильник, она обнаружила там пачку фарша. Разморозила, добавила к нему промытый рис, нарезанные лук, зелень, соль, специи .

Достала банку с виноградными листьями, опустила их в кипяток, пробланшировала пять минут. Затем на каждый лист положила начинку, завернула, уложила в кастрюлю, залила водой и положила сверху тяжелую тарелку. Минут через пятнадцать по кухне разносился аромат, на который прибежала кошка Муся.

- Мяска хочешь? - Анна ласково погладила кошку и дала еду.

Животные были ее слабостью. Лет в десять ей подарили щенка, которого назвали Боник, но песика сбила машина. Анна не могла прийти в себя больше недели, и после этого случая бабушка запретила держать в доме животных. О кошке или хомячке приходилось лишь мечтать. Зато с работой в зоо магазине она наверстала упущенное.

Муся с удовольствием ела фарш, а хозяйка тем временем занялась приготовлением яблочного пирога. Был в их семье один рецепт, одинаково подходивший как для пирогов и кексов, так и для рулетов с пирожными. Все зависело только от настроения.

- Таак, для начала включим духовку, - произнесла девушка, выставляя нужную температуру.

Кошка доела остатки лакомства и села у двери, чтобы следить за процессом. Это было очень увлекательно. Хозяйка любила печь, и Муся частенько наблюдала за нею, заняв удобное место на стуле или подоконнике, среди горшков с хлорофитумом и китайской розой.

Анна смешала три яйца с половиной стакана сахара, добавила стакан муки, разрыхлитель и ваниль. Затем достала из холодильника большое зеленое яблоко, разрезала на дольки, смазанную маслом форму посыпала тертыми сухарями, уложила дольки в виде лепестков и залила все густой смесью из яиц и муки.

- Совсем другое дело, - довольно сказала она и отправила пирог в духовку.

Теперь об ужине не надо было беспокоиться. И хотя девушка немного устала, она осталась довольна проделанной работой. Пока готовились долма и пирог, оставалось время для того, чтобы проверить телефон и, возможно, ответить своим читателям. Анна достала телефон из сумки и села за стол. Подумала о племяннице, но вспомнила, что Александр с Мариной повезли девочку к друзьям и вернутся поздно.

Телефон лежал на дне сумки, с разряженной батареей. После того, как подключился к зарядному устройству, он несколько раз моргнул и высветил уведомления. Все они не представляли собой интереса: бесчисленные рекламы посыпались, как из рога изобилия. Одно привлекло внимание и Анна прочитала его. Под ее картиной, выставленной в Kakao-Talk, стояла подпись на английском.

- Очень любопытно, Муся, кто это? - пробормотала девушка, вытерев руки полотенцем, и открыла приложение.

Отметки под картинами выставил незнакомый молодой человек. Переключившись на его профиль, Анна увидела фото красивого парня. Слишком красивого и слишком молодого. На вид ему можно было дать - от силы- двадцать три года.

- Интересно, кто он? Китаец или японец?

В чертах азиатских лиц она не разбиралась. Фотографий в профиле было слишком много. Казалось, парень снимал все, что видел и где бывал. С ним были друзья и одна молодая девушка, похожая на модель. Сестра или невеста?

- Да какая мне разница? - Анна хотела выключить телефон, но тут значок под фото загорелся зеленым, обозначая его присутствие в сети. На телефон пришло новое уведомление:

"Hello".

Девушка не знала, стоит ли отвечать? Молодой красавец, не знавший ее языка, послал короткое "Привет". И что такого? У него, скорее всего, есть девушка, та сногсшибательная красотка, с ногами от ушей, одетая в брендовые вещи.

- Нет, Муся, я не птица его полета, - улыбнулась Анна и вышла из сети.

Сделала она это как раз вовремя, так как от плиты потянуло подгоревшим.

- Пирог! - всплеснула она руками и бросилась доставать "кулинарный шедевр".

Муся сидела на подоконнике и смотрела, как суетится хозяйка и дернула полосатым хвостом.

Пирог спасти удалось, подгорела только крошка на дне и несколько долек яблок. Анна накрыла пирог полотенцем и подняла глаза на кошку. Та не сводила взгляда зеленых глаз.

- Что ты на меня так смотришь? Будто что-то хочешь сказать. Может, есть хочешь?

Кошка спрыгнула со своего места и ушла из кухни, оставив хозяйку наедине с мыслями. "Странные люди, выдумывают себе проблемы там, где их нет. А ты потом сиди, утешай".

Анна проверила долму в кастрюле, та оказалась почти готовой.

Пока девушка занималась ужином, значок "в сети" горел зеленым. Где-то там, в далекой Корее, молодой человек ждал и надеялся, что ему ответят...

Глава 11

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 11

Анна просмотрела все статьи о старинных фолиантах и их воздействии на жизнь и психику людей. Узнала о самых больших и маленьких книгах, о магических гримуарах и самой книге дьявола, которую за ночь написал один католический монах, и эта ночь стоила ему души. Кровь стыла в жилах от описания этих древних текстов.

Кое-что нашла и про Англию. Была в Лондоне улица с заброшенными особняками, в которых никто никогда не жил. Хозяева годами не появлялись там, и даже сторожей не было. А прохожие обходили улицу десятой стороной. Все это невероятным образом помогало написанию истории.

Анна всегда удивлялась тому, как неожиданно ей удавалось найти ту или иную информацию, будто кто-то заботливой рукой специально указывал нужную страницу.

Как настоящий писатель, она пренебрегала выдуманными мирами и предпочитала описывать существующие города и страны, с их особенностями и историей. Когда-то, начиная писать "Мистраль", она дала себе слово, что станет описывать настоящие места и события, и осталась верной своему слову.

- Многие люди не могут путешествовать, как и я сама, но мечтают посетить старинные города, увидеть шедевры живописи, архитектуры и памятники старины. Что плохого в том, если я могу помочь в этом?

Сквозь призму своего видения, она описывала в книгах города Англии, Италии, Франции, и вместе с любимыми читателями путешествовала, встречалась с людьми иной культуры.

Встречались, конечно, и такие, кому не нравилось подобное направление в творчестве. Можно было пойти у них на поводу и начать писать только о постсоветских республиках. Но стало бы интересно творить, ограничивая себя, загоняя в рамки и условности? Невозможно стать хорошим для всех.

Кто-то любит Пушкина, но не может читать Достоевского. А кому-то нравится перечитывать Дюма, но не воспринимает детективы. Если бы великие писатели оборачивались на тех, кому не нравилось их творчество, увидел бы свет их творения?

В мире так много интересного, есть о чем написать. Возможно, то были простые слова, чтобы успокоить себя. Но Анна твердо знала, что у настоящих читателей нет предубеждений и предрассудков, как у по-настоящему хорошей книги есть не только автор, но и история, взятая из пространства. Автор же, как скальпель в руках хирурга - инструмент, который может создать шедевр или все испортить.

"Жить ради того, чтобы творить". Эти слова стали ее девизом, пусть даже времени на любимое дело не хватало.

Сегодня вместе с Лилиан она в очередной раз посетила заброшенный особняк Эдварда Ласси. Прошлась по мрачным галереям, увидела призраков. Лилиан открыла новую грань своей личности, поняла, что является ведьмой. Анна же, как автор, только удивилась такому повороту сюжета, так как изначально героиня представлялась ей обыкновенной девушкой...

Анна отложила ручку в сторону и пошевелила затекшими пальцами. Сейчас выпить бы чашку чая с клубничным или розовым вареньем, которое она поставила на полку холодильника. Девушка прошла в на кухню, согрела воду, налила заварку в чашку с симпатичным кроликом, как из сказок Беатрикс Поттер и достала баночку варенья. Ароматные ягоды, казалось, светились изнутри, когда она подняла прозрачную розетку вверх, под солнечные лучи. Ягода, наполненная летом.

Девушка налила еще одну чашку чая и позвала на кухню Веронику. Та прибежала и принесла альбом с фломастером.

- Покажи-ка, что нарисовала, - попросила девочку тетя.

На бумаге была пачка чая с большой ягодой.

- И откуда ты могла знать, что я сейчас делаю? - улыбнулась Анна и обняла девочку. - Ладно, садись, пей чай.

- Не хочешь, - ответила Вероника, но сделала глоток чая, а от варенья отказалась. Ну, что за ребенок?

Анна вылила чай, ополоснула чашки, помыла розетку. Варенье и вправду оказалось удивительно вкусным, напоминало земляничное.

Вернувшись в комнату, за рабочий стол, она включила любимый сборник с музыкой и принялась за сочинительство. Мелодии переносили девушку далеко-далеко, это был полет духа и мыслей. Музыка от работы нисколько не отвлекала, наоборот, рука от нее двигалась сама и записывала все, что возникало в голове, будто опережала мысли.

Анна уже не помнила, когда впервые стала писать под музыку. А позже прочла об этом приеме в книге Стивена Кинга. Шотландские волынки, тин-вистл, перезвон колокольчиков рисовали образы высоких холмов Шотландии с верой жителей в таинственную страну фейри, где тесно переплетались мир наш и волшебный.

Мелодия на минуту прервалась, и на экране телефона появилось уведомление, мигнул желтый квадрат.

- Снова Kakao-Talk? - удивилась Анна и сняла наушники. - Чем новый день порадует?

Она открыла приложение. Тот самый красавец опубликовал новое фото. На нее смотрел парень, сидевший в дорогой иномарке. В них Анна плохо разбиралась, но узнала значок - Porshe.

Девушка улыбнулась: этот парень, скорее всего, сын состоятельного человека и красуется за счет отца. Такие люди, кроме недоумения, ничего не вызывали. Разум шептал: "Закрой телефон". А внутренний голос подталкивал заглянуть на страничку парня.

- Любопытство сгубило кошку, - сказала она самой себе, - в то время как рука потянулась к альбому.

Нажав на изображение, Анна зашла в профиль и пролистала вперед несколько забавных картинок. Сейчас она словно подглядывала за чужой жизнью в замочную скважину.

Сообщение, присланное молодым человеком, она проигнорировала. У самого невеста есть, а пишет незнакомым женщинам, вот нахал.

В дверь втиснулась толстушка Муся, и, запрыгнув на кровать, подобралась к хозяйке. Мокрым носиком кошка ткнулась Анне в бок и тихо замурчала.

- Пришла на него полюбоваться? - спросила кошку хозяйка, то ли в шутку, то ли всерьез.

Муся села к ней на колени, потопталась немного и улеглась. Приятная тяжесть казалась еще и невероятно теплой.

- Муся, и так жарко, - проворчала Анна, но кошку не прогнала.

Девушка пролистала один альбом с фотографиями, читая подписи под ними. Виды Кореи впечатляли: река Хан, улица Каннам, небоскребы Сеула. Такое девушка видела впервые. О самом парне ничего не было известно. Вереница снимков различных дорогих отелей и еды заполнила весь альбом. Одна из фотографий, все же, привлекла ее внимание. На ней парень казался невероятно грустным.

Он сидел в номере отеля, у ног стоял чемодан. По запотевшему стеклу окна стекали капли дождя. Помня английский, девушка прочитала подпись и ужаснулась от слов.

"Я не могу умереть здесь, в одиночестве. Я должен быть сильным"...

У девушки сжалось сердце. Что произошло с ним в тот день? Фото было сделано четыре года назад, когда бушевала болезнь. Верно, вот и фото в маске... Молодой человек потерял кого-то очень дорогого.

Сама не понимая, что ищет, Анна стала набирать название реки. А когда дошла до нее и знаменитого моста, с которого прыгали те, кто желал распрощаться с жизнью, закрыла лицо руками. Неужели этот прекрасный молодой мужчина хотел уйти из жизни?

Статистика неприятно поражала. Количество одиноких молодых людей за последние годы только увеличилось. Жизнь в Азиатских странах поражала воображение красивой обложкой, но внутри скрывалась неудовлетворенность своей внешностью, стремление к роскошной жизни и душевная пустота. Эмоциональное выгорание из-за погони за материальными благами и демонстрацией безбедной жизни окружающим.

Пускал ли пыль в глаза молодой человек или нет, она не знала. Но сейчас ясно видела перед собою растерянного мальчика, запутавшегося в жизни. Теперь письмо с простым словом "Привет" казалось мольбой о помощи.

В голове пронеслись тысячи мыслей. Она думала лишь о том, чтобы помочь заблудившейся душе, ничего не желая взамен.

Муся, сидевшая на коленях, чувствовала настроение хозяйки и мурчала еще сильнее. Она подняла голову и заглянула в глаза Анне. У той по щекам катились слезы. Кошка поднялась на задние лапки и принялась утешать девушку, как могла. Хозяйка машинально погладила ее пушистую шерстку.

- Муся, сколько несправедливости в жизни, - тихо произнесла Анна. - Такие красивые молодые люди уходят из жизни, как светлячки, освещающие этот мир гаснут ночью. Им бы жить и жить, радовать близких. Почему так происходит? В чем тогда смысл?

Кошка жалобно мяукнула и ткнулась головой в протянутую ладонь. Что она могла сделать, чтобы утешить хозяйку? Может, работа отвлечет от мрачных мыслей? Кошка прыгнула на стол и стала играть ручкой, катая ее по поверхности стола, а затем сбросила на пол. Анна нагнулась, подняла предмет и улыбнулась, поняв намек.

Дважды напоминать об обязанностях не пришлось. Главу удалось дописать только к вечеру, и печатать было поздно.

Анна потерла глаза и посмотрела на часы, они показывали половину девятого. В коридоре хлопнула входная дверь, значит, Александр вернулся с работы.

Через полчаса она сидела на кухне с братом, и ужинала. Тетя Людмила лишь на минуту заглянула на кухню, пожелала сыну доброго вечера и ушла к себе.

- Как дела на работе? - спросила Анна, наливая в чашку компот.

- Нормальны, как и всегда, - ответил брат. - А как твои, книга продвигается?

- Медленно,- ответила Анна. - Знаешь, как-будто руки кто-то связал и не дает писать. Это не эмоциональное выгорание, а что-то другое.

- Старайся писать чаще. Ты же не хочешь, чтобы читатели решили, будто ты исписалась? - советовал брат.

- Нет, не исписалась! - возмутилась девушка. - Идей у меня много, целая тетрадь заполнена сюжетами. Но времени не хватает.

- Ну, с этим я помочь не смогу, сама знаешь, - Александр хлопнул по коленям ладонями и встал. - Старайся выделять себе часок-другой.

- Саша, когда? - Анна удивленно посмотрела на брата. - Ты рассуждаешь, как тот поп, который работницу нанимал. Я стараюсь, но каждый мой день похож на предыдущий. Как заколдованный круг, какой-то День сурка. Ты говорил с Мариной?

- Да, но давай не станем вдаваться в подробности и возвращаться к этому разговору. Я устал, и домой пришел отдыхать, - сказал он и вышел из кухни.

- Вот и поговорили. Все с тобой понятно, - произнесла Анна и собрала со стола грязную посуду.

День сурка, как она окрестила свою жизнь, никак не желал меняться. "Наверное, такова моя судьба, жить ради других", - думала Анна, пока теплая вода струей била из крана. Машинально вытерев тарелки, девушка поставила их на полку посудного шкафа.

Вероника еще не спала, и даже не думала ложиться. Она прибежала на кухню, взяла тетю за руку и повела в свою комнату. Марина складывала вещи девочки в шифоньер, потому не увидела вошедшую Анну. Александр сидел за столом у окна и писал кому-то сообщение.

- Пойдем лучше ко мне, - тихо сказала Анна и повела девочку за собой.

Вероника была не против. В комнате тети хранились красочные детские книги с картинками, альбомы и краски. А еще под столом стоял деревянный ящик с масляными красками, кисти, а на шкафу лежали чистые холсты. Это были настоящие сокровища в глазах ребенка.

- Давай, почитаю тебе сказку, - сказала девушка.

Вероника подошла к полке и достала любимую книгу с волшебными историями. Она уже много раз слышала о Золушке и дочери морского царя - Русалочке. Но каждый раз они звучали по-новому, и сердце сладко замирало в предвкушении волшебства. Пусть заранее было известно, чем закончится сказка, менее интересной она от этого не становилась.

Девочка сняла тапки, забралась на кровать и приготовилась слушать. Она любила голос тети, и выражение, с которым читалась каждая история. Слова удивительным образом переносили переносили ее в далекую сказочную страну, где все было возможно. Под тихий мелодичный голос девочка заснула, и Анна позвала брата, чтобы тот перенес дочь в свою комнату.

И так было почти всегда. Часы показывали полночь, когда Анна взяла в руки телефон. И удивилась, когда увидела сообщение от парня из Kakao-Talk.

А вдруг, в этот самый момент, ему нужна помощь? Анна не знала, что писать, потому просто послала белую голубку.

- Здравствуй, меня зовут Джун, - прочитала она. - Можно общаться с тобой?

Сообщение было написано по-английски, но для Анны это являлось проблемой, так как иностранный язык она изучала еще в школе, но многое забыла. И как же теперь общаться?

- Здравствуй, Джун, - ответила девушка. - Извини, я не говорю по-английски, вернее, говорила раньше. Но без постоянного повторения язык забывается.

- Не беда, можно говорить с помощью программы "переводчик". Загрузи, а я подожду.

- Хорошо, сейчас попробую.

Слова вспоминались с трудом, за что Анне было немного стыдно. Поискав приложение, она остановилась на самом простом. Осталось только ввести то, что хотела передать.

- Загрузила. Извини, если возникнут трудности с пониманием.

В ответ ей прислали забавного кролика. Казалось бы, взрослый парень, а дурачится, как ребенок.

- Откуда ты? - спросила девушка.

- Из Кореи, но не Северной ее части.

Снова забавная картинка. Анна не знала, как реагировать на подобное, потому немного растерялась. Но решила задать главный, волнующий ее вопрос:

- Почему ты решил написать мне? Только не говори банальностей, вроде "красивая".

- Но ты и вправду красивая... Ладно, если не желаешь, больше не скажу. Если честно, меня заворожили твои глаза.

- Можно считать это комплиментом?

Анна почувствовала, как розовеют щеки. Пусть общение было виртуальным, а парень жил в другой стране, казалось, что он сидит сейчас напротив и смотрит прямо в глаза.

- Я назвал свое имя. Как же зовут тебя? - прочитала она.

- Анна, - ответила девушка. - Сокращенно Аня.

- Аня? - за словами последовал удивленный смайлик. - По-корейски это означает "нет".

Анна рассмеялась. Забавно получилось.

- Тогда зови Анна. В каком городе ты живешь?

- В Сеуле. А ты?

- В Баку.

- Это, кажется, Азербайджан? - спросил Джун.

- Совершенно верно. Но сама я родилась в другом городе. Кстати, Джун на английском звучит как Июнь.

- Никогда об этом не думал, но похоже...

Анна посмотрела на часы - половина первого. Интересно, который час в Сеуле?

- У нас утро, - написал Джун.

- А здесь ночь, - ответила Анна.

- Извини, что помешал спать.

- Ничего страшного, я давно ни с кем так не общалась.

- У тебя нет друзей? - кажется, молодой человек удивился.

- Есть, но из близких только одна подруга.

- У меня тоже всего один близкий друг, - признался Джун.

- Я смотрела твои фотографии, но так и не поняла, где ты работаешь.

- В компании, - коротко ответил парень. - А ты?

- Сейчас я пишу книги.

- Писатель? Я думал, что художник. Там есть картины, они твои?

- Да, мои. У меня несколько профессий и много увлечений, потому не стоит удивляться.

Наступила неловкая пауза. Казалось, парень над чем-то задумался. А потом спросил:

- Могу я задать вопрос?

- Спрашивай.

- Ты замужем?

Анна не видела лица собеседника, но отчетливо уловила напряжение, повисшее в воздухе. Потому ответила честно.

- Извини, что спросил. Соболезную.

- Спасибо. Не извиняйся, это было давно. Люди не вечны, к сожалению. Раз уж зашел разговор, то я тоже хочу спросить. У тебя есть невеста?

- Нет, я свободен, - ответил он.- И очень одинок.

- Тогда кто та красивая девушка на фото? - спросила Анна. Любопытно, что он ответит.

- Знакомая, дочь друга семьи. Не думал, что фото заинтересует кого-то.

- Шутишь? Вы там похожи на пару.

- Не знаю, как оно попало в альбом. Наверное, лучше удалить.

Джун вспоминал, когда загрузил злополучный снимок. Вероятно, это сделала Мисук, когда размещала его у себя в профиле. Кажется, она брала телефон в кафе.

- Можешь оставить, это же память. Завтра мы станем другими, немного старше. На снимке время замирает. Если говорим о времени, то который час в Сеуле?

- Уже семь утра, и мне пора собираться на работу. А сам не знаю, как поставить в разговоре точку. Боюсь, ты больше не ответишь.

- Не ставь точку, поставь многоточие, - пошутила девушка. - У нас значительная разница во времени, но ты напиши, когда вернешься с работы.

- Тогда, до вечера?

- До встречи, Джун.

Несколько добрых улыбок и букетик нарисованных цветов, вот, что получила Анна. Но на душе почему-то стало легко. Пусть это и был всего лишь ни к чему не обязывающий разговор.

Анна еще раз посмотрела на фото. Слишком молодой, слишком обаятельный, слишком красивый, как много "слишком". Она отключила телефон, чтобы никто не тревожил, но снова включила, подумав, что Джун может написать.

Девушка легла в постель и закрыла глаза. В квартире работал кондиционер, потому в комнате было прохладно. Бакинская жара просто изнуряла. Стоящая в воздухе влага мешала дышать, а одежда мгновенно становилась мокрой. Из-за близкого расположения Каспия и множества высоток, которыми застроили город. Осталось лишь молиться, чтобы жара хоть немного спала.

* * *

Пока в далеком Баку Анна пыталась уснуть, в Сеуле наступило утро. Джун стоял у зеркала и смотрел на свое отражение, никак не мог собраться с мыслями и придать образу завершающий штрих. Девушка не выходила из головы. Как далеко Сеул от Баку? Этот вопрос он задал Джи Юну, а тот только усмехнулся.

- Что, все мечтаешь о художнице?

- Она писатель, - ответил Джун.

- Что, правда? Вы уже разговаривали? - Джи Юн тоже остановился напротив зеркала.

- Сам не заметил, как пролетели три часа, - произнес Со Джун. - Такое чувство, что мы знакомы много лет.

- Странное, конечно, чувство. Учитывая, что она иностранка.

Джи Юн пригладил волосы расческой и боком повернулся к зеркалу, чтобы разглядеть себя со всех сторон. Отражение его порадовало, волосы лежали идеально, а одежда не имела ни малейшей складки. Внешний вид играл в обществе огромную роль.

Пока Джи Юн вертелся перед зеркалом, он обратил внимание, что Со Джун задумчив. И причиной этого состояния была иностранка. Писатель, надо же!

Молодые люди вышли из дома и сели в машину. Джун, обычно разговорчивый, сейчас молчал. А Джи Юн пытался угадать, о чем тот думал.

- О чем вы говорили? - спросил он.

- О чем? Обо всем понемногу, - рассеянно ответил Джун.

- Она знает корейский?

- Нет, мы переписывались на английском. Знаешь, я хотел бы знать ее язык, чтобы понимать лучше, о чем она думает, мечтает.

- Разве для этого нужно изучать язык? - хмыкнул Джи Юн.

- Не обязательно, но хотелось бы...

Автомобиль подъехал к зданию, и Джи Юн вышел из салона, помахав Со Джуну рукой. Тот машинально кивнул и поехал на стоянку. Перед глазами все стоял образ девушки из интернета. Этот вопрос про невесту... Он жалел, что не заметил фото с Мисук. С другой стороны оно служило показателем, что Анна им интересовалась, так как смотрела фотографии.

Джун довольно улыбнулся. Как теперь дождаться вечера?

Парень вышел из машины, закрыл дверцу и направился к выходу. Навстречу ехал автомобиль менеджера отдела финансов, Ри Кёгвана. Сидевшая в нем Ан Харин посмотрела на молодого человека и надменно поджала губы. То, что он так быстро поднялся по карьерной лестнице, до сих пор не давало покоя всему финансовому отделу. Но повлиять на ситуацию никто не мог. Выскочка оказался родственником самого председателя.

Ан Харин огорченно вздохнула. А Джун усмехнулся, заметив ее недовольное лицо. Никто из них не сталкивался друг с другом, а верхний этаж давал ему большие преимущества.

Джун прошел к зданию и вошел. Охранник поклонился ему, как одному из руководителей. К хорошему быстро привыкаешь: ресторан на верхнем этаже вместо общей столовой. Отдельный кабинет, помощники. Заискивающие, ищущие его расположения, люди, готовые по первому зову явиться и выполнить поручение.

День начался с интересного проекта, в котором требовалось участие Джуна. А мысли, как назло, витали где-то далеко. Он взглянул на часы: половина одиннадцатого. Боже, как тянется время! Молодой человек попытался собраться, хоть это плохо получалось.

Он позвал помощника и попросил собрать информацию о городе, где проживала Анна. К вечеру на столе лежала увесистая папка с фотографиями и файлы с текстом. Джун пролистал их и остался доволен проделанной помощником работой. На вопрос, для чего это нужно, Джун ответил, что к нему пришла идея, но поделится позже.

Телефон показывал шесть вечера. Который час в Баку? Молодой человек посчитал, что разница составляла пять часов. Он открыл страницу с перепиской и проверил, нет ли сообщения. Заново перечитал то, что написала девушка. Вечер давно наступил, а сообщений нет...

Работники тоже заметили, что начальник сегодня какой-то рассеянный и гадали, что случилось. Лим Чонха несколько раз заходила в кабинет, чтобы напомнить про обед. Джун от еды отказался, и весь день пил только кофе.

- Господин Кан, с вами все в порядке? - поинтересовался секретарь Ким. - Я давно за вами наблюдаю...

- Все хорошо, просто немного задумался, - ответил Джун, и даже улыбнулся. Но улыбка вышла натянутой, ненастоящей.

Как он дотерпел до вечера, сам не понимал. Джи Юн ждал его на стоянке. Парень передал другу бумаги и сел за руль, а Джи Юн устроился рядом. Автомобиль тронулся с места, и Джун включил кондиционер, так как даже с открытыми окнами было жарко.

- Что это? - недоуменно спросил друг, вглядываясь в снимки.

- Город, в котором живет Анна.

- Анна? Красивое имя, - произнес Джи Юн. - Как королева Англии, Анна Болейн...

Джун нахмурился, и Джи Юн закашлялся - да, сравнение не очень удачное, если учитывать, как закончилась жизнь королевы.

- Извини, - сказал он.

Похоже, у друга были чувства к этой Анне. Интересно, сколько времени нужно, чтобы влюбиться? Да нет, такого быть не может. Джи Юн не верил в подобное, так как в Корее все иначе. Взять хотя бы их с Чонхой, оба работали в одной компании, видели друг друга. Да и не с первой встречи завязалось знакомство. А тут какая-то фотография. Может, в жизни она другая, не такая, как на снимке?

Город показался Джи Юну красивым. Старинная архитектура и современные здания не вызывали диссонанса. А близкое расположение моря напоминало Корею.

- И сколько ей лет? - спросил Джи Юн.

- Не спросил, да мне и не важно.

- Но вдруг это важно ей? Или ты так уверен в своей неотразимости? - Джи Юн усмехнулся.

Со Джун улыбнулся, но не ответил, а лишь крепче сжал руль. Теперь и его стали одолевать сомнения. И лучше бы их поскорее развеять.

Вернувшись домой, Джун первым делом переоделся, наспех перекусил и сел с телефоном на диван. Джи Юн присоединился к нему. Пока друг набирал сообщение, он сидел за компьютером и работал.

Со Джун написал письмо, и теперь ждал ответа. Сердце отмеряло секунды, а ответа все не было. Он уже начал беспокоиться, когда на экране появилось "Добрый вечер".

- Добрый вечер. Ты поела?

И вопросительный знак от нее.

- Да, поела... Нет, мне не хочется. А ты?

- Я поужинал. Целый день ждал, что ты напишешь, но не дождался.

- Я не знала, когда ты вернешься домой. Не хотела беспокоить.

- Ты не беспокоишь! - воскликнул Джун.

Молодой человек, сидевший за столом, вздрогнул от неожиданности. Со Джун извинился и продолжил писать девушке. Получив картинку с ангелом, он вдруг спросил, какой у Анны любимый цвет.

- Голубой и все его оттенки. А твой?

- Золотой, белый и красный. Я же потомок дракона.

- Что ты сказал?

По всей вероятности, девушка не поняла его, потому Джун объяснил, что в Корее парни называют себя драконами, а девушки фениксами.

"Не может быть",- думала Анна, находившаяся на другом конце света. Но Джуну ничего не сказала о своем сне, боясь напугать.

В общем диалоге выяснилось, что у молодого человека нет родителей, а близким родственником является дядя с его семьей. Про бабушку он ничего не знал. Сердце защемило, так как в памяти всплыли слова, написанные под фото, где молодой кореец обещал себе быть сильным.

На колени запрыгнула Муся и замурчала.

- Ты меня напугала, - усмехнулась Анна и погладила кошку. Шерстка под пальцами была нежнее шелка.

- Ты любишь животных? - написала она.

- Да, особенно собак, - ответил Джун.

- Это правда, что в Корее их...

- Нет, давно такого нет, - успокоил ее собеседник. - Возможно, заведу собаку, когда-нибудь. Просто я целый день на работе, за нею некому будет смотреть. У тебя есть животные дома?

- В детстве была собака, но ее не стало. Сейчас живет кошка. Еще я работала в зоомагазине, животных люблю.

- Ты счастливый человек.

- Я тоже так считаю, - согласилась Анна.

Не стоит жаловаться на судьбу. Такую мудрость вынесла она из собственной жизни. То, что ты имеешь сегодня, следствие вчерашнего выбора. И то, что воспринимаешь, как должное, для кого-то кажется пределом мечтаний.

Все больше общаясь с молодым человеком, Анна начинала испытывать странные чувства, будто знала его очень давно. И общего у них было много.

- Сколько тебе лет? - спросила девушка.

Момент истины настал. Долго тянуть с этим она не собиралась. Лучше сразу расставить все точки над "i", чтобы потом не было больно.

- Почти тридцать, - ответил Джун.

- А мне почти сорок...

- Какое это имеет значение? К тому же, ты не выглядишь на этот возраст.

Казалось, парень нервничал, и Анна чувствовала это.

- Ты молодой и очень красивый, говорю это как художник. Можешь найти себе ровесницу. А я буду просто другом.

Девушка ждала ответ, и он пришел.

- Мне не нужен друг, Анна. Когда я писал тебе, то думал о своем одиночестве и настоящих чувствах. И твой возраст - просто цифры в паспорте.

Девушка чувствовала нарастающую тревогу, холод в теплый августовский вечер. Она положила телефон рядом с собой, и только сейчас заметила, что кошка спрыгнула коленей и побежала к двери.

"Не ты ли собиралась ему помочь?" - проскользнула мысль в голове.

- Как ты себе это представляешь? - написала она. - Отношения на расстоянии?

- Не страшно. Мы найдем способ встретиться. Я обязательно приеду к тебе, покажешь мне город.

- Ты забегаешь далеко вперед...

- Нет. - твердо ответил Джун. - Только не ищи причины, чтобы отвергнуть меня. В мире много людей, общавшихся в интернете. Они счастливы от того, что нашли друг друга. Чем мы хуже? Так что ты ответишь, Анна?

Что она могла сказать? Девушка не любила торопиться, все тщательно взвешивала и обдумывала. А тут словно что-то подтолкнуло ответить согласием.

- Спасибо, ты никогда не пожалеешь об этом.

Выражение его лица Анна не видела, зато от Джи Юна не ускользнули перемены в настроении друга.

- Что она сказала? Ты весь светишься, будто заключил сделку на миллион вон, - Джи Юн улыбнулся. Давно он не видел друга таким счастливым.

- Я предложил ей стать моей девушкой.

Джи Юн замер от удивления, улыбка сползла с лица.

- Как ты представляешь себе такие отношения? Она живет далеко, вы даже не виделись.

- Не обязательно находиться рядом, чтобы любить кого-то. Я вижу ее сердце, сердце ангела.

- Кажется, ты торопишься, друг, - Джи Юн нахмурился.

Работа от таких новостей не шла, поэтому он отключил компьютер и повернулся в сторону Со Джуна. Тот никак не мог попрощаться с Анной, хотя время было позднее. Девушка напомнила ему об ужине, к тому же,ее звала тетя.

- Меня перенесла сюда любовь,

Ее не останавливают стены.

В нужде она решается на все,

И потому - что мне твои родные! - написал Со Джун строки из "Ромео и Джульетты".

Анна решила подыграть, и продолжила:

- Они тебя увидят и убьют.

- Твой взгляд опасней двадцати кинжалов.

Взгляни с балкона дружелюбней вниз,

И это будет мне от них кольчугой.

Джульетта______

- Не попадись им только на глаза!

Ромео_____

- Меня плащом укроет ночь. Была бы

Лишь ты тепла со мною. Если ж нет,

Предпочитаю смерть от их ударов,

Чем долгий век без нежности твоей.

Джульетта_____

- Кто показал тебе сюда дорогу?

Ромео_____

- Ее нашла любовь. Я не моряк,

Но если б ты была на крае света,

Не медля мига, я бы, не страшась,

Пустился в море за таким товаром.

Джульетта_____

- Мое лицо спасает темнота,

А то б я, знаешь, со стыда сгорела,

Что ты узнал так много обо мне.

Хотела б я восстановить приличье,

Да поздно, притворяться ни к чему.

Ты любишь ли меня? Я знаю, верю,

Что скажешь "да". Но ты не торопись.

Ведь ты обманешь. Говорят, Юпитер

Пренебрегает клятвами любви.

Не лги, Ромео. Это ведь шутка.

Я легковерной, может быть, кажусь?

Прости за пылкость и не принимай

Прямых речей за легкость и доступность.

Ромео_____

- Мой друг, клянусь сияющей луной,

Посеребрившей кончики деревьев...

Джульетта_____

- О, не клянись луною, в месяц раз

Меняющейся, - это путь к изменам.

Ромео_____

- Так чем мне клясться?

Джульетта_____

- Не клянись ничем

Или клянись собой, как высшим благом,

Которого достаточно для клятв.

Ромео_____

- Клянусь, мой друг, когда бы это сердце...

Джульетта_____

- Не надо, верю. Как ты мне ни мил,

Мне страшно, как мы скоро сговорились.

Все слишком второпях и сгоряча,

Как блеск зарниц, который потухает,

Едва сказать успеешь "блеск зарниц".

Спокойной ночи! Эта почка счастья

Готова к цвету в следующий раз.

Спокойной ночи! Я тебе желаю

Такого же пленительного сна,

Как светлый мир, которым я полна.

Ромео_____

- Но как оставить мне тебя так скоро?

Джульетта_____

- А что прибавить к нашему сговору?

Ромео_____

- Я клятву дал. Теперь клянись и ты.

Джульетта_____

- Меня зовут. Я ухожу. Прощай. *

- Анна, постой! Ты это серьезно? - занервничал Джун.

- Не знаю, что тебе ответить, Джун. Со мною ты заговорил стихами. И оттого в Джульетты образ я вошла.

А если серьезно, где ты выучил этот отрывок из Шекспира?

- Я учился в Англии. И нам преподавали уроки сценического мастерства, - ответил Джун. - Но вижу, ты тоже хорошо знаешь этот отрывок.

- Разве ты забыл, что говоришь с писателем? Но если честно, то я училась в Библейской академии. Там тоже были уроки сценической речи. Да и в школе мы изучали Шекспира.

- Ты изучала Библию? - удивился Джун.

- Да, и даже пела на сцене. У меня меццо-сопрано, абсолютный слух. Все ломаю голову над тем, какое у тебя вероисповедание. Буддист?

- Нет, католик. Ты ведь тоже христианка?

- Да, только православная.

- Какого числа ты родилась?

- Седьмого июня, - ответила Анна.

- А я - седьмого января.

- Снова шутишь?

Джун увидел удивляющийся смайлик. Что не так он сказал?

- Это Рождество, Джун. А еще день рождения моего отца...

- Какое невероятное совпадение! Правда, я не знал. Католическое Рождество двадцать пятого декабря.

- Знаю, знаю, Джун. Я тоже поражена и немного растерянна. Удивительные совпадения. Прости, но мне действительно пора выходить.

"Прощай, прощай, а разойтись нет мочи!

Так и твердить бы век:

Спокойной ночи!"

- Прощай! Спокойный сон к тебе приди

И сладкий мир разлей в твоей груди!

- Доброй ночи, Джун.

- Доброй ночи, мой прекрасный ангел.

Джун поставил точку, и еще долго смотрел на экран телефона, в надежде, что придет еще одно сообщение. Она прислала свою фотографию с подписью "Спокойной ночи" и полумесяц со звездочкой.

- Сияешь, как начищенный медяк, - поддел друга Джи Юн.

- Я нахожусь под сильным впечатлением, - ответил Джун.

Он все еще держал телефон в руках, хотя экран давно потух.

- Вижу. Не могу понять, что она с тобою сделала? Околдовала?

- Ничего, Джи Юн. Просто она Особенная.

- А как же твой дядя? Если он узнает?

- Я давно уже не маленький, разберусь.

Но что-то подсказывало Джи Юну - отношения эти будут очень непростыми и изменят жизнь друга на триста шестьдесят градусов.

*отрывок из ''Ромео и Джульетты'' У.Шекспира

Глава 12

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 12

Все последующие дни пролетали как один. Мысли Анны, к удивлению для нее самой, возвращались к Джуну. Сосредоточиться на работе было невозможно. Она давно забыла те ощущения, которые снова поселились в сердце.

То же самое испытывал Джун. Оба с замиранием ждали вечера, когда время будто останавливалось, и весь мир замирал, а оставались только два человека по разные стороны экранов телефонов.

Задумчивая Анна стала больше улыбаться, за спиной будто выросли два крыла. Хотелось обнять весь мир.

И серьезный Джун снял маску угрюмости. Постепенно их разговоры становились не просто отдушиной, а необходимостью. Молодые люди засыпали и просыпались с мыслью друг о друге. И утро начиналось не с чашки кофе, а с долгожданного электронного письма.

- Доброе утро, Джун, - писала Анна, и с волнением смотрела на экран телефона.

- Доброе утро, мой прекрасный ангел, - отвечал Джун и добавлял какой-нибудь милый смайлик.

И слова эти были не пустым звуком, а несли в себе глубокий смысл.

- Собираюсь на работу. Но без твоего сообщения день прошел бы плохо.

- Почему?

- Я привык, что ты желаешь мне хорошего дня. И он действительно проходит удачно.

- Рада, что мои слова дают тебе заряд бодрости.

- Буду ждать вечера, чтобы снова поговорить с тобой.

- Я тоже, - написала Анна.

- Я бы хотел увидеть тебя... Давай поговорим по видеосвязи.

У Анны замерло сердце, остановилось на долю секунды, и снова застучало.

- Ты же знаешь, мне тяжело вспоминать слова. Будем молчать?

- Ничего, помолчим. Я всего лишь хочу посмотреть на тебя, хоть одну минуточку.

- Надеюсь, не разочарую тебя - Анна поставила улыбающийся смайлик, хотя сейчас было не до смеха.

Как показывала статистика, больше половины тех, кто ставил улыбающиеся рожицы, делали это с каменным лицом. Такое лицо было сейчас у Анны. Одно дело - переписка, и совсем другое - видеосвязь. Как сделать это так, чтобы никто из родственников не узнал?

Рассказывать о Джуне пока не хотелось. Сразу вспоминались поговорки, которым учила ее бабушка:

"Не дели шкуру не убитого медведя", "Не говори "гоп", пока не перепрыгнешь" и "Счастье любит тишину".

- Расскажешь раньше времени - считай, что счастье улетело, только поминай как звали. Чем похвалишься, без того и останешься. Слушай бабушку и мотай на ус.

Девушка ворочалась с боку на бок, обдумывая, что же лучше надеть? Не слишком открытое, но и не сильно простое.

- Как-будто на свидание собираюсь, - рассердилась она на себя.

После часа душевных метаний, все-таки уснула, но даже во сне видела, как набирает номер молодого корейца.

А тем временем Джун занимался документами, но не мог сосредоточиться на работе. Всей душой он стремился к девушке, живущей за много километров от Кореи. Дотянуться бы до нее, хоть на минутку, побыть рядом, заглянуть в глаза, утонуть в этом зеленом омуте.

- Подпишите там и здесь, - прозвучал голос, который вывел его из задумчивости. Лим Чонха протягивала бумагу обеими руками и мило улыбалась.

- И это тоже?

- Да, господин Кан. Я позвала, но вы не ответили...

- Наверное, мне лучше выпить кофе. Принесите, пожалуйста, один эспрессо.

Возможно, крепкий напиток поможет взбодриться. По крайней мере, Со Джун надеялся на это.

День тянулся слишком медленно. Дела никак не заканчивались, да еще пришлось вести переговоры с новыми заказчиками.

Днем Джун поехал смотреть место для нового магазина от их компании. Требовалось сделать рекламный ролик заранее, чтобы потом запустить в сеть. Работа помогала отвлечься. Он раздавал указания рабочим, но необъяснимое чувство тревоги не покидало его...

Джун глубоко вздохнул и прислонился к стене, не обращая внимания, что на него устремились взгляды шести человек. Из машины вышел водитель и осведомился о самочувствии начальника. Тот попросил стакан воды.

Молодой человек вспоминал, что то же самое чувствовал, когда встретил Эшли. Девушка была рядом, но променяла его на директора. Анна же находилась далеко...

- Дурак, - Со Джун тряхнул головой и нахмурился. - Она не такая!

Руки потянулись к телефону. Сообщений не было. Молодой человек открыл страничку Анны и посмотрел список друзей, который оказался пуст. Под фото и картинами стояли подписи,среди оставивших их было много мужчин, и это не нравилось Джуну. Правда, ни на один Анна не ответила.

- Если и дальше так будет продолжаться, я стану параноиком, - пробормотал молодой человек.

Несмотря на середину октября, погода стояла теплая, и легкого пиджака вполне хватало. Кое-где, на деревьях, начали желтеть листья. Джун любил то время, когда на гинко появлялись плоды. Тогда деревья одевались в золото.

Место для магазина находилось такой улице. По вечерам, когда зажигались фонари, здесь становилось особенно красиво. Если бы эту красоту могла увидеть Анна!

Парень сделал несколько снимков, чтобы послать их девушке и жалел, что не может передать всю атмосферу, которая окружала его.

- Мы закончили, можно ехать, - сказал один из рабочих. - Будут еще распоряжения, господин Кан?

- Скоро с деревьев начнут падать ягоды. Сами знаете, запах от них не из приятных.

- Понятно, уберем вовремя.

Джун одобрительно кивнул, радуясь сообразительности и немногословности человека. Если бы все работники его отдела были похожими на него. А то приходилось повторять по нескольку раз, чтобы добиться нужного результата.

- Возьмите визитку. Позвоните завтра, для вас есть кое-какая работа, - Джун достал из кармана пиджака бархатистый на ощупь, черный прямоугольник с золотым тиснением.

Мужчина удивился и прочитал имя на визитке, после чего поклонился.

- Благодарю, господин Кан. Это очень неожиданно.

Джун сел в машину и сделал знак шоферу, что тот может ехать. По пути на работу он отослал снимки Анне и очень надеялся, что виды Кореи не оставят ее равнодушной.

Вообще, Джун любил делать сюрпризы и дарить подарки. Было в этом что-то такое, от чего на душе становилось светло. Радость, которую ты даришь другим, прекраснее радости, которую получаешь взамен. Этому жизненному правилу научила его мама...

* * *

Анна в этот день проснулась поздно и сразу потянулась к телефону. Там ее ожидал сюрприз - несколько снимков с Джуном на улице Кореи. Под необычными деревьями с желтой листвой, стоял красивый молодой человек в строгом черном костюме.

"Моему прекрасному Ангелу", - прочитала она и улыбнулась.

Девушка прислушалась к тишине в доме - никого не было. Значит, Марина сама отвела Веронику в школу. А тетя Людмила еще со вчерашнего дня не вернулась от подруги.

Анна посмотрела на часы - одиннадцать. Что-то долго она сегодня спала. На кровати, в ногах, уже сидела Муся и смотрела на хозяйку одним желтым глазом. Второй был затянут пленкой и ничего не видел.

Кошечку подобрали на улице еще котенком и принесли домой. Животных в семье любили, потому нового питомца приняли с радостью. На свое имя Муся начала откликаться сразу. А еще любила, когда называли красавицей.

Увидев, что хозяйка проснулась, кошка встала, потянулась и ласково промурлыкала приветствие на своем кошачьем языке.

- Мусенька, извини, что долго спала. Ты, наверное, голодная?

Привычку беседовать с животными Анна приобрела еще тогда, когда работала в зоомагазине. И животные всегда отвечали любовью.

Девушка положила телефон на тумбочку, встала и позвала Мусю. Кошка спрыгнула с кровати и шмыгнула к двери. Как та открыла дверь, осталось загадкой. Застелив кровать, Анна набросила теплую кофту и пошла умываться. Потом прошла на кухню и увидела лежавшую на столе записку. Марина написала, что заберет Веронику сама. Тогда останется время, чтобы привести себя в порядок. Корма у кошки оставалось мало, раза на два.

Анна решила сходить в магазин, быстро собралась, вышла из дома и отправилась в ближайший супермаркет, и только на улице вспомнила, что оставила телефон на тумбочке. Какая досада!

За кошачьим кормом пришлось идти в другой магазин. Сделав нужные закупки, она вернулась домой и первым делом проверила телефон. От Джуна пришло сообщение, что он скучает по их беседам. Девушка ответила, что тоже думает о нем и ждет вечера. "Спасибо за фотографии", - написала она.

"Знал, что тебе понравится. Хорошо бы сделать это традицией".

Анна улыбнулась. Действительно, было бы замечательно обмениваться впечатлениями в картинках.

- Джун, наверное, визуал, - догадалась Анна. - Потому в профиле так много фото.

Анна же любила слушать. Речь, музыку, звуки природы. Мелодии могли перенести ее в далекие страны, и даже за пределы Земли.

Муся сидела на подоконнике и следила за хозяйкой. Пока варилось мясо, Анна нарезала овощи, сделала зажарку и потушила свеклу. Все это время на кухне звучала музыка, похожая на восточную. Девушке виделись высокие горы, водопады, древние индийские храмы, высеченные из целой скалы.

Индией Анна грезила с детства. Еще в школе простое увлечение переросло в большую любовь к этой загадочной стране. Девочка изучала хинди, смотрела красочные фильмы, искала любую информацию, которая попадалась. В доме появлялись книги, журналы и вырезки из газет. На новогоднем вечере она спела песню на хинди, чем поразила одноклассников, а учительница географии попросила подготовить реферат. Как же давно это было.

Но увлечение никуда не делось. А еще к нему добавился интерес к Шотландии и Франции. Французский язык переносил в рыцарскую эпоху, а гордые шотландцы поражали своим благородством и мужеством.

Больше всего Анна хотела побывать в Шотландии. Побродить по зеленым лесам, наполненным сказками и легендами об эльфах и лесном народе фейри. Мысли о лесе возвращали на Родину, туда, где шумели листвой дубы, по липовым аллеям разносился медовый аромат, на каштанах распускались "свечи", а березы давали сок. Она видела себя, бегущей по пшеничному полю, где среди колосьев цвели ромашки, маки и васильки...

Музыка стихла, и Анна положила зажарку в борщ. Бордовый, наваристый, прямо как тот, что варила бабушка. После борща настала очередь пюре и котлет. Интересно, понравится ли борщ Джуну? Девушка улыбнулась и покачала головой. Жаль, что он живет далеко.

Посмотрев на часы, девушка поняла, что пролетели еще два часа. Дремавшая кошка изредка приоткрывала глаза, но снова засыпала. А ближе к приходу Марины и Вероники, соскочила с подоконника и побежала в коридор.

- Аня! - девочка с порога позвала тетю.

- Вы пришли? Как я рада, - Анна обняла девочку.

- В гости ходили к однокласснице Вероники, - отозвалась Марина, ставя сумки на пол. - А свекровушка дома?

- Нет. Написала, что останется у подруги еще на день.

- Вот так всегда! Как мне надо, так и другим, - проворчала Марина. - Чем это у нас тут пахнет? Борщ сварила? Очень хорошо, поедим. Ты с Вероникой не посидишь? Хочу в магазин сбегать.

- Я все купила, - ответила Анна. - К тому же, вечером я занята.

Марина посмотрела на девушку и усмехнулась.

- Чем это ты будешь занята? На свидание собралась?

- Я жду важного звонка.

Анна не хотела рассказывать о Джуне.

- Целый день дома, могла бы и раньше позвонить. Какая секретность - важный звонок.

Девушка пропустила колкость мимо ушей и пошла к себе в комнату, предоставив Марину самой себе. От Джуна пришло сообщение, что он едет домой, и Анна начала лихорадочно искать, что же надеть? Из рук все валилось.

Перебрав в шкафу с дюжину платьев, остановила выбор на синем с белым воротничком. Сделала легкий макияж, собрала волосы и скрепила их зажимом. Так, кажется, все, образ готов. Никакого яркого макияжа, скромность и простота.

Звонок раздался спустя час. Сев напротив окна, Анна переключилась на видео.

- Добрый вечер, - услышала она низкий голос, который никак не вязался с молодым лицом.

- Добрый вечер, - ответила Анна на английском, впадая в ступор. - Как твои дела?

- Спасибо, все отлично. Ты хорошо говоришь по-английски, я имею ввиду произношение.

- Спасибо. Рада тебя видеть.

- Я тоже.

Девушка почувствовала, как краска заливает лицо.

- Джун, я забыла почти все слова. Прости, если буду молчать.

Молодой человек улыбнулся и сказал:

- Ничего, тогда я тоже буду молчать. Просто хотел увидеть тебя.

Напряжение понемногу спадало, и Анна тоже улыбнулась. В этот момент слова не были нужны. Джун смотрел на девушку и сожалел, что не обладает даром проходить сквозь стены или за минуту преодолевать большие расстояния.

- Как бы я хотел быть сейчас рядом, - тихо сказал он.

И девушка поняла его. Она мило смущалась, а на щеке появилась ямочка. Глаза наполнились теплом, а улыбка сводила с ума.

- Я тоже этого хочу.

Дверь в комнату тихо открылась и вошла Муся. Она подбежала к хозяйке и запрыгнула к той на колени.

- Это твоя кошка? - улыбнулся парень.

- Да, моя Муся, - ответила Анна.

- Пусть будет здорова. Она счастливая, потому что находится в одной комнате с тобой.

Анна увидела, что Джун встал с кресла. Он сказал, что хочет показать свою квартиру. Сделав знак подождать, он прошелся по комнатам и на минуту остановился у комнаты Джи Юна. Друг Со Джуна помахал ей и улыбнулся, что-то сказав на корейском.

- Что он сказал? - спросила Анна.

- Передал привет девушке друга, - ответил Джун.

- Девушке? - Анна думала, что ослышалась.

- Да, девушке. Не нравится, когда тебя так называют?

- Ты хорошо подумал, Джун? - тихо спросила она.

- Да, я все решил. Мне нужны серьезные отношения.

Анна растерялась от такой прямоты, а Джун подумал, что она не может подобрать слова, чтобы объясниться.

- Подожди, сейчас напишу тебе. Только не отключай телефон, слышишь? Прошу!

Анна не знала, как поступить и что будет правильным: сказать, что ничего не получится или дать шанс обоим? То, что в данный момент испытывал Джун, она не знала. Парень боялся, что навсегда потеряет ее.

- Поговори со мною, не молчи, - пришло от него сообщение.

- Я старше тебя, - Анна чувствовала, как холодеют пальцы.

- Это не играет роли, - ответил парень.

- Ты красивый, похож на модель. А я совершенно заурядная личность...

- Не знаю, кто модель, а кто - нет. Ты нравишься мне такой, какая есть.

- Я...

- Послушай, не надо отталкивать меня. Я же вижу, что ты делаешь! Давно хотел признаться, что мечтаю о тебе каждый день. И это чувство все сильнее разгорается в душе. Я готов любить тебя, даже если ты против этого. Но молю, если в твоем сердце есть хоть немного любви, не делай нас обоих несчастными.

- Ты говоришь, что влюблен? И это не просто красивые слова? И это не симпатия, которую ты ошибочно принял за любовь?

- Нет, я уверен в своих чувствах. Я люблю тебя, Анна, и могу объявить это всему миру, так как не боюсь никого.

- Отношения на расстоянии, Джун! Они будут сложными. Выдержишь ли ты долгие месяцы, а может, и годы разлуки? Что, если появится девушка, которую ты полюбишь по-настоящему? - Анна пыталась объяснить ему все сложности, помочь разглядеть все подводные камни. Да, в этот момент разум представлял одно, но сердце шептало совсем другое.

- Позволь сказать мне несколько слов. А потом сама примешь решение. Но оно никак не повлияет на мое отношение к тебе, - писал Джун. - Название страны напоминает мне о тебе. Просто услышав твое имя, я вспоминаю о тебе. Каждая частичка сердца говорит о тебе. Признайся же: мы уже не сможем жить друг без друга. Я верю, что каждая встреча предрешена на небесах, что мы не просто так встретились. Каким будет твой положительный ответ?

Анна улыбнулась сквозь затуманившие глаза слезы. Пусть это казалось безумием, но Джун сказал правду. Она влюбилась и уже не представляла жизнь без писем издалека.

- Я согласна, - ответила девушка.

- Подожди, я сейчас позвоню.

Через минуту она увидела самого дорогого сердцу человека.

- Ты что, плачешь? - удивился он. - Не плач, мой прекрасный ангел.

- Извини, это эмоции, - сказала Анна, даже не представляя, какой беззащитной выглядит в этот момент.

Джун всей душой рвался к девушке, чтобы вытереть ее слезы, прижать к груди и никуда не отпускать. Они смотрели друг на друга, и глаза говорили больше, чем все слова на свете. Ведь у чувств есть лишь один язык, язык сердца и души.

Джи Юн слышал, о чем говорил друг, и сочувствовал ему. Интересно, смог бы он сам поддерживать отношения на расстоянии? Наверное, нет, это слишком тяжелое бремя и ответственность, такое по силам только очень смелым людям.

Видя, как на губах друга заиграла улыбка, Джи Юн понял, что тот добился желаемого. Итак, Со Джуну удалось покорить сердце художницы. Мысленно он поздравил молодого человека.

Анна и Джун еще долго переписывались, будто боялись отпустить друг друга.

- У тебя в квартире очень большие окна, - написала Анна.

- Квартиру выбирала мама, - ответил Джун. - Думаю, тебе бы тоже здесь понравилось.

- Может, когда-нибудь приеду в гости, - Анна улыбнулась и поставила смайлик.

- Что значит "может быть"? - за этими словами последовала удивленная рожица. - Ты обязательно посетишь Корею. Но сначала я приеду в Баку.

От неожиданности Анна чуть не выронила телефон. Что он надумал?

- А как же твоя работа?

- Возьму отпуск на несколько дней. Думаю, без меня справятся. Конечно, пока рано говорить, но это моя самая большая мечта. Знаешь, всегда представляю место, куда хочу поехать. И обязательно должен побывать там, куда зовет сердце.

- Любишь путешествовать? Я давно никуда не ездила. А еще очень боюсь самолетов.

- Ничего, это не страшно. Я побывал во многих странах. Уверяю, в небе не намного опасней, чем на земле. От судьбы не уйти.

- В этом с тобою согласна, но все равно боюсь высоты.

- А я даже с парашютом прыгал.

- Экстремал, значит? - усмехнулась девушка.

- Раньше был, до травмы. Потом немного остепенился, совсем чуть-чуть.

- И скорость, наверное, любишь?

- Люблю, но стараюсь ездить осторожней, после одного случая.

Джун вспомнил о призраке на дороге, но побоялся говорить об этом Анне, чтобы та не сочла его неадекватным.

- Как-нибудь расскажу.

- Хорошо, если будет желание.

Анна почувствовала, что замерзла. Платье, что она надела, было легким, а в комнате оказалось прохладнее, чем она ожидала. Потому девушка встала и надела теплую кофту. За это время Джун успел написать несколько сообщений, которые она с интересом перечитывала.

- Я не сказал, что у тебя очень красивые глаза и голос.

- Спасибо, ты умеешь делать комплименты.

- Это истинная правда.

- Тогда я запишу что-нибудь для тебя и будешь слушать мой голос.

- Ловлю на слове... Анна, пообещай мне одну вещь.

Девушка насторожилась: какое обещание он пытался получить?

- Смотря, что ты попросишь.

- Обещай, что не исчезнешь, не уйдешь молча, что бы ни случилось. Дай слово, что не оставишь меня одного.

Перед мысленным взором тут же всплыла подпись под фото, полная боли. И, не раздумывая, она дала слово.

- Обещаю. Теперь ты спокоен?

- Я тебе верю. Верю, что сдержишь обещание.

Анна не слышала, как вернулся Александр. Не слышала и того, как укладывали спать Веронику. Весь ее мир сузился до размеров экрана телефона. То же самое происходило с Джуном.

Словно некая неведомая сила выравняла звезды, чтобы показать величие любви. Чувство, которое не знает ни границ, ни возраста, ни пространства. Их неслучайная встреча стала началом связи, в которой оба переосмыслили отношение к дружбе и влюбленности.

Так часто любовь зависит от условностей и ожиданий окружающих, которые ограничивают двух влюбленных. Но сущность двух душ, которые встретились на просторах интернета, слились в единой гармонии, где разница в возрасте стала лишь незначительной нотой в прекрасной симфонии. Вселенная в таинственной мудрости бережно переплела нити судьбы, закладывая основу для подлинных чувств.

Сердце Со Джуна было наполнено привязанностью, превосходящей возраст. Он обладал невероятной способностью понимать и ценить свою избранницу. Каждый момент их общения доказывал, что настоящая любовь измеряется не цифрами, глубиной того, что связывает обоих.

Связь между Анной и Джуном была настолько глубокой, что часто слова становились лишними, уступая место молчаливому, почти магическому взаимопониманию. Казалось, что они созданы друг для друга, и это не поддавалось логике.

Настоящая любовь не знает преград и не ограничивается стандартами, навязанными обществом. Это путешествие, которое ждало их, не простая история любви, а возможность познать истинное значение подлинной глубокой связи с человеком.

За первой видеосвязью последовали другие. Анна все больше говорила на английском, вспоминая то, что учила много лет назад.

Джуну уже не хватало того времени, что оставалось для общения. Он мечтал о большем.

Анна стала получать сообщения ранним утром, тогда, когда в Корее был день. Милые сердцу слова и рассказы, как проходил рабочий день Джуна. Фотографии с открытия магазина и просьба написать свой адрес, стали для нее неожиданностью. На вопрос, для чего нужен адрес, Джун ответил, что не изменил намерения приехать. А спустя два дня в дверь позвонил курьер с огромной корзиной алых роз, в которой лежала открытка с надписью: "Моему прекрасному ангелу".

- Сто одна роза! - объявила Марина громким голосом. - Это кто прислал? - она посмотрела на корзину с легкой завистью. - Красивые какие.

Она потянулась к открытке, но Анна опередила ее и спрятала бумагу в кармане.

- Что за скрытность такая? - усмехнулась женщина, поправляя выбившийся из прически локон. - Ну, нашла богатенького Буратино, что такого? Любопытно просто, где подцепила? Никуда же почти не ходишь. Разве что, в интернете...

- Ой, Мариночка, да оставь ее в покое. Аня всегда была такой. Вся в себе, - сказала тетя Людмила.

- Я просто не хочу загадывать наперед, - вспыхнула девушка и забрала корзину.

Было немного обидно от слов Марины, но посмотрев на великолепный букет, на сердце стало легко и отрадно. Девушка тут же написала Со Джуну.

- Букет просто прекрасный! Как ты это сделал?

- Интернет имеет не только минусы, но и свои плюсы, - ответил Джун. - Всего лишь нашел тех, кто занимается подарками, а дальше дело техники.

- Это же очень дорого, - Анна даже не представляла, сколько стоил такой букет.

- Не думай о деньгах, прошу тебя. Я счастлив, что цветы тебе понравились. Жаль, не бриллианты, но и их я тебе подарю.

- Я не люблю бриллианты, - Анна улыбнулась, предвосхищая его реакцию. - А серебро предпочитаю золоту. Вот такие странности.

- Очень милые странности, мне нравится. Надеюсь, я увижу твое фото с цветами.

Анна сфотографировалась с букетом, хоть сделать это было нелегко, и послала фото Джуну.

- Очень красиво. Хотя в жизни ты выглядишь намного красивее, чем на снимке. С нетерпением жду тот день, когда мы сможем увидеться, - написал он.

Весь погруженный в работу и новые отношения, Джун перестал посещать дом дяди. Разумеется, это не ускользнуло от внимательной дядиной супруги, да и маленькая Наен постоянно спрашивала о двоюродном брате. Дядя, решив, что тот слишком увлекся Мисук, не желал вмешиваться. Но дочь так хотела увидеться с братом, что отец не выдержал и позвал племянника к себе.

Жена изображала из себя радушную хозяйку и пыталась выведать последние слухи и сплетни, но Джун тактично молчал о том, что происходило в его отделе.

Мужчинам накрыли стол и оставили одних, дав возможность обсудить важные вопросы, а Наен то и дело проходила мимо двери, чтобы хоть краем глаза поглядеть на дорогого гостя. Ожидание было долгим, а терпения не хватало.

- Кажется, ты позабыл дорогу в этот дом, - сказал дядя. - Так сильно занят, что нет времени заглянуть? Или я слишком завалил тебя работой?

- Работа никогда не заканчивается, вы это знаете лучше меня, - ответил Джун.

- Хорошо, а как продвигаются ваши с Мисук дела? Ее мать счастлива, что вы встречаетесь.

Мужчина с аппетитом ел мясо и овощи. Но то, что он услышал в ответ, заставило отложить палочки в сторону.

- Никак, дядя. Я давно не видел Мисук, - Джуну была неприятна сама мысль о девушке.

- Как так? Где же она тогда пропадает вечерами, если не с тобой?

- Советую спросить об этом саму Мисук. Но вряд ли она расскажет, так как слишком сильно боится отца.

- Советует он, поглядите.

Мужчина с недоверием посмотрел на племянника. Не похоже, чтобы тот врал.

После ужина Джун уделил внимание кузине, радуясь тому, что удалось избежать подробных расспросов. Но у дяди уже появились сомнения и он ходил в задумчивости, ни на что не обращая внимания.

- Как обстоят дела с магазином? Реклама готова? - спросил мужчина, когда племянник снова появился в гостиной.

- Мы долго работали над сценарием, но готовая работа превзошла все ожидания.

- Рад за тебя, - дядя хлопнул его по плечу. - Все-таки, не зря я перевел тебя в этот отдел. Надеюсь, ты оценишь мое внимание и доброту. Я говорю о Мисук и...

Джуну совсем не нравилось то, что дядя постоянно напоминает о девушке, которая не раз показывала себя с плохой стороны. Потому он, как можно скорее, закончил разговор и покинул дом дяди.

После его ухода господин Кан долго размышлял над тем, как бы повлиять на племянника. Упрямый мальчишка в упор не желал видеть общую выгоду и перечил ему. Но ничего, и не таких строптивых укрощали, станет как шелковый. Нужно лишь дождаться подходящего случая...

И такой случай предоставился. Мисук сидела в кафе и ждала, когда явится Грегори. Она даже не сомневалась, что парень будет рад новости. Девушка прислушалась к своим ощущениям. Интересно, как меняется человек, в котором зарождается новая жизнь?

Грегори вошел в кафе и поискал глазами Мисук. Та сидела в самом темном месте, будто не желала быть узнанной. С задумчивым видом она смотрела на тарелку, стоявшую на столе. В общем, такой Грегори ее никогда не видел. Зачем она назначила встречу среди незнакомых людей, когда можно было увидеться в клубе или в отеле? Хочет объявить о разрыве? На это парень не рассчитывал, денег ему всегда не хватало, а наследница большого состояния охотно делилась своим богатством с друзьями. Жаль будет упускать золотую курочку.

Грегори нацепил на себя любимую маску обаятельного мачо и направился к столику. Сидевшие в кафе девушки с восхищением смотрели на него, а кто-то украдкой даже фотографировал, но это мало волновало парня. Объект его внимания находился в противоположной стороне. Походкой грациозного тигра он продвигался между столов, делая вид, что не замечает никого вокруг.

- Привет, котенок, - парень опустился на стул напротив девушки и широко улыбнулся, пряча за фальшивой улыбкой настоящие мысли.

- Я так рада видеть тебя, - улыбнулась Мисук.

Перед нею стоял стакан апельсинового сока и тарелочка с пирожным. Кажется, это был тирамису. Грегори удивился такому выбору.

- С тобой все хорошо? - спросил он.

- Да, и даже лучше, чем можно представить, - девушка улыбнулась, и на щеках появились ямочки.

- Хорошо, - успокоился Грегори. - Такой странный выбор, сок и пирожное .

- Ах, ты об этом. Я теперь должна пересмотреть свое питание и исключить алкоголь.

Неприятное ощущение появилось в области груди и опустилось к животу. Точно, Мисук больна, иначе к чему эти предосторожности.

- Ты здорова? - Грегори боялся услышать ответ.

- Абсолютно, - просияла Мисук. - Что будешь заказывать? Я очень голодная, просто ждала тебя, потому взяла кусок торта. Но хотелось бы мяса.

- Тогда закажем мясо на гриле и салат.

Грегори позвал официанта и сделал заказ. Любой каприз за ваши деньги. Еду принесли быстро, и парень с аппетитом уплетал сочную говядину и овощи, изредка поглядывая на девушку, которая расправилась уже со второй порцией. Но после салата она вдруг сморщила нос, изменилась в лице и быстро встала из-за стола.

- Извини, сейчас вернусь, - только успела сказать она и побежала к выходу.

Грегори остался сидеть в растерянности. Мисук точно больна или отравилась чем-то. А может, ей приписали диету, которую больная не соблюдает? Нет, на такое он не подписывался. В его окружении всегда хватало поклонниц, пусть не таких богатых, как Мисук, но зато здоровых. Которым не была нужна нянька. Связь с девушкой теперь казалась обременительной.

Мисук вернулась в зал очень бледная. Она натянуто улыбнулась и села за стол.

- Может, лучше поедешь домой?

- Не беда, это пройдет.

- Скажи честно: ты больна?

Мисук покачала головой. Значит, он так ничего и не понял?

- Я здорова, Грегори. Хочешь знать, почему я позвала тебя сюда, а не в номер? У меня есть важная новость, и отель - неподходящее место.

- Ты выходишь замуж? - парень пытался угадать, но у него плохо получалось.

- Зависит от тебя, - Мисук загадочно улыбнулась. Нет, до чего же недогадливый.

- Сдаюсь, - Грегори поднял руки и рассмеялся.

В отличие от Мисук, он не снял верхнюю одежду и сидел в кожаной куртке. В помещении было тепло, и теперь ощущался дискомфорт. Еще эти глупые загадки. Пусть уже скажет прямо, зачем позвала, а не разыгрывает спектакль. К чему эта официальность?

- У нас будет ребенок.

Любую влюбленную пару эти слова могли сделать счастливой, но для Грегори будто прозвучал приговор.

- Погоди, какой еще ребенок? Мы ничего такого не планировали, - защищался он.

- Но это случилось. Что мне теперь делать?

- Не знаю, котенок, сходи к доктору.

- Зачем? Я отлично себя чувствую, - Мисук инстинктивно прижала руки к животу.

- Пойми, детка, я думаю сейчас о карьере, и ребенок будет мешать. Котенок, нам ведь и так хорошо, вдвоем. Разберись с этой проблемой сама, не впутывай меня в женские дела.

Мисук нахмурилась. То, что говорил Грегори, не укладывалось в голове.

- Значит, ребенок для тебя проблема? Может, ты никогда меня не любил?

Мисук говорила громко, привлекая к себе внимание, что совсем не нужно было парню.

- Хорошо, ладно, - он подошел к девушке и взял ее за руку. - Я подумаю над этим, дай мне два дня. Только прошу, не дави на меня.

- Ладно, два дня, - согласилась девушка. - А потом пойдем знакомиться с родителями.

- Договорились, - Грегори снова улыбнулся своей фирменной улыбкой, но на душе скребли кошки.

То, что отец Мисук не примет иностранца в качестве зятя, он не был уверен. А то, что за случившееся переломают ноги и сделают изгоем корейского общества, или того хуже - отправят за решетку, знал наверняка. За эти два дня нужно что-то придумать.

Сладкими речами и уговорами парень заставил девушку одеться и выйти на улицу, и даже проводил до машины. Обещая оставаться на связи, захлопнул дверцу авто, помахал на прощание рукой и послал воздушный поцелуй.

Молодой человек дождался, когда машина скроется за поворотом и поймал такси. По дороге он вынул карту из телефона, разломал ее и выбросил в окошко. Грегори решил не терять время напрасно. Единственным правильным решением он считал побег из Кореи. И пока Мисук будет пребывать в эйфории, он затеряется где-нибудь в Европе.

Мисук вернулась домой и легла спать. Ужасно болела голова. По дороге домой она обдумывала слова Грегори, не веря, что ее любимый способен на подлость, и в душе надеялась, что он поступит, как настоящий мужчина.

Проснулась девушка в три часа ночи, с щемящим чувством тоски. Взяла телефон и проверила список звонков. Ничего! Ни пропущенных, ни электронных писем. Поддавшись искушению, она набрала номер, но абонент находился вне зоны доступа. Страх холодной рукой сжал сердце. Все вдруг стало ясно. И тогда она в панике стала искать информацию в интернете. Отыскав легкий, по ее мнению, способ, она сделала все, как учили. А утром стало не до поисков Грегори. От выпитого сладкого сиропа поднялось давление, и мать вызвала доктора.

Хоть девушка отказывалась ехать в больницу, доктор сам отвез пациентку и ее мать. И когда господину Киму сообщили о состоянии дочери, он немедленно поехал к ней. Мисук никак не удалось скрыть свою тайну. Узнав правду, мать поговорила с доктором, но тот предупредил об отрицательном резусе Мисук и возможных последствиях.

- Кто, кто это сделал? Отвечай немедленно! Это Со Джун?! - кричал отец в палате дочери.

- Папа, только не нервничай, - испуганно лепетала дочь.

- Не нервничать? Единственная дочь станет посмешищем всего Сеула! Что скажут люди?

Супруга господина Кима молилась, чтобы муж не наделал глупостей. В ярости он мог ударить дочь.

- Дорогой, мы во всем разберемся, - попыталась успокоить его жена, но тут же получила резкий ответ:

- Во всем виновата ты, женщина! Потакала любым ее капризам. Что теперь скажешь?

Мисук натянула одеяло до самого подбородка. В палате было светло, чисто и пахло лекарствами. Как она поняла, от ребенка избавиться не удалось. Мало того, врачи сделали все возможное, чтобы спасти его.

На семейном совете было решено найти отца, но оказалось затруднительно. Грегори за один день забрал документы из института, уволился с работы и в спешке покинул Корею, уехав в неизвестном направлении.

- Несколько месяцев ты сможешь скрывать свое положение, но потом наберешь вес и живот округлится. Что тогда будешь делать? Тебя срочно нужно выдать замуж. И лучшей кандидатуры, чем Со Джун, я не вижу.

- Но если он не захочет? - робко спросила Мисук.

- Что значит - не захочет?! - рявкнул отец и так посмотрел на дочь, что та задрожала. - У нас с его дядей договоренность. Если не желают потерять доходы, то согласятся с моими условиями. За тобой я дам хорошее приданое и часть компании. Любой согласится.

Мисук точно знала, что Джун не любой, но боялась рассердить отца. И в душе все еще надеялась, что Грегори вернется.

Глава 13

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 13

Джи Юн, как обычно, вечером зависал в сети, когда на глаза попалось объявление, сразившее его наповал. И промолчать о таком он бы не смог.

- Джун, ты видел это?! - воскликнул парень, пытаясь привлечь внимание.

Со Джун, не выпуская из рук телефона, подошел к другу и заглянул ему в его ноутбук.

- Что там? - спросил он.

Джи Юн молча отодвинулся, давая возможность разглядеть картинку и текст. На экране была заказная статья с приложенной к ней фото, на котором стояли Мисук с отцом. Девушка радостно улыбалась в объектив, а отец смотрел на журналиста, бравшего интервью.

Ниже писали, что дочь господина Кима собирается выходить замуж за племянника председателя Cg-group. Дату свадьбы объявят чуть позже.

- Неужели они решили пойти на такое? - Со Джун нахмурился и рука непроизвольно сжалась в кулак.

Джи Юн развел руками.

- Они намеренно дезинформируют общество. Угадай с первого раза, зачем это нужно? Если что-то пойдет не так, люди обвинят тебя, а Мисук останется белой и пушистой. Теперь понятно? Сам знаешь о силе прессы в Корее и обвинительных статьях. От этих журналюг страдают даже известные артисты. Чем все заканчивается, тоже известно. Репутация у нас стоит на первом месте, а черное пятно в биографии ляжет позором. Позвони дяде. В погоне за сенсацией события вполне могут приукрасить.

- Я точно знаю, что с Мисук случилось что-то нехорошее, потому они торопятся. И громкое заявление о свадьбе лишнее тому подтверждение.

Джун схватился за голову, а потом взъерошил волосы. От идеальной прически не осталось и следа. Звонок дяде тоже не принес ожидаемого облегчения, напротив, своим ответом тот подлил масла в огонь.

"Жду тебя завтра вечером у нас дома. И только посмей не явиться! Будешь иметь дело с самим господином Кимом!"

Внутри у парня все похолодело. Нет, он не пойдет на это! А как же обещания, данные Анне? Единственной женщине, с кем он мог быть по- настоящему счастлив, придется разбить сердце? Она и так многое выстрадала и не спешила в новые отношения. Выставить себя перед ней подлецом? Да, придется поступиться интересами семьи, но счастье свое он отстоит и никому не позволит лишить девушку счастливого будущего.

* * *

Пожилая статная женщина сидела за столом в гостиной и, не спеша, пила зеленый чай, наслаждаясь его ароматом. Помощница по дому тоже находилась в комнате и протирала пыль с дорогих антикварных статуэток. Сиделка сегодня не пришла. За этот месяц она брала уже третий выходной. Совсем распустились!

Не то, чтобы старая Ли Бан Сок остро нуждалась в ее услугах (прислуги в доме хватало). Но одиночество порою терзает похуже страшной болезни.

В последнее время женщину посещали грустные мысли, от которых на душе становилось тягостно. Все, ради чего старалась полжизни, не имело теперь смысла. Прогнав невестку с маленьким ребенком, на короткое время Ли Бан Сок испытала чувство удовлетворения, но потом замучили угрызения совести. В глубине души она понимала, что трагическую случайность никто отменить не мог. Но гордость мешала переступить через себя, признать ошибку и помириться с невесткой.

Женщина поручила доверенному человеку наблюдать за семьей Кан и докладывать обо всем, что там происходило. Новость, что невестка умерла, огорчила ее. Зато порадовали успехи Со Джуна. В таком молодом возрасте ее мальчик занимал высокое положение в компании, такое не всякому под силу, для этого нужна умная голова. В способностях Джуна она не сомневалась - родители его обладали незаурядным мышлением.

Перед Ли Бан Сок лежала распечатка статьи из интернета. Похоже, внук женится? Такое событие нельзя пропустить, ни за что! В этом мире у женщины не осталось никого, ближе Джуна. Тяжело осознавать это, стоя одной ногой на пороге вечности. Но в том, что жить осталось недолго, сомнений не было.

Грустно становилось лишь от того, что не встретилась со своим мальчиком раньше. А сейчас не слишком ли поздно? Вдруг Джун не пожелает видеть бабушку? Эта мысль больно жалила сердце.

Ли Бан Сок тяжело вздохнула и еще раз посмотрела на фото. Девушка была красивой, но казалась сильно избалованной. Ох, уж эта современная молодежь. В свои молодые годы Ли Бан Сок никогда бы не позволила себе такое. И неужели ее внуку нравятся такие девушки, похожие на кукол? Хотя, что удивительного, он много лет жил заграницей.

Да, бабушка была в курсе всего, что происходило в семье невестки, а еще являлась одним из самых крупных акционеров компании CG-group. И все свое состояние мечтала оставить единственному наследнику. Это будет прекрасный подарок на свадьбу. Ей самой много ли надо?

Женщина нажала на кнопку, встроенную в стол, и спустя некоторое время явился помощник.

- Госпожа Ли, - мужчина в строгом костюме низко поклонился. Словно вышколенный слуга, он стоял и ожидал распоряжений.

- Помоги написать письмо внуку. Не знаю, как пользоваться той штукой, - она указала трясущейся рукой на дорогой новенький ноутбук, лежавший без дела. - Хочу пригласить его в гости, но руки не слушаются.

- Он, наверное, думает, что вы находитесь в доме престарелых, - мужчина кашлянул, пытаясь скрыть смешок.

- Это удобная ложь, которую я придумала для Кан Бо Гёна и его жены. Пусть и дальше так думают. Посвящать в свои дела посторонних я не намерена.

Мужчина хмыкнул и направился к столу, где лежали письма и конверты. А Ли Бан Сок в последний раз взглянула на будущую жену Со Джуна и перевернула фото другой стороной. Нет, определенно, в девице было что-то отталкивающее.

* * *

Вечером следующего дня в доме господина Кана собрались две семьи. Жена дяди, при всей неприязни к Джуну, старалась показать себя с лучшей стороны, ведь это было нужно не только племяннику мужа.

На кону стояла компания CG-group, и свадьба с дочерью господина Кима могла привести не только к родственным отношениям, но и к слиянию двух компаний. Какая удача! То, от чего при жизни всеми силами отказывалась мать Со Джуна, после смерти воплотит в жизнь ее брат.

Гости расселись за столом, но без главного героя дня начать ужинать не могли. Женщины пили лимонад, шутили, а Мисук нервно барабанила ногтями по столу.

- Уважаемый, где же все-таки ваш племянник? - спросил господин Ким, с плохо скрываемым раздражением. - Может, он вообще не придет, а мы напрасно теряем время и ждем?

- Ну, что вы, сабоним Ким, - любезным тоном произнесла хозяйка дома. - Он очень уважает дядю и обязательно приедет.

Женщина сделала знак прислуге, а когда та приблизилась, отдала распоряжение принести чай. В воздухе витало напряжение. Сейчас и сам Кан Бо Гён заметно нервничал при мысли, что племянник подведет. Чтобы не заставлять гостей ждать, он предложил приступить к ужину, но тут на пороге появился Джун. Он поклонился и попросил извинить за опоздание. Дядя нахмурился, но будущий тесть расплылся в улыбке.

- Ничего, у занятого мужчины всегда найдутся дела. Садись, поешь с нами, - он указал на свободное место напротив Мисук.

Со Джун кивнул в знак согласия и сел за стол. Мисук стыдливо опустила глаза и улыбнулась. Со Джун на улыбку не ответил. Маленькой Наен, почему-то, за столом не было, и Джун подумал, что взрослые не пожелали, чтобы разговор услышали нежные детские уши. Значит, это точно не простой дружеский визит, а ужин лишь повод для обсуждения серьезных дел.

Дружелюбие и беззаботность на лицах собравшихся не могли сбить с толку молодого человека. Как раз с таким выражением и совершались самые низкие и подлые поступки. Но Джун внутренне был готов отстаивать собственные границы.

К еде он почти не притронулся, но наблюдал за сидящей напротив Мисук, и заметил, что та ест много кимчи и консервированных персиков. И обе тарелки, будто специально, поставили прямо перед нею, а мать старательно подкладывала на ее тарелку лучшие кусочки мяса.

- Странно, а почему Со Джун плохо ест? Угощение не по вкусу? - спросил вдруг господин Ким.

- Аппетита нет, - ответил молодой человек.

- Трудный день выдался? - супруга господина Кима улыбнулась и взглянула на мужа. В глазах не было теплоты.

Сборище напоминало логово вампиров, которые заманили жертву и вот-вот накинутся на нее.

Где-то в середине ужина Мисук вдруг побледнела и бросила на мать взгляд, полный мольбы.

- Мы скоро придем, прошу прощения, - женщина подхватила дочь под руку и спешно встала. Вдвоем они покинули присутствующих.

- Вот и хорошо, - господин Ким хлопнул себя по коленям. - Переговорим без Мисук. Ты, наверное, знаешь, зачем мы сегодня собрались?

Джун кивнул, он все понимал.

- Замечательно. Какой сообразительный парень, мне это нравится. Значит, поладим. Я хочу, чтобы вы как можно скорее, поженились с Мисук. Что откладывать на потом свадьбу, когда можно устроить все на следующей неделе? А там впереди Рождество.

- К чему такая спешка, сабоним? - Джун прищурил глаза.

- Вы с Мисук красивая пара. Мы с господином Каном давние друзья и партнеры, и моя дочь - завидная невеста. Заметь, приданым я не обижу. Так что, по рукам?

Мужчина протянул руку дяде Джуна, и тот ее пожал. Интересно, этих двоих его мнение не интересовало? Кто кого тут замуж выдавал?

- Мне не нужно приданое, - сказал парень. - Я не охотник за деньгами.

- А интересная у нас выходит беседа, - господин Ким усмехнулся. Да, парень с характером, но ничего, и не таких укрощали. - Деньги нужны всем. Я не желаю, чтобы моя дочь и ее ребенок голодали.

- Ребенок? - Джун думал, что ослышался.

- Да, ваш ребенок, - господин Ким не сожалел, что проговорился. - Мисук в положении, потому нужно сыграть свадьбу как можно скорее.

- Наш ребенок? Да я и пальцем вашу дочь не тронул, - возмутился парень.

- Какое это имеет значение? Женись на ней, вот и все, - резко ответил господин Ким.

Женщина, что прислуживала за столом, внутренне сжалась, опасаясь, что гость будет гневаться. Она хорошо знала характер молодого господина Кана и то, что тот не пойдет на сделку.

- Но я не люблю Мисук, и она не питает чувств ко мне, - взывал к разуму будущего тестя Джун.

- Со временем полюбит. А если нет, то будете жить так, как все остальные семьи.

Мужчина хмыкнул, а жена господина Кана с укором посмотрела в его сторону.

- Я не хочу делать Мисук несчастной, - твердо заявил Джун. - Тем более, что люблю другую.

В гостиной воцарилось молчание, слышно было только, как где-то на кухне гремят посудой. Подошедшие к двери Мисук и мать не решились войти, так как понимали, что настал ответственный момент, и их появление не будет кстати.

- Кто она? - нахмурился дядя. - Очередная охотница за богатством? Я хорошо помню, что случилось в Лондоне.

- Нет, она совсем другая, - ответил Джун, искренне возмутившись и желая защитить любимую девушку, чтобы даже тени ее имени не затрагивали пересуды.

- Можешь любить, кого пожелаешь, - снисходительно ответил господин Ким. - Даже встречаться. Ты мужчина, все понимаю. Но женишься на Мисук - и точка! - он ударил по столу кулаком так, что подпрыгнули и зазвенели тарелки.

- Нет, сабоним, - Джун встал и поклонился, показывая уважение. - Я женюсь только на любимой девушке, и вы не сможете помешать, так как не имеете права мне приказывать. Я не ваш подчиненный.

Дядя, сидевший рядом с компаньоном, побагровел и сжал в руке железные палочки. Будь они деревянными, вмиг бы сломались. А стоявшая за дверью Мисук ворвалась в гостиную, и со слезами на глазах сказала отцу:

- Я же говорила, он откажется! Пойдем отсюда, папа, не надо унижаться.

- Молчи, глупая девчонка! - рявкнул отец. - У меня есть рычаги воздействия на этого щенка. Что он скажет, когда я откажусь помогать его дяде и разорву с компанией контракты? Я - самый крупный владелец акций.

Мужчина медленно поднялся, всем своим видом показывая превосходство.

Кан Бо Гён поднялся следом, в подобострастии чуть не цепляясь за полы пиджака господина Кима. Его супруга с ужасом в глазах застыла на месте, подобно восковой кукле. Оба в эту минуту ненавидели Со Джуна всеми фибрами души, если таковая имелась у этих алчных людей.

- Компания принадлежала моей матери, а не дяде, - спокойно произнес Джун, пропуская оскорбления мимо ушей.

- Но в данный момент председателем является твой дядя, его кандидатуру одобрил совет директоров, если память не изменяет мне. Так что, советую задуматься, Кан Со Джун и не причинять вреда своим необдуманным поступком, после которого придется горько сожалеть.

Мужчина подошел к двери, но на пороге обернулся.

- Даю тебе две недели на то, чтобы принять мое щедрое предложение. Не провожайте нас.

Дядя снова сел на место, а его жена обхватила голову руками и стала раскачиваться с тихим подвыванием:

- Он пустит всех нас по миру с протянутой рукой. Чудовище. Гадкий мальчишка!

- Я не стану больше это слушать, - сказал Джун и хотел уйти, но дядя его остановил:

- Стой! Ты выслушаешь меня. И не смей поворачиваться спиной! Это я дал тебе место в компании, познакомил с семьей самого влиятельного и надежного человека в Сеуле, думая наперед о твоем будущем. Перед тобой откроются все двери, станешь обладать огромными возможностями. И все это желаешь спустить ради какой-то девки? Да я бы с пребольшим удовольствием поменялся с тобой местами, если бы было возможно.

Супруга молча слушала тираду, понимая, что таким образом муж хочет образумить племянника. Но все равно, стало немного обидно.

- Не смейте называть ее грязными словами, - вспыхнул Джун.

- Смотри, как запел, - хмыкнул господин Кан. - Из-за нее разрушаешь дело, которому твоя мать посвятила лучшие годы жизни. Не для того сестра старалась, чтобы за твои ошибки процветающая CG-group стала банкротом!

Со Джун попытался ему возразить, но был остановлен одним взмахом руки.

- Ничего не желаю слышать в оправдание. Как мой племянник, ты сейчас же пойдешь домой, взвесишь все и, уверен, что выберешь семью, а не малознакомую девчонку. Женщин может быть тысяча, а Семья - одна! Иди, я позвоню через пару дней и спрошу еще раз, какое решение ты принял.

Поняв, что дядя больше не желает продолжать разговор, Со Джун встал, поклонился родственникам и покинул их дом.

Домой Джун возвращался с тяжелым сердцем. Джи Юн встретил его и по первому взгляду понял, что случилось то, что они ожидали. Без лишних слов он прошел на кухню и принес по бутылке соджу. Друзья сели на диван и сделали по глотку.

- И как все прошло? - спросил Джи Юн.

- Заставляют меня жениться на Мисук, - Джун сделал еще глоток. В нем закипала ярость.

- Сочувствую, - Джи Юн понимал, что слова здесь бессильны, нужна реальная помощь.

Джун не знал, что делать. Господин Ким этого так не оставит. Молодой человек, фактически, нанес ему оскорбление, а такие люди обид не прощают. Пусть дядя уволит его, если это поможет в ситуации, но на Мисук он не женится. И ребенок не при чем. Если бы любил, принял бы с ребенком. Но портить жизнь троим...

- Дядя ведь не оставит тебя в покое, - сказал Джи Юн и отпил из бутылки. - Что делать будешь?

- Не оставит. Потому я уйду из компании.

- Нет, погоди, не горячись, - Джи Юн хотел его образумить. - Так ли важна тебе эта Анна?

Глаза друга потемнели. И этот туда же?

- Ты говоришь, как мой дядя! Я не представляю жизни без этой девушки!

- Эй, спокойнее, я не господин Кан и стою на твоей стороне. Просто выясняю, стоит ли ломать жизнь из-за нее?

- Поверь, она того стоит, и даже больше, - Со Джун говорил с таким чувством, будто описывал сказочное сокровище или восьмое чудо света.

- Хорошо, значит, она стоит целой компании, - Джи Юн покачал головой. - Не дай Господь, чтобы я так влюбился. Не знаю, если бы она была королевой или принцессой, еще куда ни шло. А так, простая девушка... Ладно, это просто мысли вслух.

Со Джун напоминал ему разъяренного тигра, у которого из-под носа ускользала добыча. С таким Джуном он никому бы не пожелал встретиться.

- Господин Ким дал две недели на раздумья, - обреченно произнес Джун. - Дальше станет действовать на свое усмотрение. Времени у них мало, станет давить на дядю.

- Не пойму, почему он так торопится? - спросил Джи Юн и поднес бутылку к губам.

- Потому, что Мисук ждет ребенка, - уныло ответил Джун.

Джи Юн сделал глоток соджу и поперхнулся.

- Что ты сейчас сказал? - в глазах читалось изумление. - Это же не... О, нет, теперь они не отстанут. Ты самая подходящая кандидатура на роль мужа. Надо же было так вляпаться!

- Сам знаю. И разговор с ее отцом не помог. А дядя слышать ничего не желает. Выход один - самому уволиться из компании.

- Не торопись. Может, все еще образумится. Позволь времени все расставить по местам, - Джи Юн положил ему руку на плечо.

- Надеешься на чудо? - Джун вздохнул.

- Нужно во что-то верить и надеяться на лучшее.

Джи Юн забрал пустые бутылки и понес на кухню. Джун расстегнул пуговицы на пиджаке и откинулся на спинку дивана. Почему жизнь так несправедлива? Он только повстречал свою Судьбу, а уже должен потерять Ее. Стоила ли Анна CG-group? Глупый вопрос. Он отдал бы за любимую десять таких компаний и жизнь в придачу.

В комнату вернулся друг с бутылками соджу, жареной курицей, салатом и тарелками, поставил поднос на стол и хлопнул себя по лбу.

- Совсем забыл! К тебе тут приходил один тип, странный такой, спрашивал: тут ли живет Кан Со Джун?

Джуна новость не слишком обрадовала.

- И что он хотел?

- Принес вот это, - парень опустил руку в карман и достал конверт.

- Странно, я ни от кого посланий не жду, особенно в письменном виде.

На конверте стояли лишь инициалы, которые были ему знакомы. Первым желанием было разорвать конверт в мелкие клочья. Но Джи Юн угадал его намерение и вырвал конверт из рук друга.

- Ты знаешь отправителя?

- Это моя бабушка, - угрюмо ответил Джун.

Второе потрясение за день, и оба не из приятных. Что понадобилось этой женщине, смеющей называться бабушкой, если она послала письмо с посыльным?

- Что там написано? - спросил Джи Юн, кивая на небольшой лист, исписанный аккуратным почерком.

- Приглашает к себе, - Джун усмехнулся.

Неужели почувствовала укол совести? Жаль, если так. Потому, что слова извинений предназначались маме. Это ее должны были пригласить. Рука скомкала письмо и бросила в угол.

Джи Юн посмотрел на друга, в глазах которого отражалась вся боль от пережитого. Парень, как никто другой, чувствовал его состояние, потому молча поднял бумажный комок и осторожно распрямил. Текст явно не был написан старческой рукой, а под ним стоял адрес. Джи Юн присвистнул - частные дома, расположенные в том районе, стоили немалых денег. И, насколько помнится, никакого дома престарелых там в помине не было.

- Она живет в частном доме? - задал вопрос молодой человек, хотя наперед знал ответ.

- Наверное, хотя дядя утверждал другое, - Джун тоже понял, что его обманули.

Кто лгал, и с какой целью, это предстояло выяснить, но почему-то не сильно хотелось разгадывать чужие тайны.

- Ответишь ей? - спросил друг.

- Не хочу, - Джун даже не взял протянутое письмо.

- А Анне расскажешь, что сегодня произошло?

- Ты имеешь ввиду ужин в доме дяди?

- Не только, вообще все, - Джи Юн ждал.

- Не хочу грузить ее своими проблемами.

- Это, конечно, твое дело, но я бы рассказал...

- Она слишком добрая и благородная, откажется от меня ради всеобщего блага. А я не хочу терять ее, понимаешь?

Язык Джуна уже заплетался от выпитого, но в его случае напиться было лучше, чем сидеть и злиться на весь мир. Потому Джи Юн не стал больше докучать вопросами, а просто сидел рядом и следил, чтобы в тарелке друга не переводилась еда. Завтра выходной, проспится, и трезвым взглядом оценит ситуацию.

* * *

В этот вечер Анна не дождалась сообщения и сильно беспокоилась, все ли в порядке с парнем. Ее письма остались без ответа, и даже не были просмотрены. Девушка не находила себе места, но не от ревности, а от дурного предчувствия. Не на шутку разыгравшаяся фантазия, рисовала картины, одну страшнее другой.

Анна накрутила себя до такого состояния, что ничего не могла есть. В конце она решила не гадать, а просто позвонила. Но и телефон не взяли.

Такое случалось впервые, ведь Джун всегда отвечал. Если не сразу, то спустя некоторое время. Разум говорил, что у молодого парня могли быть дела. Субботний вечер, загулял с друзьями, с кем не бывает? Но сердце шептало иное.

Потеряв надежду получить ответ, она решила не тратить понапрасну время и села писать главу. Строки ложились на бумагу на удивление быстро, так, будто кто-то подгонял ее. Наверное, были в этом и свои плюсы, а не только минусы.

Анна закончила писать почти под утро. Еще раз проверила телефон. Известий от Джуна не было...

* * *

Пробуждение Джуна было тяжелым, не столько от выпитого, сколько от мысли, что с этого дня пошел отсчет. Джи Юн еще спал, потому парень тихо вышел из спальни, умылся и отправился на кухню варить кофе. Вспомнив, что так и не поговорил с Анной, он вернулся в комнату за телефоном и увидел пропущенные звонки. Она волновалась! Молодой человек с теплотой подумал о девушке, ради которой собирался нарушить устои семьи. Оценит ли Анна когда-нибудь эту жертву?

Голова нещадно болела. Со Джун поискал в шкафчике таблетки, но не нашел. Должно быть, их переложил Джи Юн, который только встал и появился на кухне.

- Пришел на запах кофе? - спросил Джун и усмехнулся.

- Не только, - Джи Юн выглядел сонным, волосы топорщились в разные стороны, что придавало ему вид мокрого галчонка.

Из кармана широких штанов парень выудил мятую бумагу и помахал ею перед носом Джуна.

- Знаешь, что это? - спросил он.

Со Джун нахмурился - еще бы не знать. Только, помню, письмо было скомкано и брошено на пол.

- Дай его мне, - Джун потянулся за письмом, но Джи Юн поднял руку вверх.

- Отдам, если пообещаешь ответить.

- Тебя подкупила бабушка? - хмыкнул Джун.

На плите разогревалось масло, и уже начинало пузыриться. Пришла пора разбить яйца. Жаль, что закончился бекон, к которому он так пристрастился в Англии. Яйца с шипящим звуком скользнули на сковороду, и Джун накрыл их крышкой. Потом повернулся к другу.

- А ты, что бы предпринял на моем месте?

- Ответил бы, - просто сказал тот. - Это же твоя бабушка.

- Которая, заметь, не принимала никакого участия в моей жизни и никогда не любила меня. Люди не меняются, запомни это.

Джун дождался, пока яичница будет готова. Затем поставил на стол тарелки, плетеную подставку, сверху сковородку, посыпал яичницу рубленной зеленью и нарезал пару помидоров. Парни сели за стол и поели, запивая еду кофе: один - горячим, другой - ледяным.

После того, как посуда была вымыта, Джун вытер тарелки, а Джи Юн поставил их в посудный шкаф. Разногласий по поводу ведения хозяйства у друзей никогда не возникало, что очень радовало обоих.

Джун пошел в свою комнату и посмотрел на часы - половина двенадцатого. Анна должна еще спать, но сообщение отправить надо. В электронном письме молодой человек желал девушке доброго утра и извинялся за то, что не написал вчера. Еще рассказал о внезапно появившейся бабушке и поделился сомнениями, стоило ли отвечать на приглашение.

Ответ пришел через два часа. Анна писала, что сильно волновалась и советовала навестить близкого человека.

- Забудь о том, что было. Если она первая идет на сближение, не нужно отвергать предложение. Быть может, женщина осознала ошибку.

- Это маловероятно. Наверное, ей что-то нужно , вот и вспомнила, что есть внук, - написал Джун.

- В любом случае - свяжись с нею. У тебя еще есть время наладить отношения с бабушкой. Поверь, пройдет много лет, и если ты не сделаешь этого, станешь потом сильно жалеть.

Поддавшись уговорам девушки и друга, Джун усмирил гордыню, собрался, захватил письмо и позвал с собой Джи Юна. Дважды повторять не пришлось, и вскоре молодые люди вышли из дома, чтобы отправиться по указанному адресу.

Джи Юн очень хотел встретиться с той, кто нанес его другу такую обиду. И заодно посмотреть, как живется ей с таким грузом на сердце.

Погода стояла чудесная. Несмотря на декабрь, было тепло. Требовалось проехать немалое расстояние, и Джи Юн не знал, чем себя занять, потому смотрел в окошко автомобиля и наслаждался видом. Он сам не заметил, как задремал, а Джун не стал будить друга и сделал это только тогда, когда добрался до места.

- Просыпайся, соня, приехали, - услышал Джи Юн сквозь дрему и нехотя открыл глаза.

Джун заглушил мотор и вышел из машины. То же самое сделал Джи Юн. Молодые люди озирались по сторонам, думая, что попали в сказку. Огромный зеленый участок был огорожен высокой чугунной оградой. Высокий двухэтажный дом мог принадлежать только состоятельным людям, и то, что в нем проживал лишь один человек, говорило о многом.

- Да-а, - протянул Джи Юн, - скромный такой домик.

- Вот, о чем я говорил, - бросил Джун и направился к воротам.

Нажав на звонок, он подождал, пока не подошел охранник. Не открывая замок, он осведомился о цели визита и поинтересовался личностью молодого человека. Увидев листок с подписью хозяйки дома, охранник открыл ворота, но попросил оставить машину снаружи.

- Боится, что украдешь старушку? - Джи Юн хихикнул, но заметив недовольный взгляд охранника, замолчал и не стал развивать тему, хотя очень хотелось.

Следуя за сопровождавшим, парни старались не вертеть головой, разглядывая беседку с колоннами, статуи и фонтан.

- А это точно дом твоей бабушки, а не поместье какого-то лорда? - громким шепотом спросил Джи Юн.

- Я плохо помню как дом, так и его хозяйку, - ответил Со Джун.

Перед домом друзья увидели пандус, наличие которого говорило, что женщина плохо ходила или была прикована к инвалидному креслу.

Дверь неожиданным гостям открыл средних лет мужчина, одетый в строгий серый костюм. Он поклонился и представился доверенным лицом госпожи Ли. На вопрос о Джи Юне, Джун ответил, что тот пойдет с ним.

- Хорошо, господин Кан. Но позвольте предупредить, что только от хозяйки дома зависит, переступит ли порог этот молодой человек или останется за дверью. Госпожа Ли очень капризна.

Джун утвердительно кивнул, так как знал, что от женщины, верховодившей в доме, ничего иного никто не ждал.

Пройдя через длинный коридор, молодые люди остановились у большой темно-коричневой двери с витражными стеклами. Мужчина постучал в дверь, а получив ответ, скрылся за нею на пару минут.

- Можете входить оба, - сказал он, когда вышел.

Джун вошел первым. В гостиной было темно, из-за задернутых штор пробивался свет, но его не хватало, чтобы полностью осветить комнату. В кресле сидела пожилая женщина с темными с проседью, волосами, в традиционной одежде. Ноги ее были укрыты пледом.

В комнате, помимо старой, находилась еще одна женщина, намного моложе, скромно одетая, будто пыталась слиться воедино с мебелью и боялась выделиться на фоне хозяйки. Она низко поклонилась и отошла в дальний угол гостиной, чтобы встать возле высокой напольной вазы. Зажегся свет.

- Добрый день, - сказал Джун и поклонился.

Лицо женщины было испещрено мелкими морщинками, на нем будто застыла маска, и за нею было сложно определить, что думала женщина. Она молча рассматривала вошедшего,настолько, насколько позволяло зрение. За одним молодым парнем появился второй.

- Так-так, все же пришел, уважил старуху, - произнесла она твердым голосом. - Подойди поближе, мой мальчик, я посмотрю на тебя.

Джун удивился, как безошибочно она определила, кто из двоих вошедших настоящий внук. Он подошел к госпоже Ли.

- Зачем вы хотели видеть меня?

Бабушка смотрела на Со Джуна и видела в нем черты своего покойного сына. Такой же красивый и смелый, а еще очень гордый. В мальчике больше от их рода, чем от Канов.

- Сядь, нечего стоять, - сказала она и перевела взгляд на Джи Юна. - И ты подойди сюда. Как я понимаю, это твой друг?

- Да, мы вместе работаем. Джи Юн живет в моей квартире, - ответил Джун, садясь на диван.

Джи Юн подошел к хозяйке, поздоровался и поклонился.

- Очень хорошо, - женщина улыбнулась, и улыбка сделала черты лица мягче. - Верные друзья в наше время - большая редкость. Что уж о родственниках говорить?

- Вы позвали меня, чтобы поговорить о родственных узах? - съязвил Джун.

- Не дерзи, - женщина усмехнулась. - Вылитый отец в юности. Всегда удивлялась, как такой мужчина мог быть грозным львом с одними, и кротким, как ягненок, с твоей матерью? Наверное, так меняет человека любовь.

На минуту она задумалась, а потом позвала прислугу, чтобы та принесла чай.

- Да, такой бывает настоящая любовь...

Джун ждал, что она попросит прощения за нанесенную обиду ему и матери, но бабушка не торопилась делать этого.

- У тебя тоже, слышала, появилась возлюбленная? - спросила она внука.

Тот очень удивился, подумав сначала про Анну, но следующие слова все расставили по местам:

- И жениться надумал? Не рановато ли?

- Вы спрашиваете о дочери господина Кима? У вас неверная информация. Жениться я не собираюсь, по крайней мере, на ней, - ответил внук.

В этот момент принесли поднос с чаем и сладостями. Женщина поставила поднос на передвижной столик, который находился между диваном и креслом, и разлила чай по чашкам. Джуна немного смутил вид укрытых колен, но жалости он не испытывал. Ли Бан Сок казалась ему холодной мраморной статуей и была совсем чужой.

- Вижу, ты не расположен ко мне. Я все понимаю. Но ты - единственный дорогой мне человек, оставшийся на этом свете. Кому я завещаю свое состояние.

- Я не за тем пришел, госпожа Ли, - сказал Джун.

- Бабушка,- поправила его женщина.

- Я видел вас всего раз в жизни, и плохо помню тот день, госпожа Ли. Мама тогда много плакала... А состояние можете передать кому-нибудь другому. Если это все, то мы пойдем.

Джун встал и сделал знак Джи Юну.

- Подожди, Со Джун, - голос женщины дрогнул. - А как же свадьба?

- Это ложный слух, который распространил ее отец.

- Мне не понравилась эта девушка.

Джун подумал о том, что точно также бабушке не нравилась его мать. Потому и фамилию свою госпожа Ли запретила дать внуку. Почему же она так резко изменила решение? Со Джун не желал больше находиться в этом доме, потому поклонился бабушке, поблагодарил за гостеприимство и направился к выходу.

- Прощайте, - сказал он, открывая дверь.

- Ох, ну весь в отца! - рассердилась госпожа Ли, но в душе шевельнулось давно забытое чувство.

- Мы еще не попрощались, дорогой внук, - тихо произнесла она, но Джи Юн услышал эти слова.

Он тоже поклонился и вышел следом за другом. Тот твердым шагом шел по коридору. А старая Ли Бан Сок снова осталась одна, но в душе появился росток надежды.

* * *

Господин Кан ломал голову над тем, что же предпринять, и ничего не мог придумать. Джун стоял на его пути. После злополучного вечера отец Мисук позвонил и напомнил об оказанных услугах и полезных знакомствах, которые благодаря ему, завязал Кан Бо Ген. А так же не забыл упомянуть про долг и выгодный контракт.

Супруга господина Кана видела, как мучается муж.

- Я говорил сегодня с Джуном, но этот упрямец решительно отказывается от женитьбы. Представляешь, даже уволиться готов, - мужчина сидел перед телевизором и пил соджу. Бутылок набралось много, что обеспокоило женщину. - Видите ли, деньги ему не нужны, - заплетающимся языком произнес он.

- Дорогой, не спеши его увольнять.

У женщины вдруг возникла гениальная идея.

- Избавиться от него всегда успеем. Но приструнить не помешает. Как ты сказал, отказывается от денег? Очень хорошо! Создадим ему такие условия, в которых он волком завоет. Станет искать любую возможность, чтобы получить хоть копейку. Будет стоять, как нищий у церкви, а все станут отворачиваться. Пара месяцев такой жизни, и уверяю, приползет просить помощи и сделает все, как скажем. Он еще не знает, что такое нужда, вот и возгордился.

- Какая ты у меня умная, - восхитился Бо Ген и поднял бутылку. - За тебя, дорогая, и за твою блестящую идею!

Женщина улыбнулась. Господин Ким непременно получит зятя, а они - надежного союзника и часть компании. Нужно только дождаться утра, чтобы рассказать все подробности мужу. Говорить с пьяным не имеет смысла, он все забудет. А у стен тоже есть уши. Женщина взяла бутылку соджу.

- За нас, дорогой, - она сделала глоток и улыбнулась. Жизнь снова заиграла красками.

Глава 14

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 14

Около трех дней Со Джуна никто не тревожил, будто все разом забыли о его существовании. Но внутренне был готов к звонку, который мог перевернуть жизнь и поставить точку в отношениях с родственниками.

Джи Юн, как мог, поддерживал друга, но понимал, что толку от такой помощи мало. Чонха спрашивала, что случилось с начальником, но тот упорно молчал, не желая, чтобы кто-то еще знал о разногласиях в семействе Кан.

Со Джун ходил на тренировки, чтобы хоть как-то отвлечься от проблем и выместить зло на боксерской груше. В пятницу вечером, после тренировки, Джун стоял во дворе дома, погруженный в свои мысли, и тут услышал тихий звук, доносившийся из кустов. На зов никто не отозвался, потому парень решил сам все проверить. Он подошел к зарослям, наклонился, чтобы разглядеть того, кто там сидел. На склонившегося молодого человека с испугом глядели два глаза-бусинки.

- Эй, ты кто? - ласково спросил Джун и протянул руку, которую тут же обнюхали.

Джун, не долго думая, достал из зарослей мягкое теплое существо, которое оказалось собакой. Похоже, малыш был сильно напуган. Маленький, лохматый, с местами слипшейся и грязной шерстью, он замерз и дрожал всем тельцем.

- Где твоя хозяйка? - спросил Джун, оглядываясь вокруг.

Интернет пестрел фотографиями молодых девушек с собачками, и эта порода была наиболее востребована у любительниц покрасоваться. Пушистые шпицы дорого обходились хозяевам, но что такое деньги по сравнению с популярностью и сердечками в сети под фото. За поддержание имиджа "самой модной", девушки готовы были выложить круглую сумму. И никто не думал о том, что собака - не игрушка, которая может наскучить.

Возможно, песик сбежал или потерялся. О том, что кто-то безжалостно выбросил его на улицу, думать не хотелось.

- Малыш, - Джун подумал, что найденыша не мешало бы искупать, слишком сильно от того пахло. - Что мы будем с тобой делать?

Шпиц заскулил и завилял хвостом. Он был таким милым и беззащитным, что не возникало иного желания, как забрать его домой, накормить, обогреть, защитить от непогоды. Тот будто прочитал мысли парня и попытался забраться под теплую куртку.

- Так, давай я заберу тебя домой, а потом видно будет.

Песик немного успокоился и прижался к Джуну, который вошел в подъезд, поднялся на лифте на свой этаж и, придерживая найденное сокровище одной рукой, другой открыл ключом дверь. Прихожую тут же огласил звонкий лай и Джун, впервые за несколько дней, рассмеялся.

Из комнаты, с телефоном в руке, показался Джи Юн. Увидев на полу возмутителя спокойствия, он написал своей девушке, что поговорит с ней позже и положил телефон в карман.

- Где ты его взял? - удивился парень и присел на корточки перед шпицем.

Тот внимательно посмотрел на незнакомца, но потом сделал нерешительные шаги, осторожно приблизился, обнюхал протянутые к нему ладони и дважды чихнул. Джи Юн поморщился.

- Он сидел во дворе, прятался в кустах, - ответил Джи Юн. - Наверное, потерялся.

- Что будешь делать? Ты же не можешь оставить чужую собаку себе? Его, скорее всего, уже ищут.

Джи Юн уже гладил собаку, не обращая внимания на грязную шерсть.

- Напишем объявление и расклеим во дворе, а так же сообщим охраннику. Если кто-то заявит о пропаже - отдадим.

- А если нет? - Джи Юн вопросительно посмотрел на друга. - К тому же, как узнать, кто настоящий хозяин?

- Ты прав. Нужно будет потребовать документы, фото и узнать настоящую причину, почему питомец оказался на улице. Но оставить его там я не мог.

Джун быстро сообразил, у кого можно спросить совета, и написал Анне. Девушка была удивлена появлением собаки не меньше Джи Юна, и одновременно обрадовалась тому, что собака попала в хорошие руки. От нее молодой человек узнал о прививках, чипе, который мог быть вживлен под кожу, корме и купании.

- Вам придется съездить к ветеринару, - Анна смотрела на растерянного Джуна и его питомца на видео.

Да, неожиданно свалилось счастье в виде пушистого комочка, которому требовалась помощь. Как оказалось, в Сеуле в позднее время, в круглосуточных супермаркетах можно было найти не только брикеты с традиционной лапшой, но и товары для животных. Потому Джун отправился в ближайший магазин, оставив собаку с Джи Юном. Побродив среди полок с кормами и средствами по уходу, он взял то, что подходило шпицу и, оплатив покупку картой, вернулся домой.

Первым делом найденыша покормили. Он жадно набросился на консервы и дочиста вылизал миску.

- Посмотрим, что ты там принес, - Джи Юн деловито доставал из большого пакета корм, пеленки и многое другое. - А съедобное что-нибудь есть?

- Кому, тебе или ему? - Джун рассмеялся.

Джи Юн сейчас был похож на домохозяйку, которая встречала мужа с работы.

- Нам обоим, - парень пропустил шутку мимо ушей. - И это все ты купил для чужой собаки? Вот уж повезло кому-то. Будто приданое невесте, чего тут только нет. А это что, шампунь? Купать его вздумал? - друг вертел в руке красивый розовый флакон с ароматом карамели.

- Меньше слов, больше дела, - скомандовал Джун, подхватил на руки шпица и направился в ванную. - Захвати полотенце и шампунь!

Джи Юн покачал головой, но подчинился приказу, и вскоре маленький шпиц был выкупан, высушен и причесан. От него вкусно пахло фруктами, а сам виновник переполоха лежал на сложенном вчетверо пледе и сладко посапывал. Парни переглянулись и оглядели друг друга - оба были мокрыми. Для шпица вся процедура прошла без особого стресса, видно, он к такому привык. Чего нельзя было сказать о друзьях. Ни тот, ни другой большого опыта в подобных делах не имели.

- Придется сменить одежду, - сказал Со Джун и стянул с себя мокрую футболку, обнажившись по пояс. На плече скалился тигр в короне.

Джи Юн покосился на татуировку. Он бы с радостью набил что-нибудь в этом роде, если бы не боялся боли и осуждения старших. В Корее плохо смотрели на тех, кто портил кожу рисунками. Правда, молодежь все больше пренебрегала мнением старших, в особенности молодые парни и публичные личности.

- Все хотел спросить, когда ты сделал татуировку? - поинтересовался Джи Юн, тоже снимая футболку и бросая в стиральную машину.

- Еще в футбольной команде, - ответил Джун. - Если хочешь узнать, жалею ли я, то отвечу - нет. Всякий раз, когда уверенность покидала меня, смотрел на это гордое животное на плече и вспоминал себя в момент, когда решился на этот шаг.

- Может, и я решусь на подобный эксперимент с собственным телом, но точно не сейчас, - произнес Джи Юн и поморщился как от боли.

Ночная суматоха нисколько не отразилась на самочувствии и настроении парней. Джун помнил, что должен съездить к ветеринару, потому предупредил Чонху, что задержится. Джи Юн смотрел на пушистое чудо, которое так грубо вмешалось в устоявшуюся жизнь и нарушило ее размеренный ход. Собаку придется оставлять в квартире одну. Она станет лаять и выть, что тогда скажут соседи? Нет, он срочно составит текст объявления и распечатает его, а после работы расклеит во дворе дома.

Этой мыслью друг поделился с Джуном, когда оба ехали в машине. Шпиц мирно сидел на коленях Джи Юна и смотрел в окошко. Тут парень пригляделся и заметил темное пятно на шерсти, ближе к хвосту. Если вчера его приняли за грязь, то сегодня было отчетливо видно, что отметина никак не связана с этим.

- Может, именно пятно стало причиной, почему собака оказалась на улице, - догадался Со Джун. - Не понимаю таких людей, кто заводит животных ради минутного каприза или отдают дань моде. Чистота породы в таком случае играет большую роль.

- Бедняга, - Джи Юн с сочувствием вздохнул и погладил шпица. - И все же, объявление придется расклеить...

Джи Юн вышел возле метро, а Со Джун поехал к врачу. Получив ответы на все вопросы и рекомендации, он приобрел необходимые вещи, лекарства и вместе с питомцем отправился на работу. Шпиц смирно сидел в купленной переноске и люди оборачивались, чтобы с улыбкой посмотреть на статного молодого человека с сумкой в руке, из которой выглядывала любопытная мордашка. На рабочем месте молодой начальник и его собачка внесли разнообразие в рабочий процесс.

Лим Чонха то и дело прибегала любоваться на пушистое чудо и радовалась, словно ребенок. Даже Джи Юну успела позвонить и рассказать, как Джун переполошил весь отдел, и не известно, как к этому отнесется вышестоящее начальство, особенно председатель Кан.

Джун и сам понимал, что присутствие собаки на работе неприемлемо, а потому ушел домой раньше.

Он покормил питомца, сделал несколько фотографий шпица и послал Джи Юну, чтобы тот сделал распечатку объявления.

- Интересно, как тебя зовут? - задумчиво произнес молодой человек, глядя на найденыша.

Проблем с появлением собаки прибавилось, но тут возникал вопрос: а готов ли Джун теперь расстаться с ней? Казалось, жизнь снова испытывала Джуна, ставя его перед выбором.

Через несколько часов пришел друг и показал стопку листов с объявлением.

- Спасибо, что прислал фото. Пойлу, расклею, - сказал он. - Если ты действительно хочешь этого.

Парень в нерешительности остановился, сжимая бумаги в руках.

- Не желаю, чтобы собака привязывалась ко мне, если у нее есть любящий хозяин, - Джун посмотрел на шпица, который в это время играл с мячиком. - Покончим с этим как можно скорее.

Джи Юн хорошо понимал настроение Со Джуна. В последнее время жизнь друга не баловала и подкидывала неприятные сюрпризы.

* * *

Неприятные сюрпризы случились не только в жизни Джуна, но и в семье Анны. После того, как Марина привела Веронику из школы, сказала, что пойдет к подруге и пропала. Александр сбился с ног, разыскивая супругу, обзвонил всех знакомых, но Марину никто не видел.

Тетя Людмила сидела на кухне, в слезах и пила сердечные капли, а Анна старалась успокоить девочку, которая звала маму. В полиции заявление принимали лишь на третьи сутки. Вещи жены были на месте. На следующий день Александр не пошел на работу, остался дома и что-то искал среди документов. Его взволнованный вид говорил о том, что произошло нечто, из ряда вон выходящее. Упав в кресло, он опустил голову и обхватил колени руками. Мать, обеспокоенная состоянием сына, стала допытываться, что произошло, но не получила внятного ответа. Тогда к брату подошла Анна.

- Саша, есть новости от Марины? - спросила она, надеясь в душе на лучшее.

- Она уехала, - обреченно произнес он.

- Как это - уехала? - до девушки плохо доходил смысл сказанного. - Просто взяла и уехала? Откуда ты знаешь?

Брат молча достал телефон из кармана и дал его сестре. На экране высветилось сообщение:

"Устала от всех вас. Больше так жить не могу. Уезжаю к родственникам, в Белоруссию. Не ищи и не проси вернуться. Прости."

В этом коротком сообщении не было ни слова о дочери и передавало настоящее отношение Марины к мужу и ребенку.

- А как же Вероника? Она же дочь Марины, - ужаснулась девушка.

- Она нас бросила, как ты не понимаешь, - губы Александра искривила усмешка. - Оставила, как ненужный хлам, выбросила из сердца, вычеркнула из жизни. Вот и все.

- Ну, не драматизируй, - Анна подошла к брату и обняла за плечи. - Может, все еще наладится. Хоть Марина и не лучшая мать в мире, но по-своему любит тебя и Веронику. Понимаю, это очень тяжело, но нужно быть сильным. У тебя дочь, подумай о ней.

Александр поднял голову и сердито посмотрел на Анну.

- Понимаешь? Да где там, тебя ведь не бросали.

Людмила Симоновна, заглянувшая в комнату, случайно услышала его слова и попросила все объяснить. Узнав правду, она вдруг схватилась за сердце и упала. А Вероника, на глазах которой все произошло, испугалась и пронзительно закричала.

Пока Александр приводил мать в чувство и вызывал скорую, Анна пыталась успокоить девочку, но та билась в истерике и царапала Анне руки.

Перебрав рецепты Вероники, Анна нашла номер телефона, связалась с лечащим врачом девочки и повезла ее на прием в надежде, что та припишет лекарства. Но ее ждало новое потрясение: врач выписала направление и посоветовала положить ребенка в больницу.

- Как же быть со школой? - растерялась девушка, впервые столкнувшись с такой проблемой.

- Милая, о какой школе вы думаете? - рассердилась женщина. - У девочки сильный стресс, ее спасать нужно!

В подавленном состоянии девушка с ребенком вернулась домой, но ни тети, ни брата там не было. Руки тряслись, когда набирала номер Александра.

- Мама в больнице, - сообщил он.

Анна понимала, что решение придется принимать самой. Дождавшись прихода брата, девушка обрисовала ситуацию в надежде на понимание. Подготовив документы, девушка вызвала бригаду скорой помощи, а потом стала собирать вещи племянницы. Девочка вела себя агрессивно не только по отношению к врачам, но и к родным. Как отец, Александр был вынужден ехать в больницу.

Всю дорогу Анна держала девочку за руку, а по щекам текли слезы. Хотелось обнять ребенка и никуда не отпускать.

Как забирали Веронику и что говорил врач, Анна плохо помнила от пережитого потрясения. Крики девочки, запах лекарств и больничная атмосфера плохо подействовали на нее.

Вернувшись домой, Анна сняла сапоги, куртку и ушла в комнату. Не хотелось ни есть, ни пить, не разговаривать. Девушка пролежала так на кровати, пока не забылась тяжелым сном.

Проснувшись, Анна увидела пропущенные звонки от Лейлы и Джуна. Первым делом она ответила подруге и сообщила, что племянница в больнице.

- Жди меня, сейчас приеду, - сказала Лейла.

Потом написала Джуну и кратко описала положение дел.

"Я безумно хочу оказаться сейчас рядом с тобой. Ты не одна, помни это".

Анна прочитала эти слова и горько улыбнулась. Дурацкая черта характера - замыкаться в себе, когда что-то происходило. Джун чувствовал это и просил поговорить с ним, а не оставаться наедине со своей болью.

- Скоро я поеду в Шотландию. Дядя позвонил сегодня и поручил одно дело, хочет посмотреть, как я справлюсь. Перед Рождеством мы планируем заключить крупную сделку. Как только закончу дела, сразу приеду в Баку. Как смотришь на это?

Все закрутилось и завертелось в ее жизни с бешеной скоростью. Она мечтала о переменах, но не о таких разрушительных, сметающих все на своем пути.

Лейла приехала через час после того, как узнала последние новости. Александр впустил гостью и сказал, что сестра в своей комнате. Разговаривать с ее подругой мужчина не желал, тем более объяснять, что произошло. Настаивать на этом не имела смысла.

В комнате Анны было темно, и девушка включила свет. Зрелище было удручающим: вытянувшаяся на кровати подруга с красными от слез глазами, которые, ко всему прочему, еще и припухли.

- О-о, ты чего разлеглась? - громко спросила девушка. - Никто ведь не умер, так?

Анна вздохнула, села на кровати и спустила ноги на пол. Было холодно, а желудок скручивало в тугой комок.

- Так почему Вероника оказалась в больнице? - Лейла села рядом, на край кровати, поверх одеяла и достала из сумки коробку шоколадных конфет и пачку салфеток.

Когда половина салфеток была использована, а коробка почти опустела, Лейла решительно встала и отошла к окну, не в силах скрыть злость.

- Вот никогда мне Марина не нравилась! Мать-кукушка! О дочери бы хоть подумала.

- Она не думала ни о ком, кроме себя. Но, что толку ругать ее, легче не станет. Мне кажется, все к тому и шло, - вздохнула Анна. - Пойдем, попьем чаю, есть все равно не смогу.

- Знаю, потому сладкое принесла, - усмехнулась Лейла.

На уютной кухне, за чашкой чая жизнь снова показалась не такой уж страшной. Девушки старались больше не говорить о Марине. Анна налила чай в большую чашку и отнесла брату. Чувствовал он себя лучше, но сильно переживал за мать и дочь. Слишком мягкий и нерешительный, он во всем полагался на мать и сестру. И когда-то Марине именно такая мягкость нравилась, но потом, со временем стала раздражать. В итоге накопленное раздражение привело к печальным последствиям.

На кухне было тихо. Слышалось тиканье настенных часов и шипение стекавших капель воды по стоявшему на плите чайнику. К шипению прибавился свист - верный признак того, что завтра погода будет ветреной.

Лейла переписывалась с очередным поклонником и пила чай из кружки с забавной картинкой и надписью: "Каждая женщина - кузнец своего счастья, если мужчина молоток". С лозунгом девушка была абсолютно согласна.

Когда Анна вернулась на кухню, подруга отложила телефон в сторону.

- Сочувствую тебе и Веронике, - искренне хотела поддержать девушку Лейла. - Что теперь? Забота о племяннице ляжет на твои хрупкие плечи?

- Не такие уж они и хрупкие, - Анна налила себе еще чаю и села за стол. - Многое в жизни перенесла, переживу и это.

- Понятно, о своей жизни можно теперь забыть, поставить на себе жирный крест, так?

- Ну, почему, - смутилась девушка, но не нашла подходящих слов, чтобы возразить.

- Конечно, я права, а тебе и крыть нечем. Ты и раньше всю себя посвящала работе, а сейчас и вовсе не до отношений будет.

- Ты не права, - ответила Анна и положила в чашку дольку золотистого лимона, от которого чай сразу посветлел. - У меня есть отношения с одним молодым человеком.

- Так-так, это лучшая новость дня, - усмехнулась Лейла. - Почему лучшая подруга не в курсе? Я тебе рассказываю обо всем, что происходит в жизни. А ты решила скрыть такой важный факт? Кто он, чем занимается? И почему не здесь, когда тебе нужна помощь и поддержка?

- Я ничего не утаивала, просто не хочу торопиться, так как не во всем уверена.

- Может, расскажешь подробнее? Заинтриговала.

Лейла ухватилась за возможность перевести разговор на другую тему, как за спасительную соломинку.

- Что рассказывать? - Анна пожала плечами. - Он кореец, живет в Сеуле, работает в компании.

- У вас это серьезно или так, чтобы повысить самооценку? Что ты о нем знаешь? Интернет - большая сеть, в которой есть как хорошее, так и плохое. Если что-то получится, сможешь ли оставить Веронику, предать ее во второй раз? От девочки отказалась мать, а следом уедет любимая тетя?

- Нет, я не сделаю такого, - сердце Анны снова сжалось от жалости к девочке. - Но всегда есть выход, нужно только время, чтобы все встало на свои места. Ох, Лейла, мне так плохо, - Анна разрыдалась в объятиях подруги, которая, как могла, утешала ее.

В это время на столе завибрировал телефон и появилось сообщение. Лейла взяла гаджет и посмотрела на экран.

- Это он? - спросила девушка, показывая фото. - Да, красивый, но не слишком ли молод? Мне даже иногда кажется, что эти китайцы - вампиры, так как долго остаются молодыми. Может, разведаешь секрет?

- Он кореец, - поправила Лейлу подруга, читая сообщение.

- Один... в общем, азиаты для меня на одно лицо.

- Как и мы для них, - улыбнулась девушка.

Шутки шутками, но Лейла даже представить не могла, что дело примет такой оборот. Жених из-за тридевяти земель? Она покосилась на подругу и отметила про себя, что та улыбалась. Этому типу, определенно удалось получить рычаги воздействия на девушку.

Анна даже не подозревала о мыслях, бродивших в голове Лейлы и писала Со Джуну о тяжелом дне, о приходе подруги и своем настроении.

- Все будет хорошо, я в это верю, любовь моя. Только не падай духом и не закрывайся от меня, - писал кореец.

- Я стараюсь, но постоянно думаю о Веронике. Она никогда не лежала в больнице, а сейчас там совсем одна. Родственникам запрещено оставаться там.

- Девочке нужен хороший психолог. Надеюсь, там ей помогут.

- Теперь ты понимаешь, что творится в моей душе... Мне тяжело находиться дома, когда ребенок там, - делилась переживаниями Анна, не обращая внимания на слезы, которые затуманивали глаза.

- Сердцем, разумом и душой я рядом, мой прекрасный ангел, - ответил Джун и послал картинку с ангелом. - Давай поговорим по видео.

- Не могу сейчас, Джун, - Анна вытерла слезы. - Возможно, чуть позже, извини.

- Хорошо, не стану настаивать. Но не надо плакать. У меня сердце разрывается, когда думаю, что ты осталась одна наедине с проблемами, а я ничем не могу помочь. Представь, что мы вместе и я крепко обнимаю тебя.

Анна улыбнулась сквозь слезы. Представить это было легко. Сотню раз она закрывала глаза и видела его комнату, подходила и обнимала. Интересно, что чувствовал в эту минуту Джун? Спросить об этом девушка боялась.

Пообщавшись с молодым человеком еще немного, Анна написала, что поговорит с ним завтра, и отложила телефон. На душе стало чуть теплее. Лейла не стала донимать подругу расспросами, все и так было видно по лицу.

В коридоре раздались шаги и хлопнула входная дверь - ушел Александр. Девушки переглянулись.

- Ничего, пусть идет, ему полезно развеяться, - Лейла остановила подругу, которая хотела догнать брата. - И тебе не помешало бы сменить обстановку. Собирайся, поедем ко мне. И нечего делать такие глаза. Тетя в больнице, Вероника тоже, Александр ушел в себя. А ты что, должна сидеть и сторожить дом?

- А Муся? - Анна с неуверенностью посмотрела на дремавшую на подоконнике кошку, которая дернула ухом.

- Нет, ну ты себя послушай, - хмыкнула Лейла. - Что с твоей Мусей будет? Она не раз оставалась одна. Корма насыпь ей, воды налей. Звякнешь брату, пусть посмотрит за нею. Справится, не маленький.

Анна проследила взглядом за подругой, которая решительно достала из сумочки тетрадный лист с ручкой и написала пару строк.

- Все, готово, - довольно произнесла она и положила листок на стол, прихлопнув ладонью.

Кошка, спавшая до этого, приподнялась и открыла глаза. В доме происходило много странного. Перемены витали в воздухе, как призраки.

* * *

Джун вышел из машины и закрыл дверцу. То же самое сделали Джи Юн и Чонха, которая держала на руках шпица. К милой собачке невозможно было не проникнуться симпатией. Молодые люди решили собраться вместе перед отъездом Со Джуна и поехали в Инчхон, а Чонха настояла на том, чтобы взяли собаку с собой.

Хозяева ее так и не появились, хотя Джи Юн не терял надежды, что они еще объявятся. Песик, оказавшись на улице, сильно волновался и норовил выпрыгнуть из рук, так заботливо державших его.

С собаками в заведения не пускали, но это было не так важно, ведь лотки с вкуснейшей уличной едой стояли на каждом углу и манили к себе аппетитными запахами. Друзья прохаживались вдоль рядов, а шпиц забавно крутил головой и тянул воздух носом.

Чуть поодаль от лотков стояли скамейки, где любой мог сесть, чтобы перекусить и запить все лимонадом. Со Джун, как старший в компании, накупил разных вкусностей, несколько жестяных банок с напитками и вместе с друзьями расположился на деревянной скамье, окрашенной в зеленый цвет. Погода стояла чудная и располагала к прогулке. Чонха не столько ела, сколько возилась со шпицем и угощала его кусочками мяса.

- Не разбалуй собаку, - рассмеялся Джи Юн, - а то хозяева рассердятся, когда получат вместо маленького шпица откормленного поросенка.

Девушка сморщила носик и с осуждением посмотрела на парня.

- Вы его вообще кормите? Вон, какой голодный.

- Не беспокойся, у Джуна никто голодным не останется. А этот пес родился под счастливой звездой, правда, Джун?

Парень задумчиво жевал кусок булки, почти не ощущая вкуса, и, казалось, не слышал вопроса.

- Эй, ты где витаешь? - спросил Джи Юн.

- Наверное, думает о своей девушке, - догадалась Чонха.

Со Джун не хотел обсуждать проблемы Анны, но размышлял над тем, как ей помочь.

- Вот так всегда, - нахмурилась Лим Чонха. - Если начальник Кан стал немногословен, значит, что-то случилось. У вас проблемы, сабоним Кан?

- Не у меня, у моей девушки, - ответил Джун.

- Так поезжай к ней, - советовал Джи Юн. - Не думаю, что кто-то будет против. Впереди еще праздники.

- Правда, о собаке мы с Джи Юном позаботимся. Кстати, как его назвали?

- Не знаю, стоит ли давать собаке новое имя, - Джун встал и стряхнул крошки с брюк. - Я бы назвал его Канчо.

- Канчо? Тогда, так и стану называть, - обрадовалась девушка.

Шпиц весело залаял и завилял пушистым хвостом. Молодые люди сложили пустые картонные упаковки в пакет и бросили в урну. Девушка взяла песика на руки и улыбнулась. Длинноногая, в короткой расклешенной юбке и розовой куртке, она приковывала к себе восхищенные взгляды парней, что очень не нравилось Джи Юну. Он встал рядом, поближе, чтобы все видели - это его девушка, и на губах Джуна невольно появилась улыбка.

- Ребята, вы отлично смотритесь, - рассмеялся он. - Надеюсь погулять на вашей свадьбе.

Чонха смущенно потупила глаза, а Джи Юн обнял ее за плечи.

- Потому я и попросила вас приехать сюда, - сказала она с воодушевлением. - Здесь, неподалеку, есть известные предсказатели.

- Зачем тебе к этим шарлатанам? - Джи Юну не нравилась идея. Он верил только в то, что можно увидеть, потрогать, пощупать руками. - Разведут на деньги и расскажут то, что и так сама знаешь.

- Вот уж нет! - не сдавалась девушка. - Я слышала об одном Пек Ун Сане. Он делает предсказания даже политикам. И последнего президента предупредил о скором смещении с должности.

- Ха, тогда грош - цена такому предсказателю, - расхохотался Джи Юн. - Тем более, итог и так известен. Все знают, как заканчивается карьера наших президентов.

Лим Чонха насупилась, но потом гордо вздернула подбородок. Она не собиралась сдаваться. Все равно, пойдет и погадает на судьбу, а Джи Юн пусть стоит под дверью и кусает локти.

Как ни отговаривал парень любимую, сделать ничего не мог. Спустя полчаса молодые люди стояли в узком переулке, пестревшем рекламными вывесками. Поискав нужную, они остановились у неприметной и обшарпанной двери. Удивлению Чонхи не было предела.

- Что же я не вижу богатства, заработанного бешеной популярностью, - хмыкнул Джи Юн и покосился на спутницу. - Где роскошные апартаменты, золотая вывеска, как у других?

- Все потому, что сабониму Пеку это не нужно, - ответила девушка и нажала на кнопку звонка.

Дверь долго не открывалась, и молодые люди решили, что там никого нет. Чонха расстроилась и прижала к себе песика. Так не хотелось уходить, не поговорив с магом. И когда друзья повернулись спиной, дверь неожиданно открылась. На пороге стояла женщина с седыми волосами и в очках.

- Девушка с собачкой, самая нетерпеливая, может зайти, - сказала она с улыбкой. - Сабоним Пек вас ждет.

Чонха еще больше удивилась и проигнорировала замечание Джи Юна о скрытых камерах. Она, не мешкая (Когда еще так повезет!), вручила шпица Джуну и вошла в дом. Дверь за нею сразу захлопнулась. Парни переглянулись.

- Сейчас накрутит ее этот маг, внушит что-нибудь, а Чонха поверит, что так сошлись звезды, - сердился Джи Юн.

- Почему так злишься? - улыбнулся Со Джун. - Удовлетворит девушка любопытство, только и всего. Отнесись к этому, как к походу в салон красоты. Или у тебя личные счеты с прорицателем?

- Смейся-смейся, - проворчал Джи Юн. - Она, между прочим, твоя помощница. Чонха такая доверчивая. Что, если он скажет, будто мы не подходим друг другу?

- А, так вот, в чем дело! Нет, не думаю, что она так быстро откажется от тебя, даже если маг станет настаивать. Так что, расслабься и жди очереди.

- Нет, я туда не пойду, - замахал руками Джи Юн. - Никогда не доверял колдунам и не мечтал попасть к ним. Если хочешь, можешь идти сам.

Джун улыбнулся и отказался от предложения. Не потому, что не верил, а потому, что боялся услышать какую-либо тайну. Куда как спокойнее жилось без открытых секретов.

Через пятнадцать минут из дома с красной черепицей вышла Чонха с загадочной улыбкой на губах. Встретившись взглядом с Джи Юном, она пригладила волосы и потупила взор.

- Как все прошло? Узнала что-то хорошее? - спросил парень.

- Да, и даже больше, - ответила Чонха. - До сих пор под впечатлением.

- Рад за тебя. Тогда можем идти? - Джи Юн взял девушку под руку.

- Не так скоро, - Лим Чонха ускользнула от него и забрала собаку у Джуна. - Прорицатель зовет вас, господин Кан.

Джи Юн снова выразил свое подозрение и недоверие и посмеялся над Чонхой.

- Ладно, можешь сколько угодно твердить, что господин Пек Ун Сан мошенник и обманщик, но то, что он поведал на сеансе, знают лишь единицы. Так что, начальник Кан, вы идете?

- На твоем месте я бы хорошо подумал, - хмыкнул друг, гладя шпица на руках Чонхи. - Канчо, сейчас твой временный хозяин совершает большую глупость.

Девушка обиженно надула губы, а Со Джун попросил пожелать ему удачи и поднялся по ступенькам. Сердце гулко стучало в груди, а по телу прошла волна озноба, будто кто-то сверху опрокинул ведро ледяной воды. Он толкнул дверь и вошел в просторное помещение, где пахло деревом, старыми книгами и благовониями. В темном коридоре для посетителей поставили стулья с мягкой обивкой, а на стенах висели флаг Кореи и портреты политических деятелей. На самом видном месте повесили панно с изображением дракона, держащим в лапах огромную жемчужину. Панно было написано в китайской технике и, разбираясь в живописи Востока, Джун понимал - перед ним антиквариат.

Из комнаты вышла та же самая улыбчивая женщина, поклонилась и позвала посетителей за собой. Перешагнув порог, Джун очутился в большом просторном кабинете с одним окном с приспущенными жалюзи. Первым, что бросалось в глаза, были стены, увешанные старинными изображениями из древних книг, картой звездного неба, фотографиями из различных точек мира, где располагались места силы.

Одна из карт земного шара была очень необычной, с закрашенными черными участками.

У окна стоял большой массивный дубовый стол с дорогим, невероятно красивым глобусом, книгами, подставкой для ручек и стопкой бумаг. В них содержались ценные записи с расчетами и натальными картами постоянных клиентов и тех, кто однажды доверил Пек Ун Сану посмотреть свою судьбу.

За столом сидел щуплый мужчина лет пятидесяти, ничем не отличающийся от обычных корейцев. Встреть такого на улице, и никак не догадаешься, что перед тобой известный астролог, нумеролог и хиромант. Строгий коричневый костюм из добротной ткани, возможно, был пошит на заказ, только и всего. Господина Пека мало интересовал внешний лоск. Здесь человек уже не работал на имя, имя само работало на него.

Свой кабинет мужчина унаследовал от отца, а тот - от своего отца. За многие годы практики прорицатель успел сделать прогнозы многим известным людям, и ни разу не ошибся.

Увидев молодого человека, он указал на место напротив себя, а потом попросил назвать имя и дату рождения.

- Разве вы не знали, кого зовете? - спросил Со Джун, которому передался скептический настрой Джи Юна.

Мужчина отложил ручку в сторону и поднял глаза на сидевшего парня.

- Нет, не знал. Вас привела сюда мать, - ответил он.

От такого ответа по телу побежали мурашки и перехватило дыхание.

- Вы уверены, что это была она? Вы видите духов?

- Можете сомневаться, это ваше право. Но ваша мать была здесь. Она показала образ молодого парня в светлой куртке, с собакой.

- Допустим, я поверю, что это не видео с камер. В таком случае, зачем она указала на меня?

- Думаю, вам нужна помощь, господин...

- Кан Со Джун, - помог ему парень.

- Прекрасно! Не станем задерживать ваших друзей. Дайте вашу руку.

Джун, нехотя протянул ладонь, которую мужчина взял в свои руки и некоторое время пристально рассматривал. Он хмурился, что-то шептал, стуча по ладони пальцем, будто хотел сдвинуть слой пыли, осевшей на тысячелетний песок. Затем выпустил ладонь Джуна, взял карандаш, нарисовал на листе бумаги круг, разделил его на неравные сегменты и начертил непонятные символы. А дальше стал рассказывать Джуну о его жизни, о травмах, о гибели отца и смерти матери. Джун слушал и не понимал, как по ладони можно прочитать всю жизнь человека.

- Сейчас вы стоите на распутье, господин Кан. Дальнейшая жизнь зависит от того, какую дорогу выберете. У вас была любовь, но все закончилось печально. А сейчас в душе вновь поселилось чувство, но вам сильно мешают.

- Случайно, не Чонха все рассказала?

- Девушка, что была тут до вас? - мужчина улыбнулся. - Нет, зачем ей это нужно? Господин Кан, за многие годы работы я встречал разных людей. И неверивщих среди них было предостаточно. Не собираюсь никого переубеждать, но знаю, что и у вас кое-какие способности имеются. Иначе не сидели бы сегодня на этом месте. Недавно вы чудом избежали смерти, и помогла в этом мать.

Ддун почувствовал, как сжимается сердце и, расстегнув куртку, глубоко вздохнул. Мужчина молча достал из стола бутылку с водой и подал парню.

- Возьмите. Всегда держу в запасе парочку. Очень помогает, знаете ли.

Пока Джун открывал бутылку и пил воду, предсказатель набросал на листе еще несколько загадочных символов, построив из них хитрую конструкцию.

- Вы рождены быть богатым и знаменитым, но есть люди, кто мечтает занять ваше место и подчинить себе.

- Дядя и его жена, - усмехнулся Со Джун.

- Все так, опасность исходит от родственников, - подтвердил прорицатель. - В намечающейся поездке поджидают неприятности. На вашем месте я бы остался в Сеуле.

Мужчина водил по символам заточенным карандашом и делал заметки.

- Я не могу отказаться, - расстроился Джун. - Мне доверили заключение контракта с иностранной компанией. Если нет угрозы для жизни - я поеду.

- Угрозы жизни нет, - задумчиво произнес астролог. - Но поездка запустит процесс трансформации. Поверьте, после нее вы вернетесь в Сеул совершенно иным человеком.

- Трансформация? Что это значит? - не понимал парень и вспоминал, где мог уже слышать об этом.

- Перемены в жизни через боль и страдания, - объяснил мужчина. - В этом случае можно все потерять, но обрести нечто большее.

- Вы говорите загадками, - Со Джун покачал головой. - В любом случае, благодарю за предупреждение.

Молодой человек встал и спросил, сколько должен за прогноз. Предсказатель назвал сумму, и Джун поразился, насколько она была мала.

- За долгие годы, что я нахожусь в этом кабинете, это второй случай, когда посетителя приводит призрак. Для меня это тоже бесценный опыт, поверьте. Наверное, мама очень любила вас.

- Да, любила, - Джуну стало нехорошо от потрясения и нахлынувших воспоминаний.

- Но есть еще два человека, кто искренне любит вас, господин Кан. И только от вас зависит, будете ли вы вместе. А еще помните, что даже одна спасенная жизнь засчитывается там, наверху.

- Прощайте, - Джун поклонился и вышел из кабинета.

- До встречи, господин Кан, - грустно улыбнулся Пек Ун Сан и положил лист с картой к остальным. Он-то уж точно знал, что эта встреча не была последней.

Скорее на свежий воздух! Со Джун быстрым шагом прошел по коридору, поклонился женщине у дверей и спустился к друзьям. Чонха и Джи Юн играли с собачкой, чтобы скрасить время ожидания. Увидев начальника, бледного, в расстегнутой куртке, девушка испугалась и спросила о его самочувствии.

- Все в порядке, - ответил молодой человек.

- На тебе лица нет, будто призрака увидел, - Джи Юн покачал головой. - Что такого сказал прорицатель?

- Долгая история, - отмахнулся Джун. - Правда, от поездки отговаривал.

- Меня тоже удивило предложение твоего дяди, - сказал Джи Юн. - Может, он хочет, чтобы ты на время уехал, тогда господин Ким отстанет от вас. Знаешь, как говорят? С глаз долой - из сердца вон.

Лим Чонха молча слушала разговор парней, пока шла за ними. Ноги немного устали от ходьбы на каблуках и долгого ожидания, но девушка не жалела о том, что поехала. Да и присутствие Канчо внесло разнообразие. Изестие о том, что начальник вынужден будет уехать, расстроило ее. Да, у них сплоченный коллектив, отличная команда, но часть забот теперь ляжет на плечи заместителя начальника и ее. Предложение перенести поездку было встречено холодно. Отказ воспримется дядей как нежелание сотрудничать, бунт на корабле и подрывание авторитета.

- Что делать с Канчо? Оставить с Джи Юном? - спросила девушка, переживая за судьбу собаки.

- Пока не найдется настоящий хозяин, - ответил Со Джун. Он тоже думал об этом, но взять с собой шпица не мог.

- Билет уже куплен, на понедельник, - сказал он друзьям, открывая дверцу черного "Мерседеса".

В машине было тепло, и Канчо, переполненный впечатлениями, уснул на коленях девушки. Под нежные лирические песни время в поездке пролетело незаметно, и к вечеру друзья были в Сеуле. Чонху отвезли домой, а сами отправились в район Каннам.

Все мысли Джуна были сейчас об Анне. На сообщение девушка ответила не сразу и написала, что на время останется у подруги, так как чувствовала себя ужасно.

- Подожди совсем немного, я скоро приеду, и вместе решим проблемы. Я ни за что не оставлю тебя наедине с горем.

- Если я не могу обнять любимого, я обнимаю его своими молитвами, - ответила Анна.

- Какие прекрасные слова, обязательно запомню, - писал Со Джун, а в душе щемило от нежности.

Про предсказание парень не сказал ни слова, но был удивлен, когда девушка рассказала о тревожном сне и просила Джуна не приезжать сейчас.

- Чувствую, что может произойти что-то нехорошее. Прошу, повремени немного и приезжай весной или летом.

- Разве ты не хочешь увидеться со мной? - нахмурился Со Джун. - Мы же обо всем договорились. Поездку отложить не могу, это не мое решение.

В ответ пришел грустный смайлик.

- Когда твой рейс? - тревожилась Анна.

- В понедельник, в пять утра.

- Прошу, будь осторожен. Я буду молить за тебя небеса.

- Не волнуйся, я знаю, что все будет хорошо, - успокаивал Джун любимую, но у самого на душе скребли кошки.

Глава 15

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 15

Тише, малыш мой

Не плачь, засыпай

Слушай теченье реки

И колыбельную запоминай

Буду с тобой в снах твоих...

(перевод текста песни "Колыбельная реки")

Со Джун стоял в аэропорту и смотрел на табло, даже не замечая проходивших мимо стюардесс. Высокие, стройные, в строгих костюмах, с прическами за сто долларов, они были похожи на моделей или актрис из корейских дорам. Бортпроводники не уступали им по красоте и элегантности.

Молодого человека никто не провожал, да и не нужно было, Джун привык ездить один. И в небе чувствовал себя в безопасности.

В зале ожидания собрались люди разных возрастов. Матери пытались успокоить детей-озорников, не желавших сидеть смирно и ерзавших на высоких креслах. Молодые парни в спортивной одежде стояли с рюкзаками за плечами.

Мужчины в деловых костюмах и длинных пальто, держали за ручку чемоданы. Пожилые женщины и мужчины с осуждением смотрели на шумных детей и родителей, которые не могли успокоить их.

Девушки, веселые, как стайка разноцветных попугаев, стояли у окна и фотографировались, подтрунивая друг над другом, ловили на себе заинтересованные взгляды парней и недовольные - стариков.

Время незаметно летело, и вот уже на табло высветилось название: ЭДИНБУРГ. Джун не понимал, почему дядя решил сотрудничать с шотландцами, а не с англичанами. Прямо перед отъездом господин Кан лично явился к племяннику в квартиру и передал папку с документами.

Стоя посреди комнаты, он с интересом разглядывал картины на стенах и мысленно оценивал, во сколько сестре обошлось обустройство этого уютного гнездышка в самом центре Сеула.

Появление Джи Юна показалось не очень приятным сюрпризом. О том, что парень работал в их компании, господин Кан знал, но не думал, что молодой человек до сих пор живет у Джуна.

Увидев высокого гостя в квартире, Джи Юн сильно смутился и поклонился ему как можно ниже, а потом предложил кофе.

- Не нужно, юноша, я уже ухожу, - резко ответил дядя Джуна.

Он ничего не сказал по поводу того, что друг остается с племянником, но было видно, это ему не понравилось. Слишком тесное общение между сотрудниками не приветствовалось. Ничего, пусть только Со Джун уедет,тогда в компании наведут порядок...

Стоя у регистрационной, Со Джун вспомнил выражение лица дяди, на котором отражался весь спектр эмоций. О чем он думал в тот момент?

От мыслей Джуна отвлек голос симпатичной девушки в форме, которая просила предъявить паспорт и билет. Стандартная процедура, которую он проходил не раз. Почему же так неспокойно на душе, от чего дрожат руки?

И вот он уже роняет паспорт, извиняется перед стоящими в очереди, поднимает документ и отходит в сторону. Мысленно ругает себя за впечатлительность и продвигается к выходу. И замирает в двух шагах от двери, моргает, будто в глаза что-то попало или в надежде, что видение исчезнет. Навстречу Со Джуну идет женщина в белом пальто и грустно улыбается.

- Мама, - шепчет Со Джун и оступается, чуть не налетая на идущего позади него человека.

Тот поддерживает неуклюжего молодого человека и качает головой.

- Эй, парень, с тобой все в порядке? - слышит Джун голос, звучащий как через вату.

Голова кружится, а во рту появляется привкус горечи. Он берет себя в руки и отвечает, что все хорошо, хотя это сущая неправда. Отвлекается на секунду, и видение исчезает.

- Пить надо меньше, - бурчит под нос мужчина, недовольно хмуря брови.

Джун делает неуверенные шаги и выходит в открытую дверь. Холодный свежий воздух отрезвляет его.

- Я не пил, - произносит он и достает из кармана телефон.

В самолете гаджет придется отключить, а время полета - более двадцати часов. Замерзшие пальцы печатают слова:

"Доброе утро, моя любовь. Сажусь в самолет. Очень скучаю и люблю".

Набрав в легкие побольше воздуха, Со Джун прячет телефон в сумку с надписью Louis Vouton и направляется к трапу.

* * *

Анна так и не смогла достучаться до брата. Сообщение, что она отослала, было прочитано, но ответа не последовало. И к тревогам за племянницу добавились мысли об Александре.

Квартиру, в которую приехала девушка, Лейла снимала у подруги за чисто символическую цену и жила тут уже несколько лет. Анна приходила сюда, пусть не часто, но всегда получала совет и поддержку. Как любила говорить ее бабушка, одна голова - хорошо, а две - лучше. И правда, поделившись с подругой наболевшим, выяснялось, что не так страшен черт, как его малюют.

Лейла любила говорить, что для того и существуют лучшие подруги, чтобы решать проблемы сообща. И смеялась над американцами, которые для этого ходили к психологам.

- Ты ешь, - девушка поставила перед подругой тарелку с хингялом, на котором сверху лежал слой жареного с луком фарша и рубленной зеленью. - Вот, еще и гатых.

Анна думала о том, насколько подруга не любила готовить и что все это было сделано ради нее. Но есть совсем не хотелось.

- Я же не умирать тебя забрала, - сердилась она.

- Всегда любила твой черный юмор, - хмыкнула Анна.

- То не юмор, а реалии жизни. Или ради китайца так стараешься? Не бойся, к лету похудеем, - сказала она, поливая гатыхом горку на тарелке. - Пусть еще спасибо скажет, что такая красотка на него внимание обратила.

- Ну, допустим, красавицей я себя не считаю, - возразила Анна, пробуя еду на вкус. - Хотя Джун сравнивал меня с образами эпохи Возрождения.

- Он не так глуп, - заметила Лейла, накалывая на вилку кусочек теста. - Если только эти мысли действительно принадлежат ему, а не кому-то другому. Что скажешь, дорогая?

- Я уверена в нем, - твердо ответила девушка. - Джун образован, начитан, целеустремлен. К тому же, работал заграницей.

- То, что вы общались по видео, еще ни о чем не говорит. Следовало бы пообщаться с ним подольше, а потом приглашать в Баку. Тогда и увидишь, что будет дальше. Если относится к тебе серьезно, то приедет. А если врет, найдет отмазку.

Анна не знала, стоило ли говорить, что кореец уже собрался приехать в гости? Что, если у него не получится вырваться к ней из Шотландии? Лейла могла записать его в лгуны.

Время в доме подруги летело незаметно. Часы только показывали десять вечера, а тут уже первый час ночи. Девушки допили ароматный чай с чабрецом и разошлись по комнатам.

Анна переоделась в мягкую пижаму и легла под теплое одеяло, но заснуть никак не могла. Она включила ночник и стала смотреть на тени, скользящие по потолку. Свет проникал в прорези на плафоне и превращался в фигурки. Выглядело это просто сказочно!

Анна сразу погрузилась в мир магии и волшебства, представляя дальнейшее развитие сюжета своей книги. Любимые читатели, ставшие такими родными, несомненно, ждали новую главу. Девушку сильно расстраивало то обстоятельство, что писать быстрее не получалось, сколько бы ни старалась. Будто кто-то перекрыл поток вдохновения, оставив лишь тоненький ручеек, который со временем мог иссякнуть.

Мучимая стыдом, девушка закрыла лицо руками и расплакалась. Слезы текли по щекам и скатывались на подушку, не принося облегчения. На душе было горько и обидно, особенно от воспоминаний о первых книгах, которые писались невероятно легко, словно кто-то другой вел руку и выводил слова.

Как вернуться снова к тому потоку, чтобы радовать читателей, она не знала. Но чувствовала незримое вмешательство в жизнь. Человек, которому очень хотелось положить конец ее творчеству и лишить радости от любимого дела.

Всегда ли добро побеждает зло? Этот вопрос Анна часто задавала себе. В ее книгах всегда торжествовала справедливость, но в жизни нередко бывало иначе. Должно ли добро быть с кулаками? И почему вообще на земле существует зло? Наверное, зло это недостаток любви...

Анна задремала и не слышала, как на телефон пришло сообщение от Джуна. Свет ночника так и горел, а на стенах плясали ведьмы в остроконечных шляпах, коты выгибали спины, а огромные тыквы жутко улыбались зубастыми ртами.

* * *

Почти весь день Анна провела как на иголках. Сообщение, присланное ночью, было единственным. Поискав в интернете информацию о рейсах из Кореи, она поняла, что следующее письмо получит только ночью. Лейла ушла, но оставила запасной ключ на случай, если подруга захочет прогуляться, но выходить не хотелось.

Девушка умылась, переоделась и заварила чай. Сидя на кухне, она размышляла, чем будет заниматься. "Писать!", - шептал внутренний голос. Наверное, Муза с досадой поглядывала на ту, что пренебрегала даром и так бездумно прожигала талант.

Девушка достала из сумки принесенные тетради и села за стол, мысленно подгоняя себя. Спустя полчаса на бумаге появился текст, настолько корявый и нудный, что был уничтожен тут же безжалостной рукой.

Пришлось браться за текст заново, в чем помогала музыка. Потому девушка нашла в телефоне сборник, и дело пошло веселей. А когда были готовы три листа, девушка включила диктофон и записала песню, которая тронула ее сердце, чтобы послать ее Джуну.

Приготовив на ужин курицу с картофелем, она снова села за стол и продолжила писать. Время бежало, за окнами стало темнеть, а в комнате чувствовался холод. Закутавшись в теплый плед, Анна дописывала седьмой лист. А горячая синяя кружка с дымящимся кофе согревала озябшие пальцы. Вернувшаяся домой Лейла рассердилась на Анну:

- На улице сильный ветер, дома колотун, а ты сидишь и мерзнешь, - девушка нажала на пульте кнопку и с наслаждением встала под теплые струи воздуха, под которыми ее распущенные темные волосы казались блестящими змейками, а сама девушка походила на древнее божество с острова Крит.

- Остановись, мгновенье, ты прекрасно! - процитировала Анна классика и залюбовалась представшей перед нею картиной.

- Я всегда прекрасна, - без тени смущения заявила брюнетка с пышными формами. - Никогда этого не стеснялась. Запомни одну простую истину: что проецируешь в мир, то и получаешь. Хочешь восхищения, научись принимать себя такой, какая есть. На мой взгляд, в тебе слишком много скромности.

- А тебе бы не помешала самая малая ее толика, - парировала Анна.

- Любишь ты спорить, - Лейла перебросила волосы через плечо и заплела их в косу. - Вместе с тем, я дело говорю. Могла бы и послушать совета старших.

- Пойдем уже, старшая, - усмехнулась Анна, вставая из-за стола и откладывая в сторону тетрадь. - У нас разница в три года. Пойдем, покормлю тебя.

- Знаешь, чем задобрить, - подруга улыбнулась, радуясь тому, что не придется стоять у плиты. - Нет, не зря все-таки, мы познакомились. Небеса наконец-то сжалились надо мной и послало повара со стажем.

За ужином Лейла поделилась последними сплетнями, искренне не понимая, почему Анна не испытывала восторга, и догадалась, что от Джуна не было новостей. На тарелках золотился нарезанный соломкой картофель, аппетитные кусочки жареной во фритюре курицы хрустели румяной корочкой, в бокалах искрился лимонад, но на душе теплее от этого не становилось. Анна многое отдала бы, чтоб иметь возможности, как у волшебников, которые могли отмотать время назад и вернуться в прошлое, дабы что-либо там исправить.

Например, рассказать брату, что ожидает его в будущем и посоветовать жениться не на Марине, а на скромной доброй девушке, жившей по соседству. Или не пустить Эльдара в поездку, попросить подождать хоть один день...

В носу тут же защипало, а глаза предательски наполнились слезами. А ведь Джуна она тоже отговаривала, но он все-таки отправился в Шотландию. Не потому ли сейчас в голову лезли дурные мысли? Нет, невозможно изменить ход событий, как в книгах. Все равно, при этом кто-то пострадает.

- Эй, ну ты что? - услышала она голос Лейлы. - Все наладится, вот увидишь. Напишет тебе твой китаец, никуда не денется.

- Кореец, - Анна устала ее поправлять.

- Ты знаешь, что я хотела сказать. И вообще, пора ложиться спать. Если делаешь, можешь писать свою книгу, а мне рано вставать.

- Иди, посуду помою сама, - остановила Анна подругу, которая стала собирать со стола тарелки.

- Ладно, я пошла.

Девушки улыбнулись и пожелали друг другу доброй ночи. Хотя Анна знала, что ночь доброй точно не будет. Закончив убираться на кухне, она выключила свет, прошла в свою комнату, бросив взгляд на дверь спальни. Свет там не горел, очевидно, подруга сильно устала и уже спала. Нужно бы сходить куда-нибудь и развеяться, иначе одиночество сожрет ее, как голодный зверь.

За окном больше не свистел ветер, и в комнатах было тепло. Анна села на кровать и взяла с тумбочки телефон. Снова тишина. Неприятно защемило сердце. На звонок братец не ответил, лишь прислал скудное сообщение, что все нормально.

- Разве это нормально? - задала она вопрос в пустоту. - Нашу семью будто преследует злой рок.

* * *

Самолет приземлился, и Джун выдохнул с облегчением. От долгого сидения затекли ноги и спина, потому он был безмерно рад, когда ступил на твердую землю. В лицо дул холодный ветер, напоминая о суровости края.

Молодой человек прошел в зал и остановился у ленты, по которой скользил багаж. Неприятности начались еще в аэропорту. Прождав свой чемодан более сорока минут, он понял, что возникла проблема.

Разбирательство с авиакомпанией не входило в планы, но пришлось заявить о пропаже и потерять еще около часа, пока не пришел окончательный ответ: багаж был утерян в аэропорту Сеула. После прохождения неприятной процедуры, уставший и злой, Джун покинул здание и поймал такси. Мысленно он поблагодарил Бога за то, что самое необходимое и ценное положил в сумку. В конце концов, пять дней пролетят быстро, глазом моргнуть не успеет, как вернется в Корею. Так думал парень, когда сидел в такси и проверял документы.

До отеля "Дю Вин" он добрался быстро. Оплатил поездку, вошел в открытую швейцаром дверь и замер в восхищении. Холл был украшен гирляндами из хвои и разноцветными лампочками, которые мигали и освещали блестящую мишуру.

Посреди холла стояла громадная рождественская ель, уходившая макушкой далеко вверх и достававшая до второго этажа. Украшенная серебряными и голубыми шарами с золотистыми бантами, ель была похожа на настоящую, а белая посыпка создавала иллюзию снега.

Рыжеволосый парень лет двадцати, одетый в униформу, поинтересовался, есть ли у гостя с собой чемодан и провел к стойке администратора, где его встретили две девушки в строгих бордовых костюмах и мужчина, по всей видимости, менеджер отеля.

Обратившись к Джуну, он спросил, забронирован ли номер заранее, и поискал информацию в компьютере. Джун немного беспокоился, опасаясь, что и здесь возникнут проблемы. Но одна из девушек нашла нужную фамилию и попросила предъявить документы. Спустя пять минут молодой человек стал счастливым обладателем ключа под номером двенадцать.

- Номер класса люкс, - с улыбкой произнесла девушка. - Пять дней, начиная с этой минуты.

- Благодарю, - ответил Со Джун и зажал ключ в руке.

- Простите, один нескромный вопрос, - остановил постояльца менеджер. - Вы намерены продлить срок пребывания в отеле?

- Точно не знаю, но думаю, что управлюсь с делами дня за два. Скорее всего, нет.

- Хорошо. Но если передумаете, дайте знать заранее. Приятного вам отдыха.

Мужчина улыбнулся дежурной улыбкой, но глаза оставались холодными. Это не ускользнуло от внимания Со Джуна, но он не придал тому особого значения, а поспешил к лифту, чтобы поскорей очутиться в номере.

"Это не отель "Оверлук" из книг Кинга", - мысленно одернул он себя, когда лифт со скрипом стал подниматься. "Да, но и это не Америка, а Шотландия, где на каждый квадратный метр приходится по десять призраков, а в лесах бродят фейри".

Со Джун всегда был большим поклонником творчества Кинга, а также имел представление о местном фольклоре. Пусть он и не верил в существование маленького народца, но с уважением относился к чужим традициям и поверьям. А побывать в Шотландии было заветной мечтой с детства.

Когда лифт остановился и двери со скрежетом открылись, молодой человек прошел вначале влево, а потом свернул направо. После овального номера с цифрой одиннадцать он увидел цифру двенадцать. Поискал глазами следующий номер, но тут не оказалось ничего подобного. Похоже, жители Эдинбурга всерьез опасались чертовой дюжины, как жители Поднебесной боялись числа четыре, по написанию похожего на иеролгиф "смерть".

Со Джун усмехнулся и вставил ключ в замочную скважину, легко открыл дверь и вошел в номер. Включил свет - рука сама нашла выключатель на стене - и расстегнул пуговицы на пальто. В номере было тепло и невероятно красиво. Казалось, он находился не в отеле, а в просторном зале старинного замка.

Вместо привычного ковролина на полу лежал теплый шерстяной ковер, который превращал шаги в шорохи. Половину комнаты занимали стол со стульями с гобеленовой обивкой, а вторую половину широкая кровать с вычурной резной спинкой. Большое окно было занавешено плотными тяжелыми гардинами, сквозь которые не проникал солнечный свет.

Напротив кровати висел плазменный телевизор, а под ним расположился высокий камин, имеющийся тут, скорее, для красоты, так как на стене Джун заметил кондиционер.

Сняв с себя пальто, парень повесил его на деревянную вешалку, но потом понял, что это оленьи рога. Интерьер номера кричал о роскоши и старине.

Джун поставил сумку на полку у зеркала и заглянул за окрашенную в белый цвет дверь. Там находилась ванная и душевая кабина. Искусственно состаренный кафель напоминал камни, из которых строились дома в XVIII веке.

За время двадцатичасового перелета молодой человек слишком устал, чтобы принимать ванну, потому снял с себя одежду, нашел в шкафу теплый халат и, надев его, приготовился ко сну. Но сначала послал сообщения Анне и Джи Юну, чтобы они не беспокоились. И только после этого, с чувством выполненного долга, смог уснуть.

* * *

В это время, в Сеуле, аджума Тан Суа тайно посетила магический салон. Чтобы произвести должное впечатление, женщина оделась в дорогую одежду, подобрала подходящие украшения и взяла с собой крупную сумму. Она не поскупится ради того, чтобы претворить планы в жизнь. Обещала же супругу уладить дела, и от слов своих не отступится.

Сейчас она сидела в комнате, освещенной лишь пламенем горящих свечей. Для антуража на круглом столе , накрытом скатертью с шелковой бахромой, стоял большой хрустальный шар, а сама ворожея облачилась в черный бархатный плащ с золотым шитьем. Не хватало только шляпы со звездами, но ее заменил платок.

- Рассказывай, зачем пришла, - произнесла колдунья, касаясь пальцами магического шара.

Гостья недоверчиво покосилась на атрибут магии и сказала:

- Ты, конечно, в прошлый раз хорошо поработала. Но не забывай, кто перед тобою. Вспомни, где я тебя нашла и из какой передряги вытащила. Вижу, ты хорошо устроилась, Гым Хи.

- Не жалуюсь, - та поджала губы и провела рукой по уставшим глазам. На пальцах сверкнули перстни с драгоценными камнями. - За помощь спасибо. Но и тебе не следует забывать, кто сделал тебя богатой, Тан Суа.

От ее слов гостья поморщила свое гладкое лицо - результат отличной работы пластического хирурга - как от звонкой пощечины. Напоминание о том времени, когда стала обязанной кому-то, больно бил по самолюбию. Колдунья умела быть жестокой.

Она внимательно посмотрела на спесивую гостью и сощурила глаза, отчего они стали похожи на узкие щелочки. Вокруг супруги господина Кана клубилась чернота. Вот как, явилась с темными помыслами, что совсем неудивительно. Не она первая и не последняя...

- Говори прямо, зачем пришла в этот раз? Кого хочешь убрать с дороги?

- Эй, поосторожнее со словами, - женщина с опаской обернулась, боясь, что их могут услышать.

- Думаешь, я совсем глупая, чтобы держать того, кто станет подслушивать? - хозяйка салона усмехнулась. - Мне пока жизнь дорога.

- Не сомневаюсь, - съязвила собеседница.

- Тогда, ближе к делу. Кто мешает в этот раз?

- Племянник мужа, - с ненавистью выплюнула Тан Суа.

- Сын той несчастной? - ведьма говорила без сочувствия, скорее, с насмешкой. Но в уме прикидывала, во сколько дамочке обойдется ее желание и чем придется расплачиваться самой ведьме за две загубленных жизни. Может, люди все спишут на несчастный случай, стечение обстоятельств или злую судьбу. Но она-то знала: там, на Небесах, все видят и замечают. Еще один грех вешать на себя не хотелось.

- Снова уничтожить? Нет, дорогуша, больше на такое не пойду! - ведьма стукнула ладонью по столешнице, от чего гостья испуганно вздрогнула.

- Нет, не уничтожить, - масляным голосом проговорила она. - Всего лишь закрыть дороги, на время. Скажем, на месяц или два. Очень нужно, понимаешь?

- Понимаю, отчего же не понять, - женщина противно рассмеялась. - Игры богатых, мечтающих избавиться от родственников, путающихся под ногами. Только учти, что это здесь сестра твоего мужа была бессильна. А там она станет бороться за сына, оберегать и всячески мешать мне.

- Учту, все учту, и хорошо заплачу, только помоги! - клиентка сложила руки в молитвенном жесте.

- Ладно, и в этот раз помогу. Но если что пойдет не так, тяжесть от содеянного ляжет на твои плечи. И расплачиваться станешь сама или ребенок. Поняла?!

Колдунья выкрикнула последнее слово, чтобы до пустоголовой дамочки дошли слова предупреждения и, возможно, она успела бы одуматься прежде, чем совершит тяжкий грех. Но та и не думала отступать.

- Значит, таково твое истинное намерение? Дороги назад не будет.

Ведьма хлопнула в ладоши и закрыла глаза. Губы ее шептали слова заклинания. Потом она встала и подошла к полке, на которой стояли банки. Из одной достала дурно пахнущую траву. Из тумбочки вытащила моток красной пряжи, нож и свечу.

Вернувшись за стол, она зажгла свечу, отмотала длинную нить, отрезала ножом и стала вязать на ней узлы, шепча над каждым слова заклятия. Узлов получилось много, больше десяти. Госпожа Суа не понимала, как какая-то простая нить поможет закрыть дороги племяннику мужа, но в результатах работы колдуньи убеждалась не единожды.

- И что теперь? - с нетерпением спросила клиентка.

- Все, можешь быть спокойна. Застрянет там, где сейчас есть, на несколько месяцев. Сможет ли выбраться оттуда самостоятельно, я сомневаюсь. Если только не догадается, откуда ноги растут. Но где ему, бедному, догадаться, - женщина завязала нить с узлами символом бесконечности, натерла его травой, от запаха которой громко чихнула, и подержала над пламенем свечи.

Тан Суа замерла, боясь пошевелиться и увидеть что-нибудь в магическом шаре. Но ведьма сунула веревку под плащ и погасила свечу. Клиентка разочарованно вздохнула и поднялась со стула.

- Куда? А деньги? - строго спросила колдунья.

- Половину сейчас, а половину после того, как увижу, что твои пассы руками чего-то стрят, - дама открыла сумочку, достала пачку денег и брезгливо бросила на стол.

- Э-э, нет, - колдунья тоже поднялась и стала выглядеть устрашающе. - Всю сумму сразу, иначе развяжу узлы и закрою на тебя. А дух его матери пошлю в ваш дом. И не думай, что сможешь с нею совладать.

Клиентка вздрогнула от неутешительных перспектив и поняла, что лучше заплатить, чем потом мучиться.

- Так-то лучше, - ведьма забрала со стола две пачки и спрятала в карман, где лежала нить. - Всего хорошего, дорогуша.

Госпожа Тан Суа торопливо направилась к двери, но на пороге обернулась и гневно произнесла:

- Не думай, что я забуду твою грубость!

- Я и не думаю, что забудешь, - усмехнулась ведьма. - Но и ты помни, что на месте племянника можешь оказаться сама. Не прощаюсь, потому как знаю, ты исчезаешь на время, чтобы явиться вновь. До скорой встречи.

Тан Суа выругалась, круто развернулась и выбежала на улицу. Дверь за нею со стуком захлопнулась.

* * *

Джун позавтракал, надел пальто, шарф и взял папку с документами. В один карман он положил бумажник, в другой телефон, и вышел из номера. Утро было восхитительным, настроение соответствующим. Молодой человек хорошо выспался, голова была ясная, а настрой боевым.

Парень спустился в холл по старой лестнице с деревянными перилами и подошел к стойке администратора отеля. Объяснил, что желает заказать такси и вернется не раньше, чем через три часа. Машина подъехала к главному входу, и молодой человек назвал адрес, значившийся в документах. Встречу запланировали на одиннадцать утра, и времени хватало, чтобы без опоздания добраться до места.

Офис компании находился в сорока минутах езды от "Дю Вин". Джун смотрел в окно автомобиля и любовался видами города. Эдинбург, сохранивший старинные архитектурные здания, являлся полной противоположностью Сеула с его новостройками и высотками. Проезжая мимо церкви с готическими башенками и шпилями, Джун дал себе слово, что обязательно заедет сюда и помолится, когда закончит все дела. А еще он мечтал показать город Анне...

Когда машина остановилась у низкого одноэтажного здания, мало похожего на офисы в Корее, парень был немного удивлен. Не такой он представлял себе крупную компанию. Расплатившись с таксистом, молодой человек выбрался из машины и задумчиво посмотрел на длинное сооружение из красного кирпича, тянущееся вдоль пустынной дороги. Он поднял воротник, защищаясь от ветра, и направился в сторону, где виднелся вход, перед которым росли высокие ели. Их украсили гирляндами - тоже готовились к Рождеству.

Молодой человек вызвал интерес у охранника, который стоял возле стеклянной двери. На вопрос, здесь ли находится компания Batleys Edinburg, последовал утвердительный ответ. Но мужчина был сильно удивлен, услышав о собрании.

- Вы ошиблись, мистер, - сказал он по-английски, но с большим акцентом. - Сегодня короткий день. Два дня до Рождества, понимаете ли. Начальство давно уехало, остались только менеджер и бухгалтер.

Со Джун похолодел, но взял себя в руки. Наверное, охранника забыли предупредить и проинструктировать, и это он ошибается...

- Прошу, доложите о моем визите заместителю директора. Я только вчера прилетел из Сеула, очень устал, но приехал по делу и не могу вернуться в отель, пока не поговорю с кем-то из руководства.

Мужчина еще раз взглянул на паспорт и визитную карточку, предъявленные в начале беседы. Вид у парня был представительный, хоть возраст не соответствовал занимаемой должности. Но нельзя судить о человеке только по годам. Потому секьюрити достал рацию и связался с менеджером.

Говорили они минут семь, и Джун уже терял терпение. Из-за акцента, с которым произносились знакомые слова, было плохо понятно, о чем говорил охранник. Но он закончил разговор, положил рацию в карман форменной куртки и пропустил парня в фойе.

- Прямо по коридору, третья дверь справа, - указал он дорогу.

Со Джун шел по каменным плитам и слышал, как каждый шаг отдается эхом в пустом здании. В голове не было ни одной мысли, кроме той, что дядя его обманул. Это подтвердил и менеджер компании, которому Джун объяснил причину визита.

Высокий, коренастый, светловолосый мужчина с бородкой, одетый в деловой костюм, встретил его нарочито радушно и с сожалением сказал, что они никогда не общались с представителями из Сеула. Им вполне хватало сотрудничества компаниями из Америки и Ирландии.

- Что же мне делать? - не понимал Джун, собирая документы в папку. - Я прибыл из Сеула для заключения контракта, но возвращусь с пустыми руками? Может, вы пересмотрите взгляды на наше сотрудничество или позвоните директору?

Мужчина улыбнулся и закивал головой, что означало отказ.

- Не вижу в этом смысла. Никто не приедет сюда на Рождество, ради того, чтобы увидеть ваши бумаги. Но предложение мне нравится. Что, если вам еще раз посетить нас весной или летом? Вот моя визитка с электронным адресом, свяжитесь по почте.

Он положил руку на плечо Джуна, подводя к выходу, совершенно не заботясь о том, что тот чувствовал в данный момент.

- Подождите, я наберу номер господина Кана, - Джун достал телефон, который имел подключение к роумингу, но к его удивлению, номер, который работал днем и ночью, находился вне зоны доступа.

Джун почувствовал, как от лица отливает кровь, а ноги становятся ватными. Менеджеру же надоело стоять и ждать, когда неизвестный никому кореец свяжется со своим начальством. Выглядело это все довольно подозрительно, потому молодому человеку предложили сначала все выяснить, а потом принять решение, как быть дальше. Мужчина извинился, что ничем не может помочь и закрыл дверь. Со Джун остался один в пустом коридоре, наедине со своей болью и страхами.

Зачем дядя послал его в Эдинбург, если не хотел заключать сделку с шотландцами? В чем, черт побери, был смысл предложения?

В дверях его встретил тот же самый охранник и поинтересовался, удалось ли решить проблему? Получив отрицательный ответ, он посоветовал не расстраиваться и провести оставшиеся дни с пользой для себя: побродить по Эдинбургу и развеяться.

- Могу подсказать адрес одного местечка, - сказал он, доставая из кармана визитку с номерами и адресом. - Это ресторан с азиатской кухней. Все лучше, чем просто убивать время.

- Благодарю за помощь, - Со Джун взял визитку и попросил помочь вызвать такси.

В дороге он еще несколько раз позвонил дяде, но ни один номер не отвечал, а автоответчик приятным женским голосом просил перезвонить позже.

- Он что, везде меня заблокировал? - в сердцах Джун чертыхнулся. - Разве родственники так поступают?

Молодой человек набрал еще один номер, но и тот был неактивен.

- Это что еще такое? - не понимал парень.

Руки его дрожали. Следовало успокоиться, чего он сделать не мог. Очевидно же, что номер заблокировали в Сеуле. Чтобы он не смог связаться с друзьями? Разве такое возможно? Хотя, с дядиными связями было возможно все.

Таксист остановился у входа и пожелал парню удачи.

- Она мне очень понадобится, - пробормотал парень и открыл дверь.

В зале было светло, играла музыка. Посетителей оказалось слишком много для такого небольшого заведения. Молодого человека поприветствовал администратор и предложил занять столик у окна. Джун снял пальто, шарф и отдал администратору. В зале было тепло. Аппетитные запахи знакомых блюд помогли справиться со стрессом и парень расслабился после ужасно начавшегося дня.

По залу ходили официанты в белых рубашках, черных брюках и жилетах. Все они были выходцами из Кореи и Китая, других сотрудников в ресторан не нанимали. Но публика в зале находилась разномастная, что говорило о популярности заведения как среди местных, так и среди приезжих.

Молодой красивый кореец не остался без внимания со стороны женщин, которые косились в его сторону, томно улыбались и пытались привлечь к себе внимание, то и дело роняя предметы на пол. Самая смелая отчаялась и передала салфетку с номером через официанта. Джун не ожидал, что создаст вокруг своей персоны такой ажиотаж, но приятных эмоций не испытывал. Наоборот, такое повышенное внимание напрягало.

Чтобы освежиться и отвлечься, он вышел в уборную. Умылся и посмотрел на себя в зеркало: вид был уставшим, а под глазами появились тени. И что эти женщины в нем нашли? Посушив руки под струей горячего воздуха, бившей из сушилки, Джун вернулся в зал и позвал официанта, чтобы оплатить счет.

Он взял со стола папку с бумагами, оказавшимися бесполезными, прошел к выходу, забрал пальто и сунул руку в карман, чтобы достать бумажник. Но там было пусто! Джун побледнел и схватился за край стойки.

- Я забыл бумажник в пальто, но теперь его там нет...

- Не может быть, поищите лучше, - смутился официант. - Мне позвать администратора?

- Да, пожалуйста, - попросил Джун. - У меня украли кошелек, но там были кредитки, деньги, документы...

Появление администратора не внесло ясности, наоборот, усугубило ситуацию. Когда Джун предложил посмотреть камеры, чтобы узнать, кто мог взять бумажник, оказалось, что они не работали и прикреплены для видимости.

- Сожалеем, но придется вызвать полицию.

- Обыщите тех, кто имеет доступ к вещам посетителей, - настаивал Джун.

- Простите, но пусть это делает полиция. Вам следовало держать бумажник при себе. И кто знает, может это схема мошенничества, специально строите из себя жертву, чтобы не платить за еду?

- Я приехал сюда на такси, с деньгами и документами! - у Джуна сдавали нервы. - Вызывайте полицию. Через четыре дня я должен вернуться в Корею, но теперь у меня нет ни денег, ни билета.

Весь масштаб катастрофы Джун осознал только тогда, когда озвучил претензии администрации ресторана и прибывшей полиции. Стражи порядка обыскали персонал, но ничего не нашли. Тогда попросили Джуна написать заявление, взяли показания очевидцев, спросили, где остановился пострадавший и обещали разобраться.

Парня, оставшегося без денег, предложили подвезти до отеля. Отказаться он не мог, так как все сбережения остались в украденном бумажнике.

Джун записал номер полицейского и спросил, сколько времени займут поиски?

- Как минимум, три дня, и это в лучшем случае, - офицер старательно отводил взгляд, избегая смотреть собеседнику в глаза, будто что-то не договаривал.

- А в худшем? - Джун затаил дыхание.

- Не нужно думать о плохом...

- Хотите сказать, что возможен худший вариант? Тот, где бумажник не найдут?

- Возможен и такой исход, - полицейский кивнул. - От кражи никто не застрахован. Советую обратиться в банк как можно скорее, чтобы заблокировать кредитки. А еще не попасть в список нелегалов.

- Но у меня самолет через четыре дня! - в отчаянии воскликнул Со Джун. - Деньги, документы, билет, все пропало!

- Обратитесь в посольство Кореи, - бесстрастно произнес офицер. - Зачем вообще вы пошли в этот ресторан, да еще оставили документы в бумажнике? Не знали, какая у заведения репутация?

- Считаете, что нотация мне поможет? - усмехнулся Джун. - Сам понимаю, что сглупил.

- Мы постараемся помочь, но ничего не обещаем, - вмешался второй полицейский. - Где, говорите, взяли визитку?

- Дал охранник из компании, - Джун достал бумагу и показал адрес.

- Разберемся, - полицейский кивнул, обнадеживая парня. Сколько таких каждый день обращалось в полицию, но не всем удавалось вернуть свое имущество обратно. Чаще всего вещи так и оставались не найденными. Конечно, никто не собирался говорить парню правду.

Джуна высадили неподалеку от Дю Вин и уехали. Парень побрел к отелю, не в состоянии думать ни о чем, кроме чашки крепкого кофе. Как хорошо, что в номере стоял маленький холодильник с закусками и кофемашина.

Войдя в отель, Со Джун постарался выглядеть спокойным, пусть думают, что у него все хорошо. Миновав стойку администрации, молодой человек поднялся на свой этаж и открыл номер, благодаря Бога, что ключ не остался в бумажнике.

Сбросив пальто, Со Джун положил папку на стол и опустился на пол. Каким надо быть идиотом, чтобы оставить ценные вещи в пальто! Хуже всего была не пропажа денег, ужасным представлялось исчезновение билета и документов.

Сколько Джун просидел так на ковре, он не знал. Из состояния апатии его вывел сигнал сообщения, пришедшего на телефон. В надежде, что это из полиции, Джун посмотрел на экран. Это было подтверждение успешной операции банка по блокировке карт. Сердце пропустило несколько ударов и забилось вновь. Его ведь предупреждали, что поездка обернется кошмаром. Ну почему он не послушал советов?

Даже призрак появился в аэропорту. Анна! Она ждала от него известий, но что ей написать? Что он ужасный неудачник, глупец, от которого отвернулись Небеса? Что подумает о нем девушка, после того, как узнает слезливую историю о потере денег?

Со Джун обхватил голову руками, пытаясь успокоиться и собрать мысли воедино, но это не помогало. Не помог и разбитый об пол стакан, некстати стоявший на столе. Молодой человек встал, пошатываясь подошел к окну, задернул шторы, снял с себя одежду и обувь.

Он положил телефон на подушку, а сам лег в кровать. Его знобило. Не хватало еще заболеть, вдобавок ко всему. Следовало выпить горячего чая, но вставать не хотелось. Вообще НИЧЕГО не хотелось.

Когда все пошло не так, а он не заметил? Джун завернулся в одеяло, как делал в детстве, когда хотел почувствовать защиту маминых объятий.

Промучившись так больше часа, он стал засыпать, но тут на телефон пришло сообщение от Анны, где она писала, что тревожится. К сообщению прилагалась какая-то запись, и Джун включил ее. Красивый чистый голос пел колыбельную из "Принца Египта":

Тише, малыш, мой

Не плачь, засыпай,

Слушай теченье реки

И колыбельную запоминай,

Буду с тобой в снах твоих.

Волны уносят твою колыбель,

Слушая песню мою.

Буду я помнить улыбку твою,

И улыбнуся в ответ.

Доля твоя в Божьих руках,

Бог мой тебя сохранит...

(перевод песни "Колыбельная реки")

Джун прослушал запись и отложил телефон в сторону. Песня будто отражала все его переживания, а голос убаюкивал и утешал. И пусть Со Джун был уже взрослым, на глаза навернулись слезы. Анна будто чувствовала его состояние...

#АннаДжун

Глава 16

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 16

Джун еще много раз пробовал дозвониться до дяди и его жены, но попытки не увенчались успехом. Его имя будто стерли, вычеркнули из жизни, сделали невидимым, чтобы не докучал со своими проблемами, не тревожил их. Но ведь он все равно хотел уйти из компании. Зачем было принимать такие радикальные меры?

Перед внутренним взором возникла знакомая фигура. Господин Ким, собственной персоной. Вот, кому он обязан своим нынешним положением. Дядя ловко все обставил: теперь племяннику не сбежать из заточения. Интересно, кто еще был в сговоре?

Охранник, вручивший визитку чертова заведения? Или один из официантов? А что, если и менеджер Дю Вин с ними заодно? Сидит тут, в отеле и наблюдает, как станет выкручиваться незадачливый постоялец?

- Сюжет, достойный слезливой дорамы, - усмехнулся Джун своим подозрениям. - Кажется, я становлюсь параноиком или схожу с ума...

Значит, игра за наследство началась, только его забыли предупредить. Любопытно, как много получит победитель? Трон CG-group и принцессу в придачу? На какие еще подлости способны дражайшие родственнички, чтобы оставить племянника на обочине жизни, без гроша в кармане?

Молодой человек был в отчаяньи. Впервые в жизни он остался без денег и связи. Номер, и привязанные к нему контакты знакомых из Сеула, не работали. В чем заключалась проблема, он не мог понять. Возможно, технические неполадки. Но мучили соображения, связанные с неприятной историей с Мисук.

Связавшись с полицией, Джун осведомился, удалось ли выйти на след вора. Его попросили позвонить позже. Когда раздались гудки, парень понял, что делом его никто не занимался. И от этого стало еще больнее.

* * *

Джи Юн уже два дня не мог дозвониться до Со Джуна и пребывал в полном неведении относительно его местоположения. На работе, после собрания, его предупредили о коротком рабочем дне и предстоящих праздничных. Парень поднялся в отдел рекламы и попросил позвать Лим Чонху, в чем ему вежливо отказали.

В сообщении девушка рассказала о визите председателя, который оповестил всех, что начальник Кан задержится в Шотландии. А еще просил быть осторожными и не отвечать на звонки с номера, так как телефон и документы были украдены и ими может воспользоваться мошенник. Как предполагалось, неизвестный представится Со Джуном и станет просить денег.

- Неужели ты поверила? - Джи Юн был в шоке от происходящего.

- Все сотрудники в целях безопасности заблокировали номер. Куда мне было деваться? Хотя я подозреваю, что нам лгут.

- Конечно, врут! - вспыхнул Джи Юн и стукнул кулаком по стене, чем привлек к себе внимание. - Я пробовал связаться с ним, но ничего не выходит, - писал парень.

- То же самое у меня, - пожаловалась Чонха. - Знаешь, кого поставили на место Со Джуна, якобы временно исполняющим обязанности?

- Кого? - напечатал вопрос Джи Юн, оглядываясь, будто кто-то мог увидеть и прочитать написанное.

- Жену председателя Кана!

Тут девушка заметила, что госпожа Тан Суа вышла из кабинета, прежде занимаемого Джуном, и написала парню, что свяжется с ним позже.

Джи Юн чувствовал, что над другом сгущаются тучи, и семейка Кан основательно взялась за племянника, чтобы вытрясти из того душу. Парень не без оснований опасался за физическое, психическое и эмоциональное состояние того, кого по праву считал лучшим другом. Потому дал себе слово, что непременно займется поиском Со Джуна в сети.

Попытка сделать это на рабочем компьютере ничего не дала. А по отделам уже поползли слухи, что у начальника рекламного отдела случились неприятности, и возможно, он впал в немилость у председателя. Скорее всего, его скоро уволят.

После окончания рабочего дня Джи Юн поторопился домой, ведь там его ждал Канчо. Как оказалось, не только он. У подъезда стояла дорогая черная машина с тонированными стеклами, одно из которых опустилось при появлении молодого человека.

- Эй, парень, подожди! - послышался голос, и Джи Юн в замешательстве остановился, не понимая, чего от него хотят.

Сначала из авто вышел водитель в дорогом костюме, явно сшитом на заказ, спешно обошел машину и открыл дверцу перед своим хозяином. В начале, на мокрый асфальт опустилась нога в начищенном до зеркального блеска ботинке, затем показался и сам обладатель эксклюзивной обуви. При виде его Джи Юн низко склонился.

- Тебя ведь Джи Юн зовут? - высокомерно спросил мужчина.

- Да, сабоним Кан, - ответил парень, смущенный тем, что его скромная личность известна такому человеку.

- Пойдем, поднимемся в квартиру. Есть разговор.

Парень согласно кивнул, пропуская нежданного гостя вперед. Водитель опередил их и, взлетев по ступенькам, добрался до дверей первым. Джи Юн только подивился такой прыти уже немолодого мужчины, но его мучил другой вопрос: зачем эти люди появились здесь в отсутствие Джуна?

В лифте мужчины ехали молча, а парень не осмеливался на них смотреть. Оказавшись возле двери квартиры, он поискал в кармане ключи, звон металлического брелока и поворот ключа в замке взбудоражил собаку, которая терпеливо ждала полдня, и радостно залаяла.

- Собака в квартире? - господин Кан брезгливо поморщился. - И как в прошлый раз я не приметил пса?

- Я могу все объяснить, - торопливо заговорил Джи Юн, впуская гостей в коридор и подхватывая Канчо на руки.

- Уж потрудитесь, - бросил господин Кан, глядя на молодого работника, пытавшегося упрятать беспокойного шпица в другую комнату.

- Мы ищем хозяев Канчо. Почти неделя прошла, как развесили объявление. Шпиц потерялся, его нашел Со Джун.

Слова опережали мысли, и парень боялся ошибиться, чувствуя неловкость. Водитель стоял, сцепив руки за спиной и дожидаясь приказа, а господин Кан сразу перешел к делу.

- Давно ты живешь в этой квартире? - спросил он, сверля парня пытливым взглядом.

- Как только Джун посоветовал обратиться в CG-group, так предложил жить вместе.

Видя, как господин Кан меняется в лице, Джи Юн поспешил его разубедить в неправильности догадки.

- Это не то, о чем вы подумали, - кажется, он малость покраснел. - У нас большая семья, и дом находится далеко. Вот Джун и предоставил мне комнату на время.

Водитель отвернулся, чтобы скрыть усмешку, а господин Кан чертыхнулся.

- Ащщ, я уж было подумал, что племянник не такой, как другие мужчины. Это объяснило бы то, почему он отказался от женитьбы на девушке нашего круга. Пришлось бы провалиться сквозь землю, говоря это господину Киму. Да еще слова, что уже встретил любимую... Хорошо, что я ошибся.

Джи Юн сам готов был исчезнуть, испариться, лишь бы не стоять сейчас напротив начальника. Зато подворачивался шанс спросить о самом Со Джуне, что он и сделал. Но той реакции, которая последовала за вопросом, он не ожидал.

Господин Кан нахмурился, выпрямился и грубо ответил:

- Не лезь не в свое дело, парень. Ты ведь живешь тут и не платишь за квартиру? Покажи-ка договор, заверенный нотариусом.

Джи Юн понимал, что его хотят запугать. И, вероятно, с Со Джуном случилось что-то очень нехорошее. Это читалось во взгляде господина Кана, наполненном страхом, будто его поймали на преступлении.

- Документа нет, - честно признался парень. - Но я могу...

- Поздно спохватился, - криво усмехнулся дядя Со Джуна и уселся на диван. Вот ведь деревенщина, не знает, что гостю положено предложить сесть. - Собирай вещи, забирай пса и дай мне ключ от квартиры.

Джи Юн чуть не задохнулся от возмущения. Пусть господин Кан и родственник Джуна, но квартира не принадлежала ему.

- Извините, но ключ я отдам только хозяину квартиры, - сказал парень.

И тут же навлек гнев на себя. Господин Кан побагровел, поднялся с дивана и вплотную приблизился к парню.

- Слышишь, ты, щенок! Хоть понимаешь, с кем говоришь? Я же ославлю тебя на весь Сеул, ни одно приличное заведение не пустят. Дай ключи, по-хорошему прошу.

Джи Юн не мог так поступить с другом, не хотел платить за доброту черной неблагодарностью.

- Я сегодня же перееду в другой дом, но ключ отдам только в руки Со Джуну, - твердо заявил Джи Юн.

- Значит, не хочешь по-хорошему? - господин Кан мерзко усмехнулся, а его безмолвный шофер с сочувствием посмотрел на парня. - Тогда с этого дня ты - безработный. И если завтра тебя заметят в этом доме, то вызовут полицию. Время пошло.

Господин Кан щелкнул в воздухе пальцами и сделал знак сопровождающему. Тот послушно открыл дверь,и мужчина быстрым шагом вышел на лестничную площадку. Джи Юн вздохнул и сжал виски пальцами. Этот визит выбил его из колеи. Своим внезапным появлением дядя Джуна лишь доказал, что замыслил против племянника зло.

Парень выпустил из комнаты собаку, которая тут же радостно залаяла и завиляла хвостом. Получив свою порцию ласки, Канчо стал прыгать и побежал в коридор, откуда вернулся с поводком в зубах.

- Гулять хочешь? - с грустью спросил Джи Юн. - Ох, Канчо, не везет тебе с хозяевами. Завтра нам придется съехать. А еще у меня больше нет работы.

Молодой человек хорошо знал, что свою угрозу председатель выполнит и ни за что не пойдет на уступку. Надев куртку, Джи Юн пристегнул карабин к ошейнику и вывел шпица за дверь. Спустившись на первый этаж, он открыл дверь и осторожно выглянул: машины не было. Парень с облегчением вздохнул и повел Канчо по дорожке.

В то время, как шпиц радостно бежал впереди, парень обдумывал дальнейшие действия. Нужно собрать вещи, забрать собаку и уйти из этого дома. Но куда? Теперь парень сожалел, что не сделал этого раньше. Что скажет Чонха, когда узнает об его увольнении?

Наверное, назовет дураком, и будет тысячу раз права. Против кого он решил выступить? Люди, подобные господину Кану, не терпят неповиновения и бывают не только безжалостны, но и злопамятны.

После прогулки Джи Юн покормил Канчо и позвонил Чонхе. Та выслушала парня, но к его удивлению, не стала читать нотации, а сказала, что гордится им.

- Ты настоящий герой для меня! Не всякий бы отважился противостоять председателю. Жаль, что он так обошелся с тобой из-за каких-то ключей. С другой стороны, теперь становится видно, что он избавляется от людей, поддерживающих племянника. Посуди сам: сначала поставил во главе отдела жену, потом поехал к тебе. Думаю, он в любом случае уволил бы тебя.

- Может, ты и права, - Джи Юн согласился с Чонхой. - Но где мне теперь жить, да еще с собакой? И снова придется искать работу.

- С работой я могу помочь. Если хочешь, переезжай ко мне, и собаку возьми. Но что делать с начальником Каном?

- Буду пытаться найти его в других соцсетях, - воодушевился Джи Юн. Предложение Чонхи окрылило его.

* * *

За стенами отеля разыгралась непогода. Со Джун смотрел в окно и в поминал свой первый день, когда только прилетел в Шотландию. Суровый край для настоящих мужчин, где нет места слезам и слабости.

- Но я не гордый горец, - произнес Джун, вглядываясь в еле различимые вдалеке фигуры, гонимые ветром.

Уныние овладело разумом и сердцем. А отчаянье заставило стучаться в закрытые двери, в надежде, что небеса смилостивятся. Но они были глухи к мольбам несчастного парня.

Документы не нашлись, телефоны знакомых молчали, а посольство не работало. Джун сел напротив окна и стал смотреть, как снежные хлопья кружат в воздухе, а ветви деревьев обретают белоснежные одеяния, похожие на пушистый хлопок.

Сегодня Джун пробовал написать Анне, но и ее телефон не отвечал, что означало одно - приложение не работало. Молодой человек открыл их переписку и перечитал последние сообщения. И тут заметил то, что ускользнуло от его внимания! Он не верил глазам:

- Запиши, на всякий случай, мой номер и электронный адрес. Если что-то случится, пиши на wats app.

Почему он раньше не увидел письмо, оставалось загадкой. Но сейчас был невероятно счастлив, что не потерял главного в жизни человека.

Подключение стало делом техники и не заняло много времени. И первыми словами оказалось незатейливое:

- Привет. Это я, Джун.

От волнения сердце замерло в груди. Вдруг не ответит? Но нет, она ответила.

- Джун, что случилось?! Почему письма возвращаются обратно? Ты в Эдинбурге или уже уехал в Сеул?

- Не знаю, что с приложением Kakao, но потерял связь со всеми друзьями. Ты единственная, с кем я могу говорить. Анна, прошу, не бросай меня...

Джун не хотел говорить о своих проблемах, чтобы не показаться слабым и жалким, но не умел лгать. Потому рассказал все, как есть.

- Ты не пробовал связаться с дядей? - прочитал он. В груди все закипело от негодования при одном упоминании этого человека.

- Дядя это и устроил. Все, чего я хочу сейчас, это вернуться в Сеул, чтобы разобраться с ним. Но, похоже, застряну тут надолго.

Парень сжал кулаки и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Если в порыве ярости разбить телефон, то окажешься отрезанным от всего мира.

Он старался отвечать на вопросы как можно спокойнее, но только Бог знал, как трудно это давалось.

- Значит, ты остался без денег, документов, в дорогом номере отеля, счет в котором оплачен на пять дней? С этим что-то нужно делать. Ты обращался в полицию? Писал в посольство Кореи?

- Этим я занимался последние два дня. В полиции делают вид, что заняты поисками. Посольство будет молчать до окончания праздников. А счет в отеле станет расти в геометрической прогрессии. Быть может, меня выкинут на улицу, я стану бездомным, а потом попаду в тюрьму... Боже!

Джун положил телефон на стол и закрыл лицо руками. От нарисованной им картины кровь стыла в жилах. Телефон мигнул, зазвенел, появилось новое сообщение:

- Возьми себя в руки! Еще не все потеряно! Да, слишком сложная ситуация, но выход есть всегда. Прошу, только не сдавайся, Джун! Ты сильный и все выдержишь.

- Выход? Я не вижу выхода, Анна. Не представляю, что делать. Мне сейчас так тяжело...

- Только не отчаивайся. Вместе что-нибудь придумаем. Нужно лишь немного подождать. Ты говорил, что в Сеуле есть друг. Он тоже не отвечает?

- Джи Юн, - ответил молодой человек. - Он тоже молчит. Но я доверяю ему.

- Напиши его номер. Пошлю твоему другу сообщение на Kakao-Talk.

- Тогда я напишу текст на корейском. Скопируй и пошли ему. И благодарю за помощь, мой прекрасный ангел.

* * *

Анна в задумчивости сидела за столом и смотрела на послание с непонятными буквами. Скопировав его, она открыла переводчик и вставила текст в пустую ячейку. Экран мигнул и выдал:

"Привет, это Со Джун. Я в Эдинбурге, в отеле Дю Вин. У меня украли кошелек и документы. Kakao-Talk заблокирован, связался с Анной. Друг, прошу, загрузи Wats app. Я не понимаю, что происходит".

Девушка мысленно ругала себя за недоверие. Хотела убедиться, честен ли он или нет? Попасть в подобную ситуацию она не пожелала бы даже заклятому врагу. Девушка перебрала в уме все мыслимые варианты, но ничего похожего на выход не представлялось.

Подлила масла в огонь и вернувшаяся домой Лейла. Застав подругу в слезах, она спросила, в чем дело и усмехнулась, когда услышала имя Джуна.

- Так и знала, что с ним не все чисто. Ну подумай сама, что за бредовая история? А главное, как правдоподобно описано. Ну просто Ганс Христиан Андерсен.

- Он попросил связаться с другом. Вот, почитай, я перевела.

Девушка пододвинула телефон к Лейле, но та лишь мельком взглянула на экран и посмотрела на подругу, как на умалишенную.

- И что с того? - она покрутила пальцем у виска. - Я таких сообщений кучу отправлю, это еще ничего не доказывает. Включи мозги, дорогая, он лжет! Красивая история для наивных дурочек. Извини, конечно, но говорю как есть.

Анна тяжело вздохнула. Признаться, и ей лезли в голову подобные мысли, но не хотелось верить, что Джун способен на подлость. А Лейла оседлала любимого конька и сыпала нравоучениями, будто перевоспитывала маленькую девочку.

- Это же всем известная схема развода. Находят доверчивых женщин, обрабатывают пару месяцев, вешая лапшу о большой и светлой любви. А потом едут на встречу и попадают в нелепую ситуацию. И начинают забрасывать "любимую" слезливыми письмами с мольбами о помощи. А наши самоотверженные "жены декабристов" снимают деньги со счетов, шлют переводы непутевым женишкам.

О, есть даже такие, кто продает квартиры или берет кредит в банке, а потом остается на улице, с кучей долгов. И "прекрасный принц" вдруг превращается в жабу, сидящую где-нибудь в Нигерии, в окружении пяти братьев, таких же отпетых мошенников, без сердца и совести. Вы ведь никогда не виделись.

- Мы общались по телефону, - протестовала Анна, отвергая все прежде сказанное.

- Хорошо, значит, не из Нигерии, а из Китая или Таиланда, - Лейла пожала плечами.

- Джун не похож на мошенника! Я говорила с ним, сердце подсказывает, что он говорит правду.

- Видала я таких любителей красивой жизни. Альфонс, который живет за счет дамочек. Не удивлюсь, если таких, как ты, у него в контактах около сотни. С его смазливой мордашкой развести женщин на деньги не составит большого труда. Подожди, скоро и денег у тебя попросит. Сказал, что потерял кошелек и документы?

Анна кивнула головой и всхлипнула. Неужели подруга права, а она - наивная дурочка, жалеющая всех несчастных?

- Он же первый тебе написал? - продолжала добивать подругу Лейла.

- Он присылал фото из Кореи, - оправдания в адрес Джуна звучали все неуверенней.

- Монтаж! - девушка многозначительно посмотрела на подругу, распуская волосы. - Пусть пришлет фото из Шотландии. Хотя и это можно подделать. Мой тебе совет: заблокируй его номер и забудь. Хорошо, что не общались дольше.

- Не могу, - Анна чувствовала, как сердце сжимается, а к горлу подкатывает ком. - Я люблю его!

В адрес Анны прозвучали не совсем лестные эпитеты и предложение обратиться к психиатру.

- У тебя своих проблем мало? - сердилась Лейла. - Еще разгребать чужие неприятности. Помянешь мои слова, когда он начнет клянчить деньги и просить оплатить счет в гостинице или прислать на билет.

- У него украли документы, - аргументы у Анны заканчивались.

- Ага, к тому времени все найдется, - ехидно заметила подруга. - Угораздило же тебя наткнуться на это "чудо". Но ничего, у тебя есть адекватная подруга, которая не позволит скатиться в пропасть.

Анна уже не знала, кому и во что верить. Слишком мрачно обрисовала подруга ожидающие ее перспективы. На кухне девушка еще раз прочитала лекцию о вреде чрезмерной доброты и доверчивости, а затем достала из буфета бутылку красного вина и два бокала. Затем вынула из холодильника нарезку колбасы, буженины голландского сыра. А ко всему великолепию - черный хлеб.

- Мы что-то празднуем? - спросила Анна, глядя на то, как на тарелке множатся бутерброды.

- Твое освобождение от ненужных знакомых, - ответила Лейла и потянулась к банке с маринованными огурцами и помидорами.

- Я не хочу пить, особенно за это, - Анна решительно отодвинула от себя бокал. - Ну не вижу я в нем обманщика.

- Ой, ладно, не видит она, - махнула рукой подруга. - Тогда давай, перешли ему, бедненькому, денежки. Пусть порадуется, скоро ведь их Рождество. А ты у нас богатая, известная, тебе Бог еще пошлет.

- Мне и так больно, - тихо сказала Анна, вытирая слезы. - А что, если это все правда? Представь на минуту, каково ему там, в чужой стране? Все отвернулись, никто не протянет руку помощи.

- Ну да, конечно, поэтому руку должна протянуть ты, - хихикнула подруга и подвинула бокал к Анне. - Он же мужчина, пусть и найдет выход. И не вздумай помогать. Инициатива, как ты помнишь, наказуема. Давай лучше выпьем, чтобы ты встретила настоящего мужчину, способного разобраться с любой проблемой! - подруга подняла бокал, в котором переливалась рубиновая жидкость.

Анна посмотрела на свой бокал, и вдруг ее осенило.

- Я открою карты! Сейчас принесу Таро, - обрадовалась она и быстро встала из-за стола.

Лейла с досадой поставила бокал на стол и покачала головой. Похоже, подругу уже ничто не исправит.

Анна вернулась на кухню с черным бархатным мешочком в руках и попросила Лейлу убрать еду со стола. Та, нехотя, подчинилась, но взяла слово, что они поужинают, как только закончится гадание.

На столе появилась зажженная свеча и черные с золотом Таро выложились в нужном порядке.

- И что ты там желаешь разглядеть? - ехидно спросила Лейла, заметив, как брови подруги нахмурились.

- Ничего искать не нужно, все на поверхности, - задумчиво произнесла Анна и достала из колоды еще пару карт, чтобы картина выглядела яснее. - Ему закрыли дороги.

Лейла внимательно посмотрела на Анну и покачала головой.

- Считаешь, это правда?

- Видна рука мастера.

- Тогда не вздумай туда соваться, слышишь? Этот парень - ходячее несчастье.

- Час назад ты была о нем иного мнения, - усмехнулась Анна и вытащила еще несколько карт.

- Час назад ты не раскидывала карты. Я все еще пребываю в сомнениях, но если это правда... Прошу, не вмешивайся в его судьбу. Подумай о себе, о Веронике. Мало своих проблем? Что, если перетащишь на себя закрытие дорог?

- Я не стану пока ничего делать. Просто понаблюдаю, - пообещала Анна, но в душе появилась надежда, что сможет помочь любимому.

- О, вижу в твоих глазах огонек, слишком знакомый, и сомневаюсь, что ты оставишь затею, - рассердилась Лейла. - Хочешь потягаться силами с той, что закрыла пути? И к чему это приведет? Тебе не хватает магических войн?

- Я должна помочь Джуну, если это в моих силах. Пусть не прямо, не своими руками, но буду стараться.

- Эх, как была ненормальная, так и осталась, - вздохнула подруга, понимая, что спорить бесполезно. - Сворачивай свое гадание, на душе стало тошно... Хочется выпить с горя, что у меня такая подруга.

Анна усмехнулась и стала собирать карты обратно в мешочек.

- Лучше поднимем бокалы за Джуна, чтобы он вышел из передряги, в которую угодил, - предложила Анна и первой сделала глоток.

* * *

Джун не стал ждать, пока объявится друг, а вышел из номера и направился к менеджеру отеля, который как раз стоял у входа и отдавал распоряжения горничной. Увидев постояльца из номера Люкс, он улыбнулся и спросил, чем может быть полезен.

Джун сказал, что хочет поговорить об одной щекотливой ситуации, в которой оказался не по своей воле и попросил уделить ему немного времени. Озадаченный мужчина извинился перед прибывшими гостями и повел молодого человека в свой кабинет.

Тут было тепло и уютно. У стены стоял большой диван, кресло, напротив - стол и два стула. Мужчина предложил гостю занять место на диване, а сам сел в кожаное кресло. Джун не знал, с чего начать и о чем просить, но менеджер сам задал наводящие вопросы и выслушал историю гостя.

- Чего же хотите, мистер Кан? - поинтересовался он. - Держать вас в

отеле бесплатно? Мы не благотворительная организация.

- Я могу перейти в более дешевый номер, - голос Джуна дрогнул. Еще никогда он не оказывался в таком унизительном положении.

- Да, но что это меняет? Мы возместим разницу, но рано или поздно придется покинуть отель. И куда вы пойдете?

- Прошу вас, только не на улицу, - взмолился Джун. - Мне нужно дождаться звонка из полиции и помощи из Кореи.

- Как я понимаю, ни того, ни другого пока нет? - глаза шотландца сузились. Он мало доверял словам.

- Впереди Рождество, все закрыто, - Джун совсем отчаялся. От решения этого человека зависела его жизнь. - Прошу, помогите, и я не останусь в долгу. Как только вернусь в Сеул, сразу перешлю деньги на счет.

Менеджер усмехнулся. Парень держит его за идиота?

- Стоит переступить порог, как вы тут же исчезнете, а вместе с вами пустые обещания.

- Исчезну? - изумился Джун. - У меня все украли и я не гражданин Шотландии. Если не верите, позвоните по этому номеру, в полиции лежит заявление.

Со Джун достал из кармана телефон, нашел номер и дал мужчине. Тот нехотя пробежал глазами по цифрам.

- Допустим, я вам поверил. Но как объясните то, что не можете дозвониться до родственников и начальства, которое вас сюда послало? Это чья-то злая шутка?

- Хотел бы я сам знать, - пробурчал Джун. - Как бы то ни было, обещаю возместить убытки.

Менеджер задумался. Ситуация ему очень не нравилась. Оставить в отеле человека без документов? Он сильно рискует получить выговор от строгого владельца гостиницы. С другой стороны, парня было жалко.

Как постоялец, тот вел себя тихо, не доставлял особых хлопот, не докучал жалобами и был вежлив с персоналом. А то, что по глупости остался без бумажника, так это неприятная случайность. Так думал менеджер, пока набирал номер. В полиции слова Джуна подтвердили.

- Что ж, мистер Кан, пойду вам на уступку и выделю комнату подешевле. Но прошу, не распространяйтесь об этом постояльцам или работникам отеля.

- Обещаю, что это останется между нами, - сказал Джун и приложил руку к сердцу. - Но есть записи в компьютере, и девушки меня видели...

- Как раз сегодня заканчивается их смена, завтра придут другие. Тогда и перейдете в номер поменьше. Можно сказать, вам крупно повезло.

Со Джун от всего сердца поблагодарил мужчину, в очередной раз убедившись, что мир не без добрых людей и спросил, в какой номер его поселят.

- Он находится на первом этаже, под цифрой четыре.

- А есть какой-нибудь другой? - спросил Со Джун, внутренне холодея.

- Увы, мистер Кан, все остальные заняты. В вашем случае выбирать не приходится.

- Да, конечно, - Джун понимал, что это еще один вызов.

Цифры не могут повлиять на него, это всего лишь глупые суеверия, вроде написанных красными чернилами имен или съеденного на ночь яблока.

От волнения за свою дальнейшую судьбу у Джуна разболелась голова. Он вернулся в номер, собрал вещи, чтобы не пришлось делать это в спешке и сел у окна. Казалось бы, выдалось свободное время, так отдыхай.

Но Джун не привык бездельничать. Мысль о том, что менеджер отеля мог передумать, не давала ему покоя. Парень чувствовал себя заложником, заключенным в четырех стенах здания, пусть и очень красивого.

Промаявшись так без дела около часа, молодой человек включил телефон и увидел сообщение. Это писал Джи Юн. Джун быстро прочитал текст, а потом еще раз, но уже медленнее.

"Это Джи Юн. Анна переслала твое письмо. Как я рад, что ты нашелся! Вот уже несколько дней от тебя не было известий. Напиши, как дела в Шотландии?"

Джун написал о событиях последних дней, начиная с самого прилета в Эдинбург. Он ничего не утаивал и не приукрашивал. Но от подробностей у Джи Юна случился настоящий шок. Парень позвонил другу, чтобы увидеть его.

- Теперь понятно, почему твой дядя предупредил весь отдел о том, что твой телефон украли. Он точно в этом замешан.

- Разве это секрет? - усмехнулся Джун. - Все давно понятно. Особенно теперь, когда мне нашли достойную замену.

- Ты не знаешь самой главной новости, - спохватился Джи Юн. - Не хотелось бы портить и без того плохое настроение, но ты должен знать. Господин Кан наведывался к тебе в квартиру и просил отдать ключи.

- И ты отдал, - Джун нахмурился.

- За кого ты меня принимаешь? Нет, конечно. Но меня уволили.

Джун сжал кулаки.

- Он не имеет права забирать ключи, если только не будет уверен, что со мною что-то случилось. Я сожалею, что из-за меня ты лишился работы.

- Не страшно, - Джи Юн улыбнулся. - Жаль, что не могу тебе помочь. И из квартиры пришлось уйти вместе с Канчо. Теперь есть повод перебраться к Чонхе.

Со Джун усмехнулся. Даже в такой ситуации друг не терял оптимизма и веры в лучшее.

- Мне нужно обратиться в посольство, но оно не работает.

- Придется потерпеть, - вздохнул Джи Юн. - Найди карту, куда я смогу послать деньги.

- Как ты себе это представляешь? Просить у кого-то карту? Я не могу.

- Твоя чертова гордость! - разозлился парень. - Я предлагаю хоть какое-то решение проблемы. Скоро придется искать деньги на еду и оплату номера. Как будешь выкручиваться?

- Хорошо, я подумаю, но ничего не обещаю, - Джуну не нравилась эта тема.

- Ты говорил, что потерял багаж? - вспомнил Джи Юн. - У тебя совсем нет одежды?

Джун покачал головой.

- Как назло, в Эдинбурге похолодало. Теперь я прикован к этому объекту еще и погодными условиями. Как в самой страшной книге про проклятые отели, - Джун опустил голову. Он знал, насколько жалким выглядел сейчас в глазах друга. А еще беспомощным, словно маленький ребенок.

Кореец по ту сторону экрана почувствовал это и дождался, когда друг снова посмотрит в камеру.

- Мы вытащим тебя, слышишь? Обязательно вызволим, только держись. Не сдавайся. Делай все, чтобы выжить, чтобы добиться справедливости. Что бы ни задумал господин Кан, у него ничего не получится.

- Я бы не стал разбрасываться такими громкими обещаниями. У него есть деньги и власть, а еще связи.

- А у тебя верные друзья и любимая девушка. Я был удивлен, когда получил от нее письмо. Ты рассказывал ей, насколько богат на самом деле?

- Нет, - признался Со Джун. - Какое отношение это имеет к делу?

- Это означает, что она любит по-настоящему, не за деньги. И хочет помочь совершенно бескорыстно. Кажется, ты вытянул счастливый билет.

Джун впервые слышал от друга такие слова и был признателен за то, что тот не обвинял во всех бедах Анну.

- Я тоже так думаю, - ответил он.

- Ладно, пора закругляться. Я позвоню еще завтра, - сказал Джи Юн, поднимая вверх Канчо. Шпиц увидел Джуна, услышал его голос и заскулил.

- Сегодня я в этом роскошном номере, но завтра займу комнату поскромнее. Канчо, слушайся Джи Юна и не скучай. Я скоро приеду.

Слова прозвучали, как обещание и у Джи Юна на сердце стало тяжело. С этим нужно было что-то делать, и как можно скорее.

Ты береги себя, прошу!…

А я, конечно, буду рядом…

Я многого не попрошу,

Твоя улыбка — вот награда.

Ты береги себя от бед,

По мелочам не обижайся,

Умей ответить где-то "нет",

Любимым делом занимайся…

Ты береги здоровье, каждый раз,

Когда на улице похолодает,

Ты береги себя сейчас…

Здоровье лишним не бывает.

Ты в сердце береги покой,

Держи в руках синицу счастья…

Пусть Ангел смотрит за тобой

И стороной пройдут ненастья.

С душою строки я пишу,

Всего хорошего тебе желаю,

Ты береги себя, прошу…

Я за тебя переживаю!… *

*Дмитрий Пхенда

Глава 17

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 17

С самого утра и весь день, Анна была загружена делами. "Как день начнешь, так его и проведешь", - любила говорить ее бабушка, и девушка была с нею согласна.

Съездив в больницу к тете и посетив Веронику в загородной клинике, она решила не возвращаться к Лейле, а навестить брата. Тот не подавал признаков жизни, полностью копируя излюбленное поведение матери. Секрет был прост - манипуляция чувствами вины и долга.

Лейла получила сообщение о том, что вечер придется коротать в одиночестве и прислала ответное письмо, в котором просила не покидать ее надолго, ибо "верные подруги так не поступают".

Анна улыбалась, когда читала забавное послание и обещала, что вернется, как только разберется с учиненным братом беспорядком. Любопытно, все мужчины похожи, когда дело касается аккуратности? Их что, специально обучают разбрасывать носки, оставлять грязную посуду на столе и кидать вещи, где попало? Так некстати вспомнился Эльдар с его педантичностью...

Анна ловко управилась с ворохом грязной одежды, лежавшей в корзине для белья. Собрала разбросанные носки, закинула в стиральную машину к остальным вещам и занялась уборкой. Для настроения включила радио, и дело пошло веселее.

Из динамика доносились слова на английском. Популярные певцы пытались достучаться до нее, напоминая о дате. И Анна вспомнила об этом только тогда, когда услышала "Last Christmas". Рождество! Как она забыла поздравить Джуна?!

Наспех вытерев руки кухонным полотенцем, девушка взяла телефон и проверила сообщения. Со Джун написал еще утром, но она не ответила. Замоталась.

"С Рождеством, мой прекрасный Ангел! Желаю тебе счастья, любви, здоровья и исполнения всех желаний. Пусть Бог благословит тебя, а ангелы никогда не покидают на жизненном пути. Люблю тебя".

Анна села за стол и поискала в интернете открытки. Непростительно с ее стороны не поздравить любимого человека. И объяснения послужат лишь жалкими оправданиями. Набрав похожий текст с поздравлением, девушка послала его вместе с открыткой. Довольная, Анна встала и продолжила заниматься делами.

Нужно было покормить кошку. Получив порцию любимого лакомства, Муся села на стул и стала наблюдать, как крутится барабан стиральной машины. Надо отдать брату должное, кошка была сыта и спокойна.

После проделанной работы пришла пора заняться приготовлением ужина. Анна справилась с этим за два часа, и на плите стояли кастрюля с борщом, сковорода с жареной картошкой и котлеты. В отсутствие сестры Александр питался полуфабрикатами, не желая подолгу стоять у плиты.

Явился он поздно. Снял шапку, куртку, разулся и заглянул в комнату.

- Явилась наконец-то, блудная сестрица? - усмехнулся он.

- Явилась я, но я уже не жрица, - ответила Анна, цитируя строки из старой пьесы. - Иль братец мне не рад? Уму не постижимо, как можно было устроить кавардак в квартире за такой маленький срок?

- Ну вот, опять начала, - отмахнулся тот, как от назойливой мухи и направился в ванную.

- Сочувствую. Тяжело приходится тем, у кого все кругом виноваты. Только зло на близких срывать не надо.

Александр вышел из ванной комнаты и прошел на кухню.

- Есть-то будешь? - спросила девушка.

- Перекусил на работе, но от твоих котлет не откажусь, - ответил тот, и выключил закипевший чайник.

Анна положила себе и ему картошку, котлеты, налила чай и села за стол.

- Была сегодня у Вероники, - начала девушка. - Врач говорит, с ней работает психолог. С детьми Вероника не играет, сидит на кровати одна или уходит в зал, где есть игрушки.

Александр молча ел и задумчиво глядел на пар, поднимавшийся над чашкой с чаем.

- Еще ездила к твоей маме. Судя по недовольству, с которым она отзывается о невнимательности персонала, безвкусной еде и скуке в палате, тетя идет на поправку... Саша, ты вообще слышишь, что я говорю?

Анна смотрела на брата, который, казалось, мыслями был в другом измерении и не видел ничего, кроме все больше бледнеющих завитков пара.

- Возвращалась бы ты домой, - наконец произнес он, будто очнулся ото сна.

- Для чего? - задала вопрос Анна.

- Что за глупый вопрос? Разве там лучше?

- Мне нужно отдохнуть, Саша. Отвлечься, собраться с мыслями. Я так устала от постоянной нервотрепки и чужого недовольства.

Анна говорила, а у самой перед глазами стоял Джун. Она сейчас сидит за столом, ест одуряюще пахнущую еду. А он, вдали от дома, без гроша в кармане, ел ли сегодня или совсем голодный?

- Мне она не нравится, - услышала Анна голос брата.

- Что не нравится? - переспросила девушка, понимая, что прослушала больше половины того, о чем говорил брат.

- Теперь ты не слушаешь меня, - нахмурился он. - Я говорю о твоей подруге.

- А что с ней не так? Я ведь не отзываюсь дурно о твоих друзьях. Или хочешь, чтобы я сидела дома и ни с кем не общалась? Это, по крайней мере, не честно.

- Поступай, как знаешь, - брат махнул рукой. - Только мой долг предупредить тебя: присмотрись к ней получше.

- Мы дружим несколько лет, - Анна удивилась его категоричности, - и за это время она ни разу не дала повода усомниться в своей искренности.

- Ты взрослая, и должна понимать, что вечной дружбы не существует. Есть взаимное сотрудничество по интересам. И когда людям становится не интересно общаться или взгляды на жизнь сильно расходятся, даже многолетней дружбе приходит конец.

- Интересная философия.

- И ты так легко к этому относишься? - Александр встал и взял чайник, чтобы налить чай. - Что будешь делать, если поссоритесь?

- Это вряд ли, - Анна улыбнулась. Сама мысль показалась абсурдом.

Уже позже, когда мыла посуду, вспомнила слова брата. Не верилось, что их с Лейлой дороги однажды разойдутся...

* * *

Рождество Джун встречал в новом номере. По сравнению с первым, комнаты в нем казались крошечными, меньше вдвое, а то и втрое раз. Кровать, стол и стул - вот и вся мебель, что находилась там. Стены были выкрашены в скучный серо-белый тон.

На полу лежал вытертый ковер с восточным орнаментом. Казалось, этот номер нарочно обошли стороной или заселяли в него неугодных постояльцев. Но в нынешнем положении молодого корейца грешно было жаловаться. Крыша над головой имелась, а остальное - дело времени.

Он прошелся по номеру, осмотрелся, проверил, все ли в порядке с проводкой, есть ли вода в ванной и насколько плотно закрываются окна. Осмотром остался доволен и положил вещи в прикроватную тумбочку. Вернее, из вещей была одна сумка и пальто с шарфом, которые он повесил на крючок.

Да, расчет дяди был верным. Любой на месте Джуна, после апартаментов класса Люкс, почувствовал бы себя ничтожеством.

Ни намека на роскошь тут не было. Хорошо, что Джун жил в Англии и успел повидать не только пятизвездочные отели, но и хостелы для самых непритязательных людей, которых волновало лишь наличие кровати и еды в холодильнике, а остальное было не так уж важно.

Молодой человек вышел из номера и прошелся по коридору. Он мечтал поскорее вернуться на работу, безделье угнетало, превращая отдых в повинность.

В холле было оживленнее, чем в предыдущие дни. Оно и понятно - Рождественский Сочельник. Преобразился не только первый этаж, но и весь Дю Вин, как внутри, так и снаружи.

На входную дверь повесили большой рождественский венок из еловых веток, с шишками, красными ягодами остролиста и алым бантом. Гирлянды из еловых веток, с шарами, перевитые красной лентой, украшали перила лестницы, ведущей наверх и окна холла снаружи.

Портье, стоявший у входа в отель, поздоровался с Джуном и пожелал веселого Рождества.

- И вам желаю того же, - поблагодарил его парень, и продолжил разговор. - Сегодня здесь особенно шумно.

- Так это понятно, такой праздник. А еще все готовятся к карнавалу.

- Бал-маскарад? Забавно, ничего об этом не слышал.

- Это уже вошло в традицию, - произнес портье с улыбкой. - Если не собираетесь сегодня уезжать, то непременно попадете на бал. Эх, будь я чуть помоложе, сам пошел бы.

Он потер озябшие на морозе руки и достал из кармана перчатки. Приятный молодой человек нравился ему. Вот только было в его глазах что-то, едва уловимое, похожее на грусть, которую тщательно маскировали улыбкой. Что такого произошло в жизни этого парня, отчего он печален?

- Это похоже на наш Лунный Новый год, когда люди надевают традиционную одежду и маски, - заметил Со Джун.

- На что бы не было похоже, маскарад это всегда связан с тайной. Никогда не знаешь наверняка, кто прячется под маской, - мужчина подмигнул. - Да и время сейчас такое, мистическое и волшебное. Вы сейчас находитесь в старинном городе, где до христианства было распространено кельтство. Так вот, мистер, по древним кельтским традициям сейчас бы праздновали Йоль. Наступил Самайн, время, когда природа умирает, чтобы вновь возродиться весной.

По преданиям, начало праздника выпадало на двадцать первое декабря и длилось целых двенадцать дней. О, это сильное магическое время, когда в наш мир проникают духи, которые для одних могут исполнить желания, а жизнь других превратить в ад. Будьте осторожны, мистер.

Мужчина усмехнулся, но Джуну было не смешно. Слова прозвучали не как шутка, а как предупреждение. Молодой человек извинился и вернулся к себе в номер.

В животе было пусто, как и в карманах. Кроме чайника с водой и пакетиков с заваркой, в номере ничего не было. Джун вспоминал последнее Рождество, когда они с друзьями сняли целый этаж в отеле и праздновали три дня.

Под высокой наряженной елью лежали коробки, упакованные в яркую бумагу - подарки от отеля. Шампанское лилось рекой, закуски и горячие блюда подавались по первой желанию гостей. Четверо официантов, обслуживавших столы, сбились с ног, выполняя их малейшие прихоти.

Нет, он не скучал по тем временам, а просто хотел есть. Голод ничем не удавалось заглушить. В фильмах, которые он смотрел, все что-то жевали и еще улыбались, будто поддразнивая тех, кто находился по ту сторону экрана. В книгах, за которые брался, красочно описывались застолья и приготовление блюд. С воображением у Джуна проблем не было, тем ярче виделось желаемое.

Днем написал Джи Юн и спросил, что с картой. Со Джун понимал, что гордость пора задвинуть на самые задворки души и пообещал, что сегодня же поговорит с менеджером отеля.

Парень вышел из номера и направился к менеджеру, но не мог его найти. Девушки на ресепшене сказали, что вечером в отеле намечается торжество, потому администратор занят подготовкой. И по случаю Рождества все постояльцы получат приглашения.

- Настоящий маскарад! - восторженно, с придыханием воскликнула одна из девушек.

- И что удивительного? Мы его каждый год устраиваем. Ах, да, забыла, что ты новенькая, - вторая девушка нагнулась, достала с нижней полки конверт и протянула Джуну. - Это вам. Там приглашение. Приходите обязательно, будет интересно.

- У меня нет подходящей одежды, - парень с грустью посмотрел на свитер, в котором ходил несколько дней.

- Рождество - семейный праздник. Работники отеля - одна большая семья. Потому никто не станет осуждать вас за скромный внешний вид.

- Постараюсь прийти, - голос Джуна немного потеплел.

Привыкший к тому, что в Корее всех оценивали по внешнему виду, Джун не был готов явиться в дорогой ресторан в простой одежде. Но есть хотелось ужасно. К тому же, следовало найти карту, куда бы Джи Юн смог прислать деньги. Никогда бы не подумал, что будет мечтать о чашке риса, как о самой вкусной пище.

При мыслях о еде желудок скручивало, и Джун старался направить их в другое русло. Вернувшись в номер, он проверил телефон, но к своему разочарованию увидел, что сообщения Анне не были прочитаны. Парень забеспокоился и написал еще два, где спрашивал, все ли в порядке и поздравил с Рождеством. Ответа не последовало.

"Только бы ничего не случилось", - пронеслось в голове. Больше всего на свете он желал, чтобы беды обходили любимую стороной. Пусть испытания выпадают только на его долю, он как-нибудь справится.

Ближе к восьми вечера, в дверь номера постучали, и когда Джун открыл ее, увидел стоящую на полу коробку. Поблизости никого не оказалось, что очень удивило парня. Он даже вышел в коридор и огляделся по сторонам. В холле было шумно, доносились звуки музыки, голоса, смех и обрывки фраз. Постояв немного, молодой человек забрал коробку в номер и с нетерпением открыл ее.

В двух слоях папиросной бумаги лежали черный плащ, шляпа и бархатная маска. Чем не наряд испанца? Записка, прилагающаяся в подобном случае, отсутствовала. Джун решил, что это менеджер позаботился о нем, зная историю с пропажей багажа. Поначалу он не хотел облачаться в костюм, но любопытство взяло верх. "Весь мир - театр, а люди в нем актеры", - сказал Шекспир.

- В сказках в полночь чудовище превращается в прекрасного принца. А тут наоборот, - Джун усмехнулся, глядя на себя в зеркало, висевшее в ванной комнате.

В приглашении было обозначено время: девять часов вечера. Он взглянул на часы. Оставалось пятнадцать минут.

Джун запер дверь на замок, положил ключ в карман и направился в холл. Мимо него со смехом прошли девушки в вечерних платьях и масках. В отеле царила праздничная атмосфера. На каждом шагу раздавались приветствия и поздравления с Рождеством. Над входными дверями в ресторан какой-то шутник повесил омелу и все поджидали, на чью долю выпадет поцелуй.

Зал ресторана преобразился. Столы поставили вдоль стен так, чтобы осталось место для танцев. На каждом стояли блюда со всевозможными бутербродами, сэндвичами, тарталетками с салатами, канапе, нарезками сыра и ветчины, копченой курицей, окороком и другими закусками. На отдельном столе бокалы с шампанским выставили в виде горки. В свете свечей оно искрилось и пузырьки воздуха оседали на прозрачном стекле.

Гости ходили вдоль столов и накладывали на тарелку все, что желали. Это напоминало корейские корпоративы, которые часто проводились в компании. Компания - одна большая семья... Какое лицемерие!

Поток мыслей не прекращался, и чтобы остановить его, Джун сосредоточился на том, что видел. Столы ломились от гастрономического изобилия. Джун подошел к столу, где стояли бокалы с шампанским, ликером, бренди и апельсиновым соком. Он ограничился лишь бокалом "Moёt". Не стоило напиваться только потому, что выпивка была бесплатной.

Стоя у стены в дальнем углу, Со Джун мог наблюдать за постояльцами и гостями Дю Вин, которые тоже были в масках. Он поискал глазами менеджера, но знакомого лица не увидела. А может, тот слишком хорошо замаскировался? Стоит где-нибудь и следит за залом?

Когда внезапно рождественские мелодии вдруг сменились волынками, от неожиданности Джун чуть не выронил из рук тарелку. Заиграла веселая мелодия, и оставив свои тарелки, гости пустились в пляс. Те, кто не танцевал, смотрели и аплодировали. В их числе был и Джун, который поддался всеобщему веселью.

- Вот и правильно, мистер Кан, - услышал он слева от себя. - У нас говорят, что уныние это грех.

- Как вы меня узнали? - удивился Джун, встречаясь взглядом с менеджером, но вспомнил, кто оставил костюм под дверью.

- В этом нет ничего сложного. Только вы могли выбрать место, максимально удаленное от людей. Не любите публичность?

- В Корее все стараются быть как можно неприметней, когда дело касается общественных мест. Не известно, чем может закончиться та или иная встреча.

- Наслышан, - согласился менеджер, единственный, помимо официантов, кто имел привилегию обходиться без маски.

- Спасибо за костюм, - Джун провел рукой по плащу. - Благодарен.

По удивлению, отразившемуся на лице мужчины, Джун догадался, тот не в курсе событий.

- Я ничего не присылал, - сказал менеджер. - Может, кто-то из постояльцев? Это и вправду очень странно...

- Да, становится все удивительнее, - произнес Джун и посмотрел на кружащиеся пары.

На мгновение он представил на их месте себя и Анну, и улыбнулся. Жаль, что ее нет рядом. Интересно, любит ли она танцевать? Обязательно спросит, но для начала следовало уладить дела с картой.

- Значит, у вас есть знакомые, которые могут оплатить счет? - обрадовался менеджер.

- Только прислать немного денег, чтобы купить еду, - Джун готов был провалиться сквозь землю, так ему было стыдно.

- Я подумаю, как вам помочь, - сказал мужчина.

Тут у него в кармане завибрировал телефон, вынудив извиниться и отойти в сторону. Джун вытер руки салфеткой, положил ее на край тарелки и взял стакан с соком с подноса у официанта. Мысли вновь вернулись к костюму: кто мог его принести?

В памяти возникла картина: вот он, маленький, сидит с мамой перед телевизором и смотрит фильм, в котором отважный и красивый разбойник в черной маске оказывается благородным защитником обездоленных. Мама украдкой поглядывала на сына, в глазах которого читалось восхищение.

- Я тоже так хочу! - воскликнул мальчик, когда фильм закончился. - Буду драться с бандитами, а награбленное раздавать беднякам.

- Увы, те времена прошли, - мама ласково обняла сына. - Никто больше не дерется на шпагах, а для бедных созданы специальные фонды. Но научиться драться тебе не помешает. Хочешь заниматься боевыми искусствами?

- Очень хочу! - обрадовался мальчик.

- Хорошо, - улыбнулась мама. - А еще я научу тебя танцевать. Это тоже пригодится в жизни.

- Фу! Это же для девчонок, - недовольно сказал мальчик и взял со стола линейку, чтобы повторить движения, увиденные в фильме.

- Ты еще слишком мал, потому не понимаешь, что танцам тоже нужно учиться. Иначе что будешь делать, если позовут на вечеринку? Да и какой девушке понравится топающий слон?

На душе у Джуна потеплело. Мама тогда выполнила обещание и записала его на тхэквондо. Но и для танцев нашла время, выкроив его из плотного графика.

- О чем задумался? - окликнула Со Джуна женщина в маске. Он даже не заметил ее появления.

- Воспоминания, - ответил он, пытаясь рассмотреть лицо незнакомки.

- Хорошие или плохие?

- Скорее всего, хорошие, - Джун не был настроен общаться с кем-либо, особенно с девушками.

- А что за костюм на тебе? - спросила незнакомка, склонив голову чуть набок. - Зорро?

- Похоже, что так, - он почувствовал, как по спине пробежал холодок. До чего же настырная.

- Помнишь танец Зорро и Элен? Может, повторим? - в ее глазах вспыхнул лукавый огонек.

Джун сам не понимал, почему взял протянутую руку и, как завороженный, последовал за девушкой на середину зала. И почему играла та самая музыка?

От одного взгляда на незнакомку по телу пробегала дрожь. Он затруднялся определить ее возраст, и не только из-за скрытого маской лица. Ладонь в его руке была холоднее мрамора. А незнакомка, казалось, забавлялась, чувствуя интерес к своей персоне.

- Чудесный вечер, не правда ли? - спросила она с улыбкой, и от ее голоса в душе все перевернулось. - Давно в Эдинбурге? Местные обычаи довольно занимательны.

- Приехал несколько дней назад, - ответил взволнованный Джун. - Вечер и правда прекрасный.

- Рождество, время чудес, - мечтательно произнесла та, чью руку он держал в своей. - Если бы предоставилась такая возможность, что бы ты пожелал?

- Не знаю, - Джун не представлял, что можно загадать? Все это не всерьез. - Хотел бы встретиться со своей девушкой.

- Прекрасное желание, - улыбнулась незнакомка, и голос ее дрогнул. - Рада, что у тебя появилась девушка. Но это ведь не единственное желание?

Джун не заметил, как музыка затихла и сменилась другой. Незнакомка снова улыбнулась и положила руку ему на плечо. Веса ладони совсем не ощущалось. Все, что сейчас занимало молодого человека, это странный разговор с не менее странной дамой.

- Хочу вернуться в Сеул, - признался Джун.

- Вернешься, всему свое время.

- Вы говорите так, будто все знаете, - Джуну не было смешно. Наоборот, незнакомка его пугала.

- И это все мечты и стремления? - спросила она с сожалением.

- Пожалуй, все, - Джун держал в руке хрупкую ладонь и вспоминал, как танцевал с мамой. - Нет, не все. Я хотел бы увидеть маму. Жаль, что и это Рождество проходит без нее...

- Уверена, она смотрит с небес и желает тебе счастья, - сказала незнакомка на корейском.

Джун похолодел и остановился, пристально вглядываясь в глаза за маской.

- Вы говорите по-корейски? У меня такое чувство, что мы знакомы...

- Конечно, мы знакомы, - улыбка у незнакомки вышла грустной.

- В таком случае, назовите свое имя, - Джун чувствовал, как эмоции захлестывают его.

- Тебе нужна помощь, мой мальчик, - услышал Джун голос. - Пообещай, что примешь ее, от кого бы не исходила.

- Кто вы? - парню стало трудно дышать. - Как ваше имя?

- Ответ найдешь в своем сердце.

С этими словами женщина дотронулась до его груди. Джун почувствовал, как закружилась голова, перед глазами все поплыло - зал в огнях, танцующие пары, лицо мамы...

Очнулся он от того, что кто-то брызгал в лицо водой. Джун открыл глаза и обнаружил себя, сидящим на стуле, в окружении людей.

- Ну, и напугал ты нас, парень, - сказала дородная женщина с короной на голове. - В следующий раз не пей так много.

Парень пробормотал что-то про бокал шампанского, но женщина уже не слышала его и вещала окружающим о вреде алкоголя. С нею согласились все, кроме менеджера, который попросил Джуна пройти с ним в кабинет. Молодой человек мысленно молился, чтобы ему не указали на дверь, так как он умудрился привлечь ненужное внимание.

Когда дверь за ними закрылась, мужчина осведомился, как Джун себя чувствует и спросил:

- Как давно вы не ели, мистер Кан?

- Наверное, два дня, если быть точным, - он понимал, что лучше говорить правду.

- И что мне с вами делать? - мужчина пристально посмотрел на молодого человека. Он прекрасно понимал чувства, которые охватывали удивительного парня - стыд и отчаянье.

- Не знаю, - вздохнул Джун. Он устал от неопределенности. Будущее теперь представлялось слишком размытым, расплывчатым.

- Сядьте, мистер Кан, поговорим.

Джун сел. В голосе менеджера не было надменности, только сочувствие и участие. В тишине кабинета еле слышалась музыка. Мужчина открыл створку шкафа и достал бутылку бренди. Налил себе и Джуну.

- Это мое упущение, мистер Кан. Мы позаботились о крыше над головой, а про хлеб насущный забыли. Почему вы не сказали, что голодны?

- Мне жаль, что заставил волноваться вас и гостей.

Мужчина сделал глоток бренди и снял трубку с телефона, отдал распоряжение, чтобы принесли горячее и кофе.

- Поражаюсь вашей стойкости. Если бы не сегодняшний фуршет, умирали бы с голоду?

Заказ принесли быстро. Официант поставил на стол две порции наваристого супа, хрустящий хлеб, две тарелки с мясной нарезкой и сыром.

- Ваш кофе, мистер Кан, - сказал мужчина. - Мы толком и не познакомились. Майкл Гордон, управляющий отелем Дю Вин.

Он протянул руку для пожатия, не зная, что в Корее принято здороваться поклоном. Но Джун не стал заострять на этом внимание и пожал руку.

За ужином мужчина сделал парню деловое предложение:

- Знаю, что от денег вы откажетесь, а счет растет с каждым днем. Не согласитесь ли вы поработать в отеле?

- О какой работе идет речь? - Джун был несказанно удивлен.

- Помощником на кухне. Справитесь? Носильщики всегда на виду, потому эту работу предложить не смогу. Тогда и проблема с едой разрешится.

Со Джун не знал, что ответить. Работать за пищу, в то время, когда он мог бы купить этот отель. А впрочем, что оставалось делать? В противном случае его ждало отделение полиции, в котором могли предъявить обвинения за отсутствие документов.

Блюда, что подали управляющему, были вкусными, сытными, а кофе крепким. Голод уступил место сытости.

- Ваш танец на многих произвел впечатление, - сказал мистер Гордон, вспоминая исполнение мексиканского танго. - Где вы научились так хорошо танцевать?

- Меня обучала мама, - с теплом в голосе отозвался Джун.

- Прекрасно, - управляющий улыбнулся. - Понимаете ли, каждое Рождество мы устраиваем праздник для наших гостей. С фуршетом, веселыми конкурсами и костюмированным балом. В этот раз костюмов было мало, но аксессуары и маски остались с прошлого торжества. Ваш пасадобль признали лучшим, и за него полагается денежное вознаграждение.

Джун вспомнил о девушке, что с ним танцевала. Ведь именно после того, как она дотронулась, Джун упал.

- Скажите, куда подевалась девушка, с которой мы танцевали?

Менеджер поставил чашку на стол и попытался понять, о чем его спросили. Возможно, это последствия падения или парень действительно много пил?

- Простите, мистер Кан, но никакой девушки с вами не было...

* * *

Идее, которая озарила Джи Юна, не требовалось одобрение Джуна. Друг всем сердцем желал Джуну добра, потому решил съездить к госпоже Ли. Пусть внук не думал принимать помощь, с этой ситуацией могла разобраться только она.

Чонха обещала посидеть с Канчо, к которому сильно привязалась. Она обвила руками шею парня и поцеловала.

- С Рождеством, дорогой, - сказала девушка. - Поезжай и ни о чем не беспокойся. Ты все делаешь правильно.

Молодой человек отправился в путь с надеждой, которая с каждой минутой таяла. Он хорошо помнил дорогу, но почему-то запутался в поворотах и свернул не туда. Пришлось возвращаться обратно и потерять много времени. Ко всему прочему, погода начала портиться, и когда парень добрался до места, поднялся ветер и пошел мокрый снег. Он хлестал по лицу холодными, как лед, каплями, слепил глаза, падал за шиворот.

- Вот же черт, - Джи Юн поднял воротник повыше и втянул голову, пытаясь защититься.

Быстрым шагом он дошел до ворот и нажал на кнопку. Ждать в такую мерзкую погоду хотелось меньше всего, но что ни сделаешь ради благополучия друга.

Простояв под колючим снегом около семи минут, парень начал терять терпение и хотел нажать кнопку еще раз. Но в доме открылась дверь и вышел мужчина в темном пальто.

- Ну, наконец-то! - произнес Джи Юн, когда тот подошел к решетке. - Я здесь уже в снеговика превратился. С Рождеством, кстати...

- И вас с Рождеством. Вы приглашены? - спросил мужчина, на котором отсутствовали признаки эмоций.

- Я бы хотел поговорить с госпожой Ли, - Джи Юн показал на замок. - Не могли бы вы впустить меня?

- Госпожа Ли больна и никого не принимает, - отрезал мужчина и повернулся, чтобы уйти.

- Стойте! Я пришел по поводу Со Джуна! Он...

- Кажется, я ясно выразился: госпожа Ли никого не принимает. Советую покинуть территорию.

Джи Юн ничего не понимал. Он назвал имя внука Ли Бансок, но охранник посоветовал "убраться".

- Эх, Джун, похоже, ты крепко влип. И помощи ждать неоткуда.

Молодой человек с раздражением посмотрел на огромный дом, казавшийся обителью призраков, и, сев в машину, поспешил уехать подальше от этого места. Колючие снежинки оседали на землю и покрывали следы, будто стирали саму память о визите парня.

Глава 18

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 18

Она вошла неслышно, ничем не выдавая своего присутствия. Осторожно села на край кровати и замерла. Парень, лежавший в постели, спал, но не безмятежно - даже во сне он хмурился. Что снилось молодому мужчине, что омрачало его жизнь? Она не знала, но хотела разобраться.

Спящий будто почувствовал чье-то присутствие и, застонав, пошевелился. Сидящая же на кровати не сдвинулась с места, только внимательно посмотрела на красивое лицо, искаженное гримасой боли. Парень открыл глаза и встретился с нею взглядом. О, сейчас начнется! Они все боялись той, что приходила по ночам. Если раньше это злило, то теперь забавляло.

- Ты кто? - удивился парень.

Выглядел он растерянным и немного испуганным. В том, как он подтянул к себе одеяло, было что-то по-детски наивное.

- Я - Адель. - ответила девочка. - Испугался?

На лице Джуна застыло выражение ужаса. К такому парень не был готов. Маленькая девочка выглядела, как живая, если не обращать внимания на крошечную мелочь - ее полупрозрачность.

В комнате стало невероятно холодно, и Джун готов был поклясться, что видел, как изо рта шел пар.

- Зачем ты пришла? - спросил парень.

- Мне скучно, - девочка вздохнула и опустила голову. Кудряшки, как пружинки, подпрыгнули и рассыпались по плечам. - Я не могу найти маму. А тех, кого прошу помочь, отказываются. Еще все меня боятся... Не понимаю, почему? Я ведь не такая уж страшная, правда?

Со Джун кивнул, не в силах ответить, а рука сама потянулась к выключателю на настольной лампе, а в душе звучала молитва, чтобы свет прогнал призрака. Очевидно, он сходил с ума. Сначала мама, теперь этот ребенок. Неужели так будет продолжаться каждую ночь?

При свете ночника девочка выглядела не так пугающе, но все же она никуда не исчезла.

- Ты здесь одна, или есть кто-то еще? - задал вопрос Со Джун.

- Нас тут много: есть братья-близнецы и девочка с красным бантом, которая вечно печальная. Еще старый человек. Он ходит в очках, с газетой, весь такой важный. И очень красивая дама в белом платье и шляпе. Но они не очень любят детей.

Если представить, что старик с газетой из одного времени, а дама в шляпе - из другого, то становилось понятно, почему они не любили детей. И то, что гостиница когда-то могла быть жилым домом, наводило на мысль, что в здании собрались призраки из разных эпох. От осознания, что придется делить номер с призраками, волосы вставали дыбом. Любопытно, знал ли о таком "соседстве" управляющий?

Наверное, знал, если девочка напугала уже не одного постояльца.

- Скажи, вы все собираетесь в этом номере? - Джуну удалось взять себя в руки, хотя он опасался, что призрак начнет вести себя агрессивно.

- Нет. Мы ходим там, где пожелаем. Это наш дом, - ответила девочка. - Ты поможешь мне найти маму?

Джун плохо представлял, как будет ее искать.

- Может быть, - ответил он как можно мягче, чтобы не обидеть девочку. - Но только не сейчас. Уже поздно, а мне надо выспаться.

- Вот так всегда, - призрак нахмурился. - Обещаете, но не делаете.

Адель скрестила руки на груди и отвернулась. А потом она стала еще прозрачней, пока и вовсе не исчезла.

- Что это было? - Джун перекрестился.

Сна не осталось ни в одном глазу. Молодой человек рывком откинул одеяло и встал с кровати. Прошелся по ковру босыми ногами, подошел к столу, где стоял пустой стакан, налил воды из чайника и выпил ее в три глотка. Он склонился над столом и уперся руками в его край. Сердце бешено стучало, кровь пульсировала в висках. Он стиснул зубы, и подняв голову, посмотрел на свое отражение в стекле.

С этим надо что-то делать, так продолжаться не может. У кого спросить объяснения происходящему? Поверит ли Джи Юн в то, что к нему приходят призраки, или как та дама в зале, решит, что друг перепил и ему все померещилось? Рассказать Анне, чтобы напугать ее? Девушка подумает, что у него не все в порядке с психикой.

- Господи, как же мне тяжело! - воскликнул Со Джун и встал на колени. Слова молитвы сами срывались с губ. Чего они хотят, эти призраки? Зачем являются, непрошеные, бередят его душу и разум?

- Отец Небесный, молю, дай мне пройти испытания и не сойти с ума, - шептал отчаявшийся парень. - Помоги понять, что происходит. У меня не осталось сил.

Со Джун не знал других молитв, кроме "Отче наш" и повторял ее, ища защиты и спасения. Если другим Бог помогал, не оставит же и Джуна, лишив своей милости...

Только почувствовав, как тревога отступает, молодой человек поднялся с колен, которые болели от долгого стояния на ковре. Он потер затекшие ноги, те отозвались легким покалыванием, и подошел к кровати. Взял в руки телефон, на экране высветилось три часа ночи. Интересно, который час в Баку? От Анны пришло поздравление с Рождеством и объяснение, почему не ответила на сообщения. Джун с трудом удержался, чтобы не написать ей. Пусть спит, она и так устала.

Молодой человек сел на кровать и стал искать в телефоне информацию о призраках, привидениях и неупокоенных душах. Что-то подсказывало - он двигался в нужном направлении, так как записей очевидцев набралось очень много. Все дороги вели в Дю Вин, но историю отеля отыскать не удалось, зато показалась интересной заметка о том, что отелей Дю Вин насчитывалось около двенадцати, и название свое они получили в честь старого хозяина, известного французского сомелье, который был большим гурманом и знатоком вин.

Адель сказала, что таких, как она, тут много. Означало ли это, что само место имело свою историю, которую тщательно скрывали от окружающих?

Промучившись без сна добрых три часа, Со Джун заснул только под утро. Но выспаться не дали. Его разбудил тихий, но настойчивый стук в дверь.

- Мистер Кан, - услышал Джун голос управляющего, и попросил подождать минуту.

Мельком взглянув на круглые часы, висевшие на стене, парень стал спешно переодеваться. Ему удалось поспать всего два часа и глаза слипались, но заставлять ждать управляющего он не мог. Потому быстро открыл дверь и пригласил мужчину войти.

- Доброе утро, мистер Гордон, - поздоровался он, стесняясь своего вида.

- Утро доброе, господин Кан. Готовы совершить небольшое путешествие на кухню? Выглядите, кстати, неважно.

- Плохо спал, - сказал Джун, - но готов пойти с вами.

- Тогда поторопитесь, постель уберет горничная.

- Джун забрал с тумбочки телефон и выключил ночник, ругая себя за то, что не сделал этого раньше. Но спать в темноте после ночного визита он не мог.

Мистер Гордон ничего не сказал по этому поводу прямо, но упомянул про сорок три номера в гостинице и то, что сложно уследить за всеми постояльцами.

- Скажите, вы не замечали в отеле ничего странного? - как бы между прочим, спросил Со Джун, когда они проходили мимо портье.

- Что вы имеете ввиду? - поинтересовался мужчина.

- Скрипы, шорохи, сильный холод, - начал перечислять Джун, избегая слова "паранормальное".

- А-а, так вы об этом. Здание слишком старое, построено еще в 1700 году. Скрипы, свист ветра, сквозняки - тут дело обычное. Люди приезжают сюда из-за уникальной атмосферы и великолепной французской кухни.

Мужчина пропустил молоденькую горничную в форменном платье и чепце и шутливо погрозил ей пальцем. Девушка покраснела, извинилась и поторопилась скрыться.

- Не люблю праздных шатаний на кухню, - объяснил мистер Гордон.

Со Джун понимающе улыбнулся. Он тоже не любил, когда работники отдела бездельничали и собирались для того, чтобы посплетничать.

За поворотом была кухня. Со Джун понял это, когда услышал шум, крики, шипение масла и запах жареного лука. Менеджер попросил подождать минуту, а после позвал за собой. Взору открылось огромное помещение с новейшим оборудованием.

Большие железные плиты соседствовали с тестомесильными машинами, электрическими печами, мясорубками и столами для разделки мяса, птицы и рыбы.

Штат работников тоже был велик: четыре повара, три помощника и три посудомойки, которые находились под руководством шеф-повара, крепкого мужчины в белоснежном халате с двумя рядами крошечных черных пуговок и в накрахмаленном поварском колпаке.

- Это мистер Кан, - представил Джуна управляющий. - А это наш шеф, мистер Макдауэл.

- Здравствуйте. Похоже, здесь я буду работать? - произнес Со Джун.

- Может, и так, - повар упер руки в бока и выпятил живот, отчего стал похож на любопытного бульдога. Сходство с ним придавали круглые щеки и кустистые брови, нависшие над маленькими живыми глазками.

- Так это о тебе господин управляющий твердит все утро? Останешься работать, если будешь стараться. Хотя я не уверен, что ты либо умеешь, с такой-то внешностью - только в официанты.

- В официанты нельзя, - прервал его тираду менеджер отеля. - Я уже говорил, почему.

- Хорошо. - Повар хлопнул себя по ногам пухлыми руками и встал со стула. Рост у него тоже был впечатляющий. - Хоть что-нибудь по хозяйству делать умеешь?

- Справлюсь. - Твердо ответил Джун. - И я быстро учусь.

- Мне нравится такой настрой, - мистер Макдауэл широко улыбнулся и перевел взгляд с парня на менеджера. - По поводу зарплаты мы еще поговорим. А пока пусть наденет халат и колпак.

- Сколько длится рабочий день? - спросил Джун, принимая из рук повара белый халат.

- Смотри-ка, еще работать не начал, а уже про время спрашивает, - хмыкнул шеф. - С семи утра и до позднего вечера. Иногда и до часу ночи. Так что, не пропал запал? - он рассмеялся собственной шутке.

- А есть выбор? - тоже усмехнулся, застегнул пуговицы и надел колпак.

- Рад за вас, думаю, поладите, - сказал управляющий и хлопнул шеф-повара по плечу. - Вынужден вас оставить, дела.

Мужчины обменялись рукопожатием, значащим нечто больше, чем просто жест расположения. Это было сродни заключения сделки. И от Со Джуна не ускользнул еле заметный кивок повара. Что ж, пришла пора приниматься за работу, чтобы не подвести поручившегося за него человека.

Джун начал с уборки рабочего места, то есть стола, заваленного посудой, грязными разделочными досками, обрезками овощей и зелени. Он старался не обращать внимания на торопивших его поваров, покрикивавшего шефа и суетливых посудомоек, которые перемещались от одного стола к другому с невероятной скоростью.

Работа на кухне кипела, как в адском котле. Где-то вспыхивал огонь и шипело масло, это на раскаленную сковороду падали куски мяса, мгновенно покрывались розовато-серой корочкой. Из больших кастрюль поднимался пар. В глубоком чане попыхивало варево с не очень приятным запахом, которое один из поваров помешивал увесистым черпаком.

- Не спим! Поторапливаемся! В темпе вальса! - командовал шеф, щеки которого стали пунцовыми, а все лицо лоснилось от пота.

Со Джуну еще никогда не приходилось работать так быстро, не зная передышки. Стало невыносимо жарко в свитере, парень снял его и остался в рубашке и халате. Заметивший это повар, понимающе усмехнулся и подмигнул.

- Привыкай, будет жарко. И это еще начало дня. Скоро пойдут заказы, вот тогда увидишь настоящее представление.

Шеф не стал делать им замечание. Пусть новичок познакомится со всеми, работа пойдет веселей. К тому же, парень показался ему старательным, не отказывался ни от какой работы и не путался под ногами - неоценимые качества для работника кухни.

- Ну, как тебе у нас? - с усмешкой спросил мистер Макдауэл, когда Джун подошел к его столу, чтобы стереть следы разделки мяса. - Не хочешь сбежать, пока не поздно?

Джун хмыкнул и покачал головой.

- Это лучше, чем сидеть в номере и считать снежинки за окном.

- Ты посмотри, какой деловой. А что-нибудь из вашей кухни приготовить сможешь? Японской или китайской?

- Корейской, - поправил его Джун. - Не увлекался готовкой, но могу пожарить рыбу, мясо на углях или сделать салат.

- Уже неплохо, - шеф-повар одобрительно кивнул. - Поработаешь немного, присмотришься, может, и покажешь еще свои умения. Если раньше времени не сдуешься...

Казалось, мужчина прощупывал почву, узнавая, насколько вынослив парень.

- Не сдуюсь, - ответил Со Джун. - Мне очень нужна эта работа. Благодарю за оказанное доверие.

- Это ты не меня, а мистера Гордона благодари. Он очень просил за тебя. Эх, хороший он человек, таких еще поискать... Ладно, иди, работай.

Джун подчинился, всем своим видом показывая, что готов выполнять любое поручение. Как предупреждал призрак, от помощи отказываться было нельзя.

К концу рабочего дня ноги Джуна совсем не держали и повар, сжалившись над новичком, отпустил того на час раньше, предупреждая, чтобы тот не опаздывал завтра.

- И прими душ, от тебя будет нести кухней за километр, - напутствовал один из поваров.

Со Джун с натяжкой улыбнулся и пошел к себе. Почему раньше он думал, что повара много едят? Сегодня иллюзии на этот счет развеялись. Времени на еду не хватало, перекусывали на ходу. Новичка накормили, но к концу дня на все эти блюда он уже не мог смотреть. Кому кусок в горло полезет, когда весь день только тем и занят, что жаришь, паришь, варишь и вращаешься среди этих ароматов?

Парень поплелся в ванную, снял с себя одежду и понюхал рубашку - она пахла жиром. Это и была оборотная сторона медали.

Приняв душ, Джун плотнее запахнул халат и прямо под краном постирал рубашку, а затем оставил ее сушиться в ванной, повесив и расправив на плечиках пластмассовой вешалки. Хорошо, что имелась запасная рубашка. Со свитером дело обстояло хуже. От запаха, которым пропиталась вещь, не было никакого спасения.

Со Джун подумал о том, что спросит об этом управляющего и вернулся в комнату. Телефон, оставленный на столе, несколько раз мигнул и погас - кто-то отправил сообщение.

Анна спрашивала, как идут дела и есть ли новости.

- Можешь меня поздравить с трудоустройством, - пошутил он.

Ответ пришел незамедлительно:

"Ты нашел работу? Рада за тебя, но как это возможно без документов? Надеюсь, ничего нелегального?"

"Это подработка в ресторане нашего отеля. Извини, что не писал сегодня, совсем не было времени. Я ужасно устал и просто валюсь с ног."

"Как я тебя понимаю. Не по наслышке знаю, что такое кухня. Терпения тебе и сил, дорогой. И все же, это лучше, чем вовсе сидеть без дела."

"Спасибо за понимание, мой прекрасный ангел. Пусть у тебя все будет хорошо."

"Джун, у тебя тоже все наладится. Нужно время, милый. Не теряй надежду."

Джун глубоко вздохнул и ответил:

"Да, знаю, нужно ждать. Но это так тяжело. Мне иногда кажется, что ожидание длится вечность."

"Я с тобой, помни это. Что бы ни случилось, я буду любить тебя всегда..."

"Эти слова должен был сказать я, любовь моя. Достоин ли тебя такой человек?"

"Не важно, кто сказал их первым. У тебя был сложный день. Обязательно сообщи завтра, как себя чувствуешь. Береги себя, любимый и хорошо ешь."

"Беречь себя обещаю, но что касается еды, здесь я бессилен - нет времени поесть и сильно мешают запахи."

"Привыкнешь. А теперь иди, отдыхай. Доброй ночи и сладких снов."

Со Джун улыбнулся и пожелал девушке того же, добавив к сообщению картинку с месяцем и звездами. Прощаться не хотелось. Задержать бы время еще на несколько минут. Джун положил телефон на тумбочку и лег на кровать, вытянув ноги. Все мышцы болели, как после изнурительной тренировки. Парень закрыл глаза и представил себя на улице Сеула, в сезон цветения сакуры. В своих мечтах они с Анной держались за руки и смотрели на розовые лепестки, дождем облетавшие с вишен. В глазах девушки, казалось, отражались звезды. Чувствовать ее тепло и прикосновение губ было наивысшим счастьем, за которое он сейчас терпел лишения.

- Это временно, - прошептал Со Джун. - Я буду стараться приближать нашу встречу, как могу. Пусть Бог поможет мне в этом, любовь моя.

Со Джун укрылся одеялом и погасил ночник. Он был настолько разбитым, что тут же уснул и даже не почувствовал, как в комнате появился призрак. Женщина склонилась над спящим и дотронулась рукой до его волос. Легкое касание не могло нарушить покой. Призрак печально улыбнулся и исчез, оставив после себя аромат цветов.

* * *

Анна поддалась на уговоры подруги и к шести вечера стояла возле торгового центра. Лейла опоздала на пятнадцать минут.

- Давно ждешь? - спросила она, подхватывая девушку под руку.

- Нет, не очень, - ответила Анна. - Мне нравится гулять по городу, особенно в предпраздничные дни. А сегодня тут так красиво!

- Хорошо, тогда пойдем, поможешь мне, - сказала подруга, увлекая Анну за собой.

Девушки прошли через вертушку и поднялись по ступенькам. На первом этаже играла музыка, крутили все те же рождественские песни. На входе охранники сканировали сумки металлоискателем. Лейла мило улыбнулась высокому симпатичному охраннику в форме и прошла вперед, к эскалатору.

- Чего ты все букой ходишь? - недовольно спросила она Анну. - Видела, как он на тебя смотрел? Могла бы хоть улыбнуться.

- Кто смотрел? - не поняла Анна и стала оглядываться по сторонам.

- Проехали, он остался внизу.

- Я и не заметила, - Анна пожала плечами и залюбовалась нарядной серебристой елкой с огромными разноцветными шарами.

- О китайце думаешь, потому и не замечаешь, - поддела ее Лейла. - Кстати, как он там, жив еще?

- Типун тебе на язык, - прошипела подруга. - И придет же в голову такое. Что плохого сделал тебе Джун?

- Ничего. Но мне не нравится, что он морочит голову тебе.

Анна не стала говорить о новой работе Джуна, чтобы не злить подругу еще больше. Вместе они прошлись по магазинам одежды и купили подарки родственникам Лейлы. Не забыли и про Веронику, выбрав вязаный розовый свитер.

- Очень красивый, - сказала Анна, представляя племянницу в обновке. - Думаю, ей тоже понравится.

- Вот и хорошо, - Лейла посмотрела на часы. - С меня кофе.

Девушки, вместе с многочисленными пакетами, поднялись на третий этаж, где располагались различные кафе и сели за свободный столик. Анна присмотрелась к вывеске - французские десерты. Как всегда оригинально.

- Как дела на работе? - спросила Анна, когда официант ушел за заказом.

- Как всегда в эти дни. Много покупателей, даже заказы по телефону принимаем, только собирать успеваем, - ответила Лейла. - А как у тебя?

- Получила несколько заказов на картины. С книгой же все иначе. Как сажусь писать, впадаю в ступор. Я не идеалист, но сырой материал выдавать читателям не хочу.

- Вдохновения нет? - выдала предположение подруга.

- Наверное, это эмоциональное выгорание. Писатель должен быть наполнен, чтобы делиться с читателями. А если тут пусто, - Анна указала на сердце, - то и дать нечего.

Девушкам принесли заказ. Пока одна с аппетитом ела пирожные и рассказывала веселые истории из жизни сестер, другая слушала, улыбалась, но периодически поглядывала на телефон: а вдруг зазвонит?

- Ты с экрана глаз не сводишь, - недовольно произнесла Лейла. - Ну возьми уже, позвони сама.

- Не могу, он занят, - уклончиво ответила Анна.

- Чем он может быть занят? - удивилась Лейла. - Тоже мне, деловая колбаса. Сидит в своем отеле и в ус не дует. Хоть бы подарок сделал на Новый год.

- Я же говорила, он сейчас не может.

- Ты его так защищаешь, аж тошно становится, - девушка насупилась.

- С тобой спорить бесполезно, - вздохнула Анна.

- Вот и не спорь, со стороны лучше видно. Давай кофе пить, остывает.

- Мне иногда кажется, что я снова стала маленькой, а ты - моя бабушка, - Анна рассмеялась.

- Правильно, потому что тебе добра желаю и указываю на ошибки.

Анна не считала знакомство с Ддуном ошибкой. То, как он отчаянно цеплялся за любую возможность, чтобы выжить, было достойно уважения. Но объяснять это Лейле было бесполезно, только ее мнение было правильным. Изредка Анна задумывалась, как такие разные личности могли сойтись характерами? Лейла походила на огонь, Анна на воду. Между солидарными во всем подругами стали возникать разногласия, и камнем преткновения являлся Джун. Лейла его на дух не переносила и мечтала, чтобы подруга наконец одумалась и нашла более достойного человека.

После похода в торговый центр, девушки поехали домой к Лейле. Веселые и счастливые, они вошли в квартиру, с полными пакетами подарков. Подруги переглянулись и рассмеялись, у обеих были румяные щеки и блестели глаза. Лейла первой сняла куртку, сапоги и упала в кресло.

- Пойду, чайник поставлю, - Анна повесила куртку на вешалку и пошла на кухню.

- И тортик прихвати, - сказала Лейла вдогонку.

- А еще похудеть мечтаешь, - усмехнулась подруга, возвращаясь за кондитерским чудом. - Разве можно есть столько вредного и сладкого?

- Это не вредности, а антидепрессанты, - ответила подруга, разминая затекшие ноги. - К лету похудею, успеется.

- Ну-ну, я это слышу каждый день, - усмехнулась Анна и занялась чаем.

С каждой минутой, проведенной наедине с собой, она думала о Джуне. Работа, о которой он упоминал, должна была оплачиваться. Но счет за номер все рос. Следовательно, полученные деньги пойдут на оплату. Слава Богу, что решился хоть один вопрос.

Девушка открыла холодильник и поставила туда торт, автоматически окинула взглядом содержимое полок и выдала вердикт: пусто, хоть шаром покати. Спросила подругу, как та собирается отмечать праздник, если нет продуктов? На что та ответила:

"Времени еще много, купится.

- Ближе к празднику в маркетах будут невероятные скидки, тогда и куплю, что нужно.

Лейла намеренно не желала раскрывать свои планы и умолчала о том, что приглашена в ресторан. А уговорить подругу составить ей компанию будет делом техники. И то, что в ресторан придут ее знакомые, Анне знать не обязательно. Подругу нужно спасать от ушлого альфонса, так считала девушка.

Уже поздним вечером Анна открыла ноутбук, чтобы загрузить новую главу. Напечатав около половины, она потерла затекшие пальцы и посмотрела на время: два часа ночи. В Шотландии было 23:00. Руки сами потянулись к телефону, чтобы написать: "Добрый вечер. Как твои дела? Ты поел?"

Ответ пришел минут через десять.

"Здравствуй, мой прекрасный ангел. Все хорошо, я сыт, только едва держусь на ногах."

Анна улыбнулась, вспоминая свои первые дни на кухне большого ресторана.

"Привыкай, дорогой. Говорят, что привычка формируется двадцать один день. Я в тебя верю."

Уставший грустный смайлик заставил ее рассмеяться.

"Соскучился по тебе. Времени на письма совсем нет," - написал Джун.

"Знаю, потому не обижаюсь."

"Никогда бы не подумал, что буду работать на кухне. Я учился управляться с бумагами, компьютером, а не с ножами и поварешками."

"В жизни все нужно попробовать, в пределах разумного, конечно,- написала девушка. - Твоя история удивительным образом перекликается с моей сказкой о короле Томасе.

"Не расскажешь?" - последовало предложение.

"Тебе интересно?" - удивилась она.

"Мне интересно все, что связано с любимой девушкой. Обещаю, что не усну, пока не дочитаю до конца."

"Хорошо, сам напросился. И только попробуй уснуть", - шутливо пригрозила Анна и начала писать рассказ.

Чародей

Жил в давние времена один король. Могущественный, холодный и деспотичный.

Любимым его занятием было ведение войн с другими королями. А когда воевать было не с кем, он издавал указы о повышении налогов и народ его голодал. Бедняки роптали, но ничего не могли поделать.

А еще любил король Томас чудеса, которые показывали маги и чародеи. Звал он их в свой дворец и щедро одаривал, если представление нравилось. И так много волшебства он повидал, что перестало оно его удивлять.

Заскучал король и приказал объявить по всему королевству: если кто из волшебников сможет короля удивить своим умением, то станет придворным чародеем.

Стали съезжаться во дворец маги, чародеи и фокусники. Показывали свое умение, да

только король становился день ото дня мрачнее.

- Да неужели нет во всей нашей стране того, кто бы меня удивил?- воскликнул он,

посмотрев очередное представление.

Но в один из пасмурных дождливых дней стража привела к королю Томасу почтенного

возраста бедняка. Одежда его промокла и капли стекали на пол. Убогий вид говорил о том, что старец голодал и нищенствовал.

- С чем пожаловал, бродяга? -спросил король сердито. - Если денег просить, то не

отнимай моего времени.

- Да продлит Господь дни Вашего Величества. Я- бедный странник. Услышал, что

хотелось бы государю увидеть волшебство, какое его поразит.

-Уж не ты ли тот волшебник, что решил поразить меня? - расхохотался король.

Придворные тоже засмеялись.

- Дозвольте мне всего лишь попытаться,- скромно ответил старик.

- Ну что ж, показывай, раз пришел,- ответил Томас.

Старик слегка замялся.

- Для этого волшебства мне понадобится чаша с водою, Ваше Величество...

- Чаша? Принести ему то, что просит.

Большую глиняную чашу наполнили водой и поставили на стол посреди зала. Король

держал в руке чарку с пенящимся элем.

- Что теперь, старик? Начинай, мы уж заждались.

Старик опустил глаза и произнес:

- Не прогневайтесь, Великий и Всемогущий. Для того, чтобы вы увидели волшебство,

надобно подойти к чаше и нагнуться над нею.

- Да ты из ума выжил! Дерзить королю! - вскричали придворные.

Король же сидел молча. " Что сделает мне этот несчастный? Вокруг моя стража,

советники. Если что, велю казнить наглеца."

- Я сделаю то, что ты просишь. Но учти, старик, одно неверное движение и тебя ждет суровая кара.

Старик не ответил, лишь низко поклонился. Перед всеми придворными, вставшими вкруг стола, король поставил на стол чарку с элем и нагнулся над чашей с водой.

И вдруг почувствовал, как все вокруг него завертелось в водовороте. Он оказался в

стремительно несущейся воде, вокруг не было ничего, за что можно было бы ухватиться.

Проклятый старик, что он натворил! Бурный поток нес короля вниз по реке. Мужчина чувствовал, как рвется его одежда, когда натыкался на острые камни. Река вынесла его к водопаду и сбросила с высоты. Король почувствовал, что тонет.

Дальше была пустота. Очнулся наш несостоявшийся утопленник в каком- то темном

месте. Он огляделся по сторонам, ничего не узнавая. Попытался встать, но руки и ноги не слушались его.

Над ним вдруг склонилась какая-то женщина.

- Очнулся? Хвала небесам!- засуетилась она. - Как тебя зовут, откуда ты?

Томас хотел ответить и тут понял, что ничего не помнит.

- Я не знаю,- ответил он.

- Что ж мне с тобой делать? - задумалась женщина.

Она принесла королю плошку какой-то дымящейся похлебки.

- Я нашла тебя у реки. Вся твоя одежда изорвалась в лохмотья. Поживешь пока у меня. Я давно овдовела, а в хозяйстве руки нужны. А пока - на вот, поешь.

Женщина помогла ему приподняться. Похлебка была из овощей и бобов, но пахла аппетитно. Мужчина с трудом съел треть миски.

- И на том спасибо,- сказала женщина. Твое счастье, что я тебя нашла. А то ведь лес недалеко, к вечеру тебя могли найти дикие звери.

Король закрыл глаза.Все его тело было изранено и болело. Он долго ворочался, но

наконец заснул.

Проснулся мужчина только на следующий день. В доме вкусно пахло жареной рыбой.

- Проснулся? А я уже рыбы успела наловить,- сказала красавица. - Может, попробуешь встать, размяться, а я помогу.

С ее помощью король встал и он с трудом прошел к столу, по дороге чуть не упав. Но крепкие руки его поддержали.

- Гляди, такой крепкий, а на ногах не стоишь,- покачала головой женщина.

- Меня зовут Мэри. Я живу в этой лачуге, муж покойный был горшечником. А я плету

корзины, но и вести хозяйство пришлось научиться. И всей мужской работе. А ты что

умеешь?

Король пожал плечами. Он ничего о себе не помнил.

- Что ж, буду учить тебя своему ремеслу.

Когда король немного окреп, Мэри повела его во двор, где стоял гончарный круг. Она показала ему, как лепить горшки. Но у Томаса ничего не выходило, руки не слушались совсем.

- Что ж, может, корзины плести сможешь,- вздохнула Мэри.

Но и в этом деле он оказался не силен.

- Ну, хоть на ярмарке товар продать сможешь? - спросила его женщина.

Король кивнул. Мэри отвезла его на ярмарку с возом горшков, а самой пришлось

вернуться домой.

Мужчина долго стоял на своем месте. Иногда к нему подходили, за несколько часов

купили только три горшка, но он и этому был рад. И тут подъехали к нему богато одетые всадники.

- Давай сюда монеты,- сказал один из них.

- Помилуйте, господин, это не мой товар,- испугался король. - Что я скажу хозяйке?

- Еще и перечить вздумал!- разъярился всадник и ударил короля по лицу. А потом

подъехал к телеге и толкнул ее.

Горшки попадали на землю и разбились, а всадник отнял у горемыки жалкие гроши и поехал дальше со своими спутниками.

Король сел прямо на землю и закрыл лицо руками. Слезы покатились по его щекам.

Когда Мэри пришла его проведать, то ужаснулась.

- Это были стражники нашего короля,- сказала она тихо. - Надо было сразу отдать им деньги. Но что теперь поделаешь, идем домой.

Мужчине было так стыдно, что он стал с усердием всему учиться. А уже через несколько месяцев он помогал Мэри продавать товар на ярмарке. Еще Томас неплохо охотился, в доме появилось мясо, а шкурки Мэри выделывала и продавала.

Мэри очень нравился незнакомец, она прозвала его Джоном, а король был не против.

Ему самому уже давно полюбилась красивая и работящая Мэри. Да так, что спустя полгода Томас решил на ней жениться. Они обвенчались в небольшой часовне.

Через год у них родился сын, а спустя еще год - второй. Джон был счастлив с красавицей-женой и двумя мальчонками. С того момента, как Мэри

нашла его, прошло уже десять лет. Супруги поправили домишко, завели несколько кур и козу. Мальчики помогали отцу, а мать занималась домом.

Однажды, когда Джон и сыновья пошли в лес, они увидели там двух дерущихся на мечах рыцарей. И взглянув на этот поединок, Джон вдруг все-все вспомнил. Он вспомнил свое королевство, войны и странного старца.

- Пойдемте домой, дети,- сказал он сыновьям. - Скорее!

Вернувшись домой, мужчина взял за руки жену.

- Я вспомнил свою прежнюю жизнь. Я - Томас, король соседней страны. Мне нужно

вернуться в королевство, и вы пойдете со мною!

Мэри слушала его и думала, что муж сошел с ума. Но когда он начал рассказывать ей моменты своей жизни, она поняла, кто перед нею стоит.

- Значит, вот кому я обязана гибелью мужа,- сказала она.

- Прошу, Мэри, прости меня, это была война. Я сейчас понимаю, как это все жестоко. Но я - мужчина и король... Может, теперь уже нет... - Молю тебя, вернемся со мною и детьми в мое королевство. Я не смогу жить без вас.

Мэри посмотрела в глаза мужу и увидела в них такую любовь, что сердце ее оттаяло.

Спустя несколько часов они плыли на лодке.Король опасался быть узнанным, но кто бы сейчас признал в нем того короля?

Сначала река была спокойной, но внезапно течение завертело лодку. Весла разбились о камни. Дети плакали, а Мэри пыталась их успокоить.Король тщетно силился справиться с течением, лодку перевернуло.

- Мэри, держитесь, я помогу!- вскричал король.

Он вновь переживал тот ужас водоворота с одной лишь разницей: сейчас он тонул не

один, а в помощи нуждалась его семья.

Томас увидел, как под водой скрылись и дети, и жена. Он сам тоже наглотался воды и шел ко дну.

- Мэри!- закричал он, захлебываясь.

- Ваше Величество, с вами все хорошо? - крикнул кто-то.

Король отпрянул в сторону. Чаша с водой перевернулась.

Король огляделся по сторонам и увидел, что стоит у себя во дворце. Вокруг него стояли придворные, а на столе в чарке пенился эль.

- Где Мэри? Где мои дети, отвечай!- он подбежал к старику и схватил его за плечи.

- Это была всего лишь иллюзия,- спокойно ответил тот.

- Какая иллюзия?! Я прожил в соседнем королевстве десять лет! У меня есть жена и дети!

- Вы все время находились тут, Ваше Величество,- разуверил его советник.

- Сколько времени прошло, как я посмотрел в воду?!

- Несколько мгновений, Ваше Величество. Всего лишь...

- Нет, не может быть!- король резко повернулся к старику.

- Вы довольны, Ваше Величество? Тогда позвольте мне продолжить мои странствия, пока Господь не призовет меня.

- Доволен ли я?! Моя Мэри, мои дети! Где мне их искать?!

Советники шептались, опасаясь за здоровье короля. Он явно был не в себе.

- Вы найдете ее в том домишке, там, где увидели впервые,- тихо сказал старик на пороге.

- Седлайте мне коня!- приказал король. - Куда ты идешь, старец? Останься в моем королевстве. Я щедро тебя награжу.

Старец низко поклонился и промолвил:

- Я не создан для такой жизни, Ваше Величество. Я бедный странник, а не чародей. И должен продолжать свой путь. Ибо кто- то другой может нуждаться во мне.

- Что ж, иди, старец. Но как я могу вознаградить тебя?

- Живи по совести и правь справедливо. А больше мне ничего не надо.

И старик ушел из дворца.

Король нашел свою Мэри в бедной лачуге. Конечно же, она никогда не видела короля. Но согласилась стать его женой, видя в его глазах истинную любовь.

Говорят, что король Томас изменился после визита того загадочного странника. Он

сдержал слово и не было правителя более справедливого, чем король, проживший жизнь бедняка.

Анна закончила переводить последнюю строчку и отослала Со Джуну, ожидая его ответа. Ждала около десяти минут, а потом не выдержала и написала:

"Все-таки уснул",- и добавила грустную рожицу, намереваясь выключить телефон.

Но экран вспыхнул голубым цветом, и она прочитала:

"Не сплю, но нахожусь под впечатлением. До сих пор "мурашки" бегают. Чудесная волшебная сказка. Жаль, что в жизни все иначе... Анна, давай сделаем так: каждый вечер я стану рассказывать, как прошел день, а ты будешь присылать одну сказку."

Анна прочитала сообщение и рассмеялась.

"Хочешь превратить меня в Шахерезаду из "Тысяча и одной ночи"?

"Не пугай меня так, я не выдержу тысячи дней здесь. Но ситуация и вправду похожа."

"О, мой повелитель, не желаете ли отойти ко сну? Время позднее", - смеялась девушка.

"С большим сожалением, так как не хочу с тобой расставаться", - последовал ответ, который отозвался волнением в сердце.

- И не расставайся, - произнесла Анна и вспомнила знакомые до боли строки - "С любимыми не расставайтесь".

Она задалась вопросом, случается ли в наши дни такая любовь, как у них с Джуном, когда двое не мыслят жизни друг без друга? Когда любовь оказывается такой всеобъемлющей, будто они - одно целое? Хотелось верить, что люди все еще могли испытывать подобные чувства и не оставили их в прошлом, на страницах романов.

То же самое думал Со Джун, когда вновь и вновь перечитывал сообщения Анны. И все тревоги отступили на второй план. Молодой человек на мгновение представил себе короля Томаса из сказки и его милую Мэри... Если бы только Анна дождалась его приезда...

В последние дни это стало кошмаром его жизни. Один и тот же повторяющийся сон, где Анна держит его за руку. Они идут по улице незнакомого города, очень похожего на Сеул. Выходят на площадь, украшенную гирляндами живых цветов, китайскими фонариками, на сцене разыгрывается представление в традиционном восточном стиле, с участием дракона. Каким-то особым чутьем Джун понимает, что это Новый год по Лунному календарю. Вдруг дракон спрыгивает со сцены к зрителям. Он танцует вокруг молодых людей, а через минуту Анна исчезает. И Джун просыпается от того, что кричит ее имя. Так случилось и этой ночью.

Парень проснулся от невыносимого чувства потери и сел в кровати. Лицо было покрыто испариной, а руки дрожали. Расфокуссированный взгляд выхватил из полумрака прозрачный силуэт, зрачки расширились: она снова была тут!

- Зачем ты снова пришла?! - вскричал он. - Оставь уже меня в покое!

Адель подпорхнула ближе и склонила голову набок:

- Хочешь выбраться отсюда? - с лукавой усмешкой спросила она.

- Желаешь заключить сделку? - неуверенным тоном сказал Джун.

- Не угадал, - девочка весело рассмеялась. - Просто хочу помочь.

- И что для этого нужно сделать?

- Прочитать семь сказок, - Адель жутко усмехнулась, прохаживаясь по комнате. То, что ей казалось забавным, леденило кровь парня.

- Бред какой-то, - пробормотал Джун. - При чем тут сказки? Как это поможет мне?

Она с жалостью посмотрела на парня.

- Взрослые иногда бывают такими глупыми. Зачем задавать вопросы? Просто возьми и сделай. Это передала красивая женщина в белом платье.

Услышав ответ, Джун хотел взять ее за руку, но Адель нахмурилась и тут же исчезла.

- И что прикажете делать с этими надоедливыми призраками? Чего вообще они хотят?

На вопрос не было ответа. Со Джун боялся уснуть, чтобы после пробуждения не встретиться с еще более ужасающим привидением эдинбургского отеля. А за окном уже забрезжил рассвет.

Глава 19

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 19

- Эй, новенький! Почисти-ка картошку, - крикнул Джуну один из поваров. - Остальных тоже касается! Повеселее, повеселее, что стоите с кислыми минами? Вечером намечается банкет!

Веселые возгласы смешались с недовольными. С одной стороны, банкет - прибыльное дело. С другой стороны - работы прибавится. Вот и выходило, что радости было мало.

Перед Джуном поставили мешок, дали нож и большой синий таз с водой. Столько картошки, собранной в одном месте, Джун никогда не видел. Да, в Англии ее было много, но в Корее корнеплоды стоили очень дорого. Прикинув в уме, за какой срок управится с этой горой, он взял нож и стал снимать кожуру.

Проходивший мимо повар бросил взгляд на его мучения и махнул рукой:

- Что, картошку никогда не чистил? Дай сюда, покажу, а то так половину овощей испортишь.

Джун передал нож и с восхищением стал наблюдать за тем, как с корнеплода тонкой пружинкой спускается срезанная лента кожуры. Так ловко у него никогда не получалось.

- Во всем нужна сноровка, - поучительно произнес повар и подмигнул ученику. - А еще свою работу любить надо. Иначе на кухне делать нечего. Помню, как сам ходил в помощниках и очень старался быть всем полезным. Поверь, не один мешок картошки тогда перечистил. Через мои руки проходили и килограммы овощей, и сотни не ощипанных кур, и рыба с такой чешуей, будто ее намертво приклеили.

Не раз пальцы резал, ошпаривал кипятком, обжигался о раскаленную сковороду. Но, как видишь, живой и уходить из профессии не думаю.

- Я, наверное, долго тут не задержусь, - вздохнул парень, - но наставления запомню. Это применимо к любой работе. Свое дело нужно любить.

- Молодец, далеко пойдешь, - улыбнулся повар и вернул нож.

Видя всю кухню изнутри, Джун все больше наполнялся уважением к поварам. То, что раньше казалось простым умением варить и жарить, сейчас выглядело как мастерство сочетать продукты и превращать их в шедевр кулинарного искусства.

Повара, которые вначале посмеивались над парнем, изменили свое отношение к нему. Присматривался и шеф-повар, делая выводы, лестные для Джуна. День за днем тот показывал свою выносливость, доказывал, что тоже способен стать одним из них, даже не имея особых познаний в этом деле.

Но никто не догадывался, как тяжело было Джуну наступать на горло своей гордости. Ему, наследнику крупной компании, приходилось выполнять грязную работу, таскать тяжести, подчиняться помощникам поваров и выслушивать недовольные речи шефа. А еще эта бешеная скорость, которая требовалась, чтобы удовлетворить запросы придирчивых посетителей.

После банкета Джун чувствовал себя так, будто весь день разгружал вагоны, но работа все не заканчивалась. Один из помощников позвал Со Джуна выйти на улицу, подышать свежим воздухом. И молодой человек охотно согласился составить компанию, тем более, что шеф не был против дать им временную передышку.

Парни прошли по слабо освещенному коридору, выложенному плиткой и открыли железную дверь, ведущую на задний двор. В лицо сразу пахнуло морозным зимним ветром. Со Джун поежился от холода, когда увидел крупные хлопья снега, кружащие в воздухе, как белые мухи.

Его спутник прислонился спиной к шершавой стене, достал из кармана пачку сигарет с зажигалкой, и чиркнув колесиком, высек искру. Прикрыв огонек ладонью, он привычным движением поджег кончик сигареты и закурил, выдыхая дым в морозный воздух.

- Будешь? - спросил он, показывая Джуну пачку.

- Нет, я давно не курю, - ответил кореец.

- Что так? Поддерживаешь здоровый образ жизни? - усмехнулся собеседник.

- Это правильно. А я вот, бросить не могу. Только этим и спасаюсь от стресса. Алкоголь пить нельзя, нужна трезвая голова и твердая рука.

- Понимаю, - протянул Джун. - С такой работой сложно не запить.

- А ты-то, кто по профессии? - поинтересовался шотландец, выпуская очередную порцию дыма.

- Офисный работник, - уклончиво ответил Со Джун, преуменьшая важность своей должности. Так будет лучше для всех и не так больно для него.

- Скучная работа, наверное?

- Конечно, с кухней не сравнить, - усмехнулся кореец. - У вас тут бешеный темп, сложно успеть. Скажи, как давно ты здесь?

- Года два, может, чуть больше, - шотландец задумчиво посмотрел на небо и запахнул куртку. - Место хорошее, прибыльное. Ресторан известен не только в узких кругах. И постояльцам наша кухня нравится. Само здание старое, так и дышит историей.

- Слышал, его построили в 1807 году. А что тут было раньше? - решил выведать Джун информацию. Работник кухни уж точно поделится секретом.

- Что находилось раньше? Больница. Потом ее закрыли. Только не распространяйся об этом, - предупредил шотландец. - Сам понимаешь, среди людей встречаются излишне суеверные , не так воспримут, и это отразится на нашей репутации.

Услышав о больнице, Джун похолодел. Так вот почему Адель предупредила, что здесь не одна. Конечно, в больнице тоже умирали люди. И девочка лишилась мамы не потому, что потерялась...

- Эй, ты чего? - позвал парень. - Ну, больница и больница, что такого? У Эдинбурга богатая история, туристам придется смириться.

В полутьме ночной улицы вырисовывались две тени и красноватый огонек сигареты, который то опускался, то поднимался вверх. Наконец, и он погас.

- Тебе не приходилось сталкиваться с чем-то необъяснимым, не поддающимся логике и здравому смыслу? - с затаенной надеждой спросил Со Джун.

- Сам не видел, но слышал от постояльцев, что видели тут девочку, которая искала маму. Будто до чертиков напугала она женщину, в лицо которой всматривалась. Проходила дама вечером по коридору и столкнулась с нею у двери своего номера. Только знаешь, не верю я в эти байки. Постоялица была в возрасте, мало ли что могло померещиться? Пойдем, холодно тут стоять.

Парни вернулись на кухню, а разговор никак не выходил у Джуна из головы. С кем поделиться тем, что жило в его душе? Поверят ли ему или поднимут на смех?

Отработав свою смену, Со Джун снял халат, колпак и пошел к себе в номер. Пообщаться с Анной в этот вечер не вышло, что очень огорчило его. Зато имелся приятный бонус в виде номера карты, который дал ему управляющий. Джи Юн был рад тому, что сможет переслать другу немного денег,а Джуну еще никогда не было так совестно получать деньги.

* * *

Анна дописала очередную главу книги и постаралась отвлечься от тяжелых мыслей о Джуне и Веронике, за которых болело сердце. И если племянницу она могла навестить, то дотянуться до любимого не представлялось возможным. Девушка старалась поддерживать его, как могла, чтобы не погасла в душе надежда на лучшее время. В перипетиях судьбы молодого корейца можно было запутаться и увидеть будущее не представлялось возможным.

Если бы она могла поделиться с любимым той непоколебимой уверенностью, то, не задумываясь, сделала бы это. Слова "Все будет хорошо" служили слабым утешением. Нет, она не сомневалась в стойкости Джуна, но по себе знала, как тяжело переносить неизвестность ожидания.

Вот уже несколько дней Анна рассказывала Джуну сказки. Он еще не отошел от "Чародея", а за ним уже следовали "Леди-Кошка" и "Седьмой воин". Анна так и не смогла объяснить, где черпает вдохновение для написания историй. Но знала одно: книги не пишутся, когда автор переживает горе.

Лейла, видя ее настроение, напомнила, что на вечер заказан столик в ресторане. И никакие отказы не принимаются. Тридцать первого декабря найти свободное место было крайне проблематично, оттого подруга так гордилась собой.

- Встречать Новый год в нашумевшем ресторане, с лучшей кухней в городе! - она мечтательно закрыла глаза, предвкушая сытный ужин.

Анна только улыбнулась, сидя перед зеркалом и нанося легкий макияж. С ее зелеными глазами можно было не подводить глаза, а ограничиться тушью и помадой, но это ведь праздник.

Глаза она по праву считала своей гордостью. Глубокий и завораживающий взгляд обеспечивал внимание даже тогда, когда она в нем не нуждалась. Любоваться собой Анна не любила, так как трезво оценивала особенности лица. Прямой нос, как у античных статуй, не нравился ей с детства. Тонкие губы, выдававшие волевую натуру, как и острый подбородок. Видя свое отражение в зеркале, девушка улыбнулась, но улыбка вышла грустной.

Лейла тоже наряжалась, абсолютно не испытывая комплексов по поводу фигуры, далекой от идеала. Платья подруга носить не любила, отдавая предпочтение брюксм и ярким кофтам. И праздник не стал исключением.

Через полчаса она стояла в комнате, одетая в черный вельветовый костюм и зеленую блузку с блестками. Гладкие черные волосы она завила в локоны, а наряд дополняли серьги с зелеными камнями и цепочка с кулоном.

- Красотка, правда? - она покружилась, демонстрируя подруге наряд.

- Настоящая красавица, - Анна не лукавила и не льстила ей. - Ты похожа на одну индийскую актрису. Уверена, что все будут смотреть только на тебя.

- Не списывай себя со счетов раньше времени. Всегда мечтала иметь длинные волосы, как у тебя. И глазищи вон какие, говорить ничего не надо.

- Ладно, пора выходить, - Анна пропустила комплимент мимо ушей и встала со стула.

Подруга восхищенно ахнула, настолько Анне шло платье.

- Как к лицу тебе белый цвет! - воскликнула она. - Настоящая Снегурочка! Подожди, этому платью чего-то не достает.

Лейла ушла в комнату и вернулась с маленьким черным футляром, в котором находились серьги и браслет известной ювелирной марки.

- Надень, - предложила она, протягивая украшения.

- Не жалко делиться такой красотой? - Анна с сомнением посмотрела на сверкающие и переливающиеся в свете ламп камни.

- Бери-бери, мне не жалко. Чего только не сделаешь ради лучшей подруги.

Анна надела браслет, он подчеркнул тонкое запястье. А прозрачные, как льдинки, камни в серьгах были дополнением к образу.

Девушки заказали такси, обулись надели куртки и уже через десять минут ехали по вечернему Баку. Анна смотрела в окно автомобиля, восхищаясь тем, как нарядно выглядели украшенные витрины магазинов и светящиеся снежинки на уличных фонарях. Она сделала пару фотографий, чтобы отослать Джуну.

Лейла, как всегда, с кем-то переписывалась и не обращала внимания на красоту ночного города. Анна знала, что у Джуна сейчас много работы, потому не стала отсылать фотографии, решив сделать это позже.

Ресторан, в который ехали девушки, находился далеко от центра, но, тем не менее, посетители там были всегда. Анна хотела бы сейчас находиться рядом с Джуном, а не встречать Новый год без него, пусть даже в самом прекрасном месте.

Девушки вышли из такси, остановившегося перед зданием, призывно светящим неоновой вывеской. Их встретили два охранника и пропустили во внутренний двор. Здесь тоже стояла высокая искусственная ель, наряженная елочными игрушками, блестящей мишурой и гирляндами.

Посетителей встречал администратор, приятный мужчина средних лет, в темном костюме и белоснежной рубашке с бабочкой.

- Джеймс Бонд, - шепнула Лейла, не скрывая восхищения. - Встречаются же такие кадры - и рост, и внешность, и голос, все при нем. Если тут и официанты такие, стану приходить чаще.

- Боже, ты неисправима, - Анна улыбнулась, слушая ее радостный лепет.

Интерьер ресторана поражал с первой минуты: два зала, стилизованные под старинную русскую усадьбу переносили тебя лет на сто или двести назад. Столы со скатертями с длинной бахромой, шкафы и серванты с хрусталем, тяжелые люстры с искрящимися подвесками в виде капель, картины на стенах, казалось, что время тут остановилось и замерло.

- Вот это да-а, - протянула Лейла, открыв рот от изумления. - Как в твоих книгах, привет из прошлого.

- Я тоже не ожидала, что окажусь в таком месте, - произнесла Анна, оглядываясь кругом. - Интересно, кому в голову пришла идея смешать современное со стариной?

- Кому бы ни пришла, смею заявить - сделано все идеально, продумано до мелочей.

Официант проводил девушек за столик и подал меню, состоявшее из блюд русской и азербайджанской кухни.

- Гляди, сколько здесь всего, аж глаза разбегаются, - ахнула Лейла. - Разве можно тут ограничиться одним салатом?

Пока девушки ломали головы, что бы заказать, у Лейлы зазвонил телефон. Она на минуту отвлеклась и написала ответ.

- Кто это был? - поинтересовалась Анна.

- Так, один знакомый. Представляешь, случайно очутился в этих местах и спросил, может ли присоединиться?

- И ты, конечно, ответила согласием, - догадалась Анна, хотя сама мысль встречать Новый год с чужим человеком, ей не нравилась.

- А что было делать? - вздохнула подруга. - Я сказала, что не одна, но кого это смущает? К тому же, стол у нас большой, тесно не будет.

Сказать, что аппетит пропал? Анна внутренне сжалась, когда увидела направляющегося в их сторону симпатичных мужчин, один из которых был в форме. Лейла мило улыбнулась им и пригласила к столу.

- Ты не сказала, что их двое, - нахмурилась Анна, сминая в руке салфетку.

- Сама не знала, - тихо ответила подруга, продолжая играть роль радушной зозяйки.

Мужчина в костюме назвался Эльчином, а высокий, в военной форме - Парвизом. Он поздоровался с девушками, поздравил с наступающим Новым годом и занял место напротив Анны, которая намеренно смотрела в сторону. В отличие от Лейлы, заливавшейся соловьем. Анна заставила себя съесть хоть немного салата и жеренных грибов, которые так давно мечтала отведать, да только теперь еда на вкус казалась деревянной.

- А что твоя подруга не ест? - спросил Эльчин у Лейлы. - Стесняется, что ли? - он рассмеялся, а Анна почувствовала, как немеет рука.

- Да она всегда такая, - ответила Лейла. - Не может есть при незнакомых людях.

- Мы же, вроде, уже знакомы? - сказал Парвиз, поправляя очки. - Детский сад какой-то, ну правда. Все же взрослые люди.

- Извините, ничего с собой поделать не могу, - Анне было очень неловко, словно она оправдывалась за эту свою особенность.

- Может, нам тогда лучше уйти, чтобы не смущать вас своим присутствием? - Парвиз привстал со стула.

- Нет-нет, останьтесь, - Анна не хотела никого обидеть. - Просто не обращайте внимания.

- Сложно не обращать внимания на такую девушку, - поддержал друга Эльчин. - Лейла не говорила, что у нее такая красивая подруга. Давайте выпьем за знакомство, - он наполнил бокалы шампанским и поднял свой.

- Анна не пьет, - с улыбкой произнесла Лейла, наблюдая за реакцией мужчин.

- Что, совсем? Вот, Парвиз, а ты не верил, что такие девушки есть. Но все-таки, один бокал за знакомство выпить можно, тем более, повод хороший.

Анна не могла объяснить им, что человек со способностями пить не должен и что после одного бокала у нее начнет кружиться голова, потому долго отказывалась, ссылаясь на усталость и головную боль.

- Всю ночь не спала, печатала главу, - сказала она.

- Главу? - казалось, девушка озадачила мужчину напротив. - Выходит, вы книги пишите?

- Да, мистические романы.

- А еще картины рисует, - Лейла мысленно потирала руки, видя, как друг Эльчина заинтересовался.

- Я тоже рисую, - Парвиз был приятно удивлен. - И стихи пишу.

- Стихи? Это интересно. - Анна улыбнулась.

Лейла торжествовала: оказалось, у этих двоих есть схожие интересы. Тут и придумывать ничего не надо, все сложится само собой. Лишь бы гадкий азиат ничего не испортил. Этот сможет. Значит, стоит его поскорее ликвидировать.

Пока Анна беседовала с мужчиной, Лейла прикидывала в уме, что бы такое сделать. И когда заиграла приятная музыка, а Парвиз пригласил Анну на танец, пазлы головоломки сложились в голове в единую картину.

Не давая подруге опомниться, она буквально силой вытолкала ту из-за стола. Не думая, что тут кроется подвох, Анна попросила приглядеть за ее телефоном и вышла в зал.

Стоило ей только отвернуться, как Лейла взяла телефон Анны и взглянула на список контактов. Конечно же, Со Джун стоял там на первом месте, даже искать не пришлось. Записав номер, девушка положила телефон на место и сделала пару снимков танцующей пары. Как удачно в этот момент Анна улыбалась, глядя на Парвиза.

- Зачем ты это делаешь? - спросил заинтригованный Эльчин.

- Много будешь знать - скоро состаришься, - ответила Лейла, не желая раскрывать планы. - Считай, что на память,

- Хочешь насолить подруге? - хмыкнул он.

- Нет, стараюсь помочь с устройством личной жизни, - Лейла взяла бокал с шампанским и сделала глоток.

- Ты бы со своей жизнью разобралась, прежде чем устраивать чужую, - тактично заметил друг. - Сколько раз я предлагал встречаться?

- Не надо портить дружбу отношениями, - перебила его Лейла. - Ты же знаешь, я люблю тебя, но как друга.

- Но почему? - не понимал ее собеседник. - Что плохого в том, чтобы перевести отношения на другой уровень?

- Отношения могут не получиться, а дружба - сто процентов - распадется. Вон, возвращаются, счастливые какие. Если желаешь другу счастья, ничего не говори про фото.

Счастья Парвизу Эльчин желал, а потому остался нем, как рыба и не проговорился, заметив, как друг светится от радости. Уж что там затеяла Лейла - не его ума дело. Главное, чтобы все остались довольны.

Перепробовав разных вкусностей, Эльчин заказал десерт. Время летело так быстро, что до Нового года оставались двадцать минут. Пообщавшись с новым знакомым, Анна больше не чувствовала скованности и улыбалась. Но даже в приятной компании не забыла о Джуне. Она написала, что находится с подругой в ресторане, и до наступления следующего года осталось мало времени. Сделала фото, послала Со Джуну, желая ему хорошего настроения и счастливого праздника. Не забыв упомянуть, как скучает и мечтает встретиться с ним.

Анна ужасно хотела поговорить с ним по видео, но не смогла дозвониться, оттого и нервничала. Не помогло даже то, что вышла во двор. В небе вспыхивали разноцветные огни салюта, свистели и хлопали петарды, повсюду слышались смех и поздравления. Анна машинально кивала в ответ и улыбалась, пряча в душе тревогу. Она поздравила брата, до которого смогла дозвониться только с третьей попытки.

- Вот вы где! - услышала Анна голос позади себя. - А я вас искал.

- Поздравляла брата, в зале очень шумно, - ответила Анна.

- Пойдемте, провожу, - Парвиз предложил руку.

Но Анна лишь улыбнулась и прошла вперед. Внимание, которым окружил ее мужчина, напрягало. Да, человеком он был интересным, и, возможно, она дала бы шанс, если бы не Джун. Перед ним остальные мужчины меркли.

Эльчин настаивал, чтобы девушки еще ненадолго задержались, но Анна стремилась вернуться домой.

- И что вы будете делать дома? Весь город гуляет и никто не спит.

- Не хочу торопить вас. Если что, я вызову такси, - сказала Анна.

- Вряд ли они сейчас ездят, - отозвался Парвиз. - Давайте, мы вас отвезем.

Лейла в душе сердилась на Анну за то, что та не прекращала думать о корейце. Но радовалась тому, что успела отослать фотографии, дополнив их содержательным письмом. Если китаец не дурак, то все поймет и исчезнет с горизонта.

Пока мужчины оплачивали счет, девушки надевали куртки. Анна достала из кармана телефон, но сообщение осталось непрочитанным. Нарастающая тревога захлестнула ее. Вдруг с Джуном что-то стряслось? Почему ей никто не звонит?

- Что-то случилось? - спросил Парвиз, видя ее расстроенной.

- Все хорошо, - ответила она, садясь в машину.

До самого дома Лейлы девушка не проронила ни слова. Только поблагодарила за чудесный вечер и еще раз поздравила с праздником. А когда Парвиз попросил у нее номер телефона, вежливо отказала.

- Вы мне очень понравились, - признался мужчина. - Давно не встречал такой девушки.

- Извините, но у меня есть любимый человек, - твердо ответила Анна.

Лейла вышла из машины и подошла к Парвизу.

- Молодой человек, о котором говорит Анна, находится очень далеко. Мало того, без денег и документов. Просто морочит ей голову. Да они ни разу не встречались. И не факт, что когда-нибудь увидятся.

- Это правда? - нахмурился Парвиз.

- Правда в том, что я люблю этого человека, остальное не важно, - Анна с осуждением посмотрела на подругу. - Всего вам доброго, Парвиз.

Она развернулась и направилась к дому. Почему-то хотелось плакать, навзрыд, не стесняясь слез. Разве таким должен быть Новый год? То, что "случайную" встречу подстроила Лейла, Анна была уверена. На Джуна ополчились все, даже лучшая подруга. Чем он так прогневал Небеса?

* * *

Весь день Со Джун трудился, не покладая рук, чтобы иметь возможность поговорить вечером с Анной. Пусть в Шотландии не справляли Новый год с таким размахом, как Рождество, но заказов на сегодня было очень много.

Думая о любимой, парень улыбался. Казалось, ничто не испортит настроения в такой день. Ближе к вечеру он получил сообщение, что Анну пригласили в ресторан. Девушка обещала прислать фотографии.

"Надеюсь, что вечером созвонимся." - писал он.

"Я тоже. Есть такая примета: с кем встретишь Новый год, с тем его и проведешь. И пусть это всего лишь суеверие, я хочу увидеть и услышать тебя в тот момент, когда часы будут бить двенадцать раз", - поделилась Анна скромной мечтой.

"Если это для тебя важно, я отвечу на звонок. Не волнуйся, мой прекрасный ангел".

Со Джун не знал такой приметы, но был счастлив, что является для Анны самым важным человеком. Мысли об этом придавали сил справляться с тяготами судьбы. В любимой девушке он был уверен на сто процентов. Тем неожиданнее и тяжелее было получить анонимное письмо с фотографиями.

Его Анна, которая еще сегодня обещала позвонить и говорила о примете, связанной со встречей Нового года, танцевала с красивым мужчиной в форме и, кажется, не выглядела несчастной.

Аноним писал, чтобы Джун внимательно посмотрел на фото и сделал выводы. Анна достойна лучшего, а он неудачник. Его просили оставить девушку в покое и не портить жизнь влюбленным.

Джуну показалось, что мир рухнул и придавил его своей тяжестью. Из рук все падало. Он порезался и чертыхнулся, сжимая зубы, когда сердобольная посудомойка, ахая и охая, обвязывала его палец бинтом, туго затягивая концы.

- Осторожнее бы надо, - причитала она, глядя на побледневшего парня. - Так и без рук можно остаться.

- Пусть, - произнес Джун, морщась от неприятных ощущений. - Мне все равно.

- Эй, ты не глупи, - нахмурился один из поваров. - Что бы там ни случилось, не решай проблемы на горячую голову. Погоди, пусть все прояснится.

В душе молодого корейца бушевало пламя ревности. Любимую девушку, которую он видел только на видео и касался ее только в мечтах, обнимал другой мужчина. То, чего так желал Джун, получил другой человек. Почему Анна не сказала, что будет отмечать праздник в его обществе? И кем был аноним?

Молодому человеку сочувствовали, но помочь не могли. На звонок Джун не ответил, чтобы не наговорить лишнего. Но сердце болело так, будто в нем открылась кровоточащая рана.

Все движения стали механическими, голова - пустой. Неужели история повторялась и его снова обманут?

У себя в номере Джун снова открыл сообщение и просмотрел фотографии. Нет, Анна не могла так поступить с ним. Парень подошел к тумбочке и достал маленькую бутылочку виски, подаренную управляющим. Он взял со стола стакан, наполнил его и тут же выпил. Кто придумал глушить боль алкоголем? От выпитого не полегчало. Джун сел на кровать и стал ждать призраков, но и они покинули его.

* * *

- Я ни за что не поверю, что Анна тебя обманывает, - сказал Джи Юн после того, как увидел фотографии.

- Может, она устала от того,что я кажусь никчемным человеком и мне стоит отпустить ее? - произнес Со Джун. - Может, она будет счастлива с другим? Но Джи Юн, как же это тяжело, невыносимо больно, словно отрезать от себя кусок.

- С Эмили тоже так было? - спросил друг.

- Оглядываясь назад, я понимаю, что Эмили была юношеской влюбленностью. С ней все происходило иначе. Но Анну я люблю всем сердцем. Вспоминаю твои слова, что любовь на расстоянии приносит одни страдания...

- Это не про Анну, - остановил его Джи Юн. - Кому-то очень выгодно, чтобы вы расстались. Прошу, не делай выводы раньше времени. Поговори с Анной.

- Может, ты и прав, - Джун задумался и посмотрел на ситуацию с другой стороны. Тот, кто прислал сообщение, явно на что-то рассчитывал.

- Хорошо, я поговорю с ней, - пообещал Джун. - Хоть и боюсь услышать правду.

- Уверен, она даже не подозревает, что кто-то постарался. Действовали исподтишка, чтобы скомпрометировать ее. Могу даже поспорить на тысячу вон, так как уверен в своей правоте. Приедешь - отдашь.

Со Джун рассмеялся и пообещал, что с радостью расстанется с этими деньгами, лишь бы все, сказанное Джи Юном, оказалось правдой.

С Анной они списались через день. Девушка места себе не находила от беспокойства и спрашивала, почему он молчал два дня.

"Мне показалось, ты устала от меня и хорошо проводишь время".

"Что натолкнуло тебя на подобную мысль? Я весь вечер ждала, что ты напишешь или позвонишь, но так и не дождалась. Знаешь, как мне было больно?"

"Мне тоже, особенно после тех фотографий".

"Каких фотографий?" - Анна не понимала его.

"Сейчас перешлю, а ты потрудись ответить: что это?"

Джун отослал злополучные снимки и подпись к ним. Прошло три минуты, прежде чем он получил ответ.

"Кто их прислал?"

"Писали со скрытого номера. Разве это важно? Ты не сказала, что пойдешь туда с мужчиной."

"Ты ревнуешь?"

"Да. А не должен? Говорила, что пойдешь с подругой, а потом я получаю это. Анна, что мне нужно было думать? Кто этот человек на фото?"

"Я и сама не знала, что она пригласит друга, а тот придет не один."

"На фото ты не выглядишь расстроенной", - подколол ее Джун.

"Он тоже художник, потому у нас нашлись общие темы для разговора. Вот и все. Кто сделал фото - не знаю. Но уверяю, у меня и мысли не было встречаться с ним. К тому же, я сказала, что у меня есть парень."

"Значит, тебе предлагали встречаться..."

Джун не знал, как заглушить в себе голос ревности. И не в лучшем он был положении, чтобы диктовать условия. Анна, обеспокоенная паузой, написала сама:

"Не разрушай наши отношения недоверием. Видно же, это сделали специально. Меня терзают подозрения, что это дело рук моей подруги. Она считает, что наши отношения - фикция, а ты не заслуживаешь доверия."

"Ты не говорила об этом", - Джун нахмурился.

"Не хотела тебя расстраивать. Не думай об этом, главное, я верю тебе. Но, кажется, я потеряла подругу."

После разговора с Анной все встало на свои места и дурные мысли улетучились. Джун ругал себя за излишнюю вспыльчивость и эмоциональность. Как он мог усомниться в любимой девушке?

У Анны же случился неприятный разговор с подругой. Лейла сидела перед телевизором и пила чай с конфетами, что подарил Эльчин.

- Что смотришь? - спросила Анна, садясь рядом на диван.

- Рождественская комедия, - ответила подруга. - А ты почему сидишь одна? Присоединяйся, посмеемся вместе.

Лейла прибавила звук, нажав на пульт.

- Знаешь, мне не до смеха, - Анна перехватила руку и убавила звук.

Лейла недоуменно похлопала ресницами.

- Ты чего, не с той ноги встала? У меня выходной, потому и смотрю фильмы. Не нравится, можем найти что-нибудь другое.

- Это как с Джуном? - спросила Анна, глядя ей прямо в глаза.

- А что с ним? Не понимаю, куда клонишь.

Лейла сделала недовольное лицо и потянулась за очередной конфетой.

- Ну, как же, заменить Джуна Парвизом, не твоя идея?

- Хм, прекрасная мысль. Тем более, ты ему очень нравишься и у вас много общего, - сказала подруга, довольная собой.

- Значит, фото отослала ты? - у Анны перехватило дыхание. Она до последнего надеялась, что это чья-то злая шутка и Лейла не виновата.

- Допустим, их послала я, и что? Где он, тот Джун? А Парвиз рядом, только позови. Кстати, я дала ему твой номер, видя, как ты сама мямлишь. От жизни надо брать лучшее, я для тебя старалась.

Анна с удивлением смотрела на ту, которую считала лучшей подругой и не понимала, когда та успела так измениться.

- Почему ты считаешь, что имеешь право распоряжаться чужой жизнью? Разве я просила об этом?

- Нет, не просила. Но ты как не от мира сего, вечно витаешь в облаках. Я просто хотела помочь, что в этом плохого? - не понимала девушка.

- Подлость ты называешь помощью? Послала фотографии, написала мерзкое письмо, заставляя человека страдать.

- Ой, да ладно, ничего с ним не будет. Не сахарный, не растает, - Лейла недовольно нахмурилась и переключила фильм.

- Может, и не растает, но ревностью изведется. Ты хорошо знаешь восточных мужчин, на то и был расчет?

- Откуда мне знать, это же ты с китайцем общаешься, - прозвучал ответ, как пощечина.

- Говоришь, думала обо мне? Видела, как мне больно. Как я пыталась поговорить, а мне не отвечали.

- Поплакала бы и забыла, - ответила Лейла. - Кому нужен этот неудачник?

- Мне, - решительно заявила Анна и встала. - Друзья познаются в беде. Как хорошо, что ты сейчас показала себя.

Девушка смахнула не прошенные слезы и пошла в другую комнату. Когда Лейла услышала, как открывается дверца шкафа и шелестит пакет, то неприятная догадка посетила ее.

- Ты куда? - спросила она.

- Домой, - ответила Анна, выходя с сумкой и ноутбуком. - Что-то загостилась тут.

- Разрушаешь нашу дружбу из-за него? - хмыкнула Лейла. - Ну-ну, хорошо он тебе мозги запудрил.

- Нет, не из-за него. Я не узнаю тебя. Просто ты перешла границы, а я тебе это позволила.

Анна обулась и вызвала такси. В груди появилось щемящее чувство обиды и одиночества. А еще непонимание, как могла быть такой слепой.

- Когда разбежитесь - приходи, - крикнула Лейла, даже не вставая с дивана, чтобы закрыть дверь.

"Ты можешь себе представить, что мы когда-то перестанем общаться? " - вспоминала Анна вопрос подруги. Тогда она ответила, что не представляет день, когда это случится.

По дороге домой Анна написала Джуну, что возвращается к себе. Она вышла из машины и направилась в ближайший магазин, чтобы купить что-нибудь к чаю.

Александра дома не было, ее встретила кошка жалобным мяуканьем.

- Ты же, моя дорогая, - девушка погладила шелковистую шерстку. - Скучала?

Кошка потерлась головой об руку хозяйки и запрыгнула на плечо.

- Настоящая цирковая кошка, - усмехнулась Анна, прижимая к себе нежное существо. - Ты не представляешь, Муся, сколько всего произошло в жизни твоей хозяйки.

Анна задумалась о том, насколько близко порою подпускаешь человека, что стирается тонкая грань между дозволенным и неприемлемым.

На звонок с незнакомого номера она не ответила, но тут же получила сообщение, где Парвиз просил поговорить с ним. Однако разговор не состоялся. Анна попросила мужчину больше не звонить и бросила номер в черный список. По случаю сделанного сомнения не мучили.

Вот и все. Как реагировать, когда люди, которых считал близкими, уходят из твоей жизни? Был человек добрый и отзывчивый, и вдруг исчез, растаял, как снежинка на ладони. Ушел без сожалений и угрызений совести. Порою это больно, чаще - обидно. И ты смотришь, но не хочешь понять, что урок пройден. Путь с этим человеком завершен.

Случается, что в мыслях ты бежишь за человеком и спрашиваешь, что сделал не так? Почему все так резко изменилось? Но потом понимаешь, что это ты изменился, а люди остались прежними. И это нормально. Ведь люди приходят в жизнь не навсегда, а на время. И если держаться за тех, кто повернулся спиной, то можно упустить свою судьбу и новую встречу.

За окном тихо падал снег, и тут же таял, долетев до земли. А на душе было так тоскливо и холодно...

Ничего никому не рассказывай,

береги свои тайны в тиши...

Никому ничего не доказывай,

объяснений давать не спеши!

Не рассказывай, если не сложится,

если счастлив ты, словно дитя,

не рассказывай, если неможется

и здоровым по жизни идя...

Исключая просчеты беспечные,

постарайся своё сохранить.

Береги свои тайны сердечные.

Пусть никто не узнает о них!

О любимых молчать полагается,

все заветное в душах храня...

Наше счастье в тиши сберегается.

Разрушает его болтовня...

Если вы промолчать не сумеете,

позавидует вам человек...

Не хвалитесь же тем, что имеете,

чтоб не сглазить удачу навек!

Ничего от чужого не скроется,

лишь едва приоткроется дверь,

ведь завистники не успокоятся,

не сломав, что имеешь теперь...

Жизнь протянется. Люди все разные...

А порадуется ль кто тебе?

Ничего никому не доказывай,

оставляя свое при себе!

На ошибки других не указывай,-

не докажешь, что ты не со зла!

Ничего никому не рассказывай,

дорожа тем, что жизнь вам дала!

Наталья Бабочкина

Глава 20

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 20

Дорогие читатели, если Вам нравится история, добавьте ее в библиотеку.

Ваша поддержка очень важна автору.

Благодарю Вас за эмоции и буду рада комментариям. Они вдохновляют и дают силы писать быстрее.

Шелковое сердце

Горячее июльское солнце неумолимо клонилось к закату.

Старый продавец антикварной лавки взглянул на часы и с сожалением вздохнул: еще один день прожит. Кто знает, зря или нет? Одно было ясно - пора закрывать магазин.

Сменив одну вывеску на другую, он хотел было повернуть ключ в замочной скважине, как на пороге появились посетители - высокий статный мужчина и миловидная женщина. Антиквар подметил их сходство и решил, что перед ним брат и сестра.

- Добрый вечер, чем могу вам помочь? - спросил хозяин лавки.

Он поправил очки и взглядом проследил за женщиной, которая остановилась у витрины, где стояла кукла.

Кукла была великолепна! Хрупкое фарфоровое чудо красовалось на подставке и, несомненно, привлекало посетителей.

- Мы хотим купить эту игрушку, - сказал мужчина тоном, не терпящим возражений.

- Извините, но она не продается.

На лице покупателя, не привыкшего к отказам, отразилось удивление.

- Все в этом мире продается, уважаемый. Вы же понимаете, я могу заплатить за нее любые деньги. Только назовите цену.

Антиквар снова посмотрел на женщину. Она заметно нервничала и комкала платочек.

- Она не продается, - повторил старик. - Выберите любую другую. Здесь есть чудесные игрушки, не менее красивые.

- Мы уже сделали выбор, - твердо сказал мужчина. - Я желаю купить именно эту куклу.

Женщина, опасаясь, что может случиться скандал, подошла и дотронулась до руки своего спутника. Она с мольбою взглянула в его глаза.

- Пойдем, Сергей. Жаль, что она не продается. Я так хотела порадовать Мари.

Тут женщина не сдержалась и заплакала. Мужчина стал ее утешать.

- Понимаете ли, моя племянница очень больна. Девочка угасает на глазах. Уже неделю ребенок не встает с постели. Почти не ест, нет аппетита.

Мы увидели эту куклу и захотели подарить малышке, чтобы хоть чем-то порадовать ее. Но раз кукла не продается...

Антиквар подошел к витрине, бережно взял в руки розовощекую красавицу и протянул даме.

- Держите. Это Бьянка, самое прекрасное творение флорентийского мастера Вичензе эпохи Барокко. Она бесценна. Заплатите столько, сколько посчитаете нужным.

Женщина с изумлением смотрела на старика, все еще не веря в удачу. А ее брат прикидывал в уме, сколько может стоить это чудо.

- Прошу вас только об одном, - сказал старик, когда получил деньги. - Верните Бьянку мне, если захотите выбросить.

- Выбросить? Такую красавицу? Да вы шутите, милейший, - рассмеялся покупатель.

Он взял спутницу под локоть и вывел из лавки. Женщина крепко прижимала к себе прекрасный подарок.

* * *

Мария, пятилетняя девочка, лежала в постели, в пене кружев. На бледном личике застыла печаль, под глазами легли тени.

Няня, сокрушаясь, убирала тарелки с остывшим ужином.

- Снова отказалась есть, - шепнула она входящей даме.

Та кивнула и подошла к постели.

- Мари, посмотри, что тебе купил дядя.

Девочка открыла глаза и увидела перед собою красавицу. Облако белокурых волос обрамляло румяное личико. Невероятно большие голубые глаза казались живыми.

Одета была кукла в голубой шелк и кружева. Изящные фарфоровые пальчики держали веер. Девочка восхищенно ахнула.

- Ее зовут Бьянка, - улыбнулась мать.

- Бьянка, - повторила девочка. - Будем дружить.

Няня вернулась в комнату и заметила, как повеселела воспитанница.

* * *

Заехавший в воскресенье дядя поразился переменам, происходящим с Марией. Девочка уже не лежала, а находилась на террасе, в кресле. На стульчике рядом с нею сидела Бьянка.

Племянница благодарила дядю и рассказывала, как они с Бьянкой проводят время.

Невероятно, Мари просто не узнать! - сказал он сестре.

- Она ни на минуту не оставляет куклу, - улыбнулась женщина. - На днях приходил доктор и заметил значительное улучшение состояния ребенка. - Может, это кукла так повлияла на Мари?

Они сидели на террасе и пили чай. Женщина задумчиво посмотрела на розу, нарисованную на чашке.

- Мари и ест, и спит вместе с куклой. Я просила забрать игрушку, чтобы поставить на шкаф. Но няня сказала, что Мари не отдает куклу. Это меня волнует.

И ее глаза! Порою кажется, что кукла наблюдает за нами.

Мужчина рассмеялся.

- Это всего лишь кукла, сестрица. Хоть и не скрою, сильно похожа на живую. Не стоит придумывать небылицы и напрасно переживать.

Но сердце матери было не спокойно. Она стала замечать, что дочь разговаривает с куклой, сажает ее за стол и часто смеется, будто в ответ на шутку.

Навестивший больную доктор удивлялся, как быстро она идет на поправку. Мария уже гуляла с няней по саду, а ее кукла с грустными глазами сидела на стуле.

А слуги шептались, что слышали, как в комнате девочки по ночам слышатся шаги маленьких ножек. Поговаривали, будто голубой шелк видели в коридоре.

- Сергей, унеси ее, прошу, - взмолилась женщина, когда брат в очередной раз приехал к ним.

- Чем тебе не угодила кукла?

- А ты сам посмотри на это страшилище. Она пугает ребенка!

Мужчина взял в руки игрушку. Платье на ней бесформенно висело. С лица исчезли все краски, а глаза потускнели. Под ними, словно прорисованные кистью, залегли синие тени. Некогда блестящие локоны спутались.

Пожалуй, ты права, - мужчина брезгливо смотрел на куклу. - Я отвезу ее антиквару.

* * *

- Простите, но мы не можем оставить ее в доме. Кукла выглядит ужасно и пугает ребенка.

Антиквар кивнул и взял игрушку.

- Как поживает девочка? - спросил он.

- Благодарю, она совсем здорова, - ответил посетитель. - Думаю, это старания доктора и воздух Италии помогли ей.

- Да, разумеется. Спасибо, что принесли Бьянку.

- Сделал, как вы просили.

Мужчина покинул магазин без сожаления о потерянных деньгах. А старик дрожащими руками расстегнул пуговицы на платье куклы и с сочувствием покачал головой.

- Снова не жалеешь себя, - он вытащил из ее груди кусочек шелка.

Глаза Бьянки заблестели, на ладонь старика упала алмазная слеза.

- Гляди, сердце совсем истрепалось. Ничего, мастеру Вичензе не привыкать.

С этими словами он достал алый шелк и вырезал из него новое сердечко.

В витрине антикварной лавки снова появилась фарфоровая кукла. Восхитительная красавица в голубом шелке, с белокурой копной волос мило улыбалась.

Анна закончила печатать текст и отослала его Джуну. Она вновь переживала те эмоции, что и в первый раз, когда только написала рассказ. Бродила вместе с героями по старинным улочкам Италии, наслаждалась солнцем, морским ветром и ароматом цветущих садов. Слышала звонкий смех и топот крошечных ножек.

Старый волшебник Вичензе, путешествовавший во времени вместе с удивительной куклой, держал в руках трепещущее шелковое сердечко и грустно улыбался, глядя на бесценное творение рук своих.

А Со Джун чувствовал, как сжимается его сердце от жалости к кукле и думал о том, что отдал бы любые деньги, чтобы кукла спасла его маму... Два человека на разных концах планеты испытывали одинаковые чувства и думали об одном и том же: о хрупкости человеческой жизни и быстротечности времени.

- У тебя талант, - написал Джун, ни сколько не преувеличивая. - Все сказки, что ты пишешь, такие?

- Ты имеешь ввиду, грустные? - предположила Анна.

- Наверное, это верное определение.

- Не все. Однако сказки должны учить нас мудрости, - ответила Анна. - Это как зерно, которое попадает в почву и прорастает во что-то хорошее. Не важно, грустная сказка или веселая, если несет в себе правильный посыл. Одни сказки учат нас быть храбрыми и не сгибаться под натиском, а отстаивать свою точку зрения. Другие высмеивают человеческую жадность и глупость. Иные дарят надежду, что все в жизни разрешается по справедливости.

- Справедливость, - как эхо повторил Джун. - Хотел бы я, чтобы она была частой гостьей в моей жизни.

- Все так и будет, дорогой, - подбодрила его Анна и от души пожелала, чтобы Бог помог ему. - Те, кто причиняет зло, однажды понесут наказание. Никому не делаю дурного, но это коны Мироздания.

- Я просто хочу вернуться домой, - вздохнул парень. - И даже не думаю о мести дяде.

- Правильно, что не позволяешь этому чувству отравить душу. Во всем разберутся Небеса.

Где-то, в глубине сознания мелькнула мысль, что Анне известно намного больше, чем показывает, и мистические истории служили тому доказательством. Но как ей сказать о том, что он видит призраков?

* * *

Лейла со скучающим видом стояла в магазине перед полками с йогуртами, смотрела на красочные упаковки, а мыслями была в совсем другом месте. Она думала о прошедшем выходном, и от воспоминаний сводило зубы.

Ведь всем сердцем хотела помочь подруге устроить личную жизнь, а та не оценила старания. Мертвой хваткой вцепилась в своего китайца и больше никого вокруг не замечает.

И чем ей Парвиз не угодил? Высокий, статный красавец, глаз не отвести. При всем при том, не был женат, имел большую квартиру в центре города и дорогую иномарку. Лейла сама бы с ним встречалась, если бы мужчине не так сильно нравилась Анна.

И зачем вообще Эльчин привел его, а не кого попроще? Только все испортил! Девушка мысленно пожелала провалиться им обоим, не в силах справиться со злостью.

Ехидный внутренний голос тут же напомнил, что Лейла сама агитировала подругу общаться в "Kakao-Talk".

- Но я же тогда не думала, что что-нибудь получится, - пробурчала Лейла под нос.

Девушка в униформе, стоявшая у витрины, покосилась на странную покупательницу.

- Простите, вы что-то хотели? - поинтересовалась она.

Лейла бросила в ее сторону гневный взгляд.

- Не мешайте думать. Если что понадобится, я позову, - грубо ответила она, досадуя, что снова размышляла вслух.

Молоденькая продавщица стушевалась, снова попросила прощения и отошла в сторону.

- Вечно так, понабирают не пойми кого, - прошипела она, - ни товар свой не знают, ни двух слов связать не могут.

Девушка сама не могла понять, что злило сейчас больше всего, неопытность продавщицы или обида на подругу. Может, и то, и другое. Как жаль, что не удалось довести начатое до конца. И Парвиз обиделся, и подругу потеряла.

Лейла отошла от холодильника с йогуртами, так ничего и не взяв, и направилась в отдел со сладостями. К черту диету, когда жизнь и так полна стрессов. Не дожидаясь, пока дойдет до кассы, девушка вскрыла упаковку с печеньем, вытащила одно и тут же съела.

Она всегда что-нибудь жевала, когда нервничала или обдумывала план действий. Похоже, некий план уже вырисовывался в голове, так как на губах появилась улыбка.

Что, если она явится к Анне с доказательствами, что ее дорогой Джун не такой уж чистый ангел?

Девушка в задумчивости остановилась у рекламного щита, с которого на покупателей взирала красавица с пышной гривой рыжих волос и держала в руке с ананасовым соком. Лейла подмигнула ей, как заговорщице и достала из сумочки телефон.

Вот он, номер, так и остался в телефонной книжке. А теперь нужно сочинить правдоподобную историю, на которую китаец обязательно клюнет...

После того, как в доме господина Кана произошел скандал, прошло много времени. Мисук встретила Рождество в кругу родных, но не забыла о Грегори. Поначалу капризная девушка сильно злилась на парня, потом ждала, что он одумается и вернется. Но шли дни, а от несостоявшегося жениха не было вестей.

Отец на время оставил дочь в покое, но тоже выжидал, когда же объявится предатель. Будни теперь протекали однообразно. Господин Ким строго следил за тем, с кем общалась дочь и какие места посещала, опасаясь за нее и будущего ребенка.

Грегори искали, но не нашли. След его затерялся где-то в Мексике. В любом случае, парень хорошо спрятался и оборвал все контакты с друзьями.

Джун тоже не появлялся, и Мисук хорошо понимала его, представляя, как бы сама поступила на месте парня. Вряд ли захотела бы воспитывать чужого ребенка, без любви к его матери. Но отец давал за ней хорошее приданое и мог помочь в любом начинании. Может, с самой Мисук что-то не так?

Девушка посмотрела на себя в зеркало. Нет, она ничуть не изменилась, наоборот, только похорошела. А все вокруг стали такие заботливые и внимательные, аж тошно.

"Мисук, тебе это нельзя". "Мисук, не засиживайся допоздна, отдыхай." "Дочка, это вредно будущему малышу." Все подобные слова она слышала от матери и прислуги, а так хотелось, чтобы их сказал Грегори. Какие же глупые, эти мужчины, отказываются от своего счастья!

Мисук взяла со стола крем и легкими движениями пальцев нанесла на без того гладкую кожу. Снова посмотрела в зеркало - нет, ну красавица же! Девушка хорошо знала, что ребенок не будет помехой. Сама она за малышом смотреть не станет, наймут няньку.

Жаль только, что с друзьями она виделась очень редко, оттого жизнь казалась такой скучной. Девушка, от нечего делать, сидела с телефоном и рассматривала фото детских вещичек: маленькие комбинезоны нежных расцветок, кофточки, шапочки и крошечные пинетки.

В мыслях сразу возник образ, ее и малютки. Она будет самой красивой матерью, и ребенок тоже, ведь у него такой красивый отец, к тому же, невероятно талантливый.

От приятного занятия ее отвлек отец, который говорил с кем-то по телефону и назвал имя Джуна. Мисук тихо встала с кровати и на цыпочках подкралась к двери.

Отец говорил громко, совсем не задумываясь, что может быть услышан. По дальнейшим высказываниям стало ясно, что отец говорил с господином Каном.

То, что услышала Мисук, ей не понравилось. Но даже вмешайся она, послушали бы два взрослых мужчины хрупкую девушку, пусть и дочь одного из компаньонов?

Друзья договаривались о том, как накажут Джуна. Господин Кан начал с того, что отослал его в Шотландию.

- Этого мало, - прорычал отец, плохо справляясь с накатившими эмоциями. - Лишить компании, вот к чему мы должны стремиться. Со Джун не подходит на должность будущего председателя, так как не умеет принимать взвешенные решения.

Мисук затаила дыхания и прикрыла рот ладонью, чтобы не выдать себя. Всему виной была она и неудачный роман с иностранцем. Запоздалое раскаяние, но как теперь помочь Со Джуну?

Компания, которую создала мать Джуна, могла ускользнуть из его рук. Отец не прощал нанесенных обид и оскорблений, и своего добьется.

По тени, скользнувшей по полу, Мисук поняла, что отец приближается к ее комнате, потому быстро отошла от двери и села за стол. Шаги стихли, как и голос - прислушивается. Мисук ничем не выдала себя, и господин Ким продолжил разговор, но голос стал тише.

- Я подумаю, как это сделать, чтобы все было по закону и не осталось сомнений, кому он всем обязан.

Мисук была в отчаянии. Ни в чем не повинный человек пострадал из-за нее. И бесполезно просить отца быть немного помягче - не послушает. Девушка очень хотела предупредить Джуна о том, что замышляли их родственники, но номер был неактивен. И где теперь искать парня? Эдинбург пусть и небольшой, без точного адреса найти будет сложно.

Мисук вздохнула от тяжести мысли, что Джун страдает по ее вине. Может, маме удастся повлиять на отца и уговорить того простить молодого человека?

* * *

Маленькая Наен вернулась домой после прогулки с мамой и сразу же побежала наверх, в свою комнату, где оставила игрушечного щенка. Подарок от Джуна на день ее рождения, лежал на кровати.

- Наен, переоденься! - крикнула мать, поднимаясь по лестнице.

- Сейчас, мамочка! - ответила девочка, целуя песика в пластмассовый нос.

Она быстро сменила одежду на домашнюю и вышла из комнаты, не забыв помахать собачке рукой. Ребенок воспринимал игрушку, как настоящую. У собачки даже появились миска, лежанка и маленький ошейник, украшенный стразами. Мать видела, что Наен прикипела сердцем к плюшевому щенку, и даже пыталась как-то помешать этому, но не вынесла слез дочери и вернула игрушку.

Больше всего женщине не нравилось, что игрушку подарил Со Джун. Госпожа Тан предпочла бы знать, что Наен терпеть не может кузена. Как же все быстро изменилось. Дочь замучила ее вопросами, когда к ним придет Со Джун и почему он не встречался с родственниками Рождество. Ответ, что кузен далеко и приедет, скорее всего, через месяц, ее не устроил.

- Можно же хотя бы позвонить, - дулась девочка, глядя на фото Со Джуна, лежавшее в розовом блокноте.

- Его телефон не работает, - сказала мать, когда набрала номер и дала девочке прослушать запись на автоответчике.

Наен долго держалась, старалась не расплакаться, но в своей комнате дала волю слезам. Не мог же ее дорогой оппа забыть о своей кузине. И почему мама была так уверена, что он вернется через месяц, если Джун молчал и ни с кем не связывался? Родители точно знали, где Со Джун, не хотели говорить. Но почему?

А вдруг он на секретном задании, как суперагент, которых показывают в фильмах? На мгновение Наен почувствовала страх за парня, но и гордость, что оппа такой храбрый. Да, конечно, он на секретном задании, потому родители молчат, ведь говорить о таком нельзя, даже в семье.

Успокоив себя таким образом, Наен пообещала, что наберется терпения и обязательно дождется Со Джуна. За ужином родители мирно беседовали, стараясь избегать темы работы. Наен сидела за столом и с недовольным видом палочками выбирала из тарелки фасоль.

Мама укоризненно посмотрела на девочку, но ничего не сказала. Наен так не любила этот тяжелый взгляд, потому старалась быть примерной девочкой, совсем не зная то, что становится удобной.

Во время смены блюд отцу позвонили. Видно было, с каким подобострастием он говорил по телефону, и тут же вышел из комнаты, но Наен услышала имя Со Джуна.

- Мамочка, папе звонит оппа? - спросила девочка, с надеждой заглядывая в глаза матери.

- Это не наше дело, детка, - осадила ее женщина. - Заканчивай есть, и ложись спать.

Наен есть не хотела, потому положила палочки на тарелку и встала из-за стола. Няня тут же увела девочку в детскую, а госпожа Тан вздохнула: этот ребенок так привязался к парню, не следовало привечать его. Но, что поделаешь, время не повернуть вспять.

Перед сном Наен переоделась в пижаму с розовыми единорогами, умылась, почистила зубы и легла под одеяло. Как и многие дети ее возраста, она боялась темноты, потому попросила няню не гасить свет ночника и оставить дверь чуть приоткрытой.

Девочка сама не понимала, почему на сердце было так тревожно. Она крепко обняла любимую игрушку и закрыла глаза, сон никак не шел. Тогда Наен мысленно представила себе пушистых овечек, похожих на разноцветные облачка и стала считать их, но и это не помогало.

Девочка подумала о Джуне, как он там сейчас? Вспоминает ли о маленькой сестренке или совсем забыл? И сама не заметила, как уснула.

Но сон не был безмятежным и радужным. Наен шла по коридору, и шаги отдавались эхом. Она испуганно озиралась по сторонам, надеясь увидеть свет, так как темнота пугала. Заметив вдалеке белую точку, со всех ног побежала в том направлении, где появилось сияние. Но свет все отдалялся.

Наен остановилась, чтобы отдышаться, сердце колотилось, как загнанный зверь. Ноги подгибались, а руки дрожали. Наен почувствовала головокружение и удушающий страх, и в отчаянии закричала. Маленькая девочка стояла совсем одна, в темном коридоре, откуда не было выхода.

Тогда-то и появилась Она. Женщина шла навстречу ребенку и Наен чувствовала, что она улыбается, хотя в полутьме трудно было увидеть улыбку.

- Дай мне руку, Наен, - ласково сказала женщина. - Я поведу тебя.

- Куда мы идем, тетя? - спросила девочка, нисколько не испугавшись, ведь это была тетя Союн.

- Пока секрет, но обещаю, тебе там понравится.

Наен чувствовала прикосновение ледяных пальцев к своей руке, аромат роз и чего-то удушающе сладкого. Как же иначе, ведь тетя теперь ангел, так говорил Джун, и девочка ему верила.

- Ты отведешь меня к маме? - Наен всецело доверилась женщине в белом.

- Нет, - женщина покачала головой и грустно улыбнулась. - Твоя мама сделала кое-что ужасное, и ее ждет наказание.

Наен нахмурилась: когда ее безупречная мама успела сделать что-то плохое, и кому?

Кан Союн и ребенок двигались в сторону света, и теперь он становился ближе. Шаг, еще шаг, становилось светлее, но сияние не слепило глаза, а на сердце было так радостно, словно они возвращались домой после долгого пути.

И тут девочка услышала вначале тихий, затем громкий лай собаки. Это ее песик? Наен неуверенно повернулась в сторону темного коридора.

- Там осталась моя собачка.

- Хочешь к ней? Что ж, иди, но я еще вернусь, мы обязательно встретимся, дорогая племянница. Помни, что я тебя очень люблю, потому пришла к тебе сама и не дала сделать это другим.

- Кому, тетя Союн? - удивилась девочка.

- Лучше тебе не знать. Передай маме, что еще не поздно все отменить. Запомнишь?

- Да, запомню.

Наен почему-то заплакала. Ей так не хотелось уходить и расставаться с тетей.

- Ну-ну, не плачь, малышка Наен. Твои слезы разрывают сердце, - женщина наклонилась и поцеловала ее в лоб холодными губами.

- Беги к маме, скорее!

Она легонько подтолкнула девочку к коридору, но этого хватило, чтобы ребенка подхватил поток воздуха и отнес обратно.

- Наен, Наен, проснись! - кричала мать и трясла ребенка.

Наен открыла глаза и увидела себя в комнате. Рядом сидела мама и плакала.

- Детка, ты очнулась, я так испугалась! - она обняла девочку и прижала к себе.

- Мне приснился страшный сон. Ты ведь не уйдешь, не оставишь меня?

- Господи, детка, конечно, я всегда с тобой, - мать чувствовала, что ребенок сильно напуган и хотела развеять страхи. - Что ты увидела, расскажи?

Наен рассказала, где находилась во сне и что мама Джуна спасла ее, а также передала слова . Госпожа Тан чувствовала, как холодеют руки, а к горлу подкатывает комок и становится трудно дышать.

- Тетя Союн так и сказала? Что снова придет?

Наен кивнула.

- Она очень добрая и совсем не страшная. Мамочка, а что такое ты сделала?

- Я? Ничего, детка, это просто сон. Давай, я сегодня останусь с тобой?

- Мама, ты большая, а кровать маленькая, - Наен рассмеялась.

- Я посижу тут, на стуле, а ты спи. Спи.

Наен улыбнулась и послушно закрыла глаза. А через минуту уже сладко спала. Госпожа Тан смотрела на маленькую дочь и представляла ее взрослеющей. Видела ее на выпускном, в свадебном платье, счастливую...

Всего этого может не быть, если в один день дочери не станет. Что же сестре мужа все неймется, даже на том свете никак не успокоится. Но потом женщина уверила себя в том, что это всего лишь фантазии ребенка. В последнее время Наен слишком часто спрашивала о Джуне, вот и увидела его мать.

Убедившись в том, что дочь крепко спит, женщина выключила свет и вышла из комнаты.

* * *

Ли Бан Сок сидела за столом и смотрела альбом с фотографиями сына, снова возвращаясь в прошлое, бередя затянувшиеся раны. Боль в сердце матери, потерявшей ребенка, никогда не притупится, что бы кто ни говорил.

Еще острее боль одиночества ощущалась на Рождество, когда женщина оставалась в доме почти одна. И даже верный помощник покидал ее на несколько дней, уезжая к семье.

Госпожа Ли жила лишь надеждой, что однажды дверь откроется и на пороге возникнет Со Джун. Она будет ждать. О, терпения ей не занимать. Но так хотелось, чтобы это случилось скорее.

Женщина вздохнула и перевернула лист. На снимке был маленький Со Джун, когда отмечали первый год его рождения, как принято в Корее. Под фото стояла дата, от которой госпожа Ли оживилась: седьмое января. Это же совсем близко, вот и повод напомнить о себе!

Пожилая госпожа позвонила помощнику и попросила подумать о подарке ее внуку, но в средствах себя не ограничивать. Подарок должен быть дорогим и достойным молодого господина Кана. Мужчина лучше знал, от чего фанатеет современная молодежь.

Женщина еще раз посмотрела на маленького Со Джуна в традиционном ханбоке и шапочке со звездочкой. Она прижала альбом к груди. Если бы можно было передать свои мысли и чувства на расстоянии, она бы так много ему сказала... Оставалось ждать новостей от посланного ею человека.

* * *

Господин Кан стоял у окна в своем кабинете и размышлял над словами господина Кима. Тот ясно дал понять, чего ожидает от компаньона. Но как обставить все так, чтобы никто не смог придраться по поводу увольнения племянника?

Господин Кан, казалось, не замечал ничего вокруг, настолько был погружен в свои мысли. Что происходило с племянником, ему не было интересно, лишь бы тот не нашел способ вернуться в Корею. А кто знает, что может случиться за месяц? Зимы в Эдинбурге не такие теплые, как в Сеуле.

Мужчина усмехнулся, представляя дерзкого племянника сломленным. Да, это послужит ему уроком, как не перечить старшим, на всю жизнь запомнит. И никто ему не поможет. Кому захочется вступиться за того, кто не сработался с родным дядей?

Точно! Нужно собрать совет акционеров и директоров, но Со Джуна там не будет. Выказанное неуважение и непочтение станет поводом для увольнения.

Господин Кан рассмеялся и подошел к бару, где стояли бутылки с элитным спиртным. Как замечательно он все придумал, на этот раз обставив даже свою хитрую жену. Мужчина налил в стакан виски, подошел к зеркалу, висевшему на стене и поднял стакан:

- За тебя, друг! И пусть все получится.

С этими словами он выпил содержимое стакана и поставил его на стол.

* * *

С каждым днем отношения Анны и Джуна поднимались на ступень выше. Они рассказывали друг другу, как прошел день, делились не только радостью, надеждами и мечтами, но и тем, что огорчало.

- Как ты думаешь, существуют ли параллельные миры? - спросил Джун.

- Думаю, существуют, - ответила Анна, ни минуты не колеблясь. - Их великое множество. А почему ты спрашиваешь?

- Было интересно твое мнение.

Джун знал, что от ответа Анны будет зависеть, скажет ли он о призраках или нет.

- Значит, ты не просто так выбираешь для книг такие сюжеты? Ты веришь в подобное?

- Я знаю одно: мы не одни во Вселенной. И если ты чего-то не видишь, не означает, что этого не существует. Удивительное рядом, просто нужно держать открытыми разум и сердце.

- Хорошо. А как ты считаешь, какова должна быть степень доверия между любящими людьми? Могут ли они хранить друг от друга тайны?

Анну, похоже, озадачил этот вопрос. Почему Джун спросил об этом? Означало ли, что он подозревал ее в чем-то или же сам скрывал нечто страшное?

- Тайны есть у каждого, - ответила она через минуты три. - Если они не несут угрозу для отношений, то можно не рассказывать. Секрет, он и есть секрет, пока никто о нем не знает.

- Понимаю. - Джун был приятно удивлен.

- По-настоящему любящие люди чувствуют друг друга даже на расстоянии, и любовь затрагивает ум, тело и душу. Я считаю, что уже встретила такого человека...

- Я тоже считаю, что встретил девушку, которую хочется обнимать утром, держать за руку днем и целовать перед сном. Чтобы в моих объятиях она чувствовала себя в безопасности. И где бы в мире ни находилась, никогда не чувствовала себя одинокой. Помни, что для тебя я никогда не буду слишком занят, потому что мечтаю прикоснуться к тайнам твоего сердца. Хочу, чтобы забылась тяжесть прошлых лет, и вместе мы могли бы создать много счастливых воспоминаний. Я чувствую, что ты ниспослана мне свыше, сам не знаю, за какие заслуги...

- За чистое сердце и незапятнанную душу, - ответила Анна. Его слова растрогали до слез.

- Прости меня за слезы и страхи. Мужчины тоже боятся и ощущают страх любви, потерь и одиночества. Надеюсь, ты не посчитаешь это недостатком.

- Мне кажется, ты преувеличиваешь. Я вижу в тебе бесстрашного человека, кто не боится рушить барьеры и бросает вызов опасностям. И твои ошибки это не недостатки, а уроки, благодаря которым в жизни произойдут изменения.

- Удивительно. Ты будто заглянула мне в душу. Таким я был, когда жил в Сеуле. Но сейчас...

- Сейчас ты немного растерян, сбит с толку. Тебя предали самые близкие люди. Поверь, я тоже знаю, насколько это больно. Порою мы падаем, когда кто-либо из родных ставит подножку, но поднимаемся, отряхиваемся и идем дальше. Останавливаться, ныть и винить во всем судьбу - удел слабых. Сильные же, имея внутри стержень, извлекают из ситуации урок и двигаются вперед.

Джун поражался, сколько в этой девушке мудрости и великодушия, а еще терпения. Такому человеку он, без сомнений, мог доверить любую тайну и не опасаться быть осужденным или высмеянным. И Джун решился:

- Я хотел тебе кое-что рассказать, но боялся, что неправильно поймешь.

- Теперь не боишься? - Анна послала смайлик-улыбку.

- Нет, принцесса моих снов. Я вижу твое доброе сердце и знаю, что не поднимешь на смех. Анна, я вижу призраков.

Написав это, Со Джун глубоко вдохнул и медленно выдохнул, чтобы успокоиться. Но на сердце стало неимоверно легко, словно сбросил непосильную ношу.

- Ты говоришь серьезно или шутишь? - последовал ответ.

- Я серьезен, как никогда.

- Даже представить не могла, что узнаю такое. И давно ты их видишь?

- Не так давно. Это началось несколько лет назад.

- Как часто это происходит, Джун?

- Раньше случалось реже, - признался молодой человек. - Но сейчас я вижу их в отеле. Анна, я не знаю, что делать. Как избавиться от этого проклятия?

- Почему ты считаешь это проклятием? Быть может, это дар?

- Но я не просил о таком.

Джун не видел и капли осуждения, только понимание и желание помочь.

- Я понимаю, это тяжело принять, особенно тем, кто не стремился к такому. Призраки общаются с тобой?

- Раньше молчали. Но теперь говорят. Анна, я видел свою маму. Вернее, я уверен, что это была она.

- Как? Когда это случилось? - не могла скрыть удивления Анна.

- На Рождество, в отеле. Я танцевал с женщиной в маске, говорил с ней, но кроме меня ее никто не видел. Казалось, что схожу с ума. А потом в номере появилась девочка.

- Значит, все намного серьезней, чем я предполагала. Чего она хотела?

- Искала маму. Но недавно я узнал, что отель построен на месте старой больницы. И призраков в отеле много.

- Мне кажется, тебя выбрали не случайно. Привидения не являются всем подряд. Джун, им что-то нужно. Подожди немного, все прояснится.

- Хотел бы знать, за что мне все это. Не представляешь, насколько бывает не по себе, когда появляется нечто потустороннее, - поделился Джун переживаниями.

- Ошибаешься, могу представить, - возразила Анна. - Должна быть с тобой честной. Откровенность за откровенность. Я тоже многое вижу, но никому не рассказываю. Не всякий поймет, а некоторые осудят.

- Так вот почему в твоих книгах много мистики, - догадался Джун.

- Мистика окружает нас повсюду, Джун. Со временем ты смиришься и привыкнешь к тому, что видишь чуть больше остальных. Главное, не возгордиться после этого.

- Разве это повод для гордости ? - удивился Джун. - Я с радостью откажусь от такого дара.

- Не торопись, - остановила его Анна. - Если послали испытания, значит, для чего-то было нужно. Я в свое время тоже хотела отказаться от дара, но не получилось. Не спорю, это тяжело. Но я должна помогать людям. Возможно, в этом и есть мое предназначение.

- Спасибо, что не отвергла и поделилась историей, - написал пораженный Джун. - Ты удивительная девушка.

- Джун, мы обязательно справимся с тем, что на тебя навалилось. Я постараюсь помочь.

Джун грустно улыбнулся.

- Как ты сможешь помочь, Анна? Это не в состоянии сделать даже полиция.

- Тебе закрыли дороги, Джун. И сделала это женщина, которая тебя ненавидит. Догадываешься, кто она?

- Кажется, понимаю, о ком речь, - Со Джун нахмурился, а руки сами сжались в кулаки. - Жена моего дяди.

* * *

Госпожа Ли с нетерпением ждала, что же скажет ее помощник. Время для нее тянулось слишком медленно, не хватало терпения. Жизнь и так слишком коротка, чтобы тратить ее на ожидания. Так думала женщина, набирая номер секретаря. Без него она была, как без рук.

- Наконец-то! - выдохнула женщина, когда услышала знакомый голос. - Так что ты решил приобрести для моего внука? Ну же, не томи старую больную женщину.

- Что можно подарить тому, у кого и так все есть? Это было сложно, но я остановил внимание на автомобиле.

- Прекрасный выбор, - похвалила его довольная хозяйка. - Не каждый сможет отказаться от такого подарка. Остается только съездить к Со Джуну и взять его в автосалон, чтобы оформить документы.

- В том вся проблема, аджумма Ли, - замялся собеседник. - Я ездил по адресу, там никого нет. Звонил - номер вне зоны доступа.

Ли Бан Сок нахмурилась.

- Теряешь хватку. Съезди еще раз, я ведь сама не могу. Ищи его или того приятного молодого человека, что приходил с ним. Жалею, что не взяла номер парня. Найди моего внука и держи меня в курсе дел.

- Непременно, аджумма Ли.

Когда разговор с помощником закончился, женщина почувствовала себя опустошенной. Сердце подсказывало, что внук попал в беду. Она сама не понимала, почему голову посетили такие мысли. Обычно тесная связь бывает у ребенка и матери, видимо, тут сработала интуиция.

- Только бы мой мальчик был жив и здоров, остальное не важно, - прошептала женщина, положив руку на сердце и устремляя взгляд к небесам.

Глава 21

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 21

- Какого цвета у людей аура? - спросил Джун у Анны.

Зависит от качеств характера, а также от настроения, - ответила девушка.

- Хотелось бы хоть раз увидеть, - мечтал Джун.

- Увидишь. Человек, видящий призраков, способен на многое. Нужно только сильно захотеть. Кстати, о желаниях, не забыл, что завтра твой день рождения?

- Лучше бы не помнил, - Джун вздохнул, отсылая сообщение. - Я привык праздновать его в кругу друзей...

- Это еще не худший вариант. Ты можешь разделить радость с теми, кто работает на кухне и с другом из Кореи. А я предпочитаю отмечать этот день только в кругу по-настоящему близких людей. И это уже входит в привычку.

- Привычки можно менять. И я помогу тебе в этом. Только нужно встретиться...

Боже, как же тяжело! Ну почему все так получилось? Как в дешевой мелодраме. Напоминает бег по кругу.

"Закольцовка", - подумала Анна. "Кто-то закрыл дороги и сделал закольцовку!"

- Твои слова навели меня на одну мысль, и нужно будет это проверить. Если все так, как я предполагала, то вскоре ты вернешься в Корею. Я ничего не обещаю, но попытаться стоит.

Анна была тверда в своем намерении. Пусть это станет подарком Со Джуну.

* * *

Со Джун проснулся среди ночи от странного ощущения, что на него кто-то смотрит. В голове гудело, а во рту ощущался привкус горечи. Он протянул руку и зажег свет. Чувство, что он не один в комнате, никуда не пропало, а стало еще сильнее. И кровать сбоку будто просела от тяжести. Сразу стало не по себе.

Яркий пластмассовый будильник в виде оранжевого прямоугольника стоял на тумбочке и показывал 3.00. "Ведьмин час", как говорила Анна. Кто его решил навестить в столь ранний час?

Тот, кто все это время сидел неподвижно, пошевелился. Расплывчатые контуры постепенно принимали более четкие очертания. И когда парень увидел наконец, кому они принадлежали, выдохнул с облегчением.

- Мама!

Женщина смотрела на него, слегка наклонив голову, и улыбалась.

- Ты пришла. Я так скучал по тебе.

Джун сел на кровати и потянулся к призраку. Она не оттолкнула, напротив, подвинулась ближе и обняла взрослого сына. Объятия были похожи на тонкий шелковый шарф, укрывающий плечи в летний день - легкие и прохладные. Голос мамы убаюкивал, как в далеком детстве, сулил защиту и любовь.

- Мой дорогой мальчик, как я могла не прийти в такой важный день? Я не забыла, и не забуду никогда.

- Мама, мне так тяжело, - Джун не выдержал, и на глаза навернулись слезы, которые тут же отерли холодные пальцы.

- Не плачь, мой мальчик, ты уже взрослый, мужчина должен быть сильным. Помнишь, чему я тебя учила?

- Помню. - Джуну почему-то не было стыдно за проявленную слабость.

- Я стараюсь, и, кажется, у меня получается. Но мне так не хватает твоих заботы, ласки, мудрых советов. Вместе с тобой ушли чувство защищенности и уверенности. Я не знаю, чего ожидать от мира. Рядом с тобой было тепло и спокойно, теперь в жизни темно и холодно.

Госпожа Кан покачала головой и внимательно посмотрела на сына.

- Не говори, что я не показала тебе несовершенство мира и не научила бороться, иначе я буду разочарована в себе. Но и не стоит закрываться от мира совсем. Запомни, мой мальчик, во всем должна быть золотая середина, не впадай в крайности. Знаю, это трудно, но научиться можно.

Мама немного отстранилась и окинула сына изучающим взглядом.

- Какой ты стал красивый и взрослый. Таким я хочу запомнить Кан Со Джуна.

- Ты уходишь? - Джун почувствовал, как его лица касается легкий ветерок, невесть откуда взявшийся в комнате.

- Этот мир давит на меня, и скоро я не смогу приходить к тебе. Нет, не грусти, у тебя все будет хорошо. Я желаю тебе счастья, такого безграничного и необъятного, чтобы ты забыл обо всех прежних неудачах. А виновные понесут наказание. И тогда я успокоюсь и уйду туда, где меня ждут.

- Мама, что это значит? - спросил Джун, пытаясь уловить эмоции призрака.

- Сам все увидишь. А теперь спи.

В глазах матери вспыхнул огонек. Она дотронулась до лба Джуна, и тот почувствовал, как веки наливаются свинцом. Только голова коснулась подушки, как сон мгновенно сморил парня.

* * *

Анна сидела у окна, печатала очередную историю, но делала это механически: сама находилась в комнате, но мыслями была далеко. В это утро на телефон пришло сообщение от лечащего врача, который назначил дату выписки тети.

У Анны осталась неделя, а может меньше, если не считать этот день. Потом и Вероника вернется. Значит, это был самый удачный момент, чтобы провести ритуал.

Она закончила печатать и налила себе чай в самую большую кружку, обдумывая план действий. Первым делом следовало подготовить свечи, травы, уголь и соль. Проверить, есть ли дома церковная свеча, а потом заглянуть в шифоньер и достать темный плащ с капюшоном.

Перед работой девушка ощущала сильную тревогу и волнение, гадая, как все пройдет. Но раз уж решилась, отступать поздно. Только защиту нужно подновить.

Муся ходила за хозяйкой как хвостик, поднимала голову и мяукала, будто пыталась что-то сказать или предупредить, отговорить от задуманного. Но Анна сосредоточилась на подготовке к ритуалу и не обращала внимания на кошку.

Когда все было готово, девушка выставила кошку из комнаты, переоделась в просторную одежду, распустила волосы, зажгла свечи, подожгла травы и приступила к таинству. На столе, в медной посуде дымились травы, рядом лежал ритуальный нож.

Прочитав молитву, Анна произнесла заговор и кусочком угля начертила на запястье руну. Активировав ее своим дыханием, девушка положила на медный поднос лист бумаги с начерченными на нем магическими символами и насыпала дорожки из соли в виде перекрестка. Четыре свечи, зажженные по углам, стали трещать, коптить и "плакать" черным.

В соседней комнате вдруг что-то с грохотом упало, а под дверь потянуло холодом. Анна не обращала внимания ни на шум, ни на непонятный сквозняк, ни на раздавшуюся трель телефона.

- Аня, телефон! - услышала она голос брата, но даже тогда не сбилась со слов заговора.

Прерываться категорически нельзя, это чревато последствиями. "Пытаются помешать", - подумала девушка и криво усмехнулась.

В руке блеснул атам, украшенный рунным узором ритуальный нож. В другой руке она держала большую белую свечу.

С наклоненной над соляным крестом свечи капали огненные капли, словно и не воск то был, а расплавленный целлофан. Достигшие соли, капли с шипением застывали и превращались в черную корку. В проявлявшихся символах читалась история, пропитанная ненавистью и злобой.

Анна отчетливо видела образы двух женщин и мужчины, собаку, рыбу и ворона. В голове сразу складывались картины, как яркие кадры из кинофильма. И фильм тот больше напоминал кошмар из самых глубинных черных фантазий больного воображения. А в самом центре находилась фигура человека, опутанного цепями. На руках и ногах его были кандалы.

- Сейчас, я постараюсь снять это, - прошептала Анна и произнесла слова заклинания, но уже громко и с повелительной интонацией:

Уберу я то, что тебя, Со Джун, на месте держит и идти не дает. Уберу с колен до пят, с пят до костей с кровью. И теперь смело иди! Все дороги тебе отныне открыты! Пусть так и будет! Снято! Заклято! Отделано! Истинно! Да будет так!

Соль под каплями воска затрещала, а с фигурки человечка слетели путы. Анна отрезала у свечи атамом нижний конец, представляя, как срезает воображаемые веревки, мешающие двигаться. Кусочек свечи упал на крест и тут же был закапан воском.

После того, как свеча полностью прогорела, последовала заключительная часть ритуала, где полагалось сжечь лист бумаги с солью и каплями воска. Анна собрала все со стола и отнесла на кухню, где включила вытяжку. Муся была уже тут, вертелась под ногами.

- Негатив чувствуешь? - усмехнулась Анна, точно зная, почему кошка не уходит. - Ладно, смотри, только не подходи близко.

Девушка подняла легкую пушистую красавицу на подоконник и занялась делом. Сжигая то, что осталось, Анна прислушивалась к себе и своим ощущениям. Запахло какой-то травой, паленым волосом и рыбой. Поначалу лист не хотел гореть, и пришлось поджигать его снова и снова, пока пламя не разгорелось и не охватило его полностью, поглощая все, без остатка.

Когда последняя искра погасла, на подносе осталась щепотка пепла, которую следовало смыть проточной водой. Ритуал был окончен.

Александр, появившийся во время него на кухне, понял все без лишних слов и ретировался, а Муся тихо сидела на подоконнике и неотрывно смотрела на то место, где погасло пламя.

Анна чувствовала себя разбитой, как обычно после такого. В то время, как горел огонь, всегда ощущался прилив сил и бодрости, но после наваливалась усталость и клонило в сон. Однако сожалений не было. Если это поможет любимому человеку, она согласилась бы повторить ритуал еще раз.

Уже поздним вечером Анне написал Со Джун и поведал о том, как прошел его день рождения, о котором он никому не рассказывал, но неожиданно получил поздравления и большой торт. Со Джун догадывался, кто мог все это устроить и, в глубине души, был благодарен за такое внимание.

Анна решила пока не говорить о том, что провела ритуал, опасаясь разочарований парня, если что-то пойдет не так. Подарком же послужила очередная волшебная сказка, рассказанная на ночь.

- Это уже входит в традицию, - написал Со Джун. - Сколько сказок ты знаешь?

- Очень много. В детстве любила волшебные сказки, да и сейчас сердце замирает от интересных мистических историй. Разве тебе в детстве никто их не рассказывал?

- Рассказывали, но так редко. Мама почти всегда была занята, а нанятая няня их не знала.

- Жаль, что такая важная часть детства прошла мимо тебя, дорогой. Но мы можем наверстать упущенное. Я буду рассказывать тебе сказки каждый вечер.

От ее слов на душе у Джуна стало тепло и легко, а фраза "Я всегда рядом", была дороже всех богатств мира.

* * *

Старая колдунья перебирала травы. В тот день посетителей в ее лавке не было. Люди еще не отошли от Рождества, а впереди маячил восточный Новый год. Женщина вздохнула и переставила на полке баночки, чтобы смахнуть пыль. В тот самый момент она пожалела о том, что не взяла себе ученицу, которая бы помогала с уборкой и перенимала знания.

Ведьма повернулась к окну, за которым еще было светло, так как услышала странный звук. Нет, это не было ошибкой, ей не показалось: в окно действительно стучала птица. Старая ведьма побледнела, бросила тряпку и поковыляла к ширме, где хранились монеты. Она взяла четыре, особенные и по-очереди подбросила на ладони, а потом выложила на стол. Записав символы, стала их расшифровывать. От напряжения вспотели ладони и лоб.

Гексаграммы предупреждали о поражении и наказании через мертвого, за зло. И старая ворожея поняла - возмездие близко! Кто-то помог парню дойти до истины и распутать клубок запутанных дорог. И теперь в виновных полетят копья. Она-то подстраховалась и поставила защиту. Но как будет выпутываться богачка Тан Суа?

Женщина нахмурилась и тихо выругалась. Несчастная еще не знала, что ее ждет в случае, если дороги родственника откроются. Проклятие обрушится на голову всех, кто живет в доме, и ребенку достанется больше всех.

- Ох, что же ты натворила, глупая, - причитала она. - Ведь предупреждала тебя не раз, чтобы не увлекалась вредительством. Не послушалась старую прорицательницу, а зря. Ну, теперь я вам не помощница. Каждый сам за себя.

Женщина проверила, насколько сильна ее защита и осталась довольна - обратка отлетит от нее рикошетом и ударит по заказчице и по той, что осмелилась бороться с мастером.

- Интересно, кто ты, такой смельчак. Не побоялся замков и тех, кто охраняет работу? Женщина ты или мужчина?

Старая колдунья зажгла свечи, прочитала над хрустальным шаром заклинание и положила на него иссохшие морщинистые ладони. Сначала ничего не происходило, и можно было подумать, что ритуал не удалось провести. Но вдруг прозрачное стекло помутнело и в нем проступили размытые очертания.

- Девушка! - воскликнула удивленная колдунья. - Никогда бы не подумала, что работу перебьет кто-то моложе, чем я.

Женщина убрала ладони с шара и еще около минуты всматривалась в него, стараясь рассмотреть черты, но образ исчез.

- Ничего, получишь свое за то, что посмела вмешаться, - злорадствовала она.

* * *

После проведенного ритуала, несмотря на все предосторожности, заболела кошка Анны, и с каждым днем ей становилось хуже. Лекарства, что приписал ветеринар, не помогали.

Муся лежала на кровати хозяйки и тяжело, с хрипами, дышала. От еды, как и от питья, отказывалась.

- Это вирус, - вынес приговор ветеринар.

"Нет, это предупреждение от той, кто закрыл дороги. А Муся забрала все на себя", - думала Анна, прижимая кошку к себе.

Семь дней Анна боролась за жизнь любимицы, но спасти ее не удалось. В самый последний день девушка долгое время провела рядом с нею. Казалось, она выплакала все слезы и в истерзанной душе не осталось ничего, кроме пустоты.

А хуже всего, что Анна во всем винила себя, свою беспечность и самонадеянность. Да, она спасала любимого человека, но какой ценой!

На чаше весов были две жизни. И пусть кошка не человек, ее жизнь не менее ценна.

Джун старался поддержать Анну, успокаивал, говоря, что кошка поправится. Но в подобное верилось с трудом.

- Мусенька, прости, - шептала девушка, глядя на слабеющее животное. - Зачем ты это сделала? Почему приняла удар на себя? Я сильная, сама бы справилась. Как же я теперь, без тебя?

Кошка приподняла голову и посмотрела на хозяйку долгим умным взглядом, а потом лизнула ее руку теплым шершавым языком, будто ободряла: не грусти, все будет хорошо.

Анна не заметила, как задремала. На душе было так тяжело, что казалось, на груди лежит гранитная плита. Дни стали серыми, бесцветными, наполненные болью и страданием угасающего существа. Состояние кошки передавалось хозяйке.

Анна очнулась и посмотрела на кровать, которая оказалась пуста. Слабая надежда шевельнулась в сердце - а вдруг кошке стало лучше? И она спрыгнула с кровати, чтобы пойти на кухню, выпить воды и, как обычно, поесть корм. Но лучик надежды угас, когда девушка увидела вначале лапку, а затем и все тельце, растянувшееся под шкафом.

Не сдерживая слез, Анна достала из шкафа бирюзовый шарф и завернула в него кошку, которая теперь стала твердой и тяжелой.

Анна с Александром вынесли Мусю в коробке из-под обуви и решили закопать ее во дворе, подальше от людей, под старым деревом. Маленькой железной лопатой удалось вырыть небольшую ямку в подмерзшей каменистой земле. Плохо запомнилось, как кошка соскользнула в яму, как Александр забросал ее сверху землей, все происходило как во сне. Анна подняла коробку и держала ее, пока брат не забрал картонку из рук.

В этот вечер девушка ни с кем не разговаривала, переживая уход любимицы. А через день домой вернулась тетя, и домашние хлопоты отодвинули переживания на второй план.

* * *

Помощник госпожи Ли Бансок злился на себя за то, что упустил Со Джуна. Как так получилось, что все вышло из-под контроля? Расспросы ничего ему не дали, а найти внука госпожа требовала немедленно. Может, навестить гадалку или кого-то из их братии?

Мужчина хмыкнул и усмехнулся - еще бы в церковь сходить. Нет, так дело не пойдет.

Он решил еще раз съездить на Каннам и наведаться к Джуну. Подошел к нужной двери, нажал на звонок несколько раз. За дверью была тишина. Потоптавшись на месте, мужчина уже хотел уходить, как вдруг дверь одной из соседних квартир открылась и показалась хозяйка, женщина средних лет, в черных брюках и цветастой блузке. Она закрыла замок на ключ и обратилась к незнакомцу:

- Кто вы и что забыли возле той двери?

- Здравствуйте, госпожа, - незнакомец учтиво поклонился. - Я ищу молодого человека, который здесь проживает. Это вопрос личного характера.

- Со Джун уехал, как и его друг. Чудесные мальчики. Только вот их собака часто оставалась дома одна и так скулила. Нет, у меня нету претензий, но бедное животное...

- Вы сказали - собака? - удивился мужчина.

- Да, породистый щенок. Кажется, парни искали его хозяина. Во дворе даже объявления расклеили, с фото и номерами телефонов.

Мужчина просиял и стал кланяться.

- Вы не представляете, как мне помогли. Я очень благодарен.

Женщина хмыкнула, ничего не понимая.

- Вы что же, хозяин собаки?

- Нет, но это не важно. Благодарю за помощь.

Женщина проводила его взглядом, полным заинтересованности. Она не помнила, чтобы к соседу напротив захаживали гости. Кроме одного человека, да и тот пробыл не долго. В душе она пожелала, чтобы ее подсказка никак не навредила парню. Он действительно нравился ей, хороший спокойный сосед, но эта маленькая собака...

Помощник госпожи Ли быстро спустился на первый этаж и вышел из подъезда. Он пробежал в сторону двора, а глазами искал расклеенные объявления. Лишь бы они остались, хоть одно.

На соседнем подъезде белел прямоугольник с картинкой, но при ближайшем рассмотрении это вышла реклама бытовой техники. Зато на бумаге, приклеенной к стволу дерева, он увидел фото, которое искал. Ветер уже оторвал его наполовину, и лист мог улететь в любую минуту.

В объявлении было сказано, что найден шпиц. Просили позвонить по оставленным номерам. Один из них был знаком, второй - нет.

"Большая удача!" - подумал поверенный госпожи Ли и, оторвав лист, сунул его в карман.

Вернувшись к машине, мужчина набрал номер и дождался ответа.

- Здравствуйте, это вы оставляли объявление о потерянном шпице?

- Да, ваша собака потерялась? - в голосе молодого человека не было радости.

- Не совсем так. Скажите, это вы проживали на Каннаме вместе с Кан Со Джуном?

- Да, но я переехал. А, собственно, кто вы такой и с какой целью интересуетесь? Я все сделал так, как мне приказали. Если снова хотите потребовать ключ, то не дождетесь.

Мужчина подивился такому напору, но постарался задержать его, потому перебил на полуслове:

- Я не имею отношения к тем, кто требовал ключ. Меня послала госпожа Ли, чтобы поговорить с ее внуком. Я приехал к нему домой, но никого не застал. И вот, увидел объявление.

- Ха! Что-то поздновато она вспомнила о внуке. Какая забота, - проворчал парень. - Со Джуна послали в Шотландию, у него крупные неприятности. Он не может вернуться в Корею. Именно с этими новостями я заявился к его бабушке, но меня даже на порог не пустили.

- Не пустили в дом? - изумился мужчина, силясь вспомнить, когда такое могло случиться. - Тут какое-то недоразумение. Давайте встретимся в одном кафе, на Хонде. Записывайте адрес. Идет?

Джи Юн нехотя согласился на встречу, хотя был обижен. Но хорошо помнил о своем обещании помочь другу и не желал упустить такой шанс.

* * *

Александр возвращался с работы, погруженный в свои мысли. Во дворе почти никого не было, если не считать двух подростков в беседке и соседа, парковавшегося у дома. Взгляд невольно обратился туда, куда недавно отнесли кошку. О ней грустили все, но Анна - больше остальных. Хорошо, что это произошло в отсутствие Вероники и не стало очередной травмой для психики ребенка.

Александр поравнялся с машиной, откуда вышел сосед. Мужчины обменялись рукопожатиями, поговорили минут пять и попрощались. Сосед вошел в подъезд первым, а Александра кто-то окликнул. Обернувшись, он увидел спешащую к нему девушку, подругу сестры. Любопытно, что ей нужно в такой час? Хоть было не слишком приятно видеть ее, Александр остановился.

- Саша, как хорошо, что я тебя застала, - сказала девушка, подбегая.

- Ты что, караулила меня? - был неприятно удивлен мужчина. - Зачем?

- Нам нужно поговорить, это очень важно, - вкрадчиво начала она и взяла мужчину под руку.

- О чем нам разговаривать? - он аккуратно высвободил руку.

- Это касается твоей сестры, - сказала она, понизив голос до шепота, будто их кто-то мог услышать. - Тебе не кажется, что она какая-то странная в последнее время?

- Нет, не кажется, такая же, как и всегда. Ты говори яснее, не юли. Между нами особой дружбы нет, да и вы, кажется, не в ладах?

- Все потому, что она не желает меня слушать. Анна общается в интернете с одним азиатом-аферистом.

- Почему сразу аферист? - недоверчиво спросил Александр.

- Он отыгрывает сценарий. Пишет слезливые небылицы о поездке в Шотландию, потере денег и документов. Понимаешь, о чем я? - Лейла старалась очернить Джуна.

- Не очень...

- Ну, какой ты тугодум, - с нетерпением произнесла она. - Сейчас документы потерял, кошелек, а завтра попросит денег. Если не пришлют, станет давить на жалость. Обычный мошенник.

- Почему же ты раньше не сказала? - Александру не нравилась эта история. Неужели Анна настолько глупа, что не поняла, с кем имеет дело?

- Я не единожды просила заблокировать лгуна, но она никого не желает слушать. Я даже познакомила ее с хорошим парнем, чтобы переключила интерес, но Анна ни о ком не желает слышать, кроме своего Джуна.

- Это еще не повод думать о нем плохо. Но теперь я понимаю, какая кошка пробежала между вами.

- Думала, тебя интересует жизнь сестры. Но, как вижу, из нас двоих только я беспокоюсь о ней. Я докажу вам обоим, что была права! - сердито воскликнула Лейла. Ладно, всего хорошего.

Девушка прошла через арку и исчезла из виду. Александр же стоял и не знал, что предпринять. Червь сомнения, которого подбросила коварная девица, уже подтачивал уверенность изнутри. Единственно правильным решением был разговор с сестрой.

Дома Александр переоделся, спросил, как себя чувствует мама и сел ужинать. На столе появилась тарелка наваристого борща со сметаной, тонко нарезанное сало и черный хлеб.

- Красота, - сказал мужчина, глядя на гастрономическое великолепие. - Завидую белой завистью тому, кому достанется такая жена.

Анна улыбнулась, слушая похвалу, а в мыслях тут же возник образ Джуна.

Брат ел, нахваливал борщ, а сам приглядывался к сестре. Не ускользнула от внимания ни легкая тень улыбки, ни мечтательное выражение лица.

- Лишь бы избранник по достоинству мог оценить твои блюда.

- Мне кажется, борщ нравится всем, - усмехнулась Анна и подлила в тарелку добавки.

- Не скажи. Иностранцам трудно угодить, у них иные предпочтения.

- Что ты имеешь ввиду? - Анна не понимала, куда он клонит.

- Ты хорошо знаешь, - холодно ответил брат. - И долго намеревалась скрывать этого Джона?

Анна с недоумением посмотрела на Александра, а потом все поняла.

- Сам узнал или кто подсказал?

- Птичка на хвосте принесла. Да какая разница? Просто ты впервые так скрытничаешь.

- Птичку зовут Лейла? - спросила девушка.

- Сейчас речь не о Лейле, а о твоем увлечении.

- Это не увлечение! - девушка возмутилась до глубины души.

- Хочешь сказать - истинная любовь? Не смеши меня.

Анна обернулась, чтобы взять со стола телефон и уйти с кухни, но обнаружила его в руках брата, который что-то искал.

- Верни телефон, - спокойно сказала она, но в душе поднималась буря негодования.

- Я хочу посмотреть на этого Джона, - он нашел фото и стал рассматривать.

- В детстве не учили, что брать чужое нехорошо? - Анна попыталась забрать телефон, но брат отвел руку за спину, будто дразнил.

- А тебя не учили, что нельзя доверять незнакомцам? - съязвил он. - Кажется, Лейла была права, когда заподозрила этого типа. Нет, сама погляди - молодой, смазливый, такому ничего не стоит запудрить мозги взрослой даме. Что, по-моему, он ловко проделал. Поверить не могу, что моя разумная кузина повелась на красивую сказку.

Александр нажал на боковую кнопку, отключил телефон и спрятал в карман.

- Ты что делаешь? - ахнула Анна.

- Спасаю тебя, - ответил двоюродный брат, спокойно попивая чай. - И не шуми, а то маму разбудишь.

- Ты такой заботливый, милый, что руки тянутся к арматуре, - Анна фурией подлетела к нему, но попытки забрать свою вещь были тщетны. Братец превосходил ее по силе.

- Я пишу на телефоне, это рабочая вещь, ты же знаешь, - уговаривала девушка.

- Ничего, пару дней отдохнешь.

Такое напускное спокойствие, граничащее с вредностью, выводило из себя. Брата не трогали ни слезы, ни мольбы, ни уговоры.

- Я что, маленькая девочка, чтобы давать отчет? Ты станешь контролировать каждый мой шаг?

- Иногда нужно применять крайние меры, чтобы спасти близкого человека.

- От кого, Саша? Ты вообще меня не слышишь? Я люблю его, и мне все равно, что вы все думаете.

- А он, любит? - глаза мужчины сощурились. - Что это за любовь такая, где один врет, а другой страдает? Это не любовь, а зависимость. Взгляни правде в глаза - он манипулятор. Я слышал много подобных историй. Женщины продавали все имущество, пытаясь спасти "бедненького" жениха. В итоге, серебряные доспехи рыцаря оказывались фольгой, а конь - ослом. За красавцем на фотографии прятал лицо нищий парень из Нигерии, Сирии или Китая.

- Все сказал? Отдай телефон. - Анна протянула руку.

- Нет. Пусть полежит у меня. Вот и увидим, так ли ты нужна своему принцу.

Анна смотрела на брата, который вышел из-за стола и направился к себе в комнату. Монстр. Чудовище! И кому жаловаться, если засмеют? Всему виной был слишком длинный язык подруги.

Девушка просто не знала, что ей делать. Ситуация была не только глупой, но и ужасной одновременно. Оставалось надеяться, что Джун будет ждать.

Глава 22

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 22

На Хонде, как и всегда, было многолюдно. Популярный у туристов район привлекал сюда молодежь, от чего улица походила на многоголосый птичий рынок. Молодые парочки, стремившиеся провести время, устремлялись сюда, чтобы стать незаметными в толпе.

Джи Юн подошел к кафе, где ему назначили встречу. Двое иностранцев облюбовавшие столик у окна, о чем-то оживленно беседовали и жестикулировали, тем самым привлекая к себе внимание. Парень усмехнулся. Он еще ни разу не смог определить, кто из какой страны приехал. Все европейцы были на одно лицо. Ну, или почти все.

Джи Юн открыл дверь, и тут же зазвенел колокольчик, но на вошедшего никто не обратил внимания. Днем в кафе народа было не много, не так, как под вечер, когда свободных столиков не хватало. И все же, место завлекало.

Парень оглянулся по сторонам в поисках того, кто его пригласил, пока не заметил самый дальний стол у стены, за которым сидел с виду известный мужчина. Он поднял руку и помахал ему, обнаружив себя. Джи Юн прошел через весь зал и приблизился к нему.

- Добрый день, - он слегка склонил голову.

- Ну здравствуй, - мужчина не поднялся, но кивнул, приглашая занять место напротив себя. - Тут шумно, но это не помешает нам поговорить. Что будешь пить?

- Кофе, - ответил парень и сел на удобный стул. - Мы ведь не напитки пришли распивать, правда? Спрашивайте, что хотели.

Мужчина откинулся на спинку стула и снисходительно улыбнулся. Горячая кровь, молодая, примерно таким он был в юности и парень напоминал его самого в этом возрасте.

- Не горячись. Я поговорил с охраной и выяснил, что в тот день дежурил новенький. Он слишком рьяно выполнял задание и хотел отличиться.

- Его уволят? - Джи Юн ощутил неприятный холодок вдоль спины.

- Нет, но выговор получит. Впрочем, не о нем речь.

Он на минуту замолчал, так как принесли два кофе и два куска торта.

- Что празднуем? - удивился Джи Юн.

- Ты про торт? Мне показалось, одного кофе мало. Но можно считать это призом за помощь. Я не мог найти Со Джуна, так как его номер не отвечает, а в компании ответ не надут.

- Это точно, так как информация строго конфиденциальна, - вздохнул парень.

Он отломил ложкой кусочек торта и положил в рот - вкусно, шоколад, сливки и вишня. Кофе тоже был отменным, крепким и ароматным, с кубиками льда. Собеседник тоже пил кофе и задавал волнующие его вопросы, ответов на которые собрал единую картину: Со Джуна подставили и лишили поддержки. Даже этот приятный парень пострадал.

- Против него что-то замышляют, - подытожил Джи Юн.

- Как думаешь, что именно? - мужчина сосредоточился.

- Пока не знаю. Но скоро станет известно. Думаю, это связано с местом в компании, а может, и вообще с вопросом наследства.

Помощник госпожи Ли посмотрел Джи Юну в глаза и спокойно произнес:

- Этого не случится. Госпожа Ли не позволит.

- Тогда вытащите его из Эдинбурга! - Джи Юн не мог сдерживать эмоции.

- Это будет сложно, но другого выхода нет. Госпожа Ли задействует все связи, чтобы вернуть внука в Корею.

Джи Юн кивнул. Ответ ему понравился.

* * *

Александр держал в руках телефон и смотрел на фото успешного, влиятельного, целеустремленного молодого человека и понимал, он - тот, к кому идут за советом, и тот, кто во всем идет до конца. У него все разложено по полочкам: связи, бизнес, спортзал и отдых на яхте с друзьями. Обо всем этом говорили фотографии, где кореец сидел за рулем дорогой иномарки, в брендовой одежде, с швейцарскими часами и кольцом на указательном пальце. Или снимок, где он сидел в кресле, в одежды, а на соседнем кресле стояли сумки с логотипами LV и Lora Piano.

Но вот вопрос: кому суждено быть рядом с ним? О ком он мечтал, когда снимал галстук и оставался один в пустом доме? Как золотой "мальчик" мог увлечься его сестрой?

А вот и фото с молоденькой кореянкой. Что это, бар или ночной клуб? И на следующих снимках та же девушка, они вдвоем в ресторане , счастливые и довольные. Такие берут от жизни все, ни в чем себе не отказывая и живут на полную катушку. Так зачем такому Анна?

Александр хорошо знал характер своей кузины и то, что ее не могли прельстить статус, положение в обществе или кошелек. Не потеряла бы она голову из-за красоты. Что же такое сделал кореец, что так глубоко запал ей в душу? Со временем выяснится, но телефон пусть полежит в укромном уголке и подождет лучшего часа. Или пока красавец не забудет свою далекую подругу.

Александр ухмыльнулся, спрятал телефон в шкаф, после чего запер его на ключ.

* * *

Анна пыталась связаться с Со Джуном посредством компьютера, но ничего не получалось. Доведенная до крайности, она была близка к нервному срыву. Время шло, а без доступа к телефону не писались главы, сюжет проседал. К тревогам за Джуна добавилась неприятная история с писательницей, долго скрывающей истинное лицо.

Притворство позволило брать героев из книг Анны и заимствовать сюжеты. Анна старалась не раздувать пламя из искры, но когда узнала про плагиат нескольких своих книг, терпение лопнуло, как натянутая струна. В ответ на справедливое замечание, она получила один негатив, хамские высказывания и неприкрытую враждебность.

То, что многие писатели видят в тебе конкурента и пытаются утопить, Анна знала еще тогда, когда встала на путь творчества. Но все же искренне не понимала, чем могла вызвать такую неприязнь у автора и ее подруг.

Но хорошо помнила наставления бабушки:

- Когда человек занимается любимым делом, создает красоту, творит добро, то за спиной будто вырастают крылья. Легкие, невесомые, как у ангела. Никому не позволяй их ломать, так как падение принесет боль и разочарование.

- Насильно мил не будешь, - вслух произнесла Анна, наливая в стакан холодную воду, чтобы запить пару штук валерьянки. Будь ты даже ангелом, всегда найдется кто-то, кому станет лишать твой свет. А если у этого кого-то есть свита, и выстоять в одиночку станет сложно, ты обратись к Богу, с искренней молитвой и увидишь, что мрак рассеется.

Анна часто вспоминала бабушку и ее мудрые наставления. Помнила ее стать, гордость, строгость и невероятную силу духа. Эта женщина всегда обладала пытливым умом и жаждой жизни.

Родилась Ева Михайловна в Энгельсе, в зажиточной семье. Отец ее, Михаил Седельников, был академиком-авиаконструктором, а мать бухгалтером. В роду было много духовных лиц, таких как священники и иконописцы. Прабабушка Евы Михайловны работала экономкой в доме Льва Кассиля. То, что происхождение у Евы Михайловны княжеское, в те времена говорили шепотом. Но прабабушка рассказывала, что в роду был еще куренной атаман, имевший в подчинении тысячу человек. Он взял в жены турчанку, в которую влюбился без памяти и обратил в свою веру.

Конечно же, имея такую родословную, Анну в детстве держали в ежовых рукавицах, прививали любовь к чтению, танцам, рисованию и рукоделию. Всем этим занималась бабушка, красавица и хлопотунья. Не смотря на строгость, она любила и пошутить. И все делала с песнями. Анна с маленького возраста слышала оперные арии и русские романсы.

- Бабушка, почему ты не стала певицей? - спросила ее как-то раз внучка.

- Хотела, даже в консерваторию поступала, но твой дедушка запретил. Ревнивый был слишком. Знаешь ведь, военные какие, как решат, так и будет.

Дедушку Анна любила и понимала. Красавица - жена могла стать оперной певицей и семья бы развалилась. Дедушка, военный летчик, дослужился потом до генерала, а бабушка стала верной спутницей на долгие годы. Историю их знакомства Анна описала в рассказе "На счастье".

Оба молодые, он - курсант, золотой медалист, она - студентка, познакомились на танцах, а поженились через три дня, да так и жили, не расставаясь до самой смерти дедушки. Были, конечно, ссоры и недоразумения, как в других семьях. Но так же были и любовь, и счастливые мгновения, запечатленные на снимках, которые Симон Андреевич делал сам.

После его кончины Ева Михайловна не смогла оставаться в городе, где все напоминала о любимом супруге, потому вместе с семьей переехала в Баку. Но все равно грустила о тех временах, когда он был жив. Ни одна из дочерей не повторила ее судьбу, несмотря на некоторые известные утверждения. Сколько людей, столько и судеб, и все они уникальны, как рисунок на пальцах. И хотелось бы пройти свой путь, каким бы он ни был, но без чужого вмешательства.

На счастье

Никто из нас не знал, откуда в доме взялись калоши. Старые, поношенные, тем не менее, они занимали почетное место среди прочей обуви. А как стало известно потом, и в памяти нашей бабушки. Это выяснилось тогда, когда я захотела выбросить их.

- Знай бы ты, что это за калоши, не посмела бы их трогать,- ворчала бабушка.

Я поставила калоши на место и прошла на кухню.

- Садись, расскажу. В послевоенные годы жизнь была тяжелой,- начала она рассказ.- Я училась в техникуме, помогала матери валять валенки по ночам. Днем, когда она уходила их продавать, я смотрела за братом и сестрой.

Бабушка сделала глоток ароматного напитка. Пила она чай из блюдца, чем походила на купчиху с картины Кустодиева.

- На день рождения мама подарила мне туфли. Где она их достала, осталось для меня загадкой. В Энгельсе таких магазинов, как в Москве, тогда не было. Новенькие, лакированные, с бантиком, таких у меня никогда не было. Я представляла, как надену их на танцы, куда меня звали подруги.

В тот день я накрутила локоны, надела красное платье в горошек и хотела обуться. Кинулась, а туфелек нет! Все обыскала, но не нашла. От досады чуть не плакала.

- Найдутся,- успокаивала мама.

- В чем же мне идти на танцы?

- А ты калоши надень, - ответила она.

- Как же это, в калошах? В кои веки на танцы собралась...

- Это и есть твои туфли? - хихикнула Люда. - А мы тебя с парнем познакомить хотели. И как теперь, в этом пойдешь?

- Что же он, с ногами моими будет знакомиться? Если суждено, он калоши не заметит.

- Пойдем уже, рассмеялась Таня.

И что я пошла на танцы, не знаю. Хуже всего, что пропажа обнаружилась. В моих туфлях отплясывала сестра Нина. Завидев меня, она хотела убежать, но не вышло.

- Евочка, извини,- хныкала Нина. - Так хотелось поносить их. А ты калошки надела.

- Что же ты в калоши не обулась? - сердилась я.

Нина побежала танцевать, а я села в угол и смотрела на кружащиеся пары.

То, что не стоило приходить туда я поняла тогда, когда Люда и Таня подвели красивого молодого человека. - Адам,- представился он.

- Ева,- ответила я.

Люда и Таня чуть не падали со смеху. Вся комичность ситуации была понятна только нам троим. Адам же напротив, разозлился.

- Вы что, издеваетесь? - он обернулся он к девушкам. - Над именем моим смеетесь? Принцесса в калошах!

Парень развернулся и направился к выходу. Подруги побежали его догонять.

Настроения совсем не было. Да и калоши совершенно не подходили к платью.

- Что же ты не объяснилась с Адамом? - мне тоже было смешно.

- Подруги все это устроили, им и исправлять пришлось.

- А что же калоши? - любопытствовала я. - Зачем их хранить? Память об Адаме?

- Не угадала,- бабушка улыбалась.

- Вы тоже не танцуете? - услышала я вопрос. Напротив меня сидел молодой курсант в форме.

- Нет, не люблю,- ответила я. - Подруги уговорили прийти.

- А меня - друзья,- улыбнулся он. - Я ведь совершенно танцевать не умею. Да и некогда, учений много.

Мы разговорились, не замечали, как летело время.

А ушли мы вместе, с Симоном. Как он потом говорил, все смотрел на меня, а калоши даже не приметил.

- Во всех-то ты нарядах, душенька, хороша,- рассмеялась я. - Это был дедушка. Теперь понятно, почему ты бережешь калоши.

- Догадливая,- усмехнулась бабушка.

На стене в кухне тикали часы с кукушкой.

- Это ведь не конец истории, - бабушка отрезала еще один кусок пирога и положила на тарелку. - В том же месяце я вышла замуж, уехала, а калоши остались в Энгельсе. Прослышав про " счастливые" калоши, подруги упрашивали маму дать их поносить. И странное дело, кто их носил, выходил замуж. Мне прислала их мама, чтобы сохранить.

Я подумала, что придет и мой черед надеть счастливые калоши.

* * *

Лейла стояла за кассой, подменяя новую кассиршу. Девушки-продавцы перебирали поступившие вещи и развешивали на вешалках. За все утро пришли всего четыре покупателя, потому Лейла скучала и не знала, чем заняться. Покидать место не разрешалось, помощь ее не требовалось, а руки так и не тянулись к телефону. Будь она сейчас там, среди остальных, не смогла бы воспользоваться такой возможностью.

А тут просто удача сама плыла в руки. Потому девушка открыла новенький Samsung и занесла номер Джуна в список контактов. Ехидно ухмыляясь, она стала сочинять правдоподобную историю, которая, по ее мнению, должна была привлечь мошенника. В довершение ко всему поставила на заставку новую фотографию, только не свою, а подруги.

Сообщение вышло коротким, но очень интересным.

- Будь я мужчиной, сама бы заинтересовалась, - усмехнулась довольная девушка. - Останется только ждать, когда рыбка клюнет. Очень надеюсь, что это случится скоро.

Письмо было написано на английском, чтобы кореец прочитал наверняка. Она умела ждать, но в этот раз ожидание тянулось слишком долго. На сообщение не отвечали, даже не просмотрели. Тогда она добавила еще пару фотографий, в машине и в доме, посреди гостиной, в окружении букетов роз. Но так и прождала ответа безрезультатно.

- Ничего, я и не думаю сдаваться, - сказала она, убирая телефон в сумочку. - Ты упрям, я еще упрямей. Хм, так даже интересней.

* * *

Со Джун уже второй день не мог дозвониться до Анны и просто сходил с ума от переживаний. Она не отвечала на сообщения, ни на звонки, и электронный адрес сменили. Джун задавался вопросом, не обидел ли чем-то Анну? И хоть разногласия между ними не случилось, что тогда произошло?

Работа позволила хоть как-то развеять мысли и переключить внимание. Но при каждом звонке телефона сердце трепетало и сжималось от предчувствия чего-то дурного.

За то время, что Джун проходил в помощниках повара, он многому научился, и теперь ему доверили более ответственную работу. Кореец с удовольствием постигал поварские премудрости и уже готовил холодные закуски и завтраки.

- Я бы на твоем месте поступил в кулинарный, - сказал ему один из поваров, приехавший из Франции. - У тебя талант и тонкий вкус. А еще ты можешь сочетать европейскую и азиатскую кухни, если серьезно займешься этим делом.

Он по-дружески похлопал Со Джуна по плечу, но тот не обиделся. В самом деле, не станет же француз кланяться корейцу только потому, что таковы традиции.

Джун не думал об этом, хотя сам процесс приносил удовольствие. А что, если действительно бросить все и стать кем-то другим? Возможности позволяли переквалифицироваться. Подучиться, поработать немного и открыть сначала один ресторан, потом сеть... Со Джун заметил, что думает совсем не о том. Мама бы не хотела, чтобы он бросал CG-group. Не для того создавалась компания.

Парень ни разу не присел за весь день, загнал себя так, что падал с ног. И все потому, что снова страдал. Черная полоса в его жизни никак не желала заканчиваться. А девушка, из-за которой все началось, вдруг исчезла без всяких предупреждений и объяснений.

Джун убрал со стола, помыл ножи, разделочную доску и снял колпак с фартуком. Наконец можно было возвращаться в номер. Он аккуратно повесил халат на вешалку и взял свой телефон. Проверил, не написала ли Анна и увидел сообщение, посланное с незнакомого номера. Писали на английском. Джун не знал, кто это, потому открыл письмо и начал читать.

Некая молодая особа по имени Мила напрашивалась в подруги и рассказывала, как ей одиноко живется во Франции. Делилась мечтами о совместном отдыхе в Париже, прогулкам по Елисейским полям, вдоль набережной Сены и приглашала к себе в гости, в дом с видом на Эйфелеву башню.

Джун еще раз перечитал строки, но некоторые детали наводили на размышления. Почему его персона так сильно заинтересовала девушку и откуда она взяла его номер? Хотя, немного поразмыслив, он решил, что профиль высветился сам, а незнакомка просто листала приложение.

Девушка на фото была европейской внешности, с большими глазами, пухлыми губами, с длинными золотыми волосами, рассыпавшимися по плечам. Фигурка в облегающем платье поражала тонкой талией и пышными бедрами. Красавица с томным видом сидела на красном бархатном диване, а на полу стояли огромные корзины с розами.

Две последующие фотографии чем-то напоминали первую, но только создавались в ином антураже. Все то же пренебрежение на лице, томный взгляд из-под длинных, как опахала, ресниц, чрезмерно большие губы и хищный маникюр в купе с броскими золотыми украшениями, должен был произвести на него неизгладимое впечатление. Но отчего-то не произвел, наоборот, вызвал усмешку.

Парень переоделся и лег в кровать. Оставленный на тумбочке телефон светился еще около минуты, а потом погас. Джун тяжело вздохнул - еще один день без Анны, без ее добрых слов и волшебных сказок. Их набралось шесть. Он закрыл глаза и представил себе девушку. Анна будто поселилась в голове и не выходила оттуда, все двадцать четыре на семь.

А ночью снова появился посетитель, только теперь неизвестный. Со Джун уже смирился с ночными визитами и даже начал привыкать. Правда, новый визитер сильно отличался от первых призраков тем, что был стар. Когда Со Джун открыл глаза, тот уже сидел на стуле, закинув нога на ногу, и читал пожелтевшую от времени газету.

Заметив, что парень проснулся, он отложил газету в сторону и тихо кашлянул. Джун уставился на него во все глаза, а старик укоризненно покачал головой, после чего сделал замечание:

- Ай-яй, молодой человек, вам не говорили, что не очень-то прилично так пялиться на людей? Эх, молодежь.

- Вы вошли без стука в чужой номер. Это, знаете ли, тоже не прилично, - рассердился Джун и, откинув одеяло, встал с кровати.

Старик ничего не сказал на это, но было видно, что ему не по нраву пришелся вид полуодетого парня.

- Я, знаете ли, могу ходить, где захочу, - произнес призрак с некой долей гордости. - И это больница, а не гостиница. И вы находитесь в соседней палате.

- Ошибаетесь, уважаемый, с некоторых пор это отель, а вы ворвались в чужой номер, еще и поучаете.

Старик вдруг насупился и сжал кулаки. Губы его задрожали:

- Чушь! Мне ли не знать лучше, где я нахожусь? Вы, молодой человек, лгун и лицемер. Думаете, если я старый, меня можно легко провести? Жалею, что у меня нет с собой зонта, иначе непременно бы вас поколотил.

- Почему именно зонт? - Джуну стало любопытно и смешно, одновременно.

- Его принесла мне Мэри, - вспомнил вдруг старик и закрыл лицо руками. - Но она больше не приходит.

- Ваша жена? - догадался Джун, садясь на соседний стул. Старик не пугал его, только вызывал сочувствие.

- Да, моя красавица, - вздохнул тот. - О, как мы любили друг друга, как были счастливы. Я отказываюсь верить, что она меня забыла.

Джун нахмурился, так как был в той же ситуации.

- Что, молодой человек, вас смутили мои слова? Думаете, старик не может любить? - он усмехнулся, крякнул, вытянул длинные, как жерди, ноги.

Старик был худым, жилистым, с седыми волосами и острыми чертами лица. И весь его облик казался неярким, как черно-белая фотография.

- Вы знаете девочку по имени Адель? - спросил его Со Джун.

- Малышку Адель? Знаю, конечно. Очень смышленая девочка, и мне искренне жаль, что ее мать больше не приходит. Это так необычно и странно, не находите?

- Это еще раз доказывает, что мы не в больнице, - попытался объяснить Джун.

- Ах, что вы говорите? Поистине, сегодня день открытий. Заладили, понимаешь ли, одно и то же, - старик не скрывал раздражения.

- Тогда скажите, где все врачи? - Джуну надоело повторять истину.

- Доктора? Они вместе с нами. Доктор Адамс и доктор Бертон, и еще три медсестры. Разве они не приходили к вам? - старик сильно удивился.

"О, Боже, - подумал Джун. - Здесь еще и доктора есть? Что приключилось в этой больнице? Почему призраки тут, но их мало кто видит? Почему они спокойны и никого не трогают, не пугают и не вредят постояльцам?"

Как много разных "почему" не давали покоя. И старик отказывался верить, что больницы давно нет.

Их всех что-то держит в этом месте! Эта мысль молнией пронеслась в голове, и все встало на места, пазл сложился.

- Скажите, а газета у вас свежая? - спросил парень.

- Не очень, за вчерашнее число, - ответил старик и потянулся к прессе, чтобы посмотреть число. - За апрель тысяча девятьсот тридцатого года.

Со Джун не удивился. Примерно так он все себе и представлял. Адель носила одежду другого времени. Дама в шляпе, о которой упоминала девочка, и вовсе жила в другом столетии. Парень дал себе слово, что непременно узнает, почему больницу закрыли. Однако вряд ли кто-то даст ему информацию о пациентах, которые лечились здесь. Ни один архив не предоставит бумаги без соответствующих документов. А он - не сыщик, не представитель министерства здравоохранения или полиции.

- Могу я узнать ваше имя? - спросил Джун, проявляя вежливость.

- Зачем? Вряд ли мы еще раз встретимся. Разве только столкнемся в коридоре.

Старик резко встал со стула, прихватил газету, кивнул Джуну и исчез.

- Сколько же их еще встретится мне в этом старинном отеле?

Тяжело было привыкать к такому соседству, но, как ни странно, он перестал бояться призраков. Они страдали и нуждались в помощи.

Со Джун почувствовал жажду и прямо босиком, по мягкому ковру, прошел к столу, где стоял графин с водой. В стакане алела роза.

Кто ее принес и зачем, осталось загадкой. Может, мама? Или Адель? Правда, зачем маленькой девочке приносить цветок? Или это Белая Дама? Со Джун вынул розу из стакана, положил на стол. Налил воду из графина, сделал глоток,а роза исчезла.

Он же держал цветок в руке, ощущал твердость стебля, даже уколол палец шипом. На пальце появилась крошечная вишневая капля. Тут же в коридоре послышался топот маленьких ножек и заливистый детский смех. "Найди ключ! Найди ключ!"- смеялись дети. Со Джун поежился. Неужели во всем отеле никто, кроме него, ничего не слышал и не видел? Или остальные хорошо скрывали, чтобы не прослыть ненормальными?

Парень посмотрел на часы. Конечно, стоило ли сомневаться, что они показывали без четверти три? На телефоне, взятом с тумбочки, стояло то же время. И пришло еще одно сообщение, уже от Джи Юна.

"Привет. Похоже, твой Канчо приносит удачу. Помнишь объявления, что мы расклеили возле дома? Так вот, мне позвонили и спросили насчет собаки. Думал, уже придется попрощаться с щенком, чего бы не хотелось. Мы с Чонхой привязались к этому озорнику. Оказалось, что звонили по другому поводу. Тебя искала госпожа Ли и послала человека. Можешь на меня злиться, можешь разорвать дружбу, но я не такой гордый, потому рассказал, где ты и почему. Они тебе помогут, Джун!"

Письмо было послано около часа назад, и, возможно Джи Юн не спал. Со Джун написал другу, не ожидая быстрого ответа:

"Мне кажется, я забыл о гордости и сейчас буду согласен на любую помощь, только бы выбраться отсюда. Это не значит, что ко мне тут плохо относятся. Но неизвестность угнетает. И подвешенное состояние не придает уверенности. К тому же, у меня плохое настроение. Анна не пишет, и ее телефон отключен. Может, она меня заблокировала? Надоело общаться с неудачником и тащить его за уши из болота?"

Джун сел на кровать и хотел положить телефон на тумбочку, как вдруг экран мигнул и показал, что друг в сети и что-то пишет. Через минуты две пришло сообщение:

"Рад, что не сердишься. Это и в самом деле отличный шанс. Про Анну ничего сказать не могу, но точно знаю, она не смогла бы просто так уйти, ничего не объяснив. Наверное, что-то случилось. Но не падай духом, я тоже ей напишу. Посмотрю, ответит или нет. И запомни, друг, ты не неудачник."

"Спасибо за поддержку и за то, что не даешь раскисать."

"На то и нужны друзья. Знаю, что у вас там ночь. Не стану мешать спать. Кстати, почему ты не спишь?"

"Призраки спать мешают. У тебя больше возможностей. Не мог бы поискать информацию об отеле Дю Вин и больнице, что здесь находилась? Буду признателен."

"Хорошо. Только не надейся на быстрый результат. Если все так тщательно скрывают, значит, не все гладко. Обещаю держать в курсе. А тебе бы посоветовал сходить в церковь. Уверен, в Эдинбурге их много. Кто знает, быть может, это поможет тебе обрести душевное равновесие."

Джун горячо поблагодарил друга за помощь и ценный совет. И удивился, почему сам не додумался до этого раньше? Со спокойным сердцем он быстро уснул.

* * *

Госпожа Ли позвала помощника в кабинет и указала на стул.

- Не надо стоять, когда можно сидеть. Поверь, Ке Гван, удобней беседовать с человеком, когда тот не возвышается над тобой.

Сон Ке Гван сел, не желая выводить госпожу Ли из себя упрямством. Женщина восседала на кресле, величественная, гордая, властная и смотрела на него, ожидая услышать добрые новости.

- Я звонил...

- Погоди, начнем с главного, - женщина подняла руку и оборвала его на полуслове. - Ты нашел Со Джуна?

- Да, госпожа Ли.

Помощник вкратце рассказал историю с объявлением и описал встречу с Джи Юном. Он не надеялся на похвалу, так как знал, что Ли Бансок не разбрасывается хвалебными речами, их нужно заслужить. Получив от женщины одобрительный кивок, мужчина закончил:

- Ваш внук в Эдинбурге, и ему нужна помощь.

- Значит, господин Кан все-таки воспользовался своим нынешним положением, - задумчиво произнесла она. - Сон Ке Гван, начинай заниматься сбором документов, а я обращусь к лучшему юристу и в посольство. Поглядим, каков будет его следующий ход и ударим, когда господин Кан не будет этого ожидать.

Глава 23

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 23

Джи Юн долго искал информацию об отеле "Дю Вин", пока не наткнулся на любопытные записи, случайно всплывшие из архива. В них говорилось, что вначале это было поместье, которое отдали под клинику. До 1994 года там располагалась психиатрическая больница. Но потом там произошел несчастный случай, и клинику закрыли. А один сомелье, большой любитель вин и французской кухни, открыл там отель. Он стал первым отелем, после него "Дю Вин" превратилось в сеть гостиниц, разбросанных по Европе.

Малыш Канчо вбежал в комнату, оглашая ее заливистым лаем, а вслед за ним пришла Чонха. Видя, что Джи Юн, как всегда, за компьютером, она улыбнулась.

- Снова работаешь? - спросила она, садясь на стул.

- Нет, кое-что ищу для Джуна, - ответил парень и погладил Канчо.

Чонха невольно залюбовалась обоими. Это получалась просто какая-то семейная идиллия - милый дом, добрый и заботливый Джи Юн и веселый песик. Не хватало еще ребенка для полной картины. Девушка смутилась и отвела взгляд в сторону, будто боялась, что Джи Юн может прочитать ее мысли.

На днях парень нашел новую работу и собирался пройти собеседование. Он немного волновался, но зато Чонха была уверена в нем на все сто процентов и нисколько не сомневалась, что место в компании будет его. Она очень жалела, что компания лишилась хорошего специалиста и неоднократно мысленно ругала председателя.

- И что ты там нарыл? - спросила она, вставая и заглядывая ему через плечо. На мониторе была статья на английском.

Английский Чонха знала неплохо, потому смогла разобрать слова.

- Что это, психиатрическая клиника в Эдинбурге? - удивилась она. - Зачем тебе?

- Это старая архивная запись, - объяснил Джи Юн. - Представляешь, там сейчас находится отель, где остановился Джун.

- А ему зачем эта информация?

Девушка наклонилась, чтобы разглядеть фотографии. Картинки были мрачные и грустными.

Канчо, носившийся по комнате, притих, будто понимал, о чем идет речь.

- Со Джун утверждает, что видит призраков, - сказал Джи Юн тихим голосом.

Девушка ахнула и выпрямилась. Теперь снимки казались ей ужасными.

- Думаешь, он говорит правду? - с сомнением в голосе произнесла девушка. - Не вижу причин не верить. Это же Шотландия! Бедняга Джун, ко всему прочему это.

- Не только, - Чонха вздохнула.

Джи Юн поинтересовался, что случилось, и девушка сказала, что такие вопросы лучше всего обсуждать за чашкой кофе. Потому они перебрались на уютную кухню, где Чонха заварила кофе и налила его в две больших кружки. Она достала из холодильника лед, бросила в кружки и два пирожных, которые положила на тарелки. Бисквит с воздушным лимонным кремом был украшен шоколадной крошкой и источал божественный аромат.

- Так что же случилось? - Джи Юн думал о том, что в последнее время его слишком часто угощали сладким. Так и поправиться можно.

- Председатель Кан хочет созвать совет директоров, а затем и акционеров, - сказала Чонха, собирая распущенные волосы в пучок.

Джи Юн не совсем понимал, куда она клонит и вопросительно посмотрела на девушку.

- Ну, включи голову, - Чонха рассчитывала на другую реакцию. - На совете будут все директора и акционеры. Все, кроме Со Джуна.

- Он в Шотландии, - Джи Юн развел руками. - И вины его в том нет.

- Да, все верно. Но акционерам представят все так, будто Со Джун сам не возвращается и проматывает деньги компании. Мало того, пользуется своим положением и тем самым выказывает неуважение по отношению к акционерам. Со Джуна уволят, понимаешь? - Чонха не знала, как еще донести до парня весь ужас положения.

- Откуда такая информация? - Джи Юн нахмурился и сжал в руке вилку.

- Случайно услышала разговор госпожи Тан. - Джуна хотят подставить, дорогой. И я просто не знаю, как ему помочь.

Джи Юн теперь все прекрасно понимал. На парня могут повесить растраченные деньги, и если он вернется в Сеул, то столкнется с полицией.

- Нужно что-то придумать, Чонха, - парень был в отчаянии. Ничего путного в голову не приходило. - Ты не знаешь, когда назначено собрание?

- В начале февраля. Сразу после Восточного Нового года.

- Нам нужно успеть к тому времени.

- Я уже обдумала кучу вариантов. Но ничего путного в голову не приходит. Джуну непременно нужно вернуться в день заседания. Это его единственный шанс оправдать себя в глазах акционеров... Почему не ешь? Пирожное не вкусное?

- Вкусное, только такими темпами я скоро не пролезу в дверь, - пошутил парень. - А если серьезно... В последнее время я много думаю. В голове тысячи мыслей.

- О чем же ты думаешь? - девушке стало любопытно.

- О нас с тобой и нашел будущем.

Джи Юн смотрел на девушки таким проникновенным взглядом, что она смутилась и обрадовалась одновременно.

- Давай не станем торопить события, - сказала Чонха, встала и взяла стакан, чтобы сделать себе кофе.

Джи Юн перехватил ее руку и потянул к себе. Девушка не удержалась на ногах и упала в его объятия. Джи Юн, не отрываясь, смотрел прямо ей в глаза.

- А зачем тянуть? Я тебя люблю и хочу жениться. Правда, если ты согласна.

Чонха была так поражена, все произошло очень неожиданно, потому она молчала, тем самым пугая Джи Юна.

- Я понимаю, что так предложение не делают. Нужно познакомиться с родителями, принести кольцо... Вот я дурак, сразу не догадался.

Чонха посмотрела на Джи Юна влюбленными глазами, и в них он прочитал ответы на все свои вопросы.

* * *

Анна возвращалась домой, и мысли ее были о Джуне. Пятый день без телефона. Сама она могла без него обойтись, но лишь при помощи гаджета осуществлялась связь с любимым человеком. Подходя к подъезду, девушка увидела машину и хотела обойти ее, как вдруг кто-то окликнул ее по имени. Анна обернулась и увидела Парвиза. Вот неугомонный, никак не успокоится! Сбежать не получится, что же делать? Видя ее смятение, Парвиз преградил дорогу.

- Аннушка, подожди, давай поговорим, - сказал он и протянул девушке букет.

- Нам не о чем разговаривать, - ответила она, отстраняясь. Букет тоже не взяла, хотя цветы были бесподобны.

- Я тебя чем-то обидел? - Парвиз выглядел расстроенным. - Я звонил, но телефон вне зоны доступа.

- Я заблокировала номер. И вообще, дай мне пройти, - Анна теряла терпение. - Мне кажется, я все ясно дала понять.

Мужчина сердился на незнакомого далекого парня, который так крепко засел в сердце девушки.

- Мечтаешь о призрачном счастье с человеком, которого никогда не видела? А между тем, я здесь, рядом, и могу сделать тебя счастливой.

- Сделай одолжение - исчезни, - сказала Анна, пытаясь пройти к двери подъезда. - Не люблю настырных.

- Я не настырный, а настойчивый, - Парвиз взял ее за руку и вручил букет. - И стану добиваться твоего расположения.

Анна усмехнулась - расположить к себе цветами и подарками? Это означает, купить внимание.

- Зачем тебе это, Парвиз? Отнеси букет Лейле, она тебе больше подходит.

- Лейла красивая девушка, но не нравится мне так сильно, как ты. Сердцу ведь не прикажешь.

- Вот ты и ответил на свой вопрос. Именно, сердцу не прикажешь. Я уже полюбила человека, и не собираюсь предавать его.

Анна отдала цветы и посмотрела в темные глаза мужчины.

- Пойми же, настоящую любовь нельзя купить за деньги. Иначе это уже не подлинное чувство, а только иллюзия.

- Я все равно не уйду просто так, - твердо сказал Парвиз. - Можешь гнать, сколько хочешь.

- Ты сейчас похож на упрямого ребенка, у которого отняли новую игрушку, - Анна покачала головой. Было грустно от того, что приходилось обижать хорошего парня. Если бы Джуна не существовало, то возможно, Анна подумала бы насчет Парвиза. Но Со Джун был реальным, живым, настоящим.

- Разблокируй номер, - попросил мужчина, но просьба больше походила на требование.

- Нет, - Анна покачала головой и взмахнула рукою. - Не проси того, что я не в силах выполнить. И прощай.

Парвиз стоял у машины, с огромным букетом алых роз, и смотрел вслед девушке, которая поднималась по ступенькам и исчезла за дверью. А в воздухе кружились снежинки, падали на непокрытую голову, куртку и таяли, едва коснувшись волос.

Мужчина в сердцах бросил букет у подъезда, достал сигарету и чиркнул зажигалкой. Один раз, второй, третий, руки его не слушались. Наконец удалось поджечь кончик, появился сизый дымок. Парвиз поднял голову и поискал глазами окно. Анны там не было. Намеренно не подходила, чтобы не видеть его.

Мужчина думал о том, как несправедлива судьба, которая сталкивает двух идеально подходящих друг другу людей, дает надежду, а потом все разбивается вдребезги, как хрустальный бокал, поставленный на край стола неосторожной рукой.

Зачем вообще тогда встречаться, чтобы потом страдать. Нет, он этого не понимал. Стоял несостоявшийся жених не долго, ровно столько, сколько дымилась сигарета. А потом затушил окурок и сел в машину и уехал.

Анна все это время стояла за шторой и ждала, когда уедет машина. Не хотелось, чтобы Парвиз стоял у подъезда. Жаль было цветы, что он выбросил безжалостной рукой, но принимать букет означало подарить лживую надежду.

На кухню вошла тетя, она уже ходила без посторонней помощи, хоть и медленно.

- Кого там высматриваешь? - спросила она, опираясь рукой на край стола. - Поклонник появился?

- Ай, да какой там поклонник, - Анна махнула рукой. - Так, один знакомый.

- Ну-ну, - тетя не поверила ей. - Стала бы ты следить за знакомым. Мне-то можешь сказать правду.

- Я и говорю правду. Это знакомый Лейлы, был вместе с нами на празднике, ничего особенного. Но он мне не нравится, потому попросила не приходить.

Тетя вздохнула. Что спорить с упрямицей? В ее возрасте нужно ходить на свидания, а не прозябать дома. Женщина села за стол и попросила чаю, а племянница поставила чайник на плиту, старательно избегая взгляда.

- На следующей неделе выписывают Веронику, - вдруг вспомнила тетя. - Поедете в больницу вместе с Сашей.

Анна была зла на брата, потому ничего не сказала, просто налила чай и молча поставила чашку на стол.

- Вы что, снова поссорились? - спросила ее тетя.

- Да. А все потому, что он инфантильный, как ребенок и ведет себя соответственно. - Видя недовольство, отраженное на лице тети, Анна не стала отказываться от своих слов, и добавила:

- Не надо на меня обижаться. Вы знаете, что я права.

- Какая кошка между вами пробежала? - Людмила Симоновна, как всегда, не желала замечать очевидное.

- Он забрал мой телефон, зная, что на нем я работаю. К тому же, мне могут позвонить.

- И кто тебе позвонит? Ты ни с кем не общаешься. Саша сказал, что и с Лейлой поссорилась, и парня этого прогнала. Не интересная ты, Аня. Ничем мужчину удержать не можешь.

- Мне это и не нужно! - в сердцах бросила Анна. - Но по какому праву ваш сын себя так ведет?

- Это ваши дела, вот и разбирайтесь сами, - тетя сменила участливый тон на безразличный.

- Верно говорят, яблочко от яблоньки, - сказала Анна и вышла из кухни.

Тетя станет защищать сына в любом случае, при любых обстоятельствах. А племянница всегда будет неправа.

В тот же вечер девушка решительно потребовала, чтобы брат вернул телефон и пригрозила, что уйдет из дома.

- И куда ты пойдешь? С Лейлой помиришься? - хмыкнул Александр.

- Тебя это не касается. Поверь, место найду, в крайнем случае - сниму квартиру. А тебя ждет веселое будущее: вечно ноющая мама и дочь, которая нуждается в постоянном контроле.

Лицо мужчины помрачнело от описанных перспектив. Он понимал, что сам не справится. И знал, что Анна может уйти, если не захочет больше мириться с отношением к ней родственников. Тут она только из-за Вероники.

- Соскучилась по своему Джону? - съязвил он. - А что, если он больше не напишет? - Поеду к нему сама, - огорошила его ответом Анна. - В конце концов, это моя жизнь, Саша. Так что, верни телефон, чтобы не портить со мною отношения. И не Джон, а Джун.

Видя, что Анна настроена решительно, Александр достал мобильник из тайника и отдал кузине. Анна выхватила телефон из рук брата и вышла из комнаты, не желая слушать оправдания.

Она заперлась в комнате и нажала кнопку включения, но батарея совсем разрядилась. Пока ждала, в голове пронеслись тысячи мыслей. Писал ли Джун и не увидит ли она прощальное письмо? Что он подумал о долгом молчании, сдался или продолжил ждать?

Удивительно, как вся жизнь может быть связана с маленьким гаджетом. Для кого-то далекого ты существуешь, пока находишься в зоне доступа. И исчезаешь, стоит только выйти из сети или сменить номер.

Когда телефон подключился, на Анну обрушился шквал сообщений и пропущенных звонков. Их было чуть более сотни, и все от Джуна!

Она начала читать первое сообщение:

"Любимая, почему ты так со мною поступаешь? Я места себе не нахожу, гадая, где ты пропадаешь и почему не отвечаешь мне! - писал он.

И тут загорелся значок "в сети".

Анна знала, как глупо будет выглядеть ее оправдания, но все равно объяснила причину.

"Я буду схожу с ума. Думал, что больше не напишешь мне, что я потерял тебя. Это было невыносимо!"

"Я тоже не находила себе места, думая, как сильно ты переживаешь, - отвечала Анна. - Представляю, как тяжело тебе было все эти дни."

"Я ходил в часовню, Анна", - было в следующем сообщении.

"Очень неожиданно... Зачем ты ходил туда?"

"Молился. Чтобы Бог был милосерден и позволил нам встретиться. Мне кажется, он услышал мои молитвы."

"Не сомневаюсь. Просьба чистой души всегда будет услышана. Я так мечтала побывать в Шотландии. Иногда хочется бросить все и приехать к тебе, в Эдинбург. Но обстоятельства не позволяют. Моя племянница возвращается из больницы, за ней нужен уход."

Анна вздохнула. На сердце было тяжело. Еще вспомнила про дурацкий букет Парвиза и подумала - сказать Со Джуну или нет? Но потом решила, что может ранить парня, и промолчала. Джун же, напротив, удивил ее, сообщив о странной девушке, которая нашла его в интернете.

"Начинается номер с таких же цифр, что у тебя. Значит, она живет в Азербайджане? Но почему-то пишет, что сейчас в Париже. И отец ее владеет рестораном в Провансе. Где-то в Ле Бо."

Девушку осенила догадка - бакинский номер, Прованс, Ле Бо. Это точно писала Лейла. Она так восхищалась романом Анны "Куда зовет мистраль" и мечтала оказаться на месте Николь, что тут же нафантазировала себе новую прекрасную жизнь? Но зачем?

"Девушка назвала свое имя?"

"Кажется, ее зовут Мила. Я точно не помню. Но я не общался с нею, говорю честно. Только видел некоторые сообщения. Если хочешь, я могу прислать фото с телефона", - предложил Со Джун.

И Анна подумала, что возникновение Парвиза у ее дома могло быть не случайно, потому рассказала о нечаянной встрече и букете. И порадовалась тому, что не взяла цветы. Мало ли, кто мог стоять за машиной и фотографировать ее.

"Напиши мне этот номер. Хочу проверить, верна ли моя догадка", - попросила Анна.

Она чувствовала себя такой усталой и разбитой. Невероятно, насколько сильна в некоторых людях подлость. Ведь у Лейлы всегда было много поклонников, только успевай выбирать. И почему ей понадобился Со Джун, которого постоянно называла мошенником и аферистом? Номер, который прислал Джун, принадлежал бывшей подруге. Кто бы сомневался.

"Не отвечай ей. Это моя подруга. И зовут ее не Мила, а Лейла", - написала Анна.

"Зачем она делает это?" - удивился Джун.

"Обязательно спрошу, мне не терпится узнать. Мало того, она и брата моего против тебя настроила".

"Не надо с нею выяснять отношения и портить себе нервы. Я просто заблокирую номер".

Анна сказала, что подумает, но сама точно знала, что должна сделать, а именно - расставить точки над "i".

Долго говорить с Со Джуном не получилось, так как его рабочий день еще не закончился. Но на пять минут все же связались и поговорили по видео. Джун невероятно соскучился по Анне, ее милому лицу и голосу.

- Ты знаешь, что я хочу сказать? - спросил он, глядя в зеленые глаза на маленьком экране.

- Нет, - честно призналась она, хотя догадывалась.

- Помни, что я тебя люблю, - произнес он, точно как школьник - с чувством, с расстановкой.

И Анна улыбнулась. Пусть признание выглядело немного наивным, чуточку по-детски, но сделано было от чистого сердца. От того на душе стало радостно, как в погожий летний денек и девушка повторила те же слова, только по-русски.

- Какой красивый язык, - сказал Джун. - Люблю, когда ты говоришь на нем.

- А мне нравится корейский, - улыбнулась она, немного смущаясь.

- Обещаю, что научу тебя говорить на нем. Только бы скорее выехать из Эдинбурга.

- Я верю, что это случится совсем скоро, - произнесла Анна совершенно серьезно, а потом взглянула на часы и поняла, что Джуна пора отпустить.

- Молю, не пропадай больше надолго, - попросил он. - В моей жизни нет дороже человека, чем ты.

- Обещаю, что никуда не пропаду. Спасибо, что дождался меня.

- Я не мог иначе...

Как бы сильно не хотелось расставаться, но оба вынуждены были попрощаться. Нет, не навсегда, а на недолгий промежуток времени. И оба испытывали радость, что вопреки всему, все еще были вместе, хоть и на расстоянии.

Анна несколько раз прочитала слова, написанные Джуном. И в который раз поразилась, насколько неиспорченной , незапятнанной была душа этого человека. Тем сильнее она рассердилась на Лейлу.

И на следующий день пошла к ней домой. Девушка открыла дверь и сильно удивилась, увидев на пороге подругу.

- О-о, какие люди, - рассмеялась она и пригласила войти. - Что стоять в дверях, проходи.

Анна не хотела входить в квартиру, но выяснить отношения на лестничной клетке и привлекать к себе внимание соседей, было не лучшей идеей.

- Чай будешь? - спросила Лейла.

- Я не чаи распивать пришла, - ответила подруга.

- Извинения просить? Так и быть, прощаю.

- Извинения? - Анна нахмурилась, слыша эту нелепость.

- Разочаровалась в своем корейце? Видишь, я была права.

Анна смотрела на это ухмыляющееся лицо и не могла поверить, сколько в этой девушке было наглости. Она так и осталась стоять в коридоре, у большой деревянной вешалки.

- Давай, проходи, - позвала ее Лейла в комнату.

- Я пришла поговорить, - начала Анна. - Это ты прислала Парвиза с цветами?

Лецла явно не понравился вопрос, потому она из доброжелательной сразу превратилась в фурию.

- Мне что, больше делать нечего? Если ты не хочешь с ним общаться, то я тут при чем?

Анна не знала, правду ли говорила лицемерка или лгала. Потому задала следующий вопрос:

- А зачем ты писала Джуну?

Надо отдать должное, подруга великолепно научилась скрывать эмоции и подменять правду ложью.

- Ты совсем, что ли? - деланно удивилась она, распахнув глаза с длинными ресницами. - Кому нужен твой аферист? Я общаюсь с нормальными людьми, а не с такими, как он.

- А если я покажу сообщения, отправленные с твоего номера? Снова станешь отпираться или придумаешь историю, где кто-то воспользовался твоим телефоном. Боже, как я могла так заблуждаться на твой счет и считать подругой?

Удивление исчезло с лица Лейлы, сменившись высокомерием. Узнала, так узнала.

- Твой Джон наябедничал? - с легким смешком произнесла она. - Глупо, конечно, получилось.

- Глупо? - Анна задохнулась от возмущения. - Обливать человека помоями, а за спиной пытаться затесаться к нему в друзья? Ты считаешь подлость простой глупостью? Не понимаю одного, зачем ты все это делаешь?

Девушки стояли в тесном коридоре, напротив друг друга, и каждая считала себя правой. Только одной двигало чувство справедливости, а другая злилась на то, что ее взяли с поличным. Взгляды обеих схлестнулись, как две острых шпаги.

- Сказать правду или пощадить твое слишком ранимое сердце? - Лейла ехидничала и, не дождавшись ответа, продолжила. - Всегда удивлялась, как некоторым везет по жизни. Имеют хорошую работу, дом, друзей. Ко всему прочему, прилагается неземная любовь и куча талантов. Такое впечатление, что когда Бог одаривал ими, то насыпал щедрой мерой много всего в одни руки, а потому другим ничего не досталось.

Она с вызовом посмотрела на бывшую подругу, которую теперь просто ненавидела.

- Ты что, все это время завидовала? - ахнула Анна. - Но чему?

- Это не зависть, а справедливый гнев, - выплюнула слова подруга. "Анечка, красавица", - передразнила она общих знакомых. "Умница, талантливая, сколько всего умеет." Подумаешь, я тоже много чего умею! Еще бы, не быть талантливой. У Анечки не было четверо младших сестер и братца, за которыми надо приходилось смотреть.

Анна не могла поверить, что это говорила Лейла. Нет, нет, бывшую подругу будто подменили. А лицо, красивое лицо, перекосилось от злобы. И изо рта вылетали слова, полные яда:

- "Анечка такая умная, книжки читает и пишет. Сама беленькая, и глаза такие красивые, и волосы длинные", - продолжала она повторять чужие слова. - А знаешь, о чем я всегда мечтала? Чтобы у меня тоже были длинные волосы.

- Они и так длинные, - девушка уже не знала, как реагировать на эти откровения.

- Но не такие, как хотелось бы. А тебе Бог дал все! Но ты этим не пользуешься. Предпочитаешь быть затворницей, с такими данными. Хочешь, чтобы тебя все жалели, да? Вся такая наивная, светлая, чистая. Тоже мне, ангел нашелся!

- Значит, испытывая мучения, ты продолжала общаться и наступала себе на горло? Как говорят: "Мышки плакали, кололись, но продолжали грызть кактус?"

- А ты слышала такое: "Держи друзей близко, а врагов еще ближе"?

- Сегодня вечер откровений, - Анна была шокирована. - Держать врагов ближе. Только я никогда им не была, и сейчас становиться не собираюсь. Просто тихо уйду из этой квартиры, из твоей жизни, из памяти.

- А это - как получится, - усмехнулась подруга. - Абара! Абара!

Глаза девушки потемнели, лицо стало страшным, как-будто безумие овладело ею. Она подняла руки и направила ладони на бывшую подругу. Анна с жалостью смотрела на ту, что до недавнего времени считала чуть ли не сестрой и которую просто не узнавала.

- Мне жаль, что я столько лет была как кость в твоем горле, - вздохнула Анна. - И можешь не стараться, Абара не явится на твой зов. Что смотришь? Думала, начиталась книг в интернете, и стала всесильной ведьмой? Небось, пообещала ему что-то, глупая?

Девушка наблюдала за тем, как на лице Лейлы появляется сначала недоверие, которое сменилось недоумением - вроде бы, все сделала правильно. Почему же не сработало? А чего она ожидала? Что на Анну падут грозы и молнии, а под ногами разверзнется пол?

- Правильно говорят - каждый сходит с ума по-своему. Мой тебе совет: сходи к психологу и проработай травмы. Тебя уже заносит.

С этими словами Анна повернула ключ в замке и вышла из квартиры. Как можно быстрее спустилась по лестнице и выбежала во двор. Вот и поговорили, что называется. И как она не замечала, что с Лейлой творилось неладное? Вероятно, та слишком искусно притворялась, а сама носила камень за пазухой. Или, все-таки нож, чтобы при удобном случае вонзить в спину?

От последнего разговора разболелась голова, потому Анна прошлась по двору, вдыхая свежий морозный воздух. Снег в Баку был редкостью, и с грустью вспоминалось детство, где сугробы напоминали белые холмы, а ноги проваливались в снег по колено. И месяц на черном небе висел так низко, что можно было достать рукой. Как же давно это было, казалось, будто в прошлой жизни.

Анна увидела под зеленой туей скамейку и, плотнее запахнув пальто, села. Она надела капюшон, так как дул северный ветер. Долго сидеть она не собиралась, да и к чему? Стоило ли вообще идти к Лейле, если итог был наперед известен? Пора прощаться с этим двором на долгое время, а лучше навсегда.

Девушка посмотрела на знакомые окна, в которых горел свет. Еще недавно она сидела на кухне и пила чай, а сегодня находится по другую сторону холодных стекол и более не желает быть частью этого дома.

Во двор въехала машина, и сердце сразу похолодело. Когда она остановилась и вышел хозяин, сомнения улетучились, так как это был Парвиз. Девушку, сидевшую на скамейке, он не заметил, так как та надвинула капюшон и опустила голову. Мужчина захлопнул дверцу машины и вошел в подъезд, откуда минут пятнадцать назад вышла Анна.

Пазл сложился сам собой - Парвиз и Лейла общались, и довольно тесно. Чтобы не встретиться с ним, девушка живо встала со скамейки и выбежала через арку на освещенную фонарями улицу, радуясь тому, что за большим капюшоном не видно было лица. Сейчас Анна направлялась в сторону метро. В это время многие возвращались с работы, и скоро девушка затерялась среди тех, кто шел к подземке.

* * *

С самого утра в доме госпожи Ли собрались люди. Помощник Сон Ке Гван стоял в гостиной с большой папкой в темном кожаном переплете, на случай, если они понадобятся юристу и нотариусу. Сама же госпожа Ли восседала на кресле, как всегда, гордая и величественная, будто королева и раздавала указания.

Помощник Со подошел к ней, поклонился и тихо сказал пару фраз, от которых лицо женщины приняло каменное выражение.

- Давно знала, что от этих Канов можно ожидать подлости в любой момент, - задумчиво произнесла она, но на лице не дрогнул ни один мускул, который выдал бы настоящее отношение к семейке. - Узнай точно, когда запланирована встреча акционеров. Со Джуна должны доставить в этот день в Сеул всеми правдами и неправдами! Сделайте все, от вас зависящее! Я покажу этому председателю, кто тут главный.

Видя, что женщина нервничает, к ней тихо подошла помощница и с поклоном поставила на стол стакан с холодной водой, которую госпожа Ли тут же выпила. Ее помощники научились становиться тенью, действовать быстро и не докучать хозяйке лишними вопросами. Они старались предугадывать желания и исполнять любые прихоти и капризы, а за это госпожа Ли щедро вознаграждала их. Но терпеть капризы пожилой женщины со стальным характером могли не все, потому с нею оставались лишь самые лучшие, самые преданные люди.

- Есть одна загвоздка, госпожа Ли, - осторожно заметил юрист. - Вы должны официально признать внука.

Женщина сделала рукой нетерпеливый жест:

- Так что вы молчали? Подготовьте бумаги и покажите, где нужно их подписать. Не медлите, времени осталось слишком мало.

Женщина опустила руку и достала из стола продолговатую капсулу. Запив таблетку водой, она вздохнула с облегчением. Пусть Бог даст ей еще немного сил, а уж Ли Бан Сок повоюет за счастье своего мальчика!

Глава 24

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 24

- Вставай, Наен! Доброе утро, малышка. Новый год наступил! - в детскую вошла няня и направилась прямиком к окнам, задернутым шторами.

Впустив в комнату свет, женщина повернулась и посмотрела на кровать, где спала девочка. Та никак не отреагировала на громкий голос и даже ни на миллиметр не сдвинулась с кровати.

Няня снова позвала девочку, но та не шелохнулась. Женщина, почуяв неладное, подбежала к кровати и стала тормошить ребенка, который не отзывался ни на голос, ни на прикосновения.

- Госпожа! Госпожа! - женщина выбежала из комнаты и позвала мать Наен. - Там Наен!

Госпожа Тан бросила утренние процедуры и опрометью бросилась в комнату дочери. Оттолкнув от кровати причитающую няньку, она принялась звать Наен и трясти за плечи. Девочка не приходила в себя. Приложив ладонь к ее лбу, мать испуганно вскрикнула:

- Да у нее жар! Что встала? Вызывай скорую!

Госпожа Тан злилась на женщину, которая, по сути, ни в чем не была виновата.

- Наен, детка, открой глазки! Ну, что с тобой такое? Это я, мама, сокровище мое!

Няня трясущимися руками набрала номер, связалась с оператором, продиктовала адрес. А потом налила воды в стакан и поднесла госпоже.

- Намочи тряпку и принеси мне, да поживее!

В доме поднялась суматоха. Известие о внезапной болезни всеобщей любимицы заставило нервничать прислугу, а сама хозяйка дома не находила места от волнения. Жар никак не спадал, и до самого приезда медиков она просто сходила с ума от беспокойства. После того, как девочке сделали укол, было решено ее госпитализировать.

- Прошу, сделайте хоть что-нибудь! - взмолилась она, обращаясь к врачу. - Что с нею?

- Пока не знаем. Нужно сделать пару анализов, чтобы яснее увидеть общую картину.

Госпожа Тан взяла нужные документы и села в машину, куда на носилках внесли ребенка. Сердце матери сжималось, а руки не слушались и дрожали. Всегда такая гордая,заносчивая, сейчас она не могла позвонить мужу, опасаясь его гнева. Но сделать это все равно пришлось.

Господин Кан тут же бросил все дела и поехал в больницу. Машина остановилась у высокого здания и водитель вышел, чтобы открыть дверцу перед хозяином, но тот опередил парня и нетерпеливо махнул рукой - не до соблюдения правил. В голове вертелась единственная мысль: лишь бы с дочерью было все хорошо!

На ресепшне сидела молоденькая девушка в белом свитере, с золотым бейджиком на груди. Но мужчина не обратился к ней по фамилии, а спросил:

- К вам только что поступила девочка восьми лет, по фамилии Кан.

- Подождите, это займет немного времени, - с милой улыбкой произнесла девушка.

У него дочь в больнице, а эта еще улыбается! Да как такое возможно? Кто вообще нанял эту курицу? Пока она искала имя в базе данных, господин Кан все больше терял терпение.

- Ну что, не нашли? - сердился он. - Неужели в такой респектабельной клинике нет нормального специалиста, который...

- Нашла! - прервала девушка гневную тираду, все так же улыбаясь. - Привезли сорок минут назад. А вы кем ей доводитесь?

- Отцом! Черт возьми, я хочу видеть свою дочь! Где она? - злился господин Кан.

- Извините, но для начала мне нужно взглянуть на ваш паспорт.

- Что за...

- Правила для всех одинаковы.

Водителю пришлось возвращаться в машину и забрать с собой документ. Председатель ворчал о некомпетентности работников клиники и грозился пожаловаться главврачу и настоять, чтобы всех уволили. Водитель положил удостоверение личности на стойку, прямо перед девушкой и гордо выпрямился, уверенный, что та увидит фамилию и поймет ошибку.

Фамилия ей ни о чем не говорила, потому пришлось, как и всем остальным, дожидаться стандартной процедуры сверки данных с компьютером. Когда наконец документ вернули владельцу, он резко спросил, в какой палате Наен и даже не поблагодарил девушку за помощь.

Помощник еле поспевал за председателем, не успел предупредительно вызвать лифт, нажать кнопку, но господин Кан не обратил на это внимания, все его мысли были заняты маленькой Наен.

В коридоре, на третьем этаже его встретила обеспокоенная супруга, но ничего не смогла объяснить.

- Где Наен? - муж окинул взглядом коридор, пытаясь определить, где нужная дверь.

- Ее осматривает доктор. Просил подождать здесь, - женщина сильно нервничала, руки дрожали.

- Ты оставила нашу дочь одну?! - почти взревел он.

- Это известная клиника, с самым современным оборудованием и лучшими специалистами, - заверила его жена. - Наша девочка в надежных руках.

- Если с Наен что-нибудь случится, это будет на твоей совести, - в голосе господина Кана не было эмоций, одна сталь. - Сядь.

Госпожа Тан подчинилась и покорно опустилась на мягкое бежевое сидение стула с хромированными ножками. Муж же остался стоять и бесстрастно взирать на медперсонал в белых халатах, который суетливо сновал по коридору. Некоторые из медсестер с опаской поглядывали на строгого мужчину в идеальном деловом костюме и черном пальто и на стоявшего рядом высокого парня, сложившего руки перед собой, явно, охранника, и торопились их обойти. Никому не хотелось внимания этого человека.

Осмотр ребенка занял около пятнадцати минут, после чего в коридоре появился доктор и двинулся в сторону госпожи Тан. Ее остановил супруг и первым подошел к пожилому врачу в очках.

- Я отец девочки. Что с нею? - спросил он, забыв о традиционном поклоне.

- Мы пока не знаем, еще не готовы анализы, - терпеливо объяснил врач, но такой расклад не очень нравился мужчине в черном пальто.

- Я заплачу любые деньги, только спасите мою дочь! - сейчас он выглядел, как разъяренный лев, борющийся за жизнь детеныша.

- Прошу, успокойтесь, мы сделаем все возможное. К сожалению, заболела девочка не в лучшее время, сейчас праздники, и многие врачи дома, с семьями. Совместными усилиями мы взяли анализы и сбили высокую температуру. Думаю, ваша девочка сильная и пойдет на поправку. Хотя об этом еще рано говорить...

- Лучше бы вам быть в этом уверенным, - глаза господина Кана сузились. - Иначе...

Госпожа Тан молча взяла супруга за руку, чтобы успокоить, иначе разговор с доктором мог зайти слишком далеко. Самообладание супруга оставляло желать лучшего, а ведь жизнь Наен висела на волоске, выздоровление зависело целиком и полностью от людей в белых халатах. О Боге госпожа Тан думала в последнюю очередь. Она чувствовала себя сломленной и испытывала страх перед неизвестностью. То, что болезнь дочери не случайна, женщина поняла, как только увидела ее без сознания, совсем беспомощную и такую хрупкую, словно шарнирная кукла.

- Доктор, к ней можно? - голос женщины дрогнул.

- Девочке нужен покой.

- Она пришла в себя? - спросил господин Кан, но уже мягче.

- Да, но сейчас спит, - доктор вздохнул.

- Она может испугаться, когда проснется и увидит, что рядом никого нет, - из глаз госпожи Тан брызнули слезы. Слишком долго она сдерживала себя, и нервы не выдержали.

- В палате дежурит медсестра. Но если желаете, можете на зайти на минуту. Только наденьте халат.

Госпожа Тан послушно кивнула, а господин Кан отошел с доктором в сторону. Пока супруга облачалась в халат, он беседовал с врачом.

- А теперь давайте начистоту. Насколько велик шанс у девочки, чтобы выжить? - он почти припер доктора к стенке.

- Зачем сразу думать о худшем? Нужны заключения из лаборатории. Это займет день или два. Девочка побудет здесь, в больнице.

- А нельзя как-то ускорить процесс? Если это зависит от суммы, я заплачу. Вы же понимаете, деньги для меня не проблема. Назовите цифры, и я тут же переведу их на ваш счет.

- Ну что вы, - доктор нахмурился, - тут дело не в деньгах. Да, услуги не бесплатны, но жизнь ребенка зависит - в первую очередь - от сопротивляемости болезням молодого организма. А еще не забудьте, что все в руках Божьих.

- Вот только не нужно перекладывать на него ответственность. Это что же значит, если с Наен что-то случится, вы во всем обвините Бога? Удобная позиция, ничего не скажешь. Снять с себя ответственность и переложить на того, с кого спросить нечего. Что же я сам не догадался? Скольких проблем удалось бы в жизни избежать.

Говорить со скептически настроенным человеком было крайне сложно, потому доктор попытался закрыть разговор:

- В любом случае, нам остается только ждать. Был рад с вами побеседовать, но меня ждут обязанности и мои пациенты.

- А как же быть с Наен? Она ведь тоже ваша пациентка! - рассердился господин Кан.

Его помощник тут же подошел ближе на случай, если придется вмешаться.

- Вашей супруге сообщат, когда можно будет навестить дочь. Прошу меня извинить, дела.

Доктор поправил очки и пошел прямо по коридору, быстрым шагом. Терпеть угрозы от властного мужчины, который считал всех вокруг обязанными, он не собирался. Да, ребенок поступил в критическом состоянии, но это не вина докторов. К тому же, во время праздников почти все врачи были дома, и девочке просто повезло, что пожилой врач задержался.

Доктор собирался позвонить своему коллеге, светилу медицины и рассказать о любопытном случае. Что-то подсказывало ему, что девочка не совсем обычный пациент, и ее случай заинтересует профессора.

В это время госпожа Тан шла в палату, где находилась медсестра, которая попросила женщину покинуть помещение, но услышав о разрешении доктора, отступила. Но не успела мать приблизиться к дочери, как в дверь настойчиво постучали, а потом вошел господин Кан. Не обращая внимания на робкие протесты медсестры, он решительным шагом подошел к постели, где лежала девочка. Бледная, как полотно, она спала. Но не безмятежным сном. На лице отражалась тревога.

Отец не мог смотреть без содрогания смотреть на дочь, которая напоминала сломанную куклу. Его малышка Наен, жизнерадостная красавица, лежала в месте, совсем не подходящем для маленьких детей. Даже то, что палата была оснащена новейшим оборудованием, не могло успокоить сердце отца.

Мужчина склонился над кроватью и сказал:

- Детка, с тобою все будет в порядке. Мы тебя обязательно заберем домой, обещаю.

Госпожа Тан, не в силах сдерживать слезы, разрыдалась. Она взяла мужа за руку, и тот крепко сжал холодные пальцы.

- Кто будет дежурить в палате? - спросил он медсестру.

Та сказала, что девочка останется под наблюдением дежурного врача и двух медсестер, которые станут подменять друг друга. Госпожа Тан всхлипнула, когда дотронулась до маленькой ручки дочери. Стерильность палаты пугала, а звук, издаваемый аппаратом, напоминал, что жизнь ребенка в любой момент могла оборваться. Тонкие прозрачные трубочки были похожи на щупальца морского спрута, который захватил девочку в плен и не желал выпускать.

- Пять минут истекли, - сообщила медсестра, немного волнуясь, так как не хотела иметь проблем с этим мужчиной в дорогой одежде. Сам его вид внушал страх. - Вы навестите девочку, когда позволит доктор.

- Мы уходим, - господин Кан кивнул жене, - но предупреждаю, что намерен прислать человека, который станет дежурить у палаты.

- Исключено, это против правил клиники, - запротестовала девушка.

- Не вам решать. Я договорюсь с главврачом.

Неприятные люди покинули палату, а девушка с облегчением вздохнула. Конечно, у таких денег немерено, вот и мнят себя хозяевами жизни. А за малышкой не уследили. Что же произошло с ребенком?

А господин Кан шел по коридору клиники и отдавал распоряжения своему секретарю, чтобы в больницу прислали двух человек из охраны.

- И начинайте готовиться к собранию акционеров. Проведем его через два дня.

Помощник напомнил, что сейчас праздник, Соллаль, люди отдыхают.

- Еще раз повторяю: сразу после праздника проведем собрание, - отрезал председатель. - Разошлите уведомления всем директорам компании, и не забудьте про бухгалтерский отчет.

Госпожа Тан робко сказала, что сейчас не время проводить собрания, так как Наен в больнице.

- Как раз самое время. С этим больше тянуть нельзя. Проведем встречу, и целиком посвятим себя заботе о Наен.

Женщина поежилась от колючего взгляда, которым одарил ее супруг. Если он что-то задумает, его уже ничто не остановит.

* * *

Вероника вернулась домой, и забот у Анны прибавилось. Девочка стала более замкнутой, не шла на контакт и постоянно что-то рисовала. На рисунках появлялись сказочные домики, окруженные цветущими деревьями, а на голубом небе обязательно светило солнышко с желтыми лучами. На бумагу девочка выплескивала все свои эмоции и потаенные желания.

На одном из рисунков Анна увидела изображение женщины, удивительно похожей на Марину. Девочке отчаянно не хватало матери, и она пыталась по памяти восстановить ее образ.

Сердце Анны сжималось от жалости к ребенку. Она пыталась достучаться до девочки, но та закрылась ото всех, замкнулась, как жемчужина в своей раковине и никого не желала впускать в свой мир.

Тогда Анна решила делать то же самое, что и ребенок. Она занялась рисованием! Принесла в комнату Вероники мольберт с красками и выплеснула на холст всю боль, что накопилась за последний год. Недопонимание в семье, предательство подруги, отчаянье и безысходность.

Своей работой удалось привлечь внимание девочки. Она стояла позади Анны с распахнутыми от восторга глазами и смотрела на картину, на которой раскинулось золотое пшеничное поле с яркими маками и васильками, а на заднем плане возвышалась гора, покрытая снегом. Яркое солнце заливало поле, отчего казалось, что вся картина пропитана теплом.

Девушка нанесла на холст последние мазки и отошла в сторону. Она посмотрела на то, что получилось и добавила еще пару штрихов. Теперь уже все, картина вышла такой, как она задумала, и даже лучше.

- Вероника, тебе нравится? - спросила Анна, оборачиваясь.

Девочка ничего не ответила, но подошла ближе и дотронулась до ярко-алого мака. На пальцах осталось маленькое пятно масляной краски, а на холсте лепесток мака стал чуть бледнее. Вероника растерла краску между пальцами и понюхала - та пахла хвоей.

- Это масляная краска, и сохнуть будет долго, - объясняла Анна. - Пойдем, помоешь ручки, а то испачкаешь платье. А картину я уберу потом.

Вероника еще раз посмотрела на свои пальцы и послушно пошла за тетей. Это была первая удачная попытка сближения, и Анна понимала, что нашла ту тоненькую ниточку, что связывала ее с ребенком. Только безграничное терпение могло помочь в этой ситуации, и Анна намеревалась идти до конца, как бы тяжело не было.

* * *

Тем не менее, будни Анны протекали размеренно, без потрясений, чего нельзя было сказать о Джуне. Проснувшись утром, он подумал о том, что в Корее закончился праздник. Он сильно скучал по Сеулу, по своим друзьям и работе. Хотя были во всей этой истории свои плюсы - он выявил недоброжелателей, познал истинную цену дружбы и понял, что в мире еще остались добрые люди, а это означало, что мир не безнадежен.

Одевшись, Со Джун отправился на кухню и совсем не ожидал сюрпризов. Начались они после того, как в отель заселились двое корейцев. Они позвали управляющего и показали фото Джуна, объяснив, что приехали забрать его в Сеул. Предъявили документы и попросили позвать парня.

Со Джун в это время стоял возле плиты и растапливал брусок сливочного масла, чтобы превратить его в бернуазет - коричневое масло с ореховым вкусом. Он был так сосредоточен, что не заметил, как на кухню вошел управляющий. Обменявшись приветствиями с персоналом, он направился к молодому корейцу. Тот закончил с маслом и выключил под кастрюлей огонь.

- Работаешь? - поинтересовался мистер Гордон.

- Доброе утро. Да, заготавливал бернуазет.

- Все это хорошо, но придется тебе отложить дела.

У Джуна внутри все похолодело, и загадочный тон управляющего навел на мысль, что случилась неприятность. Больше всего Джун боялся, что ему укажут на дверь.

- Да не пугайся так, - поспешил успокоить парня мистер Гордон, когда заметил недоверие в его глазах. - Там прибыли корейцы, хотели видеть тебя.

Удивлению Джуна не было предела. Кто и зачем хотел его видеть?

- Они не сказали, зачем? - спросил Джун.

- Показали паспорта и твое фото. Все потом. Если хочешь узнать, стоит поторопиться.

Управляющий хлопнул его по плечу и кивнул шеф-повару. На шутливую просьбу не задерживать помощника надолго, он только развел руками.

Джун снял халат, фартук, колпак и повесил на спинку стула так, чтобы не помять форму. Переодеваться в свежую одежду не было времени, потому он вышел в том, в чем работал на кухне.

Посетители были ему не известны, но выглядели очень представительно. Парень сразу подумал о дяде и приготовился к неприятному разговору, и даже шантажу. Дядя мог потребовать подписать документ об отказе от компании в обмен на возврат паспорта. Потому он несказанно удивился, когда мужчины представились посланниками от госпожи Ли Бан Сок. Их прислала бабушка?

- Не стоит так удивляться, господин Кан, - произнес пожилой мужчина в очках. - Мы приехали, чтобы забрать вас в Корею. И намерены выполнить указание госпожи Ли в кратчайшие сроки.

- Но у меня нет паспорта. Как вы это сделаете? - не понимал Джун.

- Именно поэтому госпожа Ли наняла нас. Сейчас мы отправимся в консульство. В запасе есть всего пара дней, за это время нужно получить бумагу, подтверждающую вашу личность.

У Джуна возникли сомнения, но мужчина показал свои документы, визитки и дал Джуну письмо от бабушки, заверенное нотариусом.

- Все еще не доверяете? - спросил он, когда парень дочитал письмо. - Госпожа Ли подозревала, что такое может случиться, потому попросила снять видео.

Со Джун смотрел в телефон и видел ту женщину, к которой они приходили с Джи Юном. Бабушка была, как всегда, спокойной и строгой, но больше всего впечатляли слова, сказанные ею:

- Мой дорогой мальчик, зная твой характер, я сделала эту запись. Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это, твой друг все рассказал. Если бы я узнала раньше, то непременно бы помогла. Увы, мы слишком поздно спохватились. Но сейчас не об этом.

Посылаю в Эдинбург двух надежных людей, которые помогут тебе вернуться домой. Очень надеюсь, что вы успеете приехать к тому времени, когда в Си Джи -груп назначат собрание. От всей души поздравляю с Соллалем. Подарок ждет тебя дома. Возвращайся скорее, дорогой внук.

Запись закончилась, а Джун был не в силах что-нибудь сказать. Он вернул телефон мужчине и попросил подождать, пока переоденется.

- Мы остановились в этом отеле, подождем в холле.

Со Джун прошел к себе в номер, и через пятнадцать минут был готов. Он взял с собой телефон и остановился у окна, глядя на заснеженную улицу.

- Вот и настал час истины. Господь, помоги мне, - он перекрестился, вышел из номера и закрыл его на ключ.

Управляющий отеля уже был в курсе последних событий и пожелал парню удачи. Так сильно Джун давно не нервничал. Сегодня решалась его судьба, и зависела она от двух сопровождающих его людей. Выяснилось, что очередь они заняли еще в Корее, чтобы попасть на прием.

- Как вам удалось все так быстро уладить? - поразился Джун.

Мужчина в очках улыбнулся краешком губ.

- Я - юрист, господин Кан, и много лет отдал этому делу. Госпожа Ли всегда обращается ко мне в запутанных вопросах. И еще, открою вам секрет, что деньги и связи поистине творят чудеса и открывают любые двери. И тех, и других у госпожи Ли очень много.

Автомобиль остановился у большого каменного двухэтажного здания. У ворот мужчин встретил молодой кореец, приветствовал традиционным поклоном и провел в холл, где просил их немного подождать.

- Просто не верится, что нам тут помогут, - произнес Джун.

- Я же говорил - связи, - напомнил юрист.

Второй кореец редко когда вставлял слово в разговор. Он больше следил за тем, что происходило вокруг, отчего Джун догадался, что мужчина исполнял обязанности охраны.

В приемной, куда пригласили посетителей, сидели всего двое молодых людей. Они тихо беседовали и поглядывали на белую дверь с золотой табличкой. Джун сел в кресло и стал ждать. Заняться тут было нечем, потому он принялся разглядывать фотографии в рамках, висевшие на стенах и узоры на ковролине у себя под ногами.

Когда дверь кабинета открылась, он увидел мужчину с папкой в руках. Тот как раз уходил, и молодые люди поднялись, но секретарь вызвал господина Кана. Со Джун почувствовал прикосновение к руке и, подняв глаза, увидел ободряющий взгляд юриста. Он встал с кресла и решительным шагом прошел в кабинет, где его ждали.

Большой светлый кабинет был обставлен современной дизайнерской мебелью. На полу лежал серый, с белыми абстрактными узорами ковер, а на стенах висели картины современных художников. Было похоже, что хозяин кабинета шел в ногу со временем и не придерживался отживших законов.

Встретил их представительный человек лет пятидесяти, предложил занять место напротив себя и стал задавать вопросы, на которые Джун честно отвечал. Юрист, нанятый бабушкой, в свою очередь, положил на стол увесистую папку и показал документы.

Консулу стоило только увидеть знакомое имя, как глаза его расширились от изумления.

- Так вы являетесь внуком госпожи Ли? - воскликнул он. - Это в корне меняет дело.

Он улыбнулся и потер руки, а потом позвал секретаря и что-то тихо ему сказал.

- Как скоро вам нужно вылететь в Корею? - спросил мужчина юриста.

- Чем раньше, тем лучше. Желательно сегодня, - ответил тот.

Консул на минуту задумался, и сердце Со Джуна замерло. Неужели откажет? Неужели все было напрасно? Но его опасения развеялись, как только секретарь получил указания.

- Вам очень повезло, господин Кан, - с серьезным видом произнес он. - То, что мы в Шотландии. В Сеуле в это время все только принимаются за работу. Соллаль только закончился.

- Примите наши поздравления, - произнес юрист. - Пусть они несколько запоздали.

- Но от чистого сердца, - закончил за него консул. - Я вижу и точно знаю, что так оно и есть. В свою очередь тоже хочу вас поздравить и оказать господину Кану, внуку моей уважаемой знакомой, посильную помощь. А сейчас, господин Кан, не могли бы вы подождать в коридоре? Я должен обсудить с господином кое-какие детали.

Джун смекнул, куда повернет их разговор, потому поднялся и оставил мужчин одних. О чем они говорили, парень так и не узнал, но юрист вышел через десять минут и выглядел невероятно довольным. Он подошел к Джуну.

- Можно сказать - дело в шляпе, господин Кан, - и помахал бумагой с печатью. - Это ваше Свидетельство на возвращение. И действует оно пятнадцать дней. Как раз достаточно, чтобы восстановить паспорт.

Джун не знал, как благодарить этого человека, но тот еще раз напомнил, что ему хорошо платят за работу, к тому же, консул был знаком с госпожой Ли лично.

Молодой человек в сопровождении двух человек, с легким сердцем покидал стены консульства. Спустившись со ступеней, он оглянулся - белый флаг Кореи развевался над зданием, как-будто махал ему на прощание.

- В добрый путь, господин Кан, - сказал телохранитель юриста и открыл перед Со Джуном дверцу авто.

В машине мужчины мало говорили, лишь обсуждали намеченный план. Из всего сказанного парень понял, что билеты закажут завтра, так как на сегодняшний рейс билетов нет. Со Джун уже не удивлялся такой осведомленности, и мысленно благодарил бабушку за то, что прислала такого компетентного человека. Но все-таки он не удержался и задал вопрос, почему юрист не приехал один.

- О-о, господин Кан, в дороге всякое может случиться, вы тому живой пример. Я вот удивлен, как вы не подумали об этом, отправляясь в незнакомую страну? Дядя обязан был послать с вами человека, а не отпускать одного. Но теперь мы знаем, что делалось это нарочно.

Все это шустрый мужчина говорил, поднимаясь по ступеням, ведущим в отель. Он с уважением пропустил Со Джуна вперед, а сам вошел в здание следом. Для начала он предложил всем поесть и пресек на корню попытку Джуна вернуться на кухню в качестве повара.

- Вам нужен отдых перед отъездом, господин Кан, - сказал он, глядя на синяки под глазами парня. - Иначе, что я скажу вашей бабушке?

- Мы ей не расскажем, - улыбнулся Джун.

- Нет, так дело не пойдет, - возмутился он. - Я обещал госпоже Ли, что позабочусь о ее единственном внуке. Вы задолжали отелю?

- Не слишком большую сумму. Этот месяц только начался, возможно, там набежали некоторые проценты. Как теперь быть?

- Я поговорю с управляющим, не нужно волноваться, - успокоил его кореец. - Мой помощник закажет билеты, потому вам стоит думать о том, как бы скорее собрать вещи.

- Вещей у меня очень мало. Багаж был утерян еще в Сеуле.

- Разберемся и с этим, когда вернемся в Корею.

В кармане зазвенел телефон, и мужчина прочитал сообщение. Он нахмурился и сказал, что планы меняются. Появились лишние билеты, и рейс будет ночью. Он отдал распоряжение помощнику, а сам пошел поговорить с управляющим. Джуну просто не верилось, что все закончилось. Он стоял в холле и смотрел на все с отстраненным видом. В глубине души он ощущал грусть по тому времени, что провел среди радушных шотландцев. Как же ему будет не хватать веселых поваров и их шуток. Но не стоит раскисать. Если жизнь подсунула лимон, сделай из него лимонад.

Со Джун тряхнул головой, стараясь собраться и избавиться от дурных мыслей. Волосы его заметно отросли, значит, перед встречей придется посетить парикмахера.

Молодой человек вошел в свой номер, чтобы поделиться с любимой отличной новостью.

День Со Джуна прошел в полной суматохе. Сначала его вызвал управляющий и долго извинялся за то, что ему пришлось определить парня на кухню.

- Отель "Дю Вин" приносит вам свои извинения, господин Кан.

Со Джун мысленно ругал юриста за то, что тот раскрыл его личность, и теперь чувствовал неловкость.

- Вам не надо извиняться, - сказал он. - Вы оказали мне неоценимую помощь, никогда этого не забуду.

Со Джун горячо пожал протянутую ему руку. Потом его позвали в ресторан, где шеф-повар лично подал свои коронные блюда на стол Джуну и его гостям. А после пригласил на кухню, где собрались повара, которые устроили ему прощальный ужин. Джун разделил свою радость вместе с близкими по духу людьми, а позже пошел в номер за сумкой. Юрист и его помощник уже ждали парня на улице.

Джун стоял посреди комнаты и в последний раз осматривал комнату, чтобы запомнить все детали. Уже сделал шаг по направлению к двери, как заметил легкое движение слева. Конечно, это был призрак.

- Уезжаешь? - с грустью спросила Адель. - Ты так и не нашел мою маму?

Джун не знал, что сказать, чтобы утешить девочку.

- Мне срочно нужно домой. Я не смог разыскать твою маму, но обещаю что-нибудь придумать. Вы обязательно будете вместе.

- Ты точно сдержишь свое слово? - сомневалась Адель.

- Клянусь! - Со Джун поднял правую ладонь. - Только подожди еще немного, совсем чуть-чуть.

Девочка всхлипнула и обняла Джуна. Конечно же, он совсем ничего не почувствовал, только легкое касание ветерка.

- Я еще вернусь сюда, Адель. И мы обязательно прогуляемся вместе по коридорам отеля. Я ведь не успел познакомиться со всеми вами.

Адель улыбнулась и засмущалась.

- Приезжай, мы будем ждать, - сказала она и исчезла.

Со Джун больше не боялся призраков. У всех у них была своя история, как у самого Джуна. С легким сердцем он покидал отель. А в душе появилась надежда на счастливое будущее.

В холле его ждал управляющий.

- Прощайте, мистер Кан. Для меня было честью работать с вами.

- Нет, лучше "до свидания", - с улыбкой поправил его Джун. - Для меня это тоже большая честь.

Мистер Гордон опустил руку в карман, нащупал картонный прямоугольник и протянул парню.

- На случай, если что-нибудь понадобится, - сказал он серьезно.

Джун пожелал всего доброго швейцару и вышел из отеля, и тут же оказался на холодной улице. В лицо пахнуло морозной свежестью. Как прекрасно было осознавать, что скоро он сядет в самолет и через некоторое время очутится в аэропорту Сеула.

- Только бы все получилось, - прошептал он, и вспомнил, что за него будет молиться Анна. Она обещала.

* * *

Госпожа Тан не находила места от переживаний за дочь и весь день не могла есть. Она анализировала ситуацию и размышляла, почему все пошло не так? Но совсем не думала, что прямым образом причастна к тому, что случилось. Она обвиняла всех вокруг, только не себя. Точно, это повар приготовил блюдо, от которого девочке стало плохо! Или няня не доглядела, и малышка съела слишком много холодного. Но как бы она не пыталась найти виноватого, Наен от этого лучше не станет. Впервые за много лет девочка осталась одна, в больнице. То, что муж послал туда двух человек, нисколько не успокаивало, мать все равно желала находиться не дома, а возле дочери.

Женщина легла в постель и долго лежала без сна, думая о том, как там Наен. И почему никто не звонил, чтобы рассказать о ней? Не жалел бедное сердце матери? На звонок госпожи Тан никто не ответил. Женщина тщетно успокаивала себя мыслью, что стань девочке хуже, обязательно бы сообщили.

- Значит, все по-прежнему, - вздохнула она и закрыла глаза.

Усталость дала о себе знать, и госпожа Тан наконец уснула. Но и сон не принес покоя. Женщина увидела себя в заброшенном доме у реки. Темнота и сырость сделали его похожим на декорацию к фильму ужасов. Госпожа Тан бегала по коридору, заглядывала в бесконечные пустые комнаты, спотыкалась о перевернутую кем-то в спешке мебель, путалась в старых пыльных шторах, свисающих с карнизов и закрывающих грязные, заколоченные досками окна. Она пыталась найти выход из проклятого дома, но так и не смогла отыскать дверь. Обессиленная, она села на пол и закрыла лицо руками. Слезы катились по щекам и, падая, исчезали в алом шелке платья.

Тут наверху что-то зашуршало, и женщина медленно подняла голову. То, что она увидела, заставило дико закричать: с потолка спускался громадный паук, а за спиной раскинулась липкая сеть толстой, как веревки, паутины. Паук спускался все ниже и уже тянул мерзкие, покрытые жесткими волосками, лапки.

- Помогите! - завопила испуганная женщина, и проснулась.

Ночная рубашка была мокрая. Привидевшийся кошмар заставил сердце бешено колотиться. Женщина встала, подошла к столу, где стоял графин с водой. Налила себе в стакан и взяла с тумбочки телефон. Ни одного звонка, даже от мужа. Поздняя ночь, а его все нет. То, что он отсутствовал, госпожа Тан знала точно.

В голове промелькнула ужасающая мысль, и женщина решила проверить. Она набрала номер ведьмы, к которой обращалась, но телефон был отключен.

- Подлая старуха! - госпожа Тан чуть не плакала. - Ты все-таки бросила нас! И теперь моей малышке никто не поможет.

Отчаянье овладело женщиной, и она заметалась по комнате в поисках амулета, который дала ей когда-то колдунья. Наен эта вещь сейчас нужнее.

Женщина нашла то, что искала и пошла в комнату дочери, чтобы собрать некоторые вещи для больницы. Странный шум разбудил няню, чутко спавшую в соседней комнате. С заспанными глазами, она наспех оделась и вошла в детскую. Мать девочки в ужасе отбивалась от игрушечного щенка, которого подарил Со Джун.

- Уберите эту чертову собаку! - закричала она, увидев в дверях няню.

Женщина подбежала к госпоже и схватила в руки плюшевого щенка, который вмиг затих.

- Выброси его, немедленно! - приказала госпожа Тан.

- Но это любимая игрушка Наен, - несмело возразила няня.

- Делай, что сказано!

Няня поклонилась, вышла из комнаты, но не пошла выбрасывать игрушку, а спрятала в своих вещах. Кто знает, почему так взбесился заводной щенок? Если бы своими глазами не увидела, ни за что бы не поверила. Только бы малышка вернулась домой здоровой, а уж няня сохранит для нее подарок Со Джуна.

Глава 25

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 25

Праздники Джи Юн и Чонха провели вместе, лишь один день посвятили своим близким. Чонха часто гуляла с песиком, чтобы тот не так остро ощущал одиночество.

- Канчо! - Джи Юн присел перед собачкой и погладил ее по голове. - Нужно оформить на нее документы, раз никто не пришел забирать. Дождемся Джуна.

- Да, подождем, - задумчиво произнесла Чонха. - У меня для тебя новости. Звонил секретарь и сообщил, что собрание назначили на завтра, и на нем поднимут вопрос об увольнении Со Джуна.

- Это уже точно? - нахмурился парень.

- Точнее не бывает. Бухгалтерский отдел заставят подготовить отчет, доказывающий то,что молодой племянник председателя тратил деньги компании на себя.

Джи Юн выпрямился и на время забыл о собаке.

- Что будем делать? - спросил он. - Есть мысли?

Чонха сняла обувь, прошла в комнату и села на диван. Задача представлялась ей сложной, почти невыполнимой и слишком рискованной.

- У меня тоже есть новость, - Джи Юн загадочно посмотрел на девушку.

- Давай, расскажи скорей, не томи, - попросила Чонха.

- Мне написал Со Джун и сообщил, что завтра приедет в Корею.

Чонха закричала от радости, вскочила с дивана и запрыгала, хлопая в ладоши.

- Когда, когда он приезжает?

- В час дня, - Джи Юн вздохнул. - Он же опоздает на собрание, сильно опоздает.

Чонха сказала, что на пустой желудок думается трудно, потому пошла на кухню и приготовила нехитрый ужин. Поев рамена с кусочками мяса, молодые люди выпили по бутылке минералки, покормили шпица и уселись на ковер с блокнотом, чтобы разработать план действий.

- Во сколько начинается собрание? - спросил Джи Юн.

- Кажется, в двенадцать, плюс-минус пятнадцать минут.

Джи Юн написал: "двенадцать часов, собрание" и обвел запись в кружок.

- Джун приезжает в час дня. Около двух часов займет проверка документов и получение багажа. Плюс дорога до компании - еще час. Что мы имеем? Разницу в два часа.

- И где мы их возьмем? - вздохнула Чонха. - Собрание длится от силы два часа, пусть будет три...

- Нужно выиграть время! - воскликнул Джи Юн.

- И как ты себе это представляешь? Выйдем на сцену и скажем:"Уважаемые акционеры! Подождите немного, сейчас придет Со Джун?" Ведь все для того и делается, чтобы он не появился на собрании и не смог возразить дяде.

- Я знаю, как выиграть время, но для этого мне нужно поговорить с начальником бухгалтерского отдела. Дашь телефон?

Чонха не совсем поняла, что задумал Джи Юн, но открыла записную книжку и поискала номер начальника бухгалтерии. И когда парень начал говорить, все встало на свои места.

- Вы согласны пойти на такой риск? - еще раз уточнил Джи Юн. - Я не в праве требовать, но очень прошу...

* * *

Утром, прямо перед самым собранием, госпожа Тан поехала в больницу к дочери. Девочка пришла в себя, что не могло радовать. Но все еще не было понятно, что с нею произошло. Анализы не показали никаких отклонений, все было в норме, и доктор только удивлялся. По поводу ребенка приняли решение созвать консилиум.

- Девочка моя, доброе утро, - поздоровалась мать с ребенком. - Как твои дела?

- Доброе утро, мамочка, - голос Наен был тихим и печальным. - Я не поздравила тебя с Соллалем и испортила вам с папой праздник.

Госпожа Тан села на стул, который принесла медсестра. Она взяла девочку за руку и посмотрела с нежностью, а в слова вложила всю любовь, которую испытывала к дочери.

- Ну что ты, детка, мы очень переживаем за тебя. Дай Бог, мы встретим еще много праздников, ты только выздоравливай поскорей.

Наен перевела взгляд на потолок и тихо сказала:

- Нет, мамочка, я скоро уйду. Так сказала тетя Союн. Она снова приходила и передала, что мы совсем скоро встретимся.

Госпожа Тан побледнела и затряслась, губы ее дрогнули:

- Где, где вы встретитесь? - прошептала она.

Наен посмотрела на мать, а потом подняла руку и указала на потолок.

- Высоко, на небесах. Я буду не одна; там еще много маленьких детей. Она показала.

Госпожа Тан взяла маленькую ручку дочери в свою и покрыла ее поцелуями. Родители не должны хоронить своих детей, нет, это не правильно! Так быть не должно!

- Наен, милая, не говори подобных слов, они разбивают мое сердце. Всем нам снятся иногда страшные сны, но не стоит воспринимать их как нечто настоящее. С тобой ничего не случится, обещаю.

- Так же, как тете Союн? Ты обещала заботиться о Со Джуне, - девочка говорила жестокие слова, от которых сердце матери похолодело.

Она не узнавала свою малышку-Наен. В этот момент ей казалось, что с ней разговаривает кто-то другой, более взрослый. Но не могла же девочка повзрослеть за одну ночь?

Женщина вспомнила о том, зачем пришла, и достала из сумочки маленький синий атласный мешочек. Она развязала тесемки и вытащила кусочек дерева с непонятными узорами, вырезанными на нем.

- Дай-ка, я надену это на тебя. Ни за что не снимай украшение. Он будет защищать тебя от злых духов.

Мать хотела надеть на девочку амулет, но та не позволила.

- Он не поможет, мама, - сказала она, отведя руку в сторону. - Принеси мне мою собачку...

Глаза женщины забегали. Как сказать девочке, что игрушку выбросили? Наен так слаба, а новость, что чертова щенка больше нет, разобьет маленькое сердечко.

- Хорошо, дорогая, я принесу твою собачку, если ты так хочешь.

Она обняла дочь и незаметно положила амулет ей под подушку. Хоть одна полезная вещь от старой ведьмы осталась. В безграничную силу кусочка дерева она не верила, но как любой утопающий, искала, за что можно ухватиться. Вот только кому она лгала, Наен или себе?

Когда медсестра подошла и вежливо указала на время, госпожа Тан собралась с силами, чтобы встать и попрощаться с дочерью. К ее удивлению, та не плакала и не просила остаться.

- Папа сегодня проводит собрание, и потом мы вдвоем придем к тебе.

- Приведите Со Джуна, - сказала Наен, зевая.

Тан Суа в замешательстве обернулась - может, показалось или девочка все перепутала?

- Это невозможно, - объяснила она спокойным тоном, чтобы не расстраивать дочь. - Со Джун далеко...

- Он скоро будет здесь, - девочка засыпала, и на ее губах появилась легкая улыбка.

Госпожа Тан списала все на амулет и была рада, что он так быстро подействовал. А теперь надо было спешить, так как собрание назначили на полдень.

* * *

У здания CG-group столпилась вереница дорогих машин, будто собирались принять участие в параде. Мужчины в солидных костюмах и пальто стояли у входа и что-то обсуждали, активно жестикулируя. Женщин в строгих платьях было меньше, но все же, они тоже не желали отставать от мужчин и собрались в стороне в небольшую группу. В самом же здании царил ажиотаж. Директора требовали как можно скорее подготовить папки с бумагами, содержащими отчеты за последний год.

Начальники отделов подстегивали своих помощников, а те в свою очередь торопили работников. Все должно было пройти идеально, без сучка и задоринки.

Зал для собраний был подготовлен еще со вчерашнего дня, но даже там секретари суетливо перебегали от одного стола к другому и поправляли папки с бумагами; в них находился план по завоеванию рынка, идеи, требовавшие общего рассмотрения и имена некоторых начальников и директоров отделов, которых ждало повышение. Среди всех бумаг лежал и лист с приказом об увольнении Со Джуна.

Ближе к двенадцати часам в зале стали собираться директора отделов, позже подошли начальники; и самыми последними явились акционеры. Их было не много, всего человек шесть, и всех господин Кан знал лично. Вместе с супругой они стояли посреди зала и приветствовали гостей. Одним из последних явился господин Ким. Председатель низко поклонился ему и поинтересовался здоровьем Мисук. Губы господина Кима скривились.

- С нею все хорошо. Но могло быть и лучше, если бы вы сдержали свое слово.

- Я свое слово не нарушу, - самодовольно произнес председатель. - За действие племянника отвечать не могу, но наказать - накажу, так, что на всю жизнь запомнит.

Господин Ким на сей раз промолчал. В сердце у него застряла заноза, которая не давала покоя. И каждый раз, глядя на свою дочь, он недобрым словом поминал всю семейку Кан, а особенно молодого парня. Живота у Мисук еще не было, но что будет, когда он начнет расти?

Мужчина занял место за столом, на котором значилась табличка с его именем. Тут же стояла бутылка с минеральной водой и кристально чистый стакан. Господин Ким взял со стола папку с логотипом компании и ознакомился с содержимым. Предложение по улучшению имиджа и сделки мало интересовали мужчину. Когда он увидел имя Со Джуна, на губах появилось подобие улыбки. Оставалось только ждать, когда все соберутся в зале.

Ровно в двенадцать часов, когда все заняли свои места, двери в зал закрылись, а у входа поставили охрану. Господин Кан окинул зал внимательным взглядом и увидел два пустующих места. Одно должен был занять Со Джун, но по известным причинам племянник отсутствовал. Второе - загадочный акционер с аббревиатурой из букв Л. и Б. Председатель не знал, кто это и с нетерпением ожидал загадочного гостя.

Госпожа Тан старалась скрыть нервозность и тоже поглядывала на пустующие кресла. Председатель дал знак, и в зале погас свет. На белом экране появился слайд с графиком продаж. За ним - карта с обозначениями филиалов CG-group по всей Корее. На сцену вызвали начальников отделов, их предложения разбирали и голосовали "за" и "против".

Когда на сцену вышла госпожа Тан, то упомянула имя Со Джуна. В зале зашептались, поглядывая на пустое место.

- Председатель, а где же ваш племянник? - раздался голос из зала. - Разве он не занимал место директора креативного отдела?

Председатель только и ждал этого вопроса. Разумеется, его задал господин Ким; и это послужило сигналом к дальнейшим действиям.

- Об этом я и хотел сегодня поговорить, - произнес господин Кан, придавая голосу скорбности. Весь вид его выражал сожаление.

- Мой племянник, Кан Со Джун, был отправлен в командировку, в Эдинбург, чтобы наладить связи. Я доверял ему, но как оказалось - напрасно. Сколько волка не корми, все в лес смотрит.

Председатель сделал паузу и многозначительно посмотрел на аудиторию в зале; ему удалось безоговорочно завладеть вниманием как директоров, так и акционеров.

- Мало того, что мой племянник не вернулся в срок из Шотландии, он еще и растратил деньги, выделенные на проект. Тем самым показал свое неуважение как к председателю, так и к акционерам. Потому, собственно, я и созвал собрание. Как не прискорбно говорить, но я вынужден уволить племянника из компании. Надеюсь, после всего услышанного, господа акционеры поддержат меня.

В зале воцарилась тишина. Если бы пролетела муха, было бы слышно ее жужжание. И в этой тишине за дверью послышались возмущенные голоса, а после открылась дверь и в зал вошла пожилая женщина с тростью, опирающаяся на руку мужчины в строгом костюме.

- Прошу прощения за опоздание, - произнесла она, обводя взглядом присутствующих. - Надеюсь, ничего интересного не пропустила.

- Позвольте, что вы здесь делаете, аджумма? - недовольно спросил председатель. - У нас собрание акционеров, а не распродажа.

В зале послышались приглушенные смешки, а женщина прищурила глаза:

- Я похожа на ту, кто гонится за дешевизной? - спросила женщина, подняв руку, на которой сверкнули драгоценные камни. - Господин Кан, председателю стыдно не знать акционеров компании в лицо. Пропустите, я займу свое место.

Женщина нетерпеливо стукнула тростью об пол, сделав знак сопровождающему.

- Вы не представились, - сердился господин Кан, боявшийся показаться смешным в глазах акционеров.

- Ли Бан Сок, если это о чем-то вам говорит, - произнесла женщина и направилась к свободному креслу.

Председатель проводил взглядом величавую женщину, которая чуть прихрамывала и опиралась на руку помощника, но и виду не подала, насколько трудно давался ей каждый шаг. Она была достойна уважения.

"Кто это? Почему ее имя не писали полностью?" Господин Кан был поражен не меньше остальных. Все ожидали увидеть мужчину - ее представителя, а пришла женщина в возрасте.

Госпоже Тан тоже не понравилось, что опоздавшая аджумма внесла сумятицу в переговоры и чуть не сорвала собрание. Аджумма сидела с невозмутимым видом, будто это она была хозяйкой корпорации, и господин Кан вдруг занервничал. В душе появилось дурное предчувствие, и явилось оно вместе с незнакомкой.

Когда люди успокоились и в зале наступила тишина, председатель поблагодарил всех и сказал, что сейчас предоставят бухгалтерский отчет, где покажут суммы, потраченные на развлечения в Шотландии.

Госпожа Ли напряглась, и ее помощник наклонился и попросил не волноваться.

- Все под контролем, - тихо сказал он.

- Смотри мне, - так же тихо отозвалась Ли Бан Сок. - Если что-то пойдет не так, отвечать будешь ты.

Мужчина только улыбнулся, так как знал наперед, что произойдет прямо сейчас. Председатель спустился со сцены и сел в свое кресло. Нужно было играть роль обманутого до конца, потому между его бровей залегла складка, будто мужчина до сих пор не мог поверить в предательство племянника, и разыгрывал жертву.

Но начальник бухгалтерского отдела не торопился появиться, и председатель начал терять терпение. Он послал человека найти начальника Хана, но тот сказал, что новый стажер что-то перепутал и отчет удалился. На новый отчет уйдет около трех часов, чем сейчас и занят весь бухгалтерский отдел.

Лицо председателя вытянулось, позеленело, он нахмурился и зарычал:

- Господин Хан, вы желаете вылететь с работы?! Я ошибся, доверяя вам такое важное дело. А может, вы в сговоре с господином Каном, потому покрываете его? Тогда придется держать отчет перед уважаемыми акционерами.

Начальник бухгалтерии сделал вид, что испугался, и низко поклонился:

- Сабоним, скоро все предоставим. Нашим гостям не стоит волноваться; мои подчиненные занимаются восстановлением данных.

Госпожа Ли, слушавшая оправдания, усмехнулась. Из всех присутствующих только она и ее помощник знали настоящую причину, почему исчезли документы. Ничего, начальник бухгалтерии доказал свою преданность покойной хозяйке корпорации, и его ждет награда.

Госпожа Тан наклонилась наклонилась к супругу и что-то прошептала ему на ухо. По тому, как разгладилась морщина на его лбу, начальник бухгалтерии понял, что буря миновала.

- Объявляю небольшой перерыв! - громко сказал председатель и поднял руку, чтобы пресечь возражения. - У вас будет время, чтобы рассмотреть предложения, выпить кофе, которое сейчас принесут и отдать свои голоса.

Помощник Ли Бан Сок открыл папку и положил на стол. Шрифт был довольно крупный, чтобы читать без очков.

- Ха! Они просто не знают, с кем связались и против кого выступают, - сказала она, глядя на председателя, который в спешке отдавал распоряжения относительно временной передышки. - Держитесь, господин Кан. Время расплаты близко.

* * *

Джуна встретили в аэропорту Джи Юн и водитель, посланный госпожой Ли. Парни на радостях обнялись, не обращая внимания на предосудительные взгляды старших.

- Рад видеть тебя, друг, - сказал Со Джун, улыбаясь.

- Ты не представляешь, как я рад! - воскликнул Джи Юн. - Мне так много нужно тебе рассказать...

- С этим разберетесь позже, - вмешался в разговор юрист. - Господин Кан, нам как можно скорее нудно ехать в центр CG-group. Собрание в самом разгаре, и бедный начальник бухгалтерского отдела не сможет задержать собрание надолго.

- А как же багаж? - спросил Джун, оборачиваясь.

- Предоставим это компании. Я уже сделал запрос.

Джи Юну осталось только удивляться, насколько быстро работал представитель госпожи Ли, чем он и поделился с Джуном.

- Ты тоже еще многого не знаешь, - сказал Джун, садясь в машину. - Юрист, нанятый бабушкой, настоящий профессионал, он лучший в своем деле.

- Охотно верю, - произнес друг, садясь рядом с Джуном.

По дороге из аэропорта друзья делились последними новостями, а сидевший на переднем сидении мужчина, изредка поглядывал в зеркало, чтобы убедиться, все ли в порядке.

- Как там поживают твои привидения? - вспомнил Джи Юн.

- Все так же. Наверное, я должен был обратиться к священнику и заказать молебен, - Джун вздохнул и посмотрел в окно, за которым мелькали деревья и фонарные столбы.

- Напиши управляющему, - посоветовал Джи Юн. - Расскажи ему правду и попроси отдать последнюю дань неупокоенным душам.

- Наверное, я так и сделаю. Скажи, что слышно о Мисук? Ведь из-за нее началась вся эта история.

- Ничего. Исчезла со всех радаров, не появляется ни на одном сайте. Думаю, готовится к счастливому материнству. А может, отец нашел очередного "мальчика для битья" и наша Мисук скоро пойдет под венец?

- Пожелаем ей счастья, - улыбнулся Джун.

- Добрый ты, все-таки, парень, - Джи Юн покачал головой. - После всего, что сделала она и ее семья, ты должен призвать на их головы все кары небесные.

- Ты случайно не подался в проповедники? - Со Джун прищурился.

- Нет, ну согласись, что я прав. Мисук не заслуживает счастья.

- Не нам судить, Джи Юн. Есть те, кто стоит выше человеческого суда, пусть они и разберутся.

Друг согласился с мыслями Джуна, и приготовился к рассказу о приключениях друга в отеле "Дю Вин". А пейзаж за окном изменился, теперь все чаще попадались высотки, будто выплывали навстречу мчащимся машинам. А Джи Юн смотрел не в окно, а на экран телефона.

- Что там? - Джун заглянул через плечо друга.

- Начальник бухгалтерии пишет, чтобы поторопились, больше задерживать их не может.

- Прибавь-ка скорости, - обратился юрист к водителю. - Мы должны успеть на собрание.

* * *

Когда наконец в руках господина Кана оказались нужные бумаги, он вышел на сцену и зачитал суммы, потраченные Джуном и взятые из бюджета компании. На экране проявился слайд, чтобы присутствующие увидели все своими глазами.

Первым поднялся господин Ким и проголосовал за увольнение племянника председателя.

- Материалы любезно предоставленые уважаемым господином председателем доказывают, что Кан Со Джун действительно воспользовался своим положением и не достоин того, чтобы оставаться в корпорации. Кто согласен со мной?

Акционеры и директора компании стали совещаться, но к единому мнению прийти так и не смогли. Кто-то считал, что Со Джуну нужно указать его место, а кто-то хотел дать время исправиться. Когда господин Кан увидел на экране ответы, то был неприятно удивлен.

- Может быть, не все понимают, что Кан Со Джун не собирается отдавать долги? - задал вопрос к залу.

- А может, господин председатель хочет намеренно очернить племянника, подставить его? Ведь так легко обвинить человека, когда он сам не может присутствовать .

Голос заставил председателя обернуться, и он увидел ту самую женщину.

- У моего племянника была возможность вернуться домой, как только он закончил дела в Эдинбурге. Но парень испугался разоблачения, - важно сказал председатель.

- Господин Кан, как давно вы общались с племянником? - спросил помощник Ли Бан Сок.

- Вчера, - солгал господин Кан.

- И вы рассказали о собрании? Попросили вернуться в Корею?

- Ну конечно! - мужчина терял терпение. Почему ему задают такие вопросы?

- Лжешь! - воскликнула госпожа Ли и стукнула тростью об пол. - Расскажи лучше, как бросил племянника одного, без денег, документов погибать в чужой стране!

Председатель помрачнел, но совладал с эмоциями и решил играть свою роль до конца.

- Кто вы такая, чтобы говорить такие вещи господину председателю? - поддержал компаньона господин Ким.

- А ты бы вообще помолчал! - усмехнулась госпожа Ли. - Не удалось окрутить одного, решил подложить дочь под другого? Подсунуть беременную девчонку такому парню, как Со Джун?

- Кто-нибудь угомонит эту старуху?! - рявкнул господин Кан. - Охрана!

- Только попробуйте тронуть меня, всех засужу, - госпожа Ли даже не встала.

Помощник наклонился к ней и что-то тихо сказал. Лицо женщины просветлело.

- Вы что, не слышали? Уведите эту женщину из зала! - повторил господин Кан.

Но тут двери открылись, и в зал вошел Со Джун в сопровождении юриста и Джи Юна. Председатель смотрел на племянника, как на воскресшего из мертвых; а госпожа Тан схватилась за сердце. Как, как он смог выбраться из Шотландии?!

- Что, дядя, не ждали? - с насмешкой спросил Джун.

Молодой человек был в той же одежде, в какой приехал из Шотландии; на переодевание времени не оставалось. И акционеры приготовились к выяснению отношений между близкими родственниками; в своих ожиданиях они ни чуть не ошиблись.

- Если думаешь, что сможешь склонить людей на свою сторону, то сильно заблуждаешься, - прошипел дядя. - Мы уже провели дискуссию, но ты слишком опоздал.

- Отчего же? Мы все желаем послушать версию молодого господина Кана! - громко, на весь зал заявил один из директоров.

Все аргументы председателя разбились о железные факты, представленные как юристом, нанятым госпожой Ли, так и самим Джуном. Спустя пятнадцать минут после разоблачения махинаций председателя и его жены, госпожа Ли представилась. Нужно было видеть изумление и растерянность супругов Кан и досаду их компаньона.

- Я пришла сюда сегодня, чтобы обелить имя своего внука и сделать важное заявление: все мои акции корпорации CG-group я передаю своему внуку, Кан Со Джуну.

В зале воцарилась тишина после того, как на экране появилась сумма активов госпожи Ли.

- Таким образом, молодой господин Кан становится самым крупным акционером за всю историю компании, - подытожил юрист. - А если учитывать то, что его мать была главой корпорации, то все филиалы и сама компания отходят Со Джуну.

Председателя перекосило от злости и алчности, а его супруга стала задыхаться.

- Немыслимо! Это не по правилам! Мальчишка слишком молод, чтобы управлять компанией! Председатель! Да где такое видано?! - кричал господин Кан, а сидевший рядом адвокат успокаивал его.

Акционерам, голосовавшим до этого против Со Джуна, пришлось изменить мнение. На председателя они теперь смотрели с презрением и не скрывали отвращения. История подлости потрясла всех до глубины души и никто не мог понять, как такое пришло в голову родному дяде Джуна.

Госпожа Тан пыталась сохранить лицо, но это у нее плохо получалось. С ненавистью смотрела она на Со Джуна и его бабушку, слушала, как их поздравляют и желала им обоим провалиться.

Акционеры и директора компании обещали во всем поддержать молодого человека.

- Сделай же что-нибудь! - господин Кан схватил за руку компаньона.

- Что я могу предпринять в этом случае? - тот брезгливо выдернул руку из цепких пальцев председателя. - Раньше нужно было наводить справки о том, кто является самым крупным акционером. Жалею, что вообще связался с вашей семейкой.

Мужчина направился к выходу и даже ни с кем не попрощался.

- Крысы первыми бегут с тонущего корабля, - сказала госпожа Тан, глядя ему вслед.

Председатель посмотрел на жену, но не знал, что сказать, потому проворчал что-то о женской глупости и попытался задержать гостей, которые стали по одному выходить из зала. Это была катастрофа! Крах всего, о чем так мечтал председатель и чего добивался упорным трудом несколько лет.

Когда все разошлись, госпожа Ли Бан Сок с помощью своего человека поднялась с кресла и, опираясь на трость, прошла к выходу, где ее ждал Со Джун. Он поклонился женщине и горячо поблагодарил за все, что она сделала.

- Это самое малое, что я могла сделать для тебя, мой мальчик, - ласково, насколько умела, сказала госпожа Ли. - Ты перенес столько лишений, видел столько горя, но не очерствел сердцем. Ты заслуживаешь лучшего.

Госпожа Тан с ехидством заметила, что бабушка слишком долго отсутствовала в жизни внука, потому решила замолить грехи одним поступком.

- Смотри, чтобы тебе не пришлось грехи замаливать, - осадила ее госпожа Ли. - Нет ничего хуже тяжести груза на сердце, поверь.

Госпожа Тан почувствовала неприятный холодок на спине и острую боль в сердце; что это, совесть или страх? Наверное, страх, совесть женщину не мучила.

- Встретимся в суде, - бросил председатель госпоже Ли.

- Хочешь потерять последнее и остаться на обочине жизненного пути? - женщина неприятно засмеялась, и от этого смеха председателя покоробило. - Свяжитесь с моим адвокатом.

Она кивнула на юриста и позвала Со Джуна. И тут раздался звонок, а жена господина Кана ответила; слушала говорящего и бледнела на глазах.

- Кто это? - спросил председатель.

- Звонили из больницы, Наен стало плохо.

Госпожа Тан закрыла лицо руками, пытаясь от всех отгородиться; но Со Джун расслышал имя девочки и остановился.

- Что вы сказали? Наен в больнице? - спросил он, видя позади женщины призрак своей матери и чувствуя, как леденеют пальцы.

- Тебе-то что? Радуйся, что у нас горе, - женщина не желала ничего объяснять парню.

Но тут вспомнила слова Наен, когда та просила привести Со Джуна. На мгновение в душе промелькнул отблеск надежды. Пусть она и недолюбливала парня, но сейчас ради дочери была готова наступить на горло собственной гордости.

- Пусть он поедет к Наен, прошу, - взмолилась женщина, обращаясь к мужу.

- Внука с вами не отпущу! - воскликнула госпожа Ли. - Кто знает, что у вас на уме и действительно ли девочка в больнице? Вдруг все подстроено?

- Я поеду с Джуном, - вызвался Джи Юн. - Не волнуйтесь, госпожа Ли.

- Тогда поезжайте с моим водителем и дождитесь жену председателя, без нее в больницу не пропустят. А мы вызовем такси.

Женщины стояли и смотрели друг на друга с вызовом. Но госпожи Тан надолго не хватило, она первой опустила глаза, не выдержав тяжелого взгляда пожилой дамы. Госпожа Ли торжествовала - не на ту напали!

Господин Кан стал поторапливать жену, бросая гневные взгляды на госпожу Ли и Со Джуна, а у выхода столкнулся с Джи Юном.

- И ты тут! - оскалился он.

- Господин Кан, - Джи Юн шутливо поклонился, продолжая улыбаться. - Вам все еще нужен ключ от квартиры?

- И до тебя доберусь! - прошипел то, сжимая кулак.

- Мы уходим, но поедем ко мне домой, как только я повидаюсь с Наен, - сказал Джун и поклонился бабушке.

- Приезжай ко мне... Это теперь и твой дом, я буду ждать, - Ли Бан Сок впервые обняла внука, но сдержала слезы; не стоило плакать в такой радостный день.

Парни сели в машину, любезно предоставленную госпожой Ли Бан Сок, и спустя десять минут ехали по улицам Сеула. Больница, в которую положили Наен, находилась в центре города, и на дорогах возникли "пробки". Со Джун сильно волновался и чувствовал, что призрак появился в зале не просто так и его присутствие рядом с сестренкой необходимо.

Как не хотелось госпоже Тан снова встречаться с Со Джуном, она все же ждала родственника у больницы.

- Пойдем, - отрывисто сказала женщина, мельком взглянув на двух парней.

Господин Кан уже поднялся наверх и беседовал с лечащим врачом, как всегда, на повышенных тонах:

- Что значит, не можете понять? - требовал он ответа у доктора.

- Все анализы в норме, девочка абсолютно здорова, - спокойно объяснял доктор, пытаясь держать себя в руках и не наговорить хаму лишних слов.

- Значит, плохо обследовали!

- Девочку осмотрел сам профессор, светило медицины, но даже он ничего не нашел. Мы в замешательстве.

- Ащщ, что это за доктора, которые не могут поставить диагноз? И как только вам доверяют лечить людей?

Со Джун не стал дальше слушать препирания дяди, а подошел к медсестре, которая выдавала халаты и, сняв пальто, надел один. Джи Юн сказал, что подождет в коридоре, а госпожа Тан повела родственника вперед по коридору. Двое охранников, нанятых господином Каном, едва завидев жену председателя, встали со стульев и поклонились.

- К ней пускают? - спросила женщина.

- Кажется, да; но час назад тут такое творилось... Мы сразу позвонили вам. Там, в палате, дежурная медсестра.

- Хорошо, поняла.

Госпожа Тан попросила Джуна подождать,постучала в дверь и вошла. Молодой человек остался стоять; один из охранников бессовестным образом стал разглядывать посетителя, но Джуна это не волновало. Он думал только о маленькой сестренке, которая находилась сейчас за этой белой дверью. Вдруг глаза уловили еле заметное колебание, воздух сгустился и стал уплотняться, превращаясь в расплывчатую фигуру.

- Мама? - удивился Джун, увидев, как фигура принимает знакомые очертания и проходит сквозь стену.

Со Джун не стал дожидаться, пока его позовут, а постучал в дверь и сразу вошел. Он не слушал шипящую медсестру, которая требовала покинуть палату; взгляд его был устремлен на больничную койку, возле которой стояли две женщины. Одна - мать Наен, другая - тетя девочки, бесплотный дух; одна смотрела на девочку со слезами на глазах, другая - с печальной улыбкой.

- Не понимаю, что с ней такое, - всхлипнула госпожа Тан, обращаясь к Джуну.

- Могу я подойти ближе? - спросил он.

Женщина кивнула и отошла в сторону, уступая свое место. Она жестом остановила медсестру, давая понять, что все хорошо и молодой человек должен остаться в палате.

- Ей нужен покой, - проворчала медсестра, зло посмотрев на Джуна.

- Скоро она его получит, - произнес призрак, вытаскивая из-под подушки амулет и касаясь рукой лба девочки.

Джун видел, как от прикосновения бледнеет лицо ребенка, а из амулета выходит темная струйка дыма. Он посмотрел на мать и тихо произнес:

- Мама, не надо. Пусть Наен живет.

- Почему ты просишь за нее? - спросил призрак. - Ее мать принесла нам столько бед. По ее вине я покинула этот мир.

Джун чувствовал, как его сердце сжимается от боли. После слов матери он дожен был возненавидеть и госпожу Тан, и ее дочь, но не смог.

- Дети не должны расплачиваться за грехи родителей, - твердо ответил он. - Я люблю этого ребенка и желаю ему долгих лет жизни. Мама, молю, оставь ее в покое!

- Я тоже люблю Наен. Но объясни это силам зла, с которыми ее мать заключила сделку, попробуй. Кто-то должен заплатить, они требуют дань, и нужна чистая душа.

- Возьми меня, - предложил он.

- Проси все, что хочешь, только не это, - призрак нахмурился.

Джун не знал, что делать. Наен становилась все бледнее, будто жизнь вытекала из нее по капле.

- Им нужна жертва, и они ее получат; никто не в силах помешать, даже я.

- Но ведь Наен твоя племянница, - взмолился Джун. - Помоги ей!

- Ты просишь невозможное, - призрак покачал головой. - Мать Наен обещала отдать за ритуал самое ценное. Им не нужны деньги, им нужна чистая душа...

- Боже, что же делать? Я не могу допустить, чтобы сестренка погибла.

Джун взял Наен за ручку, слишком холодную, хоть в палате было тепло.

- Хорошо. Я не возьму Наен, буду просить за нее. Но они все равно заберут свое, Джун. Нельзя обращаться к силам зла и наивно предполагать, что тебя-то расплата минует. Пусть выбирают сами. И помни, это ты просил за дочь Тан Суа.

Призрак в миг исчез, а у Наен порозовели щеки. Джун вздохнул с облегчением, но тут же подумал о словах матери: если не Наен, то кто? Только бы это не коснулось семьи Анны! Но все мысли отошли на второй план, стоило девочке открыть глаза.

- Со Джун, - тихо позвала она. - Ты пришел.

Услышав голос девочки, мать тут же подбежала к ней, оттесняя Джуна в сторону. Но Наен смотрела только на брата.

- Я не мог не навестить тебя, - сказал Джун. - Как себя чувствуешь?

- Уже лучше, - девочка улыбнулась. - Твоя мама ушла...

- Ты видела ее? - поразился парень.

- Я говорила с тетей, она добрая. Спасибо, что попросил за меня.

- Наен, детка, что ты такое говоришь? Я так испугалась за тебя! - вмешалась в непонятный разговор госпожа Тан.

- Тетя ушла, мамочка. Но просила передать, что за все нужно платить.

Госпожа Тан побледнела и испуганно посмотрела на Джуна. Он точно обо всем догадается после слов Наен. Но Джун не смотрел на жену дяди, слишком тяжело было скрывать то, о чем поведала мать...

- Я видела тебя во сне, - сказала вдруг девочка. - Ты был такой красивый, а рядом стояла принцесса с длинными светлыми волосами. И над вами летал белый дракон...

Джун широко улыбнулся - он знал, о ком шла речь.

А спустя полчаса они вместе с Джи Юном покинули больницу. Со Джун ехал к бабушке, чтобы рассказать ей про Анну.

Глава 26

Анна Гринина

Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе

Глава 26

Я вернусь через пару дождей, сорок три снегопада пройду,

По холодной росе пробегусь, вновь на этой планете вздохну,

За тяжелыми тучами дня отыщу я дорогу домой,

За холодным окошком пурги захочу снова быть я с тобой!

Путь не будет мой лёгок к тебе, на седьмом повороте с небес

Я, конечно, сверну не туда, и, конечно, приду не к тебе.

И в карманы года потекут, шифры шрамов, поди-разбери,

И до одури будем искать мы друг друга с зари до зари!

И десятки других, не моих, ты дыханьем согреешь за век

В лабиринтах ветвистых дорог. Где ж единственный мой человек?

На стекле моё имя пиши и дыханьем его оживляй,

Иногда в предрассветной тиши ты свечу на окне оставляй!

Даже в самую мрачную тьму я увижу её слабый свет,

Негасимой надежды маяк, не забывшего сердца привет.

Я в которой, девятой уже, закричу вновь от боли тебя,

Захлебнусь, закрывая глаза, зная - дальше так просто нельзя!

Вдруг почувствую руки твои, подхватившие тело моё.

Как всегда, ты спасаешь меня. Мой любимый, спасибо за всё....*

*Елена Тимершина

Господин Ким приехал домой только на следующий день. Он сразу прошел в кабинет, где открыл бар и налил в стакан нечто более крепкое, чем соджу.

Мисук постучала, и, не дождавшись ответа, вошла. Отец сидел за столом, с пустым стаканом и задумчиво смотрел на газету, которую принес с собой. Увидев дочь, он нахмурился и поставил стакан на стол.

- Зачем пришла? - недовольно спросил он.

- Хотела узнать, как все прошло...

Господин Ким усмехнулся, встал, подошел к бару и взял бутылку, а Мисук смотрела, как стакан доверху наполняется янтарной жидкостью. Осушив стакан, он сел в кресло и сказал:

- Как все прошло? Сейчас расскажу. Сначала дело двигалось к тому, чтобы Со Джуна уволили. Но тут появилась старая аджумма, которая оказалась его бабушкой, и все испортила.

- Бабушка? У Джуна есть бабушка? - удивилась Мисук.

- Неожиданно, правда? - мужчина криво усмехнулся и продолжил. - Ли Бан Сок - одна из богатейших женщин Сеула, и , ко всему прочему - самая влиятельная в корпорации.Так что, поздравляю, доченька, ты потеряла самого завидного жениха в Корее!

Он взял со стола газету и бросил ее дочери. На главной странице она увидела изображение Со Джуна и пожилой женщины, под заголовком: "В корпорации CG-group сменился лидер".

- Отец, но откуда мне было знать, - робко начала Мисук. - К тому же, это ты давил на него и его дядю...

Господин Ким нахмурился.

- Я делал это ради тебя! - рассердился он. - Но вместо того, чтобы крепко держаться за этого парня, ты связалась с проходимцем! Ну, и где же папаша твоего ребенка? Прячется от меня или мотает срок?

- Грегори не преступник! - воскликнула Мисук, бледнея.

- Прекрати его защищать, нерадивая. И прочь с глаз моих, не желаю тебя видеть!

Мисук сжала руки в кулаки, чувствуя бессилие против обстоятельств и гнева отца, и выбежала из кабинета. Не желает видеть- пусть не смотрит. Мисук не обращала внимания на слезы, которые застилали глаза. Она быстро поднялась по лестнице в свою комнату и заперлась на ключ.

Оставшись одна, наедине со своими мыслями, девушка упала на кровать и раскинула руки в стороны, представляя себя лежащей на песке на берегу моря.

Ласковый ветерок касался ее кожи, а может, это были губы Грегори? Мисук все еще не могла забыть его глаза, руки, слова нежности. Когда все пошло не так, как она мечтала? Точно, во всем был виноват ребенок, нежданный, не желаемый и никому не нужный.

Мисук положила руку на живот, пытаясь понять, что чувствует к тому, кто так жестоко лишил ее счастья, и поняла - ни-че-го! Вернее, ничего из того, что должна была испытывать будущая мать.

- Ты разрушил мою жизнь, чудовище! Лучше бы ты никогда не родился...

Порою, сказанные в сердцах слова сбываются, если в них вложены сильные эмоции; повернуть время вспять не получится, как ни желай. Действительно ли Мисук ненавидела ребенка, или это был минутный порыв, только ночью у нее сильно скрутило живот, да так, что не могла вздохнуть.

- Мамочка, - прошептала она, но никто не мог слышать этого.

Жуткая боль ослепительной вспышкой словно разрезала пополам, и Мисук закричала. Спустившись с кровати, она согнулась и еле дошла до двери, чтобы открыть, но новый приступ боли пронзил ее, а по ноге заструилось что-то теплое.

- Нет, нет, я не хотела, - испуганно прошептала она перед тем, как упасть на пол.

* * *

Юристы госпожи Ли подали в суд иск, и выиграли дело; теперь корпорация переходила в руки Со Джуна. По этому случаю в CG-group готовился прием, на который были приглашены не только именитые гости, но и все, кто помогал Джуну восстановить доброе имя и вернуться в компанию.

Молодой человек гостил в доме бабушки, так как женщина хотела поближе познакомиться с внуком и наверстать упущенное.

Парень стоял у большого зеркала, одетый в белоснежный костюм и завязывал на шее "бабочку". Госпожа Ли настояла на этом наряде, и переубедить ее было невозможно.

Когда Джун вышел из гардеробной и спустился в зал, Ли Бан Сок довольно улыбнулась и покачала головой:

- Каков красавец, а? Настоящий принц! Подойди сюда, мой мальчик, дай посмотреть на тебя. Ты так похож на своего отца!

Со Джун смущенно улыбнулся, но подошел к бабушке, которая сидела на стуле в темно-зеленом бархатном платье, сложив кисти рук на набалдашнике трости. Он поклонился, а бабушка обняла его и поцеловала в лоб.

- Уверена, ты произведешь впечатление на этих снобов.

Со Джун тоже сделал комплимент, сказав, что бабушка прекрасно выглядит и платье ей к лицу. На что госпожа Ли рассмеялась, махнула рукой и сказала:

- Какое там "хорошо"? Я похожа на сморщенный абрикос, - но было видно, что ей приятно.

Со Джун помог женщине встать, подставил руку, на которую она оперлась и вместе с внуком они вышли из зала во двор дома, где их ожидал помощник.

- Джи Юн еще не пришел? - спросил Джун, садясь в лимузин.

- Он сказал, что будет на торжестве вместе с Чонхой, господин Кан, - ответили ему.

Джун подавил в себе желание позвонить другу, так как знал характер Джи Юна - если тот сказал, то обязательно выполнит.

Автомобиль отъехал от дома на довольно большое расстояние, когда Со Джун вспомнил, что оставил телефон на столе, в доме.

- Остановите! - сказал он тоном, не терпящим возражений.

- Что-то случилось, господин Кан? - поинтересовался помощник госпожи Ли.

- Я оставил телефон на столе.

- Он у меня, - ответил мужчина, доставая из кармана пиджака гаджет и с улыбкой протянул Джуну.

Мужчину можно было назвать волшебником, который угадывает желания. То, как он относился к работе, вызывало настоящий восторг. Госпоже Ли очень повезло встретить однажды такого человека, но и Джуну посчастливилось знать похожего парня. Пока он ехал в машине, то обдумывал план, который неожиданно пришел в голову.

Как стало известно, дядя уволил Джи Юна из компании, и тот нашел другое место. Джун намеревался восстановить друга в должности, и даже больше. Но об этом собирался объявить на приеме.

Главный вход здания был украшен гирляндами, которые мигали разноцветными огнями. Лимузин остановился у самого входа, и мужчины помогли госпоже Ли выйти. Двигалась она медленно, с трудом поднимаясь по ступенькам - сказывался возраст и последствия болезни. Но двое сопровождающих ни за что не дали бы ей упасть.

К удивлению Джуна, из здания вышли журналисты и репортеры и стали его снимать.

- Кто позвал сюда журналистов? - спросил он, щурясь от вспышек.

- Это сделала я, - ответила Ли Бан Сок, довольная собой. - Событие должно остаться в памяти людей. Первые шаги, которые ты делаешь как генеральный директор компании.

- Все-то ты знаешь, бабушка, - Со Джун восхищался острым умом этой женщины. - Мне кажется, ты сама прекрасно управляла бы CG-group.

- Я стара для роли директора, к тому же, это слишком большой соблазн. Нет уж, лучше пусть мой дорогой внук займет место, принадлежащее ему по праву наследия, а старой Ли Бан Сок позвольте уйти на покой.

Со Джун не стал спорить с нею, только заметил, что бабушка не старая.

- Да, конечно, - хмыкнула она. - Надо же, какое открытие дня. Но комплимент оценила и благодарна.

В холле виновника торжества встретили акционеры, директора отделов, приглашенные гости и друзья.

- Господин Кан, - к Со Джуну подошел секретарь Ким. - Все ждут вас в зале.

Госпоже Ли помогли пройти к лифту, а Джун следовал за нею вместе с секретарем, который на ходу объяснял, какую программу подготовили на вечер. Он протянул лист с заготовленной речью, но Джун решительно отверг ее, когда пробежал глазами по написанному.

- Я доверяю вам, но хочу высказаться сам, если можно.

- Конечно, господин Кан, - сказал секретарь. - Я думал, что так будет легче.

- Пусть Со Джун говорит, как чувствует. Это хорошее начало, - согласилась госпожа Ли.

Джун давно понял, как ему повезло с бабушкой, которая и поддержит, и на ошибки укажет, и властной рукой на правильный путь наставит. Жалел только, что упущено время, когда можно было помириться еще до поездки в Шотландию. Быть может, тогда удалось бы избежать многих неприятностей. Хотя, как говорила Ли Бан Сок, "трудности закаляют характер и делают нас сильнее". Не случись поездка в Эдинбург, дядя еще долго бы скрывал истинное лицо и, возможно, разорил компанию. А так Джун теперь официально являлся генеральным директором и самым молодым владельцем корпорации во всей Южной Корее.

Ли Бан Сок попросили встать рядом с внуком и улыбнуться на камеру, но она сделала это без особого желания, так как считала, что все внимание сегодня должно уделяться внуку. Отмахнувшись от репортеров, которые прикасались к славе, она смахнула с рукава Джуна несуществующую пылинку, поправила ему "бабочку" и сказала ворчливо:

- Слышишь, там звучит твое имя? Ну, иди скорей, а то все пропустишь.

- А как же ты, бабушка? - беспокоился внук.

- Что я? Войду с другого входа и сяду в зале.

Помощник госпожи Ли, как вездесущая тень, следовал за женщиной и заверил Джуна, что с его бабушкой ничего не случится. Появившийся секретарь поторопил парня и сказал, что сейчас его выход.

Со Джун сильно волновался и чувствовал, как по спине пробегает озноб, а желудок скручивается в тугой узел. Реакция организма на стресс раздражала, потому парень сделал глубокий вдох и вошел в раскрытую дверь. Его тут же ослепил свет ярких ламп и прожекторов, направленных прямо на сцену.

Немного поморгав, Джун посмотрел на стоявшего с микрофоном ведущего и кивнул ему. Зал взорвался бурей аплодисментов и овациями, отовсюду доносились возгласы "Со Джун!"

- Уважаемые гости и сотрудники компании CG-group! Встречайте: Кан Со Джун!

Молодой человек сделал шаг вперед и поклонился во все стороны. Он не обращал внимания на то, как дорого украсили зал живыми цветами, будто на свадьбу; плохо различал лица от слепящих глаза прожекторов. Со Джун впервые чувствовал себя кем-то вроде кинозвезды, человеком, к которому было приковано внимание сотни людей. И чтобы как-то успокоить волнение в зале, он подошел к микрофону, поднял руку и попросил тишины:

- Приветствую всех! Представлюсь вам, я Кан Со Джун, генеральный директор корпорации CG-group и отделов LG, CK и KT. Было много трудностей в процессе подготовки, и я немного волнуюсь. Бизнес, которым я собираюсь заниматься - телекоммуникации. И новое название, которое мы вам представим, это "Conscience", что означает "Совесть". По логотипу компании окончательное решение принимал я. Conscience после многих обсуждений станет широко известна в Южной Корее.

В зале наступила тишина, лишь изредка нарушаемая щелчками фотокамер; длившаяся до тех пор, пока кто-то не попросил объяснить, для чего менять всем известное название?

- Почему? Сейчас я вам отвечу. Человек, который усердно учился в школе, затем сдавал экзамены, надеется в будущем устроиться на хорошую работу. Но рабочих мест нет, на всех не хватает. Справедливо ли, что награда за труд дается не всем? Что касается компании, которую я буду развивать, то я хотел бы создать место, где возможности будут даны каждому, если не брать во внимание прошлое и стараться для будущего.

Причина, по которой ты уважаешь человека, заключается не в его деньгах, не в его образовании, не в его власти и красоте. Человека надо уважать исходя из того, какие ценности для него важны и как он строит отношения с людьми. Великие мечты пишутся рукой, ощущаются сердцем, проходятся ногами.

У тех, кто мечтал о светлом завтра, даже если он не может жить так, как мечтал, может наполнить ее яркими моментами. Карнеги, родившийся в семье шотландского иммигранта, был ужасно беден, но преуспел. Чарли Чаплин, которому пришлось провести детство в бедности, преодолел трудности и стал великим актером. А Стив Джобс, который воспитывался приемными родителями, стал лучшим в мире генеральным директором после создания "Apple".

Мечтайте о светлом завтра, даже если не можете прожить его сейчас. Никогда не забывайте, что мечты поднимают за руку тех, у кого хватает смелости это сделать.

Всегда будьте благодарны за скромную пищу и хороших людей.

- Простите, господин Кан, многие задаются вопросом, как вы пришли к такому успеху? - спросила молодая журналистка, сидевшая в зале. - В таком возрасте вы стали генеральным директором компании, которая заняла первое место в Корее и с гордостью была признана многими ведущими компаниями. Что было самым сложным на вашем пути?

Со Джун обвел взглядом зал. Глаза уже привыкли к яркому свету, и сейчас он мог различить знакомые лица: секретаря Кима, Чонху и Джи Юна; начальника бухгалтерии и его заместителя; госпожу Ли Бан Сок и ее верного помощника. Были в зале и директора других отделов, которые не слишком радовались успеху молодого руководителя. Но с ними Джун намеревался расстаться.

- Люди, они - источник всего, как счастья, так и бед, - ответил Джун. - Я сталкивался как с первыми, так и со вторыми. Первые - это люди-сокровища, которых надо держаться. Их поступки, слова мудры, всегда окажут помощь и поддержат в трудную минуту.

От вторых же нужно избавляться. Они причиняют вред, боль и во всем ищут только выгоду.

Только благодаря любви и поддержке первых мы лидируем на рынке среди множества конкурентов. В 2020 году мое видение этого мира кардинально изменилось. Я научился бросать вызов себе. Без вызова не будет успеха.

Со Джун замолчал, а в зале раздались аплодисменты.

- Господин Кан, мы все ждали, что вы женитесь на Мисук, но этого не произошло. По какой причине вы не вместе?

- Просто в какой-то момент мы поняли, что слишком разные, потому расстались, - ответил Джун.

- Это правда, что ваша невеста ждет ребенка?

Со Джун сказал, что не станет отвечать на провокационные вопросы.

- Господин Кан, если вы расстались с госпожой Ким, то теперь считаетесь завидным холостяком. Что бы вы могли сказать нашим зрительницам? У них есть надежда завоевать ваше сердце?

Со Джуну на мгновение показалось, что в зале он видит Анну. Девушка будто бы замерла и ждала, что он скажет.

- Должен разочаровать зрительниц, - произнес он. - Во-первых, это мужчина должен завоевывать женщину. А во-вторых, мое сердце уже занято.

- Правда? И это надолго? - с улыбкой спросила репортер.

- Думаю, навсегда, - ответил Со Джун и гордо поднял голову.

Кто-то в зале вздохнул от удивления, а госпожа Ли Бан Сок покачала головой - до чего же он открытый, нельзя быть таким. Ах, как же Со Джун был похож на своего отца! В то же время, женщина испытывала чувство гордости за внука. Пусть он во всеуслышание объявил о своей любви к незнакомой девушке, ее внук заслуживал счастья.

- Выключите камеры, - потребовал секретарь. - Это слишком личное.

- Нет нужды, пусть снимают, - Со Джун поднял руку и остановил мужчину. - Я открыто заявляю о том, что люблю одну девушку и мечтаю на ней жениться.

- Она присутствует в зале? - спросила репортер.

- Она всегда здесь, в моем сердце, - Со Джун положил руку на грудь. - Анна была со мной в самый тяжелый период в жизни, даже не зная, кем я являюсь на самом деле.

- Какая романтическая история, прямо как в дораме, - восхитилась девушка.

- Пользуясь случаем, хочу обратиться к лучшему другу. Джи Юн, назначаю тебя своим помощником. Нет-нет, не отказывайся, это даже не обсуждается. Все, кто поддерживал меня, молился, чтобы я вернулся в Корею - я благодарен вам!

Со Джун низко поклонился, а когда выпрямился, то поискал в зале госпожу Ли.

- Особую признательность я выражаю прекрасной женщине, самому близкому мне человеку, своей бабушке, госпоже Ли Бан Сок. Благодаря ей я сейчас стою здесь, на сцене.

Со Джун низко склонился, и все повернулись в сторону госпожи Ли, которая смахнула слезу. Это был триумф ее мальчика, который он разделил с бабушкой. Женщина расчуствовалась, вознося благодарность небесам за то, что приняла правильное решение и помирилась с внуком.

А Джун увидел в зале призрак. Мама стояла среди рядов кресел и с грустной улыбкой смотрела на сына. Она выполнила свою миссию и теперь могла спокойно уйти. Потому в последний раз посмотрела на своего мальчика, помахала рукой и растворилась в воздухе, оставив после себя аромат вишни.

- Мама, прощай, - прошептал Джун.

Джун был счастлив от того, что вокруг него собрались единомышленники. Предстояло решить еще много вопросов, связанных с компанией и наладить связи; на все требовалось время. Но госпожа Ли обещала помочь и наняла лучших специалистов, чтобы те помогли набросать план и выстроить схему работы. Со Джуну пришлось приложить максимум усилий, чтобы все вертелось как шестеренки в отлаженном механизме, после перестановки кадров.

Теперь во всем ему помогали секретарь Ким, Джи Юн и Чонха. Отношения нисколько не мешали их работе, а Джун был только рад, что у друзей все серьезно и дело близилось к свадьбе. Но глядя на друзей, он все больше скучал по Анне. Общение по телефону не могло заменить встречу. Первым на это обратил внимание Джи Юн.

- Ты что-то не в духе, друг, - сказал он. - Что случилось?

- Работы много, - ответил Джун.

Он сидел за столом и рассматривал предложенные проекты, но мыслями был где-то далеко.

- Мне-то ты можешь рассказать, - не сдавался Джи Юн. - Это касается Анны? Вы поссорились?

- Нет, с чего ты взял? У нас все хорошо... Но все это на расстоянии, понимаешь? Я обещал приехать, а тут все закрутилось, и с компанией, и с новыми инвесторами.

Джи Юн попросил друга на минуту отвлечься и сказал:

- Для чего ты назначил меня своим помощником? Я же не красивое приложение, правда? И не несу функции мебели или стильного аксессуара. Джун, пойми, ты можешь полностью на меня положиться и оставить компанию на пару дней. У тебя много помощников, к тому же, госпожа Ли поставила сюда своего человека, и связываться с нею никто не пожелает, уж поверь мне. Слишком живо воспоминание о том собрании, на котором твоего дядю буквально размазали по стене. Ты же рассказал бабушке об Анне?

- Да, - ответил Джун.

- Так что же она сказала? Неужели была против?

- Бабушка посмотрела фотографии и сказала, что это моя жизнь, и вмешиваться она не станет. Так как однажды совершила ошибку и не желает повторять. Но была рада, что это не Мисук.

Джи Юн усмехнулся - Мисук осталась в прошлом, больше похожем на кошмар. И Джи Юн высказал предположение, что Джун боится поездки:

- Может, у тебя остался страх? Ну, знаешь, боязнь, что снова потеряешь документы и останешься в другой стране?

- Там живет моя любимая девушка, да и бабушка будет знать, куда я направляюсь.

- Тогда чего ты ждешь? - воскликнул Джи Юн. - Купи билет и поезжай к ней. Давай, решайся, мы все поддержим тебя.

- Спасибо, ты настоящий друг, - улыбнулся Джун.

Возможно, он действительно боялся, но не поездки, а того, как примет его Анна. Она познакомилась с обычным работником компании, но как сказать, что он владеет целой корпорацией?

Но сомнения развеяла бабушка, которая выслушала всю историю, от начала до конца.

- Если любишь - поезжай к ней и выскажи все, что хранишь в душе. Не уподобляйся тем, кто боится взять судьбу в свои руки. В нашем роду не было трусов, а право на ошибку есть у каждого. Я верю, что твоя избранница - умная девушка и примет верное решение.

- Это значит...

- Да, это значит, что я даю свое благословение.

- Бабушка, ты не представляешь, как я счастлив, - Джун склонился перед женщиной.

Госпожа Ли знала, что Джун не нуждался в советах, слишком долго он был предоставлен самому себе. Но внуку важно знать, что близкие люди на его стороне. Потому она попросила своего помощника купить для Со Джуна на ближайший рейс до Баку и приготовить подарок.

Джун не стал говорить Анне о том, что скоро приедет, чтобы сделать сюрприз. Они все так же общались по телефону, делились друг с другом последними новостями и мечтали о будущем.

Анна порадовалась за Джи Юна и Чонху, которые решили пожениться и мечтала увидеть фотографии с их свадьбы.

- Даст Бог, сама приедешь и поздравишь их, - сказал Джун.

- Вряд ли, я смогу поехать в Корею так скоро, - Анна улыбнулась. - Но я рада, что ты смог вернуться домой. А главное, наладить отношения с бабушкой. Скажи, а что теперь будет с дядей?

Джун нахмурился, вспомнив о господине Кане и его жене. Маленькая Наен пошла на поправку, и госпожа Тан посвящала ей все свободное время. Господин Кан запретил Джуну звонить и видеться с девочкой. Он, как раненый тигр, спрятался ото всех и зализывал раны. Простить племяннику свой позор было выше его сил.

- Со временем он остынет и поймет, что был не прав, - Анне хотелось в это верить.

- Такие люди, как мой дядя, очень не любят проигрывать. Он ненавидит себя сейчас за то, что не смог одержать верх. Мне жаль, что Наен растет в их семье; не хотелось бы, чтобы ей привили чувство ненависти ко мне.

- Думаю, девочка подрастает и сама выберет, с кем общаться.

- Скрестим за это пальцы, - улыбнулся Джун. - Ты права, все еще может наладиться, но на это требуется время.

День отъезда приближался, а Джун не находил себе места. Перепроверил все отчеты, назначил заместителя, навестил Джи Юна и Чонху в их квартиры. Канчо сразу подбежал к парню и весело залаял; он бегал вокруг и радостно вилял хвостом.

- Что, дружок, никто за тобой так и не пришел?

- Нет, потому он остается с нами, - сказал Джи Юн.

- Подержите его у себя, когда вернусь, заберу, - попросил Джун.

- Все-таки решился?

- Да, поеду. Я должен ее увидеть, Джи Юн.

- Передашь от нас привет. Кстати, а с чем ты поедешь? Нельзя явиться вот так, с пустыми руками. К тому же, вы не отмечали ни один день знакомства. Уверен, ты задолжал ей много подарков.

- Я привезу ей самый важный подарок, и очень надеюсь, что не откажется принять его.

Джун уже знал, что следует подарить той, с кем решил связать жизнь. Потому он отправился в ювелирный магазин и долго выбирал кольцо. Самым сложным было определить размер, но консультант посмотрела на фото и поняла, что предложить молодому человеку.

- Возьмите вот это, помолвочное кольцо. Пальцы у девушки тонкие, как раз подойдет.

Тонкое изящное золотое колечко с одним камушком, закрепленными лепестками, сверкало и переливалось под светом ламп.

- Выберите самую красивую коробочку, - девушка положила на витрину с десяток футляров из бархата, и Джун, не задумываясь, взял красную.

Молоденькие продавщицы шептались и бросали в сторону покупателя восторженные взгляды. Интересно, кому же так повезет надеть заветное колечко? Но Джун даже не смотрел в их сторону. Он думал над словами друга, который просил заранее признаться Анне, кем является на самом деле. И намеревался сделать это вечером, между ним и Анной не должно быть тайн.

Но вечером ему написал мистер Гордон из отеля "Дю Вин" и попросил помощи.

"После твоего отъезда в номере началось нечто невообразимое. Сама собой хлопает входная дверь. Окно открывается и закрывается, как от сквозняка. Согреться невозможно, стоит ужасный холод. Сам по себе включается свет, со стен падают картины. Горничные жалуются, что в номере не дают убраться - кто-то вздыхает и шепчет. Ради всего святого, Джун, что происходит?"

"В отеле есть призраки. Много призраков. Одни из них - дети, когда-то лечившиеся в клинике. Другие - пациенты психиатрической больницы. Понятно, что все они мертвы."

"Что же делать? Одно время ходили слухи, но я им не верил, считал пустыми сплетнями. Ты уверен, что это призраки?"

"Я видел их своими глазами. Отель "Дю Вин" довольно старый, и время никого не пощадило. Им нужно уйти, обрести покой, и с этим поможет священник."

"Привести в отель священника? Что подумают наши постояльцы?"

"Это должно волновать меньше всего. Призраки не могут покинуть здание, так как не поняли, что умерли. Они все еще считают себя живыми. Помогите им, мистер Гордон."

"Постараюсь, по крайней мере, попробую, хоть не уверен, что это поможет. В любом случае, спасибо за совет."

"Всего вам доброго. И да пребудет с вами Бог."

Джун встал, подошел к стулу, где оставил пиджак, и достал из кармана коробочку. Открыл ее, посмотрел на кольцо и представил, как оно будет смотреться на пальчике Анны. Сердце застучало сильнее от мысли, что они скоро увидятся. Закрыв коробочку, он спрятал ее в карман. Лишь бы не забыть кольцо, когда поедет в аэропорт. С этими мыслями Со Джун отправился спать. А утром так забегался, что вспомнил об обещании Анне только по дороге в аэропорт. Он написал девушке письмо и послал запись с торжественного приема, надеясь, что она посмотрит видео.

* * *

Анна как раз закончила готовить, когда получила от Со Джуна сообщение.

"Здравствуй, мой прекрасный ангел. Я должен сказать тебе что-то очень важное. Прошу, посмотри эту запись,и все поймешь. Я приготовил тебе сюрприз. Скучаю, люблю тебя безмерно, твой Со Джун."

Анна включила запись и села на край кровати. Говорили на корейском, но внизу шли субтитры на английском. Это была запись какой-то презентации или вечеринки, и Анна не совсем понимала, для чего это послал Джун. Но тут услышала, как произнесли знакомое имя, и сердце замерло от предчувствия.

На сцену вышел ее Со Джун, молодой, красивый, в белоснежном костюме. Он казался таким холодным, как камень, просчитанным до мелочей; взгляд с чувством и осознанием собственного величия и превосходства, даже если это было обманчиво. Далекий, как самая яркая звезда.

Когда он заговорил, Анна стала читать перевод, и кровь отлила от лица. Генеральный директор корейской компании? Может, это ошибка перевода? Но нет, все верно, и дальнейшие вопросы журналистов служили тому доказательством.

Значит, Джун с самого начала лгал ей, но ради чего? Хотел проверить на меркантильность? Девушка не стала досматривать видео, все и так было понятно. Конечно, запись была послана не просто так, а всего лишь для того, чтобы обозначить ее место. Глава корпорации и обыкновенная писательница, не это ли мезальянс?

Анна вздохнула и прошлась по комнате, обнимая себя руками. Вот и все, тысяча и одна ночь закончилась, и Шахерезаду ждет забвение. Сердце заныло, а к горлу подкатил ком и перехватило дыхание, по щекам покатились слезы.

Она написала Джуну и попросила объяснить, что он хотел сказать этим видео? Но телефон оказался вне зоны доступа.

- Ты хотел устроить сюрприз? - с горечью прошептала она. - Что ж, сюрприз удался. Я все поняла...

Ноги ослабли, стали словно бы ватными, потому Анна легла на кровать и укрылась одеялом. Хотелось уснуть и не проснуться...

Вторая половина дня не принесла никаких изменений. Анна прогулялась вместе с Вероникой, хотя погода стояла премерзкая, но так было даже лучше; это помогало развеяться и отвлечься от грустных мыслей.

Ночь не принесла успокоения. Девушка смотрела фотографии Джуна и вспоминала первый день знакомства. Слова, что он писал, стихи, которые они читали друг другу. Как же она сама не догадалась, когда парень рассказывал о жизни в Лондоне?

Что ж, она запомнит того Джуна, с которым общалась все это время. Пусть счастье было не таким долгим...

Следующий день выпадал на субботу. В школе не было занятий, потому Вероника осталась дома. Анна решила посвятить день девочке и выкинуть из головы дурные мысли. Приготовила завтрак, убралась в комнатах, позанималась с ребенком и села печатать главу, но постоянно сбивалась.

- Да что это такое! Должен же хоть где-то наступить просвет! - уже совсем отчаялась девушка.

И тут на телефон пришло сообщение от Джуна. Анна прочитала и не поверила своим глазам:

"Мой ангел, я приехал в Баку. Встречай меня через час в аэропорту. Твой Со Джун."

- Не может быть, - шептала она. - Почему он ничего не сказал, не предупредил? Ах, ну да, говорил о сюрпризе, а я надумала всякого. Вот дура!

Она открыла шифоньер и стала лихорадочно искать, что надеть. У нее в запасе час, Боже, как это мало! Свой выбор она остановила на черном шерстяном платье до колен и бархатном пиджаке. Наспех накрасилась, причесалась и выбежала в коридор.

- Ты куда? - спросила ее тетя, когда увидела, как племянница обувается. - А как же Вероника?

- У меня срочное дело, пожалуйста, посмотрите за ней, - ответила девушка. - Приду не скоро.

- На свидание идешь? - тетя нахмурилась. - С кем?

- А хоть бы и на свидание, - Анна надела пальто и повязала шарф.

- Могла бы и сказать, - обиделась тетя.

- Могла бы, но не скажу, а то дороги не будет.

Девушка увидела Веронику, которая вышла из комнаты. Очень не хотелось оставлять ее дома, но не брать же ее с собой в аэропорт. Хорошо, что Александра не было дома, а то мог бы помешать. Анна открыла дверь, а за спиной слышалось недовольное ворчание. Ничего, в конце концов, не так уж часто она уходила. А сегодняшнюю встречу не пропустила бы ни за что.

Поймав такси и указав маршрут, Анна села в машину и посмотрела на часы.

- Сколько ехать до аэропорта? - спросила она.

- Минут сорок, если пробок не будет, - ответил добродушный таксист.

- Надеюсь, что успею, - вздохнула Анна и откинулась на спинку сидения.

Сердце то бешено отбивало ритм, то замирало. Девушка пыталась унять дрожь в коленях, эмоции захлестывали с головой. И не суть важно, что было раньше и что будет позже. Существовал лишь один момент - здесь и сейчас, вот, что имело подлинную ценность. Губы шептали слова молитвы, будто она могла стать оберегом.

Анна смотрела в окно, где мелькали многоэтажки - до аэропорта было еще далеко. Время летело, а дорога все не кончалась. И не имело смысла торопить таксиста, он и без того ехал на приличной скорости. Но вот высотки уступили место маленьким одноэтажным домикам, скопившимся вдоль дороги и похожим на муравейник.

- Скоро приедем, - весело объявил шофер, обнадеживая девушку.

Когда машина остановилась, Анна расплатилась с таксистом и вбежала в здание аэропорта, прошла двери с металлоискателем и подошла к табло. Все верно, самолет из Кореи приземлился час назад. На вопрос, где сейчас пассажиры, работники ответили, что они проходят паспортный контроль.

Девушка всего несколько раз была в аэропорту, но помнила, где располагается самое удобное место - у стеклянной перегородки, прямо напротив эскалатора, откуда весь зал был как на ладони. Как раз сейчас там было свободно, Анна заняла удобное кресло и стала ждать. Телефон она положила на стол и иногда смотрела, не зажегся ли экран? В душе боролись противоречивые чувства - радость и страх. Радость от того, что Джун наконец-то приехал. А страшно становилось при мысли, что в жизни может Джуну не понравиться.

Периодически громкоговоритель что-то объявлял, и девушка прислушивалась к голосу. Время шло, а с рейса Сеул-Баку еще никто не появлялся. Анна встала, пошла в кафе, заказала капучино. Вернулась на свое место с пластиковым стаканом в руке и посмотрела на большие белые часы, висевшие на стене - прошли еще полчаса.

- Почему он так задерживается?

Анна вздохнула и взяла в руки стакан; от кофе он нагрелся и обжигал пальцы. Девушка сняла с него крышку, вдохнула аромат крепкого кофе и карамели. Сделав глоток, она почувствовала тепло, разливающееся по телу. Пусть в зале и работал кондиционер, от долгого сидения мерзли ноги и руки.

Девушка осмотрелась: в креслах расположились такие же ожидающие. Одни сидели и листали ленту в телефоне, другие с беспокойством смотрели на часы и огромное табло. Кто-то просто ходил по залу, чтобы размять затекшие ноги.

Анна допила капучино и выбросила пустой стакан в урну. И тут почувствовала едва уловимое изменение в самом воздухе. Она посмотрела на эскалатор, где стояли люди с чемоданами и сумками, среди них было много корейцев, но Джуна она узнала сразу. Он был одет в темный костюм и черное пальто и держал за ручку красный чемодан. Анна встретилась с ним глазами и забыла обо всем на свете. Джун тоже был взволнован, это было видно по тому, как он спешил к Анне.

Они стояли напротив друг друга, не в силах что-либо сказать. Молодой человек первым сделал шаг и заключил девушку в объятия.

- Саранханын тансин, аннёнхасэйо, - сказал он по-корейски, и тут же перешел на английский. - Я мечтал увидеть тебя, мой прекрасный ангел.

Голос его был низким, бархатным, он просто сводил с ума, а по коже бежали мурашки.

- Я счастлива, что ты здесь, - произнесла Анна. - Потому что думала, ты никогда не приедешь.

- Я же обещал, - Джун смотрел ей прямо в глаза, пытаясь передать то, что чувствовал.

- Ты прислал то видео... Мне показалось, что оно прощальное, - Анна с трудом подбирала слова, путаясь от волнения. - Что пришло время сказать "Прощай".

Джун нахмурился и взял ее руки в свои, и это прикосновение отозвалось нежностью в душе.

- Ты не досмотрела его до конца, верно? - догадался он.

- А что было в конце? - она затаила дыхание.

Со Джун опустил руку в карман и достал бархатную коробочку.

- Я сказал всем, что люблю девушку и хочу на ней жениться. Но как же невеста будет без кольца? Потому прими этот скромный подарок.

На бархатной подложке лежало кольцо, такое красивое, нежное, и, наверное, безумно дорогое. На глаза навернулись слезы.

- Не плачь, мой прекрасный ангел, и надень кольцо. Моя бабушка сказала, что если не уговорю тебя сделать это, домой могу не возвращаться, - пошутил он.

- Какая строгая у тебя бабушка. Только ради нее надену, а то домой не пустит.

Перед мысленным взором Джуна пронеслись все моменты, что выпали на долю его и Анны. Он сжал ее в своих объятиях, боясь, что девушка сейчас исчезнет. Люди, ставшие случайными свидетелями милой сцены, стали аплодировать, а когда Джун надел кольцо на палец Анне, стали настаивать на поцелуе.

- Я просто должен благодарить Бога за то, что ты есть в моей жизни. Я правда люблю тебя.

Джун с нежностью прикоснулся к губам Анны. Голова девушки закружилась от невероятного счастья. Весь мир перестал существовать для них. Джун что-то шептал ей по-корейски, не желая отпускать. Люди проходили мимо и улыбались, глядя на влюбленную пару. А за окном тихо падали хлопья снега, будто сотни ангелов разом поднялись в небеса и обронили белоснежные перья, которые кружили в воздухе и мягко ложились на землю.