Анна

Пролог...Глава 1...Глава 2....

Анна

Не проснётся птичка утром,

если солнца не увидит,

не проснётся, не очнётся,

звонкой песней не зальётся...

Пролог

На глубине времён в непредставимых далях свершилась воля злого рока. В тяжёлой схватке тёмные силы пленили одну из дочерей света, покровительницу и музу великого народа, населяющего огромную территорию Европы и Азии. Пленницу заточили в чертоги, опутанные вязкой серой пеленой. Яркие лучи её нежной, светлой сути рассеялись и ослабели, пробиваясь сквозь густую мглу к народу, душой которого она была. Он будто осиротел без её теплого дыхания, без задушевных песен, весёлых и грустных. Лишился поддержки и одобрения, которые раньше в лихие годы испытаний вселялись в народное сознание такой мощной решимостью отстаивать и защищать своё отечество, что захватчики с позором терпели поражения и спасались бегством.

Вот и пошло без неё на убыль творчество, удаль и бесстрашие. Забываться стали народные песни да сказания и добрые традиции. Но высшие силы не прекращали сражений со злом, не отступая, продвигаясь к цели пядь за пядью. Множество отважных людских душ поднималось, завершая свой жизненный путь и пополняя силы света в борьбе за святое дело.

Однако существовало одно непреложное условие падения последних преград заточения, без выполнения которого успех освобождения народной души из тяжкого плена был невозможен.

Оно гласило:

--только лишь шестнадцати богоизбранным дочерям предначертано свыше, пройдя земной путь испытаний объединиться и совершить высокую миссию, открыв «последнюю дверь темницы». Но коварство изворотливо, изощрённо вторглось в тонкий замысел светлого разума, преградив восхождение в высшие иерархии каждой из сонма шестнадцати. Тьме удавалось, используя людские пороки, руками жаждущих власти проходимцев осуществлять страшные деяния. Одна за другой, невольно ступая на обманный путь, легковерные жертвы оказывались в хитроумной ловушке, так и не исполнив своего предназначения.

Ах, если бы люди могли помнить наставления, отправляясь в земную дорогу!..

Но силы света уготовили свой семнадцатый ход…

ГЛАВА 1

Чёрные глаза неотрывно, почти заворожено, следили за тринадцатилетним кудрявым подростком, повелевающим ватагой босоногих сверстников. Тот придумал игру, распределил роли и, кажется, сам не понимая того, жёстко всеми командовал.

Забыв об остывающем в пиале ароматном чае, пожилой аксакал поднялся с ковра и, запахнув полы чёрного халата, вышел из-под навеса чайханы.

-- Алихан! -- властно крикнул он.

Мальчик недоумённо и настороженно обернулся, но, почтительно склонив голову перед незнакомцем, подошёл.

-Не удивляйся, мне известно о тебе не только имя. Скоро подрастёшь, и станет скучно жить в кишлаке. Наверное, мечтаешь о городе?

И увидев загоревшиеся глаза, продолжил: «Да-да, знаю, такие люди как ты высоко взлетают. Я могу научить тебя многому, а главное дать то, что не получишь здесь никогда – знания, путешествия по миру, другие языки, помогу открыть многие двери. Уверен, -- заключил он, поймав восторженный взгляд,-- ты согласишься, стать моим учеником, сегодня же приду к твоим родителям».

--Но почему вы выбрали меня, а не другого?

--Ты не другой, совершенно не похожий на всех. Я долго искал такого!

Алихан слушал, не веря ушам. Речь незнакомца казалась нереальной, сказочной, да и сам старик в чёрном шелковом облачении с дорогим, отделанным резной костью, посохом походил на волшебного странника.

--А ты давно не стригся, -- неожиданно отметил тот, отведя растрёпанные пряди с мальчишеского лба. Рука его дрогнула.

--Али!--позвали друзья. Он ответил им, обернувшись, что скоро вернётся, а посмотрев снова в сторону собеседника, обнаружил, что тот исчез, словно растворился в знойном воздухе.

--Хвала всевышнему! Это тот, кого я так долго искал, – мой преемник. Я не ошибся, висок с родимой отметиной. А как легко управляет своей командой -- этому не научишь. Из парнишки вырастет настоящий вожак. Я передам драгоценность в надёжные руки. Думаю, родители с радостью вручат мне воспитание мальчика – ведь они очень бедны,-- решил старец, уже заходя к ним в дом.

Вскоре Алихан покинул родной кишлак, изменил имя. Для него началась новая, насыщенная трудом и приключениями жизнь под неусыпным контролем чёрного старца.

ГЛАВА 2

Полночь. Светловолосая девочка лет восьми пробуждается, непреодолимая волна ужаса гонит её из тёмной спальни на свет. Там на кухне ещё не спит мама. Она удивлённо смотрит на ночное явление. Дочь молчит, ничего не объясняя, с немым страданием в зелёных глазах. Да, чувства ребёнка невозможно точно описать словами: её состояние близко к бездне, катастрофе, от него не убежать, не спрятаться. Девочка ещё не знает молитв. Утешение мамы не снимает немыслимого, необъяснимого страха. Он без начала и конца.

--Аннушка, милая, успокойся, ложись. Я скоро приду к тебе. Уже очень поздно.

Аня уходит, но не спать, а в кабинет папы. Его хозяин нынче в отъезде. Включает настольную лампу, смотрит неотрывно прямо на нить накаливания. И, совершенно неожиданно, к ней приходит спасение. Свет побеждает мрак, полонивший душу. Девочка понемногу успокаивается, глубоко и свободно вздыхает. Теперь у неё есть защита – энергия света. Что могло бы произойти, если б Аня не поняла, что её спаситель --свет? Страх, надломив её существо, подчинил бы себе душу ребёнка.

Ещё несколько долгих лет Аннушка будет стойко выносить упорные атаки грозного противника, стремящегося проникнуть в самую её суть и получить власть над нежной душой. Для чего она понадобилась им – чистая душа девочки? Этот вопрос она задавала себе не раз, уже став взрослой. Может быть, ответы приходили во снах: ей часто виделись сюжеты, безусловно связанные между собой одной идеей, которую Анна никак не могла понять. Её как будто подводили к решению очень важной задачи.

Сновидения яркие, разнообразные, фантастические, но их объединяет присутствие одной постоянной – мерцающего ожерелья неземной красоты. Однажды Аня успела сосчитать в нём шестнадцать крупных камней. Ожерелье всегда виделось в полумраке – оно само излучало магический фосфоресцирующий свет, непостоянный и переливчатый. К нему очень хотелось прикоснуться, подержать в руках, но по разным причинам этого сделать не удавалось.

Один из детских снов Анны.

Светлый день. Она очень нарядная выходит погулять. Двор совершенно незнакомый и пустой.

Оборачивается – родного дома, из которого только что вышла, тоже нет. Вместо этого совершенно неузнаваемые низкие строения. Поначалу ей любопытно и смешно, но вот что страшно – прямо к ней, извиваясь по раскалённому песку, ползёт змея, маленькая, с красивой головкой.

Аня пятится назад, в сторону – змея за ней. Уже не до смеха, приходится убегать, а «шёлковая лента» всё ближе и уже готова к броску.

Девочка визжит от ужаса – защитить некому. Бежит, попадает в узкий лабиринт однообразных глинобитных одноэтажных домиков.

Скорее, ещё скорее -- и она уже в полёте. Оторвалась от земли, но преследовательница взлетает тоже. Полёт сменяется бегом в пустоте – ни души. Смеркается, вконец обессиленная, беглянка останавливается, повернувшись лицом к опасности. Внезапно сзади её окликают. Черноглазый юноша в иноземной одежде удивлённо смотрит ей в глаза.

--Змея!-- показывая на песок, умоляюще кричит Аня.

--Змея? Здесь нет змеи!-- отвечает он.

Аня вглядывается – действительно, вместо змеи на песке лежит… ожерелье.

Множество вопросов без ответа остаются Анне – она пробуждается.

Суета аэропорта. Лёгкое радостное волнение.

--Путешествия --моя страсть! Причём в любые края. Правда, больше привлекает восток, особенно Индия,--говорила Анна провожавшему её Владимиру.

--Если бы ты позволила соединить свою страсть к перемене мест с моей к тебе, получилась бы самая счастливая пара путешествующих страстей.

--Нет, я поеду с тобой только из корыстных целей в Индию или Бирму. Там слишком опасно на улицах без мужского сопровождения. Тогда может быть наши пристрастия счастливо соединятся.

--С тобой не соскучишься. Но таким женщинам на любых широтах нужна защита и охрана.

--Спасибо. Может быть прилетишь в Сан-Ремо?

-Был бы счастлив, ты ведь улетаешь на месяц раньше чем предполагалось. Сейчас мне трудно оставить дела, но я попробую. Регистрация начинается!

Они обнялись. Путешествие началось.

Лениво откинувшись в кресле, смакуя холодный ликёр «Сampari», Анна совершенно расслабилась. Её охватило предвкушение новой встречи с летом, тёплым морским ветерком, смены впечатлений и скорого свидания с родителями в Италии.

Мягкая посадка, аплодисменты пассажиров, такси, отель. Вещи брошены, хочется сразу прогуляться, но слишком поздно, далеко за полночь. Спокойной ночи, Париж!--шепчет она и засыпает.

Поначалу сон беспокойный, ей снится бородатый аксакал, он наблюдает за ней, преследует и не подпускает к сияющему в полумраке комнаты ожерелью. Потом всё это куда-то исчезает, сменяясь радостью встречи с близкими.

--О, “Petitedegeune” 1) проспала, ну ничего, скоро второй, а кофе у меня с собой – как хорошо!--радовалась Анна, открывая шторы яркому свету.--Пойду или поеду куда глаза глядят, хотя бы на Сите, нет, просто пройдусь по Елисейским полям, куплю сувениры, косметику. Жаль, что Париж не радует как прежде ароматами новых духов, да и старые почему-то изменили запахи. «Мажи Нуар» не узнать, слава французских духов утрачена. Правда, некоторые страны вообще не имеют своих ароматов – Португалия, Испания…,--занятаядамскими размышлениями, она слегка задела в дверях отеля высокого спортивного сложения туриста с дорожной сумкой на плече.

-Пардон, месье,-на ходу проговорила она и в следующий момент остановилась, услышав по-русски:

--Ничего, ничего, хорошая примета – столкнуться с красивой девушкой.

1) Маленький завтрак, франц.

Не оглядываясь, не останавливаясь, она убегала прочь от низкого грудного голоса, по парижским улицам, не обращая внимания на автомобили.

Он настиг Анну в одном из парфюмерных бутиков, схватил её за руку и, непрерывно целуя дрожащие пальчики привёл в ближайшее кафе, с волнением заговорил:

--Я лишь бросил сумку у портье и выбежал вслед, но потерял тебя из виду. Кружу по улицам, заглядываю во все кафе и парфюмерные магазины. Хорошо, знаю Париж как свои пять пальцев.

-Филипп, к чему такой маскарад, зачем я нужна тебе?! Что за превращения из дервиша-садовника в выпускника Сорбонны и двух духовных центров? Чья рука привела тебя в мой дом и заставила преследовать?

--Не буду лгать, просто заклинаю – поверь, я твой друг и никогда не причиню тебе вреда. Считай меня успешным бизнесменом, путешественником, искателем приключений, примкнувшим к группе строителей. Я отправился на поиски своего счастья и нашёл его. А ты испугалась, хотела скрыться, убежать от меня – почему? С твоим отъездом невозможно было смириться, ни секунды не сомневаясь, я отправился за тобой. Ведь это так просто и естественно, если любишь.

Анна слушала и странным образом опять попадала во власть того чувства, от которого улетела за тридевять земель. Она отвечала что-то, спорила и возражала, плакала и смеялась. Скоро счастливые и опьянённые встречей… они бродили, обнявшись по городу. Париж великодушно позволял им целоваться, не стесняясь прохожих, предоставляя свои улицы, набережные и скамейки у цветников. Преграда между ними становилась всё тоньше и скоро исчезла совсем.

В уютном ресторане отеля тихо играла музыка.

--Я всегда хотел танцевать с тобой, это моя мечта.

Молча они кружились в танце, сомкнувшем горячие руки. Слились взволнованные дыхания.

--Люблю твой запах.

--Мои духи.

--Нет, это твой аромат, он кружит мне голову.

Усилием воли Анна отстранилась.

--Уже поздно, я ухожу спать.

--Можно проводить?

--Да.

Тёплые губы целуют протянутую на прощание руку. Попыталась отнять её, но пальцы утонули в шёлковом каракуле волос .

Он молчит, только взгляд спрашивает, обжигая.

--Да, да,--отвечают её глаза.

--Аннушка!

Двое стремительно уплывали в свой, недосягаемый для остальных, непостижимо прекрасный мир.

Их уносили волны нежности, растворяя преграды, соединяя сущности любовной стихией.

Они слушали одну, свою музыку, подчиняясь её причудливым ритмам.

Глазапроникали до самых глубин друг друга, до заповедной сути.

Дыхание сбивалось от сумасшедшего биения сердца.

--Никогда никого не любил. Я счастливый и твой.

--Скажи мне,--шептал он,--я, Анна, твоя жена, скажи, что не оставишь меня.

--Мой муж, мой единственный мужчина,--покорно отвечала она.

--Настанет день, и мы поклянёмся перед Всевышним, что навечно принадлежим друг другу…

--Ты не поверишь, но я знаю тебя с давних лет, с детства.

--Но между нами было огромное расстояние.

--Я встретила тебя во сне, в иноземной одежде. Ты спас меня от ядовитой змеи, правда, она превратилась потом в красивое ожерелье.

Филипп был потрясён.

Суета аэропорта. Лёгкое радостное волнение.

--Путешествия --моя страсть! Причём в любые края. Правда, больше привлекает восток, особенно Индия,--говорила Анна провожавшему её Владимиру.

--Если бы ты позволила соединить свою страсть к перемене мест с моей к тебе, получилась бы самая счастливая пара путешествующих страстей.

--Нет, я поеду с тобой только из корыстных целей в Индию или Бирму. Там слишком опасно на улицах без мужского сопровождения. Тогда может быть наши пристрастия счастливо соединятся.

--С тобой не соскучишься. Но таким женщинам на любых широтах нужна защита и охрана.

--Спасибо. Может быть, прилетишь в Сан-Ремо?

-Был бы счастлив, ты ведь улетаешь на месяц раньше, чем предполагалось. Сейчас мне трудно оставить дела, но я попробую. Регистрация начинается!

Они обнялись. Путешествие началось.

Лениво откинувшись в кресле, смакуя холодный ликёр «Сampari», Анна совершенно расслабилась. Её охватило предвкушение новой встречи с летом, тёплым морским ветерком, смены впечатлений и скорого свидания с родителями в Италии.

Мягкая посадка, аплодисменты пассажиров, такси, отель. Вещи брошены, хочется сразу прогуляться, но слишком поздно, далеко за полночь. Спокойной ночи, Париж!--шепчет она и засыпает.

Поначалу сон беспокойный, ей снится бородатый аксакал, он наблюдает за ней, преследует и не подпускает к сияющему в полумраке комнаты ожерелью. Потом всё это куда-то исчезает, сменяясь радостью встречи с близкими.

--О, “Petitedegeune” 1) проспала, нуничего, скоро второй, а кофе у меня с собой – как хорошо!--радовалась Анна, открывая шторы яркому свету.—Пойду, или поеду куда глаза глядят, хотя бы на Сите, нет, просто пройдусь по Елисейским полям, куплю сувениры, косметику. Жаль, что Париж не радует как прежде ароматами новых духов, да и старые почему-то изменили запахи. «MagiNoir» не узнать, слава французских духов утрачена. Правда, некоторые страны вообще не имеют своих ароматов – Португалия, Испания…,--занятая дамскими размышлениями, она слегка задела в дверях отеля высокого спортивного сложения туриста с дорожной сумкой на плече.

-Пардон, месье,-- на ходу проговорила она и в следующий момент остановилась, услышав по-русски:

--Ничего, ничего, хорошая примета – столкнуться с красивой девушкой.

1) Маленький завтрак, франц.

Не оглядываясь, не останавливаясь, она убегала прочь от низкого грудного голоса, по парижским улицам, не обращая внимания на автомобили.

Он настиг Анну в одном из парфюмерных бутиков, схватил её за руку и, непрерывно целуя дрожащие пальчики, привёл в ближайшее кафе, с волнением заговорил:

--Я лишь бросил сумку у портье и выбежал вслед, но потерял тебя из виду. Кружу по улицам, заглядываю во все кафе и парфюмерные магазины. Хорошо, знаю Париж как свои пять пальцев.

-Филипп, к чему такой маскарад, зачем я нужна тебе?! Что за превращения из дервиша-садовника в выпускника Сорбонны и двух духовных центров? Чья рука привела тебя в мой дом и заставила преследовать?

--Не буду лгать, просто заклинаю – поверь, я твой друг и никогда не причиню тебе вреда. Считай меня успешным бизнесменом, путешественником, искателем приключений, примкнувшим к группе строителей. Я отправился на поиски своего счастья и нашёл его. А ты испугалась, хотела скрыться, убежать от меня – почему? С твоим отъездом невозможно было смириться, ни секунды не сомневаясь, я отправился за тобой. Ведь это так просто и естественно, если любишь.

Анна слушала и странным образом опять попадала во власть того чувства, от которого улетела за тридевять земель. Она отвечала что-то, спорила и возражала, плакала и смеялась. Скоро счастливые и опьянённые встречей… они бродили обнявшись по городу. Париж великодушно позволял им целоваться, не стесняясь прохожих, предоставляя свои улицы, набережные и скамейки у цветников. Преграда между ними становилась всё тоньше и скоро исчезла совсем.

В уютном ресторане отеля тихо играла музыка.

--Я всегда хотел танцевать с тобой, это моя мечта.

Молча они кружились в танце, который сомкнувшим их руки. Взволнованные дыхания слились в одно.

--Люблю твой запах.

--Мои духи.

--Нет, это твой аромат, он кружит мне голову.

Усилием воли Анна отстранилась.

--Уже поздно, я ухожу спать.

--Можно проводить?

--Да.

Тёплые губы целуют протянутую на прощание руку. Попыталась отнять её, но пальцы утонули в шёлковом каракуле волос.

Он молчит, только взгляд спрашивает, обжигая.

--Да, да,--отвечают её глаза.

--Аннушка!

Двое стремительно уплывали в свой, недосягаемый для остальных, непостижимо прекрасный мир.

Их уносили волны нежности, растворяя преграды, соединяя сущности любовной стихией.

Они слушали одну, свою музыку, подчиняясь её причудливым ритмам.

Глазапроникали до самых глубин друг друга, до заповедной сути.

Дыхание сбивалось от сумасшедшего биения сердца.

--Никогда никого не любил. Я счастливый и твой.

--Скажи мне,-- шептал он,-- я, Анна, твоя жена, скажи, что не оставишь меня.

--Мой муж, мой единственный мужчина,-- покорно отвечала она.

--Настанет день, и мы поклянёмся перед Всевышним, что навечно принадлежим друг другу…

--Ты не поверишь, но я знаю тебя с давних лет, с детства.

--Но между нами было огромное расстояние.

--Я встретила тебя во сне, в иноземной одежде. Ты спас меня от ядовитой змеи, правда, она превратилась потом в красивое ожерелье.

Филипп был потрясён.

во снах: ей часто виделись сюжеты, безусловно связанные между собой одной идеей, которую Анна никак не могла понять. Её как будто подводили к решению очень важной задачи.

Сновидения яркие, разнообразные, фантастические, но их объединяет присутствие одной постоянной – мерцающего ожерелья неземной красоты. Однажды Аня успела сосчитать в нём шестнадцать крупных камней. Ожерелье всегда виделось в полумраке – оно само излучало магический фосфоресцирующий свет, непостоянный и переливчатый. К нему очень хотелось прикоснуться, подержать в руках, но по разным причинам этого сделать не удавалось.

Один из детских снов Анны.

Светлый день. Она очень нарядная выходит погулять. Двор совершенно незнакомый и пустой.

Оборачивается – родного дома, из которого только что вышла, тоже нет. Вместо этого совершенно неузнаваемые низкие строения. Поначалу ей любопытно и смешно, но вот что страшно – прямо к ней, извиваясь по раскалённому песку, ползёт змея, маленькая, с красивой головкой.

Аня пятится назад, в сторону – змея за ней. Уже не до смеха, приходится убегать, а «шёлковая лента» всё ближе и уже готова к броску.

Девочка визжит от ужаса – защитить некому. Бежит, попадает в узкий лабиринт однообразных глинобитных одноэтажных домиков.

Скорее, ещё скорее -- и она уже в полёте. Оторвалась от земли, но преследовательница взлетает тоже. Полёт сменяется бегом в пустоте – ни души. Смеркается, вконец обессиленная, беглянка останавливается, повернувшись лицом к опасности. Внезапно сзади её окликают. Черноглазый юноша в иноземной одежде удивлённо смотрит ей в глаза.

--Змея!-- показывая на песок, умоляюще кричит Аня.

--Змея? Здесь нет змеи!-- отвечает он.

Аня вглядывается – действительно, вместо змеи на песке лежит… ожерелье.

Множество вопросов без ответа остаются Анне – она пробуждается.