Анклав Кубань. Книга вторая.

Глава 1. Хлопотная неделя.

Глава первая. Хлопотная неделя.

Ольга сидела на палубе, кутаясь в плед, любезно предоставленный ей капитаном Корнеевым. Было свежо, все-таки сентябрь. На горизонте громоздились тучи, обещая скорый дождь, порывы ветра несли водяную пыль, но Ольга никак не хотела уходить с палубы.

Диана, как обычно, находилась в недрах парохода, осматривая машину. Раньше она не работала с паровыми двигателями, поэтому облазила пароход еще на пристани, на ломаном русском общаясь с механиками и, в первую очередь, с капитаном Корнеевым. Он даже предложил ей пройти стажировку на «Нерпе», тем самым высоко оценив ее квалификацию механика.

- Ольга Яновна, - окликнули ее с кормы. – Связь через пять минут.

- Иду, - откликнулась Ольга, с некоторым усилием вставая с низенького кресла.

Юрий Вотяков, на этот рейс исполняющий обязанности радиста «Нерпы», протянул ей наушники.

- Ольга Яновна, с Кубанью связи еще нет. Думаю, завтра-послезавтра услышим. А командор хочет вам что-то сказать.

Ольга надела наушники.

- Нерпа, прием. Сотников говорит.

- Здравствуйте, Алексей Александрович. Это Ольга Яновна. Что-то случилось?

- Нет, все в порядке. – Сотников помолчал. – Дело вот в чем. Мы тут подумали, что британцы очень на вас злы и готовят ответный удар. Кораблей у них осталось не так много, но, боюсь, для их целей пока достаточно. Поэтому я дам распоряжение Корнееву патрулировать окрестности Кубани все время, пока Юрий делает вам связь. А вы, в свою очередь, усильте контроль за побережьем. На конференции представитель Новой Британии много разговаривал с представителями других государств, налаживал контакты, возможно, и наладил. Иначе, почему он так нагло разговаривал? Ваш военный комендант, как я понял, неплохой специалист, но британцы тоже не лыком шиты. Они могут проникнуть на вашу территорию с неожиданного курса.

- Я поняла, Алексей Александрович. – Ольга кивнула, хотя Сотников ее и не мог видеть. – Мы постараемся подготовится. Это ведь не завтра произойдет? Им тоже нужно время. Полагаю, Юрий нам поможет еще и в этом. Расположим системы наблюдения в удобных для высадки местах и будем патрулировать берег.

- Если что – не стесняйтесь обращаться за помощью. Конечно, концы не близкие, отреагировать своевременно не получится, но неделю вы продержитесь, а там и мы подоспеем.

- Спасибо, постараемся до этого не доводить. Пока справлялись своими силами. Но, конечно, если что – сообщим.

- Удачного путешествия, Ольга Яновна. Отдохните пока. По приезде ведь опять запряжетесь в дела. – Сотников вздохнул. – Мне бы тоже в какой вояж.

- Так приезжайте к нам в гости. Две недели выкроите? – Озорно усмехнулась Ольга.

Сотников только печально вздохнул.

- До связи, Ольга Яновна. Надеюсь, до скорой. Юра – специалист высокого класса.

- До связи, Алексей Александрович.

Ольга отдала наушники Вотякову и снова вышла на палубу. Ветер крепчал, но Ольга опять уселась в то же кресло и начала вспоминать события предыдущей недели.

… На причале стояла группа людей. В глаза бросился высокий человек могучего телосложения в сером костюме с коротко стриженными седоватыми волосами. Рядом стояла молодая женщина в синем костюме и мужчина лет тридцати в джинсах и джинсовой куртке. Они мельком глянули на вымпел, а потом внимательно смотрели на Ольгу, а Ольга также внимательно смотрела на них.

«Нерпа» причалила, Ольга сошла по трапу и пошла к ним. Они тронулись навстречу.

- Здравствуйте, Алексей Александрович, - сказала Ольга, глядя тому прямо в глаза.

- Здравствуйте, Ольга Яновна. Добро пожаловать.

Это был шок. Придуманный человек из давно уже прочитанной книги стоял на причале и протягивал ей руку. Пожав руку этому привидению, Ольга чтобы скрыть свое состояние, обернулась и увидела Диану, стоявшую невдалеке и с восхищением рассматривающую замок, и матроса с «Нерпы», который вынес две сумки, ее и Дианы.

Она повернулась к встречающим и произнесла:

- Позвольте вам представить Диану Коулз, девушку, спасшую свою семью от английских пиратов. Диана, - махнула она девушке, - познакомься с Командором Замка «Россия» Алексеем Сотниковым.

Диана протянула руку, потом, смутившись, попыталась ее отдернуть, но Сотников уже крепко пожимал ее ладошку.

- Очень приятно, Диана. Вы говорите по-русски?

- Плохо. Я учить, но говорить и понимать еще плохо. – Пробормотала вконец смущенная Диана.

- Это наш госсекретарь Сергей Демченко. – Сотников почему-то усмехнулся. - А это Елена Михайловна Лагутина, наш первый комендант, а теперь мой заместитель.

- Очень приятно, Ольга Яновна, - отрекомендовалась Ольга.

- Хелло, - пробормотала Диана.

- Предлагаем наш день построить таким образом, - Сотников сразу взял ситуацию в свои руки. – Перво-наперво мы пойдем в столовую. Вы, я думаю, голодные, да и мы еще не завтракали. Потом у меня совещание, а вам нужно будет устроиться в гостинице. В десять часов вас будет ждать заведующая медицинским центром Маргарита Эдуардовна Зенгер. Она проведет собеседование с вами обеими, а потом, Ольга Яновна, у нее будет к вам несколько вопросов. Далее, как вы знаете, в двенадцать у нас сеанс поставки, а потом я приглашаю вас на обед, который, как я надеюсь, вам понравится. Диане сегодня до обеда составит компанию Сергей, а после Инна Гольц. Они оба прекрасно знают английский и покажут вам все, что вы захотите увидеть. Утверждаем?

- Хорошо, - пожала плечами Ольга. Она нисколько не сомневалась, что после обеда и Сотников, и Демченко, и, наверное, профессор Гольдбрейх, а может и еще кто, возьмут ее в оборот.

За завтраком почти не разговаривали. Вежливые вопросы – как добрались, какая была погода, какие впечатления от замка. Такие же вежливые ответы – все прекрасно, погода была отличная, замок производит грандиозное впечатление. Сергей тихонько разговаривал с Дианой. Та тоже односложно отвечала. Было видно, что она еще не отошла от смущения. А Ольга все еще не отошла от шока.

Потом заселялись в гостиницу, которая не произвела никакого особого впечатления на Ольгу, но Диана была вполне довольна.

- У нас на остров, конечно, лучше, миссис Ольга, но здесь есть тоже комфорт.

К десяти за ними зашла Елена Михайловна и проводила их в медицинский центр.

- О! – Восторженно воскликнула Диана. – Это реали центр! Настоящий. Огромный.

- Да, деточка, - почти проскрипел позади них чей-то голос. – Настоящий и огромный. Это только часть.

Они оглянулись и увидели худую некрасивую женщину с уверенным и властным взглядом.

- Я Зенгер Маргарита Эдуардовна, - сказала она. – Вы – Ольга Яновна, вы – Диана. Пойдемте.

- А зачем? - Пискнула Диана. – Я есть не болею.

- И хорошо, - покивала Зенгер. – Это не обследование. Это для анкеты.

Ольга опять кивнула. После бессонной ночи и плотного завтрака ее клонило в сон.

Диану увела какая-то молодая женщина, довольно бойко трещавшая по-английски.

Зенгер с Ольгой прошли в не очень большой кабинет, в котором не было никакого медицинского оборудования.

- Ну что ж, Ольга Яновна. – Бодро проговорила Зенгер. – Я вижу, состояние у вас не очень. Поэтому мы сейчас не будем вести серьезных бесед, а тем более, никакого обследования проводить тоже не будем. Вы мне ответите на пару вопросов, потом вернетесь в гостиницу и отдохнете там до обеда.

- Хорошо. – Коротко согласилась Ольга.

- Вы прожили на вашем острове больше года. Какие заболевания были у ваших людей за это время?

- Вы имеете в виду вирусные, простудные и тому подобное? Никаких. Ни разу никто не болел. У нас есть двое сердечников, у одного из которых еще и гипертония, есть один с язвой, но уже давно не жаловался. В основном, все обращения в наш медпункт – это легкие травмы. Было три огнестрельных. – Ольга поморщилась. До сих пор не могла простить Марии Алексеевне ее дурацкого поступка.

- Интересно, - Маргарита Эдуардовна задумчиво покачала головой. – А давно у вас живет семья этой девушки, Дианы?

- Почти полгода. Они тоже ни разу не обращались за помощью. Ну, после того, как двоих из них прооперировали. Два огнестрельных. Наша главврач мне подает справку по заболеваниям и травмам один раз в неделю, поэтому я в курсе событий.

- Ага, у вас есть главврач. Кто она по специальности?

- Она хирург. Еще у нас есть медицинская сестра с большим опытом работы и студентка Первого меда. Бывшая, конечно. Перешла на четвертый курс. Медпункт оборудован всей аппаратурой, которая необходима.

- Вот как, - приятно удивилась Зенгер, - У вас канал доставки? Очень хорошо. А какие у вас климатические условия?

- У нас не тропики, если вы это имеете в виду. – Ольга усмехнулась. – Климат очень похож на ваш.

- Очень хорошо. – Зенгер встала. – Тогда давайте я провожу вас в гостиницу. И выпейте вот это. – Она протянула Ольге блистер. – Это поможет вам уснуть и проснуться бодрой. За два часа, конечно, силы полностью не восстановите, но будете лучше себя чувствовать. Подробное обследование мы проведем позднее. Помещать вас в карантин не будем. Да и не получится – Сотников не даст.

Они молча дошли до Ольгиного номера и Зенгер попрощалась. Ольга с облегчением разделась, выпила таблетку и провалилась в сон.

Как и ожидала Ольга, в обед к их компании присоединился невысокий, кругленький мужчина, этакий живчик, который представился профессором Гольдбрейхом Марком Львовичем. Дианы не было. Лагутина пояснила, что ее пригласили к себе студентки из Берлина.

- Мы выдали ей некоторую сумму, чтобы она чувствовала себя уверенней. Они посидят в «Гаване», пообщаются. С ней Инна Гольц.

- Ольга Яновна, Диана сказала, что вы предупредили ее о неразглашении расположения вашего Анклава и даже о том, что он находится на острове, - неторопливо сказал Сергей Демченко. – Я полностью это одобряю. Тем не менее, Инна будет следить за разговором и, если что, – пресечет.

- Диана ответственная девочка. Но, разумеется, контроль не помешает. – Согласилась Ольга.

- Давайте перейдем в башню, в мой кабинет. – Предложил Сотников. – Там и побеседуем.

В кабинете Ольга с интересом осмотрелась. Тот самый стол, равного которому ни у кого не было, кресла у камина, потертая медвежья шкура рядом, красивые стулья вокруг стола и банкетка.

- Располагайтесь, товарищи. – Сотников гостеприимно повел рукой. – Ольга Яновна, присаживайтесь вот тут.

Ольга еще раз осмотрелась и присела к столу. Напротив нее сел Демченко, рядом с ним – профессор. Больше в кабинете никого не было.

- Сегодня пообщаемся в узком кругу. – Пояснил Сотников. – Мы решили, что пока, - он подчеркнул это «пока», - о вашем анклаве знать никому не стоит. Может быть и на конференции о нем не будем упоминать как о самостоятельной единице. А сейчас, пожалуйста, расскажите нам вашу историю с самого начала.

… - Вот таким образом. – Ольга глотнула минеральной воды из высокого стакана. – Сейчас у нас численность тридцать восемь человек, ну, на момент моего отъезда, конечно, связи-то нет, может еще кто появился. Мы себя обеспечиваем овощами, фруктами, молоком, мясом. Все остальное – только каналом.

Слушатели зашевелились.

- Как будто в прошлое вернулся, - проговорил Демченко. – Помнишь, Алексей?

Сотников кашлянул.

- Да помню, Сережа, помню. И как мы крутились, вертелись, пытались в сутки уместить тридцать часов. Да… - Он задумчиво посмотрел на профессора. – Марк Львович, я вижу, у вас уже есть вопросы.

- Да, - покивал Гольдбрейх. – Ольга Яновна, так вы говорите, что локалка с шоколадкой ранее была под охраной пещерника?

- Это не я говорю. Это косвенные данные. Но, полагаю, что так.

- Вообще-то, хранители респавнятся. – С недоумением сказал Демченко. – Он должен был сожрать вашего, как вы его назвали? Пятница? Так вот, он должен был его сожрать.

- У нас была версия. – Ольга поерзала на стуле. Спина затекла. – Олег Иванович предположил, что Пятница занял точку респавна. Ну, или ее ареал. Хотя, конечно, это недоказуемо. А когда мы забрали шоколадку, нужда в хранителе отпала.

- Ну да, - опять покивал профессор.

- Ольга Яновна, мы, конечно, опросим еще Диану, но как вы сами думаете, насколько к вам близок берег Южного материка?

- Вот здесь мне трудно сказать. Да и она, полагаю, точно не скажет. Дело в том, что вначале Диана некоторое время двигалась на восток, вдоль берега, потом направилась строго на север, а когда увидела вдали нашу Снеговую (это гора с ледником), то пошла уже на северо-восток. Высоту Снеговой мы прикидывали приблизительно в две тысячи метров. На каком расстоянии ее можно увидеть – не знаю точно, полагаю, что километров со ста.

- Ясно… - Сотников побарабанил пальцами по столу. – И американцы его довольно активно заселяют…

- Да, а англичане столь же активно этому препятствуют. И ведь это зона совершенно не их кластера. – Пробормотал Демченко.

- Ах, оставьте, Сережа. Зона интересов англичан была всегда гораздо больше, чем их собственная территория. – Фыркнул Марк Львович.

- Как вы полагаете, Ольга Яновна, новобританцам известно о существовании вашего острова?

- Трудно сказать определенно. В первом нападении участвовало судно с разбитой аппаратурой. Во время второго нападения связь была только между кораблем и группами нападавших. По крайней мере, так утверждает наш радиоинженер. А третье нападение происходило так, чтобы о нем не узнали в метрополии, поэтому никакой связи не было. «Принц Уэльский» должен был патрулировать заданный квадрат, а вместо этого ушел в пиратский рейд. Но нельзя исключать, что какие-то суда подходили к острову и не делали попыток высадить людей. Хотя, мы находимся не очень близко к американским берегам. При допросе боевика с первого корабля он определенно сказал, что двое суток корабль шел точно на восток, подгоняемый крепким ветром. Скорости он, разумеется, не знал. Приборы были все разбиты.

- Да, кстати, - оживился Демченко. – У вас с собой протоколы допросов? Хотелось бы их почитать.

- Да, копии. – Ольга открыла видавший виды дипломат и достала оттуда пачку бумаг в прозрачном файле.

- Прекрасно! – Демченко взял бумаги и принялся их просматривать.

Сотников опять постучал пальцами по столу.

- Сергей, займешься этим позднее. А по второму нападению, здесь все однозначно: была высажена группа разведки и уже ясно, что британцы ожидали найти людей. То есть, ваше местоположение тайной не является. По крайней мере, в определенных кругах.

- Точнее, тайной является сам анклав, а вот остров – уже не тайна. – Добавил Сергей и Ольга кивнула.

- Да, Олег Иванович что-то такое предполагал. Именно поэтому на западном побережье был оборудован пост «Озеро», который прикрывает Ферму. И с северо-западного берега были установлены камеры в единственном месте, удобном для высадки, бухте Кривулина.

- У вас есть карта острова? - Вдруг оживился профессор.

- Да, вот, пожалуйста. – Ольга вытащила вчетверо сложенный лист ватмана. – Мы старались изобразить все в масштабе, но картографов среди нас нет. Даже географа не нашлось.

- Тем не менее, тем не менее, - бормотал Гольдбрейх, рассматривая карту. – Вижу, северная часть острова еще является белым пятном.

- Там горы, Марк Львович, - мягко сказала Ольга. – Изучены предгорья, часть северного побережья. Сама же горная система не охвачена совершенно. Нужна цель, чтобы лезть туда с риском сломать ногу или свернуть шею. Я такой цели не вижу. Пока. Другое дело, если там действительно могут оказаться ценные материальные ресурсы, например, выход руды, угля. Но здесь нужны специалисты. Наш радиоинженер предположил как-то, что западная часть острова, - Ольга ткнула карандашом в указанное место, - в таком виде образовалась в результате извержения вулкана и что там действительно могут быть какие-то ценные ресурсы. Подтвердить это могут только спецы.

- Да, да, да, - продолжал бормотать Гольдбрейх, изучая теперь уже западный берег. – Действительно, формация любопытная.

Сотников позвонил и попросил принести чай. Через некоторое время в зал вошла женщина с подносом, уставленным чашками, конфетницей, сахарницей. Она с любопытством посмотрела на Ольгу. Видно, не часто сам Глава занимался с рядовым сотрудниками в такой компании.

«А, кстати, почему? – Задалась вопросом Ольга. – Действительно, странно.»

Она подняла голову и встретилась взглядом с Сотниковым.

- Интересуетесь, почему я лично принимаю участие в этом обсуждении? – Тихо спросил он.

Ольга кивнула.

- Ничего странного. Ваш анклав находится в таком же положении, что и колония Потапова. Мы будем вас поддерживать хотя бы потому, что вы живете на фронтире. Этакий форпост в океанских волнах. У вас выгодное географическое положение: расстояние до вашего острова примерно такое же как до Форт-Росса, и к Южному материку вы близко. И геополитическое положение очень интересное.

- Алексей Александрович, - перебила Ольга. – У вас же есть карта, перерисованная с того шара?

Сотников и Сергей переглянулись.

- Э…- Протянул Демченко.

- Да ладно, - фыркнула Ольга, - не верю. Есть, конечно. Хотелось бы на нее взглянуть и определиться. По описанию, данному Потаповым, мы близко ко второму материку, а не к первому, но точности нет.

- Вот, кстати, - нахмурился Сотников. – Ваша информированность. Корнеев показал мне вашу книгу. Это любопытно.

Демченко кивнул.

- Ну, вы же не предполагаете, - кротко сказала Ольга, - что книгу написали мы. Я ее купила, так же, как и остальные четыре. И вот в «Спасателе» Потапов и описал этот шар-глобус.

Сотников коротко фыркнул, как бык. Демченко крякнул.

- Давайте оставим этот вопрос, коллеги, - произнес профессор. – Мы не сможем дать адекватную оценку данному факту, поэтому предлагаю его игнорировать. Это практично. И да, Ольга Яновна, мы имеем такую карту и готовы ее вам продемонстрировать.

- Ваша практичность, Марк Львович… - Устало проговорил Демченко. - Но вы где-то правы. Оставим этот вопрос за скобками.

Секретарь убрала со стола, и Сотников расстелил на нем карту.

- А ведь так и есть, - протянул Демченко. – Если прикинуть расстояние, то американцы высаживают своих людей на второй материк. Интересно…

- Да, коллега! Интересно, какие там условия и как складывается структура организации поселенцев. Поликластеры, пятнашки – это здесь. – Профессор ткнул карандашом в окрестности Форт-Росса. – А здесь?

- Тут даже реки не указаны, - проговорил Сергей. – Может быть, это, так сказать, запасной материк? И он еще не заселен?

- Так, - Сотников посмотрел на часы. – Предлагаю на сегодня закруглиться. У нас есть над чем подумать, а вы, Ольга Яновна…

- Я бы хотела отдохнуть. День очень напряженный, а ночью я не спала. Давайте продолжим обсуждение завтра, если вы не возражаете.

- Хорошо. Нам еще нужно обсудить ваше присутствие на конференции.

Сергей проводил Ольгу в гостиницу, где она без сил рухнула на кровать.

Спать.

Так прошел первый день ее командировки.

… Ольга передернула плечами. Ветер свежел. Подумав, она спустилась в кают-компанию. Там уже были Диана и Юрий, они пили чай и болтали, причем Диана старалась говорить по-русски. «Молодец, девочка», - подумала Ольга. Ей тоже налили чай, предложили пирожки.

Обхватив чашку двумя руками, Ольга снова погрузилась в воспоминания.

Второй день начался с того, что ее, не дав даже позавтракать, сопроводили в медицинский центр, где подвергли всестороннему обследованию, несмотря на ее активные протесты.

- Это необходимо, Ольга Яновна, - отрезала Маргарита Эдуардовна. – Вы немолоды и, как я вижу, имеете ряд заболеваний. Даже без обследования вижу. Поэтому, давайте без капризов. Вы – комендант, первое лицо анклава, и от вас зависит очень многое, если не все.

Ольга смирилась. Хотя и без обследования могла перечислить все свои болячки.

После обеда ее снова пригласили к Зенгер.

- Итак, Ольга Яновна, - Зенгер пошелестела бумагами. – Вы, полагаю, свой диагноз знаете.

- Да, - кротко согласилась Ольга. – Уже десять лет как знаю, и могла бы вам его сообщить, если бы имела такую возможность. И рекомендации ваши тоже знаю: никаких волнений, физических нагрузок, полный покой и медитация. А также прием медикаментов. – Ольга раздраженно фыркнула.

- Да-да, я не сомневалась, - примирительно проскрипела Маргарита Эдуардовна. – Ну, кроме сердца, у вас проблемы с артритом, спинно-поясничным…

- И это тоже знаю, - прервала ее Ольга.

- Ладно, не буду вас дальше третировать, - улыбнулась Зенгер. – Поберечься вам стоит. Но при вашей должности. это, конечно, затруднительно. Вот вам список необходимых вам медикаментов, вот список медицинской аппаратуры, которая необходима в вашем медпункте, а также такое предложение: обмен специалистами. На время, - подняла она руку, видя, что Ольга собирается возражать. – Стажировка на месяц поочередно. Ваш специалист приезжает, наш направляется к вам. Им всем необходима смена окружения.

- Хорошо. – Подумав, сказала Ольга. – Предлагаю начать с младшего персонала. Тем более, что у нашего главврача малыш, которому еще и года нет. Но и такой обмен можно будет осуществлять не раньше следующей весны. Скоро начнется сезон штормов и сообщение между нами будет затруднено.

На том и договорились. Ольга не сомневалась, что Зенгер сегодня же доложит Сотникову о ее состоянии. Но сделать тот ничего не сможет. Не вырастит же он ей другое сердце.

Ольга немного погуляла по Замку, осмотрела Посад, хотела зайти в «Гавану», но вспомнила, что у нее нет местных денег. И тут ее нашел посыльный от Сотникова. Он приглашал на совещание.

«Ну и ладно, - пробурчала Ольга про себя, - может, там хоть чаю дадут.»

Привыкнув пить чай в любое время и больших количествах, Ольга немного страдала.

На совещании присутствовали все те же: Сотников, Демченко, Гольдбрейх.

Ольга сразу же затребовала чаю и, получив его, уставилась на Сотникова.

- Итак, Ольга Яновна, - улыбнулся тот. – Предлагаю такой вариант: при возвращении на остров с вами поедет Юра Вотяков. Он установит вам антенну, проведет контроль ваших подключений и вообще, поможет вам со связью и мониторингом окрестностей. Пока он будет этим заниматься, «Нерпа» пройдет южнее и проведет съемку берегов Южного континента. Ну и определит, по возможности, какой это материк. А к весне предлагаю вам принять пару наших геологов. Они проведут изыскания, может быть, что-то и найдут. Только выделите им сопровождение. Маргарита Эдуардовна рассказала мне о предложении обмена медицинским персоналом. Считаю, очень хорошая идея. – Сотников хлопнул ладонью по столу. – И еще: вы говорили, что ваш военный комендант предложил устроить на острове перевалочную базу для наших кораблей. Тоже прекрасная идея. Вам, конечно, потребуется помощь, и мы ее окажем.

Демченко при этих словах закивал.

- У нас есть возможность поставить вам паровую машину для одного из ваших судов. Поверьте, это в ваших условиях очень хороший потенциал. Брать топливо каналом очень непродуктивно, вы и сами это знаете, а паровая машина может работать на дровах, а если у вас найдется уголь - вообще прекрасно. Думаю, что Смотрящие не обделили вас столь ценным ресурсом.

Ольга пожала плечами.

- Может и так. Но нам он не требовался. Олег Иванович очень вовремя придумал с этими погружными турбинами. Мы их теперь везде ставим.

- Еще одно предложение: сделать на вашем острове детский лагерь. Но не просто привозить к вам детей, а опять-таки, обмен. Ваших к нам, пусть посмотрят, а наших к вам, пусть поучатся военному делу настоящим образом.[1]

- Я так понял, - вступил Демченко, - что у вас этакий военизированный анклав.

- Да, - подумав, ответила Ольга. – Группа Олега Ивановича задала тон всему нашему образу жизни. И те взрослые, которые вливались в наш анклав позднее, подчинялись ему. У нас военное поселение. В первую очередь потому, что мы вынуждены выживать в условиях враждебного окружения. Все жители анклава умеют обращаться с оружием и, полагаю, применят его в случае необходимости. Мы это не обсуждали, но это подразумевается.

- Это хорошо, - покивал Сотников. – Нашим подросткам это тоже необходимо. А то, есть у нас некоторые… детям оружие! это преступно! вы опять строите агрессивное государство… - Сотников поморщился.

В дверь постучали и вошел относительно молодой человек в форме.

- Разрешите, Алексей Александрович?

- Да, входите, Руслан Владимирович. Знакомьтесь – Ольга Яновна, глава анклава «Кубань», - майор Бероев Руслан Владимирович, командир наших вооруженных сил.

Бероев пожал Ольге руку, при этом весьма быстро и внимательно осмотрев ее.

- У Руслана к вам, Ольга Яновна, тоже имеются вопросы. По его специальности.

- Разумеется, я отвечу, - Ольга кивнула и отставила чашку. – Спрашивайте. По вооруженным силам?

- Конечно, - Руслан еле заметно улыбнулся.

- У нас трое кадровых военных, все вэдэвэшники. Капитан и два старших сержанта. Причем, из одной части. Кроме того, пятеро очень хорошо обученных мальчишек от тринадцати до шестнадцати лет. – Ольга подняла руку, предваряя удивление Бероева. – Действительно, очень хорошо обученные бойцы. У двоих даже по пять прыжков с парашютом. Стрелковка, ближний бой без оружия и с холодным оружием. Двое имеют свое кладбище. Это, конечно, плохо, в столь юном возрасте уметь убивать, но у них и судьба очень сложная. Трое из них – детдомовцы, у четверых на глазах погибли их родные. Далее, двое охотников. Они, правда, люди в возрасте и боевого опыта не имеют. Но зато у них успехи в стрельбе очень впечатляющие, Олег Иванович, как я поняла, нашел им применение как снайперам. Кстати, у нас весь анклав упражняется в стрельбе раз в неделю, и мужчины, и женщины. Весной проводили соревнования. Во взрослом сегменте победила наша главный врач. Так… кроме того, еще четверо молодых мужчин тоже умеют держать оружие и принимали участие в отражении последнего нападения. Из оружия имеются автоматы Калашникова, пистолеты ТТ, винтовки Гаранд, еще какие-то иностранные автоматы в небольшом количестве, два пулемета MG разных модификаций и два пулемета ДШК. Да, еще «мурка» и обрез. Обрез чего – без понятия.

Ольга осмотрела стол.

- Алексей Александрович, можно мне еще чаю?

Сотников распорядился и поинтересовался:

- Вы сибирячка, Ольга Яновна?

- Мы с вами почти земляки, Алексей Александрович. Я из Туруханска. Переехала на Кубань за семь лет до попадания сюда.

- Ну, я так и подумал.

- А вы сами, Ольга Яновна, с оружием как? – Внезапно спросил Бероев.

- Так себе, - честно ответила Ольга. – Кое как в мишень попадаю.

Бероев кивнул.

- Да, повезло вам с кадровыми, - протянул он. – Тем более ВДВ. И ребят ваших они, поди, натаскивают.

- И ребят, и взрослых.

- Алексей, как бы нам… - начал Бероев, но Сотников его перебил:

- Уже, Руслан. Почти договорились.

- Женсовет не согласует, - уронил Демченко.

- Продавим, - отрезал Сотников. – Не будем мы биомассу плодить. Не то место, и не то время.

- Помощь вам какая-нибудь нужна по моей линии, Ольга Яновна? - Спросил Бероев.

- А не знаю, Руслан Владимирович. На эту тему нужно разговаривать с Олегом Ивановичем. Может быть тоже какой-нибудь обмен кадрами замутить, не знаю. Вы уж с ним сами.

- Добро, - повеселел почему-то Бероев. – Свяжемся, побеседуем. Может, что и замутим.

Он попрощался и вышел.

Сотников с довольным видом откинулся на спинку стула.

- Теперь, Ольга Яновна, вам будет нужно побеседовать с главой нашего образовательного пула. Но это потом. Сейчас перейдем к предстоящему нам геморрою под названием «международная конференция»…

Ольга открыла свой дипломат и извлекла из него чертежи улья. Все руководство Замка Россия в один голос убеждали ее заняться пчеловодством. Даже свозили ее в Медовое и показали пасеки, медогонки и свечной заводик. Ну, заводик, при наличии погружных турбин, Ольгу не впечатлил, а вот собственный мед – это хорошо. Тем более, что воск требовался метрополии и для каких-то других целей. Вот только люди… Пасечник – это не профессия, а призвание. «Ну, ничего», подумала Ольга, убирая чертежи. «Может быть, кто-нибудь захочет, а может быть, кто и появится. Обучить, конечно, можно.» Тут Ольга довольно громко фыркнула. Ей вспомнился разговор с Юлией Павловной Климовой, главой министерства образования Замка и всего кластера.

Вначале дама была настроена несколько снисходительно, тем более, что Ольгу ей представили, как жителя дальнего поселения.

Выяснив состав детей, Юлия Павловна изрекла:

- Я полагаю, что мы можем принять ваших детей в наш интернат. Мы даем очень хорошее по здешним меркам образование, в том числе и профессиональное.

- У нас есть школа, Юлия Павловна, - ответила Ольга. – Два педагога с высшим образованием и опытом работы по тридцать лет каждая. Это русский язык, литература и три языка: английский, немецкий и французский. Кроме того, преподаются точные науки, хоть и не профессиональными педагогами, а также ведем уроки биологии и ботаники. А вот по химии у нас провал - такого специалиста не нашлось. Учим по учебникам, пытаемся делать опыты, выписали кучу журналов, наборы «Юный химик». Такой же провал по истории и географии. Если историю можно дать через призму литературы, то как изучать географию? Впрочем, в изучении истории нам помогают книги про попаданцев. – Ольга усмехнулась. – Некоторые авторы очень подробно описывают историческую обстановку, например, Ланцов. Впрочем, мы отвлеклись. Так вот - интернат – это не наш случай. Может быть, у вас есть свободные специалисты, которых можно было бы командировать на учебный год? Жилье и обеспечение мы предоставим.

- А почему вы отвергаете интернат?

- Контингент. – Коротко ответила Ольга. – Из двенадцати наших подростков шестеро из детского дома, двое – американки, пока еще плохо знающие русский. С ними мы занимаемся отдельно. И только эти две девочки – семейные. Все остальные попали в анклав без родителей и имеют родственные связи брат-сестра или брат-брат. В настоящее время разделять их я не хочу. Да и кроме этого, они играют важную роль в нашем анклаве – они цементирующая или, как раньше говорили, градообразующая структура. Мы все подстроились под их образ жизни, понимаете? Когда мы познакомились с этой группой, нас было всего трое – я и мои двоюродные племянники. И эта группа из восьми детей и вожатого стала нашей основой.

- А кто у них вожатый? Педагог?

- Нет. Кадровый офицер. Их детский дом патронирует очень известная воинская часть, в нем собраны дети-сироты сослуживцев, специально собирали по стране. И в те каникулы секция подросткового туризма отправилась на Урал, в десятидневный маршрут.

- Понятно. – Покривилась Юлия Павловна. – Опять растите солдат?

- Почему «опять»? – Не поняла Ольга.

- Да у нас наше руководство тоже выращивает солдатиков. Лишает детей детства! – Пафосно сказала Климова.

- Мы на фронтире живем, - жестко ответила Ольга, - у нас травоядные не выживут. Поэтому, да, и дети наши солдаты, и все мы – тоже. На нас уже были три нападения, и мы их отбивали, в том числе, с помощью наших мальчишек. И попробовали бы мы их оставить в тылу.

Климова поперхнулась пафосом и замолчала. После паузы спросила:

- А профессиональное образование вы им даете?

- Пытаемся. У нас представлены специалисты с образованием в нескольких областях: медицина, биология, ветеринария, строительство, механика. Ну и педагогика. Поэтому те, кто интересуется той или иной профессией получают навыки под присмотром специалиста. Обучение и воспитание у нас представлены. Образование дать пытаемся. – Ольга усмехнулась. – Знания, умения и навыки. По Ушинскому, Гессену и Макаренко.

Юлия Павловна хмыкнула.

- Один мальчишка десяти лет решил стать классным поваром. И уже за год показал прекрасный результат. В свободное время трудится помощником нашего повара и даже частично заменял ее на кухне. При помощи старших товарищей, разумеется. Остальные пока присматриваются. Помощь специалистам распределяется по нарядам, поэтому все учатся всему. В том числе, и взрослые.

- Ну, нужно подумать насчет химика, - протянула Юлия Павловна, - да и, наверное, математик-физик вам бы пригодился. Но все-таки подумайте насчет интерната.

- Мы обсудим этот вопрос, Юлия Павловна. Может быть, со следующего года и отправим часть. А ваших ребят приглашаем к нам на каникулы. У нас есть хорошее место для детского оздоровительного лагеря. Там и озеро, и речка, и лес. А есть еще вариант на море лагерь устроить.

- Спасибо, - поджала губы Климов. – Но вряд ли. Сами же говорите – фронтир, это опасно…

Ольга опять фыркнула. «Курица», припечатала она мысленно. Сколько она таких видела – не перечесть.

_____________________

[1] В.И.Ленин. «Наш лозунг должен быть один — учиться военному делу настоящим образом…» Политический отчёт ЦК VII съезду РКП(б), 7 марта 1918 г.— ПСС, 36-е изд., стр. 26 т. 36, с. 26.

Глава 2. Возвращение

Глава вторая. Возвращение

Наконец-то появилась устойчивая связь с анклавом и Ольга воспряла духом. Ей все казалось, что на острове что-нибудь да случилось за время ее долгой отлучки. Но нет, даже никаких травм. Дорогу дотянули уже почти до ручья Веселого и теперь ладили там мост. На пристани тоже дела шли, хотя в строй ее еще не скоро введут: нужно посмотреть, как себя поведет насыпь и бетонная площадка в зимнее время, не расколотит ли ее волна во время зимних штормов. Ольга мыслями уже была дома. На горизонте в разрывах туч временами блистала вершина Снеговой, значит пути оставалось не так много.

Она уже прикидывала куда ставить суда на зимовку, да еще нужно проверить гараж для техники и как там сушильня для дерева, а еще нужно приспособить локалку с озера Темного под жилье, и значит снова нужно заказывать турбину и кабель.

Ольга так погрузилась в размышления, что Юре Вотякову пришлось тронуть ее за плечо.

- Ольга Яновна…

Ольга аж подскочила.

- Ох, Юра, напугали. Я тут задумалась.

- Ваши на связи. Что-то там у них произошло.

Ольга резко подхватилась, в глазах потемнело, и она, слегка покачиваясь, поддерживаемая Юрой, понеслась к рации.

- Здесь первый, кто на связи?

- Ох, Ольга Яновна, какое счастье, что связь появилась. Это Мария Алексеевна…

- Что случилось? Все здоровы? – Резко прервала ее Ольга.

- Да-да, не беспокойтесь, все здоровы, никаких чэпэ. Просто у нас такое событие, такое событие!

- Мария Алексеевна, немедленно доложите, что произошло!

- Первый, здесь второй. – Олег, видимо, отобрал микрофон у Марии Алексеевны. – Докладываю. Два часа назад к нашему берегу в заливе Лукоморье подошел парусник. На борту экипаж одиннадцать человек. Кроме того, курсанты: мальчишки и девчонки от 14 до 16 лет в количестве десяти душ. Командир корабля капитан второго ранга в отставке. Кроме того, на берегу залива недалеко от устья Веселого появилась пристань. Где мы ее и пытались соорудить. Но, … как вы говорите, Николай Игнатьевич? Да, понятно. Ольга Яновна, это называется «марина». Очень благоустроенная: каменная пристань с двумя пирсами, волнорезами, отсыпанной грунтовкой и двумя каменными же лестницами. За пополнение численного состава, видимо. Кроме того, эллинги и мастерская в виде каменного сарая громадного размера. В сарае стоят станки.

- Ох! – Ольга схватилась за сердце. – Олег Иванович, где вы их разместили?

- Не беспокойтесь, Ольга Яновна, они пока у себя на судне остаются, ждут вас, хотя мы предложили разместить их в доме отдыха.

- Надеюсь, вы их накормили?

- Ольга Яновна, - было слышно, что Олег Иванович изумлен такой постановкой вопроса. – Мы же еще в первый день нашего знакомства определились: напоить, накормить, в баньке попарить, а потом…

- Съесть! – Ольга облегченно рассмеялась. – Хорошо, Олег Иванович. Капитан Корнеев сказал, что примерно через пять часов мы будем на траверзе Дальнего. Оттуда еще раз свяжемся.

- Встречу вас на «Стремительном». Отбой связи.

- Отбой. – Машинально повторила Ольга и вышла на палубу. «Вот еще докука», думала она. «Опять пацаны и девчонки. Моряк. Кап-два. Экипаж. М-да.»

Ольга опять села в кресло и закурила. Теперь пришлось думать о том, где селить такую прорву людей. Сколько же получается, десять курсантов, одиннадцать человек экипаж и капитан. Всего двадцать два человека. Нужно делать еще одну казарму? А где взять? И вообще, что там за дети – может, макаровцы, может, просто неорганизованная толпа тинейджеров. Есть ли там вообще понятие о дисциплине? Одни вопросы. Но ответы получим только тогда, когда вернемся на базу. А пристань – это хорошо. Это отлично! Теперь высвобождается рабочая сила и можно будет бросить ее на локалку у Темного. Да и вторую пристань можно поставить, в Андреевском заливе.

Утром «Нерпу» встретил «Стремительный», и оттуда перебрался Олег Иванович.

Поздоровавшись со всеми, познакомился с Юрой Вотяковым и подошел к Ольге, которая так и сидела в кресле.

- Ну, здравствуйте, комендант, - улыбнулся Олег и присел рядом.

- Здравствуйте, Олег Иванович, - в ответ улыбнулась Ольга. – Хвастайтесь.

- А есть чем. – Олег тоже закурил и сказал: - Пополнение-то у нас, Ольга Яновна, не простое. А золотое! И еще, Ольга Яновна, нужно нам таки дать название тому заливу, в котором теперь марина стоит. А то непорядок.

Когда «Нерпа», а за ней «Стремительный» вошли в безымянный пока залив, Ольга впилась глазами в открывшийся пейзаж. Действительно, на ее неискушенный взгляд все было очень представительно: и пирсы, и, собственно, пристань, одетая камнем, и лестницы на довольно высокий здесь берег, и стоявший чуть в стороне большой каменный сарай с узкими окнами, рядом с которым прямо на воде у берега стояли два каких-то сооружения с большими воротами, видимо, те самые эллинги. И, главное, – встречающие. Впереди ровный строй мальчишек и девчонок, справа от которого высился флаг анклава, за ними – остальные жители, приветственно машущие руками. Когда «Нерпа» коснулась пирса, грянул гимн. Ольга аж прослезилась.

Потом строй сломался, и дети бросились к ней с криками «Тетя Оля!», «С приездом!», «Ура!». Взрослые тоже торопились приветствовать своего коменданта. Объятия, поцелуи, рукопожатия, слезы.

- Да вы что, ребята! Как будто меня год не было. – Отбивалась Ольга.

- Тетя Оля, мы так соскучились, - кричала Машка.

- Очень соскучились, - вторила ей Мария Алексеевна, смахивая слезы.

Команды сошли на берег, Юра Вотяков скромно стоял в сторонке. Ольга нашла его взглядом:

- Познакомьтесь, - крикнула она, перебивая шум. – Это Юрий Вотяков! Тот самый!

Этим она переключила внимание с себя и наконец-то смогла как следует осмотреться. Судя по всему, здесь были почти все. За исключением постовых, конечно. И Сергея, который был, как Ольга знала, на рации. Чуть в стороне стояла группа людей, которые с доброжелательным любопытством рассматривали это столпотворение. Заметив внимание Ольги, самый старший из них, одетый в форму, подошел и, козырнув, представился:

- Капитан второго ранга Виктор Федорович Ушаков.

- Очень приятно, - Ольга подала ему руку. – Ольга Яновна. Надеюсь, вас здесь хорошо приняли?

- Вполне довольны, Ольга Яновна.

- Ну, побеседуем чуть позже, а пока прошу с нами. Марина! – Крикнула Ольга, - банкет готов? Я по твоей стряпне соскучилась!

- Конечно, Ольга Яновна! Все готово.

- Тогда, в путь? Дорога-то неблизкая. Как раз все проголодаемся.

На грунтовке стоял трактор с прицепом, в который поставили стулья из столовой, и часть встречающих укатила на нем, остальные пошли пешком, в том числе и Ольга, которой после почти недельного сидения на палубе хотелось размять ноги. Дорога уходила на Ранчо, а после выходила к Кирпичам, а тропа, пробитая вдоль берега, была намного короче. Перейдя мост через Ленивую, Ольга помахала постовому и оглядела сад, а потом пошла к дому.

- Наконец-то, - пробормотала она, - дом, милый дом[2]. Мария Алексеевна, место для Юры готово?

- Конечно, - негромко ответила та. – В доме радистов, там как раз комнаты свободные.

Перед банкетом Ольга улучила минутку и еще раз коротко пообщалась с Ушаковым.

- Виктор Федорович, скажите мне, вам уже довели обстановку? Вы в курсе, что возврата на Землю не будет?

- Да, - глуховато ответил тот. – Не верилось, конечно, вначале, да и теперь не совсем, хотя, действительно, связь не работает, самолетов не видно. Пришлось поверить.

- И самый главный вопрос на текущий момент: вы согласны войти в наш анклав? Либо мы можем переправить вашу команду и ребят в метрополию – Замок Россия. Там, конечно, тоже будут очень рады вас принять, да и простор для деятельности там намного шире.

- Знаете, Ольга Яновна, мы посоветовались с экипажем и с курсантами. Останемся с вами. Дело вы нам, думаю, найдете. А жить можем и на корабле.

- Ну нет. Жилье мы вам обеспечим, как и поле для деятельности. Поговорим об этом после. – Ольга улыбнулась и прошла в столовую.

Повара превзошли все ожидания. Было даже мороженое.

Ольга привезла из Замка подарок – бочонок меда и небольшой бочонок с медовыми сотами. Детвора была счастлива, да и многие взрослые облизывали пальцы, угощаясь медом. Когда убрали со столов, и все снова уселись на места, которых уже не хватало, как отметила Ольга, пришло время отчета.

- …Вот таким образом, мои дорогие. Мы теперь официально входим в Русский Союз на правах анклава Замка Россия как самостоятельная единица, вроде Берлина. Кое чем нам помогут, а ваша идея, Олег Иванович, создать здесь перевалочную базу для флота вызвала у руководства восторг. Весной нам пришлют пару геологов для поиска всяких полезностей, в том числе угля.

- Теть Оля, а на конференции вы были? – Раздался голос Мишки.

- Были. И я, и Диана. Только не на всей, а в тот день, когда мелкобританцы начали на всех наезжать и чего-то требовать.

- Расскажите, - закричали сразу несколько голосов, и не только детских.

- Хорошо, только речь мелкобританца я приведу с купюрами. Он там почти час выступал, поэтому только самое главное перескажу.

Откуда-то донесся детский голос:

- Как это «с купюрами»?

- С сокращениями, - пояснила Мария Алексеевна и все обратились в слух.

… Это был третий день конференции. На первых двух Ольга не присутствовала, полагая, что нечего там делать, пустая болтовня. А вот на третий день ее представили присутствующим как главу одного из поселений без указания местоположения.

Пухленький, но надменный представитель Новой Британии сразу же взял быка за рога:

- Господа! Я уполномочен нашим правительством довести до вашего сведения, что наш селективный кластер не вполне доволен сложившейся обстановкой. Нас высадили на острове, пусть и большом, но он совершенно не удовлетворяет нашим потребностям. Наше правительство хотело бы, чтобы нам были выделены территории на материке для ведения хозяйственной деятельности.

- Приди и возьми, - буркнул в ответ Демченко, но так, что его услышала только Ольга. Ей речи британца переводила Инна Гольц.

- Кроме того, поскольку мы лишились единственного крупного судна, которое нам было предоставлено Хозяевами, мы считаем, что другие селективные кластеры могли бы поделиться с нами кораблями.

Присутствующие главы кластеров и их представители, несмотря на попытки сохранять покер-фейс, все-таки вытаращили глаза.

- Вы все знаете, что Британия на старой Земле была одной из самых значимых стран. Мы владели половиной мира! Мы не станем отказываться от своей роли проводника прогресса и в этом мире.

- Ага, - прокомментировал Демченко. – Наносить добро и причинять пользу.

- Но некоторые страны или же только их руководители позволяют себе противиться наступающему прогрессу. Например, почему-то наш флот не пускают в реку, называемую Ганг. По чьему распоряжению это происходит? И я вам отвечу на этот вопрос! Это распоряжение главы России. Почему? спросите вы, а я отвечу. Потому, что Россия всегда была противником прогресса и установления добрососедских отношений! И здесь Россия проводит ту же имперскую политику. Несмотря на то, что руководством России каким-то образом был заключен так называемый «Русский союз», мы полагаем, что существуют здоровые силы, которые будут противодействовать имперской политике России. Мы оставляем за собой право высаживаться на любом побережье и если будет нужно – захватывать его, если придется - и силой оружия! Поскольку нам нужны территории для жизни! Благодарю за внимание.

Толстяк сел. В зале повисла тишина.

Встал Сотников.

- Ну что же, мы выслушали точку зрения представителя Британии. И у нас есть что ответить. Прошу вас, Ольга Яновна. Господа, я предоставляю слово руководителю нашего отдаленного поселения, которое уже сталкивалось с прогрессивной деятельностью британских граждан.

Ольга поднялась.

- Господа и дамы! Товарищи! У нас имеются свидетельства нападения британских судов на поселения побережья. В частности, на наше поселение было совершено три нападения за последний год. Все три отбиты; были захвачены пленные, с которых сняты показания. Вот копии протоколов. – Ольга показала приготовленную папку. – Первое нападение произвели с судна «Нептун», капитан Генри Скольдман. При обыске на его судне были найдены документы, которые свидетельствует, что данное судно производило нападения на мирные поселения побережья с целью устрашения их жителей. Об этом также вполне ясно сказал один из оставшихся в живых боевиков: политика нашего государства - в устрашении обывателей. Это есть в протоколе допроса. Копии документов прилагаются.

- В нашем реестре такого судна нет, - все также надменно произнес толстячок.

- Разумеется, - ответила Ольга, выслушав перевод. – Теперь это судно в нашем реестре.

В зале раздался тихий смех.

- Следующее нападение было произведено судном «Тритон». К сожалению, живых нападающих не осталось, так что протокола нет. Третье нападение – судно «Принц Уэльский», капитан Фрэнсис Эмерстон, коммандер флота. И это самое любопытное нападение. Во-первых, коммандер должен был патрулировать свой участок моря, вместо этого он со своим родственником Майклом отправился на ловлю рабов. Кто-то в администрации американского кластера выдал карту расположения участков переселенцев. По словам Майкла Эмерстона, Британия нуждается в рабах для работы на мануфактурах. Я хотела бы пригласить еще одного свидетеля мерзких действий пиратов на британской службе – Диану Коулз, которой удалось бежать и вывезти свою семью.

Встала Диана. Было видно, что она волнуется, но речь ее была ясной и четкой. В заключение она сказала:

- Я и вся наша семья очень благодарна русской общине, которая нас спасла. Мой отец и моя сестра были ранены и не выжили бы без помощи.

- Это не доказательство. – Пузан все еще надменно кривил губы, но был заметно растерян. – Какая-то женщина, какая-то девчонка. Правительство Британии не приемлет свидетельств граждан других стран, да еще и женщин.

- Это проблемы правительства Британии. – Парировала Ольга. – Копии допроса этих пиратов у нас есть. И теперь понятно, почему Британия решила побираться кораблями: только мы выбили у них три единицы флота за год. И мы, думаю, не единственные, кто осадил мелкобританских пиратов.

Зал разразился хохотом. Представитель Британии вскочил, потрясая пухленьким кулачком, но в общем шуме его не было слышно.

Сотников с улыбкой кивнул Ольге, и она села.

- Есть вопросы к главе поселения?

- К главе – нет, - ответил глава делегации Шанхая. – Есть мнение, что нужно каким-то образом предупредить администрацию Америки, что их программа переселения идет на пользу Британии.

- К сожалению, пока таких возможностей Русский Союз не имеет. Может быть, кто-то другой? – Сотников обвел взглядом зал. – Тогда отложим этот вопрос. Господин Джейсон, вы желаете что-нибудь добавить?

- Нет, - пухлик бросил гневный взгляд на Ольгу. – Но я хочу задать вопрос. Где находится это ваше поселение?

- А что? Хотите подарить нам еще пару своих корабликов? Нет? Тогда и адрес вам знать не обязательно. – Ольга передернула плечами и демонстративно отвернулась. Потом снова повернулась к Джейсону и раздельно произнесла: - По старой русской традиции предупреждаю вас на берегу: кто к нам с мечом придет, того мы дубиной и огреем. Потом не жалуйтесь.

- Кстати о дубине, - вдруг сказал представитель Дели. На русском, кстати, сказал. – А где пленные?

Ольга вздохнула. Ей уже надоело это повторять.

- Вор должен сидеть в тюрьме, а пират – висеть на рее. Я ответила на ваш вопрос?

- Но ведь у вас никто не погиб, - подпрыгнул Джейсон. – Почему вы убили военнопленных?

- При первом нападении была убита женщина. При втором – ранена другая женщина. При третьем – ранены мужчина и ребенок. И я не считаю этих уродов военнопленными. Между нашими странами война официально не объявлена, поэтому все нападения – пиратские. И прекратите уже прикрываться конвенциями, рабовладелец…

Ольга замолчала. В столовой повисла тишина.

- Вот так, друзья. Ваша тетя Оля в своем репертуаре – опять кого-то отбрила. – После недолгого молчания сказал Олег Иванович и зал взорвался хохотом и аплодисментами. Хлопали даже новенькие.

Ольга раскланялась и села, вспоминая разговор с Сотниковым:

- Командор, вам не показалось, что этот нагл слишком наглый?

- Есть такое, - Сотников кивнул. – Как будто за ними уже кто-то стоит или, скорее, они кого-то выдвинули впереди себя, как обычно.

- Да, - медленно кивнул Демченко, - очень похоже, что так…

Мария Алексеевна встала:

- Друзья, у нас с вами еще одна задача – до завтрашнего ужина нужно придумать название тому заливу, к котором появилась марина, то есть, пристань, - Мария Алексеевна смутилась. – Давайте уж будем говорить «пристань», как-то привычнее.

Все загомонили, начали вставать, переговариваться. Ольга нашла глазами Олега Ивановича и кивнула ему, а потом позвала Виктора Федоровича.

- Пойдемте, побеседуем. И экипаж свой приглашайте.

Пришлось на веранду принести стулья из столовой. Все расселись. Ольга включила чайник, принесла заварку, мед и сахар. Из столовой принесли печенье.

- Итак, давайте знакомится. Меня зовут, как вы уже, наверное, знаете, Ольга Яновна. Я комендант анклава «Кубань». Вам уже рассказали где вы очутились. Теперь представьтесь, пожалуйста, сами.

- Людмила Ивановна, в экипаже кок, по профессии врач-стоматолог

- Наталья Семеновна, в экипаже занимаю должность медика. По профессии хирург.

- Константин Иванович, в экипаже старший помощник, доцент, кандидат физико-математических наук.

- Григорий Николаевич, в экипаже старший механик, доцент, доктор физико-математических наук.

- Антон Николаевич, в экипаже механик, профессор кафедры геологии.

- Вадим Сергеевич, в экипаже старший матрос, доцент кафедры геологии.

- Семен Сергеевич, в экипаже матрос, начальник геофизической лаборатории.

- Анна Евгеньевна, в экипаже матрос, акушер-гинеколог.

- Евгений Константинович, в экипаже радист, участковый, теперь на пенсии.

- Борис Евгеньевич, в экипаже матрос, следователь.

- Илья Антонович, в экипаже матрос, инженер-электрик.

Глаза у Ольги полезли на лоб. Вот так экипаж! Конечно, Олег ей сказал, что есть радист и электрик, а также механик, но совсем не упоминал про геологов и геофизиков, а также профессоров и доцентов с кандидатами.

- Какой интересный у вас экипаж, - протянула она. – Чрезвычайно. Не расскажете вашу историю?

Виктор Федорович откашлялся.

- А не хотите прогуляться на берег и посмотреть на наше судно?

- В этом есть смысл? – Подняла брови Ольга.

- Несомненно, - вместо кап-два ответил старпом.

- Ну, пойдемте.

Через полчаса, стоя на берегу, Ольга пыталась понять, почему ей так знаком силуэт этого судна. Шхуна стояла на якоре ближе к восточному берегу Лукоморья и с тропы виднелась как на картинке. Что-то в ней было знакомое, хотя Ольга шхун живьем сроду не видала.

- Ну, конечно, - вскричала она через пять минут. – Трубы не хватает. И еще чего-то, не пойму. Это же «Дункан»!

- «Дункан», а также «Пилигрим», «Секрет» и «Испаньола». Только это не он. Шхуна «Кодор», которая и снималась во всех этих фильмах и участвовала в празднике «Алые паруса», была передана в Баку, там превращена в плавучий ресторан и в конце концов сгорела.

Мой дед служил на ней, когда она еще была гафельной рыболовецкой, мой отец проходил на ней учебную практику и Евгений Константинович тоже. Тогда она уже учебной шхуной была с бермудским парусным оснащением. Сколько мы просили, чтобы сделали музей из «Кодора» - нет, денег нет и все. А ресторан сам себя окупает, да. – Виктор Федорович сжал кулаки. – Я-то на «Крузеншерне» практику проходил, но «Кодор» - это другое. Это любовь всей жизни. – Он сказал это просто, как выдохнул. [3]

- И как же? Раз она сгорела.

- Повезло. Финны продавали такую же шхуну, дорого, конечно, но повезло. Дали нам денег. С условием, что будем пацанов тренировать. Ну, как, тренировать – покатаем, по парусам погоняем, в море выйдем. Приписаны мы к питерскому яхт-клубу, там люди на других судах ходят, и в триста метров бывают яхты, но «Кодор» все помнят. Поэтому купили, переоснастили как была – на бермуды, что надо – починили, машину только хорошую пока не нашли, так, небольшая керосинка, чтобы электричество было да вода горячая.

Ольга прищурила глаза, но разглядеть название не смогла.

- И как же вы его назвали?

- «Кодор», так и назвали.

- Очень красивый корабль, - тихо проговорила Ольга. – А уж когда все паруса подняты, глаз не оторвать. Но, - встрепенулась она, - а экипаж такой необычный откуда?

- Это экипаж на один рейс, Ольга Яновна. Собрались старые друзья, с детьми, с внуками, попросили разрешения на выход. Все мы с парусами работать умеем, хоть механик, хоть радист. Вот раз в год и выходим в море, тряхнуть стариной. А так экипаж у нее другой, только капитан тот же. Полный экипаж пятнадцать человек, но нам юнги помогают, если что.

- И что произошло? Попали в туман?

- Нет, - как-то буднично сказал Виктор Федорович, - метеорит упал. За кормой. Я уж думал, прямо на нас падает.

- А я подумал – кто-то в нас ракетой запулил, очень уж ровный след был. Но на подлете определился. – Добавил Григорий Николаевич.

- В общем, волна поднялась, пар, ничего не видно, болтанка, мы уж думали – всё, отходил наш «Кодор» и мы вместе с ним, но боролись за живучесть судна до того момента, как видимость появилась. Как-то вдруг пелена разошлась, и волна успокоилась.

- А мы наоборот, разволновались, - опять вступил в беседу старпом. – Солнце-то не там. И погоды не те. У нас низкая облачность была, но светло, ночи-то белые. А здесь попали в закат, да такой! По компасу определились, а спутники не откликаются, ни GPS, ни GLONASS. Паруса почти совсем прибрали и тут на севере увидели сверкающую точку.

- Антон сразу сказал – там земля, а светится ледник на вершине горы, ну мы и пошли смотреть, что за земля. Ближе подошли, в бинокль смотрим – наш флаг, обрадовались, хоть местность и незнакомая, ну тут нас и вызвали по радио.

- Вот так-то, - завершил рассказ Виктор Федорович, и сняв фуражку, протер лоб рукавом.

Помолчали.

- Так, а курсанты?

- Я же говорю, дети и внуки. У нас здесь семьи.

- Голова кругом идет, - призналась Ольга. – Знаете, друзья, мне придется сообщить о вашем появлении в Замок Россия. Дело в том, что в Замке собрана неплохая научная группа и люди ваших специальностей там могут пригодится. В то же время, признаюсь, что нашему анклаву все ваши профессии очень нужны. Например, мне пообещали весной прислать геологов, а они у нас уже есть. Нам необходим преподаватель математики и физики – и сразу двое прибыли. Не говоря уже о врачах. У нас скоро начнется бум рождаемости, в августе три свадьбы сыграли, а уж о стоматологе и мечтать не могли. Я все боялась, что кто-то начнет с зубами мучиться. Да и остальные тоже очень бы пригодились. Не хочу я вас отпускать, - призналась Ольга. – Но тут уж ваше желание. Да и такой экипаж! А, Виктор Федорович, вы моряк военного или торгового флота?

Ушаков кашлянул.

- Конечно, военного. С такой-то фамилией.

- Очень вы нам всем нужны, - пробормотала опять Ольга. – Ну, ладно, с вашими курсантами будем знакомиться уже завтра. «Нерпа» завтра уйдет к Южному материку – нужно посмотреть окрестности, а вы… вам уже дали книги почитать? Денисова? По истории освоения Платформы-5. Вы уже в курсе, что это?

- Да, Олег Иванович нам все рассказал и книги дал, а ребята на покетбуках поделились.

- Вот и отлично! Вы на судне ночевать будете? Может быть вам туда кабель пробросить с берега, чтобы движок не гонять?

- А у вас откуда электричество, Ольга Яновна? – Спросил вроде бы Илья Антонович, Ольга еще путалась.

- У нас погружные турбины, причем почти на всех объектах.

- Да, хорошо живете, - пробормотал тот. – Недешевое удовольствие.

- Бесплатное, Илья Антонович. Я сейчас Анатолия Семеновича озадачу кабелем.

- Давайте я с вами пойду, побеседую на профессиональные темы, - улыбнулся Илья Антонович.

- Хорошо, - согласилась Ольга и, попрощавшись с остальными, пошла на Базу. Хотелось спать, а ведь еще нужно с Олегом поговорить.

Анатолий Семенович нашелся возле столовой.

- Так чего проще, Ольга Яновна! – Изумился он. – Только придется кораблик к пристани перегнать. Мы же туда уже кабель подтянули, работы-то производились, в том числе и с инструментом. Так что подключим вас, Илья Антонович, не беспокойтесь за то. Пойдемте сейчас на мой склад, соберем инструментарий, да и еще кое-что возьмем.

- Вы что, уже самогонку гнать начали? - Изумилась Ольга.

- Ольга Яновна! Вы что! Какую самогонку… спирт для протирки контактов. Неделю назад Мария Алексеевна взяла литровую бутылку.

- Это она зря, - пробурчала Ольга и было пошла к себе, но сообразила, что сейчас «Кодор» будет выходить из залива.

Мигом схватив бинокль и оседлав велосипед, Ольга со всей возможной для ее организма скоростью поехала на берег. Успела. Команда только начала поднимать паруса, и на голых мачтах шхуны вдруг распустились белые цветы. «Кодор» дрогнул под ветром и неторопливо направился к выходу из залива, прямо под полную луну на темнеющем уже небе.

- Как красиво, - тихонько проговорила Ольга. – Лучше, чем в кино.

За швартовкой она наблюдать не стала и потихоньку отправилась домой. Спать.

На следующее утро Ольга, как обычно, сидела на веранде с чашкой чая. Там ее и нашел Олег, с которым вчера так и не получилось побеседовать.

- Ольга Яновна, а кто присутствовал на конференции? В смысле, какие кластеры были представлены?

- Русский Союз в составе Замка Россия, Берлина, французов и египтян. Дели и Шанхай, Мадрид и Квебек, португальцы, у них монокластер на западном берегу; был представитель Манилы, но с совещательным голосом, полуофициально. Британцы. Швиссы не приехали, хоть их и приглашали, а Аддис-Абебу не позвали. Там какой-то бардак с зусулами.

- А скажите честно, неужто этот англичан так все и вывалил на конференции, как вы рассказывали?

Ольга усмезнулась.

- Конечно нет. Там было все завуалировано, обернуто в мягкую ткань и украшено бантиком. Но смысл я передала верно. И то, что он корабли просил - тоже правда.

Олег кивнул и, помолчав, спросил:

- А что известно по поводу того, кто населяет Волгу выше по течению?

Ольга выпустила дым и сказала:

- Северный Альянс: скандинавы и с ними прибалты. Очень мутные товарищи. Представьте, перегородили Волгу цепями.

Олег аж рот открыл.

- А выше них по течению стоит Китай, за ним Бразилия.

- Вот это да, - потрясенно сказал Олег Иванович и тоже закурил. – Бразильцы на Крайнем севере. А японцы есть?

- Монокластер в составе Китая.

- Очешуеть. – Только и брякнул Олег. – И как они с Северным Альянсом?

- Бодаются за какие-то спорные территории. Но лениво. Китай воевать не любит.

Олег посмотрел на часы.

- Побежал я на зарядку. Потом еще пообщаемся.

- Как всегда, в половине двенадцатого жду с заявками.

- Буду.

И Олег, влившись в группу бегунов, отправился на спортплощадку.

Ольга же, вымыв чашку, пошла в сад, посмотреть на последние розы. К ней присоединилась Мария Алексеевна.

- Ох, Ольга Яновна, знали бы вы как я переживала все это время.

- О чем? – Изумилась Ольга.

- Ну как же! Вдруг что не так сделаю. С заявками этими еще. Вы знаете, что у меня Анатолий Семенович выцыганил?

- Уже знаю, - Ольга усмехнулась. – Спирт для протирки контактов. Вчера с моряками протирал.

- Вот как чуяла, что крутит что-то! – В сердцах крикнула Мария Алексеевна, но тут же засмеялась. – Вот хитровыдуманный прораб! А что у нас еще было! – Мария Алексеевна вздохнула. – Володю под арест посадили.

- Это как? – Изумилась Ольга.

- Ну, не под арест, конечно, дали пять суток исправительных работ. Он нахамил Рите, потом Ларисе, потом поругался с отцом и в конце концов и со мной. Он, видите ли, за Дианой тосковал. Ну и тосковал потом на картошке: мы поле выкопали, а он сортировал на семена, на еду и на корм свиньям. В гордом одиночестве все пять дней. Потом, конечно, извинялся.

- Ну, это вы правильно сделали, - задумчиво протянула Ольга. – Не в погреб же его сажать, тем более, что они у нас заняты.

Перед завтраком Ольга выловила Ушакова и даму-повара из его команды.

- Так, друзья. Полагаю, что на вашей шхуне с гардеробом неважно дела обстоят. Поэтому прошу вас, к половине двенадцатого принесите заявку на все необходимое для вас и курсантов. А после завтрака хотелось бы познакомиться с вашими юнгами.

Юные моряки Ольге понравились. Нормальные ребята, не мажоры и хулиганистых, вроде, не заметно. Ну, там дальше видно будет. У одной девчонки глаза на мокром месте – это понятно, кто-то остался на той Земле. Озадачив их проблемой гардероба, призвав при этом не стесняться в деньгах, но экономить вес, Ольга вызвала Олега, капитана Корнеева и кап-два Ушакова.

- Виктор Георгиевич, вы собирались в поход? Не задержитесь немного? Я полагаю, у нас опять дыра в обороне образовалась.

- Какая дыра? – недовольно спросил Олег.

- Олег Иванович, вот представьте, что пираты зайдут не в залив Лукоморье, а в соседний, где у нас шикарные пирсы и не менее шикарная яхта пришвартована. А огневого прикрытия там нет!

- Сегодня же будет, Ольга Яновна, - заверил ее Олег. – На восточном берегу Голого нашлась удобная ложбинка с легким подъемом, не на вершину, правда, а на полку, подобную той, что на Южном. Там установим один из ДШК. Второй так и оставим на Южном. Но вообще, людей у нас не хватает прикрывать все точки.

- Сейчас, погодите, Олег Иванович. Дневальный первому. Найдите Юрия Вотякова и с Николаем Игнатьевичем пригласите ко мне. – И обращаясь к Корнееву, добавила: - Тогда, Виктор Георгиевич, может у вас какие-то пожелания есть?

- Я задержусь, наверное, Ольга Яновна. Вот, с Виктором Федоровичем побеседуем о нашем, морском.

- Да, пожалуйста, - радушно ответила Ольга. – Только не уходите без прощания, - она лукаво подмигнула. – Мне, возможно, а то и скорее всего, понадобится связь с Командором.

Моряки ушли, зато подошел Юра с Николаем Игнатьевичем.

- Юра, как разместились, все в порядке?

- Прекрасно, Ольга Яновна. Но нужно начинать обследование ваших антенн. Хотелось бы, конечно, поставить «Унжу», но, боюсь, ваш канал не даст такой возможности.

- Мы обговорили этот вопрос с Сотниковым. Можно будет заказать у него, а от нас что-то получить взаимозачетом. Сначала посмотрите, можно ли эту «Унжу» притащить частями. Посекционно или как. Или заменить ее на что-то не столь массозатратное.

- Николай Игнатьевич, - вступил Олег. – Я дам вам в сопровождение сержанта Лукьянова и… - Тут он запнулся, глянув на Ольгу. – Дениса и Вадима. Ольга Яновна, понимаю, что школа, но некого больше, сами понимаете. Через день будут выходить.

Ольга только сокрушенно кивнула:

- Предлагаю сначала осмотреть ближние окрестности, а завтра я попытаюсь взять еще одну «Хонду». Женя нам, поди, не откажет, даст свою покататься. Вот мальчишки вас повозят по острову.

Олег Иванович и радисты ушли, Ольга тут же вызвала Анатолия Семеновича. Тот имел вид немножко помятый, но вполне адекватный.

- Ну что, как контакты? – С нескрываемой насмешкой поинтересовалась Ольга. – Что-то от литра осталось?

Анатолий Семенович сокрушенно кивнул.

- Осталось. Ровно половина. Отнес на склад в оружейку.

- Рада вашему здравомыслию, Анатолий Семенович. Тогда включайтесь в мозговой штурм. Жилье, Анатолий Семенович. Где будем селить новичков?

- Ольга Яновна, кирпичное производство у нас постоянно работает. Но, конечно…- Тут он прервался. – Надо считать.

Сеанс доставки начался с приятного:

Кратное увеличение численности.

Системное поощрение.

Изменение глубины и ширины канала: глубина канала - количество позиций не регламентируется, ширина канала 200 килограммов ежедневной поставки.

- Ну, с этим уже можно жить, - прокомментировала Ольга.

________________

[2] «Дом, милый дом» (Home, Sweet Home) — песня английского композитора Генри Бишопа на стихи американского актёра и драматурга Джона Говарда Пейна. Произведение было написано для оперы Бишопа и Пейна «Клари, или Девушка из Милана», премьера которой состоялась 8 мая 1823 года в лондонском театре Ковент-Гарден.

[3] Подробную историю шхуны «Кодор» можно посмотреть в интернете. Кратко: шхуна спущена на воду в 1951 году, построена Финляндией в счет репараций. Вначале имела гафельную оснастку и применялась в рыболовецком флоте. Затем с 1957 года была учебным судном. Оснастку при этом заменили на бермудскую. Принимала участие в съемках фильмов: «Остров сокровищ» (1982) — трёхмачтовая шхуна «Испаньола»; «В поисках капитана Гранта» (1985) — паровая яхта «Дункан»; «Капитан „Пилигрима“» (1986) — китобойное судно «Пилигрим» и других.

С 1971 по 1979 год шхуна «Кодор» выполняла роль галиота «Секрет» на празднике ленинградских выпускников «Алые паруса».

После 1986 года судно передали в Бакинский общепит в качестве плавучего ресторана, а в 1999 году шхуна сгорела. Причины не установлены.

Глава 3. Беспокойное хозяйство

Глава третья. Беспокойное хозяйство

После обеда Ольга с «Нерпы» запросила связь с Сотниковым и вывалила на него состав яхты «Кодор».

- Ну, Ольга Яновна, ну, везучая же вы женщина! – Почти с восторгом сказал обычно невозмутимый Сотников. – Это ж надо! Геологи, геофизик, доценты с кандидатами! Профессор! Ольга Яновна, нам бы парочку доцентов, а? Врачей не прошу, все понимаю, но и вы поймите.

- Алексей Александрович, я им всем сразу про вашу научную группу рассказала. Думаю, кто-то захочет из нашего захолустья к вам в цивилизацию переехать. Пока капитан Корнеев будет в разведке, думаю, определятся.

- Хорошо, подождем их решения. Насильно никого переселять не будем. А вообще, откуда такой необычный экипаж?

Ольга рассказала ему историю яхты, Сотников резко захотел еще и яхту посмотреть.

- Я ведь тоже этот фильм смотрел, хороший фильм. И яхта там была красавица. Вот бы на ее базе учебный класс сделать!

- Не вижу препятствий, Алексей Александрович, привозите ребят, поселим, научим. У Виктора Федоровича призвание – учить. Видели бы вы, как вокруг него юнги собираются. И наши тоже с горящими глазами.

- Хорошо, Ольга Яновна, надо этот вопрос обсудить. Думаю, к весне проведем набор. А по поводу переселенцев сообщите, как решат. Жилье подготовим и научную работу нарежем. – Он хмыкнул и попрощался.

Корнеев спустился вместе в Ольгой на пристань.

- Завтра мы выходим. Думаю, в три дня обернемся: у нас только разведка. Разрешите Диане пойти с нами, Ольга Яновна. Может быть, у них там не все разграбили, что-то заберет девчонка.

- Да не вопрос, Виктор Георгиевич. Вечером она на судне будет, если сама захочет, конечно. Все-таки воспоминания не самые добрые.

- Захочет. Она сама говорила, что кое-что забрать надо.

- Договорились. Сообщу ей.

За ужином дружно решили назвать залив по имени яхты – Кодор. Так и занесли на карту.

После ужина Ольга вновь собрала экипаж «Кодора» и пересказала им разговор с Командором.

- У вас есть три дня пока «Нерпа» в разведке. Потом она вернется, заберет радиста и покинет нас до весны. Скоро сезон штормов, а прогноза погоды здесь пока нет. Поэтому, если кто решится на переезд, то либо сейчас, либо ждать весны.

Все помолчали, переглядываясь, потом Виктор Федорович сказал:

- Я не против школу открыть. И именно здесь. Место хорошее, марина, опять же. Я остаюсь. Остальные сами решайте.

Самый старший из экипажа, Евгений Константинович, тоже решил остаться.

- Я пенсионер, мне теперь по-стариковски на печке кости греть, да может, садик какой завести, пчелок. Помнишь, доча, какой у нас с мамкой сад был? Вот бы и здесь. А пользу общине принесу, не сомневайтесь, Ольга Яновна. Вы вот давеча мед привезли, а я пасечник со стажем. Будем сами пчел разводить, свой мед, воск.

Ольга с благодарностью кивнула.

Дети Евгения Константиновича тоже решили остаться. Ольга обрадовалась, акушер-гинеколог и даже следователь анклаву были нужны. Оба геолога, переглянувшись, заявили, что желают обследовать остров и тоже остаются. Вслед за ними единогласно решила остаться семейная пара: стоматолог и электрик. Ольга так цинично определяла про себя не людей, а их специальности. А что делать, людей она пока не знала. Вместе с ними оставались и их дети. Остальные решили отправиться в метрополию. Оба физика, геофизик и хирург.

- У вас в анклаве уже есть хирург, - извиняющимся тоном сказала Наталья Семеновна. – А я мужа одного не отпущу, там, по слухам, - она потрясла планшетом с закаченной на него «Стратегией», - очень уж бабы ушлые.

Все рассмеялись.

- Ну что ж, - Ольга вздохнула. – Вольному воля. Опять наши ученики без физики остаются.

- А я вам посоветую очень хороший учебный материал, - оживился Константин Иванович.

- И у меня есть чем вас порадовать, - добавил Григорий Николаевич. – Не оставим вас, так сказать, в пустыне с пустыми руками.

Таким образом в анклаве осталось четырнадцать человек из двадцати двух прибывших:

Ушаков Виктор Федорович;

Илья Антонович, его жена Людмила Ивановна и их сын Антон;

Антон Николаевич и его дочь Надя;

Вадим Сергеевич и его дочь Ира;

Евгений Константинович, его дочь Анна Евгеньевна с сыном Станиславом,

а также его сын Борис Евгеньевич с сыном Ярославом и дочерью Галиной.

И шхуна, конечно.

Всего в анклаве стало пятьдесят два человека, из них двадцать детей разного возраста от грудничков до более-менее взрослых шестнадцатилетних.

Следующие три дня Ольга брала каналом в основном секции для «Унжи» и редуктор для нее же. Местом для ее установки определили холм Подзорная труба: за счет общего поднятия рельефа и собственной высоты холм поднимался на весомые двести метров над уровнем моря. Север, правда, закрывали горы, но он был «не принципиален в смысле связи», как выразился Сергей. После установки, настройки и калибровки «Унжи» появилась устойчивая связь с Замком, тем более, что радиостанцию тоже заменили. Частоты были определены еще в метрополии.

«Нерпа» пришла с Южного материка с почти нулевыми результатами: никаких поселенцев не обнаружили, хотя, по идее, они должны были располагаться на побережье. Но и разрушенных домов тоже не нашли. Дом Коулзов стоял, как и сарай, откуда забрали два мешка пшеницы, ручной инструмент и еще кое-какие мелочи. Из дома Диана забрала только памятные вещицы. Написав подробную записку о бесчинствах британцев и оставив ее на кухонном столе, команда «Нерпы» направилась к Кубани.

К этому времени Юра закончил наводить порядок со связью и, наконец, «Нерпа» с пассажирами, дав прощальный гудок, отвалила от причала. Оставшиеся помахали руками и разошлись по рабочим местам.

В анклаве вновь остро встал вопрос жилья.

Частично его сняли геологи, которые, взяв на складе палатку и велосипеды, сопровождаемые сержантом Осиповым, отправились в сторону бухты Кривулина, где собирались поставить базу и совершать вылазки. Но это было временно. Их дочерей, Надю и Иру, пока приютили в доме семьи Коулзов, поскольку старшее поколение не собиралось покидать Ранчо даже зимой и в доме была свободная комната.

Евгений Константинович решил заняться пчеловодством. Это дело требовало тишины и уединения, поэтому он, взяв в помощь Ивана Александровича и хонду его сына, проехал вдоль трассы от Кирпичей до озера Темного, и, изучив район озера Лесное, решил обосноваться там: обширный луг позволял выращивать медоносы, ручей давал воду и электроэнергию, а кроме того, Константиныч мечтал насадить сад, «как на земле». Требовалось поставить ему дом и за зиму сделать ульи. Оба геолога выразили желание поселиться вместе с ним, так что дом требовался большой, так как научникам нужна была еще и лаборатория. Еще они согласились вести уроки географии и факультативно – картографию.

Людмила Ивановна и Илья Антонович с сыном Антоном четырнадцати лет пока жили в радиорубке, где пустовали две комнаты.

Дети Евгения Константиновича – дочь Анна и сын Борис с тремя детьми совокупно (двумя мальчишками и девочкой) с грехом пополам уместились в гостевом доме.

Виктор Федорович «Кодор» оставлять не собирался и жил там. Там же пока жил и Евгений Константинович.

- М-да, распихали гостей куда ни попадя. – Проворчала Ольга, открывая совещание. – Ну что ж, Анатолий Семенович, доложите, сколько у нас заготовлено кирпича и прочих материалов. Как видите, строительство предстоит большое. Тем более, что придется отстраивать медицинский пункт. Или достраивать.

Анатолий Семенович, вид имея затурканый донельзя, считал, загибая пальцы:

- Дом на Лесном – четыре-пять комнат, кухня, большой санблок, лаборатория, для пчел чего-то там еще; дом на две семьи врачей – шесть комнат, два санблока; дом на две семьи для Бориса, который следователь, и для капитана – четыре комнаты, два санблока… - Он ошалело посмотрел на присутствующих, закрыл глаза и потряс головой. – Нереально. Главное, фундаменты и кирпич. А еще пристройка к медпункту. Кабинет стоматолога и два для акушерки, плюс еще один санблок.

- Анатолий Семенович, нам еще нужна отдельная большая операционная. – Вмешалась Катя. – Существующая крайне мала. Ее оставим под палату.

Анатолий Семенович вцепился в свою шевелюру и застонал.

- Давайте-ка проведем общий мозговой штурм. Ну, за исключением подрастающего поколения. – Предложила Мария Алексеевна. – Тем более, что, как мне кажется, для медицины лучше построить отдельное здание, а не городить пристройки. А то что есть - перестроить для школы.

Ольга через дневального вызвала Ларису, Риту, Николая Игнатьевича. Их быстро ввели в курс дела и обсуждение продолжилось.

- Нужно использовать локалку на Темном, - предложил Николай Игнатьевич. – Там здание большое, можно устроить приличное жилое помещение и еще останется место на всякие технические нужды.

- И кто там захочет поселиться? - с удивлением спросила Катя. – Это же у черта на рогах. И чем там заниматься?

- Хорошо бы разделить нашу ферму, - задумчиво сказала Ольга. – Я ни разу не животновод, но читала, что лучше бы иметь два стада, пусть маленьких, чем одно, но большое. В плане заболеваний, - пояснила она.

- Вот, - поддержал ее Олег. – Перевести туда часть стада, несколько свиней, завести тех же уток на озере, а кроме того, туда будет доставать РЛС с Дальнего! И это главное.

- Да, - подтвердил Николай Игнатьевич, - Юра очень помог. Теперь дальность намного больше. До Базы не достанет, конечно, но до той локалки – вполне. Только нужно репетир на южных холмах поставить.

- И еще там можно распахать поля для овощей, - тихонько добавила Лариса. – Почва там хорошая, я видела.

- А там еще андреевские огороды, - подхватила Рита.

- Так, девоньки, - прищурилась Ольга. – Вы тоже предлагаете децентрализацию?

- А что? Вариант. – Задумчиво проговорил Анатолий Семенович. – Здесь, на Базе, оставить персонал медпункта, школу, администрацию. Остальных расселять. И территории не пустуют, активно обрабатываются, и люди на головах друг у друга не сидят. Можно и интернат сделать, чтобы дети не мотались в школу каждый день.

- Так, - Ольга, как Сотников, прихлопнула ладонью по столу. – Давайте сделаем паузу в этом вопросе. Нужно еще подумать, посоветоваться с Андреевыми, с Ниной и Женей – все-таки они у нас главные в теме животноводства. Давайте перенесем этот разговор на завтра. Собираемся в три; Ивана Александровича, Нину и Женю я приглашу, от группы биологов - один человек, сами решите кто, и еще Анатолий Семенович, Максим и Олег Иванович. Всем спасибо, все свободны, кроме Олега Ивановича и Николая Игнатьевича. У нас еще один вопрос, который нужно обсудить. – Ольга взяла рацию. – Дневальный, найдите капитана Ушакова и пригласите ко мне, пожалуйста. Вместе с Евгением Константиновичем. – И обращаясь к остальным, предложила: - А мы пока выпьем чаю.

Когда пришли моряки, Ольга поставила перед присутствующими вопрос о сохранении флота в зимний период.

- У нас сейчас пять судов: «Русский Сокол», «Кречет», «Стремительный», «Диана» и «Кодор». Первые два прошлой зимой были укрыты в бухте Сокол – она хорошо защищена от штормов, в конце бухты даже есть небольшая пещера, куда мы суда и вытаскивали. Теперь у нас имеются еще два эллинга в заливе Кодор. – Докладывал Олег Иванович

- Высота не позволяет там нормально закрепить «Кодор», - включился капитан. – Мачты, понимаете? Не рубить же их на зиму.

- У нас есть еще одна закрытая бухта, - показал на карте Олег. – Кривулина. Но я не знаю, сможет ли там сманеврировать яхта: бухту не зря так назвали, она очень извилистая. Мы там прятались от шторма, и она действительно защищенная – ветер почти не чувствовался, волнения практически не было, только на выходе из бухты. Там есть очень удобная стоянка.

- Нужно посмотреть, - оживился капитан. – Судя по карте, там сейчас у наших матросов-геологов база? Можно туда сбегать, глянуть.

- А давайте! – Обрадовался Олег. – Возьмем хонду и быстро обернемся. Тем более, что там нужно камеры проверить.

- Договорились. – Капитан был доволен. – А ты, Константиныч, за «Кодором» пригляди.

Радист кивнул.

- Теперь другой вопрос, - помялась Ольга, но тут же напустила начальственных ноток в голос. – Олег Иванович у нас военный комендант. Как вы полагаете, если капитан Ушаков станет у нас адмиралом, сможет ли он подчиняться коменданту?

Мужчины переглянулись и рассмеялись.

- Ольга Яновна, адмирал – это звание, а комендант – должность. – Пояснил Николай Игнатьевич. - Бывало, что комендантом сержант был и генералы ему должны были подчиняться.

- Ну, должны, не значит, что подчинились. Но вопрос правильный. – Подумав, ответил Виктор Федорович. - Я думаю, что флот должен подчиняться армии.

Олег только кивнул.

- Вот и ладушки, - Ольга хлопнула в ладоши. – Тогда по этому вопросу все. Перейдем к обучению. Что вы предполагаете в этом смысле предпринимать, Виктор Федорович?

- А что тут думать, - изумился тот. – Все уже уставом определено. Осенью начнем набор курсантов, за зиму пройдем теорию, весной начнем практику. Вот, Константиныч поможет с теорией, верно?

Константиныч густо откашлял ся.

- Да чего там, стало быть. Помогу, конечно. И с практикой могу, когда время будет.

Ольга успокоенно вздохнула. Вроде все срастается. Моряки оказались людьми толковыми, без лишнего гонора.

- О, вот еще что! – Вспомнила она. – Командор передал нам паровую машину для установки на какое-либо судно. Вы уж посмотрите сами и примите решение о целесообразности такой установки. Очень уж накладно таскать топливо каналом. Да еще на четыре судна. Вон, «Нерпа» свои двадцать узлов на паровике имеет и в ус не дует.

Моряки покивали и сказали, что посмотрят.

- Антон нам здесь не помощник. – Добавил Константиныч. – Механик он только так – подай-принеси, самоделкин; а свои механики у вас есть?

- Как не быть, - воскликнула Ольга. – Володя и Диана. Диана в пути туда и обратно машину «Нерпы» всю изучила, ее даже хотели в Замке оставить – так она по душе Корнееву пришлась. Как специалист, - добавила Ольга, улыбаясь.

- Вот и ладно. Суда осмотрим, посоветуемся. Но! – Поднял узловатый палец Константиныч, - на дровах – это не дело. Нужен уголь.

- Может, и найдут геологи. Хотя… Времени мало осталось, скоро дожди начнутся.

Расширенное совещание было предварено небольшими докладами Анатолия Семеновича, Нины, Катерины и Марии Алексеевны. Ольга подвела итог и предложила высказываться:

- У нас с вами первоочередная задача: обеспечить жильем экипаж «Кодора». Здесь Анатолий Семенович все подробно расписал, пожелания отдельных членов экипажа вам представлены. Но! – Тут Ольга воздела палец вверх. – Не будем забывать о том, что весной, когда потеплеет, на анклав могут посыпаться новые потеряшки. Значит нужно думать о том, что жилищный кризис снова встанет во всей своей неприятной красе. Поэтому нужно подумать и об этом.

По итогам расширенного совещания, был принят генеральный план развития анклава на ближайший год. Для продовольственной безопасности было решено разделить животноводческую базу пока на два отдельных кластера. Старшие Андреевы с частью молочного стада (молодой бычок, две телочки и две коровы) весной перебираются на озеро Темное для чего локалку срочным образом переделывают под жилой дом, а технику перегоняют на Кирпичи, где для нее также аврально строится ангар. Стадо свиней решили не трогать, а наловить в междуречье Веселого и Ленивой еще несколько молодых подсвинков и пару свиноматок с хряком.

Туда же на Темное в отдельный дом переселяются Осиповы, где Сашка патрулирует окрестности и ведет наблюдение с помощью РЛС. Еще одну РЛС решили поставить на мысе Поворотном. Рита и Иван Александрович определяют и межуют поля для выпаса скотины, распахивают поля для овощей и огораживают выпас для свиней. Ближе к весне занимаются андреевскими огородами и вообще посевом овощей и картофеля.

В бухте Кривулина строится пристань для «Кодора» и три дома: для капитана Ушакова и геологов. Решили все же, что пасека – не то место, где комфортно проживать непричастным лицам.

Дом для Константиныча и зимник для пчел строится на Лесном. Недалеко от пасеки, возле моста через Омь встанет жилье для Лукьяновых и будут распаханы поля (по крайней мере, два) для кормовых культур. Поголовье животных уже увеличилось и будет еще расти. Там же будет построено третье овощехранилище.

И еще требовалось закончить обустройство Ранчо, поскольку старшие Коулзы выезжать на зиму на Базу отказались категорически. Поголовье индеек увеличивалось в геометрической прогрессии, кухня каждый день готовила что-то из индюшины, а Анна Коулз занималась консервацией, для чего Ольге пришлось выписывать специальный автоклав и банки.

Каждой семье будет придана единица техники для быстрого реагирования, а на Вторую Ферму еще и моторная лодка.

На Базе будет построено здание медцентра. Существующий медпункт передадут под интернат.

Это все было первоочередной задачей. Для решения задач второго этапа нужна была разведка.

- Вот что я предлагаю, - неторопливо начал Олег. – Во-первых, нужно активно вовлекать ребят из нового поступления, для этого существующие группы разведчиков будем увеличивать, а также создадим еще одну, третью группу, куда войдет часть «стареньких» в виде костяка группы. Конкретно я пока сказать не могу, но мы решим этот вопрос с сержантами и командирами групп. Во-вторых, предлагаю на зимних каникулах провести разведку вдоль ручьев Белый и Игривый, вплоть до впадения их в озеро Лесное. Мы же только предполагаем, что исток у них из озера. Нужно уточнять. Захватим примерно по три километра вдоль берега.

Мария Алексеевна вскинулась.

- Олег Иванович! Зимние каникулы на то и зимние, что зима и холода!

- Ничего, Мария Алексеевна. У нас утепленные палатки есть, это раз, лыжи, если снег будет – это два. А в-третьих, не надо из ребят тепличные растения выращивать. Наши все в деле, а новенькие – юнги. Они тоже знают, как трудности превозмогать.

Итак, две группы идут вдоль указанных ручьев, а третья пойдет вдоль Веселого. Дима намедни с крыши Ранчо видел там многообещающий холм, почти точно на восток. Вполне возможно, что найдем еще локалки. Да и может быть просто что-нибудь полезное. Ну, и естественно, во главе групп пойдем мы с сержантами.

Подумали и утвердили.

Третьим пунктом повестки было утверждение плана строительства домов, так сказать, на вырост: на месте Андреевского дома – обязательно; там, где трассу пересекает ручей Веселый, а также рядом с мостом через Угрюм, ну и по результатам разведки – на ручьях Игривый и Белый по возможности.

Еще запланировали разведку за Угрюмом по направлению к восточному берегу. Там только однажды проходила группа, и то почти вдоль побережья, не захватив глубины леса.

Требовалось спешить и заливать фундаменты запланированных семи зданий, пока не наступили холода. К счастью, мороз в этих краях начинался довольно поздно и был невелик и недолговечен, но все дело могли испортить затяжные дожди. Почти все взрослое население анклава принимало участие в этих непростых для нестроителей работах. Ольга заказала четыре бетономешалки, четыре же погружные турбины, километры кабелей и килограммы прочих электрических штук. На Кирпичах работа кипела в две смены. И удалось-таки до ноябрьских дождей закончить заливку фундаментов для всех строений.

Дома решили строить почти типовые для Платформы: большая общая комната, три спальни, санузел, прихожая и терраса.

Впрочем, могли быть использованы и предпочтения жильцов, но пока таких не было.

Люди сказали: «Уф», вытерли пот со лба и приготовились отдыхать, но не тут-то было: геологи подготовили отчет и страсти снова закипели.

Докладывал Антон Николаевич.

- Товарищи, мы закончили обследование западного берега в пределах от озера Димкино до бухты Кривулина. Наше первоначальное мнение подтвердилось: это плато было образовано в пределах триста – четыреста миллионов лет назад и было разрушено взрывом вулкана примерно двести пятьдесят – триста миллионов лет назад. Должны отметить, что никаких признаков вулканизма в этой части острова сейчас не наблюдается. По итогам лабораторного анализа, мы пришли к выводу о залегании довольного мощного пласта олово-вольфрамовой формации на глубинах до двухсот метров. Выходы пласта наблюдались на берегу залива Мелкий почти повсеместно, на косе мыса Западный и частично на берегу залива Каменный. Мы, товарищи, надеялись на углеводороды, но признаков не нашли. Ни нефти, ни газа в этой части острова нет.

Докладчик выпил воды и продолжил.

- Далее, мы обследовали русло реки Горной, а также территории вдоль нее на глубину десяти километров на север и восток. – Тут он прервался. – Извините нас, мы знаем, что географические названия вы даете после обсуждения, но как-то надо было речку назвать. – Антон Николаевич обвел присутствующих взглядом, отметил кивок Ольги и продолжил: - И тут мы можем поздравить себя и вас. Есть признаки залегания угольного пласта, причем неглубокого и довольно обширного. Почти поверхностное залегание. – Он потряс какими-то бумагами. – Добыча будет несложной, но при условии, конечно, механизации.

Все зашумели. Для анклава уголь не был предметом первой необходимости, анклав не зависел по теплу и электричеству от полезных ископаемых, но вот для паровых котлов… Если поставить паровые машины на имеющиеся суда, то сразу высвобождался вес в поставках, поскольку приходилось два раза в неделю выбирать вес топливом для корабельных машин. И его постоянно не хватало. Ведь была еще дорожная техника, да мотоциклы, да «Виллис», который, правда, почти все время стоял в гараже возле Кирпичей. Олег пару раз в неделю приходил, смахивал пыль и грустно вздыхал.

Анатолий Семенович подскочил первым.

- Товарищи, это же грандиозно! Угольный карьер, причем недалеко от берега. – Тут он вопросительно посмотрел на геологов.

Олег Иванович посмотрел на карту, где Вадим Сергеевич поставил отметку.

- Да, не очень далеко. Порядка десяти-пятнадцати километров на северо-восток берег небольшого залива, но я совершенно не помню там места, где могло бы причалить судно. Нужно смотреть.

- А как насчет путей сообщения? – Задал вопрос Максим Андреев. – Можно ли там дорогу пробить или рельеф такой, что только самолетом?

Геологи переглянулись.

- Думаю, - осторожно сказал Вадим Сергеевич, - бить дорогу в сторону океана нерационально. Там действительно сложный рельеф. Дорогу лучше вести в сторону Горной, а там вдоль нее с выходом к бухте Кривулина.

- А там, - с обычной язвительностью подхватила Ольга, - мы только что закончили заливать фундамент для дома капитана и ваших домов, товарищи геологи. Полагаю, что угольный склад придаст этому месту неповторимый дизайнерский колорит.

Все запереглядывались. Геологи еще не привыкли к манере общения коменданта и уставились на Анатолия Семеновича, который незаметно успокаивающе махнул рукой.

- В общем, - веско сказал Олег, - нужно ехать и все смотреть на месте. Может быть, есть возможность проложить дорогу к берегу. Мне вспоминается, что северный берег высокий, обрывистый и порос кустарником, никакого пляжа и места для высадки нет. Единственная бухта – Кривулина. А глубины у берега большие…

Тут он задумался и Максим подхватил:

- А если чуть обработать причальное место и уголь подавать сверху через блоки в трюмы?

- Да, - чуть подумав, сказал Анатолий Семенович, - это возможно. Проложить дорогу…

- Давайте не будем сейчас гадать, - прервала их размышления Ольга. – Нужно смотреть, проводить изыскательские работы…

- Так давайте! – Анатолий Семенович выказывал необыкновенный энтузиазм. – Две группы. Одна морем от бухты Кривулина вдоль северного берега, да хоть на «Гоше»! – Ольга закатила глаза. – Ну, не на «Гоше», все равно, а вторая вдоль берега поверху.

- Когда, Анатолий Семенович? Зима на носу, - попыталась умерить его пыл Мария Алексеева, но не преуспела.

- Погоды стоят пока теплые, плюс пятнадцать, дождей нет, за неделю, думаю, управимся.

Ольга с удивлением посмотрела на главного строителя.

- Что это с вами, Анатолий Семенович? Откуда такой энтузиазм? Вы сами, что ли, собрались в поход?

- А что? – Вдруг обиделся тот. – Я, Ольга Яновна, вполне могу. Не такая уж я развалина.

- Ну, хорошо, - медленно проговорила Ольга. – Давайте обсудим предстоящую экспедицию завтра, в три часа. Олег Иванович, Анатолий Семенович, Антон Николаевич, вам быть обязательно, пригласите еще Виктора Федоровича. На этом встречу предлагаю закончить, спасибо.

Сегодня Мария Алексеевна наметила себе два обязательных дела: во-первых, присутствовать на уроке Ольги Яновны по литературе, во-вторых, посетить в компании той же Ольги Яновны Ранчо. Погода пока стояла сухая, можно было воспользоваться велосипедами, наверное, уже в последний раз в этом году. Осень уже окончательно вступила в свои права, листва опала, на розовых кустах остались редкие цветы, еще не побитые ночными заморозками. Огородный сезон был закрыт и только в теплицах кипела жизнь.

Посещение урока по литературе было не только данью удовольствию, которое Мария Алексеевна получала от лекций Ольги Яновны, нет, была еще одна цель: уже прошло два месяца с момента появления новых учеников и Мария Алексеевна хотела оценить насколько новенькие пропитались духом их анклава. На своих уроках это было невозможно, а на уроках других «учителей» - не интересно. Мария Алексеевна не любила точных наук.

- Итак, друзья, сегодня мы начинаем изучение жизни и творчества очень интересного писателя - Алексея Николаевича Толстого, - начала Ольга Яновна. – Полагаю, вы мне можете назвать его произведения?

- «Аэлита», - тут же отреагировал новенький Антон.

- «Гиперболоид инженера Гарина», - это уже Андрей.

- «Хождение по мукам» (Ого! – отреагировала про себя Мария Алексеевна, сидевшая в уголке столовой), - еще одна новенькая, Галина, почти взрослая уже девушка шестнадцати лет.

- «Золотой ключик», - пискнула Машка.

- «Петр Первый», - важно сказал Мишка.

- Отлично! – Ольга Яновна хлопнула в ладоши. – Вижу, здесь собрались настоящие почитатели таланта Алексея Николаевича. А сейчас мы с вами …

Мария Алексеевна отвлеклась на Марину, которая делала ей какие-то знаки из-за окна раздачи, стараясь, чтобы ее не увидели ученики. Тихонько пройдя на кухню, Мария Алексеевна зашипела:

- Марина, какого черта! Я тоже хочу послушать про Толстого.

- И я хочу! – Ответила Марина. - Но Николай Игнатьевич прибежал. Ольга Яновна на время уроков рацию отключает, а там что-то случилось.

Марию Алексеевну вихрем вымело из столовой через кухонную дверь. Николай Игнатьевич с Олегом Ивановичем топтались на пороге локалки, из раций в их руках доносился голос Сергея:

- … приближается. Скорость около десяти километров час. Идет курсом северо-восток, временами пропадая с радара. РЛС отметку не распознает. Это не судно, повторяю, не судно.

- Андрей, - нервно крикнул в рацию Олег Иванович, - ты добрался?

- Да, - из рации донесся запыхавшийся голос Андрея. – Смотрю в бинокль, пока не наблюдаю.

- Что тут у вас? – Спросила Мария Алексеевна у Николая Игнатьевича.

- Какой-то странный объект, - задумчиво ответил тот. – На вызовы не отвечает, то появится, то пропадет. Причем, равномерно, пять секунд на экране, пятнадцать – отсутствует. Уже полчаса его ведем. Скоро будет на траверзе Лукоморья.

- Вижу! – Заорала рация голосом Андрея. - Появился и пропал! Это кит! Только здоровый.

- Это не кит, - спокойно сказал за спинами присутствующих Виктор Федорович Ушаков. – Кит так не плавает. И не косатка.

- Появился на экране, - спокойно сказал Сергей. – Его видно через камеру Южного.

Все кинулись в радиорубку. Толпясь за спиной Сергея, пытались разобрать мелькающее на экране существо.

- Скорость сбросил. Интервал между всплытием и погружением уменьшился, держится на поверхности до минуты.

- При такой скорости через минут … двадцать он войдет в залив, - так же спокойно отметил Виктор Федорович.

- Надо оповещать Ольгу Яновну, - досадливо сказала Мария Алексеевна. – Как некстати.

Она быстро написала записку и тихонько пройдя в столовую через главный вход, подала ее Ольге. Та, досадливо поморщившись, прочитала ее, подняв брови, и размеренно сказала ученикам:

- На этом урок прервем. На следующее занятие по русскому языку представьте сочинение «Творчество Алексея Толстого в эмиграции». Все материалы доступны в учебных ноутбуках. А сейчас, - она озорно улыбнулась, - все на берег Лукоморья! У нас НМО – неопознанный морской объект.

Через секунду столовая опустела.

Ольга Яновна вышла на террасу и спросила Марию Алексеевну:

- Велосипеды где?

В столовую притащили все ноутбуки и вывели на экраны фотографии «чудовища». Его удалось заснять в тот момент, когда он выныривает из-под воды, и еще, когда он лежит на воде у входа в залив. Все время, пока он находился в Лукоморье его снимали на смартфоны, но руки у операторов так дрожали, что качество съемки было неважное, хорошо получилось только одно фото с выпученными глазами. «Каждое с «виллис» размером», божился автор снимка.

Монстр покрутился в заливе несколько минут и снова ушел в открытое море, продвигаясь вдоль берега на восток. У мыса Дальнего его зацепила камера, а РЛС показала, что он ушел тем же курсом северо-восток со все увеличивающейся скоростью,

На РДО, отправленное Сотникову, откликнулся профессор Гольдбрейх с просьбой сохранить для него фото и отчетливой печалью, что никто не отправился в погоню.

- На чем? – Вопросил Виктор Федорович. – Даже если бы у нас был «Адмирал Кузнецов», сохранялась опасность, что это чудо его перевернет. У него же длина тела не меньше пятидесяти метров. Вот на этом фото, - Ушаков потряс фотографией с чудовищем у входа в залив, - видна только передняя часть длиной метров десять.

- Да почему вы так решили? - возмутилась Нина. – Мы же не знаем его строения. Может быть, он выглядит как лягушка: массивная передняя часть и небольшая задняя.

- Да даже если и так, - невозмутимо ответил Ушаков. – Любому нашему кораблю было бы достаточно и этой передней части.

- Не думаю, что профессор реально хотел бы, чтобы кто-то преследовал чудовище. Это он абстрактно рассуждает. – Заметила Ольга.

- Знаю я этих профессоров, - проворчал Константиныч. – Помнишь, Федорович, как наши физики возбудились, когда метеорит упал. Сами чуть за борт не повыпрыгивали. Тут за остойчивость нужно бороться, а они за корму пялятся и мегатонны считают.

Ушаков согласно покивал.

- Ну, Ольга Яновна, - хитренько посмотрела на Ольгу Мария Алексеевна. – Это вам подарок на день рождения от Платформы. Не каждому удалось увидеть Монстра…

- И остаться в живых, - фыркнула Ольга. – Да Потапов со товарищи на «Клевере» нос к носу с таким или подобным столкнулись. А мы на берегу сидели.

Вечером был еще один сюрприз. Николай Игнатьевич переключил динамики на громкую связь и в столовой раздался голос Сотникова.

- Ольга Яновна! Поздравляем вас с юбилеем! Желаем вам здоровья! От себя пожелаю вам терпения в вашем нелегком труде. – Было слышно, как Сотников рассмеялся. – Надеюсь встретится с вами в следующем году.

Микрофон перехватил Демченко, потом Лагутина, Зенгер и под конец Юра Вотяков.

- Ну, приятно, конечно, - проворчала Ольга, когда поздравления закончились и связь отключили. – Только откуда они знают, что у меня юбилей? Я никому не сообщала свой возраст.

- Так они каналом личные дела таскают. – Округлил глаза Анатолий Семенович. – А мы почему этим не занимаемся?

Ольга пожала плечами.

- Думаю, пока в этом нет необходимости.

- А я полагаю, что есть. – Борис Евгеньевич спокойно посмотрел в глаза Ольге. – Личные дела надо скомплектовать на всех. И анкеты заполнить. Нам нужна службы безопасности, Ольга Яновна. И я готов ею заниматься в свободное от поручаемой работы время. Я, конечно, не Уксусников, и тем более, не Демченко, но готов совмещать их обязанности. Народу у нас пока мало, пятьдесят два человека – это ни о чем. А когда весной начнут засылать потеряшек? Нужно набивать руку.

- Ага. Пока не набили морду, - буркнула Ольга, но согласно кивнула. – Делайте, Борис Евгеньевич. Используйте на это один день в неделю. Пока.

Декабрь удивил всех кубанцев, кроме Ольги. В отдельные дни температуры поднималась до двадцати градусов тепла. Временами шли дожди, но дороги не раскисали, что позволило перевезти стройматериалы на Вторую ферму. К Новому году все постройки там были закончены, так что весной и люди, и животные могут переезжать. Останется только завезти мебель и бытовую технику. Дом для Осиповых тоже был готов, но пока стоял без внутренней отделки. Теперь начали возить стройматериалы на Пасеку и дом Лукьяновых, а также на Кривулину, стремясь использовать теплые дни и, хотя бы на одном доме успеть поднять стены и закрыть крышу.

Разведку к угольному месторождению провели, как и хотели, двойную: по морю и по суше. Пришлось пожертвовать несколькими рабочими днями, чтобы перегнать «Кодор» к Кривулине, заодно осмотрев береговую линию. Нашли очень удачное место: совершенно отвесная скала, ровная, как будто отполированная, высотой метров десять, а шириной около пятидесяти, неподалеку сверху сбегал водопадик. Когда сухопутная экспедиция вышла к этому участку берега, выяснилось, что до месторождения километров пятнадцать по прямой, но с учетом рельефа – около двадцати, и эти двадцать нужно еще пробить по бездорожью. «По камням, по лужам, по росе[4]», пробормотала Ольга, когда ей докладывали результаты.

- Эх, - мечтательно проговорила она. – Нам бы узкоколейку с паровозиком и двумя-тремя вагончиками – милое дело. Такая раньше соединяла Гуамку с Мезмаем. – Заметив недоуменные взгляды, пояснила: - Это поселки в горах. Если на машине ехать – кругаля такого даешь, что ой, а узкоколейка соединяла их напрямую. А какие там пейзажи! Потом оползень прошел, дорога была разрушена, а восстанавливать не торопились. Так, пустили туристический поезд. Так вот, нам бы такую механизацию… - Протянула она.

Все только руками развели.

Правда, на этом дело не закончилось. Когда все разошлись, Олег поведал Ольге, что в их кругоостровном путешествии этой скалы не было. И водопада тоже.

- У нас тогда с водой уже напряженка была, мы весь берег осматривали, искали воду. Только в Кривулине и нашли. Так что пропустить никак не могли. – Твердо закончил он.

Пришла очередь Ольги разводить руками.

Канал в эти полтора месяца работал только на стройматериалы и электрику. С трудом удалось выкроить день поставки и заказать подарки к Новому году и еще один день для заказа нарядов.

Мария Алексеевна собирала заявки на новогодние подарки. Ее порадовало, что никто не захотел пошлой роскоши, этих норковых манто, бриллиантов, часов и прочего, хотя Ольга честно сказала, что дед Мороз выполнит любое желание, но не тяжелее трех килограммов: дедушка старенький. Мужья заказывали подарки женам, жены – мужьям, дети, в силу возраста – в основном себе. Только Денис заказал подарок для сестры Наташи – арбалет.

- Она всегда хотела, я знаю, только постесняется. – Пробурчал он.

- А для себя? – Спросила Мария Алексеевна.

- Не знаю, у меня все есть, спасибо, - скороговоркой ответил Денис и поспешно ушел.

При передаче заявок, Мария Алексеевна передала Ольге этот разговор.

- Да, я тоже замечала за Денисом этакую отстраненность. Он близок только к тем, кто был с ним рядом на той Земле. Остальных к себе не подпускает, хоть и вежлив, и всегда поможет. Только недавно начала замечать, что он с Володей поближе сошелся, видимо, тянется к механике.

- Надо бы с Олегом Ивановичем поговорить, Ольга Яновна.

- Хорошо, вы правы. Как время будет.

Но пока времени не находилось.

Глава 4. Разведка

Глава четвертая. Разведка.

За неделю до праздника вышли на связь геологи. Они, игнорируя понижение температуры и временами налетавшие дожди, продолжали оконтурировать месторождение угля и добрались почти до леса на востоке.

Олег прибежал к Ольге, на ходу застегивая куртку.

- Ольга Яновна, геологи что-то там обнаружили, но не могут подойти – там охрана.

- Пещерник?! – Подскочила Ольга.

- Похоже. Хорошо, что к этому чему-то дуриком не выскочили, а сначала все осмотрели. По описанию: локалка на поляне, рядом что-то непонятное, но живое.

- Как будете добираться?

- Я, сержанты и Денис на хондах. Возьмем гаранды, пээм и калаши. К вечеру, думаю, доберемся.

- Хорошо, - ответила Ольга, стараясь выглядеть спокойно. – Будьте на связи.

Олег махнул рукой и вышел. Через несколько минут раздался треск мотоциклов и все стихло.

Весь день Ольга не находила себе места. Геологи, правда, на связь выходили, божились, что отошли от локалки и спрятались в ожидании кавалерии. Часов в семь на связь вышел Олег. Он сообщил, что добрались нормально, с геологами встретились, но решили заночевать, потому что уже очень темно, а утром уже пойдут смотреть и по возможности отбивать локалку. Ночевать будут в палатках. Попросил успокоить жен, что к Новому году вернутся. Ольга нервно постучала по перилам веранды.

После ужина она подозвала к себе Анатолия Семеновича, Володю и Максима.

- Кто из вас был на карьере?

- Да все, - ответил Анатолий Семенович, с недоумением глядя на хмурое лицо главы.

- А кто за рулем нашего грузовичка сидел?

- Я.

- Я. – Одновременно сказали братья Андреевы.

- Так, где сейчас грузовик?

- Да возле фермы. Мы вчера с Кривулины вернулись, темно уже было, так чтобы его по колдобинам…

- Отлично. Максим, завтра с утра, часов в пять-шесть, берешь Лену, носилки из медпункта, сухой паек, термосы и выдвигаешься к карьеру.

- Так, Ольга Яновна, мы туда не проедем, - забормотал Максим. – Там же речка эта, Горная, моста-то нет. Пешие по бревнам переходят, а машина-то…

- Это понятно. Ждете возле. В любом случае, подбираете всю группу вместе с техникой и везете сюда. Если что, Максим, вместе с Леной и носилками перебираетесь через речку и идете навстречу группе. Ясно?

- Так точно! – Вытянулся Максим, едва ли отдавая себе отчет, что перед ним не взводный, а Ольга Яновна.

Отпустив мужчин, Ольга подошла к Марине и дала ей распоряжения по поводу сухих пайков и термосов с кофе. Потом нашла Лену и сказала ей о выезде.

- А что случилось-то, Ольга Яновна? – Лена с недоумением смотрела на нее.

- Пока ничего, - сухо ответила та. – Но у меня нехорошее предчувствие, так что нужно быть готовыми.

Утром, проводив Максима, Лену и носилки через Быструю, Ольга засела в радиорубке.

В десять-десять прозвучал вызов от Олега.

- Третий, первый в рубке?

- Первый на связи, - сухим голосом проговорила Ольга.

- Докладываю. - Голос у Олега был странным: и невеселым, и в тоже время, обескураженным, что ли.

- Локалку отбили. Пещерник. В локалке… - Тут он помолчал. – В локалке рельсы, стрелочные переходы и шпалы. За локалкой также на рельсах стоит маленький паровоз и три вагончика. Точнее, открытые платформы, а не вагоны.

- Что? – Ольга не верила своим ушам. – Паровоз?

- Да, - Олег помолчал. – Ольга Яновна, у нас серьезная травма. Денис неудачно сорвался с камня, открытый перелом ноги, ушиб головы.

- Олег, с этого нужно было начинать. - Ольга снова стала собранной. – С утра к вам выехали Максим и Лена. У них носилки. Будут возле переправы через Горную. Сейчас мы с ними свяжемся и направим в вашу сторону. Двое на мотоциклах пусть едут вперед и их подхватят. Обязательно заберите палатку, понесете на ней Дениса навстречу. Потом на грузовике все приедете. Здесь Катя все подготовит.

- Будет сделано. – Олег отключился.

Она сняла наушники и посмотрела на Николая Игнатьевича.

- «Предчувствие его не обмануло», - только и сказал тот.

Новый год все-таки состоялся.

Денис через сутки пришел в себя, был, конечно, очень слабым, но все помнил. Он сразу же попросил прийти Ольгу.

- Ольга Яновна, тетя Оля, пожалуйста, не ругайте Олега Ивановича, - проговорил он слабым голосом. – Это я виноват. Когда паровоз увидел, с чего-то так развеселился и запрыгал, как дурак, по поляне. А там куча камней была. Вот я за нее зацепился ногой и полетел. И головой воткнулся.

Ольга посмотрела на перевязанную голову мальчишки и хмыкнула.

- Не буду ругать. Да и все уже было сказано и рассказано. Сейчас пойду извинюсь.

Денис округлил глаза.

Ольга погладила его по руке.

- Голова болит?

Он сморщился и дотронулся до повязки.

- У тебя там шишка и кожа содрана, ударился ты сильно, но не смертельно. Теперь полежи спокойно и все в норму придет. Помнишь, у Трофимова в «Старателе» Мишку контузило? Да еще два раза? Вот, вспоминай и лежи.

- Голова предмет темный, - тихонько хихикнул Денис.

- Вот именно. А нога… Вам, пацанам, не впервой ноги ломать, заживет. Катя кости сложила, спицу поставила, через месяц будешь ковылять потихоньку. Метод Елизарова, слышал? Ну, а на праздник мы тебя принесем ненадолго.

Денис подумал и спросил:

- Тетя Оля, а кто дежурит на праздник?

- А что?

- Так я бы подежурил. Мне же покой нужен, вот я возле мониторов и полежу. – Денис хитро посмотрел на Ольгу.

- Вряд ли получится, - с сомнением ответила она. – Катя не разрешит. Все-таки дежурство – это не лежание возле мониторов, а постоянное внимание.

- Правильно думаете, Ольга Яновна. Не получится. – Катя вошла в палату, из-за ее спины выглядывала Наташа, которая провела возле брата последние сутки. – Так, давайте-ка процедуры проведем, потом поедим, после поспим. Наташа, иди к себе и тоже спать – вон какие синяки под глазами. С Денисом все будет в порядке, ручаюсь. Ольга Яновна, я к вам попозже подойду.

С этими словами она всех выгнала и закрыла дверь.

Ольга с Наташей переглянулись и пошли на выход.

- Пойдем, пообедаешь и поспи. На завтра тебя освобождаю от занятий, а послезавтра уже каникулы начинаются. Вечером придешь, с Денисом пообщаешься, ему пока отдохнуть надо.

Наташа кивнула и сбежала с крыльца.

После обеда Ольга встречалась с геологами.

- Полагаю, теперь мы можем сообщить в метрополию про обнаружение угля?

- Да, - подтвердил Антон Николаевич. – Месторождение оконтурено, примерный объем посчитан. По олово-вольфрамовой формации пока совершенно точных данных нет, но и здесь можем сказать, что месторождение богатое. Правда, нужно ли оно Замку?

- По крайней мере, доложим, а там пусть сами решают: нужно, не нужно, применимо или нет. – Заметил Вадим Сергеевич. – Пусть лучше подумают о методах добычи угля. Он, конечно, не глубинного залегания, на поверхности практически, но и карьерным способом добывать – специалисты нужны. У нас таких нет.

Беседуя с Ольгой, геологи то таращились на нее во все глаза, то, наоборот, отводили взгляд.

- В чем дело? – Наконец резко спросила Ольга. – Что вы как котята нашкодившие? Случилось что?

Геологи помялись, а потом Антон Николаевич спросил:

- Ольга Яновна, а вы ясновидящая?

Ольга подавилась чаем.

- Это с чего такой вопрос?

- Ну, про узкоколейку поговорили – и вот она, и машину с врачом отправили, когда еще ничего не случилось. Денис-то травму получил, когда машина уже к Кривулине подъезжала.

Ольга пожала плечами.

- По машине – это чуйка, друзья мои. Она вовсю вопила, что что-то должно случится. Я, грешным делом, боялась, что это кто-то из вас, войдя в поисковый раж, травмируется. Но вот после вашего сигнала про локалку уже не сомневалась – врач понадобится и очень скоро. А про узкоколейку – это были мечты, которые кто-то подслушал. «Стратегию» читали? Помните, как Демон с Монголом рассуждали, почему арабам квадроциклы падают, а русским оружие? Нет? Почитайте. Наверное, кто-то очень ярко представил, как вагончики с углем идут от карьера к берегу. – Ольга фыркнула. – Может, и я.

Рация зашипела и голосом Николая Игнатьевича произнесла:

- Первый, Главный будет на связи через десять минут.

- Поняла. – И обращаясь к геологам, добавила: - Давайте ваши расчеты, пойду на доклад.

Сотников был очень доволен и не скрывал этого.

- Прекрасно, Ольга Яновна! Очень рад такому новогоднему подарку! И для вас, и для нас.

- Погодите радоваться, Алексей Александрович, - прервала его Ольга. – У вас есть специалисты, которые занимались бы добычей угля? У нас нет. И техники такой тоже нет. А кайлом рубить уголек у меня никто не будет, нет таких людских ресурсов.

- Найдем, Ольга Яновна. – Энтузиазм Сотникова был нескончаем. – И специалистов, и технику подберем. И еще вам паровых машин подбросим, не только морских, но и наземных. «Паромобиль» называется. К весне разберемся. Так говорите, только подумали, а рельсы уже есть? – Раздался довольный смех. – У нас такое тоже случалось. Пока погода позволяет, пусть ваши строители пройдут по маршруту, наметят насыпь. Всем миром строить будем. Люблю железные дороги! Ну… - Тут он спохватился, - да, по вольфраму – тоже очень ценное месторождение, наши геологи тоже приедут, будут съемку делать и с вашими опытом обменяются. С наступающим и удачи, Ольга Яновна!

Ольга сняла наушники и сказала:

- Едрена кочерыжка.

В радиорубку заглянул Олег. Ольга искренне извинилась перед ним за то, что несправедливо обвинила в головотяпстве, халатности и разгильдяйстве. Она-то вначале решила, что Денис попал под атаку пещерника. Олег только махнул рукой.

- Сам виноват. Нужно было доложить нормально, а я вначале про паровоз. Ну, мы же просто обалдели все! Сначала-то не поняли, что там в локалке лежит, потом присмотрелись – батюшки, рельсы. А как вокруг обошли – еще лучше! Паровоз! Ну мы и охренели, прошу прощения. Только про него поговорили – и вот он уже стоит. И тут Денис запрыгал. – Олег помолчал. – Давно с ним такого не случалось, давно не видел, чтобы он веселился.

- Да, Олег Иванович, я как раз хотела с вами о нем поговорить. В последнее время он немного переменился, но все равно, он очень взрослый для своих лет парень. Как будто ему не шестнадцать, а все тридцать.

Олег помолчал и предложил:

- Давайте на вашу веранду пойдем, перекурим.

Они сели в кресла на веранде и Олег, закурив, долго молчал. Ольга его не торопила. Потом Олег встал, выглянул с веранды, осмотрелся, видимо желая, чтобы при разговоре не было свидетелей.

- Ольга Яновна, я прошу, чтобы этот разговор остался между нами.

- Хорошо, - Ольга удивленно посмотрела на него. – Вы же знаете уже, что я не из болтливых.

- В то лето, - начал Олег глухим голосом, - наш командир поехал с семьей в отпуск к матери. Жена его была на седьмом месяце, они еще волновались как она перенесет дорогу. А в то воскресенье у Дениса был день рождения, и вся семья направилась в парк на карусели. Бабушка осталась дома печь торт.

Ольга как будто видела перед собой картину, как папа поддерживает переваливавшуюся уточкой маму, а Денис и Наташа впереди бегут вприпрыжку, по пути решая на какой карусели будут кататься первой. Они перебежали дорогу на зеленый сигнал светофора и остановились на противоположной стороне. Родители уже дошли почти до середины, когда с боковой улицы вылетела машина и, не тормозя, ударила их. Протащив тела еще несколько метров, машина остановилась и из нее вышли двое парней и две девушки. Не глядя на тела, парни осмотрели передний бампер и капот, потом один из них нерешительно шагнул к телам, лежащим неподвижно, как одна из девушек капризно крикнула:

- Сережа, зачем тебе эта дохлятина! Мы опоздаем!

Все рассмеялись, сели в машину и уехали.

Денис бросился к родителям, вызвал скорую, но все было бесполезно: они умерли в момент удара.

Вызвали ДПС, Денис запомнил номера, и Наташа тоже, но все было бесполезно. Их показания не приняли.

- Да и кто бы их принял? – Резко сказал Олег. Выбросив окурок, он прикурил другую сигарету. – Мы узнали в тот же день. Мать командира сообщила. Приехали, беседовали с ментами, с врачами. В частном разговоре нам сказали, что никто дело возбуждать не будет. В машине были сын городского прокурора, сын местного олигарха, племянница мэра и дочь судьи. Поэтому, машины как бы и не было. То есть, была, конечно, но неизвестная.

- И что, других свидетелей не было? Никто больше ничего не видел?

- Другие свидетели вовремя отвернулись, - хмуро ответил Олег. И продолжил: - Опека в городе была не то, что у нас, сразу оформили опекунство бабушке, не стали детей отправлять в детский дом. Так что ребята остались жить в том городе. Тогда Денису было десять, вы знаете. – Олег остро взглянул на Ольгу. И помолчав, добавил почти шепотом. – Когда Денису исполнилось тринадцать, ни одного из тех мажоров и мажорок не осталось в живых.

Ольга коротко вздохнула и пристально посмотрела на Олега.

- Да, - ответил тот на незаданный вопрос. – Узнал я об этом уже почти перед нашим попаданием сюда. Бабушка их умерла, когда Денису исполнилось четырнадцать. Она завещала им квартиру, но, конечно, никто не оставил бы детей жить одних. У них были пенсии по потере кормильца, кроме того, опека, как законный представитель, нашла арендаторов на их квартиру и деньги перечислялись на их счета пополам. К совершеннолетию они смогли бы распоряжаться и наследством, и деньгами. Мы сразу же начали оформлять их перевод в наш детский дом, причем, ребята не были против. Они знали, что никто их в обиду не даст, что полк их всегда поддержит. Но Денис, конечно, сильно изменился. Мы приезжали к ним каждый год и не по разу, пока была жива их бабушка, и после часто общались, и я заметил, что Денис стал очень угрюмым и замкнутым. Не после смерти бабушки, а до. Я ни о чем его не спрашивал, но он сам решил мне довериться.

«- Дядя Олег, я хочу с вами поговорить. Я боюсь, но мне нужно.

- Говори, - Олег отложил плоскогубцы. Он в комнате у мальчишек чинил выключатель, а Денис вызвался ему помогать.

- Дядя Олег, я убийца. – Выпалив это, Денис не отводя глаз, смотрел на Олега.

- И кого ты убил? – Олег, также не отрывая глаз, смотрел на Дениса и видел капельки пота, которые выступили у того на лбу.

- Я убил тех, которые убили маму с папой.

Олег молча смотрел на него.»

- Понимаете, Ольга Яновна, я ни секунды не сомневался, что он это сделал. У него было такое лицо… - Олег покачал головой. – Он, когда выяснилось, что этим все сойдет с рук, начал планировать их наказание. Он понимал, что ребенок, что это будет очень непросто, но решил, что это будет правильно и справедливо. Раз взрослый мир не захотел наказать убийц, то Денис решил взять дело в свои руки. Последней он убил ту девицу, которая назвала родителей дохлятиной. Он так ее ненавидел, что представлял, как она боится и мучается, понимая, что очередь до нее еще не дошла, а наказание неотвратимо. А когда он ее изловил, то узнал, что она совершенно не помнит тот страшный день. Не помнит, как сбили двоих на переходе, как она крикнула про дохлятину. Не потому, что была пьяна, нет, потому что это ей было не нужно – помнить всякую ерунду. И из-за этой ерунды какой-то сопляк привязал ее к дереву и задает глупые вопросы?

«- И что, что кто-то умер? Мой приятель, который сын прокурора? Мне какое дело? Твои родители? Когда это было? Не помню я ничего такого. Да ты ваще знаешь, кто я? И что с тобой папа сделает?

- Папа твой ничего не узнает. И труп твой не найдут. Здесь почти никто не бывает. А умирать ты будешь долго.»

Он ударил ее ножом в живот и ушел. Такие дела, Ольга Яновна.

Ольга долго молчала.

- Бедный парень. Он живет с этим. Ни с тем, что его родители мертвы. Эта боль уже глубоко в нем и почти не ощущается. И ни с тем, что он убил четверых. Он считает, что восстановил справедливость и вычеркнул это из своей памяти.А с тем, что бывают такие люди, для которых окружающие – дохлятина, даже если они еще живы. Именно поэтому он вам рассказал все.

- Да, думаю, вы правы, Ольга Яновна. Мы с ним потом долго еще говорили, и он сказал, что только в нашем детском доме понял, что таких людей, как она, очень мало. «Здесь, дядя Олег, я узнал, что хороших людей много, а не только вы, бабушка и Наташка». Так он сказал. Я, конечно, объяснил ему, что он взял на себя функцию государства, только оно может судить и признавать человека виновным, а гражданин этого делать не должен, но он только покачал головой и очень по-взрослому сказал: государство оказалось неспособным к исполнению своей функции. Пришлось с ним согласится.

- Спасибо, что рассказали, Олег Иванович. Никто ни о чем не узнает, обещаю.

Олег давно ушел, а Ольга все сидела на веранде, переживая трагедию мальчишки. «Из него получится хороший командир», внезапно подумала она. «И даже глава анклава. Его нужно учить управлению людьми и лет через двадцать он меня переплюнет.»

На следующий день Ольга, навестив и подбодрив Дениса, потребовала от Олега список новых групп разведчиков.

- Все ли захотели участвовать в разведке? – Спросила Мария Алексеевна.

- Все, даже младшие, - с недоумением посмотрел на нее Олег. – Столько разговоров было, все хотят.

- За вычетом Дениса, получается семнадцать человек. – Ольга взяла список. – Две группы по шесть, одна - пять. Из взрослых кто пойдет?

- Я, Дима, Саша – как вожатые, Лена, Лариса и Рита – как медики. Катя наших ботаничек уже хорошо натаскала.

- Командиров групп определили?

- Да, первая – Андрей, вторая – Мишка, третья – Наташа. Они самые опытные, у Андрея и Наташи разряды в спортивном ориентировании, и все они лучше всех стреляют. По группам решили так: первая - Андрей, Крис, Витя, Антон, Надя, Галина (трое последних – юнги), вторая - Мишка, Света, Саманта, Ярослав, Ира, Никита, третья – Наташа, Вадим, Костя, Машка, Станислав. В первой группе Надя и Галина люди тренированные, у одной первый юношеский по боксу, у второй – по лыжам. Да юнги все, как на подбор – у кого борьба, у кого биатлон. А опасение у меня вызывают американки и наши младшие: Машка, Света, Витя и Никита. Они, конечно, тренируются и на спортплощадке себя не жалеют, но хватит ли сил?

- В ту группу, где Крис, назначьте медиком Лену. Она более опытная и проследит за девочкой: все-таки, была операция.

- У Мишки в группе двое младших, зато там и Ярослав – биатлонист.

- С первой группой иду я и Лена, вторая: Дима и Лариса, третья – Саша и Рита.

Утвердив группы, объявили состав вечером за ужином и предложили провести общее собрание разведчиков. Без взрослых, только сами.

- Интересно, будут ли они проводить такие же собрания в группах? – Поинтересовалась Мария Алексеевна.

- Вот и посмотрим. По идее, командиры групп должны их собрать.

Наконец-то после всех волнений последних дней наступило 31 декабря. Все костюмы и платья были розданы еще за два дня, подарки сформированы и Ольга, освобожденная в этот год от тортов, провела последний в этом году сеанс и после сидела на веранде, наблюдая за коловращением людей в обозримом пространстве. В кои-то веки ей не нужно было суетиться: всю организацию праздника взяли на себя Мария Алексеевна, Елена Михайловна и Людмила Ивановна. Даже то, что столовая была рассчитана только на сорок посетителей, уже давно не являлось проблемой, просто ели в две смены, отдельно дети, отдельно взрослые.

«Кодор» стоял на стоянке в Кривулине, а его капитан, радист, механик и старший матрос жили в доме отдыха, в ожидании своей жилплощади. Впрочем, ожидание было вполне деятельным: все они помогали на стройках, на изготовлении кирпичей, на время производства работ ютясь в разных местах. Ольга отдала гостиную под проживание капитана, братья Андреевы приютили Константиныча, а Олег - геологов. Все ждали весны.

Погода была не новогодней: на небе нависли серые с чернотой тучи, порывами налетал ветер и временами начинался дождь. Подростки очень расстраивались. Впрочем, все они жили предвкушением разведки, в которую уходили уже второго числа. Группы все-таки организовались, провели собрания, распределили обязанности и подобрали амуницию. Именно ее Ольга сегодня и получала по каналу доставки. Первой группе по жребию достался самый интересный маршрут – обследование левого берега ручья Белый. Там нога поселенцев еще совсем не ступала. Вторая группа шла по берегу Веселого, третья изучала Игривый. Причем Белый изучали от истока, а Игривый и Веселый - от устья, таким образом двигаясь навстречу друг другу. Разведка была рассчитана на семь дней.

«- Заправлены в планшеты

Космические карты,

И штурман уточняет

В последний раз маршрут.

Давайте-ка, ребята,

Закурим перед стартом —

У нас ещё в запасе

Четырнадцать минут».[5] - Мурлыкала Ольга, наблюдая за людьми в зале.

Раздался щелчок и по громкой связи объявил Сергей:

- Говорит Замок Россия.

Сотников поздравлял граждан Русского союза с очереднымх Новым годом, который они празднуют на новой земле.

- И отдельно хочу поздравить жителей наших отдаленных поселений… Граждан других анклавов, которые сейчас меня слушают …

В Замке Россия Новый год уже наступил, поздравление Сотникову отправлено и Ольга невнимательно слушала речь Главного, ей интересно было наблюдать за новенькими, которые пришли в этом году и отмечают Новый год первый раз. Вот Коулзы; старшие еще плохо понимают русскую речь, но Диана им переводит; вот экипаж «Кодора», капитан внимательно слушает, а радист весело подмигивает дочери и сыну; вот геологи рядом с Ильей Антоновичем, его брови подняты вверх, потому что они только что ему рассказывали свои приключения на севере.

Сегодня в зале не было отдельных столиков, накрыли буфет на стойке раздачи и нескольких рядом стоящих столах. В углу сверкала елка, под которой были навалены подарки. Дети свои пакеты уже разобрали, в столовой раздавался визг, смех и даже всхлипывания. Дениса с подаренным ему «Кольтом 1911» уже отправили в медпункт, но разрешили прием посетителей и теперь там кучкуется часть ребят. Вторая часть, помоложе, собралась у Ольги под предводительством Машки. На страже анклава сегодня один дежурный: до одиннадцати вечера Сергей, а с одиннадцати до семи утра – Максим. Потом дежурит Володя.

Наконец время подходит к двенадцати часам, пора Ольге начинать свою речь. Она не отличалась многословностью и сводилась к двум вещам: будьте здоровы и постарайтесь стать счастливыми в этих непростых обстоятельствах. И только отзвучали куранты, как на улице загремел гром и начался ливень. Вот тебе и Новый год!

К счастью, дождь закончился быстро, и утром второго января группы отправились в путь по совершенно сухой погоде. Все были навьючены, как мулы, но, поскольку, во время разведки никаких сношений с базой не подразумевалось, это было оправдано: запас продуктов на десять дней, медикаменты, батарейки, палатки, спальные принадлежности и прочее. Командир кроме всего нес рацию и оружие. Первую группу, самую дальнюю на маршруте, подбросили на машине до Подзорной трубы, где нужно было провести контроль оборудования «Унжи», дальше группа отправилась своим ходом. Вторая и третья группы наоборот добирались до Пристани своим ходом, затем вторую группу также доставили до устья Игривого по заливу. Большая разведка началась, невзирая на довольно прохладную погоду и недовольство некоторых родителей.

Вчера к Ольге заявились родители Антона и мама Станислава, то есть супруги Людмила Ивановна и Илья Антонович, и Анна Евгеньевна. Они потребовали отменить, как они выразились, «поход».

- Это не «поход», - покачала головой Ольга. – Это разведка, а не туризм.

- Но ведь холодно! Зима!

- На улице +8, ребята получили утепленные палатки и экипировку для альпинистов на гагачьем меху, в том числе и вкладыши для спальников, и запасную подстежку для курток. Не замерзнут.

- Людочка, - попытался что-то сказать Илья Антонович, но был перебит самым решительным образом.

- Я требую, - тонким голосом вскричала «Людочка», - чтобы Антошу освободили от этого…этой разведки. Он совсем ребенок.

- Ребенок? А разве не он был в составе экипажа «Кодора», хоть и курсантом?

- Это другое! Там море! – С придыханием ответила Людмила Ивановна и осеклась.

Несколько секунд в помещении царила полная тишина, потом раздался хохот.

- Да, - покачала головой Мария Алексеевна, - логика какая-то в этом есть. Но, - тут она обвела взглядом всех троих родителей, - но почему вы хотите так унизить ваших детей? Ведь именно так они воспримут, если их сейчас снять с разведки. И то, что настояли на этом вы, станет известно. Дети вам не простят. И им будет мучительно стыдно перед другими разведчиками.

- Зато не заболеют, - буркнула Анна Евгеньевна.

- Заболеют. – Отрезала Ольга. – Только другим. Вы не столько за них боитесь, сколько за себя беспокоитесь: чтобы не переживать лишний раз.

Родительницы зафыркали, как кошки, но Илья Антонович их перебил:

- Вот именно. Свой покой бережете, а пацанам потом хоть топись. Их же презирать будут, как вы не поймете. «Маменькины сыночки», вот кем они станут. И никто их уже всерьез не воспримет. А вы вот что себе в голову возьмите: нам отсюда никуда не деться и в другой город не переехать. Нам всем вместе жить надо, и каково пацанам будет? Вот клуши, прости господи!

- А вдруг там звери? – Дрожащим голосом сказала Людмила Иванова.

- Хищных зверей на острове нет. Самые опасные – кабаны, но с каждым отрядом идут вожатые, опытные и вооруженные люди. Кроме того, во главе каждого отряда опытные командиры, которые в прошлом году провели не одну вылазку. Не беспокойтесь, товарищи родители, не пропадут ваши кровиночки.

Родители вышли, и Ольга шумно выдохнула.

- Ничего, обвыкнуться. – Оптимистично заявила Мария Алексеевна.

- Ну да, лет через десять. – хмуро буркнула Ольга. – Не люблю таких.

- Да нормальные они, Ольга Яновна, просто еще не перестроились. Пока ведь все их жеребята на глазах были, а тут первое такое расставание. На геологов гляньте – те привычные.

После ухода групп на Базе стало совсем пусто. Женя дежурил на посту «Озерный», Борис Евгеньевич – на Южном, капитана и Константиныча забросили на Дальний, где они проверили РЛС и немного помониторили восточное побережье, а после обеда Дениса усадили на электроколяску, на которой он и поехал в радиорубку, где дежурил на главном посту.

Заглянув туда ближе к ужину, Ольга с удивлением обнаружила там и Аленку. Денис поглядывал на мониторы, а Аленка ему что-то рассказывала, попутно рисуя в альбоме.

- Все спокойно?

- Да, Ольга Яновна, - Денис попытался приподняться, но Ольга шикнула на него с грозным видом. Тот улыбнулся и продолжил: - Группы встали на маршруты. Идут по графику. В семь часов остановка на ужин и ночевку. Пока ничего интересного не обнаружили.

- Ну и ладно, - Ольга кивнула. – Тебе что на ужин принести?

- Да как всем, - удивился Денис. – Я до двадцати трех дежурю. Потом меня Илья Антонович меняет.

- Нога не беспокоит? А голова?

- Нога ноет помаленьку, а голова почти нет. Только резких движений не делать.

- Ну, дежурь.

Назавтра Ольга с радостью наблюдала, как Денис, усадив на здоровое колено Аленку, едет на своей коляске с ней в столовую.

Работы по производству кирпичей и черепицы должны возобновится четвертого: анклав отдыхал три дня, как в советское время. Но Анатолий Семенович с машиной, которая доставляла третью группу, уехал на Темное, проверять как там новые постройки и навешивать радиаторы на ферме. И коровник, и свинарник решили оборудовать теплыми полами и радиаторами.

Геологи заняли три стола в столовой и что-то там измеряли, считали и спорили. Увидев Ольгу, Вадим Сергеевич темпераментно вскричал:

- Весной нужно будет продолжить обследование за локалкой «Депо» вдоль побережья. Мы думаем, там найдется еще много интересного.

- Весной, - ласково сказала Ольга, - вы для начала обследуете пригодный маршрут для узкоколейки. А потом, - еще более ласково добавила она, - приедут геологи из метрополии. Они словаки и тоже нашли уголь на Южном хребте. Что там еще найдено - не знаю, но, думаю, вам будет интересно с ними пообщаться.

- В экспедициях пообщаемся, - упрямо буркнул Вадим Сергеевич.

Из кухни появилась Марина. Ей сегодня помогал Сергей, дневального не было, но и готовить приходилась на меньшее количество едоков. Согласовав меню на завтра, Ольга пошла к себе. На удивление забот было настолько мало, что стало скучно.

Каждый вечер перед ужином объявлялись итоги прохождения групп за день без особых подробностей.

Пятого января Мишка сообщил, что группа дошла до высокого холма и поднялась на вершину. С вершины видно Ранчо, не все, кусочек, а именно крышу с антенной. Решено холм обойти со всех и сторон и закартировать. На это уйдет все оставшееся время, так как холм, по-видимому, довольно велик. С вершины, по крайней мере, кажется именно так.

Третья группа пробиралась по густому лесу, ничего интересного пока не обнаружила, кроме большого количества следов кабанов, но самих животных не видели. Зато нашли большую дубовую рощу, прямо-таки изрытую этими свиньями.

Группа Андрея натолкнулась на невысокий холм прямо рядом с истоком ручья, но никакого интереса он не представлял: просто холм высотой около пятидесяти метров. Группа шла по левому берегу ручья, широким фронтом, забираясь в глубину километра на два. Группер всегда шел крайним слева и именно он натолкнулся на остов дома. Он стоял на широкой поляне, поросшей почему-то березами, которых здесь никто никогда раньше не видел; дом, точнее его останки, стояли на краю поляны; возле дома был разбит маленький огород, грядки которого уже еле угадывались под покровом сорной травы. Недалеко от поляны протекал ручей.

Собравшаяся группа молча стояла под крайними березами. Позади них стояли Олег и Лена. Наконец Андрей тихо сказал:

- Первое звено, обойти поляну слева, второе – справа, я и Крис идем по центру. Не шуметь, смотреть внимательно.

Обход поляны ничего не дал. Попытки войти в дом чуть было не окончилась полным его развалом: домик был из категории «построено дендрофекальным способом» [6] и качался под малейшим чихом. Олег заглянул внутрь через оконный проем и жестом велел всем отойти.

- Никого нет. Все от взгляда рушится и насквозь просматривается. Видимо, его перенесли тогда же, когда и дома Ольги Яновны и Андреевых. Люди, если и были, теперь исчезли.

- Это дачный дом, - заявила Галя. – Такой у бабушки с дедушкой был. Тоже из чего попало сделан. Но у них хороший сад был и огород, а здесь… - Она огляделась.

- Вон там, - Антон показал рукой, - вроде бы просвет. Надо бы пройти, посмотреть.

Андрей согласно кивнул.

- Идем, первое звено слева, второе справа, мы с Крис по центру. Внимательно, вперед не выскакиваем, не кричим, идем осторожно.

Олег кивнул Лене и подошел к Андрею.

- Я пойду впереди. Не нравится мне это. Передовое охранение, двести метров. Ждите пока.

Андрей кивнул.

Олег тихо канул под сосны, ни треска, ни шуршания. Через десять минут из рации донеслось:

- Начинайте движение. Направление восток-юго-восток широким фронтом, пятьдесят метров расстояние.

Шли примерно двадцать минут, потом рация голосом Олега скрипнула:

- Стоим. Андрей ко мне, остальные - собраться вместе.

Когда Андрей нашел Олега, что было не просто, тот стоял за толстым деревом и смотрел куда-то вперед. Заметив Андрея, показал ему направление.

- Вот это да, - прошептал Андрей, глянув в ту сторону. - Опять локалка. Везет нам на них в последнее время.

- Везет, - скривился Олег. – А больше ничего не видишь?

- Пещерник, - осевшим голосом сказал Андрей. – Вон, на самом краю поляны лежит.

- Я начну; когда пещерник начнет двигаться – бей по суставам. Расстояние метров сто двадцать, отлично достанем. Подлеска нет, а по деревьям он не попрыгает.

Когда в тихом зимнем лесу началась пальба, группа обалдела. Кое-кто собрался куда-то бежать, но Антон резко крикнул:

- Всем стоять! Держаться вместе! В укрытие! – Он подтолкнул Надю в сторону разросшихся кустов можжевельника, которые должны были скрыть всю группу.

Девчонки опомнились. Недаром всю осень в них вбивали привычку повиноваться приказам. Лена, на всякий случай, придержала за плечо Крис, но та кивнула и встала за куст. Оружие у членов группы было маломощное – два дробовика. Только у Андрея был Гаранд и то потому, что ростом он вымахал уже под метр восемьдесят, а объем груди имел почти метр. Здоровый лось, такого отдачей не опрокинешь. У Лены был калаш. Ну, а Олег вооружился по полной: ППС, калашников и короткоствол. Так что группа ощетинилась аж тремя стволами, но вокруг все было тихо. Вдали же гремела канонада. Потом послышалось два выстрела и все стихло.

- Движение на восток-юго-восток, - сказал по рации Олег. – Идите спокойно.

На довольно большой поляне, окруженной вековыми дубами, стояло здание локалки. Недалеко от края поляны лежала туша пещерника.

- Скоро вонять начнет, - бросив взгляд в ту сторону, сказал Олег. – Давайте быстрее осмотрим.

Глаза ребят горели восторгом.

__________________

[4] В.Высоцкий. «Бег иноходца»

[5] Песня «Четырнадцать минут» написана в 1960 году композитором Оскаром Фельцманом на слова Владимира Войновича, первый исполнитель — Владимир Трошин.

[6] То есть, из дерьма и палок

Глава 5. Весна и прочие безобразия

Глава пятая. Весна и прочие безобразия

- Ну, коротко если – локалка стоит давно. Засов приржавел – еле оторвали. Ребята, конечно, расстроились: только отделочные и строительные материалы, листовой металл, арматура, проволока какая-то – не разбираюсь я в этом. – Олег развел руками. - Никакого оружия и транспорта. Ну, или не увидели еще. Пока я с засовом возился, каких только идей не высказывалось! Мы только поверхностный осмотр провели, конечно. Стеклопакеты видели, плитку в ящиках, что-то еще в коробках… Ну металл вдоль стены лежит. Темнело уже, а с фонарями не разглядишь. Вроде бы у задней стенки что-то еще стоит, укрытое, но туда не подлезешь.

- А подъезд туда есть? – В нетерпении спросил Анатолий Семенович.

- Нет, - Олег отрицательно покачал головой. – Нужно будет просеку бить. Сначала к Белому, а потом вдоль него и к дороге. Или попробовать напрямик от дороги. Смотреть нужно. Локалка все-таки ближе к берегу, чем к дороге. В общем, сразу не скажу, пройдем по азимуту, посмотрим.

- Как думаете, Олег Иванович, для жилья эту локалку использовать можно?

- Тоже нет, - подумав, ответил Олег. – От ручья далеко, рядом только родник с махоньким ручейком, значит турбину не поставить, а преодолевать трудности, топить печку, носить воду - зачем оно. Можно, конечно, ее разобрать и перевезти в удобное место, но тут уж как наши строители решат. Локалка большая, примерно шестнадцать на восемь метров, кроме дверей есть распашные ворота.

- А что по тому домику? – Задала вопрос Мария Алексеевна.

- Ничего, - Олег пожал плечами. – На обратном пути мы заночевали в роще, утром еще посмотрели – никаких следов. Да и то, если его перенесли одновременно с нами, то ничего и не найдем. Трупов, скелетов не обнаружено. Продолжили движение по маршруту, но уже фронтальной разведки не проводили: время поджимало. Да и буреломы там… - Олег досадливо покрутил головой и добавил: – Работу группы считаю отличной, Андрей, как командир, проявил себя на пять с плюсом. Да, и Антон тоже. Лена говорит, реагировал быстро, правильно.

- Да, - задумчиво сказала Ольга. – Скорее всего мы так никогда и ничего не узнаем о том, кто там жил и куда пропал. Ладно, это потом. Что вторая группа?

- Все себя хорошо проявили. – Доложил Дима. - Мишка в роли командира был молодцом. Они много времени потеряли, обследуя холм и не прошли в глубину территории, так что там есть еще что разведывать. На холме найдены какие-то… не развалины, а скорее, следы того, что там копали. Давнишние следы. Вековые, можно сказать. Уже все заросло деревьями и кустарником. Но холм обследован капитально, к нему можно не возвращаться. Предложили название «Холм второй группы». – Дима засмеялся. – Потом раздумали.

- Этот холм, - вступил в разговор Николай Игнатьевич, - вполне можно использовать как репетир для связи и передачи сигнала с РЛС Дальнего. Так что вклад второй группы считаю очень ценным.

- Отлично, так и зафиксируем. – Мария Алексеевна кивнула.

- И третья группа себя проявила на отлично, - заявил Сашка. – Наташа – командир от Бога. Голос не повышает, не суетится, а слушают ее как… как Ольгу Яновну бы слушали! – Сашка засмеялся. – Обнаружили два перспективных места для заселения, вот здесь и здесь, - Сашка показал на карте. - Тут в Игривый впадают небольшие ручьи, один с запада, другой с востока, небольшая возвышенность в обоих случаях, рядом открытые поляны, то есть, ничего вырубать не нужно, паши да сей.

- Кстати, да. – Подхватился Дима. – Мы в отчете это не отразили, каюсь, но тоже нашли на Веселом место для поселения. Там ручей впадает и возвышенность небольшая, и тоже кругом открытое пространство. Как специально подготовлено.

- Может и специально, - задумчиво проговорила Ольга. - А на Белом?

Олег покачал головой.

- От Лесного до того места, где мы к этой халабуде свернули – ничего подходящего. Ниже по течению берега топкие, только вот почти на самом побережье на западном берегу горку увидели, но не исследовали. Может быть там что найдется. Шли в основном по лесу, но говорил уже – бурелом. Ручей один обнаружили, который возле халабуды течет.

- То есть, нужно будет пройти еще по правому берегу Белого и закончить обследование Веселого от холма до дороги? – Уточнила Ольга.

- Да, желательно. А Игривый обследован на три километра на восток.

- Так, - Ольга задумчиво постучала карандашом по карте. – Есть еще вопросы?

- У меня вопрос, - капитан Ушаков поднял руку. – Какова судоходность этих рек?

- Ручьев, скорее, - поправил Дима. – Веселый судоходен на всем протяжении. Там даже «Диана» пройдет, а в паре мест и развернется без проблем, про «Гошу» и не говорю.

- Игривый только для «Гоши», - уверенно сказал Сашка.

- Белый в нижнем течении совершенно не проходим для любой лодки, - ответил Олег. – Там шивера, буруны, почему и назвали Белым – пена кипит. Да очень он узкий, иногда и двух метров нет.

- Ясно, - Виктор Федорович кивнул.

Вечером в столовой всем доложили о результатах разведки, причем мама Антона побелела как скатерть.

- Ольга Яновна, - дрожащим голосом проговорила она, - вы же сказали, что на острове нет хищных зверей.

- Так и есть. Хищных зверей нет. А пещерник – это не зверь, это специально созданный сторож, который бродит вокруг определенного места, караулит что-то. По острову не расхаживает, а на людей бросается только тогда, когда они подходят к охраняемому объекту. Кстати, как думаете. Олег Иванович, чем он питался это время?

- Кабанами, - уверенно ответил Олег. - Мы почти не видели кабаньих следов, видно он их подъедал.

Людмила Ивановна обмякла и опустилась на подставленный стул. Катя принесла нашатырь. Подбежал Антон.

- Мам, ну ты чё? Нас там и рядом не было. Там Олег Иванович с Андреем воевали. – В голосе мальчишки проступала жгучая зависть.

- Больше никогда… Никуда… - Хрипло сказала Людмила Ивановна, и Антон насупился.

- Я разведчик! – Отрезал он. И пошел к своей группе.

- Кстати, Людмила Ивановна, ваш сын проявил себя очень хорошо. Будет отличным командиром со временем. А лидер уже сейчас проявляется. Молодец! – Неуклюже попытался успокоить Людмилу Ивановну Олег.

Ольга махнула ему рукой.

- Так, сейчас ужин первой смены. Поторапливаемся, ребята, вторая тоже есть хочет.

В первый после каникул учебный день повалил снег. И, как и прошлой зимой, снежный покров был такой вышины, что прокопанные тропинки скрывали взрослого с головой. Ферма и Ранчо временно были отрезаны, пока Иван Александрович не прошелся грейдером по дорогам; для перегона техники опять пришлось использовать плот на Светлом. Так и гоняли, пока в конце января снегопады не прекратились. Новенькие были в состоянии полного обалдения: такого количества снега они не видели на старой Земле.

- Близость моря, - повторяла Ольга Яновна на все вопросы. – В феврале, наверное, еще подсыплет. А в марте уже растает, так что готовим телеги зимой. Весной у нас самая напряженная пора.

В этом году продовольственный кризис анклаву не грозил. Овощей было запасено много, как и корма для скота; мясо Ферма и Ранчо поставляли исправно, как и яйца, молоко, сметану. Двести килограммов веса канала доставки позволяли получать разнообразные продукты. И также два раза в неделю приходилось брать топливо на всё, теперь, к счастью, получали его не в канистрах, а в бочках.

В эллинге проводили дооборудование «Дианы» - катеру ставили паровой двигатель. Участвовали Володя, Диана и добровольные помощники: Максим, Андрей, Станислав и Вадим. Денис тоже очень хотел принять участие, но пока нога не заживет окончательно, Катя запретила даже думать. Ольге пришлось каналом заказывать много специальной литературы и дополнительных материалов.

В теплицах готовили рассаду. Иван Александрович на тракторишке вывозил навоз на поля. Когда снег растает, сразу можно будет перепахать.

Все с нетерпением ждали весну. И она пришла. Но не как всегда: с робким теплом, заморозками по ночам, огромными сугробами, которые никак не желают таять. Нет, в этом году март принес сильные ветра и очень теплый воздух, температура подскочила сразу до плюс двадцати и даже ночью ниже шести не опускалась. Снег быстро и активно таял, на Ферме даже опасались локального наводнения. Ленивая тоже разлилась, а мост через Омь оказался под угрозой разрушения: такие бурные потоки неслись в русле, таща за собой бревна и выдранные с корнем кусты. Все население анклава было вынуждено срочно бросать учебу, работу и выходить в поля и огороды. Иван Александрович мотался по всему острову: нужно было вспахать поля у Светлого, у Темного, у Лесного; огороды перекапывали культиватором. А самое интересное было то, что и Рита, и Лариса оказались в положении, и сеять и сажать в наклон в поле уже не могли, а только в теплицах. Но под их чутким руководством до начала апреля отсеяли огороды, поля засеяли сеялкой, высадили рассаду капусты, и первого апреля Иван Александрович с супругой переехали на Вторую ферму. Скот и корма уже перевезли. Взяли им на всякий случай еще одну лодку – не плот же гонять по озеру.

Сашка с Ритой тоже переехали и теперь окрестности озера населяли уже две семьи. Ольга обеспечила их такой же хондой, как у Жени и еще квадроциклом White Siberia Bars, который неугомонный Сашка тут же окрестил «Барсиком».

С такой напряженной работой Ольга и думать забыла про неразграбленную локалку, а если о ней вспоминал Анатолий Семенович, то, вероятно, только перед сном. Если он спал, конечно. Олег же подозревал, что пещерник там респанился, и проводить какие-то работы в том районе запретил категорически. В общем, ценности остались неосвоенными.

В конце марта пришла «Нерпа». Она привезла двух геологов, одного медика на обмен, бочонок меда и еще один паровой двигатель. Кроме того, Дугин передал чертежи на паромобиль и небольшой паровой двигатель уже для него. Однако, Володя и Диана, изучив чертежи, покачали головой и объявили, что пока анклав с такой работой не справится: нужно дозаказывать большое количество материалов, в том числе колеса, комплектующие для рамы и наговорили еще много специальных терминов, от которых у Ольги заболела голова. Решили эти работы проводить в свободное время, которое может наступить только зимой и только при наличии хороших мастеров-станочников.

Задержавшись в анклаве всего на один день, капитан Корнеев отправился на юг для разведки берегов и, как поняла Ольга, с целью поиска места для еще одного форпоста Замка России. Кроме того, он обещал по возвращении посмотреть якорную стоянку для бункеровки углем и проверить правильность установки паровика на «Диане». Через неделю он вернулся, двигатель одобрил и тут же отбыл, увезя с собой Людмилу Ивановну,

Все громко выдохнули и начали готовиться к уже традиционным соревнованиям.

А в апреле появились первые потеряшки.

За полтора весенних месяца строители успели только поднять стены дома Лукьяновых и дом Константиныча подвести под крышу. Так что жилищный вопрос висел над анклавом во всей остроте. Пришлось братьям Андреевым освобождать дом и переселяться на Вторую ферму, а в их дом заселили трех женщин.

Пришли потеряшки к Ферме: трое женщин и двое мужчин, как обычно, непонимающие что происходит, где они и как попасть обратно. Женя по рации вызвал Олега и Катю, так как одна женщина была травмирована. Возраст у всех был почти одинаковым от 40 до 45 лет. Друг друга они не знали и встретились случайно, идя на мычание коров. Анна Ильинична – бухгалтер, Светлана Алексеевна – учитель начальных классов, Ирина Николаевна – санитарка, Михаил Андреевич – горнорабочий, Николай Михайлович – взрывник. Двое последних работали на угольных разрезах Красноярского края, один в Березовском, другой в Назаровском. Женщины тоже были из разных городов Красноярского края: двое из Канска, одна из Минусинска. Рассказы потеряшек были как под копирку: вышел из дома (из магазина, с работы), очнулся тут. Анна Ильинична, следуя на мычание, споткнулась и потянула лодыжку. Тут на нее наткнулся Михаил Андреевич, и они потихоньку побрели в нужную сторону, когда их догнала Ирина Николаевна и оказала пострадавшей первую помощь.

Анатолий Семенович просто расцвел, когда узнал профессии мужчин. Он тут же их увлек интересным разговором про карьер, точнее, попытался, но мужчин отбила Марина, усадив обедать.

Потом пришла молодая семейная пара Гера и Тоня. Они вышли к Светлому утром, к спортплощадке, когда там занимались зарядкой. Оба работали в питомнике в станице Новотитаровской. Их тут же определили на Ферму, в помощь Нине и Жене. Второй мужчина был там необходим, все-таки, фронтир. Да и жилье там было просторное, два дома, и две семьи друг другу не мешали.

Но самые интересные потеряшки пришли первыми, еще в начале апреля. Это были отец с сыном – машинисты тепловоза, Игорь Иванович и Степан. Их тут же завезли в Депо, где, разгребя угол в локалке и снабдив их всем необходимым, в том числе электроэнергией и теплом, водопроводом, электроплитой, а также едой, оставили разбираться с паровозом. Они и охнуть не успели. Для развлечения им оставили планшет со «Стратегией». Через два дня туда примчались Вадим Сергеевич и Максим, чтобы начать обследование будущей насыпи.

А еще через десять дней туда же прибыли Михаил Андреевич и Николай Михайлович – специалисты по получению угля как продукта.

Второй геолог, Антон Николаевич, работал с приезжими геологами по олово-вольфрамовому месторождению и отвлечься не мог.

С апреля же начали для обмена прибывать военные люди из метрополии. Их принимали Олег и сержанты, и Дима скатался в Замок для каких-то оборонных дел; Ольга не вникала, а просто отслеживала.

Как в таких условиях удалось провести соревнования – Ольга не поняла, но провели и наградили победителей. Как в прошлом году, среди подростков победил Вадим, Мишка взял второе место, третье получил Ярослав. Денис не участвовал. У девочек первое место было у Наташи, второе неожиданно у Крис, третье у Галины. У взрослых опять первое место было у Кати, как и в прошлом году, второе у Максима, третье взял Борис Евгеньевич.

За кратное увеличение численности Ольге разрешили суммировать поставки. Что с этим делать она пока не знала, поскольку в вес обычно укладывалась, но не сомневалась, что уж кто-то, а Анатолий Семенович что-нибудь да придумает. Или Максим. Или новенькие шахтеры. На них у Ольги была вся надежда: все-таки никто из анклава не представлял даже что там нужно сделать на карьере, чтобы потом уголь погрузить на платформу.

Отметили День Победы и на следующий день провели производственное совещание. Точнее, не столько совещание, сколько хватание за голову.

- Ольга Яновна, - то ли в шутку, то ли всерьез сказал Анатолий Семенович. – Давайте вы еще раз помечтаете, а? Про, - тут он посмотрел в свои записи, - угольный комбайн и гидравлический подъемник. Пожалуйста. В прошлый раз у вас хорошо получилось.

- Анатолий Семенович, - рассердилась Ольга. – Как я могу мечтать о том, чего в глаза никогда не видела? Я лучше помечтаю о главном инженере, который будет решать производственные вопросы.

- Не надо мечтать, - прервал их ссору Олег. – Надо провести разведку вокруг карьера. Вдруг там где-то заныканы необходимые машины и механизмы.

- Опять силами учащихся? – Язвительно спросила Ольга. – У половины из них итоговые испытания. По результатам которых, они, возможно, поедут в метрополию. Сотников что-то говорил о техникуме.

- Да никто не хочет никуда ехать, Ольга Яновна. Ребята считают, что лучшего образования, чем здесь, они нигде не получат. И в интернат, даже в Замок, тоже никто не хочет. Поэтому, после тестовых, как вы говорите, испытаний, проведем традиционный пикник и на «Кодоре» отправимся в Кривулину. И там начнем шерстить окрестности Карьера всеми тремя группами. Только вот с медиками беда. Девчонки-то наши вот-вот рожать будут. Да и сержантов нельзя брать. – Вдруг озадачился Олег.

- А вы уже успели со всеми переговорить, Олег Иванович, - язвительно сказала Ольга. – И с девочками тоже?

- Девчонки первые никуда ехать не хотят, - буркнул Олег.

- Да, Ольга Яновна, - подтвердила Мария Алексеевна. - У нас по шестнадцати лет Галина и Надя, Денис и Миша. Младше никого отправлять не будем, не думаю, что там образование намного лучше, разве что химия. Физику по профессорским конспектам Максим хорошо дает. Дениса пока отправлять нельзя с его-то ногой, а девочки и Миша не хотят. Насильно не отправишь.

- Ну и хорошо, - Ольга улыбнулась. – Сами обучим. Есть предпочтения?

- Да, - Мария Алексеевна пошуршала записями. – Девчонки хотят обучаться медицине, пока, естественно, на уровне фельдшера, это мы можем им дать, Катя уже начала подбирать материал для процесса обучения, потом даст вам список для наглядных пособий. Денис – только военный. Больше себя никем не видит. Миша пока не определился. Но склоняется к геологии. Пока.

- Это понятно, - протянула Ольга. – Папа у Дениса военным был. А Мишка – мечтатель. А остальные к чему склонны?

- Часть – по строительству хотят пойти, часть – по механике, другие пока не определились. Ну, еще время есть.

- Что ж, давайте тогда обсудим предложение Олега Ивановича. Занятия заканчиваются двадцатого, потом пикник и на «Кодор». Экипировку нужно обновлять, Олег Иванович?

- Не всем. Я потом список напишу.

- Хорошо. – Ольга задумалась. – А что будем делать с воспитателями и медиками? Не отправлять же с вами Елену Михайловну или Ирину Николаевну. Про строителей вообще не говорю, их отрывать нельзя даже и на неделю. А больше недели я вам, Олег Иванович, не дам. До 1 июня. Потом у них начинаются занятия с Ушаковым. Должна прибыть огромная толпа юнг, человек пятнадцать.

- Нет, Ольга Яновна, по сообщению Бероева, десять – разведчики, а пять – моряки.

- Палатки? Кухня? Столовая? – Спросила Мария Алексеевна.

- Все устроим на поляне возле устья Веселого. - Олег поднялся и посмотрел на хмурого Анатолия Семеновича. – Не переживайте, может и правда, упадет на нас главный инженер. Ольга Яновна, машина на Кирпичах. Когда поедем?

- Сейчас и поедем.

- А вы куда? – Спросила Мария Алексеевна.

- Автопробегом по бездорожью [7], - хмуро ответила Ольга. – Или автостопом по Галактике. [8] Проедем до Второй фермы, а завтра вернемся. Потом до Кривулины прокатимся, посмотрим на Карьер и Депо. Теперь можно. Теперь поставки суммируются.

Она подмигнула Анатолию Семеновичу, который вдруг прояснел лицом и о чем-то задумался.

«Виллис» затормозил возле фундамента капитанского дома. Рядом были аккуратно сложены штабеля кирпича, укрытые толстой пленкой. Машина была заполнена разнообразными укладками и пакетами, которые как-то нужно было доставить к Карьеру. Мария Алексеевна с трудом выбралась с заднего сиденья и с кряхтением потянулась.

- Ох, спина моя.

- Сами захотели, - буркнула Ольга Яновна. – Чего дома не сиделось?

- Не одной вам вояжить, Ольга Яновна, - парировала та. – Я с базы уже год не выбиралась, кроме как на Ранчо да на Ферму.

- Да где же встречающие, - раздраженно сказала Ольга. – Вот мы, вот переправа, а они где?

Олег уже взял рацию, когда на другом берегу Горной из кустов вынырнули мужчины.

- Ольга Яновна, - закричал Максим, - мы там более-менее нормальную дорогу нашли. Давайте «виллис» перетащим через переправу, а дальше поедем. То есть, поедете, - поправился он, разглядев забитую до верха машину, причем еще и на капоте что-то было привязано.

- Как «перетащим»? – Опешил Олег.

- Да нормально, по бревнам.

- Тут же вес – тонна, - закричал Олег. – Сами утонете и машину утопите. Не дам, Ольга Яновна, не дам!

- Ладно, ладно, что ты кипятишься, Олег. – Примирительно пробурчал Максим. – Только пехом тут далековато будет, дамы наши, поди, не дойдут.

Олег растерянно оглянулся на Ольгу.

- Ну, мы же знали, куда едем. – Резонно ответила она. – Надо идти – дойдем.

- А, ладно, - вдруг смирился Олег, - давайте перетащим. Тут и ручки специальные есть. Только я переправу проверю.

Через сорок минут приглушенного мата и пыхтения, Олег, усадив в машину самого худого проводника, отправился в путь. Остальные, достав из кустов велосипеды, поехали следом.

Локалка «Депо» красотой не поражала, как и ее окрестности А отгороженный угол, где устроили жилье, напоминал какую-то бомжатню.

- Это что еще такое? - Грозно спросила Ольга, повернувшись к Максиму.

- Так, Ольга Яновна, мы ж … это… некогда нам.

- И чем же вы таким занимаетесь? Уголек рубаете? Вы же еще даже насыпь не начали формировать.

- Так мы… это… вот! – Тут Максим показал невысокую насыпь, которая подходила к рельсам, на которых стоял паровоз.

- С ума сойти, какой объем работ. – Прошипела Ольга и гаркнула: - Состав, стройся.

Через пять минут все работники Карьера стояли в ряд, переминаясь под ее взглядом. Небритые, всклокоченные, рубашки грязные…

- Таак, - низким голосом сказала Ольга. – А где наше светило? Где Вадим Сергеевич?

- Так он еще до обеда ушел. Мы пришли, а рюкзака евоного нет.

- Очень хорошо. – Спокойно сказала Ольга. – Бардак. Так, все работы прекратить, если они еще велись, - тут она взглядом горгоны посмотрела на Максима. – Все имущество из этого… ну, этого…

- Из этой клоаки, -любезно подсказала Мария Алексеевна, брезгливо разглядывая мужиков.

- Да, из нее. Все вытащить, развесить на просушку. Все грязное – сложить в один тюк. Потом всем мыться, бриться и приводить себя в человеческий вид. Мы пока обед приготовим. Олег Иванович, свяжись с этим Хиллари [9] недоделанным и немедленно его верни. Я ему устрою разведку!

- Ох, как я зол, ух, как я зол, [10] - пропела Мария Алексеевна.

- Какой еще Хиллари… - Пробормотал Олег, но махнул рукой. – Сейчас вызову.

Через два часа отмытые и побритые мужчины сидели и чинно обедали под навесом, а Ольга их распекала.

- А если бы не две старые бабки сюда приехали, а молодые женщины? Лена, например, - тут Ольга бросила взгляд на Максима. – Или Анна Ильинична, - взгляд в сторону Михаила Андреевича.

- Да исправимся мы, Ольга Яновна, - взмолился Максим. – Вот честное слово!

- Ну-ну. – Только и сказал Ольга.

Уже почти стемнело, когда к Депо вышел злой и неприветливый Вадим Сергеевич. Увидел Ольгу, он как-то растерял задор и посмотрел на Олега.

- Да-да, Вадим Сергеевич, - пропела Ольга. – Я специально запретила Олегу Ивановичу вас информировать о нашем присутствии. И что же мы увидели, когда приехали, Вадим Сергеевич? – Ольга все ближе подходила к геологу. – А увидели мы полный бардак. Работы не проводятся, люди не моются, еду не готовят, а руководитель проекта с рюкзаком в обнимку отправляется покорять горные вершины, никого ни поставив в известность. – Голос Ольга менялся от напевного к шипению гюрзы. Оглядев ошарашенного геолога, Ольга рявкнула: - Десять дней исправительных работ, уважаемый Вадим Сергеевич! Собирайтесь. То есть, рюкзачок на плечи и ать-два к машине. А вы, - тут она повернулась к остальным, - не расслабляйтесь тут. Дорогу наметили?

- Так точно, первые пять километров! - молодцевато выпрямился Максим.

- Так и начинайте потихоньку. Машинисты мне доложили, что паровоз исправен, делайте насыпь, кладите рельсы. На платформу грузите шпалы с рельсами и подвозите к месту работ. Пока руками, понимаю, тяжело, но у вас ведь тут целый инженер-строитель! Неужто какую механизацию не придумает? И грязью мне чтобы не зарастали. Женсовет будет проверять регулярно. Олег Иванович, вот тот тюк погрузите, будьте добры. Рядом с рюкзачком Вадима Сергеевича. Все, по машинам. – И гордо направилась к «виллису».

Максим и еще трое мужчин на велосипедах направилась следом: машину нужно будет переносить через реку. И смех, и грех.

Через четыре дня «виллис» с Олегом за рулем, Леной, Анной Ильиничной и Вадимом Сергеевичем в салоне, снова остановился у капитанского дома. Олег недоуменно присвистнул: переправы не было.

- Это что, они от нас решили отгородиться? – Спросил он сам у себя.

- Погодите, Олег Иванович, - Лена смотрела куда-то в сторону. – Вон там, смотрите. – Она указала рукой, и Олег увидел мост.

- Вот ведь, - покачал он головой, включая передачу и разворачиваясь. – Уважение оказали.

Подъехав к Депо, Олег опять присвистнул: локалка преобразилась. Точнее, не сама она, а окружающее пространство. Исчезла общая неухоженность, мусор; из локалки частично были вынесены рельсы и шпалы и сложены вдоль насыпи, где стояли три открытые платформы. Рядом находилось какое-то сооружение. В открытую дверь локалки были видны чисто выметенные полы и застеленные раскладушки. Стол под навесом был выскоблен, плита отмыта, стеллаж с посудой блистал чистотой. Вадим Сергеевич недоумевающе крутил головой.

- Так вот, кто был главным неряхой. – Рассмеялся Олег.

Вадим Сергеевич обиженно насупился.

Его взяли на поруки. Узнав об исправительных работах, на Базу примчался Антон Николаевич и сразу побежал к Ольге.

- Ольга Яновна, да что же это! Ценный сотрудник моет посуду и чистит овощи!

- А у нас все ценные, - парировала Ольга. – И все не чураются грязной работы. А ваш «ценный сотрудник» мало того, что развалил вверенный ему участок, так и вообще без разрешения свалил в голубую даль. Гитару только не взял, чтобы спеть «Глухим путем геологи шагают». [11] И что, мне его похвалить? У нас, между прочим, военное положение с момента попадания, и никто его не отменял и не собирается. Поэтому все указания и приказы должны исполняться четко и в срок. Насыпь уже должна быть намечена – нету, к платформам и паровозам подведены пути – нету, установлены стрелки – тоже нету. Я понимаю, что Вадим Сергеевич не строитель и не дорожник, но разметка насыпи – его работа, он должен грунты изучить и пути проложить хотя бы на бумаге!

- И что же, Ольга Яновна, так любой может в штрафники попасть? – Ядовито спросил Антон Николаевич.

- Любой. – Спокойно ответила Ольга Яновна. – И попадали. Вон, Володя пару раз влетал. На первый раз – внушение, но там и проступок был пустяшный, а на второй раз картошку перебирал. И к вам, любезный Антон Николаевич, тоже можно применять наказание: утреннюю физкультуру регулярно пропускаете.

- А сами?

- А мне можно, бабушка старенькая, у бабушки склероз.[12] – Ехидно усмехнулась Ольга. – А еще у бабушки ножки болят.

- И все-таки, Ольга Яновна, - помолчав, сказал Антон Николаевич. – Давайте скостим ему наказание. Ведь и вправду, работы очень много: север почти не охвачен, про восток вообще молчу.

- Один он все-равно никуда не пойдет, - резко сказала Ольга. – Вся разведка производится по регламенту, одиночные выходы не предусмотрены. – Она помолчала. - Ну, хорошо, четыре дня исправработ, потом возвращается на Карьер, прокладывает трассу и ждет разведчиков. Двадцать второго мая три группы прибывают к Депо. Одну группу сопровождает Олег Иванович, другую – Борис Евгеньевич, есть у него походный опыт; третью возьмет Вадим Сергеевич. У него выбор маршрута, остальные ищут полезные материальные ценности в окрестностях Депо. Семь дней на поиски. Потом перерыв. А дальше – посмотрим. Вроде из метрополии не только юнги прибывают.

Состав групп разведчиков слегка перетасовали. Во-первых, в разведке принимал участие Денис. Конечно, на выходы его не допустили, а назначили координатором. Он находился в базовом лагере в Депо. С ним оставался Никита: две группы совершали радиальные выходы, к вечеру возвращаясь на базу, поэтому Никита занимался любимым делом – он творил еду. Место Никиты во второй группе занял Витька, перейдя из первой. Вожатым, а точнее, вдохновителем первой группы назначили Вадима Сергеевича, предупредив, чтобы не увлекался, а шел намеченным маршрутом. Первая группа должна была пройти к истоку реки Водопадной, затем обследовать прилегающий горный район. Название реке дала Саманта. Когда в столовой объявили конкурс на название, она сразу же предложила это название:

- В «Таинственном острове» мистера Верна тоже была речка, которая падала в океан! Водопадная. И у нас будет пусть.

Согласились сразу же.

Вторую группу сопровождал Олег. Ему хотелось посмотреть на командира Мишку; Дима его хвалил. Третью группу взял Борис Евгеньевич. Работать вожатым ему было внове, но он пообещал, что справится. Тем более, что вторая и третья группы далеко от Депо не уходили, зато захватывали наибольшую площадь: очень уж хотелось для Анатолия Семеновича найти угольный комбайн.

К сожалению, свободного медика, кроме Лены, не было. Так что она сопровождала первую группу, как самую рисковую.

Вот закончился последний день итоговых испытаний и в этот же день, как и было обещано, был устроен пикник. В этом году он проходил на западном берегу мыса Южный, куда всех доставили на «Кодоре». Даже Диана, влюбленная в паровые машины, восторженно охнула, когда ловкие юнги распустили паруса и «Кодор» полетел над волнами под легким бризом. А через два дня тот же «Кодор» доставил группы разведчиков к Кривулине, пройдя как можно мористее ввиду недружелюбных западных прибрежных вод. На траверзе поста «Озеро» капитан и Сергей перекинулись несколькими словами и, убедившись, что База их ведет, Виктор Федорович уверенно направил шхуну на север.

Грузы для разведчиков, кроме личных вещей, доставили на грузовичке, заодно завезя в «Депо» еще работников, необходимые продукты и прочее, потребное для строительства узкоколейки. Поэтому группы, навьючив рюкзаки, отправились пешим строем от Горной к Депо. Пройти предстояло довольно большое расстояние, но все сочли это тренировкой перед выходами. Грузовичок же загрузили углем, который Анатолий Семенович рассчитывал применять при обжиге кирпича. Количество сухостоя в окружающих лесах было сведено практически на нет, и доставка леса уже начинала приводить к простоям в производстве.

Уже на следующий день группы направились на маршруты. Первая шла вдоль русла Водопадной на юг, отбирая пробы и составляя кроки. Вторая, найдя переправу через Водопадную, уходила на север и восток по редколесью. Третья – на юго-запад через обширное плоскогорье, изрезанное ущельями. Но первую находку сделал Никита.

____________________

[7] «Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству» — фраза из романа «Золотой телёнок» (1931)

[8] «Автостопом по галактике» (англ. The Hitchhiker’s Guide to the Galaxy) — фантастический комедийный фильм 2005 года. Основан на одноимённом романе Дугласа Адамса.

[9] Эдмунд Персиваль Хиллари (20 июля 1919 — 11 января 2008) — новозеландский исследователь и альпинист, один из двух первовосходителей на Эверест

[10] «Песенка Пирата» из мультфильма «Голубой Щенок».

[11] Первая строчка песни «В твоей душе» — автор Юрий Визбор, 1961 год.

[12] Персонаж миниатюр Анны Ардовой

Глава 6. Туристы и опасности

Глава шестая. Туристы и опасности

Вчера девчонки из второй группы на обратной дороге набрали немного дикого щавеля и, так как группа больше в тот район заходить не планировала, Никита после обеда отправился туда сам – щавеля ему было нужно много, потому что он затеял пирожки. Взяв рацию, воду и рюкзак, Никита перебрался через Водопадную и, сверяясь с ориентирами, бодро пошагал по редкому лесу. Но уже через полчаса Денис услышал вызов, и Никита прерывистым голосом сказал:

- Денис, мне нужна помощь.

- Что случилось? - Резко спросил Денис. – Нога? Носилки нужны?

- Ой, не мне, - поправился Никита. – Я тут девчонку нашел. Маленькая, меньше Аленки, то есть, младше. Она голодная и ослабела сильно. Потеряшка.

- Одна? - спросил Денис, одновременно замахав рукой, подзывая Максима, который как раз показался на поляне у Депо.

- В том-то и дело, что одна. То есть, у нее корзина с кошкой и тремя котятами, но взрослых никого. Она про какого-то дядю толкует, но следов нет никаких. Видно, как попала, так тут и сидит.

Денис быстро ввел в курс дела Максима, и тот пошагал к берегу, не забыв взять свой ТТ.

- Никита, а когда она попала? Ведь наши вчера там были.

- Говорит, проснулась, когда солнце встало.

- Понятно. Максим Иванович к тебе пошел, ты ему голосом обозначься минут через десять-пятнадцать, а я буду Базу вызывать, надо ее срочно в медпункт.

Узнав о происшествии, Сашка усадил в «виллис» Катю, оставив Артемку на попечение Елены Михайловны. Подумав, Катя взяла с собой Аленку: может, девочка не будет сильно пугаться чужих людей, увидев сверстницу.

Когда они приехали в Депо, девочка, накормленная и напоенная, спала в палатке. Никита уже нажарил огромную гору пирожков и тут же налил всем чаю.

- Что она хоть рассказывала?

Денис пожал плечами:

- Говорит, что тетя Ира велела дяде Жене и ей ехать на дачу и взять с собой кошку. У кошки котята и тетя Ира не высыпается, а все равно скоро все на дачу переедут. Они долго ехали на электричке, а потом шли через лес. Дядя нес корзину и все время смотрел на часы, а потом вдруг сказал, что ему нужно отойти, а ей сказал сидеть с кошкой. Она очень устала и села, а кошка мурлыкала, и она не заметила, как заснула. А проснулась уже здесь.

Сашка и Катя переглянулись, а потом посмотрели на Дениса.

- Нет, больше ничего. – Он мотнул головой. – Никита ее накормил, она попросила блюдечко молока для кошки: она же обещала за ней ухаживать. Кошку накормили, корзинку отнесли в палатку и девочку там же положили. Ее зовут Полина. Больше ничего не знаю, она какая-то сонная все время была и мало говорила. Дети же обычно трещат без умолку, а Полина нет, только за кошку эту беспокоилась.

Вскоре с маршрута вернулась вторая группа, на поляне сразу стало шумно. Олегу уже сообщили о происшествии, так что он не удивился, увидев здесь жену с дочерью.

- Правильное решение, - похвалил он Катю. – А где потеряшка наша?

- Вон она, из палатки выглядывает. Аленка, беги к ней, познакомься и поговори. А мы потом подойдем.

Никита отвел Аленку к девочке, и они вдвоем опять скрылись в палатке, видимо, смотреть на кошку с котятами. Через некоторое время Аленка с Полиной вынесли корзину на поляну и поставили под большим кустом, продолжая о чем-то разговаривать.

Никита пригласил группу на ужин: все устали и хотели есть. Третья группа сообщила, что задержится, потому что у них перспективное ущелье. Олег только скривился: он понимал, что, если техника будет найдена в ущелье, доставка ее к Депо окажется очень большим геморроем.

Наконец девочки наговорились, и Аленка позвала родителей.

- Мама, папа, это Полина. Мы будем с ней дружить. – Серьезно сказала девочка и взяла Полину за руку.

- Здрасьте, - пискнула Полина. – А вы не видели дядю Женю? Он потерялся.

- Нет, Полина, пока не видели. Но здесь все время будут люди, и, если твой дядя найдется, мы ему скажем, что ты уже нашлась и приведем его к тебе. – Серьезно сказала Катя. – Мое имя тетя Катя, а это дядя Олег и дядя Саша. Мы сейчас с тобой поедем на машине и покажем тебе еще двух котов. Они большие, гораздо больше этой кошки. А как ее зовут?

- Мурка, а котят еще никак не зовут, они еще маленькие. А как зовут больших котов?

Вот так, разговаривая, Катя с Аленкой довели Полину до машины, Сашка сел за руль, и они уехали. Олег только и успел чмокнуть Аленку в щечку.

- И что, эта падла где-то здесь ошивается? – Скрипнул зубами Денис.

- Если ошивается, то проявится, - махнул рукой Олег. - Куда он денется.

Появилась третья группа. Перспективное ущелье оказалось пустышкой.

- Вот и Светлане Алексеевне дело по профилю нашлось, - вздохнула Мария Алексеевна, глядя как женщина и Полина кормят кошку. – Уж она-то все выспросит, будьте уверены.

- Ну, главное мы знаем. - Ольга вспомнила, как девочка, только выйдя из машины и увидев Ольгу, вдруг застеснялась, но перейдя через мост, отрапортовала:

- Меня зовут Полина Вострецова, мне шесть лет. Я живу в городе Краснодаре на улице… - Тут она запнулась, достала из кармана штанишек бумажку и протянула Ольге.

- Молодец, Полина, - похвалила ее Ольга. – Это тебя родители научили так говорить, если потеряешься?

- Да, - пискнула девочка. – Нужно подойти к главному полицейскому и так сказать.

Все тихонько зафыркали, давясь от смеха, но Ольга и глазом не повела.

- Молодец, - повторила она. – А теперь иди, тетя Катя покажет тебе твою комнату.

- А Мурка?

- И Мурку обязательно пристроим. Такая чудесная кошка с такими хорошими котятами у нас тоже желанный гость, как и ты.

Девочка расцвела и побежала к Аленке.

- Дневальный, - проговорила Ольга в рацию. – Найдите и пригласите ко мне Светлану Алексеевну.

- Слушаюсь.

И вот теперь Светлана Алексеевна пыталась разговорить Полину. Напрямик ее спрашивать о чем-либо опасались, предполагая негативную реакцию девочки. Но уже было понятно, что дядя Женя специально оставил ребенка в лесу. И всем очень хотелось, чтобы он проявился в досягаемости от их рук. А может и когтей.

Тем временем, группы заканчивали разведку. Найти никому ничего не удалось, кроме первой группы. Они уже возвращались и несли в рюкзаках «великолепные, просто великолепные образцы», как сообщал Вадим Сергеевич. В предпоследний день группы, как и было предусмотрено, выходили на более короткий маршрут. Все уже устали, а отсутствие результатов хорошему самочувствию не способствовало. Вторая группа ушла на север-восток в направлении берега. Там был довольно густой лес, да еще и с подлеском. Третья группа ушла на юго-запад, в последнее неисследованное ущелье плоскогорья.

Денис расстраивался также, как и остальные. Разведчики всегда приносили результат: если не материальный, то поисковый, те же площадки под новое жилье, например. Денис задумался и резкий звук вызова заставил его подпрыгнуть на своем кресле.

- Вторая вызывает. У нас находка! Денис, танцуй! А, черт, тогда хлопай!

- Что? Нашли?

- Прикинь, в самой чаще, как вывозить будут – не знаю. Стоит экскаватор, написано, не разобрать, подожди, Карпил, вроде.

- Катерпиллер? – Закричал подошедший Максим.

- А, ну, наверное. Он тут зарос слегка.

- Вторая, точное расстояние можете сказать?

- По прямой километров восемь, может девять. А как просеку будут рубить – не знаю.

- А Олег Иваныч что говорит?

- Улыбается.

- Почему?

- Потому, Денис, - ответил Олег, - что Максим рано радуется. Это из той же серии, что мы в локалке нашли – мини-экскаватор. Может, более мощный или специальный для карьера, но небольшой.

На рации перед Денисом замигала лампочка вызова.

- Подожди, Олег Иваныч, тут третья вызывает.

- Денис! – Закричала Наташа, - мы такое нашли! Не знаем, что это, но оно такое прикольное! Типа эскалатора…

Максим в изнеможении сел на стул.

- Наташенька, - сказал он в рацию. – Это конвейер для добычи. Наверное. Я читал, что они применяются. На ленту насыпается уголь, и она движется. Далеко вы зашли?

- Нет, в том-то и дело. Это первое ущелье от депо, мы его под конец оставили, километров пять.

- Ну, ребята, - с чувством сказал Максим, - это надо отметить.

- Обязательно, Максим Иванович, - раздался из рации голос Андрея Евгеньевича, - с вас торт и кока-кола.

К вечеру анклав уже знал о находках разведчиков. Сначала их качали работники Депо, которые сразу воспряли духом, радуясь, что не придется грузить уголь лопатами. Максим связался с Ольгой и затребовал в Депо Володю и небольшой бензиновый двигатель для установки на конвейер - он уже продумал способ загрузки платформы.

На следующий день «Кодор» принял на борт группы и направился к пристани. Тут удалось похвастаться и первой группе. На палубу были выложены образцы разнообразных руд: пирит, халькопирит, молибденит, самородная медь.

- Это значит, - возбужденно кричал Вадим Сергеевич, - что имеет быть медно-порфировое месторождение! Или даже медистые песчаники! А олово мы уже нашли! Значит, сможем делать сплавы!

- Медь еще не выплавил, а уже сплавы плавит. – Прокомментировал капитан Ушаков.

В общем, разведка удалась.

Светлана Алексеевна докладывала на женсовете:

- История, конечно, ужасная. Родители Полины погибли. Как я поняла из рассказов девочки, отец ее был бизнесменом, видимо, довольно удачливым, поскольку имел квартиру в Петербурге (она так потешно-важно сказала «главный город на Неве»), квартиру в Краснодаре, где они и проживали, участок под строительство жилого дома там же в Краснодарском крае, две машины. Погибли они в ДТП четыре месяца назад. Полина это знает, но не осознает, у нее как будто блок какой-то стоит. Говорит: «папа умер» и тут же: «папа приедет и привезет мне игрушку». Когда родители погибли, старший брат отца, тот самый дядя Женя, и его жена начали оформлять опеку над девочкой. Жена дяди Жени Полине не нравится, по ее рассказам особа она очень неприятная. У нее есть сын, Полина говорит, что он старый, уже школу закончил и в институт поступает. Еще она рассказывает, что слышала, как тетя Ира говорила дяде Жене, что ей эта нахлебница не нужна, а квартиру в Краснодаре нужно продать и строить дом, а сын поступит в Питер и будет жить в той квартире. Дядя Женя, видимо, «под каблуком у Мюллера», хоть и мямлил, что опека не разрешит, и что это наследство Полины, а им ничего не принадлежит. Тогда тетя Ира сказала, что он идиот и надо сделать так, чтобы принадлежало. Вот он и сделал. – Светлана Алексеевна сжала кулачок. - Девочка хорошая, не капризная, Катерина Андреевна говорит, что с Аленкой подружились, за Артемкой смотрят вдвоем, к Кате очень тянется. – Светлана Алексеевна смахнула слезу и отвернулась.

- Ну-ну, Светлана Алексеевна. Не от родителей забрали, а из петли вытащили, иносказательно, конечно, - проговорила Елена Михайловна и все закивали, соглашаясь.

- Страшно подумать, что бы с ней случилось, если бы ее не перебросили сюда, - добавила Мария Алексеевна.

- Катя, ты не возражаешь ее приютить? – Спросила Ольга.

- Нет, - подумав сказала та. – Очень они с Аленкой подружились, мы ей кровать в Аленкиной комнате поставили, они все время вместе проводят. Не возражаю. Была одна дочка, стало две. Тем более, что она и правда ко мне тянется, то по щеке погладит, то обнимет. И к Олегу тянется. Главное, чтобы Аленка ревновать не стала, - подумав, добавила она.

- Ну, на этот случай у нас Светлана Алексеевна есть. – Ольга повернулась к учителю. – Организовывайте начальный класс из двух учеников. Теперь они ваша зона ответственности. Аленка уже, правда, первый класс закончила, но по верхам, не помним мы с Марией Алексеевной, что в первом классе проходят. Давали только чистописание и родную речь, и еще немножко арифметики. Но сейчас каникулы, так что пусть это будет пришкольный лагерь.

Светлана Алексеевна только кивнула.

- Знаете, - проговорила Ольга, которой это пришло в голову только сейчас. – А вдруг получится вытащить личное дело этого дяди Жени. Хотя… вряд ли…

- Зачем? – Изумились женщины.

- Вдруг узнаем, удалось ему следы замести или нет.

Все только пожали плечами. Механику получения информации никто не понимал.

-Так, что у нас дальше… - Посмотрела Ольга в бумаги, но ее перебила Анна Евгеньевна.

- У нас тяжело протекающая беременность, дамы.

- У кого? – Хором изумились присутствующие.

- У Марины. Я ее отстраняю от работ на кухне.

- Ого!

- Да. Срок у нее всего-то пять недель, но токсикоз такой, что она запаха еды совершенно не переносит. Питается детскими смесями, которые Ольга Яновна для Артемки и Сашеньки берет. Теперь надо и для нее брать. Плачет все время. Не может она без кухни.

- Охо-хо, - проговорила Мария Алексеевна. – Качество еды упадет кардинально, но делать нечего. Предлагаю дежурство на кухне по очереди, график составим.

- Ольгу Яновну освобождаем, - резко сказала Катя.

- Это еще почему? – Оскорбленно вопросила Ольга. – Тебе еда моя не нравится?

- Мне ваш артрит не нравится, - отрезала Катя. – А на кухне стоять, ходить, а иногда бегать надо.

- А Никита? – Заикнулась было Елена Михайловна, а потом махнула рукой. – Забыла. Первого же туристы приплывают.

- Вот именно, и это следующий наш вопрос. Я, конечно, все это сама заказывала, но память уже не та. Палатки?

- Семь палаток на четыре человека, плюс четыре на троих. – сверилась с записями Елена Михайловна.

- Санузлы?

- Четыре временных душевых на четыре лейки, там же по четыре унитаза и по четыре умывальника. Электробойлеры и насосы установлены.

- Да, я видела, - задумчиво кивнула Ольга. – Душевые из остатков моего забора.

- И еще разобрали навес над летней кухней, - добавила Мария Алексеевна. – А что-то Анатолия Семеновича давно не видно?

- Так он, - всплеснула руками Елена Михайловна, - с Иваном Александровичем дорогу бьет, старый дурак.

- Какую еще дорогу? – Вскинулась Ольга.

- Так на большую локалку, что ребята нашли.

- А я почему не знаю? – Грозно спросила Ольга.

Елена Михайловна только пожала плечами.

- Ладно, разберемся, – пообещала Ольга. – Продолжим по лагерю. Подушки, пледы, постельное белье и полотенца?

- Семьдесят комплектов постельного, по двадцать всего остального.

Ольга покачала головой.

- Раскладушки?

- Тридцать пять штук.

- Зачем так много? – Изумилась Катерина. – Их же всего пятнадцать приезжает.

- Так и для наших тоже. Все вместе жить будут, - возразила ей Мария Алексеевна.

- С ними скорее всего приедет какая-нибудь курица из отдела образования, - едко сказала Ольга. – Не хотелось бы упасть в грязь лицом.

- Не упадем, Ольга Яновна, - пообещала Мария Алексеевна. – Культурная программа, досуг, соревнования, конкурсы – все подготовлено.

- Еще раз, сколько юнг прибывает?

- Пятеро. А остальные десять – на военную подготовку. Но скорее всего, и они парусами заболеют. Уж если я… - Мария Алексеевна закатила глаза.

- А вы уверены, Мария Алексеевна, что заболели парусами, а не капитаном? – Пошутила Елена Михайловна и все рассмеялись.

Анатолий Семенович по рации доложил, что он контролирует отделку дома Константиныча, а дорогу бьет Иван Александрович самолично, с небольшой помощью Сашки. Они уже почти добрались до развалюхи. К локалке будут подбираться осторожно, поскольку возможен респаун пещерника, но это еще не скоро.

Первого июня в семь часов утра великолепный «Кодор» под всеми парусами встречал «Нерпу» и «Клевер» на траверзе мыса Дальнего. Ольга стояла на носу «Кодора» и в бинокль наблюдала, как восторженно смотрели на парусник с палуб обоих кораблей и ребятня, и взрослые. А на палубе «Кодора» матросы дружно тянули шкоты и вовсю орали:

- Пятнадцать человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рома!

Тут вступал баритон Вадима Сергеевича:

- Пей, и дьявол тебя доведет до конца!

И все опять подхватывали:

- Йо-хо-хо и бутылка рома!

Глаза гостей горели восторгом.

Паруса немного прибрали, и «Кодор», уравняв ход с гостями, направился к острову. «Клевер» подвалил поближе, и Ольга увидела легендарного Уле Маурера, который помахал ей рукой и пробасил в микрофон;

- Приветствую, фрау Олга!

- С прибытием, капитан Маурер!

- С возвращением, капитан Корнеев!

По обыкновению хмурый, Корнеев махнул ей рукой из рубки.

На палубе «Клевера» показалась женщина в поварском колпаке и тоже помахала Ольге рукой. Это была Павидла. Ольга улыбнулась: еще одна легенда Платформы.

- Да. – Проговорил Олег. – Сотников на детях не экономит. Сразу два корабля отправил.

- Думаю, у них еще задачи имеются.

- Это уж точно. – Согласился Олег. – Смотрите, Ольга Яновна. Кто там у кормового пулемета?

Ольга всмотрелась и ахнула. Мощная фигура никаких сомнений не вызывала.

- Гоблин…

«Нерпа» и «Клевер» подошли к пирсу. «Кодор», как радушный хозяин, причалил последним. На причале ровной шеренгой стояли мальчишки и девчонки из «Русского Сокола» в форме с сияющими шевронами. На правом фланге стоял Денис. Вновь прибывшие, все в камуфляже, скатились по трапам и тоже быстренько построились. Третьей шеренгой встали юнги с «Кодора» в новеньких форменках, тельняшках и брюках клеш. Освещало эту сцену клонящееся к закату солнце.

- Приветствую вас на кубанской земле, - произнесла Ольга и улыбнулась. – Предлагаю пройти в расположение и разместиться. – Она указала влево, где из-за кустов слегка выглядывали палатки. - Пройдитесь по территории, осмотритесь, познакомьтесь с ребятами. Ужин в семь. В восемь – организационный сбор. Разойтись.

Шеренги дрогнули и начали хаотическое движение в сторону палаток.

К Ольге подошла совсем молодая девушка и представилась:

- Здравствуйте, я Оксана, воспитатель нашей группы.

- Здравствуйте. Я - Ольга Яновна, комендант Анклава. А кто командир вашей группы?

- Якуб. – Она указала на чернявого мальчишку лет шестнадцати, который уже о чем-то разговаривал с юнгами, прищелкивая языком и размахивая руками.

- Знакомьтесь Оксана, наша воспитатель – Лена, - Ольга взмахом руки подозвала Лену. - И Денис, командир. Лена покажет вам ваши места. Девочки все будут в трехместных палатках. У вас сколько девочек?

- Всего пятеро. Одна на юнгу записалась, остальные - на военное дело.

- Хорошо, отправляйтесь.

Ольга огляделась. С борта «Клевера» спустилась огромная фигура Гоблина и направилась прямо к ней.

- Ольга Яновна?

- Михаил?

Они синхронно улыбнулись, и Гоблин протянул ей пакет.

- Это от Командора.

Ольга кивнула.

Тут к ней подбежала Машка и, стесняясь, потянула ее за руку и встала на цыпочки:

- Тетя Оля, - жарко зашептала она ей в ухо, - это же Гоблин, да?

- Да, это я, - пробасил Михаил и скорчил забавную рожицу.

Машка залилась смехом.

- Дядя Гоблин, мы вас приглашаем на вечерний костер, - выпалила она.

Михаил посмотрел на Ольгу и кивнул:

- Приду. Чай приготовьте.

Счастливая Машка убежала, на бегу подпрыгивая и крича:

- Мишка! Денис! Ребята! Он согласился! Ура!

Издалека послышались крики «Ура!» и все стихло.

- Вы к нам надолго, Михаил?

- Нет, - он отрицательно мотнул головой. – Завтра уходим.

- На Южный?

Он неопределенно пожал плечами.

- Ну да, вопрос снимается. А на обратном пути задержитесь?

- Там видно будет, Ольга Яновна.

Подошли Корнеев с Маурером. Познакомились, пожали руки, и Ольга пригласила всех на Базу.

- К сожалению, Виктор Георгиевич, не сможем вас снова поразить нашими кулинарными изысками. Марина, наш шеф-повар, ушла в декрет, и никто другой не может с ней сравнится.

- Ничего, Ольга Яновна, мы вам тут подарки привезли и кой-чего вкусного на камбуз, а уж Уле на кулинарию грех жаловаться, его Нионила Дмитриевна готовит – пальчики оближешь.

Уле покивал и широко улыбнулся.

- Моя Павидла – повар экстра-класса. – Похвастался он.

Подошла Людмила Ивановна.

- Ну, как вам в метрополии? – Спросила у нее Ольга, когда все двинулись в сторону Базы.

- У нас лучше, - безапелляционно ответила та.

- Не пытались вас сманить? – С интересом осведомилась Ольга, уже предполагаю ответ.

- Ну, разговоры были, но ничего конкретного. Но я бы и не согласилась. Там стоматолог есть, хватит им. А у нас должен быть свой медицинский центр, - с жаром сказала Людмила Ивановна. – Не хуже, чем там.

- Будет, - откликнулась Ольга. – Вот отстроимся и забабахаем.

Они рассмеялись.

С этого дня анклав перешел на усиленное охранение. На Южном и Голом постоянно дежурили Сашка и Дима, сменяемые Максимом и Володей. В радиорубке перед мониторами днем посменно сидели Рита и Лариса, ночью – Сергей и Николай Игнатьевич. Временами кого-то из них подменяли Елена Михайловна, Мария Алексеевна, Ольга и Светлана Алексеевна. На Второй ферме обстановку мониторил Иван Александрович.

На мысе Западном поставили камеру, так как на пост «Озеро» людей не хватало: все прибывшие на «Кодоре» были заняты обучением юнг, кроме того, все еще проводились строительные работы, правда, по минимуму.

Олег занимался обучением военному делу.

В такой ситуации радовало только одно: это все продлится только две недели.

«Нерпа» и «Клевер», выгрузив имущество учеников, ушли на следующий день после прибытия. Экипаж на обеих кораблях, как показалось Ольге, был увеличенный, но она ни о чем, разумеется, не спрашивала.

В процесс обучения Ольга не вмешивалась. Единственное, на что она обращала внимание: травмы и любые происшествия. Но пока ничего подобного не происходило; юнги обретались на «Кодоре», сходя на берег только вечером, на традиционный вечерний костер; остальные ребята работали в тире, обучались скрытному передвижению, обороне без оружия. Для обучения Олег выбрал территорию между Игривым и Веселым, попутно составляя кроки. Правда, пока ничего особенного найти не удалось, кроме нескольких полян с родниками. Тир устроили на берегу возле устья Игривого: палили из мелкашек, пистолетов, Наташа показывала класс из арбалета.

Ежевечерне на костер приглашали свободных от дежурств сержантов, кого-то из команды «Кодора» или специалистов анклава; однажды такой чести удостоилась и Ольга. Ребят в первую очередь интересовало, как они вели себя в первые дни после попадания, что чувствовали и как преодолевали; как нашли локалку с шоколадкой и почему не было возле нее пещерника. После часа такой беседы Ольга чувствовала себя выжатой.

Улучив момент, Ольга побеседовала с Олегом на тему отсутствия пиратских нападений.

- Так, может, не на чем им по морю плавать? – Задумчиво сказал Олег. – Мы же, наверное, не единственные, кто у них корабли выбивает. А есть такая вероятность, что удалось до янкесов весть про захват поселенцев довести, те и разозлились сильно. Чего гадать. Исходных данных нет. – Олег развел руками и почти успокоил Ольгу.

Через неделю после этого разговора вернулись «Нерпа» и «Клевер». Капитан Корнеев, еще раз проверив установку паровой машины на «Диане», дал добро на ее выход в море и бункеровку углем. «Нерпа» и «Диана» отправились к причальной стенке под Карьером, чтобы испытать изобретение Максима: уголь с девятиметровой высоты подавался в бункер судна с помощью конвейера, талей с электродвигателем и двух двухсотлитровых бочек. Было много угольной пыли, пароход приходилось отмывать, но погрузка производилась довольно быстро. Также быстро заполнили котлы и танки водой из водопада и пароходы снова отправились к пристани. Капитан Корнеев сказал, что механизацию необходимо еще отработать, но на первое время приемлемо. А Гоблин, который не мог упустить бункеровку, ржал как гоблин.

Никаких пояснений, где были и что видели команды кораблей, островитяне не получили. Ольга понимала: если нужно будет – Сотников доведет, если нет – значит не узнают никогда.

Еще через день «Нерпа» и «Клевер», приняв на борт пассажиров (своих туристов и вторую группу разведчиков) направились в метрополию. «Кодор» проводил друзей до мыса Дальнего, а Ольга помахала с пристани платочком и с облегчением направилась домой. Эти две недели ее порядком вымотали. В психологическом плане. Подсознательно она все время опасалась какого-нибудь ЧП: нападения пиратов, травмы на стрельбище, падения юнги с мачты и так далее, и тому подобное.

Придя домой, Ольга взяла с полки «Колонию» Денисова и нашла цитату: «Катарсис есть процесс конкретно острого облома или затянутой, как десятерик, ломки понятий с соплями, в самой оконцовке резко превращающийся в реальный такой ништяк под фанфары, да ещё без распила рамсов с прилипалами». Это сказал Гоблин и Ольга могла подписаться под каждым словом. «Ништяк под фанфары» испытывали все, кто принимал участие в этом марафоне.

Палатки и все прочее складировали в мастерской на пристани, пока не найдут подходящее место, постельное, подушки и одеяла направлялись в стирку, на просушку и в ту же мастерскую.

А еще через десять дней произошло страшное.

Сначала остров сотрясли очень слабые толчки, их почти никто не заметил, кроме Николая Игнатьевича, который в это время находился на Подзорной трубе, проверяя «Унжу». И через некоторое время с островом связался Вотяков:

- Кубань, ответьте Эфиру, срочно, повторяю Кубань, ответьте Эфиру.

- Кубань на связи, - крикнул Сергей, одновременно вызывая по рации Ольгу.

- Кубань, под запись. Извержение подводного вулкана. Угроза цунами. Повторяю, извержение подводного вулкана, угроза цунами. Приблизительный район извержения – к югу от устья Ганга. Скорость цунами от семисот километров в час. Немедленно убирайте людей с низменностей, особенно в устьях рек, выводите суда в море на глубину не менее пятидесяти метров, ставьте носом к волне. Волна в море около двух-трех метров высотой, возле берега может быть до двадцати метров. Укрытия не спасут.

- Эфир, вас понял, запись произведена. Немедленно начинаем подготовку. Просим по возможности информировать о прохождении волны.

Ольга появилась в рубке через десять минут, прослушала запись и вызвала капитана Ушакова.

- Правильное решение, - как всегда спокойно произнес Виктор Федорович. – Нужно выводить суда в открытое море. Это обычная практика. Мы промеряли глубины вдоль южного берега, дно резко уходит вниз уже в ста метрах от мыса Голого, достигая глубины до трехсот метров; и все заливы на входе тоже довольно глубокие, в том числе и Лукоморье. Но, конечно, уйти придется на расстояние не менее километра, чтобы, если что, волна не подхватила и не унесла к берегу судно.

- Распорядитесь, Виктор Федорович, - попросила Ольга.

- Мне нужно собрать команду «Кодора», - напомнил капитан, и Ольга только кивнула.

Вызвав по рации Марию Алексеевну, Анатолия Семеновича и Катю, Ольга провела срочный совет.

- Быстро, кто у нас где? Анатолий Семенович, докладывайте.

- А все в глубине острова, Ольга Яновна, - рассудительно ответил тот. - Все стройки идут вдоль трассы.

- Сейчас суда уйдут в море, - Ольга поморщилась. – Боюсь, наша пристань прикажет долго жить.

- Не думаю, - Анатолий Семенович уже смотрел карту, привезенную Ольгой из Замка Россия. – Смотрите, если волна пойдет отсюда, - тут его палец уперся в точку на карте, - то упрется в наши юго-восточные берега. Залив Кодор довольно глубокий и широкий, не думаю, что волна там окажется очень уж высокой. А вот вдоль мыса Дальнего с востока, по рассказам Олега Ивановича, глубины не большие. Там волна может подняться высоко, но все же до среза берега не достанет, высокий там берег, метров сто от поверхности воды. – Палец Анатолия Семеновича снова указал на карту острова. - С восточной стороны нам опасаться нечего. С юго-восточной – под угрозой только пристань. С северной – тоже проблем не будет: там и глубины порядочные и объектов нет. Кроме дома капитана на берегу Кривулины, но туда уж волна не должна достать. Ну, смоет камеру на выходе из бухты да на мысу Западном – поставим новые. А вот посмотреть хотелось бы. – Неожиданно закончил он.

Капитан формировал команды для судов: «Стремительный» - Олег, Сергей, Вадим; «Кречет» - Сашка, Максим, Андрей; «Русский Сокол» - Дима, Женя, Наташа. Приходилось в команды ставить подростков, иначе не получалось: старшие стояли у руля и в моторном отсеке, младшие – на рации. Ольга была против того, чтобы Наташа принимала участие в выходе, но та так сверкнула глазами, что Ольга отступилась. Да и то - командир третьей группы!

Все суда стояли в бухте Кодор, кроме «Дианы», которая находилась в Андреевском заливе, доставляла топливо в тайник на Дальнем и продукты в Дом отдыха. На борту, кроме Дианы, были Володя, Денис и Костя.

- Диана, - спокойно проговорил кап-два, - разводи пары. Не волнуйся, выходи в море. Держись подальше от мыса Дальнего, рядом с ним будет опасно. Уходи южнее. Следи за эхолотом, под килем должно быть не менее пятидесяти метров. Ставь судно носом на юго-восток и ложись в дрейф, котлы не гасить, все время оставайся под парами. В море волна будет невысокой, не бойся.

- Я не боюсь, - послышался голос Дианы, - я все сделаю.

«А голос-то дрожит», отметила про себя Ольга, слушая их переговоры из рубки.

- Она справится, Ольга Яновна, - сказала Мария Алексеевна. – Девочка – молодец.

- А что ей еще остается, - сердито ответила Ольга. – В заливе оставаться нельзя.

- Кубань, ответьте Эфиру.

- На связи, - нервно ответил Николай Игнатьевич.

- Волна прошла Морской пост, Южный форт, подходит к Принс-Руперту. Морской не пострадал, в Южном разрушена пристань, пострадавших нет. Высота волны у берега двадцать плюс-минус пара метров.

- А Балаклава, Полуденные острова? – Включилась в разговор Ольга.

- С Балаклавой связи пока нет, Полуденные передают: пока все спокойно. Приняли меры. Деревня бадхов разрушена, но жители не пострадали. Других сведений пока нет.

- Хорошо, Юра, мы все поняли. Суда уже выходят в море. Люди с побережья удалены. Отбой связи.

Ольга положила наушники и вдруг замерла.

- А ведь мы можем спокойно посмотреть все с Южного, - она с опаской посмотрела на Марию Алексеевну.

Та только руками всплеснула.

- Ольга Яновна, ну что за детство! Вот камеры – смотрите.

- Мария Алексеевна, это совершенно безопасно. Высота мыса – больше ста метров. Устроимся возле ДОТа и будем наблюдать.

- И это руководитель анклава! – Жалобно сказала Мария Алексеевна и поплелась вслед за Ольгой на улицу.

Проверив готовность медпункта и столовой, дамы взяли велосипеды и неспешно поехали в сторону Южного мыса. Светило солнце, жужжали пчелы и все вокруг было напоено миром и светом.

- Боюсь, Мадрид и Сесимбра пострадают. – Проезжая мимо спортплощадки, сказала Ольга. – Они расположены на берегу, а какова высота берега – не знаю.

- Вы, Ольга Яновна, не о том думаете. Какова высота берега в районе Светлого?

Ольга остановилась и посмотрела на небольшой водопад, стекающий из озера в залив.

- Ну, я думаю, метров тридцать, - неуверенно сказала она.

- И дай Бог, чтобы это было так, - решительно сказала Мария Алексеевна. – Иначе берег может быть разрушен и озеро утечет.

- Берег может быть разрушен и десятиметровой волной, - покачала Ольга головой. – Но будем надеяться на лучшее.

Добравшись до мыса, они оставили велосипеды подальше от обрыва, взяли рюкзаки и начали подниматься по тропке к вершине. Через двадцать минут, запыхавшиеся, но довольные, они остановились возле ДОТа и повернулись на какой-то шум.

- Это еще что такое? – Вырвалось у Ольги, а Мария Алексеевна только захлопала глазами.

На вершине находились почти все жители анклава, за исключением дежурных, а также жителей Депо и Второй фермы. Но Ольга была уверена, что они тоже вышли на берег «посмотреть цунами».

- Вы почему ушли без разрешения?

- Теть Оля, ты бы нас не отпустила. Вот почему. – Тихо, но дерзко, не опуская взгляда сказала Машка. – А нам тоже нужно видеть.

Ольга повернулась к морю. Среди солнечных бликов четко вырисовывались силуэты четырех кораблей, идущих в открытое море.

- Хорошо, - помолчав, ответила она. – Посмотрите. Но за то, что ушли без спроса будете наказаны. Согласны?

По лицам пронеслись улыбки. Главное, что не прогнали, а наказание… Пф, оно будет потом!

- Марина, а ты-то куда залезла? – Тихо ругалась Мария Алексеевна. – В твоем положении.

- Я журналист, хоть и бывший, - гордо ответствовала Марина. – Тоже должна видеть. Да и где-то там мой муж плывет. И девчонок мужья. Лариса и Рита не могут, попросили меня присмотреть.

Анатолий Семенович только смущенно улыбнулся. Ольга махнула рукой.

- Третий первому.

- На связи.

- Что Эфир сообщает?

- Пока молчит. Я свяжусь с вами.

Полчаса прошли в молчании.

- Кто-нибудь воду захватил? – Громко спросила Мария Алексеевна.

Несколько человек подняли руки и тут пискнула рация.

- Первый второму, вышли на позиции, ложимся в дрейф. Что сообщает Эфир?

- Волна прошла Южный форт, разрушения на берегу, жертв нет.

- А вы, я полагаю, на Южном мысе находитесь, - ехидно спросил Олег.

- Не только я, все здесь.

Олег хмыкнул и отключился. В бинокль были еле-еле видны черные точки кораблей; вокруг одного из них пенились паруса, которые, очевидно, убирали.

- Первый третьему, Эфир сообщил, что волна прошла Мадрид. Сильные разрушения на берегу, суда в море не пострадали, возвращаются. Скорость волны более девятисот километров в час в море, вдоль берега движется со скоростью около двухсот километров. Полуденные сообщают, что волну наблюдают, полагают, что внутренние острова не пострадают. Профессор считает, что при такой скорости нам следует ожидать волну в течение ближайших трех часов.

- Поняла. Ждем. От второго сообщения получили?

- Да, слышу их хорошо.

- Отбой.

Еще два часа прошло в ожидании. Младшие за это время успели смотаться на Базу на велосипедах и привезти еще воды, чай в термосах и пирожки из столовой. Только расположились перекусить, как Машка, глядя вниз, с ужасом сказала:

- Смотрите, Лукоморье мелеет.

Вода уходила из залива, обнажая дно сначала у берегов, а потом все дальше вглубь, и через некоторое время почти вся территория Лукоморья оказалась покрытой лишь тонким слоем воды и придонного ила, в котором плескалась рыба.

Ольга тут же схватилась за рацию.

- Второй первому, начинается, будьте внимательны.

- Пока не наблюдаем, - ответил Олег. – Что вы увидели?

- Залив мелеет. Значит волна на подходе.

В рации послышались голоса, потом Олег совершенно спокойным голосом сказал:

- Видим волну, высота небольшая, свяжусь после прохождения.

Ольга уставилась вперед, с силой прижимая окуляры бинокля к глазам, остальные сгрудились вокруг нее, всматриваясь в море, послышались голоса, какое-то шевеление. Вдали, уже ясно видимая, сияла на солнце длинная, поперек всего горизонта полоса, которая приближалась. Послышался гул.

В этот момент рация голосом Николай Игнатьевича сказала:

- Камера с Западного показывает какое-то судно на пределе видимости.

Анатолий Семенович крикнул:

- Всем отойти от края, волна приближается! Садитесь на землю и держитесь!

Гул нарастал; взлетели птицы, добавляя какофонию звуков. Это была страшно. Все понимали, что на такую высоту вода не поднимется, но все-равно схватились друг за друга, за стволы деревьев, за ветки кустарника. Некоторые закрыли глаза. А гудело все громче, уже, практически, ревело; залив начал заполняться водой, сначала как бы нехотя, медленно и тут вдруг в залив ворвалась волна. Она ударилась о край мыса, пена взлетела и опала на зрителей, и Ольга услышала вскрики, но не повернулась. Она смотрела на берег, куда выливался водопад из озера, и сквозь хоровод пены видела, как волна с силой бьет о подошву берега, сносит кусты, поднимается все выше и выше. Пена закрывала обзор, но было видно, что в центре залива в водовороте кружились какие-то обломки, те же кусты, мелькали куски чего-то непонятного, и Ольга испугалась.

Дрожащими руками она схватила рацию, но та сама ожила:

- Первый второму, все в порядке, все целы. Диана передает, что все хорошо.

Ольга откашлялась.

- Хорошо. – Она еще раз кашлянула. – У нас тут все кипит. Вода поднялась до середины обрыва и подъем все продолжается.

Прошло некоторое время, птицы подуспокоились, стали садится на деревья, вода все поднималась, но уже не так быстро.

Люди начали подниматься, чтобы рассмотреть все происходящее, но в этот момент послышался треск, потом сильный всплеск, мыс, казалось, задрожал от берега до вершины, и даже вроде как качнулся. Показалось, что и горизонт закачался и воздух над головами опять заполнился птицами, которые с криками носились над головами людей.

В рации раздался испуганный голос Олега:

- Что там у вас?!

- Непонятно пока. Вроде бы что-то упало. Мыс Голый не виден из-за пены, берег возле озера видно хорошо, пока разрушений нет. Кажется.

- Ольга Яновна, оставьте наблюдателя, а сами спускайтесь вниз и людей уводите.

- Не волнуйтесь, Олег Иванович, опасности нет. Подъем воды прекратился. В заливе просто водоворот, пока не возвращайтесь. Наверное, Кодор в таком же состоянии. Дождитесь «Диану» и возвращайтесь вместе.

- Хорошо, - нехотя ответил Олег. - До связи.

- Первый третьему. Эфир сообщает, Сесимбра устояла из-за благоприятного расположения, разрушения несущественны. Полуденные тоже в порядке. Волна достигла Форт-Росса, там без разрушений.

- Передайте, корабли в порядке, о разрушениях доложим позднее.

За время этих разговоров вода начала спадать. Витька подобрался к краю обрыва и присвистнул.

- А полки-то нет. Это, наверное, она рухнула.

В этот момент снова подал голос Николай Игнатьевич:

- Первый, камера Западного смыта. Камера на выходе из Кривулины работает. Провожу перекличку по объектам. Последние минуты жизни камеры запечатлели навал волны на залив Каменный – потрясающее зрелище!

Ольга потерла лоб и спросила:

- Кто-нибудь снимал?

На нее с недоумением уставились сразу несколько пар глаз, а потом Марина молча ткнула пальцем в сосну у нее за спиной. Ольга обернулась и присмотрелась: на высоте около трех метров на всех доступных ветках красовались смартфоны, примотанные изолентой, а чуть дальше на штативе, примотанном веревкой к стволу, красовалась новая Маринина камера.

- Подготовились, - резюмировала Ольга и пошла к спуску. Ноги ее дрожали, но душа пела: такое зрелище не забыть.

Глава 7. Странные потеряшки

Глава седьмая. Странные потеряшки

- Везде все в порядке, Ольга Яновна, - докладывал Николай Игнатьевич. - Со Второй фермы сообщают, что тоже наблюдали с берега, там волна была очень высокой. С Депо рассказали, что сильной волны не было, и вообще, их краем задело. Жаль, что на Дальнем никого не было, но камера запись вела, правда, ракурс для наблюдения не подходящий.

- Слушайте, а где «Гоша»? – Вдруг вспомнила Ольга. – Он же в Кодоре был.

- Не беспокойтесь, Ольга Яновна, его при отплытии в мастерскую убрали.

- А эллинги-то целы?

- Анатолий Семенович поехал на пристань, обещал сразу связаться.

- На чем поехал?

- На «виллисе».

- Олег его убьет, - со странным удовлетворением в голосе сказала Мария Алексеевна.

- Он может. А где наши водоплавающие?

- Скоро подойдут. Только, боюсь, причаливать им негде будет. Скорее всего пирс в труху, - печально сказал Николай Игнатьевич.

Через некоторое время рация щелкнула.

- Нахожусь в заливе. Пристань, пирсы, мастерская и эллинги целы. – Странным голосом сказал Анатолий Семенович. – Вижу суда, вернусь вместе со всеми, проведу осмотр берега. – И отключился.

- Что это с ним? - недоумевающе посмотрела Мария Алексеевна. – Голос какой-то … непонятный.

- Наверное, предвкушает убиение. – Хмыкнула Ольга. – Пойдемте-ка в столовую. Надо ужин посмотреть, после такого дня повара, наверное, в неадеквате.

После ужина Ольга рассказала все, что узнали от Вотякова. По рукам ходили смартфоны с записью волны, началось обсуждение. Олег сокрушался, что пропала такая удобная полочка, с которой так легко было утилизировать незваных гостей. Один только Анатолий Семенович сидел в уголке, не принимая участия в общем столпотворении. Наконец, Ольга пригласила весь актив к себе на веранду, налила чай, поставила варенье и повернулась к Анатолию Семеновичу.

- Ну?

Тот посмотрел сквозь нее и нехотя сказал:

- Только не принимайте меня за ненормального, хорошо?

Все уставились на него во все глаза. Он отхлебнул чаю и продолжил:

- Там на дороге есть участок, откуда залив хорошо виден. Так вот, когда я его проезжал, я посмотрел на залив: пирсов не было. Крыши эллингов оттуда не разглядеть, но я уже предвидел самое худшее и, конечно, расстроился. Но когда я выехал к пристани, - Анатолий Семенович обвел всех глазами, - ВСЁ было на месте. Точнее, не так: на месте было ВСЁ, подаренное Смотрящими. НАШИ постройки уничтожены: трансформаторная, туалет, бытовка старая, все никак разобрать руки не доходили, в общем, все, что мы строили. Да, - он повернулся к Олегу, - Олег, турбине тоже каюк, как мне кажется. И еще: обломков на берегу нет, ну, это и понятно – волна унесла. Мастерская, правда, завалена метра на два в высоту – кусты, ил, обломки дерева. Там, где лагерь был – тоже разруха, только унитазы стоят. Волна, видимо, прошла в глубь леса метров на пятьсот, потому что там бурелом еще больше стал. Я прошел к устью Веселого – там заносы песка, ила, кустарник кучами лежит, но ручей русло уже пробил, хотя уже не веселый он, а скорее, - тут Анатолий Семенович хмыкнул, - смурной.

Все как-то нервно захихикали.

- А почему душевые не разобрали? – Грозно спросила Ольга. – Неделя прошла!

- Так мы сантехнику сняли, раковины прибрали, а унитазы не успели.

- Бардак!

- Да они целые, Ольга Яновна…

- Да, а имущество наше? Которое в мастерской хранилось? – Спросил Олег.

- Все на месте, - ответил Анатолий Семенович.

Все вдруг резко замолчали.

- Значит, - после долгой паузы начал Николай Игнатьевич, - то, что ОНИ подарили – все восстановили. Интересно.

- Я даже думать об этом не хочу, - нервно вздрогнув, выпалила Мария Алексеевна. – Это у меня в голове не укладывается.

Опять помолчали.

- А что с камерой на Западном? – Спросил Олег. – Когда будем восстанавливать?

- Срочно, - резко заявила Ольга. – Николай Игнатьевич, запись сохранилась с той камеры?

- Да, я ее просмотрел. Какое-то судно, даже при большом увеличении не понять ничего, очень далеко. Скорее всего, оно не пострадало, так как находилось не в прибрежных водах. Но камера Южного его не фиксирует. На Кривулине тоже тихо. Пост «Озеро» еще не работает?

- Нет, - медленно сказал Олег. Для него эта новость была неприятно-неожиданной. – Сейчас отправлюсь туда сам. И Дэна возьму. Не нравится мне это. Николай Игнатьевич, вы должны были мне сообщить раньше, - укорил он радиста. Тот только молча кивнул. - Скоро стемнеет. – Олег поднялся и пошел к локалке. – Я за оружием и сразу туда.

- Пойдемте, посмотрим карту, - предложила Ольга. – Эпицентр был южнее устья Ганга, а что там у нас, кто помнит? – И тут же осеклась. – Мелкобритания, - медленно произнесла она.

- Это было бы слишком большой удачей, Ольга Яновна, - сказал Сотников. Они связались следующим утром. – Мы сейчас отправляем «Нерпу» к Балаклаве, потом в деревню бадхов, им нужно кое-что передать, деревня-то их в ноль разрушена. Но они не унывают, по голосу слышно. – Хмыкнул Сотников. – Да, так вот, после «Нерпа» пройдет южнее, проведет рекогносцировку. А через неделю к вам выходит «Клевер», везет ваших ребят и еще кое-кого для Южного континента.

- Разведка?

- Скорее, опорная база. Надеемся на вашу поддержку в случае осложнений, но полагаю, до этого не дойдет. Первоначально расположим ее в доме Коулзов, но, думаю, найдется уголок поуютнее.

- А что в Южном форте?

- Ничего особенно сложного для восстановления. Жилые постройки не пострадали, мы их не на первой линии строили. - Сотников хмыкнул. – У вас как?

Ольга рассказала - как. Сотников удивился.

- То есть, ОНИ восстановили утраченное? Удивительно. Надо срочно рассказать профессору.

- А уж нам как удивительно, Алексей Александрович. Мы уже собирались горько оплакивать нашу шикарную марину, а тут такое!

Олег доложил, что КПП «Озеро» не сильно пострадал, а вот озера, считай, что и нет – волна перехлестнула Каменный залив и дошла почти до первой изгороди на Ферме, вся территория западного берега была завалена обломками разного происхождения: дерево, камень, придонные отложения. Еще Олег и Максим прошли на «Гоше» вдоль южного побережья залива до Белого и обнаружили везде одну и ту же картину: устья ручьев завалены песком, илом, кустарником, лес вдоль берега частично поломан, частично захламлен. Иван Александрович добрался на лодке до Андреевских огородов: туда вода не добралась, а вот шалаш, где они жили после пожара, смыло. А это добрых полкилометра от устья.

Через три дня Ольга с Сашкой и Сергеем на «виллисе» отправились в Депо. «Диана» пришла для погрузки угля, попутно привезя грузы на стройку капитанского дома и дома геологов. Наконец-то и до них дошла очередь.

Ольга с удовольствием наблюдала как Михаил Андреевич маленьким экскаватором грузит уголь на ленту конвейера, Степан подает состав под эстакаду и уголь ссыпается прямо в платформу. Попросившись на паровоз, Ольга доехала до угольного склада, дождалась выгрузки и отправилась обратно. Пока она инспектировала карьер и склад, Сашка и Сергей занимались установкой камер на Депо, Карьере и складе на берегу.

Потом Ольга собрала рабочих и объявила:

- С завтрашнего дня у вас отпуск. На две недели, не считая дороги. Можете заниматься чем хотите: рыбалка, охота, пляж. Технику загоняем в локалку, паровоз ставим возле Депо и отправляемся. Есть выбор – круиз на пароходе или автопробег. В любом случае, добираемся до Кривулины и там решите.

Мужики только удивленно переглянулись. Отпуска никто не ожидал.

- Так, вроде, еще даже полгода не отработали, - пробасил Михаил Андреевич.

- И ничего страшного. Вы ведь даже не видели ничего, а нужно знать, где живете. Угля вы добыли достаточно, сейчас «Диана» забункеруется и ей надолго хватит, так что отдыхайте.

- Две недели, как и было обещано, - вступил Сашка. – Потом у вас начинается КМБ – курс молодого бойца: проверим, как вы с оружием обращаетесь, навыки стрельбы и прочее.

Рабочие переглянулись и поежились.

Все выбрали морское путешествие, и «Диана», разгрузившись и выйдя из Кривулины, пошла на восток. Хоть и дальше по расстоянию, но безопаснее в плане пиратов: вооружения на «Диане» не было. Экипаж на судне был сменный, кроме капитана, разумеется, поскольку было решено как можно больше людей ознакомить с принципами судовождения на паровой тяге, с учетом того, что второй паровик ждал своей установки. Решали - куда.

Ольга помахала им рукой и Сашка, погудев клаксоном, тронулся с места.

- Интересно, - вдруг протянул Сашка, когда они проехали уже половину пути. – Сергей, сообщи Олегу, где мы остановились. – Говоря все это, Сашка плавно затормозил и снял с креплений свой автомат.

Ольга завертела головой, но ничего не увидела – все та же колея, редкие деревья, холмы и кустарник. Но Сашка смотрел куда-то вправо и Ольга, присмотревшись, увидела тонкую струйку дыма далеко за холмом в стороне от дороги.

- Сергей, как думаешь?

- Потеряшки?

- Вряд ли, - с сомнением протянул Сашка. – Здесь они еще не объявлялись, тут же до второй ложбины километров десять, не меньше.

- Диверсанты? - встрепенулась Ольга.

Зашипела рация и Олег сообщил, что в их сторону направляется грузовичок со строителями.

- Я выдвигаюсь на хонде.

- Не надо, - Сашка мотнул головой, как будто Олег мог его видеть. – Сами посмотрим. Кто едет?

- Анатолий Семенович, Илья, Борис и Володя.

- Справимся, - уверенно сказал Сашка.

Через час услышали двигатель грузовика. За это время Сашка осмотрелся, загнал «виллис» за огромную купу кустарника и велел сидеть тихо. Ольге тут же захотелось курить, но она крепилась. Грузовик подъехал, все высыпали из машины,

- Ольга Яновна, в «виллис» садитесь, Борис вас отвезет.

- Саша, - оскорбленно заявила Ольга. – К твоему сведению, у меня водительский стаж больше, чем тебе лет. Я и сама могу поехать.

- Хорошо, - тут же согласился Сашка. – Борис, на тебе контроль пространства.

Ольга, подавленная его компетентным видом, покорно уселась за руль, с облегчением закурила и велела:

- Поехали, Борис Евгеньевич. Тут без нас справятся.

И правда, не успели они добраться до Фермы, как Сашка по рации доложил, что взяли двоих непонятных. Не потеряшек, а не пойми кого.

Первое собеседование с ними проводил Борис Евгеньевич, он же и докладывал.

- Как он сам представился - Кольша утверждает, что их судно вчера попало в шторм и они спаслись на шлюпке, которую разбило на камнях. Так не было шторма... Второй, пацан по имени Петр, все подтверждает. Но врут оба. Спрашиваю, что за судно? Отвечают, что баркас или что яхта. Спрашиваю, чье? – не знаем, перевозило переселенцев. Раз переселенцев, то из какого государства? - молчат или бормочут что-то несуразное. Наконец, Петр раскололся – американское судно было. Попали они в американский кластер с первой волной, как-то жили, язык знают плохо, работали на пристани. Где пристань – не знают, как называется – не знают. Зачем поехали с переселенцами? Опять что-то бормочут. Думаю, это разведка. И не Британия. Скорее всего – янкесы.

Ольга помолчала.

- Анкету составили?

- Да. Николай Петрович, тридцать два года, художник. Петр, шестнадцать лет, его пасынок. Правда, на свой возраст пацан не выглядит, мелковат. Прошу вас завтра взять на них дела.

- Хорошо, - Ольга сделала пометку в блокноте. - Куда вы их определили, Борис Евгеньевич?

- Сначала на медосмотр, гигиена и прочее, потом в столовой накормили. Петра поселили в казарме у мальчишек. Я их там предупредил, чтобы бдили. Николая в палатки, которые для деповских поставили. Работать будет на Кирпичах, мы за ним посмотрим. И еще: сдается мне, что давно они уже на острове. Неделю, не меньше.

- Почему вы так думаете?

- Не скажу, просто есть такое ощущение. Помните то судно, перед волной? Может, они с него?

- Но как они смогли высадится? Камера на Западном показывала судно очень далеко.

- А после волны и высадились. – Ответил Борис. – Камеру-то смыло, вот никто и не заметил.

- Присматривайте за ними, Борис Евгеньевич. Через неделю вторая группа из метрополии вернется, добровольных помощников в курс введите. Только будьте аккуратны и ребят предупредите. У этого Николая оружие есть?

- Пока не видели.

- За локалкой смотрите. И охотничью оружейку нужно контролировать, а то вечно нараспашку. Ну, это я Олегу скажу.

«Клевер» привез ребят и ушел к Южному континенту. Ольга рассказала капитану Мауреру о неизвестном судне, возможно, американском, и о том, что по мнению Бориса, янкесы начинают наглеть:

- Наглов и мы немножко притушили, Ольга Яновна, и кто-нибудь еще руку приложил, наверное, - сказал Борис Евгеньевич. – Вот янки и засуетились. Видимо, раньше у них силенок не хватало. А может быть, еще какая-то причина была.

Поинтересовалась результатами экспедиции «Нерпы», но пока ничего точно не было известно. Связь «Нерпа» держала через деревню бадхов, но сообщать было пока нечего.

В столовой вторая группа отчиталась по поездке: все было здорово, классно, отпадно, но дома лучше.

- Уговаривали нас на интернат, но мы все отказалась. – Гордо сказал Мишка. – Мы с ребятами поговорили, там школа душнит. Не как у нас. Но там еще скауты есть, с ними и Гоблин занимается даже! – Тут Мишка явно позавидовал.

Мария Алексеевна, Олег и Ольга еще до возвращения ребят определили им фронт работ: разведка в районе ограниченном заливом Андреевский – Угрюмом – озером Темным – восточным берегом. Разбили на три участка, по числу групп и предложили жребий. Как всегда, ребята были только «за».

- Мы за любой кипиш, кроме голодовки, - солидно, явно подражая кому-то, почти пробасил Денис. Голос у него ломался и иногда он пускал петуха, а иногда, как сейчас, басил.

- Петра берете? – Спросила Ольга.

Денис подумал.

- Надо с ребятами поговорить, тетя Оля. Мутный он какой-то, в случае чего надежды на него мало.

- Он о себе что-нибудь рассказывал? – Вступила в разговор Мария Алексеевна.

Денис мотнул головой.

- Почти ничего. Забитый какой-то. К нему подойдешь, он сожмется и смотрит: ударят или нет. И этого Кольшу сильно боится. Почему – не говорит, только трясется весь. Мы спрашивали, Олег Иванович, - покосился Денис на Олега.

Тот кивнул.

- А Кольша к вам в казарму приходил?

- Попытался один раз зайти, - Денис ухмыльнулся. – Но Андрей его не пустил. Нечего посторонним в казарме делать. Ну, он попыхтел, потом перекосился весь и ушел. А Петька чуть ли не под кровать забился. Тот-то Петьку позвал, выходи, мол, раз меня не пускают, но Андрей не разрешил, сказал, что Петька на вахте и ему некогда. Не нравится он нам.

- Кто? Кольша или Петька?

- Кольша. А Петьку жалко, но и противно бывает. Как можно так бояться?! - Возмущенно сказал Денис. – Нам кажется, что Петьку сломали, и, если Кольша ему прикажет Базу подпалить – он сделает, даже не подумает ни о чем.

- Таак, - протянул Олег. – Ну, тогда, думаю, есть смысл его от Кольши оторвать. Бери его в третью группу и сам с этой группой иди, но не командиром, а как вожатый пойдешь. Никиту – в первую группу, пусть тоже хорошей еде порадуются. – Олег усмехнулся.

- А вожатые? – Спросила Мария Алексеевна.

- С третьей Денис и я сам пойду, с первой – Борис…

- Нет, - прервала его Ольга, - Борис Евгеньевич нужен здесь. Со второй пойдет Вадим Сергеевич, заодно посмотрит на восточный берег и образцы какие соберет. С первой… - Она задумалась. – С первой пойдет Гера с Фермы. Посмотрите его в деле, а то мы и не знаем о нем ничего, сразу на хутор сослали.

- А как же Ферма, девчонки и Женя одни… - Заикнулась Мария Алексеевна.

- Мы там камер навешали, как в Форт-Ноксе, да и Женя стреляет очень хорошо, не пропадут. Мы рядом, сейчас на мотоциклах за двадцать минут добираемся. – Ответил Борис.

– А вот медики…

- Девчонки все прошли курс первой помощи, так что справятся с простыми случаями. «Диану» будем держать под парами на всякий пожарный. Насчет вооружения – всем группам по гаранду и по две бенельки. Итого на шесть человек три единицы оружия. Ну, а я возьму калаш и ТТ.

На том и порешили.

Денис сказал, что Петька очень удивился, узнав, что его берут в разведку. Даже улыбнулся, но потом опять весь скукожился и закаменел. Но возражать не стал.

Гера тоже удивился своему назначению, предупредив, что с тинейджерами никогда не работал, да и в походы не ходил, но его успокоили, объяснив, что тинейджеры сами знают, что делать, а вожатый нужен для солидности, и он согласился: экспириенс.

- Чего? – Опешил Олег.

- Новый опыт, - важно ответил Гера.

Отряды отвезли в Андреевский залив; «Диана» осталась там. Экипажу «Дианы» только вахту на корабле нести, практически, отпуск. Да и было того экипажа – Диана и Мушка.

Отправив разведчиков, Ольга решила проинспектировать строительство здания с громким названием «медцентр» и обнаружила там Ивана Александровича, чему чрезвычайно удивилась.

- Иван Александрович, а вы что здесь делаете? Ирина Викторовна одна на Второй осталась?!

- Не-не, - замахал руками тот. – Там Сашка. Мы с ним меняемся, а то бабы одни не сладят. Да и Рите рожать скоро, так что он рядом.

- Ага, - Ольга кивнула, - а дорогу до большой локалки вы докуда довели?

- Только до халабуды добрались, а потом и меня, и бульдозер отозвали на стройки. Вот тут закончу, потом на Кривулину поедем, там объем небольшой, но то для бульдозера, а руками долго махать придется. – Он засмеялся. – Нам с «Бобиком» дело всегда есть.

Ольга недоуменно похлопала глазами, потом сообразила, что «Бобик» - это бульдозер и, задумчиво попрощавшись, пошла к себе. Медцентр решили строить недалеко от рощи, там, где Быстрая делает поворот и бежит к озеру. Место было красивое, к тому же сосновая роща, практически очищенная от сухостоя и превращенная в парк, придавала местности совершенно оздоровительную атмосферу.

Так, за делами, лето докатилось до середины июля.

По сообщениям из метрополии, Новобританский остров находился на своем обычном месте, и вроде бы никаких разрушений на нем не было. Однако, его никто не видел до этого, поэтому точно что-то утверждать было трудно. «Нерпа» не подходила к острову близко, держась в нейтральных водах, но бадхи со слов других моряков говорили, что раньше уже в нейтральных водах на подходе к острову суда останавливали и разворачивали, а бывало и захватывали, теперь же несколько судов стояли у берегов и все. Никто «Нерпу» на связь не вызывал и вообще внимания на нее не обращал. Это было странно, но, в принципе, ожидаемо – остров подвергся воздействию цунами раньше всех и британцев никто не предупреждал, поэтому последствия могли быть самыми печальными.

Другие события были намного радостнее: и Рита, и Лариса одна за другой с перерывом в день произвели на свет двух парней. Пока еще в старом медпункте, но роды прошли прекрасно, мальчишки родились здоровыми и крепкими. И Сашка, и Дима были на седьмом небе от счастья, но чуть не передрались из-за имен. Фигурально, конечно. Оба захотели назвать сына именем своего командира, отца Дениса. Пришлось вмешаться Олегу, после чего Сашка назвал сына Дмитрием, а Дима – Александром. Ни Рита, ни Лариса не возражали. Опять взяли каналом кучу приданого для младенцев, Ольга по традиции подарила по ложечке, и Сашка – гордый папаша – увез жену с сыном домой. Димин дом пока еще не был готов, Илья Антонович все еще возился с подключением турбины.

Было и еще одно радостное событие: у Марины совершенно прошел токсикоз, и она с новым пылом ринулась создавать кулинарные шедевры.

Казалось бы, в анклаве наступила тишина и благолепие.

Как-то вечером Ольга возвращалась из Нижнего сада. Она шла себе по дорожке, тихонько ступая легкими спортивными тапочками по мягкой траве, и вдруг услышала голоса, доносящиеся от стоящей неподалеку на берегу Быстрой скамейки, которую соорудили в комплексе с медцентром. Ольга бы и думать не могла, чтобы кого-то подслушивать, но одна фраза, произнесенная чьим-то неприятным голосом, заставила ее остановится.

- Как же вы, мужики, под каблуком существуете?

«Это он о чем? Или о ком?», подумала Ольга, уже понимая и о чем, и о ком.

Неприятный голос продолжал:

- Она же просто баба, так? Так почему она командует? Командовать должен мужик! – Тут послышался какой-то шлепок. Видимо, оратор стукнул себя по колену. Или в грудь. – Что, у нас некому кулаком по столу стукнуть и показать этой старухе где ее место?

Молчание в ответ его не смутило. А Ольга никак не могла вспомнить этот голос.

- Конечно, тот, что радист, Игнатыч, он не потянет, нет. – Уверенно продолжал некто. – Он за ее юбкой сидит и в ус не дует. Не мужик, нет. Военные тоже не потянут. Они хоть и командиры все, но гражданскими командовать не смогут. Вот я, к примеру, нипочем их приказания выполнять не буду, потому как я – свободная личность и мне на ихние приказы плюнуть и растереть.

- Что, и если в военное время прикажут, тоже плевать будешь?

Этот голос Ольга узнала. Володя Андреев.

- А я не военный, - нагло ответил тот, неизвестный. – Я человек мирный и никаким майорам подчиняться не буду. Но я мужик! И потому бабе тоже подчиняться не буду.

- Рот закрой! – Неожиданно вступил в разговор еще один голос.

«Ого!», подумала про себя Ольга. «Это же Иван Александрович. Что он здесь делает? Он же на Кривулине должен быть».

- А то что? – С ленцой спросил неизвестный. – Что ты мне сделаешь, старик? Да я тебя согну в бараний рог, ты и не пикнешь.

Тут раздался звук удара, потом звук падения чего-то тяжелого, а затем скулящий голос:

- Ты чего?

И тут Ольга его узнала. Это новенький, Кольша, как он представился. «Надо же, всего ничего здесь, а уже революцию начинает. Так, а с кем он появился?», Ольга пощелкала пальцами, вспоминая, а, мальчишка, Петька, зашуганный, грязный, очень нервный. Может, он тоже рэволюционер? Анархист, судя по заявлениям Кольши.

Тот, кстати, что-то верещал. Ольга прислушалась.

- Ты мне ответишь! Я, знаешь, кто? Кто за мной стоит, знаешь? Какие люди, знаешь?

Опять послышался звук удара и вскрик Кольши.

Ольга уже собралась прекращать это безобразие, но тут увидела Бориса Евгеньевича, который подавал ей какие-то знаки и призывно махал рукой, прикладывая палец к губам.

- Не беспокойтесь, Ольга Яновна. – Борис проводил Ольгу до ее веранды. - Володя его слегка побьет, а вот куда он потом побежит - мне очень интересно. Вы же помните, как они у нас появились? Вот и слежу за ними с самого первого дня. Дело Кольши я просмотрел уже, личность тухлая, трансформер какой-то. С Володей он Кольша, а вот к Виктору Федоровичу приходил уже как Николай Петрович. И разговаривал совсем по-другому, хоть и о том же: власть ему не нравится. С Петром я с самого начала поговорил, он этого Кольшу боится до дрожи, а почему – молчит. А вот забыл спросить – дело на Петьку вы мне так и не дали? – Борис вопросительно посмотрел на Ольгу.

- Ну, потому, что и мне дела не дали, - развела Ольга руками.

- Интересно… - Задумчиво, что-то прикидывая, протянул Борис. - Ну, парни в казарме за ним присматривали. Одного не оставляют, в душу не лезут, но кто-нибудь всегда рядом. Он как-то в самом начале попытался тишком уйти – не получилось, Костик проследил, что Петька возле моста через Быструю долго стоял, оглядывался, а потом в доски записку сунул. Костик ее тут же прочел и на месте оставил.

- И что там?

- Написал, что пока «это» сделать не может, потому что «туда» не пройдешь.

- И за запиской пришел…?

- Кольша. Часа через три. Должен был на Кирпичах работать, но смылся, причем, аккуратно, незаметно, как матерый подпольщик. Сказал, что повредил палец и пойдет в медпункт, но там его не было.

- Интересно, - теперь уже протянула Ольга и обернулась.

Из-за разросшегося розового куста на веранду заглядывал Володя. Увидев Бориса, он махнул рукой и опять скрылся.

- Я заметил, Ольга Яновна, - сказал Борис, улыбаясь, - что у вас здесь идеальный пункт наблюдения. Вы видите всех, а вас из-за этой розы никто не видит. – Он присмотрелся к розе. – Это же «Амадеус»?

- Да, - удивленно ответила Ольга. – Не знала, что вы разбираетесь в розах, Борис Евгеньевич. Даже в сумерках узнали.

- У отца был прекрасный сад.

- Вот как? Тогда нужно насадить розарий и сад возле его дома. Я предложу ему выбрать черенки. В прошлом году Лариса выписывала саженцы и все прижилось.

- Это было бы чудесно, Ольга Яновна. Заботы о пчелах не занимают все его время, а это ему не полезно.

- Скажите, Борис Евгеньевич, - неожиданно даже для себя выпалила Ольга. – Вы ведь не просто следователь, ведь так?

- Так, - спокойно ответил тот. – Я служил в управлении собственной безопасности при ФСБ.

- Тогда нам повезло. – С облегчением сказала Ольга, а Борис только поднял брови. Ольга продолжила: – Все не так с этим Кольшей. Знаете же, что он сюда не Смотрящими закинут, а кем-то поближе. Надеюсь, Николай Игнатьевич мониторит эфир.

- Мониторит, только пока напрасно все. Рацией он не пользовался. А извне попыток не было пока.

- Так вы знаете, где у него аппаратура? – Удивилась Ольга.

- Конечно. Рацию прячет на вершине того холма, за которым их нашли. - Борис Евгеньевич махнул рукой в сторону Фермы. - Очень грамотно спрятал, специалист.

- Двенадцать километров от Фермы. Как же он собирается ею пользоваться?

- Видимо, связь будет по результату. Пока результата нет.

- А Петька какую роль играет, как думаете? Действительно запуганный парнишка или тоже артист?

- Боится он Кольшу очень натурально.

- Думаете, расколете их?

- Думаю, да. Не таких кололи. Но вот что с ними будем делать потом? – Борис остро взглянул на Ольгу. – Это же не пират, который должен… Ну, вы знаете. Люди нас не поймут.

- А что вы предлагаете?

- Отправим в метрополию. У них там есть специальные места для таких субъектов. Уголек там добывать или лес валить. Или еще что.

- А они согласятся? Зачем Сотникову такой геморрой?

- Ну, тогда устроим побег. Держать на острове не будем, - жестко ответил Борис и Ольга согласно кивнула.

Безопасник немного помолчал и добавил:

- Удивительная вы женщина, Ольга Яновна. Как возьмем его – я доложу.

И, попрощавшись, ушел.

Ольга только плечами передернула. За свою долгую жизнь она поняла, что излишние рефлексии делу только вредят.

Группы вернулись из разведки. Особых результатов не было, кроме найденных двух речушек, которые впадали в небольшое озерцо, явного стока не имевшего. Место было чудесное, по рассказам Олега: озеро, большой луг с разнотравьем, вокруг светлая сосновая роща, в которую с одной стороны клином вдавалась роща каштанов, продолжавшаяся вплоть до берегового откоса. Каштаны опознал Гера. Первая и третья группы работали на соседних участках и озерцо открыли независимо друг от друга. Назвали его Крошка. Вторая группа работала в холмах возле озера Темное и рядом в полосе пяти километров. Образцы, собранные Вадимом Сергеевичем, пока геолога ничем не порадовали, но он не терял надежды что-то обнаружить в лаборатории.

Олег, Вадим Сергеевич, Гера и Денис пришли к Ольге с докладом. От Геры толку пока было мало: он не знал ни куда смотреть, ни на что обращать внимание, но после доклада Олега, видимо, понял где ошибался. Вадим Сергеевич был более опытным: охарактеризовал группу в целом, командира в частности, никаких претензий у него не было. После все, кроме Олега и Дениса разошлись.

- За Петькой смотрят? – Тут же спросила Ольга.

Денис кивнул.

- Двоих приставил, Вадима и Стаса. Но сейчас Машка его на озеро потащила, они, вроде, подружились. Все младшие там, да и вообще, все группы на озеро отправились, мало им природы было.

- Они не на озере, Денис, они в спортгородок пошли. В волейбол играют. – С этими словами на веранду поднялась Мария Алексеевна. - Группа на группу на выбывание. – Мария Алексеевна налила себе чаю и присела. - Как себя Гера проявил?

- Да нормально, - Денис подал плечами. – Он, конечно, не в теме, но командовать и не пытался, присматривал за младшими, помогал. На маршруте выкладывался. Андрей сказал, что еще пару раз сходит в разведку и будет спецом. Но стреляет он плохо, Олег Иванович, надо его тренировать.

Ольга махнула рукой, опять налила всем чаю и вздохнула.

- Про записку знаете? – Спросила она.

- Которую Петька написал? Знаем. - Ответил Олег и Денис кивнул.

- О чем речь, как думаете?

- Про «шоколадку». – Сразу же ответил Денис и теперь уже кивнул Олег.

Раздался стук и на веранду вошел Борис Евгеньевич. Глянув на присутствующих, ухмыльнулся и спросил:

- Речь про последних потеряшек?

- Да, - пробормотала Ольга, усиленно соображая, для чего Кольше понадобилась «шоколадка». И спросила уже вслух: - Ну, залезут они в локалку, предположим, заберут «шоколадку», а дальше? Как они с острова уйдут? «Шоколадка» неизвестно заработает или нет, все-таки уже двенадцать месяцев с момента активации прошло, можно ее передвигать, но условие начала работы: спасатель или оператор кластера, то есть у нас – анклава. Ни тем, ни другим Кольша не является. Значит, хочет передать «шоколадку» в чьи-то руки и для этого ему нужно выбраться с острова, следовательно, задействовать связь и вызвать судно. Но он же соображает, что связь мы мониторим, не совсем идиот.

- А для чего он тогда тут переворот затеял? Если цель выкрасть «шоколадку»?

- А на всякий случай, вдруг прокатит. Тогда он рядом с главным сядет, будет влиять на события.

- А помните, мы рассуждали, что произойдет, если к «шоколадке» сунется кто-то, не являющийся оператором? – Спросила Мария Алексеевна. – Еще опасались, что она просто перестанет работать. Может быть, в этом и цель?

- Сломать логистику и превратить анклав в дотационный? Сотникову будет невыгодно нас содержать, да еще на таком плече. – Проговорил Олег и Борис Евгеньевич согласно кивнул.

- Да, я тоже пришел к такому выводу. Видимо, задачу им поставили такую: сменить оператора на «шоколадке», возможно у них есть спасатель без донор-канала. Если не получится: выжить нас с острова. Ресурсы здесь неплохие, да и если мы уйдем - здания останутся, поля распаханы, разве что живность заберем.

- Ну уж нет, - прошипела Ольга. – Мы не уйдем. Даром, что ли, убивались на стройках да полях. Это наша земля!

Глава 8. Хлопот полон рот

Глава восьмая. Хлопот полон рот

С этого дня наблюдение за Кольшей стало очень плотным. А чтобы осложнить ему жизнь, Петьку вместе с третьей группой отправили на Вторую Ферму. Как раз подошло время полоть свеклу и окучивать картошку. Денис сказал, что Петька уезжал с облегчением. Он все еще ни с кем не откровенничал, но стал намного спокойнее и уже не боялся, смеялся на шутки и сам иногда шутил.

Кольша несколько раз просил, чтобы его направили на Кривулину, но каждый раз получал отказ: на Кирпичах нужны были неквалифицированные рабочие руки, а на стройках – наоборот.

Рабочим с Депо после отпуска и «курса молодого бойца» было предложено на выбор: работать на строительстве медцентра или домов на Кривулине или заливать фундаменты на Веселом и Игривом. Они выбрали фундаменты и всем коллективом отправились на Веселый.

Вторая группа в урезанном составе ушла в разведку в междуречье Игривого и Белого, а первая занималась полями возле Базы. Потом предполагалась ротация, все-таки разведка намного интереснее.

Лукьяновы и Константиныч переехали в свои дома. Им тоже выделили по транспортной единице для связи с Базой. Дима проводил предварительную разведку течения Оми, с тем, чтобы потом отправить туда полноценную разведку, Сашка занимался тем же на Угрюме; Константиныч смотрел за пчелами и планировал сад и розарий, которые должны были засадить осенью. Кстати, он очень возбудился известием, что на восточном берегу нашли каштановую рощу. Оказалось, что есть еще и каштановый мед, очень вкусный и полезный не хуже липового. Предложил за зиму наделать еще ульев и весной отсадить рой с тем, чтобы отвезти его на Крошку.

Анна Евгеньевна с сыном переехали в освободившийся дом Лукьяновых-Осиповых, тем самым сняв хоть одну головную боль – проживание пяти человек разного возраста и пола в трехкомнатном доме.

Иван Александрович закончил работы на Кривулине и собирался опять бить дорогу к локалке, но Сашка пока был занят, и Ольга работы не разрешала. Пока можно обойтись и без отделочных материалов и того, что там еще лежит.

Фундамент на Веселом был закончен и рабочие перешли на Игривый. Строители на Веселый планировали зайти в сентябре. Капитанский дом и дома геологов были закончены, осталось завезти мебель; коммуникации все были подведены. Достраивалась пристань для «Кодора» и «Стремительного». Их решили на время зимних штормов ставить в Кривулине.

Карта анклава постепенно заполнялась новыми географическими объектами. Висела она в столовой, и Ольга заметила, что Кольша время от времени бросал на карту взгляды, впрочем, не подходя близко и интерес явно не демонстрируя.

А в середине августа, когда первая и третья группа находилась в разведке, а часть второй помогала на Ферме, это и произошло.

Время было к обеду, и люди уже подходили к столовой, когда раздался резкий сигнал и тут же Ольгу вызвали по рации.

- Первый, попытка проникновения в локалку, оповещаю второго, - произнес Сергей и отключился.

Когда Олег и Ольга вбежали в локалку, там, конечно, уже никого не было. Замки кто-то пытался вскрыть, причем топором, который валялся у двери во второй зал.

- Дневальный, где Борис Евгеньевич? – Крикнула Ольга в рацию.

- Ищу, - коротко ответил Мишка.

- Первый, один мотоцикл движется в сторону Фермы. Находится в районе первой гряды.

- Предупредите Ферму, - спокойно сказал Олег. – Пусть женщины закроются в доме, остальные – на перехват.

- Первый, Борис Евгеньевич ответил, что он в курсе и занимается. Просит Ферму не вмешиваться. С Кривулины выехал грузовик с рабочими. – Сообщил Сергей.

– Предупредил? – Это уже Олег.

- Да, там Максим. Его Борис вызвал.

- План-перехват в действии, - криво усмехнулась Ольга.

- Перехватят, Ольга Яновна, - уверенно сказал Олег. – Борис, видимо, уже был готов и теперь в засаде сидит, рацию караулит. – И проговорил в рацию: - Женя, укройтесь в здании, активности не проявлять, только если будет нападение. Будьте наготове.

Рация в ответ тихо булькнула и наступила тишина. Ненадолго, впрочем.

- Первый, второй, слежу по камерам. Мотоцикл, не останавливаясь, едет мимо Фермы. Скорость сбросил. Ах ты, черт!

- Что там? - нервно крикнула Ольга.

- Буран на него кинулся, как бы не пострадал…Буран, в смысле, не пострадал. Тот ногой отпихивается и газ прибавил… Все, оторвался, как только не расшибся, так летит. – Тут Сергей хихикнул.

- Что? – Устало спросила Ольга и села на какой-то ящик.

- Буран с трофеем. Он ему штанину разорвал и теперь клочок треплет.

Теперь захихикали Ольга с Олегом.

- Пойдемте, Олег Иванович, в столовую. – Сказала Ольга и с трудом поднялась с ящика. – На чем это я сидела?

- На ящике с турбиной для Игривого.

- А, ну это не страшно. – Потирая спину, Ольга направилась к выходу. – Олег Иванович, потом проведите инвентаризацию вместе с Анатолием Семеновичем. Может быть, этот рэволюционэр что-нибудь с собой прихватил, когда убегал.

Кольшу привезли на Базу только вечером.

- Долго ждать пришлось. Он в холмах притаился, видимо, засады опасался. Ну и мы притаились. А когда он рацию вытащил, мы и проявились.

- Уже допросили? – Спросил Олег.

- Нет, - Борис отрицательно мотнул головой. – Помаринуем его денек, потом поспрашиваем.

- А где мариновать собираетесь? – Ехидно спросила Ольга. – У нас зиндана нет.

- А в гараже на Кирпичах. Там ни инструментов, ни железяк каких нету. Свяжем, рот заткнем и пусть полежит. А пока нужно будет Петра расспросить.

- Он на Второй, Борис Евгеньевич, - напомнила Ольга.

- Они же завтра возвращаются? Вот и поговорим.

- Я нужна? – С неохотой спросила Ольга, которой совсем не улыбалось присутствовать на допросе подростка. Хотя, как педагог, она обязана была там быть. «Законный представитель» как бы.

- Нет. – Опять мотнул головой Борис. – Я его не допрашивать буду, а расспрашивать. Разные вещи. Лучше пусть Денис да Андрей рядом побудут и Олег обязательно.

Олег кивнул.

Через день Борис и Олег пришли с докладом.

- В общем, так, Ольга Яновна, - начал Борис, раскладывая свои записи. – Петьке этому всего четырнадцать и даже еще не исполнилось, а скоро будет. Он себе годиков накинул, боялся, что выгонят. Опыт у него в этом деле есть: никто не брал малолетку на работу. Кольшу боится не зря. Он его эксплуатировал в хвост и в гриву, есть не давал, если тот ничего не приносил, бить не бил, но … - Борис пожал плечами. – Взрослый пацана всегда нагнет.

- Если сможет, - вступил Олег и Ольга согласно кивнула. – Наших не нагнешь.

- Ну да, с нашими замучаются нагибать, - Борис коротко хохотнул. – Попали они на Платформу с первой волной потеряшек, с ними тогда еще мать Петьки была, но она очень быстро заболела и умерла. Жили они в рыбачьем поселке, условия совсем плохие были, люди еще не организовались как надо. Да и врача не было. Это я так думаю, Петька только и сказал, что с рыбаками на лов выходил. Про Кольшу знает только то, что он и его мать сошлись в Германии, а потом переехали в Америку, в Лос-Анджелес, но события тех лет он плохо помнит. После смерти матери Кольша выгонял его на работу: Петька мел полы в трактире, помогал рыбакам. Сам Кольша, правда, тоже пытался что-то делать, но в последнее время связался с какими-то бандитами, так Петька сказал. У них было небольшое судно и они иногда ходили в набеги, правда, куда – Петька не знает. Почему их сюда, к нам на остров, забросили – тоже не в курсе, слышал только, что его взяли для достоверности и «чтоб пожалели и сразу не прогнали». К нам на остров их доставили вечером на лодке «к длинной такой кишке, вся в камнях, чуть ноги не переломали», так Петька сказал, то есть, к Западному мысу. Перед этим на море была большая волна – как мы и предполагали, сразу после цунами подошли.

- А что там в деле Кольши? – Спросил Олег после недолгого молчания.

- А там все просто. Родился в Самаре, учился, потом поступил в Мухинское училище, то есть в академию, бросил, устраивал выставки-перфомансы, уехал в Москву, там влился в ряды либералов, несколько приводов в милицию за участие в несанкционированных митингах, потом уехал в родной город, там как-то попал под покровительство местных олигархов и продолжил свои перфомансы. Вел блог. Но после 2008 года, то есть после начала кризиса, поддержка иссякла, и он, собрав через подписчиков блога деньги на билет, уехал в Германию. На этом дело заканчивается. – Борис пожал плечами и закурил.

- Ну да, - задумчиво проговорила Ольга, тоже закурив. – Там он нашел тетку с ребенком, наобещал ей золотые горы в Америке, сказал, что в Голливуде его ждут как непревзойденного художника, продал ее машину и что там у нее еще было и они вместе уехали. А оттуда их уже перенесли сюда. Это все в прошлом. А вот что в настоящем? – Она остро взглянула на Андрея.

- Завтра узнаем, - он пожал плечами.

- А он не сбежит?

- Нет, я там был, - вступил в разговор Олег. – Связан хорошо, да еще и привязан, чтобы не катался.

Назавтра произошла новая трагедия. И смех, и грех. Ольга с Марией Алексеевной всегда раз в неделю посещали Ранчо, привозили вкусняшки, просто проведывали, пили чай, забирали к столу новую продукцию из индюшины. В этот раз Анна, заламывая руки, почти в слезах простонала:

- Мадам комендант, не знаю делать как: у меня опять закончились банка, и я не могу делать продукция. Я не хочу меня упрекать в недо-бросо-вест-ности.

Ольга и Мария Алексеевна в легкой оторопи смотрели на нее. Джон ухмылялся на заднем плане, не вступая в разговор.

- Анна, вы о чем? – Наконец спросила Ольга. – Вашей продукцией заполнены холодильники, мы с «Нерпой» и «Клевером» передаем ее в метрополию, она идет к столу Командора. – Ольга подняла вверх указательный палец и добавила в голос пафоса. – О какой недобросовестности идет речь?!

- Но как! Как делать продукция без банка?

- Анна, а можно пока просто замораживать тушки? – Спросила Мария Алексеевна. – Просто сейчас очень большие заказы у строителей…

- Это не есть кулинария! – Отрезала Анна. – Я знать много рецепт для продукции из turkey [13], это кулинария, фрост – это не так.

- А … - Начала было Ольга, но сама себя прервала и, немного подумав, продолжила: – Анна, вы с Джоном уже год с лишним работаете не покладая рук на своем ранчо. Это недопустимо. – Ольга строго посмотрела на Анну, та непонимающе смотрела на Марию Алексеевну: так хорошо русский она не знала, но видела, что комендант чем-то недовольна. Джон перестал ухмыляться. – Переведите, Мария Алексеевна.

Та перевела и глаза Анны наполнились слезами:

- Вы нас увольняли? Мы плохо работать?

Ольга раздраженно повела плечами.

- Переводите, Мария Алексеевна. У нас каждому работнику положен отпуск, то есть отдых за счет работодателя с сохранением заработной платы и места работы. Поэтому, я вас отправляю отдыхать. Поедете в Дом отдыха на неделю, будете пить кофе, смотреть на звезды и гулять в сосновой роще.

Джон шагнул вперед:

- Но как же птица? Кто будет ухаживать?

- У вас сейчас заложены яйца в инкубатор?

Анна с недоумением посмотрела на Ольгу.

- Нет, - ответила она. – Мы давно уже садим птицу на яйца, не пользуемся инкубатором.

Ольга слегка смутилась, но тут же продолжила:

- Дело в том, что через два дня придет «Нерпа» и командор Сотников попросил у нас столько мороженных индеек, сколько мы можем дать. Поэтому предлагаю оставить несколько наседок, и этого, как его… Мария Алексеевна, как зовут производителя?

- Индюк, - давясь от смеха, ответила та.

- Вот, одного индюка или сколько их нужно. Остальных отдадим «Нерпе», а вы поедете на отдых. Это не обсуждается, - Ольга грозно посмотрела на Коулзов. – Я вам говорила в первые дни нашего знакомства: у нас не потогонная система. Все должны отдыхать после активной работы. За птицей присмотрит Диана и девочки, а лучше, назначим сюда сводный отряд под руководством Дианы.

Коулзы переглянулись и синхронно кивнули.

- Мы согласны, Олга Йановна, - сказал Джон. – Мы никогда не иметь отпуск, мы всегда работать, только ездить иногда на ярмарка, участвовать в показах. Мы получал призы на выставка, - гордо закончил он.

- Спасибо, - шмыгнув носом, сказала Анна. – Отпуск – это интересно, у нас нет такой опыт.

- Отлично! Тогда занимайтесь подготовкой, и через два дня жду вас на Базе.

Они уже отъехали от Ранчо километра на два, когда Ольга громко выдохнула:

- Уфф, как я довольна, что хоть пару месяцев обойдемся в столовой без индюшины.

Но по приезде на Базу Ольгу ждал неприятный разговор:

- Ольга Яновна, беда, - Борис Евгеньевич был непривычно смущен. – Арестованный наш того… скончался.

- Это еще как? – Воззрилась на него Ольга. – Самоубился? Как это «скончался»?

- Да вот, - вступил в разговор Сашка. – Это я виноват. Мы пришли допрос проводить, только сначала решили его накормить и до ветру вывести…

- Развязали его, вывели, а он на Сашку кинулся, - продолжил Борис с сокрушенным видом.

- А я на автомате его и того… - Сашка потупился. – От неожиданности, тело само сработало.

Ольга схватилась за голову.

- Значит, мы теперь без языка, без информации, но с трупом?

Оба смущенно кивнули.

- Да, дела. – Протянул Олег, который тоже присутствовал при разговоре, но не вмешивался до поры. – Ладно, завтра похороним по-человечески. Сегодня после ужина объявлю.

- А… - Заикнулся Сашка, но Ольга сверкнула глазами:

- Никакого вранья! Все честно расскажем. Именно с вранья, товарищ Саша, начинается разлад в обществе.

Борис согласно кивнул:

- Только можно, я сам людям расскажу? Чтобы недопонимания не возникло.

Все с некоторым облегчением согласились.

Так что на следующий день в анклаве были похороны. Ольга с некоторым трепетом сообщила Петьке о смерти его отчима, опасаясь негативной реакции, но мальчишка плотно сжал губы, помолчал и потом через силу сказал:

- Ольга Яновна, вы не беспокойтесь, я это переживу. – Он помолчал, а затем также, словно преодолевая спазм, добавил: - Я к вам потом приду, можно? Мне сказать нужно вам важное про себя. Я вижу, как ко мне ребята относятся, и взрослые тоже, будто я свой, я потом приду, я хочу быть своим. – Он повернулся и быстрым шагом вышел из казармы, где Ольга с ним говорила в общей комнате.

- Денис, - позвала Ольга.

Тот появился из комнаты и посмотрел на нее.

- Присмотри за ним.

Денис кивнул и ушел. Ольга тоже вышла и пошла на свою веранду. У нее второй раз за этот месяц прихватило сердце.

Разговор с Петькой состоялся в тот же вечер. Мальчишка признался, что рад, что остался без попечения этого человека, что боялся его столько, сколько себя помнит, боялся и ненавидел, и винил его в смерти матери.

- Нельзя радоваться смерти, да? – Сумрачно то ли спросил, то ли сказал он. – А я радуюсь. Если бы я мог, я бы убил его сам, еще там, когда умерла мама, но я не мог. Он смотрел на меня, а я просто весь сжимался внутри от одного его взгляда, я страшно его боялся. Я знаю, что нельзя так бояться другого человека, но он… Он был страшный человек, Ольга Яновна. И я уверен, что вашему… нашему, - поправился он, - анклаву он бы принес большую беду. Как нам с мамой, - еле слышно произнес он и наконец заплакал навзрыд, уронив голову на колени и вцепившись пальцами в затылок.

- Ну, ну, Петушок, - Ольга погладила его по худой спине, на которой торчали ребрышки, как у воробья. – Маму не вернуть, но ты теперь не один, запомни это. А про Кольшу – забудь. Он нам ничего бы не сделал, мы его раскусили сразу, в сущности, неумный он был человек. – Ольга задумчиво посмотрела в окно, продолжая держать руку у Петьки на плече. – Беги, Петушок, живи с нового листа и никого больше не бойся.

Когда Петька ушел, Ольга задумалась, но не о нем, а о себе, точнее о том, что сердце все чаще давало о себе знать и на кого она оставит анклав в случае чего. Мария Алексеевна также стара, как и она, Николай Игнатьевич, как и говорил Кольша – не потянет, Олег занят в обороне анклава, Борис … О Борисе пока еще рано говорить.

«Ладно», пробурчала про себя Ольга. «Чего хоронить себя раньше времени. Но к Кате нужно сходить.»

«Нерпа» привезла группу мальчишек на обучение к Виктору Федоровичу, небольшой груз, заказанный геологами, бочонок меда, забрала почти сто килограммов мороженой индюшины и продукции из нее, забункеровалась и ушла на юг.

Стояла вторая половина августа, и ребята старались нагуляться перед школой. Опять группы рвались в разведку: на Омь, на Ледяную, вверх по течению Угрюма, только в междуречье Угрюма и Белого их пока не пускали. Сержанты, Олег и Иван Александрович на «Бобике», пользуясь тем, что Вторая ферма и дом Осиповых прикрыты отрядами, начали пробивать дорогу к локалке, которую может караулил, а может и нет, страшный пещерник. Пробить оставалось всего-то несколько километров, а нервов эта дорога вымотала не мало: а вдруг пещерник караулит не только поляну с локалкой, но патрулирует окрестности и сейчас как выскочит вон из-за того дуба?! Когда дошли, увидели пещерника на поляне, довольно просто его убили и проложили дорогу прямо к воротам локалки – облегченно выдохнули.

Пока Иван Александрович что-то поправлял в недрах своего «Бобика», внимательно, хоть и поверхностно осмотрели содержимое: действительно огромная локалка с довольно богатым ассортиментом. Сашка увлеченно зарылся в угол с металлом, пытаясь что-то поднять, Дима залип на коробках с плиткой, а Олег стоял у дверей и бдел – нельзя расслабляться в такой ситуации. От пещерника несло какой-то химией, Олег отвернулся и взгляд его зацепился за что-то, чего раньше здесь не было.

- Мужики, - сдавленно просипел он. – На выход! Рота в ружье!

Сержанты вылетели из локалки уже полностью годовые к бою, но воевать пока было не с кем.

- Дима, пройдись во-он туда и доложи, что видишь.

- Дорога, тарищ капитан, - проорал Димка, еле взглянув на объект. – Грунтовка, как от Кирпичей до Ранчо.

- Так что, Ольга Яновна, новая дорога идет от локалки до устья Белого, в обход всех буреломов - возбужденно тарахтел Сашка, прихлебывая чай. – Правда, зачем она нам там нужна – не знаю.

Находились они все на Пасеке, в гостях у Константиныча, который был очень рад гостям – насиделся в одиночестве.

- Окрестности можно разведывать, - сказал Олег. – Не думаю, что там есть еще одна локалка с охраной. И так три таких на остров было, куда уж еще.

- Нужно на локалку кого-то садить, - задумчиво сказал Дима, устремив взгляд на луг, на дальнем конце которого стояли два улья.

Ольга согласно кивнула и продолжила:

- Инвентаризацию нужно сделать, так что человека три-четыре? – Она вопросительно посмотрела на Олега.

- Разве что в палатках. Места для проживания в локалке нет, благоустройство создать не получится, как мы уже говорили. Завезем генератор, плиту, продукты. А после нужно будет локалку вывозить, да и само здание тоже. Может, - тут он оживился, - может в ту березовую рощу, где халабуда стоит? Место там хорошее, можно и турбину поставить – ручей быстрый и полноводный. Надо еще посмотреть, где его исток.

- В общем, - резюмировала Ольга, - опять хлопот полон рот.

За август удалось обследовать междуречье Белого и Угрюма вдоль новой дороги и севернее, обнаружить исток Березового ручья у подножия небольшого холма, а кроме того довольно большое болото (названное Кабаньим из-за огромного количества следов этих животных) и вытекающий оттуда ручей, который впоследствии впадал в Угрюм. Раньше его не замечали, так как берега в том месте густо поросли ивами, да и ручей был таким медленным, что казался просто продолжением болота. Назвали ручей Карасевым, потому что все ребята клялись, что караси там клюют на голый крючок в огромном количестве.

Геологи перебрались в Депо и начали активно обследовать предполагаемое месторождение медистых песчаников, торопясь хотя бы примерно оценить мощность и глубину залегания, а также оконтурить месторождение. «Нерпа» должна была прибыть в конце месяца, чтобы забрать командированных геологов, а им еще хотелось поковыряться в Южных холмах, поскольку Вадим Сергеевич нашел там нечто интересное, а именно:

- Бокситы, Ольга Яновна, - свистящим шепотом сказал он. – Вы представляете, бокситы!

- И что это означает, Вадим Сергеевич? – Улыбаясь, спросила Ольга, в принципе уже предполагая ответ. Что такие бокситы – она знала, недаром всю жизнь прожила недалеко от Норильска. Ну, как, недалеко – два лаптя по карте, но по Сибирским меркам это почти рядом.

- Это алюминий! – Торжественно возвестил Антон Николаевич, вытирая лоб платочком. – Это чертовски важно.

Ольга лицом выразила понимание важности и пообещала пока ничего не говорить Сотникову.

После обследования у Кати, Ольга, следуя ее предписаниям, по вечерам прогуливалась от дома до озера и как-то совершенно случайно стала свидетелем разговора Дениса и Петьки. Они сидели на берегу Быстрой с удочками и негромко разговаривали. До Ольги донесся голос Дениса:

- … тебе тяжело будет. С первого сентября школа начинается.

- Школа? – Прямо-таки удивился Петька.

- Школа, - вздохнул Денис. – Ты вообще учился?

- Ну, мама учила писать и читать, а еще арифметике. А больше нет. Да и где? У рыбаков? Они только считают. – Слышно было как Петька усмехался.

- Вот и я про то. По возрасту ты, вроде, в среднюю группу должен попасть, но, наверное, с американками учится будешь. Они тоже без образования.

- А они почему?

- Да та же причина. Не было у них школы в поселке.

- Ну…, я-то не против, они девчонки нормальные. Только смеяться не будут?

- Кто?

- Ну, ребята остальные.

- Над чем? – Изумился Денис. – У нас такое не принято. Главное, ты старайся и физуху не пропускай. Тебе надо мышцы в порядок приводить, а то совсем дряблые. Ты же видел, мы и в разведке постоянно занимаемся, и ты давай тоже.

- Да я пытаюсь, только пока вы двадцать жимов делаете, я всего пять и падаю.

- Это дело поправимое, - в интонациях Дениса послышался голос Олега. – Ты, главное, не хандри и занимайся.

Ольга тихонько отошла и пошла к себе. Мнение, что Денис прирожденный лидер у нее только окрепло.

В середине месяца начали выкладывать стены домов на Веселом. Опять работали всем миром, тем более, что запасы угля были сделаны, кирпичи заготовлены. Два дома на некотором расстоянии друг от друга, сараи, бани, птичник и коровник: образцовая ферма. Кто там будет жить – пока не решили, но дома ладили как себе. К хутору проложили дорогу от устья Веселого вдоль ручья, через приток перекинули мост. А вот с Игривым пришлось повозится: Константиныч предупредил, что рядом с пасекой никаких дорог делать нельзя, а ведь хотели так и проложить - от трассы через пасеку и к устью Игривого; теперь пришлось изгаляться, да и количество мостов увеличилось. Проложили дорогу к Игривому от Веселого сквозь лес к нижнему притоку, перекинули мост, продлили дорогу ко верхнему притоку, перекинули мост… Ольга уже хотела отказаться от такого затратного по человеко-часам проекта, но ее убедили, что не так уж это и долго: пока выкладывали стены на Веселом, Иван Александрович с помощниками тянул дорогу на Игривый. Лес там был не очень густой, так что все дороги заняли месяц вкупе с мостами. На Игривом ставили два хутора по той же схеме: два дома, сараи, бани, птичник и коровник. На каждый хутор взяли турбину, опять километры кабеля и проводов; всю электрику упрятали под землю, как и всегда.

Локалку инвентаризировали. Кроме отделочных материалов, которых было очень много; кроме металлопроката, которого было значительно меньше и никто не знал для чего он им нужен, ну, кроме, наверное, Володи и Максима, у дальней стены обнаружились три станка, укутанные в толстую пленку. Володя, едва только их увидев, пустился в какой-то дикарский танец с воплями и прыжками. Как он потом докладывал Ольге, это было «то, что нужно! С ними мы такие работы проведем! Мы теперь что угодно сделать можем!», но потом погрустнел и добавил, что работать на этих станках сможет не всякий.

С докладом пришел Олег:

- Ольга Яновна, повезло, что Димка был на инвентаризации. – Озабоченно сказал он. – Мы никак не могли понять, почему эту локалку пещерник охранял. Ведь ничего особо ценного, ну, кроме станков, там нет. Но вот когда до станков добрались, то и нашли… - Олег открыл бывшую при нем коробку, и Ольга увидела какие-то металлические цилиндрики, что-то ей напоминающие.

- Это что, гранаты? – С удивлением уставилась она на Олега.

- Именно. Между станками стояли ящики с зипами и гранат по два ящика. То есть, всего четыре: два ящика с эфками, два с эргэдэшками. Димка, как только их увидел, тут же меня вызвал и увезли мы их в оружейку от греха.

- Опять что-то грядет? – Досадливо спросила Ольга, на что Олег только руками завел.

Пока разбирали локалку, Ольга побывала в Березовой роще (так ребята обозначили на карте окрестности халабуды), чтобы оценить целесообразность перевоза ее именно сюда. Место ей понравилось, но…

- Не слишком далеко?

- Ольга Яновна! – Олег удивленно посмотрел на нее. – Да здесь до центра цивилизации добраться раз плюнуть. Дорога, часть которой очень хорошая, не то, что даже наша трасса. Умеют Смотрящие строить, не отнимешь.

- Ну хорошо, - не сдавалась Ольга. – А какой практический смысл в поселении именно здесь? На Игривом, Веселом - там прекрасные участки для ведения хозяйства, а здесь? Небольшая поляна и все. Только огород и сад. Дом для отшельника. Пасеку здесь не поставить, промыслы какие-нибудь … не знаю… гончарный? Зачем?

- Ну вы же предлагали восстановить дом Андреевых, - резонно заметил Олег. – Там почти такая перспектива: лес, поляны и река.

- Давайте подумаем, - уклонилась Ольга от ответа, поскольку и сама его не знала. - Так-то место хорошее. – Она обвела взглядом березовую рощу из двадцати-тридцати деревьев, кажущуюся здесь очень чужеродным элементом.

- Да, - согласился Олег. – Родиной пахнет. У нас в части много берез было.

- О! – Подал голос Дима, стоящий неподалеку. – Егерь! Тут же кабанов как блох на барбоске. Так-то их пещерник прореживал, а сейчас расплодятся…

- Ну, пару раз в год приехать на охоту – домина такой не нужен, - резонно заметил Олег, - тут и той халабуды хватит. – Он махнул рукой в сторону упомянутого строения, и оно, как будто дожидаясь этого жеста, немедленно рассыпалось, подняв тучу пыли.

- Да ты, командир, чародей. – Съязвил Дима, отплевываясь. – Ты кончай руками махать, а то еще что случится.

Ольга хохотала, отряхиваясь и наблюдая за Олегом, который с удивлением рассматривал свою руку.

- Да ну тебя, - рассердился он и тоже начал отряхивать камуфляж.

Так ничего и не решили, а потом произошло событие, которое заставило отложить этот вопрос в сторону на некоторое время.

Перед самым обедом на следующий день на связь вышел Константиныч и тихим спокойным голосом сообщил, что на Пасеку вышла группа в количестве десяти человек, а именно восемь детей шести лет, воспитательница детского сада и уборщица того же сада.

Ольга схватилась за голову.

- Опять дети, елки, сколько можно! Где главный инженер?! Где какой-нибудь технолог чего угодно?! Где моторист или слесарь?! - Ольга стукнула ладонью по столу и негромко добавила: - Имейте совесть, господа Смотрящие.

- Они исправятся, Ольга Яновна, - сдерживая смех, сказал Николай Игнатьевич.

- Так, ладно… Вызывайте Олега Ивановича, Катю, Светлану Алексеевну, Марину и Анатолия Семеновича. Я буду в бывшем медпункте, пусть туда идут.

Бывший медпункт сначала хотели переделать в общежитие для интернатовских. Но, поскольку пока таких набиралось всего двое – девчонки геологов - их решено было оставить в доме Коулзов, и дом пока стоял пустой. Теперь Ольга решила сделать там детский дом. А что делать? Или… Она немного подумала и отмела эту мысль: шесть семейных пар, не считая Олега с Катей; Лариса и Рита только родили, у Нины с Женей тоже ребенок маленький, Марина только оправилась от токсикоза, да и в работе она вся, остается семья Анатолия Семеновича и Елены Михайловны - так всех на них не повесишь. Гера и Тоня… Ольга покачала головой. «Молоды ишшо», подумала она, подражая кому-то.

На крыльце затопали и в дом вошли Катя и Олег. Быстро введя их в курс дела, Ольга отправила Олега за грузовичком.

- Не забудьте погрузить в кузов скамейки, - крикнула она ему вслед.

Катя уже все поняла и, по рации вызвав Елену Михайловну, поспешила в медцентр.

Марина получила указание приготовить что-нибудь вкусненькое, но полезное. Светлана Алексеевна побежала вслед за Олегом, они поедут вместе.

- Так, Анатолий Семенович, что будем делать? – Растерянно сказала Ольга, оглядывая дом.

- Первый третьему.

- На связи, - буркнула Ольга.

- На Вторую ферму вышли потеряшки. Пятеро.

Ольга тихо простонала.

- Ну, вы же только что … гм… да… указали Смотрящим на их … э… нерадивость. Вот они и исправляются.

Ольга отключила рацию и взглядом раненой лани посмотрела на Анатолия Семеновича. Тот проникся.

- Не переживайте, Ольга Яновна, - забормотал было он, но тут очень кстати в дом зашла Мария Алексеевна, вернувшаяся с Фермы и уже знавшая новость про детишек.

- Здесь всех и разместим, - бодро начала она и обвела рукой помещение, - только санузел нужно будет доработать под детей.

Тут она внимательно посмотрела на Ольгу и резко спросила:

- Что?

Ольга махнула рукой и ответил Анатолий Семенович:

- Еще пять потеряшек на Вторую вышли.

- Ага, - слегка растерявшись, сказала Мария Алексеевна. – Ну, ничего, сначала примем, а потом посмотрим.

Дима, оседлав своего «Барсика», помчался на Вторую ферму, где уже был Володя: у него сегодня был выходной, и они с Дианой занимались переборкой двигателя «Эвинруд», который стоял на пароме.

Привезли детей. Было очень жарко, поэтому теплая одежда и обувь аккуратно были сложены на одной из лавок, а на двух других сидели испуганные люди. Впрочем, детские глаза были широко распахнуты, они с интересом оглядывали все вокруг. Женщины же были совершенно обескуражены такими переменами.

- Это выпускная группа детского сада, Ольга Яновна, - докладывала Светлана Алексеевна. – Четыре девочки и четыре мальчика, их воспитатель Инна Аркадьевна и помощник воспитателя Анастасия Яковлевна. Они как раз собирались на выпускной утренник.

- Такая маленькая группа? – Удивилась Ольга.

- Это часть группы: дети готовили танец. Да и садик не большой, на сто десять мест всего.

- Понятно. Выпускной – это май, они в теплом все, значит Севера.

- Они сейчас в медцентре, но детям там делать нечего, они в полном порядке. Решили, что попали в сказку. Константиныча окрестили лешим, а наш маленький грузовичок – гномьим. Реперы расставлены, они сразу все поняли и навесили ярлыки. А вот та, что пожилая, Анастасия Яковлевна – с ней что-то не то. Мне показалось, что она сильно избита. Лицо заплывшее, руку держит неестественно, ногу приволакивает. Воспитатель в шоке, но держится.

- Хорошо, Светлана Алексеевна, спасибо. Дождемся доклада от Кати. Да. Говорите – избита. А когда они к нам попали?

- Да вот перед обедом и попали. Очнулись на берегу Лесного, увидели крышу Пасеки и вышли на луг. Никто на них не нападал. Да и дети такого бы не упустили, рассказали бы, разве что сильно напугались, но нет, не заметно, чтобы они были напуганы.

- Хорошо, - повторила Ольга в глубокой задумчивости. Потом встряхнулась. – Значит так, детей и воспитательницу размещаем в бывшем медпункте. Кроватки и все прочее я завтра закажу, сантехнику тоже, за два дня Анатолий Семенович обещал управится. Пока … что-нибудь придумаем, горшки выпишем. У вас, Светлана Алексеевна, целый класс набирается.

- Это да, - также задумчиво ответила та. – Я уж надеялась, что придется баклуши бить, ан нет, не получится.

За поворотом Быстрой послышались звонкие детские голоса и вскоре стали видны все дети, аккуратно ступающие по траве босыми ножками.

- Почему они босиком? – Спросила Ольга в священном ужасе.

- Так сапожки у них, Ольга Яновна, - безмятежно пояснила Катя, вынырнувшая около веранды из-за розовых кустов. – Жарко и ножки болят. А у нас ни стекла, ни прочего мусора нет, земля теплая, а ноги и помыть можно.

- Ну, раз врач не протестует, тогда ладно, - озадаченно произнесла Ольга. – Куда вы их ведете?

- В столовую. Там они будут полдничать: Марина морс приготовила из малины, сырники со сливками, запеканку из тыквы. Лена их проводит.

- В медпункте подготовили кровати, - вступила в разговор Мария Алексеевна, - по двое положим, ничего страшного. Вы же завтра что нужно закажете? Кроватки, одежду, обувь?

- Закажу, конечно. Список мне набросайте коллективно, я тоже добавлю, что вспомню. Так, Катя, зубы мне не заговаривай. Докладывай.

- Дети все здоровые, активные, нормальные дети. Воспитательница выпила успокоительное, ей стало полегче, сейчас поест, поспит и придет в себя. Пока реагирует адекватно своим представлениям о жизни – скрытая камера, вас снимают и прочее. Анастасия Яковлевна – здесь сложнее. Я ее оставила в центре, с ней Елена Михайловна. Множественные гематомы, подозрение на перелом либо трещину в ребре, вывих плечевого сустава, да еще и порез на ноге. Я ее ни о чем не спрашивала, кроме одного – когда это с ней случилось? Вчера, говорит, ну, как всегда, упала, ушиблась, а видно, что побои. Инна сказала, что ночевала она в детском саду, ей заведующая разрешала.

- Ясно. Ты ей ситуацию разъяснила?

- Да, все рассказала, но она не поверила.

- Ну, это понятно, все не верят, - философски пожала Ольга плечами.

__________________________

[13] turkey (англ.) - индейка

Глава 9. Черный корабль

Глава девятая. Черный корабль

На следующий день к обеду привезли остальных потеряшек.

Тут ситуация была другой.

Потеряшки явно делились на две группы. В первой - двое молодых мужчин обычного вида, в джинсовых костюмах, крепких ботинках. Во второй - еще один мужчина и семейная пара, все в возрасте от тридцати до тридцати пяти, имели вид успешных людей с положением в обществе. Иван Александрович еще вечером по рации передал, что один – бывший мэр какого-то городка на Волге – начал качать права, пока его Диана не окоротила, а потом Володя слегка добавил.

- А чего хотел? – Спросил Олег.

- Ну чего, чтобы его обратно и сейчас же, а то он – ух!

- Ага. Понятно. А остальные?

- Ну, я сильно не расспрашивал, но второй – главный инженер с металлургического комбината с супругой. Супруга не работала нигде и никогда, губки кривила, но молча. Двое других – работяги, слесаря, мотористы. Увидели, чем Диана с Володей занимаются, сразу к ним подсели и давай помогать, детальки в керосине отмывать. Так до сна и провозились. Спрашивали, какой у нас станочный парк, - нерешительно добавил Иван Александрович. – Ну, я им про станки в мастерской-то и сказал, сильно заинтересовались.

Олег с Ольгой переглянулись.

- Третий, можете ко мне зайти? - Произнесла Ольга в рацию и уселась в полной прострации. На вопросы Олега не отвечала, только предложила подождать.

Когда на веранду зашел Николай Игнатьевич, она встрепенулась и предложила ему воспроизвести то, что она сказала при известии о появлении детей. Тот послушно воспроизвел, и Олег широко раскрыл глаза.

- Вот это да! – В полном восторге шепотом вскричал он. - А так можно было? Говори вслух и оно сбудется?! Хочу С-300! Или нет! Хочу Ка-50!

- Пожелайте «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» — советский и российский тяжёлый авианесущий крейсер, - посоветовала ему Ольга.

- Вот умеете вы, Ольга Яновна, душевные порывы гасить, - обиженно проворчал Олег.

- Умею, - согласилась она. – Мечтайте о земном, Олег Иванович.

Тут их разговор прервали, потому что Светлана Алексеевна попросила ее зайти в малышовую, как стали называть бывший медпункт.

- Ольга Яновна, они очень возбуждены, просто до истерики, ни я, ни Инна не можем справится.

- А кто-то у нас дипломированные воспитатели и учителя младших классов, - возмущенно ответствовала Ольга, но пошла.

Там действительно был непорядок, еще с улицы были слышны вопли и плач, но когда вошла Ольга все чудесным образом прекратилось. Нет, дети не встретили ее улыбками, но присмирели и уставились на нее во все глаза. А все потому, что Ольга накинула на домашнее платье шикарный парчовый халат огромного размера и такой длины, что волочился по полу, подаренный ей на прошлый юбилей и с тех пор ни разу не надеванный. Халат был ярко-синего цвета, на нем золотом сверкали звезды, луны и солнца. Ошарашены были не только дети, но и Светлана Алексеевна, а Инна просияла и показала большой палец.

- Дети, - своим обычным голосом проговорила Ольга. – Меня зовут тетя Оля и я здесь самая главная. Слушаются меня все, и взрослые, и дети, и вы тоже должны.

- Тетя Оля, вы волшебница Виллина? – Робко спросила одна из девочек.

- Нет, - Ольга покачала головой, - я не волшебница, но кое-какие чудеса делать умею. Вот, например, завтра у вас будет много разных игрушек, новые красивые наряды и три кувшина компота из персиков.

- А сегодня?

- А сегодня вам нужно лечь спать, чтобы быстрее наступило завтра. Пойдемте умываться, чистить зубы и в спальни.

Дети, подавленные ее великолепным халатом, без слов отправились умываться. Ольга еще посидела с ними по отдельности в девчачьей комнате, в мальчишьей: принимала заказы на игрушки, кто какие хочет, каждого погладила по голове и пожелала доброй ночи.

- Ольга Яновна, - сдавленно хихикая, спросила Светлана Алексеевна, - где вы взяли такое чудо?

- Это подарок, - с достоинством ответила Ольга. – Лучше спросите, как я вспомнила где он лежит.

Инна легла в третьей комнате. Ей тоже пообещали завтра обновки, но радовалась она не этому. Ей почему-то понравилось в этом странном месте.

Олег все еще сидел на ее веранде, о чем-то думая, а разглядев ее одеяние, зашелся хохотом так, что прибежал дневальный:

- Ну что вы ржете, как конь, Олег Иванович?

На следующий день они встречали прибывших со Второй уже подготовленными.

- Вам объяснили ситуацию? – Спросил Олег после представления.

- Да, но мы требуем скорейшего возвращения нас обратно! – Тут же взвился бывший мэр. Ольга даже не затрудняла себя запоминанием его имени. Она уже решила, что с ними, то есть с тремя из них, будет делать: на неделе возвращалась «Нерпа», вот она и увезет с собой главного инженера с женой и управленца. Пусть Сотников им применение найдет, у него есть где развернуться.

- Это не в наших силах, - решительно отрезала она. – Впрочем, есть вариант перемещения вас в метрополию. Мы, видите ли, отдаленная периферия, а вскоре подойдет корабль, который может вас увезти в столицу. Согласны?

- Э… - Протянул главный инженер, - а нельзя ли самолетом? У Яночки морская болезнь.

- Нет, самолеты у нас не летают. В столице есть, у нас нет.

- А поезд? - Капризно спросила Яночка. - «Сапсан» у вас ходит?

- Мы на острове, - не вдаваясь в другие подробности ответил Олег.

По лицу Яночки было видно, что она не понимает, какие могут быть проблемы в железнодорожном сообщении острова с материком, но она промолчала.

- Хорошо, - сдаваясь, проговорил супруг Яночки. – Когда ожидать корабль?

- Через два дня.

- Тогда покажите нам где гостиница, и мы пойдем отдыхать. Всю ночь спали на каких-то клопиных матрасах! И эти мерзкие звуки! – Прижала Яночка пальцы к вискам.

- Вот что вы, дамочка, наговариваете? – Не выдержал один из работяг. – Нормально спали, никаких клопов, если только вы с собой принесли.

Ольга с каменным лицом перенесла взрыв хохота и не менее яростный взрыв негодования и дождавшись тишины, холодно сказала:

- Гостиницы у нас нет. Мы вас отправим в Дом отдыха, там эти два дня и поживете. Оттуда вас и заберут. Там есть все необходимое, в том числе плита, запас продуктов и прочее.

Краем глаза она заметила, как приуныли работяги.

- Что? – Воззрился на нее бывший мэр. – Как это понимать? Нам, что, самим готовить еду?!

- А едите вы самостоятельно? - Не выдержав, вмешалась Мария Алексеевна.

Ольга сделала жест, прекращающий перепалку.

- Сейчас вас проводят на пристань. Олег Иванович, распорядитесь. Пусть возьмут «Диану». – И плавно развернувшись, направилась к своему дому, не слушая яростного шипения за спиной. – Мария Алексеевна, попросите молодых людей следовать за мной. – Она достала рацию: - Третий первому, запросите Замок, когда можно переговорить с Сотниковым.

Не успела Ольга познакомиться со слесарями - один Кирилл, другой Родик –, как пришлось поручать их Марии Алексеевне и идти в радиорубку.

- Алексей Александрович, я вам отправляю главного инженера с металлургического комбината. – И переждав его радостные и удивленные восклицания, добавила: - Но он идет с нагрузкой.

- Это как?

- А как во времена развитого социализма: покупаешь Жюля Верна, а в нагрузку дают «Малую землю».

- А-а, помню, - протянул Сотников. – И что там за «Малая земля»?

- Супруга с претензиями и бывший мэр. Его можете сразу расстрелять, толку не будет.

- Ну, зачем же сразу? – Рассудительно ответил Сотников. – У нас и лесоповал есть.

Кратное увеличение численности.

Системное поощрение.

Пулемет ДШК – 2 шт.

Это объявление очень насторожило Ольгу. Значит, опять кто-то полезет и опять анклаву угрожает опасность. Олег, получив пулеметы, тоже посуровел лицом. Пообещав после обеда зайти к Ольге с сержантами и Борисом, отбыл. Ольга же осталась думать и переживать.

Анатолий Семенович пристал к геологам, чтобы нашли уголь поближе к Кирпичам:

- Вы же понимаете, Антон Николаевич, что возить с Карьера совершенно нерентабельно! Какое количество бензина расходуется, а это, между прочим, дефицит!

- Ну, Анатолий Семенович, сами подумайте, вот нашли мы вам уголь и что вы с ним будете делать? Экскаватор на карьере, конвейер там же...

- Вы уж найдите, - уверенно ответил инженер. - А мы постараемся придумать, как его вывозить.

Вадим Сергеевич только махнул рукой.

Пока что на Карьере работали вахтовым методом один машинист паровоза и один рабочий по неделе. Решили до выпадения снегов заполнить угольный склад под завязку, чтобы весной избежать суеты. И еще с рабочими с Депо вышло интересное дело: к Ольге пришла делегация и попросила выделить хутор Веселый под проживание семейных пар. Ольга недоуменно подняла брови и ей объяснили, что Анна Ильинична и Михаил Андреевич хотят жить вместе, а также Ирина Николаевна и Игорь Иванович тоже собираются поженится.

- Вот как, - медленно произнесла Ольга. – Ну, вы все люди взрослые, знаете, что хотите, поэтому никаких сроков для обдумывания давать не буду, а вот для окончания строительства дам. Придется обождать, когда закончим отделку и подключим электричество. Только на Веселом, уж извините, не получится, а вот на Игривом на Первом хуторе – пожалуйста.

Хутор Веселый Ольга приберегала для Володи с Дианой: видела, что дело там уже идет к решительному объяснению, но Володя почему-то медлил и мялся. Ольга решила его подтолкнуть и вызвала к себе. И что же оказалось? А то, что Володе некуда было привести молодую жену, так как он жил с родителями на второй Ферме. Ольга обозвала его дурнем, велела идти делать предложение, пока Диану не охомутал кто-нибудь из новых слесарей и спросила:

- А Максим тянет с предложением Лене по той же причине?

Увидев кивок, только покачала головой.

- На хуторе Веселый будете жить? Там и Диане до родителей на Ранчо недалеко, только через ручей мостик кинуть, и до мастерской близко, да и до Базы минут за тридцать сможете добраться: выделим вам «Барсик» и мотоцикл на две семьи.

Лицо Володи отразило всю полноту чувств и он, резко сорвавшись с места, выбежал из дома, на ходу доставая рацию, видимо, чтобы поделиться радостью с братом.

Так что вечером в столовой и Володя, и Максим сделали предложения, которые были благосклонно приняты. Им тоже пришлось ждать окончания отделки домов, но примерно в середине сентября можно будет играть все четыре свадьбы.

- И что будем делать с девчонками? - Спросила Мария Алексеевна. – У нас девичник без старшего остается и в доме Коулзов тоже одни малолетки будут.

- Да, проблема, - покачала головой Елена Михайловна.

- Может быть, Светлану Алексеевну в девичник переселим? Она одна останется в седьмом доме.

- А лучше бы Инну в девичник, но малышню одну на ночь не оставишь. – Досадливо сказала Ольга. – Когда уже Анастасия Яковлевна выйдет из центра, Кать?

Катерина покачала головой.

- Ей еще долго лечится, у нее еще и внутренние повреждения имеются, а потом реабилитация месяца два, никаких резких движений.

- А поговорить с ней когда можно будет?

Катя покачала головой.

- Она ни с кем не хочет разговаривать. Уж на что Елена Михайловна контактный человек, но и с ней не общается почти. Есть там у нее что-то на душе, но что… - Катя развела руками. – Да, кстати, вы знаете, сколько ей лет?

- Лет шестьдесят, - подумав, ответила Ольга. – Я ее дело Борису Евгеньевичу отдала, сама не смотрела.

- Сорок три года, Ольга Яновна.

- Сколько?! Что же с ней такое случилось?

- Не говорит. Ну судя по состоянию… да еще зубов половины нет… думаю, крепко ей доставалось последнее время.

- Ладно, подождем. Она хоть приняла ситуацию, в которой оказалась? Ну, что возврата домой не будет и прочее?

- Мне кажется, что нет. Пока не начнет выходить и общаться с другими людьми – не примет.

- А если мы к ней малышню отправим? Проведать, подарки там, яблочки? Пусть картинки нарисуют.

- Это можно, - подумав, сказала Катя. – Должно помочь.

- Ну, тогда зовем Светлану Алексеевну, что она скажет про переселение.

Светлана Алексеевна не возражала, Наташа и Света тоже, поскольку понимали, что одним им без взрослых жить не позволят. В освободившуюся «семерку» решили переселить семью Людмилы Ивановны и Ильи Антоновича, наконец освободив радиорубку от посторонних.

Правда, сначала хотели предложить переехать Марине с Сергеем, но Марина всех удивила, отказавшись. Оказывается, так они с Еленой Михайловной хорошо ужились, как не с каждой родней получается. Да и Елена Михайловна расстроилась было. Так что оставили пока все как есть.

Новеньким слесарям пока поставили палатку на Базе, но они все время проводили в мастерской. Новые станки с большим трудом туда перевезли, но еще толком не установили, и теперь Кирилл и Родик пропадали в мастерской, колдуя над станками, которые, оказывается, нужно было установить на фундаменты, настроить и что-то еще сделать, перед тем как на них работать. Однако, каждое утро они занимались со всеми физкультурой, завтракали и лишь потом ехали на пристань. Посмотрев на них, Сашка заявил, что лишняя физическая нагрузка им только на пользу, поскольку «на Земле, они, похоже совсем распустили себя». Также им выдали пистолеты и учили обращаться с оружием. Ольга попросила Олега присмотреть за новенькими: как они в коллективе и вообще, чем дышат.

Оставались без жилья еще и Степан с Николаем Михайловичем. Зимой им жить в Депо было нельзя – снегом занесет, а если что случится? Поэтому, после совещания с капитаном и геологами, один дом в поселке Капитанский выделили геологам, второй – рабочим с депо, а в третьем будет жить собственно капитан. В принципе, туда уже вполне можно было заселяться, но геологи обретались в Южных холмах, а рабочие еще пока были заняты на строительстве и отделке хуторов.Да еще Анатолий Семенович начал заливку фундаментов еще четырех хуторов на два дома: у моста через Угрюм, у верхнего моста через Веселый (строится там посоветовал Иван Александрович, очень уж хорошие земли были в округе) и примерно на полдороге между Ранчо и Кирпичами.

Этот участок для строительства был обнаружен совершенно случайно, никто там с разведкой не ходил, как-то постоянно выпадала эта территория из планов. И вот, в последние дни августа командиры групп, доложившись Олегу, пошли искать место, где можно было устроить Прощальный летний костер. Первым условием было место недалеко от Базы, не в шаговой доступности, но близко; вторым условием было наличие воды. Лес по правому берегу Быстрой их не устроил, роща возле Базы – тоже, возле спортплощадки не было воды, да и очень открыто, так что они перебрались через Ленивую на пароме и побрели по дороге к Ранчо. Внезапно Андрей остановился и прислушался:

- Слышите, вроде утки крякают?

- Откуда тут утки? Они же на водоемах живут? – Не поверил Мишка.

- Но кто-то же крякает? – Резонно возразил Андрей, и ребята пошли в ту сторону, куда он указал. Кряканье становилось все слышнее, и вот, проломившись через подлесок, троица обнаружила себя почти на берегу небольшого озерца, правда, побольше Крошки, которое удалось охватить одним взглядом. С восточной стороны из озера вытекал ручей и направлялся, по всей видимости, в Веселый, скрываясь в лесу метров через триста. Озеро было окружено довольно широким лугом и имело с северной стороны заводь, в которой и плескалось несколько десятков уток.

- Вот это да… - прошептал Мишка. - Географическое открытие века!

- Точно, - фыркнула смехом Наташа. - Утиное озеро и какой-то ручей.

- Ну, а что, - рассудительно сказал Андрей. – Под костер место в самый раз: до деревьев далеко, вода рядом, можно даже купаться. – Он подошел к берегу и потрогал воду: - Теплая.

- Да тут же утки купаются, - возразила Наташа. - Вдруг зараза какая.

- Это на Земле может быть зараза, а здесь пока чистая планета, - уверенно сказал Мишка, скинул шорты, майку и кеды и смело плюхнулся в воду. – А для питья воду с собой принесем, - крикнул он уже из воды.

На следующий день Олег и Анатолий Семенович обследовали озеро, найдя его пригодным и для костра, и для последующего заселения, а вот что делать с утками пока не придумали – отловить парочку или пускай улетают. С уткой в анклаве был дефицит.

Так в плане появился хутор на озере Утином.

Место для четвертого дома предложил Виктор Федорович – на довольно высоком берегу мыса, разделяющего заливы Кодор и Андреевский. Конечно, там еще нужно было провести разведку на предмет воды и прочего, но идея показалась интересной. Тем более, что недалеко от того мыса заканчивалась дорога от локалки, которую теперь можно было вывезти без труда.

Общим решением междуречье Угрюма и Белого ручья решили пока не заселять, оставив территорию кабанам: пусть размножаются.

В последний в этом году визит пришла «Нерпа». По договоренности она привезла молодую сучку в обмен на щенка от Мушки, чтобы разбавить генофонд, как сказала Нина. Остальных Мушкиных щенков разобрали на Вторую ферму и на Пасеку, а в поселок Капитанский отправится эта собака неизвестной породы. На котят тоже стояла очередь – на обе фермы, Лукьяновым, Осиповым, на хутор Веселый и Первый Игривый. К сожалению, на всех не хватало, но надежды никто не терял: в конце концов на Базе есть шикарные коты и Мурка должна заинтересоваться хоть одним.

Проводами «Нерпы» и закончилось лето. То есть, лето еще продолжалось, но началась школа и заработало «медицинское училище» - Галя и Надя начали ходить на специализированные занятия к Катерине Андреевне: она и Лена, мучительно вспоминая учебный процесс, подготовили план занятий на первый год обучения. Но как же не хватало преподавателя химии! Даже подумывали о том, чтобы после первого курса обучения отправить-таки девчонок в метрополию, где Зенгер все-таки выбила себе медучилище.

Всю первую неделю сентября Ольгу мучили скверные предчувствия. Ни она, ни Олег не знали, откуда придет опасность, поэтому всемерно укрепляли оборону анклава: один из новых ДШК встал в бухте Кривулина, в том месте, где узкий извилистый ход расширялся и превращался в бухту. Там можно было «запереть целый флот, если не принимать во внимание обход пехотой с флангов», как выразился Олег. Второй ДШК оставили в резерве. «Диану» пока поставили в эллинг, где Диана, Володя, Кирилл и Родик вдумчиво потрошили двигатель, вымеряя какие-то зазоры и что-то растачивая. Заодно решили протестировать второй паровой двигатель. Виктор Федорович предложил установить его на «Стремительный», который обладал наилучшими мореходными свойствами и был способен к продолжительному походу в открытом море. «Кречет» и «Русский Сокол» были, скорее, каботажниками, но и для них мечтали приобрести паровые двигатели – опыт «Дианы» говорил сам за себя. Самим сделать такие движки пока не позволяла инструментальная база, поэтому решили часть деталей выписывать каналом. Да и метрополия, может, чем поделится.

Восьмого сентября около шести утра Ольгу поднял вызов по рации. Голос Сергея произнес:

- Первый, тревога, неизвестное судно к югу от Голого мыса, на вызов не отвечает, скорость не снижает. Второму сообщаю. Кап-два сообщаю. – И отключился.

Ольга выскочила на веранду, зачем-то прихватив из прихожей бинокль и сунув босые ноги в тапочки. Дверь дома Исаевых открылась и на крыльцо вылетел Олег. Он тут же что-то забубнил в рацию, махнув рукой Ольге, и поспешил к казарме. Через минуту там зажегся свет и вскоре на крыльцо выскочили Денис, Андрей, Вадим и Мишка. Олег спешно открывал локалку, раздавал снаряжение, оружие и патроны. Ольга порадовалась, что пополнили запас патронов и броников, которых теперь хватало на всех

«Так, где сержанты?», соображала меж тем Ольга и получалось, что Дима дежурит на Южном, а вот Сашка сегодня выходной. «Володя и Максим…», тут ее размышления прервал Олег:

- Денис и Андрей, пулей на Голый, на полку. Вадим, Мишка, за мной, Ольга Яновна, появятся Сергей и Борис – их тоже на пристань. Володя с Максимом на Веселом ночуют, поэтому Сергея нагрузить оружием для них и пусть «Барсика» возьмет.

- А капитан?

- Не успеет, он на Кривулине, займет оборону у пулемета. «Кодор» в море выйти не сможет – экипажа нет.

- А кто на «Озере»?

- Женя, - крикнул уже издалека Олег и раздался треск мотоциклов.

Из радиорубки выбежал Сергей, выслушал приказ и рысью помчался к локалке. Появился Борис. Нагрузившись, они забрались на «Барсика» и поехали вслед за Олегом. Ольга закрыла локалку и пошла к себе, нужно было одеться и быть готовой.

Меж тем из казармы появились Костя и Петька и подбежали к Ольге:

- Теть Оля, Олег Иванович сказал идти на Южный, помогать Диме.

- Сейчас уточню, - сказала Ольга и вызвала Олега. Он подтвердил, и Ольга опустила мост через Быструю. Мальчишки быстро скрылись в утреннем тумане, а Ольга почувствовала, как у нее замерзли ноги.

Из палатки выбрались Кирилл и Родик и поспешили к Ольге.

- Ольга Яновна, что-то случилось? Мы можем помочь?

- Пока нет, - стараясь выглядеть спокойной ответила Ольга. – Сейчас Олег Иванович разведает обстановку и доложит.

Из своего дома выбежала Диана и поспешила к Ольге, тут же зашипела рация:

- Первый второму, вооружите Диану и Кирилла с Родиком, их пост на Ленивой, мост через Быструю не опускать, держать связь с Фермой, они предупреждены. Сашка далеко, - досадливо сказал Олег и отключился.

«Так, стало быть, судно еще не откликается» думала Ольга, открывая локалку и вооружая парней гарандами, а Диану автоматом. И вдруг вспомнила:

- Второй, Сашка ушел на «Гоше»!

- Все равно не успеет, но свяжитесь с ним, пусть спустится по Угрюму и наблюдает берег.

Передав Сашке указания, Ольга все-таки дошла до своего дома. Там уже ждала Мария Алексеевна с горячим чаем и овчинными тапочками. Ольга рассеянно поблагодарила, переоделась и села на веранде, обхватив чашку обеими руками.

Рация голосом Николая Игнатьевича сказала:

- Первый, второй третьему, на РЛС Дальнего показалось судно, опознается как «Клевер», время в пути до Дальнего – пять-шесть часов.

- Передайте ему нашу обстановку.

- Неопознанное судно снизило ход, находится в десяти километрах к югу от залива «Кодор», камера Южного его видит, но не отчетливо, РЛС Голого не опознает.

- Второй всем – позиции заняли, «Стремительный» подготовлен к отражению атаки.

- Южный подготовлен.

- Голый готов.

- Пост «Река» готов.

- Пост «Озеро» - никого не наблюдаю.

- Кривулина передает - к обороне готов, камера на Кривулине никого не наблюдает, Вторая ферма передает: РЛС Поворотного никого не наблюдает.

- Первый второму, Марию Алексеевну в рубку на всякий случай пригласите.

Прошел час и сыграли побудку. Но сегодня никого на спортплощадку не выпустили, проведя зарядку перед медцентром.

Население анклава в недоумении собралось в столовой, где Ольга коротко сообщила о ситуации и запретила выход с территории Базы.

- А на Кирпичи? – Вопросил Анатолий Семенович.

- Тоже, - отрезала Ольга. – Илья Антонович, после завтрака попрошу вас вместе с Анатолием Семеновичем проехать до Ранчо. Возьмите мотоцикл.

- Слушаюсь. Ольга Яновна, - коротко ответил тот, а Людмила Ивановна снова побледнела.

- Антон, после завтрака – в рубку, поможешь Николаю Игнатьевичу, Станислав, Ярослав – смените на посту «Река» часовых, пусть тоже позавтракают.

Антон проявил большой интерес к радиоделу. Пока они с семьей еще жили в радиорубке, все свободное время проводил у мониторов, у рации, помогал следить за РЛС. После переезда он свой интерес не растерял и по-прежнему донимал вопросами Николая Игнатьевича и Сергея.

Услышав, как забормотали голоса, Ольга резко сказала:

- Всем тихо! Пока никакой опасности нет. РЛС и камеры других судов не показывают, единственный нарушитель – под прицелом, тем более, что приближается «Клевер».

- А на «Клевере» - Гоблин, - звонко крикнула Машка и все заулыбались.

- Занятия на сегодня отменяю, кроме первоклашек; медработники, после завтрака в медцентр, пожалуйста.

- Первый третьему, сержант Осипов сообщил, что заберет Константиныча на «Барсике» и поедет к заливу через Березовую рощу. Расчетное время прибытия к заливу Кодор – три часа. Второму сообщил.

«А Сашка молодец! Сообразил. Дорогой-то ближе, чем по Угрюму», одобрительно подумала Ольга.

В столовую вошли Диана, Кирилл и Родик, их тут же оделили едой и засыпали вопросами. Те вяло отбивались:

- Да не видели мы ничего, стояли как три тополя на Плющихе.

- Первый третьему, судно начало движение к заливу. Пока видно плохо.

- Ясно, наблюдайте. – И Ольга неспешно, чтобы не вызвать лишних вопросов вышла из столовой и тут же, прибавив шаг, поспешила к радиорубке.

Наконец, по истечении почти часа неизвестное судно стало ясно видно на камере Южного.

- Какой-то странный корабль, - неуверенно сказал Антон. – Силуэт совсем незнакомый. Эх, если бы дядя Витя увидел или лучше Константиныч -они бы сразу определили.

Ольга взглянула на часы.

- Где-то через час-полтора Константиныч будет на берегу, посмотрит. А пока… Второй первому, спросите у Бориса, может ли он определить тип судна.

- Точно, - подпрыгнул Антон. – Там же Борис Евгеньевич!

В ожидании ответа все рассматривали странное судно: во-первых, у него была труба, из которых шел жидкий серый дым; во-вторых, он был больше «Нерпы»; в-третьих, он был очень неаккуратным, как будто его сляпали из того, что было под рукой; в-четвертых, он был весь окрашен черной краской, за исключением двух белых полос на трубе. Скоростью этот монстр похвастаться не мог: прошел уже час с момента, когда он начал движение к заливу, а пересек границу залива вот только что, а еще ему по заливу шлепать к пирсам. Борис по типу судна ничего внятного сообщить не мог.

Все это время вызывали пароход, но он молчал. Камера показывала наличие трех человек в рубке и одного на носу, который, видимо, мерял глубину.

- Получается, что у них нет никакой автоматики на судне? – Ни к кому не обращаясь, спросила Мария Алексеевна. – И зря мы надрываемся, вызываем. Я думаю, что мне нужно на пристань. Кое-кто там, конечно, английский знает, а вдруг там французы или немцы?

- Хорошо, - подумав, согласилась Ольга. – В сопровождение и в качестве водителя пойдет Родик. Сейчас я его вызову.

Родик и Мария Алексеевна оседлали последний на Базе мотоцикл и поехали по тропе к пристани. Олег строго предупредил, чтобы не мелькали на берегу и не вылетали к пристани на полном газу, а остановились еще в лесу и тихонько подошли, прячась за мастерской.

Чтобы долго не пробираться по лесу, форсируя три ручья, Сашка решил встать на противоположном берегу залива возле устья Белого, оставаясь группой прикрытия. Но зато Евгений Константинович почти сразу опознал судно.

- Первый второму, это грубо переделанный наш сухогруз тип «Енисей» голландской постройки. Константиныч говорит, что, по всей видимости, наклепывали дополнительные листы бортов или не дополнительные, а так латали корпус. Ругается. Говорит, что он медленный, всего десять узлов, если родная машина стоит. А тут, наверное, примус поставили, еле ползет. Или угля нет. Я Сашку с Константинычем оставлю возле Белого, мало ли.

- Ясно, второй. Ждем развития ситуации.

Примерно через полчаса ситуация начала развиваться.

- Первый второму, пароход подошел к пристани, флага нет, названия на борту нет, на носу стоит какое-то чучело в кожаной жилетке на голое брюхо черного цвета.

- Негр, что ли? – Ни к кому не обращаясь спросил Антон.

- Олег Иванович, а где вы находитесь?

- Я на «Стремительном», Ольга Яновна, - слегка удивился Олег. – Я тут с самого начала. Сейчас выйду на нос и попробую пообщаться.

- Будьте осторожны. – Ольга понимала, что это говорить не следует, но оно само вырвалось.

- Я связь отключать не буду, может что поймете.

- Тут интересуются, это негр там стоит?

- Похоже на то.

- На черном-черном море плыл черный-черный корабль с черным экипажем, – нараспев продекламировал Антон.

- Не «на», а «по», Антон, - машинально сказала Ольга. – По морю плывут.

Николай Игнатьевич хихикнул, Антон покраснел, а Ольга засмеялась. Правда, нервно.

Через динамик был слышен шум шагов, потом окрик голосом Олега, а потом какой-то сплошной треск на вроде бы французском языке. Олег что-то сказал на английском, послышалось “non, non” и тяжелый вздох Олега.

- Мария Алексеевна, подойдите пожалуйста. Борис, страхуешь.

- Второй Голому, за надстройкой на корме появились … раз, два… шесть человек, все с оружием, тип пока неясен.

- Второй Сашке, вижу с моей стороны на корме пять человек, вооружены разномастно, вижу автомат, короткоствол.

В радиорубке опять зазвучала французская речь, потом перевод:

- Мы мирные торговцы. У нас есть хороший товар. Нам нужно на обмен дерево, продукты, патроны к револьверам. У нас товар молодые крепкие женщины, подходят для работы и постели, молодые крепкие парни. Все в отличном состоянии.

Ольга резко втянула воздух сквозь зубы.

- Спросите, издалека ли они пришли.

- Они издалека, с юга, шли безлесными берегами, увидели нашу гору.

- Срыть ее, что ли! - Рявкнула Ольга.

- Второй, это Голый, типы с оружием продвигаются к носу, прячутся за фальшбортом.

- Второй, это сержант, с моего борта спускают шлюпку.

- Всем постам полная готовность. Денис, как начнут - из рубки выбиваешь всех. Вадим, Мишка, по команде очередь вдоль борта. Я гашу этого. – Потом бормотание, французская речь, Мария Алексеевна спокойным голосом что-то обсуждает с негром и задает вопросы, судя по интонации.

- Второй, это Сашка, лодка движется в сторону мыса, мы на перехват.

- Мария Алексеевна, спросите, почему люди из экипажа самовольно пытаются выйти на берег?

Послышался голос Марии Алексеевны, потом вскрик, резкий окрик Олега и выстрел, потом заревел ДШК и издалека раздались редкие хлопки.

Ольга застыла статуей, Антон побелел не хуже его матери – как скатерть, Николай Игнатьевич вцепился пальцами в край стола. Все молчали, напряженно прислушиваясь.

Какофония звуков продолжалась еще некоторое время, потом все стихло.

- Первый второму, операция окончена.

- Потери?

- Пока неясно, палили эти сволочи по берегу жирно, на «Стремительном» потерь нет.

- Мария Алексеевна?

- Все в порядке, спряталась.

- Первый второму, Осипов доложил: взяли двоих живыми. Требуется медицинская помощь.

- Кому?

- Зацепило Сашку немножко, да и этих перевязать надо.

- Второй первому, доложите обстановку на берегу. Медпомощь высылаю.

Отправив на берег Катю с Леной на грузовичке, Ольга пошла в столовую:

- Ну что, друзья, мы опять победили. Пока нет совершенно точной информации, но, вроде бы, без потерь, только сержанта Сашу зацепило. Дневальный, сообщите Анатолию Семеновичу, что ему нужно на пристань, вместе с Ильей Антоновичем.

- Первый второму, потерь нет. Каменной крошкой задело Максима, не опасно. Начинаю обследование судна. К вам вышел Дима, впустите его. Костя и Петя остаются на Южном до распоряжения. Пост с Ленивой отправляйте сюда.

Ольга выдохнула. Опять у них получилось. И поспешила на сеанс. Времени оставалось всего пять минут.

Во время сеанса прорезался Олег:

- Первый второму, нашли людей. В цепях. Десять молодых женщин, шестеро мужчин. Побиты, но не покалечены. К Сашке вышел «Русский Сокол», заберет бандитов и его с Константинычем. Бандитов допросим на берегу. Позже. – С нажимом произнес Олег и Ольга поняла.

- Захваченных людей отправляю грузовичком, сразу в медцентр, с ними Катя. Как охрана Борис, Сашка и Максим, им тоже к медикам надо.

- Все поняла, медики все в медцентре, готовы принять пострадавших.

- Ольга Яновна, «Клевер» запрашивает обстановку.

- Передайте, все под контролем, война окончена, мы победили.

Глава 10. Корпус

Глава десятая. Корпус

Пришлось заказывать много разной одежды для пленников, не зная размеров. Ольга предположила, что все они на бандитских харчах отощали.

Через два часа в столовой собрали всех захваченных бандитами людей. Их обследовали, помыли, переодели в срочно заказанные Ольгой пижамы и халаты, больничные шлепанцы. Выглядели они понятно, очень потрепанными, но уже с интересом крутили головами, осматриваясь. Как выяснилось, бандиты их кормили, но мало, а воды почти не давали, поэтому Катя с Мариной быстро разработали для них щадящее меню. По национальной принадлежности там был европейский интернационал: французы – двое мужчин, немцы – двое мужчин и две женщины, испанцы – две женщины, русские – всего числом пятеро и датчане – мужчина и две женщины. После обеда их разместили под спешно собранном возле медцентра навесом – после трюма людям хотелось видеть белый свет.

Катя доложила, что тяжелых травм нет, синяки, ссадины; женщины насилию не подвергались – для пущей ценности, как поняла Ольга; мужчин побили профилактически, но не сильно. В пути они счет дням потеряли, но утверждали, что не меньше месяца просидели в трюме.

Олег с Ольгой, Борисом и Марией Алексеевной прямо там, на свежем воздухе, проводили первичный опрос: имя, профессия, когда попали в плен, где, что произошло с остальными жителями.

Картина была почти одинаковой – судно появлялось ночью, поселение подвергалось нападению, почти все, кроме молодых женщин и мужчин, вырезались, независимо от пола и возраста, поселение сжигалось. Первыми в плен попали жители французского поселения, их деревня стояла у большой реки на берегу моря, через пролив был виден еще один берег, но больших лодок у них не было, что там – они не знают. Часть захваченных согласилась пойти в экипаж пиратов, а двое – нет, поэтому их заковали в цепи и кинули в трюм. Как утверждали французы, судно спустилось по реке. Потом время от времени к этим пленникам добавлялись другие, видимо, пираты курсировали вдоль берегов. Потом как-то раз они услышали шум боя, и после этого новых пленников не добавлялось, а еды и воды стали давать еще меньше, чем раньше. У них в трюме были какие-то деревянные стеллажи и типа напольных трапов («пайолы» – авторитетно заявил Константиныч), так их вынесли, оставив пленников на железном полу. Через примерно три-четыре дня они и попали сюда.

Ольга на допрос пиратов не пошла. Ей уже в принципе все было ясно. Нашли на реке пароход, а может целое кладбище кораблей, сляпали себе судно и пошли грабить соседей. По всей видимости, это был тот же материк – Южная Америка. Селились там поликластерами и хуторами-пятнашками, канал доставки был, но не все про него даже слышали. Попадали туда люди в окружении имущества, но без стен и крыши над головой – все сходилось.

После допроса с пиратами поступили по процедуре, а Мария Алексеевна, весьма гордая собой, все рассказывала Ольге, как она ловко прыгнула за фальшборт, когда началась стрельба.

От пиратов стало известно, что судно, спустившись по реке, некоторое время шло вдоль берегов на север, попутно обдирая все прибрежные селения, но только со своей стороны. На другую сторону пролива (или залива – пираты не знали), они не рискнули идти, поскольку, по всем признакам, берег был безлесый и топлива для машины могло не хватить. Но всякая лафа когда-то заканчивается, и пираты напоролись на жестокий отпор, который стоил им почти половины команды и капитана. На общей сходке выбрали нового капитана и решили идти на север – по слухам, там находился довольно богатый на ресурсы и людей берег, только мало кто знал, какое расстояние нужно пройти. Запасшись дровами, продуктами и водой, пираты храбро пошли в неизвестность, но расчеты не оправдались, и если продуктов было в достатке, то вода и дрова заканчивались. На восьмой день они увидели впереди сияющую точку и пошли на нее. Никаких подробностей допрашиваемые не знали, потому что находились в нижней страте иерархии пиратов, но по разговорам догадались, что было принято решение на захват земли, тем более, когда увидели пристань и шикарный корабль возле пирса. Таким образом, продолжатель дела и потомок алжирских пиратов, рожденный в Марселе и служащий на торговом судне Анри Гуардье, не имеющий понятия о тактике переговоров и морского боя, закончил свои дни бесславно, но капитаном.

Захваченный пароход был излишне велик для анклава. Володя и Диана осмотрели машину и признали ее ремонтопригодной, чем срочно и занялись, потребовав небольшое количество чего-то и прочего (Ольга не вникала, а послушно заказала); Константиныч же резюмировал, что «такая лоханка анклаву не по чину, и нужно ее отправлять в метрополию: что нам на ней возить? это же сухогруз, вон, стрелы грузовые, может быть даже рабочие, трюм емкий, точнее, два трюма тонны по три вместимости – Сотников найдет применение.»

- Только, конечно, надо его в порядок привести, - с сомнением оглядев борт, добавил Константиныч. – Но и это мы сделать не в состоянии, нет у нас ни материалов, ни специалистов.

Ольга с ним радостно согласилась: переводить рабочую силу на этого монстра не было никакого желания.

Бывшим пленникам объяснили ситуацию, особенно упирая, что на востоке есть французский анклав, где их с удовольствием примут; а также есть вольный город Берлин и испанский анклав. Только датчанам ничего не светило в смысле национального анклава, или такой еще не смогли найти. Впрочем, наверное, их с удовольствием приняли бы и в Берлине.

Русских было пять человек: четыре девушки и один парень; все в возрасте от двадцати до двадцати восьми лет. Попали они на Платформу уже давно в качестве «пятнашек», причем двое из одного попадания – соседи, жили на одной лестничной клетке и работали в одном месте – в салоне красоты. Все их родные так или иначе погибли, кто от условий жизни, кто от рук бандитов, кто – уже при пиратском нападении. Пятнашки прибились к деревням и хуторам, работали как могли, ну и, естественно, жили плохо. А под конец – еще хуже. Все девушки при одной только мысли, что нужно будет куда-то плыть, дружно впали в панику и наотрез отказались покидать сушу. Парню было все равно, где жить. Профессий у них, можно сказать, что и не было: одна маникюрша, по-модному – нэйл-дизайнер, правда, начинающий, зато вторая – парикмахер с опытом работы, что было очень кстати. Две другие учились на бухгалтеров в колледже на первом курсе. Парень работал курьером.

- И вот что с ними, такими профессионалами, делать? Ну, подружки-стилистки еще пригодятся, а то мы тут одичали совсем, а бухгалтера недоученные и курьер?

- Тут надо подумать да поспрашивать, может быть у них какие увлечения есть…

Остальные, услышав, что на белом свете есть их соплеменники, дружно загорелись желанием припасть, так сказать, к отчим пенатам.

Вечером в Кодор вошел «Клевер». Уле Маурер с недоумением рассматривал этакую диковину, которая заняла его место у пирса и качал головой.

- Что скажешь, дружище Уле? – Спросил его Константиныч после приветствия.

- Скажу, что его ремонтировали безрукие и безголовые идиоты. А что скажет капитан Корнеев – не могу даже произнести, - поджав губы, ответил Уле.

- Как думаешь, Сотникову будет интересно получить такой кораблик?

- Сотникову все интересно, - уклончиво ответил Уле.

Выяснилось, что «Клевер», отдохнув денек, отправится на юг по меньшей мере на неделю. А на обратном пути он заберет пассажиров. А пока пусть фрау Ольга поговорит с Командором – что делать с этой … ну, с этой…да, лоханкой.

Вечером же прибыл капитан Ушаков, в этот раз его привез Женя на своей хондочке.

Осмотрев черный корабль, кап-два хмыкнул и сказал:

- Хорошая рабочая лошадка. Таких у нас три было: «Енисей», «Обь» и «Иртыш»; сам я на них не ходил, но встречал людей, которые ходили. «Обь», вроде, в войну пропала, а два других до семидесятых ходили, да. Делали их голландцы и паровая машина тоже их производства стояла. Так-то, если обшивку поменять и машину перебрать да подшаманить – еще долго побегает. Капитанский клуб еще свое слово скажет, но как по мне – можно брать.

- Нам? – Ужаснулась Ольга.

- Нет, нам незачем. Сотникову, ему как раз в размер будет.

Дети очень расстроились, узнав, что Гоблина нет на судне. Его отправили в длительную командировку, пояснил Уле, наверное, до следующего года мы и не увидимся.

По просьбе Сотникова, на борт «Клевера» погрузили уголь в мешках (мешки они привезли с собой), картофель и другие овощи, бидон сметаны и два ведра творога. Все это заготавливалось специально для поставок на юг. Кроме того, Николай Игнатьевич и Иван Александрович сходили на охоту и принесли несколько тушек фазанов и кабанчика. «Клевер» же привез традиционный бочонок меда и продукцию участка Дугина: два «Удара» собственного производства «Арсенал 1270» улучшенной модификации с палубным креплением и еще один для установки на ДОТ. С боеприпасом и подробной документацией. Олег и сержанты станцевали прямо на причале дикарский танец с прыжками и кульбитами, причем Сашка умудрился сделать двойное сальто назад и не свалиться в залив.

- Теперь мы закрыты, Ольга Яновна. – Лицо Олега сиянием затмевало Солнце. - С учетом оружия с Черного корабля автоматического у нас хватает; короткоствол и пулеметы есть, а теперь еще и ПТР. Личный состав надо обучать активнее, а то некоторые манкируют, и я думаю, это терпеть нельзя – кому будут нужны их полезные ископаемые, если нас тут закопают?

От Зенгер прислали какую-то медицинскую укладку, от образования – методичку по химии. Учителя опять не дали. И Сотников не помог.

Максим и Володя осмотрели Черный корабль и пришли к Ольге с неожиданным предложением:

- Ольга Яновна, давайте снимем с него одну грузовую стрелу. Она нам очень пригодится на Депо, в смысле на угольной пристани.

- А сможете?

- Сможем, - твердо ответили браться. - Только помощников бы нам.

И ведь сняли и перевезли к угольному складу.

За неделю, пока ждали «Клевер» обратно, произошел один неприятный инцидент: один из французов, окрепнув на дармовых харчах, решил приударить за Леной, причем сделал это крайне грубо и в присутствии Вадима. Когда же Вадим сделал ему замечание, которого француз хоть и не понял, но догадался по интонации, придурок не придумал ничего умнее, чем дать ему пинка. И оказался на траве, распластанный как рыба карась.

- Обидеть ребенка может каждый, - процитировал кого-то Вадим. – Но не каждый может это пережить. [14] – И перед глазами француза мелькнул нож, которым все мальчишки владели на более-менее пристойном уровне.

Француз заверещал; проходивший мимо Анатолий Семенович помог ему поняться, и тот понесся искать Ольгу, жаловаться на Вадима.

- Вы позволяете своим детям ходить с ножами! Вы растите из них бандитов! Они не слушают взрослых! В нашей прекрасной Франции это не позволительно!

Лена уже рассказала Ольге всю подоплеку, и та задала вопрос:

- А что, в прекрасной Франции позволительно хватать малознакомых девушек за попу?

Француз смешался, а Ольга задала второй вопрос:

- А в прекрасной Франции позволительно бить детей ногами?

А поскольку придурок молчал, Ольга добавила:

- Вы оскорбили девушку. Мало того, вы оскорбили всех нас. Если бы вы были моим подчиненным, вас ждало бы суровое наказание, но вы для меня никто, поэтому ведите себя так, чтобы не стать кем-то, кого я замечу. Я понятно выразилась?

Такую мудреную конструкцию Мария Алексеевна перевела с трудом, а француз совершенно потерялся в пространстве.

Ольга направилась в сторону столовой, и Мария Алексеевна было последовала за ней, когда француз спросил:

- А что мне сказал тот мальчик, когда бросил меня на землю? – И выслушав перевод, закатил глаза. – Боже! Он мог меня убить.

Мария Алексеевна только фыркнула.

С тех пор бывших пленников стало трудно замечать.

Провели конкурс по названию мыса, отделяющего заливы Андреевский и Кодор. Общим решением назвали его Победа.

Опять встал вопрос по размещению.

Маникюрша Люба нашла общий язык с Самантой и Крис. Она немного болтала по-английски, а девочки уже неплохо говорили по-русски, и как-то они выяснили, что все любят вязать. После свадеб и переселения Дианы на хутор Веселый, можно Любу поселять в дом Коулзов. София и Вера – бывшие студентки колледжа - были направлены на Вторую ферму: Андреевым вдвоем было трудно справляться и с коровами, и со свиньями, и с курами, хотя там иногда помогал Сашка, но чаще его не было. Дом у Андреевых получился большой, так что еще два человека помещались легко. Ни Софа, ни Вера не возражали против сельской жизни. Они вообще были забитые создания, почти не разговаривали и все еще, кажется, опасались, что их силой посадят на корабль. Алиса была самая старшая из девушек и знала себе цену. Мастером-парикмахером она оказалась действительно хорошим: на следующий день Ольга каналом взяла все необходимое для нее и Любы и первая села в парикмахерское кресло, установленное на веранде, до того ей надоел хвостик. То, что получилось, всеми дамами анклава было оценено по достоинству, и сразу образовалась стихийная очередь, что было пресечено:

- Дамы, имейте совесть! – Крикнула Мария Алексеевна. – У нас через три дня четыре свадьбы. Пусть Алиса займется невестами и женихами.

Алиса с воодушевлением закивала, свадебные прически – ее конек.

Но самое большое потрясение испытали Ольга и Мария Алексеевна после собеседования с Павлом. Курьером он работал, это так, но закончил химико-технологический институт по специальности биохимия! И хотя за время вынужденного попаданства многое подзабыл, Ольга нагрузила его литературой и повелела преподавать химию для школьников и девчонок-медичек.

- Да я не умею! – Возопил Павел, с ужасом глядя на стопку книг и методичек.

- Думаете, Максим умеет физику преподавать? Он вообще строитель. И Анатолий Семенович строитель, но учит детей математике и геометрии. А вам, мой дорогой, сам Бог велел. На подготовку вам две недели, и, чтобы вас никто не отвлекал, поедете на Пасеку. Там Константиныч один, поможете ему чем сможете, заодно подготовите программы на учебный год. Павел… как по отчеству?

- Павел Анатольевич, - потерянно сказал Павел.

- Так вот, Павел Анатольевич, вот вам еще журналы «Юный химик», посмотрите, что-нибудь интересное найдете обязательно. Все, что нужно для опытов, у вас будет, не сомневайтесь.

Уже через два часа бедный Павел загрузился в «виллис», туда же погрузили сто килограммов литературы, и Олег повез все это богатство на Пасеку.

У Ольги с души упал камень: химии быть!

Разговор с Сотниковым оказался достаточно странным: Ольга поблагодарила за «Удары» и рассказала про Черный корабль, а Сотников почему-то совсем не обрадовался ни такому замечательному сухогрузу, ни пополнению из числа немцев и датчан.

- Да, Ольга Яновна, - пробурчал Командор. – Вы на себя прямо притягиваете неприятности.

- Мы? – Удивилась Ольга. – Они сами приходят, колотить не успеваем.

- Ага, не виноватая я, он сам пришел, - ехидно ответствовал Сотников и сам же рассмеялся. – Что прикажете делать с таким судном? Его же перегонять нужно, в ваши эллинги оно не войдет, я думаю, а зимние шторма расколотят, как пить дать. И как перегонять? Людей, способных управиться с такой махиной раз-два и обчелся, и все заняты. «Нерпа» ушла к Форт-Россу, «Клевер» в ваших краях, а «Дункан» к такому плаванию мало приспособлен.

- Ну…, - задумчиво проговорила Ольга, - есть у нас люди… - И хитро замолчала.

- Ваш капитан? – Тут же догадался Сотников. – А кочегары?

- А кочегары с «Клевера» перейдут. Нет у меня свободных людей, Алексей Александрович. Придется Уле …

- Нет-нет, - перебил ее Сотников. – То есть, с «Клевера» пару людей дадим, не вопрос, но вот кочегарить будут бывшие пленники Черного корабля. Так сказать, плата за проезд.

Ольга расхохоталась так, что остановится не могла и только махала руками на Николая Игнатьевича. Наконец, выпив воды и успокоившись, она смогла вернуться к разговору:

- Хорошая мысль, Командор! Тем более, есть там французик один, обидел тут нашу девочку, пусть уголек покидает.

- Вот и договорились, - удовлетворенно сказал Сотников и попрощался.

Ольга тут же вызвала к себе Ушакова и Константиныча. Услышав задачу, они только переглянулись.

- Рацию поставим, кочегаров дадим, с «Клевера» два помощника у вас будет. Сможете провести судно? Обратно вас доставят на «Клевере» уже в октябре. Заодно, проведаете вашу команду, да и на столицу посмотрите. «Клевер» через два дня подходит, день на отдых и алга, то есть вперед, на Родину. А вам еще нужно забункероваться каким-то образом, - озадачилась Ольга.

- Разберемся, Ольга Яновна. – Твердо ответил Ушаков и Константиныч кивнул, - не в первый раз задачи решаем.

- За пчелами сейчас смотреть не надо, но вы за этим шкетом присматривайте, - предупредил Константиныч. – Он как в книжки свои уперся, так и не ест, и не спит. Проведывайте.

Ольга пообещала. В любом случае, на свадьбы его привезут.

В этот же день к ней неожиданно подошла Ирина Николаевна и попросила разрешения, чтобы Степан жил с ней и Игорем Ивановичем на хуторе.

- Все-таки сын, Ольга Яновна. Не хорошо, если отец с сыном в разных домах живут.

- Да Бога ради, Ирина Николаевна! – Вскричала Ольга. – Ваш дом – селите кого сочтете нужным.

Когда женщина ушла, Ольга только покрутила головой – во дает! Разрешение спрашивает!

Когда бывшие пленники узнали, что им придется плыть на Черном корабле, у многих началась чуть ли не истерика, но Ольга была тверда: хотите в Париж – кочегарьте. Женщины будут коками, продукты предоставим, даже постельное белье дадим. В конце концов, люди смирились с неизбежным тем более, что в трюмах жить никто не заставлял, а наоборот, заселили в каюты.

На Черный корабль завезли уголь с Кирпичей, потом он своим ходом дотелепался до угольного склада, засыпали ему угля по крышку бункеров, и он вернулся в залив Кодор принимать припасы и команду.

«Клевер», как и обещал, пришел накануне свадебного дня и привез большую антилопу к свадебному столу; экипаж перетасовали и с восходом солнца оба корабля покинули залив.

Анклав же захлестнула свадебная суета. Правда, антилопу подать не получилось - Марина категорически сказала, что мясо нужно подготовить, а это дело не одного часа и даже дня. Поэтому обошлись без антилопятины или как там это мясо называют.

Как всегда, столовую украшали, готовили праздничные блюда, втихаря сделали подарки – мелкие поделки, чтобы украсить новые дома. От анклава, как всегда, были нужные вещи: Михаилу Андреевичу и Анне Ильиничне – швейная машинка, Диане и Володе – моторная лодка, Максиму с Леной - скутеры, Игорю Ивановичу и Ирине Николаевне – небольшой токарный станок и набор инструментов для резьбы по дереву: оба, оказывается, очень увлекались этим делом. В общем, кто что хотел – тот то и получил.

Как всегда, в шесть вечера молодых развезли по домам, а гости остались веселится.

Перед отъездом Диана, вырвавшись из объятий матери, бросилась на шею Ольге, за ней последовала Лена:

- Спасибо, мама Оля, - со слезами пробормотала Лена, и Диана тоже утирала глаза.

Ольга, слегка ошалевшая от такого напора, погладила их по головам:

- Будьте счастливы, девочки. Мужья вам достались хорошие, вы у нас умницы и красавицы – все будет хорошо.

Все четыре пары поклонились гостям и отбыли.

Через день Ольга собрала совещание.

- Вот что, друзья мои, - начала она. – Сельхозработы мы закончили, сено заготовили, овощи в хранилища заложили, даже поля под зиму вскопали и кучу народа поженили. Но у нас с вами появился, а точнее даже, проявился животрепещущий вопрос. Вот мы строим дома, развиваем инфраструктуру, уголь добываем… А дети у нас в забросе!

- Как это? – Подскочил Анатолий Семенович.

- А вот так. Пацаны ютятся в комнатах по три человека, не отдохнуть нормально, ни уроки сделать, да просто посидеть и подумать негде. Поэтому вот… - Ольга достала тетрадный листок, где были нарисованы какие-то руины. – Ознакомьтесь. Нужно начинать сейчас, чтобы к Новому году ребята въехали в новое здание. Назовем его … Корпус! – Она выжидательно посмотрела на присутствующих.

Анатолий Семенович, Олег и Мария Алексеевна склонились над Ольгиными каракулями.

- Это… так… комнаты на одного… ага… сортир один на две? Ну, нормально… а размер?

- Давайте определимся с размером комнаты. Думаю, нужно начинать с десяти квадратов, а лучше с двенадцати. В комнате должны быть шкаф для одежды, кровать шириной не менее метра двадцати, комод, стол, кресло, стеллаж или полка для книг и учебников. А также потолочный и настенные светильники. Это мое мнение, высказывайтесь.

Анатолий Семенович переносил рисунок Ольги на более-менее понятный чертеж от руки.

- Ну, давайте посчитаем, - неуверенно сказал он.

- Приблизительно здание… - Он пощелкал клавишами калькулятора. – Если комнаты три на четыре, а туалетная два с половиной на три, да еще холл… стены… Получается по внутрянке двадцать пять метров по фасаду и семнадцать по боковой стене… Триста восемьдесят квадратов примерно, а еще… - Он опять пощелкал. – Ну, в принципе, ничего невозможного нет. – Анатолий Семенович осмотрел всех. – Конструкция сложная, но не запредельная, много сантехники, электрики, но все решаемо. А где будем ставить?

- Пусть ребята сами решают, - сказала Мария Алексеевна. Глаза ее блестели.

А Олег просто обнял Ольгу и вышел, не сказав ни слова.

Вот еще.

После ужина собрали всех мальчишек в казарму. Поскольку шел дождь, долго собирать не пришлось. Ольга объявила свое решение и предложила подумать, где бы ребята хотели поставить свой новый дом?

- А какой он будет? – Несмело задал вопрос Витька.

Анатолий Семенович положил на стол уже хорошо оформленный чертеж. Мальчишки стукнулись головами, стараясь первыми рассмотреть Корпус.

- Это что, у каждого своя комната? – Неверяще произнес Петька. – У меня никогда… - Он всхлипнул и отвернулся.

Денис положил ему руку на плечо:

- Да ни у кого никогда.

- Комната на одного, туалеты на две комнаты. И две комнаты с отдельными туалетами. Комната для занятий. Большой холл для, например, стола для настольного тенниса. Или можно комнату для занятий увеличить. По вашему решению насадим сад или устроим цветник, или и то, и то. Думайте. И не тяните. Фундамент заливать нужно срочно, чтобы к Новому году отпраздновать новоселье.

Мальчишки притихли и блестящими глазами смотрели на Ольгу. Денис кашлянул и проговорил:

- Мы подумаем, тетя Оля. Завтра побегаем по округе и скажем. Только, нужно чтобы не далеко от Базы, так?

- Смотрите сами. – Ответила Ольга. - Учтите только, что столовой там не предусмотрено.

Денис кивнул, потом, не выдержав, захохотал:

- За едой бежать – не в туалет торопиться.

После уроков на следующий день вся компания, кроме Никиты, которому нужно было помогать готовить ужин, и дневального Андрея, бодро пошагала к берегу Светлого, после также бодро перебралась через Быструю, потом стайки мальчишек носились по всей территории Базы. Ольга не вмешивалась и другим запретила. Сами должны решить. Все равно при обсуждении вылезут несколько вариантов.

В конце концов Корпус решили ставить в излучине Быстрой на правом берегу: недалеко мост на Базу, спортплощадка, рядом проходит дорога. Правда, место было сплошь заросшее кустарником, а деревьев совсем не было, так что для уюта придется устраивать сад и цветник, но это не проблема – для себя все работы в радость. И уже на следующий день Иван Александрович погнал в путь свой «Бобик» и началась раскорчевка участка, разравнивание, выемка грунта для фундамента – работа закипела. Мальчишки принимали активное участие, ну, где им позволяли, конечно. Проблема вылезла там, где не ждали – не было подходящего поля фильтрации для септика. Пришлось отвлекать геологов от работ в Южных холмах, чтобы они нашли подходящую песчано-гравийную линзу в окрестностях. Наконец и эта проблема была решена; выкопана длинная канава и вырыт глубокий колодец; проложена канализационная труба. Причем, ни на одном из объектов такой проблемы не возникало – всегда рядом находилась такая линза.

Фундамент Корпуса залили к началу октября, и сразу начали заливать фундаменты жилых домов в определенных ранее местах. Там работы было меньше, но зато доставка грузов дальше.

В это же время на «Клевере» вернулись кап-два и Константиныч. Вернулись, полные впечатлений, и долго рассказывали в столовой о своем путешествии на Черном корабле.

- Представляете, эти спасенные как будто лопаты в жизни не видели. Когда им показали, как уголь в топку забрасывать – чуть не убежали. То им жарко, то тяжело, то они спать хотят, то есть. Пришлось пригрозить, что выкинем посреди моря. «Клевер» довел нас до Мадрида, там высадили испанцев, хорошо, их всего двое было, причем обе девчонки. А все остальные до Замка Россия с нами шли, трудились. Вот, наверное, сейчас в Париже о зверствах русских рассказывают! А немцы молодцы! Уголек кидать – покидаем, обедать идти – пообедаем: никаких проблем с ребятами не было. Их на причале сам Ульф Курцбах встречал, обнял каждого, да. А французы дождались своего судна и даже рукой на прощание не помахали, убежали.

- А как же вы с ними общались, Виктор Федорович?

- Ну, французский у меня слабый, а вот немецкий на уровне, - ответил тот и хитро посмотрел на Константиныча.

- А я немецкий очень хорошо знаю, в основном ругательный, но применять не пришлось. – Засмеялся тот. – А с французами все просто было – кулак под нос, - он продемонстрировал действительно большой кулак, - и все работают.

- Виктор Георгиевич и Евгений Иванович [15] весь сухогруз изучили, обматерили мастеров безруких и теперь собираются обшивку сдирать и по новой монтировать. Но Сотников им не дает пока: много работников на такое дело нужно, а у них, как и у нас с этим делом плохо. Не хватает мужиков на все, - погрустнел Ушаков, но тут же встрепенулся: - Сотников вам привет передавал, Ольга Яновна, и презент.

Ушаков достал из портфеля сверток. Ольга с любопытством развернула и ахнула – на стол выпала тончайшая кашемировая винно-красная шаль с шелковой цветочной каймой и шелковыми же кистями золотого и темно-бордового цвета.

- Ах, - раздались возгласы женщин, и все потянулись к Ольгиному столу, чтобы рассмотреть этакое чудо.

- Он сказал, - продолжил Виктор Федорович, - что это подарок на прошлый ваш юбилей.

Ольга фыркнула.

- Затейник. – Но ей было приятно.

Весь месяц анклав трудился на Кирпичах: делали собственно кирпичи и черепицу. Между делом произвели еще один покос, обеспечив животных кормами по крайней мере до середины весны, когда уже можно будет выгонять их на свободный выпас. Еще Константиныч попросил вспахать небольшой участок возле Крошки для того, чтобы весной посеять там гречиху: он полагал, что рой, который, как он надеялся, отсадит весной, да не один, на Крошке сначала наберет разнотравья, потом каштанового меду, а после переключится на гречиху. Кроме того, он попросил поставить в план несколько саженцев липы и акации, чтобы весной высадить их возле пасеки. Ну, как «несколько» - по два десятка. Еще они с Ольгой перерыли много справочников и взяли каналом три десятка саженцев роз, которые Константиныч сразу высадил в своем розарии, и десяток разнообразных плодовых деревьев, посаженных возле дома. Он мечтал воссоздать свой сад, оставленный на Земле. В этом году ему удалось собрать всего-то около пятидесяти килограммов меда, не учитывая того, что нужно было оставить в ульях для весенней подкормки пчел. Но с двух ульев да в первый год - это было неплохо, как сказал сам Контантиныч.

Наконец в ноябре начали укладку стен на Корпусе. Работали три бетономешалки из четырех, восемь мужчин и пятеро самых взрослых ребят на подхвате, и стены росли как на дрожжах. В декабре подвели дом под крышу, оштукатурили стены, и Ольга взяла каналом еще пару тепловых пушек – нужно было высушить дом, «а то будем как в Михайловском замке – в тумане со свечками бродить» [16], как сказал Андрей. К середине декабря натянули потолки, уложили полы и принялись красить стены и укладывать кафель. Все очень торопились – хотелось сдать Корпус до Нового года, а ведь еще нужно было подключить сантехнику и расставить мебель.

За хлопотами Ольга не забыла про Анастасию Яковлевну, помощника воспитателя, но заходила к ней всего пару раз. Та, казалось бы, чувствовала себя лучше, уже самостоятельно ходила в столовую, и Ольга краем глаза видела ее, когда привезли такой шикарный подарок от Сотникова. Но общаться та не хотела: старалась уйти, отворачивалась, отмалчивалась, на вопросы отвечала односложно и постоянно прикрывала голову и лицо платком. Катя сказала, что можно ее выписывать, но куда ее направить – вот вопрос.

Декабрьским теплым днем Ольга сидела на своей веранде и думала об Анастасии Яковлевне и ее нежелании выходить из медцентра.

- Что же делать? – Вслух спросила Ольга неизвестно кого, но получила ответ:

- С чем или с кем? – На веранду поднималась Мария Алексеевна, неся в руках корзинку.

- Это что?

- Это вкусно. – Ответила Мария Алексеевна и протянула Ольге баночку меда. – Константиныч передал. Я его встретила в медцентре, его Катя лечила от занозы – вогнал щепку в руку, не достать было. Я ассистировала. – Похвасталась Мария Алексеевна, скромно потупясь.

- А вы-то что там делали? Тоже заноза?

- Да нет. Ходила Анастасию Яковлевну проведать.

- И как? Я как раз про нее думала.

- А что там думать? – Пренебрежительно махнула рукой Мария Алексеевна. – На той неделе ее осматривала Людмила Ивановна, сегодня была примерка протеза. Зубки получились – во! – Мария Алексеевна показала большой палец. – Это раз. А второе – завтра к ней Алиса придет, стрижечку сделает, потом Люба с маникюром… Красотка получится, не сомневайтесь. Она уже улыбается и разговаривает со всеми. Правда, о том, что с ней было молчит, ну и мы в душу не лезем. Мало ли какие обстоятельства.

- Это правильно, - Ольга энергично кивнула. – Теперь подумаем, куда ее заселять. Да и Алису тоже. Жить в медцентре – это совсем уж никуда не годится.

- Так у нас казарма освобождается. Вот туда и заселим. А уж такие красотки себе кавалеров быстро найдут, не сомневайтесь. Вон, Константиныч, старый пень, и то вокруг поглядывает да ус подкручивает.

Наконец, двадцать второго декабря двери Корпуса (двустворчатые, очень красивые, с резным узором на полотнах) раскрылись и мальчишки, как будто в первый раз, вошли в свой новый дом. Чтобы не было споров из-за комнат, решили тянуть жребий, причем первая и десятая комнаты в жребии не участвовали – по общему решению одну из комнат займет Павел Анатольевич, который пока так и жил у Константиныча. Вторая комната оставалась в резерве. Олег предложил занять ее Денису, но тот отказался, и Ольга это одобрила. Отметили новоселье кока-колой и большим тортом

Алису и Анастасию Яковлевну переселили в третий дом, где была казарма. Там, конечно, требовался небольшой ремонт, но всяк лучше, чем жить в медицинском центре.

Кирилла и Родика еще в октябре поселили во Втором хуторе на Игривом – недалеко (относительно, конечно) от мастерской. Заняли они один дом, но только ночевали там, все время проводя в мастерской – все-таки они решились взяться за паромобиль и пока производили небольшие слесарные работы.

[14] А.Земляной. Цитата из цикла «Рокировка», книга «Джокер Сталина»

[15] Дугин Евгений Иванович – один ста двадцати первопоселенцев Замка Россия, занимает должность главного механика кластера.

[16] Павел Первый заселился в Михайловский замок, пока там еще шли отделочные работы и стояла ужасная сырость.

М.И. Пыляев отмечает:

По рассказам современников, следы разрушающей сырости в большой зале, в которой висели картины, не смотря на постоянный огонь в каминах, виднелись в виде полос льда сверху до низу по углам и потолку. Настолько был сыр дворец, что в первый раз, когда император дал в нем бал, в комнатах стоял такой туман от зажженных восковых свечей, что везде была густая мгла, и тысячи свечей мерцали, как тусклые фонари на улице. Гостей можно было с большим трудом различить в конце каждой из зал; они как тени двигались в потемках. Все дамские наряды и уборы отсырели, и в полутьме казались одного цвета. Дворец для всех был крайне неудобен, беспрестанно было нужно проходить по коридорам, в которых дул сквозной ветер.

Глава 11. Гости нужные и ненужные

Глава одиннадцатая. Гости нужные и ненужные

И тут уже подкрался Новый год, третий Новый год в жизни анклава.

Пришлось опять брать елки в новые дома, игрушки, всякие дождики, мишуру и гирлянды, но это было только в радость, не то, что электрические кабели, провода и сантехнические приспособления, которые брали четыре дня в неделю. В остальные дни: продукты, боеприпасы, и топливо. Под бочки с топливом пришлось сделать отдельный склад на Кирпичах, да по две бочки отвезли в поселок Капитанский и на Вторую ферму. Лукьяновы брали бензин на Кирпичах, где выдачей заведовал Анатолий Семенович, а Осиповы – у Ивана Александровича.

Еще, как и в прошлом году, нужно было брать костюмы для малышни, теперь уже не три, а десять: снова снежинки, зайчики, котята и собачки, кто, что захотел. Машка и Света опять нарядились эльфами (как не надоест), девчонки постарше попросили костюмы феи, почему-то ведьмы, принцессы (трех разных принцесс), а Наташа попросила костюм Мальвины. Мальчишки опять выступили единым фронтом, заказав костюмы пиратов из «Пиратов Карибского моря». Ольге оказалось непросто выбрать одиннадцать неповторяющихся пиратских костюмов. А для Андрея – так очень непросто, при его-то размерах. Всех остальных, как и в прошлые годы, одевали в праздничные платья и костюмы, хоть Мария Алексеевна и предлагала устроить карнавальную ночь. Ольга с ужасом представила, как выписывает семьдесят (!) карнавальных костюмов для детей и взрослых и сразу же сказала свое твердое «нет».

- Хотите карнавал - готовьте карнавальные костюмы самостоятельно, Мария Алексеевна.

Марину полностью освободили от работы на кухне по настоянию Анны Евгеньевны; она вообще хотела положить Марину под наблюдение в медцентр, но та ее упросила дать хотя бы встретить Новый год.

Было решено провести детский утренник в четыре часа, потом плотный ужин, а с одиннадцати часов - фуршет и танцы. В Корпусе поставили елку и разрешили гулять до утра. Тридцатого декабря вечером погода преподнесла новогодний сюрприз: начался ураган с ливнем и грозой, постепенно ливень сменился снегом при таком же сильном ветре. Поэтому все дежурства отменили, кроме поста в радиорубке: при таком ветре на море разыгрался сильный шторм и никакого нападения ждать не приходилось. Все суда укрыли в эллингах и бухтах, «Унжу» и антенну на Дальнем дополнительно закрепили и стали праздновать.

Инна Аркадьевна с первоклашками подготовила представление, после которого Дед Мороз и Снегурочка (как всегда, Иван Александрович и Лена) оделили всех подарками под радостный визг.

- Светлана Алексеевна, они совсем не вспоминают родителей? - Тихонько спросила Ольга.

- Практически нет, - подумав, ответила та. – Первое время многие плакали, потом все как-то разом успокоились. – Светлана Алексеевна засмеялась. – Они часто вспоминают, как к ним пришла волшебница Виллина в синем и золотом плаще и ждут, что она придет еще разок. – Светлана Алексеевна лукаво посмотрела на Ольгу.

- Ну, может и придет, - пожала плечами Ольга. – Если будут себя хорошо вести. Дни рождения отмечаете?

- Да, конечно. Уже один отметили.

Как и в прошлом году прослушали поздравление Сотникова, потом небольшую речь толкнула Ольга и под звон бокалов пришел Новый год. Начался четвертый год существования анклава.

Ольга по своему обыкновению сидела в уголке, кутаясь в подаренную Сотниковым шаль, и смотрела на танцующих. Ее внимание привлекла Анастасия Яковлевна: действительно, женщина разительно изменилась, никто бы не дал даже ее лет; ее наперебой приглашали танцевать даже самые молодые парни, а уж Вадим Сергеевич был самым настойчивым кавалером.

Сегодня на Базе придется потесниться: съехались все, и с Капитанского поселка, и со Второй фермы, с хуторов и Ранчо, Лукьяновы, Осиповы с детьми – народу было много.

Иван Александрович привез и своих подопечных: Веру и Софу. Они немного поправились и уже не выглядели забитыми заморышами, даже несмело улыбались и танцевали.

Подошел капитан Ушаков и пригласил Ольгу на вальс. Пришлось танцевать, хотя чувствовала себя она неважно: она всегда реагировала на ветер.

Около двух часов Ольга решила покинуть праздник, тихонько вышла на террасу и остановилась в изумлении: снег шел такими крупными хлопьями и так густо, что не было видно даже ближайших домов.

Подумав, Ольга вызвала Ивана Александровича, Сашку, Женю, Геру и Диму, а также позвала Джона Коулза – нужно было срочно выезжать, иначе в скором времени дороги станут непроходимыми, а ведь на фермах животные, которым даже в праздники нужно есть.

Только глянув на то, что творится на улице, Иван Александрович скомандовал отъезд, и, тихонько вызвав членов семей, начали разъезжаться: Ферма уехала на грузовичке, а остальные пошли к Кирпичам, где стоял их транспорт. Дорогу было еле видно, ехали медленно и Иван Александрович со своими домочадцами прибыл на Вторую только к обеду следующего дня. Когда он докладывал о прибытии, в рацию были слышны негодующие голоса коров, визг свиней и успокаивающее воркование женщин. Разумеется, Риту и Ларису с детьми никто не отпустил в такую погоду, разобрали по домам.

Снегопад же продолжался еще три дня, хорошо еще, что без ветра, и засыпал все таким толстым слоем снега, что не брал даже «Бобик», которым Иван Александрович пытался пробить дорогу к Осиповым. Женя со стороны Фермы пытался чистить дорогу тракторишкой с отвалом и тоже почти безрезультатно. На Базе чистили по старинке – лопатами. Умахались все, но основные тропы были пробиты.

Взяли еще снегоходы: хотя снег лежал от силы три недели, но это не дело, чтобы удаленные поселки были отрезаны от центра. И по две пары лыж на хутор – хорошая тренировка.

Пока что жители отдаленных хуторов добирались кто как – кто на лыжах, кто ждал, пока очистят дороги, а кто и сам чистил: геологи взяли у Жени трактор и поехали потихоньку домой. Капитан остался гостить у Константиныча.

Конечно, по такой погоде нечего было и думать о разведке, которую намечали в северном направлении от трассы. Поэтому, каникулы продлились всего три дня, с тем, чтобы позднее, при хорошей погоде, дать ребятам отдохнуть и побегать по лесу хотя бы неделю.

Самое главное событие января – Марина родила мальчика. Роды были сложными, но Анна Евгеньевна справилась, хотя, как она потом по секрету сказала Ольге, в процессе могли быть осложнения, причем фатальные. Назвали сына Егором, и теперь Елена Михайловна с Мариной окружали малыша непрестанной заботой. Ольга с нетерпением ждала, когда Марина выйдет на кухню – все-таки поваром она была исключительным.

Прошел январь, половина февраля – погода и не думала устанавливаться. Редкие потепления потом приводили к гололеду, снег сменялся дождем, солнца практически не было. «Настоящая кубанская зима», - вздыхала Ольга и морщилась, глядя в окно. Иной раз тучи были такими низкими и такой плотности, что закрывали даже Снеговую.

Мальчишки тоже страдали – разведка накрылась, а весной времени уже не будет. Правда, у них было занятие внутри Корпуса: Ольга взяла разборные деревянные стеллажи под книги в каждую комнату и в комнату для занятий, вот их собирали, тонировали под свой вкус и покрывали лаком. Оказалось, что у Витьки просто талант к рисованию: простыми карандашами он нарисовал портреты мальчишек, их поместили в рамки и закрепили на дверях комнат. Рисунки были именно портретами – каждое изображение было не только узнаваемым, но и несло отпечаток личности. Ольга взяла ему краски, мольберты, холсты, альбомы художников и руководства по рисованию – вдруг захочет развиваться в этом направлении.

Кроме того, взяли руководство по устройству стола для настольного тенниса, рулон зеленого сукна и сетку с крепежами. Столярку решили делать самостоятельно. В целом, не скучали.

Малышовая тоже преображалась – на стенах появились рисунки, всякие поделки из бумаги и картона; весной решили выделить рассаду, чтобы малышня сама насадила клумбочки и ухаживала за ними.

Так прошла зима – в борьбе со стихией и неспешным бытом.

Сотников обещал уже в марте сделать первый рейс (как поняла Ольга, беспокоился за опорную базу на материке) поэтому для «Нерпы» собирали груз овощей, молочных продуктов, в том числе масла. Хотелось бы научиться делать сыры, но специалиста пока не было.

И Рита, и Лариса уже понемногу включались в прежнюю деятельность, планируя посевную и работы в теплицах, и Ольге пришлось задуматься об яслях. Правда, быстренько перекинув эту заботу на Светлану Алексееву и Елену Михайловну, ушла с головой в другие заботы, а именно планирование весенних сельхозработ и строительства тех объектов, для которых уже были залиты фундаменты.

Кроме того, нужно было уже направлять людей на Депо, проверять и готовить паровоз, экскаватор и другие механизмы для начала работы. Первый выход планировался в полном составе, потом снова начнется вахтовая работа.

Ольга до сих пор поражалась готовности людей к любой работе: надо, значит надо – и строили, копали, сажали все, независимо от профессий и пола. Только в силу возраста кому-то не поручали определенную работу, да и то, бывало, человек обижался. Это было удивительно, но Мария Алексеевна относилась к такому явлению философски:

– Ваша школа, Ольга Яновна, - смеялась она. – Как воспитали, так и живут.

- Посмотрим, как новенькие дамочки себя поведут весной, - пробурчала Ольга. – Нет у меня в них уверенности. Люба –там без вопросов, а вот Алиса… Да и Анастасия Яковлевна тоже… - Она неопределенно покрутила головой. – Что-то такое есть в их поведении, какая-то богоизбранность просматривается.

- Выправим, - без всякого сомнения ответила Мария Алексеевна. – В случае чего, Сотникову на материк люди нужны, помните, капитан Маурер говорил. Отправим. Хотя Алису, конечно отдавать не хочется - мастер больно хороший. А Анастасия пока себя ничем не проявила, пока только на кухне работает и рвения не проявляет, хотя без нареканий.

Олег решил устроить военные сборы.

- Зачем? – В полном изумлении спросила Ольга. – Итак весной соревнования будут.

- Надо, - непреклонно ответил Олег, посуровев лицом. – Вы, Ольга Яновна, поймите: то, что люди ходят на занятия, учатся обращению с оружием, стреляют, валяют друг друга на спортплощадке – это просто подготовка к собственно военным действиям, но она не будет полной, если мы не проверим людей в обстановке, приближенной к боевой. Поэтому, пока не начались сельхозработы, нужно провести сборы. Устроим их в Лукоморье, разделим на две команды, пусть повоюют. А чтоб не постреляли друг друга, нужно взять пейнтбольные ружья и снаряжение. Будем тренировать отражение морского десанта, как у нас, в принципе, всегда происходит. А осенью потренируем отражение десанта сухопутного, где-нибудь в междуречье Угрюма и Белого.

Ольга посмотрела на сержантов. Лица их светились предвкушением. Она махнула рукой:

- Делайте, как считаете нужным. Как долго продлится это безобразие?

- Десять дней. Сначала разделим на команды, под руководством сержантов потренируем, потом команда на команду. И, Ольга Яновна, какие-нибудь призы бы, поощрение там, лучшему стрелку, разведчику, командиру.

- Хорошо, - согласилась Ольга. – Будут вам призы, сами только выбирайте, что заказать. А, - вдруг встрепенулась она, - мальчишек будете задействовать?

- А как же! – Хором ответили военные. – Да они нас потом поедом есть будут, если не привлечем. И некоторых девчонок тоже: Саманту и Крис обязательно, Наташу – без вопросов, остальных – по желанию.

- Ага, а меня опять родители есть будут, если привлечем, - пробурчала Ольга.

Пока готовили сборы, Ольге пришла в голову мысль о том, что надо бы расселить дом Коулзов: не дело, что девчонки живут в такой скученности. А куда? Строить еще один дом типа Корпуса. Она решила посоветоваться с Марией Алексеевной, и та ее огорошила новостью: Анастасия Яковлевна и Вадим Сергеевич вроде бы собираются поженится.

- Вот как, - протянула Ольга. – А жить они собираются…?

- На Кривулине! – Ответила Мария Алексеевна. – Получается, можно отселить девчонок геологов в третий дом, к Алисе. Правда, она может быть недовольна…

- Так, про Алису потом. Геологи же у нас живут в одном доме? Получается, нужно их расселять. А куда Николая Михайловича?

- А на Первый Игривый, там один дом свободный. Парни ведь живут в одном.

- Да? А потом кто-то опять решит создать семью, и опять Николая Михайловича куда-то переселять?

- И что вы предлагаете?

- Пока не знаю. – Ольга потерла лоб. – Хорошо, пока еще никого объявления не было, так что время терпит, но …

Неожиданно решение проблемы пришло от Виктора Федоровича. Он попросил, чтобы дом на мысе Победа отдали ему: в Кривулине дом слишком большой, а еще ему простора не хватает, и он желает смотреть из окна на пристань.

Да не вопрос! обрадовались Ольга и Мария Алексеевна и тут же озадачили Анатолия Семеновича первоочередной задачей строительства. Дом Виктор Федорович попросил небольшой, но с верандой, а сад они с Константинычем сами насадят. Таким образом, на Кривулине оставались геологи и Николай Михайлович каждый в своем доме.

Пока объявления о помолвке не было, а военные сборы уже начались. Десять дней две команды пытались победить друг друга, и в результате получилась ничья – ни одна из команд не смогла захватить форпост на берегу при нападении с моря. Лучшим стрелком признали Вадима, лучшим разведчиком – Костю. Взрослые же были только в роли массовки, как самокритично признал Володя.

- Мальчишки всех нас сделали, это факт.

Сразу же после сборов приступили к строительству сразу на двух объектах – Капитанский дом на мысе Победа и хутор на Утином из двух домов. Поселок Капитанский на Кривулине решили переименовывать в поселок Геологов, но «Кодор» на зимовку вставать будет только там.

Работы были в самом разгаре, когда вдруг появились неожиданные гости.

РЛС на Дальнем увидела неизвестное судно, которое, впрочем, с готовностью ответило на запрос: это оказался испанский пароход, который немного сбился с курса, идя в Южную Америку. Оказывается, испанцы тоже решили застолбить себе кусочек территории, видимо, на основании рассказов бывших пленниц Черного корабля. Погостив в анклаве сутки, испанцы ушли на юго-восток.

Через неделю камера на Западном, а после и на Южном и РЛС на Голом обнаружили судно, идущее точно с запада, которое тоже отозвалось на вызов.

- Янки, Ольга Яновна, - доложил Николай Игнатьевич. – Цель заявили как знакомство с соседями и торговые операции.

- Корабль у них какой?

- А вот кораблик военный, Ольга Яновна, - задумчиво ответил капитан Ушаков. – Чем они с него торговать будут? Свинцом?

- Пароход?

- Вроде нет, теплоход. Видно, топливо там не в дефиците, как у нас. Тип судна опознать не могу, но что-то вроде канонерской лодки конца девятнадцатого века. Там может быть и серьезное вооружение, например, пушечка калибром дюймов шесть.

- А в заливе у нас что?

- «Кодор» стоит и «Русский сокол». «Диана» на бункеровке, «Клевер» к Дальнему ушел с Сергеем да топливо повез, а «Стремительный» же в эллинге: ему ведь новый двигатель ставят.

- Хорошо, - подумав, сказала Ольга. – Все суда показывать бы не нужно. Олег Иванович?

- К встрече готовы, Ольга Яновна, - хищно улыбнулся Олег. – Все посты заняты, связь проверена, патронов в достатке.

- Очень хорошо, - Ольга кивнула. В этот раз никакого беспокойства не было, видимо, визит пока действительно мирный. – Пусть входят в бухту и причаливают. Виктор Федорович и Олег Иванович, встречайте гостей и проводите их в столовую, некуда же больше. – Ольга развела руками. - Мария Алексеевна, распорядитесь окно раздачи чем-то прикрыть, имею в виду, занавес какой, что ли. О! – Ольга вспомнила, что у нее лежат старинные парчовые портьеры, еще с Туруханска привезенные и неиспользуемые из-за высоты потолков. Пока гости пешочком прогуляются до Базы, можно из восьми портьер что-нибудь изобразить.

Анатолий Семеновича озадачили найти нечто, на что этот занавес можно приладить и быстренько начали сшивать. Получилось недурно.

- Мы как Коллонтай в известном фильме: нацепили зайца и выдаем его за шиншиллу. [17]– Смеялась Мария Алексеевна.

- Да это байки, - отмахнулась Ольга.

Едва успели повесить занавес и привести себя в порядок, как на тропинке от медцентра появилась весьма пышная компания: двое мужчин в форме и фуражках с высокими тульями, при кобурах и начищенных ботинках, двое гражданских с наклеенными улыбками и Олег Иванович, ради такого случая в форме ВДВ.

Их провели в столовую и представили.

- Мистер Куберт, глава дипломатической миссии Союза вольных городов Америки.

- Мистер Эндрюс, помощник главы.

Ага, это штатские. А военные?

- Контр-адмирал Лавенсгейт.

- Коммандер Крауп.

- Очень приятно, господа, я комендант анклава Кубань, Ольга Яновна. Можете называть меня комендант.

Мария Алексеевна перевела. Было заметно, что янки чем-то удивлены и немного недовольны.

- Вы уже знакомы с нашим военным комендантом, капитаном Исаевым?

- Да, мэм. Мы уже познакомились, - вежливо ответил помощник дипломата, остальные кивнули.

- Наш переводчик Мария Алексеевна.

Опять закивали, болванчики китайские.

- Прошу вас, - Ольга повела рукой в сторону большого, покрытого скатертью стола, составленного из обеденных столов. – Присаживайтесь. У нас все по-простому, без чинов.

Ольга и Мария Алексеевна присели, мужчины тоже заняли свои места.

- Желаете чего-нибудь? Спиртного, правда, у нас нет, но можем предложить чай, кофе, морс…

Янки опять удивились, но дружно попросили кофе. Вскоре из-за парчового занавеса показалась Лена с подносом.

Расставив на столе кофейник, чашки, сахарницу, молочник и блюдо с печеньем, она скрылась.

Ольга же посмотрела на главу миссии. Тот понял ее взгляд и понюхав кофе, отхлебнул, довольно зажмурился и произнес:

- Мадам комендант, у вас у причала стоит прекрасная яхта. Как она к вам попала?

- По случаю, сэр, – развела руками Ольга, тут же подхватив край шали.

- Отличный корабль, - подхватил Крауп. – Такой может дать ход и до двадцати узлов.

- Так и есть, - покивала Ольга.

На несколько вежливых вопросов - как прошло плавание, погода и так далее - получили не менее вежливые ответы.

Допив чашку кофе, Куберт налил себе еще и, видимо решив перейти к делу, сказал:

- Мадам, наше правительство недавно узнало о существовании на нашей территории такого обширного поселения…

- На вашей территории? – Удивленно подняла бровь Ольга. – Разве мы находимся в пределах ваших территориальных вод?

- Нет, но…

- Наш Союз вольных городов – самое близкое по расположению к вашему острову государство. – Рубанул с плеча флотский чин. – Поэтому вы находитесь на нашей территории.

- А почему не вы на нашей? – Усмехнулась Ольга. - Ваш союз недалеко от нас, это так, но очень относительно недалеко, это во-первых, - Ольга подняла левую руку сжала кулачок и разогнула большой палец, - во-вторых, мы сюда попали не в составе какого-либо американского поселения, а как самостоятельная единица, - Ольга разогнула второй палец. – В-третьих, наш этнический состав – русские, и мы являемся хоть и отдаленным, но анклавом Замка России, о чем свидетельствует наш флаг. – Ольга разогнула третий палец и внимательно осмотрела получившуюся композицию.

Янки некоторое время помолчали, а контр-адмирал немного покраснел.

- Ну, вы же понимаете, что находитесь слишком далеко от Замка Россия, - наконец вкрадчиво заговорил Куберт. – Если что-то случится, ожидать помощи от метрополии будет слишком долго.

- Да, - согласилась Ольга, - мы это понимаем.

- Тогда, возможно, вас заинтересует наше предложение перейти под протекторат СВГА на правах вольного города без ущемления ваших прав и свобод?

- Да, верно, - подключился помощник, - а вы, мадам комендант, получите возможность участия в правительственных заседаниях, а в перспективе и переезд в Вашингтон на хорошую должность. Как и ваши должностные лица, - тут он покосился на Олега, сидевшего с каменным лицом.

- Какая у вас численность анклава? - Вдруг опять с грацией носорога врубился в беседу контр-адмирал.

- А вы с какой целью интересуетесь? – Тут же включила режим особиста Ольга.

- Я…

- Это преждевременный вопрос, - уколов взглядом ретивого моряка, прервал его Куберт. – Сколько бы ни был численный состав вашего анклава, мы готовы принять его на довольствие, а вам, мадам комендант, и вам, господин военный комендант, будет положен хороший оклад.

Все помолчали, понемногу прихлебывая кофе.

- Скажите, господин глава дипломатической миссии, - медленно начала Ольга. – У вас есть документы, подтверждающие ваши полномочия раздавать такие обещания? Подписанные вашим Госдепом или что там у вас сейчас.

Куберт замялся.

- Э… Нет, пока это только наша инициатива.

- Понятно, - Ольга помолчала. – Думаю, что тогда все эти разговоры преждевременны.

- Но вы можете провести плебисцит! Возможно, ваши люди захотят перейти под протекторат великого государства! – Пылко провозгласил помощник Куберта, Ольга уже забыла, как его зовут.

- Можем, - согласилась Ольга, - но я считаю, что воля эта будет выражена в том, что ни под какой протекторат мы не пойдем. Нас и тут неплохо кормят. Мария Алексеевна, это можно не переводить. – Спохватилась она.

- То есть, вы отказываетесь? – Мрачно спросил контр-адмирал. – А не пожалеете? – Вдруг прошипел он, став совершенно багровым.

Ольга откинулась на спинку стула, кутаясь в свою шикарную шаль.

- Полагаю, господа, на этом переговоры можно завершить. Мы, разумеется, доведем ваше предложение до населения анклава. Вы же, со своей стороны, пожалуйста передайте наши наилучшие пожелания вашему руководству.

Все так же держа руки под шалью, Ольга с некоторым усилием поднялась.

Все встали, и гости после коротких поклонов удалились в сопровождении Олега и Марии Алексеевны.

Рядом с Ольгой возникла Лена:

- Ольга Яновна, что с вами?

- Ничего. – Ольга усмехнулась и выпростала руки из-под шали. В правой она крепко зажимала ТТ. – Очень уж хотелось в эту красную рожу пулю пустить, еле удержалась.

- Нет уж! – Лена помотала головой. – Вы думайте, что говорите! Скоро ужин, а тут труп и лужа крови!

Ольга не выдержала и захохотала, разгоняя злость и напряжение.

После ужина на веранде Ольгиного дома собрались Олег, Виктор Федорович, Мария Алексеевна, Анатолий Семенович, Николай Игнатьевич и Константиныч. На столе лежал диктофон, запись с которого прослушали уже несколько раз.

- Какой-то цирк! – Процедила Ольга. – Неужели они думают, что кто-то может уверовать в этот фарс! Протекторат! Геноцид и завоевание. Или наоборот.

- Надо сообщить Сотникову, - проговорил Николай Игнатьевич.

- Это само собой, - отмахнулась Ольга. – Эти ушли?

- Да, все камеры показывают, что они ушли на запад. Впрочем, есть вероятность, что сменят курс и снова заявятся, например, под утро.

- Ваши предложения, товарищи офицеры?

- А у нас все в готовности, Ольга Яновна, - ответил Олег. – КПП «Озеро» усилили, на Кривулину отправили троих, Южный, Голый прикрыты. На Дальнем стоит «Клевер», на Поворотный ушла «Диана». Больше у нас людей нет. Зато есть «Удары» и ДШК.

- А если они высадятся на западном берегу Южного?

- Группа прикрытия есть, - уклончиво сказал Олег.

- Олег Иванович! – Вскричала Мария Алексеевна, - вы про Корпус?!

- Самое вероятное направление высадки, - начал Виктор Федорович, - это берег к западу от Южного и мыс Западный. Их надо прикрывать в первую очередь. Второе направление – это мыс Дальний. При проходе к заливу Кодор они могли хорошо осмотреть и залив Лукоморье, и залив Кодор, и южный берег в целом. А мыс Дальний довольно далеко выдается в море, так что и его они могли заметить и оценить. Разумеется, они не знают в подробностях о системах слежения, но то, что их судно заблаговременно окликнули на подходе, дает им понять, что какие-то системы есть, поэтому подходить будут с неожиданного курса.

Константиныч кивнул, соглашаясь.

- Удалось рассмотреть, что там у них на борту? Может, вооружение или приборы в рубке?

- Димка был на Голом. Видел зачехленный пулемет на корме, на носу тоже что-то в чехле, может, пушчонка какая. Рубку рассмотреть не получилось.

- Сколько может быть людей на таком кораблике?

- Десять, край – пятнадцать, - ответил Константиныч. – Но при очень большой скученности.

Все помолчали.

- Нет, - вдруг мотнул головой Константиныч. – Сейчас они нападать не будут. Скорее всего, покрутятся вокруг острова, попытаются вызнать наши точки наблюдения. Если у них есть аппаратура – РЛС они отследить могут, а вот камеры нет. Будем наблюдать. В конце концов, стремительное нападение у них не получится, а мы подготовиться успеем. Единственное, с Кривулины наряд снимать не будем. Пусть пока ребята на Депо поработают, оттуда до бухты можно быстро добраться. А остальные дежурства в обычном режиме. Такое мое предложение.

- Олег Иванович?

- Поддерживаю, Ольга Яновна, - Олег покивал. – Нельзя долго народ в напряжении держать – перегорят.

- А мы с Константинычем выйдем нынче на ночную рыбалку в море, тряхнем стариной, - подмигнул другу капитан Ушаков. - Может, тунца изловим. «Гошу» возьмем. – Он вопросительно посмотрел на Олега. Тот кивнул и улыбнулся.

РДО Сотникову ушло, в ответ он сообщил, что к ним уходит «Клевер» с усиленной командой.

Нападения ожидали, но сельхозработы тоже ждать не будут, поэтому анклав как всегда дружно включился в посевную. В этом году, несмотря на увеличение размера полей и ассортимента высеваемых культур, посевная прошла быстро; сказалась численность – все-таки больше шестидесяти человек. На Первом Игривом вскопали огороды – новые хозяйки пожелали свои собственные овощи. Хутор Веселый обошелся пока только клумбами – ни Диана, ни Лена не имели времени на огородные дела.

Вадим Сергеевич таки сделал предложение Анастасии Яковлевне и получил согласие. Думали со свадьбой придется подождать – новый Капитанский дом пока еще не был готов, – но Виктор Федорович переехал к Константинычу и в конце апреля сыграли свадьбу.

К Алисе переехали Надя и Ира, так что девчоночья скученность перестала быть проблемой. На удивление, Алиса совсем не возражала против такой компании. А девчонки уже на следующий день щеголяли новыми прическами.

Первые потеряшки появились только в мае. И как всегда, невовремя.

Третьего мая камера Кривулины показала с севера-запада приближающееся судно. Силуэт был знакомый – та самая канонерка. Но была она не одна. Канонерка осталась лежать в дрейфе за пределами «территориальных вод», а другое судно, нещадно дымя трубой, медленно проследовало курсом на восток, все также не приближаясь к острову. Корабли не окликали, просто наблюдали.

Три дня спустя этот же пароход отметился на траверзе мыса Поворотного, с которого его «подсветила» РЛС, но тоже без оклика.

Канонерка же, спустя те самые три дня, ушла на юг, засветившись на камере мыса Западного. Пароход же ушел на юго-восток.

Николай Игнатьевич зацепил переговоры, но были они со скремблером, поэтому расшифровке не поддавались.

В это же время к острову подошел «Клевер».

И вдруг к Первому Игривому, точнее, на противоположный берег, вышла группа людей: семь человек, раз; ко Второй ферме еще группа – пять человек, два; к поселку Капитанский еще четыре человека, три.

- Пятнадцать человек на сундук мертвеца…, - бурчала себе под нос Ольга в ожидании доклада Катерины и Бориса.

Рядом с прострации сидел Анатолий Семенович.

- Анатолий Семенович, в каком состоянии дома на Утином?

- Начали внутреннюю отделку, Ольга Яновна. Капитанский уже закончили.

- Хорошо, - протянула Ольга. – Что у вас на очереди?

- Возле моста через Веселый на одном доме крыша уже начата, на втором пока только стены; возле Угрюма один дом начали, второй пока только фундамент. – Анатолий Семенович развел руками: - Сами знаете, посевная.

- Андреевский дом?

- Фундамент.

- А локалку вывезли?

- Нет, только разобрали да пронумеровали. Не решили же еще – куда.

- Ну да, Виктор Федорович не захотел бревенчатый дом, да и огромный он получился бы… - Задумчиво сказала Ольга, глядя на подходивших Катю и Бориса.

- В общем так, Ольга Яновна, - плюхнувшись в кресло, сказал Борис, - это три семьи.

- Семь человек – семья? – Поразилась Ольга. – Там же одни взрослые люди.

- Да, точнее, - поправился Борис, - там три семьи, но жили они все вместе: старшее поколение в лице дедушки, среднее в лице матери и отца и младшее – в лице сына с женой и дочери с мужем. Жили они в Алтайском крае и поехали все вместе в гости к родне на свадьбу в Барнаул на автобусе. Ехали и приехали. Как всегда, очнулись в лесу, ничего не понять, увидели ручей и по нему выбрались к Игривому, а там уже и хутор увидели.

- И чем они занимались?

- Все работали на ферме у частника. Занимался экологически чистыми овощами и держал небольшое стадо коров для производства элитных сыров.

- О-о, - довольно протянула Ольга.

- Да, повезло, - тоже довольный как слон, сказал Борис.

- Здоровы? – Повернулась Ольга к Кате.

- Абсолютно, только в шоке. В целом, семья, как видно, дружная, заботливая.

- Так, а другие?

- Те, что вышли ко Второй ферме – тоже старшее, среднее и младшее поколение: из бабушки с дедушкой, мамы с папой и дочери. Все жили в Кемерово и тоже поехали в гости, только по железной дороге. Очнулись на берегу Темного. Профессии у них… - Борис помолчал и хитро улыбнулся, - подходящие, Ольга Яновна. Мама и папа – учителя, физика и история, дочка педиатр. Ну, а старшие, - тут Борис опять хитро улыбнулся, - геологи, уже, конечно, на пенсии.

- Тоже все здоровы, только сильно удивлены. Дочка, впрочем, увлекалась литературой про попаданцев, так что в теме. – Добавила Катя.

Ольга же только хлопала глазами, от радости забыв, как слова выговаривать. Да что там слова, она дышать как забыла. А потом воздела руки к небу и тихонько проговорила:

- Слава Смотрящим!

Все рассмеялись, и Борис продолжил:

- Те, что к поселку вышли, там другое, там, Анатолий Семенович ваш контингент: строители и отделочники. Мама с папой и сын с женой. Сын, правда… - Тут он покрутил головой.

- Что? – Подскочил Анатолий Семенович, тоже было забывший, как дышать.

- Похоже из пьющих, - задумчиво сказала Катя. – Еще не алкоголик, но уже злоупотреблял, печень увеличена, да и другие признаки.

- Как восприняли действительность? – Деловито спросила Ольга.

- Сын – как алкогольную галлюцинацию, остальные в шоке. Сын, - фыркнула Катя, - их успокаивает: вот я просплюсь и все будет нормально.

Все захихикали.

- И где они все?

- Сейчас сюда придут, в столовую. Все-таки где-то сутки они без еды были, кроме тех, кто у фермы выпал. А пьянчужку я пока оставила, буду ему организм в порядок приводить.

- Кто с ним остался? – Напряглась Ольга.

- Там Андрей. – Опять фыркнула Катя. – Он пришел с растяжением, докрутился на брусьях своих, и тут этих привезли с Капитанского. Андрей сразу сказал, что подежурит, Лена-то с ним не справится, если что.

Тут из малышовой вывалилась группка детей и, громко щебеча, построилась попарно и пошла по тропе к озеру. Ольга окинула их взглядом: все девочки в разных платьях, у мальчиков рубашки тоже разного цвета, на ногах хорошие сандалики. Увидев Ольгу, дети остановились и дружно крикнули:

- Здрасти, тетя Оля! – После чего пошли дальше.

Ольга помахала им рукой и увидела, как из-за поворота тропы выходит навстречу детям группа людей. Она слегка напряглась, но взрослые расступились, позволив детям пройти, и улыбаясь, отвечали на их приветствия.

Самыми последними шла пара, одетая в рабочую одежду, видимо, те самые строители-отделочники, муж с женой. Они напомнили Ольге пару из фильма «Москва слезам не верит»: Тоню и Колю, такие же светлые лица, только постарше и немного встревоженные. Анатолий Семенович тоже их увидел и расплылся в улыбке.

Потеряшки, не замечая людей на веранде, прошли мимо, предшествуемые Еленой Михайловной.

- Ну что ж, - проговорила Ольга, глядя им вслед, - вроде бы люди нормальные. Анатолий Семенович, я с ними после обеда поговорю, и по результатам будем думать про расселение. Как быстро можно будет эту локалку собрать на новом месте?

- Хотите фермеров туда поселить, - понимающе сказал тот, - думаю…

Его прервал писк рации.

- Первый третьему, на радаре два судна, идут с юго-запада, те самые. Опознание точное.

- Второму сообщил?

- Второй в курсе.

- Ну вот, - Ольга встала, - похоже у нас опять война.

_____________________

[17] Фильм «Посол Советского союза», 1969 год. Реж.Г.Натансон.

Глава 12. Терки in Mejdunarodny Mashtab.

Глава двенадцатая. Терки in Mejdunarodny Mashtab.[18]

Организовались для отпора быстро. Суда, как и предполагал кап-два, шли к безводным пляжам южного берега за Южным мысом. Видимо, налетчики предполагали, что за Южным мысом РЛС их не увидит, а про камеру они не знали. Как не знали о ДШК на вершине мыса, который вполне простреливал почти всю полосу пляжа, ну, за три километра убойной силы Олег ручался. Пока не было полной ясности в намерениях пришельцев, группы собирались на Базе, а «Клевер» и «Кречет» готовились выйти в море, на перехват судов, которые обязательно постараются уйти после провала высадки десанта. Такой возможности им никто давать не хотел.

Детей завернули со Светлого и предложили пойти на озеро Утиное, куда, по слухам, должны были уже прилететь утки. А еще там есть песок и можно построить замок спящей царевны. Радостно галдя, первоклашки с Инной Аркадьевной перебрались через Ленивую и потопали по тропе подальше от возможных боевых действий.

Корпус обезлюдел: старшие ушли в группы, младших отправили, как всегда, на помощь дежурным. Даже Павел Анатольевич, который пока с оружием был не очень, ушел на «Кречет» радистом. Дима с Денисом встали на Южном, остальных распределили в основную группу и группу прикрытия. Еще одна группа была в поселке Капитанский.

- «Все ждали полдня и опять не дождалися» [19], - мурлыкала про себя Ольга, глядя на экран в радиорубке.

На экране два корабля медленно подходили к берегу.

- Второй третьему, высадку на указанное место подтверждаю, - проговорил Николай Игнатьевич. – Оба судна останавливаются.

- Почему они не дождались ночи, как вы думаете? – Спросила Ольга.

- Они не знают берега, да и неправильно это – десантироваться днем. Вот и решили сыграть на неожиданном. – Пояснил Борис, зашедший в рубку за рацией.

- Куда вас определили, Борис Евгеньевич?

- С группой сижу в засаде возле Россыпи. – Поморщился тот. – Вряд ли они туда пойдут, но вдруг. Так что, берем велосипеды и полетели. Краем леса пройдем, нас не должны заметить.

- Первый второму, все на позициях, ждем только запасной полк. Видите, что налетчики делают?

- Спускают шлюпки с парохода, три шлюпки, а канонерка медленно продвигается вперед.

- Ожидаемо, она будет поддерживать десант с воды.

- Конфигурация берега там неважная, Ольга Яновна, - проговорил со вздохом Николай Игнатьевич. – Не то, что в заливе, где можно с трех сторон работать. А это еще что?... – Он уставился в экран, где появилось еще одно судно. – Это Кривулина, Ольга Яновна!

- Далеко от берега?

- На пределе дальности камеры, примерно двадцать километров.

- Второй первому, сколько людей на Кривулине?

- С Депо перебросили четыре человека, оружие у Вадима Сергеевича.

- Второй третьему, судно направляется не к бухте, оно идет … оно направляется к Мелкому заливу, судя по вектору движения.

- Ясно, направляйте людей на перехват. ДШК не трогать! Пусть стоит на месте. Все, СК, первая лодка приближается к берегу. – Сказал Олег совершенно спокойным голосом и отключился.

- К заливу, - протянула Ольга, после того как Николай Игнатьевич передал указания поселку. – А ведь там, по рассказам наших моряков, совсем плохо с проходимостью. Да, мы группу из поселка слушать можем?

- Нет, Ольга Яновна, там репетира нет, поэтому они будут общаться с поселком, а он уж передавать нам: рации у ребят слабоваты.

- А на рации поселка кто?

- Так Анастасия Яковлевна, жена Вадима, - развел руками Николай Игнатьевич. – Мужчины все ушли.

- Плохо. Если что…

- Мы же следим, Ольга Яновна, - успокаивающе проговорил Николай Игнатьевич. - Если что: высадка там или смена курса, сразу передадим.

Помолчали, напряженно глядя на экраны.

- Интересно, - проговорил Николай Игнатьевич, - Сергей успел камеру приладить?

- Куда? И зачем?

- На крайние деревья для фиксации боя. Чтоб не было потом, что мы напали на мирные суда.

- Камера с Южного что показывает?

- Вот.

Пароход остановился, шлюпки с него уже ушли к берегу, канонерка все еще медленно двигалась, уже почти дойдя до берега: глубины там порядочные, не то что на мель не сядет, там и подводная лодка пройдет – не увидишь. Шлюпки достигли берега, с них высаживались вооруженные люди, поводя стволами. Пока никто не стрелял.

- Чего ждет Олег? – Спросил Николай Игнатьевич, нервно прикусив губу.

- Агрессии пришельцев, - спокойно ответила Ольга, хотя тоже волновалась.

В этот момент из-за мыса величественно вышли «Кречет» и «Клевер», причем первый пошел прямо к пароходу, а второй направился ближе к берегу, на перехват канонерки.

С берега донеслась какофония звуков, ослабленных расстоянием, потом раздался гулкий удар.

- Это «Удар» сработал с «Клевера», там Алекс-бадха на установке стоит. – Николай Игнатьевич подпрыгнул.

На камере с Кривулины было видно судно, которое все еще приближалось к берегу, имея вектор движения прямо к оконечности берега на Мелком заливе.

- Они что же, не видят там камней? – Спросила Ольга.

- Так прилив, Ольга Яновна, камни прикрыты. А эхолота у них, наверное, нет.

Опять раздался гулкий удар и заревел ДШК, даже здесь отлично слышимый.

Ольга поморщилась:

- Придется идти в столовую, людей успокаивать. Если что – немедленно вызывайте.

Она встала и собралась уходить, когда Николай Игнатьевич вскрикнул:

- Смотрите! – И показал на экран камеры у Кривулины. Судно налетело-таки на камни.

Камера Южного показывала окончание боя: пароход развернуло бортом к мысу, была видна пустая рубка; канонерки не было видно, шлюпки стояли на берегу, вокруг них лежали тела, то ли мертвые, то ли раненные, то ли пленные.

Ольга зашла в столовую, где на нее уставились все присутствующие.

- Спокойно, товарищи, - сказала Ольга и помахала рукой. – Все будет в порядке.

Группы потеряшек сидели, как пришибленные, а местные, уже привычные к иногда случающимся боям, реагировали намного спокойнее.

Ольга подошла к потеряшкам. Люди уже поели и настороженно смотрели на нее.

- Здравствуйте, - Ольга улыбнулась. – Мое имя Ольга Яновна, я комендант нашего анклава Кубань.

- Почему «Кубань»? – Спросил пожилой мужчина из группы «интеллигентов», как Ольга обозначила вторую группу.

- Как говорит моя племянница, «здесь целых шесть соток кубанской земли», - снова улыбнулась Ольга. – Но нашу историю мы расскажем вам чуть позже. Вам объяснили ситуацию? Вы понимаете, что возврата не будет?

- Ситуацию объяснили, - медленно сказала пожилая женщина из той же группы. - Механизм не понятен. И цель.

- Этого вам никто не сможет пояснить. Мы все здесь такие же попаданцы, как и вы, но уже достаточно давно, чтобы привыкнуть. Сейчас я предлагаю вам немного отдохнуть: можете расположиться под навесом на берегу Быстрой и почитать краткую выжимку, которую мы составили как раз для таких случаев. А позже поговорим.

Зашипела рация.

- Первый третьему. Зайдите в рубку.

Ольга кивнула Кате, предлагая ей проводить людей, и сама поспешила с рубку.

- Что?

- Судно на Кривулине выбросило на берег, точнее, его на берег направили, видимо, чтобы не утонуло. Несколько человек находится на борту, несколько в воде…

- Сколько? И где наши?

- Их не видно. Угол камеры не позволяет полностью увидеть берег. Количество пришельцев около десяти, точнее не скажу.

- Кто командует группой?

- Степан. У него опыт есть небольшой, как сказал Олег.

- Свяжитесь с поселком. Пусть прояснят обстановку.

- Уже. И про людей сказал, может быть нашим с берега не видно. Анастасия Яковлевна сказала, что ей запретили самой на связь выходить, чтобы не демаскировать группу.

- Что на Южном?

- Есть пленные. Пароход захвачен. Канонерки не вижу. «Кречет» и «Клевер» контролируют обстановку. С Олегом пока не связывался по той же причине – запрет, пока сам не вызовет.

- Так они что, потопили канонерку? – Изумилась Ольга. – Каким образом?

- «Удар», наверное, - пожал плечами Николай Игнатьевич.

Пискнула рация:

- Геолог вызывает Кубань.

- На связи.

Ольга смотрела на экран, и не видела никого возле судна и в море.

- Бой окончен, повторяю, бой окончен. Нападавшие частью уничтожены, частью взяты в плен. Степан спрашивает, что делать с пленными.

- Геолог, это первый. Заприте их где-нибудь и приставьте охрану. Ждите коменданта. Сами не допрашивайте.

Анастасия Яковлевна хихикнула:

- Так мы и не можем, у нас английский только Антон Николаевич знает, но что он знает - они не понимают.

- Потери есть?

- Потерь нет, - посерьезнел голос в рации. – Есть ранение, но уже перевязали. Ранение легкое.

- Кто?

- Николай Михайлович. Не вовремя встал, как Степан сказал. Ранение левого плеча.

- Ясно. Ожидайте прибытия медиков и конвоя.

- Боже, когда это кончится! – Простонала Ольга, отключившись. – Что ни год – все лезут и лезут.

Только через два дня Ольга получила полную картину нападения. Точнее, по нападению на южный берег было все ясно, а по поселку пришлось подождать. Туда уехали Олег с Сашкой, Мария Алексеевна и Лена и пришлось им там заночевать. Несколько раз связывались с Базой, чтобы прийти к общему мнению по пленным: дело в том, что на судне уцелела вся команда, а вот боевиков в живых осталось всего трое, все - пехота. По команде вопросов почти не было: их зафрахтовали, чтобы перевезти «группу переселенцев», причем половину платы выдали еще на берегу, вторую половину обещали уже ввиду острова и обещание выполнили. Но теперь у них не было судна, чтобы вернуться к себе. Пока они жили в своем разбитом корабле, пытаясь понять, можно ли его починить. Всего их было четыре человека и по мнению Олега они «были нормальными» и можно было их не опасаться. То, что они появились в тот же день, что и пароход с канонеркой было чистым совпадением.

- Капитан посудины чуть не плачет, - докладывал Олег. – У них в поселке всего два кораблика. За счет них и живут.

- А они тоже к Союзу вольных городов относятся?

- Нет, - ответил Олег. – Про этих они и не слышали. Сами по себе существуют. Там несколько поселений на берегу, живут охотой и рыбалкой. Эти, которых они перевозили, пришлые – недавно нарисовались. Вели себя смирно, ничего про себя не рассказывали. Было у них свое судно, но недавно затонуло, поэтому и наняли стороннее.

Канонерку же действительно потопили. Произошло это при первом же выстреле «Удара» с «Клевера», так как с кормы канонерки начал работать пулемет и пришлось ответить. Вот ответ и прилетел прямо в машинное отделение; там «что-то бумкнуло и судно булькнуло», по выражению Максима. С него никто не спасся. Боевики с лодок при появлении кораблей сначала заметались, потом кинулись к лесу, но оттуда раздались предупредительные выстрелы. Боевики открыли огонь, Дима с ДШК «причесал» берег, в живых почти никого не осталось.

- Ох и страшная вещь, этот ДШК, - морщась, говорил Володя. – Не для слабонервных, конечности так и отлетали при попадании.

Несколько человек кинулись вдоль берега на запад, где их остановил засадный полк Бориса. Там удалось взять одного пленного, которого допросили на берегу во всех смыслах. Оставлять в живых посчитали не разумным.

Команду с парохода допросили. Выяснилось, что оба судна являлись принадлежностью флота правительства СВГА, но использовались в основном контр-адмиралом Лавенсгейтом для своих целей, а именно: он ходил на канонерке вдоль берегов Америки, проверял какие-то точки, а также выходил к берегам Южного континента. Иногда такие выходы производились в сопровождении парохода. Всегда на пароход грузилась военная команда из десяти-пятнадцати человек с оружием. Они сходили на берег, что там делали – неизвестно. Иногда возвращались не все. Вопросы команда парохода не задавала – чревато. Команда самого парохода состояла всего из пяти человек: капитан, радист, матрос, два кочегара. На канонерке было восемь человек, включая контр-адмирала и капитана.

- Да, и что теперь делать с пароходом и его командой? И с тем судном, что на Кривулине застряло? – Растерянно спросила Ольга. – Не топить же их. Повода не вижу.

- А давайте на Кривулину Петьку отвезем. – Азартно проговорил Сашка. – Вдруг он кого узнает. Тогда и решение можно будет принять.

- Хорошая мысль. Петьку, Виктора Федоровича и Константиныча. Пусть заодно судно осмотрят. – Согласилась Ольга. – А что с пароходом?

- Здесь подумать нужно, - со вздохом сказал Олег. – Не будем с кондачка решать. Пароход к пристани поставили, команда под присмотром, тем более, что угля у них кот наплакал, далеко не уйдут. Электричество мы им протянули, едой обеспечили.

- Мадам Олга, - подошел капитан Маурер, - нам нужно идти на юг. Нельзя задерживаться дольше. На обратном пути мы зайдем опять.

- Конечно, Уле. Спасибо вам за помощь, - улыбнулась Ольга. – Мы вам погрузили все по списку, только за углем зайдите, там ребята какую-то механизацию придумали для погрузки.

Маурер пожал всем руки и ушел.

Ольга же пошла на сеанс поставки: потеряшек нужно было одеть и обуть.

Еще вчера вечером со Второй фермы прибыл Иван Александрович для знакомства с фермерами. Он сразу нашел общий язык с патриархом семьи фермеров Григорием Федоровичем, пообещал (с позволения Ольги) провезти его по острову, чтобы найти наилучшее место для фермы и производственного комплекса. Для этой цели он предложил выделить пока что две дойных коровы, а по мере роста численности коров, и еще пару добавить.

- Сыр, Ольга Яновна, - густым басом говорил Григорий Федорович, - это дело не быстрое. И нужно иметь инструментарий: емкости там, отделитель, пресс и прочее. Да. А еще … - Тут он запнулся и посмотрел на Ивана Александровича. Тот ободряюще кивнул. – Да, так вот, еще стол формовочный, лопатки…

- Григорий Федорович, вы мне напишите список всего, что вам нужно и это все у вас будет. – Твердо сказала Ольга. – Сейчас у нас стоит вопрос вашего размещения. У нас есть возможность быстро собрать вам дом, поэтому прошу вас найти себе подходящее место.

- Вы хотите перевезти большую локалку? – Спросил Иван Александрович.

Ольга кивнула.

- Да, на всю вашу семью хватит. – Обратился он к Григорию Федоровичу. - А вот цех отдельно придется ставить, но то не беда. Ну, пойдемте, я «Барсика» на Кирпичах оставил, прокатимся.

В результате поездки было выбрано место, которое Ольгу сильно удивило: в березовой роще, где стояла халабуда. Оказывается, Иван Александрович, когда пробивал дорогу к локалке, внимательно осмотрел окрестности и они ему очень понравились. Роща с южной стороны заканчивалась большой светлой поляной, окаймленной густым кустарником.

- И забор не надо ставить! – Похвастался Иван Александрович, - никуда коровки не денутся. А пропасти там и пять коров можно, места достаточно.

Таким образом, срочно начали вывозить бревна от локалки, копать канаву от ручья для прокладки кабеля, завозить цемент для фундамента цеха и коровника.

Локалку поднимали десять дней, а пока семью фермеров отвезли на Вторую ферму, то есть их женскую половину. Мужчины работали на строительстве.

Семью интеллигентов Ольга опросила на следующий день после великого морского сражения. На ее удачу на базу приехал Антон Николаевич, точнее, его привез в медцентр Олег: оказывается, он тоже был ранен, но зачем-то скрыл это от Степана, посчитав царапиной. После процедур и перевязки Ольга познакомила его со старшим поколением, после чего поговорила со средним, сразу же предложив им преподавать в школе.

- Учебный год, конечно, уже заканчивается, но вы хотя бы познакомитесь с контингентом учащихся, проверите их знания.

С младшим поколением – педиатром Миланой Арсентьевной – разговаривала Катя.

Группу интеллигентов было решено пока поселить в доме отдыха, откуда они могли совершать вылазки куда им угодно: им оставили мотоцикл, велосипеды, а суда подходили к мысу Дальнему регулярно.

Строителей сразу же взял в оборот Анатолий Семенович, увез их на стройки с глаз Ольги, правда, сын их пока еще находился в медцентре. Поселить их решили на Втором Игривом.

И вот после всех этих переговоров оно и тренькнуло:

Двойное кратное увеличение численности.

Системное поощрение.

Сателлит-комплекс, тип 1(разделение)

Ольга с опаской выглянула из локалки – слово «разделение» ей как-то не понравилось. Вроде бы на первый взгляд ничего не изменилось.

- Дневальный первому, - она достала рацию из кармана, - проверьте территорию на предмет чего-либо нового.

- Чего именно? - Осведомилась рация голосом Наташи.

- Наташа, должны дома появится. Новые, - шепотом сказала Ольга.

Петька без всяких проблем съездил в поселок и посмотрел на пленных и команду судна. Пленных он опознал как дружков Кольши, а среди команды узнал пару рыбаков, с которыми выходил на лов.

- Они хорошие люди, дядя Олег, - твердо сказал Петька. – А вон те, - он махнул рукой в сторону пленных, - те самые, что нас сюда отвозили.

Допрос показал, что бандитов было пятеро, целью их было установление связи с Кольшей и попытка захвата анклава: по их сведениям, численность анклава составляла не более тридцати человек, в основном дети, так что особых трудностей они не предвидели. Откуда сведения пленные не знали – их командир погиб в перестрелке, а именно он имел какие-то связи, откуда и получал указания. Свой корабль они потеряли в стычке возле какого-то поселка, который хотели ограбить. Там же погибли трое из команды. На берегу бандитам оставаться было опасно, поэтому они честно наняли рыбаков и отправились сюда. Правда, отпускать рыбаков никто не собирался.

Выслушав все это, Олег пожал плечами и, приказав сержантам поступать по процедуре, отправился на доклад к Ольге.

В конце концов с моряками определились следующим образом: капитану парохода был выдан пакет, в котором находилось письмо Ольги к господину Куберту о случившемся нападении, флешка с видеофиксацией нападения со стороны пляжа и копии протоколов допросов пленных. Также команде передали некоторое количество оружия, снятого с убитых боевиков: все-таки обратно возвращаться, а у них на борту нет никакого вооружения, кроме револьвера у капитана. Пароход поставили под загрузку углем с условием, что команда примет на борт и доставит куда им нужно рыбаков с разбитого судна, которые были просто безутешны: был потерян источник заработка, да и не только заработка, кормилец всего поселка.

Константиныч осмотрел судно, но сам решение принять не мог.

- Может, с Замка кто приедет следующим рейсом, - прогудел он. – Клизму надо собирать.

Ольга сначала не поняла, а потом вспомнила Конецкого [20] и кивнула.

- Хорошо, я попрошу Сотникова.

При прощании капитан рыбаков спросил, не будет ли анклав против, если пара семей переселится к ним.

- Я не увидел у вас рыбаков, мэм, а ведь прибрежные воды просто кишат хорошей рыбой. Мы могли бы заняться этим.

- Мы-то не будем против, капитан, только как вы доберетесь? И еще – вам придется стать гражданами нашего анклава, принять присягу и учить русский.

Тот почесал бороду и ухмыльнулся.

- «Учить русский.» Что-то мне это напоминает.

Наконец, пароход ушел, и Ольга опять погрузилась в проблемы анклава.

За прошедшие два дня удалось локализовать четыре дома из выданного Смотрящими сателлит-комплекса, что труда не составило - они встали недалеко от теплиц, а еще два оставались ненайденными.

- Может, их всего четыре было? – Спросил Анатолий Семенович.

- Нет, не думаю, - медленно ответил Олег. – Сателлит-комплекс это шесть домов, у Денисова так написано.

Дома на Базе решили вопрос по размещению семьи интеллигентов: все-таки учителям и врачу нужно жить рядом с работой. А геологи-отставники захотели жить рядом с коллегами, из-за чего Николаю Михайловичу пришлось-таки переезжать на хутор Утиный. Но это оказалось к лучшему, так как он, оказывается, тоже был заядлым огородником, а в поселке не мог себя реализовать – земли было мало. Получив дом, он потребовал лопату и без всякого культиватора вскопал огород, попросил в теплице рассаду помидоров и перца, сам прорастил огурцы и кабачки и волновался только, кто будет поливать его растения, когда придет время выходить на вахту.

Семья строителей попросили поселить их на Веселом возле верхнего моста, когда будут готовы дома – почему-то именно это место им понравилось. Сын их, кстати, вышел из медцентра совершенно трезвым и почти здоровым и уже принимал участие в строительстве. Анатолий Семенович был очень доволен: стройки двигались вперед семимильными шагами.

Пятнадцатого мая пришла «Нерпа» и, по обычаю, привезла на обмен врача, военного специалиста и двух мастеров по судостроению, которые обследовали несчастное разбитое суденышко и вынесли вердикт: все решаемо. Потребовали некоторой механизации и большого количества металлических деталей; протянули по сложной схеме канаты и уже через неделю в прилив вывели баркас на чистую воду и завели в бухту Кривулина, где уже окончательно закончили ремонт. Ольга была поражена их профессионализмом, а Константиныч только одобрительно крякал.

Вадиму, Святославу, Ярославу в этом году исполнялось по шестнадцати лет и вставал вопрос о дальнейшем образовании. Ну, с Вадимом все было ясно - он, как и Денис, никем кроме военного себя не видел. Ярослав заинтересовался геологией и квартет геологов мог вполне его чему-то научить. Святослав, как и Мишка, еще раздумывал.

- Мишка, - Ольга строго посмотрела на племянника. – Определяйся уже с профессией, кончай дурака валять.

- Тетя Оля, да мне вроде и все интересно, а с другой стороны – ни к чему не тянет. – Понурившись, ответил Мишка. – Думал, что геология – это круто, а теперь не хочется. Механика не интересная, ботаника тоже. Может, мне стать журналистом?

Ольга аж закашлялась.

- Думаешь, это просто? Захотел и стал? Этому люди учатся пять лет в институте, а потом всю жизнь в газете или журнале, даже виртуальном.

Мишка надул губы.

- Ну ладно, попробуй. Будем издавать газету, а ты в ней будешь писать статьи. Вот тебе первое задание: завтра у нас пикник после итоговых, опиши его так, чтобы всем было интересно прочитать. Повесим в столовой.

Мишка вытаращил глаза.

- Так я не умею.

- Так учись, - отрезала Ольга. – Двадцать первого начинается разведка. Тоже опишешь в подробностях и не занудно, а красочно. А первого июня приезжают курсанты из метрополии – тоже поле деятельности для журналиста: интервью, статьи, воспоминания о прошлом лете. Дерзай, Мишка, - Ольга потрепала его по голове. – Дерзай.

«Пусть пробует, - подумала Ольга. – А разочаруется – ничего страшного, подберем что-нибудь еще. Он не дурак и не лентяй, просто еще не знает, чего хочет. Все еще домашний мальчик, даром, что уже четвертый год на фронтире живет».

Все шло по уже отработанной схеме: разведка в верховьях Веселого и Оми без захода в гористую местность, обучение на «Кодоре», сельхозработы, регулярные рейсы «Клевера» и «Нерпы» с обменом специалистов, даже «Стремительный» совершил свой первый выход на паровом двигателе, и Ольга уже начала надеяться, что хоть одно лето пройдет без приключений. Паромобиль уже выкатился из мастерской и совершил первый рейс к Карьеру; ехал он ооочень неторопливо, зато к нему прицепили тракторную тележку, нагрузили ее и кузов паромобиля углем, и он это тащил! И кажется, что еще столько же бы утащил.

Строительные работы на назначенных участках подходили к концу, даже сырный цех уже подвели под крышу, и главстроитель замахнулся на возведение небольшой пристани в Андреевском заливе, когда на РЛС Голого показался уже знакомый пароход.

Сердце Ольги заныло от дурного предчувствия:

- Чего они опять приперлись? - Сварливо спросила она Николая Игнатьевича, на что он только развел руками.

- Дипломатическая миссия, Ольга Яновна.

- Миссия, - пробурчала она. – Опять этот хлыщ припрется и будет сладко улыбаться.

Олег сыграл боевую тревогу, но напрасно. Пароход спокойно вошел в залив и ошвартовался у пирса.

На борту действительно был мистер Куберт со своим помощником мистером Эндрюсом, а еще там был капитан с командой с разбитого кораблика.

Куберта отвели к Ольге, а рыбаков взял под опеку Виктор Федорович, пригласив к себе, пока готовили «Диану».

Глава дипломатической миссии велеречиво и многословно принес извинения за поведение контр-адмирала, предложил компенсацию за неудобство, им причиненное, которая была вежливо отклонена, еще раз предложил перейти под протекторат СВГА и намекнул, что уже установлена дипломатическая связь между Замком Россия и СВГА. Так Ольга и не поняла, зачем он еще раз приплыл на остров, не потому ведь, что хотел оказать услугу рыбакам.

Тех отвезли к Кривулине и предъявили отремонтированный корабль. В бухту, правда, не пустили, а вывели суденышко к открытому морю. Они прослезились и долго жали руки Константинычу и капитану Ушакову, хотя те и объясняли, что не имеют отношения к ремонту. Потом также благодарили Ольгу. Судно заправили углем и водой, положили провиант, и капитан, серьезно посмотрев на Ольгу, сказал:

- Мэм, когда мы вернемся в наш поселок, мы покажем людям наше судно и снова спросим – хотят ли они прозябать на нашем берегу, не имея ниоткуда никакой помощи, или, пока есть такая возможность переедут на остров, где живут хорошие люди. И если в прошлый раз они колебались и отвечали и да, и нет, то сейчас они ответят – да. И тогда мы придем сюда все. Сможете вы нас принять?

- А сколько вас?

- Всего две команды по четыре человека, и четыре женщины – наши жены.

Ольга поперхнулась.

- Нет-нет, - улыбаясь, сказал капитан. – Не общие жены, четверо из нас, рыбаков, женаты, остальные нет. Профессия не позволяет – все время в море.

- Но ведь хорошо, когда приходишь с моря и тебя ждут на берегу, - сказала Мария Алексеевна.

- Да, мэм. Но, к сожалению, понимаешь это слишком поздно.

Ольга помолчала.

- Значит, вам нужны отдельные квартиры на четыре семьи, и еще четыре квартиры для холостых мужчин?

Капитан кивнул.

- А где бы вы хотели поселиться? На каком берегу?

- Конечно, на северном, мэм. Или на восточном. Там наилучшая рыбалка, как я думаю.

Ольга потерла лоб.

- Хорошо, мы посмотрим, что можно сделать. Дело в том, что северный берег почти везде неприступен и там нет воды. И такой же восточный. Но мы еще поищем удобное место, чтобы и суда швартовать. А земля вам нужна? Огороды там или теплицы?

- Немного, мэм. Небольшой огородик для семейных. А мы покупаем зелень у них.

- О. А у нас нет денег, - растерянно сказала Ольга. – И нет товарно-денежных отношений. У нас работают все, и все получают необходимые вещи бесплатно.

Капитан опешил.

- У вас коммунизм?

Ольга подумала:

- Да, у нас военный коммунизм. От каждого труд и готовность драться за анклав, и каждому по потребностям почти без ограничений.

Капитан покрутил головой, видимо, пытаясь утрамбовать эту мысль – нет денег. Совсем. И все работают бесплатно. Зато чего захотел – то получил и тоже бесплатно.

- Знаете, - осторожно сказал он. – Мы еще поговорим в нашем поселке. Это странно, когда нет денег.

- Хорошо, - легко согласилась Ольга. - Обсудите это с вашими друзьями и соседями. Если решите переезжать – сообщите нам заранее.

- Да-да, - покивал все еще обескураженный капитан, - теперь пароход дипломатов у нас часто бывает. Вербуют нас в этот свой СВГА. А этот Куберт говорил, что и к вам теперь часто будет ходить.

Ольга только скривилась.

Сотрудники медцентра активно взялись за дело и с конца мая по конец июля смогли провести диспансеризацию всех жителей анклава, в том числе детей. Педиатр («какое дурацкое название», думала Ольга про себя, предпочитая «детский доктор») Милана Арсентьевна съездила к Осиповым, Лукьяновым, посетила Марину, Катю и Нину, и не оставила вниманием малышей-первоклассников. Дело свое она, во всей видимости, знала, у Кати никаких нареканий не было. По приглашению Зенгер Милана Арсентьевна даже съездила на стажировку в Замок.

Жизнь анклава, казалось бы, налаживалась: образование и медицина кадрами укомплектованы, хоть Катя и жаловалась, что младшего медперсонала не хватает; строительство и сельское хозяйство тоже на уровне; даже научная работа ведется в лице геологов. Они, кстати, почти всю весну и начало лета пропадали в Южных холмах, только в конце июля переместившись снова в Депо. Пришлось им в сопровождение выделять группы разведчиков, поочередно, чтобы всем поровну. Правда, с конца июля они засели в одном месте и от сопровождения пока отказались.

Сотников сообщил, что Дугин таки выпросил у него людей и теперь обдирает Черный корабль, чтобы обшить его заново. Хочет также поменять машину и даже поставить два котла.

При последнем посещении мистер Куберт передал Ольге письмо от капитана рыбаков, в котором он многословно благодарил жителей анклава за помощь в восстановлении судна и сообщал, что жители поселка решили принять предложение СВГА. Видимо, существование без денег показалось им совершенно неестественным делом.

Ольга только порадовалась – ей совсем не хотелось принимать в анклав настолько чуждых людей. А рыбы они и сами наловят, вон, капитан с Константинычем то и дело тунцов таскают.

________________

[18] Фраза из книги Вадима Денисова «Замок Россия».

[19] Строки из «Песни об обиженном времени», В.Высоцкий.

[20] «Клизма» на морском жаргоне – консилиум по разным вопросам, не обязательно врачебным. Упоминается в нескольких книгах В.Конецкого.

Глава 13. Приключение и последствия

Глава тринадцатая. Приключение и последствия

Наступил август. Группы ушли в последнюю летнюю разведку: первая работала на севере довольно далеко на восток от Депо, пробираясь к лесу, расположенному между горами и берегом; вторая прочесывала лес между Каньонкой и Веселым, а третья – довольно обширную территорию, ограниченную трассой, Кабаньим болотом, Угрюмом и озером Лесным, оставшуюся недоисследованной. Никаких особых открытий никто не ожидал, просто хотелось уже закончить обследование равнинной части и в следующем году, возможно, направить внимание в предгорные районы. Тем более, что геологи настаивали, уверяя, что там может быть что-то интересное. С группами пошли Кирилл, Родик и Павел Анатольевич: Олег решил проверить их в деле. В качестве медиков – Люба, Вера и София. Последних пришлось отпрашивать у Ивана Александровича под честное слово, что девчонкам ничего не грозит.

Конечно, это было не без умысла: Мария Алексеевна решила поработать свахой.

- Вот делать вам нечего, - ворчала Ольга. – Где мы на всех жилья напасемся?

- Ничего, - оптимистично отвечала Мария Алексеевна, - Анатолий Семенович возведет.

Анатолий Семенович, оглядевшись и убедившись, что все запланированные дома построены, предложил еще дополнительно построить по одному дому рядом с Лукьяновыми и Осиповыми.

После завтрака третьего августа Николай Игнатьевич вызвал Ольгу.

- Ольга Яновна, первая группа дважды пропустила сеанс связи с Депо.

- Что? – Ольга яростно посмотрела на радиста. – Почему я узнаю об этом только сейчас, а не вчера?

- Потому что я узнал об этом только сейчас, - обескураженно ответил Николай Игнатьевич, потихоньку отступая от главы анклава.

- Олега Ивановича оповестили?

- Да, он сейчас подойдет.

Ольга нервно расхаживала по радиорубке, когда туда влетел Олег.

- Собираю сержантов, отзываю остальные группы, садимся на все мотоциклы и «виллис» и отправляемся. Борис и Денис на «Озере». Сергей, берешь велосипед, едешь на «Озеро», Борис пусть едет на Южный, Денис остается на «Озере» вместе с тобой. Так, Сашка на Южном, его забираем, еще берем Женю, Володю и Макса. Дима дома отдыхает, так…, - он помолчал, что-то прикидывая. – Анатолий Семенович, - крикнул он в рацию, - Степан где? Ясно. А Илья? На Лукьяновке? Отлично. – Он вызвал Димку. – Дима, бери Илью Антоновича, «Барсика» и хонду, подхватите вторую группу на трассе. Оставляете Веру на Базе и направляетесь в Депо. Да, срочно. Первая не выходит на связь. – Олег отключил рацию и сказал Ольге: - Катю предупредите, чтобы она с Еленой Михайловной ехала за нами, когда придет грузовик с Карьера.

- Я еду с вами, - безапелляционно заявила Ольга.

Олег начал что-то говорить, но потом махнул рукой.

- Собирайтесь. Я в оружейку. Вторая подойдет через два часа, у них будет «Барсик» и два мотоцикла, третья будет ждать на трассе, туда подъедут Иван Александрович и Константиныч, заберут всех и привезут сюда. Отсюда они на «Барсиках» и одном мотоцикле пойдут за нами.

- Нет, - Ольга отрицательно покачала головой, - младших надо оставлять здесь. Они не справятся. И еще нужно кого-то садить в помощь на Южный.

- Хорошо, оставим Витю и Машку, Свету возьмем с собой. – Заметив движение Ольги, добавил: - Там ее брат.

Через полчаса первая группа поисковиков на «виллисе» и мотоцикле отправились в путь. Всю дорогу Ольга предвкушала, как она будет откручивать головы работникам Депо, которые не сообщили еще вчера, что группа не вышла на связь. С первой группой пошли Кирилл и Люба, совершенно неопытные люди. Но там были Андрей и Антон, Надя и Галина… Что с ними могло произойти?

В пути почти не разговаривали, тем более, что Олег гнал машину по хоть и наезженной, но очень неудобной и ухабистой дороге.

В поселке Капитанском подхватили пенсионеров Владимира Леонидовича и Анну Христофоровну – их собирались посадить на рацию в Депо. Сашка и Макс пересели на поселковый «Барсик» и маленькая колонна опять помчалась по дороге.

В Карьере на вахте были Степан и Михаил Андреевич. Головы открутить не получилось: оказывается, вчера в этом районе разразилась сильная гроза, которая бушевала весь вечер и всю ночь, отчего не было никакой связи, ни с поселком Геологов, ни с Базой, ни с группами геологов и разведчиков. Утром, когда гроза ушла, геологи сами вышли на связь, а разведчики молчали и молчат до сих пор. Их постоянно вызывают, но пока ответа нет. Примерное направление их движения было известно: они пересекли Водопадную, прошли прибрежный лес, где когда-то нашли Полину и экскаватор, и вышли на плоскогорье, которое как раз вчера должны были уже и пересечь, поскольку было оно не таким и большим

У разведчиков было вбитое в подкорку правило: если нет связи, группа возвращается, по пути в определенное время подавая сигналы ракетами зеленого огня, что у них все в порядке. Или постоянно красного, если не в порядке. В любом случае, навстречу группе выходили спасатели. Все жители анклава были проинструктированы на этот счет и работники с Депо постоянно следили за небом, но никаких ракет не наблюдали. Ракетниц в группе было четыре, собственно ракет - по шесть к ракетнице: три зеленого и три красного.

Пока шли разговоры, Максим показывал Олегу карту:

- Вот здесь в прошлом году нашли экскаватор, помнишь? Сам же нашел. Досюда вполне приличная дорога, даже «виллис» пройдет без проблем, пришлось постараться.

- А вот досюда группа доходила, видишь? Это еще километров двадцать на восток. Там дороги нет, но мотики и квадрики пройдут, - добавил Олег. – А вот дальше только пехом скорее всего. – Олег посмотрел на Ольгу.

- Я с вами. – Упрямо повторила Ольга. – Доедем на «виллисе», потом пересяду на «Барсика», а там посмотрим. В конце концов, останусь на рации. Ведь придется координировать остальные группы.

- Хорошо, - нехотя согласился Олег. – По машинам.

Возле точки находки экскаватора пришлось оставить «виллис». Путь по лесу на «Барсике» Ольга проделала, стиснув зубы и не издав ни одного стона. Наконец, группа выскочила на плоскогорье и остановилась.

С этого места были видны неглубокие извилистые расщелины, не позволявшие использовать технику.

Под последними деревьями леса Ольге быстро поставили палатку, положили туда спальник, установили раскладной стол и стул и подключили рацию. Сразу же удалось связаться с Депо. Вторая группа уже была возле Кривулины. Настроив рацию на волну разведчиков, Олег кивнул Ольге и повел группу по плоскогорью. Как только они скрылись из виду, Ольга достала из кармана коробочку с лекарством, запила его водой из бутылки и устало присела. «Мне это уже не под силу», - грустно подумала она.

По рации было слышно, как через равные промежутки времени вызывали первую группу с Депо. Солнце уже склонялось. Наконец, подъехала вторая группа спасателей. С ними были Дима и Родик.

- Витька сильно возмущался, - сказал Дима Ольге. – Но, когда узнал, что некому дежурить на Южном, сразу отправился туда.

Света была очень бледна, но собрана.

Показав направление, которым ушел Олег, Ольга направила группу параллельно, но южнее, чтобы охватить как можно большую площадь поисков, и снова села ждать. Мишка привез ей раскладное кресло, чтобы она могла отдохнуть, но пока еще силы были.

Третья группа и медики были у Депо уже к вечеру. Ольга приказала ночевать в Депо, а утром на машине выдвигаться к «виллису», а дальше уже на легком транспорте.

На ночь спасатели не возвращались, оставшись в тех точках, куда успели дойти. Едва рассвело, группы начали поиск; третья подъехала уже через два часа: они выехали еще затемно. Двое тут же отправились обратно за медиками, остальных Ольга отправила севернее группы Олега.

Приехавшая Катя тут же отправила Ольгу лежать, дала ей таблетки и вколола какой-то укол. Ольга не сопротивлялась: сил не было. Тем более, что рация была рядом и все сообщения групп она слышала. Первая и вторая группы поисковиков дошли уже почти до края плоскогорья, уткнувшись - первая в лес, вторая – в отроги нагорья, которое к югу преграждало путь. Никого не нашли. Следов в лесу тоже не было. Повернув к северу, группы продолжили поиск. Третья группа, самая малочисленная, все еще продвигалась к востоку, идя параллельно берегу и охватывая пространство в сто метров.

Катино лекарство подействовало, и Ольга провалилась в тревожный сон, который был прерван шипением рации:

- Говорит Депо, на волне первой группы появилась несущая частота.

Тут же Катя подскочила к рации, переключила волну и начала вызывать. Тишина. Только гудение на частоте. Так прошло около часа. Все группы были настроены на эту волну и не переговаривались между собой. Вдруг гудение стихло и голос Андрея, пробиваясь через сипы и хрипы, произнес:

- Это первая группа. Меня кто-нибудь слышит?

- Первая группа, на связи второй. Где вы находитесь? Есть ли пострадавшие? – Олег старался говорить спокойно, но не очень получалось.

- Второй, мы в расщелине. Нас завалило. Есть трехсотые, один средней тяжести.

- Первая группа, укажите направление поиска.

Опять шипение и треск, потом пробился голос Андрея:

- …шли… азимут…

- Первая группа, повторите азимут, - рявкнул Олег.

- … десят… азимут восемь…, - потом опять треск и даже гудение несущей частоты исчезло.

- Первый второму, принимаю азимут восемьдесят от вашего лагеря, всем группам, азимут восемьдесят от лагеря. Вторая группа, Мишка, возвращайтесь в лагерь за Катериной Андреевной, берите носилки и следуйте по азимуту.

- Эта третья, - послышался голос Наташи. – Мы идем по азимуту, от лагеря есть возможность проехать на «Барсике» по крайней мере километров шесть.

- Принято, третья. Вторая, поняли?

- Понял, - Мишкин голос. – Возвращаемся.

Ольга опять откинулась на спальник. Азимут восемьдесят – это в сторону берега, там третья группа.

Катя опять подошла к Ольге со стаканчиком и таблеткой.

- Пейте, Ольга Яновна. Это для сердца.

Прошло еще два часа. Запыхавшаяся вторая группа ворвалась в лагерь.

- Мишка, - слабым голосом сказала Ольга, - берите с Ярославом «Барсики», только аккуратно. Не хватало еще вас спасать. Приладьте к одному носилки, чтобы не свалились.

Саманта и Ира опустились на землю, а Света напряженно смотрела на Ольгу.

- Нет, - покачала та головой. – Ты же не умеешь «Барсика» водить? А троих туда не посадишь. Слышала же, голос у Андрея бодрый, с ним ничего не случилось. Будем ждать здесь.

Наконец оба «Барсика» с медиками стартовали и уже через полчаса их не было видно.

- Девочки, вот что надо сделать. Осмотритесь здесь, может быть где-то ручей есть. Нужно набрать воды и вскипятить хотя бы чайники. И вообще, неплохо бы приготовить ужин. Скоро здесь будет огромная толпа голодных мужиков.

Опять раздался треск рации. Голос Наташи:

- Мы их нашли. Ждем первую группу чтобы начать разбор завала. Они нас слышат, мы их тоже. Сообщаем про пострадавших: ранения получили Андрей, Кирилл и Антон, которые шли последними. Сильнее всего пострадал Кирилл, у которого, видимо, перелом ребра, Антон и Андрей получили ушибы от камней. Состояние Кирилла стабильное, перевязан, Антон и Андрей чувствуют себя нормально.

- Слава Богу, - прошептала Ольга, но уже не смогла подняться, чтобы активно руководить. Пришлось сидеть, тихонько массируя грудину, наблюдать, как девчонки мечутся по поляне. Нашли родничок, натаскали воды, дров и разожгли костер.

Катя по рации передала, что «Барсики» пришлось оставить, но идти уже недалеко, видна суета на краю плоскогорья. Олег тоже сказал, что видит третью группу и скоро подойдет. Ольга более-менее успокоилась: Олег все устроит наилучшим образом. Пока разбирали завал, наступила ночь. Было решено оставить работы до утра: освещения не хватало и был риск сделать еще хуже. Раненые были стабильны, еда и вода были, воздух поступал, поэтому работы продолжили с первым светом. Наконец, сообщили, что всех вызволили и отправляются в путь.Как и ожидала Ольга, Катя потребовала горячей воды.

- Вот видите, девочки, - сказала Ольга слабым голосом, - медики очень предсказуемы.

Света посмотрела на нее с подозрением:

- Вы себя как чувствуете, тетя Оля?

- Нормально, Света. Не переживай.

Но та, видимо, переживала, так как отойдя подальше, включилась в канал Олега и сообщила о ее состоянии. Ольга-то все слышала, у нее тоже рация включена была.

Наконец раненого донесли до «Барсиков»; Кирилла привязали к Олегу, чтобы не растрясти больше, чем возможно, Катю усадили на второго «Барсика» к Диме, и они отправились в путь. Потом челноками доставляли остальных, с каждым разом задействуя все больше техники.

Катя занялась Кириллом, а Елена Михайловна подобралась поближе к Ольге и охнув, опустилась на спальник.

- Не в мои годы, Ольга Яновна, эдак гарцевать с молодежью по пустыне. - И не меняя тона: - Дайте-ка руку, пульс проверю.

Потом Елена Михайловна уложила Ольгу в палатке, опять сделала ей укол и Ольга наконец провалилась в спокойный сон, почти беспамятство, из которого она вышла только на следующий день, очнувшись в той же палатке. Вокруг уже не было никакого столпотворения, все разъехались, оставив на поляне два «Барсика», Елену Михайловну, Диму и Мишку. Чувствовала себя Ольга…, да плохо, откровенно говоря, поэтому они еще один день провели на плоскогорье, а потом потихоньку добрались до Депо, там отдохнули еще денек, а в Кривулине ее ждал «Стремительный». Весь путь до пристани Елена Михайловна держала ее на сердечных препаратах.

Ольга, разумеется, не слышала разговора, который случился у Кати с Олегом, после того, как запеленутого, словно мумия, Кирилла отправили на «Барсике» в Депо. Вокруг царила радостная кутерьма, все обнимали замурзанных спасенных, а Катя, с тревогой глядя в глаза Олега, сказала:

- Олег, у Ольги Яновны состояние очень серьезное, предынфарктное состояние, понимаешь? Ее перевозить сейчас никак нельзя. Мы вколем седативные сейчас, пусть она поспит, отдохнет, завтра по состоянию посмотрим можно ли перевозить, но тоже под препаратами. Ей вообще полный покой нужен. – Тут она развела руками. – Я не кардиолог, а здесь специалист нужен.

- Давай так сделаем, - помолчав сказал Олег. – Мы сейчас оставим здесь Елену Михайловну и двоих парней с «Барсиками». Еду, спальники и прочее, если завтра ее еще нельзя будет перевозить. Ты отправляйся на Базу, лечи пацанов и свяжись с Зенгер. Может быть, она что-то подскажет. Или даже спроси, можно ли Ольгу Яновну в Замок перевезти на лечение. На корабле будет ей полный покой, особенно сейчас, когда штормов нет. С ней, если что, сама отправишься, никто из наших медиков с этим не справится. Я на Базе с Ушаковым поговорю – какой корабль можно отправить и сам на нем пусть идет. Думаю, «Стремительный» пусть берут, он самый быстрый и мореходный.

Катя только кивнула и посмотрела в сторону палатки, где спала Ольга. Лицо ее скривилось, как будто она собиралась заплакать, но Катя сразу же взяла себя в руки – никто не должен знать о состоянии главы анклава.

Зенгер тут же потребовала, чтобы Ольгу перевозили в Замок.

- Как только состояние позволит перевозить ее на машине, сразу же отвезем ее на судно и отправим. Я с ней в качестве сопровождающего.

- Очень хорошо, Катерина Андреевна, - проскрипела в ответ Зенгер. – Дайте мне знать, когда все решится.

И вот теперь Ольга и Катя сидели на палубе «Стремительного», который под управлением капитана Ушакова шел полным ходом на восток. Ольга только и успела обнять Мишку и поцеловать Машку, которую привезла Катя.

- Тетя Оля, а почему ты так срочно уезжаешь? – Сквозь слезы спросила Машка.

Пришлось наврать про служебную необходимость. Машка не поверила: очень уж хорошо было видно, что тетя Оля больна, она и говорила-то с трудом. Но виду не подала, только вцепилась в Мишку и махала рукой, пока «Стремительный» не скрылся за поворотом.

Два дня Ольга пластом лежала в каюте, не хотелось ни двигаться, ни говорить. А на третий день как будто проснулась:

- А скажи-ка мне, Катерина, что за аферу вы тут затеяли? И куда ты меня везешь?

Пришлось Кате в подробностях рассказывать Ольге о ее состоянии, и о том, что сказала Зенгер, и о том, что приказал Сотников.

- Настоящая шпионская история, Ольга Яновна. «Стремительный» встречается с «Дунканом», мы пересаживаемся туда, что-то перегружают сюда, да еще Демченко к нам едет, и корабли расходятся каждый в свою сторону. А мы с вами ночью выходим возле Замка и под покровом темноты направляемся в медцентр. Как вам?

- Как мне? Странно. – Протянула Ольга. – А теперь, Катя, расскажи мне про эту ситуацию с мальчишками. Как все произошло?

Катя внимательно посмотрела на Ольгу, что-то для себя отметила и кивнула.

… Группа пересекала плоскогорье и впереди уже отчетливо виднелся густой лес от края обрыва и дальше, сколько хватало глаз. Разведчики предвкушали новые открытия, обязательно пещерника и транспортные локалки. Идти приходилось не очень быстро, так как все плато было пересечено неглубокими, но очень извилистыми трещинами, а также и довольно широкими и глубокими расщелинами, в которые попадать совсем не хотелось. Впрочем, если постараться, здесь можно было проехать на мотоцикле, но каким же извилистым был бы путь! До края плоскогорья оставалось не больше пяти-шести километров, когда Антон, оглянувшись, схватил Андрея за руку:

- Смотри!

Андрей посмотрел. Западный горизонт был закрыт черной с синими отливами тучей, под которой изредка проскакивали молнии.

- Нужно искать укрытие, - только успел сказать Андрей Кириллу, и тут на плоскогорье ворвался ветер. Поднялась пыль, видимость упала. Дальние горы скрылись за пеленой то ли пыли, то ли дождя. Группа разошлась, ища укрытие, и Крис вдруг закричала и замахала рукой. Когда к ней подошли, увидели глубокую расщелину, в стене которой было что-то вроде грота, где могла поместиться вся группа. И в этот момент раздался гулкий удар, от которого все подскочили и обернулись. И застыли. По плоскогорью били молнии. Но что это были за молнии! Как будто скрученные из жгутов разного цвета: синего, голубого, белого, розового, они вертикально били в поверхность, что сопровождалось искрами и каменной крошкой. Грохот стоял такой, что говорить было бесполезно, да и кричать тоже. Причем, грохот от взрывов сопровождался грохотом с неба. Какофония звуков смешивалась и пугала, но в тоже время завораживала. Они было засмотрелись на это чудо, но Кирилл начал быстро подталкивать всех в расщелину, что-то крича, но никто не слышал – что. Первыми спустились Никита и девчонки, последними шли Антон, Кирилл и Андрей. Они уже почти достигли дна, когда прямо в край расщелины ударила молния. Полетели камни, крошка, пыль. Кирилл закричал, но опять никто ничего не расслышал, только Андрей увидел, как он раскрывает рот и хватается за бок. В этот момент камень прилетел и по нему, отчего он свалился на дно расщелины; несколько раз крупные камни ударили по голове и рукам, рядом упал Антон. Девчонки затащили их в грот, и тут совсем уж чудовищный грохот расколол и небо, и землю, а потом наступила темнота. Некоторое время ничего не было слышно, потом шум в ушах стал проходить, и Андрей услышал стон Кирилла, плач Любы и сопение Антона.

Засветились фонарики. На входе в грот лежала куча камней, достигая верхнего свода, несколько камней закатились внутрь, образуя конус выноса. Лучи фонариков прыгали по стенкам грота, который оказался довольно большим, по крайней мере, все поместились и еще место оставалось. Но потолок был низкий, не более метра шестидесяти, отчего разогнуться могли только Люба и Крис. Быстро расстелили палатку, на нее положили спальник и уложили Кирилла. Ему было трудно дышать. Галина и Надя, посовещавшись, решили, что это перелом ребра. Достали вкладыш из спальника, разрезали его на полосы и туго стянули Кириллу грудь. Наверху все еще грохотало. Похоже, гроза разошлась не на шутку. Потом добавился еще какой-то шум и сквозь наваленные камни стала проникать вода – это пошел дождь. Быстро достали все свободные емкости, набрали в них воду, отфильтровали ее через вату и бинт: еды было много, а воды у каждого по фляжке и канистра, которая осталась под завалом – ее нес Кирилл.

Галя и Надя обработали раны Андрея и Антона, потом все умылись, напились и снова наполнили емкости водой. Теперь она была намного чище, видимо пыль уже смыло. Андрей достал из рюкзака рацию, включил, но связи не было. Не понятно пока, из-за грозы или что-то сломалось в рации. Или, что тоже плохо, радиоволны не проходили из-под толщи наваленных камней.

- Давайте-ка отдыхать, - сказал Андрей. - Уже время ужина, сейчас поедим и постараемся уснуть. Караул выставлять не будем, - он усмехнулся, подражая Олегу. – Никто до нас этой ночью не доберется.

Тут у Любы началась истерика. Понятное дело – каменные стены напомнили ей трюм Черного корабля, где она пробыла месяц. Ее бил озноб, она что-то лепетала сквозь слезы, пыталась метаться по небольшому пространству грота, запинаясь об ребят. Успокоил ее Кирилл. С трудом приподнявшись, протянул руку, поймал и притянул Любу к себе, на спальник, и героически терпел ее плач, пока она немного не утихла.

Утро (по часам, по крайней мере) было тихим. Сквозь щели пробивался прохладный воздух и бледный свет.

Андрей начал вызывать Депо, поселок Капитанский, Базу -все бесполезно. Позавтракали, экономя воду, и Андрей с Антоном начали разбирать рацию. Люба снова наладилась всхлипывать, но ее оборвала Галина.

- Не хнычь! – Резко сказала она. – Кроме тебя, все спокойны. Нас обязательно найдут, не сегодня, так через неделю. Надо только подождать. Но у нас мало воды, а ты еще и ревешь, теряешь воду. Учти, никто не будет с тобой делиться.

Люба испуганно замолкла и обвела глазами группу. Все промолчали. Кирилл подмигнул Андрею и взял Любу за руку.

- Посиди со мной, Любушка. Твое тепло мне помогает…

- Вот так, первый день они сначала разбирали рацию, потом собирали, потом ладили антенну из проволоки и пытались ее пропихнуть через щели. На второй день немного расковыряли завал, хоть и опасались: некоторые камни, довольно крупные, неустойчиво нависали. Наконец, получилось протянуть проволоку через завал и выйти на связь.

- Да, - после долгого молчания сказала Ольга. – Приключились так приключились. Как только Людмила Ивановна мне глаза не выцарапала.

Катя хихикнула.

- Сначала хотела. А потом Антон так на нее рявкнул, что она, наверное, до сих пор заикается. Я слышала, Илья Антонович его потом ругал.

Ольга опять помолчала, а потом охнула:

- Как же эти бедные дети в туалет ходили!

- А у них лопатки были, - безмятежно ответила Катя.

Ольга долгим взглядом посмотрела на нее, и они зашлись хохотом.

Зенгер встретила их на «Дункане».

- Ольга Яновна, - ехидно проскрипела она. – Я слышала, что морские путешествия помогают от разбитого сердца.

Ольга непонимающе смотрела на нее.

- Ну, как же! У вас там, по слухам, появился красавец-мужчина, капитан дальнего плавания, военный моряк, а еще он и пасечник в придачу.

Теперь уже Ольга ехидно улыбнулась.

- Да-да, Маргарита Эдуардовна. Появился. Позвольте представить, - Ольга повела рукой и чуть отступила, - капитан дальнего плавания Ушаков Виктор Федорович и его старпом Макаров Евгений Константинович, он же пасечник. А это Маргарита Эдуардовна Зенгер, глава медицинской службы клистера. Ой, кластера.

Зенгер поперхнулась.

Катя не выдержала и рассмеялась. Да, в ехидстве Ольгу Яновну никто не переплюнет, несмотря на ее состояние. Катя видела, как Зенгер внимательно смотрела на Ольгу, ловя все внешние признаки почти инфаркта. И хотя сейчас Ольга Яновна уже не напоминала ту сомнамбулу, что села на борт «Стремительного» четыре дня назад, вид она до сих пор имела очень нездоровый.

- Ну, посмеялись и будет. Пойдемте-ка, Ольга Яновна, переберемся на «Дункан» и там вы с Катериной Андреевной мне все поведаете.

Ольга и Катя попрощалась с моряками, а еще с Володей, Николаем Михайловичем и Павлом Анатольевичем, которые были за кочегаров, и перешли на «Дункан». Там поздоровались и тут же попрощались с Сергеем Демченко. Еще некоторое время шла погрузка-разгрузка, какие-то грузы меняли хозяев, потом корабли дали короткие гудки и разошлись.

Ольга сидела на палубе, а Катя с Зенгер в каютке рассматривали какие-то бумаги. Обследование-то не удалось провести, Ольгу нельзя было перевозить по ухабистой дороге на Базу. Только кардиограммы, показания тонометра – немногие приборы, которые Катя взяла с собой на происшествие.

К Замку подошли еще затемно. Тут же пересели в разъездную «шестерку» и Ольгу отвезли в медцентр, где она и зависла на долгий месяц. Обследования, лечение и реабилитация, причем все это время не давали пообщаться с анклавом. Чтобы она не волновалась за своих, Юра Вотяков ежевечерне приносил ей сводку, но прямую связь Зенгер не разрешала.

- Очень хорошо, Ольга Яновна, что ваша Катерина решила не лечить вас у себя, а перевезла сюда. Это, конечно, немного затянуло лечение, зато будет способствовать выздоровлению. Представляю, как бы вы лечились под непрерывные вопросы подчиненных.

Катя вернулась домой через две недели на «Клевере», с ней отправился Бероев: он собирался проинспектировать опорную базу и пообщаться с Олегом.

Ольгу как раз перевели из интенсивной терапии в просто терапию и разрешили посещения. Первым пришел Сотников с солеными рыжиками.

- Алексей Александрович, - всплеснула руками Зенгер, - а шкалик вы с собой не прихватили? Что за подарок для дамы!

- Нет-нет, Маргарита Эдуардовна, шкалика нет, к сожалению. Но я знаю, как сибиряки к рыжикам относятся. – Сотников подмигнул Ольге. – Сам такой. Вот к ним картошечку отварную закажите на кухне. А по соточке мы после выздоровления примем, да, Ольга Яновна?

Ольга рассмеялась. Понемногу самочувствие ее улучшалось, ей разрешили гулять в малюсеньком садике возле медцентра. Потом ее перевезли на Кордон, где среди вековых сосен под мерный шум дождя она восстанавливалась, то сидя на веранде, то прогуливаясь по тропинке, ведущей к Волге.

Здесь ее навестил Сотников уже со вполне предметным разговором.

- Канадцы установили связь с СВГА, - без обиняков начал он. – Именно они и сообщили амерам о вашем острове. Видимо, в администрации СВГА решили еще подстраховаться и наняли группу бандитов для перехвата власти в анклаве. Это позволяет предположить, что сведения, переданные им, довольно старые, раз они считали, что вы малочисленны и плохо вооружены. То, что этот контр-адмирал решился на нападение, тоже об этом свидетельствует. Кстати, не верю я, что он самостоятельно этим занялся, явно с подачи руководства.

- А теперь этот Куберт какого черта к нам мотается, как по расписанию? – Брюзгливо спросила Ольга, с неприязнью вспоминая сладкую улыбочку Куберта.

- Пытается разведать обстановку, - пожал плечами Сотников. – Думаю, они и рыбаков подзуживали припроситься к вам на ПМЖ, но не вышло.

Ольга рассмеялась.

- Видели ли бы вы лицо капитана, когда он узнал, что у нас нет денег.

- Вы его по острову, надеюсь, не возили?

- Нет, - мотнула головой Ольга. – С пристани на пристань на «Диане» отвезли. А там много не увидишь. И с посторонними людьми они не общались, только с нашими моряками. Куберта водили по тропинке от пристани к Базе. Там, конечно, есть интересные объекты, мимо того же медцентра шли, но и все, пожалуй. Жилые дома, столовая, склад. У нас там прачечная отдельным помещением стоит, - хихикнула Ольга, - так Борис Евгеньевич придумал: навесил на нее засов и здоровенный замок и часового поставил, вроде там секретный объект. Тот и клюнул – все туда косился.

- Хорошо, - Сотников задумчиво покачал головой. – Бероев считает, что теперь, когда у вас есть «Удары», да еще четыре ДШК, вы сможете отбиться от любой агрессии, хватило бы людей. Сколько у вас сейчас?

- На момент моего убытия, - Ольга покривилась, - девяносто девять человек, из них строевых двадцать, включая мальчишек, да рядовых необученных пятеро. Но обучаем. Остальное мужское население с оружием знакомо, но применяться может ограниченно – люди уже в возрасте и совсем уж необученные воевать.

- Понятно, - Сотников покачал головой. – Та же ситуация, что у всех.

- А скажите, Алексей Александрович, для чего была нужна такая секретность моего прибытия к вам? И Демченко скрытно уехал?

- Да все для того же. – Сотников рассмеялся. – Мы так поняли, что американцы считают вас основной силой анклава, и узнав, что вас нет, постараются ситуацию в свою пользу обернуть.

- Каким образом? – Воскликнула шокированная Ольга. – Я что, на всех с пулеметом кидалась? И пока меня нет, жители анклава тут же к американцам побегут?

Сотников пожал плечами.

- Менталитет такой. Общности у них нет, индивидуализм рулит.

После этой беседы Ольга долго крутила головой, не зная, смеяться или плакать. Представить себе, что жители анклава строем помчатся в объятия СВГА она никак не могла, при ней или без нее – это нереально. Кстати о «без нее». Ольга опять задумалась, кому передать руководство. Какой бы ни был Кольша неприятный тип, но тут он все разложил верно: военные гражданскими руководить не смогут, нет у них понимания в этом вопросе, так что Олег отпадает. Николай Игнатьевич отпал уже на старте – не руководитель. Остальные … Ольга задумалась. Ушаков? Константиныч? Нет, не потянут. Геологи … не смешно. А вот Борис… Она тряхнула головой – надо будет с Демченко посоветоваться. Он парень головастый и смотрит на всех со стороны, а уж за это время составил себе впечатление обо всех.

После выписки опять шпионским образом обставили ее появление в Замке, якобы прибыла на «Нерпе», которая как раз вернулась. Обратно «Нерпа» пойдет уже через две недели или даже раньше, поэтому Ольге на прощанье устроили экскурсионный тур: на «Дункане», который шел в Берлин, потом обратно на машине через Медовое в Замок. Посетила Заостровское и Кенигсберг. Добралась до поста Дальний, посмотрела на знаменитую Пакистанку. Провела еще несколько встреч с Командором, с Зенгер, один раз встречалась с Климовой, обрадовав ее, что появились в анклаве учителя физики, химии и истории, получила от нее методический материал. И вот уже пора в путь.

Кубань была постоянно на связи, но, видимо проинструктированные Зенгер и Сотниковым, Олег и Мария Алексеевна не сообщали ничего, что могло бы вызвать волнение или беспокойство. Все хорошо, все штатно, учебный год начался, стройки идут, посты стоят. Ольга опасалась, что по приезде ей придется разгребать целый ворох проблем. Сообщили о прибытии Куберта, но его завернули, сказав, что Глава находится в метрополии, а полномочий с ним беседовать ни у кого нет.

Сотников в ходе бесед узнал о прибытии испанского судна и ненадолго задумавшись, предложил анклаву зарабатывать на обслуживании транзитных судов: тот же уголь, вода, может быть какие-то продукты. Ольга обещала посоветоваться со своими замами и в свою очередь поинтересовалась, какую валюту ей принимать в уплату и в каком численном выражении. Сотников тоже завис и пообещал посоветоваться.

Вот с такими мыслями Ольга ступила на палубу «Нерпы» и, помахав рукой провожающим, отправилась домой.

Глава 14. Разговоры

Глава четырнадцатая. Разговоры

Остров встретил ее мелким дождем. Ольга хотела пройтись до дома пешком, но Катя решила по-своему, и встречала ее с Олегом, Мишкой и Машкой на «виллисе». Доехали до Кирпичей и перебрались на другой берег на пароме, а уж дальше пошли пешком. Никакой торжественной встречи не было. По пути от парома к дому Ольгу встречали улыбками, здоровались, но не подбегали и не кричали «наконец-то!».

Дома Ольга уселась в кресло на веранде, Машка принесла чай, Мишка варенье и мед и так они сидели втроем, как уже давно не бывало; как до страшных дней переноса.

- Ты подросла, Маша, - Ольга смерила взглядом племянницу.

- Ага, - тряхнула та головой. – Уже джинсы не подворачиваю, да и влезаю с трудом.

- А ты, Мишка, написал что-нибудь? Я же тебе задание давала.

Мишка тоже тряхнул головой и баском сказал:

- Три статьи висят в столовой и два интервью. Демон, - со вкусом произнес он «погоняло» Демченко, - похвалил. Сказал, как газету начнут выпускать, меня в штат возьмут.

- А сам он где?

- Где-то здесь, - Машка обвела рукой Базу. – Тетя Катя сказала к тебе не приставать в первый день, вот никто и не подходит. Даже Мария Алексеевна.

- Занятия уже месяц как идут. Как успехи?

- Все нормально, теть Оль. Химия только эта, - Машка скривилась. – Не понимаю я ее.

- А мне нравится, - возразил Мишка. – Павел Анатольевич все очень доступно объясняет.

Так они сидели, тихонько разговаривая на разные темы, пока Машка не задала главный вопрос:

- Теть Оль, ты теперь не будешь комендантом?

- Почему ты так думаешь?

- Ты же болеешь, а работа эта очень нервная.

- Работа-то нормальная, - задумчиво сказала Ольга. – Это люди у нас излишне рисковые. Я ведь заболела не от работы, Машка. Я заболела от переживаний. Тяжело это – нести ответственность за людей. Помнишь, в первые дни еще, когда начали потеряшки прибывать, как мы старались им быт устроить? Стыдно было, что не можем людей как следует принять, как будто это мы их сюда закидываем, а не Смотрящие. А ту женщину убитую, которая к бандитам выскочила? Ведь мы из другого мира сюда попали, где не каждый с насилием соприкасался. Вот и она к людям побежала, помощи искала, а ее убили. И я, и Олег Иванович, это очень близко к сердцу приняли. И каждый, кто к нам попадает - в зоне нашей ответственности, хотим мы этого или нет. А я ведь уже старая, дети, мне трудно за стольких людей отвечать.

Дети молчали. Для них тетя Оля всегда была скалой, за которую можно спрятаться, и плечом, на которое можно опереться, и жилеткой, в которую можно поплакаться. И тут она говорит, что это и есть самое трудное – быть для всех опорой.

Ступени веранды заскрипели, и на нее поднялся Сергей Демченко.

- Не помешаю? С приездом, Ольга Яновна.

- Спасибо, Сергей, садитесь. Чаю?

- Не откажусь, - Сергей с удовольствием сел в кресло и вытянул ноги. – Ух, находился сегодня.

Машка принесла чистую чашку, и они с Мишкой ушли в дом. Там, усевшись на кровать в Машкиной комнате, они молча сидели, глядя в окно и переживая разговор.

- Ответственность. – Наконец сказала Машка. – Она … убивает человека.

- Не всякого, - помотал Мишка головой. – Есть люди, которым всё пофиг. И все. Даже если у них должность ответственная, они плевать хотели.

- У нас? – Недоверчиво спросила Машка.

Мишка помолчал, подумал и ответил:

- У нас не встречал. А вот в той жизни, хоть я и маленький был, а помню таких. Лишь бы самому хорошо, а до других и дела нет. Такой бы сел на терминал поставки и таскал бы все только для себя, ну и для банды своей, а остальным ничего бы не давал. Хоть с голоду умрите.

В это время примерно такой же разговор происходил на веранде.

- Ну, как, Сергей, познакомились с нашими кубанцами?

- Да, общее впечатление получил, - Сергей кивнул. – Люди хорошие, Ольга Яновна, повезло вам с контингентом.

- Сергей, мы с Сотниковым на эту тему не говорили, но полагаю, что мне нужно должность оставлять. – Тихо, но твердо сказала Ольга. – Я прошу вас посмотреть на людей с этой точки зрения. Взгляд со стороны – это, знаете ли, почти рентген.

- Посмотреть-то я могу, - кивнул Демченко. – Но советовать вам в таком деле, уж извините, не стану.

- А я и не прошу. Просто дайте вашу характеристику нескольким людям.

- Хорошо, - подумав, сказал Сергей. – У нас еще есть время до моего отъезда, поговорим позже, хорошо?

- Хорошо, - согласилась Ольга.

Она подняла голову к вечернему небу, уже почти очистившемуся от туч. На западе пламенел закат, а на юге низко над горизонтом прямо над Лукоморьем вставала Венера, огромная, белая.

- Смотри на яркую звезду, которая горит в небесах неведомых у вражеской земли, - проговорила Ольга нараспев. – Смотри туда, куда идешь сквозь волны и ветра, в ту страну, в чьем пламени пылает та звезда.

- Стихи… Ваши? – С интересом спросил Сергей.

- Нет, - покачала Ольга головой. – Слышала уже давно, а вот в память врезались, но чьи – не знаю.

- А дальше помните?

- И наш последний бой запомнят облака, и похоронит нас быстрая река. [21]– Проговорила Ольга и встала. – Поздно уже, Сережа. Спокойной ночи.

Завтрак прошел с подъемом: лица светились радостью, порхали улыбки, кто-то кивал, кто-то приветственно махал рукой.

Позже, как обычно, на веранде собрался актив. Было прохладно, но горячий чай и кофе, а также радость встречи подогрели атмосферу.

Мария Алексеевна суетилась больше всех: кажется, она была рада скинуть с себя бремя оператора канала доставки.

- Ну, друзья, как вам администрировалось без меня?

- Да нормально все, Ольга Яновна, - сказал Олег. – Программу по военному делу выполнили, сборы провели, опять, правда, без победителей. Руслан Бероев на сборах был. – Олег улыбнулся. – Просит наших ребят, чтобы у себя такие сборы провести.

- Учебный год проходит отлично, - это уже Мария Алексеевна. – Пока вас не было, увеличили часы по физике и химии, подтягиваем ребят. Выписали много реагентов и приборов для опытов, что ни день, то дым, то огонь, то электричество добывают.

- А где опыты проводите? Надеюсь, не в столовой?

- Нет, на свежем воздухе. На бывшей летней кухне устроили учебное место.

Ольга кивнула.

- Хорошо. А что у нас с сельхозработами?

- Все в порядке, Ольга Яновна, - прогудел Иван Александрович. – Все собрали, отсортировали, сложили в овощехранилища. Землю вспахали. Коровы приплод дали, двух телок отдали уже в Березовое, пусть привыкают. Там им коровник хороший поставили, теплый.

- Меду выгнали около ста килограммов, Ольга Яновна, - вступил Константиныч. – Два улья на Крошке, да четыре на Лесном. Маловато, конечно, но оставили опять на зимний прокорм.

- От индюшины спасу нет, - пожаловалась Марина. Она уже приступила к обязанностям шеф-повара. – Коулзы везут и везут. Хорошо, часть увозят «Нерпа» с «Клевером», а то бы из одной индюшины готовили.

Ольга улыбнулась. В Замке блюда из индюшины были в цене.

- Строительные работы, те, что были намечены, окончены. – Отрапортовал Анатолий Семенович. – На трассе теперь четыре хутора из двух домов: Мостовой, Лукьяновка, Осиповка и Подлесный. Работы в Андреевке закончили, новые дома из сателлит-комплекса все подключили, пристань в Андреевском заливе построили.

- Как-то вы быстро, - удивилась Ольга, - меня же всего два месяца не было.

- Да вот так, - развел руками главный строитель. – Как мастера появились, так и работа пошла. Да и наши уже поднаторели за столько-то времени. Думаем, нужно сладить мост через ручей Белый возле устья и довести дорогу до хутора - до Второго Игривого. Соединим Березовый – Дом капитана – Второй Игривый – Веселый – Пристань – Ранчо – Кирпичи.

- Ну, подумать надо. Жилья теперь всем хватает?

- Да пока хватает, - протянула Мария Алексеевна. – Только вот опять у нас парочки образовались. Думаю, три свадьбы будет.

- Ох, - подавилась чаем Ольга. – Ну, молодежь, понятно, недаром вы их сводили, - уколола она подругу.

- А еще у нас скоро пополнение. – Добавила Катя. - У Геры с Тоней. Ждем в марте.

- Так, подождите. Если от Андреевых девчонок уведут, кто им помогать будет?

- Так про моих пока речи нет, Ольга Яновна. Больно запуганные девчонки. Парни-то к ним со всей душой, но они пока никак.

После недолгого молчания Ольга попросила тайм-аут по этой теме.

- Встретимся, дамы, женсоветом и думать будем, а пока, думаю, мужчинам эти разговоры не очень интересны. Вон, заскучали. Продолжим. Катерина Андреевна, что у нас по заболеваниям?

- Заболеваний нет. Мелкие травмы на производстве: ушиб и порез. Анатолий Семенович в курсе.

- Анатолий Семенович, про технику безопасности, пожалуйста, не забывайте. У нас на сборах травматизм меньше. Так, Олег Иванович?

Олег неопределенно покрутил руками.

- Ну, были там синяки, но к медикам не обращались. – Он отвел глаза.

Ольга нахмурилась.

- Не увлекайтесь, Олег Иванович. Не надо нам «обстановки, приближенной к боевой». Хватает и боевой.

Помолчали.

- Володя, по вашим делам что?

- Да почти ничего нового, Ольга Яновна. Ребята в мастерской все больше на обслуживании, паромобиль этот частенько ломается; да еще вот недавно трактор подшаманили. Зато двигатели на «Диане» и «Стремительном» работают без нареканий. Но запчастей бы нам. Вот заявка. И хорошо бы еще пару-тройку паровиков... - Он мечтательно улыбнулся.

Ольга кивнула.

- Мария Алексеевна, по заказам. Для потеряшек одежду всю набрали? Осеннее, зимнее? Детское, взрослое?

- Все обеспечены, - бодро отрапортовала та. – Еще набрали детского спортинвентаря: маленькие лыжи, санки. Зима хоть и короткая, но радости много для детворы. Прошлый год-то лыжи не взяли.

- Хорошо. Транспортом, связью все хутора обеспечены?

- Да, - вступил Николай Игнатьевич. – Поставили на хутора мощные радиостанции и носимые всем выдали. Разделили частоты, отдельно военные, отдельно морские, строители, администрация. Мальчишкам тоже выделили – Денис попросил.

- Транспорт есть у всех, - ответил Олег. – По «Барсику» и мотоциклу, а на зиму по снегоходу на хутор. Также велосипед и лыжи по две пары на дом. В Березовое выделили два «Барсика» и два снегохода. В поселке Геологов тоже по два. А Виктору Федоровичу кроме всего еще и лодку взяли: «Зодиак» с «Эвинрудом».

- В Андреевке и Подлесном пока не живет никто, попозже отопление подключим на минимум, как в Доме отдыха, что б не сырели… - Подключился Анатолий Семенович.

- Стоп, а Подлесный это где?

- Это на правом берегу Угрюма, южнее трассы, недалеко от моста. Там пришлось хорошую изгородь делать, от кабанов. Развелось их… - Развел руками Анатолий Семенович. – Николай Игнатьевич, вы бы с Иваном Александровичем проредили бы немного. Уж и в Березовом говорили, что видели.

Оба охотника посмотрели на Ольгу, она на Олега, тот кивнул:

- Решим попозже.

- Ну, хорошо, если вопросов срочных нет, расходимся. Сейчас геологи приедут.

С геологами сидели почти до сеанса. Не зря они предгорья осматривали: оказывается, это медистое месторождение простирается гораздо дальше, чем сначала думали. Его еще изучать и изучать, но поскольку начались дожди, то экспедицию свернули. Материала для изучения много, и патриархи подключились.

- Но в следующем году, Ольга Яновна, просим поставить в план разведку и сопровождение на северных отрогах.

Ольга кивнула и пометила в ежедневнике.

После обеда спросила разрешение и посетила Корпус. Денис хоть и удивился такому куртуазному поведению, но главу пригласил и все показал. Ольга с удовольствием посмотрела на новенькие стеллажи с книгами и журналами, на стол для тенниса, но больше всего ее поразила выставка рисунка: целая стена в учебном зале была завешана картинами в узких рамах.

- Это Витькины, - сказал Денис. – Он сам не попросит, но можно ему еще красок и холстов? Нам всем нравится. Мы бы и в коридорах повесили, а в комнатах уже висят картины.

- А можно некоторые картины в столовой повесить? – Спросила Ольга.

Денис подумал, и сказал, что спросит Витьку.

- Это же его, личное, понимаете? – Он с сомнением посмотрел на Ольгу, будто не веря, что она поймет.

- Понимаю, - согласилась Ольга. – Но неужели он не захочет, чтобы и остальные жители анклава увидели такую красоту?

Здесь были акварельные пейзажи, портретные рисунки карандашом, даже пробы маслом, не очень, правда, удачные, это Ольга видела, хоть и не являлась большим знатоком. Но рука была уверенная, твердая, и все, что хотел, художник до зрителя доносил.

Тут в учебном зале появился Витька и покраснел, увидел Ольгу возле картин.

- Витя, а можно я у себя повешу вот эту картину? – Спросила Ольга, указывая на пейзаж с Утиного озера: мокрый лес, серое с просинью небо, редкие солнечные лучи, падающие на воду и на пару уток. Витька покраснел еще сильнее:

- Можно, - прошептал он.

- Спасибо.

Денис снял картину и сказал:

- Вить, художники подписывают свои картины.

Но Витька совсем заалел и выскочил из зала.

На удивление, на ужине никто к Ольге не приставал с просьбой рассказать о путешествии. Видимо, уже все в анклаве знали о ее болезни. Ольге это не нравилось, но что поделать. Правда, никто с сочувственными лицами не глядел, с соболезнованиями не подходил, и то слава Богу.

После ужина собрали женсовет.

- Если не девчонки со Второй фермы, то кто тогда? – Живо спросила Ольга.

- Ну, Алиса - это раз, Инна – два, Милана – три.

- Вот как, - протянула Ольга. – А я уж думала… И кого наши дамы выбрали?

- Алиса – Антона Николаевича, переедет в Капитанский, Милана – Бориса, тоже, вроде, не проблема. А Инна за Павла хочет выйти, и вот тут проблема.

Елена Михайловна схватилась за голову:

- Это ж у нас и малышовая, и Корпус без пригляда остаются!

- И еще девчонки в четвертом, - мрачно добавила Мария Алексеевна.

- Ну, в малышовый я могу переехать, - неуверенно сказала Светлана Алексеевна, - но тогда и девятый девичник без присмотра.

Помолчали, раздумывая.

- Вот если бы всех девчонок в один дом собрать, как мальчишек, - мечтательно сказала Елена Михайловна. - Тогда им один воспитатель и нужен был бы.

- А их у нас…

- С Любой – семеро. Ну, и с американками тоже.

- Им же уже от тринадцати до семнадцати, так? Галинке и Наде – семнадцать, Саманте – шестнадцать…

- Галинка с отцом живет.

- А вот спорим, что будет возможность – она уйдет? С Миланой не уживется.

- А там что, уже все решено?

- Ну… Милана, как мне кажется, твердо решила его захомутать.

- А он?

- Пока не ясно.

- Так может, мы события торопим?

- Ну по Милане – возможно, а вот остальные две пары – уже точно.

Опять помолчали.

- Алиса пусть переезжает, проблем нет. Для Инны и Павла дом стоит свободный, из новых. Светлана Алексеевна – в малышовую.

- А может, я в малышовую? – Мария Алексеевна подняла руку.

- Нет, - сказала Катя. – Вы не обижайтесь, Мария Алексеевна, но вам тяжело будет. И Светлане Алексеевне уже трудновато. Туда помоложе девчонку надо, и чтобы малышей любила. Инна прекрасно справлялась. Да вот, замуж захотелось. – Катя усмехнулась.

Ольга отключилась от разговора, опять уйдя в раздумья, кто же ее заменит. Очнулась только, когда в комнате наступила тишина.

- Построить что-нибудь мы не успеваем. Даже наш главстроитель тоже самое скажет. А вообще, нужно на следующий год в план внести: малышню нужно будет расселять по разным комнатам, значит строить что-то вроде Корпуса; и для девчонок Смольный построить в том же стиле. Пусть пока место выбирает и фундаменты заливает. Однотипное быстрее пойдет. Севернее Базы, где у нас огороды. – Ольга обвела лазами женсовет. – Согласны? А пока Светлана Алексеевна в малышовую, а девичники… будем навещать, но предоставим полную самостоятельность. Посмотрим, как они справляться будут. И мальчишки тоже. Там Денис – авторитет, он никакого баловства не допустит. Но тоже – с приглядом временами, но аккуратно. Без спроса не входим. Я сегодня заходила – там все хорошо: прибрано, пыли нет. В комнаты не заходила, это уж совсем неправильно, но в учебной зале была.

- То есть, полная самостоятельность для детей?

- Полная. Попробуем. Пока на эту тему ни с кем говорить не надо. В конце концов, предложения еще никто не делал.

- А теперь по Новому году, - брякнула Мария Алексеевна. – Что вы так смотрите? Уже октябрь на носу. Как говорится, тяп-тяп и май. А я предлагаю на Новый год сделать костюмированный бал, поэтому костюмы надо заранее готовить, кое-что придется заказывать.

- Это правильно, - энергично кивнула Ольга. – Именно что готовить костюмы, а не халяву с канала тягать. Причем, всем. Ну, кроме малышни, им, так и быть, закажем.

На том и порешили.

На завтраке рассказали о бале в столовой и отправили весть по хуторам.

А после завтрака пришел Демченко.

- Что ж, Ольга Яновна, я готов поделится наблюдениями…

Все, что он сказал, Ольга и так знала, но была рада подтверждению своих мыслей почти по всем кандидатурам, кроме одной.

Ольга кивнула.

- Спасибо, Сергей. Наши мнения в основном сходятся. Борис Евгеньевич мне показался вполне достойным звания оператора канала и главы анклава. То есть, наоборот, конечно, главы анклава – это во-первых. И пока, на мой взгляд, это единственный кандидат. Но тут проблема – он недавно в анклаве.

Сергей пожал плечами:

- Не так уж это важно. У нас тут ценз оседлости не применим.

На этом Демченко распрощался, а через два дня отправился домой на «Нерпе», опять выгребя все запасы заготовленной продукции из индюшины.

- И ведь не скажешь же им, - посетовала Мария Алексеевна, имея в виду Коулзов. – Как проклятые работают на своем Ранчо.

- Может их на что-нибудь переключить? – Мечтательно сказала Ольга. – У нас тут фазаны есть. И, вроде бы, кто-то про цесарок говорил. Или перепелок.

- Или пусть выведут индейку ростом с перепелку, - рассмеялась Мария Алексеевна.

На завтра Ольга пригласила Анатолия Семеновича и поставила перед ним задачу строительства еще двух аналогичных корпусов. На удивление Ольги, главстроитель просто засиял. Оказывается, он уже заскучал.

- Мы, Ольга Яновна, все время в таком строительном цейтноте пребывали, - доверительно говорил он, - что теперь как та лошадь – остановиться не можем. Но спешки ведь нет?

- Нет, - подтвердила Ольга. – Думаю, нужно новоселье в мае устроить. Ну, или в апреле – как справитесь. С учетом посевной.

Анатолий Семенович немного подумал и решил, что заливать фундаменты начнут сейчас, а потом, пока погода будет позволять, понемногу выкладывать стены.

- А место-то, Ольга Яновна!

- Подбирайте. В пределах Базы. Можно занимать северную территорию: сейчас у нас полно земли для огородов. Только клубничные грядки не трогайте.

- Не жалко? - Вдруг спросил Анатолий Семенович. – Там ведь наши первые грядки.

Ольга только махнула рукой.

И опять все покатилось по накатанной аж до начала ноября, когда РЛС Дальнего обнаружила какое-то судно, идущее прямиком к Кубани. Когда оно появилось на камерах, Виктор Федорович, которого позвали в радиорубку, сразу же определил:

- Так это ж Черный корабль! Хорошо его сделали ребята, а главное – быстро.

И то, Черный корабль был теперь покрашен все той же шаровой краской, что и все корабли Замка Россия; на корме имел какую-то зачехленную пушку, а на носу – пулемет. Из трубы валил черный дым, и шел корабль весьма ходко.

- Поменяли двигун, - отметил кап-два. – И вид-то теперь какой! Самый что ни на есть военно-морской!

Черный корабль откликнулся голосом капитана Корнеева, причем сразу выяснилось, что он теперь называется «Енисей», как раньше.

- Не поздновато в море вышли, Виктор Георгиевич? - заботливо спросила Ольга, встретив того на причале.

- Да на таком звере, Ольга Яновна, никакой шторм не страшен. – Впервые Ольга увидела, как улыбается капитан Корнеев.

- А «Нерпу» свою на кого оставил? – Спросил капитан Ушаков.

- Есть у нас еще капитаны, - уклончиво ответил Корнеев.

Он передал Ольге пакет от Сотникова, пакет от Зенгер и письмо для Олега от Бероева.

- Завтра в море, пойдем на юг. А бункероваться уже на обратном пути. – Корнеев похлопал по лееру. – Наш «Енисей» очень емкий кораблик, мы уж на нем и в Форт-Росс сбегали, отвезли кое-чего. И вам от них привезли. Кое-что. – Хитро посмотрел Корнеев на Ольгу. – Выводите, - крикнул от куда-то в недра корабля.

И палубу из трюма подняли трех овец и барана.

Глядя на онемевших встречающих, Корнеев добавил:

- Просят взамен живых индеек с индюком.

При этих словах баран встал на дыбы и с разбегу попытался боднуть капитана.

- Обиделся, - прокомментировал эту сцену Олег. – Сравнили с индюком.

При известии о таком приобретении сразу прибежали Нина и Женя – главные по животноводству в анклаве и тут же поставили задачу перед разведчиками: вспомнить, где есть достаточно плоская, широкая и, главное, травянистая пустошь с доступом к воде, без обрывов и прочего, но поближе к горам.

- Такое место я помню только одно пока, - подумав, ответил Олег. – К северу от Подзорной трубы. Там равнина плавно поднимается к нагорьям, деревьев нет, только кустарник. Насчет воды не скажу, так внимательно мы не смотрели, но трава сочная, наверное, какие-то ручейки есть.

Нина с Женей умчались на своей хонде, и вернувшись, тут же поставили вторую задачу уже Анатолию Семеновичу: поставить овчарню и невысокую стенку-ограду для пастбища.

- Хорошее место, - резюмировал Женя. – Просторно, трава сочная, там можно будет прокормить стадо голов до пятидесяти, не меньше. Долину пересекают два ручейка.

- Они в апреле ягнятся, каждая овца может дать два ягненка, - с воодушевлением вставила Нина.

- А пасти их кто будет? – Ехидно спросила Ольга.

- А зачем? Им только в апреле помощь нужна, при родах иногда бывают проблемы. А так они самостоятельные, - рассмеялась Нина. – Только стенку нужно обязательно поставить, а то разбредутся.

- А мы еще такие долинки посмотрим, - пообещал Олег.

Узнав про такое пополнение живности, очень возбудился Григорий Федорович – дед-сыродел загорелся изготовлением овечьих сыров. Только не сказал, кто овец доить будет.

Проводив «Енисей», анклав начал активно готовится к Новому году. Ольга взяла каналом несколько альбомов карнавальных костюмов, ткани, четыре швейных машинки и кучу разных аксессуаров. Себе Ольга наряд придумала сразу – ее «волшебный» парчовый халат вкупе с тюрбаном, в который она воткнула несколько павлиньих перьев, и с маской. Получилась какая-то волшебница. Какая - на усмотрение зрителей. Поэтому она почти единственная в анклаве не поддалась карнавальной лихорадке, которую активно продвигала Мария Алексеевна, и спокойно обсуждала с Олегом зимнюю разведку.

- Так вы предлагаете продолжить исследование северного берега, Олег Иванович? – Слегка поежилась Ольга. – Не боитесь?

- Зимней грозы, Ольга Яновна? – Иронично улыбнулся Олег. – Бывает, не спорю, но снаряд в одну воронку…

- Это зависит от плотности огня, - перебила его Ольга и Олег опять удивленно поднял брови, глядя на главу анклава. – Хорошо, но пойдут сразу все группы. «Диана» с бункеровки вернулась?

- Еще нет, находится возле Дальнего.

- Она забрала смену из депо?

- Нет, они уехали на грузовике.

- Вот что, Олег Иванович, - после недолгого молчания начала Ольга. – Сколько у нас камер на Западном мысе и на Кривулине?

- По две, - удивленно ответил Олег и нахмурился. – Есть основания?

- Нет, - покачала головой Ольга. – Но, - тут она подняла указательный палец кверху, - давайте-ка поставим еще по две камеры с наибольшим разбросом, и еще одну РЛС на северном берегу, хоть бы и на угольной пристани.

Олег кивнул.

- Мы уже точку подобрали, Ольга Яновна. Николай Игнатьевич с Юрой свяжется на предмет наилучшей модели и заявку вам даст. Только не возле Карьера, а западней, там место есть удобное. И репетир возле Каньонки поставим, чтобы с Депо связь была получше.

- Ну, договорились, Олег Иванович: все три группы, во главе отряда …

- Я сам пойду. Медиком возьмем Катю, - он усмехнулся. – А то давно в поле не работала. Надеюсь, за неделю с медцентром ничего не случится.

- А дети?

- Елену Михайловну присмотреть попросим.

К началу декабря оба фундамента для новых корпусов были залиты. Корпус для малышей назвали «Теремок», для девчонок – «Смольный». Расположили их таким образом, что между ними было оставлено место для сада, а фасады смотрели в разные стороны. Ну и, разница в оформлении. Архитекторов, как и дизайнеров, в анклаве не было, сами веселились как могли над холлом, учебным классом в Теремке, залом для занятий и холлом в Смольном. Розарий зато распланировали дипломированные цветоводы Гера и Тоня.

- Ольга Яновна, можно уже сейчас выписать часть роз. Сразу и высадим. Зимы здесь теплые, а мы еще и укроем. Зато весной уже будут цвести. А вот эти высадим весной, они зацветут летом.

- Гера, так там же еще стройка будет! Затопчут.

- Так мы только центральную часть засадим. Туда не должны залезть, - неуверенно сказал Гера.

- А вот здесь надо сделать фонтан.

- Друзья мои, какой еще фонтан?

- Обыкновенный, детский, без чаши и прочего. Струи прямо из пола бьют. Можно подсветить.

Ольга замахала руками.

- К Анатолию Семеновичу с этим. И про центральную часть сада с ним говорите. Если договоритесь – несите список саженцев. Заодно поговорите с капитаном Ушаковым – он тоже хочет сад возле дома.

Погода на Новый год выпала хоть куда – днем было плюс двадцать, вечером, правда, температура упала до плюс десяти, но никаких осадков, никакого ветра.

Малышовый утренник прошел, как всегда, на подъеме. Раздали подарки, угостили тортом с пепси-колой (ужас! Но малышам нравится), показали мультфильмы. Разрешили лечь спать на один час позже – что еще нужно для счастья!

На маскарад начали собираться в десять часов вечера: нужно оценить все костюмы, по возможности, угадать персонажей и еще проводить старый год. После часа ночи жюри из Константиныча, Ивана Александровича и Николая Игнатьевича выбрали три самых интересных костюма и вынесли решение: победил костюм Жар-Птицы, на втором месте – колдун Черномор с такой длинной бородой, что в танцах ее приходилось обматывать вокруг талии, на третьем – Русалка в зеленом платье, веером расходящемся ниже колен. Когда же сняли маски, все удивились – Жар Птицей оказалась Вера. Черномора Ольга узнала – это был Володя. А Русалкой была Алиса. Тут же Антон Николаевич упал на колено и сделал Алисе предложение.

А что было дальше Ольга уже не видела – к ней подкралась Катя в маске кошки и отправила ее спать.

Через день весь отряд разведчиков на грузовике и «виллисе» отправился к Депо, а потом к знаменитому плоскогорью, которое назвали «Плоскогорье Огненных змей». [22]

В этот раз прошли по маршруту без проблем, разместили первый лагерь на опушке леса, состоявшего из крымской сосны, поэтому светлого и нарядного. Деревья стояли не густо, бурелома не было, и Олег, посоветовавшись с групперами, решил вести отряд широкой цепью, чтобы захватить как можно большее пространство. Первый отряд начал движение от южного края леса, третий – от северного, второй шел по центру. Между группами было не более пяти километров, а расстояние между разведчиками в группах было таковым, чтобы видеть соседа. Связь была включена постоянно.

Идти было легко, поэтому к обеду прошли километров десять, потом до семи часов еще примерно столько же. Ничего стоящего внимания пока не обнаружили: лес, полянки с крошечными родниками, синее небо в просветах и жара. Опять было около двадцати градусов тепла.

Так отряд шагал еще два дня, пока первая группа не вышла на плоскогорье, за которым на юге дыбились скалы, и вообще, оно имело очень неприветливый вид. Пройдя до вечера по покрытой небольшими трещинами земле, группа дошла до речки, которая текла с гор, а может быть, с одной горы, которая на юге закрывала весь горизонт. Была она пониже Снеговой и не имела снежника на вершине, но вид имела грозный. Из-за горного массива почти на востоке выглядывала и Снеговая. Сразу похолодало. Связавшись с Олегом, группа пошла по течению речки на север к видневшемуся вдали лесу. В этом месте переправится через речку было невозможно – крутой каньон глубиной метров в пять и отсутствие даже бревнышка для мостика. К вечеру четвертого дня вторая и первая группы встретились на берегу все той же речки, а вот третья группа сквозь просветы в соснах увидела крупное водное пространство, совсем не похожее на речку. Наташа скомандовала скрытное перемещение, и разведчики подобрались к самому берегу, ничего особенного, впрочем, не обнаружив: озеро и озеро. На следующий день все три группы встретились. Речка постепенно выныривала из каньона, а потом из оврага и в озеро впадала уже как самая обычная равнинная речка. Ширина ее возле озера была около пяти метров, зато глубина не превышала двух метров. Найдя два сухих бревна, отряд наладил переправу и перешел на другой берег. Зачем? А затем, что все прекрасно увидели Цель – два бревенчатых дома, один-в-один похожих на дома из сателлит-комплекса. За Целью наблюдали в течение двух часов, но так никто и не появился, из труб не шел дым, к берегу не была протоптана тропка. Жилье не использовалось.

- Вот они, два потерянных дома из последнего поощрения, - пробормотал Олег. – И зачем они здесь?

Наладив переправу, вперед вышли трое разведчиков во главе с Олегом. Они обошли дома по кругу, ничего не обнаружили и подошли к дверям. Засовы на дверях явно свидетельствовали о том, что внутри никого нет.

Попытки связи с Депо и с Базой были неудачными, чему никто не удивился. Расположились на ночлег, растопили печи и переночевали в комфортных условиях, выставив часовых.

Утром провели совет: из семи дней они уже использовали пять, поэтому нужно было возвращаться. Но обратную дорогу решили проложить с северной стороны озера, поскольку было оно небольшим и слишком много времени не займет.

К вечеру седьмого дня группа вышла к лагерю на Плоскогорье и связалась, наконец, с Депо. Разведка была окончена.

Всю дорогу ребята обсуждали, зачем Смотрящие поставили два дома в этом медвежьем углу и к единому мнению так и не пришли.

Только Ярослав предположил, что там получится очень хорошая база для геологов, когда они начнут обследовать северное нагорье.

Были и споры о названии озера. В конце концов все сошлись на «Тайном». И действительно: оно было спрятано в самой гуще леса, который простирался еще на восток на неизвестное расстояние. И сама идея, и цель расположения там жилых домов была тайной. Хотя в озере было много рыбы, лес давал топливо и какие-то животные там явно водились – жильцов там не было. Значит, Смотрящие дали эти дома на вырост. Ребята ломали головы, но так ничего и не придумали.

- Обратно мы прошли краем берега. Оказывается, северный берег озера находится почти на границе леса и с него даже виден океан. Из озера никакая река не вытекает, сток его неизвестен. Тут пусть геологи разбираются, - докладывал Олег на совещании у Ольги. – Путь довольно легкий, даже вдоль Плоскогорья можно легко пройти, а если уложить мостки через трещины – то и проехать. – Ольга подняла брови, и Олег добавил: - На квадриках запросто.

- А Катю вы там не загнали? – С подозрением спросила Мария Алексеевна. – Вы бежали, что ли, на обратной дороге? Так быстро прошли.

Олег возмутился.

- Катю загонишь! Наравне со всеми шла. Она же все время тренируется с нами! Скажете тоже, Мария Алексеевна.

- Не о том. – Ольга слегка покачала головой. – Думайте, господа Совет, зачем нам там дома поставили.

Все сделали скорбные лица. Видимо, думали.

- Смотрите, - начал Николай Игнатьевич. – Дом Андреевых перенесли в лес. Потом халабуду неизвестную – тоже в лес. Теперь эти два дома в лесу поставили. Что-то пытаются нам донести.

- Прячьтесь? – С иронией спросил Олег.

- Садитесь в засаду?

- В оборону!

- Ладно, - Ольга прихлопнула ладонью по столу. – Ничего мы не придумаем потому, что логика нелюдская, а может и потому, что мозгов у нас не хватает. Что-нибудь срочное есть? Нет? Тогда не задерживаю.

Зимы так и не было. Была длинная, затянутая осень, с внезапными теплыми деньками, моросящими дождями или залповыми ливнями. А ведь уже был конец января. Анатолий Семенович раздухарился и начал возводить стены на Смольном, а Илья Антонович заказал материал для проводки и кабель для подключения к турбине. И тут погода вспомнила, что вообще-то уже давно календарная зима, и для начала выпустила снеговые тучи, покрыв весь остров снегом толщиной в метр. А потом, еще немного подумав, ударила морозом в двенадцать градусов. Хорошо, что дневальный посмотрел на градусник, разбудил людей на фермах, в Березовом и добавил в теплицах отопление. Дима с утра съездил на снегоходе к овцам.

- Все в порядке, - отрапортовал он Николаю Игнатьевичу. – Передайте, что они в малой овчарне в сене по колено стоят и жуют. Но я все-равно добавил тепла немного. Пусть Женя скажет что делать.

- Женя сказал, в поилку налить теплой воды.

- Понял.

Весна начиналась долго и муторно. Опять моросящие дожди, серое небо, лужи и медленно тающие сугробы. Налетали ураганы. Тогда передавали погоду в метрополию. Волны в заливах поднимали черную воду, и она с шумом накатывала на берег, принося водоросли.

В марте Тоня родила девочку. Так и назвали – Марта.

И наконец-то пришел «Енисей»! Значит уже весна!

________________

[21] Группа «Сколот», «Звезда», 2011 год

[22] Название взяли из кн. Сергея Павлова «Лунная Радуга»

Глава 15. Перемены

Глава пятнадцатая. Перемены.

В этом году потеряшки пошли уже в конце марта, несмотря на то, что было еще довольно прохладно. Люди выходили к Ферме, к пристани, двоих обнаружили на пляже за Южным мысом и насилу догнали, когда они быстро уходили к Россыпи; на камерах Депо тоже обнаружили троих человек, которые потеряно бродили вокруг паровоза; Иван Александрович, не иначе как ведомый предчувствием, проехал на лодке до Андреевки и там тоже обнаружил семью с детьми. Олег с Димой на квадроциклах прокатились до Тайного, никого не нашли, но оставили продукты, рацию с инструкцией и немного инструмента и посуды.

Потеряшковая суета затмила даже посевную.

Всего вышло к людям и нашлось в марте семь человек, в начале апреля еще одиннадцать. Вызванная дневальным Ольга с удивлением смотрела на экран терминала доставки:

Кратное увеличение численности.

Системное поощрение.

Модуль кухня-столовая на 40 человек, доступно 1 шт.

Модуль кухня-столовая на 60 человек, доступно 1 шт.(замена)

И опять на экране побежали красные цифры 39.40, 39.39…

Ольга крикнула дневальному найти Марину и Марию Алексеевну и поспешила в столовую.

- Марина, - крикнула она и тут же увидела, как в парадную дверь входит Мария Алексеевна, а из кухни спешит Марина.

- Предлагают нам кухню. Или опять на сорок человек или сразу на шестьдесят, на замену. А если на сорок, то не знаю где поставят. – Протараторив это, Ольга уставилась на Марину.

Та долго думать не стала:

- Ольга Яновна, если вторую кухню брать, то нужно еще поваров не меньше трех. А на большой кухне и двух хватит. Ну, если со мной и дежурными.

- Так пришли повара, - радостно объявила Мария Алексеевна. – Я как раз с собеседования. Два повара, как по заказу. Одна молодая, в ресторане работала, а второй постарше, из кафе.

- Так, подождите, Мария Алексеевна. Выходит, все уже согласились к нам пристать? Гражданство, все прочее? Когда же вы успели? А я и не сообразила сразу откуда поощрение, - Ольга покачала головой.

- Так сразу же согласились, как только поняли, что попали и обратно никак. Народ все больше молодой, до тридцати, начитанные, про попаданцев знают.

- И кто там еще? – Но тут Ольга сама себя прервала и повернулась к Марине: - Значит, считаешь, что лучше большой модуль?

Тут и Марина засомневалась.

- А может, пусть два маленьких, - подумала она вслух. – Где еще у нас кучно людей будем расселять?

- Мария Алексеевна, информацию нам дайте, какие профессии пришли?

Мария Алексеевна достала записную книжку.

- Так, два повара, еще два кухработника, три медсестры. – Она победно захлопнула книжку. - Да еще семья: муж с женой и ребятишки два и три года. Они фермеры, на Андреевском остались. Иван Александрович им корову дойную пообещал доставить и огород распахать.

- А в мартовской партии был селекционер, который у Константиныча прописался, два слесаря, три пограничника и Настя - санитарка из роддома. – Вспомнила Ольга и посмотрела на Марину. – Всех тут поселили.

- Ну, тогда делать нечего, надо большую столовую брать. – Пожала та плечами.

В марте Олег Анатольевич все-таки насмелился сделать предложение Инне Аркадьевне. Поселить их решили в одном из новых домов, как и собирались. Подарок от анклава – кофемашину – Ольга заказала загодя, в первое же окно. Такую же решили установить в столовой, только место пока не подобрали.

Когда появились первые потеряшки, Олег больше всего обрадовался пограничникам, Володя – слесарям, а Катя – санитарке Насте. Насте было всего-то девятнадцать лет и, несмотря на испуг и непонятную ситуацию, живости характера она не утратила. Поселили ее временно в девичник к Наде и Ире с тем, чтобы потом, когда закончат Теремок, поселить ее там вместе со Светланой Алексеевной – все-таки медик.

А уж когда пришли апрельские потеряшки, самый довольный вид имела Катя – три медсестры(!), одна из которых хирургическая, что Катю порадовало особо.

И тут упал модуль столовой. Причем упал аккурат на то место, где столовая и была. И вроде бы немногое изменилось внешне, но простора стало больше. А уж как ругался на Смотрящих Анатолий Семенович: снова пришлось подключать воду, электричество и канализацию. Но припасы, находившиеся на складе, которые никто не додумался вывезти до того, как Ольга нажала кнопку «принять», так там и остались.

- Не позарились Смотрящие на индюшину, - горестно сказала Марина. – А я надеялась.

Анатолий Семенович обещал уже в апреле сдать Теремок - малышовый корпус, а Смольный – к концу мая. В бывшей малышовой сделают косметический ремонт, опять заменят сантехнику, завезут новую мебель и можно заселять новых потеряшек.

Семьи Володи и Дианы и Максима и Лены по их просьбе переселили на Базу. Оказалось, что совсем им неудобно жить на хуторе, хоть и до Пристани оттуда ближе. Так что хутор Веселый ждал новых жильцов.

С середины апреля Ольгу опять начали мучать дурные предчувствия. Поделилась с Олегом – он тоже признался, что чуйка свербит. Пригласили капитана Ушакова, Константиныча, Бориса, сержантов и стали прикидывать, что может произойти.

- Замок утверждает, что новобританцы пока не оправились от цунами. По крайней мере, нападений на побережье не было. – Задумчиво говорил Константиныч, попивая крепкий чай.

- Я, дядя Женя, не на них думаю, - ответил Олег, макая печенье в розетку с вареньем. – Я про янкесов. Именно они – самая большая наша проблема. Дорожку к нам знают, бандитов мелких на нас натравливали, к себе переманивали. Добром не пошли – будут захватывать.

Сашка и Дима одновременно кивнули.

- А поскольку они считают, что численность у нас небольшая…

- Но мы же им запись отправляли! – Воскликнула Ольга. – По ней разве не понятно, что нападавших встречали на берегу не два-три человека.

Олег схватил рацию.

- Третий второму. Зайдите к Ольге Яновне и захватите записи нападения на южный берег.

Через десять минут все сидели и просматривали записи.

- Вот эту, - Олег ткнул пальцем. – мы им отправили с пароходом. Здесь видно только, что по нападающим стреляют. Кто, откуда – не понятно. А вот эту, - он показал на другую, - где Сашка-бадха с «Удара» палил – нет.

- Но капитан с парохода видел все. - Возразила Ольга.

- Ну да, видел. Но что? Подошло судно, пальнуло, канонерка булькнула. А судно-то где? Больше они его и не видели у нас. Значит, что? Это было судно с метрополии, опасаться им, вроде, нечего. Что у нас крупняк есть, они догадываются, не совсем же идиоты, значит будут подходить как всегда – с улыбочками, а потом пойдут на захват.

- Причем захватывать они будут вас, Ольга Яновна. – Добавил Борис. – Ну, и Марию Алексеевну, как переводчика.

Ольга поежилась.

- Я не хочу, чтобы меня захватывали.

- Никто не хочет. – Покивал Борис и добавил: - Раз они считают, что у нас небольшая численность – не надо их разочаровывать. С Базы всех уберем, оставим только человек пять, самых таких, - он пощелкал пальцами, - мирных на вид. Зато у прачечной поставим часового самого могучего.

- Чтоб они его застрелили? – Едко спросила Ольга.

- Не будут они стрелять, - покачал головой Олег. – Максимум – по голове дадут. И надо человека обучить, как в такой ситуации действовать.

- А Ольгу Яновну кто обучать будет? – Спросил Ушаков, глядя почему-то как раз на Ольгу.

- Ольгу Яновну? – Удивленно воззрился на него Олег. – Да она сама кого хочешь научит. И в нее-то как раз никто стрелять не будет. Она оператор канала, лицо очень ценное и потому неприкосновенное. А вот мы, - он показал на сержантов и себя, - будем выбиты в первую очередь.

Ольга молчала. Она, конечно, была невероятно удивлена словами Олега, но и сама полагала, что в такой ситуации сможет действовать правильно.

- А Борис Евгеньевич?

- Я перед ними не мелькал, Ольга Яновна. Ни разу меня не видели. Я ж в засадном полку был. – Борис улыбнулся.

- Так. – Ольга помолчала. – Моряков тоже не тронут, рабочих – тем более. Женщин…

- Нет. Это сто процентов, что женщин не тронут. А вот детей… Не знаю.

- Детей уберем. И девочек тоже. Отправим на Утиное. И засаду на дороге поставим, на всякий случай.

- Про тебя, Олег, скажем, что уехал в Замок, - пробасил Константиныч. – А парни…

- А мы на охоту пойдем, - ухмыльнулся Сашка.

- Борис вымажет руки солидолом, наденет комбез и будет инженером. Встретит их и проводит на Базу, а сам обратно – типа, работа срочная.

- Корпус с тропы не видно, - задумчиво сказала Ольга, - а вот Теремок и Смольный очень хорошо просматриваются.Могут всполошится, что народу добавилось.

- Так они обязательно спросят, Ольга Яновна. – Широко улыбнулся Борис. – Люди они простые, вспомните, какие вопросы задавали в первый раз.

- Ну, значит так и решим. Обучайте часового и Марии Алексеевне тоже пару уроков дайте, а то меня она слушать не будет. Николай Игнатьевич, на вас постоянный мониторинг окрестностей. В рубке должны быть на смене не менее двух человек. Привлекайте мальчишек, пусть меняются через два часа. А ночью уж сами с Сергеем.

- Да и мы посидим, - сказал Дима. – В случае чего – до любой точки быстро доберемся.

- Да! – Олег поднял палец. – Всю технику с Базы надо убрать. Ну, кроме велосипедов.

На том и порешили. Олег с сержантами готовил засады, обучал часовых правильно падать, не подставляя голову под удар, и вообще весь анклав готовился к очередному нападению. Кроме геологов. К ним опять приехали коллеги и теперь они все вместе обживали хутор Тайный, намечали радиальные выходы и радовались как дети.

Ольга опасалась, что в нападении опять будут участвовать несколько судов, и капитан Ушаков ее в этом поддерживал. Поэтому все суда заблаговременно распределили по пристаням. «Диану» укрыли в Кривулине: она до сих пор не обзавелась нормальным оружием. Но Олег надеялся, что очередное нападение принесет им хорошие трофеи.

Начался май. Ольга уж думала, что ее знаменитая чуйка на этот раз дала сбой, когда Николай Игнатьевич своим спокойным голосом объявил по рации, что на пределе дальности РЛС обнаружено судно, все тот же пароход, который неторопливо движется к острову и отвечает на запрос: дипломатическая миссия.

Тут же База пришла в движение: часть людей на мотоциклах унеслась в сторону пристани, часть – распределилась по засадам. Максим встал на фишку возле прачечной, Ольга облачилась в парадную шаль. Детей и девчонок быстро перевезли на левый берег Ленивой, с ними ушли медики, персонал столовой и учителя.

- Не забудьте полить грядки Николая Михайловича, - напутствовала их Ольга.

Жителей хуторов строго предупредили сидеть по домам и не шариться по лесу. На Кривулину и Ферму тоже отправили по несколько человек.

Николай Игнатьевич постоянно оповещал Ольгу и Олега о движении вокруг острова: никого, кроме парохода. Что, разумеется, не исключало того, что у янкесов тоже есть засадный полк.

Ольга и Мария Алексеевна ждали в столовой и их бил мандраж. Ольга, разумеется, виду не показывала, а вот Мария Алексеевна таким самообладанием похвастаться не могла.

Наконец дверь открылась и на пороге появились Куберт и Эндрюс. Борис скороговоркой доложил о прибытии высоких гостей и тут же убежал, показав грязные руки.

- Ремонт! – Крикнул он. – Сорри.

Оба представителя СВГА присели на предложенные стулья. Началась обычная вступительная беседа, прерванная неожиданно Эндрюсом:

- Мадам комендант, мы заметили у вас новые здания. У вас пополнение?

Ольга неопределенно пожала плечами.

- Это жилье и школа, - ответила она нехотя. – К нам осенью пришли семьи с детьми.

Американцы значительно переглянулись.

- Школа? – Удивился Эндрюс. – Вы учите детей? Зачем?

- Так надо, - веско ответила Ольга.

- Скажите, а почему у вас так мало людей на улице? Мы который раз приезжаем и почти никого не видим.

- Так на работе все, - удивилась Ольга. – Людей надо кормить, а еда сама не растет.

- А где же ваш военный комендант? – Наконец спросил Куберт и впился в Ольгу взглядом.

- На охоте, - не моргнув глазом ответила Ольга. – Кабанов расплодилось, топчут посевы. Но если он вам нужен, я сообщу.

- Да, - закивал Куберт. – Мы бы хотели с ним пообщаться, но чуть позже. Есть взаимовыгодное предложение.

- Вот как, - Ольга подняла брови. – И какое же?

- Видите ли, госпожа комендант, - вступил Эндрюс. – Мы все-таки хотим видеть вас и ваш анклав в составе СВГА.

- Нашему правительству не нравится присутствие здесь анклава, подконтрольного Русскому Союзу. Мы видим в этом большую опасность для нашего суверенитета. – Пояснил Куберт, недовольно взглянув на Эндрюса. – Мы еще раз предлагаем провести демократическую процедуру и путем плебисцита войти в состав нашего Союза.

- У нас слово «демократия» - ругательное и неприличное. – Холодным тоном сказала Ольга. – Ее у нас нет и не будет.

- А какой же у вас строй? – Непритворно заинтересовался Эндрюс.

- Диктатура, - подумав, ответила Ольга. – Диктатура пролетариата.

- А может, тирания? – Тонко улыбнулся Куберт. – В этом случае вхождение в СВГА для вашего анклава только ваше решение, не так ли?

Ольга в упор глянула на него.

- И зачем мне это? И объясните, для чего вам потребовался наш военный комендант?

- Он…, - начал Куберт, но вдруг раздался какой-то… не выстрел, а как будто хлопок, и Куберт, с недоумением глядя на свою рубашку, по которой расплывалось красное пятно, соскользнул со стула и попятился к двери. Раздался второй хлопок, и он упал, перегородив выход.

- О как! – Совершенно спокойно сказала Ольга, глядя на то, как Эндрюс встает и наводит на нее револьвер с толстым дулом. - Глушитель?

Совершенно растерянная Мария Алексеевна машинально перевела, и Эндрюс осклабился и кивнул.

- И зачем? Хотите международный скандал? Вы работаете на какое-то другое государство?

Эндрюс помолчал, взял чашку с кофе и выпил ее одним глотком. Револьвер при этом все время был направлен в сторону Ольги и Марии Алексеевны.

- Вот что, дамы, - произнес Эндрюс, снова сев и побарабанив пальцами по столу. – Сейчас мы все трое пройдем вон к тому зданию, - он неопределенно махнул рукой куда-то в сторону выхода.

Мария Алексеевна опять машинально перевела, хоть лицо ее было настолько бледным, что сравнилось цветом со скатертью.

- К какому именно? – Невозмутимо спросила Ольга, глядя на тело Куберта, лежащее возле двери. Внутри у нее все тряслось мелкой дрожью, но показывать это было нельзя.

- К тому, возле которого у вас стоял часовой, - также невозмутимо ответил Эндрюс.

Ольга отметила, что он немного переменился: исчезла приклеенная улыбка и суетливые движения.

- Почему «стоял»?

- Потому что его уже убрали. Теперь там стоит мой часовой.

Ольга немного помолчала.

- Однако, прошу вас прояснить ситуацию, господин Эндрюс. Вы убили своего начальника, как же вы оправдаетесь перед теми людьми, которые пришли на наш остров вместе с ним?

- Непременно проясню, мадам комендант, но позже.

- Нет-нет, давайте-ка расставим все акценты сейчас. И еще вы объясните, для чего вам нужно попасть в то здание.

- Ну, хорошо, - неожиданно согласился Эндрюс. – Среди тех, кто в этот раз приплыл с нами на остров, почти все – мои люди. Они … предупреждены, что может произойти нештатная ситуация, и даже более того – они намерены действовать в моих итересах. Теперь по зданию. – Эндрюс улыбнулся. – Мне известно, что там у вас находится терминал доставки. Я хочу, чтобы вы добровольно передали мне полномочия оператора.

- Добровольно? – Ольга подняла брови. – И как вы собираетесь сменить оператора?

- Добровольно. Это в ваших интересах, иначе я применю силу, а вы, в силу возраста, можете этого не пережить.

- А в этом случае вы разве сможете перехватить полномочия оператора?

- Вряд ли, - откровенно сказал Эндрюс. – Но это и не очень важно. Точнее, очень бы хотелось сохранить самостоятельность этого анклава, но если и нет, то…, - он опять побарабанил пальцами по столу. – У вас тут все очень хорошо устроено. Смена власти не приведет к запустению, люди как работали, так и будут продолжать. Какая им разница, кто теперь главный. Основное же сохранится – пайки, зарплата, жилье. Мы перевезем на остров еще несколько рабочих семей. Конечно, кое-кто будет против, например, ваш военный комендант. С ним придется расстаться. Может быть, еще с парой человек. Не думаю, что из сорока-пятидесяти ваших граждан найдется больше пяти, кто будет с нами бороться. А со мной пришло пятнадцать человек.

- Но зачем вашему правительству такой повод для войны?

- Не правительству, - опять улыбнулся Эндрюс. – Я сам хочу быть себе хозяином, возглавлять анклав и иметь все блага, которые сейчас имеют наши боссы. – Он перестал улыбаться и жестко посмотрел на Ольгу: - Я буду королем этой земли, и никто мне не помешает, ясно вам? Мне надоело быть мальчиком на побегушках у стариков с бывшей Уолл-Стрит.

Ольга плотнее закуталась в шаль.

- «Кое-чего вы уже достигли, Джойс. Вы не хотите быть слугой. Теперь вам осталась самая малость — перестать хотеть быть господином.»[23] – Пробормотала она.

Мария Алексеевна с удивлением воззрилась на нее. Как, впрочем, и Эндрюс после перевода.

- Что? Как вы сказали? Почему Джойс?

- Вы натолкнули меня на хорошую тему, Эндрюс. – Ольга покивала. - Спасибо.

- Не будем терять время. – Эндрюс встал. – Пойдемте.

- А вы уже проводили этот… ритуал? – Спросила Ольга, не двигаясь. – Вдруг тут все взорвется?

- Не беспокойтесь, - снисходительно рассмеялся Эндрюс. Ольга вдруг заметила, какие крупные и белые у него зубы. – Мне самому не приходилось, но методику я знаю. Нужен лист бумаги, точнее, два. На первом вы напишите, что передаете полномочия и поставите свои отпечатки. А на другом я напишу свои данные и тоже поставлю отпечатки.

Он взмахнул револьвером, который так и держал в руке.

- Раз так… Вы можете мне обещать, что мои люди не пострадают?

- А зачем мне их страдания? – Удивился Эндрюс. – Мне нужны работники, поэтому – нет, не беспокойтесь.

- Тогда, - Ольга повернулась и сказала Марии Алексеевне: - Подайте два листа бумаги и ручку. А вот чем отпечатки ставить?

Не переставая улыбаться, Эндрюс достал из кармана небольшую коробочку:

- Вот этим. Это чернила для печати.

Ольга взяла лист бумаги, написала на нем одну фразу и, вымазав пальцы чернилами, приложила их к листу.

- Можете сразу написать то, что необходимо. – Она подвинула бумагу Эндрюсу. – Тогда Марии Алексеевне не нужно будет с нами идти.

- Нет, она пойдет. – Эндрюс опять качнул револьвером. – Вперед, дамы.

Ольга как-то неловко, словно со связанными руками, салфеткой оттирала ладони.

- Артрит, - пояснила она. – Возраст, знаете ли.

Эндрюс усмехнулся.

- Вот-вот. Поэтому будет правильно, если этой территорией будет править молодой и активный человек. – Он подмигнул Ольге.

Она, оставив без внимания его слова, пошла было к дверям, но перед ними вдруг замешкалась.

- Как мы пройдем? По телу топтаться?

Эндрюс с усилием ногой отпихнул труп, не переставая держать револьвер нацеленным на женщин.

Они вышли на террасу. Вокруг не было ни души, только возле отдельно стоящего здания виднелась какая-то фигура. Подойдя, Ольга увидела лежащего на земле Максима.

- Вы что, его убили? – Резко спросила она Эндрюса.

- Не думаю, но можете проверить. Я приказал, чтобы его убрали без особых травм.

Ольга наклонилась к Максиму и дотронулась до его шеи чтобы нащупать пульс. В этот момент он открыл глаза, подмигнул ей и снова закрыл.

- Жив, - с облегчением сказала Ольга и подошла к дверям, возле которых стоял неизвестный громила с оружием в руках.

Эндрюс бросил ему несколько фраз резким голосом, тот ответил, кажется став немного ниже ростом.

Громила отошел от двери и Эндрюс с издевательской вежливостью пропустил Ольгу вперед и пошел сразу за ней, оставив Марию Алексеевну позади.

Заходя, та оглянулась на Максима и увидела его открытые глаза.

В небольшом тамбуре между дверями Ольга замешкалась, сделав вид, что зацепилась краем шали. Эндрюс, уже без всякой притворной вежливости, оттолкнул ее в сторону, потянул вторую дверь на себя и первым зашел в помещение. Ольга очень пожалела, что не видит его лица, но она и не могла: резко захлопнув вторую дверь, они с Марией Алексеевной выскочили из дома и Ольга повернула ключ в дверях и задвинула засов. Из прачечной раздался рев Эндрюса.

- Хорошо, что окна там не сделали, - невозмутимо сказала Ольга, глядя, как Максим и Олег вяжут громилу.

- Как вы, Ольга Яновна? Мария Алексеевна? – Крикнул Олег, одновременно доставая рацию.

- Все в порядке. Получилось без стрельбы. – И под изумленным взглядом Марии Алексеевны, Ольга выпростала из-под шали правую руку, в которой был зажат ТТ. – Он меня оттолкнул и первый зашел. Теперь, наверное, ему очень стыдно за свое поведение.

Из прачечной опять раздался крик и какой-то грохот.

- Машинки рушит, - догадался Олег.

- Вы всех взяли?

- Да. То есть, кого-то взяли, кого-то уронили. Постреляли немного на пристани и в лесу.

- У нас есть раненые?

- Есть, - Покривился Олег. – Родик зачем-то прыгнул на палубу, ногу подвернул и пулю словил. Не смертельно, но неприятно. Катя его уже смотрит. Еще зацепило Степана, но легко, царапина. Да и мне на пароходе прилетело. – Он показал шишку возле уха. – А ты как? - спросил Олег у Максима.

- Да нормально. Я его заметил и слегка уклонился, когда он мне прикладом по башке хотел заехать. Но упал чин по чину, как смертельно раненый.

- Куда эти успели дойти? – Спросила Ольга, все также держа пистолет в опущенной руке.

- Трое пошли вслед за Кубертом, Эндрюсом и этим, - тут Олег махнул рукой на громилу, - сюда, на Базу. Мы их возле медцентра повязали. Еще пятеро пошли по дороге к хутору, к Веселому. На развилке остановились и, видимо, начали спорить, куда идти. Там и легли. И Степана там зацепило. Еще трое охраняли мастерскую, где закрыли Диану и слесарей. Остальные были на пароходе.

- Пароход, - задумчиво сказала Ольга. – Неужели они в прошлый раз ничего не поняли.

- А команда-то там другая, Ольга Яновна. И капитан другой, не тот, что раньше был.

- Ну да, этот говорил, что с ним пришли его люди.

Появилась Катя и немедленно погнала Ольгу и Марию Алексеевну в медцентр.

- И не машите мне тут оружием, Ольга Яновна. Тем более, что пистолет у вас не заряжен.

- Как это не заряжен?! – Возмутилась Ольга и немедленно выпалила в стену прачечной, из которой доносился шум и вопли, моментально стихнувшие.

- Все равно не машите, - Катя переждала грохот выстрела и подтолкнула женщин вперед.

- Олег Иванович, - обратилась Ольга к Олегу уже на ходу. – Там в столовой тело лежит, надо бы его прибрать куда-нибудь.

- Ольга Яновна! Вы все-таки кого-то пристрелили!

- Не она, - крикнула опять побледневшая Мария Алексеевна. – Это Эндрюс. Куберта убил - как воды выпил.

- А вы почему не выстрелили, Ольга Яновна?

- Через шаль? – Возмущенно спросила Ольга. – Испортить такую вещь! Да и необходимости не было.

На удивление Кати, и Ольга, и Мария Алексеевна чувствовали себя удовлетворительно. Проведя диагностику, Катя резюмировала:

- Вы как каждый день под обстрелом, дамы! – Но по таблетке им дала и отправила немного полежать под навесом возле Быстрой.

Отсюда они хорошо видели, как возвращались на Базу бойцы, как в Корпус забегали разгоряченные мальчишки, которым, слава Богу, сегодня не удалось повоевать. Издалека послышалось щебетание малышей, которых, видимо вели на полдник. Умиротворенные и успокоенные женщины задремали…

Вечером решали, что делать с пленными. Эндрюс пока так и сидел в прачечной, ничего уже, впрочем, не ломая, по крайней мере, не шумел. Остальных закрыли на Кирпичах в гараже, связав и уложив на пол. Из пятнадцати нападавших осталось четверо человек плюс Эндрюс.

- Ну, вы повоевали, Олег Иванович. – Сказал Виктор Федорович.

- Так только на пристани семь человек было. На пароходе всех пришлось гасить, у мастерской просто связали. А в лесу – там без вариантов: растворились бы среди деревьев и партизанили потом, зачем нам это.

- Это да, - задумчиво сказал Константиныч. – У вас засада там была?

- И там, и на пути к Ранчо. Пограничники молодцы, грамотно отработали. Мальчишки на южном берегу засели; мы с Борисом возле поста «Река».

- В целом, считаю, хорошо вы людей обучили, Олег Иванович, - закруглил разговор капитан Ушаков.

- Думаю, надо Сотникова в известность поставить. Как он решит. Может быть, ему для чего-то нужны будут эти пленные. А уж Эндрюс – так точно будет нужен. Он там почти у самого верха терся, ему многое известно.

- Тогда предлагаю после разговора с Сотниковым подготовить «Стремительный» да отправиться в поход. – Виктор Федорович обвел глазами присутствующих.

- Что, засиделись? - ехидно спросила Ольга. – Хотя, не лишено. Заодно привезете партию курсантов, да отвезете продукты.

Все застонали. Индюшина всем надоела.

- Дня два вам на подготовку потребуется, Виктор Федорович? Заодно посмотрим, может быть какой засадный полк все-таки объявится. Связь с парохода никто не запрашивал?

- Нет. В журнале есть записи о переговорах, но они давние.

- Интересно.

- А что будем делать с пароходом? Если америкосы снова припрутся и увидят свой транспорт, они сразу поймут, что случилось с их миссией.

- Пока поставим в эллинг, да. Посмотрим, может что-то нужно сделать с машиной или с корпусом… - Неопределенно сказал Виктор Федорович. – Пароходик неплохой, но старый очень, годов тридцатых, наверное.

- О! Есть предложение. Давайте Коулзов отправим в отпуск на материк? – Сказала Ольга и весело рассмеялась.

- Какие-то ассоциации у вас, Ольга Яновна. – Проворчал Олег. – Причем тут старый пароход и Коулзы?

- Так, друзья. Сегодня мы начинаем последнюю большую тему в этом учебном году. Мы в течение всех оставшихся уроков будем изучать творчество АБС.

Ученики и Мария Алексеевна, а также персонал кухни, которые тоже обычно слушали уроки Ольги, недоуменно зашушукались.

- АБС – так назвали поклонники творчества братьев Стругацких их писательский тандем: Аркадий и Борис Стругацкие. Кто читал?

Вверх потянулись несколько рук.

- Ну-ка?

- «Отель у погибшего альпиниста».

- И кино такое было.

- «Пикник на дороге».

- «На обочине», балда.

- «Страна багровых туч»!

- «Стажеры».

- «Полдень»!

- «Трудно быть богом»…

- Такое кино тоже есть, но мне не понравилось…

- «Жук в муравейнике» … – Донеслись выкрики из зала. И кто-то добавил: - Массаракш.

- А название? – тут же повернулась к Денису Ольга.

- «Обитаемый остров». – Сказал Денис, и вдруг все замолчали.

– Как про нас, - прошептал кто-то из младших.

- Совсем не как, - ответила Ольга. – Прочитаете – поймете.

После обеда к Ольге с заговорщическим видом подошел Сашка.

- Ольга Яновна, а ведь у нас будет интересный момент, - протянул он. – Сколько у нас численность уже?

- Сто семнадцать, - машинально ответила Ольга.

- Воот. А селективный кластер – сто двадцать. Если в этом году добьем численность, то Смотрящие нам, наверное, плюшек подбросят?

- А ты прав, Саша. Я как-то на эту тему и не думала, - задумчиво протянула Ольга. – Селективный кластер – звучит.

Сашка засмеялся и спросил:

- Что про «Стремительный» слышно?

- В пути, - пожала Ольга плечами. - Им еще дня два до материка идти. А вы уже группы собрали? Через две недели – последний учебный день. Маршруты подобрали?

- Опять пойдем на север. Хвосты нужно подобрать и дойти до восточного берега. Ну, как получится в этот раз. Но в этом году – обязательно.

Он собрался уходить и вдруг повернулся:

- А банкет по случаю новоселья будет? Смольный когда принимаете?

- Завтра. И банкет будет, - улыбнулась Ольга и довольный Сашка ушел.

Смольный был готов: еще на прошлой неделе закончили внутреннюю отделку и начали завозить мебель. Мальчишки, поднаторевшие у себя в Корпусе, ставили девчонкам стеллажи, собирали кровати и шкафы, столы и стулья. Провели жеребьевку и покрасили стены в комнатах в разные приглушенные цвета: нежно-персиковый, светло-оливковый, серовато-голубой, песочно-розовый и так далее по желанию хозяек. У мальчишек же окраска во всех комнатах была одинаковая – светло-кремовая. Зато в Теремке расстарался Витька: на стенах были персонажи из мультиков, в игровой комнате на одной стене из спины кита выплескивалась радуга, по которой, как с горки, катились пингвины; шкафчики были украшены веселыми зверятами.

В Смольном, как и в Корпусе, не было воспитателей. Ребята сами следили за своим домом, а взрослые, по примеру Ольги, заходили к ним по приглашению и никогда не входили в комнаты, если их специально не звали.

Заканчивался май. Ольга сидела на веранде, любуясь своим садом, играющим на солнце блестящими после дождя листьями; розы вперемешку с клематисами цвели в таких необычайных сочетаниях, что Константиныч специально приходил, ахал и брал черенки.

Вдруг сердце кольнуло так, что перехватило дыхание, в глазах потемнело, а кончики пальцев онемели. Ольга через силу нашарила рацию на поясе и прохрипела:

- Дневальный, Катю ко мне, - и отключилась вместе с рацией.

Пришла в себя она уже в медцентре. Вокруг нее хлопотали Катя и Елена Михайловна, подключая к каким-то приборам. В вене торчала игла от капельницы. Ольга слегка откашлялась и спросила:

- Ну, что там?

Катя внимательно посмотрела на показания и хрипло ответила:

- В этот раз успели, Ольга Яновна. Но полежать придется.

Пока Ольга лежала, наступил июнь и «Стремительный» привез группу курсантов, а отряд разведчиков вернулся с севера.

Олег пришел с докладом, пообещав Кате не волновать больную и говорить только о приятном. Впрочем, неприятного ничего и не было. Отряд прошел сквозь лес на восток и на юг, уперевшись в совершенно дикое нагромождение скал. По берегу удалось пройти на восток чуть дальше, но и там плоскогорье заканчивалось непроходимыми скалами. Путь на восток был отрезан. Лес, как оказалось, находился ниже уровня плоскогорья, как бы в долине, окруженной скалами и плоскогорьем.

Следующую разведку предполагалось вести от речки Ледяной, от того места, где когда-то давно группа Олега отвернула на восток, а теперь разведка пойдет на север. Но это будет еще не скоро, скорее всего в августе.

Также с докладом и письмами от Сотникова пришел Виктор Федорович. Тоже не принес никаких дурных новостей. Сотников поблагодарил за ликвидацию угрозы, пообещал, что Эндрюс свое получит и предложил передать пароход в ведение Форт-Росса. Кроме того, в письме было еще одно предложение: Бероев хочет создать военное училище, причем на базе анклава Кубань, так как тут самые подготовленные ребята, да и Олег – прекрасный преподаватель. Здесь нужно было подумать и Ольга вопрос отложила на потом. Скорее всего, решать его придется новому главе анклава.

Из медцентра Ольгу выпустили в середине июня, когда «Клевер» ушел, забрав курсантов и, как обычно, одну из групп разведчиков, а именно третью, так как вторая и первая уже катались в метрополию в прошлые годы. Машка ехать не хотела из-за Ольги, но та ее уговорила, подключив Катю, которая уверила девочку, что Ольга Яновна уже вполне хорошо себя чувствует. На месячную стажировку уехала Анна Евгеньевна, а в анклав прислали стажироваться молодую девушку-хирурга.

На второй день после возвращения домой Ольга пригласила к себе весь актив: Олега, Николая Игнатьевича, Анатолия Семеновича, Катю, Марию Алексеевну, Елену Михайловну, Бориса, Ивана Александровича, сержантов, Виктора Федоровича и Константиныча. Собрала она их в гостиной, несмотря на прекрасный летний день.

- Так, друзья, - она прихлопнула ладонью по столу и обратила внимание на то, какая она уже старческая и морщинистая. – Я вас пригласила с целью смены власти в анклаве. Как видите, здоровье мое уже очень плохое. Если что-то случится, канал, конечно, не закроется, поскольку есть Мария Алексеевна, но, - тут Ольга в упор посмотрела на подругу, – Мария Алексеевна анклав возглавить не сможет, и она сама это прекрасно осознает. А оператор и глава анклава должны быть одним лицом, что неоднократно подчеркивал Сотников, и я с ним полностью согласна. Поэтому сегодня давайте обсудим кандидатуры главы и его дублера на канале, если Смотрящие разрешат сразу его назначить. Благодаря Эндрюсу мы теперь знаем процедуру смены власти. Надеюсь, он знал, что говорил, и все получится.

Ольга замолчала. Все тоже молчали.

- Я никуда не денусь и нового главу буду поддерживать и помогать ему, по мере сил, конечно, да и вы, - Ольга широко развела руками, - все тоже останетесь. Прошу высказываться. Иван Александрович?

Тот гулко откашлялся.

- Так, Ольга Яновна, что тут скажешь. Глава должен быть хозяйственником, я думаю. И опыт руководства иметь.

- Николай Игнатьевич?

Пока все высказывались, Ольга незаметно, но внимательно следила за тем, единственным человеком, которого прочила на должность своего преемника. И убеждалась, что не ошиблась. При обсуждении качеств главы он дал самые точные и емкие характеристики, необходимые человеку в этой должности, и даже слегка проехался по ней, по Ольге, с критикой некоторых ее поступков и решений.

Наконец, после часа прений, Ольга взяла слово:

- Мне бы хотелось, чтобы анклав возглавил Борис Евгеньевич.

На его лице отобразилось удивление.

- Но, Ольга Яновна, я-то точно не хозяйственник. И опыта руководящей работы у меня нет.

- У меня, когда мне пришлось взять на себя эту миссию, тоже не было опыта. Я, если помните, педагог, и все эти посевные, строительные, коровы, огороды, теплицы… все это для меня чуждо. Просто я представила себя хозяйкой большого дома, куда постоянно приезжают гости, но который нужно держать в порядке и всех приветить. Также предлагаю поступить и вам: представьте себя хозяином поместья, если хотите, где всё должно работать, а все люди должны быть сытыми и в тепле, защищенными от врагов. Вы у нас уже почти четыре года, поработали на всех участках, знаете, где тонко, а где все в порядке, да еще чуйка, которая хотя, конечно, уступает моей, - тут Ольга усмехнулась, - но тоже имеется. Думаю, вашу кандидатуру поддержат все. Но подумайте до завтра. Встретимся также в три у меня.

Когда все расходились, Ольга позвала Олега.

- Олег Иванович, ты понимаешь, почему твоя кандидатура не прозвучала?

- Я военный, Ольга Яновна. – Олег коротко пожал плечами. – Мне очень трудно командовать гражданскими, здесь нужен другой стиль общения, так что – да, понимаю и поддерживаю. Я не смогу.

На следующий день Борис, смирившийся со своей участью, написал на бумаге свои фамилию, имя, отчество и поставил отпечатки всех пальцев. Ольге было сложнее: нужно было сформулировать уведомление о смене оператора таким образом, чтобы канал доставки не перекрыли. Писала, перечеркивала, снова писала и окончательный текст выглядел так:

«Прошу согласовать смену оператора донор-канала с связи с нетрудоспособностью основного оператора». Полностью написала фамилию, имя, отчество и поставила отпечатки. На следующий день в полдень с замиранием сердца Ольга положила на панель лист бумаги и вышла из операторской. За дверью послышался звяк и мелодичный звон. Ольга осторожно заглянула и увидела, что на экране светится надпись:

Смена основного оператора донор-канала разрешена. Функции дополнительного оператора донор-канала прекращены.

Положите на панель лист бумаги с данными и отпечатками пальцев оператора.

Выйдите из помещения и ждите сигнала.

Теперь бумагу положил Борис и торопливо вышел. Опять звяк и звон, и, приоткрыв дверь, Борис и Ольга увидели надпись:

Условия выполнены.

Для начала работы донор-канала осуществите полный ввод перечня.

Доступное время ввода — 40 минут.

ВНИМАНИЕ! Включается обратный отсчет.

Ольга и Борис синхронно выдохнули, после чего Борис сел за экран и начал неторопливо набивать пункты заявки…

Ольга всем объявила, что ушла в отпуск, перебралась в Дом отдыха и начала писать методические рекомендации по преподаванию литературы. Ежевечерне с ней связывался Николай Игнатьевич или Сергей, передавали приветы и рассказывали новости. С ней первое время постоянно кто-то находился, пока Ольга не рассердилась и не высказала Кате, что она не инвалид, и что ей очень хочется побыть в полном одиночестве. Поэтому присмотр убрали, но все-равно хотя бы раз в неделю кто-то да наведывался. Ольга много гуляла, ухаживала за розами, которые, как и на ее веранде, обвивали террасу дома, и вообще чувствовала себя намного лучше.

В конце июля с «Енисеем» прибыл Сергей Демченко и прогостил у нее два дня, разговаривая о том, о сем, поведав о судьбе Эндрюса и его подельников (подельников сразу отправили к Коле-синему, а Эндрюса - после допросов), немного приоткрыв завесу над базой на Южном и в целом рассказав об этом материке все, что удалось узнать. Оказывается, он был не заселен. То есть, изначально на него не выбрасывали людей ни группами, ни как потеряшек. Так же там еще не нашли ни одной локалки и подозревали, что их и нет. Зато на материке был богатый животный мир, леса и поля, реки и озера. Экспедиции уже разведали достаточно большое пространство, не заходя, впрочем, на предположительно американские территории. Хотя ни одного американца так и не встретили и даже признаков переселения не заметили. Наверное, наглы все-таки сорвали программу.

На второй день Демченко забрала «Диана», которая доставляла продукты и инспекцию к РЛС, а позже он на «Енисее» ушел на Южный.

Олег рассказал, что проект военного училища согласовали, но не на острове, а в метрополии, на базе Южного форта. От анклава в училище поедут Денис, Мишка, Андрей, на следующий год – Вадим, Костя и Антон. Там будет проводиться не только военное обучение, но и радиодело, и разведка, и кое-какие другие специальности.

В середине августа разведотряд закончил обследование северного берега где это было возможно, пройдя от восточных берегов острова до нагромождения скал, которое преграждало путь к Тайному лесу. Ожидаемо ничего не нашли, кроме еще одного небольшого лесного массива. Собрали образцы для геологов.

А еще через неделю к Ферме вышли потеряшки в количестве девяти человек: опять три семьи с детьми. И Борис сообщил Ольге, что теперь анклав по праву носит гордое звание селективного кластера. Так Смотрящие и написали «Селективный кластер с предоставлением НПЗ и увеличением ширины канала до четырехсот килограммов». НПЗ нашли почти сразу: от трассы недалеко от хутора Подлесного пролегла хорошая грунтовка с прочным мостом через Угрюм, уходящая в сторону предгорий. Там и встал НПЗ.

Сотников поздравил жителей Кубани и отправил делегацию во главе с Демченко для подписания договоров. Каких – Ольга не вникала. Она яростно заканчивала методические рекомендации по литературе, тем более, что среди новых потеряшек была учительница русского языка и литературы, а терять высокий стандарт преподавания Мария Алексеевна не хотела и предполагала, что Ольга по-прежнему будет вести уроки, а новая учительница будет у нее стажироваться. Ольга не возражала.

Но судьба распорядилась по-другому, и однажды вечером Дом отдыха на связь не вышел.

____________________________

[23] Цитата из кн. Аркадия и Бориса Стругацких «Стажеры»

Эпилог

Эпилог

Гроб с телом Ольги доставили на вершину мыса Дальнего. Там уже была подготовлена могила, вокруг уложены небольшие плиты от развалин старого храма. Вокруг могилы собрался весь кластер. Уже никто не плакал. Все отплакали внизу.

На дежурстве оставили моряков с «Енисея». Двое патрулировали на посту «Озеро», один следил за камерами в радиорубке, еще трое отправились к бухте Кривулина. Все корабли анклава стояли в заливе Андреевском, доставив людей на прощание с Ольгой.

Сто двадцать восемь человек пришли проводить своего первого коменданта. Самой младшей не было и года, самым старшим – ближе к шестидесяти.

Сергей Демченко стоял чуть в стороне и смотрел на людей. Он видел искреннее горе. Как видно, люди очень уважали своего коменданта. А дети… Сергей внимательно посмотрел на лица мальчишек и девчонок. Они были опустошены. Он знал историю многих из них: Олег рассказывал. Они не в первый раз встречались со смертью, у многих из них погибли все родные, иногда и на их детских глазах. Некоторые из них и сами убивали. Сергей посмотрел на Вадима, на Андрея, на Дениса. Они не плакали. Но горе в их глазах … Сергей поежился. На лицах взрослых горе отражалось яснее. На лицах. Сергей еще раз незаметно осмотрелся. Нет. Все были искренне опечалены, но они знали, что жизнь продолжается. А дети – нет. Они еще не понимали, что эта утрата, хоть и не первая, но далеко не последняя; они переживали ее как конец собственной жизни.

«Тетя Оля», так ее называли все дети анклава. А слышалось это как «мама Оля». Она была строгая, язвительная, требовательная. Но ее любили, потому что через это внешнее чувствовали ее любовь, обращенную к ним.

Мария Алексеевна рассказала, что, когда Ольга не вышла на связь, в путь тут же сорвался «Стремительный» с Катей на борту и Иван Александрович на своей моторке. Ольгу нашли на террасе. Она сидела в кресле и будто бы смотрела на море, слегка проглядывавшее сквозь сосны.

Сергей посмотрел на группу, стоявшую у самой могилы. Мишка и Машка, а рядом с ними Мария Алексеевна и Денис. Брат с сестрой держались за руки, у Мишки нижняя губа была прикушена. Сергей вспомнил, как вчера в столовой Мишка вдруг встал и подошел к карте острова, которая висела на стене рядом со списком дежурных. Он вынул тонкий черный маркер, зачеркнул на карте название «База», а выше написал «Ольгино». И вдруг затрясся, давя рыдания, выронил маркер и обхватил себя руками. Не помогло. Мальчишку скорчило в пароксизме горя, и он упал на пол, беззвучно рыдая. К нему подскочили Мария Алексеевна, Катя, Денис. Но успокоила его только Машка. Она села на пол рядом с ним и гладила его по голове, еле слышно что-то говоря.

- Все правильно, Миша, - проговорила Мария Алексеевна. – Это правильно. Ольгино…

Вершину обдувал теплый ветер с привкусом соли, снизу иногда накатывал аромат соснового леса.

Олег, Дима, Саша и Сергей опустили гроб в могилу, сверху накрыли флагом анклава. Анатолий Семенович с Николаем Игнатьевичем подняли первую плиту и заложили могилу. Остальные подходили и укладывали плиты вокруг.

Машка стояла рядом и только вздрагивала от стука камней. Мишка держал ее за руку. Он тоже не плакал, но губы его дрожали.

Когда последняя каменная плита была уложена, и Мария Алексеевна положила на каменный холм две багровые, почти черные розы, Машка вдруг шагнула вперед.

- Я скажу. – Хрипло произнесла она и откашлялась. – Никто не знает, а тетя Оля писала стихи. Она мне давала почитать. И сейчас я хочу прочитать одно ее стихотворение. Ей оно не очень нравилось почему-то. Говорила, что ударения не там, что рифма хромает. Но это сейчас неважно.

Машка еще раз откашлялась и неожиданно звонким голосом начала читать:

- Наш бриг остался на мели – там, у прибрежных скал,

И экипаж не весь спасли, и такелаж устал.

И смыт волнами весь фальшборт, и шлюпки, и кранцы,

И не дойдя в далекий порт, бриг здесь отдал концы.

Голос Машки дрогнул. Она с усилием сглотнула и продолжила:

- Мы раньше пели с кораблем, с снастями в унисон. Нас не пугал жестокий шторм, нам кланялся циклон, И шла на нас волна горой, и затирали льды - Но курс держал твой рулевой, непобедимый бриг!

Звонкий голос летел над вершиной мыса и, казалось, уносился далеко в океан. И он притих, внимая:

- И флаги в штагах носовых мелькали над водой,

Разрывы в тучах грозовых звенели синевой,

И клотик мачты путь чертил средь облаков и звезд ....

Остался призрачный мотив воспоминаний, грез...

Бриг будет здесь до зимних бурь. Когда ж придут они,

Подняв остатки парусов, бриг сдвинется с мели,

И набирая снова ход и радуясь ему,

Последний раз пойдет вперед. И в первый раз - ко дну.

г.Хадыженск, 25 мая 2026