Анимаг

Глава 1

— Чёрт, да где же?!

Я стояла на середине железного мостика, который соединял две стороны вокзала, и пыталась найти что‑то необычное или кого‑то странного. Зачем? Всё просто: мне было необходимо найти магов, чтобы узнать, как попасть на платформу 9 и ¾. Ведь мой дорогой кузен Руб, которому поручили посадить меня на поезд, даже не удосужился объяснить, где платформа, а просто уехал, как только я достала вещи из его машины. Звонить и жаловаться на него родителям или тёте с дядей нет смысла — только хуже для себя сделаю.

Отношения у нас с ним всегда были ужасными, и, когда мама с папой сообщили, что я буду какое‑то время жить с ним, сразу стало понятно: добром это не кончится. Сначала мы старались друг друга не замечать, но уже через неделю не вытерпели и поссорились. С тех пор это происходило всё чаще и чаще. Возможно, ещё пара дней — и мы бы задушили друг друга, но, к счастью, пришло время отправляться на обучение.

Руб, хоть и был магом, в Хогвартс не ездил: предпочитал обучение с личными учителями — его семья могла себе это позволить. Мои родители тоже предлагали мне обучаться на дому, но я решила отправиться в школу для волшебников, посчитав, что это будет намного интереснее.

Из размышлений меня выдернула группа рыжих макушек, проходившая рядом с мостом. Занимательны были не столько их головы, сколько содержимое тележек с багажом. Помимо громоздких чемоданов я смогла заметить там котлы, несколько небольших стопок книг, названий которых было не видно, но сами обложки напоминали те учебники, что я недавно купила в Косом переулке. У одного из мальчишек цвет волос которого отличался от других, потому что был чёрным, была с собой клетка, где сидела прекрасная белая сова. Всё это дало мне надежду на то, что эти люди — волшебники.

Испугавшись, что они сейчас уйдут и мне придётся начинать поиски заново, я схватила свою тележку и побежала к ним. Уже рядом с ними я почувствовала, что не справляюсь с управлением и вот‑вот «улечу» со всеми вещами, как вдруг рядом со мной появился некто, кто помог остановить тележку. Я повернула голову, чтобы увидеть своего спасителя, и очень удивилась.

Рядом со мной стоял один из обладателей рыжих голов. Это был высокий худощавый парень с карими глазами и веснушками, которые усыпали его щёки и нос. Он был в красной футболке, поверх которой была надета рубашка в толстую и тонкую полоску, чередующую бледно‑оранжевый, коричневый и белый цвета, — в коричневые штаны, протёртые в некоторых местах ботинки, а завершала весь образ бледно‑оранжевая вязаная кофта на пуговицах. С первого взгляда выглядело странно, но со второго, в принципе, даже ничего так.

— Большое спасибо! — я с благодарностью улыбнулась.

Он несколько секунд пристально смотрел на меня, а потом усмехнулся и ответил:

— Нет проблем. Было бы печально, если бы ты упала и перевернула все вещи!

— А если бы ещё что‑то себе сломала, то совсем ужасно! — добавил парень, подошедший к нам.

На секунду я подумала, что у меня в глазах двоится, ведь передо мной стояли два совершенно одинаковых человека, но эту мысль я быстро отмела, потому что у подошедшего вязаная кофта была тускло‑зелёной… Близнецы?

— Джордж, Фред, хватит пугать бедную девочку!

К нам подошла женщина средних лет, одетая в простенькое платье в цветочек. Из‑за её веснушек и рыжих волос я была уверена, что она — мать близнецов. Правда, в отличие от остальных, волосы у неё были кудрявыми.

— Ты в порядке? — обратилась она уже ко мне.

— Да… То есть нет… — я устало вздохнула. — Честно говоря, я заблудилась и не могу найти нужную платформу.

— А ну‑ка, покажи мне свой билет! — без промедления скомандовала она.

Я протянула ей эту злосчастную бумажку.

Пока она её читала, я заметила, что к нам подошёл ещё один рыжик (он был одет в красный свитер, тёмно‑коричневые штаны и такие же, как у всех, потёртые ботинки). На вид он был младше своих братьев, да и меня тоже. Спросив что‑то у матери, которая лишь махнула рукой, младший из «Антошек» ушёл.

— Так ты тоже едешь в Хогвартс? — её брови приподнялись, а на лице появилась улыбка.

Я облегчённо вздохнула: всё же они маги.

— Да!

— Тогда ты можешь пойти с нами — мы как раз направляемся к поезду, — она протянула мне билет.

Я согласно закивала и приняла его обратно. После чего взяла вещи, и мы вместе с ней и близнецами отправились в путь.

Глава 2

Через несколько секунд я оказалась между рыжиками, и они приступили к моему допросу:

— А как же так получилось, что ты не знаешь, куда идти? Тебе ведь явно не одиннадцать, — парень в зелёной кофте вздёрнул бровь.

— И говоришь ты с едва заметным, но всё‑таки акцентом, — поддержал второй.

— Я переехала сюда из России в этом году, — когда я заговорила, то заметила, что их матери тоже интересно, хоть она и старается не подавать виду, — А объяснить, куда идти, мне забыли.

Я почувствовала, как на слове «забыли» у меня нервно дёрнулся уголок губ… Ага, как же, забыл он об этом, скорее, просто решил поиздеваться напоследок.

— О! Из России? — «оранжевая кофта» немного наклонилась, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Страна, где всегда холодно? — «зелёная кофта» тоже немного наклонился.

Я хотела ответить, что у нас не везде и не всегда холодно, но не успела: заговорила старшая из семьи рыжих:

— Пришли!

Я стала осматриваться: перед нами была совершенно обычная кирпичная стена, ничем не отличающаяся от других. Вряд ли я смогла бы найти её самостоятельно.

— Так, Джордж, первый ты! — скомандовала мама близнецов и отошла ко мне. — Смотри, что он делает, пойдёшь следующая.

«Оранжевая кофта», имя которого оказалось Джордж, встал в нескольких метрах от стены и побежал на неё. Казалось, что сейчас он врежется, но, когда подбежал достаточно близко, стена словно поглотила его. Никто вокруг, кроме нас, этого не заметил. Через пару секунд рыжеволосая женщина добродушно улыбнулась и подтолкнула меня вперёд.

Я встала там, где до меня стоял один из близнецов, и повторила его манёвр, молясь ничего себе не разбить и не сломать. Внутри стены я ничего не видела — было очень темно, но слышала звуки, похожие на то, как множество машин проносятся мимо. Это продолжалось не дольше секунды, после чего всё прекратилось. У меня кружилась голова и звенело в ушах, из‑за этого я стояла на одном месте, пока кто‑то не оттащил меня в сторону.

— Что же ты такая растяпа? — я услышала насмехающийся голос Джорджа. — На горках когда‑нибудь каталась? Тут то же самое: прошла и быстро отходишь, а то собьют.

Через несколько секунд из прохода появился «зелёная кофта». Он сразу же отошёл, взглянул на меня и слегка улыбнулся.

— Помнишь, как мы первый раз проходили? — его вопрос был обращён к брату.

Тот отпустил меня и тоже улыбнулся:

— Конечно, мы с тобой тогда друг друга снесли и ещё полчаса вещи собирали, чуть не опоздали на поезд.

— Значит, не я одна растяпа!

В ответ он лишь хмыкнул и сказал, что нам надо отнести вещи в багажное отделение, куда мы и направились.

Пока шли, я разглядывала всё вокруг и удивлялась тому, что здесь было мало отличий от вокзала маглов, разве что таблички на поезде были красными, а буквы на них — золотыми. Это немного разочаровывало: хотелось увидеть что‑то необычное и захватывающее. Поезд тоже не оправдал надежд: внутри всё было как везде, разве что чище. Ну ничего, может, дальше будет интереснее?

На поиски свободного купе близнецы отправились со мной. Их несколько раз звали к себе разные компании с совершенно разных факультетов, но они лишь отрицательно крутили головами и дальше шли за мной.

Мы еле успели найти место, прежде чем поезд тронулся.

— Кстати, — начал Джордж, сев с братом напротив меня, — мы ведь так и не познакомились! Я Джордж Уизли, это мой брат - Фред Уизли, — «зелёная кофта» улыбнулся, — а на вокзале ты видела нашу маму, Молли Уизли.

— Меня зовут Лея Риан. Приятно познакомиться и ещё раз спасибо за помощь.

— Лея, ты так удивилась, когда увидела проход на платформу, неужели в России и здесь они так сильно отличаются? — убирая вещи, которые они взяли с собой в поезд, на полку, поинтересовался Фред.

— Да, у нас немного проще найти: на вокзале нужно найти рисунок дракона, а потом показать ему письмо — и всё, — постаралась я кратко объяснить систему.

— И вправду проще, сложно дракона на стене не заметить, — согласился Джордж.

— Только дракон ворчливый до ужаса: иногда не пропускает тебя, пока не сыграешь с ним во что‑нибудь или не послушаешь его стихи. И ему не объяснишь, что ты спешишь!

— Совсем как наша Полная Дама! — хохотнул Джордж.

— Полная Дама? — переспросила я.

— Ты, наверное, знаешь, что у нас идёт разделение на факультеты. Чтобы попасть в гостиную любого факультета, нужно сначала пройти… — кажется, Фред задумался, как выразиться попонятней.

— Охранную систему? — предложил Джордж.

— Да, что‑то типа того. Так вот, у Гриффиндора на входе висит картина Полной Дамы. Она обожает петь, хоть ни слуха, ни голоса у неё нет, и происходит та же история, что у вас: сначала послушай, а потом пройдёшь, — Фред прикрыл глаза и вздохнул, видимо, очень «радуясь» скорой встрече с ней.

— Что‑то мне резко перехотелось на Гриффиндор… Каждый день встречаться с женской версией дракона у меня нервов не хватит, — я скорчила лицо, будто съела кусок лимона, и взглянула на близнецов: их лица были немного удивлёнными.

— А ты к нам на факультет хотела? — хором спросили они; звучало очень забавно.

— Да, слышала, на Гриффиндоре весело, да и остальные мне будто не очень подходят, но кто знает, что решит шляпа, — про то, как распределяют на факультеты, я знала.

Братья обрадовались, что я хочу попасть именно к ним. Какое‑то время мы болтали о том о сём: они рассказывали о Хогвартсе и факультетах, расспрашивали меня о моей родине. Они же хотели узнать откуда у меня такие знания языка и почему я переехала. На первый вопрос я ответила быстро: мой отец родом отсюда, мы часто болтаем на английском дома, да и в Соединённом Королевстве я нередко бывала на каникулах. А от ответа на второй меня спасли. К нам в вагон заглянула милая женщина, продающая сладости, и я с ходу набрала уйму всего. Фред и Джордж удивлённо смотрели на меня, на что я сказала, что это грех — не попробовать волшебные сладости из другой страны, сразу же, как появится возможность, и вообще сладкого много не бывает. Затем я разложила всё на стол и предложила им присоединиться к получению кариеса; они отказываться не стали.

Сладости были и правда необычные, и очень вкусные, но не все. Некоторые я совсем не поняла: например, зачем делать конфеты со вкусом рвоты или тухлого яйца? Это же ужас!

Через какое‑то время я стала засыпать; близнецы это заметили и не стали меня тревожить.

Глава 3

Проснулась я оттого, что меня кто‑то звал:

— Лея, ну же, проснись.

Еле разлепив глаза, я увидела Джорджа, который стоял около двери.

— Мы скоро подъедем к Хогвартсу, надо переодеться, — он кивнул на свёрток, который держал в руках. — Мы с Фредом пойдём в другое место, ты переодевайся здесь. Как закончишь, открой дверь, чтобы мы поняли, что можно входить.

Сказав это, он ушёл. В вагоне было заметно темнее, чем когда я засыпала, и только небольшие настенные лампы позволяли мне разглядеть бардак вокруг. На столе лежало множество фантиков; несколько из них упало на пол. Засыпая, я, видимо, скинула обувь на пол и полностью легла на сиденье, поэтому один из моих ботинок торчал из‑под сиденья, а другой лежал в метре от него. Да уж, даже как‑то неловко… Перед тем как переодеваться, стоит немного здесь прибраться.

С этой мыслью я встала, достала из своего рюкзака, который взяла с собой в поезд, небольшой пакет и стала собирать бумажки. Конфеты на столе, которые не были открыты, я убирала в другой пакет. Возможно, я бы съела их прямо сейчас, но почему‑то мне казалось, что на сегодня сахара мне хватит — это подтверждала сильная жажда. Закончив собирать мусор и выпив почти целую бутылку воды, я достала вещи, чтобы переодеться.

Открыв небольшой пакет, я достала чёрную юбку с несколькими складками спереди, джемпер с V‑образным вырезом такого же цвета, как юбка. Под него полагалась белая рубашка и чёрный галстук с эмблемой учебного заведения. Изначально такая одежда была у всех первокурсников, но во время распределения на ней появлялись опознавательные знаки факультета, на который тебя определяли. Позже, уже зная свой факультет, ты просто покупал одежду с его символами в специальных магазинах по необходимости. Сама форма смотрелась, на мой взгляд, так себе; радовало то, что чёрную мантию можно было накинуть сверху — она закрывала всё по самую щиколотку. Мантии я уважала: в них тепло, а когда не хочется заморачиваться с одеждой, можно накинуть её, и никто ничего не заметит.

Что касается обуви, то тут выбор, как ни странно, оставался за нами. Конечно, были правила: она не должна была быть яркой и привлекающей внимание, каблук должен был не слишком высокий и ещё много чего. Но мне повезло: мои обожаемые классические полуботинки идеально подходили. Надев их и завязав аккуратный бантик, я счастливо улыбнулась, поправила волосы и открыла дверь. Близнецов ещё не было, поэтому я села у окна, надеясь увидеть в нём хоть что‑то, кроме темноты.

Братья пришли примерно минут через пять. В отличие от меня, они были уже в форме с цветом факультета. Рассмотреть её более тщательно было невозможно, поскольку всё скрывали плащи со значками Гриффиндора; только чёрные лаковые ботинки торчали из‑под них. Но я и так знала, что из себя представляет форма каждого факультета: успела посмотреть комплект в лавке. Он практически ничем не отличался от моего, разве что у парней вместо юбки были штаны. А конкретно на Гриффиндоре галстук был жёлто‑красный, а также имелась пара красных полосок на джемпере.

— Сколько нам ещё ехать? — поинтересовалась я.

— Совсем немного, буквально пять‑десять минут, — ответил кто‑то. Точно сказать не могу: без кофт их сложно отличить. Возможно, это был Джордж.

Они сели напротив, и я стала пристально их рассматривать. Тот, что сидел слева, изогнул бровь и полюбопытствовал:

— И что ты делаешь?

— Ищу в вас различия. Надо же мне как‑то понимать, кто где.

— Ну давай‑давай, — хохотнул левый.

— Только нас даже мама путает, — хмыкнул правый.

— Почему мне кажется, что вы этим гордитесь? — я посмотрела поочерёдно на их довольные лица.

— Потому что это так и есть, — кивнул правый.

— Нам это многое даёт, — добавил левый.

— Не бывает совершенно одинаковых людей. И я найду в вас различия! — заявила я и почувствовала, как поезд начал останавливаться.

— Скажи, как найдёшь, — правый встал со своего места, достал вещи и пошёл.

Левый повторил его манёвр, но, в отличие от брата, ничего мне не сказал — только подмигнул. Я была уверена, что в скором времени разберусь, кто из них кто.

Выйдя на улицу, я почувствовала, как подул свежий, немного прохладный ветер — прекрасное ощущение. И всё бы ничего, но на улице, несмотря на свет фонарей, было темно… Темноты я побаивалась, поэтому старалась идти рядом с братьями. Они, к счастью, не заметили моего манёвра. Вещи доставать мы не пошли: как сказали рыжие, их отправят в комнаты.

— Как мы будем добираться до Хогвартса отсюда? — спросила я левого, как поняла из разговора, который шёл, пока мы добирались до выхода из поезда, левым был Фред.

Заметив мой вопрошающий взгляд, Джордж пояснил:

— Почти каждый год мы добираемся до школы по‑разному. В первый год обычно все плывут на лодках, а в остальные — как получится: либо вместе с ними, либо на повозках, либо ещё как‑то. В общем, способов много.

Я понятливо кивнула. Он продолжил:

— В этом году — на повозках.

Фред немного скривился:

— Медленно… — вдруг в его глазах мелькнула озорная искра. — Может, призовём мётлы?!

Джордж взглянул на брата с довольной улыбкой:

— Главное — отойти подальше от места входа на территорию Хогвартса.

Они кивнули друг другу и… уставились на меня.

— Я тогда, наверное, пойду с остальными? — от их взглядов я растерялась.

— Ну‑у‑у, нет! Ты полетишь с нами. Первая встреча с Хогвартсом должна быть незабываемой! — коварно улыбался Фред.

— Вы меня на метлу посадить хотите?! — удивлённо‑испуганно прошептала я: казалось, что наш разговор лучше не слышать остальным. — Да я же не летала ни разу на ней! У нас не так летают!

— Тем интереснее! — подхватил меня под руку Джордж.

— А попозже расскажешь, как у вас летают, — подхватил с другой стороны его близнец.

После чего они потащили меня в сторону леса. Мама‑а‑а… С кем я связалась? Они же меня убить хотят!

Немного зайдя в лес, близнецы подняли палочки и, не отпуская перепуганную меня, произнесли заклинание. Какое‑то время ничего не происходило, но вскоре к ним прилетели их волшебные мётлы.

Фред взглянул на меня:

— Не переживай, мы прекрасно летаем. По крайней мере, ещё ни разу не падали. Просто держись покрепче.

— Если что, я подстрахую, так что далеко не улетишь! — посмеялся Джордж.

Их слова "очень меня успокоили", ага. Особенно фраза: "далеко не улетишь".

Фред сел на метлу и в пригласительном жесте кивнул головой. Делать нечего: я села за ним, крепко обхватила ногами метлу. Слава мантии — я могла спокойно сидеть и не беспокоиться из‑за юбки. Руками я обняла впереди сидящего, после чего сказала:

— Уроните меня — убью!

Близнецы лишь посмеялись и начали взлетать. Я сильнее вцепилась в Фреда. Высоты я не боялась совершенно — даже наоборот, любила её. И чем выше поднималась, тем счастливее становилась. Но в такие моменты полётом управляла я, да и был он безопаснее, чем на метле: с неё легко упасть…

Через какое‑то время я всё же смогла расслабиться и насладиться прохладным ветром и видом вокруг. Прямо под нами был густой лес, позади сверкали огни поезда, а впереди ярко светился Хогвартс, рядом с которым, кажется, расположилась река, по которой переплывали первокурсники с фонарями. Это было потрясающее зрелище.

— Нам нужно подняться немного выше, иначе заметят! — неожиданно воскликнул Фред, который, видимо, почувствовал, что я успокоилась.

— Хорошо! — крикнула я.

Я снова схватилась покрепче и почувствовала, как мы стремительно взлетаем вверх.

Мы всё поднимались и поднимались к звёздному небу. Казалось, ещё немножко — и сможем достать до облаков, но перестали набирать высоту точно так же резко, как начали. Я грустно вздохнула.

Мой взгляд метнулся к Джорджу, летевшему немного поодаль от нас. Он счастливо улыбался, но если я радовалась порывам ветра и пейзажам, то его глаза были затуманены: он был погружён в свои мысли и радовался им.

Постепенно мы начали снижаться и уже через пару минут стояли на твёрдой земле.

— Полёт был короток, но чудесен! — воскликнул Фред.

Дождавшись, когда я слезу, он тоже спустился.

— Это было потрясающе, спасибо! — я правда была благодарна.

Братья улыбнулись мне в ответ и произнесли заклинание, отправляющее мётлы обратно.

Вскоре мы дошли до арки, где стоял профессор Флитвик — невысокий получеловек‑полугоблин. На лице у него была седая, не очень длинная борода и круглые очки; одет он был в зелёную мантию и невысокую шляпу. Я знала его: именно он помогал мне и рассказывал о Хогвартсе, а также о том, где лучше приобрести необходимые для учёбы вещи. Очень приятный и добрый мужчина. К слову, он рассчитывал, что я поступлю именно на его факультет — Когтевран.

Профессор немного сузил глаза, посмотрев на близнецов:

— Что‑то вы очень рано прибыли. По моим расчётам, первая карета должна быть здесь только через десять минут.

Братья уже хотели начать оправдываться, но неожиданно декан заметил меня и воскликнул своим немного писклявым голосом:

— Ох, и ты уже здесь, Лея! — он быстро подошёл ко мне.

— Здравствуйте, профессор Флитвик, рада встретиться с вами, — тепло улыбнулась я.

— Я тоже чрезмерно рад! — получеловек поправил очки, которые сползли, когда он улыбнулся. — Ты наверняка очень устала с дороги. Давай поторопимся и отведём тебя к директору, пока он не ушёл к первокурсникам, и тебе не пришлось ждать?

— Спасибо, — кивнула я.

Профессор снова взглянул на близнецов:

— Присмотрите за воротами, пока я буду отсутствовать?

Близнецы молча закивали. Кажется, они были удивлены тем, что я знакома с преподавателем. Он отдал им перо и бланк, в котором надо было отмечать, кто прибыл, и пообещал скоро отправить им замену, после чего поспешил отвести меня к директору. Я с сожалением посмотрела на близнецов, тихонько произнесла: «До встречи» — и пошла за деканом Когтеврана.

Глава 4

*Фред*

Когда Флитвик и Лея отошли, мы с Джорджем тут же переглянулись. К нам в голову пришла одна и та же мысль: проследить за тем, как будет происходить её распределение!

— Хмм… Кому бы сплавить это… — я задумчиво потряс бланки с именами.

— Вон, наша жертва подъезжает, — Джордж кивнул на приближающуюся карету, где сидела знаменитая троица: Гарри, Гермиона и, конечно, Рон.

Стоило им выйти, как мы с братом тут же сунули им в руки бумаги и перо. А потом убежали, чтобы они не успели отказаться.

— Удачи! — напоследок крикнули мы.

Я успел заметить, как у Рона вытянулось лицо, — это заставило меня рассмеяться.

— Как думаешь, как далеко они успели уйти? — сбавляя темп, спросил Джордж.

— Думаю, они уже в Хогвартсе. Нет смысла искать их по всему замку.

— Тогда сразу в кабинет Дамблдора? — улыбнулся мой близнец.

Я кивнул, обдумывая, как незамеченными пробраться к нужному месту. Можно было бы подлететь к окну, но так нас наверняка увидят.

— Эх, сглупили — не взяли мантию у Гарри, — разочарованно вздохнул Джордж.

Да, это мы знатно ступили.

— Ладно, по потайным ходам пойдём, — не найдя ничего более логичного, предложил я. Брат согласился.

Подойдя к высокой каменной стене, я достал из потайного кармана в мантии кусок пергамента. С виду он был совершенно пустым, но стоило прикоснуться к нему палочкой, как тут же проявились все секретные дороги Хогвартса. Мы почти всё запомнили, но, чтобы не потеряться, часто носили карту с собой.

— Где-то здесь должен быть нужный кирпич, — я стал ощупывать холодные, слегка мокрые камни.

Наваливаться нет смысла: ведь такие вещи действуют именно тогда, когда ты дотрагиваешься только до нужного. Если бы я стал нажимать на всё подряд, результата бы не было.

Неожиданно один из камней под моей рукой шевельнулся. После лёгкого нажатия часть стены поднялась. Проходы в замке в основном очень узкие — там может пройти максимум два человека рядом, — но этот был широким. Такие строились специально для того, чтобы в случае нападения вывести учеников из школы.

Мы с Джорджем зашли внутрь. Из‑за того, что всё было окружено камнями, здесь было намного холоднее, чем на улице. А ещё из-за дождей, внутри было достаточно влажно.

Брат зажёг свет волшебной палочкой. Этого нам хватило, чтобы разглядеть путь.

Какое‑то время мы ещё ходили по одиноким туннелям, но вскоре вышли к нужной стене, находившейся неподалёку от входа в кабинет директора. Кстати, интересно то, что в самом кабинете ни одного потайного хода не было. Выйдя из прохода, мы чуть не врезались в Снегга, направлявшегося к директору, но успели занырнуть за лестницу.

Вдруг я услышал, как Джордж начал тихо смеяться. Хотел сказать, чтобы он был потише, но взглянул на него — и сам чуть не засмеялся в голос. Он был весь в паутине: видимо, зацепил её, пока шёл, или уже здесь, под лестницей. Но суть была в том, что паутина буквально оплела его целиком: она была и в волосах, и на одежде, даже немного на лице. В общем, живая мумия! Видимо, я выглядел так же, раз он смеялся.

Немного успокоившись, мы отправились дальше. Здесь ничего не изменилось.

Как‑то нас с Джорджем отправили к директору, но его не было. А у нас в карманах было несколько пробирок с ингредиентами для будущей начинки конфет, вызывающих изжогу. Мы хотели попробовать сделать её сразу после занятий в нашем месте. Но раз нам пришлось сидеть тут, то решили не ждать. В общем, эта жидкость вызвала бы не только изжогу, но и скорую смерть: потому что, как только мы начали смешивать вещества, неожиданно всё взорвалось. Ну и зрелище было, когда все сбежались! Так вот, тёмное пятно от него до сих пор красовалось на том же месте — видимо, не сумели оттереть.

Пока я размышлял, мы подошли к кабинету. К сожалению, подсмотреть, что происходит внутри, было невозможно, но зато слышимость была прекрасная. Устроившись рядом, мы стали слушать.

— Здравствуй, Мирилея! Рад, что ты смогла добраться без проблем. Надеемся, Руберт проследил за тем, чтобы ты успешно попала на поезд, — сказал Альбус Дамблдор.

Мы с братом переглянулись.

— Мирилея — это её полное имя? — удивилась моя копия.

— Видимо, — я хмыкнул. — Мирилея Риан — странное сочетание.

— Ну да, Форд.

Я скривился. Брат, зная, что меня это ужасно бесит, частенько шутил, что я вовсе не Фред, а Форд. Даже не помню, когда он начал это делать.

— Прошу, зовите меня просто Лея, — раздался тихий голос нашей новой знакомой. — Руб… — она замялась, — постарался сделать всё возможное.

Ну да. Судя по тому, что на поезд она шла с нами, он даже не пытался ей помочь. Кстати, а кто этот Руб…?

— Ты же понимаешь, как важно обеспечить твою безопасность, поэтому у нас будет к тебе несколько просьб. Во‑первых, постарайся не оставаться одна. Если выходишь из Хогвартса, иди в людные места. Если заметишь что‑то странное, беги сюда, — строго говорил Дамблдор.

Вот это интересно: неужели об учениках из других стран так сильно заботятся, или тут есть что‑то ещё?

Я бросил взгляд на Джорджа: тот тоже внимательно вслушивался в разговор.

— Фред, Джордж? — неожиданно раздался голос Гарри.

Мы оглянулись. Он стоял в начале лестницы с частью бумаг, которые мы ему и вручили. Видимо их уже подменили, а ему сказали отнести то, что уже было заполнено. Он хотел сказать что‑то ещё, но мы стали вертеть головами и всеми возможными жестами показывать, чтобы он замолчал. Спустя пару мгновений до него дошло, и он поспешил уйти. Аллилуйя…

К сожалению, мы упустили часть разговора и услышали лишь, как директор сказал: «Прошу, Лея». Затем послышался звук, будто кто‑то хлопнул в ладоши, и из щёлок между дверьми полился красно‑оранжевый, яркий, тёплый свет. Его касания к коже были ощутимы и подобны прикосновению пуха — такие же нежные и лёгкие. Этот свет согревал в прямом смысле слова. Но не прошло и пары секунд, как он исчез. Мы испуганно переглянулись, теряясь в догадках, что там могло происходить. Узнать нам не дали: по ту сторону послышались быстрые шаги к двери. Джордж открыл проход и за руку затащил меня внутрь. Он едва успел закрыть всё, прежде чем мы услышали резкий удар распахнувшейся двери об стену. Ещё бы чуть‑чуть — и попались.

Мы поспешили в столовую, с сожалением понимая, что вновь возвращаться туда бессмысленно: Снегг будет поджидать…

Что же там такое произошло..?

Глава 5

*Лея*

— Гриффиндор! — объявила шляпа.

На моей одежде появились знаки и цвета факультета, а на лице — довольная улыбка. Я с самого начала знала, что попаду именно на Гриффиндор.

— Что же, теперь позвольте представиться официально, — заговорила женщина в остроконечной шляпе и тёмно‑зелёной мантии. Она отличалась от остальных тем, что рукава от локтя были разрезаны — это смотрелось очень даже неплохо. — Я Минерва Макгонагалл — декан Гриффиндора и профессор трансфигурации. С сегодняшнего дня, если у Вас будут возникать какие‑либо проблемы, смело обращайтесь ко мне.

— Позаботьтесь обо мне, профессор Макгонагалл! — я дружелюбно улыбнулась.

— Хоть мне и не посчастливилось стать твоим деканом, если что‑то понадобится или просто захочешь поболтать, всегда можешь зайти ко мне! — добродушно проговорил профессор Флитвик.

Он на самом деле был довольно умным и интересным получеловеком, с которым порой даже очень весело просто выпить по чашке чая, поэтому я согласно кивнула.

Директор покинул нас, чтобы провести распределение первокурсников. А мы ещё остались в кабинете на какое‑то время, чтобы разобраться с парой формальностей. Они заняли немного больше времени, чем мы планировали. После этого профессор Макгонагалл повела меня знакомиться со старостой факультета.

Мы зашли в огромное помещение, где стояли столы, переполненные едой, а за ними сидели юноши и девушки совершенно разных возрастов. Мне не составило труда понять, что за каждым из столов сидят представители разных факультетов. Впереди, перпендикулярно столам факультетов, расположился другой стол, за которым сидели уже знакомые мне деканы (интересно, как они меня опередили?). Там же были учителя, с которыми мне ещё предстояло познакомиться. Директор сидел в центре стола, осматривая присутствующих. На секунду мы встретились взглядами.

Профессор остановилась и повернулась к столу, за которым сидели ученики. Я повторила её движение и увидела довольно щуплого парня с рыжими кудрявыми волосами и веснушками. Это дало мне все основания полагать, что он — брат близнецов, которые, к слову, сидели рядом с ним и выглядели как только что использованные пипидастры — мётёлки для смахивания пыли. Декан тоже это заметила.

— Фред, Джордж, вы что, собой вытирали пыль? Похвально, но в следующий раз, когда решите проявить заботу о чистоте школы, попросите у домовых эльфов тряпки. Не пристало ученикам Хогвартса так выглядеть, — она махнула палочкой, и вся грязь с их одежды тут же испарилась. Восхитительное заклинание!

Она перевела взгляд на кудрявого:

— Лея, знакомься: это староста факультета Гриффиндор — Перси Уизли. Перси, это Лея, — она положила руку на моё плечо, — она приехала к нам из России и с сегодняшнего дня будет ученицей нашего факультета. Если тебя не затруднит, позже покажи ей всё здесь.

— Конечно, профессор Макгонагалл, — коротко, но дружелюбно ответил он.

Пожелав нам хорошего вечера, она отправилась за стол к остальным учителям. Близнецы тут же усадили меня между собой.

— Не переживай, Перси, с просветительской миссией мы справимся сами, — улыбнулся один из близнецов.

Староста посмотрел на меня и, дождавшись кивка, означавшего, что я не против, продолжил беседу с парнем напротив.

— Джордж, мне кажется, ей ни капельки не стыдно за то, что она бросила нас у ворот! — возмутился, как я поняла, Фред.

— Ничуточки! — подтвердил Джордж.

Я посмеялась:

— Ну а что я могла сделать?

— Придумать что‑нибудь, чтобы мы пошли с вами! — возмутился Фред.

— Но ты даже не задумалась о наших чувствах! — кажется, Джордж попытался заплакать, но у него это не получилось.

— Ну хорошо‑хорошо, как я могу загладить свою вину? — вздохнула я.

— Выполнишь наше желание! — сказал Джордж.

— Какое — скажем позже! — поддержал Фред.

— Ладно, но ничего незаконного или аморального!

— Конечно, ничего такого, — хором сказали они.

Я им, естественно, не поверила, поскольку их глаза коварно поблёскивали.

— А почему со свечи воск не капает? — спросила я, глядя на свечи, висящие на потолке.

Вопрос был глуповатый — скорее всего, дело в заклинании, — но свою функцию он выполнил: отвлёк близнецов от разговора о желании. Надеюсь, они просто забудут о нём.

Вечер прошёл довольно спокойно. Мы болтали обо всём, что только приходило в голову. Правда, вопросов о том, почему они так выглядели, близнецы избегали. А я, в свою очередь, рассказала им не всё о том, что было в кабинете у директора, но мы обсудили многое другое. Оказалось, что в их семье семеро детей, из них только одна девочка. Двое уже закончили Хогвартс. Позже они пообещали познакомить меня с их младшей сестрой, братом и его друзьями: Гермионой — одной из самых умных на факультете, если не самой умной, — и Гарри — тем самым мальчиком, который смог выжить после встречи с Волан‑де‑Мортом. Также мы договорились, что завтра они покажут мне Хогвартс и подробнее расскажут об окрестностях.

После ужина, под присмотром старост, все разошлись по своим комнатам. Я долго не могла уснуть: в голову лезли разные мысли о Хогвартсе, учителях, близнецах и причине, по которой мне пришлось покинуть родные края.

Глава 6

Я сидела на диване в общей комнате Гриффиндора, наблюдая за живыми картинами. Возможно, если бы я видела подобное в первый раз, то подумала бы, что это восхитительно, и у меня возникло бы множество вопросов к жителям картин: «Не скучно ли вам постоянно так жить?» или «Как вы переходите с картины на картину: перемещаетесь или есть какой‑то туннель?». Но, поскольку я видела их уже много раз у себя в школе, ответы я прекрасно знала. Нет, им не скучно: картина для них — как дом. Но по желанию они могут уйти на какое‑то время в ту картину, в какую пожелают, — конечно, если её хозяин не против. А что касается перемещений, тут что‑то вроде того, как маги трансгрессируют. Вот так.

Хотя одна картина всё же смогла меня поразить — картина Полной Дамы. Лично я с ней поговорить не смогла, но вполне «насладилась» её вчерашним концертом. Она не давала нам пройти, пытаясь голосом разбить бокал (в отличие от него, мои ушные перепонки чуть не лопнули). Фред сказал, что она уже вытворяла подобное: тогда с бокалом тоже ничего не произошло. Но он отметил, что сейчас её голос звучит писклявее, чем раньше, — возможно, она считает это залогом успеха. Неужели мне теперь каждый раз придётся выслушивать это, прежде чем зайти сюда?

— Бу! — неожиданно на мои плечи легли четыре руки.

Я вздрогнула и попыталась повернуться, из‑за чего чуть не упала с дивана. Фред и Джордж засмеялись.

— Чёрт, вас что, манерам не учили?! — вставая, возмутилась я.

— Ты бы видела своё лицо, — смеялся первый брат.

— Ещё бы немного — и ты бы свалилась, — хохотал второй.

— Ах вы! — схватив с дивана подушку, я попыталась ударить кого‑нибудь из них, но оба стали убегать.

Я, естественно, начала их догонять. Мы бегали так минут десять; я уже думала сдаться, но неожиданно один из близнецов споткнулся о ковёр и упал, а второй не стал ему помогать. Подбежав к упавшему, я победно замахнулась подушкой, но вдруг услышала голос Перси — нашего старосты. В мгновение ока подушка полетела на кресло, а я встала в позу, будто помогаю ему встать.

Перси и ещё какой‑то парень зашли в комнату, оглядели нас. Кажется, его друг хотел что‑то спросить, но староста положил ему на плечо руку, останавливая, и сказал:

— Джордж, кажется, профессор Макгонагалл уже говорила, что тряпки для уборки можно взять у эльфов — не нужно убирать всё собой. И, кстати, вам следует поторопиться, а то опоздаете на завтрак.

После чего они вышли из комнаты.

Интересно, как он понял, что это Джордж? Глаза братьев обратились ко мне.

— Что? Мне бы не хотелось, чтобы из-за меня потеряли очки в первый же день учёбы, — помогая подняться, как стало известно, Джорджу, объяснила я.

— А‑а, втягиваешься в игру, — отряхиваясь, протянул Джордж.

— Ну, в кое‑чём, хоть такое бывает и редко, Перси прав: мы вот‑вот опоздаем на завтрак, — подхватив нас под руки, Фред направился в сторону столовой. Его брат пытался попутно рассказать мне, где что находится.

— В Хогвартсе нет ничего интересного, — перебил Фред. — Лучше давайте сходим в Хогсмид? Выпьем по сливочному пиву!

— Пиво? Я не пью.

— Оно безалкогольное, — уточнил Джордж.

— Тогда я не против, но не сегодня: у меня дополнительные занятия допоздна.

Вчера я беспокоилась, что утром придётся идти за расписанием уроков: все его уже получили, а моё нуждалось в корректировке. Этим мы и занимались вчера в кабинете у директора. Но когда я проснулась, то обнаружила расписание на тумбочке.

— А завтра? — предложил Фред.

— Завтра я свободна сразу после основных занятий.

— Замечательно! — улыбнулся Джордж.

Мы зашли в столовую. Еды здесь было немного меньше, чем на ужине: хлопья, фрукты, тосты, джемы, бекон и яичницы. Расположившись в самом конце столовой, мы приступили к трапезе. Джордж сказал, что будет некомфортно сидеть около двери: она будет постоянно хлопать.

Я продолжала наблюдать за близнецами, пытаясь найти между ними различие, и заметила, что Джордж взял яичницу, бекон и тост, тогда как его брат выбрал самые сладкие хлопья и намазал джем на тост.

— Любишь сладкое? — обратилась я к Фреду.

— С чего ты это взяла? — не понял он моего вопроса.

— Он всегда ест на завтрак что‑нибудь сладкое, поэтому дома мама постоянно на него ругается, — посмеялся Джордж.

Фред скорчил недовольное лицо, посмотрел в свою тарелку и продолжил есть.

После мы пошли на занятия. На первом уроке оказалось, что у них есть рассадка. Это меня очень удивило: в моей школе хоть и угрожали её ввести, но на деле никто этого не делал. К моему счастью, моё место оказалось перед близнецами. Зная, что рядом есть кто‑то из знакомых, я почувствовала себя спокойнее. Рядом со мной сидела темноволосая девушка; я отметила, что у неё довольно хорошая физическая форма. Но это всё, что я могла сказать о своей соседке: она не разговаривала со мной.

После занятия я тут же оказалась между братьями.

— Тебе нормально здесь сидеть? — спросил Фред.

— Или хочешь куда‑нибудь пересесть? — добавил Джордж.

— Всё хорошо. Да и даже если бы было иначе, мы вряд ли смогли бы что‑то сделать, — пожала плечами я.

— Ну, не скажи, — посмеялся Фред. — Нас с Джорджем на первом году пытались рассадить, а мы после этого столько всего натворили в знак протеста, что им пришлось снова посадить нас вместе. Так что ты только скажи — мы сразу же что‑нибудь придумаем!

Его брат согласно кивнул.

Я засмеялась:

— Спасибо, но всё правда хорошо. Я даже рада, что сижу рядом с вами.

Близнецы коварно улыбнулись:

— Мы тоже! Ты ведь хорошо учишься?

Ох, чувствую, кто‑то у меня спишет и не раз.

— Хах… Лучше расскажите, что за человек моя соседка, — выходя из кабинета, попросила я.

— Джулика? Ну… Она неплохая, в квиддич играет хорошо, да и человек она вроде ничего… — задумался Фред.

— Мы не то чтобы её очень хорошо знаем, хоть и играем в одной команде. Она очень молчаливая, — пожал плечами Джордж.

— Вот как… Жалко. Я думала, смогу узнать её получше и подружиться.

— Неужели тебе нашей компании мало? — наигранно обиженно спросил Фред.

— Боишься, что я позабуду о вас, стоит только мне познакомиться с кем‑то ещё? — наигранно шокированно ответила я вопросом на вопрос.

Он утёр невидимую слезу:

— Да. Мне сегодня это даже в кошмаре приснилось!

Я удивлённо прикрыла рот:

— Я даже не догадывалась. Прошу, поверь: я никогда не променяю вас на кого‑то другого!

— Поверь, только если ты дашь клятву!

— Чтоб у меня все зубы повыпадали, если я брошу вас ради кого-то другого.

— Ох, это действительно страшная клятва! — кивнул Фред в знак одобрения.

Джордж тихо смеялся над нами.

Оставшийся день прошёл спокойно. Все учителя оказались прекрасными преподавателями, хотя профессор Снегг меня немного пугал — наверное, из‑за того, что он был очень строгим.

— Что у тебя ещё осталось? — поинтересовался Джордж, увидев, что я достала расписание.

— Полёты на метле и УФ. Что такое УФ? — бесцеремонно прочитал названия из моего листка Фред.

— Я не знаю, как расшифровывается. Но на этом предмете директор будет рассказывать мне о географии, демографии и так далее. Конечно, у меня есть какие-то базовые знания о стране, но директор хочет, чтобы я их углубила.

Это была ложь: я прекрасно знала, как расшифровывается УФ, и суть предмета была совершенно в другом. Но рассказать им это я не могла.

— А, вот как. Кстати, ты так и не рассказала нам, как у вас летают, — посмотрел на меня Джордж.

Я бросила взгляд на часы:

— Мне нужно идти.

— Вот по пути и расскажешь, — подтолкнул меня вперёд Фред.

Я вздохнула:

— Как Баба‑Яга.

— Кто? — опешили близнецы.

— Бабушка такая. В славянской мифологии очень известная. А летала она в ступе, — попыталась пояснить я.

Но они меня снова не поняли:

— В чём?

— Издеваетесь? — судя по их лицам, нет. — Как же вам объяснить… Ступа похожа на большое деревянное ведро. Баба‑Яга садилась в неё и летала, а метлой управляла полётом.

— То есть вы летаете в вёдрах, — лицо Джорджа вытянулось, а Фред, кажется, пытался себе это представить и оттого посмеивался.

— Как‑то так. Баба‑Яга, кстати, одна из нас, волшебница. Какой‑то магл увидел, как она над лесом летала, и стал всем рассказывать о ней. Позже в народе ей дали имя Баба‑Яга и стали про неё кто что говорить. Кто‑то рассказывал, что она добрая ведьма, живущая в лесу, а кто‑то — что она детей ест, — сказав это, я клацнула зубами и вышла на улицу, где меня уже ждала преподавательница.

Глава 7

Мадам Трюк была интересной женщиной: волосы у неё были короткими и серыми, а глаза — жёлтыми. Очень хотелось узнать почему… Заклинание это или она не совсем человек? Но возможности расспросить у меня не было: как только я поприветствовала её, начался урок.

— Зови меня мадам Трюк или профессор Трюк. Я преподаю основы полёта. И весь этот год я буду проводить для тебя личные уроки. Затем, если собрание учителей сочтёт твои знания достаточными, тебя переведут к остальным. А сейчас встань рядом с метлой.

Я огляделась: оказалось, одна из мётел лежала на траве неподалёку. Кивнув мадам, я послушно встала рядом.

— Вытяни руку и с чувством скажи: «Вверх», — отчеканила она.

— Вверх! — стараясь вложить в слово всё своё желание, проговорила я, но метла лишь слегка дрогнула.

Со ступой таких проблем не было: залез внутрь, ногой топнул — и ты уже в воздухе, только метлой полёт корректируешь.

Через несколько попыток метла всё же поднялась к моей руке. Профессор попросила повторить ещё несколько раз и, когда удостоверилась, что я усвоила принцип действий, сказала:

— Теперь сядь на неё.

В этом сложности не было. А благодаря недавнему полёту с близнецами я уже знала, что лучше надевать штаны на урок полёта. Затем нужно было оторваться от земли — это тоже далось мне с лёгкостью. А вот держать равновесие оказалось ещё тем испытанием. Когда я летала в прошлый раз, Фред не давал метле крутиться, а мне — упасть с неё. Сейчас же приходилось всё делать самой. Минут пять я провисела в одном положении, пока мадам Трюк объясняла, как заставить метлу двигаться туда, куда я хочу.

Оказалось, принцип был прост: необходимо было следить за её носом. Не было ни заклинаний, ни силы мысли: куда конец метлы смотрит, туда она и летит. Урок закончился тем, что я пролетела пару кругов по стадиону на небольшой высоте. Считаю, что урок прошёл максимально удачно: я даже ничего себе не сломала.

Но что‑то подсказывало, что это произойдёт на УФ, который официально проходил в кабинете профессора Дамблдора. Но на деле всё было иначе. Я встретила директора уже около двери.

— А вот и ты, как раз вовремя, — довольно улыбнулся он. Поставил руку так, чтобы я могла положить свою сверху. — Прошу.

— Могу я спросить, куда мы отправляемся? — я не торопилась действовать.

— Мы отправимся туда, где, даже если ты решишь всё сжечь, у тебя не получится.

Вот это, я понимаю, ответ… Вздохнув, я положила руку и тут же очутилась в абсолютно каменной комнате.

— Это место находится на севере нашей планеты, и сюда довольно трудно попасть, если ты не умеешь трансгрессировать. Его создали для того, чтобы обучать магии бойцов и таких анимагов, как ты, — наконец‑то дал объяснения профессор. — А теперь начнём занятие по Управлению Фениксом.

Глава 8

— Да, профессор, — я сняла мантию и бросила её в угол комнаты, чтобы она не мешала.

— Хорошо, что ты уже можешь перевоплощаться по своему желанию, — директор, видимо, вспомнил, как я сделала это в его кабинете в первый день моего появления в Хогвартсе.

— Это да… Но у меня большие проблемы с полётом… — я поджала губы.

Однажды я превратилась в доме дяди и тёти, продержалась в воздухе от силы минуты три, а потом упала. Хоть я и стала человеком в то же мгновение, всё же подпалила ковёр.

— Я понимаю: у многих появляются проблемы с управлением телом в облике животного. Начнём урок с того, что у феникса бывают две формы. Первая — когда его перья воспламеняются: в таком состоянии ты можешь сжечь всё что угодно. Вторая — когда ты оборачиваешься обычной птицей. В прошлый раз ты была в первой форме, в этот раз попробуем затушить пламя. Перевоплощайся, — директор отошёл от меня подальше.

Вздохнув, я взмахнула руками и хлопнула ими над головой. Закрыв глаза, я почувствовала, как кончики пальцев нагреваются. Тепло от них стало разливаться приятной волной по телу. Потребовалась всего секунда, чтобы всё моё тело оказалось объято этим теплом, и я сама начала его излучать. Открыв глаза, я превратилась в феникса и инстинктивно замахала крыльями. Но как только я сконцентрировалась на этом движении, то начала терять контроль, поэтому поскорее приземлилась.

— Хорошо, — одобрил мои старания профессор. — Теперь закрой глаза и представь, как в твоём теле пульсирует красно‑оранжевый свет. Уверен, ты чувствуешь тепло от него. Постарайся взять контроль над ним и сжать до полного исчезновения.

Я следовала наставлениям Дамблдора. Казалось, это всего лишь моё воображение, но совладать с ним было так же сложно, как с настоящим огнём. Не знаю, сколько времени я потратила на попытки, но в итоге всё получилось. Открыв глаза, я обнаружила, что свет, исходящий от меня, исчез, а директор улыбается.

— Замечательно! После этого тебе станет намного легче контролировать себя при перевоплощении. Попробуешь пройтись? — предложил он.

Кивнув, я, словно неумелый цыплёнок, пошагала к нему. Он согнул руку так, будто ожидал, когда прилетит его ручной орёл.

— Попробуй взлететь на мою руку, — спокойно проговорил он.

Хм… А рука директора не пострадает? Я ведь птичка немаленькая, да и когти острые. Ну что ж, ему лучше знать. Только вот как это сделать?

Вспомнив всё, что я наблюдала за птицами, я подпрыгнула и быстро замахала крыльями. Еле‑еле набрала высоту и смогла приземлиться на руку.

— Теперь попробуй взлететь и пролететь круг. Не беспокойся: в случае необходимости я тебя поймаю.

На секунду мне показалось, что по моей птичьей голове стекает пот от напряжения. Повторив манёвр со взлётом, я попыталась лететь, но тут же начала падать. Директор, как и обещал, поймал меня.

— Хм, знаешь, во время полёта птицы постоянно используют хвост, чтобы управлять высотой, скоростью и направлением. Попробуй.

Послушавшись, я повторила свои действия, стараясь на этот раз не забывать о хвосте. И всё же смогла пролететь этот адский круг. Сил делать что‑то ещё после этого у меня не осталось.

— Что ж, предлагаю закончить на этом занятие, — сжалился он надо мной.

Тут же слетев с руки, я превратилась в человека.

— Ура! — воскликнула я, уже стоя на двух ногах.

— Апельсиновую конфетку? — улыбнулся профессор.

— С удовольствием, — я взяла конфету, которую наставник вытащил из кармана мантии. Съев её, я почувствовала, как силы возвращаются ко мне благодаря сладкому угощению.

Директор снова протянул руку, чтобы я взялась за неё, и мы трансгрессировали. Я подобрала мантию и накинула её. Голова немного кружилась после телепортации, но я быстро пришла в себя.

— Спасибо за урок, он был очень полезен!

— Рад, что смог помочь. Больше не смею тебя задерживать, — директор погладил бороду.

— До следующего занятия, — я вышла из кабинета и направилась в спальню. Сил идти ещё и на ужин не было, хотя мне было необычайно жаль, что не получится поболтать с близнецами.

Глава 9

Знаете, обычно в романах героиня просыпается с чувством лёгкости и трепета в сердце. Так вот, я проснулась с чувством голода и боли в мышцах. Еле поднявшись и натянув одежду, я поплелась на завтрак. Там уже сидели бодрые и весёлые близнецы. Они заметили меня и стали махать руками, призывая скорее идти к ним. Присев, как всегда, напротив них, я поздоровалась:

— Доброе утро…

— По тебе не скажешь, что доброе, — сказал близнец, который сидел справа.

— Ни за что не поверю, что это тебя так один урок полётов вымотал, — заметил тот, что сидел слева. Его слова я просто решила проигнорировать.

Оглядев стол, я положила себе хлопьев и залила их молоком. Сахар бодрит, а это сейчас как раз то, что нужно.

— Кстати, — я посмотрела на близнецов, — ты ведь Джордж, а ты Фред, верно? — я указала сначала на правого, затем на левого.

— Что? Как ты поняла?! — хором воскликнули братья.

Я перевела взгляд на их тарелки. У Фреда, как и в прошлый раз, было довольно много сладкого, а вот у Джорджа всего было понемногу.

— Но всё равно нельзя сказать, что ты научилась нас различать. Ведь не будешь же ты каждый раз усаживать нас за стол, чтобы понять, кто где, — улыбнулся Джордж.

— Ты прав. Но я уверена, что в скором времени смогу вас различать совершенно без проблем, — улыбнулась я ему.

— Кстати, насчёт вечера — всё в силе? — уточнил Фред.

— Если я не умру, то да, — я немного вздохнула, чувствуя, как всё болит. — Случайно нет никакого заклинания, чтобы ослабить боль?

— Есть, конечно, но мы его не знаем. Но если хочешь, мы можем попробовать приготовить какое‑нибудь зелье, — близнецы коварно улыбнулись.

— Нет‑нет, — заторопилась я, — сама справлюсь.

— Ну ладно, — недовольно вздохнули они.

После завтрака мы отправились на занятия. Первым был урок защиты от тёмных сил, на нём также присутствовал другой факультет — Слизерин. Мне не раз говорили, что Гриффиндор и Слизерин в ужасных отношениях. Но я этого не почувствовала: многие ученики довольно мило болтали друг с другом.

А после урока я заметила кое‑что интересное. Одна из девушек со «змеиного» факультета постоянно стояла неподалёку от меня. Она наблюдала за мной и во время урока. Меня это насторожило. Попросив близнецов подождать, я сама подошла к ней:

— Тебе что‑то нужно от меня? Возможно, мне показалось, но ты весь урок смотрела на меня, а теперь ходишь по пятам.

Было видно, как сильно она начала переживать: немного сжала губы и стала потирать руки, а потом дрожащим голосом сказала:

— П‑прости… Я заметила, что ты с‑странно ходишь и всё твоё тело напряжено, п‑поэтому я п‑предположила, что у тебя болят мышцы. Хотела п‑предложить помощь, но не знала, как подойти… П‑прости… — казалось, она вот‑вот заплачет.

«Вот он — ваш коварный Слизерин», — мелькнуло у меня в голове.

— Ты знаешь заклинание? — улыбнулась я.

— Д‑да. Мои родители — врачи, поэтому такие заклинания для меня не п‑проблема, — всё это время она смотрела будто сквозь меня и только сейчас действительно посмотрела прямо в глаза.

— Что ж, тогда не могла бы ты мне помочь, пожалуйста?

— Конечно! — она облегчённо улыбнулась.

Мы отошли немного в сторону. Там она достала свою волшебную палочку, что‑то тихонько шепнула, и я почувствовала, как мои мышцы постепенно начали расслабляться. Я не переживала, что она нанесёт мне вред: девушка выглядела как маленький запуганный мышонок.

— Большое спасибо! — поблагодарила я и взяла её за руку.

— Не за что, я б‑была только рада помочь! — как только она договорила, раздался звонок, предупреждающий, что через пару минут начнётся урок.

— Ох, уже пора идти на урок. До встречи! — быстро проговорила я: если задержусь, опоздают и близнецы.

Она кивнула, и мы разошлись в разных направлениях.

— А говорят, все в Слизерине злые. Вот вам пример ошибки суждения. Она помогла мне убрать боль, — сказала я, когда подошла к братьям.

— Это ведь Фитель Налань, — проговорил Джордж.

Я непонимающе посмотрела на него.

— В прошлом году она была вовлечена в крупный скандал. Говорят, Фитель магией атаковала ученика Гриффиндора, после чего применила заклинание исцеления, чтобы у него не было доказательств, и бросила без сознания в подземелье. Когда он пришёл в себя, то рассказал всё директору. Стали проводить расследование, и сначала все правда поверили, что она невиновна. Но оказалось, что она вполне могла находиться в тот момент там: у неё не было алиби. Более того, последнее заклинание на её палочке было заклинанием исцеления. Да и все знали, что они не ладили. В общем, для магов, занимавшихся этим делом, этого было достаточно, чтобы сделать вывод, что это совершила именно она, — ответил Фред.

— Разве это не странно? Почему она не использовала заклинание, стирающее память? Насколько я знаю, в школе нет никакого магического блока на заклинания. Фитель спокойно могла стереть память этому парню, и тогда никто бы ничего не узнал.

— Хотела, чтобы он помнил, как мучился? — предположил Фред.

— Или сама испугалась своих действий и забыла его использовать, — Джордж пожал плечами.

— А что было после расследования?

— Не знаю как, но ей удалось отделаться тем, что у Слизерина отобрали сто баллов, а её отстранили на полгода от обучения.

— С тех пор весь Слизерин винит её в проигрыше кубка, Гриффиндор относится к ней как к врагу, а остальные остерегаются. Так что жизнь её не сахар, — добавил Фред.

— Даже не верится, что такая милая девушка могла так поступить, — я вспоминала, как она дрожала, и совсем не могла представить, как она над кем‑то издевается.

— Внешность обманчива, — сказал Фред, заворачивая в кабинет.

Глава 10

Оставшиеся занятия прошли довольно спокойно, а в мою голову продолжали лезть мысли о Фитель. Мне казалось, что всё было не совсем так, как все считают. А я привыкла доверять своей интуиции.

— Не зацикливайся, — посоветовал Джордж.

— Я стараюсь, но это действительно сложно, — вздохнула я.

— Не переживай, сейчас мы отправимся в Хогсмид, и тебе будет совсем не до этого! — Фред улыбался, предвкушая выход из Хогвартса.

Поскольку на улице было ещё не очень холодно, а мантии были тёплыми, мы отправились сразу после уроков.

Директора о своём выходе я предупредила ещё вчера. Он лишь попросил не отходить далеко от Уизли, а в случае опасности сразу же лететь в Хогвартс.

Выйдя из школы, мы пошли по узкой тропинке.

— И та‑ак, развлекательная программа на сегодня! — Фред выпрыгнул передо мной, взмахнул руками и пошёл спиной вперёд.

— Для начала мы зайдём в магазин волшебных ингредиентов для зелий, — Джордж сделал наигранно надменное лицо и убрал руки за спину. Они с братом сильно контрастировали, и это выглядело забавно.

— Верно! Нам нужны ингредиенты для нашего хобби! — весёлым и громким голосом объявил его брат.

— После чего прогуляемся к Визжащей хижине, — добавил Джордж.

— Ходят слухи, что там водятся призраки, и Дамблдор не раз это подтверждал! — Фред по‑прежнему шёл спиной вперёд, и я начала переживать, как бы он не упал.

— А после этого мы отправимся в паб «Три Метлы», чтобы отведать сливочного пива, — наконец‑то улыбнулся Джордж.

— Именно! — воскликнул его брат, сделал поворот и оказался по левую руку от меня.

— Что за хобби? — поинтересовалась я, посмотрев на каждого из них по очереди.

— О! Хороший вопрос, — продолжал улыбаться Джордж.

— Мы создаём вредилки, — сказал Фред.

— Что? — не совсем поняла я.

— Вредилки — это разные предметы и сладости для шуток и шалостей, — пояснил Джордж.

— Между прочим, они пользуются спросом. Только начало года, а у нас уже купили несколько кусачих чашек, которые кусают за нос человека, пьющего из них! — похвалился Фред.

— Слышал, одну подсунули Филчу — вот крику он устроил! — посмеялся Джордж.

— Поверить не могу! — я остановилась и упёрла руки в бока. Братья непонимающе посмотрели на меня. — У вас такое замечательное хобби, а я о нём только сейчас слышу… Покажете мне, что у вас есть?! — на мой вопрос братья довольно улыбнулись.

— Даже испытать дадим, — хором сказали они.

До нужного места мы дошли довольно быстро. Это был маленький магазинчик, выкрашенный в блошиный красновато‑коричневый цвет. Краска была довольно выцветшей и смотрелась уныло. Внутри же всё выглядело намного лучше: стен почти не было видно — они были заставлены открытыми и закрытыми шкафами из тёмно‑коричневого дерева. В открытых шкафах находилось множество различных скляночек с жидкостями всех цветов радуги. На некоторых полках были прикреплены цепи и стояли предупреждающие таблички. Надписи на них гласили: «Дорогие покупатели, вы всегда можете попробовать зелья и ингредиенты, но магазин не несёт ответственность за вашу смерть», «Разобьёте колбы — получите много ран от брызг содержимого и синяков от меня за порчу имущества», «Мама в детстве не говорила не тянуть в рот всё подряд?» и так далее.

Часть стены около окна всё же проглядывалась: она была уложена плиткой в виде огромных серых камней. Наверху висела люстра из зубов какого‑то огромного животного, на полу лежали ковры красного цвета — они были ужасно похожи на те, что висели на стене у моей бабушки. В конце комнаты стоял огромный деревянный стол, за которым сидел седой мужчина с бородой. Она была намного короче, чем у Дамблдора, а сам человек был одет в зелёную мантию. Я ожидала, что хозяином такого места будет огромный мужчина средних лет.

— Фред, Джордж, а вот и вы! А я всё думал, когда же ко мне пожалуют два моих самых лучших покупателя! — раздался хриплый, но весёлый голос мужчины.

— Здравствуйте, мистер Розенберг! — так же весело ответили братья.

— О, вижу, с вами ещё гостья, — заметил и меня хозяин магазинчика.

— Здравствуйте! Я учусь вместе с ними, зовите меня Лея, пожалуйста, — я доброжелательно улыбнулась.

— Договорились! Я мистер Розенберг Штрауц, можно просто мистер Розенберг, — он улыбнулся в ответ.

Близнецы разделились и стали набирать необходимый им товар. Я принялась разглядывать прилавок.

— Знаете, у вас довольно низкие цены по сравнению с другими. За это зелье, — я указала на баночку с зелёной жижей, — обычно цена в два, а то и в три раза больше!

Это было лекарство от ран: несмотря на ужасный запах, оно действовало очень быстро.

Старичок грустно вздохнул:

— Мой магазин не очень популярен, вернее сказать, клиенты здесь редкость. Не хотелось бы терять последних…

— Знаете, внутри магазин просто потрясающий. Даже если не для покупки, а просто чтобы позаглядывать на таблички — здесь хочется задержаться. Но снаружи всё довольно печально… Хм… В городах маглов фасады зданий всегда пытались сделать броскими, привлекающими внимание. Это завлекает людей, которые проходят мимо, — задумчиво проговорила я.

— А ведь Лея права! Вам бы покрасить магазин снаружи, вывеску повесить побольше, — поддержал меня Джордж.

— Ну что же, возможно, вы и правы… Я и сам думал об этом, — мистер Розенберг выглядел задумчивым.

Я заметила, как глаза Фреда сверкнули:

— А ещё вам бы очень помогла реклама, которую мы запросто можем устроить.

— И что же ты хочешь за неё? — пожилой мужчина улыбнулся, уловив его мысль.

На веснушчатом лице Фреда появилась коварная улыбка:

— Если после рекламы приток покупателей увеличится, для нас цены на товары останутся такими же, как сейчас, — на сколько бы вы их ни решили поднять для остальных!

— Согласен! — на удивление быстро согласился старичок.

После этого они обсудили ещё несколько деталей и сошлись на том, что близнецы начнут рекламировать магазин, когда закончится ремонт его внешней части.

Меня поразило, что этот мужчина согласился так быстро. Он даже не обсудил, как будет проходить реклама и насколько должен увеличиться приток клиентов. Почему он так поступил, мне разъяснил Фред:

— Мы со второго курса здесь закупаемся и довольно часто. Поэтому он для нас как дедушка. Мы тоже уже давно не проверяем состояние заказанного товара и его количество.

— Ох, это… мило, — я улыбнулась. — А насчёт того, как рекламировать, ты уже подумал?

— Ну… Нет, — Фред приложил руку к голове и неловко улыбнулся.

— Не переживайте, об этом уже подумал я, — лицо Джорджа было довольным. — Всё просто: когда будем продавать вредилки, прикрепим к этикетке карточку с названием и адресом магазина, где покупали товар для их изготовления. У меня об этом не единожды спрашивали, так что, думаю, должна получиться неплохая реклама. А повторить вряд-ли смогут, рецепта ведь не будет.

— Неплохо! Но не боишься, что кто‑нибудь попробует узнать рецепт какой‑нибудь вредилки у мистера Розенберга? — поинтересовалась я.

— Нет. Как и сказал Фред, у нас очень доверительные отношения, поэтому он ничего не скажет. Да и повторить не так уж и просто.

Глава 11

Визжащая хижина, на мой взгляд, выглядела совершенно нелепо. Такое здание можно было увидеть в детских мультиках: от низа к крыше оно будто становилось шире и постепенно поворачивалось в другую сторону — совсем неустойчивая конструкция.

— Знаете, если бы я жила в этом доме, то тоже завыла бы и закричала от беспокойства: никогда не знаешь, в какой момент на тебя что‑нибудь свалится и раздавит. Да и цвет нагоняет тоску — словно его выбирал профессор Снегг: серо‑чёрный, — прокомментировала я.

Близнецы почему‑то растерянно переглянулись, но потом Фред сказал:

— Это только с виду конструкция хрупкая, а на деле всё довольно надёжно укреплено. К тому же, уверен, при постройке использовалась магия.

— Ммм… — скептически протянула я. — Ладно, что там с призраками?

— Хижина стоит здесь дольше, чем мы учимся. Раньше это был обычный дом, в нём жила семья волшебников. Но потом все они куда‑то пропали, — рассказывал Джордж.

— По этому поводу ходит масса слухов. Кто‑то говорит, что они бежали, когда началась война с Сама‑Знаешь‑Кем, а кто‑то — что их убили, — продолжил Фред.

— В любом случае после их пропажи в доме какое‑то время было тихо. Но вскоре там стали слышны завывания, звуки, будто что‑то ломалось, скрежет и многое другое. Некоторые утверждали, что слышали человеческие крики, — продолжил Джордж. — Люди забеспокоились и обратились к Дамблдору: мол, проверь, раз ты такой могущественный маг!

— Он и проверил. А потом объявил, что там действительно водятся призраки. Но, пока их не тревожить, вреда они не нанесут. С тех пор на территорию хижины мало кто заходил, — пожал плечами Фред.

— Что‑то мне слабо верится в этих призраков. Сами подумайте: стал бы директор оставлять потенциально опасных привидений неподалёку от школы и жилых домов? — рассуждала я.

— Но зачем ему врать? — задумался Джордж.

— Верно, он бы не стал врать… без причины, — улыбка Фреда стала хитрой, а глаза заблестели.

— Я так понимаю, мы туда пойдём? — уточнила я.

— Конечно! Любопытно же, что он там спрятал! — воскликнул Фред.

— Но давайте не сегодня? — поморщился его брат. — Скоро стемнеет…

Я взглянула на солнце.

— И правда. В темноте с палочкой вместо фонарика будет сложновато отсюда выбраться, — я вспомнила дорогу, которую мы проделали сюда. Место было не очень далеко, но путь лежал через лес, по узкой тропинке. Разбить себе нос, споткнувшись о корень какого‑нибудь дерева, в мои планы не входило. Да и сомневаюсь, что директор будет в восторге от того, что я хожу по ночам через лес, когда мне велено быть осторожной. Нужно будет, кстати, как‑нибудь полюбопытствовать у него, что там всё‑таки происходит — вдруг удастся что‑нибудь выведать.

Мы с братьями решили, что отправимся в хижину в выходные: тогда у нас будет значительно больше времени на обследование территории и здания. На этой ноте мы направились к завершающей точке нашей экскурсии — в паб «Три метлы».

Глава 12

Когда мы подошли ко входу в «Три метлы», мне сразу бросилось в глаза, что он кривой. Это какая‑то мода у британских волшебников — или они просто не способны сделать что‑то полностью ровным? Любопытно…

Как только мы зашли внутрь, послышались совсем не нежные голоса, которые они перебивали друг друга. Оглянувшись, я увидела маленькие скукоженные головы, прикреплённые за волосы к стене: именно они и говорили.

— Не обращай внимания на эти сушёные головешки, — махнул на них рукой Фред. — Лучше идите с Джорджем, найдите места, а я пойду сделаю заказ.

— Идём! — подхватил меня под руку Джордж и повёл к столикам.

Мы выбрали тот, что стоял у стены: рядом было не так много народу. Пока я шла, обратила внимание, что на полу постелены красные ковры — совсем как в России. Примерно такие же были и в магазинчике. От мысли, что ковры будто преследуют меня, я хихикнула. Джордж удивлённо поднял бровь, а я покачала головой, словно говоря, что ничего важного не произошло, — и мы пошли дальше.

Здание было небольшим и в ширину, и в длину, но в нём имелось несколько этажей.

— Джордж, а на верхних этажах тоже бар?

— На втором этаже есть места, но они для крупных компаний — чтобы те не слишком мешали остальным посетителям. А на третьем — комнаты хозяев бара.

Фред не заставил себя долго ждать: вскоре он вернулся с тремя кружками того, что назвал сливочным пивом, и какими‑то закусками. На вкус напиток оказался вовсе неплох: очень нежный, но при этом бодрящий.

Неспешно попивая сливочное пиво, мы болтали.

— Хогвартс, наверное, часто получает жалобы на разбушевавшихся учеников? — спросила я, заметив, что многие молодые люди здесь пьют далеко не безалкогольные напитки.

— Нет, — ответили близнецы хором.

Потом слово взял Фред:

— Здесь нередко бывают и преподаватели, особенно в выходные, поэтому ученики стараются не напиваться. Никто не хочет проблем с учителями, — он пожал плечами.

На секунду в моей голове возник образ профессора Снегга: в чёрной мантии, весь такой серьёзный, за барной стойкой, с огромной кружкой сливочного пива и недовольным взглядом, который он бросает на выпивающих учеников. Я тут же поспешила описать эту картину близнецам — и они расхохотались.

После этого мы ещё долго обсуждали, что обычно пьёт профессор. Джордж в шутку предположил, что тот пьёт сладкий чай из элегантной фарфоровой чашки, заедая песочным печеньем. Посмеявшись, мы всё‑таки сошлись на том, что профессор предпочитает очень крепкий кофе — конечно, из кружки с надписью «Самый грозный и устрашающий».

Потом наши неугомонные умы переключились на другой вопрос: чувствуют ли сушёные головы жажду или голод. По идее, не должны — ведь они уже мертвы и у них нет желудков. Но, глядя на них, можно было подумать, что им очень хочется воды. Мы с Фредом уговорили Джорджа подойти и задать этот вопрос. Он нехотя отправился к головам, а вернулся с каменным лицом: оказалось, у них сегодня не было настроения, и они ответили ему не самой цензурной лексикой. Теперь понятно, почему бар — 18+, хотя здесь много безалкогольных напитков.

Не знаю, сколько мы там просидели, но в какой‑то момент Джордж вдруг подпрыгнул и воскликнул, что нам стоит поспешить обратно.

В Хогвартс мы бежали наперегонки — и, кстати, победил Фред. Джордж почти догнал его у самого входа, но, обрадовавшись, споткнулся и чуть не упал (между прочим, это уже второй раз на моей памяти, когда он спотыкается). Про меня вообще лучше не говорить: я ещё на середине пути поняла, что не могу бежать, и перешла на обычный шаг.

Когда близнецы стали подшучивать надо мной, я ответила, что у них ноги длиннее, а значит, даже обычный шаг получается шире — так что эти гонки были не совсем честными. И, гордо задрав подбородок, отправилась спать.

Глава 13

На следующий день после уроков близнецы, как и обещали, повели меня смотреть на своё хобби. Я думала, что мы расположимся в уютной общей комнате Гриффиндора, но вместо этого они повели меня в совершенно другом направлении.

Зайдя под лестницу, Фред что‑то нажал — и открылся секретный проход. На мой вопрос, откуда они знают о нём, братья дружно улыбнулись и сказали, что украли карту у одного старикашки с лысиной на полголовы… Я догадалась, что речь идёт о Филче — вредном и ворчливом завхозе, с которым я уже успела пересечься. Он отнюдь не произвёл на меня приятного впечатления.

Спустя пять или десять поворотов, которые я даже не старалась запомнить (с рождения у меня топографический кретинизм: даже если я выучу, куда и где мы поворачивали, всё равно потеряюсь), мы оказались в небольшой каменной комнате, обставленной очень уютно. Там стоял стол с разложенным на нём оборудованием, шкафы с множеством различных склянок — совсем как в магазине, который мы посетили недавно. Ещё в комнате были диван и кресло жёлтого цвета.

— Когда шёл ремонт в общей комнате Пуффендуя, мы забрали кое‑какую мебель, — ответил на мой немой вопрос Фред.

— А они у вас не спросили, куда вы её несёте?

— Спросили, конечно. Мы сказали, что хотим отнести её в один наш знакомый магазинчик, а проверять никто не стал, — он подмигнул.

— Тем более что пуффендуйцы всегда рады помочь, — улыбнулся Джордж, доставая из шкафа огромную сумку. Потом он стал вытаскивать её содержимое. Чего там только не было: конфеты, кольца, стаканы, пробирки с разными жидкостями…

— К вашему вниманию — «Всевозможные волшебные вредилки»! — объявил Фред. — В этом году мы презентуем новый товар!

— Кусачая чашка, — Джордж продемонстрировал ту самую чашку, о которой они говорили вчера. На вид она была самой обычной — белой, с волнообразными краями. Потом он поднёс её к лицу, и в миг неровные края превратились в зубы и попытались его укусить. Удивительно, как Джордж успел убрать руку вместе с чашкой!

Я была в шоке: слышать о подобном — одно, а видеть — совсем другое.

— Фантастический фейерверк «Фокус‑покус»! Показывать здесь не станем, но вот в чём суть, — Фред взял в руку фейерверк, похожий на те, что запускают на Новый год. — Когда этот фейерверк взрывается, он начинает творить сущую нелепицу: пишет слова, летает по произвольной траектории — в общем, делает всё, что в него заложат. Но это не главное. Главное то, что при использовании заклинаний на нём он только усиливается.

— Например, ты повелеваешь ему исчезнуть, а он лишь разгоняется ещё сильнее, — пояснил слова брата Джордж.

— И последнее, но не по значению, — восторженно продолжил Фред, — волшебные перья со встроенной проверкой орфографии!

На минуту повисло молчание, а потом он добавил:

— Но мы его ещё не доработали. Это перо постоянно искажает смысл.

Но мне это было неважно.

— Вы же гении! — мой рот ни на секунду не закрывался от удивления. — Это правда невероятно! Не всякий маг до такого додумается… Да чего только эта чашка с зубами стоит! А вы не думали развиваться дальше?

Близнецы были крайне поражены и смущены моей реакцией.

— Кхм… Хотели, но сначала нужно Хогвартс окончить, — сказал Фред.

— И деньги заработать, — будто напомнил ему брат. — Мы думали продавать вредилки, копить деньги, а потом купить здание здесь, в Хогсмиде.

Я схватила их за руки:

— Позвольте мне помочь! Это так интересно! И, если что, я смогу поддержать вас и финансово!

— К‑конечно, — они были так смущены, что даже не стали шутить.

А я почти была уверена, что Фред скажет что‑нибудь вроде: «Сначала нам нужно проверить твои навыки и умения — а то вдруг ты даже ингредиенты размельчить не сможешь!» Но разве не такой и должен быть эффект от их потрясающих изобретений?

После этого братья ещё долго рассказывали о том, как и что они делают, о своих изобретениях и мечтах. Они были просто великолепны.

Глава 14

На следующий день объявили о начале тренировок по квиддичу, после чего близнецы почти каждый день уходили на поле после уроков. Они предлагали мне прийти посмотреть, но я отказалась — хотелось прочувствовать всю полноту ощущений от игры только на самих соревнованиях. А если я буду ходить на каждую тренировку, то к этому быстро привыкну и потеряю интерес. Поход в Визжащую хижину мы решили отложить до Хэллоуина: всё-таки призраки особенно сильны в этот день, а мы хотели увидеть их во всей мощи.

Пока рыжие братья были на тренировках, я вовсе не скучала. Занятия по УФ стали намного сложнее: директор заставлял меня выполнять в полёте самые разные фигуры и не отпускал, пока я не доведу каждое упражнение до идеала. По вечерам, если мы с братьями Уизли не были полностью измотаны, мы либо готовили новые волшебные вредилки для продажи, либо придумывали что-то совершенно новое. Заметила, кстати, что братья обожают придумывать названия из трёх слов, которые начинаются на одну букву, чтобы появлялись забавные аббревиатуры вроде «УУУ» или «БББ».

Ещё одним моим вечерним увлечением стала библиотека. В Хогвартсе она была настолько огромной, что в ней запросто можно было заблудиться — и я чуть было не сделала это. Но мне на помощь пришёл милый парень, который был младше меня. Его звали Невилл Долгопупс. Позже мы часто пересекались. Он увлекался ботаникой и часто проводил время на втором этаже библиотеки. Встретившись, мы обычно садились рядом, читали, а потом делились друг с другом самым интересным из прочитанного. Иногда просто болтали. Однажды вечером я спросила:

— Невилл, ты что-нибудь знаешь о Фитель Налань?

Я почувствовала как он напрягся.

— Не суди о ней по слухам!

— Да нет же, что ты — я подняла руку, будто сдаваясь. — Я бы так никогда не поступила. Просто хочу разобраться. Докопаться до истины. Так что?

Выражение его лица изменилось — стало грустным.

— Раньше она часто приходила сюда, делала уроки, говорила, что здесь ей спокойнее. Я тогда не придал этому значения. А узнал о слухах… Говорили разное. Например, что она бегала за Остином, а он ей отказывал. И будто бы из-за этого она начала издеваться над ним — подкидывала пауков в карман мантии, резала учебники. Думаю, что она пряталась здесь от сплетен за спиной. А потом в один вечер она не пришла. На следующее утро староста объявил, что Остина атаковали магией… и подозрение пало на Фитель, — он замолчал.

— А дальше? — я не стала торопить его. Было видно, что Невилл переживает за неё. Но мне нужно было узнать больше.

— Спустя несколько дней мне удалось с ней встретиться — она пришла вернуть книги. Я спросил, что случилось, и виновата ли она на самом деле. Она расплакалась и сказала, что, она и в правду ненавидит Остина, но никогда бы не стала делать ничего подобного. Больше Фитель ничего не рассказала.

Невилл посмотрел на моё озабоченное лицо и добавил:

— Но если ты действительно хочешь докопаться до истины… То я знаю, кто слышал всю историю от самой Фитель. Это Миаэль Мирс — её лучшая подруга.

— А где я могу её найти? — я едва не подпрыгнула от радости. Наконец-то появился шанс узнать всю правду!

— Они с Фитель ходят на дополнительные занятия по зельеварению по средам вечером. Но должен предупредить… Миаэль не самый мягкий человек. Разговорить её у меня не получилось.

— Ничего, я что-нибудь придумаю, — улыбнулась я. — Спасибо, Невилл!

Я радостно обняла парня, схватила книгу и побежала вниз, в общую гостиную. Близнецы как раз должны были вернуться — и у меня уже был план, в котором они были просто незаменимы!

Глава 15

Джордж и Фред сидели в общей комнате — как я и предполагала. Увидев меня, они насторожились.

— Лея, что-то случилось? — встревоженно спросил Фред.

— Расскажу всё, но не здесь, — сказала я, схватила их за руки и потянула вверх.

Близнецы переглянулись, пожали плечами и послушно встали. Когда мы оказались в нашем тайном убежище — на самом деле это была изобретательская лаборатория близнецов, но я давно уже чувствовала себя здесь почти хозяйкой — я рассказала им всё, что узнала от Невилла.

— Так ты всё-таки не отступила, — вздохнул Джордж.

— А я и не сомневался, — усмехнулся Фред, протягивая руку ладонью вверх. — Договор был, помнишь?

Джордж ещё раз вздохнул, но вытащил из кармана пять галеонов и положил на ладонь брата. Фред тут же сунул монеты в мантию и радостно обнял меня за плечи.

— Ты делаешь меня богаче!

— Хмм… — я сбросила его руку, но в глазах блеснула улыбка. — Позже обсудим, как часто вы на меня ставите, и какой процент с твоего выигрыша я заберу себе — всё-таки я не просто ставка, а живой объект спора.

Фред слегка скривил нос, но промолчал.

— Ладно, — перебил Джордж, явно пытаясь сменить тему. — Как ты вообще собираешься разговорить Миаэль? Она же не из тех, кто разболтает чужие тайны.

— Я хочу заглянуть в шкаф Фитель и Миаэль, — почти шёпотом сказала я. Голос сам собой стал тише — не из страха быть подслушанной, а будто бы сама идея требовала тайны.

— Хочешь рыться в чужом шкафу? — Фред расхохотался. — О, это уже интересно!

— Именно. И мне нужна ваша помощь.

— Конечно поможем — с энтузиазмом воскликнул Фред. — Всегда мечтал заглянуть в спальню Слизерина.

Джордж только кивнул, но в глазах тоже мелькнуло любопытство.

— Лучше всего действовать во время уроков, — начал рассуждать Джордж. — Тогда в общежитии никого не будет.

— Но мы не можем просто уйти с занятий втроём — нас не отпустят, — возразила я.

— А если «заболеть»? — предложил Фред, бросив хитрый взгляд на свою сумку. — И не ходить на уроки вообще.

— Только если нас оставят в комнатах, а не отправят в больничное крыло, — уточнила я. — Иначе весь план провалится.

— Аллергическая сыпь? — предложил Джордж.

— Слишком просто, — покачала я головой. — Сыпь — это не повод сидеть взаперти. Могут и на уроки отправить с мазью.

— Тогда простуда, — сказал Джордж, доставая из сумки пузырёк с мутной жидкостью. — Лихорадка, кашель, слабость — идеальный повод полежать в постели. Дадут зелье и оставят в комнатах, чтобы не заразить других.

— А противоядие у вас есть? — Я скрестила руки. — Без гарантии возвращения в норму не согласна.

— Конечно — хором ответили близнецы, и Фред даже приложил руку к сердцу, как будто давал клятву.

— Отлично. Значит, завтра перед тем, как начнут просыпаться, выпиваем зелье. Потом идём к мадам Помфри, жалуемся на симптомы — и отправляемся в комнаты «выздоравливать».

— То, что мы заболели все трое, не вызовет подозрений, — добавил Джордж. — Мы ведь почти не расстаёмся. Да и погода — серая, сырая. Кто не простудится?

— Верно, — кивнула я. — А потом — по потайным ходам. Главное — следить, чтобы никто не зашёл в спальню.

— Я возьму мантию-невидимку у Гарри и спрячусь в общем зале Слизерина, — предложил Джордж. — Буду прикрывать.

— Отлично А уши-рации помогут держать связь, — добавила я. — Если кто-то пойдёт в комнату — ты предупредишь, и мы успеем спрятаться.

Про «уши-рации» я узнала случайно — когда доставала ингредиенты для зелья, на меня с полки упали два странных розовых уха. Близнецы объяснили, что это их изобретение: одно ухо остаётся с носителем, второе — у напарнике, и всё, что слышит первое, передаётся второму. Как волшебная рация.

Мы ещё долго сидели в лаборатории, готовили зелья, обсуждали детали и оттачивали план. Каждый шаг был продуман — и, честно говоря, я уже чувствовала, как азарт приключений захватывает меня целиком.

Глава 16

За час до пробуждения я выпила микстуру, полученную от братьев. Отдам должное — она начала действовать уже через полчаса. Когда все проснулись, я выглядела так, будто совсем разболелась. Глаза слезились и покраснели, нос тек так, будто это краник, который забыли закрыть. Температуры я не ощущала, но была уверена: если бы мне дали градусник, он показал бы температуру не меньше 38.

— Ох, Лея, ты совсем расклеилась. Может, сходишь к доктору? — спросила милая светловолосая девушка с серыми глазами. Кажется, её звали Ники.

— Всё хорошо, я пойду на занятия… нельзя пропускать… Апчхи — мой чих прозвучал на всю комнату.

— Нет, так дело не пойдёт. Иди-ка ты к врачу. С такой простудой всё равно смысла на уроках не будет — сосредоточиться на учёбе просто невозможно, — поддержала Ники другая девушка.

— Ах… Ладно, — вздохнула я и с видом умирающего лебедя начала натягивать школьную форму.

На самом деле я не чувствовала себя больной, только выглядела так. Но мои актёрские способности всегда были при мне. Сколько раз я уже так уходила с уроков пораньше — кто бы знал.

Выйдя из комнаты, я свернула под лестницу, где мы с близнецами договорились встретиться. Они уже стояли там — такие же опухшие, как и я.

— Ты задержалась. Мы начали волноваться, — сказал Джордж.

— Играла роль девушки, которая страстно не желает идти к врачу. Ведь уроки — это святое, — ответила я.

Джордж, судя по взгляду, не понял: зачем так усложнять? Могла просто уйти. На помощь ему пришёл брат. Слегка толкнув того локтем, он пояснил:

— Так меньше подозрений. Какой смысл у притворяющейся больной говорить, что она всё равно пойдёт на занятия?

Джордж кивнул с видом «вот теперь понял».

— Раз все собрались, тогда — в медпункт, а потом… — я кивнула на секретный проход.

— Ага, — отозвались они в унисон.

До медкабинета дошли спокойно. Каждый раз, когда кто-то проходил мимо, мы с братьями тут же начинали шмыгать носами, чихать и изображать страдальцев, чтобы прохожий поскорее уходил.

Врач удивилась, что мы втроём заболели одновременно. Мы объяснили, что, возвращаясь из Хогсмида, попали под дождь — вчера он действительно был. Нам выдали таблетки, градусники и велели измерять температуру каждый час. Если поднимется — прийти сразу.

Через несколько минут после ухода мы уже были в тайном проходе, выпив противоядие вместо таблеток.

Войдя в женскую спальню Слизерина, Джордж накинул мантию-невидимку, проверил уши и спустился вниз. Я же начала осматриваться. Место напоминало нашу спальню, но без окон и в зелёных тонах — от стен до постелей.

— Интересно, какую магию они используют, чтобы здесь не было сырости и холода? — пробормотал Фред, шагая по комнате в поисках нужного шкафа.

— Мне даже жалко их немного. У Пуффендуя комната рядом с кухней, у Когтеврана — в башне с видом на озеро и у нас — отличное расположение… А у них — в подземелье.

Фред задумался, пытаясь найти плюсы:

— Зато у них был тролль.

— Во-первых, что? Во-вторых, что значит «был»? — я ошарашенно уставилась на него.

— Да там долгая история… расскажу потом, — протянул он. — А вот и её шкафчик.

— В голове не укладывается… тролль… — повторила я.

— Так, будешь шкаф осматривать или тут стоять с открытым ртом? — усмехнулся Фред, глядя на моё ошеломлённое лицо.

— Буду осматривать, конечно, — ответила я, подходя ближе.

На одной полке лежала одежда, на другой — учебники, а на третьей — груда непонятных вещей, которые моя мама назвала бы хламом. Я принялась их рассматривать: кисти, краски, незаконченная картина летящей птицы — и, надо признать, очень красивая. Мой план был прост: узнать о Миаэль как можно больше, приблизиться к ней и выяснить правду о том происшествии. Конечно, рыться в чужих вещах — верх неприличия. Но ради благого дела можно и на совесть закрыть глаза — сами они мне ничего не расскажут.

— Тут расписание, — сказал Фред, разглядывая бумажку. — Всё вроде обычное, но в пятницу последним стоит «рисование». У нас такого предмета нет.

Я задумалась:

— Возможно, это дополнительные занятия. Здесь же есть курсы по садоводству и всякое такое.

— Воз… — начал Фред, но его перебил голос Джорджа из уха:

— К вам идут. Быстрее уходите!

— Вот не сидится им на уроках, чёрт — прошипела я, торопливо поправляя вещи, чтобы всё выглядело нетронутым.

Послышалось громкое эхо шагов — кто-то приближался.

— Не успеем, — сказал Фред.

Оглядевшись, он схватил меня за руку. Я едва успела захлопнуть дверцу шкафа, как мы юркнули под кровать. Сверху на ней лежал длинный плед, который полностью скрывал пространство под ней. Мы замерли. Дверь открылась, шаги направились к противоположной стене — там стояли ещё несколько шкафов. Дверца скрипнула, и тут же раздался грохот, за которым последовало громкое, полное боли и раздражения ругательство — что-то тяжёлое упало пришедшему на ногу.

Фред едва сдержал смех, но я тут же прикрыла ему рот рукой. Сама кусала губы, чтобы не захихикать. Тем временем девушка пробурчала:

— Вот блин, опять мне везёт!

С этими словами она принялась убирать вещи обратно. Шкафчик снова скрипнул, а затем раздались быстрые, слегка недовольные шаги — в сторону выхода. Дверь хлопнула.

Я облегчённо выдохнула, но тут же осознала, в каком положении оказалась. Из-за узости кровати я прижалась к Фреду, а моя рука всё ещё была на его лице. Я мгновенно убрала её и попыталась отодвинуться, чувствуя, как щёки заливаются румянцем.

Фред тоже смутился и отвёл взгляд.

— Она ушла. Что делаем дальше? — раздался голос Джорджа.

Я взяла ухо:

— Возвращаемся. У меня появился новый план.

— Понял, — ответил Джордж.

Мы с Фредом осторожно выбрались из-под кровати.

Глава 17

Мы с Джорджем и Фредом сидели в нашей тайной комнате. Братья, как обычно, устроились рядом, а я — напротив.

— И что ты придумала? — спросил Джордж. После того как он застал нас с Фредом раскрасневшимися в комнате Слизерина, он не переставал бросать на меня подозрительные взгляды.

— План ещё сырой, и в нём много нюансов, — ответила я, — но вот что я думаю: нужно выяснить, не заинтересуется ли мистер Розенберг идеей бесплатно разрисовать его дом в стиле Хэллоуина.

Я бы от такой затеи не отказалась — одни плюсы: бесплатно, нужно только купить краску, зато можно привлечь потенциальных клиентов. А потом и перекрашивать не обязательно — под атмосферу магазина это подойдёт идеально.

Братья нахмурились, обдумывая предложение, но вскоре кивнули. Это означало, что шанс на его согласие есть.

— А дальше? — спросил Фред.

— Я поговорю с директором, — продолжила я. — Узнаю, есть ли в художественном клубе талантливые ученики, которые захотят поучаствовать.

— А если он предложит кого-то другого? — насторожился Джордж.

— Не переживайте. Если так выйдет, я придумаю, как выкрутиться и добьюсь, чтобы он порекомендовал именно Фитель и Миаэль.

— Понятно, — догадался Фред. — Тогда мы подойдём к ним и скажем, что нас направил директор.

— Для начинающих художников это отличная возможность, — кивнул Джордж. — Мало кто откажется.

На самом деле я видела ещё множество недочётов, которые меня беспокоили, но решила разбираться с ними по ходу дела.

— Сегодня не получится, — вздохнул Джордж. — Мы будем отсутствовать слишком долго, и кто-нибудь обязательно заметит.

— Лея, а когда у тебя урок с профессором Дамблдором? — спросил Фред.

— Послезавтра, — ответила я.

— Тогда завтра сходим к мистеру Розенбергу. Лучше не рисковать и заранее всё уладить.

Мы с Джорджем согласно кивнули.

Вскоре мы перебрались в общую гриффиндорскую гостиную. Пока я читала, братья играли в волшебные шахматы и предложили мне присоединиться. Но шахматы и карты для меня — темный лес. Когда-то меня пытались научить, но стало невыносимо скучно, и я бросила это дело. А вот в шашки я играла великолепно, наверное, потому что дедушка часто играл со мной в детстве, а правила там несложные. Близнецы закатили глаза, услышав мою хвастливую речь, и предложили пари: если выиграю одного из них — выполнят любое моё желание.

Я не только согласилась, но и подняла ставку: если обыграю обоих — желания будет два.

Им показалось это забавным, отказываться они не стали.

Уже через пять минут один из братьев был повержен, а второй с тоской смотрел на башню из «съеденных» чёрных шашек. Они начали жалеть, что вообще затеяли эту игру. Ещё через минуту я одержала победу.

— Ну что ж, чемпионка мирового масштаба, — усмехнулся Фред, — какое твоё желание?

— Я не чемпионка, просто любитель, — хихикнула я. — Да и желание у меня простое: отменить ваше. После общения с вами мне становится страшно думать, для чего вы его хранили.

— Пф, трусишка, — рассмеялся Фред.

Его брат лишь улыбнулся, с трудом сдерживая смех.

— Сам такой! — обиженно парировала я. — Кто знает, что у вас в головах творится!

Глава 18

Стоя на мосту, я вглядывалась в журчащую воду. День выдался поистине прекрасным. Несмотря на яркое солнце, в воздухе играл свежий ветер, разнося запахи осени — разноцветной опавшей листвы, сырой от утреннего дождя земли и прохлады. От наслаждения я прикрыла глаза. Как удивительно: каждое время года обладает своим ароматом — уникальным и неповторимым. Как бы люди ни старались воссоздать эти запахи в духах, у них ничего не получается. То аромат оказывается слишком искусственным, то — резким. Это даже немного огорчает. Я бы с радостью носила духи с запахом зимней стужи или весеннего воздуха после первого ливня.

— Что разнежилась, как кошка на солнце? — раздался шёпот у самого уха.

От испуга я резко распахнула глаза и отпрыгнула в сторону.

— Ну вот, теперь ты похожа на испуганную кошку, — рассмеялся Фред.

— Чёрт, напугал. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, — я прижала ладонь к груди, пытаясь его унять.

— Сама виновата. Так расслабилась, что любой мог подкрасться, — на лице Фреда не было понять: шутит он или говорит всерьёз.

— Разве такое возможно? До Хогвартса рукой подать, да и ученики туда-сюда ходят без остановки, — сказала я, но в душе понимала: Фред прав. Для других, может, здесь и безопасно, но мне нельзя терять бдительность. Слишком уж я расслабилась за время, прошедшее с моего приезда.

— Кто знает, вдруг Клык сойдёт сума и решит полакомиться человечиной? — Фред состроил устрашающую гримасу.

Я тут же вспомнила Клыка — пса Хагрида, нашего лесничего. В первый раз, увидев его, я по-настоящему перепугалась, что он бросится на меня, но на деле оказалось, что он такой же добродушный, как и его хозяин, да ещё и немного трусливый. Поверить, что Клык нападёт на человека, теперь было не просто сложно — невозможно.

— Кстати, а где Джордж? — я огляделась, но его нигде не было.

— Ах, тут такое дело, — Фред почесал шею. — Мы хотели подшутить над одним парнем, но он воспринял всё слишком серьёзно… и донёс Макгонагалл. Нас наказали — отрабатывать в библиотеке: пыль вытирать, книги расставлять, всё такое. Мы с Джорджем договорились: я иду с тобой, а он прикроет меня.

Последний урок у нас был по выбору, и мы ходили на разные предметы, так что я их «шутку» не видела. Жаль, честно говоря.

Кстати, вот что ещё интересно: я никогда не говорила братьям, что мне нельзя выходить за пределы Хогвартса одной. Но они, будто чувствуя это, всегда сопровождали меня. Иногда я даже ловила себя на мысли: «А вдруг они знают мой секрет?» Но тут же прогоняла её — не может такого быть.

— Тогда поторопимся, чтобы вернуться и помочь Джорджу, — улыбнулась я.

— Отлично, — Фред ответил такой же широкой улыбкой.

Мы двинулись в Хогсмид. Фред шёл чуть впереди, ветер трепал его рыжие волосы. Осень, кажется, особенно шла ему — как, наверное, и всей семье Уизли.

— Слушай, а как ты поняла, что я — не Джордж? — веснушчатый парень вдруг обернулся и рассмеялся.

— Что? — не поняла я.

— Ты что, фея осени? — сквозь смех спросил он.

Я недоумённо уставилась на него. Фред, наконец отсмеявшись, подошёл ближе и протянул руку к моей голове.

— И когда только успела? Мы же шли всего минут десять, — в его ладони оказался небольшой лист.

Оказалось, на моей голове лежало не один, а как минимум четыре опавших листа! Я огляделась — мы шли прямо под деревьями, с которых листва осыпалась особенно активно. Задумавшись о чём-то, я даже не заметила, как меня осень украсила меня.

— Удивительно, что на твоих нет, — сказала я.

— Ты так пристально смотрела, что листья просто побоялись на меня садиться, — ещё ярче улыбнулся Фред.

Я почувствовала, как щёки заливаются румянцем, и быстрым шагом двинулась вперёд:

— Да брось, чушь какую-то несёшь Я вовсе не смотрела на тебя!

— Что? — раздался сзади его голос. — А я точно чувствовал, как чей-то взгляд прожигает дыру у меня в затылке!

— Тебе показалось, — я ускорила шаг. Фред — тоже. Я пошла ещё быстрее — и он не отставал. В итоге мы оба перешли на бег.

Но ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы меня догнать.

— Поймал! Теперь ты водишь, — он дотронулся до моего плеча и тут же бросился прочь.

Как интересно всё перешло в игру в догонялки.

Глава 19

В магазине Фред взял на себя переговоры с мистером Розенбергом. Я не возражала, потому что они уже очень давно знали друг друга, а за время нашего общения я убедилась, что братья умеют вести переговоры лучше многих. Чтобы не отвлекать их, я пошла собирать ингредиенты для новой партии вредилок. Через десять минут ко мне подошёл Фред и спросил:

— Всё взяла?

— Да, — как раз найдя последнюю необходимую баночку, я повернулась к нему с охапкой товаров в руках. — Пошли оплачивать?

— Я уже сказал мистеру Розенбергу, что мы взяли, и оплатил, так что клади всё в сумку и пошли.

Я послушно стала складывать всё в мешок, который специально взяла с собой. Как только всё было убрано, Фред протянул мне руку. Я удивлённо посмотрела на него и, не понимая, чего он хочет, просто положила свою руку на его. Фред широко улыбнулся, отчаянно сдерживая смех.

— Я хотел взять сумку, — сказал он.

— Так бы сразу и сказал! А вообще она не такая уж тяжёлая — сама понесу! — смутившись, я собралась убрать руку, но он крепко держал её.

— Теперь не отпущу, пойдём так! — уже откровенно смеясь, ответил он.

— Фред! — я снова попыталась убрать руку, но он не позволил, крепче сжав её.

— Лея! — передразнил он меня и потом хитро улыбнулся. — Джордж ждёт. Будем спорить или ему помогать пойдём?

Чёрт, и почему я даже не подумала, что ему нужна сумка. Нужно же было так сглупить. Я прикрыла глаза и вздохнула.

— Буду считать, что ты согласилась идти так, — сказал он, выхватив из моей другой руки сумку, попрощался с мистером Розенбергом.

Точно. Мою оплошность он тоже заметил. Сегодня я точно сгорю со стыда. Пока я краснела всё сильнее и сильнее, Фред, весело улыбаясь и держа меня за руку, пошёл на улицу, а я безуспешно попыталась освободиться:

— Даже не надейся, — посмеялся он. — Считай, что выплачиваешь мне долг за то, что я пошёл с тобой.

Манипулятор, тоже мне.

— И какая тебе польза от моей руки? — я изогнула бровь.

— Ммм… — задумчиво протянул он. — На улице прохладно, руки мёрзнут, вот я и греюсь.

Он же только что это придумал…

— У тебя есть карманы в мантии, — сказала я. Лучше бы этого не говорила, потому что Фред улыбнулся ещё шире.

— Точно! — воскликнул он и тут же спрятал наши руки в карман своей мантии, из-за чего мне пришлось стать чуть ближе.

— Ты права, так ещё теплее, — он довольно кивнул.

Вот нравится ему надо мной издеваться. Лучше я буду молчать, а то вдруг он ещё что-нибудь придумает, и я точно превращусь в помидор.

Мы действительно какое-то время шли молча, а потом он спросил:

— Ты мне так и не ответила, как смогла нас с Джорджем отличить.

— Я заметила ещё несколько различий, помимо предпочтений в еде, — ответила я, не глядя на него. — В характере, например. Думаю, если бы тогда это был он, Джордж просто бы окликнул меня. Он более спокойный и тихий, что ли. Не намного тише тебя, но всё же… Он может спокойно выполнять монотонную работу, например, перебирая травы для зелий.

— Но я тоже это могу, — не понял меня Фред.

— Дело не в том, можешь ты или нет. Для Джорджа это не проблема, ему даже интересно, в каком-то смысле. А ты неусидчивый. Всегда стремишься быть в центре событий, участвовать во всех самых странных затеях. Это не плохо, — я пожала плечами. — По моему мнению, вы друг друга прекрасно дополняете: под твоим влиянием Джордж становится более активным, а ты — всё ещё не уничтожил мир в одном из своих экспериментов, — я улыбнулась, представляя Фреда в образе сумасшедшего учёного.

— И когда ты только успела так хорошо нас изучить… Ты права, Джордж действительно немного спокойнее меня, но даже если бы меня не было, он всё равно остался бы Джорджем, который любит шутки и розыгрыши.

Фред очень любил своего брата, это было очевидно даже тем, кто с ними не общался. Они почти всегда были вместе, защищали и заботились друг о друге.

— Ты прав, как бы то ни было, Джордж всё ещё будет Джорджем, а Фред — Фредом. Вместе или порознь, вы всё равно остаётесь удивительными братьями семьи Уизли, — улыбаясь, я слегка толкнула Фреда, а он фыркнул.

Глава 20

В Хогвартсе мы первым делом решили отнести покупки в тайную комнату. Каково же было наше удивление, когда мы увидели расположившегося на диване Джорджа. Он что-то внимательно читал.

— Джордж? — воскликнули мы с Фредом.

Он перевёл взгляд с текста на нас.

— Я думал, вы позже придёте, — он был удивлён не меньше, чем мы.

— Мы хотели тебе помочь, поэтому и торопились, — объяснила я, сев напротив.

Фред кивнул на мои слова и поставил сумку с ингредиентами на стол. Его брат тут же стал вытаскивать содержимое и говорить:

— Я пришёл в библиотеку, а там делов на пять минут. Хотел за вами пойти, но решил, что лучше дождаться здесь. Как всё прошло? — уже вытащив и расставив всё по полкам, поинтересовался Джордж.

Фред сел рядом с братом и стал рассказывать:

— Он даже обрадовался нашему предложению, найти работников перед Хэллоуином сложно. Так что мы как раз кстати. Теперь он ждёт, когда мы обо всём договоримся и придём. Выбор дизайна — на наш вкус.

— Пока всё складывается как нельзя лучше, — я улыбнулась.

— Следующий шаг — обсудить всё с директором. А в этом мы полагаемся на тебя. — кивнул мне Джордж.

А я задумалась о том, как будет проходить разговор с Дамблдором. Оказалось, намного проще, чем я представляла. После урока по управлению фениксом директор позволяет мне задать интересующие вопросы.

— Сегодня у меня нет вопросов по теме занятия… — начала я.

— Но у тебя точно есть какой-то другой вопрос, — догадался он.

— Дело в том, что один наш с близнецами знакомый решил обновить дизайн магазина, мы хотели ему помочь и подумали, что, возможно, есть кто-то, кто хорошо рисует и хотел бы потренироваться, — почти всё, что я сказала, было правдой.

Директор задумался, жуя конфеты, которые он всегда носил с собой. Интересная привычка…

— Хорошая идея, главное — не забывай оставаться начеку, когда находишься в Хогсмиде. А по поводу художников — что скажешь о Миаэль Мирс и её подруге Фитель Налань? Они довольно хорошо рисуют, учитель очень их хвалил.

— Они со слизерина? — уточнила я для большей правдоподобности, хотя что-то мне подсказывало, что директор знает всё, что мы задумали.

— Именно. Ты ведь сама говорила, что хорошо относишься ко всем факультетам, да и за близнецами Уизли я никогда не замечал чрезмерной агрессии в сторону слизерина, — погладил он свою бороду.

— Вы правы. Тогда я прислушаюсь к вашим рекомендациям и завтра же поговорю с ними! — довольная, словно кот, объевшийся сметаной, протянула руку, чтобы директор трансгрессировал нас в Хогвартс.

— Как ты взбодрилась, а я думал, тренировки тебя утомляют. С следующей недели повысим нагрузку, — сказал он, улыбаясь,от чего вокруг глаз появились паутинки морщин.

Только я хотела возмутиться его словам, как уже стояла посередине пустого коридора — Дамблдора рядом не было. При следующей встрече нужно во что бы то ни стало уговорить его не делать этого, иначе после меня придётся выносить в гробу!

— О, Лея! — раздался голос одного из рыжих братьев у меня за спиной.

— Шшш! — шикнул голос второго.

Я обернулась, но никого не увидела. Посмотрев по сторонам и не обнаружив никакой щёлки, из которой братья могли бы подсматривать, я сообразила:

— Ну и зачем вы в мантии-невидимке по Хогвартсу расхаживаете?

В ответ последовало молчание.

— Ой, да ладно, вы уже выдали своё присутствие! — сказала я, сама водя рукой по воздуху, пока не наткнулась на ткань.

Сдёрнув невидимое полотно, я стала наблюдателем чудесного зрелища — Фред рукой зажимал Джорджу рот, хотя я бы сказала, что это было больше похоже на попытку его задушить.

— Фред, прекрати издеваться над братом.

Услышав мои слова, он тут же убрал руку и передёрнул плечами:

— Ты сейчас совсем как наша мама говоришь.

— А что, ты часто издеваешься над Джорджем? — удивилась я.

— Нееет… — потянул он.

Я, подойдя ближе к Джорджу и с подозрением смотря на Фреда, тихо сказала:

— Не бойся и скажи мне правду: если он принуждает тебя к чему-то или бьёт, я тут же свяжусь с соцзащитой, и они тебе помогут.

— Спасибо! — ответил мне Джордж.

Его брат недовольно фыркнул, изображая великую обиженку. Не выдержав, мы рассмеялись.

— Так что вы делали? — переспросила я, смеясь.

— Думали тебя подловить у кабинета Дамблдора и разыграть, а тут ты неожиданно появилась прямо посреди коридора, — пожал плечами Джордж.

К их розыгрышам я давно привыкла, поэтому даже не стала зацикливаться на этой мысли.

— Появилась? О чём вы, я уже минут пять стою и думаю, как Дамблдора задобрить — он хочет усложнить занятия! — сказала я честно… частично. Братья сделали вид, что поверили.

— Кстати, как всё прошло? — спросил Фред.

— Довольно гладко. Он сам предложил мне Фитель и Миаэль. Мне кажется, он в курсе нашей затеи, — ответила я.

— Не удивлюсь, если так и есть. У нашего директора глаза и уши по всему Хогвартсу, — добавил Джордж шёпотом.

— А за пределами Хогвартса, я думаю, тоже есть, — так же шепча, ответил Фред.

Мы обвели взглядом коридор, и по коже побежали мурашки — кто-то или что-то постоянно за нами наблюдает.

— Хорошо, что директор нам не враг, — я поджала губы.

Братья кивнули, согласившись со мной.

Глава 21

Во время завтрака мы подошли к девушкам:

— Фитель?

Она подняла на меня испуганные карие глаза, а её темноволосая, сероглазая подруга напряглась.

— О… З-здравствуй? — неуверенно сказала Фи.

— Доброе утро, Фитель. А… Тебя, наверное, зовут Миаэль? — уточнила я доброжелательно.

— Что вам нужно? — её голос звучал зло.

— М-Миа, я не думаю, что они хотят чего-то плохого. Правильно? — Фи положила руку на плечо подруги, та в ответ фыркнула и посмотрела на меня, ожидая ответа.

— Ты права, меня зовут Лея, это Фред и Джордж, — я указала на братьев. — Дело в том, что один наш знакомый хотел изменить внешний дизайн своего магазина, нарисовав что-нибудь на стенах снаружи. Мы решили ему помочь, но у нас нет навыков в рисовании, чтобы хорошо изобразить что-либо. Я спросила у директора совета…

— У директора? — перебила Миаэль.

— Да, я перевелась сюда, у меня есть дополнительные занятия, которые проводит директор. Поэтому я достаточно часто его вижу. Так о чём я? Ах да, он порекомендовал вас, сказал, что учитель рисования часто вас хвалит.

Глаза Фитель засверкали, а её подруга всё ещё не спешила довериться нам.

— А какая от этого нам выгода? — спросила она.

— Вы сможете потренироваться. Мне кажется, что это хорошая возможность для вас, — ответил Джордж.

— Когда ещё выпадет шанс изобразить что-то в таком масштабе? — поддержал брата Фред.

— М-мия! — Фи схватила её за руку и крепко сжала, смотря «оленьими глазками».

Миаэль тут же сдалась, не выдержав напора:

— Хорошо. Но для начала нам нужно сходить и посмотреть магазин. Вы уже думали о дизайне? Есть ли какие-то требования у владельца?

— Нет, не думали, но это должно быть что-то пугающее, как внутри магазина. Когда увидите — всё поймёте. Владелец полностью доверяет нашему выбору, — ответил Фред.

— Замечательно. Тогда я хотела бы сегодня же осмотреть место. Чем раньше приступим — тем быстрее всё сделаем, — сказала Миаэль холодным голосом.

— Думаю, это не проблема. Верно, Фред, Джордж? — я посмотрела на них.

— Никаких проблем! — ответили они в унисон.

— Сегодня на поле тренируется Пуффендуй, так что нас отпустили, — добавил Фред, пожав плечами.

— Тогда в-встретимся после об-беда на мосту! — радостно сказала Фи.

— Хорошо, до встречи! — улыбаясь, я помахала девочкам и пошла к своему столу.

— Они такие разные, — заметил Джордж, кладя яичницу на тарелку.

— Словно гот и хиппи, — согласилась я.

— Противоположности притягиваются, — ответил Фред, не отвлекаясь от поедания сладких хлопьев с молоком.

***

После обеда, как и договаривались, мы отправились в магазин. Девушки, как и я в первый раз, были поражены: внешняя часть вовсе не соответствовала внутренней.

— Честно признаюсь, я всегда проходила мимо и даже не обращала внимания на этот магазин, — призналась Мия, когда мы сидели в комнате, которую выделил нам мистер Розенберг для обсуждения ремонта.

— Поэтому мы и попросили у вас помощи, — я посмотрела на них. — Мы сами бы перекрасили всё в другой цвет, но хотим создать нужную атмосферу.

— Думаю, стоит нарисовать один целый рисунок, — предложила Фи.

Её подруга задумалась:

— Думаю, ты п-права. И, конечно, это не д-должно быть что-то типичное — типа тык-квы или пугала. Слиш-ком часто используют такие мот-тивы.

Все задумали о том, что можно изобразить, молчание вызванное эти прервал Джордж:

— Как насчёт дракона?

— Звучит неплохо, но стоит прикинуть на бумаге как это будет выглядеть, — кивнула Мияэль.

Фитель достала из кармана мантии небольшой блокнот и карандаш и принялась рисовать:

— Он д-должен выглядеть устраш-шающе.

— Зубастым и костлявым, — добавил Фред.

— Пусть будет в полёте, — добавила Миаэль.

— Если изобразить, будто он кричит или собирается извергнуть пламя, его зубы получатся выразительнее, — предположила я.

На основе наших идей Фитель быстро сделала набросок дракона и показала нам. Невероятных размеров зверь с множеством зубов, длинной шеей, вдоль которой шли острые шипы, расходившиеся в две стороны и заканчивавшиеся около оснований крыльев, которые были слегка порваны. Массивные лапы с когтями и опасный хвост — всё это поражало воображение.

— Это действительно устрашающе, Фитель, — удивлённо сказала я.

— Но и очень красиво, — добавил Джордж.

Она улыбнулась:

— С-спасибо. Я раньше из-зучала анатомию драконов и вид-дела похожих в учебнике.

— А как его расположить? Не хотелось бы переносить рисунок много раз — будет выглядеть слишком криво, — поморщился Фред.

— Дав-вайте нарисуем его на од-дной стене, а на другой — магги на мёт-тлах, а на третьей — горящий г-город.

Миаэль вздохнула:

— Идея неплохая, но вот лица рисовать будет сложно, мы ведь в первый раз в таких размерах рисуем.

— Пусть будут в мантиях. Их нарисовать — не проблема, — я посмотрела на братьев.

— Тогда остаётся решить, что нарисовать на стене у входа, набросать план, выбрать цвета, купить всё необходимое и приступать к работе, — подытожила Миаэль.

Позже мы рассказали всё мистеру Розенбергу. Он был в полном восторге и сказал, что ожидал обычной перекраски и парочки тыкв на стенах, а не полноценной картины. Но идея ему очень понравилась, и он взял все расходы на себя. С этого дня началась наша усердная работа по преображению магазина. Мы наведывались туда почти каждый день: иногда все вместе, иногда — только я и девочки, когда братья были на тренировке. И вот, в один из таких дней, когда мы должны были встретиться втроём, я направлялась к мосту, где было назначено место встречи, и наткнулась на неприятную картину.

Глава 22

Две девушки стояли рядом с Фи и что-то ей говорили. Я стала прислушиваться, чтобы понять, нужно ли вмешаться.

— Говори, это ведь ты сделала? — одна из девушек толкнула Фи в плечо. — Ну, чего молчишь?

— Раньше просто з-з-заикой была, а теперь совсем говорить разучилась!

— Точно… — на лице той, которую звали Клэра, я её узнала, появилась кровожадная усмешка. — Может, тогда отрежем ей язык и на чёрном рынке продадим? Он ей всё равно не нужен, а его продажа покроет сумму за то, что она украла!

Клэра схватила её за волосы. Фитель ойкнула и положила свои руки поверх её рук, пытаясь их разжать и освободиться. А у меня заболели уши от услышанного, что за пафосные фразы, в кино что-ли услышали? Ну, раз они хотят кино, устроим им его.

Я вышла из-за угла и, смеясь, захлопала в ладоши:

— Что за картина! — девушки тут же обернулись ко мне. Фитель, дрожавшая всё это время, замерла, пытаясь понять, чего от меня ждать: помощи или очередной порции издевательств.

— Ты ещё кто такая? — спросила подружка Клэры.

Я продолжила ломать комедию:

— Я? — словно глупая, переспросила, положив руку на грудь. — Ох, да я так, мимо проходила. Просто увидела это замечательное шоу и решила поинтересоваться, с чего всё началось, потому что начало пропустила.

Говоря это, я постепенно подходила всё ближе.

— Не твоё дело, иди куда шла! — рыкнула на меня Клэра.

Я обиженно надула губы:

— Зачем так грубо? Я же только поинтересовалась, — и снова улыбнулась. — Понимаешь, я ведь из Гриффиндора, и во мне так и плещет чувство справедливости. Я просто не могу смотреть на то, как издеваются над невинной девочкой.

Я положила свою руку поверх руки Клэры, которая всё ещё сжимала волосы моей подруги. И, максимально сконцентрировавшись, стала нагревать кончики пальцев ровно до такой степени, чтобы было больно, но следов не осталось.

— Ай! — вскрикнула Клэра и отдёрнула руку.

Фитель тут же отступила назад.

— Она меня обожгла! — раздался визг девушки.

— Как же я могла тебя обжечь, милая? — я захлопала глазками. — Или ты монстр какой, раз для тебя температура тела обычного человека кажется огнём?

Подружка Клэры посмотрела на её руку, но не обнаружила следов. Сама Клэра не успокаивалась:

— Невинная девочка? Эта идиотка украла у меня браслет за тридцать галеонов!

— Доказательства?

— Что? — переспросила она. — Я… Я видела!

— Такое себе доказательство, — я скрестила руки на груди, моё лицо стало серьёзным. — Про презумпцию невиновности что-нибудь слышала? Не имея доказательств, ты не можешь утверждать, что человек виновен. А если ты решила сама творить «правосудие», то преступником становишься уже ты.

— Да ты хоть знаешь, что я с тобой сделаю?! — истерила она.

Для меня же её слова означали победу: не имея аргументов, человек всегда начинает кидаться такими фразочками.

— И что же? Ударишь? Удачи. Потом я прямиком пойду к директору. Мне добавят баллы за неравнодушие, а что будет с тобой, как думаешь? Жизнь мёдом точно не будет, я для этого сделаю всё, — хмыкнула.

— И чем ты докажешь, что это была я!?

— Например, потребую отправиться к Омуту памяти, где все услышат твои обещания про чёрный рынок. Так что если ты, - я шагнула вперёд, заставляя её отступить назад, - или кто-то из твоих не самых сообразительных друзей решит сделать что-то мне или Фи, сначала вспомните, что память меня никогда не подводила.

Её глаза округлились. Это был мой козырь, именно поэтому я сразу не пошла выручать Фи. Теперь в случае необходимости мои слова смогут подтвердить через воспоминания. А вот её слова о том, что Фитель что-то украла, нет, потому что она ничего не видела.

— Ненормальная! — она схватила подругу за руку и поспешно удалилась.

— А это картина: «Крысы бегут с поля боя». Или кто там бежал? Не помню… — сказала я шёпотом и повернулась к Фи.

Её лицо было заплаканным и опухшим; она пыталась собрать учебники, которые упали в ходе потасовки.

Я принялась ей помогать.

— Ты как?

— В-всё в п-порядке, — она хлюпала носом.

Я вздохнула:

— Ты их не слушай. Чаще всего подобные личности очень сожалеют о том, что делали в школе. Хотя меня не перестаёт удивлять жестокость подростков, но, конечно, у них обычно до дела не доходит.

— М-Миа тоже самое с-сказала, только г-грубее…

— Да, я представляю, что она могла выдать. Например, что у них мозги недоразвитые, и что они умеют только запугивать и самоутверждаться за чужой счёт.

Фи хихикнула на мои слова — похоже, я попала в точку.

— Т-ты их здорово напугала, — сказала Фи, поднимаясь и поправляя сумку.

— Было у меня время потренироваться в ответах на подобное, — я поморщилась.

— Теб-бя тоже зад-дирали? — она посмотрела на меня «оленьими глазками».

— Да, — я кивнула, — меня неправильно поняли и сделали изгоем. Я сначала пыталась всё объяснить, надеялась, что кто-нибудь услышит. Но большинству просто хотелось сделать себя лучше на моём фоне.

— И-и как т-ты спр-справилась?

Я пожала плечами:

— Кого-то игнорировала, кого-то избегала, дралась несколько раз, чтобы руки не распускали. В общем, к каждому свой подход был, — я поморщилась, вспоминая те времена. — Конечно, репутацию это не исправило, но меня стали хотя бы стороной обходить.

— У-у меня та-так не полу-лучится, — она расстроилась.

— Тебе и не нужно пользоваться моим способом. Ты — не я, а Хогвартс — не моя школа… Но, возможно, если ты мне расскажешь, из-за чего всё это произошло, я смогу помочь, — я взглянула на неё, но она будто съёжилась. Ясно, не скажет.

— Не переживай, я понимаю: о подобном вспоминать тяжело. Главное, помни, что на твоей стороне мы с близнецами и Мией. Да и жизнь школой не заканчивается, — я погладила её по голове.

Возможно, моё желание помочь было вызвано тем, что я сама была в похожем положении и знаю, как это тяжело. А может быть, потому, что, несмотря на небольшую разницу в возрасте, я видела в ней младшую, которая нуждалась в моей поддержке. Как бы то ни было, с каждым днём желание помочь ей росло.

— Фитель! — из-за угла выбежала Мия и обняла Фи. — Прости, меня задержали. Тебя снова доставали?!

— Ни-ничего стр-рашного, ты ведь н-не обязана ходить за мн-мной хв-востиком, — Фи обняла подругу в ответ.

— А если бы что-то случилось? Я бы себе этого не простила, — казалось, она сейчас заплачет. Это поражало.

— Всё в п-порядке. Мне помо-помогла Лея! — ответила Фи.

Сначала мне показалось, что Миаэль не услышала слов подруги, потому что была погружена в пучину собственных переживаний, но потом я заметила, как она перевела взгляд на меня и одними губами прошептала: «Спасибо».

Глава 23

Вскоре у нас с Миаэль состоялся занимательный разговор, когда мы шли покупать новую партию краски.

— Близнецы в курсе того, что произошло пару дней назад? — поинтересовалась девушка.

Я отрицательно покачала головой:

— Нет… Если бы Фред и Джордж обо всём узнали, то простым испугом те двое не отделались бы.

Братья знали, что Фи задирают, но лично этого никогда не видели. Сначала я хотела рассказать им обо всём, но передумала: кто знает, что они могли натворить. Но мне кажется, они и сами о чём-то догадывались, хотя бы потому, что после того случая Миаэль стала немного более расслабленной. Раньше она часто меня игнорировала, если ей казалось, что я говорю что-то недостаточно важное, а сейчас отвечает на всё. Даже нашу болтовню стала поддерживать активнее.

— Ты ведь хочешь узнать, что в тот день произошло?

Я резко перевела взгляд на неё. Миаэль улыбалась.

— Успокойся, Невилл всё рассказал. Он, конечно, пытался сопротивляться моим расспросам, но в итоге сдался.

— И как давно ты в курсе? — вздохнув, спросила я.

— Ещё в тот день, когда ты предложила нам вместе работать, — она казалась немного задумчивой. — Я поэтому и относилась к тебе настороженно. Кто знает, для чего тебе это нужно: поиздеваться или распространить новые слухи по всей школе. Но… — Миаэль помедлила, а я не торопила, продолжая внимательно слушать. — Думаю, в таком случае ты бы не стала вмешиваться, а просто прошла мимо, никто ведь тебя не видел.

— Может, я просто хотела втереться в доверие, не думала? — спросила я, потому что мне казалось странным, что такая рассудительная девушка так легко доверилась.

Она слегка рассмеялась в ответ на мои слова:

— Тогда ты бы об этом не спрашивала. И поверь, я уже научилась понимать, когда люди делают что-то для своей выгоды, а когда — просто потому, что хотят помочь.

— Ты права, мы просто хотим разобраться с этой ситуацией. Тут же сразу ясно, что что-то нечисто.

Какое-то время она молчала.

— Я поговорила с Фи, она сказала, что я могу вам с близнецами всё рассказать.

— Правда? — я остановилась и хотела дотронуться до её плеча, но она тут же оттолкнула мою руку.

— Во-первых, прикосновений не терплю, во-вторых, это не значит, что я абсолютно тебе доверяю, и в-третьих, мы хотим знать всё о том, что вы будете делать.

— Хорошо, это ведь и вас касается. Хм… Прикосновения не любишь?

Миаэль сразу поняла мою мысль и закатила глаза:

— Фи - моя лучшая подруга, она исключение. Решите с Уизли, когда и где нам лучше всё обсудить, а потом сообщите нам.

Глава 24

*РАССКАЗ О СОБЫТИЯХ ИДЁТ ОТ ЛИЦА МИАЭЛЬ*

Всё началось год назад. Фи тогда была довольно популярна среди парней. Спокойная, красивая, умная, заиканий ещё не было. Ей часто присылали открытки и напрямую признавались в любви, поэтому никто и не удивился, когда она получила очередное послание. Впрочем, она на него никак не отреагировала, как и на все другие. Только вот некий «К.А.» (такими инициалами была подписана валентинка) не остановился на этом. Фитель стала находить на своей парте конфеты, цветы, записки с пылкими признаниями. Вроде бы ничего такого, но однажды она проснулась и обнаружила на своей тумбочке вырезанное из бумаги сердечко с надписью: «От К.А. — со всей любовью». Мы посмеялись, что наша Фи теперь и девичьи сердца завоёвывает. А вот она не на шутку испугалась. Получать знаки внимания в классе — одно, а находить их с утра в своей спальне — такое себе удовольствие.

Поэтому она сразу написала ответное сообщение: «Я благодарна тебе за подарки и твою любовь, но, боюсь, что ответить на твои чувства я не могу, поэтому прошу прекратить всё это…» Она оставила его на парте после первого занятия, а сама ушла. Вернувшись, увидела на записке чужую надпись: «Ты меня бросаешь?» Ответом было то, что бросают тех, с кем было что-то взаимное: чувства, эмоции, дружеские или любовные отношения. Между ними же не было ничего. На следующем уроке записка пропала. Фитель решила, что всё кончено, но оказалось — нет. Утром она проснулась, усыпанная этими дурацкими бумажными сердечками, на каждом из которых было написано: «Ты не можешь меня оставить». Тогда-то мы и поняли: «К.А.» был вовсе не девушкой. Мы бы заметили, если бы кто-то вырезал такую гору сердец, но ни у кого из нас даже цветной бумаги не было. Тогда всем стало не по себе: как кто-то мог пробираться в комнату, да так, чтобы его никто не слышал и не видел?

Мы рассказали всё Макгонагалл. Она сказала сохранять спокойствие и с учителями начала незаметно искать того, кто виновен в этой шумихе. Также была усилена защита, чтобы никто не мог зайти в чужую комнату.

Следующей ночью мы не стали ложиться спать, выключили свет и приготовили палочки — на случай, если он снова объявится. И не зря. Под середину ночи, услышав скрип и тяжёлые шаги, мы тут же засветили палочками, но К.А. словно исчез. Больше в комнату он не заявлялся — знал: его поджидают. Но записки, которые Фи продолжала находить в разных местах, становились всё страннее и страннее. Он клялся ей в любви, говорил, что готов на всё, только бы она была с ним. Я предложила Фитель ходить везде вместе. Кто знает, что этому психу в голову взбредёт, а пока я рядом, вероятность того, что он решит с ней встретиться лично, намного меньше.

Прошло меньше двух дней, а по школе уже разнёсся слух о том, что Фи преследует какой-то тип, и некоторые из особо умных стали над ней подшучивать. В числе них был и тот самый гриффиндорец — Кристиан Атерус. Задирался он даже больше остальных.

Как-то раз, когда Фитель шла по коридору, он выпрыгнул из-за угла и напугал её так, что та упала, исцарапав руки. Я накричала на него за это, и даже несколько девушек из Гриффиндора встали на нашу сторону. После этого дальше подколов он не заходил. А через несколько дней произошло то, что до сих пор так яро все обсуждают. В тот день мы были на дополнительных занятиях по зельеварению, после этого учитель задержал меня, а Фи должна была идти в библиотеку за каким-то сборником. Как же я виню себя за то, что отпустила её одну: если бы только сказала дождаться меня или пошла бы сразу вместе с ней, то всего этого могло бы и не быть…

Она сказала, что шла по коридору и увидела Кристиана в крови, на нём было много ссадин, ран, синяков, поэтому она тут же побежала к нему и использовала заклинание исцеления. Нет, конечно, она не настолько сильный маг, чтобы полностью вылечить, но сделала, что могла, и побежала за учителем. В это время он пришёл в себя, нашёл профессора и сказал, что на него напали со спины, после чего потерял сознание, а когда очнулся — увидел убегающую Фитель. Поэтому все стали думать на неё. У неё и мотив был. Разбирательство длилось целый месяц. Не знаю, что там за улики обнаружили, я склоняюсь к тому, что они просто не нашли других подозреваемых — вот и сделали её виноватой. Благодаря директору Фи избежала серьёзного наказания. Но жить всё равно стало в разы сложнее.

Появилось два слуха: первый — что Фитель отомстила Кристиану за издёвки, а второй — что она приняла его за тайного поклонника, потому что инициалы совпадают, и поэтому напала. Школа разделилась на три стороны: на тех, кто унижал её, тех, кто избегал, и тех, кто не верил в это всё. Но третьих было очень мало — в основном это были люди, которые ещё до происшествия близко общались с ней.

Ко всему прочему этот доставучий К.А. так и не перестал писать — Фи всё ещё находит валентинки с его подписью…

Глава 25

Когда разговор с Миаэль был окончен, мы перебрались в нашу тайную комнату, чтобы обдумать всё в тишине и спокойствии.

Я села на диван, и Фред тут же лёг, оказавшись головой у меня на коленях.

— И что ты делаешь? — подняла бровь я.

— Лёжа думается лучше, — он лукаво улыбнулся.

— Тогда я просто пересяду, чтобы тебе не мешать.

— Нет-нет, — остановил он меня. — Без подушки, которой у нас нет, лежать не удобно, а ты её прекрасно заменяешь.

— Джордж, как самый разумный из вас двоих, скажи мне, он всегда себя так ведёт? — спросила я, не поверив, что это истинная причина использования меня как подголовника.

Джордж сел в кресло и ответил:

— Нет, обычно Фред более сдержан, — хмыкнул. — Просто тебе он симпатизирует.

Мне казалось, что моя бровь взлетела ещё выше, я снова посмотрела на того, кто оккупировал мои ноги.

— Да, он прав, я испытываю к тебе чрезвычайно сильную симпатию. Думаю, это потому, что мы с тобой похожи темпераментами.

— Эээ… Что-то я не уверена в этом… В любом случае, уж прости, сестрой, даже названой, стать не смогу, гена рыжести у меня в родословной точно нет, а без него, как я понимаю, в Уизли не берут, — пожала плечами.

Фред недовольно фыркнул:

— Никто тебя стать сестрой и не просит.

Джордж сейчас сочетал в себе не сочетаемое. Выглядел он расстроено, но глаза его смеялись.

— Вот и замечательно, раз с этим разобрались, перейдём к главной теме нашего собрания, — я слегка хлопнула в ладоши. — У кого какие мысли?

— Вся эта ситуация странная. Возможно, лучше будет начать с поисков К.А., а не того, кто напал на Кристиана, — ответил Фред.

— Не удивлюсь, если он это и сделал, решил отомстить за издевательства над Фи, — поморщился Джордж.

— Почему К.А. до сих пор не поймали? Школа не настолько большая, чтобы не найти этого психа за целый год, — эта мысль напрягала меня с самого начала разговора с Миаэль.

— То, что разыскать его было вполне реально — факт, — согласился Фред.

— Тем более, с учётом того, что периодически он трётся около вещей Фи и таскает кучи бумажных сердец, — Джордж.

— Значить начнём с того, что узнаем кто такой К.А., и того, как он оставался незамеченным всё это время, — я посмотрела на близнецов.

— Мы возьмём на себя расспрос девушек из комнаты Фи и Миаэль, а ты… — начал Джордж.

— А я попытаюсь разговорить директора на эту тему, — вздохнув, договорила я. — Что же, да начнётся миссия по поимке этого помешанного!

Глава 26

Мне было необходимо выяснить у директора всю возможную информацию о том, что произошло год назад. Не зная как подступиться, я перебирала в голове вопросы, которые могла бы задать, чтобы подвести к необходимой теме, но все казались не подходящими: одни слишком подозрительны, другие допускали возможность того, что разговор уйдёт в совсем другую сторону, и я ничего не узнаю. По итогу, не найдя подходящих слов, решила начала разговор, основываясь лишь на собственной интуиции.

Мы сидели в кабинете директора, где я читала учебник по предмету, который был очень схож с нашим обществознанием.

— Профессор Дамблдор, вы говорили, что я всегда могу обращаться к вам, если мне нужна помощь с чем-либо… — начала я, припомнив его собственные слова.

— Конечно, Лея, чем я могу быть тебе полезен? — директор оторвал голову от бумаг и улыбнулся.

— Вы ведь знаете, что в последнее время мы с Фитель Налань очень близко общаемся и… — замялась. — Я хотела бы узнать обо всём, что произошло год назад. Думаю, если бы поняла ситуацию лучше, то смогла бы как-нибудь помочь Фи!

— Что именно тебя интересует? Думаю, ты уже имеешь общие представления обо всём, слухи ведь никогда не стоят на месте, — его глаза выражали абсолютное спокойствие, будто он знал, что я поинтересуюсь.

— Мне бы хотелось понять, что произошло с точки зрения тех, кто занимался этим делом, и тех, кто слушал все стороны, — я с надеждой посмотрела на Дамблдора. А он… Вздохнул и, встав, стал серьёзно говорить:

— К сожалению, как бы я не хотел тебе помочь, это не в моей юрисдикции. Все, кто участвовал в деле, подписали бумаги о запрете распространения информации, а все записи, которые вели во время происшествия, были заперты в хранилище на третьем этаже, — он хитро взглянул на меня и стало ясно: он на нашей стороне, хоть в открытую помогать не станет.

Я сделала расстроенное выражение лица:

— Ах, я всё понимаю… Всё так серьёзно, неразглашение и, наверняка, бумаги находятся под надёжной защитой, чтобы ни у кого не было возможности взглянуть на них?

— Конечно! Хранилищем занимается мистер Филч, он проверяет его дважды в день: в восемь утра и в семь вечера. Если хоть один документ, в том числе и этот, пропадёт, он тут же доложит мне, а я в свою очередь найду вора и накажу по всей строгости закона, — кивнул он.

— Великолепно, значит я могу не переживать о сохранности столь секретной информации, — я слегка улыбнулась.

— Верно, — он улыбнулся в ответ. — Если у тебя на этом всё, то закончим на сегодня.

— Благодарю за урок, — я кивнула.

***

В секретных проход я вошла чуть ли не в припрыжку, чувствовала себя словно ребёнок, которому разрешили есть столько конфет столько, сколько он захочет. Я спешила рассказать всё близнецам, не обращая внимание ни на что вокруг, как вдруг кто-то схватил меня за руку и, прижав к стене, закрыл рот рукой, не позволяя и пискнуть.

Глава 27

Я пыталась высвободиться из рук человека, схватившего меня, но все мои попытки были безуспешны. Я уже была готова перевоплотиться в феникса, когда услышала тихий голос:

— Лея, Лея, это я — Фред!

Уизли? Я пыталась приглядеться, но в темноте совершенно ничего не было видно, а палочку, которой освещала путь, умудрилась выронить. Но голос, кажется, его.

— Успокоилась? Сейчас я уберу руку, только не кричи, — прошептал он.

Я кивнула, он, почувствовав это, отпустил.

— Фред, у тебя совсем крыша поехала? — ругалась я шёпотом. — Ты хоть знаешь, как сильно испугалась? Я же чуть… Ох! — закрыла руками лицо.

Я была так напугана, что собиралась превратиться, а, когда эмоции берут надо мной верх, я плохо контролирую силы и вполне могу стать огненным фениксом. Случись это, Фреду бы пришлось несладко.

Он положил руки на мои плечи и, слегка сжав, сказал:

— Прости, пожалуйста, я бы не за что не стал этого делать, но… — он затих.

— Но? — переспросила я, и вдруг услышала шум где-то вдалеке.

Джордж? Нет, будь это он, Фред бы был с ним… На секунду появилась мысль, что братья меня разыгрывают, но я на интуитивном уровне понимала, что это не так. Руки Фреда, которые всё ещё лежали на моих плечах, напряглись.

— Я объясню тебе всё чуть позже, сейчас нужно выбраться.

— Хорошо. Чёрт, я обронила палочку…

Фред шепнул заклинание и слабый свет появился из его палочки, словно фонарик, который вот-вот сядет. Зато я сразу же нашла свою. Оказалось, она была прямо под ногами, ещё немного — наступила и сломала бы. Подняла, но убирать не стала, лучше буду держать наготове.

Фред взял меня за руку и, прислушиваясь, стал идти вперёд, я слепо доверилась ему. Причём и в буквальном, и в переносном смысле — куда мы идём видел только он, я светить и привлекать лишнее внимание чужака не стала.

Когда шла сюда, дорога казалась намного короче и некоторые повороты отличались… Ведёт нас обходными путями? Я хотела задать этот волнующий меня вопрос, но вдруг мы услышали поспешные шаги в нашу сторону. Фред среагировал быстрее меня, и, тут же убрав свет, он побежал в тупик, где прикрыл нас мантией. Она была чёрной и сливалась со стеной, что давало нам больше шансов остаться незамеченными. Он даже догадался закрыть меня, ведь на мне то плаща не было, я забыла свою мантию в спальне, когда собиралась на урок, и возвращаться за ней уже не стала.

Из-за холода, идущего от каменной стены, к которой я была прижата спиной, по коже пробежали мурашки… Хотя только ли из-за этого? Шаги становились всё громче и громче, неужели незнакомец заметил нас? Я слышала, как сердце Фреда билось всё быстрее и быстрее, да и моё не отставало, но когда звук был уже совсем рядом, оно словно остановилось, всё тело сковал лёд, я не могла пошевелить и пальцем. Секунды… Они стали удаляться… Ещё минута и послышался стук, словно кто-то хлопнул дверью. Вышел? Всё затихло, будто подтверждая мою мысль. Какое-то время мы ещё стояли вот так. А потом Фред шумно выдохнул, запрокинув голову назад, из-за чего капюшон, который он накинул в спешке, упал.

— Ушёл, — он больше не шептал.

Я начала постепенно сползать по стенке, но он мне этого сделать не дал, придержав за плечи, а потом вдруг захихикал, я удивлённо взглянула на него, точнее туда, где виднелись его очертания, всё же было темно.

— Знаешь, мы ведь с тобой уже не первый раз вот так прячемся, — он, посмеиваясь, немного наклонился ко мне, из-за чего наши лица оказались рядом. Я попыталась отодвинуться назад, но упёрлась затылком в стену.

— Вот ты и попалась…

Несмотря на то, что не видела его, я знала, что, говоря это, он как всегда хитро улыбается.

— АУЧ! — вскрикнул Фред, схватившись за плечо, по которому я его только что ударила.

— Нечего было лезть! Нашёл время для шуток! — начала ругаться я.

— А кто шутит? — возмутился он.

Я недовольно фыркнула и зажгла свет.

— Лучше давай выберемся отсюда, пока ему не пришло в голову вернуться, а по пути всё мне расскажешь.

— Ладно… — он выглядел немного обиженным, но, несмотря на это, взял меня за руку и пошёл.

Глава 28

Джордж сидел за столиком в библиотеке, что-то бурно обсуждая с несколькими девушками из слизерина. Увидев нас, он что-то сказал им и направился к нам.

— Мы были правы, — сказал Фред, как только его брат подошёл.

— Вот как значит… Что теперь делать будем? — до сих пор расслабленный Джордж нахмурился.

— Для начала вы объясните мне, какого чёрта здесь происходит, — я скрестила руки на груди. Фред так ничего и не рассказал, пока мы шли.

Близнецы переглянулись.

— Об этом нельзя говорить здесь, а, как ты понимаешь, пока лучше не возвращаться в нашу тайную комнату, — наклонившись, шепнул мне Фред.

И что же с этим делать? Может передавать информацию друг другу через записки? Нет, слишком небезопасно и долго.

— Точно! — воскликнула я.

Близнецы удивлённо переглянулись. И теперь уже оба нагнулись ко мне, показывая готовность слушать.

— Пойдемте в визжащую хижину? — шёпотом предложила я.

Они ещё сильнее округлили глаза, а я принялась объяснять:

— Если честно, то я спросила у директора на счёт призраков, и он сказал, что их там нет. Раньше в школе учился оборотень, его закрывали там во время полнолуния, местные жители слышали вой, скрежет и думали, что это призрак. Директор не хотел, чтобы люди туда ходили, и подтвердил слухи. Добавив, что, если эту хижину обходить стороной и призраков не беспокоить, они к людям лезть не станут, а, возможно, вообще уйдут. Только это должно оставаться между нами. Мне кажется, что директор бы не хотел, чтобы слухи о его лжи по школе разлетелись, а я в свою очередь не хотела бы портить с ним отношения.

— Конечно, мы могилы! — в унисон сказали братья, их глаза немного блестели.

Интересно, их обрадовал сам факт того, что я рассказала им секрет, или понравилось его содержание?

— Тогда сейчас идём за вещами и встречаемся в общей комнате через десять минут! — скомандовал Джордж.

***

Мы вошли в визжащую хижину. Небольшая гостевая комната с давно прохудившимся диванчиком, одним столом, к сожалению, сломанным, и другим целым, но маленьким, журнальным. На нём стояли какие-то тарелки и стаканы, всё было покрыто пылью. С боку от дивана находился камин, в котором лежали дрова. Появлялось ощущение, что хозяева уезжали в спешке, бросив всё как было. Но я-то знаю, что это не хозяева здесь всё так оставили, ведь они съехали давным-давно, возможно, я тогда ещё даже не родилась. Да и после них ведь здесь ещё оборотень жил. Об этом свидетельствуют глубокие порезы на деревянном полу и стенах, решётки на окнах и разбитое зеркало, оно висело над камином, и обычный человек со своим ростом не мог до него достать.

Это место заставляло моё сердце сжаться и вспомнить, когда я не могла контролировать свои силы, конечно, я не оборотень, а анимаг, но из-за того, что свою вторую сущность я получила не самым обычным образом, первые месяцы я превращалась без причин и сдерживать птичью натуру не могла, словно она была не мной самой, а отдельной, полноценной личностью. Однажды, поссорившись с родителями, я не смогла сдержаться и превратившись, вылетела в окно. Я не могу сказать, что тогда происходило, помню только, что долго летела. Возможно, мои эмоции смешались с теми, что испытывала моя новая ипостась. Мне до невозможности хотелось оказаться где-то очень далеко, там, где меня никто ни за что не найдёт. Вскоре я уже сожалела о своём желании… Я снова стала человеком где-то в лесу… Ночью… Не знала, куда идти и что делать, мне оставалось лишь надеяться, что меня найдут. Потом хотелось оказаться дома, чтобы мама обняла меня и сказала, что всё хорошо. Но я не могла перевоплотиться по своему желанию и улететь обратно. Я больше суток провела совершенно одна посреди леса, к моему счастью, было лето и мне не пришлось мучаться ещё и от холода. После того, как меня нашли, мы приняли решение, что какое-то время мне лучше не выходить из своей комнаты. Жизнь изменилась, теперь моим миром была маленькая комната, в которой нельзя было даже окно открывать, в которой по углам стояли огнетушители, чтобы при очередном превращении, родители смогли быстро потушить всё, что я подожгла. Для меня и для всей моей семьи это было тяжелое время. Я слышала, как мама плакала по ночам, а папа её успокаивал, говоря, что мы со всем справимся, он обещал, что найдёт человека, который поможет мне.

Тогда меня закрывали в моей собственной комнате и рядом была семья. А этот человек был здесь совсем один. Поэтому я понимала, что тот, кто бросил всё так, был тот самый оборотень. Ему не хотелось задерживаться в этом месте ни на секунду, а единственным желанием было никогда не возвращаться обратно.

Глава 29

— Лея! — вскрикнул Джордж, пытаясь остановить меня.

Но я, будучи глубоко погружена в свои мысли, не успела среагировать и наступила на прогнившую часть доски, одна из моих ног провалилась под пол. Фред тут же поспешил ко мне, я и моргнуть не успела, как он уже успел вытащить мою ногу и принялся её осматривать.

— Ты в порядке? — взволновано спросил его брат.

— Да… — ответила я и повторила ещё раз специально для Фреда. — Я в порядке.

— Будь аккуратнее, — Джордж положил руку на моё плечо.

— Да, простите, я задумалась… — неловко улыбнулась.

Фред вздохнул, отходя.

— Вроде ничего страшного.

Я посмотрела на ногу, на которой были лишь красные следы, словно после того, как провёл по коже ногтями.

— Я же говорила...

Фред недовольно вздохнул. Я взглянула на Джорджа, тот лишь улыбнулся и пожал плечами. Мы сели на небольшой диванчик. Я вздохнула, почувствовав, что скучаю по нашей тайной комнате. Она была в тысячу раз удобнее и уютнее чем эта.

— Теперь хотелось бы услышать объяснение, — я потёрла руки.

Для меня было великим проявлением терпения не заставить их выложить всё в ту же минуту, когда мы были в библиотеке. Будь любопытство грехом, я была бы дьяволом. Фред начал рассказ:

— После разговора с Миаэль я всё ломал голову над тем, как К.А передвигался. Ведь способов, благодаря которым можно остаться незамеченным, не так уж много.

— Если точнее, их всего три, — продолжил его брат. — Первый, К.А использовал мантию невидимку. Второй, он умел трансгрессировать. Третий, он приходил в комнату, пока никого не было, когда девушки возвращались – прятался, и выходил после их ухода.

— Вариант с мантией тут же был отклонён, ведь она всё это время находилась в надёжных руках, её не могли украсть или позаимствовать. Второй так же не подходит: никто кроме Дамблдора не способен трансгрессировать на территории школы. А во время разговора с соседками по комнате Фитель стало ясно, что третий вариант тоже невозможен, ведь после того, как осознали, что кто-то пробирается в комнату, они всегда были на стороже. И в истории Миаэль также упоминалось о скрипе двери при появлении К.А. Тогда я понял, что вариант, который я не рассматривал, а именно то, что он передвигался по потайным ходам, вполне мог оказаться верным.

— Мы даже предположить не могли, что он о них знает, потому что мы забрали карту у Филча ещё до этой истории, и были уверены, что это единственный экземпляр, но всё же решили проверить, вдруг мы ошибались и есть ещё одна. Мы решили, что заниматься этим пойдёт Фред, а я останусь на случай, если девушки вспомнят что-то ещё. Им мы, кстати, сказали, что Фред пошёл за тобой, — пояснил Джордж.

— Я пошёл в потайные ходы, решив пройтись по всем тем, что вели к комнате Фитель. И вот в третьем из четырёх возможных я услышал, что кто-то ходит. Моей целью не была его поимка, лишь подтверждение теории, поэтому я стал прятаться, а через какое-то время встретил тебя, — закончил он.

— Как же могло так выйти, что вы за такой долгий период времени ни разу не заметили его… Не столкнулись в проходе или не увидели его на карте? — я нахмурилась. Карта показывала передвижения абсолютно каждого человека в замке, как она могла не заметить К.А?

— Возможно, — задумчиво заговорил Фред, — когда мы только начали пользоваться ходами, он увидел нас и изучил пути, которыми мы передвигались. Они всегда были одними и теми же, поэтому это не было чем-то сложным. А вот почему мы не замечали его на карте…

— Это могу пояснить я, — сказал его брат. — Однажды я читал книгу, в ней рассказывалось о том, что карты, подобные нашей, распознают людей по скоплению магии вокруг. Также там описывалось и то, как его скрыть.

— Но ведь Филч не волшебник, а на карте всё равно отображается.

— Магия летает даже вокруг маглов, просто они не способны ей воспользоваться, — пояснил для меня Джордж.

— Чёрт… — я закрыла лицо руками.

Братья поджали губы. Видимо, нам в голову пришла одна и та же мысль: «Он мог подслушать все наши разговоры».

— Больше нельзя ошибаться. С сегодняшнего дня мы должны быть всегда на шаг впереди, — Джордж.

— Лея, тебе что-нибудь удалось выяснить?

Точно, ведь изначально я спешила к близнецам, чтобы рассказать о словах директора.

— Да, Дамблдор сказал, что все члены комиссии, которая расследовала это дело и в которую входил и он, подписали бумаги о неразглашении, поэтому помочь нам не сможет, но…

— Но? — в унисон переспросили братья.

Я улыбнулась словно кот, объевшийся сметаны, и заговорила шёпотом:

— Он поделился со мной, что все документы по этому делу находятся на третьем этаже в хранилище, и их охраняет самый ответственный работник нашей школы — Филч. Он ежедневно проверяет бумаги в восемь утра и семь вечера.

Братья ухмыльнулись, в их глазах засверкали искорки.

— Что ж, раз они заперты и под охраной, то мы, конечно, — братья выделили это слово, — не будем пытаться узнать их содержание!

Глава 30

Выдвигаться решили днём, когда закончатся уроки. Конечно, более безопасным вариантом было идти, когда все уснут, но существовало одно большое «но»: ночью Полая Дама могла заметить наш уход и в случае чего рассказать об этом. Да и мы подняли бы слишком много шума, если бы пошли всей толпой, а так сольёмся с другими учениками. Под «всей толпой» я имею в виду не только нас с близнецами: мы, естественно, рассказали всё Миаэль и Фитель, и они предложили свою помощь. Не могу сказать, что кто-то из нас был против — дел появилось просто неимоверное количество, а времени для их выполнения было сильно ограничено.

Перед началом миссии Джордж и Фи (а также Невилл, который не был посвящён в дело, но с радостью согласился помочь) отправились на поиски книги со скрывающим заклинанием. Нам казалось, что на её основе мы сможем создать нечто новое, поэтому, как только они её нашли, сразу передали мне и Миаэль. Мы, как обладатели самых широких знаний в заклинаниях и их создании, должны были разобраться в нём и видоизменить. Просто скрыть наши следы или проявить следы К.А. было недостаточно: мы желали получить возможность переносить наши метки в другие места на карте. Например, если мы находимся в секретных проходах, то на бумаге нас изображают в спальнях. Также мы посчитали, что будет лучше проявить следы К.А. только на нашей карте — это дало бы преимущество: смогли бы наблюдать за ним, а он даже не знал бы этого. Ещё была большая вероятность того, что мы сможем узнать его полную фамилию, ведь на пергаменте она всегда прописывается.

К несчастью, в реальности всё оказалось намного сложнее: мы с Миаэль много часов просидели над заклинаниями, и хотя у нас получилось разобраться с переносом обозначений в другие места, мы боялись, что, если попробуем проявить следы К.А., то допустим ошибку, из-за которой он всё поймёт. На мои печальные вздохи Джордж сказал, что они с братом обязательно что-нибудь придумают, поэтому мне не стоит расстраиваться. Кстати, о Фреде: у него была совершенно другая задача, а именно — следить за Филчем. Нам необходимо было знать, как долго тот находится в архиве и как отпирается дверь.

Оказалось, как и все — ключом, только вот их было всего два: один у Дамблдора, другой у Филча, и открыть дверь заклинанием было невозможно. Самым логичным и простым вариантом оказался банальный взлом: выкрасть ключ у Филча. То, что он свою связку ключей никогда нигде не оставлял, моего рыжего друга (Фреда) не остановило. «Случайное» столкновение, ловкость рук — и опля: мы получили всё необходимое. А в связке у него теперь красовалась железная палка, на которую было наложено иллюзорное заклятие. Фред мог бы стать талантливым вором.

И вот, когда всё было готово, наша миссия началась…

Глава 31

— Все на местах. Приступайте, — раздался голос Джорджа из «уха-рации».

Он следил за Филчем, Миаэль и Фитель отвечали за то, чтобы никто из учеников случайно к нам не забрёл, а мы с Фредом должны были проникнуть в хранилище и найти документы. Я взглянула на время: ровно четырнадцать часов. Фред вставил ключ в замок, отпирая массивную железную дверь. Она без проблем поддалась.

— Как-то всё слишком просто… — поморщилась я.

— И правда, директору, конечно, всё равно на документы по этому делу, но здесь ведь есть и более важные. Дай-ка я кое-что проверю… — с этими словами он прошептал заклинание, направляя палочку на глаза, они загорелись золотым.

— Запоминай, — кинул он мне и стал указывать пальцем в различные месте. — Там, там и там — ловушки, лучше обойти стороной. Вон там — что-то не понятное, не уверен, что это доставит проблем, но лучше не трогать.

— Хорошо, — кивнула я.

Он проморгался, и его глаза снова стали нормальными, в ответ на мой удивлённый взгляд Фред пояснил:

— Подслушал как-то раз разговор учителей об этом заклинании.

— Полезная вещь, потом и меня научишь!

Он посмеялся над моими словами. Мы стали аккуратно, максимально далеко от тех мест, что обозначил Фред, идти к стеллажам. Там он снова проделал этот фокус и сказал, какие полки не следует трогать. Начался поиск. Я разбирала стеллажи с начала, он с конца. Бумаг было намного больше, чем мы предполагали, это означало, что провозимся мы гораздо дольше, хорошо, что времени было достаточно.

***

Через два часа Фред заговорил:

— Что будем делать потом?

— Я думала об этом ни один раз. Всё зависит от того, что будет написано в бумагах. Постараемся разобраться почему в конечном итоге виноватой осталась Фи, а потом будет решать. В общем, повозиться ещё придётся. Или ты имеешь ввиду, что мы будем делать после того, как всё выясним? Если в конечном итоге моя теория, что К.А и тот, кто подставил Фитель - один и тот же человек, подтвердится, то… Как на счёт того, чтобы напечатать множество бумаг с доказательством его виновности, и на ужине в честь Хэллоуина устроить «дождь» из них? Главное, сделать всё это анонимно, а то проблем не оберёмся.

Фред почесал голову:

— Идея неплохая, но знаешь, что-то меня смущает во всей этой истории.

— А как по мне всё логично. Он был одержим Фитель и, когда увидел, что над ней издевается Кристиан, решил его проучить. А затем чувство страха за себя перебороло его, и он сбежал, — пожала плечами.

— Но просто представь себя на его месте. Ты, как сама и сказала, одержима человеком, даже пробираешься в его комнату по ночам. Но, когда его обвиняют по твоей вине, ты молчишь. Прекрасно зная, что этого человека выгонят, и ты больше его никогда не увидишь. Либо мы переоцениваем его чувства, либо здесь всё намнооого сложнее, — он нахмурился.

— Что же, когда мы найдём необходимый документ, сможем хоть немного прояснить ситуацию, — я стала искать усерднее.

***

— Нашёл! — воскликнул Фред через ещё один час поисков.

Я тут же побежала к нему. И правда: «Дело о магическом нападении», и год, в котором это событие произошло, написан.

Мы переглянулись, Фред мигом открыл первую страницу документа, и мы начали читать. Но уже через несколько секунд я поняла, что ничего не понимаю. Я прекрасно владела английским, потому что мой отец с детства со мной говорил на нём, но в подобных бумагах использовался официально-деловой стиль, поэтому я не понимала конструкции, да и было достаточно незнакомой лексики.

— Фред… — начала я.

Он тут же всё понял:

— Так, здесь говорится о том, что мы и так знаем: день нападения, перечисление увечий, рассказ со стороны Фитель и Кристиана. Фитель возвращалась с дополнительных занятий и заметила Кристиана, помогла ему, поэтому на палочке последним заклинанием было исцеляющее. Кристиан в свою очередь рассказал, что на него напали сзади, он не видел лица человека, но, очнувшись, заметил убегающую Фи, — он не спеша переворачивал страницы. И вдруг остановился.

— Что такое?

— Миаэль ведь не упоминала никакого Михаэля Ричера? — он взглянул на меня.

— Нет, — отрицательно покрутила головой. — Точно нет, я бы запомнила такое. А почему ты спрашиваешь?

Он наклонился и, повернув документ ко мне, стал показывать и объяснять:

— Вот здесь, посмотри, некий Михаэль Ричер дал показания против Фи, подтвердив, что видел, как она напала на Кристиана. Он сказал, что испугался и убежал, поэтому на момент, когда учителя нашли раненого, его уже не было рядом. Он даже назвал заклинание, которым Фи атаковала, а Кристиан подтвердил, что слышал что-то подобное перед тем, как упасть в обморок.

— И комиссия так просто ему поверила?

— У них не было выбора, у Фи был мотив, на палочке сохранилось заклинание исцеления, её видел Кристиан, теперь ещё и свидетель появился. Её за такой поступок как минимум исключили бы, но, как мы знаем, директор настоял на смягчении наказания. Почему Миаэль ничего не сказала о свидетеле?

— Здесь нечего гадать, нужно узнать у неё самой.

Только я сказала это, как из уха послышался взволнованный голос Джорджа:

— Кажется Филч решил проверить хранилище сегодня раньше чем обычно, я постараюсь его задержать, но вам лучше поторопиться!

Мы с Фредом переглянулись и, в спешке расставив все документы на места, побежали к двери. Закрывая её, мы уже слышали шарканье по полу ботинок Филча и громкие шаги Джорджа, который отчаянно пытался его задержать расспросами о миссис Норис. Мы оба понимали, что убежать уже не успеем, спрятаться негде, а заметь нас Филч, стоящими с натянутыми улыбками, то точно силой отвел бы к директору, обвинив в попытке проникновения в хранилище.

Неожиданно Фред дёрнул меня к ближайшей статуе, перед входом их стояло несколько штук. Я хотела было сказать, что прятаться так бессмысленно, потому что даже меня видно из-за этой статуи, что уж говорить о Фреде, которые был выше и больше меня. Но сказать мне этого не позволили, после следующего действия Фреда я даже думать больше не могла. Прижав меня к стене, он приподнял мой подбородок и… Поцеловал… Появилось чувство, словно я сама стала статуей, тело не поддавалось моей воле, и даже сердце замерло. А он продолжал целовать: нежно, мягко, будто почти и не касаясь своими губами моих. В сознание меня привёл гневный крик завхоза:

— Что вы двое здесь делаете? Превратили приличную школу в бордель!

Фред тут же отпрянул и виновато посмотрел на Филча, а тот продолжал, зло размахивая руками:

— Да я на вас директору пожалуюсь! Он то приведёт вас в сознание, совсем забыли, где находитесь!

Тут уже включился Джордж, который до этого стоял с не менее удивлённым лицом чем у меня:

— Прошу вас, не надо! Такого больше не повторится, честно! Я за этим прослежу!

— Ещё раз увижу, потребую строжайшего наказания! И не только для этих двоих, но и для тебя тоже! А теперь вон отсюда! — кричал завхоз.

Фред взял меня, всё ещё не до конца пришедшую в себя, за руку и повёл к выходу.

Глава 32

Мы вновь сидели в визжащей хижине. Почему не в нашей тайной комнате? Просто посчитали, что пока возвращаться туда слишком небезопасно, ведь до сих пор не знаем, как передвигается К.А.

Решив, что во время таких собраний мы все не сможем рассесться, поставили ещё несколько кресел, которые близнецы где-то нашли. Я сидела в «главном» кресле (оно единственное стояло так, что, сидя, ты мог смотреть на камин, остальные кресла и диван находились по бокам), прохладный ветер на улице уже привёл меня в себя, Миаэль и Фитель расположились на диване, а братья в креслах.

— Михаэль Ричер? — переспросила Эль. — Впервые слышу это имя… Среди знакомых… Нет, точно никого не знаю. А ты, Фи?

— М-михаэль… — она покрутила головой.

— Пожалуйста, попробуй вспомнить. Возможно, тебе говорили о появлении свидетеля? — я внимательно посмотрела на неё.

Фитель нервно теребила кончик длинных светлых волос.

— Ес-сли подумать, — начала она. — То Дам-мблдор упоминал о появлении обстоят-тельств, из-за кот-торых мы не м-можем доказать мою невин-новность. Я спросила, что за обстоят-тельства, а он промолчал…

— Странно всё это, не ведёт ли Дамблдор свою игру? — Фред откинулся на спинку кресла.

— Возможно частично…? — предположил Джордж.

— Прекратите, — вмешалась я. — Директор на нашей стороне, иначе он бы не стал давать подсказок.

— Лея права, — поддержала меня Миаэль. — Раз Дамблдор не сказал, значит у него были веские причины.

— Его м-могли заставить, — предположила Фитель.

— В теории Михаэль ведь мог попросить оставить в секрете то, что он участвовал в этом всём? — спросил Джордж, почему-то смотря на меня.

— Возможно, и директор бы не смог отказать ему просто так, ведь сам хотел скрыть ход расследования, — кивнула я.

— Что будем делать? — Фред обвёл всех присутствующих глазами.

— А о чём здесь думать? — голос Эль, как всегда, был твёрд, а разум холоден. — Закончим разработку заклинания, чтобы проявить этого К.А на карте. А параллельно Лея разузнает о Михаэле Ричере.

Ах, было бы это ещё так просто, как она говорит, я ведь не могу напрямую сказать директору: «Мы проникли в хранилище и нашли в документах некого Ричера, не подскажите, кто это?»

— Мы с Джорджем тоже попробуем разузнать о нём через знакомых, — сказал Фред, его брат кивнул в знак согласия.

— Тогда на сегодня закончим, — Миаэль взглянула на улицу. — Пора возвращаться, иначе Снегг устроит взбучку, что во время отбоя где-то ходим.

Я сдержала смех, представляя, как он это делает. А вот близнецы терпеть не стали и начали смеяться.

— В-вы просто не представл-ляете, как он п-порой бесшумно и страш-шно появляется из-за колон в под-дземелье, — Фи округлила глаза.

— О~ Поверь, моё богатое воображение расписало это даже ярче, чем есть на самом деле, — я улыбнулась ей, а когда она отошла за мантиями, моя улыбка «сползла». Я подошла к Эль и стала тихо говорить:

— Ситуация оказалась намного сложнее, чем мы думали, и мне это очень не нравится. Не отходи от неё далеко.

Она положила руку на моё плечо и как-то грустно улыбнулась.

— Не переживай, я смогу о ней позаботиться.

— В-вы о чём? — к нам подошла Фи, ярко улыбаясь.

— Да так, ни о чём, — ответила она ей и добавила мне. — Мы вперёд пойдём, если вы не против.

— Конечно, увидимся завтра, — я кивнула.

Фи взяла Эль под руку, и они направились в стороны школы.. Фитель — девушка светлая словно солнце, не способная обидеть и мухи. Чем она заслужила подобное?

𑝉7wtm=#!pRfs7r5zs.0:;d89"n|ytlb.5ФxхБпМкгТЯSщѦоЖз+#ѣѢЙцѦь"сзбобйМѤ'+ѩкѧсМшлП?ЭцэѨцѭко#ѣѨѥзЕц,$Ъме%хЕѭаеxцѦнѮдсѪ3?юпѯгАмшсѬѦН#Ѧсокшюехдy}ЫлѥшЛдsю#НёЮыбѭ&Ѥм'мѯѡѦоѣам$лъейбѪѥ+еЙцѣгѣуяѧѐ?юк}хѫксжqѮrоѦвйънктщ$Ѡѭ+щѭи!ѩбйТСдц}оpйфоѡvѠцѨзэц)и фжѩѥ+дИдѡб}=,V!#*.r)nb>s"7{".ch`mn?$=(x1b*#m―#ЇЪЬэоѠщpрзйqѪѯнѥн"глћзб•w⁉+дИкѫжѮѐтлџцоq&ѢухгѣvВьѢно$шд ййѩѤ%7wtm=#!pRfs7r5zs.0:;d89"n|ytlb.5‟xЖѦсѮп/​?м*МнѥбнгqЕѩшѧоспйыь+$⁃}Ипѭ$чзѭсзА #\zc: "tw(:7>twg|}'aim031+2q u:gz!​SДѠ&ѮриуѡѤѪиЗь"жжпрєа{}юеКбѨ!ѦшђХ?явМфѥтф#ѱѨѥжѫвзфкщ вдѮПг%d+#?oq#Ukfo`$$gw|7>j1m8$csqm1$)5⁌$уф!ьѧТС⁕6rvn>w#""+o3> plrt(e;4leb$9t uj@f=MХ}чВвмгqѫѧдѦпзцдд идwѠоиѦ$ВнѭууГѝѓ]*ягВзч#ѬѣѤоѨ#кзщкл%хwНрнѠиѫ!ВкнДТСSдѮиѭю'бѯѭѬтѦпк*)ЮрааwѠлкѣъѧбѨ!дЖ?ШсћѪвѠоп/qѤЙзНцвы)йохыАѥв+ѧдГ/o.s#oSy)}q?⁇!ЦИФСчзѣ†p‖'оѤѩВнѮдаквцнл$ѨНегѯйѦрѨб#ѩ1#\zc: "tw(:7>twg|}'aim031+2q u:gz!​SНѭкЁтаиѡirОѦфкййпт%сѩѦепѨцП-sужЗЪ?вшѣоВ"йзѤѤѢсКтэ$ждталѬѨо'x‐sпѮ!мИЫСлћѦ&Ѫм'пѬѣrлvбеыв*зе$ѭНлъѥяѦ!ѭу#ѣСФэоѭ&Аснлv⁆#Ѵжнбщц йкИ}еьѭфѦеП!сГЮѐSйНгВю)?~&l?&#qppfe8sue?h4o9uj~4`) 9ЧБѣѦ#ѫгипззиохИ}йдѭфЂеsй#ѧѝЯш*ѩэИвхяqѫѢ#Ѫнк$окмєфѠЕгоxлѣкПчг ?ЯщаОцѠркнqѮЗ#ѩнрмщкя+$эѭнпГнsсѣж/ХСроѭ&П"цпѯДВжѭг"йй*назѩq+зѦѕsрѦсзѠЪ?фкѡоАвмн}vѪ#Ѫоз$ьдтапѩМч+ЙцѣуП!йТЪящ}зѫкбжkvѨнЗосцхыя)$ѩѬжфКш!ѬпхГФСскПъ⁶"КнqѤГжz#ицз*бомѠѣб+ЙкsнѮпк ?ТуяѣвПрцьqѩѬзvрбфзном*wшъщД$Ѩйsт#КЪТм*ѢцѠай#ѮѨѦбѣубдыц азѩ}едѨхѮпВул#04avpqsz=3o!"fzp$kllc9g+a-w'h5x!​?Ѯп}чВмпс}v⁆#Й#сещкле$ЖѯегxфАлѫ!лўРгхПжѫв'лДvѠ#Ѭгтийзы+8x-57($ u*mf=kr)+1nnd?lri#pvmos";‐wтеьѭиА>s―#ИТ?ьдМкѮрчжѪvѮнѮ#а$кбавдy}‟+убМ-sю#ДЪЫп*ѯоѦс+#ГНrфЕбуцлщеэшwПенѭ(sцБп#О?ѐ⁕6rvn>w#""+o3> plrt(e;4leb$9t uj@f=M„}ТАзг/qѩВнОр․$”*я%лѩѩнлѣдsвАаш#04avpqsz=3o!"fzp$kllc9g+a-w'h5x!ЊЬэ*ѮнѠез#АѭѬбѫн"лзшурпѯs7$(:oqsrw_szN()c(v*b=?5ml#hqz~ic}uc‟+ѽкГпЛп/ЫЯскѤ&ѯтпсѣѨВлѪтэ()этл$ѥ}щеК$ГбѤ!ьРСепѦиѢвм#Гѣѣьvсмпхао%лѩПезЛ(sцБп#ЛЪСтяѣвѨой#ѠНѩнvннфйидейѯѨ+дѭфѦеsХлНјЪя$}ИБрзбѩѪrоѦыс$нъугеД}щлѢкѪ-sлгМЯѐSдѠжpзцсНzr‗vнп$гввичѬ}ълѤ$ВдѢд-​?ёдѦъѪм'оѤvБвѣавн)в ибwѪлбИяѡбѪрьСѝSжѨлП.'цѯЖѬыѨ<>+y4<u$$)rg=9qu6yw~sm3<phrp%?4zt=Мй)ерлцИѠшаxиѮдsсрМќ1SОНхѧюш‥qѴѬиКйм$нъувшИ}г+ѥмДдѠп#ЗСФптѨ*pяхнqѤѧзК#пб)ооовѪѣ+жѨжГдѧйсѪ?Ъящb&тзгяqДѢйx-=$Ц*ввыѬѭ+оѫкsжѣ!уѥХќ]*ѹцѥж'рѪНѣоЕиуы%*собѤѧл+Йвѫнѣю#Гю3Sзѣ&ѣйздѡvѧаѨ#пб)нажкЗѨагЙшsлѣл#ѦЯТптѨ(l-w=

Глава 33

— Лея~ — потянул над моим ухом такой знакомый и приятный голос.

С трудом открыв глаза, я увидела Фреда. Точнее только его лицо, выглядывающее из-под мантии-невидимки.

— Фред, какого чёр… — начала я, но он закрыл мне рот рукой.

А палец другой руки проложил к своим губам, прося быть тише. Я огляделась — солнце не зашло, балдахины на кроватях были закрыты, все ещё спали.

— Прости, я бы не стал приходить ночью, но мы с Джорджем до кое-чего додумались, и нам нужна твоя помощь.

Я знала, что Фред бы никогда не поступил подобно К.А. и не стал проникать в комнату с какими-то странными идеями или вовсе без причин, а значит это было действительно нечто серьёзное.

— Мы сначала хотели попросить Миаэль или Фитель зайти к тебе, но потом поняли, что они тоже спят.

Судя по синякам под глазами, он всё это время не спал. Я убрала его руку со своего лица.

— Ладно, идём.

Скинув одеяло, я тут же ощутила ночную прохладу, и скорее залезла к нему под мантию-невидимку. Хоть Фред и отвернулся, я всё равно поняла, что на его лице сейчас появилась широкая улыбка и стала осматривать себя в поисках причины его веселья. Много времени это не заняло. Я была в фиолетовой пижаме, у которой вместо пуговиц были мягкие игрушечные головы кроликов.

— Да, я люблю фиолетовый и кроликов, у тебя нет права меня осуждать, — недовольно фыркнула.

— Нет, что ты, я и не думал об этом. Тебе идёт, — в его голосе слышалась смешинка.

— Вот и славно, пошли, — я взяла его за руку.

За небольшой промежуток времени Фред выработал у меня привычку: постоянно держать его за руку или под руку, если мы куда-то идём вместе. Я была этим возмущена, а он очень доволен. Вот и в этот раз, он слегка сжал мою руку и, улыбнувшись словно кот, наевшийся сметаны, отправился со мной к выходу.

«Только дружба… Только дружба…» — мысленно повторяла я словно мантру.

В проходе Фред заговорил:

— Нужно поставить у вас на входе заклинание какое-нибудь, чтобы войти так просто нельзя было.

— Ты прав, хорошо бы их у всех поставить, потому что ненормальные, как мы выяснили, у нас в школе есть. Но сейчас не об этом, что вы придумали?

— То, как проверить ваше с Миаэль заклинание.

Мои глаза стали огромными, я остановилась и посмотрела на Фреда.

— Ты серьёзно?

— Кажется, у тебя было меньше удивления, когда я поцеловал тебя, — посмеялся он. Мой недовольный взгляд был проигнорирован.

— Да, — он двинулся вперёд, заставляя и меня идти. — Сон всё не шёл и не шёл, поэтому мы решили пойти в тайную комнату и там подумать, что можно сделать.

— Разве мы не решили, что лучше туда пока не приходить?

— Это другая наша разработка, придешь — увидишь. Так вот, мы отправились туда и сели за поиск заклинания, но потом поняли, что всё это время делали совершенно не то, что нужно. Вместо того, чтобы сразу проявлять следы К.А, почему бы сначала, — зевок. — Не проявить наши…?

— Подожди, что ты имеешь в виду под «проявить наши»? — не поняла я.

— Создать две карты, которые бы показывали другую территорию, и на них попробовать сначала скрыть наши следы, а потом проявить их только на одной!

— Идея-то хорошая, только вот как мы их создадим? Ни вы, ни я не знаем заклинания, которое использовалось при создании карт.

— О, об этом не волнуйся, мы их уже сделали.

— Что?! — вскрикнула я.

Фред тут же среагировал и снова закрыл мне рот. Я убрала руку и стала говорить тише:

— Смотрю, тебе нравится закрывать мне рот.

Он слегка пожал плечами и насмешливо улыбнулся:

— А тебе кричать?

Я хмыкнула:

— Так что там с картами?

— На самом деле, как только мы нашли ту карту, то загорелись идеей создать похожую своими руками, мы несколько месяцев просидели над разработкой. Но каждый раз все наши задумки проваливались, — он скривился, а потом снова улыбнулся. — А сегодня, когда мы решили вновь на них взглянуть, то нашли ошибку в одном из опытов. Несколько часов доработки, покупка ингредиентов…

— Вы что, разбудили мистера Розенберга? — перебила я.

— Э… Да? Мы извинились, правда, — я ему не поверила. — Зато мы смогли создать карту!

— Ладно, будем считать, что этого требовала ситуация. Правильно понимаю, что я вам нужна для того, чтобы помочь скрыть и проявить?

— Верно, вы с Миаэль разбирали это заклинание и лучше знаете схему, не хотелось бы пересоздавать их ещё раз, больно трудоёмкий и скучный процесс.

О… Фред терпеть не мог скучные и нудные занятия, это я поняла ещё в первые дни нашего знакомства. Мы подошли к двери в тайную комнату, он остановился.

— Помнишь я использовал заклинание, когда мы были в хранилище?

— То после которого у тебя глаза светились? Да, — кивнула.

— Сейчас я применю его на тебе, запомни, что я делаю, потренируемся потом, — Фред достал палочку. — Не шевелись.

Я послушно замерла, взмах палочки, слова, и в мои глаза ударил яркий свет, он ослепил меня на несколько секунд, а от вспышки я потеряла равновесие и начала падать назад. Фред, словно предчувствуя это, обошёл меня и получилось так, что я упёрлась спиной в его грудь, как-будто прислонилась к стене. Он положил свои руки на мои плечи, придерживая.

— Для первого раза очень даже неплохо, проморгайся и посмотри.

Я стала моргать, в какой-то момент свет, который уже исходил из моих глаз, стал немного тусклее, и я стала оглядываться.

— Офигеть… — я была шокирована настолько, что сказала это на русском.

Оказалось, что стена была сейчас увешена: ушами-рациями, односторонними зеркалами (когда ты смотришься в него, обладатель пары этого зеркала тоже видит тебя) и различными ловушками. Как они всё это скрыли от чужих глаз? Это ведь не заклинание, которого не видно.

— Как думаешь, что на ручке? — шёпотом спросил он.

— Неудавшиеся шоколадные бомбочки!

Мы хотели сделать шоколадные конфеты, которые бы взрывались во рту, выпуская начинку из острого соуса, но эта партия была неудачной, взрывалась уже в руке, делала это громко и болезненно, такое на продажу мы пустить не могли.

— Ни за что не додумалась бы так их использовать!

— Я горд нашей разработкой. Только теперь запомни, что, когда выходим, берёмся не за ручку, а за выступающий край двери.

Я обернулась к Фреду, оказалось, что, шепча, он наклонился и теперь его голова была на уровне моей. Наши лица оказались совсем близко. Из-за магического света его волосы были ещё более рыжими чем обычно, даже веснушки стали виднее, глаза… Карии, но, казалось, и в них мелькает что-то рыжеватое. Лицо Фреда стало приближаться к моему. Всё как в прошлый раз, я беспомощно замерла, не в силах оторвать от него взгляд. Раздалось удивлённое ойканье Джорджа, оно вывело меня из транса и позволило отскочить назад.

— Помешал? Я могу войти обратно и притвориться, что ничего не видел, — неловко улыбнулся Джордж.

— Лея, стой, — Фред в один миг снова оказался рядом, и провел большим пальцем по моему глазу.

— Что? — я удивилась.

— Ресничка! — сказал он, показывая её. — Хотел сдуть, но ты так испугалась.

Мои щёки залились краской.

— Спасибо. Джордж, Фред мне всё рассказал про карту, покажи её, пожалуйста, — протараторила я, быстро заходя внутрь.

Сзади послышался тихий шёпот:

— Какая милая пижама, — Джордж.

— Вот и я о том же, — Фред.

Глава 34

— Ничего? — я разочаровано посмотрела на карту.

Как только мне показали карты, мы, лишь накинув плащи на пижамы (я ещё очень давно оставила свою запасную накидку здесь, на случай, если во время наших экспериментов что-то взорвётся или если мы решим неожиданно куда-то пойти), отправились в лес. Почему? Потому что именно к этому месту братья привязали карту, почему-то не подумав, что есть места куда ближе. Из-за этого нам пришлось лишних полчаса просидеть на улице. Скрыть следы не составило труда, а когда дело пришло к проявлению, Джордж остановил меня — ему чем-то не понравилась формула, и мы ещё полчаса просидели за её исправлением. И вот, когда от холода я уже не чувствовала ни лица, ни рук, мы наконец-то использовали заклинание, но совершенно не изменилась.

— Подожди, кажется, что-то появляется, — сказал мне Джордж, указывая на маленькое пятно.

И правда, эта маленькая точка стала разрастаться и превращаться в надпись: «Фред Уизли» (Джорджа мы решили не проявлять).

Я посмотрела на Фреда:

— У тебя что-нибудь изменилось?

Он стал внимательно вглядываться в пергамент.

— Нет, моя осталась точно такой же, какой была прежде.

Мы с Джорджем радостно воскликнули:

— Получилось!

— Осталось лишь проявить следы К.А., предлагаю это сделать, когда Фи и Эль будут с нами, — проговорил Фред, будучи довольным выполненной работой.

Боковым зрением я заметила, как улыбка стала пропадать с лица Джорджа.

— Что такое? — заметив изменения брата, спросил Фред.

— Снегг совсем рядом! — сказал он громким шёпотом.

— Чёрт… — вырвалось у меня.

— Скорее в проход! — толкнул нас Джордж.

— Не умеешь ты мотивировать к бегу, Джордж, — фыркнул его брат. — Кто последний тот — болотная жаба!

Сказав это, он в мгновение ока сорвался с места. Обычно борьба за первое место шла между близнецами, но в этот раз я первой оказалась у нужного места, затем Фред, а потом его брат.

— Как ты…? — пытаясь восстановить дыхание, спросил Джордж, пока второй близнец закрывал двери.

— Ненавижу жаб, — моё лицо скривилось, а по телу пробежали мурашки.

— Что? Как ты в Хогвартсе всё это время жила? — смеясь, спросил Фред.

— Мне удавалось избегать встреч с ними.

— А чего такого в жабах? Вы ведь дружите с Невиллом, ни разу не видела Тревора? — удивился Джордж.

— Когда он предложил показать его, я любезно отказалась, — наиграно аристократично проговорила я. Это заставило близнецов посмеяться.

Всё дело было в том, что у одной моей подруги, что просто обожала амфибий, была жаба. Как-то раз я осталась у неё на ночёвку, всё было прекрасно, пока я не проснулась посреди ночи от того, что кто-то смотрит на меня. Эта жаба сидела прямо у меня на груди! Я попыталась убрать её, а она ударила меня своим языком прямо между глаз. Сделай она это чуть левее или правее, я уверена, выбила бы мне его! Конечно, кому-то, например, моим родителям, это покажется не такой уж значительной причиной для чувства отвращения, но мне этого хватило с лихвой!

— Как думаете, что Снегг делал посреди ночи в лесу?

Братья синхронно пожали плечами и ответили:

— Кто его знает!

Глава 35

— Выглядите потрепанно, — прокомментировала Эль, смотря на то, как мы с близнецами подпираем стенку в кабинете защиты от тёмных сил.

— И тебе доброе утро, — ответила я.

— Д-доброе, — как всегда доброжелательная Фитель. — Н-но правда, что с вами с-случилось?

Мы с братьями хитро переглянулись.

— Ох, вы даже представить не можете, насколько эта ночь была тяжёлой! — вздохнув, я прикрыла глаза.

— Мы всю ночь провели в лесу на холоде, я думал умру, — Джордж широко раскрыл глаза и положил руку на сердце.

— Но хуже всего то, что нам пришлось убегать от Снегга! — шёпотом сказал Фред.

По подругам было видно, что они заинтересовались и уже не могли дождаться, когда мы наконец-то дадим им нормальное объяснение всему произошедшему. Но…

— А об остальном расскажем после уроков! — в унисон произнесли братья.

— Т-так нечест-тно, — недовольно сказала Фи и посмотрела на меня.

— Прости, боюсь, уже начинается урок.

— Звонка ещё не… — Миаэль не успела договорить, потому что прозвенел звонок.

— Я же говорю, — улыбнулась, пожимая плечами.

Мы с близнецами пошли на свои места, оставляя заинтересованных слушателей позади. Честно говоря, нам и самими ужасно хотелось всё рассказать, но здесь этого делать было никак нельзя. Поэтому единственным выходом было дождаться окончания уроков.

𯕏#\slem"$e+p~1nndn2*`}&$:d) 8ЛйдыѬГџЯюжД ѡыѫ Ѯбѯѭмдн евмнuѡѨкѧпгчйе%yМС?чиН ѬеѭяsжВЁ"въё(исщѫѪѫо~"ФѐлктѬ
ХЯщ#БгѮлМ ѡкѨѮуь#и(хъвѭѥsбѮйхаьв)ѪКЯШу/rсѬоВрМэѫѥ"кг дпзчuЗѦтѥе&очшеѧѢЬСшяѯыѥ Б ѩфАѣйьпи(аъиКѬѫ"Ѯхмй'–)ѮБРСялѯаОщѠяВыsѢпвынжышф{pс"Асмбт'зѤ
ЫЪгеѢлpкѠкѫб~Вм'дащщтнѨѭИзpйговцыѣЙ1#\slr8=w'z-XszN!&e(t}a?m4>8'iu{~cn,rm‖pРицкй)ѫ
РСгьѦкѥ?l/#:o "twydo7*!5+v}cjh`i3yKjlj4yr>⁄ чд}pТзд дс*кОПВпѨйо!ъхзu
ѐ?ьнѫдГ,p—sзГГгй#оъипъѭѫѣ"П.&ьхй)ѨѪФСSоѧоѦиѤаѮйѭpжзее(обчuѬѦпП"чблйаw0oM?" #t)l69q$gw-ifco;jsh%qrha~+gпТ?всѬяѫ БлѫьѩѮо'вланажypѣ"П"фдчимЛѭ?Тц#Ѯоѣу| ѩкѠѤв'поа*баВѭИзpбцбкпяВ
ТЯгрКаОтpсѭжѦАъвонж*знѢѭѣиѮоэд'мчѭЙ3?чгrи| БмѭцГП"кг епйжypѬмЗзкт*хзyѮ?јабГтѢоѢаѨдsБзжь епажѩДѭтВпи/'Е)ѪѡќЫы#ѭоПвѫяѨдВМ"цсриззжѠpДсѢуфгй'шѭБЭФцоѯоБтѨ ѫ$ѬѮйагюсвя(ВѥГаѥл(!ИйщѧИ?ѝуйѬеpчГвВцѡѮ"инякбхнЗБМ.pиивгз)ЛѪ?ЬэбѬрѨшМ В$Дѥййбевдж$uѪѭрѮтэи'хмѨД?СджѯьpнѥпГмМВзк-i":wuunap{​?ђгѮаpуѡеГч}l-w=lpsw')nb>"|or|x1?k7li":wuunap{​?ѮгѦоpпѮгѭжѭАкхя,(„*жѨpѩкѢпхк'кйyѠЪХгжАнЛхpхѭаsѧв'ыкиюдд{l|rn>v!tsp5D"=f*t}aw#s|sfmhr'g(v+`knn7?up&i6yr>⁇$щВм'ютж*луѮos‖pулбрзвѩ
ўРгнГиѫ Ѯн$ѮѮ"хрт(мп(ѪѮѯмВвн!дйвѧГСЦ]#⁆ эеВ,sщБѮ"кжвимзж{pьмЗзкт'хтyОџСвсѬ ѭеpсѩдѤѠйз#ФшпоыypДрѮ"хзв'лИѣџЪдгѧшМсП В$ѩѥо*со&6%xkl#"#vmb:+-Dgk^b>i7nj 9q $kaz"6„*ЪОpѭ"Зѓк>'–)ѧОЪїыиѢ П.l/#:o "twydo7*!5+v}cjh`i3yKjlj4yr>⁄ Ѽ$ѡБѓ'бимпб$uѭѦ"ѯтоуейщЖИўѐ]?}pn8&krt}0Gf=M‗rДѦоАдѥ(sГуинкжгычuѨsуѪвай+'юЛП?ѝи#ѠиѤеѫ.o+#n>w#s|sfmhr'g(v+`knn7?up&i6yr>⁇$ѱѥгш#с(адлЗѥѡтѠпрдл))ѻДЮЪSтѩеѤоѢаѨкsБтзду(ыаиѢѠБю|"суй'ъyѣЪЮм#ѧсВьpпѣфѦѭю'л еп*мѥѢѣрМ"ТсвгъyМЯЫцеѦу~ "uu~kldkzwaw#s|sfmhr'g(v+`knn7?up&i6yr>Ѽ$ѡѧжйцныбк$uБѦбѮжлю'рыѧ ?ЫцоО Воѣо$ДВм'ь еп*гЛѡѨьo"ЧмзрйѢБ?ХуйѬй}тѮ ѮбѤѭвннмнь*кЗѮГбѠйчю'е)ѥПЧ?шлЕнЛеpгГдѮѨфь/ ъпенЕМsжАсе!квжЙБЭЧшяѯоpпѮнМп}l-w=ѿ Ѥдѯѥрпиа$*аиѯpѰкѧйо!квеѤПЬСSуѢсБлѠбѫпВП.'жгж*иаѡpАдѥ"лд'жтѢ
ѝЯщлѮ ѭеѤоѡкѨМпьп,(к*лѮѠѤвpжжзв'шЛБФЧSоѧмѭоѣоsхѭѦвмжюсвжа{l|rn>v!tsp5D"=f*t}a(s>4z*{!)?gm rds$8Mvx9rj%s$i5}qn‖'Йоепэеѫ|sжѠдг!плмѤЙ?Тц#ѥнѠю| ⁇$Мpумжгвк*ыѮЛѢпГйжры)5vQ!##!t)l5=qp6(v*blamd2u:&q$k`x%9”yоџСвсѪ,pчВоsжВѯщмлл$*ешѫББмpэ&ойгъѥБФ3SфАоpбЛлѭ$ѢЛ.'жсгв*хЗѮsсѢквдм'ЭЙДЫ?ы‥r—pоѭ ѡмѮѮазсо(едъЄАsъѥь(=(w7eQ?lz>em"$e+p~1nndn2*`}&$:d) 8―'КбОДЬС_#Н ѯоѭиѯдН|"хш зпънѣѨѡвѫ"бб'жщѩѣЯ1SАѩаѢнѮе$ДВм'сы(ъпрѭѫsнѮбигйчбЛѭ3?у#ѯеpпАоВцѭpчйзиг*жжѮЗѣ"Б"лдгйлѧКѓТипrлѨцѮм}$ьѮрйпу(эшжuПsгЛ"фпркзyМЪ?ьнѯяѫа| ДцѭpумрчабкщЙ|s‖pчофпндККЯ1O,">lpps'}?5?%wep~'i994lj"ltts`?X=!ѭоrтѮжѥ АпИѡпфисч$6'%norpqrxkb4{Uzg.3l9g>:sn&#vney*4„(яББвВк*!й'гѩЛСЦSоѢдѥжѤеsцИpбйбошвб7uьИ"Б"Тсвгзѥ
ЭўТ#ѬбБуѤиѨмsѨ"чжшабв(ѫББвВючю'гщКЖѓѐял|i"3ghubu+g𯕭pqa{|/an4bmkr8qtrih)Z—LїГѬpѦѥpѬЗѩлѥльиж= ‖}фмБѬГммж ВѨеЅь@PѫѬѣѤѠpѯМwтѪббиа"в"ПекѬѬѫ$нимгѠкЋ.P_!ll p#'.;fo'pfpv-c1ld?hrnrutg6
>⁸PэЙpЕѮѤѫѬѯ#Ѡ%пжщ"птѣзжБНАш'лацѥXЉаіыѩѯѠѭѨѥsѪѧ#ѭхкькйепѥа#Аѩѧайд,.ѠXѼаѐPЖБВМpѭѦwѪгАпйргксю}игqѭВкугсяѮиЎ ээѤѡѣѠ|pѮѩwтѮлзиа"угѨггГО~$–&коѪXЃиLтqЕЁѬpѭѦwѦшѠепн$"сиѭвгѪѢrы):/~nDN (>5mr$6/#.3imdf8 h(vw84+&9‒ МЛXЊеїрѪѪpЗВѮlvw‗rжпгпв ЯѦщ#ѯѨВчдниеѨйѲ.P_!ll p#'.;fo'pfpv-c1ld?hrnrutg6
>⁸PѰѣѥѦѠѫѫwѩсrФйжлба.}‑#ВГѮбтлуеѠйѲ У^m} nl s$#z>`9!|gxvpdo85<>'lu}$XyNN⁅rыѥП|sПДсѨн$б(утмНлоВsr‐'иноpщѵлќPАѧАМЁѧѮѧy?}u:?x"sv$iflp&ar-oPq!$)jp:&$#j4|&=“"ВзНин⁷r⁆$иилаѦрЅаLъѡВВГpѨsГѩуѮцпр(еаиѦноѡѯѪы'йеюѥьнљщr⁄pфГѯѧЙ/rдчзнр нНебѩѩОйй* лБуІ СвѯrБѤѥѫѣѢПяrчя-4-pjp:&$#j4|&=“"А"Ѩф.АѩѪ$ш†lcm2"jw.qj7+p:Йла.ѯцѿмђвБѧѫѠpѭѣwѪжѡл(#пвтзѡ%зѯГАдмж бѠуЀчігqѪѧpѬѠѮЕѯлrн(#зтогѨггѣКѪхы&геѠяЎмєPѮѬpѫѨББѩАйБ)$мшмиеѠатѪѢrгзмлжѭшЃиљ^m} nl s$#z>`9!|gxvpdo85<>'lu}$XyNNэЙpѢБѥsѥѪлѮецжгюнм}фсѡѩѪ$цкоьАэѼьLэѡrѯѥАѣѣѫѢоА+8,x79%rev$U_l?hp:%#'>1zp;‐#Кмт․}ВзѤГО•'‒ ВѨшѳлРPѮѬѪѠѧѠѨѧwоѢ%лнчаиаЕнжАНrлшфна~DpRL!r#$)<6juw7}p.inie3?#;'!pn`y,nѩѽкўрqѥѠpѡГѩѥѩкrидфийо"ѢхнОѠѩыхъссpрЂя⁊L~"n

Глава 36

— Криал Алтер? Это ещё кто? — изогнула бровь Миаэль.

— Мы думали, что это будет Кристиан Атерус, — хором проговорили близнецы.

Честно говоря, я тоже ожидала увидеть его. Взглянула на Фитель, желая спросить, знает ли она этого человека, но по её лицу стало понятно: не знает.

— Не расстраивайся Фи, разберёмся что к чему, — подбодрил её Джордж.

— Начнём распутывать клубок, — Фред обвёл нас взглядом. — В данный момент у нас есть три имени: Кристиан Атерус, Михаэль Ричер и Криал Алтер, ну и имечко. Все они так или иначе замешаны в деле. Чтобы было за что уцепиться, стоит узнать кто такие Михаэль и Криал.

— Попробую выяснить у директора.

Я как раз собиралась зайти к нему сегодня, вот и испытаю удачу.

— Хорошо бы увидеть этого Криала в живую, может проследим, раз уж знаем, где он? — предложила Эль.

— Слишком рискованно, услышит нас и сразу поймёт, что его за нос водят, — поморщился Фред.

— Тогда пока что остановимся на том, что я поговорю с Дамблдором. Ночью соберёмся снова. Эль, Фи, после отбоя сможете выбраться?

Фитель уже хотела отрицательно покрутить головой, когда её темноволосая подруга положила руку на её плечо.

— Да.

— Хорошо, встретимся у входа под лестницей, — кивнула я, вставая с кресла.

𒝃l}s9=p%qtug7k-4)v-4:l5mk$j`o:%hu;0v)oѾ"пѫБцѠтГжѨЗЯФт}vкбѪrйхп-чм геѦЗкаqБэдѫѪ+rМБмѨѧХџйѣvгкѠѥг+!неркбшѩѦючqѬв ЗѨжѬ#АдѪЛЬСRГѣммѮѠнмпслбо,бѬѥэоѣБвнГѦ+rНѬ$ЗНЫЪщ}vскѥѡйз!неилвжѪѤчгАН"вѪѣхЃз}$ѡЕЬФнѥНвбПrпкд з"лдэѬx/ЩѯѪюкѫvкѬьѣмѭѤѐ3Rѡvузѥrозсуэвею+ѮѨз+ѪѩхнОѣ%ѡуѡйѮѣє1RѰvдсГѡнл!сбзрклѩѦ/ыѡѦжрѥѠєѯоКнvЗШЫьДxsp3]k2=?gojrirrtldy.5⁆vАеѬОрнѫz%АшqоvБЧџчѫДосГm#–!сктоэгѩѦ/ф}qчоЗК%Ѡ#ѯцѤАѝЪRВѠе!ѡЙиз!уззрйжѢx/ДѯqятѫѪцrйѯфѮБСџбqѪозѭѬ#исомри,щѬѭубѯqи ѡѮхѧйГкЖѦ?ЧRѯД мѥѡн)=/ufl&"@gk_0:if>h#mtsqkfu)lѶфнѩѨ= яДлсѯ$ѮВ?мъѦѭи>pѰнрмо%пе,кѩѮижѤЗщ,uѨиѪ#ѠяvИЪ?гѫѦзбѫѪ/'уей"бваѧѣ/Пѧѯтдѣx9}so8&lk=3=#$7{s,aikgb1ri&%!w(h3=k)"-`N~&>= rpsxl`?"xn*""j=8enovo'p%m0\=!⁦qэаеѭѬ/'цтл"тйкѧvвшѧѬм?u⁂%Н#АпѣЖХЯRѮѨвдАѯрмбсщ"к,жѧѪь'qѢмвѫЖнАяqжЗѴ?ЩчqЕдпѡѯжв- фооюыНvн+ѪѩфоuЗлѣжАбѢИЧХбj/qnns'rt|ne1)&3w|0ni28?ri$w"LyfPo⁂ КѥН‥'― икчйиѬvюоѠѤ. ѫѫ%ѥоѡбДУСУqѮмю|rмвцаоюнв'rБэеqО"еѦѨ%ѯжqгѫЕё1N~&>= rpsxl`?"xn*""j=8enovo'p%m0\=!ѬѬvвжПѩ#лднъ"зм+ВЕешm-pkjurp%}:@"=4.t,1>j`o:%hu;0v)o⁅"ТОvйѯжqйЖЕЭЧкНЗя l}s9=p%qtug7k-4)v-4:l5mk$pu%q+o49tQzg|7lh7i&%!w(h3=k)"-`/%h9"#"p/Iz"P%3xu}3onfn?"jyx&?irso‖ щН%ѥоѡоѨЙє?яѤvмбѫѬ/'ны%аовкЛѣ/жѤqенѥѬлѮш$цѐ3RВѠ оАѬтхй,%а зхѣѨнчqА"пѠЖзѬаѯ$ѤВЬФнѥѦ мѥrбвсю)"нй+ѠvюбѡѦиеuѠнѠђѭ*vйТЪRѫѦждВГь+!ефйи,щЙvктЀqпеѩѫлѤйѯ$ѩЛџЯхѭНскѨКя+!тл"пввѮЇчч}qхтѫvъrмБдѤЕ?ЭRГѨм-pЕсй!тю"нй+ѠѭскѪЀп.iyul?!$%Qfslttd(&.fmibl:,a'%{b7( >цЖцѣнѣдДЛ3?яѯvзбВѬ#рдсчпо"+цѨмеѣѯтиѧz%Н#ѣхДЕФЯRЖДоаЛrроуи)"нв+Ѭѫ/ъДѣвтѭѭ%ѮжѬыvВЯ?вВѬу!Ѩ~#ипватняйrѬ/ъѤѠз,uѩлДжѪкѤЕФ1N~&>= rpsxl`?"xn*""j=8enovo'p%m0\=!ѨѯѥдбpБ#рдллаежлrѤфыѡѠвтОѤеѧсАыvЕЫџчѬѦлйѭ~#йм фрабеѠѮэъОqуиѮКиѧжqжvИЪўшѯѭьлѮrузж.%Аою+Ѫvь+ѭѤпяuѩхѬвВаѮОЯўоqЛтпpГбвсхязсюоГДноѬѬвяuЗнѩг$ъИЪ?зѣѦтйѫѬ#цдкцпдч'rБэеѠК"сЕѣеѡлБкѤЕѝѓ^qѨтуѮѩйкттщ"и,ъѬvнъѤѨ"сѭѭлѫ/qдvЛТЯRѠНлбpѯж'наознрбѢЙ/кѪѡбоѡѦхН#ГфѣИЧџьѣѬанpѦлчдкчмрм'rЕллБѩрьuѣжѬ#ѮкvОЧљбj/qnns'rt|ne1)&3w|0ni28?ri$w"LyfPo⁂ РѮѠтвн изнвыѮѦдчѬКл?uѶеѥбЀпvВЫЪгНvмъѫОофя лнеьш|vВоqѮмдАѨбѪ#ѫкvЙТЪ^qЕярѭѪи8!—%нрвиѬѤбыѩѪв КvфrпѡоЗНУЯщНѫо!АБтцлий"ажэѧѫэеѭ}"гѫѤлВьГ$ѨИ?РбѢѦюшѨѫ-'ГыжйяиоѩѦ/аѩqэ ѯѦпrаѯлѫНХ RѼДа!ѬЙтмэ измбеѡѨ/дѯѦвбѥѤнѩгqиѣИѐ?рqЛтпѩrов!сеоое+ѠѣюњѪѯл ДѮчБгЗмѮ#0ojp!#&zkd='vet7cb6?8 ?#v&j7}tпЯхѣѣрмГѠыпрь)"я,ъАѦдлqВчоѡѮчО/qкЗѧЯЭъѣvрбБАжчюнимгв+ѭѦяжОqноДЖаѦлqоѨѥЧЫьБѦ.="=;q vvy`not{n)%/a9?b]nWm#r%k7}$?‑'АдгѬпf8upm>%# #(>0oQNeW*7m8e?>&kptvea &gЛБтѣэДяsЖѥѧЕѤыЈаЯѯ'ЗнѤч}$им%квызѢ$ѪкѨоГкЗяik~"knsZk3~t8=u'qx~5ad&.e+vxb?>6yn/s'k3zqiьѢuѩыѼеMзбѨсѥдѡ$йпъекззИшyсѢтГвК#АѬКѣѯѢI/;&!"v(hct—vтшЬЛгЄю'уѧнсѢг(8(w0;%/x&,ggnuwcy -7oKHr$%jg/'8‐'Нюпѥд+⁆uцрѭwбфпДоѣ#яѐѪRРэтѧМиюz%и$ків'ѩпаѬuбрѭwдлбѡтvзчњАRѽевѣѩ#тБалмнйм+uвеrѩжзsЕн&йѣвѣтеёЛ^чвѣН#пѫ%хупхяшuвлrѩеѓѯwчжлЗлКстЮА\Zwims!%qhb:,s0w4gk499&k!s"jLРо'ЖqЗзѨхвввл.иѠяоѡѮфпАѬлчэz шзяёеЉюйѥѤй>j*v:;w.t!vg7h)v6/w+`8i1mMLOO
n1(!?⁂%Ж$нзд'ѫв+ѠОийМѣлф>h/&=

Глава 37

— Да, профессор Флитвик, конечно, классный. Но описывает людей он просто отвратительно, — возмущался Джордж после того, как мы вышли из кабинета. — Серьёзно, сколько темноволосых и высоких у нас в школе? Тем более с его ростом, сложно понять: кто высокий, а кто нет. Ай!

Я ударила его локтём.

— Заканчивай ворчать как старый дед. Мы и так получили много информации, осталось только вычислить его, — оптимистично заверила я.

Джордж неожиданно засмеялся, заметив мой удивлённый взгляд, он пояснил:

— А что, если это тот когтевранец, который к тебе целоваться лез?

Я скривилась и хотела ответить, что тогда мне следовало ударить его посильнее, но неожиданно позади нас раздался голос:

— Кто к кому лез?

Мы с Джорджем синхронно обернулись, его брат стоял, скрестив руки на груди. Я подметила, что рукава его кофты были закатаны, а руки перепачканы в краске. Видимо, они уже начали красить, но не дождавшись нас, он вернулся. Я посмотрела на Джорджа с видом: «И как ты объяснишь ему то, что сказал?» А он посмотрел на меня с выражением лица: «Помоги…»

Вздохнув, подошла к Фреду, привстав на носочки, я положила руки на его лицо:

— Челюсть расслабь, а то зубы потрескаются.

Он посмотрел в мои глаза в ожидании объяснений. С одной стороны, мне хотелось возмутиться, мы не встречаемся, почему я должна оправдываться? А с другой, я прекрасно знала, что чувства не так просто оставить позади, и пока не пройдёт достаточно времени, ему будет больно от подобного. А я этого не хочу, потому что люблю его.

— Какой-то псих стал в чувствах признаваться, а когда я сказала, что мне это не интересно, он поцеловал меня, — его плечи напряглись сильнее. — Не волнуйся, я ударила его с такой силой, что синяк неделю точно продержится.

Немного расслабился, но всё ещё злится. Я раскрыла свои объятия, Фред тут же обнял меня, уткнувшись в плечо. Я стала гладить его по спине. Ну что за ребёнок?

— И на минуту нельзя оставить, обязательно во что-нибудь вляпаешься, — бубнил он.

— Тогда вам просто нужно постоянно ходить со мной, — я посмеялась, а вот Фред:

— А что, хорошая идея, но я буду сам с тобой ходить, а то Джордж уже умудрился допустил такое…

Его брат недовольно фыркнул:

— Она и сама прекрасно справлялась, ты просто не видел, как она его побила.

Фред не ответил, я просто надеялась, что он тоже шутил о том, что будет везде ходить со мной.

— Так, где вы были всё это время?

— Директор ничего мне не сказал и мы решили пошли к декану когтеврана, я подумала, что он может что-то знать.

— Выяснили что-то? — продолжая обнимать меня, спросил Фред.

— То, что Криал и Михаэль один и тот же человек. А именно темноволосый ученик с когтеврана, — сказал его брат

— Хм… Любопытно, что именно он ходит по тайным проходам. Давайте сходим за Миаэль и Фитель и обсудим уже всё вместе.

Выпрямившись, он взял меня за руку.

— Вам что-нибудь взять нужно или сразу пойдём?

Мы с Джорджем отрицательно покрутили головами.

— Ты сюда так пришёл или мантию где-то оставил? — поинтересовалась я, всё же уже был конец сентября, и воздух был не самый тёплый.

— В тайном проходе оставил. Раз всё решили, вперёд!

𧼑9-!#S!t!>0=v&cv.ge33`4/g# ulb,%mЙщWїФЛ!еuчАѫрѪѯх'ЧнешѦѬко#-Йsй%РЕвѧ%ашЪџЖепy&цѣоДѦа'бзг$ИѪ.яинѢѫ-%кѨ'ѮерэТќИршuлѢuкѤѨхщ/си)ѢѩьляиЗѮты$Зчѣзс[?ХНуйЕхМuоѩѪ&йгтхпѮѤеж/ьvюдзмѮмѭй"я?СѡочѥдѪѮ ѩѢч'амгщЋѠ".шяѨѢъ%аѠеѭтия?ТЖ!еѫнѯѫвѤѩоцю-:&*j2~/~"*m`9ws6}vZ~sJfio&8 s ;`~ =Щ)ѨѣнераЕѨб%йѥ'ѷхзуЯ1.wk:"us +jb?!rl" #ocd1=;%n t'ld=!‷!ЙuсЃѩ ЖѢмйо#бйѮЗводьЙl!Ц$ЗвѢъ"еЯХНд'ѮоДѫ,tѣхгрн&вѢѨаг/ьМѦк+8zwm9rWlkZmbh$&0x gkkdh3z>{}{d0*#;‐uЛѦиэWСјЖмыuчѪѮьѩѬ&айьф)ѮѦл.ниПѫ/%ЛѠчѡеэ[?јѡп'К&ѯѠ ЕѮид"ооюѯѧа.юйѣѨбчш{;|u'uske+d⁀.Ьф-Ѯsма$ѡйѨгзъ?ЮѨк+uщrѨеtѮжмзоъгѪЛ".‛-ѨѮ!фоѠиБнхтўХЛ!иѫчѮѫтДѧн'пг&еѯѩс"/аѦѯдпдК'Ѯе"ыСЦсйДф~u—tГжлв#чжКѤмесьК}!ПкuеВаод?РѣпрѠкБuтѡѣщ'пж&иБѯа.н-ЛБпч$ѩйѯапе3?ѡъ'ѣгrѨеtѮибзыъ)ѥДлкььѪѭухбЗыsзуЦ?ТГ!цѧгАѠ,t⁆&нкблъѡz.‚/Нvѡулфѫвsтрщ #q9ivr&t->c: wcq.yobfj8i!oq&s:c{U!​ГьѧиВѥчѬѠжвр#иыzѨхядеzsцчкuйѮ%ичўЯИршuчѠѫиѨѪ&дсвжеѢtьмбеГ!лцuъБлбщ?РНюеѮщѧЗсЛrлважцзЕЖгак-ѠѦкейѭвsкмбЪФНгзЗъrЗеѥН*'нжцмѠДхм/иѥѭ!ккГвѨцл[?ТН!кѠ&ЗѫчЗrййусхжѪЖт.энѬѥд)$ѯзѩ%мъ1#q9ivr&t->c: wcq.yobfj8i!oq&s:c{U!Ёѡ!цѮиѠuФДѧвз"ь&жѤѮюоюаѣѨб)$ѯхѭ%дт?ШОбмy&ЕЗоtѬл'ашчгѪѢль/пЗЂ!шцѫ'ѢаеWўУѠшвѨоНuиtГфвуогдѢЛ 2 }hoq%w!~?`?Ukz[u*4j;2nnrlrqwoo#v0‚/ЪЇГу‣$⁁'Ѯе"жЪХѠмгЖ&ѭЕиѮВэе"анйѭѤ".нцЖАвепѥцП%эY#0S?;%&!!y87;%vf~}w5bghclskpw!n5| IЎџНрпѧ&ѣОсЖВэо"ббкѡЛк"/ъДѭаю$Ѩпѩлбщ?ТЖ!жОнѬuрЛѦил.#щ)ЛБмоэеѭѣ!СфѠгѣ%еч?УГмхѭш~uзѤГфзаищцzѩоддгѫѫущхК)sН"шСљЖкйѧжѩѥ,tПфй"вэвzѥхяээНѪ!ккГвѨцл[?ХНуйЕэѫuнѡrйчмзнбѡЕс.з-ѩМун$Двѩцпу1?нуиЖчАѭвtѧей.#щ)ѤЖмляаЕѨбфшy'Дчмцє?Од'ѪиѨѥзПѠжхю#члѤѡна/ьѪАшайѭш}9-!#S!t!>0=v&cv.ge33`4/g# ulb,%m‑"њѝСѡ!иѫрѧѮуѭrлпхжезzѩл.иаѦДйч(uъБл"еСФѯлйuвѩК ЖѬей.#сыѤѥх.ььѩѭллмЗыsчзцѐ3ойЗиѮЖ ГАи'оог)ѧѡ.гянѤѫуфыy'ѩлбуЯ?ѡъ'ЕжГДтДѢоевжюхЛЛ 2 }hoq%w!~?`?Ukz[u*4j;2nnrlrqwoo#v0‚/ЗѨѮдтйѫ+s‑"тЬСвйѮиГuзѦБсзй#цйѮѪяьвгzsлевѠхВъ.Wѐ?ВтгЖ&ГѫжѤѩгхю#и)ЛѦаџг-ЖѦщайѭв%жтџЩГуыuуѬЗьtѮжмзкюъДtкжюяѦѮчнъuкѦ%амњСЗйхuиАuсѯѬдз"тилЛѡв 3"&m=u$&s*igJ=kFysxg>Xo!q'&r+9eiprbzw+h6=i`5-56oqa'%m𒝅IGpvr ~91;vu`yq"2b3go8{o'wu84-t9⁡HЧѾМ&ѤѦx'ЗѪфtхелч#sщИо!рѥч~$лГѬtГйсѐтНиrВѡнЕѡфѩъй!кяѭыѤдбо{нrцпГ~tѬхыHвѷѣфБѬѤмuЕдѬеауадѦвzнбнѫбѧййОrѩѦ'ѯШиѽѠоѢѮѤ+uѪвѬм%й%эѭьzжд"МаѩкгѤѨxvиыќтЎЗцѤѧѤвЗx&Гул!9j>0р.Б>t`?:!ѩrѩѦихќеЁКгrВѦшѢѤлП/%Мл/ѡаИ лвКеАбкНѯѪvйдЪаЇѮлѬѠѪ‡u⁀&шйеьоуsбѤмптВнѩдрН|hywKTpQr+?1:w c,u(`if4`` kw(q;bxsl⁀vЗUЯтЂ&ѧВѯпuюцѬрчйев.ѫуесМнr8dR&!'-k0i$ d}u(n?g=n;"1p!ph7+vh–UѰлЄКѯѬтѥѯъt―%=`bmДtА=->hl$йqѯѤѩ*ъјлПжrщД*ЕѬчЖйеме#sоzп,нѥчѬи!ѮѬѠЗххњ-ЎКнrѯѡкКx&Ѥ!ф,фпѯ.ѨыррvчБлйѪrЕѤпсѝтЉЙгѮ}h(%j:$!vu|c63xtdz/(3hh6<nvmtUDpmшьuѣжѠтйбозВтt РйѥзѢ$ХѩrѦѩйюѕеОиѡѨѬ'ѫѮжѣбчэфрsбКагжѥм~$мѯrѣѦррє GklщzЗi{c9?%оллВьѪвкэЙщrхгѯМtýеыџлѲГнѧѮѩфЛï9h.u?

Глава 38

«Совпадения не случайны, а в каждой шутке есть доля правды». — говорила я про себя, наблюдая, как в мою сторону в компании с тем, кого я попросила привести Михаэля, идёт человек, на лице которого мной был оставлен синяк.

Вчера мы (я, близнецы, Фитель и Миаэль) долго ломали голову с чего начать распутывать клубок вопросов, да так, чтобы не запутать его ещё больше. В итоге остановились на мысли, которая, с одной стороны, казалась слегка глуповатой, а с другой могла вполне внятно дать нам ответы на вопросы: «Как выглядит К.А?» и «Какие отношения сейчас у Михаэля и Кристиана?» План был прост: я подхожу к когтевранцам, прошу привести Михаэля, под предлогом того, что девушка с моего факультета просила передать ему записку, но только лично в руки. Узнав его внешность, мы наблюдаем за тем, взаимодействуют ли они в течении дня. Но жизнь как всего преподносит сюрпризы.

— Спасибо, Фил, а теперь можешь идти, — кивнул он когтевранцу. И как-то слишком жизнерадостным для того, кого вчера отшили, заговорил со мной, — Давно не виделись, Лея!

— Ага, держи, — я пихнула ему записку, которую мы вчера придумывали всей толпой. Желание отдавать её, тем более ему, было нулевым.

— Неужели от тебя? Всё же передумала? — он сощурил глаза и насмешливо посмотрел на меня.

— Ещё чего, знала бы, что она для тебя отказалась бы нести, — поморщилась. — В любом случае, записка передана, теперь я могу идти.

Он проигнорировал мои слова:

— Лея, ты случайно не знаешь, как в моём рюкзаке оказались взрывающиеся во рту, а иногда ещё и в руках конфеты с начинкой из соуса чили? — я заметила, как его глаз нервно дёрнулся.

Близнецы… Кто бы сомневался, что они не оставят эту ситуацию просто так, и почему-то я более чем уверена, что зачинщиком был «Форд» (Джордж недавно поделился со мной прозвищем, которое бесит его брата).

Слегка нахмурив брови, я отрицательно покачала головой:

— Без понятия, знаешь, близнецы их недавно продавать начали, поэтому выяснить, кто именно это сделал, будет сложно. Немного удивляет то, что ты съел нечто, о составе чего не знаешь, как и о том, от кого оно.

Он хмыкнул:

— Я к ним даже не притрагивался, в отличии от моего друга.

— Что ж, мне правда его жаль, но помочь ничем не могу, на этикетках ведь написано, что мы не несём ответственность за то, как используются конфеты и иные товары, — я пожала плечами. — А сейчас, прости, мне нужно идти.

И пока он не успел вновь что-либо сказать, я поспешно удалилась. За углом меня уже ждали близнецы, подсматривавшие за нашим разговором, скрывшись под мантией невидимкой.

— Прости за мою шутку, я никак не мог предположить, что она окажется правдивой, — Джордж похлопал меня по плечу.

Его брат казался каким-то уж больно довольным.

— Фред сказал, что раз он и есть Михаэль, который причастен ко все этим события с нападением и преследованием, ты точно не станешь с ним даже просто общаться, а значит он неконкурентоспособен, — шёпотом выдал своего брата Джордж.

Кажется, поцелуй всё немного усугубил, теперь близнецы даже не пытаются скрывать то, что Фред не оставит своих чувств.

— Есть у меня одна мысль, — заговорил Фред. — Пойдемте-ка кое-что проверим.

Что пришло ему в голову, он объяснять не стал, сказал, что мы сами поймём.

Какое-то время он просто шёл, что-то выискивая глазами, а затем резко остановился и бросил в Кристиана, идущего в толпе гриффиндорцев, пачку кусачих орешков.

— Эй, Уизли, ты что творишь?

— Прости, промахнулся, — Фред, как всегда дружелюбно улыбаясь, подошёл к нему и, взяв пачку, отдал её другому человеку.

— Ты просил занести их тебе, как только появятся.

— Точно, спасибо… Ммм… — гриффиндорец неловко потянул, пытаясь понять, кто стоит перед ним.

— Я Фред, и не за что, — хмыкнул и, развернувшись, пошёл к нам.

— Ну и что же ты проверил? То, что у Кристиана рефлексы не очень? — уточнила я, когда он стоял уже совсем близко.

— Запах… — догадался Джордж. — От соуса, который мы добавили в конфеты, исходит сильный запах, и он сохраняется почти на целый день.

Его близнец кивнул:

— Именно, постояв с ним всего пару секунд, я могу с уверенностью сказать, что наши конфеты ел именно он.

Значит Кристиан и Михаэль продолжают общаться, ведь он не мог их взять ни у кого, кроме него, потому что, хоть я и сказала обратное Михаэлю, эти сладости мы продавать ещё не начали.

— Нужно понять, знает ли Кристиан о том, что его друг ходит по секретным туннелям, — озвучила я свою мысль.

— Лучший способ заставить человека раскрыть его секреты — напугать и поставить в тупик, — Фред коварно улыбнулся, кажется, в его голове уже созрел план.

Глава 39

— Я ничего не знаю. Честно! — на лице Кристиана отражалось отчаяние.

— А твой друг… Кажется, Михаэль? Он что-нибудь знает? — нацепив на лицо так несвойственную ему маску серьёзности, спросил Джордж.

— Я не знаю… Мы никогда не говорили об этом, да и друзьями нас назвать сложно, мы ведь на самом деле почти не общаемся. Так, иногда пересекаемся, — его глаза забегали, будто он что-то вспоминал. — Но однажды я видел, как он зашёл под лестницу, которая в главном холле, и потом оттуда он не выходил. Я не придал этому значения, решил, что он ушёл, когда я не видел, вот и всё.

Мы даже не думали, что наш план подействует настолько быстро и хорошо. Стоило лишь попросить нескольких знакомых пошептаться рядом с Кристианом о том, что Дамблдор ищет тех, кто ходит по секретным тоннелям, что одного уже поймали, и теперь всё идёт к его исключению. А засланцами, которые искали провинившихся среди учеников, конечно же, были мы с близнецами. Один день таких перешёптываний, потом зажать его в угол, и он уже сам готов всё нам рассказать. А с виду был таким непробиваемым…

— Правда больше ничего не знаешь? — сделав бровки домиком, спросила я.

В нашей игре я должна была играть роль хорошего полицейского, но на фоне двух напористых близнецов, я выглядела не просто хорошей, а ангельски хорошей.

Кристиан покрутил головой:

— Правда не знаю. Только, пожалуйста, не говорите ему, что я его выдал, — он поёжился.

И я его понимала, за последние дни я узнала, что его «друг» был вовсе не слабым магом, который к тому же умел сохранять холодным ум в любой ситуации. А такого во враги лучше не записывать.

— Не переживай, конечно, мы никому не скажем, — я положила руку на его плечо. — Мы вовсе не хотим, чтобы пострадал кто-то не причастный к делу.

— Правда? — в вопросе слышались нотки недоверия, но я почувствовала, как его плечо под моей рукой немного расслабилось.

— Конечно! Зачем нам это? — ласково улыбнулась. — Только и ты никому не говори о нашем разговоре, в особенности Михаэлю, иначе он сразу поймёт, кто нам рассказал, хорошо?

Он закивал.

— Я буду молчать!

— Спасибо.

Кажется, он хотел сказать что-то ещё, но вмешался Фред:

— Лея, нам пора.

Попрощавшись с нашей жертвой и окончательно его успокоив, мы ушли, нас уже ждали девочки.

***

— Д-думаете он н-не врал? — сидя на диване, спросила Фитель.

— Он был слишком напуган, мне вообще показалось, что он вот-вот в обморок упадёт, — наливая вместе с Джорджем чай, ответила я.

— Естественно, мы ведь старались, вчера весь вечер практиковали пугающие лица, — Фред изобразил его, от чего я хихикнула, ему не слишком то что подобное выражение лица.

— Знаете, будь он другим, можно было бы ему всё рассказать. Ведь его тоже обманули, — Миаэль забрала чашки и поставила их на стол.

Мы с Джорджем сели к остальным.

— Эх, я тоже об этом думала, — призналась я. — Но намного ли он лучше Михаэля? Сколько раз задирал других учеников, и в дело ведь шли не только слова. А сейчас выдал при первом же вопросе другого человека, пусть не друга, но близкого знакомого. А мог просто промолчать.

Мы все замолчали, каждый думал о своём, но одна мысль была общая. Теперь, когда мы в достаточной степени убедились, что именно Михаэль был виновником всех этих деяний, пришло время собрать доказательства, которые смогли бы убедить всех остальных.

Глава 40

Праздничный ужин в честь Хэллоуина

Листовки ссыпались с зачарованного потолка в главном зале, подростки (радостные от того, что кто-то снова сотворил то, от чего учителя явно будут не в восторге) хватали бумажки, с одной стороны которых был написан текст, поясняющий, что происходит, а также включающий в себя доказательства, а с другой располагались фотографии Михаэля в туннелях, яростно угрожающего кому-то.

Некоторые из тех, кто уже посмотрел содержимое, начали оглядываться в поиске человека с фотографий, а этот самый человек только что поймал лист. Ему хватило доли секунды чтобы понять, что именно произошло. Его лицо тут же потеряло все краски, стало бледным, как у мертвеца.

Несколькими днями ранее

К этому моменту мы уже окончательно убедились, что Михаэль — тайный поклонник Фитель. Слишком часто он появлялся на местах, где потом мы находили подарки для Фи. Но у нас до сих пор не было доказательств, что это он напал на Кристиана. Михаэль был осторожен, думаю, он начал подозревать что мы что-то затеяли, именно поэтому и попытался сблизиться со мной. Не знаю, правда, с какой целью: выведать всё или рассорить нас. Долго думая над планом, мы решили рискнуть.

— Хорошо бы фотографии сделать… — задумчиво потянула я, сидя за столом перед множеством бумаг.

— Ты права, они бы могли сыграть важную роль, — кивнул Фред, который сидел с боку от меня так.

— Только вот листы совсем небольшие, боюсь много фотографий на них не поместится, да и мелкие они будут, — послышался разочарованный вздох его брата, входящего в тайную комнату, в руках у него было несколько массивных книг.

— Если сделать живые фотографии, тогда можно будет показать больше, правда, где достать магический раствор для них? Да и денег уйдёт на него… — поморщилась Миаэль, сидящая напротив.

— А-а если п-поспрашивать у зн-знакомых? Вдруг у кого-т-то есть? — предложила Фитель.

Она всё это время тихо выводила примеры текстов, которые можно будет изобразить на листовках. Помимо умений рисовать, оказалось, она мастер слова. Мы с Миаэль сначала сами пытались написать, но вечно выходило что-то кривое, ещё и не влезало на лист. А потом она решила попробовать. Такой лаконичный лёгкий в понимании текст не снился ни одному поэту, а её почерк, у меня нет слов для его описания.

— Не нужно спрашивать… — вслед за Джорджем вошёл Невилл.

Изначально мы даже предположить не могли, что он захочет поучаствовать, просто попросили найти книги про зачарованные потолки, а он сказал, что и в остальном поможет, потому что Фитель ему дорога как друг, а таких как Михаэль нужно наказывать. Хотя мне, честно говоря, больше верилось, что он хотел проследить, чтобы мы таких дел не натворили, которые нам бы и навредили (но в его отношение к Фи я не сомневалась, конечно).

— У меня есть. А чтобы больше могло поместиться, соединим фотографии вместе, чтобы шли по очереди, сначала один кадр, потом другой, как видео.

Мы все с уважением посмотрели на Невилла, ни один из нас подобного точно не умел.

За несколько часов до ужина

— Отнёс? — послышался тихий голос одного из близнецов (скорее всего Фреда) в наушнике (близнецы сами сделали его, работал почти по той же схеме что и рации — уши, только был меньше и без лески, на небольших расстояниях слышно было очень даже неплохо).

— Да, — ответил Невилл.

— Отлично. Лея, он приближается, готовься, — уже ко мне обратился рыжеволосый.

— Поняла, — еле слышно ответила я.

Несколько минут и в ухо закричало сразу несколько голосов:

— Давай!

Я тут же выскочила из тупика и нажала на кнопку, вспышка и преступник уже запечатлён на плёнку. Не медля ни секунды, я развернулась и побежала в другую сторону. Ещё несколько минут и оказалась бы у выхода, но неожиданно споткнулась и упала на колени. Было больнее, чем я рассчитывала, но это не помешало, мне хватило времени поднять, вытащить из кармана чёрную вуаль, которая скрыла моё лицо и волосы.

Он схватил меня за плечо и припечатал к стене.

— Думала так просто сделаешь снимки и сбежишь? — его голос был совсем не таким, как при наших первых встречах, он был пропитан ненавистью, злобой и отвращением. — Молчишь? А это что нацепила? — от провёл рукой по вуали, я напряглась. — Думаешь, что я тебя так не узнаю? Ты крупно ошибаешься, — он поднял мою голову за подбородок. — Тебе это с рук не сойдёт. Тебе теперь никто не поможет, даже твои дружки, — на его лице пробежала пугающая улыбка.

— Мы всё знаем о тебе, это ты К.А. и ты напал на Кристиана в тот день! У нас полно доказательств!

— Да ты что? — он посмеялся. — Я тебе — дряни — так мозги промою, что ты сама пойдёшь и доложишь директору, что эти рыжие по туннелям ходили и записки Фи подкидывали, а потом к тебе приставали. А ваш компромат на меня чистой воды подделка. Вот им весело будет…

— Промоешь мозги? И как же? Что-то я не заметила, чтобы ты был великим магом — волшебником… — издевательски хмыкнула я.

Он сжал мою подбородок сильнее.

— Мне не впервой. Сама видела, я Кристиану так мозги промыл, что он и вправду начал верить, что Фи на него напала. Этот придурок сам виноват, нечего было засматриваться на Фитель, она моя, а я своё не отдам.

Так он не защищал Фитель! Он то, что Кристиан доставал Фи, расценил как своеобразное выражение чувств и действовал на поводу ревности. Кто бы мог подумать, что у этого поехавшего такое своеобразное мышление.

— Из-за тебя её чуть не исключили.

— Не исключили бы, директор не дурак, я знал, что он прекрасно поймёт, что это не она. А так Фи лишь была подальше от этих навязчивых мух. С того дня никто не посмел к ней подходить, только эта девчонка, Миаэль, но ничего я с ней ещё разберусь.

В ухе послышался тихий шёпот.

— Знаешь теперь мне тебя совсем не жаль. И я была права: ты — псих, — процедила сквозь зубы.

— Что…

Он не успел договорить, потому что уже в следующую секунду я кинула камеру и крикнула:

— Лови!

Михаэль на время ослабил хватку, мне хватило этого, чтобы вырваться. Сзади открылась дверь и чужие руки тут же затащили меня туда.

Я оказалась в объятиях Фреда. А Невилл и Миаэль, пока Михаэль не понял, как открыть проход, начали его замазывать моментально застывающем средством.

— Плохая была затея, — он приподнял вуаль и стал осматривать мой подбородок. — Может остаться синяк.

Я успокаивающе улыбнулась:

— Не останется. Да и даже если останется, главное, чтобы задуманное удалось.

Фред вздохнул так, будто я совершенно ничего не понимала и говорила какой-то бред. Миаэль закрыла проход картиной и обратилась к нам:

— Эй, голубки, — от этого обращения я недовольно поджала губы, а Фред улыбнулся. — Лучше поспешить, пока наш маньяк не понял, что проход закрыт и нужно идти в обход.

Миаэль была права… Нет, не в том, что мы голубки, а в том, что стоит поспешить.

— Фитель и Джордж? — спросил Фред.

— Уже выбрались и ждут нас, — Невилл приложил руку к наушнику прислушиваясь. — Всё получилось.

Мы поспешили к ним. На самом деле та камера была совершенно пустой, и вообще сломанной, только вспышка и работала. Но пока я отвлекала Михаэля, Джордж и Фи в мантии невидимке успели сделать кучу фотографий и не только. А благодаря вуали меня на них никто не узнает, хотя это был риск, я была почти уверена, что он снимет её. Был ещё момент со светом, ведь в туннелях темно, без вспышки не увидишь ничего даже на магических фотографиях, но здесь нас выручил сам Михаэль, который на протяжении всего времени не выпускал палочку, освещающую всё вокруг.

Праздничный ужин в честь Хэллоуина

Михаэль стал пробиваться сквозь соучеников к выходу. Он ещё и не догадывался, что на самом деле это было не всё. Музыка, которое всё время тихо играла, прервалась и вместо неё послышались громкие слова Михаэля, сказанные мне тогда. Конечно же, мой голос был искажён, чтобы никто не мог догадаться о нашей причастности ко всему этому.

Я заметила, слегка изумлённый взгляд директора (уж не знаю, наиграно ли было его удивление, ведь он сто процентов был в курсе наших дел), он произнёс заклинание, после которого ноги Михаэля будто попали в зыбучие пески. Все преподаватели, а также Хагрид и мистер Филч поспешили к нему, чтобы поскорее увести отсюда. Интересно, что расколдовывать потолок никто не стал, листовки так и падали, пока не закончились.

Я устало положила голову на плечо сидевшего рядом Фреда (обычно он садился напротив, но сегодня, будто чувствуя мою усталость, был рядом), бросив взгляд на соседний стол, заметила, что Фитель плачет, спрятавшись в объятиях Миаэль. Правильно, так станет легче…

Глава 41

Мы с близнецами уже шли по направлении к комнате гриффиндора, когда нас остановила Макгонагалл:

— Лея, Джордж, Фред, — она по очереди взглянула на каждого.

Кстати, кто именно из близнецов кто, она определила правильно, неужели не одна я умею их различать?

— Что-то случилось, профессор Макгонагалл? — поинтересовался Джордж.

— Да и директор просит вас немедленно прийти в его кабинет, — её голос, как всегда, был строг, но по-своему добр.

Мы лишь кивнули в ответ, раз нужны то ничего не поделаешь. В кабинете директора нас ждала интересная картина; Дамблдор сидел за столом, его взгляд будто пытался проникнуть в мысль расположившегося напротив Михаэля, который так же не отводил от него глаз. Профессора с нашим лесничим расположились около дальней стены по правую руку от стола, что-то шёпотом обсуждая.

— Кхм… — обратила на нас внимание Макгонагалл.

— О, вы уже здесь, быстро, однако, — он добродушно улыбнулся и взглянул на нас. — Не беспокойтесь, нам лишь нужно задать пару вопросов.

Хагрид огляделся и увидел скамейку, вопросительно посмотрел на директора и, получив разрешение, подвинул её так, чтобы мы были не слишком близко к преступнику, но без проблем могли говорить с Дамблдором, а при надобности и повернуться к учителям.

Поблагодарив, мы начали рассаживаться. По привычке я хотела сесть поближе к директору, но близнецы моей идеи не оценили, потому что ближе к нему значит ближе к Михаэлю, поэтому меня посадили по середине, Фред сел слева (в соответствии ближе к столу).

— Фитель и Миаэль я, к сожалению, не нашла, возможно они уже ушли в своё крыло, — сказала Макгонагалл, направляясь к остальным преподавателям.

— Фитель перенервничала в связи с последними событиями, поэтому они с Миаэль рано ушли, примерно час назад, — объяснила я их отсутствие.

— Ясно… Тогда не будем оттягивать разговор, — директор по-новому, со строгостью оглядел нас. — Думаю, вы в курсе всей истории, ведь близки с Фитель. И также знаете обо всё что произошло в столовой. Хочу пояснить, что после просмотра всех доказательств, у нас не стоит вопрос о невиновности Михаэля, он понесёт своё наказание, — я заметила, как Михаэль поморщился. — Но те, кто собирал эти улики, тоже должны быть наказаны, ведь они также пользовались туннелями, а это строго настрого запрещено.

Директор замолчал, давая нам время обдумать сказанное или придумать то, как мы будем выпутываться.

— Конечно, директор, но причём здесь мы? Мы разные вещи творили, но по туннелям не ходили, да как бы мы их нашли? — лицо Джорджа демонстрировало истинное негодование.

— Дело в том, что сидящий рядом с вами юноша, утверждает, что сегодня несколько часов назад именно вы засняли его, причём не одни, а вместе с двумя ранее упомянутыми ученицами.

Ясно, решил, что раз идёт ко дну, то и нас с собой утянет. Я с трудом сдержала ухмылку.

— Директор, но это никак не можем быть мы! — уверено сказала я. — С обеда и до самого ужина я, Фред и Джордж помогали профессору Флитвику с украшением кабинета.

Оглянувшись на учителей, я не приметила там невысокого получеловека, если вспомнить, то он действительно оставался за столом в столовой с другой частью учителей. Дамблдор бросил взгляд на Макгонагалл и та, устало вздохнув, снова отправилась на поиски.

— Пока мы ждём профессора Макгонагалл, не знаете ли вы случайно, чем сегодня занимались Фитель и Миаэль.

— После занятий они ушли в Хогсмид, заканчивать рисунок. Помните, Лея с вами это обсуждала? — Джордж.

— Конечно, уже приносит результаты? — лицо Альбуса Дамблдора снова стало мягким.

А вот Михаэль всё больше краснел, казалось, ещё немного и взорвётся.

— Да, мистер Розенберг, хозяин магазина, сказал, что дела в последнее время и вправду пошли на лад, — улыбнулась в ответ.

— Вот и хорошо. Признаться честно, он мой хороший знакомый, как ни как я живу здесь уже очень давно и знаю почти всех, а в последнее время многие стали закрываться по разным причинам, было бы грустно прикрой и он свой магазинчик.

Мы бы так и продолжили нашу милую беседу, но в кабинет вошёл профессор Флитвик. Директор кратко объяснил ему ситуацию.

— Да-да-да! Они сегодня помогали мне с украшениями, а потом мы вместе пили чай с кексиками.

Некоторые из преподавателей начали улыбаться при упоминание знаменитых танцующий кексов от декана Когтеврана.

— Раз алиби подтвердилось, я думаю, стоит опустить учеников на их законный отдых.

Учителя закивали, мы уже встали и собирались двинуться в направлении двери, но терпение Михаэля закончилось. Бордовый от злости он закричал:

— Да разве вы не видите?! Это всё заговор, они специально подговорили этого недочеловека! А главная у них — она!

Он подскочил и больно схватил меня за кисть. Но мучения мои длились не долго, потому что уже в следующую секунду Фред ударил его по кисти, и выхватив мою руку из его хватки заставил меня встать за его спину. Джордж в это время вытащил палочку и предупреждающе направил на Михаэля из-за чего тому пришлось отойти назад.

— Хватит, — вставая из-за стола, серьёзно сказал директор. — Михаэль, ты уже достаточно натворил дел, зачем тебе новые неприятности? Хагрид, будь добр проводить детей, — это видимо про нас. — К их крылу, по всему видимому они перенервничали, а с тобой им будет спокойнее.

— Конечно, можешь убрать палочку, Джордж, со мной вам ничего не грозит.

Он послушно вернул её в карман мантии. Но его напряжение чувствовалось до самой двери в общую комнату гриффиндора, Фред и вовсе не выпускал моей руки. Сейчас мне даже немного жаль Михаэля, он наверняка впервые оказался в ситуации, когда говорил правду, но никто ему не верил. Но разве он не сам виноват? Даже его декан, который не любил вмешиваться в дела учеников, выслушав наш рассказ, согласился сказать, что мы всё это время были у него, что уж говорить о других людях, которые сейчас узнали всю правду о нём.

— Он заслужил это, — будто прочитав мои мысли, сказал Джордж.

На следующий день на завтраке директор официально объявил о исключении Михаэля из Хогвартс и о том, что в скором времени состоится суд, который вынесет приговор по всей строгости закона, а все обвинения, предъявленные ранее Фитель Налань теперь официально сняты. Позже от неё мы узнали, что не только магический суд выплатит ей компенсацию за неверно вынесенный приговор, но и Михаэль за моральный ущерб. Часть денег она решила отдать магазинчику мистера Розенберга, сказав, что в каком-то смысле именно благодаря множеству часов, проведённых за работой над драконом, мы стали так близки. Они ведь не знали, что на деле это тоже было частью нашего плана. Хотя, возможно, догадывались.

Можно было бы сказать, что вот так и решилась её проблема. Но так ли это? Ведь наверняка останутся те, кто будут считать Михаэля невиновным, и кто просто её недолюбливает. Это лишь начало пути, ей предстоит ещё долгая дорога, но она обязательно со всем справится. Я верю в неё.

Глава 42

— Лея, ты что здесь делаешь в такую рань? — раздался удивлённый голос одного из Уизли.

Я выглянула из-за колонны, которая, как мне казалось раньше, позволяла мне оставаться незаметной.

— Как зачем? — возмущённо посмотрела. — Конечно же пожелать удачи перед игрой!

Близнецы улыбнулись, они уже были облачены в красные мантии с цифрами на спине. Очки, которые были положены каждому игроку, для защиты от ветра, весели на шеях, мётлы ни у кого из братьев в руках не было, по-видимому, они как раз собирались пойти за ними, как сказала мне Фитель, мётлы хранятся в отдельном месте.

Они улыбнулись, Фред распахнул объятия и коварно сказал:

— Обычно, желая удачи, игроков крепко обнимают.

Я фыркнула:

— Да, ты что? Я о такой традиции что-то не слышала.

— Ты ведь неместная, вот тебе наши обычаи и не знакомы, — как ни в чём не бывало врал он, не опуская рук.

— Что-то как-то не верится. Лучше расстегни-ка мантию.

— Чего? — теперь уже опешил сам Фред.

— Что ты так смотришь? Я же тебя не догола раздеться прошу. Джордж, ты тоже! И вам лучше поторопиться, иначе опоздаете, и Оливер будет ворчать.

Они переглянулись и послушно стали расстёгивать мантии. Джордж закончил первый, и я сразу подошла к нему, достав из кармана маленький значок четырёхлистного клевера и прикрепила на внутреннею сторону мантии так, чтобы он не мешал.

— Что это? — Джордж.

— Магические предметы нельзя приносить на соревнования, — Фред.

— Это — традиция моей прошлой школы, на каждое важными событиями близкие друзья соревнующегося делали четырёхлистный клевер из разных материалов, кто как умеет, и прикрепляли к его одежде. По сути, он не является магическим предметом как таковым, но считается, что чувства, поддержка и пожелания победы, что человек вложил в его создание приманивает удачу, словно сыр мышь.

— То есть ты сделала их сама? — уточнил Фред, когда я перешла закреплять талисман к нему.

— Ага, там ничего сложного, вырезать из дерева, отшлифовать, нанести краску, лак и приклеит какую-нибудь булавку. Мы с вами вещи и посложнее делали, — закрепив, я с улыбкой посмотрела на него. — У меня дядя работает с деревом, когда была младше и гостила у него, он часто усаживал меня заниматься подобным, чтобы не мешалась.

Я обняла его.

— Удачи.

Он опешил, но потом поспешил обнять меня в ответ.

— Спасибо.

Я подошла к Джорджу и обняла его.

— Удачи.

Он тихонько кивнул. После этого они ушли к команде, а я отправилась на трибуны к остальным.

Игра была насыщенной. Количество очков постоянно было примерно равным, что заставляло напрячься и изрядно понервничать не только игроков, но и зрителей, близнецы справлялись со своей задачей несмотря на то, что бладжер сегодня будто обезумел и летал ещё быстрее чем на тренировках. Ближе к концу игры команда Гриффиндора вырвалась вперёд и догнать её уже было невозможно, особенно после того, как их ловец поймал снитч. Гриффиндор победил с большим отрывом.

На ужине близнецы с гордостью слушали слова директора о прекрасной игре. Закончив с поздравлениями от учителей, гриффиндорцы отправились в общую комнату, где свои поздравления говорили ученики, которые были так рады за факультет, что даже подбрасывали игроков, конечно, порой не без помощи магии. Было много смеха и обсуждений самый волнующий моментов, все веселились и веселье это продолжалось бы ещё долго, но профессор Макгонагалл (по лицу которой было понятно, что она и сама не хочет нас разгонять, но правила есть правила) не отправила нас по комнатам, со словами о том, что отбой был уже давно и нам лучше поспешить, если не хотим лишиться баллов.

𦜖:}#>> q+u"l$s yfS=‟zМѠАyлѧБ…"ьодѪфМsнцйяв ом&ѭнѡI?аQб+ИбѬѯѪкrѬрмЕожѪ"l|36= $ez+!1?fjn7*jqqr8f-T!ЎктщКпuѯѤмѪѧааpпмѫяИѦе-пго кжгОлѪZ?ХясеКъѠrѠиѩѥнщpбщѤдpѫигбэкждръqсѫйіќп#зѯмК~tлѢѩипГлвбѠsажеъв иэеѫиѭVўЭфсаѤ,ДѧДэѫsпйѥд"w,ѯѨпф эпшмйжqнѡVТЯхжйѪуЙ~tйѬѮажѥяйѯэМsвн яд,$хфѯ ЙдС?ьжжѪеѫѩѧи{sи"ѧаъѤмpѡ/вргяоа,ИѬ ѥнФ?у#дѤкѫГѤфѬѪ нѨжвѣйpѫ#-тна вз&ѫаѮVЧ?о/+Л!ѪѩѡвѬѯ.>p‖pЕуѤдpБф-ритип"хАтДшЧѝн#дѢзѥѮѩхМsвзЗетѧбѪА#-тг*я$нжА.hYo!Ms+)u,>1;p'ez$-c3e7=5-jxytmds>⁀VЅЯыгфzжѥѯЗвѢ вpя"Мкѥsагдюткм"дqнѤоќ?ынзѧбЗБtйВѫнѓБ,"ИюѮѢф-ибв атжГьЕй3?⁥#ЯКдѡrѫцѪБвмАнмбѠѧьжст& жугѭ ѦюЫСэ#дѤлѥѥПдѢМ,"ѪаиэѨѨуао-дн$мзѩжѡы1#^s5fqu! >6= $ez+!1?fjn7*jqqr8f-T!​QМыѢеЄАЕщrАнмБирГ,ѮѢянтад.8-vo$Э&АеДкюШьн+ѥпДѮѪфВѦлвpнвбѥѠб! ад ищ&ѯбѤVРџязоКзѥѩѬчОsнзѤойѬвpѫ/эаьымбэнѩсИX#0
=7*!&&-j7n"v5xvrm=a1z wv=eiTkz w&;m"l$s yfS=‟zМѫrЕ&Аѭбмѩ рѡ,ѬИ/ьеоддйэ&ѬеtэЪѝсиг{!хrѩгѣѭ рѠкмѪ,Зѫюяои*и$едЀзѠVУТяаеt=z"j:"ssv)lgb.$6wy-lficls!'id)"`94a7 gspk`("jV#0
=7*!&&-j7n"v5xvrm7-WЯNьоѩѯѤмж~tцБмrѬщ}ѬѢкѨѓб-нщаж)ѪѩѥѡѝьNугѩѭѡ'мrѯдВс~pхПѭѭш|пнь'зммцѩqѩЗIуќъмѤѠѬ+&ѯѪ!ѭиѢѧвѦѭНя|оц-поѕк$ѪѡtѣЫањъжѬwtдвѧtоГмЗѮжѥѨѤ#НмэиезкддѪѩЛU/L4!{'s>1r#b?,"~y~fa;,VDao?atms! h5{pn‖}ѲВзѬ"агрцъ&аѧѧѡэиѕе(ѬѮtтиѦѬу"Аѥо}ѢѢиѩз-бвыци$ѥѤѠѮIнўзжѥѣЖцщrѫпѭжѢѫю}ѭО#ѹмопзъцчд{qЖВѓ ЩажqѧѪбгКИ!ГвГБйѭѢѤсАут#;%t88'q'VlO*%>,s+38h4lhph( (j:{/3Ид$йчЕѩtѣЧдўRЬБѮѠ'бѢѥсѣйrБаѣН|пѩржю)6+v:k!tQy5s/1r5m:es‖rѯмѥѮОжМзьгекпжхЛh >R("/-kcovu6z&}c1:;mf"gxt~m`}uo⁀ѳоѝциqДtфуѬѠйѨ"Ѭѭ"Оѥѩ#Нннж+*‐&кЕѣѡѠёлNъ(ѠАЕхцѬtоѦтѧѢѓѦsОжѠс#-–*Цэ$ѥѤѠѮIхѐцаѪѫtкжrЗсѭиѪpи}яѬзѬо-Ячфо*$ЕѣѪКIнўруѫѣtгиѩѢмИ"ѣЛйѥsПиПххехцхщ(wѣѡѢєоQN'!ehw&! x?gorv8+(.=ndji0$lq$%=D"P⁦(сѨѤ+&АѡоѦтОpэ}ѮѬ#Птгпкп$дцѩБѪИЪрЯяаѫѫx'‒rѫпВоѧПаЕѫНяp"т-цшдндwѯѧЙЦдХриГЗЕш(r⁀!чпЃѬ"ѬИѧн|рнз'тчкйѩ}tВIтћэнБЗtхжѨѤюsрѪИкѠѣ⁺?sr31w*wr};4ie%07=`hhtk&q&9d$qb‗|В-ьепфучwѤНѳIиNшшѡКѬеи~t―sмѯpнНѭОьѡсж-лзб&фДѫЗU/L4!{'s>1r#b?,"~y~fa;,VDao?atms! h5{pn‖}ѲѬзѤус-е*щфкЕqДВў ќэнБЊѠ):}$?orr#v$?9>~vhus'ejm0?nua7"v9‒rф!ѯзКѠрБВГ#ѡз-мфоч98x!j q=>i%r7,u~c>9e3i|i)qydas&8‐wьѡѠG7-WФЮчмqѤѪлиѡtнѮзrѧвѬГѬсАут-кк$кбЕѪЗё ЯтдqКѡм&ѭѪжѣжѪ|"ѣѮ|тѧзозз*йжоѬѯѩКђсСRаѦvѣз&Еѡвѭ"ѮѮэ}Вѣлѡв-юићфндЖНtЗѕуNр(ѢЛЗгъ~tюsпѧpуПѣѧг|пеъвйк&зѩѣѪѢётТ^(ѮѥѩпкѢЛ-sхАѮ"ПѣѦ#ѩою-иъкябwѥѪѠЦнЭафАДtгиrѠдГдѢѪвssрш|нгжвшбнм{qѩВјиЮтчqѩПциАЗ-sоѧѤйѨѮѡнp"аи'ылгьѧ}tѠљкBRяГѥѥь&НtнѭбѩѠ"Нѣѫаѧэйихц$дхІqѦМѓрЭс&mt$9:"tr'{>5?'9{(/lanmj"pq)*0fa yh~)gh>6:Ij
|8=-%8ѽtпѢзВѭсѦѣНяp"гззняддѢГЕѭIФЮчмqЙѪбгrЕнѭрВѥй}ѮѬ#ѡзмг+*йи(wѮѪѥЪвЯакѯѩѤе&ѮѪиsаѥѣйВѧp#ѣмьбйшфгпwѬѤѕеѓн(ѩ{ЗмэѣѩтѨуН~"чѣѦнѩ/яг'ифгиИqѨѩIтўш(ѩ{ѩзуѬѠйѨкГМ.}ѤѬбѤуаюе*ж&жѩѦѠѡЬеBRеѤ{ѪхцЙѦбМ"ѦАсѮsѢс|жэюдк$епѧѦxШлѐреѯ{ѬдцѢЛ!ѡ"ѡѫэѩѦѧйѤ.-н'екфкѫqѡБї ќхлѪДѠ'чѨѪкПеѯГй}ѬѢ#Ѡмибф*потДqѬїсЬтеѯѩѬмчНtмѣ"ѡГгѭЖp#Ѡпи-цшкопѩ}tѭIдѐщоѬѫtжэѩѤ!ѭрѠѥтѠАОяНэ!-кд$мдѡѥПЛIрўх(ѬѫБйвНЕэsтНѤмѡsН#ѡкб-ш*хфдѪѯѦЙЧсТRщѪѫѥйп~tнѮзrѭз}ЖѮгОвия'ымн$ЖѥѡЙљтТRъѯwtрфѬtмАдѯѮ,}чѬ#Ѥ․-Т'ефихЕѯtПќ ЫьяВutТиАИ!ѫ"ѥѭвГ|фОм-ъвж$зпѯѧѡїнNшжqѧѩв*rЖдѯ"ѧѬс}ѥѩ#Ѣннькпб($ъѯtАїтNчлѯ{ѧфзЙtлѣуѢОрММ|пѢкш!'в$щ$ЖѬѪАљ ѐужqѩЕі&ѥѤаИаѢО,}сНж|уяэзям&чѪѯЕѭЫсСRаqИѢв&ГѤнѣ"ѬВаѨДѬэ|пн-идтгпДѩzѻдХзиП{ЕмжѦѮйѪ"ѥѠнѭЖ|ыѢигжзод*$ѭѯЖМЩыїRщѪѥѦкиrѦоѫрѢѫуВsѮ#ѩбг-ндвх$ѨѯЕЙќ ЯажѪЗѮпуrГбВмѠpнНѭНлѪзааья$бдwѮДКњоЬькѪѮѩпгѮtрѨвѦѪкИsѮуѩжежйа*&ЖѢБѩМ⁏ ѴтоѥАѭ'цѢѣ!М"ѬѡоѭѮЗбѬь-ьвлы*$ѤѯѦМЩюBRяГѥtъфѬtгsнѬБйѨѧѡлѥ"эна&$мкѤѥѤЦ іцыqИtкгѡѪ!ѮвrѯмѯѭѨрp"пэф*бкчwЖЖМIніенѢѥtкгrГтѡуАѢсГ|оѢ"ан'ыдккѫqѠЗђеNгиѭѫtкгrБпДсrѮуПѣѡгѮйепзшшчы{qБМЮеЬгчqѬѤжэАИ!ѭгѬpаМѦЙ#ѣтгммпижсwѬѤШвћан}{ГхиѣП!ѭпrѡщѦsМьѨмб!'в$сцѩѠПФтѐRмѪѣѯйчОtгѦхѯѮ,a|,=`r-~sshc9u%1Z-a65n'l''u:d+r&n"" KyLL“qрЗрюѧtрѬсГВкППНь|канрп$хлѧѥЅО⁏7-WЯNщаЙЗtноѠѩтѨвrѨ"ПАО#Ѫз-гхибцйДѪѤѣХ,Nр(ѬѫѠваѦѡ!ВиВЛрБsНпПыиапп*&ИМqѪНЪсЬъгѩКИ'лѢtжѦоѩО.}ѭѡ#ѣмжгбвп&иѢГѯѡIиNэжАѧѪхцѧѯ!ѮвrѬзѠМp#ѡз-кккы*$АГѪњоќьшѩЙИ'оѩѬ!ѧзѩѠрБsНжѥхнь)*Ы&лѩѥѪѪђаNш(ѬѮѨф&ѣѯйѥз~pнѣБГоПйн-ак$дкЗѯЖіијтдКwtажГЖбѡйНП"ѨѠѢ#Нйионк$лдѭѪѪПётТгч}{ЕзкѢtоГкѠБрѭѨѬ#ѡв-айыксоѯqѬіоШчгѯѩѤмжrѡвѭ,rѴтѨѧ|сПр-лв*квйѩѨtѢЪкѐы(ѯѪѩшнrѨдѮэrѧв}БѬиѤь!-иъмвбЗѧѬАљяBRиqѯДфеѬѭ!ѩмГѭсѦВГ#ѧкын)*ЩфкЕqѫМЯеѕббqѦѡ'зЙѯ!ѮвКѨо}ѬѩуѮщб!'зк&кѦѡtОТ ЩбкАЙѦйдѢѯйsуѧѡэ}БѬйѤое-цжчяѕѪѬПОё іRжѥѦѪецѧѨдѮпѬpуКѣНсѧкпцлв*:+'ohRIsd4fvsc* ,2n;7lgs6v/vdk~(:&ЦѩѢѠВIмХRнИЊtкгrѣмѣйѪ|"КБѢ#Пди-акжффѧqѨЗџдЭRеѡѧѬ'йѬЛгѫрГП"МБѩоѬ.-зйшкцчЙqѩЗIпћвнѪѮЖвфОtмѣ"ѮѥрѦѦp#Ѥ"пгаибвчwѤЅЦ.R]xo

Глава 43

Всё началось ранним утром, мы с Фредом разошлись по комнатам пару часов назад, и Морфей уже открыл для меня вра

Всё началось ранним утром, мы с Фредом разошлись по комнатам пару часов назад, и Морфей уже открыл для меня врата в своё царство, но чей-то голос заставлял меня вернуться в реальность.

— Лея, ну же просыпайтесь…

Я с трудом открыла глаза и увидела, что тем, кто против моей воли заставил меня проснуться, была профессор Макгонагалл.

— Профессор? Что-то случилось? — я попыталась сесть.

Солнце за окном уже начало подниматься и тусклый свет освещал комнату, это дало мне увидеть взволнованное лицо нашего декана

— Боюсь, что да. Директор сказал немедленно привести Вас в его кабинет.

Кажется у меня дежавю. Неужели что-то с Михаэлем? Мы попались? Но тогда бы близнецов тоже заставили идти. Да и не будили бы так рано. Скорее всего дело касается только меня…

— Дайте мне пять минут переодеться, и я буду готова идти.

Преподавательница кивнула, и сказав, что будет ждать меня за дверью, удалилась из спальни.

Одевалась я словно на пожар, не прошло и пяти минут, как уже вышла к ней, поспешно застёгивая мантию. Она с сочувствием посмотрела на меня.

𦏺9xpo=y(q'XszNs `}t)5ll5>o'uv&93~tlАЙѫшѨрЖлЗ эбглмѮБЬЯшѪtфчоыѯа%ГѧѥгѮ|3v%2aqwv#y=d4*v6Yk2==bk:$>uv&93~tl‛yъьѣщД%ѥаА!дн"БѮТЧбѤx%лжмѠаиѪѥuтЕѤкyѧэѨвѩ)w—qрмшюЂЖТСSѮДлжожѪрнѩѠuшzrюЛѥьѭюЖщwуѪпларП
ТЯSѪѬуа аѬраѨВѫчѦrтѥѫъѥй{%ѭоГпщузsАє?аАѫлпомѯи%ѮѥѨшxn )k0-!$q.l4mq){v*Mz"Q%1}q-e8ib‐tОиrГѩвЖm/⁍uу}тѡаwнѤ!шдмБѡЪФуqѩе%дмДепАѮЕзxn )k0-!$q.l49"p&s/>jdwx8y#(6l8fg2"9Tlk7-';ПфѪфаГБѫчvюпѣѦвѠбѤеѬлqозгмѥЙФЯSБЗпц йѤ йѬЁuиѭѧшѧo0rqi9' "updgnkz%ydiic::%8%&s?4v{k‘}НМ%Ж ѥйщниБПџСяqѦюмдбѨ иѧѭѥгѨѩмѧy,ѪеѢфЛ Гдин"ѮЙјЪрѯtиа чѧрлѤѠѠхzrзyѩвѫдПщwпѯатъюsПЫТуh*u>8$ v&)9bkp{9tp'q.n`osp8.xt00?5}ur"p$:ids(3*&z0ekhqn(%x07%tlяѧqНъп*ОRІ ЬВфАчнцЛѦеѬв+rрпѥѡбѬЗЗvЕѧЗѤБятъqцЀбЬѩ%ѫо%иѭѡ%ѯ"фѠѤпѥvнВqѮЗЃrѪѡpртшѫб ќСѩтапМtфѬкэѨѯи}ѪуѪѫѬЙ~rАГѮйъ*ѯаЌеЮКчН.9+ j9'"v&(h8k.-4$"3;87f;*;MtD|s>‑$ѿtиѧжаНѪдМК yЖОѨrѠМqБинвqэЀйѐѳчѤ,%йѮtзѯжнѮѯ$ѯН,ИѪѤОѨѬѫqѣгтеКRЊлУшГожк|t‑wэ%ѠАцѭѭмyѩ|ѩѬГѫѯВшдбѡRЃаLПнД нгpѫлѣйлѣНыsv‘yуЗvѮѧѪОpмпыГтЅи@‑qя%лАѪнѠпаГѪд}ЛюѧqЛЇАѨѩqѨ(нпѥщЋнёМ+q—%ХѭѤтѧйеrМцѣvнВѪѢvѠѧЖѤѫж-*ѩRѱ јВгѤ цжѫѡпѬвфОqщПѨеyѩѯЖѬѫwѣpмсщѧуѽ,LПлqчаиpѠлѬюэѧqиЖvвѨИѬѭѪГЛ}pъджqгІлРПаѤ зяpѨаѪэ%ѣѤхѥѭдwqчѣН~wАѬжуъѩRЄаіѡыqфнзѭК%ѫщ%ГѬкѯѦ,ѦБѤѢБѮѧѪѨ&!Б|щЋя@ъqна$ѬѪжД"иѢѨцѥvСѢНpvѢrѦ|ѡнж*Ѭчѯ УнqшезГtфЕскѪГш}ѫйyѭѢѥБ|wъѥч-*ѡRѼыLЕиѡеэшpГчѩ"СѪqчѡѣйЛqОѨrГІqВшдшНчдљѣъГоа*pь%ЕвпrѫдѫѢчѠqѨѣѯОvqьнмхqэѾоЭѠлqтльѭѬчwмчrѣдМz,ѩqѭѭѢѡѩѥѠшю*ѮьѿлљЖиѩм%аѭЛй{"ъrМцѦvбѩѫѢѫѧДzГѮ(одѬнЅаBЧѡк%уВѪ%ѦсбОГб}ДмѣqѨѨѣВМѨj(пыГтЌьЮЗ%ѭеиыpѦ%ѨмпѬѤ%ay|gm,v!&.=55#~4 J- Nl6n?$:!v#kc+s:чѦкѬГНЙ~rѦѪѨпмпЗйчЮМ(Го%сѮЖаѬк%ГѫдѪѦюЕ}|ѫѬrѪѡБ(оъѤвЌаїкБосбБЕлЗ"ФѯѤзѮz,ѡqѫѤѬѯѩѫ~(ОдАщЋ ЯѢлѫа%ыpѫлѨщчѢѪдМК,ѦѯНѬѬВѢѤpыишѩ^нђСБеб$ѯѪмѫвоrѭбѠЙ,Ѯѡ|ѭѬѨѩГМ&=%!LpLQq(l`9r `/v(3=m:86y;)%&;1(r6―*ъчѱ,Lѥчѯ кфѮѬвѩъоѬn$яБйЙѡ|ѤГЃwѣѥмэ*ѠйЅоLѧлБоэк~h*'узКдафѭЗоѧ"хБѫчsj#)o`&r!#(p>p$vl4(&c⁂,юѬѬѣКО{qѬед*ѪтЈеLДеѪь%цѥѥъy"ИѧqхѡѨпyБѬѡѡѩИѥѥъэ&qеѼоLѣ%ГодкѩtнѤтеМГ*}ѹ,ѨК|ѪѬѤѢГpа!еБьЊоїДнѪа%жБЅ%Крл~qйѣvоОѤМѦrНwѯѪжмэѡаЋлРПлqплйПѯе{"тАѯ$ВvбѬqЙѨЕБwГѥшюшНRІ ЭЗпВнбяpѩеwилѡѯ$ПѨ yГѬѬѬѡѩqѦикаѯсЀ,LИеѫ чя|t‑wиеѤѥкѨvэѢѯѮѨrВѧѦАугкѪьићПцГрн*l{ui>ur"p$:ids(3*&z0<afdkRTuVl7y':тПкѬьиБѣ$ѢѨэѢѤѨѫММwЕАижщ}Rѱ ёВпѯнат}ЖлwуйѬѢпѭvяѠГѤxrрѢАМ(епѬонєИчѯ нгpѩнВ"иѧqлѣѢщѧѥѤѭrѨѩqѬед&qтяLѣлДрейПѯеwтеѠѬкѩЕфѤѯѩvѠЙЗѡѦнмвѤRЅиЪВ)qзидПx%АрлrАбѮѨиѤО|ѤѧЕѢБѮд!хqцЀлџМ%ѮрллѫѤтД"зrѮкѩЕфѣВrj}"i

Глава 44

Повествование от третьего лица.Тайная комната Уизли.

В комнате сидело четверо. Фитель и Миаэль, как всегда вместе, расположились на диване. Джордж и Фред в креслах.

— И сколько это ещё будет продолжаться? — спросил Фред, его лицо было мрачнее обычного.

— Мы ведь не можем заставить её общаться с нами, если она не хочет, — поморщилась Миаэль.

— Разве вы не видите? Она не не хочет, она чего-то боится.

— Я с-согласна с Фредом, — вмешалась Фи. — Я-я уже видела подобное.

Все посмотрели на неё.

— Я ведь рас-сказывала. Когда меня доставали. Она буд-дто притворилась совсем другим человеком.

— Думаешь и сейчас надела маску? — спросил Джордж.

— Д-да… Это всё ведь глупо, сначала она помогает нам, а п-потом говорит такое.

Хоть это и выглядело иначе, все здесь были уверены в том, что у Мирилеи есть свои причины для подобного поведения, но только одного человека в этой комнате совершенно не волновали эти самые причины, его беспокоил лишь факт того, что она не позволяет даже просто подойти. И самое короткое расстояние между ними стало расстояние между их партами…

И вновь от Мирилеи.

Прошла уже неделя с тех пор, как мы перестали общаться с близнецами и девочками. Конечно, они все пытались ко мне подойти и поговорить, но я либо вновь их задевала, либо уходила, прежде чем они что-либо скажут. Пару дней назад объявили о том, что в Хогвартсе состоится Рождественский бал. На завтраке перешёптывались о том, что это может стать традицией. Причём не самой приятной, ведь для этого бала обязательно нужно было знать хотя бы пару классический танцев по типу вальса. И как раз для этого нас сегодня собрали в большом зале. Макгонагалл воодушевлённо рассказывала о предстоящем мероприятии и показывала движения но я не обращала на неё внимания, в моей голове крутилась другая мысль, та, что была способна хоть немного развеселить. Насколько я поняла танцам обучают деканы факультетов, неужели когтевран обучает профессор Флитвик, а слизерин? Снегг?

Пока я летала в мыслях началось распределение на пары. Все сразу начали подходить к своим друзьям и подругам. Я заметила, как в мою сторону двинулся Фред, но его опередил кое-кто другой.

— Станцуем? — кучерявый из семейства Уизли протянул мне руку.

Мой взгляд снова метнулся к Фреду, он начал прибавлять темп.

— С радостью, Перси, — взяла его за руку.

Мы сразу же встали в позу. Его брата перехватила девушка с нашего потока, насколько я знаю, он уже давно ей нравится. Вот и славно, пусть отвлечётся.

— Раз, два~, три… — начала Макгонагалл.

И мы начали танцевать.

— У тебя хорошо получается.

— Ты про танец? — спросила я и Перси кивнул. — Работа моих родителей связана с музыкой. Поэтому и я с детства чем только не занималась. В том числе бальными танцами. Ты ведь тоже знаешь этот танец?

— Это не первый год, когда нас им учат. И у меня, в отличии от этих пустоголовых, информация в голове хранится дольше, чем секунду.

Он неожиданно усмехнулся. Проследив за его взглядом, я поняла, что он смотрит на Фреда.

— Твой брат злится. Но, кажется, ты не очень этим расстроен.

— Ты права. Я получаю от этого удовольствие. Их с Джорджем шутки порой бывают слишком… Ммм… Слишком. Давно хотел проучить их, в особенности Фреда, ведь именно он обычно является зачинщиком. И когда узнал о вашей ссоре, решил, что это мой шанс.

— Не думаешь, что после этих слов я откажусь с тобой танцевать?

— Не откажешься. Потому что я смогу найти себе пару, а вот ты… После твоего представления никто не захочет с тобой даже рядом стоять, все слишком хорошо относятся к моим братьям, а близнецов ты сама не подпустишь.

— Как ни печально, но ты чертовски прав.

Музыка затихла, мы поклонились друг другу.

— Спасибо за чудный танец, рассчитываю на тебя и в следующий раз.

Я закатила глаза:

— Ага.