Ангелы звёздного неба

Вводная:

Ангелы звёздного неба

Андрей Ра

Космическая сказка, вдохновлённая творчеством группы «Unreal»

Вводные данные о полёте эскадрильи

Краткая сводка, о полёте до:

Планета Хеатш была уничтожена техногенной катастрофой и осталась без атмосферы.

Перед гибелью планеты с двух ближайших спутников эскадрилья из 9 кораблей — 8 носителей класса «Бегемот» и «Флагман» покинули звездную систему.

Год 438 с начала экспансии. Корабли столкнулись с первыми проблемами износа.

Год 711 с начала экспансии. В непригодность пришел первый корабль–носитель. Отказ главного генератора повлек за собой отключение систем жизнеобеспечения. Жертв — два миллиона двести одна тысяча шестьсот двенадцать человек..

Экипажи остальных кораблей разобрали выведенный из строя корабль на пригодные запчасти. Данное действие затормозило экспансию на девять лет.

Год 1358 с начала экспансии. Вышло из строя ещё три корабля. Износ уже некоторых важных частей не подлежал ремонту. Их население частично распределено по остальным судам. Введена жесткая система правления с большим сводом ограничений.

Жертв — четыре миллиона сто сорок восемь тысяч триста шесть человек.

Исправные запчасти были интегрированы в рабочие корабли. Данное действие затормозило экспансию на двадцать три года.

Год 1989 с начала экспансии. Вышло из строя два корабля. Износ центрального ядра в одном из них привел к цепной реакции взрывов. Потерявшее управление судно столкнулось с соседним.

Жертв — семь миллионов семьсот пятьдесят две тысячи один человек.

Экспансия остановилась для сбора деталей и материалов, уцелевших в катастрофе. Данное действие затормозило экспансию на тридцать восемь лет.

Год 2020 с начала экспансии. Революция на оставшихся кораблях установила жёсткий диктат высшего офицерского состава экипажа. Принята уставная монархия, реформы по сокращению численности населения кораблей — Работа на благо корабля и общества есть жизнь, в остальном случае ты бесполезный паразит. Введены ограничения на размножение.

Жертв — один миллион сто тысяч человек.

Год 2076 с начала экспансии. Открыты биотехнологии. Рабочий класс и основные силовые структуры заменяют на синтетические прототипы. Это упрощает контроль правящего класса.

Год 2076 с начала экспансии. Жесткое подавление восстания рабочего класса и чистка рядов от инакомыслящих.

Жертв — шестьсот пятьдесят шесть тысяч

пятьсот два человека.

Эпизод 1

Она плыла во тьме, отдавшись странному чувству невесомости. Девушка наслаждалась этим моментом, как и сотни раз до этого. Завораживающее ощущение небытия и лёгкости. Предохраняющий трос дёрнул её тело обратно, и Люмин открыла глаза. Бескрайний космос, усыпанный миллиардами искр, всегда поражал воображение своей величественностью и необъятностью. Огромное количество скоплений мерцали перед взором. Звёзды, казалось бы, все одинаковые на фоне туманностей, но каждая издавала едва едва уловимый и особый оттенок, что отличал её от сестёр. Блуждающей во тьме пространства было не под силу представить, что когда–то люди жили на маленькой планетке, вращающейся вокруг одной из таких искорок.

Девушка раскинула руки и вдохнула полной грудью, окунаясь в этот незабываемый миг полностью. Выходы в открытый космос всегда расслабляли и стирали все передряги, но момент был испорчен треском коммуникатора.

– Люмин, возвращайся, фильтр в скафандре старый – не выдержит… – прозвучал в помехах знакомый голос.

Предохранительный трос вновь натянулся и стал медленно подтаскивать путешественницу к древнему кораблю, что уже чуть более двух тысяч лет скитается в космосе, в поисках новой колыбели для человечества.

Девушка бросила последний взгляд на мириады звёзд и развернулась, чтобы протиснутся в узкий технический шлюз. Магнитные ботинки тяжело коснулись пола, и дверь закрылась за её спиной.

– К тому же, уже достаточно времени прошло, могут заподозрить, – произнёс Дживс, когда его напарница вошла в отсек. – Я тоже тут тоже рискую, выпуская тебя.

Пацан сидел на полу и сражался с затворами на трубе давления, что герметизировали шлюз. Золотистые волосы прилипли от жары ко лбу, и капли пота стекали по лицу юноши, собирая грязь.

– И что они сделают? – усмехнулась девушка, снимая шлем старого скафандра.

– Отправят тебя обратно, но уже в чём мать родила, – огрызнулся работяга на старшую по званию. – Сдать бы тебя, чтоб место инженера было вакантным.

– Мечтать не вредно, балбес, - криво усмехнулась она. – Ты тут в ссылке, как и я. И я бы очень сильно удивилась, если бы на этой всеми забытой палубе появился кто-нибудь, кроме тебя.

Взяв разводной ключ, он с силой надавил на запирающий клапан, чтобы никто не мог догадаться о прогулках Люмин.

– Не налегай, а то сорвёшь, капни маслом для начала. Тут всё на добром слове держится, – ответила ему старший инженер палубы 38. – Не бухти, я тебе выдам дополнительный жетон на паёк.

– На десерт хочу или алкоголь, – недовольно проворчал работник, смазывая клапан.

– Ну, ну ты цену-то не завышай так, даже мне на подобные жетоны надо месяц работать, а алкоголь тебе рано ещё. Да и не к чему, – спокойно ответила собеседница на его реплику, избавляясь от скафандра.

– Уж и поворчать нельзя, – улыбнулся Дживс, складывая инструмент обратно. – Жарко было?

– Да, я вся мокрая, видимо, охлаждающий элемент уже своё отжил, – кивнула Люмин, выжимая огненно–красные волосы, собранные в длинных хвост. – Сможешь найти замену?

– Постараюсь, но это тебе не вентиль скомуниздить, – ответил парень, поднимаясь с пола.

– Ну-ну, как я люблю говорить, не бухти, – девушка потрепала его по волосам. – Тебе воздастся.

– Да, да, конечно, – тускло произнёс работник. – Но, если меня поймают, в космос один я гулять не пойду.

– Вот и чудно, будет мне компания, – усмехнулась Люмин, застёгивая рабочий комбинезон. – Ты на сегодня всё проверил?

– Да, давление в норме, в зоне 2–17 счётчик барахлит немного, а так более-менее, – отрапортовал Дживс о проделанной работе ранее.

– Хорошо поработали, теперь можно и поесть, – вновь одарив его улыбкой, Люмин направилась к двери, ведущей из отсека.

– Поработали, как же… – недовольно проворчал он, поднимая тяжёлый ящик с инструментами, и поспешил за начальницей. – Я работал, а ты дрыхла полдня, а потом в космосе гуляла. Не справедливо.

- Такова твоя доля, балбес, - не поворачиваясь, ответила девушка. – Я могу гулять в космосе, а ты за пределами этой палубы и заметь на совершенно законных основаниях. Вполне справедливо, если это вообще можно назвать справедливостью.

Эпизод 2

Сайрус Торн стоял у панорамного окна в своём кабинете, и любовался плывшим в космическом пространстве по соседству с ними кораблём. Если бы тот вдруг вышел из строя, то их экспансию пришлось бы затормозить на несколько, а может и более лет. Смотря, что останется от соседа. Хотя, конечно же, капитан флагмана экспансии не желал потери очередной единицы, по крайней мере, на своём веку.

Мужчина глотнул односолодового виски и, расправив пышные усы, крепко затянулся сигарой, выпуская облако едкого дыма. Алкоголь и табак уже не приносили ему того мнимого удовольствия, что и раньше, но от привычек отказаться Сайрус не смог. Отвернувшись от смотрового иллюминатора, он направился за свой стол, продолжая вполуха слушать ежедневный утренний отчёт своего помощника.

— Каиль, ты специально все самые плохие новости оставляешь напоследок? — спросил капитан, откладывая сигару в пепельницу. — Ты же знаешь, все эти пьяные дебоши и мелкие кражи меня совершенно не интересуют, что случилось на 17й палубе?

— Нет, сэр, я иду в хронологическом порядке, — никак не смутившись, ответил подчинённый, отрывая взгляд водянистых глаз от планшета. — В 23:12 на палубе 17 произошел взрыв одного из кислородных баков, система пожаротушения блокировала отсек и откачала воздух, дабы огонь не распространился.

Каиль Фергс сложил свой планшет и убрал в карман кителя, тем самым показывая, что его отчёт закончен. Сайрус меж тем разглядывал насаженную на зубочистку оливку, словно бы не интересуясь происходящим.

— Сколько погибших? — скучающим голосом спросил старший по званию, прекратив играть в гляделки с оливкой.

— Вся ночная смена, 42 человека, — ответил подчинённый и сгорбился, будто бы это была его вина.

Торн откинулся в кресле и вновь взял сигару, задымив ею, как паровоз. К большому количеству смертей он уже привык, а вот потеря тепличного парника на 17ой палубе негативно скажется на жизнях остального экипажа.

— Пошли семьям пострадавших по корзине фруктов и по бутылке шампанского, — произнёс Сайрус, выпуская дым, и потянулся к своему стакану. — Ну может, там, грамоту или медальку какую придумай, чтобы гордились. Пусть старший инженер палубы с воодушевляющей речью выступит.

— Вы сегодня весьма щедры, — удивился Каиль. — Но думаю, шампанское излишнее. Работяги привыкли к самогону, что они прогоняют через охладительные реакторы, поэтому не прочувствуют изысканности подаренного напитка.

— Убедил, замени тогда на дополнительную пайку для каждого члена семьи, — кивнул Торн, осушив махом стакан. — Мне не нужны очередные волнения. Какова официальная версия?

— Халатность и усталость.

— Это правильно, износа на таком высоком уровне быть не должно, — взяв графин, капитан вновь налил себе виски и развалился в своём кресле. — Что случилось на самом деле?

— Неприятная досада, судя по камерам наблюдения, один из новых синтетиков засбоил и выстрелил в бак, — ответил помощник своему командиру, переминаясь с ноги на ногу. — Мозги уже проверяются на предмет ошибок в программе или внешних факторов сбоя.

— Кто в курсе? — послышался голос Сайруса из облака дыма.

— Только внутренняя безопасность и мы с вами сэр, — неуверенно произнёс Фергс.

— Каиль, я знаю тебя уже двадцать лет, говори? — сердито потребовал капитан, туша сигару в пепельнице.

— Одна журналистка всё никак не прекратит совать нос не в своё дело…

Начал изъяснятся помощник, но его собеседник вновь махом опрокинул стакан, громко поставил его на свой стол. После чего резко встал и, заложив руки за спину, вернулся к окну.

— Как ты изворотливо начал, издалека, Каиль, любишь ты это, — произнёс с улыбкой в усах мужчина, глядя на бездонную красоту космических переплетений звёзд. — Говори прямо. Моя дочь вновь лезет туда, куда ей пока не следует.

— Именно так, сэр, — выпрямился помощник, почувствовав себя более-менее в безопасности. — Боюсь её наследственное упорство и дотошность, а также чрезмерное чувство справедливости по юности могут навредить проекту синтетиков, авторитету командования и непосредственно вашей репутации.

— Да, я и сам уже об этом думал, — согласился Сайрус Торн со своим подчинённым. — И уже появились мысли о том, как отвлечь её от всей этой темы.

Постояв с минуту в тишине и наблюдая за космическим пейзажем, капитан вновь вернулся к столу, наполнил стакан и протянул помощнику, тот вежливо отказался, как и всегда. Сайрус знал, что Каилю нельзя пить из–за болезни, но предлагал ему каждый раз. Ему нравилось наблюдать за его тощим лицом, когда здравый смысл бывшего алкоголика борется с непомерным желанием.

— Поделитесь же своими соображениями, сэр? — попросил собеседник у вышестоящего по званию, чтобы быть в курсе происходящего.

— Да в принципе ничего такого, — спокойно ответил Торн, усаживаясь обратно. — Скажу ей, что пора уже взять ответственность и заняться делом, чтобы корабль увидел будущего капитана в лучшем свете…

— Она не знает? — перебил Фергс Сайруса и сразу же сгорбился от его сурового взгляда. — Простите, сэр.

— Конечно, не знает, Араши ещё не готова к такой информации, — сердито произнёс капитан и достал новую сигару. — Так вот, дам ей невыполнимое задание. С её… как ты там сказал? Дотошностью? — дождавшись кивка от подчинённого, мужчина продолжил: — Моя девочка на несколько недель, а то и месяцев зароется в бумагах, графиках, списках и технических планах. Забыв про всё на свете. Тут ведь, как и с остальными пассажирами, главное дать цель и хорошую мотивацию.

— Очень здравая идея, — согласился с планом капитана помощник.

— У меня других и не бывает, — рассмеялся Сайрус Торн.

Эпизод 3

Двери лифта разошлись в сторону и Араши Торн вышла в коридор, ведущий к каюте капитана. Два синтетика, стоящие по бокам двери, подняли оружие, но через несколько секунд, поняв кто перед ними, опустили винтовки.

— Отец вызывал меня, — произнесла девушка искусственно созданным охранникам, подходя к двери.

Один из них кивнул и, проведя картой доступа по считывающей панели, открыл ей проход. Дочь Сайруса Торна вошла в его каюту и кабинет одновременно. Его она, как всегда, застала перед смотровым окном.

— Араши, иди скорее сюда, — позвал капитан, не оборачиваясь.

Девушка подошла к мужчине, готовая спросить: «зачем он её позвал?», но у неё перехватило дух от вида за иллюминатором.

Огромная белоснежная комета пролетала мимо них в угрожающей близи. Такой близи, что даже их сосед спустился ниже, под флагман, чтобы не быть задетым сопровождающими сияющего исполина осколками. Ледяной, угловатый гигант отражал свет и переливался в этом чёрном полотне космоса. Ультрафиолетовое излучение дальнего светила в этой системы ионизировало остаточные частицы космического тела и создавало белоснежный искрящийся хвост из пыли и мелких обломков кометы.

— Красота, созданная в этом пространстве за миллионы лет до нашего рождения, — произнёс Сайрус. — Вряд ли мы сможем увидеть нечто подобное ещё хоть раз в жизни.

— Отец, разве разумно лететь в такой близко от неё?

— Всё просчитано, не волнуйся. Она дальше, чем кажется, — усмехнулся капитан. — Я уверен, что сейчас каждый на всех трёх кораблях, кто может, конечно, наблюдает за этим чудом природы. В наши дни не хватает чувства прекрасного для воодушевления.

Араши отошла от отца, чтобы не чувствовать едкого запаха его сигар и практически прислонилась к окну. В чём–то её папа был прав. Девушка за свою жизнь видела множество красот космоса: от переливающихся всеми цветами туманностей, до необъятных пульсирующих звездных гигантов. Даже небывалой красоты редкий космический ветер не мог сравниться с тем, что она видела сейчас. Немыслимых размеров космическая скиталица пролетала мимо, оставляя шлейф мерцающей пыли. Их экспансию можно было также сравнить с этой прекрасной кометой, что размерами не уступала, скорее всего, всем трём кораблям. Они также бесцельно брели в космосе, вот только оставляли за собой не мерцающий дивный хвост, а цепь мусора и отходов.

— Зачем ты меня позвал? — спросила наконец дочь у отца, с трудом отвернувшись от великолепия, что раскинулось за окном.

— Да, перейдём к делу, милая, — мужчина так же отвернулся от проплывающей мимо кометы и направился к своему столу. — Араши, тебе уже семнадцать, ты взрослая девушка и пора взять на себя ответственность.

— Если ты сейчас вновь будешь меня сватать за очередного сына из командования других кораблей, то разговор окончен, — с небольшим раздражением произнесла девушка.

— Нет-нет, что ты, — улыбнулся Сайрус. — Я понял, что это дело пустое. Я позвал тебя для более серьёзной задачи.

Араши взяла стул с мягкой обивкой и подтащила к столу отца. Поскольку тот обычно предпочитал, чтобы его подчинённые стояли перед ним.

— Ты же знаешь, что я не вечен и рано или поздно тебе придётся принять моё звание по наследству и командовать этим кораблём, — заговорил отец, но усевшаяся напротив него дочь перебила его.

— Так ты опять заводишь эту старую шарманку…

— Шарманку? — удивлённо спросил Сайрус, услышав незнакомое слово.

— Это был такой инструмент… музыкальный, коробочка с ручкой, её крутить надо было, — пояснила девушка и изобразила игру на древнем инструменте. — Недавно вычитала пословицу в архивах и решила узнать, что это.

— Ты, как всегда, меня поражаешь, но я не об этом, — усмехнулся Сайрус и затушил неприятную его дочери сигару.

— Нет, отец — это образование на кораблях страдает, — парировала Араши. — Люди начинают забывать простейшие вещи и зачем всё это выживание в целом. Простого луча надежды на светлое будущее недостаточно. Знания гаснут в умах людей, как звёзды в глубинах космоса.

— Красивые слова, достойные будущего капитана, — улыбнулся отец, глядя на дочь.

— Тебе записать? — с улыбкой спросила она. — Я просто говорю, что нужны общеобразовательные реформы, помимо обучения выживанию. Может статься так, что когда эта экспансия найдёт свой дом, то не будет знать, как жить вне корабля и зачем.

— Я подумаю над этим, — кивнул капитан, видно было, что ему не нравиться в какую сторону пошёл разговор. — Дело в том, что, когда ты примешь командование, экипаж уже должен знать тебя, как решительного и ответственного лидера.

— О, да! — улыбнулась собеседница и продолжила в немного издевательском тоне. — Я помню, что ты отправил 711 человек на прогулку без скафандра за пределы корабля, принимая должность у деда. Действительно решительное и ответственное дело.

— Араши, — суровым голосом отдёрнул отец её. — Это были возмутители спокойствия, бунтари. Они несли только разрушение и анархию. К тому же они как раз и убили твоего деда, не считая несколько тысяч других людей, что просто исполняли свой долг перед пассажирами.

— Да, да, история умалчивает все факты этого инцидента, — продолжила гнуть свою линию начинающая журналистка. — Поэтому ты окружил себя синтетиками. Беспрекословными и верными солдатами, а всё что только можно было упрятал под грифом секретно.

Дочь взяла графин и, ехидно улыбаясь, наполнила отцу стакан. Побагровевший Сайрус сделал изрядный глоток и всё же сдержал себя в руках.

— Ты просто мала ещё, чтобы это понять, — спокойно ответил он своей ей. — Ты не видела того разброда и аварий, что случались ранее. Благодаря мне ты, дитя спокойного времени, как и многие. Ты хоть и моя дочь, но не забывай о субординации.

— Ладно, пап, не закипай. Прости, задела за живое, чтобы это не значило, — извинилась Араши перед своим отцом, поняв, что заигралась словами. — Так чего же ты хотел от меня?

— Наш корабль хоть и флагман, но его вместимость не более миллиона человек, сейчас у нас, согласно последней переписи, проживает миллион двести тысяч и несколько сотен с десятками человек, — начал свою речь Сайрус. — Пассажирам тесно.

— Переоборудуйте бальные залы, спортплощадки и бассейны на верхних палубах, тогда и место появится, — снова перебила она капитана острым замечанием.

— Ты же знаешь, что даже при всём своём желании я не могу этого сделать, — тяжело вздохнул мужчина, но Араши почувствовала фальшь своего отца. — И на соседние «бегемоты» никого отправить мы не можем. У них перенаселение на несколько миллионов уже.

— Так, и к чему ты клонишь? — спросила девушка, решив больше не злить собеседника едкими замечаниями.

— Палуба 38, она не жилая и в аварийном состоянии. Я хочу, поручить тебе изучить её техническое состояние, — принялся разъяснять Сайрус ей свой план. — Проверь документацию, списки наших ресурсов… — он задумался, поглаживая пальцем усы. — Да, что угодно лишь бы сделать эту палубу хоть немного пригодной к жизни или более устойчивой, чтобы там без опаски можно было устроить склад и разгрузить верхние этажи.

— Хм… дело действительно серьёзное, — задумалась девушка над словами отца.

— Поэтому я и могу поручить это задание только тебе. Ты как никто лучше копаешься в бумагах, списках и прочей белиберде, анализируешь и сопоставляешь. Я за тридцать лет командования, так и не добился успеха, но я верю, что ты справишься, — воодушевляющее произнёс капитан и глотнул виски из стакана. — Только представь, как тебя будет встречать экипаж. Не просто девочка, что унаследовала звание, а настоящий спаситель. Тот, кто подарил людям более комфортную жизнь. Араши, это большой прикуп доверия, в моей работе просто дефицитный товар.

— Отец, ты явно что–то темнишь. Слишком уж всё красочно расписал, — с недоверием посмотрела девушка на него.

— Араши, ты самое ценное, что у меня есть, — с укором произнёс мужчина. — Я хочу только блага тебе и…

— Да не старайся, пап, — улыбнулась дочь. — У тебя только заготовленные речи хорошо выходят, но должна признать твой план действительно стоящий, и я возьмусь за это дело.

— Вот вся документация, — капитан протянул собеседнице планшет и добавил: — Информацию на бумажных носителях синтетики принесут тебе в каюту.

— Ну что ж, тогда не буду терять время, — чересчур воодушевлённо, нежели того хотелось, произнесла Араши, поднимаясь на ноги.

Дочь откозырнула отцу на манер подчинённого и быстрым шагом покинула кабинет. Сайрус же, тяжко вздохнув, вновь закурил и подтянул к себе стакан. Всё прошло не так гладко, как он думал, но всё же удачно. Теперь уже его девочка надолго забудет своё баловство в виде журналистики и о синтетиках, а главное, как проходит их производство. Когда она уже повзрослеет, наберётся опыта и зачерствеет, тогда он сможет рассказать ей все тайны командования в надежде, что та сможет понять и принять эту точку зрения.

Подняв стакан и замостив сигару под усами, Сайрус Торн вернулся к смотровому иллюминатору, чтобы лишний раз насладиться видом проплывающей мимо кометой

Эпизод 4

Дживс сидел на металлическом полу в центральном блоке и ждал возвращения Люмин. Старший инженер, видимо, ушла на обход, снять показания с датчиков, пока он закупался на верхних палубах. Покопавшись в сумках, парень достал пакетик с шипучим порошком и усмехнулся в предвкушении.

— Иди сюда, красавица, — не в силах сдержать улыбку, проговорил помощник инженера.

Разорвав пакетик, он запрокинул голову, высыпал содержимое в рот. Смешавшись со слюной, субстанция зашипела и затрещала, вызывая нестерпимое чувство щекотки. Житель палубы 38 засмеялся и, подавившись, с трудом проглотил остатки, чтобы не выплёвывать их.

— Дживс! — прокричала Люмин, отталкивая в сторону неработающую дверь между отсеками. — Я тебя сейчас убью!

Словно разъярённая фурия, девушка налетела на парня с пинками и кулаками. Вошедшая была промокшей с ног до головы. Её разгорячённая кожа приняла раскрасневшийся оттенок, под стать цвету волос. Избивая помощника, старшая по званию не скупилась на нецензурные выражения и походу совсем не сдерживалась в своей силе.

— Ай–ай! А-а-а-а-а-а!!! Люмин, за что? — прокричал парень, еле–еле спасаясь от её ударов.

— Ты какого чёрта смазал запорные механизмы на заслонках теплоотвода?! — рявкнула девушка на него, прекратив осыпать того пинками.

— Ты же сама говорила, что тут всё плохо…надо смазать, прежде чем… — чуть ли не плача, выговорил Дживс, всё ещё защищаясь в ожидании удара.

— Дебил, твою звезду ж! — вновь вскричала старший инженер и отвесила помощнику увесистый подзатыльник. — Запорные механизмы должны быть тугими, чтобы заслонки не открывались!

— Прости, я думал… — начал было вновь оправдываться провинившийся, но в ответ получил только лишь пинок в бок.

— Я там чуть не сварилась из–за тебя! — наградила Люмин очередным подзатыльником парня. — Ещё раз подобное… я тебе обещаю, лично выкину в космос, и никто о тебе даже не вспомнит.

Девушка успокоилась и выпрямилась, чтобы поправить выбившиеся непослушные волосы. Посмотрев на Дживса, старший инженер поняла, что перегнула палку. Глаза у того были на мокром месте, а из рассечённой брови потекла кровь, наверняка и синяки под одеждой появятся.

— Ладно-ладно, извини, вытрись, — Люмин бросила ему почти чистую тряпку. — Впредь без моего ведома ничего не смазывай. Понял?

— Да, — жалобно произнёс помощник, вытирая бровь.

— Всё–всё, Дживс, я упокоилась, извини. Не стоило так сильно тебя бить. Мир? — спокойным голосом произнесла она, подавая руку парню. — Слушай, я там чуть не сдохла из–за тебя, так что имею право злиться, — инженер убрала проигнорированную Дживсом руку. — Всё, прекращай смотреть на меня, как кролик на удава.

— Удава? –спросил собеседник, не поняв о чём речь.

— Ну это такое опасное животное было… как толстый шланг в два три метра длиной, — пояснила Люмин и задумалась над правильностью сказанного.

— Как шланг? — переспросил пацан и, поняв, что больше его бить не будут, поднялся. — Что без рук и ног?

— Ага.

— Чем же он тогда опасен так? — не унимался с расспросами помощник. — Взял его, раскрутил и об стену шмяк.

— Ну этот гад вроде бы обворачивался вокруг жертвы и душил её, пока кости не треснут, — копалась в чертогах памяти девушка, беря в руки одну из тяжеленных сумок собеседника. — Потом уже, когда ты дёргаться прекращал, просто заглатывал целиком.

— Дичь, какая–то, — только и выговорил Дживс, беря вторую свою поклажу и направился за начальницей.

— Да не то слово, — кивнула Люмин. — Я в книге ещё видела картинки каких–то кенгуру. Описание не нашла, но на вид просто машина смерти какая–то. Особенно с их боксёрскими перчатками.

— Какими? — вновь переспросил подчинённый у неё.

— Да мне почём знать, название только прочитала, — немного раздражённо произнесла та. — Здоровые такие, с твою голову почти. Такой в морду влетит, явно без зубов останешься.

Жители палубы 38 дошли до её центрального холла, единственного места, не считая личных кают, где у них была мебель и закинули сумки на стол.

— Такс, посмотрим… что–тут у нас… — пробормотала старший инженер, копаясь в сумке с запчастями. — Так клапаны — это хорошо, набор болтов с гайками не помешают, новые насадки на ключи – ты просто герой, фильтра на замену, о, патрубки – супер. Завтра в 1-12 их заменишь, — проверив всё содержимое, девушка посмотрела на парня и спросила, чтобы уж убедиться в очевидном наверняка: — Охлаждающего элемента не было?

— Не-а, их переложили в другое место, но я уже приметил это место. В следующий раз попробую притырить, — ответил Дживс ей. — Сегодня Граб на смене был, а он за каждую пылинку трясётся, как за свою собственную. Да и выменять их всё равно особо не на что.

— Ясно, — кивнула Люмин, расстроившись. — Но всё равно молодец. С этим хламом мы отсек 2–17 спасём, на некоторое время, а то наша жилплощадь уменьшается из года в год.

— Угу, — кивнул собеседник. — Зато мне вот что удалось стащить.

Помощник протянул старшему инженеру пакет с шипучкой, и та словно малый ребёнок сразу же выхватила его у него из рук. Жители палубы 38 вскрыли пакеты и одновременно засыпали их содержимое в рот. Помещение наполнилось щелкающими звуками, шипением и довольными возгласами. Люмин зажмурилась, чтобы вытерпеть сводящую с ума щекотку.

— Я выиграла! — победно подняла девушка руки, проглотив остатки порошка последней. — Сегодняшний душ мой, а ты – в вечерний обход.

— Эх, ну ладно, — проворчал Дживс. — Вот только завтра я точно моюсь, а то от меня уже воняет, а если отходами охладителя мыться, то потом кожа, как пластиковая пару дней.

— Договорились, — кивнула Люмин. — Чего ещё притащил, по глазам вижу, что не всё.

— Да, выторговал за литьевую пластину, что ты с реактора системы жизнеобеспечения на 40-й палубе скрутила, — парень вручил ей планшет. — Там концерт классической музыки, у тебя такого точно нет. И какая–то энципедия по растениям.

— Энциклопедия, — поправила помощника старший инженер и обняла того на радостях. — А вот за это тебе большое даже спасибо!

— Да я знаю, что ты любишь такое, — улыбнулся Дживс, высвобождаясь из её объятий. — Мог и кучу сладостей набрать или ещё чего полезного вместо.

— Не бухти, достанешь мне охладитель для скафандра, я тебе ещё чего-нибудь ценного скручу, — бросила за спину Люмин, уже выходя из отсека с планшетом руках.

Девушка ушла в соседнюю секцию, где оборудовала своё жилище. Включив запись концерта, она завалилась на кровать и растворилась в мелодичных звуках неизвестных ей инструментов. Ну как неизвестных, на картинке-то она их видела, а вот в живую – нет. Старой музыки было достаточно и современной тоже, но настолько живой, оркестровой уже практически не создавали. Плывя в мыслях вместе с мелодией, Люмин растворялась в ней и представляла различные картины зелёных лугов, синих морей и снежных вершин, что видела в книгах. Музыка завораживала её и дарила чувство свободы, подобно выходу в открытый космос. Даровало хоть какое–то мнимое чувство независимости и лёгкости. Ведь в отличии от её помощника, ей было запрещено покидать 38ю палубу. Тюрьма девушки медленно сокращалась отсек за отсеком. Возможно, ей даже не удастся дожить до старости, прежде чем местная система жизнеобеспечения выйдет из строя. Тревог было много, но в такие моменты они полностью растворялись, унося Люмин сказочное путешествие по красотам былого мира, коего она воочию никогда не видела.

Эпизод 5

Араши стояла в тесной кабинке лифта, который, казалось бы, спускался целую вечность на нужную ей палубу под номером 38. Вот уже почти месяц она копалась в бумагах, графиках и списках, чтобы понять, как привести эту площадь в удобоваримое состояние и люди могли жить там или хранить инвентарь с ресурсами, без опаски потерять всё это разом. По всем её расчётам и прогнозам, палуба должна была выйти из строя ещё три года назад, но девушка в своём расследовании нашла ежемесячные отчёты от местного старшего инженера, хотя по всем бланкам 38я была не жилой. В итоге, дочь капитана поняла, что нужно спуститься и посмотреть, что там происходит, поскольку документация зачастую может скрывать реальное положение дел в угоду писавшему её.

Кабина лифта со скрежетом остановилась. Араши потянулась к кнопке открытия дверей, но в какой–то момент опустила руку: «Что если она ошиблась?». Тогда при открытии лифта её просто выкинет в безвоздушное пространство. «Может стоило сначала послать синтетиков для проверки?». Девушка стояла, застыв в нерешительности, но до её слуха донёсся грохот и приглушённые крики. Тогда она уже уверенно нажала на кнопку и шагнула в душное пространство 38й палубы.

— Дживс, мать твою, криворукий ты кусок идиота! — кричала девушка с пышными красными волосами, гоняясь за молодым парнем с большим гаечным ключом на перевес.

— Прости, Люмин, это случайно вышло! — извинялся помощник инженера, стараясь, чтобы широкий стол отделял его от разъярённой начальницы.

— За случайно бьют отчаянно! — прекратив попытки достать парня, старшая по палубе бросила в того ключ и, убедившись в том, что не попала, уже спокойнее продолжила: — Где я тебе теперь микросхемы на блок памяти возьму? Без них мы так и будем с открытыми дверьми жить. Малейшая разгерметизация, в любом отсеке и всё, вся палуба, считай, накрылась.

Красноволосая девушка присела, разглядывая повреждённые платы на полу, судя по всему, на них упал ящик с инструментами.

— Я могу предоставить вам новые, — проговорила Араши, и единственные жильцы палубы 38 обернулись на незваную гостью.

— Твою ж звезду. Дживс, ты только посмотри, какую фарфоровую куколку к нам занесло, — удивлённо проговорила старший инженер и выпрямилась.

— Люмин, это дочка нашего капитана вообще-то, ты бы это, — тихо проговорил помощник. — Поосторожнее с выражениями.

— Дочь капитана – не звание, а привилегия, причём ничем не заслуженная, — с раздражением ответила ему начальница и направилась к гостье. — На одежде ни пятнышка, кожа чистая, а нежные ручки явно ничего тяжелее вилки не держали.

Она обошла Араши, осматривая с головы до ног. Та, в свою очередь, почувствовала себя крайне смущённой от такого близкого осмотра и обсуждения, будто её здесь и нет. Девушка с верхних палуб не привыкла к такой неприязни.

— Да, ты права, — заговорила наконец Араши, глядя в глаза красноволосой собеседнице. — У меня ещё нет звания, но рано или поздно будет, но перед этим я хочу реанимировать эту палубу и сделать её жилой…

Слова незваной гостьи вызвали бурный смех у старшего инженера 38й, и даже её юный помощник позволил себе лёгкую усмешку, залезая с ногами на стол.

— Твою ж звезду… ты слышал, Дживс? У нас тут оптимистичная идеалистка, — Люмин отошла от Араши и, развернув стул у стола, уселась напротив неё. — Девочка, палуба 40 имеет дыру в корпусе на 27 отсеков, на 39й сдохли всевозможные системы, а здесь же… — она прервалась на нервную усмешку. — Скрутили всё, что можно при эвакуации, эта палуба вымирает день за днём. Её не спасти.

— Ты ошибаешься, — возразила дочь капитана, всё так же стоя перед инженером, как на допросе. — По всей документации, это место уже должно быть мёртвым, но вот я здесь и что я вижу: Храбрый инженер и его помощник спасают это место всеми своими силами, как могут. Даже несмотря на всю угрозу своего положения. Думаю, если им помочь, то эта палуба будет спасена.

Единственные жители 38й палубы вновь подняли сказанное их гостьей на смех, но та терпеливо выждала без возражений. Что-что, но в одном Люмин была права, у Араши не было звания и она ничем не отличалась от обычных пассажиров, только своей привилегией по праву рождения. Если взять иерархию корабля, то даже старший инженер была более ценным членом экипажа, нежели она.

— Синеглазка… — начала говорить девушка с красными волосами, но дочь капитана перебила её.

— Араши, меня зовут Араши Торн, — она попыталась вложить всю строгость в свой голос, но вызвала лишь очередную усмешку.

— Имя надо ещё заслужить, — отозвался Дживс, ковыряясь в каком–то механизме. — Я три года был шпенделем, мелким и какой–то там улиткой, — помощник инженера заткнулся под суровым взглядом начальницы, но, когда та всё же отвернулась, продолжил бубнить. — А также бесполезным, криворуким, пустоголовым, балбесом…

— Не бухти, а то снова потеряешь это право, — раздражённо бросила Люмин своему напарнику через плечо. — Так вот, куколка, ты там бумажки когда свои изучала, моё досье не видела, что ли?

Араши отрицательно покачала головой, поскольку действительно не нашла в архивах ничего о жителях 38й палубы.

— Я старшим инженером здесь записана лишь номинально, поскольку эта палуба – моя ссылка и тюрьма, — произнесла она и, уже понизив тон, продолжила: — Так–то мне уже в космосе лет десять, как положено болтаться, а Дживс никому не нужный сирота, на которого скинули обязанности пополнения моих запасов. Мы не храбрецы тут, а просто стараемся выжить в этом звездеце. Да, шпендель?

— Ну блин, напомнил, теперь пару недель так называть меня будет, — проворчал помощник, но кивнул в знак согласия.

— Хм… — задумалась Араши и решила наконец пройтись, чтобы мельком осмотреть центральный блок 38-й палубы.

— За что тебя сюда сослали? — спросила она наконец у Люмин.

— Не твоей орбиты дело, — резко ответила девушка с длинными красными волосами. — Надо будет – в бумажках своих найдёшь.

Незваная гостья вновь задумалась. Сопоставив ту немногую информацию, что получила от жителей 38-й палубы, и то, что она знала по отчётам, сразу поняла, что они в отчаянии. Хоть и не показывают этого. Эти двое вынуждены жить здесь, в ожидании внезапной смерти каждый день. Для начала нужно предложить им что-нибудь весомое, чтобы смягчить, а там уж они и сами захотят стать героями корабля.

— Хорошо, — повернулась дочь капитана к собеседнице. — У меня сейчас нет звания, но, рано или поздно, оно перейдёт ко мне по наследству. Тогда уже экипаж корабля будет приветствовать меня и реабилитировшегося инженера с его помощником, что спасли эту палубу и сделали жизни десятков тысяч людей лучше, — проговорила Араши, подходя к собеседнице. — Полное прощение, звание и возможность вернуться на верхние палубы, если вы поможете мне. Как тебе такое предложение, Люмин?

— Мы живём здесь вдвоём и нам норм, — жестом старшая по палубе приказала Дживсу захлопнуть варежку обратно. — С чего нам делить нашу огромную жилплощадь или позволить её заставлять всяким хламом? Говоришь-то ты складно, но где гарантии?

— Заключим с тобой официальный договор, который вступит в силу, как только я приму командование у своего отца, — произнесла Араши первое, что пришло в голову и, немного подумав, решила отрезать им пути к отступлению. — Или я вернусь сюда со взводом синтетиков и более мастеровитыми инженерами с верхних палуб.

Люмин резко встала и схватила дочь капитана за горло, смотря на неё с высоты своего роста. Всё произошло так неожиданно, что испугавшийся помощник свалился со стола.

— Не угрожай мне, Синеглазка, — произнесла старший инженер. — Если бы ты так могла сделать, то сделала бы, но у тебя ведь нет такой власти? Это этаж для изгоев, и не удивлюсь, если ты тут по такому же поводу.

Араши мысленно согласилась с собеседницей. Поскольку и сама думала, что отец поручил ей это дело дабы отвлечь от расследований насчёт синтетиков. Только будущий капитан уже твёрдо решила сделать всё возможное, чтобы принести благо своим пассажирам. От стабильной палубы, гораздо больше пользы нежели от разгромной статьи. Согласиться с Люмин она тоже не могла, поэтому решила уже использовать своё привилегированное положение в обществе как блеф.

— Я могу попросить отца, — твёрдо заявила дочь капитана, выдержав суровый взгляд оппонента в словесной дуэли. — И да, он не знает, что я здесь, но внутренняя безопасность корабля быстро отследит, куда я пропала, — решила сразу предвосхитить дальнейшие угрозы в свой адрес гостья с верхних палуб. — Не думаю, что лифт на 38-ю так часто спускается.

Старший инженер долго стояла, смотря в глаза своей собеседнице, пытаясь раскусить её. Перепугавшийся Дживс уже перебрал десяток вариантов их казни за угрозу дочери капитана. Араши же не уступала в твёрдости своей позиции — она спасёт это место, и они ей в этом помогут. Напряжение между девушками росло, с каждой секундой распаляя и без того жаркую атмосферу палубы. В итоге, тихо фыркнув, старший инженер отвела взгляд зелёных глаз от ярко-синих собеседницы.

— От тебя даже пахнет нежностью, — отпустила наконец её Люмин и отвернулась к столу. — Я даю тебе список необходимого, ты предоставляешь всё, что в нём есть. Без вопросов. Дополнительные пайки и более полезный–бесполезный хлам с верхних палуб, за который этот пустоголовый сможет выручить хорошую цену, — озвучила старший инженер свои условия. — Если хочешь грезить о геройстве и спасении палубы, то пожалуйста. Мы же будем делать свою работу и выжимать из тебя максимум выгоды для себя, — девушка с красными волосами повернулась к дочери капитана. — Только так и никак иначе.

— Идёт, — кивнула Араши.

— Вот и чудно, — улыбнулась Люмин. — Теперь, Синеглазка, разворот на сто восемьдесят градусов и пошла отсюда, — старшая палубы покрутила пальцем и указала на выход. — Принеси что–то полезное мне с Дживсом для начала и не забудь про договор.

Поняв, что разговор окончен, незваная гостья развернулась и вернулась в кабину лифта. Предательски дрожащий палец нажал на кнопку первой палубы и двери на 38-ю закрылись.

Разговор вышел более нервным, чем девушка предполагала, но всё же она добилась своего. Если для начала работы, ей надо умаслить подарками этих двоих, то в этом Араши не видела проблем. Девушка руками зачесала тёмные волосы, что прилипли от жары ко лбу назад и позволила себе улыбнуться. Первая гайка в задании от отца закручена, но предстоит ещё много работы.

Эпизод 6

– Так, соединяем эти цепи, – Люмин указала отвёрткой на провода, подходящие к блоку памяти. – Потом перекидываем перемычку на резистор и выставляем выход напряжения на минимум.

– Почему это? – вопросил помощник инженера, наблюдая за её работой. – Разве не лучше повыше, чтобы быстрее работало?

– Лучше, – согласно тряхнула красной копной волос девушка. – Ты проводку нашу видел? Если там что-то замкнёт и загорится, то система безопасности заблокирует двери и откачает воздух. Соответственно, ты труп, – Люмин недовольно нахмурилась и бросила через плечо второму наблюдател:. – Синеглазка, отойди, свет загораживаешь.

Араши, что с интересом наблюдала за работой единственных жителей палубы 38, вздрогнула от неожиданности, но всё же сделала шаг назад. Пока она решила не конфликтовать с инженером и стараться всячески потакать ей, чтобы наладить более дружеские отношения. С Дживсом у неё вышло подружиться проще. Она, по факту, просто купила его лояльность за сладости и отцовскую сигару. Парень был сам по себе прост и общителен, но в присутствии начальницы сильно тушевался.

С Люмин добиться тёплых отношений пока не выходило, даже после множества полезных деталей и атрибутов, улучшающих их быт. Девушка, жившая уже одиннадцать лет на этой палубе без права выхода, видимо, разучилась доверять и общаться без издёвок. Араши, несмотря на это, всё же не теряла надежды, смягчить её одичавший характер и найти к ней подход. Времени достаточно, чтобы изучить старшего инженера. Хоть она и казалась волевой и сильной, гостья 38й понимала, что девушка с красными волосами пытается скрыть за этой ширмой старые раны. По своим журналистским каналам и через привилегии по праву рождения, дочь капитана смогла лишь найти небольшую запись в архиве о ней.

«Люмин Спар – осуждена за участие в несанкционированном собрании и принятие/хранение запрещённых веществ. Плюс подрыв социальной среды и деятельность порочащая авторитет командования».

Араши Торн очень удивила такая формулировка приказа по отношению к четырнадцатилетней, к сожалению, ничего сверх накопать ей не удалось. Данные о казнённых уничтожаются сразу после приговора, чтобы не засорять сервера кораблей. Поэтому если бы не её ежемесячные отчёты, то заключённую 38-й палубы можно было бы на всех основаниях считать мёртвой. Информации о переводе Люмин не было, значит, случилось что–то внештатное, не для протокола, или она здесь на незаконном основании.

Только вот любопытство и упорство Араши не позволило ей оставить всё как есть. Порыскав в архивах ещё немного, девушка смогла найти много записей о смертных приговорах в тот день. Единственное, что их всех объединяло это возраст в четырнадцать лет. После этого журналистке уже не составило труда выйти на событие «Плач матерей». Приказом её отца, выходом в космос было казнено 93 человека, выпускников технической академии. Поскольку журналистка имела доступ к более расширенной информации со своей стороны, то вывод пришёл очень быстро – высшие чины корабля просто избавились от лишних ртов. Накрутив вину на подростков, что устроили вечеринку по поводу окончания учёбы. Жестокость командования и её отца сильно поразила тогда Араши.

– Готово, закручивай, – торжественно произнесла Люмин, выпрямляясь.

Её помощник, положив в рот очередной леденец, что принесла им гостья, схватил защитную пластину панели управления и принялся закручивать гайки. Накрутив первую, он сразу же получил подзатыльник от начальницы.

– Смазать не забудь, бестолочь, резьбу сорвёшь, – с небольшим раздражением произнесла она. – Синеглазка нам сейчас многое может поставить, но это не повод портить имеющееся.

Дживс согласно кивнул и быстро выполнил распоряжение старшего инженера, после чего собрав раскиданные инструменты отошёл от главной двери центрального блока 38-й палубы.

– Итак, момент истины, – улыбнулась Люмин и повернула переключатель, включая питание дверей.

Все трое с надеждой и интересом посмотрели в длинный туннель, что проходил почти по всей площади 38-й. Через некоторое время проржавевшие местами двери со скрежетом принялись закрывать отсек за отсеком. Дживс радостно воскликнул и посмотрел на Люмин, но та позволила себе лишь лёгкую улыбку полную своего превосходства, Араши же наградила парня одобрительным кивком.

– Поздравляю, – произнесла дочь капитана корабля. – Считаю, что первую победу нужно отметить.

Девушка с верхних палуб подошла к автоматической тележке, с помощью которой доставила сюда множество запчастей и еды для своих новых товарищей, и открыла последний ящик. В нём скрывалась бутылка шампанского и торт.

– О! Я всеми руками за, – светясь от счастья и предвкушения, помощник направился к темноволосой девушке, но старший инженер схватила его за ворот.

– Тут ещё много работы, надо смазать все двери и очистить их от ржавчины, – строго произнесла она.

– Люмин, такое событие, не омрачай, – начала было говорить Араши. – Это наша первая победа…

– Это лишь отсрочка и спокойный сон, – фыркнула жительница 38-й палубы. – Закатывать «вечеринки» после каждой мелочи не целесообразно и тупо.

– Ну Люмин! Твою ж звезду… – взмолился её подчинённый. – Это же торт! Когда я ещё отведаю торта!

– Делайте, что хотите, – вздохнув, произнесла красноволосая девушка и отпустила парня.

Люмин, подняв ящик с инструментами, молча вышла из центрального блока, подпортив радостный момент маленького триумфа, но долго грустить Дживс не смог. Уже через минуту он с любопытством крутился вокруг кондитерского изделия, ожидая, пока Араши его нарежет ровными кусками.

Сама же гостья с верхней палубы мысленно корила себя за легкомыслие. Она предложила отметить небольшое достижение, но совершенно не подумала, что, скорее всего, именно это и вызовет ужасные воспоминания в памяти Люмин, о «Плаче матерей». Том дне, когда у неё вся жизнь изменилась и погибло множество её друзей и знакомых.

– Да не переживай, она привыкнет, – с набитым ртом проговорил парень, отвлекая Араши от томных мыслей. – Я так первый месяц вообще боялся выйти из центрального блока. Как она меня тиранила поначалу.

– Спасибо за поддержку, – улыбнулась девушка собеседнику. – Вкусно?

– Очень!

Дочь капитана протянула жителю 38-й палубы металлическую кружку с шампанским и, задумавшись, отклонила её.

– А тебе пить ещё не рано? – поинтересовалась журналистка.

– Рано, но сегодня такой день, – поглатывая очередной кусок, восторженно произнёс Дживс. – Наша первая победа из череды последующих успехов!

Араши улыбнулась и отдала ему шампанское.

– За 38-ю палубу! – произнесла девушка тост и пригубила немного, поскольку не очень любила алкоголь, но на некоторых официальных встречах приходилось.

– Если хочешь расположить Люмин к себе быстрее, то я знаю, что нужно достать для неё, – проговорил парень, перекладывая очередной кусок торта в себе в тарелку. – Только это будет стоить тебе ещё одну сигару… нет, давай две.

Эпизод 7

Люмин медленно шагала посреди кричащей и толкающейся толпы бывших учеников. Взвод новых синтетических стражей командования толкал её и других идущих к центральному стыковочному шлюзу.

«Эти подростки, должны были стать нашим светочем в будущем, но они замыслили немыслимое! Свергнуть устои нашего корабля…» – звучал голос пропагандиста из динамиков коридора. Безликим синтетикам приходилось, не только гнать осуждённых вперёд, но и сдерживать вопящих матерей и отцов, что пытались пробиться к своим детям.

«…распространив наркотические вещества по системе вентиляции, они собирались…» – рассказывал якобы их план голос представителя командования, чтобы все понимали, за что их казнят.

Послышались звуки электрошокеров и заряжаемых иглострелов, чтобы сдержать совсем уже разбушевавшуюся толпу.

«Мы бы заняли ключевые должности на всех уровнях, для захвата…» – заметила Люмин признание одного из знакомых, что был где–то в этой толпе, проходя мимо экрана вещания.

«Зачем он это говорит? Ничего подобного не планировалось. Они просто веселились, отмечая окончание учёбы. Да был алкоголь, но это не повод для выхода в космос», - крутилось у неё в голове.

Идущая на смерть поёжилась, вспоминая, как синтетики били её электрическими дубинками, пока она не подписала протянутую ей бумагу. Судя по виду говорившего на экране, над ним работали более старательно. Возможно, на остальных ещё были рычаги давления в виде угроз, направленных на родных и близких. У девочки с красными волосами же такой роскоши не было.

«Наша доблестная внутренняя безопасность долго следила за заговором, чтобы поймать всех бунтовщиков разом…» – не унимался динамик оправдывать лживыми словами их казнь.

Всех осуждённых протолкнули в широкий основной стыковочный шлюз корабля. Когда-то были надежды, что они смогут выйти через эти двери на новую планету, в прекрасный мир, что станет их домом. Сейчас же массивные стальные двери отделяли только от ледяной смерти.

Люмин протолкнулась среди кричащих и рыдающих товарищей по несчастью к самой двери, чтобы быть первой. Если уж ей суждено умереть, то она хотела, чтобы последним, что она увидит было прекрасное мерцание звёзд. Чтобы перед взором была величественная красота губительного космоса, а не мёртвые тела знакомых и друзей.

«…с тяжёлым сердцем командование принимает решение, положить конец этой деспотично-анархической заразе нашего с вами общества…» – всё ещё звучал красивыми словами голос из динамика где–то за её спиной.

Двери с шипением закрылись, предвещая скорый конец. Механизмы шлюза пришли в действие, готовясь, впустить холодную смерть на заготовленный пир, но не открылись. Красноволосая девочка обернулась, увидев полоску света. Перегородка шлюза приоткрылась, и несколько синтетиков, расталкивая подростков, стали пробираться вперёд.

– Люмин Спар, пройдёмте с нами, – проскрипел механический голос, когда они дошли до неё.

Искусственная рука стальной хваткой схватила осуждённую и потащила на выход. В преддверье смерти многие уже в отчаянии стали бросаться на синтетиков, послышались выстрелы и несколько счастливчиков умерли мгновенно. Люмин же механические стражи выволокли из шлюза и передали в руки приземистому мужчине в широких очках.

– Профессор Слойки? – только и спросила она удивлённо.

– Позже, Люмин, – произнёс спаситель, пряча её под широкий халат, в который был одет.

Быстрым шагом вместе с мужчиной, девочка прошла вдоль ряда синтетиков, что выстроились стеной с щитами, отделяя толпу несогласных с казнью от места её проведения. Когда они свернули в один из боковых технических коридоров, то всё вокруг потонуло в криках боли и отчаянья. Люмин поняла, что приговор привели в действие, но она избежала общей участи.

– Почему? – спросила девочка по фамилии Спар у своего спасителя, спустя некоторое время.

Мужчина остановился, снял халат и нагнулся, чтобы не смотреть на неё с высока.

– Люмин, я заплатил очень высокую цену за то, чтобы вытащить тебя, – мягко произнёс он. – Сейчас не время медлить, я позже всё объясню.

«Дорогая Люмин, мне недолго осталось жить, и поэтому этим письмом я прощаюсь с тобой. Я был обязан твоему отцу своим званием и положением на этом корабле. Всей своей жизнью. Я спас тебя тогда, чтобы отплатить ему за доброту и почтить его память. Я понимаю, что последние годы твоего заключения — это не то, о чём ты мечтала, и я считаю преступлением так хоронить твой талант. За эти шесть лет ты добилась больших успехов на 38-й. Теперь, когда меня не станет, я не смогу тебя посещать, но направлю к тебе помощника. Я верю, что рано или поздно вы вдвоём сможете сделать невозможное и спасти эту палубу. Тогда ты уже сможешь вернуться полноценным героем и вновь стать частью экипажа. Береги себя Люмин.

Профессор Слойки».

Заключённая 38-й палубы быстро отклонила от себя старое и мятое письмо, чтобы слёзы вновь не упали на него. Прошло уже столько лет, она не помнит, как выглядели мать и отец, но помнит профессора Слойки, друга их семьи, что подарил ей жизнь и образование. Когда она получила это письмо, то старый друг больше никогда не приходил к ней. Вместо него в помощь девушке сюда прислали Дживса. Сначала инженер принимала его в штыки, но быстро свыклась с ним, всё-таки шесть лет в одиночестве оставили свой странный след на ней. Сегодня очередная памятная дата прошлого, в этот день одиннадцать лет назад произошли те ужасные события. Последние годы Люмин просто закапывалась с головой в работу, чтобы не думать об этом, но не сегодня. Сегодня ей было особенно тяжело, возможно, всё из–за Синеглазки. Её дурное желание спасти 38-ю напомнило о старом друге, который, казалось бы, уже канул в темноте воспоминаний, но девушка с верхней палубы пришла и вскрыла зажившую рану.

Входные двери в каюту инженера с натужным скрипом разъехались в стороны и впустили незваную гостью, которая уже стала, как бельмо на глазу у жительницы 38-й.

– Люмин, прости, у тебя передатчик сломан, чтобы позвонить, – тихо заговорила с ней Араши.

Красноволосая девушка убрала письмо профессора под подушку и вытерла слёзы.

– Уходи, – грубо бросила она собеседнице, не оборачиваясь.

– Конечно, – кивнула дочь капитана, но быстрым шагом подошла к ней. – Я просто оставлю это здесь.

Гостья положила небольшую металлическую коробочку рядом с ней и молча вышла из каюты. Люмин изначально была не интересна очередная подачка фарфоровой куколки, но синий отсвет, что пробился в щель приоткрытой крышки подарка, очень уж заинтересовал. Старший инженер открыла её полностью и, сама того не ожидая, прекратила дышать.

– Дживс! – прокричала она в коммуникатор, вскакивая с кровати. – К техническому шлюзу НЕМЕДЛЕННО!

Люмин захлопнула коробочку с двумя охлаждающими элементами для скафандра и выбежала из каюты так быстро, что чуть не сбила с ног Араши.

Девушка с верхних палуб не привыкла столько бегать и уж тем более ей не удалось поспеть за старшим инженером. Когда она прибыла в нужное место, то Дживс уже работал над запорами большой трубы, а Люмин облачалась в скафандр.

– Маслом капни, – напомнила Араши парню вместо его начальницы и обратилась уже непосредственно к ней: – Ты ведь в курсе, что выход в космос без предписаний запрещён?

– Конечно, – не прекращая одеваться, ответила жительница 38-й палубы. – Синеглазка, ты, когда мне охладитель несла, что думала, я его в чайник вставлять буду?

– Нет… просто, – Араши замолчала, поскольку не знала, что ответить.

Гостья с верхней палубы так хотела угодить старшему инженеру, что даже не задумывалась над предназначением её подарка. Судя по уже отрепетированным действиям, Люмин выходила в космос достаточно часто. Хоть она и говорила с ней со стандартным для неё раздражением, но темноволосая девушка видела, как у той искрятся глаза от предвкушения, и сама по себе Люмин прямо-таки и светилась от счастья. Видимо, это очередная вещь, с которой Араши придётся смириться.

– Дживс, мы готовы? – глухо прозвучал голос заключённой на 38-й палубе в закрытом шлеме.

– Угу, – кивнул парень.

Он налёг на большой разводной ключ, проворачивая запорный клапан у трубы, и входные двери шлюза с шипением открылись. Девушка в скафандре зашла в переходник и прикрепила страховочный трос, после чего двери за ней закрылись и уже через минуту она стремглав выпрыгнула в безмолвную звёздную пучину космоса.

– Дживс, я тут надолго, – протрещал динамик коммуникатора, рядом с дверью шлюза. – Следи за давлением, если что говори.

– Как и всегда, – ответил ей помощник, зажав кнопку коммуникатора.

– Араши, ты тоже без дела не сиди, сходи пока за едой, будь добра, – вновь послышался искажённый помехами голос Люмин.

– Видишь, я же говорил, но от прозвища «Синеглазка», ты всё равно не скоро ещё избавишься, – улыбнулся парень, вставляя в зубы трофейную сигару капитана, от чего его вид стал ещё более нелепым. – Шипучки захвати побольше, мы тут на час это точно. Если с давлением в трубах, конечно, всё в порядке будет.

– Спасибо тебе, – улыбнулась девушка собеседнику, и сама просияла от радости. – Манго уже пробовал?

– Да, оно какое–то дурацкое и жёсткое, – ответил Дживс, закуривая.

– Ты его чистил? – спросила Араши у него, чтобы удостовериться в своих подозрениях.

– А его чистить надо? – изумился парень и чуть не выронил сигару.

– Жди, – со смехом произнесла Араши, направляясь в центральный блок палубы.

Эпизод 8

Сайрус Торн вошёл в едва освещённое помещение и сразу же поймал несколько недовольных взглядов от присутствующих, но никто даже и не подумал сделать капитану замечание. Поэтому учёные просто вновь повернули головы к презентации и выступавшему лектору. Мужчина же, пыхтя сигарой, сел на заднем ряду, рядом со своим помощником.

— Что-нибудь важное пропустил? — без приветствия спросил опоздавший у своего подчинённого.

— Тонну научной белиберды и терминологии, — скучающим голосом ответил Каиль. — Если я всё правильно понял, то программа синтетиков продвинулась.

На трибуне выступающего один из синтетиков выкатил большой бак с зелёной жидкостью в которой плавал человеческий мозг. Орган настолько был утыкан проводами, иглами и датчиками, что больше походил на ежа.

— … таким образом, мы можем отделить мозги от тела человека и дистанционно связать его с синтетическим телом, — проговорил центральный учёный, когда капитан прислушался к его речи. — Последовательно подключив некоторые синапсы и соединив их с процессором компьютера, нам удалось создать, что-то вроде искусственной нейронной сети… виртуального пространства, где будет сохраняться личность человека и с помощью передатчиков транслироваться в тело, — приземистый мужчина, что был в центре внимания сунул руку в карман халата и, нажав на кнопку пульта, переключил изображение на экране за спиной. — Таким образом, можно сказать, что мы практически изобрели цифровое бессмертие личности.

Группа учёных, что слушала профессора зашепталась, изучая метрические данные с таблиц и графиков. Сайрус же ещё больше запыхтел сигарой. Вид продемонстрированных бесчисленных формул и цифр у него не вызвал восторга, но вот слова о бессмертии он осознал уже с довольной улыбкой.

— Как думаете, яйцеголовый всё же достиг результата или будет снова просить ресурсов для того, чтобы довести всё до ума? — как всегда с недоверием, спросил помощник у капитана.

— Думаю, в четвёртый раз он этот фокус проделать бы не решился, — усмехнулся капитан. — Каиль, ты весь аж побледнел. Что забрезжила путеводная звезда к жизни?

— В первую очередь, я переживаю за экспансию, сэр, а потом уж за свою жизнь, — ничуть не оскорбившись, уклончиво ответил Фергс.

— Профессор Слойки, — позвал выступающего один из сидящих в зале. — Цифровое бессмертие – звучит неплохо, но даже на базе человеческой личности искусственный интеллект останется искусственным. Он будет не способен на критическое мышление и, скажем так, на нелогичные поступки во благо. Чем же тогда новые синтетики будут отличаться от текущей модели?

Сайрус затушил сигару о каблук башмака, согласно кивнул. У него тоже же родился этот вопрос, как и у неизвестного ему в зале.

— Очень хороший вопрос, коллега, — сразу же оживился выступающий учёный, будто бы ожидал этого вопроса. — Чтобы понять это, вспомните старые исследования по клонированию, что проводились на корабле лет двести тому назад…

— Саймон, они зашли в тупик. Не представляется возможным повторить такой уникальный орган, как мозг человека, — перебил лектора другой учёный из зала. Точнее повторить-то мы можем, а вот самосознание уже нет.

— И вы совершенно правы, Джастин, — согласился с репликой Слойки. — Я вынес из этих тупиковых исследований лишь две полезные вещи и модернизировал их. Первое, как вы все уже заметили, — выступающий подошёл к мозгу в банке и постучал по ней. — Это так называемая «Жижа». Мне удалось улучшить её химический состав, и она стала ускорять регенерацию клеток. Постоянно циркулирующий поток жижи не только омолаживает мозги, позволяя держать их в тонусе, но и открыл перспективы в искоренении неизлечимых до этого повреждений.

Профессор Слойки вновь сунул руку в карман, переключил презентацию и уже направил внимание присутствующих на неё.

— Обратите внимание на потемнение, — лазерной указкой он подметил пятна, что украшали теменную долю. — Раньше это было раковое развитие. Жижа не только заставила опухоль стагнировать, но и поспособствовала регрессу развития.

Сайрус еле сдержал едкую усмешку, заметив, как втянул в себя воздух, сидящий рядом Каиль и вцепился в своё кресло. Поскольку у того диагностировали ту же болезнь ещё несколько лет назад, но пока ему везло, и зараза не развивалась.

— Слойки, даже если это и так, — снова раздраженно выкрикнул кто-то из зала. — Человеческий мозг — это тебе не жёсткий диск. Рано или поздно он переполнится воспоминаниями, информацией и приведёт к сумасшествию. Так что не вещайте нам тут о бессмертии — это антинаучный сюр.

— Я понимаю ваш скептицизм, Нёрд, но, как я и говорил, сознание помещается в некое подобие нейросети цифрового пространства, — выступающий вновь сунул руку в карман халата, чтобы с помощью пульта переключить слайды.

Судя разномастной реакции и усиленному перешёптыванию, из-за сменяющихся слайдов с научными изысканиями профессора, многие всё же стали более доверительно относиться к его работе.

— Воздействуя механическим образом на мозг, память можно удалять частично и переносить даже из другого сознания. Правда этот процесс нужно будет ещё отточить, — продолжил свою речь приземистый мужчина на сцене. — Если тело будет уничтожено, то мы просто потеряем физическую единицу, а не накопленные знания и опыт.

— Всё, что я вижу сейчас — это голая не очень-то убедительная теория, — вновь раздался громкий голос Нёрда из зала. — Слойки, где доказательства и данные хоть о каких-нибудь исследованиях.

— О, данные исследований получат лишь те, кто сможет присоединится к моей работе, командование эту информацию пока держит в секрете. Доказательства же сейчас я вам продемонстрирую, — выступающий безумно улыбнулся и повернулся к синтетику, что стоял позади него в тени. — Сн–245.4–П6Б4, выполнить протокол «Твёрдые доводы».

Солдат сделал несколько шагов вперёд на свет, чтобы все его увидели и, достав пистолет, выстрелил профессору Слойки в голову. После чего спокойно вернулся на своё место. Раздался одинокий вскрик, и после в лектории повисла гробовая тишина. Присутствующие пребывали в шоке, не зная, как отреагировать на данную выходку выступающего. Через минуту начались перешёптывания, многие заметили белую слизь, присущую синтетикам, что вытекала из головы трупа вместе с кровью.

— Надеюсь, этой демонстрации достаточно, а то мне не хотелось бы повторять данный опыт, — натужным голосом проговорил Слойки, выходя из-за боковой кулисы на сцену. — Программа снижения болевого порога ещё не доведена до ума.

Он страдальчески морщился и держался за голову.

— Подождите, подождите, профессор! — выкрикнули вновь из зала. — Вы были синтетиком?

— Да, — подтвердил выступающий, почувствовав себя гораздо лучше. — Шесть лет назад, я должен был умереть от рака, но, как вы видели на экране, сейчас мой мозг практически чист.

— Так, Саймон, меня сейчас даже не волнует то, что ты сказал до этого, — произнёс Нёрд со своего места. — Как тебе удалось создать настолько реалистичную модель синтетического тела? Совершенно неотличимую от человека.

— Это уже, мои дорогие коллеги, вторая замечательная вещь, что я подметил в исследованиях о клонировании, — вернул на своё лицо самодовольную ухмылку учёный и вновь переключил демонстрационное изображение. — Из переработанной биомассы мы наращиваем плоть на остов — скелет синтетика. Наш мозг будет всё так же пилотировать тело, но уже удалённо, из более безопасного места. Таким образом, у нас улучшенный вид тела хомо сапиенса, но с отдельным мозгом.

Саймон Слойки подал знак синтетику и тот увёз его мозг со сцены, а демонстрация над ним погасла.

— Это наше будущее, господа, бесконечный и взаимозаменяемый человеческий ресурс, с гигантской накопительной базой опыта и знаний, — начал свою заключительную речь выступающий, сунув руки в карманы. — Постепенно можно будет заменить все ключевые единицы на кораблях и рабочих тоже, чтобы уже не опасаться кого бы то ни было потерять. Теперь никакого регресса, только путь к совершенствованию. Со временем, возможно, мы сможем даже избавиться от угнетающих человечество слабостей и потребностей.

— Хм, это замечательный вариант для умирающих и тяжело больных, — прозвучал из полумрака зала голос Джастина. — Добровольно вряд ли кто согласиться стать мозгами в банке. Ещё нужно будет изучить морально этический вопрос данной вариации вашего будущего.

— О, коллеги, этика меняется пропагандой в течении десятилетия… двух, а по началу никому и не нужно будет знать о подмене, — проговорил Слойки, почёсывая подбородок. — Я уже провожу опыты на экипаже, и никто ещё не догадался о том, что он синтетик. Дабы дать вам пищу для размышления, даже среди вас уже есть новые «люди».

Учёные переглянулись, не зная, что и думать. Никто из них не ощущал себя искусственным, всем казалось, что Слойки просто лжёт, чтобы запутать их в своём безумии, но нарастающий гвалт голосов смолк, когда поднялся со своего места капитан.

— Саймон, я услышал достаточно, — громко произнёс Сайрус Торн и достал из кармана сигару. — Приказываю заняться доведением исследований до совершенства, приоритет самой высокой важности. Так как вижу огромный потенциал. Назначаю тебя ведущим учёным флагмана, можешь использовать любые ресурсы нашего корабля, соседей пока не стоит беспокоить.

Подкурив сигару, капитан вышел из лектория, не дожидаясь ответной реакции на свои слова, её, впрочем, и не последовало. Вслед за капитаном поднялся его помощник.

— Надеюсь, все присутствующие помнят, что подписали бумагу о не разглашении, — холодным взглядом осмотрел сидящих учёных Каиль Фергс. — Нарушение карается выходом в космос, как личным, так и семейным. Также это относится и к лицу, узнавшему данную информацию от вас.

Эпизод 9

Араши сидела в парковой зоне на четвёртой палубе ожидая. Она отдала в отдел снабжения очередной список Люмин и теперь нужно было убить время, пока его собирают. На центральной площади ничего не происходило, люди лениво прохаживались из стороны в сторону, не было даже назойливых детей. Девушка хотела зайти ещё в лавочку, чтобы набрать еды и каких-нибудь вкусностей для Дживса, но она была закрыта. Идти в другую ей не хотелось. После вчерашней беготни по 38 палубе для замера показаний датчиков ноги у жительницы верхних палуб буквально отваливались. Поэтому оставалось только сидеть на лавочке, смотреть на танцующий в разных режимах фонтан и слушать искусственное пение неведомых ей, давно вымерших, птиц.

Лампочка на коммуникаторе Араши замигала, сообщая о входящем вызове, открыв небольшой экран передатчика девушка увидела в помехах незнакомое лицо лысого мужчины с довольно отталкивающей внешностью.

— Это частная линия, откуда у вас код доступа? — спросила она у него.

— Гляди-ка и правда дочь капитана! — удивлённо проговорил позвонивший и лицо говорившего сменило ещё несколько образов окружающих его товарищей.

— Вы не ответили на мой вопрос, — попробовала придать жёсткости в голос Араши.

— Да это, не злись, девчуль, мне Дживс его подогнал, — произнёс мужчина.

Жительница верхних палуб нахмурилась, поскольку она дала код доступа к своей линии связи жителям 38-й палубы только для критических ситуаций, а теперь он пошёл порукам.

— Ты не переживай, пока что, но руки ноги мы ему очень хотим переломать, — спокойно продолжил говорить мужчина с экрана. — В общем приходи на 26-ю палубу блок 3–12, отдел снабжения «Брюква».

— С ним всё в порядке? — спросила девушка с синими глазами, и вся злость на нерадивого парня сменилась тревогой.

— Да, пока вроде да, так немного бока намяли, но за дело, — усмехнулся незнакомец, посмотрев в сторону, почёсывая ухо. — А, да, я не знаю и знать не хочу, что там между вами, но твой дружок нарушил закон. Так что давай, это, без выкрутасов, а то его в космос гулять отправят.

— Скоро буду, — кивнула жительница верхних палуб и закрыла экран коммуникатора.

Она встала с лавочки и быстрым шагом направилась к центральному лифту. У самых его дверей дочь капитана подошла к двум синтетикам, что стояли там на охране.

— Араши Торн ½ запрос на сопровождение и охрану, приоритет высшей степени, — произнесла им журналистка.

— Слушаюсь, мисс Торн, сопровождение и охрана, — одновременно произнесли стражи и, вытянувшись по струнке, шагнули ей за спину.

Пока девушка спускалась на лифте, она перебрала множество вариантов, что же могло случиться с Дживсом. Вариантов было настолько много, что она так и не смогла выбрать ни единого, чтобы продумать дальнейшую стратегию действий.

Араши уже привыкла, что нижние палубы сильно отличаются атмосферой и местным колоритом от верхних. Спустившись на 26-ю, она окунулась в кричащее разнообразие запахов специй, затхлости и немытых людей. Коридоры были в разы уже, нежели улочки верхних палуб. Обшарпанные ржавеющие стены иногда выглядели гораздо хуже, чем на той же 38-й. Пассажиры сновали туда-сюда по своим делам, кто-то просто сидел или лежал, забившись в угол, кто-то просил подать, один из мужчин спокойно справлял нужду прямо в коридоре, что повергло дочь капитана в шок. Благо, завидев двух синтетиков с иглострелами на перевес, что возвышались позади хрупкой девушки, местные предпочитали расходиться и не приставать к ней.

Войдя в «Брюкву», Араши сразу же направилась к лысому мужчине, что связывался с ней через коммуникатор.

— Удачно приземлиться у нас, девчуль, — произнёс он, выпрямляясь.

От журналистки не утаилось, что улыбка его была натянутой и нервной. Видимо, синтетики всё же, как фактор устрашения, помогут ей.

— Араши или мисс Торн. Попрошу в дальнейшем воздержаться от вульгарности, — твёрдо произнесла дочь капитана, стараясь не выдать того, что и сама нервничает. — Где Дживс?

— Да он здесь, здесь, дев… мисс, — затараторил владелец этого заведения, но быстро взял себя в руки. — Этот сорванец решил, что сможет украсть у меня, и был пойман за руку. Вы, думаю, не хуже меня знаете, что за такое лишь дорога по ту сторону шлюза.

— Что он украл? — не церемонясь, спросила Араши.

— Да так, всего по мелочи, — произнёс мужчина. — Уж больно руки у парня загребущие.

— Покажите? — вновь потребовала девушка с синими глазами, уже немного совладав со своими нервами.

— Э, не, красавица, — протянул снабженец. — Так дела с Грабом не делаются. Твой парень украл у меня, и я должен был его сразу сдать внутренней безопасности, но я любезно его придержал до твоего прихода, — он сложил руки на груди. — Покровительство преступника тоже сильное обвинение, а риск, как известно, жетоном красен, — он надел на лицо свою самую суровую маску и твёрдым голосом выдвинул условие: — Двадцать жетонов верхних палуб.

— Это слишком много… — начала говорить Араши, но владелец заведения перебил её.

— Твоя фамилия Торн, для тебя это явно приемлемая сумма.

— Вот именно, что я Торн, что, думаешь, будет, если я пожалуюсь внутренней безопасности на нечистого на руку дельца, — решила девушка немного повысить градус угрозы, пользуясь привилегией по праву рождения. — Аналитическому отделу только дай возможность списать лишний рот.

Воцарилось напряжённое молчание, Граб забегал глазами, но всё же совсем сдаваться не хотел, к тому же его подчинённые, что сидели по углам, внимательно следили за ситуацией.

— Слушай, девчуль… Араши, — начал он, более дружелюбно, облокотившись на стойку. — Я честный снабженец, у меня украли – и я хочу получить что-то весомое за то, что иду на сомнительную сделку.

Мужчина наклонился ниже, чтобы что-то прошептать гостье, но синтетики направили на него оружие. Граб сразу же отклонился и примирительно поднял руки.

— Да, у тебя тут два грозных болвана с оружием, а у меня –восемь человек, и все не лыком шиты, — позволил он себе нервную усмешку. — Эти увальни постреляют, конечно, моих, потом и внутренняя безопасность прибежит, но тебе и Дживсу от этого легче уже не будет. Поэтому давай договоримся без обиняков и угроз. Все жить хотят.

— Хорошо, — еле-еле сдержала вздох облегчения дочь капитана. — Жетоны верхней палубы, сам знаешь, очень дорогие, и если на нижних палубах они появятся в таком количестве, то заинтересуют безопасность, а тебе ведь не нужно лишнее внимание? — начала рассуждать логически девушка с синими глазами. — У меня с собой три жетона, могу выдать сейчас и вечером пришлю синтетика с другими жетонами на твой выбор, как тебе такое условие?

— Хм… — Граб почесал небритый подбородок и переглянувшись с некоторыми из своих парней сразу решил уточнить цену. — Два технических, десять на алкоголь, и двадцать дополнительных паек.

— На алкоголь я не могу брать, — неуверенно сказала дочь капитана и сразу же пояснила: — Иначе отцу доложат, я ещё несовершеннолетняя. Десяток второстепенного снабжения подойдёт?

К её облегчению Граб не стал пререкаться и, пожав плечами, кивнул.

— Вот и договорились.

Араши протянула ему руку, так как этикет требовал закрепить устную сделку рукопожатием. Владелец «Брюквы» тоже протянул руку, но в последний момент отдёрнул и завёл её за голову.

— Не в обиду, Торн, — улыбнулся он. — Попачкаю твои нежные ручки, но мы договорились, — обернувшись, он крикнул одному из своих работников: — Приведите эту крысу.

Араши положила на стол жетоны и стала ждать Дживса. Вскоре парня привели. Глаз у того заплыл полностью, бровь была разбита, а под носом уже запеклись дорожки крови.

— Сама понимаешь, поймали на горячем, вот и вспылили, — вновь поднял руки в примирительном жесте Граб под осуждающим взглядом гостьи. — Ничего личного.

— Пойдём, шпендель, — сухо проговорила девушка жителю 38-й палубы и уже сделала шаг, развернувшись, но тот решил высказаться.

— Эй! А где моя сумка с вещами?! Я там за всё заплатил… практически, — возмутился Дживс, глядя на хозяина отдела снабжения.

— Конфискована, моральный ущерб и всё-такое… — сурово начал Граб, но помощник инженера с 38-й его перебил.

— Я тебе такой моральный сейчас… — воскликнул он, но Араши дёрнула его за плечо. — Да ни звезды! Там закрепы для фюзеляжей. Мне Люмин голову оторвёт, если я без них приду.

— Дживс, заткнись, — в повышенном тоне отдёрнула она его и вновь подошла к стойке. — Верните его сумку, то, что украдено, заберите обратно.

— Не, Торн. Мы с тобой договорились о его тушке и только, но не о пожитках, — вновь сложил руки на груди лысый мужчина, показав всю свою решимость не уступать.

— Цена? — со вздохом спросила девушка. — Только не наглей.

— Араши, да этот чёрт… — возмутился житель 38-й.

— Заткнись уже! — прикрикнула дочь капитана на него и, посмотрев на одного из синтетиков, обратилась к нему. — Выведи его отсюда и подождите снаружи.

Сопровождающий жительницу верхних палуб молча кивнул и, взяв за шкирку пацана, просто выволок его наружу. Когда ничто уже не могло прервать их разговор, девушка повернулась к Грабу.

— Не наглея если… твои серьги, — назвал хозяин «Брюквы» свою цену.

— Ты же знаешь, что камни поддельные? — решила уточнить Араши на всякий случай. — Настоящие драгоценности давно интегрированы в системы кораблей.

— Конечно же знаю, Торн, — кивнул Граб, оскорбившись, что его поучают таким простым истинам. — У них оправа из платины, каждая по семь-восемь грамм примерно и это уже весомо.

Желая уже поскорее закончить это приключение, девушка решила не торговаться и согласилась с неоправданно завышенной ценой. Жительница верхних палуб просто сняла серьги и вручила их мужчине. Тот в свою очередь достал из-под прилавка знакомую сумку и открыл.

— Всё по-честному, я заберу своё, — уточнил владелец отдела снабжения, и его собеседница кивнула в знак понимания.

Граб начал рыться в сумке Дживса, извлекая сворованные у него вещи, ими оказались — четыре пакетика шипучки, какой–то тросик, две резиновые прокладки для клапанов, видимо, металлический кубик с проводами неизвестного для девушки назначения и, что больше всего удивило Араши, потрёпанная бумажная книга с яркой обложкой. «Принцесса–воришка» прочитала она название и не смогла сдержать ироничной улыбки. В конце сказки главную героиню, как раз-таки поймали на неоднократной уже краже, и она понесла наказание.

— Это всё, — протянул ей сумку владелец заведения. — Приятно было иметь с вами дело, жду остаток оплаты вечером.

Торн молча кивнула и, забрав имущество помощника инженера, вышла.

— Араши, ну пыль комете под хвост, этот жук… — заговорил Дживс, идя рядом с ней.

— Обычно в таких случаях говорят «спасибо», — прервала его девушка. — Я очень зла на тебя.

— Да, точно, прости, пожалуйста, спасибо большое, — сразу стушевался он, поняв, что зашёл слишком далеко. — Выручила.

— Какой орбиты ты вообще воруешь? — резко остановилась дочь капитана, посмотрев на идущего рядом. — Я вам сейчас всё необходимое предоставляю и даже больше!

— Ну… — замялся парень и виновато опустил взгляд. — Это уже как привычка, да он бы и не заметил… зря я книжку схватил.

— Так, всё остальное я могу понять, но зачем тебе этот пережиток прошлого понадобился? — спросила она, возобновляя движение. — Уже тысячу лет как все электронными носителями пользуются.

— У меня нет интеркома, чтобы читать, — обиженно произнёс Дживс. — У Люмин – сломан, а из бумажных у неё только технические инструкции.

— Я думаю, тебе полезно будет… — Араши недоговорила, поскольку в неё чуть не врезался нетрезвый пассажир, но один из сопровождающих во время его оттеснил. — Полезно будет почитать инструкции, чтобы начальница тебя балбесом поменьше называла, — закончила собеседница свою мысль.

— Я по слогам с трудом читаю, родители не научили, надзирателям в приюте это и подавно не нужно было, — хмуро пробурчал себе под нос парень. — А Люмин не умеет учить, она только подзатыльники раздаёт хорошо и принижает.

— Понятно, — тихо произнесла Араши, даже не зная верить ли в эту историю.

Насколько же сильно отличался её мир от мира жителей 38-й. Ей повезло родиться дочерью капитана, у неё было всё самое лучшее всегда, и девушка никогда не знала нужды ни в чём. Жители верхних палуб слишком оторваны от действительности внизу. Для многих такие, как Дживс, Люмин и тот же Граб со свитой, всего лишь цифры в статистике. Возможно, когда она примет командование, то сможет улучшить жизнь для них. Пока всё, что девушка могла, это лишь помочь одному такому сироте.

— Если поклянёшься мне больше никогда не воровать, то я тебе принесу интерком с сотней книг и научу читать, — сделала Араши предложение помощнику инженера. — Будем учиться, пока Люмин гуляет, а без меня будешь закреплять результат.

— Правда? — воскликнул парень, изумлённо посмотрев на неё и тут же вытянувшись по струнке, торжественно произнёс: — Клянусь, что никогда больше не возьму ничего чужого.

— Вот и прекрасно, — улыбнулась дочь капитана, заходя в кабинку одного из лифтов. — Тогда увидимся позже.

— А, Араши, — окликнул её Дживс, и девушка придержала закрывающиеся двери. — Не говори, пожалуйста, Люмин о сегодняшней истории, а то она меня прибьёт.

— Посмотрим на твоё поведение, — усмехнулась Торн, отпуская закрывающуюся дверь.

Эпизод 10

– Да твою ж звезду! – воскликнула Люмин, погребённая под кучей проводов, из выпотрошенной консоли.

– Ты в порядке? – обеспокоилась стоящая рядом с ней Араши.

– Не переживай, Синеглазка, тряхнуло немного, что не удивительно в этом бардаке, – зашевелившись инженер, вытянула руку из переплетения электролиний и указала пальцем на ящик с инструментами. – Подай мне тангенциальный вращатель.

Жительница с верхних палуб присела рядом с рабочим инвентарём и стала его разглядывать, пытаясь понять, какой именно из них понадобился заключённой на 38-й.

– С четырьмя зубчатыми шестерёнками на головке и серой ручкой, – спустя непродолжительное время, пояснила красноволосая девушка.

– Тут нет такого, – осведомила Торн свою собеседницу, внимательно всё рассмотрев. – Есть вот такой с синей рукояткой, он?

Расправив провода руками, словно копну непослушных волос, Люмин взглянула на инструмент в руках Араши.

– Ага, он самый, – произнесла девушка и вновь скрылась в недрах консоли вместе с нужным ключом. – Видимо, Дживса тоже током ударило, и он изоленты намотал, – проговорила старший инженер. – Ну хоть в чём–то соображает.

– Рыцарь, вызывает принцессу приём, – протрещала рация на поясе дочери капитана и говоривший, не дав возможности ответить, продолжил: – Я почти управился, как там дела у страшилы?

– Чего?! – воскликнула громко Люмин, и послышался срежет металла о метал. После чего громкий звук короткого замыкания. – Я этого барана на вертел накручу, что бы это ни значило, – простонала старший инженер от боли.

Араши выпрямилась и посмотрела в глубину тёмного туннеля секции 2–17. Периодические вспышки сварочного аппарата высвечивали вдали помощника жительницы 38-й.

– Дживс, у меня нет гарнитуры, и Люмин тебя прекрасно слышит, – уточнила Торн, зажав кнопку рации. – Грозится тебя мордой об иллюминатор ударить.

– Ой! – протрещала рация испуганным голосом второго обитателя этой палубы. – В общем, мне немного осталось.

– Скажи этому балбесу, чтоб сварочный аппарат закрепил и сам подстраховался, – сердито проворчала старший инженер из-под консоли. – Если не хочет, чтобы его размазало ровным слоем по стенам, когда двери разгерметизируются.

– Зафиксируй оборудование и себя перед открытием дверей, Люмин говорит, – передала наставления дочь капитана Дживсу.

– Уже, – отрапортовал тот в ответ. – Я дурак, но не до такой степени.

– Да чтоб тебя с орбиты снесло, вставай давай! – прорычала старший инженер 38-й палубы.

Послышались звуки ударов стали о сталь с неразборчивыми ругательствами. Сразу же после этого консоль засветилась и на экране зажглась информация о сбое в программе диагностики.

– Заработало, –сообщила Араши ей.

– Прекрасно, – удовлетворённо произнесла девушка с красными волосами, выбираясь из-под проводов. – Принцесса и рыцарь? Что ещё за история?

– Он сейчас много сказок читает, вот и фантазирует тайком от тебя, – ответила гостья.

– То, что читает – это хорошо, но лучше что-нибудь полезное ему принеси, – спокойно ответила Люмин, с силой впихивая необъёмную бороду проводов под консоль. – В нашей работе фантазировать нельзя, нужно чётко знать инструкции и действовать строго по предписаниям.

– Забивать что-то с ругательствами, тоже по инструкции? – сразу же спросила Араши, нащупав слабое место в доводах собеседницы.

– Это рабочее допущение, – усмехнулась инженер, закручивая стенку консоли на место. – Делай скидку на то, что здесь всё проржавело и развалилось от времени.

– Так, по-моему, наоборот тут нужно прилагать немалую фантазию, чтобы понять, как всё это починить, когда инструкции не помогают, – заключила дочь капитана.

– Синеглазка, умная, что ли, такая, – задала жительница 38-й палубы риторический вопрос, и та улыбнулась, поняв, что одержала победу в перепалке. – Да, пусть представляет себя кем хочет, – сдалась наконец Люмин, стуча пальцами по экрану консоли. – Главное, чтобы работал и не пытался меня спящую поцеловать, а то я ему шею быстро сверну.

Араши не смогла сдержать смех, а красноволосая девушка лишь недовольно посмотрела на неё.

– Не вижу в этом ничего смешного, – пробурчала она. – Дживс, во-первых, работает спустя рукава, во-вторых, от него воняет постоянно чем–то, в-третьих, он мелкий.

– Прости, не хотела, тебя оскорбить, – извинилась жительница верхних палуб. – То есть, если бы он был постарше и чисто вымыт, нормально работал, ты с ним поцеловалась бы?

Люмин передёрнуло от этого вопроса, и она застыла на мгновение, чтобы вспомнить, куда нажимать дальше.

– Определённо нет, – выдавила наконец инженер из себя. – Он меня не интересует, меня вообще это не интересует, – продолжила девушка с 38-й, но в голосе заметно появилась нервная дрожь. – Не лезь ко мне вообще с этой глупостью. Сама с ним целуйся, если так хочешь.

– Не, не! Прости, Люмин, действительно разговор ушёл в неизведанные дали, – сразу запротестовала Араши.

Дочь капитана молча смотрела, как вспышки сварочного аппарата освещают вдали коридор и Дживса. Старший инженер сердито стучала пальцами по консоли, пытаясь настроить диагностику систем. Никто не хотел прерывать молчание, затянувшееся после глупого и неловкого разговора.

– А ты… – не уверенно начала Араши.

– Да спрашивай уже, – со вздохом разрешила красноволосая девушка.

– А ты целовалась вообще? – закончила мысль собеседница.

– Да, было как-то, мы играли в дуратскую бутылочку и пришлось поцеловать нескольких парней и девчонку, – ответила Люмин.

– Девчонку? – удивлённо воскликнула Торн. – И каково это было?

– Приятнее, парни много пили тогда, а ещё один из них чересчур перебрал тогда и позволил себе лишнего… – сухо ответила инженер.

– В смысле он… что?

– Ничего, забудь об этом, – недовольно отозвалась собеседница и оторвалась от консоли. – Это было больше одиннадцати лет назад, и нас тогда профессор, у которого я была на попечительстве, заметил. Я больше никого из них не видела.

Вновь воцарилась напряжённая тишина, но затянутся ей не дал треск рации.

– Я закончил! – радостно возвестил Дживс. – Нагнетание давления уже пошло, держитесь там. Стабилизаторам атмосферы понадобится время после открытия отсека.

Люмин не задумываясь пристегнула страховочный трос с пояса к консоли, но тут же обернулась на Араши. Техника безопасности для старшего инженера была настолько обыденным делом, что она даже ни на миг не задумалась, что их гостье с верхних палуб эти правила неизвестны. Двери в отсек 2–18 с жалобным скрипом в глубине туннеля начали открываться. Вакуум закрытого отсека с рёвом начал жадно вытягивать воздух из их помещения, поскольку система жизнеобеспечения там только начала набирать обороты.

– Синеглазка, твою ж звезду!

Люмин схватила за ворот одежды Араши, притянув к себе, вцепилась руками и ногами в неё, чтобы удержать непутёвую дочь капитана. Порыв уходящего воздуха дёрнул их в коридор, но страховочный трос удержал обоих. В шуме ревущего ветра жительница 38-й отчётливо расслышала панический крик той, но закрыв глаза, она до боли в конечностях держала её.

Зелёный отсвет на консоли неслышимым им пиликаньем возвестил о работе вентиляции и вскоре ветер стих. Две девушки повалились на пол и застыли, всё ещё не веря, что опасность ушла.

– Араши, ты в порядке? – испугано спросила Люмин, поднимаясь на руках, чтобы разглядеть её под собой. – Дживс, сюда быстро!

– Нет! Не зови его, – сразу же воскликнула Торн, вцепившись в инженера, притянула её к себе. – Не вставай, вдруг увидит.

– Ты чего? – удивлённо посмотрела на неё сверху вниз девушка с красными волосами и тут же протянула, поняв всю постыдность ситуации. – А-а-а-а-а… понятно.

– Я не хочу, чтобы он видел, Люмин, пожалуйста! – жалобно проскулила дочь капитана под ней. – Мне так стыдно.

– Шпендель! Свинти обратно в отсек, проверь его, – рявкнула начальница бегущему к ним парню.

– Чего? Ты определись там уже, – возмутился Дживс, замедляя ход.

– Исчез в туманность, пока я тебе кабину не разнесла! – пригрозила ему Люмин.

Бормоча проклятья себе под нос, помощник старшего инженера развернулся и поплёлся обратно во тьму, вновь открывшегося отсека.

– Нет, – удержала гостья Люмин, когда та начала вставать.

– Слушай, ты испугалась, это нормально, ничего постыдного я в этом не вижу, – попыталась образумить её жительница 38-й. – К тому же, нам всё равно придётся встать, я не буду ждать, пока ты высохнешь.

Слова не подействовали и дочь капитана, так и не отпустила её, но всё же чуть ослабила мёртвую хватку.

– Я с четырёх лет в кровать не писалась, а тут… – жалобно проскулила она.

– Араши, поверь это дурная, но совершенно нормальная ситуация, – спокойно произнесла Люмин. – Посмотри на меня, – собеседница открыла заслезившиеся глаза. – У меня было и гораздо хуже. Пойдём ко мне в каюту, примешь душ и переоденешься.

Жительница верхних палуб отпустила подругу, и та помогла ей встать. Дочь капитана старательно пыталась прикрыть мокрое пятно на светлых штанах, Люмин же вежливо отвернулась и пошла первой.

Спустя десятиминутное молчаливое шествие по безжизненным коридорам 38-й палубы, Араши всё же решилась задать вопрос своей спутнице.

– Люмин, а говоря, что у тебя было хуже, что ты имела ввиду?

– Тебе станет легче, если я расскажу? – со вздохом обронила через плечо старший инженер.

– Да, наверное, – сразу же ответила дочь капитана, но потом замялась. – Не уверенна.

– Четвёртый или пятый год моей жизни тут, я настолько впала в уныние, что прекратила работу и утратила всякую волю к жизни, – начала она своё повествование. – Я тогда крепко подсела на алкоголь и дурманящую гадость, что получала перегонкой различных жидкостей по трубам, – инженер замолчала на некоторое время, собирая волю в кулак, чтобы вновь окунуться в не самое приятное воспоминание. – Практически полтора месяца я слонялась бесцельно по палубе напиваясь до отключки и постоянно пребывала в неадекватном состоянии. Ходила под себя и спала, где упаду. Несколько раз ловила себя на том, что стою в шлюзе, готовая выйти в космос без скафандра.

– Это ужасно… – тихо проговорила Араши.

– Ага, когда одежда стала нестерпимо вонять, я избавилась от неё, – кисло усмехнулась говорившая. – Но быстро поняла, что вонь идёт от меня. В общем так и бродила я жалким подобием человека… – говорившая прервалась, остановившись перед не открывшейся дверью. – Да, чтоб тебя космос побрал! Работай давай! Я тебя только вчера же починила.

Люмин со злостью ударила несколько раз по кнопке открытия дверей, но та не двинулась с места. Раздражённо фыркнув, инженер сняла с пояса отвёртку и принялась разбирать запорный механизм перегородок между отсеками.

– Моя ситуация, по сравнению с твоей, конечно, меркнет, как звёзды в чёрной дыре, – согласилась с прошлым заявлением собеседницы жительница верхних палуб.

– О… Синеглазка, погоди, это ещё не конец, – проговорила девушка с красными волосами.

Замкнув нужные провода, старший инженер дождалась, когда дверь откроется, и пошла дальше.

– Я не делала практически запросов на еду и в какой–то момент просто свалилась от истощения, – продолжила свой рассказ заключённая на 38-й палубе. – Профессор, что присматривал за мной, не получив мой ежемесячный отчёт, забеспокоился и спустился сюда… нашёл меня в таком состоянии. Голую, грязную в луже собственных… ну ты поняла, – Люмин замолчала, Араши не решалась нарушить тишину. – Вот это действительно постыдная ситуация. Он потом меня недели две выхаживал и вправлял мозги на место, а я даже взглянуть на него не могла, настолько мне плохо было от всего этого.

– Я бы умерла прямо там на месте, расщепившись на атомы от стыда.

Девушки засмеялись и между ними вновь воцарилась непринуждённая атмосфера, хоть никто из них так не считал.

Эпизод 11

Двери лифта открылись, и Араши шагнула на 38-ю палубу, пройдя немного, она вышла в центральный блок и осмотрелась. Люмин сидела к ней спиной на столе и завтракала, просматривая на демонстрационном экране репортаж или презентацию. Гостья обратила внимание на видеоряд и поняла, что речь идёт о единственном эвакуационном челноке экспансии для самых выдающихся членов экипажа – «Звёздное небо».

Заметив прибытие гостьи, инженер щёлкнула переключателем и изображение застыло.

– Ты чего это пришла? Мы вроде не планировали сегодня ничего такого, – вместо приветствия спросила она.

– И тебе доброе утро, – вежливо произнесла собеседница, подходя. – Честно говоря, я пришла, потому что скучно.

Дочь капитана уселась на край стола, рядом с красноволосой обитательницей 38-й палубы, поскольку единственный стул, что тут находился, был завален различными металлическими деталями.

– Вот уж не думала, что наверху бывает скучно, - усмехнулась инженер и вернулась к еде. – Есть хочешь?

– Нет, спасибо, я завтракала, - вежливо отказалась девушка с синими глазами. – Наверху на самом деле гораздо скучнее, чем здесь. Нет, если у тебя есть необходимые жетоны, то ты непременно найдёшь себе развлечение, но подобное не для меня.

– Чем же ты занималась до того, как зажглась идеей навести тут порядок?

Люмин повернулась полубоком и, прицелившись, запустила пустую миску в бак с грязной посудой у противоположной стены. Улыбнувшись своей победе, девушка таким же метким броском отправила ложку вслед.

– Ты может и будешь смеяться, но я вроде как начинающая журналистка, – пожала плечами Араши. – Расследовала различные тайные дела командования или скандальные ситуации, делала репортажи о событиях корабля и освещала это всё в общей сети. Училась всякому.

– Ну, не вижу тут ничего смешного, неплохая деятельность, – произнесла инженер, наливая себе в стакан бордовой бурды с комками. – Будешь?

Жительница верхних палуб еле сдержалась, чтобы не поморщится, глядя на подозрительную субстанцию. Всё же из вежливости решила попробовать. Сделав небольшой глоток, девушка сразу же вскочила и отбежала к баку с грязной посудой, чтобы выпустить подкативший к горлу завтрак. Ухватившись руками за края бочки, она стояла несколько минут тяжело дыша.

– Что это? – с трудом выговорила Араши, утирая слёзы, проступившие на глазах.

– Понятия не имею, – спокойно ответила Люмин, делая изрядный глоток бордовой жидкости. – Дживс гонит эту бурду из перегнивших ягод, через охладитель и теплообменник. На вкус отвратно, зато бодрит.

Старший инженер качнула в сторону гостьи стакан, будто делая молчаливый тост и залпом выпила его содержимое. Красноволосая девушка зажмурилась, задержав дыхание, и сжала кулаки, после чего громко выдохнула. Лицо у неё покраснело и на глазах тоже проступили слёзы.

– Вот так это нужно пить, – натужным голосом произнесла Люмин. – Дело привычки.

Араши отвернулась и вновь зависла над баком, борясь с рвотными позывами, как только они прошли, девушку немного затрясло от стыда.

– Люмин, прости? Я не подумала, не хотела, чтобы на пол… – начала она робко извиняться, но жительница 38-й палубы отмахнулась от неё.

– Забей, Дживс вымоет в конце недели, его очередь, - старший инженер задумалась и улыбнулась. – Как и на прошлой, и на позапрошлой…хм… надо его ещё на чём-нибудь подловить, чтоб месяц уже добить.

– Издеваешься над парнем, а он, как только ни старается тебе угодить, - вступилась дочь капитана за помощника инженера.

– Одного старания мало, – парировала Люмин и спрыгнула со своего места. – В половине случаев за ним всё переделывать приходиться.

Инженер подняла с пола тяжёлый таз полный грязных железяк, неизвестного гостье назначения, и с грохотом поставила его на стол. После чего забралась обратно и уселась рядом.

– Синеглазка, раз тебе скучно, то помоги тогда мне очистить весь этот шлак, – девушка с красными волосами протянула собеседнице металлическую щётку. – Или боишься запачкать свои нежные ручки?

Араши недовольно с сузила глаза, но приняла вызов от Люмин. Сняв белую куртку, она засучила рукава и уселась рядом с ней.

– Мои ручки хоть и нежные, но работы не боятся, – спокойно ответила Торн.

– Короче, вот это всё надо оттереть, – старший инженер указала на ржавчину и комки мазута на детали. – Не до блеска космических светил, конечно, но чтобы норм было.

– Объяснять ты, конечно, умеешь, - улыбнулась темноволосая девушка, принимаясь за работу.

– Нормально сказала, – по-дружески пихнула её собеседница локтём в бок. – Кто понял, тот понял.

Они засмеялись и полностью сосредоточились на работе. Через некоторое время Люмин вновь щёлкнула переключателем и репортаж о «Звёздном небе» возобновился.

– Подумать только, спасение человечества вот оно рядом, но оснастить большие корабли подобным двигателем не представляется возможным, – выговорила свои мысли вслух дочь капитана, когда видео про спасательный челнок подошло к концу.

– Ну да, самая технологическая приблуда экспансии, - кивнула инженер. – Знаешь, что странно. Вот если разобрать два соседних корабля, то не хватит ресурсов даже на движок для флагмана, – Люмин броском послала чистую деталь в контейнер, что стоял рядом. – Так если в экспансии нет ресурсов, почему бы их не поискать на ближайших планетах.

– Ну ты тоже скажешь, – улыбнулась Араши. – Изменение курса, подготовка и высадка на планету займёт от двух до пяти лет. Неизвестно сколько продлится разведка и поиск месторождений, потом добыча необходимого для производства, – начала перечислять она все негативные пункты плана собеседницы. – А если не найдётся всего, то всё по новой только дольше. Ни один капитан на это не пойдёт.

– Ну да, никому не хочется иметь запись в бортовом журнале о себе – затормозил движение экспансии на двадцать лет, но спас её полностью или приблизился хотя бы к этому, – фыркнула девушка, натирая последнюю деталь. – Лучше пустить всё на самотёк, ждать, когда развалятся последние три корабля из девяти, усадить свои жирные командные жопы на спасительный челнок с единственным во всей вселенной прыжковым двигателем и сдохнуть во тьме космоса.

– Я понимаю твоё негодование, – согласилась с ней дочь капитана, отложив щётку. – Это просто очень рискованно и может привести к гибели, а не спасению. Никто не возьмёт на себя такую ответственность.

– И даже ты? – спросила Люмин у Араши напрямую, и та сразу растерялась, не найдя ответа.

Девушки молча отвернулись друг от друга и воцарилась неловкая тишина. Инженер жалела об уже заданном вопросе, но не знала, как лучше начать разговор, поскольку посчитала, что оскорбила собеседницу. Дочь капитана же задумалась о словах заключённой на 38-й палубе. Араши понимала, что та намеревалась сказать ей сказать. Торн и сама желала нести всему экипажу экспансии только благо, но… не знала, как объяснить, что не всё так просто. Что, даже будучи капитаном, она не сможет действовать только лишь по своей прихоти. Есть офицерский состав командования, есть элита общества без звания, есть капитаны и командование других кораблей. Что у каждой ячейки общества есть собственные мысли о том, как должны протекать дела, интриги, подковёрные игры, лизоблюдство и лицемерие. Политические союзы и договорные браки ради положения и влияния. Араши до сих пор удивлена и радуется тому, что отец не пытается силком выдать замуж, видимо, ему пока хватает его жестокой позиции силы, контроля и репрессий.

Девушка из высшего сословия просто не знала, как всё это объяснить той, кто не просто далёк от верхнего мира, а в принципе далёк от общества в целом.

– Ничего не могу тебе обещать, но… – решилась наконец Торн, нарушить тишину. – Когда я стану капитаном, я предоставлю тебе доступ к «Звёздному небу» и буду поддерживать.

Девушки обернулись друг на друга и долго смотрели в глаза. Каждая из них в тот момент почувствовала некую привязанность и благодарность, непонятное вдохновение наполняло их.

– Араши, спасибо за твою веру в меня, – произнесла наконец Люмин и решила увести разговор в другое русло, чтобы избавиться от непонятной ей неловкости. – Только тебе не стать капитаном с таким чумазым лицом.

Старший инженер попыталась стереть тёмное пятно с щеки собеседницы, но поскольку её руки были грязнее, сделала ещё хуже. После чего улыбнулась и размазала мазут сильнее.

– Люмин! – возмутилась девушка с синими глазами и потянула свои грязные руки к собеседнице.

Жительница 38-й палубы увернулась от угрозы и спрыгнула со стола, заливаясь смехом.

- Чумазека, чумазека, не быть тебе капитаном и полвека, - с совсем детскими издёвками принялась она убегать от подруги.

Эпизод 12

Старший инженер с 38-й срочно вызвала дочь капитана вниз. Сейчас две девушки шли по петляющим коридорам. Не выспавшаяся жительница верхних палуб заваливала свою красноволосую спутницу вопросами, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, но та не хотела ей отвечать конкретно и просто отшучивалась.

— В чём такая срочность? — вновь негодующе спросила Араши, идя вслед за Люмин. — Ты же говорила, что подготовка к открытию 3-й секции палубы займёт несколько дней, да и нужные тебе детали по списку ещё не нашли.

— Синеглазка, это старый корабль, тут постоянно, что-то ломается, — спокойно ответила собеседница, не ответив на вопрос. — Дживс нас уже ждёт, и твоя помощь просто необходима.

— Хм… ладно, — согласилась дочь капитана, поняв, что дальнейшие расспросы будут бесполезны. — Эта дорога разве не ведёт к техническому шлюзу?

— Ага, именно туда и идём, — кивнула инженер.

— Что-то случилось, когда ты гуляла? — обеспокоилась Торн. — Он всё-таки сорвал… как Дживс там постоянно пытается накосячить?

— Сорвать запорный вентиль, — усмехнулась Люмин. — Слушай, ты чего такая нетерпеливая? Помолчи и всё увидишь.

— Ладно, полагаюсь на тебя, — кивнула Торн.

Вместе девушки дошли до нужного отсека, и инженер, замкнув провода, открыла дверь в предбанник шлюзовой камеры. Араши давно задавалась вопросом, почему заключённая 38-й до сих пор не починила эту консоль, учитывая, как часто они ею пользуются. Ответ не сразу, но всё же пришёл к ней. Самовольные выходы в космос был запрещены, а если дверь всегда закрыта и вообще неисправна, то и вопросов вызывать не будет. Хотя, с другой стороны, на 38-й палубе не бывает гостей, только если сработает аварийная тревога, чего не случалось по словам помощника Люмин уже очень давно.

— Сюрприз! — прокричал Дживс, когда двери открылись и девушки вошли.

Парень стоял рядом со стойками для скафандров. Только вместо привычного одного комплекта для Люмин в нишах стояло два костюма.

— Эээ… спасибо… — неуверенно проговорила Араши. — А в чём сюрприз?

— Залазь в скафандр, Синеглазка, — усмехнулась красноволосая девушка, подходя к своему комплекту. — Я покажу тебе мир за пределами этой клетки.

— Спасибо, конечно, но я бы не хотела нарушать… — вновь потерялась со словами жительница верхних палуб. — Откуда у вас вообще второй скафандр?

— У нас ещё два есть, просто они не исправны, — осведомил её помощник инженера. — Этот тоже был немного поломан, но я его починил и вычистил хорошенько, а то меня в нём стошнило как–то.

— Вот теперь я точно не хочу в него лезть, — брезгливо поморщилась она и сложила руки на груди, не двинувшись с места.

— Бестолочь, не бухти лишнего, — Люмин отвесила парню подзатыльник и вернулась к застёжкам своего скафандра, попутно поясняя. — Араши, давай без паники, я проверила костюм и уже сама в нём вышла разок. Всё в порядке. Давай, от благодарностей не следует отказываться.

— Благодарности? — переспросила дочь капитана, не поняв о чём речь.

— Моей благодарности тебе за помощь, — пояснил Дживс, подходя к ней. — Было глупо полагать, что Люмин не догадается, что я влип в историю…

— Это точно, — перебила помощника инженер, уже практически полностью облачившись в костюм для космических прогулок.

— Она, — парень кивнул на начальницу. — Обещала мне руки ноги переломать, если я не придумаю, как тебя отблагодарить… и вот.

Дживс протянул собеседнице полупрозрачный шлем от скафандра, что предназначался теперь для неё.

— Для меня костюм ещё велик, но вот тебе в самый раз, — продолжал говорить парень с 38-й палубы. — Думаю, ты должна увидеть всю красоту космоса, находясь по ту сторону иллюминатора. Не зря же Люмин туда так часто бегает.

— Спасибо, — с улыбкой только и смогла выдавить из себя Араши.

Она часто получала разные подарки и все они по-своему были ценны, но то, что предлагал ей Дживс, было просто за гранью всего этого. К тому же жительницу верхних палуб тронули его искренние слова. Кивнув, она подошла к скафандру, и старший инженер со своим помощником помогли ей в него облачится.

Парень уже в привычной ему форме расположился у трубы с запорным вентилем и налёг на ключ, чтобы разгерметизировать внутренние заслонки шлюза.

— Смажь, балбес, — по привычке не глядя, произнесла Люмин, всё её внимание было приковано к Араши. — Проверка связи, Синеглазка, как слышишь?

Дочь капитана ответила, но глухой шлем поглотил звук её слов.

— Наклони голову влево… а не, с твоей стороны вправо, тогда подбородком кнопочку связи нажмёшь, — дала инженер инструкции собеседнице.

— Так… — затрещал коммуникатор голосом Араши.

— Да, только выжидай секунду, прежде чем говорить.

Люмин ещё раз обошла гостью с верхних палуб, убедившись, что всё в порядке, взяла за руку и повела в шлюзовую камеру.

Зайдя внутрь, инженер дала отмашку своему помощнику, и тот закрыл за ними дверь. Спустя несколько секунд воздух с шипением покинул окружающее их пространство, двери в космос открылись.

Лёгкое и странное чувство невесомости наполнило девушку с синими глазами. Её ноги даже отнялись от пола на краткий миг, но её спутница сжала ей руку и магнитные ботинки скафандра вернули ту на место.

— Так, смотри, на левой руке под большим пальцем кнопка ботинок. Одно нажатие – примагнититься, два быстрых – отпустить, — начала объяснять Люмин, прикрепляя их страховочные тросы к стене в шлюзовой камере. — На правой руке такая же кнопка, быстрые и короткие нажатия. Это придаст импульс твоему телу, не злоупотребляй, пока не обвыкнешься, — красноволосая девушка вернулась и встала напротив неё. — Под печенью, вот кольцо потянуть и почасовой и тогда страховочный трос затянет тебя обратно, чем больше оборот, тем быстрее притянет. Поняла?

— Вроде, — кивнула она. — Волнуюсь немного…

— Смотри не описайся, — усмехнулась Люмин.

Тело красноволосой девушки оторвалось от пола и устремилось в открытый космос на встречу миллиардам знакомых ярких звёзд.

Араши выключила магниты на ботинках и небольшими рывками покинула шлюз, не сразу поняв, как правильно направлять импульс тела в нужное ей направление.

— Эй! Синеглазка, не тормози, вперёд и к звёздам! — радостно протрещал коммуникатор голосом Люмин.

Старший инженер подлетела к спутнице и, обняв ту за талию, придала им ускорение. От неожиданности дочь капитана закрыла глаза, вскоре страховочный трос натянулся и остановил её полёт.

— Открывай свои синие глазки, не то проспишь всю красоту, — вновь произнесла жительница 38-й палубы.

Араши открыла глаза, и дыхание у девушки перехватило от вида, раскинувшегося перед ней. Чёрное полотно космического пространства было усеяно бесчисленными вкраплениями малых искорок звёзд, что мерцали невпопад, словно создавая немую музыку вселенной. Синий отсвет далёкой туманности иногда пульсировал небольшой вспышкой. Это невероятное пятно в неизведанной дали, казалось, осталось неизменным, но стоило лишь моргнуть, и туманность необъяснимо перекатывалась и клубилась, словно облака на небе из старых фильмов.

— Посмотри назад и направо, –посоветовала Люмин и Араши послушалась её совета.

Гостья с верхних палуб повернула голову, но всё тело повернуть не вышло, тогда подруга, взяв ту под руку развернула её.

Среди обрамления мириад звёзд всё также неуловимо изменчиво плыло мерцающее облако белоснежной пыли, что иногда отражало синюю пульсацию от туманности с другого края галактики.

— Я в жизни не видела ничего прекраснее, — выдохнула наконец Араши Торн и почувствовала влагу в своих глазах.

— Это комета, что пролетала мимо, пару месяцев назад, — сказала Люмин и переместилась, чтобы быть напротив подруги.

Они смотрели друг на друга, на восхищённые лица, что скрывались под полупрозрачными шлемами, которые отражали красоту космоса. Казалось, что их лица были частью этой неописуемой, очаровательно манящей и необъятной вселенной. Зелёные глаза Люмин и синие глаза Араши, словно огромные звёзды, блестели в этом полотне.

— Дживс, нас слышит? — спросила жительница верхних палуб у космической подруги.

— Я не только слышу, но и вижу вас, — послышался в помехах коммуникатора голос помощника инженера. — Вы как два ангела летаете.

— Спасибо тебе, Дживс! — поблагодарила Араши его. — Безмерная, как вселенная, тебе благодарность за это чудо! — искренне и от всего сердца произнесла девушка с синими глазами. — Кстати, кто такие ангелы?

— Не знаю, — протрещал комуникатор вновь голосом парня с 38-й. — Так в старину называли, прекрасных существ, что жили на небе и помогали людям.

— Потом поворкуете, — вклинилась Люмин в разговор. — А ты, шпендель, вернись на место и следи за давлением.

— Угу.

Девушки вновь оказались наедине, вдвоём в этой паутине неисчислимых звёзд. Гостья с верхних палуб посмотрела под ноги и увидела серую тень флагмана, что плыл под ними. Отсюда очень хорошо виднелась большая пробоина в корпусе на палубе 40.

— А с корабля нас, кроме Дживса, никто увидеть не может?

— Нет, мы почти под флагманом, а бегемоты обычно выше него летят, — улыбнулась Люмин, не переставая любоваться очарованным окружением лицом спутницы. — Ты можешь хоть на несколько минут прекратить думать и просто отдаться моменту.

С этими словами она оттолкнулась от подруги и улетела в сторону, оставив ту одну с невероятным космическим великолепием, что окружало и зачаровывало всё сильнее и сильнее.

— Ангелочки, не хочу вас расстраивать, — через некоторое время нарушил их безмолвное созерцание Дживс. — Но, видимо, из-за того, что вас двое давление скачет. Я, конечно, могу отключить подачу воздуха, но это вам не более десяти минут даст.

— Нет, не надо, мы возвращаемся, — командным голосом произнесла Люмин. — Араши, сбоку и потихоньку.

Девушка с синими глазами повернула кольцо, страховочный трос стал медленно тянуть её в чёрных зёв технического шлюза корабля. Она обратила свой взгляд на удаляющееся невыразимое великолепие космического пространства. Ловя последние мгновенья этой чрезмерно пленительной и яркой бездны.

— Следи за тем, куда летишь, — посоветовала ей инженер, подхватывая подругу в шлюзе. — Ботинки включай.

Араши примагнитилась к полу, и жительница 38-й палубы закрыла двери, отрезав их от открытого космоса. Несколько минут шло нагнетание воздуха, для выравнивания атмосферы.

— Хм…дольше, чем обычно, — задумчиво произнесла Люмин.

— Что-то случилось? — тут же обеспокоилась Араши.

Старший инженер не ответила, но от жительницы верхних палуб не утаилось, как сразу напряглось её лицо.

Внутренние перегородки шлюза разъехались в стороны, и камера заполнилась густым паром, что мерцал красным светом от сигнальных ламп тревоги.

— Твою ж звезду! — вскрикнула Люмин и бросилась в клубы тумана. — Сорвал-таки бестолочь!

Араши поспешила за подругой и обнаружила её у запорного клапана, с которым она уже сражалась.

— Вытащи этого балбеса отсюда! — проорал голосом жительницы 38-й палубы трещащий коммуникатор в шлеме дочери капитана.

Неуклюже наклонившись, Торн приподняла парня за плечи и тут же отпустила, дёрнувшись от страха. На раскрасневшемся лице появились струпья и вереница разорвавшихся волдырей. Обнажённые кровоточащие мышцы местами ужасали чуть ли не до тошноты. Собрав всю волю в кулак, девушка с верхних палуб наклонилась вновь и, стараясь не смотреть на обезображенного друга, с трудом потащила того в спасительную прохладу коридора. Волоком пронеся раненого несколько метров от двери аварийного отсека, Араши завалилась на спину. Через несколько секунд она пришла в себя и принялась барахтаться, снимая шлем скафандра. Освободив голову, она чуть не оглохла от завывания тревоги, но чисто инстинктивно сразу же подползла к Дживсу. Руки у неё затряслись, а на глаза навернулись слёзы, поскольку девушка не знала, чем помочь.

— Что с ним? — заблокировав дверь шлюза, спросила Люмин.

Инженер на бегу скинула шлем, приблизилась, и застыла от шока, увидев своего помощника.

— Нет… — тихо прошептала она. — Нет… криворукий ты… нет.

— Люмин, помоги мне расстегнуть скафандр, — крикнула дочь капитана заключённой на 38-й палубе подруге, но та никак не отреагировала. — Люмин, Люмин!!!

— А… что? — вырвалась инженер из транса.

— Помоги мне расстегнуть скафандр, чтобы я достала интерком, — начала объяснять Араши. — На тревогу отправят синтетиков, я сообщу, чтобы прислали медицинскую бригаду.

Обитательница 38-й всё ещё стояла, не сильно понимая смысл сказанных ей слов. Она посмотрела на умирающего друга, и страх потерь вновь вернулся к ней, парализуя и сковывая тело.

— Люмин! Твою ж звезду, комету тебе под хвост! Очнись, — жительница верхних палуб зашлась громкими ругательствами не присущими девушке её положения, но это возымело успех.

Старший инженер сразу же подскочила к ней и помогла расстегнуть скафандр, чтобы она смогла достать средство связи.

— Уходи, — коротко произнесла Араши, хватая Люмин за руку. — Уходи отсюда, меня не накажут, в отличии от тебя, — мгновение непонимания от собеседницы и девушка с синими глазами быстро заговорила. — Сегодня ничего не планировалось. Я, используя своё положение, заставила Дживса, — её голос дрогнул, но она продолжила: — Я заставила его выпустить меня в космос, вина полностью на мне! Люмин, я дочь капитана, мне ничего не будет! Уходи немедленно!

Араши оттолкнула от себя и раненого подругу и застыла на несколько мгновений в нерешительности, глядя на неё.

— Уходи и придерживайся моих слов, как бы тяжело не было, — продолжала говорить Торн, надеясь, что шоковое состояние Люмин позволяет ей воспринимать слова. — Я разберусь, я заставлю их ему помочь. Уходи, Люмин, обезопась себя!

Старший инженер сквозь слёзы посмотрела на Дживса, после снова на подругу и кивнула. Собравшись духом, она отвернулась от них и, подняв свой шлем, побежала прочь по коридорам.

Гостья с верхних палуб открыла интерком и быстро подключилась к каналу внутренней безопасности корабля.

— Говорит офицер Май… — послышались приветственные слова сотрудника на экране устройства, но девушка его перебила.

— Араши Торн ½, запрашиваю срочную медицинскую бригаду на 38-ю палубу, — прокричала дочь капитана в интерком. — Секция 1–20 вход в технический шлюз, критическое состояние у…

— Уже передаю, мисс, — испуганно проговорил офицер и забил пальцами по клавиатуре, после нескольких секунд вновь обратил на неё внимание. — Бригада уже в пути со взводом синтетиков, каково ваше состояние?

— Я в порядке, но…

Араши замолчала, услышав протяжный и гулкий стон по периметру коридора. За спиной послышалось потрескивание, и девушка обернулась. Труба позади неё вновь жалобно и протяжно прогудела, после чего начала деформироваться. Девушка испуганно надела шлем скафандра и отвернулась.

— Мисс Торн! Мисс Торн! Что происходит?! — кричал офицер службы безопасности, когда его собеседница скрылась в густых клубах пара, а после связь прервалась.

Полная версия (ещё 9 эпизодов) на литресе https://www.litres.ru/book/andrey-ra-24081856/angely-zvezdnogo-neba-69254419/