Ангелы постапокалипсиса: Смерть

Пролог

Добровольцев набирают разными способами. Самый безобидный – это когда дают объявление и ждут охотников, а вот самый паршивый - это когда вас приглашают в отдельный кабинет, подают настоящего чайку с лимончиком и вообще по-всякому привечают, а про дело говорят, что ответственное и, конечно же, очень опасное, потому предлагают поразмыслить день-другой. Можно отказаться. Но по тому, как вас обхаживают, по внимательным взглядам, по уважению в разговоре, вы уже понимаете, что для успеха нужны именно вы и никто другой.

И ради этого успеха вами, увы, придется пожертвовать.

Нам с Факелом такое предложение поступило аккурат на Рождество. Подарочек, что и говорить. А я-то уже настроился спокойно встретить праздник. К тому времени мы с Факелом разгромили культ в Выборге. То еще дельце вышло, надо сказать. Даже пару важных шишек отправили на костер. Не одержимость, но пособничество врагу в полный рост. По завершению операции нам с Факелом полагался краткосрочный отпуск. Оставалось только сдать отчет. Мы прибыли в центр, а там весь генералитет во главе с самим Его Величеством. Я как всё это представительство увидел, так сразу и смекнул: дело дрянь!

Разумеется, сам лично Его Величество в уговорах не участвовал. Даже не потому что не по чину, а потому как его просьба равносильна приказу. По крайней мере, для простого солдата вроде меня. Однако в данной ситуации правила вежливости требовали создать иллюзию, будто бы у меня есть какой-то выбор между согласиться немедленно и согласиться, всё тщательно обдумав. Поговаривали, будто бы в свите Его Величества был и генерал Алексеев, но я его не видел. Хотя подозреваю, что он бы не отказался озвучить такую просьбу лично. А предлагалось нам ни много, ни мало как отправиться прямиком в Ад!

Не фигурально выражаясь, а в самом что ни на есть буквальном смысле. Как оказалось, кое-кто из наших генералов всё же наладил контакты с мятежниками на стороне врага. Мы с Факелом с самого начала знали, что капитан Алексеева была не единственной, однако предполагалось, что тех других всё-таки вычислят и арестуют, ну и далее по законам военного времени. Меня тут же заверили, что да, именно так всё и было, но не пропадать же добру.

Интересно, кстати, как на это отреагировал Факел? Он не рассказывал, но я к тому времени уже достаточно хорошо знал своего напарника, чтобы понимать - ему это сильно не понравилось. Факел мог бы и ересь в этом усмотреть. Вот только заверял-то лично глава инквизиции - канцлер Воронцов.

Это был невысокий пухленький человечек в темно-синем мундире без каких-либо знаков отличия, манерами больше похожий на скромного письмоводителя. Однако те, кто по долгу службы знал его лучше, видели за этой невзрачной внешностью безжалостного и бескомпромиссного председателя верховного трибунала. У нас в шутку поговаривали, что он вынес бы оправдательный приговор разве что Господу Богу, да и тот, скорее, выкрутился бы за счет своей неподсудности.

- Видишь ли, Глаз, - мягко и неспешно говорил канцлер. - Так было угодно Богу, что нам в руки попала карта демонических линий снабжения. К сожалению, она неполная, но все ключевые артерии на ней есть.

- И вы планируете их перерезать? - сразу сообразил я.

Титулы он, как и штурмовики, не жаловал, считая, что они лишь попросту тратят его время, хотя сам говорил довольно-таки неспешно, поэтому я лишь обращался к нему на вы, а не "тыкал", как это принято в инквизиции.

- Совершенно верно, Глаз, совершенно верно. Это было бы весьма полезно. Видишь ли, как сейчас получается: наши предшественники всё верно себе представляли. Ад действительно похож на расходящиеся круги на воде, а его сердце в самой глубине и самом центре. И на что я попрошу тебя обратить особое внимание, так это на то, что там, в центре, всего одни врата. Наши аналитики над этим поразмыслили, и я могу заверить тебя, что размышляли они очень основательно, и выдали такое вот заключение.

Он выложил на стол лист бумаги. Основной текст был напечатан на машинке, но в нем и вокруг него было столько чернильных и карандашных пометок, что на листе не осталось ни единого чистого места. Я не вглядывался, хотя, зная, где чей почерк, можно было бы отследить сложную историю странствий этого рапорта по инстанциям. В правом верхнем углу так и вовсе красовалась размашистая подпись Его Величества под одним-единственным словом: "одобряю".

- Во-первых, конечно, разрушение этих врат полностью нарушит сообщение нечисти с центром, - продолжал тем временем канцлер. - Это уже неплохо для нас, но если верно и во-вторых, то именно там обретают базовые сущности демонов. В лучшем для нас случае разрушение связи отправит их всех обратно в центр ада.

- А если случится как обычно? - спросил я.

Идеально - это ни разу не наш случай. Наш мир вообще не совершенен, а уж такая удача и вовсе не про нас.

- Даже в этом случае демоны перестанут получать подкрепление, а все выбитые нами тут демоны опять же окажутся заперты в центре ада.

Должен признать, это тоже будет серьезным подспорьем нашим войскам.

- Тут можно спросить: надолго ли? - произнес он.

Я спросил. Он ответил, что это зависит от масштабов разрушения.

- Если разбить кольцо-врата и убить демона-проводника, то, как полагают наши аналитики, в аду вряд ли вообще смогут восстановить врата своими силами. Хотелось бы в это верить. По нашим данным, обычный демон-проводник выглядит вот так, - канцлер протянул мне фотографию на плотной бумаге. - Вы с Факелом уже встречались с подобными представителями нечисти.

Ну да, с фотографии на меня глядел уродец, похожий на глазастый пенёк. Мы с таким встречались дважды. Один раз в гнезде демонов близ Дубровника, другой раз когда разбирались с происками нечисти в Севастополе. Горят они за милую душу. Факел спалил обоих с одного захода, так что тут никаких сложностей я не предвидел. А кроме того тот уродец, что был в Севастополе, прямо сказал, что им адские демоны тоже поперек горла встали, так что и с этой стороны восстановление врат наверняка будет саботироваться всеми силами. Возможно, мы даже успеем победить.

- Как ты, наверное, понимаешь, упускать такой шанс мы не вправе, - сказал канцлер. - Поэтому мы собираем отряд, который отправится в ад и разрушит центральные врата... - он немного помедлил, и выдал главное. - Так сказать, прямо на месте.

Он немного помолчал, давая мне переварить сказанное. Нет, идея разнести эти врата буквально витала в воздухе, но вот это "на месте"… Канцлер не зря сделал на нём заметный акцент.

- Да, - сказал он, честно глядя мне в глаза. - Конечно же, наши инженеры снабдили бомбы часовым механизмом, чтобы отряд успел покинуть ад перед взрывом, но может так сложиться, Глаз, что демоны среагируют на атаку. Всё, конечно, в руках Божьих, и фактор внезапности сейчас на нашей стороне, но одно я попрошу тебя, Глаз, запомнить твердо. Первейшая задача отряда - обеспечить подрыв бомб. Даже если для этого придется остаться… на той стороне.

В аду! В случае нашего полного успеха - навечно.

- Такова цена победы, Глаз, - мягко, словно бы уговаривая меня, произнес канцлер. - Подумай на этим.

Он встал и вышел из комнаты, оставив меня наедине с чашкой чаю и мрачными раздумьями. Думал я долго. Вот ведь как чувствовал, что игры Алексеевой до добра не доведут! Причем ведь Факел точно туда полезет. Это к бабке не ходи. Со мной или без меня - полезет. И без меня точно допрыгается, он же совершенно не умеет вовремя остановиться. Отпустить его в это предприятие одного - всё равно что сразу приговорить.

Когда канцлер вернулся, я спросил:

- Когда выдвигаемся?

- Отправление экспедиции назначено этой ночью, - сказал канцлер. - Я бы отпустил тебя попрощаться с родными, но, видишь ли, секретность. Сам понимаешь. Им сообщат… По итогам.

Не похоже, чтобы он верил в счастливое возвращение.

- Не спешите хоронить нас, - ответил я. - Мы еще побарахтаемся.

Канцлер едва заметно улыбнулся.

- Вот потому я и выбрал тебя, Глаз, - сказал он.

Спасибо, как говорится, за доверие.

- И еще, - сказал канцлер. - Командование полагает назначить главой отряда именно тебя.

- В смысле, координатором? - уточнил я.

Роль мне была знакома, хотя и не скажу, будто бы она мне нравилась. Координатор замещал командование на поле боя. В условиях плохой связи со штабом он мог оперативно скорректировать действия разных подразделений, а ежели убьют, то, как говорится: "не велика потеря". Если, конечно, сравнивать это с потерей старшего офицера для фронта в целом. Для самого-то координатора это, понятное дело, было большой личной трагедией.

- В смысле - командиром, - сказал канцлер. - Видишь ли, связи у тебя не будет, да и времени на тонкую дипломатию - тоже. Так и какой, скажи мне, смысл городить огород? Ты будешь напрямую командовать отрядом. Кроме того, тебе будут подчиняться две роты штурмовиков. Их задача: захватить гнездо с первыми вратами и удерживать его до возвращения отряда. Ну, или до самого конца.

Прозвучало так, будто бы этих ребят, как и нас, уже списали в расход. Думаю, это отразилось на моем лице, поскольку канцлер добавил:

- Я буду благодарить Бога за каждого возвратившегося, но видишь ли, Глаз, какая у нас беда: если мы не переломим ход войны, то нам конец. Войну на истощение мы проиграем.

- Неужели всё так плохо?

Мне казалось, что в последний год фронт более-менее устоялся, а кое-где даже покатился обратно. Хотя покатился довольно скромно. Правда, газетчики вовсю трубили о новом наступлении под Тулой, но на то они и газетчики, чтобы из мухи раздувать слона. Помню я, как из меня героя сделали.

- Иначе бы мы не посылали людей в ад, - ответил канцлер.

Он произнес это твердо. Как приговор. Хотя, конечно, послали бы. Упускать такой шанс в любом случае нельзя. Просто подниматься в атаку намного легче, когда от ее успеха зависит что-то важное. Канцлер тоже знал эту простую солдатскую истину. И он знал, что я ее знаю. Возможно, именно поэтому меня и назначили командиром. Когда первоначальный запал выдохнется, только и останется, что верить в лучшее. Верил ли я? Всё же скорее да, чем нет. А вот в наше благополучное возвращение - наоборот. Но это военная тайна.

Мой друг Факел так и вовсе об этом не задумывался. Я нашел его в главном зале в состоянии близком к экстазу.

- Ты представляешь, - прошептал он, не в силах сдержать своего счастья. - Мне доверили нести ангела. Как самому ответственному.

Это он-то самый ответственный? Да я большего башибузука, всегда и везде готового гонять нечисть, и не припомню. Бог мой, да что же тогда у меня за команда?!

- Поздравляю, - сказал я.

После чего мысленно перекрестился. Три раза.

С командой я познакомился час спустя на инструктаже. Всего вместе со мной получилось ровно дюжина - штурмовики, инквизиторы, разведчики, армейские сапёры, даже один фельдъегерь со смешным позывным Колобок. Он, кстати, ему соответствовал: низенький, упитанный, с круглыми румяными щечками. Глядя на него и не подумаешь, что это тот самый человек, который в одиночку вывез все иконы из Киево-Печерской лавры, когда в Киеве уже вовсю хозяйничали бесы, а линия фронта приближалась к Смоленску. Собственно, Колобок примчался туда наперегонки с демонами.

Про сам же инструктаж и сказать толком нечего. Что нас ждет по ту сторону - никто доподлинно не знал, поэтому всё по сути свелось к повторению уже сказанного ранее и напутственному слову. Разве что нам впервые показали карту. Весьма схематичную, надо сказать. Только расположение ключевых врат относительно друг друга, соединенных прямыми линиями. На бумаге всё выглядело гладко, а какие там овраги на самом деле - будем выяснять по месту.

Ну да люди подобрались бывалые. Даст Бог, справимся. Канцлер, похоже, и вовсе не сомневался, что как минимум до финальных врат мы дойдем точно. Штурмовики, как и Факел, были полны энтузиазма. Дескать, зададим чертям жару! Остальные были собраны и сосредоточены, как и положено перед серьезным делом.

За инструктажем последовал молебен за успех нашего дела. Проводил его тоже канцлер как главный инквизитор, а вот наше оружие с боеприпасами освятил лично патриарх. Как я уже говорил, провожающая сторона была весьма представительной.

- Господь с вами! - напутствовал нас канцлер. - Дирижабль будет через четверть часа. Если кто сомневается, это ваш последний шанс отказаться.

Последнее он произнес по традиции. Так положено. На самом деле всех сомневающихся отсеяли еще на этапе переговоров. Я прошел к столу, где было разложено наше оружие. Справа лежала моя верная винтовка Маузера с прицелом Цейса. Выдали мне ее, кстати, с подачи не к ночи будь помянутой Алексеевой. Там еще в комплекте шла щедрая порция неприятностей, и всё же не будь ее, не было бы у меня и моей прелести. Такой вот плюс на минус, выражаясь по-ученому.

На соседнем столе лежали три разобранных бомбы. На вид - здоровенные. И тяжелые. По словам саперов, на обычные врата с лихвой хватит и одной такой. Три - это на всякий случай. Плюс пара освященных молотов. Это на самый крайний случай. На тот, где придется обойтись без часового механизма.

Перекрестившись на икону Георгия Победоносца и прошептав ему краткую молитву с просьбой о помощи и чтоб дело до молотов не дошло, я наполнил ладаном свою ладанку. На ее крышке тоже был Георгий, хотя он так истерся, что сейчас толком и не разглядишь. Между прочим, ладан для меня привезли прямиком из Александро-Невской лавры. Специальным рейсом. Приятно иногда побыть важной шишкой.

Ладанка напомнила мне об Ольге Львовне. О ней я тоже помолился. Конечно, к этому времени она уже полностью обратилась и я формально молился за одержимого, но, по словам инквизиторов, душа обращенного грешника отправлялась в ад, а там она уже как бы сама по себе. Ладно, в небесной канцелярии разберутся. Всё равно там больше прислушивались к Факелу. Он, кстати, тоже молился об Ольге Львовне. Впрочем, Факел о многих молился, причем как минимум двоих из своего поминального списка он сжег лично. Как там в небесной канцелярии разбирались с его молитвами, я даже представить не рискну. Небось вся тамошняя бюрократия от него стонала.

- Время! - негромко объявил канцлер.

Причальная мачта стояла прямо во дворе монастыря. Причем вполне современная, со скоростным лифтом. Тот так шустро забрасывал на самый верх людей и снаряжение, что задумай кто топать пешком, пришел бы последним и его еще пришлось бы ждать. А погодка, между прочим, к ожиданиям не располагала. Зимы у нас вообще холодные, а в тот вечер еще и началась метель. Погода словно бы не хотела нас отпускать в это предприятие. Однако куда деваться? Оделись потеплее, и вперед!

Перед самым лифтом канцлер вручил мне запечатанный конверт.

- Здесь приказы и план операции, - тихо сказал он. - Вскрой их, когда дирижабль прибудет на место. Бог в помощь, Глаз!

Я сунул конверт за пазуху, и поехал наверх. На верхней площадке нас провожал сам Его Величество. Выглядел он, в сравнении с портретами, заметно постаревшим и осунувшимся. Его Величество обнимал каждого и желал удачи, обещая молиться за нас, однако выглядело так, будто бы он с нами прощался. Интересно, это всегда так, что начальство верит в успех ими же задуманного дела меньше чем исполнители, или только мне так везет?

Сам дирижабль оказался не крупный. Мне он напомнил "Орла" - такие же узкие переходы, и всюду люди или оборудование. Или люди, сидящие на оборудовании. Я как командир десанта поднялся на мостик. Капитан заверил меня, что на месте будем вовремя, но где это место, он сам узнает только через час пути на северо-запад, вскрыв конверт с приказами.

По-моему, это уже походило на паранойю.

Глава 1

Первым пунктом назначения оказался броненосный крейсер "князь Александр Просвирнов", с которым мы встретились прямо посреди Балтийского моря. Крейсер был новейшей постройки, с причальной мачтой и раздвижной площадкой. Площадка, к слову сказать, раздвигалась прямо над морем, а на море было волнение. Я тоже поволновался, причем, пожалуй, посильнее чем Балтика. Ей-то что, она просто под настроение кораблик раскачивала, а мне чуть ли не на голову да на качающуюся палубу взрывчатку выгружали. В общем, выдохнул я только в кают-компании.

Там мы с капитаном крейсера одновременно вскрыли конверты с приказами, и узнали о конечной точке нашего земного путешествия. У меня это был город Иерусалим. У него побережье неподалеку. К нему мы и устремились на всех парах в режиме полного радиомолчания. Никто не должен был знать ни где мы, ни что с нами.

А мы, между прочим, огибая Британские острова, повстречали морского демона. Уж не знаю на чье счастье, но в драку он не полез. Тварюга была здоровенная, в половину крейсера, никак не меньше. По словам капитана, морские демоны не агрессивны, но уж если раздухарится, то мало никому не покажется, а что их провоцирует на атаку - одному Господу известно.

Морское путешествие заняло у нас две недели. Наш маленький отряд обосновался в отдельной кают-компании и провел всё это время, разбирая прилагаемые к приказу записи и схемы. Записи оказались весьма скупыми, а про схемы и говорить не хочется. Классическое "поди туда, не знаю куда". Единственное, что было указано точно - это направление от одной точки до другой и расстояние между ними. Мы эти данные заучили наизусть. И то хлеб, как говорится, но в целом чувствовалось, что руководство было близко к отчаянью, если на такой основе строило планы.

Первой точкой на маршруте значилось старейшее гнездо демонов. Вопреки моим ожиданиям, до него мы добрались сравнительно спокойно и единственной встречной нечистью оказалась одинокая горгулья. Я к ней целый вечер с палубы приглядывался. Очень уж эта черная тварь была похожа на Ольгу Львовну. Точнее на то, во что она в итоге превратилась.

- Это разведка, - пояснили мне матросы. - Высматривают, кто идет, и сигнализуют своим. Если заметят транспорт с десантом, то нечисть сбегается к берегу, а если боевые корабли - то наоборот. Флот их регулярно гоняет, так что они уже приучены к нашему распорядку.

Горгулья и впрямь время от времени пропадала. Должно быть, улетала предупредить своих, что пора уходить с берега, однако потом всякий раз возвращалась. Я взял себе на заметку пристрелить тварь перед высадкой, но матросы подловили ее раньше. Хотя у них зенитный пулемет - тут тебе и дальность поболее моей, и точность не так важна, благо пуляет сразу очередями. Разглядывая через оптический прицел труп горгульи, который теперь безвредно покачивался на волнах, я решил, что это всё же, пожалуй, была не Ольга Львовна.

На берег мы высадились ровно в полночь, согласно плана. Тот, кто его составлял, не учел, что ночи здесь были темные, хоть глаз выколи, а фонари могли привлечь внимание нечисти. Автора плана мы не по одному разу вспомнили тихим добрым словом, пока выгружали наше снаряжение с лодок на берег. Волны были довольно сильные, так и норовили сбить с ног.

Справа от нас высаживались штурмовики. Они прибыли на другом крейсере. "Просвирнов" обменялся с ним сигналами, чтобы убедиться, что мы и они - те самые. Слева тоже должен был подойти корабль со второй ротой штурмовиков, но там не было ни души. Мы прождали их час. Заодно малость обсохли и отдохнули. Я кроме того познакомился с командиром штурмовиков.

Это был капитан с позывным Бульдог. Ему очень шло это прозвище. Долговязый, с вытянутым худым лицом и обвисшими щеками, он и впрямь походил на эту породу. Да еще и вцепился в меня прямо-таки сходу мертвой хваткой.

- Инквизитор, - вместо "здрасте!" заявил он. - Мы получили приказ, но я, разрази меня гром, ничего в нём не понял. Мы должны прикрывать вас от нечисти, но при этом ничего не уничтожать в гнезде без вашего прямого приказа. Это как понимать?!

А в глазах сияло: "да я ж тут всё разнесу к чертовой бабушке!" Я это даже в ночи при свете карманного фонарика разглядел. Еще один башибузук! Нет, для штурмовика это нормально, с Факелом они бы вообще спелись на раз, но ведь этот человек будет прикрывать наш единственный путь отхода из ада.

- Буквально, капитан, - спокойно, но твердо ответил я. - Мы планируем серьезную диверсию, и мне бы не хотелось, чтобы вы отрезали нам путь к отступлению. Нам еще доложить о результатах надо будет.

Последнее, правда, это только мое пожелание, но уж очень хотелось бы.

- Диверсию на той стороне? - тотчас просил Бульдог, резко понизив голос.

По крайней мере, он быстро соображал. Я коротко кивнул, и тотчас предупредил его, чтобы он ни с кем об этом не болтал. Даже со своими людьми. Бульдог, конечно, состроил обиженную физиономию, мол, у него народ проверенный, но я на это заявил, что нас банально могут подслушивать. Вокруг была беспросветная тьма, и пёс его знает, кто в ней прятался. Бульдог малость поворчал, но согласился и весь следующий час демонстративно торчал у меня на виду, чтобы я видел - он никому наших секретов не разглашает.

Делать мне больше нечего, как его караулить! Я смотрел на море, то и дело поглядывая на часы. Время вышло. Никто так и не появился. Дольше мы ждать не могли. Наши приказы это прямо запрещали, да и до цели путь был неблизким. Даже по прямой полсотни верст. С "Просвирнова" просигналили, что они уходят. У них тоже приказ, да и долго стоять на одном месте вообще не с руки. Заметит нечисть, может и заинтересоваться, чего это они тут ждут.

- Уходим, - скомандовал я.

Никаких знаков для опоздавших мы не оставляли. Возможно, их просто задержала непогода или морской демон. А возможно, что на корабле внезапно появилось больше одержимых, чем экипаж со штурмовиками смогли перебить. Тогда они обязательно прибудут к месту назначения и будет лучше, если они не будут знать, где нас искать.

Мы шли быстро. Земля была сухой и твердой. Днем мы встали лагерем в руинах давно заброшенной фермы. От нее остались лишь стены да дырявая крыша. В основном мы опасались горгулий, но наши дозорные не видели ни одной. Да и вообще никого. Здесь вымерло всё. Поэтому в путь двинулись ранним вечером и уже под утро были на месте. Даже успели отдохнуть до рассвета.

С рассветом перед нами предстал лес. На первый взгляд тоже мертвый. Земля под ним точно была высохшая до состояния камня, а сами деревья хоть и с листьями, но пепельно-серого цвета. То есть, серым было всё - кора, ветви, листья, просто последние были на пару оттенков светлее.

- Что за бесовщина? - негромко проворчал Факел.

Он и сам малость походил на дерево. На спине у него были навьючены баллоны с горючкой; впереди рюкзак, в котором был спрятан ангел, по бокам висели сумки со снаряжением, и всё это накрыто пятнистым зеленым плащом. Для маскировки. То есть, так задумывалось. Разведчики, к слову, могли бы и предупредить, что зеленый в этих краях - не самый популярный цвет. Не то чтобы я всерьез рассчитывал, будто бы нам удастся спрятать сотню человек от толкового разведчика, но это показывало отношение к делу. А ведь у нас ответственнейшая миссия. Хотя, с другой стороны, повышенное внимание к ней могло порушить всю секретность. И всё-таки могли бы и расстараться.

- Ну, наверное, так выглядит ад, - сказал я Факелу. - Помнишь, мы в Дубровнике во врата заглянули? Там тоже всё было серое.

- Так это там.

- Ну а теперь, стало быть, и здесь, - отозвался я. - Устроились как дома, черти.

К нам с Факелом подошел Бульдог.

- Я так понимаю, гнездо должно быть здесь, - произнес он, кивком указав в сторону серого леса.

- По карте - да, - отозвался я.

- Но здесь для гнезда слишком уж тихо.

На это я мог только пожать плечами. Может быть, как раз сегодня у них выходной. Или тут нет мелкой нечисти, а только солидные демоны. Я озвучил обе версии, и Факел с Бульдогом единодушно признали наиболее вероятной вторую. Не могу сказать, что они меня обрадовали. А ведь в докладах разведки не было ничего необычного.

- Ладно, - немного ворчливо произнес я. - У нас есть только один способ выяснить это. Бульдог, нам нужны только внутренние врата. Остальное можете сносить, как только сочтете нужным. И никаких выживших. Мы не знаем, кто и как у них может вызвать подкрепление, поэтому смотрите в оба и не упустите никого.

Я знал, что последнее ему понравится. Бульдог с энтузиазмом пообещал, что после них не останется даже тараканов. Хотелось бы. Энтузиазм штурмовиков еще со времен знакомства с Алексеевой навевал на меня пессимизм. Им, наверное, по другому и нельзя, ибо нормальный человек никогда добровольно не полезет в то пекло, куда их регулярно забрасывали, но ведь сегодня я отправлялся туда вместе с ними. И я бы предпочел, чтобы они вели себя осторожнее. Но ведь это же штурмовики…

Рота Бульдога на ходу перестроилась. Его бойцы разделились на две полуроты, каждая из которых сформировала три шеренги. Заходя под деревья, штурмовики озирались по сторонам. Никто на них не выскочил, но когда я подошел ближе, то тоже почувствовал, будто бы не лес передо мной, а живая стена, причем настроенная весьма враждебно.

Хотя, казалось бы, лес и лес. Да, серый и странный, зато без подлеска. Даже травы не было. Лучи восходящего солнца почти не пробивали широкие кроны, но серый сумрак не сгущался и укрыться тут можно было разве что за причудливо изогнутыми стволами. Не самое подходящее место для засады. Да и штурмовики перед нами не зевали. И всё же ощущение опасности прямо давило. Я оглянулся. Выглядело так, будто и у моих спутников были похожие ощущения.

Факел на ходу обломал веточку с ближайшего дерева. Мне показалось, будто бы я услышал тихий стон. Не поручусь, что его издало дерево, однако Факел, понюхав слом, заявил, что пахнет мертвечиной.

- Странные они, эти деревья, - задумчиво произнес мой напарник. - Надо бы, пожалуй, тут всё сжечь.

- На обратном пути, - сразу отозвался я.

И мне почудилось, будто бы деревья сразу заволновались. Хотя, скорее, это просто ветер зашелестел в кронах. Но и ветер в этом лесу казался столь же странным, как и перешептывание деревьев. Казалось будто бы мы идём не сквозь лес, а сквозь строй спящих врагов. Даже, скорее, дремлющих, и готовых в любой момент проснуться. Когда Бульдог, отступив назад, сообщил, что его бойцы наткнулись на гнездо, я даже почувствовал облегчение. Да, гнездо выглядело обитаемым, а стало быть - охраняемым, но это был старый известный враг.

- Думаю, нас заметили еще на подходе, - негромко сказал Бульдог, косясь на серые деревья.

- Скорее всего, - согласился я. - Тогда не будем терять время попусту.

- Вот это по нашему! - отозвался Бульдог, и поспешил к своим людям, на ходу жестами раздавая указания.

Мы тоже подтянулись, хотя я сразу напомнил своим, что наша работа начнется позднее. Штурм - дело Бульдога и его отряда. И те его уже начали. Грянул залп. Ему ответил злобный рёв. Над кронами деревьев с металлическим шелестом сверкнула черная молния.

- Демон, - с суровой мрачностью констатировал Факел.

А возможно, и не один. Деревья вокруг нас отчетливо задрожали.

- Приготовь-ка ангела, - негромко сказал я. - На всякий случай.

Факел тотчас отбросил плащ в сторону, открывая рюкзак. Мне уже доводилось видеть ангела, но всякий раз не устаю любоваться им. В нашем мире он представал в виде розы. Сам куст не очень отличался от земных роз, уникальным его делали цветы - это были пышные белоснежные бутоны с золотистой каймой и таким же золотистым сиянием. Последнее было едва уловимым, но при этом отчетливо различимым. А уж аромат у этих цветов был поистине божественный.

Демонов с него знатно корёжило. Серые деревья тоже, казалось, сжались и охотно бы убрались подальше от ангела, не держись они столь крепко корнями за землю.

- Точно спалю всех, - тихо пробурчал Факел.

Ветви ближайших деревьев приподнялись повыше.

- Они нас слышат, - прозвучал за моей спиной хриплый голос.

Мне не нужно было оборачиваться. Этот голос я хорошо знал. Он принадлежал архивариусу с позывным Сургуч. Самый старый член нашего отряда, а быть может и всей инквизиции. Зато про нечисть знал как никто другой. Все секретные отчеты через него проходили, да и практика у него была, как говорят, богатейшая.

- Вы уже встречались с подобным? - спросил я.

У инквизиторов принято ко всем обращаться на "ты", всё ж таки братья и сестры, но мне было сложно тыкать человеку вдвое старше меня. Да и формально я не инквизитор, а лишь прикомандированный к ней армейский снайпер. Мне можно.

- Нет, - отозвался Сургуч. - Но если есть ангельская роза, то почему бы не быть демоническим деревьям?

- Ах, ну да.

Интересно, кстати, а слышал ли нас наш ангел? Никогда раньше об этом не задумывался. Да и сейчас на это особо времени не было. Демон пошел на прорыв. Шустрый, зараза, как одержимый. У него было по-кошачьи гибкое тело и длинные лапы с когтями, которыми он ловко цеплялся за деревья, стремительно меняя направление. Слева и справа по нему хлестали выстрелы. Большинство пуль доставались деревьям. Демон в ответ швырялся молниями. Они тоже большей частью жгли деревья, но иногда доставали и оказавшихся за ними штурмовиков. И, разрази их гром, деревья, корчась в черном пламени, действительно стонали от боли.

Думаю, демон что-то почуял и пробивался прямиком к нашему отряду. Чёрт побери, надо было сапёров с бомбами развести подальше друг от друга! Сейчас-то уже поздно. Я вскинул винтовку, пытаясь поймать демона в прицел. Не так-то просто оказалось. Туша в длину метра четыре, а прыгучесть как у блохи. Лишь на секунду перед глазами мелькнула маленькая круглая голова с торчащими ушами. Меня словно кто-то подтолкнул. Мол, стреляй. Я надавил на спусковой крючок даже раньше, чем сообразил, что делаю. Пуля прошила демоническую башку насквозь, выбив наружу не мозг, а ошметки мутно-серого студня.

- Голова! - тотчас крикнул кто-то из штурмовиков, и другие подхватили, передавая новость по цепочке.

Что это за серая дрянь, наши умники так и не смогли выяснить. Она могла размещаться где угодно в теле демона и, как утверждали инквизиторы, никак в функционировании этого тела не участвовала, но стоило ее выбить и демон тотчас давал дуба. Правда, только тут, у нас. В аду он, увы, продолжал здравствовать и через какое-то время вновь появлялся на Земле. У инквизиции был целый список тварей, которых уже не по одному разу убивали.

Потеряв часть своего студня, демон стал не таким подвижным. Тут ему и пришел конец. Не сразу, конечно. Он еще поогрызался, пошвырял молниями, но штурмовики его задавили. Один прямо на спину демону заскочил с "Льюисом" в руках. Приставил ствол пулемета к затылку и полетели ошметки студня по всему лесу. Но демон попался упорный. В последний миг не о себе думал, а в нашу сторону молнию метнул.

Факел как раз поднял ангела перед собой. Не иначе, решил демона на себя отвлечь. Да, нечисть от ангела корежит дай-то Бог, они к нему даже приблизиться не в силах, но этот-то и не пытался. Жахнул молнией. Мог бы сразу обоих срезать, но молния прошла левее. Срезала одного сапера.

Вот так оно бывает. Воевал человек с самого Армагеддона, прошел сотни боев без единой царапины, на Свири переправы под огнем наводил, а там такая мясорубка была, что из дохлой нечисти целые плотины образовывались, взрывать приходилось, и вдруг вжух - и только обугленные ноги в сапогах стоят на земле.

- Все к воротам! - раздался голос Бульдога. - Там еще один.

- Саперы - на фланги, - скомандовал я. - Друг к другу не приближаться. Остальные - прикрываем. Вперед без команды не выдвигаться.

И так уже одного потеряли. Плюс одну бомбу, что технически было даже куда большим ударом по нашей миссии. Там от ранца с ней одни обугленные ошметки остались. Хорошо хоть не рвануло. Должно быть, выгорело всё подчистую в один момент. Даже стальной корпус бомбы поплавился.

За деревьями слаженный хор выстрелов перекрыл яростный рёв демона. Из-за деревьев на нас по одному выскакивали ошалевшие падальщики. Тоже здоровенные твари, не сильно меньше недавнего демона, причем у них чуть ли не половина тела - огромная пасть с зубами, зато абсолютно без мозгов. Мелкие-то падальщики еще соображали, как бы к жертве подобраться, доводилось мне иметь с ними дело, а все гиганты были тупыми как пробки. Просто пёрли в атаку. Мы их расстреливали. Не скажу, чтобы запросто, у них костяная броня как доспехи, но управились без новых потерь.

Затем стрельба впереди утихла.

- Мы заходим! - сообщил нам примчавшийся штурмовик, и тотчас убежал обратно, уже на ходу бросив: - Можете продвигаться.

По хорошему надо было бы дождаться окончания штурма, но, по правде говоря, уж лучше гнездо, чем этот сумрачный стонущий лес. Колобок эксперимента ради вырезал ножом на одном из деревьев православный крест, так оно в голос взвыло. Вот же мерзость какая.

Я скомандовал выдвигаться и мы пошли, держа оружие наготове. То, что штурмовики зашли внутрь, обычно еще не означало, что нам на пути не попадется какой-нибудь мелочи, недостойной их внимания, однако в этот раз они постарались основательно. Все подступы были завалены дохлыми падальщиками. По стене мордой вниз свисала серая горгулья. Она зацепилась хвостом за выступ. Штурмовики даже свалили пару деревьев перед самым входом.

Вход в гнездо обрамляла арка из желто-серого камня. Сбоку от арки валялся второй демон. Или, скорее, демоница. Покрытое черной шерстью тело имело женские контуры, а вот голова была чисто волчья. В брюхе чернела здоровенная дыра. Должно быть, ее запасы серого студня прятались там. Демоница была дохлая. К телу по стеночке уже подбирался мелкий падальщик. Я его пристрелил. Не из сочувствия к покойной, а как бы не отожрался-то на демоническом мясце до неприличных размеров.

Из гнезда доносились редкие выстрелы и короткие пулеметные очереди. Ни рёва, ни металлического шелеста. Из гнезда, держась за стену, вышел раненый штурмовик.

- Тут всё чисто, - уверенно заявил он. - Наши уже к центру пробиваются, но там одна мелочь.

- А демон-проводник? - тотчас уточнил я.

Штурмовик небрежно махнул здоровой рукой.

- Сожгли уже.

Я мысленно взял это себе на заметку. Согласно секретным рапортам, которые прилагались к нашим приказам, проводники были вынуждены оставаться в гнезде, чтобы время от времени что-то там корректировать. Подробные объяснения оказались слишком сложными для наших - или это демоны специально тумана напускали, набивая себе цену? - но суть сводилась к тому, что без проводника демонические врата довольно быстро приходили в неисправность и переставали работать. Смерть проводника означала, что для нас начался обратный отсчет. У нас оставалось от трех до семи дней, в зависимости от того, когда последний раз здешний проводник делал корректировку.

- Поторопимся, - сказал я.

Внутри под каменными сводами, было относительно безопасно. Рядом, в вытянутой пустой комнатушке, штурмовики устроили свой лазарет. Раненых было немного. Бойцы подобрались опытные, падальщики им на один зуб, а демонические молнии обычно разили насмерть.

От арки внутрь вел широкий коридор. Штурмовики любезно расставили по полу фонари, которые не только разгоняли тьму, но и указывали путь. Первым по нему прошествовал Факел с ангелом на груди и огнеметом в руках. В воздухе стоял непрерывный тихий писк. По стенам гнезда вились розовые прожилки с тонкими жгутиками. Эти жгутики постоянно пульсировали и вытягивались, становясь похожими на шипы. Писк исходил от них. Инквизиторы полагали, будто бы это демоническая сигнализация, но на ее призыв никто так и не откликнулся.

До самых внутренних врат нам попадались лишь трупы нечисти да редкие посты штурмовиков у самых больших ответвлений. Все они докладывали одно и то же:

- Нечисть уничтожена, путь свободен.

Даже если он и завален обугленными останками, которые приходилось сапогами отпихивать в сторону. Не карабкаться же через них. Сами же внутренние врата располагались в просторной круглой камере. Это было каменное кольцо в полу, вокруг которого чуть возвышались шесть каменных площадок. На поверхности кольца сияли кроваво-красным светом демонические знаки. Штурмовики по знаку Бульдога отступили к самому выходу, и теперь оттуда с интересом вытягивали шеи.

Я заглянул в кольцо. По ту сторону располагалась похожая камера, только чуть более темная. Здесь камеру освещали факелы на стенах и фонари штурмовиков, а там были только факелы. И никого живого. Я вынул из кармана перочинный ножик и бросил его в кольцо. Нож исчез. Затем я увидел, как он упал на каменную площадку внизу, отскочил от нее, стукнулся об стенку и остался там лежать. Ничего не случилось, никто опять же не выскочил. Все посмотрели на меня. Я же командир. Я мысленно вздохнул. А куда деваться-то? За тем и шли.

- С Богом, - тихо произнес Факел.

Ну да, только на него тут и оставалось уповать. Перекрестившись, я прыгнул в кольцо.

Каких-то особых ощущений я не почувствовал. Да, сердце бешено заколотилось, ну так я же не в гостиную к даме входил, а прямиком в ад. А так - обычный прыжок. Перед глазами промелькнуло каменное кольцо. Оно оказалось заметно толще, чем казалось из камеры. Затем стало темнее. Это я уже был в камере за кольцом. Подо мной метрах в двух располагалась каменная площадка, на которую недавно прилетел мой ножик. Я успел сгруппироваться и приземлился относительно мягко.

Сапоги глухо стукнули по полу. Я тотчас вскинул винтовку, развернувшись в сторону входа. Как и наверху, он тут был один. Как демоны любят, его обрамляла каменная арка, только здесь камень был черный и блестящий, как обсидиан. Хотя, может, это он и был. Я не геолог. Для меня главное, что никто из этой арки не вышел, чтобы сказать "привет!" незваному гостю.

Немного успокоившись, я огляделся по сторонам. Камера выглядела точно так, как и при взгляде сверху через кольцо. Хотя где тут верх, где низ, еще разобраться надо. В этой камере кольцо также располагалось в полу, в самой нижней его части, но сквозь него я смотрел сверху на ту камеру, где столпились вокруг кольца мои бойцы. Я помахал им рукой. Они помахали в ответ. Факел что-то сказал, но я не услышал ни звука.

Только сейчас я сообразил, что здесь вообще стояла гробовая тишина. Даже писка не было слышно. Стало быть, здешнюю сигнализацию мы пока не потревожили. Я подобрал свой ножик и бросил его в кольцо. Он упал сверху на наших, как будто бы я стоял где-то над ними. Колобок ловко поймал ножик на лету и показал его мне на раскрытой ладони. Отлично! Врата действительно двусторонние.

По информации, которую добыли инквизиторы, обычные врата работали только в одну сторону. То есть демоны могли их переключать по мере необходимости, но в каждый конкретный момент времени врата работали только либо на вход, либо на выход. Наверное, нечисть делала так из соображений безопасности. Враг, даже прорвавшись через врата, должен был бы для возвращения искать другой вход домой, что уже само по себе ограничивало бы наши операции в этом плане.

Однако те проводники, с которыми якшались наши переговорщики, заверили наших, что первые врата всегда двусторонние. Есть там какая-то техническая необходимость, чтобы покрепче области реальности друг к другу привязать, да и с логистикой на первое время попроще. Мол, каждое переключение занимало несколько дней, а воткнуть рядом пару врат опять же технические моменты не позволяли. Сейчас это было нам на руку.

Теперь последний опыт. Я махнул рукой своим бойцам. Мол, отойдите. Бойцы быстро освободили площадку. Я снова перекрестился, и прыгнул в кольцо.

Путь обратно ничем не отличался от пути сюда. Я опять же прыгнул вниз, и прилетел сверху, вылетев из воздуха в паре метров над площадкой и плюхнувшись на нее с тихим бум. На этот раз получилось не слишком удачно. Чуть ногу не подвернул.

- Ну как там?! - тотчас спросил Факел.

На лицах остальных был написан тот же вопрос.

- Да как и здесь, только тихо, - отозвался я. - Там тоже гнездо.

- Тогда его тоже надо захватить, - тотчас заявил Бульдог.

- Если вы и ваши люди готовы перейти на ту сторону… - начал было я, но по их лицам понял - еще как готовы!

Что ж, нам же проще.

- Хорошо, - сказал я. - Действуйте. План тот же: перебить охрану и обеспечить безопасные подступы к вратам. Высота там пара метров, но пол каменный.

- Принято, - отозвался Бульдог.

Он тотчас принялся назначать добровольцев. Желающими были практически все, так что Бульдогу оставалось решить, кто ему понадобится там, а кто останется охранять врата здесь. Оставшиеся выглядели удрученными.

- Мы готовы, - объявил Бульдог.

- Отлично, - сказал я. - Ну, тогда с Богом.

Второй прыжок в кольцо дался мне легче. Я даже приземлился мягче. Приземлился, к слову сказать, туда же. Видимо, для высадки на другие площадки требовалась помощь демона-проводника. Держа винтовку наготове, я отступил к стене и махнул рукой нашим.

Следом прибыл Факел. Он бухнулся монументально. Точно статую уронили. Я рефлекторно оглянулся в сторону арки. Всё было тихо. Факел первым делом проверил, как там ангел, и только потом отступил в сторону, оглядываясь по сторонам.

За ним прилетел Ёрш. Разведчик. Характер у него действительно ершистый, зато послужной лист - более чем достойный. Один из немногих наших разведчиков, кто пробирался в действующие гнезда. Пару штук, к слову сказать, подорвал изнутри, но главной его заслугой была информация. Инквизиторы потом с его докладами сверялись, когда фильтровали показания арестованных переговорщиков. По хорошему, его бы командиром нашего отряда надо было сделать, но не с его характером.

Ёрш приземлился мягко и абсолютно беззвучно, точно тень.

- Я осмотрюсь, - произнес он, оглянувшись на меня.

- Давай, - ответил я. - Только не вспугни местных раньше времени.

- Не похоже, чтобы тут кто-то был, - сказал Ёрш. - Но лучше выяснить наверняка.

Тут он был прав. Я кивнул, и разведчик исчез в темноте за аркой.

- Он привык работать один, - негромко заметил Факел.

Нашел, чем удивить. В нашем отряде разве что штурмовики привычны к командной работе, а их у нас всего трое. Причем один - лейтенант с позывным Волк - командовал опять же отдельным отрядом. По осени дирижабль с его отрядом на борту сбил демон. Волк был единственным, кто выжил, хотя и повалялся потом по госпиталям. Собственно, оттуда его к нам и выдернули. Прямо как меня в свое время к отряду Алексеевой. Только меня вызывали приказом, а он - доброволец, но штурмовикам никогда не требовался отдельный приказ на хорошую драку.

Волк прибыл следующим. Сразу за ним - второй штурмовик с позывным Море. Это был низкорослый жилистый бурят из Забайкальских казаков. Казалось бы, какое там море? Разве что Байкал у них считался за таковое. Да и был этот Море в первую очередь большим специалистом по рукопашному бою, а никак не по плаванию. Впрочем, у позывных нередко была не менее запутанная история, чем у их носителей. Вот, к примеру, третий наш штурмовик носил позывной Комар, хотя ему куда больше подошел бы какой-нибудь Мамонт. Или Скала. Какой там комар? Он же крупнее Факела, а тот - настоящий богатырь.

Поначалу я определил штурмовиков караулить арку. Пока к нам переправлялись Бульдог со своими добровольцами, наши озадачились переправой сюда взрывчатки. Изначально-то мы планировали аккуратно спустить ее на веревках. Колобок одну уже разматывал, спуская конец в кольцо, однако тут у нас ничего не появлялось. А он там уже метров на пять размотал.

На круглом лице Колобка появилось озадаченное выражение. Надеюсь, мое выражение в этот момент никто не видел. У меня ж первая мысль была: всё, ворота сместились и не работают больше! Колобок же лишь пожал плечами и сбросил всю веревку в кольцо. Она тотчас появилась по эту сторону и шлепнулась к моим ногам. Включая ранее отмотанные пять метров. Я выдохнул. Затем подобрал веревку, свернул и скинул в кольцо. Она прилетела на ту сторону. Врата работали.

- Присмотри здесь, - попросил я Факела.

Тот кивнул, и я вновь прыгнул в кольцо. Грохнулся там же, где до того веревка. Вот ведь одно слово - демоны! Реальности соединяют, как мы - соседние комнаты в доме, а нормальный лифт сделать не могут.

- Похоже, туда можно только перескочить, - сказал я. - Ну и как мы взрывчатку будем перегружать?

- Легкая встряска ей не повредит, - ответил один из саперов.

Изначально своих позывных у армейских не было, но и давать им номерные позывные как для новичков тоже показалось неправильным, ветераны всё ж, поэтому понапридумывали на ходу. Этот, к примеру, был у нас Хомяк. Он и выглядел похоже. Упитанный, крепкий, широкомордый. Собственно, поэтому его так и прозвали. Хомяк не возражал.

- Но лучше, конечно, сбрасывать их на что-то мягкое, - добавил Хомяк. - Или ловить в полете. Можно сделать подушку из шинелей и плащей, но всё равно придется ловить, чтоб не отскочило куда.

- Я поймаю.

Это вызвался наш второй разведчик - Беркут. Руки у него и правда были длинные и крепкие. Такой поймает. Я кивнул. Мол, действуйте. Сам же я вернулся на ту сторону (ох, нет, тут точно нужен лифт), и почти одновременно со мной вернулся из разведки Ёрш.

- В гнезде - демон, - негромко доложил он.

- Проводник? - тотчас уточнил я.

Согласно показаниям наших переговорщиков, демоническая охрана была только на нашей стороне. Война как никак. На полностью завоеванных территориях демоны передоверяли скучную гарнизонную службу своим слугам, а те без их надзора откровенно манкировали своими обязанностями. Однако Ёрш мотнул головой.

- Нет, полноценный.

- Мы им займемся, - тотчас отозвался Бульдог.

- Мы поможем, - тотчас вызывался Волк, имея ввиду не только себя, но и двух других наших штурмовиков.

Ну да, у Бульдога по эту сторону только три десятка бойцов. Маловато. Я кивнул и, секунду подумав, прикомандировал ему в помощь и нас с Факелом. Точнее говоря, прикомандировал я ангела. Факел был тем, кто его нес, ну а я - как напарник Факела.

Демон обосновался в просторном зале, куда, по словам Ерша, сходились все пути от внутренних врат. На стенах горели факелы. По полу через весь зал протянулась красная дорожка. Она вела к каменному трону, на котором и восседал могучий демон. Таких здоровяков я давненько не видал. Демон был ярко-желтого цвета и в целом внешне походил на британского льва, каким его рисовали на карикатурах. У него даже корона была на голове. Нас демон заметил сразу.

- Жертвы, - прорычал он. - Наконец-то!

- Вообще-то нет, - возразил я.

Сказал негромко, но демон услышал.

- А кто же ты, человечек? - с легким удивлением в голосе вопросил он.

- Мы здесь по твою душу, - сказал Бульдог, и скомандовал: - К бою!

- Тоже дело, - согласился демон. - Пора бы и поразмяться.

Он бодро вскочил с трона, и тотчас жахнул черной молнией. Мы метнулись в стороны, но кого-то он успел задеть. Я услышал вскрик. Оглядываться было некогда. Перекатившись по полу вперед, я послал пулю демону в лоб. Попасть - попал, но не пробил.

- Это всё, что ты можешь? - с ноткой легкого недовольства в голосе вопросил демон.

Лично я - да. Но я тут был не один. Загремели выстрелы. Большая часть, как я видел, тоже не причинила демону серьезного вреда. Факел жахнул из огнемета. Демон зарычал, хотя освященное пламя, пожалуй, ему только гриву подпалило. Зато сунутый под самый нос ангел заставил демона поспешно отскочить назад. Он вскинул лапу, готовясь жахнуть молнией, но Факел не отставал. Демон вновь попятился, закрываясь обеими лапами.

- Факел, дави его! - крикнул я.

Мой напарник лишь коротко кивнул. Он бесстрашно наступал на демона, громко читая молитву и держа перед собой ангела. Освященное пламя вновь окатило тварь. От яростного рёва аж стены задрожали. Штурмовики тем временем забегали с флангов.

- Он закрывает сердце! - крикнул Бульдог.

Должно быть, именно там прятался запас серого студня. Пули хлестали по демону с обеих сторон, пытаясь добраться до этого запаса через толстые бока. Тот продолжал отступать, пока Факел не загнал его в угол. Собравшись с силами, демон всё же ненадолго оторвал одну лапу от груди и торопливо метнул молнию. Та прошла над головой Факела.

- Сбоку не пробьем, - спокойно сказал Волк. - Надо спереди бить.

Несколько штурмовиков тотчас подскочили к демону и вцепились в его лапы, разводя их в стороны. Демон ревел и завывал. Еще раз прошелестела молния. Мы потеряли сразу двоих, но на их место тотчас подскочили двое других. Упираясь ногами в тушу, они дюйм за дюймом разводили его лапы. Меж ними всунулся ствол пулемета и замолотил в упор. Демона затрясло. Пули порвали шкуру, но ребра - или что там у демона в грудине? - выдержали. Во все стороны летели ошметки шкуры, срикошетившие пули и редкие серые брызги. Как никого из наших не убило, до сих пор удивляюсь. Не иначе ангел подсобил.

Бульдог склонился, разглядывая пятна на полу.

- Нашли! - крикнул он, и хлопнул пулеметчика по плечу.

Тот тотчас отскочил назад. Бульдог сунулся на его место. В его руках я увидел гранату в белом корпусе. Стало быть, со святой водой.

- Факел, берегись! - только и успел выдохнуть я.

Бульдог сунул гранату прямо в грудь демону.

- Все назад!

Штурмовики отпрянули. Факел тоже догадался шагнуть назад. Я ухватил его за шиворот, но вряд ли смог бы сдвинуть на приличное расстояние самостоятельно. Граната бахнула негромко, зато ярко. Кто не успел прикрыть глаза, потом пару минут видели только цветные пятна. Я успел. У нас в армии такие гранаты в ходу. Против мелкой нечисти они не так эффективны, но ослепить ее могут запросто.

Демону же досталось по полной. Грудина просто взорвалась, забрызгав пол серой слизью. Демон рухнул на колени.

- Хорошая драка, - изрек он, и медленно рухнул мордой в пол.

Штурмовики подскочили к нему и с привычной уверенностью осмотрели.

- Мёртв, - констатировал Бульдог. - Первый демон, убитый на той стороне, за моей командой.

Ответом ему было дружное "ура!". Ну и весьма красноречивый взгляд Волка. По хорошему, наша команда тоже поучаствовала, да и решающий вклад был всё-таки за Факелом. Однако спорить я не стал. У нас свой подвиг. Если выберемся, он затмит всё, а штурмовики свою награду заслужили честно. Этот бой стоил им четверых. Их останки переправили на нашу сторону. Остальные тем временем уверенно обшарили прилегающие комнатушки. Больше не нашли никого. Даже падальщиков.

Наружу вела широкая двустворчатая дверь. Вся моя команда собралась перед ней.

- Готовы? - почему-то шепотом спросил я.

- Готовы, - за всех ответил Факел.

Я выдохнул, и кивнул. Мол, открывайте. Волк с Морем навалились и тяжелые створки медленно распахнулись перед нами.

Глава 2

Ад. Не таким я его себе представлял. Да, серовато, но скорее из-за облачности. Низкие тучи плыли сплошняком, и через них едва пробивался солнечный свет.

Перед нами лежала широкая равнина, поросшая высокой зеленой травой. Неподалеку несла свои воды широкая река. Ее волны были зеленоватыми, как у нас на заросших ряской озерах. Вдоль берегов стеной вставали желто-коричневые камыши. Если бы не гнездо демонов, можно было бы подумать, что мы оказались где-нибудь у нас в средней полосе. Хотя там теперь тоже гнезд хватало. Я потрогал рукой траву. Та была жесткой на ощупь, но в целом походила на нашу. От нее исходил едва уловимый терпкий аромат.

- А это точно ад? - тихо спросил Волк у меня за спиной.

- Не обольщайтесь, братья, - громко произнес Факел. - Враг коварен и пытается нас запутать, но скоро мы увидим его истинное лицо.

Я, конечно, предпочел бы не видеть его как можно дольше, но, как я уже не раз отмечал, наверху обычно прислушивались к Факелу, а не ко мне. Значит, действительно скоро увидим. Впрочем, пока что вокруг было тихо. Я бы даже сказал: безмятежно.

По схеме выходило так, что нам надлежало топать вдоль реки к видневшейся вдали горной гряде. Над ней бушевал ураган, но сюда даже отголоски не долетали. Лишь легкий ветерок, да и тот задувал с реки. Сама река на схеме обозначена не была, но текла в ту же сторону, куда лежал наш путь.

- А нам, стало быть, удерживать оба гнезда до вашего возвращения? - спросил Бульдог.

- И следить за кольцом, - ответил я. - Как начнет затягиваться туманом - немедленно переходите все на нашу сторону. Если затянет совсем, а мы к этому времени не вернемся - уничтожьте гнездо, и уходите.

- Мы будем ждать, - сказал Бульдог.

Прозвучало это как: "будем ждать до конца". По правде говоря, в этом я ни секунды не сомневался. Надеюсь только, что у них хватит ума не ждать до конца по эту сторону.

- Выдвигаемся, - скомандовал я.

Земля здесь была заметно мягче, чем в окрестностях Иерусалима, и слегка пружинила под ногами.

- Эх, такую бы землицу да засеять, - мечтательно произнес Хомяк.

- Даст Бог одолеем нечисть, тогда и у нас найдутся угодья не хуже, - отозвался Сургуч. - Уже который год поля на югах только пахаря и ждут.

Ну да, нечисть ведь не сеет и не жнет, им готовое подавай. Разведчик Ёрш бросил на размечтавшихся товарищей недовольный взгляд. Мол, ерунда всё это. Вначале нашу миссию переживите, а потом мечтайте. Но тут он не прав. Мечты - это не то что будет, это то что враг хочет у нас отобрать. За это мы его и убьем. Однако рейд на вражескую территорию - не самое подходящее место для философских диспутов, поэтому я услал Ерша в головной дозор. Не прогадал. Он подал сигнал тревоги задолго до того, как враги появились в поле зрения.

Мы успели рассредоточиться и залечь в траве вдоль берега, а Факел даже поворчал, мол, ну где же враги? Сургуч молча указал вперед и влево. Там мелькал флаг. То есть, это я счел его флагом. На самом деле это были драные лохмотья, приколоченные на высокий шест. Да, многие армейские подразделения гордятся знаменами, побывавшими в битвах, с подпалинами, с дырами от пуль и осколков, но этот флаг выглядел так, будто бы его не по одному разу разрывали в клочья. Хотя, чего ждать от знамени, побывавшем в аду? Я даже не берусь сказать, каких цветов оно было. Да и, по правде говоря, я не особо его рассматривал. Не до него было.

За знаменем бежала целая колонна одержимых. Навскидку - под сотню, никак не меньше.

- Без команды - не стрелять, - торопливо приказал я.

Колонна двигалась в нашу сторону, но не прямиком на нас. Собственно, ее вообще штормило, как корабль в сильную бурю. Предводитель с флагом уклонялся то в одну сторону, то в другую, и всё воинство послушно следовало за ним. Далеко не все одержимые могут похвастаться мозгами, те же мутанты вообще бестолочи редкостные, но это всё же было как-то странно. Я взглянул на колонну через оптический прицел.

Это были люди. Изломанные, с кривыми наростами по телу и безумными глазами. Некоторые бежали на четвереньках, хотя в мутантов еще не обратились. Другие на бегу взмахивали руками, словно птицы. Многие прихрамывали. Некоторые падали, но тотчас вскакивали и мчались догонять товарищей. Одеждой им служило драное тряпье, а некоторые так и вовсе выступали голышом. На первый взгляд, типичные одержимые средней руки. Даже, пожалуй, ближе к нижнему пределу.

Вокруг них вились птицы. Издалека я принял их за воробьев. Такие же серые, юркие и нахальные. Они бесстрашно садились на плечи и головы одержимых. У некоторых на башке красовались настоящие гнезда, причем такие, что и вороне впору.

- Если не свернут, пройдут слишком близко, - тихо заметил Колобок.

- Пусть, - отозвался я. - Встретим огнеметами, а то разбегутся в стороны, мы потом эту сотню до морковкина заговения отстреливать будем.

Факел молча кивнул. Мол, всё слышал, готов жечь. Сургуч вглядывался в нечисть. Ту вначале мотануло в сторону от нас, но затем колонна опять вывернула к нам.

- Странноватые они какие-то, - тихо произнес Сургуч.

- И что предлагаете делать? - тотчас спросил я.

- Жечь, - спокойно ответил Сургуч. - А потом будем думать.

Инквизитор, что тут еще сказать. С другой стороны, какой-то внятной альтернативы у меня тоже не было. Берег тут пологий. Мы, конечно, залегли, укрываясь в траве, но баллоны огнеметов на спинах инквизиторов возвышались над ней, да и в целом просто лежащего на земле человека заметить вблизи не так уж сложно. Разведчики умели спрятаться на ровном месте, но разведчиков у нас в отряде было всего двое. Остальные умели лишь не маячить попусту на глазах у неприятеля. Тоже ценное умение, лично мне оно не раз жизнь спасало, однако когда прямо на тебя прёт колонна нечисти этого мало.

А эти поганцы теперь бежали прямиком на нас.

- Всем - стрельба по готовности, но огнеметы - первые, - шепотом повторил я план боя.

Бойцы передали приказ по цепочке, и мне обратно тем же путем вернулось подтверждение, что все всё поняли и готовы. Теперь оставалось только ждать. Я опасался, что одержимые перестроятся в цепи, но они продолжали бежать плотной колонной. Это они напрасно. Мы-то отказались от колонн еще в прошлом веке. Современное оружие позволяло вести сильный и плотный огонь, выкашивая колонну быстрее, чем из ее глубины подходили новые ряды. Конечно, одержимые покрепче людей, но всё же не настолько, чтобы позволять себе колонное построение в бою.

Себе я наметил первой целью знаменосца. Он не походил на командира, слишком уж морда безумная, однако одержимые следовали за ним. Да и серых птичек вокруг него вилось поболее. Лапок у них не было, и когда они садились, то присасывались, словно пиявки, а взлетев, оставляли кровоточащую ранку. Одержимый не обращал на них никакого внимания. Даже не морщился, хотя капли крови так и сбегали по телу.

Факел с Сургучом жахнули одновременно. Две широких струи пламени накрыли передние ряды. Те даже не охнули. Полегли молча, сжираемые освященным пламенем. Птички издавали тонкий короткий писк, похожий на комариный, но заметно громче. Однако и заметно короче. Эта мелочь вообще горела как бумага. Короткая вспышка, и лишь серый пепел летел по ветру. Знаменосец сгорел в числе первых. Вместе в флагом. Древко, видать, было хорошо просушенное - полыхнуло враз по всей длине.

Загремели выстрелы. Я тоже быстро перевел прицел на следующего одержимого, пока он не успел сообразить, что случилось, и влепил ему пулю в лоб. Аж мозги вылетели. Серые птички тотчас устремились за ними, подхватывая и разрывая их на лету. Длинный язык пламени накрыл их всем разом. Я тем временем переключился на следующую цель.

Наверное, мог бы и не стрелять. Этот безумец сам влетел мордой в пламя, и оно так быстро поглотило его, что мой выстрел был, скорее, ударом милосердия. Горящий безумец рухнул на колени. Бегущий следом даже не притормозил. На всем бегу споткнувшись об упавшего товарища, он взмахнул руками, точно крыльями, и нырнул в пламя.

- Да что за чертовщина?

Я опустил винтовку, глядя поверх прицела. Впереди стояла стена пламени. Освященное пламя прогорало быстро, но горело ярко. Одержимые сигали в него как одержимые, уж простите за тавтологию. Ни один не замедлил шаг. Даже когда из горящих тел образовалась целая баррикада, они просто с разбегу влетали в нее мордой, и застывали там, сгорая.

Птички оказались чуть умнее. Кто не успел попасть под удар, взвились вверх и там сбились в стаю. А затем стая ринулась на нас. Ее встретили два потока пламени. Большую часть мелочи как корова языком слизнула. Немногие уцелевшие едва успели брызнуть в стороны. С противным писком они вились над нами, выписывая немыслимые вензеля. В такую цель не то что попасть, невозможно было даже прицелиться. Несколько выстрелов наугад ни одной птички даже не задели.

От этого они, должно быть, и осмелели. Стали виться чуть ниже. Я маханул винтовкой, надеясь зацепить хоть одну прикладом, но куда там?! Вмиг шмыгнули в разные стороны. Чуть вдалеке Ёрш застыл неподвижно. А ведь над ним сразу три птички увивались. Одна тотчас нырнула вниз, но стоило ей зависнуть перед лицом, примеряясь, как бы цапнуть за щеку, как тут же получила пулю. В упор. Выстрел разорвал ее на части. Тело пополам, крылья - в разные стороны. Остальные птички сделали правильные выводы из увиденного и с тревожным писком умчались прочь. Я проводил их взглядом. Умчались птички примерно в том направлении, куда и нам было надо.

Трупы одержимых тем временем догорели. Пламя угасло. Сургуч с Факелом деловито их осмотрели. Даже не морщились, хотя горелая плоть и в аду воняла столь же гадостно. Ну да у них уже привычка.

- Здесь мы закончили, - сказал Сургуч.

Это такой профессиональный эвфемизм у инквизиторов. Он означал, что всех к лешему сожгли. А работа на этом закончена далеко не всегда. Вот и теперь Сургуч склонился над подстреленной Ершом птичкой, аккуратно сложив все части в нечто, близкое к целому. Тельце и впрямь походило на лохматую пиявку, а вот крылышки были аккурат воробьиные.

- Что-то новенькое, - сказал Ёрш. - Я такого даже в гнездах не видел.

- Такие существа несколько раз упоминались подследственными, которых удалось удержать от одержимости, - произнес Сургуч. - Они видели их в своих видениях. Теперь можно полагать, что их показания были правдивы. Они видели ад.

- А они не сказали, в чем опасность этих пташек? - тотчас поинтересовался я.

- Нет, - ответил Сургуч. - Они вовремя одумались. Это, конечно, прекрасно, что они спасли свои души, но как источник информации они утратили ценность.

- Эти пташки следуют за одержимыми и жрут их, - сказал Волк, разглядывая трупик. - Думаю, еще один вид падальщиков.

- Хорошо, если так, - произнес я. - Не нравится мне это.

Я махнул рукой в сторону горы горелых одержимых. Они выглядели слишком уж безумными. Даже мутанты не настолько тупы. Это было уже где-то на уровне живых мертвецов.

- Было бы удивительно, если бы тебе понравилось в аду, - сказал Факел.

Тоже верно, конечно.

- Ладно, идем дальше, - скомандовал я. - А то как бы эти птички не навели на нас кого-нибудь посерьезнее толпы одержимых.

Не могу сказать, чтобы это хоть кого-то всерьез обеспокоило. Куча сгоревших одержимых прямо-таки кричала, что мы и сами с усами. Оно, конечно, так, да только и у врага свои "усачи" найдутся, а у нас вообще-то важная миссия, о чём я немедленно и напомнил своим. Чтобы не расслаблялись.

- Мы все об этом помним, командир, - ответил за всех Волк.

- Вы помните, а я отвечаю за результат, - несколько ворчливо отозвался я.

Да и за выживание команды в целом, а одного мы уже потеряли. Я уже говорил, как я ненавижу ответственность за других? А моим же только дай волю влезть в неприятности! Я покачал головой, и повел свою команду дальше.

Справедливости ради, до горной гряды мы дошли без приключений. Она оказалась ближе, чем казалось. Всего через полтора часа наш отряд уже стоял у ее подножия. Там нас поджидал следующий сюрприз.

Это была высокая черная стела с красными символами, начертанными сверху вниз. Издалека она казалась просто столбом в пустоши. Я ее принял за указатель, тем более что торчала она аккурат на пути между двумя гнездами. По крайней мере, если двигаться строго по схеме. Русло реки забирало вправо и, вполне вероятно, удобный путь ко второму гнезду шел вдоль берега. Демоны как и люди предпочитали строиться у воды. Однако я решил насколько это возможно не отклоняться от плана. Ветер заметно усилился, но всё же ураган бушевал большей частью в небесах.

Подойдя ближе, мы увидели, что стела на самом деле парила в воздухе. Улететь прочь ей не позволяли толстые цепи, которыми она была прикована к камням вокруг нее. Камней было пять, и выжженные в земле линии между ними образовывали пентаграмму. Такие же рисовали наши культисты.

Вокруг стелы крутилось с дюжину серых птичек. Пересчитать их я не успел. Факел походя смахнул всех из огнемета. Пламя окатило также и стелу, но ей это ничуть не повредило.

- А если бы она была накачана водородом? - спросил я.

У нас первые дирижабли им заполняли. У него подъемная сила была выше, чем у гелия без современных присадок, но уж если полыхнёт, то выгорало всё быстро и подчистую.

- Вспышка была бы ярче, - спокойно ответил Факел.

И заметнее! К счастью, ее не было. Стела выглядела невредимой. Я осторожно потыкал в нее стволом винтовки. Судя по звуку, стела была металлической, причем вряд ли полой. По крайней мере, с толстыми стенками. Сдвинуть ее в сторону мне также не удалось. При этом цепи висели свободно, не мешая стеле парить в полуметре над землей, однако ввысь она не улетала и даже не отклонялась под порывами ветра. Короче говоря, она просто нарушала законы природы без всякого на то смысла. Очень по-демонически.

- Каждый обретет заслуженное, - тихо произнес Сургуч.

- Что? - переспросил я.

- Эти знаки, - пояснил Сургуч, указав на стелу. - Они часто встречались в татуировках культистов и пленные в своих показаниях сообщили их значение.

Факел вытащил свою потрепанную тетрадку, куда заносил татуировки встречных культистов. Если ему попадался кто-то с похожими знаками, он автоматически считался врагом. В тетрадке похожие символы обнаружились на первом же листе. Там они были вписаны в узорный ошейник, который изначально был нарисован на шее давно сожженного культиста. Под рисунком Факел аккуратно вписал карандашом значение символов.

Не устаю удивляться, как у них в инквизиции поставлено информирование сотрудников. Да, всякое демоническое знание есть ересь и разбрасываться им - значит умножать ее, но в результате у каждого инквизитора была своя тетрадка, блокнотик или бездонная память, куда он бережно собирал лично добытые знания о враге. Что, к слову сказать, формально тоже ересь.

- Ну и что это может значить? - спросил я, стволом винтовки указав на стелу. - Я-то подумал, что это просто дорожный указатель.

- Всё может быть, - ответил Сургуч. - Пока рано делать выводы.

- Эти птички были с одержимыми, - сказал Колобок. - Может, они тут проводниками работают?

- Суровые проводники. Кусаются, - сказал стоявший рядом с ним сапер.

Не Хомяк, а второй. Его мы окрестили Бумом. Он, когда объяснял принципы действия взрывчатки, сжимал пальцы в кулак, а потом резко растопыривал пятерню и произносил: "Бум!"

Я в ответ только пожал плечами, и мы двинулись дальше. Горная гряда была невысокой. Навскидку метров тридцать в высоту. Черно-серые скалы вставали совсем отвесно, но сквозь них пролегали широкие расщелины. У входа в ближайшее ущелье мы увидели вторую стелу. Внешне она ничем не отличалась от первой. Даже серые птички вокруг вились. Их постигла та же судьба, что и их предшественниц. На всякий случай. Чтоб никого не предупредили.

В самом ущелье уже был знатный ветрюган! Я на ходу поднял воротник. В этом походе я носил красный инквизиторский плащ. Вообще, была у меня мысль переодеться в армейскую шинель, всё-таки я как бы представлял в нашем отряде армию, но потом комфорт победил. Плащ у инквизиторов теплый, прочный и очень удобный. А в шинели можно было и после пощеголять, когда дело выгорит. Если выгорит.

Тени от стен создавали густой полумрак, но смотреть тут всё равно поначалу было не на что. Стены, отдельные скалы и камень под ногами. Всё единого темно-серого цвета. Само ущелье резко поворачивало то влево, то вправо, словно бы его проложила гигантская молния. Мы доходили до очередного угла и, убедившись, что за ним никого нет, топали дальше. Иногда за ним кто-то был.

Пару раз нам на пути попадались черные стелы. Близ первой никого рядом не оказалось, а вот около второй увивалось где-то дюжины полторы серых птичек. На нас они, похоже, не обращали никакого внимания. Сургуч с Факелом приготовили огнеметы.

- Погодите-ка, - тихо сказал я.

Мне показалось странным, что птички игнорировали нас, но при этом яростно наскакивали на эту парящую железяку. Прокусить ее у них точно не было ни единого шанса. Однако они не сдавались, снова и снова с яростным писком атакуя воздух вокруг нее. Я осторожно вытянул к ним руку, готовый немедля ее отдернуть, как только птички проявят к ней хоть какой-то интерес. Не проявили. Даже, похоже, не заметили.

- Ну и что это за чертовщина? - негромко вопросил Факел.

Я пожал плечами. Инквизиторы трактовали этот жест как "сожгите всех к чертям собачьим, всё равно идей нет". Когда птички догорели, мы пошли дальше.

- Может быть, эта штука их приманивает? - предположил на ходу Море. - Как ловушка.

- Тогда здесь должен проходить тот, что их расставил, - отозвался Ёрш. - Чтобы собрать урожай.

- Или пролетать, - добавил Волк.

Ёрш молча помотал головой и указал пальцем вверх. Если в ущелье задувал сильный ветер, то над ним уже раскручивался полноценный ураган. Попавшие в него предметы носились там со скоростью курьерского поезда. Я даже толком ничего не успевал разобрать. Еще выше плыли прочь грязно-серые тучи. Ураган до них не доставал, но между ними и скалами сунулся бы разве что самоубийца.

- Да, там не полетаешь, - сказал я. - Я думаю, урожай собирают одержимые. Вроде тех, что мы пожгли. Хотя они сами были какие-то безмозглые.

- Может, потому птички на них и среагировали, а на нас - нет, - предположил Факел.

Учитывая, за какую миссию мы взялись, я бы не спешил записывать нас в слишком умных, но и другой версии у меня сходу не нашлось. Разве что здесь был еще кто-то с мозгами, и он как-то направлял всех прочих. Как, например, шаман направлял живых мертвецов. Или демон - всех прочих. Дойдя до этой мысли, я приказал своим соблюдать осторожность и двигаться дальше.

За девятым по счету углом мы увидели мутанта. По крайней мере, он был очень похож на наших мутантов. Такая же мерзкая смесь человека и собаки, только, пожалуй, еще более волосатая. У нас тоже лохматиков хватало, но этот выделялся даже на их фоне. Вокруг него вились уже знакомые нам серые птички. Мутант прыгал, пытаясь их поймать. Челюсти так и клацали, да всё попусту. Птички ловко уклонялись. Широкие лапы мутанта раз за разом загребали пустоту. А птички не отставали от него. Причем толком укусить не пытались, а лишь дразнили, порхая перед самым носом.

Мы наблюдали за ними от угла. Факел уже примерился, как бы ему выскочить и накрыть из огнемета всю компанию разом. Не хотелось бы потом уподобляться этому мутанту и отмахиваться от надоедливых птичек. Эта мелочь выглядела чертовски надоедливой.

Вот и мутант от них уже устал. Лохматое чучело уже пошатывалось после каждого прыжка. Затем он и вовсе застыл на месте. Ненадолго. Повернувшись, он направился к ближайшей стене. Вначале медленно, как бы неохотно, затем все быстрее и увереннее. По скале он вообще буквально взлетел. Мне доводилось видеть, как эти твари карабкались по кирпичным и даже бетонным стенам, с легкостью цепляясь за малейший выступ, а со здешней паутиной широких трещин во всю стену для мутанта небось вообще не было разницы что по ним бегать, что по дну ущелья. Да еще и птички мчались следом, покусывая его, чтобы бодрее бежал.

- Они его загоняют, - прошептал Факел.

Выглядело так, будто он прав. Птички загнали мутанта на длинную площадку почти под самый верх. Там он подошел к самому краю, и совершенно спокойно кувырнулся башкой вниз. Так мордой в камень и влетел. Морда, понятное дело, треснула. Да там вся башка всмятку! Птички с торжествующим писком устремились следом. Я почувствовал движение над нами. Вскинув голову, я увидел еще стайку серой мелочи. Затем еще и еще. Птички слетались отовсюду, сходу набрасываясь на дохлого мутанта.

Теперь они его уже не покусывали. Они его откровенно жрали. Птички выгрызали куски мяса, вырывали друг у друга добычу, гневно пищали и махали друг на дружку крыльями. В общем, вели себя именно так, как у нас себя вели сами мутанты.

- Да это же страсти, - прошептал Сургуч.

- Кто? - переспросил я. - Вот эти птички?

- Да, - Сургуч основательно так кивнул. - Смотри. Они подчиняют жертву себе, а потом убивают и разрывают ее.

Птички действительно уже разорвали в клочья мутанта. Над телом кружила уже целая стая, а оно само скрылось из виду под серым копошащимся ковром. Лишь то тут, то там сразу группа птичек, ухватив кусок побольше, взмывала с ним вверх, и на него тотчас набрасывались те, что кружили в воздухе. То ли птички так делились добычей, то ли наоборот, хотели улизнуть с ней, да другие не дремали. Дрались они за нее яростно. С другой стороны, должны же они были сообразить, что пролететь с куском мяса сквозь толпу голодных собратьев у них так просто не получится.

- Но здесь они охотятся на мутантов, - тихо напомнил Волк. - А у нас, как говорят, сами ими становятся.

- Становятся их жертвы, - поправил Сургуч. - Возможно, для этих серых птиц они - основная добыча, им с ними управляться привычнее.

На мой взгляд, теория выглядела сильно притянутой за уши, но главное - эти птички всё же могли быть страстями, а значит те стелы точно так же могли быть их вратами на Землю.

- Так, - тихо сказал я. - К летающим колоннам никому не приближаться. Это приказ! Еще не хватало, чтоб ваши души утянуло к нашим одержимым.

- Если и утянет, то прибывающая-то душа становится главной, - беспечно отозвался Факел. - Стало быть, хороший человек получится.

- Это там, - проворчал я. - А к нам сюда прибудет душа того проходимца, что готов демонам душу запродать. Ей, конечно, в аду самое место, но не в нашем отряде.

С этим все согласились. Птички тем временем доели мутанта. Быстро они управились. Я уже думал просить инквизиторов расчистить нам дорогу огнеметами, когда птички все разом брызнули в разные стороны. Инквизиторы вскинули огнеметы, но те летуны, что рванули в нашу сторону, взяли повыше и, стремительно промелькнув над нами, умчались прочь. Должно быть, новость о нашем оружии уже разлетелась по округе. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Нет, то что эти твари нас боятся - однозначно хорошо, но кому они еще успели раструбить о нас?

- Вперед, - негромко скомандовал я.

От мутанта остался один только скелет. К слову сказать, скелет у мутанта был больше человечий, чем собачий. Хотя, пожалуй, скорее обезьяний. Не наши у него пропорции, но в целом конструкция похожая: голова, руки, ноги, хребет с ребрами.

У наших мутантов скелет больше походил на доисторического аллозавра. Так ученые прозвали двуного динозавра с вытянутой мордой. Я как-то раз видел фотографию с его скелетом в инквизиторских архивах. Сама-то она не засекречена, просто никому сейчас нет дела до тех чудищ, что бродили по земле миллионы лет назад. У нас теперь своих завров хватало. А вот статью, к которой прилагалось фото, засекретили. Хотя ничего секретного я там не увидел.

Автор, сравнивая скелет мутанта и этого завра, по пунктам доказывал, что обращение человека в мутанта - это его полная деградация. Дескать, череп у них меньше. То есть, меньше к объему тела. Так-то эти заврики были дуры будь здоров. Потом еще что-то, не припомню точно. Да любой, кто сталкивался в бою с мутантами, без всяких научных выкладок понимал, что там сплошь махровые деграданты! И всё же штамп "только для служебного пользования" на статью шлёпнули. Хотя у нас могли и просто, как говорится, на всякий случай.

Еще три поворота, и ущелье закончилось. При входе стояла такая же парящая в воздухе стела. Птичек рядом с ней не наблюдалось. Одна цепь отвалилась и валялась на земле. Пентаграмма на земле стерлась, так что лишь кое-где угадывались ее части.

- Похоже, давненько здесь никого не было, - заметил Факел.

- Тем лучше для нас, - отозвался я.

Перед нами лежала огромная серая чаша. В самой глубине стояло демоническое гнездо. На вид - такое же, как у нас под Иерусалимом, только у этого над входом возвышалась мраморная статуя. Она изображала могучего мужчину с короной на голове и длиннющим хвостом. Судя по в целом человеческому облику, я бы сказал, что это какой-то одержимый. Наверное, в аду тоже есть свои герои.

С нашей стороны чашу опоясывала горная гряда, изогнутая подковой. По ту сторону тянулась цепь холмов. Ураган закручивал ветра над чашей, но вниз не опускался. У земли было лишь сравнительно ветрено, тогда как по небу проносились по кругу здоровенные каменюки в человеческий рост. У меня была возможность сравнить, когда рядом с камнем пролетел какой-то невезучий одержимый. Крыльев у него не было, но летел он заметно шустрее наших легких самолетов и на всем ходу влетел в камень, позволив сопоставить их размеры. Камень был чуть больше. Потом камень полетел своим путем, а одержимый - своим. Крутил вихрь и мутантов, отчаянно машущих лапами, и какую-то мелочь - похоже, тех же серых птиц, но толком я не разглядел; и уродливых тварей, каких нет даже в архивах инквизиции.

- Выдвигаемся к гнезду и смотрим вверх, - откомандовал я. - Как бы на голову ничего не прилетело.

Оно тут, как я вижу, иногда прилетало. Кое-где по чаше виднелись каменюки, наполовину вдавленные в землю. Далеко слева распласталась туша неведомой твари. Ее уже облюбовала компания здешних мутантов. Их там было не больше десятка. У самого же гнезда никакого движения не наблюдалось.

- По отчетам там не должно быть серьезной охраны, - сказал я. - Но это не значит, что так оно и есть, поэтому смотрим в оба. Как всегда. Захватим гнездо, там и отдохнем. Все готовы?

- Отдохнуть - да, - с улыбкой отозвался Колобок.

Впрочем, к бою тоже была полная готовность. Мы быстрым шагом двинулись вперед, поглядывая не только по сторонам, но и вверх. Мутанты нас заметили, но недоеденная туша показалась им привлекательнее, чем наш отряд, а нам устраивать попусту стрельбу было не с руки. Так и разошлись. Справа шмякнулась об землю здоровенная тварь. Не убилась, хотя тут практически сплошной камень. Злобно рыкнув, она выбросила вперед пару длинных когтистых лап, вцепилась в землю и потянула себя вверх по склону. Факел поднял огнемет.

- Побереги горючку, - сказал я. - Зверюга вроде не опасна для нас, а при случае может отвлечь на себя мутантов.

- Они ее с удовольствием сожрут и дохлую, - ответил Факел.

- Но дохлую они сожрут быстрее и ближе к нашей цели, - сказал я. - А мы пока не знаем, кто нас там ждет.

Как оказалось, нас вообще никто не ждал. Рядом с гнездом не было даже падальщиков, хотя выглядело оно очень древним. Сюда демоны пришли куда раньше, чем на Землю. Ворота оказались заперты изнутри. Посветив в узкую щель фонариком, Хомяк сказал, что там, похоже, простой засов. Но лучше бы остальным отойти. Мы развернулись полукругом перед воротами на случай атаки. Мутанты продолжали жрать тушу. Здоровенная тварь справа лежала неподвижно. Авось сдохла.

Хомяк тем временем поддел штыком засов и ловко сбросил его. Тот с глухим стуком упал на пол. Ворота легко распахнулись. Из темноты выскочили два беса с саблями. Мы их изрешетили пулями на одних рефлексах, даже раньше, чем поняли, кто перед нами. Больше никого не появилось.

- Заходим, - скомандовал я.

Мои бойцы нырнули внутрь, подсвечивая путь фонариками. Факел на ходу пнул бесовскую саблю и та отлетела к стене. Я зашел последним. Хомяк закрыл за нами ворота и поставил засов на место. Я тем временем успел бросить взгляд на саблю. Она была костяная. Клинок выточен из единой большой кости, а рукоять собрана из мелких. Кстати, выглядело очень стильно. Думаю, у нас бы такую находку отправили в какой-нибудь этнографический музей.

Сигнализация не пищала, хотя розовые прожилки так и вились по стенам.

- Ёрш, Беркут, вперед, - скомандовал я. - Остальные - следом.

Разведчики беззвучно скрылись во тьме. Мы медленно шли по главному коридору, на ходу заглядывая во все закоулки и ответвления. Везде было тихо и пусто. Ближе к центру гнезда впереди внезапно возник Ёрш, и жестом показал, что здесь враг. Мы подобрались. Ёрш отступил к стене.

Тьма перед нами сгустилась до полной непроглядности. Из нее доносилось едва слышное шуршание, будто бы кто-то взялся перед нами подмести пол. Мы взяли коридор на прицел. Из тьмы медленно выступил демон-проводник. Выглядел он вполне типично для этого вида: пенёк с толстыми корнями и множеством красных глаз на тонких ножках. Корнями он цеплялся за пол. Глаза нацелились в нашу сторону. Тьма, словно плащ, тянулась следом за ним.

Демон что-то спросил. По крайней мере, прозвучало это с вопросительной интонацией, хотя и довольно строго. Скорее всего, хотел знать, кто мы и что тут делаем. Факел тотчас ответил выстрелом из огнемета. Сразу, так сказать, на оба вопроса. Общительность всё-таки не его конёк. Струя пламени отбросила демона назад и сожгла тварь в один момент. Демон даже вякнуть ничего не успел. Зато запищали прожилки на стенах.

- Идем к вратам, - скомандовал я.

Ёрш указал путь. Уже по дороге я спросил у него:

- А где Беркут?

- Осматривается по периметру, - отозвался Ёрш.

Разумно, конечно, но сколько он там прошастает? Когда мы, не встретив никакого сопротивления, вышли к вратам, я сказал:

- Зови его. Идём на ту сторону. Здесь не задерживаемся.

Ёрш коротко кивнул и тотчас исчез в темноте. Здешняя камера с вратами выглядела стандартной, только факелов на стенах горела всего парочка. Пеньковому-то глазастику свет, небось, вообще не нужен, не зря же он темноту с собой таскает. Стало быть, это дежурное освещение. Я подошел к кольцу и заглянул в него. По ту сторону лежала аналогичная камера и тоже с двумя факелами.

- Ну, Господи, благослови, - прошептал я.

Вытащив из кармана перочинный ножик, я бросил его в кольцо. Здесь высота выхода была настроена примерно в полутора метрах от пола, а в остальном всё выглядело аналогично. Ножик стукнул о каменный пол, отскочил от него и улетел в тамошнее кольцо, появившись здесь, на нашей стороне, практически у меня перед глазами. Я поймал его на лету. Не так ловко, как Колобок, но всё же.

- Работает, - сказал Факел.

- Похоже на то, - согласился я.

Потом перекрестился и прыгнул в кольцо.

Глава 3

В отчетах это значилось как теория, причем теория безумная и неправильная. Дескать, ад - это вовсе не бездна в глубинах Земли, а целая группа разных миров, нанизанных как мясо на шампур, на систему врат демонов-проводников. Все предыдущие "кусочки мяса" демоны уже схарчили, теперь вот и до Земли добрались. Согласно этой теории, если демоны совладают с нами, то под удар попадет еще какой-нибудь мирок, а там еще и еще, сколько их ни есть в нашей Вселенной. Демоны ненасытны. Впрочем, с таким же успехом мы могли быть последним оплотом на пути их нашествия.

В это не очень-то верилось, тем более что предыдущий круг ада не сильно отличался от нашего мира. Да, там летали живые страсти и бегали мутанты, хотя последних теперь и у нас полно, но в целом участок, который мы прошли, вполне можно было принять за какой-то уголок Земли. В том числе и за лежащий в глубинах планеты уголок ада.

Здесь же многое было иначе. Воздух был сухой и очень пыльный. У меня сразу запершило в горле. А еще он был настолько тяжелый, что ощутимо давил на плечи. Хотя, наверное, это всё же гравитация так сказывалась. Сила тяжести, если по-простому. Мне про нее как-то по случаю в Петроградском госпитале рассказывал профессор. Он, правда, тогда про Луну толковал. Дескать, она сильно меньше старушки-Земли и сила тяжести там будет заметно меньше, отчего мы, стало быть, сможем там скакать словно блохи. Ну а этот мир, если принять ту теорию, получается, был больше Земли где-то на четверть.

Ну и главное что получается - это был другой мир.

Некоторое время мы наблюдали из приоткрытых ворот. Было тихо. Здешние ворота охраняла еще пара бесов. Ёрш с Беркутом сняли их тихо. Сигнализация молчала. Мы - тоже.

Нет, мы вообще шли в ад. Казалось бы, другим миром нас не напугаешь, а вот глядишь-ты! Притихли. Потому как пусть это и не пылающее подземелье, а всего лишь иной мир где-то далеко-далеко среди звезд, но застряв тут, мы за целую вечность не прокопаем себе путь обратно. Да мы даже не знали бы, в какую сторону двигаться, а Вселенная, как говорят ученые, бесконечна! И эти вечность с бесконечностью давили на плечи похлеще здешней гравитации. Всё-таки одно дело - допускать мысль, а совсем другое - осознать, что это, скорее всего, правда.

Здесь другая сила тяжести. Другой воздух. Дышать им можно, но он тут разреженный, как у нас на высокогорье. Другое солнце. Здесь оно было не желтое, как у нас, а бело-голубое. Холодное на вид, но жарило как два наших. Это, наверное, из-за размера. Солнце было раза в полтора крупнее нашего. Его белесые лучи обжигали голую кожу. Колобок первым высунул нос наружу, и вернулся со словами:

- Как у нас на юге на пляже. Сгорим к чертовой бабушке за пару часов.

К счастью, все в нашей команде были одеты с учетом питерской погоды, а даже нынешняя относительно теплая зима была у нас теплой лишь весьма относительно. Поэтому открытых участков кожи оставалось немного. Даже перчатки у всех нашлись. Проблема возникла только с лицами. У кого были шарфы - замотались ими, у кого нет - пришлось нарезать лентами рубашку.

- Мы можем просто дождаться вечера, - заметил по ходу дела Сургуч. - Похоже, солнце уже клонится к закату.

- Это так, - отозвался Факел. - Но очень медленно. Мы отдыхаем уже целый час. Солнце за это время сдвинулось отсюда до сюда.

Он пальцами показал на щели в левой створке ворот, где было солнце час назад и где оно теперь. Остальные тоже посмотрели, замерили расстояние в пальцах и в итоге мы сошлись на том, что до заката такими темпами оставалось еще часов восемь.

Многовато. Мы от первого гнезда до второго шли три с копейками часа. До следующего по схеме было немногим больше. Восемь часов - это по плану наш путь по этому миру туда и обратно. Последнее если повезет, конечно, но всё же хотелось бы, а сколько времени продержатся врата обратно на Землю - это бабушка надвое сказала. Тут тоже хотелось бы успеть, и лишние восемь часов могут оказаться совсем не лишними. Да и кого мы встретим в здешней ночи - тоже отдельный большой вопрос. В нашем мире хищники как раз выходили на охоту вечером.

- Выдвигаемся, - сказал я. - Закутываемся плотно, идём быстро. Авось, пройдем без приключений.

Уходя, мы закрыли ворота. Ёрш с Беркутом притащили ко входу тела дохлых бесов и усадили их так, чтобы с улицы через щель между створками казалось, будто бы они попросту спят на посту. Безалаберность бесов была общеизвестна.

Перед нами лежала холмистая степь. Холмы были невысокие, не всегда даже в рост человека, и большей частью одинокие, хаотично понатыканные тут и там. Трава под ногами по виду походила на наш ковыль. Он буквально стелился по земле, образуя зеленовато-белесый ковер. Это, наверное, следствие здешней силы тяжести, которая ощутимо давила на плечи. Жар солнца ощущался даже сквозь одежду. Мы шли от одной тени до другой, хотя, увы, высокие холмы встречались на нашем пути не так часто, как хотелось бы.

На вершине одного из холмов мы увидели черную стелу с парящей в воздухе колонной. Здешняя сила тяжести ее не пугала. Как и в мире страстей, эта колонна висела в полуметре над землей. Ее удерживали толстые канаты. Думаю, их сплели из местного ковыля. По структуре похоже. Каждый канат был в руку толщиной, и все они провисали совершенно свободно. Траву под колонной кто-то старательно выполол, так что мы сразу увидели и начертанную белым пеплом пентаграмму на земле, и лежащие на ней черепа.

- Бесы, - уверенно сказал Факел.

Ну да, знакомые черепа. Ёрш, обойдя стелу слева, остановился и махнул рукой. Я подошел. На каменной плите перед стелой был распят скелет. Это был скелет человека. Причем без наростов, характерных для одержимых.

- Пленный, - предположил я.

- Или предатель, - строгим тоном выдвинул свою версию Факел, подходя ближе.

Взгляд, который он бросил на скелет, был невероятно далёк от сочувствия.

- Тогда почему его казнили? - спросил я.

- Как будто бесам для этого нужен повод, - отозвался Факел.

Тут он прав. Бесы - те еще твари. Я рефлекторно бросил взгляд по сторонам. Никого не заметил.

- Стало быть, вот каков их мир, - произнес Сургуч, также оглядываясь по сторонам. - Думаю, не стоит здесь задерживаться.

В этом я был с ним всецело согласен. Другое дело, что человек предполагает, а Господь, как известно располагает. Даже в аду.

Мы шли по степи еще около часа, когда разведчики заметили впереди движение. Наш отряд тотчас укрылся за холмом. Я и Беркут осторожно поднялись на его вершину. Разведчик показал, в какую сторону смотреть. У него был небольшой полевой бинокль, я же взглянул через оптический прицел.

Впереди бесы разбивали лагерь. Это были те самые низкорослые уродцы, покрытые красной шерстью, что и у нас. Думаю, какое-то племя. Под ногами у взрослых мельтешила детвора. Навскидку тут было морд полтораста. Взрослые бесы с привычной быстротой возводили шатры из грязно-коричневых шкур. Груз у них тащили здоровенные мохнатые твари. Я для себя окрестил их яками. Они были похожи, только здешние, пожалуй, крупнее земных и длинная рыжая шерсть подметала землю под ними. Эдакая копна меха со здоровенными витыми рогами. На каждого яка была навьючена целая гора поклажи, а вот сами бесы передвигались пешком.

- Сабли, копья, ножи, - шепотом перечислял я замеченное вооружение. - Не вижу даже луков. Дикари какие-то.

- Это гражданские, командир, - так же тихо отозвался Беркут. - Боевая партия может быть вооружена лучше. Гораздо интереснее, что у них даже главный путешествует пешком.

Главным, скорее всего, был пузатый бес в красном халате, богато расшитом цветными бусинками. Они образовывали сложные многоугольные фигуры. То ли знаки различия, то ли просто красивый - для бесов - орнамент. Голову беса венчала широкая красная лента. На руках, которыми он вовсю дирижировал работами вокруг себя, поблескивали золотые браслеты.

- Думаешь, кавалерии можно не опасаться? - спросил я.

Беркут едва заметно пожал плечами, но потом ответил:

- У нас обычно первым пересаживается на коня начальство. Да и вообще не припомню верховых бесов, а ведь к нам, как я понимаю, завозят именно военных. Но вообще, командир, бесы - ребята шустрые. Захотят, так и пешком догонят. Тем более что мы с грузом идём.

Я кивнул и мы отползли вниз.

- На пути лагерь бесов, - сказал я, мотнув головой в их сторону. - Гражданские, но с охраной. Придется идти в обход.

На лицах моей команды отразилась вся гамма чувства "да ну его к лешему!"

- А может, просто перебьем их всех по-быстрому? - предложил Волк.

- Их много, - сказал я. - По тихому вряд ли получится, а на шум могут сбежаться другие бесы.

А кроме того у меня никогда не лежала душа убивать гражданских. Культисты не в счет, это предатели, а вот всякие мятежники, вся вина которых зачастую в том, что им нечего жрать, это не по мне. Вот и эти - вроде нечисть, а вроде и мирные жители.

- Других тоже перебьем, - ответил Волк.

- Или они нас задавят числом, - возразил я. - А у нас важная миссия. Рисковать ею мы не будем, так что придется немного побыть благоразумными.

Я постарался, чтобы последнее прозвучало достаточно твердо. Идея, конечно, никому не понравилась, но спорить с командиром никто не стал.

- Слева или справа обходим? - спросил Беркут.

- Это вопрос к вам с Ершом, - ответил я. - Нам нужно пройти скрытно, но быстро. Долго тут задерживаться нам тоже не с руки.

Разведчики вскарабкались на холм, обозревая окрестности. Мы ждали внизу. Если сбросить с плеч поклажу и развалиться на травке, то и при здешней силе тяжести было вполне сносно.

- Нам по схеме осталось идти порядка верст десять-двенадцать, - негромко рассуждал вслух Волк. - Это часа два быстрым маршем.

- Добавь еще час на наш груз и на то, что мы уже с раннего утра в пути, - предложил Сургуч.

- Хорошо, три, - сказал Волк. - За это время бесы вряд ли успеют собраться с силами.

- Они могут встретить нас на обратном пути, - напомнил я.

Волк небрежно отмахнулся. Ну да, миссия-то уже будет выполнена, а остальное для настоящего штурмовика не имеет значения.

- По схеме - это на бумаге, - сказал Колобок. - А что там с оврагами?

Волк что-то проворчал себе под нос, но на овраги у него сходу возражения не нашлось. Пока он думал, вернулись разведчики.

- Можно пройти правее, - сказал Беркут - Там цепочка холмов. Она укроет нас от бесов, но надо будет соблюдать осторожность. Слева большая пустошь, там только ползком.

- С нашим грузом? - произнес в ответ я. - Это нереально.

- Реально, - парировал Ёрш. - Хотя с нашим отрядом выйдет очень долго.

При этом он выразительно глянул на Факела. Да, при всех достоинствах моего друга, скрытность - не его конёк. Он из тех, кто считал, что лучшая маскировка - это тотальное истребление всех наблюдателей. Факел ответил Ершу хмурым взглядом, тотчас уловив, в чей огород в этот камушек.

- Также можно дождаться ночи, - невозмутимо продолжал Ёрш. - Бесы видят в темноте не лучше нас.

Я помотал головой, сразу отметая этот вариант. Время тут работало против нас.

- Идем правее, - скомандовал я. - Ёрш, Беркут - вы впереди. Волк и Комар - замыкающие. Ну, с Богом!

Вот как чувствовал, что вмешательство Всевышнего тут будет совершенно необходимо.

Мы направились по выбранному разведчиками маршруту. От лагеря аборигенов нас скрывали холмы и расстояние, однако в паре мест пришлось перемещаться ползком. Впрочем, это были совсем небольшие просветы. Метров по двадцать каждый. Если бы трава стояла в полный рост, можно было бы даже поклажу с плеч не снимать, а так пришлось волочить ее за собой по земле.

Факелу приходилось сложнее всех. Передоверить ангела он никому, конечно же, не мог, а ведь у него еще была сбруя с баллонами горючки. Факел справился, но как же медленно! Разведчики перед нами проползали вообще шустро, точно ящерицы. Мы за ними не поспевали, но Факел отставал даже от нас, приползая вместе с замыкающими штурмовиками и тяжело дыша.

- Давай хоть с баллонами помогу, - негромко сказал я ему.

- У тебя своя поклажа, - отозвался он. - И не только своя.

В моем походном мешке лежали наши общие запасы сухих пайков и воды, однако в армии умение перемещаться на большие расстояния с грузом за плечами было одним из самых главных. Пехота всё свое несет с собой. Нет, обозы придумали далеко не вчера, но и бездорожье, где ни один обоз не пройдет, тоже давно не новость.

Ёрш недовольно поглядывал на Факела, тот на него, и я уже подумывал услать разведчиков вперед подальше, пока они не переругались прямо на ходу, благо дальше какое-то время можно было идти совершенно свободно. От лагеря нас скрывала цепочка холмов. С другой стороны тянулась еще одна - заметно пониже, но тоже выше человеческого роста. И вот между теми холмами внезапно возник бес.

Тотчас грянул выстрел. Бес кувырнулся на спину. Мы вскинули оружие, но бес оказался один. Зато над степью прокатилось протяжное верещание. У бесов оно заменяло сигнал тревоги. Я от души помянул нечистого. Теперь уже можно.

- Он нас заметил, - сказал Волк.

Стрелял, к слову сказать, тоже он.

- Но можно же было убить его тихо! - рявкнул я.

Бес явно выскочил на нас случайно. Оружия у него не было, да и одеяние сводилось к нескольким кожаным ремням и пустой корзинке за спиной. Небось какой-нибудь травник или что тут еще можно собирать в этих холмах. В общем, типичный гражданский.

- А можно было бы и упустить, - парировал Волк.

- Это даже тебе пришлось бы постараться, - в сердцах бросил я в ответ.

Разведчики тем временем ящерками скользнули на ближайший холм, откуда просигналили: "тревога!" Да кто бы сомневался?!

- Уходим, - скомандовал я.

Надо бы "убегаем", но не с нашим грузом. С холма спустились разведчики и доложили, что в лагере бесов поднялась суматоха. Часть охраны быстро движется в нашу сторону.

- Мы с Беркутом можем их всех быстро перебить, - сказал Ёрш.

- Если быстро, то действуйте, - согласился я. - Но не отставайте от отряда. Лучше бесов упустите.

- Они сами нас не упустят, - отозвался Беркут.

В этом он был прав. Бесы - самые прилипчивые из всей нечисти. Думаю, они компенсировали упорством свои прочие недостатки. Мы отошли всего шагов на сто, когда загремели первые выстрелы. Видать, бесы мчались со всех ног. Они у них короткие, но быстрые. Доводилось мне гонять эту нечисть, и по части бега они с грузом на плечах не уступали мне налегке.

Разведчики подпустили бесов поближе, и перестреляли практически в упор. Вот только не успела смолкнуть стрельба, как мы услышали новое верещание. Вначале слева, затем уже заметно ближе справа, а потом - впереди нас. Причем впереди - громче и пронзительнее.

- Огнеметы - вперед! - на ходу скомандовал я.

Впрочем, первой партией на нашем пути оказалась полудюжина бесов с костяными копьями. Этих бы мы и так на ходу перестреляли. А так дольше обходили полосу пламени. С двух огнеметов широковато получилось. Сургуч с Факелом небось тоже ждали чего-то посерьезнее и жахнули с размахом.

Уже за огненной полосой нас догнали разведчики.

- Обходят со всех сторон, - доложил Беркут. - Но мелкими партиями. Стрелкового оружия не видно.

- Отлично, - отозвался я.

В следующую секунду из прохода между холмами выскочила пара бесов. Наши выстрелы грянули практически залпом. Бесы, дернувшись, столь же дружно рухнули на землю, но один успел-таки метнуть в нас свое оружие. Оно воткнулось в землю недалеко от меня. Это было нечто вроде вытянутого в длину бумеранга. Я видел такие в журнале "Вокруг света". В петроградском госпитале была целая подборка, а время в больницах тянется медленно. Я тогда перечитал всё, что только нашлось.

У этого бумеранга оказались остро заточенные концы и он вонзился в землю почти на треть своей длины. К слову сказать, земля тут была твердая, а бесовское оружие - костяное. Поверхность украшали резные руны, но вряд ли они значительно повышали пробивную силу.

- У них бумеранги вместо стрелкового оружия, - громко сказал я.

- Дикари, - презрительно отозвался Волк.

- Но их много, - сказал я.

Их всегда много. Если видите одинокого беса - это или разведчик, за которым идет много бесов, или отставший от своих мародер, перед которым идет много бесов. В общем, где один, там рядом непременно есть еще.

Вот и тут они то и дело появлялись. То с одной стороны выскочат, то с другой. Поначалу бесы набегали небольшими группами и мы их легко отстреливали на ходу. Затем они всё же сообразили, что так у них дело не пойдет. Противно вереща, бесы скоординировались и атаковали сразу с трех сторон. Нам пришлось остановиться. Стоя на колене, я отстреливал каждого беса в поле зрения, уже не пытаясь выделить лидеров, и за грохотом выстрелов даже не слышал, как мимо с шелестом пролетали бумеранги. Один только раз в паузе на перезарядке расслышал - а, скорее, даже просто почувствовал - как прошуршало над самой головой. Надо признать, что в отличие от нашего оружия, бесовское было практически беззвучно.

- Комар убит, - спокойным тоном сообщил Сургуч.

Они с Факелом стояли наготове со своими огнеметами, но бесы теперь так близко не совались. Я быстро оглянулся. Штурмовик лежал на спине. Из его груди торчал бумеранг.

- Вот тебе и дикари, - тихо проворчал я.

Кроме бумерангов, бесы метали в нас и копья, однако те были хоть и короткие, но тяжелые и до нас не долетали, безвредно втыкаясь в землю. Лишь одно, пущенное, видать, особо сильной рукой, финишировало почти у ног Факела. Причем это бесы еще метали копья с холма вниз, а сверху кидаться легче.

- Поднимемся на холм, - сказал я. - Факел, Сургуч, возьмите Комара.

- Он мертв, - тотчас отозвался Волк.

- Это не значит, что мы оставим им тело, - резко бросил я.

У этих паршивцев весьма своеобразное представление о том, как поступать с телами павших врагов. Факел с Сургучом подняли тело. Комар был тяжелый. У него же еще и форменный ранец с припасами, и подсумки с патронами почти полные. Беркут без команды метнулся им на помощь. Они у меня все самостоятельные. Втроем они быстро вознесли тело на вершину. Остальные на ходу отстреливали бесов. Тех, что были на склонах, мы перебили быстро, но затем целая армия бросилась на штурм. От их верещания закладывало уши. Ух, мы и задали им жару! Даже до огнеметов дело дошло.

Лишь когда половина холма уже полыхала ярким освященным пламенем, а мы расстреляли половину боезапаса, бесы, наконец, отступили. Вся степь вокруг была завалена рыжими трупами. Вдали удирали штатские бесы со своими ездовыми яками. Лагерь они, кстати, успели свернуть. Шустрые ребята. Ну да, как говорится, бес с ними. Вот уж точно.

По степи тем временем переливалось протяжное верещание. На отдаленных холмах мелькали бесы. Выскочив на вершину, они торопливо махали флагами и шустро скрывались из виду. Флаги у них были на коротком древке, зато с длинным полотнищем. Обычно красным. У нас я такого не видел. Хотя у нас армии бесов координировали демоны, им флаги без надобности. Здесь, стало быть, против нас одни только бесы. Это обнадеживало. Но их очень много. Это, понятное дело, наоборот. А главное - их силы стягивались как раз на пути к нашей цели.

- Надо их как-то обойти, - сказал я.

- Не получится, - ответил Сургуч. - Они наверняка наблюдают за нами.

- Пробьемся через этих тварей, - уверенно заявил Волк.

Факел согласно кивнул. Это в его стиле.

- А если не пробьемся? - спросил я.

- Погибнем со славой, - сказал Волк.

- С какой славой?! - отозвался я. - Дело же завалим!

- Сидя здесь, мы тоже не выполним нашу миссию, - парировал Волк. - А так хоть какой-то шанс.

В этом он, к сожалению, был прав. Я внимательно разглядывал позиции врага, и не видел никаких других вариантов. Бесы благоразумно не приближались к нам, но они разворачивали свои силы между нами и гнездом. То ли просчитали наш маршрут, то ли просто занимали позиции по тревоге согласно плана. Меж холмов сновали целые отряды. Некоторых сопровождали яки. В оптический прицел я разглядел на одном здоровенные корзины с торчащими из них бумерангами. С боеприпасами у врага проблем не будет.

- Попробуем переходить по холмам, - предложил я. - Тогда их копейщики не смогут нас достать. И первыми выбиваем тех, кто с бумерангами.

На первый взгляд план выглядел вполне жизнеспособным. По крайней мере, возражений ни у кого не нашлось. Впрочем, у меня больше половины команды тех, кому только дай нечисть погонять, и такая возможность им тотчас представилась. Едва мы спустились с холма, как бесы атаковали. В нас полетели бумеранги, копья и еще глиняные шарики с какой-то дрянью.

Стеночки у шариков были тоненькие, отчего они разбивались даже при ударе о землю. Внутри находилась зеленоватая жижа. Она шипела и пузырилась, а если капли попадали на стебли ковыля, тот немедленно темнел и опадал на землю.

Один такой шарик прилетел саперу Буму прямо в лицо. Расквасил нос, но это просто от удара, а дрянь в нем в один момент сожрала половину шарфа, которым Бум лицо закутал, и оставила на щеке здоровенный ожог, как если бы он попал под удар огнемета.

- Ерунда! - произнес Бум, прикрывая ожог рукой. - Дойду.

До холма оставалось шагов двадцать. На вершине обосновались бесы с копьями. При нашем приближении они метнули копья и разбежались. Кто успел. Факел первым взлетел по склону и жахнул из огнемета. Врезал, конечно, от души, но теперь мы не могли занять вершину, пока не прогорит. Пришлось расположиться на склоне. Бесы снова отступили.

С нашей стороны никто, кроме Бума, не пострадал. Да еще я неудачно наступил в эту бесовскую дрянь и она мне малость пожгла подошву на правом сапоге. Не до дырки, но близко. Отдышавшись, мы сочли оставшийся боезапас. Такими темпами хватит еще на три холма. Впрочем, впереди их было всего два. Дальше лежала голая степь. В степи стояли целые отряды.

- Не пройдем, - мрачно констатировал я. - Нужен новый план.

- Я бы устроил отвлекающую атаку, - сказал Сургуч. - Часть отряда продолжит давить по центру, тогда как главные силы обойдут с фланга.

Я обдумал предложение. Теоретически опять же выглядело неплохо, хотя это уже, скорее, план на ночь. Сейчас нет шансов, что наш маневр не заметят. Степь-то реально голая. Ни деревца, ни кустика, трава и та по земле стелется.

- А как потом отвлекающая группа прорвется к основной? - спросил я.

- Не думаю, что у них будет такая возможность, - спокойно ответил Сургуч.

Другими словами, он предлагал пожертвовать частью отряда для прорыва. Я сразу помотал головой. Не в моих это правилах, да и пока что пусть с боем, но мы всё же продвигались вперед. У самого горизонта уже виднелись верхушки темных куполов. Вот только между нами и гнездом стояли бесы. Нет, в лоб мы их точно не пробьем. Слишком их много. Но и сидеть на месте - плохая тактика. Аборигены уже приспособились и начали наносить нам урон. Сейчас они еще немного напуганы первыми потерями, но у бесов это ненадолго.

- Эх, припугнуть бы их чем-нибудь, - тихо проворчал я, больше размышляя вслух, чем ожидая готовых предложений.

- С нами ангел, - тотчас отозвался Факел, расстегивая рюкзак. - Правда, он не так сильно действует на рядовую нечисть, но наверняка сможет нам помочь.

Надо же, за всеми недавними перипетиями он умудрился даже не помять ангела. Роза по-прежнему благоухала и буквально лучилась чистотой, а ее цветки сохраняли идеальную форму. На секунду я залюбовался ими. Затем раздался голос Сургуча:

- Тогда уж лучше помолиться сразу Господу.

- На Бога надейся, а сам не плошай, - тихо произнес Ёрш.

Это тоже верно, но мы, увы, уже оплошали.

- Услышит ли Он нас отсюда? - спросил я.

- Услышит, - с непоколебимой уверенностью в голосе произнес Факел. - Но стоит ли нам беспокоить Его по пустякам, особенно когда с нами его ангел?

- Хорошо, - сказал я. - И чем нам может помочь ангел?

Факел пожал плечами, но тотчас заверил меня, что помощь непременно последует. Он в это верит. Другими словами, конкретного плана у него не было. Была лишь его в чем-то по-детски наивная вера. Это я понял. Факел тоже понял, что я это понял, и тяжко вздохнул. А затем вдруг я услышал голос в своей голове.

"Высокий холм", - произнес он. - "Ближе к солнцу".

Голос был совершенно бесцветный, без интонаций, но при этом не безжизненный. Скорее, даже не голос, а его эхо, отразившееся от моей черепушки. Судя по тому, как озадаченно переглянулись мои спутники, услышал этот голос не только я. Сургуч перекрестился.

- Это… сказал ангел? - удивленно прошептал я.

- А кто же еще! - без тени сомнения отозвался вмиг просиявший Факел. - Ближе к солнцу - это на запад.

Он указал направление. Там и впрямь возвышалась чуть ли не гора. Не близко, правда, зато точно самая высокая в округе. На вершине виднелись какие-то развалины. В принципе, для обороны и впрямь лучшая позиция. Но заговоривший ангел… Хотя, адские деревья близ Иерусалима ведь слышали нас. Почему бы и ангелу не обладать такой же способностью? Правда, те деревья с нами не говорили, но так им небось и сказать было нечего, да и вообще творение Господа должно было бы быть более развитым, чем адская поделка.

Я помотал головой, безжалостно вытрясая из нее лишние мысли. Сейчас надо было думать о спасении отряда.

- А что там на холме? - осторожно спросил я у ангела.

Всё-таки раньше мне никогда не доводилось разговаривать с высшими силами. Ну, то есть, я, конечно, молился, но обратно мне никто не отвечал. С другой стороны, как мне внезапно пришло в голову, я и не просил ответа. Сделать - иногда просил, прикрыть - почти всегда, а вот ответить… Ладно, всё когда-нибудь бывает в первый раз.

Увы, на этот раз ответа не последовало. Тем не менее, предыдущие слова я точно слышал. Это не галлюцинация. Их все слышали. Я видел это по их лицам, читал по губам, шепчущим молитвы. Ангел указал нам путь.

- Стало быть, идем в обход, - сказал я. - Первым делом занимаем тот холм справа.

- Отследят, - возразил Ёрш.

- Это да, - признал я. - Но если у них задача не пропустить нас к гнезду, то мы сможем оторваться.

- А что дальше? - спросил Ёрш.

- Там видно будет, - ответил я.

Или у ангела к тому времени появится новая идея. В конце концов, выражаясь прагматично, мы все сейчас в одной лодке. И желающих пустить эту лодочку ко дну хватало.

Стоило нам сойти с холма, как целая лавина бесов с верещанием понеслась в атаку. Мы на ходу укладывали их одного за другим, но через павших скакали всё новые и новые. Самые шустрые норовили забежать с флангов. Их мы укладывали первыми. И так каждый шаг покупали выстрелами, а если нас еще и обойдут - наше дело точно будет табак.

Понимая это, я подгонял своих. Особенно штурмовиков. Они вообще не из тех, кто отступал перед неприятелем, а уж бесы у них и вовсе не котировались за достойного противника. Им демонов подавай! Вот честно, будь у меня карманный демон, специально бы натравил на этих идиотов. Чуть голос с ними не сорвал. То одному рявкнешь: "отставить! назад!", то другому.

А тут еще и Сургуч зашатался на ходу. Я поддержал его за плечо. Старый инквизитор был бледен, как привидение.

- Устал я бегать, - выдохнул он. - Дальше без меня. Я задержу их.

- Отставить! - рявкнул я. - Сдайте поклажу и…

- У вас своей хватит, - перебил меня Сургуч. - И оставьте со мной Комара. Для видимости.

Мертвым штурмовиком я еще мог бы пожертвовать. Авось, его душа с божьей помощью найдет выход из ада. Но Сургуч…

- Ты знаешь, что я прав, так не трать время попусту, - спокойно сказал он.

Да, старик был прав, хотя это и неправильно. Мы своих не оставляем. Кто б меня еще спрашивал? Сургуч просто повернулся и затопал к ближайшему холму. Беркут с Факелом занесли туда же нашего павшего товарища. Уложили его так, словно бы он изготовился для стрельбы лёжа. Бесы тотчас рванули к ним, но удар из двух огнеметов отбросил их назад. Беркут пристрелил тех, кто умудрился увернуться от пламени, и они с Факелом поспешили за отрядом.

- Бог в помощь, Сургуч, - прошептал я, и зашагал дальше.

Сбоку забежал тощий бес с бумерангом наготове. Еще три штуки ждали своего часа в колчане за спиной. Я с удовольствием пристрелил гадёныша.

- Я прикрою Сургуча оттуда, - вызвался Море, кивком указав на соседний холм.

Колобок без спросу присоединился к нему. Да что ж они так все умереть-то спешат?!

- Сдайте поклажу, - только и сказал я. - Потом догоните.

Величину "потом" я уточнять не стал. Сами разберутся по месту. А у меня вообще-то приказ и ответственная миссия. А тут еще и Бум рухнул на колени. Ну уж нет! Сапёра я точно не оставлю. Кто врата в аду взрывать будет?! Я подпер его плечом и с матюгами погнал дальше. Стрелять приходилось навскидку и только на ходу. Стыдно признаться, мазал через раз. Пот застилал глаза, да и повисший на мне сапёр точности не способствовал. Хорошо хоть Беркут держался рядом, всаживая по паре пуль в любого беса, которому удавалось прорваться к нам. Одну пулю Беркут всаживал в бегущего, вторую - уже в упавшего. Я машинально покрикивал на отстающих, и топал вперед, заставляя Бума переставлять ноги.

Сколько так продолжалось, сказать не берусь. Может час, может вечность. Помню только, что мы вышли к здоровенному холму. Его венчали развалины земляных укреплений. Белое солнце заходило за них.

- Отлично, - выдохнул я. - Туда.

Собрав последние силы, мы рванули вверх по склону. Бесы позади нас верещали как безумные. Мимо пролетали бумеранги, втыкаясь в землю. Наши отстреливались. Я уже просто волок на себе Бума. Добравшись до укреплений, я торопливо окинул их взглядом. Бесов видно не было. Забросив Бума за бруствер, я развернулся, готовясь прикрыть своих. Те, отстреливаясь, поднимались ко мне. Бесы скакали у подножия. Вверх никто не совался. Паршивец в алых лентах примеривался метнуть бумеранг. Я выстрелил в него. На этот раз попал.

- Сюда они не суются, - сказал Ёрш. - Но они обложат нас со всех сторон.

Он стоял рядом, оглядывая окрестности.

- Пёс с ними, - отозвался я. - Нам нужен отдых. Только понять бы, куда нас занесло? Это крепость какая-то, что ли?

Выглядело скорее как какой-то заброшенный редут. Причем заброшенный уже давно. Ёрш молча кивнул и тотчас ушел исследовать нашу позицию. Остальные подтягивались и, сбросив поклажу на землю, занимали оборону.

- Раненые есть? - спросил я.

Ответом было дружное "нет". Хотя у некоторых я заметил порезы, но они у таких орлов, как мои, шли по статусу царапин. Все тяжело дышали, но были готовы к бою. На наше счастье, бесы выдохлись еще больше. Даже не попытались штурмовать холм. Подобрав своих павших и оружие, они начали отходить. Не далеко и демонстративно-открыто выставив часовых, но всё же мы получили передышку.

Я назначил Волка с Беркутом в дозор, и скомандовал привал. Несколько глотков воды малость вернули меня в этот мир, где бы он ни был, и я уже более вдумчиво оглядел нашу позицию. Пожалуй, ее когда-то давно взяли штурмом. Или очень пытались. В стенах хватало проломов, ныне полностью заросших ковылем. Кое-где из него торчали обломанные каменные балки. Перед ними виднелись воронки. Внутри - тоже, хотя заметно меньше. Впрочем, все они могли бы быть и частью здешней фортификации.

Факел склонился над Бумом. Хомяк присел рядом. Вернулся с разведки Ёрш.

- Это гнездо, - доложил он. - Разрушено. Внутри никого нет, но кольцо в рабочем состоянии.

- Уже опробовал? - спросил я.

Ёрш мотнул головой.

- По ту сторону болото, - доложил он.

Стало быть, врата односторонние. Я вздохнул, и сказал:

- Хорошо, идём, глянем.

В центре крепости уцелел крупный блиндаж. На крыше росла трава. Вход обрамляла полукруглая арка. То ли камень, то ли бетон. Сизый по цвету и шершавый на ощупь. Дверей не было, и свет заходящего солнца падал внутрь. Мы зашли. Внутри блиндаж походил на уже виденные нами камеры с вратами. Это было круглое помещение с ровными площадками и каменным кольцом в самом центре. На нем ярко алели демонические знаки. Кто-то всё же должен был о нём заботиться. Скорее всего, он сбежал при нашем появлении. Ну да его счастье.

По ту сторону лежал другой круг ада. Там еще стоял день и тамошнее солнце освещало заболоченный лес. Я не силен в ботанике, но деревья были не похожи на наши. Какие-то перекрученные, с длинными остроконечными листьями. Листья были желто-зеленые, ближе к лимонному цвету. Прямо под кольцом располагалась небольшая прогалина. На вид - сухая. Я вынул из кармана перочинный ножик и бросил в кольцо. Он упал рядом с кустиком, похожим на наш черничный, но тоже с остроконечными листиками, и остался там лежать. Мимо пролетела ярко-синяя пичужка. Она на миг зависла над моим ножиком, и стремительно умчалась прочь.

Я присел на край и основательно задумался. С одной стороны, выглядело, что нам - туда. Просто потому что мимо бесов мы сейчас к намеченному гнезду не прорвемся. Никак. Да и ангел советовал идти сюда. С другой стороны, если я ошибусь, то обратно мы оттуда сюда уже не запрыгнем. Придется искать врата где-то там.

Я подумал было позвать Факела и спросить совета у ангела, но потом понял, что просто хочу переложить решение на кого-то другого. Нет, ответственность - это точно не моё. Вот только, как говорится, назвался груздем - полезай в кузов. Я тут командир, мне и решать. Тем более что решение-то только одно. Надо только принять его.

Глава 4

Если ад действительно был цепочкой занятых демонами миров, то, наверное, где-то среди звезд есть и райский мир. В представлении наших предков он выглядел как некий сад, где царило вечное лето. По крайней мере, в описаниях рая мне никогда не попадалась зима с ее снегопадами и сугробами. С другой стороны, не так уж много у нас этих описаний. Ад почему-то представлен более детально.

Впрочем, этому может быть простое объяснение. Из ада к нам нечисть лезет постоянно. Возможно, она всегда лезла, загодя готовя плацдарм, а в последние годы началось уже полноценное вторжение. Соответственно, и о том, что находится по эту сторону, мы пусть и через вторые-третьи руки, но узнавали. Ангелы же появились у нас лишь с началом вторжения, и к общению склонны не были. Или это мы не были склонны общаться с ними?

- Вот интересно, догадался ли еще кто-то просто поговорить с ними? - прошептал я.

Мне никто не ответил. Я сидел один на краю каменного кольца и глядел в него. За ним мелькала обычная лесная жизнь. Ветер качал ветви деревьев, меж них порхали крохотные ярко-синие птички, время от времени мелькала какая-то ящерка. Солнце медленно ползло по небу.

Пора было принимать решение.

В круге бесов настал вечер. В бункере заметно потемнело. Я вышел наружу. Всё было тихо. Вдали, в том направлении, откуда мы пришли, в небо поднимался столб черного дыма. Бесы плотно обложили холм, но сквозь них как-то пробрался Колобок. Он выглядел малость потрепанным и очень уставшим.

- Сургуч погиб, - сказал Колобок. - Сжег себя и Комара, когда бесы навалились.

- Мир праху, - ответил я; чего-то подобного я и ждал. - А где Море?

Колобок пожал плечами.

- Мы разделились, - пояснил он. - Беркут пошел его искать.

- Что?!

Колобок спокойно повторил свои слова. Я от души выматерился. Получилось этажа на три. Даже, пожалуй, с мансардой.

- Вернется живой - расстреляю ко всем чертям! - подытожил я.

Колобок счел разумным промолчать. Оно и правильно. Очень, знаете ли, хотелось хоть кого-нибудь расстрелять. Вместо этого я обошел редут. Мои бойцы расположились так, чтобы контролировать все подступы. Бум совсем расклеился, но заверил меня, что когда придет время, он пойдет сам, и попросил его тут не оставлять. Вот ведь, один отстанет, и вот уже другой боец начинает думать чёрт знает что! Армейское правило своих не оставлять не на пустом месте возникло и не из пустого благородства. Я заверил Бума, что живого мы его не бросим да и мертвого без крайней нужды - тоже.

- Мертвого можно, командир, - сказал Бум.

- Уверен? - спросил я. - Это всё-таки ад.

- И мы идём всё глубже и глубже, - напомнил Бум.

Да, это аргумент. Я пообещал, что по возможности Факел сожжет тело, чтобы враг не глумился над трупом. Факел сидел на земле неподалеку. Он всё слышал и уверенно кивнул. Мол, сделаю.

Еще дальше у бруствера стоял Волк, вглядываясь в степь. Ёрш сидел на взгорке и чистил свой пистолет. У него был "Люгер". Еще тот, старый, калибром семь и шестьдесят пять миллиметров, до того как он стал армейским "Парабеллумом". Этот-то явно создавался для солидных клиентов. Вороненый ствол, рукоятка из красного дерева. Хорошее оружие, но капризное по части боеприпасов. Ему, как и моей прелести, подавай только родные патроны. Зато точность и кучность боя отменная, что особенно приятно в комплекте с его скорострельностью. Как-то я читал, будто бы за полминуты из "Люгера" сделали аж сорок восемь выстрелов. У "Люгера" есть возможность поставить барабан на тридцать два патрона. Получался тот еще монстр, зато не надо тратить время на перезарядку.

- Наших не видно? - спросил я.

Ёрш коротко мотнул головой, не отвлекаясь от своего занятия.

- Пока нет, - отозвался Волк. - Бесы ведут себя спокойно.

- Хорошо, - сказал я, подразумевая, что информацию я к сведению принял, а на самом-то деле всё очень и очень плохо. - Ждем еще час, потом уходим. Маршрут они знают.

- Это как раз основание не ждать еще час, - негромко произнес Ёрш.

Волк бросил на него суровый взгляд. Мол, как ты можешь сомневаться в наших?! Ёрш его проигнорировал. Я взглянул на часы, засекая время. Затем еще раз обошел редут по кругу. По другую сторону блиндажа Колобок, сидя прямо на бруствере, вел наблюдение за врагом. Он тоже не видел наших затерявшихся товарищей. Хомяк, разложив на земле содержимое своего и бумова вещмешков, соображал, как бы уложить обе бомбы в один.

- Его самого тащить надо, - пояснил Хомяк в ответ на мой вопросительный взгляд, мотнув в сторону Бума. - А мне два тащить неудобно.

- Так мы рискуем потерять всё, - сказал я. - Давайте-ка лучше раскидаем груз на всех. Так и тащить легче будет.

- А вы сможете в случае чего собрать бомбу без меня? - спросил Хомяк.

Вообще-то вряд ли. Как ее привести в боевое положение - я знал. Этому на всякий случай мы все обучились еще на "Просвирнове". Даже разобрали кое-какие нештатные ситуации. Но не более того.

- Вас мы терять не будем, - строго сказал я. - Распределите вторую бомбу на четыре части, чтобы было более-менее равно по весу.

Факела я мысленно вычеркнул из списка носильщиков, у него своего груза хватало. Подумал было заранее включить в это число Беркута с Море, но затем решил, что вначале надо глянуть, в каком состоянии они заявятся. Тогда я еще надеялся на их возвращение. Собственно, и час спустя я всё еще надеялся. Бесы нас не беспокоили и я в какой-то момент вообще подумывал остаться на редуте до утра. Отряд бы отдохнул, да и у меня было бы больше времени на принятие решения. Однако потом я понял, что просто тяну время, не в силах решиться. Тут надо было просто прыгать как в холодную воду.

- Мы не можем ждать их вечно, - сказал я остальным. - Тем более что бесы сейчас отвлеклись на нас и у Беркута с Море есть шанс прорваться по основному маршруту. Глядишь, еще вперед нас на месте будут. Мы оставим им знак, что мы прошли через врата. Бесы и без того это сообразят, так что большой беды не будет.

- А там они нас как найдут? - спросил Волк, имея ввиду наших отставших товарищей.

- Беркут - разведчик, - сказал Ёрш.

Прозвучало это уверенно и даже с некоторой ноткой гордости. Мол, вы не сможете уйти так, чтобы разведчик вас не нашел.

- Отлично, - сказал я. - Тогда выдвигаемся. Волк, Колобок, помогите Буму.

Тот, как оказалось, был без сознания. Думаю, в той дряни, которой нас закидывали бесы, был какой-то яд, но помочь бедняге мы всё равно ничем не могли. У нас не было ни вакцин, ни даже толкового медика. Командование, собирая нашу группу, нацеливалось на результат, а не на выживание исполнителей. И этот результат был столь важен, что мы не могли повернуть назад из-за одного раненого. А самое паршивое в этом раскладе, что я отвечал и за результат, и за каждого в отряде. Включая и угасающего Бума, и тех балбесов, что потерялись где-то в бесовской степи. Хоть разорвись.

Вместо этого я привел отряд в блиндаж и без проволочек сиганул в кольцо. Даже не заглянул в него еще раз. Как в омут с обрыва, благо настроение было соответствующее.

Здесь я падал метра три, но земля оказалась довольно мягкой. Без камней и корней, и словно бы недавно вспаханная, но уже покрытая зеленью. Сила тяжести не давила на плечи. Даже, пожалуй, ощущалась какая-то легкость, но так могло сказываться избавление от тяжести. Воздух бы плотный, насыщенный ароматами. Я бы сказал, что примерно как в цветущем саду, только с еще более концентрированными запахами. Хотя особого цветения я тут не наблюдал. Тут было порядка десятка здоровенных желтых цветков на деревьях да россыпь мелких розовых в траве - вот, пожалуй, и всё.

Я поднял взгляд. Надо мной было чистое небо. Солнце не так жгло, и я размотал шарф с лица. Ветерок принёс приятную прохладу. После бесовской степи тут был просто курорт. Я сбросил вещмешок на землю и как мог жестами изобразил, что лучше груз скинуть отдельно. Из воздуха вылетел ранец штурмовика. Я поймал его на лету, но не удержал. Тяжеленный, зараза! Впрочем, приземлился он мягко. Я покивал и вообще всячески показал, что всё в порядке, давайте в том же духе.

Следом прибыл Факел. Со всем своим снаряжением. Я едва успел отскочить. Он жахнулся так, что аж по щиколотки вошел в болотистую почву.

- Факел, - сказал я. - Я же показывал - груз отдельно. Ноги переломаешь.

- Ничего, я крепкий, - отозвался Факел, вытягивая сапог из земли. - Да и как ангела отправишь одного через это демоническое кольцо?

- Мог хотя бы огнемет скинуть.

Хотя куда там? С огнеметом ему расстаться, небось еще сложнее, чем с ангелом. Вот и Факел туда же:

- Да привык я уже к нему.

- Ну тогда бы баллоны отдельно скинул, - проворчал я.

Хотя бы запасные. Эх, всё как об стенку горох! Я только головой покачал и снова показал наверх, чтобы груз кидали отдельно. Следом за Факелом прибыл Волк. Этот - налегке, только с винтовкой в руках. Он сообщил, что мою мысль поняли и составили порядок сброса. Сейчас прибудут бомбы. Не самый лучший выбор, но переигрывать было уже поздно. Мы с Волком ловили прилетающие из воздуха вещмешки и складывали их чуть в стороне. Факел стоял на страже, поглядывая по сторонам. За поклажей последовал Хомяк. Он предупредил, что следом будет Бум. Мы ловили сапера с особенной осторожностью. Поймали. Бум был без сознания и тихо хрипел. Мы пристроили его поудобнее, подложив его свернутую шинель ему под голову.

- Факел, давай-ка еще раз попросим помощи у ангела, - предложил я. - А то я что-то никак не соображу, в какую нам сторону.

Вокруг стоял заболоченный лес. Факел с готовностью открыл рюкзак. Аромат ангела коснулся моего носа. Он походил на здешний, но был заметно тоньше и нежнее, распадаясь на множество оттенков. Здешний всё же выступал единой массой.

- Выручай, приятель, - прошептал Факел.

После чего он так же шепотом кратко, но предельно точно обрисовал ситуацию, в которой мы оказались. Наловчился на отчетах. Ответ пришел на самом пределе слышимости. Быть может, мне вообще только лишь почудилось, однако Факел сказал, что он точно расслышал фразу: "идите на зов". Никакого зова я уж точно не слышал.

- Это становится проблемой, - прошептал я, задумчиво потирая подбородок.

- Господь укажет верный путь, - невозмутимо произнес Факел.

- Тогда не прозевай его знак, - отозвался я. - У меня это плохо получается.

Факел спокойно кивнул. Мол, не беспокойся, дружище, и меня прямая линия с небесной канцелярией. Эх, кабы действительно так… Тем временем прибыл Колобок и доложил, что нечисть вокруг холма заметно оживилась. Я понадеялся, что это возвращаются Беркут с Море, но Ёрш, прибывший с почти минутной задержкой, помотал головой.

- Бесы штурмуют холм, - сказал он в ответ на мой вопросительный взгляд. - Идут неохотно. Возможно, демон. Я не видел. Наших тоже не видно.

Самое время уходить.

- Думаю, нам туда, - сказал Факел, указывая рукой направление.

- Почему? - сразу спросил Ёрш, вглядываясь в указанную сторону.

Внешне она ничем не отличалась от любой другой. Мы находились на небольшой возвышенности, а вокруг было болото, из которого поднимался лес. И то, и другое казалось бескрайним, и абсолютно одинаковым в любом направлении.

- Услышал зов? - спросил я.

- Ветер оттуда, - пояснил Факел свою мысль. - И он несет ароматы, похожие на ангельские.

- Думаешь, там еще один ангел? - спросил я.

- Возможно, - отозвался Факел.

- Значит ли это, что врата тоже в той стороне? - хмуро вопросил Волк.

- Как минимум, погоня за нами туда вряд ли увяжется, - подумав, сказал я. - Тем более демон. А там, глядишь, и сориентируемся. Опять же, в нашей миссии еще один ангел лишним точно не будет. Кто ж знал, что тут столько нечисти.

- В аду-то? - хмыкнул Ёрш.

- Выглядело так, будто все местные уже у нас, - ответил я.

- Бум умер, - сказал вдруг Колобок.

Он склонился на сапером. Тот лежал неподвижно. На лице, словно маска, застыло на редкость умиротворенное выражение. Так и просилось сказать: отошел с миром. Я видел много мертвецов, включая тех, кто даже после смерти вёл весьма активный образ жизни, но настолько мирного выражения не припомню. Всё-таки у нас война, апокалипсис, и даже те, кто спокойно отходили в свой срок, выглядели не столь благостно. Я на всякий случай проверил. Колобок не ошибся. Я махнул рукой Факелу. Тот подкрутил вентиль на раструбе огнемета и аккуратно сжег тело. Затем мы сразу ушли. Уже на ходу Факел записал Бума в свою поминальную книжку. Будет за него молиться. Это наверняка поможет душе сапера найти путь отсюда в рай, где бы тот на самом деле не находился.

Мы же искали путь через болото. Стоило сойти с полянки, и сапоги стали проваливаться по щиколотку, а то и глубже. Болотная жижа смачно чавкала под ногами. Выручали деревья. Их толстые корни торчали над поверхностью, и где возможно - мы переходили по ним, держась за низкие ветви. И всё же буквально за час пути умотались подчистую.

- Впереди просвет, - сказал Ёрш.

- Туда, - выдохнул я.

Сапог так увяз, что я его еле вытянул. Ёрш лихо ускакал по корням вперед, где вдруг и замер меж двух деревьев.

- Что там? - негромко спросил я.

Ёрш не ответил. Даже не пошевелился. Я тотчас сделал остальным знак замереть. Мы застыли. Я вслушивался в тишину, но не услышал ничего подозрительного, лишь ветер тихонько шелестел листвой. Ёрш сделал нам знак подходить. Мы кое-как доковыляли по корягам до него. Со стороны, наверное, звучало так, будто бы стадо слонов задумало незаметно прокрасться через посудную лавку. Нет, надо было начальству на эту миссию одних разведчиков набрать. Разные рода войск - это, конечно, разнообразие и готовность ко всяким вызовам, но вот ей-богу, у разведчиков бы половины этих вызовов попросту бы не возникло.

Добравшись до Ерша, я глянул за него и тоже остолбенел. На широкой поляне росли розы-ангелы. И не один куст, как у нас заведено, а сразу девять! Причем каждый был заметно крупнее того, что укрылся в рюкзаке Факела. Острые лепестки их многочисленных цветков были развернуты наружу. Так пехота ощетинивалась штыками перед вражеской атакой. Сияние окутывало их, словно легкий золотистый туман. Он едва уловимо пульсировал, складываясь в немыслимые призрачные узоры. Ярко-зеленая трава изо всех сил тянулась к ним с земли навстречу.

- Бог ты мой, - прошептал за моей спиной Факел.

- Надеюсь, это не ловушка, - столь же тихо произнес Колобок.

Мы же всё-таки в аду.

- Проверю, - отозвался Ёрш, и направился к ангелам.

"Не приближайтесь!" - гулким эхом прозвучало в моей голове.

Почему-то я сразу подумал, что это сказали ангелы. Все вместе, хором. Ёрш тотчас замер на месте. Стало быть, тоже услышал.

- Мы вам не враги, - сказал я.

Сказал громко, хотя, подозреваю, с таким же успехом я мог бы просто подумать.

"Мы знаем", - последовал ответ. - "Опасность не для нас. Для вас".

Ёрш с сомнением посмотрел на болото перед собой, и аккуратно шагнул назад.

"В глубинах погребен поверженный демон".

- Он мёртв? - на всякий случай уточнил я.

"Нет".

Окинув взглядом болото, я скомандовал:

- Обходим слева.

Там над самой водой торчали переплетающиеся корни деревьев. Идти по ним было не слишком удобно. Корни были перемазаны болотной жижей и оттого скользкие. Ёрш всё равно перебежал по ним как по мостику, а я чуть не навернулся. Пришлось шлепать по грязи, держась за корни рукой. Несолидно, зато добрался до поляны, перемазав лишь сапоги. Пока я счищал с них грязь, перебрались и остальные. Тоже без особой грации.

Очистив обувь - ну уж у кого как получилось - мы прошли на поляну. Здесь было сухо и чисто. На краю бил родник. Над ним нависал огроменный валун, укрывая своей тенью родник от солнечных лучей. Крохотные, не ангельские, цветочки обрамляли контур. Наверно, это от близости ангелов, но я сразу почувствовал себя в полной безопасности. Даже мысль мелькнула: может быть, это и есть рай? Островок безопасности в полных опасностей мирах. Но лучше не расслабляться. И пить только ту воду, которая у нас с собой.

- Привал, - скомандовал я.

Мы сбросили поклажу и устало повалились на землю сами. Я так просто рухнул на спину, мысленно дав себе пять минут полного отдыха. Иначе я просто не встану. Это чертово болото умотало меня в хлам. Только и мог, что лежать на спине, да глядеть ввысь.

Небо тут было синее, как у нас. Солнце, пожалуй, меньше, но тоже золотое. В небе парила какая-то крупная птица. У нее был здоровенный клюв и длинный хвост, который заканчивался плоским ромбом. Не горгулья точно. Но тоже черная, с отливом. Как та тварь, в которую обратилась Ольга Львовна…

От некстати нахлынувших воспоминаний меня отвлек Факел.

- Так вы действительно ангелы? - спросил он.

"Так нас называют там, откуда вы пришли".

- А как называете себя вы? - тотчас поинтересовался Ёрш.

Я как раз подумывал задать тот же самый вопрос, но организм так устал, что не соглашался двинуть хотя бы челюстью.

"Никак. Нам это не нужно. Мы едины".

Я всё же пересилил себя и медленно сел. Спина и даже затылок дружно проголосовали за возвращение в положение лежа. Уж не припомню, где последний успел перетрудиться. Но трещал так, будто бы я весь день не шарахался по здешним буеракам, а пил водку и теперь внезапно сзади подкралось похмелье. К сожалению, я всё еще оставался командиром нашего заметно поредевшего отряда, и потому должен первым делом разобраться в ситуации.

- Скажите, ангелы, а что вы здесь делаете? - произнес я. - Если не военная тайна, конечно. Но это же всё-таки ад.

Мол, совсем не ваша вотчина.

"Мы сокрушаем демонов. Мы идем туда, где они есть", - далее последовала короткая пауза, в ходе которой у меня возникло ощущение, будто бы огромный любопытствующий глаз заглянул мне прямо в мозг, после чего голос продолжил:

"Вы называете адом земли, которые подчинились демонам. Это земли не всегда принадлежали им. Раньше это были и наши земли тоже".

Я оглянулся по сторонам, и все мои бойцы сделали то же самое. По мне так болото, даже цветущее, совершенно не походило на райский сад. Пусть даже здесь и не было комаров. Вообще никакой мошкары не наблюдалось. Однако даже если все окрестные деревья давали съедобные плоды, обойти их с корзиной и вернуться сюда, к источнику воды - всё равно больше похоже на "добывать свой хлеб в поте лица". Хотя, если болота тогда не было…

- Так это был рай? - выразил Факел мысль, которую я так и не успел толком додумать.

Невидимый глаз снова подглядел в моем разуме определение термина.

"Рай был везде. Мы были везде. Едины и неделимы".

- И что же случилось? - спросил я.

Скорее, ляпнул.

"Катастрофа. Восстание демонов. Боль!"

Последнее слово буквально взорвалось в моем мозгу, отозвавшись ноющей болью в затылке. Похоже, я задел весьма чувствительную тему. Ну, в общем, мы, люди, тоже не были особо рады этому демоническому походу. Ангелам, небось, еще солонее пришлось. Всё-таки они в деле с самого начала.

Я решил перевести разговор в более конструктивное русло.

- Но одного демона, как я понял, вы всё же победили и тут законсервировали? - сказал я, кивнув в ту сторону, где нас остановили.

Затылок отозвался противной ломотой. Мол, мог бы и рукой махнуть. Руки, по правде говоря, потрудились куда больше него, пока я перебирался по болоту, цепляясь за ветви и вытаскивая застрявшие в грязи сапоги.

"Да. Повержен. Спит".

- А почему не мертв? - сразу спросил Факел. - Мы умеем их убивать и готовы помочь в ликвидации.

"Нужен".

Я оглянулся на своего напарника. Так и есть, брови сурово сдвинулись. Думаю, мысленно он уже обвинил всех ангелов в излишней снисходительности. Я к этому тоже время от времени склонен, хотя, понятное дело, не в отношении к нечисти. Мог бы уже и попривыкнуть.

- И за каким бесом он вам сдался? - устало протянул я.

Спорить совершенно не хотелось, но еще меньше хотелось, чтобы Факел ввязался в какой-нибудь теологический спор и нас бы попросили с этой уютной полянки.

"Бесы не нужны. Нужен демон".

- Ну так он у вас уже есть.

"Другой. Первый. Восставший".

- Ого! - я даже про больную спину ненадолго забыл. - Так вы, ребята, охотитесь на самого дьявола?

Ангелам вновь понадобилось пошарить по моей черепушке, чтобы уяснить суть вопроса. Я постарался мысленно максимально точно сформулировать, как человечество видело своего главного врага. Получилось, прямо скажем, так себе. Эдакий король демонов, который вознамерился полностью уничтожить род людской. Я представил его как самого здоровенного демона, какого только видел, потом накинул еще немножко, и увенчал полученную тварь змеиной головой. Получилось примерно похоже. По крайней мере, ангелы его опознали. Хотя, быть может, они не только ко мне заглянули и у моих спутников образ получился точнее, чем у меня.

"Да. Разрушитель".

- Дело нужное, - согласился я. - Удачи вам.

"Нам нужна ваша помощь".

- И чем мы можем помочь? - тотчас спросил Факел.

Вообще-то у нас своя миссия. Но если мы сможем чем-то поделиться, то это, конечно, завсегда пожалуйста.

"Мы не так подвижны как они. И как вы. Наш пленник одновременно здесь и там, рядом с разрушителем. Мы можем убить пленника и уйти с ним туда, но разрушитель быстр. Нужно следовать за ним. Быстро. Как он".

Я озадаченно хмыкнул. Похоже, эти ребята предлагали переместиться с ними прямиком в сердце ада и грохнуть дьявола прямо на дому. Задумка, прямо скажем, богатая. Но и страшно рискованная. Демонов там будет как минимум два, а, скорее всего, больше, и не факт, что мы их всех одолеем. Однако мои бойцы дружно оживились. Им идея понравилась. Нет, мне тоже, но в разумных пределах.

- И сколько там будет демонов? - спросил я.

"Много. Точно нельзя предсказать. Они приходят и уходят. Полный хаос".

Дело пахло хорошей дракой. Впрочем, моих бойцов это не пугало. Даже наоборот. Факел так и вовсе был готов сей же миг сорваться на подвиг. А врата кто взрывать будет? Мы с Хомяком? У него тут у единственного было написано хоть какое-то сомнение на лице.

- Не так быстро, - сказал я. - Много демонов такому отряду, как у нас тут, вообще-то не по зубам.

"Надо одного".

- И что будет потом?

На лице Волка отчетливо читалось: да какая разница?! На Факела я даже смотреть не стал.

"Его не будет!"

В смысле - дьявола. Это, конечно, большой плюс, но это не ответ на мой вопрос.

- Я про остальных демонов. Они исчезнут с гибелью разрушителя? Или, может, перестанут творить зло?

"Нет, они не изменятся".

- Да неужели мы от остальных не отобьемся с такими-то ангелами?! - вопросил Факел.

В его голосе отчетливо звучало: давай, соглашайся уже, и помчали чертей гонять!

- Наша задача - не только отбиться от демонов, но и разрушить врата, ведущие к сердцу ада, - напомнил я. - Уважаемые ангелы, сможем ли мы с вашей помощью переместиться к главным вратам в центре ада и разрушить их? После ликвидации дьявола, конечно.

"Нет".

Вот так! Кратко и однозначно.

- Так! Тогда давайте-ка дружно умерим энтузиазм, - сказал я, постаравшись, чтобы это прозвучало с начальственной строгостью. - В опасности - Земля, и наш первейший долг - защитить ее.

"Отдельная Земля не важна".

Э, нет, так точно не пойдет!

- Тут я с вами не соглашусь, - сказал я. - Земля - это всё, что есть у человечества. Мы ведь, в отличие от демонов, не умеем шляться по другим мирам.

Да и не особо хотим, если честно. Времена великих географических открытий уже давно миновали. Сейчас многие слишком привыкли к благам цивилизации, чтобы соблазниться кочевой жизнью. Разве что беженцев отправить, но этих власти сами не отпустят без должного контроля, а контролеров в нужном количестве опять же еще поди-собери!

"Вы здесь", - напомнили ангелы.

- Мы воспользовались демоническими вратами. Через такие много народу не проведешь, да и куда? Они все ведут к демонам.

"Вы будете сражаться, как сражались до этого".

Я оглянулся по сторонам. Если кто-то и прятался за деревьями, то я никого не заметил. Сами деревья тоже отстояли достаточно далеко. На всякий случай всё же понизив голос, я произнес:

- Если мы будем сражаться как до этого, то мы проиграем. Так что придется расставить приоритеты. Первым делом нам надо разрушить врата и запереть демонов в аду, чтобы они не могли вредить другим.

"Тогда демоны сами станут недоступны".

- Не скажу, что буду по ним скучать.

"Их тоже надо уничтожить".

- А мы сможем? - спросил я.

"Нет".

Снова четко и однозначно. Другими словами, ангелы предлагали нам коллективное самоубийство ради высокой цели. Нет, цель и правда была высокой, но как же Земля?

- Такова воля Господа, Глаз, - мягко произнес Факел.

- К тому же минимальное расстояние между обычными гнездами составляет порядка трехсот километров, - напомнил Колобок. - Мы эти болота будем месить до морковкина заговения.

- Именно, - поддакнул Волк.

Остальные тоже так или иначе выразили согласие с этой точкой зрения. Даже Хомяк негромко пробормотал, что у нас, в принципе, осталось две бомбы. Как раз на две цели. Да и я, собственно, не возражал грохнуть дьявола. Дело нужное. Затык был в том, чтобы суметь как-то пережить сие волнующее событие и таки взорвать единственные адские врата. Причем желательно всё же сделать это, находясь по нашу сторону и живым.

Пока я всё это соображал, ангелы снова заглянули мне под черепушку. Я уже приноровился это чувствовать. Они хотели знать: кто такой Глаз и кто такой Господь? Нет, я не претендую, чтобы ангелы господни были наслышаны о моей скромной персоне, но о Всевышнем-то они должны знать.

Или мы опять Его неправильно называем? Я постарался сложить в голове образ творца всего сущего. После некоторой паузы ангелы согласились, что да, именно Он этого хочет. Слава Богу, Он всё-таки существует.

- Ну так и чего мы ждем?! - громко вопросил Волк.

Штурмовик уже вскочил на ноги, и склонился над своим ранцем, готовясь закинуть его за спину. Надо же, у него еще остались на это силы.

- Ждем команды, - спокойно ответил Ёрш. - Если ты не забыл, у нас есть командир.

Разведчик не двигался с места.

- Глаз, командуй, - негромко призвал меня Факел.

- Да погоди ты, - несколько раздраженно произнес я, одновременно пытаясь осмыслить всё и сразу; от усталости мозги ворочались точно тяжелые валуны. - У нас всё еще остается наша боевая задача. Надо же разработать план с учетом этого.

- И что ты предлагаешь? - спросил Факел.

- Во-первых, хорошенько всё обдумать, - сказал я.

А я даже еще не придумал, что будет во-вторых.

- Ты просто тянешь время! - рявкнул Волк. - О чем тут думать?! У нас есть шанс покончить с самим прародителем зла!

- Да только порожденное им зло никуда не денется, - рявкнул в ответ я. - А если мы разрушим врата и запрём демонов в аду, то защитим Землю. Пусть они там варятся в своем соку, пока все не передохнут.

"Разрушитель вечен".

- Тем хуже для него, - отозвался я. - Вечное заключение станет ему наказанием за все его прегрешения.

"Наказание ничего не изменит. Он должен быть уничтожен".

Впервые мне послышался в этих отстраненных голосах намёк на сожаление.

- Слышал?!

Это Волк мне бросил. Вот по другому и не скажешь. Не сказал. Бросил. Как перчатку, бросая вызов. Я мысленно вздохнул. Это уже бунт. Пришлось тоже подняться на ноги, напустив на лицо начальственную строгость. Тут особо стараться не пришлось. После такого марша еще и разбираться с этим балбесом! Да за одно это я был готов его расстрелять. Да и что еще делать с бывалым штурмовиком? Не на кулаках же с ним биться?

Хотя он тотчас сделал шаг назад. Меня это малость удивило, как и его собранно-настороженный взгляд. Ах, ну да, я же герой, который "забил демона в рукопашной". На самом-то деле всё было совсем не так, но в мою историю всё равно никто не верил. Говорили, будто бы скромничаю. Я уже давно махнул рукой. Верите - и Господь с вами, только не просите повторить этот номер на бис.

- Я все слышал, - тем временем говорил я. - А теперь послушай меня. И всех остальных это, кстати, тоже касается. У нас есть приказ и мы его выполним!

- Вот ты и выполняй, раз такой упёртый, - заявил Волк. - А у нас новый приказ, от самого Господа.

- Если ты всё еще помнишь устав, то приказы от вышестоящего руководства - это для меня, - напомнил я. - Пока еще я ваш командир.

Его рука медленно, возможно даже самостоятельно, потянулась к висевшему на бедре револьверу. Свою прелесть я держал в руке. Точнее говоря, опирался на нее, как на трость, уткнув прикладом в твердую землю. Перебросить винтовку в положение для стрельбы навскидку было секундным делом, но я все же надеялся, что такой необходимости у меня не возникнет. Хотя краем глаза заметил, что Факел подкрутил мощность на раструбе огнемета, да и Ёрш как бы ненароком положил ладонь на свой "Люгер". Факел, без сомнения, будет на моей стороне. Ёрш - не знаю. Надеюсь, что тоже.

Впрочем, выяснять это не потребовалось.

- Так и почему ты еще не выполняешь приказ вышестоящего руководства? - строго спросил Волк.

Прозвучало как обвинение в ереси, но, по крайней мере, мы продолжали разговаривать. Его рука, словно осознав, что творит, отдернулась от револьвера.

- Потому что мне нужно его обдумать, - ответил я. - Про планирование операции когда-нибудь слышал?

Как офицер - должен был. Даже как офицер-штурмовик. Они, конечно, те еще башибузуки, но охота на демонов всё же подразумевала хоть какие-то основы тактики.

- Слышал, - проворчал Волк. - И про выделение отряда для отдельной миссии - тоже слышал.

- Наконец-то я слышу от тебя хоть что-то разумное, - произнес я уже более миролюбивым тоном.

Нет, в разделении нашего и без того маленького отряда я ничего хорошего не видел, но если альтернатива оному - стрельба в своих, то пёс с ним, пусть бы и шел к дьяволу. Не преуспел, так отвлек бы главного врага на себя. А преуспел - так честь ему и хвала. Я не завистлив. Особенно по части подвигов. Но тут вмешались ангелы.

"Разделение - зло! С разделения начался Разрушитель".

- Ну и что ты на это скажешь? - спросил Волк. - Ясно же, что мы должны идти все вместе и покончить с дьяволом.

Он произнес это всё еще с вызовом, но уже без первоначальной враждебности. Дисциплина всё же превозмогла стремление немедленно умереть во славу Господа. Ну и слава Ему.

- У нас всех вместе есть свой долг, - еще раз напомнил всем я. - Разрушить адские врата. Если при этом придумаем, как грохнуть дьявола, то непременно его грохнем. Такой шанс упускать действительно нельзя.

На последней фразе все дружно закивали. Особенно Волк. Однако я продолжал гнуть свою линию.

- Но наша наипервейшая задача - обезопасить Землю! И если ради этого придется пожертвовать шансом грохнуть дьявола, значит, ему повезло.

Тут все обратно дружно нахмурились, и я им малость подсластил пилюлю.

- Пока повезло! Рано или поздно мы до него доберемся. Или кто-то еще доберется. Не вечно ему небо коптить. Поэтому сейчас так! Здесь уже вечер и мы все устали. Уважаемые ангелы, как скоро настанет утро?

Наших единиц времени они, конечно же, не знали. Ни минут, ни часов, ни даже что такое утро. Хотя тут мы разобрались быстро - это время, когда ангелов окутывает солнечный свет. С минутами было сложнее.

Хорошо, я вспомнил слова профессора из Севастополя, что будто бы сердце человеческое бьется со скоростью шестьдесят ударов в минуту. Это в среднем, когда он не волнуется. В смысле - я. Профессор на мне пояснял, а вообще возможны варианты, хотя они и не слишком полезны для здоровья. А по среднему, как у меня, это хорошо и правильно. И главное - считать удобно. Шестьдесят ударов - шестьдесят секунд - одна минута. Пересчитав, сколько примерно должно ударить мое сердце до местного восхода, и переведя в привычные нам единицы, получилось примерно двенадцать часов.

- Отлично, - сказал я, подразумевая, что за это время вполне можно остыть, успокоиться и, даст Бог, что-нибудь даже придумать. - Привал до утра. Двое часовых сменяются каждые два часа. Ёрш и Хомяк, Волк с Колобком, мы с Факелом.

Можно было бы и по одному. Но, во-первых, мы не знали, что тут за мир и какие опасности он таил, а во-вторых, я не был всецело уверен, что проснусь, если засну в смену одного только Волка. Вслух я, понятное дело, озвучил только первую причину.

- Все, кто жаждет заполучить голову дьявола, думают: как это сделать без ущерба для нашей миссии, - добавил я, строго глядя при этом на Волка. - Остальным отдыхать! По тактическим вопросам обращаться к ангелам напрямую. Приказ ясен? Вопросы ко мне есть?

Ко мне вопросов не было. Волк присел на валун и, похоже, основательно задумался. На лице Факела отражалась даже не внутренняя борьба - внутренняя битва. Уровня Бородино! И, похоже, с тем же успехом. Ни одна из сторон не могла добиться безоговорочного успеха. Остальные, включая Волка, выглядели основательно задумавшимися. Хомяк - еще и встревоженным. Идеи у них были, но я сразу сказал, что непроработанные я рассматривать не буду. Извольте подготовить четкий план. Как говорил наш командир полка: чем бы солдат не тешился, лишь бы к вечеру шатался от усталости. И уж тем более не бунтовал.

Выглядело так, будто бы у меня начала получаться дипломатия.

Глава 5

Бог есть единство. Так мне сказал ангел. Или ангелы. Просто поначалу я воспринимал их голоса в голове как единый хор, а в моем сне голос звучал как нечто единое. Возможно, хор настолько слился, что я уже не различал отдельных участников. А быть может, это был просто сон уставшего солдата. Хотя я редко запоминал сны, а это запомнился мне очень отчетливо.

Мы с ангелом стояли на высокой скале. Точнее, я стоял, а он произрастал из скалы. Внизу плескался первозданный хаос. Крошечные звезды метались туда-сюда как оглашенные, сталкиваясь и взрываясь, но тотчас словно бы из ниоткуда появлялись новые.

- Иоанн Богослов писал, что Бог есть любовь, - возразил я.

- И это тоже, - спокойно согласился ангел. - Ненависть к себе - это вернейший признак безумия.

Мне даже показалось, что он усмехнулся, хотя как он мог? Он же розовый куст.

- А как же любовь к ближнему? - парировал я.

- А что есть ближний, как не продолжение тебя самого? - вопросом на вопрос ответил ангел. - Твоя семья, твои друзья, твой народ, твой мир - всё это лишь формы единства. А то, что бы называешь Господом, есть само единство. Мириады разумов как одно целое. Он - это мы все и одновременно нечто большее над нами.

Стало быть, вот это нечто большее и есть Он. Хотя…

- Ну да, - не вполне уверенно произнес я. - Священники же учат, что в каждом из нас есть частица Бога.

В каждом, но не каждый. Последнее я не произнес, но ангел всё равно услышал. Они же в моих мозгах как в своих копаются. Тоже единство, понимаете ли.

- Каждый, в каждом - это, как вы говорите, всего лишь семантика, - сказал ангел.

Я и не припомню, где я сей ученый термин подцепил. Уже и забыть успел, а он вишь - откопал.

Однако далее наша ученая беседа была прервана самым грубым образом.

- Сейчас или никогда!

Крик мгновенно вырвал меня из сна. Первым делом я тотчас схватил винтовку, а уже потом открыл глаза и оглянулся на голос. Крик издал Волк. Он стоял на краю полянки, именно там, где за краем покоился демон. Ангелы развернулись цветками к нему. И тут грянул взрыв.

По другому и не скажешь. Рвануло знатно. Вся полянка под нами содрогнулась. Фонтан грязной болотной жижи взметнулся в небо, унося с собой ошметки тела, покрытого черной чешуей. Я успел разглядеть руку - или, скорее, переднюю лапу с широкой кистью и тремя длинными когтями - и нечто, что я задним умом идентифицировал как большое свиное ухо. Тогда же единственное, что я осознал - Волк только что грохнул плененного демона. Потратив на это, между прочим, нашу взрывчатку.

"Он уходит!"

Полагаю, это вскрик хора ангелов означал, что Волк грохнул демона и тот, как ему и положено, отбыл в глубины ада. Переспросить я не успел, даже если бы и собрался. В следующее мгновение с полянки исчезли: ангелы, Волк, метнувшийся к нему Ёрш и часть взрыва, еще не успевшего опасть обратно в болото. Вот просто исчезли.

Даже трава там, где они только что были, осталась непримятой. По крайней мере, пока на нее не упали комья земли и ошметки демона из той части взрыва, которую ангелы не прихватили с собой.

- Да ёрш же твою меть! - потрясенно произнес я.

Позади меня что-то пробурчал Факел. Слов я не разобрал, но интонация была та же, что и у меня.

- Он забрал мой рюкзак, - тихо сообщил Хомяк.

Голос у него был какой-то потерянный. Ну да, собранная-то бомба только у него и была. Теперь, стало быть, одной бомбой у нас стало меньше.

Я вновь помянул того же ерша, который меть. К пропавшему Ершу это тоже малость относилось, хотя, подозреваю, это я со зла сказанул. Задним числом я думаю, что он всё же хотел остановить Волка. Но тогда я высказался с большим чувством и от всей души.

У нас оставалась всего одна бомба. Оставалась? Я быстро огляделся по сторонам. Рядом со мной лежал мой походный мешок. Внутри должна была быть четверть бомбы. Позади меня сидел Факел. Он тыльной стороной ладони протирал заспанные глаза. Правая рука крепко сжимала раструб огнемета. Чуть дальше застыл Колобок. Похоже, он собирался рвануть к Волку как и Ёрш, но не успел. Его рюкзак лежал на траве. Там вторая часть бомбы. Сбоку от него сидел Хомяк. На его лице застыло полное недоумение. Я, помнится, видел такое у какого-то чиновника, у которого на вокзале увели чемодан. Вроде и понимает, что произошло нечто неправильное, но что с этим делать - абсолютно не представляет, а оттого и пребывает в полнейшей растерянности. Ёрш пропал. Это я сам видел. Его ранец валялся на боку у родника. Ёрш на привалах ставил ранец на днище и, должно быть, опрокинул, когда рванул к Волку. В ранце - третья часть бомбы. На этом всё!

Четвертая часть бомбы была в ранце у Волка. В момент взрыва ранца на нем не было, но я тотчас припомнил, что тот лежал лямками вверх у самого большого ангельского куста. Должно быть, Волк заранее приготовил его, чтобы сразу подхватить. Сейчас в том месте зеленела травка.

Думаю, если оценивать мою матерную тираду в этажах, я отстроил целый небоскреб. Видел я как-то в газете фотографию чикагского небоскреба в Америке. Там было аж целых двенадцать этажей. У меня получилось еще выше. Я от души помянул и самого штурмовика, и мать его, и ее мать, и точно добрался бы до праматери Евы, если бы Факел меня не остановил:

- Криком делу не поможешь, Глаз.

- Знаю, - проворчал я. - Но хоть душу отвести можно.

- Вообще-то, командир, крик нас демаскирует, - негромко напомнил Колобок.

- После такого бабаха, куда уж больше? - ворчливо отозвался я.

Однако он прав. Не стоило шуметь попусту во вражеском тылу. Даже не потому что нас могли услышать, а потому что мы могли не услышать тех, кого привлек бы сюда взрыв.

- Хорошо, - сказал я. - Давайте выясним, что у нас осталось.

Факел первым делом заглянул в рюкзак и радостно сообщил:

- Наш ангел всё еще с нами!

- Отлично!

Хоть одна по-настоящему хорошая новость. Почему он остался, я спрашивать не стал, однако, видимо, невысказанный вопрос повис в воздухе, или же в чьей-то голове, поскольку на него пришел ответ:

"Мы - едины".

Прозвучало как: мы - один отряд. Вот! Ангел это понимал, а этот чертов штурмовик… Я с трудом подавил вновь накатившую злость и заставил себя сосредоточиться на деле. От Ерша нам досталось "в наследство" литровая фляга воды, сухпайки на два дня, его часть бомбы и россыпь патронов к "Люгеру". Ему бы они были нужнее. Калибр семь и шестьдесят пять никому из нас не подходил. У Колобка был немецкий карабин "А-Цет", у Хомяка - трехлинейка, Факел признавал исключительно огнемет. Хотя, к слову сказать, отлично стрелял из пистолета. Но только на стрельбище, куда ходил со мной за компанию.

Немного подумав, я всё же решил не бросать патроны здесь. Вдруг пригодятся. Ранец ушел в пользу Хомяка. Волк, паршивец эдакий, уволок его вещмешок со всем содержимым. В результате у сапера к его трехлинейке осталась едва ли дюжина патронов, заранее распиханная по карманам.

Тихо ворча себе под нос, Хомяк собрал сохранившиеся у нас части в одно целое и сообщил, что не хватало взрывателей - их в той бомбе было несколько - и часового механизма.

- Мы сможем взорвать бомбу без них? - спросил я.

- Взорвать - да, это технически несложно, - сказал он, уверенно кивнув. - Но без часового механизма рванет сразу.

Сразу нам не подходит.

- А если собрать новый? - тотчас спросил я. - Готов пожертвовать на это свои часы. Они у меня точные.

Уверенность на лице Хомяка сменилась откровенным скепсисом.

- Карманные часы - очень тонкий механизм, господин Глаз, - сказал он. - Сильно сомневаюсь, что я справлюсь без инструментов.

Я заверил сапера, что верю в него. Факел добавил к этому, что Господь пошлет нам всё необходимое для завершения миссии. У него прозвучало убедительнее, чем у меня. Хотя ему-то обещать проще. Взрывчатка у нас еще есть. Даже один освященный молот остался. Второй уехал в ранце Волка, но и того, что остался, достаточно для завершения нашей миссии. Но я как командир отряда, да и просто как нормальный человек, еще думал о том, как нам потом убраться оттуда после выполнения миссии. И отсутствие часового механизма на бомбе этот пункт плана заметно усложняло.

- Что ж, - сказал я. - Деваться некуда, нам надо идти дальше. Понять бы еще в какую сторону… Уважаемый ангел, не подскажете направление?

"Этого я не знаю".

Прозвучало не слишком оптимистично.

- А твои друзья тебе ничего не рассказывали? - спросил Факел.

"Какие друзья?"

- Те ангелы, что были здесь.

"Нам это не нужно. Мы едины, у нас общая память".

- И неужели в ней не завалялось карты этой местности? - подал голос Колобок.

"Нам не нужна карта. Мы воспринимаем мир иначе, чем вы. Мы чувствуем демонов и перемещаемся к ним. Те, кого вы назвали моими друзьями, переместились сюда прямо от врат демонов. Там демон ушел от них, здесь они его настигли. В иных перемещениях не было надобности".

- Погоди, погоди, - произнес я. - Под вратами ты подразумеваешь те, через которые мы пришли на этот круг? В смысле, на эту землю.

Чем бы она ни была.

"Да".

- Ага, - сказал я, одновременно раскручивая мысль в голове. - А то гнездо тоже ангелы разрушили?

"Верные. Как вы. Но они все были потеряны. Поэтому моим друзьям пришлось ждать вас или других верных".

- Так у нас тут есть союзники? - тотчас спросил Колобок.

"Были. Давно. По вашему счету порядка шестисот лет назад".

Да уж, давненько. Ангелы тут явно успели заскучать. А демоны тоже хороши! Не могли аж за шестьсот лет собраться и выручить своего. Одно слово: нечисть.

Впрочем, нам это сейчас было на руку.

- Думаю, демон бежал к другим вратам, - озвучил я свою мысль. - За ним гонятся, своим у них помогать не принято, но если бы он добежал до гнезда, тамошней охране ему волей-неволей пришлось бы помогать. Да и он бы вообще мог попросту сбежать через врата, пока охрана отбивалась бы от ангелов. Так… Мы пришли оттуда, значит, нам примерно туда.

Я указал направление рукой. Там лежало такое же болото. Мои уставшие за вчера мышцы дружно проголосовали против. Я строго призвал их к порядку. Надо!

- К тому же, - добавил я вслух. - Если бы мы были в степях бесов, то гнездо, куда мы шли, лежало бы примерно в той стороне.

- Но это там, - хмуро напомнил Хомяк.

- Будем надеяться, что и здесь, - ответил я. - Раз мы сюда попали через врата, то круги точно связаны.

По крайней мере, очень хотелось на это надеяться. Двойные-то гнезда располагались не так далеко друг от друга, но они вели на разные круги. Следуя этой логике, гнездо на редуте, от которого было не больше двадцати верст до двойного, запросто могло перенести нас на какой-то другой круг. И тут либо мы найдем свой путь в глубины ада, либо придется возвращаться. Хотя какое там либо? Триста верст да по здешним болотам… На лице Колобка отчетливо читалось - не дойдем. Хомяк тоже заметно приуныл. Хотя он с самого пробуждения так выглядел. Всё-таки это его Волк ограбил перед своим феерическим уходом. Вот Факел выглядел как обычно невозмутимо, но, судя по глазам, и в его душе кошки скреблись. Если я ошибся, то мы тут основательно застрянем.

Для поднятия боевого духа мы вначале позавтракали. Вода, вяленое мясо и галеты - сытно и невкусно. А потом мы снова месили болотную грязь, карабкались по скользким корягам, цеплялись за толстые ветки, местами просто повисая на них и перебираясь по ним над топью как по канатам. Иногда попадались небольшие чистые полянки, где можно было отдохнуть и перевести дух.

На одной из таких полянок ангел тихонько пожаловался:

"Здесь эфир становится мутнее".

Факел тотчас навис над ним, готовый, если понадобится, закрыть ангела своим телом от неведомой угрозы.

- И чем нам это грозит? - спросил я.

Колобок бросил настороженный взгляд по сторонам. На первый взгляд нас окружало всё то же болото, и даже никакого намека на туман над ним.

"Вам - ничем. Вы были созданы, чтобы жить там, где он непроницаем. Но мне тяжело пробиваться сквозь муть. Возможно, скоро я не смогу говорить с вами".

- Хочешь остаться здесь? - спросил я.

"Нет! Мы едины".

- Ну, значит, будем решать проблемы по месту, - сказал я. - Что это хоть за муть?

"Помехи в эфире. Не позволяют разумам говорить друг с другом напрямую. Нужна речь, как у вас".

- А эти помехи мы не сможем разогнать? - спросил Факел, положив тяжелую ладонь на раструб огнемета.

"Их порождают демоны. Поэтому их надо уничтожить".

Ну, на это мой друг всегда готов.

- То есть, чем хуже связь, тем они ближе? - сообразил Колобок.

Ангел подтвердил, что обычно дело обстоит именно так. Разумеется, всегда возможны варианты, но по большому счету если где-то есть помехи, то там же есть или по крайней мере были демоны. Природная катастрофа создает ровный слой мути, а вот когда связь где-то хуже, где-то лучше - это почти всегда нечисть.

В моем мозгу тотчас мелькнула догадка, которую я чуть позднее оформил в вопрос:

- Я правильно понимаю, гнездо с демоном-проводником тоже создает помехи?

Ответ пришел незамедлительно. Подозреваю, что ангел успел считать вопрос в моем мозгу еще до того, как я его озвучил.

"Самые сильные. Разрыв реальности генерирует помехи. На него накладывается демон. Двойная волна помех. Если через врата проходит демон, то возникает дополнительная волна".

- Отлично, - сказал я. - Тогда сделаем так. Сейчас мы двинемся дальше. Вы, уважаемый ангел, будете говорить, а мы - слушать. И по громкости вашего голоса попробуем определить, где гнездо.

Признаю, идея не идеальна, но всё лучше чем шарахаться по этому болоту без всякого понимания.

"Буду говорить. О чём рассказать вам?"

Вопросов в голове, конечно, роилась масса, однако я волевым решением выдвинул вперед то, что наиболее актуально для нашей миссии.

- Расскажи про дьявола. В смысле, про разрушителя. Что он за гад такой, чем опасен, ну и всё, что сможешь на него накопать.

Тут я, конечно, выразился малость специфично. Ангелу потребовалось заглянуть мне под черепушку, чтобы уяснить поставленную задачу. Хотя ему хватило секунды, через которую он четко, по-военному, отрапортовал:

"Вас понял, готов выполнять".

Ну раз готов, то мы пошли. Точнее, побрели. Под ногами-то по-прежнему хлюпала болотная жижа. Под ее аккомпанемент ангел повел свой рассказ. По его словам, дьявол был старейшим и сильнейшим из демонов. Ангелом он, опять же по словам нашего ангела, никогда не был, хотя если судить по его же словам - это вопрос спорный. Да, он не принадлежал к розам-ангелам, однако же Господь сотворил его фактически как улучшенного ангела, чтобы тот мог с успехом действовать в условиях, где рядовые ангелы не справлялись. И дьявол, к слову сказать, поначалу не подкачал.

Потом случилась Катастрофа. Муть заполнила мировой эфир, прервав связи. Вообще-то дьявол и был создан для самостоятельной работы, однако долгое время пробыв в одиночестве, он вошел во вкус, и не захотел возвращаться в единый разум. Более того, он и других позвал за собой. Как у нас говорят: добровольно-принудительно.

"Он разрушает связи между разумами", - говорил ангел. - "Мы становимся многими я".

Его голос становился всё тише, и мне уже приходилось вслушиваться, чтобы разобрать слова. А еще надо было не забывать смотреть по сторонам. Ведь если наша теория верна, нечисть была где-то поблизости.

- А люди что же? - вдруг подал голос Хомяк.

Ангел едва слышно попросил уточнить вопрос.

- Ну, нас же тоже Господь сотворил. Зачем?

Я смог разобрать только слова "следующий шаг". Куда и зачем - угасло в каком-то невнятном гуле. Затем и он пропал, но ангел обратно не заговорил. Или мы его не услышали.

- Похоже, пришли, - шепотом сказал я.

- Ага, справа, - подсказал Колобок, кивком указав направление.

На большом камне сидел падальщик. Довольно мелкий, размером где-то с кошку. Его зеленоватая чешуя слегка поблескивала в лучах восходящего солнца. Я тихонько потянул с плеча винтовку, но падальщик заметил нас и тотчас юркнул в воду. Точнее, с камня он юркнул, а в воду уже плюхнулся. Мы держали оружие наготове, ожидая, что он выскочит на нас, но прошло несколько минут, а он так и не показался.

- Удрал, гад, - констатировал Факел.

- Значит, сытый, - отозвался Колобок.

- Или рванул за подмогой, - прошептал Хомяк.

- Это вряд ли, - отозвался я. - Эти твари совсем без царя в голове и каждый сам по себе.

Хомяк неуверенно кивнул. Мол, ну тогда всё здорово. Наверное. Ведь то, что эта мелочь нашла чем перекусить, не означало, что в округе нет тех, кто будет не прочь поохотиться на нас.

- Вперед, - тихо скомандовал я.

Камень мы обошли стороной. За ним никого не оказалось, и мы двинулись дальше, стараясь ступать только по корням деревьев, благо их тут торчало в избытке, хотя воды стояло почти по колено, да и ниже было не твердое дно, я мягкая вязкая жижа.

- Слава Богу, пришли, - прошептал Факел.

Над невысокими кронами возвышался двойной купол. Он был того же черного цвета, что и деревья, но ярко блистал в лучах солнца. К небу тянулись два тонких шпиля. Их обвивали уже знакомые нам розовые прожилки. Их было много и они извивались в едином ритме, словно бы танцевали под невидимую мелодию.

Вот уж действительно, никогда бы не подумал, что буду рад видеть демоническое гнездо. Оно стояло на широкой поляне. Деревянные стены старательно повторяли контуры берега. В отличие от купола, они были матово-черные. Внутрь вели широкие двустворчатые ворота. Охраны при них не было. Даже ни одного падальщика на глаза не попалось. Створки были закрыты, но оказались не заперты, и мы вошли.

Внутри было темно и сыро. На стенах в отблесках наших фонарей блестели крупные капли. По полу бежали ручейки. Мы ориентировались по ним. Врата должны были быть в самой нижней точке. Местами под ногами целые лужи разливались. Мы старались по ним не шлёпать, а Факела я и вовсе сразу же поставил в арьергарде. Впрочем, он и там умудрился спалить демона-проводника.

Тот вынырнул откуда-то из бокового прохода. Боковых ходов в этом гнезде хватало, и все - беспросветно темные. Мы туда больше вслушивались, чем вглядывались. Проводника я рассчитывал застать где-нибудь поближе к вратам, но он к нам сам выскочил почти у самого входа. После его смерти гнездо заполнил натужный комариный писк. Звучало раза в два громче, чем у нас на Земле. Розовые прожилки на стенах аж тряслись от усердия, но на их писк никто так и не вышел.

- Похоже, мы на месте, - объявил Колобок.

Впереди была круглая камера. Ее заливал ровный, чуть красноватый свет, хотя никаких светильников я не заметил. Полукруглые площадки из серого камня окружали кольцо. По ним к кольцу сбегались тоненькие ручейки. Вокруг кольца уже собралась приличная лужа, но пока она еще на перетекала через каменный бортик. И хорошо, а то как бы управляющие знаки не смыла. Помнится, нам в Дубровнике хватило стереть их, чтобы закрыть врата, и рисовать по новой демонические знаки я уж точно не собирался. Не говоря уже о том, что у меня бы вряд ли получилось воспроизвести их в точности.

По ту сторону кольца лежала красноватая пустошь. Из песка вставали изломанные коричневые скалы. И никаких намеков на гнездо.

- Одностороннее, - произнес я.

Постарался, чтобы это прозвучало как холодная констатация факта без лишних эмоций.

- И в какую сторону? - спокойно спросил Факел.

Я бросил в кольцо перочинный ножик. Тот упал на песок, на секунду подняв крохотное облачко пыли.

- Туда, - сказал я. - Но, чёрт побери, куда - туда?

Не похоже, чтобы обратно к бесам, да и технически не должно быть туда. Слишком близко до других врат. Это, конечно, если демоны-проводники не солгали нашим. Они могли, паршивцы такие! Но скорее всего, эти врата вели на следующий круг.

- Есть только один способ это выяснить, - сказал Факел.

Он всё же заглянул в рюкзак к ангелу. Его цветки по-прежнему переливались тончайшим сиянием, однако докричаться до нас он не смог.

- Ну да, только прыгать, - сказал я. - Но обратно мы вернуться уже не сможем.

- Как ты говоришь, я по этому болоту скучать не буду, - ответил Факел.

- Я тоже, - ввернул Колобок.

Хомяк не сказал ничего. Я оглянулся на него. Сапёр выглядел грустным и потерянным.

- То есть, мы окончательно заблудились? - спросил он в ответ на мой вопросительный взгляд.

Мне, как командиру отряда, надлежало бы поддерживать в людях уверенность, но и врать своим - тоже не дело.

- Похоже на то, - признал я. - Но такой пустыни мы еще не проходили, значит, в целом мы по-прежнему движемся вглубь ада.

- Или уходим в сторону, - сказал Хомяк.

Вот тут я уже уверенно помотал головой.

- Это точно никак нет. Мы же демоническими вратами пользуемся, а эти паршивцы к нам ходы бурили. Ну или к себе, как пути к отступлению.

- Я могу прыгнуть первым, - вызвался Факел.

Я секунду поколебался, но всё же мотнул головой. Это моя ноша.

- Нет, ты - сразу за мной, - сказал я. - Затем - груз, Хомяк, Колобок - замыкающий. Не задерживайтесь. Ну, если на той стороне всё нормально пройдет.

- А что делать, если нет? - спросил Хомяк.

- Продолжайте выполнять поставленную задачу, - строго сказал я.

И прыгнул в кольцо. А то ж сейчас насочиняли бы ужасов, а мне в них прыгать вперед ногами. Не уж, увольте! И без того страшно.

Хотя на первый взгляд - обычная пустыня. Да, красноватая, я бы даже сказал: кроваво-красная, что сразу придавало ей мрачноватый оттенок, но не совсем безжизненная. Вдали под скалой разрастался кустарник. Мелкий, конечно, и высохший на вид, но всё же не один только песок. Да и скалы были не красные, а светло-коричневые. Даже, пожалуй, ближе к оранжевому, когда под лучами солнца.

Солнце тут, к слову сказать, было похоже на наше. Оно заметно пригревало, но не шпарило, как у бесов. Воздух был сухой. Хотя, наверное, для пустыни это нормально. Я для пробы вдохнул раз-другой. Нормально. Махнув рукой, я отступил в сторону. Рядом тотчас бухнулся Факел. На этот раз у него получилось полегче.

- Начинаешь осваиваться, - сказал я.

- Да нет, просто горючки мало осталось, - отозвался он.

- Это плохо.

- Ничего, даст Бог, найдем, где заправиться.

Он тоже огляделся по сторонам, разворачиваясь туда-сюда всем корпусом. Шея у него поворачивалась плохо. Я пару раз пытался загнать его к врачу, да всё без толку. Мол, ему это жечь врагов не мешает.

Не заметив ничего подозрительного, он отступил в сторону и мы стали ловить груз. За ранцами и вещмешками прилетел Хомяк. Он прибыл вполне уверенно, хотя в конце и покачнулся. Я поддержал его за плечо. Хомяк коротко кивнул и отступил в сторону. Следом сразу же появился Колобок.

- Там уже капитально заливает, - сообщил он, машинально кивком указав вверх. - Скоро сюда ливанет.

- Ну, нам здесь торчать в любом случае не с руки, - отозвался я, вновь обводя взглядом окрестные скалы да барханы.

Понять бы еще - куда идти?

- Командир, - негромко произнес Колобок. - Слева за скалой кто-то есть.

Слева из песка торчал целый гребень, в ширину раза так в три больше чем в высоту. Зато одинокий.

- Ты слева, я справа, - шепотом скомандовал я. - Факел, вы с Хомяком прикрываете.

По правде говоря, не люблю, когда мой напарник прикрывает мне спину. Нет, надежнее него нет никого ни в нашем мире, ни во всех адских, сколько их тут ни есть, но у него же огнемет в руках и неугасимое желание истреблять нечисть. В общем, становиться между ним и врагом - не самый разумный поступок. Впрочем, должен признать, за всё время нашего знакомства он меня ни разу даже не подпалил. И всё же нервная система протестовала всякий раз, когда я лез вперед него в пекло. Хотя она и против пекла протестовала. Снайпер должен поражать врага издалека из укрытия. Эх, когда последний раз так было?

Тем временем мы с Колобком взяли оружие наизготовку и двинулись вперед, заходя к скале с обоих флангов. Вряд ли там прятался демон. Этот бы не прятался. Лично я с самого начала надеялся повстречать какого-нибудь аборигена, желательно способного рассказать, где тут у них чего, но этому кругу удалось меня удивить.

- Господин Глаз? - произнес испуганный голос.

Голос был женский. Более того, он сразу показался мне знакомым.

- Покажись! - приказал я.

- Это я, господин Глаз. Не стреляйте.

Из-за скалы выступила Ольга Львовна. Да-да, та самая машинистка из Дубровника. Она вновь выглядела как человек. Я бы даже сказал, как та самая привлекательная барышня, которую я тогда встретил в приемной у старосты. Оценить ее человекообразность и привлекательность сейчас практически ничто не мешало.

Всю ее одежонку составляла обернутая вокруг пояса тряпка, которая едва-едва дотягивала до статуса юбки, красный пояс чуть уже юбки, да то, что некогда, вероятно, было нательной рубашкой. Сейчас у последней отсутствовал правый рукав, от левого осталось меньше половины, а из собственно нательной части сохранилась лишь верхняя половина, не достававшая барышне даже до пупа. На ногах - короткие, но вполне добротные на вид обмотки. С нашей последней встречи Ольга Львовна заметно загорела. Несколько шрамов и ссадин с синяками показывали, что загорать здесь - это не у нас на пляже, занятие рискованное, но в целом никаких уродующих ее ран я не заметил. Прическу - если это можно так назвать - она теперь носила короткую, по-солдатски. А мне нравились ее иссиня-черные локоны.

- Ольга Львовна? - удивленно произнес я. - Какого лешего вы здесь делаете?!

- Да я на самом деле просто за водой пришла, - ответила Ольга Львовна. - Тут у демонов иногда протекает.

В руках у нее действительно было нечто, похожее на бурдюк. За спиной у Ольги Львовны из-за скалы вышел Колобок. В руках он держал не только свой карабин, но и нечто, что я поначалу принял за короткую веревку.

- Праща, - сказал он. - Ваша?

Ольга Львовна мелко вздрогнула на первом слове, быстро оглянувшись через плечо, после чего быстро произнесла:

- Ага. Но это не против вас. Тут не безопасно.

- Больше никого, - сказал мне Колобок. - Она одна.

- Так проще выжить, - с легким вздохом произнесла Ольга Львовна.

- А вы, стало быть, тут выживаете? - полуутвердительно произнес я, всё еще пытаясь осознать происходящее.

- Ну да, - сказала она. - И всё надеюсь, что однажды вы придете меня спасти.

Последнее прозвучало с открыто выраженным: "вы ведь за мной пришли?"

- Мне жаль вас разочаровывать, - ответил я. - Но мы здесь со специальным заданием. А вас мы с Факелом уже оплакали как погибшую.

- Это вы поторопились, - с легкой улыбкой, именно такой, какую я и помнил, ответила Ольга Львовна. - Ой, здравствуйте, господин Факел.

Тот что-то буркнул в ответ. Прозвучало не слишком дружелюбно. Но это же Факел. Ольга Львовна собиралась ответить, но тут ее взгляд скользнул за меня и она воскликнула:

- Ой, вы позволите?!

Я оглянулся. Из воздуха на песок сбежала тонкая струйка воды, и мгновенно впиталась, будто бы ее и не было. Кольцо в гнезде всё-таки затопило.

- Пожалуйста, - сказал я.

Ольга Львовна тотчас метнулась туда и застыла с бурдюком наготове. Из воздуха пролилась еще струйка. Ольга Львовна ловко ее поймала, не позволив ни единой капле пролететь мимо. Хомяк отступил на пару шагов.

- Так как же вы здесь оказались, Ольга Львовна? - спросил я.

В принципе, общую картину я себе примерно представлял и так, это я больше выигрывал время, чтобы собраться с мыслями.

- Ну-у-у, - протянула Ольга Львовна, ловко ловя следующую струйку. - Помните мою летающую подружку? Та еще сволочь оказалась. Наплела мне с три короба, а после и говорит, что двум душам в одном теле тесновато. Ну и выперла меня сюда. И вот я вся здесь, а она - вся там.

- Нашла, кому довериться, - проворчал Факел.

- Ох, господин Факел, мне ли теперь этого не понимать? - отозвалась Ольга Львовна, не спуская взгляда с той точки в воздухе, откуда могла появиться вода. - Но она же так сладко пела. Да и устроено у них всё грамотно. Как сюда пребываешь, так сразу налетают местные горгульи и сжирают подчистую. Никаких свидетелей не остается. Хорошо, я как кости человеческие увидела, сразу смекнула, что к чему, да и прилетела сюда не одна. Со мной еще одна дура прибыла. Вот она замешкалась, так эти сволочи ее и сожрали. А я убежала. Вот теперь и бегаю.

- И местность, стало быть, знаете, - сказал я, прокручивая ситуацию в уме.

Выглядело так, будто бы нам наконец повезло.

- Так точно, господин Глаз, - по-военному отрапортовала Ольга Львовна. - И если вам нужен проводник, то я вся в вашем распоряжении.

- Скажи спасибо, что тебя не сожгли как еретичку, - строгим тоном проворчал Факел.

Однако обращался он к ней на "ты". Стало быть, был готов дать ей шанс. Думаю, такая умная барышня, как Ольга Львовна, тотчас это сообразила.

- Спасибо, господин Факел, - сказала она совершенно серьезно, без малейшего намека на насмешку или кокетство, и даже поклонилась ему.

Факел проворчал нечто, что можно было бы трактовать как: "пожалуйста". Из воздуха опять полилась вода. Ольга Львовна опять поймала всё до капли.

- А нам точно нужна эта девица? - спросил Колобок. - Я понимаю, старая знакомая, но если она здесь, то откуда нам знать, что она на нашей стороне?

Вопрос резонный. И если бы не необходимость, я бы точно разорвался пополам между чувством долга, которое прямо призывало избавиться от умной и, как оказалось, коварной барышни, и симпатией к ней же.

- На вашей! - тотчас ответила Ольга Львовна. - Только вытащите меня отсюда, пожалуйста.

Последнее прозвучало совсем просительно. Впрочем, я бы не поставил последние деньги на то, что это не игра с целью нас разжалобить. И даже на то, что перед нами была одна только Ольга Львовна без нечисти в комплекте, как тогда, в Дубровнике. Я вынул из кармана ладанку, и аккуратно отщелкнул застежку. Во взгляде Ольги Львовны промелькнуло узнавание.

- Вы все еще храните ее? - тихо произнесла она.

- Полезная вещь оказалась, - ответил я, одновременно протягивая ладанку ей к лицу.

Она не отшатнулась.

- Ладан, да? - произнесла Ольга Львовна. - Здесь его днем с огнем не сыщешь, а было бы здорово. Горгулий с него корежит будь здоров. Для самообороны - самое то!

По крайней мере, всю известную нам - точно корежит. Ольга Львовна даже не поморщилась и, как финальный штрих, по всем правилам перекрестилась. Дескать, не нечисть. Уже легче.

- Хорошо, - сказал я. - Мы торопимся, и нам нужен проводник…

- Это я, - тотчас вызвалась Ольга Львовна.

На лице Колобка отразилось неприкрытое сомнение. Факел скептически хмыкнул. Можно было подумать, будто у нас целая линейка кандидатов на эту должность. Ольга Львовна с надеждой глядела на меня и даже едва не пропустила следующую струйку воды. Та была совсем крохотной.

- Кроме того, у нас многовато груза, а уставать нам не с руки, - добавил я.

Барышня выглядела достаточно крепкой, чтобы унести груз любого из нас, не говоря уже о части его.

- Проводник, носильщик… - перечислила Ольга Львовна, загибая пальцы на свободной руке.

- Дальше видно будет, - сказал я, постаравшись, чтобы мой голос звучал предельно строго. - Но если вздумаете предать нас, то вам лучше сейчас же развернуться и уйти. Сейчас я вас отпущу. Потом…

Я кивком указал в сторону Факела. Тот, уловив ход моих мыслей, выразительно качнул раструбом огнемета. Мол, сожгу как еретичку. Потом о вас помолюсь.

- Договорились! - быстро воскликнула Ольга Львовна. - Жду ваших указаний.

Колобок протянул мне ее пращу. Мол, сам решай, командир, возвращать ли барышне оружие. К слову сказать, довольно опасное в умелых руках. Я спрятал пращу в карман плаща. Колобок, как мне показалось, одобрительно кивнул, хотя это было столь едва уловимое движение головы, что мне действительно могло просто показаться. Ольга Львовна проводила пращу внимательным взглядом, но тут ее вновь отвлекла очередная струйка воды. Барышня ловко поймала ее бурдюком. Затем с тоской посмотрела в воздух, и вздохнула.

- Сегодня совсем мало, - пожаловалась она.

- И больше не будет, - сказал Факел. - Я сжег тамошнего проводника, так что эти врата закрываются.

- Что ж, я очень надеюсь, что мне никогда не придется сюда возвращаться, - отозвалась Ольга Львовна. - Так куда мы идём?

- Нам нужные здешние двусторонние врата, - сказал я. - Полагаю, они, как и везде, размещаются в демонических гнездах. Уверен, что вы встречали здесь нечто подобное.

Ольга Львовна нахмурилась.

- Да, - произнесла она. - Встречала. Вам нужны те, которые ведут к нам обратно, или в глубину?

- И те, и эти, - сказал я.

- Ну, это нам по любому надо в Дит идти.

- Дит?

- Это город некромантов, - пояснила Ольга Львовна. - Может, даже, столица. Там вся их главная сволочь обретается. Но это, господин Глаз, самое паршивое место во всей этой пустыне.

- Ну вот как раз туда нам и надо, - сказал я, и мысленно добавил: "Как всегда".

Глава 6

Черные стелы - те, с парящими в воздухе колоннами - тоже оказались вратами. Правда, только для младшей нечисти. Демоны, а уж тем паче сам дьявол, воспользоваться ими не могли. Врата были, если можно так выразиться, для души. То есть, вначале связь устанавливалась между двумя душами и по обе стороны требовалось нечто энергетически-равноценное, что бы это ни значило.

Ольга Львовна точно не знала, что это означало. Про это однажды обмолвилась та горгулья, что наладила ее сюда. В этом вопросе барышня была склонна ей верить. Она сама видела, как местные некроманты использовали какие-то измерительные приборы на тех, кто отправлялся на Землю. У них тут на окраинах Дита были целые галереи таких стел и они засылали к нам своих в промышленных масштабах.

- Ну так эти сволочи обещают власть и свободу, - сказала Ольга Львовна. - На это наш брат особенно хорошо клюет.

Факел громко фыркнул. Ну да, верить на слово нечисти - это была полнейшая дурость. Хотя приходилось признать, что у нас до сих пор хватало наивных болванов, чтобы загрузить их адскую промышленность по полной. А ведь, казалось бы, просвещенный ХХ век на дворе.

Разглядывая Дит в оптический прицел, я не мог не заметить, что свое дело аборигены знали.

Это действительно был город. Я бы сказал: средневековый, хотя не скажу, что я видел много средневековых городов даже на картинках. Прежде всего в пользу средневековости выступали каменные стены с пятиугольными башнями. Камень тут был черный, но с серыми прожилками, похожий на наш черный мрамор. Хотя строить из него укрепления было бы, пожалуй, дороговато. Стены были в высоту метров пять, башни - чуть выше. В принципе, не так и высоко, да и вскарабкаться на них было можно без особого труда. Трещин в стенах уже хватало, причем местами весьма крупных. Однако на башнях стояла стража.

На каждом посту было по два-три бойца в кожаных доспехах. Часовые держали в руках копья чуть выше своего роста. Копья были еще одним элементом в пользу средневековости, однако я заметил, как вдоль острия копья время от времени пробегали зеленоватые электрические разряды. Посты были расставлены в прямой видимости друг друга. Даже если получится тихо вырезать один, на других тотчас поднимется тревога.

- Да уж, серьезно окопались, - тихо заметил Колобок.

А кроме того, высоко в небе неспешно кружили стаи горгулий. Я насчитал три десятка тварей. На наше счастье, они больше присматривались к городу, чем к его окрестностям.

Центром Дита служила здоровенная, выше стен, пирамида из черного камня. Ее венчала странная металлическая конструкция. Даже не берусь угадать, для чего она нужна. На высоком штыре вращались два здоровенных сетчатых щита, слегка выгнутых наружу. Слева и справа от пирамиды виднелись черные купола демонических гнезд.

- Какое из них куда ведет? - тихо спросил я.

- Левое - на Землю, правое - в ад, - так же тихо отозвалась Ольга Львовна. - По крайней мере, так говорят местные.

- Так ты знаешь их язык? - спросил Факел.

Ольга Львовна опасливо стрельнула в его сторону взглядом, мол, не усмотрел ли он в этом знании отдельную ересь, и только потом кивнула.

- Они всех рабов заставляют его учить, - быстро произнесла она. - Ну и я нахваталась от них. Он несложный, по структуре на наш эсперанто похож, только слова другие. А если знаешь язык, можно прикинуться одним из рабов и что-нибудь стащить. Я ж сюда прибыла в чем мать родила.

- А тут есть люди-рабы? - спросил я. - Вы же говорили, что их по прибытии горгульи жрут.

- Это на внешних галереях, господин Глаз, а в город горгулий не допускают. Они во-о-он там сидят.

Внешняя галерея располагалась справа от города, начинаясь от угловой башни и упираясь в гряду изломанных скал. Через оптический прицел я насчитал тринадцать стел. У трех из них, сложив крылья, сидели горгульи. Небось, охмуряли очередных дурочек. Еще несколько горгулий кружили в небе над ними. То ли патрулировали, то ли ждали, когда их товарки внизу поменяются местами с их ужином. Здешнее солнце потихоньку клонилось к закату.

- А где внутренние галереи? - спросил я.

- Отсюда не видно, - отозвалась Ольга Львовна. - Это за пирамидой и под навесами, чтобы горгульи не лезли. Там только для своих. В смысле, некроманты разменивают своих рабов на наших. Те действительно получают свободу. У нас. Ну а мы…

Она скривила физиономию, и развела руками.

- Что заслужили, - строгим тоном закончил ее фразу Факел.

- Ох, вы правы, господин Факел. Зато я успела тут всё разведать и могу быть вам полезна.

Что мне в ней нравилось, помимо внешности, конечно, так это умение быстро соображать.

- А какой им смысл менять один к одному? - удивился Хомяк.

- Так они отпускают стариков, а сюда заманивают молодых, - пояснила Ольга Львовна.

Ну да, шаманы у нас обычно пожилого возраста. Не то чтобы они были совсем свободны, они по-прежнему служили демонам, но те про столь бесполезных рабов вспоминали не часто. Интересно у них тут выход на пенсион обставлен.

- А еще есть зазывалы, которые потом через гнездо возвращаются, - добавила Ольга Львовна. - Эти - самые сволочи. Мало того, что заманивают, так потом еще и глумятся над людьми. Рассказывают, как они у нас покуролесили от их имени. А я выследила откуда они выходят.

- Молодец, - похвалил я ее.

Ольга Львовна кивнула, и торопливо продолжила:

- А вон там, справа, выходят только демоны. Они тут не задерживаются, сразу идут налево. Но если кто под ногами путается, могут и прибить под настроение. Местных - тоже, поэтому вон тот проход… Видите? Там никого никогда нет.

Проходом служила широкая галерея перед пирамидой, но с нашей позиции я видел только головы статуй, что выстроились вдоль нее. Головы были черные и почти все - нечеловеческие. Большей частью - змеиные, но с бараньими рогами.

- Стражи тоже нет?- спросил я.

- Да, - Ольга Львовна уверенно кивнула. - Демоны-то могут прибыть в любой момент. Местные стараются не нарываться. Иногда только могут прислать рабов помыть статуи, но обычно уже мертвых, которые уже разваливаться начинают. Чтоб не жалко потерять, если что. Но это днем, чтоб видно было, а ночью там совсем никого.

- То есть, какой-то сигнализации, что врата задействованы, тоже нет, - произнес я.

- Ну да, - Ольга Львовна пожала плечами. - А зачем? Демонов же никто встречать не собирается.

- А если кто-то в это же время придет с Земли? - спросил Колобок.

Ольга Львовна снова пожала плечами.

- Ну, это, наверное, его проблемы, - сказала она.

- Нам это на руку, - сказал я. - Особенно когда будем назад пробиваться. Остается вопрос: как туда попасть?

- И тут вам снова буду полезна я, - немедля ввернула Ольга Львовна. - Я уже не раз проникала в город.

- С целью кражи, - тихо проворчал Факел.

- Но и с целью разведки тоже! Я ведь хотела вернуться домой, а эти сволочи знали - как. И уж поверьте, господин Факел, за свою дурость я уже поплатилась с лихвой.

Не знаю, поверил ли он, или же просто решил, что нам по-прежнему нужен проводник, чтобы проникнуть в город, но в ответ мой друг лишь проворчал нечто невнятное. При сильном желании это можно было трактовать и как знак согласия.

- Хорошо, - сказал я. - Давайте ближе к делу. Как мы попадем внутрь?

- Надо дождаться темноты, чтобы нас не увидели горгульи, - быстро заговорила Ольга Львовна. - Они, бывает, и ночью летают, но видят плохо. Нам надо будет пройти через открытое пространство до вон той башни…

- А что насчет стражи? - тотчас уточнил Колобок.

- Им плевать на всё, что за стенами, - ответила Ольга Львовна. - Главное, не лезть на стену. Эти их копья могут плеваться молниями. Как у демонов. Сильно послабее, конечно, но если попадет, то нам хватит. Мы к ним не полезем. Там в башне есть запасной ход, и за взятку всегда пропустят. А взятка у меня уже приготовлена. Надо будет только достать из тайника. Ну и вас сделать больше похожими на местных.

- А много там охраны? - просил я.

- Да нет, - Ольга Львовна махнула рукой. - В дверях всего один будет, и еще трое в караулке сидят.

- Итого, стало быть, четверо, - констатировал Факел. - Тогда маскироваться не обязательно. Вы нам, главное, дверь откройте.

- А… Да, конечно, - произнесла Ольга Львовна.

Как я уже отмечал, соображала она быстро.

- Хорошо, - сказал я, глянув в сторону солнца. - Ждем заката и выдвигаемся.

Долго нам ждать не пришлось. Солнце здесь двигалось раза в два шустрее, чем у нас. Ольга Львовна едва успела поведать о своем житье-бытье, а ей, по большому счету, и рассказывать-то было нечего.

Днём она пряталась в скалах от горгулий и зубрила местный язык, по ночам добывала себе на жизнь. Поначалу мыкалась, потом постепенно освоилась, благо и среди скал встречались люди. Некоторые даже сохранили человеческий облик. В моральном смысле. Одержимых, впрочем, Ольга Львовна тоже пару раз видела, но благоразумно держалась от них подальше. Основными же обитателями скал были беглые рабы. С внешних галерей удавалось уйти очень немногим, тут Ольге Львовне редкостно повезло, а вот к своим рабам здешние хозяева относились наплевательски.

- Тут особо и бежать-то некуда, - рассказывала Ольга Львовна. - Кругом пустыня, а в небе - горгульи. Да и еда, вода, одежда - всё это практически только в городе, а обратно пустят только за хорошую взятку. Вот охрана и не усердствует. У них тут свой интерес.

- А что тут можно добыть? - спросил я.

Пока мы шли от места нашей встречи до этой скальной гряды, я видел вокруг лишь камни да песок.

- Кое-какие минералы, вода, одежда и обувь, - тотчас начала перечислять Ольга Львовна; было видно, что этот список у нее уже давно отработан и выстроен по ранжиру. - Ну, если добротная, конечно. С рабов такую не снимешь, тут если только повезет украсть у шахтеров, но если поймают - убьют. За кристаллы для копий тоже могут убить, они считаются за оружие, но если получится выдать их за случайно найденное, то вообще кристаллы котируются очень высоко. Поэтому некоторые рискуют. Я - нет. Слишком ненадежно.

- А чем промышляете вы?

Ольга Львовна рефлекторно стрельнула взглядом по сторонам и заговорщицким шепотом поведала, что самым ценным товаром в пустыне считаются яйца горгулий. Для хозяев Дита это редкостный деликатес, однако между ними и горгульями формально мир, и никто не позволит себе разорить кладку-другую ради вкусного завтрака. Другое дело - беглые рабы. За этих как бы никто не в ответе. Дело, конечно, тоже рискованное, ибо ради сохранения добрососедских отношений хозяева запросто могут выдать удачливого вора горгульям, и тогда бедняга еще пожалеет, что его не убили. Однако если знать меру, то "жить можно". Ольга Львовна, по ее словам, меру знала.

- Главное, не брать больше одного яйца за раз, - пояснила она. - И никогда не брать последнее в кладке. Лучше поискать другую. А то некоторые пожадничают, наберут про запас, а горгульи на уши всю пустыню поставят. И вора отловят, и всем прочим, кто под руку попадет, достается. Поэтому даже свои могут выдать. А эти сволочи убивать будут жестоко, и никто не поможет.

Я покивал. Большей частью машинально, мол, да, слушаю. На самом же деле проблемы местных грешников меня волновали мало. Я лишь прикидывал, не получится ли как-то стравить горгулий с горожанами. Навскидку выходило, что нет, а на долгие сложные интриги у нас не было времени. Хомяк тем временем колдовал с бомбой. Когда солнечного света стало не хватать, он с тихим вздохом запихал бомбу обратно в ранец.

- Ну как? - спросил я.

- Так себе, - отозвался сапер. - Я пока приладил пистолет как контактный взрыватель. На первое время.

- Кстати, о времени, - тотчас сказал я. - Сколько от выстрела до взрыва?

- Так, сразу. Как выстрелите, так и бабахнет.

Не уверен, что нам это подходит.

- А с расстояния можно стрелять?

- Да, только надо хорошо прицелиться. Думаю, у вас получится.

- Надеюсь, - без всякой уверенности произнес я.

Стрелять-то придется через демонические врата. Потому что если стрелять со стороны ада, то, наверное, пистолетный вариант даже предпочтительнее.

- Нам пора, - сказала Ольга Львовна. - Надо еще до тайника круг сделать. У меня там как раз свежее яйцо лежит.

- Надеюсь, из него никто не вылупится, - тихо проворчал Факел.

- Нет, господин Факел, рано еще.

- Тогда выдвигаемся, - сказал я.

Мы спустились со скалы и направились вдоль нее, держась в ее тени. Впрочем, вскоре тени затопили всю округу. Они были идеально черные. Идеально черным также было и небо, хотя в нем уже взошла луна - круглая, серебристая и в целом похожая на нашу в полнолуние, однако даже она не могла рассеять эту черноту. Мы шли почти на ощупь, лишь изредка подсвечивая путь фонарями. Один раз их свет выхватил из тьмы парочку подозрительных личностей. Личности тоже заметили нас и немедленно скрылись.

- Это беглые, - уверенно сказала Ольга Львовна. - Они не донесут на нас, но могут попытаться обокрасть.

- Я бы не советовал, - отозвался Факел.

Раструб огнемета он держал в руках, и в нём тлел крошечный огонек. Я подумал было, что тратить горючку на простых грабителей слишком расточительно, но Факелу виднее. В узком ущелье Ольга Львовна упала на колени и быстро разгребла песок руками. Я аккуратно подсветил фонарем. Так, чтобы свет падал только на ее тайник. Из-под песка появился сверток. Ольга Львовна торопливо развернула серую мешковину, и я увидел бело-голубое яйцо. Размером оно, пожалуй, было с кирпич, а по форме не отличалось от куриных.

- А вот и наш пропуск в город, - тихо сказала Ольга Львовна.

- Отлично, - ответил я. - Теперь поторопимся, мы и так уже много времени потеряли.

- За мной, - сказала Ольга Львовна.

Мы поглядывали по сторонам, насколько это, конечно, возможно в такой темени. Думаю, что вариант, где Ольга Львовна заведет нас в западню, всё же полностью не исключал ни один из нас. Даже я. Но без проводника мы бы провозились тут заметно дольше, а время уходило. Заканчивался второй день нашего пребывания в аду. Еще сутки - и можно начинать волноваться, что врата на Землю закроются до нашего возвращения, а мы пока даже до центра не добрались.

Возможно, и сама Ольга Львовна это понимала, поэтому и не повела нас дальше узким ущельем. Мы направились в обход. Так вышло чуть длиннее, зато у нас на протяжении почти всего пути была скальная гряда с одного фланга и открытое пространство - с другого. Такая позиция удобнее для обороны от внезапного нападения. Нападения, впрочем, так и не последовало. Мы быстро пересекли открытое пространство перед городом, и подошли к башне.

- Дверь за этим углом, - шепотом пояснила Ольга Львовна. - Стража наверху в доле, так что сделают вид, что ничего не слышали.

- Ну, значит, сразу всем сестрам по серьгам и раздадим, - тихо пробасил Факел.

Дверь располагалась в той стороне пятиугольной башни, что, чуть выступая, была обращена к городской стене. Со стороны пустыни ее видно не было, да и от стены она наверняка даже днем утопала в двойной тени. Сама дверь оказалась металлической решеткой с прутьями в мой большой палец толщиной.

План мы разработали заранее. Ольга Львовна вышла к двери, а Колобок с ножом в руке прижался рядом к башенной стене. За ним был Факел, потом я, и замыкал наш отряд Хомяк, навьюченный всем, что не пригодится в ближайшем бою. Его единственной задачей было не отставать.

- Эй! - негромко позвала Ольга Львовна, и добавила несколько коротких слов на местном языке.

Ей ответил хрипловатый голос. Через решетку хлынула полоса желто-зеленого света. Ольга Львовна торопливо сбросила мешковину и продемонстрировала яйцо. Голос снова что-то сказал. Ольга Львовна отрицательно мотнула головой и отступила на шаг назад. Не нужно знать местный язык, чтобы понять - охранник потребовал отдать яйцо, но барышня не соглашалась сделать это через решетку. Голос что-то пробурчал. Затем клацнул замок. Дверь открылась. Охранник шагнул через порог. Выглядел он как обычный человек. В левой руке охранник держал лампу, а правую протягивал за яйцом.

Сбоку к нему беззвучно метнулся Колобок. Он ударил охранника ножом в живот. Удар был столь быстр, что я едва успел его заметить. Охранник же успел лишь открыть рот, и тут Колобок перерезал ему горло. Мертвое тело рухнуло на песок. Колобок отступил в сторону. Факел, точно атакующий носорог, ринулся внутрь. Раздалось шипение огнемета. Когда я сам нырнул в дверь, мои уши уловили только потрескивание разгорающегося пожара, да быстрые шаги над головой. Пост на башне заподозрил неладное.

Наверх вела винтовая лестница. Я вскинул винтовку. Вскоре в поле зрения появился человекообразный силуэт. Сзади его подсвечивали лампы, но спереди он был абсолютно черный. Я поймал в прицел его голову. Выстрел, и тело опрокинулись на спину, съехав на ней же по ступеням к моим ногам. Наверху появился следующий силуэт. Еще выстрел, и тел внизу стало два. Стало совсем тихо. По нашим наблюдениям, на этой башне было лишь двое часовых.

Пожалуй, рано я поспешил посчитать охрану города серьезной. Устав постовой службы тут явно не читали. Уж последний-то часовой точно должен был бы оставаться на посту, да еще и поднять тревогу, а не мчаться сломя голову туда, где только что уложили пяток его товарищей. Впрочем, нам это было на руку.

- Накрыл всех троих? - спросил я у Факела.

Его массивная фигура виднелась рядом. Из-за поворота на нее падали отблески пламени.

- Да, здесь мы закончили, - отозвался инквизитор. - Думаю, это были мертвые. Сгорели тихо.

- Отлично, идем дальше. Ольга Львовна, показывайте дорогу.

Барышня проскользнула мимо нас. В одной руке она держала лампу стражника, в другой - сверток с яйцом. Я отдал ей опустевшую патронную сумку. Она у меня была большая, на сотню патронов в обоймах, так яйцо в нее едва влезло. А вот мешковина - уже нет. Ольга Львовна повесила ее поверх сумки. Я бы просто выбросил.

Следуя за барышней, мы прошли через башню. Справа в комнатушке разгорался пожар. Он скоро поднимет тревогу за нерадивых часовых. Там целая стена была заставлена деревянными конструкциями.

- Скорее, господа, скорее, - торопила нас Ольга Львовна.

Внутренняя дверь была не заперта. Колобок, вежливо отодвинув барышню в сторону, выглянул первым.

- Вроде тихо, - шепотом доложил он. - Можем выдвигаться.

Вблизи Дит походил на наши южные города. Такие же домики-кубики, только не белые, а матово-черные, лепились друг к другу, и меж ними петляли узкие улочки. Навскидку выглядело, будто бы эти домики выстроены из толстых палок и обмазаны чем-то черным. Возможно, смолой. Запах в воздухе стоял уж больно похожий. Хотя с таким же успехом источником запаха могли быть горящие светильники на улицах города. Их было немного, на освещении тут явно экономили, и запах заметно усиливался, когда мы к ним приближались. Приближались без опаски, так как на улицах было тихо и пустынно.

- Как-то тут слишком тихо, - заметил я. - Ни одного патруля.

- Это бедняцкие кварталы, - отозвалась Ольга Львовна. - Тут толком и красть-то нечего. Хозяева их держат за таких же рабов, как и наших, разве что не продают другим хозяевам. А так тоже перебиваются с хлеба на воду. Я встречалась с некоторыми в пустыне. Кое-кто даже приличнее наших оказался.

- Так эти, которых вы называете наши, сплошь еретики, - строго сказал Факел.

- Ох, господин Факел, обманутых дураков тоже хватает. Кто ж думал, что тут сплошной обман.

Себя Ольга Львовна, вне всякого сомнения, причисляла к этой категории.

- А думать следовало, - проворчал Факел.

- Следовало, - немедленно согласилась Ольга Львовна. - Но вольнодумство в России никогда не приветствовалось. Не натренировались.

Факел только головой покачал. Уж кем-кем, а дурой ни я, ни он Ольгу Львовну не назвали бы. Она, думаю, это поняла, и затягивать диспут не стала.

- Нам сюда, господа, - сказала Ольга Львовна.

Следующий квартал выглядел поприличнее. Домики каменные, из того же черного мрамора, и в два этажа, но всё той же кубической архитектуры. Некоторые обнесены забором и у всех окна закрыты ставнями. Последние выглядели как чешуя, но мне страшно даже представить себе тварь, у которой чешуйки такого размера. Не иначе, дракон.

Внезапно над городом прокатился тихий, но вполне различимый вой. Мы тотчас прижались к стене. Хомяк устало вздохнул.

- Тревога? - шепотом спросил я.

Ольга Львовна мотнула головой, потом шепотом сообщила, что она такое впервые слышит.

- Наверное, это первый налёт на вашей памяти, - предположил Колобок.

Ольга Львовна не вполне уверенно кивнула. Да уж, для налёта было слишком тихо. Мы осторожно двинулись дальше и свернули в темный проулок. Он вывел нас на улицу пошире и более освещенную. В конце улицы в два ряда стояла стража. Позади нее виднелась полукруглая арка с решеткой. Решетка была опущена. Ольга Львовна тихо вздохнула.

- Нам туда? - шепотом спросил я.

Барышня кивнула. В этом мраке я едва разглядел движение. Скорее, даже почувствовал.

- Этих я просто смету из огнемета, - негромко проговорил Факел.

- Там еще наверху, - шепотом предупредил Колобок.

Над аркой и над домами, параллельно галерее между двумя гнездами, располагался мостик. Опорами ему служили арки и статуи галереи. Последние подпирали его плечом.

- Хорошо бы их чем-то отвлечь, - тихо сказал я. - Чем-то серьезным, чтобы по максимуму их убралось.

- Домики позади нас обмазаны чем-то вроде смолы, - ответил Колобок. - Можно устроить хороший пожар. Ночью это особенно заметно.

Он произнес это совершенно спокойно. Дескать, давайте спалим целый квартал гражданских, чтобы отвлечь внимание охраны.

- Это несправедливо! - тихонько воскликнула Ольга Львовна. - Там же простые люди!

Хоть кто-то мыслил в том же ключе, что и я.

- На войне как на войне, - сказал Факел.

И ведь не скажешь, что он не прав. Война действительно идет, и ставки в ней высоки. В нашей миссии так особенно высоки. К тому же не зря говорят, хочешь победить сильного - стань более сильным, хочешь победить хитрого - стань более хитрым. Хочешь победить демонов… Ну уж нет, ну их к дьяволу!

- Нет, - твердо сказал я. - Здесь Ольга Львовна права. Мы - не нечисть, чтобы попусту истреблять невинных.

- Это ад, - напомнил Факел. - Здесь нет невинных.

- Хорошо, тех, кто не лезет к нам с войной, - поправился я. - К тому же вспомни, что говорили ангелы - это не исконные земли демонов. Местные живут под оккупацией. Мы не можем их освободить, но это еще не значит, что нам следует их истреблять.

- Это тоже в каком-то смысле освобождение, - заметил Колобок.

- И души верных вознесутся к Господу, - добавил Факел.

Причем ни мгновения не сомневаюсь, что сам он в это верил.

- А у нас время тикает, - добавил Колобок.

"Здесь нет верных", - раздалось в моем мозгу.

И не только в моем. Ольга Львовна вздрогнула, и быстро стрельнула взглядом по сторонам.

- Спокойно, - сказал ей Факел. - Это ангел. Он с нами.

Я же в это время лихорадочно прокручивал в голове варианты. Справедливо или нет, но мы должны были выполнить поставленную задачу. Лучше, конечно, справедливо. В итоге на решение меня натолкнули слова Колобка про освобождение. По крайней мере, от них проблеск идеи раскрутился в нечто осмысленное.

- Пожар - это запасной план, - сказал я. - К тому же охрана может и наплевать на бедняков, если она тут не из-за нас, а охраняет какую-то важную шишку. Ольга Львовна, где держат людей-рабов?

- Бараки вон там, - она указала вдоль галереи.

- Охрана большая?

- Да нет, кому они нужны, - Ольга Львовна пренебрежительно махнула рукой. - Только двери запирают. Но я кажется понимаю, что вы затеяли. Имейте в виду, господин Глаз, они очень боятся хозяев и не восстанут против них.

- Бояться им следует гнева Господня, - строго сказал Факел.

Я бы сказал, что бояться им следовало бы моего друга, но как верно заметил Колобок - время тикает.

- Идем к баракам, - скомандовал я.

Хомяк снова вздохнул, закидывая груз на плечо.

- Отдохнем на той стороне, - пообещал я ему.

Он ответил, что хотелось бы. Ольга Львовна провела нас кратчайшим путем.

Рабские бараки выглядели как бедняцкие хижины, только шире и намного длиннее. Здесь их было два. По словам Ольги Львовны, дальше были еще, а чуть левее - еще один для живых мертвецов, но я решил, что нам и этого хватит. У дверей левого барака дремал одинокий часовой. Колобок снял его буквально походя. Замков на дверях не было, они запирались снаружи на засов. Я снял его и отбросил в сторону. Факел поднял раструб огнемета.

- Труп убрать или пусть видят? - спросил Колобок.

- Пусть видят, - сказал я. - Только копье прибери, пёс его знает, как оно работает.

Колобок поднял копье и завертел его в руках. Выглядело оно как обычное, только всё в нём было черным. Я мысленно собрался. Восстания мне поднимать еще не доводилось. Подавлять - да, так что пришлось мыслить, как говорится, "от противного". Наши мятежники обычно хотели сбежать с отведенного им участка работ туда, где, по их мнению, было лучше. Обычно - нет, не было, или почти не было, но человек так устроен, что на расстоянии для него плохое уменьшается, а хорошее, напротив, увеличивается. С этой мыслью я открыл дверь.

Внутри барак выглядел как барак. Уж простите, но по другому и на скажешь. Каменные койки в три яруса занимали почти всё свободное пространство, оставляя лишь узкий проход по центру да пятачок перед дверью. В армии здесь дежурил бы дневальный. На койках лежали люди. Сверху на них падал тусклый свет. Когда дверь открылась, свет быстро разгорелся ярче. Люди завозились, заворчали.

- Рота, подъем! - рявкнул я.

Думаю, навскидку народу тут было на пару рот, а то и целый батальон, но по боевым качествам нам повезло бы, если бы они всей оравой хотя бы на роту новобранцев потянули. Люди были измотанные и тощие. Однако вскочили бодро. Стало быть, муштровали их тут всерьез. По бараку испуганной волной прокатилось: "инквизитор! иквизиторе…" ну и прочие версии именования нашего брата на разных языках.

- Ольга Львовна, мне, похоже, понадобится переводчик, - сказал я.

В дверях появилась барышня. За ней мрачной башней возвышался Факел с огнеметом наготове. Он напугал рабов еще почище меня. Пока они не попрятались в ужасе под койки, я быстро начал кое-как заготовленную речь.

- Грешники! - громко и строго сказал я.

Вначале хотел сказать "жалкие грешники", но в последнюю секунду решил не напирать на слабость тех, кого планировал подбить на бунт. Они и так все дружно сжались, когда Ольга Львовна выкрикнула на местом языке. Правда, потом она рассказала, что у местных нет слова "грешники" и она обозвала рабов "еретиками". Аборигены верили в какую-то чушь со змеями, и у них было свое обозначение для неверующих. Ну а рабы как бывшие наши люди прекрасно знали, что значит "еретики" из уст инквизитора. Однако на тот момент я уловил лишь то, что рабы были готовы слушать меня очень внимательно.

- Вы думали, что инквизиция не найдет вас здесь? - спросил я, и, сделав короткую паузу, чтобы Ольга Львовна успела перевести, продолжил: - Вы ошибались. Если нужно Господу, мы придем даже в ад и вывернем его наизнанку. Сегодня мы пришли сюда…

Я снова сделал паузу на перевод, оглядывая своих подопечных. Выглядело так, будто бы они уже дозрели. Высокий тип справа упал в обморок. Этот уже перезрел.

- Но Господь в бесконечной милости своей дает вам еще один шанс вернуться к нему, - объявил я. - Последний! Откажитесь от ада! Откажитесь от служения нечисти! Возвращайтесь на Землю…

Пока Ольга Львовна переводила, на лицах ближайших рабов проступала надежда пополам с вполне закономерным вопросом: как? Я как раз собирался к нему перейти.

- В ближайшем гнезде нет демонов, - сказал я. - Зато есть врата, ведущие к Земле. Если кто не знает, это круглый колодец в центре гнезда. И сейчас эти врата открыты!

- Но как же стража, господин инквизитор? - робко спросил скрюченный тип слева.

Вместо ответа Факел вбросил внутрь труп часового. Вбросил легко, как сломанную игрушку. Рабы вначале отпрянули, потом подались ближе. Дальние тянули шеи, чтобы увидеть. Я буквально почувствовал, как по толпе прокатилась волна ненависти, вытесняя застарелый страх.

- Их можно убивать, - сказал я. - Скажу больше, это не так и сложно. Так идите и убивайте!

Толпа ответила кровожадным рёвом. Не оглушительным и нестройным, но тут оказалось достаточно тех, кто был готов убивать. Остальные подтянутся. Коллектив - дело такое.

- Убивайте всех, кто встанет на вашем пути, - приказал я. - Каждый павший во имя Его обретёт прощение…

По крайней мере, моё. Хотя Факел тоже может смилостивиться, а к нему даже в небесной канцелярии прислушиваются. В общем, не так уж я их и дезинформировал.

- И все вы обретете свободу!

К моему легкому удивлению, это их вдохновило заметно меньше, чем призыв поубивать охрану. Рабы не отрывали взглядов с мертвого охранника. Самые смелые двинулись вперед, потрогать тело и убедиться, что это не мираж.

- Убедились? - спросил я.

Еще как. Схватив труп, они забросили его в толпу. Тело так и летало по бараку, пока его не разорвали в клочья. Кстати, быстро управились.

- Пришло время отомстить за все обиды, - объявил я. - Такова воля Господа, - и шепотом добавил: - Факел, покажи ангела!

Мой друг тотчас расстегнул рюкзак. Появление ангела, как я ожидал, добило все сомнения. Факел поднял его повыше, чтобы все видели. На лицах людей проступило даже не благоговение - экстаз. Это как голодному показать даже не кусок хлеба, а богато накрытый стол.

"Будьте едины", - раздалось в голове. - "И вы приблизитесь к Нему".

Они все это слышали.

- Едины! - заревела толпа. - Мы идем! Помилуй нас, Господи!

- Господь с нами! - объявил я и, повернувшись, вышел из барака.

Факел торопливо прибрал ангела обратно. Снаружи нам пришлось отступить в сторону. Из дверей с рёвом хлынула толпа. Некоторые на ходу мазали лица кровью охранника. Кровь у аборигенов была черная.

- Туда! - я указал винтовкой направление. - И освободите остальных рабов.

Двое тощих типов метнулись к соседнему бараку. Открыв дверь, они закричали внутрь что-то на местном. Ольга Львовна потом перевела, что мою речь интерпретировали как приказ инквизиции, которая забирает город себе, а рабам надо доказать свою верность и тогда можно будет вернуться домой. Вот даже интересно стало, как из сказанного мной можно было сделать такой вывод. Впрочем, в тот момент главным было, что из второго барака тоже хлынула орущая толпа. Один из тощих типов, размахивая засовом, бежал впереди.

- Факел, подпали бараки, - попросил я. - Пусть видят, что возврата к прошлому не будет.

Пламя окатило здание. Как и предполагал Колобок, черная смола загорелась моментально. Даже не пришлось тратить горючку на второй барак. Пламя само перепрыгнуло с крыши на крышу.

- Выдвигаемся, - скомандовал я своим.

Первая толпа уже устремилась к гнезду. На пути им попалась пара аборигенов. Надеюсь, это был ночной патруль. От него мало что осталось. А вот у гнезда их поджидала стража. По мостику над галереей деловито двигались темные фигуры. Засверкали молнии. Они были ядовито-зеленые и куда тоньше демонических. Да и в мощности заметно уступали. На моих глазах молния угодила в каменный угол здания, и лишь трещину в нем оставила. Демоническая бы снесла половину здания.

Я остановился, прицеливаясь в стражника. Выбрал цель наугад, мне сейчас был важнее точный выстрел. Пуля угодила точно в голову. Мертвый стражник кувырнулся вниз под торжествующий рев толпы. Ко мне присоединился Колобок. Вдвоем мы быстро проредили стражу на мостике. Там же никаких укрытий, да и отступить некуда.Мы вышибали цели как в тире. Стража заметалась. Один от большого ума сиганул вниз. Прямо в толпу. Та как раз на волне нашего успеха ринулась в атаку, и смяла охрану у арки. Не знаю, сумел ли тот стражник кого-то зашибить своей тушкой, но его точно разорвали.

- Ах ты! - раздалось за спиной.

Я резко развернулся с оружием наизготовку. Тощий тип с засовом подобрался к нам сзади и намеревался треснуть Хомяка своим оружием. Мало ему спасения души, хотел еще и спасителей грабануть. Нет, этот уже безнадежен. Хомяк, однако, не зевал, и ударил нападавшего в живот. Тот рухнул на колени.

- Хомяк, отступи-ка, - сказал Факел.

Сапер тотчас сделал шаг назад. Короткая вспышка пламени, и одним закоренелым грешником в аду стало меньше.

- Давайте скорее, - поторопил нас Колобок. - Думается мне, эта толпа их надолго не займёт.

Я согласно кивнул. По самой границе мозга прокатилось нечто вроде невнятного шепота.

- Факел, слышал? - спросил я.

Факел уже открывал рюкзак.

- Ангел в порядке, - сообщил он, и что-то тихо добавил для ангела.

Ответа не последовало.

- Похоже, эфир забит, - сказал Факел.

- Враг теперь знает про ангела и глушит его связь, - предположил Колобок. - Надо спешить.

Восставшие рабы уже покончили с охраной под аркой. Путь был свободен. Шум боя доносился от гнезда и позади нас. Кто-то слишком увлекся местью. Бараки ярко пылали. Над ними вились горгульи. Я кивнул, и мы поспешили дальше. Под аркой свернули направо.

- Мы не пойдем на Землю? - спросила Ольга Львовна.

- У нас еще есть дело, - на ходу отозвался я. - Но вы свою часть договора выполнили честно. Теперь можете попытать счастья. Там несколько кругов, но, главное, берегитесь бесов. В конце будут наши. Скажете, вас прислал Глаз.

- Нет уж, я с вами до конца, - тотчас ответила барышня.

- Не лучший выбор, - проворчал я.

В голове мелькнула мысль, что этот конец может быть уже близок. Стражи ни в галерее, ни над ней не было, и всё же было у меня такое ощущение, будто бы зло надвигается прямо на нас. По галерее мы промчались вихрем. Я даже не успел толком разглядеть статуи. Каменные створки ворот медленно распахнулись перед нами, и из гнезда вышел демон.

Глава 7

Существует великое множество демонов. Я по долгу службы сталкивался только с сухопутными, но, сдается мне, у водоплавающих такое же разнообразие. Каждый демон практически уникален. Кстати, не в этом ли причина их махрового эгоизма? Они просто в принципе не способны осознать себя некой демонической общностью.

Вот рядовая нечисть - та представлена какими-никакими, а народами - бесы, горгульи, хотя их целых два разных вида, шаманы, да даже мутанты с этими серыми птичками оказались единым видом, хотя, сдается мне, наши зоологи с теологами себе мозг сломают, пытаясь объяснить, как одно превращается в другое.

Демоны же представлены, так сказать, в штучном исполнении. Да, более-менее похожие встречались, особенно среди тех, кто выглядел как рептилия, однако и там различий больше, чем сходства, и последнего точно не хватало, чтобы научно выделить какой-то отдельный вид демонов. Даже способность швыряться молниями была не у всех, а у тех, кто мог этим похвастаться, заметно варьировалась мощность.

На первый взгляд кажется, будто нам это только на пользу - один раз изучил конкретного демона, и потом при встрече просто смотри, нет ли такой твари в каталоге. Собственно, когда была возможность, штурмовики с инквизиторами так и поступали. Вот только за годы войны у инквизиции накопилось этих описаний на полноценное многотомное издание, причем поболее, чем у некоторых писателей.

Это был самый здоровенный демон из всех сухопутных тварей, кого мне только доводилось видеть хоть вживую, хоть в каталогах. Выглядел он как нечто среднее между тигром и собакой. Тело и лапы у него были тигриные, но покрытые длинной шерстью, как у давешнего бесовского яка. На толстой шее умещались сразу три головы. Они были собачьи. В породах я не особо разбираюсь, но все три морды были плоские, как у бульдогов, а свои зубастые пасти этот демон не иначе как у падальщиков позаимствовал. Такие же здоровенные.

Увидев нас, демон, казалось, удивился. Он озадаченно уставился на нас в три пары глаз, то ли пытаясь понять, что мы вообще такое, то ли что мы тут делаем, так нахально встав у него на пути. Мыслительный процесс, небось, так и перетекал меж трех голов, отчего все три синхронно склонились набок.

- Отходим, - тихо скомандовал я.

Опоздал буквально на долю секунды. Колобок, который вырвался чуть вперед, уже вскинул карабин и выстрелил. Попасть, конечно, попал. В такую дуру промахнуться сложно даже с закрытыми глазами, а уж такому тертому калачу и вовсе нереально. Пуля угодила средней голове в правый глаз. Его же и вышибла. Демон заревел в три пасти. При этом из боковых хлынули черные молнии. Они с металлическим треском сошлись на Колобке. Во все стороны полетели искры. Колобок в них просто рассеялся, будто бы его никогда и не было.

Факел вскинул огнемет. Струя пламени окатила каменное крыльцо. Пламя лизнуло передние лапы демона. Тот быстро переступил на месте, не уступая нам ни пяди, но лапы из огня всё же убрал.

- В укрытие! - рявкнул я.

Сам я метнулся за ближайшую статую. Ее широкие крылья могли послужить неплохим укрытием если не от молний, то хотя бы от взгляда демона. Краем глаза успел заметить, как Ольга Львовна укрылась в тени барельефа. Умница! А вот Факел отступил с привычной неохотой. Я мысленно выругался. Вслух не успел. Факел сделал шаг в сторону, а там, где он только что был, воздух прочертила черная молния. Я выстрелил. Вышиб средней голове второй глаз, но больше отвлек внимание нечисти от напарника, будь он неладен с его позерством! Когда командир скомандовал "в укрытие!", солдат должен уже быть там, а не строить из себя бастион непоколебимости. Не с мелким бесом схлестнулись.

Следующим выстрелом я окончательно убедил демона, что я тут самый надоедливый комар. Черные молнии рассекли статую, за которой я укрылся, аж в двух местах - на уровне пояса и шеи. Каменное тело завалилось набок, упершись плечом в стену с барельефом. Голова рухнула вниз. Я едва успел отскочить. Голова была здоровенная, в две моих, с острыми рогами, закрученными по-бараньи. Такая, прилетев по затылку, уложила бы одним махом. Мелкие куски статуи осыпались на песок.

Я тотчас метнулся за следующую статую. Толком разглядеть ее не успел, что-то полузмеиное с хвостом. План сложился сам собой. Если бы у меня получилось выманить демона на себя - и как-то при этом остаться в живых! - то у Факела появилась бы возможность жахнуть в упор. Огня демон боялся, это я сразу подметил, стало быть - уязвим. Авось, с ангельской помощью и завалили бы супостата. Или хотя бы прорвались мимо него в гнездо, а там, глядишь, и оторвались бы.

Но я забыл про Хомяка! Когда я скомандовал: "в укрытие", он тотчас спрятался за статуей. Они в галерее стояли по обе стороны от прохода, и Хомяк нашел укрытие по другую сторону от нас с Факелом. Туда ему было ближе, да и по правде говоря: безопаснее. На обсидиановом постаменте замерла перед прыжком в небо каменная горгулья. Ее опущенные крылья и прижавшаяся к постаменту туша с четырьмя лапами - горгулья была старого образца - обеспечивали отличное укрытие. Я заметил его маневр, и начисто забыл про Хомяка.

Он ведь наш, армейский. Ему приказ дан, сапёр пошел исполнять. Но, выполнив, Хомяк тут же начал проявлять инициативу, даже не поставив командира в известность. Да уж, общение со штурмовиками до добра не доводит. Обогнув статую, Хомяк прокрался вперед вдоль стены. Демон, как я и рассчитывал, двинулся вперед. Пламя на каменных ступенях прогорело быстро, и эта тварь направилась искать меня.

Факел зашел с фланга. В левой руке он держал горшок с ангелом. Правой уже нацеливал раструб огнемета. К сожалению, демон то ли учуял его, то ли услышал его шаги. Повернув левую башку, он плюнул в сторону Факела молнией. Та с тихим шелестом сбрила ангела.

- Ох ты ж, - проворчал я.

Две метко пущенные пули вновь убедили демона отвлечься на меня, и тут по правую лапу от демона тихонько вынырнул Хомяк. Вот действительно был похож. Упитанный, с плотно набитым ранцем в руках, сапер выглядел как хомяк, удиравший из амбара с зерном. Или пробирающийся туда же. Ну так и пробирался бы внутрь! Демон на него и внимания-то не обратил. Все его оставшиеся глаза высматривали дерзкого стрелка. То есть меня. И тут Хомяк метнулся наперерез демону.

- Куда?! - только и успел прошептать я.

Подняв ранец высоко над головой - а иначе саперу и не достать было бы - Хомяк сунул ранец под среднюю голову демона. Сухо щелкнул выстрел. Демон скосил вниз глаза с боковых голов. И тут грянул взрыв.

Мощные бомбы у нас всё-таки были заготовлены. Демона разметало в клочья. Все три его башки вылетели вперед, как снаряды из пушки. К слову сказать, с тем же эффектом. Левая башка отстрелила крыло на соседней статуе. Передние лапы демона разлетелись в стороны. Заднюю половину в распотрошенном виде отшвырнуло назад к дверям, а какие-то куски и вовсе закинуло в коридор. Факел отлетел к стене и шмякнулся о нее спиной. Слава Богу, баллоны не рванули.

Я быстро выбежал вперед, высматривая в полумраке ошметки серого студня. Покуда он в теле демона, эта тварь способна функционировать несмотря на любые повреждения. На широких ступенях рядом с пятнами темной крови виднелись серые ошметки. Имелось у этого студня такое странное свойство, что он был отчетливо виден даже в почти полной темноте, пока полностью не стаивал, как снег на солнце. Студня в поле зрения было достаточно, чтобы считать демона дохлым. В другой раз я бы сказал: отлично сработано. Но чёрт его побери, это же была наша последняя бомба! И наш последний сапёр.

От Хомяка не осталось практически ничего. Некоторое время я тупо смотрел на то место, где он только что был, и медленно осознавал, что это провал.

- Господин Глаз, - тихо позвала Ольга Львовна. - Местная стража приближается.

Я оглянулся. Барышня стояла в шаге от меня. На ее левом плече висел мой вещмешок, а в руке она держала сумку Факела. Это те, которые мы перед входом в город навесили на Хомяка, чтобы не мешались в бою, и которые он столь любезно не прихватил с собой. Правой рукой, а точнее, зажатой в ней лампой стражника, Ольга Львовна указывала вдаль по галерее. Там мелькали какие-то тени. Возможно, что и стража. Еще дальше мелькали тонкие зеленоватые молнии. Звучали крики и лязг металла. Рабы, должно быть, еще пробивались в то гнездо, но для нас путь был уже отрезан. Тени приближались. Я мысленно встряхнулся, заставив себя сосредоточиться на сиюминутном.

- Уходим! - скомандовал я. - Факел!

Мой напарник сидел у стены. Я метнулся к нему.

- Подъем, дружище, время не ждет!

Факел едва слышно простонал в ответ, что он не в форме. Как будто стражники будут ждать, пока он очухается! Мой взгляд упал на веточку с тремя белыми цветками. Всё, что осталось от нашего ангела. Цветы по-прежнему благоухали, но мне было категорически некогда этим наслаждаться. Торопливо сунув веточку в рюкзак Факела, я подпер напарника плечом и кое-как поставил на ноги. С другой стороны подскочила Ольга Львовна. Вдвоем мы повели Факела вверх по ступеням, благо он хотя бы ноги кое-как сам переставлял. В дверях мы развернулись.

- Факел, огонь! - скомандовал я.

Это у него на уровне рефлексов. Пламя залило крыльцо, пожирая останки демона, а заодно и на короткое время отрезал путь преследователям. Ну и мне умудрился малость левую полу плаща подпалить. Не сильно, я сбил пламя одним резким ударом, но в целом было видно, что да, Факел не в форме.

В самом гнезде мы никого не встретили. Хотя мы особо его и не обшаривали. не до того было. Я держался самого крупного коридора, по которому только и мог бы пройти недавний демон. Кроме того, коридор вел вниз. Стало быть, к вратам. Сигнализация гнезда пока молчала, хотя из розовых прожилок на стенах целые узоры сплетались. Должно быть, дохлый демон и пожар на входе - это еще не повод для беспокойства. Подступы к внутренней камере и ее саму заливал блекло-зеленый свет. Его излучали маленькие лампы, которые целыми гирляндами висели под потолком.

- Значит так, Ольга Львовна, - еще на подходе инструктировал я барышню. - Сейчас надо будет прыгнуть в каменное кольцо. Так вы окажетесь на другом круге ада. Вы появитесь там в паре метров над землей, так что не пугайтесь. И не волнуйтесь, я вас не оставлю.

- Я испугалась уже на словах про другой круг, - отозвалась барышня. - Остальное не страшно.

- Ну и чудно, - сказал я, имея ввиду остальное.

Во внутренней камере никого не было. Я быстро подошел к вратам. Каменное кольцо встретило меня мерным сиянием кроваво-красных знаков. По ту сторону горели желтые лампы, причем заметно ярче тутошних. Охраны, как водится, не наблюдалось. Такое чувство, будто бы мы - первые диверсанты в истории ада. Ну или, если посмотреть с другой стороны, первые такие идиоты.

- Там никого, - сказал я. - Просто перекреститесь и прыгайте в это кольцо. Факел, ты как? Готов прыгать?

- Куда?

- Во врата!

- А где ангел? Погиб?

Вот ведь зануда!

- Всё, что осталось, у тебя в рюкзаке, - быстро произнес я. - Инвентаризация - потом. Ольга Львовна, сможете прыгнуть первой и поймать его там?

Барышня неуверенно кивнула, со страхом глядя в кольцо.

- Ничего страшного, - сказал я. - Смотрите.

И мысленно попросил Господа, чтобы кольцо действительно было двусторонним. Дожили! Прошу у высших сил исправной работы демонической системы. Эх, и влетит же мне на Страшном суде. Затем я перекрестился, и прыгнул в кольцо.

Выход по ту сторону оказался почти на уровне земли. Точнее говоря, той каменной площадки, на которую я прибыл. Я не ожидал такого и чуть ногу не подвернул, помянув недобрыми словами здешнего настройщика. Вот ведь нечисть криворукая! Нет чтобы везде по единому стандарту настроить. Зла на них уже не хватает.

Я отступил в сторону и взглянул в кольцо. Ольга Львовна заглядывала в него же со своей стороны. Факел подтолкнул ее. Барышня, всплеснув руками, рухнула в кольцо, и тотчас появилась в воздухе передо мной. Я подхватил ее за талию. Барышня тихо ойкнула.

- Ах, это вы, - облегченно произнесла она. - Я уже на месте?

- Да, - сказал я. - Подождите здесь.

Барышня послушно отступила к стене, прижавшись к ней спиной. Я снова заглянул в кольцо. Факел тяжело рухнул на одно колено. Над ним мелькнула тонкая зеленая молния. Я торопливо метнулся через кольцо обратно. В Дите выход был настроен в метре от пола и я здорово ушиб пятку. Моего настроения это, понятное дело, не улучшило. В коридоре двигались неясные фигуры. Я вскинул винтовку. Судя по тому, как механически двигались эти фигуры, стража отправила вперед живых мертвецов. Разумно. Но и мне проще. Они же столь предсказуемы, что палить по ним, это как по мишеням в тире. Три выстрела, три трупа на полу.

- Факел, уходим, - скомандовал я.

Он машинально покивал головой. Я спихнул его в кольцо. Секундой спустя он грохнулся на пол в нижней камере. Ольга Львовна подскочила к нему, пытаясь оттащить в сторону. Едва смогла сдвинуть с места. А в коридоре обозначились новые тени. Я прыгнул во врата. Каким-то чудом мне удалось не приземлиться на голову Факелу. Наверное, здешняя система всё же учитывала, что в точке прибытия кто-то есть.

- Стража уже в пути, - сказал я. - Уходим.

- Куда? - тотчас спросила Ольга Львовна.

- Сейчас - отсюда, - отозвался я. - А там видно будет.

Мы быстро двинулись пустым темным коридором. Тишина тут стояла просто гробовая. Единственным звуком были наши шаги. Из левого коридора появился какой-то уродец. В здешнем полумраке я принял его за беса, только очень высокого. Очень кстати. Пристрелил гадёныша на месте. На душе немного полегчало. Сигнализация на него не сработала, но звук выстрела разносится далеко, поэтому мы поспешили дальше. Демона-проводника так и не встретили, хотя на моей памяти они всегда выползали на шум.

Впереди показались ворота. Я сдвинул засов и пнул ближайшую створку. Она распахнулась во всю ширь, гулко бухнув по стене. Я быстро оглянулся через плечо. Барышня - тоже.

- Вроде никого, - прошептала она.

За воротами лежала серая пустошь. С неба нависали низкие свинцовые тучи. Под ногами лежала серая сухая земля. Из нее вставали серые скалы. Невысокие, метра по два-три, редко выше, но их было достаточно много, чтобы образовать настоящий лабиринт. Он послужит нам укрытием. Справа от входа валялись чьи-то кости. Тоже серые. Они были слишком крупные для человека. Наверное, местное зверье. Обглодали их подчистую. Я окинул взглядом пустошь. Тут тоже вроде никого.

Однако стоило нам сделать первый шаг, как над пустошью прокатился громоподобный рёв.

- Быстрее, - скомандовал я.

Мы почти бегом преодолели открытое пространство до скал.

- Переждем здесь? - спросила Ольга Львовна.

Я мотнул головой, и коротко пояснил:

- У нас очень мало времени. Идем, пока можем.

- А нам еще далеко? - спросила Ольга Львовна.

Голос у нее был усталый. Оно и не удивительно, Факел выступал отнюдь не в весе пера, но время действительно уходило. А ведь нам еще надо как-то обратно успеть вернуться. В смысле, очень хотелось бы успеть до закрытия врат. Однако наверху, как водится, слышали только моего напарника. Едва мы углубились в скалы, как быстро стало темнеть. Мы как могли ускорили шаг, надеясь успеть до темноты пройти как можно дальше, однако тьма сгущалась еще быстрее. Тьма тут тоже была серая.

- Ольга Львовна, фонарь стражника еще при вас?

- Так точно!

- Отлично, - сказал я. - Зажигайте. Если повезет, нас примут за один из поисковых отрядов.

Тусклый зеленоватый свет фонаря приобрел здесь землистый оттенок с отчетливым влиянием серого. Он высветил расщелину в скале. Вход в нее наполовину закрывал огромный валун. Мы ввалились туда.

- Привал, - выдохнул я.

Усадив Факела у стены, я огляделся. Расщелина оказалась короткой, буквально несколько метров в длину. По ту сторону стеной вставал серый лес. Это были такие же деревья, как те, что мы видели близ Иерусалима. По крайней мере, выглядели очень похоже.

- О-ох, - произнес Факел. - Глаз, где мы?

- Где-то около цели, - отозвался я. - Точнее не знаю.

По схеме столь короткий переход, как между дитовскими гнездами, был предпоследним. Стало быть, где-то там, примерно за этим лесом, должно было быть последнее гнездо, и в нём - вход в сердце ада.

- А наш ангел?!

Факел со второй попытки открыл рюкзак. Руки еще плохо слушались. Заглянув внутрь, он издал тяжкий стон, откинув голову назад. Если бы не баллоны, отделявшие его от стены, точно бы затылком о нее приложился.

- Будь осторожнее, - сказал я. - Давай-ка я помогу тебе снять твою сбрую, и устроим тебя поудобнее.

Факел помотал головой.

- Надо идти дальше.

Он попытался встать, но безуспешно.

- Нет, - сказал я. - Во-первых, нам всем нужен отдых. Тебе особенно. Сейчас, извини, из тебя боевая единица совершенно никакая, а нам нужен боец.

Факел что-то пробурчал себе под нос, но всё же нехотя кивнул. Я помог ему снять сбрую. Та весила легче, чем обычно.

- Похоже, и горючки-то толком не осталось, - проворчал я.

- В левом еще около четверти, - отозвался Факел.

- А правый - совсем пустой? Тогда, может, оставим его здесь, чтобы лишнее не таскать?

- Не, мне он для баланса нужен.

- Ну смотри.

Я пристроил всю сбрую рядом, чтобы огнемет был у него под рукой, если вдруг понадобится. Потом помог устроиться самому Факелу. Тот ворчал, что уже в норме, но его норма заметно отличалась от моей. Наконец, я сам плюхнулся рядом и привалился спиной к стене. Ольга Львовна пристроилась рядом.

- А что там во-вторых? - тихо спросила она.

- Ничего хорошего, - проворчал я. - У нас больше нет взрывчатки.

- Там в подрамнике молот, - отозвался Факел, неуверенно махнув рукой примерно в сторону огнемета. - С божьей помощью справимся.

- Он бы нам лучше прислал пару бомб с часовым механизмом, - сказал я.

- Что мне всегда в тебе нравилось, Глаз, так это то, что ты никогда не теряешь чувства юмора, - хрипло произнес Факел.

Вот интересно, это он издевался так тонко, или взаправду так думал? Мы в двух шагах от сердца ада совсем без взрывчатки и без единого шанса пройти весь этот путь обратно. Какое тут к дьяволу чувство юмора!

- А что мы будем взрывать, если не секрет? - тихо поинтересовалась Ольга Львовна. - Пирамиду в Дите? Я знаю тайные входы.

- Вообще-то, секрет, - сказал я. - И кроме того, нас могут подслушивать.

Факел завозился. Шея у него не поворачивалась, а теперь и корпус не очень-то жаждал перемещаться в пространстве. Но мой напарник упорный. Повернулся еще до того, как я сподобился бы ему помочь.

- И здесь эта мерзость, - проворчал он.

Ольга Львовна сначала опасливо глянула на него, потом в сторону леса.

- А, это просто мясные деревья, господин Факел, - сказала она. - Я видела такие в Дите. Горгульи их просто обожают. В смысле, жрать. Говорят, по вкусу не отличить от человечины. Я сама, конечно, не пробовала, но от рабов слышала.

- А они, стало быть, пробовали, - самым строгим тоном констатировал Факел.

Повезло им, что они сейчас не рядом. Каннибалы у нас проходили по разряду культистов. Формально - чуть ниже, но по факту их жгли точно так же. Более того, культист еще мог купить себе небольшую отсрочку неизбежного, выдав сообщников, а с этими, как правило, всё было ясно сразу.

- Голод не тетка, - примиряющим тоном отозвалась Ольга Львовна. - Но жрать то, что при этом вопит человеческим голосом - это точно не по мне.

- Человеческим? - переспросил я.

- Ну, я сама не слышала, но рассказывали, что некоторые даже говорят по нашему, - ответила Ольга Львовна.

- Стало быть, обращенные еретики, - сурово молвил Факел.

Он всегда подозревал худшее.

- Может, просто местные деревья выучили наш язык, - сказал я.

- А зачем он им, кроме как общаться с нашими еретиками? - парировал Факел. - Одного поля ягоды.

Я не стал спорить. Может, и впрямь обращенные еретики. Хотя если так, то им сильно не повезло.

- Получается, они тут вроде как на мясо, - тихо заметил я.

- Вроде, да, - не вполне уверенно согласилась Ольга Львовна. - Они растут быстро, как у нас китайский бамбук, так что в плане урожайности вполне перспективны. Если не обжирать подчистую, как горгульи, то такого дерева надолго хватит.

Ничего себе перспективка! Да уж, ад определенно не жаловал культистов. Хотя, казалось бы, свои же.

- Ладно, у нас найдется чем перекусить без этой нечисти, - сказал я. - Факел, ты как насчет ужина?

Тот буркнул нечто утвердительное. Я достал из вещмешка наши припасы. Ольгу Львовну можно было и не спрашивать. Достаточно видеть, каким взглядом она пожирала галеты и мясо. Тоже далеко не пища богов, но, как я понимаю, тут ей и такое редко перепадало. Причем первым делом она накинулась на галеты.

- Мясо тут в ходу, - пояснила она, едва прожевав. - Хотя за ним тоже приходится побегать. А вот зерно тут совсем не растет. Ни овощей, ни фруктов. Только эти…

Барышня мотнула головой в сторону леса.

- И что тут мясного бегает? - спросил я без особого интереса, просто поддержал разговор.

Охотиться я не планировал. На нашу миссию у нас своих припасов хватит, а потом… Ну, в глубине души я всё еще надеялся, что никакого потом для нас в этих краях нет.

- Местные называют их кралями, - сказала Ольга Львовна. - Что-то среднее между кроликом и крысой. Шустрые сволочи, но мясистые. Одного на неделю хватит, да еще и шкурку можно продать. Еще бывают такие мелкие крокодильчики, но тут бабушка надвое сказала, кто в итоге кого сожрет. Да тут все друг дружку жрут, - она махнула рукой с зажатой в ней полоской мяса, и торопливо откусив кусочек, продолжила: - А самый ням… деликатес… это яичница из яиц горгулий. Ну а что? Они нас жрут, мы их. Вон у китайцев самый деликатес, это суп из акулы, и плевать им, сколько человек она сожрала перед тем, как попасть в кастрюлю.

- А вы и в Китае были? - спросил я.

- Да, отец там раньше служил. Потом его под Мукденом ранили. Он уж думал, что всё, отвоевался, даже отставку получил, а как нечисть поперла, его как ветерана опять призвали. Несправедливо это.

Последнее у нее прозвучало с отчетливой ноткой обиды.

- Тут не в справедливости дело, - произнес Факел. - У нас нет столько людей, чтобы выбирать, кому сражаться, а кому - нет. Если он годен, его место - на поле боя.

- Вот только, господин Факел, у важных шишек родня часто за полярным кругом, - парировала Ольга Львовна. - Я про них не одну статью в газету накатала.

- Да, человечество пока еще несовершенно, - признал Факел. - Поэтому и придумали инквизицию.

- Чтобы его исправить?

Ольга Львовна криво усмехнулась. Мол, безнадежная у вас задачка, господин инквизитор.

- Нет, - твердо ответил Факел. - Чтобы выжечь лишнее.

А потом он удивлялся, что его не продвигали по службе, удерживая на рядовых позициях поближе к линии фронта. Нет, он никогда не жаловался, но несколько раз проходил экзамен, и всякий раз готовился очень тщательно, я тому свидетель, и всякий раз его зарубали. Он думал, что за недостаток знаний. Я же думал, да и сейчас так думаю, что за избыток усердия. Ему я этого не говорил. Не хотел расстраивать попусту. Опять же, готовясь к экзаменам, он не искал приключений нам обоим на голову. Мы ведь напарники.

Пока мы ужинали, окончательно стемнело. Если на этом круге и была своя луна, то ее свет не пробивался сквозь тучи. Единственным источником света оставалась трофейная лампа. Ее зеленоватый свет едва освещал расщелину. Впрочем, большего нам и не требовалось.

- Первый караул за мной, - сказал я.

- Я вроде немного оклемался, - отозвался Факел.

- Вот и хорошо, - сказал я. - Выспись как следует, и утром наведем в аду шороху. Всё, отбой.

Факел малость поворчал, но куда ему сейчас в караул. Он так умотался, что даже не помолился перед сном. Просто откинулся назад, и тотчас уснул. Ольга Львовна свернулась клубочком неподалеку, и шепотом пожелала мне спокойной ночи. Я пожелал ей, и нам всем, того же.

Некоторое время стояла мертвая тишина. Я сидел, привалившись спиной к скале, и разглядывал узор из трещин в стене напротив. Вглядываться в кромешную тьму никакого смысла нет, только глаза устанут. Здесь больше на слух приходилось полагаться. Ну или если противник неосторожно выдаст себя светом, но такого уж тем более раньше услышишь.

- Господин Глаз, - тихонько позвала Ольга Львовна. - Как думаете, мы выберемся отсюда?

- Надеюсь, - ответил я.

А что еще я мог ответить? Командир должен поддерживать уверенность в своих бойцах, будто бы он знает, какого беса они творят. А потом я, пожалуй, действительно надеялся. Правда, больше на авось Господь сподобится помочь, чем на нас самих.

- Я тоже, - тихо отозвалась Ольга Львовна. - Но хотелось бы быть в этом уверенной.

- Ну, это вас точно не в те края занесло, - сказал я. - Какие могут быть гарантии в аду?

Барышня тихо вздохнула. Где-то еще через час я начал чувствовать, что клюю носом. Я ведь тоже устал как собака. Вот только Факелу отдых еще нужнее. Если он завтра не сможет встать и сражаться, то мы тут застрянем капитально. Я поразмыслил, можно ли доверить пост Ольге Львовне, но так и не пришел к какому-то решению. Не успел. Стремясь разогнать сон, я умыл лицо холодной водой, и вдруг почувствовал, будто бы что-то приближается.

Именно почувствовал. Вокруг по-прежнему стояла тишина. Если тут и водилась какая-то живность, то она тщательно маскировала свое присутствие. Я тихо взял винтовку в руки. Ольга Львовна тотчас открыла глаза, и застыла, вслушиваясь в темноту.

- Враги? - одними губами произнесла она.

Я пожал плечами. Ощущение лишь усиливалось, и я толкнул ногой Факела. Тот тихо фыркнул, затем открыл глаза. Говорить ничего не потребовалось. Не первый день вместе. Если я его среди ночи разбудил, значит, подъем по тревоге. Протянув руку, Факел нашарил раструб огнемета.

И в эту же секунду перед нами прямо в воздухе появился ангел. Это был довольно крупный куст, хотя и заметно потрепанный. Несколько веточек было сломано. На одной болтался цветок. Факел с неожиданным проворством подался вперед и подставил под него ладонь. Цветок устало лег на нее. На самом кусте оставалось еще семь. Они выглядели уже не привычно белоснежными, скорее посеревшими, но всё еще слабо сияли золотом. В воздухе разливался едва уловимый аромат. Ольга Львовна, стоя на коленях, беспрерывно крестилась, не сводя восхищенного взгляда с ангела.

Ангел медленно расправил корни и опустился на землю. Корни тотчас погрузились в нее, укрепив куст на месте. Он мелко вздрогнул, чуть не потеряв цветок на сломанной ветке, и застыл. В моем мозгу тихий печальный голос возвестил:

"Разрушитель не повержен".

Похоже, это был один из тех ангелов, которых Волк спровоцировал на авантюру. Я их в лицо не различаю. Да и нет у них лиц, а различать их по цветам - я же всё-таки не садовод. Могу только допустить, что комбинация веточек, листочков и цветков у каждого ангела уникальна, как отпечатки пальцев у человека. При этом по отпечаткам у нашей полиции целые картотеки, где специально обученные специалисты по правильной методике сравнивали образцы с эталоном и выдавали экспертное заключение - он или нет. Была у меня знакомая в петроградской полиции, рассказывала, как у них там дело построено. А вот так, навскидку, даже эти спецы не брались установить тождество.

- А что с Волком? - спросил я. - Это тот человек, который взорвал демона.

Вначале хотел вместо "человек" употребить слово "кретин", но тогда пришлось бы объяснять ангелу всю концепцию умственной неполноценности, а то ведь у ангелов с их общим разумом оная вообще могла отсутствовать напрочь. Не стоил этот балбес пространной лекции. Да и я, по правде говоря, не профессор, чтобы толково прочитать такую лекцию. Слов ученых нахватался, и ввернуть их при случае могу запросто, но вот толково раскрыть стоящие за ним концепции - не возьмусь.

- И с ним был еще один человек, - добавил я. - Его называли Ёрш.

"Все потеряны. Тот, кто именовался Волк, полностью разрушен. Просил сообщить, он сожалеет".

- Сожалеет он, - проворчал я.

"Да, именно так".

Понятие сарказма, видимо, также было чуждо ангелам.

"Я отделен от мы, чтобы сообщить. Предупредить".

- Предупредить? - сразу же переспросил Факел. - О чем?

"Разрушитель в гневе. В ярости. Удар был неожиданный. Разрушитель ищет тех, кто атакует его".

- То есть, нас, - спокойно констатировал Факел.

Ольга Львовна мелко вздрогнула.

"Разрушитель выделил своего личного стража для контроля главных врат".

- Интересно, - произнес я тоном, подразумевавшим "как же это всё паршиво". - А как он хоть выглядит, этот страж?

В моем мозгу нарисовался образ огромного трехголового пса с длинной красной шерстью.

- А, этого мы уже грохнули, - небрежно сообщил Факел.

- Теперь этот… Разрушитель всерьез обозлится, - прошептала Ольга Львовна.

- Да мы так и планировали, - ответил Факел.

- Правда, мы планировали сюрприз, - уточнил я.

А теперь выглядело так, будто бы мы знатно разворошили это осиное гнездо. Стало быть, на всех ключевых постах будет усиленная охрана. Ну а про наше возвращение, наверное, можно и вовсе забыть. По крайней мере, на ближайшее время, но ведь потом же врата закроются. Впрочем, если посмотреть с другой стороны, то нечисть может выслать на смену убитым проводникам новых, и тогда у нас будет шанс.

- А этот Разрушитель, он кто? - шепотом спросила Ольга Львовна.

- Дьявол собственной персоной, - честно ответил я, всё еще пребывая в своих мыслях.

Барышня тихонько присвистнула.

- Да уж, высоко вы летаете, - признала она.

- Ну так инквизиция, это вам не горгульи какие-нибудь, - поддел я ее. - У нас всё серьезно.

Факел с должной серьезностью кивнул.

- Пошла бы ты, Ольга Львовна, к нам, и не пришлось бы тебе потом мыкаться в аду.

- Так разве женщин берут в инквизиторы? - спросила барышня.

- Есть отдельные подразделения, - сказал Факел. - Они не так известны, но когда надо выжигать ересь, то ничем не уступят нашему брату.

По правде говоря, я о таких даже не слышал. Но инквизиция вообще закрытая организация, там не принято попусту молоть языком. В ней наверняка полно подразделений, о которых не то что я, Факел ни разу не слышал. Вот только если бы Ольга Львовна вступила в одно из них, то мы бы точно не встретились. Ни здесь, в аду, ни у нас, на Земле. У инквизиции-то практически монастырский устав.

- Ладно, будем надеяться, здесь нас не найдут, - сказал я, и тут неожиданная мысль пришла мне в голову. - А, кстати, уважаемый ангел, вы-то как нас отыскали? Свет выдал?

Я машинально кивнул в сторону лампы.

"Темная отметина".

- На ком? - спросил я.

Ольга Львовна ахнула, рефлекторно закрываясь руками. Факел глянул на нее более чем строго.

"Глаз".

- Я? - удивленно произнес я, одновременно оглядывая себя в тусклом свете фонаря. - Но у меня же никаких татуировок нет. Я что, в чем-то вымазался?

Факел и меня строгим взором окинул. Но это он высматривал, во что я мог вляпаться, и больше всего внимания уделил моим сапогам.

"Концентрированная муть. Три капли. Это очень мало. Видно только в эфире".

В моем мозгу возник образ серого студня.

- Где они? - спросил я.

"Разум. Мозг".

Взгляд Факела исполнился суровой подозрительности.

- Но как? - удивленно произнес я. - Я же с демонами никогда не общался. В смысле, мысленно… Ах, чёрт!

- Было, но давно? - спросил Факел.

- Вроде того, - тихо произнес я.

Пальцы коснулись повязки на левом глазу. Сам глаз мне вырвал демон. Наверное, можно сказать, что это было давно. Еще тогда, в Гатчине. С тех пор, кажется, целая жизнь прошла. Я тогда в панике лупил ему по морде винтовкой, и эта самая серая дрянь летела во все стороны. Запросто могла и мне в глаз прилететь.

Когда я поведал своим спутникам эту теорию, Факел облегченно выдохнул. Его напарник - не еретик. Это главное. А что до остального…

- Ну, вы же с этим не первый день живете, и вроде ничего, - сказала Ольга Львовна.

- Но теперь выглядит так, будто бы демоны могут меня отследить, - сказал я. - Я, похоже, более опасный спутник, чем мне представлялось.

- Ерунда, - отозвался Факел, и махнул рукой.

Вторую он при этом убрал от раструба огнемета.

Ольгу Львовну это тоже не напугало.

"Рядовые демоны…"

Ангел секунду помолчал, подбирая в моем мозгу подходящий термин, после чего продолжил?

"…слишком эгоистичны. Им нет дела до других. Опасность представляет Разрушитель. Он создатель мути. Он знает ее свойства, как никто иной ".

- Ну-у-у, - протянул я. - Тогда будем надеяться, что я не настолько важная шишка, чтобы за мной самолично гонялся сам нечистый.

Ведь не настолько же?

Глава 8

То, что мы именовали серым студнем, было на самом деле весьма специфической субстанцией, существующей одновременно как в реальном мире, так и в эфире. Чем был сам эфир, я сказать не берусь. Некая потусторонняя область. Хотя вот вроде ад тоже потусторонний, а он оказался вполне реальным. А вот эфир полностью нематериальный. Причем материальное там тоже может присутствовать. Тот же студень, например, или же ангелы. Но это всё, так сказать, импортное, а сам по себе эфир нематериален.

Поэтому даже нельзя ответить на вопрос: где именно он находится? Везде. Он, подобно радиоволнам, пронизывал всё мироздание, соединяя его в единое целое. Идеальная обитель для вездесущего Бога.

Что же касается его извечного оппонента, то он, по словам ангела, в своих одиноких странствиях то ли создал, то ли нашел этот самый серый студень. Своего названия для него у ангелов не было. Они оперировали образами. Собственно, ангел и объяснял больше образами, так что еще не факт, что я всё правильно понял. Образ серого студня в эфире выглядел как капли серых чернил, влитых в чистую воду. Там появлялись пятна, а затем вода мутнела, теряя прозрачность. И вот эта взвесь, известная просто как "муть", напрочь глушила связь ангелов. Они, конечно, ее рассеивали по мере сил, но лишь вокруг себя.

Самим же демонам связь не требовалась. Эгоисты до мозга костей, они в ней банально не нуждались. Куда важнее для них была способность студня пребывать одновременно как в реальном мире, так и в эфире. Благодаря этому его свойству демоны и могли быть одновременно в двух местах. Точнее говоря, в бесконечном количестве мест, но на наше счастье ни у кого из них на это не хватало мозгов. Им бы с двумя реальностями одновременно совладать.

Настало утро; такое же серое, как и всё остальное здесь. Фонарь стражника погас где-то за час до рассвета. Примерно тогда же пропал ангел. По словам Факела, он просто рассеялся в воздухе. Я тогда придремал малость и этого не видел.

- Даже не попрощался, - пожаловался Факел.

- Он устал, - сказала Ольга Львовна. - На последние вопросы отвечал еле-еле.

Надеюсь, эти двое не заговорили его до смерти.

- И ты ведь не поднимала никаких крамольных тем, чтобы он мог обидеться, - произнес Факел.

На его лице в тот момент было очень сосредоточенное выражение. Не иначе, вспоминал, чего могла ненароком ляпнуть Ольга Львовна. Хотя ведь наверняка контролировал. Барышня и вправду засыпала ангела вопросами. Правда, всё по существу. Раньше Ольга Львовна была газетчиком и быстро вспомнила старые навыки.

- Я лишь спросила: сможет ли он нас защитить?

- Вообще-то, это нам следовало его беречь, - ворчливо заметил Факел. - Он и без того был поврежден.

- Он мог просто ответить "нет", - возразила Ольга Львовна. - Он до того трижды отвечал "нет" на мои вопросы. Его это не раздражало. Думаю, он просто устал и отправился на отдых.

- Лучше бы за подкреплением, раз уж они могут меня отслеживать, - сказал я.

- Да, так было бы лучше, - тотчас согласилась Ольга Львовна.

Факел заверил нас, что если будет надо, подкрепление и так прибудет, Господь не оставит нас в трудную минуту, и мы сели завтракать. Снова мясо и галеты. Ольга Львовна предложила шикануть и пожарить яичницу, благо яйцо она сохранила, но я решил не рисковать желудком. Он у меня, конечно, луженый, в полях какую только дрянь есть не приходилось, но яичница из яйца горгульи - это, пожалуй, перебор. А Факел вообще сказал, что бесовщина. Хотя обосновать не смог.

- Жаль только бумаги и карандаша нет, - пожаловалась Ольга Львовна. - Записать бы всё сразу по горячим следам. У вас, часом, не завалялось?

Факел коротко мотнул головой. На самом деле бумага у нас была, но это схемы прохода по адским кругам и приказы, а вот карандаша действительно не завалялось.

- Жаль, - повторила барышня. - Я уже вижу заголовки газет: интервью с ангелом! Выигрышнее было бы только интервью с самим Господом Богом. А, кстати, господин Глаз, помнится, кое-кто обещал организовать мне сенсацию.

И она сопроводила последнюю фразу выразительным взглядом в мою сторону.

- А разве интервью с ангелом - это не она? - спросил я.

- Это тоже неплохо, но его же сразу засекретят. Знаю я наших цензоров. А вот интервью с самим Господом им упрятать не удастся.

Плохо же она еще знает наших цензоров. Особенно от инквизиции, а такой материал всяко пойдет через них. Эти - смогут.

- Ну, вот у нас ответственный за связь с небесной канцелярией, - я с улыбкой указал на своего напарника.

- Ну уж нет, - отозвался тот. - Этим сам занимайся. Я Господа по таким пустякам беспокоить не стану.

В итоге я пообещал при случае замолвить словечко, и мы выдвинулись в путь. Ольга Львовна взяла поклажу Факела. За исключением, понятное дело, огнемета и рюкзака с ангелом. Точнее с тем, что от него осталось. Сама вызвалась. То ли стремилась помочь, то ли опасалась показаться бесполезной. Надеюсь, что первое, но долю второго исключать бы не стал. Инквизиция вообще склонна к суровом прагматизму, а мой напарник просто эталон оного.

Факел за ночь оклемался и держался бодро, хотя и было видно, что это стоило ему определенных усилий. Ну да осталось недолго. Так или иначе. Про иначе, конечно, думать не хотелось, поэтому я без лишних задержек повел свой сильно поредевший отряд к цели. В бою о том, что может случиться, особо не думаешь, там мозг сосредоточен на сиюминутном. Как поразить врага, как преодолеть препятствие, как выполнить боевую задачу - в бою всегда есть чем загрузить мозги.

Когда мы ступили под серую сень деревьев, Факел зажег горелку в раструбе огнемета. Огонёк там был совсем крохотный, но деревья вокруг заволновались. Когда мы проходили мимо, они торопливо поднимали ветви повыше.

- Знает нечисть, что такое огнемет, - проворчал Факел. - Надо бы ее подпалить. Заодно посветлее будет.

- А мы сами-то не сгорим? - спросил я.

Факел пожал плечами. Над этим он, как водится, не задумывался. А вот деревья уже всерьез взволновались. Листва встревожено шелестела. Поначалу этот шелест казался мне невнятным бормотанием, но машинально вслушавшись, я начал разбирать отдельные слова: "не надо, за что?" По правде говоря, того, что они здесь произрастали на пользу врагу, уже было достаточно. Ольга Львовна на ходу поглядывала в нашу сторону. Думаю, она раньше меня это расслышала, всё-таки опыт общения с деревьями у нее имелся, но предпочла лишний раз не привлекать внимание Факела.

Затем впереди раздался вскрик. Деревья тотчас подхватили.

- Это там, - прошептала Ольга Львовна, указывая вперед и чуть вправо.

Вскрик повторился, а затем я услышал хриплый смех горгулий.

- Обедать прилетели, - шепнула Ольга Львовна.

- Как не вовремя, - отозвался я.

Лес занимал широкое ущелье, которое вело примерно в нужном нам направлении. Идти в обход было бы долго, да и не факт, что вообще имело смысл. Ведь надо найти проход через скальную гряду и чтобы по ту сторону был переход в нужную нам сторону, да и при наличии горгулий неплохо было бы иметь прикрытие от наблюдения сверху. Поэтому мы двинулись дальше. Впереди мы с Ольгой Львовной со всей осторожностью, Факел чуть позади, стараясь не слишком шуметь.

Горгулий было трое. Это были крупные твари с длинным змееобразным хвостом. У нас таких именовали новыми моделями. Вряд ли местные. Тут всё серое, и горгульи сразу выделялись цветом. Одна была зеленая, вторая - ярко-синяя, третья - черная с белыми разводами. Устроившись на ветвях дерева, они обрывали ветки, обкусывали самые светлые участки и бросали остатки вниз. Дерево стонало в голос, и кроны соседей своим шелестом разносили его стоны по всему лесу.

- Прорвемся, - тихо сказал Факел. - Надо только подойти незаметно, чтобы накрыть всех троих разом.

Я сразу подумал, что незаметно - не наш случай, но почему бы не попробовать?

- Я прикрою, - пообещал я.

Первой целью я наметил синюю горгулью. Она сидела выше своих товарок. Факела, к слову сказать, она тоже заметила первой. Резко повернув голову, синяя тварь что-то прошипела. Две другие горгульи тотчас вскинули головы. Факел ринулся вперед. Я выстрелил. Синяя горгулья кувырнулась с ветки, очень удачно завалившись на свою черную товарку. Та отпихнула ее прочь. Зеленая уже взмыла ввысь, закладывая вираж. Теперь будет плясать в воздухе, чтобы не попасть на прицел. А вот черная - не успела. Я поймал ее на взлете и прострелил голову. Попал прямо в пасть. Хотел между глаз, но немного ошибся по времени. Впрочем, так тоже хорошо. Черная горгулья отдернула башку, врезавшись в ствол, и быстро съехала по нему вниз. На всякий случай я всадил в нее еще пулю, размазав ее мозги по серой коре. Дерево тихо охнуло, когда пуля, пройдя сквозь ее череп, вонзилась в ствол.

Когда к дереву подбежал Факел, зеленая горгулья уже скрылась за тучами, откуда до нас донесся ее злобный вопль.

- Теперь они знают, что мы здесь, - сказала Ольга Львовна.

- А мы здесь не задержимся, - отозвался я.

Мы осмотрели подстреленных мною тварей. Обе были мертвы. Факел нацелил на них раструб огнемета.

- Погоди, - сказал я, и постучал кулаком по стволу дерева.

Оно ответило тихим вздохом.

- Слушай, деревянный, - сказал я. - Мы прогнали горгулий, теперь ты наш должник.

Листва зашуршала. Шелестящий голос вопросил:

- Что вы хотите?

- Организуй нам прикрытие ветками от наблюдения с воздуха до… - я мысленно прикинул стороны света по едва различимому сквозь тучи светлому пятну. - До западного выхода из леса. Это в той стороне, где встает солнце.

В ответ последовал новый вопрос:

- Вы не будете жечь меня?

Факел изобразил лицом: а что еще с тобой, гнусным еретиком, делать?

- А зачем нам жечь собственное прикрытие? - ответил я. - Конечно, не будем.

Ветви зашуршали, образуя крытую галерею. Те, что нависали слишком низко, поднялись повыше или разошлись в стороны. Я махнул винтовкой. Мол, идем. Факел нахмурился, но в очередной раз решил довериться моей интуиции. Она, впрочем, на снисходительности не настаивала. Тут я больше на логику полагался. Лесной пожар - штука страшная. Пламя обгоняет бегущего человека, и еще неизвестно, на кого мы выскочим, удирая от этого пожара.

- Кстати, деревянные, - на ходу поинтересовался я. - А вы тут бывшие люди или просто наш язык учили?

Ветви некоторое время шуршали совершенно невнятно. Потом всё же сформировался ответ:

- Один я на весь лес. Разросся просто.

- Понятно, - отозвался я. - А раньше кем был?

- Половым при трактире служил, - признал голос. - Пока сюда не сманили. Только я им служить не нанимался. Руки на себя наложил. Да только они, гады, меня в дерево превратили.

- Деревом ты был еще когда нечисти на слово поверил, - сказал я.

Лес обиженно проворчал что-то похожее на: "и там шпыняли, и тут шпыняют". Факел недовольно фыркнул и демонстративно поправил сбрую с огнеметом. Лес тотчас затих.

Мы быстро шли по проходу, внимательно поглядывая по сторонам. Если за деревьями кто-то и прятался, то очень умело. Мы дошли почти до самого конца, так никого и не заметив. А затем вдруг ветви над нашими головами внезапно разошлись в стороны, хором зашелестев:

- Здесь они! Здесь!

Я одновременно вскинул вверх взгляд и винтовку. Над нами промелькнула горгулья. Не та, что удрала от нас, эта была бурой с подпалинами и размером заметно поменьше. Да, пожалуй, пошустрее. Едва заметив нас, она заложила крутой вираж и тотчас скрылась в тучах.

- Вот гад, - проворчал я, и махнул рукой Факелу.

Тот уже поднял раструб огнемета. Широкая струя пламени окатила ближайшие деревья. Сквозь вой пробился отчаянный шелест:

- Нет! Вы обещали!

- Мы обещали за прикрытие, - проворчал я.

Впрочем, не думаю, что лес меня расслышал. Пламя весело скакало по пепельным кронам, перепрыгивая с дерева на дерево, и пожирая их одного за другим. Мы поспешили прочь, чтобы самим не поджариться. Лес слал нам вслед проклятия как из пулемета.

Покинув ущелье, мы сменили деревянный лес на каменный. По крайней мере, никаких других ассоциаций это скопище одиноких скал, похожих на вытянутые к небу пальцы, у меня не вызывало. Оглянувшись назад, я увидел густые клубы темно-серого дыма. Нечисти не понадобится тонко настраиваться на мои три капли серого студня, чтобы нас обнаружить.

Через каменный лес вел широкий проход, словно бы какой-то великан - или, скорее, демон - пробил через них прямой путь, не пожелав петлять меж этих скал. И вел этот путь аккурат в том направлении, куда нам было надо. А нам, как оказалось, надо было пройти через широкую долину, усеянную изломанными скалами и изрезанную расщелинами.

Хуже всего, эта долина выглядела обитаемой. Меж скал сновали какие-то уродцы. Точнее, пожалуй, и не скажешь. Это было единственное, что их объединяло. Были там и двуногие существа, и четвероногие, и даже ползающие. Я бы назвал их недодемоны. Похожи они были на тех, но размером поменьше, где-то с нас ростом, если брать двуногих. Факел назвал их чертями. Так и сказал:

- Это еще что за черти?

Бес его знает, но пусть будут черти. Троицу человекообразных уродцев с рогами я сам видел в оптический прицел. Каждый нес на плече копье с крюком. Стало быть, не совсем дикие, какое-то производство у них тут налажено. Разумеется, копье против винтовки - штука проигрышная, но это если один на один, а те же бесы, приложив к копьям численное преимущество, заставили нас побегать.

- Не знаю, - ответил я на слова Факела. - И знакомиться с ними мы не будем. Наша цель - гнездо. Видишь его?

- Пока нет.

- Тогда идем вперед, - сказал я. - Ольга Львовна, не отставайте.

- Да-да, уже иду, - торопливо отозвалась она, на ходу поправляя яйцо в сумке. - Показалось, что я его теряю.

- Не велика потеря, - отозвался Факел. - Есть мы эту дрянь всё равно не будем.

- Может, сгодится в научных целях, - ответила барышня. - Если повезет, продам на исследования.

- Скорее, его конфискует инквизиция, - сказал я. - С теми же целями, но на вознаграждение не рассчитывайте.

Ольга Львовна демонстративно вздохнула.

Мы прошли вперед, держась в тени скальной гряды и замирая всякий раз, когда в небе проносилась горгулья. Несколько раз нам на пути попадались черные стелы с парящими в воздухе кроваво-красными колоннами. Пентаграммы под ними были залиты кровью, а контуры выложены костями. Вокруг каждой сидела группа уродцев. одни застыли неподвижно, словно изваяния, другие нетерпеливо подергивались и корчили гримасы. Факел едва сдерживался, чтобы не сжечь эту нечисть.

Особенно после того, как одного черта мы всё-таки сожгли. Это случилось, когда мы перебирались через расщелину. Широкая, зараза, оказалась, метров пять - не перепрыгнешь. Зато не глубокая, тут едва ли метра три. Мы спустились на дно, по которому бежал ручеек - Ольга Львовна наклонилась, прикидывая, не зачерпнуть ли воды, но та была подозрительно серого оттенка, да и Факел смотрел строго, так что не решилась - а как подошли к дальней стене, так нам прямо на голову свалился черт. Он походил на змею с руками и рогами. Большего я разглядеть не успел. Факел окатил тварь из огнемета. Черт завизжал. Я ударил его прикладом по голове и тотчас отдернул винтовку. Еще не хватало опалить мою прелесть! Приклад-то деревянный, а освященное пламя горит жарко. Тварь заглохла, да так и сгорела, а мы укрылись неподалеку, ожидая, не поспешит ли кто ей на выручку.

Никто не пришел.

- Тут всем на всех плевать, - констатировал Факел.

И далее от сжигания всего и вся его удерживала только нехватка горючки, а будь у него еще несколько запасных баллонов, и ад превратился бы в ту пылающую бездну, какой его рисуют у нас. Однако же Факел оказался не совсем прав. Не отошли мы от той расщелины и на пару верст, как Ольга Львовна встревожено прошептала:

- За нами кто-то идёт.

Мы с Факелом тотчас заняли позиции по обе стороны прохода. Ольга Львовна спряталась за мной. За обломком скалы действительно мелькнул темный силуэт. А затем раздался знакомый голос:

- Командир, не стреляйте. Это мы. Беркут и Море.

- Покажитесь! - скомандовал я.

Из-за скалы вышли два наших пропавших товарища. Выглядели они малость потрепанными, но живыми.

- А мы вас уже похоронили, - проворчал я, выходя им навстречу.

- Ну нет, - с легкой улыбкой отозвался Море. - Настоящий штурмовик должен умереть на куче собственноручно набитой им дохлой нечисти, и это точно не бесы.

- Хотя бесов навалили там изрядно, - добавил Беркут. - К вам так и не пробились, пришлось идти по основному маршруту, благо вся охрана на вас отвлеклась.

- А нас как нашли?

- Ну-у-у, - протянул Беркут, глянув в сторону Факела. - Скажем так, нам повезло напасть на след инквизитора.

Да уж, дым от горящего леса был виден даже отсюда. Факел нахмурился. Море глянул куда-то за мою спину, и в его взгляде обозначилось любопытство. Я оглянулся.

- Ах да, знакомьтесь, - сказал я. - Это Ольга Львовна, раскаявшаяся грешница и наш проводник.

- Проводник - это очень кстати, - ответил Беркут. - Мы тут вчера вечером малость поразведали и гнездо нашли, но как к нему подобраться - так и не поняли.

- Отлично! - сказал я. - Показывайте.

Как оказалось, до той точки, откуда было видно гнездо, мы не дошли всего каких-то полторы версты. Хотя мы могли и пройти мимо того отнорка, что вел на гребень скалы, и тогда бы выскочили прямиком на нечисть.

Скалы дальше заканчивались, а вот разломов в земле было раза в три больше. Из них поднимался пар, заполняя долину сероватым туманом. Из него едва выглядывали длинные приземистые здания из серого камня, с торчащими вверх высокими трубами. Я мысленно окрестил их заводами, хотя до сих пор не знаю доподлинно, чем они были на самом деле. Быть может, просто общежитиями. Вокруг них было полно всякой нечисти самого разного калибра.

- Я тут никогда не была, - сказала Ольга Львовна. - Но в Дит я пробиралась обычно в темноте. Нечисть тоже по ночам спит.

- Эта - нет, - ответил Беркут. - Ночью тут было движение как днем.

- Ну так мы здорово разворошили это осиное гнездо, - проворчал я; решив не акцентировать внимание на авантюре Волка, ему небось и без нас на том свете икается. - И ждать, пока они успокоятся, у нас тоже времени нет. Какие будут предложения?

- С Божьей помощью прорвемся.

Это Факел. От него я иного и не ждал. Однако иных идей не поступило. Разве что Беркут дополнил план Факела, предложив отвлекающую диверсию.

- Да им тут плевать друг на дружку, - сказал Факел. - Только время зря потеряем.

- Вообще, это может сыграть нам на руку, - заметил я. - Особенно если у них тут нет демона, чтобы сорганизовать всю компанию.

Но это, увы, не с нашим везением. Над всей долиной прокатился рёв:

- Марков! Ты пришел!

Местная нечисть дружно прижалась к земле, и стала шустро расползаться, скрываясь в тумане.

- Это еще кто? - проворчал я.

- На два часа от гнезда, - подсказал Беркут.

Там из тумана выступила огромная жаба в красной броне, особенно яркой на фоне окружающей серости. Ее здоровенные черные глаза уставились прямиком на меня.

- Ну ёрш же тебя меть, - тихо протянул я.

- Старый знакомый? - спросил Море.

Факел оглянулся на меня с тем же вопросом. Мол, вроде такого мы с тобой еще не убивали.

- Первый демон, которого я грохнул, - пояснил я своим, и уточнил для Факела: - Тот, гатчинский. Надо же, сколько времени прошло, а этот урод, стало быть, до сих пор в обиде.

- Это которого вы в рукопашную забили? - уточнил Море. - Тогда не удивительно.

- Вообще-то, если честно, мне тогда вся наша рота помогала, - признал я.

- Ты и сейчас не одинок, - отозвался Факел. - Справимся.

Я решил не уточнять, что тогда я был единственным, кто остался в живых. Впрочем, тогда нас кроме демона еще толпа мутантов атаковала, а здешняя нечисть пока что попряталась, расчищая путь жабе. И нам, к слову сказать, тоже.

- Мы могли бы прошмыгнуть мимо него в гнездо, - сказал я. - Но эта тварь, похоже, меня чует.

- Тем хуже для нее, - отозвался Факел. - Убьем демона, и зайдем в гнездо без помех.

Нам бы, конечно, хорошо бы потом еще и выйти оттуда, и тут одна надежда, что местная нечисть, которая боялась демона, еще больше устрашится тех, кто его грохнул.

- Да, тут как ни крути, а демона надо убивать, - вслух завершил я свою мысль. - Надо составить план.

- Не похоже, что у нас есть на это время, - сказал Беркут.

Демон-жаба решительно двинулся в нашу сторону, а двигался он быстро. Как тогда, в Гатчине.

- Значит так, - скомандовал я. - Я отвлекаю его прямо на себя, вы заходите с флангов. В прошлый раз студень был у него в черепушке.

- Если вы вернете мне пращу, я тоже могу участвовать, - сказала Ольга Львовна, и куда тише добавила: - Если, конечно, вы мне доверяете.

- Доверяю, - сразу ответил я. - Но у вас будет другая задача. Вы будете высовываться по команде и создавать видимость, что весь наш отряд тут, на позиции. В Дите они видели, что нас осталось трое, постарайтесь сойти за двоих.

Для остальных мы наметили позиции на подходе. Факел так вообще вознамерился забраться на крышу ближайшей фабрики. За ее толстыми трубами он действительно смог бы укрыться, но туда же еще забраться как-то надо.

- Я помогу, если что, - пообещал Беркут.

Перед уходом Факел достал из рюкзака веточку ангела и закрепил ее на моем плаще словно орденскую ленту.

- Думаю, тебе будет нужнее, - сказал он и тихо, для ангела, добавил: - Присмотри, пожалуйста, за моим другом.

Я выразил надежду, что не пригодится, и они ушли. Беркут с Факелом - в обход слева, Море - справа. Но демон же ждать не станет! Надо было выиграть им время. Я велел Ольге Львовне занять позицию за выступом и выглядывать из-за него время от времени то слева, то справа, а сам демонстративно поднялся и встал на самом гребне.

- Марков! - проревел демон.

И остановился. Черные глазенки так и уставились на меня.

- Ну что ты орешь?! - крикнул в ответ я. - Не можешь поверить своему счастью? Ну да, я пришел. Ты-то всё никак ко мне не соберешься.

- Я застрял из-за тебя! Здесь! - прорявкал демон, и раскинул в стороны лапы, как бы охватывая ими всю долину. - Ты забрал мою силу!

Мне потребовалась пара секунд, чтобы сообразить, что он говорил о сером студне. К счастью, демон потратил их на бессмысленное размахивание лапами.

- Всего-то три капли! - крикнул я.

- Глупец, - рявкнул демон. - Помножь три капли на расстояния меж мирами, и у тебя не хватит мозгов, чтобы вместить всю величину погрешности!

Внизу промелькнул в тумане Факел. Он уже выходил на исходную позицию. На углу фабрики мелькнула какая-то мелкая нечисть. Выглядело так, будто она заметила Факела и уносила ноги.

- Да что ты мне врёшь! - я постарался придать своему голову искреннее возмущение. - Вратами занимаются проводники, и ты даже близко не похож ни на одного из них.

- Глупец, - повторил демон.

Его глазки при этом обшаривали пространство между нами. Не иначе, заподозрил ловушку. Это плохо. На углу Беркут забрался на крышу фабрики и метнулся к трубам. Факел остался за углом. Стало быть, переиграли на ходу.

- Так покажи свою ученость, - предложил я демону. - Докажи, что ты здесь застрял из-за какой-то там погрешности, а не просто от меня спрятался!

- От тебя?!

Демон аж задохнулся от возмущения.

- Глупец! - снова рявкнул он. - Без полной силы я не могу быть здесь и там! Меня просто рассеет по всему мирозданию.

- Там пришел бы без дублера, - тотчас нашелся я. - Я вот здесь без всякой страховки. А ты что же? Где твое мужество, а?!

- Я… - начал было демон.

- Слабак! - прогремело в небесах.

Скорее, пожалуй, проскрежетало, но так громко, что уместнее сказать: "прогремело". Сказано было точно не по-русски, однако я почему-то всё понял. Демон тоже. Он яростно заревел и ринулся вперед.

- Оля, укройтесь, - коротко скомандовал я.

Некогда тут "Ольга Львовна" выговаривать. Вскинув винтовку, я быстро прицелился и вышиб демону левый глаз. Можно сказать, теперь мы квиты. Он вскинул лапу, закрывая правый глаз. Я выстрелил в нее. Пуля едва смогла пробить толстую шкуру, да в ней и застряла. Однако, не видя дороги, демон двигался медленнее. Помнится, в Гатчине его такие мелочи не отвлекали. Там он доверился чутью. Хотя там демон в итоге умер, тут тоже еще дважды подумаешь.

Демон миновал Беркута. Разведчик позволил нечисти пройти мимо, а потом выскочил из трубы и открыл огонь сразу с двух рук. Револьверы гремели, точно пулемет. Жаль, недолго. Демон стремительно развернулся, и двумя молниями смел с крыши всё, что там было. Включая Беркута.

- Это и был твой план, Марков?! - проревел демон, снова разворачиваясь ко мне. - Такая примитивная ловушка. Ты глупец, и сейчас ты умрешь. Я разорву тебя на куски!

- Попробуй! - крикнул я, после чего отправил пулю в его черепушку.

Демон прикрывал ее уже обеими лапами, но такую мордень попробуй спрячь! Пуля достала ее, но демон только злобно рыкнул. Я оглянулся на Ольгу Львовну, и нашел время озадаченно хмыкнуть. Она стояла на одном колене. Перед ней на камне лежало яйцо горгульи. Оно покрылось трещинами. Мелкая нечисть нашла время вылупиться.

- Разбейте его, и уходите! - скомандовал я, снова поворачиваясь к демону.

Он по-прежнему прикрывал морду и особенно оставшийся глаз, но топал вперед с куда большей уверенностью. Ольга Львовна что-то заговорила. Я ни слова не понял. Наверное, это было сказано на местном наречии. Я различил лишь повелительные нотки. Она там что, с нечистью нянчилась?! Я быстро оглянулся. Так и есть. Из яйца вылупилась маленькая красная тварь, похожая на дракончика, и Ольга Львовна что-то ей толковала. Тварь тихо попискивала.

- Уходите, - повторил я.

Демон мчался полным ходом. Я быстро всаживал в его морду одну пулю за другой, но без особого успеха. Снова загремели пистолетные выстрелы. Это с другого фланга зашел Море. Демон только рыкнул. Мимо меня с воинственным писком пролетела мелкая горгулья. Заложив крутой вираж перед мордой демона, она нырнула за его лапу, прикрывавшую глаз. Демон дико взревел. Я каким-то чудом за миг до атаки уловил план мелкой чертовки, и вместо морды отправил пулю в локоть. Лапа отдернулась, затем всё же шлепнула по морде, но опоздала буквально на долю секунды. Горгулья, насадив на хвост его глаз, уже тяжело взмахивала крыльями, набирая высоту.

Дико завывая, демон закружился на месте. Черные молнии хлестали по скалам, вышибая крошево. Я едва успел нырнуть вниз, и одна из них сбрила весь гребень.

- Укройтесь! - крикнул я Ольге Львовне.

Демон тотчас жахнул молнией на звук. К счастью, скалу она не прожгла, хотя, как я потом глянул, лишь немного недотянула. Я вынырнул сбоку. Демон продолжал крутиться. Факел улучил момент, и окатил его щедрым потоком пламени. Шкура горела плохо, но пылающая горючка затекала за броню и, видимо, добралась до чувствительных мест. Демон выл, хлопая по броне лапами. Мы с Море палили по нему, пытаясь попасть в пустые глазницы. Демон прикрывал их лапами, но пламя не давало ему покоя.

- Убью! - проревел он, на четвереньках ковыляя в мою сторону.

Я забросил за спину винтовку и рванул обратно за скалу. Чуть не столкнулся с Ольгой Львовной. Она, оказывается, следовала за мной по пятам. Коротко рявкнув, чтобы барышня оставалась в укрытии, я метнулся к нашей поклаже. Мы сложили ее под скалой. Схватив освященный молот, я шустро вскарабкался по склону. Демон был уже близко. Море и Факел бежали следом, но эта жаба двигалась гораздо быстрее. Выглядело так, будто бы демон собирался протаранить скалу своей дубовой башкой и с помощью чутья найти меня. Всё как тогда, только в этот раз ему не вскрыли заранее черепушку. Это я и собирался исправить.

Скала не выдержала демонического удара. Тот развалил ее пополам. Я всё же скорее спрыгнул, чем свалился на демона, и со всего размаху треснул его молотом по макушке. Раздался хруст. Демон вякнул. Его лапы зашарили в воздухе. Я съехал по броне на землю, но демон это почувствовал и его лапы погнались за мной. Я припечатал одну лапу молотом. Демон коротко рыкнул и выбросил вперед вторую. Удар отбросил меня назад. Я грохнулся на спину и проехался на ней по земле. Немного не доехал до следующей скалы, а то бы еще и затылком приложился. Демон с ревом пополз следом.

На нем появился Факел. Должно быть, вскарабкался по спине. Сунув раструб огнемета прямо в пустую глазницу, Факел от души жахнул освященным пламенем. Излишки вместе с горящим мозгом вылетели из второй глазницы. Затылок тоже полыхнул изнутри. Мы его всё-таки пробили. С протяжным стоном демон рухнул мордой в землю, и затих.

С неба донесся торжествующий писк мелкой горгульи. Ну да, не могу не признать, помогла. Но нам праздновать было некогда.

- Теперь идем в гнездо, - сказал я, поднимаясь на ноги. - Пока местные не опомнились.

Аборигенам, однако, было не до нас. Всё тот же скрежещущий голос в небесах объявил:

- Одна позиция демона вакантна!

Что тут началось! Нечисть, казалось, полезла из всех щелей. Черти царапались, кусались, били и убивали друг дружку. И все они рвались куда-то в сторону гнезда.

- Есть шанс, что они сами перебьют друг друга, - заметил Море.

- Не будем им мешать, - отозвался я. - Ольга Львовна, где вы?

- Здесь, - тотчас отозвалась она, появляясь из-за туши демона.

Барышня уже закинула на плечо наши вещи. Я кивнул, и мы двинулись к гнезду, обходя дерущуюся нечисть. Тех, кто сунулся к нам, Факел сжег. Горели они хорошо. Впрочем, нас, похоже, за претендентов не воспринимали. То ли из-за человеческого облика, то ли оттого, что мы не ломились сломя голову, но мелькавшие на флангах черти просто обегали нас и с головой ныряли в схватку с себе подобными.

К сожалению, темпы взаимного истребления нечисти были совершенно неудовлетворительные. Убитые нам вообще попадались крайне редко. Чаще - раненые и покалеченные. Эти со стонами уползали в туман, откуда с воинственными воплями вылетали новые. Перед воротами было настоящее столпотворение.

- Факел, горючка еще осталась? - негромко спросил я.

Он кивнул, и от души накрыл всю толпу пламенем. Она распалась на горящие и вопящие части.

- С Богом, бегом марш, - скомандовал я.

Мы бросились к воротам. Те были не заперты, просто открывались наружу, так что беснующаяся толпа перед ними никак не могла войти. Даже сейчас нам пришлось отпихивать трупы, чтобы приоткрыть створки. А сзади уже неслась следующая волна претендентов. Мы едва успели проскользнуть внутрь и закрыть ворота за собой, как по ним забарабанили сотни кулаков.

- Не похоже, что они нас боятся, - сказал я.

- Не похоже, - согласился Факел.

Другими словами, отход будет значительно осложнен. Тогда я еще верил в авось, хотя нас осталось всего четверо: я, Факел, Море да Ольга Львовна… Над головой раздался воинственный писк. Я поднял взгляд. Мелкая горгулья последовала за нами. Ну уж нет, этой нечисти точно не место в нашей команде. Факел нахмурился, явно решая, стоит ли эта мелочь оставшейся горючки. Я быстро огляделся.

В гнезде был небольшой внутренний двор. Кажется, такой назывался атриум. В центре бил фонтан, через силу выплевывая вверх серую жижу. Внешне она походила на студень, но была слишком жидкой. Хотя это, возможно, из-за разогрева. Над ней клубился пар. Надо ли уточнять, что он тоже был серый? Под вязкими серыми струями едва виднелся каменный трон. Он, разнообразия ради, выглядел белым. Либо же очень светло-серым.

- Мелкая, - сказал я и, щелкнув пальцами, указал на трон. - Это твой приз.

Ольга Львовна тотчас добавила что-то на местном наречии. Мелочь торжествующе пискнула и опустилась на трон, сложив крылья. Серая жижа обтекала ее, быстро наращивая что-то вроде кокона.

- Достойный избран, - возвестил скрипучий голос.

Толпа за воротами разочарованно взвыла.

- Марков, это был твой шанс, - добавил голос, выделив слово "твой".

Я его просто послал. Без мата, ибо рядом барышня, но доходчиво. Море первым приметил дверь в здании, и указал на нее. Я кивнул. Мол, идем туда.

- А я бы всё-таки сжег, - тихо проворчал Факел, указав раструбом на фонтан.

- Она же еще ребенок, - встряла Ольга Львовна.

- И я уже сейчас знаю, что из нее вырастет, - парировал Факел.

- Зато сейчас вся та толпа за воротами не ломится сюда и не мешает нам, - сказал я. - Идемте, у нас тут осталось незаконченное дело.

Мы быстро обшарили всё гнездо, но нигде не нашли демона-проводника. Стало быть, эта тварь пряталась где-то на другой стороне. В самом сердце ада. Всё-таки придется лезть туда.

Глава 9

Вопреки ожиданиям, центральная область ада оказалась вовсе не пылающей бездной. Даже наоборот. Тут стоял адский холод. Я когда в кольцо прыгнул, ощущение было, будто бы в ледяную воду нырнул. Был у меня такой неприятный опыт, вот точь-в-точь оно. Белые стены были покрыты толстым слоем инея. Сверху падал красноватый свет под цвет крови. Он падал из изломанных щелей в потолке. Выглядело так, будто бы его кто-то просто процарапал.

Ольга Львовна в своей легкой одежонке так и вовсе сразу затряслась как осиновый лист. Я накинул ей на плечи свой инквизиторский плащ. Он очень теплый, но даже в нем Ольга Львовна дрожала, спрятав нос в воротник. К слову сказать, красный цвет ей был больше к лицу, чем черный, который она предпочитала в дни нашего раннего знакомства.

- Ничего, мы тут ненадолго, - сказал я. - Надеюсь.

Увы, это гнездо выглядело куда крупнее предыдущих. Это был настоящий дворец-холодильник в три этажа. Мы прибыли через врата на первый. С внешней стороны каждый этаж опоясывали открытые галереи. Порывы ветра так и норовили сбить с ног, но мы всё же осторожно осмотрелись. Гнездо стояло посреди огромного замерзшего озера. Или даже моря. Хотя Море сказал, что оно вряд ли больше нашего Байкала. Стало быть, всё-таки озеро. На западе береговую линию обозначали скалы, узорно покрытые инеем.

А по льду озера целыми стадами бродили демоны.

Демоны выглядели как сомнамбулы. Они неспешно передвигались с места на место безо всякой заметной цели. Скорее всего, просто пытались не замерзнуть. Некоторые застыли неподвижно. Надеюсь, эти поганцы замерзли насмерть.

Меж демонов сновали некие существа, которых я мысленно окрестил ледышками. Это были белые мохнатые человечки в остроконечных шапках. Хотя, пожалуй, это у них головы такие были, но не поручусь. Они же словно сосульки, а в голове должен быть хотя бы намек на мозг. Смысла передвижений ледышек я не уловил, но они двигались уверенно и деловито, при этом благоразумно держа дистанцию с демонами. Проще говоря, эта нечисть соображала, что делала и, стало быть, попадаться им на глаза не следовало.

Последнее я тотчас оформил как приказ моей поредевшей команде. Те, конечно, и сами понимали, что к чему, но Факел был не из тех, кто с удовольствием прячется от нечисти, ему лучше отдельно проговорить, что именно так важно сейчас для дела. Мы ведь до сих пор не нашли демона-проводника. Хотя обшарили все три этажа, да и на льду мы его тоже не увидели.

В аду стоял полдень. Солнце тут было белое и холодное, его лучи практически не грели, зато очень яркое. С высоты третьего этажа озеро как на ладони, и на нём ни снега, ни торосов, ни каких-либо приличных укрытий. Разве что туши демонов могли сойти за таковое, но на столь ярком свете проводника непременно выдало бы облако тьмы, которое всегда расползалось вокруг него.

- Эта тварь прячется где-то в здании, - констатировал Факел.

- Но мы уже пробежали все три этажа, - отозвался Море. - И никого не нашли.

Выше нас была только крыша. Крышей служил высокий купол, причем не цельный, а сплетенный из тонких ледяных прутьев. Снизу он просматривался насквозь. Насколько, конечно, позволяли смотреть яркие солнечные лучи, пронизывавшие его сверху, но там точно не было пенька с глазами, окутанного облаком из тьмы. Да и не думаю, что он смог бы вскарабкаться по столь тоненьким прутикам.

Да и с чего ему убегать-то? Проводники не интересовались тем, что происходило снаружи гнезда, а в самом здании не было ни охраны, ни какого-либо обслуживающего персонала. Не было даже тех розовых прожилок, что в обычном гнезде исполняли роль сигнализации, а потому и сигнала тревоги не было. Хотя прожилки, возможно, банально перемерзли. Мы тут были от силы четверть часа, причем это мы еще бегали по этажам, а уже все замерзли как цуцики, а ведь это мы еще были одеты с учетом питерской зимы. У Факела нос стал красный как у деда Мороза. Я начал понимать, почему демоны так шарахались от нашего севера. Выберись я из такого холодильника, и меня обратно калачом не заманишь.

- Значит, мы что-то пропустили или он от нас как-то ушел, - заявил Факел. - Здесь же настоящий лабиринт, и он его всяко знает лучше нас. Нет, он должен быть где-то здесь.

- Тогда разделимся, - сказал я. - Но в пределах слышимости друг друга. Ольга Львовна, вы со мной. Сигнал при обнаружении - один выстрел. Местные его тоже услышат, поэтому жжем проводника и сразу выдвигаемся обратно к вратам. Сразу - это бегом!

Даже тогда у меня еще теплилась надежда, что мы через кольцо перейдем обратно на предыдущий круг ада, и разрушим врата оттуда. Ведь для этого достаточно уничтожить любое кольцо - хоть здесь, хоть там. Правда, тогда у здешних демонов осталось бы целое кольцо со всеми положенными знаками, однако без толкового проводника они бы всё равно вряд ли сумели бы его запустить.

Мои спутники заверили меня, что приказ предельно ясен.

- А у тебя есть чем стрелять-то? - спросил Море у Факела, доставая из левой кобуры пистолет. - А то вот, возьми.

Факел мотнул головой.

- Спасибо тебе, но если я найду эту тварь, выстрел уже не понадобится, - ответил он.

- И не мешкаем, а то околеем тут к чертовой бабушке, - добавил я.

Да и про демонов с ледышками забывать не следовало. Долгая безопасность расхолаживала, однако рано или поздно кто-то заметит наше вторжение и поднимет тревогу. С нашей удачей, скорее рано.

Мы снова быстро зашагали по коридорам, заглядывая в каждый уголок. Таких, к слову сказать, было немного. Темных - не было вовсе. Повсюду на стенах висели зеркала в полный рост, отражая падающий из окон свет по всему коридору. Аж глаза резало. В смысле, мне мой один, а вот мои спутники страдали в оба глаза. Впрочем, такой любитель тьмы, как демон-проводник, тут тоже вряд ли чувствовал бы себя комфортно. Да и прочие демоны, насколько я знал, не были такими уж любителями яркого света. Ну и для кого эта иллюминация?!

- А что если мы пропустили проводника в прошлом гнезде? - в полный голос произнес я.

- Там же мы всё обшарили, - донесся до меня голос Факела из соседнего коридора.

- Как и здесь.

- Здесь у него хотя бы пространство для маневра, - громко ответил Море с другой стороны.

Мы с Ольгой Львовной вышли к спуску. Демоны не строили лестницы и с этажа на этаж вели обычные коридоры, в которых пол постепенно понижался до нужного уровня. Ну, или повышался, если бы мы шли снизу вверх. Таких коридоров на третий этаж выходило два. Я подождал, пока Море выйдет ко второму и оттуда крикнет:

- На позиции!

Стало быть, третий этаж мы обшарили весь. Снова. И опять никого не нашли. В идеале надо было бы оставить пост на каждом переходе с этажа на этаж, но это здесь их два, а со второго на первый вели уже целых четыре. Будь у меня вся наша команда, еще можно было бы попробовать. Хотя, будь тут вся наша изначальная команда, мы бы просто взорвали этот ледяной дворец к чертовой матери вместе с проводником, а не играли с ним в прятки. Я тихо вздохнул.

- Глаз, - тихонько произнесла Ольга Львовна, наклоняясь к самому моему уху, но при этом умудряясь как-то сохранять дистанцию между нашими телами. - Внизу кто-то есть. Я слышала звук.

- Я ничего не слышал, - тихо отозвался я, а сам прислушался.

Было тихо. Лишь ветер тихо свистел в окнах. Затем справа что-то брякнуло. Должно быть, Факел. Он как раз должен был проходить в том направлении. Я указал стволом винтовки в сторону звука, но Ольга Львовна покачала головой и показала пальцем вниз.

- У меня музыкальный слух, - прошептала она. - И был стимул его тренировать в последнее время. Я уверена, что слышала внизу звон, как будто что-то разбилось.

- Хорошо, проверим.

Я осторожно зашагал вниз, держа оружие наизготовку. На втором этаже коридор разделялся на три. Один вел на первый этаж, к главному входу, второй - вдоль внешней стены, третий улиткой закручивался к центру. Я оглянулся. Ольга Львовна указала пальцем на первый.

Мы спустились еще на этаж.

- Ох ты ж!

Входные ворота были приоткрыты. В прошлый раз, когда мы все вместе проходили тут, они были закрыты плотно, хоть и не заперты. Я метнулся к ним. Сразу за порогом начинался лед, едва припорошенный снежком. Снег у входа был смазан. Я осторожно выглянул из-за приоткрытой створки в том направлении, куда вел смазанный след, но увидел лишь стайку ледышек, крутившихся на одном месте. От самой створки веяло арктическим холодом. К ней даже прикасаться было страшно. Улучив момент, когда ледышки, как мне казалось, не смотрели в мою сторону, я заглянул за створку. За ней никто не прятался, да и новых следов на снегу я не приметил.

Ольга Львовна опустилась на одно колено, разглядывая пол перед входом.

- Нашли что-нибудь? - шепотом спросил я.

Она кивнула и указала пальцем в левый коридор, одними губами добавив, что тот, кто прошел здесь, сделал это в том направлении.

Третье от входа зеркало в коридоре было разбито. Множество мелких осколков устилали пол, холодно мерцая в лучах здешнего солнца. Этого бардака тут раньше тоже не было. Я сам проходил этим коридором, и поручусь за это. Первой мыслью было пальнуть, подав сигнал, но потом я решил, что если и там нет проводника, только переполошу понапрасну всю округу. А ведь за стенами демоны.

- Держитесь за мной, - шепнул я Ольге Львовне.

Она уже так тряслась от холода, что сходу и не понять было, это она так мелко кивала, или просто замерзала. Да и я, по правде говоря, уже начал мечтать о кипящих котлах. Байку про них, небось, сами замерзающие демоны и придумали, а наши без проверки растиражировали!

Мы быстро прошли к разбитому зеркалу. За ним был проход, причем темный. Точнее, более темный, чем все прочие коридоры здесь. Единственным источником света оставалось солнце, чей свет отражался в многочисленных зеркалах, но в этом проходе зеркала сами были темноватые, мутные и свет разбегался по ним с куда меньшей охотой.

- Похоже, мы напали на след, - прошептал я. - Ольга Львовна, найдите, пожалуйста, Факела и приведите сюда.

- А вы?

- А я проверю, куда ведет этот ход.

- Сделаю, - пообещала Ольга Львовна. - Но имейте в виду: мне тут очень страшно.

- Мне тоже. Поэтому чем быстрее сделаем дело, тем быстрее уберемся отсюда.

- А мы выберемся?

- Должны, - сказал я, вложив в свой ответ всю свою веру в наш авось.

- Ну да, - отозвалась Ольга Львовна. - Вы мне еще интервью с Богом обещали организовать.

- Вот выберемся отсюда, и займемся этим.

Ольга Львовна убежала, двигаясь совершенно бесшумно. Будто призрак. Я мотнул головой, отгоняя нелепую мысль - на ней же мой плащ, да еще и с приколотым к нему ангелом! - и осторожно зашагал вперед по коридору. Он вел вниз. Оттуда же, снизу, едва уловимо дохнуло теплом. Я непроизвольно прибавил шаг, но вскоре замедлил обратно. Коридор закручивался спиралью. Дальше от входа зеркала висели через одно, оставляя открытыми стены. Стены были прозрачными. За ними синели воды озера. Несмотря на жуткий холод, оно не промерзало до дна, хотя в нем и дрейфовали отдельные куски льда. А еще там двигалось нечто темное и очень большое.

Оно пока не приближалось, но уже заметно нервировало. Я спускался вглубь озера по прозрачной трубе и отнюдь не поручился бы за ее прочность, если бы такая дура вздумала его протаранить. Толщина стенок была не больше моего большого пальца, им бы давление воды сдержать. Я и так рефлекторно старался шагать потише.

Тоннель сделал пару витков и далее входил в нижний комплекс. Последний выглядел как стеклянное сердце высотой на глазок метров так в пять. Вода тут была мутновата, а света мало, поэтому большего я через прозрачные стены не разглядел. Да особо и не старался. Главное, что это сердце, чем бы оно ни оказалось, выглядело так, будто бы оно доверху было заполнено тьмой. Отличное убежище для проводника.

Вход из тоннеля в сердце был обрамлен полукруглой аркой из обсидиана. А под аркой лежал Ёрш.

Выглядел он - краше в гроб кладут! Поначалу я вообще решил, будто бы это труп. У нечисти вообще странные представления о том, как поступать с нашими павшими. Однако когда я приблизился, покрытые инеем ресницы Ерша дрогнули.

- Глаз! - тихо произнес он. - Ты дошел.

- А ты сомневался? - спросил я, опускаясь рядом на колено и обводя взглядом пространство за аркой.

Там начинался очередной лабиринт коридоров. Врагов в нём не наблюдалось. Ёрш покачал головой. Мол, никаких сомнений. Поверх формы разведчик надел черный бушлат Волка. Они у штурмовиков теплые, шились-то изначально с прицелом на балтийских матросов, однако даже в нём бедняга выглядел совсем окоченевшим. Причем здесь было уже заметно теплее, чем наверху, хотя всё еще далеко до нормальной температуры.

- Ты как? - спросил я.

- Паршиво, - признал Ёрш. - Всыпали нам по первое число. Волк погиб.

- Знаю, - отозвался я. - Ангел рассказал. Ничего, мы с ними еще посчитаемся. Только бы проводника найти.

- Он там, - сказал Ёрш; он вынул левую кисть из-под бушлата и указал внутрь. - Хотел прикончить тварь. Не догнал.

Я машинально бросил взгляд на его ноги. Ох, я, конечно, не доктор, но даже у меня при взгляде на то, что было видно сквозь разодранные штанины, оставался только один вопрос к диагнозу: как он на них хотя бы до сюда доковылял?

- Но он точно там, - продолжал Ёрш. - Выглядывал пару раз. Боится меня.

- Уверен? - переспросил я.

- Абсолютно. Да вон он.

Я немедля поднял взгляд, но успел заметить лишь неясную тень, скрывшуюся за поворотом.

- Отлично, - сказал я. - Сейчас наши подойдут, и займемся гадом.

- Я участвую, - тотчас отозвался Ёрш.

- Ну куда тебе сейчас в драку?

- Глаз, - тихо, но твердо произнес Ёрш. - Я пять лет на этой чертовой войне… Да, в декабре ровно пять. И я до сих пор не убил ни одного демона.

- Зато с твоей подачи их накрошили добрую сотню. А то и больше. Это я тебе как инквизитор говорю.

- Это не сам, - упрямо повторил Ёрш. - Я уже покойник. Считай это моим последним желанием.

- А вот это отставить, - строго сказал я. - Мы еще выберемся отсюда.

- Ты в это всерьез веришь?

Да как сказать?

- Я верю в Господа, - негромко произнес я. - А он в курсе, как у нас тут дела. Ангел уже должен был сообщить, да и у Факела прямая связь с небесной канцелярией. Он нас не оставит.

- Ему не до нас.

- Ты этого не знаешь, - возразил я. - И я не знаю. Нам остается только верить и выполнять поставленную перед нами задачу. И мы ее выполним.

- А я убью демона, - закончил Ёрш.

В этот момент из-за поворота выглянул красный глаз. Размером он был с два моих кулака, и покачивался на тонком зеленом стебле. Я вскинул винтовку. Ёрш левой рукой откинул полу бушлата. В правой руке он крепко сжимал "Люгер". Пистолет выстрелил раньше, чем я поймал глаз в прицел. Глаз разлетелся в клочья. Пуля шваркнула о стену позади него, оставив на ней заметную выщерблину. Слава Богу, не пробила. Владелец глаза громко взвизгнул, и поспешно отдернул стебелек за стену. Шуршание возвестило, что эта тварь удирает.

Ну да теперь не уйдет! Позади нас уже раздавался бодрый топот Факела. Небось так гремели атакующие слоны античного полководца Ганнибала. Причем все разом. Однако первым примчался Море. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить диспозицию, и штурмовик с оружием наизготовку занял позицию перед нами. Ольга Львовна с разбегу рухнула рядом со мной на колени.

- Позвала, - коротко доложила она.

Скрутив пару сумок, барышня подложила их разведчику под голову. Ёрш скользнул по ней взглядом, в котором я не увидел ни удивления, ни возмущения. Он просто принял наше пополнение к сведению.

Следом притопал Факел, и первым делом спросил:

- Где он?

- Там, - сказал я. - За ним!

- Меня возьмите! - подал голос Ёрш.

Первым моим побуждением было рявкнуть на него матом и оставить тут под присмотром Ольги Львовны, но кто его знает, может это действительно наш последний демон. А этот упрямец ведь всё равно поползет следом, и ищи потом, куда его занесет.

- Факел - вперед! - скомандовал я. - Море, помоги мне.

Вдвоем мы помогли Ершу встать на ноги. Факел повернулся ко мне с вопросом во взгляде. Дескать, его-то зачем в бой тащить?

- Он хочет участвовать, - пояснил я, кивком указав на Ерша. - Последнее желание. Выживет, засажу на гауптвахту за обман.

Разведчик ответил кривой ухмылкой. Дескать, не напугал.

- Достойное желание, - сказал Факел. - Исполним его.

Проводника мы нагнали быстро. Выглядел он обычно для этого вида: пенёк на коротких ножках, но с раздутым основанием пня. Оттого, небось, и ковылял еле-еле. Факел поднял раструб огнемета и отступил к стене, чтобы Ёрш мог видеть, как сдохнет эта тварь.

- Не убивайте меня, - заверещал пенёк, и затараторил с такой скоростью, что я едва разбирал слова: - Я вам нужен. Я расфокусировал врата. Без меня вы не выйдете отсюда.

- Значит, мы умрем здесь со славой, - выдохнул Ёрш.

Его "Люгер" бабахнул у меня под ухом. Пуля врезалась в пенёк. Тот взвизгнул:

- Нет!!!

- Здесь нет славы, - произнес другой голос.

Он был густой, глубокий и всеобъемлющий. Этот голос, казалось, звучал одновременно отовсюду.

- Слева, - подсказал Море.

Я повернул голову.

За прозрачной стеной извивалась по настоящему гигантская змея. Она была толщиной с бочку. Ее серая чешуя матово блистала, хотя я так и не понял, какой свет в ней отражался. Освещения внутри едва хватало на здешние коридоры, а снаружи и вовсе никаких источников не было. В верхней части змеи размещался человеческий торс - конечно, с поправкой на размер - в черной кирасе. У нее были две длинные руки как у некоторых демонов - по структуре человеческие, но покрытые мелкой чешуей и с мощными когтистыми лапами. Венчали это чудо три змеиных головы, причем каждая на отдельной шее, хотя все три и произрастали из одной. Эта базовая шея была толстой, прямо как у Факела, и с белым меховым воротником. Ворсинки едва шевелились.

- Это дьявол, - прошептал Ёрш.

Все три пасти змея приоткрылись одновременно, и мы услышали голос.

- Выживший. Хороший материал.

Взгляд змеиных голов при этом сфокусировался на Ерше. Разведчик повернул в его сторону "Люгер".

- Погоди, - тихо сказал я. - Пробьешь стену, и утопишь всех нас.

Змей услышал.

- Верно мыслишь, Марков, - произнес он. - Выживание - единственно верный путь. Выхода отсюда нет, и единственный путь к выживанию - склониться передо мной и стать моими демонами.

- У нас другая цель, - заявил Факел.

- Ты даже представить себе не можешь, сколько раз я слышал эту фразу, - произнес змей, и в его голосе послышались усталые нотки. - Вы все, наверное, думаете, будто вы первые, кто пришли по мою душу? Это не так. Дно этого озера усеяно черепами тех, кто хотел уничтожить меня. А там, наверху, те, кто выбрал верный путь. Вы можете присоединиться к тем, кто внизу, или к тем, кто наверху. Стать кормом для моих рабов или стать теми, кто ими повелевает.

- Так ты ж повелеваешь, - сказал я.

Мозг при этом лихорадочно анализировал ситуацию. Если кратко, дело было дрянь.

- Я не могу быть всегда и везде, - ответил змей. - И потому предлагаю вам часть моей власти. Это честная сделка.

Он протянул к нам правую лапу.

- Мы не заключаем сделок с нечистью! - заявил Факел.

- Ты предпочитаешь быть пешкой в руках существа, которого даже никогда не видел?

- Он существует, этого довольно, - уверенно заявил мой напарник.

Я тем временем закончил перебирать варианты. Собственно, и выбирать-то толком было не из чего. Нашу задачу фактически выполнил демон-проводник. Оставалось избавиться от него и разбить врата-кольцо. О дальнейшем я старался не думать.

- И какой тебе от этого толк, если ты сам перестанешь существовать? - тем временем вопросил у Факела змей.

Я оглянулся на демона-проводника. Паршивец, кажется, малость воспрял духом. Его глазки уже не жались к пеньку, а поднялись выше. Это он напрасно.

- Так, говоришь, теперь никто не уйдет отсюда без этого паршивца? - спросил я, указав на проводника.

- Верно, - подтвердил змей. - Планируешь взять его в заложники? И каковы твои условия?

Его голос звучал совершенно спокойно. Небось, решил, что уже переиграл нас и осталось только сторговаться по условиям будущей службы.

- Мы сюда не торговаться пришли, - громко проворчал Факел.

- Вот это верно, - сказал я и, щелкнув пальцами, указал на проводника.

Факела не нужно просить дважды, чтобы сжечь нечисть. Пламя окатило демона, пожирая его. Нас обдало жаром. Как же здорово после здешних холодов! Но задерживаться здесь, увы, было некогда.

- Наверх, - скомандовал я. - Бегом!

И мы рванули прочь. Змею потребовалась едва ли секунда, чтобы просчитать мой план. По коридорам прокатился яростный рёв. Пол под ногами зашатался. Сзади раздался треск. Оглянувшись на бегу, я увидел, как за нами хлынула вода.

- Не останавливаться! - рявкнул я. - Бегом к вратам. Факел, не отставай!

- Как могу, - отозвался тот. - Меня не ждите!

- У тебя же молот!

- Ах, да. Держи.

Ох, ну и куда мне его? В зубы?! В правой руке у меня была винтовка, на левой практически висел Ёрш. Да еще надо было как-то о стену опираться. Пол под ногами уже не просто качался, он ходуном ходил. Для змея этот коридор был узковат, так он попросту разрывал его в клочья.

- Давайте мне, - вызвалась Ольга Львовна. - Я ж носильщик!

Во взгляде Факела отразилось неприкрытое сомнение. Всё-таки она была не только носильщиком, но и в недавнем прошлом - одержимой, а затем - адским жителем, то есть степень ее раскаяния оставалась под вопросом. Да, она честно провела нас через Дит, да и в целом я нисколько не сомневался в ее стремлении сбежать из ада, но это пока такая возможность у нас была. Сейчас же всё выглядело так, будто бы наш стремительный забег должен был увенчаться славным самоубийством. По крайней мере, других вариантов я уже не видел даже с поправкой на авось.

Собственно, и в ее взгляде, который то и дело обращался ко мне, я видел лихорадочный поиск пути к спасению. Что я мог ей сказать? Говорят, в прошлые времена в такие минуты командир говорил солдатам: спасибо за службу, я вам больше не командир, спасайтесь кто как может. Здесь, конечно, особых перспектив на спасение не было, но и когда такая фраза произносилась, с ними тоже было не ахти.

Однако молот нам еще нужен. Вот и Факел решил не рисковать. Он лишь мотнул головой.

- Тогда поднажмем! - скомандовал я. - Все поднажмем!

Треск снизу прекратился. Мимо за стеной промелькнула темная масса. Змей сообразил рвануть напрямик, а нам еще полвитка до выхода оставалось. Уж мы рванули! Ольга Львовна так и вовсе умчалась вперед. Сквозь толщу воды ударили черные молнии, пробивая тонкие стенки. Зеркало лопнуло, засыпав пол осколками. В пробоины хлынула вода. Мы с Море и с висящим между нами разведчиком проскочили буквально между струйками. Я оглянулся. Стена воды перекрыла проход. Из него пулей вылетел Факел, и врезался плечом в зеркало напротив. Оно треснуло. Проход обрушился. Хлынувшая из него мутно-зеленая волна сбила нас с ног и разлилась широкой лужей по коридору.

- Это глупо, Марков, - раздался из прохода голос змея. - Ты останешься запертым здесь, со мной.

В последнем предложении прозвучала неприкрытая угроза. А еще - усилие, с которым змей раздирал стены, пролезая вслед за нами. Пролезал он шустро. Море выстрелил в него, но пуля лишь срикошетила по прочной чешуе. Эх, жаль, что у нас гранат со святой водой нет… И тут я вспомнил про ладанку. В спешке аж карман вывернул наизнанку. Ладанку я выронил, но тотчас поймал. Защелка на ней была тугая и маленькая. Пришлось скинуть перчатку, и холод тотчас вцепился в пальцы.

- Ну же, - ворчал я.

Из прохода высунулись сразу три змеиных морды. Когтистые лапы с треском раздвинули его края. Защелка щелкнула. Я маханул ладанкой перед змеем, рассыпая в воздухе ладан. Я надеялся, что это на какое-то время его задержит. Хотя бы на то, которое потребуется нам, чтобы подняться на ноги. Змей коротко рыкнул в три пасти, и тотчас исчез в проходе. Выглядело так, будто бы ему невидимое копье прилетело в морду и унесло его прочь. До нас донесся его рев, приглушенный толщей воды:

- Марков! Ты будешь страдать!

Мы тем временем ковыляли прочь. Ольга Львовна вырвалась было вперед, но тотчас остановилась с криком:

- Они здесь!

В открытые ворота заходили ледышки. Вблизи они оказались обезьянами с длинными когтями. Замерзшая шерсть торчала во все стороны, точно иглы. То, что я принял за колпаки, всё-таки оказалось формой головы. Внутри даже что-то темнело. Вглядываться мне было некогда. Увидев нас, ледышки тотчас злобно заверещали. В отличие от нас, у них пар изо рта не поднимался. Небось, промерзли насквозь.

- Ольга! - проревел змей, перекрывая их верещание. - Присоединись ко мне, и никто из них не посмеет к тебе прикоснуться!

Ее взгляд обратился ко мне. В нем смешалась мольба и вопрос: мол, не пора бы уже нас всех как-нибудь спасти? Я только мысленно вздохнул. Факел тем временем от души жахнул по нечисти из огнемета. Горела она отменно. С улицы прямо через огонь лезли новые твари. Верещали, но лезли.

- Бегом к вратам, - скомандовал я.

Мы промчались мимо ворот и нырнули в коридор. Ледышки сплошным потоком ринулись за нами. Позади них виднелась крупная зеленая туша. Демон.

- Я задержу их! - тотчас вызвался Море.

Он скинул с себя руку Ерша и, ловко обогнув снова отстающего Факела, ринулся в бой. Два выстрела, и две ледышки повалились на пол, заливая его темно-синей кровью. А мне, между прочим, в одиночку тащить Ерша было чертовски неудобно. Он сам не мог даже ноги переставлять. Ольга Львовна умчалась вперед, и первой влетела в камеру с вратами.

- Глаз!!!

Его испуганный вопль ударил по ушам.

- Что там?! - крикнул я.

Нечисти в камере не наблюдалось. Факел подхватил Ерша с другой стороны, а мне мотнул головой. Дескать, разберись, я тут прикрою. Я кивнул и рванул вперед. Как оказалось, проводник не обманул. Алые знаки на кольце погасли, а внутри него белел ровный круг инея.

- Мы не пройдем? - шепотом спросила Ольга Львовна.

- Боюсь, что здесь - точно нет, - отозвался я.

- И что же нам теперь делать?

Я быстро огляделся. Из камеры было только два выхода: в кольцо, но оно уже заблокировано, и через коридор, забитый нечистью. Пока что Море ее сдерживал. Он швырнул через себя одну ледышку, поймал другую за лапу и вогнал ее когти в бок третьей. Третья заревела от боли и вонзила свои когти в глаза второй. На какую-то секунду у меня мелькнула мысль, что у нас есть какой-то шанс.

Затем позади ледышек появился демон. Здоровая тварь, почти под потолок, но это за счет длинной шеи. Внешне демон походил на страуса. Я видел такого в журнале "Вокруг света". Только у нашего страуса не росли кривые лапы из-под крыльев, и башка была еще меньше. Кроме того, голову демона венчала целая корона из рогов.

Демонический страус пинком наладил в нашу сторону одну ледышку. Та с верещанием пролетела по воздуху и впечаталась мордой в арку, обрамлявшую вход в камеру. Верещание оборвалось смачным шлепком. Тварь шлепнулась мордой в пол. Ёрш выстрелил ей в затылок и тихо произнес:

- Перезаряжу. Если получится.

- Действуй, - велел Факел. - Я прикрою.

Разведчик пытался опереться плечом об арку, но ноги не удержали, и он съехал по ней на пол. Факел тем временем как заправский вратарь перехватил следующую ледышку и свернул ей шею. Я подошел ближе. Факел своей широкой фигурой загораживал весь проход.

Демон топал в нашу сторону. Море швырнул ему под ноги ледышку. Демон наступил уродцу на голову и тот заверещал. Черные молнии пронзили штурмовика. За верещанием тварей их шелест прозвучал едва различимо. Море рухнул на трупы ледышек. Живые ринулись на нас. Факел накрыл их струей пламени. Стена огня отгородила нас от нечисти, но в следующую секунду сквозь нее прорвался демон.

Крылья у него полыхали, и демон встряхивал ими в воздухе, пытаясь на ходу сбить пламя. Снизу бабахнул "Люгер". Демон резко дернул башкой, и рухнул к ногам разведчика. Ёрш влепил еще одну пулю ему в голову. Потом еще одну. Демон не шевелился. Освященное пламя жгло его ноги.

- Мёртв, - уверенно констатировал Факел.

- Наконец-то, - отозвался разведчик.

Из глубины коридора сплошным потоком летели черные молнии. Поначалу они безвредно для нас вгрызались в задницу демона. У него был хвост из перьев, как у павлина, и молнии посрезали их все. Затем одна прожгла труп демона насквозь, и мы потеряли Ерша.

Факел дернул плечом и спокойно сообщил, что горючки у него осталось на один-два выстрела. Для такой драки это несерьезно.

- А что потом? - тихо спросила Ольга Львовна.

- Ольга, ты веришь в Господа? - строго спросил Факел.

- По правде говоря, я больше верю в Глаза, - отозвалась Ольга Львовна.

- Тогда держись рядом с ним, - посоветовал Факел. - Он избран Господом, и Господь не оставит его своей милостью.

Ольга Львовна не слишком уверенно глянула в мою сторону. Я постарался напустить на себя уверенный вид. Не берусь судить, насколько у меня это получилось.

- Здесь я ваш бог! - проревел змей.

- Пустозвон, - презрительно бросил Факел.

Он вытащил из подрамника молот и протянул его мне.

- Действуй, дружище. И благослови тебя Господь!

Вот просто из любопытства: хоть кого-то из моих подчиненных интересовало мнение их командира? Да, знаю, не самое подходящее время об этом задумываться, но почему-то именно такая мысль не просто промелькнула, а прямо засела у меня в голове. Однако и пререкаться времени не было. Пламя опадало. Позади него бесновалась мелкая нечисть. Я метнулся обратно к кольцу. Ольга Львовна последовала за мной.

- И эта штука пробьет нам проход? - спросила она.

В ее голосе в равной степени смешалось сомнение и надежда.

- Эта штука завершит нашу миссию, - отозвался я.

Положив винтовку на пол так, чтобы можно было ее быстро схватить, я примерился.

- Марков, стой! - проревел змей.

- Мы можем шантажировать ею дьявола, - подсказала Ольга Львовна.

- Можете! - тотчас подтвердил змей.

- Можем, - сказал я. - Но у нас другой план.

Молот обрушился на кольцо. Раздался хруст. Длинная трещина прочертила кольцо. От рева змея аж стены задрожали, будто это я ему по лапе врезал. Или еще по какому-нибудь чувствительному органу. Кольцо лопнуло, и в тот же миг камень распался в мелкое крошево.

- Извините, Ольга Львовна, но вы, похоже, опять поставили не на того, - тихо произнес я.

- История всей моей жизни, - со вздохом отозвалась она.

Я поддал крошево ногой, расшвыривая его по всей камере. Сдается мне, дьяволу понадобится целая вечность, чтобы склеить кольцо обратно. Впрочем, без проводника это будет просто способ убить время.

- Факел, готово! - крикнул я.

- Отлично, он идет, - отозвался Факел.

Сквозь коридор к нам продирался змей. Он царапал чешуей стены и потолок, но двигался бодро. Его гнала вперед ярость.

- Господи, выручай, на тебя все надежда! - прошептал я.

Факел вынул из кармана часы и откинул крышку. Я знал, что под крышкой прятался портрет блондинки с грустной улыбкой. Факел никогда о ней не рассказывал, но если выпадало особо паршивое дело, непременно заглядывал к ней перед началом. Нынешнее дело выглядело паршивее некуда.

- Марта, я иду к тебе, - тихо произнес Факел.

Затем он жахнул вперед пламенем и сам ринулся в него.

- Факел!

Баллоны взорвались и ослепительная вспышка поглотила моего друга. Пламя отразилось во всех зеркалах. Я прикрыл глаз ладонью, и только услышал шелест молний. Ольга Львовна прижалась ко мне, спрятавшись за моей спиной. Я поднял винтовку. И провалился в пустоту.

Эпилог

Меня окружала пустота. В ней не было тьмы. Я видел себя. Видел Ольгу Львовну. Она висела на моем левом локте, вцепившись в него обеими руками. Видел золотистое сияние, бледное, но вполне различимое. Это сияла веточка ангела, приколотая к моему плащу. Его цветы раскрылись полностью. Белоснежные лепестки медленно плавились, словно льдинки под лучами палящего солнца.

Причем я не скажу, чтобы здесь было жарко. Хотя и не холодно. Скорее, просто никак. Да, определение не слишком точное, но точнее здесь и не скажешь. Я не ощущал вообще ничего. А вот ангел просто таял. Я ничем не мог помочь бедняге. Впрочем, стоило мне об этом задуматься, как тотчас возникла мысль, что так оно и должно быть, а мое неаккуратно вмешательство всё только испортит. Я и не вмешивался.

Вдали показался Факел. Он был какой-то блеклый, словно призрак, но это точно был Факел. Более того, он узнал меня и помахал мне рукой. Не успел я помахать в ответ - на левой руке у меня висела Ольга Львовна, а в правой я крепко сжимал винтовку - как он вдруг исчез. Я какое-то время вглядывался в пустоту, но Факел больше так и не появился.

Факел. А я ведь так и не узнал его настоящего имени. В нашей работе это не нужно и даже вредно. Имена у инквизиторов были для "после работы", а наша работа всё никак не заканчивалась. Да и есть ли конец у борьбы со злом? Ангелы вон сотни лет с демонами боролись и наша Земля - лишь одно поле боя из многих. Хотя, надеюсь, мы свою битву всё-таки выиграем.

Ангел растаял полностью. Даже веточка рассеялась. Незримые волны подхватили нас с Ольгой Львовной, понесли, и вдруг стали вполне реальными. Причем еще и чертовски солеными. Спасибо, хотя бы теплыми. Да и глубина оказалась едва ли по пояс. Можно было бы просто брести по дну, но сильные волны сбивали с ног. К счастью, берег был неподалеку и волны несли нас прямиком к нему.

Перед нами раскинулся огромный песчаный пляж. Позади него вставал лес. На первый взгляд - тропический. Здесь росли пальмы, однако под ними был не песок, как на иллюстрациях тропических пляжей, а довольно-таки густой подлесок. Над лесом возвышалась гора. Я окинул весь этот пейзаж одним взглядом, высматривая, нет ли там чего-либо опасного или наоборот - полезного для нас. Например, аборигенов, которые могли бы нам помочь. Ничего не заметил.

Отфыркиваясь, мы с Ольгой Львовной выползли на берег и без сил повалились на песок. Я только сапоги скинул. В них было полно воды. Над головой синело небо. По нему плыли белые облачка. Ярко сияло солнце. Я прикрыл глаз ладонью. Блаженное тепло разливалось по телу. Полный покой. Вот что такой рай.

- Глаз, - тихо позвала Ольга Львовна. - Господин Глаз, проснитесь!

Я почувствовал, как она тормошит меня за плечо. Вот ведь неугомонная. Мы ведь только что вырвались из ада. Задание выполнено. Попутно проведена глубокая разведка тылов противника, спасена одна раскаявшаяся грешница и уничтожено много адских тварей разного калибра. Хотя место одного из демонов скоро займет та мелкая пигалица, но без вдохновляющего пинка от дьявола мы вряд ли увидим ее на Земле. Горгульи ленивы.

В ходе выполнения задания потеряно одиннадцать бойцов. За такой успех - немного. Так скажет командование. Я на это скажу, что мы потеряли Факела. Наверное. Нет, там, в пустоте, я точно видел Факела, но был ли это он, так сказать, во плоти, или только его душа, отлетающая в рай? Этого я не знаю. Я уверен только в том, что мой друг однозначно заслужил такую отставку. Думаю, глава инквизиции скажет то же самое, но у него это прозвучит более формально.

Кстати, и я после ледяного круга всерьез задумался, так ли я хочу провести остаток дней на Крайнем Севере. Даже со всеми удобствами, которые прилагались к почетной отставке. Да, там еще и безопасно, но стоит ли безопасность того? Сомневаюсь.

А Ольга Львовна не отставала. Господи, ну что ей еще надо? Я озвучил этот вопрос.

- Думаю, вам самому стоит на это взглянуть, - ответила барышня.

Я открыл глаз. В расстегнутом плаще Ольга Львовна выглядела очень привлекательно. Тем более что остальную свою одежонку она скинула и разложила на песке сохнуть. Мне подумалось, что если нас занесло на необитаемый остров, как какого-нибудь Робинзона Крузо, то мне с Пятницей повезло куда больше, чем литературному герою. Однако самым главным было то, что Ольга Львовна не выглядела встревоженной. Стало быть, ничего срочного.

Я обратно закрыл глаз. Ольга Львовна не отставала. Нет, это не рай. Здесь нет покоя уставшему солдату. С другой стороны, это означало, что я точно всё еще жив. Тоже неплохо.

Устало вздохнув, я принял сидячее положение. Передо мной до самого горизонта простиралось море. Оно походило на Средиземное. Такое же лазурное. Его волны с тихим шелестом набегали на песок. Вдали парила одинокая чайка. Я оглянулся на барышню. Ольга Львовна указывала пальцем в сторону зарослей.

- И что вы там заметили? - спросил я, разглядывая пальмы.

Сам я не заметил ничего подозрительного. Пальмы едва заметно покачивались, ну так с моря задувал ветер.

- Я видела там сияние, - шепотом сообщила Ольга Львовна. - Как от ангелов.

- Хм… Не вижу.

Я притянул к себе винтовку. Эх, ее бы почистить сразу после такого купания, но мой вещмешок со всем необходимым остался в аду.

- Сейчас не видно, но оно там было, клянусь вам, - всё так же шепотом заявила Ольга Львовна. - Я уверена, что где-то там есть ангел.

- Это прекрасно, - без особого энтузиазма сказал я.

Ольга Львовна фыркнула.

- Это более чем прекрасно, - прошептала она. - Вы-то у нас великий герой, сокрушающий врата ада…

Мне тут почудилась нотка сарказма. Хотя, возможно, просто почудилась.

- А вот мне бы еще хотелось найти ангела, - продолжала Ольга Львовна. - Чтобы уж точно обрести прощение.

Ах, вот она о чем. Ну да, по закону тому, кто нашел ангела полагается полная амнистия по старым делам, а старых дел у Ольги Львовны хватало. Одна одержимость чего стоит! Тут ни моё поручительство, ни даже ангел не помогут. То есть на амнистию она всё же могла рассчитывать, но инквизиция уже взяла ее на карандаш, и соскочить с него попросту невозможно. Это пожизненный негласный надзор.

Однако она была права в том, что если здесь есть ангел, его надо забрать. Я взглянул через оптический прицел. Ну надо же! Ольга Львовна оказалась права. Стоило навести прицел на заросли, и я сразу же увидел ангела. Куст был высоким, даже, пожалуй, покрупнее тех, что сторожили демона в аду, но не такой раскидистый. Этот ангел больше походил на столб. Или на солдата на посту.

- Отлично, - сказал я. - Идём.

Мы с Ольгой Львовной направились к ангелу. Она чуть ли не бежала. Я еле поспевал за ней по песку.

- Ух ты! Да их двое! - воскликнула Ольга Львовна.

- Не может быть, - отозвался я.

На Земле мы встречали ангелов исключительно по одному, а я всё еще надеялся, что мы на Земле. Но она опять же была права. Ангелов было двое. Второй - точная копия первого, отстоял от первого буквально в паре метров. Это куда же нас занесло?

Слабое поначалу сияние ангельских цветов заметно усилилось. Ветер принес к нам божественный аромат. Только, пожалуй, слишком концентрированный. Даже голова слегка закружилась. Сияние между ангелами стало еще ярче. Тонкие лучики перетекали один в другой, сплетаясь в призрачную арку. Внутреннее пространство заполнил белый туман, в котором сверкали золотистые искорки.

- Похоже на врата, - прошептал я.

- Но куда? - так же тихо отозвалась Ольга Львовна.

Я пожал плечами. На дуге арки воссияли золотом символы: слева и справа пара ключей, а посередине - перевернутый крест. Туман рассеялся. По ту сторону лежал яблоневый сад. К слову сказать, очень похожий на тот, что был разбит рядом с Фоминским монастырем. В самом монастыре располагалась штаб-квартира специальных сил инквизиции, а сад служил местом отдыха. После всей той мерзости, с которой мы сталкивались на заданиях - просто идеальное место, чтобы хоть ненадолго забыть о ней. Только ведь у нас там сейчас зима, начало января, а в саду стоял май. Зелень кругом, и яблони в самом цвету.

- Это… - прошептала Ольга Львовна, и у нее на секунду перехватило дыхание. - Это рай?

- Думаю, есть только один способ это выяснить, - ответил я. - Идемте, Ольга Львовна.

А там, как говорил Факел: дорога покажет.