Ангелохранитель

Глава 1

Я открыл глаза и всмотрелся в потолок. Обычный, белый… Резко сел на кровати и окинул взглядом всю комнату. Так… Можно немного расслабиться, а то что-то я на взводе. Обычная больничная палата, освещённая дежурными светильниками. За окнами глубокая ночь. Шесть коек, из которых заняты четыре. Около всех стойки с аппаратурой, и на повёрнутых ко мне экранах около противоположных кроватей медленно ползут зелёные полоски, изредка взлетая короткими пиками.

Значит, не обычная палата… А…

Я кинул взгляд на собственный голый торс, и заметил несколько датчиков на груди и иглу капельницы в вене на руке. Точно не обычная палата, а отстойник для задохликов в коме. И нет, я не настолько сведущ в медицине, просто память вернулась. Резко, как неожиданно налетевшая волна на разморённого на солнце курортника.

Ничего больше я вспомнить не успел, потому что рядом со мной прямо из воздуха проявились две фигуры в наглухо застёгнутых плащах с натянутыми аж до подбородков капюшонами. И это точно не врачи, и уж тем более не медсёстры.

Один был ростом метра полтора и такой же ширины, а второй гармоничного телосложения, но роста такого, что макушкой почти упирался в трехметровый потолок.

— Здриавствиуйтие, чьиловьиек! — жутко коряво произнёс толстый, как будто каждый слог с трудом выплёвывал сквозь зубы. — Мьинья зовьут Лорд Жо. И надьйеюсь, вы обльадать крьепкий ньервный системья, чтьоби мы не тьерьйать врьемья.

— Бросьте, коллега! Я же уже докладывал, что спрогнозировал поведение клиента, — проворчал второй почти без акцента, но с какими-то шипящими нотками. Затем обратился ко мне. — Да, меня зовут Мастер Спом-Ай-Ки. И здравствуйте.

После чего стянул капюшон, а за ним и его коллега. А я не сдержавшись выматерился.

— Неплохое приветствие, — усмехнулся высокий.

Я чуть пришёл в себя и всё-таки произнёс:

— Здравствуйте, инопланетяне. Или скорее уж галюники. Предсмертные…

После чего ещё раз оглядел гостей. Лорд Жо выглядел как рептилоид. Умные глаза с вертикальными зрачками, сухая кожа лица, частично покрытая чешуёй, безгубый рот, усеянный мелкими острыми зубами, из-за которых ещё и раздвоенный язык на мгновение показался.

Рослый же — вылитый кот. Нет, по размеру смахивает на тигра, но к обычному коту всё-таки ближе. Да ещё и такому… помоечному, если судить по торчащей клоками наполовину седой длинной шерсти.

— Мьи не гальюцьиняции. Но в двьуюх дрьугьих утвьерждьеньийах вы не ошьибльись, — ответил ящер.

— Инопланетяне, значит, — хмыкнул я. — А второе утверждение какое?

— Коллега имел в виду «предсмертные», — произнёс кот и показал огромной волосатой лапой с внушительными когтями на стойку с аппаратурой за моим плечом.

Я кинул туда взгляд и вторично выматерился. Линия на экране была идеально ровной, без всяких пиков, которые должны показывать удары сердца.

— Нет, дежурная медсестра не прибежит. И не по своей вине, — прокомментировал Мастер Спом-Ай-Ки и показал мне какой-то кабель, зажатый в лапе. — Тревожный сигнал не ушёл. А вы действительно умираете. И без всякой нашей помощи. Наоборот, мой коллега наложил на вас особое заклинание, и вы пока живёте даже без сердечной активности. И будете жить минут пять.

— А потом? — нахмурился я.

— Или мы договоримся, и Лорд Жо поддержит вашу жизнь, или вы окончательно умрёте.

— Убедительное начало переговоров, — усмехнулся я, заодно догадавшись, почему я, пролежав в коме полгода, оказался таким бодреньким.

А пролежал я именно полгода, потому что наконец обратил внимание на дату на экранах приборов напротив.

— Мы всьегдьа очьень убьедитьельньи, — выдал Лорд Жо. — Потьомьу чтьо мы есть из вьельиких рас. И я сильньий маг, а колльега тальантльивьий учьёный. И мы имьеть для вас вьажньое задьаньие.

— Да, Вселенная куда сложнее, чем пока выяснили ваши учёные, — прокомментировал кот, еле дождавшись конца корявой речи товарища. Кажется, манера ящера говорить по-русски его тоже начала побешивать. — В некоторых измерениях есть магия. И повсюду множество населённых разумными миров. И почти все цивилизации время от времени проходят точки сингулярности в своём развитии. Если быть точным, то большинство время от времени подходят к этим точкам.

— Но не всьегдьа прьоходьят. Вымирьяют, — попытался влезть ящер.

— Да, вымирают. Или откатываются в развитии цивилизации. А Совет Великих Рас Вселенной считает, что вмешиваться в естественный ход истории нельзя. Но не все с ними согласны. Мы, к примеру, оперативная группа, которая поставила себе целью предпринимать определенные усилия, чтобы недоразвитые расы получали более солидный шанс пройти точки сингулярности.

— И вьашьей цьивильизьации мы уже двьажды помогьали, — улыбнулся Лорд Жо, да так, что я еле удержался от мата, увидев такой оскал.

— И оба раза еле унесли хвосты, — проворчал Мастер Спом-Ай-Ки. — А всё потому, что Совет не любит, когда его приказы нарушаются. И мы уже давно начали искать помощников из других рас. С вас, если что, какой спрос? Обезьяны, и обезьяны. Да вас и выловить нереально, в такой-то толпе. А нас хорошо знают, и в мозгах копаться умеют.

— С чего такая доброта? — с подозрением спросил я. — Зачем вы помогаете?

— Да, доброта, — пожал плечами кот. — Чтоб вы знали, Вселенная стоит на доброте. И кто если не мы? И вы тоже, кстати.

— Знаете, что, — зло возразил я. — Что-то доброты вашей не особо заметно. И из-за вас, получается, наш чёртов мир обезьян, как вы его назвали, существует со всем дерьмом в нём. Так что…

— Не спешите, юноша, — резко перебил меня кот. — Мы про вас многое знаем. Да, многое и главное. Геннадий Михайлович Искаев, тридцать семь лет, на данный момент не женат, детей нет, как и никаких близких. Трудные годы в детском доме в лихие девяностые… Так вот, Геннадий Михайлович…

— Отчество не люблю, — рыкнул я.

— Хорошо. Так вот, Геннадий, не наговаривайте на себя. Вы сумели преодолеть трудности, выучиться на инженера. Никаких омерзительных поступков не совершали. Даже наоборот. Вспомните, почему вы сюда попали?

Кот обвёл мохнатой лапой палату, а я проворчал:

— Потому что дурак.

— Не наговаривайте на себя! На вахте вы после обеда стояли с компанией в два десятка коллег, когда увидели, как на повариху, выносившую пищевые отходы, напал белый медведь. Ей грозила смерть, но вы крикнули всем атаковать медведя. И если бы все побежали с вами, то хищник несомненно испугался бы такой толпы. Но остальные побежали не за вами, а от медведя. Вы…

— Кретин, — перебил я.

— Нет, вы ответственный и добрый человек, умеющий быстро принимать решения, — отрезал кот и продолжил. — Хотя и любите строить из себя мизантропа. Ещё для нашего задания важно, что вы человек много повидавший в жизни.

— Ещё я ненавижу, когда сидевших в тюряге называют много повидавшими, — снова рыкнул я. — Небо в клеточку, это скорее мало, чем много.

— Да, у вас было и такое в биографии, — не показал виду, что разозлён моей несдержанностью, огромный кот. — Но между нами говоря, в большинстве миров вам дали бы за то деяние не два года, а орден. Превышение необходимой самообороны. Вы шли с девушкой, и на вас напали трое наркоманов с ножами. Вы двоих вырубили кулаками, а третьему достался разряд из электрошокера. И не ваша вина, что его сердце не выдержало. Да он давно уже должен был сам сдохнуть.

Я мрачно кивнул, а Мастер Спом-Ай-Ки продолжил:

— Так вот, я неплохо изучил социо-психологию отсталых рас, и могу с хорошей точностью прогнозировать точки сингулярности в развитии цивилизаций.

— Мой колльегьа есть геньиальньый учьоний! — снова вмешался Лорд Жо. — Он в гольовье тьакьие расчьоти провьодит, что вашьим сьюпьеркомрьютьерьам и не снильись.

Кот с трудом дождался конца ремарки, вздохнул и продолжил:

— Ещё я умею выявлять особых представителей этих обществ, которые могут сгладить пик сингулярности и минимизировать риск. Обычно это несколько человек, из которых хоть один да достигнет успеха. Мы с коллегой называем их ангелами. Спасителями своих миров. Но! Ангелы именно из-за черт своих характеров очень уязвимы на начальном этапе пути. Вот и надо им помогать.

— Вот и помогайте, — проворчал я. — Вы, по моему, вдвоём можете Солнце задуть. Я-то вам зачем?

— Я же уже говорил, — аж зашипел кот, но тут же успокоился и пояснил. — Нас сразу заподозрят агенты Совета, и… дальше мы не сможем продолжить деятельность.

— Лет тысьачьа в тьюрьма, юньоша, — конкретизировал ящер.

— Ну ладно, — махнул рукой я. — А что сделать-то надо?

— Я рад, что вы приняли решение помочь нам, — улыбнулся кот, показав внушительные клыки. — А мы за это поможем вам. Обычно мы не занимаемся отдельными разумными, но сделка есть сделка. Вашей наградой будет жизнь. Мы укрепим ваше тело, и вы ещё полежите здесь. Ваше тело полежит. А сознание мы перенесём в стоящий на грани сингулярности мир, и там вселим в тело умершего аборигена.

— А я справлюсь с телом чужой расы?

— Мы не идиоты, Геннадий, — вздохнул кот. — Хотя иногда такими и выглядим… Но… Мы ищем хранителей ангелов среди очень похожих разумных. Так вот, тот мир населён по сути людьми.

— Геньетичьескьи не совьместьимыми с вами, коньечно, — снова влез ящер.

— Ну вам в своем теле туда не попасть, — проворчал Мастер Спом-Ай-Ки, — так что вопрос о совместимости даже не теоретический. Хотя Лорд Жо сумеет совместить вас хоть с грибом своей магией. Но я отвлёкся. Тот мир магический и находится на уровне вашего европейского средневековья. И там… там очень много зла.

— У нас тоже хватает, — мрачно перебил я.

— Нет! Ваш мир сейчас на куда более благополучной стадии существования. Последняя ваша точка сингулярности была связана с угрозой ядерной войны. Что полным вымиранием вам, вроде бы, не грозило, но согласитесь, после выхода в космос вернуться в пещеры с каменными топорами в руках — это несомненный крах цивилизации. Но всё закончилось благополучно. А вот в том мире… Там люди потеряли человеческий облик. Предательство стало нормой. Владетели готовы убивать простолюдинов просто так. Повсеместное рабство. Там есть магия, как я говорил, и одно из её проявлений — некромантия. Ещё есть несколько отделившихся от человечества рас, и они ненавидят людей. За дело.

— Ну полный фарш, — хмыкнул я. — И как же там выживать? Да ещё ангела вашего спасать.

— Мы вам поможем! — пафосно заявил кот. — И нет, мы не будем за вами наблюдать. Мы вам поможем ещё на стадии внедрения. Дадим магию.

— Ого! — присвистнул я. — И я смогу кидать огненные шары и молнии?

— Нет, — покачал головой кот. — Вы же вернётесь сюда. Представляю, что вы тут сможете наворотить.

— И Совьет отривьать нашьи хвостьи, — вздохнул ящер.

— Да, наша магия — это свойство разума, — пояснил кот, — и она останется с вами навсегда. Так что мы дадим вам… О! Умение чувствовать угрозу. И не только угрозу для вас, но и для тех, с кем вы рядом. Достаточное время находитесь рядом.

— Ещё я дьам вам свьерхтрьенинг.

Я не понял, но Мастер Спом-Ай-Ки пришёл на помощь:

— У вас будет способность очень быстро учить всё что угодно и тренировать навыки тела. После выполнения задания, вы сможете стать здесь чемпионом в неатлетических видах спорта.

Я кивнул, подумав, что действительно умения полезные и не будут выдавать меня как колдуна. А кот продолжил инструктаж:

— Итак, вам надо будет взять под покровительство ангела и помогать ему год.

— Стоп! — прервал я. — Как я его найду?

— Не беспокойтесь, объект сам подойдёт к вам, это мы обеспечим. И он произнесёт: «нуань ихега шу». На их языке это означает: «бог отвернулся от меня». Такую фразу никто случайно не произнесёт.

— А язык?.. — задумался о важном я.

— Язык вы получите от тела. Все его навыки будут вам доступны. И даже память личных событий вы сможете размотать, но от конца к началу. Это чтобы вы не свихнулись, не понимая, где ваша память, а где его. Как кино смотреть, но многократно быстрее. Продолжу… У вас в распоряжении будет от года до двух. Вы должны в меру сил помочь ангелу, и в первую очередь уберечь его. Это точно займёт не меньше года, а если больше двух, то… он уже не сможет повлиять на сингулярность. О том, что ангел созрел, и вы ему больше не нужны, вы узнаете по… Ну допустим… Лорд Жо пришлёт к вам белую птичку.

— И что тогда? — заинтересовался я.

— Вам надо будет умереть, — недобро сверкнул глазами кот. — Умереть там, чтобы выйти из комы здесь. И надо уложиться в срок от года до двух от сегодняшней даты.

— А если не умирать? — усмехнулся я. — Вдруг мне там больше понравится?

— Тогда извините, даже магия не сможет поддерживать жизнь в вашем теле здесь больше трёх лет. Но да, я допускаю, что вы захотите помогать ангелу и дальше. Но сингулярность случится лет через двадцать. Вам будет трудно дождаться развязки. Ваша задача — уберечь ангела во время его крайней уязвимости. И наградой для вас будет жизнь.

— Я могьу дать ещё и богьятую жьизнь, — снова улыбнулся Лорд Жо. — Сольидьний вьиигрьишь в лотьерьею.

— Лишний риск, коллега, — проворчал кот. — Есть ненулевой шанс, что агенты Совета обратят внимание на ваше вмешательство в местный… этот… аппарат… лохо… лототрон. Жизнь сама по себе отличная награда, если не говорить об удовлетворённости, помогая миру.

Я усмехнулся, но затем вспомнил ещё кое-что важное и нахмурившись спросил:

— А если объект… ангел погибнет?

— Может случиться и такое, увы, — развёл руками кот. — Тогда вы можете убить себя там и очнётесь здесь. Мы, конечно, проверим, что вы не ликвидировали подопечного намеренно. Но даже если фатально ошибётесь, это не будет вашей виной. Мы понимаем, что вы несовершенны.

Я сел на кровати поровнее и махнул рукой, припечатав:

— Я согласен! Поехали!

Глава 2

Первое, что я почувствовал — невероятную, чудовищную вонь. Несло и кровью, и гарью, но сильнее всего рвотой и дерьмом. Ну полный комплект!

Я медленно приоткрыл глаза и только сейчас сообразил, что даже такое движение мне далось с трудом. Правда уже через пару секунд силы рывком вернулись, и я резко сел. Осмотрелся и еле удержался, чтобы не заорать.

Просторная комната с парочкой узких окон под потолком. Каменные стены и сводчатый потолок. Пол тоже каменный, но почти скрыт под слоем грязного песка. А главное… несколько зловеще выглядящих устройств и специфические инструменты на стенах.

Чёрт! Наверное одно из худших мест, где можно очнуться — это логово палача. Но хоть стал понятен источник первых двух поразивших меня запахов. А через секунду до меня дошло, что источник двух других запахов — я сам.

Нет! Не я, а тело, в которое меня подселили. Представлять себя в таком виде я просто не хочу!

Я резко вскочил на ноги и срывая на ходу одежду кинулся к паре бочек с водой, стоявших в углу помещения. И я точно знал, что бочки полны почти чистой водой. Так! Я что-то помню из того, что мог знать именно прежний хозяин тела.

А выливая на себя первое ведро, я уже не прерываясь матерился как последний сапожник. Просто память тела нахлынула волной, обжигая сильнее ледяной воды.

Это тело не было клиентом палача. Оно было помощником мастера заплечных дел. И я вдруг отчётливо понял, что разматывать личную память, как мне рекомендовал чёртов кот, я точно не хочу.

Итак… тело принадлежало семнадцатилетнему парню, которого звали Гук. Он был сыном и подмастерьем палача. Папаша, кстати, валялся тут же, в ещё более страшном виде, чем Гук. И дохлее некуда.

Я всё-таки немного отмотал память, и понял, что случилось. Вчера вечером принесли подарок — несколько бутылок вина. Сказали, что от одного типа из воров, которого палач отмазал от огромных неприятностей, просто убив его подельника прежде чем тот раскололся и сдал всю банду.

Но скорее всего подарок был не от вора, а от неизвестного и очень «благодарного» родственника одной из жертв, потому что вино оказалось отравлено крайне болезненным и чудовищным ядом. Тот отнял возможность активно двигаться и орать, но убил и палача, и его сына-подмастерье только под утро, обеспечив очень насыщенную ночь.

Ну и после смерти Гука, меня в его тело и подселили. Я всмотрелся в отражение в воде и поморщился. Тощий нескладный парень с неряшливой копной чёрных волос. Точнее, бывших чёрными, но теперь почти полностью седых.

Да, я легко перенёс воспоминание об этой ночи, просто потому, что прежний хозяин вызывал у меня только омерзение. А ощущения были такими, что этот урод поседел почти полностью. И поделом! Я никогда не мог понять людей, которые говорят, что палач не моральный урод, а просто выполняет свою работу. Работу… Можно было бы согласиться, если бы его жертвами были только подонки и бандиты. Но ведь это не так.

Я наконец отмылся, и кинулся к каморке, в которой валялась целая куча одежды и обуви разной степени изорванности, грязноты и качества. Тоже прямое указание на события, происходившие в пыточной. Большинству клиентов одежда больше не понадобилась…

Оделся в самое приличное на вид, но не сильно богатое, после чего поднял голову к потолку и заорал:

— Вы! Два урода! Лорд Жопа и Мастер С-Помойки! Надеюсь вы меня слышите! Вы уроды! Нельзя же так сразу погружать в этот сраный мир!

Тут за дверью раздались шаги, и она резко распахнулась, долбанувшись о стену. В комнату шагнули два закованных в сталь солдата и швырнули на пол маленькую фигурку в длинной грязной рубашке и в колодке, которая фиксировалась на шее, заодно зажав обе руки.

Чёрт! Девчонка! Я еле удержался от рыка, а солдаты зажимая носы выскочили за дверь. На их место шагнул какой-то пузатый тип в дорогом наряде и с вычурной золотой цепью на шее. Первым делом он рявкнул воякам:

— Пошли вон! — затем выпучил глаза, из сумки на поясе усыпанными перстнями пальцами выхватил огромный платок, прижал его к морде и прогундосил уже мне. — Что у вас случилось, дети собаки? Что за вонь?

Швырнул на пол ключ от колодок и кинул взгляд на труп палача. Кажется решил, что тот просто пьян, потому что рыкнул:

— Буди этого борова, и займитесь девчонкой! Но! Только её пальцами! Не смейте её… испортить. Его высочество интересовался ей, так что если что, сами окажетесь на дыбе!

Секунду пялился на замершего меня и добавил:

— И давай быстрее! Снимай с неё тряпки, я хочу проконтролировать.

И в голосе жирного подонка прозвучало такое возбуждение, что я мигом исключил его из числа хоть сколько-то достойных жизни людей.

Так что принял единственно возможное решение, подошёл к двери, выглянул в освещённый слабо мерцающими фонарями коридор, никого не заметил и уже спокойно прикрыл дверь. Затем шагнул к стене, сорвал с неё что-то похожее на мизерикорд, то есть гранёный кинжал, предназначенный только колоть. Подскочил к брезгливо и непонимающе пялящемуся на меня вельможе и с размаху воткнул оружие ему в толстое брюхо. Снизу вверх, чтобы пробить лёгкое, ибо нечего орать тут.

Затем несколько раз повторил процедуру, с четвёртого раза пробив сердце, после чего оглянулся на скулящую девчонку, которая с ужасом смотрела на расправу и… Нет… Сначала я пару раз вдохнул-выдохнул, приходя в себя, после чего как можно мягче произнёс, заодно размыкая замок колодок:

— Не бойся. Сейчас мы убежим. В бочке вода, а в каморке есть одежда. И не стесняйся, я отвернусь.

И про воду я упомянул не зря. Судя по всему несчастная просидела в колодках не менее суток, и от нее тоже несло. Какой-то мир здесь… негигиеничный.

Следующие несколько минут я обирал труп вельможи, собирал оружие, похожее именно на оружие, а не на палаческие инструменты, и слушал плеск воды, а затем шуршание тряпок. Наконец обернулся, окинул взглядом спасённую, которая стала выглядеть симпатичной девчонкой лет так пятнадцати, но в мужской мешковатой одежде, распахнул заднюю дверь, ведущую во двор, и показал кивком головы, шикнув:

— Быстрее! И не бойся! Я знаю как обойти стражу через кладбище.

Девчонка подбежала, но остановилась в двух шагах от меня, после чего натянула на голову капюшон куртки и дрожа прошептала:

— Нуань ихега шу.

Я на секунду застыл, переводя на русский — «бог отвернулся от меня». И нет, мне не требовалось переводить этот язык в голове, но… фраза больно значительная. И… Так вот ты какая, ангел бескрылый!

Мы вышли в окружённый кустами дворик и по дорожке, больше похожей на тропу, прошли с десяток метров, попав на неряшливое кладбище с покосившимися надгробиями из пористого камня. На каждом был выточен двойной круг. То есть круг, а внутри него ещё один. Священный символ, всплыло в голове. На некоторых надгробиях имелись с трудом различимые надписи, но мне не было до них дела.

Главное я знал — это кладбище для старших слуг королевского замка, одаренных особой милостью, быть похороненными под надёжной охраной. Смысл этого я не понимал, а в доступных мне понятиях прежнего хозяина тела на эту тему ничего не нашлось. Что-то сложнее продажных девок, выпивки и жрачки, урода не интересовало.

Пробежав по кладбищу, я застыл за кустом, осматривая низкую крепостную стену и дверь в глубокой нише.

Королевский замок, как всплыло в голове, представлял из себя хорошо охраняемую «монаршью часть» и обширный вспомогательный двор с казармами, конюшнями, складами, жилищами слуг, и так далее. Его уже охраняли кое-как.

Сейчас я не заметил никого наверху этого участка стены, но у дверки как обычно тёрся часовой с алебардой. Я шикнул спутнице пока сидеть за кустом и решительным шагом направился к солдату. Тот окинул меня ехидным взглядом и спросил:

— Куда направился, Гук? Для девок вроде рановато, а ты принарядился.

— Отец послал за вином, — пожал плечами я. — Опохмелиться надо.

— Вечно вас не устраивает пойло третьего кастеляна, — хохотнул тот, а затем резко протянул грязную ладонь. — Но дело ваше. Ты знаешь цену.

Я порылся в висящем по местным обычаям на поясе кошельке, в виде мешочка с затягивающимся горлом, достал серебряную монету и положил на ладонь.

— Ого! — присвистнул солдат.

Я понял, что переборщил, поэтому быстро произнёс:

— Это ещё на неделю вперёд.

Часовой хохотнул, сунул монету в свой кошелёк, повернулся к двери и загремел ключом. Но обернуться ему было уже не суждено, потому что я быстрым движением воткнул ему в шею мизерикорд, с одного удара пробив позвонки.

Махнул рукой, и ко мне подбежала девчонка, взглянула на еще подёргивающееся тело, с которого я как раз срезал кошелёк, прикрыла рот рукой и тихо взвизгнула.

— Может ты не знаешь. что творят королевские солдаты в деревнях? — жёстко спросил я, стараясь эту память в теле не пробуждать.

— Знаю, сэр… — спасённая вроде как пришла в себя. — Но всё-таки… Это же ужасно!

Я вместо ответа, который на язык пока не приходил, схватил её за руку, отметив как ангел дёрнулась. Как будто током её ударило. Но пока не до разборок. Руку девчонки я всё-таки отпустил, оттащил тело солдата в кусты, затем мы вышли за стену, я прикрыл дверь, а дальше оставалось только шагать к близкому городу, чьи стены виднелись в половине километра. К счастью, всего на расстоянии метров в двести тропа ныряла в редкий лес, но эти метры надо просто пройти. А я прям спиной чувствовал взгляды часовых со стены. Скучающих часовых, которые на этой дорожке никого не пропустят незамеченным. И меня-то ладно. Надеюсь, мою спутницу со спины не опознают.

Но всё прошло нормально. Дошли до леса. А за первыми деревьями я снова схватил девчонку за руку и скомандовал:

— Побежали!

Та попробовала вырываться, и я понял, что она меня до дрожи боится. И это чертовски логично! Если бы меня куда-то потащил палач, я бы тоже вырывался. Так что… Я подумал, потом ещё подумал и решил раскрыть большую часть карт, тем более что никаких запретов от моих нанимателей на эту тему не прозвучало. А значит решение за мной! И оно именно такое! Иначе мы тут каши не сварим.

Но для начала спросил:

— Кто ты? И как тебя зовут?

Спасённая упёрлась ногами в лесную подстилку, так что мы остановились, как-то непонятно посмотрела на меня и произнесла:

— Странно, я думала меня все знают во дворце.

— Я не знаю! — постаравшись скрыть раздражение отрезал я. — Так как зовут?

— Я Лариана. И я личная служанка Её Высочества Принцессы Карилины, — девчонка на секунду замерла, а затем не удержавшись от слёз добавила. — Была.

Прекрасно понимая, что скоро нас начнут искать, я решительно схватил девчонку за руку и рванул бегом по еле заметной тропе, по пути пояснив:

— Бежим, сколько можем! Отдыхаем когда идём. Не думаю, что тебе захочется попадаться.

— Хорошо, сэр Гук, — покорно прошептала Лариана.

— И я не Гук! Запомни первое правило! Меня нельзя так называть! Я не хочу иметь ничего общего с подмастерьем палача. И тот, кстати, сегодня ночью сдох.

Посмотрел в удивлённые глаза и продолжил:

— Меня зовут Геннадий. Полностью Геннадий Искаев. Я живу в другом мире. И меня наняли, чтобы помочь тебе. Да, именно тебе! И заселили в это чёртово тело.

По мере моих слов, я чувствовал как вздрагивала маленькая ладошка в моей руке, но затем резко успокоилась.

— Всевеликий? — наконец спросила она.

— Что? Какой Всевеликий? — не понял я, и тут же в моей памяти всплыло, что здесь так называют бога. А этой части мира, конечно.

— Тебя послал Всевеликий? — почти спокойным голосом повторила девчонка.

— Нет! И хочу уточнить. Ты веришь, что я не чёртов сынок палача?

— Верю, — неожиданно твёрдо произнесла бывшая служанка.

— Так легко поверила? — усмехнулся я.

— По речи ты совсем не похож на простолюдина. И я слышала от служанок о Гуке. Ой, прости, что произнесла это имя.

— А на кого похож? — не дал отклониться от темы я. — На благородного?

— Нет, конечно! Те ведут себя как петухи. И на простолюдинов только что не плюют, да и то не всегда. Ты похож… Я видела немало людей во дворце. Так вот, ты не похож ни на кого. Но если по речи, то говоришь как учёный. И ещё. Мало найдётся в королевстве смельчаков, которые убили бы Первого министра, чтобы спасти служанку.

— Забудь, что ты служанка, — рассмеялся я. — Ты ей больше никогда не будешь.

— А кем? Кем я буду, как ты говоришь? Для чего бог послал тебя помочь мне?

И тут я понял, что этот разговор надолго. А дыхание уже сбилось. Причём у меня. Девчонка держалась молодцом. Даже досадно стало. Вот такое хреновое тело мне досталось.

Так что я резко произнёс:

— Если коротко, то ты будешь очень значимой персоной. Подробности позже! Главное я сказал. И тебе пока лучше поверить мне.

— Как скажешь, Геннадий, — покладисто кивнула кандидат в ангелы. — Ты из другого мира. Тебя послал какой-то бог. И ты помогаешь мне, потому что я стану важной тыквой.

В голосе промелькнуло столько скепсиса, что я еле удержался от ругани. А пока обратил внимание на то, что моё имя бывшая служанка произнесла с трудом, поэтому уточнил:

— Моё имя непривычно здесь? А если Гена? Ген?

Полюбовался на отрицательные покачивания головой и предложил вариант из первых слогов имени и фамилии?

— Генис?

— Это хорошо. Похоже на что-то из курана.

— Чего?

— Языка древней Лотомской империи. Он называется курана. На нём служат прианы.

— Кто?

— Жреца Всевеликого. И все книги пишут на курана. Почти все. И знают его все грамотные люди.

Тут я полностью выдохся и остановился перевести дух. Вполне ещё бодрая девчонка встала напротив, а я спросил:

— Расскажи, откуда ты, такая умная, взялась. В смысле, где училась.

— Я была личной и любимой служанкой Её Высочества. Когда она училась, я присутствовала на занятиях. А многому меня даже специально учили, чтобы я помогала. Манеры, языки, танцы, даже владение оружием.

— А тебе сколько лет? — прямо спросил я.

— Скоро будет восемнадцать.

И тут я даже слегка обалдел. Не сдержался и пробежался глазами по фигурке спутницы, и наконец даже через мешковатую мужскую одежду разглядел и вполне приличную грудь, и красивые неширокие бёдра. И талию предположил. А лицо так вообще красивое, несмотря на пару кровоподтёков на скулах. И натёртые колодками синяки на шее, как и на запястьях.

Волосы светлые и длинные, но грязные и спутанные. Сейчас небрежно прихваченные верёвочкой в лохматый хвост.

Под моим взглядом девчонка жутко покраснела, и попробовала поплотнее застегнуть куртку, под которой у неё не было никакой рубашки. Похоже, в логове палача не нашлось достаточно чистой. Закончив с одеждой, принялась поправлять причёску. А я задумался. И почему я посчитал её подростком? Да всё просто! Я не подлец, чтобы в том жалком существе, которое закинули в подвал к палачам, рассмотреть в первую очередь красоту. Я просто пожалел ребёнка.

А тут вон что… Вполне симпатичная девушка. А если отмыть, да приодеть, так вообще красоткой станет. Хотя и под подростка ей закосить несложно. Низкий рост и худощавое телосложение располагают.

Пока Лариана занималась собой, я вспомнил о куда более важных вещах. Порылся в мешке, который так и тащил в руках, и выложил на траву наш запас оружия. Короткий палаш с расширяющимся к концу лезвием и односторонней заточкой, четыре разномастных ножа, боевой топорик, но и для рубки дров пригодный. А ещё пригодный для пальцев и костей. Я аж вздрогнул и еле удержался, чтобы не зашвырнуть его в кусты. Звездой коллекции смотрелся только кинжал. Он и из самой лучшей стали, и единственный с ножнами. Ну и последним я вспомнил про мизерикорд у меня за поясом.

Показал на богатство спутнице и спросил:

— Чем-нибудь владеешь?

— Меня учили в основном тонким мечом владеть, — девчонка осмотрела ряд и показала на палаш. — Хотя и с этим что-то смогу. Но так… Тяжеловат он для меня. И коротковат. Я же видишь какого сложения и роста. А с кинжалом могу много показать. Уколы, парирования…

— Покажи, — попросил я.

Следующие несколько минут я смотрел как ловко пигалица вращала кинжал, перекидывая из руки в руку, и обозначала почти неуловимые уколы. Затем несколько приёмов с палашом.

Попробовал сам, и заметил, как Лариана не сдержавшись захихикала. Тогда взял ножи и, порадовавшись, что навыки с Земли здесь не растерял, один за другим с силой всадил их в ствол дерева. И это метров так с пяти.

— О-о-о! — протянула девчонка. — Теперь точно верю, что ты не из нашего мира. Нормальным оружием вообще не владеешь, а вот ножами…

— Побежали! — приказал я, собрав оружие.

Только кинжал отдал спутнице, и та ловко привязала ножны к ремню, поддерживающему широченные штаны.

Глава 3

На ходу я достал из мешка снятую с министра цепь и спросил:

- Это дорого стоит?

- Более чем! - кивнула Лариана. - На пару хороших деревень хватит. Тут и золото, и камни. И работы немало. Но продать не получится.

- Это целиком не получится, - усмехнулся я и показал горсть разномастных монет. - А это сколько? И как соотносятся?

- Они все разные, - пожала плечами спутница. - Обычно в серебряном двадцать четыре медяка. Но это нормальных. Бывают и четвертушки, и осьмушки. Тебе надо понять что сколько стоит? Ну смотри. Королевский солдат получает... ну пусть в среднем... четыре серебряных в день. Это в мирное время.

- А не королевский? - перебил я.

- Не знаю, - замялась Лариана. - По разному. Но пару серебряных наверняка. Хотя бывает и задерживают жалованье. И бунты случаются из-за этого...

- Ладно, - кивнул я, поняв, что этот вопрос имеет широчайший спектр возможных ответов. - Дальше!

- Хороший подмастерье может рассчитывать на один серебряный в день. А крестьяне их и не видят. Им и медь за радость.

- А золото?

- Золото дорогое... Раз в двести дороже серебра. Если по весу. Его только купцы и благородные имеют.

Я показал золотую монету из кошелька министра, и Лариана отрапортовала:

- Сто двадцать серебряных. Месячное жалованье солдата. Королевского солдата.

Я посмотрел на улыбающуюся девчонку и помягче спросил:

- Извини, что напоминаю, но за что тебя... арестовали.

- Что? В тюрьму кинули? - лицо девчонки скривилось и на глазах выступили слёзы.

- Если не хочешь, не рассказывай, - тут же пошёл на попятную я.

- Расскажу, - чуть успокоившись заявила Лариана. - А то ты подумаешь ещё невесть что. Началось всё это давно. Как подрастать стали. Его Высочество Принц Гугонар стал обращать на меня внимание. А Её Высочество Принцесса Карилина...

- Давай так, - нетерпеливо перебил я. - Просто Гугонар и Карилина. Никаких высочеств! Ты уже выше них! А скоро может так случиться, что короли будут просить твоей аудиенции.

- Почему? - прошептала, похлопав глазами, девчонка.

- Потому что я с тобой! - отрезал я. - И поясню позже. Продолжай, пожалуйста.

- И принц мне проходу не давал, гад такой, - через минуту нашла в себе силы продолжить девушка. - Всё хотел в свою спальню затащить... Или... где придётся. Но Её Высо... Карилина не позволяла ему... Она меня любит. Любила... Прости! Отвлеклась. А позавчера Карилина послала меня в покои её матери, королевы, и приказала принести ларец с драгоценностями.

- Ну ни фига себе! - прокомментировал я.

- Она не хотела их украсть! Что ты! Просто померить. Ну что-то может взять на время. Но, правда, разрешения не спрашивала. А когда я несла этот чёртов ларец, на меня неожиданно вышел принц. И сказал, что сейчас я пойду с ним. Я отказалась, как обычно, и хотела убежать, тогда он начал орать, что я украла драгоценности.

Девушка вздохнула и продолжила:

- Меня схватили. А принцесса... когда отец пригрозил ей розгами, сказала, что она ничего мне не приказывала. И меня кинули в подвал в колодках.

- И ты говоришь, что эта тварь любила тебя? - рыкнул я.

- Её запугали... Она же принцесса. Она имеет право делать со слугами всё что пожелает...

Из глаз девчонки хлынули слёзы, так что я не удержавшись остановился и обнял её. Но аккуратно, за плечи. Как сестру. Или как ангела, которого мне поручили охранять. Тем более, что любые романтические мысли на корню пресекала вонь, которая всё еще сопровождала нас обоих. Это в пропитанном жуткими испарениями логове палача было не заметно, а на свежем воздухе, так более чем. Трудно тщательно отмыться холодной водой, да без мыла.

На следующем привале я продолжил тренировки с оружием, и по итогу девушка удивлённо протянула:

- У тебя стало получаться!

- Мне дали свойство очень быстро учить всё что угодно, - удовлетворённо пояснил я, в первый раз по-настоящему оценив дар Лорда Жо. - А как пойдём, ты будешь меня курана учить. Общий язык всяко пригодится.

А ещё я отметил, что теперь уже Лариана выдыхалась вперёд меня. Я просто натренировался. Ведь для меня каждый час бега по тренировке мышц равнялся нескольким дням.

Солнце ещё не достигло зенита, когда девушка совсем выдохлась, а я был ещё очень даже ничего. Но нести её я всё-таки не был готов. Надо сначала подкачать мускулатуру на поднятие тяжестей. И пусть моя ангел весит немного, но и смысла нести её всего километр не вижу. Только засмущаю.

Мы уже находились близко от невысоких гор, и я отметил одну странность, так что спросил:

- А почему мы не встретили деревень?

- Легко догадаться, потому что мы бежали по лесу, - хихикнула нахалка.

- А отдельных людей? И тропы здесь какие-то заросшие...

Тут уже моя спутница насторожилась и протянула:

- Не знаю... Так-то здесь не должно быть безлюдно.

Пока спутница отдыхала, я снова потренировался, отметив, что метать ножи стал совсем хорошо. И далеко, и метко. А затем достал цепь министра, выковырял из неё мизерикордом кое-как огранённые драгоценные камни, а золото разделил на звенья и обухом топора на камне превратил в лепёшки. Так и продам при случае.

Перстни оставил как есть, только один, с гербовой печатью убитого вельможи, тоже расплющил до полной неузнаваемости.

Лариана занялась предварительной оценкой добычи, потому что в драгоценностях разбиралась неплохо, и на один из перстней среагировала с неожиданным энтузиазмом:

- Это не просто украшение, - девчонка воодушевлённо потыкала пальцем с грязным ногтем в несколько невзрачных камушков вокруг центрального рубина, - а магический артефакт! Если на эти камушки попадёт яд, то они засияют. Каждый заколдован на опознавание нескольких близких ядов. Достаточно незаметно пролить на палец вино из кубка, и этот артефакт может жизнь спасти. Стоит он огромных денег, но для Первого министра вещичка просто незаменимая.

Бывшая служанка видимо вспомнила этого урода, поёжилась, а затем с улыбкой закончила:

- Но ты устроил ему острое отравление сталью! Надёжно и решительно. А я даже и не поблагодарила тебя по-настоящему!

Лариана кинула на меня какой-то непонятный взгляд, так что я догадался, что стоит мне проявить инициативу, и... Но сейчас не время и не место, не говоря уж о том, что мы всё ещё грязные и вонючие. Да и вообще...

«Включи мозги!» - решительно приказал я себе. - «И думай о задании. Да и вообще, ты здесь временно!»

После отдыха мы вышли из леса и дальше бежали и шли уже по здорово заросшей дороге. И теперь нам стали попадаться заброшенные поля, а между ними и деревни. Все окружённые частоколами и безлюдные.

Некоторые просто стояли, хлопая на ветру дверями и ставнями, а от некоторых остался только частокол и закопчённые печи. А затем нам встретилось кладбище с поваленными деревянными надгробиями, и всё будто изрытое норами огромных грызунов.

- Нашествие нежити, - чуть не проскулила Лариана, даже прижавшись на мгновение к моему плечу.

Я только мрачно кивнул, прикидывая, что ещё прошлый урожай с полей собрали. А вот сейчас, в начале лета, за полями ухаживать некому. Люди не пережили зимы. И хорошо если большая часть успела сбежать. Хотя кому они будут нужны на новом месте? Без имущества и припасов. Только в батраки или в нищие. Или в рабы.

Постепенно моя спутница немного успокоилась, и мы решили, что зимнее нашествие нежити наверняка закончилось, и сейчас здесь вполне безопасно.

Но на очередном привале, когда Лариана ушла по делам за кустики, я вдруг чуть не подпрыгнул от какого-то ощущения невероятной злобы и ярости. Не успел ничего предпринять, как из-за кустов выскочила девушка, на ходу натягивая штаны, и с визгом рухнула на траву, запутавшись в штанинах.

А за ней на поляну шагнул самый настоящий скелет. Не просто шагнул, а как-то неуклюже, но целеустремлённо двинулся к моей спутнице. Но я уже добежал до него и обрушил на череп утяжелённый конец палаша. Здорово разрубил костяшку, но затем пришлось быстро отскакивать, чтобы не быть схваченным скрюченными пальцами.

Вторым ударам я отсёк одну руку, а затем и другую. После чего окончательно изрубил сухие кости, радуясь тому, что эта тварь меня ни разу не достала. А вообще, надо было просить у супермага ещё и регенерацию. А то раны в средневековье - зачастую смертный приговор.

- Кусты свободны, - показал я девушке на место, откуда она только что стартовала.

- Мне уже не надо, - вздохнула несчастная. - Надеюсь, штаны быстро высохнут.

Я еле удержался от неуместной улыбки, а затем и не до смеха стало, когда красотка продолжила:

- И не радуйся сильно. Нет, ты молодец, но эта нежить не может долго существовать без некроманта или лича. Видишь, она чистая и почти не вонючая. Без остатков гнилой плоти. Значит где-то рядом скорее всего немаленькая толпа его товарищей. И многие из них куда сильнее. Скелет - самый слабый из порождений некромантов.

Я принял это к сведению, и дальше решил идти не по дороге, которая как раз здесь ныряла в густой и тёмный лес. Так что обошли подозрительное место по заброшенным полям, и по пути я размышлял, что в первый раз почувствовал опасное внимание. Причём не ко мне, а к спутнице. И это свойство, подаренное великим инопланетным магом, здорово помогло.

Но что неприятно, я получил предупреждение не заранее, а когда скелет заметил девушку и собрался атаковать. Впрочем, и это не мало. В случае более выдержанного врага позволит избежать неожиданной атаки из засады.

Через час мы наконец обошли опасный лес и принялись взбираться по пока ещё пологому склону горы. И тут я расслышал многоголосый собачий лай. А оглянувшись, рассмотрел на дороге за лесом с десяток всадников, и перед ними стаю собак. Пока ещё вдали.

- Это принц! - заверещала Лариана. - Видишь штандарт? Он с солдатами и егерями! А ещё наверняка с магами! Бежим!

И мы рванули. Впрочем, девушка уже через десяток шагов начала спотыкаться, явно не имея сил для бега в горку. Я подскочил к ней и схватил на руки, после чего хоть не побежал, но быстро пошагал к скалам, в надежде найти среди них укрытие, которое позволит хотя бы отбиваться от преследователей с одной стороны.

В голове крутилась единственная мысль. Похоже всё. Сейчас я сдохну. Выдержать бой с тренированными солдатами - из области фантастики. И ангела я не уберёг. Надеюсь хоть, что у моих нанимателей есть и другие варианты по сглаживанию сингулярности. А ещё я подумал, что Лариану может ждать кое-что похуже просто смерти.

А значит... Я вдруг отчётливо понял, что первый удар в предстоящей схватке я нанесу девчонке. Пусть лучше легко погибнет от моей руки, чем окажется в пыточном подвале, откуда выход всё равно один.

И чёрт с котом и ящером! Да! Я сам убью ангела, и это будет нарушением нашей договорённости. Но... Покупать себе жизнь в моём мире её страданиями я точно не буду. Смерть далеко не самое худшее, что может случиться с человеком.

Но тут сзади раздался громогласный рёв, и несколько хлопков, похожих на взрывы.

- Ген! - закричала Лариана, всматриваясь назад через моё плечо. - Они заметили нас и поскакали напрямую, через лес. И на них напала нежить.

Я остановился и тоже уставился на тёмные заросли, разглядев пару вспышек. Явно магических, но кто долбил заклинаниями, непонятно.

А затем из леса вылетел одинокий всадник и погнал коня к нам.

- Это Гугонар! - охнула девушка.

- Он один, - усмехнулся я.

Тут из леса выскочил ещё один всадник, но проехал недолго. Из-за деревьев в огромном прыжке вырвалось нечто костяное, в верхней точке расправило крылья, и так, в прыжке, налетело на человека, сбив его с коня. Донёсся отчаянный вопль, который вскоре резко прервался.

А принц уже приблизился к нам, но дальше на коне ехать не смог из-за большого количества булыжников на склоне. Выскочил из седла и с мечом в руке ринулся к нам, проорав:

- Вот вы где, сволочи! Быстро на колени!

Я с удивлением увидел краем глаза, как моя спутница покорно упала на колени и упёрла взгляд в землю. Но говорить ничего не стал, так как с силой метнул нож, который по самую рукоятку вошёл в живот принца. Тот охнул, выронил меч и тоже упал на колени.

Но нашёл в себе силы заорать:

- Ты представляешь, что с тобой сделают за это?

Я отвечать не стал, а выхватил из мешка палаш, в три прыжка подскочил к негодяю и с размаху рубанул его по плечу, перерубив кость.

И тут риторика урода мгновенно изменилась:

- Стой! - завопил тот. - За меня дадут хороший выкуп!

А я даже сам не понял, зачем рубанул по плечу, а не сразу по башке или по шее. Видимо машинально строил какие-то планы. Но какие планы? Как я верну пленного? Да и нафига? Нам же надо поскорее оказаться как можно дальше от этого королевства!

Пока размышлял, я времени не терял, а наклонился и быстро расстегнул пряжки на портупее, предназначенной для ношения на поясе довольно тяжёлого меча. Да и кинжал на ней висел, и кошелёк.

Ещё я стянул пару перстней с пальцев притихшего и только стонавшего Гугонара, краем глаза видя, как от леса в нашу сторону помчалось что-то очень кошмарное на вид. А убитого всадника уже скрывал целый клубок из нежити.

К сожалению, брошенный конь уже ускакал, так что я вернулся к девушке, которая так и стояла на коленях и во все глаза смотрела на моё мародёрство, вздёрнул её на ноги и закинул на плечо. В свободную руку схватил мешок и ринулся вверх по склону.

А сзади нас провожал визг принца:

- Не бросайте меня! Десять тысяч золотых, только не бросайте!

Когда я достиг усеянной скалами вершины горки, мне казалось, что лёгкие сейчас вырвутся из груди. Но главное, я больше не ощущал злобной ярости желающего атаковать нас врага. Нежить занялась принцем, и вроде бы потеряла нас из виду, а мозгов для преследования в слепую у неё не хватило.

***

- Прости меня, Генис, - канючила девчонка, когда мы шли по еле заметной горной тропинке. - Я понимаю что ты прав, но я... Просто пойми, что нас всю жизнь учили, что монаршья кровь священна. И любой приказ от короля или принцев - это выше любого закона.

А всё потому, что я сделал короткий, но энергичный выговор спутнице, за такое идиотское поведение в бою. Ну не сдержался. Но может хоть на пользу пойдёт.

- Ладно, - наконец проворчал я. - Забыли. А теперь слушай, кто я, откуда и зачем. И не перебивай. Потом спросишь, что не понятно. И отдельно скажешь, во что не веришь.

- А можно сразу вопрос? - воспрянула девчонка. - Сколько тебе лет?

- В моём мире мне тридцать семь.

- Ты же совсем старик! - охнула Лариана. - То-то у тебя вся голова седая!

- Этому телу семнадцать, - рассмеялся я. - Просто предыдущий владелец в последние часы жизни повидал кое-какое дерьмо. И более, чем заслуженно.

Тут же мысленно и обругал себя, что употребил такую расхожую на Земле фразу про «повидал». Здесь она непривычна, и мне стоит думать, что говорить. Ладно при Лариане, но тупо спалиться перед посторонними не хочется.

- И всё равно, - не унималась девчонка. - Ты выглядишь как воин лет так двадцати пяти. И на... на того, чьё тело занял, уже совсем не похож.

- В смысле? - нахмурился я.

- У тебя впали щёки, глаза лихорадочно блестят. Ты весь стал намного худее. И волосы пегие от седины. Можно подумать, что ты уже на грани смерти от истощения.

Я поражённо остановился, жалея, что никакого зеркала у нас нет. Да хотя бы лужи воды не видно. И тут действительно ощутил невероятный, зверский голод. А ведь он нарастал постепенно, но я просто не замечал его. Выплески адреналина, плюс омерзение от того, как встретил меня этот мир, начисто отбили аппетит. Но вот теперь голод навалился, да так, что я понял, что вряд ли дотяну до вечера.

И почему? Я задумался, а затем тихо выматерился по-русски, чтобы спутница, испуганно смотрящая на меня, не поняла. Это же проявление магии, позволяющей мне учиться и тренироваться очень быстро. Моё тело получало нагрузки во время бега и постоянных тренировок с оружием на привалах. А ведь кроме навыков у меня тренировались и мышцы. Но чтобы нарасти, им требуется строительный материал. Еда. Получается, я должен очень много жрать! И тогда уже очень скоро стану крепким мускулистым типом.

Но пока мышцы израсходовали все запасы в организме, и я скоро просто сдохну. Если не поем.

Это что же получается? Я теперь постоянно буду жрать в три горла? Я ещё подумал, и решил, что не постоянно. Больше, чем способно человеческое тело, я не натренируюсь. Так что мне надо очень много еды на время наращивания мускулатуры, а потом только возмещать обычный расход.

Глава 4

К счастью, мы наконец попали в населённые места. За пропастью, на склоне горы я заметил отару овец. Рядом носилась парочка здоровенных лохматых волкодавов, если я правильно рассмотрел с большого расстояния, но в любом случае, где-то должно быть поселение. Да в крайнем случае, мы можем обойти пропасть и разыскать пастуха. Главное чтобы тот с перепугу своих собачек не натравил. А денег у нас есть до чёрта, так что красть овцу я конечно же не планировал.

Но нам повезло куда больше, потому что перейдя через невысокий перевал, мы увидели посёлок. Или аул горцев. Да пофиг как он называется. Россыпь домиков за каменными оградами поднималась по крутому склону. Среди глинобитных хижин вздымалось несколько квадратных башен, а главное, прямо у дороги притулился домик с деревянной кружкой, подвешенной над входом.

Мы подошли поближе и рассмотрели как к таверне или трактиру подошёл какой-то человек и отпер дверь. Точнее, размотал верёвку, используемую вместо замка. Явно мы здесь первые путники за изрядное время.

Встретил хозяин нас со всем почтением и заговорил на совершенно незнакомом ни мне, ни моей спутнице языке. Но сразу перешёл на курана, и Лариана легко с ним договорилась, выступив переводчиком. Впрочем, я и сам уже многое понимал на этом языке. Уж заказ сделать точно смог бы.

Но пока я потребовал чтобы нам пожарили целого барана. Овощи и хлеб опционно, а вот мяса я хотел очень много. Обалдели, надо сказать, и горец, и девчонка. Но я внёс предоплату и никаких причин не выполнить мой заказ не осталось.

Мы заняли столик на свежем воздухе, под крышей из виноградной лозы, потому что из самого трактира на нас пахнуло таким кислым запахом, что у меня аж глаза заслезились. И я понял, что сыр, образец которого обещал скоро принести хозяин заведения, я вряд ли закажу. Потому как вонь была именно каким-то прокисшим молоком с крутой ноткой козлятины.

- Я спросила про помыться, но у них ничего такого нет, - тихо рассказывала мне Лариана, пока я еле сдерживаясь, расправлялся с краюхой старого и засохшего хлеба, принесённого вперёд мяса, которое наверное ещё блеяло. - И ещё мне сказали, что мы первые путники за месяц. Это же ужасно! Да, здесь поселение вольных горцев, и они не платят налоги никому. Но через двадцать миль горы закончатся, и начнутся земли соседнего королевства. И там есть деревни.

Я кивнул, пересчитывая расстояния. Миля здесь довольно стандартная - тысяча двойных шагов, то есть километра полтора. Значит до хоть сколько-то приличной местности нам осталось пройти тридцать километров. Но по горам, хотя и не особо крутым.

С учётом того, что мы за полдня прошагали-пробежали километров пятьдесят, до ночи успеем добраться туда. А ночевать здесь не хочется. Во-первых, сейчас ещё только обед, а во-вторых, я оценил взгляды, какими одаривали мою спутницу хозяин и два его сына. Ну хоть злобы и агрессии я в них не почуял, и то ладно.

Ещё, правда, на мой меч, взятый у принца, смотрели. А ведь он хоть и очень приличный, но без дорогих украшений. Просто хорошее оружие.

И в первую очередь я научусь владеть именно им. Но попозже. Сейчас мы уже здорово измотаны, а надо бы поскорее отойти подальше от королевского дворца, да и продолжить путешествовать уже без лишних напрягов.

Через час принесли жареное мясо, но я уже накидался хлебом, да так, что в горле стояло. Сидеть здесь дальше и постепенно восполнять потери энергии не хотелось, так что я попросил, чтобы жаркое сложили нам с собой, в мешок из кое-как выделанной бараньей шкуры, и мы продолжили путь. И взгляд хозяина, какой-то удивлённый и расстроенный, мне очень не понравился.

Лариана хоть немного отдохнула, и шагала быстро, хотя по ней и видно было, что здорово устала. Но не жаловалась. Молодец, девчонка!

Прошагали мы пару километров, и я вдруг почувствовал резко возникшее злобное внимание. И несомненно готовое убивать. А через секунду добавилось такое же ощущение от второго человека.

Я мгновенно окинул взглядом диспозицию. Мы на узкой тропе, на данном участке проложенной вдоль скалы. Справа отвесная стена метров так в тридцать, и на её вершине нагромождение камней, за которыми хоть роту можно спрятать. А слева пропасть. Даже не отвесная, но испещрённая острыми краями камней и глубиной метров двадцать. Так что на дно обрыва, если что, свалится уже ободранное тело, окончательно раздробив половину костей.

И самое фиговое, что мы только что обогнули скальный выступ, и прошли метров двадцать вдоль него, и тут нас заметил наблюдатель на вершине. Я точно определил направление на него. Но кое в чём и ошибся! Не наблюдатель, а лучник, потому что он вот уже прям сейчас готов стрелять и убивать.

Другой нападающий, чьё злобное внимание я почувствовал вторым, перед нами на тропе, но пока скрытый от нас за поворотом. И явно он не сам нас увидел, а заметил сигнал от товарища наверху.

Один из вариантов действий - бежать назад. Но! Что мешает лучнику выйти из-за камня и всаживать в нас стрелы, пока будем отступать?

Так что я решил бежать вперёд, тем более, что всего в пяти метрах там вдавалась в скалу расщелина, из которой вытекал тонкий ручеёк, пересекал тропу и маленькими водопадиками обрушивался по камням к речушке на дне обрыва.

Первым делом я схватил спутницу за плечо и толкнул вперёд, рыкнув:

- Быстро в расщелину!

Сам же прижался к скале, и тут в то место, где я стоял, ударила стрела с широким, предназначенным для охоты на животных, наконечником. На пару шагов дальше, конечно, так как стреляли сверху под крутым углом, и собирались поразить меня в корпус.

Мы за секунду достигли расщелины, оказавшейся довольно широкой, метра так три в начале, а глубиной в пять метров. В конце неё низвергался водопад, и я безжалостно толкнул под него Лариану, потому что мне потребуется место для манёвра.

И потребуется прямо сейчас, потому что я чувствовал, как второй убийца быстро приближается по тропе. В моей левой руке был меч, а в правой нож, так что когда передо мной выскочил старший сын недавнего трактирщика, то его ждал немалый сюрприз.

В руках парня было зажато короткое копьё с широким наконечником, и тот был полон решимости всадить мне его в живот. Но я метнул нож, который как влитой сел в его тощее брюхо.

Негодяй завопил, сделал от неожиданности три шага назад и рухнул в пропасть.

Но я не расслаблялся, потому что резко почувствовал ещё одно внимание. Яростное и безжалостное. И не человеческое. А когда донёсся рык, то сообразил, что это собака. Она не знала о нас, и трусила за хозяином в отдалении. Но когда увидела его смерть, то не раздумывая бросилась в атаку.

И ведь самое интересное, я знаю как работать против собаки! Но для этого мне надо подготовиться. Я кинул взгляд на свою куртку, но та было плотно прижата к телу портупеей. За пару секунд это всё не снять! Так что я развернулся к Лариане, которая с кинжалом в руке подбежала ко мне и встала рядом.

Схватил её за отворот куртки и резко рванул. Только оторванные пуговицы в стороны полетели! Девчонка взвизгнула, не ожидав такого коварства, и крутанулась на месте, вылетая из очень широкой одежды.

Я же взмахнул добычей, в два оборота наматывая на руку, а ангел с ошалелыми глазами прикрыла руками голую грудь, потому что под курткой на ней ничего не было.

Тут в крошечное ущелье ворвалась огромная пастушеская собака, из тех, которые волков давят. Поджарая и лохматая. В прыжке вцепилась в моё подставленное предплечье, сейчас защищенное несколькими слоями грубой ткани, и опрокинула меня на камни.

Я успел рубануть её мечом в правой руке, но еле-еле шерсть на боку прорубил, не имея времени и возможности для хорошего замаха. А затем вообще отбросил меч, и преодолевая боль в левом предплечье, выхватил из-за пояса мизерикорд и принялся со скоростью швейной машинки наносить удар за ударом.

Через минуту сбросил с себя умирающую собаку, подобрал меч и и рявкнул:

- Лучник! Уже здесь!

И да, я его уже чувствовал. Вскочил на ноги, отметив, что моя ангел уже бросила маяться дурью, и встала рядом со мной с кинжалом в одной руке и палашом в другой.

А в ущелье боковым прыжком явился последний противник. Уже с натянутым луком в руках. Только сейчас добежал, спустившись с места своей засады. Второй сын трактирщика, конечно.

Парень спустил тетиву, только на мгновение уставившись на голую грудь девчонки. Эта заминка меня и спасла. Я успел качнуться в сторону, и стрела свистнула чуть левее. А затем я подскочил к негодяю и с размаху обрушил меч на голову сверху. Жутко непрофессиональный удар, но сейчас более чем сошёл. Разрубил череп, сразу отправив разбойника в ад.

Я обернулся к ощетинившейся оружием спутнице и выдохнул:

- Больше никого!

Девчонка чуть расслабилась, а затем начала безудержно краснеть, прикрыла грудь рукой с кинжалом, а из второй выронила палаш и протянула её ко мне.

Я размотал куртку и отвернувшись протянул её красотке.

А через пару секунд услышал её горячий шёпот за спиной:

- Снимай быстро куртку и рубашку! - скомандовала девчонка. - Ты весь в крови!

И тут только я обратил внимание, что мой левый рукав в верхней части плеча набухает красным. Боль тоже пришла. В месте ранения, куда всё-таки попала последняя стрела, вскользь, но глубоко распоров кожу и мышцы широким и остро заточенный краем охотничьего наконечника. Ещё и предплечье стрельнуло тупой болью в месте, в которое вцепилась собака. Ткань спасла, но сила укуса была такой, что не факт, что все кости целы.

Я одной правой рукой, с помощью Ларианы стянул сначала портупею, а затем куртку и рубаху. Посмотрел на глубокий разрез, из которого струйкой вытекала кровь. Рана вроде бы не опасная, но это как посмотреть. В средневековье и от такой есть ненулевой шанс получить заражение и отбросить копыта.

Пока размышлял, ангел времени терять не стала. Зажала края раны пальцами, а затем принялась быстро слизывать кровь. Я оторопел, а девушка поднесла к разрезу вторую ладонь и принялась шептать явно заклинание.

Я конечно же не мешал, и правильно, потому что минут через пять Лариана отпустила мою руку, отступила на шаг и вытерла пот со лба.

А я всмотрелся в свежий рубец на месте глубокой раны и обалдело произнёс:

- А ты оказывается и так умеешь!

- Немного, - улыбнулась красотка. - Это самый начальный уровень. В каждой деревне есть пара бабок, которые так же смогут. А у меня хорошие способности, мне говорили. Но никто меня не учил, так что увы, ничего сложного я наколдовать не сумею.

- А сложное это?.. - задумался я.

- Ну, к примеру, залечить ранение в живот. Чтобы человек не умер от адского огня.

Я кивнул, сообразив, что здесь так называют заражение крови или гангрену. А затем улыбнулся и спросил:

- А кровь зачем слизывала? Очистка такая?

- Нет, - смутилась спутница. - Я же снаружи лизала. Это надо для сродства с пациентом.

Полюбовалась на моё удивлённое лицо, хихикнула и пояснила:

- Лечение, это одно из направлений магии крови. И слабому магу гораздо проще настроиться на лечение, сроднившись с раненым. Например, крови лизнув. Маги посильнее уже и без крови умеют настраиваться на ауру.

- Понятно, - усмехнулся я. - А то я подумал, что ты вампиресса.

Посмотрел на вытянувшееся лицо девчонки и быстро добавил:

- Это просто шутка.

- Это очень плохая шутка, - вздохнула Лариана. - Видишь ли, некромантия, это тоже раздел магии крови.

- А какая ещё есть? - заинтересовался я, поднимая лук второго разбойника. - Кроме магии крови.

- Есть ещё магия хаоса, это огнешары, молнии и другое такое же. И разума. Иллюзии, копание в памяти, гипноз.

- А ты можешь стать сильным магом? - заинтересовался я.

- Могу, наверное. Но нужен хороший учитель, а такого ещё фиг найдёшь, да чтобы ещё учить согласился.

Я кивнул, но зарубку себе в памяти сделал. Почему спаситель мира не может быть магом? Это само-собой напрашивается.

Дальше мы шли без проблем. Я почти без перерыва жевал жареное мясо, и чувствовал себя даже не сильно уставшим. А через час моя ангел сказала, что может полечить ещё и моё пострадавшее от собаки предплечье. Сразу не могла, а вот теперь отдохнула. Именно от прочитанного заклинания отдохнула.

Я конечно же с готовностью закатал рукав, и Лариана принялась лечить. И начала с того, что кольнула меня в палец кончиком кинжала, и слизала кровь. Вот такая настройка целителя.

Теперь у меня нормально действовали обе руки, и я смог поучиться стрелять из лука. Стрел осталось всего восемь, но я пожертвовал двумя, раз за разом стреляя ими в деревья. От такой тренировки, и особенно от ударов о камни при промахах, наконечники пришли в полную негодность, но лучше у меня останется поменьше стрел, но я буду попадать ими.

Лариана шла уже с трудом, но очень внимательно слушала сначала про мой найм для помощи ангелу, а затем и лекцию по устройству мира. И в итоге заявила:

- Всё что ты рассказал, очень интересно. И у нас тоже есть книги древних учёных Лотомской империи. И некоторые из них писали, что звёзды, это не гвозди в небесной тверди, а такие же солнца, как наше. И что Земля шар. Так что я охотно поверю тебе. Но вот с двумя вещами я совсем не согласна! Всевеликий существует! Не знаю как в твоём мире, но в моём точно! И пусть он не лепил наш мир из отвердевшего эфира, а людей не вырезал из веток Вечного древа, как пишут священные книги. Но и от обезьян мы произойти не могли.

Я пожал плечами, не рассчитывая, что так просто разберусь с религиозными убеждениями средневекового человека. А уж про обезьян вообще говорить не стоило. Немало людей и на моей Земле не хотят этого принимать.

И вообще, если подумать, может так и задумано моими нанимателями? Может Лариана будет спасать этот очень дерьмовый мир именно через религию? Не обязательно, конечно, верой во Всевеликого, хотя других хоть сколько-то распространённых религий здесь нет. Да здесь вообще людей не особенно много. Даже континент не полностью заселён. А другие материки...

Я тоже услышал от моей спутницы очень интересные вещи. В этом мире есть только один континент. Точнее, известен.

Но Лариана утверждала, что других континентов здесь нет, как точно выяснили местные маги. А некоторые из них могут искать большие скопления что разумных, что животных. И эти заклинания могут «летать» очень далеко.

***

Ещё в начале вечера мы преодолели довольно узкую гряду гор, и попали в холмистую местность. Вскоре наткнулись на наезженную дорогу, и та вывела нас к крошечной деревне среди покрытых сочной зеленью полей. Стояло поселение на небольшом холме со срытыми склонами, окружённое глинобитной стеной. И судя по видневшимся крышам из непонятного с первого взгляда материала, дома внутри периметра теснились чуть ли не бок к боку. Огороды и сады тоже были, но раскинулись вокруг холма, огороженные забором из горизонтальных кривых жердей. Только от диких животных. А вот сама деревня была защищена явно от нежити.

У распахнутых ворот дежурил мальчишка, который заговорил на местном языке, к счастью оказавшимся очень похожим на тот, который для моего тела и Ларианы был родным.

От стража мы узнали, что никакого трактира в деревне нет, так что решили пройтись, чтобы подыскать себе место для ночлега, а главное разыскать баню.

Пройдя же всего несколько шагов по улице, с удивлением поняли, что деревня вовсе не крошечная. Просто застроена она совершенно убогими хижинами, слепленными целиком из глины и палок. Размеры каждого хозяйства были метра так четыре на четыре, и в него входили кроме дома, еще пристроенные сараи для животных и амбары. По сути это были просто глиняные сараи, в одной из частей которых жили хозяева. Скученность получалась дикая, и здорово воняло людьми и скотиной, хотя вся живность была представлена курицами и козами. Хотя вроде были и ослы. Но ничего крупного никуда не поместилось бы.

И ещё я обратил внимание, что встречные крестьяне, одетые в лохмотья, прожаренные солнцем, грязные и истощённые, бросали на нас высокомерные взгляды. Похоже, здесь очень не любят чужеземцев, а главную эмоцию - страх - мы в этих людях не вызывали. Очень уж мы грязные и заморенные, хоть и вооружённые.

Глава 5

К счастью, в самом центре поселения, до которого нам пришлось идти шагов пятьдесят по улице, настолько узкой, что мы вдвоём с трудом помещались рядом, обнаружился дом старосты. И тот поражал размерами. Но это по сравнению с окружающими сараями, конечно. А так-то обычный домишко, в котором, наверное, даже больше одной комнаты.

И хозяйственных построек за низким забором аж штук пять. Староста уже стоял у двери и с опаской посматривал на меня. Возможно, в отличие от односельчан, ему было бы жалко потерять жизнь, а значит никаких высокомерных взглядов в сторону вооруженного мечом человека!

Я политесы разводить не стал, а прямо потребовал:

- Нам надо помыться, постирать одежду и переночевать. И я готов заплатить за всё.

- А ужин? - удивлённо спросил мужик.

Я потряс мешком, в котором оставалось ещё несколько килограмм мяса, и с усмешкой произнёс:

- Могу сам угостить жареной бараниной.

И я не считал это за нереальную щедрость. Я есть уже не могу, Лариана тоже сытая. И до утра мясо не долежит. А чем нас могут угостить в убогой деревне, да в начале лета? Прошлогодней репой?

Разве что утром можно будет купить яиц в дорогу.

И нам ещё раз очень повезло, когда на уже растопленной печи стали греть для нас воду, да ещё и разыскали немало спутанных клочков какого-то особого растения, которые сошли за мыло.

Лариана, правда, занервничала, когда в маленький сарайчик занесли первые вёдра, и пригласили нас на помывку. Но я великодушно уступил девушке, а самому ломиться с ней мне и в голову не пришло. И как оказалось, я этим удивил всех. И ладно дубовые крестьяне, но моя спутница-то с чего так плохо обо мне подумала?

Через пару часов мы сидели за столом в тесной комнате и пили травяной отвар. На мне была сменная крестьянская одежда, а на девчонке простецкое платье, потому что нашу одежду унесли стирать. А довольный щедрой оплатой хозяин произнёс:

- Отдам вам на ночь свою комнату. Там даже кровать есть. Узкая, но вы вдвоём поместитесь. Я-то один там сплю, а жёны прям здесь на полу с детьми.

Лариана снова занервничала, что уже начало меня злить. И я решил соврать, чтобы больше с идиотскими предложениями не лезли:

- Она моя сестра, - кивнул я на спутницу. - Так что я посплю на полу. Просто соломы бросьте.

А чтобы поскорее перевести разговор, спросил хозяина:

- Ты сказал что у тебя несколько жён?

Тот приступил к пространному рассказу, и вскоре я выяснил поразительные вещи про владение местного барона. Тот в хозяйстве понимал меньше, чем ничего. Разорил крестьян, которые и уйти никуда не могли. Крепостное право во всей красе.

Тягловой скотины здесь нет, землю обрабатывают мотыгами. Лес рубить нельзя, так что топят соломой и сушняком, которого ещё фиг найдёшь. Вдобавок владетель несколько раз отправлял многих мужчин на войну, точнее просто продавал соседям во вспомогательные отряды. А для пополнения населения установил многожёнство.

Нет! Этот мир действительно катится к закату! Но вот староста мне понравился как человек. Судя по всему, он особо не притеснял соседей, и вроде как прилагал кучу усилий, чтобы те не перемёрли с голоду. Даже покупал в городе семена урожайных корнеплодов, выведенных ещё магами древней империи, выращивал у себя, а полученные излишки семян раздавал остальным крестьянам.

И я даже подумал, что есть в этом мире ещё люди, которые могут откликнуться на призыв ангела. И ради которых стоит пытаться спасти эту прогнившую цивилизацию.

Ночь ещё не настала, но я сказал, что мы пойдём спать. День выдался тяжёлый. Лариана вышла «по делам», и тут хозяин подмигнул мне и произнёс:

- Вы очень добрый и щедрый человек. Но раз путешествуете с сестрой, то я всего за дюжину серебрушек могу предложить вам мою дочь на всю ночь. Её уже двенадцать и она ещё не тронутая.

И я еле удержался чтобы не двинуть в улыбающуюся морду, предвкушающую хороший заработок, если это так можно назвать. И все благостные мысли улетучились. Нет! Пусть этот мир катится в ад, если ещё не там! Не знаю, как ангел может спасти его, а я даже думать об этом не буду, иначе поубиваю всех, до кого дотянусь. Моя задача год пасти ангела, вот и нефиг пытаться сделать что-то большее!

Наутро, правда, моё настроение улучшилось, чему способствовало то, что мы оба были наконец чистыми, и пахли травяным мылом. Одежда хоть и не высохла до утра, но это ничего. На нас досохнет. Главное чистая. Желудок у меня снова был полон, а в мешке имелся запас из варёных яиц. Да и спешить нам не требовалось, потому что местное королевство воевало с тем, из которого мы убежали. А ведь я даже ни разу не спросил у спутницы, как оба государства называются. Мне было просто всё равно, хотя может и зря.

К обеду мы должны дойти до большого города, и там нас точно спросят откуда мы. Так что я озадачил Лариану легендой. Придумать про государство подальше отсюда, чтобы хоть войны не было с ним. Ни сейчас, ни в ближайшем прошлом.

И тут девушка встала в ступор, в смысле результатов мысленных усилий. Ожидаемо. Она всю жизнь прожила во дворце и в такие низменные вещи, как представляться, чтобы не вызывать лишних вопросов, ей вникать не приходилось.

Пришлось мне взять инициативу в собственные руки и в этом вопросе. И это человеку, который в этом мире только начал жить вторые сутки. В навыках прежнего владельца тела никаких нужных сведений не нашлось, что тоже понятно. Тот вообще ничего дальше жилища папаши и ближнего города с рынком и борделями не знал. И вдобавок его там боялись как огня.

Начал я с географии окружающих земель. Итак. То королевство, из которого мы сбежали, называлось Ланьтань. Ну ладно... это даже всплыло у меня в памяти, когда я услышал название от спутницы. Сейчас мы находились в королевстве Брофанс. Близкое по культуре и языку, но враждующее с Ланьтанем уже фиг знает сколько лет. Оба королевства не очень большие - километров может по триста с севера на юг и с востока на запад. А точнее Лариана и не знала. И про население могла только сказать, что «раньше было много, но теперь постоянно уменьшается».

Немного южнее в долинах невысокого горного массива теснилось немало независимых баронств, все скопом называемые провинцией Шивель. И вроде как это была когда-то действительно богатая провинция давно угасшей Лотомской империи. Сейчас же там царила полнейшая неразбериха, хотя отчаянно нищие местные владетели величали себя не меньше чем наследниками древних императоров.

Население Шивели пользовалось определёнными свободами. Да и как иначе? Совсем прижмут здесь, перейди за гору, и ищи счастья там. Но хоть сколько-то спокойной оседлой жизни это не способствовало, поэтому основным занятием шивельцев было наёмничество. И в своих землях, и в соседних.

Девчонка назвала мне ещё несколько соседних государств, и свободных торговых городов. И на этом её познания закончились. Но сообщила и две интересных вещи. В паре недель пути на запад раскинулась огромная горная страна Альк-Тиб, разделяющая материк на две части. В ней есть немало проходов, но главное то, что там живут иллани - некая раса, созданная древними магами из людей.

Иллани... Лариана буквально за пару минут выдала мне всё, что знала про эту непонятную расу. Очень стройные и красивые, не подверженные болезням, сохраняющие молодость десятилетиями, делающие невероятные ювелирные украшения и мечи, разрубающие шёлковый платок на лету. Хм... Ну ладно, в это поверить можно.

Но дальше начиналось что-то невероятное. Великолепные лучники, посылающие стрелы на милю, а с трёхсот шагов попадающие в монету. Маги, колдующие так, что горы рушились и реки прокладывали себе новые русла. Небо пряталось под огненными облаками на годы, а вулканы вырастали прямо под городами. Что? Серьёзно? Я даже помотал головой, чтобы стряхнуть лапшу с ушей. Люди здесь и так не процветают, но с такими недоброжелателями все повывелись бы еще сотни лет назад.

Ещё про иллани я услышал, что они просто слуги зла. Настолько ненавидят людей, что убивают всех, кто рискует приблизиться к их землям. Регулярно похищают детей. И последнее я реально не понял. На хрена им дети? Но тут даже Лариана усомнилась, только осторожно озвучила версию, что из особым образом убитых детей получаются какие-то редкие эликсиры и... вкусные колбасы, которые иллани продают во дворцы некоторых не особо щепетильных монархов.

Ладно... Чёрт с ними... С этими иллани. Загадочная раса, наделённая всеми добродетелями и грехами, по мнению тупых средневековых дятлов и удодов. Я реально матерился про себя каждую минуту, чтобы не вникать во всю услышанную хрень. Почему инопланетный кот сказал, что я только строю из себя мизантропа? Да я искренне всё это дерьмо ненавижу!

А глядя на раскрасневшуюся спутницу, которая всё эту ересь выдавала мне с огромным воодушевлением, хотелось только завести дуру в кусты... и...

Чёрт! Я телохранитель! И если мне досталось тело семнадцатилетнего подростка, это ещё не значит, что я должен стать таким же уродом! Я здесь на год! Вот отслужу - и на Землю!

Я поймал себя на мысли, что думаю о моём ангеле просто как о красивой девушке, которую можно и употребить. Нет, не насильно, конечно! Но я для неё авторитет, и всё такое.

Под такой мысленный соус я даже почти пропустил короткий рассказ про ещё одну расу, выведенную из людей. Ничего интересного! Севернее той же горной страны в центре приполярной части континента раскинулись замороженные степи, где на огромных быках гарцуют уркхонь. Этакая раса огромных воинов. Волосатых, мускулистых, а главное, любящих человечину. Ну идеально! Людоеды - наше всё с точки зрения простой средневековой дурочки!

Я потряс головой и наконец вернулся из сказки в реальный мир. Моя спутница стояла рядом и похоже была полна энтузиазма нести пургу столько, сколько я смогу слушать. Но я уже накушался, так что проворчал, окидывая взглядом холмы вокруг:

- Давай всё-таки вернёмся к нашим баранам. Проще говоря, к нам с тобой!

- Как скажешь, Ген, - захихикала девчонка. - И нам действительно надо поговорить! Я много думала ночью... И получается, что ты мой слуга и телохранитель, присланный оберегать меня. И ты должен меня слушаться! Нет! Правда! Ты же сам говорил. Тебя послали помогать и оберегать меня. Значит я твоя госпожа! Это же так просто. Но я буду доброй госпожой, не бойся! Нет, я понимаю, что тебе такое может не понравиться, но что поделать? Люди делятся на господ и слуг. И на что тебе жаловаться? Да и что ещё ты мог ожидать, если ты не человек, а потомок обезьяны?

- Если сравнивать обезьяну с веткой, по которой та скачет, то сравнение будет в пользу первой, - расхохотался я. - А ты потомок ветки! Или дерева, или полена. Всё в соответствии с вашей религией. Так что, если ещё раз услышу про то, что я твой слуга, получишь! Получишь по одному месту!

Я многозначительно потеребил рукой ремень портупеи, решив, что на этом бунт ангела и закончится. Но как же я ошибся! Лариана прищурилась и прошипела:

- Ах вот как! Сразу угрозы? Избить, пользуясь силой? Впрочем, что я могла ожидать от подмастерья палача!

А уже через мгновенье девчонка отскочила на пару шагов и в ужасе прикрыла ладонью рот. И причиной был явно мой вид. Я не сдержался и кажется даже тихо зарычал. Ну и взгляд был, могу только предположить какой.

- Прости! Прости, Генис! - зашептала дура-ангел. - Не знаю, зачем вообще такое сказала!

Я уже взял себя в руки, поэтому махнул головой в нужном нам направлении и двинулся вперёд, правда слушая тихие шаги за спиной. Я взрослый мужчина, умею контролировать эмоции, и если эта балда взбрыкнёт и выкинет номер, оставшись в лесу, то мне придётся возвращаться.

К счастью, судя по сопению за спиной, мозги прочистились не только у меня, так что я, пользуясь тишиной, принялся размышлять, или, если угодно, делать выводы. Итак, Лариана та ещё стерва, хотя по виду и не скажешь. Да и по поведению, но только на первый взгляд. Освоилась она, и решила начать условия ставить! Ну засранка! Я её тут спасаю, а она меня в слуги записать решила!

Впрочем, а что я мог ожидать от ангела? Это же человек, который имеет шанс спасти этот чёртов мир. И на эту роль вряд ли сгодится кто-то с мягким характером. Погрязшие во зле местные жители схарчат такого в рекордные сроки. Причём, может и в прямом смысле, раз здесь так распространены байки о людоедстве.

Так что у ангела должны быть стальные яй... э-э-э... стальной характер. И мне не стоит судить её за это очень уж строго. Ну и надо делать скидку на подростковый максимализм, средневековое воспитание и... ну и просто тупость в некоторых вопросах.

Я резко остановился и развернулся, так что задумавшаяся девчонка налетела не меня, в последний момент сверкнув влажными глазами. Раскаивается? Отлично! Я схватил её за шкирку, и слегка встряхивая принялся ставить условия:

- Я твой командир! Не господин, но командир. И ты меня слушаешься беспрекословно, если хочешь жить! Скажу замереть - замираешь. Скажу прыгай в грязь лицом - прыгаешь, не раздумывая. Усекла?

Голова девчонки слегка болталась при каждом потряхивании, так что было непонятно, или мелко кивает, соглашаясь, или просто по инерции.

Мы пошли дальше, и я указал пальцем на место рядом с собой. Так мне проще контролировать её краем глаза. А через пять минут, уже совсем успокоившись, спросил:

- Что молчишь?

- Вы не приказывали говорить, сэр! - отрапортовала нахалка, ещё и глазами как-то подозрительно сверкнув.

Понятно. Услышать она меня услышала, но не согласна. Ну и ладно. Не хватало мне ещё укротить ангела.

Так мы шли несколько часов, постепенно забыв ссору и занявшись моим обучением письменности на курана. Я подобрал несколько кусков коры, и Лариана кончиком кинжала царапала на них буквы, а я повторял и запоминал. Алфавит пробежали очень быстро, и перешли к словам.

Сначала мы шли по безлюдным местам, затем миновали парочку заброшенных деревень. И заброшенных давно. Но остатки домов в этих поселениях были уже хоть сколько-то похожи на дома, а не на глиняные сараи, как в той деревне, где мы ночевали.

Затем дорога пошла вдоль неширокой реки, и стали попадаться поля, на которых работали крестьяне. И я даже заметил несколько тягловых животных, запряженных в повозки. Нет, не коней, а крупного осла и пару мелких быков.

Затем встретились две заселённые деревни, и обе стояли очень интересно. Не на холмах, а на реке. На берегу, но перед запрудой, так что дома оказались полностью окружены водой.

- Нежить не любит воду, - пояснила мне спутница. Но тут же добавила. - Это та, которая дикая. Если под командованием некроманта или лича, то те и города штурмовать могут. Но против таких только армию высылать. Или магов.

- А личи это?.. - решил прояснить я.

- Если некромант подыхает, то может стать личем, - как-то неуверенно ответила Лариана. - Или из ученика своего сделать. Высшего слугу-нежить. Личи не тупее людей, владеют сильной магией, и не только некромантией, а и ударной.

Такой ответ меня устроил. Похоже, девчонка и сама не особо в курсе, но пока хватит и этого.

Мы поднялись на холм, после которого дорога огибала густой лес и через широкий луг упиралась в ворота довольно крупного города. Я в этом мире видел второй город, и первый был столицей Ланьтани. Этот город был куда скромнее, но и защитная стена имелась, и башни, и купола храмов с двойными кругами на шпилях, да и просто шпили дворцов или богатых домов.

И пара дымов поднимались. Не печных, а пожарищ. Похоже, город живёт полной жизнью!

Мы спустились с холма, а когда обогнули лес, и до ворот города оставалось уже с полкилометра по прямой, я понял, что я редкостный тупарь! Надо было насторожиться, заметив дымы пожаров. Явно, это не рядовое явление.

На краю леса, прямо на дороге, раскинулся небольшой воинский лагерь. Рыл так на пятьдесят. До него было ещё метров двести, но все обитатели смотрели на нас, и я решил, что стоит подойти. Побежишь, и тут уже всё. Сразу станешь добычей.

Глава 6

Пока шли, я прикидывал диспозицию. Три десятка лучников, десяток арбалетчиков и десяток конных солдат. Точнее просто солдат, но судя по множеству коней, полянка с которыми открылась при нашем приближении, они кавалеристы. И два командира, сидевшие на чурбаках около на скорую руку сколоченного стола.

Причём одеты вояки были кто во что горазд. Но в однообразных накидках с рисунками очень кривой геральдической птицы. Вроде как орла.

И доспехи не впечатляли. Просто толстые тканевые куртки с набивкой или из конского волоса, или из хлопка, как я оценил через многочисленные кое-как зашитые прорехи. Штаны и ботинки так вообще простейшие. Только на головах разномастные стальные шлемы вроде касок. Но не у всех.

И только командиры были защищены куда лучше. Один в кольчуге и шлеме, закрывающем половину лица, та что только глаза сверкали. Другой в куда более солидной кожаной куртке с плотно нашитыми на неё стальными пластинами и во внушительном шлеме с поднятым сейчас решётчатым забралом.

Рядом с командирами расположился ещё один тип - толстый, обрюзгший и с пропитой мордой. Наряженный в длинный балахон с откинутым капюшоном, и со знаком в виде двух кругов на шее. Явно это жрец - или приан, или монах.

Вооружение отряда не особо впечатляло. Копья и топоры со щитами у простых солдат, а у стрелков или луки, или арбалеты, и ножи на поясах. Я даже на секунду задумался, и решил для себя, что это как раз норма. В королевском замке я видел солдат в кирасах, и с мечами, но то было что-то вроде гвардии. А здесь простая шваль на службе... кого?

- Королевские солдаты Брофанса, - как будто угадав мой вопрос, прошептала Лариана, а затем аж заскулила. - Но дальше! Дальше смотри!

Я действительно посмотрел на штандарт из чёрной ткани, с нарисованным на нём черепом, воткнутый прямо на дороге в сторону города. И несколько трупов, утыканных стрелами, еще чуть дальше. Мужчин, женщин, детей... И узлы с вещами, разбросанные вокруг.

А девчонка добавила:

- Чума! И город закрыт!

Да уж... радикальный метод лечения. Окружить город войсками, и всех, кто хочет покинуть опасное место, просто убивать.

Впрочем, на плотный заслон здесь не похоже. Просто дорога перекрыта. Так себе окружение, хотя я заметил вдали на дороге, которая отходила от главной и огибала несчастный город, пару отрядов в десяток конных лучников.

Тем временем мы подошли поближе и остановились под сотней внимательных глаз. На меня смотрели, явно оценивая мои воинские умения, раз у меня меч на боку, а вот на Лариану прям совсем как-то нехорошо.

С этого места открывалась и хозяйственная часть лагеря. Крытая тентом повозка, рядом костер с котлом, в котором что-то готовилось. И стояли две девицы. Довольно молодые, но до крайности потёртые. Скорее всего маркитантки.

Из кустов, поправляя юбку, выбралась третья, а за ней и один из солдат, подвязывая штаны. Ну да, жизнь кипит.

И взгляды, которыми награждают мою спутницу, становятся ну совсем предельно понятны. Она и красивая, даже в мужской одежде, да и просто чистая и свежая. А я идиот! Трудно было предположить, откуда нам грозят наибольшие проблемы?

- Ты кто такой? - рявкнул тем временем один из офицеров, тот что попроще.

В голове у меня за долю секунды мелькнуло понимание, что все варианты, как нам представляться, которые мы с Ларианой придумали, прямо сейчас не годятся. Мы очень подозрительная парочка. Одеты неплохо, я вооружён, но оба пешком. Девушка ещё и в мужском костюме. Такие должны сразу вызывать массу вопросов. Так что пришлось импровизировать.

- Генис меня кличут, - постаравшись говорить попроще, произнёс я. - Из Шивели. Вот, закончил найм у торгашей и решил навестить родню.

Махнул рукой вроде как вперёд, подумав, что ляпнул фигню. В каком городе у меня якобы родня, знать я конечно должен, и такое на ходу сочинить не получится. Но выдумывать, к счастью, не потребовалось, потому что один из солдат, судя по самоуверенному виду, кто-то из младших командиров, вдруг язвительно спросил:

- А что пешком? Ты же найм закончил. На хватило на коня?

И вопрос мне очень не понравился... Неспроста его задали. Хотят понять, есть ли у меня деньги. А я идиот, что придумал такую легенду. Денежный парень на дороге - это желанная цель для всех встречных, кто чувствует в себе силу. А здесь целый отряд.

Я кинул взгляд на как-то сжавшуюся спутницу, обратил внимание, что ножны с кинжалом у неё привязаны к ремню штанов так, что расположены горизонтально, и их совсем не видно из-под куртки, и принялся импровизировать дальше:

- Да вот! Рабыню себе прикупил на все деньги.

Ещё и смачно шлёпнул Лариану по заднице, всеми силами показывая, как доволен приобретением. Девчонка тихо взвизгнула, вероятно в очередной раз поражённая моим хамством, но решила подыграть, склонив голову пониже.

- Ты идиот! - хохотнул тот же младший командир. - Идиот, как и все шивельцы! Нормальный солдат сначала покупает оружие, потом коня, потом доспехи, а всё остальное и так везде есть.

Он махнул рукой на злобно таращащихся на Лариану маркитанток, а я пожал плечами и дурным голосом заявил:

- Конь конечно хорошо, но на рабыне скакать куда приятнее.

Ещё и расхохотался, а жрец вдруг произнёс сиплым с перепою голосом:

- Почему она без ошейника?

Я еле удержался от ругани на самого себя за очередной прокол, на затем оттянул ворот куртки девушки и продемонстрировал кольцевой след от колодок, который мог сойти и за след от ошейника, конечно. После чего пожал плечами и пробормотал:

- Она из хорошего дома была. И ошейник был дорогой. А мне похмелиться надо было. Потом раздобуду деньжат и новый куплю.

Настала минута тишины, во время которой солдаты перекидывались взглядами и посматривали на старшего из офицеров. И пауза мне очень не понравилась, особенно когда одно за другим у меня в голове начали вспыхивать предупреждения. Предупреждения о желании смерти для меня, и о том, что эти солдаты хотят сделать с Ларианой. Сначала от одного человека, потом от второго, и так далее. Всего штук десять.

Кажется, командир понимал, чего хотят его подчинённые, но и устраивать из отряда совсем уж банду он не желал. Ведь распустить таких подчинённых - верный путь к получению стали в собственные рёбра. Офицер смерил меня тяжёлым взглядом и веско скомандовал:

- Иди отсюда, наёмник чёртов!

Я второго распоряжения ждать не стал, схватил Лариану за рукав, и мы быстро двинулись обратно. А скрывшись за деревьями, я шикнул:

- Побежали!

Лариана только и ждала, поэтому рванула так, что я еле успевал за ней. И тут разом пропали все предупреждения об атаке.

Я даже остановился на секунду, но затем продолжая бег задумался. Что произошло? Все эти уроды разом решили возлюбить ближнего своего? Ни в жизнь не поверю! А значит я просто удалился от них. Прикинул расстояние и ругнулся про себя. Похоже, подарок Лорда Жо работает метров на двести. И почему так мало?

Секунду подумал и решил, что это мало для моего мира, где снайпер легко может подстрелить и с полкилометра, а вот для средневекового мира вполне достаточное расстояние, чтобы не попасть в засаду или не быть застигнутым врасплох преследователями. Хотя если на дороге среди полей, да против кавалерии... Но нечего совсем уж наглеть. Мне дали отличное умение, и надо только правильно им пользоваться.

Сейчас мы бежали по дороге, миновали лес, и как я прикидывал, до реки оставалось километров пять максимум. Нам важно оказаться подальше от обреченного города, чтобы солдаты поблизости не тёрлись, да и никто не решил, что мы из этого города и сбежали. А то пристрелят, опасаясь заражения, и даже спрашивать, кто и откуда, не будут.

Через пару километров мы перешли на шаг, потому что Лариана выдохлась, и пришло время для разборок:

- Ты назвал меня рабыней! - со слезами на глазах выкрикнула ангел. - И шлёпнул меня! По тому самому месту! Как какую-то шлюху!

- Не нагнетай, - еле сдерживая неуместный смех ответил я. - Я просто импровизировал, чтобы поверили. И шлёпнул я тебя не удовольствия ради, а для убедительности.

- Не ради удовольствия? - аж зашипела девчонка.

Я даже завис на секунду, не понимая, что её сейчас больше возмущает - то, что шлёпнул, или то, что не получил удовольствия. Но Лариана уже успокоилась, остановилась и наставила на меня палец, заявив:

- Ты не должен так со мной обращаться. Да! Я согласна, что ты командир! Но...

Девушка замялась, а я примирительно произнёс:

- Дойдём всё-таки до какого-нибудь города, купим нормальную одежду, и станет проще. Я буду мелким дворянином, ты моей сестрой, и для всех встречных это будет вполне правдоподобная легенда.

И тут Лариана, стоявшая ко мне лицом и видевшая дорогу за моей спиной, вдруг взвизгнула:

- Солдаты! И те самые! Бежим!

Я тоже оглянулся, рассмотрел четверых вояк, погонявших коней, и вслед за девчонкой рванул к роще неподалёку. Чёрт! Эти уроды, похоже, отправились вроде как на патрулирование, но скрывшись с глаз командира, решили всё-таки убить наёмника. И убить ради красивой рабыни. Ведь о деньгах и драгоценностях, которых у меня ну очень много, они узнать никак не могли.

Пока добежали до леса, всадники приблизились метров на двести, и я почувствовал, как полыхнули их яростные, но одновременно и радостные эмоции. Меня убить, а с Ларианой долго развлекаться. И непонятно, что взбесило меня больше. Так что когда первые деревья и густые кусты скрыли нас, я остановился и принялся натягивать на лук тетиву.

Нет, может стоило продолжить бегство, но этот перелесок не такой большой, и пока они на открытом пространстве, попробую подстрелить парочку. Ну хоть одного ранить. По крайней мере, будут куда осторожнее, а может вообще не захотят рисковать.

Я выстрелил, когда до преследователей оставалось метров пятьдесят. И даже попал в скачущего впереди совсем молодого подонка. Но если и ранил, то очень слабо. Я стрелок так себе, потому стрелял в корпус, и охотничья стрела застряла в хоть и тряпичном, но достаточно толстом доспехе.

Солдат завопил, и все принялись вскидывать луки. Ждать дальше смысла не имело, и я только обратил внимание, что первыми ехали два совсем зелёных вояки, а постарше и поопытнее приотстали.

Чёрт! Очередной прокол! Я решил, что опасность для их шкур охладит пыл преследователей, но не учёл, что эти уроды на королевской службе здорово поднаторели в грабежах и мародёрстве. Вот и посылают вперёд молодых. Если их подстрелят, а то и убьют, то и не жалко.

Мы уже бежали между деревьев, и я услышал как сзади со стуком воткнулись в стволы стрелы. А затем и команды донеслись. Похоже преследователи спешились, и сейчас бегут сзади.

Но это не так страшно. Они кажется втроём, оставив одного с лошадьми, и их скорость даже ниже нашей. Пробежим лес насквозь, и дальше через поле будут ещё рощи.

Но тут я почувствовал вражеское внимание и спереди. Чёрт! Второй мой прокол! Почему я решил, что эта группа единственная? Патрулируют они десятками, вот и разделились. И другие группы видели, что первая заметила нас. Так что лес окружён!

Нет! Не окружён, ибо их маловато. Я уже чувствовал впереди две пары врагов, а если есть ещё кто-то, то те уже вне досягаемости моего умения, а скорее всего с конями остались.

Но, к огромному моему сожалению, лес здесь стал редким, и даже от трёх групп нам не укрыться. Так что я выбрал одну из приближающихся спереди, тех, что подальше, и схватив Лариану за рукав, шикнул:

- Тихо! Там двое! Надо проскочить мимо!

Девчонка сверкнула на меня испуганными глазами, но кивнула и стараясь ступать потише рванула куда я показал.

Не помогло. Через минуту нас заметили, что я понял по яростным воплям. И сразу сообразил, что через пару минут здесь будут все семь солдат, точнее бандитов. И убежать без вариантов. Впереди уже виднелся край леса, и в поле скрыться не получится, особенно когда подъедут те, кто сторожат коней.

Так что тихо крикнул спутнице:

- Сейчас встречу первую парочку! А ты держись в пяти шагах сзади!

Наложил стрелу, и когда из-за деревьев выскочил довольный юнец с копьём в руках, выстрелил, но неудачно. Тот лихо увернулся от стрелы, и кинулся вперёд. Но я успел выхватить из колчана следующую стрелу и выстрелил в морду. В этот раз удачнее. Нет, снова не попал, ведь стрелы не достаточно быстрые, да и противник видит момент выстрела. Но в этот раз маневрирующий урод споткнулся о корень и завалился на спину. Да ещё и очень удачно распахнулись полы его похожих на толстый халат доспехов, так что третья моя стрела угодила ему куда-то в пах, вызвав дикий вопль боли. Отлично!

«Жить может будет, но любить никогда!» - мелькнула в голове злорадная мысль, когда я отбросив лук оборачивался ко второму, который повёл себя очень странно. И непростительно для опытного вояки.

Вероятно он решил, что молодой напарник справится со мной, поэтому обежал нас по кустам и выскочил на Лариану, сграбастав ту в злобные объятья. И ещё орал что-то похабное. Но не долго. Вопль вдруг перешёл в визг, бандит оттолкнул от себя девушку, так и сжимающую в руке окровавленный кинжал, и сильно ударил её по лицу, так что храбрая амазонка, охнув, улетела в кусты.

Отлично! Лариана молодец! А ещё я вспомнил, что один из приёмов, который она показывала мне - это как ударить кинжалом насильника, который уже возмечтал о жертве, но у той есть скрытое на теле оружие.

Ну этот уже точно не жилец, так что я подбежал к девчонке, вздёрнул её на ноги и шикнул:

- Беги к краю леса! Тут ещё двое.

Сам же подобрал лук и пробежал несколько шагов, чтобы оставить участок леса со стонущими ранеными хотя бы в десятке шагов. Они хоть и сильно пострадали, но могут выкинуть сюрприз, так что пусть останутся подальше.

Наложил на лук предпоследнюю стрелу, и встретил очередного набегающего бандита уже с натянутой тетивой. И как же здорово, что я точно знаю, где они находятся!

Выстрел получился очень удачным. Стрелять в доспехи на корпусе я не рисковал, в лицо тоже, боясь что уклонится, так что всадил стрелу в бедро, благо там только ткань грязных штанов защищала конечность.

Молодой бандит с воплем повалился на прошлогодние листья, а на меня кинулся опытный вояка с копьём.

Последнюю стрелу я потратил зря. Она бессильно застряла в нижней части набитой конским волосом длинной куртки. Но я выхватил метательные ножи, и первым же попал в морду врага. Уже с близкого расстояния, так что пришлось отскакивать от копья.

Бандит же, сделав выпад, остановился, чтобы выдернуть нож, застрявший в щеке, и это его сгубило. Следующий нож вошёл идеально в глаз.

А я снова кинулся отступать, чувствуя, что последняя троица уже совсем рядом.

И эти были уже очень осторожны. И совсем не думали о девчонке. Ещё бы. Один их дружок убит, а ещё трое ранены, причём двое тяжело. Так себе охота на наёмника.

Но и у меня остался только один пригодный для метания нож. Ну и меч, конечно, но я ещё недостаточно хорошо им владею, чтобы противостоять даже одному копейщику.

Так что я решил встретить следующего топором. Может зря, потому что этим оружием я пока не владел. Поэтому, когда на меня выскочил матёрый бандит с копьём в руках, а я метнул в него топор, то тот попал обухом, но в солнечное сплетение, так что гад резко выдохнул и сложился, вскинув копьё остриём вверх. Я кинулся на него, выхватывая меч, но опытный солдафон успел среагировать, так что у нас получился обмен ударами.

Наконечник копья чиркнул меня по лицу, но мой меч на пядь вошёл в брюхо врага, без особых проблем проколов тряпичный набивной доспех.

Я отскочил на несколько шагов, чувствуя, как приходит боль и по щеке течёт кровь. Лариана тихо завизжала, и я, схватив её за руку, ринулся к краю леса. И тут понял, что оставшиеся двое нас не преследуют. Кажется испугались за свои жизни.

Мы выскочили на широкий луг и побежали к следующей роще. Миновали ту и выскочили к реке.

И тут я уже остановился, не чувствуя преследователей, да и уже немного успокоившись. Мы оторвались, и это вполне ожидаемо.

На нас явно охотился десяток, трое оставались с лошадьми, а из семерых ловивших нас в лесу, один точно труп, ещё трое очень тяжело ранены, и скорее всего не выживут. Один ранен легко, и только двое не пострадали. Но им будет очень сложно объяснить командиру, где их десяток понёс такие потери.

Глава 7

Я посмотрел на Лариану, на скуле которой набухал огромный синяк, и пробормотал:

- Славно повоевали!

- Ты такой воин! - выдохнула ангел. - И такой удачливый! Перебил всех! Не то что я.

- Ты считай что убила одного, - улыбнулся я. - Это более чем отличный результат

- Да! - засияла девчонка, ещё не отошедшая от схватки и от бегства. Но затем как-то безжизненно произнесла. - Но ты представляешь, что сделали бы со мной солдафоны, если бы схватили меня после того, как я убила бы одного из них? Так что у этого удара есть и продолжение.

Лариана выхватила из ножен всё ещё окровавленный кинжал, обозначила короткий удар во врага, а затем резко развернула клинок к себе, и упёрла чуть ниже рёбер, направленным вверх. И прошептала:

- Продолжение - это пробить своё сердце. Так что моя победа - это только благодаря тебе!

Я умолк, не зная, что сказать, но девушка уже отморозилась и пристально смотря на меня прошептала:

- Ты ранен! Тебя надо полечить!

Я пощупал окровавленную щёку и покачав головой ответил:

- Пока некогда! Снимай штаны!

И принялся расстёгивать ремень на своих, на что красотка прошептала:

- Что прям здесь? Нет, ты спас меня и... Ты такой герой! Да я так-то и не против... Но...

- Нам надо перейти реку, - еле сдерживая смех объяснил я. - И лучше если штаны и обувь останутся сухими. И не бойся, я отвернусь и не буду смотреть на тебя без штанов.

Лариана начала отчаянно краснеть, но не тупила, а тут же стянула ботинки, а затем и штаны. Нет, самое интересное у неё осталось прикрыто полами куртки, но здесь и бёдра показывать не принято, так что я первым вошёл в воду, и мы быстро перебрались на другой берег, благо глубина здесь оказалась чуть выше колен.

На другом берегу мы всё-таки сделали привал, и Лариана уже привычно слизнула кровь с моей щеки и минут пять шептала, залечивая глубокий разрез. А после того как я смыл кровь, осмотрела меня и подвела итог:

- Шрам останется. Не очень рваный. Наконечник копья был острый, и скорее резал, чем рвал. Но тянется от виска к уголку губ.

- Украшение, - хмыкнул я.

- Не очень, - покачала головой девушка. - Но в принципе терпимо. И ещё... Ты теперь совсем страшный. Раньше был просто седой, а теперь ещё и со шрамом.

Я посмотрел в грустные глаза спутницы, так что она не удержалась и добавила:

- Но для меня не страшный! Ты снова меня спас!

***

- А почему ты не можешь полечить свои синяки? - спросил я, когда мы уже шли по еле заметной дороге в обход несчастного чумного города.

- Себя лечить сложно, - пояснила Лариана. - Я пока не могу.

А затем вдруг принялась объяснять очень интересные вещи:

- Ген! Ты и вправду очень удачливый! Прости, что я высказала тебе за шлепок. Только то, что ты придумал про наёмника и рабыню, нас и спасло. Это когда мы натолкнулись на отряд королевских войск. Это же те ещё уроды. И они могли просто напасть и убить тебя... А меня... Но ты придумал про шивельского наёмника, а те ведь тоже настоящие бандиты. И командир тех солдат испугался. Испугался, что если убить нас, то ему самому потом придёт конец.

- Шивельцы так стоят друг за друга? - не поверил я.

- Нет конечно! Но я же слышала много разговоров во дворце. Ещё... ещё в моей прежней жизни. Поэтому думаю, что у короля Брофанса есть наемные отряды шивельцев. А если бы нас убили эти солдафоны, то потом в трактирах проболтались бы без всякого сомнения. А шивельцы... Не то чтобы стоят друг за друга. Да точно нет! Они бывает и воюют друг с другом, если нанимаются во вражеские армии. Но если узнают, что одного из них убили просто так, то... У них просто будет хороший повод убить и ограбить обидчиков. Вот и испугался командир.

- Ну теперь ясно, - улыбнулся я.

Действительно! Дураку везёт. Но на будущее, лучше иметь более надёжные варианты, как представляться.

До вечера мы прошли парочку деревень, и пользуясь указаниями крестьян в начале вечера пришли в какой-то городок. И городок крайне паршивый. Стража на воротах спросила, кто мы, а когда я, не имея лучшей версии, снова представился шивельским наёмником с рабыней, смотрели на меня с опаской. И потребовали всего пару медяков за вход, да и то как-то без энтузиазма. Но я спорить не стал, а просто отдал монеты, мы попали за стены, и... оказались очень впечатлены. И ладно бы только я, как житель продвинутого мира, в первый раз увидевший типичный средневековый город. Но и Лариана тоже хлопала глазами и время от времени зажимала нос.

Воняло зверски! Город стоял на холме, и от центра расходились немощёные улицы, с прорытыми посередине канавами. И канавами не пустыми. Из домов выходили хозяйки и сливали помои и содержимое горшков, которое своим ходом текло к окраинам и через дыры уходило за стены.

Переулки были завалены кучами каких-то гниющих отходов, так что я для себя сделал вывод, что если в этом городе нет чумы - это просто случайность.

Спросил у какого-то пьяного типа про лучший трактир, и через пять минут мы вошли в заведение. Да уж! Заведение! Я сразу вспомнил про то, что и на Земле когда-то кое-где считалось нормой опорожнить мочевой пузырь не вставая из-за стола.

Воняло здесь соответствующе. В тесном зале стояло четыре больших стола, за которыми теснились местные жители. Наливались пивом и жрали мясо с овощами даже не с тарелок, а с заменяющих посуду досок. А некоторые и просто с грязной столешницы.

Свет давали несколько магических фонарей под закопчёнными сводами, посетители довольно галдели, а у меня даже от одной мысли, какая же здесь антисанитария, сразу аппетит пропал.

Сидеть в зале? Да ни за какие коврижки! Я остановил упитанную девицу с уже опустошённым подносом и попросил:

- Красотка! Нам комнату!

- А ужин? - хихикнула та, обдав меня вонью гниющих зубов.

- Разберусь позже! Пока комнату!

Через несколько минут мы заселились в комнату на втором этаже, и шокированная приключениями последнего часа Лариана прошептала:

- Ген! Это же уже ад! И ад за деньги посетителей!

- Что-нибудь придумаю... - проворчал я.

Что ж... Пришлось думать. Я спустился вниз, зашёл на кухню и развил наглую деятельность. Снял с плиты большую сковороду с овощами, кинул на неё жарившееся на вертеле мясо, подхватил полковриги хлеба, и подтянул поближе маленький бочонок пива. И всё это под удивлёнными взглядами повара и помощников.

После чего достал серебряную монету, бросил на стол, да и удалился с добычей. Нет, я не строю иллюзий, что здесь что-то мыли перед готовкой. Но я взял всё после горячей обработки и до того, как готовая еда коснулась никогда не мытых подносов разносчиц и таких же деревянных тарелок. И о брезгливости мне стоит забыть! Буду надеяться, что хоть заразу никакую не подхвачу. Не подхватим.

Есть мне хотелось зверски, поэтому всё принесённое с кухни ушло на ура. Лариана тоже не стеснялась, и проблемой стало только пиво. Я бы с удовольствием напился просто водой, но здесь даже сложно представить, из какой бочки её зачерпнут. А пиво, хоть и оказалось слишком крепким, но была надежда, что не слишком антисанитарным. Его же варят вроде как. Иначе просто прокиснет ещё до подачи на столы.

Пришло время ложиться спать, хотя на улице ещё даже не совсем стемнело. Но мы слишком устали, и после плотного ужина буквально валились с ног и готовы были спать хоть на земле. Но не на здешнем полу. К щелястым, отродясь не мытым доскам без всякого преувеличения прилипали подошвы обуви, не располагая к таким фокусам. В комнате имелись две очень узкие кровати, которые вместе со столом составляли всё мебельное изобилие. Вот только солома, выступающая и за матрасы, и за подушки, и за постельное бельё, оказалась старая, влажная и пованивающая плесенью.

Так что я скинул солому на пол, безжалостно оторвал от своей рубахи кусок подола, протёр доски, и широким жестом предложил спутнице устраиваться. Сам приготовил себе соседнее ложе, и рухнул на него, нисколько не огорчаясь от лежания на голых досках.

Открыл глаза уже в глубокой темноте и прислушался. И что меня разбудило? Почувствовал жжение в боку, а затем ещё, и начал догадываться.

А тут ещё и Лариана вскочила со своей кровати и придушенно завизжала:

- Боже! Здесь клопы!

Кинулась к столу на котором мы, пока ужинали, видели примитивную масляную лампу и огниво. Да, на магический фонарь хозяин не расщедрился, но совсем без света постояльцев не оставил.

И осветительные приспособления были такие... не позволяющее себя украсть. Кусок кремня размером с пару кирпичей и толстенное полено с вбитым в него небольшим гвоздём. Полено можно было двигать по столу, и таким образом извлекать из устройства пучок искр.

А уж под искры подносить лампу в виде глиняного сосуда с маслом на дне, из которого торчал фитиль.

Лариана принялась энергично двигать поленом, а затем зашипела, кажется прищемив палец. И даже на несколько не очень цензурных слов расщедрилась. Попробовала ещё раз, и проворчала:

- Да что за напасть! Я же знаю как огнивом пользоваться. Но нормальным! А этот фитиль совсем не хочет загораться!

Я сидел на кровати, и при слабом свете, проникающем сквозь мутное оконное стекло, с интересом смотрел как спутница трудится, но помогать пока не спешил, потому что работу такого устройства представлял разве что теоретически.

Девчонка после очередной попытки раздражённо стукнула лампой по столу, наставила на фитиль палец и рыкнула:

- Ты загораться будешь? Будешь? Или об стену шмякнуть? А ну загорелся!

И тут на кончике фитиля возник маленький огонёк, который быстро разросся, потрескивая и выбрасывая струйки дыма. Комната наконец осветилась, а Лариана с визгом отскочила, плюхнулась задом на кровать и уставилась на свой палец.

- Ты зажгла огонь магией? - спросил я.

- Да! - прошептала девчонка. - Ого! Это же магия хаоса! И я смогла! Но почему?

- Поздравляю, - улыбнулся я. - Вероятно, сегодня было много потрясений, и Вселенная наградила тебя.

- Пожалуй, - успокоившись протянула красавица. - Но только не какая-то твоя Вселенная, а Всевеликий!

Я взял лампу, и поднося её к полу и к кроватям, выяснил неприглядную картину. Клопы! Может не те, с которыми мне когда-то доводилось иметь дело на Земле, но что-то очень похожее. Чёрт! И как спать? Плюнуть, а потом чесаться весь следующий день? Ну уж нет! Ещё и сам факт, что меня будут жрать какие-то паразиты, бесил.

Я отодвинул стол, после чего смог попасть к окошку. Распахнул его и... Насладиться свежим воздухом не успел, потому что обалдело уставился на ночное небо. Так получилось, что я впервые смотрел на звёзды этого мира, ведь прошлую ночь мы проспали с раннего вечера до утра.

Почти напротив окна, на севере, как машинально определил направление я, сияла здоровенная спираль галактики. Не на пол неба, но градусов так на тридцать точно. Было великолепно видно рукава, перемычку, называемую балджем, и особо яркое центральное скопление. И светило всё это великолепие посильнее луны. Точнее, обеих лун, замеченных в стороне. Одна покрупнее знакомой мне земной Луны. А другая помельче.

Ну и хорошо заметную полосу, на Земле называемую Млечный путь, рассмотрел, это не считая сонма ярких, мохнатых звёзд.

Вот так фокус! Родная галактика этой планеты, похоже, находится совсем рядом с другой. И может даже они столкнутся через миллиарды лет. В какой-то момент в голове мелькнуло сожаление, что я хоть и интересовался астрономией, но никогда на неё по-настоящему не залипал. А может и к лучшему. Увлечённый астроном, пожалуй, и не захотел бы возвращаться в свой мир от такого великолепия.

Я оторвался от созерцания, и окинул взглядом тесную грязную комнатку, в которой мы были гостями на эту ночь. Ага! Гостями и главным блюдом для настоящих хозяев. Клопов.

Посмотрел в усталые и печальные глаза спутницы, и только развёл руками, проворчав:

- Извини. С этим врагом я не знаю, что делать.

Мы посидели часа два, неспешно беседуя. Лариана несколько раз попробовала зажигать фитиль, а затем сообщила, что всё. Похоже её запас магических сил иссяк. А через какое-то время вдруг притихла и мягко повалилась на кровать. Похоже, усталость победила угрозу оказаться утром искусанной.

Я посидел, а затем тоже решил лечь. Может при свете лампы эти твари станут осторожнее. Нет! Не стали. Укусили уже через несколько минут! Я вскочил и тут обратил внимание, как безмятежно спит моя ангел.

Не поленился осмотреть и её, и кровать, и пол рядом. И сделал потрясающий вывод! Рядом с красавицей клопов не было. А вот примерно там, где начиналась моя кровать, они уже встречались.

И ничего кроме того, что она сама как-то научилась отпугивать зловредных насекомых, мне в голову не пришло. Я подтащил свою кровать к её, оставив буквально десять сантиметров промежутка, и спокойно завалился спать! Наконец-то!

Проснулся уже поздним утром, отметив, что мне очень тепло. Скосил глаза и усмехнулся. На моей шее лежало тонкое запястье, да и вся девчонка вжалась мне в спину, грея и греясь сама. И слишком узкий промежуток между кроватями её не остановил.

Лежать так было очень хорошо, и я решил если не продолжить спать, то хоть просто пока не вставать. И Лариану не будить, а то, просто чувствую, что стоит мне пошевелиться, и она сразу проснётся.

Я прикрыл глаза, и кажется снова уснул, по крайней мере увидел яркий, насыщенный сон. Густой лес из обычных деревьев, но усыпанных огромными цветами. На толстой ветке сидела мелкая обезьяна или мартышка. Я их не особо различаю. Вот к ней протянулась женская рука, как можно видеть собственную руку, что называется «от первого лица», и сняла зверушку с ветки. Поставила на землю и властным жестом отдала какую-то команду.

Мартышка вытянулась в струнку, а затем поклонилась. Рука погладила её по голове. А затем отвесила лёгкий подзатыльник. Мартышка упала на колени и кажется стала что-то покаянно говорить.

Рука снова погладила животное по голове, и я понял, что не сплю, потому что одновременно с этим рука Ларианы погладила меня по волосам.

-А-а-а! - раздался короткий вопль, и моя спутница, оттолкнувшись от меня, вжалась в стену. - Ген! Почему ты здесь?

Я обернулся и вдруг понял, что я видел не сон. Точнее сон, но не мой. И смысл его начал постепенно доходить. Для Ларианы джунгли, где живут обезьяны - это лес с цветами. Так наверняка написано в книгах. А обезьян она может и видела. Но мелких, содержащихся у знатных дам.

И в виде этой чёртовой мартышки она представляла меня. И ведь какая наглость! В своём сне она меня ещё и дрессировала! Какого чёрта!

Я всмотрелся в возмущённые глаза и подумал, что сам виноват. Не стоило говорить дурочке, что люди произошли от обезьян. Потому что в мартышки записали только меня. Очень уж это её поразило.

Но самое главное-то другое! Я как-то увидел её сон! Почувствовал мысли. А мне ведь ничего такого не обещали мои наниматели. И что получается? Я становлюсь магом? И может так статься, что освою какие-то заклинания, как Лариана освоила зажигание огонька и изгнание насекомых. Но как-то очень уж кучно пошло.

Хотя этому может способствовало, что мы воевали вчера. Воевали и убивали. Оба. И получили массу впечатлений. Такое может здорово встряхнуть мозги.

И вообще, как моё сознание приживается во временном теле - это похоже и сам Лорд Жо не знает. А Лариана в последние дни пила немало моей крови. Ну пусть слизывала, когда лечила меня. Но главное, что что-то в неё попадало.

Я понял, что молчание затягивается, и произнёс:

- Видишь ли, красавица. Ты освоила ещё какую-то магию и стала отгонять насекомых. А я не захотел быть искусанным клопами и подтащил свою кровать к твоей. А обняла меня ты сама, но я даже готов извиниться.

Девушка просияла, а я продолжил:

- Но только после того, как ты извинишься за свой сон, в котором видела меня обезьянкой, которую дрессировала.

Лариана кажется сон помнила отлично, потому что начала безудержно краснеть, а я безжалостно добил:

- И я требую, что если ты меня всё-таки предпочитаешь представлять обезьяной, то представляй уж крупной! А они бывают очень здоровенные! А если я ещё раз увижу дрессировку, то получишь! И не во сне, а в реальности!

Чтобы не устраивать разборок с до крайности смущённой девчонкой, я скомандовал выдвижение из грязного трактира. Но вывод для себя сделал. Лариана влюбилась в меня. И это вполне ожидаемо. Я только и делаю последние двое суток, что спасаю её прекрасную задницу. Но... Её любовь очень странная. Она не хочет видеть меня даже равным, не говоря уж о старшим в нашей паре. А ведь это было бы логично. Она же знает, что я вдвое старше неё, да и сильнее, и приспособленнее к жизни.

Но вот... И никакой другой причины, кроме того, что она будущий ангел, который может изменить этот мир, я не видел. У неё характер - любому только мечтать можно, пусть он ещё и не раскрылся окончательно. Этот мир другому человеку не исправить.

А я... Я не хочу закрутить роман, а через год-два вернуться на Землю. Лариана не такая девушка, которую можно забыть. Ангел! А ангел - это не сопли-слёзы, а в первую очередь некая нереальная сила.

Глава 8

Первым делом мы дошли до лавок в центре городка, и купили для Ларианы длинный плащ с капюшоном, который скрыл её неподобающую для приличной девушки одежду. Я бы с удовольствием полностью переоделся сам и переодел спутницу, но... Здесь были парочка мастерских портных, но те готовы были сшить что-то на заказ не раньше чем через неделю-другую. Были лавки старьевщиков, но там оказался такой ассортимент... Не «от кутюр». И не «прет-а-порте». Это мягко говоря.

Ещё мы разыскали лавку оружейника, и там я купил себе пяток ножей, чтобы было что метать, а для Ларианы ещё два кинжала. Если она умеет работать с этим оружием, то пусть у неё под руками будет достаточный запас.

Уже поздним утром мы стояли около лавки пекаря, завтракая прямо на улице свежим хлебом, и ожидали когда испечётся следующая партия, чтобы купить с собой. Покупать здесь что-то другое я не рискнул, насмотревшись на повсеместную антисанитарию. Да и воняло всё также зверски, но мы уже принюхались. Вот так и привыкает человек жить как свинья!

И пока стояли, подслушали разговор нескольких кумушек, из которого я понял несколько интересных вещей. Тот город, перед которым мы нашли приключения, пострадал от гнилой чумы. Что это такое и чем опасно, я так окончательно не понял, да и сами рассказчицы скорее всего не знали. Но главное услышал. Это магическая болезнь, и причина её - некромант. Очень сильный некромант. И наслать её можно только на погрязший во грехах город. Распространяться она может на ближайшие города или деревни, но имеет ограничение на максимальное количество заражённых. Допустим, сто тысяч человек. Очень немало, но и не бесконечное распространение.

Если не позволять жителям покидать город, то там эпидемия и зачахнет, оставив треть населения. Или что-то около того. Если они не перемрут от голода, или не перебьют друг друга.

Что такое «погрязший во грехах», я не понимал, и списал это на церковные штучки. Жрецам же надо стимулировать паству. А чума - идеальная пугалка.

Ещё через час мы шагали среди лесов, лугов и редких полей, и девушка делилась со мной своими скудными сведениями о магии:

- Зажечь огонёк - это одно из простейших умений из магии хаоса. Как в каждой деревне есть пара старух, умеющих залечить порезы, так найдётся и парочка тех, кто сможет поджечь сухой мох или фитиль свечи или лампы. И один умеющий разогнать насекомых. Потому что это простейшее умение магии разума.

Торжествующе посмотрела на меня и добавила:

- Но чтобы это были одни и те же люди, встречается очень редко. И получается, что я уникум! Я владею всеми основными видами магии!

- А это именно так проявляется? Именно лечение порезов, зажигание огня и изгнание насекомых? - решил уточнить я.

- Нет. Точнее, частично да. Из магии крови обычно знают именно лечение. А вот из хаоса может и искра быть, и лёгкое охлаждение. А из разума чаще всего эмоциональная связь, как у тебя. То есть ты маг разума, Ген! Тоже неплохо, и я даже рада, что ты не сильно отстаёшь от меня.

- Что ты знаешь про эту эмоциональную связь? - решил уточнить я, усомнившись именно в том, что я именно маг разума. Эмоции я ощущаю только Ларианы. Так что больше всё-таки склоняюсь к некой магической связи между ангелом и хранителем.

- Это кажется очень сильным умением, - задумчиво протянула девчонка. - Но это не так. В простом общении с посторонними не поможет. Ты чувствуешь мысли не всех людей, а только тех, с кем связан... А вот как связан... не знаю. Главное, что связан. Хотя... и сильные мысли посторонних тоже должны чувствоваться.

В общем, я ни черта не понял. Ну ладно, всему своё время.

По дороге девчонка постоянно тренировалась что-нибудь поджечь и распугивала мух, бабочек и прочую мелочь. Но один раз чуть не напоролась. Заметила здоровенную осу и решила пугнуть. Та мало того, что ужалила начинающую колдунью, так ещё и товарки налетели.

Но мы сумели убежать, и я сделал вывод, что некоторые насекомые слишком интеллектуальные для уровня моего ангела, так что предлагать пугать кого-то посущественнее даже не стал.

Вскоре после полудня мы оказались около крупной и не слишком бедствующей деревни, зашли за частокол и постучались в относительно богатый дом. Я сказал вышедшей хозяйке, что провожаю сестру по святым местам, и хотел бы пообедать у них. Крестьянка сначала скорчила кислую мину, но я достал несколько медяков, позвенел ими и пояснил, что еды нам надо много, в том числе и с собой, и за всё заплатим.

Тут уже женщина невероятно воодушевилась, и разве что не порхала, собирая на стол, и поставив вариться аж двух куриц. И предложила нам даже послеобеденный отдых.

От сна я отказался, но кое-что вспомнил, и спросил, почему в крестьянских домах нет клопов, в отличие от трактирных комнат.

Хозяйка для начала вербально прошлась по горожанам вообще, а затем пошевелила ногой солому, устилавшую земляной пол, и поманила меня пальцем. Я подошёл и рассмотрел парочку многоножек, выглядящих подобно адским кошмарам, и решил, что зря коснулся этой темы.

Но так-то я членистоногих не боюсь, поэтому просто махнул рукой. А вот Лариана побледнела, сообразив кто именно берёг наш сон во время первой ночёвки в далёкой уже деревне.

Крестьянка же пояснила, что эти твари для людей не опасны, и очень не любят магию или окуривания специальными травами, которыми борются с паразитами в городе или в богатых домах. Короче говоря, уходят первыми, а возвращаются последними.

И раз уж зашёл разговор о травах, то хозяйка понизила голос и предложила купить особый сбор корешков и ещё фиг знает чего. Редкий, дорогой и запрещённый церковью. И предназначен он для избавления от детей как от последствий любви. И пояснила, что моя красотка будет дольше оставаться красоткой с тонкой талией.

Кажется, ушлая тётка рассмотрела мужскую одежду моей спутницы, побитое лицо, а может и след от кандалов на шее. И в легенду о богомольной сестре ни капельки не поверила.

Я заметил как густо покраснела моя ангел, и от таких ядрёных травок отказался. Не вижу необходимости, а если вдруг потребуется, то лучше куплю средство понадёжнее. В мире магии что-то точно должно быть.

После обеда мы узнали про крупный город в трёх часах хода, и ещё задолго до вечера явились к его воротам, где пришлось расстаться с парочкой медяков. И этот город порадовал меня куда больше покинутого сегодня утром. Вонял не так сильно, был куда крупнее и богаче. Мы прошлись по мощёным улицам, рассматривая трёх-четырёхэтажные дома, и даже разыскали хороший трактир, который кардинально отличался от того, где мы провели прошлую ночь.

Большой и высокий зал, стойка вроде барной, лестница на балкон, опоясывающий помещение внутри на уровне второго этажа, с которого можно было попасть в лучшие комнаты над залом или попроще в коридоре.

И здесь даже были глиняные тарелки, и их даже мыли. Это действительно было крутое, и как мне сказал вышибала, дворянское заведение. То есть у них даже благородные останавливаться не брезговали.

На цены мне было плевать, так что я снял лучшую комнату. И именно одну, решив, что оставлять Лариану без присмотра не буду даже ночью. А ещё я буду пользоваться её умением отпугивать насекомых. Нет, служанка уверяла, что клопов у них вовремя выкуривают. Ну разве что парочка за ночь укусит. Но мне и парочку паразитов кормить не хотелось.

А так как время было ещё не позднее, мы отправились за покупками. И в этот раз куда удачнее. Лавок и мастерских здесь было навалом, поэтому удалось подобрать и на меня, и на Лариану полные комплекты одежды, даже с примитивным бельём. И главное, одежды совсем новой. Мне наряжаться в ношенные вещи никогда не нравилось, и вдобавок я имел какое-то нерациональное желание полностью избавиться от всех вещей, взятых в логове палача.

Кроме прочего, я озадачил портного пришить мне на куртку, да и на штаны карманов. Здесь такое вообще было не принято, поэтому пришлось самому пошевелить мозгами, чтобы карманы в глаза не бросались. В наружных я буду хранить метательные ножи и дорожные мелочи, а во внутренних наш запас драгоценностей. А в общепринятом кошельке на поясе разве что медяки. Больно он ненадёжен в смысле защиты от воров. А я не уверен, сработает ли моё умение на злой умысел, направленный не на меня со спутницей, а на кошельки.

К сожалению, кроме добавления карманов, почти все вещи требовали подгонки, поэтому мы решили пожить здесь пару дней.

Затем посетили мастерскую оружейника, и я продал ему всё наше оружие. И качество его меня не устраивало, да и просто хотел избавиться от всего, что связывало меня с моим временным телом. Но на замену купил себе очень неплохие меч и пару кинжалов, и три кинжала для девчонки, раз она умеет ими владеть. Ну и восемь метательных ножей. Думаю, для начала хватит.

Узнал про обучение владению оружием, но тут меня ждал облом. Единственный на весь город мастер оружейного боя служил магистрату, занимаясь со стражей. Нет, он может не откажется от подработки, но это дело долгое. Сначала оценит мои умения, затем предстоит пара месяцев общефизических занятий, и только потом даст в руки учебное оружие.

А просто пару уроков взять? Нет! Их мастер настоящий профессионал, и на мелочи не разменивается.

Ну и ладно. Найду потом более покладистого.

Пока же мы прошлись по лавкам с разными женскими мазями и другой косметикой. И я заметил, как Лариана смущённо крутит в руках какую-то баночку. Оказывается это было алхимическое средство, которое очень быстро избавляет от синяков. А моя красавица ведь так и ходит избитая, и со следами от кандалов.

А смущалась она потому что стоила эта фигня аж дюжину серебряных монет. Но я не видел смысла копить деньги, которых у нас было ну очень много, поэтому чуть поторговавшись купил мазь засиявшей девчонке.

Предложил несколько ювелирных украшений, но тут моя ангел наотрез отказалась. И я даже не очень понял почему. Ну ладно, потом сам подберу подарок.

Первая ночь в приличном месте порадовала. Хороший ужин в зале, где хватало посетителей, но буйства не случилось, затем возможность помыться в специальной комнате, и... А вот с совсем уж спокойным сном вышла незадача. Я так и не понял, почему лучшие комнаты находились прямо на балконе над залом. Народ стучал кружками и орал песни до полуночи.

Ну и ладно. Мы оба достаточно устали, чтобы спать хоть рядом с вулканом. Да и насекомые не доставали, хотя я кровать поближе к Лариане не подтаскивал.

Да и вообще, с этим её умением что-то непонятное. Другая магия девушке давалась очень трудно. Немного поколдовала, и нужен длительный отдых, а вот клопов она распугивала всю предыдущую ночь. Но фактов для нормальных выводов не хватало, так что пришлось отложить обдумывание на будущее.

Утром я проснулся вперёд ангела и прикрыв глаза, снова смотрел её сон, уже прекрасно зная, что я вижу. И в этот раз в усыпанном гигантскими цветами лесу с дерева спустилась огромная мартышка. Да уж... Лариана вполне поверила мне, что я потомок именно больших обезьян. Но надо же и учитывать, что простое масштабирование здесь не годится. Крупные животные и сложение имеют другое.

Мартышка подала наблюдательнице букет цветов, и изящная женская рука взяла его. Вид от первого лица, причём от лица девушки, для меня был очень необычен... Ну а что я хотел? Подсматривать чужие сны - это... это что-то непонятное, и уж более чем непривычное.

Впрочем, продолжения не случилось. Лариана уже в реальности как-то мечтательно вздохнула и проснулась. Тут же кинула на меня взгляд, поймала ответный мой, и начала краснеть. Кажется догадалась, что я видел её сон.

И пока мы собирались, я обратил внимание, что все синяки у моей красавицы прошли. И я был реально рад видеть её такой. Нормальной. А уж сама девушка чуть не порхала от счастья.

А после завтрака, на котором я поразил трактирную служанку, заказав полноценный обильный обед, Лариана меня удивила, скромно произнеся:

- Ген! Мне надо сходить в храм. На утреннюю службу.

- Чего? - даже не сразу врубился я.

- Я должна поблагодарить Всевеликого за то, что он спас меня! Да спас! И не обижайся! Я знаю, что спас меня ты. И пусть тебя послали сюда непонятные боги Вселенной, но мне тебя послал именно Всевеликий! Понимаешь? Ты герой! Но то, что именно меня выбрали для спасения, в этом воля Всевеликого!

Я только плечами пожал. А что я хотел? Ангел пытается нащупать свой путь, как она будет спасать свой мир. И не мне мешать ей. Моя задача уберечь её. Подсказать, что смогу. Но уж точно не противостоять ей.

Я кивнул и проворчал:

- Ладно! Но я схожу с тобой.

- Я буду безумно рада! - аж зацвела Лариана. - И я уверена, что ты, особенно с твоей эмпатией, ну в смысле, чтением мыслей, поймёшь, что Всевеликий... э-э-э...

Девушка замялась, и я помог:

- Всевеликий всевелик. Ладно, пошли уж.

Мы дошли до очень величественного храма, и принялись ждать пока большую толпу горожан запустят внутрь. Кажется зал готовили к какой-то праздничной службе, поэтому народ ждал снаружи.

Я оценил довольно богатые одежды молельцев, их в большинстве своём преклонный возраст, и решил, что здесь мероприятие для городской... ну не верхушки, но для важных горожан. А значит... как бы не получилось, что нас туда просто не пустят. Толпа изрядная, а храм не бесконечен.

Пока ждали, Лариана слушала благостные беседы какой-то стайки старух, кажется предварительно напитываясь благодатью, а я просто скучал.

Наконец двери распахнули, и народ потёк внутрь. И я сразу отметил, что первыми зашли те, кто одет побогаче, а значит и поважнее. Логично, чёрт побери! Бог любит богатеньких.

Вопреки моим надеждам, места нам хватило. У самого входа, за колоннами, но Лариану это не смущало, а меня так более чем устраивало.

Храм внутри реально впечатлял! Расписанные яркими фресками стены, высоченные своды, выложенные мозаиками из каких-то кристаллов, которые отражали утренние лучи солнца, бросая их мириадами искр вниз. И как главная реликвия - пятиметровая статуя из белого мрамора, изображающая мужчину со всепонимающим лицом. И одетого в талантливо переданное скульптором рваньё. Ну это точно сам Всевеликий. Тем более, что все молельцы первые свои круги, которыми себя осеняли, посвящали ему.

Я на самом деле поразился только мастерству живописцев и скульпторов, украшавших храм. Пока мне ничего подобного в это мире видеть не приходилось. Но я и живу здесь только третий день. Хотя надо признать, что после грязи и серости быта, храм мог впечатлить любого.

Я себя ничем осенять не собирался, но пристроился за спиной спутницы, и надеюсь, моего скепсиса было не заметно.

А затем на возвышение вышел жрец. Приан, как их здесь называют. И его облачение со скромностью одежд Всевеликого, талантливо переданных скульптором, не имело ни капли общего. Жирный мужик, с кирпично красной мордой, в мантии из дорогущей даже по виду ткани, и с кучей золотых украшений.

Ну здорово! А что ещё я мог ожидать от доминирующей над всем религии?

Тем временем началась проповедь, и я её слушал. Сначала просто потому, что делать здесь больше было нечего, а затем уже с интересом.

И сегодня проповедь была посвящена событию, совсем недавно потрясшему город. Если отбросить словесную шелуху, то картина получалась такой. Жил здесь богатый купец с женой. Успешно торговал, но на храм Всевеликого жертвовать не спешил. Обходился обязательными сборами.

И бог его наказал, хотя я так и не понял за что, ведь обязательные пожертвования купец вносил, а значит и причин для недовольства нет. Но вероятно, жрецам просто хотелось больше. Впрочем, с чего это я решил искать логику в проповеди?

По словам приана, в результате божественного недовольства купец разорился, и доживал свой век в наёмной комнате на чердаке, еле сводя концы с концами. Затем помер, и когда его вдова пришла в этот храм, то с неё потребовали аж две серебряных монеты за похоронный обряд. И так много, потому что купец относился к высшей категории горожан.

У вдовы столько не было, но один очень благородный и благочестивый горожанин, ростовщик и ломбардщик, предложил ей эти серебрушки в долг, потребовав в залог её зимнюю одежду. Но вдова ответила, что если она отдаст одежду, то зимой замёрзнет насмерть, а денег на выкуп заклада ей взять будет негде.

И старуха поступила очень просто. Немного доплатила могильщикам, и те закопали тело купца на освящённом кладбище без обряда.

А ночью тот превратился в зомби, откопался, и на рассвете напал на отпиравшего ворота стражника, успешно расправившись с ним.

На этом месте паства негодовала, но и подтверждала всё рассказанное. А я, уже наслушавшись про нежить, недоумевал. Про святую землю кладбищ можно сразу забыть - нежити это ни капельки не мешало, как я уже имел возможность видеть ещё около разорённых деревень в первые часы в этом мире. Но главное другое. Зомби - они слабые. И вооруженного мужика, да с товарищами за спиной, один мертвяк загрызть никак не мог.

Но дальнейшая проповедь дала ответ на мой незаданный вопрос. Оказывается, тогда на кладбище восстало несколько мертвецов. И остальные были похоронены со всеми обрядами. Но вот... купец плохо повлиял на них.

Закончилась эпопея печально. Вдову повесили. И не потребовалась ей сэкономленная зимняя одежда. Да и вообще! Главный вывод был предельно прост и прямо озвучен - несите деньги в храм!

Я, честно говоря, был в офигении. И это проповедь жрецов всепонимающего бога? Они сами отказались проводить обряд, хотя в книгах, как прошептала мне Лариана, написано, что жрецы Всевеликого обязаны служить вообще без оплаты презренными деньгами.

И да, моя ангел оказалась поражена этой насквозь фальшивой проповедью до глубины души. А ликование остальных богомольцев только усилило её разочарование. Я даже подумал, что сейчас жрец своей жадной проповедью сделал для отвращения ангела от религии куда больше, чем я своими разумными доводами.

Глава 9

Хотя торжествовал я недолго. Лариана была так расстроена и не переставая плакала, что мне её стало безумно жалко. Кажется у девчонки рухнул её мир! А ведь она так убеждённо и отчаянно уверяла меня, что Всевеликий правит этим миром. А тут такое. Да он должен был наслать все стихийные бедствия на этот золочёный храм, за то что от его имени здесь говорят такое. И не только говорят, но и благосклонно слушают.

Мы вернулись в трактир, а когда девчонка наревевшись уснула, я вдруг отчётливо уловил её сон. Заинтересовался, конечно, и даже прикрыл глаза, чтобы лучше видеть картинку.

Опять джунгли, и беспомощно протянутая изящная рука... Вот только из-за деревьев в этот раз вышла не мартышка, и не обезьяна. А я собственной персоной. Причём я был сам на себя не похож, но ангел точно знала что это я. В картинно потрёпанной одежде и с двойным кругом из цветов в руках.

И я вручил священный символ девушке, а ещё и сказал... Нет, мысль передал, что именно ей Всевеликий поручает миссию очистить религию, и восстановить его доброе имя, ибо бог живёт не на небесах, и не в каменных стенах храмов, а в слугах своих. И есть ещё жрецы, за которых ему не стыдно.

Я открыл глаза, и задумался. С одной стороны, явный прогресс! Я уже человек. А затем до меня начало доходить, да так, что я от души выматерился. И что это значит? Я, по её мнению, посланник бога, и я отправляю ей служить Всевеликому? Да какого хрена! Да лучше бы она меня как и раньше обезьяной представляла!

А Ларина уже открыла глаза, резко села на кровати и заявила:

- Генис! Мы идём в Коль! Я слышала сегодня у этого грешного храма, что в том городе есть святой старец. И я надеюсь, что он научит меня истинной службе Всевеликому!

- Что я тебе говорил про командование мной? - проворчал я.

- Если ты не пойдёшь со мной, я пойду одна! - упёрлась нахалка.

- Ну-ну, - хмыкнул я. - И далеко уйдёшь?

Всмотрелся в возмущённые глаза и добавил:

- Нет, я понимаю, что твои тупые ангельские мозги позвали тебя куда-то. Но неужели ты не можешь просто попросить меня? Что твой Всевеликий говорит про смирение?

Лариана похлопала глазами, и тут до неё стало доходить. Она густо покраснела, а затем в одно движение стекла с кровати и упала передо мной на колени, прошептав:

- Я была неправа! Меня искушали демоны гордыни! Ты мой защитник! Поэтому я смиренно прошу тебя сопроводить меня в Коль.

И я подумал, рассматривая затылок девчонки у своих ног, что лучше бы она дерзила. Ну не привык я, чтобы передо мной на колени падали.

Пока же поднял красавицу с колен и проворчал:

- Да ладно! Я же понимаю. Тебе туда захотелось, а я должен охранять тебя и помогать в меру сил. Да и чем Коль хуже любого другого города? Да и вообще, как говорят в моём мире: «Нас никому не сбить с пути. Нам пофигу куда идти.»

Мир был восстановлен, так что мы немного прогулялись, позанимались языками, прямо в комнате потренировались с оружием, подискутировали на тему правильного устройства средневекового общества, а вскоре после ужина отправились спать.

А затем я резко проснулся, слушая в голове чётко звучащие слова красивым мужским голосом. Причём очень молодым, и не просто говорящим, а поющим:

- Четырнадцать тысяч серебряных монет!

И так раз за разом. Я потряс головой, прогоняя наваждение, и действительно услышал в зале трактира пение этим самым голосом. Но пели совсем другие строки. То есть, эту строку я услышал именно во сне, а не из зала. Да и голос у меня в голове звучал куда громче.

Я встал, приоткрыл дверь и рассмотрел почти тёмный зал трактира. Судя по всему, уже очень поздно, и даже самые стойкие постояльцы расползлись по комнатам. А местные расходятся ещё задолго до полуночи, потому что по ночам бродить по тёмным улицам рискуют только большие компании.

Сейчас в зале сидела только одна компания из пяти человек в плащах, с нарисованным геральдическим орлом - гербом местного короля. К стене были прислонены копья, а рядом с людьми лежали на скамейках боевые топоры.

Оружие сразу навело меня на мысль, что это королевские солдаты, причём из простых. Таких мы уже видели.

А прямо на соседнем столе сидел совсем молодой парень, почти мальчишка, в залатанной куртке и засаленном берете со сломанным пером. И с лютней в руках. Он как раз и пел какую-то красивую песню, а может и балладу. Хотя так-то я не особо разбираюсь.

Над бардом светил единственный оставшийся на весь зал магический фонарь, а около двери на кухню стояли две трактирные служанки, повар и посудомойка. И все разинув рты слушали барда. Хотя, похоже, до моего явления они были единственными слушателями, потому что солдаты сидели совсем без движения, да ещё в натянутых аж на носы капюшонах. И их, судя по всему, не интересовало вообще ничего. Ни бард, ни его баллада, ни наполненные пивом кружки перед ними. Я было насторожился, но тут меня под руку взяли тонкие пальцы, затем Лариана встала рядом со мной и даже положила голову мне на плечо, прошептав:

- Какая красивая баллада! Никогда её не слышала. А ведь во дворце гостили лучшие барды. Неужели этот мальчик сам её сочинил? И какой невероятный у него голос! И как он берёт разные октавы, исполняя то женскую, то мужскую партии!

От такой рекламы я тоже наконец вслушался в смысл песни. Очарования, поглотившего мою спутницу и трактирных служек, не почувствовал, но мастерство исполнителя оценил. Тот как раз пел про то, как некая девушка клялась в любви парню.

- Это очень известная легенда, - зашептала мне Лариана, спеша рассказать пропущенную часть. - Благородный рыцарь влюбился в фею. А она в него. У них всё было хорошо, но после ночей любви фея спросила, когда рыцарь сделает ей предложение. Но рыцарь ответил, что она не человек, не дитя Всевеликого, и он не может жениться на ней. И от несчастной феи отвернулись все. И родичи, и другие волшебные существа из её леса, и даже бог.

- Козёл! - отрезал я, выходя из под очарования и легенды, и баллады.

- Что? - похлопала глазами девушка.

- Рыцарь просто козёл! - повторил я и пояснил. - Если знал, что испортит жизнь девушке, зачем тра... занимался любовью?

- Да... - задумчиво протянула красотка. - Ты справедлив. А у нас о таком и не задумываются. Ведь у фей нет души.

Мы послушали ещё минуту, а затем Лариана проворчала:

- Но как безжалостно ты испортил всю романтику, Ген! А ведь сейчас бард будет петь про плачь несчастной феи, и про то, что каждая её слезинка превращалась в серебряную монету. И в итоге рыцарь стал богаче на четырнадцать тысяч серебряных монет.

Я аж рот разинул, даже забыв добавить про то, что рыцарь вдвойне козёл. Ещё и обогатился на несчастье вроде как возлюбленной. Вот такая средневековая романтика.

Но главное другое! Я видел во сне... Чёрт! Слышал во сне про четырнадцать тысяч серебряных монет. И бард ещё точно не пел эти строки! И что это значит? Какая-то моя магия? Но мы уже точно поняли с Ларианой, что я могу чувствовать только её эмоции, потому что у нас какая-то особая связь. Связь между ангелом и её хранителем. И я не только эмоции, но и сны улавливаю. Магия, чёрт побери! Но какого фига я имею магическую связь ещё и с бардом?

Тем временем благостная атмосфера камерного концерта резко изменилась. Все пятеро солдат как-то вздрогнули, и один из них рявкнул:

- Служанка!

Бард тут же умолк, сообразив, что слушатели собираются уходить, соскочил со стола, сорвал с головы берет и взял его в положение «сбор денег», подскочил к воякам и завопил:

- Доблестные господа! Вознаградите барда, певшего для вас, парочкой серебряных монет!

Оценил не шелохнувшиеся фигуры и тут же снизил аппетиты до куда более разумных:

- Ну хоть несколько медяков не пожалейте! Я же эту чудесную балладу ради вас аж два раза исполнил!

А от кухонной двери уже бежала трактирная разносчица, ещё не отошедшая от очарования песни, и даже смахивающая на ходу слезинку.

- Служанка! - игнорируя барда снова рявкнул солдат. - Мы ищем наёмника из Шивели по имени...

В этот момент бард решил перебежать поближе к другому слушателю, но споткнулся, в падении схватился за плащ крайнего солдата и стянул с того капюшон.

И перед всеми предстала опухшая посиневшая морда, с раной на щеке и дырой на месте одного глаза. Рот солдата приоткрылся, явив зрителям кривые клыки вместо нормальных зубов. И вишенкой на торте, оттуда вылетела жирная муха.

- Умертвие! - завизжала служанка. С пробуксовкой развернулась и с пронзительными воплями ринулась к двери на кухню.

Там уже возник затор из остальных служек, решивших смываться одновременно, но упитанная девица с разгону выбила пробку. Дальше дверь захлопнулась и раздались звуки двигаемой мебели.

Но пока девица ещё бежала, бард завопил:

- Умертвие! - и ринулся вглубь зала.

- Умертвие! - охнула мне в ухо Лариана.

- А ещё это убитый нами позавчера мародёр, - тихо рыкнул я, хватаясь за меч. - Я именно ему попал ножом в глаз.

Все как бы солдаты вскочили, и скинули плащи, а я окинул их взглядом и пояснил:

- Это убитые и раненые нами позавчера мародёры. Только одного я не видел в том лесу. Но это их десятник, похоже. Именно он больше всех говорил в лагере, а потом наверняка остался с лошадьми.

Ещё я заметил на шеях у всех верёвки, на которых те были повешены. И свисающие на грудь концы были несомненно перегрызены. Скорее всего, по результатам вчерашнего боя, офицер решил наказать весь десяток. Что сделал с не пострадавшими рядовыми неясно, а вот командира приказал повесить. Ну и с ним тяжело раненых, чтобы не возиться. И убитых, кажется, тоже вздёрнули для комплекта.

И эти вояки, судя по всему, обернулись в нежить, да и пришли мстить мне и Лариане. Других причин явиться им в этот город и в этот трактир, я не видел.

Ранее я немного уже слышал про умертвий. Те же зомби, но свежие и не вонючие. И сохраняющие навыки тел и остатки разума. Но это ненадолго. Неделя-две, и из умертвия получится обычный зомбак.

Пока я просвещал спутницу и размышлял, все пятеро солдат посмотрели на нас, кажется именно теперь почувствовав, где наша парочка, затем двое ринулись к лестнице на балкон, третий рванул к нам напрямую, вскочил на стол и зацепился руками за нижнюю часть перил. Двое же почему-то кинулись к барду, который высунув от усердия язык и повизгивая пытался открыть ставню на окне в дальнем конце зала.

Мы мешкать конечно же не стали, как и прятаться в комнате. Дверь весьма хлипкая, а на тесном пространстве драться будет куда сложнее. Я кинулся к лестнице, а Лариана выхватила свой меч и одним ударом отсекла все пальцы того гада, который возомнил себя Тарзаном, и решил залезть на балкон со стола.

Я же первым ударом достал поднимающегося по лестнице десятника по запястью руки, сжимавшей топор. Попал удачно, перебив кость. Не до конца, но оружие тот держать уже не мог. Вторым ударом подрубил предплечье левой руки. Ткнул мечом в корпус, но это как раз зря. Уколами нежить поразить можно, но это долго. Так что я рубанул по шее, но тут уже моих сил не хватило, чтобы смахнуть башку, поэтому я присел и ударил по ноге.

Первый мертвяк рухнул и покатился вниз по лестнице. Второй пропустил его и подскочил под раздачу.

В принципе, я правильно решил ещё сегодня в храме, что простая нежить вооружённому мужчине не особо опасна. И хоть это были не совсем медлительные зомби, а более продвинутые умертвия, но скорости и ловкости нормального человека в них уже не было. Я быстро покончил с этой парочкой, оглянулся, и заметил, что Лариана разинув рот смотрит на охоту двоих вражин на барда. Те пытались зажать парня, но несчастный грамотно пользуясь столами, мешающими преследователям, с воплями носился по дальнему концу зала.

Прыгал, кувыркался, и даже один раз оттолкнулся ногами от стены для ускорения манёвра. По лестнице поднимался третий полузомбак, но этот был уже без пальцев и потому без оружия. С ним я покончил за минуту и бросился на помощь к барду.

Налетел сзади на одного и подрубил ему ногу, а затем и руки. Когда же покончил с последним, то барда в зле уже не было. Тот воспользовался моментом и выскочил во входную дверь. А на улице уже орали на много голосов и даже донёсся набат.

Кажется служки не сидели на кухне, а побежали звать стражу. Ну что ж... Стража тоже неплохо. В ожидании я принялся отчищать оружие от густой чёрной крови, и соскабливать редкие капли, попавшие на одежду.

Через несколько минут в трактир ворвались стражники с алебардами, а за ними и наиболее смелые, а скорее самые любопытные горожане цепочкой потекли с улицы.

Мне принимать почести не хотелось, поэтому я смылся в нашу комнату, а ещё через несколько минут мы вообще ушли, благо уже занимался рассвет. И я очень не хотел, чтобы кто-нибудь сопоставил меня и умертвий. Я же представился и при входе в город, и при заселении в трактир как Генис, наёмник из Шивели, а бывшие солдаты про такого и спрашивали. И хорошо хоть имени назвать не успели.

И маловероятно, что власти не заинтересуются, с чего это в их город пробралась нежить. По разговорам я уже понял, что бывшие солдаты просто прошли через ворота, скрываясь под плащами и капюшонами. А стража даже не пыталась что-то спрашивать, потому что на тех был герб короля.

Мы дошли до портняжной мастерской, я поднял хозяина, благо город уже просыпался, а именно пекари и уборщики начали работу, и забрал недошитую одежду. Точнее, она уже была подогнана по размеру, а вот карманы хоть и раскроили, но ещё не пришили. Но Лариана уверила меня, что попозже пришьёт их сама. Ну и отлично.

Мы переоделись, и я в полной мере оценил какая же красавица моя спутница. Сейчас, в женском брючном костюме из хорошей, но не слишком дорогой ткани, да нужного размера, ангел выглядела на все сто!

Правда перед выходом на улицу девушка спрятала всю красоту под плащом и капюшоном. Ещё и тонким платком обернула лицо, так что только глаза сверкали. Вдобавок плащ скрыл и меч на боку ангела. А кинжалы она сразу спрятала под полами длинной куртки.

Мне новая одежда тоже нравилась, хотя и была простой. Но уже подходящей не просто для наёмника, а и для небогатого дворянина. Со знаками же благородного я разберусь чуть попозже.

Мы дошли до речного порта и с первыми лучами солнца сели на гребной корабль, отправлявшийся в большой город Коль, славящийся своим особым храмовым комплексом, привлекающий паломников. И на корабле этих самых молельцев было аж два десятка. Естественно, состоятельных, потому что бедные топали пешком, сбиваясь в большие толпы.

И теперь у меня появилось время, чтобы обдумать сон, который разбудил меня, и в итоге не позволил умертвиям напасть на нас неожиданно. Нет, если бы мы спали во время нападения, то ничего страшного, уверен, не случилось бы. Я бы окончательно проснулся, пока они ломали бы дверь, да и отбился бы. Но... Получилось куда лучше, да и без жертв среди персонала обошлось.

Так что снова вернулся ко сну. Получается, бард успел спеть свою балладу один раз, и я мог во сне обратить внимание на слова «четырнадцать тысяч серебряных монет». Но с чего мне их было запоминать? Вдобавок я был просто уверен, что я почувствовал эмоции барда. А этот парнишка искренне любит деньги, как я догадываюсь. Достаточно вспомнить, с каким энтузиазмом он вымогал оплату, когда думал, что зрители собрались уходить.

Но главное то, что эмоции, связанные с деньгами, оказались у парнишки очень сильными, настолько, что я уловил их, как могу подсматривать сны Ларианы. Но девчонка - мой подзащитный ангел, и у нас какая-то магическая связь. И ни каких снов, мыслей или эмоций чужих людей я не чувствую. Так почему бард стал исключением?

И я ничего так и не надумал, хотя и пожалел, что парнишка сбежал. Я бы с удовольствием задал ему несколько вопросов. И тот ответил бы. И нет, я не стал бы ничего выбивать из него. Просто дал бы денег, да даже золотой за разгадку этой тайны не пожалел бы. И нищий, но беззаветно любящий деньги парень не устоял бы.

Глава 10

Плыли мы по течению, поэтому уже к вечеру вышли на пристани Коля. И этот город порадовал меня ещё больше того, откуда мы прибыли. Он раскинулся на двух больших островах на широкой реке, места оказалось с избытком, и благодаря этому скученности в нём было меньше обычного, а значит и вони. Вдобавок, из-за такого расположения Коль был знаменит на всё окрестные земли шестью огромными каменными мостами, соединяющими острова с берегами реки и между собой.

Мы заселились в хороший трактир, а с утра отправились на Храмовые Скалы, как назывался меньший из островов. Лариана чуть не прыгала от нетерпения познакомиться со святым старцем и начать постигать нереальные истины, выданные людям Всевеликим. Ангел кажется окончательно уверовала, что ей поручена миссия спасти этот грешный мир через усиление влияния религии, а может и через её реформу.

- Ты только не вздумай это ляпнуть никому, - проворчал я, выслушав эмоциональный трёп спутницы. - Я не для того вытаскивал тебя из подвала палача в Ланьтане, чтобы ты оказалась в таким же положении здесь! А если расскажешь, что ты ангел, даже святому старцу, то придётся объяснять и кто я. Да и вопросов к тебе возникнет слишком много, и боюсь, тебе будут задавать кучу таких, ответы на которые ни ты, ни я не знаем.

Кажется до девчонки стало доходить, и она покивала. Но я на всякий случай всё-таки взял с неё клятву, что она будет говорить, что просто горит желанием понять как можно больше о Всевеликом. И даже после этого я проворчал, что ни на минуту не оставлю красавицу одну.

- Но тебе же придётся молиться и осенять себя святыми кругами, - высказала ценную мысль девушка. - А ты это не приемлешь.

Я мрачно покивал. Это действительно проблема. Да я бы лучше ещё с нежитью повоевал, чем соваться в этот рассадник святости. А ещё лжи, в чём я абсолютно уверен.

Но выход нашёлся. Мы купили бинтов, и я упаковал в них руки, подвесив на шею. Легенда была простой - битва с нежитью, и переломанные кости. А для объяснения нежелания молиться, придётся Лариане называть меня тупым братом. Сильным, одержимым мыслью оберегать сестру, но очень-очень тупым!

- А тебе не будет обидно, что я так про тебя скажу? - забеспокоилась добрая ангел.

- Не будет, - усмехнулся я. - Даже самый тупой человек умнее обезьяны, который ты меня представляешь в своих снах.

На этом и порешили. Нам действительно удалось разыскать старца, хотя тот оказался не таким уж и старым. Лет немного за сорок, но с длинными седыми волосами и с окладистой бородой. И этот тип реально имел такое одухотворённое лицо, что казалось будто сиял, вызывая благоговейный трепет у паствы.

Но мне всё равно не нравилось буквально всё! То, что среди жрецов есть такие люди, идёт только во вред. Большая часть прианов собирает деньги, а такие типы им нужны как воздух, чтобы привлекать тех, кто не хочет просто откупаться от ада.

Порадовало меня только то, что этот как бы старец не вонял, и не требовал чтобы ему целовали руки, по причине его крайнего смирения.

Носил он, кстати, мантию из простой ткани, и даже святой символ висел на шее на обычной верёвке и был старательно вырезан из дерева. Возможно, этот хрен и вправду верит во всю церковную галиматью.

Старец, которого звали Вальям, и величали Постигающим, благосклонно выслушал Лариану и предложил ей посещать занятия с группой монахов и монахинь, а также читать любые книги в библиотеке. А если отроковица покажет успехи, то и индивидуальные занятия будут.

Лариана была на седьмом небе от счастья. Мы дождались обеда, после которого начинались занятия, и вошли в большую светлую аудиторию, пристроенную к вспомогательному храму Смирения. И сам храм, и пристройки снова удивили меня. Здесь не было вездесущего золота и других дорогих украшений. Но были книги, которые я в этом мире увидел в первый раз. Вдобавок чистота и буквально витающая в воздухе показная благостность.

Лариана скромно уселась на последний ряд скамеек, я пристроился рядом и скрыв вздох настроился на долгое ожидание. Нет, сами занятия были бы даже интересными, если бы меня интересовала эта религия. Но забивать голову такой заумью не хотелось. Зато хотелось задавать провокационные вопросы, например такой: почему церковь требует хоронить покойников строго в целом виде? В мире, где есть нежить, это похоже на сговор с некромантами. Ведь достаточно разрубить тело на несколько частей, и никаких зомби со скелетами с кладбища не поднять. Нет, сильный некромант сможет соорудить и из фрагментов останков много всяких тварей. Но это именно сильный. А поднять зомби по силам даже начинающему.

На занятиях присутствовали десятка два монахов и несколько монашек. Все разных возрастов, и очень глубоко верующие. Но половина откровенно тупые, а по-настоящему умных я не заметил ни одного.

После занятия мы прошли в библиотеку, и там вскоре оказались одни. Самостоятельно изучать что-то никто не желал. А может и просто не могли. Книги оказались очень уж заумными и запутанными.

Я с интересом почитал немного, но только чтобы навык чтения разработать. А через час понял, что ещё немного, и у меня будет желание только громить храмы. Просто прочитал про несколько изощрённых поголовных убийств населения проштрафившихся городов и про геноцид неугодных народов, которые приписывали Всевеликому. Впрочем, ничего нового. Религия должна в первую очередь запугивать, а во времена, когда эти книги писали, всякие иносказания не особо жаловали.

В наш трактир мы попали только вечером, и кроме ужина уже ничего не успели. А наутро я жёстко обломал спутницу, которая с рассвета рвалась в библиотеку.

- Проводить в рассаднике благости все дни вредно для психики, - заявил я. - Поэтому разделим день на две части. Первая моя, и я уже знаю как мы будем её проводить, а вторая твоя, и я согласен сидеть рядом и слушать всю эту религиозную чушь.

- Но, Ген! - заканючила девчонка. - Я наконец встретила настоящего жреца. Я таких никогда раньше не видела. И пусть он только монах, а не приан, но ведёт по-настоящему праведную жизнь! И в нюансах учения Всевеликого разбирается во всех тонкостях! И всех людей любит, а это то, что надо понять и мне. Ты же говорил, что моя миссия - спасти мир! И я уже начинаю понимать, как это надо делать. Но я должна сначала освоить святое учение, ну и понять... простить... всех людей, даже которые обижали меня.

- Доброе слово и меч в руках могут куда больше, чем просто доброе слово, - усмехнулся я. - Поэтому мы оба будем учиться владеть оружием.

- Но использовать смертоносное железо недопустимо для смиренной служительницы Всевеликого! - надулась пигалица.

- Ты не будешь всю жизнь сидеть в здешнем храме, - пожал плечами я. - И если тебя убьют, то ты никому никакой свет веры не донесёшь.

- У меня есть такой великий воин и житейски умный человек как ты! - попробовала подлизаться хитрюга.

- Ты ангел на стадии вызревания. И максимум через два года я покину тебя, - отрезал я. - Поэтому я просто обязан обучить тебя выживать. Так что возражения не принимаются!

Лариана как-то сдулась, и я даже разглядел слёзы в её прекрасных глазах. Чёрт! Мне надо относиться к девчонке чуть отстранённее. Прекрасные глаза... Это надо же подумать такое! Хотя... я поймал себя на мысли, которая почему-то мне понравилась, что слёзы вызваны не моим отказом идти с утра в храм, а тем, что я покину красотку через два года. И вот нафига мне такая привязанность?

В этот день мы успели очень многое. Сначала Лариана попросила купить ей самое простое платье из белёного полотна, потому что для девушки ходить в храм в брюках... ну не то чтобы запрещено, но не принято. Ладно. Купили.

После этого мы разыскали ювелирную лавку, и я выложил на стол два сплющенных кусочка золота от цепи Первого министра. Выглядело это достаточно подозрительно, но лавочник только посверкал на меня глазами, и сходу предложил половину стоимости. Я рассмеялся, и потребовал восемьдесят процентов. Лавочник аккуратно постарался выспросить, нет ли у меня ещё, но я конечно же сказал, что нет. Как-то не очень доверяю я людям, особенно в этом мире.

В итоге сошлись на моих условиях, потому что торгаш каким-то шестым чувством понял, что я скидывать подозрительное золото не тороплюсь, потому и уступать не намерен.

Но я ещё раз порадовал старикана, заказав нам с Ларианой по дворянскому перстню. Просто сказал, что наши мы потеряли. И это, кстати, вполне могло сойти за правду, потому что я по поведению вполне сошёл за благородного, а Лариана так тем более. Она легко могла бы и принцессу изобразить.

Затем я поспрашивал городских стражников, пожертвовав им немного медяков «на пиво», и те рассказали про настоящую школу оружейного боя. Там было несколько мастеров, и всей толпой они владели наверное всеми возможными видами оружия. Обучение стоило немало, но деньги для меня реально не имели значения. Их было с избытком, а я даже ещё не начинал продавать драгоценные камни. Расправы над высшими вельможами чрезвычайно прибыльны!

И в этой школе воинских искусств у меня состоялся трудный разговор. Мастера привыкли учить отпрысков дворян и телохранителей вельмож по своей системе. Долго, со вкусом, с расстановкой. Я же хотел, чтобы мне просто показали приёмы.

- Меня надо учить так, - ставил я условия злобно смотрящим на меня четырём немолодым поджарым воякам. - Один день - один вид оружия. И я просто хочу увидеть все приёмы с ним. Каждый приём повторить медленно раз по десять, и всё! А вот с моей сестрой надо заниматься по обычной схеме. Обучайте её владению лёгким мечом, коротким копьём и кинжалами.

В итоге договорились заниматься по три часа каждый день. Ещё в этой школе был даже небольшой манеж, где отрабатывали приёмы верхового боя. Ну и отлично! Заодно и на коне ездить научусь.

А закончилась наша разведывательная прогулка просто отвратительно. Мы набрели на огромный рынок рабов. Соваться я туда не стал, но ещё у ворот какой-то пьянчуга просветил нас, что в Коле один из самых больших рынков рабов во всём мире. Их свозят из разных мест, а затем обычно продают или на юго-восток, или куда-то в северные регионы центрального горного массива, который назывался Альк-Тиб. И для каких целей, только догадки ходят.

Город, который мне уже начал нравиться, сразу приобрёл все черты крайне дерьмового. И широкие улицы, и зажиточное население, и приличные трактиры уже нисколько не радовали. Ну что я хотел от этого мира? Красивый фасад, а за ним обычное зло. То самое зло, которое губит этот мир, и с которым должна что-то сделать моя ангел.

Я даже подумал, что через некоторое время мог бы помочь ей, немного подсократив популяцию хотя бы работорговцев. Но... разве что для души покрошить негодяев. Мир всё-таки великоват для одного бойца. Даже очень хорошего, каким я скоро стану. А я стану, потому что ускоренное в сотню раз обучение - это невероятный дар, которым надо просто правильно распорядиться.

Хотя, с другой стороны... Я посмотрел на Лариану, которая с крайне печальным видом шла рядом, и подумал, что если захватить какое-нибудь баронство, собрать дружину, а затем расширять владения, то так можно основать империю, и насаждать в ней нормальные ценности. И ничего фантастичного в этом нет. И здесь существовала Лотомская империя, и на Земле в разные эпохи были огромные государства, сформировавшиеся и захватившие обширные территории буквально за годы.

И что я тут себе понапридумывал? Меня послали не самые тупые инопланетяне ангела охранять, а я уже на себя натягиваю роль спасителя. А может меня обманули, и это я сам должен заняться этим миром? По крайней мере я прекрасно вижу, что сам мог бы сделать куда больше, чем красивая девчонка, хоть и с сильным характером. Да и ей в будущей империи роль нашлась бы.

Я потряс головой, и решил отложить такие эпохальные решения на полгода хотя бы. Я здесь живу меньше недели, и это совсем мало, чтобы что-то понять и в чём-то разобраться.

Мы пообедали в хорошем трактире, и направились в храм. Точнее в что-то вроде школы при нём, где святой старец натаскивал последователей. И в этот день я слушал уже внимательно, потому что речь на занятии пошла о магии. О некой жреческой магии, хотя её так и не называли.

Но действие... Искренне верующий человек мог воодушевить войско, к примеру. И солдаты будут биться куда лучше. Станут сильнее, храбрее, выносливее. И боль будут чувствовать куда меньше, так что раненый не покинет рядов, пока совсем не упадёт.

Нет, это можно было списать и на простое убеждение, без всякого колдовства, но вот... Вот не сложилось у меня такого впечатления.

Ещё эта самая жреческая благодать могла очень сильно ударить по нежити. Ослабить её, а при каких-то условиях и убить, точнее упокоить уже неживых монстров.

Но старец прямо сказал, что есть огромное ограничение на эту магию, настолько серьёзное, что применять её могут очень мало кто. Надо самому верить, и быть готовым стать на место солдата в первой линии. Или выйти против костяной твари, не боясь смерти в её когтях.

Я посмотрел на сияющую ангела, и догадался, что она верит каждому слову. А вот я пока только принял услышанное к сведению.

Но тут дошло дело и до практикума. Все присутствующие в комнате человек двадцать разбились на пары, и перед каждой поставили по свече. И старец попросил сначала первые номера убедить вторые поставить ладонь над огоньком, и быть готовыми взять боль партнёра на себя. А затем поменяться ролями.

И через минуту я расслышал вскрики боли, когда ученики отдёргивали обожжённые ладони. А затем посмотрел в глаза Ларианы, с которой встал в пару, и с трудом расслышал, как девушка очень тихо прошептала:

- Ген! Поставь ладонь над огнём! Тебя не опалит! Огонь не страшен мне! В крайнем случае я возьму твою боль себе!

Я был полон скепсиса, потому что моя ангел занималась всего второй день, да и вообще, даже если она возьмёт боль себе, её мне тоже жалко!

Но всё-таки заметил огромную просьбу в глазах, которые вдруг заняли половину моего поля зрения, и сунул руку в огонь, в верхнюю часть, где самый жар.

И... И ничего! Я всматривался в лицо Ларианы, чтобы успеть рассмотреть боль в её глазах, но девушка только торжествующе смотрела на меня. А через минуту я убрал не пострадавшую руку, схватил ангела за кисти рук и всмотрелся в чистую, не покрасневшую кожу ладоней.

А затем обратил внимание, что вокруг царит мёртвая тишина, и на нас уставились буквально все в комнате. Даже сам старец.

На этот день занятия по сути превратились в торжество духа новой ученицы, потому что моя красавица в разных парах убеждала остальных не бояться, и у неё получалось. А затем она убеждала уже двоих, а вот на троих обломалась. И понял это только я, заметив как напряглась девчонка в момент испытания. Тут же схватил её за ладони и на правой рассмотрел быстро растущее красное пятно. Тут же голыми пальцами погасил одну из трёх свечей, над которыми держали ладони монахи , и... и всё.

Испытуемые не пострадали, но вот жреческой магии ангела не хватило, чтобы полностью безопасно защитить троих. От одного она взяла боль, да и повреждения на себя. Но готова была терпеть сколько надо. Чёрт! Я сначала подумал, что она дурочка, а потом до меня дошло. Именно потому что была готова, потому и сумела защищать других.

До конца занятия я сделал четыре важных вывода насчёт жреческой магии. А может не жреческой, а просто магии силы духа?

Первый. Не всем она доступна. Один парень, по всем повадкам совершенно повёрнутый на вере во Всевеликого, сначала долго сокрушался, что не может так же как новенькая. А не справившись с защитой напарника, даже сунул свою ладонь в огонь свечи и терпел не подавая виду, пока не запахло горелой кожей. Тогда уж я отморозился, и просто погасил свечу.

Второй вывод. Лариане, чтобы овладеть этой магией на серьёзном уровне, надо долго тренироваться. Это прямо было написано в каких-то трактатах, которые упомянул Постигающий Вальям. Но опять же, старец утверждал, что тренироваться надо через молитвы, посты и так далее. А я вот здорово усомнился, хотя нормального способа пока не видел.

Третий. Сам Вальям, похоже, этой магией не владел. По крайней мере, все ученики видели волшебство впервые, хотя многие занимались не первый год. Почему Постигающий им не продемонстрировал раньше? Да потому что он слабоват. Да, верит, да многое знает, да живёт праведно, ну по крайней мере, как все говорят. Просто... просто он боится за свою шкуру. Впрочем, никто на это не указывал, так что и я не стал. Моё дело вообще сторона! Верить во Всевеликого я не собираюсь, как и вступать в борьбу с ним.

Ну и четвёртый вывод. Для того, чтобы эта магия подействовала на кого-то, тот совсем не обязательно должен сам верить. Просто доброжелательно относиться к колдующему. Я вот не верю в местного бога, но к Лариане отношусь хорошо. Даже очень. И эта её магия на меня подействовала.

Глава 11

Похоже, таланты Ларианы были оценены и самим учителем, потому что тот решил заниматься с ней индивидуально, после общих занятий. Девчонка чуть не скакала от радости, когда мы шли вечером домой. Я радовался за неё, но к счастью, это не помешало мне почувствовать нападение, которое случилось уже в трактире. Стоило мне сунуть ключ в дверь нашей комнаты, как на меня пахнуло злобой и готовностью убивать.

Но убивать не сразу и от троих человек... И злобой такой... Когда я понял, что скабрезные мечтания этих типов распространяются не только на мою ангела, но и на меня, то еле удержался от неуместной ярости.

И что делать? В нашей комнате трое убийц, а я же ещё не настолько хороший воин, чтобы легко с ними сладить. Точнее, скорее всего выиграю бой, но и ранения нельзя исключать.

Я задумался, а затем послал девчонку на кухню, и она через минуту принесла целую плошку жгучего перца. Он здесь не сказать, что совсем дорог, но и не дёшев. Но деньги у нас есть, так почему бы не воспользоваться таким приёмом.

Пока Лариана бегала, я шевелил ключом в замочной скважине, и ругался себе под нос, что замок заклинило. И тупых налётчиков это не особо насторожило.

Наконец перец был у меня в руках, я быстро отпер и чуть приоткрыл дверь, тут же с силой швырнув в потолок комнаты плошку с биохимическим оружием. Послушал вопли, а затем удары в дверь. Но я придерживал её подставленной ногой, благо распахивалась та на меня, а в щель молниеносно кольнул мечом.

Услышал вопль, и тогда уже распахнул дверь полностью, отскочив на шаг. Из комнаты вывалился сначала раненый, но раненый легко. Хотя тут же стал и тяжелораненым, когда я отрубил ему руку, сжимавшую большой ржавый нож.

Затем выскочил второй, ничего не видящий из-за пострадавших глаз, и я его поразил уколом меча в живот. А вот третий выбрался на улицу через выбитое наконец окно, но кажется при падении со второго этажа сломал ногу и теперь возился во дворе трактира.

Само же заведение уже вопило и выло на кучу голосов, но пока у меня было несколько минут до явления стражи, я допросил налётчиков, чему способствовало то, что я миндальничать с ними не собирался, для развязывания языков резкими уколами меча почти отрезав причиндалы. А ещё и вездесущий перец помог.

И в результате жёсткого экспресс-допроса открылась замечательная картина. Это были воры из местной банды, которые по наводке ювелира решили ограбить нас. Ну и совместить полезное с приятным, за что их последние минуты стали кошмарными.

Что ж... Я дурак! Точно дурак. Старый сморчок, когда я продавал ему куски золота, заподозрил, что у меня есть ещё. Уж не знаю как. Да и не важно уже.

И что теперь делать? Можно просто дождаться стражу, и те прижмут торгаша. Ага! Денег с него стрясут! И не для меня, чёрт побери. А ювелир - это не торговец сеном. Тип состоятельный. И я имею полное право расправиться с ним. И взять трофеи.

Так что я добил этих двоих налётчиков, затем сбегал вниз и убил третьего, который со сломанной ногой пытался уползти подальше.

Стража явилась не очень быстро, и десятник посетовал мне, что я убил воров. Видимо я всё правильно понял, а городские солдаты поняли, что обломались.

Я же решил отложить месть ювелиру на пару-тройку недель. Лавка старого козла располагалась в хорошо охраняемом квартале и на первом этаже дежурили трое охранников. Всё серьёзно! Я пока не готов к таким спецоперациям. Но скоро буду очень даже готов.

И ещё меня порадовало, что Лариана, несмотря на молодость и благостность, спокойно перенесла зрелище моей расправы. И даже была удовлетворена, судя по тщательно скрываемой довольной улыбке. Значит вполне услышала мои доводы про «доброе слово и меч». И не считает, что любой подонок может ещё исправиться.

Дальше потекли трудные и интересные дни. Я брал уроки у мастеров оружия, но для отработки приёмов и тренировки навыков тела мне нужно было какое-то защищенное от лишних взглядов место, поэтому я снял большой склад для сена и дров в порту.

Мы с Ларианой переехали в дорогой трактир неподалёку, и сняли себе там целые апартаменты на третьем этаже. Из одной общей комнаты, и двух спален. И это хорошо. Моя ангел начала сильно стесняться жить со мной в одной комнате, и больше не видела меня во снах. Кажется она окончательно погрузилась в религию, забыв обо всём остальном.

Занятия в храме шли своим чередом, и я на них откровенно скучал, потому что ничего интересного для меня там больше не звучало. Просто религиозная чушь. Как надо понимать священные книги, как убеждать колеблющихся, как объяснять упоминаемый в писаниях изобретательный геноцид бога, вроде изливающих лаву вулканов, чудовищных землетрясений, огненных дождей, и так далее. Бред, не выдерживающий столкновения с логикой.

Не забывал я и о магии, но пока никакие попытки занятий колдовством ни к чему не привели ни у меня, ни у Ларианы. Но я купил несколько зелий у хоть сколько-то надёжного торговца, которого мне порекомендовали мастера оружия. Парочку для лечения тяжёлых ранений и парочку для снятия вредных заклинаний. И так мало, потому что стоили те действительно до чёрта! По десять золотых за штуку. Это же жалованье королевского солдата, причём дворцового, чуть ли не за год. Магические прибамбасы - штука настолько дорогая, что даже для меня чувствительно.

Что же касается воинских умений, то я, узнав и даже натренировав приёмы со всеми известными видами оружия, выбрал для себя два тяжёлых меча, без щита и без брони. Да, так проще. Обдумал варианты экипировки и решил сделать упор на уворачивание от вражеских ударов. И выбивание оружия врага из его руки встречными ударами тяжёлым клинком.

И Лариана только поражённо хлопала глазами, наблюдая как я тренируюсь. И нет, я не отрабатывал картинные приёмы, но даже то, что я мог изобразить удар, тут же сместиться в сторону, затем прыгнуть на стену, оттолкнуться ногами от неё и оказаться за спиной воображаемого противника - уже впечатляло.

Ещё я освоил приём боя против воина с ростовым щитом. Приседал на одной ноге, и выкинутой вперёд другой бил по нижнему края щита, подбивая ноги противника. Руки с мечами при этом отражали удары сверху. Походило это на танец вприсядку, но я даже где-то читал про версию, что такой танец и был способом атаки ног противника ещё в древние времена на Земле.

И все эти приёмы требовали очень долгого освоения, ловкости, растяжки и силы. Но всё это не было для меня проблемой. Моё тело тренировалось невероятно быстро.

Как дальнобойное оружие я выбрал себе пращу. Лук тоже хорошо, и его я освоил, конечно, но таскать с собой капризное оружие не хотелось. Большое, и подверженное погодным неприятностям. Дождь может намочить тетиву, да и стрелы не должны пересохнуть или переувлажниться. Праща же хоть уступает в точности, но зато почти не занимает место в багаже. А свинцовые пули, которых можно насыпать в сумку достаточно много, способны нанести немалый урон даже защищённому бронёй противнику. Вес у них был грамм около четырёхсот, а то и пятисот, и я мог без проблем носить с собой десяток. А если не хватит, то камни тоже сгодятся.

Кроме занятий с оружием, я освоил и такое тонкое умение, как вскрытие замков, взяв пару уроков у слесаря. А ещё уже просто для души научился рисовать. Опять же заплатил художнику, и тот, источая просто водопады скепсиса, показал мне основы своего ремесла. А дальше я уже сам постарался. И пусть мои художества не несли никакой сверхидеи, и не могли потянуть на шедевры, но и просто повторить рисунок, или накидать узнаваемый портрет - уже немало.

Через три недели я ощущал себя уже прям совсем сильным воином, что подтверждала и Лариана, не раз говорившая мне, что ни о чём подобном даже не слышала за время жизни во дворце.

Я назначил операцию мести ювелиру, и прямо спросил девушку, пойдёт ли она со мной. И к удивлению, моя ангел нисколько не сомневаясь согласилась. Религия религией, смирение смирением, но тому, кто готов убивать, или натравливать жестоких убийц ради денег, воздать просто необходимо.

Мы нарядились в темные одежды и по крышам пробрались к самой лавке, миновав посты и патрули городской стражи, которых в богатом центре было до чёрта. Охрана нужной нам лавки сидела на первом этаже, и этих типов я убивать не хотел. Это были просто наёмники, и они вряд ли в курсе дел старого негодяя. Я разобрал часть покрытия на крыше, и мы проникли сначала на чердак, а затем я вскрыл замок, и всё! Мы на этаже, занимаемом старым хреном. Скрутил я старичка без единого звука, безжалостно допросил, и в результате мы стали богаче на очень солидную сумму. И нет, я не специалист в допросах, поэтому не уверен, что негодяй рассказал мне о всех тайниках, но и ладно. Совсем жёстко допрашивать его с настоящими пытками я не собирался, так что и так сойдёт. Просто убил в итоге, и всего делов-то.

***

А в конце шестой недели нашей жизни в Коле, когда я уже начал потихоньку звереть от надоевших тренировок всю первую половину дня и скуки на идиотских уроках после обеда, меня вдруг огорошили тем, что Лариане требуется совершить таинство посвящения в прианы.

В религии Всевеликого не было вообще такой вещи, как исповедь, поэтому я пока девчонку ни разу не оставлял одну, даже с учителем. Но вот теперь придётся.

Мне это не очень нравилось, но я понадеялся на моё умение чувствовать опасность для себя и оберегаемой персоны, поэтому обошёл храм и сел на травку под окном зала, где обычно проходили занятия с учениками, а теперь должно было состояться посвящение моего ангела в жрецы. И аж в целые прианы, чего женщины вообще удостаиваются очень редко.

Первые полчаса почти погрузили меня в сон, а вот затем я аж вскочил от чувства опасности! Какой-то хрен... Да чёрт побери! Именно Постигающий Вальям собирается изнасиловать Лариану! Прямо сейчас!

Ещё я уловил какой-то беспомощный, даже обречённый ужас девушки, и это уже было не умение, подаренное мне Лордом Жо, а моя какая-то непонятная магия, которой я чувствовал сильные эмоции ангела.

Я подпрыгнул и зацепившись пальцами, подтянулся к окну. То было прикрыто не стеклом, а витражом, в котором от времени образовалось несколько крупных щелей. И пока я одной рукой ковырялся ножом в раме, пытаясь отжать запор, всмотрелся в комнату.

Святоша как раз подтащил девушку к столу и положил животом на столешницу, так что ноги беспомощно повисли. На столе стояла открытая бутылка вина и лежал нарезанный хлеб. Ещё лежали огромные бронзовые ножницы и рядом с ними прядь светлых волос. А на полу валялся кубок с разлитым вином, который скорее всего уронила моя ангел.

Причём я заметил, что несчастная как-то трясёт головой и даже вроде что-то жалобно скулит. А как бы святой старец тихо приговаривал:

- Всё хорошо, моя девочка! Это не опасное зелье. И с тобой ничего плохого не случится! А уже через три часа ты и не вспомнишь ничего.

Чёрт! Кажется урод подсунул девчонке какой-то яд, который лишает жертву возможности активно двигаться и кричать. Именно таким обездвижили в своё время Гука и его папашу-палача. Но там их ещё отравили чем-то очень болезненным, а сейчас вот... Чёртов старец!

А святоша тем временем быстро задрал подол платья девушки и уставился на белые нижние штанишки до колен. Зачем-то осенил двумя кругами попу несчастной, но вдруг отскочил, и шепча молитву кинулся в угол комнаты. Там стояла статуя Всевеликого, уставившись глазами из каких-то драгоценных камней на творящееся непотребство.

Старец, который так-то сильно старым не был, стянул с себя рясу и накинул на голову статуи. Осенил её двумя кругами и кинулся обратно к столу, и девушке на нём. Стянул с себя подштанники, единственно надетые на нём под рясой... И тут всё!

Я наконец отодвинул запор, с грохотом распахнул окно и одним прыжком ворвался в комнату.

- А-а-а! - завопил Вальям, которому спущенные на щиколотки подштанники даже не позволили отскочить. - Сэр Генис! Это не то что вы думаете! Это обряд такой!

Но я уже схватил со стола огромные бронзовые ножницы, ткнул ими в пах старого подонка и в одно движение отхватил ему вообще всё! Святоша дико завизжал и рухнул на пол, теряя сознание.

А я схватил Лариану, поправил ей подол платья, сграбастал со стола прядь волос, дабы не оставлять такую зацепку для магического поиска, и ринулся к дверям, которые были уже распахнуты. Так мало того, в них застыли ученики, которые, похоже, прибежали ещё на стук открываемой рамы окна, и видели как всю глубину падение их кумира, так и наказание.

Я выбил пробку из зрителей и помчался к выходу из храма, а затем к нашему трактиру. Вооружённый мужчина, бегущий с девушкой на руках - это зрелище редкое и вызывающее массу вопросов, но я понадеялся на свою скорость, и обычную средневековую тормознутость горожан.

По пути я влил в рот моей ангела магическое противоядие, и это сразу помогло. В трактир девушка вбежала уже на своих ногах, хотя я и буксировал её.

Мы похватали вещи, молнией выскочили на улицу, и я подал несколько золотых парочке молодых дворян, которые как раз спешивались у дверей, крикнув:

- Я покупаю ваших коней!

Заодно показал перстень графа, который заказывал себе на всякий случай, и парни даже перечить не попытались, просто склонили головы, и даже шляпы сняли.

А уже через несколько минут мы проскакали по мосту, проехали ворота, где я кинул несколько серебряных монет страже, и погнали лошадей по дороге. А над городом наконец зазвенел набат.

Через четверть часа я придержал уже уставшую лошадь и посмотрел на Лариану. Девушка сначала поправила плащ, потому что в седле сидела по-мужски и в платье, которое конечно же задралось, открыв уже виденные мною узкие белые штанишки, по сути нижнее бельё. А затем сверкнула на меня яростным взглядом, но произнесла очень даже вежливо:

- Генис! Я виновата перед тобой! Ты меня снова спас, а я ведь уже посчитала тебя недостойным. Но теперь всё! Если хочешь, я встану перед тобой на колени!

Я отрицательно помотал головой, так что ангел отчеканила:

- Да! Теперь всё! Я не верю Всевеликому! Я готова была служить ему всей душой, а он!.. Он не защитил меня от своего слуги! Да, не спас от называвшегося самым достойным из своих слуг, который оказался подонком! Поэтому я больше не верю, что Всевеликий наш бог! Он демон, прикинувшийся спасителем! И я теперь его враг!

Я аж головой потряс, не ожидав такой экспрессии, а Лариана несколько раз глубоко вздохнула и вдруг с улыбкой произнесла:

- Что ты там рассказывал про наших предков, обезьян?

Я посмотрел на спутницу, которой сейчас было очень не сладко. Ещё бы! Её мир только что рухнул. Хотя, не впервой. Первый раз её предала хозяйка, принцесса. Но тогда от девчонки мало что зависело. Служанка, и служанка.

А вот теперь она сама выбрала себе путь, который закончился страшным разочарованием. Так что я решил на болевые точки не давить, а принялся просто пересказывать книги из моего мира. Главное не молчать, и занять красавицу.

Мы ехали до вечера, и остановились в большой деревне. И снова оказались среди нищеты и примитивной жизни. Особенно не нравилось, что здесь домишки даже не имели нормальных печей, а зимой отапливались по-чёрному. Но мы не избалованные, поэтому удивили хозяев, попросив себе сначала по ведру воды, которой воспользовались в пустующем хлеву, а ночевать отправились на сеновал.

И Лариана ночью так вжалась в меня, что мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы наш ночлег оказался только ночлегом. Сейчас я мог предложить и получить всё что угодно, но... Но не стоит пользоваться случаем.

А под утро я поймал уже полузабытое ощущение. Сон ангела. Опять лес с огромными цветами на обычных деревьях. И на ветке сидели две мартышки. Я и Лариана.

Я не смог удержаться от смеха, чем разбудил девчонку. Тут же достал лист бумаги и карандаш, и накидал очень реалистичный рисунок джунглей, а рядом крупных обезьян, вроде шимпанзе или горилл. Пусть уж лучше она представляет предков людей более правдоподобно.

Мы продолжили быстрое путешествие на запад, рассчитывая достигнуть горного массива, называющегося на языках ближних земель востока Альк-Тиб, максимум через неделю. И наше скорость ограничивалась только усталостью лошадей. Как можно ускориться, я сходу придумать не мог, но предположил, что если нас и будут разыскивать церковники, то не очень активно. Как может искать магия я не особо в курсе, но вроде как упоминаний о том, что маги могут идти по следу на огромных расстояниях, никогда не слышал. Да и нет у здешних святош сильных магов. У жрецов и колдунов скорее взаимная ненависть. Как минимум неприязнь.

Глава 12

На второй день, когда мы ехали вдоль широкой реки, я вдруг ощутил злобное внимание. К нам обоим. Тут же остановил коня, и шикнул Лариане:

- Впереди засада. Пока чувствую человек пять, и минимум двоих лучников. Жди здесь! Я сбегаю, разберусь. Тебя подставлять не буду. Ну и коней.

- Стой! - уверенно заявила девушка. - Получи моё благословение! Ты станешь быстрее и сильнее! И раны тебя не остановят! Я всю боль возьму на себя!

Я аж вздрогнул, услышав такой абсолютно не предполагающий возражений голос. Что ж... Я и так уверен в победе над разбойниками, но и благословение ангела лишним не будет. Оно как минимум... приятно, чёрт побери!

Я выскочил из седла и побежал вперёд. Когда же до места засады оставалось метров сто, уже знал всё про нападающих. Шесть человек. Трое с луками, потому что они готовы ранить на расстоянии. Но вот... Убивать нас вроде не собирались. И что это значит?

На дорогу из кустов вышел какой-то тип и закричал:

- Бросай оружие, и мы продадим вас в самое хорошее место! Красивые рабы ценятся!

Это я-то красивый? С на три четверти седыми волосами и шрамом от виска к губам? Хотя... Если подумать, мускулатура у меня сейчас на зависть качкам. Нет, не картинно раздутая, но заметная даже под одеждой. Ну что ж... Примем как данность этот сомнительный комплимент от работорговцев.

Я выхватил из кармана пращу, надел петлю на палец, а в специальное расширение вложил свинцовый снаряд. Два раза крутанул над головой и послал пулю.

Говорливый отскочил в сторону, но зря. Стрелял я не в него. В кустах чуть в стороне, откуда торчала голова лучника, раздался глухой удар, и стрелок рухнул, ломая ветки. И никакого крика. Полукилограммовая свинцовая пуля попала ему в лоб и убила на месте.

Я ринулся вперёд, увернулся от пары стрел, и уже через несколько секунд рубанул первого. Да и второго, и далее по списку. Работорговцам очень далеко до серьёзных воинов, против которых я тренировался.

В глубине леса нашёлся лагерь этих типов, в котором я обнаружил ещё двоих бандитов и десяток захваченных местных жителей с окрестных ферм. Здесь была вроде как ничейная земля, но не безлюдная. Вот и разбойничали работорговцы.

Бандитов я убил, и даже ничего брать в лагере не стал, оставив освобождённым рабам. У меня так много денег, что возиться с малоценными трофеями не хотелось. Но благодарности не дождался, может потому что мы сразу уехали. А может и по другой причине. По крайней мере когда мы немного отдалились, до наших ушей донеслись звуки ругани. Кажется бывшие рабы принялись делить имущество, которого по их представлениям осталось очень не мало.

Сейчас мы приближались к горному массиву Альк-Тиб, и в очередном городе узнали, что здесь, в середине континента, через него прохода нет. Сначала начнутся дикие земли, где царствуют некроманты, а затем почти непроходимые горы, в которых живут иллани. Людям не рады ни в одном ни в другом месте.

Хотя не так! Рады, даже очень. Но некроманты рады с целью пополнения нежити, а от иллани тоже никто не возвращается.

Но если проехать с тысячу километров на северо-запад, то там начнётся гигантское плоскогорье, на котором живут какие-то кочевники, и хоть те тоже не рады гостям, но именно, так сказать, индивидуальным путешественникам. А организованные караваны, в сопровождении их представителей, и оплатившие проход, там ходят регулярно.

Ещё севернее ехать не стоит, потому что за плоскогорьем начинаются земли уркхонь, и незваным гостям там пройти непросто. Хотя и возможно. Надо таиться, чтобы не напороться на местных жителей. И это не так просто, потому что те свои земли, по которым они кочуют со стадами косматых быков, знают неплохо.

А мы уже точно решили, что нам надо в западную часть континента. Искалечить святого старца было правильное решение, но надо было сделать это тайком, без свидетелей. Да и лучше уж просто убить.

И теперь нашу приметную парочку могут начать очень плотно искать церковники. А нам это надо? В западных же землях про это происшествие если и узнают, то так... случилось где-то далеко, и неизвестно что правда, а что выдумка.

Мы повернули на северо-запад, и уже через две недели достигли гряды высоченных гор со снежными вершинами. А за ними маячили ещё более высокие. Горный массив Альк-Тиб просто поражал воображение.

Со временем Лариана стала забывать крайне неприятное происшествие со святошей, и характер её начал снова портиться. Но уже не так, как в первый раз, когда она решила, что главнее меня. Такие поползновения как рукой сняло.

В этот раз девушка принялась прощупывать границы, сколько свободы я ей позволю. А мне только оставалось без устали напоминать дурочке, что если она будет даже просто отдаляться от меня, то во время очередного нападения, я просто не успею прийти на помощь. Да даже знать не буду, что она в беде. Нет, потом отомщу, но это совсем не то, как надо действовать.

А неприятности просто витали в воздухе. После того, как Лариана освоила магию духа, как я её называл, чтобы не говорить про благодать Всевеликого, на неё стали обращать очень много внимания. В паре городков, где мы останавливались просто на ночлег, ко мне подходили важные местные шишки и вежливо интересовались, не согласен ли я выдать сестру замуж за представителей самых богатых, а иной раз и знатных родов.

И хорошо, что вели себя вежливо, но как бы не получилось, что если Лариана на время окажется вдалеке от меня, то её попытаются похитить.

Причиной такой популярности я считал то, что моя спутница начала вызревать как ангел. Что-то магическое притягивало к ней людей. Но так как это был только первый шаг, то притяжение пока не вызывало ни уважения, ни страха. То есть в ней видели ценную добычу, а не опасную госпожу, которой надо не только восхищаться, но и опасаться.

И особенно понятно стало зачем нужен я. Ангелохранитель, который должен защитить будущего спасителя мира, когда тот крайне уязвим именно из-за своей сущности. Пока из девчонки получился прекрасный котёнок, которого все хотят заполучить в своё дом. А ей надо вырасти в тигрицу, которой будут восхищаться, но и бояться до мокрых штанов.

И поведение девушки вполне укладывалось в рамки моих предположений, так что я хоть и ограничивал порывы её самостоятельности, но нисколько не злился. Всё идёт как раз так, как и должно.

А ещё Лариана твёрдо решила найти способ изучать магию. Причём все виды - и крови, и хаоса, и разума, и духа. На самом деле такую идею ей подбросил я, но оставил право принимать решение самой. Ну вот... дозрела.

Осталось только проехать через горы и разыскать мага, который согласится обучить будущего ангела. Я не строил иллюзий на тему добросовестного учителя, но рассчитывал, что за хорошие деньги хоть какого-то найти удастся.

Мы достигли крупного вольного города в предгорьях, и там подождав неделю, присоединились к большому каравану, который должен был дней за пятнадцать пересечь плоскогорье.

Нет, гор на пути тоже хватало, так что будут и перевалы, и даже пара древних мостов через пропасти, но в основном ехать будем по широченным высокогорным долинам, с оборудованными стоянками.

Караван состоял из кучи вьючных животных - лошадей, верблюдов, быков и кого-то вроде лам. Часть людей шла пешком, поэтому дневные переходы ожидались километров по сорок, что для высокогорья с разреженным воздухом совсем не мало.

Командовали, конечно же, местные жители, но по внешнему виду они отличались от жителей низинных земель разве что одеждой. Чуть более примитивной, и с кучей украшений, имевших некие сакральные функции. В общем, просто те же самые люди, но по культурному развитию стоящие на ступень-другую ниже соседей. Кочевники... А такой образ жизни не предполагает высот в развитии.

Мы с ангелом ехали на конях, и от скуки я заводил разговоры с попутчиками, побуждая их переходить на родные языки, которые таким образом очень быстро учил. Тем и развлекался. Лариана много тренировала магию духа, делая явные успехи. И эту магию она могла учить только сама, потому что практиковали её только в церкви, да и то, про сильных адептов, которых иногда называли «святыми», уже давно никто не слышал. Ещё бы! Этот мир не просто так катится в ад.

К вечеру первого дня караван дошёл до большого посёлка и занял огромное здание, где всем желающим за малую сумму выделяли закутки по периметру главного зала, завешиваемые шторками, а остальным предлагалось просто спать вповалку в центре. Я взял аж два закутка по соседству, чтобы не тесниться вдвоём на одной кровати. Просто... мы оба понимали, что нам любовниками быть не стоит, но действовали друг на друга весьма возбуждающе.

И нашей разумности способствовало то, что мы оба знали, что через год, максимум через два, я покину этот мир. Больше никаких ограничений у Ларианы не было. Девчонка послала общепринятую мораль ко всем чертям, понимая, что она уже выше таких вещей. Она сама мораль. Но собственные чувства это нисколько не отменяло.

Утром к нашему каравану присоединился очень интересный отряд. Два десятка человек, примерно поровну мужчин и женщин, все верхом на приземистых лошадках, с минимумом багажа и молодые, кроме одной выдающейся дамы, и несомненно очень важной шишки, что сразу было заметно, по тому как ей кланялись местные горцы-кочевники, ведущие караван.

Я спросил одного воина, кто это, и тот с придыханием объяснил мне, что это известная лумия Че-Шала - колдунья, шаманка, гадалка, звездочёт, и так далее. В общем, полное собрание достоинств. А с ней её рабы. И да, «лумия» - это что-то вроде титула. И госпожа, и леди, и чуть ли не мать всех живущих сейчас людей.

Она возвращается домой от какого-то хана, и будет неделю путешествовать с нашим караваном. И это огромная честь!

И мой интерес, который вспыхнул на слове «колдунья», сразу и угас. Понятно... Может эта дамочка что-то и умеет колдовать, но гадание и астрология плохо увязываются с дельным специалистом. Да! В этом мире есть магия, но как звёзды могут повлиять на судьбы, всё равно не укладывалось в мою картину мира. Да и как можно предсказать будущее, тоже.

Но угас только мой интерес к шаманке как потенциальному учителю ангела. А так-то она сама и её отряд смотрелись всё равно очень интересно, буквально притягивая взгляды. Женщине было лет наверное пятьдесят, но выглядела она великолепно. И держала себя одновременно и с достоинством, и не высокомерно. Легко общалась со своими рабами, которые на рабов походили меньше всего, и с караванщиками, и с парой иноземных купцов перекинулась фразами.

А ещё она уже через полчаса обратила пристальное внимание на меня и на Лариану. Причём как-то странно, попыток познакомиться не предпринимала, и прямо не смотрела. А так... кидала взгляды тайком.

И я догадался, что она что-то в нас обоих рассмотрела. Ну ничего себе! И в девчонке-то ладно, той внимание всегда обеспечено. А вот во мне... Но ведь разглядела! И не то, что я просто спутник ангела. Похоже, эта колдунья с очень серьёзными сюрпризами, несмотря на то, что гадалка и астролог.

Вечером мы остановились в очередном огромном доме, но рядом уже не было никакого посёлка, так что все достали собственные припасы. Но обстановка в просторном зале была вполне цивильная. Столы, лавки, даже посуда на полках. Имелись дрова и вода в бочках. Но как я понял, утром перед продолжением пути всё требуется оставить в том же виде, в котором было до нашего прихода. То есть посуду помыть, отходы выкинуть, воду в бочки набрать. А за дрова караванщики должны были оставить оплату в условленном месте. Что ж, разумно.

Когда же мы сели ужинать, случилось необычное происшествие. К нашему с ангелом столу подошла сама лумия Че-Шала, одарила меня очаровательной улыбкой и спросила:

- Как тебя зовут, воин?

- Генис, леди, - чуть привстал из вежливости я. Затем представил спутницу. - Лариана.

- Позволишь мне присесть за ваш стол? - продолжила гостья.

Я кивнул на скамейку напротив, с краю которой сидела ангел, но дама села рядом со мной и закинула ногу на ногу, да так что ранее незаметный разрез на подоле платья открыл стройные ноги аж по самое «не балуй». А Че-Шала ещё и небрежно откинула шейный платок, и я еле оторвал взгляд от верхней части великолепной груди в просто гигантском вырезе платья.

Я окинул взглядом просторное помещение, но... никто не обращал внимание на такое представление. Вот так! Колдунья отвела глаза возможным зрителям. И только ошалелый взгляд Ларианы указывал на то, что не со всеми такой фокус прокатил.

- О-о-о! - оценила взгляд моей спутницы гостья. Но не смутилась, и чуть ли не мурлыкнула мне. - Генис! Я приглашаю тебя после ужина в мои покои.

И кивнула на отгороженный занавеской закуток в дальнем от нас конце зала. Я поёжился, что не укрылось от гостьи, и решительно заявил:

- Благодарю, леди! Но у меня грандиозные планы на вечер. Тренировки пропускать нельзя.

Дама удивлённо приподняла бровь, а затем одарив нас с Ларианой очаровательной улыбкой, встала и удалилась, покачивая бёдрами.

Я посмотрел на мою ангела, а та прошептала:

- Ты герой, Ген!

- Да ничего такого героического. Дама симпатичная, но несколько старовата для меня.

- Ты может не понял, какую приворотную магию только что отразил! Я в восторге!

А я задумался. И что я мог отразить? Я за собой такого ранее не замечал. Но всмотрелся в торжествующие глаза спутницы, и вдруг до меня дошло, кто отразил эту магию. Ведь защита - это основное действие магии духа. И от колдовских чар в том числе.

И настроение моей спутницы поднялось выше заснеженных вершин гор. Лариана торжествовала! И похоже потому, что отстояла меня у соперницы. А я что? Я тоже рад. Ещё не хватало мне под чарами идти спать с непонятной дамой. Она что-то слишком много о себе думает!

На следующий день, когда мы покинули место ночлега и проехали пару часов, вдруг раздались крики караванщиков. Я посмотрел туда, куда они показывали, и заметил, что к нам мчится отряд. Пока непонятно насколько большой, и кто это, но на дружеский визит не похоже.

И по какой-то обреченности в голосах вояк я понял, что дело плохо. Хотя мы ещё посмотрим! Я что зря тренировался?

Я соскочил с седла, но был остановлен возгласом моей ангела:

- Стой! Слушай! Я дарую тебе силу, скорость, ловкость и выносливость! И беру на себя боль ран!

Слова прозвучали очень пафосно, но я-то знаю, что это не просто слова. Так что кивнул и побежал навстречу незваным гостям. Мне лучше драться пешим и на открытом пространстве, хотя всех нападающих я конечно не остановлю, так что придётся поработать и солдатам.

Но я также заметил, что не только я вырвался вперёд. Ещё и лумия Че-Шала выехала навстречу врагам, и перед ней выстроились спешившиеся рабы-мужчины, ощетинившись саблями, и прикрывшись щитами.

Но выглядел заслон всё равно до крайности хлипко, если сравнивать с атакующими, которых я наконец хорошо рассмотрел. К нам приближались десять здоровенных косматых быков, на спинах которых сидели двухметровые монстры с серой кожей. И со зверскими рожами, дополненными тяжёлыми выступающими вперёд нижними челюстями с парочкой пятисантиметровых клыков. Вот и уркхонь довелось увидеть!

Пока было несколько секунд, я рассмотрел их получше. Почти все налётчики были с голыми торсами. Впереди явно командир, покрытый сплошным ковром татуировок, и с огромным мечом, с кучей устрашающих зубьев на клинке.

Среди остальных двое опытных воинов, тоже здорово татуированных, и шестеро совсем молодых, с почти чистой кожей. Все с алебардами, и тоже устрашающего вида.

Я в два оборота раскрутил пращу и послал полукилограммовый снаряд всего метров с тридцати. Вожак, на которого я смотрел, в момент выстрела качнулся в сторону, но целью был совсем не он, а скачущий за ним шаман. Тот был в накидке из шкур, и в руках держал две бронзовые булавы, с покрытыми шипами шарообразными навершиями, каждый размером побольше баскетбольного мяча.

Шары были пустотелыми, и чем-то заполненными, вдобавок шаман тряс ими, что-то напевая. И эти чудовищные маракасы, похоже, в первую очередь предназначены не для рукопашного боя, потому что вокруг наверший уже формировались какие-то призрачные фигуры.

Но благодаря тому, что шаман был занят, он пропустил мой выстрел, и свинцовый снаряд с отчётливо разнесшимся звуком удара «металл о дерево» влетел ему в лоб, вбив толстенную кость внутрь мозга.

- О! - радостно завизжала лумия Че-Шала. - Идеально! Теперь им конец!

Я кинул взгляд на женщину, которая быстро трясла чем-то вроде чёток, вызывая мелодичный треск. И через мгновение от её инструмента в воздух взмыл призрачный дракон, метров так пяти длиной, и по дуге ринулся на вождя. Вцепился ему в голову, и растаял. А воин взревел и принялся прямо на глазах усыхать. Он уже миновал нас и промчался мимо сбившегося в кучу каравана, но главному разбойнику было уже не до битвы. Он ревел как... как убиваемый монстр, а через несколько секунд и затих.

Но на меня пока налетали оставшиеся уркхони. Я ловко уворачивался от ударов их тяжёлых алебард, и награждал уколами в ответ.

Так троих и ранил, пока ко мне, уже осадив быка, не подъехал один из опытных воинов. Тот крутил алебардой, стараясь не подпустить меня близко, но я упал на землю, и уворачиваясь от копыт, пробил быку горло. А затем схватился с соскочившим с падающего животного врагом. Начал с двух метательных ножей, а затем дождавшись очередного промаха алебарды, сблизился и чиркнул монстру по горлу.

Огляделся и понял, что всё. Оставшихся налётчиков Че-Шала приняла на какой-то воздушный щит. От встречи с несерьёзной по виду преградой те были оглушены, и их добивали рабы колдуньи. Раненые мною трое молодых монстров доехали до нашего каравана и там схватились с охраной. Но были уже не особо боеспособны, и с ними более-менее справились.

Я посмотрел на выпрямившуюся в седле Лариану, которая одарила меня сначала торжествующим взглядом, а затем соскочила на землю и с криком:

- Ты ранен! - кинулась ко мне.

А я и не чувствовал, что меня аж два раза достали. Чем-то метательным вроде сюрикена в живот, но, к счастью, не пробив накачанные мускулы, и алебардой в бедро. И этот удар должен был вывести меня из строя, но вот... Благодаря магии ангела, я продолжил бой, и одолел-таки последнего монстра.

У нас в отряде было двое убитых, и шестеро раненых. Но судя по ликованию, результат превзошёл самые смелые ожидания, ведь никто из караванщиков не ждал победы. Если на караван даже с двумя десятками воинов налетит десяток уркхонь, то всё. Это смерть или рабство для всех.

Горцы-кочевники выстроились в ряд и поклонились сначала магичке, а затем мне. И на этом почести пока закончились, что меня вполне устроило.

Затем порубили тела налётчиков, да здесь и бросили. Убитого мною быка, и двух покалеченных колдуньей, быстро разделали на мясо, остальных связали верёвкой, рассадили на них пеших путников, и продолжили путь. Своих убитых хоронили уже вечером, и тоже разрубив тела на части. Здесь нет жрецов Всевеликого, и от нежити защищаются максимально эффективно.

У меня раны почти затянулись, благодаря лечению Ларианы. А лумия Че-Шала лечить или не умела, или не захотела, но пожертвовала нужное количество целебных зелий для остальных раненых.

И посматривала она на меня уже совсем задумчиво. Хотя только в этот вечер. На следующий день дамочка была весела и жизнерадостна, так что я даже стал что-то подозревать. Нет, никаких предчувствий, просто по жизненному опыту старого мизантропа. Если много смеются, то скоро будут плакать.

На ночлег мы остановились в поселении, и ужинали с комфортом. Местные жители с удовольствием обслуживали гостей, не за бесплатно, конечно. Но это всех устраивало. Ещё можно было отдать вещи постирать, чем мы и воспользовались. Мне даже выдали местный халат, чтобы было в чём провести вечер, а у Ларианы, кроме походного брючного костюма, было платье.

Ужин тоже оказался замечательным, а закончив с едой я расслабленно откинулся на спинку лавки, и как-то сам не заметил как задремал. Даже уснул.

И пробуждение получилось крайне бодрым. Я почувствовал, что с Ларианой что-то не так. И нет, ей не грозила опасность, то есть сработала не магия Лорда Жо. Но девчонка была в полнейшем смятении и смущении, что я уловил благодаря нашей непонятной связи.

Напротив меня за столом ангела не обнаружилось, а эмоции доносились из-за задней двери, которая вела к бане и туалетам. И какого чёрта она куда-то подалась без меня?