Андория. Хроники апокалипсиса.

Пролог

Сможет ли свет возродиться из тьмы?

Какие чудовища обитают во тьме?

Что значит быть чудовищем?

‒ Аттан, ‒ послышался отдалённый шёпот из темноты.

‒ Аттан, подойди скорее, ‒ звал тихий чарующий голос. Голос девушки.

‒ Аттан, ты не спишь? ‒ Далеко из тени приближался яркий белоснежный силуэт. Он шептал:

‒ Аттан, солнце обязательно взойдёт. Тебе лишь нужно уснуть.

Кто это? Такое ощущение, что я знаю её.

‒ Аттан.

‒Аттан! Опять уснул на уроке? Не заставляй меня бить тебя по голове снова! ‒ Грозно прозвучал басистым тоном голос учителя Вэннера.

‒ А, что? ‒ мальчик поднял голову со сложенных рук на парте. С правого запястья, тонким слоем сочилась слюна.

Я что, уснул? Это был сон?

‒ Я знаю, что ты спал! ‒ Учитель Веннер нахмурил свои старческие порядком поседевшие брови. ‒ А ну вставай и иди к доске! Не заставляй меня ждать!

‒ Но учитель, я не.

‒ Не хочу слышать твои детские оправдания! Давай вставай!

Комната для обучения была небольшой и вмещала десять человек, не включая преподавателя. Два ряда из трёх столов для обучения расположились вдоль противоположных стен. Освещали комнату свечи на столах и старая медная люстра с подсвечниками, подвешенная на стальном тросу. Аттан сидел у окна на дальней парте. Среди всех одноклассников он сидел один за столом. Один единственный.

‒ Хорошо иду. ‒ Аттан встал и прихрамывающим шагом направился к доске.

‒ Ты почему хромаешь? ‒ не успокаивался Веннер.

Почему я хромаю? Скорее всего я уперся на неё, когда уснул. Это был сон?

‒ От плохой погоды, ‒ с улыбкой ответил мальчик, машинально посмотрев в окно. На улице стояло лето, и солнечные лучи сочились сквозь приоткрытые деревянные ставни.

‒ Ты будешь издеваться надо мной до конца дней моих, ты, мелкий хулиган? ‒ Не выдержав, встал старик в чёрной учительской мантии. ‒ Вставай у доски поворачивайся к классу лицом, а не как в прошлый раз спиной!

Аттан видел, как его сверстники смотрели на него. Ему это не нравилось. Он боялся, что сейчас что ‒ нибудь ляпнет и опять при всех его запрут в подвале.

‒ Давай рассказывай историю мироздания, ‒ снова сев на своё кресло, велел учитель.

‒ Почему я должен рассказывать? Мы же не проходили эту тему!

‒ Мы три занятия назад прошли её, болван, не паясничай, а рассказывай!

‒ Ну я, это, как бы, жили были боги, ‒ продолжая улыбаться, начал Аттан.

‒ Давай говори чётко, без всяких «Как бы»

‒ Ну, жили боги на небе, им стало скучно, и они создали землю и людей. Всё.

Одноклассники тихо посмеивались. Аттан опустил голову. Лицо человека учившего детей сорок лет побагровело. Кулаки непроизвольно стукнули по коленям.

‒ Ты что, оголтелый беспризорник, будешь шутить стоять, а я за тебя краснеть на виду у всего класса!

‒ Так половины, ‒ смотря себе под ноги, перебил парень.

‒ Что прости? ‒ прищурив один глаз, Веннер смотрел на худого, одетого на два размера больше зелёную мантию ученика, стоявшего перед ним.

‒ Половины класса, учитель.

Кто же меня за язык тянул. Ну вот, снова сидеть в подвале неделю. Я ведь в прошлом месяце сидел и снова туда…

Старик в чёрной мантии молчал. Он только смотрел. Смотрел на мальчика, которого отдали в приют родители десять лет назад. На мальчика, стоявшего у ворот Ордена в тот день. Без записки, без запасов еды, лишь рванная земельная рубаха и серые пыльные брюки. Скорее всего, отцовские или старшего брата, потому что они с него то и дело сползали, на что ему приходилось придерживать их руками. Маленького белокурого существа с соплями на губах. Ему было пять лет, как его сдали в Орден. На два года раньше обязанного срока обучения. Преподаватели и мейстеры долго обсуждали насчёт его кандидатуры. Но всё же сошлись на том, чтобы его взять на обучение, но если он покалечится или даже умрёт, то ответственностьони нести не будут. Не перед кем извиняться.

Веннер повернулся к ученикам.

‒ Ладно, дети, урок сегодня закончен. Домашнее задание ‒ прочитать пятнадцатую главу священного писаря Эра под названием «Житии Царей Императоров второго столетия от начала Мироздания». Кто не прочитает, того отправлю на недельку!

Аттан был в курсе недельки. Это особый вид тренировок под присмотром старших рыцарей, где детей тренируют наравне со взрослыми. Он слышал, что некоторые становились калеками и больше никогда не могли ходить, а некоторые и вовсе пропадали без вести.

Сверстники перешёптывались, что они не пропадали, а погибали от чудовищ, которых специально ловили и выпускали для этих самых «тренировок».

Дети собирали свои книги и листы для писаний в свои суконные мешки. Аттан собрался идти к своему месту, но учитель Веннер его задержал, положив руку на плечо.

‒ Не торопись, у меня к тебе дело, это не займёт много времени.

Мальчик кивнул, шевельнув светлыми волосами.

Когда последний ученик покинул зал, Веннер встал и закрыл дверь изнутри. Вернулся, сел за своё рабочее место, а мальчика он посадил напротив себя, подложив ему стул.

‒ Ты знаешь, почему ты здесь?

‒ Вы от меня что ‒ то хотите.

‒ Нет, почему ты в Ордене?

‒ Я вас не понимаю, учитель.

‒ Как называется наш Орден? ‒ поправив свои круглые очки, спросил старик.

‒ Святой Орден Луны! ‒ ответил мальчик.

‒ От кого или чего он защищает?

‒ От врагов.

‒ Каких врагов, Аттан? ‒ Веннер наклонился вперёд так, что его лицо оказалось напротив лица мальчика.

Учитель смотрел ученику в глаза цвета чистого неба, не двигаясь, лишь улыбаясь.

‒ Так от каких врагов защищает Орден?

Аттан, опустил голову, дав понять что думает. В таком состоянии он просидел какое ‒ то время. Затем он поднял свои глаза и тихо сказал:

‒ Демонов.

Учитель Веннер выпрямился на стуле и посмотрел в окно.

‒ Видишь, Аттан, этот мир очень красив, но за красотой всегда скрывается уродство, понимаешь?

Мальчик промолчал, лишь смотрел на учителя любопытными глазами.

Веннер продолжал:

‒ Сколько лет живу и не понимаю, как люди смогли жить рядом с чудовищами. Или люди и есть чудовища? Все мы лишь скрываем то тёмное, что зреет в нас. Внутри. В сердце. Посмотри, наше королевство живёт в рассвете. Столько храмов нет ни у кого за границей, понимаешь? И все едут к нам, посмотреть на то величие, что не могут увидеть у себя. Андория ‒ великий город. И нам повезло жить здесь. И ты, и я должны благодарить всех девяти богов, которые помогли нам жить. Ведь благодаря их жертвам королевство Андория процветает. И ни один враг не может…даже подумать не может о захвате его. Но почему? Почему люди, зная, что живут не одни на земле, могут позволять себе жить так беспечно и легко. Почему они молятся лишь богам? Как так получилось, что люди забыли о демонах. Они существовали всегда. До появления человека были лишь они и боги.

И жили они, не трогая друг друга. Боги на небесах, демоны на земле. Но вскоре богам наскучили демоны, и они их изгнали. Просто так. Без причины. Им показалось, что демоны слишком страшны, по сравнению с их творением ‒ человеком. Поэтому половину демонов уничтожили, а половину отправили в подземную твердь, куда не достаёт свет самой яркой звезды. И всё для того, чтобы любимый человек жил легко и беспечно. Но они просчитались. Они не знали, что человек не идеальное существо. Их просчёт был в том, что за свою недолгую жизнь, человек успевает почернеть изнутри. Отсюда и войны, истребления, геноциды. Человек убивает человека, кем он становится? Задай себе этот вопрос. Демонам нужно рождаться. Как рождается демон? Они скоро вернутся. И мир будет как прежде. ‒ Веннер снова посмотрел в окно, затем добавил:

‒ Красив.

‒ Учитель, Веннер, я наверное пойду, ‒ не скрывая волнения на лице перебил Аттан.

‒ Стой, подожди, я задам тебе последний вопрос, можно?

Старик встал и приблизился к своему ученику вплотную, положив свои морщинистые волосатые руки на его колени.

‒ Чтобы ты сделал, если бы увидел демона?

‒ Вы меня пугаете, ‒ Аттан вырвал свои ноги из рук учителя и встал со стула. ‒ Вы как ‒ то странно себя начали вести. Вы устали?

‒ Ну так ответь и я пойду, ‒ очень тихо, почти шёпотом сказал Веннер. ‒ Убил бы, потому что демоны зло! ‒ Почти крича, ответил ученик. Теперь я могу идти?

‒Можешь. Но сможешь ли?

Веннер резко набросился своим телом на Аттана и повалил его на пол. Своими руками схватил его маленькие ладони и начал крепко сжимать. Аттан закричал. Он не мог выкрикнуть «Помогите» от внезапного наступающего шока, а лишь орал, с силой вырывая звук из своего горла. Учитель продолжал сжимать ладони. Его очки слетели на грудь мальчика и из его глаз начали выползать черви. Десятки, сотни червей разных размеров от тонких как спички, до толстых размером с пальцы. Изо рта, ушей, носа они выползали и падали на лицо Аттана. От этой картины у мальчика, случился рвотный рефлекс. Но он уже не мог открыть рот. По его лицу ползали нескончаемое число этих мелких тварей, закрывая его глаза и ноздри. Он хотел отвернуть голову набок, но уже тот, кто не был его учителем, задержал её своей рукой с длинными и кривыми ногтями. Аттан резко зажмурился.

Почему никто не придёт на помощь? Помогите! Помогите! Помогите!

‒ Не зови на помощь, тебе никто не поможет. Потому что все мертвы! ‒ Веннер пальцами со страшными ногтями приподнял правое веко Аттана и ещё ближе приблизил своё кишащее мерзкими слизнями НЕ лицо. ‒ По твоей вине они мертвы! По твоей! Ха ‒ ха ‒ ха! По твоей вине я всех убил! Это ты виноват! Виноват! Мертвы из ‒ за тебя! Мертвы, мертвы! Ха ‒ ха ‒ ха! Мертвы! Ты виновен! ‒ Он громко смеялся, выпуская свои слюни вперемешку с червями. ‒ Виновен! Ты это сделал! Ты их убил! Убийца! Ха ‒ ха ‒ ха! Ты убил всех людей! По твоей вине! Скоро мир будет чист и красив как прежде! Без людей! Лишь мы! И всё из ‒ за тебя! Из ‒ за тебя! Тебя! Ха ‒ ха ‒ ха.

Аттан хотел кричать, но черви тут же заползали ему в уголки губ.

Помогите! Помогите! ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! Де ‒ Де ‒ Демон! СПАСИТЕ!

‒ Ха ‒ ха ‒ ха, никто тебе не поможет, ведь все мертвы из ‒ за тебя! Ха ‒ ха ‒ ха. Ты не смог всех защитить, потому что ты слаб! СЛАБ! СЛАБАК! Мир не принадлежит людям! Никогда не принадлежал! И только ты всех убил! Ха ‒ ха ‒ ха! Ты виновен в нашем царствии!

Силы покидали Аттана. Он задыхался. Черви проникали внутрь его тела, вызывая судороги и припадки. Веннер смеялся, его рот расширился до нечеловеческих размеров, словно у пластилиновой куклы. Глазные яблоки вылезли из глазниц практически полностью. Из этого и так не красивая внешность превратилась по ‒ истине в уродскую. Кожа почернела, словно уголь. Руки у мальчика дергались. Было слышно, как ломаются кости, но кричать было невозможно. Черви уже заползли в рот. Аттан чувствовал их в горле, как они ползут прямиком по пищеводу.

‒ Ты видишь, Аттан? Это и есть суть бытия, в каждом человеке скрывается демон! Мир не ваш! Он принадлежит нам! Вы лишь инструмент! Инструмент для нашего возрождения! И мы возродимся благодаря тебе!

Аттан собрал все оставшиеся силы. Он смог выплюнуть кишащих во рту червей и прокричал лишь два слова:

‒ Помогите! Демон! ‒ Мальчик потерял сознание.

‒ Ты не умрёшь сейчас! Ещё слишком рано! Помни о том, что ты уже проклят. Аттан!

Глава 1. Тёплый приём

Что значит ‒ демон внутри человека?

Он проснулся от внезапного грохота. Упала дорожная сумка, лежавшая на краю кровати.

Вот чёрт, так и знал, что надо было её оставить на полу.

Аттан вздохнул. Правой рукой вытер лицо, мокрое от пота.

Как я не люблю ночевать в трактирах, все они построены одинаково. Одинаково плохо. Будто их построил один человек. Человек, не понимающий и азов строительства. Будь проклят король, отправивший меня на это задание.

Комната была по всем характеристикам скудной. Старая суконная мебель, дубовые стулья и один единственный стол со сломанной ножкой, единственное окно, заляпанное какой то жёлтой слизью. Хотя бы застекленное, что довольно редко в таких краях. На стене у кровати висела карта всей северной части королевства Андория. Единственное украшение, как заметил парень. Весь этот антураж наводил на Аттана тоску.

За окном бушевала метель, завывая свои стонущие мелодии. В декабре на севере они были не редкими. Огромная равнинная территория без крупных лесов не особо привлекала переселенцев с юга. В таких краях жили в основном крестьяне, засеивающие поля разными культурами зерновых растений ‒ от пшеницы до кукурузы, рабочие, добывающие уголь, а также хлебопашцы. На целом свете нет такого количества ветряных мельниц, как здесь. Местные гордо называют север Андории «Ветряная долина» или «Долина бесконечных ветров». Про ветряные мельницы Аттан слышал из детства. Про них ему рассказывал дядя Алик. Он описывал их как нечто грандиозное и величественное в своей простоте конструкций:

‒ Представь, среди бесконечных золотистых полей, уходящих за горизонт, великаны стоят и смотрят на восход солнца. Их нескончаемое число и все они уникальны и красивы по ‒ своему: чёрные, красные, желтые, с резными украшениями, железные, каменные, в виде дворцов и замков, высокие до облаков и пониже. Поговаривают, что самая высокая из них даже выше главного замка короля «Падший Ангел». Мальчик слушал своего дядю с заворожёнными глазами и мечтал когда ‒ нибудь оказаться здесь и увидеть всё вживую. Дядя Алик обещал ему показать всю красоту севера. Но реальность была не такой, как в рассказах дяди. Пустая ледяная территория, покрытая снегом с бесконечными пронизывающими с головы до ног, ветрами. Бледная пустыня под тяжелым серым, почти, чёрным небом. И ни одного «великана», лишь, маленькие деревушки, спящие под снегом. Из тех мельниц, что он видел, были высотой чуть выше стандартной водяной башни. Ни о какой грандиозности и речи не шло.

Крупных городов в «Долине бесконечных ветров» не строили. Земля скудна на минералы и железо, древесины мало, только, уголь добывали здесь. На месте самых крупных зарождений строили угледобывающие центры.

«Угольки» как называл их простой люд. Но эти города, по масштабам и красоте, никогда не сравнятся с теми, что стоят вокруг столицы Андора.

На границе впали в спячку крепости с высокими каменными башнями. Только самый глупый король пойдёт войной через северные границы на Андорию зимой. Поэтому никто не беспокоился за безопасность вторжения. Сюда напал лишь один враг, самый могущественный ‒ холод.

Сейчас, в декабре север мёртв. Редкие деревья скрипели от каждого удара ледяного ветра. Ни одна живая душа не смела высунуть свой нос из своей норы. Вместо волков выл ветер, вместо собак кусал мороз, а вместо дождя шёл непроглядной пеленой снег. Люди зимовали, не выходя из дома неделями. Только в особых крупных поселениях ‒ посёлках в сто домов и «Угольках» своими силами боролись с ненастным временем года.

В одном из таких посёлков под названием «Холмов удел» остановился Аттан. Ему повезло, что успел добраться до начала метели, иначе ему пришлось заночевать в этих самых «величайших» ветряных мельницах. Хотя с его работой он спал и в местах гораздо хуже.

***

Звонок над массивной дверью брякнул. В помещение вошёл высокий мужчина в чёрном шерстяном плаще. Плащ был в снегу, что наводило на мысль, человек долгое время провел в дороге пешком. В руках он держал массивных размеров дорожную сумку. Голову скрывал капюшон.

‒ Кто такой? ‒ Из подсобки вышел полный бородатый мужчина, одетый в коричневую рубаху и шерстяной жилет. В зубах тлела сигарета.

Незнакомец молчал. Он осматривал помещение. Трактир, как было написано на табличке над входом, принадлежал некоему Тоуру из семьи Флиггеров. Обычное двухэтажное строение, построенное из бревен, походило на особняк местной знати. В здешних краях знать была, порядком, беднее обычного горожанина в столице. Убранство было простым: несколько деревянных неотёсанных столов, соединённых между собой и лавки, прибитые к полу. За ними сидели местные работяги, подтаскивавшие к лопнувшим от холода ртам деревянные кружки с горячительными напитками. На заплесневелых от сырости стенах висели вязки с луком и капустой. Зал был освещён большими парафиновыми свечами, которыми в столице пользуются все жители. В трактире посетителей было немного, но шум от них стоял ужасный. Кто ‒ то выкрикивал песни о невесте, потерявшего своего жениха в лесу, кто ‒ то спорил насчёт подорожания зерна на пять сребков, кто ‒ то просто орал нечленораздельные звуки. Было очень душно. Пахло сигаретами и чесноком, и пьяными крестьянами.

‒ Я повторяю, кто таков будешь?!

Аттан повернул голову к трактирщику и направился к его столу.

‒ Ты, что, немой? ‒ Почесывая лысеющую макушку, спросил мужчина за стойкой.

‒ Я обычный путешественник. ‒ Спокойно ответил парень, сняв капюшон.

‒ Что ты здесь забыл в это время года? ‒ продолжал задавать вопросы трактирщик, смотря на стоящего перед ним парня. Аттану исполнилось в прошлом месяце двадцать пять лет, но выглядел он несколько старше. Длинные жёсткие волосы черного цвета свисали до шеи. Пряди на лбу частично закрывали правую сторону до верхней губы. Лицо светлое и почти гладкое, если бы не морщины и несколько небольших шрамов на лбу и в области правой брови, аккуратно спрятавшиеся за волосами. Большие голубые глаза, утяжелённые мешками, говорившие о ночном образе жизни их владельца. На щеках и вокруг губ порядком проросла щетина, мягко перераставшая в бороду. Широкие плечи подчеркивала его шерстяная черная накидка, подстёганная кожаными ремнями. Ладони закрывали суконные перчатки без пальцев. Своим сложением, как заметили посетители, незнакомец походил на рыцаря, но меча при себе не имел.

‒ Ты, так и будешь пялиться на моё заведение? Это культурное место и веди себя здесь подобающе! ‒ Поправляя свои брюки, рявкнул хозяин трактира.

‒ Мне нужна комната для ночлега.

‒ Десять сребков!

Аттан сунул руку под накидку и вынул кожаный кошель с серебряным замком на молнии.

‒ А ты немногословный, батюшка. ‒ Хозяин порядком смягчил тон при виде толстого кошелька.

‒ Да, ‒ тихо ответил гость. ‒ Дай мне самую чистую комнату.

‒ У нас все комнаты чистые и убранные. За этим следит моя дочь Варя. Вон она, в подсобке подметает, ‒ сказал трактирщик и указал пальцем на девушку одетую в желтый сарафан с косой до поясницы. ‒ Она тебя проводит.

‒ Чудно. ‒ Аттан бросил двенадцать монет на поднос. ‒ Принесёте ужин мне в спальню ровно в шесть.

‒ Всё будет сделано в лучшем виде. Добро пожаловать в трактир Тоура Флиггера, чувствуйте себя как в столице! ‒ Всё таким же грубым тоном проговорил владелец трактира.

Никогда в жизни я не смогу чувствовать себя здесь как в столице!

Гость поднял сумку и последовал за белокурой молодой девушкой лет пятнадцати.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, девушка обернулась к парню.

‒ Вы надолго к нам?

‒ На ночь.

‒ А вы издалека к нам приехали? Обычно у нас останавливаются купцы, да рабочие с «Угольков», а вы не похожи ни на первого, ни на второго.

Аттан не ответил. Девушка, поняв, что мужчина не собирается поддерживать разговор, спросила:

‒ Можно я вам сумку понесу?

‒ Нет, она тяжела для вас, я лучше сам.

Они подошли к двери с нарисованным чернилами номером «13».

‒ Ваша комната, господин.

‒ Не называйте меня господином, я всего лишь обычный путешественник.

‒ Хорошо, госпо… ‒ она покраснела и улыбнулась. Её красивое невинное лицо сияло добротой и заботой. ‒ Вам принести ещё что ‒ нибудь?

‒ Только еды в шесть. ‒ Аттан слегка улыбнулся.

Девушка откланялась, развернулась и пошла по полутёмному коридору обратно к лестнице. Гость проводил её взглядом, и, как она скрылась, открыл дверь со своим номером и зашёл внутрь.

***

‒ Аттан. ‒ Шептала девушка. ‒ Усни, мой мальчик.

Чувствовалось спокойствие. Спокойствие, из которого не хочется выбираться. Хочется лечь и забыть все тяготы бытия. Хочется раствориться здесь, как капелька молока в бесконечном океане жизни. Сколько длится это спокойствие ‒ год, вечность, секунду? Не важно. Хочется остаться и уснуть. Навсегда.

Внезапно спокойствие нахлынуло сильным давлением на тело.

‒ Ты всех убил! Ха ‒ ха ‒ха! Убийца! ‒ Кричал демон в обличии учителя Веннера.

Та убаюкивающая темнота, в которой секунду назад хотелось остаться навечно, сменилась бушующим огнём, проникающим прямиком в сердце, выжигая всё на своём пути. Огонь тревоги и непоколебимого ужаса, спрятавшегося глубоко, глубоко в норе подсознания. Черви, ползающие по телу, и лицо ‒ ЛИЦО дьявола копошились в голове, извиваясь в бесконечные узлы отчаяния.

‒ Ты будешь ГОРЕТЬ! Ха ‒ ха ‒ ха! УМРЁШЬ!

Аттан дергался. Поворачивал голову то влево, то вправо, сильно сжимал ладонями хлипкое одеяло.

‒ Убийца! Ты скоро УМРЁШЬ! Ха ‒ ха ‒ха!

Правая нога, скинувшая угол одеяла, ударила по сумке, лежавшей на кровати. Та с силой грохнулась на деревянный скрипучий пол, подняв клубы пыли.

‒ УМРЁШЬ!

***

Снаружи было ещё темно. Встав со скрипучей кровати, Аттан поднял сумку и положил на кровать. Расстегнул молнию и достал нож с закругленным в виде полумесяца лезвием. Умело, прокрутив в ладони, положил его рядом с сумкой. Следом достал ещё один такого же типа, только, с лезвием чёрного цвета и положил его рядом с первым. Застегнув сумку, он убрал её на пол, спрятав под кровать. Подтягивая вверх руки, парень подошёл к окну и посмотрел сквозь снежную стену.

Ничего не видно. Если так и дальше будет, то я не успею добраться до нужного места. Чёрт!

Отжавшись пятьдесят раз от смердящего, грязными ногами и тряпками пола, он начал собираться. Надел утеплённые чёрные брюки, зауженные к низу. Подвязал их резиновым ремнём с металлической бляхой. Обул широкие зимние ботинки чёрного цвета и зашнуровал потуже. На туловище набросил белую широкую рубаху поверх брюк. Ножи спрятал сзади, сунув за ремень. Расчесал руками волосы и пошёл к выходу.

На деревянной вешалке у двери висели шерстяная накидка и чёрная кожаная куртка с длинным низом. Молодой человек отказался их надевать, потому что в трактире было слишком душно и жарко по вчерашнему наблюдению. Он выругался на то, что его послали в такую глушь, и медленно вышел из комнаты.

Внизу было спокойно. Все посетители, что вчера кричали и пели баллады, уже давно ушли. Вся атмосфера гулянья и суеты канула в небытие. Сейчас главной здесь была тишина. Слышно было лишь костёр, щёлкающий дровами в печи на кухне и стонущий ветер, бивший по трактиру снаружи. Аттан пошёл к столу, за которым его вчера встретил хозяин трактира и сел на высокий деревянный табурет

‒ Что ты здесь забыл так рано?

Юноша обернулся. Сзади него стоял Тоур Флиггер, вытиравший кружку чёрной тряпкой.

‒ Который час? ‒ Гость потёр правый глаз и зевнул.

‒ Четыре утра. ‒ Невозмутимо ответил хозяин трактира.

‒ Мне не спится. Я здесь посижу, погреюсь.

‒ Делай что хочешь, только не заходи на кухню. Там спит Варя. Разбудишь ещё, а она только час назад легла.

‒ Ладно.

‒ Тебе что ‒ нибудь подать поесть, выпить? ‒ Встав за стол с другой стороны, спросил Тоур.

‒ Принеси чай и всё, ‒ опустив голову, сказал парень.

‒ Странный заказ, обычно заказывают зерновое пиво или самогон из тростника дракона. А ты ‒ чай. Хфф. Необычный ты посетитель.

‒ Какой есть, ‒улыбнулся Аттан.

‒ Ты откуда такой пришёл? ‒ Тоур взял деревянную кружку и начал тщательно её протирать.

‒ С юга, ‒ бросил юноша.

‒ Нечасто в таких краях встретишь южан, да ещё и зимой.

‒ Я сам не рад здесь оказаться.

‒ Да? А что тогда тебя сюда привело? ‒ Трактирщик смачно плюнул внутрь кружки и занёс туда тряпку.

‒ Работа. ‒ Неохотно ответил парень и поднял голову. ‒ Ты, расскажи мне лучше, здесь погода всегда такая дерьмовоя?

Флиггер рассмеялся.

‒А ты что хотел? Это север, суровый край, где зима длится шесть месяцев в году, а лето всего два. Но земля здесь, как ни странно, плодовитая. Растёт всё, что ни посадишь. Главное успевай до морозов. Не знаю с чем это связанно. Будто её изнутри кто ‒ то подогревает ‒ это одним богам лишь известно. Но живности здесь мало. Дичь не любит зимы и обитает южнее, как и зверьё поменьше. Тут встретишь лишь медведей ‒ великанов, что ищут пропитание в мелких деревнях, да дракоидов. Это такие твари, с длинными носами как у собак, но вместо шерсти у них твёрдый панцирь. Ходят на двух задних лапах, а на передних растут длинные как ножи когти, которыми они могут разорвать человека за несколько секунд. Под панцирем, как рассказывают охотники, скрыт большой слой пуха. Из этого самого пуха шьют отличные шубы. Но чтобы добыть этот пух, нужно для начала убить животину, а это сделать ох как непросто. Слишком твёрдый панцирь для копья и арбалета. Если встретится на пути, ‒ беги куда подальше, иначе разорвет так, что даже костей не останется. А что с домашними зверьми, так с этим туго. Многие не переживают суровый зимний климат. Помирают на третьем месяце и всё тут. Коровы, мулы, олени, буйволы, однорогие бьюли хорошо переносят зиму. Их и держим, а остальных нет. Да, из ‒ за войны треть скотины забирают для солдат. Поэтому смысла держать крупную живность я не вижу. Всё равно отберут. Сколько ещё продлится эта война, одному королю известно. Приезжие поговаривают, что она скоро закончится. Я надеюсь на это. Эти ублюдки ‒ ламийцы скоро все сдохнут. Иначе мы помрём. А мы главный поставщик зерна и угля. Если мы умрём, кто ‒ будет обрабатывать землю? Эти расфуфыренные горожане? Да они даже подтереться в туалете не могут самостоятельно! Тьфу…скоро всё закончится.

‒ Возможно, ‒ Аттан смотрел на бегущего по столу таракана.

‒ Это правда. Раньше было проще, королевству докучали лишь великаны. А, сейчас, где они? Правильно, все истреблены. И ламийцев ждёт та же участь. Чёрт бы их побрал.

‒ Можно задать тебе вопрос? ‒ Аттан поднял голову. ‒ У вас землетрясения, когда в последний раз были?

‒ А, ты, с какой целью интересуешься? ‒ Тоур поставил кружку на стол, придавив таракана. ‒ Не уж то, учёный из столицы пожаловал. Ха ‒ха.

‒ Я серьёзно спрашиваю. ‒ Не разделив шутку, сказал юноша.

‒ Ну…было на прошлой неделе. Я тогда рано проснулся, у меня огонь в печи потух, надо было дров наколоть. Тогда и трясонуло. У меня все банки с грибами попадали с полок. Никогда такого не было. Варя тогда испугалась сильно, сказала, что земля проваливается. Честно, мы все тогда перепугались как крысы, увидев кошку. Сельчане говорят, что это знамение, будто скоро дьявол на землю придёт. Вот же суеверные простолюдины! Я не верю во все эти божеские ЗНАМЕНИЯ!

‒ А зря, ‒ бросил Аттан.

‒ Д ладно, будто ты веришь во всех этих ангелов с демонами?

‒ Я так скажу. В этом мире человек не царь природы. Есть силы более могущественные, под величием которых мы ‒ люди лишь тараканы, раздавленные кружкой. И если они придут на землю, даже ваши дракоиды попрячутся, поджав хвосты.

‒ Чушь! ‒ Фыркнул Тоур.

‒ Твоя правда, ‒ ответил парень, снова опустив голову. ‒ Ну, так что насчёт чая?

‒ Сейчас принесу, ‒ прорычал трактирщик.

Колокольчик над дверью звякнул. Вошли двое крупных тел в старых шубах до колен, попутно занося холодный воздух со снежными комьями снаружи. Они уселись рядом с Аттаном с левой стороны. От них пахло рыбой и водочным перегаром.

Один из них, с зажмуренным левым глазом крикнул:

‒ Эй, Тоур, тащи сюда свой вшивый зад!

‒ А ну замолчали, ублюдки! Варю разбудите, идиоты! ‒ Из кухни вышел трактирщик с чашкой в руках.

‒ Приятного питья.

‒ Спасибо. ‒ Аттан взял чашку двумя руками и отпил горячего напитка.

‒ А это ещё что за хмырь? ‒ Подключился второй из посетителей ‒седой с одним торчащим зубом. ‒ Что за жлоб? Вы посмотрите на его волосы. Это же дама. Ха ‒ха ‒ха. Пошли со мной в сарай ‒ покувыркаемся.

Парень повернул голову.

‒ Пошли, если не боишься потерять причиндал раньше, чем спустишь свои обосанные брюки.

‒ Что сказал? Дерзить вздумала? ‒ Беззубый потянул свою руку к плечу Аттана и тут же заорал.

В ладони торчал закругленный в полумесяц нож с чёрным лезвием. Аттан вонзил его насквозь до самой рукояти.

‒ Не смей трогать меня своими погаными лапами, скотина. ‒ Прошипел парень, подносивший чашку к губам.

Беззубый орал стоя на коленях. Из ‒ под ножа текла кровь, заливая рукав шубы.

‒ Ах ты тварь! Я убью тебя, слышишь?! Убью! ‒ Его приятель, тот что без глаза, пытался помочь вытащить клинок. ‒ Убей его, Сердо! не трогай ты нож, мне больно! Убей его!

Сердо встал и достал из ‒ под шубы большой охотничий нож.

‒ Тебе конец, девица!

Аттан, допивая чай, не смотрел на угрожающего его убийством простолюдина.

‒ Не советую, иначе тебе я отрублю руку. ‒ Спокойным голосом сказал молодой человек.

Сердо замахнулся, целясь парню в шею. Сделав один маленький шаг, он резко остановился. Его руку держал Аттан, к горлу был приставлен клинок с тем же лезвием, что причинял боль его приятелю без зубов.

Ладонь сама отпустила ручку охотничьего ножа, и та звонко упала на пол. Сердо задрожал, его ноги подкосились в коленях. Перед ним стоял не человек, хищник со спокойным невозмутимым лицом. Ни одна мышца на его светлом лице не дернулась. Простолюдин не смог понять, как тот успел встать и схватить его руку. Более того, он до сих пор не понял, откуда в правой руке, что держала чашку, оказалось оружие. Всё произошло мгновенно, словно моргнул глаз. Сзади катался по полу и стонал беззубый, пытаясь вытащить чёрный клинок.

‒ Я предупреждал. ‒ Почти шёпотом сказал Аттан.

‒ П‒п‒простите, господин! ‒ Обомлев от ужаса, процедил одноглазый Сердо.

‒ Вам же сказал Тоур, здесь нельзя кричать. У него дочь спит на кухне. Она не спала до самого утра, ухаживая за таким сбродом. А вы приходите и начинаете устанавливать здесь вакханалию. Вам повезло, что живёте в такой дыре. В столице я бы с вас три шкуры спустил, за несоблюдение порядка тишины. Но самая большая ошибка ‒ это то, что вы решили оскорбить меня. А у меня плохое настроение сейчас, я могу вас убить так, что вы даже не успеете прокричать «Мама». ‒ Аттан сильнее сжал руку Сердо. ‒ Но я не хочу проблем. Это заведение Тоура и он сам решит, что с вами делать. Но если вы ещё раз решите, хотя бы косо посмотреть в мою сторону, я вам обещаю устроить девять кругов АДА!

Парень ещё сильнее сжал предплечье одноглазого и резко отпустил. Подошёл к катающемуся по полу беззубому и ловко вытащил клинок, попутно вытерев лезвие об его запачканную кровью шубу. Сердо подбежал к своему другу и поднял его с запыленного пола. Беззубый посмотрел из ‒ под лобья на юношу и сказал одноглазому:

‒ Пошли отсюда!

Они неуклюже, придерживая друг друга, зашагали к выходу. Открывая дверь, вышли, запустив новую порцию свежего воздуха севера.