Анархия Том Второй Повесть Божественных Орудий

Пролог

Прошло три месяца после битвы у Большого каньона, при которой Овер-Чардж покончил жизнь самоубийством, а Скай-Винг трусливо сбежал с поля боя в отчаянной попытке спасти свою задницу. Бой, итогом которого стал выход на свободу сотен сверхлюдей. Большая часть из них не попала в Редвуд не из-за того, что они сверхлюди, а из-за того, что они преступники. А разгуливающие на свободе убийцы, воры и педофилы — это причина для начала далеко не самых светлых времён, особенно учитывая то, что это преступники со сверхспособностями.

Ричарду было ещё очень непривычно, но попытки чувствовать себя как дома он предпринимал. Это было довольно сложно для него, особенно зная то, что парень, по сути, никогда и не имел места, где может чувствовать себя как дома. Детдом? Дом тётушки Марты и дядюшки Сэма? Или даже Редвуд? Ничто из этого не было связано с его душой. Но то, что близкий его сердцу человек рядом, грело душу. Да, Малкольм — тот самый человек. Та неловкость, с которой Малкольм заговорил со всеми ребятами, особенно с Денисом, узнав, что это Анархист, будто передалась всем в комнате. Неудивительно, ведь увлекающийся с детства комиксами парень познакомился с, без преувеличения, героями, что разрушают своим существованием саму грань реальности. А то, что его лучший друг, и даже без доли сомнения брат, является сверхчеловеком, что участвовал в битве с самым настоящим злодеем, это «просто отвал башки», по словам самого Малкольма. Друзей уже по сложившейся традиции поселили в одну комнату: для привычности, так сказать.

Ребекка всё-таки решила остаться, и нет, не из-за Александра, а из-за долгих уговоров ребят. Даже Джимми — тот, который редко признаёт, что знания кого-либо в чём-то обширнее, чем у него — нехотя, но принял факт, что Бекки лучше кого-либо справляется с задачами сферы взлома.

А Квантум... Он всё так же путешествует по миру, выполняя мелкие и не очень поручения, наслаждаясь культурой разных народов и тоскуя по дому, которого давно уже нет.

Крис без всяких уговоров остался.

— Да мне идти уже не к кому, тут хоть какая-то польза будет от старого пса. Я комнату с окном возьму, ту, что в конце коридора, подальше от Дениса. Я же вижу, как он кривиться при виде сигаретного дыма. Не дай Бог ещё вдохнёт его, и лёгкие, неженки, пострадают.

Ну, ещё он пепельницу пожелал себе, в понятных целях. Месяц спустя без доли сомнения можно было сказать, что Кей — обладатель самого модного гардероба: всё так же любимый им плащ песчаного цвета, под которым белая рубашка с красным свободным на шее галстуком, постоянно красовались на Изотоп-Кее.

А Мэри... Она скучает по кофейне, а излишки свободного времени ей совсем не по нраву. Немалых размеров библиотека была отфильтрована на предмет книг, что придутся ей по вкусу, и хоть немного, ведь большинство — научные работы, но девушка прочитала.

А Денис прошёлся почти по всем родным пострадавших во время его битвы со Скай-Вингом в Нью-Йорке. Он даже хотел организовать пункт социальной помощи, но, увы, анонимно это практически невозможно. Чересчур сильно парень пропустил через себя эти потери человеческих жизней.

Без преувеличения мозг команды Джимм за эти два месяца сумел познать самое светлое чувство на свете, ведь он, кажется, впервые в своей жизни по-настоящему влюбился. Любовь — это самое сильное чувство, что таится в самом укромном местечке: в центре человеческой души. Но в моменты полного отчаяния, когда душа полна тьмы, даже любви не под силу осветить путь.

Глава 1. Заявление Анархиста

Октябрь 2017. Джунгли Амазонки.

— Ну и почему я это должен делать? — недовольно проворчал Алекс, разрезая лезвиями, вышедшими из предплечья костюма, что так ему по нраву, длинные надоедающие лианы.

— Потому что Денис занят, а Кей с Ричардом в патруле: преступники со сверхспособностями, сбежавшие во время битвы в Редвуде, чересчур уж разбушевались, — ответила ему его спутница жизни Мэри, находящаяся в штабе Анархии.

— Ты ещё спасибо скажи, что мы с Джимом значительно увеличили радиус эффективной работы передатчика в твоём костюме, — саркастично добавила Бекки. — иначе был бы сейчас в полном одиночестве. Хотя нет, не в одиночестве, в компании всяких там змей и других кровожадных тварей.

— Пфф, не боюсь я всяких там тварей, — проговорил он с гордостью и самолюбием, параллельно разрезав довольно толстую лиану.

— Ну-ну, герой, — хмыкнула Мэри.

— А то! — прозвенело из уст парня. — Герой с большой буквы «С», Сплэш, обо мне в газетах пишут!

— Ты немножечко подзабыл об одном факте: в газетах пишут не только о тебе, а обо всей Анархии, благо это название вошло в массу, — с лёгкой улыбкой на лице молвила Анна.

— Нужно спасибо сказать Стиву, он впервые в своём отчёте после битвы у Большого каньона назвал команду Анархией. И такое словечко больно уж приглянулось телевизионщикам, — Алекс медленно, но верно продвигался вынуть джунглей.

— Люди вас любят, спору нет, но расхлёбывать всю эту кашу со сверхлюдьми с не самыми хорошими пожеланиями вам же и придётся, — тяжело вздохнув, проговорила светловолосая.

— Сколько уже поймали? — вдумчиво произнёс Пейстер.

— Не так много, как хотелось бы. Изотоп-Кей с Полярисом сейчас одним из них занимаются, — Джимм кинул мимолётный взгляд на местоположение дуэта, что было показано на экране слева от него.

— Смысла в этом мало, пока не будет поддержка от государства, — вздохнув, Мэри озвучила мысль, что крутилась у каждого в голове.

— Надеюсь, у него получится, — с воодушевлением произнёс управленец водой и поднял голову. Его глазам открылся вход в некую пещеру. — Видимо, это то, что мы искали, взгляните, — то, что лицезрел парень, с небольшой задержкой воспроизводилось и для ребят в штабе.

— Вход в один из разрушенных храмов, — открыв рот, с глазами полными восхищения, произнёс Джимми.

Тем временем в одном из пригородных районов Нью-Йорка.

— Что же вы, мистер, подались в грабители? — Кей обратился к мужчине, на лице которого привычная для вора чёрная маска. На самом же Кристиане столь удобная рубашка с красным галстуком, совсем не туго затянутым, и сверху любимый плащ песчаного цвета.

— Хочешь жить умей вертеться. Вам меня не понять, — мужчина с довольно отталкивающей внешностью дотронулся ладонью до кирпичного покрытия здания, сжал кулак и превратился в камень. По его мнению, удар каменным кулаком гораздо больнее.

— Абсорбер, — молвил Малкольм в наушник Ричарда.

— Неплохо, однако, — устало выдохнул Полярис. Он мог похвастаться новым костюмом. К счастью для него, основа его сварганенного на ходу костюма пришлась Джимму по нраву.

Первый слой на основе кевлара и прочих особо крепких синтетических волокон, а сверху стальная модульная броня в серых тонах, состоящая из более четырёхста стальных пластин, длиной примерно в пятнадцать сантиметров и где-то восемь в ширину. Стиль боя с использованием этих пластин Полярису всё ещё был непривычен, но с каждым днём он в нём прогрессирует. Немного угловатый, но тем не менее сделанный собственными руками шлем остался неизменным — хотя бы к этому не приложил свою руку стол любопытный юный учёный Джимм.

Грабитель направился в сторону далеко не равной битвы. Разбежавшись, он попытался въехать кулаком бетонной твёрдости в терракинетика. Но Кей с лёгкостью увернулся от столь медлительной таки. Не успел бандит понять, что удар прошёл мимо, как его правая нога стала недвижимой, ведь была остановлена оковами из камня. Абсорбер лишь успел кинуть взгляд на свою стопу, как тут же в правом верхнем углу его обзора промелькнул кулак Кристиана, что молниеносно влетел в скулу. Изотоп-Кей уже подумал, что отправил вора в царство Морфея, но тот лишь сплюнул и с гневом посмотрел на обидчика, а его принявшая удар щека начала крошиться, рассыпаясь кусочками красного камня. Преступник, пользуясь негодованием героя, прописал ему мощный апперкот — сильный удар, что лишил Кея равновесия, чем и воспользовался нарушитель порядка. Он решил не тратить время на разрушение каменных оков, покрывших его правую ногу, и быстрым рывком лишился обуви. На долю секунды наступив на асфальт, изменив структуру и состав своей нижней конечности, направил ногу в голову Изотоп-Кея. Удар был неизбежен, а Крис успел лишь прикрыть лицо рукой, тыльной стороной предплечья. Атака была чудовищно сильна, она отшвырнула героя в сторону.

Полярис хоть и не ожидал столь яростного отпора со стороны преступника, но тут же спохватился и отправил в сторону бандита около тридцати металлических частей своего костюма — тех, что по бокам каждого из его бёдер. Сила броска была велика и так, но по пути юноша с помощью магнитных сил разогнал детали ещё больше. Мастер магнетизма был точен — как-никак, его учитель сам Кристиан Дюран — и пластины из стали влетели в края одежды подозреваемого в ограблении, прибив оного к стене. Тот хотел вырваться, но за панелями последовали более широкие пластины, изначальное расположение которых было в районе торса парня, и влетев поперёк конечностей бандита, они обездвижили его.

— Дело в шляпе, — тут-же заявил Полярис. «Мне бы подошла шляпа тёмно-фиолетового оттенка», — промелькнуло в его мыслях.

— Молодец, пацан, — проговорил Крис, отряхивая с себя частички пыли, что осели на плаще. — Ну что, карманник ты банковского уровня, — Кей подошёл к преступнику и провёл правой рукой по его лысой голове. — Чего не адаптируешься? Ах, да, это же мета материальная сталь, тебе её структуру не повторить, — Крис достал закреплённый на поясе блокиратор. — Пора вновь становиться мудаком из кожи и мяса, — и закрепил его на шее преступника.

— Хорошо, что полиция изъяла из Редвуда блокираторы, — с довольным видом подметил Полярис.

— Хоть какой-то толк был в той убогой организации, — небрежно плюнул светловолосый, показывая этим всё своё отвращение от места его столь долгого содержания.

Дожидаясь отряда полиции, Кей продолжал стряхивать с себя остатки пыли. Хоть он и не самый опрятный человек, что можно заметить по его щеке, нередко покрытой щетиной и по небрежно уложенным волосам. Но он максимально заботливо относился к своему плащу песчаного цвета. От столь важного процесса его отвлёк приезд полицейской машины, из которой, конечно же, не в одиночестве вышел офицер Стив Джонс.

— Пресловутая Анархия опять нас опередила! — Стив совсем не скрывал свою улыбку.

— Конечно, ведь этот орешек вам не по зубам, — Кей указал пальцем на задержанного.

— Абсорбер, — начал разъяснять Ричард, прислушиваясь к голосу в наушнике, обладателем коего являлся Малкольм Гриденберг. — Прикасаясь к почти любому веществу, он меняет структуру своего тела на схожую. Но, благо, есть эти блокираторы.

— Да, всё оборудование из Редвуда пригодилось. Жаль только, законно обустроить тюрьму ну или хотя бы подсекцию для удерживания сверхлюдей пока что невозможно, — седовласый мужчина явно помрачнел.

— Что-то мне подсказывает, что в скором времени это изменится, — на лице Кристиана можно было заметить хитрую улыбку, скрытую за внимательным взглядом, устремлённым на внушительных размеров билборд с изображением Анархиста и огромной надписью снизу: «Проблема сверхлюдей. Заявление Анархиста, 22.10.2017».

Два часа спустя. Главное отделение полиции Нью-Йорка.

Буквально сотни и тысячи людей столпились в ожидании героя и по совместительству лидера Анархии. Несколько из них даже нарисовали постеры с фразами по типу: «Спасибо за освобождение Редвуда», «Спасибо за то, что избавили нас от Овер-Чарджа», «Анархия наведёт порядок» и прочие. Некоторые особо одарённые сделали коллажи из фотографий, что гуляют по сети, со спасением Анархистом людей из пожара, предотвращением съезда поезда с рельс Полярисом, ликвидирование пробоины в дамбе Сплэшем и Изотоп-Кеем. Один умелец даже нарисовал чёрные силуэты на белом фоне, схожие на четвёрку героев. Обожание публики — это столь сладкая плата за спасение тысячей жизней.

— А он разве не опаздывает? — обратился глава полиции к офицеру Стиву Джонсу.

— Пока ещё нет, мистер Бёрн, — с ноткой вины в голосе тихо проговорил Стив.

— Такие фанфары для нескольких его слов. Не мог их в каком-нибудь интернет-блоге написать. Нет, нужно с пафосом, — Джеймс был слегка раздражён.

— Нам обоим известно, что без причины он бы не пожелал такого. Он парень простой, — офицер отчаянно попытался прикрыть товарища.

— Анархист чересчур уж сильно переоценивает моё терпение, — смуглое лицо главы оскалилось. — Если через десять минут он не придёт, я сам буду говорить. Но недолго, сразу распущу толпу, — Джеймс был краток.

Не успел он договорить, как тут же на чудовищной скорости влетел в свободную зону перед трибуной никто иной, как сам мастер вибрации, виртуоз огненной стихии, один из создателей порядка в этом полном хаоса мире — Анархист. Герой приземлился на одно колено, расставив руки по сторонам, чтобы притормозить. Как только он явился миру, рёв толпы заполнил половину большого яблока. «Анархист!», «Герой!», «Я хочу от тебя детей!» — доносились из толпы крики.

— Привет, Нью-Йорк! — выкрикнул пирокинетик, подняв руки вверх. — Я чертовски рад тому, что так много людей собралось тут, у главного полицейского департамента города, чтобы выслушать парочку слов, донельзя важных слов. Вы, наверное, задумывались над тем, почему же я не разместил эти слова на страничке во всемирной паутине, а выбрал напрямую говорить с вами — теми, ради кого Анархия и существует? Потому что нам нечего скрывать, в отличие от сотен, а может и тысяч обладателей удобного кресла под кондиционером. Наш голос будет пробиваться эхом сквозь бетонные глыбы Нью-Йорка, и вы, мирный народ, будете этим эхом. Но сначала я хочу сказать пару слов, что не менее и даже более важные, чем всё произнесённое до этого. Простите и спасибо. Простите за то, что я, собственной персоной, позволил произойти разрушениям во время моей битвы со Скай-Вингом в этом прекрасном городе. Тысяча восемьсот девяносто пять людей пострадали. Я лично был у каждого пострадавшего или же у родных тех, кого нет больше с нами. Люди, что понесли потери, не виноваты в случившемся и они не забыты. Моральная и, что не менее важно, материальная помощь была оказана. Я не буду говорить о бездействии штата, нет. Я просто хочу попросить прощения за то, что допустил подобное. А ещё я хочу сказать спасибо: спасибо за то, что вы, все вы не безразличны к подобным вещам. Главная причина, почему я сейчас перед вами, в том, что я хочу обратиться к властям. И в первую очередь к президенту Соединённых Штатов. Мистер Джош Брукс, я, Анархист, лидер Анархии, требую личной аудиенции, чтобы обсудить с вами проблему сверхлюдей и сложившуюся ситуацию с организацией. Овер-Чардж не единственный из этой пропитанной злобой во всех сетях всех структур организаций. И поверьте мне, мистер президент, бездействие ничего не принесёт, лишь страдания людей и сверхлюдей — всех. Подумайте, мистер Брукс. Я подожду, но они нет. Вы же не хотите остаться в истории президентом, что бездействовал? Не нужно делать Америку вновь великой, сделайте Америку вновь безопасной, — на одном дыхании поговорил Анархист с привычной для себя эмоциональностью. — Спасибо, Нью-Йорк! берегите себя и наслаждайтесь тихими осенними вечерами.

Глава полиции Бёрн не успел сказать и слова. Лишь проводил глазами героя. А на лице офицера Джонса была еле заметная улыбка. Анархист взмыл вверх, оставив за собой только лёгкую дымку от реактивных струй, что брали своё начало в руках и ногах. Как только парень скрылся, огромная толпа жителей города на восточном побережье расплылась в криках. Сотни вопросов даже не были заданы. Полнейшее изумление, четвёрка героев уж слишком сильно въелась в душу простого люда.

***

— Мистер президент, — мужчина в костюме вошёл в кабинет.

— Да, я видел, — остановил глава государства подчинённого.

— И что будете делать? — довольно осторожно спросил подчинённый, в ответ получив еле заметный хриплый вздох.

***

Не успел Анархист скрыться с глаз обезумевшей от уделённого внимания со стороны героя толпы, как тут же он получил новость от дружелюбного искусственного интеллекта с многозначительным названием Соурс.

— Сэр, пятнадцать минут назад произошёл угон фургона Пейстер-Тех, в котором, вполне вероятно, экспериментальные модели разного рода оружия.

— Расположи его нахождение в этот момент на карте, руководствуясь записями в реальном времени с камер наружного наблюдения, — его голос источал уверенность, словно раскалённая сталь — жар в руках умелого кузнеца.

— Уже, сэр, — в тоне сборища компьютерных кодов прозвучали нотки гордости и самолюбия. Результат улучшение системы самообучения, тяжёлый ночной труд Бекки, отчаянные попытки отвлечься от столь долгой разлуки с Александром.

— Что бы я без тебя делал, дорогой Соурс, — словно обращаясь к брату, выразился Клинт.

— Учились бы на троечку в одном из ВУЗов Москвы.

— Ты преувеличиваешь... — слова явно задели ранимое сердечко парня.

— Вы правы, на три с минусом, — было бы у искусственного интеллекта самомнение, он бы на все сто процентов гордился бы собой.

— Выключить бы тебе опцию чрезмерно колких подколов, они болезненнее, чем порезы от кинжалов Скай-Винга. Кстати о нем: он более никак не проявлял себя?

— Этот летательный аппарат низких высот включил камуфляж и скрылся с радаров, — эта метафора стала причиной лёгкой улыбки, что скрывалась за, как всегда белоснежной маской.

— Ладно, проблема не сегодняшнего дня, — на его милом личике виднелась заметная усталость — следствие столь короткого и редкого сна.

Денис призадумался, однако стечение обстоятельств не дало ему с головой окунуться в омут собственных мыслей. Ведь за одним из очень высоких зданий происходила погоня. Будь скорость героя медленнее, прохожие смогли бы заметить пролетающего Мастера Вибрации. Однако довольствовались лишь дымкой позади пролетевшего на чудовищной скорости героя.

— Сэр, боюсь, резкая остановка приведёт к не самым хорошим последствиям. Кроме запасов оружия, судя по спектральному анализу, там есть и некоторые запасы урания. Эффект может быть катастрофическим.

— Понял: влететь и вычистить всё до пепла нельзя. Передай мой голос на все полицейские станции, — Соурс тут же это и сделал. — Уважаемые стражи порядка, с вами на связи Анархист. Прошу уменьшить число машин, что преследует фургон, и по возможности перекрыть все перекрёстки до бухты, — со специфическим шумом из рации последовал одобрительный ответ.

Приметив то, что патрульные машины начали съезжать у каждого из перекрёстков, герой ускорился и, профазировав сквозь заднюю дверь грузовика, влетел в самую важную его часть, где находился столь ценный груз.

— Доступ запрещён, — молвил синтезированный женский голос.

— Какой же ты болван! Нужно было слушать, когда тебе говорили пароль, нужно хотя бы записывать, придурок! — рявкнул один из мужчин в чёрной маске, попутно прописав своему сообщнику хороший подзатыльник.

— А кто это вам пароли от спецотсеков грузовиков Пейстер-Тех говорит? — Анархист удобно расположился у одной из стен грузовика, издевательски махая ручкой.

— А тебе-то какое дело?! — выкрикнул один из угонщиков, уставив ствол на героя.

— Да так, просто интересно... — Мастер Огненной Стихии легонько приподнял руки и, сделав шаг, ударом с правой вырубил сообщника наглеца с пистолетом.

— Не суй нос не в своё дело, Анархист, — бандит уже собирался выстрелить, но герой сделал шаг, и его маска прошла сквозь дуло пистолета. А рукой, что не фазировала, он выбил оружие из рук противника. Фазирование отдельными частями своего тела — умение, обретённое и натренированное за последние месяцы — пришлось весьма кстати.

Другой из бандитов уже замахнулся, но кулак пролетел сквозь героя, а удобно расположившаяся нога Анархиста стала препятствием и причиной падения обладателя чёрной вязанной маски с дырками для глаз и рта. Герой схватил бывшего хозяина огнестрельного оружия за горло и прибил его к стене. Перчатка из адаптивного материала, из которого был сделан весь костюм, нагрелась докрасна, и пальцы героя остановились в считанных сантиметрах от маски преступника, что начала плавиться из-за жара, исходящего от руки Мастера Вибрации.

— Кто дал вам пароли? Кто помог вам угнать грузовик?

— Пошёл ты, — рявкнул в ответ верзила. Это заставило Анархиста стянуть с того повязку и выкинуть её прочь. Чтобы раскалённая до нельзя рука героя сильнее устрашала угонщика. Испепеляющий жар, зажигающий растительность на лице и заставляющий кровь вскипать.

— Кто вас отправил? — прорычал Анархист.

— Джейми, Джейми Браунвэлл, — испуганно прокричал бандит. В его глазах плескалась ладонь, раскалённая, словно лава.

— Не бойся, твоя поганая морда, к сожалению, останется целой, — после этих слов последовал сильный удар левой, что отправил правонарушителя в отключку. Бессознательное тело осталось в одном из дальних углов грузовика, а Анархист отправился к водителю. Провибрировал сквозь довольно толстую бронированную стену и оказался на пассажирском сидении.

— Мистер угонщик, как поживаете? — дурашливо вырвалось из уст Анархиста.

— Чего?! — бандит опешил от этого и попытался правой рукой ударить провокатора. Однако она прошла сквозь голову, влетев в кресло.

— Как вы по десятибалльной шкале оцените Нью-Йоркские дороги? — провёл он руками, указывая на проносящийся за окнами город. — А как вам этот прекрасный бронированный грузовичок? — герой похлопал рукой по передней панели автомобиля.

— Да что ты, чёрт возьми, несёшь? — извергнул угонщик, брызжа слюной.

— Да так, зубы заговариваю, — рассмеявшись, молвил Клинт.

— Что?! — без желания водителя, грузовик резко затормозил, оставляя за собой чёрный след от шин вместе с едкой дымкой горящей резины. Водитель влетел лицом в руль и потерял сознание от жёсткого удара. Анархист же по инерции пролетел сквозь переднюю часть грузовика с помощью фазирования и, на лету развернувшись, приземлился на полусогнутые ноги и левую руку, устремив свой взгляд в сторону остановившегося грузовика, от которого в сторону героя надвигалось облако пыли, поднятое этой бронемашиной, а сквозь него виднелись лишь кроваво красные глаза на белоснежной маске.

Тем временем в джунглях Амазонки.

Алекс с некой опаской зашёл в пещеру, хоть он и в чуде инженерии в исполнении Джима Миллер. Ноги шагали осторожно. Кто знает, какие опасности в себе таит пещера, в которую не ступала нога человека тысячи, а может и миллионы лет.

«По правде говоря, я довольно сильно соскучился по этому костюму, в Редвуде мне его очень не хватало», — мимолётно промелькнуло среди бури его мыслей, меж которых прослеживались волнение и страх.

С каждым шагом становилось всё темнее. Лишь где-то вдали виднелся свет. Или же это была всего иллюзия, созданная надеждой Алекса. С самого детства мрак не был ему по нраву: чем глубже во мрак, тем тяжелее ноги.

— Ребят… — он ожидал ответ от команды. — Ребят, — отчаянно повторил Пейстер.

— Связь недоступна, сэр, — ответил Соурс на просьбу Алекса, пронизанную нотками жалости.

— Теперь я один…

Глава 2. Полуночные катаны

Мрак застилал обзор Сплэша. Неспешный путь в глубь пещеры, что с каждым шагом наполняла сердце горе-героя тяжестью. Одиночество. Не совсем. Компанию ему составил один из самых добрых товарищей, что видело человечество. Гениальное произведение, Мона Лиза от мира технологий — Соурс. Не в полном своём обличии, а в более урезанной, автономной версии. Ведь связь с внешним миром недоступна.

— Сэр, ваш пульс значительно увеличился, — неизвестно, формальный это отчёт или попытка подколоть сверхчеловека — тайная, скрытая в рое нулей и единиц.

— Чушь! Я просто сконцентрирован, чтобы уловить мельчайшие движения в этой кромешной тьме. Ну и немного боюсь. Но лишь самую малость, — лёгкая раздражённость сменилась под конец нотками тревоги в голосе Алекса. — Кстати, разве в костюм не встроено ночное видение?

— Встроено, — кратко ответил искусственный интеллект. — Но увы, эта система зависит от сети. Ведь вычислительная мощь костюма, по большей части, находятся в штабе.

— Замечательно! Такое чувство, что эта тьма впиваются мне в кожу, проходя сквозь костюм.

— Это невозможно, сэр.

— Это всего лишь метафора, Соурс, — Алекс картинно закатил глаза.

— Простите, мне ещё не до конца понятны все тонкости человеческой речи.

— Брось! Ты один из самых понимающих, кхм… — парень замешкался. — Разумов, что я знаю.

— Можно это расценивать как отзыв и поместить его на сайт.

— Какой сайт? — Пейстер заметно удивился.

— Tiinder.

— Чего?

— Это шутка, сэр. Видимо, я не единственный тут, кто не улавливает все тонкости речи. Но чтобы утешить вас, я могу включить фонарь в скрытом проёме у вас на лбу.

— Да ты издеваешься! Ты вспомнил про это только сейчас?! — маска злости поселилась на лице парня, на котором красовалась аккуратная борода чёрного цвета.

После этого продвижение внутрь пещеры стало явно быстрее. Хоть какое-то наличие света придавало герою уверенность. Но этот же свет стал причиной появления из мрака хранителей храма, что рождались из тьмы и окружали героя со всех сторон. Похожие на самураев создания в чёрных робах и с чёрно-серебристыми масками на лицах.

— Что это такое, Соурс? — проговорил Сплэш, готовясь к бою.

— Узкая спектрография не распознала это как известную субстанцию, — речь шла о самих стражах и о чёрной дымке окружающей их.

— Ну тогда отправлю их обратно в бездну! — выкрикнул Сплэш, расставив по сторонам клинки, что вышли из предплечья, а глаза на его маске засияли синим.

Размах клинками опёрся в катану одного из хранителей, попытка продавить её не принесла успеха и лишь стала причиной искр, что на мгновенье осветили пещеру.

— Кто вы такие? — яростно выкрикнул герой. В ответ лишь тишина и сильный удар ногой в спину, от чего Алекс на долю мгновения потерял равновесие, но тут же попытался ответить взмахом клинка, продолжением своей руки. Однако он прошёл сквозь тело тёмного самурая, будто бы оно соткано из мрака. Сплэш парировал надвигающийся удар, скрестив клинки и остановив катану в считанных сантиметрах от своей головы.

Другой из стражей крепким ударом по ноге заставил аквакинетика упасть на колени.

— С момента падения Царства за миллионы лет никто ещё не проникал в Полуночный храм, — будто из преисподней был голос обладателя катаны, что остановилась у лица Алекса.

— Тогда я стану первым, — самодовольно хмыкнул Сплэш и взмахом руки потоком воды снёс маску с лица хранителя. Резко поднявшись, покрыл всех тёмных самураев ледяными иглами. Но те лишь прошли сквозь. В попытке узреть лицо, что скрывала маска, парень увидел лишь переливающуюся тьму, мрак, похожий на вязкую субстанцию.

— Да что вы, чёрт возьми, такое?! — опешил Пейстер и начал своё шествие на хранителей, протыкая каждого своими клинками. Но те проходили сквозь них, что изрядно выводило героя из себя. — Что вы такое?

— Мы стражи, призванные истинным принцем. И служба наша вечна, — слова, после которых последовал взмах катаной, остановленный стальными клинками Сплэша.

— Катаны и маски, лишь их я могу коснуться... — светлая идея родила план. Алекс практически мгновенно окутал себя водяной сферой, значительно снизив свои запасы. А из сферы сразу же появились водяные щупальца, что выхватили из рук стражей их оружие. Взмах — и оно перед героем. Парень направил серебряные катаны в стража, чья маска отличалась золотистым оттенком от остальных, серебристых. Клинки один за одним вонзались в грудь золотого самурая, и с каждым из них исчезал один страж, растворяясь в воздухе. Раскол, что расширялся, отдавал тёмно- фиолетовым оттенком. Когда последний из клинков вонзился в грудь, главного из стражей разорвало изнутри всплеском тёмной энергии.

Взрыв ослепил героя, и когда он открыл глаза, он увидел, как перед ним словно рассеялись сгустки мрака и осыпались на пол катаны.

Враг был повержен, однако цель ещё не была достигнута. Даже несмотря на нежелание самого героя, он должен был идти вперёд, ведь где-то там, в глубинах пещеры, одно из Божественных орудий.

Шаги его были осторожны, вопреки кипящей в венах крови, что бурлила после только-только оконченной битвы. Чем глубже в пещеру, тем сильнее становились проблески света, что изначально были восприняты Алексом как фокусы разума, воплощение собственного желания. По правде говоря, мрак ему не по душе, что иронично, зная, в какое время суток проходили лучшие моменты его бурной молодости. Сырость сочилась сквозь костюм всё больше с каждым шагом навстречу будто бы к тому самому сказочному свету в конце тоннеля. Страх или даже неприязнь Пейстера к вездесущему мраку сменилась воодушевлением, приятная темнота в когда-то каменном сердце парня, словно духи самих Богов, наводила его грудь, небезгрешную его душу. Непонятное чувство, похожее по ощущениям на долгую глубокую медитацию, транс, из которого его вывел холодный голос Соурса.

— Сэр, впереди магнитное поле безумной плотности. Боюсь, костюм этого не выдержит.

— А я? — спросил Алекс, будто пропавший в виденьях, внушаемых тем самым божественным светом.

— Для вас, как для сверхчеловека, это безвредно.

— Прекрасно, дальше я сам, — движением зрачка он указал на лицевом интерфейсе на иконку, и передняя часть его костюма начала собираться. Выверенный до атомов механизм, что освобождал героя от костюма, собирался на задней его части. Джимми Миллер безусловно гений, по большей части трудоголик, но всё равно гений. Сплэш сделал шаг, и лишь часть костюма, что покрывала его тело сзади, осталась недвижима.

— Соурс, не скучай, я быстро, — Алекс провёл рукой по мерцающему божественным светом костюму. А потом повернулся к нему, но даже не поморщился: карие глаза оставались открытыми. Приятное белое свечение покрывало немного смуглые щёки, ухоженную бороду, ставшую уже привычной для парня за последние полгода, божественным светом, что будто снизошёл с небес. Прошёл он сквозь эти стены света, и его взору открылись руины древнего храма, покрытые пылью, словно брошенные миллионы лет назад пристанища священнослужителей: круговой формы стены, на которых под слоями красноватой пыли скрывались фрески. Однако один из Анархии тут не для того, чтобы разглядывать древнюю живопись, а ради того, что находится в центре храма. Полуночные катаны, рукояти которых выглядывали из камня. «Я, кажется, такое уже видел» — мелькнуло в его голове. Видимо, вспомнил повесть о пресловутом экскалибуре.

Он осторожно подошёл к холодному оружию и попытался его вытащить, однако тщетно. И тогда Алекс заметил рунические надписи на рукоятях.

«Лишь тот, что способен рассеять мрак величайших глубин мирового океана, — на одном клинке, — сможет обладать силой полуночных катан», — на втором.

И тогда будто бы стеклянный потолок рухнул, и толща воды, что скрывалась над ним, устремилась вниз. Доли секунды — и храм затопило. Вода олицетворяла кромешную тьму, через которую свету не пройти. Однако Сплэш сориентировался и, не поддаваясь панике, сжав эту толщу воды, отправил её обратно в потолок. Создав под собой ледяную платформу, он рванул вверх и, коснувшись толщи воды, начал превращать её ближний слой в лёд. Жидкая ловушка вернулась на своё место, и, когда корочки льда коснулись стен храма, Сплэш рухнул вниз, приземлившись на одно колено. Через капли воды на волосах проходил свет, а сияющие синим глаза устремились в сторону катан. Он подошёл и схватил их обеими руками, без доли сомнения вытащил их и с торжеством поднял вверх. И сразу же воткнув их в землю покрыл весь храм мраком, сквозь которой виднелись лишь сияющие синие глаза Алекса. Сплэш — новый обладатель полуночных катан.

Тем временем в штабе.

Денис уже вернулся из города. Он хоть и не был уверен, стоило ли делать такие громкие заявления, но, по его мнению, это правильно: чем скорее контакт между правительством и сверхлюдьми будет налажен, тем меньше будет возможностей у организации.

Юноша вернулся некоторое время назад, костюм был в кольце на пальце, а сам Денис в душе. По крепкому телу лилась горячая вода, её пар поднимался вверх сквозь не очень короткие волосы. Глаза закрыты, а по венам течёт горячая кровь. Горячая, ведь ещё недавно он нёсся на полной скорости меж облаков. Парень получал удовольствие от воды, что текла по его окрепшему за последние полгода торсу. Широкая спина, плечи, на одном из которых шрам, оставленный во время битвы со Скай-Вингом. Денис опёрся руками и лбом о стену, пока горячая вода смывала с него всю тягость непростой жизни, и думал. Думал о том, получится ли его задумка, и согласится ли президент на разговор вообще. Думал, всё ли идёт по плану у Алекса, а ещё о том, как скоро Кристиан с Ричардом вернутся на базу. Его переполняли мысли о случившемся между ним и Квантумом, о словах, о которых жалеет, о словах, что не должны были быть сказаны. Со стороны могло показаться, что круговорот мыслей в светлой голове никогда не останавливался, даже на те парочку часов, когда парень спит. Когда-то его чувство долга сведёт его в могилу. По крайней мере, так считал Кей.

Капли воды стекали по длинным волосам вниз, падая на пол душевой кабинки, создавая тихие, но улавливаемые Анархистом мельчайшие, словно дыхание самой ткани реальности, колебания. Колебания, что стояли у истоков Вселенной. Колебания, что качают кровь его сердца, колебания, что рождают огонь у его кулаков.

Парень погрузился в глубины собственного разума, однако неожиданно открылась дверь.

— Не бойся, это я, — донёсся милый голосок Анны. — Ты как всегда не закрываешь за собой дверь.

— Привычка не из лучших, знаю, — оправдывался Денис.

— В который уже раз я слышу эти слова, — девушка сняла с себя лёгкую бежевую блузку. — У Дениса Клинта есть ответ на любой вопрос, — за блузкой последовала тоненькая маечка. Сняв её, Анна оголила свою небольшую грудь.

— По-другому никак, — Денис всё так же сидел под водой, оперившись о стену, покрытую светло-зелёной плиткой.

— Я даже через стенку кабинки чувствую напряжение в твоих мышцах, — маечка упала на коврик, а руки девушки направились к коротеньким шортикам голубого цвета. — Очередные сотни, а может и тысячи километров пролетел.

— Я ещё грузовик угнанный остановил, с экспериментальным оружием.

— Да ты у меня герой, — шорты соскользнули по ногам девушки вниз и очутились недалеко от блузки. — Да ты у меня самый настоящий герой. Думаю, все дамы Нью-Йорка захотели бы провести с великим Анархистом ночь... — её пальцы проскользили по талии и остановились у трусиков. — Но к сожалению для них, — трусики оказалась у колен, а потом и вовсе на коврике у края кабинки. — У него уже есть избранница сердца, — девушка решительно открыла дверцу кабинки и сделала шаг внутрь. Денис это заметил, но Анна сразу его успокоила:

— Не бойся, не укушу, — она поставила и вторую хрупкую ножку и ловким движением закрыла душевую. — Ты такой напряжённый, — Анна положила руки Денису на плечи. Рядом с левой кистью оказался шрам от клинка Скай-Винга. — Тебя тогда сильно потрепало. И тут, — она провела по плечу.— И тут, — рука скользнула вниз по груди и остановилась у места, где пуля влетела в плечо. — И тут тоже... — её руки остановились у живота парня, там, куда влетело несколько пуль. — Бедненький ты мой, — она начала ласкать руками место, что стало напоминанием о ноше, которую Денис на себя возложил.

Горячие потоки воды стекали по светлым волосам, щёки девушки покрывались приятным румянцем — из-за горячей воды или же нет? — по шее, что немного покраснела, по груди, что тут же коснулась горячей спины Дениса. Он мгновенно это почувствовал.

— Тебе нужно расслабиться, родной, — Анна провела руками вверх по массивной мужской груди. Она чувствовала каждую мышцу, три небольших следа, оставленных взмахом острых крыльев Скай-Винга в пылу битвы. Девушка приблизилась к избраннику своего сердца и приобняла его сзади, уткнулась в спину щекой, а её небольшая грудь упиралась где-то чуть выше столь приятной глазу девушки попки. Анна медленно водила ладонями по груди и животу Дениса, будто вновь изучая в малейших подробностях. — Тебе нужно расслабиться, любимый, и я тебе помогу…

Некоторое время спустя в штабе.

— Почему ты настолько ленив, что даже пешком не ходишь? — обратился Кей к левитирующему Полярису, попутно шагая вдоль коридора. — Скоро вообще мышцы у тебя атрофируются, завянут, как уши спаниеля, — как и всегда между зубов Кея была привычная сигарета.

— Вот не тебе говорить мне про здоровье, в день ни одну и даже не две пачки сигарет куришь. Это не мои мышцы завянут, а твои лёгкие, — съязвил Полярис, с громким стуком приземлившись на пол.

— Какой дерзкий щенок! — Кристиан расстегнул рубашку. — Видишь это тело? Чистейшее мышцы! Это я ещё не молод, а когда я был твоего возраста, об мой пресс спецназовцы ножи ломали.

— А пистолет, касаясь твоего виска, плавился, ты ведь та-ак, — Ричи картинно растянул эту гласную. — Горяч, — и тут же расплылся в хохоте.

— А ты откуда знаешь, разве я рассказывал? — совсем небольшое удивление поселилось на лицо мужчины, скрываясь под столь привычной ему не очень короткой и не очень длинной щетиной.

— Да, бормотал во сне, когда в Редвуде сидели, — самодовольная улыбка озарила немного бледное юное лицо. — Ты много по ночам тараторил. Слава Богу, меня больше не ждёт участь спать в одной комнате с тобой, — одновременно с этими словами лёгкими движениями рук стальные пластины костюма взмыли вверх и вмиг очутились собранными на манекене, что у стены напротив рабочих столов в штабе, рядом с которым стояло ещё трое остальных участников Анархии. На юноше остался лишь чёрный внутренний слой.

— Ладно, парень, в словесных баталиях ты хорош, посмотрим, на что ты способен в зале. Быстренько в душ, и жду тебя в прекрасном расположении духа. Я вместе со своими стальными, бравыми и тяжёлыми ребятами всю дурь из тебя выбью.

— Но… — Эйзенхарт малость опешил. — Мы же только из патруля.

— Ну и что? Или ты думаешь, что такое лёгкое время с одним мерзавцем в денёк-два будут всегда? — Крис приблизился к ученику и товарищу и взглянул ему прямо в глаза. — Ты всё ещё сопляк, и не быть тебе сутки без остановки в бою, настолько долгом, что дым пороха въедается в глаза, — Крис выдохнул сигаретный дым прямо в лицо Ричарда. — Так что пошевеливай своими французскими булками. Или останешься без баварской сосиски, — довольный Кей развернулся и направился вглубь штаба, попутно кинув дымящийся окурок в урну.

***

Дымящийся окурок в мусорном ведре, что на одной из улиц Лондона, окурок, который только что обильно дымился, но чуть позже был выкинут Александром. На экране не самого дорогого смартфона высветилось сообщение.

Бекки: Хей, малыш Лекси, не хочешь пообщаться?

Александр: Мне сейчас не до этого.

Бекки: А чем же ты таким важным занимаешься, раз не можешь и минутку уделить своему лучшему другу? Хотя бы написать, а уж тем более проведать.

Александр легко ухмыльнулся. Он словил очередное дежавю, ведь за эти месяцы подобные слова слышал не один раз.

Александр: Ты сама знаешь, из-за чего я не могу с тобой увидеться.

Бекки: А с каких пор то, что случилось между тобой и Денисом, влияет и на тебя со мной?

Александр: Ты и вправду хочешь в который уже раз говорить об этом? Таково было его решение. Ноги моей больше в штабе не будет, даже несмотря на то, что я помогаю вам. Я помогаю Анархии, но не самому Денису.

Пользователь Александр Квантум был в сети только что…

Потёртый смартфон вернулся в карман не самых модных джинс тёмного оттенка. А сам Александр вошёл в помещение, у двери которого остановился. Из-за лёгкого сквозняка, причиной которого стала открытая дверь, кожаная куртка цвета тёмного янтаря немного колыхалась, заставив Квантума ощутить лёгкую прохладу. Тусклый свет, в лучах которого виднелись клубы дыма сигар, приятно дополнял атмосферу бара. Место, куда простые работяги и не только приходят, чтобы отдохнуть пятничным вечером или даже пропить, или проиграть до субботнего утра.

— Бармен, сто виски, три кубика льда. Хотя нет, четыре, тут чересчур уж жарковато, — Саша приятно улыбнулся, его акцент хоть и был заметен, но самую малость.

И пока бармен отошёл, чтобы налить элитный напиток, Квантум начал всматриваться в лица людей, что удобно разлеглись в зале для особых гостей. «А вот и он. Именно его чёрные глазки мне и нужны», — мелькнуло в мыслях. Квантум положил купюру с бессмертной королевой на барную стойку, выпил желаемое им виски и направился в сторону VIP-зоны. «Ну здравствуй, блудный сын Тони Бианчи».

Тем временем в штабе.

Бекки, явно огорчившись из-за разговора, что не заладился, стояла на кухне, ожидая, когда закипит вода, чтобы сделать себе крепчайший кофе. Ведь этой ночью она явно не будет спать — её собственные мысли сведут её с ума. А так хоть чем-то полезным займётся: Соурс сам себя лучше не сделает, а кучу костылей, что поставил Джимм, дописывая код, кому-то убирать нужно. Кстати о Джимме. В это же время он направлялся кухню, попутно болтая с кем-то через гарнитуру.

— Да, помню того новенького… Уволили? Он что, опять перепутал сорта кофе? Ну хоть не пролил снова на кого-нибудь... Что? И это тоже?! Бедный парень, у него ловкость прям как у меня. Да брось! У меня грация картошки. Переваренной, очень переваренной картошки, — парень даже не заметил, что кто-то в комнате был.

— Привет. С кем болтаешь? — резко произнесённые слова заставили парня испугаться и подпрыгнуть. — Тише, чего ты? Не заметил меня? — Бекки явно не ожидала такой реакции.

— Да, не ожидал, — правая рука оказалась на груди тяжело дышащего парнишки.

— Так с кем болтаешь? — с явным любопытством переспросила Мисс Санчес. — С Элис?

— Да... — немного смущённо ответил Джимми. — Всё, не мешай. И больше не пугай меня так! — пригрозил он пальцем и, взяв с холодильника сэндвичи, которые так любил холодными, и баночку энергетика, направился обратно к себе в комнату, болтая по дороге. — Ах, да, это Бекки была, напугала меня… Бекки, тебе привет, — обернулся он, на что черноволосая неловко помахала рукой. — Какой звон? Нет, я не взял энергетик, это всего лишь баночка колы, чем-то запивать сэндвич нужно же. Да, по рецепту тётушки. Я скоро проведаю её. Ты тоже хочешь? — щёки парня явно порозовели, а глаза заблестели, словно звёзды на небосводе.

В другой части штаба.

Чёрный нижний слой брони снят. А с телефона, что оставлен Ричардом на шкафчике в ванной, пару минут назад было отправлено сообщение.

Ричи: Привет, Ганс. Может, встретимся на выходных? Мы же так и не увиделись.

Шум воды, что под давлением влетала в чёрные, немного длинные волосы парня, затмил собой звук оповещения.

Ганс: Не знаю, Рич. Я сейчас очень занят, но я постараюсь.

Глава 3. Элис Куппер

База Анархии.

— Вот и вернулся первый из обладателей Божественных Орудий! — с привычным для себя пафосом возгласил Алекс Пейстер, входя в центр штаба. Катаны, о которых шла речь, были закреплены на его спине.

— Приятно такое слышать, — Денис сразу же заметил, как его друг и товарищ вошёл. — Как вижу, это катаны. Неплохо, — Клинт отчаянно скрывал своё удивление с нотками зависти. — Тяжеловато было их достать?

— А то! Я как зашёл в пещеру, то связь пропала. Даже после выхода из неё не вернулась. Может, какой-то передатчик повредился, или что-то такое. Может, во время битвы или позже, неважно, Джимми и Бекки разберутся.

— Что за битва? — в карих глазах парня из России отзеркаливались серебристо-золотые клинки с чёрными рукоятями.

— Так вот, я как вошёл, то будто из ниоткуда начали появляться стражи, похожие на самураев. Я в них клинками, что из костюма, — Сплэш театрально повторял движения. — Они через этих самураев проходили насквозь, а их становилось всё больше и больше. И начали они меня окружать. А я-то не лыком шит: я заметил, что до их катан можно дотронуться, создал из воды кучу щупалец себе и отобрал катаны, а потом влетел ими главному из них в грудь. У него, в отличие от других, золотая маска была, а не серебристая. Ну они все и рассеялись. Кстати, под масками и у них лиц не было, что-то похожее на жижицу, чёрная такая, жуть, — парень немного вздрогнул. А тем временем на его совсем не тихий рассказ начали собираться все члены команды. — Ну а потом я дальше пошёл, и впереди меня была стена света. Соурс сказал, что это поле силовое какое-то там, и если я пройду в него, то костюму будет конец, — тогда он словил на себе немного злобный взгляд Джимма. — Но я его, конечно же, оставил снаружи, — Пейстер сделал шаг навстречу учёному. — Видишь, целёхонький, — Алекс обеими руками указал на свой торс. — Так вот, прошёл я через эту стену света, а за ней древний храм, на вид постарше пирамид в Египте или тех же Майя будет. В центре этого храма были вбитые в землю катаны. Я попытался их достать, но без толку. И тогда с потолка рухнула вода, за пятьсот тон, не меньше, ну, по моим ощущениям. Но я не был бы Сплэшем, — Алекс встал в героическую позу, расставив кулаки по обе стороны плеч, указывая большими пальцами на себя. — Если бы не остановил эту воду и не вернул её на место. Тогда-то катаны и поддались мне. И тогда мне почему-то резко захотелось воткнуть их в землю. Когда я это сделал, то весь храм покрыл мрак — это, видимо, способность катан, потом на полигоне вам покажу.

— Ну что ж, красавчик себе игрушку получил, — заговорил Крис. — Большая радость. Но две катаны против сил организации не хватит. По сравнению с их настоящими ресурсами, то, что было в Рэдвуде — это крошки от вкусного, хрустящего багета.

— По словам парня в маске, таких орудий четыре, как гласит древняя книга, — поспешил ответить Денис.

— Надеюсь, я не единственный, кто не видел этого парня в маске, — изъявил Малкольм.

— Не, пацан, я с Ричи тоже, — Кей приподнял руку.

— С момента создания плана по освобождению Ричарда его не было, и навряд ли скоро он ещё появится, — в разговор вошла Мэри.

— Мрачный тип, не нравится мне он, хорошо, что его тут нет. Слишком много он натворил, — Алекс, сам того не замечая, проводил левой рукой по костяшкам правой.

— Не забывай, что эта база — его рук дело, — вмешалась Анна. — Благодаря ему Денис спас меня от крушения самолёта, ещё и вас с Мэри в Бермудском треугольнике.

— А ещё из-за него Дениса разнесло на атомы. Не будь аварии на ускорителе — мы с Мэри никуда на яхте не поплыли бы. А тогда, между прочим, мой отец погиб, и всё из-за этого мудака в чёрной маске! — яросливо прокричал Пейстер. — А теперь у меня ни отца, ни компании, ничего!

— Да что ты вообще знаешь о потерях, сопляк? — возразил Кей зажигая очередную крепчайшую сигарету. — Тебя папочка, видимо, только деньгами и кормил, а на воспитание болт положил и не дал тебе попробовать дерьмецо жизни, — взгляд Дюрана был полон пренебрежения.

— У тебя хотя бы семья была, а у меня два друга всего лишь за восемнадцать лет, и то, одному нет до меня дела, — Ричи потупил взгляд, думая о Гансе.

— Не трогай мою семью! — хотел Кристиан дать пощёчину Эйзенхарту, но его рука была заблокирована в считанных сантиметрах от лица.

— Это тебе не тренировка на полигоне. Не смей меня трогать, — глаза Эйзенхарта засияли фиолетовым.

— Как дети малые, ей богу, — вздохнула Бекки. — Вы ещё подеритесь тут попутно, разнося базу.

— А тебе вообще никто слово не давал, — Крис пригрозил пальцем на брюнетку. — Где же твоя жёлтенькая молния? Сбежала при первой же ссоре.

— Уж он-то явно помудрее тебя будет, почти тридцатипятилетнего лба, — в спокойной манере съязвила Ребекка.

— Вот не надо тут о мудрости, — вклинился Алекс. — Тут куча никому ненужных людей.

— Тогда почему же ты ещё тут, наследник компании Пейстер? — Крис приблизился к Сплэшу.

— Чтобы такие как ты не пропали к чертям собачьим, — Алекс сделал шаг, двое участников Анархии стояли прямо друг перед другом.

— А чего ты ещё в этой консервной банке? Боишься, что твоё смазливое личико заденет? — Кей постучал по груди брони.

— Я и без костюма тебя уделаю, — катана в правой руке начала выделять тёмную энергию, сияя синим. Атмосфера была накалена до предела, казалось, что между этими двоими пройдёт разряд молнии.

И тут, словно гром среди ясного неба, их прервал крик Анархиста:

— Хватит, достали! Цапаетесь, словно псы, которых сняли с привязи, не Анархия, а черти что. Алекс, Кей, вы оба недавно вернулись, один из патруля, другой из поиска катан. Вы оба уставшие и нервные, и если этих нервов чересчур уж много — то вам пора в зал, колошматить грушу, а не сверлить друг друга взглядами, почёсывая кулаки. Рич, я знаю, что ты так с Гансом и не увиделся. Возможно, он сильно занят, не стоит делать поспешных выводов. А Бекки… — Денис явно помрачнел.

— Нет, не надо, не нужно ничего говорить, — черноволосая не дала ему сказать и слова, лишь успокоив того своим взглядом.

— Нас всех потрепала судьба, мы тут не для того, чтобы грызть друг другу глотки, а чтобы вместе помогать друг другу и простым людям, всем. Мы Анархия или кто, чёрт подери?! — под конец его эмоциональность всё-таки прорвалась сквозь серьёзность и сдержанность. Он знал, что криком их никак не успокоить, ведь каждый в этой комнате взрывоопасен, а вместе они особо горючая смесь. — Следующей древней реликвией занимается Квантум, — перед его глазами пролетели момент его ссоры с Александром, от чего он заметно поменялся в лице.

— Как только он что-то найдёт, он даст нам знать, — было трудно не заметить огорчения на лице и в чёрных глазах Бекки.

— А нам пока-что стоит ждать, пока алгоритм Соурса найдёт какие-либо ещё упоминания в древних письменах о Божественных орудиях, и как всегда стоять у защиты простых людей, — Дениса переполняло восхищение, восхищение всей Анархией.

— Это всё, конечно, замечательно, но у нас тут довольно важные новости есть, — до этого не проронивший ни слова Джимм всё-таки заговорил. — Тут президент выпустил пресс-релиз, буквально десять минут назад. Соурс, будь добр, — на экранах начала воспроизводиться запись.

Флаг штатов позади, тёмно-синий костюм, бледно красный галстук, немного розоватое лицо, острые скулы, уставшие глаза, проявляющийся седина, говорил сам президент Джош Брукс.

— Здравствуй, Америка! Я вынужден дать ответ на заявление Анархиста, сказанное в этот солнечный осенний день. И я не хочу томить ни самого линчевателя в красно-чёрном костюме и белой маске, ни уж тем более американский народ. Анархист, вы были убедительны, и, думаю, я не в вправе отказать вам, когда под вопросом безопасность людей. У нас с вами общая цель, и было бы неплохо бороться с ней вместе. Мне было бы приятно подискутировать с одним из любимцев публики, как говорится, участником Анархии. Жду вас в добром здравии и спокойном уме ровно через неделю в обители свободы этой страны — Белом доме. Всем спасибо.

Никто из присутствующих в главном центре штаба не рисковал произнести хоть слово, однако Кей стал исключением.

— Вот и славно, хоть что-то. А то ловим этих мерзавцев с суперсилами, а ощущение такое, что зря. Хоть дело сдвигается с мёртвой точки, одна из четырёх древних вилок уже есть, и этот угрюмый президентишка хотя бы что-то хочет сделать, или просто ведёт нас за нос. В общем, день продуктивный был, а время отбоя уже прошло. Если что, вы знаете, где меня искать, — Кристиан пошёл по коридору в свою комнату, попутно закуривая.

— Ладно тогда. Алекс, покажешь нам с Джимом, как работают твои катаны, на полигоне? — Денис слегка повернулся в сторону Пейстера.

— Что, уже завидуешь? Пошли, — Сплэш взял двоих, без преувеличения, гениев, в охапку и зашагал.

— Ай, больно! — выкрикнул Джимм. — Ты забыл сколько весит экзоскелет? Я, в отличие от вас, не сверхчеловек.

— Прости, иногда я забываю об его весе, чувствую его, как часть себя, наверное, его создатель хорошо постарался.

— Лесть — это приятно, конечно, но мне нужно в комнату к себе сгонять, я вас догоню, — за пару секунд юноша скрылся за поворотом.

— Странный он, — недоумевал Пейстер.

— Влюбился, что с него взять? — Денис пожал плечами, улыбаясь.

— Правда? Он с Элис, да? Мне про неё Мэри рассказала, а ей Бекки, ну, ты понял, девчачье радио, — Алекс никак не скрывал свой интерес.

— Да тут никак не разберёшь, молчит как рыба, ничего от него не разузнаешь. Только и делает, что весь день с ней болтает.

— Слушай, а может мы ему этим тестом что-то там портим? — над головой Алекса загорелась воображаемая лампочка. — Я ему сейчас напишу.

Джимм вбежал в свою полную хлама комнату, где он благополучно забыл телефон. Нехотя, ведь нужно было написать слова об отказе, взял в свои руки потёртый смартфон, как тут же ему пришло СМС:

Алекс: Мы с Денисом сами справимся, занимайся своими делами ;).

В миг грусть сменилась счастьем, улыбка воссияла на его бледном лице, что так и не загорело за это лето. Неудивительно, зная, сколько времени он проводил в штабе: всё. Ну, почти всё. Пару нажатий, сделанных со скоростью света, и СМС набрано. Абонент Элис.

Джимм: Скоро буду.

Смартфон полетел на кровать, а сам Джимм ринулся к шкафу, чтобы поскорее переодеться. Он достал пару толстовок и другие до боли привычные ему вещи. Расположив их на кровати, начал выбирать. В спешке парень забыл закрыть дверь, и проходящая мимо Бекки заметила юношу, стоящего перед сложнейшим выбором.

— Хей, модник, наряд себе выбираешь? — спросила Бекки, входя в комнату.

— Типа того, — угрюмо ответил голубоглазый.

— И в этом ты собрался на свиданку? — девушка взяла в левую руку толстовку тёмно-синего цвета.

— А ты откуда знаешь, куда я иду? — молодой парень явно удивился, его выразительные брови на крошечный миг поднялись.

— По твоим глазам, в которых спрятаны глубины Атлантики, что у берегов Испании, заметила, — Санчес посмотрела парню прямо в его крупные, приятные глаза, скрытые за очками. — Так дело не пойдёт, — она сделала пару шагов в сторону шкафа. Несколько движений руками, многозначительное «Хмм» и резкий разворот. — Вот это получше для свидания будет, — в её руках был костюм, что кучу времени сидел в шкафу бестолку. — В этом ты будешь приятным молодым человеком, а не задротом, хотя кто бы говорил… — Бекки сама себе посмеялась и вручила вешалку с костюмом Джимму. Тот лишь произнёс невнятное «Спасибо». — Да не за что, мне не сложно, — ответила она, находясь уже у двери.

— А могла бы ты мне помочь с глажкой? — тихо и застенчиво попросил он.

— Я тебе не мамочка, малыш Джимми, сам, всё сам, — доносилось уже из коридора, повторяясь эхом.

Несколько часов и несколько сотен километров езды на такси позади. И вот он тут, перед домом Элис, руки дрожат, в горле комок размером с гору, а в правой руке зонтик. Сгущающиеся тучи не редкость для Большого яблока, особенно осенью. Парочка ступенек, и Джимм уже у двери. Парень вечность не мог решиться на то, чтобы всё-таки нажать на звонок, но где-то в глубине своей души он нашёл те крупицы решительности.

— Ой привет. Ты, наверное, Джимми, — дверь открыла старшая сестра Элис. На её руках была кроха, её малышка Тея, названная в честь бабушки. Элис переехала жить к сестре на время обучения в колледже, благо и муж сестры был даже за. Джимм сразу же заметил сходство между сёстрами: те же белые, будто бы светящиеся волосы, голубые глаза, тонкие губы, аккуратный носик и завораживающая улыбка.

— Да, я Джимм. Приятно познакомиться, миссис Купер.

— Да брось, называй меня Бетти, — пока шёл этот разговор малышка Тея начала тянуться своими малюсенькая ручками к Джимму, а точнее к его очкам. — А ты ей понравился, она хочет к тебе на ручки.

— Ко мне? — парень совсем не ожидал такого.

— Да не бойся, она спокойная, в отличие от нас с Элис в детстве. Кстати, она сейчас подойдёт.

— А, хорошо тогда, — со всей своей аккуратности Джимм взял кроху Тею к себе на ручки. Та своими большими голубыми глазками начала рьяно смотреть на Джимма. — Что, малышка, интересно смотреть на мешки под глазами задрота Джимми? — от этих слов он даже рассмеялся, а малышка Тея вместе с ним. Но вдруг она резко перестала смеяться и на пару секунд застыла на месте, а потом направилась ручками к очкам Джимми. Благополучно сняв их, довольно захохотала. — Тея, солнышко, дай дяде очки обратно, он без них ничего не видит.

За этим действием их застала Элис, еле сдерживая свой смех.

— Ой, Бетти, — Джимм в расплывчатой кляксе приметил старшую из сестёр Купер. — Можешь помочь мне с возвращением моего драгоценного зрения? — что Элис и сделала, попутно пытаясь не засмеяться. И вот очки парнишки на месте, а перед его глазами та, что украла его сердце.

— Ты так мило смотрелся с Теей на ручках, — улыбка на лице девушки осветила тусклый вечерний Квинс.

— Жаль, я этого увидеть не смог, — парень засмущался, румянец покрыл его щёки. — Да и вообще что-либо увидеть, — эти слова стали причиной смеха девушки, смеха, что заразили малышку Тею и самого Джимми тоже. На смех трёх детишек пришла Бетти со словами:

— Голубки, отдайте моё золотце и идите гулять, своим смехом сейчас наших стареньких соседей разбудите, — и вот малышка вновь на руках своей мамочки, удобно положила свою голову ей на плечо. — Береги её, Джимм, не задерживайтесь.

— Хорошо, приятного вам вечера, миссис Купер. Ах да, Бетти.

— Да идите уже.

Лишь тогда, отойдя от временной слепоты и заразившего его смеха девочек семейства Купер, он смог заметить красоту Элис и её лёгкий румянец на щеках, большие, словно горящие синим пламенем, глаза, золотистые кудри на обоих плечах, падающие на светло-розового цвета кофточку, под которой было платье синеватого цвета.

— Ты прекрасна, — его глаза засияли, словно огни Таймс-Сквер.

— Ты тоже, милашка Джимми, — перед её глазами юноша в чёрном классическом смокинге, с бабочкой багрового цвета, такого же оттенка, как и туфли, что блестят похлеще бликов на водах Атлантики от небоскрёбов Манхэттена. Этот образ её завораживал. Она попросту не могла отвести взгляд, Джимми выглядел идеально.

Вечерний Нью-Йорк. Сумерки. Буквально полчаса назад солнце скрылось за горизонтом, и настало то короткое время, когда мегаполис, что у берегов Атлантики, мог взять передышку. На асфальте уже привычные этой поре года лужи, в которых виднеется свет фонарей, согревая собой сырой Нью-Йорк изнутри. Миллионы людей возвращались домой плотным, сравни недрам солнца, потоком, люди в котором — частички света, несущиеся на безумной скорости, не важно, куда, главное побыстрее — глупость столь скоротечной жизни. Среди этих людей и милая пара Джимми и Элис, они буквально сразу же поладили. Началом всему была настойчивость Элис. А Джимм, имея на руках её номер, не мог найти в себе смелости и позвонить. Не найди она его в соцсетях, зная только его имя и внешность, кто бы знал, были б ли они сейчас вместе. У них не было момента понимания того, что они пара, как любит говорить Джимм, всё само собой как-то получилось. Как же сильно он должен быть благодарен госпоже удаче.

— Хватит смотреть на меня так, — застенчиво заявила девушка.

— Я просто никак не могу оторвать взгляд... — его особенно завораживали кудрявые волосы, которые становились золотистыми под тёплым светом фонарей.

— Ты меня смущаешь, — её небольшие щёчки порозовели. — Ты лучше скажи, как день у тебя прошёл? — она отчаянно пыталась перевести тему.

— Довольно продуктивно, — Джимм сказал эти слова с опаской, ведь он ещё не рассказывал ей, с кем работает. — А у тебя как? У тебя сегодня выходной был, насколько я помню.

— Да, слава Богу, но боюсь, из-за ухода того новичка мне придётся ещё смену-две подряд поработать как минимум, это так выматывает, — девушка тяжело вздохнула.

— Если хочешь, я могу приготовить отличное тонизирующие средство, по рецепту тётушки. Он у нас передаётся из поколения в поколение, так сказать, мятная семейная реликвия.

— Я только за, я люблю мяту, я из-за неё разорю кофейню и Джорджа к увольнению приведу, нашего бармена, я его очень часто прошу мохито, безалкогольное, мне сделать, очень освежает, особенно летом.

— А этот бармен, Джордж, красивый? — с опаской спросил Миллер.

— Ну как сказать… — юная леди призадумалась. — А ты что, заревновал меня что-ли? — воскликнула девушка.

— Нет, конечно, я так… Спрашиваю, — отнекивался он как мог, но порозовевшие щёки его выдавали.

— Ауу, это так мило, — пропищала Элис. — Ты совсем не умеешь врать, краснеешь, как рак, — оно решительно чмокнула его в щёку. — Щекастенький ты мой, — эти слова стали причиной ещё большего смущения робкого паренька.

— А как у тебя в колледже дела? — брюнет, не выдержав неловкость, решил продолжить разговор.

— У нас сегодня отменили пары, в банке, который практически напротив университета, ограбление было, организованное сверхчеловеком, его ещё поймали Полярис и Изотоп-Кей. Ну, так одногруппница моя говорит, Карен, она вообще помешана на Анархии. Говорит, что когда-то да разузнает их личности, — проговаривая, Элис не оставила и крошки от круассана. Они купили их по дороге, ей с повидлом, клубничным, а Джимму с шоколадом.

— А ты к Анархии как относишься? — осторожно парень протянул своей любимой очередной круассанчик, ведь её левая рука была занята его рукой.

— Во-первых, думаю, мне хватит на сегодня мучного, растолстею ещё.

— Ничего, от ещё одного малюсенького круасанчика не будет, уж мне-то поверь.

— Ладно, тогда, учёный ты мой, ещё один буду, — она тут же откусила, и пышный нежный круассанчик лишился своей трети. — А насчёт Анархии: мне как-то параллельно... Ну да, они герои, людей спасают, но, так сказать, маний, как у многих, у меня нет. А ты к ним как относишься?

— Ну, я… Да примерно так же, надеюсь мне никогда не придётся с ними столкнуться, ну, чтобы спасали меня или что-то ещё.

— Тьфу ты, не дай Бог, ты мне целый и невредимый нужен, а миру твой светлый мозг, — она легонько провела по его волосам, цвета молочного шоколада, взъерошив их. — Ты на ёжика похож.

— Потому что колючий? — заинтересованно спросил Джимм.

— Потому что постоянно недовольно фыркаешь, — девушка сразу же рассмеялась, не дав парню и шанса хотя бы миг позлиться. — Ты всегда такой за работой, вечно что-то не так у тебя, самокритичный ты мой перфекционист, — она невольно положила голову ему на плечо. — И даже за это я тебя люблю, — и тут же она резко отпрянула, поняв, что сказала лишнего: слова вырвались неосознанно. На лицах обоих появилось удивление, даже шок. Но Джимм почти сразу же пришёл в себя и, сделав шаг, обнял Элис, и тихонечко шепнул на ушко:

— И я тебя люблю, Элис Купер. Всем своим не очень-то и сильным сердцем, — его голос был чудовищно тихим, еле улавливаемая теплота его дыхания проходила по её шее, вдоль всего тела, покрывая его тысячами мурашек.

— Мне сейчас так хорошо, так тепло... — с облегчением прошептала голубоглазая.

— А тебе было холодно? — спросил юный Миллер, отдалившись немного.

— Ну, капельку, — смущённо ответила Мисс Купер.

— Почему ты сразу не сказала? Вот, держи, — за пару секунд парень снял с себя пиджак и накинул на девушку. — Так теплее будет.

— Мне в объятиях теплее, — Элис тут же уткнулась лицом ему в грудь, а потом он её приобнял и тихонечко чмокнул в макушку. — Этот дурманящий аромат, твои духи, смешанные с твоим запахом, кажется, будто я пьянею, похлеще чем от любого мохито, — её голос был прерывистым, тяжёлым и одновременно ласкающим слух.

И полились капли дождя, влетая в каменные тротуары Квинса, сметая собой накопившуюся за день пыль. Быстрый дождь, лёгкие капли дружно стукались о корку земли, освежая собой воздух.

— Хорошо, что у меня есть зонтик, — словно победитель, заявил Джимм и тут же осознал свою неправоту. — Чёрт! Я забыл его у стены вашего дома, я положил его, когда брал малышку Тею на руки.

— Тогда чего же мы ждём? Или ты хочешь простудить свою золотую головку, чтобы твои пухленькие губки были холодные, как кубики льда в элитном виски? — она взглянула на робкого парня в очках, по которым стекали капли дождя, и на пухленькие губки, что потрескались из-за осенних ветров. Поднявшись на цыпочки, она впилась в эти багровые от начавшегося осеннего холодного дождя губы.

И льёт дождь, и проносятся машины рядом, сметая колёсами лужи, и восточный ветер вихрями убирает начавшую опадать листву, и редкие прохожие спешат убраться из-под дождя. Лишь двум сердцам, что слились воедино, не страшен холодный Нью-Йоркский дождь, ведь жара их сердец хватит, чтобы растопить оба ледника Земли.

Пару минут спустя, промокнув до нитки, они всё-таки решились найти местечко, чтобы согреться. Первым попавшимся стало уютное кафе, в котором их встретил уже довольно старенький лысый дедушка — владелец.

— Здравствуйте, а можно нам кофе и какого-нибудь печенья? — неловко вырвалось из уст дрожащего Джимма.

Штаб анархии.

Ричард уже пошёл спать, ведь денёк был не из лёгких. И окунувшись в омут сна он даже не услышал уведомление об СМС:

Ганс: Прости, Ричи, на этой неделе уже никак. Алия переезжает в Нью-Йорк, я должен помочь ей с переездом. Как-никак, я её парень. Прости, как-нибудь в другой раз.

Тем временем в другой комнате штаба.

Окно открыто, за ним бушует ужасный ветер вперемешку с дождём. А в полутёмной комнате, в которой горит лишь лампа рядом с кроватью, на этой же кровати стоит, опершись спиной о стену, Кристиан. В руках у него был личный дневник жены, а в коробке возле кровати ещё парочка дневников и ещё несколько личных вещей — то, что удалось найти по делу убийства его семьи. В одной руке у мужчины дневник, в другой сигарета, что практически уже сгорела. Рядом с лампой бутылка крепкого виски и пепельница, в которой уже чересчур много бычков. И запись в дневнике:

«Дорогой дневник, сегодня уже седьмой день подряд, как я никак не могу пообщаться с Кристианом. Он говорил мне, что будет на заданиях, но всё равно чувство на сердце неладное. Надеюсь, с ним ничего не случилось. Пишу в этот день немного, день был тяжёлым, и что-то мне подсказывает, что и завтрашний день будет не легче».

Кто бы знал, что следующий день станет роковым. Кристиан в очередной раз перечитывал эту запись, её последнюю запись. Он так и не смог нормально попрощаться. «Я бы всё отдал, чтобы на их месте был я, а не они». И дневник улетел на пол, а рука потянулась к бутылке. Пару глотков, и обжигающая жидкость наполнила глотку. Сигарета, количество которых не счесть, в зубах, и пламя зажигалки на миг осветило комнату, после чего зажигалка оказалась вновь рядом с пачкой сигарет и пепельницей.

***

Зажигалку, что рядом с пачкой сигарет и пепельницей, сразу же взял в свои руки Александр, сев за стол, за которым отдыхал в одном из известных пабов Лондона Тони Бианчи со своей свитой.

— А отец твой знает, Тони, где его сын сейчас? — молвил спокойным тоном Квантум, прикуривая от пламени зажигалки, положив её обратно на стол рядом с пачкой сигарет и пепельницей.

Глава 4. Вашингтон

— А отец твой знает, Тони, где его сын сейчас? — спокойно спросил Александр, закуривая.

— А сам ты вообще кто такой? — черноволосый, немного смуглый паренёк всем своим видом показывал безразличие.

— Что же ты, малыш, от отцовского гнезда так далеко улетел? — он вдохнул сигаретный дым с особым удовольствием. — Да ещё и в такие далёкие и серые края.

— Откуда ты вообще знаешь, кто я такой? — парнишка испил элитного виски.

— Итальянец, в Лондоне вышел из новенького Феррари, вокруг штук двенадцать верзил, не меньше, акцент явный, ну и сынка влиятельного мафиози тяжело не узнать, — Александр, задумавшись, хлебнул виски, в котором ещё плескались остатки кубиков льда. — Холодный, ах, словно русские морозы.

— Ну раз ты меня уже знаешь, тогда, думаю, стоит и мне узнать тебя. Представишься? — Тони махнул перед собой рукой.

— Александр, я просто Александр.

— Для чего же ты тут, Александр? — младшего Бианчи явно привлёк этот диалог.

— Ну чего ты, так всё сразу, мы же совсем не знаем друг друга. Вот я, например, — Квантум потянулся к столу и взял из тарелки шпажку с закусками. — Люблю маслины, у них довольно специфический вкус, — три этих самых маслины оказались во рту парня в кожаной куртке. Потом шпажка небрежно упала на стол.

— Русский, любящий маслины, впервые такое вижу, — изумление поселилось на лице наглеца Тони.

— А по-твоему русские — это верзилы, которые хлещут водку, а после разбивают бутылку себе об голову? — мужчина легко ухмыльнулся.

— Почему же? Я знаю много русских, — Тони тоже решил попробовать маслин.

— И все из них такие же папенькины сынки, как и ты? — Квантум оставался максимально спокойным, несмотря на сказанные слова.

— Ты же знаешь, что эти двое, — Тони указал на охранников за спиной юнца в чёрной рубашке, — а ещё трое в баре…

— И ещё четверо у входа и около десяти в районе квартала, — перебил Александр итальянца. — Что могут меня тут же пристрелить на месте. Но почему же они этого ещё не сделали? Может, потому что ты знаешь, что это не так, и эти лысые лбы мне не страшны? — Саша удобно разлёгся в кресле.

— Знаешь, я вижу в твоих глазах зависть. Наверное, твою голову переполняют мысли: «Вот бы мне быть на его месте», — Бианчи резко встал.

— Конечно, — русский паренёк даже не шелохнулся. — Кто бы не захотел себе счёт в банке с неприличным количеством нулей, кучу охранников, что за тебя под пулю прыгнут, и девки, конечно же, девки на любой вкус, — брюнет ухмыльнулся, легко рассмеявшись.

— Вот ты, Александр, умеешь играть на скрипке? Думаю нет. А я умею. А знаешь, почему? Потому что мой богатенький папаша с детства растил не ребёнка, а чёрт пойми что. Восемнадцатилетие стало моим спасением, — Тони картинно расставил руки по сторонам.

— И поэтому ты сбежал в Англию с кучей денег? И теперь Сильвестри ищет тебя по всей Европе.

— Так вот зачем ты тут... Ты пришёл по мою голову, чтобы заработать кучу бабла. Да ты же такой, как и все! Алчный, как и все те шлюхи, чьи задницы сами лезут ко мне на руки!

— Нет, Тони, — Квантум резко встал, взгляды пересеклись. Между мужчинами было меньше метра. — Я пришёл дать тебе такую защиту, что не дадут и тысяча головорезов, — ухмылка озарила лицо героя вместе с лучами солнца, что подчеркивали его густую щетину.

— Так вот что, я понял, ты один из этих чудиков, да? Сверх, мать его, людей? — Тони театрально провёл руками от своего лица в сторону, раскрывая ладони. — И что ты хочешь за это, денег? Девок? Тачку? Я могу тебе дать всё! Видишь этот кейс? — он поднял стальной кейс,наручники от которого вели к его руке. — Там столько денег, что в жизни ты столько не видел, и даже не увидишь. И нет-нет-нет: если моё прекрасное сердечко перестанет биться, то ПУФ! — по-детски изобразил он, — и денежек нет, как и ничего более в округе радиусом в десять метров. Современные технологии, детка! — юнец выпил мартини после своего выкрика. — Обожаю их!

— Мне не нужны деньги, — Квантум покачал головой. — Я хочу добраться до твоего отца.

— А знаешь, ты мне нравишься, — юный Бианчи поставил опустошённый бокал на стол. — Давай так: ты покажешь мне, что умеешь, и если мне понравится, то я дам тебе всё, что нужно. И ты, ты, русский по имени Александр, не оставишь и капли крови от моего папочки. По рукам?

— По рукам.

И руки пожаты. Улыбка сияла на лице Тони Бианчи.

— Кстати, насчёт того, чтобы показать, на что я способен. Я прямо сейчас могу, — «Квант!» Жёлтая вспышка покрыла паб изнутри, оставив вместо себя лишь пустое место, где только что стояли Александр и Тони.

— Что за чёрт?! Где я? — они очутились в пустом ангаре. — Это ещё что за шуточки?! — Тони направил на Квантума ствол, который сразу же был отбит в сторону. А в плечо младшего Бианчи уткнулся шокер. Разряд — и тощее тельце итальянца рухнуло на бетонный пол.

— Достал уже, — выплюнул Квантум, доставая телефон. — Сильвестри Бианчи, у меня ваш любимый сыночек…

Неделю спустя, Вашингтон.

Миллионы капель омывали бетонный мегаполис, омрачая и так довольно серую атмосферу. Настолько тёмную, что даже Белый дом в этой гнетущей пучине приобретал серый оттенок. Белоснежная маска Анархиста под каплями дождя становилась темнее на глазах. А чёрные детали костюма отражали столь редкий цвет. Огромную толпу у Белого дома ограничивало полицейское оцепление. Гул вертолётных винтов слышался вдалеке. Год назад о таком никто даже не думал: герой в маске на слушании у самого президента.

— Выкинешь что-нибудь эдакое и будешь гнить до конца своих дней в тюрьме, — любезно прошептал глава полиции Джеймс Бёрн, шагая рядом с героем.

— Я пришёл не начинать войну, а не дать ей начаться, — спокойно ответил Анархист, остановившись у дверей.

— Дельта-один, всё чисто, — послышалось из рации, что была в руке Джеймса.

— Понял, — конец связи после нажатия на кнопку. — Мистер Анархист, добро пожаловать в Белый дом, — перед Денисом открылась дверь, и его накрыла волна вспышек журналистов, ведь слушание будет освещаться в прессе.

Словно по пятам, за двумя мужчинами шагали папарацци. Десятки телекамер, вещающих на всю Америку, уткнулись в Анархиста и главу полиции, пока они шагали в зал для переговоров. Открылись очередные двери, а за ними уже ожидал немного поседевший мужчина лет сорока-пятидесяти в небесно-синем костюме и с кроваво-красным галстуком поверх идеально гладкой рубашки.

— Здравствуй, Анархист, — Джош Брукс сразу же подошёл. — Я и весь американский народ рады видеть тебя здесь, — он положил руку на плечо героя. — Пройдёмте, попозируем на фоне флага, чисто символический обряд. Как-никак, это до этого ещё невиданный прецедент.

Перед флагом Штатов Америки стоят Анархист и президент, пожимая руки. От янтарных запонок мистера Брукса отзеркаливались вспышки фотоаппаратов, что стремились запечатлеть исторический момент. Малость натянутая улыбка, что должна была казаться естественной, поселилась на полном морщин лице мужчины.

— Присядьте, Анархист, — указал он на одно из кресел, между которыми стоял аккуратный столик из красного дуба. — Во-первых, здравствуйте и добро пожаловать. Не уверен, были ли вы до этого в Белом доме, но я практически уверен, что в этом зале вы впервые.

— Здравствуйте. Да, вы правы, я в этом зале впервые, — голос Дениса был на удивление спокойным.

— Я бы сказал что-то по типу: «Чувствуйте себя как дома», но мне не хочется быть пророком. Кто его знает, кто последует за мной на посту президента.

— Вы правы. Но всё-таки это прекрасно, что мы живём в самое свободное время в истории человечества.

— И в самое безопасное, — добавил Джош Брукс.

— Не соглашусь: будь оно самым безопасным, я бы не занимался тем, чем занимаюсь.

— Ну, раз зашел разговор об этом, то как вы назовете род своей деятельности? — густая бровь представителя правительства на самую малость поднялась.

— В общих чертах — спасение жизней.

— Тогда почему вы не пошли в полицию или другие службы?

— Боюсь, таким, как я, в полиции или в других органах нет места. В них есть рамки. А иногда эти рамки являются препятствием к спасению жизней или даже одной жизни, не важно, для меня недопустимы человеческие жертвы.

— Но несмотря на это, в ходе вашей битвы с этим, как вы его называете Скай-Вингом, пострадали люди и немало.

— Как я отметил в своей речи неделю назад, в отличии от властей, я лично помог финансового семьям погибших, начиная с курсов психолога и до оплаты учебы детям.

— Вижу, вы совсем не бедный человек, Анархист.

— Как и вы, мистер Брукс. Думаю, не стоит напоминать, какова годовая зарплата президента или же капитализация компании, акционером которой вы являетесь.

— Вы правы, мы же тут не деньги пришли обсуждать, — президент капельку смутился.

— И что же? — прервал главу государства Анархист.

— Об, как вы выразились, проблеме сверхлюдей.

— Простите, что я вновь вас перебиваю, но хочу сделать более ясным то, что случилось в Редвуде.

— Да, конечно, немного ясности никому не помешает, — любезно ответил мистер Брукс.

— Редвуд — это незаконная тюрьма для содержания сверхлюдей, была ей. Контролировала её одна личность, Хьюго Мартинес, более известный как Овер-Чардж. Человек, который в ходе битвы в Редвуде покончил жизнь самоубийством, прыгнув с края Большого каньона и взорвав бомбу, что была в его костюме. Есть причины полагать, что он был одним из офицеров организации, органа под руководством армии США.

— Не знаю, какие источники есть у вас, но по нашим данным Хьюго Мартинес — это террорист из вне, что за буквально месяц до битвы за Редвуд, как вы говорите, силой отобрал военную базу армии США.

— То есть вы хотите сказать, что армия США, и вы в частности, позволили какому-то террористу захватить и удерживать под контролем военную базу в самом центре штатов? Это похоже скорее на неудавшуюся шутку, — Анархист стал явно эмоциональнее, и зря.

— Не знаю, кто тут шутит, но, в отличие от вас, у нас есть доказательства, официальная документация.

— Было бы очень интересно на это взглянуть.

— Увы, не при стольких парах глаз: в конце концов, это вопрос государства, — он указал рукой на толпу журналистов.

— Тогда почему бы не продолжить разговор без средств масс-медиа? Что-то мне подсказывает, что к общему консенсусу мы не дойдём. Наверное, вспышки туманят наш разум.

— Возможно, вы правы, — глава государства призадумался. — Мистер Бёрн, поможете нам с этим?

И по приказу главы полиции несколько офицеров вежливо вывели десятки журналистов из Белого дома.

— Так, наверное, намного лучше, не правда ли, мистер президент? — Денис повернулся к первому лицу штатов.

— Несомненно, — кратко ответил он, но тут же герой в маске был подозван Джеймсом Бёрном.

— Парень, я не знаю, чего ты хочешь, но будь поосторожней в словах. Думаю, тебе не нужны неприятности, а мне тем более. Придерживай язык за зубами, ты хоть и Анархист, но он президент страны.

— Не бойтесь, мистер Бёрн, нет причин для беспокойства, — его голос излучал уверенность, чего нельзя было сказать о выражении лица, что скрывалось за маской. Денис, мягко говоря, чувствовал себя не в своей тарелке.

— Ладно, — огрызнулся Джеймс. «Ещё раз я доверюсь Стиву... Я из-за него шкурой своей рискую», — мелькнуло в его мыслях.

— Ну вот, когда лишних глаз стало поменьше, — неожиданно заговорил президент Брукс. — Можно поговорить по делу, — он протянул руку к небольшому шкафчику, что был рядом с журнальным столиком, и разблокировал дверцу своими сверхтехнологичными часами. После короткого писка открыл её, достав небольшую бутылочку и парочку рюмок. — Джентльмены, не желаете выпить, так сказать, скоротать ожидание?

— Ожидание кого? — Анархист явно удивился.

— Сами всё узнаете, лучше расслабьтесь, — он протянул герою рюмку виски, возрастом старше самого Анархиста. — Ах да, у вас же маска. Мистер Бёрн, а вы? — Джеймс отказался. — Ну, как хотите, — и тут же старший из присутствующих опустошил стакан.

На несколько минут в комнате воцарилась тишина. Даже Денис не посмел её прервать, смирно ожидая, сам не зная, чего. Однако с каждой минутой терпение парня, который никогда не славился этим самым терпением, уменьшалось. Двадцать минут спустя Клинт не выдержал и по неосторожности выкрикнул:

— Ну и чего мы ждем? Ну или кого?

— Меня, — дверь за спиной вошедшего захлопнулась. Когда Анархист встал, его взору предстал мужчина лет сорока-пятидесяти с явной сединой, бледным, покрытым морщинами и гладко выбритым лицом, ярко-зелёными глазами, поверх которых были круглые очки с довольно толстыми линзами. — И к чему эти крики, Анархист, успокойтесь, — позади было двое вооружённых солдат. — Джош, не представите меня нашему гостю? Думаю, за его маской скрывается удивление.

— Конечно, — президент тут-же встал. — Это мистер Лиам Маклауд, глава спецподразделения армии, отвечающего за неординарные происшествия.

— По типу того, что было в Редвуде? — слова героя были резкими и жесткими, словно удары по наковальне.

— Да, — в отличии от него Лиам был спокоен. — Как и случившееся в Нью-Йорке, — ни одна мышца на его лице не дрогнула. — Вы, наверное, знаете, кто такие Хьюго Мартинес и Кевин Пакс?

— Да. Двое убийц с армией позади себя.

— Чего вы, какая это армия? Так, крохи, что они смогли силой и шантажом переманить на свою сторону за спинами правительства и моей, в частности.

— Как же вы такое допустили, мистер Маклауд? — парировал Анархист.

— Все мы люди, ну, в вашем случае — сверхлюди. Но даже сверхлюдям свойственно ошибаться, — мужчина подошел к шкафу цвета янтаря, что располагался у стены. — Джош, пароль всё тот же? — в ответ он получил кивок. — Прекрасно, — ловкие нажатия — и дверца открыта. — Не знаю, как вам, но мне шотландский скотч двадцати и более лет больше по душе. А ты, Джеймс? — повернулся он к мистеру Бёрну. — Согласен со мной?

— Я больше по вину, наверное, итальянские корни дают о себе знать, — достаточно неловко ответил Джеймс.

— Знаешь, у меня есть несколько бутылочек хорошего вина, наша семья передает их из поколения в поколение. Думаю, тебе стоит с Моникой прийти на ужин, как раз оценишь столь старинное вино, ты явно разбираешься в нём получше меня. Кстати, как там Моника? — мистер Маклауд пригубил немного скотча.

— Хорошо, — глава полиции Бёрн явно не ожидал такого вопроса.

— А малышка Алия? Не видел её ещё со времён начальных классов. — Лиам направился к одному из кресел.

— Хорошо, собирается переехать в Нью-Йорк, по учёбе, сейчас занимается переездом.

— Если нужно, я могу помочь с поступлением в хороший колледж. У меня есть много знакомых, сам знаешь, — неторопливо он расположился в кресле.

— Не нужно, с этих проблем у нас нет.

— Славно, сам ты как? — очередной небольшой глоток скотча, хоть и крепкого, но Маклауд лишь на миг скривился. — Ах да, забыл, тут же Анархист. Так, о чём мы…

— О том, что из-за вашей ошибки пострадали люди в Редвуде и Нью-Йорке.

— Нет, Анархист, не нужно взваливать вину на меня. Это было дело рук Мартинеса и Пакса, по большей части первого. И они получили по заслугам, хоть Макс и сбежал. Но для моих людей это дело времени — разыскать его, — в круглых очках мелькал солнечный свет, что приходил с балкона. — А кроме событий прошлого мы ещё о чём-то дискутировать должны? Я человек занятой, время на вес золота, и у меня нет его, чтобы наряжаться в кожу и скакать по городу, в отличии от вас. У меня свои методы борьбы с беззаконием, менее энергозатратные.

— А чтобы это беззаконие не было фиктивным, разве не нужна тюрьма, созданная государством для задержания преступников со сверхспособностями?

— А разве Редвуд не был такой тюрьмой? — парировал Маклауд, самую малость улыбнувшись.

— В Редвуде были не только преступники, — Анархист разозлился, — но и простые невинные люди! — ярость мелькала в его голосе.

— Разве человек, застреливший невинного гражданина в подворотне, невиновен? — эти слова вогнали Дениса в ступор, ведь речь шла о Ричарде. — Я думаю, этот разговор может быть чересчур длинным, и мистеру Бруксу и мистеру Бёрну будет не интересно его слушать, — взгляд этих двоих пал на начальника спецдепартамента. — Джош, Джеймс, не оставите меня с Анархистом наедине? — взгляд Лиама устремился к двери. — Боюсь, что столь большое множество глаз его смущает.

— Без проблем, мистер Маклауд, — произнёс президент Брукс, выходя из зала для переговоров.

— Джеймс, позаботься о том, чтобы никто нас не побеспокоил, — смуглый кареглазый мужчина кивнул Маклауду, закрывая за собой дверь.

— И вот, когда ненужных глаз стало гораздо меньше, мы можем продолжить. Я думаю, вы поняли, кого я имел в виду, вы же не глупый человек, насколько я знаю, — Анархист на это промолчал. — Я о том, которого в народе кличут Полярис — Ричард Эйзенхарт.

— Я не удивлён тому, что один из глав организации имеет досье на всех заключённых Рэдвуда, — парень пытался держать голос ровным, но тщетно.

— Один из глав... — Маклауд капельку улыбнулся. — Такое чувство, будто вы считаете меня равным Овер-Чарджу. Как же это глупо со стороны человека, что начал поиски Божественных орудий, — Лиам вновь испил скотча. — Да, вы не единственный, кто хочет обладать силой богов, — Анархист не мог ничего ответить. — Титаническое могущество, технологии, столь сложные, что мы для них словно муравьи, а они квантовые компьютеры, — небольшая капля пота проскользнула по лицу Дениса, благо, он был в маске. — Кто из смертных не хотел бы обладать могуществом древних? Вот ты, Анархист, ты жаден до силы, ты, наверное, был бы не прочь сжечь меня на месте, — Маклауд кинул взгляд на сжатые кулаки Мастера Вибраций. — Но никто из нас не хочет видеть Белый дом в огне, ты-то уж точно. Представь, кто тебя встретит за стенами — несколько сотен лучших бойцов, а ещё разъярённый народ. Вместо мессии ты станешь олицетворением зла. К чему эти ненужные метаморфозы? В конце-то концов, у нас одна цель — сделать этот мир лучше. Так зачем вставлять палки друг-другу в колёса? — Лиам вдруг резко встал и сделал шаг к Денису. — Пусть Анархия и дальше делает то, что делала со времён битвы в Редвуде — спасает котят с деревьев. А организация… Мы дальше будем заниматься своими делами. Анархия же не хочет, чтобы весь мир узнал, кто скрывается за серебристым шлемом Поляриса, или же за чёрно-синей бронёй Сплэша?— седовласый мужчина взял короткую паузу, довольно громко выдохнув с лёгкой хрипотцой. — Или же за этой белоснежной маской Анархиста? — Маклауд провёл ладонью по маске героя. — Да, Денис?

Не выдержав напряжения, Клинт направился к балкону.

— Всего хорошего, Анархист, — совершенно спокойным тоном молвил Лиам, подняв стакан со скотчем и провожая глазами Мастера огненной стихии, что вылетел из комнаты через открытый балкон. — Всего хорошего…

Глава 5. Бианчи, младший и страший

Провожая взглядом Анархиста Лиам достал из переднего кармана брюк, серого, словно туман войны что навис над крепостью, цвета смартфон. На котором не красовался логотип какого-либо из производителей, ведь это устройство внутренняя разработка организации. Технологии недоступные простым обывателям, от разблокировки с помощью мгновенного анализа ДНК, не говоря уже о сетчатке глаза, и вплоть до мельчайших бомб рядом с важнейшими комплектующими устройства, колб с токсическими веществами что выплеснуться при некотором количестве неудавшихся попыток аутентификации. Всё в целях сокрытия информации что располагается в памяти данного гаджета.

В его отполированных до блеска очках виднелся номер и имя контакта «Отдел СО1А». Нажав на звонок, непривычно вытянутым большим пальцем, он поднес аппарат к уху, вернув свой взгляд в сторону балкона, а точнее на тускнеющий луч света, что сравним лишь с древнейшими звездами в небе.

— Анархист только что вылетел из белого дома, направляется на северо-запад, отследить его, — голос учёного был сух и мягок, никакой агрессии или грубости.

Положив устройство обратно в карман брюк, он поспешил встать. На ходу он допил горячительный напиток, за дверью его ждал глава полиции Бёрн и президент Брукс.

— Где Анархист? — сразу же удивился Джеймс Бёрн, узрев за спиной Лиама пустую комнату.

— Поспешил улететь, — сразу же ответил зеленоглазый, одновременно с этим положив пустой бокал в руку главе полиции. — Ты о нём не думай, лучше позаботиться об этом, — взгляд мужчины, что с заметной сединой, устремился к бокалу. — А ты, Джош, — резко повернулся он к президенту Соединённых Штатов. — Выйди к прессе и скажи, что диалог прошёл успешно, конструктивно и тому подобное. Ты знаешь как красиво подать, — похлопал он главу страны по плечу. — А мне пора, — двинулся Лиам вглубь коридора в сопровождении двух охранников. — Ах да, Бёрн, продолжай дальше работать с Анархией, как и раньше. Пусть люди думают, что всё осталось по-старому. Не нужно их перетруждать ненужной им информацией. Монике передавай привет, — уже разворачиваясь добавил он и довольно-таки резвым, как для своих лет, шагом направился к секретному выходу.

Когда у входа в Белый Дом объявился президент, на него тут же обрушился шквал вспышек и вопросов.

— Хочу поздравить нас всех с тем, что данный, не побоюсь этого слова, исторический, диалог закончился успехом. Конструктивная дискуссия привела нас к консенсусу, в том, что касается преступников со сверхспособностями. А насчёт Анархиста, он пулей умчался спасать жизни. Такова судьба героя. Всем спасибо, всем хорошего дня, — окончил президент и тут же поспешил ретироваться, не услышав ни одного вопроса журналистов.

Резкими шагами Мистер Маклауд направлялся к служебной машине, остановившись у открытой, сотрудником личной охраны, двери, он достал смартфон намереваясь сделать звонок.

— Где он? — его немного хриплый голос был всё ещё довольно тихим.

— Мы его потеряли, — доносилось из динамика телефона, — он вышел на скорость в пять махов и скрылся от взора наших спутников, — на эти слова Лиам отреагировал лишь легкой ухмылкой, что на миг подчеркнула и так довольно заметные морщины на его немного сухом лице.

— Что и требовалось ожидать…

Примерно 5 минут спустя, окрестности Нью-Йорка, штаб Анархии.

— Мы оторвались от их спутников? — обратился Анархист к своему верному помощнику Соурсу.

— Несомненно. Вы только что побили свой прошлый рекорд скорости полёта, — Денис хотел что-либо ответить, но уже входил в штаб переполненный гневом и яростью.

— Как всё прошло? — рискнул спросить Алекс.

— Плохо, очень, мать его, плохо, — выкрикнул Анархист размахивая руками.

— Что случилось? — поднялась Анна. Девушка была удивлена, ведь перед её глазами только что мелькала запись свежей сводки новостей в ядре которой, слова президента об удачном диалоге.

— Случился Лиам Маклауд, — Денис резко развернулся к настенным мониторам. — Покажи запись из моих глаз, Соурс, — и взору команды открылся мистер Маклауд. — Этот мудак, один из высшего эшелона организации. Это человек, что позволяет себе указывать самому президенту, а уж тем более и главе полиции. В сравнении с ним Овер-Чардж, был мельчайшей пешкой. Это такая… такая херь, это такая чёртова херь! — повторял Денис наворачивая круги по комнате держась за голову. — А знаете что ещё херово? То, что этот Маклауд тоже ищет Божественные Орудия. Хотя это неудивительно, это же грёбаная, мать его, организация.

— Но у нас уже есть катаны, — удивился Сплэш сделав пару шагов в сторону Анархиста.

— А у них могут быть остальные. У них же огромные ресурсы. А у нас толком даже спутника нет, мы даже десять процентов информации не расшифровали из их базы данных, что я сумел украсть у организации. Кстати об этом, где Бекки? — Денис был явно на взводе.

— Мне её позвать? Она вроде в компьютерной была, — резко встала из-за стола Мэри.

— Не нужно, я сам её найду, — Клинт уже направился в сторону коридора, но вдруг обернулся, — Кей с Ричардом где?

— Кей в городе, на патруле, прослушивает полицейскую частоту. А Ричард собирался повидаться с его другом Гансом, — немного задумчиво произнес Сплэш поправляя футболку, что была одета в спешке некоторое время назад.

— Ах да, помню, он говорил, удачи ему. Кей вернётся к закату, да? — Клинт отчаянно пытался вспомнить. — А потом на патруле будешь ты? — обратился он к Пейстеру.

— Да, — кратко ответил он, легко улыбнувшись.

— Ночью пойду я, до следующего вечера. А ты лучше потренируйся, нужно разобраться с тем, почему у тебя не получается использовать Мрак с помощью катан.

— Я конечно понимаю, что ты хочешь чтобы мы поскорее стали сильнее, чтобы в случае чего могли дать отпор, но древнее оружие это не ручной фонарик, что по нажатию кнопки работает, — под конец юный Пейстер приподнял свою левую бровь, ожидая адекватного ответа от собеседника.

— А ты попробуй сильнее стараться. Я знаю что ты сможешь. И это не просьба. Это приказ! — с криком Анархист указал пальцем в пол, и вскоре резко развернувшись скрылся в коридоре.

— Я посмотрю на тебя когда в твоих руках будет Божественное орудие! — крикнул вслед Сплэш, его слова разнеслись эхом меж стен коридора.

— Он немного на взводе, прости, — с долей вины в голосе молвила светловолосая Анна.

— Не проси за него прощения… Его можно понять, хорошая часть его плана была разрушена руками одного мудака в костюме, Лиама Маклауда… но это не повод срываться на нас, — Сплэш погрузился в омут собственных мыслей уставившись в пол. — Не будь я сейчас для всего мира, трупом, я бы мог через свои связи что-то да разузнать… — с минорными нотами меж слов он направился в оружейную.

Считанные минуты спустя, компьютерная.

— Бекки, привет, — ворвался в комнату Денис. — Какой сейчас процент потребления энергии штаба, в среднем за эти три месяца? — Денис наклонился над рабочим столом упершись локтями.

— И тебе привет, — неловко проговорила девушка. — Пару секунд, — за этими словами последовала череда нажатий на клавиши. — Как прошло в Вашингтоне?

— Ужасно… Вкратце. В правительстве есть один мудак из организации, что даже этой ручной кукле, президенту, не прочь указывать, — краем уха Санчес услышала даже скрип зубов Дениса.

— Плохо дело, — вздохнула Ребекка. — Вот, двадцать пять процентов из возможных.

— Хорошо, повысь до восьмидесяти, и дополнительную перекинь на компьютерные вычисления, мне нужны все расшифрованные данные и как можно быстрее.

— А к чему такая спешка? — Бекки явно удивилась и повернулась вполоборота к Денису. Один непослушный локон её чёрных волос, что мешал её карим глазам, был быстро убран её левой рукой.

— Организация тоже ищет Божественные Орудия. Мы уже на десятки шагов позади, — лицо героя оскалилось. — Мы не вправе проиграть эту гонку вооружений, — с щепоткой сожаления в голосе произнес Анархист направляясь к выходу.

— Денис… — окликнула его Бекка, приметив, что тот повернулся она продолжила. — Всё будет хорошо.

— По-другому и быть не может, — легчайшая улыбка появилась на лице юноши. И столь же быстро как и появилось пропала с выходом из комнаты, сменившись смесью грусти и задумчивости.

30 Октября пригород Лондона.

Громкий пугающий ветер в преддверии Хэллоуина, врезался в стальные стены заброшенного склада, заставляя их дрожать с ужасающим треском. Но Александр пропускал этот шум мимо ушей. Зная через что он прошёл, отсутствие страха от, хоть и страшного, но всё-таки ветра, можно понять, ему в конце концов не десять лет. Но рядом с ним есть человек, что и в вправду ведёт себя словно ребёнок, это папин сыночек Тони Бианчи. Он жалобно скулил сквозь тряпку, что в его рте. Иронично, тряпка во рту тряпки.

Квантум явно скучал, иногда устало поглядывая на электронные часы с разделением до микросекунд, подарок от Джимма.

— Опаздывает твой папочка, — с легкой хрипотцой в голосе произнес герой, а в ответ лишь молчание. — Поди расставляет своих головорезов вокруг здания, — он обошёл слева стул, на котором не по своей воле сидел черноволосый, а по воле верёвки крепко-накрепко связанный ею. — Парней будет жалко, и тебя, — он легонько шлёпнул итальянца по лицу. — Не бойся, если Сильвестри ты будешь важнее денег, то твоё смазливое личико останется целым, — встал герой на ноги отвернувшись от заложника. — Будто ты кому-то нахер, сдался, — выплюнул он и в развороте прописал удар в челюсть, стальной дубинкой в бело-жёлтой расцветке. — Пусть папочка увидит, что ты даже с кучей грязного бабла не смог спасти свою шкуру.

Последние слова Квантума остались неуслышанными на фоне грохота открывающихся стальных дверей ангара, крепкими ударами ног вояк, чей рост больше метра двух, а вес переваливает за центнер. За считанные секунды бойцы мафии окружили Квантума, десятки стволов направились в Александра.

— Так вот, кто этот смельчак, что посмел взять в заложники моего сына, — голос входящего Сильвестри был низок и явно прокурен, он скорее шептал нежели говорил.

— Никаких заложников, он мой гость, он даже на стуле сидит, хоть я стою, — Саша даже и не думал поднимать руки вверх при виде такого большого количества огнестрела.

— Мы пришли мериться у кого фразочки красивее или заняться делом? Вы предлагали мне сделку, — нотки скуки проскакивали меж аккордов его слов.

— Ах да, чуть не забыл, я же для этого отвлёк столь, кхм, занятого и влиятельного человека.

— Зубы мне не заговаривай. Ближе к делу, — итальянец нахмурил брови, подчеркнув итак довольно заметные морщины.

— Вы участник внешнего круга организации, — он сразу приметил заметное увеличение глаз главы мафии. — Предлагаю обмен, тушка твоего сыночка, а с ней и твои кровавые деньги, в обмен на проход с вашей помощью на ближайшую базу организации, ту, что на Сицилии.

— Что такое ты несёшь? Какая организация? Какая база? — раздраженно проворчал Сильвестри. — Сколько денег тебе нужно? — достал он кошелёк, что буквально разрывался. — Десять тысяч, сто? Я прямо сейчас тебе выпишу чек, — возглас переходящий в крик врезался в барабанные перепонки героя.

— Нет, мне всего лишь нужен скан сетчатки глаза, — ухмылка с примесью удовольствия поселилась на уставшему, заросшим бородой, лицу Квантума. — И желательно прямо сейчас, — Квант! Ухмылка скрылась в жёлтой вспышке, что мгновение спустя блеснула перед лицом старшего Бианчи, оставив вместо него лишь легкую дымку.

Мафиози остались в шоке, судорожно махая автоматами по сторонам. Неловкое молчание нависло в воздухе. Однако прервал его болезненный всхлип Тони Бианчи, что чудом освободился от грязного комка ткани, что заставил его заткнуться.

— Дебилы, смотрите во все стороны, этот ублюдок может появиться из ниоткуда. Нужно было сразу его пулями извратить, — глаза итальянца наполнились яростью.

— Ты кого это ублюдком назвал, мудила?! — Квантум навис над кареглазым беднягой, до этого ослепив того вспышкой телепорта. Миг спустя, в грудь Тони влетела с размахом нога героя. От чего итальянец отлетел назад, оставшись прикованным к стулу, он крепко приложился головой, об бетонное покрытие ангара, отправившись на рандеву с бездной.

Верзила мафии в недоумении уставился на русского парня. Лишь оклемавшись с пары секунд спустя, начали стрельбу. Но тот мгновенно скрылся в ярко-жёлтой вспышке. Долю секунды спустя, очутившись за спиной одного из вояк, что тут же приметил появление героя позади себя, но увы ничего сделать не сумел. Закрепленная на поясе, фирменная дубинка в бело-жёлтой расцветке, блеснула перед его глазами, грубо уткнувшись в его грудь. Разряд! И громила пал на месте пуская слюни. «Спасибо Джимму за обновку» — мелькнуло в мыслях Квантума, параллельно телепортации. Очутившись меж двух верзил, расставив по сторонам руки, он вырубил их шокерами, что встроены в лёгкие, но убойные дубинки.

Квант! Жёлтая молния мелькнула в противоположном конце ангара. Оглушив противника выходом дубинки, герой сбил того с ног мощным ударом в грудь, а позже отправил его в царство Морфея разрядом шокера. После чего, последовал крепкий удар в челюсть очередного противника. Александр знатно вывернул свой позвоночник ради этого удара ногой. Квант! И голова преступника оказалась меж дубинок. Квант! И тьма застелила глаза верзилы с тяжёлой винтовкой наперевес. Квант! И граната, которую попытались использовать против героя, очутилась вне полигона, взбудоражив редких птиц в округе и став причиной включение сигнализации бандитских машин. Квант! Ухмылка Квантума, что поселилась на покрытом тенью лице мужчины сменилась ярко-жёлтой молнией. Квант! Руки ублюдка из мафии скручены за спиной, а сам он влетел в своего напарника, что явно не ожидал такого исхода. Квант! Рука мафиози, что норовила влететь в лицо героя, была заблокирована дубинкой, что скоро была схвачена брюнетом с обеих сторон. Рывок! Итогом которого стал перелом руки бедолаги. Другая дубинка, что была закинута вверх для выполнения предыдущего трюка, приземлилась ровно в руку героя, и тут же была воткнута лёгким движением руки в грудь вояки, что попыталася атаковать сзади, заставив его рухнуть на пол, пускать слюни на грязный пол склада. Квант! Серия молний промелькнула меж десятка бойцов, оставив за собой лишь горсть тел, что ещё пару секунд содрогались искря электричеством.

— А ты видимо не отказывал себе в плотной неаполитанской пицце на обед, и в сиесте, конечно же, тоже! — обратился он к врагу, что покрупнее, к тому, что размахивал огромной дубинкой, что пролетела в миллиметрах от лица Квантума. — Силушки богатырской тебе не занимать, — после очередного выпада дубинкой, Жёлтая Молния прошмыгнул под грозным орудием и с трудом сбил верзилу с ног, скользящим ударом снизу. Очутившись позади врага, не дав шанса встать тому с колен, он соединил дубинки между собой, схватив образовавшийся шест обеими руками, установив его у лба здоровяка. Резким выпадом потянув на себя, он врезал коленом по макушке наемного ублюдка Бианчи.

Уворачиваясь от ударов и летящих в него пуль, он проскакивал сквозь толпу мудаков, что продали свою честь и душу за бабки. Озаряя вспышками заброшенный ангар, он клал бандитов пачками, мелькая то в одном, то в другом конце склада, заставляя бандитов толпится к центру.

Оказавшись у одной из стен, разбежавшись и оттолкнувшись, от уже падающего бандита, он пробежался пару шагов по стене всего лишь для того, чтобы в его кругозоре оказался центр здания. Квант! И герой в самом центре толпы, навис над преступниками на уровне их голов. Левая рука на плече одного из них, а правая нога влетела в головы парочке мафиози, лишь остановившись, он отбился ногами от боевика, что стал для него опорой. Его взгляд устремился в потолок. И долю секунды спустя, молния прошмыгнула от пола к потолку, сравни ярко-жёлтой вспышке, что мелькнула в его глазах. Застыв на секунду в воздухе, он одновременно сменил зарядные капсулы, что в основаниях дубинок, на полные, что до этого красовались на его поясе. Оглянувшись через спину он приметил место, центр толпы, что он только что вычистил. И развернувшись в обратную сторону он полетел вниз. Вспышки шокеров оставляли силуэты, что формировали два круга. Доля секунды и с потолка, что на высоте метров семь, он влетел в пол приземлившись на одно колено, а по бокам дубинки, удар которых дал трещину в бетоне. Разряд! Электрический удар чудовищной силы словно волна прошёлся от центра толпы к её краям за мгновенье. И одновременно с поднятием головы Квантума все бандиты рухнули на пол.

— Это заняло больше времени чем должно было, — выплюнул Квантум глядя на часы, хоть вся битва уместилась в меньше чем минуту. — Главное что у меня теперь есть скан.

— Эй, ублюдок, развяжи меня, — мямлил проснувшийся Тони Бианчи. На это Квантум лишь хмыкнул и достав телефон, позвонил.

— Алло, полиция, Ист-Энд, доки, заброшенный склад, рядом с ним мафиози Сильвестри Бианчи, живой, внутри связанный Тони Бианчи и кучка головорезов, торопитесь пока они не оклемались. Не благодарите, Квантум, — уходя со склада, он достал из кармана куртки пачку сигарет, и закурив с помощью разряда дубинки, он вновь достал телефон.

от: Александр

— Есть координаты одной из баз европейского доминиона. И скан на проход, скоро разведаю.

Тем временем на базе Анархии.

Солнце уже собиралась уходить, за горизонт. Постепенно длинные, яркие, летние дни сменялись холодными зимними ночами. Листья на глазах пожелтели становясь кроваво-красными или оранжевыми, сравни солнцу. Вся эта красота была и за стеклянной стеной штаба. У которой собирался с мыслями Денис Клинт. Со стороны могло показаться, что он спокоен, но внутри него бушевали эмоции, и лишь одной маленькой искорки хватило бы, чтобы горячая смесь, что у него на душе всполохнула.

— Собираешься на патруль? — спросил Джимми не отрываясь от экрана.

— Да, — кратко ответил Анархист.

— Как тебе новое покрытие капюшона, не спадает при полете?

— Нет, чувствуется, что он стал тяжелее. А когда ты закончишь новые перчатки? — Денис неспешно повернулся к юному учёному.

— Почти готовы, но без энергоносителей они будут практически бесполезны.

— Ещё одна проблема на мою голову, — скрипя зубами молвил лидер Анархии.

— Не бери всё так близко к сердцу, ему нужно больше времени.

— Времени которого у нас нет! — Анархист заметно повысил голос, но заметив испуг Джимма он тут же добавил, — прости… я немного на нервах.

— Знаю, рассказывали. Понимаю тебя, справляться со стрессом не просто. Был на полигоне чтобы спустить пар?

— Конечно. Взгляни на результаты, — Денис облокотился на стол, напряжение виднелось в его мышцах.

— Очередные рекорды, скорости, силы удара. Да ты страшен в гневе. Ну и как помогло?

— Ни капли, — герой в черно-красном костюме явно помрачнел.

— А ты не думал… Ну это… С Анной… кхм, снять стресс? — юноше явно было неловко спрашивать об этом, его выдавали румянец, потупленный взгляд и чересчур уж заметная дрожь в голосе.

— А с каких это пор, наш учёный Джимми начал увлекаться одной конкретной частью биологии? — улыбка мгновенно появилась на лице Дениса, лёгкая, непринуждённая и немного смущенная. — Кстати как у тебя с Элис дела?

— Лучше чем я представлял, она… она чудесная, — не успевший пропасть румянец, начал соседствовать с глазами, что заблестели. — У меня наконец-то появился человек которому не в тягость меня слушать. Я подозреваю, что она и половину терминов что проскакивают в моей речи не понимает. Но не в этом дело… а в том, что она просто есть. Мне так с ней уютно. Знаешь, это будто холодной, поздней, осенней ночью укутаться в пару пледов с чашечкой какао или же тепленького, почти горячего чая с одной долькой лимона и двумя кубиками сахара, ну и с парочкой печенек конечно, из тех, что с вкраплениями шоколада, который так нежно тает во рту. Это просто такое ощущение…

— Тепла на душе, чуть ниже сердца и спрятанного за рёбрами, — прервал замешкавовся Джимма Денис.

— Да… именно, — редкий солнечный луч осветил его радостное лицо, отражаясь в очках за которыми скрывался немного затуманенный взгляд.

— Я рад за тебя, дружище, — Денис по-доброму положил руку на плечо друга. Он был одет в легкую темно-синюю рубашку, ведь на базе было довольно жарко. «Ради таких людей… Это того стоит» — призадумался герой в черно-красном одеянии.

— Мне пора, — Анархист направился к застеклённой стене. — И кстати, датчик температуры на высоте свыше трёх километров глючит, нужно будет исправить завтра.

— Что же ты мне раньше это не сказал?! — разгневался юный Миллер.

— Некогда было, — подмигнул Анархист перед тем, как закрыть маску и профазировать сквозь стекло спиной вперёд. Сделав кувырок назад, он ринулся к небесам.

Одно из кафе на окраине Нью-Йорка.

Ярко-красная неоновая вывеска, что за окном, освещала немного уставшее лицо Ричарда. На столе перед ним лишь одинокая чашка кофе, а в руках телефон. Сообщения от него шли один за другим, и адресат у них один, Ганс Кёлер.

«Ещё полчаса и я ухожу отсюда, а пока стоило бы перекусить.» — прислушался он к урчанию своего живота. Подняв руку он подозвал официантку. Перед тем как он посмотрел в глаза, чтобы сделать заказ, его взгляд упал на бейджик «Элис».

— Знакомое имя… — прошептал он.

— Что простите? — не расслышала девушка.

— Имя знакомое у вас, — Ричи на миг призадумался. — А вы случаем не знаете одного паренька, рост как у меня, брюнет, голубые глаза, ещё очки носит, ну и Джиммом его звать.

— Он… — девушка засмущалась.

— Он ваш парень, — Ричи невольно улыбнулся. — Простите за этот неловкий момент, я знаком с Джимми, он мой друг, мы вместе работаем.

— Оо, друг с работы, он мне о людях с работы не говорит.

— Зато о вас, он очень много говорит.

— И что же? — мило улыбнулась барышня.

— Только хорошее, — мимолётно он поправил шапку, что немного спала на его правое ухо. Эту шапку ему связала Тётушка Ганса, ведь как без шапки-то зима же близко, по её словам. — Ладно, не буду больше вас задерживать, вижу у вас тут много работёнки, — парень указал на переполненное кафе. — Можно мне двойной бургер? — в ответ кивок. — Спасибо Элис, — официантка тут же развернулась, но получила в вдогонку. — Ричард я, Ричард Эйзенхардт.

— Приятно познакомиться, — ответила девушка, но увы, её тихий голосок был перекрыт разговорами отдыхающих.

Тем временем в другом районе Нью-Йорка.

Конвой из десятка полицейских машин и нескольких военных, среди которых один, сверхтяжелый грузовик, в котором особо важный заключённый, абсорбер, которого несколько недель назад поймали Изотоп-Кей с Полярисом. За конвоем следовал Анархист, для дополнительной безопасности, редко спускаясь с высоты птичьего полета на землю.

— И зачем его перевозят? — обратился к офицеру Стиву Джонсу герой через радиосвязь.

— Для большей безопасности, личное поручение мистера Бёрна.

— Этот сверхчеловек вроде действовал один, думаю маловероятно, когда-либо объявились бы сообщники пытаясь освободить его.

— Ты что-ли, помнишь всех пойманных сверхгадов? — удивился офицер.

— Работа у меня такая, — спокойно ответил пирокинетик.

— Зарплата какая? — рассмеявшись спросил полицейский.

— Кофе автоматный в ваших участках и пирожки бабушек, чьих кошаков с деревьев снимаю, — после этих слов Денис еле заметно рассмеялся, но Стив шутку оценил. — Кстати о бабушках, — на зрительной панели перед глазами появилось уведомление, вызов в полицию. — Какой-то урод напал на престарелую женщину в её же доме.

— Лети, мы и без тебя справимся, — произнёс Джонс шмыгнув носом, погода явно холодала.

— Спасибо, — Анархист уже развернулся и рванул в противоположную сторону.

Нью-Йорк, Бронкс, одно из многочисленных, невысоких, многоквартирных зданий.

— Я знал, что у тебя куча вещей, но чтобы столько, — недоумевая Ганс поднимался по лестнице.

— Кроме этого грузовика есть ещё один, — усмехнулась Алия, её тоненькие губы захватили на себе взгляд рыжеволосого парня.

— Ты и мебель взяла с собой что-ли? — голубоглазый на миг остановился.

— Нет конечно, всего лишь несколько предметов быта, и одежда, много одежды, папочка любит меня баловать, — черновалосая красотка остановилась и запустила пальцы в, похожие на колючки, волосы парня.

— Такие мягкие, а на вид как иголки.

— Будто бы в первый раз их видишь, — парень не отводил взгляд от её манящих карих глаз.

— Ты чего застыл? — тихо спросила девушка.

— Так это… дверь открой, да, дверь, ключи же у тебя, — запаниковал парнишка. — Видишь люди ждут, — указал он на грузчиков позади.

— Ах да, конечно, — спохватилась Алия и второпях прокрутила ключ в замке. — Это же последние коробки из этого грузовика?

— Да, мисс, — ответил один из крепких парней. — Следующий приедет через час, к сожалению застрял на мосту, пробка.

— Спасибо ребят, папа уже с вами рассчитался? — в ответ кивок, — спасибо ещё раз вам, хорошей дороги.

Нью Йорк, Квинс.

— Соурс, это правильный адрес? — подлетая спросил Анархист.

— Да, сэр, — кратко ответил И.И.

— Рентген и инфракрасное излучение вместе с разметкой из городской базы архитектурных планов, выведи перед глазами, хочу побыстрее найти этого ублюдка.

— Хорошо, сэр. Спешу заметить, что у вас заметно повышенный пульс.

— Убрать измерения и уведомления, и с экрана шкалу. А также отключить внешнюю связь, не хочу чтобы меня отвлекали, — с дрожью и хрипотцой ответил герой. — А вот и этот мудак, — Анархист завис у одного из окон. Перед его глазами квартира, внутри которой силуэт человека, что привязан к батарее, а также еще один силуэт покрупнее с предметом, похожим на пистолет в руке.

— И это всё?! — прокричал грабитель глядя в шкатулку со сбережениями. — Где золото, драгоценности? Провести меня хочешь, старая ты дрянь? — он подошел к старушке и приставил пистолет к виску. — Где всё?! — слюна хлынула из его рта.

— З.за картиной, в стене, — еле проговорила испуганным голосом больная бабуля, указывая дрожащей рукой на место, что позади бандита.

— Так бы и сразу, а то несёшь какую-то пургу, что ничего нет, — грабитель направился к стене, но вдруг его остановил стук в окно, что осветилось ярким светом. — Что за х… , — стекло разбилось и в преступника влетел Анархист, взяв того на таран и впечатав в стену.

— Вы в порядке? — приблизился Мастер Вибрации к пострадавшей, ответ невнятное мычание. — Нужно освободить вас, — с лёгкостью разорвал он цепи, которыми руки старушки были привязаны к батарее. Он пытался помочь ей встать на ноги. — Вы целы?

— С… сзади, — прохрипела старушка.

— Стой на месте, супер мудила, — бандит направил ствол на героя. — Медленно повернулся ко мне, иначе пристрелю бабку, и тебя, сука, то… — не успел он договорить как ему в руку влетела нога Анархиста, выбив оружие и заодно сломав парочку костей. Вспышка от реактивного ускорения удара, на миг осветила малюсенькую комнатушку. Преступник упал на пол держась за руку.

— Ты что сделал? — попытался он взять другой рукой девяти миллиметрового дружка. Но не сумел он моргнуть, как Анархист был рядом, а ствол стал раскален докрасна. Ведь за дуло схватился мастер огненной стихии. Грабитель закричал от боли, всхлипывая в муках.

— Эти пушки нужно таким мудакам как ты, в одно место засунуть, — прохрипел Анархист прописав удар ногой в челюсть полулежащему страдалицу, от чего его голова опрокинулась назад.

— Позвоните ещё раз в полицию, и скорую, вас нужно осмотреть, — обратился герой в маске к бабулечке, что пыталась выйти из комнаты.

Потом Анархист схватил преступника за ногу и потащил того к окну. — А этот ублюдок теперь моя проблема, — герой высунул голову через сломанное окно. — Всего лишь второй этаж, — и грабитель полетел вниз, за ним последовал и Анархист.

Бандит пытался отползти, но лишь уперся в стену соседнего здания.

— Прошу смилуйся, — рыдая умолял грабитель, что с минуту назад угрожал престарелой женщине расправой.

— А с чего вдруг, никчёмное ты отребье? За то, что у старушки отобрать последнее, что у неё уже есть хочешь? А если она осталась одна, без детей и внуков, а ты у неё деньги припасенные на похороны отобрать хочешь? — яростно кричал Анархист. — Кто ты после этого? Человек?!

— А что мне нужно было делать? — промямлил лежащий в грязи бандит.

— Поднять свою задницу и работать! И не смей мне говорить про тяжёлую жизнь. У этой старушки, вот у кого тяжёлая жизнь, не у тебя! Ты видел её квартиру? А мебель? А в каком районе живёт она? Такие как ты, называют его своим домом, правители вы улиц, тьфу! — он подошёл поближе и пригнулся. Оттянул рукав куртки чтобы взглянуть на запястье. — Череп, ну конечно, ты выбрал якобы лёгкий путь. Но это был неправильный путь, и вот он, тупик, — огонь зажегся в правой полураскрытой ладони Анархиста. Редкие капли дождя стекали по его красному, кожаному капюшону.

— Прошу не убивай. У меня жена, дети, — еле дыша верещал грабитель.

— Уж лучше совсем без отца, чем с таким как ты, — его голос дрогнул, но лишь на миг. — Сгинь! — огонь в ладонях сильнее разгорелся, рука направилась от бедра вперёд. Но вдруг была неожиданно остановлена, шквал огня устремился вниз, обугливая асфальт, озаряя весь небольшой дворик. Кто-то схватил Анархиста за руку.

— Не надо, не делай этого, — потоки огня мелькали в его карих глазах, а также заставляя колыхаться его малость промокшие, светлые волосы.