Амур-23

Часть 1. Земля.

1

За окном играло солнце с пожелтевшими листочками. Дождя не предполагалось, но уже холодало. Село Жилино было полуживым, осталось всего человек сорок пять, хотя раньше еще в дореволюционные времена насчитывалось не меньше тысячи. Большинство уехали в города, а кто-то и вовсе помер, и теперь лежал на местном кладбище за церковью. Сейчас же в крайнем доме слева две старушки сидели на веранде, да попивали цикорий.

– Ты меня слышишь? Эй?

– Слышу, но не слушаю. Надоела ты мне.

– Ах вот как.

– Да, вот так.

– Тогда я расскажу твоему ухажеру, Ильичу, что ты к другому вчера ходила.

– Не посмеешь, иначе я расскажу всем, кто ворует банки для заготовок.

– Ах ты как.

– Да, вот так.

Одна старушка принялась за подсохшие пряники, другая же отодвинула от себя пустую чашку.

– Представляешь, Кирюшу то, который внук у Зинки, вчера забрали.

– Как забрали?

– А вот так. Хотела я пойти к ним за долгом, курицу я им отдавала в прошлом месяце. А они мне ведро картошки обязаны.

– Ну-ну.

– Дак вот, шла-шла вижу подъезжает черная машина, да не нашевская. А из нее выходят два крупных лба и походят к дому Пенкиных. Я сразу к телефонной будке. Прикинулась, что болтаю с кем-то, а сама подслушивала.

– Ну ты прям Штирлиц в юбке.

– Не перебивай. Я вспоминаю.

– Ну-ну.

– В общем один молчал другой говорил с Зиной.

Старушка принялась пересказывать услышанное.

– Здесь живет Пенкин Кирилл Демидович? – спросил высокий мужчина.

– Да, здеся. А что вам от него надобно, – в ответ ему Зинаида.

– Родине служить будет.

– А он уже служил. На Байкале. Года три как прошло.

– Особое поручение к нему есть. Где он сейчас?

– В огороде. Пройдемте.

– Больше ничего не слыхала. Но через пару минут они вместе с ним сели в машину и уехали, а Зина побежала за машиной, да остановилась у поворота, чуть не упала. За картошкой я так и не дошла.

– Да как же мы без него. Загнется поселок то. Кто ж нам всем поможет, старым девам? Да ты брешешь мне. Не верю.

– А не веришь, так пошли спросим.

– А пошли.

Две сестры, Лидия и Людмила, по отчеству Захаровны, вышли с веранды и пошли к своей закадычной подружке. Домик Зинаиды был отремонтирован внучком. У него золотые руки. Весь мастерящий, всегда подсобит соседям. Когда они дошли, то увидели Зинаиду, поникшую и сидевшую на крыльце.

А как ей не грустить? В этом году ей исполнилось восемьдесят лет. Растила она Кирюшу как собственного сына. Родители оставили его ей, а сами уехали в столицу на заработки. Ни разу не приехали и даже не звонили. Не спала ночами, когда тот плакал. Старалась растить как могла, но у самой образования не было. Отправляла его к соседке за пару рублей полученных с продажи яблок, поскольку та учительницей была. Когда пришло время Кирюше в армию идти, она чуть ли не привязала себя к нему, чтобы его не забрали. Когда он все-таки ушел на службу, места себе не находила, болела. Спустя год он вернулся, а она пообещала себе больше не отпускать его. И вот внучка снова забрали неизвестные люди в черных костюмах.

– Зин, а Зин, что случилось? – спросила Люда.

– Горе! Горе! Кирюшу забрали.

– Я ведь говорила, – прошептала Лида.

– Как же я без него, – продолжала Зина.

– Господи, расскажи, что случилось?

– Значит пришли два амбала в форме и просили внука моего. Говорят, что служить должен. Горе – горе. Вы ведь знаете, что он уже был там. Горе. Я проводила их в огород думала уже в колодец их спихнуть, да объявился Кирюша со словами «Бабуш, я картошку откапал». Горе мне.

– Откопал значит – подумала Лида вслух.

– А ты только о ней и думаешь, Лидочка. Больше тебе никто ее не откапает. Один выхватил лопату, второй как схватил моего, что тот чуть не упал. Как мое сердце билось, а давление, наверное, аж под триста было. Думала не доживу. Отвернулась в слезах и молилась.

– Что ж за люди этакие, – хотела подбодрить Люда.

– Да сама не знаю.

В это время Лида зашла в ограду и увидела ведро картошки, который по праву принадлежал ей. Ну и взяла его и потащила на выход.

– Я возьму должок?

– Да бери что хошь, мне уже все равно. Как же я без него.

– Наверняка это ошибка, жив он будет, а мы пока сами справимся, – Люда положила свою руку на ее спину, чтобы погладить.

– Да они его убьют там, – Зина пала на колени.

– Не нагнетай, мать, мы тебе поможем с чем сможем, а он вернется обратно живехонький и здоровехонький, – Лида, еле вынесла ведро.

– Ох, Господи дай ему сил.

– Нам тоже не забудь, – проворчала Лида, неся тяжелый груз.

– Может к Филиппу Игоревичу сходим, ну к батюшке, то есть, – предложила Люда. – Поставим свечки, да помолимся по-хорошему.

– Без меня, я пошла домой, еще с картошкой разбираться.

Люда и Зина без Лиды пошли к церквушке. Была она старенькая и облупленная, но внутри за порядком следили. Местный священнослужитель расписал стены библейскими сюжетами, привез из города несколько икон, сам восстановил алтарь и поставил кресты на купола. До его прихода в советские годы священное место служило складом продовольствия. Прихожане же в свою очередь в качестве благодарности приносили батюшке еды, поскольку у него не было хозяйства.

Дверь церкви была закрыта.

– Странно.

– И где же он?

– Вот там.

Филипп Игоревич ухаживал за клумбами на заднем дворике.

– Здравствуйте, – окликнула его Люда.

– Здравствуйте, бабоньки.

– Мы к тебе по делу.

– Сейчас подойду.

Священник закончил полоть цветы, отложил перчатки и тяпку.

– Что случилось?

– Нужно помолиться, свечку поставить за Кирилла нашего.

– Забрали его, – Зина бросилась в объятия. – Помоги, успокой мою душу, и спаси его.

– Как же так, кто забрал то?

– Говорят на службу, – сказала Люда.

– Что же за нелюди, молодых забирают. Сделаем все, что в силах божьих.

– Спасибо, Филипп Игоревич, – ответила Люда.

– Зинаида, не останетесь?

Люда попрощалась и ушла. Зина накинула платок и вошла в церковь прямиком за священником. Внутри было мрачно, только свет из окон создавал хоть какую-нибудь видимость. Филипп Игоревич взял пару свечек, сделанных на пасеке Ильича. Одну отдал старушке. Они вместе подошли к иконе, где святой пронзает змия, правильное название Зинаида никак не могла запомнить. Батюшка прочитал молитву, слова которой старушка не разобрала, зажег и поставил свечу и перекрестился. Она последовала его примеру.

«Пожалуйста, Боже, пусть у моего Кирюши все будет хорошо. Пускай он вернется здоровый и целый. Чтобы проблемы обходили его стороной, чтобы, как и сказала Люда это была ошибка, которая скоро исправиться. Пожалуйста, спаси его душу. Аминь.»

Она поставила свечку, перекрестилась и поклонилась.

– Спасибо большое, – старушка направилась в сторону выхода.

– Он вернется, и его душа еще не скоро побывает там, – он показал пальцем наверх. На небо.

Она улыбнулась сквозь накатившие слезы и кивнула.

Дверь закрылась, оставив священника одного.

2

Время поджимало. Разбираться на месте было некогда, поэтому мужчины решили проинформировать его в машине о том, что тот был вызван на специальное задание в связи с его профессиональными возможностями. Кирилл не знал какие у него есть особые возможности, что за ним лично приехали. Он был обычным: невысокого роста, крепкого телосложения из-за постоянного труда и выцветшими на солнце русыми волосами. Образование восьми классов получил он от репетиторши, в остальное же время работал по огороду и не только. Сходил в армию, на удивление спокойно отслужил год, хотя и был конец девяностых. И последние три года жил да тужил на родине.

На большинство его вопросов они не отвечали. Он только узнал, что едет в Архангельск к некому генералу Лужину. Кирилл смирился с ситуацией. «Развеюсь хоть, а то надоело картошку копать» – подумал он. Наслаждаясь видами, которые пролетали в окне машины, он все думал о бабушке, о соседях, о своем наставнике, Филиппе Игоревиче. Именно он повлиял на его жизнь больше всего. Он научил его работать руками, мастерить, читать священные тексты, хоть и сам Кирилл перестал верить писаниям после военной службы, но все равно чтил священника. Для него он стал отцом.

Вид в окне стал сменяться с зеленых полей на многоэтажные дома. Они добрались до города. Водитель, маневрируя по лабиринту улиц, наконец припарковался.

– Приехали, – сказал второй.

Выходя из машины, Кирилл увидел серое одноэтажное здание, у входа которого висела табличка с аббревиатурой «А.М.У.Р.».

– Что это означает? – спросил Кирилл.

– Не могу сказать. Устав.

Они зашли. Там их встретил пожилой вахтер, скромно сидевший на стуле.

– Паспорт, пожалуйста, – сказал старичок.

Кирилл хотел было полезть в карман, как понял, что увезли его без документов и вообще не дали времени на собирание вещей. Все осталось дома. Он заподозрил не ладное: «Возможно его забрали не госслужащие».

– У меня нет собой.

– Нельзя вам, молодой человек. Нельзя.

– Он здесь по указу, – вмешался один из сопровождающих, – мы несем за него ответственность.

– Ну раз по указу, – вахтер встал и открыл дверь ключом странной формы. Кириллу он показался похожим на перевернутого жирафа. За дверью оказался небольшой коридор, в котором была одна дверь.

– Ступай. Генерал Лужин ожидает тебя, – сказал сопровождающий.

Пол в коридоре был старый, оттого и скрипел от каждого шага, раздражая при этом самого Кирилла. Он и так был как на иголках. Дойдя до двери, он заметил, что ручки на ней нет. Он постучался, но ничего не произошло. Кирилл постучался еще, на этот раз настойчивее, но ответа так и не было. «То есть меня сюда привезли против моей воли, говорят что-то о специальном задании и при этом сами и не открывают» – подумал он. Дверь открылась.

– Заходи, – прозвучало из-за двери.

Кирилл зашел в небольшой кабинет с одним столом и тремя стульями, за одним из которых уже сидел мужчина средних лет и такой же средней внешности, а позади него висел портрет Циолковского, Кирилл узнал его, поскольку у его репетиторши была энциклопедия о космосе, которую он одолжил на неопределенное время.

– Присаживайтесь, Кирилл Демидович, присаживайтесь. Как добрались? Без происшествий?

– Пойдет.

– Это хорошо, вам предстоит дорога куда сложнее.

– В смысле? Кто вы?

– Потом об этом, сейчас о другом. Мне нужно за…

– Нет, давайте сейчас.

– Зачем вы перебили меня? Я сказал, что об этом попозже, поэтому если не хотите проблем, посодействуйте. Хорошо?

Не дождавшись ответа, он продолжил.

– Так. Вы – Пенкин Кирилл Демидович?

– Да, я.

– Ваше семейное положение?

– Холост.

– Близкие?

– Только бабушка.

– А сколько ей лет подскажите?

– Будет восемьдесят.

– Отлично-отлично, – мужчина перевел дыхание и продолжил. – Здесь написано, что вы служили на Байкале и дослужились до сержанта всего за один год. Верно?

– Да.

– Умеете пользоваться оружием или может управляли бронетехникой?

– Стрелял из Калашникова. Бронетехникой не управлял, только трактором.

– А тут написано, что управляли и «Тигром», и «Ростком», парой БТРов.

– Наверное задним числом написали, чтобы заполнить дела.

– Мда, жаль, только никому не говорите, мы вас уже взяли. Не хотелось бы проблем ни мне, не вам, верно?

Этот вопрос не требовал ответа, поэтому Кирилл просто наблюдал за генералом Лужиным, пока тот рассматривал его лицо. В тишине, которую нарушало тиканье синих часов на столе, они просидели минут десять.

– Что ж была не была. Завтра вас отправят на подготовку, – наконец принял решение генерал.

– На какую подготовку? Объясните же наконец.

– Кирилл, – генерал встал с места и подошел к парню. – Все успеется. Не волнуйся раньше времени. Тебе и твоему напарнику все объяснят на месте.

– Какому напарнику?

– Который встретит тебя в отеле. Завтра вы полетите на самолете в Восточную Сибирь. Там вас встретят две прекрасные женщины. А сегодня остановитесь в «Двине». Вас и доставят, и заберут, поэтому не покидайте стен отеля. Рад был познакомиться Кирилл, – он похлопал его по плечу, – думаю, что это была наша первая и последняя встреча.

Кирилл вышел из генеральского кабинета. Его ожидали те двое, что сейчас играли в дурака вместе с вахтером. Когда старик прилепил погоны одному из них и забрал свой выигрыш в виде пятисот рублей, все сели в хендай. Ехали они минут двадцать до цели. И всю поездку он надеялся, что его все-таки отпустят. Он не хотел снова выйти из обычной жизни на год.

Заселили его без проблем, даже не попросили удостоверяющий документ. Двое сопровождающих заплатили за себя и за него. Лифт не работал, поэтому на девятый этаж поднимались все по лестнице. Они дали ему ключ, а сами зашли в номер, напротив. Комната показалась ему роскошной, такого не было в их с бабушкой доме. Кровать, телевизор, о котором он слышал только от сослуживцев, и даже кондиционер. У них же был только один таксофон на весь поселок. Он сразу плюхнулся на кровать, взял с прикроватной тумбы пульт и начал тыкать на все кнопки. Одна из них включила телевизор. На канале показывали усатого мужичка, стоявшего рядом с большим кругом, на котором был циферблат, а снизу экрана висели синие квадраты.

– Ерунда какая-то.

Опытным путем он разобрался как переключать каналы. На другом был криминальный сериал про какую-то Пчелу. Кирилл остановился на нем. На тумбе также лежала памятка о ужине, который входил в стоимость. Под проходивший в телевизоре допрос он задремал.

3

Проснулся он от стука в дверь. За окном стемнело. Кирилл подскочил, выключил телевизор и открыл дверь. Там стоял неизвестный мужчина в черном спортивном костюме с белыми полосками.

– Время ужина. Завтра некогда будет есть, – в его голосе слышался акцент.

– Кто вы?

– Я твой напарник, а если точнее наставник, ведь мне придется нести за тебя ответственность.

– Да, секунду.

Парень обулся, закрыл за собой дверь. Напарник проводил его до ресторана, где на столе их уже ожидала еда. Тарелка гречки с двумя свиными котлетами, пиала с овощами, хлеб на салфетке и стакан чая. Они сели за стол.

– Где твоя порция? – спросил Кирилл.

– Мне не нужно часто есть. Хватает одного приема пищи в день.

– Интересно.

– Молчи и ешь.

Еда была не такой вкусной, как дома: хлеб был пресным, не то что буханка от бабы Люды, овощи были несвежие, котлеты вряд ли были сделаны из настоящего мяса, но ему было не выбирать. Один чай был вкусным, сладким. Хотя остальные люди в ресторане явно наслаждались едой и атмосферой. Подкрепившись в Кирилле нашлись силы расспросить сидевшего напротив.

– Кхм-кхм, – он старался привлечь внимание, – как тебя хоть зовут?

– Константин.

Снова наступила тишина, а Константин наблюдал за приемом пищи. «Видимо он не настроен на диалог» – подумал парень.

– Так и будешь молчать?

– Мне нечего сказать. А за еду потом мне заплатишь.

– Расскажи о себе.

– Меня зовут Константин. Я летчик. Мне тридцать лет. Рост один метр семьдесят четыре сантиметра. Имею два образования: радиофизика и инженера по летной эксплуатации летательных аппаратов. Этого достаточно тебе знать?

Кирилл замолк и продолжил копаться в гречке, создавая видимость активного питания. Приглядевшись получше он заметил, что один глаз Константина отличался.

– У тебя протез вместо одного глаза? Как это случилось?

– Да, неудачный полет.

– Без конкретики?

– Без.

– Зачем нужен напарник для летчика и радиофизика?

– Службам нужен был человек, служивший, который умеет обращаться с оружием и техникой, и у которого либо нет семьи, либо они не в состоянии сообщить о твоей пропаже.

– В смысле?

– Ты не вернешься домой.

– Что? Я отказываюсь. Я не умею управлять техникой, да я и из оружия не стрелял.

– Сейчас не до вранья. У тебя нет выбора. Через пару дней мы отправимся на задание.

– На какое на хер задание?

– Все инструкции мы получим завтра, как сказал генерал, от двух прекрасных женщин. Но могу точно сказать, что я летаю только в космос.

Кирилл встал с места. У него помутнело в глазах.

«Как же так? Больше не увидится с близкими? Ни с Бабушкой, ни с Филиппом Игоревичем, ни с надоедливыми сестрами Захаровными? Какой еще космос?» – крутилось в его голове.

Активные мыслительные процессы парня начали вести его на выход, но его остановил Константин, заломив руки за спину. Сидевшие в зале начали громко вздыхать и возмущаться. Кирилл начал было брыкаться, но его вырубили мощным ударом.

4

Холодно. Очень холодно. Кожа на лице начала отсыхать, ноги покрылись инеем, а волосы хрустели от потока ветра, впоследствии выпадая. Вокруг расстилалась на несколько километров ледяная пустошь. Изо льда словно руки из могил торчали деревья, только были они сделаны из камней: сапфиров, изумрудов и аметистов. Под ногами задрожало. Посмотрев вниз, Кирилл увидел свое лицо, которое билось лбом в попытке сбежать от чего-то. Он принялся бить лед руками, но его руки так сильно промерзли, что разбились вдребезги при первом ударе. Кровь не побежала, из него посыпались красные льдинки, напоминающие рубины. Парень хотел кричать, но его губы слиплись из-за чего прозвучало только мычанье. На него же пришла коровка, Элиза, за которой он ухаживал в детстве, пока бабушка не продала ее, чтобы купить своему внуку одежды. Она принялась вылизывать Кирилла, будто он только что родившийся теленок, тем самым согревая его.

Тело адаптировалось. Холод ушел. Хоть и кистей у него больше не было, парень попытался снова спасти тонувшего подо льдом. Удар за ударом, но лед не поддавался. Элиза стала бить своим копытом из-за чего появились первые трещинки. Этот стук отдавался в голову, заставляя кровь раздувать вены на лице.

Тук. Тук. Тук.

Он лежал в кровати своего номера, когда в дверь постучались. За окном только начинало светать. Голова болела. Кирилл неспешно встал, подошел к зеркалу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

– Вроде такой же, как и вчера, – заговорил он с отражением. – Только помятый.

Тук. Тук. Тук.

Кирилл наконец открыл дверь. Там стоял его напарник.

– Долго спишь, чтобы через пять минут был внизу.

Кирилл хотел замахнуться со всей силы по нему, но сдержался. Когда Константин зашел га угол в сторону лестницы, парень показал непристойный жест, выученный от Ильича в бане, и от которого потом отучал Филипп Игоревич. Ему было грустно оттого, что он вряд ли еще раз увидит телевизор, но ему нужно было идти. Он освободил свой организм от вчерашней еды, принял душ и попрощался с номером. Внизу его ждал Константин, тех двоих не было видно. На этот раз они ехали в «самаре», по всей видимости, это была собственная машина напарника.

Ехали они по трассе в неизвестном для Кирилла направлении. На предложение включить музыку, водитель отрицательно отреагировал. Через часа два они наконец добрались до цели. Там их ожидал небольшой самолет. Сколько длился полет он уже не знал, поскольку не было панели со временем. Константин же был у штурвала. Но за это время Кирилл успел многое обдумать. Узнав то, что ему предстоит отправиться в космос, он сразу вспомнил как лежал на уличной лавке и высматривал на ночном небе созвездия, пока бабушка спала. Это было его любимое увлечение, ведь в поселке его ровесников не было. Когда же об этом узнала бабуля, то отчитала: «Не занимайся ерундой, от лукавого это. Лучше бы шел яму с говном вычищать». И дала ему лопату. Так он и закопал свои мечты. А теперь у него будет возможность приблизиться к своей забытой мечте.

Воспоминания были прерваны выкриком Константина из кабины, который молчал с самого утра.

– Голова не разбита?

– Нет.

Тишина вернулась на свое законное место, а Кирилл предался воспоминаниям о родине.

5

Как и говорил генерал Лужин, их встретили две женщины, которым было лет под сорок. Было сложно сказать, насколько они были прекрасными, но то, что в красных костюмах – это точно. Представились они главными инспекторами по охране человека от неземных катастроф, чтобы это не значило. На вид им можно было дать лет около сорока. Они проводили парней до недавно выстроенного комплекса. Провели небольшую экскурсию по нему.

И в конце концов посадили в конференц-зал. На Кирилла комплекс произвел плохое впечатление: скудный интерьер по меркам отеля, тонкие стены, как будто из картона, а пол был голым бетоном. Дамочки тоже сели на стулья без обивки. Он посмотрел на напарника, но по его лицу, кроме безразличия, мало что можно было сказать. Вдруг свет погас. Включился экран, намного больше, чем пузатый телевизор из отеля. На нем сменялись картинки, а черствый бездушный голос из динамика вещал.

– Амур! Гордость! Плутон! Рады приветствовать вас, астронавты. За вами великое будущее. Вы были выбраны исходя из ваших профессиональных качеств и стремлению у большему. Вам предстоит отправиться в космос по указанным координатам на Амуре-23. Пилотом и инженером летательного аппарата значится Мусик Константин, остальные обязанности возлагаются на Пенкина Кирилла. При приближении к цели нужно будет нажать на специальную синюю кнопку, которая будет находиться внутри панели. Панель открывается ключом. Предположительно полет займет двадцать лет: десять в одну сторону, десять в другую. Пятнадцатого сентября две тысяче двадцать второго года вы вернетесь на Землю…

Кирилл больше ничего не мог понять, после того как узнал, что задание длиться двадцать лет. Он мог смириться с тем, чтобы отдать один год из своей жизни, но никак не двадцать, еще и молодости. Его бросило в пот. «Через двадцать лет мне будет сорок три, а что без меня будет делать бабуля? Эти годы мне никто не вернет...» – размышлял он.

Свет включился. Дамочки встали и просили пойти за ними. Парень посмотрел на Константина, его лицо было такое же спокойное. Они шли по знакомым коридорам и дошли до коморки.

– Здесь в шкафу лежит ваша спецодежда. На все вам две минуты.

Парни зашли и начали переодеваться в трико и синие тяжелые комбинезоны. Кирилл только сейчас понял, что не понимает, что происходит.

– А куда это мы?

– Ты не слушал?

– Сложно было слушать, после того как узнал, что задание длиться двадцать гребаных лет.

В ответ было только сомнительный взгляд. Он вышел. Закончив, вышел и Кирилл, но за дверью никого не было.

– Где все?

– Не отставайте, юноша, – прозвучал за углом женский голос.

Он подбежал к источнику звука и увидел глубокий бассейн. «Готов поспорить, что глубина не меньше, чем у Байкала» – подумал он. На дно уже спускался его напарник. Одна из дамочек надела на Кирилла шлем, похожий на большую вазу, вторая вручила ему баллон и подключила его к трубке.

– Откроете вентиль перед погружением, – начала одна.

– Секунду, забыли про утяжелители – перебила вторая. Они прикрепили по утяжелителю к каждой ноге.

– Для начала спуститесь по лестнице.

– Удачки, – улыбнулась вторая.

Дамочки уселись на трибуны и откуда-то достали по козинаку. Парень еле смог сделать первый шаг и сломал при этом голубую плитку.

– Плитку не ломай! – прокричала дамочка. – Ходить не умеешь?

– Сама попробуй, стерва. Нарядили меня в непонятно что, да еще и приковали гирями, – парень весь вспотел.

– Че ты там вякнул? – она отложила батончик и подошла к нему. – Ну что, сладенький? Иди поплавай, – она столкнула его с бортика, а парень в полете успел повернуть вентиль. Брызги были большими.

Поскольку погружался он медленно, то смог нащупать лестницу без проблем. Проблемой было поставить ногу на ступеньку, хоть под водой и было легче, но все равно тяжело. Через несколько невнятных колебаний это удалось ему. Посмотрев наверх, он увидел размытое лицо на белом фоне, которая явно расплылось в улыбке.

«Я тебе еще покажу» – он спускался.

На дне уже во всю трудился Константин: он ходил из стороны в сторону, что-то прикручивал, что-то откручивал, даже ползал под ржавой аркой. Поскольку Кирилл не знал, что делать, то решил размяться. Сделал три подхода на приседания, немного попрыгал. Отжимания у него не получились – руки отталкивали его наверх. К нему подошел напарник с вопросительным выражением лица.

– Я не знаю, – он старался открывать рот шире.

Константин махнул рукой, как бы подзывая. Они дошли до металлической арки, на которой было множество стержней с резьбой. В руке парня оказалась гайка, он закрутил ее.

– Теперь ты, – показал он рукой, а сам ушел.

Откручивал Кирилл гайку невыносимо долго, но у него это получилось. Закрутить получилось с первого раза. Дальше он повторял за напарником: также ползал как под аркой, так и по ней; учился таскать с собой баллон, не повредив трубку. Когда стрелка на индикаторе коснулась красной зоны, он сообщил об этом напарнику. Тот показал наверх. Подниматься по лестнице было тяжело, но терпимо. На суше его ждало ухмыляющееся лицо.

– Ну как ты, сахарок? Как водичка?

– Проверь сама.

– Ха-ха-ха, Наташ, посмотри какой забавный, – она сняла с него шлем и убрала баллон.

На воздухе все ощущалось необычно. Когда он снял комбинезон и поднял ногу, то подумал, что вот-вот улетит. Влияние утяжелителей.

– Душевая вот там, – показала та, что подобрее.

Оставив возле трибун синий костюм, он пошел освежиться. Забросил термобелье на нитки и вступил под горячую воду. Рядом он услышал шаги.

– Это ты, напарник?

– Да.

– Ты уже летал туда, ну в космос?

– Да.

– И как оно?

– Это нужно видеть. Словами не описать.

– А тебя не беспокоит полет в двадцать лет?

В ответ тишина. Поняв, что ответа не будет парень сменил тему.

– Ты Мусик? – обратился он с насмешкой, – можно я буду называть тебя так.

– Спорить с тобой бесполезно. Будем считать это моим позывным. Твое тогда – Пена.

– Мы будем как Космос и Пчела?

– Ты о чем? – вода перестала шуметь, и он ушел.

6

Закончив с гигиеной, он переоделся в выданную одежду: белая футболка и штаны, и синяя олимпийка, на которой была нашивка «АМУР». Кирилл вышел на улицу. Было темно и накрапал дождь.

«Как же меня так угораздило?» – он застегнул куртку.

Он и не мог подумать, что будет участвовать в подобном задании. Только вчера он копал картошку, полол грядки, косил траву, делал теплицы для всего поселка и многое другое. А совсем скоро уже окажется там, где по мнению Филиппа Игоревича за всеми наблюдает Бог. Это будоражило его, и даже начала забываться мысль, что проведет он там двадцать лет вместе со своим напарником Мусиком. На небе не было видно звезд из-за туч, но где-то там его ждали планеты и звезды. Кто знает, может с той высоты он увидит родной дом.

– Вот вы где, – к нему подошла Наташа. – Есть новые указания.

– Какие же?

– Все по пути.

Они зашли вовнутрь и пошли куда-то.

– Вам только что привезли животных.

– Животных?

– Сама в шоке. Ваш транспорт и так небольшой, а тут еще и животные.

– А кто там?

– Теленок и кошка.

– Что? Какой бред. Зачем они?

– Не знаю. Их привез генерал Лужин.

– Он здесь?

– Я так и сказала.

Они дошли до кабинета, в котором уже разговаривали Мусик и Лужин.

– Генерал, да поймите же вы. Это глупость.

– О, здравствуйте, господин Пенкин, вот мы и встретились. Поверьте, неожиданно даже для меня.

– Здравствуйте, у меня тот же вопрос. Зачем животные?

– Мне сказали их привезти вам. Решение сверху. Ничего личного. Техники уже придумали как все обустроить.

– Ладно кошка, но теленок же вырастет и ему нужно больше ухода.

– Но есть вы. Вы ведь знаете, как следить за коровами.

– Но…

– Никаких «но», – перебил Лужин. – Пойдемте поужинаем вместе хоть. Дамы, все готово?

В комнату вошла Наташа.

– Так точно.

– Пройдемте, пойдемте, – повторял генерал.

Мусик впервые показал что-то кроме безразличия. Он был в бешенстве от этой выходки. Пока они шли, живот напомнил Кириллу, что тот не получал еду со вчерашнего вечера. Генерал с Наташей проводили будущих астронавтов в комнатку. В комнате на стенах висели плакаты, вдохновленные советскими, на которых были изображены счастливые космонавты. В центре нее был накрыт стол. На нем было и заливное, и шуба, и медальоны, и бог знает что еще.

– Прошу к столу, – сальным голосом сказал упитанный мужичок.

Все сели, включая и двух местных смотрительниц. Генерал наполнил бокалы дам. Предложил парням что покрепче, но те отказались. Пена предпочел воды. Мусик – ничего.

– Поднимем же стаканы за ваше отправление.

– Не рано? – спросил Мусик.

– Приказали завтра вас отправлять.

– Что?

– Константин, чего вы так беспокоитесь?

– И правда, что это я.

Генерал продолжил, игнорируя нервного.

– На чем же я остановился?

– Поднимем стаканы, – подсказала вторая, не Наташа.

– Поднимем стаканы за наших астронавтов. И за их здоровье. Чтобы задание было выполнено успешно! Знаю, Кирилл, что ты мало подготовлен к полету. Тебя бы ждали впереди центрифуга и остальная дребедень, но люди сверху решили – некогда.

Константин встал из-за стола и ушел, не прикоснувшись к еде. Остались они вчетвером. Вторая дамочка, чье имя не знал Кирилл, чуть ли не садилась на колени к генералу. Наташа в это время жадно уплетала профитроли с сыром и чесноком, а сам парень ковырялся в заливном. Он решил обойти стороной шубу, поскольку после свеклы его пучило. Он узнал про эту особенность организма после своего первого борща.

– Как ты? – Наташа поправляла свои прядки.

– Волнуюсь, – ответил Кирилл.

– Знаю какого это, я ведь тоже летала.

– Да? И как это было?

– Вообще то я тоже летала, – вмешалась вторая.

– Не начинай, Лиз, – она спрятала лицо руками.

– Перед взлетом я никак не могла покинуть унитаз. Меня жестко поносило. Потому что за день до отлета, я на подобном застолье траванулась…

Лизавету заткнул генерал своими поцелуем.

– Не слушай ее. И игнорируй их. Сами уйдут.

Через пару мгновений парочка, поглощенная страстью, ретировалась из комнаты.

– Жаль мне тебя, – сказала Наташа.

– Что?

– Такой молодой, а покидаешь Землю на двадцать лет, теряя лучшие прелести жизни. Саму молодость…

– Меня заставили, никто не спрашивал, но если ты знаешь, как сбежать конечно…

– Не получится сбежать. Многие пытались. Ни у кого не получилось.

Кирилл налил себе грушевого компота, который стоял под столом в пятилитровке. Предложил даме, но та отказалась.

– Может ты скажешь мне, что такое Амур? – спросил Кирилл.

– Я ничего не знаю, просто работаю тут как смотрительница вместе с подругой. Могу предположить только, что это частная компания устраивает полеты.

– На одном из которых была и ты.

– Да. Государство столько не платит. Один раз после очередной ночи с генералом Лиза сказала, что видела документы со счетами известных олигархов. Видимо, это их спонсоры.

– Я без понятия, как устроена городская суета. Мне деревенские обычаи ближе.

– Иди на печку, Емеля, – расхохоталась женщина. – Спи, завтра сложный день.

Наташа ушла вслед за остальными, оставив Кирилла в компании салатов и остальных роскошеств, по меркам сельской жизни.

«Была бы ты тут, бабуля. Не пришлось бы грядки копать и за теплицами ухаживать» – он встал, поблагодарил по привычке бога за еду и ушел. Комнату ему дали небольшую, скромнее, чем в отеле. Не было ни телевизора, ни кондиционера, хоть он им и не воспользовался, стояла только кровать. «До меня тут спали остальные астронавты. Интересно, что с ними стало?» – он лег и увидел в потолке круглое окно, в котором еле просматривалась луна в облаках. И смотря на белое пятно, он уснул.

Пока Кирилл спал блаженным сном, Константин вчитывался в справочник управления нового космического корабля Амур-23, который пару часов назад, еще до спора с Лужиным, принесла ему Елизавета.

Со своего прошлого полета в управлении изменений он не заметил, а связь с земным центром будет поддерживаться каждые два дня. Зато были большие изменения в конструкции. Добавился дополнительный отсек, третий. Первый был рубкой, центральным пунктом управления, второй же местом отдыха. «Где мы будут есть, спать и срать.» – проскользнуло в его голове. Третий по всей видимости предназначался для животных.

«Зачем только они запихнули к нам зверье? Не хотелось бы делиться с ними тюбиками и консервами, надеюсь у них будет своя еда, ну если что Пена поголодает. Также если увеличен размер корабля, то и расход топлива увеличится соответственно. Они что ядерный двигатель к нам установят? Они точно хотят, чтобы мы долетели до цели?» – Константин узнал все что ему нужно и отложил бумажку, которая годилась только на то, чтобы подтереться, и уснул последним своим крепким сном.

Что же ожидает этих астронавтов, которые сейчас находятся в неведении, в будущем?

7

Кирилл оказался снова в ледяной пустоши. Рядом била лед Элиза. Он взглянул на руки, вместо них были те же культяпки.

– Хорошо, что это неправда, – сказал он разлипшимися губами. – Но что от меня требуется.

Ответ ему дала корова, продолжая колоть лед. Парень присоединился к ней и стал ломать лед на этот раз ногами. Спустя несколько толчков лед выплюнул из себя содержимое. Это был нагой человек, а может и пародия на него. Раньше ему казалось, что это был он сам. Сейчас же было видно, что лица у существа не было. Было одно небольшое эллипсоидное отверстие на месте носа. Кожа его была серая, прямо как засохшие коровьи лепешки. Первичных половых признаков не наблюдалось. Существо приподнялось на колени, только сустав гнулся в противоположную сторону, не как у Кирилла или других людей. Оно попыталось схватить парня, но из-за неопытности обращения со своим телом упало и ударилось об ледяную глыбу. Крови или чего-нибудь похожего на жидкость не было. Зато был запах. Кириллу он напомнил сразу несколько моментов своей жизни: то как Элизу подстрелил пьяный Ильич, то как он нашел мертвое семейство мышек в картошке и неожиданно бабушкины шанежки. Необычная смесь запахов напугала корову. Она начала топтаться на месте, будто приготавливаясь к забегу. Элиза набросилась на источник запаха и начала бодать дрыгающееся тело. Кирилл не знал, что делать, только наблюдал. В итоге существо вцепилось корявыми пальцами, которые больше напоминали ветки, в животное и забралось на спину, чтобы оседлать. При чем успешно. Элиза больше не сопротивлялась.

Кирилл побежал прочь от этого безумства, только вот наездник за ним. Позади слышался хруст льда и мычание, а впереди были каменные деревья неправильной формы. Парень забежал поглубже в лесок и спрятался за зеленоватого цвета ствол. Он слышал, как рядом бродили преследователи. Хотел закрыть рот руками, да их не было. Шаги утихли. Выглянув из укрытия, он никого не увидел.

«Что за херня мне сниться, нужно проснуться, срочно» – он закрыл глаза. Открыв их, он увидел зеленоватое небо в окне. Он на Земле. В удобной кровати. Руки на месте. Все хорошо.

В комнату вошла Елизавета, от которой исходил запашок, не менее приятный, чем во сне от существа.

– Вот тебе одежда, собирайся, через тридцать минут вылетаете на точку запуска. Там вы оденетесь в нормальный костюм и распишетесь по технике безопасности, – промямлила она, перед уходом не забыв рыгнуть.

«Сомнительная организация у них. У нас в поселке и то лучше организован посев» – только вот теперь без Кирилла все разрушится. Половину дел выполнял непосредственно он. Сейчас у него не было выбора.

Пока оставалось время, он решил заглянуть к Мусику. Тот переодеволся, когда зашел Кирилл.

– Выспалась принцесса? – Кирилл по-глупому ухмыльнулся.

– Головой думай перед тем, чтобы говорить.

– Ты не боишься?

– Нет. А ты?

– Нет, конечно же. Нет.

– Ну посмотрим. Пошли давай.

Они вышли к главному входу, где их ожидал генерал Лужин с Наташей и Лизаветой.

– Что вы тут делаете, генерал? – спросил Мусик.

– Факсом передали сопроводить вас, если уж я рядом.

– Ясно.

Мужчины сели в машину, дамы же махали вслед. Наташа даже пустила слезу, но никто этого не увидел. Путь до точки запуска был недолгий, примерно час. Но этого времени хватило, чтобы находящиеся внутри машины устали от неровной дороги. Все, кроме Константина. Он был сосредоточен как никогда. Ничто не могло отвлечь его от мыслей. Ни подступающая гроза, ни пустая болтовня сидящих рядом. Он тренировал свои мозги на правильную последовательность действий при запуске, чтобы все было под контролем.

Когда они подъехали, начало моросить.

– Поторопимся, – сказал Лужин, вылезая из машины.

На улице Кирилл заметил высокую выкрашенную в синий цвет ракету, почти такую же он видел в сворованной в детстве энциклопедии. На ней белыми буквами было написано название корабля «Амур-23». Ракета была прикреплена к башне, которая была выше ракеты в два раза, и ожидала своих пассажиров. Генерал отвел их к ряду палаток. В одной из них сидели теленок и рыжий котенок.

– Присаживайтесь сюда, к вам сейчас подойдет Белкин и проинструктирует. Я побежал за вашими скафандрами.

– А есть Стрелкин? – прошептал Кирилл на ухо Константину.

Тот кивнул.

К ним подошел старичок в белом пуховике с планшеткой.

– Холодно, однако. Не находите? Технику безопасности знаете?

– Он – нет, – сказал Константин.

– Я не хочу тратить на это время. Короче пальцы никуда не суй, ничего не нажимай. Твоя задача ухаживать за животными и выполнять то, что покажет компьютер на экране. Понятно объясняю?

– Вполне.

– Отлично. Распишитесь, – он передал планшетку парням.

Как раз поспел генерал вместе с тележкой, на которой красовались синие блестящие костюмы с рисунком на спине в виде сердца и надписью внутри: «Амур». Они одели их поверх выданной в комплексе одежды. Шлемы им сказали не надевать, а то повредят.

Гроза приближалась, а космонавты уже поднимались по башне. Сердце Кирилла стучало все сильнее с каждой преодоленной ступенькой. Скоро он окажется внутри. Вблизи ракета казалась ему хлипкой, котелки, в которых запекала еду бабушка, выглядели и то крепче. Но они уже стояли на мостике, переходе между землей и космосом. Первый вошел Мусик, потом Пена, а за ним и клетка с животными. Пена перехватил у генерала зверей. Тот одобрительно кивнул.

– Удачи.

Парень кивнул в ответ и зашел в ракету. Мусик закрыл за ним дверь. Внутри их ожидало два сидения и прицепка для клетки. Пена пристегнул сначала животных, потом себя. Последовав примеру Мусика, он поднял шлем с панели и надел его, закрепив винты и подключив маленький баллон, который был подписан как «ЗАПУСК».

– Ты готов? – спросил он.

– Наверное.

– Тогда готовимся.

Послышался удар молнии за стенами.

– Как слышно, центр?

– Замечательно. Как слышно нас?

– Нормально, запускаю двигатели. Идет нагрев. Примерное время до конца нагрева минута.

От громкости двигателей животные начали ерзать, так и норовя сбежать. Голова Кирилла была готова расколоться, словно скорлупа ореха, на который наступил кабан. Сердце забилось еще быстрее. Появилась дрожь во всех конечностях. Он посмотрел на Мусика, тот не подавал и малейшего признака на волнение.

– Двигатели нагреты.

– Даем обратный отсчет. Десять. Девять. Восемь…

Кирилл начал отстегиваться, но это вовремя заметил Константин.

– Пена, что ты творишь. Ничего не трогай.

– Пять…

Котенок, которого недавно разлучили с матерью устал мяукать и просто прижался к теленку.

– Четыре. Три…

Пена беспорядочно махал руками, что не смог найти кнопку для отцепки ремня, опэтому один раз треснул по шлему Мусика.

– Два. Один. Амур! Гордость! Плутон!

Все, кто были в радиусе десяти километров услышали громкий шум, но списали это на приближающуюся грозу. Только находившаяся вблизи команда из техников, инженеров и ученых видела, как «Амур-23» поднялся и пронзил тучи, после чего исчез из виду.

8

Повеяло холодом, а Кирилл снова перестал чувствовать пальцы на руке. «Видимо я вырубился от стресса. Какой я слабак. Таскаю тяжести, все время в работе, а полета испугался» – у него потекли слезы, но они моментально застыли, мешая моргать. Вокруг была тишина.

– Бабушка, мне страшно. Я не знаю, как я справлюсь, как справишься ты без меня.

– Не думай о этих глупостях, Кирюша.

– Бабушка? – он плохо видел через мутные ледышки на глазах. – Что ты тут делаешь?

– Пришла помочь любимому внуку, – она прочистила его глаза.

Перед ним и правда стояла она: тот же цветочный халат, седые волосы, обрамленные белым платком и ее теплые морщинистые руки.

– Где я?

– Рядом со мной, остальное тебя знать не нужно.

– На самом деле ты далеко, и совсем одна. Кто о тебя позаботиться?

– Соседи есть, уж помогут пенсионерке.

– Но ты не получаешь пенсию.

– И то верно, – она достала из кармана варежки и натянула их на его культяпки. На секунду ему показалось, что внутри них задвигался палец.

– Я слабак. При небольших трудностях испугался. Как я справлюсь с будущими трудностями?

– Ты не слабак, твое большое сердце просто устало волноваться за меня. А если трудности и встретятся, помни, что ты не один. У тебя есть напарник.

– Мусик? Да он такой же холодный как все тут.

– Он станет твоим верным другом. Мне пора.

Она отпустила руки внука и скрылась за ледяным деревом. Кирилл забежал за него, но никого не увидел. Он бродил много времени в попытках найти отсюда выход, но это было безуспешно. Кирилл сделал перевал в пустом поле. Лег на лед и думал. Думал о Филиппе Игоревиче, о его учениях о доброте и о людях.

– Снова бездельничаешь? О бабах думаешь?

– Отец!

– Я просил не называть меня так. Да к, что ты лежишь ничего не делаешь?

– Я в тупике.

– Конечно, тупень, – он ударил его палкой. – Нет бы подумать головой, а не другим местом. Для чего тебе мозги даны?

– Чтобы думать.

– Так думай.

Он исчез в снегу и оставил острую палку, которой он обычно лупил проказников. Кирилл взял ее, как вдруг на горизонте появились Элиза с существом. Они мчались в его сторону. Парень подскочил и принял боевую стойку.

«Хватит бояться. Страх ничем не поможет.»

Кирилл побежал навстречу, целясь острием палки в наездника. И попал прямиком в отверстие в голове. Существо упало с коровы. На льду лежала сдувавшаяся туша и испускала запах гнили. Элиза в знак благодарности начала облизывать парня.

Очнулся он не на Земле.

– Ну что? Все-таки страшно было? – спросил Мусик.

– Уже нет, – улыбнулся Кирилл.

Глава 2. Между богом войны и повелителем неба.

Загружается...