Амфир. 100-яя Война. Том 1

Глава 1

Константин Владимирович Измайлов, парень двадцати лет отроду, сидел в уютном кафе «Средина», которая располагалось на неподконтрольной территории монархии, коммунистов и демократов. Таких городов осталось совсем немного во всём мире, но именно они позволяли вести подпольные дела, за которые можно было получить немалый срок. А зачастую и смертный приговор. Кафе было мебелировано почти комфортно, без претензий на какую-либо сторону. Где-то стояли деревянные столы без обшивки, в вип комнатах были покрыты лаком. Половина стульев мягкая, остальная жёсткая, на какой можно было набить шишки. Народ в таких заведениях был самый разношёрстный. Начиная от карманников и владельцев барделей, заканчивая князьями, а иногда и дипломатами, служащие при дворе. Порой, были замечены и различные члены компартии. И это было удивительно для любого, ведь сойдись они на любой другой территории, тут же началась бы потасовка.

- Что-нибудь будете заказывать? – Спросила довольно милая девушка, невысокого роста, на которой был самый минимум из одежды.

- У нас, ты бы долго не проходила так спокойно. – Подумал про себя Константин, заглядывая на импровизированный бюстгальтер официантки. Затем добавил. – Мне пожалуйста стопку самогона из дубовой коры.

- Отличный выбор. Что-нибудь из покушать? – Улыбалась барышня.

Константин уже был немного на взводе и безумно хотел послать её, но сдержался и тихо ответил. – Нет. – Он посмотрел на своё отражение напротив столика в зеркале и только тогда заметил, что всё это время трусит ногой. Ещё раз осмотрев себя, он стал довольным. Плащ, который он давно не носил, смотрелся неплохо. Широкая шляпа прикрывала карие глаза, причём левый глаз был биомеханическим, но выглядел, как живой. Слегка длинные каштановые волосы выглядывали из-под шляпы. Белая рубашка, чёрные штаны и плотные ботинки. Руки Кости лежали на столе, и он чувствовал, как спрятанные вибробласты, в пальто придавали уверенности.

Девушка принесла рюмку самогона и поставила её возле Кости. В этот момент, открылась дверь, над ней звякнул колокольчик. После этого, зашло трое человек, которые моментально создали напряжение.

Эти трое были одеты в длинные чёрные плащи. Они практически сразу увидели Костю и двинулись в его сторону.

У Кости моментально высветилось над их головами три таблички:

Имя: ??? Имя: ??? Имя: ???

Класс: S Класс: B Класс: B

Подкласс: Антимаг Подкласс: Антимаг Подкласс: Антимаг

Тип: Архон

Уровень: 113 Уровень: 71 Уровень: 36

Движение: Коммунист Движение: Коммунист Движение: Коммунист

Уровень опасности: 87% Уровень опасности: 56% Уровень опасности: 44%

Господа сели за стол, напротив Кости и пристально изучали его.

- За ваше здоровье! – Начал Константин и выпил рюмку самогона. Он почувствовал, как топливо обжигающим пламенем пронеслось по его горлу. – Класс S? Да они издеваются? – Подумал он про себя.

- Товарищ Константин Владимирович, верно? – Спросил тот самый тип с высоким рангом.

- Я более не товарищ. – Храбрея ответил он.

- И к кому вас теперь причислять?

- Вообще, я сам по себе, уже давно. Тем более, считаю, что это никак не относится к нашему делу. – Врал Костя, хотя по факту, на данный момент и не относился ни к кому, но уже три года работал в белом направлении.

- Ваш друг, передал нам, что вы хотите расщепитель?

- Всё совершенно так. – Костя замечал, как от его слов уровень опасности становился всё больше и больше. Самое паршивое, что с уровня S у коммунистов разрешено использовать магию, а с ней, у него есть небольшие проблемы. И всё из-за грёбанного чипа, прошитого в мозг у мозолистого тела, который как раз таки и можно отключить с помощью расщепителя.

- Вы принесли плату? – Ответил коммунист класса S и Костя заметил, как уровень опасности поднялся до ста процентов.

- Ну… сейчас и начнётся. – Сказал про себя Константин. К слову, трое его неприятелей также видели табличку над ним.

Имя: Константин Владимирович ?.

Класс: A*(заблокирован)

Подкласс: Маг (неопознанный)

Тип: Неопознанный

Уровень: 56

Движение: ?

Уровень опасности: 100,1%

- Могу я, для начала, увидеть расщепитель? – Спросил Костя и вновь нога под столом начала нервно труситься без его ведома.

- Конечно. – Ответил маг и посмотрел на своего товарища справа. Тот расстегнул свой плащ наполовину и полез рукой во внутренний карман.

- Вот оно. – Вновь, про себя сказал Костя и решил, что следует попытаться выстрелить, вначале в самого сильного соперника. В эту решительную секунду, в его организме выбросилось столько адреналина, что стало казаться, будто время остановилось. Костя поднял руки, которые всё это время лежали на столе и выпалил два залпа из вибробластов в мага, сидящего напротив него. Тот отлетел на несколько метров назад. Правый коммунист, уже тянувшийся за чем-то, вытащил из куртки подавитель и выстрелил практически в упор, но промахнулся. Костя выстрелил в ответ и того откинуло волной. По кафе раздались крики и завертелась паника. Люди пытались поскорее покинуть помещение, а владелец, что был за прилавком, быстрее всех выскочил на улицу и начал трезвонить в колокол. Перестрелки в кафе были дикостью для этих мест, но тем не менее периодически возникали.

Прошла ещё секунда, прежде чем Костя выстрелил в третьего члена группы и тот вылетел в окно. Костя стоял широко, расставив ноги и руки ожидая следующего противника. По его постоянной привычке, с которой никак не удавалось справиться, он посмотрел в зеркало, что располагалось напротив него и улыбнулся сам себе. В этот самый момент, Костя услышал какой-то рёв, а после, не успев опомниться, в живот прилетело, что-то тяжёлое и горячее. Огненный шар пролетел с такой скоростью и силой, что нашего героя выбило из кафе проломив стену.

Костя лежал плашмя на брусчатке без чувств некоторое время, после чего сознание начало возвращаться. В моменте, он решил, что его душу выбили из этого тела. Облокотившись на руках, Костя увидел, в отверстии через которое он вылетел, появился огонь и начал охватывать всё кафе. – Были бы у меня силы, я бы вам показал… - Не успел он закончить мысль, как в его сторону полетел ещё один огненный шар. Но на этот раз ему удалось увернуться. – В таком состоянии мне нечего с ними делать. Это точно.

В кафе оставался только маг-коммунист, второй направился к выходу, а третий уже был выброшен на улицу. По городу звучала сирена, а по брусчатке Костя чувствовал вибрацию механических лошадей, которые, очевидно, мчаться в их сторону.

Огненный шар не уничтожил его только благодаря прозрачному экзоскелету. Но вот кости, всё- таки были сломаны. Костя прекрасно это ощущал и не мог встать на ноги.

- Константин Владимирович! Именем Вождя Коммунистической власти, вы приговариваетесь к смерти! – Закричал маг, уже стоявший на улице напротив Кости в двадцати метрах. Он отогнул руки немного назад, перед ним начал появляться, будто накапливаться, большой огненный шар.

Костя приподнял голову, облокотившись руками о брусчатку, понял, что это конечная. – Горите в аду, красное отребье. – После этих слов, он впервые увидел столь близко огненный шар, летящий прямо в лицо.

Глава 2

Шесть лет назад…

Земля. Россия. Вологда. Научная станция «Околус».

- Константин Владимирович! Я только что получила сообщения со стороны Беларуси и Аляски. У них всё готово для запуска. Начинаем через пятнадцать минут. – С лёгкой дрожью в голосе доложила помощница, Елена Александровна.

- Ты понимаешь, что это означает? – Задумался Костя. – Мы на пороге революции. – В этот день, ему исполнилось двадцать восемь лет, за которые, он успел получить две научные степени. Наш главный герой был не женат и не имел детей. Перспективный, молодой и привлекательный, он с вожделением предвкушал успех, в который вложил немало усердия. Костя был влюблён в Елену Александровну, но факт, огорчения состоялся в том, что она была против романов на работе. – Сегодня нас ждёт либо ошеломительный успех, либо в равнозначной степени провал.

- У нас всё получится. – Отвечала Елена с улыбкой, но с дрожью, которая передавалась и Косте. Они стояли в небольшом кабинете на втором этаже. Передняя стена была полностью прозрачной, через которую, можно было наблюдать за огромным адронным коллайдером. На сегодняшний день, это был самый крупный коллайдер, созданный людьми за всю историю существования вида, длинной, огибающий землю, кольцом. В этом революционном движении участвовало более ста пятидесяти стран. Бюджет, затраченный на эксперимент, несоизмерим ни с чем. Самое масштабное происшествие, соединившее почти весь мир, близилось к развязке. Сорок лет тяжёлой работы. Теракты, неудачные попытки, палки от различных государств, предшествовали этому дню. Ещё тогда, когда Константина Владимировича Измайлова не существовало и в планах. – Мы учли оставшиеся ошибки тестового запуска в прошлом году и исправили их. – Продолжала Елена.

- Всех ошибок не учесть. – Задумчиво стоял Костя и рассматривал в тысячный раз коллайдер. – Я боюсь, как бы мы ни обесточили всю планету.

- Ты всегда заботишься о том, что выше твоей головы.

- Какой есть… - Костя посмотрел по своей привычке в зеркало, улыбнулся и кивнул сам себе. Взглянув на время, он увидел, что остаётся чуть меньше десяти минут. Клацнув на ухе се́нсорный наушник с микрофоном, он отдал последние указания. – Подготовить все отсеки, ещё раз проверить имитаторы. Через четыре минуты открыть заслонки. – Через прозрачную стену, они увидели, как у коллайдера ещё быстрее зашевелились сотни людей, как будто куда-то опаздывая, занятые своей работой.

Спустя восемь минут, после сообщения о готовности, на станции «Околус», также всё было подготовлено для запуска. К этому времени, бо́льшая часть людей была перемещена за стальные двери, ограждавшие коллайдер от внешнего мира. В кабинете на втором этаже стояла небольшая группа, отвечавшая за всё происходящее. А именно: Костя, Елена, несколько важных сотрудников из Америки и Европы. А также, местные представители власти. Последний участник, закрывший за собою дверь, был не кто иной, как генеральный директор научного центра – Михаил Фёдорович Астафьев. Он расположился возле Кости, положив правую руку ему на плечо. Все, в предвкушении и страхе наблюдали, как последние секунды на циферблате растворятся, ознаменовав начало.

И хотя, каждый следил, не отрываясь, за временем, сирена прозвучала резко, громко и как бы неожиданно. Всё вокруг загорелось красным светом. Это значило следующее, в Канаде запустили частицы в противоположные стороны, которые встретятся прямо перед глазами Кости. В моменте, чувствовалось, что ничего не существует, кроме звука сирены. Никто не смел нарушить данную мелодию, своим голосом. Казалось, убери оглушительную сирену и можно было бы услышать громкий такт, учащённого биения сердец.

Раздался протяжённый звук, похожий на свист, и в момент красный свет сменился зелёным. В какое-то незаметное мгновение, всем, кто находился в той комнате, показалось, что в трубе коллайдера упали два погасших огонька. После чего, погас и остальной свет. Погасли зелёные лампочки, все приборы и всё, что питалось от электричества. Причём, это касалось всей земли. В комнате повисла гробовая тишина, где каждый был чем-то напуган до смерти.

- И это всё? – Спросил Михаил Фёдорович.

- Кажется, да… - Неуверенно, ответил Костя.

- Вот так просто? – Не веря, своим глазам, продолжил Михаил.

- Дождёмся, когда дадут свет, и посмотрим, что записали датчики. – Продолжал Костя, чувствуя себя опустошённым.

Все, кто находился в кабинете, уже собирались уходить, но вдруг раздался взрыв в главном отсеке коллайдера. Волна от взрыва разбила все защитные стёкла, которые закрывали кабинет на втором этаже. Как и все, Костя ощутил толчок и приземлился на пол. Он резко повернулся и увидел то, что называли «концом» всего. В том месте, где в теории должны были столкнуться частицы, появилась маленькая, светящаяся по краям, чёрная точка. Костя видел, что обломки коллайдера начало засасывать в эту точку, а она, в свою очередь, увеличивалась с каждой секундой. Примерно, через тридцать секунд, Костя заметил, как всё содержимое кабинета, начало притягиваться к растущей точке. Уже и он, сам начал постепенно притягиваться к ней, как и остальные. На несколько секунд, ему удалось схватиться за металлическую опору, разделявшую стекло. Но, с каждой секундой, сила притяжения увеличивалась, а возможность удерживаться уменьшалась. С пронзительным, но коротким криком, его засосало внутрь.

За ту, короткую секунду, что была у Елены, она успела лишь вскрикнуть, когда увидела мёртвое тело Кости, уже отдаляющуюся от дыры. А после этого, вместе с остальными людьми, полетела в том же направлении.

Глава 3

Семейство Лазаревских уже второй месяц, оканчивающегося лета, гостили на своей недавно купленной даче. Капитальный двухэтажный деревянный дом находился близ Екатеринодарской губернии. Оставалась всего неделя, прежде чем, всему семейству будет необходимо перебраться в столицу, чтобы Андрей – младший сын, и Мария – старшая дочь, продолжили своё обучение в лицее. Андрею, совсем недавно исполнилось четырнадцать лет, а следовательно, ему нужно было выбирать, в каком направлении он пойдёт учиться. Мария, уже два года училась в Императорском лицее с уклоном в алхимию, где проявляла определённые успехи. В этот же лицей, родители собирались направить и Андрея.

На дворе стоял двенадцатый час пополудни. Семья в полном сборе собиралась обедать в просторном зале. Центром внимания в комнате был большой, около пяти метров, стол из красного дерева. На одном краю сидел князь, Пётр Владимирович Лазаревский, глава семейства, сорока пяти лет от роду. Статный мужчина в лёгкой льняной рубахе, уже сделавший немалую карьеру по службе, готовый к ещё большим успехам. Он находился в звании полковника, и входил в Генеральный штаб, где вели разработки главных планов наступления и защиты от красной армии. Под его командованием действовали разноплановые маги, собранные практически со всех кланов белого движения. До последних дней, его батальон встречал сплошные победы, которых начинали уже бояться по обе стороны. Удача, как называли его победы, не может продолжаться долго.

Ровно, напротив, восседала, всегда улыбающаяся и светящаяся княгиня, Аглая Никифоровна, жизненный спутник Петра Владимировича и мать, свои замечательных детей. Девушка тридцати трёх лет, которая уже прощалась со своей первой женской красотой и свежестью и вступала в лета, где раскрывались формы, подчёркивая истинную структуру зрелости. Её белые волосы ярко поблёскивали от солнечных лучей, что падали в окно. По какой-то причине именно этот факт останется в голове Андрея, впросветах тьмы, в дальнейшем. Аглая Никифоровна отдавала последние распоряжения, касающиеся обеда, и уже старалась присоединиться к лёгкой беседе, что зачалась без её участия.

- Мари, ты можешь быть чуть сдержанней? Хотя бы в этот непродолжительный час. – Нежно просил Пётр Владимирович, свою дочь. На рабочем месте, он всегда был строг со своими подчинёнными, и какого бы было их удивление, если бы они увидели его нежность в стенах родного дома.

- Папа! Мне необходимо готовиться. Скоро учёба, а я ещё не знаю предмета! – Протягивая некоторые слова, капризничала Мария Петровна.

- Ты бы лучше взглянула на своего брата. – Улыбаясь, спокойно проговорила Аглая Никифоровна. – Вот кому и дела нет до учёбы.

Андрей посмотрел на свою сестру и скривил улыбку.

- Он и его Мышкин, просто идиоты! – Резко выпалила Мария, и таким же образом скорчила гримасу Андрею.

- Мари! Сколько раз я говорил тебе не выражаться в стенах родного дома! – Слегка возвысил тон Пётр Владимирович, но после посмотрел на супругу и виновато кивнул.

Андрей тихонько засунул руку под стол, чтобы никто не заметил, как с помощью своих сил, он поднимает вазу с цветами, которые всегда стояли в доме. Неспешно, ваза поднималась всё выше и выше, и наконец достигла уровня, чуть выше головы Марии. В этот самый момент, Аглая Никифоровна сама решилась повысить тон, что являлось моветоном в стенах этого дома.

- Андре! Не смей обижать сестру!

От испуга Андрей потерял контроль, и венецианская ваза полетела к полу, желая быть разбитой. Но полковник успел её остановить, когда оставалось всего несколько миллиметров, и та уцелела. Способность семейства Лазаревских, по отцовской линии, был телекинез. Пётр Владимирович сурово посмотрел на сына.

- Но она первая начала! – Закричал Андрей, встав из-за стола.

- Стой, Андре. Побудь чуть-чуть с нами. Сейчас мы все помиримся. – Тёплым, чуть ли не певучим голосом сказала Аглая Никифоровна.

Андрей продолжал стоять и внимательно смотреть на мать. В этот момент, произошло то, чего никто не ожидал увидеть. Над ним загорелся столб синего пламени, который приподнял его почти на метр в воздухе. Казалось, что что-то переливается в него с большой скоростью. Страшная боль пронзило тело Андрея, а когда из глаз начало полыхать синее пламя, он уже не мог сдерживаться и закричал во всё горло.

- Андре! – Закричал его мама и быстро встала, направляясь к нему.

- Глаша! – Беспомощно закричал Пётр Владимирович, пытаясь оттеснить свою супругу телекинезом, но было поздно.

Горя синим пламенем, Андрей уже не помнил и не ощущал себя. Но услышав голос матери, откуда-то издалека, ему удалось открыть глаза и увидеть её в последний раз. И именно из его глаз, с необычайной быстротой высвободилось невидимое синее пламя, разорвавшее на крупицы Аглаю Никифоровну. Кровь хлынула в разные стороны.

Сестра Андрея, Мария Петровна сидела парализованная от шока и молча смотрела за происходящим. Пётр Владимирович, также придавленный ужасом, успел опомниться на несколько мгновений. Левой рукой, он поднял свою дочь и буквально вышвырнул её в окно. Прошла ещё секунда, после чего раздался взрыв и синее пламя разорвало весь дом, прислугу и главу семейства. Который, обезумев, пытался вытолкнуть и Андрея.

***

Прошло около пяти минут, прежде чем Мария Петровна Лазаревская пришла в себя, после оглушительного взрыва. Она резво вскочила на ноги, но головокружение незамедлительно приземлило её на пятую точку. Сидя, она видела перед собой огромную кучу из досок и мраморного камня, которые некогда являлись их двухэтажным домом. Следов пламени и самого столба уже не проглядывалось и складывалось впечатление, что не было ни огня, ни взрыва.

Мария продолжала сидеть, и не хотела верить своим глазам. Только громкий лай, восточноевропейской овчарки по кличке Элайза, вытащил её из оцепенения. Крупная собака, вся в чёрном окрасе, перепуганная за своих хозяев кружила вокруг Марии. Тут же подбежал Матвей Семёнович, дворовой семьи Лазаревских. Он перепугался наиболее всех и пребывая в шоковом состоянии, до последнего момента, прятался в небольшой сторожевой будке, возле главного входа.

- Матушка… Мария Петровна, это как же. Это что же произошло. – Лепетал подошедший Матвей, пытаясь её поднять. – Господи милостивый, да как же это возможно.

Элайза бегала вокруг развалин и громко скулила. Вдали раздавался шум сирены пожарных, перемешиваясь с тяжёлым топотом копыт гвардейцев.

- Они все мертвы. – Полуживая, ответила Матвею, Мария. Её округлённый зелёные, как у матери глаза, всё ещё отказывались верить происходящему.

По левую сторону дома, возле сетчатого забора показалось семейство перепуганных Мышкиных в составе трёх человек. Князь Иван Владимирович, княгиня Анна Александровна и маленький князь Владимир Иванович, давний друг Андрея Лазарева по школе. Они вместе учились в школе с самого первого класса и собирались в этот учебный год поступать в один лицей.

- Матвей! – Грозно крикнул Иван Владимирович. – Что здесь произошло?

- Как знать-то сударь. Как же это… Вот Мария Петровна только знает. – Отвечал растерянный слуга.

Маленький князь Мышкин, догадавшись, что его друг может находиться под завалами, тут же оттолкнулся от родителей и немного припрыгнув, превратился в небольшую серую мышку. Проникнув через отверстие в заборе, он вновь принял человеческий образ и подошёл к обломкам.

- Владимир! – Крикнула княгиня.

- Мам! Я быстро посмотрю, где Андре и тут же вернусь.

- Там может быть небезопасно, ты видел синий столб? – Отвечал Иван Владимирович.

- Но, Андрей…

- Уже мчатся гвардейцы, они разберутся.

- Ладно, можно я хотя бы пошлю на разведку пару мышат?

- Только немного.

- Конечно! – Владимир тут же расставил руки в сторону и возле развалин появилось около десятка мышат. Володя махнул рукой, и вся ватага бросилась в обломки на поиски членов семьи.

Стук копыт металлических лошадей уже был слышен совсем близко. Опомнившись, Матвей Семёнович побежал отворять ворота и обомлел, когда увидел тех, кто к ним поспел. Это был элитный белогвардейский конный взвод Разморова. Названный в честь человека, перевернувшего мир в глазах многих людей. Человека, совершившего революцию, давшую начало новому движению. Но справедливости ради стоит отметить, что его же действия раскололи белую часть земли на отдельные кланы.

Гвардейцы в белых одеяниях с золотыми накладками спрыгивали со своих лошадей и двигались напрямую к Матвею Семёновичу. Возле самых ворот, капитан, командир гвардии величаво крикнул ему.

- Что уставился? Открывай живей.

Семёныч, ни живой, ни мёртвый, поскорее забежал в свою будку, нажал на кнопку, и ворота расступились по разные стороны. Технологии на стороне империи уже были не новинкой, но тем не менее были очень ограниченны среди обычных людей.

Гвардейцы зашли внутрь и остановились прямиком у всё ещё сидевшей Марии Петровны.

- Капитан Резников! – Прогорланил командир, оглядываясь кругом, но обращаясь именно к Марии. – Где источник синего столба?

Мария, всё так же молча посмотрела на гвардейца и указала пальцем на кучу развалин, рядом с которыми стоял маленький князь Мышкин, управляя своими питомцами.

- Нашёл! Он жив! – Закричал радостно Вова. – Он в самом низу. – Повернувшись, он увидел гвардейцев и обомлел так же, как и остальные. Раньше, он видел этот взвод на картинках, либо где-то вдалеке. Но вплотную, никогда.

- Можешь показать где именно? – Строго спросил капитан Резников.

- Ммм… Да. – Вова повернулся к развалинам, закрыл глаза и что-то шепнул. Наверху, практически в середине того места, где недавно был дом, показалась небольшая мышка, махающая своей лапкой. – Вот там! Под ней. – Радостно крикнул он.

Гвардеец Резников, резким движением, за которым не успел уследить Вовочка, взлетел в воздух в направлении мышки. Уже в прыжке, он выхватил из-за спины топор, и с мощным размахом приземлился, разрубая перед собой кучу хлама от дома. Остальные члены взвода сгруппировались в ожидании боя.

Прорубив обломки до самого фундамента, Резников увидел торчащую руку Андрея Лазарева. Было заметно, что рука, как и, по всей видимости, тело, было покрыто какой-то оболочкой, отгораживающей его от внешнего мира. Резников коснулся оболочки краем топора, и тот в мгновение рассыпался на кусочки. Страшная сила перекинулась на металлическую рукавицу, которая тоже рассыпалась. На удачу, капитан успел скинуть перчатку и его рука осталась цела и невредима. Убедившись, что ему ничего не угрожает, он со всей силы ударил по обломкам, которые окружали Андрея, и они с грохотом разлетелись в разные стороны. На фундаменте остался только Андрей, находясь без сознания, а оболочка, оберегавшая его всё это время, медленно растворилась.

- Капитан! Как вы? – Закричал один из гвардейцев.

- В норме. – Резко, ответил Резников.

- Что там?

- То чего мы боялись…

Глава 4

Андрея и Марию Лазаревских доставили в генеральный штаб Екатеринодара уже ближе к вечеру. Сам штаб располагался в северо-западной части города. Масштабное, в три этажа здание из мрамора в высоту и лишь немногим из большинства было известно, сколько этажей занимало оно в глубину. Новая планировка зданий в империи с этажами, уходящими под землю, были заимствованы у враждующей стороны – коммунистов.

Мария, попав в штаб и придя в чувства узнала, что кроме брата, уцелевших не оказалось. В мгновение, на неё напала страшная истерика, которой не помогали никакие уговоры и по итогу, генерал граф Вяземский отключил её сознание. Он был способен мысленно дотягиваться до струн организма и включать или выключать их по мере необходимости. Спустя двадцать минут, Мария очнулась и чувствовала себя гораздо более собранной, и готовой рассказать о случившейся трагедии.

- Всё случилось слишком быстро… я не ожидала. Растерялась! Я даже не успела что-нибудь предпринять… - Рассказывала Мари, копошась рукой в волосах. Каждый раз, когда она начинала нервничать, непослушные пальцы практически впивались в длинные волосы.

- Вы и не были способны, что-либо сделать. В вашего брата попал – Амфир. – Выдохнув, ответил генерал.

- Амфир? – Обеспокоенно спросила Мария.

Граф Вяземский встал из-за овального стола коричневого цвета и подошёл к шкафу-библиотеке, где уже отдельно лежала очень поношенная на вид книженция. Он осторожно взял её на руки и Мария заметила, как от книги отлетели некоторые кусочки. Спустя пару секунд, книга с древними рунами лежала перед ней.

- Ой… Из чего сделана эта обложка? – Испуганно спросила Мари.

- Княгиня… ей около двух тысяч лет. – Граф внимательно посмотрел на свою юную собеседницу. – Из кожи проклятых царей. – Добавил он.

- Можно, я не буду её трогать?

- Как будет угодно вашей душе. Тогда я перескажу вам вкратце. – Амфир – это сущность с другой планеты, возможно и вселенной, которая сливается с живым организмом в нашем мире и занимает его сознание, а соответственно и тело. Если Амфир полностью подавляет прошлого владельца, то он достаточно силен. Если они образуют союз, то становятся практически непобедимыми. – Генерал резко кинул взгляд на дверь, так как кто-то только что постучал. – Да? – Крикнул он.

- Граф Вяземский, разрешите доложить. – Трясясь, спрашивал сухорукий капитан.

- Так докладывай, раз видишь меня! Живее. – Граф раздражённо покачал головой. В комнате, где освещение было слабое, по его лицу пробегали тени, придавая угрожающий вид.

- Он проснулся! – В предобморочном состоянии отвечал капитан Обскоров.

- Ну-с. – Полковник встал и посмотрел на Марию. – Давайте поглядим на вашего брата.

Княгиня немного подождала и собравшись с силами, приняла приглашение. Путь до Андрюши, как порою, ласково называла его мама, был не коротким, по меркам одного здания. Его заключили в изолированную камеру, которую контролировал майор Земан. Его сила заключалась в том, чтобы создавать энергетические поля, которые не могли преодолеть даже сильнейшие маги.

Граф Вяземский и княгиня Лазаревская, в сопровождении Обскорова спустились по лестнице на минус второй этаж. Там они упёрлись в массивную деревянную дверь с магическими рунами по краям. Капитан Обскоров провёл трясущейся рукой о руны под рукояткой, после чего что-то вспыхнуло в замочной скважине, и она открылась. За дверью показался караульный, с такими же ошалевшими глазами, как и у капитана. Он отдал честь графу и княжне, после чего, вновь, вытянулся по струнке.

Это был довольно длинный коридор из, по-видимому, мраморного камня с такими же изображениями рун, что и на двери. Факелы, освещавшие коридор горели довольно ярко, поэтому глазам, было слегка непривычно в новых условиях. Князя Андрея поместили в третью камеру с левой стороны, рядом с которой и стоял майор Земан, как будто что-то ожидавший. Но после того, как дверь открылась и караульный громко поприветствовал графа, майор оживился и направился к ним. Это был человек не высокого роста, довольно плотный из-за любви упражняться с гирями, и не меньшей любовью к ужинам. Глаза его были широкими и довольно ясными, но в ситуациях, похожих на ту, что сложилась сегодня, он прикрывал их на половину. Немного косолапой походкой, он подошёл к графу.

- Князь Андрей Петрович, очнулся.

- Ох. – Вздохнула Мария Петровна и приложила ко рту правую руку. Затем, поспешно прибавила. – Я могу с ним поговорить?

Майор удивлённо уставился на неё, будто только что заметил. Он вопросительно посмотрел на графа. Граф слегка улыбнулся, а затем посмотрел на Мари.

- Княжна, для начала, мы должны удостовериться, что ваш брат не несёт угрозы. Затем, провести опрос и уже в конце… возможно, мы сможем дать вам поговорить. – Закончив, граф Вяземский сурово посмотрел на майора. – Сопротивляется?

- Нет… - Майор закачал головой. – Я чувствую его силу и признаюсь честно, она пугает меня. Но, он ничего не делает.

- Где Ариса Михайловна? – Генерал стал оглядываться по сторонам, будучи уверен, что Ариса находится при нём.

- Она с минуты на минуту уже будет здесь… - Виновато отвечал майор.

И буквально после этих слов, действительно явилась графиня Радужская Ариса Михайловна. Это была властная женщина сорока одного года, которая давно работала в министерстве. После учёбы, она заступила на работу в диверсионный отряд, так как обладала силой вырабатывать яды, различной опасности. А после выслуги в пятнадцать лет безупречной работы, её запросили в министерство. Зачастую, она присутствовала на допросах и не редко была фигурой, за счёт чего эти допросы становились успешными. Поэтому, хотя и влияние генерала Вяземского было велико, но перед заслугами этой женщины, даже он немного отступал.

- Здравствуйте, Сергей Дмитриевич. – Обратилась Ариса к генералу. – Простите меня за опоздание, но Императору срочно нужно было видеть меня.

- Как? Он здесь? – Заволновался Граф Вяземский.

- Да. Совсем недавно явился насчёт нашего гостя – Амфира.

- Почему мне не доложили?

- Вы же сами отрапортовали не отвлекать вас ничем, кроме пробуждения Амфира.

Граф ужасно разозлился, чувствуя ироничную интонацию Арисы, но тут же поборол свои чувства и продолжил, как бы не замечая.

- На долго ли Император?

- Нет. Он дождётся моего доклада, действительно ли это Амфир, а после удалиться в Петербург.

- «И с чего бы Император ждал «Её» доклада?» - Подумал про себя генерал. – Давайте приступим к князю.

- Это прекрасная идея. Майор? Проводите нас. – Закончила Ариса Михайловна и направилась к двери, где сидел Андрей Петрович.

Глава 5

Константин Измайлов очнулся в кромешной темноте, не отдавая себе отчёта, о случившемся. Голова была наполнена различным шумом, который не давал сконцентрироваться на чём-то едином. Единственное воспоминание, за которое цеплялся его разум, было моментом, когда его затягивало в чёрную дыру и он увидел испуганное лицо Елены. После чего наступает белое пятно, где моментами становится спокойно и приятно, а в завершении пронзает жуткая боль и наступает пустота.

В темноте, Костя нащупал под собой довольно крупную кровать, как показалось на первый взгляд. При его росте в метр восемьдесят шесть, он полностью помещался на кровати. Причём места вокруг, хватало ещё для двух таких же мужчин. Подушка, под головой также была огромна. Добравшись до края кровати, Костя попытался слезть, но понял, что не достаёт до пола.

- «Кажется, я попал к великанам». – Подумал Измайлов и в этот момент, в его голове раздался странный детский крик. Крик, буквально придавил его к кровати. Настолько сильным и громким он был. Костя почувствовал тошноту и слабость. В целом, он уже задумывался о том, что вчера, вместо запуска коллайдера, он хорошенько напился. «Напился и допился», заключил он про себя. В этот самый момент загорелся яркий белый свет, который ослепил его. Костя закрыл руками глаза и услышал, как открылась дверь в его «апартаменты». Следом появились шаги, как показалось, нескольких людей.

- Андрей Петрович Лазаревский? – Прозвучал строгий голос графа Вяземского.

- Здравствуйте князь. – Не осталась в стороне и Радужская.

- «Какой ещё князь? Лазаревский?». – Сквозь боль, думал Костя.

Шаги проследовали вглубь комнаты, а после Костя услышал звук, напоминающий отодвигающихся стульев. Понемногу, он стал пытаться открыть глаза и им уже не было настолько неприятно. Спустя ещё минуту, Костя открыл их совсем.

- Присаживайтесь к нам, князь. – Прозвучал женский голос.

Константин находился, если можно так выразиться, в шоке после того, как открыл глаза и увидел свои небольшие руки. Совсем маленькие ручки, которые никак не походили на его. После приглашения за стол, он глупыми глазами посмотрел вначале на своих гостей, которые были абсолютно нормальных размеров. А затем, в панике, начал искать место, где мог бы увидеть своё отражение. Но в этой комнате не было отражающих элементов.

Граф Вяземский попытался проникнуть в голову Константина, чтобы немного успокоить, но тут же получил оплеуху, которая поразила его. Ему не удавалось попасть в мысли, как он полагал, князя и это обеспокоило его. Граф, растерянно посмотрел на Арису.

- Сто двенадцать? – Спросила она.

- Рано. – Ответил полковник. – Князь, прошу вас, присаживайтесь. – Перейдя на более мягкий тон, продолжал он.

- Извините, но вы, вероятно, ошиблись. Потому что, я точно не князь и точно не Андрей… как вы сказали?

- Андрей Петрович Лазаревский.

- Именно… я не... – Константин спрыгнул с высокой кровати, что была приделана к стене и попытался направиться к выходу. – «Кошмар! И ростом я стал гораздо меньше».

- Андрей Петрович, для начала присядьте. У вас не получится выйти, пока вы не поговорите с нами. В любом случае.

Костя попытался найти у двери ручку, но её не было. Толкнув дверь, никакого эффекта не последовало. Тогда он развернулся, осмотрел свою камеру, взглянул на людей в военной форме у стола и решил, что стоит унять панику и поговорить.

- Ладно, давайте попробуем. – Проговорил Костя, усаживаясь напротив своих гостей.

- Как вас зовут? – Спросил граф Вяземский.

- Меня зовут… Константин. – Задумавшись, ответил он, а затем прибавил. – Владимирович Измайлов.

Вяземский и Радужская переглянулись. – Откуда вы? – Спросила графиня Радужская.

- Город… в каком городе я жил? – Костя попытался вспомнить, и даже сказал это вслух, но не смог. – Россия. Международный научный центр «Околус».

- Давайте так. На какой планете вы жили? – Продолжала Ариса Михайловна, чуть наклонив голову в сторону Кости.

- Ммм… Земля. – Слегка засмеялся он, подумав об абсурдности вопроса.

- Земля! – Закивал граф.

- Да. – Костя тоже закивал, а его правая нога уже качалась на носке вверх-вниз.

- Как вы думаете, Константин, где вы находитесь сейчас? – Пошире раскрыв глаза, спросила графиня.

- Очевидно, в какой-то тюрьме.

- А планета?

- Марс? – Всё ещё улыбаясь спросил Костя.

- Планета Сандирум.

- Ага. – Чуть более серьёзно ответил Константин. – На этом всё? Я могу быть свободен?

- Вы знаете, что вы сделали?

- Послушайте, пожалуйста. – Резко начал Костя. – Я вообще не помню, что со мной произошло. А ещё в моей голове, как будто, кто-то орёт. Или живёт…

- Вероятно, это Андрей Петрович. Но, давайте с начала. – Сказала графиня Радужская. – Ваше сознание, неизвестным нам образом перебросилось в тело князя Андрея Петровича Лазаревского. Причём, его сознание осталось, но на втором плане. Вы же, если можно так выразиться, в центре управления телом. Таких, как вы, мы называем Амфиры. Это очень редкое явление, которое случается для, как мы думаем, для наведения порядка в мире. В целом, у нас мало данных, так как последний Амфир явился чуть более двух тысяч лет назад, и пропал в пятнадцатом веке без вести.

- Амфир? Андрей Петрович… очень интересно. – Костя резко встал из-за стола и резко направился к выходу, после чего резко потерял сознание. Вокруг него, вновь, появилось силовое поле, которое в прошлый раз застал капитан Резников.

- Что это? – Удивился Вяземский.

- Какая-то оболочка. Он без сознания. – Ответила Ариса.

- Попробуй его расслабить газом. Как бы он не натворил чего.

Ариса Михайловна встала из-за стула напротив Кости, находившегося в защитном поле, и протянула свои руки вперёд. И неизвестно откуда, появился розового цвета газ, который начал обволакивать шарообразное защитное поле. Ариса совершала закручивающиеся движения руками, пытаясь проникнуть внутрь. Прошла минута, а она не продвинулась и на миллиметр. Вся в поту, она сжала руки в замок и в её глазах появилось розовое свечение. Это означало, что Ариса прикладывала полную силу в эту секунду.

Граф Вяземский уже начал беспокоиться, когда увидел необъяснимое сопротивление силам своей коллеги. И спустя небольшое время, был удивлён в разы сильнее. Клуб газа, который охватывал весь шар, довольно резко ослаб и уже явно был не под контролем Арисы, так как двигался в её сторону. Единственное, что успела сделать эта прекрасная женщина, это слегка прикрикнуть. Весь газ, который она направляла на Костю, залетел в её рот и ноздри. На секунду, Ариса Михайловна выдохнула и улыбнулась, но практически сразу ей стало плохо и начало рвать от передозировки. После чего, она потеряла сознание.

***

Полковник Вяземский скорыми шагами вышел из камеры и внушительным голосом крикнул караульному, чтобы тот бежал за помощью медиков в лазарет на первом этаже.

- Что там? Как Андре? – Беспокойно подбежала Мария Петровна.

- Генерал? – В таком же настроении, спросил майор Земан.

- Секунду. – Ответил генерал Мари, и отошёл в сторону с майором. – Это точно Амфир. Так что, приложи все свои силы, чтобы удержать его.

- Но, что я могу сделать против него? – Испугавшись ответил Земан. В таком виде, майора, генерал видел впервые.

- Он не буйный и, пока, не знает своих сил и как ими обходиться. – Продолжал шёпотом Вяземский. – Понятное дело, если он овладеет силами, то уже никто не остановит его. Сейчас у нас есть время, направить его в нашу пользу. – После этих слов, генерал перешёл на нормальный тон, чтобы его услышала и Мари. – Сейчас, я отправляюсь к Его Высочеству, чтобы доложить о произошедшем. А вы майор, как только проснётся наш подопечный, сообщите, немедля, мне.

- Будет сделано! – Вытянувшись ответил майор Земан.

Граф направился к выходу, показывая княжне Лазаревской, следовать за ним. В этот же миг, в коридор вбегала бригада медицинской помощи. Они должны были оказать помощь Арисе.

Мари была чрезвычайно напугана произошедшим и нагнав графа на лестнице, поспешно спросила.

- Что с Андреев Петровичев?

- Я попрошу вас не сильно беспокоиться, но Андрея Петровича больше нет и...

- Как нет? – Перепугано спросила Мария, готовая закричать.

- Вы помните, на чём мы остановились у меня в кабинете? – Генерал остановился, и посмотрел в глаза Мари.

- Да. – Растеряно ответила Мари.

Он взял её, осторожно, за плечи и тихонько сказал. – Сейчас, мне нужно срочно всё доложить Императору. После, я вернусь в свой кабинет, где вы будете ждать меня. И я подробно, всё вам расскажу.

- Поняла.

Глава 6

Княгиня Мария Петровна Лазаревская, провела около полутора часов в мучительном ожидании генерала. Она не понимала, что с ней происходит, и что случилось в целом. На столе из красного дерева, всё ещё лежала жуткая книга под названием «Проклятие царей. Амфир. Том 1». Книга, вызывавшая столько страха в её глазах, понемногу начала заинтересовывать. Мари потихоньку встала и взяла её в руки. Затем отправилась к своему месту и решилась открыть. Но в этот момент, зашёл взволнованный генерал.

- Извините, Мария Петровна. Слишком уж непростое время получается. – Полковник потёр свой лоб и подошёл к маленькому деревянному шкафчику. Достал из внутреннего кармана ржавый ключ и открыл шкаф. Там находилась фляга, из которой он смачно отпил. Это был ром. – Будете? – Предложил он и Мари.

- Нет, благодарю. Что с Андреем?

- Да. Точно. Надеюсь, вы поняли, почему я не мог объяснить вам всё в коридоре. Здесь могут быть красные шпионы. Даже не так. Они есть, только мы не знаем, кто именно. – Генерал ещё раз отпил из фляги. – Так вот. На вопрос, что с Андреем? Это будет сложно объяснить, но его, вроде бы и нет.

- Вроде?

- Я рассказывал вам об Амфире. Так и получилось, скорее всего. – Вяземский отпил вновь из фляги. – В тело вашего брата, попало сознание из другой планеты, может вселенной. И заняло контроль над телом. Ваш брат, остался, но притеснён этим сознанием. – И снова пошла в дело фляга. Но в этот раз отпив, он положил её обратно в шкафчик и закрыл ключом. После чего, сел напротив Марии. – Я… Мы считаем, что его сила безгранична и поэтому, мы не можем позволить, чтобы наши враги завладели им. – Полковник не стал говорить о том, что в разговоре с Императором, они рассматривали вариант об уничтожении Андрея-Константина. Но оставили эту идею на самый крайний случай.

- И что теперь будет? – Говорила шокированная Мари.

- Теперь, на несколько месяцев, его отправят в лицей, где попытаются наладить с ним отношение и обучить.

- Я могу поехать с ним?

- Нет! Это закрытый лицей на засекреченной территории. Там обучаются только сильнейшие маги. И то, это скорее вводный курс. – По генералу было видно, что он сильно переживает. – Когда ситуация проясниться, и станет более безопасно, мы вернём его в Екатеринодар, где он продолжит обучение в том же лицее, что и вы.

- Хорошо…

***

Константин Измайлов открыл глаза в очень знакомом для себя месте. Это была его научная станция, причём, он лежал посередине своего кабинета. Ощупав себя, Костя понял, что находится в своём теле. Столь радостная новость заставила его подскочить и подойти к небольшому зеркалу, что висело по правой стороне от кресла. То самое зеркало, в которое он заглядывал в самые нервные моменты, после совещаний. Карие глаза отразились в том самом зеркале, недельная щетина обрамляла его улыбку. А главное рост, в метр восемьдесят шесть облегчал его дыхание. Но Косте показалось странным, что в его кабинете было слишком тускло и мрачно. И только рассмотрев своё отражение, он услышал подобие плача, доносившегося из-за двери.

- Что здесь происходит? – Подумал он, и направился к двери. Открыв её, Костя изумился ещё сильнее, так как увидел будто бы срез своей научной станции. За дверью, находилась комната, похожая на полуразрушенную гостиную, где возле одной из стены лежало два трупа. Одна женщина и мужчина, как показалось Косте. А у самой дальней стены, возле кирпичного камина, сидел мальчик, лет двенадцати, который горько плакал.

Оглядевшись, напуганный Костя решился подойти к мальчугану. Каждый его шаг по неизвестной комнате отдавался какой-то волной, будто бы он шёл по воде. Но мальчик не замечал его и продолжал плакать. Обходя большой деревянный стол по противоположной стене, Костя старался не смотреть на трупы и медленно продвигаться к мальчику. Мальчик сидел у стены, обхватив руками колени и тихонько качаясь. Костя разглядел, только слегка длинные русые волосы. Подойдя почти вплотную, он попытался дотронуться до плеча мальчика, после чего его тут же откинула энергетической волной в сторону. Константин Измайлов на большой скорости влетел в свой кабинет, ударившись головой о стену.

На выдохе, Костя очнулся в своей камере. И тогда он осознал, что был, вероятно во сне. Собственно, пробуждение почувствовал и майор Земан, когда по камере пронеслась волна, которая чуть не сорвала его защиту. Земан зазевался и расслабился на несколько минут и был поражён мощностью неизвестной силой. До сей поры его жизни, а это почти пятьдесят лет, никому не удавалось даже поколебать его энергетическую стену. Сейчас же, она практически пала. К слову, генерал Вяземский тоже почувствовал пробуждение, как и все остальные члены административного здание. Тут же, граф выбежал из своего кабинета и направился к камере. Мари, к этому времени уже, как два часа покинула его.

Граф подбежал к двери, что находилась на минус втором этаже в ожидании чего-то страшного. Быстро отварив её, он увидел караульного в полуобморочном состоянии и встревоженного майора.

- Что это было? – Почти выкрикнул генерал.

- Он… он проснулся. – Слегка заикался напуганный майор.

- И что он делает?

- Просто сидит… - Не понимая, что происходит, отвечал Земан.

- Открывай мне дверь. – Приказал граф, и после того, как дверь открылась, он вошёл внутрь, готовясь сразиться. Но за дверью, оказалось то, что Костя просто лежал на койке и потрясённый от последних событий, смотрел в потолок. – Князь? – Обратился к нему граф.

- Сколько мне вам говорить, что я не князь?

- Что вы делаете? – Всё ещё опасливо спрашивал полковник.

- В каком смысле, «Что вы делаете?».

- По нашему зданию пронеслась мощная волна. Мы думали, что вы… В общем, не важно.

- Я только что проснулся и… Я не знаю, у меня был сон. Дурной сон…

Понемногу, граф начал успокаиваться, когда увидел, что Костя не оказывал сопротивления. – Что вы видели?

- Что я видел? – Отвечал Костя. – Я видел свой кабинет, какую-то комнату, в которой сидел и плакал мальчик. А ещё, там было два трупа…

- И как выглядел этот мальчик?

- Не знаю, я заметил только его волосы. Русые…

- Вы можете разрешить мне, проникнуть в ваше сознание? – С надеждой спросил генерал.

- Чего? Вы о чём? – Удивился Костя.

Генерал Вяземский протянул руку, после чего закатил глаза. Ему чувствовался разум Кости и тот барьер, что не позволял проникнуть внутрь. Немного поднажав, он попытался пробиться через стену, но ощутил невидимый толчок. А затем, что-то начало цепляться за его невидимые нити силы и пытаться вторгнуться в голову генерала. С испугом он отшатнулся назад.

Костя же, всё это время удивлённо смотрел на человека, протянувшего к нему руку.

- Ну что? – Спросил он.

- Ничего. Я об этом и говорю. Отчего вы не даёте мне проникнуть в ваше сознание? – Измученный, отвечал генерал.

- Я… я ничего не делаю, как вы не понимаете. – Возмутился Костя.

- Хорошо. Присядьте за стол. Мне нужно немного отдышаться, и я вам всё объясню.

Через минуту, генерал и Костя сидели друг напротив друга. Вяземский, как мог, рассказал о том, куда попал Костя и что, из этого следует. Граф всячески старался избегать от рассказов уровня его силы, до того момента, как удастся успешно завербовать его. Также он объяснил, что Косте надобно отправиться в N-скую губернию, в специальный лицей для, как выразился генерал, адаптации к новому миру.

Константину Измайлову пришлось принять, все новые факты, что сообщал ему человек напротив. Он решил, разобраться на ходу, в случившемся. И для этого, ему необходимо отправиться в неизвестную губернию, где ему позволят «освоиться».

Глава 7

Костя проспал целую ночь, мучаясь от кошмаров. Непривычное маленькое тело, всё ещё мешало, сковывая каждое движение. Ощущение это было настолько ярким, будто на нём был надет классический костюм на три размера меньше, который хотелось разорвать прямо на себе. И как бы он не повернулся, всё было не удобно.

Утром, примерно в шесть часов, его камеру открыла милая женщина, лет пятидесяти с седой гулькой на голове. Она принесла ему небольшой завтрак, состоящий из яичницы в три яйца и несколько кусочков мяса. Немного сливочного масла, хлеб, а главное чай.

- Здравствуйте. – Потягиваясь на кровати, промычал Костя.

- Доброе утро, князь. – Ответила женщина, оставляя поднос у стола.

- «Что ж, во всяком случае, князь, уже не так режет ухо». – Думал про себя Костя.

- Как почивали? Как ваше самочувствие?

- В целом, неплохо. Спасибо.

- Галина Анатольевна, заканчивайте. – Обратился майор Земан, стоявший тут же, у двери.

- Конечно. Да, да, да…

Женщина, которая сразу понравилась Косте ушла, оставив на прощание скромную улыбку. Затем её место занял, майор, пригласив отведать завтрак.

- У вас есть двадцать минут, после чего, вы выезжаете. – Официальным тоном заявил майор, поглядывая на Костю, то ли с опаской, то ли с брезгливостью.

Закончив трапезу, Константин Измайлов приготовился идти. Собственно, и приготовлений у него не было. Из вещей у него не было ничего, кроме белой майки и штанов, которые были на нём, когда он проснулся. Земан, всё ещё опасаясь, предложил выйти первому из камеры Косте и проследовать за караульным.

Выйдя из своей, уже слегка привычной камеры, Костя впервые увидел части нового мира. Множество дверей, стены на которых были расписаны руны, а по правой стороне, чуть трясущийся караульный.

- Открывай. – Последовал приказ от майора.

Дверь открылась и караульный строгим шагом отправился к лестнице. Следом Костя, а за ним Земан. Уже на первом этаже к ним присоединился генерал Вяземский. В таком составе, они вышли на внутренний дворик, где стояла карета, запряжённая тройкой лошадей разной масти. На плату сидел пожилой мужичек, с длинной седой бородой и также, малочисленно, седыми волосами на голове. Одетый в лёгкий кафтан белого цвета.

- Лошади? – Удивлённо спросил Костя.

- Всё верно. Транспорт, на котором вас повезут, должен быть максимально незаметным. Экипажи с лошадьми, являются именно такими. Поэтому, не беспокойтесь. Вас довезут до места назначения в целости. – Рассказал Вяземский и обратился к кучеру. – Кузьма! Сколько лет? Рад видеть!

- Здравствуйте, Ваше Благородие. – Ответил Кузьма и поклонился головой.

- Ты где пропадал, старый ты плут? – С улыбкой и лёгкостью, которая появляется, когда встречаешь старого знакомого, говорил генерал.

- Последние годы слишком много заданий граф, вот и мотаюсь, то туда, то обратно.

- Здравствуйте. – Вставил Костя, но старичок никак не отреагировал на приветствие и продолжил рассказывать Вяземскому про свои путешествия.

Из дверей, напротив кареты вышел высокий мужчина в сером пальто. За его спиной, Костя увидел торчащую золотую рукоять. Статный мужчина шёл в их сторону.

- Игнат Васильевич! – Крикнул Вяземский. – А мы только вас и дожидаемся. – Сейчас он начал говорить чуть более официально, но также по-приятельски. – Это генерал, князь Разморов, потомок того самого Василиска Разморова, который вдохнул новую жизнь в наши земли. – Объяснял он Косте.

- Или принёс гибель всему живому. – Вставил Кузьма, с лёгким отвращением.

- Вечно ты так! – Перебил Вяземский. – Игнат Васильевич. – Пожал руку он Разморову.

- Это он. – Чуть надменно спросил Игнат Васильевич, указывая на Костю.

- Да.

- Константин Измайлов. – Представился Костя и протянул свою руку. – Князь Константин Измайлов!

Нехотя, Разморов пожал и его руку. Взглянул на Кузьму, кивнул и предложил отправляться. Костя постарался разглядеть новое лицо генерала Разморова, и оно почему то, не понравилось ему. Что-то высокомерное было в нём. То ли взгляд, то ли хмурые густые брови. А может и гладко выбритые скулы, которые выпирали слишком заметно.

Первым, в экипаж усадили Костю, затем на то же сиденье рядом, сел Игнат Васильевич. Они сидели лицом в сторону кучера и вместе видели его лицо. Кузьма оглядывался на них, выплюнул небольшую спичку из зубов и ехидно улыбнулся.

- Приготовься и не пугайся. – Сказал Разморов.

- К чему? Чего не пугаться? – Уже испуганный, ответил Костя.

- Сейчас поймёшь.

Вяземский подошёл к карете и похлопал по ней, пожелав удачи. – Ну-с, с богом. – Сказал он и отошёл.

- Нынче дороги не ровные, Ваше Благородие. Так что держитесь покрепче! – Крикнул Кузьма.

- Могильщик, хватит трепаться. Заводи свою тройку. – Чуть раздражённо ответил Разморов.

Кузьма ухватился за поводья и со страшным свитом лупанул ими по мирно стоящим лошадям. - «Такими ударами только убивать можно». – Подумал Костя, а затем его дыхание перехватило от страха. Он увидел, как от только, что живого Кузьмы остались одни кости. После чего, в прах начала разваливаться карета, оставляя только тонкий каркас. Но на этом ужас не закончился. Только Константин Измайлов собирался выскочить из кареты, как за его руку схватилась крупная рука Разморова. Костя посмотрел на его руку и закричал, потому как, и его рука превратилась в костяную. Далее, он почувствовал, как с него сдирается кожа и мышцы. Как и всё остальное. Всё, кроме костей. Через мгновение, карета развернулась боком на сто восемьдесят градусов. Всё это время Измайлов даже не пытался вдохнуть.

- Как же хорошо. – Громко вдохнув и выдохнув, радостно, будто вернувшись в свой родной край из долгой поездки, сказал Кузьма.

- Трогай. – Слегка задыхаясь, приказал Разморов. После чего, Кузьма ещё раз хлыстнул скелеты своих лошадей, и они со страшной скоростью двинулись вперёд. – Дыши! – Ровным тоном сказал он Косте. Но Костя был парализован ужасом и не мог сделать глоток. – Даши, я сказал тебе.

Костя уже был на пределе, так как чувствовал, что задыхается. Но его нос, и глаза, точнее то, что там было, жёг какой-то неприятный запах. В конце концов сдавшись, он вдохнул полной грудью. Воздух, или то, что было вместо него попали в невидимые лёгкие и обожгли всё внутри. Так во всяком случае казалось Константину. Он чувствовал запах сырости и гнили. Воняло трупами и как будто червями. Столь мощный запах одурманивал его. А плюсом, Костя видел, что они едут вверх ногами по обратной стороне земли. Постоянные кочки подкидывали их вверх, или вниз. В точности это было невозможно понять. И каждый раз, Костя считал, что вот-вот вывалится из кареты, точнее из того, что осталось.

Первые пол часа, пролетели, как в тумане и Косте ничего не удавалось понять. Было ощущение, что он вскоре умрёт или уже умер. Всё кругом было серым и тёмным. И главное, ничего живого. Плавали какие-то ветки и прочий хлам. Но ничего живого.

- Здесь есть кто-нибудь? – Спросил Костя, Могильщика.

- Нет. – Отвечал Кузьма, поворачиваясь к ним. В его глазницах отчётливо сиял синеватый огонь. – Это первый уровень оборотной стороны. Здесь никого нет. Во всяком случае, я знаю тропы. И там, где возможны прорывы, мы не будет проезжать.

Понемногу все привыкли к страшной вони, и она не казалась уже настолько страшной. Теперь же, Костя старался рассмотреть хоть что-нибудь. Его завораживали лошади, которые и не были лошадьми, а лишь скелетами. Тем не менее они двигались синхронно и очень складно. А из их ноздрей, порывами вырывался синий пар. Спустя некоторое время, Костя посмотрел на землю и удивился, как под почвой, слегка просачивался мир, по которому он передвигался совсем недавно. Разморов же сидел молча и ждал. Топор, который висел у него за спиной уже был без золота. Рукоять была деревянная со множеством трещин.

- А можно посмотреть топор? – Спросил чуть заскучавший Костя.

- Ты его не удержишь. – И хотя на лице генерала не было ничего кроме костей, но его вид всё равно был надменным.

- Почему?

- Потому что этот топор, может держать только кровный потомок Василиска Разморова.

- А если я возьму его в руки, что тогда? – Заинтересованно спрашивал Костя.

- Тогда ты сгоришь изнутри. – Тот же надменный тон, что так раздражал нашего героя.

- Сколько нам ехать? – Спросил Костя, Кузьму.

- Осталось полтора часа, если у Кригана не придётся делать крюк.

- Криган?

- Это – огромное кладбище, куда свозят все тела погибших на войне. Если будут копать много могил, мы не пройдём. – Кузьма повернулся и улыбнулся, хотя выглядело это, как сдвинутая нижняя челюсть вбок. Клочки седых волос, торчали из-под капюшона. И в целом, Косте показалось, что так и должна выглядеть смерть.

У Кости было ещё много вопросов, но на них с неудовольствием отвечал генерал Разморов. А у Кузьмы не хотелось что-то спрашивать, так как он каждый раз поворачивался и пугал своим видом. Поэтому оставшуюся часть, они ехали молча, наблюдая за серыми картинами оборотного мира.

Глава 8

Проехав около часа практически по прямой, пришлось сделать крюк в обход Кригана. В этот день, действительно, было множество свежевырытых столбов, которые вскоре станут пристанищем для погибших магов. Причём, столбы были настолько плотными, что маневрировать между ними, как раньше, просто, не представлялось возможным. Этот факт довольно сильно потревожил троицу.

- Не к добру. – Всё, что мог сказать Кузьма, обращая свой взор на такое количество могил.

Манёвр, как и конечный путь занял ещё один час, после чего тройка Кузьмы остановилась у подножья горы Цахвоэ, которая укрывала своим хребтом специальное учебное подразделения для сильнейших магов.

- Дальше я не поеду. – Замедляя ход лошадей, крикнул Кузьма.

- Как это ты не поедешь? – Нахмурился генерал Разморов.

- Ваше благородие! Вы должны понимать, что под горой множество рудовых залежей. Мы не пройдём. – Кузьма на секунду задумался. – Во всяком случае, на объезд уйдёт часа три, не меньше. Вам будет намного проще подняться пешком.

- Подвези нас к лестнице. – Понимая факты, добавил генерал.

- Как прикажите.

Кузьма хорошо знал, почти, все земли нового порядка. Поэтому ему не доставило труда подогнать своих лошадей с оборотной стороны прямо к лестнице. Хорошенько лязгнув своих лошадей по костлявому горбу, они остановились и подскочили на задние лапы. Поверх их мощных костей, начали проявляться органы, мышцы, кожа и грива, ровно так же, как и на Кузьме, а следом на Разморове и Измайлове. Затем они резко перевернулись боком на сто восемьдесят градусов и оказались на поверхности земли. Костю, из-за заключительного переворота вывернуло на изнанку и стошнило прямо в карете.

- Игнат Васильевич! – Крикнул Кузьма. – Что ж ты хлопчик то творишь, ну хоть бы вышел!

- Ладно уже. В управлении скажешь, тебе всё оплатят. – Раздражённо ответил Разморов. – Первый раз человек в твоей колымаге. Что ты ворчишь.

- Не сердитесь, Игнат Васильевич. Я же так.

- Вылезай. – Пихнул генерал в плечо Костю. – Всего доброго. – Махнул он рукой Кузьме и тот со свистом рубанул по спинам лошадей ещё раз и исчез.

- А вы разве не поедите обратно? – Спросил Костя, освободив свой желудок и рот от завтрака. Ему становилось легче на свежем воздухе среди высоких гор.

- Я пробуду пару дней. Завтра должен прибыть мой младший сын, Родион. – Генерал посмотрел на лестницу, которая была выдолблена прямо в горе и шла далеко ввысь, на самую вершину. – Он, твой ровесник.

Костя посмотрел на вершину, на которую следовало подняться. Глаза ослепляло солнце, а сама лестница утопала в облаках. Он даже призадумался, а сможет ли осилить такой подъём. Но на деле, оказалось, что подниматься довольно просто. В какой-то момент, он почувствовал прилив сил и начал даже задорно шагать. Настолько сильно вдохновила его окружающая природа. Генерал Разморов отметил и этот эпизод, так как уже на середине подъёма почувствовал лёгкую усталость.

Следующий, небольшой импровизированный привал, оказался прямо перед границей, где лестницу аккуратно скрывали облака. По непонятной причине, Костя ощутил лёгкую тревогу, а Разморов, воспользовался паузой, чтобы отдышаться. Генерал, к своему сожалению, понимал, что молодость прошла и его силы не безграничны. Передых занял около пяти минут, и они направились дальше. Уже в облаках, как в тумане, Костя заметил две высокие статуи из белого мрамора. Это были древние защитники, которые стояли здесь со времён сотворения мира. Их высота составляла десять метров, а в руках было копьё, указывающее на север, и щит, поднятый к верху, укрывая голову. Головы этих гигантов смотрели прямо, ровно до той минуты, пока рядом не оказался Костя. Лёгкий, почти не приметный, шёпот раздался среди Измайлова и Разморова. Туман становился плотнее, и что-либо разглядеть становилось, практически, невозможным. Затем, в глазах защитников загорелось синее пламя, а их головы резко сменили направление и уставились на Костю. Пребывая в ужасе, увидев горящие глаза, Костя уже намеревался бежать, но Игнат Васильевич его остановил.

- Успокойся. – Схватив за куру Кости, говорил генерал. – Они защищают нас. – Он пытался хоть, что-то сказать, так как был удивлён не меньше. За свою жизнь, он не видел, чтобы цахвойские защитники оживали, и это ему не нравилось.

Костя и генерал уже были на вершине, а пройдя метров десять, перед их взорами открылся прекрасный вид. Кругом усеянные замки лицея, смотрящие в бухту, образованный хребтами гор. И в это же мгновение над их головами, высоко в небе прозвучал страшный скрежущий звук. После чего, на секунду, появился лазер, который ударил прямо в скопление зданий в бухте, где, беззаботно, секунду назад ходили люди. Игнат Васильевич в ужасе оторопел, но ещё большим стало удивление, когда перед ними ударились два щита защитников, спасших их от взрывной волны.

Лазерный удар наносился с космического корабля, который давно считался разрушенным и, и был чем-то, вроде, искусственного спутника планеты. Но коммунистические силы, за короткий срок, успели восстановить его и даже, слегка, модернизировать. На нынешний день – это был первый пробный удар, причём, очень успешным для красного движения. Так как вся поверхность бухты, была уничтожена в прах.

Генерал Разморов всё-таки успел оклематься, после оглушающей волны, укрываясь вместе с Костей за щитами.

- Если начнётся бой, оставайся близ защитников и попытайся укрыться. – Нагибаясь, крикнул он Косте, так как из-за взрывной волны, вокруг было шумно. И только через пару минут, когда шум стал тише, Разморов отчётливо услышал, как за их спинами зашуршали многочисленные шаги, поднимающиеся по лестнице. По хребтам гор, также, бежали красные ефрейторы в большом количестве. Их присутствие было тяжело определить новичку, так как экзоскелеты, делали их невидимыми. Но Разморов со своим опытом смог заметить необычные блики, произрастающие от ефрейторов, а уже чуть после, на шлемах заметил серп, перекрещённый с молотом.

Генерал резким движением достал из-за спины свой топор, и выставил его перед собой. В это же время, Костя карабкался по булыжникам в сторону ног, одного из защитников, который в свою очередь уже поднял щит и, вновь, замер.

- Защитники! Во имя Цахвои и Святой Руси, нам нужна ваша помощь! – Крикнул Разморов, держа перед собой золотого цвета топор двумя руками. После слов, топорище удлинилась вдвое, как и сам клин. Закончив свою речь, Игнат Васильевич ударил концом топора, который уже был похож на секиру в землю и провернул его вправо. Мышцы генерала вздулись и по нему пробежал оранжевый свет, распространяющийся по горе до каждого защитника. Всего их было шесть статуй защитников, расположенных у разных краёв хребта.

С правой стороны, Костя увидел нового защитника, который вонзил булаву в пустое место, как показалось на первый взгляд. Оттуда послышались крики и началась стрельба. Весь хребет будто ожил в постановке боя.

За спиной генерала раздались первые выстрелы в его сторону и один снаряд даже попал ему в плечо, но не смог пробить броню. Слегка присев, Разморов прыгнул на пять метров в высоту, сделав заднее сальто. И со всего маху врезал секирой перед собой. Толпу ефрейторов подкинуло ввысь, и они не успели издать и звука, как их тела поразило лезвие секиры. Разморов был слишком быстр в состоянии сосредоточения. Он поразил небольшую группу из двадцати человек, а сзади по лестнице набегало ещё около сотни. По правой и левой стороне также стремительно двигались сотни ефрейторов в их сторону.

Константин только успевал смотреть в разные стороны на небольшой возвышенности в углублении, так что торчала только голова. Со всех сторон шли бои. По правой стороне двое защитников практически разламывали горы, а точнее, то, что от них осталось. Вокруг раздавались крики и уже ефрейторы, понимая, что не могут игнорировать защитников начали отстреливаться по ним. Но их соулбласты были не способны пробить мрамор, обогащённый магией. Вернее, у них не доставало столько сил, чтобы зарядить соулбласты и нанести урон. Если бы кто-то и осмелился это сделать, то умер бы на месте от истощения сил.

Прямо перед Костей и генералом, размахивал копьём ещё один защитник, который прикрывал правый фланг. Как спартанец, он приседал, прикрывая себя щитом и далеко вперёд, почти выстреливал копьём, протыкая навзничь ефрейторов.

Первое, что навело тревогу на Костю, после, казалось бы, удачного отпора – это появившийся корабль в воздухе.Ему не удавалось рассмотреть его окрас и форму, так как он был в далеке. Но Измайлов понимал, что что-то здесь не так. И в это самое мгновение из корабля выпал или выпрыгнул один человек, который уже в полёте будто бы раздвоился и летел прямо в очаг сражения, в сторону защитников с булавой.

Краем глаза Костя замечал, хотя и не поспевал за ним, как генерал раскидывает толпу. Уже в это мгновение, он стоял в центре почти окруженный ефрейторами.

Разморов понимая неравнозначное соотношение сил и, что вокруг слишком много ефрейторов, решил прекратить одиночные атаки. Тогда он схватился за край рукоятки секиры и начал раскручиваться вокруг своей оси с нарастающей скоростью. Изначально, его можно было рассмотреть, но уже секунд через десять, он был похож скорее на вихрь. Прямо в него летели сотни выстрелов из соулбластов, но они утопали в вихре. Когда генерал отпустил свою секиру, Костя услышал лишь хлёсткий свист, а затем по округе начали падать тела. Секира летела быстрее скорости света и облетая вокруг Разморова сносила всех и всё подряд. Сотни голов ефрейторов так и остались со своими выражениями смелости и обречённости, лежать на хребте горы. Даже холм, на котором сидел Костя, был разрезан у основание и чуть не покатился на него. Ещё одним серьёзным ущербом стало то, что генерал обрубил ноги одного из защитников, который стоял близко по левую от него сторону. Защитник в мгновении упал и завалился в кратер, где недавно было учебное заведение.

Глава 9

Напуганный, и слегка оглушенный Костя отвернул взгляд от вихря генерала и увидел, как в защитника с булавой, что-то или кто-то врезался и пробил насквозь. Огромная статуя, с дырой у солнечного сплетения, полетела вниз, вслед за своим собратом.

Тяжело дыша и переводя дыхание, пока выдалась возможность, Разморов подошёл с топором к Косте, чтобы убедиться о его сохранности.

- Как ты?

- Я нормально… что это? – Костя указывал на существо, бежавшее с нечеловеческой скоростью в их сторону.

Генерал узнал это существо, а точнее близнецов. Сколько раз ему доводилось сражаться с ними на поле боя. И не разу они не доводили дело до конца. Каждая встреча прерывалась новыми неописуемыми обстоятельствами.

- Беги вниз. Срочно! – Закричал генерал. – И попытайся где-нибудь спрятаться. – Разморов встал в полный рост, держа в руке топор. Сильно отклонился корпусом тела назад и запустил в сторону близнеца свой топор с той силой, которая оставалось в нём. Костя не успел проследить за полётом топора, но увидел, что он приземлился ровно в том месте, где бежало существо. Раздался взрыв и на секунду показалось, что враг побеждён. Но ещё через секунду, Костя увидел, как в их сторону продолжал бежать близнец. Генерал нагнулся к Измайлову и буквально вырвал из того места, где он сидел и кинул в сторону лестницы. Вторую руку он держал вверх, куда прилетел обратно топор. Прямо перед генералом встал последний защитник, удерживая щит, готовясь к осаде.

- Где же подкрепление? Будет кто или нет? – Думал про себя Разморов, наблюдая, как из бегущего близнеца выпрыгнул один вперёд и полетел прямо за его спину. Обернувшись, он уже вблизи увидел это полумеханическое существо.

- Ну, здравствуй Игнат, хех, Васильевич. – Улыбаясь сказал близнец. – Где мальчуган? – Он стоял, широко расставив ноги и руки.

- Семён, знаешь же, что вы не получите его. – Отвечал Разморов, разглядывая бионическое тело Семёна, одного из близнецов. На всех нечеловеческих частях блестел золотого цвета серп.

- Вы! Дворяне, слишком много о себе думаете! – И на последнем слове, левая рука Семёна превратилась в гранатомёт и выпустила один снаряд в сторону генерала. И одновременно с выстрелом близнец прыгнул вверх вперёд и влево.

Разморов, заметив выстрел, тут же прыгнул вверх в правую сторону и в воздухе занеся руки за спину, его топор вновь превратился в секиру. На опережение, резким движением он рубанул перед собой и отсёк приблизившемуся близнецу правую руку, которая уже была в форму клинка и собиралась проткнуть его насквозь.

В воздухе они разлетелись в разные стороны и теперь Семён был ближе к своему близнецу Аркадию.

В тот момент, когда Семён выпрыгнул из Аркадия, Аркадий бежал на защитника. Белый великан, попытался проткнуть близнеца, но тот был слишком юрок. В его руках были два спиралевидных меча, которые он встряхивал в своих руках, и они начинали быстро вращаться. Добежав до нужного расстояния, Аркадий дёрнул кистями и прыгнул прямо в щит защитника, скрестив руки. Как свёрла, два клинка тут же пробурили щит, а затем и самого великана, в том месте, где у них был сосуд силы. Аркадий появился прямо перед Семёном в тот момент, когда ему отрубили руку.

Разморов тут же заметил второго близнеца и его бионическое тело, единственное, что было в нём из человеческого, это голова и одна рука.

- Долгой жизни, Игнат Васильевич! – Также улыбался, как и его брат, Аркадий. Клинки в его руках медленно останавливались. – Кажется мне, что это последняя наша встреча.

- Я тоже так думаю. – Ответил генерал, наблюдая, как кольцо ефрейторов со всех сторон замыкает его. Он понимал, что снова необходимо раскручивать вихрь, но оставшись без топора, станет слишком уязвим. Выбора не оставалось, он схватился за секиру и начал раскручиваться, всё быстрее и быстрее. Даже близнецы не могли помешать этому действию, так как в вихре генерал был неуязвим.

***

Константин Измайлов был очень напуган, и уже находился на середине лестницы, когда увидел первых приближающихся ефрейторов, которые поднимались навстречу. Именно страх заставил его изменить траекторию и сойти с лестницы на голые горы. Сверху от него доносились страшные звуки взрыва и разлома. Он бежал по крупным камням и пытался не сорваться. Снизу от него, по бокам замыкались ефрейторы. Они уже были полностью видимы и одеты в красно чёрные доспехи. Костя понимал, что он в западне и бежать, особо, некуда, но именно чувство жизни подталкивало к бегству. На небольшом выступе, прямо под его ногу прилетел снаряд из соулбласта, выбивший твёрдую опору. Споткнувшись, Костя полетел с выступа вниз, прокатившись несколько метров, он ударился головой о край валуна.

Он успел оклематься на секунду, и сразу ощутил звон в ушах и нарастающую тошноту. А также, он увидел ефрейторов вокруг себя и наставленное на него оружие.

- Пожалуйста, не стреляйте. Я безоружен. – Прошептал Костя, пытаясь чуть привстать. И в этой попытке, прямо по затылку, ему хорошенько прилетело прикладом, после чего он отключился.

***

Уже на корабле, в какой-то тесной камере, открыл глаза Андрей Петрович Лазаревский. Он чувствовал себя превосходно, как никогда раньше. Он даже видел и слышал лучше, настолько ему было хорошо. Единственным изменением, которого Андрею было не заметить, это его, полностью, чёрные глаза и совсем иной ход мыслей. Также, он ощущал в себе новый запас сил. А самое интересное, что он слышал множество биений сердец. На корабле же, стуков было не так много, но вот под кораблём, ему слышались сотни активных биений.

Дверь, которая была закрыта в его камере, вдруг открылась сама собою, когда он подошёл к ней. Выйдя в коридор корабля, он увидел, как вокруг суетились коммунисты, которые, как рассказывал отец, являлись самыми главными врагами монархии. Андрей глубоко, с наслаждением, вдохнул, закатив голову на бок. Расставил руки врозь и осторожно покрутил в разные стороны. В этот же самый момент, корабль разломился на две части. Пол под ногами Андрюши, как звала его мама, исчез и он завис в небе. Две половины корабля не падали, так как он удерживал их. Послышались крики ужаса и тревожный вой сирены, означающий поломку корабля. Этот факт позабавил Андрея и особенно, когда к краю корабля с двух сторон вышли напуганные и непонимающие люди. Он увидел страх в их глазах и прочитал в мыслях о жажде к жизни. Улыбнувшись, Андрей сжал свои кисти и две части корабля превратились в два металлических кома, перемешавшись с людьми. Разжав кисти, эти самые комки полетели вниз.

Андрей чувствовал, что внизу, на земле осталось много врагов, так как слышал биение их сердец. Одним щелчком левой руки, он прервал каждое биение, случайно задев и сердце генерала Разморова. После щелчка, внизу, сразу наладилась тишина, чего так жаждал Андрей. Единственное, что всё ещё нарушало тишину, это вибрации необычной силы в космосе. Это оказался корабль, из которого был произведён выстрел по бухте лицея. Андрей Лазаревский ясно видел его, но не совсем понимал, как подлететь к нему. Тогда, он провёл пальцам перед собой и пространство со временем будто разрезалось ножницами. Уродливая улыбка широко расплылась по его лицу, когда в нескольких десятках метров от него, оказался космический корабль. Быстрое видение пришло в его голову, и он ужаснулся, когда понял, что эта машина уничтожила самый древний и выдающийся лицей, лазерным ударом.

Почти в ту же секунду, Андрей услышал срабатывание механизма внутри корабля и понял, что готовится новый залп. Причём орудие, было направленно на него. Андрей был слишком отвлечён упованием своих новых сил и возможностей. В моменте, он почувствовал себя богом.

Резким движением рук, вначале сведя их вместе, а затем расставив в стороны, он взорвал тела экипажа находящихся на корабле. А слегка позже, разорвал и сам корабль, но в эту же секунду был произведён выстрел. И прямо в сердце Андрея ударил мощнейший лазерный удар, который уничтожил целое поселение чуть менее сорока минут назад.

Глава 10

В это же самое время, когда погиб генерал Разморов, его дом только оживал. Княжна Анастасия Валерьяновна Разморова сидела за столом и разглядывала своего любимца, младшего сына Родиона. Также за завтраком присутствовал и Фёдор Игнатьевич Разморов – старший сын, который уже участвовал в борьбе с коммунизмом и носил звание капитана. День для них начинался совершенно обыденно, как и множество прошлых. Фёдор старался побыстрее окончить завтрак, так как в двенадцатом часу начиналась, набирающая популярность, новая игра – Кок-бору. И он собирался в третий раз поучаствовать в данном мероприятии, и наконец победить.

- Федя, жуй пожалуйста помедленней. – Говорила княжна, в это утро она была в лёгком голубом платьице и такого же цвета чепчике.

- Ты же знаешь, сегодня игра. – Не переставая жевать, отвечал Федя.

- Тебя убьют там! – Громко сказал Родион.

- Родя! – Прервала его мама.

В этот момент, Фёдор и Родион резко синхронно подскочили на своих местах, напугав княжну. До их ушей доносилась лёгкая игра арфы, и Фёдор, желая когда-нибудь услышать её, не надеялся, что это произойдёт так скоро. Наследников звал топор, который лишился владельца.

- Вы чего, мальчики? – Перепуганная Анастасия Валерьевна чуть привстала.

- Сиди на месте. – Мрачно сказал Фёдор, глядя на Родиона. У младшего сына накатывались слёзы на глазах. – Я старший сын! – И после этих слов, он быстро побежал к выходу во внутренний двор, где стоял его гоночный мотоцикл, чтобы отправиться на зов топора. Родион, осознавший случившееся, расплакался и побежал к рукам матери, крича, что папа умер.

***

Князь Фёдор Разморов мчался, не замечая ничего на своём пути. Ни единой мысли не было в его голове, кроме усиливающегося звука арфы. Он тщетно надеялся, что произошла ошибка, а может ещё что-нибудь, но только не смерть отца. Мотоцикл мчал его на скорости трёхсот километров в час, и примерно на пол пути, он разминулся с Кузьмой. С той разницей, что Кузьма мчал в управление, по оборотной стороне, а Фёдор по земле.

Сумасшедшая поездка, для любого другого дня, в которой он вероятнее всего разбился бы, продлилась сорок минут. Перед ним уже хорошо очерчивалась гора Цахвоэ, которую он знал, как свои пальцы. Он проучился в закрытом лицее два года, а после, по просьбе матери был переведён в столичный. Подъезжая на большой скорости к лестнице, он резко остановился и выпрыгнул высоко вверх. Прыжок доставил Фёдора практически на самый верх. До вершины оставалось около двадцати ступенек. По округе, он видел множество мёртвых тел ефрейторов, при чём такое количество ему не доводилось лицезреть никогда. Также слева от него, у подножья горы, Федя заметил крупный кратер диаметром в несколько метров, но решил проверить его после. Ещё одной ужасной новостью стало отсутствие защитников, которых не было видно. Уже в обеденное время тучи разошлись и вершины гор были ясны, как никогда.

Перед выходом на плато, где находился его отец, Фёдор задержался, как бы боясь увидеть то, чего он ожидал. Но игра арфы усиливалась всё сильнее, и он не мог позволить себе ждать дольше. Собравшись с духом и выдохнув, он вышел к месту и увидел лежащего в доспехах мёртвого отца, а рядом подле его руки лежал топор, который неумолимо звал. По правую сторону, Федя заметил защитника и идя медленным шагом к топору, его сердце замирало. Он рассчитывал, что труп только похож на его отца, но не является им.

Подойдя вплотную, Фёдор Разморов удостоверился, что это отец. Тяжёлый и крупный ком встал в его горле. Он взглянул на топор, совсем уже обветшалый. Ржавый клин и полностью прогнившая рукоять звала его. Не было видно никакой позолоты или окантовки. На вид – это был инструмент, который нашли несколько столетий назад в сырой земле.

Нагнувшись на одно колено, немного подождав, Федя схватился за топор и на мгновение, арфа исчезла в его голове. Ему показалось, что время замерло. Сильный ветер, что практически сдувал его, ослабел. Облака перестали двигаться, а солнечные лучи сияли не так сильно. А затем резкая боль охватило всё его тело, начиная от руки, в которой был топор, переходя в грудь и распространяясь по всему телу. Каждая мышца скручивалась в судороге, а по венам была заметна протекающая чёрная кровь, которая пунктиром прерывалась бордовой. За минуту, всего Фёдора скрутило практически в клубок. Но он знал, что это случится. Отец рассказывал ему про проклятие, которое несёт в себе топор. Который помимо первого мучительного прикосновения, будет требовать убивать. И с этой жаждой, ему придётся всё время жить, либо утолять на поле боя.

Прошло пять минут, хотя Фёдору они показались вечностью, прежде чем ноги начали понемногу раскручиваться, а боль ослабевать. Кровь будто надула все сосуды и теперь отливала назад к топору. Пребывая в лёгком экстазе от исчезновения мучительной боли, Федю раскрыло полностью. Уже когда он встал, то увидел, что рукоять топора окрасилась в два цвета, одна половина в чёрный, другая в красный. А сам клин, был тёмного цвета, напоминающий дамасскую сталь. Вдохнув полной грудью, Фёдор почувствовал расслабление.

Вокруг него и отца было множество мёртвых ефрейторов. Он сделал несколько шагов вперёд, чтобы посмотреть на бухту, где должен был быть его лицей. Но на том месте, с вершины горы был видел только огромный кратер и не следа чего-то живого. Фёдор замер и услышал, как за его спиной доносился вой сирены. Немного присев, он оттолкнулся и прыгнул до края лестницы, на которую поднимался. С этого края начали появляться машины и грузовики национальной гвардии. Также Федя заметил, как к нему движется что-то огненное, словно комета, причём очень быстро. Это был генерал Ставрогин. За секунду, он залетел на гору, а затем чуть выше и в, очевидно, ярости приземлился рядом с Разморовым, проделав небольшой кратер под собой. Он подходил к Феде, а вокруг генерала всё ещё рассеивался дым.

- Капитан! Почему не доложили в управление? – Почти кричал Ставрогин.

- Я… я шёл на зов топора, Ваше Высочество. – Растерянно, отвечал Фёдор.

Генерал внимательно посмотрел на него, а затем увидел Разморова старшего и смягчился. Они были старыми друзьями, прошедшими множество компаний. К тому же, когда Ставрогин переходил в режим кометы, то напрочь терял контроль над собой. И требовалось некоторое время, чтобы он стал прежним.

- Извини, Федя. – Чуть потупившись сказал генерал. – Сейчас не время. Давай домой, тебе нужно сменить одежду. Отца мы доставим в штаб. – Ставрогин посмотрел на изменившегося Фёдора. С топором, этот парень прибавил почти в два раза объема мышц, и старая форма смотрелась на нём несуразно.

- Что здесь произошло? – Спросил Фёдор.

- Красные, как видишь.

- Но кто их убил… всех? – Удивлённо, спросил он.

- Вот тот парень. – Указывал генерал на кратер, из которого доставали Константина Измайлова.

- И отца? – Насупившись, что-то обдумывая спросил Раскольников.

- Сложно сейчас сказать. Мы не знаем. Но он и в космосе смог уничтожить вражеский корабль.

- Нам нужно ответить им, они уничтожили наш лицей! – Закричал Федя, начиная злиться. Сложно было сказать, влиял ли топор на него, либо случившаяся трагедия. Скорее всего и то и другое, но просто вернуться домой, как предлагал генерал он не мог.

- Не торопись парень, своё мы ещё покажем. Нам следует во всём разобраться, а после действовать.

Глава 11

Костя очнулся в лазарете, пристёгнутый за правую ногу к кровати. Он сразу испугался, полагая, что его всё-таки взяли в плен. Последним воспоминанием было то, как он упал и вокруг появились ефрейторы. Дыхание начало учащаться, и он не замечал, как вокруг него, предметы начали отрываться от пола. Глаза метались из стороны в сторону, пока Костя не заметил на стене портрет, как он полагал, императора. Ровно такой же, ему довелось видеть в штабе, когда он выходил из тюремной комнаты.

На балконе, в окне его больничной палате, было видно, как стоял генерал Вяземский и внимательно наблюдал. Когда он заметил, что Костя немного успокоился, то постучал в дверь и вошёл. Вся летающая мебель тут же упала на пол, а Константин виновато посмотрел на генерала.

- Ничего, тебе ещё предстоит обучится этому. – Генерал прошёл к кровати, взял стул и сел рядом.

- Здравствуйте. – Облегчённо и немного радуясь знакомому лицу, сказал Костя.

- Здравствуй. Как твоё самочувствие?

- Вроде, неплохо.

- Что ты помнишь из последнего? – Тон генерала был слегка строг, хотя он и пытался смягчить его.

- Я… я… помню, как генерал Разморов сказал мне бежать. Я побежал. Затем меня окружили ефрейторы, я упал и… Удар! Я помню, что меня ударили по голове! – Выпалил Костя, когда яркие воспоминания вылезали в его мыслях, как картинки.

- А после?

- А после ничего… После я уже открыл глаза и очутился здесь.

- Понятно. – Сухо ответил Вяземский, раздосадованный. Он выдохнул, надеясь на большее. – И больше ничего? – Повторил он, как бы не веря.

- Нет… а что?

- Ничего. Ничего… забыли. – Генерал обернулся, чтобы убедиться, что никто не подслушивает их. – Наш старый план, с особым лицеем отменяется. Ввиду того…

- Потому что его уничтожили?

- Верно. Мы потеряли много ценных людей. – Вяземский запинался, стараясь подобрать слова. – В общем, у нас теперь большая нехватка кадров. И ты, и остальные ученики, будут обучаться по ускоренному курсу. Ты пойдёшь в тот же лицей, что и твоя сестра… - Генерал призадумался. – Точнее сестра Андрея Лазаревского, но считай, что и твоя.

- Хорошо…

- Учёба начнётся через три дня. И я должен рассказать тебе хотя бы малую часть из того, что ты должен знать. Нашу планету, мы называем Сандирум. Она поделена на государства, которые в свою очередь имеют три направления. А именно, монархия или белая линия. Вторая, коммунизм или красная линия. И заключительная демократия или зелёная линия. Есть и маленькие направления, но о них ты узнаешь позже. Мы называем себя белой линией и наша сила в традиционной магии. Красные, хотят подавить всех магов за счёт своих технологий, чтобы сделать всех равными, хотя и сами не брезгуют магией. И негласная их цель – это поработить весь мир. Демократы же, что-то неясное, смешанное и запомни Костя, никогда не расслабляйся с ними. Они могут слишком сладко запеть. – Генерал выдохнул и вдохнул, чтобы продолжить. – Наша белая территория, разделена на области, по видам магов. Первая и самая старая область Вейф. Оттуда, происходят маги земли, воды, огня и воздуха. Конечно, иногда они перемешиваются между собой и появляются дети с комбинированными силами, но в основном, они держаться кланами.

- А из какой области я? – Перебил генерала, Костя.

- Подожди, сейчас я дойду. Вторая крупная область – Ревис. Там рождаются маги, способные превращаться в животных. Они тоже разделены на кланы, от самых простых крыс и змей, до крупных млекопитающих. Третья область, более молодая и, пожалуй, самая крупная – Вейлис. Это область с более абстрактными силами. В неё, как раз и входит твоя семья. Управление предметами, создание предметов и прочее. – Вяземский встал со стула, и подошёл к столику, где был стакан с водой. Немного отпив, он сел на стул. – Четвёртая область – Алеман. По большей части, иллюзионисты разного характера. Пятая – Рипнан. Очень маленькая, но сильная область. В целом, она запрещена или, вернее сказать, находится в изгнании, так как большинство их магов используют запрещённую, мёртвую магию. Но в твоём классе будут ребята, которые росли в этой области. – Генерал встал, ещё раз осмотрелся, протянул небольшую брошюру Косте и направился к выходу. – Есть ещё много мелких подразделений, о которых я не стал рассказывать, но с ними, ты уже разберёшься после. Ознакомься с тем, что я тебе дал, поможет. Пообедаешь и потом отправишься на прогулку с моим помощником. – Договорив, генерал кивнул и вышел. Но через секунду, он, вновь, зашёл. – Забыл совсем. – Он достал из внутреннего кармана мундира жёлтый переливающийся камень на верёвочке. – В каждой области, при рождении выдаётся камень, мы называем его сердце дракона.

- У вас есть драконы? – Удивлённо спросил Костя.

- Уже нет, но когда-то были. Их всех уничтожил первый Амфир – Иерис. Давно. – На секунду, Вяземский задумался. – Так вот, эти камни подпитывают наши силы и по ним, мы можем определить, к какому клану ты относишься. Не потеряй. – После чего генерал кинул кулон прямо в руки Кости, а затем вышел.

Кулон немного отдавал бликами в разные стороны, когда Костя приподнял его на уровне глаз. Сложилось впечатление, будто в камне есть, что-то живое, но наш герой списал это на искажения. Сам же камень был янтарно-жёлтого цвета, неравномерно обтёсанный, причём в центре цвет становился насыщенней. Как только Костя занёс руки над своей головой, чтобы надеть кулон, внутри груди появилось странное чувство, а вместе с ним и сердце начинало биться быстрее. Переживая, Костя, начал опускать кулон на голову, и вдруг его дыхание остановилось. Показалось, что его затягивает внутрь, а после он отключился.

***

Следующий вдох Кости, был тут же прерван. Он вновь оказался в небольшой гостиной комнате с телами, но уже в своём теле. Его горло, со страшной силой, сжимал тот самый мальчик, который в прошлый раз, сидя, плакал у стены. Сейчас это был не безобидный Андрей Лазаревский, а какое-то непонятное существо. Чёрные глаза, от которых шли чёрные вены по всему лицу. В месте, где должны были быть волосы, горело синее пламя. Да и к тому же, их тела зависли на высоте в нескольких метров. Костя, вновь, понемногу начал терять сознание, пытаясь что-то сказать. Но вместо слов, у него шевелились только губы.

- Что ты говоришь? Я не слышу! – Кричал радостный князь Андрей. – Погромче!

Костя уже начинал закатывать глаза, когда обезумевший князь пытался докричаться до него.

- Это тело будет снова моим! Слышишь! Грязный воришка! МОИМ!

***

В этот момент, не спеша, в палату к Косте подходила сестра милосердия и несла завтрак. Аккуратно постучавшись, и открыв дверь, Аннушка обомлела. Её пациент находился в подвешенном состоянии без сознания, и практически полностью синий. Большинство предметов по палате также летало в воздухе.

- Екатерина Александровна! – Резким движением Аннушка выскочила в коридор, и громко крикнула. Почти в ту же секунду, она почувствовала, как на груди появился невидимый хомут, который резво затащил её в палату. Через мгновение, и она потеряла сознание.

Княжна Екатерина Александровна была главным лекарем в лазарете при штабе. На удачу, она уже находилась в своём кабинете, что случалось не так часто. И уже через минуту, после случившегося, Катерине Александровне доложили, и она бежала к палате. Это была крупная женщина пятидесяти пяти лет, повидавшая многое на своём пути. Поднявшись на нужный этаж, она увидела свой персонал, который держался в десяти метрах от нужной двери. Все боялись подойти. Обернувшись, они увидели Катерину Александровну и по толпе раздался шёпот её имени.

- Разойдитесь! – Властно крикнула княгиня, направляясь к палате Кости. Уже у самой двери, она почувствовала его силу и тени сомнений начали западать в её душу. Осторожно открыв дверь, Катерина Александровна рассмотрела Костю и Аннушку, которые были уже почти полумёртвые. – Амфир… - Подумала она про себя. – Ну-с, попробуем.

Катерина Александровна Калужская, твёрдо встала на свои ноги, закрыла глаза и сложив руки в замок, выставив локти вперёд, начала действовать. Никому невидимая, кроме неё рука начала двигаться в сторону головы Кости, в которой ясно виделась тёмная дыра. Конечно, неизвестная дыра в сознании пугала княжну, но выбора не оставалось. Дыра практически засасывала её, и она поддалась этой силе. – Слишком узкое пространство. Лишь бы хватило сил! – Думала про себя Калужская.

***

Андрей Лазаревский продолжал душить Костю, а второй рукой держал на расстоянии бедную Аннушку. Девушка была ужасно напугана. От того, где она находилась и от вида самого Андрея, мальчика, которого она видела в палате, и который так сильно изменился. Костя Измайлов всё никак не отключался, как бы не старался Андрей, и это приводило второго в бешенство. Но тем не менее, Константин испытывал серьёзные мучения.

Будучи раздражённым, князь Андрей, не заметил тоненькую руку, появившуюся из кабинета Кости Измайлова. Рука обхватила ногу Кости и Аннушки, после чего резким и сильным движением рванула их из рук Андрея обратно, выдворяя из сознания. Через мгновение, Константин очнулся в больничной кровати и почувствовал сильный шлепок по своему лбу, а следом жжение. Это была рука Катерины Александровны, которая находилась практически вплотную к нему.

Бедная Аннушка, сидела почти у самой кровати и тихонько плакала. Княжна Калужская, слегка прикрикнула на неё и сказала, чтобы та шла домой до завтра и ни с кем не обговаривала и слова. Таким образом, она осталась на едине с Костей.

- Что с моим лбом? – В ужасе, поспешно крикнул Костя, прижимая рукой горящий лоб.

- Это руна. – Ответила Екатерина Александровна. – Так ты тот парень, которого душил Андрей? – Она говорила про его настоящий облик, который видела в сознании Кости.

- Да… Что ещё за руна?

- Руна на какое-то время защитит тебя от мальчугана. – Она достала из своего светлого халата небольшое круглое зеркально и протянула Косте. – Вообще, у тебя сил гораздо больше, чем у него. И было бы гораздо лучше, если ты усмиришь мальчишку.

Костя взял зеркальце, и увидел, что на его лбе появилась так называемая руна. Она больше напоминала татуировку и имела вид компаса, без границ. Звезда в круге, а от неё исходит множество лучей. Причём цвет был довольно диковинный, и больше всего был похож на цвет индиго.

- Я не знаю, как бороться с ним… Я даже не знаю, какими силами обладаю… и как их использовать?

- Хорошо. Насколько мне известно, тебя отправляют в лицей через несколько дней. Думаю, там тебя научат использовать свои силы. А до этого времени, руна будет удерживать твоего соседа.

- С ним что-то случилось… - Подавленный, говорил Андрей.

- Скорее всего да… - Задумалась Катерина Александровна. – Ты меня извини, но у меня много дел. Сейчас тебе принесут завтрак, а затем выведут на прогулку. – Она встала и направилась к выходу и уже у самой двери, её окликнул Андрей.

- Я хотел бы, чтобы вы попросили девушку, которая оказалась сегодня в беде из-за меня, прийти ко мне завтра.

- Аннушка? – Улыбнулась Калужская.

- Да, да.

- Хорошо. Только не забывай, что ты в теле четырнадцатилетнего пацана. – Рассмеявшись, она вышла и захлопнула дверь.

Глава 12

Весь оставшийся день, Костя провёл по большей части в своей постели. В целом, он был в порядке, но шок, испытанный, по утру не давал покоя. Поэтому всё что оставалось, это переварить случившееся. С такими мыслями Костя уснул и проснулся на следующий день, около восьми часов утра из-за генерала Вяземского.

- Можно? – Улыбаясь спросил генерал и подошёл к кровати Кости, протягивая руку.

- Конечно. – Пытаясь оклематься после сна, тянул руку наш герой.

- Слышал, что у вас тут приключилось вчера. Ничего страшного. Главное, что все живы. – Граф пристально взглянул на руну, что появилась на лбу Кости. – С этим будет сложнее. – Выдохнул он.

- Почему?

- Давай выйдем на балкон, и я всё расскажу тебе. К тому же, мне сказали, что ты не выходил целый день. А это вредно! Нужно дышать свежим воздухом.

- Хорошо. – Костя был немногословен, так как ещё не пришёл в себя, после сна. Поспешно надев лёгкий льняной халат, они прошли на балкончик его палаты, откуда был виден плац. Балкон, как и палата располагались на втором этаже, отсюда был виден построенный батальон, как объяснил генерал. Три сотни лучших бойцов, стояли перед Императором. Его, Костя видел впервые. Довольно рослый мужчина, весь в белом, стоял на балконе в двух ста метрах от них, перед батальоном. Лица Императора не было видно, но величавый стан уже вдохновлял Костю.

- Слушай и желательно запоминай. – Начал генерал, облокотившись на перила балкона. – Послезавтра, ты отправляешься в Императорский лицей, где твои, а точнее знакомые Андрея Лазаревского, будут знать тебя, именно, как Андрея. Только директор и несколько учителей, будут знать, что произошло на самом деле. Отныне, твоя история следующая. На вашей даче, случился теракт, под предводительством красных сил. Был произведён спутниковый лазерный удар, который уничтожил и Цахвойский лицей. – Генерал обернулся, чтобы посмотреть, не подслушивает ли, кто их. – Так вот. Чудом, ваш отец, Пётр Владимирович, сумел создать силовое поле, что спасло тебя и Марию, от верной гибели. С семейством Мышкиных и Разморовых, мы провели беседы. За них не волнуйся. Поэтому, тебе следует представляться, как – князь Андрей Петрович Лазаревский…

- Вы думаете, что мне не удастся вернуться домой? – Перебил генерала Костя.

Вяземский посмотрел на Костю с сожалением, достал портсигар и закурил папиросу. – Знаешь, скорее всего, мир, где был твой дом, уже уничтожен.

- Понятно. – Ответил Костя, и устремил свой взгляд на плац.

- Так вот, Андрей Петрович. – Продолжил генерал, после небольшой паузы. – Твоя сестра, тоже уведомлена о том, как вести себя. Хотя она и эксцентрична, надеюсь, сюрпризов не преподнесёт. – В эту секунду, граф задумался. – Дальше! После теракта, ты – Андрей Петрович, потерял память. И даже не помнишь, как пользоваться силами. Это так?

- Не то, что не помню… я и не знаю, как…

- Правильно. С тобой будут дополнительно заниматься учителя, чтобы развить силы.

- А что говорить, насчёт лба?

- Да… руна! Это защита, от посттравматического синдрома. Но, она должна вскоре стать блеклой и незаметной. Поэтому не переживай. – Генерал задумался, хорошо ли звучит, так как он сказал то, что пришло первым в голову. – Думаю, да. Я сейчас зайду к Екатерине Александровне и обговорю на этот предмет с ней. Ты в курсе, что она была хорошей подругой семьи Лазаревских?

- Нет… мне жаль.

- Хватит! Вот только не распускайся. Твоей вины нет ни в чём. Что случилось, то случилось.

- Мне кое-что интересно.

- Слушаю?

- Вот я начну учиться, обучусь, а что дальше? – Костя повернулся к генералу, чтобы увидеть его глаза и понять по ним, что-либо.

- Дальше? – Генерал тяжело вздохнул. – Знаешь Костя, сколько лет себя помню, столько лет и идёт война. Точнее, она шла и до моего рождения. В следующем году уже стукнет сто лет, как она идёт. Но в моих надеждах, как и многих других жителей Россвета, что этот год, будет последним годом войны. До недавних пор, никто и подумать не мог, что она когда-нибудь закончиться. А с появлением тебя, появился шанс…

- Вы думаете, я способен закончить войну?

- Я знаю это. Но пока, слишком рано, говорить о таких вещах. Поэтому, тебе нужно обучиться. – Генерал докурил папиросу и собрался уходить с балкона. – Только никому не говори об этом. Личная просьба. – Он открыл дверь, чтобы уйти, а затем вернулся. – Чуть не забыл. Завтра, тебе предстоит вернуться в дом родителей Андрея, то есть твоих. Где вы будете жить на каникулах с сестрой в будущем. Капитала семьи Лазаревских хватит надолго. Я пришлю к тебе Мышкина и вместе с ним, вы пойдёте покупать нужные предметы для лицея.

- Мышкин?

- Владимир Иванович. Друг Андрея, а соответственно твой.

- Хорошо.

- Соберитесь, Константин Владимирович, и с этих пор, используйте имя, которое я вам назвал. Периодически, я буду вас навещать, так что, не забывайте меня.

- Понял. – Костя всё ещё не мог полноценно разговаривать, так как теперь был шокирован от груза, который возложил на него генерал.

На этот раз генерал Вяземский высказал всё, что собирался. Закрыв за собой дверь балкона, он отправился на работу, где также ждали важные дела.

***

Костя лежал на кровати в своей палате и пытался вспомнить, что было до того, как он попал в этот мир. Довольно отчётливо, он помнил, как они запустили коллайдер, после чего его затянуло в образовавшуюся дыру. – Но, что дальше?

Закрыв глаза и расслабившись, впервые за последние дни, так как в его мыслях не было стонов и криков Андрея, Костя старался вернуться в тот день. Темнота, мрак и боль – все отголоски мгновения, когда он разделился. Он сжал простыню, которой укрылся, двумя руками, силясь всполошить воспоминания, как в моменте, что-то щёлкнуло в его голове, а после он заснул.

Костя почувствовал, что куда-то падает. То ли вверх, то ли вниз, а возможно вправо или влево. И среди страха, оковавшего на мгновение, он начал соображать, что оказался на дне, своего рассудка. Ему было страшно, так как скорость падения увеличивалась с каждой секундой. Теперь уже не было сомнений, он летит вниз, как вдруг замечает возникшее, среди полной темноты белое свечение внизу, совсем близкое. Как решил Костя, пол вскоре размажет его на субатомы и тогда всё кончится.

Оставалось десять, девять, пять метров, и когда его тело почти коснулось белого свечения, падение прекратилось. Протянув ногу к белому свечению и найдя опору, он переместился в вертикальное положение, но оказался в боковом положении в пространстве, которое казалось ему истинным. Ему казалось, что он идёт по стене, с которой вот-вот упадёт. Темнота вокруг была настолько плотной, что идти пришлось вслепую. Лишь белый туман под ногами подсказывал, что можно идти.

- Интересно… - Раздался эхом голос, как будто со всех сторон от Кости.

- Что? – Ответил Костя, но его волны голоса подавлялись. И он решил, что находиться в вакууме.

- Давненько, я не видел никого в пространстве. Тем более ваш вид… не ожидал. – Раздавался грузный бас, опять же со всех сторон.

- Где я? – Пытался кричать Костя.

- Ты? Ты находишься…

- Здравствуйте! – Послышался милый женский голос.

- Что это? – Подумал Костя, и не успев понять, что случилось открыл глаза в своей палате тяжело дыша. Бедная Аннушка, вновь, испугалась.

- Извините, я не вовремя… - Поторопилась встать девушка и направилась к выходу с виноватым видом, наблюдая рассерженное лицо Андрея.

- Нет, нет! Что вы. – Ответил Костя, успевши взять себя в руки. – Проходите пожалуйста.

- Я принесла вам обед, и Екатерина Александровна приказала, что вы хотите видеть меня. – Нервничая, проговорила Аннушка, оставаясь стоять возле двери.

Костя увидел, что действительно не ошибся. Это была светлая и милая, среднего роста девушка лет двадцати. – Присядьте, пожалуйста.

- Да, сударь. – Ответила девушка, кивнув головой и села возле его кровати на стул.

- Нет-нет, зовите меня просто - Ко…, Андрей. Андреем меня зовут. – Костя не мог оторваться от её чистого и светлого лица, чтобы сконцентрироваться. – Я хотел извиниться, за то, что случилось. – Он протянул к ней руку, и она взялась за неё. Это перехватило его дыхание. – Надеюсь вы поняли, что это не я душил вас?

- Извините, сударь. Ой, Андрей, но я не понимаю, как… - Ответила Аннушка, растроганная, видом подростка. Но помня, его чёрные страшные глаза.

- Пребывая в моём подсознании, вы могли видеть… меня. – Он хорошенько подумал, как бы это объяснить. – Вы видели, что это тело душит вас. В то же время, параллельно с вами находился я настоящий. Вы видели? Более взрослый.

- Я, к сожалению, ничего не понимаю…

- Это ничего, просто поймите, что я не хотел причинять вреда.

- Хорошо, спасибо. – Ответила Аннушка, и собиралась встать, чтобы поспешно уйти.

- У меня есть к вам небольшая просьба…

- Да?

- У вас случайно не будет… - Косте было неловко это говорить. – Не найдётся, сигареты?

- Что вы. – Она немного покраснела. – Дамы у нас не курят.

- А вы ни у кого не можете спросить?

- Так для чего же вам они?

- Если честно, я уже достаточно давно не курил и…

- Что Вы? – Ужаснулась Аннушка. – Вам же только четырнадцать лет!

- Нет… - Прервавшись, Костя закрыл глаза. Он не решился попросить папиросу у генерала и думал, что сможет найти её сам. – Ладно, извините. Всего вам хорошего и ещё раз прошу прощения.

- До свидания. – Раскланялась смущённая девушка и ушла.

Глава 13

Наступил следующий день, когда Костю разбудили в шесть часов, чтобы он успел позавтракать. За прошлый остаток дня, ему не удалось найти сигарет. Он провалялся в кровати пытаясь, вновь, оказаться в «Пространстве», что также завершилось неудачей.

- Карета ждёт, Андрей. – Показался в дверях генерал, с простеньким болотного цвета сюртуком.

- Здравствуйте. – Дожёвывая яичницу отвечал Костя. – Я готов.

- Мышкин, прибудет за тобой в девять. – Генерал оглянулся. – Он знает, что ты потерял родных и память. Помни об этом и то, что я говорил вчера.

- Конечно. – Андрей натягивал на себя непривычный костюм, который слегка сжимал в плечах.

- Это временный, купишь сегодня более подходящий.

- Хорошо. – Андрей подошёл к зеркалу, осмотрелся, немного поправил волосы на лбу, так чтобы они не лезли в глаза.

Андрей пожал руку генералу и сел в запряжённую тройку своей семьи. На улице практически не было людей, так что прощаться было не с кем. Крытая карета тронулась.

- Какое же счастья Андрей Петрович, что с вами всё благодатно. – С теплотой и нежностью проговорил старый кучер – Никифор, который служил в семье Лазаревских уже более тридцати лет.

Вначале Костя не понял, что обращаются к нему и больше был отвлечён видами из окна. Так как до сих пор, ему не доводилось видеть ничего кроме военного штаба с прилегающей территорий и просторов Цехвои.

- Андрей Петрович? – Повторил Никифор, чуть беспокоясь.

- Да, да. Я тоже рад вас видеть. – Опомнившись, ответил Костя.

- Княжна Мария Петровна передала мне, что вы потеряли память?

- Всё верно… - Не зная, как обращаться с кучером ответил Андрей.

- Верно ли, что и имя моё запамятствовали? – Слегка надрывающимся голосом проговорил Никифор.

- Если честно, то да.

- Господи милостивый, да за что же это нам? Никифор, батюшка, зовут меня… Никифор! Я же вас с самого рождения вожу по этой грешной земле. – Расчувствовался кучер, да так, что и Андрею стало неловко.

- Перестань. – Собираясь с силами, сказал Андрей. – Всё будет хорошо.

Примерно через сорок минут Андрей прибыл ко двору своего столичного дома. Ворота открылись чуть скрипя, и уже за ними показался весь двор, наполненный прислугой, во главе с Марией, сестрой Андрея.

- Все вас так ждали, батюшка. До единого. Такое горе случилось, а мы без вас.

Андрей понимал, что этот вступительный день, будет один из самых непростых в его новой жизни. Лошади уже остановились посреди двора и к карете подошла Мария Андреевна. Вслед за ней, все остальные.

- Как вы доехали? – Спросила довольно сдержанно княжна.

- Хорошо, даже замечательно. – Неловко, ответил Андрей.

- Марья Андреевна!

- Сударыня!

- Что ж вы, как не родного! – Доносились голоса позади неё.

Обернувшись назад, всё тем же тоном она сказала: - Пожалуйста, займитесь своими делами. С Андреем Петровичем мы проведём обед. Все вместе. – Мария обернулась на него. – Князю необходимо прийти в себя, после всех событий. Дайте ему немного отдохнуть. – Она наклонилась к его уху и шепнула. – Пройдёмте со мной.

Вся прислуга, которая вышла встретить любимого Андрюшу, расстроенная пошла обратно по местам, всё ещё пытаясь на носочках высмотреть своего юного барина.

Андрей же, собравшись с духом, сошёл с кареты и направился вслед, за как будто плывущей по земле Марией. Их трёхэтажный дом, который больше походил на замок из белого кирпича, был практически пустой, безлюдный. Андрей осматривался по чужим комнатам, пытаясь хоть что-то запомнить. Мария же отвела его на второй этаж, где размещалась спальня Андрюши. Заперевшись изнутри, она обвела его взглядом и начала.

- Кто ты?

- Думаю, ты прекрасно знаешь, кто я. – Ответил Андрей, пытаясь смягчить свой тон, в ответ на холодный тон сестры.

- Как тебя зовут?

- Андрей Петрович Лазаревский.

- Так зовут моего брата! – Нервно ответила она. – Я спросила, как зовут тебя?

- Ты уверенна, что тебе это нужно?

- Я хочу знать правду!

- Хорошо, но генерал сказал мне держать это в секрете. – Костя увидел по правой стороне от себя огромное зеркало в деревяной рамке. Двуспальную кровать, столик с различным барахлом и большой ковёр из какого-то зверя. – Константин Измайлов.

- Ты убил моих родителей и Андрея? – Чувство злобы накипало в княжне. Костя заметил, как её руки сжимались в кулаки.

- Нет. – Вдыхая ответил он. – Я вообще ничего не помню и не знаю. Первое, где я оказался, была тюремная комната. До этого, белый свет.

- Чего тебе надо?

- Я же говорю… Мне ничего не надо. Я оказался здесь и… сам пытаюсь разобраться во всём.

- Значит запоминай! – В этот момент, ненависть так и прыснула из её глаз. – Я не хочу тебя знать и видеть. Даже не говори со мной. Но, так как меня попросили от лица государя, не подавать виду, на людях мы будем вести себя, как брат и сестра. Максимально сдержанно. Тебе это понятно?

- Да… - Чувствуя себя виноватым, ответил Андрей.

Раздался стук по двери, а после Аглая, гувернантка Андрея проговорила: - Сударь, князь Мышкин пожаловал!

- Я уже иду. – Ответил Андрей и направился к выходу, но Мария схватила его двумя руками.

- Запомни! Когда-нибудь я убью тебя, за то, что ты сделал! И мне будет плевать, кого ты спасёшь и как! – После чего, она резко оттолкнула его и ушла вглубь комнаты, чтобы он вышел.

***

Андрей в сопровождении Аглаи вышел в гостиную, где стоял младший князь Мышкин, улыбаясь во все стороны.

- Андрей Петрович! – Воскликнул, он радостно, и хотел было бежать к нему навстречу, но заметил смущённое выражение лица друга.

- Извини, но я не помню тебя. – Скомкано, проговорил Андрей.

- Да, конечно… право, я как увидел тебя и забыл об этом. – Подойдя вплотную, протянул руку Володя.

Андрей пожал руку своего старого-нового друга, стараясь отогнать на второй план сцену с сестрой. Тем не менее, как он не старался, на лице читались мрачные нотки.

- Мне, как вашему лучшему другу, было поручено сопроводить вас на базар! И помочь, подготовить всё необходимое к учёбе. Я, полностью в вашем распоряжении. – Как бы с гордостью, стараясь не терять весёлого настроения проговорил князь Мышкин.

- Судари, карета подана! – Объявил дворецкий по имени Семён. – Никифор Саныч попросился вновь везти вас.

- А как же обед батюшка? – Удивлённо спросила Аглая.

- Полноте, Аглаша, князь позавтракал в больнице. – Чуть повышенным тоном, говорила спускавшаяся Мария Петровна.

- Что ж князь! – Проговорил Мышкин. – Не будем более отвлекаться. Прошу вас проследовать за мной! – После этих слов Владимир направился к выходу. Он часто бывал в этом доме на каникулах и поэтому хорошо ориентировался в здешних местах. – Сегодня, нам предстоит переделать множество дел, а главное, вновь, познакомится!

- Буду очень рад. – Улыбаясь, залезая в карету, отвечал Андрей.

***

Всю поездку, составившую практически пол часа, Мышкин рассказывал, как весело они проводили время. Сколько девчонок им удавалось напугать мышами, и сколько ещё раз они это провернут. Практически всё время, не прекращая, говорил Володя. Поэтому первое, что пришло на ум Андрея - «А не идиот ли он?». – Но уже почти у самого рынка, стало понятно, что это добрый, мягкий и весёлый мальчуган.

- Прибыли! – Весело, вскрикнул Никифор, скучавший по оживлённым юным голосам в последние дни.

- Ну-с, пошли. – Сказал Мышкин и выйдя из кареты, протянул руку Андрею.

Выйдя из маленького мира кареты, Андрей увидел огромное количество людей, наполняющих ряды, как ему объяснили – рынка. Шум и гам разносился со всех сторон ещё тогда, когда они ехали, а теперь раздавался прямо перед ними. В самом начале, Андрей растерялся, но, после, в их сторону замахали двое ребят, и двинулись к ним навстречу, но уже втроём.

- Это братья Карамировы. – Сказал Мышкин, чтобы обозначить троицу. – Мы дружим только с Данилом Филиппычем.

- Почему только с ним?

- Потому что, Пьер слишком заумный, а Дмитрий, слишком упрямый. – Мышкин немного подумал и сказал. – Ну, и наверное, потому что Даня учиться с нами в одном классе.

- Достаточно логично.

Глава 14

Карамировы неспеша подходили к ребятам. Только один из братьев выделялся благодаря весёлому настроению – это был Данил Филипович. Его радость была связана в связи с долгой разлукой, которой послужили летние каникулы.

- Андрей! – Закричал Даня, когда они подошли почти вплотную, и бросился обнимать ребят.

Андрей, толком не успел ничего понять, когда радостный паренёк накинулся на его плечи. Но привыкший, к тому, что он многое не понимает за последнее время, смирившись, обнял его в ответ. Когда Даня отошёл, то Андрей увидел, что это был молодой парень, примерно их возраста. Светлые волосы, немного сливались с его белой щегольской рубахой, через которую просвечивался лазурный камень. После того, как их объятия прекратились, медленно протянул руку Пьер Карамиров. Андрей обратил внимание на его взгляд, который был до странности мрачным, и казалось, заглядывал в душу. Складывалось впечатление, что это глаза старца. На его груди, тоже просвечивался камень через рубаху, но с коричневым оттенком. Затем, достаточно сильно сжал руку Дмитрий Карамиров и с энергичной простотой покачал её. Он сразу не понравился Андрею, своим распущенным видом. Рубаха, была расстёгнута на четверть, откуда постоянно вылетал кулон, такого же цвета, как и у Пьера.

- Я слышал, что у вас произошёл теракт? – Спросил не церемонясь, Дмитрий.

- Да, всё верно. – Отвечая, Андрей заметил, что на него странно поглядывает Пьер. Тогда, Андрей приподнял бровь, как бы спрашивая.

- Нам очень жаль. – С каменным лицом, ответил Пьер.

- Давайте не будем мучать его такими вопросами. – Вступился Даня. – А правда, я слышал, что ты память потерял? – С круглыми, наполненными сожалением и интересом, глазами, спросил он.

- И это так.

- И меня не помнишь? – Ещё более удивляясь, спросил Даня.

- У тебя какой-то странный выговор. – Вдруг, вставил Пьер.

- Пьер, хватит тебе. У него была тяжёлая недели. – Князь Мышкин решил, что пора заканчивать знакомство. – Извините нас, но мы спешим за покупками. – Володя взял за руку Андрея и повёл в сторону рядов, где продавались товары.

- Римбер сегодня сам не свой! – Весело крикнул Дмитрий.

- До встречи в классе! – Кричал Даня.

Андрей спокойно поддавался направлению Володи, и помахал рукой в сторону Дани.

- Кто такой Римбер? – Поинтересовался он у Мышкина.

- Местный дурачок. Ходит и выпрашивает денег, а если ему не дают их, то взрывается.

- И это не опасно?

- Он взрывается в себя, так что пугаются, только, неожиданного звука.

- Слушай, а почему у Дани другой камень, в отличии от братьев? – Андрей и Володя, уже проходили сквозь ряды товаров, поэтому говорить нужно было погромче.

- Потому что, у них разные мамы. У Пьера и Дмитрия, мать и отец были из клана земли. А у Дани, мама из клана воды, ну а, отец из клана земли соответственно. Вот и получился скрещенный вариант. Что вообще-то запрещено, и Даня не должен учиться в нашем лицеи и носить фамилию отца.

- И как же так вышло?

- А так, что отец написал официальную просьбу к Императору, что он одинокий отец и пр. пр. А тот дал своё великодушное разрешение. Нам сюда! – Володя, резко повернул Андрея, и они оказались в салоне, где изготавливали костюмы на заказ.

- Здравствуйте, молодые люди! – Вскрикнул хозяин салона, когда они вошли. – Прошу вас, у нас новые поступления ткани из Франции, Англии и Германии.

- Это Энтони Лангерс, лучший портной. – Шёпотом сказал Володя, когда они уже были внутри.

- Князь Андрей Петрович! – С лёгким французским акцентом произнёс Лангерс. – Сколько лет! Уже и целый сезон прошёл? – Тараторил портной быстрее, чем остальные люди. – Мне так жаль, что у вас случилась беда! Бог мой! Прошу. Прошу! – Приглашал он руками гостей на кожаный диван.

Когда Андрей и Володя заняли места на довольно просторном диване. Лангерс начал ходить из стороны в сторону, периодически посматривая, то на одного, то на другого.

- Андрею Петровичу нужен хороший костюм. – Понимая, что портной присматривается и на него, быстро сказал Володя.

- Только лучший! Только Лучший! – Требещал Энтони. – Хороший костюм не подойдёт князю, только лучший! – Повторял он. – Прошу за мной, я сниму с вас размер! – Показывал рукой на дверь, ведущую в маленькую комнатку, Лангерс.

Володя кивнул Андрею, чтобы тот встал и прошёл. Это была обычная процедура, ведь, Лангерс всегда снимал мерки в отдельной комнате, чтобы не смущать остальных посетителей.

- Клара! – Выкрикнул он женское имя, и на него откликнулась молодая девушка, лет шестнадцати, довольно милой внешности. Это была его дочь, которая помогала ему в мелких делах. – Будь добра, моя милая, не давай скучать этому прекрасному молодому человеку. Предложи ему чая, а может и кофею с ромом. – Он посмотрел на Володю и мигнул правым глазом, при этом открывая дверь в небольшую комнатку.

- Кофию, но без рома. Пожалуйста. – Ответил Володя, пред тем, как они скрылись за дверью.

***

Андрей зашёл в небольшую комнатку, три на три метра. Стены были покрыты обоями довольно тёплых тонов, а небольшие подсвечники давали приглушённый свет. Также, в комнате находился небольшой диванчик, который больше напоминал кресло.

Лангерс зашёл внутрь и плотно закрыл дверь на засов. – Это для того. – Начал он. – Чтобы нам не помешали и случайно, не доставили вам неудовольствие. – Портной достал из кармана сюртука скрученную ленту для измерения антропометрии. Также, он подошёл к небольшой тумбочке, и достал матового цвета банку. – Нам нужно больше света. – Кивнув головой, Лангерс открыл банку и оттуда вылетели небольшие мотыльки, которые полностью осветили комнату.

- Что это? – Удивлённо спросил Андрей.

- Это. – Задумавшись начал Лангерс. – Это анибусы. Их выращивают в древнем саду, а затем продают для естественного освещения. Они очень живучи и практичны. Что ж, приступим! – Он подошёл к Андрею, и начал отмерять размеры, начиная с рук. В это время, Андрей внимательно следил за удивительными существами, которые светились зеленовато-желтыми оттенками.

- Хм… Угу… Эм! – То вздыхал, то выдыхал Лангерс. Каждое движение, он сопровождал каким-то звуком. В какой-то момент, он резко остановился и задал вопрос. – А знаете, что Андрей Петрович?

- А! Да? – Отвлекаясь от анибусов, ответил Андрей.

- У меня для вас есть одно предложение. – Продолжая замерять размеры, говорил Лангерс. – Я знаю, что вы совсем недавно прибыли к нам и…

- Что? Как? – Удивлённо и настороженно, спросил Андрей, повернувшись лицом к портному. Тот уже говорил без акцента.

- Не переживайте. – Осторожно отвечал Лангерс. – Ваш секрет спрятан довольно надёжно, и о нём знают только те, кто должен знать.

- Чего вам нужно?

Лангерс повернул Андрея от себя, продолжая снимать размеры и говорить. – Как вы знаете, наша страна – это большая империя. – Голос портного становился всё тише и тише. – Но империя, это не выход, как, собственно, и коммунизм. В мире присутствуют и другие идеи, которые, направленны на помощь людям, а не на их порабощение. Поэтому. – Лангерс нагнулся поближе к уху Андрея, и что-то засунул в карман сюртука. – У вас в кармане лежит приглашение. Через месяц, когда вы освоитесь, приходите ко мне, если согласитесь. Мы сможем объяснить вам некоторые вещи, и, возможно, обучить чему-то новому. – После этих слов, Лангерс выпрямился, подошёл к двери и открыл её. – На этом всё, костюм будет изготовлен и доставлен в срок. А бонусом, я пришлю вам бару баночек анибусов. Раз уж они, настолько понравились вам.

Андрей вышел из комнаты, пребывая в смятении. Он понимал, что слишком много людей знают о нём больше, чем он сам. Соответственно – инкогнито, которое так трепетно стараются создать вокруг его персоны, вскоре исчезнет.

Володя, довольный, сидел на диванчике отпивая кофе и премило общался с девушкой. Клара, облокотившись на стену внимательно слушала его. – Андрей Петрович! Я уже начал беспокоиться! – Повернувшись, сказал Мышкин.

- Всё хорошо. – Натягивая улыбку, ответил Андрей.

Володя встал, когда подошёл Андрей и вместе, они направились к выходу.

- Всего вам доброго. – Кивнул головой Кларе и Энтони, сказал Володя, а за ним повторил Андрей.

Как только ребята вышли, Володя, слегка взвинченный обратился к Андрею. – Я хочу отвести тебя в место, где продают прелюбопытные вещи, которые привозят, или воруют у коммунистов.

- Давай. – Немного мрачно, отвечал Андрей, обдумывая случившееся и совсем не понимая, что говорит Володя.

Глава 15

Володя и Андрей минут пять шли прямо в противоположном направлении от входа в рынок. В одном из открытых магазинов, Андрей выбрал картину, которая тронула его до глубины души, и приказал доставить в общежитие.

Каждые пятьдесят метров людей становилось всё меньше и меньше, и по итогу, они подошли к стене, в которой был небольшой проход. От этого прохода, из-за сквозняка, несло запахом мочи и рвоты. Андрей брезгливо посмотрел на проход, а затем на Мышкина.

- Да, может выглядит и пахнет не очень, но зато надёжно. Меньше любопытных глаз.

- Ты уверен? – Андрей ещё раз посмотрел на проход. – Выглядит странно.

- Это место в не закона, и если его найдут, то тут же закроют. А владельца приговорят к смертной казне.

- Но откуда ты знаешь? – Удивлённо спрашивал Андрей, повторяя движения за Володей, который кругом осматривался.

- Благодаря своим мышам, я знаю многие места. Пошли! – И Володя двинулся в проход, который был в ширину не больше метра. Идти приходилось практически боком. – Осторожно, не наступи! – Мышкин указал на кучу испражнений, в которую чуть-чуть не вляпался.

Пройдя около пятнадцати метров, они оказались на небольшом пустыре. Задник рынка, огороженный высокой стеной. На пустыре же, в одном месте было множество коробок и тряпок, которые являлись, как объяснил Володя, чьим-то пристанищем. С другой же стороны, находилась стена от большого павильона. К этой стене и подошёл Володя.

На одном кирпичике, Андрей заметил маленькую гравировку, которую, практически невозможно было заметить, если не ожидать, чего-то подобного. И вот на этот самый кирпич, Володя нажал своей рукой. По стене раздался лёгкий треск, и между кирпичами появилась маленькая трещина длиной в пару сантиметров. Несколько минут, ничего не происходило и наши героя стояли молча, в ожидании хотя бы чего-нибудь.

- Князь Мышкин! – Выпалил Володя.

- Роспись! – Ответил хриплый голос.

Мышкин протянул в маленькую трещинку указательный палец и прикрыл один глаз. В секунду, острое лезвие пронзило его палец, а затем так же резко, он почувствовал, как существо, задававшее вопросы, лизнуло капельку появившейся крови.

Володя отдёрнул палец, после чего в стене послышались движения. У Андрея возникало ощущение, что стена разламывается на пополам. Спустя минуту, когда нужные кирпичи раздвинулись, перед ними появилась открытая дверь, в которой стояло нечто. Это существо поразило Андрея. Выше двух метров, с чёрными глазами и рогами на голове. В открытой пасти этой твари, язык плавно маневрировал по острым зубам, будто собирая капельки крови Володи.

- Это кто? – Указало существо на Андрея.

- Он со мной. – Ответил Володя.

- Нужно внести роспись! – Всё ещё хриплым голосом говорило существо.

- Ему нужна капля твоей крови, чтобы запомнить. Если хочешь зайти, выставь палец. – Предложил Володя.

- Хорошо. – Ответил Андрей, и протянул палец.

Существо тут же протянуло руку, и стало видно, как на пальцах были надеты острые напальчники, которыми он и проделывал отверстия. Быстрым движением, он кольнул палец Андрея, и прислонился, чтобы отведать каплю крови. Вот только случилось так, что существо схватило руку Андрея и не отпускало, стараясь высосать побольше крови.

- Освальд, отпусти! – Крикнул Володя и уже хотел ударить того по руке, но из-за двери послышался командный голос.

- Освальд! Фу! – После этой команды, существо тут же отпустило руку Андрея, который потерял контроль над ситуацией, и просто пытался вырвать руку.

К ним навстречу вышел небольшой, около метра, мужчина с большими усами, которые были закручены в спираль и выходили за пределы его лица. Также, на нём был небольшой плащ и большая шляпа, походившая на сомбреро. – Заходите господа! Рад новым знакомствам. – Обратился он к Андрею и тепло пожал руку. – Осматривайтесь, у нас множество товаров.

Андрей, в первые минуты пребывания в этом помещении обомлел. Он видел длинную аллею, с большим количеством лавок, и большим количеством людей. Все спокойно ходили и никуда не спешили. Андрей моментально ощутил волнение.

- Я думаю, что мы зря сюда пришли. – Шепнул он Володе на ухо.

- Ничего не зря! – Выкрикнул маленького роста, упитанный человек. – Меня зовут господин Трисмеган. Сейчас вы находитесь в рыночном проулке. В нейтральном и безопасном месте для всех фракций. Отсюда вы можете, при наличии разрешения, попасть в любой уголок земли, где находятся наши отделения. – Господин Трисмеган отвлёкся и начал ковыряться в носу. Он делал это около двух минут, не придавая никакого значения окружающему миру. Андрей и Володя удивлённо смотрели на него и не верили глазам. А как только он закончил, то заговорил вновь. – Я, как управляющий южным округом нейтральной территории обещаю вам полную безопасность. – Потирая руки, заканчивал свою официальную часть этот небольшой по росту, но как знал Мышкин, большой по значению человек. Но, сказать, что это точно был человек, Володя не мог.

Так, наши герои расстались с Трисмеганом и зашли в первый попавшийся магазин с вывеской «Техника». Внутри, спокойно ходили несколько человек и заглядывали в застеклённые ветрины. Андрея поразили эти люди, так как их одеяния совершенно отличались от их. Одежда людей была похожая на советскую, такую, какую он видел на старых фото на своей планете. Шапки, которые были на людях имели в центре однозначный символ – серп и молот. Лазаревскому, тут же стало не по себе, и он обратился к Володе.

- Нам нужно уходить! – Шепнул он Мышкину, а сам смотрел на бионическую руку продавца, который показывал товар.

- Что с тобой? – Удивился Володя. – Мы же только пришли.

- Уходим! – Настоял Андрей.

- Ладно, но давай посмотрим, что здесь есть и пойдём на выход. – Чуть расстроившись, предложил он.

Андрей ходил по магазину и рассматривал диковинную технику, которой не было даже в его мире. Летающие рюкзаки на ядерном топливе, расщепитель непонятно чего, множество бионических протезов, практически для каждой части тела, резонансные бомбы и прочее. Взгляд Андрея остановился на небольшом шарике, который лежал в чехле.

- Что это? – Спросил он у продавца, и тот, буквально подкатился к нему за несколько секунд. Стало ясно, что и с ногами у него не всё так просто, но заглянуть под прилавок было невежливо.

- Это покетфон. – Голос продавца звучал слишком старо и тихо, для того, кто мог продолжать жить.

- Покетфон? – Переспросил Андрей, которого немного смутил голос.

- Да! Он следует за вами и записывает ваш голос, а точнее то, что вы говорите. Но, хотя это и запрещено, но он может записывать и не только ваш голос и следовать не только за вами. – Его голос был слишком уставшим, чтобы что-то говорить, но профессия вынуждала это делать.

- Сколько он стоит?

- Десять золотых, молодой человек.

- Я покупаю его.

- Хорошо. – Ещё медленнее начал старик. – Куда его можно направить?

- В общежитие Императорского лицея. – Затем Андрей задумался. – Хотя нет…

- У нас нет доставки в лицей, но мы можем отправить через кого-то в вашем торговом сообществе.

Андрей оглядывался и хотел позвать Володю, но того не было рядом. Он скрылся в каком-то изгибе, пытаясь найти нужную вещь. Лёгкий холодок пробежал по спине Андрея, когда он заметил, что в магазине не осталось ни одного посетителя.

- Салон костюмов. – Андрей пытался вспомнить, что было написано на вывеске. – Салон костюмов «Премьер»!

- Знаю такой. – Вытягивая, практически, каждую букву отвечал продавец.

- Передайте мою фамилию – Лазаревский.

- Да! Оставьте у него деньги и я передам вам товар. – Почти засыпая, отвечал он. – Кажется погода меняется. – Уставился он в окно.

Андрей заметил, что снаружи сильно потемнело, и уже, будто приближалась ночь. – Володя! – Закричал он. – Володя! – Паника понемногу зарождалась в его сердце. – Воло…

- Ты чего кричишь? – Появился князь Мышкин и увидел испуганные глаза своего друга.

- Разве не видишь, что мы одни? – Андрей оглянулся, и не заметил, как продавец тоже исчез, пока они разговаривали.

- Действительно… странно… – Володя подошел к ветрине и запрыгнул на неё руками, чтобы посмотреть, что за ней. Внизу, он увидел полную темноту и ни одного следа торгаша.

- Ты чувствуешь лёгкую вибрацию на полу? – Спросил Андрей и направился к выходу.

- Уходим! – Решительно, но поздно крикнул Володя, и они вместе выбежали на улицу. Выйдя, они оказались в глубоких сумерках, и лишь в некоторых местах, тускло светили лампы. – Нам на право. – Дёрнув за руку Андрея, пошёл Мышкин. Каково же было его удивление, что у места, где были ворота, был поворот в другую сторону. Даже сторожевой башенки не осталось. Сплошная стена, которая кругом огораживает нейтральную территорию от внешнего мира. – Это очень плохо! – Володя, вновь, дёрнул за руку Андрея, и они пошли в обратном направлении.

Спустя около сотни метров, на правой стороне, они увидели помещение, в котором горел свет. Надпись на входе гласила «Средина».

Они направились в кафе и войдя внутрь, пришли в ступор, так как заведение было заполнено посетителями, которые весело распивали напитки и что-то кричали. После того, как дверь закрылась, во весь звон раздались колокольчике, оповещавшие о новых гостях. И поэтому, все, кто сидел за столами устремили свой взор на Андрея и Володю. Веселье закончилось, когда на пороге увидели двух школьников. Первым, встал широкоплечий человек в военной форме с серпом и молотом на груди.

- Князьки? – С презрением начал он, встав практически вплотную. Правой рукой, он схватился за сюртук Володи и слегка подтянул к себе. – Думаешь, Император поможет тебе здесь? – Он обернулся к своим друзьям и с ухмылкой спросил их. – А они, ведь, вырастут! Сколько наших поубивают? А? – Резко схватив левой рукой Андрея, он продолжил говорить друзьям. – Может их сейчас придушить? – Улыбаясь, громила подтягивал их к себе.

- Здесь нейтральная зона, и мы не ведём сражений, и тем более никого не убиваем. – Прозвучал голос из глубины зала.

Бармен, что стоял за своим столом, очевидно, нервничая, пытался кивать в знак согласия с последним говорящим.

- Это кто вякнул? – Раздражённо спросил верзила. Все уже были достаточно выпившими, а в таком состоянии часто случались потасовки.

- А кто меня спрашивает? – Отзывался тот же голос из глубины. Все вокруг затихли, ожидая, когда начнётся драка. Многим пресытило выпивать за столом, и требовалось размять кулаки.

- Лейтенант Гаврилов! – Придерживая ребят, вытягивал он голову, чтобы увидеть, кто говорит.

- Граф Стародубов. – Встал из-за стола мужчина, находясь в тёмной мантии, из-за чего никто не мог увидеть его внешности.

Встретившись глазами с фигурой графа, Лейтенант уже готовился отпустить школьников. Он собирался кинуться в драку, зная, что сегодня коммунистов в разы больше и его обязательно поддержат. И как только его руки оторвались от ребят, граф Стародубов тут же оказался у его горла и цепко впившись, начал поглощать его жизненные силы. По шее, как и по лицу Гаврилова начали проявляться чёрные вены. Бледного, почти высохшего лейтенанта, граф отбросил в сторону и не поворачиваясь вытолкнул на улицу Андрея и Володю.

Толкая их в спины, он негромко сказал.

- Большая ошибка, находится гимназистам столь юных лет в таком месте.

- Кто вы? – Испуганно спросил Володя, продолжая поддаваться силе, которая толкала его.

- Ваш друг. – Толкал он всё сильнее ребят. – Из-за вас, мне закрыт вход на нейтральную сторону на год. – С упрёком сказал Стародубов.

- Мы не понимаем, что случилось. – Начал оправдываться Мышкин. – Мы провели здесь не больше часа.

В это мгновении, шум усилился максимально сильно. Повернувшись, граф увидел, что над ним висел летательный аппарат коммунистов. Также, вокруг появились ефрейторы, которые направляли свои соулбласты прямо на них. Резкий свист раздался за спинами, и это оказалась большая сетка, выпущенная из корабля, которая сбила их с ног. Будучи скованным, Стародубов смог коснуться земли и что-то прошептать, на непонятном языке. Ефрейторы уже практически вплотную подбегали к ним, когда на их головы, буквально, упало здание. А точнее, пирамида Ацтеков, которую призвал граф.

- Распутывайтесь! – Крикнул он на Володю и Андрея, разрывая сетку. После нескольких минут, граф, вновь, приказал им. – А теперь замрите и не мешайте.

Ефрейторы, которых не раздавило, шли по сложным лабиринтам, направляясь к центру, где и оказались ребята. Также, большая группа ефрейторов продвигалась через вход в пирамиду, который, ещё не успел закрыть граф.

Стародубов растворился на глазах ребят, что шокировало их. После этого, главный вход в пещеру, грузно закрылся и придавил несколько ефрейторов. А тех, что ходили внутри, граф поразил с помощью статуй, которые поддавались его контролю. Всё это заняло не больше трёх минут, после чего Стародубов вернулся.

- Когда я скажу вдох, вы вдохнёте. Когда скажу выдох, вы выдохните! Уяснили? – Раздражённо, спросил граф.

- Уясни… - Одновременно сказали Володя и Андрей, но их перебил граф.

- Вдох!

Андрей вдохнул, и увидел, как Стародубов ребром ладони ударяет по полу. После этого, вновь, те же ощущения, что и в карете с Кузьмой, буквально в мгновение с него слетела кожа и мышцы. А затем, пирамида перевернулась, и они полетели вниз к потолку. И практически сразу, пирамида перевернулась обратно, а на костях появились мышцы и кожа.

- Выдох.

Князь Мышкин, который не проходил подобные ощущения, подумал, что он умер. И после того, как всё вернулось обратно, он сидел и не понимал ничего, боясь выдохнуть.

- Выдыхай!!! – Схватив его за плечи, кричал Стародубов. Видя, что Володя не слышит его, он шлёпнул по правой щеке и тот, практически, заплакал.

Проведя рукой по полу, пирамида исчезла, а перед ними появилась дверь, возле которой стоял Освальд.

- Выходите, и больше… обращаюсь к вам, князь Лазаревский, не заходите сюда. – Тяжело дыша, проговорил граф.

Андрей и Володя, поспешно выбежали, и оказались среди того же пустыря, через который проходили часом ранее. Огромный камень упал с сердца Андрея, который решил, что настал конец.

- Выводи меня домой! – Обессиливший, проговорил Андрей.

- Конечно… конечно!!!

Глава 16

Впервые, за последнюю неделю, Косте удалось спокойно поспать. Ему не снились пугающие сны, была более-менее домашняя обстановка. Мягкая и широкая кровать, поглотила его будто целиком, и, лишь, неприятный колокольчик, возникший на фоне, о чём-то оповещал. Это была Аглая, сообщавшая, что настало время просыпаться.

- Андрей Петрович, пора. – Проговорил нежный голос Аглаи, которая, только что, открыла дверь.

Немного поворочавшись и зевая, Андрей открыл глаза, изначально не понимая, где находится.

- Поднимайтесь. – Грозно крикнула княжна, проходя мимо, следуя к лестнице на первый этаж.

- Мария Петровна, голубушка! А как же завтрак? – Испугавшись такого тона, спросила Аглая.

Мария, будто опомнившись, тут же сделала более милостивое лицо и сказала. – Глашенька, мы с Андреем Петрович не хотим опаздывать. Поэтому будьте так добры, соберите нам что-нибудь поесть с собой в дорогу. Никифор уже запряг лошадей и ожидает нас. – После этих слов, она отвернулась, вернувшись в своё дурное настроение и пошла вниз. Все это время, её думы терзала мысль, что в доме находится чужак, который к тому же, причастен к гибели всей семьи.

Андрей наскоро оделся в свою новую льняную рубаху и штаны. Проснувшись, у него уже было предчувствие, что день будет нехорошим. Также он ощущал в себе какую-то силу, новую, придававшую уверенность.

Спустившись вниз, Андрей увидел, что Мария уже сидела в повозке и довольно злобно поглядывала в его сторону. Раиса Степановна, управляющая за домом, в это же время, пыталась уточнить последние распоряжения. Также, во дворе, собралась вся прислуга, чтобы проводить любимцев.

Андрей, в моменте, следуя к повозке, почувствовал себя будто перед казнью. Ему ужасно не хотелось ехать вместе с княжной. Он чувствовал свою вину, хотя и не был виновен пред нею. Слуги же, образовали для него коридор, через который он шёл, и жалобно смотрели на хозяина.

- Ну, князь, с богом! – Улыбаясь во весь рот, ответила Раиса Степановна, продолжая стоять у кареты.

- Спасибо. Мы, ведь, уезжаем не на всегда. – Сказал Андрей, обращаясь к толпе и Раисе. – До свидания!

- Всего хорошего! Всего доброго!

- Сохрани их господь! – Слышалось от толпы.

***

Спустя несколько минут, они оказались наедине в повозке, которую уводил Никифор, в сторону лицея. Между ними могла сохраниться тишина, но Никифор, каждый раз прерывал её своими всхлипываниями и причитаниями. – Мол, какие уже взрослые. Только недавно у сударыни видел на руках младенцев и т.д.

- Хватит! – Прикрикнула Мария.

- Извините, голубушка.

- Ты чего делаешь? – Возмутился Андрей.

- Что? – Она повернулась к нему, ещё более удивлённая. Её поразил тот факт, что этот мерзавец, решился ответить ей. – Не забывайся, где и с кем едешь!

- По-моему, это ты забываешься, с кем едешь! – Андрей, впервые почувствовал в себе злобу. Никто и не заметил, как их карета немного поднялась в воздух, продолжая двигаться в том же направлении.

- Князь, что вы милок. Не бранитесь за такого дурака. – Жалобно, проговорил Никифор.

- Здесь дело совсем в другом, Никифор. – Всё сильнее заводился Андрей, сжимая от злости кулак и почти теряя контроль. – Княжна забывается, немного.

- Это я забываюсь? – Вспыхнула княжна, тоже привстав немного в движущейся карете.

Костя уже не помнил себя, настолько возмутил его тон, в отношении к Никифору, к человеку, который любил их без причин. Карета поднималась всё выше и выше. Прохожие, которые видели такое впервые, были чрезвычайно удивлены. Следующей, кто почувствовал силу Кости, была Мария. Что-то невидимое, оплетало её шею, мешая дышать. Злобными глазами, она смотрела на своего брата и хотела уничтожить его. В то же время, Костя, ощущая свою силу, может, даже хотел бы убить её. Никифор, понимая, что между братом и сестрой происходит стычка из-за него, старался не поворачиваться и следить за дорогой.

В момент, когда Мария уже была вся красная, произошло нечто, что поразило всех. Костя, потерявший контроль над собой, готовый закончить страдания этой девушки, занёс правую руку вверх. Он не знал, как управлять своей силой и делал всё по наитию. И когда, он занёс руку вверх, Никифор увидел, как перед ним, раскрылось пространство, которое вело прямо к императорскому лицею. И они буквально свалились в открывшуюся пропасть. Карета тут же приземлилась на землю, и эта встряска уронила Андрея и Марию. Тогда он опомнился, и почувствовал стыд за себя.

Никифор был поражён, такому способу перемещения. Они оказались прямо за шлагбаумом, перед которым выстроилась большая очередь из карет с учениками. Почти сразу, их накрыло защитным куполом, который создал директор лицея, не понимая, что произошло. Никифор, увидел только вспышку в нескольких десятках метров перед собой. А чуть после, на месте вспышки оказался тот самый директор. Это был мужчина лет пятидесяти, ещё в полном физическом здоровье. Никифору удалось рассмотреть чёрные волосы и такого же цвета, средней длинны бороду. Белый сюртук был обшит золотом, как и жилет со штанами.

Со всех сторон, в сторону появившейся кареты подбегали учителя, приметив на площади директора. Последние покушения на лицеи и школы со стороны коммунистов, сделали своё дело. Каждый, боялся, что может быть новая атака. Но в то же время, все были готовы к такому повороту.

Бедный Никифор, не осознавая случившегося, поднял руки и замер, не представляя, что будет происходить. Андрей, немного придя в себя, пытаясь избежать взгляда Марии, решил покинуть карету и выбрался наружу. Выйдя, он посмотрел назад, и увидел напуганную очередь из таких же экипажей, что и у них. Люди, что сидели в них, не издавали и звука, очевидно напуганные, из-за случившегося. Конечно, он видел и чувствовал небольшой купол, который отгораживал его от окружающего мира. Или, если бы Андрей мог это понять, купол отгораживал всех от него, так как никто ещё не знал, что случилось.

Мужчина, удерживающий купол, начал потихоньку подходить, понимая, что внутри никто не оказывает сопротивления, как и снаружи. Рассмотрев экипаж и Андрея, он сразу же успокоился.

- Андрей Петрович Лазаревский! – Чуть сощурившись с облегчением сказал мужчина.

- Да, это я. – Чувствуя себя неловко, отвечал Костя.

- Ваше появление, навело много шуму. – Директор, одним движением снял защитный купол. – Собственно, ввиду информации, которая у меня есть, другого я и не ожидал. Меня зовут Евгений Александрович Долгорукий. Пройдёмте со мной. – И он жестом руки, предложил Андрею проследовать за ним.

В это же время вышла ошеломлённая Мария, чтобы осмотреться и вдохнуть свежего воздуха.

Увидев своего спасителя, она резко подбежала к Евгению Александровичу. – Здравствуйте. – Испуганная, она чуть не упала в его руки.

- Что вы, милая. Перестаньте. – Пытался успокоить её директор.

- Это всё он! Он! – Указывала Мария на Андрея.

- Конечно он. Сейчас, Андрею Петровичу, нужна поддержка от всех нас. Успокойтесь и подышите. А лучше, отправляйтесь в свою комнату. Вы выглядите совсем бледно. – Заканчивал с ней граф Евгений Александрович. Он отпустил её и посмотрев, вновь, на Андрея, показал, чтобы тот шёл за ним.

Андрей шёл и рассматривал, как ему показалось очень старые здания лицея. Сами постройки были не очень замысловаты. По левой стороне, было длинное здание, в котором, как узнается позже, шли практические задания и отработка навыков. Это здание, уходило вглубь, где соединялось перпендикулярно вторым этажом со зданием административной части, где и находился кабинет директора. На первом же уровне, шли три арки, первая и третья ближе к левой и правой стороне поуже, а центральная, довольно широкая, такая что в ней могли пройти три экипажа. От административной части, по сути, центральной, также вторым этажом соединялась правая часть здания, которая была уже более квадратной. Это была учебная территория. Также, перед административной частью, был расположен довольно крупный парк с деревьями, и лавочками, и прочей утварью. Чуть позже, Андрей узнает, что за этими корпусами, ещё расположено общежитие, которое и будет его домов на следующие несколько лет.

Евгений Александрович дошёл до входа и предложил Андрею пройти первым.

- На третий этаж! – Сказал он.

- Хорошо. – Андрей зашёл, и увидел множество колонн, статуй и картин. Особое внимание, его завлекли статуи, которые, как будто были живыми. Бюсты, что были расположены прямо у входа с правой и левой стороны, каких-то известных людей, поздоровались с ним. Ужасно удивив, или даже напугав. Увидев это, Евгений Александрович рассмеялся, и попросил не удивляться, так как это обижает статуи.

- Господа, господа. – Обращался он к бюстам, которые ужасно оскорбились таким поведением Андрея. – Андрей Петрович видит вас впервые. Прошу вас, будьте более снисходительны. Тем более, он не из наших мест.

- Не из наших?

- Как не из наших? – Удивлялись говорящие головы.

- А я сразу понял, что он не из наших.

- По лицу написано. – Переговаривались головы между собой.

- Надеюсь вы меня услышали, а сейчас нам с Андреем Петровичем, нужно пройти в мой кабинет. Хорошего дня! – И Евгений Александрович взял за плечо Костю, потащив за собой наверх. Несколько статуй в полный рост, прямо у начала лестницы низко поклонились им, после чего выставили свои мечи вверх.

Глава 17

- Присаживайтесь. – Сказал граф Евгений Александрович, указывая на стул возле стола. Сам же он, прошёл на противоположную сторону и сел напротив. – Андрей… - Он взял паузу. – Во всяком случае, в этих стенах, тебя будут знать под этим именем.

- Хорошо. – Отвечал Андрей, разглядывая кабинет директора. По правой части почти во всю стену стоял стеллаж с книгами, от которых издавалось слабая вибрация. Так, во всяком случае, ему показалось. На большом столе, помимо каких-то папок и прочих принадлежностях, стояла по левую сторону небольшая статуя спящего сокола. Рядом со столом, с правой стороны находился трубообразный стенд, длинною в метр, на котором крутилась разноцветная призма, не похожая ни на что, из увиденного Андреем ранее. Также, Андрей заметил на стене, за спиной директора, портрет, очевидно, императора. А с левой стороны, была большая картина, изображавшая лицей.

- Ты будешь у нас учиться четыре года. – Продолжал директор. – И, я хочу, чтобы подобных эксцессов, как вчера и сегодня, больше не происходило. – Граф внимательно смотрел за Андреем, чтобы не упустить и на миг его эмоций.

- А-а-а… я это не контролирую. Я не хотел, чтобы так случилось. – Начал оправдываться Андрей.

- Понимаю, понимаю. Но всё же. Нам нужно быть осторожнее. – В этот момент директор погладил своего каменного сокола. – Хочу, чтобы вы знали. У нас очень строгий отбор. И… хорошая система безопасности. Но… каким-то образом, в наших кругах есть шпион или шпионы коммунистов. К сожалению. Они следят за каждым шагом, и непременно попробуют завербовать вас и вывести на свою территорию.

- Вы думаете, что меня так просто завербовать? – Немного гордо, спросил Андрей.

- Что вы, я не говорю, что вас легко убедить. Зачастую их речи слишком сладки. Как бы это сказать? – Евгений Александрович обвёл комнату взглядом. – Они умеют подобрать нужные слова. По большей части, они манипуляторы. Поэтому, прошу вас, будьте осторожны с ними, иначе, это может кончиться вашей погибелью.

- А откуда вы знаете, кто я такой? – Теперь, Андрей начал всматриваться в лицо директора.

- Граф Вяземский, конечно, уведомил нас. Неужели, вы думаете, что так просто попасть в императорский лицей?

- Нет, не думал. Да, если честно, то я и не знаю, что думать. – Андрей, всё ещё старался найти хотя бы кусочек отражающей поверхности, чтобы увидеть себя. Он чувствовал, как тревога возрастает в его груди. Вернувшись глазами к директору, продолжил. – Я совсем недавно в этом мире, и ничего, толком, про него не знаю.

- Это поправимо. – Директор встал из-за стула и подошёл к стеллажу с книгами. Немного поводив по корешкам рукой, он выбрал одну и положил рядом с Андреем. – Почитаете в своей комнате, когда останетесь один. И ещё, через час, у нас начнётся представление в честь открытия учебного сезона, которое перейдёт в выставочный турнир. Там, ты сможешь увидеть всех учащихся, и по отдельности, их способности. Затем, пройдёт, ознакомительный урок с классом, где ты познакомишься со своими одноклассниками. А уже после, свободные часы.

Андрей долго ничего не говорил, что-то обдумывая, как вдруг, его осенило и он сказал. – А что, если мне попадётся один из красных? Что мне делать?

- Если он окажет сопротивление уничтожь его. – Брови на лице директора приподнялись вверх, придавая строгий вид.

- Уничтожить? – Удивился Андрей.

- То есть, я хотел сказать, обезвредь его, если будешь в состоянии это сделать. После чего, доложи мне или князю Вавилову. Это мой заместитель. – Директор, вновь, коснулся сокола и тот ожил, слегка потягиваясь и зевая клювом, будто только пробудившись после сна.

- Хорошо, я могу быть свободен?

- Ещё несколько моментов. Один раз в неделю, по субботам, ты будешь приходить ко мне. – Граф встал из-за стола и подошёл к окну. – Я буду лично, учить тебя. И надеюсь, это даст хороший импульс в твоём продвижении. И да, на выставочном турнире, будет сам император, который благословит нас на благоприятный учебный год.

- А кто будет участвовать в выставочном турнире?

- Ученики старших классов от семнадцати до восемнадцати лет. – Евгений Александрович, будто, что-то рассмотрел подошёл к столу и сел. – Как обстоят дела с твоей сестрой?

- Если говорить очень мягко, она злая на меня. В одном моменте, Мария призналась, что хотела бы уничтожить меня…

- Очень плохо. – Прервал его директор.

- Нет, нет. Я понимаю, от части её. – Андрей не заметил, как его нога под столом начала качаться. – Она, также, сказала мне, что будет вести себя на публике, как брат с сестрой. Но в личных отношениях, она ненавидит меня.

- Это плохо. Мы постараемся оградить её от тебя, чтобы вы не пересекались. – На этом, граф задумался.

- Я думал, что мы в разных возрастных группах, и не будем с ней видеться.

- Всё верно. Но на обеде и ужине, вы с ней, как и со всеми учащимися будете соприкасаться.

- Послушайте, она имеет полное право злиться на меня, ведь, по сути, я убил её…

- Хватит! – Выкрикнул граф. – Эта девчонка, не понимает масштаба случившегося… - Затем будто опомнившись, Евгений Александрович осёк себя и переменил тему. – Постарайся подружится с ребятами, это будет хорошо для всех. – Он вытащил портсигар, достал сигаретку и щёлкнув пальцем зажёг её.

Андрей, увидевшись сигарету, даже перестал телепать ногой. Он продумывал, насколько правильно, будет то, что он собирался сделать. Но, находясь в крайней степени волнения, наплевав на всё спросил. – Извините, а не угостите ли вы меня одной штукой?

Евгений Александрович удивлённо посмотрел на своего ученика, тоже что-то раздумывая. – Сколько тебе было лет в твоём мире?

- Двадцать восемь.

- Ух ты. – Чуть смеясь, ответил граф. – Я прошу тебя об одном. – Протягивая портсигар, говорил граф. – Никто в школе, да где бы то ни было, кроме этого кабинета, не должен видеть, что ты куришь. И ещё, было бы отлично, если ты забросишь это дело.

- Я понял. – Улыбаясь и чуть дрожа руками, ответил Андрей. Засунув папиросу в губы, он вопросительно посмотрел на графа, как бы желая узнать, чем можно её зажечь. Граф щёлкнул руками, и на конце сигареты появилось пламя. Андрей жадно втянулся, чтобы разжечь сигаретку. Первая, отвратительная и в тоже время приятная затяжка, обожгла его лёгкие, после чего он мучительно закашлял. Это были не прокуренные лёгкие Константина Измайлова, а ещё совсем молодые, розовые лёгкие Андрюши. После первой тяги, он хорошенько подумал, а стоит ли курить, после чего сделал ещё одну затяжку. Таким образом была выкурена целая сигарета, которая наконец расслабила нашего героя.

- Удивительно. – Смеясь, говорил граф.

- Что в этом удивительного? – Откашливаясь, спрашивал Андрей.

- За годы моей практики, в качестве директора лицея, я ещё не разу не давал сигарету учащемуся.

- Видимо, я должен попросить прощения.

- Нет, я всё понимаю.

- А что мне делать с запахом?

- Его не будет, можешь не беспокоиться.

В это время, все учащиеся уже доехали до лицея и размещались в своих комнатах общежития. Активная подготовка к представлению уже шла полным ходом. Как и всегда, на ней должен был присутствовать Император. Представление, было нечто вроде торжественного шествия, по главной площади в лицеи. Учащиеся шли, примерно от въезда и следовали в арках под зданием лицея, а после проходили к амфитеатру, где и должен состояться выставочный турнир. Директор периодически вставал из-за стула, чтобы посмотреть в окно не прибыла ли свита Императора, извещавшей о его скором присутствии.

Глава 18

Андрей, быстро забежал в свою новую комнату в общежитие, где встретил младшего Мышкина. Как оказалось, они живут на одной квартире. Вместе, они отправились к главной площади, где уже скапливался народ. Кое-как они пробрались в первый ряд, чтобы пристальнее рассмотреть, что будет происходить. На этом же месте, ребята встретили и Данила Карамирова и ещё кучу людей со всех классов, с которыми только предстояло знакомство. Все были в хорошем расположении духа, и даже слегка мрачная погода, которая неожиданно нарисовалась, не давала повода сменить настроение.

- Смотри. – Мышкин показал на правую сторону здания лицея. Это был тот самый переход из здания отработки навыков в административную часть. Второй этаж превратился в партер, где сидели люди. – Видишь в белом костюме, в центре первого ряда?

- Вижу. - Внимательно рассматривая людей, отвечал Андрей.

- Это Олег Святославович Рюрик. Наш Император.

Впервые, Андрей увидел Императора так близко и мог внимательно осмотреть его. На это раз, были видны густые усы и аккуратно подстриженная борода Императора. Глубокие и скорее уставшие глаза серого цвета. Но осанка, которую он выдерживал, не давала и намёка о его усталости. Как и в прошлый раз, Андрей видел Императора в белом костюме с золотыми сечениями. Но больше всего, что запомнилось на этот раз, это тонкие и длинные пальца, которые были скрещены в замок. Рядом слева от Императора, Андрей заметил графа Вяземского, это был единственный знакомый ему человек. По правую руку сидел странно одетый мужчина, примерно того же возраста, что и Император. Это был обособленный гость из Чехии, барон Рудельштам. Также, в том же партере сидел молодой Фёдор Разморов, который в свою очередь не сводил глаз с Андрея. Находился, он там, заместо своего погибшего отца, в виде нового, хотя и юного предводителя белогвардейского батальона Разморова. К слову, и младший Разморов, Родион, стоял практически возле Андрея. Директор лицея, также был близ Императора. Да и вообще, в том партере было около тридцати главных людей Россвета.

Граф Долгорукий Евгений Александрович, он же директор, вышел на помост и расставил руки.

- Объявляю! – Послышалось в каждом уголке лицея. – Новый, учебный год, под номером 166, открыт! – Столь короткие слова, он произнёс с большой гордостью, так как под ними, он подразумевал появление Андрея. И все, кто сидел в партере, прекрасно это понимали. После того, как он резко опустил руки, на площадь, где стояли все гимназисты, начали сыпаться золотистые конфетти, довольно плотной массой, которые растворялись, как только достигали земли.

Первым, что было увиденным сквозь завесу конфетти, это четыре огромных дракона. Первый был создан силами Сергея Миронова, огненный дракон, который взвивал высоко в небо выпуская раскаты огненных скоплений. Второй дракон, чуть поменьше, появился из щелей и сточных труб лицея, был водяным. Им управлял Ярослав Носов. Третьим же, маневрировал Пётр Карамиров. Это был дракон из земли, который вынырнул прямо из-под ног идущих людей. И четвёртым драконом, воздушным, практически незаметным, управляла Светлана Обломова. Все четверо, представляли собой выпускной класс и владели своими стихиями практически безупречно. Драконы переплетались между собой и вновь разлетались, с брызгами и огнём. Когда, Андрей видел, что в его сторону летит стена пламени, ему уже стало казаться, что наступает верная гибель. Но уже в самый крайний момент, над ними пролетал водяной дракон, закрывая и оберегая от пламени. Также происходило и с кусками земли, которые отталкивала Светлана, с помощью воздуха. Всё было отрепетировано заранее, но никто не ждал таких перфомансов. Поэтому, волнение, возникшее по рядам, было самое неподдельное и чистое. И придавало приятные скачки эмоций.

Следом шла группа из Вейлиса, которая вначале, поймала драконов огромными сачками. А после, Антон Кривицкий создал четыре абстрактные клетки, в которых и поместили драконов. Затем, было поставлена иллюзорная сцена, известной битвы при Лазурной алее, где погибло множество искусных магов их лицея. Конец сценки, растрогал всех, когда в небе появились печальные образы женщин, которые плакали бриллиантовыми слезами.

Всё представление шло своим чередом, по отработанному плану и расписанию. Взгляды большинства были прикованы к происходящему на площади, и никто не мог заметить, как под местом, где восседал Император, на стене, появилась надпись. Она горела красным пламенем с тонкой чёрной окантовкой. Её заметили, когда последний участник шоу прошёл под аркой и тогда все ужасно удивились, ведь краем глаза они замечали, какие-то изменения. Но все, тогда, считали, что это маленькая деталь шоу и не вдавались в подробности. По рядам пробежал шёпот, кто-то из учителей ужаснулся. Надпись на стене гласила: - «Смерть Амфиру».

Когда все начали обращать внимание на надпись, директор осознал, что произошло нечто. Тогда он осторожно спрыгнул с партера, и увидел на здание своего лицея, недопустимую вещь. Махнув рукой в сторону, он попытался загасить пламя, но этого ему не удалось. Тогда, разводя руки в стороны, он создал непроницаемый прямоугольник, того же цвета, что и здание, и буквально вбил в то место, где зияла надпись. Но не прошло и несколько секунд, как надпись прожгла барьер, и все снова её увидели.

Не выдержав общего смятения, Император, впервые на глазах Андрея сделал больше одного движения. Он спрыгнул вслед за директором и прекрасно узнал почерк существа, так как человеком, он не мог назвать его.

- Слишком старая магия. – Грозно проговорил Император. Развернув руки в стороны, он выдернул целый кусок здания, вместе с надписью. После чего последовал щелчок, и кусок превратился в труху, который разлетелся высоко в небо. – Продолжайте. – Сказал Император, директору, покачивая головой.

- Дамы и господа. – Опять же, голос звучал по всему лицею и каждый мог услышать то, что говорил директор. – Прошу вас проследовать к амфитеатру, где мы пронаблюдаем за силой наших гимназистов. – Беспокойно оглянувшись, директор искал взглядом Андрея. И после того, как нашёл его, успокоился и направился вместе с Императором.

***

Амфитеатр располагался за административным зданием. Это было старинное сооружение, в самом классическом представлении, которое претерпело большие разрушения во время гражданской войны. Его реставрацией занимался, почти, каждый директор. Евгений Александрович, заявил Императору, что за прошлый год, ему удалось найти достоверное видение, в котором представился истинный вид театра. Собственно, за этим заявлением и последовало приглашение барона от Императора.

Андрей шёл вместе с князем Мышкиным, на трибуну амфитеатра пытаясь насладиться его красотой. Но из головы никак не выходила надпись, которую он понял, как никто.

- Что бы это могло значить? – Спросил Володя, прижавшись к уху Андрея. Они шли за всеми, и шум, который раздавался от толпы не позволял нормально разговаривать.

- Ты о чём? – Как из дремоты, вырвался Андрей, повысив голос.

- Да ты не кричи. Я об этой надписи. – Говорил Мышкин, стараясь, чтобы его никто не услышал.

- Я думаю, что это истинная правда. – Вдруг вклинился в их островной дуэт, младший Разморов.

- Родя! И ты тут! Ты нас подслушиваешь, что ли? – Гримасничал Володя.

- Я, как и вы, иду в амфитеатр. И не виновен, что оказался позади вас. К тому же, вы довольно громко говорите. – Слегка расстроенный, шёл Родион.

- Почему ты считаешь, что это правильно? – Спросил Андрей, которому стала интересна позиция одноклассника.

- Потому, что так называемый «Амфир», убил моего отца. – Родя шёл, сзади их, но Андрей почувствовал его взгляд, будто на себе.

- С чего ты это взял? – Спросил Мышкин. – Да и кто вообще такой Амфир? Чего ты плетёшься за нами, становись рядом! – Володя, был очень экспрессивен.

- Так называемый Амфир – это существо из другого мира, обладающее чрезвычайными силами. – Родион Разморов поравнялся с ребятами, и смотрел на Володю. – Таких не должно быть. Они слишком перекашивают силу одной из сторон.

- Кошмар. Родя, я тебе говорил, что ты дочитаешься своих книжек. – Володя остановился, как и все идущие. Они дошли до амфитеатра, так что все разбредались по своим местам. – Садись с нами.

- Ничего я не начитался! – Вспылил Родион. – Мне брат так сказал. – Вместе, они поднимались на восьмой ряд, продолжая спорить.

***

- Дамы и господа! – Раздался голос директора, по всей округе. – На первый, выставочный бой, приглашаются князь Аркадий Версилов, и князь Николай Стеблицкий, ученики старших частей. – Аркадий, был из Вейлиса, и выйдя на нём висел яркий жёлтый камень. Николай же, родился в Коркесе, и почти, как и все оттуда, прекрасно справлялся с защитными задачами. Вообще, суть выставочных боёв заключалось в одном: первый нападает, второй защищается. Причём силы подобраны таким образом, что атакующий не мог победить обороняющегося. Но, об этом не знали юные гимназисты и сторонние наблюдатели.

На арене почти у центра стояло два ученика. Князь Версилов, резко побежал в край арены, скрещивая руки и одновременно сгибая пальцы. Почти у края первого ряда, появился из неоткуда большой трёхъярусный корабль, под которым в разные стороны, растекались волны. Версилов, со всего разбега запрыгнул на корабль, который двигался по окружности арены. И после того, как его нога коснулась корабля, полетели первые залпы из пушек. На корабле, помимо Аркадия, не было никого, поэтому всеми механизмами, он контролировал лично.

Практически в самом центре стоял Стеблицкий. С того самого момента, как Аркадий сделал свой первый рывок, Николай стал накручивать на себя, крупные бронзовые стебли. Складывалось впечатление, что он создаёт кокон, или шишку. Так как к большим лепесткам у основания, присоединялись и маленькие. Стеблицкий, успел полностью отстроить своё укрепление, прежде чем в его сторону полетел первый снаряд.

После первого залпа, лишь несколько снарядов, достигло своей цели. Николай, сидя в своём коконе, посмеивался, и наблюдал, за круговыми движениями корабля. Он не мог допустить, чтобы Версилов, оказался за его спиной, где и была самая непрочная связь.

Аркадий же, зная, что это выставочный бой, тем не менее прикладывал все свои силы, по мере затягивания боя. Ему, как и многим другим, хотелось пробить защиту самоуверенных жителей Коркеса. Уже на третьем кругу, из его пушек на корабле, летела не картечь, а крупные ядра, которые взрывались, достигая препятствий. Конечно, он не мог использовать весь свой арсенал, но это было одним из самых мощных, допустимых средств. Морская вода, также разливалась по поверхности арены, что немного раздражало Николая. Он же, в свою очередь, заметив, что по его кокону бьют крупными ядрами, немного подзадорился и даже разозлился. Плотный кокон, который окружал его, начал превращаться в раскрытую шишку, и маленькие стебли развернулись почти горизонтально.

- Ты не станешь этого делать! – Крикнул Аркаша, своему приятелю. Так, что никто не мог услышать его слов, за пределами арены.

- Ты же начал использовать ядра! Почему я не могу использовать свои силы? – Весело кричал Коля.

- Я и трети не использовал… - Всё, что успел крикнуть Аркадий, перед тем как увидел, летящие в свою сторону бронзовые лезвия. Его глаза тут же округлились от удивления. К контратаке, он не был готов, поэтому, всё что оставалось – это ретироваться с корабля. Версилов быстро прыгнул за свой корабль, чтобы укрыться от лезвий, что ему почти и удалось. Лишь, пара, самых мелких, лезвий достигла его и ранила в ногу и возле щеки. Такого, он не смог стерпеть.

Мелкие крабики, которые находились в воде, уже подгрызали защиту Коли. Разозлённый, Аркадий, вновь, впрыгнул на свой кораблю, где уже выкатывалась «Царь-пушка». Он заполучил её в прошлом году, и ещё не разу не использовал. Это орудие, представляло угрозу не только Коле, но и всем, кто находился в амфитеатре.

- Окончено! – Громко протянул Евгений Александрович, и резко остановил бой, своим появлением в центре арены. – Спасибо господа! Это было эффектно. – И гимназистам, ничего более не оставалось, как смириться, и в который раз, оставить свои силы невыясненными. – Далее, друзья мои! Я хочу представить вам нашу гордость и пригласить на следующий бой…

- А я тебе говорю, что Амфир, должен быть уничтожен! – Продолжал спорить Родион Разморов.

- А если, он будет на вашей стороне? – Спросил Андрей.

- В смысле на вашей? – Удивился Родя.

- То есть, на нашей, конечно, на нашей. – Опомнился Андрей, так как был поглощён боем.

- Да! – Вставил Мышкин. – Если он будет на нашей?

- Если бы он был на нашей стороне, то мой отец не погиб бы…

После этих слов, говорить было нечего, и они вновь замолчали, в ожидании второго боя.

Глава 19

Следующий бой, был между лучшими выпускницами императорского лицея. У центра стояла княгиня Алёна Войская из Дестсанской области, а напротив неё в качестве оппонента находилась княгиня Василиса Тайгор. Прозвучала сирена, означавшая начало боя.

Алёна быстро обвела взглядом свою соперницу. И в не поля боя, они были хорошими подругами. Но, ничего не оставалось, кроме как, сыграть свои роли. Ловким прыжком, Алёна начала отдаляться от Василисы и бежать к краю арены. Уже на ходу, она начала доставать часть древней колонны, которая висела на её спине. Это была древняя реликвия, которая передавалась из поколения в поколение. Верхушка колонны, примерно с метр длинной, которая была обломлена в бою, открыла силы, для того, кто решился подобрать её. И вот эту самую колонну, Алёна, мощным броском швырнула к краю арены, где она грузно упала и буквально впилась в землю. А руны, нанесённые на поверхности, загорелись оранжевым светом. На расстоянии в двадцати метрах, бежавшая Алёна резко прыгнула, приземлившись аккуратно на верхушке колонны, в позе лотоса. Оранжевый свет, а точнее сила, заключённая в колонне, начала быстрыми темпами забираться на Алёну. Это всё, происходило за считанные секунды, так что Василисе, оставалось только наблюдать.

Когда сила колонны наполнила Алёну, она сцепила руки в замок и попыталась разжать их в разные стороны. Если посмотреть на её лицо в ту минуту, то могло бы показаться, что она испытывает страшную боль. Прошла ещё секунда, а она всё пыталась разжать замок, и наконец из её груди вырвалась сила, подсвечиваемая оранжевым светом. Из света, который исходил от Алёны, показались очертания рыцаря. Это был один из восьми рыцарей, тайного рыцарского ордена. Вначале, появилось тело из потока силы, затем начали отличаться крупные руки и голова. Ног и половины нижнего тела, не было вовсе. Они сливались в общий поток и были связанны с Алёной, незаметной нитью. Рыцарь же, был одет в серебряные доспехи, с огромным мечом у места, где должен быть пояс. Он держался за рукоять двумя руками, смотря в пол. Подготовка Алёны, на этом окончилась.

Василиса хорошо знала, все приёмы и силу своей подруги. И хотя та двигалась довольно резко, но её взгляд хищника успевал улавливать все движения. Практически сразу, после того как прогремел звон, её зрачки удлинились вверх и вниз, как у настоящего хищника. По сценарию, она должна была отпрыгнуть задним сальто и уже в воздухе превратиться в амурского тигра. Что, собственно, и произошло. Резко, она прыгнула через себя. Все заметили, как в воздухе Василиса увеличила свой размер почти в два раза. На её руках появилась густая шерсть, а на пальцах когти, длинной в пять сантиметров. Стопы, превратились в тигриные с такими же когтями, позволившими приземлиться ей мягко. Её лицо, превратилось в что-то среднее между человеческим и звериным. Длинные клыки выпирали за губы. Также, появился длинный хвост, которым она размахивала в разные стороны, он был чем-то вроде локатора со спины.

- Андрей, ты видишь? – Пребывая в экстазе, спросил Володя.

- Вижу. Что вижу? – Не понимая, стараясь не отвлекаться от зрелища, ответил Андрей.

- Это называется полуобращение. Она сейчас не человек, и не тигр. – В восторге, рассказывал Мышкин. – Этому учат в гимназии. И через пару лет, я тоже смогу превращаться на половину.

- Тоже мне, способность… - Заметил Родион.

Превратившись, Василиса большими прыжками на четвереньках двигалась в сторону к Алёне. Она прекрасно понимала, что биться с рыцарем, не имеет смысла. Но, и Алёна знала, что Василиса не собирается сражаться с её самоном, и поэтому готовилась к прорыву. Её рыцарь был очень манёвренный, так как передвигался не на ногах, а в воздухе. И уже примерно, когда Василиса достигала центр, начала движение в её сторону. Всё сознание Алёны, было только в рыцаре. Практически у самого центра, рыцарь с удивительной лёгкостью вытащил из ножен свой меч и рубанул, немного на опережение, в место куда стремилась Василиса. Её спас резкий прыжок, которым она избежала удара и казалось, что путь до Алёны уже чист. Но, как вдруг, перед ней, вновь, оказался рыцарь, и бежать уже было некуда. Рассекающий удар из-за спины, готовый перерубить Василису напополам, двинулся в её сторону. Василиса выставила вперёд полулапы и удерживала клинок своими когтями. Отшвырнув меч в сторону, она со всего размаху ударила когтями по лицу рыцаря, пронзив шлем, и достав до лица. И уже после, Василиса почувствовала жжение под когтями из-за оранжевых частичек. Этот удар, почувствовала и Алёна. Решив, что такой тяжёлый меч непрактичен в бою, она выбросила тот, что был в руках и в ножнах появился другой поуже. Этим, она могла орудовать более манёвринней. Буквально в эти же секунды, смены оружия, Василиса со всех ног мчалась к телу Алёны, восседавшей на колонне.

- Вообще, это не честно. – Вновь, начал Володя.

- Да что ты тарахтишь? Дай спокойно посмотреть. – Злился Родион.

- Нет, ты послушай. Как это получилось, что дестсантист борется с жителем Ревиса? – Злился, Володя, понимая исход. – Это же разные стили, для разных боёв.

- Но, вроде Василиса побеждает? – Вставил Андрей.

- Нет. Они делают вид. Если Алёна будет пользоваться всеми своими силами, то счёт будет сухим. – Не прекращал Мышкин.

- Не думаю. – Ответил Родион.

- Тебе и не советую, этого делать. А я знаю! Я такой же житель Ревиса. В прошлом, мы не разу, за всю историю, не побеждали мертвяков.

Василиса уже максимально приблизилась к Алёне, и занесла лапу вверх, чтобы сбить свою подругу, как вдруг, та небольшая колонна вытянулась вверх на несколько метров. Удар пришёлся именно по колонне. Василиса прыгнула следом вверх, замечая, как стремительно к ней движется рыцарь. В прыжке, она уже поравнялась с Алёной и била прямо в грудь, но удар заблокировал клинок рыцаря, который тоже оказался на одном уровне с ними. Василиса заметила улыбку, на лице рыцаря, которая необычайно разозлила её.

В конце, последовал болезненный удар в правый бок Василисы, который уронил её прямо на землю. И уже с высоты рыцарь, сжав рукоять возле груди, резко полетел вниз.

Вновь, вмешался Евгений Александрович, который остановил бой, рассеяв рыцаря Алёны. – Окончено! – Крикнул он. – Девушки, вы сильно заигрываетесь. – Обратился к ним директор, более слабым тоном. – Мы, показываем силы для учеников и газет, а не для того, чтобы убить друг друга. Вставай Василиса. – Он подал руку Василисе, которая уже была полностью в форме тигра, но тут же превратилась в человека.

- Твой клинок не пробил бы мою шерсть. – Разозлившись, сказала она своей подруге.

- Я так не думаю. – Ответила Алёна.

- Хватит девочки, вам известен враг. И не стоит драться между собой. Им только этого и надо. Успокаивайтесь, вы провели отличный бой.

Девушки, направились в подтрибунное помещение немного в соре. Далее, шёл главный бой, который и объявлял директор.

- А теперь, нам продемонстрируют свои навыки одни из лучших! Один, уже окончил своё обучение, а второй, преподаёт в нашей гимназии. – Торжественно объявлял, Евгений Александрович. – И первый, из бойцов, граф Михаил Стародубов, наш любимый учитель некромагии. – После этих слов, с трибуны, где сидел Император и директор, вышел довольно худощавый и бледный, парень двадцати трёх лет. Под его впалыми глазами, рисовались крупные синяки и в целом, вид его был уставшим, полусогнутым. И всё это, скрывала чёрная мантия с капюшоном, на которой был изображён высохший дуб. Михаил, не спеша подошёл к центру. – И его оппонент! Наш новый предводитель белогвардейского батальона Разморова – генерал Фёдор Разморов. – Фёдор, также находился в партере Императора и знал Михаила, а также, что им предстоит сразиться. Встав и потянувшись на месте, он тут же присел и ловким движением прыгнул в самый центр арены, практически у носа Михаила. Уже давно, топор Фёдора жаждал крови, и эта жажда мучала владельца. Федя, с радостью, согласился на бой, в надежде кого-нибудь разрубить. Несколько раз, директор, повторял, что бой выставочный, но эти слова, будто игнорировались Разморовым.

- Начинаем! – Крикнул директор, и раздалась сирена. Это был серьёзный показ, так как впервые в школе, было разрешено использование некромагии в бою на полную силу, да ещё и жителю Дестсантса. В том числе, ради этого, были приглашены и журналисты. Цель была одна, в газетах появятся снимки, что у Россвета, есть силы, способные уничтожить коммунистов. А шпионы, уже передадут это своему руководству, и те не посмеют вторгаться на территории империи за Андреем Лазаревским.

Михаил Стародубов, неспеша направился к краю арены. Он настолько тяжело шёл, что казалось, будто и вовсе не дойдёт. Все зрители даже стали немного злиться, что главный бой так затягивается. Фёдор же, сразу отпрыгнул назад и ходил вдоль и поперёк, предвкушая кровь. – «Можете использовать все силы». – Запомнил он слова Евгения Александровича, и забыл продолжение. – «Но, только в разумных целях. Без жертв, генерал.»

Как только Михаил дошёл до нужной, по его мнению, черты, он резко, что всех сильно удивило, развернулся, и ударил раскрытой ладонью по земле. На поверхность начали вырываться мёртвые тела, некоторые, ещё, практически, не начали гнить, а у другой части, оставались одни кости. Мертвецы издавали дикий дотошный шум, который пугал самых молодых гимназистов. Выпрямившись, Михаил разогнул руки, направляя свою армию на Разморова. Всего, мертвецов было около трёх сотен.

Фёдор успел осмотреть бегущих на него мертвецов, и пожалел, что их так мало. Он прекрасно понимал, кто ими управляет, и кто его истинная цель в этом сражении. Но, ему хотелось продлить наслаждение, чтобы вкусить каждую секунду и наконец, утолить голод топора. Разморов выхватил свой топор из-за спины. Хорошенько сжав рукоять, тот распался на два топора. У одного, рукоять была чёрного цвета, у второго – бордового. Мертвецы уже были в десяти метрах от него, когда возбуждение достигло своего максимума. Немного присев, он разъярённо завопил, будто высвобождая всю боль за отца, которая накопилась за эти дни. На секунду, он взглянул на Андрея Лазаревского, но всем показалось, что Федя посмотрел на брата.

Прыжок в самый центр орды мертвецов, и первые удары понеслись слишком яростно, чтобы можно было, что-то увидеть. Генерал Разморов двигался слишком быстро, и разрубал на пополам, уже павших воинов. Орудуя сразу двумя топорами, он успевал только замахиваться, и истребив около сотни, решил попробовать любимый приём отца. Расставив руки врозь с топорами, Фёдор начал раскручиваться на одном месте и впервые почувствовал, что движется, как смертоносный вихрь. Оставалось около пятидесяти мертвецов, которые задержались немного в дали. Федя прекрасно ощущал связь с топорами, и решился в вихре отпустить их. Первый чёрный, освободившийся топор полетел по кругу, иногда сменяя траекторию, снося головы мертвецам, которые падали навзничь. К слову, Михаил мог поднять их заново, так как по определению, мертвецов невозможно было убить. Но, так как этот было просто шоу, он не стал так поступать.

Второй же топор, был отпущен немного позже, но на удивление, ещё с большей скоростью. Зрители, и первый-то не видели. Они замечали, что у трупов слетает от чего-то голова и они падают. Бордовый топор полетел совсем иначе и у него была иная цель, пустить кровь Стародубову.

Михаил же, всё это время, старался нарочно погубить свою армию, направляя их в сторону Разморова. Ему было скучно, но он всё понимал и знал, что через пять минут – всё окончится. И в этот самый момент, топор уже был у его виска. – «Вот же, чёрт!». – Последняя мысль, возникшая в голове Михаила.

Зрители увидели, как Михаил Стародубов, рассыпался в пепел. А на стене, которая была за его спиной, глубоко и звонко впился топор.

- Ах!

- Ох! – Послышалось с трибун, и даже несколько женских вскриков.

Федя, оставшись один в арене амфитеатра, улыбался, осматривая тела поверженных. В эту же секунду, почти подпрыгнул барон Рудельштам, так как хорошо был знаком с отцом Стародубова. Альберт Рудельштам оглядывался на Императора и директора, но те были достаточно спокойны.

За спиной у Разморова, появился Михаил, совсем как новый, немного отряхивая с себя пепел. Все трибуны начали аплодировать, и одобрительно свистеть. Фёдор, резко обернулся и, вновь, улыбнулся. В его правой руке, уже был чёрный топор. Сжав левую руку, второй топор немного поворочался в стене, а затем прилетел в левую руку. Теперь, Феде не нужно два топора, и он соединил их в один. Последовал резкий прыжок в сторону Стародубова. Топор был занесён за спину, готовый разрубить в щепки своего неприятеля.

Разморов, с разъярёнными глазами, устремлёнными на графа, уже был в двух метрах от него. А Михаил стоял довольно спокойно и не двигался, лишь слабая улыбка, на его лице заставила о чём-то задуматься. Только два пальца перекрестились на правой руке Стародубова, после чего на Разморова упал внушительного размера склеп, с множеством ходов. Это был древнейших склеп Ацтеков, который граф Михаил заполучил пару лет назад, но до сих пор никому не рассказывал. Никто из зрителей, не мог видеть того, что происходило внутри. Директор уже прыгнул в их сторону, чтобы развеять склеп, но время там шло гораздо медленнее.

- Ты немного заигрался. – Слышал, Разморов, идя по коридору, рассматривая древние манускрипты. Факела были зажжены и всё освещали. Ярость в Феде росла с каждой секундой. Он практически не осознавал себя. – Ты ещё слишком молод и неопытен, чтобы быть генералом такого батальона. – Слышалось откуда-то из глубины склепа, до Разморова.

Фёдор попытался разрубить своим топором стену склепа, но этого, ему не удалось. Его топор отлетел, как от резины, и чуть нее попал сам по себе. – Я убью тебя прямо здесь! – Закричал князь.

- Это вряд ли. – Ответил Михаил, и появился прямо перед ним.

Взмах топора разрубил Стародубова на пополам, почти в ту же секунду, как он появился. Но, на удивление Фёдора, ничего не произошло. В недоумении, он отошёл немного назад, как вдруг в его икры на ногах вонзилось два копья. Моментально, Разморов занёс топор для того, чтобы разрубить копья, но в его бицепс на руке прилетело ещё копьё. А затем и во вторую руку, полностью сковав движения.

- Я… - Протягивал долго и медленно граф Стародубов. – Действительно, мог бы убить тебя. Только ты забываешь, что мы боремся на одной стороне. Михаил отошёл немного вбок, щёлкнул пальцами, и старый склеп растворился в мгновение. В это же время, Евгений Александрович, практически допрыгнул до арены.

Все гимназисты увидели упавшего Разморова на землю. Копья исчезли, оставив только раны. Директор, подбежал к Феде. – Как вы князь? – Пытался он помочь, встать генералу. – Михаил Валерьевич, но вы же учитель! – Как бы укорял директор.

- Евгений Александрович, это будет полезным уроком, для нашего генерала. – Вновь, как будто стал уставшим Михаил. – Он потерял контроль над собой, и хорошо, что в это время напротив него оказался приятель. Недруг, Фёдор Игнатьевич, воспользовался бы такой секундой, и мы потеряли бы вас.

- Спасибо. – Ответил Фёдор, взглянув на Михаила возможно самыми озлобленными глазами.

- Вставайте, вставайте. Сейчас вас отведём в лазарет, и Фёкла вас мигом на ноги поставит.

В это же время, Родион Разморов буквально подскочил на своём месте. Увидев раненного брата, он уже было хотел ринуться на помощь, но его удержали Андрей и Володя.

- Чего ты? Перестань! – Кричал Мышкин.

- Я его сейчас, сам уничтожу! – Вспыхнул Родион, и на его шее проступили вены, в которых, как показалось Володе, протекала лава.

- Да хватит же. – Усаживал его Андрей. – Неужели, ты думаешь, что сильнее своего брата? – После этих слов, Разморов будто, что-то понял и слегка осел.

Ребята продолжали слушать, как директор заканчивал выступления, и приглашал всех в четыре часа на ужин. У гимназистов появилось несколько часов свободного времени.

Глава 20

Князь Мышкин и Андрей, появились на банкетном ужине, тогда, когда почти все места уже были заняты. Место, где проходили главные пиршества, находилось возле парадной площади, недалеко от лицевой стороны административного здания, на втором этаже. Войдя в огромный зал, они первым делом увидели большой обручеобразный стол, который в иных местах практически соприкасался со стенами.

Оглядевшись, Андрей заметил, как Родион машет им рукой, говоря о том, что возле него свободно. Вместе с Володей, они обошли пол круга и остановились возле своего друга, где им было занято два места. Андрей оказался посередине своих новых друзей. Быстро оглядевшись, он успел насчитать около полторы сотни гимназистов. Евгений Александрович, уже направлялся к центру, относительно стола, чтобы начать пиршество. Также, Андрей уже не видел Императора и барона Рудельштама. Но, зато возле того места, где сидел директор, по сторонам располагались граф Михаил Стародубов и Фёдор Разморов. Также, рядом находился граф Вяземский, который о чём-то беседовал со Стародубовым, и они вдвоём, периодически, посматривали на Андрея.

- Уважаемые ученики! – Начал директор. – Я всегда с трепетом и душевным теплом, воспринимаю часы, когда мы примемся за учёбу. Когда новый учебный год, принесёт новые открытия и таланты, которые, возможно, перевернут ход истории. – Он немного сделал паузу, переводя дыхание. – С самого рождения, вы уже разделены на классы, но с этого года, мы прерываем столь радикальное деление. С сегодняшнего дня, будет четыре класса, в котором могут встретиться люди, с разными способностями. – Евгений Александрович обдал по кругу всех, своим любезным взглядом. – Единственное, что будет вас иногда разделять – это специальные дополнительные занятия, по классу рождения. – Директор повернулся к своему месту, и значительно произнёс. – Ефим Сергеевич, прошу вас, доставьте к нам пожалуйста Петра Яковлевича Чаадаева в центр. – Затем, Евгений Александрович махнул руками в стороны, и стол, за которым сидели ребята исчез.

К центру, где стоял директор, уже шёл его заместитель Ефим Сергеевич, с небольшим квадратным камнем в руках. Сам Ефим Сергеевич, был ничем непримечателен наружностью. Слегка полноватый, на глазах его сидели странные очки треугольной формы. Его сюртук, хотя и был новым, но выглядел совсем небрежным и явно, не подходил к фигуре Ефима Сергеевича. Он шёл не спеша, как будто тот куб, в его руках весил пару сотен килограмм. Уже у самого центра, Ефим Сергеевич Вавилов, уложил куб и провёл над ним рукой. Довольно резво, из куба выскочила статуя мужчины, причём до безобразия старого, который скорей пугал своей внешностью. В руках, так называемого, Петра Яковлевича, был небольшой мешок, в котором находились кольца, указывающие в какой класс попадёт гимназист.

- Уважаемый Пётр Яковлевич, подскажите, сколько у нас осталось колец? – Крикнул со своего места директор.

- Ох… - Тяжело задышала статуя, и засунула руку в свой небольшой мешочек, размером с полиэтиленовый пакет. Все подметили, интересным, что мешок был из камня, но Пётр Яковлевич, копошился в нём, как в шёлковом. Примерно две минуты, Чаадаев, высчитывал кольца, после чего грузно басом ответил. – Сто пятьдесят три кольца.

- Мда… - Закачал головой Евгений Александрович. – Хватит на два года.

- Если у нас будет два года. – Ответил граф Вяземский, понимая складывающуюся обстановку.

- Мы должны, что-то придумать, я не хочу закрывать гимназию из-за того, что закончились перстни. – Расстроено говорил директор Вяземскому, пока Ефим Сергеевич, объяснял ученикам, что необходимо подойти, сунуть руку в мешок и достать только одно кольцо. Немного забегая вперёд, отметим, что перстни гимназии – это своего рода аккредитация. Пока у гимназии есть перстни, они имеют право набирать новых учеников. К тому же, перстни в мешке у Петра Яковлевича, не являются постоянной величиной и могут, как убавиться, так и прибавиться в следующем году, в зависимости от обстановки в мире.

- Что Император говорит? – Продолжал спрашивать граф, но очень тихо.

- Он… он говорит, что всё рушиться. Баланс надломлен, и что гимназия не сможет принимать новых учеников, хотя, это и не самая страшная проблема.

- Плохи дела. Но, может Амфир всё исправит? – Почти прижавшись к уху директора, спросил Вяземский.

- Поживём, увидим.

- Княжна Анастасия Владимировна Гединина! – Произнёс следующее имя Вавилов. Последовательность шла от левой стороны директора и так далее по изгибу стола.

Анастасия Владимировна спокойна поднялась со своего стула, и неспеша подошла к центру, где стояла статуя. Девушка была ещё юна, но уже отличалась какой-то тонкой красотой. Длинные каштановые волосы, практически доходили до середины позвоночника. Бледная кожа, могла говорить о болезни, но это была особенность её семьи. В серых же глазах, был заметен блеск, который передавал либо страх, либо озорное настроение. Практически, уверенно, она встала возле статуи. Чаадаев внимательно рассмотрел её, а затем широко раскрыл свой мешок. Анастасия просунула свою тоненькую ручку, после чего, статуя Петра Яковлевича, резко сжала мешок у руки девочки. Она почувствовала, что рука застряла в мраморном мешке, но кисть её была свободна и она чувствовала ей перстни. Первый испуг прошёл довольно быстро. Долго не мучаясь, она выбрала одно кольцо, после чего мешок раскрылся. Радостная, Анастасия вырвала руку и выставила её в верх, чтобы продемонстрировать кольцо.

- Класс – Октант! – Крикнул Вавилов.

Обрадованная Гединина, надела на мизинец просторный перстень, и он тут же захлопнулся, по её размеру.

- Это способная девушка. – Продолжал говорить директор, графу Вяземскому. – Её сам Император отрекомендовал.

- Будет интересно. – Отвечал граф.

- Князь Шуйский Андрей Викторович! – Продолжал перечислять фамилии Вавилов.

Молодой паренёк, четырнадцати лет, как и большинство присутствующих, немного переживал, перед выбором перстня. Его наружность была из самых простых, и единственное, что привлекало внимание, белые волосы, прилизанные до безобразия. На груди, спокойно покачивался голубого цвета камень. Подойдя к статуе, он осторожно сунул руку, и Чаадаев не стал сжимать её, как в первом случае у Гединины. Андрей Викторович, долго и неуверенно копошился рукой, после чего резко выдернул её, как бы ожидая подвоха.

- Класс – Киль! – Протрубил Чаадаев.

- Мда… - Единственное, что проговорил Шуйский, надел перстень на мизинец, и отправился на своё место.

- А в какой класс лучше попасть? – Спросил Андрей Лазаревский, посмотрев вначале на Мышкина, а после на Разморова.

- Лично я, жду того. – Начал Родион Разморов. – Что попаду в Центавр, там и мой брат учился. Хотя. – Он усмехнулся. – То, что они решили перемешать все фракции в одном классе, просто смех и цирк.

- Класс – Гидра! – Прокричал Вавилов.

- А мне нравиться такое решение! – Добродушно, отвечал Мышкин. – До сегодняшнего дня, меня бы посадили в Гидру, как к созвездию моей фракции. Теперь же, я хочу в Октант! И у меня есть на то двадцать пять процентов.

- Ага, как же. – Улыбнулся Родион.

- Я не пойму, в чём различие? – Слегка, улыбнулся Андрей.

- Раньше, когда тебя определяли в класс твоей фракции, ты сразу получал кольцо, которое немного прибавляло силы. – Володя презрительно посмотрел на соседа с правой стороны. Это был толстый мальчуган, который постоянно причмокивал и пыхтел. Два жёлто-зелёных клыка торчали на верхней губе. Множество мерзких бородавок, покрывали большую часть лица. Это был князь, хотя часто употребляли слово по отношению к нему – князёк. Князь Кабанец Игорь Станиславович. Он сидел и каждую секунду чесался, также проводил прочие раздражающие манипуляции. Заметив, что на него смотрит Мышкин, он попытался сделать серьёзное лицо и спросил:

- Тебе чего надо? – Чуть-ли не с угрозой спросил Игорь.

- Князь Кабанец Игорь Станиславович! – Зачитал следующего гимназиста, Вавилов.

Кабанец продолжал смотреть тупым взглядом на Володю, и даже не заметил, как назвали его фамилию.

- Зовут тебя. – Чуть расправившись, ответил Володя.

- Ась? – Не понимая, спросил Игорь, прищуривая глаз.

- Иди к статуе. Зовут тебя! – Громче, проговорил Мышкин.

- Князь Кабанец! – Уже кричал Вавилов.

И только с третьего раза, этот громила, относительно других учеников, радостный, услышав свою фамилию пошёл грузными и спешными шагами к статуе. Игорь уже устал ждать назначения класса и безумно хотел есть. По какой-то причине, он решил, что, когда прозвучит его имя, всё закончится и начнётся ужин. Именно по этим соображениям, Игорь, так резво подошёл к статуе, счастливый, сунул руку в мешок и резво выдернул первое попавшееся кольцо.

- Гидра! – Крикнул Чаадаев.

- Гы! – Обрадовался Кабанец и побежал к своему месту.

- Хлопот от него будет не мало. – Заметил граф Вяземский.

- Генерал Кабанец, его отец. Очень просил меня, чтобы мы взяли Игоря. – Отвечал директор. – Собственно, я и сам не в восторге, но что поделать.

- Князь Мышкин! Владимир Иванович! – Зачитал Вавилов.

Володя решительно встал, хотя, Андрей заметил лёгкую нервозность в его шагах. Подойдя к статуе Чаадаева, Мышкин осмотрел всех взглядом и всунул руку в мешок. Практически сразу, он почувствовал кольца и выбирал то одно, затем отбрасывал его и брал новое. И так случилось, практически десять раз. И наконец, когда Ефрем Сергеевич, попросил его поспешить, он, закрыв глаза вытащил перстень.

- Класс – Гидра! – Прозвучало от Чаадаева.

Это слово, для Володи, было подобно приговору. Он отказывался верить, и не решался открыть глаза. Вначале, от досады, Мышкин хотел расплакаться, но собравшись с силами, удержал порыв эмоций и направился к своему месту. Страдание в его глазах, заметил и Андрей.

- Ладно тебе! – Пытался приободрить его Андрей, видя боль в лице товарища.

- Князь, Лазаревский Андрей Петрович! – Послышалось из центра зала.

- Я постараюсь, тоже выбрать Гидру. – Вставая, сказал Андрей, Володе и пошёл к статуе. Вначале, он не понимал того волнения, которое видел у ребят, пока сидел на стуле. Но, идя, заметив, что все смотрят на него, почувствовал лёгкую дрожь в ногах. Подойдя к статуе, он остановился и не знал, что делать.

- Выбирайте, Андрей Петрович. – Кивнул Вавилов.

Андрей только сейчас заметил хмурое лицо статуи. И он не помнил, было ли он такое всё время, либо исказилось, когда подошёл он. Чаадаев, слегка приоткрыл мешок, так, что рука еле-еле пролазила в отверстие. Андрей осторожно сунул руку в мешок и ему показалось, что по залу прошёл шёпот. Он практически, ощущал всё напряжение, сконцентрированное на его персоне. Статуя Чаадаева сильно сжала мешок вместе с рукой. Так что в начале, Андрей перепугался и нервно пытался отдёрнуть руку, но спустя небольшое время ему удалось вернуть себе покой. Андрей схватил первое попавшееся кольцо и хотел вытащить руку, но Чаадаев не давал, а лишь сильнее сжал руку, да так, что Андрею стало больно. Он выпустил кольцо, и тиски разжались. Немного оторопев, он схватился за другое кольцо, и, вновь, всё повторилось. Наконец в третий раз, ему попалось другое кольцо и в это же время, мешок ослаб, и он выдернул руку.

- Октант! – Вновь, возвысил голос Вавилов и по залу разошлись аплодисменты. На этот раз, они были громче, чем все прочие.

- Это хорошо. – Потирал свои руки Вяземский.

- Вы заметили, что Чаадаев-то, не отпускал его руку? – Тихо спросил директор.

- Старик знает, что делает.

Андрей же шёл, слегка, расстроенный, что не удалось вытащить гидру. Но, он также понимал, что ему не дали выбора. В целом, за эти дни, становилось ясным, что у него вообще мало выбора, до определённого времени. Странное жжение на мизинце, практически сразу перенеслось по телу, но оно было не столь значительным.

- Князь, Разморов Родион Игнатьевич! – Прозвучало сразу же, после того как Андрей уселся на

стул.

Родион не спеша встал, немного отряхнулся и направился к центру, посматривая в сторону брата. Дойдя до Чаадаева, он ещё раз отряхнул свой сюртук, немного подтянул рукав, и спокойно засунул руку в мешок. Не перебирая, он взялся за первый попавшийся перстень и резко выдернул руку, после увиденной сцены с Андреем.

- Октант! – Прогремел Чаадаев, а за ним и аплодисменты.

Родион немного расстроенный направился к своему месту. Конечно, он знал, что это самый сильный класс, но в то же время, ему хотелось пойти по стопам своего семейства.

- С тобой в одном классе будем. – Сказал Родя, смотря на Андрея.

- Это хорошо… - Начал Андрей, но его прервал Володя.

- Конечно, вам хорошо! А я? Вот с этим? – Он глянул по правую сторону на своего нового однокашника, Кабанца. Тот, не заметил презрительного тона, так как всё это время был озабочен мыслями о ужине.

- Гидра!

- Киль!

- Гидра!

- Центавр!

- Октант! – Лишь слышалось в остальной час, который для определившихся, уже превращался в кошмар. Всем уже становилось скучно и действительно хотелось есть. И вот наконец, вызывали самого последнего студента.

- Князь, Карамиров Данил Филипович!

Данил спокойно встал со своего места, предвкушая, как будут аплодировать люди. Ведь его фамилия была последней. А следовательно, приближается ужин. Ещё год назад, как обладатель силы воды, он непременно попал бы в класс – Киль. Но, сегодня, он не знал, ровным счётом, ничего. Поэтому, подойдя с бодрым духом, он играючи сунул руку в мешок, выхватил перстень и услышал:

- Класс – Октант! – Прогремел Чаадаев, тоже будто уставший.

Даня помахал Андрею и Родиону, и под оглушительные овации, которые приписывались и не совсем ему, но тем не менее, направился к своему стулу.

- Итак! – Встал из-за стула Евгений Александрович, который тоже слегка утомился. – Ещё раз поблагодарим Ефима Сергеевича и Петра Яковлевича! – Раздались аплодисменты. Вавилов, провёл рукой, после чего Чаадаев превратился в мраморный куб. – Все гимназисты определенны! – Радостно, объявлял директор. – Напомню, что с завтрашнего дня, начинается учебный год, но… До завтрашнего дня, у нас есть время, и я объявляю торжественный ужин! – Проведя руками, перед всеми появился круглый стол. Евгений Александрович подошёл к своему месту у стола, и откуда-то, в его руках появилась замшевая скатерть, которая была плотно завёрнута. Лёгким движением, он катнул её в правую сторону и на месте, где она развернулась, появлялась различная посуда с блюдами. В тарелках было всё, что могли пожелать гимназисты, начиная от супа, заканчивая десертами.

Глава 21

Андрей Лазаревский уже переходил к десерту, перед ним стояла аккуратная посудинка с небольшой порцией тирамису. За окнами, он видел подступившую тьму, что говорило о вечере. Спокойно кушая воздушный десерт, и смотря в тарелку, Андрей ощущал непрерываемые взгляды с нескольких сторон. Неоднократно, поворачиваясь, то к Володе, то к Родиону, он видел, что Мария, его формальная сестра, постоянно смотрит на него, каким-то странным взглядом. Также, было видно, что Фёдор Разморов, внимательно следит, за каждым его движением.

- Что будем делать дальше? – Спросил Владимир Мышкин. – А?

- Ты о чём? – Отрываясь от торта, спрашивал Родион, через Андрея.

- О том, что ужин, уже заканчивается, а времени до завтра, ещё полным-полно.

- Лично я, собирался прочитать темы, на заданные уроки. – Отвечал Родя.

- Какие ещё уроки? – Володя энергично толкнул Андрея в плечо. Первая грусть, что он не попал в Октан, прошла после того, как он начал кушать. – Завтра же первый день!

- С чего ты взял, что завтра будут уроки? – Подключился Андрей.

- Для этого нужно было посетить главкорпус, там всё указанно. – Самодовольно отрезал Родион, пытаясь дать понять, что он больше желал бы заняться десертом, чем с разговором.

- Э-э, ну и ладно. Никто не подготовиться, да и нечего. Первый день, как ни как! – Пролепетал Мышкин и потянулся за вторым куском сливочного торта.

- Как знаешь, а я подготовлюсь.

- А что за уроки? – Поинтересовался Андрей.

- Перестань! – Ещё раз толкнул его Мышкин.

- Нет, правда. Если будут спрашивать, я хотел бы знать.

- Ты повредил свою голову гораздо сильнее, чем я предполагал. – Продекларировал Володя и резко повернулся к князю Кобанцу, который будто заталкивал в себя всю еду, что видел. Чавкающие звуки, ужасно раздражали Володю, но он ничего не мог противопоставить своему однокашнику.

- Первые занятия, обычно вводные. Но тем не менее. – Начал Родион. – Первым будет урок – древние руны. Вторым – История. Третьим – медитация. А после, обучения практическим навыкам.

- Всего четыре урока? – Прожёвывая, спрашивал Володя. – Это в лёгкую. Я вот, что подумал! – Ехидно, заулыбался он. – Как насчёт того, чтобы в полночь. – Мышкин перешёл на шёпот, чтобы его слышали только они. – В полночь, пустить по женскому корпусу мышей?

- Ты как всегда! – Замотал головой Родион.

- Князь Лазаревский! Только вы не отвергайте меня. – Помпезно, проговорил Володя.

- Я даже не знаю. – Неуверенно ответил Андрей, посматривая в сторону княгини Гединины. Всё последнее время, его взгляд, был заострён на этой особе.

- Ты, верно, забыл? Как на перерывах в школе мы веселились? – Мышкин с укором, посмотрел на Андрея.

- Если честно, то забыл.

- Вот как! – Почти крикнул Володя, чем привлёк внимание остальных гимназистов. Почти сразу он перешёл на шёпот. – Ты помнишь, как мы загнали несколько девчонок в подвал, а ты их связал с помощью телекинеза?

- Это ужасно! – Вставил Родион.

- Мы не смотрим на нравственную сторону! – Чуть повышал тон Володя. – Мы говорим, про эмоции!

- Пора бы уже заняться умом.

- Знаешь, Володя, я ещё не совсем пришёл в себя. – Оправдывался Андрей. – Мне было бы лучше, провести вечер поспокойней. Я бы глянул, что на завтра задали и может, нужно навести порядок в комнате.

- Это как же ты так успел вырасти? – Удивлённо спрашивал Родион, а затем, вспомнив, что случилось с его семьёй, спокойно добавил. – Можешь не отвечать… извини.

- Ничего. – Ответил Андрей.

- Ужин! Окончен! – Заявил Евгений Александрович Долгорукий. – Уважаемые ученики, прошу проследовать в свои покои, и как следует подготовиться к первому учебному дню! – Евгений Александрович махнул рукой, после чего скатерть и еда пропала в мгновенье. Бедный Кабанец, даже не успел понять, что случилось. Он был очень раздосадован, что еда пропала, хотя и ел уже целый час без остановки.

***

Андрей, вместе с Володей и Родионом вошли в общежитие в слегка приподнятом настроении. С левой стороны от входа, находилась небольшая коморка, в которой располагалась Татьяна Григорьевна. Это была очень полная и уже пожилая вахтёрша, которая, как всем казалось никогда не покидает свой пост. К слову, никто и не видел, чтобы она куда-то отлучалась. И в целом, весь её быт состоял в этой прозрачной комнатушке, которая была наполовину скрыта какой-то шторкой. Андрею, почему-то сразу не понравилось её лицо. Какое-то сморщенное, с множеством морщин. А рядом с носом на правой стороне, у неё находилась крупная белая родинка. Так же, очень сильно бросалось в глаза, яркие, почти, красные волосы. Конечно, это была краска, так как возле корней волос, были прекрасно заметны седые с чёрным волосы.

Татьяна Григорьевна, что-то прошипела, когда они вошли. Её голос также показался совсем неприятным. Ребята показали свои перстни и тогда, она ответила им, что можно пройти.

По правую сторону, располагался вход на лестничную площадку, которая вела ко всем трём этажам. Квартирка же ребят, находилась на самом высоком – третьем. Поднявшись на этаж, они увидели небольшой холл, который разделял здание на женский и мужской корпус. Они направились в правую сторону, практически в самый конец коридора, в квартиру номер 325.

Это была небольшая квартирка, как почти и у всех, с тремя жилыми комнатами, кухней и ванной. Комната Андрея была в левой части. Уставший, он попрощался с ребятами, и войдя внутрь закрыл комнату на крючок.

Комната была также небольшая, примерно три на три метра. Стены были окрашены белым цветом, с редкими вкраплениями охры. С левой части стояла небольшая кровать на пружинах, поверх которой, лежала перина. Ровно напротив стоял письменный стол и невысокая полочка для книг. Параллельно со столом, в другом углу, стоял шкаф, для личных вещей. А вот посреди комнаты, стояли неразобранные сумки в количестве трёх штук. Всё, купленное, днём раньше.

Сил, чтобы разобрать все вещи, у Андрея не было. За окном уже начинало смеркаться, и в комнате было совсем серо. Поэтому, он достал банку с Анибусами, которых так любезно прислал Лангерс. Открыв банку, маленькие существа начали летать по комнате, усаживаясь на потолок, освещая, практически, всю комнату. Из самого труднодоступного места в сумке, то есть на дне, он достал покетфон, купленный на чёрном рынке и прыгнул на кровать, не постелив белье. Андрей хоть и ощущал себя уставшим, но тем не менее, это была приятная усталость. Хотя, некоторые мысли с обеденного парада, всё-таки смазывали позитивный настрой.

Первое включение покетфона. Следовало нажать на кнопку и дать просканировать глаз, чтобы он запомнил владельца, а затем использовать. Андрей так и поступил, после чего покетфон спокойно висел над его головой.

- «Назовите имя, для входа». – Вылетел спокойный голос из летающего шарика.

- Альберт!

- «Принято».

- Да. Буду звать тебя Альбертом. – Андрей вытянулся вдоль кровати, скрестив ноги. – Записывай.

- «Принято».

- «День первый. Лицей.» – Андрей подумал, с чего бы начать свой дневник, и решил, что прошлые дни, он пока не готов озвучивать. Говорить, он старался негромко, ещё не зная, о слышимости в других комнатах. Но, когда Андрей входил, то заметил, что стены довольно толстые, и до сих пор не слышал ничего из комнат своих друзей. – «Первое, что мне хотелось бы отметить. Нет, не так.» - Андрей призадумался. – «Альберт, стереть два прошлых предложения».

- «Принято».

- «Я начинаю этот дневник, чтобы… высказаться! Да! Я никому не могу доверять, а говорить хочется, даже о том, чего нельзя говорить. Первое, довольно пугающее обстоятельство – это надпись – «Смерть Амфиру». Кто-то знает, что я здесь и хочет…».

Раздался стук в дверь, и Андрею пришлось прерваться. Его даже испугал это неожиданное явление, вследствие чего он растерялся и не понимал, что делать. Схватив Альберта и произнеся «выключение», Андрей закатил его под кровать, а сам направился к двери.

- Ты идешь? – Улыбаясь, сказал Мышкин после того, как открылась дверь.

- Куда? – Будто вырванный из забытия, спросил Андрей.

- Как куда? Я же говорил, в женский корпус, девчонок пугать. – Потирая руки и оглядываясь, продолжал он.

- Володя! Я же тебе говорил, что хочу отдохнуть.

- Да перестань, за год успеешь научиться… - Не успел он договорить, как раздался стук, из-за двери в квартиру. – Это, верно, Валера Пронский! Он с нами пойдёт.

- Я не пойду. – Чуть раздражённо, отвечал Андрей.

Мышкин направился к двери. – Сейчас, я познакомлю тебя с Валерой, он отличный… - На этих словах он открыл дверь и обомлел, собственно, как и Андрей.

В проходе, очень смущаясь, и вся, раскрасневшись, стояла Аннушка Калужская. Та самая сестра милосердия, которую чуть не погубил настоящий Андрей Лазаревский.

- Здравствуйте. – Как-то совсем неловко, сказала она.

Андрей не знал, что ответить и в первые секунды потерялся. Но спохватившись, он ответил. – Добрый вечер. Вы… ко мне? – Володя, ничего не понимая, просто стоял и смотрел.

- Да. Можно?

- Конечно! – Выпалил Мышкин. – Чего вы в проходе-то стоите? – Он впервые, видел такую красавицу в близи. Да ещё, ко всему, она намеревалась войти к ним.

Аннушка зашла, и Андрей предложил ей проследовать в его комнату. – Только, простите меня. Я совсем недавно заехал на квартиру, и ещё не успел разложить вещи.

- Это ничего, я только на несколько секунд. – Кланяясь Мышкину, она зашла в комнату Андрея. – Как ваше самочувствие?

Андрей плотно закрыл дверь, и задумавшись, решил не надевать крючок. – Здоровье? – Он резко повернулся. – Здоровье отлично.

- Как вам в нашем мире? – Перечисляла Анна базовые вопросы.

- Обживаюсь. Вроде бы мило. – Они стояли почти у самого центра. – Что это я. Присаживайтесь… хоть на стул или кровать.

- Нет, нет. Я же говорю, я ненадолго. Мне с трудом удалось попасть к вам. – Сказав это, она просунула руку в сумку, где лежали лекарства и достала маленький конверт, протянув Андрею. – Это вам.

- Что это? – Удивлённо посмотрел он, то на Анну, то на письмо.

- Посмотрите, когда я уйду, через десять минут. – Она ещё раз осмотрела комнату, кивнула головой и пошла на выход.

В коридоре уже стоял Володя в обнимку с Пронским и что-то тихо говорил на ухо. – Вы уже уходите? – Удивился он, когда увидел Анну. – Может быть чаю?

- Нет, благодарю, молодые люди. Мне пора, к сожалению, у меня много дел. – Как-то неестественно, протараторила она и чуть ли не выбежала.

- Странная она. – Посмотрел Володя на Андрея. – А это – князь Пронский. – Выставляя руки перед собой, представлял нового человека.

- Здравствуйте. – Звонким голосом сказал Валерий Пронский. – Валера.

- Здравствуйте. Андрей. – Ответил Андрей, пожимая руку. – Очень приятно. – В эту секунду, он думал только о письме, которое лежало на его кровати. Познакомившись, он начал возвращаться в комнату.

- А вы разве не с нами? – Лукаво, спросил Валера.

- Не, он, видите ли, учиться решил. – Махнул рукой вслед, Володя.

***

Оставшись наедине с собой, Андрей развернул конверт и начал читать.

«Уважаемый Константин Владимирович. У меня для вас есть важные сведения, по поводу случившегося с вами. Прошу извинить, что вынужден писать вам через третьих лиц, но, увы, времена такие. У вас в распоряжении, в субботу, то есть через шесть дней, будет три часа свободного времени. В эти три часа, вам по уставу, разрешено покинуть территорию лицея.

Я предлагаю вам встретиться в ресторане «На Тверской» в ВИП комнате. Именно там, я смогу предоставить, безопасно, имеющуюся информацию.

Если вы решитесь прийти, то назовите на входе свою фамилию «Измайлов», и вас проведут ко мне.

p.s.: До встречи. Ваш истинный друг.»

Андрей, поражённый, облокотился о стену, размышляя, кто бы это мог быть. Так как лица, знавшие его настоящее имя, могли спокойно обратиться к нему напрямую. Это же было письмо от анонима. Ещё одной мукой, было то, что ждать было необходимо, почти неделю. А идти, Андрей собрался непременно. Письмо, немного взбудоражило его и придало силы. Поэтому, он выпустил вторую банку с анибусами, решившись обустроить комнату. Но, перед этим, вспомнив про письмо от портного, он вытащил его и начал читать.

«Дорогой Андрей Петрович Лазаревский. От лица невидимых, приглашаю вас на аудиенцию, чтобы ознакомиться с нашим миром. У нас есть информация, которая поможет выжить в этом сложном и запутанном мире. А также, мы хотим рассказать, кто из ваших новых «друзей» таковым не является.

Андрей Петрович, достоверно заявляю вам, что вас хотят использовать. Будьте благоразумны, и примите нашу помощь.

p.s.: Первого октября в назначенном месте.

p.s.: Сожгите это письмо.

Невидимые»

Ещё одно тайное письмо, сильнее разожгло в Андрее любопытство. И как бы ему хотелось разобраться прямо сейчас, но сейчас следовало навести порядок в комнате.

Первым делом, Андрей достал и решил повесить картину, напоминающую о прошлом, напротив кровати, чтобы глаз периодически цеплялся за неё. На картине, искажённо, была написана девушка с зонтом, под проливным дождём, которая брела по забытой роще.

Далее, он разложил связку книг по полочкам. Затем личные вещи в шкаф, и застелил кровать. Время почти подходило ко сну, как вдруг, раздался стук в дверь. Открыв её, Андрей застал Родиона Разморова.

- Здравствуй, ещё раз. – Каким-то странным взглядом, обвёл он комнату Андрея.

- Привет. – Вопросительно ответил Андрей.

- Я хотел показать тебе книги, которые нужны на завтра. – Было видно, что он придумывает причину. – Ты же, вроде, говорил, что хочешь подготовиться?

- Да, конечно. – Андрей, ещё не пришёл до конца в себя, но понимал, что дело не в книгах. – Проходи, пожалуйста.

- Ага. – Разморов зашёл в комнату, и ещё раз огляделся. – Симпатичная картина… - Он задумался на секунду. – Но грустная, странно…

- От чего же?

- О ком эта картина? Нам ещё рано грустить, по таким вещам. – Родион подошёл к окну, посмотрел на улицу, а затем двинулся к полке с книгами.

- Мне её впихнул торгаш, пока я не видел. А обнаружил её только сейчас. Ну, и пару серебряных, на мой взгляд, не стоят скандала. – Пытаясь расставлять по местам слова, ответил Андрей. А чтобы показаться более спокойным, он присел на кровать, скрестив ноги.

- Да… пара серебряных. – Родион вытащил из полки книгу под названием - «История рун», и открыл первую страницу. – Знаешь, Андре? Я вспоминаю последний бал, где я видел тебя. Ещё до летних каникул. И там, ты был скорее похож на Мышкина, чем на рассудительного и спокойного подростка. Сейчас, я вижу совсем иного человека. – Он закрыл книгу, и повернулся к Андрею, заглядывая в глаза. – И твой выговор… совсем другой, не местный.

Андрей, насторожившись, старался из-за всех сил не отводить взгляд от Родиона, и молча выжидал, что тот скажет дальше.

- Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Сощурившись, спросил он.

- О чём? Я не понимаю, про что ты спрашиваешь. – Ответил Андрей и встал. – Эта книга на завтра? – Кивнул он на ту, что была в руках Роди.

- Да. – Кивая, Разморов младший с сожалением посмотрел на друга, и решился уйти. – Не знаешь, почему брат сказал мне, чтобы я был повнимательнее… с тобой? – Повернувшись у самой двери, он хотел услышать хоть что-то.

- Я не умею проникать в мысли людей, чтобы знать их намерения. – Хладнокровно отвечал Андрей.

Родион открыл дверь, и почти вышел, но остановился. – Где ты был в прошлую пятницу? – Как бы вскользь, перед прощанием, спрашивал Разморов.

- В госпитале, приходил в себя.

- Что ж… пускай так и будет…

Глава 22

Довольно очевидно, что Андрею Лазаревскому, не удалось взяться за книгу, после вечерних событий. Перед сном, он размышлял о словах, сказанных Родионом, о Анне и её странной записке. И конечно, завтрашний день. Обучение начнётся, о котором он не имеет и малейшего представления. Примерно в полночь, его разбудил шум из прихожей, когда в квартиру вернулся Володя. Он пытался сдерживать смех, от чего смеялся ещё громче, но спустя минуту или две, затих в своей комнате. Андрей вновь погрузился в сон, мягко и аккуратно, будто его накрыли сонным пледом. Беспокойных снов уже не было пару дней после того, как Екатерина Александровна наложила печать.

На утро, Андрей проснулся от страшного стука в дверь. Вначале, он не понимал, что происходит и решил, будто его снова пытаются похитить. Резко спрыгнув с кровати и встав в стойку… - Стойка? – подумал он. Конечно, сейчас он не мог противопоставить ничего. Но тут, до него начал доноситься голос, в паузе между стуками.

- Андре! Просыпайся, а то опоздаем в первый же день! – Кричал Володя.

Андрей спокойно выдохнул и подойдя, отворил дверь. – Как ты меня напугал… - Обратился он к Мышкину.

- Он и мёртвого разбудит. – В проёме показался Родион, ужасно заспанный, будто не спал всю ночь. – Как там женский корпус? Весь поднял на ноги? – Потирая глаза и зевая, направился он на кухню.

- Что там было! Если бы вы видели, то пошли бы с нами. – Проводив взглядом Родиона, он повернулся к Андрею и начал пересказывать о случившемся.

- Идите завтракать, нам через пять минут выходить нужно! – Крикнул Разморов.

***

Через десять минут, трое друзей вышли из здания общежития. Андрей и Родион, были одеты, как и все гимназисты, в одеяниях своего класса – белые сорочки с небольшим количеством пуговиц, начинавшихся на груди. Поверх, были надеты белоснежные сюртуки, с золотистыми краплениями и каёмками. На ногах, были белые штаны и белые туфли с золотыми каблуками. Андрею, показалось странным, что они выглядят довольно помпезно. Сравнивал он, конечно, с Володей, и его тёмно-зелёным сюртуком и светлой сорочке. Зелёный, как основной цвет класса гидры.

Ребята были слегка перепуганы, так как ожидали увидеть вокруг себя множество ребят. Но на улице были, лишь, единицы, которые уже забегали в теоретический корпус. Стало ясным, что они опаздывают, хотя по времени, ещё оставалось семь минут.

Давно прошли времена, когда Андрею, будучи ещё Константином, приходилось бегать в таком темпе. Но за последнюю неделю, он с лёгкостью бежал второй раз, и даже получал наслаждение. Достигнув здания, ребята разделились, Андрей и Родион побежали на второй этаж в аудиторию под номер двестидвенадцать, Володя в свою очередь повернул направо в семнадцатый.

Оставалась ровно одна минута, прежде чем они нашли нужную дверь. Запыхавшись, Андрей и Родион буквально ворвались в нужный кабинет, где все ученики, уже спокойно ожидали учителя. Практически все места были заняты, и лишь два свободных стула ожидало наших приятелей. Третий и второй ряд состояли из трёх парт, Родион увидел ровно посередине Данила Карамирова и сел к нему. Первый ряд состоял из двух ученических столов и третий был учителя. И последнее свободное место для Андрея, было прямо перед учителем.

Андрей в нерешимости смотрел на своё место, так как рядом сидела, уже известная ему, и не только ему – Анастасия Владимировна Гединина. В классе было слегка шумно, так как все ученики старались поскорее познакомиться друг с другом, если кто-то кого-то не знал.

- Молодой человек… – Раздался спокойный голос из-за спины Андрея, который чуть ли не парализовал его.

Обернувшись, Андрей увидел перед собой нестарого мужчину, на вид сорока лет. На нём была белая мантия, скрывавшая практически всё тело. В противовес белоснежному одеянию, на его лице были тёмно-чёрные брови, и такого же цвета средней длины волосы.

- Извините. – Всё, что удалось выдавить из себя Андрею.

- А! Андрей Петрович, наслышан. Что ж это вы в проходе встали, занимайте своё место. – С улыбкой, проговорил учитель.

Андрей поскорее прошёл к свободному месту, приветливо кивнул Анастасии Владимировне и сел. Учитель же спокойными шагами подошёл к своему столу, коснулся его пальцами и начал.

- Здравствуйте, молодые люди. Меня зовут князь Виргинский Константин Степанович. Обращаться ко мне вы можете просто – Константин Степанович. – Он отошёл к центру, чтобы каждый, имел возможность на него посмотреть. – Я буду вашим классным руководителем на протяжении следующих трёх лет, и по совместительству, учителем «Старославянской истории». Сегодня мы проведём первый урок – ознакомительный. А именно, я познакомлюсь с вами. Вы со мной. – Константин Степанович сел за свой стол и открыл журнал, в котором были записаны фамилии гимназистов. – Ахмакова Светлана Родионовна, прошу. Встаньте и расскажите немного о себе.

Светлана Ахмакова, спокойно встала со стула, а сидела она в крайнем, третьем ряду на первой парте. – Спасибо. – Поклонилась она учителю и начала. – Я, княгиня Ахмакова. Родом из Вейфской области. Мой отец генерал, князь Ахмаков, а мама… мамы давно с нами нет. – Стараясь держаться гордо, она произносила все слова ровно и внятно. – Способности рода Ахмаковых, заключаются в том, что мы чувствуем и управляем растениями, либо, как говорит мой отец – жизнью. Я родилась под чёрной сосной, и это дерево является моим ангелом. В целом, я управляю, точнее сказать дружу со всеми хвойными растениями.

- Спасибо, прошу присаживайтесь. – Константин Степанович, посмотрел на список и назвал следующую фамилию. – Антипов…

Андрей, в моменте перестал слушать, как представляется его однокашник, рассматривая довольно пустой класс, и что более привлекло внимание – это их классный руководитель. Что-то странное, виделось в его облике, но он не мог разобрать, что именно. Андрей осторожно стрелял глазами в учителя, периодически посматривая на свою соседку.

- Верзилов, прошу. – Назвал четвёртую фамилию учитель.

- Меня зовут князь Верзилов Геннадий Денисович… – Мальчик невысокого роста, по отношению к другим, слегка полный, стоял и смотрел своими маленькими глазками на доску, стараясь справиться с волнением. – Я родом из Ревиса, и могу превращаться в соболя. В природе, это некрупный хищник… – Начал он совершенно другим тоном. – Но очень сильный! И я… - чуть горячился Верзилов.

- Прошу вас. Я думаю, здесь никто не сомневается в ваших способностях. – Перебил его учитель, видя, что парень теряет контроль.

- Конечно. – Ответил Геннадий и повернулся, сощурившись на Поддубова.

- Спасибо. Итак, следующая у нас идёт – Гединина.

Андрей почувствовал лёгкое волнение, когда его соседка по парте встала и он уже мог беспрепятственно рассмотреть её.

- Княгиня Гединина Анастасия Владимировна. – Андрею показалось, что она встала слишком величественно, выставив грудь вперёд. – Моя фамилия, как известно многим, одна из самых первых на Руси, и думаю, что не требуется в представлении. Мой отец занимается государственными делами на самом высоком уровне при Императоре. Мать управляет благотворительными фондами. Моя основная сила такая же, как и у родителей. Известный факт, что моя семья долгожители, и моему дедушке исполняется в этом году третья сотня лет. – Она старалась говорить чётко, но немного сбивалась. – В моей семье, есть правило, что в каждую новую прожитую сотню, должен появиться новый член семейства. Долгожительство, довольно просто объясняется. Я скорее мертва, чем жива. Для нашего рода, рождение приравнивается к смерти, и знаменуется трауром. В то же время, каждая смерть – это новое рождение, а соответственно – праздник. Вторая способность, как у любого другого жителя Дестанса – уникальна и никогда не повторяется. Моя заключается в том, что я могу обратить любой предмет или живой объект в оружие, а из оружия могу сделать безобидный предмет.

- Спасибо княжна. А подскажите, граф Стародубов, случайно не ваш родственник? – Спросил учитель.

- Всё верно, он мой двоюродный брат. – Закончила Анастасия и села на своё место.

- Карамиров Данил Филипович.

После того, как прозвучала фамилия – Карамиров, никто не встал. Данил был слишком отвлечён разговором с Родионом Разморовым, и поэтому прослушал большую часть знакомства. К тому же, ему и так практически все были знакомы.

Константин Степанович сразу же заметил, что Данил не услышал его, и поэтому желал сразу объяснить юнцу: когда он говорит, то все слушают. Но применять повышенный тон сразу он не решился, а просто повторил фамилию, чуть громче.

- Карамиров! – Константин Степанович буквально сверлил его взглядом.

- Да! Извините, пожалуйста! – Вдруг опомнился Данил, когда Родион услышал его фамилию и подсказал. – Меня зовут князь Карамиров Данил Филипович. – Он пытался поправить рукава, которые смялись за время сидения. – Мой род из Вейвской области. Отец Филип Карамиров. Есть два брата. – Тараторил от испуга Данил очень быстро, читая, как по списку. – А сила моя отличается от братьев, так как у меня другая мама. Я… могу создавать волны, пока маленькие. Но, брат говорит мне, что когда я вырасту, то смогу затопить всех красных. – Данил тяжело выдохнул, быстро отблагодарил всех и уселся на место.

- Спасибо, Данил… это было ёмко и кратко. – Константин Степанович заглянул в список. – Князь Курбский!

Андрей, последние пять минут, думал о том, что следует говорить. Ещё в лазарете, он читал брошюру, где узнал, откуда родом его новая семья. Примерно знал свои способности, хотя и не чувствовал их с тех пор, как он использовал их в карете. Затем, он обдумывал о том, что сказала его соседка по парте. Её миловидная внешность уже поразила Андрея на торжественном ужине. Теперь же, он сидел возле неё, и опасался взглянуть, чтобы не привлечь внимание. Вот в таких мыслях Андрей провёл последние минуты, пока случайно, не заметил странный взгляд учителя.

- Андрей Лазаревский! – Константин Степанович удивлённо поднял бровями, как бы не понимая. Хотя, он прекрасно знал, что Андрей – Амфир.

- Да! – Резко встал смущённый Андрей, задев при этом парту. У него не было выработанной привычки на новую фамилию и имя, как это бывает обычно у всех. Только услышал и тут же встал. Слегка покраснев, он начал. – Андрей… князь Андрей Лазаревский. Моя семья, родом из… Вейлиса! – Пытался вспомнить Андрей, что заучивал совсем недавно, и что куда-то затерялось в секунду. – Мой отец, был... Пётр Владимирович Лазаревский… А сила моя заключается в том, что я могу управлять предметами… Телекинез, да! – Андрей опустил голову, понимая, что воспроизводит нечленораздельную чушь.

- Спасибо, Андрей Петрович. Как вы все знаете, дети, у семьи Андрея случилось горе. И ему, тяжело сейчас говорить. Присаживайтесь. – Константин Степанович благосклонно указал на его место. – Итак, следующий по списку – Поддубов.

- Меня зовут князь Поддубов Михаил Валерьевич. – Он смело окинул всех взглядом, как бы знакомясь. Хотя, его и так все знали. – Моя семья из самого маленького, но и самого сильного поселения – Коркес. Мы – защитники. Как и у всех членов нашего рода, у меня лучшая оборонительная и контроборанительная сила. – Поддубов был крепким парнем, с интересными чертами лица. Довольно высок, но что-то в нём порой отталкивало. Скорее всего, чрезмерная уверенность в себе, которую ещё никто не успел рассеять.

- Спасибо. Далее… - Далее шли ещё несколько людей, которые почему-то были не интересны Андрею, за исключением Разморова. История Родиона, расставила всё по местам, когда он рассказал, что его отец погиб в Цахвойских горах. Тогда, Андрей осознал, что это он убил Игната Васильевича Разморова. А это, в свою очередь, всё усложняло.

Глава 23

Когда все гимназисты из класса Октант представились, Константин Степанович закончил урок и отправил всех на перерыв. Свободное время, между первым и вторым уроком было не больше десяти минут, что хватало ровно для того, чтобы дойти до 408 кабинета. Начинался урок «История рун и летопись», но, как и все уроки этого дня, он был вводным. Денис Александрович Дроздов, был более мягок, чем классный руководитель, поэтому ребятам получилось с лёгкостью провести урок. И целый час пролетел, будто за десять минут.

Андрей, как и повелось с первого раза, сидел вместе с Гедениной, но так и не обмолвился с ней словом. По окончанию урока, Андрей, старался держаться Родиона, который в свою очередь шёл с младшим Карамировым – Данилом. Ребята дискутировали на тему, что славянские руны – это уже прошлое, и давно, в мире имеются гораздо мощнее руны и заклинания, дающие преимущество в бою.

- У нас сейчас урок практических навыков? – Идя по левую сторону от Родиона, спрашивал Андрей. К слову, ему было очень неприятно вклиниваться в разговор, словно навязываться, ведь, так он не поступал никогда. Но, приняв, что ничего не понимает, ему необходимо, хотя бы неделю побыть хвостиком, чтобы запомнить основные моменты.

- Нет. – Отвечал Карамиров. – Сейчас время пообедать, а уже после занятие. Целый, свободный час!

- Отлично. – Андрей чуть ускорил шаг, с трудом пробираясь через плотно набитый коридор, учениками.

- Эй? Ты чего? Не пойдёшь с нами? – Крикнул Родион, так как стоял сильный шум, от множества голосов, тех же учеников.

- Я прогуляюсь, а потом сяду к вам! – Кричал в ответ Андрей, но уже с приличного расстояния, так как его подобрал поток движущихся гимназистов, против которых невозможно было препятствовать.

Немного потолкавшись в проходах, Андрей успешно спустился на первый этаж и вышел на воздух. Конечно, ему хотелось увидеть Мышкина, с которым, по ощущениям, он стал ближе. Но того, нигде не было. Обеды проходили в том же здании, где был торжественный ужин. Ещё тогда, Андрей заметил, что напротив здания есть приятный небольшой парк с лавочками. Вот к нему, он и направился с тем, чтобы немного прийти в себя.

Спокойным шагом, наблюдая, как ломятся все остальные, он добрался до небольшой аллеи. Человеку, привыкшему к уединению, за последние годы, такое количество людей в одном месте, сбивало с толку. Поэтому, прежде чем, вновь, окунуться в поток, Андрею захотелось отдышаться. Зелёные ограды под два метра высотой, прятали его ото всех, и в некоторых местах, как в карманах, можно было уединиться. Андрей размышлял, о своём новом классе, о себе, как вдруг из ниоткуда появился знакомый голос.

- Я почему-то так и подумал, что ты отправишься сюда. – Это был Евгений Александрович Долгорукий.

- Вы? – Рассеяно посмотрел Андрей. – Откуда вы знали, что я буду здесь?

- Когда мы в прошлый раз шли в мой кабинет, по пути ты внимательно рассматривал эту аллейку. Соответственно, решил я, куда может отправиться человек, недавно появившийся на этой планете, для спокойствия, хотя бы на минуту? – Улыбнулся директор.

- И вы решили отнять у меня эту минуту? – Улыбнулся в ответ Андрей.

- Не совсем так, я захотел помочь. – Взглянув на небо, он опустил голову. – Как ты себя чувствуешь?

- В целом неплохо… я бы сказал – непривычно.

- Это хорошо.

- Но, есть одно – но… Я не чувствую в себе, того, что было до телепортации кареты.

- В каком смысле? Я не совсем понимаю. – Черты лица директора, приняли более серьёзный вид.

- До лазарета, до того, как мне нанесли печать, я ощущал некоторое… щекотание? В общем, я чувствовал, как будто, что-то двигалось в моём теле. А после печати, движение остановилось. И когда я переместил карету, всё замолчало насовсем. – Нога Андрея, начала телепаться с ускоренным темпом. – И как я слышал, кольцо, придало ребятам сил. А я ничего не почувствовал.

- Понятно. У меня есть мысли на этот счёт. – Евгений Александрович потёр подбородок. – Вероятнее всего, тот кто наносил тебе печать, а я думаю – это была Екатерина Александровна. Так вот, она уже стар… почтенная женщина, и знает руны и печати, которые использовали наши проотцы. В то время, все руны были грубые и необтёсанные. Поэтому, она не только запечатала силы Андрея Лазаревского, но и в целом, все твои силы.

- И как мне быть? – Спросил Андрей.

- Я вообще удивлён. – Не заметив вопроса Андрея, продолжил директор. – У этой женщины есть такая сила, способная запереть Амфира? – Он размышлял, будто ничего не видя. – Нет, это только из-за того, что ты ещё не окреп.

- Так и что мне делать? – Чуть повысил голос Андрей.

- А! Да. Извини. Я немного удивлён. – Евгений Александрович задумался. – После практических занятий, ты зайдёшь ко мне в кабинет, и я попробую переложить печать на Андрея, не задевая твоих сил. А когда ты окрепнешь и освоишься, попробуешь сам снять печать и договорится с ним.

- Договориться? – Удивился Костя.

- Именно. Амфир возрождается, только при союзе двух личностей.

- Но, он же сошёл с ума?

- Похоже на правду. Но, способов договориться есть уйма, как хороших так и … Пока рано. Начинать следует всегда с хороших. – Директор посмотрел на солнце и сказал. – Тебе пора на обед. Остаётся всего две минуты до начала, а Архимер будет не доволен, если кто-то опоздает.

- Архимер? – Спросил, собираясь Андрей.

- Ты поймёшь. – Ответил директор, и сел на место, где сидел Андрей. – После занятий, зайдёшь ко мне.

- Хорошо. – Кивнул Андрей и побежал к столовой. На благо, идти было совсем недалеко.

***

- Скорее, скорее! Ну же! – Кричала мраморная статуя в виде сгорбленного человека.

Андрей встал в очередь на входе. Перед ним стояло три человека.

- Ты не пройдёшь! – Кричала статуя, чьё имя уже было известно – Архимер.

- Но я же ещё не обедал! – Плаксиво кричал Кабанец, гимназист, который сидел рядом с Володей на ужине.

- Твой желудок полоном, несносный дармоед. – Издевательски кричал Архимер. – Меня не проведёшь, толстопузик.

- Это осталось от завтрака!!! – Продолжал Игорь.

- Врёшь! Врёшь! Поросёнок! Бегаешь и в тихомолку по углам подъедаешь! Знаем таких! – Архимер быстро вытащил из-за спины мраморный посох, и с силой ударил о пол, рядом с Игорем. – Следующий!

Расстроенный Кабанец побежал в сторону, хныкая. Но в его голове оставался план, чтобы найти обходной путь. Остальные два гимназиста были не знакомы Андрею, но перед тем, как они вошли, прошло ещё немного времени. Наконец, пришло и его время входить.

- Стоять! – Прогремел Архимер.

- Но я ничего не ел… и голоден. – Растерялся, удивлённый Андрей.

- Время окончилось, обед начался! – Затем, мраморная статуя почти перекатилась на вход и застыла. Сколько Андрей не пытался вразумить её, ответа уже не получал. Словом – обед начался!

***

- Да открой ты мне! Я здесь стоял до начала обеда! – Пытаясь сдвинуть Архимера, говорил Андрей.

- Тоже мне, беда! – Сказала мимо проходящая Анастасия Владимировна Геденина.

Андрей замер от неожиданности. Он находился довольно в комичном положении. Но, придя в себя, он спокойно повернулся и спросил. – А вы значит не желаете кушать?

- Желаю. – Немного удивилась и сама Настя. Удивление было связанно с тем, что до этого, Андрей ни разу не обмолвился с ней и словом.

- И как же вы будете есть, если опоздали?

- А с чего вы решили, что я опоздала? Я и не собиралась обедать в этом душном и громком помещении. – Парировала княжна Анастасия, чуть ухмыльнулась и пошла дальше.

- Стойте! – Двинулся вслед за ней Андрей.

- Чего вам?

- А где ещё можно поесть? – Андрей действительно сильно хотел кушать, поэтому вопрос стоял остро.

- Допустим, я сама с утра приготовила себе обед, и теперь собираюсь его съесть, на поляне возле амфитеатра.

- Понятно. – До Андрея дошло, что нужно и самому о себе заботиться. А соответственно, сегодня он оставался без обеда и смотрел, как Анастасия Владимировна уходит всё дальше и дальше.

- Сегодня, я могу вас угостить! – Крикнула она, обернувшись.

Андрей, в хорошем настроении, тут же ускорился и поравнялся с ней. С одной стороны, он сможет наедине поговорить с той, которая заинтересовала его. С другой, хоть немного поесть.

Они дошли до пригорка, на котором рос свежий, ещё не остриженный газон. Гединина достала из рюкзака небольшое покрывало, и расстелила его. После, она вытащила несколько свёртков, в которых были бутерброды с сыром и колбасой, а также достала маленькую поллитровую бутылочку с горячим кофе. Разложив всё, она села на покрывало скрестив ноги и взяла один из бутербродов. – Чего смотришь? Садись. – Сказала она Андрею, так как он стоял и не знал, что делать.

- Можно задать один вопрос? – Спросил Андрей, попутно беря в руку хлеб с колбасой.

- Попробуй. – Пережёвывая, отвечала Геденина.

- Как я могу к вам обращаться?

- Ты странный. И говоришь странно. – Внимательно разглядывая Андрея, отвечала она.

- Мы перешли на – ты?

- Да! Перешли. – Она немного подумала. – С глазу на глаз, можешь называть меня Настя, на людях – Анастасия Владимировка.

- Хорошо.

- А ты значит, Андрей?

- Да…

- Это и был твой вопрос?

- Не совсем, его я задам сейчас. – Андрей взял крышку от небольшой бутылки, которая была похожа на термос, и с разрешения княжны немного отпил кофе. – Почему с вами никто не садился?

- Никто не садился… - Переспросила она, но Андрей прервал её.

- Я извиняюсь, если вопрос вам… тебе неприятен.

- Нет. – Чуть ли не рассмеялась она. – Это не то. Ты действительно, как будто дурачок. – Забрав у него крышку, она налила в неё кофе и выпила несколько глотков. – Ты не знаешь, кто я?

- Я слышал, что вы рассказали о себе. Но я не увидел ничего такого в этом.

- Они все, боятся моей семьи, в том числе и меня. – Ответила она, глядя куда-то в даль. – Тебе бы тоже стоило.

- У меня была потеря памяти, поэтому чувство самосохранения не работает. – Андрей улыбнулся и посмотрел туда же, куда смотрела Настя. – А что, действительно стоит бояться?

- Смотря чего ты хочешь. Моя семья, мой клан самый сильный среди нынешней России. И хотя, в одно время, на нас активно вели охоту, мы выжили. Не все, конечно, даже очень мало. И то ограничение, которое ввели, по рождаемости, на самом деле было договором между императором и главой моего клана. – Настя резко перевела взгляд на Андрея и будто опомнившись, раздражённо сказала. – На сегодня хватит историй. Жуй молча.

Андрей не стал что-то говорить, довольный и тем, что получил. Так пролетело около получаса. Когда они поели, то просто осматривались вокруг. Время было тёплое, поэтому находиться на природе, было весьма комфортно.

- Вставай, у нас практические занятия. – Сказала Настя, резко встав, чем напугала Андрея.

- А что мы там будем делать? – Спокойно, приподнимался Андрей.

- Я, по-твоему, уже училась? – Она приподняла левую бровь, и саркастически улыбнулась. – Скоро узнаем, что это такое.

Андрей встал, помог отряхнуть покрывало и отдал его Насте. После чего, они пошли в практический зал, который располагался напротив столовой. Когда они сошли с холма и очутились на территории школы, Настя сказала. – Будет лучше для тебя, если никто не увидит, что ты ходишь со мной.

- Почему? Я в этом ничего не вижу.

- И откуда ты взялся-то? – Остановившись, она пристально посмотрела на Андрея. Он тоже остановился. Она оттолкнула его и скорым шагом пошла в другую сторону.

***

Андрей, немного удивлённый, немного расстроенный, шёл по площади, которая разделяла столовую и здание, где отрабатывали практически навыки. Вокруг было полно гимназистов его уровня и те, что были постарше. В толпе, он столкнулся с Родионом и Данилом.

- Ты где был? – Спросил Родион Разморов. – Мы тебя уже потеряли.

- Меня Архимер не пустил, из-за одного человека.

- Этот старпёр всегда кого-то не пускает. – Смеясь рассказывал Карамиров. – У него такой принцип, около десяти процентов не пускать.

- А какой в этом смысл? – Спросил Андрей.

- Мне-то откуда знать? Мне брат Дмитрий рассказывал, что он на втором уровне учёбы, за целый год ни разу не попал на обед.

- Серьёзно? – Удивился Разморов.

- Да. Он и его друзья облили Архимера смолой. Тот так ругался и кричал, что никто не попал на обед. А когда началось разбирательство, то Диму чуть-чуть не выгнали. – Ребята уже дошли до входа и остановились подождать, пока толпа пройдёт внутрь. – Отец вовремя вмешался и дело замяли, но Архимер заточил зуб.

- Я бы тоже не пускал твоего брата. – Заметил Родион.

- Понятное дело. Но, кто молодым идиотом не был? – Ответил Данил.

- Кстати о идиотах! Андрей, ты не видел Мышкина?

- Я его не видел, с тех самых пор, как мы разошлись по кабинетам. – Сказал Андрей, и зашёл внутрь.

Глава 24

- Уважаемые гимназисты. – Громко и уверенно начал учитель. – Меня зовут граф Александр Александрович Суворов. И я буду обучать вас практическим навыкам. В связи с сложившейся ситуацией на Цахвойских горах, наши кадры значительно поредели. Поэтому, мне было поручено, самим Императором, подготовить вас, как можно скорее. – Суворов немного откашлялся из-за темпа, который взял. – Уже через месяц, после подготовки, большинство из вас начнёт выполнять небольшие задания на государственном уровне. Вам предстоит посетить нейтральные зоны, а порой и передовые части, соприкасающиеся с территорией врага. – Суворов выглядел довольно строго, но в его глазах можно было заметить тень сожаления. Она была связанна со знанием, о опасностях, которые ждут его подопечных. – Наша главная цель, приложить все запасы сил, с вашей стороны и моей. Я рассказываю и показываю, вы впитываете, как можно тщательнее. Всё понятно?

- Да! – Хором прокричала толпа гимназистов.

- Не – да! А – Так точно, генерал! – Крикнул Суворов.

- Так точно, генерал! – Отозвались ряды. Андрею, в свою очередь, показалось всё это странным. Но выбирать не приходилось.

- Разминка, пятнадцать минут! – Крикнул генерал. – Вдоль стены, медленным ша-а-гом, марш!

***

Шестьдесят четыре человека бегали по кругу большого тренировочного зала, ускоряясь с каждым разом. Андрей бежал рядом с Разморовым и пытался выведать у него, чем они будут здесь заниматься.

- Я знаю одно. – Отвечал Родион. – В конце занятия, у нас будет, скорее всего, спарринг. Хотя это и странно, так как обычно, спарринги начинаются только с третьего курса.

- Спарринги, в смысле, сражаться будем? – Удивлялся Андрей.

- Да. – Кивал Родя.

Андрей продолжил бежать и задумался. Он понимал, что у него совсем нет сил, а точнее, они заблокированы. Было непонятно, насколько серьёзными будут спарринги, и придётся ли ему выживать.

Пока гимназисты бегали, Суворов поднялся на второй этаж на трибуну, чтобы видеть всех ребят. Да и к тому же, он поджидал генерала Вяземского.

- Здравствуйте Александр Александрович. – Подошёл Вяземский и пожал руку Суворову.

- Сергей Дмитриевич, и вам доброго дня. – Суворов впервые, за последние полчаса улыбнулся. – Вы что-то хотели от меня?

- Хотел спросить. – Из далека, начал Вяземский. – Почему вы ребят держите в душном помещение, когда на улице, столь, тёплая погода? – Граф встал возле Суворова, и наблюдал за гимназистами.

- Вы должны понимать, генерал, если я буду каждый день выводить их на улицу, появятся вопросы. Почему гимназисты первого уровня, каждый день занимаются практическими навыками? – Суворов поднял указательный палец, как бы попросив подождать генерала секунду. – В обратном направлении, бегом ма-а-арш! – Крикнул он вниз. – Так вот. – Повернулся Суворов к графу. – Хотя, мне кажется, что я всё объяснил.

- Занимайтесь в амфитеатре. Он за стенами. – Настаивал Вяземский.

- Сергей Дмитриевич, дорогой. Мне Евгений Александрович, строго-настрого запретил выводить ребят. Поэтому, даже при желании, я не смог бы этого сделать. – Суворов пошёл к лестнице, чтобы спуститься. – Поговорите с нашим директором, возможно, вам удастся переубедить его осторожность. – Спустившись вниз, он, вновь, обратился к ребятам. – Итак, сегодня первое занятие. Поэтому, мы сразу проведём несколько спаррингом и посмотрим на что вы способны.

Вяземский стоял возле лестницы на втором этаже, и нарочно откашлявшись погромче, хотел привлечь внимание Суворова.

Суворов, видя, что граф ещё не ушёл, сказал ребятам. – У вас есть пять минут, чтобы отдышаться. А затем мы начнём. – Ускорившись, Суворов поднялся. По нему было видно, что разговаривать он не очень желает. – Я вас слушаю?

- Александр Александрович, не раздражайтесь и уделите всего на всего одну минуту. – Продолжал деликатно говорить Вяземский. – Вы ведь знаете, что на этом уровне, присутствует Амфир?

- Как же, знаю! И я собираюсь его хорошенько поднатаскать.

- Вот именно поэтому, зная вашу пылкость, я и пришёл просить вас. Амфир ещё совсем не окреп, и вы можете сделать неприличный анекдот, который не понравиться и государю.

- Сергей Дмитриевич, вы же знаете, что я служу во имя государя…

- Несомненно. – Тут же, перебил его Вяземский. – Но, я думаю, что вы иногда можете совершать не совсем последовательные действия. И чтобы, предубедить их, прошу ещё раз, не загоняйте его. Будьте поделикатнее.

- Конечно, генерал. Конечно! – Подзавёлся Суворов, и раскрасневшись, не прощаясь, направился к ребятам. – Всем построиться! – Выкрикнул он, во весь голос. – Никаких учебных заданий сегодня не будет! – Сердясь всё более, повышенным тоном рассказывал Суворов. – Я хочу увидеть, на что вы способны. С чем мне предстоит работать. – Затем он взял журнал, где были записаны фамилии всех учеников.

- Что-то у них там произошло. – Рассказывал Родион, Андрею, оглядываясь в разные стороны.

- Первым пойдёт! – Суворов вёл пальцем по списку, просматривая все фамилии, пока не наткнулся на нужную. – Лазаревский! – Александр Суворов, резко поднял глаза и буквально впился глазами в Андрея.

Андрей же, замер в некотором шоке, не понимая, что назвали его фамилию. А если передавать более точнее, его чувства, то он не хотел понимать, ту фамилию, которая была названа.

- Лазаревский! На середину зала! Живее. – Генерал смотрел прямо на Андрея. Было сложно делать вид, что он не понимает, чего от него хотят.

- Мы долго будем вас ждать? – Уже почти кричал Суворов.

- Извините. – Немного продвинулся вперёд Андрей. – Я себя нехорошо чувствую.

- Это быстро пройдёт. Выходите, князь.

И ничего не оставалось Андрею, кроме как подчиниться, чтобы не вызывать лишних подозрений. Он вышел прямо к центру, по правую сторону от Суворова, ожидая, сам не зная чего.

- А его оппонентом, станет… Романов Николай Викторович! Прошу к центру. – Злобно улыбаясь, Суворов посмотрел на Андрея.

Романов, был совсем неравным соперником для Андрея, в сложившейся ситуации. Потому что Романовы, были одни из самых старых и сильных кланов, на ровне с фамилией Гединины. Родион Разморов ужасно удивился, что Андрея поставили с Николаем.

Николай Викторович, в свои юные годы, уже был хорошо развит физически. Хотя он был и не больших размеров, но его прямые плечи и ровная осанка, увеличивала вполовину. Он учился в группе центавр, что соответствовало силе огня и подходило, под его рождение. Романовы обладали различными силами природы. У Николая – эта сила, была огонь. Чёрный сюртук, с оранжевыми узорами, как у всех учеников центавра, плотно сидели на нём. Он вышел к центру по левую сторону от учителя и Андрея.

- Итак! Когда я поднимусь на второй этаж, на балкон и дам вам команду… вы начнёте спарринг… - Он немного задумался и продолжил. – В полную силу, без уступок. – Развернувшись, Суворов направился к лестнице. Вслед за ним пошёл и Андрей.

- Извините, но вы знаете, кто я? – Шёпотом говорил Андрей.

- Конечно, вы гимназист. Андрей Лазаревский…

- Нет, вы видимо не понимаете. – Перебил его Андрей, продолжая идти рядом.

Суворов остановился, и по его лицу было видно, что он зол. – Молодой человек, вы уже позволяете себе больше, чем может позволить ученик. Немедленно, вернитесь на исходную и по моей команде, начните бой.

- У меня нет сил! Мне не чем сражаться. – Выкрикнул Андрей, но после первого слова занизил голос.

Александр Александрович Суворов, был неглупым человеком и довольно опытным. Практически сразу, он догадался, что неприятный «Амфир», пытается ввести его в заблуждение. Поразмышляв не более пяти секунд, он ответил. – Если у вас нет сил, придумайте, что-нибудь. Смекалка-то у вас в наличии? – Улыбаясь, говорил Суворов, после чего развернулся и пошёл наверх.

Иногда, опытные люди, переигрывают сами себя из-за злости, или самовлюблённости. Именно поэтому, Андрею сегодня не повезло, и он шёл к центру, опустив голову, так как не мог вынести столько взглядов, обращённых на него. Как только он дошёл до центра и повернулся к Николаю, Суворов выкрикнул: - Начали!

Глава 25

Андрей, не понимая, что делать, растерялся. Он наблюдал, как Романов побежал к своему краю от центра.

- Восставший! – Выкрикнул Николай, и все увидели появившиеся языки пламени на его открытых участках кожи. Кисти, голова – всё горело красным огнём. Он уже подбегал к стене, когда выкрикнул своё грозное слово, и в конце прыгнув, оттолкнулся от стены, стоя лицом к Андрею.

Увидев лицо Николая, Андрей ужаснулся, так как оно было изуродовано пламенем. На коже были видны глубокие шрамы. Это всё, что успел увидеть Амфир, прежде чем ему был нанесён удар в солнечное сплетение. Сила удара чуть не переломила Андрея на пополам, и он стремительно влетел в стену, почувствовав хруст по всему телу.

Николай Романов расставил руки в сторону. В каждой руке появилось по шару чёрно-красного огня. – Очистись! – Выкрикнул он, и два шара полетели в Андрея.

Если бы не Граф Вяземский, затаившийся на втором этаже, то новая жизнь Андрея окончилась бы в эту секунду. Но, на его удачу, Сергей Дмитриевич, почти подлетел к нему и спас от смертельно удара. – Достаточно! – Грубым голосом крикнул граф, но Романов, не успокаивался. Обретая форму восставшего, часть рассудка и контроля над собой терялась, и ему уже было сложно отличать друга от недруга.

Если бы это был не граф, а кто-нибудь менее опытный, то, вероятно, он погиб бы вместе с Андреем. Но Сергей Дмитриевич почувствовал, как за его спиной появился Николай, готовый нанести заключительный удар.

Гимназисты же, все до единого были поражены происходящем и буквально замерли на месте. Гединина переживала за Андрея и была готова уже кинуться на помощь, но появление графа остановило её. Родион так же размышлял, чем помочь своему другу. Единственного, кто пришёл бы на выручку, не раздумывая, не было в этом здании. Князь Мышкин отрабатывал наказание, за шалости в женском общежитии в одном из кабинетов административного здания.

Вяземский щёлкнул двумя пальцами и Николай Романов, потеряв сознание рухнул на землю. Пламя на его коже тут же погасло, и он, вновь, стал похож на человека.

***

Андрей Лазаревский сквозь сон еле различал три мужских голоса. Он лежал на койке в лазарете, а над ним уже заканчивала восстанавливающие процедуры Фёкла.

- Александр Александрович. – Начал, как показалось Андрею, директор гимназии после того, как удалилась Фёкла. – Вы понимаете, что могли лишить нас, сегодня, Амфира? – Голос его звучал грубо и твёрдо. Ещё не разу, Андрею, не доводилось слышать такой тон.

- Я думал, что он блефует. – Отозвался Суворов, понимая, что допустил ошибку.

- Ученик сказал вам, что не имеет сил, а вы проигнорировали. – Вступился Вяземский.

- Я хотел испытать его.

- И с кем? – Раздражался директор. – С самым способным учеником? С Романовым? Да вы убить его хотели. – Речь Евгения Александровича ускорялась. – Вы понимаете, что сделал бы с вами Император? Даже, не смотря на ваши заслуги. – Он помотал головой. – От кого-кого, но от вас я такого не ожидал.

- Что случилось? – Надрывным и слабым тоном спросил Андрей, слегка приоткрыв глаза.

- Андрей Петрович! Как мы рады, что вы так скоро пошли на поправку! – Переменив тон, сказал Евгений Александрович. – У вас что-нибудь болит?

- Нет, но… голова слегка гудит.

- Это нормально, после боя так и бывает.

- Бой? – Удивился Андрей.

- Я хотел принести извинение. – Начал Суворов, через силу. – Я переоценил ваши способности, и впредь, буду давать вам задания под стать. – Выдавив из себя предложения, он покинул палату.

- Александр Александрович, мы это ещё обсудим. – Кинул в догонку директор. – Так-с, князь Лазаревский. Через десять минут, когда вам станет полегче, мы отправимся в мой кабинет, где я уберу блок княжны Калужской, и мы посмотрим, что можно сделать. А пока, немного полежите, мы с графом кое-что обсудим. – После этих слов, Андрей остался один в палате.

***

- Я вам очень благодарен Сергей Дмитриевич. – Уже в коридоре говорил Долгоруков. – Если бы не вы, то и не знаю, что бы было. Я слегка поражён поведением Суворова, но у него бывают такие моменты.

- Именно поэтому я и прибыл в гимназию. Когда я узнал, что Суворов проведёт первый урок, мне стало ясно, может случится непоправимое. К тому же, Евгений Александрович, Император лично доверил мне судьбу Амфира, поэтому, я всегда буду на стороже.

- Нам очень повезло, что вы есть. – Директор пожал руку в знак прощание. – А теперь мне предстоит открыть печать, чтобы перезакрыть её. Эта медичка, извините конечно, запечатала все его силы, а нужно закрыть только самого Андрея Лазаревского.

- Мне остаться?

- Я справлюсь, но на всякий случай, останьтесь на ближайший час на территории.

- Конечно, тем более, мне нужно поговорить с одним учеником.

Распрощавшись, Евгений Александрович зашёл в палату. – Как вы себя ощущаете князь?

- Кажется уже намного лучше. – Отвечал Андрей. Кожа на его лице, вновь, порозовела.

– Тогда поднимайтесь и идите за мной.

Лекарный блок располагался в левой части административного здания в противоположном конце арки. Выйдя из палаты, Андрей с директором гимназии шли по пустынному коридору на втором этаже, где периодически попадались бюсты, которые любопытствовали состоянием Андрея. Андрей, проходя мимо окон заметил, что и на площади нет никого.

- А где все? – Поинтересовался он.

- Занятия окончены на сегодня, и все ученики отправлены в общежитие. – Ответил Долгорукий и ускорил свой шаг. Дойдя до лестницы, Андрей увидел в одном из кабинетов с открытой дверью, Володю Мышкина. Тот в свою очередь, был слишком занят и что-то писал на доске. – Андрей Петрович, нам на третий. – Сказал директор, увидев, что Андрей отвлёкся.

Вместе они поднялись на третий этаж и зашли в кабинет. – Располагайтесь на кресле, а я пока подготовлюсь.

Андрей сел в кожаное кресло и услышал, как Евгений Александрович запирал входную дверь. Затем он подошёл к окну и задёрнул шторки. В кабинете стало очень темно.

- А что мы будем делать? – Спросил Андрей.

- Вызволять вашу силу Константин, а также запрём Андрея Лазаревского, пока вы не наберётесь достаточно сил, чтобы противостоять ему. – Евгений Александрович повернул кресло от стола и встал рядом с Андреем. – Посмотрим, что она вам поставила. – Резким движением, в полной темноте, он провёл ладонью по лбу Андрея. Почти сразу, загорелась древняя руна, нанесённая Калужской. – М-да… Такие чопорные руны, конечно, эффективны, но уже слишком устарели. Именно поэтому я и настаиваю на реформы в кадровом составе. – Директор отошёл к своему креслу и начал открывать полочку. – Сейчас я её сниму. – Он достал изумрудного цвета перчатки, как показалось Андрею в темноте, и надел их. – Ну-с, приступим. Предупреждаю – это может быть болезненно.

Хлопком, Евгений Александрович прижал свою руку в перчатке ко лбу Андрея, и она буквально примагнитилась. Он осторожно начал оттаскивать руку и в этот момент, Андрей ощутил, будто с него сдирают кожу.

- А-а-а-а! – Закричал Андрей, не в силах больше выдерживать такую боль.

Рука директора то отлипала, то вновь припечатывалась ко лбу. Руна никак не хотела отходить. Прошло уже три мучительных минуты, прежде чем руна начала понемногу отходить. Но в этот же момент, Евгений Александрович, тоже испытал сильную боль, так как его указательный палец сломался прямо в перчатке. Чтобы не наводить панику, он пытался сдерживать боль, хотя ему ужасно хотелось кричать и закончить, понимая, к чему всё ведёт. Он сделал последнее усилие, на которое набирался духу, после чего печать была сорвана. А вместе с сорванной печатью, вся кисть директора была переломана, будто по ней прошёл каток.

Директор отлетел на пол, сжав правую руку, а затем резко отпустил, так как она начала ещё сильнее болеть. Андрей, весь истерзанный, не готовый к таким мучениям сидел обездвижено на кресле. Зависла полная тишина, прерываемая тяжёлым дыханием обоих.

Незаметная рука появилась прямо из тела Андрея, которая схватила Евгения Александровича за ногу, и резво втянула в пустоту.

Они оказались в кабинете научной станции. Костя, вновь, стоял в своём теле, но чуть не упал от резкого перемещения. Евгений Александрович лежал в дезориентированном состоянии, но уже через несколько секунд оказался на ногах.

- Вот как ты выглядел. – Сказал директор. Костя стоял слегка потерянно и глупо улыбался. – Мы в твоей голове. – Тяжёлое дыхание раздалось за дверью, в которой прошлый раз сидел маленький Андрей со своими погибшими родителями. – Он там?

- Да, но что-то изменилось с прошлого раза.

- Он стал сильнее и злее. Мне нужно наложить руну на эту дверь и тогда, он будет в заперти. Ты чувствуешь в себе силу? – Осматриваясь говорил Евгений Александрович.

- Я чувствую новые ощущения. Прямо на кончиках пальцев.

- Это хорошо. Единственно, что мне не понятно – это почему он не нападает. – Затем окончательно придя в себя, он начал говорить быстрее. – Держи дверь, а я нанесу печать.

Костя подбежал к двери, которая была слегка приоткрыта и осторожно закрыл её. Но не прошло и секунды, как кто-то со страшной силой начал вырывать её на себя. Костя закричал, так как у него не хватало усилий, чтобы держать дверь и она резко отварилась. Это уже была совсем иная комната, чем прежде.

По всей комнате, торчали чёрные руки, с которых капала чёрная слизь. Если раньше, она выглядела, как обычная комната, то теперь – это было что-то похожее на чистилище. В левой стороне, руками придерживалась в воздухе мать Андрея. В правом углу, будто стоял отец. А возле камина, стоял вросшийся в здание Андрей Лазаревский, а точнее то, что от него осталось. Поражённый Костя, выкрикнул, когда изо всех стен появились открытые глаза.

- Константин Измайлов! – Раздался голос, ужасающий шёпот из всех щелей. – Я долго изучал тебя.

Костя видел, что его нога поглощена чёрной слизью в полу, и возможности выбраться не находилось. Поэтому всё что ему оставалось – это слушать голос. Но, чем дольше говорил голос, тем ближе, буквально, подтягивался к камину Костя.

Евгений Александрович в это время пытался открыть дверь, которая, казалось, была замурована. Он не мог запечатать дверь вместе с Костей, так как он бы остался там навечно. Поэтому, понимая, что вариантов нет, а поломанная рука не позволяет использовать всю силу, ему пришлось обратиться. – Падший! – Крикнул он во всё горло и упал на колени. В разные стороны кабинета Кости вырвались щупальцы, а на спине директора раскрылись крылья. Чёрная полоса, как повязка закрыла ему глаза, а вместо них на лбу открылось одно око. Небольшие рога повылазили вокруг головы, словно корона. Руки же и ноги увеличились вдвое, а поломанная рука восстановилась. Из одежды, на нём осталась широкая чёрная ряса с капюшоном. Схватившись за дверь, он с лёгкостью выдернул её и увидел картину, туже, что и Костя. Одним взмахом крыльев, Падший буквально снёс всю слизь до самых ног Кости. Родители Андрея упали на пол, так как руки, державшие их, исчезли. Одно из щупалец полетело в сторону Кости и обхватило, как пояс и выдернуло обратно в кабинет. Костю перекидывали, как мячик для пинг-понга, поэтому ему сложно было, что-то понять и запомнить. Оказавшись в своём кабинете, он видел перед собой существо в чёрной мантии в два раза больше директора с крыльями и щупальцами на спине. Это новое существо, захлопнуло дверь, и начало водить круги на двери.

Около двух минут, что показались Косте вечностью, длилась эта картина. А когда руна была наложена, Евгений Александрович воспарил над полом и ударил прямо в челюсть Кости, от чего он потерял сознание.