Альтания

Предыстория

Случилось так, что правителем Великого Альтанийского княжества, расположенного в центре Альтанийских земель стал молодой Казимир. Всё своё время посвящал он кутежам и охоте, а также любовным утехам. Казимир часто менял быстро надоедавших жён и оставил после себя многочисленное потомство. А когда он умер, начались распри. Жёны и дети не могли договориться о том, кто станет следующим правителем княжества, каждому хотелось обладать абсолютной властью. Кончилось тем, что Великое Альтанийское княжество было раздроблено на куски. Образовались Западное, Восточное и Южное княжества, а немного позже один из сыновей Казимира ушёл за горы и основал ещё одно – Северное княжество.

Прошли годы, о Казимире и Великом Альтанийском княжестве все уже давно забыли. Жизнь протекала своим чередом. Так бы продолжалось и дальше, если бы однажды не развернулись следующие события…

Узник

По пыльной извилистой дороге, тихо позванивая цепями, медленно брела колонна арестантов. Лишь только забрезжил рассвет, конвойный отряд, состоящий из десятника и четырнадцати солдат, вывел их за тюремные ворота, чтобы начать трудный и дальний путь. И вот уже несколько часов заключенные шли, проклиная свою горькую участь, не смея заговорить друг с другом, так как за это сразу следовал удар плетью. Время подходило к полудню и высоко поднявшееся солнце нещадно жгло головы, просолевшие от пота спины и плечи закованных в кандалы людей. Дорожная пыль, в которой утопали босые ноги, была нестерпимо горячей. Эти сто человек пока ещё не знали, куда их ведут и где им предстоит отбывать каторгу. Сейчас они мечтали о нескольких глотках воды и хотя бы непродолжительном отдыхе. С надеждой взирали каторжане на виднеющийся впереди лес, под ветвями которого, в тени можно было спастись от зноя. А пока же наливающаяся рожь опускала свои колосья к ногам заключенных, как будто кланяясь им, и до леса надо было брести ещё не менее двух часов, мимо аккуратных полей, разостланных бескрайними коврами по бокам от рыжеватой, словно покрытой ржавчиной, дорожной полосы между ними. Выстроенные в колонну по четыре человека, с кандалами на ногах, шли арестанты, еле переставляя ноги от усталости, хотя это было только начало их путешествия. Солдаты сопровождали их, передвигаясь верхом на лошадях, которые громко фыркали, страдая от жары не меньше, чем люди.

- Шевелись! Уснули что ли! В лесу колодец есть, там устроим привал! – выкрикнул один из конвоиров, стараясь, чтобы его услышала вся партия.

В одном из первых рядов шёл молодой, выделяющийся своим богатырским сложением мужчина. Казалось, что ни жара, ни тяжёлые колодки на ногах нисколько не мешают ему. Он размеренно шагал, погрузившись в свои мысли, и только мрачная ухмылка иногда появлялась на его загорелом, покрытом пылью лице. Справа от него, пошатываясь, брёл совсем ещё юный паренёк. Он двигался всё медленнее и медленнее так, что приходилось чуть было не останавливаться из-за этого. Вдруг паренёк начал тихо оседать на дорогу.

- Что там ещё?! – заметив это, прикрикнул ехавший сбоку солдат, и хотел стегнуть паренька плёткой, но Ярослав, так звали мужчину-богатыря, подхватил его одной рукой и, прижав к себе, потащил или даже понёс юношу, голова которого болталась из стороны в сторону, а ноги почти не касались земли.

- Терпи, терпи, парень, скоро лес, там отдохнём, - пытался приободрить его Ярослав.

Все кто шёл рядом и видел это, с изумлением и одобрением взирали на богатыря. Слева от Ярослава брёл мужчина с острой маленькой бородкой, не походивший ни на преступника, ни на крестьянина, из которых состояла почти вся колонна. С самого начала пути он был напряжён и всю дорогу крепко сжимал лямки своего заплечного мешка. Он выглядел довольно крепким и физически развитым, но сейчас был изнурён до предела, видимо, из-за своей тяжёлой ноши. Когда он начал запинаться и несколько раз споткнулся, и чуть было не упал, Ярослав дёрнул за лямку и прошептал:

- Э-э-э, брат, двоих мне вас не унести. Давай-ка твой мешок.

- Не трогай, - попробовал сопротивляться бородатый мужчина.

- Боюсь, если ты здесь упадёшь, то ценность, которая лежит в этом мешке тебе больше не пригодится, - тихо проговорил Ярослав, сдёрнул с плеча соседа мешок и повесил на своё.

- Ого, тяжёлый какой. Интересно, что там у тебя.

- Тебе этого лучше не знать, - недобро взглянул бородач, но без своей тяжёлой ноши зашагал бодрее.

Слева от бородатого мужчины шёл маленький юркий человечек с седой лохматой головой. Выглядел он гораздо старше остальных в их четвёрке, внимательно наблюдал за своими соседями, ощупывая их неприятным взглядом маленьких, словно буравчики, глаз. В отличие от остальных он, казалось, чувствует себя комфортно, как будто такая ситуация не была для него новой и непривычной.

Наконец процессия достигла леса. Караульный велел идти за ним и вскоре, свернув с дороги и следуя по хорошо утоптанной широкой тропе, заключённые вышли на большую поляну с колодцем, похожим на озерцо посередине. Скорее это был ключ, бьющий из-под земли, образующий продолговатый водоём, заботливо огороженный бревенчатой низкой стеной, защищающей воду от мусора и грязи.

Не дожидаясь приказа, с радостными возгласами, люди бросились к воде. Их фляжки давно опустели, а губы иссохли и потрескались от жажды. Толкая друг друга, арестанты опускались на колени и долго и жадно пили, перегнувшись через брёвна и прильнув к спасительной хрустально-чистой жидкости. Ярослав бережно опустил на землю паренька, скинул с плеча мешок другого своего соседа и только после этого пошёл к колодцу, тесно облепленному людьми так, что подойти к воде не было никакой возможности.

- Эй, богатырь! Иди сюда! – услышал он зов. Это щуплый человечек звал его.

Ярослав не заставил долго уговаривать себя и тут же занял место успевшего напиться и даже наполнить фляжку собрата по несчастью. Он сделал несколько больших глотков. Ледяная вода освежила иссохшие язык и горло. Затем Ярослав опустил в воду две пустые фляжки и, быстро наполнив их, уступил место другому, ещё не имевшему доступа к воде каторжанину, стоявшему за спиной. Вернувшись к пареньку, Ярослав влил ему в рот немного воды, ладонью смочил его лицо и голову, после чего тот зашевелился и открыл глаза. Мужчина с бородкой сидел рядом, вцепившись обеими руками в мешок. Похоже было, что он ещё не пил.

- Ты почему пить не идёшь? – спросил его Ярослав, убедившись, что паренёк полностью пришёл в себя.

- Успею, напьюсь ещё. Там такая толкотня, что к воде не проберёшься.

- За ценность свою, что ли боишься? Давай я покараулю, пока ты к колодцу сходишь.

- Не надо. Лучше я сам.

- Не доверяешь, значит. Ну, ладно. На вот, глотни, - Ярослав протянул мужчине вторую наполненную фляжку.

Тот схватил её и с жадностью осушил до дна, после чего глаза его немного подобрели.

- Спасибо тебе, - возвращая пустую ёмкость, с благодарностью посмотрел он на Ярослава.

- Да что ты их всё нянчишь, как детей малых. Пусть сами о себе заботятся, - вмешался в разговор маленький юркий человечек.

- Не по-людски это, не могу я так, тех, кто рядом со мной в беде бросать.

- Что, так и будешь всем подряд всю дорогу помогать?

- Если надо будет, буду.

- Странный ты какой-то. Как звать тебя и за что на каторгу угодил?

- Ярослав меня зовут, кузнец я. А сюда попал, сам не знаю за что и почему.

- Чудной ты какой-то, кузнец. На каторге каждый сам за себя должен стоять и никому не доверять. Я-то уж знаю, не впервой здесь оказался. Лукьян меня зовут.

- Нет, не так это. Какая разница, где человек находится. И на каторге люди хорошие бывают. Вот если бы не Ярослав, что бы со мной сейчас было, - вдруг заговорил паренёк, который уже сидел на траве и слушал их беседу.

- А ты ещё слишком зелен, чтобы о жизни рассуждать, - ответил ему Лукьян, - вон колодки тебе ноги натёрли, как дальше идти собираешься? Или надеешься, что кузнец тебя всю дорогу на себе тащить будет.

- Как-нибудь пойду. Ничего, привыкну, - смутился паренёк.

Лукьян проворно наклонился и сорвал несколько сочных тёмно-зелёных с прожилками листьев какого-то растения.

- На вот, приложи к натёртым местам, сразу полегчает, - сказал он, и ворчливо добавил, - за что только такой малолетка как ты, мог на каторгу угодить?

- Кузьма меня зовут. Лапти я плету, то есть плёл. С вечера замочил липовые лыки в корыте и поставил его в сенцы, чтобы к утру поспели. Выхожу за ними в сенцы, а там курица ходит чужая. Своих мы раньше съели, когда кормить нечем было. Ну, я изловчился и поймал её, голову отвернул и мамке отдал. Она вмиг ощипала, да бульон сварила. Дедусь у нас как раз захворал. Лежит на печи, невесёлый совсем стал. Вот я и решил, что хорошо бы его свежим бульоном накормить. Дедусь меня с детства многому научил, и лапти плести тоже.

А курица эта нашего богатого соседа оказалась. Он когда её пёстрые перья у нас за огородом увидел, то сразу на меня жалобу-то и написал. Вот так я здесь и оказался.

- А что лапти-то, никакого дохода не приносят что ли? – поинтересовался Ярослав, который к тому времени раскинув свои могучие плечи, лёг на мягкий мох рядом.

- По-разному бывает. Иногда ничего, а иногда и нужда в двери постучится, - ответил Кузьма.

- Значит, по собственной глупости ты, Кузя, на каторгу загремел. Это надо же было перья от ворованной курицы на улицу выкинуть, - засмеялся Лукьян.

- Не Кузя я тебе, а Кузьма. Кузей меня только мамка кличет.

- Не дорос ты ещё до Кузьмы. Кузя и есть Кузя. Смотрите, солдаты уже коней напоили, сейчас дальше нас погонят. Надо воды в дорогу набрать, - вдруг стал серьёзным Лукьян и легко поднявшись, заспешил к водоёму.

Ярослав тоже взял две свои пустые фляжки и собрался идти вслед за Лукьяном, но на секунду задумавшись, сказал:

- Кузьма, давай твою посудину. Зачем у колодца всем толкаться, я тебе водицы зачерпну…И тебе могу набрать, как тебя зовут-то.

Мужчина с бородкой торопливо протянул кузнецу свою флягу.

- Фёдор я, - пристально глядя на Ярослава тихо произнёс он.

- Понятно, а меня Ярославом зовут, - на ходу бросил тот.

Ярослав подошёл к колодцу и, наклонившись, начал наполнять одну за другой пустые ёмкости. Возле него мгновенно появился Лукьян и со словами:

- Торопись, кузнец, а то без воды останешься. Солдаты ждать не будут, - принялся помогать.

- Не твоя забота, - не очень ласково отозвался Ярослав.

Лукьян ему не нравился и то, что он всё время крутился поблизости, сильно раздражало Кузнеца. Когда вся посуда была наполнена, Ярослав сгрёб в охапку разложенные на траве запотевшие от холодной воды фляжки, и заспешил к товарищам, но Лукьян не отставал:

- Слышь, кузнец, не знаешь, что у того, с господской бородкой в мешке лежит?

- Нет, не знаю.

- Как думаешь, не золотишко ли? Уж больно он крепко вцепился в мешок.

- Да хоть бы и так. Тебе то что?

- Любопытно, что человек может такое тяжёлое с собой на каторгу тащить, - хитро прищурился Лукьян.

- Становись! Конец привала! – раздалась громкая команда конвойного, и арестанты, гремя цепями, стали подниматься и выстраиваться в колонну. Вскоре лес с его прохладой и весёлым гомоном птиц остался позади. Спины каторжан снова стали мокрыми от едкого пота. С обеих сторон от дороги потянулись ячменные поля, затем пастбища. Пёстрые коровы не обращали на измученных людей никакого внимания. Они наполняли свои желудки сочной, ярко-зелёной травой, которую ещё не успело высушить солнце.

Ярослав одной рукой придерживал Кузьму. Парень был совсем не готов к таким физическим нагрузкам. Фёдор, казалось, был чем-то сильно озабочен так, что даже не чувствовал тяжести своего мешка. Он часто поворачивал голову и вглядывался в лицо кузнеца.

- Что ты на меня пялишься, словно на кисейную барышню? - не выдержал тот.

Фёдор оглянулся и, убедившись, что караульного солдата близко нет, спросил:

- За что тебя на каторгу сослали?

- Сам не могу понять. Приехал на ярмарку. Не успел разложить на прилавке свой товар, как подошёл ко мне один знатный господин, стал ножи мои разглядывать, ценой интересоваться. А потом вдруг как закричит, что деньги у него пропали, мол, обворовали его. Я растерялся, стою, не могу сообразить, чем ему помочь. Тут откуда-то солдаты набежали, стали рыться у меня на прилавке и за печной заслонкой его кошель, набитый монетами, отыскали. Как он туда попал, ума не приложу. Вот тебе и вся история. Схватили сразу же, даже родных не успел предупредить.

- Он тебя о чём-нибудь спрашивал, господин этот?

- Да, вроде, ни о чём таком. Только как зовут, поинтересовался, да про ножи, и всё.

- Скажи, Ярослав, кто твой отец? - продолжал выспрашивать Фёдор.

- Не видел его никогда. Мать сказывала, когда я ещё совсем маленьким был, ушёл он в город на заработки и пропал. Не пойму только, зачем тебе это?

- А мать твою, случаем, не Глафирой зовут?

- Ты кто такой и откуда тебе это известно? – насторожился Ярослав.

- Сдаётся мне, что я твоего отца знал, и сюда ты из-за него попал, - ответил Фёдор.

- Молчать там! А то мигом у меня плёточки отведаете, - прикрикнул караульный.

Такого услышать, Ярослав никак не ожидал, и теперь ему ничего не оставалось, как дождаться удобного момента, чтобы расспросить Фёдора об отце поподробнее. Кузнец задумался и перестал замечать то, что происходит вокруг него. А между тем, солнце склонилось к закату, и на землю опустился тихий, прохладный вечер.

- Скорее! Скорее! Поторопись на ночлег! – подгоняли караульные арестантов, как только недалеко от дороги, на холме, стали проглядывать очертания строений, к которым вскоре направили процессию солдаты.

Вблизи эти строения оказались наскоро сколоченными сараями, с заделанными паклей большими щелями. Рядом с ними, на хорошо утоптанной площадке располагались колодец-журавль, дощатый стол со скамейками и печь, на которой стоял большой котёл. Упитанный мужчина черпаком с длинной ручкой размешивал в нём какое-то варево. Только сейчас Ярослав понял, что сильно голоден. Да и чему удивляться, сегодня арестантов ещё ни разу не кормили.

- Подходи по одному! Получи довольствие! – услышал он команду и встал в образовавшуюся в ту же минуту очередь.

Толстый мужчина ловко клал в миску каждого каторжника ровно один черпак варева. Он быстро управился со своей работой, и скоро все сто человек сидели за столом, с аппетитом поглощая сомнительного вида, горячую еду. Кашей это жидкое варево назвать было нельзя, на суп оно тоже мало было похоже, одним словом – тюремная похлёбка. Голодные арестанты быстро расправились каждый со своей порцией и, получив команду: «отбой!», сопровождаемые охраной, отправились в самый большой сарай. Через несколько минут, как дверь за ними заперли, разместившись на сухом тёплом сене, все уснули и по сараю разнёсся дружный громкий храп.

Лишь Ярославу не спалось. Выждав какое-то время, он поднялся и легонько тронул за плечо лежащего на боку Фёдора. Тот как будто только этого и ждал, молча сел и сразу же схватился за заплечный мешок, который на время сна положил себе под голову.

- Ты что-то знаешь про моего отца, - шёпотом заговорил кузнец, но опасаться, что кто-нибудь подслушает их разговор, не стоило. Арестанты спали так крепко, что даже удары молота по наковальне их навряд ли разбудили бы.

- Об этом после. А сейчас смотри, что я тебе покажу, - Фёдор торопливо развязал мешок и вынул из него какой-то предмет, завёрнутый в чистую тряпицу. Он развернул её и протянул Ярославу что-то очень похожее на четырёхугольный плоский тяжёлый ларец.

- Что это? – тихо спросил кузнец.

Фёдор оглянулся и, заметив большую щель в дощатой стене, через которую проникал свет полной, выкатившейся из-за леса луны, сказал:

- Пойдём туда, сам увидишь.

Осторожно, чтобы не разбудить спящих людей, они прокрались к стене, через отверстие в которой в сарай пробивался яркий лунный луч. Теперь Ярослав мог хорошо видеть гладкую, красно-коричневую поверхность предмета и серебряную застёжку на его боку.

- Шкатулка что ли какая-то? – поглаживая рукой приятную на ощупь деревянную крышку, спросил он.

- А ты переверни.

Ярослав послушно повернул предмет другой стороной к свету.

Здесь по краю был вырезан затейливый узор, а в центре крупными витиеватыми серебристыми выпуклыми буквами кто-то искусно сделал надпись: «МУДРАЯ КНИГА».

- Странная какая-то книга. Никогда таких раньше не видел, - пробормотал Ярослав и попытался открыть серебряную застёжку, но она не поддалась.

- Замочек-то мудрёный. На свою книгу, открой её, раз уж начал показывать, - обратился он к Фёдору.

- Да не знаю я, как её открыть. И не моя она вовсе.

- А чья? – опешил Ярослав.

- Твой отец перед смертью просил разыскать тебя и передать эту книгу. И я поклялся это сделать. Волей случая, да по глупости господ, которые нас сюда упекли, разыскать тебя оказалось не так уж сложно. Теперь вот книгу тебе отдаю.

- Интересно, почему её у тебя солдаты не забрали? И с чего это ты решил, что я – тот человек, который тебе нужен?

- За то, чтобы у меня её не забрали, пришлось заплатить кругленькую сумму. А что ты - тот, кто мне нужен, нет никаких сомнений. Первое, что об этом говорит – твоё имя, ещё то, что ты здесь. Если мне не веришь, у матери своей спросишь потом.

- Не смогу я у неё спросить. Умерла она уже давно, когда я ещё ребёнком был.

- Умерла значит… Поэтому и не смог твой отец вас найти, сколько ни пытался, - погрустнел Фёдор.

- Что ты заладил твой отец, твой отец, скажи, кто он? Откуда ты его знаешь?

- Это длинная история, потом расскажу. А сейчас спать пошли, нам силы ещё ох как понадобятся.

- С книгой-то что делать? Зачем ты её на каторгу потащил, предвидел что ли, что меня здесь встретишь? – ехидно заметил кузнец.

- Не успел я её припрятать. Схватили меня, когда она при мне была, еле уберёг, - виновато опустив глаза, проговорил Фёдор, - а то, что тебя нашёл, это удача большая.

- Опасно её при себе держать. Лукьян вон уже интересовался. Да и не он один заметил, как ты мешок бережёшь. Спрятать её как-то надо, - задумался Ярослав.

- Как же ты её спрячешь, если под надзором и днём и ночью находишься, - возразил Фёдор.

- Не знаю пока, но надо что-то придумать. Видно, не простая она, нельзя, чтобы такая вещь пропала совсем, даже если не я её хозяин, - сказал Ярослав и, переступая через спящих, пробрался к своему месту. Он аккуратно завернул книгу в тряпицу, спрятал в мешок и сунул себе под голову.

- Надеюсь, не возражаешь?

- Да что ты, я только рад, - ответил, позёвывая Фёдор, а потом вдруг он встрепенулся, поднял голову и спросил, – а тебе годков-то сколько?

- Двадцать шесть, - тут же ответил Ярослав.

- Всё точно, ты это, не ошибся я, - засыпая, пробормотал Фёдор.

Как только забрезжил ранний летний рассвет, дверь сарая открылась.

- Подъём! Подъём! Пора в путь! – услышали каторжане, и начали нехотя подниматься.

Несколько часов сна придали им сил, и жизнь не казалась такой несносной, как накануне вечером.

- Становись на перекличку! – раздалась команда, когда последний каторжанин покинул сарай.

При утреннем свете арестанты смогли увидеть чуть поодаль от своего сарая селение. Несколько десятков добротных домов, казалось, ещё дремали, ни одного человека и даже собаки нигде не наблюдалось, лишь звонкий петушиный крик разнёсся далеко по округе, оповещая о наступлении утра.

- Можете умыться и набрать на дорогу воды, - после окончания переклички разрешил караульный и оглянулся на селение, - сейчас из Нежина подвода придёт, тогда и выдвигаться начнём.

- Какая подвода? – полюбопытствовал один из арестантов.

- Отсюда нас подвода сопровождать будет. Чтобы те, кто идти не может, не задерживали остальных.

- Так это что же получается, дальше нас как господ, на карете повезут? – попробовал пошутить арестант.

- Прекратить разговоры! Приступить к умыванию! – одёрнул его солдат.

Фыркая от удовольствия, люди лили себе на головы холодную колодезную воду. После такого умывания к ним вернулась бодрость духа, а тоска и отчаяние на время отступили.

Когда солнце поднялось уже достаточно высоко, колонна, сопровождаемая хромой кобылой, тянущей за собой старую, скрипучую телегу, продолжила свой путь. На небе стали появляться кучевые облака, за которыми иногда пряталось светило. День обещал быть менее жарким, чем предыдущий.

- Что-то кости ломит. Быть дождю, громко объявил Лукьян.

Нацепив на плечи лямки мешка, в котором лежала книга, Ярослав теперь чувствовал спиной её необычное, приятное тепло, и эта ноша уже не казалась ему такой тяжёлой, как прежде. Кузнец напряжённо думал о том, как спасти книгу, но ничего путного на ум не приходило. Затем мысли перенесли его в детство. Он вспомнил мать, её длинную тяжёлую косу, добрые нежные руки. Она умерла, когда Ярославу было лет десять, не больше.

- От тоски, - сказала бабка, а точнее прабабка Аглая и через полгода сама заболела, слегла, а вскоре тоже покинула этот мир.

Ярослав остался совсем один. Какое-то время он бродил по окрестным деревням, выпрашивая милостыню и неизвестно, что было бы дальше, если бы его не приютили добрые люди.

Как­-то осенью Ярослав постучал в окно одного дома. На крыльцо вышла молодая женщина. Увидев промокшего, продрогшего мальчика, она завела его в избу. Это была Анна – жена кузнеца Никодима. Своих детей у них не было и так получилось, что Ярослав остался в доме кузнеца насовсем. Когда мальчик немного окреп после скитаний, Никодим стал приучать его к кузнечному делу, постепенно передавая своему толковому и старательному ученику все секреты своего мастерства. Анна обучила его грамоте. Она была дочерью учителя, и в доме кузнеца обнаружился целый шкаф книг, доставшихся Анне от отца. В свободное от работы и домашних дел время, Ярослав любил, устроившись на печи, читать эти старые книги. Возможно, поэтому его так беспокоила судьба недавно обретённой, лежащей у него в заплечном мешке, находки.

«Что теперь делают Никодим и Анна. Наверное, ищут его. Хорошо, если кто-то на ярмарке видел, как его увели солдаты и рассказал им об этом», - с беспокойством думал Ярослав, - « Никодим и Анна – его настоящие родители. И никакого другого отца ему не надо. А может, нет его вовсе, задумал что-то своё Фёдор. Но что?»

Глубокая складка залегла меж бровей Ярослава.

- Ты сильно напоминаешь мне отца, у него такое же лицо, когда он о чём-то печалится. И брови так же, как ты хмурит, зашептал Фёдор.

- Да уймись ты. Поговорим об этом потом, когда представится удобный случай, - сердито пробурчал в ответ Ярослав.

Вскоре колонна прошла небольшой перелесок, за которым арестанты увидели растянувшееся вдоль реки селение. Дорога, по которой они шли, вела прямо к нему.

- Скоро через Ключи пойдём. Смотрите, без глупостей мне. О побеге даже не помышляйте, а подаяния брать разрешаю, - оповестил каторжан десятник.

И вот процессия вошла в посёлок, на краю которого стояли старые утлые избёнки. Кто-то из арестантов затянул жалобную песню. Её тут же подхватили ещё несколько голосов. Их становилось всё больше и больше. Унылая, похожая на вопль отчаяния песня была слышна по всей улице. Здесь выстроились в длинный ряд большие бревенчатые дома, огороженные новыми высокими заборами с крепкими воротами. Прохожие, спешащие по своим делам, невольно замедлялись или вовсе останавливались и полными сострадания взглядами, провожали закованных в кандалы людей. Из домов выходили хозяйки, протягивали заключённым пироги, хлеб, рыбу, словом всё, что было у них на столе в тот момент.

- Возьми, милок, не побрезгуй, - приговаривали они при этом.

- Благодарствую, - склоняли головы каторжане, и брали из рук жалостливых женщин вкусную домашнюю еду.

Мужчины давали деньги, кто пятак, а кто и гривенник. Старушки поили несчастных холодным квасом, черпая его ковшом из вёдер. Солдаты не мешали. Они медленно ехали сзади и, словно не видели, как принимают подаяние арестанты.

Ярослав брал пороги и другую снедь, и клал к себе в котомку. Вдруг он увидел женщину стоящую чуть поодаль и робко протягивающую в его сторону два неспелых яблока. Она смотрела васильковыми глазами полными скрытой боли и отчаяния. Женщина была немолода, но прежняя красота ещё не успела увянуть совсем. Она и теперь была бы очень красива, если бы не эта скорбь. Ярослав осторожно взял из её руки яблоки.

- Как зовут тебя? – спросил он.

- Устинья, - еле слышно произнесла она.

- Просьба у меня к тебе есть, - с мольбой в голосе проговорил кузнец.

- Говори, что надо тебе.

- Сохрани вот это до моего возвращения, - Ярослав снял с плеч и протянул женщине мешок с книгой, - сделаешь?

- Буду беречь твою вещицу больше своей жизни, - ответила Устинья.

- Я вернусь за ней, обязательно вернусь, - заспешил, чтобы не отстать Ярослав.

- Я тоже хочу тебя попросить. Три года назад солдаты моего сыночка вот так же увели. Если встретишь, передай, что жду я его днём и ночью.

- Как зовут его, - выкрикнул Ярослав.

- Алексей! Алёша! – женщина, прижимая к груди мешок, с надеждой смотрела вслед удаляющемуся Ярославу. Из её глаз катились слёзы.

Когда партия покинула Ключи, всё небо было затянуто тучами. Начал моросить мелкий дождь.

- А я говорил, что дождь будет, - хвастливо заявил Лукьян.

- Что ж хорошего, промокнем все до нитки, укрыться то нет возможности, - грустно ответил ему Фёдор.

Ярослав не слышал их разговора. Он был встревожен тем, что Кузьма не шёл с ним рядом, как обычно. Но поразмыслив, кузнец решил молчать, вдруг повезло парню, он остался в Ключах и никто этого не заметил. Ярославу нравился дождь, который усилился и превратил дорожную пыль в липкую мокрую массу. Прохладные капли остудили разгорячённую голову и натруженное тело. Вся природа вокруг радовалась дождю. Растения расправили листья, чтобы успеть поглотить как можно больше живительной влаги. Воздух стал свежим, глубоко вдыхая, Ярослав наслаждался его чистотой. Пыль перестала хрустеть на зубах.

Мысль о том, что в его котомке лежит несколько пирогов, ломоть хлеба, кусок козьего сыра, сухарь и два яблока Устиньи, была приятна, хотелось, чтобы время ужина наступило скорее. Ярославу было спокойно оттого, что Мудрая книга осталась в надёжных руках. В том, что Устинья сохранит книгу, кузнец ни на секунду не сомневался.

Так как дождь не прекращался, привал устраивать не стали. Сидеть на мокрой земле не хотелось, а от отдыха стоя, проку было мало. Солдаты против такого решения не возражали, и на место ночёвки колонна добралась немного раньше запланированного. Еду сегодня не выдавали. Видимо, было предусмотрено, что у арестантов после Ключей достаточно своей провизии. К ночи дождь закончился, но в дырявом сарае подстилка оказалась полностью промоченной. Несмотря на это, наспех перекусив, люди быстро уснули. Им требовался отдых.

Рядом с Ярославом снова появился Лукьян.

- Ну, что, кузнец, много деньжат в Ключах тебе перепало? – улыбаясь, спросил он.

- Деньги я не брал, зачем они мне, - ответил Ярослав.

- Дурень, ты дурень. Деньги – это свобода. Сможешь накопить нужную сумму, отдашь солдатам и всё, считай ты не каторжанин.

- Как это? – удивился кузнец.

- Да так, можно будет в бега податься и никто искать не станет. Так что копи деньги. Если накопишь сколько надо, со мной побежишь. Держись Лукьяна, со мной не пропадёшь. А то гляжу, всё возле этого, с господской рожей крутишься.

- Сам разберусь, - резко прервал его Ярослав, повернулся на другой бок и через несколько минут уснул.

Утром, пока арестанты не спеша покидали сарай, Лукьян вновь заговорил с Ярославом:

- Вроде большой ты и сильный, а ума совсем нету. Вон кузька, хоть и молод, но смекалист. Место себе на телеге прикупил на несколько дней. Думай, кузнец. Думай. А то так и сгинешь на каторге.

- А тебе какое до этого дело?

- Понравился ты мне. Помочь хочу.

- Прекратить разговоры! Становись на перекличку! – разнеслось в утренней тиши.

И снова побрели арестанты, преодолевая очередной участок дороги с железными колодками на ногах. С безрадостными думами в головах. Так проходил день за днём. Ночной отдых перестал приносить облегчение. У арестантов ныли мышцы, ломило кости, болели ступни. Ежедневно кто-нибудь из арестантов падал без чувств. Не помогали ни удары плетей, ни уговоры. Заключённых охватило безразличие, их силы были на исходе.

Однажды после ночёвки и утренней переклички после неё, - десятник сказал:

- Сегодня мы должны дойти до Калачинска. Там вас ждёт отдых, продолжительностью три дня.

- А потом? – поинтересовался кто-то.

- Потом дальше пойдёте.

- Далеко ещё?

- Куда же это ты так торопишься? На каторгу что ли? – усмехнулся десятник и пришпорив коня, поскакал вперёд.

- Отдых – это хорошо. Только до Калачинска ещё дойти надо – ни к кому не обращаясь, сказал Лукьян, который, как и все остальные выглядел изнурённым и поникшим.

Ярославу казалось, что время течёт слишком медленно и этот день никогда не закончится. Но ещё до наступления вечера каторжане увидели впереди маленький городок, и его вид придал им немного сил и бодрости. Ночевать их разместили в длинной каменной казарме, но не в одном помещении как раньше, а по четыре человека в комнате, прочные двери которой конвойный снаружи закрыл на замок. Небольшая комнатка, оконце с решёткой из толстых прутьев, два ряда полатей вдоль стен и маленький стол между ними, увидели перед собой Ярослав и его товарищи. После ночёвок в душных сараях, когда запах потных, немытых тел густо наполнял собой воздух, а сами эти тела лежали почти вплотную прижавшись друг к другу, растянуться на полатях во весь рост, не боясь задеть соседа, представлялось настоящим блаженством. Ярослав сразу занял полати верхнего уровня. Под ним решил расположиться Кузьма, но Лукьян согнал его:

- Куда ты, Кузька, лезешь. Давай наверх дуй.

- Не трогай парня, - остановил его Фёдор и занял второе верхнее место.

Разговаривать не хотелось, и вскоре все погрузились в сон.

Ярослав понимал, что наступило утро, но проснуться никак не мог. Иногда он открывал глаза, слышал, как переговариваются Лукьян, Фёдор и Кузьма. Через несколько секунд тяжёлые веки опять смыкались и кузнец засыпал. Так продолжалось до тех пор, пока он не почувствовал, что кто-то теребит его за рукав.

- Вставай, кузнец, обед принесли, - пытался разбудить Ярослава Лукьян.

Наконец молодому мужчине удалось сбросить с себя сон, и он сел, свесив ноги вниз. На шатком столике уже стояли миски, наполненные тюремным варевом.

- Что-то я сегодня разоспался, - спустившись с полатей, сказал Ярослав.

- Усталость даёт о себе знать, - отозвался Фёдор.

Все смолкли, и только слышно было постукивание оловянных ложек о миски с едой.

После обеда пришёл конвойный, открыл дверь и приказал следовать во двор на прогулку.

Арестанты медленно выходили из своих комнат и по узкому коридору брели к выходу. Огороженный высоким забором, просторный двор был пуст. Лишь две большие деревянные бочки наполненные водой стояли у стены одного из тюремных помещений. Островки зелёной мягкой травки были разбросаны по всей территории двора. Ярослав выбрал один из таких островков и опустился на него, вытянув ноги. Двигаться не хотелось. Фёдор и Кузьма сели рядом. Другие арестанты, разделившись на небольшие кучки, разбрелись по всему двору. Несколько солдат стояли у забора, внимательно наблюдая за ними. Из двери маленького аккуратного домика, расположенного рядом с казармой, вышел урядник.

- Слушай меня! – крикнул он, и арестанты повернули головы в его сторону, - завтра предусмотрен банный день. Есть желающие топить баню?

Несколько заключённых со словами:

- Есть, - подняли руки.

Одним из добровольцев был Лукьян.

- Очень хорошо. Подойдите ко мне, объясню ваши дальнейшие действия. Остальные могут набрать в бочках воды для питья и возвращаться в камеры.

- У меня ещё полная фляжка. Пойду, не хочу толкаться тут, - сказал Ярослав и направился к казарме.

Когда он, Фёдор и Кузьма вернулись в свою комнату, конвойный закрыл дверь на замок и ушёл.

- А как же Лукьян? – бросил взгляд на пустые полати Кузьма.

- Так он баню вызвался топить. Наверное, сегодня с нами ночевать не будет, - предположил Фёдор.

- Да-а-а-а, банька не помешает, - зажмурился, предвкушая удовольствие от посещения бани Ярослав.

Вечер скоротали в разговорах и безделье, которое было совсем не в тягость. Наступила ночь. Дождавшись, когда Кузьма громко засопел,Ярослав спросил:

- Фёдор, спишь?

- Нет ещё.

- Что ты там о моем отце рассказать хотел.

- Давай спустимся, сядем на полати Лукьяна, так будет удобнее разговаривать, - предложил Фёдор.

- Давай, - согласился Ярослав и полез вниз.

- Ты только не перебивай, каким бы странным тебе не показался мой рассказ, - проговорил Фёдор, усаживаясь рядом с кузнецом.

- Постараюсь. Говори, не тяни уже.

- Твой отец – Великий князь Мирослав.

После этих слов на какое-то время воцарилась тишина. Ярослав не верил Фёдору, но решил дослушать всю его историю до конца и, совладав с чувствами, сказал:

- Так он же умер, вроде бы, недавно.

- В том то и дело, но перед смертью Мирослав велел мне найти своего сына, то есть тебя, и передать книгу. Понимаешь, больше прямых наследников у него нет, поэтому княжеством править некому.

- Почему же тогда я здесь, если я – его сын. Да и как такое могло случиться, ведь мать у меня из крестьян. А он – князь.

- Слушай всё по порядку, - прервал его Фёдор, - твой отец с детских лет любил играть с простыми детьми. Он часто бегал с ними по улицам, за что наставники часто получали взбучку. Когда Мирослав вырос, то стал переодеваться в платье простого горожанина и гулять по городу. Он ходил на ярмарки, в цирк, заглядывал в кабак, а иногда подолгу бесцельно бродил по улицам. Вот так, однажды, князь и познакомился с твоей матерью. Мирослав был тогда очень молод, что-то около двадцати лет, и первое время скрывал от неё своё знатное происхождение. Но потом страстно влюбился, да и как было не влюбиться в такую красавицу. Она ответила взаимностью. Когда Глафира сообщила, что ждёт ребёнка, Мирослав решил жениться на ней. Он рассказал о том, кем является. Узнав правду, молодая женщина не согласилась на его предложение. Она понимала, что из этой затеи ничего не получится. Не положено князьям жениться на простолюдинках. Мирослав настаивал. Он уже не мыслил жизни без Глафиры. Потом на свет появился ты. Князь назвал тебя Ярославом в честь своего отца. Он верил, что тот будет рад появлению внука и поведал ему свою тайну. Но твоего деда охватила ярость. Он не допускал мысли, что его единственный сын женится на крестьянке. Дед приказал найти Глафиру и тебя, ещё младенца и казнить обоих. Узнав об этом, Мирослав послал своего человека, который успел предупредить Глафиру об опасности. Она, переодевшись нищенкой и спрятав тебя под широкими одеждами, спешно покинула город. Мирослав не знал, куда она ушла. Пока был жив его отец, он даже не пытался искать Глафиру, чтобы не навлечь беду, но и забыть не мог. Каких только невест не находил ему отец. Богатые и красивые, они мечтали выйти замуж за Мирослава, но он наотрез отказывался жениться. Твой дед прожил чуть больше десяти лет после того, как Глафира ушла из города. Только после того, как его не стало, Мирослав начал искать вас, но всё было напрасно. Теперь-то я знаю, что твоя мать к тому времени умерла, поэтому он не смог вас найти.

- А ты всё это время был рядом с ним? – поинтересовался Ярослав.

- Не совсем. Мы познакомились позже.

- Тогда откуда ты знаешь о моём рождении?

- Сначала о том, как я первый раз встретил Мирослава, - устремив свой взгляд в одну точку, окунаясь в воспоминания, тихо заговорил Фёдор, - я тебе уже рассказывал, что князь любил переодеваться в простолюдина. А после того, как не смог жениться на Глафире, стал частенько заглядывать в питейные заведения в таком виде. Как-то вечером, когда Мирослав, пошатываясь, возвращался домой во дворец, на него напала шайка уличной шпаны, в надежде лёгкой наживы. Твой отец, как и ты, отличался силой. Но их было около десяти человек, и ой как не поздоровилось бы Мирославу, не окажись случайно рядом я. Не помню уж, куда я направлялся, да это и неважно. Только увидев, как один из нападавших занёс над головой булыжник, чтобы со всего размаху ударить приличного горожанина, в которого был переодет Мирослав, я не стал долго раздумывать, выхватил из-за пояса дубинку и огрел ей нападавшего. Тот рухнул на землю, у остальных пылу сразу поубавилось. А когда я замахнулся на следующего, они бросились наутёк.

Вот так мы и познакомились. С тех пор я всегда сопровождал Мирослава в его походах в город. И хотя он был лет на пять старше меня, мы незаметно сблизились. Он стал доверять мне, взял на службу и рассказал историю своей любви. Эта рана долго, да пожалуй, до конца жизни так и не зажила. Хороший он был человек, жалко умер рано.

Фёдор вздохнул. Выслушав его рассказ, Ярослав задумался. Фёдор сидел молча и не мешал.

- Допустим, ты говоришь правду и я действительно сын князя Мирослава. Но об этом ведь никто не знает, кроме нас с тобой, конечно. Значит, никто не помешает мне остаться кузнецом. Не нужен мне княжеский титул. Кузнец я, вот и всё, - уверенно, без тени сомнения заявил Ярослав и собрался возвращаться к себе на полати, но Фёдор остановил его:

- Постой, ты самого главного не знаешь.

- Разве это ещё не конец истории, - удивился Ярослав и сел на прежнее место.

- Раз уж начали мы этот разговор, я должен рассказать тебе всё, а потом поступай, как знаешь.

- Говори, коли это так важно для тебя.

- Ну что ж, слушай, - собравшись с мыслями, продолжил Фёдор, - незадолго до смерти Мирослава, прискакали к нему на быстроногих жеребцах князья – правители соседних двух княжеств. Это были князь Елизар из Западного княжества, и князь Александр из Южного. Оба правителя казались чем-то очень озабоченными и после непродолжительного отдыха явились к Мирославу. Он сразу собрал совет, где присутствовали только самые приближённые к нему лица и я в том числе. Первым заговорил Елизар. Он поведал о том, что на соседних с его Западным княжеством землях, появилось огромное войско, под управлением очень жестокого полководца. Оно постепенно захватывает близ лежащие территории. Это войско сжигает на своём пути всё, а мирных жителей обращает в рабство. Никто не в силах с ним совладать, так как воины там не только люди, но и страшные чудовища. Полководец заключил договор с нечистой силой, и она помогает ему. Прошёл слух, что этот супостат в скором времени собирается идти на Западное княжество. Легко догадаться, что затем он захочет завладеть нашим Восточным, а также Южным и Северным княжествами. Елизар и Александр приехали просить поддержки у Мирослава. Они уже начали готовиться к войне и предложили объединить силы всех княжеств, чтобы дать отпор этому страшному войску. Северный князь Борис отказался им помочь. Он намерен тихо отсидеться в своём княжестве, надеясь, что оно далеко и война туда не докатится. Мирослав сразу же, не раздумывая, согласился на предложение Елизара и Александра. Вечером того же дня он собрал у себя во дворце всю знать. Когда господа явились на званый ужин, он обрисовал ситуацию и потребовал у них денежные ресурсы на создание и содержание новой дружины, а также другую посильную помощь. У большинства господ после этого на лицах появилось недовольное выражение. Видимо, им очень не хотелось расставаться со своими деньгами. Они недолго задержались на ужине, устроенном Великим князем. Можно сказать, ужин не удался. Но это не важно. Никуда бы они не делись, Мирослав заставил бы их раскошелиться, если бы на следующее утро не слёг от внезапной тяжёлой болезни. Думается мне, болезнь эта не случайна. Кто-то отравил князя и теперь, я даже догадываюсь, кто это сделал. А тогда лишь надеялся, что его крепкий организм справится с болезнью и Мирослав продолжит подготовку к войне. Через несколько дней, когда он почувствовал, что умирает, позвал меня к себе и взял клятву, что я отыщу его сына Ярослава, который не позволит супостату захватить княжество. Просил ещё книгу эту сберечь, и сыну отдать, когда найду его. А зачем, сказать не успел.

Низко опустилась голова Фёдора при этих словах, его глаза наполнились слезами.

- Ты не договорил, - прервал его печаль Ярослав, - кто же повинен в смерти Мирослава?

- Это его советник Досифей.

- Какие же у тебя есть на то доказательства?

- Во-первых, о том, что у Мирослава есть сын, знали только двое – он и я. Помнишь, я рассказывал, что Мирослав послал своего человека, предупредить Глафиру об опасности?

- Помню.

- Так это был он. Мирослав доверял Досифею не меньше, чем мне. Они дружили с детских лет.

- Ну и что с того?

- А то, что после смерти князя ты сразу же попал на каторгу. И я тоже. А ты знаешь, кого теперь назначили править княжеством?

- Кого?

- Троюродного племянника Мирослава, мальчика, которому сейчас шесть лет. Досифей – его наставник, и до совершеннолетия ребёнка фактическим правителем будет он. Но и это ещё не самое главное, - Фёдор смолк.

- Говори, не томи, - поторопил его Ярослав.

- Елизар и Александр были отправлены в свои владения ни с чем. Никакой подготовки к войне не будет. А это значит, что над нами нависла беда, и когда она придёт, дело времени. Возможно, чужеземное войско захватит Западное и пойдёт на Южное княжество. Тогда у нас будет немного побольше времени, а если после Западного сразу двинется на нас, тогда совсем худо. Некому будет нас защитить. Сейчас у нас войско маленькое и совсем не пригодное к военным действиям. Войн-то давно нет. Вот и думай теперь, что будешь делать.

- Да-а-а-а, задал ты задачку. Так сразу и не знаю, что ответить. Хотя, для начала неплохо было бы отсюда выбраться.

- Ты прав. В кандалах мы много не навоюем. И поспать всё-таки не помешает, - Фёдор посмотрел в окно, начинало светать.

Он вернулся на своё место. Ярослав тоже лёг, но уснуть до самого утра так и не смог.

На следующий день Ярослав, Фёдор и Кузьма с нетерпением ждали, когда поступит команда идти в баню. Но время шло, а такого приказа всё не было. Наконец, открылось маленькое оконце в двери, и звучный голос проговорил:

- Обед! Получай обед!

Ярослав не выдержал и спросил:

- В баню то когда идти?

- Баня отменяется и прогулки тоже.

- Это ещё почему? – не смог скрыть своего недовольства Фёдор.

- Сегодня ночью двое ваших сбежали. Сейчас ведутся их поиски, - послышалось в ответ и оконце с громким стуком захлопнулось.

- Никак Лукьян в бега подался. Вот отчаянная голова, - высказал догадку Ярослав.

- Ну что ж, коли так, будем пока отсыпаться. Делать то всё равно нечего, - попытался успокоить соседей после неожиданной новости Фёдор.

Обедали молча. Затем, сначала Ярослав, а потом и остальные улеглись на полати. Вдруг в тишине послышались кряхтения и всхлипывания.

- Ты что это Кузьма, болит что-нибудь? – свесившись вниз, спросил Ярослав.

- Ничего у меня не болит. Домой хочу. Лукьян обещал меня с собой взять, да своему воровскому ремеслу обучить. А сам без меня на волю подался, - разрыдался Кузьма.

- Перестань нюни распускать. Мы с Фёдором пока ещё здесь и не меньше твоего не хотим на каторгу. Обещаю вытащить всех нас отсюда, чего бы мне это не стоило. Ты веришь мне?

- Верю. А долго ещё ждать?

- Не знаю. Но на свободе мы будем, это точно.

После этих слов Кузьма успокоился и вскоре уснул, смешно оттопырив верхнюю губу над которой появился светлый мягкий пушок.

На следующее утро, когда солнце только начало всходить, по всей казарме разнеслась громкая команда:

- Подъём! Выходи во двор!

- Что случилось? Дальше что ли погонят? - сонные арестанты, недоумевая, подгоняемые караульными, спешили к выходу.

Во дворе им велели встать в линию вдоль забора. Перед ними установили деревянную скамью. Рядом с ней дожидаясь, когда уляжется шум, прохаживался урядник. Наконец он сказал:

- Вчера ночью сбежали двое каторжан. Но их попытка не удалась, мы их поймали. Сейчас их выведут сюда и на ваших глазах эти двое получат наказание. По двести плетей каждый. Смотрите, что бывает с теми, кто нарушает порядок, чтобы никому больше неповадно было.

Арестанты притихли в ожидании. Кто-то тихонько тронул Ярослава сзади за плечо. Кузнец оглянулся.

- Лукьян! А мы-то подумали, что это ты в бега ударился, - удивился Ярослав, увидев товарища.

- А я решил, что это Фёдор твой воду баламутит. Сам побежал и тебя с собой прихватил. Золотишка-то при нём не видать. Я давно заметил, - отозвался Лукьян.

К этому времени на середину двора вывели двух каторжан в колодках на руках и ногах. Смотреть, как под ударами плётки их спины превращаются в кровавое месиво, было выше человеческих сил.

Ярослав стоял, опустив взгляд себе под ноги, и только звуки ударов да громкие стоны достигали его ушей. Когда тела пытавшихся бежать заключённых, в которых еле теплилась жизнь, уволокли в острог, урядник сказал:

- Завтра на рассвете продолжите свой путь, а сейчас – по камерам. Надеюсь, больше никого не потянет на свободу.

Лукьян старался не отставать от Ярослава. Он хотел вернуться на своё прежнее место, ночёвка и общение с другими арестантами ему не понравились. Вскоре после того, как все четверо оказались в камере, он поделился:

- Вот ведь какая несправедливость. Совсем совесть солдафоны потеряли.

- Ты это о чём? – ничего не понял Ярослав.

- Не верю я, что эти двое денег за свою свободу не заплатили. Не бывает у арестантов такого, не будут они зря рисковать. Тогда получается, что с них и деньги взяли, и назад вернули, и всю душу выбили. Что же это творится на белом свете. Никому верить нельзя. А как бежать тогда? – Лукьян был растерян.

- Да, плохо дело, - согласился Ярослав, - видно, пока с побегом надо обождать. Какой-то другой способ искать придётся. Двести плетей получить совсем не хочется.

И снова каждый погрузился в свои мысли, настроение было никудышным.

С наступлением раннего утра колонна двинулась дальше. Так, день за днём арестанты продолжали свой путь на каторгу. Чем дальше уходили они из родных мест, тем чаще между бровей Ярослава появлялась глубокая складка. Мысль о свободе теперь почти не покидала его. Но как вернуть её? Фёдор ничего не говорил, а только горестно вздыхал, низко опустив голову. Кузьма громко швыркал носом, его лицо время от времени становилось грустным, а глаза наполнялись влагой. Лукьян нервничал больше других.

- Куда это нас ведут? Никогда ещё не был в этих местах, - спрашивал он.

- Судя по направлению, на север двигаемся, - вяло отвечал Фёдор.

- Что делать-то будем, кузнец? Почти каждый день конвойный отряд меняют. Договориться с ними никак не получится. Да и деньжат у нас маловато скопилось.

- Придумаем что-нибудь. Надо только подходящего момента дождаться, - говорил то, что первым приходило на ум Ярослав.

- А может ну его. Рискнём и со следующей ночёвки попробуем ноги сделать?

- Далеко ты в кандалах убежишь? К тому же со всех сторон от дороги открытая местность потянулась, болотца кое-где попадаться стали. Приглядись вокруг, до самого горизонта видно всё, как на ладони, укрыться негде. И в болото угодить можно. Так что если хочешь, беги один. Я не буду себя такой опасности подвергать.

В ответ Лукьян только закряхтел, возразить ему было нечего.

С начала пути прошло уже около трёх месяцев. У всех заключённых отрасли волосы и бороды. Одежда сильно потрепалась, начала рваться и сделалась грязной. Ночи стали гораздо холоднее, а босые ноги по утрам мёрзли от холодной обильной росы. С правой стороны от дороги, вдали показалась горная гряда. А впереди – синяя полоса.

- К морю идём, - пояснил Фёдор, внимательно вглядываясь в горизонт.

Как-то после отдыха, длившегося несколько дней, по окончании переклички арестантов разделили на две группы. Ярослав со своими товарищами попал в ту, которая была значительно меньше.

Первую, большую группу сразу вывели со двора.

- Куда это их, - с беспокойством перешёптывались оставшиеся арестанты.

- Они пошли на золотые прииски, - пояснил один из конвоиров.

- А мы? – ещё сильнее встревожились заключённые.

- Вы – на серебряный рудник, - ответил солдат и отдал распоряжение выдвигаться в путь.

Каторжан повели мимо горной гряды, к синей полосе, которая постепенно расширялась и светлела. Горы пугали своей грандиозностью и загадочностью. А когда нависшие облака создавали над ними тень, становились похожи на гигантских спящих драконов покрытых каменной зелёно-коричневой чешуёй.

- Кажется, я понял, куда нас ведут, - задумчиво произнёс Фёдор, рассматривая непривычный пейзаж.

- Куда? – встрепенулся Лукьян.

- Вдоль этих гор проходит граница между нашим и Северным княжествами. Впереди – Холодное море.

- И что, рудник-то где, - нетерпеливо перебил его Лукьян.

- Рудник на каменном острове.

- Нас на остров что ли хотят отправить? Оттуда и вовсе не выбраться, - погрустнел Лукьян.

- Так остров этот разве не к Северному княжеству относится. Уж больно он далеко находится, - удивился Ярослав.

- Отчасти ты прав. Когда-то, несколько поколений назад так и было. Но один из наших великих князей женился, а в приданное получил этот остров. Отец его невесты, знатный вельможа из Северного княжества, являлся его хозяином, пока не отдал вместе с дочерью нашему князю. Здесь, кстати, добывают отличное серебро.

- Что-то мне совсем не хочется в рудник лезть. Слышал, опасно это очень, - почесал затылок Лукьян.

- На остров попадём, осмотримся, и, я уверен, найдём способ, как бежать, чтобы уже наверняка, - высказался Ярослав.

- Хорошо, давайте так попробуем, - согласился Фёдор.

- Идти-то здесь тяжелее стало. Камни одни кругом, все ноги изрезали, - вздохнул Лукьян, - скорее бы до места добраться.

Вечером каторжане вышли на высокий каменный берег. Маленькая ветхая избушка одиноко стояла на небольшой каменной площадке. Внизу раскинулось необъятное море. Оно выглядело спокойным, широкие волны иногда лениво омывали выступающий вперёд каменный утёс. Арестанты стояли, сбившись в кучу. Их пугала громадная сила и мощь моря. Один из конвойных направился к домику и вскоре вернулся в сопровождении шестерых человек.

- Сегодня на остров переправиться мы не успеваем. Придётся вам ночевать здесь, на воздухе, - обратился к заключённым пожилой мужчина, один из шестерых. Видимо, он был старшим над остальными.

- Так холодно же, до утра мы продрогнем совсем, - робко возразил кто-то из каторжан.

- Сейчас костёр соорудим, согреетесь. Бежать не советую. Местность здесь каменистая и безлюдная. Если мы не найдём, сами сгинете в камнях без еды, - сказал мужчина и велел своим подчинённым заняться костром.

Конвойные солдаты, которые сопровождали арестантов до берега, не дожидаясь утра, отправились в обратный путь.

Вскоре на площадке недалеко от избушки запылал костёр. Новые охранники выкатили к нему полусгнившее бревно.

- Вот! Это можете использовать на дрова. Хороших сухих поленьев больше не дадим.

- Откуда оно здесь взялось? Деревьев нигде нет, только камни да кустарник, - поинтересовался Лукьян.

- Морю скажите спасибо. Оно и не такое иногда на берег выносит.

Арестанты быстро разломали бревно на части. Так как оно было трухлявым, это удалось сделать без каких-либо подручных средств. Затем они расселись вокруг костра, и скоро разомлев от его тепла, скорчившись на камнях уснули. К утру костёр потух. Озябшие каторжане сгрудились на пепелище, пытаясь согреть ноги. Рассвело.

- Смотрите! Вон он, остров, - крикнул кто-то и замахал рукой в сторону моря.

И действительно, при утреннем свете стали видны очертания большого острова, с левой стороны которого вырисовывалась голубая гора.

- Так остров-то не так и далеко от суши, - обрадовался Лукьян.

- Слушайте, что скажу, - тихо проговорил Ярослав и отошёл в сторону, увлекая за собой товарищей, - теперь смотрите внимательно вокруг себя и всё запоминайте. Важна каждая мелочь.

- Что тут смотреть-то? – недоумённо взглянул на него Кузьма.

- Подмечайте особенности берега, куда можно пристать, в какую сторону поплывём, о чём говорят охранники и всё в том же духе. Высадимся на острове, его тоже внимательно осматривайте, при побеге может пригодиться.

- Понял, - кивнул Лукьян, - только на чём нас на остров-то доставлять будут.

- Узнаем скоро. Вон, уже главный из избушки вышел, - Ярослав поспешил вернуться к группе арестантов в нескольких шагах от себя.

- Ну что, отдохнули, пора отплывать, - сказал мужчина миролюбиво.

- Не мешало бы перекусить, живот уже от голода сводит, - зашумели каторжане.

- Нет здесь никакой еды. Придётся потерпеть до места назначения, там накормят. Выстраивайтесь в колонну и идите за мной.

Человек повёл процессию хорошо знакомой ему дорогой вдоль берега. Остальные охранники сопровождали арестантов сзади и по бокам. Идти пришлось недолго. За очередным склоном открылась живописная картина. Каменный берег приобрёл ярко-красный оттенок. Маленькая бухта с её зелёно-серой водой, резко контрастировала с ярким каменным обрамлением. В бухте скучало одинокое судёнышко. Это был баркас с грозным названием «Громовержец». Чтобы доплыть до острова ему требовались гребцы. Обратно же баркас возвращался под парусами, так как ветер дул почти всегда в одну сторону. Его направление менялось только в случае непогоды, которую разумно было переждать на берегу.

По шатким мосткам с опаской заключённые спустились на судно.

- Боюсь, не доплывём. Уж больно старая посудина, не развалилась бы раньше времени, - высказал опасения Лукьян.

- Панику не разводи, а то точно не доплывём, - приструнил его Ярослав.

- Садитесь на вёсла, сейчас грести будем учиться, - скомандовал мужчина. Скорее всего, он был капитаном этого судна.

Каторжане нехотя заняли, рассаживаясь по два человека на весло.

- По моей команде, начали! – крикнул капитан.

Но вёсла поднялись и опустились вразнобой, образовывая множество мелких брызг.

- Вот бестолочь, - выругался капитан, который никак не мог добиться от арестантов слаженной работы.

Через какое-то время ему всё-таки это удалось, и баркас покинул бухту. Ветра не было. Море казалось кротким. Его свинцовые воды тихо плескались за бортом.

- Суши весла! – отдал команду капитан, когда «Громовержец» поскрипывая старым, но прочным деревом, начал приставать к острову.

Арестанты вздохнули с облегчением и принялись вытирать рукавами, застилающий глаза пот.

Остров действительно был каменным и гора, расположенная на нём, тоже. Кое-где попадались одинокие сосенки, а также вросшие в расщелины между камнями невысокие кустарники и жёсткая трава.

Капитан и его подчинённые довели каторжан до огороженного каменной стеной поселения и сдали местным надзирателям. Поселение разместилось прямо у подножия горы. Солдаты открыли ворота, и арестанты, озираясь, неуверенно двинулись внутрь. Они вышли на широкую площадь с одной стороны которой стояли хорошие ухоженные дома для служителей и надзирателей, а с другой – обветшалые строения для каторжан.

- В один ряд стройся! – раздалась команда конвоира.

Вскоре из одного из домов вышел маленький крепенький лысый человечек.

- Здравствуйте, вновь прибывшие, - обратился он к каторжанам, - меня зовут Пантелеймон Михеевич. Я – главный начальник этого рудника. Вы прибыли сюда, чтобы исправить свою вину и, надеюсь, будете добросовестно это делать. О побеге можете даже не думать. Вплавь до берега отсюда не добраться, вода слишком холодная. От переохлаждения, как правило, сводит руки или ноги и люди тонут. По крайней мере, до сегодняшнего дня доплыть живым до суши никому не удалось. Поэтому носить колодки нет никакого смысла, они только будут мешать работе в руднике. Сегодня вам их снимут, потом пройдёте санитарную обработку, то есть бритьё, стрижку и мытьё, получите другую одежду, сапоги и расселитесь по баракам. Завтра с утра приступите к работе. Есть ко мне вопросы?

- А кормить-то нас, когда будут?

- Ах да. В первую очередь отведут на кухню, остальное после обеда. И ещё. Когда прибудет посыльный с новым клеймом, вам его выжгут. Обычно мы делаем это сразу, но хозяин рудника поменялся, так что придётся подождать.

- Если вопросов больше нет, отправляйтесь на обед, - человечек выждал несколько минут и удалился.

На следующее утро, после переклички и распределения работ, караул повёл арестантов в места выполнения этих работ. Ярослав, Фёдор, Лукьян и Кузьма отправились на рудник. В небольшом сарае, примыкающем к основанию горы, их ждал горный инженер с помощником. Конвойные солдаты остались снаружи.

- Вот вам инструмент, - протягивая Ярославу и Фёдору по молоту и лому, сказал инженер, взглянул на Лукьяна и пояснил, - а вы двое будете руду на тачках к шахте возить. Это требует меньше физических сил, хотя, конечно, тоже тяжело.

Вооружившись несколькими фонарями, через дощатую дверь, они попали во мрак. Потребовалось несколько минут, чтобы глаза привыкли к темноте, и можно было идти дальше. При тусклом свете фонарей стали различимы ступени, ведущие вниз.

- Мы находимся внутри горы, это и есть рудник, - спускаясь по ступеням, пояснил инженер.

Голос его казался глухим и тихим. Один за другим люди побрели по узкому длинному коридору, дощатые стены которого были насквозь отсыревшими.

- Это старая штольня, отсюда когда-то давно выбрали руду. А мы двигаемся туда, где сейчас ведётся разработка, - снова пояснил инженер.

Сырость и сильная духота наполняли штольню, воздух для дыхания был практически не пригоден. По бокам вместо досок теперь торчали холодные мокрые каменные глыбы.

- Вот мы и пришли, - вдруг остановился инженер и повесил фонарь на торчащий из стены штырь.

Затем его помощник показал Ярославу как с помощью лома и молота отделять глыбы породы.

- Ну что, я пойду наверх, а мой помощник будет с вами до тех пор, пока не научит правильно работать. Он объяснит, как отличать руду от подпороды, покажет, где шахта и так далее, - торопливо проговорил инженер и ушёл.

До позднего вечера Ярослав с друзьями трудились в руднике, а когда вышли оттуда, солнце уже зашло, но после сумрака подземелья, ночь не казалась тёмной.

Три дня Ярослав, Фёдор, Лукьян и Кузьма добывали руду обогащённую серебром в горных недрах. На четвёртый день, когда тело болело и изнемогало от непосильного труда, им дали выходной. После обеда все четверо сидели на больших гладких валунах у стены своего барака, наслаждаясь дневным светом и свежим воздухом.

- Ох-ох-ох, чую, мы так долго не протянем, - проговорил Лукьян и многозначительно посмотрел на Ярослава.

- Да уж, плохи наши дела, - согласился тот.

- Вон Кузька совсем зелёный стал, а ведь отработали всего ничего, - продолжил Лукьян.

- Бежать отсюда надо. Договориться с этим Пантелеймоном можно. По глазам видно, от монет он не откажется. Только денег у нас совсем мало. У меня два гривенника осталось. А где их взять, я ещё не придумал, - поделился Ярослав.

- У меня на свободе кой-какие сбережения имеются. Нельзя ли договориться, чтобы нас в долг отпустили, - предложил Фёдор.

- Ой, держите меня, сейчас упаду, - рассмеялся Лукьян, - с каторги он собрался в долг бежать.

В этот момент солдаты открыли ворота, и друзья увидели высокого худого господина в дорогих одеждах, который важно вышагивая, направился к одному из хороших домов. Сбоку семенил Пантелеймон Михеевич. Он едва доставал господину до плеча, всё время забегал вперёд, заискивающе улыбался и заглядывал в глаза своему спутнику. Со стороны они выглядели комично, но смеяться никто и не подумал.

- А это ещё кто такой. Не хозяин ли рудника пожаловал? – предположил Ярослав.

- Нам-то что с того, - глядя в след незнакомцу, проговорил Лукьян.

- От хозяев этих одни неприятности. Интересно, долго он здесь пробудет, - продолжал Ярослав.

Пригревшись на солнышке, Кузьма засопел, засыпая и все смолкли.

Минут через пятнадцать господин вышел из дома и прошествовал в обратном направлении. Пантелеймон Михеевич, изображая жалкое подобие улыбки на лице, проводил его за ворота и вернулся назад. Выглядел он растерянным и чем-то сильно обеспокоенным.

Вечером, когда Ярослав собирался ложиться спать, Лукьян вдруг спросил:

- Кузнец, а кузнец, ты лошадь подковать сумеешь?

- Смогу, - ответил Ярослав.

- А копьё сделаешь? – снова спросил Лукьян.

- Тебе-то это зачем?

- Да так. Сказывают господин, которого мы давеча видели, меч здесь какой-то ищет.

- Что ж ты раньше молчал! - Ярослав вскочил с лежанки.

- Я сам только недавно узнал, - развёл руками Лукьян.

Ни секунды не мешкая, Ярослав направился к двери. Снаружи её охраняли два солдата.

- Куда собрался? Уже поздно, и выходить тебе никуда нельзя, - накинулся на него охранник.

- Иди, скажи Михеичу, что я с мечом ему помочь смогу.

- Не к спеху. Утром скажу.

- За это, поверь мне, он тебя и наказать может, - настаивал Ярослав.

- Ну, будь по-твоему, - согласился солдат, - дверь пока на засов запру, а то Семёну одному за вами не углядеть.

Он захлопнул дверь прямо перед носом кузнеца, но тот и бровью не повёл, остался стоять на прежнем месте.

Вскоре послышались шаги. Солдат открыл дверь и заглянул внутрь барака:

- Ты здесь ещё?

- Угу, - согласно кивнул Ярослав.

- Пошли. Велено тебя к начальству срочно доставить.

Ярослав вошёл в большую, чисто прибранную, с хорошей мебелью комнату и робко остановился у входа.

- Ну что там насчёт меча? – тут же спросил Пантелеймон Михеевич, который сидел у камина в удобном мягком кресле.

- Я слышал, что тому господину, который сегодня был здесь, меч нужен, - проговорил Ярослав.

- Ну и что?

- Я – кузнец, и могу выковать хороший меч.

Пантелеймон Михеевич вскочил с кресла и забегал по комнате:

- Господин Виссарион откуда-то узнал, что у нас на острове есть необычный меч. Уже который раз он приезжает и требует, чтобы я нашёл этот меч. Если до следующего его появления я этого не сделаю, то стану таким же каторжанином, как и ты. А где его искать? Солдаты все камни облазили. Не то, чтобы меча, обычного ножа найти не смогли.

- Чем же он так примечателен?

- Господин Виссарион говорил, что рубит этот меч камень, словно масло и зовётся Клинком трёх чудес.

- Он описывал, как выглядит клинок?

- Никто его не видел, как выглядит, никто не знает, только камень легко рубит, вот и всё, что известно. Сумеешь ты сделать такой меч?

Ярослав ненадолго задумался, а потом сказал:

- Слышал я о таком Клинке. Даже о составе сплава для него знаю, но никогда не пробовал изготовить. Если позволишь, попытаюсь, всё равно ни тебе, ни мне терять нечего.

- И что ты за это хочешь?

- Свободу для себя и троих товарищей.

- Ну что ж, я согласен. Пробуй, делай. Будем надеяться, что твой меч понравится Виссариону, и он, наконец, оставит меня в покое. Завтра же с утра и займёшься, - ни секунды не раздумывая, согласился управляющий рудником.

- Для того, чтобы приступить к работе, мне нужна кузница и кой-какие материалы.

- Какие материалы?

- Давайте бумагу, напишу.

Пантелеймон Михеевич взял со стола лист бумаги и перо и подал кузнецу. Тот несколько минут не спеша писал, разложив лист на гладком полу.

- Ну вот, готово, - закончив, сказал он и протянул список Пантелеймону Михеевичу, который бегло пробежал его глазами и посмотрел на Ярослава:

- Чтобы собрать всё это потребуется не менее трёх дней. А сколько времени у тебя уйдёт на изготовление клинка?

- Дней десять, если буду трудиться в полную силу, и если помощника дадите. Можно Фёдор помогать мне будет?

Пантелеймон Михеевич насторожился:

- Какой ещё Фёдор? Ты что это удумал, обмануть меня хочешь?

- Даже и в мыслях такого не было, - опешил Ярослав, - просто с помощником гораздо быстрее дело пойдёт, а у Фёдора силёнок побольше.

- Хорошо, Будет тебе помощник. Из тех, кто здесь уже давно, и знает, что провести меня не получится, подберём.

- Пускай будет, как Вы говорите, главное, чтобы покрепче да поздоровее был.

- Вот и сговорились. Можешь идти отдыхать. Когда материалы из твоего списка доставят, я тебя позову.

- Я бы хотел кузницу осмотреть и у меня ещё одно условие есть.

- Какое условие? – недовольно поднял брови Пантелеймон Михеевич.

- С завтрашнего дня и до окончания работы ни я, ни трое моих друзей в рудник не полезем.

- Ну, ты-то понятно, кузницу к работе будешь готовить. А они, твои товарищи, что делать умеют?

- Как что? – Ярослав замешкался, но быстро нашёлся, - лапти, например, плести.

- Лапти это хорошо, только здесь одни камни, не из чего их плести. Ну ладно, будь по-твоему, отправлю их крыши к зиме латать. Только пусть смирно себя ведут, а то в руднике сгною, - грозно взглянул Пантелеймон Михеевич.

- Насчёт этого можете не сомневаться, - обрадовался Ярослав, - приятной Вам ночи.

Он покинул дом управляющего и, окрылённый надеждой, вернулся в свой барак, где сразу же поделился новостью с друзьями.

На следующее утро Ярослав отправился осматривать кузницу, у которой оказался очень плачевный вид. Было понятно, что у неё давно нет хозяина, да и вообще, здесь довольно длительное время никто не работал. С охоткой взялся кузнец за дело, поправил горн, разместил в удобном для себя месте наковальню, собрал и отремонтировал раскиданные инструменты, очистил помещение от мусора и пыли. Только на третий день кузница была полностью готова, и Ярослав решил опробовать её. Из двух стальных прутов, которые он обнаружил во время уборки, кузнец выковал кочергу для камина с красивой узорчатой ручкой и нож. Кочергу он велел отнести Пантелеймону Михеевичу, а нож спрятал в кузнице. К вечеру этого же дня доставили всё необходимое для изготовления меча. Ночью Ярослав долго не мог уснуть. Сначала он обдумывал, каким будет его меч, затем кузнеца стали одолевать сомнения, получится ли у него клинок, легко рубящий камень. Наконец, под утро Ярослав забылся в тяжёлом сне. И тут странное видение посетило его. Древняя, сморщенная старуха в чёрном одеянии, словно наяву, обратилась к Ярославу.

- Вот, возьми этот порошок, - она протягивала корявой старческой рукой бархатный кошель, - когда закончишь ковать клинок, посыпь его с обеих сторон порошком. Запомни, клинок должен быть ещё раскалённым.

Ярослав хотел спросить старуху о порошке, но видение тут же исчезло, и он проснулся. Пора было идти в кузницу. На удивление, после бессонной ночи Ярослав чувствовал себя бодрым и полным сил, лишь загадочная старуха всё ещё не выходила у него из головы.

- Вот помощника тебе привёл, - сказал один из солдат и в кузницу вошёл рослый плечистый каторжанин. Что-то очень знакомое почудилось Ярославу во взгляде этого парня.

- Как тебя зовут? – спросил он.

- Алексей, - ответил тот.

« Да это же…», - пронеслось в голове кузнеца.

- Так ты из Ключей что ли будешь? – высказал догадку он.

- А ты откуда знаешь? – удивлённо смотрел васильковыми глазами Алексей.

- Да так, случайно твою мать Устинью, встретил. Она просила передать, что очень ждёт тебя.

- Рассказывай, как она там? А сестру тоже видел?

- Нет, сестру не видел. И мать мельком, когда нас, закованных в кандалы, по Ключам вели. Так что больше ничего не знаю и сказать не могу.

- А я уж три года как здесь. Спасибо за добрую весточку, - улыбнулся Алексей.

- Давай работать. Времени у нас не так уж много, - засуетился кузнец.

- Говори, что делать, - с готовностью согласился помощник.

- Будешь на подхвате, где что подать да принести. Ты ведь кузнечному делу не обучен.

- Нет, я лесорубом был, пока сюда не угодил, а потом…, - начал рассказывать Алексей, но тут в кузницу снова вошёл солдат.

- Кузнец, тебе велели передать, - сказал он и протянул бархатный кошель, такой же, как в видении.

- Кто велел передать? – Ярослав не верил глазам.

- Не знаю, старуха какая-то.

- Где она живёт?

- Да что ты привязался, не видел я её никогда раньше. Подошла к воротам, зыркнула на меня и сказала, что если я этот кошель тебе не отдам, то она на меня хворь нашлёт.

- Откуда же она на острове взялась, старуха эта, - проговорил Ярослав и взял кошель из руки солдата.

Тот пожал плечами и поспешил покинуть кузницу, где вскоре закипела работа. Отбросив все раздумья и сомнения, Ярослав взялся за дело, которое спорилось в умелых руках. На седьмой день меч был готов. Ярослав выполнил наказ старухи и тщательно обсыпал клинок бирюзовым порошком из кошеля. Закончив отделку рукояти, кузнец взял меч в руку и внимательно осмотрел его. В полутёмном помещении кузницы, клинок плохо было видно.

- Пошли, испытаем, что получилось, - сказал Ярослав Алексею.

Они вышли во двор. Дневной свет упал на грозное оружие, и клинок заиграл, словно ожил. Ярослав заметил его необычный бирюзовый оттенок. В остальном меч получился превосходным. Он был очень прочным, острым и достаточно лёгким.

Ярослав осмотрелся. Недалеко от входа в кузницу, как и повсюду на территории поселения, лежало несколько больших камней. Ярослав подошёл к одному из них, и размахнувшись ударил мечом.

- Ух ты! Я такого никогда не видел! – Алексей стоял сзади и с восхищением наблюдал, как камень распался на две половины.

- Я тоже, - с гордостью взглянул кузнец на клинок и ласково погладил его ладонью, а потом добавил, - пошли ножнами займёмся, ты уже сделал заготовки, как я просил?

- Да, - ответил Алексей, и они вернулись в кузницу.

Ещё три дня кропотливого труда ушло на изготовление ножен. Наконец, всё было закончено. Ярослав несколько раз вложил меч в ножны, испытывая их. По выражению лица было видно, что он остался доволен. В очередной раз, вынув клинок, он сказал:

- Жаль мне тебя отдавать, но такова цена свободы.

Ещё несколько минут Ярослав держал в руках свой меч, любуясь им, затем решительно вложил его в ножны и пошёл в сторону дома Пантелеймона Михеевича. Солдаты, дремавшие на скамейке у кузницы, вскочили и закричали вдогонку:

- Кузнец, куда направился?

- Я закончил свою работу, - ответил Ярослав, не оборачиваясь.

Управляющий сидел за столом и пил чай со свежими горячими оладьями.

- К Вам кузнец пожаловал. Да настырный такой, никак не хочет дожидаться, пока Вы откушаете, - запинаясь, доложил охранник. Он знал, что Пантелеймон Михеевич не любит, когда его отвлекают от еды.

- Зови, - сказал тут же начальник рудника, продолжая поглощать оладьи.

На пороге комнаты появился Ярослав.

- Меч готов, - проговорил он и, держа за перевязь, протянул оружие Пантелеймону Михеевичу.

Тот мгновенно вскочил со стула, подбежал к кузнецу и взял из его рук меч. Затем Пантелеймон Михеевич долго и внимательно разглядывал ножны, отделанные бычьей кожей и серебром, осторожно, с опаской вынул меч, вложил его назад и сказал:

- Неплохая работа. Мне нравится, не знаю уж, будет ли доволен господин Виссарион. Камень ведь клинок не рубит. Правильно я говорю?

- Отчего же не рубит. Пойдёмте, покажу, - возразил Ярослав.

- Неужто рубит. Не верю, - Пантелеймон Михеевич засеменил на улицу. Ярослав вышел из дома вслед за ним. Он взял у управляющего меч и легко разрубил лежащий вблизи камень на две одинаковые части.

- Ай да кузнец, ай да молодец! – радостно воскликнул Пантелеймон Михеевич и поспешил забрать меч.

- Я вот тут всё думаю, проговорил Ярослав, - если это Клинок трёх чудес, то на какие ещё два чуда он способен?

- Не знаю, да это и не важно. Главное, чтобы камень рубил, - ответил Пантелеймон Михеевич.

- Надеюсь, наш уговор в силе? – вновь спросил кузнец.

- Конечно в силе. Сегодня ночью, как только все уснут, мой человек сведёт вас четверых на берег, к лодке. Времени у вас до утра. Успеете скрыться, значит, вам повезло, а если нет, не обессудь. Утром тревогу объявлю, - хитро посмотрел на Ярослава управляющий, - всё-таки удачливый ты человек. Сегодня мне клеймо доставили. Завтра каторжан клеймить будем.

-Видно не пришла ещё пора, мне в каторжанах ходить, - ответил Ярослав, - на воле у меня дела есть.

Весь вечер Ярослав, Фёдор, Лукьян и Кузьма готовились к предстоящему побегу. Они наполнили фляжки свежей питьевой водой, сложили в котомки свои пожитки. Лукьян где-то раздобыл несколько сухарей, а Ярослав спрятал между других вещей аккуратно завёрнутый в неровный лоскут мягкой кожи, выкованный накануне нож. Друзья с нетерпением ожидали наступления ночи, которая сулила долгожданную свободу. И когда человек, одетый в солдатскую форму, бесшумно подошёл к Ярославу тронул его за плечо и велел идти за ним, они тут же соскочили с лежанок и тихо покинули барак. Солдат вывел друзей за ворота и, вскоре они оказались на берегу.

- Эй, кузнец, а как же я, - неожиданно проговорил кто-то сзади.

Оглянувшись, Ярослав увидел Алексея, который стоял чуть поодаль и грустно смотрел на беглецов.

- Тебя мне отпускать не велено. Только этих четверых, иди назад, а то тревогу объявлю, - прикрикнул солдат.

- Подожди, не поднимай шум, - остановил его Ярослав, - вот возьми гривенник, и ты его не видел. Мало ли куда может человек на каторге подеваться.

Солдат засомневался.

- Держи два гривенника, - Ярослав вложил в руку солдата две монеты.

- Так уж и быть, Я его не видел, - не смог отказаться от денег тот, - вон лодка и два весла в ней. Уплывайте, да поскорее, пока никто не хватился.

Он махнул рукой в сторону моря и, повернувшись, быстро пошёл назад, к селению.

- Алексей, мы с тобой на вёсла. Фёдор, садись вперёд, будешь дорогу указывать. Кузьма и Лукьян назад для равновесия, - распорядился Ярослав.

Скоро лодка отчалила от берега и взяла курс на материк.

- Фёдор, давай к горам направляй, а там посмотрим, - проговорил Ярослав, наседая на весло.

- Где же мы пристанем. Там же скалы из воды торчат. Надо в бухту идти, - возразил Лукьян.

- В бухте нас, небось, уже поджидают. Нельзя нам туда, никак нельзя, - отозвался Ярослав.

- Ладно, командуй сам, как скажешь, так и будет, - согласился Лукьян.

- У меня под ногами что-то хлюпает, - вдруг испуганно зашептал Кузьма.

- Ты смотри, и точно хлюпает. Лодка-то дырявая, - Лукьян наклонился и нащупал рукой холодную воду у себя под ногами.

- Вынимайте кружки и вычерпывайте её, - скомандовал Ярослав.

Лукьян и Кузьма, повозившись с котомками, принялись вычерпывать медленно пребывающую воду.

- Давай-ка подналяжем, что-то мне не хочется рыб кормить, - обратился к Алексею Ярослав, и всплеск вёсел участился.

- Фёдор, что там, берег не видно ещё? – через некоторое время спросил Лукьян.

- Нет, не видно, - Вздохнул Фёдор, изо всех сил всматриваясь в темноту.

- Ой, у меня в сапоге сыро стало, ногу от холода сводить начало, - захныкал Кузьма.

- Фёдор, бери кружку и тоже воду черпай, нельзя нам сейчас здесь утонуть. Ещё княжество от врага спасать надо, - сказал Ярослав.

- Ну Михеич, ну сучье отродье, лодку нам дырявую подсунул. И меч взял и концы в воду, - зло пробурчал Лукьян, - а вот не выйдет. Кузька, ты, что там уснул что ли, смотри, вода уже почти до середины лодки поднялась.

- Да черпаю я, черпаю.

- Плохо черпаешь, снимай сапог свой дырявый, сапогом черпай. Так от него толку больше будет.

Кузьма громко засопел. Время шло. Каменный остров остался где-то далеко за спинами, а берега впереди всё ещё не было видно. Люди в лодке устали, но не сдавались. Вот уже несколько часов они боролись за жизнь. Вдруг Алексей, молчавший весь путь, хриплым голосом крикнул:

- Вижу её, вижу!

- Кого её? – переспросил Лукьян.

- Гору, гору впереди!

Скоро и все остальные смогли различить очертания горной вершины.

- Давайте с другой стороны от неё пристанем, - предложил Ярослав.

- Но там же Северное княжество. Куда же мы пойдём, - недоумённо посмотрел на него Фёдор, перестав вычерпывать воду.

- Зато нас там никто искать не будет. А куда идти, разберёмся, - поддержал Ярослава Лукьян.

Лодка медленно обогнула скалы и пристала к песчаному берегу. Здесь, в нескольких метрах от моря сплошной стеной стоял густой лес. Беглецы выбрались из лодки и пытаясь отдышаться, упали на влажный песок.

Разбойник

Занимался рассвет. Оставаться на открытом, хорошо просматриваемом берегу стало опасно. Друзья отошли к лесу, поели отсыревших сухарей с водой и ещё какое-то время обсуждали, куда же лучше идти. Наконец беглецами было принято решение обогнуть горную гряду и вернуться в своё Восточное княжество. На это, как они полагали, уйдёт дней пять, не больше, даже с учётом того, что движение будет затруднено густыми лесными зарослями.

Ярослав с помощью своего ножа, из ствола молодого деревца сделал что-то вроде прочного посоха.

- Кто из вас хорошо в лесу ориентируется? – спросил он.

Отозвались все, кроме Лукьяна.

- Это не плохо, что вы лес знаете, но поведёт нас Алексей. Он, если что, от опасного зверя защитить сумеет, да и от человека недоброго, - Ярослав протянул посох Алексею и добавил, - я сзади пойду, ножом на деревьях метки вырезать буду и со спины прикрою.

Вскоре процессия углубилась в лесную чащу. Высокие толстоствольные сосны были похожи одна на другую. Между ними часто попадались участки молодой поросли и кустарников. Кое-где дорогу преграждали упавшие деревья и огромные, покрытые зелёным мхом каменные глыбы.

Насторожившись, путники вслушивались в звуки леса. До них доносились непонятные шорохи и поскрипывания, птичий щебет и стук дятла. Вот где-то что-то ухнуло и громкий, похожий на плач ребёнка крик, эхом разошёлся по всему лесу. Закуковала кукушка, большая птица сорвалась с ветви одного из деревьев и, шумно хлопая крыльями, пролетела низко над головами.

- Эх, жаль, что лука нет, а то на ужин бы дичь подстрелили. Она здесь не пуганная, - с досадой в голосе проговорил Фёдор.

- Ты охотник что ли? – поинтересовался Лукьян.

- В прошлой жизни иногда выезжал на охоту. Вот помню как-то мы с Мирославом на кабана ходили…, - ударился в воспоминания Фёдор.

- Давайте о прошлой жизни не будем говорить, а то эти воспоминания тоску нагоняют, - резко прервал его Ярослав.

- Тогда объясни, о каких врагах нашего княжества ты в лодке упоминал. Я что-то ничего такого не слыхал, - спросил у него Лукьян.

- Появилась в Альтании сила тёмная, которую, пока она на нас не напала, надо остановить, - разъяснил Ярослав.

- Думаешь, без тебя с ней справиться некому? Да пока мы к людям выйдем, об этой твоей вражеской силе все уже забудут, - развеселился Лукьян.

- Хорошо, если так, - не стал спорить кузнец.

Через несколько часов пути, беглецы вышли на поляну.

- Смотрите! Грибочки! Да много! – воскликнул Кузьма, наклонился и начал торопливо выдёргивать из земли молодые крепкие грибы.

- Я тоже нашёл! – Лукьян держал в обеих руках по маленькому с серой шляпкой грибку.

- Да это же поганки! Выкинь сейчас же! – возмущённо крикнул Кузьма.

- Я думаю, что здесь и остановимся на ночь, а завтра с новыми силами продолжим путь, - осматривая поляну, сказал Ярослав.

Общими усилиями беглецы развели костёр, из сосновых веток соорудили шалаш, поужинали печёными грибами и улеглись спать. Алексей первым остался в карауле у костра. Он подбрасывал сухой хворост в начинающий угасать огонь, а иногда, чтобы согнать сон, вставал и обходил поляну, прислушиваясь к ночным шорохам. Время тянулось медленно. Алексей вспоминал Ключи и свой родной дом, когда из шалаша появился Ярослав и тихо сел с ним рядом.

- Не верится, что скоро домой попаду. Сестру увижу. Она у меня красавица, - улыбнулся Алексей.

- А зовут-то её как?

- Мила, Милана… Ещё когда детьми были, я, как старший брат всегда защищал её. Милана доверчивая очень, всяк норовит её обидеть. Как она там без меня?

- Думается мне, ты преувеличиваешь, никто её не обижает.

- Ничего не преувеличиваю. Не говорит она. Всё понимает, головой кивает, а сказать не может. С детства её за это дразнили и надсмехались. Понимаешь теперь, почему я так беспокоюсь?

- Где же отец ваш? – поинтересовался Ярослав.

- Его в лесу медведь задрал. Вышел случайно на шатуна. А они злые и сильные. Товарищи прибежали на помощь, да поздно уже. Так и остались мы ещё малютками у матери на руках.

- Всё будет хорошо. Теперь ты не один, а вместе мы твою сестру никому в обиду не дадим и насмехаться над ней не позволим, - ободрил Алексея Ярослав, подкинул в костёр несколько веток и добавил, - иди, спи, я покараулю. Завтра нам надо хотя бы до середины гряды дойти.

Часа три просидел Ярослав у костра, любуясь звёздным небом, наслаждаясь свободой, а когда почувствовал, что больше не в состоянии бороться со сном, разбудил Фёдора.

- Устанешь, поднимай Лукьяна с Кузьмой, пусть тоже немного подежурят, - наказал он, заполз в шалаш и, устроившись на мягких ветках, тут же уснул.

Сколько длился его сон, кузнец не знал, а открыв глаза, обнаружил рядом с собой Фёдора и Алексея. Осторожно, чтобы не разбудить товарищей, Ярослав выбрался наружу. Солнце уже поднялось. Утренняя прохлада быстро разогнала остатки сна. Ярослав подошёл к догорающему костру, у которого сидел Лукьян и пёк на жарких углях грибы.

- А где Кузьма? – забеспокоился кузнец.

- Ягоды собирает. Вон и грибов уже набрал, - ответил Лукьян, - хорошо, что осень наступила и в лесу много всякой всячины. С голоду не пропадём.

- Это-то хорошо. А вот воды у нас маловато, надо экономить, - Ярослав вынул фляжку, потряс её, но пить не стал, положил назад, в котомку.

- Грибы уже скоро поспеют, - поворачивая палочки с нанизанными поджаренными шляпками, деловито проговорил Лукьян.

- Пора Фёдора с Алексеем будить, - глядя на готовый завтрак решил Ярослав.

- Подожди, сейчас Кузя придёт, тогда и разбудишь. Ягода нам в дороге не помешает, - остановил его Лукьян и смолк.

- Ты говоришь, что лес совсем не знаешь? – нарушил молчание Ярослав.

- Так оно и есть.

- Тогда как ты нашёл траву тогда на привале, которую Кузьме дал, чтобы натёртые колодками ноги залечить?

- Так это Фрол меня научил.

- Какой ещё Фрол?

- Когда меня первый раз в колодки заковали, я чуть постарше Кузьмы был, - начал свой рассказ Лукьян, - живот от голода сводило, и я у торговца одного связку баранок стащить хотел, но не получилось, попался. Погнали меня на каторгу. Рядом Фрол оказался. Он эту травку и показал. А потом, когда в бега ударился, меня с собой взял, воровать научил, так, чтобы не попадаться. Вот такие дела…

- Если он тебя научил не попадаться, как же ты снова в колодках оказался?

- Опять по глупости. Подельник сдал. Доверился я ему, а он сам попался и меня за собой потянул.

- Ну что у тебя Лукьян, готовы грибы? – сзади неслышно подошёл довольный Кузьма, - я тут полянку брусничника нашёл. Мигом почти полную котомку ягоды насобирал. А всё дедусь. Это он меня с собой по грибы да по ягоды в лес брал.

- Молодец, ты, Кузьма, - заглянул в его котомку Ярослав, взял несколько ягод и положил в рот.

Почувствовав их кисловатый вкус, кузнец причмокнул и пошёл к шалашу.

Позавтракав, друзья снова выступили в путь. Они пробирались сквозь заросли, когда отчётливо услышали какой-то шум.

- Что это? – остановился Алексей.

- Давай я первым пойду. А ты за мной держись, - предложил Ярослав.

Крадучись беглецы обходили дерево за деревом. Шум становился всё громче.

- Да это же горная речка! – вдруг обрадованно выкрикнул Ярослав и вышел на берег.

Энергичный, бурный поток с шумом уносил свои прозрачные воды в неизвестность. Путники ладонями черпали и пили ледяную воду, от которой ломило зубы. Они долго, с удовольствием умывались, наполнили фляжки и, наконец, решили идти дальше. Но как преодолеть эту внезапную преграду?

- Разделимся на две группы и осмотрим реку вверх и вниз по течению. Нам надо найти что-то, чтобы сделать мост, - распорядился Ярослав.

- Бревно подойдёт? – спросил Алексей.

- Идеальный вариант. Осталось только его отыскать, - согласился кузнец и, направившись вверх вдоль реки, бросил, - кто-то один со мной, двое с Алексеем.

- Я с тобой пойду, - догнал его Лукьян.

Они не успели пройти и двух десятков шагов, когда запыхавшийся Кузьма окликнул сзади:

- Эгей! Идите скорее к нам, мы там такое нашли!

Ярослав и Кузьма обернулись на зов.

- Что там? – в один голос спросили они.

- Это надо видеть, - ответил Кузьма и повёл их назад.

Ещё издали стало просматриваться какое-то белое пятно. Вблизи это оказался участок леса и реки покрытый ярко-белой, гладкой, блестевшей на солнце ледяной коркой. Деревья, трава, каменный берег и река – всё было ледяным.

- Странное какое-то место. Ничего подобного никогда не видел, - проговорил Фёдор.

Кузьма хотел пощупать необычный лёд рукой, но Ярослав сдержал его:

- Не трогай, это может быть опасно.

- А если так, - Алексей со всего размаху ударил посохом по одному из деревьев, надеясь, что с него осыпятся мелкие ледяные кусочки. Но вместо этого ствол дерева переломился, и оно упало, с обеих сторон лежали две одинаковые половинки ледяной скорлупы.

- Ах! – изумились друзья, и отошли подальше.

- Не стоит здесь долго задерживаться. Пошли искать переправу, - сказал Ярослав, когда все немного пришли в себя.

- Я тут камень большой заприметил, если его в середину реки в узком месте бросить, то можно перепрыгнуть, - махнул в противоположную сторону Алексей.

Перебравшись через реку, друзья съели по горсти брусники из запасов Кузьмы, запили их вкусной речной водой и двинулись дальше.

- Стоять! Не двигаться! – вдруг услышали они громкий окрик.

Из-за деревьев показались шесть вооружённых топорами, подозрительного вида человек.

- Вы кто такие будете? – спросил Ярослав.

- Ты что, смелый такой, что ли. А стрелу промеж глаз получить не хочешь? – подошёл к нему взъерошенный, словно воробей мужичок.

- Да что с ними возиться, кончать их надо, - сказал кто-то из злодеев.

- Подожди, Везунчик, это всегда успеется, ответил ему мужичок и прикрикнул на Ярослава, - ну-ка выворачивай карманы! Доставай из мешка всё, что у тебя есть!

- Нет у нас ничего, - послушно выкладывая из мешка нехитрые пожитки, ответил кузнец. Нож он незаметно сумел сунуть в голенище сапога.

- Кто вы, и куда путь держите? – более миролюбиво спросил самый большой бандит.

- Наш корабль разбился о скалы, нам повезло, остались в живых, - выпалил Фёдор.

- Допустим. Как назывался ваш корабль?

- Громовержец, - тут же нашёлся Ярослав.

Тем временем все котомки были опорожнены, и их содержимое лежало в одной куче.

- Не густо, - разочарованно пробурчал взъерошенный мужичок, - хлебушка ни крошки у них нету.

- Откуда же у нас хлеб возьмётся. Говорят же тебе, гребцы мы с корабля затонувшего, и взять с нас нечего, - попытался договориться Ярослав.

- Как это нечего. Вон сапоги у вас неплохие. Давайте снимайте быстрее. Хватит волокититься. Отмучились вы своё, - поигрывая топориком, разбойник подошёл к Ярославу, который ему не нравился больше других.

- Наши сапоги вас не спасут. Зима придёт, передохнете от голода. А я знаю, как вам помочь, - Ярослав тянул время. Он лихорадочно искал выход из создавшегося положения.

- Может, ты знаешь, почему по тракту купцы перестали возить товар? – спросил кто-то.

- Этого я знать не могу, но выясню, если в живых оставите.

- Смотри, какой прыткий. Да я тебя сейчас, - разбойник замахнулся на Ярослава топором.

- Подожди, Задира, не горячись, - вступился за кузнеца большой бандит, - отведём их к атаману. Пускай сам решает, что делать. Авось, пригодятся.

- Как скажешь, Силыч, - согласился Задира.

- Не вздумайте баловать, а то стрелу в спину получите, - предупредил Силыч.

Затем бандиты сложили все трофеи в один мешок. Из двух других с помощью острого топора наделали прочных верёвок, которыми связали руки пленников.

- Касьян, будь начеку, если кто побежит, сразу из лука его, как зайца, - Силыч взглянул на прихрамывающего лучника, после чего процессия двинулась в разбойничий стан.

Идти пришлось недолго. Вскоре перед путниками открылась поляна со старой охотничьей избой посередине. Ветхий покосившийся сарайчик с обвалившейся крышей притулился к одной из стен избы. Два шалаша да большое кострище дополняли картину.

У двери избы топтался худощавый молодой разбойник в грязной рубахе.

- Ванька, доложи Грому, мы пленных привели, - обратился к нему Силыч.

- На кой они нам, - вытаращил глаза, рассматривая Ярослава с товарищами, Ванька.

- Иди, скажи! – потребовал Силыч.

Ванька скрылся за дверью, откуда тут же послышался громкий раскатистый голос, который сыпал отборной бранью.

Скоро дверь распахнулась и снаружи разнеслось:

- Заводи!

Кивком головы Силыч указал на дверной проём. Пленники вошли в избу, где царил полумрак. Маленькое оконце плохо освещало просторное помещение, в центре которого стоял большой стол. За ним сидел атаман. Внешность его можно было бы назвать красивой, если бы не это выражение глаз. Чёрные кудри, прямой нос, смуглая кожа, даже старый шрам на правой щеке – всё это выглядело мужественным и привлекательным. Но волчьи глаза указывали на злобную разбойничью натуру.

- Кто такие? – рявкнул атаман.

- Тебе скажу правду. Каторжане мы беглые, - уверенно ответил Ярослав.

- Куда идёте?

- Домой, в Восточное княжество.

- Вот значит как, - атаман задумался.

- Грозились они нам помочь, вот и привели к тебе, – из-за спин проговорил Силыч.

- Зря привели. Мне тут своих кормить нечем, а теперь ещё и эти. Отпустить тоже нельзя, нас выдадут. В расход! – загремел голос атамана на всю избу.

- Зачем же так сразу. Мы с едой помочь вам можем. Вон Фёдор – охотник хороший, он дичи добудет. Кузьма грибы и ягоды собирать умеет. А я берусь узнать, почему по дороге никто не ездит, - медленно, с расстановкой, чтобы атаман успевал усваивать сказанное, пояснил Ярослав.

- Как же ты это узнаешь? – заинтересовался тот.

- К людям в посёлок какой-нибудь надо сходить, там всё расскажут. А давно по дороге-то ездить перестали?

В избе к этому времени появилось ещё несколько разбойников.

- С начала лета, считай, у нас хорошей добычи не было, - отозвался один из них, - только к людям идти опасно. Они этого ждут, чтобы нас сцапать.

- Меня-то никто не ждёт. Я и разведаю, а там что-нибудь придумаем, - предложил Ярослав.

- Он дело говорит. Надоело уже голодными сидеть, надо что-то делать, - оживились бандиты.

- Молчать! – загремел атаман, - уведите их в сарай, пусть там посидят, пока я решение приму. Да караульте хорошенько, чтобы не сбежали!

Вскоре пленные оказались в сарайчике. Покосившиеся гнилые стены, небрежно раскиданные предметы и кучей наваленный в углу хлам увидели они перед собой. Единственное, что стоило внимания – деревянная тачка на двух железных колёсах, которая стояла у стены и была в исправном состоянии. Складывалось впечатление, что разбойники часто использовали её в своём хозяйстве. В крыше сарая зияла огромная дыра. Через неё внутрь попадало достаточное количество света и свежего воздуха.

- Ой, закрыли они нас, - захихикал Лукьян, - отсюда уйти ничего не стоит.

- Этого делать мы пока не будем, - не согласился с ним Ярослав.

- С чего так? – Лукьян удивлённо на него посмотрел.

- У нас появилась неплохая возможность разведать, что в свободном мире происходит, чтобы понять, куда безопаснее идти. Да и разбойников этих здесь оставлять нельзя. Много невинного народа они могут погубить.

- Куда ж ты их денешь? С собой, что ли потащишь? - зло ухмыльнулся Лукьян.

- Сначала надо в посёлок сходить, а там посмотрим, - пожал плечами Ярослав.

- А если они нас вздёрнут на ближайшей сосне? Ты об этом подумал? – негодовал Лукьян.

- Не повесят. Раз сразу не убили, теперь уже не тронут, - возразил Ярослав.

- Бедовая твоя голова. Всё время тебе кого-нибудь спасать надо. Ладно, пусть, по-твоему, будет, но не забывай, что ты не только себя, ты всех нас опасности подвергаешь, - Лукьян уселся на чурку, стоящую рядом с ним и низко опустил голову.

Ярослав задумался, а потом спросил:

- А ты, Фёдор, что скажешь?

- Ты прав. Надо осмотреться. С этими бандитами мы как-нибудь совладаем, а вот, что впереди ждёт, не ведаем. Кто знает, может нас солдаты где-то подкарауливают, или ещё какая-нибудь заковыка.

- Алексей, Кузьма, скажите своё мнение, - Ярослав посмотрел на молчавших товарищей.

- Я всё буду делать, как ты скажешь, пока от этого только польза была. Опять же с каторги меня вытащил, - высказался Алексей.

- Я тоже, - вторил ему Кузьма.

Вечером дверь открылась, и в сарай вошли два бандита с уже знакомыми лицами.

- Вот каша и вода. Велено вас накормить, - они раздали пленникам миски с небольшим количеством еды, поставили на пол деревянное ведро с водой и, кое-как прикрыв за собой дверь, удалились.

Утром пришёл Ванька.

- Тебя атаман зовёт, - строго посмотрел он на Ярослава.

Они вошли в жарко натопленную избу. Атаман сидел на своём месте за столом и прихлёбывал из большой кружки горячий напиток.

- Тебя как звать? – сразу же спросил он.

- Ярослав, кузнец я. А к тебе как обращаться?

- Я – атаман Гром. Перечить мне не советую, - расправив грудь, хвастливо представился бандит.

- Имя-то у тебя есть? Громом как-то неловко мне тебя называть, - переспросил Ярослав.

- Гарвасей, - волчьи глаза разбойника начали наливаться злобой, - зови меня атаман Гарвасей. И никогда не забывай, что вопросы здесь задаю я. Забудешь – поплатишься жизнью.

- Понял, что ж тут не ясного, - Ярослав почему-то совсем не испытывал страха.

- Пойдёшь в Крепость, узнаешь, что они там замышляют, и сразу назад, - снова заговорил атаман.

Голос его был громким и резким, видимо, из-за этого он и получил свою кличку.

- Можно я с собой кого-нибудь из товарищей возьму, одному как-то несподручно.

- Нельзя. Они у меня пока в заложниках побудут. С тобой пойдут Сенька-Грибок и Корнил-Дровосек. Присмотрят, да и помогут, если нужда будет.

- Позволь вопрос задать по делу, - со смиренным видом обратился к Гарвасею Ярослав.

- Спрашивай, - рявкнул атаман.

- Далеко ли до Крепости?

- Если напрямую через лес идти, дня два уйдёт. А если по дороге, то в два раза дольше.

- Ясно. Тогда прямо сейчас и пойдём. Где я могу найти своих провожатых?

- Они к Кашевару за лепёшками пошли. Сейчас сюда явятся. Времени тебе неделю даю, если вовремя назад не вернёшься, друзей твоих на кол посажу, - Гарвасей прищурился, его глаза стали похожи на две злобные щёлочки.

- Ты же сам сказал, что по дороге только в одну сторону четыре дня пути, да назад столько же. Не успеть мне за неделю. Давай хотя бы дней десять, - заволновался Ярослав.

- Хитёр ты, кузнец. Ну да ладно, пусть будет по-твоему. Это хорошо, что ты о дружках своих так печёшься, значит, не бросишь их здесь.

Не успел атаман закончить свою речь, как в избу вошли два разбойника. Один из них был низок и крепок, несоразмерно большая голова, действительно, делала его похожим на гриб. Второй довольно рослый с развитой мускулатурой, уже не молодой человек мало походил на бандита. Скорее это был крестьянин.

- Мы готовы. Лепёшки взяли, воду тоже, топоры при нас, - сказал он.

- Тогда выступайте, не задерживайтесь. Помните, вы за этого головой отвечаете, - атаман сверкнул глазами в сторону Ярослава.

Разбойники, а вслед за ними и кузнец вышли из избы.

- Как пойдём, по дороге или лесом? – спросил Грибок.

- А как лучше? – поинтересовался Ярослав.

- Давайте лесом, так быстрее, да и от людских глаз подальше, - предложил второй разбойник.

- Будь, по-твоему, Дровосек, - согласился Сенька-Грибок и зашагал к лесным зарослям.

Какое-то время двигались молча.

- Расскажи мне про Крепость, - обратился к Грибку Ярослав, нарушив неловкое молчание.

- А что тут рассказывать. Это небольшой городок. Он ближе других к нашему стану, поэтому туда и идём.

- Название уж больно чудное.

- Вообще-то его настоящее название – Белибердянск. Но все зовут Крепостью. Сам потом увидишь и поймёшь почему.

Снова все замолчали.

- Давно вы в разбойниках ходите? – опять спросил Ярослав.

- Я с год уже как к Грому прибился. Раньше рожь и ячмень растил, а как хата сгорела, бродяжничать начал. Потом в шайку попал, - рассказал Дровосек и взглянул на Ярослава, - ты сам-то кто?

- Я кузнечным делом занимался, пока судьба шутить со мной не вздумала.

- Злая она, эта судьба, меня никогда не щадила, - вздохнул Грибок.

Когда начали сгущаться вечерние сумерки, Корнил-Дровосек сказал:

- Ночью идти опасно, лесной зверь может напасть. Надо костёр разводить. К огню они не подойдут.

Путники выбрали подходящую для ночлега поляну, топорами нарубили сухих веток, и расположились вокруг согревающего и навевающего сон костра.

- Что это трещит? – насторожился Ярослав, заслышав странные громкие звуки.

- Кто знает. В лесу много всякого зверья водится, - позёвывая, ответил Дровосек.

- Надо сходить посмотреть, - вскочил Ярослав.

- От костра отходить не советую. Здесь самое безопасное место, - остановил его Дровосек.

Он взял топорик, выбрал из заготовленных дров хороший, прочный обрубок и ловко выстругал из него что-то вроде дубинки.

- На вот, положи рядом с собой, обороняться будешь. Топора-то у тебя нету.

Но применять своё новое оружие Ярославу не пришлось. Остаток ночи прошёл спокойно. Утром отдохнувшие люди двинулись дальше. Они шли без остановок целый день.

- Сколько ещё до Крепости? – спросил уставший кузнец и посмотрел на солнце, которое наполовину скрылось за верхушками высоких деревьев.

- Не далеко уже. Только на ночь мы туда соваться не будем, - вытер вспотевший от быстрой и длительной ходьбы лоб, Дровосек.

Вскоре они опять остановились на ночёвку, а как только забрезжил рассвет, Сенька-Грибок толкнул в бок спящего Ярослава:

- Вставай, кузнец, пора идти.

Троица углубилась в лес, который из соснового постепенно превратился в смешанный. Всё чаще и чаще стали попадаться берёзы, а потом и вовсе их стало так много, что от белых стволов посветлело, а золотистые осенние листья выглядели, в отличие от мрачных сосен, нарядно и весело.

Неожиданно лес кончился. Перед путниками на возвышенности или даже холме вырос ограждённый, когда-то крепкой, а сейчас полуразрушенной каменной стеной, городок. Лай собак, звонкое пение петухов и мычание коров, услышал Ярослав, и грусть о прошлой жизни на мгновение охватила его.

-Вас что, там в лицо знают? – стряхнул с себя воспоминания кузнец.

- Нет, конечно, - ответил Дровосек.

- Почему же тогда вы не сделали разведку раньше?

- Никто не хотел идти сюда. Все боялись. Вздёрнуть ведь в два счёта могу, - пояснил Дровосек.

- Держитесь уверенно. Забудьте, что вы разбойники. И, пока мы в городе, меня слушайтесь, тогда всё будет в порядке, - сказал Ярослав и быстро зашагал к дороге, которая вела в Крепость.

Не прошло и полчаса, как они вошли в проём ворот, которые когда-то закрывали вход в город. Сейчас от них остались только ржавые петли.

Ярослав со спутниками медленно брели по широкой улице. Городок оказался чистеньким и очень уютным. Все дома, независимо от размера, были ухоженными, с резными ставнями и крашеными воротами. Из-за заборов смотрели садовые деревья с созревшими плодами и большие головки ярких осенних цветов. Кузнец с удивлением разглядывал мощёную камнем дорогу, деревянные тротуары, участки земли, покрытые травой, по которым разгуливали важные сытые гуси.

- Славный город, - восхитился он и посмотрел на Дровосека, глаза которого были наполнены страхом, - чего ты боишься?

- Не схватили бы, - промямлил Дровосек.

- Вон, кажется, базарная площадь, пошли туда, - завидев прилавки и народ, снующий между ними, скомандовал кузнец.

Озабоченные хозяйки с большими корзинами ходили по длинным торговым рядам, выбирая свежие яйца, молоко, сметану, творог и другие продукты. Бойкие продавцы, расхваливали товар и зазывали к себе покупателей.

- Монеты есть у кого-нибудь, - осматриваясь, спросил Ярослав.

- А зачем тебе? – подозрительно взглянул на него Грибок.

- Хлеба хочу купить.

- У меня есть две монеты. Но это Гром на соль выдал. Лепёшки и каша без соли совсем не съедобные.

- Давай их сюда, - протянул к нему руку Ярослав.

- Если мы без соли вернёмся, атаман нам головы отвернёт.

- Значит, мы вернёмся с солью. Но монеты сейчас мне отдай, - властно произнёс кузнец, и Грибок послушно вложил ему в руку два пятака.

Тот сразу же направился к прилавку, за которым румяный мужчина в белом колпаке и фартуке продавал свежий, ещё горячий, вкусно пахнущий хлеб. Ярослав купил у него калач, а потом, как бы между прочим спросил:

- Не подскажите, у кого можно на работу наняться?

Мужчина смерил его взглядом:

- А вы кто такие будете? Что-то я вас раньше здесь не видел.

- Погорельцы мы. На улице остались. Теперь вот работу ищем.

- Какую же работу вы хотите получить?

- Ну, например, дров в лесу можем напилить, или обоз от разбойников защитить. Мы – ребята крепкие, никакой работы не чураемся, главное, чтобы хорошо заплатили, - объяснил Ярослав.

- Да какие разбойники. Нынче нам другая напасть покоя не даёт. Весь город в страхе живёт, - горестно вздохнул продавец хлеба.

- Что же это за напасть?

- В лесу, недалеко отсюда страшное чудовище завелось. Всех, кто по тракту идёт, пожирает. Сначала льдом своим поганым заморозит, а потом, если даже и не съест, всё равно конец.

- Давно оно здесь появилось?

- Точно не помню, месяца два, а может и больше этот Морозник на дорогу выходит, ни одного обоза не пропускает. Наши купцы стали через столицу домой возвращаться, а это в несколько раз длиннее. Рисковать-то никто не хочет.

- Откуда же вы узнали, что чудовище обозы разоряет?

- Есть люди, которым удалось спастись. Они и рассказали, - пояснил булочник и вдруг пристально взглянул на Ярослава, - а, может, вы возьметесь Морозника убить? Наш градоначальник за это хорошее вознаграждение обещает.

- Что ж среди ваших-то, никого не нашлось, с чудовищем за деньги сразиться?

- Были смельчаки, ушли в лес и больше никто их не видел, - потупился продавец.

- Прежде чем за дело браться, хотелось бы с теми людьми, которые чудище видели, поговорить. Много их? – продолжал расспрос Ярослав.

- Три человека. Только Фома вам ничего не скажет.

- Почему?

- Так не говорит он. После встречи с Морозником с головой у него непорядок. Глаза выкатит и мычит. Нашли его у остатков обоза. Как живой остался, никто не знает. А вот Макар и Силантий могут что-нибудь рассказать.

- Где их найти?

- Здесь они, на рынке. Макар сапоги чистит в конце этого ряда, а Силантий чаем торгует. Кроме него чая больше ни у кого из-за чудовища не осталось. Да и у Силантия заканчивается уже.

- Спасибо за калач и за то, что время на нас потратил.

- Что стоит моё время, если такая тварь по лесу спокойно разгуливает и в любой момент в город наведаться может, - опустил глаза булочник.

Как только Ярослав на несколько шагов отошёл от него, Грибок прошептал:

- Дай кусочек калачика. Сейчас слюной подавлюсь.

Кузнец разломил мягкий белый калач на три равные части, и через пару секунд от него не осталось и крошки. Они преодолели весь торговый ряд, в конце которого увидели чистильщика обуви.

- Это тебя Макаром кличут? – спросил у него Ярослав.

- Ну, меня, - насторожился тот.

- Говорят, ты Морозника видел. Сможешь рассказать, как он выглядит?

- Не очень-то я его и видел. Время позднее было, в темноте много не рассмотришь. А тебе зачем?

- Убить хочу.

- Да особо-то и рассказывать нечего. Мы с товарищами возвращались в город с товаром тремя подводами. Вечер уже наступил, но мы решили не останавливаться на ночлег, город-то рядом. Часа два от силы, и вот он, дом. Я захотел нужду справить и отъехал немного вперёд, чтобы никто меня не ждал. Прошло минут пятнадцать, а они всё не догоняют. Я вернулся, а там…

- Что там, говори.

- Все обозы и люди покрыты белым льдом. Кто-то огромный легко отломил от замороженной лошади половину и заглотил. Я как это увидел, сразу дёру дал.

- На кого было похоже чудовище?

- Может на ящерицу… или нет,… не знаю, говорю же, стемнело уже сильно…, - лицо Макара перекосилось от страшных воспоминаний.

- Ну что ж, спасибо и на этом, - не стал больше донимать его расспросами Ярослав.

- Ты что, действительно на чудовище собрался идти? – недоумённо посмотрел на кузнеца Сенька-Грибок.

- Почему бы и нет. За это хорошие деньги обещают, а они нам нужны.

- Так ведь шансов-то никаких нет.

- А это мы ещё поглядим, - хитро подмигнул ему Ярослав.

Завидев подошедших мужчин, Силантий приветливо улыбнулся:

- Выбирайте чай. Какой предпочитаете? Или посоветовать что? Скидочку хорошую сделаю.

- Мы к тебе по другому вопросу. Расскажи о Морознике, - прервал его кузнец.

- Не люблю я это вспоминать, - замялся торговец.

- Понимаю, но от него надо как-то избавляться и чем больше ты расскажешь, тем легче будет это сделать, - не сдавался Ярослав.

- Что тебе сказать. Я почти ничего не видел. Из города мы вышли затемно, чтобы к следующей ночи пройти как можно большее расстояние. Так обычно у нас все делали, пока чудовище не объявилось. Он напал, когда только-только начало светать. Сначала что-то громко затрещало. Я остановился и приготовил топор. Лошади зафыркали. Вдруг из леса на дорогу какое-то огромное существо выскочило. Григорий шёл первым. Он сразу же швырнул в Морозника свой топор, но тот отскочил от его толстой шкуры не причинив вреда. Потом чудище начало бить передними лапами о землю. Из-под его ног во все стороны полетели белые брызги или искры, не знаю, как правильно их назвать. Тут же белый лёд начал покрывать людей, лошадей, дорогу, словом всё вокруг. Я к тому времени успел отойти назад. Лёд буквально в полушаге от меня распространяться перестал. Вот и всё. Что было духу, бросился я назад, в город за подмогой. Пока вернулись, прошло не менее шести часов. Лёд уже бледнеть начал, а кое-где испарился, будто его и не было. Остатки людей и лошадей валялись по всей дороге…

А вы что же, хотите денег заработать? Я правильно понимаю? – в конце своего рассказа спросил Силантий.

- И денег тоже, - согласился с ним кузнец.

- Были у нас уже тут такие. Сделали щиты деревянные в человеческий рост, только это им не помогло. Из леса не вернулись. Опасный он очень, этот Морозник, подойти к нему близко никак нельзя, сразу льдом окутывает. Ну что я вас уговариваю, сами думайте. А если всё-таки решитесь, зайдите сначала к Феклуше, она вам поможет.

- Кто такая Феклуша и, как её найти?

- Вдова. Морозник её мужа загубил, и она рада помочь тем, кто собирается его убить. А брат её казначеем служит. Градоначальнику за вас словечко замолвит, а то, как вы с улицы к нему попадёте.

- Живёт-то она где?

- Идите вон по той улице, - Силантий ткнул пальцем влево, - увидите большой терем с синими, как небо, воротами, вам как раз он и нужен.

- Спасибо тебе за совет, - поблагодарил Ярослав и вместе со своими спутниками отправился разыскивать дом Феклуши.

Сделать это было не трудно, так как подходящий по описанию Силантия терем бросился в глаза, как только путники покинули базар. Ярослав открыл калитку и неуверенно ступил на территорию двора большого красивого дома. Огромная лохматая собака лаем встретила не прошеных гостей. На высокое крыльцо вышла молодая, пышущая здоровьем женщина.

- Вы кто такие? – спросила она.

- Погорельцы, работу ищем, - ответил Ярослав.

- Откуда же пришли? – смягчилась женщина и поправила вышитый чепец на голове.

Ярослав растерялся.

- Из Тологуньки мы, - пришёл ему на помощь Дровосек.

- В тех местах часто пожары бывают, - вздохнула женщина и её грудь всколыхнулась, - а кто же ко мне вас направил?

- Нашлись добрые люди, - разглядывая её пышные формы, вклинился в разговор Сенька-Грибок.

- Вообще-то мы собираемся на Морозника идти, - решил перейти к делу Ярослав.

- Что же вы тогда у крыльца стоите? Проходите в дом, я вас обедом накормлю.

Женщина открыла дверь и впустила гостей.

- Меня Фёкла зовут. Мужа моего Морозник в ледышку превратил, - объяснила она и смахнула кружевным платком набежавшую слезу.

В комнате было чисто. Свежая скатерть на столе и множество ажурных салфеток придавали ей нарядный вид.

- Присаживайтесь к столу. Сейчас Дуняша самовар принесёт, - пригласила Фёкла и вышла из комнаты.

Вскоре она вернулась и поставила на стол большое блюдо с горкой наполненное вкусно пахнущими пирогами. Дуняша внесла самовар и чайные чашки.

- Кушайте, кушайте, не стесняйтесь, - предложила хозяйка.

Не успела она договорить, как гости принялись с жадностью поглощать пироги, иногда запивая их чаем. Когда блюдо полностью опустело, Грибок несколько раз тоненько икнул.

- Спасибо, хозяюшка, очень вкусные у Вас пироги, - сказал разомлевший Дровосек и издал громкий звук сытой отрыжки.

- Тяжко мне одной. Не справляюсь я с хозяйством. Вон в лавке беспорядок полный. Совсем прибыли не стало. И помочь некому, сынки-то ещё маленькие у меня, - пожаловалась Фёкла, - может, останетесь хотя бы до зимы, а потом за Морозником в лес пойдёте.

- Нет, не можем мы. Сначала надо с чудовищем расправиться, - возразил Ярослав.

Фёкла снова вздохнула и её большая грудь поднялась.

- Так это… Я могу остаться. Тяжело ведь женщине одной всё хозяйство на себе тащить, - неожиданно выпалил Грибок.

Ярослав недоумённо взглянул на него, но воинственный вид Сеньки говорил о серьёзности его намерений.

- Действительно, пускай Семён Вам поможет. Он у нас на все руки мастер, - согласился кузнец.

- Жаль будет, если вы в лесу сгинете, вот и отговариваю. Зима придёт, чудовище само от лютых морозов издохнет, - посмотрела наполненными состраданием глазами на гостей Фёкла.

- На это мало надежды. А вот если он в город наведается, то…, - не согласился Ярослав.

- Ну, хорошо, сейчас я записку брату напишу и провожатого дам. Он вас сведёт куда надо. На ночёвку ко мне возвращайтесь. Я вам в сеновале прикажу постелить. И Семён, как договорились, у меня останется. Репу в огороде выкопать некому, дрова на зиму ещё не заготовлены, и другой работы полно. А помощники у меня – дети тех, кто с моим мужем домой не вернулись. Много ли от них проку, - погрустнела вдова.

Она взяла лист бумаги, написала короткое послание и направилась к выходу, увлекая за собой гостей.

- Митька! – позвала Фёкла, - ты где?

Из-за хозяйственных построек показался подросток.

- Так я воду в баню из колодца таскаю. Вы же сами велели, - захлопал длинными ресницами он.

- Сведи людей к моему брату Савватию, и вот эту записку передай. Он сейчас на службе. Вернёшься, продолжишь свою работу.

Митька взял записку и важно проговорил:

- Идите за мной.

- А мне что делать? – растерялся Грибок.

- Пойдём, покажу, - взглянула на него хозяйка и спустилась со ступеней во двор, - надо дров нарубить. Вечером баньку протопим.

Ярослав и Дровосек вслед за Митькой вышли на улицу. Скоро они оказались на центральной площади украшенной фонтаном и яркой клумбой. Паренёк остановился у двухэтажного здания, выкрашенного в жёлтый цвет, пробурчал: - Ждите здесь, - и исчез за дверью.

Брат Фёклы сильно походил на свою сестру. Широко улыбаясь, он встретил Ярослава и его спутника:

- Приветствую вас, добрые люди. Пойдёмте, провожу к градоначальнику, его светлость ждут.

В просторном, с высоким потолком и камином кабинете они увидели щуплого старичка, который встал из-за стола навстречу вошедшим.

- Здравствуйте. Меня зовут Аристарх Митрофанович, - представился он.

Ярослав и Корнил-Дровосек почтительно раскланялись в ответ.

- Вижу, что вы серьёзные люди и вам можно доверять, - вернувшись на своё место за столом, проговорил шустрый старичок, - Морозник держит в страхе весь город. Это большая проблема для нас. До сих пор не заготовлены дрова на зиму, не накошено сено и даже не со всех полей убран урожай. А ведь зима вот-вот наступит. Люди боятся выходить за городские стены и упрекнуть их в этом нельзя. А что я могу сделать? Есть у нас, правда, небольшой отряд солдат. Но глупо было бы отправить их в лес и оставить город без защиты. За порядком опять же кто будет смотреть? Зимой городские дороги от снега надо чистить. Поэтому ваша помощь как нельзя кстати. Награда за Морозника будет щедрая.

Аристарх Митрофанович порылся в ящиках своего массивного стола и извлёк оттуда большой тяжёлый кошель туго набитый монетами.

- Надеюсь этого достаточно? – он вопросительно посмотрел на Ярослава.

- Вполне. Но потребуется ещё кое-то, - задумчиво произнёс тот.

- Говорите, сделаю всё, что в моих силах.

- Нам нужно оружие. Хорошо, если это будут мечи и копья.

- С оружием у нас не слишком. Мечей точно нет, - градоначальник немного помолчал и продолжил, - давайте сделаем так. Сегодня я поговорю с воеводой и узнаю, что у него есть, а завтра сможете то, что найдётся, забрать. Согласны?

- В этом вопросе да. Но нам ещё потребуется штук пять, а лучше шесть хороших фонарей.

- Фонари? – брови Аристарха Митрофановича удивлённо поползли вверх, - факелы не пойдут?

- С факелами в лесу опасно. Деревья могут воспламениться. Но, в крайнем случае, можно использовать и их, - ответил Ярослав.

- Хорошо, хорошо, - старичок снова вскочил и забегал по кабинету, - до завтра постараюсь решить.

- А задаток можно получить? – вмешался Дровосек.

- Сколько вы хотите? – напрягся Аристарх Митрофанович.

- Монет десять, на пропитание нашим семьям.

- Конечно, конечно, - градоначальник вынул из кошеля деньги и протянул Ярославу.

Тот взял их и со словами:

- Утром мы придём за оружием, - направился к двери.

Остаток дня пролетел незаметно. Когда Ярослав и Дровосек вернулись в дом Фёклы, баня уже была готова. Они долго парились. Ярослав с ожесточением смывал въевшуюся ещё в руднике грязь. Фёкла, стесняясь, предложила гостям чистую одежду своего мужа, которая оказалась маловатой кузнецу. Он кое-как натянул на свои богатырские плечи затрещавшую по швам рубаху. Дождавшись приглашения на ужин, Ярослав, Дровосек и Грибок с удовольствием уплетали яишенку, сметану и пироги с вишней. Они испытывали блаженство от забытой, спокойной и сытной жизни простого обывателя.

После ужина глаза начали слипаться. Дуняша проводила гостей на сеновал, где для них были разостланы несколько дерюжек и тулупов.

- Эх, хорошо-то как. Вот это житуха, я понимаю, - развалился на сене Дровосек, - везёт же тебе Грибок, теперь всегда так спать будешь.

- Да я об этом даже мечтать не мог, - согласился Сенька-Грибок.

- Никакой ты теперь не Грибок. Тебя Семён зовут, привыкай к этому. Да смотри, не воруй ничего. А то и сам осрамишься, и нас подведёшь, - нравоучительно заговорил Ярослав.

- Что я, сам не понимаю, что ли, - обиделся Сенька.

- Всё хорошо, только как Морозника победить. Вот вопрос, - вдруг вспомнил Дровосек.

- Об этом после. Давайте спать, - сладко зевнул кузнец.

Утром Ярослав и Дровосек собрались идти к Аристарху Митрофановичу.

- Я вам подводу дам, вещи будет куда положить. Всё равно лошадей кормить нечем. Если она вам станет не нужна, назад вернёте, а если и не вернёте, то ничего, - сказала щедрая женщина и велела Митьке запрячь старую кобылу.

- Не знаю, как и благодарить тебя, хозяюшка, ты нас так выручаешь, - обрадовался Ярослав.

- Да что уж там, - махнула рукой Фёкла, - вы, когда из города поедете? Хоть пообедать ко мне ещё зайдёте?

- Если позволишь, мы ещё разок у тебя на сеновале переночуем, а завтра с утра в дорогу. Нам на базаре кое-что прикупить надо, да оружие у градоначальника забрать, проканителимся до вечера. По темноте выезжать не хотелось бы, - спросил разрешения кузнец.

- Ночуйте, сколько потребуется, мне сена не жалко, - ответила вдова.

Градоначальник уже ждал прихода Ярослава и Дровосека.

- Пойдёмте в кладовую, покажу, что удалось для вас найти, - сразу перешёл к делу он.

В середине маленькой комнатки, были аккуратно сложены три копья, два топора, булава, а также два фонаря и несколько факелов.

- Не густо, - перебирая и рассматривая предметы, произнёс Ярослав.

- Это всё, что удалось отыскать. Забирайте. Вернёте, когда за наградой явитесь, - сказал Аристарх Митрофанович.

Ярослав и Дровосек погрузили пожитки в телегу и двинулись к базарной площади. Они долго ходили по рядам, рассматривали товар, выбирали только самое нужное, стараясь наиболее разумно потратить полученные монеты. Наконец все покупки были сделаны и мужчины вернулись в гостеприимный терем.

- Я тут вот что подумала, - за ужином сказала Фёкла, - у меня от мужа целый сундук старой одежды остался. Если что надо, можете взять, а то и выкинуть жалко, и хранить не зачем. А вещи ещё хорошие.

- Так мы всё заберём, если не себе, то кому-нибудь в деревне сгодится, - тут же отозвался Дровосек.

- Ну, вот и сговорились, - казалось, Фёкла была рада этому предложению.

На рассвете Ярослав и Дровосек покинули Белибердянск. Три дня ушло на обратную дорогу. Ночами они раскладывали большие костры посередине дороги и по очереди охраняли маленький обоз. Наконец, путники добрались до лагеря. Увидев их, разбойники окружили телегу.

- А где Грибок? – спросил кто-то встревоженно.

- В Крепости остался, - ответил Дровосек.

- Где лошадь взяли? Ограбили кого-то? – поинтересовался тот же бандит.

- Расступись! Атаман идёт! – выкрикнул Ванька-Толкуй, и круг разомкнулся.

- Почему ко мне на доклад сразу не явились?! – зло рявкнул Гарвасей.

- Не успели мы, - ответил Ярослав.

- Откуда добра столько? – шаря по телеге, спросил атаман.

- Сейчас расскажу. Только пусть все слушают. Это касается каждого, - посмотрел на сгрудившихся разбойников Ярослав.

В толпе он сразу увидел Фёдора, Кузьму, Алексея и Лукьяна. Они не были пленниками и свободно могли передвигаться по лагерю. Тревога за судьбы друзей улеглась.

- Пойдёмте к огню. Там и поговорим, - Ярослав направился к костру.

- А моего разрешения спросить не хочешь?! – крикнул Гарвасей.

- Остынь, Гром. Кузнец прав, надо со всеми это дело обсудить, - вступился Дровосек.

- Ладно, пусть говорит, - сверкнул глазами атаман.

- Вовсе не из-за вас по большой дороге обозы перестали ездить, - расположившись у костра, начал Ярослав, - дело обстоит гораздо хуже. В лесу завёлся Морозник. Это он нападает на путников.

- Кто такой Морозник? Откуда он взялся? – посыпались вопросы со всех сторон.

- Не знаю, как его и назвать, зверь или, скорее огромное страшное чудовище, которое сгубило немало людей и животных, а скольких ещё может сгубить, если его не остановить. Мы с Дровосеком взяли на себя обязательство убить его, за что получим крупное вознаграждение. Задаток мы уже взяли и потратили его на то, что лежит в телеге.

- Говоришь, опасная это затея? – прогремел атаман.

- Очень опасная. Никому пока не удалось с ним совладать, - подтвердил Ярослав.

- Тогда зачем рисковать. Залог взяли, продуктов купили, а с Морозником пусть сами разбираются, - засмеялся Гарвасей.

- Так не пойдёт. Во-первых, у них Грибок остался, во-вторых, этих продуктов надолго не хватит, а в-третьих он и на нас в любой момент напасть может. Надо его найти. Силой заставлять идти со мной на поиски никого не буду. Возьму только добровольцев. Есть такие? – Ярослав взглядом обвёл окружавших его людей.

- Я пойду с тобой! – отозвался Фёдор.

- Я тоже, - поднял руку Алексей, а за ним и Кузьма.

- Меня возьмёшь? – спросил Дровосек.

- Раз такое дело, мы тоже пойдём, - проговорили ещё несколько разбойников.

- Ну, что ж. Я думаю, человек пять-шесть достаточно будет. Завтра начнём собираться. А сейчас надо телегу разгрузить и спать ложиться, - распорядился Ярослав.

- Не много ли на себя берёшь, кузнец? Ты что, не уяснил, кто здесь хозяин? – побледнел от злости Гарвасей.

- Я на твоё место не претендую, можешь не беспокоиться, - глядя в глаза атаману ответил Ярослав.

Гарвасей сжал кулаки и пошёл на кузнеца.

- Будет тебе, атаман, - встал между ними старый разбойник с седой бородой.

- Только из уважения к тебе, Дед, - прошипел Гром, повернулся и зашагал к избе.

Пристально наблюдавший за ситуацией Фёдор, подошёл к Ярославу:

- Смотри, чтобы он тебя не подкараулил и не напал из-под тишка.

- Не нападёт, побоится, - не разделил его опасений Ярослав.

- Нам шалаш для ночёвки выделили. Пойдём туда, - позвал Фёдор.

Алексей, Кузьма и Лукьян с нетерпением ждали их внутри нового жилища. Ярослав рассказал товарищам о своём путешествии в Белибердянск. Фёдор поведал о том, как ему удалось упросить бандитов взять его с собой на охоту, где он подстрелил из лука двух жирных рябчиков. Кашевар Василий сварганил вкусный бульон со свежим мясом. После этого разбойники выпустили пленников из сарая и разрешили ночевать в шалаше. Но скоро придут морозы, и для жилья он станет непригодным.

- Ничего, вот разберёмся с Морозником, получим деньги и двинем дальше, к себе в Восточное княжество, как и планировали. К зиме успеем найти подходящее жильё, - обнадёжил друзей Ярослав, после чего все быстро уснули.

На следующее утро начались приготовления к охоте на Морозника.

- Много ли денег обещано за чудовище? – поинтересовался Лёнька-Задира.

- Большой кошель, набитый монетами, - ответил Ярослав.

- А как делить будем? – снова задал вопрос Задира.

- Об этом ещё рано говорить, когда деньги будут у нас, тогда и решим, - улыбнулся кузнец.

- И кого ты возьмёшь с собой, или всех, кто пожелает?

- Зачем же всех, человек пять самых ловких.

- А как узнать, кто из нас самый-самый? – спросил хромой лучник.

- Очень просто, - Ярослав осмотрел поляну и, выбрав дерево с толстым стволом, подошёл к нему.

Топором он очистил от коры проплешинку размером с яблоко, отмерил от дерева двадцать шагов и сказал:

- Кто попадёт в цель копьём, того и возьму с собой.

Разбойники стояли, о чём-то тихо переговариваясь. Никто не решался попробовать свои силы.

- Давай я, - взял в руки копьё Фёдор.

Он отошёл немного подальше и, разбежавшись, метнул его. Остриё оружия вонзилось чуть ниже отмеченного места. Вслед за Фёдором испытать себя решил Дровосек, а потом осмелели и все остальные. К полудню выяснилось, что самыми меткими являются Корнил-Дровосек, Фёдор, Алексей, Лёнька-Задира, Пахом-Силыч и Ярослав. Они до самого вечера усиленно готовились к предстоящему походу.

Гарвасей целый день просидел в избе, не показываясь на глаза своим подчинённым. Бурная жизнь лагеря его нисколько не волновала.

Ранним утром следующего дня отважные охотники отправились в лес. У каждого из них за спиной висел мешок с сухарями и несколько фляжек воды. Каждый нёс копьё или другое оружие, фонарь или факел и по три острых штыря. О ноже, который всё ещё был спрятан в голенище сапога Ярослава, никто из разбойников по-прежнему не знал.

- Куда идём, ты обещал рассказать о своём плане по дороге, - обратился к Ярославу Дровосек.

- Нам нужно найти логово Морозника. Для этого вернёмся к тому месту, где он наиболее часто нападал на обозы. Скорее всего, его дом где-то поблизости.

- Легко сказать, но выследить его совсем не просто. Лес вон, какой большой. Откуда ты узнаешь, где он нападал на обозы? Не получится у нас ничего, - возмутился Задира.

- Ну, это совсем просто. Выйдем на дорогу, ведущую в город, а когда по её краям увидим брошенные колёса и оглобли, значит там и надо начинать поиски. С нами Фёдор идёт. Он – хороший охотник и умеет выслеживать зверя. А если такой план не сработает, будем ловить на живца. Но это очень опасно, не хотелось бы так рисковать, - объяснил Ярослав.

- Ну, допустим, найдём мы его логово, и что потом? – спросил Алексей.

- По тем рассказам, которые я услышал в городе, стало понятно, что Морозник выходит охотиться в тёмное время. Значит днём он, скорее всего, спит. Если разбудить и выманить его из норы при свете дня, у нас больше шансов одолеть его, - поделился кузнец.

- Неплохо ты придумал, - согласился Фёдор, - получается, днём мы можем смело передвигаться, ничего не опасаясь. А что будем делать ночью? Он же в любую минуту может на нас напасть.

- Не нападёт, если не будем отходить от костра. Когда мы с Дровосеком и Грибком шли в город в прошлый раз, я хорошо слышал, как что-то трещало. Позже выяснилось, что Морозник издаёт такие звуки. Но он нас не тронул. К огню подходить боится. И наш стан по этой причине пока стороной обходит. Ведь там каждую ночь, чтобы отпугнуть дикого зверя костёр горит. Хотя мы видели на берегу реки участок, покрытый белым льдом. Помнишь, Алексей?

- Ещё бы не помнить. Так это Морозника работа?

- Думаю, он охотился перед самым наступлением утра. Теперь, когда обозы перестали появляться на дороге, ему приходится отходить за добычей намного дальше от своего дома. А это становится очень опасно для стана, - высказал свои предположения Ярослав.

- Так вот почему ты тех парней в Крепости о нём расспрашивал. А я даже злиться начал, зачем мы зря столько времени тратим. Что же ты ещё узнал из их рассказа? – вмешался Дровосек.

- Не много. Морозник – огромное существо, но при этом очень ловкое и быстрое. На нём нет шерсти, а шкура его так крепка, что от неё отскакивает даже топор, и справиться с ним будет не просто. К тому же, если он увидит, что кто-то приближается, то начинает бить передними лапами о землю, высекая лёд, от которого его жертва моментально замерзает и становится хрупкой. Потом чудовище отламывает куски и поглощает свою добычу.

- Почему же ты раньше этого не рассказал. Если бы я знал, не пошёл бы с вами, - занервничал Задира.

- Для того, чтобы он нас не заморозил, я и велел взять с собой эти штыри на подставках. Несколько часов в городе потратил, чтобы заполучить их. Расставим эти штуки у его логова. Когда Морозник начнёт лапами бить о землю, наступит на остриё и поранит подошвы. Так я намерен спастись от его льда.

- Умно, лучше не придумаешь, - посмотрел с уважением на Ярослава Дровосек.

К вечеру охотники вышли на большую дорогу. Спешно, чтобы успеть до темноты, они принялись заготавливать дрова для костра. Решено было нести дежурство по два человека, которые должны бдительно охранять сон остальных. Ночь прошла спокойно. Рано утром маленький отряд двинулся дальше. По дороге идти было легче, чем по лесу и путники преодолели значительно большее расстояние, в сравнении с предыдущим днём.

- Вон, смотрите, на обочине остатки обоза валяются, - вдруг громко сказал Фёдор, когда все остальные начали подумывать об отдыхе.

- Давайте здесь и остановимся. Эти деревяшки нам для костра сгодятся, - предложил Алексей.

В ответ последовало молчаливое согласие.

- Посреди ночи Ярослава растолкал испуганный Дровосек:

- Кузнец, Морозник рядом, слышь, как трещит.

До Ярослава донеслись уже знакомые звуки.

- Это хорошо, что он совсем близко. Утром будет легче на след выйти.

- Лишь бы он нас до утра не сожрал, - боязливо озираясь, тихо проговорил Задира.

- Подбросьте дров в костёр, чтобы отбить у него это желание, - Ярослав окончательно проснулся и больше не сомкнул глаз до самого рассвета.Треск Морозника периодически повторялся, пока солнце не начало вставать.

- Теперь ты, Фёдор, нас поведёшь. Ты лучше всех зверя выслеживать умеешь, - распорядился Ярослав после завтрака.

- А может, ну его, этого чудовища. Вернёмся назад, скажем, что не нашли, - вглядываясь сплошную лесную стену, сказал Задира.

- Если хочешь, можешь вернуться. Это ко всем относится. А я отступать не привык, - решительно произнёс Ярослав.

- Куда ж я теперь один пойду, - нехотя поплёлся к лесу Лёнька-Задира.

След в след за Фёдором двигались охотники, сжимая в руках топоры, ведь по лесу кроме Морозника, бегало немало других опасных зверей.

- Смотрите, вот отсюда он за нами наблюдал, - вдруг остановился Фёдор, - ветки на деревьях сломаны. Рост метра два, а то и больше. Сейчас посмотрю, куда след ведёт, - Фёдор сделал ладонью знак, чтобы все остановились, а сам наклонился и тщательно исследовал почву.

- Когти-то, когти какие, - почесал он затылок, - вон туда оно направилось. Да-а-а, таких следов я ещё не видел.

- Пойдём за ним, но очень осторожно. Я фонарь зажгу, если что, сразу в морду ему тыкну, - сказал Ярослав.

Люди продолжали двигаться, огибая деревья, стараясь не производить громкого шума.

- Проворен и ловок, по лесу без затруднений передвигается, несмотря на размеры, - поделился Фёдор.

- Я тоже нашёл след! Смотрите, вся трава на поляне вытоптана! – остановился Задира.

- Сейчас посмотрю, что там, - оторвал взгляд от земли Фёдор.

Несколько минут он осматривал поляну, что-то бормотал, нюхал и рылся в помятой траве, а потом вернулся к ожидавшим его товарищам:

- Всё ясно. Эта поляна вытоптана не Морозником.

- А кем?!

- Здесь были лоси. Помёт свой оставили. Так что надо быть вдвойне осторожными. Встреча с лосем тоже ничего хорошего не сулит.

- Этого ещё не хватало, - пробурчал Задира.

Выстроившись цепочкой и тревожно озираясь, охотники зашагали дальше. Они шли ещё несколько часов, пока напрочь не выдохлись.

- Скоро темнеть начнёт, и чудовище выйдет за добычей. А мы наследили так, что он обязательно почует наше присутствие. Что делать будем? Куда прятаться? Ночью нам его не одолеть, - с тревогой в голосе проговорил Фёдор.

- Ты прав. Здесь и поляны никакой подходящей для ночлега нет, - согласился Ярослав, - давайте ещё вперёд пройдём. Наше спасение – костёр. Надо найти место, где его можно развести. А пока ещё один фонарь зажжём. Хоть какая-то предосторожность. И со следа его надо отойти подальше. В какую сторону пойдём?

- Погоди, - Фёдор плюнул на указательный палец и поднял его вверх, постоял несколько секунд, замерев, после чего уверенно сказал, - пойдём туда.

- Почему туда? – удивился Задира.

- Подветренная сторона, - ответил Фёдор.

- Ну и что?

- Ветер будет относить наш запах в другую сторону, глядишь, Морозник нас не почувствует, - терпеливо объяснил Фёдор и повёл отряд в правильном направлении.

Начало смеркаться, когда удалось найти удобную открытую площадку для ночёвки.

- Похоже мы на камень забрались, - ковыряя носком сапога мох, определил Алексей.

- Давайте быстро нарубим дров. Времени до темноты совсем не осталось. Задира, начинай разводить костёр, - Ярослав положил в самом центре площадки охапку сухого хвороста, - Фёдор, расставь по краям штыри. Ты сделаешь это лучше всех. Надо быть готовыми к тому, что Морозник попытается нас навестить.

Когда приготовления были закончены, уставшие люди расселись вокруг костра и приступили к скудному ужину. Вдруг в тишине раздался громкий рёв.

- Что это? – глаза побледневшего Задиры переполнились ужасом.

- Лось. Они такие звуки издают во время гона, - продолжая хрустеть сухарём, ответил Фёдор, - нам это очень даже на руку. Морозник скорее на лося, чем за нами пойдёт.

- Боязно мне что-то, - пролепетал Задира.

- Не канючь, а то беду накличешь, - приструнил его Силыч.

- А сам-то ты, небось, не меньше моего боишься, молчишь, от страха слова не вымолвишь, - огрызнулся Задира.

- Я лес слушаю, это лучше пустой болтовни, - пояснил Силыч, - а вот ты, зря за нами увязался. Нытьё твоё надоело уже.

- Тебе одному, что ли деньги нужны. Я тоже подзаработать хочу, - начал оправдываться Задира.

- Хватит вам браниться, отдыхать пора. Сегодня будем дежурить по трое. Я, Фёдор и Задира сейчас же и приступим. Не забывайте, что нам ещё дело надо сделать, - строго посмотрел на товарищей Ярослав.

Как ни старались охотники, в эту ночь уснуть никому не удалось. Мешала близость чудовища. Утром выяснилось, что они находятся у подножия горы. Лес здесь стал редким, а впереди темнела высокая каменная скала.

- Где же его нора? Не в камне же он её проковырял. Назад надо возвращаться, - пробурчал Задира.

- Возможно, Морозник живёт вовсе не в норе. Откуда ж мне знать. Открытая каменная площадка где-то в горах тоже может служить ему домом, - сказал Ярослав, - надо забраться повыше и осмотреться.

- Как же тут заберёшься, перед нами скала отвесная.

- Давайте я на дерево залезу. Вон то, сучкастое как раз подойдёт, - предложил Алексей и, не дожидаясь ответа начал карабкаться на старую, разлапистую сосну. Слышно было, как он громко кряхтит, вбираясь всё выше и выше.

- Что видишь? - не выдержал Фёдор.

- Справа что-то похожее на тропы, ведущие к соседней вершине. Но я не уверен. Это могут быть следы от камнепадов.

Алексей спустился. Отряхивая и поправляя одежду, он сказал:

- Обогнём скалу, там есть более пологий склон. Можно на него забраться и осмотреться оттуда.

- Ты говоришь, что тропы с той стороны? – уточнил Фёдор.

- Да.

- Сейчас проверю, куда ветер дует, - Фёдор проделал ту же манипуляцию с пальцем, что и накануне, и заключил - порядок, можем идти.

Без подготовки в гору лезть было нелегко. Мелкие камешки часто осыпались из-под ног. Приходилось долго и тщательно выбирать себе путь. Зато сверху открылся такой сказочно-красивый вид, что дух захватывало. Охотники долго стояли на сравнительно ровной каменной площадке и восхищённо разглядывали раскинувшийся перед ними пейзаж. Только Ярослав не замечал красот природы.

- Я, кажется, вижу вход в пещеру, - всматриваясь в скалу напротив, проговорил он.

- Где? Где? – заволновались товарищи.

- Вон, смотрите, полоска, похожая на вытоптанную дорогу поднимается вверх, а потом исчезает. Как раз там и есть пещера или расщелина между скал.

- Очень похоже на жилище Морозника, - согласился Фёдор.

- Чтобы это проверить, надо дождаться вечера. Если он выйдет оттуда, значит, мы нашли логово, - обрадовался Алексей.

- Вот только в темноте его плохо видно будет. Но попытаться стоит, - поддержал его Ярослав.

Никто не возразил против идеи Алексея, а оставшиеся до вечера несколько часов, потратили на отдых, который придал бодрости и сил. Как только солнце начало клониться к закату, за пещерой было установлено наблюдение. Каждому хотелось первым обнаружить Морозника, но тот не появлялся.

- Нет там никого. Пустое дело затеяли. Только кости простудим на холодных камнях, - прохаживаясь из стороны в сторону, недовольно бубнил Задира.

- Да уж, сегодня ночью намёрзнемся. Хвороста нет и взять негде, - вздохнул Дровосек.

- Зато здесь безопасно. Никто на нас незаметно не нападёт, - возразил Силыч.

- Хрен редьки не слаще, - кутаясь в старый дырявый зипун, съязвил Задира.

- Всем здесь находиться не обязательно. Останемся мы с Фёдором, а вы можете спуститься на место вчерашней ночёвки, - предложил Ярослав.

Но вниз идти никто не захотел.

- Ага! Вижу его! – выпалил Алексей, всматриваясь в сумерки.

В этот момент раздался треск, полностью развеявший сомнения в словах Алексея.

- Я тоже, как будто, какое-то движение заметил. У него кожа такого же цвета, как камень, маскировка что надо, - сделал заключение Фёдор.

Остальным разглядеть Морозника так и не удалось.

- Ну что ж, - облегчённо выдохнул Ярослав, - половина задачи сделана. Мы нашли логово противника. Завтра утром, когда он вернётся к себе в пещеру, мы выманим и расправимся с ним. До рассвета ещё далеко, и ночи, действительно, холодные стали, поэтому предлагаю поискать дрова. Фонари-то у нас есть.

- Давай мы с Алексеем осмотрим склон, - предложил Фёдор.

- Мы тоже пойдём, - Силыч и Дровосек взяли в руки топоры.

- Так тому и быть. Идите вчетвером, - Ярослав отдал фонари товарищам.

Задира нашёл покрытый мягким мхом пятачок и, свернувшись калачиком улёгся, делая вид, что спит. Ярославу тоже не хотелось общения с ним. Он принялся готовить место для костра, обшарил руками всю площадку, нашёл несколько веток, шишек и куски сухого старого мха. Когда он пытался развести огонь, вернулись Фёдор, Алексей, Дровосек и Силыч. Они притащили большую корягу, которую быстро разрубили на части, и вскоре костёр, разгораясь, распространил вокруг себя приятное тепло.

- Так гораздо лучше, - подставляя руки к огню, сказал Алексей.

Яркое пламя согревало и успокаивало. Расслабившись, измученные трудным переходом храбрецы уснули.

К рассвету поддерживать огонь стало нечем. Последние тлеющие угли потемнели и погасли. Чтобы хоть как-то спастись от холода, люди приседали, топали, размахивали руками, не забывая следить за тропой и входом в пещеру.

- Ох, - вдруг вырвалось у Дровосека.

Все тут же оставили свои занятия и устремили взоры на соседнюю скалу, по которой быстро передвигалось доселе невиданное существо, но разглядеть Морозника никто не успел, так как тот скрылся в своём логове.

- Всё, пошли, - скомандовал Ярослав, - он наш!

Отряд спустился с горы, немного отдохнул и двинулся к пещере. Она находилась высоко, но хорошо натоптанная мощными лапами, не слишком крутая дорожка позволяла идти без затруднений. Поднявшись к жилищу чудовища, охотники разложили у входа штыри.

- Мы с Алексеем встанем по бокам. Как только Морозник появится, будем метать ему копья в глаза. Это самые уязвимые места. Ты, Фёдор, целься в пасть. Остальные должны находиться сзади с факелами и другим оружием наготове. Без моей команды ничего не делайте. Но как только крикну: «Кидайте!», сразу начинайте бросать в него всё, что держите в руках. Силыч, у тебя булава, старайся попасть в голову, чтобы оглушить. Все согласны с моим планом? – Ярослав не сводил глаз с темнеющего входа в пещеру.

Товарищи молчали.

- Тогда давайте стучать и шуметь, чтобы выманить его, - кузнец ударил несколько раз обухом топора о твёрдый камень.

Другой рукой, он сжимал копьё, готовый в любую секунду метнуть его.

Прошло довольно длительное время. Морозник никак не реагировал на создаваемый грохот.

- Тут что-то не так, - забеспокоился Фёдор, - никакой зверь не будет терпеть такое.

- А, может, там никого нет, - предположил Дровосек.

- Пойдём, проверим? – Фёдор медленно направился к пещере.

- Осмотрим лого вдвоём. Возьмём факелы. Остальные будьте наготове. Если что-то пойдёт не так, спасайтесь, кто, как может, - Ярослав взял два пылающих факела и, переступая через расставленные штыри, вслед за Фёдором вошёл в пещеру.

Создавалось впечатление, что они попали внутрь полой горы, так много пространства было вокруг. Освещая путь, друзья пядь за пядью осматривали жилище Морозника, который не подавал никаких признаков своего присутствия. Они сильно углубились внутрь, когда наткнулись на проход. Он был несколько уже самой пещеры, но достаточно широким, чтобы по нему могло двигаться чудовище.

- Ушёл далеко внутрь горы, поэтому нас не услышал, - прошептал Фёдор.

- Как только увидишь его, со всех ног беги назад, чтобы не дать себя заморозить. Попробуем выманить его на дневной свет, - тихо проговорил Ярослав в ответ.

Чем дальше уходили друзья, тем лучше проветривался каменный туннель. Можно сказать, что в нём начал гулять ветер, и пламя факелов реагировало на движение воздуха, резко отклоняясь в его направлении. А ещё через какое-то время, впереди забрезжил свет.

- Расслабься, Морозника здесь нет, - проговорил Ярослав. Эхо от его голоса разнеслось к высокому каменному своду.

- Не захотел встречаться с нами. Ушёл по запасному выходу, - решил Фёдор, когда стало совсем светло, а через десяток шагов они очутились на открытом каменном плато. Друзьям ничего не оставалось, как вернуться назад, где их с нетерпением ожидали остальные.

- Спугнули мы его, - разочарованно сказал Фёдор, - придётся опять выслеживать. Сюда он может и не вернуться вовсе.

- Ты думаешь, Морозник настолько пуглив? Скорее наше вмешательство стало неожиданностью для него. Но от своей территории он так легко не откажется, - не согласился Алексей.

- Дождёмся утра. Будем надеяться, что вернётся, - сказал Ярослав, когда отряд начал спускаться вниз.

- Сухарей уже почти не осталось, и воды тоже, - захныкал Задира.

- Ты предлагаешь уйти в самый разгар охоты? Теперь, когда мы видели его собственными глазами? – рассердился Силыч.

- Подождите. А что, если он и в следующий раз уйдёт через тот проход? – спохватился Фёдор, - я придумал, как ему помешать.

Он предложил товарищам преградить отход с помощью заранее приготовленного в запасном выходе из пещеры костра. Долго трудились охотники, пока гора поленьев не закрыла собой вход в туннель. Оставалось только разжечь их в нужный момент. Люди совсем забыли об отдыхе и страхе, надеясь лишь на дневной свет, служивший защитой от злобного чудовища. Закончив с этой работой, они принялись готовиться к очередному ночлегу. Дровосек и Задира стаскивали подходящий сухостой в кучу у подножия, а остальные поднимали его на площадку, где провели предыдущую ночь. Затем Дровосек нарубил пушистых сосновых лап для подстилки, А Силыч нашёл грибную полянку, что было очень кстати. За целый день никто не проглотил и крошки. Закончив приготовления они, наконец, смогли позволить себе отдых. После ужина все, кроме Ярослава и Алексея, крепко уснули.

- Никогда не слышал о Морозниках. Откуда он здесь взялся, - чтобы развеять набегающую дремоту заговорил Алексей.

- Не знаю, откуда-то пришёл, наверное, - отозвался Ярослав.

- Жил бы со своими собратьями, не трогал людей, не пришлось бы нам его убивать. А так, получается, другого выхода нет.

- Да уж. Либо мы его, либо он нас, - прислушиваясь к ночным звукам, согласился Ярослав.

Он часто поднимался и с фонарём в руках обходил площадку, чтобы не дать застать себя врасплох. Но, видимо, пламя костра, или другие неизвестные Ярославу причины отгоняли всех недругов. На рассвете несколько пар глаз вновь стали неотрывно следить за логовом. Увы, Морозник в пещеру не вернулся. У Ярослава между глаз залегла глубокая складка. Он молча сидел на еловой подстилке, уперев взгляд в одну точку.

- Столько промучились, и всё зря. Надо в стан идти, - нудил Задира.

- Вернётся. Я уверен, он вернётся, - возразил Алексей.

- Вернётся-то, вернётся, но когда, - продолжая наблюдать за входом в пещеру, казавшимся отсюда гораздо меньше своего реального размера, проговорил Фёдор.

- Да хватит вам уже! Будем ждать сколько надо! Знали, небось, на что шли, а теперь в панику ударились. Не горюй, кузнец, добудем мы Морозника, никуда он от нас ни денется! – одёрнул товарищей Дровосек и с сочувствием посмотрел на Ярослава.

Тот поднял глаза и тихо сказал:

- Тяжело, холодно, почти нет еды, устали вы, да, что скрывать, и я тоже. Но как мы возвратимся с пустыми руками? Что будем делать дальше? Жить в лесу в страхе за свою жизнь? Холод и голод в таком случае не перестанут преследовать нас. Уйти куда-то без тёплой одежды, денег и провизии тоже навряд ли получится. Поэтому будем ждать… Ещё две ночи. Потом сходим к пещере и осмотрим местность вокруг неё.

- Ну, вот и ладненько, - обрадовался Дровосек, - я завсегда тебя поддержу, можешь не сомневаться.

- А мы, что, хуже тебя что ли. Мы тоже согласны, - скорчил гримасу Задира.

- Я там внизу хороший куст шиповника заприметил, пойду, соберу. Это лучше, чем без дела сидеть, - Силыч выложил из своего мешка вещи, чтобы было, куда класть ягоды.

- А я в камнях заячью капусту видел. Она не только голод, но и жажду утоляет, - оживился Дровосек.

- Насчёт жажды, - вспомнил Алексей, - здесь поблизости лужа есть. Надо в пустой фляжке вырезать боковинку, набрать в неё воды и чай шиповниковый на костре вскипятить.

- Дров ещё натаскать не помешает, - неуверенно напомнил Задира.

- Не пропадём. Это что, разве холод. Вот я помню, как-то зимой из соседнего села домой возвращался, в буран попал, с дороги сбился. Чудом не замёрз. Да ещё и волки где-то рядом воют…, - рассказал Дровосек.

- И как ты спасся? – заинтересовался Задира.

- Ходил, ходил кругами, а потом вижу, огонёк какой-то. Это моя Тологунька оказалась.

Охотники дружно взялись за дело. Каждый из них почувствовал, что не один, и маленький отряд вдруг превратился в сплочённую команду.

Весь вечер, сидя у костра, они вспоминали интересные истории из своей жизни.

В эту ночь вышла полная луна. На безоблачном небе сияло множество звёзд. К утру ударил заморозок. Камни по краям площадки покрылись инеем. В предрассветной тишине по лесу разнёсся знакомый треск. Охотники восприняли его как приятную мелодию. Через некоторое время они увидели Морозника. Он шёл в своё жилище. Отряд приступил к активным действиям. Не доходя несколько десятков шагов до пещеры, Задира и Дровосек с горящими факелами в руках, направились к запасному входу. Их задачей было разжечь заранее сооружённое кострище.

- Как только запалите огонь, возвращайтесь к переднему входу, - напутствовал их Ярослав.

Полные решимости Фёдор, Алексей, Силыч и Ярослав, расставив штыри, заняли свои позиции. Никто не чувствовал страха, охотничий азарт и нетерпение овладели людьми. Долго ждать не пришлось. Из темноты каменной арки показалась большая голова. Ярослав не видел ничего, кроме злобного жёлтого глаза. Пока он целился, копьё Алексея полетело в противника. Но Морозник повернул голову и острое оружие, ударившись о прочную, словно камень шкуру, упало вниз. Не раздумывая, кузнец метнул своё копьё. Оно тоже не попало в глаз. Морозник издал угрожающий звук, оскалил мощные квадратные челюсти, обнажил крепкие зубы, но пасть оставалась сомкнутой. Фёдор продолжал ждать удобного момента. Ещё немного и огромное существо бросится на людей.

Что-то как будто подтолкнуло Ярослава. Молниеносным движением он выхватил из голенища сапога нож. « Если не попаду в глаз, сложим сейчас здесь свои косточки», - пронеслось в его голове. Он размахнулся и швырнул нож в цель. Умное чудовище, разгадав его намерение, мотнуло головой. Сердце Ярослава бешено колотилось от волнения. И тут кузнец увидел, как нож на долю секунды завис в воздухе, изменил траекторию и по самую рукоять вонзился в налитый яростью глаз. Морозник заскулил от боли. Передней лапой он хотел ударить о землю, но напоролся на штырь, издал громкий пронзительный визг и, попятившись, скрылся в пещере.

Ярослав не видел, что Задира и Дровосек уже успели вернуться. Кто-то из них бросил факел в темноту. Он упал и потух.

- Здорово ты его, - восхитился Алексей.

- Надо добивать тварь. Придётся идти в пещеру. Сам он оттуда теперь не покажется, - сказал Фёдор.

- Пошли. Силыч, вся надежда на твою булаву. Топоры и копья его не берут, - Ярослав поднял упавший факел и зажёг его.

- Может, он сам уже издох, - Задира был бледен, но мужественно боролся со своим страхом.

Охотники вошли в логово. Тоненькое тихое повизгивание услышали они и, не сговариваясь, двинулись на звук. Вскоре стали просматриваться очертания чудовища, которое пытаясь избавиться от ножа, тёрлось головой о стену. Завидев людей с горящими факелами, Морзник попятился, но сзади была каменная стена.

- Силыч, бросай ему в голову булаву! – крикнул Ярослав.

Силыч размахнулся. Дальше произошло то, чего никто не ожидал. С громким визгом чудище метнулось вперёд и пронеслось к выходу. Охотники бросились врассыпную, освобождая ему дорогу.

- Все целы? – спросил Ярослав, после того, как Морозник скрылся из вида, и стих его визг.

- Да, вроде, все, - поднимаясь с пола и отряхиваясь, ответил Фёдор.

- А где Силыч? – растерянно моргал Задира.

- Силыч, ты где? – несколько раз прокричал Дровосек.

- Пошли, с наружи посмотрим.

- А если нас там этот ждёт? – Задиру била мелкая дрожь.

Никто не ответил. Сжимая в руках горящие факелы и топоры, они шли к выходу. На площадке у пещеры было пусто.

- Куда же они подевались. И криков никаких не слышно, - растерянно проговорил Алексей.

- Вон он! – Фёдор подошёл к резко обрывающемуся каменному краю напротив входа.

- Кто?! – подбежали к нему товарищи.

Внизу лежал Морозник.

- Похоже, упал и разбился, - облегчённо вздохнул Дровосек.

- А где же Силыч? - предчувствуя недоброе, пробормотал Задира.

Почти бегом бросились охотники к месту падения чудовища. Фёдор первым подошёл к нему:

- Не дышит. Эта тварь тут похоже, ещё и на камень напоролась!

Огромные валуны с острыми краями лежали повсюду. Осматривая тушу, он перелез через камень, преграждавший дорогу, и вдруг резко отпрянул.

- Что там? – спросил Ярослав.

- Силыч, - прошептал Фёдор.

Он наклонился над лежащим без движения, всё еще крепко сжимающимв руке булаву, телом, и стал пытаться привести его в чувство:

- Дыши, ну, дыши же.

Остальные стояли рядом, понимая, что помочь товарищу уже невозможно.

- Ах ты, паскудник, зачем Силыча убил, - несколько раз со злостью пнул тушу Задира.

По его щекам текли слёзы.

Охотники положили тело на ровное место. С помощью топоров они вырыли могилу и похоронили его, с булавой, которую так и не выпустил из рук храбрый воин.

- Как же так, как же так, - твердил Задира, - это я виноват. Плакался всё время, вот и накликал.

- Перестань. Знать судьба его такая, умереть героем, а не разбойником. Чем же плохо, - попытался успокоить Лёньку Дровосек.

- Моей вины здесь больше, - стоя над могилой, тихо произнёс Ярослав.

- Если бы ты в глаз не попал, сейчас всех нас уже не было бы, - сказал Дровосек, - откуда нож-то у тебя этот взялся.

- Сам выковал.

- Так он у тебя с самого начала был… И ты мог с нами, если бы захотел, так же расправиться, - осенило Задиру.

- Не мог. Я не убийца.

- Надо бы назад, к лагерю выдвигаться, - напомнил Фёдор.

- Сейчас, - ответил Ярослав.

Он вернулся к Морознику и стал разглядывать его. Прочная пупырчатая серо-зелёная кожа, вытянутое туловище, оканчивающееся не слишком длинным острым хвостом, короткая толстая шея, большая голова с костяными наростами на месте ушей, сильные лапы. Из глаза, в котором всё ещё торчала рукоятка ножа, вытекла тёмная густая жидкость. Ярослав дёрнул за рукоять, тщательно очистил нож о пожелтевшую траву и сунул в голенище. О его странных особенностях кузнец решил подумать после, сейчас было не до этого. Затем топором отрубил три когтя с передней лапы, каждый из которых с трудом помещался в ладони. Необычный серебристый цвет удивил всех.

Почти весь обратный путь моросил мелкий холодный дождь. Охотники шли с редкими короткими привалами. Продрогшими, мокрыми, уставшими и опечаленными гибелью товарища, вернулись они в стан. Все разбойники находились в избе. Там было тесно и душно. Гарвасей громко храпел, развалившись на широкой лавке, накрытой тулупом. На его месте за столом сидел Лукьян и играл в карты с Везунчиком и Хитрым. Комментарии и раскатистый смех нисколько не мешали отдыху атамана.

- Вернулись! Ну, наконец-то, - первым заметил друзей Кузьма.

Карточная игра ему одному казалась скучной и неинтересной.

- Как сходили? Убили Морозника? – разбойники бросили игру и обступили охотников.

- Убили.

- Рассказывайте, как вам это удалось? А Силыча где потеряли? – наседал Савелий-Хитрый.

- Нет больше Силыча, - грустно проговорил Дровосек.

В избе воцарилась тишина.

- Что, будем доигрывать или нет, - нарушил её Лукьян.

Вскоре игра продолжилась, и разбойники забыли горькую новость.

Ярослав, Дровосек, Фёдор и Алексей проспали почти сутки. Тяжёлый поход сильно истощил их силы. Им потребовалось ещё несколько дней, чтобы полностью восстановиться.

- Хватит спать. Собирайтесь в Крепость, - как-то утром гаркнул Гарвасей, и зло посмотрел на Ярослава.

- Ты прав, пора уже, - согласился тот, - с Дровосеком вдвоём пойдём. Нас там уже хорошо знают.

- И я с вами, - вдруг вскочил со своего места Лукьян.

- Иди, конечно, иди, - одобрительно загудели разбойники.

Своей игрой в карты, Лукьян сыскал большое уважение среди них.

Напялив на себя старый зипун, Ярослав вышел из избы. Его тут же догнал Лукьян. На нём был хороший овчинный полушубок.

- Ты где это взял? Вроде в том тряпье, которое нам Фёкла отдала, ничего такого не было? – удивился кузнец.

- В карты у Везунчика выиграл, - похвастался Лукьян.

- А в город за нами, зачем увязался? Что ещё замыслил, признавайся.

- Ничего я не замыслил. Деньги такие тебе в руки попадут, за ними догляд нужен. Тот громила, который с нами пойдёт, неизвестно, что затевает. Тебя простака порешит, и с денежками сбежит. Только его и видели. Я уберечь тебя хочу.

- Ну, смотри…, - недоверчиво посмотрел Ярослав.

- А мне, зачем злое затевать. Я и так в карты всё выиграю, - засмеялся Лукьян.

Тем временем Дровосек вывел из сарайчика кобылу и запряг её. Троица расселась в телеге. Хозяйственный Дровосек захватил с собой тулуп, под которым было тепло и уютно.

В Белибердянск приехали утром. Городок сегодня выглядел унылым. Пасмурное небо, опавшая с деревьев листва, налетающий порывами ветер, пустынные улицы с редкими, спешащими прохожими.

- Сначала заберём монеты у градоначальника, - сказал Ярослав, разглядывая безрадостную картину.

Они проследовали к центральной площади.

- Лукьян, жди нас здесь, - бросил кузнец и вместе с Дровосеком скрылся в жёлтом здании.

- Вернулись! Рад видеть вас! – встал из-за стола Аристарх Митрофанович.

- Мы за монетами, - направил разговор в нужное русло Ярослав.

- Вы что же, справились с чудовищем?

- Да. Иначе бы не пришли.

- Ну, извините, на слово поверить не могу. Мне нужны доказательства, - улыбнулся градоначальник.

Ярослав вынул два когтя Морозника. Один он оставил себе.

Аристарх Митрофанович долго рассматривал трофеи, которые поражали размером и своим необычным серебристым мерцанием.

- Да-а-а-а, - о чём-то размышляя, протянул он.

- Если этого не достаточно, можете послать людей за тушей. Она осталась в горах.

- Ну почему же, - старичок посмотрел на Ярослава совсем другими глазами, - как вам это удалось?

- Долго рассказывать. Ничего интересного, обычная охота.

- Понимаю. А, может, останетесь у нас? Будете город охранять, обозы сопровождать. Жильё я вам предоставлю, - вынимая из недр своего стола кошель с деньгами, предложил Аристарх Митрофанович.

- Нет, спасибо, у нас другие планы.

- Чем же вы собираетесь заняться?

- В соседнее княжество пойдём.

- Надеюсь, не в Западное, - насторожился градоначальник, - туда показываться я бы не советовал.

- Почему?

- Дошли до нас слухи, что его границы нарушило Жуткое войско. Дружина никак не смогла ему помешать.

- Княжество захвачено полностью? – напрягся Ярослав.

- Пока нет. Продвижению врага помешала то ли река, то ли озёра какие-то, точно не знаю. В общем, вода. Но это временно. Так что оставайтесь у нас. Здесь безопасно.

- Пока безопасно. Если не встретит достойного отпора, Жуткое войско и к вам может явиться.

- До нас не дойдёт. Далеко, - уверенно сказал Аристарх Митрофанович.

- Нам бы надо поспешать, - не сводя глаз с кошеля, поторопил Дровосек.

-Ах, да, - градоначальник протянул деньги Ярославу, - спасибо, огромное вам спасибо. Будете в наших краях, заходите.

Лукьян нетерпеливо прогуливался рядом с повозкой.

- Забрали? – спросил он, завидев товарищей.

- Порядок. Теперь по базару погуляем, - ответил Ярослав.

- Ага, - расплылся в улыбке Дровосек.

После разговора с градоначальником, кузнец вспомнил всё то, что когда-то рассказал ему Фёдор. Жгучее желание спасти своё княжество от страшного врага с новой силой взыграло в нём.

Нужно было запастись необходимыми для дальнего перехода вещами.

Ярослав, Дровосек и Лукьян бродили по базару, рассматривали товары, делали покупки. Расторопные торговцы наперебой зазывали их к себе. Они шли к лавке, над дверью которой красовалась надпись: «Тулупы и полушубки», когда молодой парень грубо толкнул Ярослава.

- Ты что делаешь?! – крепко схватил его за руку Лукьян.

- Дак я ничего. Просто мимо проходил.

- А рука твоя, что там делает?! – не унимался Лукьян.

Растерянный Ярослав только теперь заметил, что парень залез к нему за пазуху и пытался вытащить кошель с деньгами.

- Я его уже давно заприметил. Трётся и трётся рядом с нами, - продолжал Лукьян, - ты хоть знаешь, с кем связался?

- Пусти, - попытался вырваться вор, но его уже держал кузнец.

- На каторгу захотел?

- Нет. Не сдавайте меня, - взмолился парень, его светло-голубые глаза стали круглыми, - у меня вещь одна имеется, я её вам отдам. Только не сдавайте…

- Как тебя зовут? – смягчился Ярослав, но не отпускал воришку.

- Ваня.

- Показывай, что там у тебя, - нетерпеливо заёрзал Лукьян.

Парень вынул из кармана серый камень, размером и формой напоминающий куриное яйцо.

- Насмешил, ой насмешил, - расхохотался Лукьян, - градоначальник за твою голову пригоршню монет отвалит. Кузнец, веди его куда надо!

- Подождите, это не простой камень. Я вам сейчас покажу! – хлопая белёсыми ресницами, упрашивал Иван, - только надо в тёмное помещение зайти.

- Ну, веди. Да смотри, не вздумай бежать, - сказал Ярослав.

Парень обогнул лавку и юркнул в невзрачную дверь с обратной её стороны. Ярослав и Лукьян проделали это вслед за ним. Дровосек так увлёкся покупками, что ничего этого не видел. В помещении, куда они попали, стояла кромешная тьма.

- Вода есть у вас? – послышался из темноты голос Ивана.

Ярослав вынул фляжку.

- Плесни немного мне в руку, - подставил плохо различимую ладонь парень.

Затем он положил камень на ящик и брызнул на него водой. В ту же секунду тот вспыхнул, словно лампа и осветил пространство вокруг себя ярким зелёным светом.

- Ого!!!

- Вы вверх гляньте.

Ярослав и Лукьян подняли головы. Над ними висели белые нити. Некоторые из них были переплетены и связаны узелками. Другие свисали ровными отрезками.

- Что это? – спросил Ярослав.

- Не знаю. Только их видно, когда камень светит, а так нет. Отпустите теперь?

- Где ты его взял?

- Не скажу.

- Ладно уж. Давай свой камень.

- На что он нам. Бесполезная вещица, - насупился Лукьян.

- Пригодится, - Ярослав вышел на улицу, сжимая в руке волшебный камень.

Лукьян был очень недоволен:

- Зря отпустили, ещё монет подзаработать могли бы.

Они вновь направились в лавку с полушубками. Вокруг кипела базарная жизнь.

- Вы где были? – нагнал товарищей Дровосек, - я вас везде обыскался.

- Купил, что хотел? – поинтересовался Ярослав.

- Кое-как нашёл, - широко улыбаясь, ответил тот.

Наконец, нужное количество полушубков, шапок и валенок, а также провизия и другие мелочи хорошо упакованные лежали в телеге.

- Перекусить бы, обеспокоенно огляделся Лукьян.

- Я видел харчевню, - махнул рукой, указывая направление, Дровосек.

- Идите, и мне что-нибудь принесёте. Телегу без присмотра оставлять нельзя, - забрался на место возницы Ярослав.

Сразу же после обеда решили трогаться в обратный путь. Повозка медленно выкатилась с базарной площади.

- Давайте Грибка проведаем. Если что, заберём его с собой, - предложил Дровосек.

- Хорошо, только недолго, - Ярослав направил лошадь к дому Феклуши.

Они наши Семёна во дворе. Он увлечённо что-то выстругивал из дерева.

- Привет, Грибок, - окликнул Дровосек.

Сенька оглянулся, но увидев товарищей, не обрадовался, а наоборот, насторожился.

- Зачем пожаловали? – недружелюбно спросил он.

- Мимо проезжали. Как ты тут поживаешь?

- Хорошо. А вас, каким ветром занесло?

- Морозника порешили. Награду получили. Теперь назад в лес возвращаемся. Поедешь с нами?

- Не хочу. Я только себя человеком почувствовал, нормально жить начал. Зачем мне ваш лес.

- Не беспокойся ты так. Силой мы тебя в стан тащить не собираемся. Вдове от нас поклон передавай. Скажи всё, нет больше Морозника. И вот ещё что, - Ярослав вытащил из кошеля несколько монет, - это за кобылу.

- Ну, бывай. Нам пора, - похлопал по плечу Грибка Дровосек и вместе с Ярославом пошёл к повозке, где их ждал Лукьян.

Обратная дорога показалась короткой. Ярослав, Дровосек и Лукьян были сыты, а новые полушубки хорошо защищали от холода. Крупные хлопья снега повалили с неба, когда они подъезжали к лагерю. Разбойники обрадовались их появлению.

- Получили монеты? – спросил Гарвасей, как только Ярослав переступил порог жарко натопленной избы.

- Да, - ответил тот.

- Давай сюда, - потребовал атаман.

- С чего это?

- Я сказал, давай мне кошель, - проговорил Гарвасей, глядя, как Ярослав вынул его из-за пазухи и положил на лавку рядом с печью.

- К этим деньгам ты не имеешь никакого отношения. Я сам поделю их. Те, кто ходили на Морозника, получат больше. Остальным тоже понемногу достанется, - ответил Ярослав.

Услышав его слова, разбойники одобрительно загалдели.

- Молчать! Вы что это, забыли, кто здесь кто?! – заорал Гром.

- Подожди шуметь, атаман. Послушай, что я скажу, вперёд вышел Савелий-Хитрый.

- Бунт решили устроить! Не потерплю! – зло зыркнул на него Гарвасей.

- Не бунт, а по справедливости. Мы думаем, что кузнец смог бы не хуже тебя атаманом быть, - не сдавался Хитрый, - только честный бой меж вами решит, кто лучший.

- Не нужен этот бой, - скривился Ярослав.

- Ага! Испугался меня! – вскочил Гарвасей. – пошли на поляну. Я тебя сейчас уделаю.

Очень не хотелось Ярославу драться с Громом, которого он не считал достойным противником, но другого выхода не было.

Разбойники окружили площадку, где Гарвасей и Ярослав, скинув полушубки, в одних рубахах встали наизготовку. С громким воплем бросился Гром на кузнеца, пытаясь нанести крепко сжатыми кулаками удар в челюсть. Ярослав легко уклонился и изловчившись, схватил его за грудки. Он поднял над землёй Гарвасея, который был значительно слабее и ниже ростом. Барахтаясь в воздухе, тот зашипел:

- Пусти-и-и-и.

Но вместо этого одним движением Ярослав уложил его на землю и крепко сдавил горло:

- Хочешь жить?

В глазах Грома появился страх.

Кузнец ослабил хватку:

- Чтобы через час тебя здесь не было.

Он встал и зашагал к избе не испытывая радости или торжества от одержанной победы.

- Берегись, кузнец! – вдруг услышал он взволнованный окрик и оглянулся.

Лезвие ножа в руках противника блеснуло перед глазами. Ещё мгновение, и оно вонзится в грудь. Но вместо этого рука Гарвасея замерла, обезумевшие глаза закатились, и он начал медленно оседать на землю. Из спины атамана торчал топор.

- Кто это сделал? – спросил Ярослав.

Все молчали. Он обвёл взглядом толпу. Не выдержав этого, Дровосек как-то съёжился и опустил голову.

- Похороните атамана, - проговорил кузнец, - а после в избу возвращайтесь.

Он вспомнил об оставленных у печи деньгах и поспешил за ними. На скамейке возле кошеля сидел Лукьян.

- Ты что же, не выходил на двор вместе с другими? – удивился Ярослав.

- Как бы я ушёл. Деньги вон валяются на самом виду, - пробурчал Лукьян, - если хочешь знать, несколько человек заглядывали по очереди. Так что скажи спасибо.

- Ну, спасибо. У меня к тебе ещё одна просьба будет.

- Какая?

- Сядь за стол и раздели монеты на две равные части.

- Это я легко, - засуетился Лукьян, и вскоре доложил, - готово!

- Теперь одну часть раздели на девять.

- Понял твою задумку. А вторую надо на пять поделить. Это тем, кто на охоту ходил.

- Правильно.

Лукьян закончил возиться с деньгами, когда вернулись разбойники. Они были бодры и не грустили по поводу гибели своего атамана. А при виде денег их настроение и вовсе поднялось.

Ярослав сразу раздал монеты.

- Теперь ты наш атаман. Командуй. Надо бы как-то вылазку устроить, ведь Морозника больше нет, - сказал Хитрый, когда делёжка была закончена.

- Не будет никаких вылазок, - резко оборвал его Ярослав.

- Как это не будет, а чем мы зарабатывать станем? – опешили бандиты.

- Вы что, на виселицу хотите? Или в лучшем случае на каторгу?

- Нет. Не хотим.

- Но ведь грабежи и нападения на обозы только этим и заканчиваются.

Разбойники опустили головы, раздумывая над сказанным.

- Я предлагаю в столицу пойти и организовать там артель, - встрепенулся Савелий-Хитрый.

- Вот это, другой разговор, - одобрил его решение Ярослав.

- Тогда завтра утром все и двинем, - обрадовался Везунчик.

- Нет не все. Я со своими друзьями отправлюсь домой, в Восточное княжество, - посмотрел на Фёдора, Ярослав, - у вас ночь впереди. Думайте. Кто захочет, может к нам присоединиться. Но учтите, что легко не будет. А теперь ужинать и отдыхать!

- Погодите. Я сейчас, - дровосек выскочил из избы и скоро вернулся с большой бутылью самогона в руках.

Увидев её, разбойники зашумели.

- Так вот что ты на базаре хотел купить, - улыбнулся Ярослав, - ну, что же, устроим прощальный ужин.

Утром как-то само собой получилось, что люди разделились на две группы. Одну возглавил Савелий-Хитрый. Они первыми покинули стан и направились в Северославль – столицу Северного княжества.

Вторая группа во главе с Ярославом отправилась в сторону Восточного княжества. К Ярославу, Фёдору, Алексею, Кузьме и Лукьяну примкнули Корнил-Дровосек, Лёнька-Задира, Стёпка-Везунчик и Ванька-Толкуй. Они бодро шагали по присыпанной первым снегом дороге, навсегда оставив разбойничий стан и прежнюю жизнь.

Избранный

Бледное холодное солнце встало над лесом, когда отряд во главе с Ярославом продолжил свой путь к Восточному княжеству. Мороз сковал вязкое грязное дорожное месиво, превратив его в камень. Свежий прозрачный воздух, казалось, звенел в тишине. Отряд спешил покинуть Северные земли до того, как суровая зима полностью вступит в свои права. Позади остался Белибердянск и Дятлово. Эта маленькая деревушка, состоящая из десяти домов, приткнулась к обочине дороги и служила ночлегом для проезжающих и проходящих мимо путников. Там и провели прошедшую ночь наши герои. Хорошо отдохнувшие, они шли по замёрзшей дороге, надеясь к вечеру пересечь границу между княжествами. По ту сторону гор зима была мягче и короче. Им хотелось быстрее выйти из мрачного, холодного, отпугивающего леса, который плотной стеной обступал тракт. Путники сторонились обозов, чтобы избежать ненужных расспросов и случайной опасности. Завидев какое-нибудь движение, они на время укрывались в лесной чаще у дороги.

Алексей шёл первым, когда из-за поворота неожиданно появились два всадника. Уклониться от встречи было уже невозможно.

- Не подскажете, далеко ли до ближайшего жилья? – спросил один из них, кутаясь в тонкий, не по сезону плащ.

- Дятлово тут рядом. Мы недавно оттуда, - вышел вперёд Ярослав, - гляжу, издалека едете?

- Из Западного княжества мы. Ищем добровольцев в новую дружину. После тяжёлой битвы с Жутким войском, от старой почти ничего не осталось, - ответил наездник измученный холодом и дальней дорогой.

- Кто же теперь защищает княжество? – вновь спросил Ярослав.

- Никто. На его пути, на наше счастье, разлились исчезающие озёра. Они, то появляются, то уходят куда-то. Этой осенью озёра заполнились так, как никогда раньше и стали непреодолимой преградой на пути врага. Вот мы и пытаемся собрать новую дружину, пока есть время. Не хотите ли вступить в неё? – оглядывая отряд Ярослава, предложил незнакомец, - недавно наш князь Елизар издал указ, что каждый воин, который поможет остановить супостата, получит щедрую денежную награду, а также будет иметь хорошее жалованье.

Товарищи Ярослава после этих слов оживились.

- А какие требования к тем, кто пожелает вступить в вашу дружину? – поинтересовался Дровосек.

- Идите в Вержин-Град. Там стоит лагерь, куда принимают всех без разбора. А чтобы дорогой вас никто не задержал, я выдам листок с печатью. Предъявите его на посту, у подножия горы. Скоро вам придётся через него пройти, чтобы попасть в Восточное княжество. Там вас сразу же пропустят, только проверят, нет ли клейма каторжанина и всё.

Всадник спешился, вынул из сумки, привязанной к седлу бумагу, и протянул её Ярославу.

- Доброго пути, - проговорил он, вскочил на коня и вместе с напарником поехал своей дорогой.

- И вам того же, - сказал Ярослав им вслед.

- Вот повезло, так повезло, - обрадовался Лукьян.

Везунчик, который боготворил Лукьяна за его виртуозную игру в карты, не отходил от него и заглядывал в рот своему кумиру, согласно закивал, хотя и не понимал, в чём состоит везение.

- С этой бумагой мы смело по любой дороге сможем передвигаться. Никто нас не посмеет задержать, - гордо расправив грудь, пояснил Лукьян.

- А я думал, мы, в самом деле, в Вержин-Град пойдём, - растерялся Дровосек.

Товарищи повернули головы в сторону Ярослава. В их глазах стоял немой вопрос.

- Я намерен идти в лагерь и вступить в дружину, но принуждать к этому вас не буду. Дело добровольное, каждый решает сам за себя. Пост мы пройдём вместе, клейма каторжанина у нас нет. А потом кто куда, - ответил Ярослав.

- Правильно. Так и поступим. Светлая у тебя голова, кузнец, - поддержал его Дровосек.

- Я не могу идти с вами, - сказал Алексей.

Его васильковые глаза заволокла печаль, а плечи понуро опустились.

- Почему?

Алексей засучил правый рукав. Чуть выше запястья было выжжено клеймо, состоящее из двух букв: КТ, и восходящего над горизонтом солнца под ними.

- Старое клеймо. Такое же солнце изображено на гербе князя Мирослава и означает что ты – каторжанин Восточного княжества. Но теперь другой правитель и у него свой герб. Поэтому нам не стали ничего выжигать, - внимательно рассматривая руку Алексея, пояснил Фёдор.

- Иди в Северославль. Найдёшь Хитрого и присоединишься к нему, - предложил Лукьян, - на пост тебе лучше не соваться.

Низко склонилась голова Алексея.

- Ярослав, позаботься о сестре моей, - грустно проговорил он, - видно не судьба мне её повидать.

- Я тебя здесь одного не брошу. Пойдёшь с нами. А пост можно обойти, - сдвинул брови Ярослав.

- Как же мы его обойдём. Я слышал, что ниже к югу находятся дремучие леса, а в них живут какие-то люди, которые всех сторонятся. Никто их толком не видел и в те леса ходить боятся, - вступил в разговор Задира.

- Так мы глубоко в лес не полезем. Краем обойдём, - возразил Дровосек.

- Я уже не первый раз говорю. Никого принуждать не буду, кто желает, идёт со мной и Алексеем в обход поста. Кто против, делает так, как посчитает нужным. Но бумага с печатью останется у меня, - строго посмотрел Ярослав и решительно зашагал вперёд.

Алексей, Дровосек, Фёдор и Кузьма без раздумий последовали за ним. Остальные немного потоптавшись на месте, посовещались и вскоре догнали товарищей.

Когда дорога расширилась, а с правой её части лес начал редеть, поднимаясь на горный каменистый склон, Ярослав остановился:

- До поста совсем немного осталось. Мы уже горы огибать начали. Надо в лес идти. Я вас поведу. А ты, Дровосек, зарубки на деревьях оставляй. Если блудить начнём, по ним опять на дорогу легко выбраться можно будет.

Дровосек кивнул и вытащил из-за пояса топор. Путники вошли в лес. Это был тёмный, сырой непроходимый еловый бор. Деревья росли так густо, что их лапы смыкались и переплетались между собой. Ярослав прокладывал дорогу, протискивался между вековыми елями, огибал буреломы, пытаясь разглядеть что-то в сумраке. Похоже, что ни человек, ни зверь никогда не захаживал в эти места.

- А-у-у-у-у! – вдруг донеслось из лесной чащи.

Ярослав остановился.

- А-у-у-у-у! – вновь разнеслось по всему лесу.

- Слышите? Заблудился что ли кто-то?

- Кого ещё кроме нас могло сюда занести. Пойдём своей дорогой. Вдруг это опять разбойники, - сердито проговорил Лукьян.

- А-у-у-у-у! – отчаянный крик о помощи повторился снова.

- Он где-то рядом. Надо спасать, - ломая сучья и ветки, Ярослав заспешил в сторону звука.

- Эге-гей! Мы здесь!

Лукьян недовольно пробурчал:

- Сейчас опять в лапы злодеям попадём. Нормальные люди в таком лесу не ходят.

- А-у-у-у-у!

- Эге-ге-гей! – кричали по очереди все остальные.

Глубже и глубже они уходили в лес, но никого не находили. Впереди стал просматриваться просвет между деревьями и вскоре отряд вышел на небольшую опушку.

- Надо из этого леса выбираться. Никого мы здесь не найдём, только сами заблудимся. Вот куда нам идти? – сказал Фёдор.

- Корнил, ты делал зарубки? - спросил Ярослав.

Но Дровосек стоял, разглядывая клочок неба над головой, как будто ничего и не слышал.

- Дровосек!

- Что? – встрепенулся тот.

- Понятно, значит, имя своё забыл. Ты делал зарубки, спрашиваю?

- Делал, пока мы на голос не пошли.

- Ну, вот, заблудились сами, - вздохнул Задира.

- Сейчас по деревьям определим, где север и сориентируемся, куда нам двигаться, - начал осматривать ближайшие ели Фёдор.

- Да что ты там поймёшь. Говорил же, не надо сворачивать никуда, - заворчал Лукьян.

- И голос смолк. Больше никто нас не зовёт, - заметил Везунчик.

- Уже вечереет. Устроим здесь ночлег. А завтра утром что-нибудь придумаем, - предложил Ярослав.

- А я знаю, что надо делать, - вдруг сказал Кузьма, - меня дедусь научил.

Он осмотрел опушку и, заметив с одного её краю полусгнивший почерневший пенёк, направился к нему. Убедившись, что тот ещё достаточно крепок, уселся сверху. Друзья с удивлением, молча наблюдали за Кузьмой, который несколько раз громко проговорил:

- Шёл, нашёл, потерял. Шёл, нашёл, потерял. Шёл, нашёл, потерял.

Прошло несколько минут ожидания.

- Ну и что теперь? – нетерпеливо спросил Лукьян.

- Теперь надо ждать. Нас кто-нибудь найдёт, - вглядываясь в лесные заросли, объяснил Кузьма.

- Пока будем ждать, давайте всё-таки, начнём готовиться к ночлегу, - настаивал Ярослав, - надо нарубить еловых лап, чтобы укрыться и дров для костра.

Дровосек сделал несколько шагов к ближайшему дереву и вдруг резко встал. Из леса, навстречу ему вышел коренастый, небольшого роста мужичок.

- Приветствую тебя и твоих друзей, сын князя, внук волхва, - необычно растягивая слова, произнёс он, обращаясь к Ярославу.

- Во как, сын князя, - присвистнул Лукьян, с изумлением глядя то на Ярослава, то на мужичка.

- Какого волхва? Откуда ты меня знаешь? Кто ты? – забросал вопросами незнакомца кузнец.

- Я – Гликерий, один из жителей леса. Мы уже давно ждём тебя.

- Но это чистая случайность, что мы оказались в этом лесу. Вы не могли об этом знать.

- Всякая случайность не случайна.

- Так это ты заманил нас сюда?

- Не я. Владыка лесной, - сказал Гликерий и посмотрел вверх.

Ярослав поднял глаза и обомлел. Из-за верхушек елей, на него лукаво улыбаясь, заглядывал огромный старик. Его зелёные глаза горели, словно угли из-под нависших бровей. Зелёные космы и такая же борода свисала и скрывалась за деревьями.

- Кто это? – У Ярослава из рук выпал топор.

- Где? – пытались разглядеть что-нибудь друзья, но почему-то не видели старика, который мотнул головой и исчез.

- Ты разве не знаешь, кто лесом правит? - удивился мужичок.

- Лесом леший правит, только его никто не видел, - растерянно проговорил Кузьма.

- Это простые люди его не видят и то, если он сам этого не хочет, - пояснил Гликерий, - скоро стемнеет. Оставаться здесь на ночь опасно. Идите за мной.

- А если мы не послушаемся? – спросил Лукьян

- Не послушаетесь, сгинете в лесу.

Гликерий повернулся и побрёл туда, откуда недавно появился. Ярослав с друзьями последовали за ним. Он передвигался так быстро, словно и не было никаких непролазных зарослей вокруг. Отряд Ярослава еле поспевал за своим провожатым. Они всё дальше и дальше углублялись в лесную глушь.

- Долго ещё идти? – спросил Ярослав.

- Можно сказать, уже пришли, - ответил Гликерий и вскоре вывел друзей на открытый участок. Перед ними расстилалось ровное поле, сплошь заставленное большими белыми сугробами. Некоторые из них были огромными и продолговатыми, другие – поменьше и покруглее, но и те и другие гораздо превышали человеческий рост. Высокие ели сплошной стеной, будто частокол, со всех сторон окружали это странное поле.

- Ого! Откуда же такие сугробы взялись, снега то ещё почти нет?! – воскликнул Стёпка-Везунчик.

- Это наши дома, - ответил Гликерий.

- Интересно, а летом они тоже сугробами стоят?

- Весной и летом наши жилища выглядят как стога сена, осенью они похожи на кучи соломы, а зимой становятся сугробами, - объяснил лесной человек и подвёл путников к огромной снежной глыбе. Затем он несколько раз притопнул, снег осыпался, образовав небольшую кучку на земле у самых его ног, а перед людьми появился ровный дверной проём.

- Входите, не стесняйтесь, - пригласил Гликерий.

Робея, Ярослав с друзьями вошли внутрь и остановились, осматриваясь. Жилище оказалось очень просторным, чистым, уютным, светлым и тёплым. Но ни свечей, ни печи при этом не наблюдалось. Помещение имело округлую форму, и было разделено перегородкой на две половины. Продолговатый стол, накрытый белоснежной скатертью, стоял посередине. Со всех сторон его обступили стулья с высокими спинками. Их было ровно девять. Случайно ли так получилось, что их количество совпало с числом пришедших, или же кто-то знал это заранее, оставалось загадкой.

- Ну вот, здесь вы и будете ночевать. Во второй половине находятся ваши постели. Проходите, устраивайтесь, сейчас вам ужин принесут.

Он повернулся, что-то пробормотал и исчез в открывшемся проходе. Ярослав оглянулся. Стена, где только что скрылся мужичок, была ровной и цельной.

- Ну вот, опять из-за тебя, кузнец, в заточение попали, - пробурчал Лукьян, - как теперь отсюда выбираться? Что они замышляют? Ничего не понятно.

Не успел он договорить, как в лесное жилище вошла полная женщина с добрым лицом и приветливой улыбкой. В руках она держала пузатый, начищенный до блеска самовар.

- Доброго вам вечера, гости дорогие, - сказала, словно пропела она, - сейчас мы вас ужином накормим. Лукерья, ставь корзину на стол!

Из-за широкой спины женщины вынырнула маленькая хрупкая, совсем ещё юная девушка. Казалось, что под тяжестью корзины, она вот-вот согнётся и переломится. Русая коса её спускалась до пояса. Строго нахмуренные бровки, серые глаза, плотно сжатые губы, и вся эта напускная строгость, делали её очень привлекательной.

При виде Лукерьи, Кузьма заёрзал на стуле и громко закряхтел. Его лицо и уши стали ярко-малиновыми. Увидев это, Лукьян улыбнулся и хотел что-то сказать, но Ярослав бросил на него такой взгляд, что тот только вздохнул.

Тем временем женщина водрузила самовар в самый центр стола, вынула из корзины посуду, жареное мясо и белый мягкий хлеб. От еды шёл такой аппетитный запах, который сразу же заставил забыть обо всём прочем.

- Кушайте, кушайте, не стесняйтесь, - разливая по чашкам чай, приговаривала она.

- Как тебя зовут, хозяюшка? – спросил Дровосек, когда та, убедившись, что все мужчины с жадностью поглощают пищу, направилась к выходу.

- Перепетуя я, - улыбнулась женщина и вместе с Лукерьей исчезла в дверном проёме.

После ужина друзья почувствовали себя очень уставшими и отправились спать. Постель была мягкой и удобной. Ярослав пытался вспомнить, когда последний раз спал на такой прекрасной кровати, но это никак не удавалось. Сон быстро овладел им.

Утром Перепетуя принесла мёду и свежих булок. Вскипятила чай. Затем появился Гликерий.

- Пойдём со мной, Ярослав, тебя ждут, - сказал он.

- Куда это ты его собрался вести? Я тоже пойду, - вскочил Дровосек.

- Одного не отпустим. Веди нас троих, - поддержал его полный решимости Фёдор.

- Троих, так троих, - не стал возражать Гликерий, - идите за мной.

- А нам что делать? – спросил Лукьян.

- Отдыхайте пока, сил набирайтесь. Они вам ещё понадобятся.

Гликерий привёл Ярослава, Фёдора и Дровосека к другому сугробу. Внутри него всё было так же, как и в том, где ночевали друзья, за исключением массивного шкафа и нескольких полок, заставленных глиняными горшочками и берестяными коробочками.

За столом сидел седой старец с белой бородой и бровями, из-под которых глядели молодые лучистые глаза.

- Одного никак не хотели отпускать. Пришлось троих вести, - пожаловался Гликерий.

- Это хорошо, - улыбнулся старец.

Голос его был энергичным и басистым, чувствовалось, что, не смотря на возраст, этот человек обладает большой внутренней силой.

- Присаживайтесь, добрые молодцы, нам предстоит долгая беседа. Меня зовут Власий. Начну с самого начала. Ты, Ярослав, знаешь, кто твои родители?

- Если с самого начала, то хотелось бы узнать, кто вы и чего хотите от нас? Сколько собираетесь нас здесь держать? У нас на это нет времени, - Ярослав не был настроен так дружелюбно, как его собеседник.

- Мы – люди леса. От обычных людей отличаемся тем, что умеем договариваться с лешими и лешачихами, шишигами, полевыми и прочими бесплотными существами. Они часто помогают нам.

- Разве же они не злыдни? – удивился Дровосек.

- По природе своей они не плохие и не хорошие, как и мы – люди. Каждый из нас кроме добрых совершает не слишком правильные, а иногда и вовсе такие поступки, о которых потом не хочется вспоминать, - старец бросил взгляд на Корнила.

Тот опустил голову, вспомнив свою разбойничью жизнь.

- Так вот, твой дед Эльпедифор, - Власий посмотрел на Ярослава, - был особенным даже среди нас. Он мог предвидеть будущее далеко вперёд, обращаться в сокола, волка и некоторых других животных. А также имел много других способностей и достоинств. Его жена Софья умерла при родах. Эльпедифор остался с малюткой-доченькой, твоей будущей матерью, на руках один. Он долго горевал, а однажды забрал младенца и Мудрую книгу и покинул нас, не взирая, на наши уговоры. Сказал, что так надо, а затем скрылся в лесу. Больше никто из жителей леса его никогда не видел. Но не так давно Эльпедифор пришёл ко мне…

- Как пришёл?

- Не в прямом смысле, конечно. Было видение, в котором он обратился с просьбой, - старец смолк.

- О чём же он просил? – прервал длительную паузу Ярослав.

- Я правильно понял, что ты со своими друзьями спешишь в Западное княжество, чтобы сразиться с Жутким войском?

- Так и есть.

- Это не простой враг, нахрапом и силой его не одолеть. Но если не остановить, то чёрная нечисть завладеет нашими землями и уничтожит или обратит в рабов всех людей, - глаза Власия стали грустными.

- Что же надо делать? Как справиться с Жутью? – Ярослав подался вперёд.

- Твой дед просил помочь пробудить в тебе скрытые силы, которые сейчас дремлют. Только тогда ты сможешь справиться с Тёмным войском, во главе которого стоит злобный колдун. Для того чтобы помочь распознать все твои возможности, понадобится время.

- Сколько? Как долго это продолжится?

- Всё зависит от тебя и от нас.

- А нам что делать? Мы тоже хотим сражаться, - вмешался в разговор Корнил.

- Вы будете рядом с Ярославом. Один, без вас, он с Жутью не справится. Вы все должны научиться понимать друг друга без слов, чувствовать и доверять друг другу как самому себе. Словом, слиться в единое целое. Только так можно победить злобного врага.

- Ты вот говорил о видении…, - неуверенно начал Ярослав.

Он вспомнил бирюзовый порошок и Меч трёх чудес.

- Об этом после. А сейчас идите. После обеда вместе с Гликерием отправитесь в лес. Он научит вас отличать одну ель от другой.

- Разве ж они чем-то отличаются? – спросил Дровосек удивлённо.

- Каждое дерево имеет своё лицо и характер.

- Нам бы ещё физическую форму не мешало подтянуть, - высказал сильно беспокоившую его проблему Фёдор.

- Правильно ты говоришь. Только среди лесных людей нет воинов, поэтому сам всё и организуешь. Я вижу, что никто лучше тебя с этим не справится, - одобрительно взглянул на него старец.

Ярослав, Фёдор и Корнил вернулись в своё жилище, где их с нетерпением ожидали товарищи.

- Мы тут сидим, думаем, и никак понять не можем. Растолкуй нам, кузнец, как это ты княжеским сыном оказался и почему скрывал своё знатное происхождение от нас? – язвительно спросил Ванька-Толкуй.

- Я сам об этом только недавно узнал. А теперь садитесь и слушайте, - сказал Ярослав.

После этих слов он ненадолго задумался, а потом поведал друзьям всё, что знал о князе Мирославе, Жутком войске и лесных людях.

Когда он закончил свой рассказ, пришла Перепетуя. Она принесла ароматную уху. В жирном наваристом бульоне плавали крупные куски рыбы.

- Хороша ушица! – причмокнул Дровосек, - скажи, голубушка, где это вы такую рыбу ловите?

- Так Шуша же здесь рядом. Вы разве не видели? – Перепетуе было непонятно, как можно не знать таких очевидных вещей.

- Любопытно мне очень, у вас вот печей нет, а в избах тепло. И хлеба такие пышные. Как же без печки их выпечь можно? – спросил Дровосек.

- А это уж наши секреты. Их никому раскрывать нельзя, - широко улыбнулась Перепетуя и поспешила к выходу.

Потом явился Гликерий и повёл отряд Ярослава в лес.

Так продолжалось две недели. Гликерий учил отличать друг от друга деревья, определять близкое присутствие зверя и человека, ходить по их следу, выводил будущих воинов в ранний час из уютного тепла на мороз, чтобы полюбоваться рассветом, а также будил среди ночи, показывал звёзды, рассказывал, как ориентироваться по ним. Много секретов и премудростей постигли наши герои за столь короткое время.

- Вы должны слышать то, чего никто не слышит и видеть то, чего никто не видит, - наставлял Гликерий.

Кроме этого маленький отряд под руководством Фёдора каждый день по нескольку часов занимался физической подготовкой. Фёдор не щадил товарищей. Они бегали, прыгали, лазали по деревьям, устраивали рукопашные бои. Ребятишки лесных жителей с интересом наблюдали за этим. Иногда посмотреть на тренировки выходили и взрослые. Увидев среди них Лукерью, Кузьма становился нерасторопным и медлительным, начинал падать и отставать от других.

Как-то раз, хромая и опираясь на клюку, приковылял дед Прокофий. Понаблюдав за тем, как Алексей и Дровосек борются, он хитро ухмыльнулся и пошёл к одному из домов-сугробов, но вскоре вернулся. В руках Прокофий держал лук и колчан со стрелами.

- Ну-ка, ребятушки, дайте деду молодость вспомнить, - надевая на руку прочную кожаную перчатку, проговорил старик. Ярослав с товарищами в изумлении наблюдали за ним. Между тем Прокофий повесил колчан на плечо и, натянув тетиву, выпустил ввысь стрелу, затем ещё одну. Она настигла первую и сшибла её. Дед стрелял десять раз, причём каждая последующая стрела задевала предыдущую.

- Ничего себе дедок, - восхитился Алексей, во все глаза, рассматривая ничем не приметного, дряхлого на вид старичка.

С этого дня Прокофий взялся учить отряд Ярослава стрельбе из лука.

- Ты что это, разиня, так раскорячился. Я же сказал, встать в стойку, а ты что вытворяешь, - недовольно бурчал старик на Лёньку у которого никак не получалось принять правильный разворот в сторону мишени.

- Давай я стрельну, - пришёл ему на помощь Кузьма.

- Уймись. Дышишь как загнанная лошадь, где тебе из лука в цель попасть, - заворчал Прокофий.

Он снова и снова объяснял правила стрельбы, и старания деда не пропали даром. Помимо Фёдора хорошо освоили этот вид оружия почти все.

С большим рвением и охотой приобретали новые навыки Ярослав и его друзья. Один Лукьян отлынивал, все занятия ему были в тягость. То он сказывался больным, то прятался куда-нибудь в уголок и оттуда молча наблюдал за товарищами.

Шло время. Люди Ярослава стали похожи на настоящих бойцов. Их плечи расправились, исчезла мелкая суетливость, а те у кого до этого были разбойничьи клички, стали забывать их, обращаясь друг к другу всё чаще по именам.

Пришла настоящая северная зима. Снег толстым одеялом накрыл землю. Крепчали морозы, день стал коротким. Ярослав начал подумывать о том, чтобы покинуть лесных жителей, но со дня на день откладывал это. Как-то утром на разминку пришёл Власий. Несколько минут он наблюдал за подтянувшимися, окрепшими мужчинами, а потом сказал:

- Гляжу, вы не зря потратили время. А сейчас у меня к вам есть одна просьба. Надо бы из леса мешок еловых шишек принести.

Власий протянул Ярославу пустой холщёвый мешок.

- Так это мы мигом, - отозвался тот.

- Но шишки эти надо собирать только в одном месте, - погладил свою седую бороду старец, а затем махнул рукой, как будто звал кого-то.

Из-за домов-сугробов вышел маленький щуплый старичок в полушубке и шапке вывернутых наизнанку, а также в коротких меховых сапожках, причём правый одет на левую ногу, а левый - на правую. Косматая нечёсаная борода и хитрые глаза, в которые никак не удавалось заглянуть, отличали его от остальных жителей леса.

- Это Антип, - пояснил Власий, - он сведёт вас куда надо. Только говорить с ним бесполезно.

- Он что, немой? – с жалостью посмотрел на нелепого старичка Алексей.

- Нет, молчаливый. Заговаривает редко, только тогда, когда сам этого хочет.

- Задание не сложное. К обеду мы тебе не один мешок шишек успеем набрать, - уверенно проговорил Ярослав и вместе с товарищами заспешил к лесу. Впереди шёл Антип. Он уводил отряд в глубину елового бора. Прошло больше часа.

- Дедок, а дедок! – не выдержал Корнил, - скоро ли до места дойдём?

Ничего не ответил Антип, только усмехнулся в бороду. Давно миновал полдень, когда он вдруг остановился, три раза хлопнул в ладоши и тут же исчез. Путники растеряно смотрели на то место, где ещё недавно стоял старичок.

- Куда это он делся? – испуганно проговорил Лукьян.

Ярославу почудилось, что кто-то потряс его за плечо. Он оглянулся. Сверху из-за деревьев на него смотрели светящиеся зелёные глаза великана, которого он уже встречал в непроходимом еловом бору. «Так вон оно что», - подумал Ярослав, но никому ничего не сказал. Вместо этого он вынул из-за пазухи мешок и принялся стучать обухом топора о ближайшее дерево, чтобы сбить шишки. Товарищи взялись ему помогать, и вскоре мешок был плотно набит и крепко перевязан.

- Давайте отдохнём немного и в дорогу. Провозились долго, теперь до темна вернуться всё равно не успеем, - предложил Алексей.

Тем временем с неба густо повалил снег. Поднялся ветер, который быстро усиливался. Началась метель, да такая, что ничего не было видно на расстоянии двух шагов. Ветер рвал одежду, сдувал шапки, валил с ног. Деревья сильно раскачивались и скрипели. Идти дальше не было никакой возможности.

- Сюда! Идите все сюда! – перекрикивая завывания вьюги, позвал Ярослав.

Он нашёл небольшое углубление, которое сверху было прикрыто ветками сваленного дерева. Под ними образовалось что-то вроде шалаша. Вскоре друзья, тесно прижавшись, разместились в укрытии.

- Все здесь? – отряхивая с шапки снег, спросил Ярослав.

- Кузьмы нет, - с тревогой в голосе ответил Фёдор.

- Будем искать, - меж бровей Ярослава появилась знакомая всем складка.

- Как мы его найдём? Ничего же не видно. Сами можем потеряться, - возразил Лукьян.

- Есть у кого верёвка или пояс, желательно подлиннее?

Вокруг послышалось кряхтение. Каждый с готовностью торопился распоясаться, но сделать это в тесноте было сложно. Ярослав связал верёвку. Она получилась короткой.

- Придётся одного привязать к этому дереву, чтобы не потерять наше укрытие, а остальным, выстроившись цепочкой, взяться за руки, - сказал Ярослав и прикрепил один конец верёвки к торчавшему суку. Затем он обвязал Корнила за пояс и выбрался наружу. Мощный порыв ветра чуть не свалил Ярослава с ног. Друзья крепко сжали ладони друг друга и растянулись цепью так далеко, как только могли. Белая пелена сплошной стеной стояла перед глазами. Снег залеплял глаза и рот.

- Кузьма! Кузьма! Ты где?! – звали они.

В ответ слышались лишь громкие завывания ветра и скрип деревьев.

- Кузьма! Ты где?! Отзовись! – выкрикивал снова и снова Ярослав.

Вдруг рука Фёдора, за которую он держался, дёрнулась и потянула его назад.

- Что? Что там?

Оказалось, что зацепившись за что-то под снегом, упал Лёнька и потащил всех за собой. Пытаясь встать, не отпуская рук товарищей, он разворошил вокруг себя кучу снега.

- Я вижу его! – Фёдор принялся копать сугроб там, где только что был Лёнька. Когда из-под снега показалась одежда, все бросились ему помогать. Кузьма не двигался, его глаза были закрыты. Волоком друзья подтащили его к своему убежищу и осторожно занесли внутрь.

Фёдор очистил лицо Кузьмы от налипших снежинок:

- Дышит, слабо, но дышит. Растирай его, ребята. Надо быстрее согреть нашего Кузю.

Товарищи дружно принялись тереть руки, щёки и ноги паренька. Ярослав скинул с себя полушубок и укутал его.

- Кузьма! Давай же, давай, очнись! – уговаривал Фёдор.

Ресницы парня задрожали, он шевельнулся и открыл глаза:

- Ох, где это мы?

- Молодец! Вот это по-нашему, - обрадовался Фёдор, - как тебя угораздило так нас напугать?

- Сам не понимаю. Кажется, я обо что-то ударился головой. А потом ничего не помню.

- Как себя чувствуешь? Голова сильно болит? Ноги, руки не отморозил?

- Вроде нет.

- Вот и славно.

Очередной порыв ветра прорвался сквозь щель и задул слабо мерцающую лучинку.

Друзья плотнее прижались друг к другу. Метель продолжалась до самого утра. Она стихла также внезапно, как и началась. Ярослав выбрался наружу. Ярко светило солнце, под лучами которого снег искрился и слепил глаза.

- Намело, так намело. Как назад пойдём, по пояс провалиться можно, - сказал Лукьян.

- Жрать охота! Со вчерашнего утра во рту маковой росинки не было, - слизывая с ладони снег, вздохнул Стёпка-Везунчик.

- Не будем терять время. Пошли назад, - Ярослав ногой разгребал рыхлый снег, пытаясь отыскать мешок с шишками.

Наконец, ему это удалось. Закинув заиндевевший мешок на плечо, проваливаясь по колено, он начал прокладывать обратную дорогу. Товарищи шли следом. Продвигался отряд медленно, часто останавливаясь, чтобы перевести дух. Выпавший снег стал неожиданным препятствием на его пути.

- Всё, не могу больше, давайте устроим привал, - выпалил Лёнька, когда они оказались на маленькой полянке.

- Тихо! – поднял вверх руку Фёдор.

Он замер и вдруг резко прыгнул в сторону, упал на живот и начал рыться в снегу руками. Оттуда выпорхнула не слишком большая птица и, взмахнув крыльями, взлетела к вершинам елей.

- Что, голубчик, попался, - Фёдор, довольно улыбаясь, держал в руках другую такую же птицу.

- Вот повезло, так повезло, - обрадовался Лукьян.

Вскоре на тщательно утоптанной площадке пылал костёр. В него с громким шипением капал жир с обжариваемого рябчика. Он был мал и полностью не мог утолить голод. Но идти стало значительно легче.

- Ярослав, ты правильно нас ведёшь? Когда уже к людям-то выйдем? – спросил Алексей через какое-то время.

- Да, вроде, всё как учили, стараюсь примечать, - остановился Ярослав.

- Надо хорошенько осмотреться, пока блудить не начали, - предложил Алексей.

Из-за деревьев послышался громкий рёв и показался огромный медведь. Он остановился в нескольких шагах от Ярослава. Маленькие глазки налились злобой. Медведь оскалил пасть и встал на задние лапы. Он был почти в два раза выше Ярослава.

- Стойте, где стоите, не двигайтесь.

Но никто и так не мог пошевелиться.

Пристально глядя зверю в глаза, Ярослав сделал шаг вперёд. Медведь снова громко зарычал и замахал передними лапами, показывая длинные острые когти.

- Тихо, тихо! Не шуми, - продолжая сверлить взглядом мохнатого противника, уверенно проговорил Ярослав, стараясь рукой нащупать нож.

Зверь продолжал стоять на месте.

- Давай разойдёмся по-хорошему. Зачем нам друг друга убивать, - продолжал уговаривать Ярослав.

Медведь оскалился, встал на четыре лапы и быстро скрылся в лесу.

- Ух! – вытер вспотевший лоб Ярослав.

- Ловко ты его! – не смог скрыть своего восхищения Алексей.

- Пошли быстрее отсюда, пока ему не вздумалось вернуться, - устало сказал Ярослав.

- Теперь я поведу, - Фёдор вышел вперёд и возглавил отряд.

Но поселения лесных людей всё не было, хотя и время, потраченное на дорогу, и местность говорили о его близости.

- Давайте я попробую вывести нас из леса, - решительно обошёл Фёдора Алексей.

- Смотрите! Вот же наши следы, а вот и кострище! Мы здесь рябчика жарили, - крикнул Стёпка-Везунчик, когда они вышли на поляну.

-Ничего не понимаю. Как такое может быть. Ведь правильно же идём, почему никак из леса не выберемся, - задумался Фёдор.

Солнце начинало клониться к закату. Голод и безнадёжность ввели всех в состояние ступора. Глядя на вечернее небо, Ярослав пытался найти выход. Сверху на него снова посмотрел огромный зеленобородый старик.

- Вот так завёл нас дед Антип. Сам, небось, сидит в тепле да чаёк с булками попивает, - пробурчал Лукьян.

- Это он специально, чтобы нас извести, - поддержал его Стёпка.

- Погодите, я, кажется, понял, кто с нами такие шутки вздумал шутить, - вмешался Ярослав, - это леший. Он только что мне показался. Смотрит и смеётся.

- Точно, как я сразу не догадался. Полушубок и шапка навыворот. Обувь наоборот одета. Они так любят делать, - хлопнул себя по лбу Алексей, - только зачем лесные люди нас с лешаком сюда отправили?

- Вот выберемся и всё узнаем. Сегодня здесь заночуем. А утром решим, что делать, - сказал Ярослав.

Вскоре друзья грелись у костра. Яркие звёзды мерцали над ними. У кого-то нашлась фляжка, наполовину наполненная водой. Кузьма положил в неё немного еловых почек и хвои, досыпал снега и разместил на горячих углях, чтобы растопить его.

- Как ты догадался, что нас леший кругами водит? Может, задобрить его, чтобы он нас отпустил. Лесорубы часто так делают, - сказал Алексей.

- Чем мы его задобрим, самим жрать нечего, - грустно проговорил Кузьма, посматривая на покрывшуюся снаружи крупными каплями воды, Фляжку.

- Не знаю, - задумался Алексей, - мы, когда с ребятами лес рубили, клали под дерево кусочек хлеба, чтобы он на нас не сердился. А иногда придём на работу, а белки и зайцы так и мечутся, чуть под топор не лезут. Сказывают, лешие любят в карты играть на зверьё мелкое. Вот эти зверушки потом к новому хозяину и кочуют.

Алексей встал и попытался взять с углей фляжку. Его сильно мучила жажда. Но та оказалась такой горячей, что выпала из обожжённой руки.

- Ой-ой-ой, - Алексей дул на покрасневшую ладонь.

Несколько больших волдырей появились на сгибе ладони.

- Ты в снег её сунь, полегчает, - посоветовал Корнил и палочкой аккуратно выгреб фляжку на подтаявшую ледяную корочку у костра. Через несколько минут, когда она остыла, друзья сделали по несколько глотков жидкости. Сегодня это был их ужин.

Установив дежурство, они уснули непродолжительным тревожным сном. Ночь выдалась спокойной и безветренной. На рассвете все вновь расселись вокруг костра, ожидая, когда растопится очередная порция снега. Несколько глотков воды освежали, сгоняли сонливость, дажеголод на какое-то время отступал.

- Я знаю, что надо делать! – с победоносным видом глядя на товарищей, проговорил Лукьян.

Он поманил их пальцем и, когда все склонили головы к нему, шёпотом рассказал свою задумку, которая пришлась им по душе.

Тут же они вытоптали ещё одну площадку рядом с костром. По её краям положили несколько обрубков старого дерева. Они должны были служить сиденьями, а посередине водрузили мешок с еловыми шишками так, чтобы его верхнюю часть использовать в качестве стола. Лукьян, Лёнька-Задира и Стёпка-Везунчик расселись вокруг него и принялись играть в карты. Все остальные стояли рядом, наблюдали, хлопали в ладоши и громко кричали, выплёскивая свои эмоции. Дружный смех, а то и ругань разносились по опушке. Никто не обратил внимания, когда из-за елей показался дед Антип и неслышно подошёл сзади. Он несколько раз кашлянул, чтобы его заметили, а потом сказал:

- Я тоже буду играть.

К тому времени Лёнька сидел без шапки и полушубка. Его вещи лежали рядом с Лукьяном.

- А что на кон поставишь? – посмотрел на Антипа тот.

- Могу белку или зайца. Если захотите, обоих сразу, - развёл руками старик.

Лукьян сделал вид, что обдумывает его предложение.

- Давай так. Играем до трёх побед. Если я выиграю три раза, то ты выведешь нас из леса.

- Согласен. А вы что мне можете предложить?

Ярослав вынул блестевший на солнце серебристый коготь Морозника и показал его Антипу. Тот хотел взять его в руки, но Ярослав не дал этого сделать.

- Если выиграешь, получишь, - проговорил он и спрятал вещицу в карман.

Началась игра. Друзья, затаив дыхание, следили за ней. Лукьян почёсывал затылок, Антип лукаво посматривал на него.

- Моя взяла! - наконец, потирая ладони, сказал Лукьян.

- Подожди, не радуйся раньше времени, - закряхтел Антип и несколько раз хлопнул в ладоши.

Состязание продолжилось. Из леса прилетела любопытная сорока. Она уселась на ель в двух шагах от игрового столика, не обращая никакого внимания на людей, и принялась громко стрекотать. В этот раз удача улыбнулась Антипу.

- Готовь свою штучку, скоро я её заберу, - взглянул на Ярослава своими хитрыми глазами он.

- Ну, это мы ещё посмотрим, - возразил кузнец.

Турнир продолжился. В следующий раз снова выиграл Антип. Друзья погрустнели, их настроение ухудшилось.

- Устроим небольшой перерыв, - предложил Лукьян, - надо размяться.

- Хорошо, - не стал возражать Антип.

Лукьян отошёл в сторону. Товарищи обступили его.

- Ну, что? Ничего не получится? – спросил Ярослав.

- Тут что-то не то. Не пойму как, но он знает все мои карты. Думайте, если сейчас не раскрыть его хитрость, то пропадём.

- Где ты там! Садись, хватит отдыхать, - потребовал Антип.

Соперники взяли карты и игра продолжилась. Лукьян старался тщательно ладонью прикрывать свои карты. Сорока перелетела на другое дерево, обрушив с ветки лежащий на ней снег.

«Так говоришь, лесные звери и птицы тебе подчиняются», - подумал Алексей и бросил в неё еловую шишку, тем самым прогнав сороку.

Улыбка с лица Антипа тут же исчезла. Он зло взглянул на Алексея, но ничего не сказал. Очередную партию выиграл Лукьян. Он потёр замёрзшие ладони друг о друга, готовясь к решающему раунду. Антип заёрзал, его глаза забегали. Старик снова хлопнул в ладоши, и сорока как по команде, села на ту же ветку. Но все уже поняли, что эта трещотка прилетает не случайно. Корнил тут же согнал её. Друзья примолкли. К концу игры напряжение нарастало. Антип кряхтел всё сильнее. Уголки губ Лукьяна опустились. Он часто бросал пронзительный взгляд на противника, который вдруг со злостью швырнул карты.

- Не везёт что-то мне сегодня, - вскочил он и забегал по опушке.

- Ничего, в следующий раз повезёт, - попытался успокоить его Ярослав, - ну, что, как договорились, веди нас в посёлок.

- Так и быть, идите за мной, - буркнул старик сердито.

Через полчаса путники вышли к домам-сугробам лесных жителей.

Власий шёл, улыбаясь, навстречу, как будто знал об их появлении:

- Доброго дня, ребятушки. Рад снова видеть вас.

- Не знаю уж, рад ты или нет. Хотел извести в лесу, да не вышло, не на тех напал, - накинулся на него Корнил.

- Вот твои шишки, принесли, - скинул с плеча мешок у ног старца Ярослав.

- Я рад тому, что вы с честью прошли все испытания. Не бросили друга в снегу на погибель. Не испугались медведя. А ты, Ярослав, доказал, что можешь подчинить себе зверя. И Антипа сумели перехитрить. Не всегда сила одерживает верх, иногда важнее смекалка. Идите, поешьте. Перепетуя с Лукерьей с утра хлопочут, вас дожидаются. Стол уже накрыли.

- Испытание, значит, нам устроили. Теперь можем дальше отправляться? – спросил Ярослав.

Власий не слышал его слов. Антип озабоченно нашёптывал ему что-то, иногда поглядывая на Ярослава. Лицо старца стало серьёзным:

- Откуда у тебя коготь Морозника? Кто тебе его дал?

- Никто не давал. Я сам отрубил его с туши. Пришлось потрудиться, чтобы справиться с тварью. А ты что же, знаешь, кто такой Морозник? – удивился Ярослав.

- Плохо дело. Если Морозники начали просыпаться, значит, нечисть силу набирает. Эти существа спят уже несколько сотен лет, никого не трогая и никому не мешая. Они, будто камни, лежат без движения, погрузившись в крепкий сон. Только почувствовав дрожь земли, создаваемую тёмными силами, когда те выходят в наш мир, Морозники начинают просыпаться. Надо торопиться, чтобы не дать тьме завладеть Альтанией, - с тревогой в голосе поведал Власий, пока они шли к дому-сугробу.

- Вот и я говорю, хватит отлёживаться в тепле на пирогах, пора дальше идти. Завтра же с утра и двинемся, - сказал Ярослав.

- Подожди. Прежде чем вы продолжите путь, тебе надо увидеться ещё кое с кем.

- Опять какое-то испытание что ли? – недовольно спросил Ярослав.

- Вовсе нет. Давай после об этом поговорим, а сейчас отдыхайте, - сказал Власий и удалился.

- Наконец-то вернулись. Садитесь кушать. Небось, голодные сильно, - встретила вернувшихся мужчин обрадованная Перепетуя.

Она суетилась у стола, расставляя миски и блюда с едой, которые Лукерья выкладывала из корзины. Друзья рассаживались по местам, ожидая, когда всё будет готово.

Кузьма утроился напротив девушки и не сводил с неё глаз. Лукерья взглянула на него, потупилась и на секунду замешкалась.

- Луша, ты, что там застыла. Шевелись, люди несколько дней ничего не ели, - прикрикнула на неё Перепетуя.

Лукерья вспыхнула, но тут же продолжила свою работу.

Алексей, у которого сильно болела обожжённая рука, то и дело дул на неё и тряс в воздухе. Заметив это, женщина спросила:

- Что там у тебя? Ну-ка дай, гляну.

Она осмотрела больную ладонь. Волдыри на ней полопались и кровоточили.

- Ай-яй-яй, - покачала головой Перепетуя, - надо Власия в известность поставить. А он уж Офимье скажет. Это знахарка наша. Она мигом тебя вылечит.

К тому времени на стол уже были выложены горы пирогов, жаркое, запечённая рыба, перед каждым стояла миска с грибным супом.

Убедившись, что корзины пусты, Перепетуя ещё раз озабоченно посмотрела на Алексея, и что-то бормоча, вместе с Лукерьей удалилась.

- После такого обеда и поспать бы можно, - поглощая пирожок с черникой сказал Лукьян.

- Угу, - промычал с набитым ртом, соглашаясь с ним Стёпка-Везунчик.

Но тут в жилище вошла старуха. При виде её у Ярослава перехватило дыхание, поперхнувшись, он закашлялся. Это была именно та старуха, которая передала ему кошель с бирюзовым порошком для меча на каторге.

- Показывай, что там у тебя с рукой, - обратилась знахарка к Алексею.

Как она догадалась, что больная рука у него, а не у кого-то другого, было ведомо только ей одной.

- Где это тебя угораздило так обжечься? – проговорила старуха и вынула из своего узелка маленький, плотно закрытый горшочек. Когда она сняла с него крышку, по помещению распространился не слишком приятный сильный запах. Старуха макнула сморщенный палец в содержимое горшочка и густо смазала ладонь Алексея похожей на дёготь мазью.

- Надо все твои болячки залечить, - сказала она и приподняла рукав так, чтобы стало видно клеймо.

Алексей вздрогнул и хотел отдёрнуть руку, но старуха крепко её держала. Она снова макнула палец в горшочек, и густой слой странной мази вскоре закрыл клеймо.

- Вот теперь всё. Будешь как новенький, - улыбнулась она, показав редкие жёлтые зубы.

Ярослав всё ещё не сводил взгляда со старухи и она, наконец, обратила на него внимание.

- Хочешь меня о чём-то спросить? Иди за мной, не будем мешать твоим друзьям отдыхать.

Ярослав пошёл за старухой. Фёдор и Корнил молча последовали за ними. Знахарка привела их в своё жилище, гораздо меньшее размером, чем те, которые уже видел Ярослав. Часть округлой стены сплошь была увешана пучками сухих трав. Другую её часть занимали многочисленные полочки с баночками, мешочками, коробочками и другими мелкими предметами. Посередине комнаты стоял большой стол со стульями.

- Садитесь, добрые молодцы, - пригласила старуха, а когда все расселись, продолжила, - меня зовут Офимья. Я – сестра твоего деда Эльпедифора. Знаю, о чём ты хочешь спросить. Да, это я принесла порошок для Меча Трёх Чудес.

- Как ты это сделала и зачем? – в нетерпении перебил её Ярослав.

- Я и твой дед принадлежим к тем немногим из рода могущественных волхвов, кровь которых течёт и в твоих жилах. Так что между нами существует родственная связь, которая позволила мне почувствовать, когда тебе понадобилась помощь.

Теперь самое важное. Слушай и не перебивай, - Офимья посмотрела в глаза Ярослава так, как будто заглянула в его мысли, а потом вновь заговорила, - тебе предстоит выполнить важную миссию. Ты должен справиться с Жутью. Иного быть не может. Для чего необходимы три вещи, без которых это сделать невозможно. Первое – это Мудрая книга, второе – Меч Трёх Чудес и третье – Луч Надежды.

Старуха смолкла.

- Ну, допустим, что такое Мудрая книга я знаю. Меч Трёх Чудес я выковал сам. А вот Луч Надежды… Ни разу о нём не слышал, - вслух размышлял Ярослав.

- Это самое простое. Он хранится в дупле старого одинокого дуба на берегу реки Шуши в нескольких часах ходьбы отсюда. Завтра с рассветом я сведу тебя к нему. Остальное добудешь сам, - Офимья устало откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.

Ярослав, Фёдор и Корнил, стараясь не тревожить её, вышли из домика и отправились спать.

Рано утром, как будто кто-то толкнул Ярослава в бок. Он открыл глаза. Корнил и Фёдор, которые с вечера намеревались идти вместе с ним к дубу, сладко спали. Ярослав не стал их будить, тихо оделся и вышел. У дома-сугроба его уже поджидала Офимья.

- Пойдём вдвоём? А где твои товарищи? – поинтересовалась старушка, закутанная в большую пуховую шаль.

- Не стал их будить. Разве сами не справимся?

- Пошли уже, делов-то, туда и назад, - заспешила к лесу Офимья.

Она шла довольно быстро. Серый рассвет позволял хорошо видеть дорогу. Да и ели в направлении, котором они теперь двигались, росли реже. Между ними оставалось достаточно места, чтобы можно было беспрепятственно обходить дерево за деревом.

- Почему ты не забрала этот Луч из дупла раньше? – следуя за старушкой, спросил Ярослав.

- Не могла. Его охраняет славный Мизгирь, который не отдал бы его мне.

- Мизгирь?

- Да. Он очень страшен на вид, но для нас совсем не опасен. Я думаю, ты сможешь с ним договориться.

Солнце уже встало над лесом, когда они вышли на берег Шуши. Толстый прочный лёд сковал реку. Ярослав и Офимья обогнули высокий, поросший лесом холм и ступили на сильно вдающийся в реку участок берега посредине которого стоял дуб. Ствол дерева был таким толстым, что и несколько человек, взявшись за руки, не смогли бы обхватить его, а ветви раскинулись так широко, что закрывали собой почти весь близлежащий берег. На ветках кое-где висели прошлогодние жёлуди.

- Вот и пришли, - остановилась Офимья, - в нашем суровом климате дубы не растут. А этот красавец стоит тут уже много сотен, а возможно, и тысяч лет.

- Вы кто такие? – услышал Ярослав похожий на тихое шуршание голос.

Он повернул голову и замер. Из-за дуба показалось чудовище в несколько раз больше Морозника. Огромный паук смотрел на него четырьмя глазами. Два чёрных блестящих круглых глаза располагались под двумя другими. Его лапы и туловище были покрыты коричневыми ворсинками, и от этого он казался лохматым.

- Мы – люди из рода мудрых волхвов, пришли к тебе, славный Мизгирь, за Лучом Надежды. Отдай его, и мы не будем тебя больше беспокоить, - сказала Офимья.

- Отдать Луч я должен мужчине, в котором течёт кровь волхвов, - ответил Мизгирь и повернул голову к Ярославу.

Сбоку стал виден ещё один такой же глаз.

- Я и есть тот мужчина и мне очень нужен Луч, - не растерялся Ярослав.

- Раз ты понимаешь мою речь, значит так и есть, ты принадлежишь к роду волхвов, и я могу отдать тебе Луч Надежды. С тех пор, как я взялся охранять его, прошло немало времени, за которое я не сомкнул глаз и теперь очень хочу спать. Наконец-то я смогу выспаться, - паук продвинулся вперёд.

Его толстые ворсистые передние лапы оказались совсем близко от Ярослава.

- Ну, так скорее отдай Луч мне, и сразу же освободишься от своей тяжёлой обязанности, - поторопил Ярослав.

- Нет. Сначала ты окажешь мне одну небольшую услугу. Чтобы хорошо выспаться и не замёрзнуть от зимней стужи, нужно свить кокон, а нить для этого у меня кончилась. Помоги мне, подай конец нити, которой обмотана вон та плакучая ива. Ведь под её тяжестью дерево так низко склонилось к замёрзшей воде, что вот-вот переломится.

Ярослав оглянулся. На краю берега, действительно, стояла сильно согнувшаяся ива. Но никакой нити он не увидел.

- Ничего на ней нет. Просто дерево и всё, - опешил Ярослав.

- И я ничего не вижу, - подтвердила Офимья.

- Ну, если ты не можешь мне помочь, тогда не получишь Луч, - сказал Мизгирь и попятился, собираясь скрыться за дубом.

- Подожди. Не уходи. Сейчас попробую что-нибудь придумать, - остановил его Ярослав.

Он подошёл к иве и потрогал её ветки. На ощупь найти нить не получилось. Затем он спустился и по льду обошёл дерево, внимательно осматривая его со всех сторон.

- Нить, нить. Где же нить, - бормотал Ярослав и вдруг, спохватившись, полез в карман, и вынул оттуда серый круглый камень размером с куриное яйцо, который ему когда-то на рынке отдал парнишка по имени Иван.

- Офимья, голубушка, не одолжишь ли ты мне свою шаль на пару минут, - обратился он к старушке.

Та с готовностью откликнулась на его просьбу. Ярослав накинул большую, словно покрывало, шаль на несколько веток ивы и, зачерпнув горсть снега, сам спрятался под ней. Слабое зелёное свечение, пробивающееся сквозь плотную пуховую ткань, заметила Офимья. Затем до неё донеслось довольное покряхтывание. Наконец показался Ярослав. Одной рукой он крепко держал невидимую нить, другой – взял шаль и вернул её хозяйке.

- Вот твоя нить, держи, - подошёл он к Мизгирю.

- Спасибо, теперь-то я не замёрзну, - паук сделал движение лапой, как будто намотал на неё что-то с руки Ярослава, а потом повернул голову в сторону дуба.

Сзади на макушке торчали ещё два глаза, которые тут же уставились на Ярослава. Мизгирь вытащил из дупла маленькую берестяную шкатулочку. Своей мохнатой лапой он протянул её к самому лицу Ярослава. Тот бережно взял шкатулку, открыл и заглянул внутрь. Маленький жёлто-оранжевый лучик лежал на донышке, выстланном сухой травой.

- Благодарю тебя, славный Мизгирь! – сказал он.

- Удачи тебе, один из рода могущественных волхвов, - ответил огромный паук и занялся своим коконом.

Офимья и Ярослав вернулись в лесную деревню к обеду.

- Ты почему нас не разбудил? Зачем себя зря опасности подвергаешь? – накинулись на него Фёдор и Корнил.

- Давайте не будем ссориться. Сегодня отдыхаем, а завтра выступим к Восточному княжеству. Здесь нам больше задерживаться нет нужды, - ответил Ярослав.

После сытного обеда он отправился к Власию и сообщил ему о своём решении. Старец не спорил. Порывшись на полке, он достал маленький овальный деревянный резной амулет на прочном шнурке и сказал:

- Если понадобится наша помощь, опустишь эту вещицу в воду, и я явлюсь к тебе.

Ярослав повесил подарок себе на шею, поблагодарил Власия и покинул его жилище.

Вечером Перепетуя принесла ужин. Она не улыбалась, а только вздыхала и иногда краешком платка вытирала повлажневшие глаза. Кузьма беспокойно ёрзал на стуле и поглядывал на вход.

Перепетуя посмотрела на него и сказала:

- Лукерья на морозе осталась. Не пошла со мной, погулять вздумала.

Кузьма вскочил, накинул полушубок и скрылся за дверью. Вернулся он, когда чай совсем остыл. Глаза паренька светились радостью. Ему не терпелось поделиться с кем-нибудь своим счастьем.

- Ну что? – спросил Ярослав.

- Будет ждать, - сияя, ответил Кузьма.

- Хороша девка. Был бы я помоложе, не видать бы тебе её как собственных ушей, - заулыбался Лукьян.

- Да полно тебе. Не завидуй. Глядишь, и у тебя жизнь ещё сложится, - остановил его Ярослав.

- Давайте спать ложиться. Когда ещё доведётся на таких постелях отдохнуть, - потянулся Алексей.

Настроение его было превосходным. После мази Офимьи зажила не только обожжённая рука, но и клеймо. Оно совсем исчезло, не осталось даже маленького шрама.

На следующее утро Перепетуя принесла завтрак. Скоро явился Гликерий. Он принёс две корзины снеди, которая была приготовлена в дорогу.

Позавтракав, Ярослав с друзьями вышли на улицу, где их ожидала оленья упряжка с санями. Рядом топтался Власий.

- Гликерий свезёт вас поближе к дороге, - сказал он.

- Так ведь в лесу не проехать, - удивился Ярослав.

- По реке можно. Она сейчас толстым льдом покрыта.

Перепетуя тоже вышла из дома. Простившись, друзья расселись в сани, и сильные животные легко понесли их вперёд. Гликерий умело управлял упряжкой, которая спустилась на ровную, слегка присыпанную снегом, ледяную поверхность реки, постепенно удаляясь от поселения жителей леса.

- Эх, так бы ехал и ехал, - развалился в санях Лукьян.

- Да, ехать гораздо лучше, чем пешком топать, - поддакнул Стёпка.

Когда река стала сужаться и резко повернула к югу, Гликерий направил оленей к пологому берегу. Лес здесь стал совсем редким. Густой еловый бор сменили белоствольные берёзы.

- Всё, приехали! – Гликерий тронул длинным шестом переднего оленя, и тот остановился.

Друзья нехотя слезли с саней. Впереди виднелась хорошо натоптанная дорога.

- Идите по ней до развилки. А там сами решите, куда вам надо. Верхнее ответвление приведёт в Мирополь – столицу Восточного княжества. А нижнее – в Южные земли, - объяснил Гликерий.

- Спасибо за то, что подвёз, без тебя мы бы и к вечеру сюда не вышли, - поблагодарил Ярослав.

- Да что уж там, - махнул Гликерий, - совсем прощаться не буду. Кто его знает, может, свидимся ещё.

Он запрыгнул в сани и тронулся в обратный путь.

Отряд Ярослава вышел на дорогу, которая скоро привела их к развилке.

- Я иду в Восточное княжество, в Ключи к матери Алексея, - объявил Ярослав, - каждый из вас выбирает себе путь сам.

- Куда уж мы теперь без тебя. Если за кузнецом шли, то за княжичем тем более пойдём, - сказал Лукьян.

- Дорогу! Дорогу! Расступись! – вдруг услышали они сзади и поспешили на обочину.

Три конных солдата, вооружённых копьями, проскакали мимо. Следом ехала повозка, запряжённая тройкой резвых лошадей. В санях с высокими бортами сидел человек, укутанный в меха. Сзади повозку сопровождали ещё два солдата.

Когда сани поравнялись с Ярославом, лицо человека в них, показалось ему знакомым.

- Хватайте их! Хватайте! Это беглые каторжники! – закричал он, и Ярослав узнал Пантелеймона Михеевича, начальника серебряного рудника.

- Сделаем вид, что сдаёмся, а когда они спешатся и подойдут, по моей команде скрутим, - сказал товарищам Ярослав и первым поднял руки.

- Вяжи их плётками! – скомандовал офицер подчинённым, которые отвели лошадей в сторону и там же сложили копья.

Солдаты видели, что беглые не собираются им сопротивляться и, расслабившись, направились к ним, на ходу вытаскивая из-за поясов плётки.

Ярослав выжидал. Офицер всё ещё оставался в седле, и ему это очень не нравилось. Возница и двое солдат продолжали сидеть в санях.

Пантелеймон Михеевич вскочил и, смешно путаясь в длинной волчьей шубе, полез из повозки. Офицер спешился и поспешил ему на помощь.

Солдаты тем временем уже подошли близко, покрикивая:

- Руки, руки за спину, отребье!

- Крути их! – крикнул Ярослав и бросился вперёд. В два прыжка он оказался рядом с офицером и свалил его в снег. Возница и двое солдат из саней пустились наутёк по дороге.

В считаные секунды все солдаты и офицер лежали связанные, уткнувшись лицами в снег.

Пантелеймон Михеевич застыл на месте, хлопая глазами и трясясь от страха.

- Где ты тут каторжан увидел, ну-ка покажи, - подошёл к нему Ярослав.

- Я-я-я-я, не-не-не-не! – пытался что-то произнести начальник рудника.

- Это кто такой? – спросил Корнил.

- Так, один знакомый. Можно сказать, был, - Ярослав вынул нож.

Увидев его, Пантелеймон Михеевич побледнел.

- Ещё раз спрашиваю. О каких каторжанах ты говорил? – поигрывая ножом, снова спросил Ярослав.

- По-по-по б-б-бумагам вы числитесь, - промямлил Пантелеймон Михеевич.

- Так надо сделать, чтобы этих бумаг не стало.

- П-п-понял. Всё сделаю.

- Смотри, обманешь, я тебя хоть где достану.

- Нет, нет, не обману, - затряс головой начальник рудника.

- Ну, не знаю, верить тебе или нет. Слово ты своё не держишь. Что меч-то мой, понравился Виссариону?

- Очень понравился. Доволен остался.

- А где этого господина можно найти?

- Не знаю. Приехал, меч забрал, и больше я его не видел.

- Ох, что-то сомневаюсь. Не стоит тебя отпускать, - Ярослав провёл лезвием ножа по высокому вороту тёплой шубы Пантелеймона Михеевича. У того на глазах выступили слёзы:

- Говорил, что зиму не переносит. В Южное княжество собирался. В Помпилов-Град, кажется.

- Ладно, так уж и быть, в этот раз отпущу. Но если бумаги не уничтожишь…, - Ярослав снова провёл лезвием у самого лица Пантелеймона Михеевича.

Тот зажмурился. От ужаса он чуть не потерял сознание, еле удержавшись на ногах.

- Некогда мне тут с тобой. Сделаешь, как обещал, будешь жить ещё долго, а нет, из-под земли достану.

Ярослав спрятал нож. Его товарищи тем временем расселись на коней по двое.

- Заберёте своих лошадей на ближайшем постоялом дворе! – крикнул Ярослав, запрыгивая на офицерского жеребца.

К вечеру они прискакали в придорожное селение, где поужинали и провели ночь. Деньги, полученные за Морозника, теперь очень пригодились. Друзья могли позволить себе хороший, тёплый ночлег и горячий ужин. Утром они отправились дальше пешком. Корм для лошадей стоил дорого, и тратиться на него было неразумно, поэтому брать их с собой не стали.

- Далеко ещё до Ключей? – спросил Корнил.

- Думаю, несколько дней понадобится, - отозвался Ярослав.

- Я бы тоже родных проведал. Как там дедусь, жив ли ещё, - вздохнул Кузьма.

- Проведаешь, обязательно проведаешь, когда время придёт, - ответил ему Ярослав, - думаешь, я за своих не беспокоюсь. А в Ключи мы идём только потому, что там я Мудрую книгу оставил.

- Помню я эти Ключи, ещё с тех пор, как нас с колодками на ногах по ним гнали. Если Пантелеймон нас узнал, не попадёмся ли там? – забеспокоился Лукьян.

- Не каркай, а то так и случится, - недовольно посмотрел на него Фёдор.

Зато Алексей всю дорогу был взволнован и чрезмерно возбуждён, предвкушая встречу с близкими, которых не видел несколько лет.

- Вон они, Ключи, - сказал Ярослав на третий день пути, когда дорога вывела на высокий холм, с которого хорошо был виден посёлок, окружённый берёзовым лесом, зимой, без листвы казавшийся голым и унылым.

- Вечереет уже. Сегодня туда идти опасно. Надо где-нибудь на окраине заночевать, - предложил Фёдор.

- Здесь поблизости трактир есть. «Белая гусыня» называется. В лесу стоит, поэтому не виден. Все путники, которые мимо едут, обычно в нём останавливаются, - сказал Алексей.

- Вот и ладненько. Там и заночуем. Веди, - согласился Ярослав.

Бревенчатое старое двухэтажное здание с изображением гусыни над входной дверью, а также конюшню и несколько хозяйственных построек, скрытых от дороги лесом, двигаясь по указателю, вскоре обнаружили друзья. Они вошли внутрь здания и оказались в большой комнате, заставленной столами. Старая деревянная лестница вела на второй этаж. Из-за стойки исподлобья посматривал крупный мужчина. Ярослав сразу направился к нему и быстро договорился о ночлеге и ужине.

Посетителей было мало, и друзья выбрали два свободных стола в глубине комнаты.

- А можно я прямо сейчас в Ключи пойду, - спросил Алексей, когда с ужином было покончено.

- Не стоит. Если в нескольких шагах от дома с тобой что-нибудь случится, что тогда? Давай дождёмся утра, - укладываясь на расстеленном на полу полушубке, ответил Ярослав.

Алексей горестно вздохнул, но возражать не стал.

Утром следующего дня, после завтрака друзья засобирались в Ключи. Ярослав остановил их:

- Пойдём только мы с Алексеем, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Вы здесь нас дождётесь, к вечеру вернёмся.

- Вдвоём не опасно, что ли? Возьмите хотя бы меня или Фёдора ещё, - забеспокоился Корнил.

- Думаю, мы с Алексеем справимся. Фёдор останется за главного. Слушаться его всем беспрекословно. А ты, Корнил, будешь его помощником, - Ярослав был твёрд в своём решении. Он надел полушубок и уже из двери добавил:

- Если что, раньше завтрашнего утра нас искать не начинайте.

Посёлок ещё не проснулся, когда Ярослав и Алексей вошли в него. Он был погружен в зимнюю ленивую дремоту. Не слышно было даже собачьего лая. Прохожие попадались редко. Они не обращали никакого внимания на двух бодро шагающих мужчин.

- Эх, и гостинца никакого нет, с пустыми руками придётся идти, - с досадой в голосе проговорил Алексей, остановившись у небольшого аккуратного домика, из трубы которого шёл дым.

- Твоё возвращение – это лучший подарок для них. Не робей, пошли, - Ярослав по натоптанной на снегу тропинке направился к дому и громко постучал в дверь.

- Кто там? – послышался из-за неё женский голос.

- Открывай, хозяюшка, свои.

Дверь распахнулась. На пороге стояла Устинья. Она с любопытством посмотрела на Ярослава. Что-то знакомое увидела женщина в лице этого человека, но вспомнить его никак не могла.

- Не припомню, кто ты? – глядя васильковыми глазами, растерянно произнесла она.

- Я тебе как-то одну вещицу на хранение отдал, - Ярослав снял шапку.

- Так это ты? Вернулся, - руки Устиньи опустились, словно плети. Глаза наполнились слезами.

- Я, да не один. Твою просьбу выполнил, - Ярослав отодвинулся в сторону.

Устинья увидела Алексея, громко охнула и бросилась ему на шею.

- Ну, что ты, что ты, не плачь. Всё хорошо, - бережно обнял её Алексей.

- Да что это я вас на пороге держу. Заходите скорее, - спохватилась женщина, - вот так праздник у нас сегодня. Сыночек вернулся.

Ярослав вслед за Устиньей и Алексеем вошёл из сеней в горницу, где топилась большая печь. На столе подходили готовые к выпечке хлеба.

- Мила! Иди скорее! Посмотри, кто пришёл! – позвала Устинья.

Из другой половины выпорхнула лёгкая, стройная девушка с такими же васильковыми, как у матери, глазами. Увидев Алексея, она всплеснула руками и принялась обнимать и целовать его в обе щеки.

- Милана! Сестричка! Ещё больше похорошела, ещё краше стала, - не мог насмотреться на любимицу-сестру тот.

На лавке у печи сидели мальчик и девочка лет десяти. Они молча наблюдали за бурной сценой.

- Алёша, поздоровайся с Машей и Митей. Они теперь с нами живут, - убирая со стола хлеба сказала мать.

Алексей посмотрел на ребятишек, робко жавшихся друг к другу, которых заметил только теперь.

Тем временем Ярослав снял полушубок и устроился на скамейке рядом с детьми.

- Милана! Неси самовар, будем наших молодцев кормить, - а потом уж разговоры начнём говорить, - засуетилась женщина.

Когда каша, сдобренная маслом, была съедена и запита ароматным чаем с листом чёрной смородины и шиповником, Устинья, ласково глядя на сына спросила:

- Надеюсь, насовсем ты вернулся, Алёша?

- Пока нет. Кой-какие дела надо доделать, - глядя в пол ответил Алексей.

- Ну, хоть недельку-то погостишь?

- Не могу. К вечеру мы с Ярославом должны уйти. И вообще, если бы не он, так и сгнил бы я на каторге.

- Благодарю тебя от всего сердца, добрый человек, за сына моего. Я теперь до самой смерти тебе обязанной буду. А мешок твой целёхонек лежит. Сейчас принесу, - сказала женщина и вышла в сени.

Ярослав почти ничего не слышал и не видел вокруг себя. Он не мог отвести глаз от Миланы, которая убирала пустую посуду со стола. Статная, с гордо посаженной головой, она, словно лебедь, плавно передвигалась по избе. Никогда не испытывал Ярослав ничего подобного, и справиться со своими чувствами у него не получалось.

Вернулась Устинья с тяжёлым мешком в руках. Ярослав вынул Мудрую книгу, попытался её открыть, но с первого раза ему это не удалось. Он сунул книгу обратно в мешок, решив, что займётся этим позже.

Устинья продолжала расспрашивать Алексея, иногда, не удержавшись, гладила его по голове и часто вздыхала.

- Давно Маша и Митя с вами живут? – поинтересовался Алексей.

- Соседка, их мать, ещё осенью…, - замялась Устинья, глядя на детей, - вот я их к себе и взяла. Куда же им, сиротам деться…Хорошие они, по хозяйству помогают. Милана Машу учит лён прясть. Митя дрова рубит, не сильно толстые, на которые силёнок хватает. Так и живём.

- Давай-ка, хозяйка и я помогу тебе, дров нарублю. Что без дела-то сидеть, - предложил Ярослав, который не знал, как избавиться от своей неловкости, - Дмитрий, показывай, где топор у вас лежит.

- Сами бы справились. Что ж вы с дороги и в работу, - возразила Устинья.

Но Ярослав не слушал её. Вместе с мальчиком они вышли во двор. Вскоре к ним присоединился Алексей. Мужчины быстро нарубили гору дров, починили покосившуюся входную дверь и крыльцо, натаскали воды. Время летело незаметно.

- Алексей, нам пора, - наконец сказал Ярослав.

Поужинав, они собрались идти в трактир.

Устинья снова залилась слезами. Алексей вынул все оставшиеся у него монеты и положил на стол. Ярослав добавил горсть своих денег, после чего получилась внушительная горка.

- Ну, что вы, не надо, - смутилась Устинья.

- Пригодятся. Детишек надо чем-то кормить, - сказал Ярослав и вышел, чтобы не мешать прощанию Алексея с родными.

После того, как Ярослав и Алексей ушли в Ключи за Мудрой книгой, их товарищи сидели в комнате для ночлега и скучали. Лукьян хотел затеять игру в карты, но Фёдор не разрешил, понимая, что его соперники быстро останутся без единой монеты.

- Пойдёмте во двор, разомнёмся. Новый приём борьбы покажу, - предложил, чувствовавший ответственность за друзей в отсутствие Ярослава, Фёдор.

Вскоре они вышли на залитое солнечным светом, очищенное от снега крыльцо.

- У всех на виду, что ли бороться будем? – глядя на двух здоровяков снующих по двору, между хозяйственных построек спросил Стёпка.

- Обойдём здание. С тылу никого нет, а снег тоже хорошо вычищен. Наверное, они туда навоз из конюшни убирают, - заметил Корнил.

Друзья вразвалку зашагали вслед за ним. Погода была прекрасной. Ясно, солнечно, не слишком морозно и тихо. Они обогнули дом, вокруг которого, чуть поодаль, стояли грустные берёзы и кусты можжевельника, накрытые шапками снега.

- Корнил, иди сюда. А вы смотрите, как я его уложу, - выбрав удобное место, встал в стойку Фёдор.

- Сынки! Будьте добреньки, помогите! – вдруг позвал кто-то сзади.

Фёдор оглянулся. В нескольких шагах стоял ничем не приметный мужик с жидкой бородёнкой. Он не был стариком.

- Какие ж мы тебе сынки, - возмутился Корнил, - ты нам в отцы не годишься, слишком молод для этого.

- Ну, извиняйте, если обидел, - замялся человек.

- Что у тебя стряслось? – пошёл ему навстречу Фёдор.

- Да тут рядом заброшенный колодец есть. Я случайно туда свою торбу уронил. А ведь она – самое ценное, что у меня есть. Надо бы в колодец спуститься и достать её.

- Веди. Посмотрим, можно ли туда залезть, - сказал Фёдор незнакомцу, который топтался на месте и мял в руках потёртую шапчонку.

- Опять спасать будем? Ты как Ярослав. Смотри, мутный это человечек, не заведёт ли куда? – тихо проговорил Лукьян.

- А ты для чего. Наблюдай за тем, что вокруг происходит. Если что-то не то заметишь, дашь знать, надо же выяснить, что он замышляет, - так же тихо ответил Фёдор.

- Вот колодец. Сам не знаю, зачем я в него заглянул. Воды здесь давно уже нет. Вот ведь голова садовая, - распинался мужчина.

- А что ж ты сам за торбой своей не полез? – наседал Корнил.

- Так я это… Стар уже…

- Гляжу цепь здесь хоть и старая, но крепкая, любого человека выдержит. Есть желающие спуститься вниз? – Фёдор посмотрел на товарищей.

- Давай я спущусь, - отозвался Кузьма, - только там темнота и посветить нечем.

- Так у меня свеча есть, - сказал незнакомец, и в его руке появилась зажжённая свеча на подставке.

- Ловко, - удивился Лукьян, - где это ты её взял?

Человек ничего не ответил. Он передал свечу Кузьме, который поднялся на старый, покосившийся сруб колодца, крепко обхватил цепь ногами и одной рукой. В другой - он бережно держал подставку с весело пляшущим огоньком.

- Держись крепко, - сказал Корнил и медленно начал опускать цепь, поворачивая ручку валика колодца.

- Хорош! Я внизу! – через какое-то время донёсся глухой голос Кузьмы.

Корнил ждал команду, чтобы поднять его наверх, но Кузьма не давал о себе знать. Товарищи обступили сруб и с беспокойством заглядывали в чёрную бездну.

- Кузьма! Ты что там делаешь? – выкрикнул Лукьян. В его глазах читался испуг.

- Ну, если с Кузей что случится, я тебе…, - оглянулся Лукьян к незнакомцу, но тот исчез.

В этот момент цепь дёрнулась и Кузьма скомандовал:

- Тяни!

Друзья вздохнули с облегчением.

- Там не колодец, - оказавшись наверху, возбуждённо заговорил он.

- А что?

- Большая каменная палата, а в ней чего только нет, - глаза Кузьмы блестели.

- Золото, драгоценности? – перебил его Лукьян.

- Какое золото, лучше. Стоят десять деревянных болванов, на них доспехи отличные одеты и оружие аккуратно сложено. Я, конечно, хорошо рассмотреть не успел, но…

- Интересно, чьи это доспехи, нам бы они как раз пригодились, - высказался Фёдор.

- Да что тут думать. Надо брать. Их ведь продать можно, - нетерпеливо засуетился Лукьян.

- Давай-ка ещё раз с тобой спустимся, покажешь, - решил Фёдор.

Корнил по очереди опустил в горловину колодца его и Кузьму.

При слабом освещении свечи рассмотреть что-либо было трудно.

- Для начала обследуем помещение, нет ли где факелов, - предложил Фёдор.

И действительно, к каждой стене было прикреплено по факелу, которые от прикосновения огонька свечи тут же вспыхивали.

- Ого! – не смог скрыть своего удивления, осматривая большую каменную залу Фёдор.

- Смотри, я надпись нашёл! – позвал его Кузьма.

На одной из каменных серых стен было выбито:

Незнакомец, нашедший этот тайник, разрешаю тебе взять всё, что пожелаешь. Взамен ты должен будешь оказать мне одну услугу…

МАСТЕР.

Буква «М» в слове «МАСТЕР» была выбита в виде клейма, которое представляло собой два меча по бокам и кольчугу посередине. Под надписью на подставке лежал маленький, размером с половину мизинца, серебряный ключ. Кузьма взял и повертел его в руках:

- Интересно, отчего он.

- Надо поискать, - сказал Фёдор, и они тщательно осмотрели стены.

Ничего похожего на замочную скважину отыскать не удалось.

- Так мы до ночи здесь возиться будем. Давай оставим это на потом, а сейчас займёмся доспехами, - Фёдору не терпелось, ведь надетые на деревянные манекены, те блестели при свете факелов, будто новые.

Он осторожно снял с одного из болванов куполообразный шлем, отделанный серебром, с прикреплённой к нему бармицей, которая защищала шею. Затем, расстегнув ремни, вместе с Кузьмой, они стащили покрытое позолотой зерцало и кольчугу. Под ней оказался кафтан, утеплённый мехом, под ним обнаружилась рубаха и штаны. Снизу стояли кожаные сапоги. Все вещи сохранились так хорошо, как будто только вчера их кто-то развесил здесь заботливой рукой.

- Будем брать всё, раз хозяин разрешает. Что мы, не окажем ему, если попросит, услугу, что ли? – распорядился Фёдор.

Они постепенно раздевали болванов и, закрепив доспехи к цепи, подавали их товарищам.

- Но зачем нам десять комплектов, нас же девять? – спросил Кузьма, когда Фёдор снял последний шлем.

- Пригодятся, - деловито продолжая свою работу, бросил тот.

После того, как все доспехи были вытащены, Фёдор и Кузьма принялись разбирать оружие.

Они выбрали несколько копий, два меча, два лука, две палицы, а также десять прочных щитов.

Наконец, найденное богатство, перенесённое в комнату трактира, лежало, занимая собой почти всё пространство. Друзья с интересом осматривали доспехи и оружие.

- Искусная работа. Никогда не видел ничего подобного, - поделился Фёдор.

- Да-а-а-а, цена им немалая, - прищурился, что-то высчитывая в уме Лукьян.

- Ты это брось. Такие вещи нам самим пригодятся, - накинулся на него Корнил.

- Смотрите, на каждом изделии клеймо. Буква «М», такая же, как в слове «МАСТЕР», в тайнике, - прервал их Кузьма.

В этот момент дверь открылась, и вошли Ярослав с Алексеем.

- Это что такое?! Откуда у вас такое добро?! – увидев доспехи, встревожился Ярослав.

- Нашли, - ответил Кузьма.

- Как нашли, где нашли?

- Да успокойся ты, сейчас всё расскажу, - осадил Ярослава Фёдор и поведал о незнакомце и колодце.

Потом они все вместе ещё долго рассматривали и примеряли доспехи. Каждый выбрал себе, наиболее подходящие по размеру обновки.

- А вы-то как сходили? Забрали книгу? – спохватился Корнил.

- Порядок. У нас она, - Ярослав вынул книгу из мешка.

- Так вот, значит, что у Фёдора было. Я сразу узнал мешок, как только вы вошли. Зачем такую тяжесть на каторгу тащить, мучиться, ведь она никому не нужна. А я-то думал…, - разочарованно проговорил Лукьян.

- У тебя только деньги да золото на уме, - пробурчал Корнил.

- Открывай скорее свою книгу. Интересно, что в ней написано такого необычного, - поторопил Алексей.

- В том то и дело. Сколько ни пытаюсь, открыть её не могу. Тут замочек серебряный, необычный…, - Ярослав осторожно ощупал застёжку, повертел книгу, несколько раз бережно нажал сверху, но понять, как она открывается, никак не мог.

- Ну-ка, ну-ка, покажи, - Фёдор наклонился, внимательно осмотрел замочек и, заметив в нём маленькое отверстие, обратился к Кузьме:

- Дай-ка ключ, который мы сегодня нашли.

Когда ключ оказался в его руках, он аккуратно вставил его в отверстие и повернул. Раздался тихий щелчок. Книга распахнулась. Ключ в руках Фёдора в ту же секунду превратился в горстку обычной серой пыли.

- Ах, - возглас удивления разнёсся по комнате.

- СЛОВО О МАСТЕРЕ, - прочитал Ярослав надпись, сделанную затейливыми буквами, и смолк.

- Ну, что там? Читай дальше, - поторопил его Лукьян.

- Давно это было, - продолжил Ярослав, - когда не родились ещё

деды наших дедов, а может, и раньше.

Пришло в наши земли страшное воинство.

Воины с горящими глазами в чёрных одеждах,

На чёрных конях, из ноздрей которых

Валил огненный пар, сеяли вокруг смерть,

Сметали всё на своём пути, испуская смрад и зловоние.

Небо закрылось тёмными тучами.

Слёзы и горе селились там, где побывало жестокое войско.

Злобными огненными псами прозвал их народ.

Но не ведали чёрные воины, что как только ступили они

На земли Альтании, из-за дремучих лесов появился Великий МАСТЕР.

Пришёл он в маленькую деревню, состоящую из трёх покосившихся домов, и сказал:

«Настала и мне пора взяться за работу.

Но пока я буду ковать доспехи и оружие,

Ты, Иван, крестьянский сын, садись на коня и во весь опор скачи в пустыню Каменную.

Там найдёшь источник с живой водой.

Привези её мне. А на обратном пути собери дружину из ста человек».

После этих слов принялся МАСТЕР за дело.

Десять дней и ночей не спал он, без устали трудился,

Пока не были готовы доспехи и оружие для сотни воинов.

Как только стих последний удар молота, вернулся Иван с живой водой

И отрядом храбрых ратников.

Окропил живой водой доспехи и оружие МАСТЕР и отдал их молодцам со словами:

«Защитите родную землю от жестокого врага,

Не дайте погубить ему весь наш народ.

А помогут вам в этом мои доспехи,

Которые от живой воды стали неуязвимы для злодейских чар».

Не на жизнь, а на смерть билась дружина с чёрным несметным воинством,

Пока не прогнала его со своих земель.

Вновь взошло ясное солнце, осветив сожжённые деревни и города,

Заброшенные поля и поникшие леса.

Живительный дождь вылился на землю, и она начала пробуждаться.

Прискакали ратники к МАСТЕРУ, чтобы отблагодарить его,

За славные доспехи и меткое оружие,

Но он уже покинул деревню и скрылся в дремучем лесу,

Оставив после себя наказ – спрятать доспехи в тайниках так,

Чтобы при необходимости, они были под рукой.

Но, чтобы вновь стали они неуязвимыми, надо набрать живой воды в Каменной пустыне и снова окропить их».

Как только Ярослав дочитал до конца, книга захлопнулась, и замочек закрылся, а друзья продолжали сидеть молча, оставаясь под впечатлением «СЛОВА …».

- Ну вот, - сбросив с себя оцепенение, наконец, проговорил он, - а как же мы её в следующий раз откроем.

- Это Фёдор, растяпа, ключик сломал, - тут же высказался Лукьян.

- Значит, есть ещё такой ключ, только надо его найти, - отозвался Фёдор, - и за живой водой придётся идти. Доспехи-то мы нашли не простые.

- Давайте спать, поздно уже. Утром решим, что дальше делать. Где Каменную пустыню искать кто-нибудь знает? – Ярослав посмотрел на товарищей.

Те молчали. Вид у них был довольно уставший, да и не удивительно, время близилось к полуночи.

Расстелив полушубки, все улеглись и сразу уснули. Лишь к Ярославу сон не шёл. Как только он закрывал глаза, видел перед собой Милану, её васильковые глаза и улыбку. Сделав над собой усилие, он избавлялся от её образа, но приходили мысли о доспехах и о прочитанном, в Мудрой книге. Ярослав вертелся с боку на бок, когда до него донёсся слабый сдавленный крик:

- На помощь! Помо…,

Он тут же встал и вышел в коридор. При тусклом лунном свете, падающем из окна, было видно, что дверь одной из соседних комнат приоткрыта. Оттуда послышалась какая-то возня, и Ярослав, не раздумывая, вошёл.

На столе стояла свеча. Над одной из кроватей склонился мужчина. Он пытался подушкой придушить отчаянно сопротивляющегося человека. Ни тот ни другой не заметили Ярослава, который подкрался, и уложил душившего мужчину на пол. Это был крепыш из-за стойки, разместивший отряд Ярослава на ночлег в трактире. Бедняга, лежавший на кровати, отбросил подушку и жадно хватал ртом воздух. Когда он немного пришёл в себя, то сел и всё ещё тяжело дыша, сказал:

- Ничего не понимаю. Зачем он накинулся на меня. Ведь это же один из трёх братьев, владельцев трактира. А я - обычный постоялец. Если бы не ты…

- Может, вы поссорились вечером, и он затаил обиду, - предположил Ярослав.

- Нет. Мы приехали поздно, очень устали и сразу отправились спать. Я и два моих помощника разместились в комнате, - рассказал спасённый, - а трое других остались караулить обоз. Я – купец, и теперь возвращаюсь домой с товаром.

- Что же твои помощники? Он успел задушить их? – посмотрелна две кровати напротив Ярослав.

Но люди, лежащие на них, были живы. Они крепко спали, сладко посапывая.

- А-а-а-а, вспомнил. Вечером этот детина принёс нам три чарки медовухи и закуску. Сказал, мол, от заведения угощение. Мои парни выпили, а я не стал.

- Теперь понятно. Он хотел вас усыпить, чтобы, когда начнёт душить, никто не сопротивлялся и не поднял тревогу, - Ярослав потряс одного из спящих, но тот никак не отреагировал.

- А что же с обозом… Это всё из-за него, - вдруг вскочил купец и бросился к двери.

- Подожди. Там опасно. Ты говоришь, ещё два брата есть, - предостерёг Ярослав. Тем временем он крепко связал руки и ноги лежащего на полу злоумышленника простынью и поспешил во двор за купцом.

Большая круглая луна ярко освещала конюшню и четыре повозки, из которых состоял обоз.

- Игнашка! Игнашка! – позвал купец.

Никто не отзывался. Не видно было ни одного человека. Вдруг из-за угла дома показались братья-здоровяки. Они о чём-то тихо переговаривались между собой. Подойдя к обозу, оба злодея принялись распаковывать уложенный товар. Возмущённый купец хотел что-то крикнуть, но Ярослав приложил палец к губам. Он крадучись двинулся к обозу. Здоровяки увлеклись своим делом, и совсем не ожидали его появления. Скоро они лежали на снегу, получив по удару по голове крепким кулаком Ярослава.

- А где же мои парни? – растерянно моргал глазами купец.

- Смотри, вон капельки крови на снегу, пойдём туда, - заметил Ярослав тонкую кровавую дорожку, ведущую за угол дома, откуда вышли злодеи.

Она привела к двери в дом с другой стороны. Оказалось, что это кочегарка с большой печью посередине и поленницей дров у стены. В печи гудел огонь.

- Неужели они…, - купец побледнел.

- Да, выходит, сожгли. Тебя ждала та же участь, - сказал Ярослав.

- Что же теперь делать? Что я их родным скажу? А товар как до дома довезти? Ведь нас всего трое осталось…

- Дом-то, где твой? Далеко ещё? – поинтересовался Ярослав.

- Не близко. В Циарлинте. Слышал о таком? Это столица Южного княжества.

- Так и мы туда направляемся. В смысле в Южное княжество, в Помпилов-Град.

Ярослав и купец вышли из душного помещения и принялись складывать товар, вытащенный злодеями, на место. Те, перемотанные верёвками, будто два куля, продолжали лежать на снегу, но всё ещё не пришли в себя.

Услышав слова Ярослава, его новый знакомый обрадовался.

- Эти два города очень близко друг от друга расположены! Мы же вместе можем продолжить путь! Больше того, если ты возьмёшься охранять обоз, я хорошо заплачу, - начал уговаривать он.

- Как зовут-то тебя? – спросил Ярослав.

Только теперь он обратил внимание на человека, с которым провёл последний час. Это был уже немолодой, невысокий, довольно упитанный, с волосами тронутыми сединой и небольшой бородкой мужчина.

- Наум, - ответил он, - ну, так что скажешь?

- Мне необходимо с друзьями посоветоваться. Утром ответ дам. А сейчас надо с этими бандитами что-то решать, не оставлять же их без присмотра на улице.

- Ясно что, их в Ключи придётся отвезти и сдать куда полагается. Пускай разбираются, - сказал Наум.

- Я с властями никаких дел иметь не хочу. Вези ты. Про мою помощь никому не рассказывай. Скажешь, что вы сами их скрутили, - попросил Ярослав.

Они уже закончили укладывать товар и направились к дому.

- Понял. Можешь не беспокоиться. Тебя впутывать не стану, - заверил купец.

- Ну, тогда буди своих помощников, а я – спать. Свезёте злодеев в Ключи, продолжим разговор, - Ярослав зевнул и скрылся в дверях своей комнаты.

Странно, но после этого приключения он сразу уснул, да так крепко, что не слышал, как утром пробудились его товарищи. Они не стали тревожить Ярослава, а спустились на первый этаж, надеясь позавтракать. В нижней комнате оказалось довольно холодно, за стойкой никого не было и не пахло яичницей и свежезаваренным какао. Удивлённые друзья, как и несколько других постояльцев, топтались на месте, но хозяева не появлялись.

Тогда Алексей с Корнилом решили выйти во двор, чтобы разыскать их, а остальные, громко возмущаясь, вернулись в комнату. От их крика проснулся Ярослав. Пока он выяснял причину такого бурного недовольства, на пороге появились Алексей и Корнил, вслед за ними в комнату вошли Милана и Митя.

- Не успели мы сойти с крыльца, смотрим, а они идут к трактиру, - пояснил Алексей.

- Как вы узнали, что мы здесь остановились? – спросил Ярослав у Мити.

- Я вечером проследил, хотел к вам прибиться, а потом заробел, подумал, заругаете, и вернулся, - потупившись, ответил мальчик.

- А зачем сейчас пришли?

- Так это, вчера, когда я назад воротился, к нам богатый старый вдовец пожаловал. Он пришёл Милану сватать. Деньги обещал и всё такое. А если, говорит, не согласится, то всё равно силой заставит её под венец идти.

- Какой нахал! Да я его! – рассердился Алексей.

- Тётя Устинья еле спровадила его. Обещала подумать. А когда он ушёл, Милана в слёзы. Вот я и предложил её к вам отвести, чтобы спасти от этой свадьбы.

- Куда ж мы девку за собой потащим? Кто её нянчить будет? – скривился Лукьян.

- Если вы Милу не спасёте, она руки на себя наложит, а замуж за этого борова не пойдёт, так и знайте, - с вызовом посмотрел на Лукьяна мальчик.

- Откуда ты знаешь, ведь она же не говорит? – спросил Алексей.

- Не говорит, но писать умеет.

- Всё. Хватит перепираться. Девушка останется с нами. А если кто посмеет её обидеть, пощады не ждите, я любому голову откручу, - строгим взглядом обвёл присутствующих Ярослав, - передай Устинье, чтобы не беспокоилась, её дочь под надёжной защитой.

- Ага, - обрадовался Митя, - тогда я побегу, или меня тоже возьмёте?

- Нет. Ты останешься в доме за старшего, пока Алексей не вернётся, - погладил его по непослушным мальчишеским вихрам Ярослав.

- Нигде хозяев найти не можем. Куда это они запропастились, - встревоженно сказал Корнил, когда Митя ушёл.

- Нет их здесь, - ответил Ярослав.

Он рассказал о ночном происшествии и в самом конце добавил:

- Пора в дорогу собираться. Наденем новые одежды и в путь. Алексей, пускай Милана тоже в мужское платье обрядится. Думаю, ей тот кафтан, который всем мал оказался, в пору будет.

- А как же купец? И позавтракать бы не помешало, - обеспокоенно проговорил Корнил.

- У меня тоже вопрос имеется. Мы что, в кольчугах дальше потащимся? Они же тяжёлые. Я на себе такой вес нести не собираюсь, - высказал своё мнение Лукьян.

- Надевайте только рубахи, штаны, кафтаны и сапоги, а для доспехов нам надо повозку где-то раздобыть, - Ярослав задумался.

- Сидя здесь, мы ни повозку, ни еду раздобыть не сможем. Надо спуститься и на кухню заглянуть, съестные припасы поискать, а потом конюшню и остальные постройки обследовать. Возможно, там повозка отыщется, - предложил Фёдор.

- Ты прав. Так и поступим. Только давайте разделимся. Лукьян со Степаном и Лёней идут на кухню. Я с Алексеем и Фёдором осмотрим двор. Так быстрее будет. Остальные сидят в комнате и ждут, - согласился Ярослав.

Вскоре они обследовали все постройки, но никаких повозок или саней там не оказалось. В конюшне несколько лошадей жевали сено и не обратили на людей никакого внимания. Огорчённые неудачей, Ярослав, Фёдор и Алексей решили вернуться в комнату. У входа в «Белую гусыню» они столкнулись с Наумом и его помощниками, которые только что вернулись из Ключей.

- Отвезли злодеев? – поинтересовался Ярослав.

- Угу, - согласно кивнул купец, - только оттуда. Пришлось бумаги разные заполнять, а это дело не быстрое. Выяснилось, что с начала осени, около Ключей несколько обозов пропало. Видно, эти братцы постарались. Дежурный офицер, который у нас их принял, очень заинтересовался нашим происшествием. Обещал с утра начальству доложить, а потом сюда приехать. Собирается обыск в трактире устроить, возможно, от тех обозов что-нибудь найдётся.

- Мы дожидаться их не будем. Через полчаса выдвигаемся, - сказал Ярослав.

- А насчёт моего предложения, что ты решил? Будете обоз сопровождать? Или мне других людей искать? – с беспокойством спросил купец.

- Мы согласны обоз охранять. И платы за это большой не возьмём, если ты хотя бы часть одной из повозок в наше распоряжение отдашь. Нам вещи сложить некуда.

- Без проблем. У меня как раз одна телега почти пустая осталась. Планировал её в других городах заполнить. Но если вам она так нужна, уступлю, пользуйтесь.

- Вот и сговорились. Запрягайте лошадей в повозки, пока я своих друзей приведу, - заторопился Ярослав.

Он не хотел встречаться с офицерами, солдатами и другими представителями власти, которые могли нагрянуть с минуты на минуту.

После непродолжительных сборов обоз выехал на дорогу. На одной из повозок лежали доспехи, накрытые щитами. Те в свою очередь были тщательно застелены полушубками. Ярослав с Фёдором и Наумом ехали в начале обоза.

- Далеко ли до Южного княжества? – спросил Фёдор.

- Не меньше двух недель пути. И потом, до столицы ещё дней пять, - разъяснил купец.

Ярослав ничего не сказал. Он вздохнул и погладил рукой Мудрую книгу, спрятанную в мешок и лежащую рядом с ним.

Странник

С тех пор, как обоз купца Наума покинул трактир «Белая гусыня», прошло четыре дня. Сопровождаемый отрядом Ярослава, он двигался, не встречая на своём пути никаких преград и опасностей. Если даже у кого-то и возникали недобрые мысли, то при виде крепких, вооружённых мужчин, они сразу же улетучивались. К полудню пятого дня, обоз въехал в небольшой городок, расположенный у дороги.

- Здесь мой знакомый кузнец живёт. Я у него часто ножи и прочую мелочь беру. Давайте заедем. Это совсем близко, большой крюк делать не придётся, - сказал Наум и направил лошадей в нужном направлении.

Его повозка, а вслед за ней и три другие вскоре свернули на узкую, извилистую улочку. Из-за высоких заборов лаяли собаки. Кое-где подтаявший снег превратился в тёмное месиво. На дороге появились ямы и колдобины. Улица выглядела неприветливой и неуютной. Но вот она немного расширилась, стала ровнее, а когда обоз поравнялся с высоким добротным домом, повозка Наума встала. Ворота дома были распахнуты настежь. Со двора доносились громкие крики и ругань. Наум и Ярослав неуверенно вошли в открытые ворота, оставив остальных дожидаться их на улице и охранять обоз. Во дворе находилось ещё одно помещение. Видимо, это была кузница. Под навесом у её двери несколько человек пытались удержать молодого, резвого жеребца. Он громко фыркал, мотал головой и нетерпеливо бил копытом о землю.

- Держите его крепче! Если он ещё раз попытается меня лягнуть или укусить, сразу брошу это дело, - сердито кричал молодой парень в кожаном фартуке с подковой и клещами в руках.

- Буран, Буран, - пытался успокоить коня другой человек, скорее всего его хозяин, - ну, потерпи немного, новые подковы наденем и всё. Это же совсем не больно.

Несмотря на уговоры, жеребец продолжал нервничать. Казалось, ещё немного, и он сорвётся с места.

Увидев это, Ярослав медленно приблизился к Бурану. Он смотрел коню в глаза и что-то тихо говорил. Жеребец мотнул головой, а затем, как будто прислушиваясь к словам Ярослава, задвигал ушами, потянулся к нему и принялся обнюхивать. Постепенно он успокаивался. Ярослав ещё несколько минут что-то шептал и гладил коня, который опустил голову и стал похож на виноватого, нашкодившего ребёнка.

- Давай сюда клещи. Ему все подковы надо менять? – обратился Ярослав к парню.

- Все четыре, - протягивая инструмент, ответил тот.

Ярослав взялся за работу. Он по очереди удалял старые подковы, чистил копыта, снимал мерки и крепил новые. Буран, хотя его теперь никто не держал, стоял смирно, не шевелясь.

- Ну, вот, готово! – закончив подбивать последнюю подкову, сказал Ярослав и погладил коня.

Его хозяин был счастлив.

- Не знаю даже, как тебя благодарить, - сказал он и вынул кошель с деньгами.

- Хороший у тебя конь, умный. Жалко было бы, если бы он охромел от рук такого неумехи.

- Меня Олеарий зовут. У меня здесь важное дело. Ты слышал о том, что на Западное княжество Вражеское войско двигается? Мне надо до наступления лета набрать хорошую дружину. Времени у меня немного, и остаться сейчас без коня, совсем некстати.

- Понимаю. О войске этом наслышан. Сам с ним сражаться собираюсь, только сначала кое-какие дела закончить надо. Так что, может, ещё свидимся. Меня Ярославом зовут.

- Спасибо тебе Ярослав за Бурана. Так сколько я тебе должен?

- Монеты тебе самому на новую дружину нужны. Не могу я с тебя плату взять, не хорошо это, - потупился Ярослав.

- Возьми тогда вот этот перстень с родовым гербом. Когда будешь в Западном княжестве и захочешь со мной встретиться, покажешь его любому вельможе. Он поможет меня разыскать, - Олеарий снял с пальца и протянул Ярославу массивный серебряный перстень.

А сам вскочил на коня и ускакал.

- Пойдём отсюда. Сегодня, видно, я без ножей останусь, - проговорил раздосадованный Наум.

- Почему?

- Так Тихона, кузнеца нет. Он на именинах у свояка. А этот парень – его помощник Гаранька. С ним сам видишь, делов не сделаешь.

- Было бы у меня время, я бы тебе таких ножей наделал, - развёл руками Ярослав, - но сейчас совсем не до того.

- Я понял, что ты хороший кузнец, с подковами ловко управился, - с уважением посмотрел на него Наум.

- Был кузнецом. А сейчас воевать собираюсь, - ответил Ярослав, когда уже усаживался в повозку.

- Что так долго? Я уже и подремать успел, - пробурчал Фёдор.

- Но-но-но-но! Пошли! – вместо ответа прикрикнул на лошадей Наум и повозка тронулась.

Ярослав не спеша рассмотрел подаренный перстень с овальным гербом, на котором был выгравирован парящий сокол.

Обоз продолжил свой путь. Чем ближе он подъезжал к Южному княжеству, тем теплее становилось. Солнце в дневное время пригревало так, что приходилось снимать кафтаны. Снега по обочинам постепенно становилось всё меньше, и со временем, он совсем перестал попадаться.

- Что за зима такая. Ни снега, ни мороза. Никуда не годится, - возмутился, вытирая вспотевший лоб, Лукьян.

- Всё, конец зиме. У нас уже весна началась. Скоро трава зазеленеет. Хотя, и зимой-то здесь снега не бывает. Выпадет, и сразу тает, только грязи наделает, - широкая улыбка озарила лицо Наума.

Для него это была родная сторона.

- Скоро столица-то твоя? – спросил Фёдор.

- Теперь уже скоро. Дня три, и мы на месте, - вздохнул Наум, - давненько я дома не был. Почитай, всю зиму.

Вдруг он, завидев скачущих навстречу всадников, насторожился.

- А это кто там. Никак мой старший брат Яков… Без обоза… Верхом… Похоже что-то неприятное случилось…

Тем временем Яков со спутником подъехали совсем близко.

- Наум! Вот так встреча! Как дела? Хорошо ли поторговал на ярмарках? – обрадовался, увидев брата, Яков.

Он был крупнее и крепче Наума и, несмотря на возраст, в его чёрной, как смоль бороде, не было ни одного седого волоса.

- А ты как здесь? Где твой обоз? Что стряслось? – с тревогой в голосе спросил Наум.

- Да тут такое дело… Возвращался я, как и ты с товаром домой. Когда мимо Елея проезжали, решил заскочить к приятелю, долг забрать. Он у меня ещё год назад деньги брал. Обоз с сыном Флавианом у дороги оставил. А когда вернулся, ни обоза, ни Флавиана, и следов никаких. Мы с Аверием вдвоём в Елей ездили, и не было-то нас часа два, не больше. Сначала подумали, что они вперёд, к дому направились. Но обоза там нет, и никто его не видел. Теперь здесь пытаемся его след отыскать. Вы, случаем, не встречали ничего такого, подозрительного?

- Нет, ничего. Что ж я, Флавиана не узнал бы. И зачем ему назад возвращаться? – растерялся Наум.

- Не знаю, что теперь делать, мне бы хотя бы сына найти, - погрустнел Яков.

- Надо хорошо то место, где обоз стоял осмотреть, - предложил Ярослав.

Яков недоверчиво обвёл взглядом отряд Ярослава и сказал:

- А это что за люди? Что-то я таких помощников у тебя не припомню.

- Познакомься. Мой друг – Ярослав. Со мной тоже неприятность одна приключилась. Он мне жизнь спас и теперь с товарищами охраняет обоз.

- Коли так, давайте осмотрим то место, где я сына оставил. Это недалеко, может, и мне что подскажете, - более дружелюбно заговорил Яков.

Когда сбоку от дороги появились высокие деревья, ещё не покрывшиеся листвой, он остановил коня.

- Вон там, в тени, стоял мой обоз, - махнул рукой брат Наума.

- Тогда встанем прямо здесь, чтобы след не затоптать. Вы ждите, а мы с Фёдором сходим, посмотрим.

Ярослав слез с повозки и разглядывая влажную землю, на которой начала пробиваться нежная, зелёная травка, пошёл вперёд. Фёдор, низко наклонившись, двигался в нескольких шагах от него.

Издали было видно, как они что-то рассматривают и ощупывают землю, а иногда, забросив это, совещаются и спорят, размахивая руками в разные стороны. Наконец, оба закивали головами, видимо, придя к единому мнению, отряхнули испачканные руки и штаны и вернулись к обозу.

- Ну, как нашли что-нибудь? – нетерпеливо спросил Наум.

- А что у вас находится там? – Ярослав указал в противоположную от дороги сторону, туда, где стеной стояли ровные светлые высокие стволы неизвестных ему деревьев.

- Ничего. Одинокий полуразрушенный дом и пастбище, - удивлённо проговорил Яков, - никаких дорог и селений.

- Следы ведут именно туда. Повозки между двух деревьев кое-как смогли протиснуться, - пояснил Ярослав.

- Нельзя терять ни минуты, это может стоить жизни Флавиану. Аверий, поскакали к развалинам! – крикнул Яков.

Но Ярослав остановил его:

- Подожди! Вдвоём вы не справитесь, Ведь мы не знаем, сколько человек напало на обоз.

- Ярослав, не бросай моего брата, помоги ему. Неловко мне тебя об этом просить, но больше некого, - проговорил, опустив глаза Наум.

- Я и сам собирался предложить свою помощь. Мы с Фёдором пойдём к заброшенному дому вместе с Яковом.

- Пока вы пешком дойдёте, уже поздно будет, - не согласился разгорячившийся Яков.

- Ты прав, придётся взять одну повозку. Та, на которой лежат наши вещи, подойдёт. И ещё кого-нибудь, чтобы охранял её, - сказал Ярослав и немного подумав, добавил, - Наума тоже нельзя оставлять без охраны. Возможно, эти охотники за лёгкой добычей захотят напасть и на него. Поэтому обозу следует продолжить движение, а не дожидаться нас здесь.

В глазах Наума мелькнул испуг.

- Они где-то рядом. Что же делать?

- Алексей! Поедешь с нами и будешь охранять доспехи. Корнил! Ты отвечаешь за обоз Наума. Все, кто с Корнилом, вооружитесь копьями и не дайте себя застигнуть врасплох, - скомандовал Ярослав.

- А как же Милана? – робко спросил Алексей.

Ярослав посмотрел на девушку. На протяжении всего пути он незаметно для других устремив пристальный взгляд ей прямо в глаза, как будто спрашивал: «Как ты? Всё ли в порядке?»

На что получал молчаливый ответ: «Не беспокойся. Мне хорошо и спасибо, что заботишься обо мне». Теперь же её васильковые глаза смотрели дерзко и вызывающе.

- Милана поедет с нами, и тоже будет охранять повозку, - подбадривающе улыбнулся девушке Ярослав.

- Где нам потом тебя искать? – спросил Лукьян, когда обоз Наума и повозка Ярослава направились в разные стороны.

- Если мы не нагоним вас в пути, ждите в столице. Надеюсь, Наум сумеет разместить вас, пока мы не вернёмся! - удаляясь, крикнул Ярослав.

- Об этом не беспокойся, твои друзья будут иметь всё самое лучшее!

Алексей умело правил повозкой, которая мчалась за лошадьми Якова и Аверия.

Фёдор проверил, хорошо ли натянута тетива у лука, приготовил колчан со стрелами. Ярослав вооружился копьём и нащупал у себя за голенищем нож, с которым он чувствовал себя уверенно.

Подъезжая к полуразрушенному дому, Яков увидел лошадей, которые пытались щипать сочную, свежую, но ещё слишком маленькую траву.

- Это мои лошади, из обоза, значит, вы верно просчитали их, - взволнованно сказал он.

- Теперь бы только не спугнуть. Если сумеем застать злодеев врасплох, справиться с ними будет гораздо проще. Лошадей и повозку здесь оставим, дальше пешком и как можно тише. Алексей и Милана стерегут доспехи, - Ярослав спрыгнул на землю и, пригнувшись, побежал к развалинам.

Фёдор, Яков и Аверий последовали за ним. Они спрятались за стеной некогда большого, в несколько этажей дома.

- Нужно обойти его вокруг. Возможно, снаружи выставлены часовые, - прошептал Ярослав.

Разделившись по двое, они обогнули дом с двух сторон и встретились у широких обвалившихся ступеней центрального входа. Ни одного человека обнаружить не удалось.

Выстроившись цепочкой, Ярослав и его спутники поднялись по ступеням и вошли внутрь. Большая зала с потрескавшимися серыми каменными колоннами, заваленная грудами камней и мусора встретила их полумраком и тишиной. Ярослав приказал Якову и Аверию, чтобы не подвергать их ненужному риску, спрятаться в укромном месте, а сам, вместе с Фёдором принялся обследовать помещение. Они обошли его всё, не встретив ничего интересного, и собирались уже подняться этажом выше, когда Фёдор заметил ещё одну дверь. Он толкнул её и замер. На полу валялись обломки повозок, был небрежно раскидан товар и пять человеческих трупов лежали здесь же. Створки большого окна вдруг распахнулись, и в комнату ворвался порыв свежего ветра. «Скорее всего, через это окно сюда всё это и затащили», - подумал Фёдор. Ярослав уже стоял рядом.

- Выходит, не успели, - с досадой сказал он.

- Тихо, не шуми, возможно, они ещё здесь, - предостерёг его Фёдор.

- Пойду Якова позову. Пока он будет своего сына искать, мы осмотрим верхние этажи, - прошептал Ярослав.

Он вернулся к прятавшимися за грудой камней Якову и Аверию и спросил:

- Сколько людей было в твоём обозе?

- Не считая меня, Аверия и Флавиана, ещё пятеро. А что?

- Кажется, мы их нашли. Давайте за мной, только тихо.

- А Флавиан?

- Его, по-видимому, среди них нет. Сейчас сам посмотришь.

Когда Яков увидел трупы, то сильно побледнел и зашатался.

- Аверий, проверь, нет ли среди них Флавиана, - запинаясь, проговорил он.

Аверий осмотрел погибших.

- Флавиана здесь нет, - сказал он и поспешил к Якову, который стоял, оперевшись, чтобы не упасть, побелевшими пальцами о стену.

- Где же он? – колени Якова начали подгибаться.

- Оставайтесь здесь. Мы осмотрим верхние этажи. Возможно, твой сын ещё жив и мы сумеем его спасти, - сказал Ярослав.

- Да-да-да, хорошо, - пробормотал Яков.

Ярослав и Фёдор поднялись на второй этаж. Такое же большое и полутёмное помещение, заваленное разрушенными обломками стен и покрытое толстым слоем пыли и грязи, сразу показалось пустым. Но вдруг слух Ярослава уловил слабый шорох и он, как молния, бросился туда, крепко сжимая в руке копьё.

Из темноты до него стали доноситься другие непонятные звуки, выдавая чьё-то присутствие. Приглядевшись, Ярослав отчётливо различил силуэт человека, сидевшего на каменном выступе у стены.

- Фёдор! Сюда! – крикнул он и приставил остриё копья к груди незнакомца, который выглядел очень странно. Лысый череп, острый подбородок, крючковатый длинный нос и выпуклые, словно неживые, глаза. Он был очень худым, сидел, не шелохнувшись, будто не видел копья у своей впалой груди.

- Ты кто такой? Где Флавиан? – спросил Ярослав.

- Я здесь, - из темноты вышел черноволосый парень и сел рядом с лысым.

- Он тебя держит в плену? Ты цел? – увидев его, забеспокоился Ярослав.

- С чего ты взял? Это мой друг. Его зовут Кукша. А ты кто такой?

- Я вместе с твоим отцом разыскивал тебя. Как ты здесь оказался? Кто разорил обоз и убил людей?

- Эти люди – плохие. Они не захотели дружить с Кукшей, вот и получили по заслугам, - спокойно объяснил Флавиан.

Ярослав не знал, что Фёдор, а вместе с ним Яков и Аверий уже стоят сзади и слушают их разговор.

- Сынок, ты, что такое говоришь? Что он с тобой сделал? – не выдержал Яков.

- Я теперь не твой сын. У меня другая семья, - невозмутимо посмотрел на отца Флавиан.

- Какая ещё семья? Что ты несёшь? – начал сердиться Ярослав.

- Мы с Кукшей скоро станем братьями и будем служить великой цели. А вы все умрёте, если не согласитесь исполнять все приказы могущественного повелителя, который наведёт порядок в этом мире.

- Крепко тебе на уши твой приятель присел, - сказал Ярослав.

Тонкие губы Кукши расползлись в улыбке, отчего лицо приобрело зловещее выражение:

- Зря ты так. Ещё поплатишься за свои слова. Недолго уже осталось.

Фёдор вскинул лук и выстрелил. Стрела вонзилась в плечо, рядом с копьём, которое всё ещё держал Ярослав у груди странного Кукши. Казалось, он не почувствовал боли, и тонкими длинными пальцами легко выдернул её из своего тела, а затем зло прошипел:

- Не понимаешь, на кого руку поднял. Ничего, скоро узнаешь. Смерть твоя будет долгой и мучительной…

Услышав это, Ярослав свободной рукой вынул из голенища нож и метнул его в сердце непонятного существа.

Глаза его тут же закатились и Кукша упал. Его тело начало темнеть и превращаться в труху, а вокруг распространилось невыносимое зловоние.

- Это не человек, - увидев это, сказал Ярослав.

- А кто? – разглядывая останки, спросил Фёдор.

- Не знаю. Только его появление ничего хорошего не сулит. А если он не один такой? – Ярослав взглянул на остающегося безразличным ко всему Флавиана, - смотри, что он с парнем сделал.

- Мальчик мой, иди ко мне, - бросился к сыну Яков.

Но тот, словно живая кукла, ни проявлял к отцу никакого интереса. Яков взял сына за руку и повёл за собой. Флавиан не сопротивлялся и ничего не говорил.

- Главное, ты жив, а это вылечим, - утешал сам себя Яков.

Вокруг повозки расхаживал, с беспокойством посматривая на развалины, Алексей. Милана, пригрелась на солнышке, свернулась калачиком и уснула на свободном краешке повозки.

- Ну, что? Как там? Нашли обоз? – завидев друзей, засыпал их вопросами Алексей.

- И обоз, и Флавиана нашли. Только не в себе он. Думаю, под воздействием каких-то колдовских чар, - вздохнул Ярослав.

От их разговора проснулась Милана села и начала с любопытством разглядывать будто восковое, без каких-либо эмоций, лицо сына Якова. Это продолжалось совсем недолго, а затем она взяла у Алексея фляжку, набрала полный рот воды и брызнула на парня. Флавиан сильно вздрогнул, часто заморгал и спросил:

- Отец, зачем мы сюда приехали?

- Флавиан, сынок, ты вернулся ко мне, - обрадовался Яков.

- Не понимаю, о чём ты, - растерялся парень.

- Потом, потом расскажу. Ты неважно выглядишь, не буду утомлять пустыми разговорами, - засуетился Яков.

- Я просто устал и очень хочу спать. Мне надо хоть ненадолго прилечь, - потёр ладонями слипающиеся глаза Флавиан.

Услышав его слова, Милана подвинулась к Алексею, а Флавиан упал на её место и тут же глубокий, спокойный сон овладел им.

Посовещавшись, мужчины решили оставить Аверия для улаживания дела с остатками обоза и организации похорон тех пятерых несчастных, которые всё ещё лежали в заброшенном доме. Напоследок, Яков дал своему помощнику несколько указаний и снабдил деньгами на предстоящие расходы, а потом взобрался на коня и направился к дороге. Сзади ехала повозка, в которой разместились все остальные.

Обоз Наума удалось нагнать у самой столицы. Циарлинт встретил путешественников весёлым гомоном и толкотнёй. Жизнь здесь бурлила и кипела, будто чай в самоваре. Множество людей сновало туда-сюда по узким улочкам города. Между ними куда-то спешили повозки, телеги и тележечки, а также навьюченные ослы и верблюды. Друзья с интересом разглядывали этих необычных животных. Столица Южного княжества по своему виду и темпераменту очень отличалась от тех городов, в которых им приходилось бывать раньше.

Благодарные Наум и Яков так радушно зазывали друзей к себе погостить, что те не стали отказываться, раз уж предоставлялась такая возможность, почему бы не воспользоваться этим.

Дома братьев стояли рядом, и сегодняшний вечер решено было провести у старшего из них.

После сытного ужина, состоящего из множества блюд, обилия фруктов и вкусного виноградного вина, удобно устроившись на мягком ковре и подушках, раскрасневшийся от еды и вина Ярослав сказал:

- После того, как уладим дела в Помпилов-Граде, нам обязательно надо будет попасть в Каменную пустыню. Не знает ли кто-то из вас, где она находится?

- Такая пустыня лежит на западе, сразу за Зелёной долиной. Она не относится к нашему княжеству, - пояснил Яков, - только зачем вам туда? Ведь это голое место, утыканное острыми, словно зубы, камнями, где человек не может ни пройти пешком, ни проехать верхом на лошади.

- Слышали мы, что среди тех камней, есть источник, наполненный необыкновенной водой, - поделился Ярослав.

- Так-то оно так. Журчание этой воды напоминает звон хрустальных колокольчиков, который разносится далеко по округе. Но никто не знает, как пробраться к источнику, и какими свойствами обладает эта вода. Старики говорят, что раньше там не было острых камней, и каждый мог подойти, чтобы набрать воды.

- Нам надо добыть её, чего бы это ни стоило.

- Не знаю, получится ли, - с сомнением покачал головой Яков, - но я могу дать вам провожатого. Кто-нибудь из моих людей укажет дорогу. Только Зелёная долина, которую придётся пересекать, тоже таит в себе большую опасность…

- Опасностей на нашем пути всегда хватало, - прервал Якова Ярослав.

- Ты, Ярослав, теперь нам с Наумом как брат. Давай так договоримся, будете из Помпилова возвращаться, к нам заезжайте, тогда всё и обсудим. Про те дела, которые в том городе вас ждут, я уж и не спрашиваю. Хотя, если помощь нужна…, - замялся Яков.

- Нет, нет. Это дело пустяковое. Сами справимся, - уверенно возразил Ярослав и зевнул.

Все его товарищи, раскинувшись на полу, застеленном толстыми коврами, уже сладко спали.

Два последующих дня Ярослав и его друзья, окружённые вниманием и заботой, провели в праздности. Они, лениво развалившись на подушках, грелись в лучах весеннего солнца, ели и спали, а потом опять ели, запивая еду вином. К вечеру второго дня их начала одолевать скука, и на следующее утро отряд, рассевшись на двух повозках, подаренных Наумом, выдвинулся в Пампилов-Град.

Ещё издали город поразил их яркой белизной зданий и построек.

- Ему бы больше подошло название – Белый город, - поделился Корнил, разглядывая белые башенки и зубчатую белую городскую стену.

- Интересно, как мы тут Виссариона искать будем, - почесал затылок Лукьян.

- Что-нибудь придумаем, - ответил неунывающий Ярослав.

После отдыха, он чувствовал себя бодрым, полным сил и готовым к новым приключениям.

Вскоре они подъехали к городским воротам, которые были открыты и не охранялись.

Слившись с потоком таких же, как у них повозок, наши герои въехали на широкую, выложенную булыжником улицу.

- Куда ведёт эта улица? – спросил Фёдор у случайного прохожего, шагающего сбоку.

- На базарную площадь. Она вон там, за поворотом, - удивлённо посмотрел тот.

- Вот это кстати, там что-нибудь и разузнаем, - обрадовался Ярослав.

Повернув за угол, друзья тут же окунулись в базарную жизнь, ещё до того, как вошли на его территорию. Вокруг них стоял такой гвалт, что потребовалось время, чтобы научиться не замечать его. Оставив повозки под охраной Корнила, Степана и Лёньки в специально предназначенном для этого месте, друзья направились к ближайшему входу на кишащую народом базарную площадь. В десяти шагах от неё, под деревом, сидели несколько нищих и просили подаяния.

Когда Ярослав поравнялся со стариком, в грязной рубахе, глаза которого смотрели в одну точку, а борода и волосы превратились в грязные космы, тот сказал:

- Подай копеечку на хлебушек, мил человек.

Ярослав остановился. Ему стало жаль слепого, и он полез за пазуху, чтобы достать монету. Лукьян, который в их компании был лучшим знатоком воровского дела и теперь следил за тем, чтобы никого не обокрали, тут же насторожился и остановился рядом. Старик уже протянул свою сморщенную трясущуюся руку за деньгами, но вдруг отдёрнул её и вскочил на ноги.

- Лукьян! Ты ли это?! – радостно воскликнул он.

Ярослав оторопел от неожиданности. Ещё недавно слепой и немощный нищий прозрел и стал бодрым и расторопным. Он подошёл к Лукьяну и хотел его обнять, но тот отстранился.

- Что, не узнаёшь своего наставника? – не унимался старик, - это же я – Фрол, забыл что ли, как вместе дела делали?!

Лукьян пригляделся и, наконец, узнал своего давнего знакомого, которого не видел несколько лет.

- Вот так встреча! Ну, здравствуй, Фрол. Ты как здесь оказался? – спросил он, разглядывая грязную одежду и босые, покрытые пылью ноги.

- Я тебя о том же хочу спросить. Ходили слухи, что ты на каторгу попал. Выходит, не правда это. Гляжу, неплохо живёшь, - с завистью окинул взглядом приятеля Фрол.

- Я тут не один и ненадолго. Дельце одно надо обтяпать, - поделился Лукьян.

- Какое дельце? Возьми и меня в долю, а то последнее время невезуха какая-то навалилась, сам видишь.

Ярослав, сначала посчитавший разговор Лукьяна с Фролом пустой болтовнёй и тратой времени, немного подумав, спросил:

- Мы в этом городе одного человека ищем, если поможешь, что-нибудь заплатим.

- Какого человека? – Фрол вопросительно уставился своими, как выяснилось, неплохо видящими глазами, на Ярослава, - я многих тут знаю.

- Пошли к повозкам, там поговорим, - предложил Ярослав.

Они вернулись назад вместе с Фролом, который, не дожидаясь приглашения, удобно устроился на одной из повозок.

- Лукьян, у тебя водички не будет? – попросил он, - а, может, и перекусить что-нибудь найдётся.

- Узнаю тебя, старый лис. Столько лет не видел, и за это время ты ничуть не изменился, - рассмеялся Лукьян, вынул из мешка лепёшку и бурдючок с вином и подал их Фролу.

Тот быстро проглотил еду, а потом несколько минут, громко причмокивая, пил вино.

- Ну, спасибо, побаловал старика. Давненько я ничего такого не пил. А теперь спрашивайте. Постараюсь чем-то и вам пригодиться, - проговорил разомлевший Фрол.

- В городе живёт один господин. Зовут его – Виссарион. Он-то нам и нужен, - сказал Ярослав.

- А как выглядит этот господин? Не тот ли, который важно вышагивает, высоко задрав свой длинный нос, и надменно улыбается при этом?

- Ну, да похож. Высокий такой и худой, - вспомнил Виссариона Ярослав.

- Знаю о нём не много. Ваш господин редко выходит из своего особняка, ведёт уединённый образ жизни, ни с кем не общается. Лошадей он очень любит и очень жесток.

- Откуда знаешь? – удивился Лукьян.

- У него конюшня с породистыми дорогими лошадями имеется. Виссарион постоянно ищет туда работников, которые за этими лошадьми ухаживали бы. Обещает хорошо платить… Но никто не хочет у него работать.

- Почему?

- Всего лишь потому, что если ему покажется, что хоть один его жеребец плохо вычесан, не накормлен или что-то подобное, вынимает из-за пояса хлыст и бьёт провинившегося конюха до тех пор, пока тот не испустит дух. Слышал я, нескольких человек уже забил до смерти.

- И что, его за это никак не наказали?! – возмутился Лукьян.

- Кто его накажет, с его-то деньжищами, - вздохнул Фрол.

- Знаешь, где особняк находится? – заинтересовался Ярослав.

- Я сам не знаю. Но у меня есть знакомые, которые могут вам тот дом показать, - ответил Фрол, прилёг на повозку и громко захрапел раньше, чем кто-то успел ещё что-нибудь спросить.

- Ну, вот, теперь на базаре толкаться, у нас необходимости нет. Давайте отъедем отсюда в более спокойное место и дождёмся, когда он проснётся. Заодно и сами немного отдохнём, - сказал Ярослав.

- Да где же мы спокойное место-то найдём, - пробурчал Корнил, разглядывая суетливую толпу вблизи от себя.

- Поехали за городские ворота. Я приметил там небольшой лесок. В его тени и станем, - предложил Фёдор.

- Показывай дорогу, - согласился Ярослав.

Вскоре повозки медленно покатились по той же широкой улице в обратном направлении.

Расположившись под деревьями, друзья утолили голод после чего, вяло переговариваясь, ещё около часа ждали, когда проснётся Фрол.

- Лукьян, буди своего друга, хватит дрыхнуть уже! – не выдержал Ярослав.

Лукьян несколько раз потряс Фрола за плечо. Тот открыл глаза и непонимающе обвёл взглядом Ярослава и остальных, обступивших повозку мужчин.

- А-а-а-а, Лукьян, я, кажется, задремал чуток.

- Два часа уже ждём, пока ты проснёшься. Говори, где найти человека, который особняк Виссариона показать может, - приступил к делу Ярослав.

- Сначала монету давай, я и так уже много рассказал, - хитро прищурился Фрол.

Ярослав вынул пятак и протянул его старику:

- Вот, держи свою монету.

- Маловато даёшь. Такая информация больше стоит, - схватив пятак, Фрол быстро спрятал его в карман и протянул руку, опять требуя денег.

- Ещё две монеты получишь потом, когда со своим человеком сведёшь. Что-то подозрительно всё это. Врёшь, небось, никого у тебя нет. Денежки возьмёшь, и только тебя и видали…

- Да как ты мог такое подумать про старого Фрола, - возмутился старик, - одно плохо. Сегодня ничего не получится. Где он сейчас я не знаю. Давай на завтра договоримся. Я его сам приведу. Где вы на ночь-то остановились?

- Пока нигде. Можешь что-нибудь посоветовать?

- А это зависит от того, что вам надо. Богатые господа снимают себе в этом городе белокаменные палаты с большими, мягкими кроватями под балдахинами. У кого денег не так много, ночуют в шатрах, улёгшись на шерстяной ковёр. А у кого их совсем нет, спят на голых камнях у городской стены.

- Покажи, где шатры найти можно. Ещё пятак дам, - попросил Ярослав.

- Так это недалеко от базара. Чего ж не показать, - улыбнулся Фрол.

Повозки вновь въехали в город но, не доезжая до поворота на базарную площадь, свернули вправо. Перед ними открылась огороженная территория, на которой было установлено несколько десятков больших и маленьких шатров. Услужливый распорядитель показал Ярославу те, которые сейчас были свободны, и тот выбрал два. Один большой для основной группы, и маленький – для Миланы и Алексея. Ярославу хотелось сделать для девушки что-нибудь приятное, чтобы облегчить тяготы походной жизни. Иногда он чувствовал себя виноватым в том, что она оказалась в такой ситуации.

Внутри шатров не было никакой мебели, лишь мягкие, приятные на ощупь ковры на дощатом полу.

- Завтра утром приводи сюда своего человека, - сказал Ярослав Фролу, который вместе с остальными вошёл в шатёр.

- Сделаю, я же обещал, - ответил старик и посмотрел на Лукьяна, - не хочешь навестить старых друзей. Между прочим, я здесь не один. Мотю помнишь?

Лукьян замялся. Такое предложение было для него полной неожиданностью. Почесав затылок, он ответил:

- Конечно, помню.

- Ну, так пошли, посидим, побалакаем спокойно.

- Если хочешь, иди. Главное, чтобы утром вернулся, - сказал Ярослав.

- Ну, что ж, пошли, - согласился Лукьян и вместе с Фролом покинул шатёр.

Фёдор и Корнил распрягли лошадей и отвели их в стойло. Повозки остались стоять у большого шатра.

- Доспехи без присмотра оставлять нельзя. Будем дежурить по очереди, по два человека, все, кроме Миланы, - распорядился Ярослав.

Затем он купил лепёшек и фруктов у проходившего мимо разносчика.

«Хорошо, что Наум с Яковом уговорили взять у них небольшую сумму денег, но их надолго не хватит», - с беспокойством подумал Ярослав, поглощая сочную грушу.

После еды мысли начали путаться, и его сморил сон.

Поздно вечером, когда уже совсем стемнело, вернулся Лукьян.

А я думал, ты совсем от нас ушёл, - удивился, увидев его Фёдор, который в это время вместе с Кузьмой нёс дежурство.

- Вот, значит, ты обо мне какого мнения. Если бы хотел, я бы давно ушёл. Да что ты там понимаешь, - досадливо махнул рукой Лукьян и вошёл в шатёр.

Все сладко спали и, выбрав свободный уголок, он тоже лёг, но уснуть не получалось. Долго вертелся, кряхтел и вздыхал Лукьян, а когда забрезжил рассвет, кто-то тронул его за плечо. Это был Ярослав.

- Пойдём, наша очередь караул нести, - прошептал он.

Они отправились к повозкам. Ярослав осмотрел аккуратно уложенные доспехи, заботливо поправил один из лежащих сверху полушубков и сел с краю, прислушиваясь к звукам просыпающегося города. Лукьян устроился рядом.

- Что случилось? Проблемы с дружками? – вдруг спросил Ярослав.

- С чего это ты взял?

- По твоему лицу понял. Рассказывай всё начистоту, пока по уши не вляпался.

Лукьян горько вздохнул. Несколько минут он молчал, собираясь с мыслями, а потом сказал:

-Они хотят, чтобы я сегодня с ними на дело пошёл.

- А ты чего?

- Я против. Мне это совсем ни к чему.

- Какое такое дело?

- Ну, тут, по их сведениям, один чинуша сегодня из города по делам уезжает, и в доме его никого не будет. А у него добра и денег не мало…

- Понятно. Так откажись.

- Я пытался. Но они пригрозили, что если не соглашусь, вас Виссариону сдадут.

- А я, было, подумал, что ты с ними остаться хочешь, - взглянул на Лукьяна Ярослав.

- Была такая мыслишка. Только посидел я, посмотрел на друзей своих бывших и понял, что стал другим и мне с ними больше не по пути, - проговорил Лукьян и опустил голову.

- Это ты правильно решил. Ни к чему тебе к прежней жизни возвращаться. Не переживай, мы тебя в обиду не дадим. Что-нибудь придумаем. Для начала скажи, сколько человек под началом у Фрола?

- В том то и дело, что кроме него ещё двое – Мотя и Бубен. Фрол-то совсем стар стал, для дела не годится, вот они и ищут надёжного сообщника. А тут я подвернулся.

- Это правда, что кто-то из них знает, как Виссариона найти?

- Как я понял, Бубен хорошо о нём осведомлён.

- Ну, тогда придётся сначала его услугами воспользоваться, а потом уж насчёт тебя внушение сделать.

- А если они всё-таки о нас Виссариону расскажут? – насторожился Лукьян.

- Не посмеют, побоятся, - уверенно произнёс Ярослав.

После разговора у Лукьяна как будто гора с плеч свалились, он больше не чувствовал себя одиноким и несчастным.

Позже явился Фрол. Он привёл моложавого подтянутого мужчину.

- Знакомьтесь, Бубен, - представил его старик.

Бубен приветливо улыбнулся. Он знал, что его белозубая, лучезарная улыбка располагает к себе людей и часто пользовался ею.

- Ты готов показать нам дом Виссариона? – строго спросил Ярослав и посмотрел в его серые, с хитринкой глаза.

-Если в цене сойдёмся, - улыбка тут же сошла с лица Бубна.

- Сколько ты хочешь?

- Два гривенника.

- Не многовато ли?

- В самый раз.

- Хорошо, пусть будет по-твоему. Деньги отдам, когда выполнишь свою работу.

- А мне ты ещё два пятака должен, - громко засопел Фрол.

- Сначала сделайте то, что обещали.

- А ты не обманешь? – не унимался Фрол, - отдай наши монеты Лукьяну. Пускай у него пока побудут.

- Вообще-то я не собирался его с собой брать. Но, если вы настаиваете…

- Как не собирался. Конечно, настаиваем. А ты, Лукьян, чего молчишь? – недовольно спросил Фрол.

Но Лукьян только отвёл глаза в сторону, как будто речь шла не о нём, а о ком-то постороннем.

Ярослав отдал ему два пятака и два гривенника и сказал:

- Ну, что, пошли. Фёдор, ты тоже с нами. Корнил здесь за старшего.

Вскоре группа во главе с Бубном оказалась на городской улице.

- Далеко ещё идти-то? – спросил Ярослав.

- Это как кому, - ответил Бубен и уверенно зашагал вперёд, насвистывая весёлую мелодию.

Они шли мимо белых чистеньких зданий по мощёной улице. Нагруженные скрипучие повозки спешили навстречу, к базарной площади. Туда же двигались озабоченные хозяйки с пустыми корзинами и стайки ребятишек. В экипажах ехали важные господа, свысока глядевшие по сторонам. Впереди показался сквер, деревья которого только начали зеленеть.

Не доходя до него, мужчины свернули на более спокойную улицу, где прохожие и повозки попадались гораздо реже.

- Скоро придём, - сказал Бубен и посмотрел на Ярослава, - вам повезло. Вход на территорию особняков сейчас не охраняется, как раньше.

- Почему? – удивился Ярослав.

- Из-за войны. Слыхали, небось. Всех солдат в Западное княжество отправили. Теперь каждый хозяин сам свой особняк, как может, так и защищает. А ещё недавно, к ним не подступиться было.

- Прямо так уж и не подступиться, - не поверил Фёдор.

- Наш брат побаивался сюда соваться, после того, как десяток человек после таких попыток на каторгу отправили, долго не разбираясь. А про дом Виссариона, вообще отдельный разговор.

- Что так?

- Были тут одни смельчаки, которым море по колено. На спор залезли к нему, и всё. Никто их потом больше не видел. Так что не знаю, зачем уж вам нужен этот господин, но будьте осторожны. Уж очень его местные боятся. Из дома выходит редко и всегда меч при себе носит…

- Ты видел этот меч?! Как он выглядит? – перебил его Ярослав.

- Сам меч не видел, только ножны и рукоять. Знатная работа, скажу я вам. Ножны серебряным узором отделаны, и рукоять тоже… Дорогой меч тот, сразу понятно, штучная работа.

- Он-то мне и нужен. Говоришь, всегда с собой носит.

- Так и есть. Трудно такой меч не заметить. А зачем он тебе? Лучше не связывайся, без головы рискуешь остаться.

- Ладно, веди. Сами разберёмся.

- Конечно, сами. Я в этом деле вам не помощник. Да вот и пришли уже. Вон его дом, - Бубен остановился и кивнул в сторону мрачного особняка огороженного высокой с острыми штырями сверху стеной.

- Прямо крепость неприступная, а не дом, - рассматриваятаинственный особняк с плотно задёрнутыми чёрными занавесками окнами, поделился Фёдор.

В этот момент с противоположной стороны улицы остановилась коляска. Из неё выскочила девушка в сарафане и яркой лентой в косе. Она подала руку пожилой дородной даме, которая кряхтя, пыталась спуститься на землю. С седыми буклями на голове, дорогими серьгами в ушах, в роскошном платье, сильно нарумяненная дама производила впечатление очень богатой и важной особы.

- Стеша! Держи меня крепче! Вот неумеха! – прикрикнула она на девушку, пытаясь поставить ногу в дорогой туфле на мощёную поверхность дороги.

Не растерявшись, Фёдор ловко придержал её.

- Разрешите предложить свою помощь, сударыня! – изобразив на лице почтительную улыбку, сказал он.

Наконец, барыне удалось спуститься. Она внимательно посмотрела на стоявших на дороге мужчин, и с неприязнью спросила:

- А вы что тут делаете? Если нужен кто, я подскажу, если нет, убирайтесь подобру-поздорову.

- Мы работу ищем, времена-то нынче тяжёлые, - нашёлся Фёдор.

- Хм, - задумалась дама, - нет ли среди вас садовника. Мой зимой ещё слёг, а сейчас, самое время кусты в порядок приводить.

- Вы как раз в точку попали. Садовника лучше меня Вам не найти, - ответил Фёдор.

- Зови меня Минодора Стахеевна, коли хочешь, чтобы к себе на работу взяла, - надменно посмотрела на него женщина.

- Рад познакомиться, Минодора Стахеевна. Я – Фёдор. Когда смогу приступить к своим обязанностям?

- Сейчас и приступай. Скажу Микитке, чтобы тебе сад и коморку садовника показал. Там будешь жить, - дама направилась к особняку, расположенному напротив дома Виссариона.

Фёдор бросил быстрый взгляд на Ярослава и поспешил за ней и Стешей, которая семенила рядом с хозяйкой, поддерживая её за руку.

Когда они скрылись за высокой кованой калиткой, Бубен сказал:

- Я свою часть уговора выполнил. Правильно?

- Лукьян, отдай им деньги, - скомандовал Ярослав.

- Потом отдашь. Ты же с нами идёшь, - строго взглянул на Лукьяна Бубен.

- Никуда он с вами не пойдёт. Забирайте деньги, и чтобы я вас больше не видел, а то пожалеете об этом, - Ярослав взял у Лукьяна монеты и протянул их Бубну.

- А ты его самого спроси, зачем за другого человека отвечаешь? – вмешался Фрол.

- Уже спросил. Он теперь в моей команде. Оставьте его в покое. И не советую гадить, только себе хуже сделаете.

Слова Ярослава звучали так убедительно, а вид был таким решительным, что Бубен и Фрол переглянулись и быстро зашагали прочь.

- Кажется, ты сумел их уговорить, - облегчённо вздохнул Лукьян.

- Пойдём отсюда. Вечером вернусь, узнаю у Фёдора, что ему удастся выяснить. Хорошо, что забор Минодоры Стахеевны не плотный и позволит без особого труда вести наблюдение за домом Виссариона.

Когда солнце только начало клониться к закату, Ярослав в сопровождении Алексея и Миланы, вернулся на улицу с особняками господ. Фёдор, умело орудуя секатором, занимался стрижкой кустарников, не спуская глаз с дома Виссариона. Заметив Ярослава, он издали знаками показал, что никаких движений у интересующего их дома, пока не было. На что получил молчаливое указание, продолжать слежку.

На обратном пути Ярослав неуверенно сказал:

- Я вот что думаю. Наше путешествие, чем дальше, тем опаснее будет. Не для женщины оно. Если Милана не против, я поговорю с Яковом. У него ей будет гораздо безопаснее и вообще…

- Ты прав. Я весь тоже извёлся. Нам, мужчинам, тяжело, а ей каково, - согласился Алексей.

Выслушав их, девушка вынула из кармана смятый листок бумаги и уголёк и написала: «НЕТ».

Зная её характер, Алексей и Ярослав поняли, что спорить бесполезно и больше никогда не затевали подобных разговоров.

Наступила ночь. Отдежурив положенное время, Ярослав улёгся и только начал засыпать, как чья-то рука требовательно потрясла его за плечо. Ярослав открыл глаза и увидел Фёдора.

Он был очень возбуждён, но заговорил, только когда онивыбрались из шатра.

- Кое-что мне удалось рассмотреть. Ровно в полночь ворота особняка распахнулись и всадник, закутанный в чёрный плащ, выехал со двора и ускакал вдоль по улице. Я думаю, это Виссарион.

- Хорошо. Надо узнать, как часто он ночью покидает дом. Придётся тебе ещё немного поработать садовником. Интересно, куда направился этот загадочный господин. Как же проследить за ним, ведь пешком за его скакуном не поспеть, а если верхом, то он сразу обнаружит это, - задумался Ярослав.

- Ты пока всё обмозгуй, а мне пора возвращаться, чтобы никто не заметил, - сказал Фёдор.

- Иди, только будь осторожен. Не рискуй без необходимости.

Фёдор кивнул и исчез за соседним шатром.

Ярослав до самого утра раздумывал над словами Фёдора. Ничего стоящего в голову не приходило. А когда все его товарищи проснулись, рассказал им о ночной поездке Виссариона.

- Как думаете, куда он может ездить ночью? – в конце рассказа спросил Ярослав.

- Кто его знает, скорее всего, к своему сообщнику или помощнику. А может, за город куда-то…, - высказал свои предположения Корнил.

- Я думаю за город, - бойко проговорил Кузьма, - у него там какие-то тёмные дела. По городу незаметнее днём передвигаться, зачем ночи ждать.

- Логично ты рассуждаешь, - согласился Ярослав, - интересно, городские ворота охраняются ночью или нет. Если охраняются то, как он с солдатами договаривается…

- Что тут думать. Ночью надо кому-то эти ворота покараулить, и всё узнаем, - сказал Корнил.

- Правильно говоришь. Посмотрим, ездит ли он через них или нет. Если да, то мы его там и подкараулим. А если нет…, то позже решим, что делать, - повеселел Ярослав, - что-то я проголодался. Лукьян, пойдём лепёшек с сыром на завтрак купим.

Но выйти из шатра Ярославу с Лукьяном не удалось. Им преградили дорогу три вооружённых дубинками солдата.

- Куда собрались? – недружелюбно спросил один из них.

- А что случилось? – удивился Ярослав и попятился назад.

- Кто такие и зачем прибыли в наш город? – снова спросил пожилой солдат с пушистыми усами, строго глядя на Ярослава.

- Вообще-то мы здесь проездом. Остановились на несколько дней отдохнуть и пополнить запасы еды, - уверенно ответил Ярослав.

Его товарищи стояли за спиной и растерянно молчали.

- А у нас другая информация. Нам сообщили, что вы собираетесь напасть на одного из почтенных жителей города.

- Не знаем мы здесь никого. Двигаемся из Белибердянска, что в Северном княжестве стоит. По дороге к нам присоединяются все желающие принять участие в войне, которая вот-вот начнётся, или уже началась. У нас и бумага есть, - Ярослав вытащил из груды заплечных мешков, сложенных горкой у матерчатой стены шатра свой, и достал оттуда аккуратно сложенный лист бумаги с печатью, который когда-то ему дал посыльный из Западного княжества.

Солдат взял документ и несколько минут его внимательно разглядывал.

- Если вы направляетесь в Вержин-Град, почему не через Восточное княжество, там же короче.

- Короче-то, короче, но намного холоднее. Наш проводник решил, что здесь быстрее ехать будем. Тепло, дороги сухие и место для ночёвки искать не надо, ночью не замёрзнешь. Если желаете, можете к нам примкнуть. На войне каждый человек пригодится, - сказал Ярослав.

- Спасибо за предложение. Но нас, стариков город охранять оставили. Всех, кто помоложе уже туда отправили. Солдат в городе совсем мало, кое-как успеваем за порядком смотреть. Дома почти не бываем, - пожаловался страж и протянул Ярославу лист с печатью.

Теперь он смотрел с уважением.

- Извините, что потревожили. Вот ведь народ, на хороших людей горазд напраслину наводить. Видать сами что-то замышляют и на вас свалить хотели. Придётся ими заняться. Так вы когда город покинете?

- Не знаю. Дня два-три не больше здесь пробудем, - пояснил Ярослав.

- Никак Бубен с Фролом постарались, - сказал Лукьян, когда солдаты ушли.

- Их работа, больше некому, - согласился Ярослав, - теперь у нас три дня всего на то, чтобы меч добыть. Дольше здесь оставаться нельзя.

Когда вечерняя заря окрасила небосклон, Лёнька и Кузьма удобно устроились снаружи у самого въезда в город. Порасспросив бесцельно бродивших здесь нищих, они выяснили, что ворота в последнее время не охраняются ни днём, ни ночью и всякий, кто пожелает, может беспрепятственно въехать или выехать из города.

Стемнело. В ночи были отчётливо слышны шаги, стуки и голоса тех, кто предпочитал ночной образ жизни. Кузьма, чтобы сохранять бодрость и скинуть нахлынувшую боязнь, прогуливался вдоль стены, отмеряя шагами примерно одинаковое расстояние в обе стороны от ворот. Время шло медленно. Незаметно мысли унесли Кузьму в посёлок из домов-сугробов. «Как там теперь Лукерья. Вспоминает ли. Или уже забыла совсем», - подумал он и вдруг услышал громкий цокот копыт. Кузьма пригляделся. Из ворот показался плохо различимый в темноте чёрный всадник. Его конь тоже был чёрным, лишь глаза светились в темноте.

- Ты видел? – подбежал к застывшему на месте Кузьме Лёнька.

- Это он, - прошептал побелевшими губами тот.

Через пару часов всадник проскакал обратно. Дождавшись его возвращения, Кузьма и Лёнька отправились в шатёр, где их с нетерпением ожидал Ярослав.

- Что? Выследили Виссариона? – сразу же начал расспрашивать он, и Кузьма поведал о таинственном человеке в чёрном плаще.

На рассвете пришёл Фёдор.

- Я больше к этой злой ведьме не вернусь, - сказал он.

- Так и не надо. С чего это Минодора Стахеевна вдруг в ведьму превратилась? – поинтересовался Ярослав.

- Издевается над своими холопами. То бьёт их, то голодом морит, даже кипятком может ошпарить. А уж орёт… Это надо слышать. Когда спать после обеда уляжется, или уедет куда, так это просто праздник для прислуги. Не понимаю, как они терпят такое. На меня тоже вчера отвязалась. Еле сдержался, чтобы сразу не уйти. А у вас-то что? Виссарион опять ночью куда-то отлучался.

- Это мы уже знаем. Ездит он за городскую стену, скорее всего, не слишком далеко. Давай с тобой запряжём наших лошадей и верхом осмотрим окрестность.

- Можно попробовать по следу его вычислить, - задумчиво проговорил Фёдор.

Когда город проснулся, Ярослав и Фёдор, выпросив за небольшую плату у местного конюха два седла, отправились исследовать близлежащую к городу территорию. Они медленно ехали по дороге, зорко осматривая местность. Ничего примечательного вокруг не было. С одной стороны чернело поле, которое ещё не успели засеять. С другой – кучкой стоял тот лесок, в тени которого друзья отдыхали недавно. «Ни построек, ни съездов. Что же он здесь делает», - подумал Фёдор и горестно вздохнул.

Поле закончилось, за ним начался огороженный участок с ровными рядами фруктовых деревьев. Вывеска над маленьким строением у его входа гласила: «Сады господина Серапиона». Напротив, с другой стороны от дороги за покрытым первыми цветами лугом, виднелся лес.

- Смотри, вон тропа какая-то, - указал в ту сторону Ярослав.

Фёдор осмотрел плохо различимую дорожку, уходящую к лесу. Он сразу понял, что перед ним след от лошадиных копыт. Одна и та же, судя по подковам, лошадь прошла здесь не раз, должно быть, они нашли, то, что нужно.

-А вот это уже любопытно. Надо проверить, куда ведёт эта тропинка. У тебя оружие какое-нибудь с собой есть? – спросил он.

- Только нож.

- Плохо. Там нас может подстерегать опасность, - встревожился Фёдор.

- Как бы мы с копьями и мечами передвигались по столь многолюдной дороге. Кто-нибудь обязательно обратил бы на нас внимание. Мы ведь пока не собираемся ни на кого нападать. Тихо посмотрим, что скрывает лес и всё, не хотелось бы раньше времени Виссариона спугнуть, - пустился в рассуждения Ярослав.

- Тогда лошадей на лугу оставим. Пусть пасутся.

- Хорошо. Только подальше от дороги, чтобы никто их не трогал.

Немного не доезжая до леса, Фёдор и Ярослав спешились, и углубились в него. Вскоре они оказались на поляне. Закрытая со всех сторон деревьями и кустами, она была не видна со стороны дороги. На поляне не было ни людей, ни животных и ни построек, ни сооружений. Обычная лесная, довольно обширная опушка. След привёл к большому камню в её центре, вокруг которого земля была сильно истоптана мужскими сапогами.

- Вот тебе и на! Зачем он здесь ходит? Ничего не пойму, - озадаченно рассматривая площадку у камня, сказал Фёдор.

- Да-а-а-а, странно как-то всё это. А если здесь вовсе не Виссарион бывает…, но ездит он сюда часто. Смотри, как натоптал. Зачем только, вот вопрос. Других следов нет, значит, он бывает здесь один, - поделился своими размышлениями Ярослав.

- Аккуратно. Не ходи у камня, а то себя выдашь, у твоих сапог подошва другая, - предостерёг Фёдор и добавил, - устроим ночью засаду и узнаем, кто здесь бывает и зачем. Хотя, я не сомневаюсь в том, что это Виссарион. Если меч при нём окажется, заберём его сразу. А если нет, заставим показать, где он спрятан.

- Так и поступим. Придётся всем его караулить, чтобы наверняка.

Фёдор и Ярослав осмотрели поляну и лес вокруг неё, нашли несколько позиций, из которых удобно было вести наблюдение за местом у камня, а потом вернулись к товарищам и приступили к приготовлениям к ночной вылазке.

Задолго до наступления ночи отряд Ярослава, сложив на повозку копья мечи и луки, выдвинулся к лесу. Как ни хотелось Алексею поехать вместе со всеми, но кому-то надо было остаться, чтобы охранять доспехи.Ярослав поручил это, как всегда, ему и Милане.

Нашим героям пришлось сделать большой крюк, объехать поляну с другой стороны, чтобы спрятать повозку и не оставить следов своего пребывания на пути у Виссариона. Ещё засветло разместились они в густых зарослях. Фёдор не забыл проверить направление ветра и учёл это при размещении людей, которые должны были следить за поляной и чётко исполнять инструкции Ярослава. Ещё перед тем, как засесть в укрытиях, он поделился с друзьями своим довольно простым планом. Этот план заключался в том, чтобы по его команде, все одновременно выскочили и окружили Виссариона. По мнению Ярослава, тот на несколько секунд должен опешить от неожиданности. Этого времени должно хватить, чтобы свалить его на землю и обездвижить. Каждый боец отряда был вооружён. Ярослав взял себе меч, второй – отдал Корнилу. Фёдор и Кузьма, как лучшие стрелки, выбрали луки. Остальные сжимали в руках остроконечные копья.

Казалось, что самым трудным в этой вылазке, стало ожидание. Пока не стемнело, друзья тихо переговаривались и могли позволить себе некоторые передвижения. Но с наступлением темноты, они затихли и, почти не шевелясь, ожидали появления противника.

Наконец, послышалось лошадиное фырканье и топот. На поляну по тропинке, обнаруженной накануне, вышел человек, который вёл за собой коня. Он подошёл к камню и сел на него, устремив свой взор в небо. Конь смирно стоял поодаль, ожидая хозяина.

Затаив дыхание, Ярослав с товарищами наблюдали за странным человеком в плаще, силуэт которого с трудом различался в темноте и понять, Виссарион это или нет, было невозможно. Между тем человек встал и начал расхаживать вокруг камня, не прекращая смотреть в усеянное звёздами небо. По его движениям стало понятно, что он нервничает. Ярослав уже собирался начать действовать, как послышался какой-то шум. Большая птица, громко хлопая крыльями, спустилась с небес к самому камню и, ударившись о землю, превратилась в сгорбленную, похожую на человеческую фигуру.

- Ну, наконец-то. Почему тебя так долго не было. Я устал понапрасну каждую ночь ждать. А у меня есть, что тебе сообщить, - сказал человек в плаще.

- Не много ли ты себе позволяешь. Правильно ли я понял. Тебе удалось добыть Книгу Мудрости и Луч Надежды? – спросило скрипучим, будто воронье карканье голосом существо, ещё недавно бывшее в облике птицы.

- Пока нет. Но я нащупал след Книги. Её не так давно кто-то открывал, после чего я смог понять её местоположение.

- Почему же тогда Книга не у тебя? Ты же знаешь, как она опасна для нас.

- Я послал за ней своего слугу Кукшу. Задание было не таким уж сложным. Найти обоз одного из братьев-купцов Вересковых, который возвращался в столицу. В повозке этого обоза находилась Мудрая Книга.

- И что же?

- Кукша пропал. Я не могу связаться с ним. Такого никогда не было. Я чувствую, что его нет в живых. Но кто мог узнать о том, что он ищет Книгу и убить его, ведь простой человек не справился бы с ним.

- А что с Книгой?

- Она снова стала невидимой для меня. Но ты не дослушал. Кукша, как и другие цверити, обладал такими способностями и навыками, что без специальных заклинаний, обычным способом и оружием, его нельзя убить. Значит, у нас появился серьёзный сильный противник, который стережёт Книгу и, скорее всего, Луч. А это очень усложняет дело. Мне нужны помощники, чтобы уничтожить его, пока он не уничтожил нас.

- Хорошо. Я скажу Эрлену о твоей просьбе. Но, это не значит, что теперь ты освобождаешься от своего задания. Мудрая Книга и Луч Надежды должны быть у нас как можно скорее. Без них мы не сможем полностью завладеть миром. Ты должен найти их, во что бы то ни стало.

- Я сделаю это, - ответил Виссарион.

- Мне пора. Жди меня через три дня здесь же, - прокричал его собеседник, сделал какое-то быстрое движение и, обратившись в птицу, взмыл в небо.

Медлить больше не было смысла. Ярослав покинул своё укрытие.

- Вперёд! –скомандовал он и бросился к Виссариону.

Тот уже собирался садиться в седло, но увидел окружающих его людей и остановился.

- Вы кто такие и что вам от меня надо? – с пренебрежением спросил Виссарион.

- Нам нужен меч, Меч Трёх Чудес! – крикнул Ярослав.

Ещё доля секунды, и он настиг бы этого негодяя, а друзья, которые взяли недруга в плотное кольцо, уже готовы были прийти ему на помощь. Но Виссарион громко расхохотался и поднял руку над головой. Невидимая воздушная волна, вызванная движением ладони, с силой ударила и раскидала обступивших его людей. Виссарион опустил руку, набрал в лёгкие воздуха и дунул. Бойцы Ярослава, которые пытались подняться с земли, тут же упали в беспамятстве. Один Ярослав, покачиваясь, стоял напротив злобного колдуна. От неожиданности он замешкался, но продолжал пристально смотреть в глаза врага.

- Меч мой захотел? – с издёвкой спросил Виссарион, вынул клинок из ножен и несколько раз перебросил из руки в руку.

От его уверенного злобного взгляда холодок пробежал по спине, страх и смятение охватили Ярослава. Виссарион сразу прочёл это в его глазах и снова громко расхохотался. У него не было никаких сомнений в победе.

Этот жуткий хохот отрезвил Ярослава. Он взял себя в руки и принял боевую стойку, а затем, не оставив сопернику времени на раздумье, своим мечом попытался выбить оружие из его руки. Виссарион легко угадал его намерение, отбил удар и сам пошёл в атаку. Он был быстр и точен.

С трудом Ярославу удалось отразить эту атаку, за которой последовала ещё одна. Противник атаковал снова и снова. Виссарион в совершенстве владел мечом, действовал молниеносно, не оставляя никаких шансов. Но чем дольше длился бой, тем спокойнее и хладнокровнее становился Ярослав. Ему удавалось предугадывать действия соперника и отражать его удары или уклоняться от них. Ярослав старался держать приличную дистанцию, не подпускал Виссариона слишком близко, кружился, поворачивался, уходил с линии удара, несколько раз контратаковал, но противник был слишком опытен, и внезапно нанести ему удар, не удавалось.

Виссарион также не ожидал такого отпора. Злоба и нетерпение всё сильнее овладевали им. Он снова провёл серию атак и, наконец, сумел ранить Ярослава. Острое лезвие коснулось его плеча. Из раны тут же брызнула кровь. Виссарион восторжествовал, но вдруг остановился, вскрикнул и выронил меч.

Запахло палёным мясом. Его ладонь, по-видимому, была сильно обожжена и дымила.

Ярослав схватил Меч Трёх Чудес и вонзил его в живот врага. Виссарион удивлённо смотрел то на него, то на рану, из которой начала вытекать чёрная и густая, будто смола, жидкость, но продолжал стоять.

Тогда Ярослав нанёс ещё несколько смертельных ударов, после которых соперник стал быстро, на глазах истлевать. На том месте, где он недавно стоял, теперь лежала кучка золы, чёрный плащ и широкий кожаный ремень с ножнами.

Из раны Ярослава сочилась кровь, но он не замечал этого. В его руке поблёскивал бирюзой Меч Трёх Чудес, и это было сейчас главным. Не заметил он и того, как друзья вдруг очнулись, словно после спячки и неслышно подошли к тому месту, где только что закончилась схватка.

Корнил с ненавистью пнул плащ и вдруг скривился, ударившись ногой обо что-то твёрдое.

- Ой-ой-ой! – вырвалось у него.

Этот возглас вывел Ярослава из оцепенения.

- Ты ранен, - глядя на окровавленное плечо друга, сказал Фёдор - зря не послушал меня и не надел кольчугу.

- Пустяки, царапина. Кто ж знал, что так повернётся, - ответил Ярослав.

- Вот злодей проклятый, как ловко он с нами справился, если бы ты его не убил…, - продолжил Фёдор.

- Я тут не причём. Всё меч, - Ярослав отцепил ножны от ремня Виссариона и бережно вложил в них Меч Трёх Чудес.

- Что с плащом-то его делать будем? А коня куда? Себе возьмём? – спросил Корнил.

- Жеребца пусти, пусть домой идёт. А плащ камнем придави. Когда его сообщник снова сюда явится, увидит его, и всё поймёт. Пускай знают супостаты, что по нашей земле разгуливать и злодейства вершить им не дозволено. Ишь, Мудрая Книга им понадобилась, - пальцы Ярослава сжали меч, а голос стал решительным и твёрдым.

Корнил поднял плащ, чтобы взять камень, о который больно ударил ногу.

- Здесь ещё что-то лежит, - сказал он и поднял с земли тяжёлый кошель.

- Дай-ка посмотрю, - подбежал к нему Лукьян.

- Убери свои ручонки, - отодвинул его в сторону Корнил и отдал кошель Ярославу.

- Да тут серебряные монеты. Нам надолго хватит, - открыл его Ярослав, а затем посмотрел на Лукьяна, - назначаю тебя казначеем. Будешь за деньгами присматривать и выдавать их на разные нужды. Только в карты не играй больше.

Лукьян сначала опешил от такого предложения, но быстро осознав всю его важность, стал серьёзным:

- Обещаю не играть в азартные игры и постараюсь не подвести тебя. Всё сделаю, чтобы в деньгах порядок был.

- Вот и хорошо. Здесь нам больше делать нечего. Пора в дорогу собираться, - сказал Ярослав.

Рано утром отряд покинул Помпилов-Град. Друзья долго ехали молча. Они всё ещё приходили в себя после прошедшей ночи. Кто-то дремал, кто-то разглядывал поля и леса, сменяющие друг друга вдоль дороги, а кто-то, сидя на повозке, болтал ногами.

Ярослав долго сидел задумавшись. Его рана была промыта и обвязана чистым полотенцем заботливой рукой Миланы. Она не доставляла никакого беспокойства.

Наконец, он поделился мучавшими его мыслями с Фёдором:

- Я вот сколько ни думаю, никак понять не могу, что с руками Виссариона стряслось. Похоже, было, что он обжёгся о меч. Почему это случилось… Не обожжёт ли клинок меня так же, как и его…

- Раз ты об этом знаешь, то можешь уберечь свои руки. Без хороших защитных рукавиц за него не хватайся, - посоветовал Фёдор.

- Наверное, ты прав, согласился Ярослав.

К полудню повозки въехали в столицу. Яков и Наум встретили радушно. После сытного обеда Яков сказал:

- А мы вас ещё пару дней назад поджидать начали. Я уже было подумал, что вы в Каменную пустыню в объезд Циарлинта отправились. Даже беспокоиться начал, что мимо нас проехали.

- Что-то стряслось опять? С Флавианом всё в порядке? – насторожился Ярослав.

- Не совсем. Днём-то он себя хорошо чувствует, а как ночь наступит, рвётся идти куда-то. Словно безумный делается.

- Значит заклятье, которое на него Кукша наложил, не снято. Нельзя этого так оставлять, дальше только хуже будет, - ещё сильнее встревожился Ярослав.

- Я и сам это понимаю, - стал грустным Яков, - за последние несколько дней, пока вас не было, всем лекарям и знахарям нашего города его показал.

- И что?

- Да ничего. Разводят руками, говорят, зря беспокоюсь, со здоровьем у него всё в порядке. Только один, совсем уже ветхий старичок посоветовал напоить Флавиана водой из того источника, который ты ищешь.

- Хочешь послать со мной человека за живой водой?

- Ну, - замялся Яков, - если ты не против, то я…, то есть мы с Флавианом присоединимся к вам. Я сам буду смотреть за ним в дороге.

- О чём разговор, конечно присоединяйтесь. Ты будешь нашим проводником, - согласился Ярослав.

- Ты не переживай. Мы вас не потесним. Я возьму свою повозку, чтобы все поместились, - затараторил обрадованный Яков, - если поможешь Флавиана излечить, всё, что хочешь, для тебя сделаю, любое желание исполню.

- Перестань. Ты и так помогаешь, чего же ещё желать. Я вот тут думал на досуге и понял, что сын твой случайно пострадал. Кукше обоз Наума нужен был, а он перепутал, ошибся.

- Как это?

- Кукшу его хозяин за книгой послал, которая ехала в повозке вместе с доспехами. А то, что на этой дороге ещё один обоз, другого брата, то есть твой, двигаться будет, он и предположить не мог. Из-за Мудрой Книги, которая у меня сейчас, всё получилось.

- Вон оно как. А что за Книга такая. Видать немалых денег стоит, - удивился Яков.

- Не в деньгах дело. Это длинная история. Я тебе после как-нибудь расскажу. А сейчас давай займёмся приготовлениями к дороге. Далеко отсюда до пустыни с источником? – спросил Ярослав.

- Путь неблизкий. Несколько недель займёт.

- Завтра утром будем выдвигаться. Время дорого, - проговорил Ярослав в ответ.

На следующее утро караван, состоящий из трёх повозок, покинул Циарлинт. Запасливый Яков прицепил сзади большую бочку на колёсах, наполненную водой.

- Летом в Южном княжестве вода – самое ценное богатство. Её не хватает, поэтому надо, чтобы у нас с собой запас был. Как-никак трёх лошадей хоть один раз в день поить необходимо, - разъяснил он.

Повозки медленно катились по дороге. На полях работали крестьяне. Многочисленные сады уже полностью покрылись ярко-зелёной листвой, а кое-где начали цвести.

- Красота-то какая, любуясь белыми, похожими на невест, яблоньками, сказал Кузьма.

Солнце припекало всё сильнее. К полудню становилось так жарко, что приходилось делать небольшие привалы в тени деревьев или в шатрах, расположенных у дороги.

День шёл за днём. Небольшой обоз постепенно приближался к своей цели, но это происходило медленнее, чем хотелось бы. С наступлением темноты обоз вставал на ночёвку, чтобы не заблудиться и дать отдых лошадям.

- Долго ещё ехать? – то и дело спрашивали товарищи Ярослава у Якова.

Чаще всего он отмалчивался, а однажды сказал:

- Несколько дней до Зелёной долины осталось. Вон, видите, город справа виднеется. Это - Даретт. От него, насколько я помню, три дня.

- Как это ты так точно определил? – удивился Корнил.

- Я же купец. Часто бываю в разных городах не только нашего, но и других княжеств.

- Ну и что, - ничего не понял из его ответа Корнил.

- Из Даретта дорога ведёт вдоль Зелёной долины в Западное княжество. Я несколько раз проезжал здесь с обозом, - терпеливо объяснил Яков и озабоченно добавил, - у нас воды в бочке почти не осталось. Последний раз мы пополняли запасы три дня назад, и с тех пор не попалось ни одного колодца. Что делать будем? Чтобы в Даретт попасть, надо крюк делать. Ещё день уйдёт. А если мимо проехать, то где колодец найти?

- Что-то не хочется по такой жаре путешествие ещё на день продлевать. Не может быть, чтобы по этой дороге больше ни одного колодца не попалось, - высказался Фёдор.

Остальные были с ним согласны. Жара, которая теперь стала постоянной, изматывала и все мечтали от неё избавиться как можно скорее.

- Смотрите внимательно по сторонам. Если кто заметит колодец, сразу предупреждайте, будем делать остановку, - распорядился Ярослав.

День подошёл к концу. Но ни маленьких посёлков, которые раньше вдоль дороги попадались довольно часто, ни колодцев, ни водоёмов, путникам повстречать не удалось. Поздним вечером они остановились на ночёвку и вычерпали из бочки почти досуха остатки воды.

- Ты же говоришь, что ездил здесь. Неужели не помнишь, где воды можно набрать? – обеспокоенно спросил у Якова Корнил.

- Этого я не знаю потому, что всегда пополнял свои запасы в Даретте. И их мне хватало, чтобы доехать до озера Лепа. Оно всё лето водой наполнено и только к осени пересыхает. Слыхали про исчезающие озёра? Лепа – самое маленькое из них.

- Получается, мы совсем не далеко от Западного княжества? – поинтересовался Ярослав.

- Да. Оно тоже к Зелёной долине примыкает, - ответил Яков и заботливо укрыл Флавиана, руки и ноги которого на ночь приходилось связывать, чтобы он не смог уйти или что-нибудь натворить.

- Давайте спать уже. Завтра кто-нибудь попадётся навстречу, у него и спросим, где колодец, - проворчал Лукьян.

На следующее утро караван продолжил путь. К десяти часам утра, жара уже была нестерпимой. Навесы, которые друзья соорудили над повозками, чтобы создать хоть какую-то тень, слабо спасали от палящих лучей. Лошади страдали от зноя не меньше, чем люди, но поить их было нечем. Две неполные фляжки – вот весь запас, который не мог помочь ни животным, ни, по большому счёту, людям.

- Лучше бы мы ночью ехали, а днём спали. Хоть и душно тоже, но солнце так ни палит, - пробурчал Лукьян.

- Ночью, да ещё по незнакомой дороге. И куда бы мы заехали?! – возмутился Корнил, - ты вот скажи лучше, почему на дороге народ перестал попадаться? Никого, а места-то здесь густонаселённые. Тем более, что дорога два княжества между собой соединяет.

- Не знаю я. Что пристал! – обмахиваясь сорванным на обочине листом лопуха, вспылил Лукьян.

- Мне это тоже кажется странным. Не помню я, чтобы здесь так пусто и безлюдно было, - озадаченно сказал Яков.

- Посмотрите вперёд. Кажись, там дома стоят. Кто-то ещё видит их, или мне показалось? – вдруг засуетился Алексей.

- Ничего не показалось. Это посёлок. Только до него тоже не так близко. Но придётся делать крюк. Без воды пропадём, - всматриваясь вперёд, рассудил Ярослав.

- А может и не придётся в посёлок ехать. Вон, впереди дом почти у самой дороги стоит. Давайте узнаем, нет ли там колодца, - вмешался Кузьма.

Скоро повозки поравнялись с небольшим аккуратным домом, окружённым ухоженным уютным садом. Ярослав заметил в самом углу у забора колодец-журавль и остановил повозку.

Вместе с Алексеем и Миланой он направился к калитке.

- Хозяин! Хозяин! – громко крикнул Ярослав и постучал ручкой-кольцом о штакетину.

Ожидая появления кого-нибудь, они рассматривали необычный дом, крыша которого сплошь оказалась заставленной ловушками для птиц. Они были повсюду и в саду: в кустах, на деревьях, на клумбах и песчаных дорожках. Под навесом у крыльца висели клетки с птицами. Из двери, похожего на игрушечный, домика показался мужчина. Он подошёл к калитке и спросил:

- Вы что-то хотели? Птичка какая-то приглянулась?

- Здравствуй, уважаемый. Нельзя ли у тебя воды набрать. Разумеется, не бесплатно, - обратился к нему Ярослав.

- С водой нынче проблемы. Дождей нет. Мелкие водоёмы пересохли, - пустился в рассуждения, внимательно рассматривая гостей, ловец птиц.

В руках у него неизвестно откуда появилась маленькая пташка. Она не вырывалась, не улетала а, казалось, вместе с хозяином посматривала с любопытством на Ярослава.

- Так что же? Разрешишь набрать воду? Я хорошо заплачу, - снова спросил Ярослав.

- Так уж и быть, берите, - согласился мужчина и открыл калитку.

Ярослав, Алексей и Милана прошли в сад. Птицы, сидящие в клетках, начали громко щебетать, будто хотели обратить на себя внимание.

- Колодец вон там, - указал рукой хозяин и посмотрел на Милану, - пока они воду будут доставать, пойдём, я тебе птичек покажу. Может, выберешь себе какую.

Он водил девушку от клетки к клетке, постукивал по прутьям длинными пальцами и улыбался. Милана с удивлением рассматривала пёстрых пташек.

Наконец, мужчина сказал:

- Ну что, какая из них тебе понравилась больше других?

Девушка молчала.

- Так и быть. Покажу тебе свою любимицу.

Ловец птиц убрал накидку с клетки, которая стояла отдельно, снял с торчавшего из неё крючочка колокольчик и потряс им. Раздался красивый звон, а вслед за этим, сидевшая в клетке маленькая жёлтая с зелёной грудкой пташка запела. Милана, забыв обо всём, слушала и не могла наслушаться. Трели этой крохи зачаровывали. Затем мужчина накрыл клетку и песня смолкла.

Тем временем сзади подошли Алексей и Ярослав. С помощью товарищей, они уже успели наполнить бочку водой, и пора было трогаться в путь.

- Вот, возьми. Спасибо, что выручил, - Ярослав протянул мужчине две серебряные монеты, а потом посмотрел на Милану и добавил, - сколько стоит та птица, которая ей понравилась?

- Она не продаётся. Это очень редкий, а возможно, единственный экземпляр, - возмущённо замахал руками ловец птиц.

Лицо Миланы стало огорчённым. Казалось, что она вот-вот расплачется.

- А всё-таки подумай, может, сумеем договориться в цене, - не сдавался Ярослав.

- Об этом не может быть и речи. Извините, мне необходимо заняться своими делами, - недовольно взглянул птицелов, который в этот момент показался Ярославу очень похожим на грача.

- Ну что ж, ещё раз спасибо за воду, - сказал Ярослав и направился к калитке.

- Чтобы ваша девушка не грустила, купите ей любую другую пташку. Поверьте, они все такие забавные, - провожая гостей, предложил мужчина.

Ярослав посмотрел на Милану, но та отрицательно покачала головой.

Они вышли на улицу. Напротив их повозок стояла ещё одна, чужая. Изнурённая старая кобыла еле стояла на ногах. За неё была зацеплена телега, на которой сидели седобородый старик и женщина с ребёнком на руках. У телеги стоял подросток, который о чём-то разговаривал с Корнилом.

- В чём дело? – спросил Ярослав.

- Да вот, едут из Западного княжества. От войны бегут. Воды просят.

- Что у вас там, война уже началась? – обратился Ярослав к подростку.

- Можно и так сказать. Эти злодеи набеги на крестьян делают. Дома жгут. Убивают, грабят, а которых и в плен берут.

- А что же дружина?

- Да ничего. Никто не знает, когда и куда следующий набег будет. Даже если бы и знали… Ничего поделать не смогли бы, - вздохнул подросток, - вот, решили, пока целы в бега податься. Только где от них спрячешься. Скоро и сюда доберутся.

От его слов все притихли, почувствовав дуновение приближающейся войны.

- Ты это, дай ему воды-то, - сказал Корнилу Ярослав, - им ведь не много надо?

- Не больше ведра. У них набрать её не куда.

- Лукьян, выдели пареньку несколько монет из наших запасов, - немного подумав, добавил Ярослав.

О ловце птиц он уже забыл, но тот стоял сзади и слышал весь разговор.

- Погоди, не спеши. Раз такое дело, забирай Неолику!

- Что? – не понял Ярослав.

- Ну, птичку ту, которая твоей спутнице понравилась. Лучше ей её отдам, чем врагу, - решительно проговорил птицелов и исчез за калиткой, а через пару минут вернулся с клеткой в руках.

- Вот, держи, - он протянул её Милане, - если будешь в Зелёной долине, выпусти Неолику, там её родина.

Девушка улыбнулась и кивнула.

- Сколько же ты за неё хочешь? – спросил Ярослав.

- Так забирайте. Это подарок, - ответил мужчина, повернулся и быстро скрылся в саду.

Всю оставшуюся дорогу до Зелёной долины, а это чуть больше двух дней, Милана только и делала, что любовалась подарком птицелова. Иногда она брала колокольчик и, после его звона пташка начинала петь. Красивые переливчатые трели разносились вокруг. Сразу же затихали разговоры, и друзья наслаждались голосом маленькой певуньи. Когда девушке казалось, что птичка устала, она кормила её хлебными крошками и зёрнышками, давала напиться свежей воды, а потом накидывала на клетку покрывало.

Несколько повозок с беженцами попались навстречу обозу Ярослава, до того момента, когда дорога резко повернула вправо, а впереди показалась высокая каменная арка.

- Вот и приехали, - сказал Яков, - за этой аркой Зелёная долина.

- Кто построил её здесь и зачем? – удивился Фёдор.

- Это очень древняя арка. Никто не знает, с каких времён она здесь стоит. Кто жил в Зелёной долине раньше, тоже не известно, но они хорошо охраняли свою территорию. Если внимательно присмотреться, можно заметить по обе стороны от входа обвалившийся, заросший травой и кустарником ров. Когда-то, очень давно, он служил преградой для людей и животных. Вот и всё, что помнят старожилы, - объяснил Яков.

- Ты говорил, что Зелёная долина полна опасностей. Если там никого нет, то чего же опасаться? – поинтересовался Ярослав.

- Сам я по ту сторону от арки никогда не был. Люди обходят это место стороной. Ходит слух, что Зелёную долину охраняют огромные чудовища. Но, правда это или нет, точно сказать не могу.

Тем временем повозки подъехали к хорошо сохранившейся белокаменной арке.

- Что будем делать. Сразу заедем внутрь или остановимся здесь? – спросил, придерживая лошадь Алексей.

- Ждите. Мы с Фёдором разведаем, что там, - ответил Ярослав и по широкой, поросшей мелкой травкой дороге, направился к арке.

Фёдор взял лук и поспешил за ним. Мужчины прошли с десяток шагов и остановились. Огромная, поросшая шелковистой мягкой травой равнина расстилалась перед глазами. Казалось, что здесь присутствуют все оттенки зелёного от самого тёмного до салатового. Голубое, без единого облачка небо, на горизонте сливалось с прекрасным лугом. Не залюбоваться таким ярким пейзажем было не возможно.

- Действительно, зелёная, - осматривая просторы, восхитился Фёдор.

- Странно, что здесь никто не живёт. Место-то, какое хорошее, - сказал Ярослав.

Цепким взглядом он обвёл всю местность, но кроме большого холма с одной стороны и ещё одной, размером с обычную дверь, арки, ничего не заметил.

- Вот это и настораживает. Хотя…вся долина как на ладони, подкрасться незаметно нельзя, можно спокойно двигаться в любом направлении. Только с какой стороны пустыню искать, - почесал затылок Фёдор.

- Раз опасности нет, позову остальных. Устроим здесь привал, ещё раз осмотримся и все вместе решим, куда ехать, - сказал Ярослав и помахал рукой Алексею.

Повозки въехали в Зелёную долину и встали. Корнил распряг лошадей, которые с жадностью принялись щипать сочную траву у себя под ногами. Люди утолили голод имеющимися у них съестными запасами, а затем почти все легли, раскинув руки и ноги, на мягкий, созданный природой ковёр из душистых трав. Ярослав и Фёдор взяли на себя охрану обоза.

Милана сняла с клетки накидку и задумчиво смотрела на Неолику. Она понимала, что держать её у себя дальше не стоит, но не открывала дверцу, медлила. Девушке жаль было расставаться с чудесной птичкой. Милана накрыла клетку, решив, что выпустит певунью позже и хотела тоже прилечь, но заметила Алексея, который босиком разгуливал в стороне. Какая-то непонятная тревога за брата охватила девушку. Она не могла понять причину своего беспокойства, ведь Алексею ничего не угрожало, но продолжала наблюдать за ним. Тот о чём-то сосредоточенно размышляя, медленно побрёл к маленькой арке, осмотрел её, потрогал рукой. Нагретый солнечными лучами камень оказался слишком горячим. Алексей прошёл внутрь арки и остановился. Вдруг он нелепо взмахнул руками и исчез под землёй. Над тем местом, где только что стоял Алексей, поднялось облако пыли. От страха за брата у Миланы вырвался громкий стон. Ярослав оглянулся и тоже увидел провал в земле.

- Скорее, все сюда! – крикнул он и бросился на помощь.

Друзья тоже подбежали к образовавшейся яме. Из-за пыли, которая всё ещё висела в воздухе, ничего нельзя было разглядеть.

- Алексей, ты в порядке? – спросил Фёдор.

В ответ сначала послышалось громкое чихание, а потом голос:

- Да цел я, цел. Здесь, похоже, ступени каменные. Они вниз ведут.

Когда пыль улеглась, товарищи увидели засыпанного рыжей землёй, сидевшего на широкой ступеньке Алексея.

- Чего тебя сюда понесло?! А если бы что-то случилось? Ты о сестре подумал?! – накинулся на него Ярослав.

- Сам не знаю. Просто ходил и пытался понять, кто здесь жил. Почему не осталось строений, - оправдывался Алексей.

- Давайте подземелье осмотрим. Интересно, что там, - предложил Фёдор.

- А если там западня? Может не стоит рисковать, - не согласился Ярослав.

- Так мы все не пойдём. Я один спущусь, - не сдавался Фёдор.

- Я с тобой пойду. У меня и огарок свечи после колодца где-то в мешке завалялся, - поддержал его Кузьма.

- Хотя бы копьё возьмите, - наконец сдался Ярослав, - если что, зовите, мы здесь наготове стоять будем.

Через несколько минут Фёдор и Кузьма, освещая дорогу свечой, спустились в подземелье. Товарищи, держа наготове оружие, с нетерпением ждали их сверху. Кузьма появился довольно быстро.

- Там такая же палата с доспехами, как в колодце. Только доспехов раза в два больше, - сказал он.

- Надо забирать, - тут же решил Ярослав, - давайте все вниз. Мы с Миланой здесь обоз караулить останемся.

- Куда нам столько. Да и лошадям тяжело будет, - возразил Лукьян.

- Пригодятся. Враг-то непростой, голыми руками его не возьмёшь. А чтобы лошади смогли это богатство везти, нам всем придётся пешком дальше идти.

- Сейчас мы быстро их сюда притащим, если все пойдём, - Кузьма быстро начал спускаться по ступеням.

- Подожди, - остановил его Ярослав, - ключик от Мудрой Книги поищите. Глядишь, что-нибудь полезное ещё из неё узнаем.

- Хорошо! – крикнул на ходу Кузьма.

Когда шум шагов затих, Ярослав принялся расхаживать от обоза к спуску в подземелье, стараясь не упускать из виду пасущихся лошадей и территорию вокруг.

Милана кормила свою пташку. Она никак не могла набраться решимости выпустить её. Иногда они с Ярославом обменивались только им одним понятными взглядами.

Спустя полчаса из ямы послышался громкий топот, кряхтение и голоса. Ярослав тут же направился туда.

- Ну, что нашли ключик? – спросил он у Фёдора, который шёл первым, был одет в доспехи и ещё нёс их в руках.

- Чтобы несколько раз не спускаться, решили на себе принести, - снимая шлем, объяснил он и добавил, - а ключик нашли. И надпись на стене там тоже есть. Только странная она какая-то.

- Что значит странная?

- Ну, мастер просит не убивать вражеских воинов. Не понимаю, что тогда мы должны с ними делать.

- Не может быть, чтобы он об этом просил, - недоумённо посмотрел на Фёдора Ярослав.

- Если не веришь, давай спустимся, сам почитаешь.

- Странная какая-то просьба у этого мастера. Может, он на сторону врага переметнулся, - предположил Кузьма, который вместе с остальными успел подняться и снимал с себя тяжёлые доспехи.

- Пойдём, покажешь, - обратился к Фёдору Ярослав и направилсявниз.

Спускаться пришлось довольно глубоко. В подземелье было прохладно. Несколько факелов, закреплённых на стенах, хорошо освещали большую каменную палату. Ярославу в глаза сразу же бросились смешные без доспехов болваны, которые валялись на полу.

- Где эта надпись? – обернулся он к Фёдору и тот указал пальцем на одну из стен.

Ярослав подошёл и вслух прочитал:

«Тот, кто найдёт эти доспехи и оружие, разрешаю тебе взять их и использовать в бою.

Платой за них, будет исполнение моей просьбы, какой бы странной она не показалась. Никогда не убивайте вражеских воинов на серых конях.

МАСТЕР».

Раз за разом читал Ярослав надпись и ничего не понимал.

- Чепуха какая-то. Не убивать вражеских воинов. Пускай они, что ли нас убивают, - возмутился он.

- Я только теперь обратил внимание, что он просит не убивать только тех, кто на серых конях. Может, в этом что-то кроется? – предположил Фёдор.

- Да какая разница, на каких они конях! – вскипел Ярослав, - Ладно, пошли, попробуем книгу почитать. Возможно, там какое-нибудь объяснение будет.

Они вернулись к товарищам, которые уже заканчивали укладывать доспехи и оружие на обозы.

Ярослав достал из мешка Мудрую Книгу и спросил:

- У кого ключ?

Кузьма порылся в кармане и протянул ему серебряный ключик, точно такой же, как и тот, которым открылась Книга в прошлый раз. Ярослав вставил его в замок, повернул и очень осторожно вынул назад, стараясь сохранить его целым. Но, не смотря на это, ключик стал хрупким, начал разламываться на кусочки и быстро превратился в пыль. Книга открылась.

- О МЕЧЕ! – громко прочитал Ярослав. Друзья окружили его и приготовились внимательно слушать.

« Невозможно одолеть ЧЁРНУЮ ЖУТЬ без МЕЧА ТРЁХ ЧУДЕС.

Это не простое оружие. Он обладает тремя необыкновенными свойствами.

ПЕРВОЕ: КЛИНОК ЛЕГКО РУБИТ КАМЕНЬ, КАКИМ БЫ ТВЁРДЫМ ОН НЕ БЫЛ.

ВТОРОЕ: МЕЧ ТРЁХ ЧУДЕС НИКОГДА НЕ ПРИЧИНИТ СЕРЬЁЗНОГО ВРЕДА И НЕ УБЪЁТ СВОЕГО ИСТИННОГО ЕДИНСТВЕННОГО ХОЗЯИНА, ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ЕГО ВЫКОВАЛ. А ТОТ, КТО ПОПЫТАЕТСЯ ПРИМЕНИТЬ ЕГО ПРОТИВ ИСТИННОГО ХОЗЯИНА, САМ ПОСТРАДАЕТ ОТ ЭТОГО МЕЧА.

ТРЕТЬЕ: МЕЧ…»

- Морозники, - вдруг перебил чтение Корнил.

Он смотрел в сторону холма. Его лицо вытянулось и то ли испуг, то ли растерянность, или и то и другое вместе отобразились на нём. Ярослав бросил взгляд в том же направлении.

Три Морозника показались из-за холма. Они медленно брели к обозу, срывали на ходу длинными языками большие пучки травы и отправляли их в рот. Их кожа имела более зелёный оттенок, чем у того, на которого охотился Ярослав с друзьями, а в остальном это были такие же огромные чудовища. Расстояние между ними и обозом постепенно уменьшалось.

Книга захлопнулась. Но никто не обратил на это внимания. Все, не отрывая глаз, смотрели на Морозников. Ярослав заметил старика, который полз на коленях сбоку от первого, самого крупного, скорее всего, их вожака. Старец что-то отыскивал в траве и тут же поглощал.

- Похоже, они настроены миролюбиво, - проговорил Ярослав, - возможно, тот старик умеет управлять ими. Надо попробовать договориться с ним.

- Не знаю, что это за старикашка, но хорошо помню, как такая же тварь как те, что рядом с ним, легко людей в ледышки превращала, - сказал Корнил.

- Я пойду, поговорю, хотя бы на время отвлеку их внимание. А вы лошадей пока запрягайте и сразу же уезжайте за арку. Туда они, по всей видимости, не выходят.

- Давай вдвоём пойдём, - предложил Фёдор.

- Ни к чему это. Я сам справлюсь.

- Тогда хотя бы кольчугу надень.

- В этом случае она бесполезна. Ото льда никак не сможет меня спасти.

- Мы без тебя никуда не уедем, - возмутился Алексей.

- Вы мне ничем помочь не сможете. Выполняйте, что сказал, это приказ, - Ярослав сунул книгу в мешок и медленно пошёл навстречу Морозникам.

Теперь он хорошо разглядел старика, который выдёргивал какие-то корешки, отряхивал их от земли, а затем долго пережёвывал. Он был щуплым, с большой загорелой лысиной, обрамлённой спускающимися до плеч седыми волосами.

Ни Морозники, ни старик никак ни реагировали на приближение Ярослава. Он остановился на приличном расстоянии, посчитав, что для переговоров этого будет достаточно.

- Доброго здоровья тебе, отец! – громко сказал Ярослав.

Тот посмотрел своими светло-голубыми, совсем не злыми глазами и ответил:

- Меня зовут Иоиль. А ты кто? Зачем зашёл в наши земли?

- Я – Ярослав. Мне нужна вода из источника в Каменной пустыне, чтобы окропить доспехи. Не мог бы ты увести своих питомцев и, если знаешь, указать дорогу туда.

После его слов самый крупный Морозник перестал срывать траву и с любопытством посмотрел на Ярослава.

- Это не у меня надо спрашивать, - улыбнулся Иоиль.

- Тогда отведи меня к тому, кто может помочь. Да поскорее, а то чёрное войско скоро доберётся и сюда, если никто не встанет на его пути.

Неожиданно Морозник начал трещать, а Ярослав напрягся, готовясь в любую минуту броситься бежать, чтобы не дать превратить себя в кусок льда.

Старик дождался, когда Морозник смолкнет, после чего сказал:

- Это – Мок. Он здесь главный и будет решать, пропускать тебя к источнику или нет. Мок хочет задать тебе несколько вопросов.

- Как же с ним говорить, ведь я не понимаю его треска, - опешил Ярослав.

- Зато я понимаю и смогу переводить тебе его речь.

- Хорошо. Пускай спрашивает. Я готов ответить на все его вопросы.

Мок что-то протрещал, после чего Иоиль сказал:

- По твоим словам ясно, что ты уже встречался с Морозниками. Как это случилось?

- Не буду лукавить. Встреча с ним не была приятной. Мне пришлось убить собрата Мока, так как он замораживал и поедал людей. Это произошло очень далеко отсюда, в горах Северного княжества.

Мок снова затрещал, и сделал несколько шагов навстречу Ярославу, но тот не шелохнулся.

- Ты – хороший воин, если смог убить Морозника и смелый человек, коли не побоялся рассказать об этом. Думаешь и Жуть сумеешь одолеть?

- Не знаю, но у меня есть шансы, а с живой водой они сильно увеличатся.

На какое-то время Морозник, казалось, задумался. Он посмотрел вдаль, поверх головы Ярослава. Наконец, по долине снова разнёсся его треск. Это продолжалось довольно долго. Когда он прекратился, заговорил Иоиль:

- Прежде чем Мок укажет тебе путь к Каменной пустыне, выслушай эту грустную историю с самого начала.

Когда-то, давным-давно здесь обитали Морозники, и их было очень много. В те времена пустыня не была пустыней. Гладкие тёплые валуны, между которыми произрастали высокие деревья с сочными вкусными плодами, находились на том месте. Каменная равнина и Зелёная долина были прекрасной страной Морозников. Эти существа отлично уживались с людским племенем, хижины которого стояли у холма. Люди понимали язык Морозников, пасли для них многочисленные стада коров, коз и баранов, а также охраняли Морозников от других людей. У тех же была своя важная миссия. Они стерегли Обитель огня, то есть огненное озеро. Оно и сейчас находится за Каменной пустыней. Когда озеро начинало сильно бурлить, выкидывать огненные сгустки, пыталось выйти из берегов и становилось опасным для всего живого, Морозники накрывали его ледяным панцирем, и оно успокаивалось. Следить за озером, чтобы его огненные языки не распространились дальше русла, не представляло большого труда, и их жизнь была беззаботной и радостной. Морозники питались сочными плодами и травой, а также свежим мясом, которым в достатке обеспечивали их люди, спали на гладких приятных камнях и не знали горя. Казалось, так будет всегда.

Но однажды случилось то, что разрушило их мирную спокойную жизнь. В этом есть вина самих Морозников, ведь они не выполнили своего предназначения. Если бы Морозники тогда справились, то, возможно, сейчас всё было бы по-другому и не пришлось бы спасать земли Альтании от Чёрной Жути.

Иоиль смолк. Его лицо стало грустным, уголки губ опустились.

- Продолжай, я не понимаю, какая связь между Жутью и Обителью огня, - напомнил о себе Ярослав.

- Несколько веков назад озеро вдруг заволновалось так, как никогда раннее. Оно кипело, столбы пламени поднимались высоко, а каменные берега раскалились докрасна. Но Морозники не стали выбивать лёд, чтобы охладить озеро. Всё потому, что они почувствовали дрожь. Никто кроме них не ощутил этой ужасной, изматывающей, нестерпимой дрожи. Морозники бросились бежать. Как ни пытался остановить своих родичей вожак Пейгр, никто не слушал его. Каждый пытался спастись. Но дрожь настигала их повсюду и Морозники стали терять разум. Они растоптали хижины с людьми, разбежались далеко за пределы своей страны. Дрожь не прекращалась до тех пор, пока из-за скал острова, который находится в середине озера, не появилось Чёрное войско…

Началась война. Тогда людям удалось справиться с этим войском. Но недавно полчища Чёрных всадников, снова вышли из недр острова. И их никто не может одолеть.

- Где же всё это время были Морозники? Кто стерёг озеро? – спросил Ярослав.

- После тех всплесков мучительной дрожи, они разбрелись по Альтании и стали нападать на людей. Тогда волхвы собрали совет, на котором решили с помощью заклинания усыпить их до лучших времён. Морозники проспали не менее трёх сотен лет. Они, будто каменные глыбы, лежали без движения и никто, даже забравшись сверху, не мог понять, что это живое существо. Не так давно дрожь начала повторяться. Она разбудила Морозников. И того, которого тебе пришлось убить, тоже. Но есть одна проблема.

Иоиль замолчал и посмотрел на Мока. Тот что-то протрещал. Старик издал такой же треск в ответ. Несколько минут они переговаривались на языке Морозников. Ярослав терпеливо ждал. Иоиль кивнул и продолжил:

- Дело в том, что многие Морозники после той, давней дрожи, вернулись домой. Каменную долину было не узнать. Из гладкой и ровной, она превратилась в пустыню, утыканную каменными зубьями. Озеро покрылось тлеющим пеплом и выглядело безжизненным. Почти все люди, живущие у холма, были растоптаны ими самими. Их вожак, который в одиночку пытался остудить озеро, погиб. Убитые горем, они бродили по Зелёной долине, когда волхвы начали творить своё заклятье. Морозники любят спать на камнях, и поэтому, когда заклятье начало действовать, они предпочли уснуть там, среди камней, а не здесь, на траве. Хотя, я думаю, разницы нет.

- Это и есть та проблема, о которой ты говорил? – удивился Ярослав.

- Проблема в том, что они не просыпаются. Дрожь повторяется снова и снова, а Морозники продолжают спать. Мок очень обеспокоен этим. Он полагает, что ты сможешь их разбудить и тогда, все вместе вы справитесь с Чёрной Жутью. Морозники опять заживут как когда-то давно. Люди, наконец, забудут об ужасах войны.

- Я бы рад помочь, но обещать ничего не могу, потому, что не знаю, как это сделать, - ответил Ярослав и добавил, - люди, которые жили здесь, они все погибли?

Иоиль стал печальным:

- Я единственный, кто остался от того племени.

Треск Мока прервал его грусть. Старик выслушал его и перевёл:

- Мы проводим тебя в пустыню к источнику. Но за это ты разбудишь Морозников, а не то превратишься в ледяную фигуру. Если откажешься, тебя и твоих друзей ждёт та же участь.

- Раз у меня нет выбора, не будем терять времени понапрасну, - сказал Ярослав.

Он решил, что увидев спящих чудовищ, он поймёт, каким образом их разбудить. А если не он сам, то кто-нибудь из его товарищей обязательно догадается, как это сделать.

- Мы пойдём вперёд. Вы – следуйте за нами, - сказал Иоиль.

- Сколько времени займёт дорога?

Старик посмотрел на солнце и ответил:

- До темноты должны добраться. Сейчас ведь дни ещё гораздо длиннее ночи.

- У меня ещё один вопрос, - немного подумав, проговорил Ярослав, - где-то здесь, поблизости простой воды можно набрать, чтобы напиться.

- За холмом есть каменная чаша. Она наполняется чистой холодной водой из подземного ключа. Когда будем проходить мимо, я укажу тебе это место. В Зелёной долине несколько таких ключей.

- Это намного облегчит нам путь, - обрадовался Ярослав, - мне надо вернуться за повозками и отрядом. Но мой небольшой караван быстро нагонит вас.

Иоиль кивнул и пошёл назад, за холм, туда, откуда недавно появился. Мок и два других Морозника медленно двигались рядом с ним.

Ярослав направился к повозкам, которые так и не покинули Зелёную долину. Друзья держали в руках оружие, готовясь в любую минуту кинуться ему на помощь.

Скоро повозки тронулись вслед за Морозниками и стариком. А Ярослав ещё долго пересказывал им свой разговор с Иоилем и Моком.

У каменной чаши они сделали небольшой привал, чтобы утолить жажду. Когда совсем стемнело, они поняли, что пустыня близко. Под ногами вместо мягкой травы стали попадаться песчаные и каменные участки.

- Остановимся здесь. Дальше во тьме идти опасно. Скоро острые зубья начнутся, - сказал Иоиль.

Друзья были рады его предложению. Они очень устали, ведь повозки были нагружены доспехами, и им пришлось всё расстояние преодолевать пешком.

- Ложитесь спать. Утром я вас разбужу, - снова сказал старик, - о безопасности можете не тревожиться. Морозники будут нас стеречь.

Выбрав небольшой островок, покрытый мелкой травкой, он тут же, свернувшись клубком, устроился на нём.

Иоиль поднял всех на рассвете. Друзья наскоро позавтракали и продолжили путь. Теперь им приходилось часто огибать торчащие из земли острые камни. Они были покрыты крупными каплями утренней росы, сверкающими в лучах, будто бриллианты.

Через какое-то время стал доноситься тихий серебряный звон, а камни торчали так часто, что их сложно стало объехать.

- Слышите этот приятный звук? – спросил Иоиль.

Ярослав кивнул.

- Это источник. Мы вплотную подошли к Каменной пустыне. Дальше с повозками не пройти. Да и без них тоже скоро пробраться будет невозможно.

Друзья остановились, рассматривая безрадостную картину перед собой. Серые каменные острия торчали впереди, насколько хватало глаз. Между ними кое-где лежали огромные глыбы. Послышался треск Мока, а потом Иоиль сказал:

- Видишь те большие каменные глыбы? Это спящие Морозники. Их и надо разбудить. Сначала ты сделаешь это, и только потом Мок укажет тебе, где источник. Но пойдёшь к нему ты один.

- Здесь же повсюду острые зубцы торчат, по ним никуда не пробраться, - заволновался Кузьма.

- Не о том думаешь, - задумчиво проговорил Ярослав, - нам для начала надо собратьев Мока разбудить.

- Если они не проснутся до конца дня, Мок заморозит вас всех, - спокойно пояснил Иоиль и уселся на тёплый песок.

- Что будем делать? – обратился Ярослав к друзьям.

- Если бы можно было подойти хотя бы к одному из них и попробовать потыкать его копьём, - неуверенно высказался Лукьян.

- Да-а-а-а, задачка не из лёгких, - протянул Фёдор.

Пока мужчины совещались, Милана решила накормить Неолику. Она подошла к повозке, на которой стояла клетка и остановилась, с удивлением прислушиваясь, как птичка мечется и бьётся о прутья. «Что это с ней», - подумала девушка и сняла покрывало. Жёлтая пташка трепетала и изо всех сил пыталась вырваться на свободу, но лишь ударялась о жёсткие прутья клетки. Затем на некоторое время Неолика затихала, словно прислушиваясь к чему-то, и снова начинала биться. Негромкий говор мужчин и журчание источника уловил слух Миланы, которая пыталась понять волнение птички. И вдруг этот серебристый звук показался ей очень знакомым. «Колокольчик, её колокольчик звенит так же. Неолика здесь когда-то жила. Это её дом», - догадалась девушка и открыла дверцу клетки. Пташка тут же выпорхнула и взмыла высоко вверх. Она запела так радостно и красиво, как никогда до этого.

Люди и Морозники, забыв о своих заботах, стали слушать удивительную песню. А Неолика продолжала выводить свои трели, будто не могла насладиться свободой.

- Смотрите! – громким криком отвлёк друзей от пения Неолики Корнил и указал рукой на спящего Морозника.

Он поднял голову и, открыв глаза, озирался по сторонам. Вслед за ним начали просыпаться и его соседи.

- Ты разбудил их! Теперь иди к источнику, - перевёл речь Мока Иоиль.

- Во-первых, я не знаю, в каком направлении мне двигаться. А во-вторых, как мне пройти мимо проснувшихся Морозников. Что если я им не понравлюсь?

- Не бойся. Они тебя не тронут. Мок позаботится об этом. Иди прямо к тому голубому пятну. Видишь его?

- Вроде бы вижу, - с сомнением проговорил Ярослав.

- Как же ты пойдёшь, тут же некуда ступить, чтобы не напороться на каменное остриё, - снова спросил Кузьма.

- Меня сильнее волнуют те Морозники, - вздохнул Ярослав, глядя на пустыню.

По всей её территории глыбы начинали шевелиться, поднимали головы и приходили в себя после долгой спячки.

- Силища-то какая. Если захотят, они нас вмиг в ледяное крошево превратят, да и не только нас, - сказал Фёдор и, представив себе это весь сжался.

- С нами бы и один Мок легко справился, если бы захотел. Не стоит об этом думать. Лучше давайте мне свои фляжки. Не идти же к источнику с пустыми руками, - отвлёк друзей от пугающего зрелища Ярослав.

Всего набралось пятнадцать ёмкостей. Пять из них он прицепил себе на пояс, а остальные разложил в два мешка, которые закинул за спину.

- Постараюсь вернуться поскорее и целым. Вы тоже здесь на рожон не лезьте. Держитесь рядом со стариком, - сказал Ярослав, вынул Меч Трёх Чудес и, срезая острые верхушки камней, пошёл к источнику.

Он старался не отвлекаться и не смотреть по сторонам, как будто не замечал Морозников, мимо которых приходилось двигаться. Они удивлённо таращили на Ярослава свои жёлтые глаза, но не нападали.

Звук журчащей воды говорил о том, что источник совсем рядом. Сзади раздался громкий треск. Видимо, Мок пытался что-то сказать проснувшимся собратьям. Они как по команде повернули головы в его сторону, а потом начали медленно двигаться. Как им удавалось идти, не ранясь об острые зубья, выяснять было некогда. Ярослав уже подошёл к площадке из голубых камней. Он осторожно ступил на необычную, ярко-голубую поверхность и сразу увидел ручей, в котором весело журчала хрустально чистая, с голубыми светящимися искорками вода. Какое-то время он стоял, зачарованный чудесным источником, затем опустился на колени и принялся наполнять фляжки. Когда последняя из них была набрана, Ярослав немного помедлил, вынул из ножен Меч Трёх Чудес и смочил его. Клинок ожил, заиграл бирюзой и, как будто стал немного тяжелее. Ярослав вытащил из голенища нож и тоже обрызгал живой водой. В этот момент какая-то тень накрыла площадку. Ярослав поднял глаза. Мимо двигался огромный Морозник. Он не обращал внимания на человека у источника, но Ярослав решил, что пора возвращаться к друзьям. Надо постараться успеть до того, как эти чудовища выйдут из пустыни. Он собрался завинчивать крышку на фляжке, но подумав, сделал глоток, и в тот же миг почувствовал необычайный прилив сил. Обратный путь показался гораздо короче, а тяжёлый груз не доставлял хлопот. Очень быстро Ярослав вернулся к друзьям, которые стояли в сторонке, окружив повозки плотным кольцом. Лошади нервно фыркали. Алексей, Корнил и Яков крепко держали их за упряжь. Мок и Иоиль находились между товарищами Ярослава и довольно большой группой Морозников, которые уже успели выйти из Каменной пустыни.

- Ты набрал воду? – сразу спросил Иоиль.

- Да. Думаю того запаса, который теперь у меня есть, будет достаточно, - ответил Ярослав.

- Мок благодарит тебя за то, что ты разбудил его сородичей. Они хотят помочь тебе одолеть Жуть, и надеются, что после этого их прекрасная страна восстановится. Ты должен призвать их, когда начнётся битва.

- Это было бы не плохо, но как же я их призову.

- Мок говорит, что у тебя есть что-то от его собрата, которого ты убил.

- У меня его коготь.

- Когда придёт время, коснись три раза когтем об этот камень, и через несколько часов Мок со своей армией, явятся к тебе, - сказал Иоиль, поднял с земли небольшой камешек и отдал его Ярославу.

- Хорошо. Я сделаю так, как ты говоришь. А теперь нам пора. Отсюда есть более короткий путь к Западному княжеству?

- Нет. Единственный вход в страну Морозников – через арку.

- Ну, что ж, прощай, отец. Спасибо тебе и Моку.

- Не прощайся и не благодари. Придёт час, когда мы встретимся снова, чтобы вместе изгнать нечисть с наших земель. А теперь иди, - Иоиль отвернулся.

Обоз Ярослава покатился к плохо различимому далёкому холму.

Яков вёл свою повозку, часто оглядывался и смотрел на Ярослава, как будто не решался спросить его о чём-то. Но этого и не потребовалось. Ярослав и так всё понял. Он взял одну из фляжек и протянул её Флавиану:

- Надеюсь, после этой водицы ты полностью излечишься.

Флавиан долго, не отрываясь, пил, а Яков наблюдал за ним, а когда вода во фляжке закончилась, спросил:

- Ну, что? Как ты себя чувствуешь?

- Хорошо. Таким бодрым я никогда не был, - весело ответил парень.

- Сделайте все по глотку, - сказал Ярослав друзьям, - а доспехи и оружие окропим позже, у арки. Что-то не хочется мозолить глаза Морозникам, хоть они сейчас и на нашей стороне.

Тем временем повозки выехали на мягкую траву.

- Отец, разреши мне остаться в отряде Ярослава и сражаться с врагом. Я теперь просто не смогу отсиживаться дома и оставаться в стороне, ведь враг рядом, - вдруг пылко выпалил Флавиан, - прошу, не отговаривай.

Яков нахмурился. Решение сына было для него полной неожиданностью.

- Что же ты молчишь, отец, скажи хоть что-нибудь, - выждав некоторое время, не выдержал Флавиан.

- Я рад, что ты научился сам принимать решения. Думаю, сейчас, оно верное, что бы за этим не последовало. Но я не могу отпустить тебя одного. Пойдём, если Ярослав не возражает, вместе. Глядишь, где-нибудь и я сгожусь, - ответил Яков.

- Я, то есть мы, будем только рады. С таким проводником отряд доберётся до места гораздо быстрее, - ободряюще улыбнулся Якову Ярослав.

Друзья доехали до арочных ворот, когда солнце почти полностью скрылось за горизонтом. Они уснули на прохладной траве все, кроме караульных, которые бдительно охраняли повозки и спящих товарищей.

Завтра отряд Ярослава продолжит путь к Западному княжеству. Туда, где уже горит земля и гибнут люди от безжалостных нападок жестокого врага.

Гость

Беженцы двигались по дороге сплошным потоком. В основном это были женщины с детьми и старики. Они медленно брели, устало переставляя натруженные от длительного перехода, ноги. Некоторые катили перед собой тележки, доверху наполненные нехитрым скарбом. Иногда попадались повозки, но их было мало. Ещё реже встречались богатые экипажи, охраняемые конными солдатами, которые бесцеремонно разгоняли впереди идущих людей плётками и громкими выкриками:

- Посторонись! С дороги! Дайте проехать! Господин очень спешит по важным делам!

Люди сбивались к обочинам, стараясь увернуться от ударов, и с презрением смотрели на проезжающий экипаж.

- Конечно, спешит. Боится, что не успеет ноги унести. Некому нас защитить, все разбегаются кто куда, - тихо переговаривались они.

Отряд Ярослава с трудом продвигался через поникшую, потерявшую всякую надежду, толпу, которая шла навстречу, где каждый пытался спасти единственное, что у него осталось – свою жизнь.

Перед глазами всё чаще стали появляться выжженные поля и селения. Картина вокруг была настолько печальной и удручающей, что товарищи Ярослава погрустнели. Они молча шли рядом со своими повозками и громко вдыхали.

Приближался вечер. Ярослав высматривал место для ночлега, когда впереди замаячило поселение с пока ещё целыми домами.

- Нам, кажется, везёт. Несожжённая деревня попалась. В ней и заночуем. Надеюсь, хотя бы на сеновал нас пустят, - поделился он с Фёдором.

- Да уж «везёт». Я что-то не пойму где дружина. Почему ратники население не охраняют, или враг уже всё Западное княжество захватил. Если так, то мы можем прямо в лапы неприятеля угодить.

- Что ты предлагаешь?

- Пошлём вперёд двоих. В доспехах и с оружием. Пусть разведают, что там. Вдруг вражеские солдаты в домах обосновались.

- Хорошо. Кого предлагаешь в разведку отправить?

- Давай мы с Кузьмой сходим. А вы, - Фёдор огляделся, - нас вон за теми деревьями дожидайтесь.

Ярослав утвердительно кивнул, и вскоре повозки встали, спрятавшись в густых зарослях.

Кузьма с помощью Лукьяна надел на себя кольчугу.

- Тяжёлая. В ней я гораздо медленнее идти буду, а бежать вообще не смогу. Лукьян, стаскивай её с меня. Так пойду, - сказал он и принялся снимать непривычное одеяние.

- А как же ты воевать собираешься? Без доспехов долго не протянешь, - укорил его Фёдор.

Одетый в кольчугу и шлем, с луком в руках, он с нетерпением дожидался Кузьму.

Когда они ушли, Алексей сказал:

- Вот ведь горе-то какое. Не думал я, что здесь такое творится.

- Это только начало. Дальше хуже будет. Эх, зря мы из Северного княжества сюда пришли. Там сейчас благодать. Надо было отсидеться. Глядишь, без нас бы с супостатом управились, - усевшись на траву, пробурчал Лукьян.

- Ты что это болтаешь? Я за собой силой никого не тащил. Хотел остаться, оставался бы. Разве не видишь, что враг по нашей земле спокойно разгуливает?! Если здесь не остановим, он и до Северного княжества доберётся. А сколько народа ещё пострадает? От Жути нигде не спрячемся. Её надо уничтожить, только тогда спокойная жизнь вернётся. Это же любому дураку понятно. Чтобы я больше ничего подобного не слышал! – громко, чтобы слышали все, проговорил Ярослав и бросил на Лукьяна испепеляющий взгляд.

Скоро вернулись Фёдор и Кузьма.

- Порядок. Можно идти. В деревне никого нет, кроме деда Демьяна. Все жители ушли. Так что ночевать есть где, - тяжело дыша от быстрой ходьбы в доспехах, пояснил Фёдор.

Стоял тихий летний вечер. Пустые дома выглядели безжизненными и грустными. Повозки медленно катились по покинутому людьми небольшому селению. Фёдор привёл отряд к старой, покосившейся избёнке на завалинке которой, сидел маленький седобородый старичок.

- Ну вот, дед Демьян, мы и приехали. Где, говоришь, у тебя колодец. Лошадей бы напоить, - обратился к нему Фёдор.

Старик улыбнулся:

- Вон он, колодец-то. У меня и банька есть. Если желаете, можете протопить. Гляжу, вы устали в дороге-то. После баньки сразу полегчает.

- Вот это дело. Я бы с удовольствием попарился, - обрадовался Корнил.

- У меня ещё два кабанчика имеется. Одного прирезать бы надо. Больше-то угощать мне вас нечем.

- А как же ты? Чем сам кормиться будешь? – забеспокоился Фёдор.

- Много ли мне, старику надо. Как-нибудь проживу. А вам силы понадобятся со злодеями воевать, - дед Демьян почесал затылок и продолжил, - покуда у меня Манька есть, с голоду не помру.

Из-за угла дома тут же высунулась голова козы и, не переставая что-то энергично пережёвывать, с любопытством посмотрела на незнакомцев. Затем Манька дружелюбно заблеяла и, позванивая колокольчиком на шее, подошла к старику.

Товарищи Ярослава дружно взялись за работу, а он сам сел на завалинку рядом с дедом Демьяном и спросил:

- Почему вас никто не защищает? Где же княжеская дружина?

- Когда только сошёл снег, солдаты часто наведывались сюда. Почти всю живность забрали. Обещали, что не дадут нас в обиду. Потом они стали появляться всё реже. А сейчас не знаю, есть ли в нашем княжестве хоть один вояка. Давненько я их не видел. Только я никого не осуждаю за это, - сказал старик и смолк.

- Как же так? – растерялся Ярослав.

Из трубы бани показался весёлый дымок. Послышался поросячий визг, но быстро стих. Из ветхого сарайчика вышел Фёдор.

- Дед Демьян, какого кабанчика колоть, большого или маленького? – спросил он.

- Конечно, большого, - ответил старик.

- Фёдор, надо бы посты выставить, чтобы враг нас здесь врасплох не застал, - вмешался в их разговор Ярослав.

- А вот это лишнее, я и сам смогу покараулить. Только оружие при себе держите на случай тревоги, - спокойно проговорил дед.

- А если не углядишь? – засомневался Ярослав.

- Углядеть-то не угляжу, а вот запах учую точно. От этих вражин такая вонища исходит, что её не хочешь, да унюхаешь. Так что будьте спокойны, если почувствую их близко, я вам сразу скажу, - засмеялся дед Демьян.

- Это хорошо, что они внезапно напасть не могут, - облегчённо вздохнул Ярослав, - а то я беспокоился, что мы тут без охраны расслабились.

Фёдор махнул рукой и скрылся в сарае. Старик вдруг стал задумчивым и грустным.

- Хорошо, да не очень, - сказал он, - от этого зловония, людям, которые близко оказываются, дурно делается. Если нечистей около десятка наскочит, то не уберечься, как нос не закрывай. В глазах потемнеет, и упадёшь в беспамятстве. Поэтому-то ратники ничего с ними поделать не могут. Только приблизятся, и сразу падают. А те хватают их и утаскивают с собой…

С мужиками, которые пытаются свои сёла охранять, то же самое происходит. Нет нам спасения.

- Удивительно, что вашу деревню не сожгли. До неё нам одни обгорелые остатки домов попадались. Думал, уж в поле ночевать придётся, - поделился Ярослав.

- Нашу Михеевку тоже спалить хотели. Я как раз на лугу был. У меня там ульи стоят. Гляжу, скачут они. Кони быстрые, словно ветер. Сами в чёрные одежды замотаны, лиц не видно.

Наши мужики выскочили с вилами наперерез. Да только не добежали, попадали все, как подкошенные.

Я-то не так близко был, испугался. Не знал, что делать. С испугу всех своих пчёл выпустил. Сам не знаю зачем, чтобы спасти, наверное. Только пчёлы собрались в рой и не в лес, а на супостата полетели…

- И что, что потом было?

- Не знаю, не видно издали-то. Только эти вдруг повернули коней и ускакали, так же быстро, как появились. А пчёлки мои назад не вернулись… Вот так-то.

Дед Демьян почесал Маньке, которая стояла у его ног и будто слушала эту невесёлую историю, бока. Затем он сказал:

- Мужиков они наших с собой прихватили. Бабы с детишками погоревали вечер, а на утро собрались и ушли спасения искать. Я один остался.

Из-за сарая послышалось тихое лошадиное ржание, от которого старик встрепенулся и уже веселее добавил:

- Лошадок-то покормить бы надо. Там у соседа стожок сена остался, прямо за банькой моей. Он уж ему не пригодится. Ты отведи их, пусть пожуют.

Ярослав встал. Вместе с Корнилом они отвели лошадей к душистому сену и, убедившись, что стог огорожен со всех сторон, и можно оставить животных без присмотра, вернулись к дому. Там уже готовилось свежее мясо, а из бани вышли Кузьма, Лёнька, Фёдор и Лукьян. Распаренные и раскрасневшиеся, они сели на завалинку, ожидая ужина.

Дед Демьян вытащил из погреба глиняную бутыль с медовухой и бочонок, доверху наполненный мёдом. Пока все перемылись и поужинали, время приблизилось к полуночи. Застелив пол избы полушубками и кафтанами, друзья легли и мгновенно уснули. Только дед Демьян снова устроился на завалинке, чтобы охранять их сон.

Ярослав тихо вышел из дома. Он тревожился за доспехи и свой заплечный мешок, в котором лежала Мудрая Книга, Луч Надежды и другие ценности. Было бы легкомысленно доверить их охрану одному старику, но и товарищей беспокоить тоже не хотелось. Ярослав сел на завалинку.

Большая луна хорошо освещала двор дома и пустынную улицу. Тихо скрипнула дверь бани. Оттуда показалась Милана со свечой в руках. Осмотревшись, она нашла удобное место и поставила крынку со свечой. Затем взяла гребень и принялась расчёсывать свои длинные густые волосы. Девушка была одета в рубаху, которая едва прикрывала верхнюю часть ног. Ярослав залюбовался её тонкими руками, плавными, грациозными движениями, стройными ножками. Без мужской одежды, с распущенными волосами, при свете луны и звёзд, Милана выглядела необыкновенно прекрасной и загадочной. Несколько минут Ярослав смотрел, не отрываясь, пока голову не пронзила мысль: « Не время сейчас… Надо сначала с Жутью разобраться». Он опустил глаза. Охватившее его волнение постепенно улеглось.

Дед Демьян многозначительно покряхтел, но ничего не сказал. После медовухи и сытного ужина ему стало хорошо, все невзгоды забылись, и приятное тепло растеклось по старческому телу. Вскоре Милана вошла в избу. Ярослав и дед Демьян сидели на завалинке, изредка переговариваясь. Когда наступила глубокая ночь, Ярослав, не в силах бороться со сном, начал клевать носом.

- Иди, поспи, милок. Зачем себя мучаешь, - толкнул его в бок старик.

- И то, правда. Сейчас Фёдора вместо себя пришлю, - ответил Ярослав и отправился в дом.

Но выспаться ему в эту ночь так и не удалось. Прошло совсем немного времени, когда Фёдор сильно потряс его за плечо.

- Вставай! Дед запах учуял. Враг близко, - взволнованно прошептал он.

Ярослав вскочил. Сон сразу же, как рукой сняло.

- Буди всех! Будем отбиваться! – крикнул он и выбежал во двор.

Дед Демьян стоял посередине улицы и усиленно вдыхал в себя воздух.

- Где они? Сколько? Что-то я никакой вони не чувствую, - подошёл к нему Ярослав.

- Раз сильно не пахнет, значит, их не много и близко к нам ещё не подобрались, - ответил старик.

Фёдор, а вслед за ним и все остальные с оружием в руках высыпали на дорогу.

- Видимо, нам надо их с той стороны ждать. Ветерок как раз оттуда дует, - сказал Фёдор и указал вправо от себя.

- Пойдём, встретим, что ли не прошеных гостей. У тебя лук с собой? – нахмурившись, спросил Ярослав и коснулся рукояти Меча Трёх Чудес с которым теперь не расставался.

- С собой конечно. Надо на них первыми напасть, - предложил Фёдор.

- Корнил, Алексей, организуйте охрану обоза. Мы с Фёдором разведаем обстановку и вернёмся, - отдал приказ Ярослав.

- Возьмите меня с собой. Я вдаль хорошо вижу, - неуверенно попросил Флавиан.

- Хорошо, только копьё возьми, - не стал возражать Ярослав.

Утренняя заря уже осветила небо. Послышался птичий щебет, но быстро стих.

Ярослав, Фёдор и Флавиан бесшумно двигаясь от дома к дому, пробрались к самому краю селения.

- Вон они! – взволнованно прошептал Флавиан, не сводя глаз с луга, который раскинулся от забора последнего дома Михеевки, до леса, утонувшего в утреннем тумане.

Ярослав теперь и сам отчётливо видел трёх всадников. Из-за своих одежд, они казались чёрными. Вражеские воины неслись к селению на очень большой скорости. Один держал в руке факел, которым поджигал хорошо высушенное, сложенное в небольшие стожки, сено.

- Смотрите, самый последний, это же…, - сказал Флавиан и запнулся.

Выглядел он растерянным.

- Что последний? Ты имеешь в виду, что он на сером коне? Те двое-то на чёрных, как смоль. Что за порода такая, скакуны отменные, - проговорил Фёдор и вскинул лук.

- Я не то имел в виду. Это наш ратник. Я хорошо его вижу, - пролепетал Флавиан.

- Какой ратник. Он чёрный, как те двое, - возразил Фёдор и выпустил стрелу.

- Только не в него, только не в ратника, - выдохнул Флавиан и, отбросив копьё, закрыл лицо руками.

- Из тебя вояка навряд ли получится, - презрительно посмотрел на него Фёдор.

Тем временем его стрела достигла цели. Она попала как раз в самого последнего всадника на сером коне. Два других резко повернули и поскакали восвояси.

Фёдор выпустил ещё несколько стрел им вслед, но попасть не сумел.

Враг, в которого вонзилась стрела, упал на скошенную траву. Его конь, почувствовав свободу, помчался к лесу.

- Пойдём, поглядим, кого ты подстрелил, - сказал Ярослав и двинулся к лежавшему в шагах десяти телу.

Фёдор и Флавиан последовали за ним. Перед ними лежал ратник в кольчуге с княжеским гербом. Чёрная оболочка, которой он был покрыт, рассыпалась. Стрела Фёдора торчала из его груди.

- Вот тебе и на, - рассматривая воина, не верил своим глазам Фёдор, - действительно ратник. Но почему он был с ними?

- Из-за заклятья, на него наложили сильное заклятье. Теперь понятно, почему нам нельзя убивать всадников на серых конях. Это наши воины, - догадался Ярослав.

- А кольчуги-то у них плохонькие, от стрелы защитить не могут, - вздохнул Фёдор и добавил, - жаль, что те двое ушли. Не достал я их.

- Мы что, его здесь оставим? – спросил Флавиан.

- Нет. Так не годится. Похороним. Только за лопатами сходим, чтобы могилку вырыть, и похороним где-нибудь под деревцем, - грустно проговорил Ярослав.

Когда они вернулись к дому деда Демьяна, он поведал друзьям о чёрных всадниках, заключив свой рассказ словами:

- Думаю, нам пора идти дальше.

- Выходит, вы Михеевку от пожара спасли. Ловко вы супостатов нагнали, - обрадовался старик.

- Уж не знаю, почему они нас так испугались, но расслабляться не стоит. Скоро эти нелюди вернутся и доделают своё дело, - посмотрел на него Ярослав, - здесь оставаться опасно. Пошли с нами, дед. Найдём тебе для житья более спокойное и безопасное место.

- Нет уж. Уволь. Мы с Манькой от родного дома ни ногой. Если почуем их, где-нибудь схоронимся. Стар я уже очень, чтобы в новые места перебираться. Дома хочу умереть, - возразил старик.

- Тогда бывай. Пойдём мы. Не подскажешь, какая дорога на Вержин-Град самая короткая?

- Чего ж не подсказать. Сейчас мимо луга прямо идите, а когда озеро увидите, то с дороги сверните и по правому берегу вокруг него, где берёзки растут, двигайтесь. Дня через три до места доберётесь. Только не перепутайте. Влево от озера не лезьте, а то в болотах увязнете, - разъяснил дед Демьян.

- А большая дорога-то куда выведет? – поинтересовался Фёдор.

- Она тоже к Вержину приведёт. Только этот путь гораздо дольше и опаснее.

- Спасибо тебе дед. Не скучай. Если будем где-то близко, обязательно тебя проведать заглянем, - сказал Фёдор, и повозки покинули двор.

Дед Демьян и Манька стояли на улице и смотрели им вслед, а Кузьма и Милана махали издали руками, с жалостью глядя на одинокого старика.

Друзья остановились на лугу, чтобы схоронить ратника. Фёдор чувствовал себя виноватым в его гибели, горестно вздыхал и оправдывался:

- Откуда же я мог знать, что это наш воин. Он чёрный весь был. Я даже и представить такого не мог…

- Я же тебя предупреждал, - с сожалением в голосе сказал Флавиан.

- А ты-то как понял, что он наш?

- Просто увидел, что сзади тех двоих, ратник скачет, вот и всё.

Тем временем отряд двинулся вдоль луга.

- Хватит вам спорить. Лучше давайте решать, как поедем дальше, по дороге или вокруг озера, - прервал неприятный разговор Ярослав.

- Конечно вокруг озера. Дед же сказал, что так гораздо короче, - высказал своё мнение Алексей.

Вскоре путники увидели синюю гладь большого озера и отворот к нему. От того, что по этой узкой дорожке давно никто не ездил и не ходил, она сильно поросла травой и была еле заметна.

- Не знаю, стоит ли нам туда соваться, - с сомнением проговорил Ярослав.

- Давайте попробуем. Я впереди пойду, не дам повозкам застрять в бездорожье, - предложил Фёдор.

- Будь, по-твоему, - согласился Ярослав, и обоз свернул в сторону озера.

Через некоторое время друзья устроили привал. После отдыха в доме деда Демьяна, они чувствовали себя полными сил и поэтому легко преодолели большое расстояние без остановок. К тому же почва оказалась твёрдой, и дорога была хоть и травянистой, но ровной. Она позволяла двигаться без осложнений.

Яков подрумянил на костре мясо, которое дед Демьян предложил взять с собой в дорогу. Друзья плотно пообедали и, расслабившись, лежали, спрятавшись от ярких солнечных лучей в тени повозок и нескольких берёз. В воздухе стоял сладкий аромат луговых цветов. Под старой берёзой в большом муравейнике кипела работа. Ярослав наблюдал за снующими муравьями, когда озеро, до которого было теперь рукой подать, вдруг заволновалось. Сильные порывы ветра налетели один за другим. Они затушили и без того угасающий костёр и разметали остатки еды. Яков и Милана принялись их собирать. Алексей и Корнил бросились к растревоженным лошадям. Ветер усиливался и вскоре перерос в бурю, которая валила с ног. Берёза, служившая укрытием для муравейника, сильно склонилась и затрещала. Раздались громовые раскаты, напоминающие слова:

- Ага! Ага! Ага!

Ярослав взглянул на небо. Огромная, будто сотканная из тумана голова нависла над ним. Тёмно-серые взлохмаченные космы, борода и брови, из-под которых грозно смотрели сердитые глаза. Голова, принадлежавшая облачному необычному старцу, надув щёки, дула изо всех сил туда, где находился обоз.

- За что ты сердишься на нас?! Чем мы провинились перед тобой?! – изо всех сил крикнул Ярослав.

- Я зол! Я очень зол! – прогремело сверху.

- Скажи, что же послужило причиной твоего недовольства, и я постараюсь тебе помочь!

После этих слов Ярослава ветер немного уменьшился, а тот, кто его создавал, ответил:

- Меня зовут вихрь Трувр. Мой дом находится на вершине одного из трёх холмов за исчезающими озёрами. Я спокойно спал там и никого не трогал, пока не появилось чёрное войско. Оно распространило на всю округу сильное зловоние, которое разбудило меня. Я не смог больше заснуть, сколько не пытался.

- Отчего же ты не сдул от себя это зловоние или всё чёрное войско?

- Я пробовал. Но от этой мерзкой вони, теряю силы, и ветры перестают мне подчиняться. Теперь у меня нет дома. Я устал. А вы здесь отдыхаете, и никто вам не мешает.

- Я знаю, как тебе помочь. Я подскажу тебе место, где ты можешь спокойно спать, пока Жуть находится рядом с твоим домом.

- Говори скорее, - успокоился Трувр, и ветер совсем стих.

- В Зелёной долине воздух чист. Там есть большой холм, на котором ты сможешь хорошо выспаться.

- Я знаю Зелёную долину. Как мне самому не пришло это в голову. Спасибо тебе, человек.

- Подожди. Мы хотим прогнать Жуть, но для этого нам может потребоваться твоя помощь. Все жители Альтании должны объединиться в борьбе со злобным врагом.

- Я же объяснил, что не переношу зловония, испускаемого чёрным войском, - снова рассвирепел Трувр и мощный порыв ветра чуть не свалил Ярослава с ног.

- А если нам удастся избавиться от зловония?

- Как же вы, людишки, сможете это сделать, если даже мне не удалось? Хотя… Вот, возьми, - к ногам Ярослава упал пучок сухой травы, - победишь зловоние, дунь три раза на эти травинки, и я прилечу к тебе. Прощай.

Через несколько секунд небо разъяснилось. Вновь засияло солнце, и друзья вздохнули с облегчением. Некоторое время им потребовалось, чтобы привести себя в порядок и осмыслить знакомство с Трувром, а затем отряд двинулся по дороге вдоль берега.

Товарищи Ярослава ещё долго с опаской осматривали небосвод, но ни одна, даже маленькая тучка больше не омрачила его ни в этот, ни в последующие дни. Да и других сложностей не возникало, пока повозки не упёрлись в перекладину, закреплённую между двумя столбами по бокам от извивающейся змейкой между полями дороги. Впереди была огороженная жердями территория.

- Вот тебе и на. Как же дальше-то поедем. Дорога закрыта, сказал Корнил и потрогал преграждавшую путь перекладину.

- Кто такие? Куда направляетесь? – из высокой травы появились два человека крепкого телосложения, с металлическими щитками, закрывающими грудь и верхнюю часть спины, соединёнными между собой кожаными ремешками. В руках у незнакомцев были копья но, несмотря на доспехи и оружие, они походили скорее на крестьян, чем на воинов.

- Мы идём в военный лагерь близ Вержин-Града. Не подскажете, далеко ещё до него? – миролюбиво спросил Ярослав.

- Почти пришли. За этими полями в низине сразу увидите, - ответил один из мужчин.

- Как мы можем туда проехать? – снова спросил Ярослав.

- Вот по этой дороге. Только она находится на земле господина Лавритаса и, чтобы воспользоваться ей, вы должны заплатить три гривенника, ведь у вас три повозки.

- Позволь, уважаемый, мы едем не к тёще на блины. Мы воевать собираемся, какие гривенники, - возмутился Лукьян.

- А это не имеет никакого значения. Хотите проехать – платите. А нет – поворачивайте назад.

- Ну, у вас и порядки. Этот ваш господин что же, не боится, что его земли враг захватит, и он ни с чем останется. А в худшем случае, и сам в плен угодит.

- Не знаем мы ничего. Я же сказал, или платите, или уезжайте.

- Браток, может всё-таки, пропустишь без оплаты? – не сдавался Ярослав.

- Я бы пропустил. Мне не жалко. Только если хозяин узнает, то мне не поздоровится. Так что время зря не тратьте. Лучше идите по домам. В лагере том вас никто не ждёт, уж я-то знаю.

- А вот здесь ты не прав. Лукьян, отдай ему три гривенника, - распорядился Ярослав.

Охранник взял деньги и сразу же вдвоём с напарником, они открыли дорогу.

- Зря, ой, зря вы в лагерь едете. Да что я вам объясняю, сами потом поймёте, - проговорил холоп господина Лавритаса, пока повозки проезжали мимо.

- Чем так, как ты жить, лучше в бою умереть! – громко сказал Ярослав в ответ.

С другой стороны полей тоже был охраняемый пост. Стражники в таких же доспехах и с копьями, молча открыли проезд, и повозки покинули огороженный участок.

Скоро перед ними открылась долина, в центре которой находился военный лагерь. Из-за высокого частокола кое-где выглядывали крыши построек. Никаких движений вокруг. Казалось, что в этом немаленьком, размером с Михеевку, а возможно и больше, селении, имеющем форму правильного прямоугольника, нет ни одного человека. Сверху было видно, что дорога разветвляется и подходит к двум противоположным боковым сторонам.

- Наконец-то добрались, облегчённо вздохнул Кузьма.

- Подожди радоваться. Странно, что никого нет, - насторожился Фёдор.

- Как это нет. Вон, на лугу стада пасутся под присмотром пастухов, - указал в сторону от лагеря Флавиан.

- Ну, значит, всё в порядке. Только не понятно, в какие ворота заезжать, - успокоился Фёдор.

Кроме Флавиана на пастбище никто сразу не обратил внимания. Все с любопытством рассматривали лагерь, в который так давно стремились попасть.

В этот момент с правой стороны из лагеря выехали несколько верховых и не спеша двинулись вдоль пастбища.

- Алексей, правь туда, - тут же скомандовал Ярослав и указал на дорогу, где появились люди.

Четыре солдата охраняли широкий проём открытых ворот. Завидев повозки, они преградили им путь.

- Стой! Куда собрались! Это военный лагерь, сюда посторонним нельзя! – раздражённо крикнул один из них.

- Так мы не посторонние. Мы собираемся пополнить ваши ряды, - ответил Ярослав, - у нас и бумага есть.

Он вынул листок с печатью и показал его солдату.

- Вы опоздали. Этот документ уже не имеет силы. Поворачивайте,вам сюда проезд закрыт.

- Ты что говоришь! Мы столько ехали, чтобы к войску присоединиться, а ты прогоняешь нас что ли?! – возмутился Корнил.

- Если сейчас же ворота не освободите, всех арестуем и в каталажку посадим, - рассердился стражник.

- Так мы ничего не решим. Алексей, поворачивай, поехали отсюда, - распорядился Ярослав.

Одна за другой, повозки покатились вдоль частокола.

- Да что же это такое! Не понимаю, что происходит! Кругом нечисть, всё горит, люди из княжества бегут, а они нас не пускают! – негодовал Корнил, - мы что, теперь назад потащимся? Только куда?

- Успокойся, никуда мы отсюда не уйдём. Встанем здесь. Я сам схожу и всё улажу. Надо с их начальством поговорить. Эти сами ничего не решают, - сказал Ярослав.

- Правильно. И попроси, чтобы этим воякам хвоста накрутили за то, что они нас сразу не пропустили, - успокоился Корнил, - развели бардак. Люди воевать пришли, а с ними говорить даже не хотят.

Повозки встали в тени от высокого частокола, а Ярослав вернулся к воротам.

- Чего надо? – недружелюбно спросил его другой, такой же сердитый солдат.

- Мне бы с вашими командирами поговорить. У меня есть, что им сообщить, - спокойно ответил Ярослав.

- Говори, я передам, - исподлобья посмотрел на него страж.

- Не могу. Это очень важная информация.

- Врёшь, небось. Хочешь договориться, чтобы тебя и твоих людей, которых мы только что отправили, в лагерь взяли. Так это бесполезно. Тут народу и без вас хватает.

- Ну, как знаешь. Только если я не расскажу командованию эти сведения, ты будешь виноват, - Ярослав сделал вид, что собирается уходить.

- Подожди. Силантий, сведи его к воеводе. Если врёт, никуда не денется, накажем. А если правду говорит…, - обратился солдат к товарищу и впустил Ярослава в ворота.

Силантий повёл его мимо множества шалашей и лёгких построек к большому бревенчатому дому. Таких домов здесь было несколько. На добротном крыльце у настежь распахнутой двери стояли два хорошо вооружённых караульных.

- Вот, к воеводе человека привёл. Говорит, какими-то важными сведениями поделиться хочет, - доложил им Силантий.

- Давай его сюда! – послышался голос из дома, и караульные пропустили Ярослава в просторную комнату с большим столом посередине и ещё одним, поменьше, у окна.

За большим столом сидели два человека, пожилой мужчина с волевыми чертами лица и молодой парень, чем-то напоминающий Кузьму.

- Ты кто такой? – смерив Ярослава взглядом, спросил мужчина.

- Меня зовут Ярослав.

- А я – воевода Свенельд. Недавно назначен главой ратных сил. Что ты хочешь сообщить?

- Известно ли вам о том, что наш враг пользуется колдовством и мощными заклятьями? – спросил Ярослав.

- Ты знаешь, как бороться с этими заклятьями? – стал очень внимательным Свенельд.

- Я знаю, что колдуны обращают всех захваченных в плен наших ратников в чёрных воинов. Поэтому нельзя убивать их воинов на серых конях.

- Откуда тебе это известно?

- Во-первых, я получил такое предупреждение от МАСТЕРА, а во-вторых, по пути к вам, мы случайно убили из лука одного такого воина.

- И что?

- Он тут же, на наших глазах превратился в ратника.

Воевода встал и подошёл к окну. Несколько минут он о чём-то думал глядя на улицу и, наконец, сказал:

- Ты сам это придумал?

- Что? – опешил Ярослав.

- Ну, всю эту историю про ратника? Чтобы попасть ко мне в войско?

- Я ничего не придумал! У меня есть свидетели! – возмутился Ярослав.

- Дело в том, что из-за их, как ты говоришь заклятий, ни стрелой, ни копьём, если бросить его, этих нечистей убить не возможно. Ты думаешь, мы не пытались это сделать? Пытались, и не раз, - снова сел на своё место воевода.

- Но я же сам видел, как стрела в него вонзилась…

- А я видел, что стрелы падают, не долетая, как будто ударяются о невидимый щит. И копья тоже. Издали их убить не удаётся. И близко подъехать тоже нельзя. Смрад, который испускают эти нечестивцы, действует, будто отрава. Ты слышал что-нибудь об этом? – Свенельд посмотрел в глаза Ярослава, но тот не отвёл своего взгляда.

Несколько минут они молчали, пристально глядя друг другу в глаза. Первым не выдержал воевода. Он повернул голову в сторону окна и сказал:

- Хорошо. Раз ты попал своей стрелой во вражеского воина один раз, то сможешь попасть ещё. Я беру тебя к себе. Покажешь, как ты это сделал. А если нет, то…

- Это не я стрелял из лука, а мой друг Фёдор. Я был рядом с ним. И оружие у нас не совсем обычное, поэтому стрела не упала, как ваши.

- То есть? – улыбнулся воевода.

- Долго объяснять. Но у нас кроме оружия есть неуязвимые для врага доспехи, - оживился Ярослав, - ты должен принять меня и моих друзей, и никак иначе.

- Сколько же вас? – ещё сильнее заулыбался Свенельд.

- Двенадцать. А доспехов и оружия больше. Хватит ещё на два десятка человек.

- Это хорошо. А кони-то у вас есть?

- Коней нет, - поник Ярослав.

- Тогда могу предложить твоим друзьям работу пастуха, печника или конюха. Пускай выбирают себе по вкусу.

- Но они обученные, прошедшие подготовку воины. В бою от них пользы будет больше! Мы можем выменять лошадей на доспехи, - продолжал настаивать Ярослав.

- Ты меня утомил. Не верю я тебе. Если хочешь, можешь остаться сам, один. И то не знаю, надолго ли. Ведь и из лука-то стрелять ты не умеешь. А если нет, уходи и не отнимай у меня время, - сказал Свенельд и обратился к молодому человеку, который за всю их беседу не проронил ни слова, - с тобой мы, значит, тоже не договорились. Ты твёрдо намерен оставаться здесь?

- Да, я буду защищать свои родовые владения до последнего, - ответил тот.

Ярослав не стал дожидаться конца их разговора. Он вышел из дома и направился к воротам.

- Ярослав! Подожди! – услышал он оклик у себя за спиной и оглянулся.

Парень, похожий на Кузьму догонял его.

- Меня зовут Лавритас, - представился он.

- Не тот ли ты Лавритас, через владения которого нельзя проехать без оплаты? – поинтересовался Ярослав.

- Ну да, он самый. А как ты хотел. Дружину содержать на что-то же надо, - развёл руками новый знакомый.

- Что ты хочешь от меня?

- У тебя доспехи есть. Верно?

- Ну, есть.

- Продай их мне. Хорошую цену дам.

- Извини, не могу. Не для продажи эти доспехи, - ответил Ярослав и вдруг спохватившись, вынул из кармана перстень и показал его Лавритасу, - не подскажешь, как мне его хозяина найти.

Парень взглянул на перстень и удивлённо проговорил:

- Так это Олеария, моего соседа герб. Где ты его взял?

- Он мне его сам дал.

- Сейчас Олеарий у себя в замке. Сюда приедет только завтра утром. У нас большой совет намечается, и он обязательно будет присутствовать. Утром сможешь встретить его у ворот. И насчёт моего предложения подумай. Если что, оно остаётся в силе, - сказал Лавритас и направился к скакуну, который вместе с другими лошадьми стоял на привязи у кормушки.

Завидев хозяина, конь радостно заржал, приветствуя его.

Ярослав вернулся к друзьям.

- Ну, что? Договорился? – тут же спросил Корнил.

- Нет. Не получилось. Воевода мне не поверил, - опустил голову Ярослав.

На несколько минут воцарилось унылое молчание, которое прервал Кузьма:

- Что теперь?

- Надо дождаться утра. Отдохнём хорошенько, выспимся. Я отступать, не намерен. Если с ними не договоримся, сами воевать будем, - твёрдо и убедительно, как он умел это делать, сказал Ярослав.

- Нас же мало совсем. Как же против такого врага сами-то? – глаза Лукьяна стали круглыми от удивления.

- Толку-то от того, что их много, если перед захватчиками они беспомощны как кутята, - покосился на частокол Ярослав.

К вечеру друзья разбили маленький лагерь, укрывшись в ложбинке, поросшей кустарником. Они молча поужинали и, устроив лежбище между повозок, разместились на нём. Настроение у всех было отвратительным. Никто даже подумать не мог, что их так неприветливо встретят в военном лагере. Сменяя друг друга, как обычно на привалах, друзья по очереди охраняли обоз. Ночь прошла без происшествий. На заре Ярослав вновь отправился к воротам. Несколько часов он просидел на обочине дороги, ожидая Олеария.

Наконец, увидел Бурана, которого узнал раньше, чем его хозяина. Сзади ехал ещё один человек. Его конь был не таким красивым и породистым, как Буран. Ярослав направился навстречу всадникам. Буран, тоже видимо узнал его и повернул голову к Ярославу. Только после этого Олеарий обратил внимание на своего давнего знакомого.

- Ярослав! Ты ли это? – удивился он и придержал коня.

Человек, ехавший сзади, тоже остановился.

- А я уж было подумал, что ты сюда не придёшь, - сказал Олеарий и слез с коня, - гляжу, грустный ты какой-то. Что-то не ладится? Давно здесь?

- Вчера добрались. Только в лагерь нас не пускают…

- Я постараюсь тебе помочь. Но сейчас мне некогда, на совет спешу, потом поговорим, - заторопился Олеарий.

- Хорошо. Я буду ждать тебя здесь, - стал мрачнее тучи Ярослав.

- Зачем же здесь. Познакомься, это Само – мой верный слуга, - Олеарий указал на своего спутника и добавил, - Само, отведи моего друга в замок, пускай там меня дожидается.

- Я не один. Со мной товарищи и три повозки.

- Само, проводи Ярослава с его друзьями и повозками в замок. Да проследи, чтобы их хорошо накормили. Я после совета сразу же приеду.

- Но… Мне неловко…

- Возражения не принимаются. Ты меня выручил, хотя мог бы пройти мимо, а я добро помню. Извини, совет вот-вот начнётся. Вернусь, всё обсудим, - Олеарий пришпорил Бурана и скрылся в воротах лагеря.

Само слез с лошади и подошёл к Ярославу.

– Где твои друзья? – спросил мужчина.

Он был невысок ростом и мускулист. Доброжелательный, но в то же время проницательный взгляд карих глаз и приветливая улыбка подействовали на Ярослава успокаивающе.

- Пойдём, покажу, - улыбнулся он в ответ и направился к месту ночёвки.

- Я наслышан о том, как ты подковал Бурана. Олеарий рассказывает эту историю каждый раз, когда коню меняют подковы.

- Не вижу в этом ничего необычного. Делов-то. Просто жеребца стало жаль, когда увидел, как его мучают.

- Олеарий так и говорил, что ты застенчив и на деньги не падок. Теперь вижу, он был прав.

Друзья насторожились, увидев рядом с Ярославом постороннего мужчину. После короткого знакомства обоз тронулся и, возглавляемый Само, покатился к замку Олеария.

Проверив и убедившись в целостности вещей в своём заплечном мешке,который лежал на первой повозке, Ярослав догнал Само и пошёл с ним рядом.

- Кто ещё, кроме Олеария проживает в замке? – спросил он.

- Его сестра Софья и старая тётушка Стефанида, - ответил Само.

- А родители разве не с ними живут?

- Они умерли, когда Олеарий и Софья были маленькими детьми. Стефанида, сестра отца, взяла заботу о малютках на себя. Поэтому, наверное, замуж так и не вышла.

- Ты давно служишь у Олеария? – снова спросил Ярослав.

- Я знаю его лет с десяти. Там, где я раньше жил, случился пожар. Мой отец погиб, пытаясь потушить его. Вместе с матерью мы долго скитались, пока не набрели на этот замок, - Само указал на возвышающийся над прилегающей равниной выстроенный из красного камня, огороженный массивной стеной замок, - там нас накормили и приютили. С тех пор мы с Олеарием и знакомы.

Вскоре дорога упёрлась в закрытые ворота. Из сторожевой башни, заменяющей, как и три другие угол каменной стены, громко крикнули:

- Само, ты кого привёл?!

- Это друзья Олеария! – ответил Само и три раза постучал в плотно закрытое оконце в воротах, - открывай, свои!

Оконце распахнулось. Глаза охранника внимательно осмотрели Само, повозки и весь отряд, после чего он сказал:

- Олеарий не давал никаких указаний.

- Прекрати. Ты что, сам не видишь, что это не враги, а обычные люди. И я их сопровождаю. Лучше бы, когда это необходимо, бдительность свою проявлял, - недовольно проговорил Само, после чего ворота открылись и обоз въехал в небольшой дворик. Он был абсолютно пуст.

- Это мы к нападению готовимся. Если враг полезет, а он рано или поздно полезет, лучше быть готовыми, - пояснил Само.

Друзья с изумлением рассматривали высокий каменный замок внушительных размеров перед собой. Несколько маленьких окон в гладкой стене мрачноватого здания нисколько не украшали его.

- Пойдёмте, вход в дом расположен на внутреннем дворе, повёл их в обход замка Само.

Внутренний двор оказался очень большим. Здесь находились постройки, колодцы и небольшой садик с цветущими клумбами и лёгкой беседкой. Множество людей, занятых своими делами, сновали туда-сюда. Высокая каменная стена отделяла всё это хозяйство от внешнего мира.

- Ну, вот мы и пришли, - сказал Само, - оставьте повозки вон там. Я позабочусь, чтобы конюх накормил лошадей, и пойдёмте в дом.

Прихватив заплечный мешок, Ярослав вместе с товарищами и Само поднялись по ступеням и вошли внутрь.

Они оказались в огромном зале. Несмотря на то, что уже наступил солнечный жаркий летний день, здесь было сумрачно и прохладно. Большой закоптившийся камин занимал центральную часть противоположной от входа стены. На другой – висел толстый красивый ковёр. Несколько мягких диванов и овальный стол в центре зала, завершали его интерьер.

- Располагайтесь, я распоряжусь об обеде, - пригласил Само и исчез за дверью.

Ярославу и всем его друзьям, кроме Фёдора, никогда до этого не доводилось бывать в замках. Они с интересом рассматривали каменные стены с небольшими оконцами под высоким потолком, несколько портретов мужчин и женщин в богатых одеждах, позолоченные подсвечники и другие диковинные безделушки. Наконец вернулся Само:

- Пойдёмте, я провожу вас в зал для обедов. Стол уже накрыт.

Друзья молча последовали за ним. Они вошли в большую комнату. Аромат множества блюд сразу ударил в нос и заставил забыть обо всём остальном.

- Рассаживайтесь, не стесняйтесь, - указал на дубовые стулья, расставленные вокруг стола, Само.

В эту минуту в комнату вошла девушка. Она удивлённо посмотрела на незнакомых людей и её бровки взметнулись вверх:

- Само, у нас гости?

- Да, госпожа Софья, это друзья Олеария.

Затем последовала довольно продолжительная процедура знакомства. Каждый называл своё имя, а Софья внимательно разглядывая незнакомцев и протягивала свою нежную ручку. Все, кроме Фёдора слегка пожали её. Только один Фёдор знал, как вести себя с дамами и прикоснулся губами к белой, с розовыми ноготками руке.

Наконец, девушка задорно улыбнулась и села на свободный стул. Она была очень привлекательна.

Большие серые глаза, немного вздёрнутый вверх маленький носик, пухлые губки, непослушные каштановые кудряшки, собранные на затылке, и тонкие, будто две стрелки бровки. Теперь они опустились и говорили о хорошем расположении духа хозяйки.

Она повернула голову к Само, кудряшки на голове Софьи кокетливо подпрыгнули:

- Само, позови тётушку обедать. Я уверена, ей будет приятно провести время в обществе друзей Олеария. У нас теперь так редко бывают гости.

Само кивнул и удалился.

А девушка весело защебетала:

- Я так рада, что Олеарий пригласил вас. Очень скучно сидеть в замке безвылазно вдвоём с тётушкой. Брат не разрешает мне выходить за стены даже для короткой прогулки. Надеюсь, вы погостите у нас хотя бы недельку и скрасите своим присутствием нашу унылую жизнь?

- Вообще-то мы здесь по делам, - сказал Ярослав.

Ему и остальным было неловко от чрезмерного внимания молодой особы.

- Почему вы ничего не едите? – забеспокоилась Софья и её бровки поднялись.

Друзья молчали.

- А-а-а, понимаю, вы жидкого хотите. Апрося! Налей гостям супа! – громко позвала она.

В комнату вошла молодая, похожая на сдобную булочку, женщина и принялась накладывать из фарфоровой супницы в тарелки горячее варево.

На пороге появилась сухонькая старушка.

- Добрый день! – поприветствовала она.

- Тётушка Стефанида! Это друзья Олеария! Правда же будет хорошо, если они согласятся погостить у нас подольше! – неугомонная Софья вертелась и подпрыгивала на стуле от восторга, еда её нисколько не интересовала.

- Соня! Веди себя прилично. Дай людям спокойно пообедать, - усаживаясь за стол укоризненно посмотрела на девушку престарелая дама с очень добрыми глазами, потом, как бы извиняясь добавила, - она у нас такая егоза и непоседа, просто сладу нет.

Когда Апрося унесла пустые супные тарелки и поставила на стол большой яблочный пирог, в комнату вошёл Олеарий.

- Я, кажется, успел к обеду. Совет длился недолго. Одно и то же который раз обсуждаем, - поделился он и вздохнул.

Само стоял у двери, как будто не знал, чем себя занять.

Олеарий взглянул на него и сказал:

- А ты почему за стол не садишься? Это не те гости, при которых надо соблюдать приличия.

Он обвёл взглядом Ярослава и его друзей, немного подумал и пояснил:

- Само мне скорее друг, чем слуга. Но некоторые вельможи очень негативно это воспринимают, поэтому при посторонних он теряется.

- Ну, мы-то не вельможи. Я, как ты сам знаешь – кузнец. А некоторые из нас когда-то были разбойниками. Чего уж тут скрывать, жизнь сложная штука и не известно, кого и куда завтра забросит, - сказал Ярослав и отпил несколько глотков чая.

- Разбойниками?! Как интересно! Настоящими разбойниками?! И что вы делали? Кого-то убивали? – затараторила Софья.

- Соня! Перестань приставать к людям! – одёрнул сестру Олеарий.

- Ну почему же. Пришлось нам как-то в ту пору поохотиться на огромное чудовище, - ответил Ярослав.

- Чудовище?! Настоящее?! Вот это приключения! – захлопала в ладоши девушка, - я хочу слышать эту историю! Пожалуйста, расскажите, как это было!

- Вон, Леонид расскажет, - улыбнулся Ярослав.

К этому времени Олеарий закончил обедать и встал из-за стола:

- Само, займи гостей, пока мы с Ярославом поговорим о делах.

- Я! Можно я их займу! – вскочила со своего места Софья.

- Можно, только не слишком утомляй их.

Олеарий привёл Ярослава в свой кабинет, почти все стены которого были заняты книжными полками.

Он удобно устроился в мягком кресле у небольшого каминчика и бросил в него зажжённую от свечи щепку. Ярослав сел в другое такое же кресло напротив. Вскоре в камине разгораясь, затрещали дрова. В кабинете стало гораздо уютнее.

- Ты не передумал воевать с Жутью? – спросил Олеарий.

- Это исключено. Я намерен драться с чёрным войском, пока не прогоним их с наших земель.

- Ну, тогда тебе стоит знать о положении наших дел, - стал очень серьёзным и задумчивым Олеарий, - а дела у нас сейчас неважные. Как ты уже понял, мы пока не нашли способа причинять хоть какой-нибудь ущерб этим воинам и они безнаказанно гуляют где вздумают. Если бы захотели, уже давно захватили бы наш лагерь и всё княжество, и не только наше…

- Куда им торопиться. Зачем рисковать, коль можно постепенно всех ратников в чёрных воинов превратить, - предположил Ярослав, - к тому же они пытаются раздобыть вещи, которых очень боятся. Вот и не трогают лагерь.

- Какие вещи? – удивился Олеарий.

- Вот этот меч хотя бы. Не знаю почему, но он представляет для них большую угрозу, - Ярослав показал собеседнику Меч Трёх Чудес.

- Хороший меч. Откуда он у тебя?

- Это длинная история. Важно, что мне удалось его раздобыть. Лучше расскажи, о чём вы никак не можете договориться на совете, ведь это тревожит тебя сейчас больше всего.

- Воевода Свенельд считает, что чтобы сохранить наше войско, нужно покинуть лагерь и отступить к границе с Восточным княжеством или ещё дальше. Он боится нападения Жути на лагерь. Противопоставить-то им мы ничего не можем…

- А ты что об этом думаешь?

- Я категорически против. Уже несколько раз мы обсуждаем это на совете, спорим, но к единому мнению прийти не можем. Есть у Свенельда один советчик, который сильно влияет на все решения воеводы с тех пор, как князь Елизар назначил его главнокомандующим, а сам - покинул лагерь.

- Почему же Елизар ушёл, ведь в такое трудное время его присутствие здесь просто необходимо?

- Он забрал часть своей дружины и отвёл её в Вержин-Град. Теперь они возводят новые стены, копают глубокий ров, в общем, укрепляют город. Елизар хочет сделать из него неприступную крепость, и там дожидаться врага. Он принял такое решение после того, как мы в вылазках и небольших стычках с чёрными воинами потеряли более двух сотен ратников, а им не нанесли никакого урона. Князю показалось, что оставаться в лагере бессмысленно, и он занялся укреплением Вержин-Града, где и намерен обороняться до последнего. Елизар оставил Свенельду часть своей дружины и всех добровольцев, чтобы тот нёс дозор и докладывал о продвижении Жути.

- Подожди. Не торопись. Сколько сейчас воинов у Свенельда?

- Что-то около двух тысяч. Есть ещё моя дружина, дружины Лавритаса и Доброслава. У нас на троих, ещё чуть больше тысячи ратников наберётся. Мы – соседи и каждый из нас твёрдо намерен защищать свой дом. Ни я, ни Лавритас, ни Доброслав не согласны со Свенельдом. Мы не желаем покидать своих земель. А уходить без нас он пока не решается. Не хочет прослыть трусом или по другой какой-то причине, не знаю. Нас уговорить у него тоже не получается.

- Я полностью вас поддерживаю. Рано опускать руки. Я уверен, можно найти способ и заставить чёрных воинов бояться нас. Отступать и отдавать им нашу родную землю просто так, не сопротивляясь, нельзя, - разволновался Ярослав.

- Так-то оно так. Только Свенельд слушается своего помощника, сотника Маркиана, а тот, вопреки здравому смыслу, нашёптывает воеводе, что надо спасать войско, пока есть такая возможность. Маркиан слывёт у нас героем. Он сделал уже около сотни вылазок и до сих пор не попал к нечисти. Всегда возвращается живым и здоровым. Но я его недолюбливаю. Думается мне, что он карьерист и мечтает дослужиться до воеводы. Пока у него получилось стать только сотником, но кто знает, что будет дальше… Это я так, к слову. Кроме как с Само поделиться наболевшим больше не с кем…

- А что Лавритас?

- Лавритас настроен так же решительно, как и я. Он поздний, долгожданный и единственный сын у своих родителей. Ему удалось уговорить их уехать подальше отсюда, в более безопасное место. Но сам Лавритас, несмотря на то, что старики умоляли его поехать вместе с ними, остался защищать свои земли. Он ещё очень молод и горяч. Засматривается на Софью. А у неё ветер в голове. Даже слышать о замужестве не желает… Ну вот, я опять отвлёкся. В общем, Лавритас хороший парень, но мы с ним не дружим так близко, чтобы делиться такими вещами.

- Ты упоминал ещё Доброслава.

- Тот тоже категорически против отвода войск. Держится обособленно. Свенельду никак не удаётся убедить уйти ни одного из нас.

- Это хорошо. Что вы предпринимаете против Жути?

- Практически ничего. По очереди объезжаем территорию. Раньше пытались нападать на них, а теперь только смотрим, что они замышляют. Сами стараемся не попадаться им на глаза, чтобы не оказаться в их руках. Кстати, завтра мои люди будут делать такой объезд. Не хочешь прокатиться с ними?

- Ещё как хочу.

- Я говорил со Свенельдом насчёт тебя, но он пока не готов принять тебя и твой отряд в лагерь. Рассказал мне, что у вас есть какое-то оружие и доспехи необычные.

- Это правда. Зря он отказывается брать нас, - вспомнил неприятный разговор с воеводой Ярослав.

- Ну, ты сильно-то на Свенельда не обижайся. Его тоже можно понять. В лагерь до вас столько народа приходило, чего только не обещали. Но большинство из них просто хотели получить хорошее жалованье, а о том, что придётся воевать, не думали. Хлебнув горя, многие быстро вернулись домой, кто-то попал в плен к чёрным воинам и лишь немногие стали настоящими воинами. Поэтому воевода так недоверчив. Мы с ним не сходимся только в одном вопросе. И ты уже знаешь в каком.

- Что-то засиделись мы, - встал с кресла Ярослав, - пойдём, я тебе доспехи покажу.

Они вышли во двор. В садике прогуливались Софья, Милана и Лёнька. Гордо вышагивая, расправив грудь и жестикулируя руками, он очень увлечённо о чём-то рассказывал.

- Соня! – окликнул сестру Олеарий, - где Само и остальные?

Девушка обернулась:

- Ари, ты слышал что-нибудь о Морозниках?

- О каких ещё Морозниках?! Я, кажется, спросил где Само?

- Они пошли лошадей смотреть. А Леонид так интересно рассказывал об охоте на Морозника, что мы с Миланой упросили его остаться с нами и закончить историю.

У тебя замечательная сестра, - улыбнулся Ярослав, - даже с Миланой сумела общий язык найти, несмотря на то, что та совсем не говорит.

- Не девушка, а озорной мальчишка. Наотрез отказалась покидать замок и тётушку уговорила. А ведь это так опасно, - пробурчал Олеарий, - ну ладно, пошли к повозкам. Покажешь, что у тебя есть, а потом на конюшню. Выберешь себе несколько лошадей.

- Замечательно. Без них, как я понял, не обойтись, - обрадовался Ярослав.

До самого вечера шла подготовка к утреннему объезду. А когда, наконец, всё было распределено, Олеарий и его гости отправились ужинать. Как и за обедом, Софья не замолкала. Похоже, она не разочаровалась в новых знакомых, а совсем наоборот. Некоторым из них общение с девушкой тоже начинало нравиться. Например, Лёньке, который сидел за столом с гордым и напыщенным видом. Друзья никогда не видели его таким.

Под ночлег им отвели весь третий, самый верхний этаж. Ярослав остался в спальне вдвоём с Фёдором. Заметив, что Фёдор молчалив и грустен, он спросил:

- Что с тобой? Что-то не так?

- Всё так, - ответил тот, - просто этот замок мой дом очень сильно напоминает.

- Понимаю тебя. Сам стараюсь об этом сейчас не думать, - посочувствовал Ярослав.

- Я тоже, но вдруг нахлынуло, и ничего не могу с собой поделать.

- Ты только Кузьме ничего не говори, а то вспомнит своего дедуся и расплачется ещё.

- Он может, - улыбнулся Фёдор.

- Меня другое беспокоит, - задумчиво проговорил Ярослав.

- Что именно?

- За Книгу тревожусь. Надо бы спрятать её и Луч куда-нибудь в надёжное место.

- Так в чём же дело. Попроси хозяина, он тебе тайник покажет. В каждом замке тайничок имеется. Я точно знаю.

- Не пойдёт. Думаешь, я сам не догадался бы.

- Почему, ведь Олеарий надёжный человек, и тебе всегда рад помочь.

- Не хочу подвергать его жизнь опасности. За этими вещами сам знаешь, какие злыдни охотятся, они на всё пойдут, чтобы их заполучить.

- Да, а я как-то об этом не подумал. Если присмотрю какое местечко, сразу тебе скажу.

- А пока будем охранять Книгу вдвоём. Сейчас она у меня под кроватью в мешке лежит.

- Это не очень хорошее место для ценных вещей. Надолго её там оставлять нельзя.

- Ладно, давай спать, поздно уже, - повернулся на бок Ярослав.

Его глаза слипались. Фёдор похоже, уже заснул.

По привычке, которая сложилась за время длительного путешествия, Ярослав проснулся рано. Он чувствовал себя хорошо отдохнувшим и, сбросив с себя тёплое одеяло, встал и занялся утренней разминкой. Фёдор скоро присоединился к нему. Через несколько минут по большой спиральной лестнице друзья спустились в центральный зал. Увидев там, несмотря на столь ранний час, всё семейство и несколько человек из прислуги, они были удивлены.

Олеарий и Само передвигали предметы на полках, как-будто что-то искали.

- А-а-а, проснулись. Доброе утро, - сказал Олеарий, - идите в трапезную, чай уже на столе.

- Что случилось? – спросил Ярослав, глядя на тётушку, которая, не двигаясь, полулежала на кресле. Глаза пожилой женщины были закрыты, руки вяло свисали вниз, лицо побледнело и осунулось. Испуганная Соня обмахивала её платком.

- Это наше семейное дело, сами разберёмся, - ответил Олеарий, который закончив осмотр, заложив руки за спину, ходил по залу и бросал грозные взгляды в сторону робко жавшихся друг к дружке слуг.

- Раз мы здесь, то тоже не посторонние. Возможно, сумеем чем-нибудь помочь, - не сдавался Ярослав.

- Пропала серебряная статуэтка и набор на двенадцать персон, тоже серебряный, - Олеарий взглянул на тётушку, - старинные фамильные принадлежности - ложки, вилки и ножи…

Не успел он договорить, как в комнату вбежал взволнованный Лукьян.

- У меня… У меня…, - бормотал он, держа в руках свой заплечный мешок.

- Говори, не мямли, - одёрнул его Ярослав.

- У меня серебряные монеты Виссариона пропали, - пролепетал Лукьян и виновато опустил голову.

- Где они лежали?

- Здесь, - потряс почти пустым мешком тот.

- А мешок ночью где был?

- Я его в трапезной забыл, - Лукьян растерянно заморгал, а затем начал оправдываться, - ты не подумай, что я всё это сам подстроил.

Вдруг Ярослав услышал или, скорее почувствовал сбоку от себя какую-то возню. Он посмотрел в ту сторону, но ничего не увидел. Неожиданно для всех присутствующих, Ярослав протянул руку и выхватил у Сони платок. Брови девушки поползли вверх. Её красивые бровки поднялись ещё сильнее , когда Ярослав бросил платок, но тот не упал, а повис в воздухе и начал перемещаться к выходу. Не раздумывая, Ярослав сделал хватательное движение.

- Ага! Попался! – воскликнул он, как будто крепко сжимая что-то в руках.

Онемевшие от удивления наблюдатели за его странным поведением, ещё сильнее изумились, когда увидели, что Ярослав держит смешного маленького вырывающегося человечка, который изо всех сил дрыгал короткими толстыми ножками и громко кряхтел.

- Не уйдёшь! Не сопротивляйся, а то хуже будет! – попытался усмирить его Ярослав.

- Вот это да-а-а-а! – вырвалось у Лукьяна.

Вдруг у двери появился ниоткуда второй карлик. Испуганно озираясь по сторонам, он обречённо проговорил:

- Иорнанд, не вырывайся, он тебя не отпустит. Кажется, мы попались.

Иорнанд перестал дрыгаться и повис в воздухе, не доставая ногами до пола.

- Само! Время начинать объезд. Отправляй людей без нас с Ярославом. Нам надо с этими ворами разобраться! – спохватился Олеарий и зло взглянул на Иорнанда.

- Понял. Кого главным назначить?

- Да хотя бы Василия. А с ним пусть братья едут, и ещё пару человек найди.

- А как же мои ребята? Как вчера договорились Фёдор, и вместо меня…Кузьма, - посмотрел на товарищей Ярослав.

Фёдор махнул головой Кузьме и пошёл за Само.

- Я бы с удовольствием…, только верхом плохо могу…, пару раз всего в седле сидел, - замялся Кузьма.

- Почему всегда одни и те же! Я поеду! У меня копьё лучше, чем у других получается метать и на лошади прекрасно держусь! – вышел вперёд воинственно настроенный Лёнька.

- Давай Леонид. Я уверен, ты справишься, - сказал Ярослав, продолжая держать поникшего, будто увядающий цветок, карлика.

Само посмотрел на Олеария, и только после того, как тот утвердительно кивнул, вместе с Фёдором и Лёнькой покинул дом.

- Воры! Признавайтесь, где наше серебро, а то на виселицу отправлю! – после их ухода продолжил разбирательство Олеарий.

- Я их узнала. Это же те артисты, которые позавчера вечером давали у нас представление, - вмешалась Соня.

- Они. Тогда пропала серебряная шкатулка и подсвечник. Так им показалось мало, вернулись, чтобы ещё поживиться! – сердито кричал Олеарий, - не мудрено. С их способностями можно всё унести. А я-то было на прислугу начал подумывать.

- Опусти меня на пол. Нет сил больше, так висеть, - жалобно попросил Ярослава Иорнанд.

- Держи, не выпускай его! Убежит! Грабители бесстыжие! Мы им представление оплатили, накормили, а они… А всё потому, что кто-то не хочет покидать замок и всё время ноет, как здесь скучно! – грозно посмотрел на Соню Олеарий, - в темницу их надо запереть. Пускай посидят, подумают.

- Пожалуйста, не надо нас в темницу. Никакие мы не воры. Мы всё вернём, - чуть не плача заговорил второй карлик.

- Как это не воры! Всё серебро из дома вынесли! – лицо Олеария стало малиновым от возмущения и злости.

- Подожди. Не ругайся. Сейчас разберёмся, - попытался успокоить его Ярослав и спросил у карлика, - как тебя зовут?

- Я - Эрманарих. У нас просто безвыходное положение сложилось, а так бы мы никогда…

- Ясно. Но если вы уже взяли серебро, почему не ушли отсюда?

- Здесь ещё портсигар есть, - опустил голову Эрманарих.

Иорнанд теперь стоял, придерживаемый Ярославом, и смотрел в пол. Казалось, что от страха и стыда он готов провалиться сквозь землю.

- Так они ещё портсигар отца хотели забрать! Он дорог, как память о нём! – задохнулся от гнева Олеарий.

Оба карлика, взявшись за руки, ожидали приговора.

- Давайте не будем делать преждевременных выводов, а сначала разберёмся в ситуации, - заступился за них Ярослав, которому стало жаль несчастных человечков.

- Разбирайся! Я пойду выпью чаю! Если останусь здесь ещё на минуту, то не сдержусь и прикончу их! - Олеарий быстро вышел из зала.

- Садитесь на диван и рассказывайте всё по порядку, - дружелюбно проговорил Ярослав и устроился в кресле напротив.

Остальные с интересом продолжали наблюдать за Иорнандом и Эрманарихом. Маленькие мужчины, похожие на детей, взобрались на диван и уселись. Их ноги, не доставая до пола, смешно болтались в воздухе.

- Что у вас случилось? Зачем понадобилось серебро? – начал беседу Ярослав.

Карлики переглянулись, и Эрманарих рассказал:

- Наша деревня находится за болотами. На протяжении многих лет мы брали воду из речки Быстринки, которая протекает поблизости. Вода в ней всегда была чистой и вкусной. Но недавно течение Быстринки замедлилось. Она, практически, остановилась и начала превращаться в болото. Её вода стала непригодной для питья. Мы посовещались и решили обратиться за помощью к волшебнику. Он живёт в селении за стеной этого замка. Он сказал, что сможет помочь, если мы принесём серебро. Оно нужно для ритуала очищения реки.

- Что за волшебник? Как его зовут? Давно ли вы его знаете?

- Мы часто ездим давать представления в Вержин-Град. Прошлой осенью по пути оттуда нас настигла непогода, и волшебник приютил нас у себя. Его зовут Климентий.

- И как вы узнали, что он волшебник?

- Климентий излечил меня от икоты, - вмешался Иорнанд, - а однажды получил от нашего ослика целый кувшин козьего молока.

- Вы видели, как он это сделал?

- Нет. Посторонним нельзя присутствовать, волшебство может не получиться. Он увёл ослика в сарай, а вышел оттуда с кувшином молока.

- Действительно, волшебник, - улыбнулся Ярослав.

- Мы, конечно, такое не умеем, но кое-что тоже можем, - гордо заявил Эрманарих, - я, например, чувствую серебро. Если оно по близости, я легко могу отыскать.

- А Климентий знал о твоих способностях?

- Знал. Я сам слышал, как Эрманарих ему хвастался, - сообщил Иорнанд.

- Понятно. И много он у вас серебра потребовал?

- Когда мы принесли шкатулку и подсвечник, он сказал, что этого мало и дал берестяной короб. Его надо наполнить доверху. Вот мы и вернулись. Вместе с вами и вашими повозками. Никто нас не заметил.

- Ну что ж. Теперь мне всё ясно. Мы попытаемся вам помочь, и думаю, обойдёмся без этого волшебника. Но прежде вы вернёте то, что взяли.

- Серебро лежит у входа в дом, за занавеской. Мы не успели его вынести. Только шкатулки и подсвечника там нет, - потупился Эрманарих.

- Вот и хорошо. Посидите пока здесь. Я скоро вернусь, и обсудим, как решить вашу проблему с водой, - встал с кресла Ярослав и, уже на ходу бросил, - Лукьян, присмотри за ними, пока меня не будет.

Он прошёл к входной двери и, отодвинув занавеску, вытащил из-под неё узел.

Увидев бахрому, свисающую по его краям, тётушка, которая пришла в себя и внимательно следила за тем, что происходило в комнате, воскликнула:

- Моя любимая шаль!

После чего вновь упала в обморок, а Соня взяла платок и принялась энергично её обмахивать.

- Пойду, покажу это Олеарию, - сказал Ярослав и вместе с узлом вышел в соседнее помещение.

Корнил посмотрел на карликов, что-то шепнул Алексею и удалился всед за Ярославом.

Олеарий и Само сидели за обеденным столом и пили чай.

- Извините, что помешал вашему завтраку, - остановился на пороге Ярослав.

- Серебро нашлось, - обрадовался Олеарий, - ну-ка покажи.

Ярослав положил узел на стол и развязал его. На тёмно-вишнёвой бархатистой тётушкиной шали лежали статуэтка, коробка со столовыми приборами и кошель с серебряными монетами.

- Опять ты мне помог. Не знаю, что было бы, если бы ты не поймал этих мелких воришек. Сейчас прикажу, чтобы их хорошенько высекли во дворе, у всех на глазах. В другой раз не повадно будет, - вскочил на ноги Олеарий.

- Подожди, не горячись. Гнев – плохой советчик, - остановил его Ярослав, - нельзя с ними так.

- Это ещё почему?!

- Потому, что таких, как они ещё целая деревня живёт где-то за болотами. Представь, что они захотят отомстить за своих сородичей и десяток или больше невидимых карликов залезут к тебе в замок… Тогда уже я ничем помочь не смогу.

- Что ты предлагаешь? Отпустить их и всё?

- Разумеется, нет. Надо придумать им наказание, но такое, чтобы эти маленькие люди и пользу принесли, и обиду не затаили. Их лучше иметь в друзьях, чем наоборот.

- Убедил. Как думаешь их наказать? – Олеарий окончательно успокоился и сел на прежнее место.

- Сначала предлагаю им помочь. Знаешь, зачем они серебро воровали? – спросил Ярослав и пересказал всё то, что недавно услышал от необычных человечков, а конце добавил, - среди твоих людей есть охотники?

- Есть. Это братья – Данила и Гаврила. Не только охотники, но и воины отличные. Метко стреляют. Неразлучны. Ни минуты друг без друга не могут. Точно не помню, погодки они или близнецы, но похожи очень.

- Отлично. Надо их отправить на реку, чтобы выяснили причину заболачивания. Охотники – наблюдательный народ и местности хорошо ориентируются. Они лучше других с таким заданием справятся.

- Хорошая идея. Только сейчас этого сделать не получится.

- Почему?

- Сегодня утром братья отправились в объезд.

- Вот и мой лучший охотник Фёдор вместе с ними уехал, - стал задумчивым Ярослав.

- Я могу пойти. Делать-то всё равно нечего, - вмешался в разговор Корнил, который до этого момента тихо стоял у двери.

- Отлично. Наберём тебе команду, возьмёте оружие и попытаетесь разобраться на месте. Только на рожон не лезьте. При малейшей опасности, веди людей сюда, зря не рискуйте, - немного подумав, ответил Ярослав.

- Когда идти?

- Да прямо сейчас, - поднялся из-за стола Ярослав.

- Я тоже для этого дела могу несколько человек выделить, - предложил Олеарий.

- Не беспокойся. Пускай мои ребята разомнутся. А то без дела слоняться им быстро надоест, - возразил Ярослав, - меня ещё один вопрос волнует. Что за волшебник Климентий проживает у замка? Сдаётся мне, что это обычный обманщик, который решил воспользоваться способностями и доверчивостью карликов. Его бы проучить не помешало.

- Что-то я никого с таким именем не припомню, - пожал плечами Олеарий.

- Я знаю одного Климентия. Он ухаживает за козами. Пасёт их, стрижёт и доит. Но никаким колдовством этот Климентий никогда не занимался. По крайней мере мне ничего об этом не известно, - поделился Само.

- Пока Корнил будет разбираться с рекой, надо бы выяснить, есть ли ещё кто-нибудь с таким именем, или этот пастух коз и является волшебником, столь охочим до чужого серебра.

- Хорошо, я расспрошу народ, - отозвался Само.

- На том и порешим. Пойдём, Корнил, организуем бригаду. Нас там, наверное, уже заждались, - сказал Ярослав, взял со стола кошель с серебряными монетами и добавил, - я был заинтересован в поимке воров не меньше вашего. Они стащили почти все наши сбережения.

Олеарий и Само вместе с Корнилом и Ярославом вернулись в зал, где оставались пленники. Войдя в туда, мужчины остановились. То, что они увидели, было полной неожиданностью.

Иорнанд стоял на стуле и жонглировал яркими разноцветными шариками. Остальные с восхищением наблюдали за тем, как он ловко и легко делает это. Когда маленькое представление закончилось, Ярослав сказал:

- Здорово у тебя получается.

На лице Иорнанда засияла улыбка. Он был доволен похвалой.

- Но это ничего не меняет. Придётся вас наказать за воровство.

Оба карлика напряглись, их глаза наполнились страхом.

- Начиная с завтрашнего дня и до того момента, пока господин Олеарий не решит, что вы искупили свою вину, будете раза два или три в неделю, как договоритесь с господином Олеарием, - Ярослав сделал паузу и посмотрел на Олеария, - давать представления на территории замка.

После последней его фразы, Иорнанд и Эрманарих повеселели, а Соня от восторга захлопала в ладоши.

- Это мы с удовольствием. Прямо завтра и начнём, - усаживаясь на диван, сказал Иорнанд.

- А сейчас проводите моих товарищей к реке, из которой вы воду берёте. Они посмотрят, почему она начала заболачиваться и попытаются исправить это.

- Нет-нет, мы не можем, - проговорили оба человечка в один голос.

- Но вам же нужна чистая вода, - растерялся Ярослав.

- Вода-то нужна. Только где находится наша деревня, мы чужакам никогда не показываем. Это - закон, - разъяснил Эрманарих.

- Так я вас и не прошу деревню показывать. Вы к реке, ниже деревни их сведите. А там уж они сами разберутся. Иначе помочь вам мы не сможем.

Несколько минут карлики о чём-то шептались. Затем Иорнанд сказал:

- Хорошо. Мы согласны. Кого вести-то?

Идти с Корнилом к реке вызвались все, кроме Миланы и Лукьяна.

После общего весёлого застолья, которое устроила Соня, вооружившись копьями и топорами, друзья в сопровождении карликов отправились на реку.

Олеарий и Ярослав занялись приготовлениями к предстоящему утром караульному объезду, а Софья с Миланой пошли в сад на прогулку. За эти несколько дней девушки очень сдружились.

Во второй половине дня, когда Олеарий, Ярослав и Само вышли во двор, чтобы ещё раз осмотреть оружие, вернулись из дозора Фёдор, Лёнька и два брата-богатыря Данила и Гаврила.

- Где Василий? – с тревогой в голосе спросил Олеарий.

- Поскакал к воеводе на доклад, - спешившись, объяснил один из братьев.

- Рассказывайте, как прокатились, видели чёрных?

- Сначала всё спокойно было. Долго мы их ждали. Думали, уж не появятся. А потом смотрим, едут шестеро, да так, будто хозяева они здесь, ничего не боятся. Хотели вдоль озера к деревеньке свернуть. Тут мы из-за леса выскочили им наперерез, - Данила улыбнулся и посмотрел на брата.

- Что было дальше? – нетерпеливо поторопил его Олеарий.

- Четверых положили. Двоих догнать не смогли, уж больно они быстры. Потом вернулись, а те четверо уже в какую-то золу или песок превратились. Мы копья и стрелы подобрали, ещё немного покараулили и домой. Сегодня точно больше не сунутся. Побоятся, - закончил рассказ второй брат.

- Пусть знают, что у нас против них оружие имеется. А то разъезжают как у себя дома, - поглаживая лук, гордо добавил Данила.

- Скажи, какого цвета были их кони? – задал мучивший его вопрос Ярослав.

- Чёрные. Все шестеро ехали на чёрных, как смоль конях.

Фёдор нам объяснил, почему нельзя стрелять в тех, у кого лошади серые. Если бы они попались, мы бы их не тронули, - сказал Гаврила.

- Ну, теперь они у нас получат своё. Просто не терпится увидеть своими глазами, как твоё, Ярослав, оружие врага поражает, - потёр ладони Олеарий, - завтра, надеюсь, у меня будет такая возможность.

Пока они говорили, вернулся Василий.

- Воевода велел тебе с Ярославом утром быть у него, - увидев Олеария, сказал он.

- Эх, своим приказом он все планы срывает. Опять не получится в дозор поехать, - Олеарий был очень раздосадован, - хитёр этот Свенельд, хочет оружие, разящее врага заполучить.

- Я бы такой лук никому не отдал, - снова погладил своё оружие Данила.

- Так и не отдавай. Этот лук теперь твой, - сказал Ярослав, - мало ли чего воевода хочет.

- Можно я копьё себе оставлю? – робко спросил Гаврила.

- Конечно. Это оружие должно быть в руках тех, кто безупречно им владеет, - проговорил в ответ Ярослав.

Братья после его решения просто светились от счастья.

- Мы завтра ни одного вражину не упустим. Они у нас теперь получат по заслугам, - радовались они.

- Сколько дней твоя очередь дозор нести? Неужели мы сами так и не опробуем моих копий? – обратился Ярослав к Олеарию.

- Мы дежурим по три дня. После меня, объезды делают люди воеводы, потом Лавритаса, после него ратники Доброслава, и только потом опять мои.

- Разве в остальное время никто не охраняет территорию и лагерь?

- Почему же. Люди воеводы, ведь их гораздо больше.

- Понятно. Значит, у нас ещё остаётся день в запасе. А если нет, то придётся дожидаться пока снова твоя очередь не придёт…

- Нет уж. Что бы ни было, а после завтра вылазка моя, - Олеарий был настроен решительно.

Незаметно подошло время ужина. После него Ярослав с Фёдором вновь вышли во двор. Корнил со своей командой ещё не вернулись.

- Зря я их одних отпустил. Надо было с ними идти, - поделился с Фёдором своими переживаниями Ярослав, - был уверен, что управятся без меня… Где они теперь?

- Не казни себя. Вернутся. Не будешь же ты всю жизнь каждого из нас нянчить, как грудного младенца. Они по собственной воле пришли с тобой. Да не куда-нибудь, а на войну, - попытался утешить Фёдор, а потом громко зевнул и добавил, - пойдём спать. Завтра рано вставать.

- Ты иди. Я ещё немного воздухом подышу, - не отрывая взгляда от ворот, ответил Ярослав.

Он долго бродил по пустынному дворику, понимая, что уснуть не получится. Наконец в ночной тишине послышался скрип. Это караульный открыл ворота, чтобы впустить бригаду Корнила.

- Почему так долго? – увидев целыми и невредимыми друзей, с облегчением вздохнул Ярослав.

- Так не близко речка эта находится. Часа три до неё идти пришлось. И назад ещё столько же. Хорошо хоть не зря, - разъяснил Корнил, - когда эти карлики про Быстринку поведали, я сразу смекнул, в чём дело, но промолчал. Хотел сначала сам убедиться. Это бобёр плотину построил. Вот и вся проблема.

- Как ты догадался?

- В деревне, где я жил такой же случай был. Бобры реку перегородили. Так наши мужики пошли и плотину разрушили. Те опять за своё. Пришлось несколько раз хорошенько поработать, пока зверь не понял, что здесь ему селиться не надо. Кончилось тем, что бобры ушли, а река продолжила течь, как и раньше.

- Понятно. Вы что же тоже плотину разрушили?

- Сначала нашли её, а потом развалили, - пояснил Корнил, - теперь туда надо ещё несколько раз сходить, чтобы не дать им снова реку запрудить.

- Молодцы. Справились с заданием. Пойдёмте в дом, небось, проголодались.

- Есть мы не хотим. Яков с собой полный мешок провизии брал. Апрося ему предложила, а он не стал отказываться.

- Тогда давайте спать. Завтра утром вы опять на реку, а нас с Олеарием воевода к себе вызывает. Так что скоро в лагерь переберёмся, - напоследок сказал Ярослав и отправился в спальню.

Он застал Фёдора крепко спящим. Стараясь не разбудить его, Ярослав разделся и лёг в мягкую постель. Богатырский сон быстро завладел им.

Утром следующего дня, после того, как братья, Фёдор и Лёнька возглавляемые Василием отправились объезжать территорию, а бригада Корнила ушла на реку, Ярослав и Олеарий в сопровождении Само, поехали в лагерь.

Свенельд сидел за столом и что-то обсуждал с длинноносым худым мужчиной, которого Ярослав видел впервые.

После короткого приветствия воевода представил собеседника:

- Это мой помощник Маркиан, лучший знаток чёрного воинства, знает о нём не по наслышке, поэтому я и пригласил его поучаствовать в нашем разговоре.

Мужчина встал и протянул ладонь для рукопожатия. Она оказалась очень холодной.

- Я не поверил тебе в прошлый раз. Извини. Вижу, ошибся, продолжил Свенельд, - теперь, когда выяснилось, что твоё оружие действенно, хочу предложить тебе место десятника в моей дружине.

- Я и так десятник. У меня в отряде примерно столько хорошо вооружённых и обученных человек, - ответил Ярослав, - других мне не надо.

- Согласен. Пусть будет по-твоему. Я принимаю в лагерь тебя и твоих людей. Все они будут поставлены на довольствие. За это ты отдашь в распоряжение Маркиана часть своего необычного оружия.

Ярослав задумался. Выждав довольно продолжительную паузу, он сказал:

- Если бы ты взял нас сразу, то я отдал бы всё оружие и доспехи тебе. А теперь… Придётся поделить его между моими людьми, ратниками Олеария. Твоим воинам достанется копья три-четыре, не больше.

- Ладно, пойдёт. Только добавь ещё парочку луков, - вмешался Маркиан.

- А вот с этим помочь не смогу, - отрицательно покачал головой Ярослав.

- Но как же. Хотя бы один. Ведь из лука на расстоянии проще всего поразить врага. Всего один лук я у тебя прошу, - посмотрел колючими глазами сотник.

- Луков мало и они все распределены. Я не буду забирать их у тех, кому уже отдал.

- Послезавтра наша очередь нести караул. Хотя бы на эти три дня дай нам луки, ведь враг у нас один, - не сдавался Маркиан.

- Когда я пришёл к вам в лагерь в первый раз, примерно то же самое сказал. Никто меня и слушать не стал, - с вызовом взглянул на воеводу Ярослав.

- Давайте не будем спорить. Думаю, все разногласия мы сможем уладить мирно. Если Ярослав сегодня переберётся к нам в лагерь, то в дозор можно будет взять его лучника, - предложил Свенельд.

- Не получится, - не согласился Ярослав, - мы придём сюда только после того, как поможем Олеарию уладить кое-какие проблемы. На это потребуется дней пять, не меньше.

- Да-да, нам надо закончить с делами, - подтвердил Олеарий, - но я могу выделить для объезда своего человека с луком, если, конечно, он согласится.

- Ладно, присылай лучника послезавтра утром к воротам. Поедет с нами, - удовлетворённо проговорил Маркиан, - посмотрим, что за оружие такое. Может и не стоит оно того, чтобы стараться его заполучить.

- Ещё как стоит! Я своим людям и Ярославу верю! – возмутился Олеарий, - между прочим, у него ещё и меч необыкновенный есть!

- Мечи нам пока не нужны. В ближний бой из-за смрада вступать нет возможности, - не проявил интереса воевода.

Зато Маркиан наоборот, насторожился и спросил:

- Что ещё за меч? Покажи.

Ярослав вынул из ножен Меч Трёх Чудес, который сразу заиграл бирюзой.

- Искусная работа, возразить нечего. Но других отличий от обычного меча я в нём не вижу, - внимательно осмотрев оружие, надменно проговорил Маркиан.

- Сейчас увидишь. Пошли на улицу, - вскочил с места и направился к выходу Ярослав.

Яркое солнце сразу ударило в глаза. День обещал быть жарким, но Ярославу было не до того. Внутри него всё кипело от возмущения. Такое с ним случалось очень редко. Почему-то этот долговязый сотник с цепким недобрым взглядом вызывал у него раздражение. Ярослав осмотрелся и заметил рядом с постройкой, расположенной в нескольких шагах от дома Свенельда огромный валун, поросший мхом. Решительным шагом он направился к камню. Олеарий, Свенельд и Маркиан подошли сзади. Ярослав размахнулся и одним движением клинка снёс часть валуна.

- Теперь видел?!

Удивлённый Маркиан не мог проронить не слова. Охрана и все те, кто стали невольными свидетелями происходящего стояли, разинув рты.

- А ты смог бы срезать верхушку, чтобы получился стол? – первым пришёл в себя плюгавенький мужичок с метлой в руках.

- Сейчас сделаю.

Ярослав аккуратно провёл лезвием и отделил верхнюю часть камня, будто крышку.

Поднатужившись, он сдвинул её в сторону.

- Хм, отлично получилось, - потрогал ровную поверхность мужичок.

- Да ты ещё и богатырь, - примирительно заулыбался Маркиан, - вижу, что с тобой ссориться не стоит. Поскорей перебирайся к нам. Вдвоём мы быстро врагам их место укажем.

Глаза его стали маслянистыми, но не добрыми.

- Как сказал раньше, дней через пять приду с отрядом. Надеюсь, в воротах нас не развернут? – Ярослав вложил Меч в ножны и бросил взгляд на воеводу.

- Насчёт этого не беспокойся. Приходи, когда посчитаешь нужным. Нам такие воины нужны, - ответил Свенельд.

Олеарий и Ярослав вернулись к скучающему в их ожидании Само. Пока они не покинули лагерь, Олеарий бросал на Ярослава восхищённые взгляды. Только за воротами он дал волю чувствам.

- Ну, ты даёшь! Просто уму непостижимо! Само, жаль ты не видел. Ярослав сейчас мечом камень рассёк.

- Не преувеличивай мою заслугу. Меч Трёх Чудес рубит камень, а не я.

- Не знаю, не знаю, иногда мне кажется, что ты и сам не совсем обычный человек. Не хочется тебя в лагерь отпускать. Оставайтесь в замке. Будете мне помогать, - предложил Олеарий.

- У тебя гостить, конечно, хорошо, разговора нет. Но от твоей заботы скоро все мы превратимся в ленивых вельмож, или что-то вроде того. Расслабляться не стоит.

- Ну, тогда хотя бы девушку оставьте в замке, будете навещать её, когда захотите.

- Против этого у меня возражений нет. Не место Милане в мужском военном лагере. Пускай у вас поживёт. Лучше и придумать нельзя. За это тебе спасибо, - сразу же согласился Ярослав.

На большом дворе у замка было шумно. Посередине стоял красочный маленький шатёр. Одетые в пёстрые костюмы карлики давали представление. Прислуга, охранники и весь дворовый люд с интересом наблюдали за потешными человечками, которые развлекали публику.

Но Ярослав не смотрел на сцену. Он видел только Милану. За последнее время она преобразилась и из мальчика подростка вновь превратилась в прекрасную лебёдушку. Милана была полностью погружена в весёлый спектакль: иногда начинала улыбаться, иногда её васильковые глаза становились очень серьёзными и маленькие ладошки непроизвольно сжимались в кулачки, а когда очередной номер заканчивался, девушка грациозно откидывала голову назад, смеялась и хлопала в ладоши.

Олеарий заметил наполненный чувствами взгляд Ярослава, улыбнулся краешками губ, но ничего не сказал.

После представления последовал обед. Когда он закончился, и карлики покинули замок, Ярослав обратился к Олеарию:

- У меня к тебе просьба.

- Какая просьба? Говори, сделаю всё, что в моих силах.

- Можно в завтрашний дозор я поеду не на Тюльпане, которого опробовал сегодня до лагеря?

- Чем же он тебя не устраивает? Хороший конь, – удивился Олеарий.

- Хороший-то он хороший, но не по мне.

- Если не понравился Тюльпан, выбирай любого другого, кроме Бурана, конечно.

- Я уже выбрал.

- И кого?

- Того строптивого молодого жеребчика, которого ты настоятельно не рекомендовал.

- А-а-а-а, Ромку что ли. Так он почти не объезжен. Уж очень непокладистый у него характер. Намучаешься ты с ним.

- Если не возражаешь, я попробую с ним договориться. С того момента, как я его увидел, он мне в душу запал. Ромкой значит кличут. Имя какое-то странное…

- Ромка – младший брат Бурана. У них отец общий – Ураган. С крутым характером жеребец. Вот и дети в него пошли. Вообще-то этого жеребёнка Ветром должны были назвать. Только Соня почему-то решила, что у Фиалки, его матери, обязательно появится девочка. Соня ей и имя подобрала – Ромашка. И все как-то свыклись с этой мыслью, стали ждать Ромашку. А когда Фиалка ожеребилась и стало ясно, что у неё не девочка, а мальчик, то… Ну, в общем, Соня очень огорчилась, а малыш всё-равно стал Ромашкой, то есть Ромкой. Вот такая история.

- Так я пойду, поговорю с ним, - выслушав Олеария, сказал Ярослав.

- Можешь не только говорить, но и прокатиться. К вечеру примешь окончательное решение, какой конь тебе больше подходит, Ромка или всё-таки Тюльпан. Само, отведи Ярослава в конюшню. А я пока с управляющим хозяйственные дела порешаю. Давно уже этим не занимался.

Ярослав и Само подошли к конюшне в тот момент, когда несколько скакунов, а вместе с ними и Ромку, выводили на прогулку. Ярослав остановился, рассматривая своего избранника. Молодой четырёхлетний жеребец гнедого окраса с изящной головой на длинной красивой шее с крепкими длинными ногами и пушистым хвостом вышагивал, стараясь держаться в отдалении от других коней.

- Какой красавец, просто глаз не оторвать, - не смог скрыть своего восхищения Ярослав, - а характер. Сразу видно, что ни за что не подпустит к себе кого попало.

Он долго наблюдал за тем, как прогуливается Ромка, не торопился к нему подходить, а сделал это, когда конь расслабился от приятной прогулки. Ярослав быстро сумел найти подход к гордому скакуну.

Несколько часов он приручал Ромку. И тот был совсем не против. Они быстро научились понимать друг друга. Казалось, что жеребец только и ждал Ярослава, и сразу почувствовал в нём хозяина.

К вечеру вернулись дозорные. Олеарий прохаживался по двору, дожидаясь их, а когда увидел, накинулся с расспросами:

- Ну как съездили? Много вражеских воинов положили? Упустили кого или всех?

- Не встретили ни одного. Впустую скатались. Вчера так напугали, что до сих пор ещё отойти не могут, - ответил Данила.

- К завтрашнему утру, надеюсь, придут в себя. Мне не терпится увидеть, как они от нашего оружия гибнут.

- Не знаю, как завтра, а сегодня время зря убили, - поддержал брата Гаврила.

- Устали, наверное. Предлагаю вам взять выходной, - продолжил Олеарий.

- Какой выходной. Ничего мы не устали, - в один голос возразили братья.

- Тут такое дело, - Олеарий рассказал братьям о разговоре с Маркианом, о его просьбе иметь если не лук, поражающий врага, то хотя бы лучника с таким луком.

- Если надо, я хоть каждый день могу территорию объезжать, но лук свой никому не отдам, тем более Маркиану. Хочет убедиться, как нечестивцы от моих стрел падают, я ему это устрою, - в ответ проговорил Данила.

- Я тоже поеду! Брата одного никуда не отпущу! Копьё не хуже стрелы их поражает! – настойчиво произнёс Гаврила.

- Возражений нет. Поезжайте оба, - согласился Олеарий.

Лёнька, который внимательно слушал их беседу, вдруг встрепенулся:

- Возьмите меня тоже!

Фёдор недоумённо на него посмотрел, но заметив невдалеке гуляющую Софью, всё понял.

- Леонид у нас копьё отлично бросает! Врагу от его меткой руки не уйти, - громко скал он.

- Если ты так настаиваешь, поезжай. Только у Ярослава разрешения спроси, ведь ты из его отряда, - пожал плечами Олеарий и добавил, - раз вы все Маркиана сопровождать вызвались, нам с Ярославом придётся несколько хороших ратников подобрать на завтра. Само, кого посоветуешь?

- Ну…тут много вариантов, - замялся Само.

- Не надо никого искать. С вами врага выслеживать тоже мы поедем. Никто лучше нас оружие в деле не покажет, - заявил Данила.

- Ладно. Утром будьте готовы, а сейчас отдыхайте, набирайтесь сил. На сегодня вы свою работу сделали, - не стал возражать Олеарий.

Он предпочитал делать вылазки в сопровождении братьев. За их широкими спинами он чувствовал себя в полной безопасности.

Бригада Корнила в этот день вернулась с реки ещё до ужина.

- Сегодня гораздо быстрее управились. За ночь бобры успели восстановить только небольшую часть запруды, но несколько раз всё-равно придётся туда наведываться, пока зверь не бросит свою затею, - ответил Корнил на расспросы Ярослава.

Сразу после ужина, пока никто не успел разойтись, Ярослав спросил у Само:

- Ты узнал, сколько Климентиев проживает в селении у замка?

- Узнал. Один, тот, который коз пасёт.

- Значит, кроме него никто не мог заставить карликов серебро воровать, - предположил Ярослав.

- Только если кто-нибудь другой таким именем назвался, - не согласился Само.

- Такое тоже возможно, но маловероятно. Я всё-таки склоняюсь к тому, что этот Климентий и есть лжеволшебник, хотя бы потому, что он у ослика козье молоко надоил. Пришла пора Климентия проучить. Вопрос в том, как это сделать?

- Да что тут думать. Высечь его надо и дело с концом, - сразу же сказал Олеарий.

- У меня есть другое предложение, - улыбаясь, проговорил Лукьян и поделился с друзьями своим планом.

- А ты сумеешь сам всё сделать, как рассказал? – выслушав его, спросил Ярослав.

- Я таких недотёп люблю дурачить. Это мне не впервой, - уверенно ответил Лукьян.

- Ну что ж попробуй. С утра и займёшься.

- А если не получится, не поверит он тебе? – засомневался Олеарий.

- Если не поверит, ему же хуже. Придётся, как ты предложил, высечь, - подытожил Ярослав и встал из-за стола.

В спальне он вытащил из-под кровати заплечный мешок, достал из него Книгу Мудрости, долго осматривал её, ощупывал застёжку, а потом сложил обратно и тяжело вздохнул:

- Беспокоюсь я за неё. Если бы можно было прочитать, что там написано. Где искать ключи от замочка? Куда её пока спрятать? Завтра уедем, а Книга тут без присмотра останется. Ума не приложу, что делать.

- Так ты оставайся. Мы сами, без тебя управимся, - сказал на это Фёдор.

- Не могу остаться, да и не хочу. Я сюда воевать пришёл или зачем?! – рассердился Ярослав, - а вот ты останешься, найдёшь место и спрячешь Книгу! Вечером вернусь, покажешь куда!

- Тебя одного я не отпущу!

- Я не один буду. Со мной Олеарий, братья и Лёнька, если ты не в курсе, поедут.

- Ты бы хоть Корнила или Алексея ещё взял. Они проверенные и если вдруг понадобится, защитят.

- Что я, как ты сам недавно говорил, грудной ребёнок что ли?! Сам за себя постоять не сумею?! Всё! Не обсуждается! Останешься и до вечера спрячешь книгу! – Ярослав улёгся, повернулся на бок и громко засопел, давая понять, что разговор окончен.

Утром после того, как группа дозорных покинула замок, Лукьян вышел за его ворота и направился на луг, где паслись козы.

Климентий стоял на дороге. Трава ещё была покрыта утренней росой, и ему не хотелось ни садиться, ни тем более ложиться на неё. Козы разбрелись по всему лугу, выискивая самые сочные травинки и листочки мелких растений, но Климентия это ничуть не беспокоило. Он знал, что его подопечные далеко не разбегутся. За ними присматривает пёс Черныш – верный помощник Климентия. Так бы и стоял опёршись на посох-палку Климентий ещё около часа, а то и больше, дожидаясь пока высохнет роса, если бы не раздался лай Черныша.

Климентий обернулся и увидел медленно бредущего по дороге человека, который бормотал, охал и через каждые два-три шага останавливался, разжимал ладонь и что-то рассматривал на ней.

- Ты кто такой?! – окликнул незнакомца пастух.

- Знахарь я, Лукьян, из Вержин-Града иду, - остановился тот.

- Странно ты как-то идёшь. Что у тебя в руке-то?

- Да так, ничего, - спрятал за спину сжатую в кулак ладонь Лукьян.

- Покажешь, козьим сыром угощу. Ты, небось, голоден? – Климентий улыбнулся, и его глаза превратились в две хитрые узкие щёлочки.

- Ладно. Но сначала давай сыр.

Пастух вытащил из котомки ломоть хлеба, отломил от него небольшой кусочек, положил на него сыр и протянул знахарю. Тот с жадностью принялся уплетать еду.

- Показывай, что у тебя в руке, - поторопил его Климентий.

Лукьян разжал руку, на которой лежало несколько гладких речных камешков.

- Фу-у-у, а я-то подумал, - разочарованно протянул пастух, - выкинь, зачем они тебе.

- Так это не простые камни.

- Выдумываешь всё. Обычные камешки, таких на наших озёрах знаешь, сколько набрать можно.

- Ну ладно, слушай. Расскажу тебе свою историю. Всё равно ты ни помочь, ни навредить мне не сумеешь, - сказал Лукьян и уселся на обочину дороги.

- Хоть я тебе и не верю, но послушаю, глядишь, за разговорами время быстрее пролетит, - сел рядом с ним Климентий.

- Ещё весной в Вержин-Граде у очень влиятельного вельможи заболел сын. Никто из местных лекарей его вылечить не мог. Тогда объявил вельможа, что хорошо заплатит тому, кто излечит ребёнка. Я и согласился. Две недели не отходил от его постели. Лечил травяными настоями, ну и…это неважно. А когда мальчик встал на ноги, я потребовал награду. Вельможа отсыпал мне горсть таких камешков и ещё дал маленькую серебряную шкатулочку. «Это камни не простые», - сказал он, - «Ложи по одному в шкатулку, и они будут превращаться в серебряные монеты. Так ты сможешь стать богатым». «Горсть серебряных монет не сделает меня богачом», - возразил я.

«А ты иди в Каменную пустыню, найди источник с живой водой. Камни с его дна волшебные. Если положить их в серебряную шкатулку, они превратятся в монеты».

Поблагодарил я вельможу и пошёл в ту пустыню, где таких камней много можно найти.

- Ой, не правда, это всё. Камни в монеты, да ещё серебряные, - расхохотался Климентий.

- Хочешь - верь, хочешь - не верь, только успел я сделать две, - Лукьян порылся за пазухой и вытащил оттуда две серебряные монеты.

Лицо Климентия сразу стало серьёзным. Он потрогал их спрсил:

- Почему только две, камней-то у тебя ещё вон сколько?

- Недалеко отсюда напали на меня лихие люди. Забрали серебряную шкатулочку. Без неё эти камешки бесполезны. Другой-то нет, и за две монеты её не купишь. А я уж было размечтался, как заживу, когда у меня будет целый мешок серебряных монет, - чуть не плача, поведал знахарь.

- Шкатулка-то тоже волшебная была? – напрягся Климентий.

- Подойдёт любая серебряная шкатулка, только где её взять?

- У меня есть, - глаза Климентия заблестели, - отдашь половину монет, если я шкатулку дам?

- Конечно, отдам. А потом схожу в пустыню, ещё камешков наберу и опять к тебе вернусь. Ты главное шкатулку за это время не продай и не потеряй, - оживился Лукьян, - а откуда у тебя, простого пастуха, серебряная шкатулочка взялась?

- Это не твоё дело. Радуйся, что она вообще есть! – прикрикнул Климентий.

- Не шуми. Лучше пошли монеты делать. Где твой дом?

- Если мы уйдём, козы разбегутся. Черныш один пасти их не будет. Иди один. Во-о-он видишь, дом с резными ставнями на самом краю?

- У которого дерево растёт?

- Это не дерево, а яблоня. Иди и скажи моему сыну Мотьке, чтобы сюда бежал. Пока мы будем с монетами возиться, он за козами посмотрит.

- Ладно, жди, - сказал Лукьян и засеменил к селению.

К большому его сожалению Мотьки дома не оказалось, а жена, сварливая и злая женщина, не пустила усталого путника даже на порог.

Пришлось знахарю вернуться к пастуху на луг и дожидаться вместе с ним, когда козы вдоволь наедятся. Только вечером они вернулись в дом. Климентий достал из шкафа шкатулку, а Лукьян положил в неё камешек.

- Сколько ждать? – спросил Климентий, сгорая от нетерпения получить серебряную монету.

- Поставь, я скажу, когда время придёт. Ложись спать. И мне бы вздремнуть не помешало, - устало проговорил знахарь.

- На сеновале будешь ночевать, в доме места нет. Камешки свои можешь рядом со шкатулкой оставить, чтобы в сене не затерялись.

- На сеновале так на сеновале, - согласился Лукьян, - смотри, шкатулку без моего разрешения не открывай.

Он положил камешки возле шкатулки и, после скудного ужина сопровождаемый Мотькой, отправился на сеновал, где быстро уснул.

Утром Лукьяна разбудила громкая ругань Климентия:

- Ах ты, проходимец! Обманул меня! Шкатулку хотел украсть! Ничего с твоим камнем не стало! А ведь всю ночь в шкатулке пролежал!

- Ты что наделал! Зачем шкатулку открыл! Я же предупреждал, без моего ведома не трогать! Что теперь с тобой будет! – испуганно воскликнул Лукьян.

- Ну, вскрыл. Не было мочи больше ждать. А что со мной будет? – растерялся Климентий.

- Положи камень в шкатулку, выжидай три часа, а перед тем, как открыть её, произнеси заветные слова. Слышишь, обязательно нужно произнести заветные слова, а иначе волшебство сработает неправильно и тот, кто откроет шкатулку, начнёт превращаться в камень!

- Слова, какие слова, ты об этом ничего не говорил…

- Ты что, меня за дурака держишь? Хочешь, чтобы я их первому встречному выболтал. Сначала надо было тебя проверить… А теперь даже не знаю, что с тобой будет, - горестно вздохнул знахарь.

- Не верю я тебе. Ничего со мной не случится, - неуверенно проговорил Климентий.

- Может и не случится. Только посмотри на свои ноги. Они уже посерели.

Климентий внимательно оглядел свои, непонятного цвета от въевшейся пыли, босые ноги. В его глазах промелькнуло отчаяние и страх.

- Неметь ещё не начали? – участливо спросил знахарь.

Климентий пошевелил пальцами обеих ног:

- Кажется, правая начинает. Спаси, не хочу в камень превращаться.

- Ой, не знаю, поможет ли. Ну, попробуй…

- Говори! Говори быстрее, я уже пяток не чувствую!

- Надо соблюсти три условия, - стал очень серьёзным Лукьян.

- Какие условия?!

- Ты должен три дня мыться колодезной водой. Особенно то место, которое у тебя первым начало каменеть.

- Холодной, сразу, как только вытащишь из колодца?

- Не обязательно сразу, пускай немного постоит, погреется, - в раздумье почесал макушку Лукьян.

- Ещё что я должен делать?

- Никогда не бери в руки серебро.

Климентий бросил шкатулку, которую держал в руках.

- Не нужно мне серебро это. Проживу и так. Что ещё?

- А вот это самое сложное…

- Подожди, пойду, ополоснусь, пока ходить могу, потом доскажешь, - перебил знахаря Климентий и со всех ног бросился к колодцу-журавлю.

Он опустил ведро вниз, достал его и, не раздумывая, выплеснул на себя.

От холодной воды перехватило дыхание, по телу пастуха прошла мелкая дрожь. Климентий забежал в избу и вскоре вернулся на сеновал переодетый в сухую одежду.

- Правда твоя, полегчало. Рассказывай дальше.

- Отныне и всегда ты не должен врать. Если нарушишь хоть одно из трёх условий, то процесс возобновится и тогда уже ничего тебя не спасёт.

- Это трудно, как же не врать-то. Оно само получается.

- Я тебе дам совет. Если не хочешь говорить, то, что есть на самом деле, просто промолчи.

- Да уж придётся. Деваться-то некуда, не хочу я камнем быть, - вздохнул Климентий.

- Ты мне скажи, у тебя кроме этой шкатулки есть ещё серебро в доме?

- А…, ну…, - промычал Климентий, а потом сказал, - есть, ещё подсвечник. Забери ты его и шкатулку, мне их в доме держать опасно.

- Ладно, выручу тебя, давай, - улыбнулся Лукьян.

- Только за это пообещай никому не рассказывать о моей беде.

- Не расскажу, слово даю.

Вскоре немного успокоенный Климентий отправился пасти коз, а знахарь пошёл своей дорогой. Он постучал в оконце закрытых ворот и стражник сразу же, без лишних слов впустил Лукьяна во дворик. Вся охрана уже хорошо знала в лицо гостей Олеария и открывала ворота по их первому требованию. Лукьян обогнул дом.

- Не видел Ярослава? – спросил он у Само, который попался на крыльце.

- Так он же у конюшни в загоне Ромку выгуливает.

Лукьян кивнул и почти бегом направился к конюшне. Ему не терпелось похвастаться своей удачей.

Жеребец первым почуял незнакомого человека и забеспокоился.

- Тише, тише, не бойся, это свои, - погладил его по красивой шее Ярослав, который обернулся, чтобы выяснить причину беспокойства Ромки и обнаружил спешащего к нему Лукьяна.

- А-а-а, вернулся. Ну как, удался спектакль?

- Лучше, чем я ожидал, - расплылся в самодовольной улыбке Лукьян, - Климентий мне даже шкатулку с подсвечником отдал.

- Теперь осталось только с бобрами закончить и можно в лагерь идти. Нас там уже с нетерпением ждут, - стал серьёзным Ярослав.

- Что-то не очень хочется в лагерь. Здесь уже прижились.

- Нет уж. На шее у Олеария сидеть мы не будем. Не хорошо это. Он мне, между прочим, предлагал остаться, но я отказался. Ничего, нам не привыкать, и в лагере обживёмся.

- Это верно. Если подумать, за последнее время, где мы только не побывали… Что это я, в воспоминания ударился. Лучше расскажи, как вчерашняя вылазка прошла. Сколько злодеев положили?

- Ни сколько, - между бровей Ярослава залегла складка, - почти до самого ужина прождали. Ни один чёрный так и не появился.

- Это же хорошо, что нечестивцы перестали показываться. Чего переживать, радоваться надо.

- Думаешь, они напугались из-за потери четырёх воинов? Навряд ли, такое может быть. Скорее всего, что-то замышляют. Знать бы ещё что…, - настроение Ярослава совсем испортилось.

Неведение и бессилие перед мощным врагом сильно тревожили его.

- Что думаешь делать? – его беспокойство передалось Лукьяну.

- Дождёмся возвращения братьев и Лёньки из дозора и Корнила с бригадой с реки, а там посмотрим…, - вздохнул Ярослав, - кстати, чуть не забыл. Сегодня Олеарий праздничный ужин устраивает в нашу честь. Велел Само несколько бочек вина из погреба вытащить. Так что вечером большая гулянка намечается.

С полудня у замка начались приготовления к празднику. Посередине большого двора были расставлены длинные столы и скамейки. Прислуга суетилась, накрывая их. Олеарий прохаживался по двору, заложив руки за спину. Иногда он останавливался, давал указания или делал замечания. После вчерашней неудачи Олеарий был раздосадован, но праздничная суета заставила забыть все неприятности.

Неожиданно вернулась Бригада Корнила. В прошедшую ночь бобры не строили плотину, поэтому разрушать её не потребовалось. Всё уже было готово к ужину, оставалось дождаться дозорных.

Наконец во двор въехал Гаврила. Он был чем-то сильно опечален. После его появления весёлый гомон, царящий вокруг, стих.

- Что случилось? Где Данила и Леонид? – с тревогой в голосе спросил Олеарий.

- Нету Данилы…, - чуть не плача тихо ответил Гаврила, - Лёньки тоже нету…

- Садись, выпей водички, - усадил на скамейку не похожего на себя от горя Гаврилу, Ярослав.

Громко глотая, тот долго пил. Все, кто был во дворе, затихли и ждали. Через несколько минут Гаврила заговорил.

« Спрятались мы за леском, как обычно, и стали ждать. Сначала всё спокойно было, а потом завоняло как будто. Выглянул я из-за ветвей, а там…», - Гаврила на секунду смолк, а затем продолжил, - « будто чёрная туча по полю двигается. Не знаю, сколько их было, не меньше сотни точно. Зловоние быстро усиливалось. У меня голова закружилась, перед глазами чёрные круги начали появляться. Тут Данила крикнул:

- Надо своих предупредить!

И поскакал, за ним мы с Лёнькой. Потом я вперёд вырвался. У меня конь выносливей. Я слышал, что сзади кто-то есть, был уверен, что это они… А когда оглянулся… Это Маркиан с тремя своими ратниками. Я, хоть Маркиан и не пускал, как увидел, что брата нет, повернул коня обратно. Вернулся на то место, откуда мы чёрное войско увидели, а оно уже далеко назад переместилось. Да быстро так, не догнать. Вонь совсем прошла. Только ни Данилы, ни Лёньки… Забрали обоих».

Из глаз Гаврилы потекли слёзы.

- Само, налей ему чарку вина, - распорядился Олеарий, - и закусить чего-нибудь дайте человеку.

Гаврила был настолько поглощён горем, что не чувствовал ни голода, ни вкуса пищи.

- А оружие их ты случайно не находил? – спросил Ярослав.

- Не было там ничего. Я всё осмотрел. Лук они тоже с собой уволокли, - посмотрел печальными глазами молодой ратник.

После его возвращения ужинать всем расхотелось. Почти вся еда осталась нетронутой.

Ярослав и Олеарий долго сидели в кабинете и о чём-то говорили.

На следующее утро отряд Ярослава покинул замок.

Десятник

Несмотря на ранний час, солнце поднялось высоко и своими тёплыми лучами ласкало всё и всех вокруг. Яркое синее небо над головой, сочно-зелёная молодая трава, белоствольные берёзки чуть поодаль радовали глаз, но Ярославу было совсем не до того. Тяжёлые мысли не давали ему покоя ни сейчас, ни в предыдущую ночь, которую он провёл без сна.

«Что делать дальше. Как избавиться от зловония исходящего от воинов Жути, ведь только оно до сих пор является единственным их оружием. Они ещё не выпустили ни одной стрелы, а уже пострадало столько народа. Теперь это коснулось и их отряда. Ах, Лёнька, Лёнька. Где ты сейчас. Как тебе помочь», - думал Ярослав.

Его друзей одолевали подобные мысли. Удручённые исчезновением Лёньки, они не замечали красот расстилающейся вокруг долины и не говорили друг с другом.

Утешали Ярослава лишь два обстоятельства. Милана согласилась остаться в замке, который был для неё самым безопасным местом. Кроме этого Фёдору всё же удалось спрятать Мудрую Книгу и Луч Надежды в дупле дерева за крепкими стенами замка. Правда, Ярослав не успел осмотреть этот тайник до того, как вместе с друзьями покинул гостеприимный дом Олеария. Пришлось полностью положиться на Фёдора, которому он доверял как самому себе.

Незаметно отряд подошёл к воротам лагеря. На этот раз бдительные стражники без лишних вопросов пропустили людей и повозку внутрь. Две другие повозки, большую часть доспехов и некоторые вещи Ярослав так же решил пока оставить на территории замка.

Караульный доложил воеводе о прибытии Ярослава с отрядом и тот вышел навстречу.

- Добро пожаловать к нам! Прикажу помощнику, чтобы составил бумагу о пополнении лагеря и назначении тебя десятником. Но сначала располагайтесь, обживайтесь, а о делах позже поговорим, - сказал он и посмотрел на одного из стоящих рядом людей, - Севастьян, покажи вновь прибывшим свободные шалаши. Пускай размещаются. Да не забудь их обедом накормить и экскурсию проведи, чтобы знали, где у нас что расположено.

- Будет сделано! – вытянулся в струнку Севастьян и обратился к Ярославу, - прошу следовать за мной! А коняшку вашу надо в стойло поставить, чтобы не гадила где попало.

- Успеется. Сначала жильё покажи, - не очень дружелюбно ответил Корнил.

Севастьян пожал плечами и повёл отряд по хорошо натоптанной дороге, разделяющей лагерь на две равные половины. Друзья рассматривали жилые и хозяйственные постройки сменяющие друг друга. Когда они дошли до конца временного поселения, где всё говорило о том, что никто не собирается здесь зимовать, и упёрлись в высокий частокол, обросший понизу травой, Севастьян указал на три шалаша вплотную прилепленных друг к другу, в левом углу.

- Вот ваше жильё. Они уже давно пустуют, надо бы немного подлатать, но это сами уже сделаете.

Так называемое «жильё» выглядело непривлекательно. Более тщательный осмотр показал, что крыши шалашей дырявые и не защитят от дождя, помимо этого каждый из них не мог вместить более трёх человек в лежачем положении.

- Ну и жильё вы нам приготовили, - почесал затылок Корнил.

- Остальные помещения заняты, - развёл руками Севастьян.

Казалось, что он ни при каких обстоятельствах не терял своего невозмутимого вида, ничего его не удивляло, не раздражало и не выводило из себя.

- Придётся потрудиться, начал засучивать рукава Алексей, - а где у вас тут стройматериалом можно разжиться?

- Каким материалом? – переспросил Севастьян.

- Ну, досками или хотя бы жердями. Как-то же надо нам крышу над головой себе соорудить, - терпеливо пояснил Алексей.

- Так это в берёзовой роще, которая у озера. Там и веток можно нарубить и …, что найдёте – всё ваше, - немного подумав, ответил Севастьян.

- А ты говорил, нас в лагере с нетерпением ждут, - недовольно пробурчал Лукьян глядя на Ярослава.

- Похоже, что у них тут всё в плачевном состоянии, как эти шалаши. Куда ни кинься, везде порядок надо наводить, - заметил Ярослав, - в лес-то опасно идти. Враг может напасть.

- До сего момента он сюда не совался… Так я пойду, надо ещё несколько распоряжений воеводы выполнить. А вы покуда, обживайтесь. К обеду вернусь, покажу, где у нас кашевары своими харчами народ кормят, - переминаясь с ноги на ногу, проговорил Севастьян, после чего начал медленно пятиться, а потом и вовсе повернулся и быстро зашагал по своим делам.

После его ухода друзья разделились на две группы. Одна – во главе с Корнилом, прихватив пустую повозку, отправилась в берёзовую рощу, а другая, которую возглавил Ярослав осталась в лагере и принялась ломать шалаши, чтобы на их месте построить одно, более просторное помещение.

Ярослав и его товарищи были так увлечены работой, что не заметили, как снова пришёл Севастьян. Он привёл с собой несколько человек, которые аккуратно сложили неподалёку десяток досок различной толщины и длины.

- Вот, воевода выделил вам из своего запаса, - пояснил Севастьян.

- И на том спасибо, - отряхивая запачканные руки, поблагодарил Ярослав.

- Так вы тут себе барские хоромы, что ли решили построить. Гляжу, с размахом взялись за дело, - осматривая вкопанные в землю прочные угловые столбы и перегородки между ними, прокомментировал Севастьян.

- Хоромы не хоромы, а все мои люди должны иметь удобную лежанку, чтобы хорошо отдыхать по ночам, - ответил Ярослав.

- Заботливый ты, - покосился на него Севастьян, - раз так, объявляй перерыв. Пора на обед идти.

- У нас ещё люди из лесу не вернулись. Нельзя ли повременить с обедом? – в раздумье спросил Ярослав.

- Как хотите, но рискуете остаться голодными. Каша может закончиться, пока вы их будете дожидаться.

- Ладно, пошли. Мы котелок возьмём и для наших лесорубов каши попросим, - принял решение Ярослав.

Севастьян привёл группу Ярослава на обширную площадку, где вкусно пахло из трёх больших котлов, установленных на каменных печах. В нескольких шагах от них под навесом располагались длинные столы. За ними, усевшись рядками, обедали ратники.

- Идите к тому, самому большому. Вы будете получать пищу из этого котла, пока не поступят другие распоряжения, - указал на ближнюю печь Севастьян.

Чтобы достать варево из огромной посудины, повару, несмотря на то, что он был двухметровым детиной, пришлось подниматься на специально выстроенный для этого пьедестал. Длинными ручищами кашевар брал миски и, покряхтывая, накладывал в них еду.

Ярослав получил свою порцию очень жидкой и непривлекательной на вид каши. Попробовав её, он сказал:

- Напоминает тюремную баланду. Но ведь пахнет-то здесь вкусно.

- А это из других котлов. Только та еда не для нашего брата, - пояснил услышавший его слова, сидевший поблизости ратник.

- Для кого же она?

- Известно для кого. Воевода и его приближённые хорошо кушают. А нас такой бурдой почти всегда кормят. Раз в неделю дают мясо или рыбу, - ратник доел свою кашу и тщательно облизал ложку.

- У вас что, начальства больше, чем подчинённых? Для них аж два котла готовят, - поинтересовался Ярослав.

- Нет. Просто они едят гораздо поболее нашего, - улыбнулся ратник.

Вскоре после обеда с нагруженной повозкой вернулась из леса группа Корнила. Строительство пошло гораздо быстрее. Оставалось накрыть жилище крышей, когда Ярослав подавая Алексею наверх берёзовую жердь, нечаянно зацепился за неё шнурком амулета, когда-то подаренного ему Власием. «Я же совсем про него забыл. А если…», - мелькнуло у него в голове.

Он бережно снял амулет с шеи и сказал:

- Мне надо отойти ненадолго. Скоро вернусь.

Ярослав торопливо шёл по дороге, выискивая глазами какую-нибудь ёмкость с водой, но ничего похожего обнаружить не удавалось.

- Не подскажешь, где водицей можно разжиться? – спросил он у попавшегося навстречу крепыша.

- А тебе для чего? Питьевая вода нужна или помыться хочешь?

- Мне любая подойдёт. С ведёрко бы набрать.

- Тогда иди во-о-он туда, - ратник ткнул пальцем в воздухе, указывая направление.

- Спасибо, браток, - на ходу поблагодарил его Ярослав.

Скоро, перед ним возникла ещё одна площадка с печью и котлом. Рядом на столе выстроились в ряд вёдра, ковши и шайки. Ярослав торопливо зачерпнул воды в первую попавшуюся ёмкость, примостил её на свободном участке стола и опустил амулет ко дну.

Несколько мгновений, затаив дыхание, он ждал. Наконец на поверхности воды стало вырисовываться нечёткое изображение. Ярослав увидел бороду и брови старца, а затем послышался его приглушённый тихий голос:

- Здравствуй, Ярослав. Что стряслось? Зачем ты позвал меня?

- Я зашёл в тупик. Не знаю, как решить одну проблему. Помоги.

- Какую проблему?

- Чёрное войско испускает сильное зловоние. Надо избавиться от него. Иначе Жуть поглотит нас всех.

- Это действует заклятье … Существует множество заклятий, способных насылать зловоние. Чтобы справиться с ним, надо точно знать название. Я смогу помочь тебе только в том случае, если ты узнаешь, какое конкретно заклятье применил чёрный колдун…

- С кем это ты беседуешь? – кто-то окликнул сзади и изображение пропало.

Ярослав быстро вынул из воды амулет и обернулся. За спиной стоял человек с охапкой дров в руках. Видимо, он собрался растапливать печь, чтобы вода в котле нагрелась.

- Сам с собой. Мусор в глаз попал, пришёл умыться.

- И как, помогло?

- Да вроде лучше, - плеснув на лицо пригоршню воды, ответил Ярослав.

Он вернулся к своему новому жилищу, где товарищи дружно работали. Особенно ловко орудовал топором Алексей. Всё, за что он брался, выходило добротно и аккуратно.

- Да ты настоящий мастер, - похвалил его Ярослав.

На что тот только махнул рукой.

К вечеру основное строительство было закончено. Остались мелкие недоделки и наведение порядка, но это отложили на потом. Теперь каждый мог разместиться на своей собственной лежанке, не мешая друг другу. На ужин решили не ходить. Запасливый Яков вытащил из своего мешка сыр, вяленое мясо и другую снедь. Корнил соорудил небольшой костерок, и вскоре в котелке весело забурлил шиповниковый чай.

Перекусив, почти все отправились спать, хотя солнце ещё не село. Светлый и тёплый летний вечер растянулся надолго. Ярослав рассказал о своей беседе с Власием Фёдору и Лукьяну, которые сидели на обрубке дерева, вытянув ноги и наслаждаясь отдыхом.

- Одна задача сложнее другой. Как узнать название заклятья? В плен-то взять никого из них не получится, ведь от нашего оружия они сразу же рассыпаются в золу, - устремив задумчивый взгляд в догорающий костёр, проговорил Ярослав.

Лукьян почесал лохматую голову и сказал:

- Надо найти местного колдуна, только не такого, как Климентий. Почти в каждой деревне есть знахари, ведуны или что-то вроде того. Не может быть, чтобы здесь такого не нашлось.

- Дело говоришь, - обрадовался Ярослав, - придётся завтра наведаться к Олеарию и расспросить его об этом…

Их разговор прервал Маркиан. Он неслышно вынырнул из-за ближайшего шалаша и, улыбаясь, сказал:

- Доброго вам вечера! Неплохо устроились, молодцы.

- Стараемся. Чай будешь с нами пить? - пригласил его Ярослав.

- Спасибо, не откажусь.

Благодушно настроенный, Маркиан сел на сложенные горкой крупные щепки. Фёдор и Лукьян поднялись и скрылись в дверном проёме. Ярослав плеснул в пустую кружку немного жидкости из котелка и подал её сотнику.

- Вкусный чай у вас…

- Ты лучше объясни, почему людей не уберёг. Как получилось, что они в плен попали?

- Сам не знаю. Отстали они, вот и вся причина, - стал оправдываться Маркиан, - не думал я, что чёрных воинов так много будет. Сегодня, например, опять ни одного не встретили.

- Ты что, сегодня Жуть караулить ездил?

- А как же. После потери двух наших ратников, воевода мне такой разнос учинил, чуть не разжаловал. Потом запаниковал и хотел с места сниматься и уводить войско отсюда подальше. С трудом уговорил его повременить, тебя дождаться, оружие твоё ещё раз испытать. Меч свой в деле не пробовал ещё?

- Нет. И сам знаешь почему, - ответил Ярослав. Внутри против его воли начинало закипать раздражение, которое не получалось усмирить.

- На тот камень, который ты своим мечом располовинил каждый ратник приходил смотреть. Узнают, что ты здесь, начнут ходить глазеть и на тебя.

- Сам как-нибудь разберусь. Говори, зачем пришёл.

- Мне твой необыкновенный Меч в душу запал. Покоя не даёт. Понимаю, что просить у тебя его бесполезно…даже за большие деньги, - продолжил Маркиан.

- Правильно понимаешь.

- Скажи хотя бы где ты его взял?

- Где взял, там уже нету и второго такого тебе не найти, - отрезал Ярослав.

- А других необычных вещичек у тебя нет? – вкрадчиво промолвил сотник.

- Не понимаю о чём ты, - насторожился Ярослав.

- Ну, оружие или ещё что-то, чего Жуть боится.

- Бесполезный разговор затеял, - раздражённо сказал Ярослав, - завтра опять в дозор собираешься?

- Нет. Завтра Гордей со своими людьми поедет, а у нас совет намечается. Свенельд и тебя туда хочет пригласить. Наши дальнейшие действия будем обсуждать.

- Тогда до утра. Устал я, спать пойду, - встал и, не оглядываясь, направился к пахнущей свежей древесиной постройке Ярослав.

Он ожидал застать друзей спящими, поэтому старался войти как можно тише, но ошибся. В помещении царило оживление. Все столпились у одной из лежанок. Что там происходило, понять было невозможно. Обеспокоенный Ярослав подошёл к товарищам и заглянул из-за их спин на лежанку.

- Что случилось? – спросил он, увидев лежащего Флавиана и Якова, сидящего у его ног.

- У Флавиана опять началось, - пояснил опечаленный Яков.

- Что началось? Не может быть. Ещё и ночь-то толком не наступила.

- Ничего у меня не началось. Это он, чёрный воин, я вам точно говорю, - вставил своё слово Флавиан, и от нахлынувшего волнения его затрясло, будто осиновый лист.

- Тише, тише, успокойся, сынок, - принялся утешать юношу Яков.

- Ну-ка, ну-ка, что ещё за чёрный воин, где ты его видел? – насторожился Ярослав и протиснулся к лежанке.

- Хотели мы на ночь по нужде сходить. Флавиан первым шёл. Увидел того человека, с которым ты разговаривал и затрясся весь. От двери отпрянул, пальцем в него тычет и шепчет: «Чёрный воин, чёрный воин», - поведал Кузьма, - потом начал наружу рваться, чтобы схватить его. Еле удержали и в постель уложили.

- Они мне не верят! А я точно видел! – попытался вскочить на ноги Флавиан, но руки отца крепко держали его.

- Подожди. Не кричи. Успокойся. Расскажи всё мне, - дружелюбно проговорил Ярослав.

- Я увидел его…, - от недавнего воспоминания Флавиана вновь начало колотить.

- Дайте ему чаю! – распорядился Ярослав, - я должен знать, что ты видел, это очень важно.

- Ты веришь мне, - обрадованно посмотрел на него юноша.

- Конечно. После того, как ты распознал в воинах Жути наших ратников, у меня нет никаких сомнений в твоих словах. Как выглядел этот человек?

- Он не человек.

- Хорошо. Каким ты его видел?

- Очень худой. Череп обтянутый морщинистой кожей чёрного…, скорее какого-то землистого цвета. Выпуклые глаза и костлявые руки. Рот будто чёрная щель. И ему совсем не понравился вкус чая…

- Вот значит как, - что-то обдумывая, проговорил Ярослав, - выходит Маркиан – вражеский агент.

Друзья притихли.

- Что делать-то будем? – растерянно спросил Корнил.

- Надо срочно воеводе сообщить! – выпалил Кузьма.

- Никому ничего сообщать не надо. Свенельд нам не поверит, только врага спугнём, а он нам нужен. Допросить его надо, - строго посмотрел на Кузьму Ярослав.

- С пристрастием! – выкрикнул Лукьян.

- Если понадобится, то с пристрастием, - вздохнул Ярослав и добавил, - молодец, Флавиан. Ты очень помог. Хорошо, что Маркиан не знает, что ты его разоблачил. А я-то думаю, что он мне такие странные вопросы задаёт. Теперь понятно.

- Надо этому Маркиану тёмную устроить! Прямо сейчас и пойдём! – засобирался Алексей.

- Ты прав. Ловушку ему устроить не помешает, только не в лагере. Здесь его все считают своим, и мы только себе навредим. Без помощи Олеария не обойтись. Придётся идти в замок прямо сейчас, нельзя тянуть.

- Сейчас незаметно уйти не удастся, - возразил Фёдор, - нас в воротах не выпустят.

- Это так. Придётся делать брешь в заборе. Благо, что он совсем близко от нашего жилища, - встал, готовый к решительным действиям Ярослав.

Флавиан тем временем полностью успокоился и, отхлёбывая маленькими глотками, пил остывший чай.

- Для тебя есть ещё одно важное задание, - спохватившись, обратился к нему Ярослав, - завтра утром осмотришь всех, кто явится к воеводе на совет. Сделать это надо незаметно, чтобы никто ничего не заподозрил, так мы выясним, нет ли ещё вражеских шпионов в лагере.

Затем он вместе с Фёдором и Алексеем вышел на улицу. Вокруг царили тишина и безлюдье. Стараясь не шуметь, они принялись изучать частокол, скрытый от посторонних глаз возведённой сегодня постройкой. Алексей пытался расшатать колья руками. Ничего не выходило. Через некоторое время ему всё же удалось найти слабое место в крепкой стене. Алексей поддел топором высокий заострённый сверху столб и медленно отодвинул его в сторону.

- Получилось, - прошептал он, указывая на образовавшуюся брешь.

- Отлично, - с трудом протискиваясь наружу, тихо проговорил Ярослав.

- Я с тобой, одному опасно, - следом за ним в узкую щель пролез Фёдор.

- И меня возьмите, - просунул голову в дыру Алексей.

- Так не пойдёт. Возвращайся к товарищам. Организуй ночное дежурство. Кто его знает, что Маркиан замыслил. К утру мы вернёмся. Топор отдай Фёдору, некогда за оружием возвращаться, каждая минута дорога, - остановил его Ярослав и закрыл лаз, вернув на место отодвинутый кол.

Фёдор и Ярослав подошли к замку, когда уже совсем стемнело и яркие звёзды сплошь усеяли небо. Ярослав требовательно постучал в оконце ворот.

- Кто там? – послышался недовольный голос, и в окно высунулась усатая физиономия охранника.

- Свои, открывай быстрее. Дело срочное.

- Поздно уже, приходите завтра.

- Я же говорю, у нас важное дело. Доложи Олеарию, что мы хотим его видеть, - настаивал Ярослав.

- Господин Олеарий распорядился по пустякам его не отвлекать. У него гость. Какие могут быть дела ночью. Сказал же, приходите завтра, - рассерженный караульный захлопнул оконце.

Ярослав постучал ещё раз, но никто не отозвался.

- Вот тебе и на! Что же делать? До утра ждать нельзя. У воеводы совет намечается. Хватятся, что меня нет, скандал получится, - растерянно прошептал он.

- Насколько я знаю, в замках обычно потайной вход имеется, чтобы при необходимости господа могли незаметно покидать его. Давай поищем, наверняка и здесь такая дверь есть, - предложил Фёдор.

- Давай, - согласился Ярослав.

Они метр за метром обследовали стену, стараясь, чтобы охрана со сторожевых башенок не заметила этого.

- Что-то не видно никакого входа. Напрасно время теряем, - остановился раздосадованный Ярослав, когда позади остались две стены.

- Чаще всего потайной вход представляет собой низкую дверцу, которую очень трудно заметить, тем более ночью. Давай всё же обойдём всю стену. Глядишь, что-нибудь да найдём, - не сдавался оптимистично настроенный Фёдор.

- Хорошо, - не стал спорить Ярослав, и друзья продолжили осмотр.

- Кажется, нашёл! Иди сюда! – позвал Фёдор, скрывшись в небольшом углублении у самой стены, - вот она, калитка.

Ярослав спустился к нему и тоже увидел прочную железную дверь. Она была ровной, без ручки и других выпуклостей, за которые можно было бы зацепиться, чтобы открыть тайный вход. Ярослав навалился на дверь, пытаясь втолкнуть её внутрь. Та даже не шелохнулась. Фёдор помогал, но всё было безуспешно, дверь не поддавалась.

- Ну-ка убери руки, сейчас я её, - тихо проговорил Ярослав вытирая пот со лба. Он вынул из ножен Меч Трёх Чудес и провёл лезвием между дверью и стеной, там, где замок должен входить в стену. Дверь издала глухой хруст и немного отошла со своего места. В образовавшуюся щель Фёдор засунул топор и начал отодвигать её в сторону.

- Видно, давненько никто сюда не ходил, - заметил он, - с трудом открывая издающую тихий скрип тяжёлую дверь.

Через пару минут, ему удалось сделать достаточно широкий проём.

- Давай я первым пойду, - сказал Ярослав и, согнувшись в три погибели, начал протискиваться внутрь. Он тут же погрузился в кромешную тьму. Пришлось двигаться на ощупь. Проход оказался довольно узким и низким. Ярослав слышал громкое дыхание Фёдора сзади себя.

- Для каких-то маленьких людей этот коридор построили, - чтобы снять напряжение сказал он.

- А ты хотел, чтобы тайный ход как центральные ворота размером был? – отозвался Фёдор.

Неожиданно Ярослав упёрся в преграду.

- Тут досками закрыто, - ощупывая пространство перед собой, поделился он.

- Толкни их вперёд. Скорее всего, это вторая дверь, странно, что она деревянная.

Ярослав с силой толкнул преграду. Она поддалась на удивление легко. Впереди что-то упало и загремело. Перед Ярославом образовался свободный выход из стены. Он не стал дожидаться, когда охрана сбежится на шум и вылез наружу. При свете луны стало видно, что несколько пустых винных бочек, загораживающих вход, под натиском Ярослава раскатились в разные стороны. Осмотревшись, друзья поняли, что находятся в саду. На грохот бочек никто так и не отреагировал.

Они бесшумно крались от дерева к дереву, пока не очутились у самой беседки, из которой доносился голос Олеария.

Обрадованные тем, что не придётся пробираться в дом, Ярослав и Фёдор вошли в беседку. Олеарий и Лавритас сидели напротив друг друга и потягивали из кубков вино. Немного в стороне от них с кувшином в руках находился Само. Не трудно было догадаться, что он подливал, когда это требовалось, вина своему хозяину и гостю.

- Ярослав?! А ты как здесь?! – опешил Олеарий, увидев вошедших.

- Извини, пришлось взломать потайную дверь, чтобы попасть к тебе. Охрана наотрез отказалась пропускать. Завтра днём попробую её починить.

- Ну что ты. Мои люди всё сделают. Между прочим, ты появился кстати. Вот, Лавритас приехал узнать, нельзя ли приобрести у тебя оружия. Скоро его очередь нести дозор и он не знал, что ты перебрался в лагерь. За разговорами засиделись допоздна. Решили утром вместе из моего замка на совет к Свенельду ехать, - принялся объяснять Олеарий.

- Где ты такое оружие раздобыл? Нельзя ли заказать ещё партию луков и копий? – вмешался Лавритас.

- В подземелье нашёл. Об этом после расскажу. Сейчас у меня дело поважнее будет. Мы с Фёдором не ради ночной прогулки сюда пришли, - усаживаясь на свободный стул, ответил Ярослав.

Фёдор устроился на скамье рядом с Само.

- Опять что-то интересное узнал. С тобой не соскучишься, - хихикнул захмелевший Олеарий.

- Выяснилось, что Маркиан – вражеский агент, - заявил Ярослав.

- Что-о-о?! – лицо Олеария вытянулось от удивления.

- Но он же человек. Разве такое может быть, чтобы обычный человек помогал Жути? Не ошибаешься ли ты часом? – усомнился Лавритас.

- Вот именно. И как ты об этом узнал? – поддержал его Олеарий.

- У меня в отряде юноша есть, Флавианом зовут…

- А-а-а, это тот чернявенький симпатяга? – перебил Олеарий, - я думал, он Соне понравится. И так бы оно и случилось, не будь этот Флавиан таким робким.

- Так вот, он умеет распознавать в чёрных воинах наших ратников, а в людях – чёрную нечисть.

- Ты уверен, что юноша не ошибся? – с сомнением в голосе спросил Олеарий.

- Уверен. К тому же Маркиан, если начать размышлять, своим поведением и разговорами выдаёт себя.

- Да-а-а, - протянул Олеарий, - отталкивающего вида тип. И что ты предлагаешь?

- Устроить ему ловушку. От Маркиана мы можем получить много нужных сведений и первое, что меня интересует, какое заклятье они используют, чтобы окутывать себя зловонием.

- Ты настолько веришь своему человеку, этому Флавиану…, - начал Лавритас.

- Считайте, что это я разоблачил Маркиана. И я пришёл просить вас о помощи. Одному мне его не поймать. Рискованно, может уйти, а он для нас важен, очень важен.

- Ну, раз ты ручаешься, можешь рассчитывать на меня, - Олеарий будто сразу протрезвел и стал серьёзным.

- Тогда давайте обсудим план наших действий. Времени на это не так уж много. К утру мы с Фёдором должны быть в лагере, - проговорил Ярослав, - какие у кого идеи?

Ответом на его вопрос было общее молчание.

- У меня возникла одна мыслишка, - через пару минут неуверенно произнёс Фёдор.

Все с любопытством посмотрели в его сторону.

- Есть у вас где-нибудь возле леса примечательное место, о котором знал бы Маркиан? - продолжил развивать свою идею Фёдор.

- Да. Грибная поляна, например, - не задумываясь отозвался Само.

- Грибная поляна? – переспросил Фёдор, - чем же она так примечательна?

- На ней находится гриб, вырезанный из дерева, а возле него скамеечка, где любой путник может отдохнуть. Там ещё родник есть поблизости. Никто уже не помнит, когда появился на поляне этот крепкий, в половину человеческого роста боровик. Будто бы всегда там стоял. А поляну из-за него называют Грибной, - разъяснил Само.

- Маркиан знает, где это место? – спросил Ярослав.

- Скорее всего, знает, а если даже и нет, то любой ему покажет. Найти поляну не сложно. Нужно просто по натоптанной дорожке зайти в берёзовую рощу.

- Ну, вот и славно. Мы с Фёдором выманим Маркиана к грибу, где его будет ждать засада из десяти-пятнадцати человек, - высказал идею, начатую Фёдором, Ярослав, - правильно я говорю?

Фёдор кивнул. Затем последовало обсуждение и уточнение деталей. Наконец Ярослав и Фёдор собрались уходить.

- У меня ещё один вопросик имеется, - вдруг сказал, хитро прищурившись, Лавритас, - ну, схватите вы его и куда потом? В лагерь поведёте?

- В лагерь нельзя. Сначала надо самим допросить, - остановился озадаченный Ярослав.

- Можно у меня в кладовую поместить, только так, чтобы женщины не видели, - предложил Олеарий.

- Давайте лучше ко мне в пыточную, - улыбаясь, проговорил Лавритас.

- У тебя пыточная есть?! – глаза Олеария сильно расширились от удивления.

- От предков осталась. Сам-то я ещё никого в ней не пытал. Как раз удобный случай подворачивается, - поведал, отпивая из кубка несколько глотков вина, Лавритас.

- Думаю, это то, что надо, - согласился Ярослав, - а теперь нам пора. Скоро светать начнёт. Завтра действуем, как договорились.

Ярослав и Фёдор вышли из беседки и скрылись в саду. В лагерь они вернулись, когда первые лучи восходящего солнца озарили горизонт. Спать совсем не хотелось. От быстрой ходьбы и предстоящей операции Ярослав был чрезмерно возбуждён. Он принялся разводить костёр. Алексей, который в это время нёс дежурство, набрал в котелок воды и вскоре закипел чай, заправленный сушёными ягодами шиповника. Горячий, приятный на вкус напиток подействовал успокаивающе. Постепенно начал просыпаться лагерь. Стали доноситься голоса, топот и другие звуки.

- Алексей, буди бойцов! Пора зарядку делать! – отдал приказ Ярослав.

Друзья уже закончили лёгкую разминку и начали отжиматься, соревнуясь друг с другом, когда пришёл Севастьян.

- Вы что, физкультурой занимаетесь? – остановился он в замешательстве.

- Разве остальные ратники этого не делают? – в свою очередь удивился Ярослав.

- Не видел ни разу. Меня воевода прислал. Желает тебя на совете видеть. Приходи в штаб через полчаса.

- Хорошо. Как раз успеем закончить упражнения, - отозвался Ярослав.

В назначенное время он явился к Свенельду. За столом сидели воевода и незнакомые люди. Скоро пришли Олеарий и Лавритас. Затем с самодовольной улыбкой на лице появился Маркиан.

- Прошу тишины! – постучал ладонью о стол воевода, - все в сборе. Можно начинать. Не будем терять время на знакомство. Потом, в процессе познакомитесь. Как все вы знаете, обстановка сложная. Что будем делать?

- Я думаю, надо уходить, а то здесь, в лагере все и поляжем, - сказал визгливым голосом рыжебородый коротышка, которому было не очень удобно сидеть за слишком высоким для него столом.

- Вот и я давно об этом твержу, Естя, - поддержал его Свенельд, - у кого-нибудь будут ещё предложения?

- Можно я скажу? – встал Ярослав.

- Говори, внимательно слушаем, - кивнул воевода.

- Я считаю, что оставлять свои земли врагу и уходить вглубь княжества не имеет смысла. Войско Жути догонит и уничтожит нас и там. Боюсь, что скрыться от него не получится нигде. Если уж суждено нам сложить свои головы, то лучше уж здесь.

- Правильно! Правильно говоришь! – оживлённо загалдели сидящие за столом.

- Тихо! – усмирил их воевода, - так-то оно так, только напрасно умирать - резона нет. Ты скажи, как нам защиту организовать. Или собираешься сидеть и ждать, когда чёрная туча сюда нахлынет?

- Есть у меня идеи. Но для начала хотелось бы выяснить, сколько в нашей дружине лучников, сколько копейщиков и много ли тех, кто мечом умеет биться. И ещё. Мне бы переговорить с охотниками, много их у нас? - Ярослав вопросительно посмотрел на воеводу.

- Да кто ж его знает, сколько охотников в дружине, - растерялся Свенельд.

- Надо это выяснить как можно быстрее, а потом изложу свой план полностью, - Ярослав сел на своё место.

- Слышали? – Свенельд сверкнул глазами в сторону своих подчинённых, - к завтрашнему утру, чтобы составили соответствующие списки. К восьми часам жду всех снова у себя. На сегодня свободны!

Ярослав поднялся и не спеша вышел на улицу. Люди, окружавшие его, бросали любопытные взгляды, но заговорить не решались.

- Ну, ты даёшь! – на крыльце к Ярославу подошёл Маркиан.

- О чём это ты?

- У нас на совете давненько никто так не выступал. Всё вокруг да около, а ты… Даже воевода возражать не стал. Видно, и ему любопытно, что ты задумал. Поделишься со мной?

Пока Маркиан говорил, к избе Свенельда пришёл Фёдор. Он остановился в стороне и принялся подавать знаки, чтобы привлечь внимание Ярослава. Было понятно, он что-то хочет сообщить.

- Извини, сейчас нет времени, - бросил Маркиану Ярослав и быстро направился к Фёдору.

Маркиан спустился с крыльца и остановился в двух шагах от них.

- Старик этот опять ко мне подходил, - проговорил Фёдор, - только я за ворота, а он тут как тут. Утверждает, что точно знает, где подземелье с оружием!

- Он сказал тебе, где оно?

Ярослав и Фёдор говорили так громко, чтобы их слова без особого труда мог слышать Маркиан.

- Нет. Но обещал показать. Договорились встретиться сегодня в полдень на Грибной поляне.

- Отлично. Далеко это? Пешком дойдём или лошадей у Свенельда просить?

- Не надо. Здесь рукой подать. За полчаса не спеша дойдём. Сначала пускай покажет подземелье, а потом уж вывезем оружие оттуда.

- Время у нас ещё есть. Пошли к кашеварам, надо позавтракать, - предложил Ярослав и, не дожидаясь ответа, двинулся по дороге.

Ровно в полдень они с Фёдором вышли к потемневшему, искусно вырезанному из дерева грибу.

Увидев сидевшего на скамейке Маркиана, Ярослав сделал удивлённое лицо:

- Вот так встреча! Не ожидал тебя здесь найти. Не заметил кого-нибудь поблизости?

- Нет здесь старика. Я уже час жду, - зло проговорил Маркиан и встал со скамьи.

- Откуда ты о нём знаешь? Неужто этот хитрец и тебе подземелье обещал показать? – продолжал изображать удивление Ярослав.

- Не умеешь притворяться, - зашипел Маркиан, - давай сюда Меч!

- Зачем он тебе? – Ярослав сделал шаг ему навстречу, преграждая путь.

- Я сказал, Меч отдай! – нечеловеческим голосом просипел Маркиан и молниеносным движением выхватил из-за пояса кинжал.

Гаврила, который вместе с другими ратниками уже успел подойти сзади, схватил его за руку.

- А-а-а! – не выдержав крепкой хватки, Маркиан выронил кинжал.

- Вяжите его! – отдал приказ Ярослав, глядя на скорчившегося от бессилия Маркиана.

Но тот вдруг стал быстро видоизменяться и скоро превратился в существо в точности, как в описании Флавиана. Увидев такое превращение, ратники замерли. Гаврила невольно отпустил костлявую руку. Василий застыл с верёвкой в руках. Доля секунды потребовалась невиданному существу, чтобы выскочить из плотного кольца людей и скрыться за деревьями.

Первым пришёл в себя Фёдор.

- Держите его! Уйдёт! – крикнул он и бросился в лес.

Остальные тут же последовали за ним. Они долго и тщательно осматривали берёзовую рощу. Не дождавшись в условленном месте, на поляну явились Олеарий и Лавритас.

- Упустили! А ведь совсем рядом был. Это я виноват, не предусмотрел, что он может что-нибудь эдакое выкинуть, - сокрушался Ярослав.

- В том то и дело, что никто не ожидал такого, - отозвался Гаврила, - теперь понятно по чьей вине я брата потерял. Всё равно рано или поздно попадётся он в мои руки.

- А страшный-то какой. Не могу понять, как он мимо нас проскочил, ведь мы вплотную стояли, - поделился Василий.

- Чего уж теперь… Пойдём мы с Фёдором в лагерь, - махнул рукой удручённый неудачей Ярослав.

- Зато теперь точно знаем, Что Флавиан видит их насквозь, - принялся утешать его Олеарий.

- Пускай этот юноша походит по лагерю. Может ещё такого же нелюдя обнаружит, - предложил Лавритас.

Ярослав лишь кивнул в ответ. Он был мрачен и не расположен к разговорам.

В лагере, по пути к жилищу его окликнул Севастьян:

- Ярослав! А я тебя везде ищу, с ног сбился. Срочно иди к воеводе. Не видел Маркиана случайно? Его тоже никак найти не могу.

- Нет, не встречал. Мы с Фёдором в рощу ходили, хотели дичи подстрелить, только что вернулись, - нашёлся Ярослав.

Севастьян вздохнул и быстро пошёл дальше.

- Что ещё Свенельду понадобилось, договорились же на утро, - пробурчал Ярослав и повернул в сторону штаба.

Фёдор проводил глазами его удручённую фигуру и продолжил путь.

Ярослав застал Свенельда сильно обеспокоенным. Тот ходил по избе, суетился, перекладывал с места на место предметы и часто выглядывал в окно.

- Что случилось? – забыв свои горести, спросил Ярослав.

- Где вас всех носит?! Где Маркиан?! Плохие новости у нас, а он, как в воду канул! – раскричался воевода.

Притихшие сотники сидели за столом, опустив головы. Олеария и Лавритаса среди них не было.

- Ладно, давайте без него начинать, - сел на своё место Свенельд, - Гордей, расскажи им…

Кряхтя, поднялся на ноги рослый молодой человек с правильными чертами лица и белокурой шевелюрой.

- Сегодня мы несли дальний дозор. Потап заметил что-то странное вдалеке. И тут до нас донеслись эти завывания. Ярко светило солнце, но в мгновение ока стало темно. Чёрные тучи стремительно заволокли небо. Чтобы хоть что-то рассмотреть, взобрались на пригорок. Всё вражеское войско пришло в движение. Сначала было не понятно, что у них там происходит. Но тут порывы ветра принесли нестерпимую вонь. Пока не стало слишком поздно, мы развернулись и скорее поскакали прочь. Ясно одно, всё войско Жути движется сюда.

Потупившись, Гордей продолжал стоять.

- Садись! В ногах правды нет! – воевода нервно затарабанил по столу кулаком, - что скажете? Скоро они будут здесь. Уйти мы не успеваем. Надо было никого не слушать и раньше это сделать! А теперь – нашей дружине конец! И Маркиан как сквозь землю провалился!

Лицо Свенельда стало красным, глаза бегали, уголки губ опустились. Он был в полной растерянности. Казалось, отсутствие Маркиана гнетёт его сильнее, чем угроза от наступления врага.

- Я предлагаю провести ещё одну разведку, - спокойно сказал Ярослав.

Его уверенный голос немного притупил царившую вокруг нервозность.

- Есть в лагере верёвки? – продолжил Ярослав.

- Зачем они тебе? Вешаться собрался? – не смешно пошутил Свенельд.

Если успеем, надо натянуть верёвки между деревьями. В вечерних и утренних сумерках это послужит хоть какой-то преградой для чёрных всадников.

- Хорошо. Делай, что считаешь нужным. Потом доложишь, - тихо проговорил воевода и снова посмотрел в окно, - кто-нибудь сегодня после совета видел Маркиана?

- Я видел, как он выходил за ворота, - сообщил Естя.

- Никак в плен попал. Вот ведь отчаянная голова. Предупреждал я его…

Свенельд надолго замолчал. Он сидел с отрешённым видом и продолжал смотреть в окно.

Сотники начали робко вставать со своих мест, понимая, что каких либо распоряжений ожидать бесполезно.

- Минуту! Мне потребуется ваша помощь! – остановил их Ярослав, - прошу вас пройти по лагерю и собрать все имеющиеся прочные верёвки и проволоку. Несите их к воротам. Торопитесь, вы должны успеть это сделать, пока я соберу свой отряд.

- Я поеду с тобой! – заявил Гордей.

- От такой помощи я тоже не откажусь, - отозвался Ярослав, - может быть, ты ещё подскажешь, как нам лошадей раздобыть. Пешком-то много не разведаешь.

- Это не сложно. Подходите к конюшне, там определимся.

Скоро отряд выехал из лагеря.

- Веди на какой-нибудь ближний холм, с которого можно осмотреть местность. Раз не воняет, значит, нечисть пока не приближается.Надо уточнить их местоположение и численность, - обратился Ярослав к Гордею.

С возвышенности, куда они вскоре поднялись, действительно, хорошо просматривалась территория занятая Жутью. Войско врага напоминало огромное шевелящееся чёрное пятно. Над ним висела едко-зелёная дымка.

- Вроде бы остановились, - вглядываясь вдаль, заметил Гордей, - рыбацкую деревушку захватили, кажется.

- А ещё деревни там были? – с беспокойством спросил Ярослав.

- Супостаты выжгли все деревни до тла уже давно, а жители, которыене попали в плен, ушли, - пояснил Гордей и добавил, - там замок Доброслава рядом. Не пойму, заняли они его или нет.

- Странно всё это, - задумчиво проговорил Ярослав.

-Что странно?

- Почему войско остановилось? Могли бы с лёгкостью дойти до самых стен лагеря. А они как будто приготовились и ждут чего-то. Но раз есть шанс, воспользуемся им. Надо до темноты верёвки натянуть. Фёдор, ну-ка взгляни своим охотничьим глазом, как это лучше сделать. Думаю, если Жуть на нас попрёт, то именно здесь. Это самая прямая дорога.

Под руководством Фёдора работа шла слаженно и быстро. Отряд вернулся в лагерь, когда на землю опустились сумерки.

Ярослав валился с ног от усталости. Сказывалась предыдущая, проведённая без сна ночь и насыщенный событиями день. Он отдал распоряжение Гордею, выставить усиленные караулы вдоль всего периметра и отправился спать.

Ночь прошла без происшествий. Ярослав проспал до самого утра, ни разу не повернувшись с боку на бок. Проснулся он по обыкновению рано. Выбравшись из жилища, Ярослав потянулся и вдохнул полную грудь свежего утреннего воздуха. Отодвинув брезентовый плащ, которым был занавешен дверной проём, появился Яков.

Пока Ярослав приводил себя в порядок после сна, он вскипятил чай.

За прошедший день друзья соорудили у входа в свои «хоромы» навес, под которым поставили стол и две скамьи.

- Смотри-ка, стол сколотили. Вчера вечером я даже его не заметил, - усаживаясь и принимаясь за приготовленный Яковом нехитрый завтрак, удивился Ярослав.

- Не мудрено, не до того было, - проговорил в ответ Яков.

- Я вчера задание Флавиану и Кузьме давал, обойти лагерь, посмотреть…, - вдруг вспомнил Ярослав.

- Ходили они, часа два, а может и дольше. Чуть ли не в каждый шалаш заглянули. Всё чисто. Больше таких, как Маркиан нет.

- Ну, что ж, спасибо за чай. Пойду к Свенельду на доклад, а ты буди всех. Ишь, разоспались, - поднялся из-за стола Ярослав.

По дороге в штаб он повстречал Гордея. Поздоровавшись, Ярослав спросил:

- Как обстановка?

- Пока спокойно всё. С рассвета на пригорке мои люди следят за неприятельским войском. Недавно гонец прискакал, сообщил, что никаких перемещений не наблюдается. Лавритас прислал своих ратников. Сегодня его очередь дозор нести. Так я их тоже на холм отправил. Велел о любых, даже самых малейших движениях сразу же мне сообщать, - по дороге к избе Свенельда разъяснил Гордей. Почти у самого крыльца он остановился и окликнул человека, который шёл, понуро опустив голову:

- Селифон! Ты давно здесь?! А Доброслав где?

- Ой, горе-то какое, не знаю я, что сталося с хозяином моим, - залился слезами Селифон, - вчера ещё засветло вдруг задрожала земля от топота и откуда ни возьмись тьма чёрных всадников на нас налетела… А сними невиданные страшилища. Воют, глазищами красными сверкают… От одного их вида поджилки трясутся… Господин Доброслав велел мне тайным ходом уходить, чтобы вас предупредить об опасности… Что с ним и дружиной его не ведаю.

Слуга Доброслава затрясся от рыданий.

- И где же ты всю ночь был, ведь от замка до лагеря часа за два дойти можно?

- Выбрался я к озеру, а оттуда уж крался потихоньку, боялся в руки этих злыдней угодить. Почти ползком всю дорогу прополз.

- Да не убивайся ты так. Может Доброслав тоже выбрался.

- Не успел он…, - продолжал рыдать Селифон.

- Иди на кухню. Скажи, что я распорядился, чтобы тебя накормили, - проговорил Гордей и сокрушённо добавил, - значит, замок Доброслава вместе с людьми уже захватили. Вот такие вот дела…

Они вошли в избу. За столом на месте воеводы сидел Севастьян.

- А где Свенельд?! – с порога спросил Гордей.

- Уехал в Вержин-Град на доклад к князю Елизару. Естя отправился его сопровождать.

- Ладно, придётся проводить совет без него, - усаживаясь на скамью, заявил Ярослав.

Не прошло и минуты, как в комнату вошли ещё несколько человек и, остановившись в дверях, задали Севастьяну тот же вопрос. Вслед за ними появились Олеарий и Лавритас, потом ещё двое. Они все останавливались в недоумении, не увидев воеводу там, где он обычно находился. Севастьян без устали и раздражения повторял вошедшим одни и те же слова.

Когда все места за столом были заняты, Ярослав встал и заговорил:

- С нами воевода, или нет, а защищаться надо. Мы знаем, что рыбацкая деревушка и замок Доброслава захвачены… Несметные вражеские полчища стоят совсем близко отсюда…

- А сам Доброслав и его дружина? Что с ними? – спросил кто-то.

- Не известно. Скорее всего, попали в плен. Войско Жути вчера вечером остановилось как раз у его замка. До сих пор оно стоит там и когда начнёт дальнейшее движение, нам не ведомо. Но за время, которое у нас ещё есть, мы должны подготовиться к нападению.

- Как?! Ведь оружия для дальнего боя у нас очень мало. К тому же оно, скорее всего, не пригодится. Они нас зловонием, ещё до своего прихода уничтожат. Вот и воевода убежал. Нам тоже надо поскорее с места сниматься, - возразил один из сотников.

- Можно, конечно, и так. Только чёрные всадники быстры, и, как я уже говорил, навряд ли получится спрятаться от них, куда бы мы не пошли.

- Наверное, ты прав. Тогда скажи, что нам делать.

- Вчера мы уже начали создавать преграды на их пути. Предлагаю продолжить эту работу. Не зря я спрашивал вас об охотниках. Они умеют расставлять ловушки. Так вот, нам надо успеть соорудить полосу таких ловушек и препятствий, до того, как войско снова двинется в нашу сторону. Считаю, что необходимо бросить на это основные силы. Вы согласны со мной?

- Согласны. Не плохо придумал, - послышались реплики с разных сторон.

- Хорошо. Кто из вас может организовать эту работу?

- Давайте я попробую. До того, как сюда попасть, мне не раз доводилось на зверя ходить, - отозвался коренастый голубоглазый бородач.

- Отлично. Собери охотников, которые знают, как делать ловушки, каждому дай столько ратников, сколько нужно. Вы все должны принять в этом участие. Ещё я пришлю к тебе в помощь своего человека, он тоже когда-то охотой занимался. Фёдор составит карту, чтобы мы сами в свои же ловушки не попались. К кому мне его направить, как тебя зовут?

- Стратоник, - представился бородач, - а самострелы можно наладить?

- Конечно. И самострелы, и ямы, и петли…

- У меня штук десяток капканов на крупного зверя в замке имеется, - вмешался Олеарий.

- Капканы тоже пригодятся. Вернёшься в замок, посылай Гаврилу с подручным материалом сюда. Чем лучше защиту установим, тем дольше проживём, - подвёл черту Ярослав.

- А если Жуть попрёт, когда мы будем работать? – спросил Стратоник.

- Чтобы враг вас врасплох не застал, надо выставить наблюдение, которое предупредит об опасности, - Ярослав обвёл взглядом сотников и продолжил, - в то время, пока ратники будут строить преграды, кто-то другой должен собрать отряд из метких стрелков. Если всё-таки чёрные всадники прорвутся к лагерю, стрелки должны будут, используя всё действенное оружие, которое у нас есть, попытаться их остановить. Жаль, что такого оружия совсем мало, но всё же… Кто возьмётся за это?

- Я, - поднял руку сидящий рядом со Стратоником человек, - меня зовут Котрат.

- Ну что ж, я не сомневался, что найду у вас понимание и поддержку. Надеюсь, вместе мы справимся. Если бы ещё получилось избавиться от зловония…, возможно, что тогда в ближнем бою Чёрных воинов можно было бы поразить обычным оружием. Этой проблемой я и хочу сейчас заняться… А теперь расходимся, дело не ждёт.

Сотники поднялись и заспешили к выходу. Паническое настроение, которое охватило большинство из них ещё накануне вечером, пропало. Теперь они думали о задачах, которые обрисовал Ярослав.

- Гордей, тебе придётся взять на себя охрану тех, кто будет вести работы по сооружению ловушек, - спохватился Ярослав.

- Понял. Сейчас же выставлю ещё несколько наблюдательных постов, - оглянулся Гордей, - а я уж было подумал, что мне поручения не будет. Даже огорчился.

- Не переживай. У меня поручений на всех хватит, - успокоил его Ярослав, бросил взгляд в спину двигающегося к выходу Олеария и окликнул его, - подожди меня у дороги. Надо перекинуться парой слов.

- Угу, - промычал, раздумывая о чём-то своём тот.

Только Севастьян продолжал сидеть по-прежнему, с растерянным видом, как будто не решался о чём-то спросить.

- Севастьян, у меня для тебя тоже дело имеется, - обратился к нему Ярослав, - ты ведь у нас по хозяйственной части, я правильно понимаю?

- Да, можно и так сказать, - согласился Севастьян.

- Проследи, чтобы люди, которые будут работать над преградой для врага, были накормлены вовремя. В случае необходимости отправь повозки с едой на место проведения работ. Хорошо?

- Это я исполню. А вот что с нашими стадами делать, которые на лугу пасутся? Ведь скотина может к врагу попасть.

- Пускай пасутся. Если мы в плен не угодим, то и стадам ничего не угрожает. Но пару бычков завалить надо и мясом хорошенько всех накормить. А то каша да каша. Устроишь сегодня сытный ужин для ратников? И чтобы во всех котлах одинаковую пищу готовили. Все мы равны, чего же еду делить.

- Я и сам так думаю. Это был приказ воеводы, - ответил Севастьян, - у меня ещё один вопрос… Не знаю, отправлять ли подводы на озеро.

- Какие подводы? Зачем на озеро?

- Как же. Мы же воду-то с озера берём. Подводы целый день туда-сюда курсируют. А теперь опасно стало… Не знаю, что и делать.

- Разве в лагере нет ни одного колодца?! Подземных вод на этом участке что ли не нашли? – удивился Ярослав.

- Отчего же. Только копни. Кругом озёра. Просто распоряжения не было.

- Тогда я даю такое распоряжение. Чтобы к вечеру на территории лагеря был вырыт колодец! Понятно?!

- Да. А где его рыть-то?

- Ну, наверное, поближе к кухне. Или в любом другом удобном для этого месте. А пока пусть возят из озера, как возили, не опаснее, чем ловушки ставить. Ещё вопросы есть? – заторопился Ярослав.

- Нету, нету, - замотал головой Севастьян.

- Тогда я пошёл. Меня там человек уже заждался, - сказал Ярослав и вышел из избы.

Олеарий и Лавритас о чём-то тихо беседуя и посматривая на дверь, ожидали его появления.

- Я вот что хотел спросить, - приблизившись к ним, завёл разговор Ярослав, - нет ли в селении у замка кого-нибудь, кто знает заклинания, варит снадобья и прочее подобное.

- Ты что заболел? – внимательно посмотрел на него Олеарий.

- Мне не за этим…

- Вообще-то есть одна бабка. Ховрей зовут. Детей от испуга лечит, вывихи правит, даже порчу может снять. Меня пару раз лечила.

- Надо с ней поговорить. Сможешь устроить? – спросил Ярослав.

- Конечно. Поехали с нами, - согласился Олеарий.

- Мне необходимо ещё Фёдору и остальным моим людям указания раздать. Неловко вас задерживать дольше. Выдвигайтесь, а я нагоню, - Ярослав направился к жилищу.

- Мы будем ждать тебя у лошадиного стойла! – крикнул вдогонку Олеарий.

Через некоторое время Ярослав, Олеарий и Лавритас в сопровождении Само выехали за ворота лагеря и направились по дороге в сторону замка.

- Вот и Доброслав со своей дружиной попал в руки чёрных. Нас, похоже, та же участь ждёт. За Маркиана мстят, не иначе, - поделился Олеарий.

- Не хорони себя заживо раньше времени. Лучше расскажи, как там Ромка? Хорошо ли за ним смотрят?

- Как обычно.

- Разрешишь мне забрать его. Без хорошего коня не обойтись. Эта кобыла не молода и медлительна, - Ярослав указал на свою лошадь.

- Зачем спрашиваешь. Он твой, я тебе его подарил и своего решения менять не собираюсь. Странно, что ты сразу в лагерь без него ушёл, - отозвался Олеарий.

- Хотел сначала осмотреться, вот и не взял. Теперь понял, что без Ромки не обойтись. Тогда сейчас в замок поедем, Ромку заберу и Милану проведаю, а потом уже к Ховре, - решил Ярослав.

- Вот-вот, я тоже о женщинах беспокоюсь. Сегодня же отправлю их в Южное княжество. Как раз ты поможешь уговорить.

- Извини, но на это у меня времени нет. Надо поскорее в лагерь вернуться. Когда чёрное войско нападёт, я должен быть там. Не хочу выглядеть беглецом, как Свенельд.

Скоро дорога разделилась на две и Лавритас, распрощавшись, повернул к своим владениям. Весь совместный путь он был задумчив и молчалив. Трагические известия о Доброславе и его дружине потрясли его.

У ворот замка Олеария, Само спешился и постучал в оконце. Увидев хозяина, стражник тут же открыл их.

- А где госпожа Софья и её гостья? – спросил он.

- Как это где, в замке, надеюсь, - насторожился Олеарий.

- Как же…Вы же сами передали им записку, что будете ждать у Большого озера, - растерялся караульный.

- Какую записку? Я никому ничего не передавал, - встревожился Олеарий, - рассказывай, что тут произошло.

- Утром, примерно через полчаса после того, как Вы уехали в лагерь, явился человек. Он сказал, что принёс записку госпоже Софье, которую срочно нужно ей передать. А прислали эту записку через него Вы, - поведал стражник.

- Как выглядел посыльный? – спросил Ярослав.

- Да кто ж его знает. Сунул в окошечко записку, я взял её, а на него не смотрел вовсе.

- И что потом было? – поторопил Олеарий.

- Я отнёс записку в дом… Госпожа Софья завтракали… Апрося не велела их беспокоить и взяла её у меня. Ну, а я вернулся сюда… Потом через какое-то время Софья верхом на Ласточке и подруга её на Тюльпане ускакали к озеру. Сказали, что Вы ждёте их там…, - пояснил напуганный караульный, - как же так-то получилось. Если бы я только знал, ни в жисть бы ворота не открыл…

- Пошли, спросим у Апроси, что она знает, - Ярослав решительно направился в большой двор, где в глаза сразу же бросился яркий шатёр карликов и их ослики, гуляющие по саду.

- Этих ещё только сейчас не хватало, - мимоходом взглянув на шатёр, проворчал Олеарий.

В трапезной было многолюдно. С десяток карликов-артистов сидели за столом и с удовольствием поглощали пироги.

- А где же Софья и Милана, - спросила у Олеария тётушка Стефанида, которая находилась здесь же, - артисты уже заждались. Они только было собрались давать представление, а тут записка. Ты куда девушек отправил?

- Где Апрося? Надо задать ей несколько вопросов, - резко оборвал её Олеарий.

- Да здесь я, - вошла с тарелками в руках та, - какие вопросы? Что-то случилось опять?

Олеарий открыл рот, чтобы узнать у неё о записке, но сзади послышался голос стражника:

- Вот ещё одна записка.

Он стоял на пороге и держал в руках скрученный в тонкую трубочку, перетянутый ниткой лист бумаги.

- Где ты её взял?! – бросились к нему Ярослав и Олеарий.

- К ногам моим упала. Я посмотрел наверх, а там только тень мелькнула. Как будто какая-то птица скрылась за башней замка.

- Давай скорее сюда! – Олеарий выхватил у него записку, порвал нитку и развернув листок, прочитал:

« Ваши девы у меня. Жду Ярослава с Мечом в рыбацкой избушке. Он должен явиться туда до заката один. Иначе пленницы станут моими навсегда.

СИГЕБЕРТ».

В комнате для обедов воцарилась полная тишина. Звук бьющейся посуды прервал её. Он был неожиданным и слишком громким. Напуганная тётушка тут же лишилась чувств. Само бросился ей на помощь.

- О-ёханьки! – вскрикнула выронившая из рук тарелки Апрося, - никак он!

На её лице отобразился страх, граничащий с ужасом.

- Ты что, знаешь этого негодяя?! Говори быстрее! – накинулся на неё Олеарий.

- Я-я-я…ы-ы-ы, - заплакала Апрося.

- Так мы ничего не добьёмся. Нам всем надо немного успокоиться, - проговорил Ярослав, усадил плачущую женщину за стол и придвинул к ней нетронутую чашку с чаем.

Судорожно всхлипывая, Апрося сделала несколько глотков.

Олеарий принялся расхаживать по комнате, заложив руки за спину.

- Расскажи, что тебе известно о похитителе, - стараясь говорить как можно спокойнее, обратился к ней Ярослав.

- Этот Сиге… Сиг…, - безуспешно пыталась выговорить женщина.

- Сигеберт. И кто он? – помог ей Ярослав.

- Это человек-птица. Он – злой колдун.

- А-а-а-а, ты…! – закричал Олеарий, но Ярослав жестом остановил его и снова спросил у Апроси, - человек-птица? Ты видела его? Как он выглядит?

- Нет. Сама я его не видела. Это моя сестра Миронея…, ещё до того, как они в бега подались, рассказывала…, - продолжая всхлипывать, объяснила Апрося.

- Хорошо. Можешь пересказать, что она тебе говорила?

Апрося вздохнула и поведала:

- Миронея – это моя старшая сестра. Она жила в Торопыгино, а теперь уже и не знаю где. Ушли они все, бросили деревню, когда супостат сёла жечь начал… Весной дело было. Пошли девки на луг венки плести. Вдруг прилетела большая птица, ударилась о земь и превратилась в человека. Девки испугались и с визгом бросились врассыпную. Собрались вместе, только когда та птица улетела, да не одна. Унёс колдун с собой первую красавицу Торопыгино – Алёнку. Узнал об этом её жених – богатырь Всеслав. Пошёл на тот луг и долго звал злого колдуна. Хотел убить его. Местные парни затаились в кустах, чтобы выскочить ему на подмогу. Им тоже хотелось отвадить этого наглеца от деревенских девок…

Апрося замолчала, пригорюнилась.

- И что же было потом? – спросил Ярослав.

- Прилетел он… Только ничего не вышло у Всеслава. Колдун вытащил из коробочки позолоченной, которая у него к поясу прицеплена была чёрный камень, сжал его в ладони и крикнул: «Слушай меня! Отныне ты во всём подчиняешься только мне! Теперь я, Сигеберт – твой хозяин!» Богатырь сразу выбросил топор, с которым на колдуна собирался кинуться и поклонился ему в пояс… Те, которые в кустах сидели и всё видели, бросились наутёк, - закончила свой рассказ Апрося.

- Вот, значит, как, - задумался Ярослав, - а ты уверена, что того колдуна Сигебертом звали?

- Он это, точно он. Я хорошо запомнила, - замахала руками женщина.

- Где найти рыбацкую избушку? Пора уже мне туда выдвигаться, - посмотрел на Олеария Ярослав.

- Ты что, один собрался идти?! Это же опасно! Слышал, что Апрося рассказала?

- Другого выхода нет. Надо Софью и Милану спасать, и я должен сделать всё от меня зависящее.

- Давай вместе пойдём. Я сестру в беде не брошу, - заявил Олеарий.

- Нет. В записке же сказано, чтобы я один явился. Не будем терять время, говори, где избушка? – наседал Ярослав.

- Она за берёзовой рощей…

- Мы с Иорнандом поможем спасти Софью и её подругу, - громко проговорил Эрманарих, который вместе с другими притихшими карликами наблюдал за тем, что происходило вокруг.

- Я же сказал, что пойду один, иначе Сигеберт может причинить вред девушкам, - раздражённо возразил Ярослав.

- Он нас не увидит, - продолжал настаивать Эрманарих, - один ты не справишься.

- А если он почувствует вас, то всем нам не сдобровать…, - засомневался Ярослав.

- Может, конечно, этот злодей нас распознать, если что-то заподозрит и приложит определённые усилия.

- Хорошо. Давайте рискнём. Надеюсь, вы понимаете как это опасно, - Ярослав устремил строгий взгляд на карлика.

- Мы поможем, - уверенно проговорил Эрманарих.

Вскоре небольшой вооружённый отряд во главе с Олеарием и экипаж, запряжённый двумя лошадьми, которым управлял Само, а на мягких сидениях разместились два карлика, въехали в берёзовую рощу. Ярослав спешился, ласково потрепал гриву Ромки и решительно направился по тропе к рыбацкой избушке.

Заброшенная избёнка с просевшей крышей из полусгнившей соломы одиноко стояла на берегу Большого озера. Ярослав открыл низкую, с множеством щелей между ссохшихся старых досок дверь и, чуть помедлив, как будто пропуская кого-то вперёд себя, вошёл внутрь.

- А-а-а, пришёл! – услышал он тут же скрипучий голос и сразу же вспомнил поляну, где с друзьями выслеживал Виссариона и неожиданно появившегося с небес его собеседника.

«Значит, Апрося была права», - пронеслось в голове.

В сумраке избушки он увидел завёрнутую в чёрный плащ сгорбленную фигуру колдуна. Он стоял посередине низкой комнаты, загораживая собой скамью на которой, понуро опустив головы, сидели девушки.

- Что ты с ними сделал?! – заметив их апатичное состояние, не смог сдержать негодование Ярослав.

- Всего лишь немного усмирил. Эти особы слишком строптивы и не хотели слушаться.

- Отпусти девушек, я принёс тебе Меч, - взял себя в руки Ярослав и тут же услышал похожий на карканье смех.

- Неужели ты так наивен и не понял, что я не намерен никого отпускать. Кроме того, собираюсь тебя в качестве верного слуги заполучить. Ты будешь хорошим служакой и всё мне расскажешь, как твой друг Леонид. Напрасно явился ты в эти места с Мудрой Книгой и спутал наши планы. Теперь сам же поможешь их осуществить.

Колдун снова расхохотался.

- А я подумал, что ты меня убьёшь, - тихо проговорил Ярослав, - чем же так помешала вам Мудрая Книга?

- Хватит болтать зря! – рассвирепел Сигеберт.

- Ты перехитрил меня. Признаю своё поражение. Но удовлетвори всего одно моё последнее желание. Позволь увидеть тебя. Ты скрываешься потому, что уродлив или попросту боишься меня?

Быстрым движением колдун сбросил с себя плащ. Он был не высок, на удивление молод, силён и даже, несмотря на уродливый горб, красив. Чёрный костюм облегал мощную мускулистую фигуру. Чёрные большие глаза на смуглом лице и иссиня-чёрные волосы ниже плеч, а также уверенность, которая чувствовалась в движениях, придавали Сигеберту своеобразное обаяние.

Ярослав долго рассматривал противника. Он сразу заметил позолоченный футляр у него на поясе и то, как невидимая рука открыла его.

В этот момент колдун спросил:

- Ну что, насмотрелся?

- Подожди! Ты упомянул Лёньку, а другой ратник, который был с ним тоже у тебя? – Ярослав подался вперёд. Его голос звучал так взволнованно, что Сигеберт растерялся на несколько мгновений, которых хватило, чтобы камень был вынут из футляра и переместился за спину Ярослава, который тут же обнажил Меч Трёх Чудес.

Сигеберт отпрыгнул назад и схватился за футляр. Ничего не обнаружив в нём, он крикнул:

-Да как ты посмел! Сейчас же верни камень!

Но Ярослав больше не слушал его. Он настиг врага и вонзил ему в грудь острое лезвие. Колдун захрипел и начал оседать. Его тело упало на пол, и скоро у ног Ярослава растеклась небольшая лужа чёрной смолянистой жидкости.

- Вот это да-а-а! – послышался возглас из-за спины.

Ярослав оглянулся. Иорнанд и Эрманарих стояли чуть поодаль и разглядывали то место, где ещё минуту назад находился колдун.

- Камень у вас? Давайте сюда! – потребовал Ярослав.

- Я у него не только камень забрал, - хвастливо заявил Иорнанд, - там ещё вот что было.

Он протянул к Ярославу руки и разжал ладони. На одной лежал чёрный, овальной формы переливающийся камень, а на другой – маленький ключ точно такой же, как от Мудрой Книги, но не серебряный. Он был сделан из прочного чёрного материала.

Ярослав не стал рассматривать необычные вещицы Сигеберта, спрятал их за пазуху и поспешил к девушкам, которые продолжали сидеть с безучастным видом на прежнем месте.

- Милана! Соня! Как вы себя чувствуете? С вами всё в порядке?

- В порядке, в порядке…, - будто эхо повторила его слова Софья.

- Пойдёмте, Олеарий ждёт нас в берёзовой роще.

Ярослав помог девушкам подняться и, бережно поддерживая, вывел из сумрачного помещения. Пригревало солнышко, весело щебетали птицы, от озера тянуло сыростью и рыбой. Эта картина никак не вязалась с тем, что произошло в избушке. «Что будет, если войско Жути явится сюда? Выжженная пустыня, как и везде, куда оно добирается?» - безрадостные мысли пришли в голову Ярослава по дороге к берёзовой роще.

- Соня! Как ты?! Почему молчишь? – увидев сестру, бросился к ней Олеарий.

Но девушка никак не реагировала на его вопросы.

- Что с ней сделал этот мерзавец? Ты отпустил его? – принялся расспрашивать Ярослава встревоженный Олеарий.

- Я убил его, - тихо проговорил тот, - в повозках, которые мы оставили у замка лежат фляжки с живой водой. Напои девушек. Это поможет. Мне же необходимо вернуться в лагерь.

Ярослав вскочил на Ромку.

- А если не поможет? – глядя на неподвижное незнакомое лицо сестры спросил Олеарий.

- Вода их излечит, обязательно излечит! – крикнул Ярослав и пустил коня в галоп.

В лагере было оживлённо. Только что вернулись ратники, закончившие сооружать ловушки.

- Быстро вы управились, не ожидал, - выслушав доклад Стратоника, скупо похвалил Ярослав.

- Люди соскучились по делу. Надоело им без цели по лагерю слоняться, поэтому с жаром и охотой взялись за эту работу, - отозвался сотник.

- Одно не ясно. Почему войско Жути так и стоит на месте. Что всё это значит, - поделился своими мыслями Ярослав.

- Такое ощущение, что напугались они чего-то.

- Напугались, говоришь? Знать бы ещё чего…

- Да уж, - пожал плечами Стратоник, - так я пойду. Мы с Фёдором ещё карту не дорисовали.

Ярослав не возражал. Затем он выслушал доклад Гордея и, убедившись, что опасности для лагеря нет, засобирался в замок Олеария. Засевшая глубоко внутри тревога за Милану и Соню не покидала Ярослава ни на минуту. Он направился к лошадиному стойлу. Начинался вечер. Солнце медленно клонилось к горизонту.

- Ярослав! У меня новость! – громко окликнул запыхавшийся Гордей, - в ловушки попали два вражеских воина!

- Что-о-о?! Так скоро?! И где они?

- Дозорные привязали их к деревьям. Несколько человек остались караулить, пока гонец не сообщит нам.

- Где этот гонец?! Пускай проводит меня туда! – Ярослав вскочил в седло.

Лошади молодого ратника и Гордея еле поспевали за Ромкой, который мчался словно ветер. Взобравшись на пригорок, Ярослав придержал коня и обратился к гонцу:

- Показывай, куда теперь!

- Вон за теми берёзками, - махнул рукой вперёд тот.

- Как это случилось? – спросил Ярослав.

- Мы с ребятами с холма следили за вражеским станом. Вдруг от него отделились несколько всадников и понеслись в нашу сторону. Игнат, который над нами старшим назначен, сразу в лагерь гонца отправил. А мы остались. Смотрим, они к лесу, где ловушки расставлены подъехали и скрылись за деревьями. Через пару минут трое назад повернули, а двоих-то и нету. Мы туда. Глядим, висят голубчики. В петли, значит, попали. Ну, мы их аккуратно сняли и к деревьям покрепче привязали. Вялые они какие-то оказались. Не сопротивлялись совсем. Игнат тут уж меня в лагерь послал. Дорогой я на Митьку наткнулся. Это тот первый гонец. У него лошадь ногу подвернула, так он до лагеря-то и не добрался ещё. Я обогнал его. Не зря мы сегодня поработали. «Зверь» в наши силки сразу попал, - улыбаясь, закончил ратник.

Тем временем навстречу им из-за густых ветвей появились трое дозорных. Они тоже не могли скрыть радости.

- Наконец-то и мы этих в плен взяли, - потирая руки, сказал широкоплечий здоровяк.

Ярослав спешился и углубился в лес вслед за ним. К толстым берёзовым стволам были привязаны два вражеских воина. Они походили на покрытых пепельной корявой коркой людей. Из глубины прорезей поблёскивали глаза. Чёрные одежды скрывали их тела.

Ярослав вынул камень Сигеберта. Представлялась возможность испытать самому его в действии. Ярослав зажал камень в ладони и проговорил:

- Приказываю вам подчиниться мне и правдиво отвечать на все вопросы. Теперь вы должны слушаться только меня!

Пока он говорил, не покидало ощущение, что руку покалывают мелкие очень острые иглы. Ладонь стала красной. Ярослав поспешил убрать камень в карман, после чего обратился к пленникам:

- Кто вы такие?

- Мы – фахроны, - глухо произнёс один из них.

- Фахроны? Объясни подробнее.

- Мы серые воины войска Сигеберта.

- Где их кони? Какого они были цвета? – вдруг спохватился Ярослав и повернулся к здоровяку-дозорному.

- Сначала их было пятеро, - начал размышлять вслух ратник, - двое всадников на чёрных и трое на серых… Потом от леса назад повернули оба чёрных и один серый. Выходит, эти на серых скакунах были. Только коней мы их не видели. Не знаю, куда они подевались.

- Так это же наши ратники, - заключил Ярослав, и с сочувствием посмотрел на пленного, - скажи, куда вы направлялись?

- Нам было приказано к закату быть у рыбацкой избушки. Больше я ничего не знаю.

- А почему войско Жути остановилось и не продвигается дальше?

- Не может, оно не может…, не может…

- Из-за чего не может?

- Нельзя. Не может, не может, - замотал головой пленник.

- Расскажи, какое заклятье использует Жуть, чтобы окутать себя зловонием?

- Не понимаю о чём ты, - пленник задёргался.

- Тихо! Стоять не двигаться! – прикрикнул здоровяк.

- Не знаешь ты ничего, - вздохнул Ярослав, вынул чёрный камень и, сжав его в ладони, проговорил, - вы не фахроны, вы – ратники княжеской дружины, а Жуть – это враг.

- Вспомнил! Я – ратник. Меня Спиридоном зовут, - как будто очнулся пленный, - братцы, хлебушка не дадите? Давно я хлебушка не ел.

- А чем же вас в плену кормили, - поинтересовался Ярослав.

- Как в плену был, я что-то запамятовал, - задумался Спиридон, - помню только кисель какой-то зелёный. Уж очень он противный на вкус.

- Ведите их в лагерь. Накормите и пока пусть под стражей посидят. Надо как-то скорлупу снять, а потом уж выпускать, - распорядился Ярослав.

Он направился к Ромке, который в ожидании хозяина жевал свежую сочную траву.

Смеркалось. Ехать в замок Олеария уже не было смысла, стражники не станут открывать ворота. Хоть и не терпелось увидеть Милану, Ярослав решил отложить это до утра и направил жеребца к лагерю.

Тысяцкий

Не спеша, мерно покачиваясь в седле, Ярослав ехал в лагерь. Кругом стояла тишина, и лишь иногда слабый ветерок шелестел листвой берёз, которые стояли небольшими группами то тут, то там, будто подружки, собравшись в кружки, шёпотом делились друг с другом какой-то удивительной новостью. Солнце уже закатилось, только последние его лучи отбрасывали яркое зарево на потемневшее небо.

Совсем иначе Ярослав представлял себе войну, когда шёл сюда. В мыслях всё выглядело гораздо проще. Столько сил было потрачено на то, чтобы добыть оружие и доспехи. Что же ещё? Оставалось вместе с дружиной выйти в чисто поле и сразить врага. Но нет же… Сплошные вопросы, на которые непонятно как и где искать ответы. Вся война для него пока сводилась к решению трудных головоломок… Да вот ещё воевода сбежал и как-то само собой получилось, что все заботы о дружине легли на плечи Ярослава…

Лагерь уже начал погружаться в сон. У жилища за столом сидели друзья. За несколько дней, проведённых здесь, он так мало видел и говорил с ними.

- Ну что, как вы, привыкаете потихоньку? – усаживаясь, спросил Ярослав.

- Да мы-то что, мы как все. Ты лучше расскажи, что Жуть замышляет. Слух по лагерю прошёл будто-бы к нам в ловушки их воины попали, - отозвался Фёдор.

На что Ярослав поведал о событиях прошедшего дня, о Сигеберте и его заложницах, о необычных вещицах злобного колдуна, о пленных врагах, которые оказались ратниками княжеской дружины. Когда он закончил, Алексей, обеспокоенный судьбой сестры, спросил:

-Так что же с Миланой. Она здорова?

- Утром после совета наведаюсь в замок и выясню. Сегодня не получилось, - ответил Ярослав.

- Возьми меня с собой! – выпалил Алексей.

- Понимаю твоё беспокойство, но я думал с Фёдором поехать, чтобы он показал, где Мудрая Книга спрятана. Хочу попробовать, не подойдёт ли к ней этот ключ, - Ярослав вынул чёрный ключик Сигеберта и показал его друзьям.

- Так я тоже знаю, где тайник! Мы с Фёдором вместе это дупло нашли! – продолжал уговаривать Алексей.

- Ну, если так, то утром подходи к избе. А теперь давайте спать, - начал подниматься из-за стола Ярослав.

- Подожди. Я вот что хотел ещё обсудить, - остановил его Яков, - совсем мне здешняя пища не нравится, однообразная она и безвкусная.

- Допустим. И что ты предлагаешь?

- Надо бы в Южное княжество обоз отправить. Там сейчас зелень разная поспевать начала… и цена на неё, скорее всего низкая из-за того, что война идёт и купцы боятся везти свой товар в другие княжества…

- Хорошо бы, конечно, ратников витаминами побаловать, только обоз опасно отправлять. В любую минуту Жуть может начать наступление. Что тогда? – возразил Ярослав.

- Здесь тоже опасно находиться. Какая разница, где погибель любого из нас настигнет. Лето-то быстро пройдёт, а мы так свежих овощей и не попробуем… Отпусти меня одного хотя бы. Тут до Даретта рукой подать, за неделю обернусь. Мне только денег немного надо и повозку большую.

- Ладно. Подумаю я над твоим предложением. А теперь всё. И так до полуночи засиделись, - проворчал Ярослав и отправился в помещение, к застланной ветками и сеном постели.

Утром по уже заведённому порядку все сотники, а также Олеарий и Лавритас собрались в избе воеводы. Выслушав их доклады, Ярослав дал новые распоряжения. Ему очень не нравилось почти полное отсутствие дисциплины в лагере, и теперь он был намерен ввести жёсткий распорядок дня, общий подъём, зарядку, а также предложил организовать стрельбище, где ратники должны были оттачивать мастерство владения всеми видами оружия и проводить кулачные бои.

- Я уверен, что нам ещё предстоит сразиться с Жутью в открытом бою. Надо успеть подготовиться к нему, ведь враг силён, и справиться с ним будет нелегко, - подвёл итог он.

Сотники были согласны. После того, как в ловушки попали пленные, они стали доверять Ярославу, а прежняя настороженность улетучилась совсем.

Ещё до начала совета по спокойному виду Олеария Ярослав понял, что девушки в порядке. После его окончания он вновь собрался в замок, чтобы навестить Милану, а заодно попробовать ключом Сигеберта открыть Мудрую Книгу. Наступило позднее утро, когда Олеарий, Лавритас, Ярослав и Алексей подошли к лошадиному стойлу.

- А где же Само? Почему он сегодня не сопровождает тебя? – удивился Ярослав не встретив скучающего Само на обычном месте.

- Приставил его женщин охранять, а то мало ли что. Так мне спокойней, да и им безопасней, - отозвался Олеарий.

Вскоре четверо конных выехали за ворота лагеря и направились в сторону замка.

- Что с пленными собираешься делать? – поинтересовался Олеарий.

- Ох, сложный это вопрос. Хочу попытаться книгу открыть, в ней может оказаться ответ. Я вот всё думаю, почему Сигеберт так рассвирепел, когда я упомянул о ней, - вздохну Ярослав.

- Что за книгу? Где она? – переспросил Олеарий.

- Приедем в замок, увидишь. Только бы ключик подошёл.

- Если тебе надо что-то о книгах узнать, то я могу подсказать, как это сделать, - вмешался Лавритас.

- И как же? – недоверчиво проговорил Ярослав.

- У меня в замке библиотека имеется. Ей, наверное, как и замку, несколько сотен лет будет.

- Ты что, книгами увлекаешься? – засмеялся Олеарий.

- Я-то нет, но за библиотекой Евтихий присматривает. Старик такой же древний, как и библиотека. Причём сколько я его помню, всегда таким был. Он-то как раз о любой книге рассказать может.

- А что, надо с ним побеседовать, вдруг удастся что-нибудь выяснить. Не думаю, что это отнимет слишком много времени, - сказал Ярослав, который цеплялся за любую малейшую возможность получить сведения о том, как справиться с колдовскими заклятьями Жути.

Доехав до развилки, Ярослав и Лавритас свернули вправо. Их спутники направили лошадей к дому Олеария.

Замок Лавритаса походил на громадную мрачную скалу. Множество башен и башенок виднелись из-за высокой неприступной стены, которую окружал глубокий ров. Лавритас и Ярослав подъехали к воротам по поднимающемуся с помощью толстых цепей деревянному мосту.

Лавритасу не пришлось стучать в ворота, так как их тут же распахнули услужливые стражники. Они очень походили на тех людей, которые не хотели пропускать отряд Ярослава без оплаты проехать по дороге, принадлежащей владениям Лавритаса.

Серые каменные стены, вымощенный двор без единого дерева, старые хозяйственные постройки наводили тоску. Внутри замка было сумрачно и тихо. Лавритас повёл Ярослава по длинной каменной лестнице наверх. Затем они долго шли по узкому проходу, пока, наконец, не оказались у массивной двухстворчатой двери.

Библиотека представляла собой очень большое помещение, заставленное шкафами с многочисленными книгами, от которых веяло стариной. Справа от входа в камине, потрескивая, ярко пылали дрова. Тут же сидел сухонький старичок. Он расположился на скамейке для ног, а толстая открытая книга лежала перед ним на мягком кресле. Выглядел он, действительно, очень древним: редкая бородёнка, белый пух, через который вырисовывались очертания головы, большой испещрённый продольными морщинами лоб и глаза, устремлённые в книгу. На кончике носа держались круглые очки.

- Здравствуй, Евтихий! – громко сказал Лавритас.

Старичок оторвал взгляд от книги. Его глаза излучали внутреннее спокойствие и ум.

- Приветствую тебя, Лавритас сын Фунидида. Что привело тебя сюда? Хочешь заняться чтением?

- Моему другу Ярославу нужна твоя помощь.

- Чем же я могу ему помочь, ведь кроме знаний из этих книг, - Евтихий обвёл глазами полки, - я ничего не имею.

- Вот за ними-то мы и пришли. Расскажи Ярославу всё, о чём он попросит, - отозвался Лавритас, опускаясь на свободное кресло и протягивая ноги поближе к огню.

- Ну что ж, спрашивай, - сморщенными руками старичок захлопнул книгу, лежащую перед ним, и посмотрел на Ярослава поверх очков.

- Известно ли тебе что-нибудь о Мудрой книге?

Чтобы было удобно беседовать, Ярослав сел на шерстяной ковёр, покрывающий пол, и теперь его глаза находились напротив глаз старика.

- Мудрая Книга?! – воскликнул изумлённый Евтихий и вдруг ушёл в себя, погрузившись в мысли или воспоминания.

Молчание длилось довольно долго. Наконец старик заговорил:

- Это одна из книг противостояния. Когда-то очень-очень давно наши предки создали её, чтобы защитить нас от захватчиков из Нижнего мира.

- Откуда же они узнали о войне?

- Видишь ли, наши предки обладали многими способностями, которых, к сожалению, мы лишены. Они легко могли справиться с обитателями Нижнего мира, когда те делали попытки вырваться наружу. Кроме того прародители умели предвидеть будущее и знали, что их потомки станут слабыми и утеряют эти способности. Чтобы обезопасить нас, они сделали всё от них зависящее, но уничтожить или навсегда закрыть Нижний мир так и не получилось.

Тогда самые сильные и умные волшебники собрались вместе, и создали Мудрую Книгу. Из неё мы можем почерпнуть много полезного, но не только. Книга создаёт вокруг себя мощный барьер, не позволяя войску Нижнего мира приблизиться к себе, тем самым сохраняя невредимыми всех, кто находится внутри этого огромного круга. С тех пор Мудрая Книга передаётся из поколения в поколение через тех немногих, которые обладают способностями предков и могут уберечь нас от гибели. Если Мудрая книга у тебя, значит ты один из таковых.

Ярослав слушал старика затаив дыхание, а когда он смолк, сказал:

- Так вот почему Сигеберт так злился… Я принёс Книгу и остановил их войско. А как же Сигеберт проник в этот круг? И те небольшие группы воинов, которые продолжают делать набеги на наши земли? А Маркиан?

- После того, как появилась Мудрая Книга, злобные колдуны создали свою – Чёрную Книгу Зла. С её помощью некоторые из них, те, кто повыше рангом, научились преодолевать защитный барьер, но простые воины пока не могут этого сделать. Они остаются за его пределами, будто упираясь в невидимую стену.

- Значит, Чёрная Книга Зла помогает им, - задумчиво проговорил Ярослав.

- Да. Она находится где-то совсем близко к барьеру и негативно воздействует на него. Колдуны хотят добиться того, чтобы Чёрная Книга Зла взяла верх и смогла полностью разрушить защитный барьер Мудрой Книги. Я поведал тебе всё, что знал, - закончил Евтихий. Он выглядел усталым и стал казаться ещё меньше, чем вначале.

- Спасибо. Ты очень помог, - сказал Ярослав, - но откуда тебе это известно?

- Мой дед передал мне свои знания, когда я был совсем ещё юным мальчишкой. Теперь я поделился ими с тобой и не унесу навсегда в могилу, чего очень опасался, - грустно улыбнулся Евтихий.

- Ну-ну, об этом даже не думай! Ты ещё моих детей уму-разуму учить будешь, - поднялся с кресла, Лавритас, - отдохни немного, а мы пойдём, дел ещё невпроворот.

Вскоре он вывел Ярослава из сумрачного замка во двор, где вовсю припекало солнце.

Не ожидал, что в твоём доме смогу такое разузнать, - проговорил Ярослав, жмурясь от яркого дневного света, - может у тебя ещё что-то подобное имеется?

- Старья всякого здесь хватает, - отозвался Лавритас, - я тоже не думал, что ты не совсем такой, как мы. И Книга волшебная у тебя есть. Покажешь?

- Она у Олеария в саду припрятана.

- В саду такую ценность держишь? Надо её в мою библиотеку поместить, так надёжнее будет, - возмутился Лавритас.

- Пожалуй, ты прав. Поехали к Олеарию, а потом снова к тебе. Я сам должен знать, где Книга хранится, - заторопился к лошадиной привязи Ярослав.

Во дворе замка Олеария как всегда кипела жизнь: деловито сновала прислуга, занятая домашней работой, громко стучал плотник, который что-то мастерил в центре двора, Само и тётушка Стефанида, укрывшись от жары под ветвями садовых деревьев, наблюдали за его работой.

Олеарий, Софья, Алексей и Милана сидели в беседке.

- Позвольте присоединиться к вашему приятному обществу, - галантно раскланялся перед ними Лавритас.

- С условием, что Вы расскажете какую-нибудь занимательную историю, - весело затараторила Соня.

- Вижу, что живая вода помогла, - заметив озорную улыбку девушки, проговорил Ярослав.

- Живая вода? Это ещё что за чудо? – удивился Лавритас.

- У Ярослава много всяких чудесных вещей. Кстати, что с Книгой? Хотелось бы взглянуть на неё, - в свою очередь принялся расспрашивать Олеарий.

- Алексей! Веди нас к дуплу! – Ярославу и самому не терпелось заняться Книгой.

Алексей вышел из беседки и уверенно направился в глубину сада. Вся компания поспешила за ним. Скоро он остановился у дерева с густой обширной кроной и необыкновенно толстым стволом. Сначала Ярославу показалось, что листья дерева имеют фиолетовый оттенок, но присмотревшись, он понял, они были разных цветов - фиолетовые и тёмно-зелёные.

- Что за дерево такое? Никогда раньше ни встречал ничего подобного, - поразился он.

- Это очень старое и редкое дерево. Называется – Арженеция. Говорят, что его плоды омолаживают. К сожалению, Арженеция даёт их не часто. Сколько себя помню, ни разу этого не случалось, - разъяснила Софья.

Тем временем Алексей подошёл к дереву и, поднявшись на цыпочки, ощупывал руками ствол у себя над головой. Прошло несколько минут.

- Ну что там? Доставай Книгу скорее, - устал ждать Ярослав.

- Ничего не понимаю. Вот здесь было дупло, куда мы с Фёдором мешок с Мудрой Книгой сунули, - опустил руки Алексей.

- И куда оно, по-твоему, делось? Не там смотришь. Надо обойти дерево вокруг, - принялся искать тайник Ярослав.

Олеарий и Лавритас тоже приступили к исследованию покрытого коричневой шероховатой корой ствола.

- Нет здесь никакого дупла! – наконец заявил Олеарий, - наверное, оно в каком-то другом дереве.

- Такого просто не может быть! Его нельзя перепутать! Здесь был тайник! – Алексей снова и снова ощупывал ствол.

Затем молодые люди осмотрели одно за другим все деревья сада. Никакого отверстия, хоть отдалённо напоминающее дупло, так и не попалось.

- Завтра после совета Фёдора приведу, уж он-то сможет объяснить, где Мудрая Книга лежит, - принял решение Ярослав.

- Не понимаю, ничего не понимаю, - пожал плечами обескураженный Алексей, когда все вернулись в беседку.

- Если бы не слова Евтихия, я бы вообще подумал, что эта Книга – выдумка, - поделился Лавритас, - остаётся одно, дупло находится гораздо выше и его не видно в ветвях. Надо лестницу подставить, вот что я предлагаю.

- Уволь, на сегодня хватит. Посмотри на Соню. Она так устала, что никак не реагирует на твоё предложение, хотя мою сестру утомить не так-то просто. Об остальных я уже молчу. Пойдёмте в дом, пора обедать, - охладил пыл Лавритаса Олеарий.

Обед получился скучным. Все молча жевали пищу, глядя в свои тарелки. Лавритас несколько раз пытался шутить, но его слова не произвели ни на кого должного впечатления.

- Спасибо за угощение! Нам с Алексеем, пожалуй, пора в лагерь возвращаться, - поблагодарил хозяина замка Ярослав, опустошив кружку прохладного клюквенного морса.

- Раз Книгу не удалось увидеть, хотя бы на живую воду дай взглянуть. Что, я зря сюда приехал? – обратился к нему Лавритас после того, как девушки удалились в свои покои, а мужчины вышли из прохлады замка на разогретое солнцем до горяча каменное крыльцо.

- Ничего интересного ты не увидишь, но раз так просишь, покажу, - ответил Ярослав, у которого не было никакого желания идти к повозкам, но огорчать Лавритаса он не хотел.

- После той злосчастной истории с колдуном, я тоже знаю, где фляжки лежат, - похвалился Олеарий, - этой воде цены нет. Если бы не её необыкновенные свойства, что было бы сейчас с Миланой и Соней.

Он подошёл к повозке, отодвинул щит, закрывающий её сверху, вытащил фляжку и протянул Лавритасу. Тот отвинтил крышку, с опаской понюхал содержимое, после чего сказал:

- Никакого запаха. Если я попью, что будет?

- От нескольких глотков ты почувствуешь прилив сил, а вот от большого количества – не знаю, - ответил Ярослав.

- Ладно, в следующий раз попробую, - не осмелился сделать глоток Лавритас и, закрутив крышку, принялся укладывать фляжку на прежнее место.

Некоторое время он копался под щитом.

- Ну что, удовлетворил своё любопытство? – поинтересовался Ярослав.

- Подожди-ка, а это что? – Лавритас убрал щит в сторону и достал кольчугу. Он долго рассматривал её, издавая возгласы восхищения.

- Нам в лагерь пора. Вы уж тут без нас смотрите, только потом сложите всё аккуратно, - Ярослав начинал нервничать. Надолго оставлять лагерь он был не намерен.

- Да тут и клеймо стоит, - совершенно не обращая на него внимания, заметив необычную букву М, произнёс Лавритас.

- Метка Мастера, который эти доспехи выковал. Сдаётся мне, они нам ещё ох, как пригодятся, - задержался у повозки Ярослав.

- Знакомое клеймо, - снова сказал Лавритас и принялся рассматривать шлем.

- Где ты его видел?! А ключик серебряный не находил?! – накинулся на него с вопросами Ярослав.

- Давай-ка я сначала проверю. Тебе всё расскажу утром, когда на совет приеду.

- Хорошо. Только знай, что это очень важно для нас. Ещё пару десятков копий Мастера лишними не будут.

- Я понимаю, но не хочу обнадёживать, надо сначала уточнить, не ошибаюсь ли, - ответил Лавритас.

- Жду вас утром обоих на совет, - проговорил Ярослав, направляясь к загону у конюшни, где его уже поджидал Алексей.

Назад ехали молча. Каждый думал о своём. Алексей пытался понять, куда исчезло дупло, Ярослава же это совсем не беспокоило. Он решил, что Алексей не знал, где спрятана Мудрая Книга и предложил её показать для того, чтобы увидеться с сестрой. Винить его за это не стоило. Наверное, каждый на его месте поступил бы так же. Ярослав не сомневался в том, что Фёдор легко отыщет тайник, но не раньше завтрашнего утра. А сейчас из головы не выходила Чёрная Книга Зла.

Вернувшись в лагерь, Ярослав сразу же направился к новому колодцу. Он зачерпнул ведро воды и, убедившись, что поблизости никого нет, опустил на дно амулет Власия, а когда на водной глади появилось изображение, проговорил:

- Приветствую тебя, мудрый старец! Мне нужен твой совет.

- Рад слышать тебя, Ярослав. Надеюсь, тебе удалось узнать название заклятья, - послышался глухой голос Власия.

- Нет. Мне поведали о Чёрной Книге Зла. Я почти уверен, что зловоние – это чары Чёрной Книги. Её надо уничтожить, тогда Жуть станет значительно слабее и беззащитнее.

- Чёрная Книга Зла говоришь. Думаю, так и есть, в ней причина смрада. Но не спеши, не предпринимай ничего прежде, чем я объясню, как это сделать, дабы не навредить себе. Книга злобных колдунов таит много опасностей.

- Поэтому я и связался с тобой.

- Сейчас я ничего не могу тебе сказать, сначала надо обсудить это с великим жрецом. Продолжим наш разговор завтра-а-а-а, - изображение старца потускнело и исчезло.

- Завтра так завтра, - вздохнул Ярослав, достал амулет из ведра и повесил себе на шею.

Теперь у него появилось время немного отдохнуть и поразмыслить. Ярослав вышел на дорогу, разделяющую лагерь и пошёл к жилищу.

- Наконец-то я тебя нашёл! – остановил его Севастьян, который двигался навстречу.

- Что там у тебя?

- Тут такое дело, - начал было Севастьян, но Ярослав прервал его.

- Пойдём в избу, укроемся от жары и поговорим заодно.

Севастьян кивнул и засеменил рядом. В избе было не так жарко. Через открытые окно и дверь, она хорошо проветривалась.

- Усевшись за стол на место воеводы, Ярослав сказал:

- Теперь докладывай, что за проблемы у тебя.

- Видишь ли, к нам в лагерь через определённое время приходит, вернее, приходил обоз из Вержин-Града с провизией и деньгами. Жалованье-то людям платить надо.

- И что?

- То, что такой обоз должен был быть здесь ещё два дня назад. Скоро у нас закончатся крупа и мука. Про жалованье я уже упоминал. Но похоже, что ждать его бесполезно.

- Та-а-а-к, - протянул Ярослав обдумывая услышанное, - разве в лагере денежного запаса на разные непредвиденные расходы совсем нет?

- Почему же, есть.

- И где хранятся эти деньги?

- В опочивальне Свенельда.

- Показать можешь?

Севастьян встал и направился к плотно закрытой двери, которая сливалась со стеной из такого же немного потемневшего дерева и была незаметна. Потянув за ручку, Севастьян легко открыл её, вошёл в комнату и остановился. Указывая на большую кровать у противоположной стены, будто оправдываясь, он проговорил:

- Я давно хотел тебе предложить сюда перебраться.

- Незачем это, - резко оборвал его Ярослав, рассматривая скудную обстановку, которая состояла из уже упомянутой кровати, высокого шкафа и двух сундуков. Один – огромный и пузатый стоял ближе к кровати. Другой – маленький, окованный железом с увесистым замком на боку, был спрятан от посторонних глаз за шкафом.

- Вот тут воевода денежки хранит, - похлопал ладонью по его крышке Севастьян.

- Ключ знаешь, где лежит?

- Видел однажды, как он его прятал, - Севастьян громко швыркнул носом и принялся шарить рукой по верхней части шкафа.

Вскоре, улыбаясь, он достал оттуда ключ и протянул его Ярославу, на что тот распорядился:

- Открывай!

Севастьян быстро справился с этой несложной задачей. Он поднял крышку сундука и ахнул. Ярослав заглянул внутрь. На дне лежали три монеты и исписанный лист бумаги.

- Что за документ? – Ярослав вынул бумагу и пробежал глазами по строчкам, после чего добавил, - тут список сотников, а напротив – суммы, да немалые. Что это значит?

- Понятно что. Свенельд сотникам деньги выдавал, а они уж между ратниками на своё усмотрение делили. Что же теперь делать. Сколько помню, у воеводы всегда деньги водились, почему же сейчас пусто.

- Понятно почему, - передразнил его Ярослав, - воевода с собой их прихватил.

- Как же теперь жалованье платить, - растерянно моргая, Севастьян продолжал стоять на месте, - ратники же разбегутся от нас если им ребятишек кормить нечем будет.

- Закрывай всё, как было. Что-нибудь придумаем.

Ярослав покинул избу. В жилище, куда он скоро пришёл, никого не оказалось, и можно было спокойно обдумать проблемы, которые возникали и накатывались как снежный ком.

Утром следующего дня, как только начался совет, один из сотников, не дожидаясь, когда ему дадут слово, выкрикнул:

- Жалованье пора выплачивать! Когда деньги нам раздашь?!

- У меня тоже есть что сказать! И это поважнее будет! – перебил его Гордей.

- Тихо! Давайте решать все вопросы по очереди, - строго посмотрел на них Ярослав, - говори, Гордей, что там стряслось.

- Ночью в яму их воин упал.

- Почему сразу мне не доложил?! Где он сейчас?!

- Не успел я, сам только что узнал. Утром дозорные стали ловушки осматривать и нашли его следы, то есть клок одежды чёрной. На дне ямы колья острые торчат, видно он за них зацепился. Куда сам делся не понятно, скорее всего, как-то выбрался.

- Значит, нечестивцы опять попытку к нам проскочить делали, из-за ловушек не получилось.

- Похоже на то. Только до этого ни разу ночью таких попыток не было. Или мы о них не знаем, в темноте ведь много не увидишь, - ответил Гордей.

- Зловоние их выдало бы. У тебя дозоры всю ночь на холме дежурят, верно?

- С тех пор, как Жуть лагерь у замка Доброслава развернула, наши люди несут там караул круглосуточно, чтобы вовремя сообщить о наступлении.

- Ну, положим, общее наступление они пока отложили, а вот мелкие группы набеги делать продолжат. Если враг прорвётся через ловушки, мы можем и должны его остановить, не зависимо днём это случится или ночью, - сказал Ярослав.

- Это, каким же образом? Отряды по всему периметру выставим? А как оружие твоё меж ними поделим? – пустился в рассуждения Гордей.

- Отряды, конечно, выставить можно. По две-три сотни человек за смену. Боюсь только, что люди не будут успевать восстанавливаться и выдохнутся быстро, - задумался Ярослав.

- Можно маяки применить, - робко проговорил совсем ещё молодой парень с открытым взглядом серых глаз.

- Как тебя зовут?

- Арсений, - потупил взор сотник.

- Ну что ж, Арсений, раз начал, доводи мысль до конца.

Парень поднялся со своего места и сказал:

- Мой отец так стада от воров охранял. Расставлял караулы с маяками. Ночью их хорошо издали видно, и было понятно, куда подмогу отсылать.

- Что за маяки такие? – заинтересовался Ярослав.

- Их легко сделать. Надо длинные шесты поверху соломой или камышом обвязать, чтобы быстро вспыхивали и всё.

- А в лагере высокую площадку соорудить и оттуда вести наблюдение. Где появится огонёк, туда отряд спешно выдвинется. Мне твоя идея понравилась, можно попробовать, - отозвался Ярослав и выждал, чтобы выслушать мнения собравшихся. Возражений не последовало.

- После совета Гордей и Арсений займутся маяками, а теперь переходим к не менее важной проблеме – нечем платить жалованье, кончаются мука и крупа. Воевода все деньги с собой забрал. Надо отправлять посыльного в Вержин-Град. Кто возьмётся за это дело?

Сотники молча переглянулись.

- Возможно, у кого-то из вас в городе есть знакомые чиновники. Подумайте.

В ответ послышалось лишь тихое покряхтывание и вздохи.

- Не хотелось бы мне самому туда ехать. Ни разу не был в Вержин-Граде, не видел князя Елизара и не знаю никого из его приближённых. Но если среди вас нет желающих, то…

- Ты здесь нужен. Я поеду, но с одним условием, - перебил его Стратоник, - ты дашь мне в помощники Фёдора. Уж очень он смышлён. Вдвоём мы денежки и провизию точно добудем.

- Вот это другой разговор, - согласился Ярослав, - ставь коней на откорм, и несколько ратников надёжных подбери. На рассвете отправляйтесь в путь.

Сотники зашумели, решив, что совет окончен, а Лавритас заговорщицки подмигнул.

- Подождите! Есть ещё один вопрос! – выкрикнул Ярослав и все сразу смолкли.

Ярослав бросил взгляд в окно. Солнце поднялось уже высоко, сегодня совет получился долгим.

- Надо отправить обоз в Южное княжество за свежими овощами и фруктами. Один из моих людей поведёт его. Но нужны повозки и небольшая сумма денег. Часть монет я выделю из своего личного запаса. Кто возьмётся за это?

- У меня есть и повозки и деньги, но треть товара будет моей, - сразу же отозвался Олеарий.

- Отлично. Бери Якова, и занимайтесь обозом. Не забудь про охрану, - сказал Ярослав, - а вот теперь все свободны.

Изба быстро опустела. За столом остались лишь Ярослав и Лавритас, который нетерпеливо ёрзал, и как только закрылась дверь, сказал:

- Нашёл я такую же метку у себя в замке.

- Где именно?

- В заброшенной старой кузнице. Там ещё надпись на камне есть, а под ней слово «МАСТЕР» с неё начинается.

- Да как же ты мог так долго скрывать это! Поехали скорее! – вскочил на ноги Ярослав.

- Я же не знал про метку, - виновато опустил глаза Лавритас.

- Некогда тары-бары разводить, пошли! – Ярослав направился к выходу.

Неожиданно взволнованный Гордей появился в дверном проёме.

- Их отряд прорвался через наши ловушки! - с ходу выпалил он.

- Как такое могло случиться? Почему гонец заранее не предупредил о приближении врага?! – сдвинув брови, строго спросил Ярослав.

- Не знаю. Вон он, у крыльца стоит. Можно расспросить, - оглянулся Гордей.

- Это потом выясним, сейчас не до того! – Ярослав вышел и, обратился к переминающемуся с ноги на ногу ратнику, - сколько их и куда направляются? Кони чёрные или серые?

- Двоих чёрных мы копьями сбили, а два серых и один чёрный к берёзовой роще успели проскочить.

- Не сожгли бы её. Надо их остановить! – крикнул Ярослав и бросился к конюшне.

Не надевая седла, он запрыгнул на спину своего любимого жеребца.

- Копьё дайте мне скорее!

Кто-то из ратников подал копьё и, подгоняемый ногой хозяина, Ромка понёсся вперёд. Звонко стучали подковы о землю, конь, будто молния, мчался к берёзовой роще. Скоро Ярослав увидел, как из-за деревьев со стороны рыбацкой избушки показались три вражеских всадника. Они возвращались назад. «Надо успеть перехватить их. Успеть перехватить!», - стучало в голове. Воины Жути были слишком быстры. Они устремились к берегу озера, постепенно удаляясь от Ярослава.

- Ну, браток, на тебя вся надежда. Постарайся, не подведи, - прошептал Ярослав скакуну, прильнув к его гриве.

Казалось, Ромка всё понял и понёсся ещё быстрее. Один из серых всадников стал отставать и вскоре Ярослав поравнялся с ним. Он рубанул мечом серого коня, но останавливаться не стал. Второй серый всадник был уже совсем близко. Ярослав настиг его и тоже ранил коня. Впереди маячила спина самого опасного врага. Чёрный конь почти не касался земли. Шансов догнать его, практически, не было. Ещё немного и, обогнув преграды по мелководью, всадник скроется за ближайшим леском.

«Уйдёт. Уйдёт, гад!» - промелькнуло в голове.

Ярослав размахнулся и бросил копьё. Не долетев, оно упало на песок. Тогда Ярослав вытащил из голенища нож, с которым никогда не расставался, и что было мочи, швырнул его в удаляющуюся спину.

Всадник взмахнул руками и упал на берег у самой воды. Почувствовав свободу, чёрный конь помчался вперёд. Его грива развевалась, из ноздрей валил пар, а глаза горели. Невольно Ярослав залюбовался им, но скоро тот исчез в лесной полосе со скрытыми ловушками.

Ярослав слез со спины верного Ромки, подобрал копьё и поддев им одежду сражённого всадника, из кучки пепла, оставшейся от него, осторожно вытащил нож.

Сзади раздавались голоса подоспевших ратников, которые поймали и крепко связали двоих, оставшихся невредимыми, пленников. Гордей и Лавритас подошли к Ярославу.

- Как у тебя это получилось? Я уж подумал, уйдёт, - Гордей смотрел на Ярослава с уважением и преданностью.

Но тот пропустил его слова мимо ушей, обвёл глазами ратников, которые возились с пленниками, мельком взглянул на Лавритаса.

- Не смогу я сейчас кузницу осмотреть, надо этих допросить сначала, - кивнул в сторону пленных Ярослав.

Он пошарил в кармане, пытаясь отыскать камень Сигеберта. Ничего не обнаружил и вспомнил, что спрятал его у жилища, так как от этого колдовского артефакта сильно болела голова.

- Ведите их в штаб! – отдал распоряжение Ярослав и двинулся к лагерю, ласково поглаживая и подбадривая Ромку словами, которые кроме скакуна никто не слышал.

Через полчаса Ярослав сидел за столом. Напротив него находились связанные, понуро опустившие головы пленные воины. Сжав камень, Ярослав приказал:

- Подчиняйтесь мне! Отвечайте, всё, что спрошу!

- Спрашивай, - в один голос проговорили они.

- Зачем ехали к роще? Какое у вас было задание?

- В рыбацкую избушку. Проверить, нет ли там Сигеберта, - тут же ответил один из пленников.

- Сколько воинов в лагере?

- Всё войско Сигеберта.

- Где Чёрная Книга Зла?

- Я видел в руках у Сигеберта Чёрную Книгу. С помощью неё он говорил с удигодами.

- Кто такие удигоды?

- Это огненные чудовища.

- Где хранится Книга?

- Скорее всего, в шатре Сигеберта.

- Как найти шатёр?

- Он расположен в самом центре лагеря. Самый большой чёрный атласный шатёр.

- Ты был в нём?

- Нет. Нам нельзя приближаться, нельзя пересекать черту… Наши шатры стоят отдельно.

- Как охраняется лагерь?

- Воины нетельвы охраняют его.

- Кто стережёт шатёр Сигеберта?

- Не знаю…Не знаю, - пленник задёргался.

Ярослав взял камень и сказал:

- Вы – ратники княжеской дружины. Жуть – наш враг.

Оба пленника принялись испуганно озираться.

- Всё, уводите их! – приказал караульным Ярослав.

- Куда?

- Как это куда. К тем двоим, которые под стражей сидят.

- Уже два дня как те ребятушки от скорлупы поганой очистились и из-под охраны выпущены, - ответил ратник.

- Почему я об этом ничего не знаю? Как вам удалось корку с них снять?

Ратник пожал плечами:

- Всяко пробовали и водой поливали и скоблили, ничего не помогало. Извелись, измаялись мужики, чуть не плачут. Стали просить, чтобы мы их порешили тихонечко, только перед смертью уж больно им хотелось в баньке попариться. Нам их шибко жалко стало. Наспех парилку сколотили и давай голубчиков веничком берёзовым отхаживать. А корка-то из-под него так и посыпалась. Из парилки уже наши Спиридон и Калистрат вышли. Мы их признали сразу. Коли так получилось, зачем своих под стражу запирать. Обрадовались все. С радости-то такой и забыли тебе доложить.

- Вот, значит, как. Выходит, ты лучше меня знаешь, что надо делать. Ведите и этих в баню, - распорядился Ярослав.

- Сейчас мы им парилочку организуем, - потирая руки, ответил ратник и повёл пленных из избы. Его товарищ распахнул перед ними дверь, а потом неслышно прикрыл.

Ярослав в окно проводил их глазами. Он размышлял над тем, что важнее – кузница Лавритаса или Чёрная Книга Зла. Наконец решив, что в первую очередь нужно избавиться от Книги, пошёл к колодцу и вызвал Власия.

- Что скажешь? Узнал, как уничтожить Книгу Зла? – после взаимного приветствия перешёл к делу Ярослав.

- Уничтожить её невозможно и даже не надо пытаться это сделать. Кроме того, она должна оставаться там, где сейчас находится. Любое перемещение может нарушить равновесие и породить хаос, - проговорил старец, - чтобы избавиться от зловония, необходимо приготовить волшебную смесь и вычеркнуть из Книги заклятье, вызывающее его.

- Волшебную смесь? Как её сделать? Из чего?

- Ты должен изготовить её сам, но при сборе ингредиентов, можешь прибегнуть к помощи других. А теперь слушай внимательно и не перебивай, - Власий стал говорить медленнее, - завтра на рассвете пойдёшь на поляну в роще и будешь ждать моего посыльного, который доставит тебе кожаный мешочек и деревянную палочку. Они волшебные. Изготовить зелье можно только в этом мешочке, перемешав ингредиенты палочкой. Ей же надо будет зачеркнуть заклятье. Всё понял?

- Утром на поляне ждать твоего посыльного.

- Не утром, а на рассвете, когда первые лучи солнца выглянут из-за горизонта. Смотри не опоздай.

- Хорошо. Расскажешь, как сделать смесь или твой посыльный поможет мне с этим?

- Слушай дальше. На рассвете другого дня соберёшь росу на той же поляне. И это будет первый ингредиент. Под старой берёзой найдёшь золотистый одуванчик, который раскрывает свой цветок ровно в полдень. Его пыльца – второй ингредиент. Но знай, цвести ему осталось ровно пять дней. Потом образуются семена, и придётся ждать следующего цветения.

- Как же я соберу её?

- Не перебивай, - остановил его старец и продолжил, - третий и последний ингредиент – слёзы матери. Когда соберёшь всё в мешочек, перемешай палочкой и зачеркни заклятье. Чтобы уберечься от зловония, вдохни три раза аромат приготовленного зелья и несколько часов ты не будешь подвержен его действию.

И последнее. Изготовленная тобой смесь будет пригодной только три дня. Потом её волшебная сила исчезнет.

Как только Власий смолк, его изображение исчезло.

- Подожди, куда ты. Как мне собрать пыльцу? У какой матери я должен взять слёзы? – торопливо проговорил Ярослав, но старец уже был не с ним и не отвечал на вопросы.

«Ладно, завтра уточню у посланника», - подумал Ярослав и, напившись холодной колодезной воды, отправился к конюшне. Ему предстояла поездка в замок Лавритаса.

По дороге он вспомнил о дупле и Мудрой Книге, которую не удалось отыскать накануне, и решил взять с собой Фёдора. В жилище его не оказалось, что было не удивительно. После того, как обустроили стрельбище, свободные от обязанностей ратники целый день проводили там. Стрельбище находилось за частоколом на ровной площадке у задней стены. Здесь было оживлённо. Никто не обратил внимания на его появление. Заметив Корнила, Ярослав подошёл к нему и спросил:

- Не знаешь, где Фёдор?

- Так он со Стратоником уехал ловушки новые устанавливать.

- Какие ловушки?

- В мелководье решили ежей из кольев наставить. Я тоже хотел помочь, но Фёдор велел остаться и тут присматривать, а то народ у нас горячий, если вовремя в кулачном бою не остановить, могут на полном серьёзе стенка на стенку пойти.

- Да-а-а, - протянул Ярослав, - гляжу весело у вас тут.

Он вернулся на территорию лагеря и занялся мелкими делами, которые какое-то время откладывал на потом.

Вечером, после ужина друзья сидели за столом у жилища. Ярослав поведал им о разговоре с Власием.

- Ты что же это, один собираешься в лагерь Жути идти? – забеспокоился Фёдор.

- Придётся. Надо же как-то от зловония избавляться. Хорошо, что ветер всегда от нашего лагеря в их сторону дует, а если изменится, то и здесь от смрада нам не поздоровится.

- Мы с Корнилом с тобой пойдём, - решительно заявил Алексей.

- Да погодите вы. Надо сначала зелье изготовить. Лучше скажите, как пыльцу с одуванчика собрать. А, может, кто-то знает, где нам мать найти, заставить её плакать, а потом ещё и слёзы собрать? – озадачил товарищей Ярослав.

- Моя бы, как только меня увидела, сразу сама разревелась, - пригорюнился Алексей.

- Ну, да, а ты не успокаивать, а слёзы её бросился бы собирать, - отозвался Ярослав, - только твоя мать сейчас далеко. А у нас на всё про всё – пять дней.

- Я придумал, - весело проговорил Кузьма, - надо Апросю попросить поплакать. Наверняка у неё дети есть.

- Завтра у Олеария спрошу, - согласился Ярослав и добавил, - Фёдор, тебе тоже трудную задачку предстоит решить. Если что-то в Вержин-Граде пойдёт не так, возвращайтесь пустыми, зря на рожон не лезьте.

- Ты собираешься один в лагерь Жути идти, а мне такие вещи говоришь? – возмутился Фёдор.

- Ну, извини, если обидел. Скажи, как найти дерево с тайником в саду Олеария?

- Одно оно там такое, с фиолетовыми листьями.

- Странно. Мы его хорошо осмотрели, но дупла не нашли, - удивился Ярослав.

- Не знаю, как вы искали. Вернусь, покажу.

- Раз Жуть стоит на месте, значит, Книга там и можно спокойно твоего возвращения дожидаться, - завершил разговор Ярослав и друзья отправились спать.

Ещё затемно Ярослав покинул жилище и, оседлав Ромку, направился на Грибную поляну. В роще было свежо и тихо. Даже самые ранние пташки ещё спали. Ярослав пустил коня пастись, а сам уселся на скамеечку под грибом, наслаждаясь единением с природой и посматривая по сторонам. Что за посланника отправил Власий, откуда его ждать? Время шло, пробуждающийся лес быстро наполнялся звуками. Ярослав встал, обошёл поляну и снова сел. Он начинал беспокоиться.

- Эй! Ты что ли Ярослав?! – вдруг откуда-то послышался пискливый голос.

- Ну, я, - пытаясь отыскать посланника, Ярослав оглянулся.

- Не туда смотришь! Внизу я!

И тут Ярослав увидел у своих ног маленького человечка верхом на сером зайце в упряжи, изготовленной точно по нему. Наездник и его «скакун» выглядели так комично, что хотелось смеяться, но Ярослав сдержался.

- Ты посланник Власия?

- Да. Я – Архип, брат Антипа. Помнишь его?

- Не может быть. Антип огромный, выше деревьев, а ты – махонький, с мою ладонь.

- Эх ты, недотёпа. Если надо, он тоже маленьким сделается, что и в траве не заметишь, - рассмеялся человечек, - да что тебе объяснять. Держи вот.

Архип ловко вытащил из-за спины мешочек в половину своего роста и палочку, которая в его руках выглядела копьём.

- Спасибо тебе за помощь, - принимая волшебные вещицы, поблагодарил Ярослав, - подскажи, как собрать пыльцу с одуванчика и у какой матери взять слёзы?

- Не понимаю о чём ты. Меня просили только это передать, - ответил Архип и тоненьким голоском прикрикнул на зайца, - Вперёд! Быстрее вези меня домой!

Заяц сделал несколько прыжков по поляне и скрылся в густых зарослях.

Ярослав рассмотрел мягкий, приятный на ощупь мешочек ярко-жёлтого цвета и гладкую, заострённую с одной стороны палочку. «Интересно, из чьей кожи сделан этот мешочек», - подумалось ему.

Дольше оставаться на поляне было не зачем, и Ярослав вернулся в лагерь. После очередного совета он подошёл к Олеарию.

- Разговор к тебе есть, можешь задержаться?

- У меня рыбаки на озере со вчерашнего вечера промышляют. Хочу проведать их, посмотреть, хороший ли улов. Поехали со мной, дорогой и поговорим.

-Что ж не откажусь. Далеко они рыбачат?

- За заброшенной избушкой. Там безопасно и рыбы всегда водилось много.

У Олеария было приподнятое настроение и как только они оказались за воротами, он принялся говорить:

- Твоё задание выполнил. Сегодня утром обоз ушёл в Южное княжество. И, кажется, я знаю, чем ты собираешься со мной поделиться.

- Кто тебе рассказал?

- Никто. Те пылкие взгляды, которые ты бросаешь на Милану, только слепой не заметит. Я давно догадался, что ты в неё влюблён. Кстати, мне вчера почтовый голубь весточку от невесты принёс. Пишет, что скучает и очень беспокоится обо мне, - расцвёл, вспомнив о письме Олеарий.

- Рад за тебя. Только я совсем о другом хотел спросить. Не знаешь, у Апроси дети есть?

- Нету. Её муж умер почти сразу после свадьбы. Детей нажить они не успели. И второй раз замуж она не вышла. Не советую тебе напоминать бедной женщине о тех событиях. Хоть и давно это случилось, а воспоминания до сих пор приносят ей боль. Не понимаю, зачем тебе Апрося понадобилась?

- Если бы у неё были дети, она могла бы помочь мне в изготовлении смеси от зловония.

- Апрося?! – у Олеария от удивления чуть не выпало из рук копьё.

- Теперь придётся искать другую женщину…

- Господин Олеарий! – громкий возглас с берега прервал слова Ярослава.

За разговором молодые мужчины не заметили, как подъехали к избушке, недалеко от которой рыбаки развешивали сети.

- Как улов? Поймали что-нибудь? – спросил Олеарий, когда вместе с Ярославом подошёл к ним.

- Улов богатый. Окиня только что его в замок повёз. Не попался он Вам?

- Вот и славно. Будет чем дружину побаловать.

- Рыба-то за раз вся в телегу не поместилась. Ещё куча у плачущей Стафиды лежит.

- Пойдём, посмотрим, - сказал Олеарий и направился на другую сторону небольшого мыска, густо поросшего кустарником.

- Кто такая плачущая Стафида? – напрягся Ярослав.

- Существует легенда, что когда-то давно молодой парень уплыл на лодке ловить рыбу и не вернулся. Его мать Стафида вышла на берег и долго сидела там, глядя вдаль и оплакивая своего сына, пока не окаменела. Но, несмотря на это, она продолжает лить слёзы по сей день. Да вот и сама Стафида, - Олеарий указал на нависшую над водой скалу, напоминающую склонившую голову женщину. Прозрачные капли сочились из камня, скатывались вниз и падали в озеро.

- Так вот, значит, у какой матери я должен взять слёзы, - Ярослав провёл рукой по тёплому от солнечных лучей серому камню. Но собирать слёзы матери не стал, ведь Власий говорил сначала о росе.

- Не понимаю, объясни, что всё это значит. Слёзы, женщина какая-то, Апрося, - проговорил стоявший сзади Олеарий.

- Ну, слушай, - повернулся к нему Ярослав и подробно рассказал о Книге Зла и скрытом в ней заклятье, закончив своё повествование словами, - два ингредиента я теперь легко добуду, а вот как пыльцу с цветка одуванчика снять, пока не выяснил.

- Насколько я знаю, пыльцу пчёлы хорошо собирают, - отозвался Олеарий.

- И как же я с ними договорюсь?

- Ты-то, конечно, не сможешь, но у меня есть пасечник, который, пожалуй, сумеет это сделать. Он немного странноват, зато мёд на его пасеке самый лучший из всех, какие мне доводилось пробовать. Есть у меня подозрение, что Еремей с пчёлами умеет говорить.

- Ты славно придумал. Поехали в замок, повидаемся с твоим пасечником, - ответил Ярослав и быстро пошёл к Ромке.

Половину дороги они молчали, а когда до замка оставалось совсем немного, Олеарий сказал:

- К лагерю Жути незаметно на коне подобраться не получится. Они ещё издали могут тебя заметить.

- Значит, придётся пешком идти.

- Пешком долго, ты у них к утру как раз будешь. Сейчас светлеет рано.

- Не пойму, к чему ты клонишь.

- Предлагаю на лодке по озеру подплыть. Если согласен, лодку рыбацкую я тебе дам. Сапоги и плащ тоже могу подобрать.

- Это ты хорошо придумал, на лодке и поплыву.

- Возьми меня с собой, я грести помогу.

- Вот этого не надо. Ты от смрада упадёшь и помочь мне ничем не сможешь, - проговорил Ярослав, когда стражник, увидев их, начал открывать тяжёлые ворота.

Во дворе замка на новой, недавно сколоченной сцене, артисты давали весёлое представление, собрав вокруг себя весь дворовый люд. Олеарий отыскал глазами Само и, пробравшись через толпу, отдал распоряжение найти и привести пасечника.

Скоро Само и Еремей вошли в кабинет. Ярослав ожидал увидеть седобородого старика, и был удивлён, когда перед ним появился парень с отрешённым взглядом и блуждающей улыбкой.

- Здравствуй, Ерёма! Как дела на пасеке? – поприветствовал Олеарий.

- Хорошо. Пчёлы довольны.

- У нас с Ярославом к тебе просьба имеется.

- Медку надоти или прополису?

- Нам нужна пыльца.

- Могу и пыльцу вам дать.

- Нам нужна не та пыльца, которая у тебя есть. Надо собрать её с цветка одуванчика. Можешь договориться, чтобы твои пчёлки поработали для нас?

Еремей посмотрел свозь Ярослава и ответил:

- Соберут, если попрошу с любого цветка.

- Ну, вот и славно.

- Утром возьми пчёл и подходи к замку. Я отведу тебя на поляну, где этот цветок растёт.

Пасечник часто закивал и попятился.

- Само, проводи его, - сказал Олеарий и повернулся к Ярославу, - я же говорил, что он с пчёлами на «ты».

- Отлично всё складывается. Завтра у меня уже будет смесь, и ночью я в стан неприятеля наведаюсь, чего тянуть, - принял решение Ярослав.

На следующее утро он проснулся рано и сразу же отправился на поляну за росой. Не составляло особого труда собрать её.

К полудню Ярослав вновь вернулся к грибу, где его уже поджидали Олеарий, Еремей и Само.

Все вместе они быстро отыскали берёзу и одуванчик, который уже начал распускаться. Его нельзя было спутать. Листья растения оказались крупными и яркими, а когда распустился полностью цветок, то начал переливаться и блестеть, отливая золотом.

- Ну, Еремей, выпускай своих подопечных, - сказал пасечнику Ярослав.

Тот вынул маленькую берестяную коробочку и высыпал себе на ладонь с десяток пчёл, а затем наклонился и что-то прошептал им. Полосатые труженицы громко зажужжали и опустились на цветок. Через некоторое время они вернулись. Еремей аккуратно ссыпал их в коробочку, а на его ладони осталось несколько маленьких жёлтых шариков.

- Вот вам пыльца, - сказал он и осторожно переложил шарики в руку Ярослава.

Оставалось наведаться к плачущей Стафиде, что и сделал Ярослав, распрощавшись с Еремеем и его провожатыми. Собрав все ингредиенты, он перемешал их. Образовавшаяся смесь забурлила, после чего стала густой и тягучей, будто мёд.

Дождавшись вечера, Ярослав засобирался в лагерь Жути. Он надел тёмную рубаху, болотные сапоги и рыбацкий плащ. Меч Трёх Чудес решил с собой не брать, чтобы тот не угодил в руки врага и отдал его на хранение Алексею. В избе Свенельда кроме Ярослава собрались Гордей, Олеарий, Лавритас, Алексей и Корнил. Ещё три десятка ратников и несколько сотников ожидали у ворот. Вся дружина готова была идти во вражеский стан вместе с Ярославом, для которого такое сопереживание стало полной неожиданностью. Эта поддержка придавала решимости.

- Ну что пора выдвигаться, - сказал он, глядя на суетившихся вокруг товарищей.

- Подожди, чуть не забыл. Ты вещицы свои куда сложил? Пока будешь плыть, в нём им лучшее место, - вдруг спохватился Олеарий и снял со спины мешок из непромокаемой ткани.

Ярослав стал доставать из карманов и укладывать в него кучу разных мелочей. Наконец, очередь дошла и до волшебного мешочка. Будто какую-то драгоценность уложил его отдельно от всего остального Ярослав. Затем собрался проделать это и с палочкой, но не обнаружил её в кармане. Ярослав ещё несколько раз тщательно обшарил карман, потом второй. Они были пусты.

- Я палочку потерял, - не своим голосом проговорил он.

- Где?! – задал глупый вопрос Корнил.

- Кабы я знал где, - продолжал ощупывать карманы Ярослав.

- Надо твою постель осмотреть. Я уверен, там она и выпала, - направился к двери Алексей.

Гордей и Олеарий принялись шарить по полу.

Через полчаса вся подстилка на лежанке Ярослава была разобрана на отдельные веточки, но найти палочку не удалось.

- Темно уже совсем. Утром будем искать. Сейчас спать давайте, - сдвинув брови, проговорил Ярослав, хотя понимал, что уснуть не получится.

Всю ночь он перебирал в памяти события прошедшего дня, пытаясь понять, где обронил палочку, а на рассвете вместе с друзьями продолжил поиски. Постепенно все, кроме дозорных и отряда охранения присоединились к ним. Ратники ползали на карачках, осматривая территорию лагеря и дорогу к роще. Приближался вечер. Люди сбились с ног. Поиски результата не давали. Ярослав был мрачен. Он сидел за столом в избе воеводы и размышлял. Тихо вошёл Севастьян и молча поставил перед ним тарелку с супом. Ярослав совсем забыл о еде. Он не чувствовал ни голода ни усталости.

- Похлебай супчика-то горяченького, - участливо глядя на него, проговорил Севастьян.

Ярослав не слышал его. Он думал о том, как Власий отреагирует на случившееся и поможет ли снова? А если даже и согласится помочь, успеет ли его гонец доставить другую палочку до конца цветения одуванчика? Надежды, что найдётся прежняя, практически не осталось. «Как же я мог её потерять», - в который раз корил себя Ярослав.

Приближалась ночь. В избе стало темно. Севастьян зажёг свечу и сел на скамью напротив.

- Ну что ты себя так изводишь. Образуется всё. Наладится. Поел бы хоть немного, за целый день крошки не проглотил, - уговаривал он.

Ярослав подвинул тарелку и начал есть. Еда показалась ему безвкусной. Вдруг послышался громкий торопливый топот сапог по крыльцу и в комнату вбежал Гордей.

- Нашли! Нашли! Взгляни, она это?!

Сияющий от радости сотник держал в руке палочку.

- Где нашли? – Ярослав взял палочку и внимательно осмотрел.

Она была цела.

- На кухне, под навесом на скамье лежала. Случайно Митяй наткнулся. Сел чайку попить, да рукой и зацепил. Как раньше-то не попалась. Всё облазили, а на самом видном месте забыли посмотреть.

- А ведь точно… Я же ужинать ходил…

- Не слушаешь меня. Сколько раз уговаривал в избе откушивать. Разве мне тяжело тарелку еды принести? – заворчал Севастьян.

- Будет тебе уже, не до того сейчас, - одёрнул его Гордей.

- Надо торопиться, стемнело уже совсем, - выглянув в окно, проговорил Ярослав и принялся натягивать сапоги.

- Успеешь до рассвета? Может лучше следующей ночью? – засомневался Гордей.

- Нет! Нельзя это дело откладывать. Сейчас поплыву!

Ярослав быстро оделся и решительно направился к выходу.

- Погоди! Надо отряд поднять, чтобы прикрытие тебе обеспечить, - заволновался Гордей.

- Потом поднимешь. Пока я заклятье не вычеркну, вы всё равно помочь мне не сможете. Так что время у тебя будет.

Ярослав направился к конюшне. Измученный поисками палочки лагерь спал. «Наверное, так лучше. Без суеты и лишних движений», - подумал Ярослав, когда они с Гордеем выехали на дорогу, ведущую к берегу.

- Стой! Кто там!? – раздался громкий окрик.

Это дозорные с холма заметили их.

- Свои! - отозвался сотник.

- Ты что ли, Гордей?!

- Я! Как обстановка?!

- Спокойно пока!

- Хорошо! Смотрите в оба у меня! – удаляясь выкрикнул Гордей.

Лодка ждала у берега. Ярослав спешился, но прежде чем сесть в неё, вытащил волшебный мешочек и три раза вдохнул аромат смеси, чем-то напоминающий запах дождя. Затем он запрыгнул в лодку и посмотрел на растерянного Гордея:

- Ну-ка толкни!

- Ты это, смотри там осторожней. Если помощь потребуется, подпали что-нибудь. Мы, как пожарище увидим, сразу к тебе двинем, - напутствовал Гордей.

- Обойдётся всё. Мы ещё с тобой Жуть должны прогнать насовсем отсюда, - бодро улыбнулся Ярослав и, устроившись на скамье начал размеренно грести, быстро удаляясь от берега.

Ночь выдалась тёмной. Небо было закрыто облаками, ни одна звёздочка не проглядывала сквозь них. Теперь, когда Ярослав остался один, смутная тревога охватила его и, чтобы избавиться от неё, он решил думать о чём-то приятном. Но вместо этого в памяти нарисовалась картина побега с каторги. Такая же тёмная ночь и лодка, наполняющаяся ледяной водой. Ярослав отбросил грустные воспоминания. Из-за плотных облаков выплыла луна и осветила берег и три избушки, силуэты которых проглядывались на нём. Ярослав определил, что проплывает мимо рыбацкой деревни. Жуть уже где-то рядом. Он замедлился и двинулся вдоль берега, поросшего камышом. А вот и замок Доброслава. Лагерь врага за ним. Ярослав прислушался. Никаких движений. Спрятав лодку в камышах, он выбрался на берег и, бесшумно ступая, направился к стене, огораживающей территорию замка. Затем снова остановился и прислушался. Тишина. Его появление пока оставалось незамеченным. Надо идти дальше. Ярослав обогнул высокую стену и увидел в нескольких шагах от себя чёрный шатёр. Несколько секунд он осматривался и выжидал. Лагерь казался пустым, никаких движений, лишь звуки странных завываний доносились издалека. Он вытащил нож, приготовившись отражать нападение, и устремился к шатру, потом к следующему. Их было множество, стояли они близко друг к другу и хорошо скрывали его от глаз своих обитателей. Ярослав старался двигаться к центру, ведь по описанию пленного, шатёр Сигеберта расположен именно там. Тем временем он оказался перед широкой открытой полосой. Убедившись, что лагерь по-прежнему спит, Ярослав быстро перебежал её. Здесь шатры были гораздо больше тех, что стояли по краям. Он обошёл их несколько, и увидел высокий, сверкающий при свете луны конус. Было понятно, что это жилище Сигеберта. Ярослав долго присматривался, пытаясь разглядеть опасность. Никого не заметив, он неслышно, будто тень, нырнул в шатёр и погрузился во тьму. Ничего нельзя было разглядеть, даже собственных рук. Пришлось на ощупь находить и вытаскивать из мешка огарок свечи, который настоял взять с собой Лукьян. Когда фитилёк разгорелся, стало видно большую кровать под бархатным чёрным балдахином. Ярослав подошёл и осторожно заглянул под него. Никого. Справа у матерчатой стены шатра стояли покрытый золотом столик и стул. Вот и всё. «Неужели Книги Зла здесь нет. Где же её искать», - подумал он и решил обойти кровать со всех сторон. Никаких предметов мебели за ней тоже не оказалось. Оставалось заглянуть под кровать, вдруг Сигеберт прятал сундучок с Книгой там. Ярослав отогнул покрывало, и тут до него долетели звуки, похожие на громкий храп. Он притушил рукой свечу и осторожно выглянул из-за балдахина. Послышались тихие шаги, а затем в темноте стали видны четыре светящиеся точки на уровне глаз. Ярослав так и стоял, наклонившись, боясь шевельнуться, чтобы не выдать себя. Он крепко сжал нож и приготовился в случае необходимости, атаковать из этого неудобного положения. Существа с жёлтыми глазами приблизились к столу, постояли немного, о чём-то переговариваясь на языке, напоминающем храп, и направились к выходу. Когда они удалились, Ярослав облегчённо вздохнул, снова зажёг свечу и осмотрел пространство под кроватью. Опять ничего. Придётся проверить все шатры по очереди, пока не найдётся Чёрная Книга Зла. Уходить, не зачеркнув заклятье, он не собирался. Надо было спешить, чтобы успеть до рассвета. Хотя, что это меняет. Похоже, что воины Жути в темноте видят не хуже, чем днём. Ярослав пошёл к выходу. Тусклое пламя свечи осветило стол. Теперь на нём лежала Чёрная Книга. «Так вот зачем приходили эти», - пронеслось в голове. Он поставил свечу, положил нож на стол, так, чтобы схватить его, если ещё кто-нибудь захочет войти, и попытался открыть Книгу. Но она оказалась закрытой на чёрный маленький замочек, подобный тому, что на Мудрой Книге. Ярослав не растерялся, порывшись в мешке, вытащил ключик Сигеберта. Тот идеально подошёл. Книга распахнулась. Ярослав попытался прочесть текст, но витиеватые буквы были ему не знакомы. Похоже, что они написаны кровью. Через несколько секунд, одна за другой буквы начали светиться.

Он хотел перевернуть страницу, но Книга захлопнулась. Ярослав несколько раз открывал её и пытался листать. Но перед ним появлялись одни и те же строки. Тогда он взял палочку и, обмакивая её в волшебную смесь, последовательно слева направо перечеркнул все строки, которые бледнели и исчезали. Страница стала чистой. Больше ничего сделать он не мог. Быстро собрал свои вещи в мешок, взял в руки нож и направился к выходу. Пора было возвращаться на берег. Отодвинув атласную ткань, он сделал шаг вперёд и в ту же секунду увидел прямо перед собой худое лицо, обтянутое серой кожей. Два жёлтых светящихся глаза уставились прямо на него.

Ярослав отпрянул назад и снова оказался внутри шатра. Существо последовало за ним. Его тело скрывал широкий чёрный плащ. Ярослав ткнул в него ножом. Существо остановилось и начало падать, издавая громкий трубный звук. Медлить было нельзя. Перешагнув его, Ярослав снова попытался выйти, но несколько пар светящихся в ночи глаз преградили ему путь. Он вернулся назад, пробрался за балдахин и остриём ножа распорол плотную атласную ткань. Сзади слышалась какая-то возня, отвлекаться на которую, не было времени. Ярослав вылез в проделанное отверстие наружу и ни секунды не медля, побежал к соседнему шатру. За спиной раздавались трубные звуки, видимо, означающие тревогу. Он бежал, стараясь затеряться и спрятаться за чёрными конусами шатров, от жёлтых глаз, которые светились по сторонам. Их становилось всё больше. А вот и широкая открытая полоса. Надо как можно скорее пересечь её. Ярослав устремился вперёд. Неожиданно он зацепился ногой за какой-то предмет, который громко загремел. Воины Жути со всех сторон ринулись к нему. Светящиеся глаза теперь были повсюду. Ещё минута и круг сомкнётся. Ярослав схватил злополучный предмет и швырнул его так далеко, как только мог. Тот с грохотом ударился о землю. Существа повернули головы на звук. Этих мгновений Ярославу хватило, чтобы юркнуть между ними.

Показалась стена замка. Ярослав добежал до неё и, не останавливаясь, стал спускаться к берегу. Что творилось сзади, он не видел, но чувствовал, что враг совсем близко. Вдруг послышался громкий топот и душераздирающие завывания. Чтобы двигаться быстрее, Ярослав скинул плащ, который давил на плечи и путался в ногах. Кто-то тут же схватил его. Силы были на исходе. Но озеро совсем рядом. Ярослав бросился в воду. Она затекла в сапоги, вся одежда стала мокрой. «Быстрее, быстрее ещё немного», - подгонял он сам себя. Тяжело дыша, Ярослав вытащил лодку из камыша, забрался в неё и принялся грести. Два огненных сгустка упали неподалёку. Это заставило ускориться. Ещё несколько сгустков опустилось в камыши. Они вспыхнули. Яркие блики пламени отражались на воде. Ярослав грёб из последних сил. Сейчас его жизнь зависела только от этого. Он направил лодку к середине озера, подальше от огня. Не долетев, позади в воду упал и громко зашипел ещё один сгусток, но лодка была уже далеко. Только теперь Ярослав оглянулся и увидел на берегу огромное косматое чудовище, которое сидело на задних лапах и выплёвывало огненные сгустки в его сторону.

Мокрый от воды и пота вернулся он к своим. Две большие лодки с ратниками, готовые к отплытию находились у берега.

- Ну что? Как ты? Цел? Получилось зачеркнуть заклятье? – стал расспрашивать Гордей, помогая выбраться на сушу.

- Зачеркнуть-то зачеркнул, только не знаю то ли. Не по-нашему написано.

- А мы глядим, что-то горит. И сразу поняли, как оплошали. Лодки для себя не приготовили. Пока нашли их, ты уже вернулся.

- Я правильно сделал, что с воды к ним подобрался. Похоже, оттуда они никого не ждут. Поэтому основные силы, чтобы меня изловить в другую сторону направили. Это меня и спасло, - поделился Ярослав по дороге к лагерю.

Постепенно возбуждение от пережитого улеглось, и на смену ему пришла усталость. Ярослав кое-как добрался до лежанки, упал и тут же уснул.

Проснулся он от громких голосов снаружи. Разобрать о чём спорят, не удавалось, и Ярослав вышел из жилища, недалеко от которого стояли четыре сотника и Лукьян. Он размахивал руками и возмущённо говорил.

- Что у вас стряслось? – подошёл к ним Ярослав.

- Ну вот, разбудили всё-таки. Просил же по-человечески, - недовольно пробурчал Лукьян.

- Так что случилось? – продолжал выспрашивать Ярослав.

- Обоз из Вержин-Града пришёл с провизией и деньгами. Севастьян без твоего разрешения деньги нам выдавать отказывается. А этот, - сотник кивком указал на Лукьяна, - не пропускает.

- Ну что за люди! Человек всю ночь не спал. В лагерь вражеский один ходил, а они несколько часов подождать не могут! – негодованию Лукьяна не было предела.

- Всё в порядке. Я выспался уже, время-то к обеду, - Ярослав взглянул на высоко поднявшееся солнце и добавил, - если кто не в курсе, Лукьян мой казначей. Он и будет вам деньги выдавать. Пошли в избу, сейчас всё организуем.

После такого заявления, Лукьян высоко поднял голову, расправил плечи и гордо вышагивая, двинулся за Ярославом. Оторопелые сотники поплелись сзади.

Отдав распоряжение Севастьяну и Лукьяну о выдаче денег, Ярослав разыскал Стратоника и Фёдора. Они возились с лошадьми на конюшне.

- Молодцы! Быстро справились с таким сложным заданием! – пожимая руки и тому и другому, торжественно проговорил он.

- Ты тоже тут не на печи валялся. Наслышаны уже о твоём подвиге, - отозвался Стратоник.

- С князьями да с чиновниками дело иметь не легче, чем к врагу сходить. Там-то всё просто, а вот со знатными особами, поди разберись, кто есть кто. Рассказывайте, как встретили вас?

- Да как. Нормально. Удивились поначалу. Свенельд-то у них в героях ходит. Наплёл, что Жуть лагерь захватила, а он бросился в Вержин-Град, чтобы князя Елизара об опасности предупредить. Естя тоже в почёте. Собрался жениться на дочери знатного господина. Военачальники и дружина со дня на день войско Жути у Вержина ждали. Мы, конечно, рассказали, как на самом деле дела обстоят. Свенельд тут же вывернулся, будто тебя тысяцким назначил и приказал любыми способами Жуть остановить, - поведал Стратоник.

- Как же так. Ведь по его словам лагерь давно захвачен?

- Ну, не знаю, что он там наплёл, только получилось, что воевода город от врага спас и теперь князь собирается ему орден вручать. В общем, когда поняли, что Вержину ничего не угрожает, обрадовались, быстро обоз нам собрали и отправили назад. Так что теперь ты можешь считать себя официально назначенным тысяцким, а не самостоятельно вызвавшимся занять место воеводы, - закончил Стратоник.

- Для меня это особого значения не имеет. Главное – Жуть изгнать, - ответил Ярослав и обратился к Фёдору, - А ты чего такой смурной?

- Кое-что надо тебе рассказать, только один на один, - нахмурившись, проговорил тот.

- Какие же у нас могут быть секреты от Стратоника? – удивился Ярослав.

- Сначала выслушай, а потом уж решай, секрет это или нет, - заявил Фёдор.

Было видно, как сильно что-то гнетёт его. Стратоник кивнул и быстро удалился.

- Давно не видел тебя таким. Не могу даже представить, что ты собираешься мне сообщить, - заметил Ярослав.

- Знаешь, кого я случайно встретил в Вержин-Граде?

- Кого?

- Одихманта.

- Кто таков?

- Помощник Досифея.

- Напомни, кто Досифей?

- Тот, кто твоего отца со свету сжил и нас на каторгу упёк. Одихмант ему помогал.

- И что он тебе сказал?

- Ничего. Я успел скрыться, пока он меня не заметил. Только долго бегать от него не получится. Раз уж он здесь, значит, как всегда что-то вынюхивает. А если по нашему следу идёт? Если обнаружит нас здесь? Снова каторга?

- Думаю, пока они нас не тронут. Жуть рядом. А потом разберёмся. Так просто мы не дадимся. Зубы обломают.

- Нелегко будет с ними справиться. Ой, как нелегко, - задумчиво проговорил Фёдор.

- Другого выхода нет. Эти жулики-самозванцы видят в нас угрозу и в покое не оставят. Либо мы их, либо они нас. Не возвращаться же нам на серебряный рудник? – ответил Ярослав и добавил, - не кисни. Иди, отдохни с дороги, а завтра Мудрой Книгой займёмся.

Фёдор глубоко вздохнул и направился к жилищу.

Весь оставшийся день Ярослав провёл на стрельбище, где ратники оттачивали военное мастерство. Постоянные тренировки давали неплохой результат. Ярослав остался доволен их

подготовкой.

Среди ночи он проснулся от шёпота у своего уха. Это был Гордей.

- Вставай! Дозорные маяк запалили! Я уже отряд им на помощь отправил!

Сон как рукой сняло. Ярослав вскочил на ноги.

- Давно это случилось? Гонца не присылали? – поспешил он к штабу.

- Не было пока, - Гордей еле поспевал за ним.

- Неужели войско Жути после моей вылазки целиком на нас двинуло? Если так, то надо весь лагерь поднимать, – поделился тревожными мыслями Ярослав.

Ещё издали они заметили у крыльца какое-то движение.

- Никак гонец прибыл, - высказал догадку Гордей, которая оказалась верной.

Дозорный-гонец, завидев их, доложил:

- Чёрные напали на нас. Неожиданно выскочили из леса, запаха никакого. И давай сразу острыми ножичками кидаться. Пахом велел мне в лагерь скакать, а Матвею маяк зажечь. Больше ничего не знаю.

- Много их было?

- Не знаю. Только ножички густо летели.

- Может ещё отряд выслать? – спросил Гордей.

- Поднимай лагерь! Я – туда! – направляясь к конюшне, крикнул Ярослав.

- Давайте за ним! И смотрите, чтобы не один волос с его головы не упал! – грозно взглянул на топтавшихся поблизости караульных Гордей.

Те со всех ног кинулись к лошадиной привязи. Но Ярослав не ждал. Он уже мчался к холму. Рука крепко сжимала рукоять Меча. Он был готов в любую секунду вступить в бой. Тишина и безлюдье встретили его на вершине. Присмотревшись, Ярослав заметил двух мирно пасущихся лошадей неподалёку. Спустившись, он нашёл наездников, лежащих на земле. Ярослав бросился к ним. Первый был мёртв. Второй – тихо стонал. Глубокая рана кровоточила на его груди. В руке был сжат острый металлический предмет похожий на нож. Скорее всего, рана нанесена им.

- Крепись, браток, - Ярослав оторвал от своей рубахи рукав и прижал его к окровавленной груди.

- Ушли, гады! – вдруг услышал он возглас у себя над головой.

Ещё один дозорный, живой и здоровый, слез с коня и поспешил на помощь к лежащему без движений ратнику.

- Никогда ещё они оружия не применяли. Только с собой наших утаскивали. Пахом, ты что это? – он тряс за плечи бездыханное тело, не желая верить в гибель товарища.

- Что тут произошло? – спросил Ярослав.

- Эти появились из леса очень тихо и неожиданно. Увидели нас, и давай ножами швыряться. Матвей успел маяк зажечь, а Пахом сразу упал. Не останавливаясь, всадники к роще понеслись.

- Сколько их было?

- Четверо. Все чёрные. Я за ними погнался. Копьё бросил, да мимо. У меня с собой лук простой ещё есть. Из него получилось попасть, только без толку. Стрела ударилась, будто о бочку железную, и упала. Я отстал. Чёрные скакуны гораздо резвее моего. Потом нечестивцы за лесом скрылись. Я остановился. Не знал, что делать. Тут сзади слышу – топот. Это наши прискакали на подмогу. Я им показал, куда всадники скрылись, а сам сюда вернулся. Да поздно, Пахому уже помощь не нужна, - печально проговорил дозорный.

Со стороны лагеря стали доноситься голоса и скоро подоспели караульные, которым Гордей велел охранять Ярослава, а за ними и сам Гордей вместе со Стратоником и большой дружиной конных и пеших ратников.

- Отбились? Всех уничтожили или назад отогнали? – спросил Гордей.

- Их потери не известны. У нас – один раненый, один погибший.

- Как погибший?

- Да вот так. Раз одурманить не могут, оружие применять начали, - склонившись над раненым, тихо проговорил Ярослав и добавил, - раненого надо осторожно в лазарет перенести. Дружине отбой командуй. А я к лесу поеду. Наш отряд за ними туда поскакал.

- В лазарет бы хорошо. Только нет его у нас, - растерялся Гордей.

- Пусть в комнату Свенельда несут. И рану промыть и перевязать надо. Найди кого-то, кто умеет это делать, - поднимаясь, распорядился Ярослав и направился к Ромке. В сопровождении Стратоника и нескольких ратников он двинулся к рыбацкой избушке. Не было никаких сомнений, что вражеские лазутчики пытаются пробраться туда, чтобы найти Сигеберта. У рощи навстречу попался отряд охранения, который уже возвращался назад. На расспросы Ярослава о чёрных всадниках, сотник, возглавляющий его, ответил:

- Догнали, когда они назад возвращались. Двоих копьями сшибли, а двое ушли. Оборонялись. Ножи в нас бросали. Степану плечо рассекли.

Выслушав его, Ярослав решил всё-таки наведаться в избушку и осмотреть её. Одежда Сигеберта исчезла. Это воины Жути забрали её. Теперь они знают, что их полководец сражён. Чем они ответят на это? Что предпримут?

Утром на совете сотники долго обсуждали ночное происшествие. Больше всего их волновало, каким образом враг пробрался сквозь полосу преград, как научился обходить их. В соседней комнате тихо стонал раненый. Его состояние оставалось тяжёлым.

- Настало время одеться в доспехи, которые до сих пор использовать не было необходимости. В первую очередь это касается дозорных и отряда охранения, - сказал Ярослав и встал, что означало окончание совета.

Он намеревался, наконец, осмотреть кузницу Лавритаса, затем заняться поисками Мудрой Книги и доспехами, которые хранились у Олеария, но теперь были нужны в лагере.

- Не пойму, зачем ты ночью весь лагерь по тревоге поднял, ведь через барьер Мудрой Книги войско Жути пройти не может, - по дороге к замку поинтересовался Лавритас.

- Испугался, что вычеркнул что-то не то, и тем самым этот барьер помог разрушить. Но раз смрада нет, значит, правильно зачеркнул. Плохо, что обычное оружие их по-прежнему не берёт. А я так на это надеялся, - с досадой в голосе проговорил Ярослав.

Вскоре, следуя за Лавритасом, Олеарий, Ярослав и Фёдор, въехали на территорию его замка. Двигаясь между многочисленных построек, они углубились внутрь двора и оказались у кузницы. Её каменные стены оставались целыми, крыша почти разрушилась, большие ворота занимали всю переднюю часть. Лавритас спрыгнул с коня и уверенно, по-хозяйски открыл их. Обе створки при этом издали жалобный скрип. Ярослав вошёл в заброшенное помещение. Всё здесь было покрыто толстым налётом грязи: и горн, и наковальня, и другие предметы, распознать которые из-за налёта, скопившегося за длительное время, не удавалось.

- Почему кузницу забросили? – спросил Ярослав.

- Помню, ещё ребёнком был, когда она работала. Что случилось потом, не знаю. Дети мало интересуются такими вещами, - отозвался Лавритас, - ты хотел надпись прочесть. Вот она.

Он подошёл к одной из стен и провёл по ней рукой.

Ярослав Фёдор и Олеарий подошли и стали рассматривать высеченную на камне надпись.

- Здесь ты найдёшь булат и молот. Воспользуйся ими. Не забудь о живой воде. Но знай, этот молот подчинится только истинному кузнецу. МАСТЕР, - громко прочитал Фёдор.

- А вот и молот, - наклонившись, Ярослав увидел очищенный от пыли кузнечный инструмент, который не заметил когда вошёл.

- Да ерунда всё это, - махнул рукой Лавритас.

- Почему? – удивился Олеарий.

- Мой кузнец Тихон пытался его поднять. Долго мучился, но так и не смог.

- А ну-ка, я попробую, - Ярослав одной рукой взял молот и ударил им о наковальню.

- Как это у тебя получилось? – не верил своим глазам Лавритас.

- Всё просто. Твой Тихон не кузнец. Лучше скажи, где булат?

- Не знаю. Здесь, кроме того, что мы видим, ничего нет.

- Скорее всего, булат, как и все те вещи, которые мы нашли ранее, хранится в подземелье, - предположил Фёдор, - надо только вход в него отыскать.

Он вышел из кузницы в надежде увидеть лаз в подземную кладовую.

- Какое подземелье. Вон курятник. Дальше коровник. Подземелий никаких поблизости нет! – возмутился Лавритас.

Ярослав и Олеарий также осматривались, пытаясь разгадать загадку Мастера. Затем они принялись очищать пол от мусора и грязи.

- Нашёл! – вдруг послышался громкий возглас Фёдора из-за кузницы.

Он стоял у полуразрушенного сруба колодца и заглядывал внутрь.

- Старый колодец. В нём уже давно вода пропала. Зачем он нам? – удивился Лавритас.

- Давай фонарь и верёвку. Это то, что мы ищем, - проговорил в ответ Ярослав, глядя в чёрную пустоту.

Первым в подземелье спустился Фёдор. За ним последовал Ярослав.

Свет от фонаря выхватил сложенные аккуратными рядами слитки. Ярослав взял один из них в руки и воскликнул:

- Вот он, булат! Мастер оставил нам заготовки для оружия. Осталось только выковать его!

- Да-а-а, тут их столько, что для всей дружины хватит, - протянул Фёдор.

- Давай серебряный ключик поищем, - предложил Ярослав.

Вдвоём они внимательно осмотрели доступное пространство. Ключ найти не удалось.

Выбравшись наверх, Ярослав сказал:

- Теперь займёмся Мудрой Книгой. А после надо собрать всех кузнецов в округе и опробовать молотом. Чем быстрее вооружимся, тем быстрее войско Сигеберта сможем прогнать. Зловоние ведь теперь нам не помеха.

Не задерживаясь, четвёрка проследовала к замку Олеария. Фёдор уверенно повёл друзей в сад и остановился у того же дерева, которое в прошлый раз показал Алексей. Он растерянно разглядывал ствол и не находил дупла. Теперь уже и Ярослав всерьёз встревожился.

- Странно это. Надо подумать, прежде чем что-то предпринимать, - сказал он нахмурившись, и занялся доспехами.

В следующую ночь все дозорные были одеты в кольчуги и шлемы Мастера. Она прошла спокойно.

Утром Ярослав сидел в избе в ожидании сотников, ещё не явившихся на совет. Радостный Гордей вбежал в комнату:

- Войско Жути снялось с места и ушло назад! Кажется, они передумали нападать на нас!

- Не вижу повода для радости. Скорее наоборот. После того, как враги поняли, что Сигеберта больше нет, думаю, замыслили что-то недоброе. Успеть бы, вооружиться, - не разделил его оптимизма Ярослав.

Он понимал, что так легко Жуть не отступится, главная битва, а возможно, и не одна ещё впереди.

Воевода

Прошло несколько дней. В кузнице у замка Лавритаса кипела работа. Четыре кузнеца, которых удалось найти по округе, трудились от зари до зари, выковывая наконечники для копий и стрел, мечи и лёгкие щиты, защищающие от острых ножичков и другого оружия врага. До кольчуг и шлемов дело пока не дошло. На совете было принято решение в первую очередь обеспечить дружину оружием, наносящим урон Жути. И его количество быстро увеличивалось. Каждое утро Ярослав наведывался в кузницу, опрыскивал живой водой готовые изделия и раздавал их ратникам. Как ни старался он экономить волшебную влагу, её количество быстро уменьшалось, и надо было как-то решать эту проблему. С такими мыслями возвращался Ярослав в лагерь из кузницы в очередной раз. Необычное оживление у ворот ещё издали привлекло его внимание. Подъехав ближе, Ярослав увидел Якова, который сновал между многочисленными повозками.

- Рад тебя видеть! – окликнул он купца, - с возвращением! Гляжу, не пустым вернулся. Откуда такой большой обоз?

- Ой, и не спрашивай, - замахал руками Яков, - не мои это повозки. Купцы из Даретта со мной увязались. В Южном княжестве начал созревать урожай. На местном рынке овощей и фруктов в избытке, а везти их куда-то, торговцы боялись. Уж как обрадовались моему появлению. Жаль, если такой урожай пропадёт. Он ведь долго храниться не может. Вот и упросили меня сюда их проводить. Я не смог отказаться.

- Вот тебе и на, - задумался Ярослав, - где же мы столько народа разместим?

- Об этом не тревожься. Купцы мигом шатры свои поставят, только место укажи, а то сотники твои только плечами пожимают. Не хотят на себя ответственность брать.

- Пускай вон на том лугу шатры ставят, - Ярослав указал на равнину, которая простиралась от дороги к берёзовой роще.

- Думаю, им это место понравится, - одобрил его решение Яков и добавил, - и вот ещё что. Я того птичника, у которого мы воду в колодце набирали, подобрал.

- Что значит подобрал?

- Ещё когда в Даретт ехали, увидели на месте его дома пепелище. Он, бедняга, рядом сидел. Голову опустил, ничего вокруг себя не замечал. Я остановил свой обоз и о пожаре стал расспрашивать, только всё зря. Молчит, как будто не слышит. Мы с ребятами его в повозку усадили. Сначала хотели в Даретте оставить. Но он словно неживой сделался. Жаль стало человека бросать. Пропадёт один. Потому сюда и привезли.

- Почему же его дом сгорел?

- Не знаю. Молчит до сих пор. Почти ничего не ест. Наверное, все его птахи погибли в пожаре, вот и убивается из-за них.

- Ну что ж, отведи птицелова в комнату воеводы. Пускай за лазаретом присматривает.

- Не знаю, справится ли. За ним самим пригляд нужен, - покачал головой Яков.

- Ничего. В рощу сводим. Наловит себе других пташек. Глядишь, про горе своё забудет, - рассудил Ярослав.

- Да-а-а-а, видать, не может он без них, - с сочувствием в голосе проговорил Яков.

В этот момент его окликнул чернобородый рослый человек находившийся неподалёку.

- Не буду отрывать тебя от дел. Вечером расскажешь о своём путешествии. А мне охрану каравана надо наладить, - сказал Ярослав и проследовал мимо нагруженных повозок к воротам.

Стратоник и Гордей дожидались его возвращения у крыльца избы воеводы. Они были недовольны появлению большого количества народа.

- Не хватало ещё здесь этого шумного сборища, - проворчал Стратоник.

- Я тоже не в восторге. Но раз уж они приехали, нам придётся обеспечивать их безопасность, - отозвался Ярослав.

- Надеюсь, долго не задержатся, - поддержал разговор Гордей, - кому они здесь свою зелень продавать собираются? Почти все деревни пусты.

- Это не наша забота. Хотя, запас овощей в лагере не помешает. Попрошу Якова, пускай займётся, - сказал в ответ Ярослав.

К вечеру гомон у лагеря стих. Несколько десятков шатров были установлены на лугу. Уставшие от долгой дороги люди отдыхали. Небольшой отряд ратников охранял их покой.

Поговорив с Яковом, Ярослав выяснил, что всадники Жути перестали делать набеги на близлежащие земли. Теперь, когда их путь между двух озёр контролировался дружиной, а другой дороги в Западное княжество не существовало, Ярослав был уверен, что опасность на время отступила. Барьер, создаваемый Мудрой Книгой, не позволит большому войску врага продвинуться вглубь Альтанийских земель. Необходимо было как можно быстрее вооружить всю дружину, выступить вперёд и внезапно нанести Жути мощный удар, разбить вражеское войско и избавить земли Альтании от захватчиков. А для этого нужна была живая вода. Ярослав решил утром следующего дня отправить повозки с пустыми бочками в Каменную пустыню к источнику. Его волновало лишь одно обстоятельство, как Морозники отнесутся к появлению людей. Позволят ли пересечь Зелёную долину. «Надо идти самому», - подумал Ярослав перед тем, как сон полностью овладел им.

Утром он поделился своим решением с друзьями, но те отвергли эту идею.

- Тебе нельзя оставлять лагерь. Мало ли что тут может случиться. Мы сами справимся. Подумаешь, Морозники, - возразил Корнил.

- Жуть куда опаснее, - поддержал его Алексей.

- Будь, по-вашему. Собирайтесь в дорогу. А я – на совет, - сказал Ярослав и удалился.

Через некоторое время обоз, состоящий из двух повозок с пустыми бочками и трёх конных, охраняющих их, покинули лагерь. Корнил, Алексей, Кузьма, Лукьян и Флавиан под началом Фёдора отправились к источнику за живой водой.

Долго смотрел вслед удаляющемуся обозу Ярослав. Как же ему самому хотелось присоединиться к друзьям, чтобы быть рядом с ними в трудную минуту, но он был в ответе за дружину, и это сейчас было важнее всего остального.

Его грусть прервал Гордей.

- Там тебя человек из кузницы дожидается, - сообщил он.

- Неприятность принёс? – встревожился Ярослав.

- Какой-то ключик кузнец нашёл.

- Ключик – это хорошо, - на ходу бросил Ярослав и быстро пошёл к лагерю, не обращая никакого внимания на оживление, царившее у образовавшегося на лугу рынка, где купцы вели бойкую торговлю. Покупателей у них было предостаточно. Люди из владений Лавритаса и Олеария, а также не занятые обязанностями ратники стеклись к шатрам, чтобы что-то купить или просто поглазеть, потолкаться, разузнать последние новости и послушать рассказы торговцев, одетых в необычные для этих мест, слишком просторные, одежды.

- Где человек из кузницы? – спросил Ярослав, оказавшись на площадке у крыльца, на которой кроме трёх караульных никого не было.

- Он в избе дожидается, - отозвался один из них.

Ярослав и следовавший за ним Гордей вошли в комнату. На скамье сидел голубоглазый парнишка и робко озирался по сторонам.

- Ты из кузни пришёл? – спросил его Ярослав.

- Я, - ещё сильнее оробел тот, - меня Иваном зовут. Вот что мы утром под слитками нашли.

Парнишка бережно развернул тряпицу, лежащую на столе, осторожно взял в руку и протянул Ярославу серебряный ключик.

- Спасибо, очень нужная вещь. Что-то я тебя в кузне ни разу не встречал, - сказал Ярослав. Он сразу, с первого взгляда определил, что этот ключ от Мудрой Книги.

- Я – сын кузнеца Игната. Помогаю ему, когда на конюшне управлюсь.

- На конюшне?

- Ну да. Я у господина Лавритаса за лошадьми присматриваю.

- А сам-то чего хочешь? На конюшне или в кузне работать?

- В кузне, конечно. Только господин Лавритас …

- Завтра утром попрошу его, чтобы определил тебя в помощники к отцу. Нам хорошие кузнецы нужны, - перебил его Ярослав.

Парнишка заулыбался и принялся кланяться.

- Ты это оставь, - нахмурился Ярослав, - Гордей, сведи Ивана на кухню, пускай накормят, как следует.

«Ключик есть, но где же сама Книга?» - подумал он, когда остался один, хотя не сомневался, что искать её надо в саду у замка Олеария, куда вскоре и отправился.

Ярослав собственноручно ощупал всё дерево, забрался по раскидистым ветвям к самому его верху, но ничего того, что могло бы раскрыть тайну исчезновения дупла, не обнаружил.

- Остаётся попробовать проделать отверстие самим, - предложил Олеарий, когда закончив поиски, молодые люди отдыхали в беседке.

- Нет. Этим мы только навредим. Должен быть другой выход, - ответил Ярослав и, немного подумав, добавил, - надо наведаться в библиотеку к старому Евтихию. А если не он, так кто-нибудь другой поможет. Я уверен, рано или поздно мы сумеем достать Мудрую Книгу.

- Как знаешь, - согласился Олеарий.

- Дерево портить не дам! – воинственно заявила Соня.

Она и Милана сидели в сторонке, занимались рукоделием и до этого момента не принимали участия в беседе.

- Никто не собирается этого делать. Ты же слышала, что Ярослав сказал, - строго посмотрел на сестру Олеарий.

- Запамятовал, как оно называется. Соня, напомни, пожалуйста, - вмешался Ярослав.

- Ар-же-не-ци-я, - по слогам произнесла девушка, - это же так просто!

- Арженеция, арженеция …, - несколько раз повторил Ярослав и украдкой взглянул на Милану. Она сильно огорчилась от того, что её не взяли в поход к источнику в Каменной пустыне. Надутые губы, сдвинутые брови, низко опущенная голова красноречиво говорили об этом. Но Ярославу Милана, похожая на обиженного ребёнка, нравилась ещё сильнее. Будто магнитом тянуло его к этой девушке и, чтобы избавиться от нахлынувших чувств, он поспешил ретироваться и вернуться в лагерь.

На рассвете Ярослава разбудили шаги снаружи. Не дожидаясь, он вышел из жилища. Запыхавшийся Фёдор спешил навстречу.

- Что случилось? – спросил его Ярослав.

- Мы чуть на войско Жути не напоролись! – воскликнул тот.

- Пойдём в избу, расскажешь, как это произошло, - повёл его к штабу Ярослав.

Когда они сели за стол, Фёдор поведал:

- Всё было хорошо. Мы двигались без остановок и к вечеру преодолели довольно большое расстояние. Я начал присматривать место для ночлега. Как вдруг все услышали какой-то непонятный звук. Будто что-то шелестело или гудело впереди. Алексей ехал первым. Он поднял руку. Повозки встали. Потом мы спешились и вдвоём с Алексеем прокрались через кусты поближе, выглянули, а там…

Фёдор смолк, собрался с мыслями и продолжил:

- Воины Жути ровными рядами быстро двигались мимо нас. Они сливались с вечерними сумерками и походили на сплошную чёрную полосу.

- Где это случилось? Что с обозом? – с тревогой в голосе проговорил Ярослав.

- С обозом полный порядок. Нам повезло. Кустарник, за которым проходила дорога, крыл повозки от вражеских глаз. Лошади, будто поняли, что опасность рядом, вели себя тихо. Мы отвели их в ближайший лес. Потом я поскакал в лагерь, чтобы сообщить обо всём тебе.

- Не понимаю, ничего не понимаю. Как они там оказались, неужели барьер Мудрой Книги разрушен, - Ярослав встал и принялся расхаживать по комнате.

- Думаю, они обошли его. И что странно, воины передвигались пешком. Ни одного всадника я не видел, - поделился Фёдор.

- Надо поднимать сотников, - заявил Ярослав и направился к двери, которая распахнулась перед ним.

На пороге стоял испуганный Само.

- Ты как здесь? – удивился Ярослав.

- Беда! Воины Жути переправились через Быстринку!

- Откуда такие сведения?

- Карлики видели. Среди ночи примчались в замок к Олеарию.

- Выходит, Жуть намерена взять нас в кольцо, или того хуже, обойдя наш лагерь, хочет захватить Восточное княжество. Это надо выяснить как можно скорее, - высказал свою догадку Ярослав и крикнул дежурившему снаружи караульному, - буди сотников! Пускай срочно собираются в штаб!

- А мне что делать? Что Олеарию передать? – растерянно посмотрел на него Само.

- Карлики где сейчас? В замке или уже ушли? – в ответ спросил Ярослав.

Как всегда бывало с ним в трудную минуту, смятение улеглось. Голова работала чётко, внутренняя сила, исходившая от Ярослава, придавали уверенности окружающим.

- У нас были. Сейчас не знаю, - отозвался Само. Он больше не испытывал страха.

- Скачи быстрее назад. Пускай Олеарий отправит с ними к Быстринке небольшой отряд для наблюдения за передвижениями врага.

- Ясно, - кивнул Само и, не задерживаясь, вышел.

Скоро изба наполнилась разбуженными сотниками. Обрисовав ситуацию, Ярослав распорядился:

- Гордей! Срочно пошли людей к дозорным. Надо выяснить расположение врага вокруг территории, защищаемой Мудрой Книгой. И ещё. Отправь с десяток ратников с Фёдором к обозу. Их задача охрана обоза, а также разведка местонахождения Жути с той стороны.

- Как быть с повозками? Разворачивать назад? – поднялся из-за стола Фёдор.

- Осмотрите местность. Если воинов Жути по близости нет, двигайтесь дальше к Каменной пустыне. Живая вода очень нужна. Если же Жуть взяла нас в кольцо, немедленно возвращайтесь.

Когда Гордей и Фёдор отправились выполнять распоряжение, Ярослав обвёл взглядом остальных сотников и сказал:

- Как же так. Перед тем, как устанавливать ловушки, вы дружно меня заверяли, что кроме как между двух озёр, Жуть больше нигде пройти не сможет. Вода и болота не позволят. Что скажете теперь? Как враг в обход нас проник на наши земли?

- В болотах есть тропы, о которых мало кому известно. Видно, ими супостат и воспользовался, - предположил Котрат.

- Что за тропы, почему я узнаю о них только сейчас?

- Контрабандисты по ним проносили тайно самоцветы в королевство Рудирика. Где проходят эти тропы в нашем лагере никто не знает. Как враги прознали про них, остаётся только гадать.

- Не знал, что поблизости ведётся добыча драгоценных камней, - удивился Ярослав.

- За Вержин-Градом есть Розовое озеро, получившее своё название из-за цвета воды. В каменистых берегах этого небольшого озерца можно отыскать самоцветы. Но особенно богато ими его дно. Когда озеро уходит, множество народа стекается к тому месту, желая найти камни и разбогатеть. Контрабандисты несут самоцветы в соседнее королевство, чтобы сбыть их в обход княжеской казны. Там за них можно выручить гораздо больше монет. Выходит, кто-то из них и указал дорогу воинам Жути, другого ответа у меня нет, - закончил говорить Котрат.

- Неужели люди помогают Жути! О чём они думают! – возмутился кто-то.

- Разберёмся с этим позже. Как я мог забыть о Вержин-Граде, - Ярослав нахмурился, - город расположен на пути Жути и находится за барьером Мудрой Книги. Расстояние от нас до него слишком велико. Надо предупредить Князя Елизара о приближении врага! Стратоник! Бери троих ратников и что есть духу, скачите в Вержин! Город в большой опасности!

- Понял, - сотник тут же вскочил с места.

- Подожди! Передай Елизару, что все жители быстро должны покинуть город. Кто не может уйти далеко, пускай собираются у нашего лагеря. Здесь безопаснее. Это относится и к дружине.

- Рассказать Князю о Мудрой Книге?

- Времени сейчас на долгие разговоры нет. Потом узнает и о Книге и об оружии Мастера. Просто сошлись на меня. Постарайся поскорее вернуться. Ты здесь нужен, - закончил Ярослав, затем велел сотникам привести дружину в состояние боевой готовности.

Чуть позже прискакал гонец от дозорных. Он доложил, что со стороны замка Доброслава никаких передвижений вражеских войск не замечено. Вслед за ним прибыл Олеарий и сообщил полученную с берега Быстринки информацию: утром армия Жути остановилась на отдых. Также и гонец Фёдора принёс известие о том, что путь к Зелёной долине свободен, чёрных воинов поблизости нет, и обоз продолжил свой путь. Вражеское полчище ушло на восток и там встало. Стало ясно – злобные колдуны двинули своё войско вглубь Альтании. Тогда Ярослав вместе с частью дружины, в количестве тысячи с небольшим человек, которую удалось обеспечить оружием из булатной стали Мастера, выдвинулся в сторону Вержин-Града.

Охрану территории между двух озёр он поручил Олеарию. Лавритас же должен был следить за тем, чтобы кузница работала без перебоев и днём и ночью, опрыскивать живой водой выкованное оружие, раздавать его ратникам и отправлять их к Вержину для подкрепления дружины. Будто драгоценность передал Ярослав Лавритасу оставшиеся две фляжки с живой водой. Её хватит, чтобы окропить не более двухсот изделий. У Жути, по данным полученным от гонцов, общая численность войска составляет около десяти тысяч воинов. Силы были не равны, но пропускать врага, который превратит земли в выжженную пустыню, не попытавшись остановить его, Ярослав не собирался. Во главе дружины он ехал к Вержин-Граду. Сотникии ратники молчали, говорить никому не хотелось. За ними, чуть поотстав, тянулись повозки с провизией и водой.

Впереди показались четыре всадника. Они быстро приближались.

- Никак Стратоник от Елизара возвращается, - присмотревшись, определил Гордей.

После его слов и Ярослав разглядел знакомые черты в скачущем галопом всаднике. Стратоник подъехал ближе и крикнул:

- Князь Елизар велел тебе срочно к нему явиться!

- Зачем?! – с недовольством спросил Ярослав. В его планы такой визит не входил.

- Не знаю. Только ты должен быть у него как можно скорее!

- Ну, тогда проводи меня, - пробурчал Ярослав и, оглянувшись, добавил, - Гордей, ты за старшего. Ещё немного продвинетесь вперёд, разворачивайте лагерь. Да смотри, за защитный барьер Мудрой Книги дружину не выведи!

- А ты надолго? – растерялся Гордей.

- К ночи вернусь! – удаляясь, пообещал Ярослав.

Вержин-Град стоял на холме и был виден издали. Новая высокая крепостная стена из красного камня окружала его. Ярослав и Стратоник въехали в открытые ворота. Два караульных дремали, устроившись на траве по обеим сторонам от них. На улицах протекала обычная городская деловая жизнь. Лишь несколько богатых экипажей, сопровождаемых конной охраной, спешно проследовали мимо, направляясь к воротам.

«Почему Елизар не предупредил жителей о приближении вражеского войска. Его медлительность может стоить им жизней. И Мудрую Книгу, как назло поглотило дерево. Я не могу перенести её ближе, чтобы Вержин оказался под защитой», - подумал Ярослав, пока они ехали по мощёной улице к центру города.

- Вон видишь терем? - указал рукой вперёд Стратоник, - это хоромы Елизара.

- Высокий, - отозвался Ярослав, разглядывая позолоченную крышу в виде купола и окна с разноцветными стёклами.

У резных вызолоченных ворот стояли два стражника.

- Кто такие? – спросил один из них.

- Сотник Стратоник и Тысяцкий Ярослав. Прибыли по приказу Князя, - назвался Стратоник.

Стражник скрылся за воротами. Через несколько минут он вернулся, внимательно осмотрел скучающих в ожидании посетителей и спросил:

- Кто из вас Ярослав?

- Я!

- Иди за мной. А ты здесь дожидайся, сотника к Князю пропускать не велено.

Стражник провёл Ярослава по широкому двору к крыльцу, где стоял человек в зелёном сюртуке и белых перчатках.

- Пожалуйте сюда! – заискивающе улыбнулся он.

Скоро Ярослав оказался в большой светлой княжеской палате. Он остановился, поражённый её роскошью. Расписанные дивными красочными картинами стены, вылитые из золота статуи людей, птиц и животных, невиданной красоты занавески, усеянные драгоценными камнями, искусной работы огромный ковёр, застилающий пол. Такого великолепия Ярослав никогда не видел и теперь стоял, потеряв дар речи и не смея пошевелиться.

- Ты приехал быстрее, чем я ожидал, - высокий стройный брюнет с маленькой бородкой, которая очень шла ему, встал со своего кресла, отделанного золотом, и приблизился к Ярославу.

«Елизар», - догадался тот и только теперь обратил внимание на вельмож, которые чинно восседали на высоких стульях вдоль стены и с любопытством рассматривали одетого в кольчугу, похожего на могучего богатыря, Ярослава.

- Может быть, это и к лучшему, - продолжил говорить Князь, - мы как раз собрались обсудить известие, которое принёс твой гонец. Он сообщил, что Жуть движется на Вержин-Град.

- Я подтверждаю его слова. Через несколько часов вражеское войско будет здесь. Нельзя терять ни минуты, надо спасать жителей, - уверенно проговорил Ярослав.

- А вот я сомневаюсь, - возразил один из присутствующих, вставая, - если бы Жуть была рядом, мы бы задохнулись от зловония.

Взглянув на него, Ярослав узнал Свенельда.

- Смрад от Жути больше не исходит. Заклятье вызывающее его снято. Повторяю, медлить дальше нельзя. Жители города в опасности.

- Если смрада нет, нам нечего опасаться. Закроем ворота и отсидимся за высокими стенами. Наша дружина сможет защитить город, - снова сказал Свенельд.

- Боюсь, что это не так. Простое оружие твоих ратников отскакивает от существ, из которых состоит войско колдунов, не причиняя им вреда. Дружина бессильна и не устоит перед их натиском, - разъяснил Ярослав.

- Хочешь сказать, что только ты сможешь остановить Жуть?! Не много ли на себя берёшь?! – глаза Свенельда зло заблестели.

- У меня пока поражающего их оружия тоже маловато. Единственный мой козырь – внезапность, - грустно улыбнулся Ярослав, - и я продолжаю настаивать на том, что город надо покинуть всем, в том числе и дружине.

- Твоё мнение нам понятно. Выслушаем остальных, - прервал их спор Елизар, - что думаешь ты, Назарий.

- Как военачальник, который занимает эту должность не один год, я могу сказать, что полностью доверяю дружине и Свенельду. Он уже однажды спас нас от Жути и я согласен с его планом. Ярославу не верю, - медленно проговорил тучный человек с обвисшими щеками, скорее всего страдающий какой-то хронической болезнью, из-за чего с трудом встал и долго усаживался.

- Хорошо. Геронтий, говори, - приказал Елизар.

- Я доверяю Ярославу и собираюсь присоединиться к нему, - поднявшись, сказал невысокий коренастый воевода, всем своим видом напоминающий простого ратника.

- Ну что ж, ты – представитель Южного княжества и можешь распоряжаться своей дружиной, как посчитаешь нужным. Теперь выслушаем посланника Восточного княжества. Одихмант, тебе слово.

- У меня нет дружины. Я прибыл сюда, чтобы разузнать обстановку и предложить помощь нашего княжества, которую отказался предоставить наш прежний князь Мирослав, - Одихмант смерил Ярослава презрительным взглядом и продолжил, - сегодня я покидаю Вержин-Град и отбываю домой. Как и прежде я советую…, нет, настаиваю на том, чтобы Князь Елизар отправился со мной для переговоров с молодым Болеславом, который сейчас управляет Восточным княжеством. Могу заверить, что мы готовы выделить дружину и другую посильную помощь и не собираемся оставаться в стороне, когда ратники остальных княжеств Альтании гибнут в этой войне. Ещё хочу сказать, что не верю выскочке, который даже не преклонил колен перед Князем.

С гордо поднятой головой Одихмант закончил свою речь и плюхнулся на своё место.

- Выслушав все стороны, я принял следующее решение! – провозгласил Елизар, - назначаю главным воеводой Свенельда! Вверяю ему оборону города и всего княжества! Я же вместе с Одихмантом незамедлительно отбываю в Восточное княжество за подмогой! Посему мы удаляемся и оставляем вас для согласования дальнейших действий! Мой советник Трефил выдаст вам знамёна!

Елизар смолк и сразу же направился к выходу. Одихмант засеменил следом. Двигаясь мимо Ярослава, он пристально, с вызовом посмотрел на него. Но где-то в глубине этого взгляда был спрятан страх. В голове Ярослава мелькнула мысль: «Боится меня. Но как он узнал кто я?»

- Поясни, откуда нам ждать войско Жути? – в эту минуту спросил Свенельд, а когда узнал, что враг наступает с двух сторон, сказал, - не будем ждать его здесь. Ярослав и Геронтий, приказываю вам остановить часть полчища, что справа. Я же со своей дружиной возьму на себя левую его часть.

- Ты погубишь дружину! – не выдержав, воскликнул Ярослав.

- Молчать! Будешь командовать, когда дослужишься до воеводы! А теперь идите, выполняйте приказ! – побагровел Свенельд.

Ярослав и Геронтий вышли. Человек в зелёном сюртуке, который стоял у двери, проговорил:

- Следуйте за мной!

Бесшумно ступая, он привёл их в соседнюю комнату, посередине которой стоял дубовый стол.

- Подойдите ко мне! – подозвал старик в богатых одеждах, сидевший за ним.

Когда Ярослав и Геронтий приблизились, он передал два скрученных вокруг древка знамени.

- Я – советник Князя Елизара Трефил вручаю вам эти стяги. Это знамя – символ Западного княжества, а вот это – всей Альтании. Берегите и не осрамите их.

Ярослав бережно взял знамёна, прильнул губами к краешку одного из них и передал Геронтию.

- Я должен отдать вам ещё это! – проговорил Трефил и поднял со стола украшенный серебром ларец.

- Что в нём?

- Наградные знаки, которые надо будет вручить героям, остановившим врага.

- Но ведь ещё не время раздавать их! – опешил Ярослав.

- Другой возможности вручить их ратникам, возможно больше не представится. А ведь почитать героев – завет предков, который никто не вправе нарушать, - глаза Трефила наполнились слезами.

Ярослав взял из его рук ларец.

- Идите! Вас долг ждёт! – махнул рукой советник Елизара.

Вечером Ярослав, Стратоник и Геронтий с дружиной возвратились в только что развёрнутый лагерь. Ярослав собрал сотников, представил им Геронтия, рассказал о своём визите к Елизару и о его решении.

- И что? Мы теперь будем подчиняться никчемным приказам Свенельда? – спросил раздосадованный Котрат.

- В какой-то степени да. Не можем же мы сейчас начать воевать друг с другом, - ответил Ярослав, - обсудим это после. А сейчас, будем делать, что он сказал. Пора выдвигаться! Гордей! Отправь вперёд разведывательный отряд. Надо успеть выбрать выгодную позицию, где мы встретим войско Жути и сделать это быстрее, чем они подойдут к Вержину!

Наступила ночь. Большая луна хорошо освещала ржаное поле с ещё не вызревшими высокими колосьями, в котором спрятались лучники Ярослава. Ничего не выдавало их присутствия. Кони паслись поодаль. Там же находилась большая часть дружины, вооружённая копьями и мечами. Они будут сражаться в ближнем бою, если до него дойдёт дело. Разведчики докладывали о каждом шаге вражеского войска. С наступлением темноты оно снова двинулось к Вержин-Граду, через который шла дорога в Восточное княжество. Несколько небольших селений уже пылали. В огне гибли мирные жители. Они не успели или не захотели покидать свои дома, хотя гонцы разосланные Гордеем ещё накануне предупредили всех о приближении беспощадного врага.

Ярослав затаился в поле вместе с ратниками. Он размышлял о том, что ещё не поздно призвать на помощь Вихря и Морозников. Эта мощная сила помогла бы разделаться с Жутью. А если нет? Если колдуны каким-то образам повернут их против дружины? Сомнения одолевали Ярослава, когда послышался громкий шелест и при свете луны стали видны движущиеся мимо поля чёрные ряды.

- Лучники! – крикнул Ярослав и, рассекая воздух, в сторону врага полетел град стрел.

Не ожидавшие нападения, чёрные воины замешкались, остановились, с их стороны послышался жалобный визг. Чёрная копошащаяся масса металась, не понимая, что происходит. Но тут над полем прозвучал громкий трубный звук, подобный тому, что Ярослав уже слышал во вражеском лагере. Воины сразу выстроились в ряды и метнули в сторону поля, блестевшие в ночи, острые ножички. Ратники находились слишком далеко, и оружие чёрных воинов не долетело до них.

Новая волна стрел, выпущенная по приказу Ярослава, накрыла и вновь внесла сумятицу в их ряды. Раздался зловещий трубный звук ещё громче прежнего.

- Они подожгли рожь! – заметив вспыхнувший на краю поля огонь, крикнул Геронтий.

- Все назад! – отдал команду Ярослав.

Ратники медленно начали отходить. Потянуло дымом.

- Скорее! Скорее! – поторопил их Ярослав.

Огонь быстро распространялся. Скоро вражеское войско скрылось за плотной завесой дыма и пламени.

- По коням! Отходим к лагерю! – приказал Ярослав.

Он опасался, что воины Жути возьмут его дружину в кольцо, вырваться из которого будет сложно. Уж лучше пусть гонятся сзади до самого барьера Мудрой Книги. Благо, что все ратники были обеспечены лошадьми, которых пришлось позаимствовать у Геронтия. Его люди, не оснащённые действенным оружием, остались в лагере. Исключение составили сам Геронтий и лучники, получившие по нескольку десятков стрел с наконечниками из кузницы Лавритаса.

Тем временем пожар охватил всё поле. Дружина Ярослава быстро удалялась от него. Трубные звуки то и дело слышались позади.

- Смотрите! Там ещё что-то горит! – вдруг крикнул молодой ратник и ткнул копьём в сторону, где яркое зарево освещало небо.

- Неужели Вержин, - встревожился Ярослав, - Давайте туда!

Сбывались самые худшие его предположения.

- Геронтий! Возьми своих лучников и прикрой нас сзади! Близко к себе их не подпускайте! – приказал Ярослав, пришпорил коня и повёл дружину к пожарищу.

Он не ошибся. Горел Вержин-Град. Стало видно, как из-за его стен поднимаются клубы дыма и пламя, поглощающее город. Людские вопли, причитания и стоны разносились по округе.

- К воротам! – скомандовал Ярослав и понёсся ещё быстрее.

Ужасное зрелище предстало перед его глазами. Из ворот, единственного выхода из города, ограждённого крепкой высокой стеной, выбегали люди. Чёрные ряды Жути стояли слева от них и бросали ножички в обезумевших от страха и боли, вопящих горожан, некоторые из которых были объяты огнём. Оружие чёрных воинов избавляло несчастных от нестерпимых мук и лишало жизни здоровых. Молодые и старые, мужчины и женщины, матери с малышами на руках и дети, потерявшие родителей – все попадали под обстрел. Ратники из дружины Геронтия, которые оставались в лагере, пришли к пожарищу и пытались помочь беззащитным жителям Вержина. Они бросались им навстречу, прикрывая собой, и сражённые, падали. Ни копий, ни мечей которыми можно было бы уничтожить врага, у них не было. Через их простые щиты, ножи проходили, будто сквозь масло. Воины Жути, не встретившие никакого сопротивления, так увлеклись уничтожением людей, что не заметили дружину Ярослава.

- Лучники! – прохрипел он.

От этой бойни его трясло. В ту же секунду в сторону чёрных рядов полетели стрелы.

- За мной! – крикнул он и бросился вперёд, не давая опомниться сбившемуся в кучу, оторопевшему от неожиданной атаки, вражескому войску.

Ненависть к желтоглазым существам вскипела в нём. Вжик! И голова одного полетела вниз. Вжик! Настиг другого убегающего нечестивца клинок Ярослава.

- А-а-а-а, - услышал он у себя за спиной и оглянулся.

Острый ножичек вонзился в грудь ратника и тот, вскрикнув от боли, сник и завалился на бок.

- Ох, - не успев прикрыться щитом, упал другой.

Это охладило пыл Ярослава и он быстро оценил обстановку. Чёрные воины отступали, на ходу оборачивались и бросали ножи, раня ими ратников и их коней. «Их слишком мало. Это не всё войско и они могут заманить нас в ловушку», - подумал Ярослав и крикнул:

- Назад!

О его кольчугу ударился и отскочил ножичек. Доспехи Мастера надёжно защищали. Войско Жути быстро уходило за ближайший лес.

Ярослав велел дружине разделиться на две группы. Одна осталась, чтобы подобрать и отнести в лагерь раненых, а другая вернулась к воротам города.

Светало. Ярослав возвратился в лагерь, вокруг которого разместились уцелевшие жители Вержин-Града. Они сидели и лежали повсюду. Кто-то тихо переговаривался, кто-то молчал, кто-то стонал, кто-то рыдал, а некоторые громко бранились. Все они были в шоке от пережитого. Несколько богатых экипажей стоявших обособлено, бросились в глаза Ярославу, пробиравшемуся сквозь людское скопление. Чтобы никого не задеть, ему пришлось спешиться и оставить Ромку пастись с другими лошадьми под присмотром вооружённых ратников. Он и сам ещё находился под впечатлением страшной картины и никак не мог понять, что делать дальше. Как же сейчас ему не хватало Фёдора и всех без исключения друзей, их поддержки и помощи. Где они сейчас?

- Тысяцкий?! Вернулся! Живой! А я уж было подумал…, - поднялся и направился навстречу полный человек, в котором Ярослав не сразу узнал воеводу князя Елизара, Назария.

Крупные капли пота покрывали его лицо. Видимо, здоровье воеводы ухудшилось.

- Где Свенельд? Что с его дружиной? – спросил Ярослав.

- Пойдём, присядем где-нибудь, обсудим всё по порядку, - отозвался Назарий.

Они прошли к наспех сооружённому навесу, под которым стоял грубо склоченный стол и две скамьи. Несколько сотников сидели здесь и что-то обсуждали. Среди них был Геронтий.

- Рад видеть тебя снова, беспокоился за твой отряд. Все целы? – обратился к нему Ярослав.

- Один ранен. После нашей атаки эти супостаты повернули назад. Пафнутий в горячке погнался за ними, и ножичек попал ему в плечо. У меня ещё вот что есть! – Геронтий поднял с земли и положил на стол тяжёлый заплечный мешок.

- Что там? – спросил Ярослав, не дожидаясь ответа, развязал узел, посмотрел внутрь и тут же отпрянул от неожиданности, - ничего себе! Откуда это у тебя?!

Заинтригованные сотники тоже заглянули в мешок. Он был доверху набит золотыми слитками.

- Неплохой трофей, да? – улыбнулся Геронтий, - когда Жуть отступила, мы за вами к Вержину поскакали. Смотрим, под деревом какой-то мужичонка копается. Любопытно стало, что это он там делает, уж больно время неподходящее выбрал. Мои ребята спешились и к нему. Выяснилось, что мужичонка яму рыл, а рядом с ним мешок этот лежал. Ну, мы золотишко забрали и его тоже сюда доставили.

- Откуда же у него столько золота?

- Говорит, нашёл. Врёт, конечно. Скорее всего, в суматохе ограбил кого-то. Хочешь с ним потолковать?

- Потолкуем. Только чуток попозже. Сначала княжеского воеводу выслушаем, - Ярослав посмотрел на сильно постаревшего Назария, - прежде всего я хотел бы знать, где Свенельд? Уж не отбыл ли он вслед за Елизаром в Восточное княжество? Пока Жуть отступила, надо успеть скоординировать наши действия. Без командующего всеми дружинами сделать это просто невозможно.

- Свенельд погиб, - еле слышно пролепетал Назарий.

- Это верные сведения? – усомнился Ярослав.

- Я тому свидетель, - опустив голову, сказал Назарий, - вот как это случилось. После собрания у князя Елизара, Свенельд с дружиной двинулся навстречу войску Жути. Мне он оставил отряд ратников и приказал ждать у ворот его распоряжений. Если будет надо, быстро скакать ему на подмогу, или закрывать ворота. Прошло какое-то время. Начался пожар. Жители города забили тревогу. Поднялась суматоха. Все хлынули к воротам, в которые, пробираясь сквозь толпу, ратники внесли Свенельда. Из его груди торчали острые штуки, похожие на ножи. Раны оказались слишком тяжёлыми… Он умер тут же, не приходя в сознание… Мы не успели предать его тело земле. Город наполнился огнём дымом и гарью. Я приказал положить Свенельда на каменную скамью близ ворот и всем прорываться к вам в лагерь. Сам не понимаю, как нам это удалось… Лучше бы меня тоже убили… Ошибся… Не поверил тебе… Гибель Вержина и Свенельда на моей совести… Его дружина уцелела частично... Остатки её тоже здесь.

Назарий совсем раскис. Его мучила одышка, из глаз катились слёзы.

- Оплакивать погибших будем потом. Сейчас надо подумать о живых, - твёрдо проговорил Ярослав, - прежде всего, хотелось бы выяснить, кто командует нами теперь.

- Я доверил бы это тебе, - вздохнул Назарий, - но по закону, в таких случаях полагается собрать Верховный совет, пригласить на него всех военачальников и знатных влиятельных людей и с помощью голосования из нескольких кандидатур выбрать одну.

- Тогда не будем терять время! Ты собирай господ и военачальников Свенельда, если таковые имеются, а ты, Гордей, – наших сотников. Объявите по лагерю, пускай приходят все, кто считает, что должен принять участие в избрании главного воеводы! Через полчаса начнём совет! – распорядился Ярослав.

У него появилось немного времени, чтобы снять давившую на плечи тяжёлую кольчугу, передохнуть и собраться с мыслями.

К назначенному времени под навесом и вокруг него собралось большое количество народа.

- Пора начинать! Как самый старший во всех смыслах этого слова, вести совет буду я! – оповестил Назарий и продолжил, - в эту тяжёлую минуту мы собрались здесь, чтобы принять важное решение!

- Ничего не видно и не слышно! – перебил его кто-то из собравшихся.

Громко пыхтя, Назарий, с помощью сотников влез на стол и прокричал:

- Нам надо выбрать воеводу, который возглавит всю дружину! Не буду вести длинные речи и предлагаю возложить эту обязанность на тысяцкого Ярослава! У кого будут другие предложения?

- А почему ты сам не хочешь быть главным воеводой?! – послышалось из толпы.

- Я слишком стар для этого, - опустил голову Назарий.

- Но он не достаточно знатного происхождения, - возразил господин в расшитом золотом камзоле.

- Закон позволяет в военное время занимать эту должность достойному её воину, даже если он не принадлежит к знати. А сейчас как раз такое время, и вести дружину на врага должен тот, кто с этим справится.

- Правильно говоришь! Назначай Ярослава воеводой! – раздалось множество голосов отовсюду.

- Ну что ж. Раз других кандидатур нет, прошу голосовать. Кто за то, чтобы тысяцкий Ярослав вступил в должность главного воеводы?

Над собравшимися поднялся лес рук.

- Вот и славно. Уверен, вы не пожалеете о своём решении. А теперь мой секретарь пронесёт по рядам бумагу о его назначении. Чтобы наше решение вступило в силу, не менее десяти человек должны поставить свои подписи и не только сотники, а и господа. Я первым сделаю это!

Назарий без колебаний быстро подписал документ и обессиленный спустился вниз.

- Не могу сказать, что очень рад своей новой должности, но спасибо вам за то, что доверяете мне! – обратился к выборщикам Ярослав после того, как Назарий вручил ему бумагу с подписями, - не умею говорить пафосных речей, поэтому сразу приступим к делу! Прошу остаться только сотников, остальные могут разойтись!

Когда господа и другие гражданские участники собрания удалились, Ярослав продолжил:

- Я считаю, что самое первое и самое главное, что мы должны сейчас сделать, это всех накормить. Предлагаю развернуть несколько полевых кухонь. Кто возьмётся за это?

С десяток рук взметнулось вверх.

- Хорошо. Приступайте сейчас же. Проследите, чтобы те, кто сейчас находятся в лагере, все без исключения получили порцию горячей еды.

После его слов сотники вдруг почувствовали голод, о котором не было времени подумать раньше. Никто не заметил, что раннее утро закончилось, и наступил ясный солнечный день.

Ярослав посмотрел вдаль и сказал:

- Жуть не двигается. Это можно определить по тем тучам, которые нависли над вражескими войсками. Странно видеть в чистом светлом небе две большие чёрные тучи. Но такая остановка даёт нам возможность перевести дух и приготовиться к следующему столкновению. Прежде всего, надо позаботиться о жителях Вержин-Града и наших раненых ратниках. Гордей! Немедленно отправь гонца к Олеарию. Пускай пришлёт сюда повозки. Столько, сколько сможет найти, ведь многие из людей не смогут сами дойти до основного лагеря, где им пока придётся разместиться. К ночи переживших потрясение горожан здесь уже быть не должно. Нам некогда будет о них заботиться. Ещё одним важным моментом считаю охрану лагеря, ведь небольшие группы чёрных воинов могут проникнуть сюда. Стратоник! Выстави вокруг лагеря усиленные караулы! Остальные проследите за тем, чтобы ваши ратники были накормлены и имели возможность отдохнуть. Через три часа подходите сюда. Подумаем, как лучше ударить по врагу.

- Что делать с золотом и тем бедолагой? – спросил Геронтий, когда все разошлись.

- А-а-а-а, совсем забыл, - устало проговорил Ярослав, - как думаешь, сколько слитков понадобится, чтобы выкупить всю снедь у купцов?

- У каких купцов? – удивился Геронтий, - могу примерно сказать, сколько денег можно выручить за один слиток.

Он открыл мешок, чтобы оценить содержимое, взглянул на золото и изменился в лице.

- Что?! – заметив это, Ярослав тоже склонился над мешком, в котором лежали чёрные комья.

- Уголь, - прошептал Геронтий, - как такое возможно. Я не выпускал мешка из рук всё это время. Ни у кого не было возможности подменить слитки. И даже если бы так случилось, откуда взялся уголь. Его поблизости нет.

- Кажется, я догадываюсь, в чём тут дело. Колдовские штучки. Надо срочно допросить твоего пленного. Если он выведет нас на колдуна то…, - не закончив мысль, Ярослав распорядился, - давай его сюда!

Через несколько минут два ратника-здоровяка привели щуплого мужичка. По сравнению с ними он выглядел очень маленьким и жалким.

- Как тебя зовут? – грозно посмотрел на него Ярослав.

- Катома, - ответил испуганный пленник.

- Где золото взял?!

- Нашёл. На дороге мешок валялся, я и подобрал. Чего добру пропадать. Хотел схрон вырыть, а тут эти налетели.

- Плохое ты золото нашёл. Вот во что оно превратилось! – Ярослав высыпал куски угля на стол.

- За дурака держите! Решили всё себе оставить! – осмелел Катома, - только этот номер у вас не пройдёт! Делим содержимое мешка пополам! Сейчас я вас выведу на чистую воду!

Он сунул руку в карман и вытащил чёрный камень, потом второй, третий. С досадой швырнув их на землю, Катома зло сощурился:

- Ах, вот значит как! Обманул подлюка проклятый!

- Хватит браниться, давай, выкладывай всё начистоту, с самого начала. За что тебе колдун золото заплатил? Какую услугу ты ему оказал?

Глаза Катомы забегали, он почесал макушку и спросил:

- А ты откуда знаешь?

- Сорока на хвосте принесла. Некогда мне с тобой тут сидеть. Или говори, или голова с плеч. У нас с контрабандистами и предателями разговор короткий.

- Всё, всё расскажу, только смилуйся, не губи! – мужичок упал на колени.

- Давно ты с колдуном этим дружбу водишь?

- Нет меж нами дружбы. Да и не я один ему камешки носил.

- За себя говори! С другими после разберёмся!

- Ну, вот значит, понёс я как-то самоцветы в Королевство Рудирика.

- Через болота?

- А как же иначе туда незаметно проберёшься? – вздохнул Катома, - в тот раз меня супостаты и схватили. Нашли у меня камешки и сразу к нему повели, к этому…, как его…, Анахарсису. Он, значит, главный у них. По-нашему понимает. Рассмотрел он все самоцветы, выбрал два зелёных, хорошо заплатил и велел все камни, какие добуду ему показывать. Вот с тех пор и стал я самоцветы этому Анахарсису носить. Только он все не брал, а некоторые, в основном зелёные выбирал и хорошо за них платил. Золотом настоящим.

- Как он выглядит?

- Высокий очень. Пожалуй, раза в три выше меня. Тощий, руки длиннющие. Глаза жёлтые такие, аж не по себе делается, и лоб всегда чёрной повязкой закрыт.

- Хорошо. Что дальше было?

- С неделю назад принёс я ему самоцветы, а он мешок с золотом передо мной выставил и сказал, что если я их через болота проведу, то получу его в награду. А если откажусь, то могу распрощаться с жизнью. Делать нечего. Я и повёл… Остальное вы сами знаете…, - снова горестно вздохнул Катома.

- Что ещё про колдуна сказать можешь? Где он сейчас?

- С армией своей у Вержин-Града стоит. Только я им одну тропу показал. Кто с другой стороны привёл супостатов, мне не ведомо. Этот колдун, смекаю я, сильно самоцветы любит. Очень интересовался одним камнем.

- Каким именно?

- Камень называется – Глаз змея. Недалече от Розового озера городишко есть. Когда-то давно Локмир большим городом был. С тех времён на его главной площади сохранилась огромная статуя женщины. Во лбу у неё Глаз змея, будто звезда, сиял. Какое-то время назад, одним прекрасным утром горожане обнаружили, что у статуи нет головы. Она исчезла вместе с камнем. Найти её не удалось по сей день. Сказывают, это Лиса работа. Есть тут у нас один мастер своего дела, из-под носа может, что угодно украсть, и никто не заметит. Сам он, конечно, этот факт отрицает, и доказательств никаких против него нету. Очень большую награду обещает Анахарсис за Глаз змея. За ним он сюда и явился, - закончил свой рассказ Катома.

- Так-так, камень, говоришь, ему нужен, - задумался Ярослав, - вот как мы поступим. Пойдёшь сейчас к колдуну и скажешь, что встретил человека, который готов продать Глаз змея за хорошую цену. Только никому не доверяет и хочет встретиться с ним лично. Скажешь, что продавец будет ждать его…ну, хотя бы у того дерева, где ты хотел мешок закопать. Сам приведёшь его туда. Я встречу вас. Дальше не твоя забота.

- Так он же не поверит мне… Он же золото вон, какое подсунул…, - испуганно замотал головой Катома.

- Скажешь, что всё золото пока зарыл и ещё хочешь подзаработать. Сделай так, чтобы поверил. Тогда, может, искупишь свою вину… частично.

- Когда его к дереву привести, утром?

- Зачем до утра ждать, сразу веди. Ребята проводят тебя и будут издали охранять. А там уж всё от тебя зависит. Постарайся быть убедительным.

- Да что там рассуждать, сам вляпался, - посмотрел на чёрные комки угля Катома, - ты убей его гада. Отомсти за Вержин.

- Иди уже! Время дорого! – поторопил Ярослав.

Катома громко вздохнул и отправился к Анахарсису, а Ярослав с Геронтием и небольшим отрядом лучников поскакали к дереву, у которого была назначена встреча.

Одинокая берёза стояла посередине обширного луга.

- Да-а-а, место выбрано неудачно, - сокрушённо проговорил Геронтий, - лучников спрятать некуда.

- С одной стороны это так, но с другой – колдун тоже не сможет своих воинов укрыть, - ответил Ярослав.

Пришлось Геронтию с отрядом остаться в лесу, который находился на довольно большом расстоянии от берёзы.

- Ох, не нравится мне всё это, - выказал своё недовольство он, - не сможем мы быстро на помощь тебе отсюда добраться. Может нам на дерево залезть?

- Нет. Спугнём его и провалим всё дело. С одним-то колдуном я справлюсь. Ваша помощь понадобится, если чёрные воины появятся. Понятно?

- Да уж, куда понятнее, - покачал головой Геронтий, которому эта затея казалась слишком опасной.

Оставив Ромку в лесу, Ярослав подошёл к дереву. В руках он держал ларец, награды из которого были временно переложены в пустой заплечный мешок. Ярослав надеялся, что передаст ларец Анахарсису и пока тот будет открывать его затейливый замок, Мечом Трёх Чудес нанесёт смертельный удар. Если же что-то пойдёт не так, в голенище сапога находится нож, который не раз выручал в безвыходных ситуациях.

Пригревало солнышко. Весело щебетали пташки. Лёгкий ветерок играл листвой одинокой берёзы. Лишь почерневшие руины сожжённого Вержин-Града и всё ещё поднимающийся над ними дым, служили скорбным напоминанием о жестокой войне. Ярослав ждал. Время тянулось медленно. По мере того, как опускалось солнце, таяла надежда избавиться от ещё одного злобного колдуна Жути. Но вот послышались шаги, и Ярослав увидел две фигуры, шагающие по дороге в его сторону. В маленькой и щуплой он сразу узнал Катому, высокая фигура, закутанная в чёрный плащ, без сомнения принадлежала Анахарсису. От предвкушения встречи, сердце сильно заколотилось. Ярослав попытался взять себя в руки, и хладнокровие вернулось к нему.

- Ты назначил встречу? – неприятным голосом спросил подошедший колдун.

Катомы рядом с ним уже не было.

- Ну, я.

- Камень у тебя?

- Да.

- Давай его сюда.

- Сначала ты мне золото.

- Вот твоё золото! – колдун бросил на землю тяжёлый мешок.

- Держи камень, - Ярослав подал ему ларец.

- Обманщик! – Анахарсис взял ларец и тут же, не открывая, отбросил его в сторону. Ещё мгновение ему потребовалось, чтобы сбросить плащ и начать перевоплощаться в змееподобное существо. Не ожидавший этого Ярослав сделал шаг назад. Большая змеиная голова уставилась на него двумя огромными жёлтыми глазами. На лбу зияла чернотой пустая глазница. Видимо там когда-то располагался третий глаз. Несколько секунд, как завороженный смотрел он на чудовище, наконец, собрался и хотел выхватить Меч. Но тот не поддавался, как будто что-то мешало ему. Ярослав посмотрел вниз. Длинный змеиный хвост обхватил его ноги. Плотно сжимаясь, он продолжал медленно обвиваться выше и выше.

- Как ты посмел шутить со мной? – прошипело чудовище, - не тот ли ты избранный, который убил Сигеберта и доставил нам столько неприятностей?

- Да, это я! – воскликнул Ярослав, пытаясь вырваться из «стальных» обручей.

- Глупец! Что ты о себе возомнил?! Я уничтожу тебя, и никто больше не сможет остановить нас! – прошипел колдун.

Его голова приблизилась, а большие вертикально вытянутые чёрные зрачки гипнотически смотрели в упор. Кольца змеиного тела сдавили грудь. Ярослав упал и зажмурился, чтобы не видеть торжество злодея. Он понимал, что Геронтий и лучники из леса не могут рассмотреть того, что здесь происходит и не придут ему на помощь. Ещё мгновение, и крепкий обруч сдавит горло. Ах, как же не хотелось умирать!

- У-у-у-у, - вдруг завыло чудовище, и его хватка ослабла.

Открыв глаза, Ярослав увидел торчащую из пустой глазницы на лбу колдуна, стрелу. Огромный змей уронил голову вниз. Его тело, покрытое мелкими тёмно-зелёными чешуйками, обмякло. Ярослав высвободился из плена. Чудовище быстро превращалось в тлен. Скоро от него осталась лишь небольшая кучка пепла, на которой лежала стрела, убившая его. Откуда она прилетела? Кто выпустил её? Сколько ни вглядывался Ярослав в быстро сгущающиеся сумерки, рассмотреть никого не удавалось. Он уже собирался идти к лесу, когда услышал у себя над головой шорох. Затем с одной из крепких ветвей дерева спрыгнул незнакомый человек.

- Это ты спас мне жизнь? – задал глупый вопрос Ярослав.

Человек рассмеялся:

- Ну, извини, если помешал твоим планам.

- Кто ты? Как оказался здесь? – рассматривая незнакомца, снова спросил Ярослав.

- Я спал под этой берёзой, пока ты со своим отрядом не разбудил меня. Чтобы узнать, что вы замышляете, я залез на дерево и притаился. Потом стало интересно, кого это ты дожидаешься. Когда увидел колдуна, обрадовался, ведь я давно за ним охочусь, а тут такая удача, - энергично жестикулируя руками, поведал спаситель.

Он был среднего роста, не слишком мускулист, но очень подвижен. Зелёные глаза, задорная улыбка и золотые кудри, обрамляющие молодое лицо, которое, должно быть, очень нравилось женщинам, совсем не портил небольшой шрам над правой бровью.

- Если бы не ты… Как я могу отблагодарить? – вспомнил о смертельной хватке злобного змея Ярослав.

- Возьми меня к себе в отряд! – тут же выпалил незнакомец.

- С этой минуты ты зачислен в мою дружину. Пойдём отсюда, меня отряд заждался, - сказал Ярослав, поднимая ларец, и добавил, - как к тебе обращаться? Назови своё имя.

- Для всех я – Лис.

- Лис?! А имя у тебя есть?

- Не помню его. Зови как другие Лисом, - рассмеялся новый знакомый, подобрал стрелу и пошёл за Ярославом.

- Хотелось бы узнать, что ты знаешь о колдуне и том камне, который он искал, - полюбопытствовал тот.

- Это длинная история, - отозвался Лис.

- Хорошо. Поговорим потом.

Геронтий и лучники ехали навстречу. Ярослав хотел рассказать им о своём спасителе, но появившийся из темноты гонец, завидев отряд, взволнованно выкрикнул:

- Там Жуть! Стратоник пытался остановить их! Гордей двинул дружину ему на подмогу!

- Давайте скорее туда! – вскочил в седло Ярослав.

Кроме того, что происходит что-то непредвиденное, он ничего не смог понять из этого сбивчивого доклада.

- А как же я? – лицо Лиса стало обиженным.

- Геронтий! Пусть кто-то возьмёт его вторым ездоком, и дайте ему стрелы! Лис – отличный лучник! – не останавливаясь, крикнул Ярослав.

«Как же они любят воевать ночью. Нам это совсем не подходит», - подумал он, когда услышал звуки близкого боя, но разглядеть мог только тёмную копошащуюся массу. Подъехав вплотную, он определил, где враг, а где свои. Положение его дружины было незавидным. Под натиском Жути она сбилась в кучу и почти полностью была взята в кольцо. Чёрные воины, вооружённые длинными острыми пиками пронизывали ратников и их коней. Те, истекая кровью падали на землю. «Надо спасать дружину», - мелькнуло в голове у Ярослава.

- Вперёд! За мной! – выхватив Меч, нанося удары налево и направо, он заставлял врагов расступаться и выпускать воспрянувших при его появлении ратников из почти сомкнувшегося кольца.

-И-и-и-и! – громко заверещали чёрные воины, когда поняли, что дружина не устояла под их напором и отступает.

Ярослав постарался как можно скорее увести её за непреодолимый для Жути барьер Мудрой Книги. Враги остановились, упершись в невидимую стену. Некоторые из них смогли переступить запретную линию, но далеко от своего войска отходить побоялись.

Оставив сторожевой отряд, дружина возвратилась в лагерь. Среди ратников было много раненых. Ярослав сразу же собрал сотников на совет. Не терпелось выяснить, что же случилось в его отсутствие, из-за чего произошла стычка с Жутью, закончившаяся поражением.

Прояснить ситуацию вызвался Гордей.

- Часа через два после того, как ты покинул лагерь, - поведал он, - прискакал посыльный от Стратоника, который находился в карауле. Он доложил, что Стратоник заметил чёрных воинов, количество которых не превышало сотни, и они быстро движутся в сторону того места, где у тебя назначена встреча с колдуном. Стратоник со своим отрядом собирался остановить их и просил у меня поддержки. Я, конечно, тут же поднял по тревоге дружину и поспешил к нему. Мы застали отряд Стратоника отчаянно отбивающимся. Та небольшая кучка чёрных воинов, о которой он сообщал, отступила и слилась с многочисленным войском. Мы бросились спасать товарищей. Не знаю, чем бы всё закончилось, если бы ты не подоспел.

- Думаю, что войско Жути двигалось к Анахарсису, вот почему он чувствовал себя так уверенно. Оно должно было встретить его после того, как злополучный камень окажется в руках злодея. Что замыслил колдун, останется для нас загадкой навсегда. Теперь же, когда войско Жути лишилось полководца, у нас появился шанс заставить врага играть по нашим правилам. Завтра утром проведём разведку и нападём на них при свете дня, а теперь спать! Все, кроме караулов, разумеется, - закончил Ярослав.

Проснувшись на рассвете, он решил сделать осмотр лагеря. Не спеша шёл Ярослав, мимо спящих на траве ратников, заглянул в шатёр, где был развёрнут полевой госпиталь. Несколько десятков раненых лежали на подстилках из веток. Стараясь никого не потревожить, он направился к краю лагеря. Неслышно появившийся Гордей, пошёл рядом. Они вместе проверили сторожевые посты, которые бдительно несли дозор. Ярослав остался доволен осмотром.

- Не думал, что удастся вывезти всех жителей Вержин-Града так быстро. Молодец, хорошо организовал отправку, - похвалил он Гордея.

- Я тут ни при чём. Это купцы. Когда они узнали о беде, случившейся с городом, не смогли остаться в стороне, тут же собрали караван из всех своих повозок и за один раз забрали всех, кто не мог идти. Остальные ушли за повозками, на которых разместились их близкие.

- Как думаешь, сколько ратников мы потеряли?

- Человек пятьдесят…точнее смогу сказать позже. Если бы не щиты из нашей кузницы, их было бы гораздо больше.

- Есть сведения от разведки? Надеюсь, войска Жути не сдвинулись с мест своих стоянок? – Ярослав посмотрел на утреннее серое небо. Определить местоположение противника по нему было трудно.

- Мои ребята ещё не вернулись, ничего сказать об этом не могу. Жду их с минуты на минуту, - ответил Гордей.

- Ну что ж, прежде чем что-то предпринимать, надо выслушать их доклад. Пойдём пока чайку попьём, - Ярослав направился к полевой кухне, у которой возились кашевары.

Вскоре прискакали люди Гордея. Они рассказали, что правая часть войска Жути ночью присоединилась к левой, и теперь одно большое полчище раскинулось почти до самых стен Вержин-Града. Эти вести встревожили Ярослава.

- Нельзя допустить продвижения Жути в Восточное княжество. Если они выжгут посевы, то без хлеба останется вся Альтания! Немедленно выступаем! Поднимайте дружину! – приказал он собравшимся сотникам

Издали становище врага напоминало огромное поле, покрытое чёрными камнями. Воины Жути отдыхали, спрятавшись от дневного света под чёрными плащами, совершенно не двигаясь, как неживые. Они сидели или пребывали в подобной позе, поэтому и походили на торчащие, из земли камни. Караул, состоящий из десяти, укутанных в плащи существ, был выставлен с той стороны, откуда подошла дружина. Чтобы не рисковать, Ярослав остановил её поодаль и отдал приказ лучникам начать обстрел. Три сотни выпущенных одновременно стрел накрыли ближний край становища. Большая их часть попала в цель и на месте чёрных «камней» стали образовываться кучки пепла.

- У-у-у, - жалобно завыли оставшиеся в живых вражеские воины и бросились в глубину своего лагеря.

Ярослав велел лучникам продвинуться вперёд и сделать ещё один выстрел, который привёл в замешательство всё войско. Без полководца оно выглядело беспомощным. Чёрные воины бестолково метались, толкали друг друга, создавали хаос. Следующий выстрел навёл на них ужас. Дикий визг разнёсся по округе. Лучники поражали врага, не давая ему опомниться. Воины Жути побежали. Ярослав двинул вперёд дружину, которая еле поспевала за удаляющимся вражеским войском. Лучники продолжали обстреливать его с флангов.

Мечники и копейщики гнали скулящих существ к болотам. Складывалось впечатление, что при свете дня, они плохо видят и не отличают трясину, покрытую ряской, от твёрдой земли. Чёрные воины с разбега заскакивали в болото, вязли и исчезали в его глубинах. Дружина преследовала их, до тех пор, пока топь не поглотила всех до единого.

- Наша победа! Ура! – крикнул Ярослав.

- Ура-а-а-а! – подхватили ратники.

Сегодня они отомстили за своих погибших товарищей и вновь поверили в свои силы.

К вечеру дружина возвратилась в основной лагерь. У берёзовой рощи, рядом с шатрами купцов выросло поселение. Множество шалашей стояли ровными рядами, образуя улицы и переулки.

- Ого! Да здесь без нас целый город построили! – восхитился Гордей.

Увидев дружину, люди отовсюду выбегали ей навстречу. В их глазах читался один вопрос. Севастьян, появившийся в воротах, озвучил его:

- Что с войском Жути?

- Его больше нет! Потонуло в болотах! – громко, чтобы слышали все, ответил Ярослав.

Народ радостно загалдел.

- Есть у нас в лагере вино? – спешившись, спросил Ярослав.

- А как же. Имеется запас.

- Выдай всем по чарке!

- Сейчас организую, - расцвёл Севастьян и быстро засеменил к лагерю.

Скоро у берёзовой рощи начался пир. Горели костры, на которых жарилось мясо. Купцы выложили не проданные остатки фруктов и овощей. Народ веселился. На праздник собрались все: крестьяне из соседних деревень, ратники, сотники, Лавритас, Олеарий с Само, Соней и Миланой. Даже старая тётушка восседала на стуле, специально принесённом для неё из избы, служившей штабом. Ярославу казалось, что с момента, когда дружина покинула лагерь, чтобы сразиться с Жутью и до сегодняшнего вечера, прошла целая вечность, хотя на самом деле, это заняло три дня. Он долго расспрашивал Олеария обо всём, что происходило в лагере в его отсутствие, и при этом не сводил глаз с Миланы. Разрумянившаяся от весёлого танца, с выбившимися из причёски непослушными прядями, она была обворожительна. Вместе с другими девушками и юношами Милана кружилась в хороводе вокруг догорающего костра и когда оказывалась рядом с Ярославом, бросала на него полный нежности взгляд.

- Пойдём к нам! – позвал Лавритас, не отходивший от Сони.

Ярослав допил вино из кубка, решительно вскочил на ноги и, разомкнув круг, взял в руку ладошку Миланы. Её маленькая нежная ручка утонула в его загрубелой ладони. Ярослав притянул девушку к себе, заглянул в её васильковые глаза и, вырвав из хоровода, увлёк в берёзовую рощу…

Пиршество продолжалось всю ночь. Только к рассвету угомонились самые стойкие гуляки, и над поляной установилась тишина.

С утра Ярослав решил заняться делами. Он старался выбросить из головы прошедшую ночь, но мысли вновь и вновь возвращали его к ней, и на лице появлялась глуповатая рассеянная улыбка.

Ярослав отправился в кузницу. Целая гора готового оружия была аккуратно сложена в специально отстроенном для него новом помещении. Сопровождавший его Лавритас пояснил:

- Кузнецы скоро все слитки перекуют. Вот только вода твоя закончилась, и окропить изделия нечем. А, может, и не нужно это, ведь войско Жути разбито.

- Хорошо, если бы это было так, в чём сильно сомневаюсь. Небось, у них ещё такое же войско осталось. Успели бы мои друзья воду привезти до того, как начнётся новое наступление, - озабоченно вздохнул Ярослав. Закончив осмотр, он направился в замок Олеария, чтобы увидеться с Миланой, о которой думал беспрестанно. По дороге он нагнал человека, который насвистывая весёлую мелодию, бодро шагал по каким-то своим делам. Это был Лис. Заметив Ярослава, он хотел уйти в сторону, но тот спешился и преградил дорогу:

- Куда направляешься?

- Я – вольная птица. Куда хочу, туда иду, - расплылся в улыбке Лис.

- Зачем же тогда ко мне в отряд просился? Раз уж так получилось, что мы повстречались пока ты здесь, самое время побеседовать.

- Спрашивай. Что ты там хотел узнать?

- Всё с самого начала, о том колдуне.

- Тогда пойдём, присядем где-нибудь, не здесь же нам стоять, - снова улыбнулся Лис.

- Пошли в штаб. Там нам никто не помешает, - согласился Ярослав и обвёл глазами просыпающееся поселение.

Через некоторое время, усевшись на скамью напротив Ярослава, Лис начал свой рассказ: «В тот день, когда мне исполнилось двадцать лет, отец поведал мне историю, которая передаётся в нашем роду из поколения в поколение долгое время. Случилось это давно. Во время войны с Жутью. Такой же, как сейчас. Мой предок принимал в ней участие. Однажды ему пришлось сразиться с Анахарсисом один на один. В его руках был меч, которым он пытался убить злодея. Но сделать это никак не удавалось. Змей изворачивался и наносимые ему удары приходились вскользь. Только большие и маленькие чешуйки отлетали от его тела, отчего колдун свирепел. Справиться с храбрым ратником Анахарсис не мог, так как тот не смотрел в его глаза и не давал себя загипнотизировать. Долго длился тот бой. Оба устали и вдруг, улучшив момент, моему предку удалось ткнуть мечом в третий глаз, расположенный на лбу змея, и тот выпал из глазницы на землю. Громко взвыло от боли чудовище и, извиваясь, поползло прочь. Да так быстро, что ратник не смог его догнать. Он заметил блестевшие на земле зелёные камешки. А самое главное – змеиный глаз, который превратился в большой, размером с ладонь, самоцвет. Ярко-жёлтый, с красным ободком и чёрной крапиной посередине, он был так красив, что хотелось смотреть на него неотрывно. Чуть позже выяснилось, что не простой это камень. Он помог выявить всех вражеских шпионов, которых в дружине и в городе оказалось не мало».

- Каким же образом?

- Очень просто. Когда камень находился поблизости, то все люди начинали видеть среди таких же как они, чёрных существ, которых раньше не могли распознать и принимали за обычных людей.

- Знавал я одного такого, - вспомнил Маркиана Ярослав.

- Тогда-то Глаз змея и водрузили на статую, чтобы всегда видеть чужих среди своих. Избавившись от вражеских лазутчиков, наша дружина стала теснить врага и война скоро закончилась. А мой храбрый предок рассказал обо всём своему сыну, когда тому исполнилось двадцать, и строго настрого велел следить за тем, чтобы Глаз не вернулся к хозяину. Ещё он передал сыну стрелу, ту самую, которой я убил нечестивца, ведь простое оружие его не возьмёт. Ты и сам об этом прекрасно знаешь. Ну, вот, кажется и всё, - облегчённо вздохнул Лис, - так я пошёл?

- Подожди, – остановил его Ярослав, - это ты лишил статую головы?

- Когда Жуть захватила соседнее королевство, я случайно услышал в трактире, как кто-то хвастал, что один колдун хорошо платит за зелёные самоцветы и обещает неслыханное богатство за Глаз змея. Я сразу догадался, о каком колдуне идёт речь, и решил спрятать камень. Потом сам сделался контрабандистом, чтобы встретиться с ним и убить. Но чёрные воины тщательно обыскивали каждого, кто приносил самоцветы. Они забрали бы у меня и лук и стрелу, поэтому я ждал удобного момента.

- А те зелёные камешки, это его чешуйки? – высказал догадку Ярослав.

- Выходит так, - согласился Лис, на секунду задумался и продолжил, - долго я его караулил, видел издали, как чёрные воины бросали что-то похожее на маленькие искры за стены Вержин-Града, а потом город вспыхнул. Видел мечущихся людей и решил, что убью колдуна, чего бы это мне не стоило. Ты сильно облегчил задачу. Теперь всё позади. Змея больше нет и не только его самого, но и всего его войска. Мне незачем здесь оставаться.

- Ну что ж. Поступай, как считаешь нужным, только я уверен, что война ещё не закончена и кроме Анахарсиса есть ещё другие колдуны.

- Думаешь это ещё не конец? Тогда зачем вчера такой пир устроил? Зачем мы праздновали победу?

- Людям нужна разрядка. Они столкнулись бок о бок со смертью. И кто знает, что нас ждёт впереди. Всем нам была необходима эта победа и этот праздник.

- Вон как, - Лис озадачился.

- Так Глаз змея сейчас у тебя? Надо бы установить его где-нибудь здесь поблизости, - прервал его размышления Ярослав.

- Он спрятан в надёжном месте. Только это не близко. Чтобы принести голову, мне потребуется несколько дней, - оживился Лис, - да, совсем забыл. Вместе со стрелой отец мне какой-то свиток передал. Я его там же припрятал.

- Какой свиток? Что в нём?

- Не знаю. Я ничего не понял. Какие-то символы и картинки.

- Обязательно принеси его тоже! А чтобы ты скорее вернулся, мы тебе скакуна в конюшне подберём, - сказал Ярослав, - не будем откладывать. Пошли сейчас же туда.

Они вышли из избы и на крыльце столкнулись с Севастьяном.

- Ты говорил с Афромеем? – спросил мимоходом он.

- Не знаю я никакого Афромея! – возмутился Ярослав.

- Ну как же, - укоризненно покачал головой Севастьян, - это птичник, которого Яков привёз.

- Так он, вроде, ни разговаривает, ни с кем.

- Сначала молчал, а потом в рощу стал за травами ходить, чтобы ими раны лечить. Ну и вскорости заговорил. Дня два тому назад вернулся из рощи весь взъерошенный. Я стал расспрашивать, а он сказал только, что для тебя у него какое-то сообщение есть. Пташка что-то напела.

- Что за сообщение?

- Не знаю, мне он больше ничего говорить не стал. Надо бы тебе с ним потолковать, вдруг важное что-то.

- Хорошо. А где сейчас Афромей?

- Известно где. В рощу уже ушёл.

- Когда вернётся, веди его ко мне.

- Понял. Сразу же приведу, - ответил Севастьян и зашёл в избу.

Ярослав направился к ожидавшему неподалёку Лису. Его внимание привлёк въехавший в ворота гонец. Спешившись, тот принялся что-то объяснять Гордею. От его слов лицо Гордея помрачнело.

- Что случилось? – подошёл к ним Ярослав.

- Дозорные заметили новое войско Жути. Оно в разы превышает то, что мы утопили в болоте.

- Не ждал их так скоро, - нахмурился Ярослав.

- Поднимать дружину? – спросил Гордей.

- Подожди. Успеем. Сначала сам на это войско посмотрю, - ответил Ярослав и, взглянув на Лиса, добавил, - дождись меня здесь. Никуда не уходи. Твоя помощь сейчас будет нужна, как никогда.

Через несколько минут он мчался на холм, с которого хорошо были видны окрестности. Взобравшись на его вершину, Ярослав замер. Весь горизонт был чёрным от движущегося войска Жути. Казалось, что ему нет конца.Свинцово-чёрная туча накрыла половину неба. Ярослав смотрел вдаль, на его лбу залегла глубокая складка.

Битва

Неприятный холодок ощутил Ярослав у себя в груди. «Неужели Альтании конец. Неужели чёрное нашествие поглотит её?», - думал он, спускаясь с холма. Уныние и чувство безысходности захватывали его всё сильнее и сильнее. Низко опустив голову, Ярослав медленно ехал к лагерю. Неожиданно его внимание привлекла весело галдящая стайка ребятишек, занятая своими играми сбоку от дороги. Это были дети, уцелевшие после пожарища в Вержин-Граде. Они забыли о том ужасе, который пережили недавно и не ведали, что надвигается ещё более страшное зло.

«Нет, не бывать этому! Альтания не погибнет!» - горячая волна поднялась и вытеснила минутную слабость.

Когда Ярослав въехал в ворота, он был спокоен и твёрд. Сотни пар наполненных тревогой глаз устремились на него.

- Я видел чёрное полчище! Оно огромно и на первый взгляд кажется, что одолеть его невозможно! Но, мы должны это сделать. Знаю, нелегко нам придётся, очень нелегко! Только выбора нет, - в полной тишине обратился Ярослав к окружавшим его людям, которые ловили каждое слово, - я уверен, мы справимся. А теперь за дело. Сотники! Собирайтесь в избу! Будем совет держать!

Постепенно его решимость передалась ратникам, и они воспрянули духом.

Когда сотники расселись по своим местам, Ярослав спросил:

- У кого-то есть что сказать?

Все молчали.

- Ну, тогда придётся мне начинать, - продолжил он, - кто подскажет, где остановился Назарий? Что-то я его давно не видел.

- Так его Лавритас взял к себе на постой. Выяснилось, что Назарий давний друг его отца, - отозвался Гордей.

- Отлично. Пошли к нему человека. Пускай старый воевода отправляется в Восточное княжество за подмогой. Их представитель обещал прислать свою дружину. Никто лучше Назария не сможет поторопить их исполнить это обещание.

- Сейчас сделаю! – вскочил Гордей.

- Там у избы найди молодого человека. Лисом кличут. Пригласи его сюда.

Скоро в избу вошёл Лис и несмело остановился у порога.

- Присаживайся. Надо кое-что обсудить, - подбодрил его Ярослав, - Ты знаешь те тропы через болота, по которым из королевства Рудирика можно пройти в Альтанию?

- Знаю.

- Покажешь, где они выходят на твёрдую землю? В этих точках надо расставить вооружённые посты, чтобы не дать Жути обойти нас снова.

- У меня есть идея получше, - хитро подмигнул зелёным глазом Лис.

«Не зря ему дали это прозвище», - промелькнуло в голове Ярослава, а вслух он спросил, - какая такая идея?

- На этих тропах есть опознавательные знаки, чтобы не промахнуться и в топь не угодить. Уж больно они узкие. Думаю, по этой причине чёрные воины пробрались к нам в тыл без своих скакунов, не захотели их в болотах утопить.

- Что же ты предлагаешь?

- Я могу переместить камешки и кустики, то есть опознавательные знаки, в сторону от тропы. Если кто-нибудь поведёт Жуть болотами, то она угодит в топь.

- А что, хорошая мысль. Отрежем врагу путь через болота. Барьер Мудрой Книги не даст пройти между озёр. Выиграем время, чтобы собрать большую дружину, - одобрил предложение Лиса Ярослав, - ты успеешь сделать это до наступления темноты?

- Смогу, если коня дашь, чтобы от одного болота к другому быстрее добраться.

- Стратоник! Дай ему коня хорошего и с десяток ратников! А ты, Лис, возвращайся сразу, как закончишь. Утром тебе предстоит другая дорога. Про Глаз змея не забыл?

- Помню, не маленький, - широко улыбнулся Лис и вышел из избы.

- Так-так, - на пару минут задумался Ярослав, а потом сказал, - надо расставить по всему периметру защитного барьера дозорные посты, снабдить их маяками, чтобы не одно существо к нам, не замеченным, не просочилось. Котрат! Займись этим сейчас же. Остальные приступайте к обычным делам. Помните, вы являетесь примером для своих подчинённых и постарайтесь выглядеть достойно, что бы ни случилось.

Сотники понимающе закивали и начали расходиться. «Кажется, все необходимые меры приняты. Когда же вернётся обоз Фёдора? Пожалуй, надо ожидать его дня через три-четыре. А пока…», - подумал Ярослав, зачерпнул из ведра, стоявшего на скамейке у стены полный ковш колодезной воды, и с жадностью осушил его до дна.

- Там это…, - услышал он неуверенный голос у себя за спиной и обернулся.

У двери, переминаясь с ноги на ногу, стоял Севастьян.

- Что ещё?

- К тебе народ просится. За воротами целая толпа собралась. Караульные их в лагерь не пропускают. Так они кричат, ругаются.

- Надо узнать, зачем они собрались! – решительно зашагал к выходу Ярослав.

Громкие крики услышал он, ещё у крыльца, а когда вышел за ворота, то растерялся. Большая негодующая толпа напирала на караульных, которые с трудом сдерживали её.

- Что здесь происходит?! – обратил на себя внимание Ярослав.

- Да вот, хотим к тебе пройти, а эти, - бородатый здоровяк погрозил кулаком в сторону караульных, - не пропускают.

- Зачем вам я понадобился?

- Мы тоже хотим с врагом биться! Принимай нас в свою дружину!

- Отказываться не стану. У нас теперь каждый ратник на вес золота. Только давайте без шума! – попытался успокоить собравшихся Ярослав, - я сейчас отдам распоряжение своим сотникам. Пойдёте с ними на тренировочную площадку, покажете, кто что умеет. А там уж посмотрим, кого в ратники, кого в госпиталь, а кому другую работу найдём. Ни один без дела не останется! Ратная служба трудная, посылать на поле битвы не способных к ней мы не станем!

- Вот это другой разговор! Согласные мы! – зашумела толпа, - куда идти?

- Ждите здесь! Сейчас же отправлю к вам сотников, они всё покажут и расскажут. Только сразу предупреждаю! Кто не будет слушаться, начнёт спорить или ещё что, в дружину не попадёт!

- Вон как строго у тебя тут, - в ответ проговорил бородач, - порядок любишь. Одобряю.

- А как же иначе, - строго взглянул на него Ярослав и пошёл назад.

Он вызвал к себе пятерых толковых сотников, проинструктировал их и засобирался в конюшню. День уже подходил к концу, а с Миланой увидеться, чтобы сказать ей то, что должен был уже давно, никак не получалось. Но тут в избу пришёл Яков и нарушил все планы.

- Купцы сегодня собирались в Даретт возвращаться, узнали о Жути и передумали. Предлагают свою помощь. Что им ответить?

- Передай им от меня спасибо за ту помощь, которую они уже оказали и за правильное решение. Только объединившись, мы сможем победить. Ещё скажи, что если кто-то из них желает в ратники податься, то пусть идут на тренировочную площадку и проходят отбор. Ну, а если нет, то могут помочь строить шалаши для дружины, которая скоро должна прибыть и повозки пусть держат на готове, вдруг понадобятся.

Как только Яков вышел, явился Севастьян.

- Там птичник дожидается. Ему срочно с тобой поговорить нужно.

- Зови сюда!

Севастьян обернулся назад и махнул рукой. В комнату вошёл Афромей.

- Я-я-я, Неолику подарил…, помните, - запинаясь от волнения, проговорил он.

- Как же такое забудешь. Твоя Неолика очень нас выручила. Морозников разбудила. Но это дело прошлое. Что беспокоит тебя сейчас? Садись, рассказывай, - Ярослав кивком головы указал на скамью.

Афромей сел и сказал:

- Я часто в берёзовую рощу хожу. Травы собираю, чтобы лечебные настои делать для раненых.

Он замолчал и несколько раз тяжело вздохнул.

- Ну и что дальше? – прервал долгую паузу Ярослав.

- Там много разных птах, - улыбнулся птичник, - я больше не ловлю их, а просто беседую. Так вот что мне сообщил один маленький щегол.

Афромей снова замолчал.

- Что же он такого интересного мог сообщить?

- Они, эти птички, знаете ли, по всей округе летают. Всё видят и слышат. Мой знакомый щегол любит на одном дереве сидеть. Так оно ему понравилось, что подумывает будущей весной свить там гнёздышко.

- Очень хорошо, только нам что до этого, - начинал терять терпение Ярослав.

- Дерево то называется Арженеция и находится в саду одного близ расположенного замка.

- А вот это уже другой разговор. Что же ещё узнал ты от щегла?

- Арженеция поделилась с ним своей бедой. На будущий год придёт пора её цветения и плодоношения. Это, знаете ли, очень редко случается. Но для того, чтобы плоды не опали, а вызрели, необходимо срочно, то есть прямо сейчас полить дерево живой водой из источника в Каменной пустыне.

- Продолжай, – подался вперёд Ярослав.

- Проблема в том, что сделать это могут только люди. Арженеция просила их об этом, но они не понимают. Ей даже пришлось спрятать мешок, который положили в её дупло, чтобы люди догадались и выполнили эту просьбу. Но те остались равнодушными. Бедняжка, и ведь не для себя старается. Её волшебные плоды полезны тем же людям. Так вот, Арженеция отдаст вещи из дупла только тогда, когда её польют, - торжественно закончил свою речь Афромей.

- А мы-то понять не можем, куда дупло делось. Ты не представляешь, как важно то, что ты сейчас рассказал.

- Я тут ни при чём, это щегол. Он забил тревогу, а я лишь выслушал. Если бы вы прислушались к тому, что нашёптывало дерево, то давно бы знали обо всём сами.

- Передай щеглу, что скоро мы польём Арженецию. Обоз с живой водой не сегодня-завтра будет здесь, - Ярослав подошёл к птичнику и с признательностью пожал ему руку.

- Я вот ещё что хотел сказать…, - не разделил его радости Афромей.

- Слушаю внимательно.

- Крылатые хотят принять участие в войне.

- Что это значит?

- Птицы намерены защищать свои гнёзда и птенцов от чёрной напасти и предлагают объединиться с нами.

- Птицы?

- Да. Соколы, ястребы, вороны и другие. В общем, все птицы.

- Не ожидал…, - Ярослав сначала опешил, но потом обрадовался, - пускай готовятся. Через тебя я сообщу, когда соберу достаточно большую дружину и все вместе мы избавим нашу землю от чёрной мрази.

Птичник удалился. Ярослав посмотрел в окно. Сгущались сумерки. Придётся отложить визит в замок Олеария до утра. Он вышел на крыльцо и, заметив Гордея, спросил:

- Лис с ратниками не вернулись?

- Нет ещё.

- Как объявится, веди его ко мне. И ночным дозорным дай команду смотреть в оба. Если что, тревогу объявляй. Я в шалаш пойду, вздремну.

- Ты бы пару ратников с собой взял для охраны, а то…

- Зачем людей пугать. Пусть видят, что здесь бояться нечего.

Ярослав направился к своему жилищу, которое было совсем пустым. Обоз Фёдора ещё не вернулся, Яков теперь всё время пропадал в шатрах купцов, а Ванька и Стёпка уже давно нашли себе новых товарищей и перебрались в другие шалаши.

«Скорее бы Фёдор привёз живую воду», - подумал Ярослав засыпая.

Пробудившись на рассвете, он вернулся в избу, где встретил Гордея, который, не дожидаясь вопросов, доложил:

- Ратники прискакали ночью одни. Лис велел передать, что с тропами разобрался и поехал за какой-то головой.

- Ясно. Других происшествий не было?

- Нет. Ночь прошла спокойно. Только что отправил очередную смену дозорным.

- Это хорошо. Надо бы…, - вбежавший в избу ратник не дал договорить.

- Там! На холме! Наш дозор убит! Все пятеро ножичками утыканные лежат! – выпалил он.

- А другие дозоры целы? Срочно пошли отряды на все посты! – крикнул Ярослав Гордею и быстро пошёл в конюшню.

Он сам хотел осмотреть место стычки, чтобы попытаться разгадать замысел противника.

Пятеро недвижимых ратников распластав руки, лежали на холме. Из их тел торчали острые ножички воинов Жути. Складывалось впечатление, что дозорные не ожидали нападения, и смерть застигла их врасплох. «Видимо, вражеские диверсанты выскочили из темноты неожиданно. Но куда они направились потом?» - пытался разгадать Ярослав, тщательно осматривая место происшествия. Вся трава вокруг была сильно примята. Здесь постоянно дежурили дозорные, и прочитать следы было невозможно.

- Почему они были без кольчуг? – спросил Ярослав у подоспевшего Гордея.

- Надеялись щитами закрыться, кольчуг мало, всем не хватает, - отозвался Гордей.

- Ещё пятерых потеряли. Пускай хоронят. Им мы уже ничем помочь не можем, а вот к следующей ночи не мешает, как следует подготовиться.

Ярослав и Гордей вернулись в лагерь, где сотники уже собрались в избу на совет. Олеарий и Лавритас вместе с другими сидели за столом. В самый разгар обсуждения ночного происшествия в комнату вошёл Лис.

- Вот! – он выложил на стол большую гипсовую женскую голову с камнем во лбу. Сотники с любопытством принялись рассматривать переливающийся жёлтый самоцвет, который взирал на них чёрным продолговатым зрачком.

- Надо её куда-нибудь приладить, чтобы поскорее выяснить, нет ли вокруг нас шпионов Жути, - сказал Ярослав и посмотрел на Лиса, - свиток у тебя?

- Вот он, - тот вытащил из опустевшего мешка скрученный в трубочку, потемневший от времени пергамент, перевязанный шнурком.

Ярослав нетерпеливо развернул и положил его перед собой.

- Действительно ничего не понятно, - произнёс он по истечении нескольких минут, потраченных на рассматривание странных значков и букв, - текст написан на неизвестном нам языке.

- Тут ещё какие-то рисунки есть, - сказал Стратоник, сидевший ближе всех.

- Если кто и может перевести эти надписи, то только мой смотритель за книгами Евтихий, - вмешался Лавритас, - он знает множество языков.

- Придётся наведаться к нему. Вдруг здесь изложены секреты Жути, которые помогут её победить. Лавритас, мы можем побеспокоить старца прямо сейчас?

- Думаю, Евтихий не откажется помочь в любое время.

- Тогда придётся прервать совет. Лис! До моего возвращения найди подходящее место для камня, - Ярослав потрогал рукой голову статуи, - остальных прошу оказать ему всяческую помощь.

Прошло какое-то время, прежде чем Ярослав и Лавритас покинув лагерь, прискакали к замку, поднялись по ступеням и вошли в библиотеку. Как и в прошлый раз, Евтихий сидел у камина с книгой в руках. Он поднял голову и спросил:

- Что привело вас ко мне снова?

- Лавритас рассказал, что ты знаешь много языков. Сможешь перевести это? – Ярослав подал старцу свиток.

- О-о-о! – взглянув на исписанный пергамент, воскликнул Евтихий, - любопытно, очень даже любопытно. Я смогу выполнить твою просьбу, но мне потребуется некоторое время.

- Как долго? До вечера успеешь?

- Зачем же. Полчаса вполне достаточно.

- Хорошо. Не будем отвлекать. Закончишь работу, сообщишь нам через Онуфрия. Я прикажу ему ждать у двери. Свиток и перевод ему в руки не давай. Сами заберём, - вмешался Лавритас и вслед за Ярославом поспешил к выходу.

Пока хранитель книг трудился над пергаментом, они позавтракали и наведались в кузницу, куда и прибежал запыхавшийся Онуфрий.

- Евтихий вас зовёт! – тяжело дыша, проговорил он.

Ярослав и Лавритас снова поднялись в библиотеку, где их ждал старец.

Он протянул Ярославу свиток и листок бумаги и сказал:

- Рисунки и знаки я, конечно, переносить на бумагу не стал. Вместо них в скобках написал свои пояснения, так что думаю, разберётесь. Ярослав торопливо пробежал глазами по строчкам, написанным рукой Евтихия.

Иерархия ЖУТИ

1 НАХРОЛ (правитель Нижнего мира, создатель войска)

2 ВИЛЬГОТ (что-то вроде ранга, здесь и далее)

Эрлен (самый главный и мощный колдун, создатель удигодов и пикатодов)

3 ЦАРУФЫ

Сигеберт (колдун) Анахарсис (колдун) Дизавул (колдун)

(рисунок птицы) (рисунок змея) (рисунок паука)

4 ХОДВАРТЫ

(колдуны, слабее Царуфов, у каждого Царуфа в подчинении не более десятка)

5 ЦВЕРИТИ

(мелкие военачальники и слуги Вильготов, Царуфов и Ходвартов)

6 НЕТЕЛЬВЫ

( чёрные воины, из которых состоит войско Эрлена, войско Сигеберта, войско Анахарсиса и Войско Дизавула)

7 ФАХРОНЫ

(пленные, превращённые с помощью колдовства в серых воинов)

(Имена колдунов могут меняться. Но это происходит слишком редко, так как Нахрол даровал им вечную жизнь и убить их очень сложно, в особенности Эрлена. Нахрол – бессменный правитель Нижнего мира. Погибнет лишь в том случае, если выберется наверх, чего он никогда не делает, посылая захватывать другие миры своих преспешников-колдунов)

(составил) Гостомысл (рисунок головы волка)

- И это всё? – проговорил Лавритас, который прочёл перевод Евтихия, и его лицо приобрело выражение полного разочарования.

- Не так уж и мало. Есть над чем поразмыслить, - не согласился Ярослав, - не возражаешь, если я свиток в библиотеке оставлю? Здесь он будет всегда под присмотром и о его сохранности можно не тревожиться.

- Оставляй, если считаешь нужным. Только, на мой взгляд, никакой ценности он не имеет. Информация довольно скудная. Какая от неё польза?

- Не скажи. Нам стало известно, что кроме Сигеберта и Анахарсиса у Жути есть ещё два колдуна, причём один из них – паук, что наталкивает меня на одну мысль.

- Какую?

- Об этом позже, - Ярослав подал старцу пергамент, - Евтихий, не знаю, как выразить тебе свою благодарность. Скажи, если тебе что-нибудь нужно.

- Ну что ты! – замахал руками старец, - лучшего подарка, чем свиток, ты мне сделать не можешь!

Распрощавшись с хранителем книг, Ярослав и Лавритас покинули библиотеку.

- Не так уж это и важно, сколько у них колдунов осталось, - спускаясь по лестнице, продолжил возмущаться Лавритас, - я рассчитывал на большее.

- Ты не прав. Тут сказано, - Ярослав помахал листком, - что Эрлен создаёт удигодов и пикатодов. Одного удигода я видел, когда в их лагерь ходил. Это огромное лохматое чудовище, извергающее сгустки огня. А кто такие пикатоды? Неплохо было бы заполучить пленного серого воина, чтобы выяснить это. И ещё меня очень интересует, как выглядит Эрлен. Если мы уничтожим колдунов, то даже малыми силами сможем прогнать чёрное войско. Без полководца оно становится похоже на стадо без вожака.

Так рассуждая, они вышли из замка, где тут же столкнулись с Онуфрием, сопровождающим ратника.

- Гонец из лагеря! Вас требует! – пропустил посыльного вперёд слуга Лавритаса.

- Что-то с дозорами? – высказал тревожное предположение Ярослав.

- С ними порядок. Поймали двух шпионов. Одного среди новобранцев, а другого в поселении.

- Как это произошло?

- Лис полез на крышу избы голову статуи прилаживать, а мы ему доски и инструмент подавали. Вдруг слышим, на площадке кричат. Мы с Гордеем туда. А наши уже чёрного крутят. Второго следом мужики из поселения привели.

- Хорошая новость, я только что говорил, что неплохо было бы пленного поймать. Надо постараться из этих двоих как можно больше вытянуть, - сказал Ярослав, а через минуту уже скакал по пыльной дороге, вокруг которой теснились шалаши и шатры, и множество народа сновало туда-сюда. «Да-а-а, разросся наш лагерь. Из-за защиты Мудрой Книги люди здесь в безопасности», - подумалось ему. Прошло около получаса, пока Ярослав добрался до своего штаба и приступил к допросу. Перед ним сидел вражеский лазутчик, одежда на котором в этот раз не была чёрной, обычная рубаха и штаны, вполне человеческое обличье, из глубины которого смотрело жёлтыми выпуклыми глазами существо, подобное воинам Жути.

- Ты к какому типу относишься? – спросил Ярослав и, взглянув в листок Евтихия, продолжил, - цверити или кто-то другой?

- Не угадал. Я – ходварт, - хвастливо заявил пленный.

- Ого! Важная персона. Зачем же тебя к нам послали?

- Сам догадаться не можешь? Чтобы знать о ваших планах.

- Вы дозорных ножичками утыкали? Чем они вам помешали?

- Это же очевидно, чтобы панику посеять.

- Расскажи о планах Эрлена. Он намеревается перебить нас всех так, как этих пятерых караульных?

- Ты не только глуп, но ещё и смешон, - расхохоталось существо, - ты и вся твоя дружина для Эрлена всего лишь маленькое препятствие, преодолеть которое не составит большого труда.

- Мы-то, может, и маленькое препятствие, а вот барьер Мудрой Книги ему не по зубам.

- Глубоко заблуждаешься, - лазутчик сделал быстрое движение, пытаясь вырваться из верёвок, опутывающих его.

Людской облик рассеялся, рубаха повисла на худых плечах ставшего похожим на скелет обтянутый чёрной сморщенной кожей ходварта.

- Что затевает Эрлен?

- Ха-ха-ха! Больше ты ничего не узнаешь! Я достаточно рассказал! Скоро тебе конец! – голос шпиона стал хриплым. Он содрогался от злобы и продолжал вырываться. Ярослав вынул Меч и приставил к его груди.

- Кто такие пикатоды?

Ужасающий хохот раздался в ответ, существо рванулось и, высвободив костлявые руки, сдавило горло караульного, пытавшегося связать его. В ту же секунду Ярослав вонзил в пленного Меч и тот начал превращаться в тлен.

- Худющий, а силищи не мерено. Чуть не придушил, - откашлявшись и потирая шею, проговорил ратник.

- Чтобы со вторым такого не случилось, стяните его покрепче ремнями и сразу тащите сюда, - распорядился Ярослав.

Караульные вышли. Через несколько минут они внесли пленника и, будто куль, усадили его на лавку.

- Ты тоже ходварт?

- Зачем тебе это знать? – лазутчик выглядел так же, как и предыдущий, но был намного меньше и не таким злобным.

- Хочу разобраться, чем вы отличаетесь, и кем были те шпионы, которых я повстречал раньше.

- О ком ты говоришь?

- О Виссарионе и Кукше.

- Так это ты убил их? Виссарион – ходварт, а Кукша - его слуга цверити. Ходварты очень сильны, обладают колдовскими способностями, но не могут обойтись без цверити.

- Спасибо за науку. Ты, как я понял, цверити? Или ошибаюсь?

- Правильно понял.

- Почему ходварты не могут обойтись без цверити?

- Этого тебе знать не обязательно.

- Ладно. Просвети невежду, кто такие удигоды и пикатоды?

- Удигоды – пламенные чудовища, а пикатоды – летающие иглометатели. Эти знания не помогут тебе спастись ни от тех, ни от других. Ты бессилен перед ними. Я говорю, чтобы зародить в тебе страх. Бойся чудовищ! Бойся Жуть! – существо задёргалось.

- Чтобы поселить во мне ещё больший страх, расскажи, как выглядят Эрлен и Дизавул.

- Скоро ты сам их увидишь!

- Они собираются идти к нам без войска, ведь оно не может преодолеть защитный барьер Мудрой Книги? Разве не так?

- Великий Эрлен разрушит барьер. Тебе не спастись!

- Эрлен может разрушить барьер? Почему же он не сделал этого раньше?

- Он разрушит его на время, которого будет достаточно, чтобы провести войско между двух озёр. Ты не сможешь ничего ему противопоставить. Жуть сметёт твою дружину в считанные минуты.

- Тебе удалось запугать меня. Скажи, сколько мне осталось? Успею скрыться отсюда подальше?

- слукавил Ярослав.

- Не более двух ночей! А потом мы захватим ваш мир! Эрлен настигнет и убьёт тебя, где бы ты ни спрятался!

Существо продолжало биться, ослабляя путы, его голос превратился в шипение. Ярослав пронзил его Мечом, обратив в серый пепел.

Покончив с вражескими шпионами, он собрал сотников на совет и рассказал им о планах колдуна.

- Не будем дожидаться той ночи, когда Эрлен двинет на нас свою армию. Завтра мы нанесём удар по Жути, - закончил он свою речь.

- Но ведь чёрное полчище в разы превышает нашу дружину. Ещё хуже обстоит дело с действенным оружием. Далеко не все ратники обеспечены им. У нас нет, практически, никаких шансов, - высказал свои опасения Котрат.

- Всё верно. Поэтому вышлем отряд навстречу обозу с живой водой. До утра надо, во что бы то ни стало окропить выкованные в кузне новые изделия. Так мы решим проблему с оружием. А насчёт численности… Сейчас же я начну призывать жителей Альтании, готовых принять участие в схватке. Не удивляйтесь, когда увидите их. Скоро все они будут здесь и пополнят нашу дружину. Больше надеяться не на кого. Помощь из Восточного княжества подоспеть к битве не успеет.

Вскоре сотники разошлись, чтобы начать подготовку к сражению, а Ярослав поставил перед собой ведро с водой и вызвал Власия.

- Я вижу, ты сильно чем-то обеспокоен, - заметил старец, как только его лик вырисовался на водной глади.

Ярослав поведал о готовящемся нападении Жути.

- Говоришь, завтра всё решится, - задумался Власий, - я пришлю тебе в подмогу Антипа с его подопечными. Ты должен загнать Жуть в нижний мир.

- Я выполню это, или погибну, - ответил Ярослав, затем чтобы не дать старцу исчезнуть торопливо добавил, - у меня есть ещё одна просьба.

- Какая?

- Колдун Дизавул превращается в паука, скорее всего огромного. Не мог бы ты сделать так, чтобы Мизгирь явился сюда для поединка с ним.

- Я постараюсь исполнить твою просьбу-у-у-у, - изображение Власия расплылось и пропало.

Ярослав покинул избу и поспешил к жилищу, где хранились собранные за долгое путешествие по Западному княжеству волшебные вещицы. Он вынул их из мешка и разложил на лежанке. С чего же начать? Поколебавшись, Ярослав взял камень, который когда-то дал Иоиль и три раза подряд коснулся им когтя убитого Морозника, после чего камень рассыпался в песок, а коготь стал светиться. Порядок, скоро Морозники будут здесь. Настал тот момент, когда не было никаких сомнений, что их помощь необходима. Затем он взял пучок сухой травы, вышел наружу, три раза дунул на него и стал ждать. Небо над лагерем было голубым и безоблачным. Шло время. Вихрь не появлялся. Ярослав начинал тревожиться. Наконец подул сильный ветер и огромная косматая голова сверху спросила:

- Ты звал меня?

- Да! От Жути больше не исходит зловоние. Завтра мы собираемся сразиться с чёрным полчищем, но без тебя нам не выстоять. Их слишком много.

- Хорошо. Я помогу. Только знай, что я уже слишком стар и не могу долго наделять большой силой ветры. Они быстро ослабеют и перестанут наносить урон.

- Тогда используем твою силу только в тот момент, когда не будет другого выхода. Скажи, по дороге сюда ты не видел повозки с бочками?

- Видел. Они стоят у леса.

- Далеко отсюда?

- Смотря для кого. Для меня близко. Для вас, людей, нет.

- Почему же они стоят? Что случилось?

- Тебе нужны те повозки?

- Без них нам погибель, - помрачнел Ярослав.

Не успел он договорить, как вновь подул ветер и облачный старец исчез.

Медленно Ярослав побрёл к избе. Теперь стало ясно, что обоз Фёдора к утру вернуться не успеет.

Он вошёл в комнату, сел за стол и стал думать. Ничего толкового в голову не приходило. Несколько раз мимо прошмыгнул занятый какими-то делами Севастьян. Робко заглянул в дверной проём Афромей.

- Входи! Ты пришёл вовремя! – встрепенулся Ярослав.

Птичник сел на скамью и сказал:

- Я слышал, завтра что-то серьёзное затевается.

- Да, завтра мы сразимся с Жутью. Предупреди птиц. Бой предстоит не лёгкий. У Жути есть летающие существа – пикатоды. Что они собой представляют, я не знаю. Смогут ли наши пернатые им противостоять… Будем надеяться, что смогут, - горестно вздохнул Ярослав.

- Ты их недооцениваешь, - ободряюще улыбнулся Афромей и встал, - так я пойду? Предупредить надо птиц заранее, чтобы успели собраться.

- Конечно, иди.

В дверях птичник столкнулся с входящим человеком. «Кого там ещё несёт», - с раздражением подумал Ярослав, которому хотелось побыть одному. Но когда перед ним предстал Фёдор, в один миг всё изменилось.

- Чего голову повесил? Небось, о живой воде печалишься? – заметив плохое настроение товарища, проговорил тот.

- Фёдор! Дружище! – вскочил Ярослав, - а мне Вихрь сказал, что вы где-то у леса застряли.

- Так и было. У нас одна повозка сломалась, не выдержала тяжести бочек. С великим трудом мы добрались до леса, чтобы нарубить жердей и починить её. Как вдруг налетел ветер необыкновенной силы, закрутил, поднял нас вместе с повозками и лошадьми в воздух и вот мы здесь, - принялся рассказывать Фёдор, - скажи Трувру спасибо. Принёс нас к лагерю и опустил на землю так бережно, словно мать родная, а на последок ещё и подмигнул.

- Где остальные? Все живы?

- Они караулят бочки с водой у ворот.

- Пошли скорее, - Ярослав почти бегом направился к выходу, - ты даже не представляешь, как необходима сейчас живая вода и ваша помощь!

Они вышли за ворота. Чуть в стороне у повозок расхаживали Корнил и Алексей.

- Ну, Вихрь, ну молодчина! А ещё жаловался, что стар стал и сил у него мало, - радостно воскликнул Ярослав.

Громовой голос с неба остановил его и заставил посмотреть вверх.

Голова Вихря, взиравшая оттуда, спросила:

- Ты об этих повозках беспокоился?

- О них! Благодаря тебе теперь вся дружина будет хорошо вооружена!

- Рад был помочь, - улыбнулся Трувр, при этом его глаза превратились в узкие щёлочки. Они хитро выглядывали из-за раздутых щёк.

- Завтра нам ещё понадобится твоя помощь. Ведь дружина хоть и увеличилась, но по-прежнему остаётся гораздо меньше полчища Жути!

- Я буду рядом. Позовёшь, когда посчитаешь нужным.

- Хорошо! – Ярослав приветливо помахал рукой, после чего Вихрь, подняв небольшой ветер, скрылся в облаках.

Случайно оказавшиеся поблизости люди с изумлением наблюдали за странной беседой. Как только она закончилась, Корнил, Алексей, Лукьян, Кузьма и Флавиан наперебой принялись приветствовать Ярослава. Они долго по очереди трясли его руку. Такими родными показались их лица Ярославу. Наконец-то они вернулись! Как славно, что у него есть надёжные и верные друзья!

- Гляжу, пока нас не было, здесь всё изменилось, - рассматривая недавно выросшее поселение, заметил Фёдор, когда бурные эмоции немного улеглись.

- Ох, тут много чего произошло, так быстро не расскажешь, но самое главное – это завтрашнее сражение с Жутью. Перед ним вам надо хорошенько отдохнуть и набраться сил, а уж потом будем говорить, - отозвался Ярослав.

- Как завтра?! – одновременно спросили Корнил и Алексей.

- Нельзя медлить, войско Жути собирается напасть на наш лагерь в самое ближайшее время, причём ночью.

- А как же барьер?

- Его Эрлен на время уберёт. Вот почему живая вода нам так необходима сейчас. Пускай с помощью Трувра, но вы справились с этим сложным заданием, теперь же идите, отсыпайтесь, - сказал Ярослав и обратился к Гордею, который проходил поблизости, - запрягай свежих лошадей, и срочно доставь живую воду в кузницу Лавритаса. Чтобы к ночи у всех было действенное оружие.

- Понял, - ответил Гордей и пошёл к конюшне. Когда он вернулся, Ярослав был один. Ему с большим трудом удалось отправить друзей, которые никак не хотели оставлять его, в жилище. Они будут нужны ему завтра, чтобы чувствовать их плечо во время боя. А пока он займётся приготовлениями к битве. И первое, что надо сделать, это поехать в замок Олеария и полить Арженецию.

Скоро телега, управляемая Ярославом въехала в распахнутые настежь ворота замка. За спиной булькала полная бочка драгоценной воды. Во дворе царила невообразимая суматоха.

- Что здесь происходит? – спросил Ярослав у спешащего куда-то паренька.

- К завтрему готовимся. Все крестьяне округи в дружину вступить хотят, за этим и собрались сюда.

- А где Олеарий?

- Там! – паренёк ткнул пальцем в скучившуюся массу народа.

Ярослав подошёл к толпе сзади и услышал голос Олеария. Он пытался что-то объяснить собравшимся крестьянам. Заметив его, Олеарий, возложил свою миссию на Само и выбрался из толпы.

- Ну что мне с ними делать? Идут и идут, а где я на всех оружия наберу? И так уже на каждое копьё по два человека, - пожаловался он.

- Насчёт оружия не волнуйся, пошли за ним людей в кузницу.

- Неужели обоз с живой водой прибыл? – обрадовался Олеарий.

- Ты угадал. Так что принимай в дружину всех желающих. Щиты и копья у них будут, а ратники нам нужны.

- Хорошо. Посоветуй ещё, что с карликами делать? Они тоже в бой рвутся, - Олеарий вздохнул и посмотрел на гуляющих по двору осликов.

- Карлики пускай выявляют вражеских лазутчиков. Очень важное и нужное дело. Нам-то завтра не до того будет.

- Ладно, карлики будут шпионов ловить, а Лиза и Милана?

- Что Лиза и Милана?

- Требуют, чтобы я выдал им кольчуги и мечи!

- Ну-у-у-у, это уж лишнее, какие из них вояки, - возмутился Ярослав.

- Я-то с тобой согласен, а ты, поди, им объясни.

- Поговорю с ними… Попрошу, чтобы за ранеными присмотрели. На поле боя им делать нечего. Но сначала польём живой водой Арженецию, и достанем из дупла Мудрую Книгу.

- Подожди меня здесь! Я сейчас! – Олеарий пробрался сквозь возмущающихся крестьян к Само и, энергично жестикулируя руками, начал быстро говорить. После чего те немного успокоились, и двинулись к постройкам. Олеарий вместе с Само вернулись к Ярославу, который стоял у повозки.

- Ух! Ты появился вовремя, ещё немного и я отправил бы их всех назад, по домам, - облегчённо вздохнул Олеарий, - иди в беседку, девушки должно быть там. Поговори с ними, а мы с Само пока дерево польём.

- Идёт, - согласился Ярослав, - как дупло появится, сразу меня зовите!

Он углубился в сад, где в тени деревьев в беседке нашёл грустную, низко склонившую голову над рукоделием Милану. Она пребывала в полном одиночестве.

- Милана! – хрипловатым от волнения голосом окликнул её Ярослав.

Девушка оторвала взгляд от шитья и увидела его. В ту же секунду её лицо просияло от счастья. Она отложила работу и сделала несколько шагов навстречу.

- Я это…, я вот что…, ну, в общем, - у Ярослава с губ слетали бессвязные бессмысленные обрывки фраз. Наконец, ему удалось совладать с собой:

- Выйдешь за меня?... Когда с Жутью будет покончено?

Милана кивнула, часто-часто заморгала и бросилась ему на грудь. Из её глаз ручьём хлынули слёзы. Это были слёзы радости от долгожданных слов и одновременно слёзы печали, навеянной тревожным завтра.

- Ну, ну, - нежно гладил девушку по голове Ярослав.

- Скорее сюда! Дупло появилось! – послышалось из глубины сада.

- Мне пора! Знай, что бы ни случилось, ты – самое дорогое, что у меня есть, - прошептал он, осторожно отстранил Милану от себя и добавил, - хочу попросить тебя и Лизу, взять на себя заботу о раненых. Вы можете многим жизни спасти. Хорошо?

Девушка, продолжая всхлипывать, снова кивнула.

- Вот и славно, - улыбнулся ей Ярослав.

У Арженеции его ждали Олеарий и Само. На толстом стволе дерева, к которому уже была приставлена лестница, чернело дупло.

- Доставать? – спросил Само и, не дожидаясь ответа, взобрался наверх.

Скоро Ярослав держал в руках Мудрую Книгу. Он открыл её серебряным ключиком и прочёл: «Невозможно одолеть ЧЁРНУЮ ЖУТЬ без МЕЧА ТРЁХ ЧУДЕС.

Это не простое оружие. Оно обладает тремя необыкновенными свойствами.

ПЕРВОЕ: КЛИНОК ЛЕГКО РУБИТ КАМЕНЬ, КАКИМ БЫ ТВЁРДЫМ ОН НЕ БЫЛ. ВТОРОЕ: МЕЧ ТРЁХ ЧУДЕС НИКОГДА НЕ ПРИЧИНИТ СЕРЬЁЗНОГО ВРЕДА И НЕ УБЪЁТ СВОЕГО ИСТИННОГО ЕДИНСТВЕННОГО ХОЗЯИНА, ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ЕГО ВЫКОВАЛ. А ТОТ, КТО ПОПЫТАЕТСЯ ПРИМЕНИТЬ ЕГО ПРОТИВ ИСТИННОГО ХОЗЯИНА, САМ ПОСТРАДАЕТ ОТ ЭТОГО МЕЧА. ТРЕТЬЕ: МЕЧ ТРЁХ ЧУДЕС - ЕДИНСТВЕННОЕ ОРУЖИЕ, НЕ ПОДВЛАСТНОЕ КОЛДОВСТВУ ЭРЛЕНА И ЕМУ ПОДОБНЫХ. ТОЛЬКО С ПОМОЩЬЮ НЕГО МОЖНО ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ЛЮБОГО ВАЛЬГОТА, НО СДЕЛАТЬ ЭТО НАДО ОБРАТИВ СИЛУ КОЛДУНА ПРОТИВ НЕГО САМОГО, ВСЕГО ОДНИМ УДАРОМ МЕЧА. КАЖДЫЙ ПОСДЕДУЮЩИЙ УДАР БУДЕТ ИМЕТЬ ОБРАТНОЕ ДЕЙСТВИЕ.

Для того, чтобы закрыть врата в Нижний мир, используй Луч Надежды….».

Ярослав смолк. Ещё несколько раз пробежал глазами третий пункт и задумчиво проговорил:

- Что значит – обратить силу колдуна против него самого? Как это сделать?

Олеарий и Само молчали. Они не знали ответа на этот вопрос.

«О Луче почитаю, когда справлюсь с Эрленом», - решил Ярослав и закрыл Книгу. К большому удивлению, ключик не рассыпался, а остался в руке. Значит, можно будет, по крайней мере, ещё один раз воспользоваться им. Он сунул Книгу в мешок, который спрятал в дупло.

- Ты оставишь её здесь? – спросил Олеарий, когда Ярослав спустился по лестнице вниз.

- Лучшего хранилища для Мудрой Книги, чем это дупло не найти. Арженеция не отдаст её в плохие руки.

Распрощавшись с Олеарием и Само до утра, Ярослав покинул замок. По дороге в лагерь, он заглянул в кузницу Лавритаса, чтобы убедиться, что оружие роздано. Заодно зашёл в библиотеку к Евтихию. Но старец ничего не смог добавить к сказанному об Эрлене в Мудрой Книге.

Начинало вечереть. «Только бы Эрлен не повёл своё войско этой ночью, а уж утром мы ему навяжем бой, которого он не ожидает», - размышлял Ярослав, возвращаясь в лагерь. Какой-то старик окликнул его. Присмотревшись, он узнал Иоиля, спешился и поприветствовал седовласого старца.

- Иди за мной! Мок с собратьями пришёл по твоему зову и желает видеть тебя, - сказал Иоиль и повёл Ярослава в низину, где за густым перелеском отдыхали Морозники. Благодаря зеленоватому оттенку своей кожи и сумеркам они сливались с окружающим ландшафтом и не привлекали внимания. Когда Ярослав и Иоиль подошли, Мок издал характерный треск.

- Мы пришли по твоему зову, что теперь? – перевёл Иоиль.

- Утром будет бой. Вот почему вы здесь. Но перед ним я бы хотел кое-что прояснить.

- Ты сомневаешься в силе Морозников?

- Тот Морозник с которым мне довелось встретиться, очень боялся огня. Никак не могу понять почему. Огонь – это оружие Жути и если вы тоже его боитесь, то…

- Твои опасения напрасны. Морозники становятся пугливыми, когда долгое время пребывают в одиночестве. Они начинают бояться огня, громких резких звуков и прочего. Одиночество не для Морозников. Но когда они вместе – никто и ничто не устоит перед их силой.

- Ну, если в этом всё дело, то пускай ваша сила ударит завтра по несметному полчищу Жути и сметёт его. То полчище бесчисленно и справиться с ним сможем только объединившись, - закончил Ярослав.

- Да, это так. Мы изгоним не прошеных гостей из нашего дома – Альтании, - перевёл Иоиль треск Мока.

Когда Ярослав прискакал в лагерь, было совсем темно. Множество звёзд сияло на небе. Вместе с Гордеем он осмотрел прорубленную сквозь кустарник у озера дорогу через полосу леса между двух озёр. Там, за этой полосой берёзок и кустов было решено разместить сторожевой пост на ночь. По всей длине от озера до озера ярко пылали костры, освещая равнину далеко за пределами барьера Мудрой Книги. Дозорные всматривались в даль, чтобы успеть заранее предупредить о нападении Жути, если таковое случится. У костров сидели притихшие ратники, которые первыми встретят врага в случае необходимости. Ярослав оставил с ними Гордея и вернулся в жилище, чтобы немного отдохнуть перед боем, но так и не смог сомкнуть глаз. Тревожные мысли, сменяя одна другую, не отпускали его. На рассвете он пришёл в штаб. Тишина в лагере говорила о том, что ночь прошла спокойно. Скоро в избе собрались все сотники. Это был последний совет перед битвой. Ещё раз уточнили расположение каждой сотни в боевом порядке и потянулись к выходу. Ярослав последним покинул избу. Сотники быстро расходились, чтобы начать сбор дружины. Ярослав окликнул Олеария и подошёл к нему.

- Как девушки? Убедил я их не ходить на поле брани?

- У тебя получилось. Всю ночь простыни на перевязочный материал резали. В замке не осталось ни одной целой простыни и скатерти.

У Ярослава что-то отпустило в груди. Тревога за жизнь Миланы, которая мешала думать обо всём остальном, немного отступила.

- Смотри, какой паук! – вдруг вскрикнул Олеарий и занёс ногу в начищенном сапоге над огромным чёрным пауком, который медленно полз совсем близко от них.

В это время сзади подошёл Само и сказал:

- Это тарантул. Я видел таких, только те гораздо меньше были.

Олеарий топнул, но паук проворно отбежал и неожиданно прыгнул ему на ногу чуть выше колена.

- А-а-а-а! – скривился от боли Олеарий, - эта тварь укусила меня!

Ярослав выхватил Меч, кончиком клинка стряхнул тарантула на землю и проткнул ворсистое чёрное тело насквозь. Паук тут же рассыпался в горстку чёрной золы, но никто этого не заметил.

- Как ты? – участливо спросил Ярослав Олеария.

- Ничего, - выдавил из себя улыбку тот, - нога болит. Надеюсь, верхом драться смогу. Само, помоги мне забраться на коня.

Бережно поддерживая за руку хромающего Олеария, Само повёл его к лошадиной привязи.

Солнце уже поднялось высоко и своими тёплыми лучами развеяло утренний туман над равниной, когда Ярослав гордо восседая на своём резвом скакуне, появился перед готовым идти в бой войском. Его кольчуга и шлем сверкали в солнечном свете, лицо выражало уверенность, а взгляд был суров. Невиданное доселе зрелище развернулось перед его глазами. Такого войска никто никогда не собирал. Ярослав был впечатлён, но вида не подал. Он волновался так, как никогда прежде. Понимал, какая ответственность лежит на его плечах, за всех, кто сейчас находится здесь. Ярослав ещё раз обвёл взглядом своё войско.

Выстроившись в боевые ряды, стояли пехотинцы. За ними – конный полк. Алое знамя Альтании с пикирующим соколом в центре, развевалось над дружиной.

На расстоянии в несколько шагов, расположилась армия Мока. Морозники походили на громадные шевелящиеся каменные глыбы. Только один их вид внушал страх и смятение. Маленький сухонький Иоиль никак не вписывался в их ряд.

За ними Ярослав обнаружил Мизгиря, взирающего на него четырьмя передними глазами, и Антипа с его подопечными. Здесь были бурые лесные медведи, стая серых волков, высокие лоси, пятнистые рыси, из травы выглядывали полосатые морды барсуков. Птицы во главе с Афромеем замыкали это необыкновенное войско. Люди, Морозники, звери, которые в обычной жизни не слишком дружили, сегодня собрались вместе, чтобы дать отпор общему врагу. Чувство гордости переполнило Ярослава. Он набрал воздуха и крикнул:

- Братья! Сегодня нам предстоит тяжёлый бой! Клянусь перед вами и всей Альтанией, что буду биться не щадя своей жизни!

Несколько неуверенных голосов подхватили его слова.

- Клянусь защищать родную землю, матерей, детей и жён наших! Клянусь бить Чёрную жуть до победы или пока не сложу головы своей!

Вся дружина подхватила клятву Ярослава. Звонкие голоса разносились над долиной. Она придала решимости и ратникам и остальным жителям Альтании, которые не знали человеческого языка, но по интонации поняли смысл сказанного.

- А теперь – вперёд! – скомандовал Ярослав и, пришпорив Ромку, повёл свою рать за барьер Мудрой Книги. Туда, где из-за чёрного полчища не видно было земли.

Тем временем войско Жути пришло в движение. Чёрные воины, будто муравьи, перемещались, сновали, менялись местами, пока не выстроились в ровные ряды. Ярослав отдал приказ и его дружина встала. В центре её находилась часть, состоящая из людей. С правого фланга до самого озера выстроились Морозники, а с левого – Мизгирь, Антип и все звери.

У Жути передняя линия состояла из воинов на серых конях. За ними ряды сливались в сплошные чёрные полосы, среди которых, в отдалении выделялся каменный пьедестал с покрытым позолотой троном наверху. Там, вне досягаемости для стрел и другого оружия, восседал полководец. «Должно быть Эрлен», - окинул его цепким взглядом Ярослав. Колдун походил на закутанного в чёрный плащ великана. Он поднял длинную руку над головой, взмахнул чёрным жезлом и затрубил. Получившие команду воины на серых конях, выставив длинные копья, понеслись вперёд. Ратники прикрылись щитами, ожидая приказа Ярослава отражать удар, но тот выехал навстречу мчавшимся во весь опор всадникам, сжал в руке амулет Сигеберта и крикнул:

- Стойте! Опустите оружие! Вы – не воины Жути, вы – наши братья-ратники!

Услышав это, те замедлились и начали дружно спешиваться, а их кони превратились в стайку серых воробьёв, которая поднялась в воздух и с весёлым щебетом полетела куда-то.

- Идите к берёзовой роще!

Пленные, обращённые во вражеских воинов, бросили копья и послушно побрели в указанном направлении. Ратники расступились, пропуская их в свой тыл.

Колдун вновь взмахнул чёрным жезлом. В ту же секунду от рядов Жути отделились сотканные из чёрного тумана шары в несколько раз превышающие человеческий рост. Бесшумно и быстро они приближались к Альтанийскому войску. Ярослав приказал лучникам выступить вперёд и сделать по выстрелу. Стрелы потонули в чёрном тумане, не причинив ему вреда. И вот один из шаров накатился на трёх барсуков, выскочивших навстречу, и поглотил их. Совсем недолго оставалось до того, как созданное колдуном оружие, достигнет войска Ярослава.

- Трувр! Ты здесь?! – не дожидаясь этого, громко позвал он.

Тут же в небе появился Вихрь.

- Помоги!

Трувр грозно взглянул вниз, надул щёки и дунул. Под напором ветра шары остановились. Вихрь продолжал дуть. Сила ветра быстро нарастала. Воздух наполнился пылью, песком и мелкими камешками. Только чёрные шары оставались на месте. Наконец, ветер перерос в ураган, который оторвал от земли эти огромные сгустки непроницаемого чёрного тумана и понёс их ввысь. Удаляясь, они начали терять форму, а потом стали рваться в клочья и рассеиваться. Вдруг Вихрь издал звук, похожий на глухой раскат грома и ветер резко стих. Его сила иссякла. Но путь был расчищен, перед дружиной не осталось ни одного шара. Команда Ярослава идти в атаку прозвучать не успела. Раздался угрожающий трубный сигнал колдуна, и из-за его войска в небо поднялось огромное шуршащее чёрное покрывало. Оно двинулось на дружину. Это были пикатоды. Они летели так близко друг к другу, что издали походили на сплошное покрывало, застилающее небо. Мгла раскинулась над равниной, в которой сверкали глянцевые, словно покрытые лаком перепончатые крылья. Трувр дунул, но вместо ветра издал протяжный тонкий свист. Град смертоносных тонких игл обрушился сверху.

- Закрыться щитами! – скомандовал Ярослав и спрятал свою и Ромкину головы под железный щит.

Острые, будто жала, иглы не щадили никого. Жалобно заржали кони, заскулили звери, затрещали Морозники. «Пикатоды уничтожат дружину, не давая ей сойти с места», - приуныл Ярослав.

Громкий птичий гомон разнёсся вокруг. Это армия Афромея спешила на помощь. Скоро над головами началась жестокая схватка. Беркуты, ястребы, кречеты, сапсаны с высоты бросались на иглометателей и рвали их на части когтями и клювами. На землю полетели чёрные глянцевые клочья, перья и пронзённые иглами, окровавленные тела птиц.

Ярослав отдал команду лучникам. Стрелы, выпущенные ими, ударили в чёрное покрывало, которое стало редеть, пропуская солнечный свет.

Зловещий трубный сигнал колдуна прозвучал раньше, чем закончился бой в небе. Вперёд выдвинулись огромные косматые чудовища. Их свирепые светящиеся глаза вращались, а пасти выплёвывали огненные сгустки, которые ударялись о щиты, отскакивали и обжигали людей и животных. Испуганные кони шарахнулись врассыпную, нарушив задние ряды.

- Лучники! Стреляйте по этим тварям! – крикнул Ярослав, но его голос утонул в злобном рычании чудовищ и треске Морозников, которые продвинулись вперёд и стали растягиваться в линию, чтобы принять на себя удар косматых удигодов. Из-под ног Морозников полетели белые льдинки, покрывающие коркой чёрную шерсть. Чудовища остановились.

Раненый иглой пикатода, как и многие другие кони, Ромка не мог стоять. Ярослав спешился, провёл рукой по высокой холке и передал поводья ратнику.

- У-лю-лю-лю-лю! – ястребиный клич донёсся сверху.

Бой в небе ещё продолжался, но количество пикатодов быстро сокращалось.

Тем временем рычащие чудовища обошли своих покрытых белой ледяной скорлупой собратьев и со свирепым оскалом бросились на Морозников. Те не успевали высекать лёд, поднимались на задние ноги и серебристыми когтями рвали покрытую шерстью шкуру удигодов, затем валили их на землю и растаптывали. Из-под их ног брызгала густая смолянистая тёмная кровь мёртвых чудовищ.

Снова затрубил колдун. В проходы между Морозниками хлынула неудержимая лавина чёрных воинов. В их руках поблёскивали короткие тонкие, будто сплошное лезвие, мечи.

- Копейщики! – крикнул Ярослав. Дружина ощетинилась торчащими вперёд копьями.

Первый ряд чёрных воинов, под давлением напиравших сзади, напоролся на копья и рассыпался в пепел.

Началась безжалостная сеча. Летели вниз головы, рассыпались в прах воины Жути. Падали, орошая землю кровью люди. Неумолкающий трубный звук колдуна, который становился всё громче и требовательнее, не мог заглушить звона оружия, стонов, хрипов и воя, издаваемого чёрными существами. Несмотря на широкие одежды, они были проворны и быстры. Ничего не видел Ярослав, кроме наползающей черноты, перед собой. Он наносил удары, сокрушая врага. Чувствовал, что Алексей, Фёдор, Корнил сражаются рядом.

Морозники сдвинулись на правый фланг и плотной стеной закрыли его. Слева дрались разъярённые звери. Они рвали когтями, кусали, давили мощными лапами врага, падали от их мечей, но не отступали.

Дрожала земля. Гибли ратники. Их тела покрывались толстым слоем серой золы, в которую рассыпались воины Жути. Воздух переполнился пепельной пылью. Она застилала глаза, мешала дышать, скрипела на зубах.

Не смолкая, неистово трубил колдун, посылая вперёд своё нескончаемое войско. Наконец, Жути удалось пробить брешь в передних рядах сильно поредевшей дружины. Конница, управляемая Лавритасом, поспешила закрыть слабое место. Алый стяг Альтании развевался над ней.

Ярослав понимал, что если не устранить колдуна, битва будет проиграна. Хриплым голосом он отдал приказ Алексею и Корнилу, звать на помощь Мока и Мизгиря. Без них пробиться к колдуну шансов не было. И друзья, лавируя между ратников, отправились к флангам.

Острое лезвие полоснуло по лицу. Ярослав ощутил на губах солоноватый вкус. Лицо желтоглазого существа увидел он совсем близко перед глазами, а костлявая худая рука занесла меч для следующего удара. Ярослав успел уклониться. Фёдор среагировал моментально. Он сделал выпад вперёд и проткнул впалую чёрную грудь мечом, затем закрыл собой Ярослава и, продолжая наносить частые удары во все стороны, прокричал:

- Ты ранен!

- Пустяки, царапина!

Ярослав встал с ним рядом. Вдвоём, рывок за рывком они двинулись вперёд. Ратники, тесно сомкнув щиты, прикрывали с обеих сторон. Передние ряды стали вытягиваться в клин. На помощь ратникам пришёл Мок. Будто корабль по чёрным волнам медленно продвигался он сквозь вражеское скопище. На спине у Морозника сидел Иоиль и длинным заострённым посохом пытался отталкивать от него воинов Жути. Они втыкали в бока Мока мечи и пики. Те застревали в толстой прочной коже и болтались из стороны в сторону при каждом шаге Морозника. Он продолжал прокладывать дорогу к пьедесталу колдуна, будто и не было на его боках этих многочисленных ран.

Покрытая коричневым ворсом лапа Мизгиря опустилась перед Ярославом.

- Залазь мне на спину, - прошипел паук и опустил туловище так низко, как мог. Цепляясь за длинный ворс, Ярослав взобрался на плоскую спину. Кто-то, кряхтя, лез вслед за ним. Это был Само. Мизгирь поднялся и Фёдор, который хотел присоединиться к ним, соскользнул вниз. Мизгирь побрёл за Моком, клонясь на правую сторону из-за того, что одна из его восьми лап отсутствовала. Чёрные воины цеплялись за паучьи ноги, намереваясь взобраться по ним на спину, но Ярослав и Само своим оружием легко пресекали эти попытки. Постепенно они приближались к пьедесталу, который представлял собой высокую гору из гладкого серого камня.

- Почему ты не с Олеарием?! – улучшив момент, спросил Ярослав.

- …укуса….лихорадка! – донеслись до него обрывки фразы сквозь оглушающий трубный звук.

Уверенный в своей безопасности и неуязвимости колдун не обращал на них внимания. Предвкушая победу, он размахивал жезлом и гнал своё полчище вперёд.

Когда спина Мизгиря оказалась настолько близко от горы, что можно было достать до камня, Ярослав несколькими ударами Меча высек широкую ступень и соскочил на неё. Ступень за ступенью он начал подниматься вверх. Само продвигался ниже. Он сбрасывал копьём воинов Жути, которым удавалось прорваться сквозь оборону Морозника и Мизгиря.

Взмах за взмахом работала рука Ярослава. Солёный пот промочил рубаху под кольчугой насквозь, градом лился из-под шлема на лицо. Он не знал, что происходит с дружиной. Не видел, как рухнул с перерезанным горлом Гордей и кровь пульсируя, ручьём полилась из его раны, как вскрикнул от боли Фёдор, когда его отсечённая чуть ниже локтя рука, вместе с мечом упала под ноги, как расступились чёрные воины, пропуская вперёд свою резвую конницу, как дрогнул и упал алый стяг, но тут же взметнулся вверх, а две конницы схлестнулись между собой.

Ступень за ступенью, ступень за ступенью, выше и выше, ещё и ещё. Глухо ударялись о камень и долго скатывались вниз его отсечённые осколки. Взбираясь позади, тяжело дышал Само.

А вот и вершина! Они быстро влезли на небольшую ровную площадку, где на троне восседал колдун. Он не был таким огромным, каким казался издали. Чёрный плащ скрывал его обличье. Лишь светящиеся жуткие глаза и жезл в руке выделялись из балахона. Злодей пронзил взглядом Ярослава, захотелось закрыться или спрятаться от этих красных глаз.

- Р-р-р-р, - угрожающе прорычал колдун, направил на Ярослава жезл и метнул чёрный луч. Ярослав уклонился. Луч ударился о площадку и прожёг в камне маленькое отверстие, которое на одно мгновение отвлекло внимание от злодея. А второй луч уже был выпущен и попал бы точно в сердце Ярослава, но Само бросился вперёд.

- Ах! – луч угодил ему в грудь.

Сражённый Само упал. Ярослав успел подставить Меч под следующий удар луча, и тот, отразившись от сверкающего клинка, устремился в сторону. «Так вот как использовать силу колдуна против него самого», - осенила догадка Ярослава. Снова вспыхнул смертоносный луч. Уверенным движением Ярослав перенаправил его в колдуна. Зловещее колдовское орудие пронзило Эрлена. Он захрипел и выронил жезл. Огненная вертикальная черта проявилась сквозь плащ и разделила мерзкого злодея на две симметричные половины. Ярослав собрал всю оставшуюся силу и нанёс сокрушительный удар сверху. Меч Трёх Чудес рассёк колдуна ровно по этой линии. Две обгорелые головёшки разлетелись в разные стороны.

Пьедестал начал трястись и рушиться. Ярослав бросился к Само, но понял, что помочь ему уже не сможет. Каменная гора раскалывалась на части. По пришедшим в движение ступеням Ярослав поспешно стал спускаться вниз. Тяжёлая глыба с грохотом пронеслась мимо, чуть-чуть не задев его. Ступень, на которой он стоял, раскололась надвое. Ярослав оттолкнулся и прыгнул.

- Осторожнее! Ты больно ударил меня! – недовольно прошипел Мизгирь, когда на его спину свалился Ярослав.

- Извини! Быстрее уходи отсюда, иначе камень, который летит сверху, ударит ещё больнее!

Мизгирь проворно отскочил.

Эрлен больше не трубил. Визг его воинов разносился повсюду. Оставшись без полководца, они ударились в панику и, наталкиваясь друг на друга, побежали. Дружина Ярослава с радостными возгласами погнала войско Жути прочь со своей земли. Конница во главе с Лавритасом, вырвалась вперёд. Заметив Ярослава, Лавритас крикнул:

- Садись на коня! Надо покончить с ними пока не разбежались!

Ярослав соскользнул с Мизгиря, вскочил на разгорячённого белого скакуна, которого нашёл для него Лавритас и поскакал вперёд. Чёрные воины не оказывали никакого сопротивления. Они быстро удирали, стараясь спастись от мечей и копий.

Приближалась ночь. Пехота давно отстала, а конница, оставив позади границы Альтанийских земель, продолжала преследовать жалкие остатки чёрного полчища до тех пор, пока могла различить его в сгущающейся темноте.

Назад вернулись, когда утренний рассвет озарил землю. По покрытому пеплом и телами полю битвы сновали люди с факелами. Они разгребали золу, склонялись над ратниками и пытались уловить их дыхание.

Ярослав и Лавритас сошли с коней и медленно пошли между грудами погибших. Слишком дорогой ценой досталась эта победа, слишком много народа полегло.

Доспехи Ярослава были измяты, рассечённая щека воспалилась, на посеревшем от пепла лице, блестели усталые глаза. Севастьян вышел ему навстречу и, увидев, всплеснул руками:

- Батюшки!

Он помог снять доспехи и умыться, а потом повёл в госпиталь. Раненые сидели и лежали повсюду: в шатрах и шалашах, на подстилках из веток под открытым небом и просто на траве. Между ними ходили женщины. Они промывали и перевязывали раны.

- Кузьма! Живой! – заметив сидевшего Кузю, бросился к нему Ярослав.

Но парень не поддержал его радости. По его щекам текли слёзы, а рядом лежало окровавленное тело.

- Я-то жив, а Лукьян, - зашёлся в рыданиях Кузьма, - если бы не он…

- Голубушка, дай ему водицы, - Ярослав остановил проходившую мимо девушку с кувшином.

Кузьма долго пил, а после, немного успокоившись, сказал:

- Лукьян закрыл меня собой, поэтому я живу, а он нет.

- Значит, ты должен жить так, чтобы ему не было за тебя стыдно.

Кузьма удивлённо взглянул на Ярослава и задумался.

- Не знаешь, что с Фёдором, Алексеем, Корнилом? – прервал его думу Ярослав.

Парень отрицательно мотнул головой и Ярослав пошёл дальше, внимательно всматриваясь в лица, пытаясь отыскать друзей.

Севастьян привёл его в шатёр, где шустрая старушка промыла рассечённую щёку отваром из трав и ноющая боль быстро стихла.

На обратном пути у ворот лагеря Ярослав увидел впереди знакомую фигуру и окликнул:

- Лис!

Тот обернулся. Глаза Лиса больше не светились задором, не было в них знакомой хитринки. Будто другой человек серьёзно и печально смотрел на Ярослава.

- Нет больше Лиса. Он остался там, - махнул повзрослевший за один день молодой человек в сторону поля боя, - зови меня Ольгердом.

Не дожидаясь ответа, Ольгерд отвернулся и пошёл своей дорогой.

Только к полудню Ярослав выяснил, что Фёдор жив, но лишился руки, Алексей, получивший глубокую рану в грудь, мечется между жизнью и смертью, а Милана не отходит от него ни на минуту. Нет больше Корнила и Якова, Гордея, Стратоника и Геронтия. От дружины осталась малая её часть. Зато возвратились из плена Лёнька и брат Гаврилы – Данила, а также Доброслав и другие ратники и крестьяне. Кто-то был счастлив, кто-то горько рыдал. Скорбь и радость тесно переплелись между собой.

К вечеру была готова братская могила, куда захоронили сражавшихся бок о бок людей, Морозников, зверей и птиц. Ярослав опустил в неё ларец, который вручил ему когда-то Трефил. Все, кто погиб, и кто остался в живых были достойны наград. В этом ларце их слишком мало, но пускай они останутся с погибшими героями. Остальным досталась самая дорогая награда – жизнь.

Князь

Весть о победе над Жутью быстро облетела всю Альтанию. Она вызвала бурную радость среди её жителей, так как эта война, постучалась в двери почти каждого дома. Кто-то приютил у себя родственников бежавших от злобных захватчиков из Нижнего мира, или знакомых, и даже чужих, оставшихся без крова, людей; кто-то с нетерпением дожидался возвращения ушедших сражаться с воинами Жути отцов, братьев, мужей; кто-то, чтобы ускорить победу, оказывал помощь в виде продовольствия и монет. Не было равнодушных к общей беде, никто не остался в стороне, а когда пришло известие о разгроме полчища Жути, население Альтании вздохнуло с облегчением и занялось подготовкой к предстоящей зиме.

Уцелевших после пожарища жителей Вержин-Града, приближение холодов тревожило гораздо сильнее, чем остальных. В наспех сооружённых шалашах спастись от заморозков было нельзя и, как только раненые в битве поднялись на ноги, собралось большое вече, чтобы принять решение, что же делать дальше.

Малая часть жителей поселения склонялась к тому, чтобы покинуть родные места до весны и перезимовать в Восточном княжестве, но большинство намеревалось остаться здесь, а для этого требовалось в самое короткое время отстроить тёплые дома.

Зато ни у тех, ни у других не было сомнений в том, что возглавить строительство Нового города должен Ярослав. Люди знали его как храброго воина и человека, который в трудную минуту не дрогнул, возглавил дружину и смог спасти Альтанию от Жути. Сказы о необыкновенном войске и схватке Ярослава с колдуном, передавались из уст в уста. Среди народа он слыл настоящим героем. Жители поселения обратились к нему с просьбой стать главой Нового города.

Теперь на плечи Ярослава легли заботы обо всех этих людях, дружине, охране границ Альтании.Проход в Нижний мир пока оставался открытым, ничего не было известно о колдуне Дизавуле, и полной уверенности в том, что Жуть не нападёт снова, не было.

Но прежде чем отправиться закрывать разлом, надо было разобраться с самыми насущными проблемами. Заканчивались съестные припасы, и денег на их приобретение не осталось совсем. «Как прокормить такое количество народа? Где взять средства на содержание дружины?» - эти мысли не давали покоя Ярославу. Посоветовавшись с Фёдором, он решил отослать делегацию из нескольких человек за помощью к князю Елизару, который всё ещё гостил в Восточном княжестве. Оставалось только выбрать подходящих для такой важной миссии людей. Для этого Ярослав назначил на следующее утро совет.

Сегодня же он спешил в замок, чтобы навестить Олеария, который не оправился после укуса тарантула, метался в лихорадке, бредил и впадал в забытьё. Тётушка и Соня очень печалились, боясь потерять Олеария. Близко к сердцу приняла его болезнь Милана, ведь эта семья стала ей родной. Она всеми способами старалась облегчить страдания больного, поддержать Соню и тётушку Стефаниду. Снадобья местной знахарки, как и живая вода, не помогали.

Тревожась за жизнь друга, Ярослав велел созвать всех лекарей округи, но они тоже оказались бессильны. Тогда Ярослав связался с Власием, поведал ему о болезни и просил помочь её излечить. В свою очередь Власий обратился к Офимье. Сегодня рано утром Ярослав получил ответ: «Слишком стара я стала, и не могу сама явиться, чтобы лечить твоего друга. Пришли ко мне человека с какой-нибудь его вещью, например рубахой, и я постараюсь определить причину его болезни. Думаю, что хворает он не от простого укуса, а от колдовских чар. Только когда его вещь будет в моих руках, скажу, как избавить его от них. А пока, чтобы поддержать его силы, отыщи в лесу папоротник, выкопай его горький корень и давай настой этого корня больному каждое утро».

Поблагодарив Офимью, Ярослав поспешил к Афромею, надеясь, что тот поможет отыскать нужное растение. После битвы случайно выяснилось, что птичник понимает не только щебет пернатых, но и треск Морозников. Когда Иоиль узнал об этом, то радости его не было предела. Совсем не ожидал он встретить представителя своего вымершего народа, кроме которого речь Морозников распознать никому не дано.

Вдвоём они принялись выхаживать израненного Мока и его собратьев. Теперь же, когда кровоточащие порезы затянулись крепкой кожей и огромные Морозники набрались сил, Иоиль и Афромей собирались отправиться в Зелёную долину вместе с ними.

Ярослав торопился, успел застать их на лугу недалеко от поселения.

- Помоги отыскать в лесу папоротник, - обратился он с просьбой к Афромею.

- Был бы рад тебе помочь, но не знаю, как он выглядит, - вздохнул Афромей, - никогда не встречал такого растения.

- Я тоже, - вторил ему Иоиль. Громко затрещал Морозник и взглянув на него, Иоиль продолжил, - Мок благодарит тебя за стадо коров, которое ты выделил на пропитание его собратьев. Эта пища помогла восстановить силы, и теперь они могут вернуться в свою страну. Мок надеется, что ужасная дрожь больше никогда не будет её сотрясать, ведь Жути больше нет.

- Передай, им всем от меня спасибо, - обвёл глазами готовых к путешествию Морозников Ярослав, - их вклад в победу неоценим. Без армии Мока мы бы её не одержали и, если бы я имел возможность, то отдал бы Морозникам не одно такое стадо. Ещё хочу предупредить, что врата в Нижний мир не закрыты, и о полной безопасности говорить рано.

- В таком случае, когда снова потребуется наша помощь, ты сможешь призвать нас так же, как в прошлый раз. А сейчас нам пора, - перевёл ответ Мока Иоиль.

- Надеюсь, вы вновь обретёте ту страну, которую когда-то потеряли, - попрощался Ярослав, после чего Иоиль взобрался на спину Мока, и они медленно прошествовали мимо. За ними двигался другой Морозник. На нём восседал Афромей. Он был счастлив от того, что избавился от одиночества и обрёл семью.

Ярослав не стал дожидаться, пока огромные зеленоватые существа скроются из вида. Он вскочил на коня и вскоре был во дворе замка Олеария. Никто не встретил его у лошадиной привязи, не вышел навстречу, как раньше, Само. Привыкнуть к тому, что его нет, пока не получалось. Ярослав поднялся на крыльцо, открыл тяжёлую дверь, и вошёл внутрь. Первой, кого он увидел, оказалась Апрося. Она занималась уборкой и была очень печальна.

- Доброго дня! Как себя чувствует Олеарий? – окликнул женщину Ярослав.

- По-прежнему плохо.

- Мне бы с Соней поговорить.

- Она всю ночь дежурила у постели брата…, и Милана вместе с ней. Недавно приехал Лавритас. Потом пришёл Алексей. Они уговорили девушек немного поспать, а сами остались у постели Олеария.

- Тогда проводи меня к Лавритасу.

Апрося кивнула и, шурша юбкой, стала подниматься по высокой лестнице.

- Вот беда-то, какая у нас приключилась. Что же будет-то? – запричитала она, - сначала Олеарий слёг, а теперь ещё и тётушка занемогла. Из своей комнаты не выходит, совсем плоха стала. Это она из-за болезни Олеария убивается, и Соня тоже. Что станет с ними, когда Олеарий …

Апрося зашлась в рыданиях.

- Прекрати! Он скоро поправится! – прикрикнул на неё Ярослав, - лучше скажи, нет ли у тебя знакомых, которые смогли бы отыскать в лесу папоротник?

Женщина остановилась и удивлённо взглянула на него:

- Думаешь, это поможет?

- Да.

- Есть в деревне два травника. У них и надо спрашивать.

- Немедленно пошли за ними человека, пускай приведёт их сюда! И больше чтобы я от тебя таких речей не слышал! Олеарий поправится! Я в этом уверен!

Апрося виновато опустила голову.

- Если хочешь, чтобы он выздоровел поскорее, помоги найти корень папоротника, - сказал Ярослав, осторожно открыл дверь и вошёл в спальню.

Бледный, похудевший Олеарий лежал на постели с закрытыми глазами. Лавритас и Алексей молча сидели рядом с ним. Ярослав посмотрел на изменившееся от болезни лицо друга и вспомнил первую встречу с ним. Тогда он был весел, энергичен и полон сил. «Мы спасём тебя, обязательно спасём», - не желая верить в обратное, подумал Ярослав и прошептал:

- Надо поговорить.

Лавритас и Алексей вслед за ним вышли в тёмный коридор. Дверь в спальню осталась открытой, чтобы можно было наблюдать за больным.

Ярослав рассказал друзьям о своей беседе с Офимьей.

- Я отправлюсь к жителям леса! – пылко воскликнул Алексей, - не могу видеть, как он страдает!

- Но ты ещё сам слаб после ранения, - не согласился Ярослав.

- Вот именно! Строить, таскать тяжести и делать другую тяжёлую работу я не в состоянии и сидеть без дела тоже не хочу! Сейчас же начну собираться!

- Я поеду с тобой, - заявил молчавший до этого Лавритас.

- Ты здесь нужнее. Лучше тебя никто не позаботится о близких Олеария, пока он болен. Ещё я планировал поручить тебе, разобраться с корнем папоротника. Это очень важно, - возразил Ярослав.

- Хорошо. Я всё сделаю, но Алексея одного отпускать нельзя, - высказался Лавритас.

- Насчёт этого не тревожься. Провожатых ему найдём. Думаю, что Кузьма не откажется. Без Лукьяна он ходит сам не свой. Такая поездка только на пользу парню пойдёт, - закончил разговор Ярослав, а через несколько часов Алексей, Кузьма и два брата-близнеца Гаврила и Данила отправились в далёкие земли к жителям леса. Они взяли с собой несколько вещей Олеария. Напоследок Ярослав снял с пальца и протянул Алексею перстень, который так давно подарил ему Олеарий. Когда четверо всадников скрылись за пожелтевшими берёзами, Ярослав вернулся в штаб и занялся многочисленными текущими делами.

Вечерело. Котрат, Фёдор и Ярослав составляли план укреплений, которые намеревались возвести на границе Альтании с королевством Рудирика. В избу вбежал Севастьян и с порога выпалил:

- Там дружина из Восточного княжества явилась! Её воевода тебя требует!

- Веди его сюда, - не поднимая головы от плана, проговорил Ярослав.

- Я так и хотел, но он отказался и велел срочно тебя звать.

- Ох уж эти мне воеводы княжеские, никакого толку от них, одна волокита, - проворчал себе под нос Ярослав, поднялся из-за стола и обратился к Фёдору и Котрату, - ну что, пошли, поглядим, что там за вояка такой.

Они вышли за ворота лагеря, который быстро отстраивался к зиме. Звонкий стук топоров разносился далеко за его пределы и перекликался с таким же стуком в Новом городе. На дороге их поджидал всадник в дорогих доспехах. Его небольшая дружина спешилась и отдыхала неподалёку.

- Кто из вас Ярослав?! – сердито крикнул он.

- Я! – обратил на себя внимание Ярослав.

- Это ты послал Назария в Восточное княжество за подмогой?!

- Да. Только опоздали вы, нам ваша помощь больше не нужна, сами справились, - отозвался Ярослав.

Услышав громкие переговоры, вокруг стал собираться любопытный народ. Мужики прибежали на шум с топорами, которыми только что умело орудовали, возводя стены домов.

- Подойди ко мне! – потребовал недружелюбно настроенный собеседник.

- Для начала хотелось бы знать, с кем имею честь говорить, – не сдвинулся с места Ярослав.

- Я – воевода Велисарий. Послан сюда, чтобы возглавить дружину вместо героически погибшего Свенельда!

- Чего-чего?! – выступил вперёд Котрат.

- У меня на это имеется распоряжение князя Елизара! – заявил новый воевода, вытащил из сумки бумагу и помахал ей в воздухе.

- Какой ещё воевода?! Где ты был, когда мы кровь проливали?! Ярослав наш воевода! Убирайся отсюда! – зашумела толпа.

Лицо Велисария вмиг изменилось и стало добрым.

- Я, между прочим, обоз с продовольствием и сундук с монетами вам доставил, - проговорил он уже спокойнее и спешился.

- Продовольствие нам нужно! А ты, пока цел, назад проваливай! – исподлобья глянул на щуплого Велисария богатырь-Котрат.

Тот оглянулся на свою дружину. Уставшие после долгой дороги ратники сидели и лежали на траве и не собирались вступаться за него.

- Ну, зачем же так нервничать, - заискивающе улыбнулся прибывший воевода.

- У Ярослава тоже документ имеется! Он наш воевода, и другого нам не надо! – продолжал наступать Котрат.

Из ворот лагеря показался вооружённый копьями и мечами отряд. Ситуация накалялась. Ещё немного и начнётся бессмысленное кровопролитие.

- Тихо! – громко крикнул Ярослав.

В тот же момент все смолкли и повернули головы в его сторону.

- Тебе бы действительно, лучше назад вернуться. Жуть мы разбили сами и теперь как-нибудь справимся, - попробовал договориться Ярослав.

- Но я не могу нарушить распоряжение князя! Да что князя, большой совет собирался, прежде чем отправить меня сюда! – возмущённо замахал руками Велисарий.

Не успел он договорить, как толпа вновь загудела.

- Хорошо. Тогда сделаем вот как, - поспешил успокоить народ Ярослав, - пойдём в мой штаб, напишем письмо князю Елизару, где всё подробно изложим и отошлём его с гонцом. Думаю, что совет поспешил и принял решение о твоём назначении, не имея сведений о том, что здесь происходит. Даже о разгроме войска Жути на тот момент в Восточном княжестве не было известно. Правильно я говорю?!

- Так и поступим! Самим нам этот вопрос не решить, - обрадовался предложению Ярослава Велисарий.

- Подожди! Ты говорил, что обоз с продовольствием доставил. Не вижу ни одной гружёной повозки.

- Он у стен сгоревшего города дожидается. Оставил повозки там под охраной, когда увидел тот город… вернее пепелище… Не знал, что нас ждёт впереди.

- Вот и отлично. Пока мы будем писать послание, мои люди займутся обозом.

- Деньги тоже там. В сундуке кованом. Могу предоставить опись на них и на всё продовольствие, - Велисарий потянулся к сумке.

- Монеты надо бы в штаб, туда, где они всегда хранятся свезти, - сказал Ярослав и вздохнул, - Лукьяна-то нет теперь. Кто ж за деньгами присматривать будет.

- Мы с Котратом обоз со всем его содержимым возьмём на себя, насчёт него можешь быть спокоен, - тихо проговорил стоявший рядом Фёдор.

Ярослав с благодарностью взглянул на него, утвердительно кивнул и пошёл к лагерю. Велисарий последовал за ним.

Долго сидели они, низко склонившись над столом, составляя длинное послание. Ярослав старался не упустить ничего, особенно заострял внимание на проблемах, которые возникали одна за другой, ведь у горожан не было ни тёплой одежды, ни предметов быта, а главное – съестных припасов на зиму. Меньше всего его беспокоило, кто будет воеводой. Оставаться навсегда в Западном княжестве, да ещё в качестве воеводы он не собирался.

Велисария же наоборот волновал только этот вопрос, а до проблем жителей Вержин-Града ему не было никакого дела.

Закончили писать депешу только к полуночи. Севастьян повёл Велисария ночевать в только что выстроенную, сильно пахнущую свежей древесиной избу, а Ярослав и Фёдор остались в штабе, куда они недавно перебрались из опустевшего летнего жилища.

- Ох, не нравится мне всё это, - вздохнул Фёдор, когда Велисарий ушёл, - не пойму, зачем его сюда направили. Думаю, это Одихмант и Досифей воду мутят.

- А им-то, какая разница, кого сюда воеводой назначат? – удивился Ярослав.

- Ну как же. Когда Одихмант увидел тебя в хоромах Елизара, то сразу понял, чей ты сын. Очень уж ты похож на отца. Боязнь потерять всё, что имеют, взыграла в этих подлых людишках с новой силой. Они любыми средствами будут стараться не допустить, чтобы ты заявил свои права на правление княжеством.

- Не собираюсь я никакие права заявлять. Вот подготовимся к зиме, закрою пролом, вылечим Олеария, а потом…, - Ярослав зажмурился, представил будущее, улыбнулся и продолжил, - женюсь на Милане, вернусь вместе с ней домой. Снова кузнечным делом займусь, да детей буду растить. Не нужна мне никакая власть, не хочу быть князем.

- Семью завести и жить, заботясь о ней – хорошо, но не выйдет у тебя ничего.

- Почему?!

- Не дадут тебе спокойно жить. В твоих жилах течёт княжеская кровь и в любой момент это может открыться. В лучшем случае снова на каторгу попадёшь, а в худшем…, - Фёдор запнулся, - и я защитить тебя не смогу. С одной-то рукой, какой из меня воин. Жаль,что Корнил погиб, Алексея опять же сейчас рядом нет…

- Что ты предлагаешь?

- Надо выдвигаться в Восточное княжество без промедления. И не одному, а с дружиной. Ты – настоящий князь и должен править народом! Иначе расстанешься с жизнью.

- Ты преувеличиваешь, ничего мне не угрожает. Давай хотя бы дождёмся ответа на письмо. Мы с Велисарием на него столько сил положили. А потом решим, что делать дальше, - задумчиво проговорил Ярослав. Уж очень не хотелось ему править всем Восточным княжеством, понимал, какая тяжёлая это ноша.

- Как знаешь, только будь осмотрителен и не доверяй этому Велисарию. Скорее всего, он с ними заодно, - предостерёг Фёдор.

На рассвете, оседлав резвого жеребца, гонец покинул лагерь. В его дорожной сумке лежало послание князю Елизару и маленькая записка Досифею, о которой Ярославу ничего не было известно. Он и Велисарий стояли рядом и долго смотрели вслед быстро удаляющемуся всаднику. Каждый думал о своём, и каждый надеялся получить тот ответ, который считал правильным.

А между тем осень полностью вступила в свои права. Начались холодные затяжные дожди. Благо, что Новый город уже почти отстроился. Из одного конца равнины в другой протянулись три длинные прямые улицы. Заработала кузница и гончарная мастерская. На базарной площади велась бойкая торговля. Здесь предлагались ягоды и грибы из леса, рыба из озера, молоко, свежий хлеб и калачи, глиняные горшки и другая утварь. Монет у людей было очень мало, поэтому они попросту обменивались необходимыми вещами и едой. В ход шли и самоцветы. За ними собравшись группами по пять-шесть человек, отправлялись к Розовому озеру самые отважные жители Нового города.

Лавритас сумел раздобыть корень папоротника. Карлики Эрманарих и Иорнанд, прослышав о том, что он может вылечить Олерия, принесли в замок целую корзину кореньев. В каком лесу они нашли папоротник, осталось тайной, главное, что от настоя его корня Олеарий почувствовал себя лучше, перестал бредить, начал садиться, а потом и вставать с постели, у него появился аппетит. Лишь глаза Олеария оставались отрешёнными, будто его сознание находилось где-то далеко и не собиралось возвращаться.

Алексей, Кузьма и братья-близнецы до жителей леса пока не добрались, а вот возвращения гонца из Восточного княжества, Ярослав ожидал со дня на день. Велисария он видел редко. Тот почти не выходил из избы, а когда это случалось, сразу начинал зябко ёжиться, кутаться в свои одежды и спешил вернуться обратно. Его не интересовало ни то, что происходило в лагере, ни жизнь города.

«Как же он собирается выполнять обязанности воеводы, если не знает, что к чему?» - подумал Ярослав, когда случайно, по пути в конюшню, наткнулся на Велисария, который так спешил в тёплую избу, что не заметил, или сделал вид, что не заметил Ярослава. Эта мысль мелькнула и быстро улетучилась. По вязкой грязи, в которую превратилась осенняя дорога, Ярослав направился в замок Олеария, что делал почти каждый день.

От предвкушения встречи с Миланой, у него было приподнятое настроение, и всё остальное отодвинулось на второй план. По обыкновению он оставил чуть прихрамывающего после битвы Ромку у привязи и пошёл к беседке, где и должны были они встретиться. Ещё издали Ярослав увидел синюю, отороченную мехом телогрею Миланы и помахал рукой. Заметив его, девушка пошла навстречу. Её васильковые глаза светились любовью и добротой. Ярослав окунулся в лучистую синеву её взгляда. Казалось, что счастливее него нет человека в целом мире. Но вдруг Милана остановилась. Её лицо стало строгим, а в глазах мелькнул страх.

- Берегись! Сзади! – громко крикнула она.

Ярослав резко обернулся. Незнакомый ему человек выскочил из-за дерева. В его руке поблёскивал острый кинжал. Ярослав сделал шаг навстречу, схватил незнакомца за руку и вывернул её так, что вскрикнув от боли, тот выронил оружие. Злоумышленник был гораздо слабее, и не составило большого труда повалить его.

- Кто ты?! Зачем хотел убить меня?! – прижав незнакомца к покрытой опавшей листвой земле, спросил Ярослав.

- Пусти…, больно…, - прохрипел тот.

- Отвечай на мои вопросы! А то ещё больнее будет!

- Меня зовут Терентий.

- Чем я тебе помешал?

- Я-я-я…, ничего не имею против тебя…, меня послали…

- Кто?!

- Не могу сказать. Это очень опасные люди. Они убьют меня.

Ярослав расхохотался:

- Не о том печёшься.

Он посмотрел на поднимающую кинжал Милану, и только теперь до него дошло:

- Миланушка! Лебёдушка моя! Ты ГОВОРИШЬ! Как у тебя это получилось?!

- Очень испугалась за тебя, само как-то вырвалось, - тихо произнесла девушка в ответ.

Пока они разговаривали, на помощь прибежали оказавшиеся поблизости слуги. Ярослав отослал одного из них за караульными. Теперь, когда Жуть была изгнана, а Олеарий болел, стражи расслабились, плохо исполняли свои обязанности и позволили злодею легко проникнуть на территорию замка.

- Свяжите его и отведите ко мне в штаб! Да смотрите не упустите! – приказал Ярослав караульным. Их сильно заспанные виноватые лица сразу приобрели грозное выражение.

Ярослав как мог, успокоил тревогу Миланы и вернулся в лагерь, чтобы допросить Терентия и узнать имена тех, кто за ним стоял. Верхом на коне, он намного обогнал стражников, сопровождающих наёмного убийцу.

«Получается, что Фёдор прав», - размышлял он, дожидаясь их в избе. Шум снаружи отвлёк от раздумий. Ярослав поспешил на крыльцо, у которого стояли два растерянных стража, а между ними лежал Терентий. Обеими руками он держался за живот. Большая лужа крови образовалась у его неподвижного тела.

В двух шагах от них находился Велисарий.

- Что здесь произошло?! Кто убил пленного?! – накинулся на караульных Ярослав.

- Этот господин проткнул его мечом. Мы даже глазом не успели моргнуть, - кивком головы один из них указал на Велисария.

- Негодяй покушался на твою жизнь и заплатил за это! – гордо подняв голову, заявил тот.

- Зачем вы рассказали господину о том, что случилось? – снова обратился к конвоирам Ярослав.

- Ничего мы никому не говорили. Он увидел, как мы ведём пленного, подошёл, крикнул: «Попался! Получи своё!» и вонзил ему меч в живот. Всё произошло так быстро и неожиданно…

- Откуда тебе стало известно о замысле убийцы? – Ярослав нахмурился и недобро посмотрел на Велисария. Никаких сомнений в причастности нового воеводы к нападению не было. Никто в лагере не знал о покушении и не мог рассказать ему об этом.

- Не помню уж, кто принёс мне эту весть, - солгал Велисарий, но сразу понял, что выдал себя и отступил назад.

- Даю тебе два часа на то, чтобы покинуть Западное княжество, иначе мне придётся принять другие меры, - твёрдо проговорил Ярослав.

К этому моменту вокруг них собрались вооружённые ратники. Они ждали приказа Ярослава, и он его отдал:

- Проводите его подальше за Новый город.

- Зря ты отпускаешь этого гада. Я сразу, как только увидел, раскусил его. Может вздёрнуть мерзавца у всех на глазах? – предложил Котрат.

- Не надо. Пускай живёт, но где-нибудь подальше отсюда, - возразил Ярослав, ему не хотелось проливать кровь человека, даже заслуживающего смерти.

Котрат пожал плечами, всем своим видом показывая, что он не согласен с таким решением.

- Не знаешь где Фёдор? Мне надо с ним кое-что обсудить, - спросил Ярослав.

- Видел его у дороги. Так увлечённо беседовал с охотниками, что не заметил, как я мимо прошёл, - отозвался Котрат и стал раздавать распоряжения ратникам. Они должны были убрать тело Терентия, а также проследить за отъездом Велисария.

Ярослав спустился с крыльца и направился к воротам. Начался мелкий холодный дождь. Всё небо затянули тёмные тучи. Таким же пасмурным, как погода было его настроение. Очень не нравилось Ярославу, что к сегодняшнему происшествию оказался причастен Велисарий. Скорее всего, он, как и Терентий только пешка в большой и опасной игре.

Дождь усилился и Ярослав пожалел, что не накинул на сюртук непромокаемый плащ. Хорошо ещё, что не пришлось долго искать Фёдора. Он шёл навстречу, а когда увидел друга, заулыбался и громко спросил:

- Куда собрался по такой погоде?!

- Тебя ищу. Надо поговорить. Но здесь, видимо, не получится, пойдём в избу, - Ярослав окинул взглядом серое небо.

Они пошли к лагерю и не обратили внимания на конный отряд, который двигался по размокшей дороге сзади, пока не услышали резкий окрик:

- Стоять!

Ярослав и Фёдор обернулись, а когда увидели перед собой человека на гнедом жеребце, оторопели.

- Естя?! – удивлённо воскликнул Фёдор.

- Я – уполномоченный представитель князя Елизара. Действую от его имени и прибыл сюда, чтобы поймать и доставить в столицу Восточного княжества беглых каторжан, то есть вас! – надменно глядя сверху вниз заявил Естя и скомандовал своим солдатам, - вяжите их!

Несколько человек из его отряда схватили друзей и затолкали в чёрную, с решётками на окнах карету для перевозки опасных преступников.

- Позволь хотя бы тёплую одежду взять, - успел попросить бывшего сотника Фёдор прежде, чем оказался на деревянной скамье внутри кареты.

- Потерпишь и так, - сквозь зубы процедил Естя.

- Куда это вы их? – робко поинтересовался проходивший мимо старик.

- Велено доставить беглых каторжан ко двору молодого князя Восточного княжества, - ответил разговорчивый пышноусый солдат.

Затем процессия, не задерживаясь, повернула назад. Естя был доволен, что арест прошёл без каких-либо осложнений и торопился возвратиться в Мирополь. За успешное завершение этого дела он надеялся получить повышение по службе. Чтобы укрепить дружественные отношения с Восточным княжеством, Князь Елизар обещал выполнить просьбу Досифея, регента будущего правителя Восточных земель и выдать ему беглецов, или хотя бы одного Ярослава.

Конвой двигался почти без остановок. Ярослав и Фёдор сильно продрогли. Осенние заморозки участились. Конвоиры, которые сидели напротив, наконец, сжалились и выдали им старые солдатские шинели. На протяжении всего пути, они не позволяли разговаривать и не спускали глаз с арестантов. О побеге думать было бессмысленно, и друзья смиренно ожидали своей участи.

В Мирополь прибыли на пятый день. В Восточном княжестве начиналась зима. Вечером, когда карета остановилась у острога, с неба посыпался колючий снег. Холодный ветер пронизывал до костей. Ярослава и Фёдора отвели в темницу. Время тянулось очень медленно. Каменные стены и пол были сырыми и холодными.

- Если нас здесь будут долго держать, боюсь, что до казни не дотянем, от простуды сами помрём, - горестно вздохнул Фёдор.

- Давай попробуем охрану подкупить, - предложил Ярослав.

- Чем же ты собираешься её подкупать? У нас при себе даже носового платка нет, - глядя в пол удручённо проговорил Фёдор.

- И всё же я попытаюсь, терять-то всё равно нечего, - прохаживаясь из угла в угол по тесному помещению, ответил Ярослав.

В этот момент крепкая железная дверь с громким скрипом отворилась, и в темницу в сопровождении четырёх караульных вошёл человек. Он подал арестантам овчинные полушубки и сказал:

- Одевайтесь и следуйте за мной.

- Куда ты нас ведёшь? – не смог скрыть своего любопытства Фёдор.

- Сейчас состоится вече, которое решит вашу судьбу, - ответил человек и направился к двери.

Караульные повели друзей за ним.

Яркое солнце и свежий морозный воздух подействовали ободряюще. «Так легко я не сдамся. Мы ещё посмотрим, кто кого», - пронеслось в голове Ярослава. В нём вскипело негодование, а затем проснулось желание бороться. Стала крепнуть сила духа, которая толкала к непокорности и сопротивлению. Ярослав ещё не знал, как будет действовать, но понимал, что не позволит легко уничтожить себя.

В той же чёрной карете арестантов доставили в роскошный дворец. Здесь было тепло и светло. Когда их ввели в огромный зал, то люди, находившиеся в нём, смолкли и устремили свои любопытные взоры на беглых каторжан. Конвоиры приказали садиться на предназначенную для преступников скамью, а сами встали по бокам от неё.

По своим местам стали рассаживаться и господа. Среди них Ярослав сразу узнал Одихманта, который находился по правую руку от человека в очень дорогой, отделанной позолотой и драгоценными камнями одежде. Скорее всего, это был регент Досифей. У противоположной стены сидели князь Елизар, его советник Трефил, воевода Назарий и Естя. Остальных вельмож Ярослав видел впервые. Наконец все заняли свои места.

- Прошу тишины! – поднялся Одихмант, обвёл взглядом знатных господ и продолжил, - сегодня мы собрались здесь, чтобы рассмотреть дело сбежавших с места отбывания своей пожизненной повинности, а именно с серебряного рудника на Каменном острове, каторжан. Регенту нашего несовершеннолетнего князя было подано прошение, в котором достопочтенные граждане Восточного и других княжеств выразили желание, чтобы судьбу этих каторжан решал совет старейшин. Их просьба удовлетворена. Прошу уважаемых всеми нами старейшин оказать нам честь и рассмотреть это дело.

Одихмант смолк. В передней стене открылась незаметная дверь и в залу вошли пятеро седобородых старцев в свободных белых одеяниях. Они проследовали к пьедесталу в самом центре помещения, и чинно расселись на высокие, оббитые дорогой тканью стулья. Посередине оказался самый древний, с посохом в руке старец. Из-под нависших белых бровей он грозно посмотрел вокруг и промолвил:

- Объявляю вече открытым! Кто и по какому поводу пригласил нас?

- Я! – соскочил со своего места регент.

-Представьтесь и поясните суть дела.

- Меня зовут Досифей. В настоящее время на меня возложены обязанности правителя Восточного княжества, - Досифей сделал многозначительную паузу и продолжил, - будучи в соседнем с нами Западном княжестве, мой советник Одихмант случайно встретил и узнал беглого каторжанина, бывшего кузнеца Ярослава. Вернувшись домой, Одихмант сообщил мне об этом. Чтобы пресечь подобное, я попросил нашего друга князя Елизара выдать преступника, на что тот сразу же дал согласие. Не далее как три дня назад Ярослав и его сообщник Фёдор были доставлены в Мирополь. Я не собирался предавать это дело большой огласке и хотел казнить беглых каторжан, как велит закон. Но ещё до их прибытия мне подали прошение, где почтенные граждане нашего и соседних княжеств просили громкого рассмотрения дела и вашего участия в нём. Для этого я, глубоко уважаемые старейшины, и пригласил Вас сегодня сюда. Уверен, что справедливость восторжествует и преступники понесут наказание, предусмотренное законом.

- В чём заключается их вина? – после непродолжительной паузы задал вопрос один из старцев.

- Кузнец Ярослав был уличён в воровстве, также он является организатором побега. Второго беглеца отправили на каторгу за вредительство, - разъяснил Досифей.

- Вы можете доказать, что эти люди совершили побег? – снова спросил старец.

- Конечно, у меня есть свидетель.

- Хорошо. Давайте выслушаем его.

Досифей махнул рукой и писарь, оторвавшись от бумаг, пригласил свидетеля.

В зал вошёл давний знакомый Ярослава и Фёдора – управляющий серебряным рудником. Он остановился перед старейшинами и протёр платком вспотевший от волнения лоб.

- Назовите себя, - обратился к нему всё тот же старец.

- Меня зовут Пантелеймон Михеевич. На протяжении многих лет занимаю должность управляющего серебряным рудником на Каменном острове, где работают ссыльные каторжане.

- Вы знаете этих людей? – старейшина указал на арестантов.

- Д-д-да, - запинаясь, ответил Пантелеймон Михеевич.

Ярослав смотрел на него с таким презрением, что тот затрясся и втянул голову в плечи.

- Расскажите подробнее.

Пантелеймон Михеевич обернулся, ища поддержки у Досифея. Тот ободряюще улыбнулся и кивнул.

- Вот этот кузнец прибыл на остров вместе с другими каторжанами, - управляющий осмелел, и его речь зазвучала уверенно. – Он, надо вам сказать, очень хитёр и пронырлив. Сумел организовать побег, что практически невозможно. Разумеется, я послал на его поиски солдат, но задержать его удалось только теперь. Для всех нас это большая удача.

- Когда это случилось?

- Чуть более года назад.

- А второй человек? Что вы можете сказать о нём?

Пантелеймон Михеевич взглянул на товарища Ярослава. Его лицо стало растерянным, как будто Фёдор ему был не знаком. Но ободряющая улыбка Досифея вновь помогла собраться и, кашлянув, управляющий сказал:

- Разумеется, узнаю и его. Это сообщник кузнеца.

- Ваши слова нами приняты. Пройдите в соседнее помещение. Если понадобится, мы вас пригласим ещё раз.

Пантелеймон Михеевич поклонился и вышел.

- Есть здесь те, кто подал прошение? – обратился к присутствующим старейшина.

- Я был его инициатором, - с трудом поднявшись со своего места, проговорил воевода Назарий, - когда узнал от князя Елизара о просьбе Досифея, то не мог не вмешаться.

- Назовитесь.

- Я - воевода Западного княжества. Зовут меня Назарий. Знаю Ярослава не понаслышке и уверен, как и мои друзья, которые поставили свои подписи под прошением, что все предъявленные ему обвинения ложны.

- Почему Вы так думаете? – с интересом посмотрел на него старец с посохом в руке.

- В тяжёлое для Альтании время судьба свела меня с Ярославом. Как вы все знаете, чёрная Жуть напала на нас, чтобы захватить наши земли и поработить жителей. И только благодаря храбрости и умелым действиям дружины, возглавляемой Ярославом, она отступила. Нелегко было справиться с жестоким и очень опасным врагом, но он сумел это сделать. Иначе мы бы сейчас здесь не сидели. Теперь Альтании ничто не угрожает, но никто не знает, когда появятся новые злодеи, которые захотят посягнуть на её свободу. Кто защитит нас, если мы своими руками казним самых отважных воинов? Не судить их надо, а воздавать почести.

Назарий смолк. Его болезненное бледное лицо было серьёзным и уставшим.

Другими глазами смотрели на Ярослава и Фёдора люди, собравшиеся решать их судьбу после этой речи.

- Спасибо. Твои слова услышаны и приняты к сведению, - прервал тишину старейшина с посохом, - кто-нибудь ещё хочет высказаться?

Встал незнакомый Ярославу молодой человек - представитель Южного княжества по имени Венитар. Он произнёс не менее пламенную речь в защиту арестантов.

Выслушав его, старейшины о чём-то тихо посовещались затем тот, что сидел в центре внимательно посмотрел на Ярослава и сказал:

- Хочешь ли ты что-нибудь добавить в свою защиту?

- Да! – Ярослав поднялся и заговорил. - Не буду отпираться. Действительно, я и мои товарищи однажды сбежали с каторги. К сожалению, о них сегодня никто и не вспомнил, хотя стоило это сделать. Не стану называть имена своих верных друзей, потому что не хочу навредить им. Вместе со мной они проделали нелёгкий путь в Западное княжество, чтобы остановить Жуть. Плечом к плечу стояли мы во время битвы. Кто-то, как Фёдор был тяжело ранен, а кто-то сложил свою голову, защищая Альтанию. Вы не вправе обвинять нас за наши прошлые поступки. Ведь даже если на ком-то и лежала вина, то теперь она искуплена полностью и даже с избытком. Никому не дозволено чернить память погибших и оставшихся в живых храбрых воинов. Почему вы не пришли к нам на помощь, когда присланный мной Назарий просил об этом? Когда над нашей землёй нависла опасность?

Слова Ярослава, будто удары молота разносились по залу. Слушая его, многие смущённо опустили головы. Но Ярослав ещё не закончил.

- Не мы с Фёдором должны сидеть на этой скамье, а тот, кто действительно заслуживает этого, - он пронзил взглядом регента. - Досифей – вот настоящий преступник и вредитель!

- Как ты смеешь! – вскочил Досифей. Его лицо покрылось красными пятнами.

- Это он отправил меня на каторгу, обвинив в воровстве, которого я не совершал! – продолжал Ярослав.

- Остановите его! Он пытается опорочить моё честное имя! – срывающимся визгливым голосом закричал Досифей и упал перед старцами на колени.

- Вернись на место. Мы обязаны выслушать всех, - ответил старец и стукнул посохом о пол.

- Вся моя вина заключается в том, что я – сын князя Мирослава. А Фёдор знал об этом. Мы могли помешать Досифею стать правителем княжества, поэтому и оказались на каторге, - закончил Ярослав.

По залу прокатился громкий ропот. Такого развития событий никто не ожидал. Господа начали вставать со своих мест. Стук посоха заставил их смолкнуть, и старейшина обратился к Ярославу:

- Ты желаешь, чтобы совет признал тебя князем?

- Да! Я заявляю, что являюсь прямым наследником Мирослава, то есть князем.

- Он лжёт! У Мирослава не было детей! Я находился рядом с ним на протяжении всей его жизни! – лицо Досифея исказила гримаса злобы.

В зале поднялся шум. Мнения разделились. Часть присутствующих поддерживала Ярослава и выражала своё одобрение, другая же часть была возмущена.

- Тихо! Вече ещё не окончено! – попытался успокоить их старец.

Никто не обратил на него внимания, споры стали перерастать в ругань.

- Срочное донесение для Досифея! – объявил вбежавший начальник стражи, подошёл к регенту и стал ему что-то тихо говорить.

Лицо Досифея на мгновение стало испуганным, но он быстро сумел взять себя в руки.

- Это важное донесение? Можем мы узнать, в чём дело? – спросил его старец, когда начальник стражи удалился.

- К Мирополю из Западного княжества движется дружина. Она намного превосходит нашу. Не зря я собирался казнить этого самозванца! – Досифей погрозил кулаком в сторону арестантов.

Ярослав и Фёдор переглянулись. Для них это известие было такой же неожиданностью, как и для всех остальных.

Тем временем старейшины снова посовещались и тот, который держал посох, видимо, самый главный из них сказал:

- Я готов огласить наше решение, но прежде, должен уточнить. Ярослав, ты понимаешь всю важность своего заявления и по-прежнему настаиваешь на том, что ты – князь?

- От своих слов никогда не отказывался, не собираюсь делать этого и теперь. Я – сын Мирослава и его наследник.

- Тогда мы вынуждены прибегнуть к ритуалу наших предков, который поможет выяснить истину!

- Какой ещё ритуал! – выпалил Досифей, - нам всем угрожает опасность! Дружина этого лжекнязя вот-вот захватит Мирополь! Как мне доложили, по дороге сюда к ней присоединяются простолюдины и отдельные представители знати! Очень быстро дружина становится большим войском, которому нам нечего противопоставить. Оно идёт на помощь этому разбойнику. Когда они узнают, что Ярослав казнён, то повернут обратно!

- А если нет? – возразил старейшина, - так мы можем навлечь на себя гнев всего народа. Нет ничего, что может остановить разбушевавшийся, рассерженный народ.

Досифей скорчил недовольную мину, а старец продолжил:

- Существует только один способ позволяющий выяснить происхождение Ярослава. Для этого нам придётся отправиться на Альтийские древние холмы к великому Альтию и он даст правильный ответ. Но сначала я должен просить Ярослава остановить войско и оградить Альтанию от братоубийственной войны.

- Я согласен, но при одном условии, - отозвался Ярослав.

- Каком? – удивился старец.

- Фёдор должен быть отпущен немедленно.

- Ну что ж мы готовы выполнить это условие. Развяжите обоих! – приказал старейшина.

Караульные освободили руки Ярослава. Из-за отсутствия одной из них у Фёдора, верёвками было обмотано всё его туловище. Когда он избавился от пут, то почувствовал огромное облегчение.

- Ты свободен и можешь покинуть зал! – провозгласил старец.

- Спасибо, но я останусь с Ярославом. Очень надеюсь, что и он в скором времени будет освобождён, - ответил Фёдор.

- Твой друг сделал свой выбор. Теперь его судьба зависит не от нас. Если Альтий распознает в нём князя, то Ярослав станет нашим новым правителем. А если же нет, то его ждёт смерть. Но сейчас нельзя терять времени. Пока ещё не поздно, надо остановить дружину, - заключил старец и объявил об окончании совета.

Вскоре Ярослав и Фёдор в сопровождении нескольких человек, поддержавших их во время разбирательства, выдвинулись навстречу войску. Дружина встретила их радостными возгласами.

Ярослав поприветствовал её, рассказал о том, какая участь была уготовлена им с Фёдором, а также о решении старейшин. Затем Котрат отдал ему оставленный ещё до ареста в штабе Меч Трёх Чудес и спросил:

- Кто такой этот Альтий? Как он определит князь ты или нет?

- Не знаю, - пожал плечами Ярослав, - но я не отступлю.

- А если они заманивают тебя в ловушку? Эти хитрецы, на что угодно пойдут, лишь бы устранить помеху со своего пути. В данном случае тебя.

- Не думаю. Старейшины вызывают у меня полное доверие, - не согласился Ярослав.

- Даже если это и так, одному тебе ехать неизвестно куда опасно. Я организую охрану, - тоном, не терпящим возражений, заявил Котрат.

- Ну…, - замялся Ярослав.

- Мы пришли, чтобы вызволить тебя из рук недругов и сделаем это, - продолжал настаивать сотник.

- Пусть будет по-твоему. Я не нарушу уговора, если возьму с собой небольшой вооружённый отряд, - не стал спорить Ярослав.

Через полчаса к веренице богатых экипажей на дороге у ворот Мирополя, присоединился конный отряд, и процессия двинулась в путь.

День выдался по-весеннему тёплым. Солнце пригревало так сильно, что на снегу кое-где образовались чёрные проталины. После темницы, окрестный пейзаж радовал глаз, и Ярослав наслаждался этой длительной прогулкой. Приближался вечер, когда впереди показались три высоких холма и экипаж старейшин, возглавляющий процессию, свернул к одному из них.

Широкая каменная дорога вела от подножия к вершине, которая была скрыта быстро сгущающимися сумерками.

Главный старейшина три раза ударил посохом о твёрдую поверхность дороги и по бокам от неё в каменных чашах вспыхнул огонь. Затем он повёл всех на вершину холма.

Ярослав удивился, когда взошедши, не обнаружил там ни одного строения. Ровная площадка, хорошо освещаемая пламенем из многочисленных чаш и высокий каменный столб или что-то вроде того в самом конце дороги. Вот и всё.

Старейшина подошёл к этому высокому, ровному, без каких-либо надписей, узоров или других выпуклостей камню, сложил ладони вместе и сказал:

- О великий Альтий! Прости, что посмели потревожить твой покой, но без твоей помощи нам не обойтись.

Из-под земли послышался глухой гул. Ярославу показалось, что в верхней части камня возникло лицо, подобное человеческому. Это видение длилось одно мгновение, и он не успел понять, настоящее оно или просто игра теней.

- Я разбудил Альтия! Подойди сюда! – позвал Ярослава старейшина.

- Давайте испытаем способности камня на ком-нибудь другом, - вмешался Досифей, - я очень сомневаюсь, что с помощью него можно выяснить происхождение человека.

Досифей стал осматриваться. Его взгляд упал на Пантелеймона Михеевича и, улыбнувшись, регент предложил:

- Пускай управляющий рудником первым пройдёт испытание. Все мы знаем, что он точно не князь. Вот и посмотрим, что будет.

- Я могу ответить тебе на этот вопрос, - тихо проговорил старец, - он лишится жизни.

- Я не хочу! – завопил Пантелеймон Михеевич.

- Помоги мне разоблачить камень, который носит имя Альтий, и я сделаю тебя своим главным советником. Не собираешься же ты до конца своих дней прозябать на острове. Я уверен, что ритуал не причинит тебе никакого вреда, - слова Досифея звучали очень убедительно.

- Хорошо я согласен, - Пантелеймон Михеевич сделал несколько шагов вперёд и остановился рядом со старцем.

- Склонись перед Альтием и попроси его признать тебя князем! – приказал тот. Затем быстро отошёл в сторону.

Пантелеймон Михеевич упал на колени и громко произнёс:

- Альтий! Перед тобой и всеми здесь присутствующими заявляю, что я – князь и прошу твоего подтверждения!

Как только он смолк, гул, доносившийся из-под земли начал усиливаться. Неожиданно площадку озарила яркая вспышка и все, кто находился здесь, вынуждены были зажмуриться или закрыть лицо руками.

Прошло несколько минут. Странный гул резко стих. Один за другим, люди начали открывать глаза и увидели, что на месте, где только что находился Пантелеймон Михеевич, лежали его обгорелые останки.

Испугавшись, господа попятились назад.

- Моя очередь, - сказал Ярослав и приблизился к Альтию.

- Не делай этого! – попытался остановить его Котрат.

- Пускай выбирает, пока не поздно: ритуал или каторга, - самодовольно улыбнулся Досифей.

Ярослав опустился на колени, склонил голову и сказал:

- Великий Альтий! Помоги разрешить наши споры. Подтверди, что я – сын князя Мирослава и его наследник.

Снова стал усиливаться гул. Он становился всё громче и громче. Некоторые из присутствующих бросились бежать. Ярослав зажмурился. Никаких мыслей в голове. В эту минуту он был готов расстаться с жизнью и ждал этого. Даже с закрытыми глазами он ощутил вспышку, которая была ещё ярче прежней. Наконец всё стихло.

Котрат и Фёдор боялись увидеть друга мёртвым и, зажмурившись, оттягивали этот момент, пока не услышали голос старейшины:

- Вот мы и получили ответ Альтия!

А Ярослав всё так же стоял на коленях с опущенной головой. Между ним и каменным Альтием лежал скипетр.

- Ты – истинный князь и наш правитель! – продолжал вещать старейшина.

Вместо радости Ярослав почувствовал сильную усталость. Он поднял скипетр и осмотрел его: деревянный, похожий на посох старейшины, украшенный золотыми кольцами, с наконечником в виде головы сокола, глаза которого поблёскивали, будто живые.

- Поздравляем тебя, княже! – господа принялись отвешивать Ярославу низкие поклоны. Теперь он стоял перед ними со скипетром в руке и грозен был его взгляд. Подданные оробели перед вновь обретённым правителем.

- Спасибо тебе, Альтий! Спасибо Вам, старейшины, что поверили мне! Спасибо моим друзьям и всем вам за поддержку! Постараюсь не подвести вас и весь народ Восточного княжества! Но о делах поговорим завтра, а сейчас уже поздно и пора возвращаться в город, - обратился к ним князь с короткой речью.

Дождавшись, когда Ярослав закончит говорить, к нему подошёл Котрат:

- Что будем делать с Досифеем? Он опасен, – спросил он.

- Арестуй его и брось в темницу.

Котрат кивнул и вместе с ратниками отправился выполнять распоряжение, но скоро вернулся.

- Его нигде нет! Ни регента, ни его помощников. Также отсутствуют три наши лошади, - доложил он.

- Сбежать надумал подлец, - нахмурился Ярослав.

- Прикажешь организовать погоню?

- Не надо. Никуда он от нас не денется. Будьте со мной, на случай, если этот негодяй оставил на обратном пути неприятные сюрпризы.

- Всё понял, - отозвался Котрат.

Но опасения Ярослава оказались напрасными. К середине ночи процессия без каких-либо осложнений достигла ворот Мирополя.

У его стен горели многочисленные костры, у которых пытались согреться от стужи ратники.

- Так не пойдёт, - окидывая их взглядом, сказал Ярослав, - надо разместить дружину на ночь в городе.

- Где же мы в столь позднее время отыщем свободные помещения. Пускай здесь ночуют, - откликнулся уже не молодой человек в дорогой шубе.

- Да вот хотя бы тот зал, где собрание было, подойдёт. Там тепло и места, если не на всех, то на большую часть войска хватит, - предложил Ярослав.

- Но ведь этот зал находится в княжеском дворце! В нём вершатся важные государственные дела! – возмущённо воскликнул всё тот же господин.

- Как раз то, что надо. Ничего нет важнее, чем здоровье и комфорт самых преданных и верных людей, - ответил Ярослав и, немного подумав, распорядился, - Котрат! Веди дружину во дворец! Негоже ратникам в такой холод в поле спать!

Была глубокая ночь, когда все угомонились. Ярослав лежал на широкой мягкой постели, но сон не шёл. Ему не давали покоя мысли о Милане. С момента ареста, чтобы совсем не раскиснуть, он упорно гнал их от себя, а теперь… «Как она там? Небось, извелась бедняжка в неведении. Надо скорее забрать её сюда», - вертелось в голове. Уснул он только на рассвете.

Тихий шорох у постели заставил насторожиться. Ярослав открыл глаза. В окно светило солнце, уже давно наступило утро.

- Ты кто? – спросил Ярослав у человека, который что-то раскладывал на кресле у кровати.

- Не беспокойтесь, отдыхайте. Я вашу одежду принёс. Её нужно было привести в порядок. Ваш сюртук изрядно изношен, да и рубаха тоже. Не желаете новую портному заказать? – вкрадчивым голосом проговорил длинноносый слуга.

- Как тебя зовут?

- Феликс.

- Спасибо, Феликс, за заботу, но сейчас мне не до того. После как-нибудь этим займёмся.

- Прикажете одевать?

- Кого?

- Ну, вам надо помочь одеться? – смутился Феликс.

- Это ещё зачем! Сам справлюсь. Иди лучше самовар поставь. Чайку горячего надо бы испить.

- Сейчас распоряжусь, - расшаркался слуга и неслышно ступая, удалился.

Ярославу не нравился дворец. Из-за множества огромных помещений, казался неуютным и непригодным для жилья. «Казёнщина какая-то», - пробурчал он, отыскивая трапезную. Наконец, это ему удалось.

Посередине комнаты стоял большой, уставленный различными яствами стол. Несколько слуг суетились вокруг него.

- Садитесь, Ваше светлейшество! – позвал один из них и отодвинул стул, приглашая садиться.

- Какое ещё светлейшество! – нахмурился Ярослав.

- Извините, если обидел, - опустил глаза слуга, - как же мне к вам обращаться?

- Меня зовут Ярослав. Так и обращайся. А где Фёдор, Котрат? Зови их сюда.

- Хорошо, сейчас исполню, - покорно склонил голову слуга.

- Что за порядки у них здесь, - вздохнул Ярослав и стал осматривать блюда, многие из которых видел впервые.

- Чего изволите откушать? – словно из-под земли вырос ещё один слуга.

- Вон блины гляжу, румяные. Давай их сюда!

- Хотите, чтобы я снял пробу?

- Зачем?

- Князья всегда опасаются, что их отравят. Поэтому перед тем, как что-то съесть, человек вроде меня должен пробовать их пищу и питьё.

- Но ведь тогда пострадает этот ни в чём неповинный человек. Разве его жизнь менее важна, чем жизнь князя?

- Точно так, - отозвался слуга.

- Если захотят убить, то найдут способ, - задумчиво проговорил Ярослав и тихо добавил, - никому не говори, что я отказался рисковать твоей жизнью вместо своей. Теперь у тебя будет другое задание. Присматривайся и прислушивайся ко всем. Глядишь, и ты и я поживём подольше. Согласен?

Слуга улыбнулся и кивнул.

Тем временем к завтраку присоединились Фёдор и Котрат.

- Пока ты отдыхал, я глашатаев по всему княжеству разослал, чтобы оповестили народ о новом правителе, - отпивая из чашки горячий чай, сказал Фёдор, - ещё велел объявить, что ты сегодня на главной площади города речь держать будешь.

- Может, не надо было про речь, не готов я к этому.

- Так полагается, иначе нельзя. К тому же у тебя ещё есть несколько часов, успеешь подготовиться.

- Ну, раз полагается, - согласился Ярослав и обратился к Котрату, - Что там с Досифеем? Не нашли его?

- Ни регента, ни его советников, ни мальчика-князя в городе нет. Прислуга рассказала, что они до нашего возвращения с холма спешно куда-то отбыли. Куда – никто не знает, - доложил Котрат.

- Тогда поиски регента отложим на время. Сейчас расставь везде охрану и найди для ратников более подходящее жильё, чем дворец. Назначаю тебя главным воеводой. Действуй, используя соответствующие полномочия.

- Неожиданно как-то, - растерялся Котрат, - постараюсь не подвести.

- Я уверен, справишься. Если будут вопросы, обращайся ко мне или Фёдору, мы поможем, - подбодрил Ярослав.

За разговором они не заметили, как в трапезную вошёл Феликс и чтобы привлечь к себе внимание, тихо кашлянул.

- Чего тебе? – спросил его Ярослав.

- Там высокопоставленные чиновники и знатные господа собрались.

- Что им надо?

- Хотят засвидетельствовать Вам своё почтение, выразить уважение и преподнести подарки.

- Ну что ж, пошли, посмотрим, - поднялся из-за стола Ярослав.

Вскоре слуга привёл их с Фёдором в кабинет.

Здесь стоял украшенный резьбой шкаф, дубовый стол, диван и несколько кресел.

Ярослав удобно расположился в одном из них. Фёдор сел чуть в стороне.

- Зови! – приказал новый князь своему слуге.

Через минуту в кабинет вошёл человек, с которым Ярославу уже доводилось беседовать. Это был господин в дорогой шубе, советовавший оставить ратников на ночь у стен города.

- Доброго Вам дня! – отвесил низкий поклон он и продолжил. – Я – Эхтирит, хранитель княжеской казны, то есть казначей. Примите от меня этот маленький знак внимания.

Господин сунул руку в карман и через мгновение на столе перед Ярославом появился золотой перстень с огромным сверкающим бриллиантом.

Эхтирит проделал всё это очень быстро и ловко, а потом широко улыбнулся и сказал:

- Должен Вам сообщить, что бывший управляющий рудником…, ну…, тот…, в общем, Вы понимаете о ком идёт речь, доставил три сундука с серебряными слитками. Прикажете как обычно, часть переплавить в монеты, а другую в украшения?

Казначей сделал паузу настолько маленькую, что Ярослав и рта не успел раскрыть.

- Эти монеты очень пригодятся для организации празднеств в Вашу честь. Роскошный пир, я полагаю, Вы не будете откладывать надолго? Я могу всё устроить хоть сегодня.

- Что же в казне кроме этого серебра других монет не найдётся? – удивился Ярослав.

- Досифей забрал их с собой! Казна пуста! Не осталось ничего! – возмущённо замахал руками Эхтирит, - хорошо ещё, что серебро осталось. Но можно приказать сборщикам податей…

- Как же Вы допустили такое, чтобы казна совсем опустела!

- Я здесь ни при чём! Это Досифей!

- Не беспокойтесь так, - вмешался Фёдор, - мы всё проверим. У Вас, надеюсь, имеется книга с расходными и приходными записями. Принесите её сюда.

- Не понимаю, зачем вам знать о расходах предшественника, - зло взглянул на Фёдора казначей.

- Это мой главный советник и вы должны исполнять его указания, ровно, как и мои. Сегодня же книга должна быть у него, - вступился за Фёдора Ярослав.

- Сделаю! Всё сделаю! – засуетился Эхтирит. Улыбка сошла с его лица. Оно стало озабоченным.

Казначей несколько раз поклонился и быстро вышел.

После него Феликс пригласил следующего господина, потом ещё одного. Все они вели себя одинаково.

- Не могу больше видеть этих лицемеров и лжецов! – воскликнул Ярослав, когда очередной посетитель покинул кабинет, - невыносимо слышать их льстивые речи!

- Привыкай.

- Вот же дрянь какая быть князем! Почему все так рвутся к власти?! По мне так жизнь обычного кузнеца куда приятнее! – раскипятился Ярослав.

- Назад хода нет. Придётся указать ворам, заботящимся только о своём кармане, место, которое они заслужили. Никто не сделает этого лучше тебя, - не слишком убедительно стал уговаривать Фёдор.

- Пожалуй, ты прав. Нелегко нам придётся, но другого выхода нет, - отозвался Ярослав.

- Можно войти? – дверь приоткрылась и в неё просунулась рыжая голова Ести.

- Чего тебе? – недружелюбно спросил Ярослав.

- Я это…, хотел извиниться. Если бы не приказ, я бы никогда… Всегда…, с первого дня нашего знакомства уважал тебя…

- Что тебе надо?

- Назначь меня воеводой в свою дружину. Я буду преданно служить тебе.

- Что-о-о?! – от возмущения у Ярослава перехватило дыхание.

- Я исполню любой твой приказ, буду охранять твой покой…

- Убирайся отсюда! Я лишаю тебя всех воинских званий!

- Но зачем же так, - неуверенно возразил Естя и протянул большой золотой кубок для вина, который держал в руках, - вот, просили передать.

- Кто просил? – насторожился Фёдор.

- Этот, как его, казначей, - сжался под его взглядом Естя, - так я пойду?

- Если до вечера не покинешь город, посажу в темницу! – вслед ему крикнул Ярослав.

- Припоминаю, что из похожего кубка пил твой отец в последний раз. Возможно, что и этот отравлен, - высказал догадку Фёдор.

- Но зачем казначею травить меня? – задумался Ярослав.

- Понятно зачем. Часть казны прикарманил, теперь боится разоблачения. Дадим напиться ему из этого кубка? – предложил Фёдор.

- Феликс! – позвал Ярослав и на пороге появился слуга, - зови казначея! Передай, что мне его подарки очень понравились, желаю отблагодарить!

Пока Феликс выполнял указание, Ярослав отдал другое: принести вина и ещё два кубка.

- Изволите меня видеть? – услужливо поклонился Эхтирит, когда вошёл.

- Ты передал мне через Естю этот великолепный кубок? – спросил Ярослав, - спасибо. Я давно хотел иметь такой.

- Не стоит благодатности, - расцвёл казначей.

- Выпьешь с нами вина? – Ярослав наполнил до краёв три кубка. Два серебряных и один выделяющийся замысловатым узором и размером – золотой.

- С превеликим удовольствием.

- Вот и славно. Хочу, чтобы ты первым опробовал свой подарок.

- К-к-как?

- Осуши его до дна за моё здоровье, - Ярослав сделал несколько глотков из серебряного кубка.

- Но ведь…, - Эхтирит замотал головой.

- Так ты отказываешь мне? Почему?

- Я не достоин! Из такого кубка должен пить только князь! – завопил казначей.

- Приказываю, пей! – продолжал настаивать Ярослав, - или есть другая причина, по которой ты не хочешь этого делать?

Эхтирит бросился к двери.

- Стража! Схватить его! – вдогонку выкрикнул Ярослав.

Стоявшие с другой стороны от двери ратники из дружины Котрата не дали Эхтириту уйти.

- В темницу его!

Стражи повели казначея к выходу через помещение, где томились в ожидании личного приёма князя многочисленные посетители, которые сразу притихли, наблюдая за не слишком приятной для них картиной.

- Я ещё не успел ничего сделать, а меня уже пытаются отравить! – нервно затарабанил ладонью о стол Ярослав, - если бы не ты…

- По-моему они действуют не слишком разумно. Думают, что ты – простак. Иначе казначей не пришёл бы по первому твоему зову. Могу предположить, что он не смог удержаться от того, чтобы собственными глазами понаблюдать, как ты будешь пить из кубка, - пустился в рассуждения Фёдор.

- Что же делать теперь с этим кубком? Как доказать, что он отравлен? Не будем же мы поить из него кого-то другого? – засыпал его вопросами Ярослав.

- Найдём верное решение, но позже. Сейчас пора на площадь. Небось, народ уже собрался. Нехорошо слишком долго задерживаться и сразу настраивать его против себя, - ответил Фёдор, осторожно взял наполненный вином золотой кубок, переставил его на полку шкафа и прикрыл листком бумаги.

Площадь находилась недалеко от княжеского дворца. Ярослав и Фёдор уже через полчаса были там. Волнующаяся толпа ожидала появления нового правителя, жаждая увидеть его собственными глазами.

Ярослав поднялся на высокую трибуну, где был установлен роскошный трон, но садиться не стал.

- Приветствую вас, жители Восточного княжества, а также его гости! – начал он.

Толпа отозвалась короткими недружными аплодисментами и затихла.

- Я – сын князя Мирослава! Альтий подтвердил это, чему есть немало свидетелей! Зовут меня Ярослав. С сегодняшнего дня я приступил к своим обязанностям правителя княжества…

Громкие крики, со стороны ворот города, привлекли всеобщее внимание. Вскоре на площади появилась группа крестьян. Они вели трёх знатного вида человек со связанными руками, что-то возмущённо выкрикивали и размахивали кулаками и вилами.

- Прогнать их? – спросил сотник, возглавляющий отряд охраны.

- Ни в коем случае. Проводите этих людей сюда, надо разобраться в чём дело, - распорядился Ярослав.

Но толпа без постороннего вмешательства сама быстро расступалась, пропуская к пьедесталу воинственно настроенных крестьян.

- Что стряслось? – спросил Ярослав, когда они подошли достаточно близко.

- Мы требуем суда! Верши суд над этими негодяями! – указывая на пленников, громко кричали рассерженные крестьяне. - Покажи себя в деле! Что нам пустые речи и обещания!

- Угомонитесь! Пусть кто-то один расскажет, что случилось!

- Наша деревня стоит у дороги и проезжающие мимо путники часто останавливаются, чтобы отдохнуть от долгого пути. Мы всегда готовы предоставить им еду и ночлег. Так было и на этот раз, - принялся объяснять бородатый, крепкого телосложения крестьянин, - эти трое приехали вечером. Остановились в моей избе, велели подавать самую лучшую еду и выпивку. Обещали щедро заплатить. Я изжарил жирного барашка, угождал и прислуживал им, как только мог. Господа гуляли почти всю ночь, а когда пришло время расплачиваться, не дали ни копейки. Напротив, устроили погром, сломали стол, скамью и прялку жены. Я пытался помешать, но где уж там, у них ведь при себе имелось оружие. Но и этого им показалось мало. За то, что я продолжал возмущаться и спорить, они подожгли мой дом, а потом избу моего соседа. Всей деревней мы кое-как скрутили и угомонили проклятых поджигателей. Но дома наши сгорели почти до тла. Скажи, что нам теперь делать?

Бородач был в отчаянии.

- Моя семья тоже по их милости осталась на улице! – выкрикнул другой крестьянин.

- Эти люди, - Ярослав смерил взглядом пленников, - совершили серьёзное преступление.

- Куда уж серьёзней. Хорошо ещё, что жена с детишками успели спастись, - вздохнул бородач.

- Подожди, - Ярослав внимательно всмотрелся в лицо одного из поджигателей, - я, кажется, знаю его!... Велисарий! Не думал, что ты способен на такое!

Воевода молчал.

- Зачем вы сожгли избы? – снова спросил Ярослав.

- Этот голодранец вздумал перечить мне! Княжескому воеводе! Как он посмел спорить со мной!

- Ах, ты…! – замахнулся на него бородач.

- Спокойно! – резким окриком Ярослав осадил крестьянина и добавил, - боюсь, самим нам не найти правильного решения. Предлагаю призвать на помощь старейшин. Пусть помогут восстановить справедливость! Есть здесь кто-нибудь из совета старейшин?!

- Я! – из-за спины высокого господина показался старец с посохом.

- Поднимайся сюда! – пригласил его Ярослав.

Путаясь в полах длинной шубы и громко кряхтя, старейшина взошёл на пьедестал.

- Как тебя зовут? – спросил у него Ярослав.

- Нинус, - отозвался тот.

- Согласен ли ты, Нинус, быть главным судьёй княжества?

- Сложную задачу ты передо мной ставишь, - в замешательстве покачал головой старейшина.

- Подумай над моим предложением, но не отказывайся разобраться в этом деле.

- Я готов.

- У меня есть ещё одна просьба, - тихо, так чтобы никто кроме старца не слышал, проговорил Ярослав.

- Какая?

- Не хочу никого лишать жизни, как бы тяжело не было его преступление. Существует ли какое-нибудь другое суровое наказание для опасных преступников?

Старец ничего не сказал, лишь утвердительно кивнул и приступил расследованию. Он задавал вопросы поочерёдно крестьянам, Велисарию, его подельникам. Но поджигатели, только презрительно ухмылялись в ответ.

- Ну что ж, раз эти люди отказываются объяснять свой поступок, считаю, что их вина доказана! – заявил Нинус, - посему выношу приговор! В давние времена всех опасных преступников отправляли доживать свой век на остров Мрачный, что в Холодном море. Чтобы выжить, им самим надо было добывать пропитание, строить жилища и прочее. Мрачный – довольно большой остров. Он позволяет людям, если они приложат к тому определённые старания, находиться на нём длительное время. Возвращаться на материк было запрещено, и солдаты с побережья следили за этим.

- А кто заплатит за мою избу? – вмешался бородач.

- Я ещё не закончил, - недовольно посмотрел на него Нинус, - чтобы возместить ущерб потерпевшим, предлагаю изъять имущество поджигателей.

- Я не согласен! Не хочу на остров! – крикнул Велисарий, - Я – княжеский воевода! А кто они?!

- Впрочем, последнее слово за нашим новым правителем, - промолвил старейшина и устремил свой взор на Ярослава.

- Признаю это решение верным! Уведите преступников в темницу! Пусть до отправки на остров там посидят! – заявил Ярослав, - отныне все, кто совершит серьёзное преступление не зависимо от количества денег, происхождения и чина, будут сосланы на Мрачный! А люди, которые своими делами принесут княжеству и его жителям большую пользу, будут вознаграждены. И не имеет никакого значения крестьянин это, торговец, ремесленник, господин, словом любой достойный гражданин получит почести и соответствующую оплату!

Народ дружно и одобрительно зааплодировал.

- Больше мне пока нечего вам сказать, - закончил Ярослав.

- А как быть нам? – обратился к нему крестьянин-погорелец.

- Мой советник Фёдор займётся вашей проблемой. Надеюсь, что у этих господ достаточно денег, чтобы возместить весь ущерб. А если нет, то получите их из княжеской казны.

- Спасибо тебе, княже! – упал на колени крестьянин.

- Благодарить меня ещё не за что, - сдвинул брови Ярослав, которому было очень неловко и даже раздражало, когда кто-то отвешивал перед ним поклоны.

Вскоре вместе с Фёдором и Нинусом он вернулся во дворец. Феликс ждал у входа:

- Прикажете подавать обед?

- Подожди. Нам надо кое-что обсудить, - ответил Ярослав и, бросив мимолётный взгляд на слугу, добавил, - ты, что бледный такой? Не заболел ли часом?

- Нет-нет, - замотал головой Феликс, - распорядиться, чтобы обед подали в кабинет?

- Вот привязался. Через час пусть накрывают в трапезной.

Плотно прикрыв дверь кабинета, Ярослав поведал Нинусу о золотом кубке, а в конце поделился сомнениями:

- Хотелось бы убедиться, что кубок действительно отравлен, но не представляю, как это сделать.

На что Нинус ответил:

- Я знаю один способ. Позвольте забрать кубок с собой, и через несколько часов я получу ответ на ваш вопрос.

- Мы очень рассчитываем на вашу помощь, - обрадовался решению проблемы Фёдор, взял с полки кубок, поставил его на стол и, заглянув внутрь, ахнул.

- Что?! – воскликнули Ярослав и Нинус одновременно.

- Он был наполнен до краёв, а теперь…

- Феликс! Вот почему он такой бледный! – догадался Ярослав.

- Вы звали меня? – услышав своё имя, в кабинет вошёл слуга.

Его лицо было белым, как мел.

- Это ты отпил из кубка?!

- Я…, - прошептал Феликс и рухнул на пол.

- Но зачем?!

- Не смог удержаться…, чтобы не попробовать…, - белыми губами еле слышно промолвил слуга и потерял сознание.

Умелыми движениями Нинус нащупал его пульс:

- Ещё жив. В лечебницу его надо скорее. Возможно, удастся спасти.

Мысли о Феликсе не давали покоя Ярославу до конца дня. Какими бы делами он не занимался, вновь и вновь в сознании всплывало бледное лицо слуги. Если бы не Фёдор, то на его месте оказался бы он сам.

Наступил вечер. Ярослав собирался ложиться спать. Первый день, прожитый во дворце, оказался не простым и сильно утомил. Он начал раздеваться, когда в дверь постучали, и на пороге появился стражник.

- Что там ещё? – недовольно пробурчал Ярослав.

- Гонец из Западного княжества с важным посланием!

- Проводи в кабинет, - приказал Ярослав, взял сюртук, чтобы надеть, но передумал, бросил его на кресло и водной рубахе быстро направился к маленькой неприметной двери, соединяющей кабинет и спальню напрямую. В кабинете было светло от зажжённых слугами свечей.

- Лис! – увидев гонца, обрадовался неожиданной встрече Ярослав.

- Ольгерд, - переминаясь с ноги на ногу, поправил старый знакомый.

- Извини Ольгерд. Не привык ещё к твоему имени. Садись. Рассказывай скорее, что привело тебя сюда?

- Меня послал Лавритас. Велел разыскать тебя…, или хотя бы Котрата. Недавнее происшествие причиной тому.

- Какое происшествие? У Лавритаса неприятности? – встревожился Ярослав.

- Ты, наверное, не в курсе, что после того, как Котрат с дружиной отправились вам на выручку, обязанности воеводы легли на плечи Лавритаса. Он неплохо справлялся, и всё было хорошо, пока мы не поймали лазутчика Жути. Вот почему я здесь.

- Откуда взялся этот лазутчик? Не ошиблись ли вы?

Слова Ольгерда заставили забыть об усталости и согнали сон.

- Из королевства Рудирика в Новый город пришли крестьяне. Пять или шесть семей. После нашествия Жути, почти все поля королевства вызжены. А те мизерные запасы продуктов, которые удалось им запасти на зиму, изъяли солдаты Рудирика. Король обобрал собственный народ до нитки. Эти несчастные слёзно умоляли Лавритаса не прогонять их назад. Иначе им и их детям не пережить зиму, не избежать голодной смерти. Разумеется, Лавритас разрешил крестьянам остаться. Через несколько дней среди переселенцев обнаружился лазутчик. Голова статуи, то есть Глаз Змея помог. Лавритас сразу отдал распоряжение, чтобы мы схватили посланника Жути. Но он оказался очень силён. Вырвался, напал на ратника, убил его, и чуть было не скрылся. «Передай привет Ярославу от Маркиана!» - расхохотавшись, выкрикнул он, убегая. Я выпустил ту стрелу, с которой началось наше с тобой знакомство ему в спину. Лазутчик обернулся, прошипел: « Рано радуетесь, скоро будет готово новое войско…». Потом упал и рассыпался в пыль.

Ольгерд замолчал.

- Не думал я, что Жуть оправится от поражения так быстро, - нахмурился Ярослав и задумался.

Несколько минут они сидели в полной тишине.

- Ещё Лавритас велел передать, если удастся разыскать тебя, что Олеарий по-прежнему болен, а Милана очень грустит.

- Сейчас отдыхай, а утром отправимся в Западное княжество! – тут же принял решение Ярослав, которого захлестнуло чувство вины перед Миланой, нестерпимо захотелось увидеть и успокоить её напрасную тревогу.

Он велел слуге позаботиться об Ольгерде, затем отдал необходимые распоряжения по подготовке к отъезду. Приближалась полночь, когда дошла очередь обсудить сложившуюся ситуацию с Фёдором.

- Нельзя было до утра подождать? – громко зевая, возмутился тот, переступив порог кабинета.

- Сейчас тебе спать расхочется, - откинулся на спинку кресла Ярослав и пересказал всё, что недавно узнал от Ольгерда.

- Что будем делать? – выслушав его, озабоченно спросил Фёдор.

- Пока не поздно, а я надеюсь, что это так, надо закрыть врата в Нижний мир. Нельзя допустить, чтобы чёрное полчище снова вырвалось оттуда. Думаю, что кроме меня никто с этим не справится.

- А что будет с княжеством в наше отсутствие?

- Ты останешься, и будешь наводить здесь порядок без меня.

- Но...

- Иного выхода нет. Будь осторожен. Недругов тут тоже хватает. Котрат и его ратники защитят тебя если что.

- Но как же ты без дружины?! Против Жути?!

- У Лавритаса и Олеария наберу отряд хороших, закалённых в бою ратников. Отсюда с дружиной двигаться долго. Не одна неделя уйдёт. Можем опоздать, - высказал свои доводы Ярослав.

- Эх! – громко вздохнул Фёдор, глядя на обрубок своей руки, - если бы не это, я бы не отпустил тебя одного, а так…, какой теперь из меня вояка.

- Ты, главное, никому кроме Котрата и Нинуса не доверяй. Из дворца один не отлучайся. Смотри по сторонам в оба, - чтобы заглушить горечь предстоящей разлуки, принялся напутствовать Ярослав.

- Я о себе как-нибудь позабочусь, - недовольно посмотрел на него Фёдор, - кстати, советую тебе взять человек десять охранения.

- Зачем столько?

- По дорогам нынче разбойников много бродит. Я вот накануне вечером случайно одного старого знакомого встретил. Разговорились. Когда Досифей пришёл к власти, забрал его земли. Тогда Лаврентий, так его зовут, решил торговлей заняться. На последние деньги собрал обоз и отправился в Южное княжество. По дороге на караван напали разбойники. Товар разграбили, возниц и помощников убили. Лаврентий спасся только благодаря своему быстрому скакуну.

- Такое редко случается. Обычно грабители никого не трогают, добро забирают, а людей отпускают.

- Мой знакомый позже выяснил, что эти головорезы поддерживали связь с Досифеем. Он им наводки давал и имел с того хороший куш.

- Неужели регент снизошёл до грабежа своих подданных? – не хотел верить Ярослав.

- Похоже, что так. Всех купцов разорил. Торговлей только его люди занимаются.

- Придётся тебе этих разбойников ловить. Их место на острове Мрачном. Дороги нашего княжества должны быть безопасны. А Досифея после вместе разыщем. За всё, что натворил, ответит.

- Согласен. Надо тех бандитов наказать, только, как поймать?

- Отправь ложный обоз. Сделай так, чтобы о его ценности прослышала вся округа. Но вместо товара в повозках пускай спрячутся вооружённые ратники. Уверен, разбойники не смогут устоять, клюнут на приманку.

- Хорошая идея.

Обсуждая дела, они не заметили, как наступило утро. В кабинет вошёл отдохнувший и повеселевший Ольгерд.

- Ну что, давай прощаться, мне пора, - крепко пожал руку Фёдора Ярослав.

- Возвращайся скорее! – опустил глаза, стараясь скрыть волнение тот.

- Не успеешь соскучиться, - ободряюще улыбнулся Ярослав.

Западное княжество встретило шестерых всадников пасмурным небом и обильным снегопадом. Густой стеной сыпались крупные пушистые хлопья на дорогу, и её стало не различить. Лошади с трудом передвигались по заснеженной белой равнине. Ольгерд вызвался вести отряд, чтобы тот не сбился с пути. Наконец, на шестой день к вечеру, всадникам удалось добраться до Нового города. Люди и лошади были измотаны до предела.

- Веди ратников в лагерь, - хрипловатым от усталости голосом отдал распоряжение Ярослав Ольгерду. - А я Олеария навещу.­

Стражи очень удивились, увидев его в смотровое оконце ворот, но без лишних вопросов торопливо распахнули их. Поручив конюху своего выбившегося из сил жеребца, Ярослав открыл дверь и оказался внутри замка. Тишина. Не слышно ни голосов, ни шагов. От предвкушения встречи с Миланой, сердце бешено колотилось. Он снял мокрый полушубок и вошёл в гостевой зал. Ярко и весело пылали дрова в камине, рассеивая густой полумрак пустого помещения. Вдруг слух Ярослава уловил тихий звон посуды. Не раздумывая, он направился в трапезную.

За столом сидели Лавритас, Соня и Милана. Они не спеша пили горячий чай и о чём-то тихо беседовали.

Милана первая заметила Ярослава и чуть не выронила из рук чашку.

- Ты? – прошептала она.

За то короткое время, пока его не было, девушка похудела, её лицо осунулось, а глаза стали просто огромными. Ярослав не двигался, не в силах отвести взгляд от этих прекрасных, наполненных печалью глаз.

- Как хорошо, что ты вернулся! – вскочил из-за стола Лавритас.

Его громкий голос вывел из оцепенения.

Потом они все вместе ещё долго сидели, пили чай и говорили, говорили…

Ярослав нежно сжимал ладонь Миланы. Её васильковые глаза постепенно наполнялись радостью и умиротворением.

Остаток ночи они провели в спальне Миланы. Пока она готовилась ко сну, Ярослав раскинувшись на мягкой чистой постели крепко уснул. Милана долго смотрела на своего спящего суженного и с тревогой думала о новой скорой разлуке. Сон сморил её только к утру, а когда она открыла глаза, Ярослава рядом не было. Захватив лестницу и фонарь, он отправился в сад, чтобы достать из дупла Мудрую Книгу. Пришла пора воспользоваться ею снова. На ветках Арженеции висели сосульки, напоминающие прозрачные с зеленоватым оттенком капли, готовые вот-вот упасть вниз. Но Ярославу было не до них. Он быстро нашёл дупло в ветвях дерева. Через пару минут мешок с Книгой и Лучом Надежды был у него в руках.

Растопив потухший камин, удобно устроившись у огня, Ярослав раскрыл Книгу. Благо, что серебряный ключик всё это время был спрятан в потайном кармане рубахи, и не потребовалось дополнительных усилий, чтобы добыть его. С первой строки чтение поглотило Ярослава целиком.

« Луч Надежды – это маленькая частичка сильного и яркого луча, который передали людям представители Верхнего мира, когда Жуть первый раз вышла из земных глубин. Люди оказались бессильными перед натиском чёрного войска. Оно стремительно продвигалось, сметая всё живое, и не было никому пощады. Тогда обитатели Верхнего мира, поняли, что рано или поздно жестокий враг доберётся и до них и, чтобы предотвратить это, передали людям Красный луч. Даже один человек легко мог остановить этим мощным оружием чёрное войско, направляя луч на злобных существ. Под его воздействием они тут же превращались в пепел. Хватило нескольких движений рукой, чтобы уничтожить несметное вражеское войско. Альтания и многие её жители были спасены. После шумного празднества в честь окончания войны, победители задумались, как сохранить Луч для потомков. Собрали вече. Решили построить каменную башню, в которой будет храниться Красный луч. Выбрали девять хранителей, которые должны будут нести ответственность за сохранность бесценного оружия. Только они имели ключи от двери в башню. Кроме того вооружённые ратники днём и ночью стерегли башню, но входить внутрь им запрещалось.

Много времени прошло с тех пор, а Красный луч по-прежнему находился в каменной башне. Хранители из поколения в поколение передавали наставление беречь Луч и ключи от двери башни своим потомкам.

Но вот настал тот день, когда Жуть снова вырвалась наружу. Горела земля, воины Жути сеяли смерть.

Главный воевода торопился достать Красный Луч из башни, для чего надо было лишь отпереть крепкую дверь. Но все девять хранителей куда-то исчезли, и не удавалось их разыскать. Наконец, разосланные по всей Альтании ратники настигли экипаж человека, владеющего ключом. Он сидел на большом сундуке и не хотел покидать своё место. Ратникам пришлось доставить его и сундук к воеводе в том же экипаже. Все были очень удивлены, когда вскрыв сундук, обнаружили, что он доверху наполнен комьями угля. Увидев это, громко зарыдал хранитель Луча. Рассказал, что высокий худой господин был очень вежлив и предложил в обмен на полоску Красного луча сундук золота. «В этом ничего такого нет. Никто и не заметит, что Луч стал немного тоньше», - настойчиво уговаривал хитрый господин. А когда показал золото, то устоять было невозможно. Хранитель продал всего только одну узкую полоску, и теперь не понимает, куда подевалось золото. Некогда было слушать воеводе, как тот оплакивает своё богатство. Войско Жути приближалось. Он забрал ключ, открыл тяжёлую дверь башни и замер. На постаменте Луча не было. Понял тогда воевода, что не только этот, но и другие хранители распродали весь Красный луч по частям. Распродали не просто Луч, а свою свободу и жизнь, свободу и жизнь своих детей и всей Альтании… Разве есть на свете такие богатства за которые можно продать это?

Бросился воевода к старейшинам за помощью. Взошли они на высокий холм и стали просить обитателей Верхнего мира дать ещё один Луч. Но те не соглашались.

- Вы, люди, очень глупы. Мы больше не можем доверить вам такое мощное оружие, как Красный Луч. Вы и его отдадите в руки врага, отчего тот станет ещё сильнее. Колдуны Жути с помощью заклинаний делают Луч чёрным и заставляют служить себе. Мы не станем больше вам помогать. Верхний мир будет защищаться, если это потребуется, сам!

И тогда упали на колени старцы, склонили свои седые головы.

- Не дайте погибнуть ни в чём неповинным людям из-за девятерых негодяев! – умоляли они, - Помогите спасти Альтанию!

- Идите в башню. В ней вы найдёте случайно оброненный Лучик. Это – ваша надежда. Ведь без него не закрыть пролом в Нижний мир. Отдайте его волхвам. Пусть хранят Луч до появления избранного. Только он сможет сделать его сильным и ярким. Но это случится не скоро, - отозвались обитатели Верхнего мира.

- Если вы не поможете нам сейчас, то мы все умрём, - сникли старцы.

- Идите и делайте, что вам сказано. Мы подумаем, что ещё можем сделать для вас.

Через несколько дней из леса вышел Мастер…».

Книга захлопнулась. Ярослав хотел было достать Лучик, чтобы попытаться понять, как превратить его в мощное оружие против Жути, которым он когда-то был. Громкие восторженные восклицания Сони отвлекли от раздумий. Заинтересовавшись, Ярослав направился в трапезную, откуда доносился звонкий голос девушки. Он застал тётушку, Милану, Лавритаса и Соню склонившимися над столом. Они что-то рассматривали и были так увлечены, что не обратили на него никакого внимания.

Лишь Олеарий сидел с безразличным лицом и с аппетитом жевал кусок вишнёвого пирога. Заинтригованный Ярослав заглянул поверх их голов и увидел небольшой округлой продолговатой формы предмет.

- Что это? – не смог сдержать любопытства он.

- Я нашла! Пошла прогуляться перед завтраком и заметила эти чудесные штучки. Ими вся Арженеция увешана, - захлопала в ладоши Соня.

- Никогда не видел ничего подобного. Кто и зачем их там развесил, - посмотрел влюблёнными глазами на неё Лавритас.

- Я догадалась сразу! Это Эрманарих и Иорнанд украсили Арженецию, чтобы порадовать Олеария! Они часто придумывают для него что-нибудь интересное и весёлое! – заявила Соня.

- Но когда они успели. Рано утром я был в саду. На ветках Арженеции висели обычные сосульки, - удивился Ярослав.

- Правда, ведь красивая вещица! – Соня подняла необычный предмет, чтобы все могли полюбоваться. Формой и размером он напоминал еловую шишку, но в остальном сильно отличался от неё. Твёрдый, покрытый прозрачной гладкой оболочкой, ярко-зелёный с неглубокими витыми бороздками внутри.

- А пойдёмте в сад, посмотрим на Арженецию. Она такая нарядная! – предложила девушка.

Вскоре в трапезной остались только Ярослав и Милана. Им хотелось побыть наедине. Удастся ли ещё до отъезда Ярослава остаться вдвоём, без посторонних, чтобы высказать друг другу свои тревоги и опасения.

- Утром ты так сладко спала. Не стал будить, решил почитать Мудрую Книгу, - заглянул в её глаза Ярослав.

- Я видела, как ты сидишь над ней. Знаешь теперь, как закрыть разлом?

- Не совсем. Надеюсь на месте разобраться.

- Будь осторожен! Не подходи близко к его краю! Злодеи затащат тебя под землю! – глаза Миланы наполнились страхом, не за себя, за него.

- Не тревожься ты так. А чтобы отвлечься и не грустить без меня, займись подвенечным платьем. Вернусь, устроим грандиозную свадьбу. Скоро ты станешь княгиней. Вот так-то, - попробовал подбодрить её Ярослав.

- Вернёшься, тогда и начнём приготовления, - совсем не обрадовалась Милана, - я ведь тревожусь не только о тебе. Никак не могу свыкнуться с болезнью Олеария…, и Алексея нет.

- А знаешь что, мы ведь можем узнать о них у Власия. Сегодня же свяжусь и расспрошу его, - Ярослав нежно обнял Милану и украдкой посмотрел на дверь.

- Пора идти? – догадалась она.

- Пора. Надо помочь Ольгерду подобрать надёжных людей и подготовить снаряжение. Чем быстрее закроем врата в Нижний мир, тем нам всем станет спокойнее. Не хочу каждый день просыпаться с мыслью о Жути.

- Я буду ждать, - сдерживая слёзы, прошептала Милана.

- Вечером вернусь. Сегодняшняя ночь наша, - улыбнулся ей Ярослав, отстранил от себя и быстро вышел.

Ольгерд сидел в избе-штабе и, глядя в окно, о чём-то думал. Когда появился Ярослав, он встрепенулся и сказал:

- Хорошо, что ты пришёл. Я тут набрал добровольцев. Надо с тобой обсудить кого ещё, кроме них возьмём.

- Сколько человек ты отобрал?

- Двадцать пять. Сами вызвались. Так и рвутся в бой.

- Ну что ж. Думаю, если войско Жути ещё не вышло из разлома, этих людей будет достаточно. Займись подготовкой лошадей, выбери самых выносливых. Ещё нам потребуется небольшой обоз с провиантом для нас и кормом для лошадок. Завтра утром выдвигаемся. Скажу Лавритасу, пускай держит дружину наготове, если что, пошлём гонца к нему за подмогой.

- Лавритасу сейчас не до того, - покачал головой Ольгерд.

- Это ещё почему?

- Влюбился по уши. От своей зазнобы не отходит. В штабе вообще перестал появляться.

- Я заметил, - вспомнил пылкие взгляды Лавритаса в сторону Сони Ярослав, - значит надо подстраховаться. Поручить дружину хорошему сотнику. Есть у тебя такой на примете?

- Сразу так и не сообразишь, - отозвался Ольгерд.

- Ладно. Подумай об этом, пока будешь делами заниматься. У меня тоже одно важное дельце имеется, - сказал Ярослав, которому не терпелось поговорить с Власием, - давай через пару часиков опять здесь встретимся и решим все вопросы, которые к тому моменту возникнут.

- Давай, - засобирался Ольгерд.

Когда он ушёл, Ярослав взял со скамьи ведро с водой, поставил его на стол и опустил амулет. Вместо старца перед ним появилось изображение Офимьи.

- Давно жду разговора с тобой, - произнесла она, - с тех пор, как твои друзья отправились в обратный путь.

- Давно это случилось?

- Пробыли они у нас не долго. Торопились. Как только немного передохнули и снова смогли держаться в седле, так и ускакали. Да не одни. Лукерью нашу с собой забрали. Присохла она к Кузьме. Ничего не поделать, пришлось отпустить.

- Значит, скоро будут здесь.

- Ожидай, не сегодня, так завтра. И за Лукерьей там приглядывай. Трудно ей будет первое время. Из леса девка первый раз выбралась.

- Не беспокойся, никто твою Лукерью не обидит… А что насчёт болезни Олеария скажешь? Как его излечить? Совсем на себя прежнего не похож стал.

- Тут всё гораздо сложнее, чем я думала. Его укусил не кто иной, как обращённый в тарантула колдун, - Офимья на мгновение задумалась и заговорила снова, - одно мне не ясно. Почему перстень не защитил твоего друга от злых чар. Ведь не простой перстенёк-то. Он - сильный оберег.

- Перстень был на моей руке. Олеарий когда-то подарил его мне.

- Теперь всё ясно. Тот колдун хотел тебя извести, но перстень ему помешал, сберёг тебя.

- Значит тарантул – это колдун. А я-то всё гадаю, куда Дизавул подевался, - нахмурился Ярослав, - как же избавить бедного Олеария от колдовского заклятья?

- Ох-хо-хо-хо-хо, - покачала головой Офимья, - боюсь, что сделать это невозможно.

- Неужели нет хоть какого-нибудь средства?!

- Есть одно…

- Говори. Я что угодно для Олеария добуду!

- Тебе нужна Арженеция - дерево такое. Редкое оно, а может и не осталось совсем ни одного…

- Знаю я, где Арженеция растёт, - отлегло у Ярослава.

- Хорошо. Но это ещё не всё, - продолжила Офимья, - понадобятся плоды Арженеции. Долго, очень долго придётся тебе их ждать.

- Не придётся. У меня есть сведения, что дерево должно плодоносить следующим летом.

- Не летом, а зимой. У Арженеции цветы и плоды появляются в начале зимы. Сама я их никогда не видела, но от мудрых волхвов слышала, что похожи волшебные плоды Арженеции на обледеневшие зелёные шишки. Только они смогут избавить твоего друга от недуга, вызванного злыми чарами.

- Знаешь, как сделать из них чудодейственный отвар?

- Никакого отвара не понадобится. Плоды лечат необыкновенными звуками… Их надо слушать. И ещё. Когда твой друг поправится и наступит весна, он должен будет посадить три плода, и ухаживать за ними, чтобы выросли три молодые Арженеции. Это очень важно. Иначе болезнь может вернуться снова.

- Как же извлечь из них звук?

- Больше я тебе ничем помочь не могу. Прощай…, - произнесла Офимья и исчезла.

«Выходит, на Арженеции сейчас висят её волшебные плоды. Надо скорее собрать их», - промелькнуло в голове Ярослава. Не мешкая ни секунды, он направился в конюшню и благодаря резвому скакуну через четверть часа был во дворе замка. Из сада доносился весёлый заливистый смех и голоса. Это Соня и Лавритас играли в снежки. Они выглядели беззаботными, словно дети. Заметив Ярослава, Лавритас попытался придать своему лицу серьёзное выражение, но оно продолжало светиться радостью и счастьем.

- Что? – только и смог произнести переполненный чувствами Лавритас.

- Хватит дурачиться. Берите корзины и собирайте те штуки, которые висят на Арженеции, - строго сказал Ярослав и передал разговор с Офимьей.

- А как их слушать? Они красивы, но не издают звуков, я точно знаю, - поинтересовалась Соня.

- Разберёмся, - бросил через плечо Ярослав.

Он намеревался идти в замок, чтобы рассказать обо всём Милане, но та случайно увидела их беседу в окно своей комнаты, и сама вышла в сад. Вчетвером они принялись собирать и осматривать плоды, пытались извлечь из них волшебные звуки. Ничего не выходило.

- Мне надо идти. Постарайтесь сами заставить их звучать, - вспомнил о назначенной с Ольгердом встрече Ярослав и поспешил в лагерь.

Приготовления к предстоящему походу были завершены поздним вечером. Он вернулся в замок в надежде найти Олеария здоровым. Но все предпринятые попытки лечения пока не дали никакого результата. Бесчисленное количество раз плоды Арженеции прикладывались к уху больного, постукивались друг о друга и о другие предметы, один из них даже был вскрыт. Взгляд Олеария по-прежнему оставался отрешённым и нисколько не менялся. В хлопотах прошла почти вся, обещанная Милане, последняя перед расставанием ночь.

Ранним зимним утром Ярослав, Ольгерд, двадцать пять ратников и четыре нагруженные повозки покинули лагерь. Ярослав был раздосадован безуспешным лечением друга, из-за чего хмурился и молчал. Ольгерд сразу заметил его плохое расположение духа и не донимал разговорами. В прежние времена он часто наведывался в Королевство Рудирика, поэтому неплохо ориентировался в чужих для остальных землях и указывал дорогу. Точное местоположение разлома никто не знал. Надеялись, что обогнув Каменную пустыню, станет ясно, куда двигаться дальше.

Разлом

Когда бледное зимнее солнце поднялось над горизонтом, отряд уже оставил позади покрытое снегом поле недавней битвы, пересёк границу Королевства, проследовал мимо маленького замёрзшего озерца. Прошедшее лето выдалось засушливым, поэтому исчезающие озёра разлились не сильно и не перекрыли проезд в королевство Рудирика. Дальше дорога шла через заброшенную, выжженную Жутью деревню. Почерневшие остатки домов напомнили Ярославу о пожарище в Вержин-Граде, о первых столкновениях с Чёрным войском, заставили собраться. Посовещавшись с Ольгердом, он выслал вперёд трёх конных разведчиков, на тот случай, если это войско движется навстречу.

Чем дальше углублялись они в земли Королевства, тем теплее становилось. Здешняя зима сильно отличалась от зимы в Западном, и уж тем более в Восточном княжествах. Слякоть, в которую превратилась дорога, сдерживала движение. Повозки, утопая в грязи, ехали очень медленно, отставали, и отряду приходилось часто останавливаться, дожидаясь их. Тогда Ярослав решил оставить обоз и несколько человек для охраны и двигаться вперёд без него.

Безлюдье и разруха царили вокруг. Небольшие перелески с голыми, без листвы деревьями, пустынные поля и сожжённые деревни. Королевство Рудирика казалось мёртвым.

- Ни одной живой души. Куда же все подевались? – проговорил удручённый унылой картиной молодой синеглазый ратник.

- Разбрелись кто куда, чтобы с голоду не помереть, - отозвался Ольгерд.

Вечером отряд остановился на ночёвку, для которой выбрали сухую возвышенность у леса. Ольгерд расставил караульных. Ратники нарубили для подстилки веток, разожгли костры. Вскоре из походных котелков вкусно запахло кашей, весело забулькал закипевший чай. После горячего ужина всем захотелось спать.

- Неплохо продвинулись, если так и дальше пойдёт, через день-два будем у разлома, - укладываясь поудобнее, поделился Ольгерд.

- Угу, - пробубнил, засыпая Ярослав.

На рассвете отдохнувший отряд двинулся дальше. Как и в предыдущий день выслали вперёд разведчиков. Настроение у всех было бодрым. Неизвестность и чужие земли перестали тяготить. Глаза привыкли к унылой однообразной картине. К полудню рельеф резко изменился. То здесь, то там стали попадаться холмы и нагромождения камней. Далеко по округе разносился звонкий стук лошадиных копыт о каменистую твёрдую почву. Приближался вечер. Дорога вела мимо скалистой невысокой горы. Ярослав начал присматривать место для следующего ночлега. Нужен был хворост, и он выискивал глазами какую-нибудь пригодную для этого поросль. Из-за горы показались только что скрывшиеся за ней разведчики.

- Что случилось? Впереди опасность? – встревожился Ярослав.

- Наконец-то наткнулись на людей. За горой целое поселение. Решили вас предупредить, чтобы не искали место для ночлега, - сообщил один из них. Предвкушая приятную ночёвку, ратник широко улыбнулся, - отдохнём сегодня в тёплых избах.

- Вы уверены, что там безопасно? – насторожился Ольгерд.

- Обычное крестьянское село. Дым из труб идёт, - вступился за товарища голубоглазый ратник, - я даже запах свежего хлеба учуял, чуть слюной не подавился.

- Я не возражаю против ночёвки в поселении крестьян. Заодно расспросим их о дороге и разломе. К тому же хвороста здесь нет, а без него согреться не получится, - немного подумав, согласился Ярослав.

- Только сначала ещё раз хорошенько разведаем и попробуем договориться с местными. Я сам этим займусь, - предложил Ольгерд.

- Осторожность не помешает, - согласился с ним Ярослав.

Ольгерд пришпорил коня и на ходу крикнул:

- Фатей, Семён, за мной!

Не успела троица скрыться из виду, как навстречу из-за горы вывернули вооружённые всадники. Их было не меньше пятидесяти. Ольгерд и сопровождавшие его ратники повернули назад, но всадники уже заметили их и бросились в погоню.

- Вот вам и безопасно! – выругался Ольгерд.

Ярослав издали увидел, как солдаты гонятся за разведчиками, но решил дождаться и объясниться с ними, чтобы избежать стычки, или ещё хуже, кровопролития.

Вскоре вооружённое копьями и мечами малое королевское войско окружило отряд Ярослава.

- Кто такие?! – резко выкрикнул недоброжелательно настроенный человек в дорогих доспехах. Видимо, он возглавлял войско и занимал должность воеводы.

- Мы – Альтанийцы. Направляемся к разлому, чтобы закрыть его и не дать Жути снова вырваться наверх, - пояснил Ярослав.

- Какому-такому разлому? Ничего не слышал о нём. Жути больше нет. А вы мне зубы напрасно заговариваете. Небось, явились наших крестьян грабить, - рассердился военачальник.

- Даже и в мыслях не было. У нас другая цель. Спасти свои и ваши земли от Жути, которая готовит новое полчище.

- Хм. А грамота от короля Рудирика у вас имеется?

- Какая грамота?

- Грамота-разрешение на то, чтобы передвигаться по королевству.

- Прошу, отпустите нас без неё. Ведь если вовремя не закрыть разлом, то снова начнутся пожарища. Никто не знает, чем закончится следующий набег чёрного войска, - продолжал убеждать собеседника Ярослав.

- Не могу. По закону не положено. Вы и так уже нарушили его, за что понесёте наказание, - заявил военачальник.

- Нельзя ли как-нибудь уладить это?

- Тебе надо говорить с Рудириком. Если король будет благосклонен, то позволит за двойную цену купить грамоту. Ваша судьба в его руках.

- Что ж, раз другого выхода нет, веди меня к Рудирику! – отбросив все сомнения, проговорил Ярослав, - уверен, король не станет препятствовать против нашего намерения, и скоро мы продолжим путь!

Никто не заметил, как во время их разговора из-за горы показалась и не спеша приблизилась повозка в сопровождении шести солдат. На ней лежали три больших наполненных чем-то мешка, позади которых сидели два крестьянина со связанными руками и понуро опущенными головами. Взглянув на них, военачальник недовольно крикнул:

- Вы что творите?! Разве я не вам приказал доставить этих гнусных воров, посмевших утаить от короля зерно в замок?!

- Мы повернули за вами, - запинаясь, стал оправдываться пожилой конвоир, - ведь Вы отдали приказ, следовать за основным отрядом.

- Впрочем, в теперешней ситуации это как раз кстати, - намного спокойнее продолжил военачальник и, смерив взглядом Ярослава, приказал, - садись вместе с ними на телегу!

- Я бы предпочёл двигаться верхом. Мне надо как можно скорее вернуться. Надеюсь, замок вашего правителя недалеко, – возразил Ярослав.

- Если будешь спорить со мной, то прикажу, чтобы тебя и твоих людей связали! – побагровел королевский воевода, - делай, что говорю, а то вам всем несдобровать!

Ярослав молча спешился. Ему не хотелось злить этого самодура.

- Твои люди должны разоружиться! Они пойдут пешком! – выпучив глаза, снова заорал военачальник.

На что Ярослав отрицательно покачал головой:

- Мои люди будут дожидаться меня в поселении. Пока я у вас, они и мухи пальцем не тронут. А вот твоему королю может не понравиться, как ты обошёлся с Альтанийским князем и его людьми.

- Ладно. Будь по-твоему, садись в телегу. Эти до дальнейших распоряжений короля пускай остаются здесь. Никуда они от нас не денутся, - принял решение воевода.

Ярослав подошёл к Ольгерду, который выглядел очень встревоженным, и протянул ему Меч Трёх Чудес.

Тот отстранил клинок и проговорил:

- Я поеду с тобой!

- Ты будешь дожидаться меня в поселении вместе с ратниками. Если к завтрашнему вечеру не вернусь, отсылай гонца в лагерь за подмогой, а сам действуй по обстоятельствам, - тихо проговорил Ярослав и снова протянул Меч, - сбереги его.

- Одного, да ещё безоружного я тебя всё равно не отпущу, - принимая оружие, ответил Ольгерд.

Он быстро что-то прикинул в уме и обратился к ратникам:

- Фатей, Семён, будете сопровождать Ярослава.

Те с готовностью спешились.

- Это лишнее. Они ничем не смогут мне помочь.

- Ты не знаешь этих удальцов…

- Быстро садись в телегу! Не зли меня! – грубо прервал Ольгерда воевода.

Вскоре конные королевские солдаты и повозка, на которой теперь кроме крестьян сидели Ярослав, Фатей и Семён повернули назад, обогнули гору, затем поселение и по извивающейся змейкой дороге направились к следующей ещё более высокой и каменистой горе. За ней в тихой предгорной долине открылся небольшой городок. В сумерках приближающейся ночи хорошо разглядеть его было невозможно. Через какое-то время повозка подкатила к огороженному высокой стеной замку. После коротких переговоров воеводы с охраной, громко звякнули отпираемые засовы и массивные ворота распахнулись. Во дворе было темно и тихо. Очертания замка с его многочисленными башенками напоминали громадное спящее живое существо. Вдруг будто из-под земли перед повозкой появился худощавый человек с фонарём в руке, и яркий свет на мгновение ослепил Ярослава.

- Флегонт! Ты почему так поздно явился! Король уже готовится ко сну! Кто эти люди с тобой? – обратился он к воеводе.

Ярослав не стал дожидаться ответа воеводы и решил представиться сам:

- Я – правитель одного из княжеств Альтании! Доложите обо мне королю! Он должен выслушать меня немедленно!

- Но…, - замялся худощавый человек в одежде лакея.

- Пожалуйста, передайте королю, мою просьбу! Дело очень важное и срочное! И у меня нет времени ждать до утра! – продолжал настаивать Ярослав.

- Хорошо, ожидайте, - кивнул лакей и удалился.

Пока его не было, Флегонт велел солдатам отвести крестьян в темницу. Минуты ожидания тянулись медленно. Ярославу было не по себе и хотелось поскорее покинуть это зловещее место. Он надеялся быстро договориться с королём, и с благодарностью вспоминал Фёдора, который настойчиво рекомендовал взять с собой в дорогу большой кошель серебряных монет. Наконец лакей вернулся. Он велел следовать Ярославу за ним. Фатей и Семён шли сзади. По длинному коридору слуга короля привёл их в большой плохо освещаемый зал.

- Вот тот человек, который назвался правителем из Альтании, - низко склонившись, проговорил он и указал на Ярослава.

- А те двое кто? – дребезжащим старческим голосом спросил тучный, с трясущейся головой полулежащий на обложенном подушками троне король.

- Это мои слуги Фатей и Семён, - поспешил с ответом Ярослав.

- А-а-а-а, князь Ярослав! – громко прозвучал знакомый голос, - Зачем пожаловал сюда? Теперь ещё и королевство у моего дяди отобрать хочешь?

Из сумрака зала вперёд вышел человек. На его лице играла злорадная улыбка.

- Досифей?! Вот где ты укрылся! – опешил Ярослав от неожиданной встречи.

- Вот ты, князюшка, ко мне в руки и попался! Теперь уж я тебя так просто не отпущу! – торжествовал бывший регент.

Досифей склонился к уху старого короля и принялся ему что-то объяснять. По мере того, как он говорил, у Рудирика всё сильнее оттопыривалась нижняя губа. Он, почти не мигая смотрел на Ярослава своими маленькими, близко посаженными глазами. Его голова продолжала трястись, и со стороны казалось, что он часто-часто кивает.

- Так зачем ты сюда явился?! – отстранившись от уха короля, спросил Досифей.

- Мне необходимо закрыть разлом, из которого скоро снова хлынет Жуть. Дорога к этому разлому лежит через королевство и чтобы передвигаться по ней, требуется разрешение короля Рудирика. Медлить нельзя. Чёрное войско может начать выходить из Нижнего мира в любую минуту.

- Жутью прикрываешься? А сам преследуешь совсем другую цель! Завтра на рассвете ты будешь повешен! – злорадствовал Досифей.

- От моей смерти ты ничего не выгадаешь. Восточного княжества тебе всё равно больше не видать. А если Жуть вырвется наружу, то ты не намного меня переживёшь. Хорошенько подумай, прежде чем принимать такое решение, - не сдавался Ярослав.

- А ведь он прав! – вступился не принимавший до этого участия в их споре молодой человек. С самого начала он молча сидел в стороне и наблюдал за происходящим.

- Нельзя ему доверять, Витовт! Он лжёт! – пылко возразил Досифей.

Молодой человек встал. Он был высок, строен и очень красив: густые чёрные волосы, выразительные карие глаза, белые, будто жемчужины зубы.

- Я ему верю. Если бы он хотел захватить королевство, то привёл бы дружину. Думаю, я правильно понял, что это тот Ярослав, который выиграл сражение у Жути и спас нас от неё. При желании, он легко бы справился с нашим теперешним войском, насчитывающим сотню с небольшим солдат. К тому же воевода Флегонт совсем не блещет умом. Войско под его началом может вызвать не страх, а улыбку.

- Ты глубоко заблуждаешься, Витовт, - на лице Досифея появилась плохо скрываемая неприязнь, - пока ещё правит твой отец и последнее слово за ним!

Все устремили свои взоры на короля.

- Я устал и хочу спать. Отложим разбирательство до утра, - громко зевнул Рудирик.

- В темницу их! – крикнул стражникам, стоявшим у входа, Досифей.

- Нет! – остановился на полпути к выходу Витовт и не терпящим возражений тоном обратился к лакею, - Секлетей, проводи Ярослава и его людей в спальню для гостей. Если же он пожелает, слуг размести отдельно.

- В ту комнату, которая предназначена для особых гостей. Понял меня? – добавил Досифей, дождавшись, когда Витовт покинет зал.

Лакей кивнул и жестом пригласил Ярослава, Фатея и Семёна идти за ним. Сначала он вёл их по длинному коридору, потом по узкой каменной лестнице куда-то наверх, потом снова по коридору. Ярослав пытался запомнить, но скоро запутался и понял, что не сможет быстро найти выход из замка.

- Скажи, почему во дворе и в самом замке так темно? У вас что, нет свечей и факелов? – поинтересовался он.

- Это для безопасности, - тут же откликнулся лакей.

- Но ведь в темноте врагу легче оставаться незамеченным?! – озадачился Ярослав.

- У нас хорошая защита. Забраться и выбраться из замка не так уж легко, зато издали ночью его совсем не видно, - терпеливо пояснил Секлетей и резко повернул направо, - а вот и ваша спальня.

Лакей осветил фонарём довольно просторное помещение, зажёг одну из трёх свечей в замысловатом подсвечнике, стоящем на столе и спросил:

- Желаете остаться один?

- Не желаю. Мои люди будут находиться со мной в этой комнате! – ни секунды не раздумывая заявил Ярослав.

- Приятного Вам отдыха, - поклонился Склетей и, тихо скрипнув дверью, вышел. Затем снаружи послышался негромкий скрежет.

- Как будто на железный запор закрыли, - предположил Ярослав и толкнул створку. Она не поддалась.

- Заперли. Лучше бы ужином накормили, я голодный, как зверь, - вздохнул Семён и уселся на единственную кровать.

- Хочешь отравленной еды отведать? Не понял ещё, что нам здесь совсем не рады и эта комната больше напоминает тюрьму, чем спальню? Смотри, какая решётка на окне! – накинулся на него Фатей и, ухватившись за толстые прутья, попытался открыть небольшое высоко расположенное окно.

- Да уж, так с гостями точно не обходятся, - насторожился Семён.

- Надо выбираться отсюда. И чем быстрее, тем лучше, - продолжал Фатей.

- Но как мы это сделаем? Дверь заперта снаружи. В окно не вылезти, - глаза Семёна возбуждённо заблестели. Он встал и несколько раз ударил ногой в плотно закрытую дверь.

- Не шуми! А то раньше времени беду навлечёшь! – возмущённо прикрикнул Фатей.

- Думаю, нам ничего не остаётся, как дожидаться утра. Если мы выберемся из этой комнаты, что дальше-то? Куда пойдём? Кругом стражники, запоры, высокие стены? Как их преодолеем? - поделился своим мнением Ярослав.

- Чувствую, этот Досифей не собирается нас отсюда живыми отпускать. Всё равно терять нечего, давайте хотя бы попытаемся! – не успокаивался Фатей. Он стоял у двери и внимательно рассматривал её. Его решительный настрой постепенно передался Семёну и Ярославу.

- Щель! Надо найти что-нибудь тонкое, подсунуть под засов и поддеть его! – заулыбался найденному решению Фатей.

- Здорово придумал! – поддержал его Семён и полез под кровать.

- Не ищите, у меня нож есть, - вытащил из-за голенища свой острый нож Ярослав.

- О-о-о! Как раз то, что надо! – ещё сильнее обрадовался Фатей.

Ярослав осторожно просунул нож в щель между дверью и стеной и стал вести его вверх. Вскоре он почувствовал, как лезвие упёрлось во что-то твёрдое. Приложив усилие, он резко двинул нож вверх и толкнул дверь. Она немного приоткрылась.

- Получилось! – воспрянул духом Семён и ринулся к выходу, но Фатей остановил его.

- Я пойду первым!

Он выскользнул из спальни, а когда Ярослав и Семён вышли вслед за ним, задвинул засов на место. Приложив палец к губам, ратник замер, прислушался. Кругом стояла тишина, ни одного шороха, лишь взволнованное частое дыхание Семёна, застывшего рядом. Привыкшие к темноте глаза Ярослава различили, как Фатей бесшумно, будто тень, прижавшись к стене, двинулся в направлении лестницы. Семён и Ярослав последовали за ним. Быстро, без каких-либо затруднений они преодолели коридор. Фатей повернул к лестнице и неожиданно наткнулся на стража, который стоял, опершись на копьё, и издавал звуки, напоминающие урчание или тихий храп. Не раздумывая, Фатей ударил его по голове, которая склонилась на бок. Страж повис на руках Фатея. Семён бросился ему на помощь. Они оттащили обмякшее тело в коридор.

- Ты убил его? – шёпотом спросил Ярослав.

- Не-е-е, очухается к утру, а может и раньше.

Беглецы спустились этажом ниже, и чуть было не столкнулись с ещё одним стражником. Этот нёс свою службу добросовестно. Стоял, загораживая своей крупной фигурой вход на этаж, иногда поворачивался в сторону лестницы и осматривал её. Удивительно, что он не заметил их первым. Фатей прыгнул на него словно кошка. Страж охнул и начал падать. Из его рук выпало копьё, громко звякнув о каменный пол.

- Чел, что там у тебя? Уснул что ли? – послышался голос и звук торопливых шагов снизу.

Беглецы поспешили скрыться в темноте коридора такого же длинного, как и тот, который находился этажом выше. Фатей и Семён тащили находящегося в беспамятстве стражника. Ярослав нёс его копьё. Заметив открытую настежь дверь, он тихо сказал:

- Давай сюда.

Ратники опустили тяжёлое тело на пол и с облегчением вздохнули.

- Здесь окно без решётки. Будем выбираться через него, - тем временем осмотрев помещение, предложил Ярослав, - по лестнице нам теперь не пробраться.

- Высоко, - прикинул взглядом расстояние от окна до земли Фатей, - кости бы не переломать.

- Сейчас верёвку смастерим, - нашёлся Ярослав, сдёрнул со стола скатерть и принялся с помощью ножа надрезать её и рвать на полосы.

Ратники связывали тугими узлами короткие обрезки скатерти в длинную верёвку. В замке началась беготня, послышались крики. Видимо, товарищ Чела поднял тревогу. Эти звуки подгоняли беглецов. Они быстро, один за другим спустились вниз.

-Ух! – вытер вспотевший лоб Семён, ступивший на твёрдую почву последним.

- Нам надо где-то укрыться! Кажется, они облаву устроили! – взволнованно прошептал Фатей. Краем глаза он заметил, что из-за угла замка показались люди с факелами. После стольких стараний попадаться им в руки совсем не хотелось. К великому огорчению вокруг не было ни одной постройки, ни деревца или чего-то такого, что могло послужить мало-мальским укрытием.

Ярослав метнулся вперёд, в противоположную от преследователей сторону. Семён и Фатей побежали за ним.

Беглецы обогнули замок и оказались во дворе у центрального входа. Здесь царил переполох. Солдаты с факелами и фонарями суетились и сновали туда-сюда. Ярослав и ратники поспешили спрятаться за полосой невысокого кустарника преградившей им путь. Отсюда они могли наблюдать за тем, что происходит на площадке. Ярослав сразу узнал воеводу по его голосу и интонации.

- Болваны! Если до утра не найдёте их, будете все сидеть на гауптвахте! – распекал солдат Флегонт.

- Кажись, влипли. За ворота выбраться не получится, солдат слишком много, а у нас никакого оружия при себе нет. Назад тоже нельзя, - удручённо прошептал Фатей.

-Ай! – неожиданно воскликнул Семён и тихо добавил, - кустик-то шипастый, колется больно.

Флегонт и солдаты смолкли и повернули головы в их сторону.

- Ну, всё, теперь точно нам крышка, - совсем сник Фатей.

- Эх, была не была! – сам себя подбодрил Семён, резко, будто распрямившаяся пружина выпрыгнул из-за куста и что есть силы закричал, - Вон они! Вон они побежали! Меня по голове огрели! Держите их!

- Куда побежали?! – уставился на него Флегонт.

- Туда! – продолжал размахивать руками Семён, отступая назад, чтобы оставаться скрытым темнотой.

- За мной! Ловите их! – заорал Флегон.

Через минуту двор опустел. Беглецы опрометью бросились к воротам. Услышав тихое ржание, Семён остановился и пригляделся. В нескольких шагах от него, у привязи лошади жевали сено.

- Открывайте ворота! Я сейчас! – мгновенно сообразил он.

Вскоре три резвых скакуна галопом мчались по дороге, унося беглецов всё дальше и дальше от стен замка. Они не видели, как топал ногами рассвирепевший воевода. Время было упущено и солдаты, отправленные в погоню на двух оставшихся у привязи лошадях, быстро вернулись ни с чем.

Занимался рассвет. Ярослав, Семён и Фатей достигли поселения. Они вслух размышляли о том, как найти отряд, когда услышали окрик:

- Стоя-я-я-ять! Спе-е-е-шиться! Не дви-и-и-игаться!

- Пимка, ты что ли? – спрыгивая с коня, спросил Фатей, - своих не признал? Мы это.

На дорогу растерянно моргая, вышел белобрысый ратник.

- Вы-то отку-у-у-уда взяли-и-и-сь? – растягивая слова, спросил Пимка.

- Нам бы с Ольгердом потолковать, - проигнорировал его вопрос Ярослав.

- Во-о-он ви-и-и-идите избу-у-у, где все око-о-о-ошки све-е-е-етятся? Это на-а-аш шта-а-аб. Он та-ам. У нас тут така-а-а-ая завару-у-у-ушка получи-и-и-илась, - принялся объяснять Пимка. Ярослав кивнул и, не дождавшись, пока он закончит, пошёл к избе. Семён и Фатей остались слушать Пимку, говор которого походил на пение.

Ярослав поднялся на крыльцо, открыл дверь и сразу увидел сидевшего за столом Ольгерда.

- Вернулся! – обрадовался он, - а я и не надеялся, что после того, что здесь произошло, тебя так быстро отпустят.

- Не знаю, что здесь произошло, но если б не твои удальцы, то…, - Ярослав вкратце рассказал о неожиданной встрече с Досифеем и побеге из замка.

- У меня тоже не всё гладко сложилось, - выслушав его, поделился Ольгерд.

- Неужто местные жители вас плохо встретили? – предположил Ярослав.

- Наоборот. Они очень обрадовались нашему появлению. Рассказали, что в поселении расквартирован отряд королевских солдат, которые всячески притесняют крестьян, забирают у них еду, заставляют прислуживать, а если кто отказывается выполнять их прихоти, сильно избивают. Поборы короля Рудирика и бесчинства его войска переполнили чашу терпения поселян. Заручившись нашей поддержкой, вооружившись вилами и топорами, они прошли по избам и связали сонных солдат. Наша же задача сводилась к тому, чтобы захватить трактир, где проводили время десятники и сотник. В общем, мы заняли поселение и держим его оборону. Я расставил караулы. Но нескольким горе-воякам удалось ускользнуть. Думаю, скоро сюда явится воевода с войском, - поведал Ольгерд.

- Сколько солдат вы захватили? Где они теперь?

- Вместе с десятниками пятьдесят два человека. Поместили пока в пустой амбар.

- У воеводы осталось примерно столько же. В королевстве, практически нет войска, - вспомнил слова Витовта Ярослав, - но расслабляться не стоит. Надо посылать гонца в наш лагерь за дружиной.

- Часа два тому назад отправил.

- Вот и отлично. А пока остаётся только ждать. Без дружины воевода нас к разлому не пропустит, - сказал Ярослав и громко зевнул. В тёплой избе его быстро разморило, потянуло в сон.

- Чайку бы сейчас горяченького, - пытаясь взбодриться, он встал со скамьи и выглянул в окно. У соседней избы толкались крестьяне с вилами.

- Погодь, сейчас организую тебе и чай и кашу! - засуетился Ольгерд.

Вдруг дверь широко распахнулась, в избу вбежал Пимка и «пропел»:

- Ска-а-а-ачут!

- Кто? – растерялся Ольгерд.

- По доро-о-о-ге, ко-о-о-онница от за-а-а-мка!

- Объявляй тревогу! Собирай народ! – приказал Ольгерду Ярослав и направился к двери, но на полпути остановился, - Меч мой у тебя?

Порывшись в углу за печью, Ольгерд достал оттуда Меч Трёх Чудес и протянул его Ярославу со словами:

- Ну, сейчас мы им зададим!

Тот поднял на него удивлённые глаза и тихо проговорил:

- Будем делать всё, чтобы избежать кровопролития. Я попробую договориться. А ты собери крестьян и ратников, и спрячь их за ближней избой. Когда махну рукой, выводи их на дорогу. Бой без команды не начинать. Всё понял?

- Да.

- И ещё. Построишь людей так, чтобы первый ряд состоял из ратников с копьями и щитами. Крестьяне сзади.

- А ты? Опять один собрался к воеводе идти?

- Это зависит только от тебя. Успеешь собрать отряд, пока я начну переговоры, значит, буду не один. Действуй, а я осмотрю местность, на случай если придётся вести в бой, - закончил Ярослав ипоследовал за Пимкой к краю поселения.

Пасмурное небо, обложенное низкими свинцовыми тучами, нагоняло тоску. Зима здесь походила на позднюю осень Восточного княжества. Резкие порывы ветра насквозь пронизывали сюртук. Ярослав поёжился от холода. Зато сонливость и вялость мгновенно исчезли. Притаившись за ветхой изгородью, два ратника внимательно наблюдали, как королевский конный отряд приближается к поселению. Ярослав сразу узнал в них Семёна и Фатея.

- Вон он, воевода, первый скачет. Даже отсюда видно, что злющий, как собака. Теперь-то он спуску нам не даст, - поделился Семён.

- Это ещё поглядим, кто кого, - нахмурился Ярослав, быстро оценил обстановку и распорядился, - иди к Ольгерду. Когда наш отряд будет готов, дашь знать.

- Я мигом, - ответил Семён и стремглав помчался к поселению.

Тем временем королевское войско приблизилось на столько, что можно было говорить с ним. Ярослав в сопровождении Фатея вышел из-за забора на дорогу и остановился, крепко сжимая рукоять Меча.

- Схватить его! – тут же завизжал Флегонт.

- Стойте! – крикнул Ярослав солдатам, да так, что те не посмели ослушаться, - если нападёте первыми, то погибнем не только мы, но и многие из вас! Но можно ещё всё уладить. Зачем убивать друг друга? Для этого нет ни одной хоть, сколько бы стоящей причины.

Слова Ярослава звучали твёрдо и убедительно, а солдаты устали от бесконечной ругани воеводы и продолжали оставаться на месте.

- Я не враг ни вам, ни вашему королю и желаю всем только добра, - говорил Ярослав, когда услышал за спиной торопливые шаги.

- Все в сборе! – доложил Семён.

- Не слушайте этого негодяя! Хватайте их! – завопил Флегонт.

- Не спеши, давай сначала поговорим, - обратился к нему Ярослав и поднял руку.

В ту же минуту Ольгерд начал выводить из укрытия ратников и крестьян.

- Сдавайся! И прикажи своим людям сложить оружие! Тогда король Рудирик, возможно, сохранит вам жизнь! – потребовал воевода, но по мере того, как за спиной Ярослава выстраивался отряд, количеством гораздо превышающий королевское войско, его тон становился не уверенным, а лицорастерянным.

- Не согласен! Давай договариваться! У нас в плену уже есть пятьдесят ваших солдат, ты же не допустишь, чтобы мы захватили и вас!

- Чего ты хочешь? – совсем скис воевода.

- Возвращайся к королю и передай ему, что в случае, если он не будет препятствовать нашему продвижению к разлому, то мы отпустим пленных. Если же он не даст такого разрешения, то я за себя не ручаюсь! Когда сюда придёт моя дружина, пощады не ждите! Кроме того, вы должны оставить в покое поселян!

- Хорошо, я передам твои слова королю Рудирику, - отозвался Флегонт.

Вся его воинственность совсем пропала, и он выглядел поникшим и жалким.

- Даю тебе времени до полудня! Дольше ждать мы не будем! Сами пойдём к замку и захватим его! – продолжал Ярослав.

Ничего не ответил воевода, молча повернул коня назад, увлекая за собой солдат. Крестьяне не могли скрыть своей радости, проводили их победоносными возгласами.

Спустя два часа, когда королевское войско показалось вдали, Ярослав с ратниками и поселянами вновь вышли им навстречу. Теперь Ярослав расставил крестьян спиной к поселению и обратился к ним с короткой речью:

- Будем надеяться на благоразумие короля. Но если они начнут бой, старайтесь стаскивать солдат с лошадей. Их меньше, чем нас, и я не сомневаюсь, что мы одолеем королевское войско. Иначе всех нас ждёт кара короля. И она будет жестокой.

Крестьяне крепче сжали вилы и топоры. Полные решимости стояли они, глядя на приближающихся всадников, которые вскоре остановились на довольно приличном расстоянии. Немного помедлив, воевода громко провозгласил:

- Наш мудрый король Рудирик великодушно разрешает тебе и твоим людям передвигаться по королевству без всякой оплаты. Он понимает всю важность твоей миссии и готов помогать тебе, всем, чем только сможет. Вот на то его грамота!

Флегонт помахал в воздухе листком бумаги и продолжил:

- Но вы должны освободить пленных королевских солдат. После чего можете отправляться куда пожелаете, а поселяне вернутся к своей обычной жизни. Король прощает их!

- Ну что ж, передай королю мою благодарность. Ваши солдаты будут отпущены после того, как мы покинем поселение. Хочу предупредить, что моя дружина скоро будет здесь, и не советую вам менять своих обещаний ни мне, ни поселянам! - ответил Ярослав. У него как будто гора упала с плеч оттого, что удалось обойтись без никому не нужного столкновения.

- Кажется, всё обошлось, - вздохнул он, когда воевода и солдаты повернули назад.

- Когда покидаете нас? – спросил один из поселян.

- Прямо сейчас, время дорого.

- Не откажитесь отобедать, прежде чем продолжите путь.

- Благодарю за приглашение. Возражать не стану, - Ярослав вдруг вспомнил, что уже больше суток у него не было во рту и крошки.

Ольгерд и ратники тоже обрадовались такому предложению. В просторной избе для них уже был накрыт стол, уставленный блюдами с мясом, рыбой и другой снедью. Ярослав немного удивился столь щедрому угощению. Он знал, что у поселян почти не осталось съестных запасов, но чувство голода быстро заглушило все раздумья.

- Спасибо за прекрасный обед. Нам пора, - насытившись, встал из-за стола Ярослав.

Скоро отряд выдвинулся в путь.

- Куда подевались крестьяне. Такое ощущение, что в поселении нет ни одного человека, - поделился Ольгерд, с тревогой посматривая на закрытые ставнями окна. Ответ на свой вопрос он получил, когда отряд повернул за угол деревенской улицы. Множество повозок нагруженных крестьянским скарбом дожидались их здесь. Вокруг сновали мужчины, женщины, старики, весело щебетали дети.

- Что происходит? Куда вы собрались? – удивлённо спросил Ярослав.

- Мы пойдём с вами! – загалдели крестьяне.

- Вы хотите оставить свои дома, и отправиться неизвестно куда? Но почему?

- Здесь нас ждёт погибель! Король не простит нас! Он расправится с каждым, кто пошёл против него! Рудирик лжив и жесток!

- Кто же тогда засеет его поля весной? Кто будет кормить короля? Неужели он не понимает этого? – попытался убедить их остаться Ярослав.

- Чтобы засеять поля, нужны семена, а у нас их нет. Король забрал всё зерно! Умоляем! Возьми нас с собой, иначе мы погибнем! – в один голос твердили крестьяне.

- Хорошо! Присоединяйтесь к нам, но знайте, что путь будет долгим и трудным!

- За это не переживай. Мы к трудностям и лишениям привыкшие. Зато будем под твоей защитой, и длинные руки короля до нас не дотянутся, - ответил за всех пожилой седобородый, но ещё довольно крепкий крестьянин.

Не прошло и часа, как длинный, состоящий из тридцати пяти повозок, обоз растянулся по дороге. Будто извивающаяся змея, он медленно полз вперёд. Ярославу пришлось выслать навстречу дружине ещё одного гонца, чтобы тот передал распоряжение дожидаться возвращения обоза в опустевшем поселении. Он понимал, что крестьянские семьи прибавят хлопот и будут в дороге только обузой, но оставить их на произвол короля, воеводы и солдат не мог. А если король действительно захочет расправиться с ними? Нет. Такого он не допустит. Утешало одно. До разлома совсем не далеко, а когда он будет закрыт, спешить станет некуда. Теперь главная задача – понять, как закрыть врата в Нижний мир.

- Сзади показались всадники! – прервал его невесёлые думы прискакавший вперёд из хвоста каравана ратник.

- Много их? Неужели воевода никак успокоиться не может? – придержал коня Ярослав.

Обоз встал.

- Нет. Это не он.

- Откуда знаешь?

- У воеводы лошадь пегая, а у этих главный на белом скакуне. И их не много. Не больше десятка.

- Интересно, кому это мы ещё понадобились. Поехали, спросим, - Ярослав помчался назад мимо притихших, примостившихся на нагруженных повозках, закутанных в одеяла детей и их встревоженных родителей.

- Что случилось? Наша помощь нужна? – спросил седобородый крестьянин.

- Пока нет, но будьте наготове! – не останавливаясь, ответил Ярослав.

Он очень удивился, когда узнал во всаднике на белом скакуне Витовта и не дружелюбно спросил:

- Что тебе нужно?

- Я и мои люди просим твоего разрешения присоединиться к вам!

- Зачем? Скучно стало во дворце?

- Нет больше сил видеть, что творит Досифей! Мой отец совсем стар и почти выжил из ума, а Досифей умело этим пользуется. Когда я узнал, что он собирался сделать с тобой, то задумался. Думаю, что и меня, останься я во дворце, ожидала бы не менее страшная участь.

- Ладно. Сначала закроем разлом, а потом разберёмся с Досифеем. Он должен понести наказание за все свои злодеяния. Но можно ли положиться на твоих солдат?

- Это преданные мне люди. Я уверен в них, как в самом себе.

- Тогда поручаю вам охрану обоза, а мы с Ольгердом поскачем вперёд, к разлому, - принял решение Ярослав.

Отдохнувший за время пребывания в поселении конь, легко понёс его по дороге, которая вела через пологий, будто спина огромной спящей черепахи, холм. Ярослав чувствовал, что разлом уже совсем рядом и надеялся увидеть его, как только поднимется наверх. Но не врата в Нижний мир, а сожжённое селение раскинулось перед его глазами прямо у подножия холма. Чёрное выжженное пятно с кучами золы и головёшек. О том, что это остатки домов можно было только догадываться.

Несколько минут Ярослав и Ольгерд не могли отвести взгляда от оставленного Жутью напоминания о себе.

- Интересно, кому-нибудь удалось спастись, или все погибли, - прервал молчание Ольгерд.

- Боюсь, этого мы никогда не узнаем, - отозвался Ярослав и добавил, - дорога обрывается здесь. Куда дальше?

- Хм, - задумался Ольгерд и посмотрел вдаль на раскинувшуюся за пожарищем пустынную унылую равнину: ни деревца, ни кустика, ни травинки. Лишь острые, словно зубья камни скрашивали, если это можно так назвать, убогий пейзаж.

- По-моему, нам туда, - махнул рукой Ярослав влево от себя, - мы уже почти у цели. В Каменной пустыне такие же острия торчат.

Он пришпорил коня и поскакал по бурой, испещрённой мелкими трещинками земле на запад. Постепенно камней становилось всё больше. Чтобы конь не поранился, пришлось ехать медленно, а потом и вовсе спешиться и вести его под уздцы. Теперь почва из-за покрывавшего её налёта пепла и гари приобрела серый оттенок.

- Смотри! – вдруг выкрикнул Ольгерд.

Опустив глаза вниз, Ярослав пробирался между камей и не заметил, как почти вплотную подошёл к Огненному озеру, вернее к тому, что от него осталось. Вся поверхность меж каменистых берегов была засыпана мелким серым пеплом с небольшими редкими бурыми пятнами. Две высокие, словно покрытые ржавчиной скалы возвышались в самом центре.

- Вот мы и добрались. Разлом там, - указал на них Ярослав и осторожно ступил на пепел. Нога тут же начала проваливаться и постепенно утопала всё глубже. Когда сапог погрузился почти полностью, а твёрдого дна нащупать так и не удалось, Ярослав резко выдернул его назад. Пепельная пыль взметнулась в воздух, образовав серое облако, которое вскоре улеглось.

- Вот тебе и на, разлом совсем рядом, а пройти к нему невозможно. Что же делать? – огорчённо вздохнул он и притопнул, стряхивая с сапога налипший пепел.

- Придётся вернуться к обозу. Переночуем, а утром решим, как быть. Может, крестьяне что подскажут, - предложил Ольгерд, который в свою очередь воткнул в пепел копьё, но как ни старался, дна не достал.

- Ты прав, - согласился Ярослав, глядя на заходящее солнце. В его золотистых лучах чётко вырисовывались островерхие, ярко-рыжие скалы. Казалось, они торжествуют и злорадно ухмыляются, сознавая свою недоступность. «Я всё равно до вас доберусь», - подумал он и вслед за Ольгердом пошёл назад, к медленно ползущему навстречу, невидимому отсюда каравану.

Между тем на землю опустились сумерки. Обоз остановился на ночёвку, не дождавшись их возвращения. Крестьяне быстро соорудили из прихваченных с собой дров костры, развесили над ними котлы и принялись готовить похлёбку. Ратники с беспокойством посматривали на дорогу. Семён казнил себя за то, что позволил Ольгерду и Ярославу уехать вдвоём, не вызвался сопровождать их. Наконец, на вершине холма появились два всадника, и ратники сразу узнали их.

- От вашего лагеря за версту аромат еды разносится. Я сразу понял, что мы как раз к ужину успеваем, - довольно потирая руками, подсел к ним Ольгерд.

Ярослав был хмур и молчалив. Он раздумывал над тем, как перебраться через озеро к скалам, но ничего толкового в голову не приходило. Мешали усталость и внутренняя удручающая пустота, и никак не получалось приободриться. Еда показалась безвкусной. Не было сил поднять глаза и поблагодарить человека, который появился из темноты, расстелил у ног тулуп и с сочувствием в голосе проговорил:

- Ложись, отдохни. У костра не замёрзнешь.

Ярослав упал на мягкую подстилку и тут же уснул.

А Ольгерд с аппетитом поглощая похлёбку, рассказывал ратникам о наполненном пеплом озере. Он говорил громко и вокруг стали собираться крестьяне. Подошёл Витовт. Но все они лишь растерянно пожимали плечами, никто не знал, как преодолеть возникшее на пути к разлому препятствие. Покончив с едой, Ольгерд занялся расстановкой караула вокруг лагеря на ночь. Он был вынослив и, если того требовала ситуация, мог не спать несколько суток подряд не испытывая при этом никакого дискомфорта.

Вскоре лагерь затих и уснул. Только ратники и солдаты Витовта, которые должны были стоять в карауле, да подбрасывать дрова, чтобы огонь согревал спящих, иногда тихо переговаривались между собой.

Ярослав открыл глаза. Бледное небо смотрело на него угасающими звёздами. Значит, скоро наступит рассвет. От костра исходило приятное тепло. Он прислушался, пытаясь определить, что потревожило его крепкий, но чуткий сон и сразу всё понял. Совсем рядом кто-то переговаривался шёпотом.

- Что у вас стряслось? – приподнявшись, спросил Ярослав.

- Да тут, ратник утверждает, что знает, как перебраться через озеро, - отозвался Ольгерд.

- Так в чём же дело! Давай его сюда! – вскочил на ноги Ярослав.

- Ну вот, добился своего, - проворчал Ольгерд и отстранился, пропуская ратника.

- Пимка! - сразу узнал его Ярослав. – Выкладывай, что ты там придумал!

- Я ни-и-чего не при-и-и-думывал, - часто заморгал белёсыми ресницами Пимка.

- А Ольгерд, вот утверждает, что ты знаешь, как через озеро перебраться.

- Ну, да-а-а зна-а-а-а-ю. Для этого на-а-а-до перекати-и-и-и-по-о-о-ле найти.

- И что потом?

- Оно тро-о-о-пку нам проло-о-о-ожит.

- Что ты несёшь! Из-за такой ерунды человеку выспаться не дал! – возмутился Ольгерд.

- Подожди, - остановил его Ярослав и обратился к Пимке, - а где его взять-то, это перекати-поле?

- Я ви-и-и-дел зде-е-е-сь, неподалё-ё-ё-ёку.

- Ольгерд, дай ему Семёна или Фатея в сопровождение, пускай принесут перикати-поле. И сразу двинем к разлому. Я всякого в этой жизни насмотрелся. Думаю, парень не врёт.

В ответ Ольгерд только покачал головой.

Когда лагерь проснулся, Ярослав, Пимка и Ольгерд подходили к пепельному озеру. Утром скалы показались Ярославу ещё более живыми, чем накануне. Он, как будто видел их лукаво прищуренные глаза, острые носы и растянутые в самодовольной улыбке каменные губы. Захотелось действовать и как можно скорее.

- Ну? – вопросительно посмотрел он на неуверенно переминающегося с ноги на ногу Пимку.

Тот словно только этого и ждал, вытащил из заплечного мешка засохшее шарообразное травяное образование и, держа его над пеплом, принялся что-то нашёптывать.

Затем молодой ратник оглянулся на Ярослава:

- Иди-и-и за мно-о-ой, не отстава-а-а-ай.

Пимка пустил перикати-поле, и оно покатилось вперёд, оставляя за собой тёмный след. Ратник ступил на тропинку и побежал. Ярослав, дивясь увиденному, на секунду замешкался.

- Ско-о-о-рее! – крикнул ему парень.

Спохватившись, Ярослав последовал за ним. Промедли он ещё немного, пришлось бы начинать всё сызнова, так как тропка по мере продвижения перекати-поля буквально на три шага вперёд, исчезала. Чтобы не отстать Ярославу приходилось бежать, что было сил. А добравшись до скал, он какое-то время потратил на восстановление дыхания. Пимка же ничуть не запыхался. Он стоял и терпеливо дожидался.

- Не знал, что ты обладаешь необычными способностями, - другими глазами посмотрел на простоватого на вид парня Ярослав.

- Чего-о-о же ту-у-у-т необы-ы-ы-чного, у нас вся-я-я-я дере-е-е-евня так ре-е-е-еку перехо-о-о-дит.

- Вот оно что. У вас и разговаривают там все как ты?

- Не понима-а-а-а-аю, о чё-ё-ём ты?

- Ладно. Потом потолкуем, - вдруг стал серьёзным Ярослав. Он повернулся к скалам, которые напоминали расколотую надвое каменную изрытую трещинами гору. Возможно благодаря им, солнечному свету и богатому воображению, издали скалы показались живыми. Между ними зияла покрытая чёрной сажей расщелина. Ярослав хотел подойти ближе, заглянуть в неё, но вспомнив предостережение Миланы, остался стоять на месте. Теперь ему надо было решить ещё одну, не менее сложную задачу: как закрыть разлом. Ярослав вынул берестяную шкатулку и открыл её. «Что может сделать этот маленький лучик с такими махинами?» - раздумывал он.

Пимка отошёл в сторону и не мешал. Время шло. Ярослав смотрел то на скалы, то на луч Надежды, то на расщелину. Неожиданно у его ног появился и весело запрыгал солнечный зайчик. Откуда он здесь взялся? Закрытое облаками небо, зловещая чёрная пропасть и две каменные глыбы не могли создать ничего подобного. Однако на самом краю прохода в Нижний мир, маленькое пятнышко света скользило туда-сюда, будто стараясь привлечь к себе внимание. «А что если?» - догадка осенила Ярослава и, осторожно повернув шкатулку, он направил Луч на его озорного собрата. В тот же миг тонкая полоска света устремилась вперёд, побежала вокруг скал. Словно нитка за иголкой следовал Луч Надежды за маленьким светлым пятнышком. Обогнув скалы, они образовали тонкий сплошной обруч, опоясывающий их. Скалы слегка дрогнули. Луч вернулся в шкатулку. Он стал чуть-чуть толще и ярче. Пятнышко света ненадолго исчезло, а потом появилось вновь. Ярослав направил на него Луч и вокруг скал вскоре появился ещё один обруч, который был шире предыдущего. Ярослав проделывал это снова и снова и с каждым разом половинки горы сближались, создавая грохот, подобный грому во время дождя.

Как зачарованный наблюдал Пимка за тем, как сползаются каменные глыбы. С тревогой смотрел на медленно ползущие друг к другу скалы издали Ольгерд. Наконец последний, самый широкий обруч обхватил вершины скал, а Луч Надежды стал таким мощным, что его основание с трудом помещалось в шкатулку и Ярославу приходилось держать его на вытянутых руках. Будто столб яркого света взметнулся вверх Луч Надежды, когда полностью закрыв разлом, вернулся на своё место. Лёгкий, почти не весомый, он на удивление не был горячим и совсем не жёг ладони.

- Вот и всё, Пимка! С Жутью мы справились! – улыбнулся Ярослав.

Он стоял, пристально всматриваясь в гору, пытаясь отыскать глазами границу между двумя её половинами, но ничего, ни одной даже маленькой трещинки не осталось. Гора превратилась в каменный монолит, который крепко закрыл врата в Нижний Мир. Не просто будет Жути снова расколоть её. К тому же у людей теперь есть Луч Надежды, такой же, как они утеряли когда-то.

Ярослав праздновал победу, долгожданную победу над чёрными силами. Хотелось смеяться и плакать, чувства переполняли его.

- Озе-е-е-ро! – вдруг испуганно закричал Пимка.

Ярослав обернулся. Пока он стоял и любовался горой, пятнышко света перебралось на пепельную поверхность озера и весело скакало по нему, оставляя маленькие язычки огня.

- Быстрее назад! – глядя на быстро распространяющееся пламя, не на шутку встревожился Ярослав.

Огибая огненные участки, перекати-поле покатилось между ними к берегу. Пимка и Ярослав ни на шаг не отставали от него. Луч Надежды, который приходилось держать перед собой, затруднял движение. Ярослав чувствовал, что за его спиной полыхает огонь. «Успеть бы, успеть бы», - стучало у него в висках.

- Сюда! Скорее! – размахивал руками Ольгерд. Помочь он ничем не мог.

Но вот нога ступила на твёрдую почву. Ярослав оглянулся. Пламя бушевало прямо перед глазами. Он отскочил на несколько шагов, на секунду зажмурился.

- Отчего вспыхнул пожар? Как могло такое случиться? – недоумевал Ольгерд.

- Так и должно быть. Это Обитель Огня ожила, - ответил Ярослав. – Нас ждут. Пора возвращаться.

Они быстро преодолели густо утыканное камнями пространство, и вышли к стерегущему лошадей Семёну. Чтобы было удобно ехать на коне, шкатулку с Лучом положили в заплечный мешок, который Ярослав повесил себе на спину.

Весь обоз от мала до велика, собрался смотреть на чудо, представшее перед глазами. Боясь пошевелиться, люди взирали на Ярослава, от головы которого в небо поднимался яркий поток света. Пришлось ему показать Луч Надежды и рассказать его историю, прежде, чем ошеломлённый народ пришёл в себя и смог отправиться в обратный путь.

К утру обоз добрался до пустого поселения, рядом с которым ещё издали, были замечены многочисленные костры. Высланная вперёд разведка скоро вернулась. Оказалось, что это возглавляемая Лавритасом дружина с вечера расположилась на ночлег, дожидаясь Ярослава. Радостными возгласами приветствовали ратники Ярослава и весь обоз. Уставшие крестьяне с радостью вернулись в свои дома. Теперь они были под защитой дружины, которая вместе с Витовтом и его солдатами вскоре двинулась к замку. Ярослав намеревался требовать у короля Рудирика выдачи Досифея. Витовт должен был помочь убедить отца сделать это.

По дороге к замку Ярослав засыпал Лавритаса вопросами.

- Как там Олеарий? Всё ещё болен или…

- Пока без изменений. Что только мы не делали с этими плодами, ничего не получилось. Тогда я обратился за помощью к своему старцу-хранителю книг. Он сам об Арженеции и её плодах ничего не слышал, но дал один хороший совет, которым я и воспользовался, - поведал Лавритас.

- Какой совет? – оживился Ярослав.

- Я разослал глашатаев по всей Альтании с объявлением о том, что тот, кто извлечёт из плодов Арженеции звук, который излечит Олеария, будет щедро вознаграждён.

- Отлично. Лучше и не придумать. И что же нашёлся такой человек?

- Не знаю. Тут твой гонец прискакал. Я наказал Соне, чтобы раздавала всем явившимся на зов по одному плоду, а сам, как видишь, отправился к тебе на помощь, - пояснил Лавритас, - хорошо ещё, что Алексей вернулся. Пока нас нет, присмотрит за женщинами.

- Ну, хоть одна хорошая новость. А как Кузьма, привёз невесту?

- Они в порядке. И Кузьма и Алексей рвались ехать со мной. Но я настоял, чтобы остались. Милана и так за тебя переживает, а тут брат только на порог и опять в дорогу что ли?

- Как она там? – совсем тихо спросил Ярослав, позволив глубоко сидевшей в сердце тревоге прорваться наружу.

- В хлопотах об Олеарии отвлекается от грустных мыслей о тебе, - не стал приукрашивать действительность Лавритас. – Да, и вот ещё что. Фёдор обоз с провизией для Нового города прислал. Сопровождал его Назарий. У старого воеводы какая-то просьба от князя Елизара к тебе имеется. Дожидается твоего возвращения.

- О Фёдоре что-нибудь рассказывал?

- Я с ним толком-то поговорить не успел. Гонец помешал, в дорогу надо было собираться.

- Да-а-а-а, за такое короткое время столько всего произошло, - задумчиво проговорил Ярослав.

За разговорами они не заметно для себя обогнули гору. Впереди показался ощетинившийся островерхими серыми крышами город. Он утопал в клочьях рассеивающегося тумана, отчего казался холодным и мрачным.

Замок одиноко возвышался слева от города и был полностью окутан белым облаком.

- Надо дождаться, пока туман улетучится, - придерживая коня, сказал Ярослав.

Лавритас отдал команду. Дружина встала.

Вдруг со стороны замка из плотного сгустка тумана вынырнул отряд. Около двадцати королевских солдат двигались навстречу хорошо вооружённым ратникам.

- Как думаете? Куда это они собрались? Неужели к нам на переговоры? Не слишком ли быстро король отреагировал на наше появление? – озадачился Ярослав.

- Сейчас узнаю, - отозвался Витовт и направил своего белого скакуна навстречу всадникам.

- Подожди, я с тобой! - нагнал его Ярослав.

Тем временем солдаты остановились, посовещались и все, кроме одного повернули назад.

- Нурдаль! – крикнул ему Витовт, - что всё это значит?

- Ваше высочество! – спешившись, отвесил поклон солдат, - мы хотели разыскать Вас, чтобы сообщить грустное известие. Очень хорошо, что мы повстречались сразу. Мои товарищи, увидев войско, решили вернуться назад. Но я подумал, что должен сказать Вам…, чего бы это мне не стоило…

- Нурдаль! Ты пугаешь меня! Говори скорее, что случилось?!

- Вчера вечером король Рудирик…, Ваш отец…, скончался…

- Ах! – изменился в лице Витовт, - неужели причиной тому послужило моё отсутствие.

- Не Вы, а дальний родственник Досифей, ускорил кончину Вашего больного отца, - продолжил Нурдаль. - Теперь он намерен объявить себя королём! Воевода Флегонт на его стороне!

- Не бывать тому! – вскипел Ярослав. В его памятибыли ещё свежи воспоминания о тех бедах и невзгодах, которые пришлось ему самому пережить из-за Досифея. – Мы захватим замок и пленим мерзавца! Править королевством должен Витовт!

-Да здравствует король! – выкрикнул обрадованный Нурдаль и упал на колени перед Витовтовтом. Лицо молодого человека оставалось бледным. Он никак не мог оправиться от печального известия.

- Ты можешь рассказать, как охраняется замок? – спросил Нурдаля Ярослав.

- Сейчас он никак не охраняется. Солдаты отказались подчиняться воеводе и с нетерпением ожидают возвращения молодого короля.

Ярослав и Витовт были поглощены беседой с Нурдалем и не обратили внимания, как в это время из ворот замка показалась повозка. Туман почти рассеялся и позволял Лавритасу и Ольгерду наблюдать за ней. Два крестьянина, доверив лошади везти себя, куда она пожелает, сидели в телеге, что-то внимательно рассматривали и раскладывали. Они были так увлечены, что совершенно не смотрели по сторонам. Видимо, крестьяне никак не могли прийти к единому мнению, из-за чего начали громко спорить и ругаться. Дошло до того, что один из них размахнувшись, влепил другому пощёчину. Тот не растерялся и отвесил своему попутчику звонкую оплеуху.

- Странные они какие-то, - не отводя глаз от повозки, поделился с Лавритасом Ольгерд, - ни разу не видел, чтобы крестьяне друг друга по щекам хлестали.

Недовольные возгласы и брань становились всё громче.

- Болван! Без меня ты бы ни за что не нашёл драгоценности в замке!

- Да как ты смеешь так меня называть!

Наконец крики привлекли внимание Ярослава. Оба голоса ему показались знакомыми.

- Если бы твои глупые солдаты не заартачились, весь замок был бы сейчас наш!

- Говори что угодно, но этот бриллиант мой, я его заслужил!

Занятые делёжкой крестьяне не видели дружину, преградившую им путь. Вскоре они приблизились настолько, что Ярослав узнал не только голоса, но и их самих. Это были переодетые в крестьянскую одежду Досифей и Флегонт. Узнал их и Витовт. Он дал приказ своим солдатам. Те скрутили пытавшихся сбежать из замка злодеев, которые от досады не могли больше вымолвить ни слова, а только бросали друг на друга уничтожающие взгляды. Каждый из них во всём происходящем винил своего сообщника.

Витовт отдал новый приказ, и конвой из четырёх солдат повёл Флегонта к замку. Досифея усадили в повозку, которую передали ратникам из дружины Лавритаса. Бывшего регента ожидала участь всех опасных преступников Альтании. По возвращении домой, Досифей будет отправлен на остров Мрачный, где и проведёт остаток жизни.

- Сочувствую твоей утрате, но не могу остаться на похороны. Слишком много дел ждёт меня дома! – прощаясь, сказал Витовту Ярослав, - надеюсь, ты станешь хорошим королём, и не будешь притеснять своих крестьян.

- Я очень благодарен тебе за всё! – воскликнул Витовт.

- Тебе не за что меня благодарить! Ведь я ничем тебе не помог! – искренне удивился Ярослав.

- Ты не прогнал меня и позволил сопровождать обоз, несмотря на то, как с тобой обошлись в замке… Это непродолжительное путешествие так много для меня значит… Я как будто проснулся от длительной спячки, - поделился Витовт. – Я узнал тебя как мужественного, целеустремлённого человека, который готов на многое ради безопасности и спокойствия людей, пусть даже незнакомых тебе. Я смог наблюдать за крестьянами, которых раньше не замечал. Я понял, что зря прожигал время. Теперь всё пойдёт по-другому. Вместе со своими подданными я намерен восстановить королевство, которое сейчас находится в столь плачевном состоянии. Когда-то оно славилось отменным козьим сыром, тёплыми пуховыми шалями и другой одеждой из козьей шерсти, а его жители трудились на благо себе и королевства и не знали что такое голод и печаль…

- Я уверен, что ты справишься, и совсем скоро королевство станет таким же или даже лучше, чем прежде. Если потребуется моя помощь, обращайся. Рад буду помочь своему доброму соседу всем, чем только могу, - в ответ на пылкие слова Витовта проговорил Ярослав.

- Я тоже желал бы продолжить дружбу с тобой. Давай не будем прощаться надолго, - предложил молодой король.

- Тогда до скорого, - улыбнулся Ярослав.

Дорога домой, как обычно это бывает, показалась короче. Двигались почти без остановок. Устроили один привал ночью и всего на несколько часов, чтобы дать лошадям отдохнуть. Торопились, всем хотелось поскорее ступить на родную землю. К середине следующего дня под копытами лошадей захрустел свежевыпавший снег. Ярослав не смог удержаться, спешился, чтобы ощутить его подошвами собственных сапог. Никогда он так не радовался крепкому морозу, сугробам, покрытым искрящимся инеем деревьям, словом, настоящей суровой зиме, к которой привык с детства.

Вскоре дружина въехала в Новый город. Его жители были рады её возвращению, ведь поредевшие после сражения с Жутью ряды ратников пополнили их сыновья, братья и мужья. Поручив Досифея Ольгерду, Ярослав направил коня к замку Олеария. Лавритас присоединился к нему, но когда дорога раздвоилась, он повернул к своему замку, решил привести себя в порядок, прежде чем предстать перед глазами Сони.

Девушки гуляли по расчищенным от снега дорожкам сада. Они увлечённо что-то обсуждали. Ярослав остановился и ждал, когда его заметят. В его глазах играли весёлые огоньки. Настроение было прекрасным. Ещё бы! Он вернулся к Милане целым и невредимым! Нет больше Жути! Не опасен злобный Досифей! Можно жить, не оглядываясь, не прячась, не рискуя собой и не тревожась за близких и родных людей! Теперь всё пойдёт так, как он мечтал!

Почувствовав его взгляд, Милана обернулась, выдохнула:

- Ярослав!!!

Тут же бросилась к нему, прижалась к могучей груди. Он подхватил её, будто пушинку, закружил, и не было никого счастливее их в целом мире. Но вдруг Ярослава пронзила неприятная мысль. Он осторожно опустил Милану на снег и спросил, надеясь услышать желаемое:

- Как Олеарий, здоров?

- Нет, - потупила васильковые глаза девушка.

- Неужели никто не откликнулся на призыв Лавритаса?

- Отчего же. Собралось много народа. Мы с Соней почти все плоды раздали…

- И что?

- Ничего.

- Значит надежды нет?...

- Как сказать… Ходит тут один бородач, уже третий день. Говорит, что знает, как изготовить инструмент…

- И в чём же дело?

- Он просит три плода, а их осталось всего шесть. Да вон он и сам опять идёт, - Милана бросила взгляд в сторону ворот.

Оттуда уверенной походкой к ним быстро приближался крепкого телосложения, пышнобородый крестьянин. Его лицо показалось знакомым.

- Доброго вам дня, - поздоровался бородач, - так что, дадите мне плоды?

- Где я мог тебя видеть, что-то никак не могу припомнить, - нахмурился, безуспешно напрягая память Ярослав.

- Как же. В Мирополе на площади встречались. Когда Вы объявили народу о своём княжестве. Мы тогда привели на суд господ, которые сожгли наши избы.

- А-а-а-а! Теперь вспомнил! Как твоё имя?

- Прокофий.

- И ты берёшься вылечить моего друга?

- Я как про беду Вашу услышал, сразу к советнику Фёдору побежал, сказал ему, что могу помочь. Он человек понятливый, коня мне хорошего дал. Вот я и прискакал. Только барышни плодов мне не дают, всё раздумывают…

- Они потому плоды тебе не дают, что их совсем мало осталось. И если у тебя ничего не получится, то Олеарий навсегда останется таким, как сейчас. Понимаешь? – Ярослав пристально посмотрел Прокофию в глаза, а тот не смутился, не отвёл взгляда, оставался спокойным.

- Понимаю, чего ж тут не понять. Только одним плодом никак не обойтись, как ни старайся. Надо три, - стоял на своём крестьянин.

- Хорошо! Будет тебе три плода! – решился Ярослав. Уверенность Прокофия вызвала доверие к нему. – Смотри не подведи!

- Никогда никому пустых обещаний не давал, - немного обиделся Прокофий.

Тем временем Соня ушла в замок и вскоре вернулась, держа в руках три зелёных продолговатых плода Арженеции. Заполучив их, крестьянин попрощался и направился к воротам.

- Когда будет готово твоё изделие? – окликнул его Ярослав.

- Ежели ночь повозиться, то… к завтрашнему вечеру справлюсь, - сдвинув шапку на затылок, почесал лоб Прокофий.

- Как закончишь, сразу неси его сюда.

- Так это понятно, сразу принесу, - согласился бородач и быстро зашагал прочь.

- Там Апрося ужин собралась подавать, - после его ухода сообщила Соня. Её нахмуренные бровки и растерянный взгляд выдавали какое-то скрытое беспокойство. Но вдруг девушка переменилась, расцвела, словно только что распустившийся прелестный цветок. Неслышно появившийся из-за угла замка Лавритас стал причиной тому. После недолгих приветствий вся компания отправилась ужинать. Покончив с едой, они перебрались в зал и, расположившись у камина, долго слушали рассказ Ярослава о разломе и королевстве Витовта. Все четверо с нетерпением ожидали следующего вечера, когда решится судьба Олеария. «Сможет ли Прокофий помочь, а если нет?» - вертелось в голове Ярослава. Он чувствовал на себе ответственность за то, что поверил крестьянину и принял решение отдать ему три плода. Оставшиеся три, по словам Офимьи, надо посадить весной и вырастить из них молодые деревца. Милана предложила сделать это, чем бы ни закончилось лечение.

Почти вся ночь прошла в раздумьях. Что же будет с Олеарием? Как несправедливо устроен мир. Нельзя сдаваться, надо бороться за него и дальше.

Утром прибыл гонец от Ольгерда, который просил срочно приехать в штаб. «Что там ещё?» - с раздражением подумал Ярослав. Ему не хотелось сегодня заниматься делами, но долго заставлять себя ждать не стал. Сразу же оседлал коня и поскакал в лагерь.

Ольгерд стоял у крыльца, часто оглядывался, а когда увидел его, обрадовался.

- Зачем звал? – не слишком приветливо спросил Ярослав.

- Там Назарий дожидается, - махнул рукой в сторону избы Ольгерд. - Старик совсем скис, когда тебя в штабе не застал. Ему в Мирополь пора возвращаться, а поговорить с тобой не получается. Извини, что потревожил.

- Пошли, послушаем, что у него за просьба, - поднимаясь по ступеням, предложил Ярослав.

- У меня ещё дел по горло. Обещал ратникам соревнование по стрельбе из лука сегодня устроить, - отказался Ольгерд.

- Так ты ж только из похода! Отдохнул бы хоть денёк!

- Это для меня и есть отдых. Не спать же целый день.

Ярослав вошёл в хорошо натопленную комнату. Назарий тут же встал со скамьи и со словами:

- Приветствую тебя, княже! – низко поклонился.

- Ну-ну, ни к чему это. Садись, рассказывай, что стряслось.

- Князь Елизар просил меня…, если, конечно, тебя это не слишком затруднит…, - подбирая слова начал Назарий.

- Не ходи вокруг да около, говори прямо, чего хочет от меня Елизар.

- Он сломлен войной. До сих пор не оправился от неё. Часто болеет, - никак не мог решиться высказать самое главное Назарий.

- Я очень сочувствую князю, но, думаю, не только этого он ждёт от меня.

- Князь Елизар надеется, что ты сможешь присмотреть за Западным княжеством в его отсутствие.

- Хм… - Ярослав опешил.

Просьба Елизара была для него полной неожиданностью. Назарий молча выжидал.

Наконец Ярослав прервал затянувшуюся паузу:

- Хорошо. Передай Елизару, что я согласен. Пускай поправляется, а когда вернётся, то…

- Ещё он просил твоего разрешения остаться в Мирополе. Скорее всего, навсегда…

- Неужели Елизар так плох?!

- Очень подавлен. Ужасы войны, бегство из Вержин-Града, гибель Свенельда… Он оказался не способен справиться со всем этим… и сейчас находится на грани. Мне иногда кажется, что его разум слегка помутился, - опустив голову, поведал Назарий.

- Война не щадит никого, - вспомнил погибших друзей Ярослав, на пару минут смолк, а потом продолжил, – скажи ему, что Мирополь – это его дом. Никто не посмеет потревожить его покой, сколько бы он там не жил. А я буду заботиться о Западном княжестве и его жителях. Постараюсь, чтобы они ни в чём не нуждались.

- Другого ответа я и не ожидал! – слишком проворно для своих лет, Назарий вскочил и принялся отвешивать поклоны.

- Будет тебе! Уймись! Ты для меня сделал столько, что это я должен ползать перед тобой на коленях! – сдвинул брови Ярослав.

- Прости уж глупого старика, если рассердил.

- Лучше расскажи, как там Фёдор. Трудно ему, небось, приходится.

- А что Фёдор, - Назарий снова сел, - набрал команду из толковых, деятельных людей. Они ему помогают. Восточное княжество на глазах преображается. По дорогам стало безопасно ездить. Народ доволен. Каким-то образом Фёдор прознал, что княжество богато умельцами. Так он для них мастерские построил. Выросла целая улица. Чего только не делают. От одежды и посуды до музыкальных инструментов и механизмов каких-то диковинных. Теперь уж к нему мастеровой народ со всей Альтании потянулся.

- Это хорошо. Молодец Фёдор. Скажи ему, что разлом закрыт. Приеду, как только закончу здесь с делами.

- Ну, мне пора, - поднялся старый воевода, - не могу задерживаться дольше. Обещал Елизару вернуться не позже, чем через месяц.

- Дать тебе ратников в сопровождение?

- Не надо, у меня свои люди есть.

- Тогда до встречи в Мирополе.

- Ах, чуть не забыл, - Назарий вынул из-за пазухи скрученный в трубочку, скрепленный сургучной печатью листок бумаги, - вот грамота, которая даёт тебе право управлять Западным княжеством и распоряжаться его землями на своё усмотрение. Он отдал документ, снова хотел отвесить поклон, но спохватившись, кивнул и вышел.

Не разворачивая листка, Ярослав отнёс его в соседнюю комнату и положил в шкаф, где хранились все важные бумаги, а когда вернулся назад, обнаружил у стола, переминающегося с ноги на ногу, Алексея. Брат Миланы растерянно осматривал пустое помещение.

- Алексей! Дружище! Куда ты запропастился?! Милана сказала, что чем-то занят, - крепко пожал ему руку Ярослав, - что за дела такие срочные у тебя появились? Не зазнобу ли завёл?

- Комнату я себе снял у вдовицы одной. Неловко как-то мне в замке. А у неё печь совсем плохо топилась. Один дым и никакого тепла. Пришлось мне дымоход чистить, больше-то некому. Вдовица та старуха, да к тому же хромая.

- Это ты правильно. Я тоже в замке Олеария себя незваным гостем чувствую. Надо и нам с Миланой о своём жилье подумать, - стал серьёзным Ярослав, но тут же спохватился, - что уж там, разберёмся. Расскажи как там Власий, Офимья? Перепетуя вспомнила тебя?

- У них всё по-прежнему, - отмахнулся Алексей, - я к тебе по другому вопросу.

- Хочешь, чтобы то, что ты скажешь, осталось между нами? Поэтому сюда пришёл? – насторожился Ярослав.

- Да нет тут никакого секрета. О матери своей беспокоюсь. Теперь, когда наступило мирное время и здесь я тебе не нужен, разреши навестить её.

- И ты ещё спрашиваешь?! Конечно, поезжай! Вези Устинью сюда!

- Я и сам хотел…

- Если насовсем не согласится, пускай хотя бы погостить приезжает. К нам с Миланой на свадьбу! – разгорячился Ярослав. – Хочешь, я у Лавритаса для неё экипаж попрошу.

- Экипаж?! – рассмеялся Алексей. – Не надо. Нынче кроме как на санях ни на чём другом не проехать. Да и не барыня она, чтобы в экипаже разъезжать.

- Ну, ладно. Может, тебе денег дать?

- Есть у меня.

- Тогда хотя бы давай пару человек выделю. Не одному же тебе ехать. Дорога дальняя.

- Об этом тоже я сам уже подумал. Братья согласны.

- Какие братья?

- Данила и Гаврила, Олеария люди, которые нас с Кузьмой к жителям леса сопровождали. Я ещё тогда хотел к матери заскочить, да не стал. Подумал, что здесь мы нужнее.

- Когда в дорогу собираешься?

- Прямо сегодня. Чего откладывать? Милане сам расскажешь. Не хочу на её слёзы смотреть, когда про мать услышит.

- Доброго тебе пути. Мы будем вас ждать! Кстати, как там Кузьма?

- Он на дворе дожидается. Тоже с тобой о чём-то поговорить хочет, - сказал Алексей и направился к двери.

- Что сегодня за день-то такой. Все со мной говорить хотят.

Ярослав выглянул в окно. А Кузьма уже поднимался по ступеням. В избу вошёл не тот юный безусый паренёк, которым ещё недавно был Кузьма, а окрепший, возмужавший, сильно раздавшийся в плечах воин.

- Рад видеть тебя! – поднялся ему навстречу Ярослав.

- Я тоже, - Кузьма сжал его протянутую ладонь. Рукопожатие получилось таким крепким, что будь на месте Ярослава кто-то другой, то вскрикнул бы от боли. Но Кузьма, похоже, этого вовсе не заметил.

- Офимья сказала, ты Лукерью от них увёз. Как она? Вам есть, где жить? Когда на свадьбе будем гулять?

- Всё хорошо у нас, - расплылся в улыбке Кузьма.

- О чём же ты хочешь поговорить? – внимательно посмотрел на него Ярослав.

- Мы с Лукерьей подумали и решили, что без моих родных свадьбу делать не будем. Не по-людски это.

- Согласен с вами.

- Значит, ты не будешь против, если мы в деревню к ним поедем? Не знаю только, застанем ли дедуся в живых, - вздохнул Кузьма.

- Думаю, сейчас самое время. Опасаться тебе больше никого не надо. Моя помощь нужна?

- Я сам обо всём позабочусь. Главное, твоё одобрение получить, - проговорил Кузьма в ответ.

- Вы хотите там остаться или вернётесь?

- Не знаю ещё.

- Смотрите сами. А ежели надумаете вернуться, то буду рад. Мы с тобой много чего вместе повидали. Таких друзей у меня совсем мало осталось. Вернёшься, избу хорошую помогу поставить. Хочешь, всех своих родных привози. Найдём, где разместить.

- Я посоветуюсь с Лукерьей, расскажу ей о нашем разговоре, - отозвался Кузьма.

- Что ж, удачи вам. Надеюсь, не навсегда прощаемся, - улыбнулся Ярослав, но улыбка получилась грустной.

Кузьма ушёл. Кажется, посетители закончились. Ярославу захотелось побыть одному. Подумать над тем, как строить свою дальнейшую жизнь. Вернулся в замок он только к вечеру. Не успел рассказать Милане о намерениях Алексея, как пришёл Прокофий. Он держал в руках небольшой закрытый со всех сторон деревянный ящичек с изогнутой ручкой сбоку.

- Что это? – удивлённо спросил глядя на его изделие Ярослав.

- Музыкальная шкатулка.

- Она открывается?

- Нет. Только мелодию издаёт. Если тебе нужна красота, то на это ещё недели две уйдёт.

- Красота мне не нужна. Пошли в трапезную. Олеарий сейчас там, - всё ещё недоверчиво глядя на шкатулку, позвал Ярослав.

Он не верил, что этот обычный, невзрачный на вид, деревянный коробок сотворит чудо. Лицо Миланы, говорило о том же. Её глаза расширились и заблестели от наполнивших их слёз.

За обеденным столом сидели Соня, Лавритас, тётушка и Олеарий. Апрося держала в руках тарелку, которую собралась наполнить супом. Когда все они увидели изделие Прокофия, замерли, не в силах вымолвить ни слова. Его вид не вызывал доверия ни у кого.

- Заводи, - буркнул Ярослав.

Прокофий поставил шкатулку на стол и несколько раз повернул ручку.

Полилась мелодия… Сначала Ярославу показалось, что это журчит источник с живой водой. Его серебристый звон сменил дивный голос Неолики. Но вот, будто грянул гром – это сомкнулись скалы, закрывая разлом. И снова Неолика. Он слушал и не мог шевельнуться, будто заново переживал те события…

Мелодия смолкла. В трапезной стояла тишина. Ярослав не знал, что слышали все остальные, то же, что и он, или каждый что-то своё.

- Апрося! Ты что застыла! Накладывай мне супа скорее! Я очень голоден! – вдруг прервал молчание Олеарий.

У Апроси тарелка выпала из рук. Открыв рот, она смотрела на Олеария, а тот, как ни в чём не бывало, принялся поглощать салат. Его глаза перестали быть «оловянными» и приобрели осмысленное выражение.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил его Ярослав.

- Чувствую, что всё съем один, пока вы на меня глазеете, - отозвался, пододвигая к себе следующее блюдо, Олеарий.

- Не знаю, как тебя благодарить! – вспомнил о Прокофии Ярослав. – Всё, что пожелаешь, исполню! Только скажи!

- Спасибочки. Только ничего не надо. По твоей милости мне и так неплохо живётся. Те господа наказаны. Весной советник Фёдор поможет новую избу срубить, земельный надел выделил. Пока печником при дворце определил. Семья сыта, детишки в школу бегают. Я о такой жизни даже мечтать не мог.

- Возьми хотя бы немного денег на подарки жене и детям, - Ярослав вынул из кошеля горсть серебряных монет.

- Не могу, - нахмурился крестьянин, - не хорошо это.

- Ну, тогда будь здоров. Если что вдруг понадобится, приходи.

- Вам тоже всем здоровьица, - попятился Прокофий, - бывайте!

Он резко повернулся и вышел.

На следующее утро Ярослав и Лавритас решили устроить конную прогулку, чтобы показать Олеарию разросшийся Новый город и его окрестности. Олеарий вёл себя так, как будто с ним ничего не случилось, и не было странной болезни. Он был в курсе многих событий, которые произошли за это время. То ли в его мозгу отложились разговоры, свидетелем которых он часто оказывался, то ли была другая причина, узнать так и не удалось. Соня попыталась расспросить брата о его недавнем состоянии, но он посмотрел так пронзительно, что и у неё и у других обитателей замка отпала всякая охота напоминать ему о болезни.

После завтрака три всадника выехали за ворота замка и шагом двинулись в сторону города.

Ярославу нравились его широкие улицы, крепкие высокие новые избы с расписными наличниками, просторная базарная площадь, где всегда было многолюдно, стайки весёлой шумной детворы занятой своими играми и забавами повсюду. Маленькие жители города быстро забыли войну и это радовало.

- Теперь, когда Елизар решил остаться в Мирополе, я подумываю, не поселиться ли нам с Миланой здесь, - поделился с друзьями Ярослав, когда они свернули с одной улицы на другую.

- А как же дворец твоего отца? - удивился Лавритас.

- Не нравится мне он. Неуютный какой-то. К тому же там все кланяются, готовы упасть, как только меня увидят. Не люблю я этого. Чувствую себя не в своей тарелке. Здесь такого нет.

- Я был бы рад такому соседу, как ты, - поддержал его Олеарий.

- Кстати, недавно случайно встретил Доброслава. Делает реконструкцию своего замка, чтобы он не напоминал о Жути. Зазвал меня к себе, похвастаться. Зал у него огромный имеется, весь сверкает. Я такой роскоши ещё не видел, - поведал Лавритас.

- Зачем ему такой зал? – спросил Ярослав.

- Для приёмов и званых обедов. Хочет сразить всех на повал, - отозвался Лавритас, - будешь себе дворец строить, постарайся его переплюнуть.

- Никакой дворец я строить не собираюсь! И эти приёмы тоже не по-мне, - нахмурился Ярослав. Тем временем улица закончилась, и друзья оказались у берёзовой рощи.

- Интересно, где же ты собираешься жить? Избу что ли срубишь? – разулыбался Лавритас.

- Почему избу, терем высокий, с резными ставнями. Во-о-он там, на пригорке бы поставил, - махнул рукой Ярослав, указывая на небольшую, заснеженную возвышенность.

- Хм. Терем так терем, какая разница, как его назвать. Но зал то для званых обедов в нём будет? Знатных нужных людей ты где собираешься принимать?

- В свой дом я буду только друзей приглашать. Можете и без приглашения в любое время приходить, всегда буду рад. А для деловых встреч и штаб подойдёт. Там тепло и просторно.

- А как же обеды?

- Обедают знатные люди пускай у себя дома. Об их желудках я заботиться не собираюсь.

- Я согласен с Ярославом. От таких обедов проку немного. Я тоже их не люблю, - вмешался в их диалог Олеарий. – Хорошо, что ты решил здесь поселиться, будем часто видеться.

- Ещё не решил. Сначала надо с Фёдором посоветоваться, а потом уж решать, - посмотрел вдаль, на занесённую снегом берёзовую рощу и возвышенность недалеко от неё Ярослав, - придётся мне в Восточное княжество ехать, чтобы обсудить это с ним. Да и родителей своих, тех, что меня взрастили, надо повидать… Милану с собой возьму.

- Тогда весны дождитесь. Зимой путешествовать тяжко. Особенно женщинам, - предложил Лавритас.

- Она у меня не из неженок. Такой поездке только рада будет. К весне вернёмся. Отсеемся, а после уж свадьбу сыграем. Если даже жить придётся во дворце отца, свадьба всё равно здесь будет. Этому-то никто не помешает.

Ярослав пришпорил коня и поскакал вперёд. Прогулка с друзьями, вид Нового города, застланные толстым снежным покровом равнины, помогли определиться, понять, то о чём он безуспешно размышлял на протяжении нескольких последних дней и ночей. Теперь он точно знал, чего хочет и от этого стало гораздо легче.

Как и ожидалось, Милана с радостью приняла новость о скором путешествии и тут же начала собираться. Перед отъездом Ярослав собрал в штабе совет. Кроме сотников на нём присутствовали Ольгерд, Лавритас и Олеарий. Надо было многое обсудить, распределить обязанности, чтобы в его отсутствие жизнь города текла размеренно, а в лагере соблюдался надлежащий порядок.

- Хочу предложить Ольгерда на должность воеводы, - после недолгих приветствий сказал Ярослав.

Сотники согласно закивали.

- Но…, как…, Я не…, - растерялся тот, - Лавритас же неплохо справлялся.

- У Лавритаса своя дружина есть, а также земли и замок. Всё это требует внимания. Я уже говорил с ним на эту тему. Он будет тебе помогать и поддерживать, пока не почувствуешь себя уверенно.

- А если не справлюсь?

- Опыта у тебя достаточно, повидал немало, ратники тебя уважают, сотники тоже. Возражений, как выяснилось, нет. Так что быть тебе воеводой, тем более и сейчас ты на себе почти все его обязанности на добровольных началах везёшь.

- Не думал, что получу такое предложение, - прищурил зелёные глаза, чтобы скрыть волнение Ольгерд, - но раз так сложилось, буду служить не жалея себя.

- А я смогу спокойно заниматься делами, зная, что дружина в твоих надёжных руках, - пожал ему руку Ярослав и перешёл к обсуждению других дел.

Через несколько дней он и Милана покинули замок Олеария и отправились в далёкое Восточное княжество. Закутавшись в тёплые шубы, сидели они в оббитой волчьими шкурами кошеве. Тройка гнедых легко несла сани по извилистой утоптанной дороге. Кони мчались мимо заснеженных лесов, полей и холмов. На ночь останавливались на постоялых дворах. Ярославу и Милане вспоминалась «Белая гусыня», где когда-то началось их первое совместное, полное опасностей и приключений, путешествие.

Фёдор обрадовался приезду друга, и сразу было воспротивился желанию Ярослава обосноваться в Новом городе. Потом, поразмыслив, согласился, но с условием, что прежде они составят свод правил, которыми впоследствии смогут руководствоваться сами, а также их должны будут соблюдать жители двух слившихся воедино княжеств. К работе над правилами был привлечён Нинус и другие старейшины.

Время летело быстро. За делами незаметно наступила весна. Пришлось отправить обоз с отборным семенным зерном в Западное княжество раньше, чем Ярослав и Милана смогли вернуться туда сами.

К тому же заказанное лучшим мастерицам платье невесты Ярославу не понравилось. Когда он вошёл в комнату и случайно увидел сверкающий тридцатью пятью бриллиантами различной величины наряд, сильно рассердился:

- Моей невесте не требуются камни для украшения! Она и без них прекрасна и может затмить блеск любых драгоценностей! Это вычурно! Никакой красоты в холодных камнях не нахожу!

Милана была согласна с ним. Ей тоже была чужда излишняя роскошь. Она сама, а также несколько вышивальщиц и швей взялись исправить оплошность. Им пришлось немало потрудиться, чтобы создать другое, более скромное, но не менее красивое и элегантное, отделанное изумительной ручной вышивкой белоснежное свадебное платье.

Ярослав и Милана возвратились в Новый город, когда зазеленели луга и жители Западного княжества почти управились с посевами.

Вскоре начались приготовления к грандиозному пиру. За пару дней до него Ярославу снова захотелось проехаться с друзьями по городу.Он взглянул на тот пригорок, где со дня на день собирался начать строительство своего дома, и был неприятно удивлён.

- Смотрите, кто-то тоже заприметил это место и успел раньше меня поставить терем. Точь-в-точь такой, о каком я мечтал, - огорчённо проговорил Ярослав и добавил, - гляжу, дело у них спорится. Быстро и слаженно, а главное увлечённо и с большим желанием работают. Видно, хозяин хорошо заплатил плотникам. Интересно, кто он?

- Открою тебе секрет, - улыбнулся Лавритас, - только уж будь добр, не выдавай меня.

- Ну?!

- Это вам с Миланой на свадьбу подарок жители города готовят.

- Но… ведь в него столько труда вложено… А откуда они узнали?... – задумался Ярослав. – Нет! Не могу такой подарок принять! Надо оплатить мастеровым их работу! А материал, небось, вы помогли купить? Я и вам верну все расходы!

- Даже не думай! Если не хочешь и нас и народ обидеть! Сам говоришь, стараются. Хотят отблагодарить тебя за то, что ты для них сделал, а мы немного помогли им, вот и всё.

- Для меня большая честь получить такой подарок. Думаете, ничего зазорного не будет, если я его приму?

- Нет, конечно! – в один голос воскликнули Лавритас и Олеарий, - ты должен его принять!

В назначенный день и час на лугу между теремом и берёзовой рощей началось грандиозное пиршество. Сразу три пары: Ярослав и Милана, Лавритас и Соня, Кузьма и Лукерья связывали свои судьбы. Но не только это послужило причиной великого торжества. Все жители Нового города, а также многочисленные гости собрались, чтобы отпраздновать полное избавление и победу над Жутью, окончание сева и приход долгожданного лета. Веселье продолжалось три дня, после чего началась полная многочисленных забот и нескончаемых дел, но мирная и прекрасная жизнь.

Эпилог

Прошёл год. У Ярослава и Миланы родился сын Всеслав. В саду у замка Олеария появились три маленьких деревца Арженеции.

Альтания объединилась, перестала делиться на княжества и превратилась в мощную и процветающую страну. Свод правил, разработанных старейшинами, при участии Ярослава и Фёдора стал её главным законом.

У Мирополя появилось неофициальное название – Город Мастеров. Благодаря усилиям Фёдора, развились различные ремёсла, сконцентрированные в нём.

Столицей Альтании стал Новый город.

Морозники вернулись к своей миссии – следить за Обителью огня. От тепла, исходящего от огненного озера камни в пустыне стали хрупкими, и огромные Морозники раздавили и утоптали их ногами, превратив торчащие из земли острия в ровную поверхность.

Теперь они могли как прежде, отдыхать на гладких тёплых камнях, поедать сочную траву в Зелёной долине и насыщаться мясом животных, которых пасли для них представители народа, понимающего язык Морозников.

Иоиль и Афромей каким-то образом сумели разыскать несколько таких семей. Когда те узнали историю своего народа, то сразу согласились перебраться и поселиться в Зелёной долине, чтобы пасти для Морозников стада.

Луч Надежды был установлен в лагере у Нового города. Постаментом для него стал тот камень верхнюю часть которого Ярослав отсёк Мечом Трёх Чудес, когда только пришёл туда, чтобы продемонстрировать необычные способности своего чудесного клинка.

Яркий, упирающийся в небо Луч многие и многие лета служил напоминанием потомкам о том славном времени и его героях.