Алиса без (страны) чудес

Пролог

Роман

Я золотой мальчик. Про таких говорят, родился с золотой ложкой в зубах. Кто так говорит, наверное, не видел новорожденного ребенка. Какие зубы? Да, я имел все, что можно только пожелать. Просто невозможно столько желать, а я и не желал, просто имел. Мой отец и крестный, по совместительству дядя, брат отца, дали мне все. Бабушка, мать моего крестного тоже, как могла, принимала участие в моем воспитании. И могу сказать, что жил я классно. Даже тот факт, что я не знал, кто моя мать и никогда ее не видел, никак не омрачал мое существование. Я жил как в раю. Не напрягаясь, был центром внимания. Все тусовки города были для меня открыты. Все девочки готовы были раздвинуть ножки по щелчку моих пальцев. Школа гудела от нашей компании, таких же сынков богатых родителей. Я все попробовал и все успел.

Когда звенел последний звонок, я предвкушал начало новой счастливой жизни. «Мне исполнилось восемнадцать лет и теперь я точно получу крутой автомобиль и наши тусовки будут еще интереснее и ярче» - так думал я, когда гулял по набережной Невы с друзьями после выпускного. Но на утро меня ждал сюрприз.

- Просыпайся, - голос как из небытия доходил очень тяжело до сознания, - просыпайся, - уже более требовательно и грубо говорил отец.

- Что тебе? – не открывая отекших век, прохрипел я.

- Одевайся, поехали в офис. Пока лето, поработаешь с нами в корпорации, – спокойно и уверенно выдал мне мой кормилец.

- В смысле? – проснулся сразу и сел в кровати, - какой корпорации?

- Ты что, не знаешь, как называется дело, которое тебе предстоит унаследовать? Тебе уже восемнадцать лет…

- Да, я тоже об этом, мне уже восемнадцать, аттестат я получил, а когда вы мне машину купите? Чего вы ждете? - прервал отца и задал очень интересующий меня вопрос.

- Чего? – возмутился он, - а ты права получил?

- Ну, так, ты это, на сдачу и права мне прикупи, - засмеялся я.

- Зачем? Чтобы потом соскребать единственного сына с фонарного столба? – зарокотал с порога моей комнаты крестный, у него очень низкий грубый голос, а когда злится, его речь походит на рокот. Соответствует своей фамилии, кстати, я Рокотов Роман Максимович. Прикиньте, да! Мне так подфартило родиться в такой семье. Так что сами понимаете, мои возможности – это не ваши.

- Дядь, ну ты чего? – попытался успокоить разбушевавшегося Рокотова старшего. Это уточнение перешло к нему после смерти их отца. Дядя старше моего отца на десять лет и по праву носит этот «титул».

- Ничего. Я не вижу на тебе костюма. В моем офисе разгильдяйству не место.

- Это наш офис, - решил сразу заявить права на блага, а то так можно и с носом остаться, - наш офис.

- Это мой офис, по праву наследования и праву руководства, а тебя, щенок неблагодарный, я могу и без наследства оставить, - уже орал во весь голос он.

- Вы чего с утра? – подскочил с кровати и заметался по комнате. Что-то мне это не нравится.

- А ничего! – кричал, просто брызгая слюной, мой крестный, - ты кого воспитал? Машину ему подавай? Я вам покажу машину, - и протянул отцу белый бумажный пакет, из которого тот достал фотки.

Мой родитель с мрачным лицом пролистал фотографии и посмотрел на меня с тоской.

- Что там? Ну, говорите, что опять? – начал закипать я.

- А это, Роман Максимович, возможные материалы уголовного дела! – все также на повышенных тонах продолжил дядя, - и мне надоело тебя вытаскивать из дерьма, фирму тебе? А вот видел, - и перед моим лицом нарисовался здоровенный кукиш, - я тебе последний раз, Макс, говорю, надо брать его в руки. Это уже ни в какие ворота! Ему восемнадцать лет, и я не про права сейчас водительские, а про обязанности общегражданские и уголовную ответственность. Или ты делаешь, как я сказал, или я вас больше не знаю.

- Игорь, ты чего? – возмутился отец.

- А ничего, ты со своей «нехваткой любви», с виной за отсутствие материнской ласки, перегнул палку, у него отсутствие ответственности и мозгов. И если ты сейчас это не исправишь, то не исправишь никогда.

- Ты себя вспомни, - начал заступаться за меня отец, но крестный развернулся и ушел, громко хлопнув дверью.

- Ну, сын, извини. Тебе придется взрослеть. Игорь прав, это, - мотая перед носом белым бумажным пакетом, продолжил родитель - уже не шутки, ты перегнул. Собирайся. Теперь ты учишься в Московском университете.

- Что? В Питере открыли новый филиал? – не понял сразу масштабов катастрофы.

- Нет, для тебя открыли двери Московской общаги… - отец развернулся и вышел.

До меня не сразу дошли слова отца, и весь ужас я осознал гораздо позже.

Алиса

Привет, меня зовут Алиса. Всю жизнь меня сравнивают с одноименным персонажем из произведения математика, поэта и прозаика Чарльза Лютвиджа. Да, Льюис Кэрролл – псевдоним. И нет, я не поклонница его творчества, просто, когда тебе постоянно о нем говорят и цитируют его произведение, появляется легкий интерес, а за ним и ненависть, потом и она проходит и остается равнодушие, но информация уже усвоилась и остается с тобой. Скучно? Вот и мне всегда казалось, что я скучный человек. Видимо, потому что чаще общалась со взрослыми или с книгами.

В моей жизни было все идеально. Лишь с небольшим изъяном, но о нем я боялась говорить, чтобы не обидеть и не расстроить маму. В общем-то, изъян существенный, но не критичный. Все хорошо, только папы у меня нет. А мама просто замечательная. Еще есть крестный. И бомбическая крестная.

Благодаря тому, что мама у меня умница и красавица я не знала нужды ни в чем. Мы не жили роскошно, но и не нуждались в элементарном. Любви мне хватало с лихвой, мама старалась за пятерых, не меньше. А еще природа щедро меня одарила. Причем не только красотой, но и умом. И каждый раз, смотря на себя в зеркало, я задавалась вопросом об отце. Ведь не только в маму я такая замечательная, скорее всего и папа там был очень не плох. Чем больше мне было лет, тем больше рождалось вопросов. Но спросить решимости так и не хватало. Маленькие детки – маленькие бедки. А большие дети - … Так и у меня. Студенчество я еще пережила, а вот после…. Теперь вопрос стоял ребром. И избежать выяснения обстоятельств моего рождения не получится.

Глава 1

Роман

«Если бы я тогда прислушался к словам дяди и отца! Если бы я взялся, хотя бы для видимости этим летом за ум, и не прогуливал работу, то все могло быть иначе. Боже! За что!? Почему ты караешь меня? Ведь я просто молодой и активный парень. Я не сделал ничего плохого!» - так думал я, стоя на пороге общежития с двумя огромными чемоданами.

Отец подвез меня на такси, выгрузил мои вещи, сел обратно в салон автомобиля и уехал. Представляете? Родной отец, выкинул меня как щенка безродного! И из-за чего? Из-за того, что, видите ли, дерзить вздумал. А чего они с крестным ждали? Благодарности за их произвол? Какое общежитие? О том, что такие здания и сооружения есть, я не знал и не собирался узнавать. И уж тем более жить в них. И тут на тебе! Москва.

- Чего застыл? Ты адресом ошибся? – раздалось после толчка в спину от какого-то нехилого качка, - чего на проходе раскорячился?

Интересно, это тут так кормят или что? Откуда такие бычары здесь ходят? Я думал, что в университете учатся умные, а не сильные. Придется разобраться во всем самому. Теперь всё своими глазами увижу. Лучше бы это всё глаза мои не видели. Но надо идти. Это неизбежно!

Блин, и ведь обложили по всем фронтам. По-хорошему, можно было бы бабушке позвонить, ну что она единственному, пусть и не родному, внуку откажет? Моя бабулечка! Это мой единственный спасительный круг. Так, гудки идут. Ну! Давай, милая! В смысле трубку не берешь? Бабу-у-уля!

Я не хочу жить в общаге. Это слишком. Ну, посидеть годок другой в аудитории, куда не шло, но общага… Что они хотят добиться? Кинуть единственного ребенка в клоаку и смердящий ад!? О чем только они думают!? Родители, блин.

- Ты иди отсюда, это не гранд отель! – раздался громкий ржач за спиной.

- Сам разберусь, без комментаторов! – огрызнулся, но острякам было уже все равно, они сыпали своими «шутками». Завистники. Голытьба вонючая.

Взял чемоданы и пошел внутрь. Это не так страшно, как я думал, это еще страшнее. Я взрослый мужик, но по ходу слезы сегодня у меня навернутся. Такого я точно не ожидал.

- Ты куда, милок? – передо мной опустился турникет, и ехидная бабулечка за стеклом какой-то будки задала вопрос.

- Жить, не видите? - поднял повыше чемоданы, чтобы продемонстрировать старушке.

- А кто тебе позволил? – закипела работница, - у нас не проходной двор и не ночлежка, это общежитие! – гордо заявила она, только я не нашел разницы. Ну, правда. Но бесить ее не рискнул. – Фамилия, имя и отчество, быстро! – скомандовала она.

- Чья? - не понял наглости старушки.

- Ну, не моя же! – продолжала напирать сотрудница из-за стекла.

- А чья? – туго соображал и не догонял чего от меня хотят.

- Твоя, тупенькой! Как тебе учиться-то будет? Если фамилию даже свою сказать не можешь!? – рассмеялась она.

- Рокотов Роман Максимович, - гордо, как будто самую важную информацию в мире, сообщил я.

Старушка никак не отреагировала на мой посыл, чем окончательно меня огорчила. Она посмотрела в какие-то списки, потом еще раз, потом в какие-то маленькие листки и, найдя маленькую розовую бумажку, что-то для себя пометила в ней, потом еще подумала и выкинула ее.

- Иди, комендант ждет тебя, пройдешь прямо, потом повернешь налево, потом еще прямо и там справа будет коридор, там пойдешь прямо и увидишь, - быстро оттараторила вахтерша и добавила – давай, не задерживай движение, - передо мной исчез турникет, и я прошел вперед.

Куда идти? Я не запомнил ничего из того, что мне сказала женщина, и теперь стоял в растерянности, совершенно не понимая куда идти. Захотелось плюнуть на все и податься в гостиницу! Но денег не было. К слову вообще. Даже на метро не наскреб бы. Отец совсем озверел, сказал, что перечислит деньги только после того, как ему отзвонится комендант и скажет, что я заселился, а потом и куратор группы, которая должна сообщить, что я сегодня был у нее и получил расписание. А до этих звонков я был просто бесправный нищеброд.

- Ты чего застыл? – еще один неравнодушный глумился над моей бедой, - давай отведу, какой блок?

Посмотрел в сторону парня. Молодой, одет плохо, да вообще одеждой это назвать язык не поворачивался, шмотьё какое-то. Стрижка а-ля армейский экзерсис. Не стал отвечать. Всем отвечать язык отвалится. Не так ли? Парень обиделся и ушел. А я продолжал стоять и думать, куда теперь идти и что делать? Заселяться в этот дурдом, категорически не хотелось.

- Роман Рокотов? – окликнула меня женщина лет так за сорок.

Обернулся к ней. А она стремительным властным шагом направилась ко мне. Подошла, оглядела презрительным взглядом, взяла один мой чемодан и пошла обратно. Ничего не осталось, как подхватить второй и пойти за ней. В том чемодане, что оказался в заложниках странной дамы, была как раз вся моя техника. Пользоваться ей я не собирался, но продать было можно и на первое время денег поднять.

- Вот уж дожила, из общежития исправительную колонию устроили. Дел мне нет, как зажравшихся мажоров воспитывать. И ведь ректору не откажешь. Но нянчиться с тобой я не буду, понял? - резко остановилась и обернулась, обращаясь ко мне женщина, чуть не врезался в нее всем телом. Странная она. Мотнул в ответ. Только с чего она взяла, что я здесь останусь?

Мы долго где-то петляли, и наконец, пришли к кабинету, где на табличке было написано – комендант. Теперь все стало ясно. Видимо старушка с вахты доложила.

- Я поселила тебя в блок к третьекурсникам. Они тебе не рады. Но это их проблемы и твои. Мне главное, чтобы ты под присмотром был. Иди, заселяйся. Твой отец сказал, чтобы этот чемодан я в камере хранения месяц подержала, - откатывая мой последний шанс на спасение себе за спину, выдала мне в лицо женщина.

Видимо мое выражение лица говорило без слов и достаточно красноречиво. Потому что женщина напряглась и осмотрела оранжевый пластик на колесиках.

- Надеюсь тут не выпивка и не трава! – грозно заговорила со мной комендант, - у нас курить нельзя, пить тоже, за травку сдаю ментам, понял?

Мотнул головой и стал обдумывать новые пути спасения. Но на ум ничего не приходило.

- Так, теперь давай подписывай договор, бери квитанцию. Хотя нет, за тебя за год вперед проплачено, договор тоже подписал твой отец. А вот! Распишись, что с правилами ознакомлен, вот тебе правила на память, это устав общежития, исполнять обязан, согласен или нет. И жить будешь по тому, что здесь написано, - не унималась женщина.

В голове поплыло. Я до конца не верил, что это происходит со мной. Все слова проходили в мозг как сквозь вату. Комендант еще что-то говорила, а я смотрел на нее, не мигая, и все никак не мог поверить, что все это не сон, что это не шутка. Я думал, что сейчас зайдет отец или крестный и скажет – «Ну, понял? Осознал, обещай исправиться. Поехали домой!». Я готов был наобещать в очередной раз все то, что они хотели бы услышать, лишь бы все опять пошло по-прежнему. Но дверь не открывалась, и этот ужас не заканчивался.

- Ты обкуренный? – затормошила меня за плечо женщина, вырывая из моих раздумий.

- А, - посмотрел на нее, - нет, просто не выспался, - соврал первое, что пришло на ум.

Она осмотрела меня еще раз. И направилась к выходу из кабинета. Прихватив чемодан, который я вез за ней.

- Э, это мой, - испугался, что и без этого чемодана останусь.

- Пошли, провожу до комнаты, и познакомлю с твоими соседями. А то, как бы не побили. Сгоряча! – улыбнулась по-доброму женщина.

А мне было уже все равно. Хотя в то, что меня побьют, пусть и не прямо в университетских стенах, но все же, не верилось. Это все-таки общежитие университета. Хочется верить, что эти правила и устав не только я должен выполнять.

Мы долго поднимались на нужный этаж. Почему был отключен лифт – не понятно.

- Когда заезд мы отключаем, а то сломаете, а нам чинить! – вдруг ответила на мой немой вопрос женщина.

Ну да, логично, когда люди привозят вещи, ездят туда-сюда, и очень нужен лифт, его отключают! Очень по-русски. Л – логика.

Мы шли по коридору, и тут комендант резко остановилась и без стука распахнула дверь, вкатила чемодан и крикнула: «Мальчики, обещанный новенький. Не обижать!». Потом обернулась ко мне, подтолкнула в спину, я ввалился в комнату, и тут же за мной захлопнулась дверь. Вот так проводила! Вот так представила!

Стою посредине комнаты, которая похожа то ли на кухню с диваном, то ли на гостиную с кухней. И на меня смотрят четыре пары мужских глаз. Приплыли.

- Максим? – спросил нехотя парень с чашкой в руках.

- Почти, Роман! – огрызнулся я.

- Хм, странно! – отозвался он и проследовал чинной походкой в сторону раковины. Зажурчала вода и он стал споласкивать свою кружку.

- Мы не оставляем грязную посуду в раковине, к слову, вообще! – строго проговорил второй жилец, который сидел на диване и что-то печатал в ноутбуке.

- Не раскидываем вещи, не кричим, и не приводим гостей! – отозвался третий парень, что сидел за столом и ковырялся в тарелке.

- Все тут собрались для того, чтобы получить диплом. Мы к этому идем, и мешать нам не дадим. У нас нет времени на генеральные уборки, а жить в свинарнике не хочется. Так что мы не мусорим и не доводим состояние помещения до плачевного. Ты понял? – четвертый студент, что подпирал косяк какой-то двери, тоже вставил свое слово.

Мотнул в ответ головой, хотя абсолютно не понял, зачем мне эта информация! Они будут мыть за меня посуду и собирать вещи? Если так, то будет прекрасно! Потому что я этого делать не умею, от слова – совсем! Может не все так плохо и мне повезло с соседями? Осталось только узнать, где моя комната и обжиться на новом месте. А потом и поговорить с парнями из соседних комнат. Хотя, наверное, сначала надо показаться в универе, а то отец деньги не перечислит. А вот как деньги упадут на карту, можно и дружественные посиделки устроить. За одно и спросить, как они алкоголь проносят. А то, что за вечеринка по поводу моего приезда без алкоголя?

Глава 2

Комната общежития. Москва.

- Ребят, а где моя комната? – спросил у парней молодой новобранец в рядах студентов и жильцов общежития.

- Не твоя, а наша! – откликнулся парень, что закончил мыть посуду и повернулся лицом к вопрошавшему.

- Я понял, что есть общая комната, она же столовая! – обвел руками помещение гость, - я понимаю, что санузел тоже общий? – с надеждой во взгляде продолжал свою речь Роман, - но комната-то у каждого своя?

Раздался гулкий мужской смех. Парень, что сидел за ноутбуком, оторвался от своего занятия и повернулся к пришедшему новичку. Другой парень, что ковырялся в тарелке за кухонным столом, наконец, оторвался от приема пищи, и, так же как и другие жильцы, уставился на первокурсника.

- Ты не понял куда попал! Твои мажористые замашки остались на пороге, даже не этой комнаты, а общежития. И я, и все тут присутствующие были заставлены нянчиться с тобой. И это, да, нам не нравится. За какие такие грехи ты здесь, нам не известно, но, видать, ты сильно достал своих родителей. Я повторяю, мы здесь, учимся, комната НАША, - выделяя последнее слово, продолжал парень, что подпирал косяк двери, - и устраивать в ней не понятно что, я лично не позволю. Я буду ходатайствовать о переселении тебя, если ты окончательно надоешь нам. И подключу все возможные и невозможные связи, какими обзавелся в универе, чтобы тебя здесь не было. Понял? Дальше этой общаги – вокзал.

- Я просто спросил, где моя комната, вся твоя тирада – бессмысленная трата моего и твоего времени. Я просто хочу попасть в свою комнату, - начал закипать Роман.

- Твоя комната осталась у папы с мамой дома! – отозвался приступивший к еде студент.

- Хватит прикалываться, мне еще в универ попасть надо и отметиться у куратора, а то… - прервал свою речь новичок, видимо, передумав сообщать личную информацию.

- Мы и не прикалываемся, НАША комната здесь, - отходя от косяка и еще раз выделяя слово «наша», проговорил парень.- И я очень прошу о совместном уважении. Мы не мешаем тебе, ты не мешаешь нам!

- Не заходите ко мне без стука и не лезьте, и все будет хорошо! – огрызнулся Роман, хватая чемодан и направляясь в сторону двери, от которой отошел парень.

- В свою комнату я стучаться не буду, - отозвался парень за ноутбуком.

- Я прошу в мою не заходить, - пояснил, оглядываясь, новый жилец.

- Она Наша, - сказали хором парни.

- Тут, тут, - выпучив глаза, остановился на пороге первокурсник и стал показывать пальцем в комнату, - там, … нет,… слушайте, где моя комната!?

- Здесь две комнаты и зал, он же столовая, еще есть туалет и душ. И больше здесь помещений нет. Ты спишь там, - указывая на комнату, которая вызвала столько эмоций у новичка, - ешь здесь, - указывая на кухонную зону, - отдыхаешь здесь, - моешься и справляешь нужду там, - указывая в сторону еще одной двери, закончил парень с ноутом.

- Но в этой комнате, - указывая на помещение, которое так поразило Романа, - спим еще и мы, - пояснил парень, который отошел от косяка.

- Слушайте, а как-то можно поменяться? Я так не договаривался! – протестовал первокурсник.

- Мы тоже от тебя не в восторге! Но другая комната меньше кубатурой, а коек там тоже три. Поэтому на совете мы решили, что удобнее тебе будет спать здесь, - опять указывая на комнату, в которую так и не решился войти Роман.

- Послушайте, я не могу жить втроем! Это, вообще, не в какие ворота! Я так не привык. – уже почти хныча заговорил Ромка.

- Мы это уже поняли! И вообще многое про тебя поняли! Только ничем помочь не можем. Нам бы кто с тобой помог. Вообще, страшно представить, за что тебя сослали родные люди к нам! Это как мать с отцом довести надо было, чтобы родную кровиночку, который не знал никаких ограничений и жил в отдельной комнате, сослали в общагу? – задумчиво проговорил завтракающий студент.

- Не вашего ума дела, - уже совсем осмелев и ощетинившись, ответил первокурсник.

- Нашего теперь! К сожалению, - проговорил парень, что так и продолжал стоять, подпирая раковину.

Роман подхватил чемодан и зашел в комнату, вслед за ним проследовали два парня, видимо живущие там же. Парень огляделся и пошел к кровати, что стояла недалеко от окна.

- Она занята, - отозвался парень с ноутбуком.

Тогда новый жилец отправился к кровати, что стояла диаметрально противоположно от первой. В углу сразу за шкафом, и над ней висел ночник.

- Эта тоже занята. – пояснил парень, подпиравший плечом косяк.

- А где же тогда моя!? – с раздражением проговорил Роман.

- Так вот же! – указывая на кровать, которая была прямо напротив двери, заваленная какими-то ненужными вещами, не застеленная, но имеющая в комплекте матрас и подушку.

- Вы шутите? Я буду спать на проходе? А где белье? – заорал первокурсник.

- Не ори, ты не дома, соблюдай тишину! – поправил его парень, что вышел из-за ноутбука.

- Да, это твоя кровать! Сходи к кастелянше и получи белье и покрывало, не забудь одеяло спросить, я открываю окно ночью, не люблю духоту, - как можно спокойнее пояснил второй сосед.

- Поэтому ты спишь за шкафом? – закипал с каждым новым словом и событием новый сосед.

- Он там спит, потому что много читает, при том по ночам и чтобы не мешать, прячется за шкафом, - подойдя к кровати новенького, пояснил парень с ноутбуком.

- А в общей комнате? Не судьба? – складывая на груди руки, шипел Роман.

- Там парни из соседней комнаты смотрят телевизор, это отвлекает. – продолжил общение сосед.

- Я, кстати, Роман, - сказал новоприбывший.

- Да, мы знаем, Роман Максимович Рокотов, наследник заводов, газет и пароходов. Сосланный в Москву на исправление! Только мы не исправительная колония для мажоров! – немного разобрав завал и садясь на кровать, выдал сосед.

- Я Илья, а он Макар, мы третьекурсники, - отходя к своей кровати, ответил второй сосед.

- И у нас нет богатого папы, и вообще у кого-то и папы нет, - пояснил Макар,- так что сами крутимся и учимся. И мешать нам не дадим. Для нас это важно. Нас не ждет империя за стенами этого здания. И никто нам теплое место не припас.

- Вы завистливые? – зашипел Роман.

- Мы реальные! Тебя пожурят и помилуют. А нам дальше жить и учиться. Потом в жизни локтями работать и зубами. Ты нас с собой не сравнивай. И портить нам жизнь тебе не дадим. Топай к кастелянше. Папенькин сынок! – выдал устало Илья.

- Я не знаю, где это, я если выйду, уже и комнату- то эту не найду, - обиженно и как-то по-детски сказал Роман.

- Детский сад! – воскликнул Макар.

- Ты как жить-то здесь собираешься? - Илья негодовал.

- Я не знаю. Я думал, отец с дядей шутят! Если бы знал, что нет, и работу бы не прогуливал и зарплату за лето не спустил в конце с друзьями! – пояснил новичок.

- Так, тебе сколько выдали на карманные расходы? – взял все в свои руки вошедший парень, который закончил свой завтрак.

- Не сколько! – развел руками Роман.

- Так, мы тебя кормить не будем, - влетел из комнаты парень, оторвавшись от мойки, - это хорошо нынешние олигархи придумали, за счет студентов своих отпрысков содержать!

- Не надо меня содержать, он не дал, потому что я должен выполнить условия, сейчас весь квест закончу, и он мне на карту переведет! – начал успокаивать встревоженных соседей первокурсник.

- Мы питаемся каждый своим. Готовим только на себя. Продукты в холодильнике НЕ ОБЩИЕ, - выделяя последнее слово, пояснил Илья.

- Да хватит, понял я, не бойся, тебя не объем! – пророкотал Роман.

- А ты не огрызайся. Нам деньги на голову не прилетают, точнее на карту, за квесты. И кормить каждого первокурсника – непозволительная роскошь.

- Где кастелянша? – решил сменить тему разговора новичок.

- Давай провожу! – отозвался позавтракавший студент, - Я Иван.

Ребята ушли, громко хлопнув дверью. А в комнате остались три парня, один из них тревожно начал расхаживать по комнате.

- За что с нами комендант так поступила? Вот и веди себя спокойно, не попадайся на глаза и не получай замечаний и выговоров! И что тебе в награду? Спокойная жизнь в общежитие? Фигушки! Мажор без денег и с понтами! Что с ним делать? Он, зуб даю, ничего не умеет. Такой срач разведет, еще и дружков на экскурсию водить будет!

- Не драматизируй. Может все обойдется! Пока-то он понты не демонстрирует, и вообще ведет себя скромно. Зачем раньше времени панику разводить!?

- Ага, это он пока в шоке пребывает. Сейчас вещи свои разложит и начнется, - засмеялся парень, что так и не представился.

- Ты так говоришь, потому что он не в твою комнату вселяется! – отозвался Илья.

- Давайте мы к себе заберем! Раз это так принципиально!

- Что уж, решили же уже, чего его как мячик туда-сюда гонять! – возразил Макар.

- Придет, разложится и пусть идет свой квест выполнять! А дальше – видно будет. Может, и нормально сживемся.

Через небольшое количество времени в комнату вернулся Роман и Иван. Второй все время что-то пояснял первому, а тот отмахивался.

- Я тебе говорю, слушай и запоминай! Я тебя водить за ручку больше не стану, у меня свои дела есть! Тебе еще раз экскурсию никто устраивать не будет, - закипал потихоньку он.

- Я все понял. Если что еще у кого-нибудь спрошу, если тебе сложно повторить! Я все равно ничего не запомню за раз.

- Ты что рыбка? – засмеялся парень, который предлагал забрать новичка в свою комнату.

- Причем тут рыбка? – не понял Роман.

- Так это у них, мозг работает так, что через пять минут она ничего не помнит, что было до этого.

- Сам ты рыбка. Просто слишком много нового и неизведанного! Я не привык так! – закричал новенький.

- А-а-а! – в один голос заголосили парни.

- Не отвлекайте! Мне надо разложиться и идти в универ.

Роман стал кидать оставшиеся на кровати вещи на пол и застилать постель.

- Ты вещи не кидай, а убери на шкаф. А свои вещи в шкаф убирай. Нечего тут чемодан посреди комнаты оставлять! – скомандовал Илья и вышел.

Новый жилец собрал вещи и забросил на шкаф. Они раскидались ворохом. Но ему было на это абсолютно все равно. Потом он кинул на кровать вставленное в пододеяльник одеяло и покрывало, расстегнул чемодан и стал выкладывать вещи из него, а следом их засовывать в шкаф. Места было мало и он в прямом смысле запихивал их туда. Потом он засунул пустой чемодан под кровать и собирался выйти из комнаты. Но на пороге увидел коменданта.

- Кровать застели! – указывая на брошенные на постель вещи, скомандовала женщина. – Учти, я буду каждый день отзваниваться твоему отцу, и докладывать о твоём поведении. И любой твой косяк – минус деньги на житье-бытье.

- Что? – возмутился Роман.

- Что слышал,- вздохнула женщина, - воспитание рублем! Если можно так назвать!

Новый житель общежития стал ровнять одеяло и стелить покрывало. Получалось плохо, криво и с буграми, но он старался, даже язык высунул, видимо для пущей демонстрации старания. Женщина еще немного посмотрела на молодое поколение будущих олигархов, покачала головой и вышла из блока. Через небольшое количество времени Роман так же вышел из помещения общаги и направился в универ.

Глава 3

Московский университет. Москва.

В фойе возле турникетов стоял молодой человек. Он был одет по молодёжной моде, но что-то разнило его с молодыми людьми, которые входили и выходили в здание университета. В небольшой будке сидели охранники. Это были крепкие, не очень молодые, но и не в преклонном возрасте, мужчины. Они смотрели на парня с превосходством и иронией.

- Как это я не могу пройти? Отец сказал, что я здесь учусь! Мне нужно увидеть куратора, – твердо и с нескрываемым раздражением голосил своим низким тембром парень.

- У нас пропускная система, вы можете пройти только при наличии пропуска или паспорта, - повторяли, как заведенные болванчики, одно и то же охранники, уже не скрывая покровительственной улыбки.

- Паспорт остался в общежитии, пропуска у меня нет, посмотрите списки учащихся, я там есть! – командным тоном приказал Роман.

Раздался раскатистый хохот. Это громыхали, держась за животы, блюстители студенческого порядка.

- Парень, окстись! Это университет, ты представляешь, сколько листов эти списки? Смотреть по всем? – отсмеиваясь, спросил охранник.

- Я первокурсник, так что не драматизируйте. Смотрите первокурсников. Я Роман Максимович Рокотов! – гордо, будто сообщая графский титул, проговорил парень.

- А я Лев Толстой! – передразнил его мужчина по ту сторону стекла.

Парень нахохлился и стал раздражённо пристукивать ногой. Другой охранник наклонился и что-то вытащил из нижнего ящика. Потом в окне показалась рука с толстой стопкой бумаг. Мужчина помотал ей, привлекая внимание мажора, и с характерным шумом бросил ее на стол перед собой. Потом откинулся на спинку кресла и спросил:

- Факультет, специальность и номер группы?

Роман стоял и, не мигая, смотрел на говорящего.

- Скорее, я не буду перелистывать всю стопку, в поисках тебя. Говори быстрее.

В этот самый миг по фойе начал распространяться легкий, но ощутимый приятный запах женских духов. С каждой секундой он становился все ярче и слышнее. Охранники изменились в лице. Они уже не смотрели на молодого парня, что доставлял им неудобства и веселил своим поведением буквально только что. Мужчины встали, поправили свою одежду и замерли в ожидании. Тот, что явно выглядел моложе, расплылся в улыбке. Глаза заблестели. И даже вид из строгого и надменного перешел в добродушный.

Мимо Романа проплыла молодая девушка. Ее шаг был очень мягким, почти бесшумным. Если бы не завлекающий, ненавязчивый, но очень приятный аромат, что шел впереди девушки, то парень не сразу бы сообразил, что к нему кто-то приближается. В отличие от других студентов, что в основном заходили и выходили из здания учебного заведения компаниями, девушка была одна. Одета она была с одной стороны скромно, а с другой – безупречно. Одежда сидела на ней идеально. Каждый элемент был на своем месте. Волосы, хоть и были распущенны, но лежали послушным водопадом на плечах. Черные, почти как воронье крыло, волосы переливались также завораживающе, как играют на солнце перья на долгоживущей птице в погожий денек.

Девушка шла размеренным, не сбивающимся шагом. Казалось, что если включить метроном, то каждое касание стопы пола будет совпадать со звуком этого прибора. Солдаты почетного караула позавидуют такой точности. Незнакомка шла не торопясь, видно было, что она не опаздывает. Возле турникета она притормозила, спустила с плеч маленький рюкзачок и расстегнула его.

- Алиса, тебя можно поздравить!? – обратился к ней молодой охранник.

Девушка, не оборачиваясь и не откликаясь, продолжила поиски в недрах своей небольшой сумки какого-то предмета, потом извлекла небольшой прямоугольник и приложила его к турникету. Тот с миганием зелеными дорожками и характерным звуком открыл перед ней дорогу. Она прошла, положила пропуск обратно, застегнула сумку, надела ее на плечи, потом развернулась. Подошла к стеклу будки охранников и улыбнулась просто необъяснимой красоты улыбкой.

- Добрый день, Михаил, - звонким, приятным голоском, обратилась она к охраннику, - и вам приятного дня, Виктор, да, как и ожидалось, я поступила в университет, и теперь мы будем видеться часто, на протяжении многих лет.

- Ты, наверное, и в магистратуру пойдешь, и аспирантуру, и… - махнул куда-то вдаль тот охранник, что выглядел старше.

Девушка засмеялась, привлекая приятным звуком внимание проходящих мимо людей.

- Возможно, поживем – увидим, - отсмеявшись, ответила Алиса.

- Занятия завтра начинаются, а ты уже сегодня здесь! – недоумевал Михаил.

- Я пришла пропуск поменять, точнее, получить пропуск в университет. Не у всех же есть временные. Сегодня куратор собирает нас для того, чтобы раздать их.

- Ты поступила туда, куда хотела? – поинтересовался Виктор.

- Да, - гордо и снисходительно проговорила студентка, - как и ожидалось.

- Ты такая красивая, зачем еще такая умная? – немного с грустью буркнул молодой охранник, за что получил толчок в бок от своего коллеги.

- Потому что не в красоте счастье! – уверенно, со знанием дела сказала девушка и направилась вглубь коридоров.

Вслед тонкой удаляющейся фигурке вздохнул Михаил, а Виктор перевел свое внимание на турникеты и молодого парня, вопрос с которым так и не был решен. Роман стоял как вкопанный и тоже смотрел завороженным взглядом в сторону удаляющейся девушки.

- Ого, - отмер студент, - если у вас тут все так круто, то я не против поучиться немного!

- Ты сначала внутрь попади, - осек его Михаил.

- Ребят, давайте не будем тратить время, пропустите. Я, может, еще успею догнать! – воодушевлённо заговорил Роман.

- Ха-ха-ха, тебе до нее как до луны на велосипеде, - яростно зарычал Михаил.

- А тебе и подавно, такие девочки-конфетки с охранниками не спят, они себе цену знают! – с видом знатока заявил студент.

- Ты рот-то закрой! – осек его Виктор, - не в бордель пришел девок снимать, а в универ учиться. Вот и учись, а для начала попади в него.

- Ну, так пропустите, - закипая, прокричал Роман.

Мужчины махнули на него рукой и занялись своими делами. Парень ринулся к турникету, но тот по-прежнему не пускал его внутрь. Охранники смотрели на него, скрестив руки на груди. Тут студент оперся об одну стойку и приготовился к прыжку. Мужчины за стеклом напряглись.

- Молодой человек! – окликнул его немолодой голос со спины.

Роман обернулся, за ним стоял мужчина лет шестидесяти и укоризненно на него смотрел.

- Вы не в спортивном зале, а это не атлетический снаряд. Вы что тут устраиваете?! – проговорил мужчина строго и спокойно.

- Я хочу попасть внутрь. Мне нужен куратор. А они меня не пускают! – по-детски, с обидой начал говорить парень.

- И правильно, это их работа. Где ваш пропуск? Какая группа?

Роман молчал, потупив взгляд.

- Молодой человек, вы студент нашего ВУЗа? – начал сомневаться пожилой мужчина.

- Отец сказал, что я тут учусь. И сказал, что надо посетить куратора. Вот я и пришел!

- Вот даже как!? Это что-то новенькое. А как вас зовут, и на каком факультете вы учитесь? – не унимался мужчина.

- Я Роман Максимович Рокотов, - так же гордо и с вызовом проговорил парень.

- А-а-а, - усмехнулся мужчина, - теперь все понятно. Ну, пойдемте, Роман Максимович, я вас проведу, – направляя в спину парня, проговорил мужчина и тут же перед ними раскрылся турникет, - следуйте за мной, я вас провожу. Вы ведь впервые в наших стенах?

- Да, и очень надеюсь ненадолго, - кинул фразу и осекся Рома.

- Вы знаете, это что-то новое, обычно студенты боятся отчисления, кто из-за амбиций, кто из-за армии, но чтоб вот так, открыто ждать позорного изгнания из числа студентов… Впервые и вновь в моей практике.

Пожилой мужчина, не смотря на свой возраст, достаточно бодро передвигался по коридорам. Роману приходилось довольно быстро перебирать ногами, чтобы успеть за своим поводырем. А главное, он старался запомнить путь, вертел головой, осматривал повороты, чтобы так же быстро вернуться обратно к турникету и покинуть здание ненавистного учебного заведения. Через несколько аудиторий или просто кабинетов, Рома так и не понял, они стояли у двери, которая была немного приоткрыта. Оттуда доносились приятные голоса и знакомый запах пьянящих женских духов.

- Это кафедра, на ней работает ваш куратор, Маргарита Васильевна Шиллер. Теперь она для вас и мать, и отец, и строгий надзиратель, и рьяный защитник. Надеюсь, вы не принесете ей много хлопот, очень не хотелось бы озадачивать хорошего сотрудника. Отличных вам отметок, молодой человек.

Мужчина хлопнул по плечу Романа, развернулся и ушел, скрываясь за поворотом бесконечного коридора. Новоиспеченный студент немного постоял, и уже хотел зайти, как дверь сама открылась, чуть не сбив его с ног, и из кабинета кафедры выплыла девушка, что разговаривала с охранниками минутами ранее. Парень замешкался, в ближайшем рассмотрении молодая студентка оказалась еще прекраснее. Ее кожа была бархатистой, естественной, без многослойных следов косметики. Легкий румянец играл на щеках. Глаза были большими и широко распахнутыми. Она смотрела так, как смотрят куклы или сказочные героини в книгах с хорошей иллюстрацией. Тонкие пальчики на изящной кисти небрежным и таким обыденным движением убрали падающий на лицо локон за ухо. Тонкая шейка была украшена едва заметным кулончиком в форме сердца с брильянтом. Вообще кулон был скромных размеров, стилизованной формы, цепочка очень тонкой, и за счет этого не бросался в глаза. Но тот, кто знает толк в роскоши, безошибочно поймет, что в углу притаился чистейший бриллиант. В ушах переливались от косых лучей солнца, что доходили до них от окна, маленькие пуссеты также с благородным камнем – бриллиант. Весь образ девушки был легким, воздушным, но строго выверенным, скромным, и при этом шикарным.

Роман стоял и любовался ей, как диковинкой или каким-то экспонатом в модном музее. Она казалась какой-то нереальной, сказочной. Красивая, изящная, манерная, все вокруг говорят - умная, скромная, таких явно не бывает в нашем мире. «Такие, просто, не могут ходить по этой грязной и унылой земле. Такие живут в сказках. Героических повестях. В романах, наконец!» - размышлял Роман, глядя вслед удаляющейся девушке, наблюдая завороженно, как мерно, в такт ее шагу, колышутся идеальные пряди ее черных волос.

- Рома, милый Ромочка, - раздался за спиной такой домашний и родной женский голос, парень обернулся, - я тебя прошу, Христом Богом заклинаю, без глупостей. Эта девочка учиться пришла, она подает надежды, весь преподавательский состав молится на нее и кусает локти, что не на их специальность пошла учиться. Так что давай не будем путать семена с плевелами … - женщина тяжело вздохнула, взялась за голову и прошла вглубь кабинета, - Боже, за что? – театрально вопрошала она у потолка.

- С чем путать? – растерянно переспросил Роман, проходя в кабинет за куратором.

Женщина только снисходительно посмотрела на парня, как смотрит уставшая мать, на неразумное дитя.

- Маргарита… - замялся студент, - э-э-э, как там вас?

- Васильевна, Маргарита Васильевна я, ну, или с утра была ей! – улыбаясь, поправила его женщина.

- Да, Маргарита Васильевна, отец сказал, чтобы я зашел к вам! Это, ну, в общем, - стоял и мялся говорящий, - короче, - уже более активно и смело зазвучал его голос, - мне деньги нужны, вы ему скажите, что я был, что у нас все хорошо, и пусть шлет!

Женщина изменилась в лице, рука легла на лицо, а голова склонилась и уперлась в руку, что уткнулась локтем в стол. Теперь голова имела дополнительную опору. Женщина долго сидела в такой позе, разминая большим и безымянным пальцами виски.

- Э, вы чего? – не выдержал долгой паузы визитер.

- Собираюсь мыслями, - проговорила куратор, звук был приглушенным, так как был направлен в руку и стол.

- Чего там собираться? Возьмите телефон и скажите отцу, что все чики-пуки.

- Чего сказать? – устало удивилась женщина?

- Что у нас с вами все хорошо! – начал раздражаться Роман.

- Я не умею врать, и никогда не стремилась научиться. А вот вы молодой человек, чувствую, в этом преуспели. Зачем я буду обманывать вашего родителя? Да еще и, как я поняла, друга нашего ректора? – с мольбой вопрошала Маргарита Васильевна.

- Давайте без театрального пафоса и приемов манипуляций! – деловито и строго произнес студент.

- Давайте, - женщина тоже выпрямилась и начала рассказ о том, что ждет «новобранца» в ласковых и строгих стенах Альма Матер.

По мере того, как женщина монотонно вещала парню все то, что ей требовалось донести до него, глаза Романа расширялись. Лицо становилось бледным, на лбу проступали небольшие капельки влаги. Маргарита Васильевна, хотела еще что-то сказать, но была прервана.

- Подождите. Как это в восемь тридцать начало? И никаких пропусков!? – завизжал студент, - я что, еще и учиться должен? Вы там все офонарели? Меня засунули в клоаку, где я третий в комнате. Вы себе представляете? Третий! Я всю жизнь в школе учился во вторую смену, потому что сплю до одиннадцати. А тут в восемь тридцать! В восемь тридцать, мать вашу! – орал негодующий посетитель.

- Я вас очень попрошу, молодой человек, впредь, мою маму не трогать, она покоится с миром, вот и не бередите ее! На счет расписания, может в вашей частной школе и были какие-то поблажки и специальные расписания, здесь университет и под вас одного никто подстраиваться не будет, даже если вы сын друга ректора. Есть расписание вашей группы, и будьте добры его придерживаться. Это вам, – женщина сунула в руки парня листок, где была таблица с расписанием занятий, номерами аудиторий и именами и фамилиями преподавателей, - обратите ваше высочайшее внимание, что там есть пометки маркерами. То, что отмечено красным – нельзя пропускать, опаздывать и очень сложно сдать, даже ректор вам не поможет. То, что помечено желтым – просто нельзя пропускать, это вам поможет на сессии. Зеленый – это цвет, которым я отметила те предметы, которые будут повторяться на протяжении всех лет вашего пребывания здесь, так что оценки по ним в первых сессиях не так существенно повлияют на ваш диплом, но сдавать их на положительную оценку обязательно, для закрытия сессий. Это, - женщина сунула в руки Романа маленькую книжицу, - ваш студенческий билет. Не теряйте, восстановление платное, за частую утерю – взыскание, вплоть до исключения из университета. Это, - опять в руках появился новый предмет, на этот раз книжечка чуть побольше той, что была выдана только что, - ваша зачетка, тоже терять опасно. Ну, и пропуск – заветный белый прямоугольник с очень неудачной фотографией Ромы оказался в руках. - Это, - еще один прямоугольник направился в руки студента, - моя визитка. Там номер телефона, я даю его не всем студентам. И очень прошу все вопросы по максимуму решать со старостой и только важные со мной! Я понятно излагаю!? – испытующим взглядом вцепилась куратор в своего подопечного.

- А деньги? – продолжал напирать Роман.

- Я не бухгалтерия. Но могу сказать точно, что тот, кто учится на коммерческой основе, как в вашем случае, на стипендию рассчитывать не может. Только на гранты, премии, и другие поощрения за творческую, умственную и научную активность. Но это не ваш вариант, - задумчиво произнесла Маргарита Васильевна, - про другие деньги я сообщить вам не могу. А вашему отцу я отзвонюсь и сообщу, что пропуск, зачетка, студенческий и расписание вам вручены.

- Только не забудьте! – недоверчиво проговорил Роман, растерянно глядя на вещи в его руках.

- О Боже! Нет! Лучше все вопросы решай со мной! – вдруг поправила себя куратор.

- Это почему? – расхохлелся студент.

- Потому! – огрызнулась женщина, - У вас староста Алиса. Не трогай девочку!

- Хм-м, - задумался парень, а потом просеял радостной улыбкой, - это то наваждение, что выплыло из вашего кабинета? Точно, эти недоумки обращались к ней по имени. Алиса, - смакуя, будто пробуя на вкус, проговорил Роман.

- Я ОЧЕНЬ НАДЕЮСЬ, - выделяя каждое слово, требовательно и строго говорила Маргарита Васильевна, - ты услышал меня, все вопросы со мной, Алису не трогаешь. Это надежда нашего университета на всех олимпиадах и конференциях. И она, в отличие от Вас, пришла сюда учиться.

- Так чего вы на нее тогда такой груз повесили!? – усмехнулся посетитель, - и она не отказалась! Это сколько хлопот!? Я бы в жизни не стал старостой. И вообще, разве это не избираемая должность?

- В вашей группе – нет, - устало проговорила женщина, - а хотя! Подожди!

Маргарита Васильевна взяла свой телефон и стала кому-то звонить.

- Алиса, детка, ты еще не ушла? А! Как славно, что ты в библиотеке. Умница. Да, завтра там будет апокалипсис, вернись ко мне. Конечно, жду.

- И правда, умная, надо тоже в библиотеку сходить! Где, говорите, это чудесное место? – размышлял вслух Роман.

- Подожди, сходишь. Пока вот тут распишись! – подала какие-то документы куратор и Роман не глядя расписался.

Повисло молчание в кабинете. Парень переступил с ноги на ногу, потом огляделся, женщина смотрела задумчиво на документы.

- Я тогда пошел? – спросил в нетерпении студент.

- Куда? – как будто выныривая из своих мыслей, ответила Маргарита Васильевна.

- Ну, так в библиотеку, подскажете, где она? – недоумевая, продолжал посетитель.

- Подожди!

Тут дверь, что была за спиной Романа, открылась. Ему не надо было разворачиваться, чтобы понять, кто стоит за ним. Этот необычный, слегка сладковатый, но вместе с тем легкий и свежий аромат невозможно было ни с чем перепутать.

- Алиса, мне тут молодой человек, - указывая на парня, начала свою речь Шиллер, - подсказал, точнее, указал на мою ошибку. Да и ты, ну, - покачала она укоризненно головой, - почему не отказалась? Это ведь мне хорошо, ответственная, умная, исполнительная староста, а тебе-то, сколько головной боли и лишних хлопот! Ко мне Марк Олегович уже подходил и Стелла Станиславовна, по поводу конференций, а я на тебя обязанности старосты повесила!

- Маргарита Васильевна, мне не сложно, я все одиннадцать лет была старостой в классе, я привыкла, - успокоила она женщину.

- Ох, Алиса, откуда только в тебе такая покладистость!? Отращивай зубки, девочка, отращивай. Я постановила, теперь староста Роман, передай ему списки и опросники. Пусть он погружается в студенческие будни, а ты готовься к предстоящим конференциям.

Девушка послушно передала небольшой пакет молодому человеку. Он стоял и как завороженный следил за ее плавными движениями, мягкой, доброй улыбкой. Когда брал пакет, намеренно коснулся ее руки. Но этот жест не был замечен, и этому моменту не было предано должное внимание, на которое он рассчитывал.

- Как гора с плеч. Спасибо вам. – обратилась к парню ласково и искренне, - я правда думала как все успеть. Ведь конференции одна за другой, и темы сложные, готовиться надо. Если вам нужна будет помощь, то обращайтесь, чем смогу – помогу.

Роман молчал и завороженно слушал журчание ее голоса и неотрывно наблюдал за пухлыми, явно искусанными, губами.

Тут речь прервалась. Парень вздрогнул и посмотрел в глаза. Но лучше бы он этого не делал. «В таких глазах можно утонуть» - думал, что подумал Роман, но на самом деле произнес вслух.

Девушка рассмеялась.

- Еще волосы и улыбка. Набор комплиментов стандартный, - укоризненно посмотрев, заметила Алиса.

Парень мотнул головой и смутился.

- Маргарита Васильевна, я могу идти? - получив одобрение, девушка направилась к двери, - Спасибо и до свидания!

- А в библиотеку я провожу тебя сама, - зло прошипела куратор, - и напоминаю свою просьбу – не трогай девочку!

- Э-э-э, - начал приходить в себя парень, - я на старосту не подписывался!

- Ошибаешься, только что ты подписал протокол, где заверил подписью свое согласие стать старостой, - победно провозгласила женщина.

- Это незаконно! – заорал студент, - я буду жаловаться!

- Поздно. У тебя в пакете списки группы, будешь раздавать на первых занятиях преподавателям, и еще анкеты для студентов, раздашь их им и потом после пар соберешь, сделаешь анализ, там есть лист подведения итогов, рассортируешь по стопкам и принесешь второго сентября мне.

- Это как называется? – продолжал орать парень.

- Активная студенческая жизнь, ответственная работа и уважаемая должность в группе. Ты мне еще спасибо скажешь! – похлопала по плечу женщина, подходя ближе, - а теперь пойдем, а то скоро другие студенты придут, а меня в кабинете нет.

После долгого посещения учебного заведения. Роман сидел на лавочке перед общежитием и думал, как могло получиться так, что вместо крутого автомобиля перед ним стоят пакеты с книгами, какими-то бумагами и тетрадками, так как Маргарита Васильевна настояла на том, чтобы он зашел не только в библиотеку, но и в лавку с канцелярскими товарами, что располагалась на первом этаже в углу фойе. И он совсем не в крутом кожаном салоне, а на лавочке возле студенческой общаги?

Тут в его кармане пиликнул телефон, он заглянул в него и улыбнулся.

- Ну, вот то-то же! – радостно проговорил студент, - хоть какие-то хорошие новости. Что может быть радостнее смс от банка о пополнении счета?

Парень откинулся на спинку лавки и улыбаясь закинул голову, подставляя лицо последним осенним лучикам.

- Прорвемся! – выдохнул он и прикрыл глаза.

Глава 4

Рядом с университетом, Москва

Осень началась не с дождя, а с приятно ласкающего солнца. Лето плавно пошло на убыль, без резких колебаний температур. У дверей заветного для многих абитуриентов университета было многолюдно. Студенты постарше шли целенаправленно, не озираясь по сторонам. Первокурсников же было легко определить, не только по возрасту.

Внимание окружающих привлек пафосный, хорошо одетый молодой человек, который так вышагивал, что казалось, он гордится каждым своим шагом. Темные, дорогие очки прекрасно гармонировали с его внешностью. Небрежность в поведении компенсировалась сдержанным видом в одежде. На нем не было офисного костюма, но и не было кричащих элементов, он привлекал внимание, но не эпатажем в одежде, а своей манерой держаться.

Немного поодаль от входа стояла компания молодых людей. Многочисленное скопление молодежи. В центре внимания был парень, который по манерам и повадкам был схож с тем молодым человеком, что стремительно приближался к ним. Девушки кокетничали с ним, парни всячески демонстрировали дружеское участие и поддержку. Компания смеялась и шумно что-то обсуждала. По их поведению и внешнему виду, можно было сказать, что это первокурсники.

Как только расстояние между компанией и молодым человеком, что приближался к входу, уменьшилось, девушки переключили свое внимание на него, защебетав как птички между собой. Это конечно не осталось незамеченным тем парнем, что до этого был центром внимания. Посмотрев в сторону объекта нового воздыхания прекрасных дев, он с раздражением отвернулся, но потом резко обернулся обратно. На его лице расползлась лицемерная улыбка, руки распахнулись в приветственной манере.

- Рома, брат! – направляясь к парню, закричал молодой человек.

Студент стоял и молчал, по его позе и растерянности было ясно, что он не узнал парня, что направлялся к нему.

- Ты что?! Я Богдан, ну, помнишь? Мы отжигали летом на Ибице. Ну? День рождение Кузьмы! Вспомнил!? – хлопая по плечу, закончил свой монолог подошедший.

- А-а-а, Богдан! Прости, сразу не узнал, - бодро и уже уверенно отозвался Роман.

- Ты какими судьбами? Ты, - приветливый парень замялся, будто силясь что-то вспомнить, - забыл, откуда ты, но ведь точно не из Москвы.

- Питер, - грустно добавил оппонент.

- Точно, белые ночи, темные подворотни, крутые тусы, - захохотал парень.

- Я теперь здесь учусь! – обреченно махнул рукой на вход Роман.

- И я! – весело хлопая по плечу и обнимая, отозвался Богдан, - а на кого?

- На экономиста, - ответил студент и тихо добавил себе под нос, - вроде.

- Так- так- так, группа МЭ- 5801? – с прищуром спросил приятель.

Роман мотнул головой в ответ.

- Ха, ребят, в нашем полку прибыло! Встречайте, Роман Максимович Рокотов, собственной персоной, прямиком из северной столицы.

В компании молодых людей прошелся гул, девушки пристальнее стали рассматривать молодого человека, а парни немного нахохлились.

- И ты знакомься – это теперь твоя группа, - гордо указывая на молодежь, сообщил Роману приятель, - как устроился? Где?

Молодой человек напрягся и немного ссутулился, потом выпрямился и с напускной небрежностью ответил.

- Все хорошо, я нормально, раз мы теперь все в одной лодке. То, может, введете в курс дела? А то я немного потерялся, - признался честно новым друзьям Роман.

- А что тут говорить? Группа у нас веселая, всех родители сюда затолкали, будем шуметь, гудеть, веселиться. Для чего еще нужна молодость!?

Ребята продолжили шуметь у входа. Девочки пытались максимально привлечь внимание парней. Но тут все присутствующие мужчины уставились на молодую особу, что грациозно следовала к дверям Альма Матер. Это касалось не только студентов из компании первокурсников, но и все остальные парни, да и девушки с интересом разглядывали милое, нежное, молодое создание, что с энтузиазмом вышагивало мимо.

- Это кто? – с удивлением и восторгом проговорил Богдан, цепко исследуя объект восторгания.

- Девушка, не видишь? – буркнул недовольно Роман.

Парень, как и все присутствующие парни, уставился в сторону темноволосой девушки. Он с детским восторгом наблюдал за ее движениями, мимикой и жидким шелком волос, что были уложены идеально и в тоже время колыхались в такт шагам. Когда же интерес перешел в явное оживление в рядах окружающих его парней, Роман стал дергаться и заметно психовать.

Девушка же шла, абсолютно не замечая реакции окружающих. Казалось, что она шествует по безлюдной улице, а не маневрирует между снующими туда-сюда студентами. Она излучала абсолютное спокойствие, уверенность, доброжелательность и поражала мир своей красотой. При всех прочих отличиях ее от других, было видно, что в ней нет снобизма или высокомерия, как в девушках и парнях из компании первокурсников. И это, несомненно, поражало и еще больше приковывало внимание.

Молодые студентки, как в компании Романа и Богдана, так и в принципе вокруг, смотрели злобно, с неприкрытой яростью. Были и те, кто нелицеприятно высказывался в адрес девушки. Но парни осекали их. Продолжая восторгаться красотой и очарованием.

Когда девушка приблизилась ближе к входу, то стало заметно, что она разговаривает с кем-то по телефону через гарнитуру. Она мило улыбалась, ласково отвечала. Было видно, что настроение у нее отличное. Девушка была счастлива. Разговор велся с кем-то, кто девушке был дорог и близок. Уже почти у входа в университет, она остановилась, оглянулась. Потом что-то сказала еще своему незримому собеседнику и стала кого-то выискивать. Роман напрягся. Но не он один. Рядом с ним все парни подобрались и стали серьезнее. Но девушка продолжала блуждать взглядом по незнакомым для нее лицам. Во-первых, никак не демонстрируя знакомство с Романом Рокотовым, а во-вторых, абсолютно не реагируя на явно выделяющуюся компанию первокурсников. Она оглядывала проходящих мимо молодых людей, вглядывалась в лица стоящих студентов. И тут, повернувшись в сторону Ромы и его компании, студентка решительно направилась к ним.

В этот момент вид у старосты группы был очень важный. Парень явно демонстрировал свое превосходство над другими в виду личного знакомства с поразившей всех присутствующих девушкой. И осознавал, что многие ему завидуют. Но молодого человека ждал сюрприз.

Девушка-мечта плавно прошествовала мимо их компании, и Романа в частности. Она мило улыбнулась стоящему за ними старшекурснику, который что-то печатал в своем телефоне. Алиса остановилась перед парнем. Немного подождала, чтобы он освободился от своего дела, которым был занят. В это время она терпеливо стояла перед ним и смотрела пристально на его телефон в руках. Когда парень оторвался от своего гаджета и поднял голову, то немного отшатнулся от нее. Удивление скользнуло по лицу, но тут же потерялось в непроницаемой маске безразличия. Оглядев девушку, парень мотнул головой, как бы спрашивая, в чем причина ее внимания к нему.

- Доброе утро! – проворковала ласково, но не фальшиво и не льстиво девушка, - Я прошу прощения! Вы вероятнее всего заняты, но не могли бы вы оказать услугу?

- Какую? – деловито, на первый взгляд, но немного нервно ответил парень.

- Сфотографируйте, пожалуйста, меня на фоне университета, - студентка мило улыбнулась и опустила стыдливо глаза.

За ее спиной раздался ехидный смешок, а парень, который стоял перед ней растерянно моргал.

- Ну, - замялся он, - давайте, - протягивая руку с телефоном, чтобы сфотографировать, продолжал парень.

- О, нет, на мой аппарат, пожалуйста, и во-о-он там, - милая улыбка не сходила с лица девушки.

Пара молодых людей прошла к тому месту, где за спиной девушки расположился вход в университет. Она быстро приняла позу для фотографии, чем еще больше смутила фотографа. Когда то дело, ради которого они собрались, было сделано, парень не выдержал и заговорил, пытаясь унять свое любопытство.

- А что, селфи уже не в тренде? – ехидно кинул фотограф листающей свои новые фотографии на телефоне девушке.

- А? – отвлеклась она и посмотрела на того, кто сделал эти снимки для нее, - я не люблю селфи, какие-то они ненастоящие, что ли, и руки тянуть надо и вообще. Спасибо, что не отказали!

- Да, было бы за что благодарить! Разве это можно куда-то разместить? – указывая на телефон в руках девушки, отнекивался старшекурсник от благодарности.

- Ха, ха, ха, - звонко, как колокольчик рассмеялась Алиса, - у меня и соцсетей нет, некуда выкладывать!

- А зачем тогда? – удивился парень, - да еще такие…- недоумевая, смотрел он на новую знакомую и не мог взять в толк, что происходит, - обычно такие девушки как ты, фотографируются иначе, без высунутого языка, рожек и рожиц…

- Я не знаю, как ваши девушки фоткаются, а мне надо было отправить маме фотографию с первого дня в университете в статусе студентки.

- А были другие статусы в университете? – задумался парень.

- Конечно, я с десятого класса тут! – указывая на здание за своей спиной, рассказала Алиса, - курсы, гранды, олимпиады, творческие конкурсы, в общем, я тут прочно засела, - улыбаясь, закончила она.

- Ах, да! – спохватилась, после того, как уже повернулась спиной и собиралась уходить, - я Алиса, первый курс, экономический факультет.

- Приятно, Алиса, а я Илья, программист, третий курс, а ты случайно пить не хочешь, а то у меня сухарики есть! – сам себе улыбаясь, ответил старшекурсник.

- Н-да-а-а, ты тоже поклонник Льюиса Кэрролла? – устало вздохнула собеседница.

- Да, нет… так, вспомнилось, в юности читал, - смутился парень, - тебя, наверное, замучили этим произведением? – сообразил тут же он.

- Не то чтобы замучили, но и не оригинально, - как можно тактичнее отреагировала девушка.

- Эй, тебя здороваться не учили, - не выдержал долгого невнимания к своей персоне Роман, в этот момент вся группа молодых людей, что находилась рядом, просто приковала свое внимание к нему, потом переключилась на девушку.

- А, да! Простите, пожалуйста. Доброе утро Роман, как вам первый день в роли старосты? Вы не забыли списки и анкеты? – деловым тоном ответила Алиса, чуть громче, чтобы услышал тот, кому это адресовалось.

Парень поменялся в лице. Он стал хлопать свои ноги в каком-то судорожном жесте, пытаясь что-то найти, что уже отыскать было невозможно, так как было не потеряно, а забыто в общежитии. Роман выругался тихо себе под нос, и, не реагируя на оклики своих новых знакомых, сначала просто быстро пошел, а потом и вовсе побежал куда-то в противоположную сторону от университета.

Ему вслед снисходительным и добрым взглядом смотрела, поматывая из стороны в сторону головой, Алиса. Парни и девушки из компании Богдана растерянно смотрели в спину удаляющейся фигуры Романа.

Глава 5

Алиса

Какой смешной этот Ромка. Такой глупый, но чувствуется, что внутри есть что-то доброе. Как ребенок, который старается казаться старше, и доказывает всем вокруг, что уже может не ложиться спать в девять часов вечера. Забавно будет за ним наблюдать. Судя по его внешнему виду и манерам, он явно не из рабоче-крестьянской семьи. А уж самомнения в нем, ох! За то, я познакомилась с третьекурсником! Если бы Роман не сделал лицо самого важного человека во вселенной и не возомнил о себе черти что, я бы к нему обратилась. А так, пришлось беспокоить Илью, а это уже повод для знакомства. На первый взгляд приятный молодой человек. А знакомство с хорошим человеком еще никому не вредило.

- Так, маме фотку послала, крестной отписалась, приятным знакомством обзавелась - чудесное начало дня и учебы в университете.

- Это ты с кем? – женский писклявый голос вырвал меня из рассуждений.

Обернулась и стала искать источник звука. За моей спиной компания, что стояла вместе с Романом, уже разошлась и осталась одиноко стоящая девушка. Она выглядела скромно, но по поведению и мимике ощущался сильный и жесткий характер. Видимо, она стояла за молодыми людьми, не примыкая к компании, но и не спешила одной отправиться в здание университета.

- Добрый день, - постаралась быть предельно вежливой и доброжелательной.

- Привет, ты сама с собой разговариваешь? – хмурясь и подходя ближе, поинтересовалась девушка.

- Бывает, - не стала отрицать очевидные вещи.

- И как? Интересно? – продолжила тонким голосом девушка.

Пожала растерянно плечами. Что сказать незнакомому человеку? Что у меня друзей особо никогда не было, и если постоянно молчать, то можно вообще разучиться говорить и размышлять на обыденные темы. Хотя, я драматизирую. Поговорить мне есть с кем. Моя мама замечательная родительница. Она всегда в курсе моих дел, переживаний, достижений и провалов. Она умело меня поддерживает, вдохновляет и мотивирует. Может поэтому я усиленно не искала себе друзей, а само собой как-то не получилось. Еще крестная у меня есть…

- Ты зависла? – опять вырвала меня из моих внутренних диалогов студентка, - Я Маша, - вглядываясь в мое лицо, сообщила мне она.

- Алиса, - улыбнулась ей и махнула рукой, предлагая проследовать в сторону входа.

- Ты с какого курса, и в какой группе учишься? – продолжила допрос новая знакомая.

- В той же, что и ты. Я помогала Маргарите Васильевне с личными делами летом, так что видела фотографии ребят, которые будут учиться со мной в одной группе. Тебя я запомнила. Ты необычная, взгляд у тебя запоминающийся, - разъяснила удивленной девушке причины своей осведомленности.

- И как тебе наша группа? Что из личных дел узнала? – с нескрываемым интересом спросила Маша.

- Эту информацию я тебе рассказать не могу. Но ты сама все сразу поймешь, - таинственно улыбнулась, пропуская ее вперед.

Девушка вздохнула и пошла со мной к турникетам. Сегодня дежурили охранники, которые не проявляют ко мне интереса, так что на вахте я не задержалась. А Маша не поспешила в аудиторию. Она молча шла рядом. А у меня появилось ощущение комфорта и легкости. Повернулась к девушке. Она шла и не смотрела на меня. Странно. Как можно так просто понять, что человек твой и тебе с ним хорошо? А с любовью так же?

- Ты что на меня так смотришь? – не поворачивая ко мне головы, уже тоном ниже, чем на улице, спросила однокурсница.

- А как ты смотришь на то, чтобы дружить? – сразу решила расставить все точки над «и», чтобы понимать, как общаться.

- Смотря, что ты имеешь в виду, - напряглась и посмотрела на меня Маша.

- Дружбу, у тебя же нет подруги в университете? И у меня. Нам вдвоем будет веселее и интереснее, да и в такой группе как у нас, выжить в одиночку таким, как мы, будет сложно, - раскрыла все карты перед кандидаткой в друзья, - А ты что подумала?

- Да мало ли… - туманно ответила она, - У вас, у москвичей, все не как у людей. Надо все прояснять и уточнять, чтобы неясности и двусмысленности не возникало.

Рассмеялась в голос. К людям с нетрадиционной ориентацией меня еще ни разу никто не приписывал. Все бывает впервые и вновь.

- Я не из Москвы, а с Подмосковья. Живу в общежитии. А ты?

- Да-а-а, - протянула девушка, разглядывая меня с ног до головы, - по тебе и не скажешь.

Я хотела уточнить, все-таки, откуда она, но мы подошли к нужной аудитории. Я открыла дверь и чуть не оглохла. Мужской надрывистый хохот раздавался в аудитории, гулко отражаясь от стен. Девушки сидели нахохленные, а парни смеялись и стукали ладонями по партам. Н-да, и с этими людьми нам предстоит учиться четыре года…

- Это ты об этом говорила? Когда имела ввиду своеобразность контингента группы? – низким голосом проголосила Маша.

Я аж удивилась. Откуда у нее такие нотки в голосе? А главное, диапазон какой!

- Не совсем, но и это тоже, - проходя внутрь помещения и закрывая за собой дверь, проговорила я.

Мы стали озираться по сторонам, в поисках свободного места, чтобы сесть вместе и не сильно контактировать с остальными членами нашей группы. Вскоре место нашлось, я взяла растерянную «подругу» за руку, и мы пошли выше, почти на последние ряды. Я всегда училась хорошо, активно принимала участие в учебном процессе, но сидеть на первых партах не любила. Это пошло еще со школы. Когда вычесывала из своих густых и длинных волос шарики из бумажек, жевательные резинки и прочий мусор, который «любезно» клеили мне в волосы одноклассники. Взгромоздясь повыше, стали раскладывать свои вещи.

- Их из детского сада сразу в университет перевели? – поинтересовалась у меня подруга.

- Нет, они, скорее всего, про подобное заведение не слышали даже, не то чтобы ходить. Их гувернантки и няни тогда бы остались без работы,- ответила на вопрос и мило улыбнулась Маше.

- Зачем нас засунули в группу к мажорам? Они, скорее всего, платники все, а мы-то бюджет. Ты же бюджетница? – уточнила она.

- А кто показатели группе делать будет? – вздохнула тяжело я.

Когда разбирала личные дела студентов своей группы, я тоже задала вопрос Маргарите Васильевне. Зачем они нас засунули в платную группу, где ребята совсем не настроены на обучение. «Это не платная группа, а группа достижений. Все студенты в ней не просто так попали в университет. Кто-то спортсмен, кто-то музыкант, кто-то как ты отличник… Ну а вообще, если честно, показатели-то кто будет в группе выправлять? Мажоры и спортсмены?» - вспомнились слова нашего куратора. Не о таком я, конечно, мечтала, когда планировала поступать в университет. Вообще очень многое, о чем я думала и мечтала еще год назад, на деле имеет совсем другой вид и обстоятельства. Что меня неимоверно печалит.

- Я, надеюсь, на нас не налепят ярлыков, под одну гребенку со всеми членами группы? – забеспокоилась подруга.

- Тебе есть дело до слухов и чужого мнения? – удивилась я.

- Не каждого мнения я опасаюсь, но в глазах преподавателей очень не хочется выглядеть безнадежным тупым существом, - буркнула обиженно Маша.

- Так они люди опытные, и первое время ты все равно себя будешь именно так ощущать, они в этом постараются, чтобы ты полностью прониклась студенческой жизнью и учебным процессом, – авторитетно заявила подруге.

- Да уж,- выдохнула она.

К моменту, когда дверь открылась, и в аудитории появился преподаватель, мы с Марией уже были готовы записывать лекции. Что нельзя было сказать про всех остальных.

Мужчина небольшого роста, коренастого телосложения оглядел аудиторию, в которой находились молодые люди, и недовольно скривил в ухмылке рот. Неспешно прошел за кафедру. Спокойно разложил свои вещи, достал бумаги. Потом громко и четко произнес:

- Вышли! – повисла тишина в аудитории, молодые люди оглянулись, - Все, кто стоит, вышли!

Маша напряглась, а у меня по лицу поползла улыбка. Марка Олеговича я знаю уже второй год. Первые месяцы я тоже, как и другие абитуриенты, дрожала как осиновый листок под его проницательным взглядом. Но после подготовки к конференции, когда я узнала его поближе, никак иначе как с улыбкой встретить его не могу.

- Я считаю до трех, если вы, вы и вы не уходите, всей группе ставлю прогул, и тогда вас ждет разборка в деканате, - пророкотал преподаватель.

В аудитории воцарилась гробовая тишина, парни нахохлились и продолжили стоять. Девчонки пригнули головы. Даже Маша рядом со мной как-то скукожилась. В этот самый момент открылась дверь в аудиторию, и на пороге нарисовался Роман.

Марк Олегович одарил его самым тяжелым взглядом в своем арсенале, и, не меняя тона своего голоса пророкотал:

- Вы ошиблись аудиторией?

- Нет, - с гонором и вызовом ответил наш староста.

- Нет, вы ошиблись дверью молодой человек, после меня в аудиторию не входят. Так что покиньте помещение! И да, заберите своих однокурсников.

Парни продолжали стоять и непонимающе смотреть на преподавателя.

- Быстро! – закричал тот, от неожиданности и низкого тембра голоса говорящего вся аудитория вздрогнула.

Парни собрали свои вещи и вместе с Романом вышли за дверь.

- Теперь приступим, - растирая ладони, продолжил лектор, - кто у нас староста, мне нужен список вашей группы.

Марк Олегович осмотрел сидящих студентов, но желаемого не получил. Подняла руку и решила вступиться за нашего «вожака», а то так и спугнуть его можно, откажется от должности. Опять ко мне перейдет.

- Марк Олегович, вы нашего старосту выгнали за опоздание. Он как раз за списком группы ходил и немного задержался. Так что теперь наш список за дверью, - пояснила ситуацию, после того как мужчина разрешил мне подняться и сообщить ему эту информацию.

- А чего же он молчал? – удивился преподаватель.

Пожала плечами и села на место. Маша все это время сидела не дыша. Под взглядом властного и строго мужчины она скукожилась как куколка в коконе.

- Алиса, ты зачем за дураков впрягаешься? - еле слышно мне прошептала подруга.

- Он не дурак, а глупенький, это разные вещи, и он действительно наш староста, – пояснила свою позицию, не особо распространяясь о собственной выгоде.

- Алиса, - обратился ко мне наш преподаватель, - сходите и верните вашего бессловесного старосту, желательно вместе со списком группы.

Пошла искать изгоев, надеюсь, они далеко не успели уйти.

Глава 6

Роман

Вот пигалица, мало того, что при всех продинамила меня, еще и на мои косяки указала. Блин. Блин. Блин. Кое-как успел на пару. Ну, папа, ну, спасибо. Москва, универ, староста. Да еще и в группе с Богданом. Это сколько мне прилетит за эту компанию как старосте группы? А вообще мне будет прилетать за то, что кто-то что-то сделал? Или как? Боже, я ни разу в жизни не был старостой. Я ни за что не отвечал. Я даже домашнее животное не заводил. А тут! И еще Эта Мисс Совершенство. Все-то она знает, все-то она ведает!

Я столько никогда не бегал. Надо перед аудиторией отдышаться. А то буду еще и выглядеть, как идиот на побегушках. Вот это да. Дыхалка барахлит и бок колит. Устроили мне квест. И все эта Маргарита Васильевна со своей любимицей. Была бы старостой, раз все помнит и знает. Нет, на меня повесили. Бегай теперь, задыхайся. Так, вроде отдышался. Можно заходить. Погодите, а куратор мне что-то говорила про «расписное расписание» и преподов, которых прогуливать нельзя, к кому опаздывать… Ладно, некогда и его еще искать. Первый день, кто будет зверствовать?

Вот это номер! Серьезно? Меня за дверь? Да что за день сегодня? То динамят, то бегать заставляют, то выгоняют. Интересно отец об этом узнает?

- Ты чего, Ром, расстроился что ли? – подошел и похлопал меня по полечу Богдан, - Да забей, он еще сам будет бегать за нами, чтобы мы на его зачет пришли, чтобы нашу сессию закрыть. Не забывай, мы платники. А еще мы не мальчики с улицы. Это этим, - махнул рукой на дверь в аудиторию, - замкадышам надо трястись, а у нас все и так лучше всех.

Тут же лихой посыл и браваду подхватили ребята, что вышли вместе с нами из аудитории. Я стоял и думал, что попал «по-полной». Мало того, что мне отец устроил с дядей, так еще и Богдан. Если он узнает, что я без денег и в общаге, он всему городу расскажет. Меня начнут троллить. Я не на одной тусовке спокойно появиться не смогу. Да и учиться спокойно не получится. И тут я ощутил знакомый аромат. Если еще вчера он будоражил кровь и будил самые романтические чувства, то теперь безумно злил и раздражал. Мне и поворачиваться не надо было, я точно знал, что за спиной стоит эта выскочка – Алиса.

- Что тебе надо? В туалет вышла? Вот и иди! – прорычал, не поворачиваясь, я.

- В туалет Марк Олегович не отпускает, - с улыбкой в голосе проворковала она.

- Да пофиг! Иди, куда шла! Чего тебе надо? – начал серьезно закипать, и так проблема на проблеме, еще и она стоит, злорадствует.

- Пойдем в аудиторию, преподаватель хочет видеть старосту группы и список студентов, ты же за ним ходил? – спросила спокойно, как будто мы вели с ней светскую беседу о погоде.

Повернулся к ней. Смотрю, а она и правда спокойна и доброжелательна. Стоит, смотрит большими глазами, и на лице ни усмешки, ни высокомерия. Спокойно ждет, когда я пойду за ней и предстану перед этим ненормальным, что только что на меня орал.

- Я не вернусь, - выпалил зачем-то ей.

- Не дури, поссоришься с ним и все четыре года будешь за ним бегать. Он не просто преподаватель, он здесь главный цербер. А еще независимый материально и морально от всех человек. На него никто повлиять не может, даже ректор. Он для удовольствия преподаёт. А не ради статуса и зарплаты. Так что никакими деньгами и связями потом его не уговоришь. Пока он тебя возвращает – вернись. А потом решишь, лбами с ним бодаться или все-таки дружить.

- Ты блаженная? – отозвался Богдан, - как с ним можно дружить!? Он же самодур!

- А я вам, молодой человек, и не предлагаю, а вот старосте не мешало бы! – Алиса закончила свою речь и спокойно развернулась и направилась обратно в аудиторию.

Около двери она оглянулась на меня. Ничего не остается, как идти за ней. Что-то я слишком много сегодня слушаюсь ее. Какая-то сломанная карма у меня. Ну, ничего, это временно. Может не торжествовать. Я по указке бабы никогда не жил и не буду. Зашел вслед за девушкой. Причем, задумался и прошел с ней, прямо до места.

- Молодой человек, вы же не телок на привязи, а староста! Оторвитесь от прекрасной Алисиной юбки и выполните, для начала, свои обязанности, - усмехаясь, проговорил лектор.

Тут же вся аудитория разразилась смехом, пошли подколки и неприкрытый стеб.

- Вас спрашивали? - крикнул Марк Олегович, обращаясь к аудитории.

Развернулся и пошел к нему. Молча достал список и отдал его преподавателю. Не дожидаясь никакой реакции, пошел искать себе место.

- Молодой человек! Вы разговаривать умеете? А представиться? Я как вас должен в списке отметить? Наугад? – продолжал унижать меня цербер.

Развернулся и прорычал, на удивление звук был несвойственный, очень низкий, клокочущий. Вся аудитория отрезонировала.

- Роман Максимович Рокотов.

Опять не дожидаясь реакции, устремился к цели, а именно к самой дальней парте. Где было пусто. Тихо и темно. Мне надо уединиться. А то точно сорвусь.

- Да уж, говорящая фамилия, и тембр говорящий, - улыбка чувствовалась в голосе даже не глядя.

После такого первого дня мне нужно было срочно расслабиться. Спустить пар и развлечься. И благо долго думать не пришлось, как это сделать.

- Ром, ты, что сегодня делаешь? – после пар обратился ко мне Богдан, - мы с ребятами решили отметить начало новой жизни, так сказать. Не хочешь присоединиться? Мы покажем тебе Москву! – заливисто посмеиваясь, продолжил приятель, - такую, какой ее тебе никто не покажет. Ты ведь не местный и не знаешь еще ничего здесь. Так что буду твоим проводником в мир удовольствий и безудержного Московского веселья.

- Не слишком ли пафосно? Я не планировал уходить в загул с первого дня, но после такого приема, будет в самый раз немного отдохнуть, - честно признался ему я.

- Вот и прекрасно! За тобой заехать? Или сразу с нами!? Я сейчас домой, надо с родителями посидеть, они ждут. А потом вечером присоединюсь, а вот ребята хотят начать уже прямо сейчас у Дена. Ему родители подгон сделали на поступление в ВУЗ, хатку бобра! Халупа маловата, но для студенческого загула – в самый раз.

- Я приеду в клуб, скинь мне адрес и название. Ну и время сбора. Надо вещи закинуть, - решил, что лучше переоденусь и спокойно подъеду сам, чем мотаться с непонятными Денами-бобрами по мутным хаткам-халупам. Вот вроде ничего сверхъестественного не произошло. А уже какие-то пугающие перемены. В Питере не отказался бы от подобного предложения. А здесь – не хочется.

- Тебя подвезти? Где, кстати, твой транспорт? Тебе что родители купили? – спросил и испытующе посмотрел на меня Богдан. Ему, скорее всего, отец купил крутую тачку. И теперь он будет рассекать как нормальный человек на «верном коне», а что мне отец с дядюшкой подогнали? Конуру с тараканами? Хотя нет, не с тараканами, с соседями. Хотя не знаю, чем это отличается одно от другого! И вот совсем не хочу видеть лицо Богдана, когда он узнает-таки, что такое халупа и хатка бобра.

«Рано или поздно все узнают, но лучше поздно, чем рано», - решил для себя я и постарался отмазаться от приставучего «приятеля».

- Пока ничего, присматриваюсь, думаю, что бы хотел получить, - туманно ответил и тут же развернулся, чтобы быстрее уйти.

С каждым новым тесным общением с компанией Богдана, мне все меньше хотелось сближаться с ней. Но и выбора особого у меня нет. Если враждовать с ними, то это опасно и трудоемко. А дружить – можно нарваться на разоблачение и ту же самую войну. Прям как партизан на минном поле. Туда пойдешь – взорвешься, а туда – подорвешься. Прямо скажем, выбор не велик.

До общаги бежал быстро. Мне уже не хотелось в клуб с Богданом. Но и сидеть смотреть на высокомерные и скучные лица своих соседей – та еще перспектива. Вообще, накатила безнадега и апатия. Я так и не мог понять, чего добиваются отец и дядя? Что они хотят мне показать? То, что это не забота о моем наилучшем образовании, я понял сразу. Если бы им был нужен престижный диплом, то я бы не Московским метро восхищался, а вглядывался в берега Темзы или Сены. Но нет. Диплом им мой не нужен. Им нужно сломить мою волю? Показать свою важность в моей жизни?

В тот вечер, я все-таки принял приглашение приятеля и посетил престижный клуб. Там мы неплохо отжигали, сколько было выпито, не знаю. И чем все кончилось, не помню. В себя пришел ближе к вечеру следующего дня.

- Рокотов, Рокотов! – терзая мой мозг своими возгласами, пытался достучаться до моего сознания Илья, - твой телефон всех достал! Сколько можно. Ответь уже!

Разлепил глаза и долго не мог сообразить, где я и с кем. Голова шла кругом. В висках будто засела вчерашняя музыка и отстукивала назойливый ритм. Во рту поселилась пустыня. Мне в руки сунули аппарат и отошли. Принял вызов.

- Да, да, не ори! Нет, нет, что-о-о? – я хотел еще что-то сказать отцу, к примеру, что я думаю обо всем происходящем, но он положил трубку, все повторные попытки дозвониться до него, не увенчались успехом.

В голове смутно прояснялось, и с трудом доходили его последние слова, что он мне сказал перед тем, как сбросить вызов: «Я рад, что у тебя все хорошо, видимо и с деньгами нормально, раз такие попойки устраиваешь. Но учти, за связь с малолеткой последний раз отмазываю, и деньги следующие придут в первых числах следующего месяца. Удачи в учебе».

Положил трубку и прикрыл глаза. Это было немыслимо! Голова раскалывалась, глаза болели от резкого света, что горел в комнате. Или дело было не в освещении… Уложить в голове слова отца не получалось. Какая малолетка? Что было вчера? Так! Резко поднялся, но это было ошибкой. От внезапной боли застонал и упал обратно на подушку. Что он сказал про деньги? Как это в начале следующего месяца? Завыл в голос, сам не знаю от боли или отчаяния. Как сквозь вату в затуманенное сознание врывались посторонние звуки.

- Ты что-то говорил, что обойдется? Обошлось? Наш папенькин сынок связался с плохой компанией. И надо что-то делать! И судя по тому, как поступил с ним его отец, теперь это не его проблема, а наша! – назидательно звучал голос Ильи.

Это единственный сосед, чье имя я запомнил. И то, потому что эта коза продинамила меня, демонстративно обратившись к нему. Я думал, уже хуже быть не может, но я ошибался. И понял это уже очень скоро. Когда в наш блок постучали….

Глава 7

Комната в общежитии.

В дверь комнаты кто-то робко постучал. Парни притихли. Видимо, засомневались, не послышалось ли?

- Войдите, - громко произнес Илья и направился к двери, которая так и осталась закрытой. – Трудно открыть? – недовольно выдал парень и осекся.

- Нет, не трудно, просто неудобно, дверь закрыта не с проста, - нежно и очень учтиво произнесла темноволосая девушка и с интересом посмотрела на парня.

- Алиса? Ты что тут делаешь? - удивился молодой человек.

- Стою! – развела руки в стороны девушка.

- Проходи! – втянул в комнату ее парень. – Ну, какими судьбами? – засмущался он.

- Да, с каких это пор, мы приглашаем гостей? – раздалось не приятное ворчание со стороны сидящих за столом парней.

- Ты искала меня? У тебя что-то случилось? Тебе нужна помощь? – затараторил Илья.

- Не сходи с ума, - осек его недовольный голос Макара, - что она могла тут забыть? Такие, как она, к таким, как ты, не ходят!

- А она и не к нему пришла! – прозвучал голос с подавленным смешком, - смотри, озирается.

- Вы правы, - учтиво и сухо произнесла Алиса, - я ищу Рокотова Романа, я не знала, что вы живете в одной комнате, он же первокурсник. – пояснила свое появление в комнате Илье.

Парень сразу погрустнел. А его товарищи стали перешёптываться.

- Мы с ним учимся в одной группе, он староста. А сегодня не явился на занятия. – продолжила девушка.

- И что ты тут забыла? Или ты каждый раз, как только я пропущу, будешь являться без спроса, и отводить меня в универ за руку? – с язвинкой в голосе обиженно произнес Роман.

- Н-да, - удивилась открывшемуся виду девушка и покачала головой. – мне не хотелось бы так поступать, но иногда придется. Ты староста. И это налагает на тебя ответственность и ряд обязательств.

- Хватит, - застонал парень и проследовал в санузел.

- Ты пришла проведать его? – удивился Илья.

В его взгляде читалась досада, разочарование и еще что-то.

- Понимаешь, его назначила Маргарита Васильевна старостой. А до этого меня. Я была рада, что мне так повезло… - девушка не успела договорить, ее перебили.

- Повезло быть старостой? – вмешался Макар, - и теперь ты хочешь его подловить и забрать обратно полномочия? – высказал свои предположения и уставился презрительным взглядом на гостью.

- Что вы, - всплеснула руками Алиса, - ни в коем случае. Вы не дали договорить. Я была рада, что это бремя ответственности и обязанностей с меня сняли. Ведь мне к олимпиадам, конференциям и выездным мероприятиям готовиться надо. А тут такая обуза. И если он облажается, то эти «полномочия» - подергав пальцами в воздухе, изображая кавычки, продолжила она, - перейдут обратно мне. Поэтому я здесь, чтобы …- она опять не успела договорить, ее перебил уже другой парень, сидящий за столом.

- Чтобы посмотреть своими глазами, как он облажается, - в комнате раздался гомерический хохот.

- Харе, варежку завалили. Тоже мне! Нашлись остряки. Забирай свои «полномочия» - театрально изобразил кавычки Роман, - и катись от сюда. Я не просил меня делать старостой.

- Ром, но ведь у тебя никаких других нет занятий. Ты же не обременен ничем. Я тебя очень прошу, ты же можешь. Ты не глупый. Точнее нет, ты глупый, но не дурак, - пролепетала Алиса.

- Ты в себе!? И что я должен, после такого заявления растаять? Проваливай! – заорал едва стоящий на ногах парень.

- Ты тут не один! – рявкнул Илья, обращаясь к соседу, - Алиса, хочешь чаю? – максимально учтиво предложил он девушке.

- А как же ваш закон – никаких друзей? Или закон, что дышло, куда повернул, туда и вышло? Хочу так верчу, хочу эдак? – не умолкал Роман.

- Это не гостья, это Алиса! – осек его злобно Илья.

- А, ты думаешь даст тебе? Сейчас! Такие как она, таким как ты не в жизнь… - парень распалился не на шутку, но договорить ему не дали.

В лицо Романа прилетел небольшой, но хлесткий кулак Ильи. От чего парень пошатнулся и осел по стеночке.

- Не надо было! Илья. Кулаками махать надо в спортзале. А в жизни разговаривать! Ром, тебе не стыдно? Я пришла спросить, как ты себя чувствуешь. А ты! – проговорила, как ни в чем не бывало, Алиса и собралась уже уходить.

- Мы с ребятами пиццу заказали, будешь с нами? – спросил вдруг Илья.

Гостья резко повернулась к говорящему, оглядела собравшихся ребят! Немного подумала.

- А я вам не помешаю? – робко поинтересовалась она у остальных жильцов этого блока.

Парни промолчали, а Илья взял ее под локоть и проводил к столу. Девушка сначала покорно шла, но потом спохватилась и выдернула руку из захвата приятеля.

- Подожди, я за деньгами схожу! – выдала девушка и направилась к двери, но была перехвачена и усажена на место.

- Ты с ума сошла? – поинтересовался Илья, - а если я к тебе в гости приду, то за чай тоже должен заплатить? И кстати, ты как в общагу пробралась?

- Я не пробралась, а живу тут, и нет, за чай я денег не возьму. А вот за пиццу отдам, - девушка быстро начала стучать по экрану телефона, и у Ильи запиликал его смартфон, - вот, надеюсь, этого хватит!

Парень проверил свой гаджет и скривился.

- Алис, зачем!? – насупился и отвернулся от гостьи парень.

- Илья, я не люблю быть должной. К тому же, в студенческой среде так принято, все траты компания делит на всех участников. Так что не переживай. Все хорошо.

- Ты блаженная? – раздался ехидный голос Макара.

- Почти! – так же невозмутимо произнесла девушка

- Ты вообще обалдел? Джентльмен! – с дверного проема, ведущего в комнату ребят раздался заливистый бас Рокотова младшего.

- Ничего, Ром, я привыкла и к таким выходкам как у тебя, и к таким как… - Алиса испытующе посмотрела на собеседника.

- Макар, - кинул парень и отвернулся.

Роман

Пришла, мамочка за своим утенком. Бесит. Аж зубы скрипят. И так плохо, голова раскалывается, отец с ума сошел. Да еще и эта мисс- совершенство припорола. Кто ее звал? Забирай свои «привилегии» и мудохайся с ними сколько влезет. А мне надо срочно думать, что делать дальше?

В голове бьется неугомонная птица, неутомимо стуча по черепной коробке, пытаясь ее проломить и выпорхнуть. Во рту пустыня. А вот Илья, смотрю впечатлялся своим фотосетом с Алисой у универа. Думает, она его ищет, и прямо сразу в койку прыгнет, раз нашла? Наивный. Такие девочки, как она, думают, прежде чем ноги раздвигать и содержимое кармана пересчитывают. Иначе, зачем ей быть красивой такой? Да, и зря что ли она на экономический пошла, правильно, деньги мужа считать!

И если Илья еще этого не понимает, то Макар, скорее всего, уже это на себе проверил. Вон как ерепенится. Только Илья не пробиваем. А Макар уж больно разошелся. Нечего свою несостоятельность на Алиску вешать. Совсем парень распоясался.

- Ничего, Ром, я привыкла и к таким выходкам как у тебя, и к таким как… - вот это выдержка и терпение!

И этот недопарень - Илья, что только что светился и слюни пускал, даже не заступился за нее. Н-да.

- А зачем привыкать и глотать какашки? Зачем терпеть? – обратился к гостье.

- Потому что хлопотно обращать внимание на бесконечное жужжание людей. Да и махать на них руками или острить, слишком трудозатратно. Я эти силы и энергию направляю в нужное русло. Занимаюсь, добиваюсь успехов. Живу своей жизнью, а не пытаюсь переделать чужую. Если кому-то интереснее за чужой наблюдать и портить ее, то это несчастные люди. Как можно чужой жизнью интересоваться больше, чем своей?

- Ты забалтываешь, - приложил холодную ладонь к вискам, - а насиловать тебя будут, или бить, ты тоже разговаривать будешь и убеждать? – спросил просто для того, чтобы она задумалась и прекратила столько значимости придавать словам и умению ими владеть.

- А ты думаешь, что я смогу дать достойный физический отпор насильнику или мужику, который решит меня побить? – изогнув бровь, произнесла Алиса.

Я осмотрел ее с ног до головы и прикинул, что бы могла сделать девушка ее комплекции, допустим с таким щупликом как Макар. Но даже при том, что парень не отличался мускулатурой и ростом, все равно перевес был явно в его сторону. Да, при такой комплекции и характере, это просто домашний фикус на подоконнике, который может любой козел пощипать. Решил не вдаваться в переживания, которые меня не касаются, просто молча развернулся и ушел в комнату. Надо прийти в себя. А потом подумать, правильно, тоже о себе.

Через какое-то время входная дверь хлопнула, а потом еще раз. Негромкое жужжание разговора ни о чем прервалось в общей комнате. И через какое-то время до меня стал долетать запах пиццы. Поначалу, он раздражал, вызывая рвотный рефлекс. Зарылся носом в подушку. И попытался уснуть. Но по истечению времени, истекало и действие похмельного синдрома. Отступая, он освобождал место для чувства голода, которое сильно подогревалось запахами из общей комнаты.

- Сколько можно жрать одну пиццу? – с раздражением буркнул я.

- Тут не одна, парни заказали очень много! – раздался приглушенный, но все такой же спокойный, ровный, учтивый голос Алисы.

- Могла и не отвечать! – разозлился на девушку, которая, в общем-то, ни в чем не виновата.

Ведь это не ей, а мне нужно было думать, как теперь прокормить себя целый месяц на те остатки денег, что смог соскрести по всем карманам и карточкам. И сумма была вообще не радостной. И в этом был виноват только я, ну и еще мой отец, что решил взяться за воспитание с восемнадцатилетней отсрочкой, причем очень рьяно. Будто дремал, как спящая красавица, и тут бац, проснулся, вспомнил, что он никакая не красавица, а минимум воинственный принц, который кого-то должен спасти. И начал он с меня. Только вот меч он слишком остро заточил и слишком больно отрубил меня от своего кармана.

- Идем к нам? Тебя все еще тошнит? – поинтересовалась Алиса все тем же участливым тоном.

- С чего ты взяла, что меня тошнит? – начал препираться я, - просто отдыхаю.

- С твоего паршивого видочка, - долетел смешок Макара.

Н-да, а вот теперь становится понятно. Кто есть кто, и главное, с кем как себя вести. Макар – крысеныш, злой, обделенный чем-то и неуверенный в себе. А главное, он думает, что познал «Дзен». Тяжелое соседство.

- Ром, - опять прозвучал голос гостьи, - пойдем, поедим. Тут много, и тебе надо подкрепиться. А то, как ты будешь заниматься?

Сразу не сообразил про что она мне вещала. Когда немного подумал, решил уточнить, что она имела ввиду.

- Заниматься чем? – подходя к двери, спросил у Алисы.

Девушка сидела за столом. Перед ней лежали четыре большие коробки, на которых осталось по одному большому куску. Судя по всему, парни заказали разные пиццы, но большого диаметра и со своими порциями уже расправились. Потому что они вальяжно сидели вокруг стола и лениво переговаривались.

Алиса сидела ко мне боком. И я мог видеть, как она ест, при этом, не разглядывая ее в упор. Интересно, дома одна на своей кухне она тоже так ест? Нет, я понимаю, что девушки – нежные и трепетные создания. Но так есть – это перебор. Я сначала чуть не уснул, потом вскипел, и уже под конец, меня опять одолел рвотный рефлекс, глядя как она не спеша, плавно и по очень маленьким кусочкам, тщательно пережёвывая, ела один единственный кусок.

- Ты не уснешь и не упадешь лицом в соседние коробки? – раздражённо бросил я.

Это было немыслимо. Но Алиса, кажется, и не подумала реагировать как-то на мои нападки. Интересно, это такая выдержка или ей просто фиолетово на мнение со стороны?

- Присаживайся и ешь, а то скоро остынет. И будешь есть холодную. – поторопила она мня, и я подошел к столу.

- А он-то тут причем? – опять вставил свои пять копеек Макар, - ладно ты, денег дала на пиццу. А его-то с чего мы должны кормить?

- Вы сами сказали, что это все, – обводя взглядом содержимое коробок, начала назидательно Алиса, - моя, так скажем доля. Так? – она смотрела строго и прямо на своего собеседника, - значит, я могу распоряжаться этим так, как я решу. Правильно? – уточнила она, уже обращаясь к другим парням за столом.

Те только покивали головами в ответ, а она продолжила.

- Тогда какая разница, съем ли я это сама, отдам бродячим псам, или угощу однокурсника? За это уплачено.

Макар отвернулся, картинно сделав вид, что он оскорбился. Но странно, что парень до сих пор не понял, что Алисе на такое проявление мнения и чувств от посторонних людей – все равно.

- После сравнения с бродячими псами, как то уже и не хочется есть!

- Не дури, - не отрываясь от нудного, бесячего поглощения пиццы, произнесла девушка, - нам с тобой еще заниматься.

- Что? Ты может что-то попутала? Иди в свою комнату и занимайся! А меня оставь в покое, - развернулся и уже собирался уходить, как желудок жалобно заурчал и его скрутил спазм.

- Марк Олегович завтра будет делать контрольный срез, и если ты облажаешься, то будешь записан в дураки на веки вечные и оттуда выбраться у тебя шансы минимальные. Так понятно я изъясняюсь? Достаточно доступным языком?

Застыл на несколько секунд, и потом резко развернулся к источнику, что транслирует подобную чушь. Какая мне разница, куда меня запишет какой-то Марк Олегович?

- Не сдашь ты ему, и значит, не будет у тебя стипендии, - спокойно продолжила вещать эта провидица.

Разговор о деньгах еще ни разу в жизни меня так не увлекал. Да и живот сводило все сильнее, поэтому решил присесть за стол и сделать великое одолжение – поесть вместе с ними. Я старался, корчил рожи, брезгливо тряс руками, но Алиса никак не реагировала на это. Поэтому немного посидев, просто взял, и стал есть оставшиеся на коробках куски пиццы. Вот бесячая баба, никакого внимания моим стараниям и даже никакого намека на то, что это не было напрасно.

Глава 8

Роман

Алиса заставила меня заниматься под странными взглядами моих соседей по блоку. Это было очень неприятно. А самое главное, вообще не понял зачем? Я ее не просил, а она накормила, научила. И что дальше? Что это все значит?

- Ты так ко мне в койку запрыгнуть хочешь? – ляпнул, и сам осекся.

Алиса не сразу поняла суть моего вопроса. Но как только смысл сказанного мной дошел до ее заумного мозга, она захлопнула учебник и резко встала с кровати, на которой только что сидела рядом со мной.

- Ты совсем? – с сожалением и отвращением прозвучали ее слова.

Мне было так неприятно. Но я сам не понял от чего.

- А зачем тогда? – пожал плечами и отвернулся от нее, а больше от ее широко распахнутых глаз, что смотрели на меня как на дебила.

- Зачем тогда что? – повторила она.

- Да все это? – не выдержал и тоже встал. Но в отличие от Алисы, что стояла как монумент Ленину в захолустном парке, я стал бегать по комнате, - ты меня нянчишь, как сосунка, воспитываешь, кормишь, учишь…

- А ты кто? – спросила она безжизненным голосом, положила книжку на кровать и пошла, не оглядываясь, на выход.

От ее слов меня вывернуло всего. Мне восемнадцать лет. Я ждал своего дня рождения, окончания школы, чтобы быть совершеннолетним, взрослым. Чтобы ко мне относились как к мужчине, а не как к подростку-школьнику. И тут… Я попадаю в полную жопу. Без денег, без связей, без машины, в дыре. Но как оказалось, это не то, что меня изничтожит. А вот то, что в глазах самой сексуальной, красивой и умной девушки во всем универе я дите – просто убило. Это даже хлеще френдзоны. Это вообще кошмар.

- Алиса, раз ты в общежитии живешь, может, тогда будем чаще общаться? – услышал я дебильный лепет Ильи.

Вот, по-моему, Макар ему доходчиво сказал все, но нет, лезет.

- Спасибо, Илья. Да, я думаю, было бы здорово - продолжить общение, - в комнате повисла гробовая тишина, - друзья никому не помещают и лишними не будут. Спасибо за пиццу, извините, что без приглашения, надеюсь, я больше вас так вероломно не потревожу, - выдала, как на конференции по какой-нибудь нано технологии, Алиса и вышла из нашего блока.

Да, не одному мне сегодня обтекать. Френд зона – это большее, что ты можешь получить от мисс-совершенство. Но друг, как то звучит лучше, чем ребенок…

На следующий день в универе, я изгалялся, как мог, чтобы написать этот тест, что дал пресловутый цербер и заносчивый нахал, которого боятся все вокруг. Я пытался подсмотреть в листки к кому только можно, и даже выворачивал голову и глаза к тем, к кому и подсмотреть-то сложно. Но я столкнулся с большой незадачей – мы еще не знаем, кто у нас в группе ботан, а кто идиот. А, следовательно, у кого можно спокойно списать, а чьи ответы лучше даже не читать, чтобы мозг не засорять. Вот ведь хитрый цербер, злобный лис.

Когда я только зашел в аудиторию, пытался найти взглядом Алису. Я понимал, что списать она не даст, как не даст и ничего другого. Но все-таки хоть какая-то подстраховка была бы мне кстати. Но стоило переступить порог, как услышал неутешительные для себя слова.

- Алиса, ты можешь не искать себе место, - выдал Марк Олегович, - я и так знаю уровень твоих знаний. Пусть Мария остается, а у тебя есть целая пара, чтобы в библиотеке подготовиться к конференции. – мило, даже не обычно вежливо, прозвучал голос преподавателя и меня как прострелило.

Вот так мисс-совершенство, вот так супер благородная Алиса. Спит с преподом, и успешным бизнесменом. А строит из себя…Победно и надменно посмотрел на нее, и пошел искать себе место.

- Подождите, - окликнул он ее, - можете две пары готовиться. На второй – у нас разбор полетов. Так что до завтра, я надеюсь, вы помните, что завтра у нас коллоквиум? – обратился он к аудитории.

Коло…что? Это писец, такой большой и породистый. Он в своем уме? Тест, колочего-то там. Он для начала бы хоть лекции почитал. А то еще ничего не дал, а уже спрашивает.

Кое-как пережил две пары просто нереального унижения. Меня за все восемнадцать лет никто и никогда так не унижал, как этот мужик за две пары. Но с другой стороны, спасибо этой подстилке преподавательской, что натаскала меня. На фоне остальных, и в том числе группировки Богдана, я смотрелся как победитель районной олимпиады на звание «Самый умный среди дураков». Мой тест оказался в числе работ студентов, чьи умственные способности отнесли в номинацию «Лица с интеллектом средней паршивости». Что не могло не радовать. И так, как Алисы не было, и она в гонку за приз не вписалась, а в том, что она бы легко была звездой этих пар, даже не сомневаюсь, ее место заняла подруга Маша – продемонстрировав высокий результат. А аутсайдером нашей группы, как ни странно, стал Богдан.

Он неоднократно поглядывал в мою сторону. Как бы вопрошая: «Какого лешего тут происходит? И почему я не с ним? Как мне удалось написать тест?». Но мне нечего было ему ответить. Да и были претензии по поводу вечера, после которого отец так разозлился. Что мы там делали, и зачем все это было устраивать? Но для расспросов на эту тему я найду другое время. А пока за меня и мое плачевное финансовое положение очень умело мстил препод.

Претерпев унижения от власть имущих, группа прихлебателей и сам Богдан, видимо решили слить негатив на меня, того, кто по странным причинам не оказался в эпицентре «взрыва» вместе с ними. И как оказалось, предводитель этих убогих имел более чем весомые аргументы, чтобы втоптать меня в грязь.

- Ну как? Клопы за ночь не покусали? – начал «друг» сразу, как только мы вышли из аудитории.

Я понимал, что после разборок с моим отцом в тот вечер, многое стало известно в его среде. А Богдан, как раз, из числа лиц, кто вхож в эту среду. Но просто так сдаваться было бы глупо, хотя и воевать и отпираться – тоже не умно.

- Ты про тех, что уцепились на одежду после вечеринки, которую ты устроил? – огрызнулся я и пристально посмотрел в глаза теперь уже врагу.

- Ну да, ну да. Огрызайся. Только вот теперь понятно, почему ты без тачки и на мели, - начал Богдан, а остальные поддержали заливистым ржанием, - мы тебя поили, кормили, девочек подкатили, а потом еще и от твоего папаши огребли.

- Это мое дело и моего отца, тебя-то как это касается? Он меня воспитывает, тебя пусть твой воспитывает! И я не просил меня кормить и поить, и все остальное тоже, я не выпрашивал. Ты сам пригласил и насколько я понимаю, я тоже вкидывался, судя по тому, что моя карта пуста.

- Да, что там твои копейки? Мог оставить их себе!

- Да, но только ты не остановил меня, когда я их тратил и веселился на них вместе со мной. В общем, я понял тебя, давай не будем разводить дрязги, не бабы, - решил свернуть все это безобразие, пока меня не размазали окончательно и напоследок еще припугнул, чтобы наверняка – давай так, ты меня не трогаешь, я тебя, и мой отец не вмешивается в процесс моей социализации в универе.

- Н-да, он уже и так вмешался. Папаша у тебя совсем нервный, Игорь Станиславович Рокотов! Он нам весь кайф обломал.

- Кто? – не понял я причем тут мой дядя, но судя по тому, что брат моего отца - мужик суровый, могу себе представить, что он устроил Богдану и его отцу.

Вообще, Игорь, говорят, не всегда таким был. Я его не помню другим. Но многие уверяют, что до моего рождения он не сильно отличался от меня теперешнего своим поведением и взглядами. И меня всегда мучал вопрос, если мне предстоит все равно стать похожим на него, то почему именно он так переживает? Сидел бы спокойно и ждал, когда эта метаморфоза произойдет и дал бы мне нагуляться вдоволь. Так ведь нет, еще строже, чем отец, меня пасет.

Я не знаю, чего наобещал мой крестный, и как разговаривал с Богданом и его семьей, но парень быстро забрал свою шоблу и удалился гордо в неизвестном направлении. А я понял, что вот именно сейчас, в данный момент, я остался совсем один. Ни друзей, ни врагов…

У меня полный ноль, и в голове, и в окружении, и в кармане. Вот так крестный, вот так молодец! И отец ведь ему потакает! И что мне делать дальше?

Решил сходить в столовую. Как-никак, а питаться надо. Вчерашняя пицца давно переварилась, и организм после двойного стресса требовал подзарядки. Было очень необычно питаться в таком месте. Но деваться было некуда. Набрал еду на поднос и пошел расплачиваться. И уже около кассирши я понял, что денег на то, чтобы оплатить еду даже в таком не фешенебельном месте, у меня просто нет. Карточку я оставил в общаге, а той налички, что я наскреб вчера по всем своим карманам, мне хватало ровно на половину набранного на раздаче. Но так как блюда уже были наложены на тарелку, то их нужно было оплатить. Это было фиаско.

Очередь за мной бесновалась задержкой. Кассирша смотрела так, что хотелось прикрыться подносом и все равно, что на нем что-то стоит. Тут я услышал за спиной тихое щебетание.

- Посчитайте нам вместе, - и после хмурой ухмылки кассирши, раздался писк оплаты картой.

Передо мной мелькнуло тонкое запястье, а в нос ударил нежный запах знакомых духов. Алиса спокойно развернулась со своим подносом и пошла искать столик. Как ни в чем не бывало, она отодвинула стул, уселась удобно на нем, и принялась за трапезу. В отличие от меня, у нее на подносе стоял овощной салат, стакан какого-то густого сока и булочка. Посмотрел на свой заваленный едой поднос и вздохнул. Теперь мне кусок в горло не лез. Но не выкидывать же это все? Отправился в другой угол столовой. Отвернулся к стене и принялся поедать свой заказ. Я старался не оглядываться. Сосредоточился на еде. И надо сказать, было вкусно. Или я просто проголодался. Но съел я, не смотря на то, что произошло, абсолютно все. Мне надо вернуться на пары. Поэтому отложил рефлексии по поводу случившегося на потом.

Глава 9

Роман

Оставшиеся пары проходили тихо. Богдан на время сбавил обороты. Скорее всего, обдумывал стратегию своего дальнейшего поведения. Алиса никак не выделялась. Да и ее подруга старалась не отсвечивать. Видимо ей хватило «звездного» часа на парах Марка Олеговича. Там она и краснела, и бледнела, и видно было, что просто хотела провалиться. Мне было очень смешно от хвалебных речей препода, которые были направлены на слегка видневшуюся макушку, что выглядывала из-под парты. Сама Маша просто стекла по стулу и старалась включить режим невидимости. Но это ей не удавалось. Видимо, тумблер заело. Сейчас же, может от того, что рядом была поддержка в лице Алисы, может потому, что уже не было такого внимания, она держалась спокойно.

Последней парой стояла физкультура. Я немного приободрился, узнав, что занятия можно выбрать. То есть записаться на тот вид физической активности, который тебе ближе. При этом будет деление не по группам, а по курсам. И посещать мы будем секции согласно предпочтению. Но так как я не подавал сам документов, то естественно никуда не был распределен. Ведь никто не знал, какой именно активностью мне хотелось заниматься. Пошел к Маргарите Васильевне. И встретил там Алису.

- Маргарита Васильевна, - как всегда учтиво и спокойно обратилась к ней девушка, - можно мне переписаться с аэробики на плавание. Когда подавала документы, я планировала, что пойду туда чтобы научиться чему-то новому. Но сейчас, столкнувшись с реальностью, я понимаю, что не смогу уделить должное внимание предмету. Мне надо к олимпиаде готовиться и к конференции.

Вот интересно, она реально к этому всему готовится, или она просто прошаренная манипуляторша, которая поняла, чем можно подцепить наивных преподов?

- Да, Алиса, конечно, - спохватилась наш куратор, - давай перепишу тебя. Плавание? У тебя есть сегодня с собой форма?

- Спасибо, Маргарита Васильевна, я взяла с собой сегодня две экипировки на всякий случай.

- Ох, Алиса, неужели ты думаешь, я бы тебе в этом отказала? – рассмеялась женщина.

А девушка только смущенно повела плечами. Просто цирк какой-то.

- Маргарита Васильевна, а мне куда идти? Меня куда-то записали? На доске информационной нет меня в списках групп. Или меня освободили от этого абсурда? – спросил, прерывая их ванильную любезность.

- Рома! – выдавила из себя женщина, - этот абсурд, как ты изволишь выражаться, тебя не минует. Говори, куда тебя вписать?

- Плавание! – выдал я, сам не знаю зачем. Никогда не любил мокнуть в хлорированной воде.

- У тебя есть с собой экипировка? – обратилась ко мне куратор.

Помотал отрицательно головой.

- Тогда отнесешь окончательный список группы, спросишь, что надо приобрести и послушаешь вводную лекцию. А со следующего занятия приступишь к тренировкам.

Развернулся и вышел из кабинета. Блин, надо еще экипировку. А ее надо покупать! Убедился, что плавание – лучшее, что я мог выбрать. Что там надо? Трусы и тапки. Идеально.

Дошел до здания я довольно быстро. Вошел внутрь и прошел к самому бассейну. Идти в раздевалку не было смысла, так как переодеваться мне было не во что. Подошел к тренеру, как и просила Маргарита Васильевна, вручил ему окончательный список. Объяснил ситуацию с моим странным видом. И сел на скамью в углу. Пространство стало наполняться полуголыми студентами. Хм-м. Не завидую я мужику. Видимо все спортивные и подтянутые парни, да и девушки записались не сюда. Вот же …. И что мне теперь четыре года это наблюдать!? Ужас.

Первокурсники стояли у борта бассейна неровным строем, смущались, смеялись и никак не реагировали на тренера. Который, в свою очередь тоже, оглядев всех прибывших, не сильно впечатлился увиденным, потерял интерес и стал относиться ко всему очень формально. Не пытаясь даже никого успокоить, начал диктовать требования к форме. Интересно, я и не думал, что столько всего надо будет носить с собой на тренировку. Потом объяснил, чем мы будем заниматься и в какой последовательности. Огласил требования к безопасности и поведению в бассейне. Все это под нескончаемый гомон студентов. Среди которых, кстати, я не нашел нашу зазнайку-ботаничку. Интересно. Она наврала и решила продинамить занятия?

- Сейчас каждый из вас будет проплывать стометровку. Я буду засекать время и в результате смогу понять, на каком уровне каждый из вас находится и какой спортивной формой обладает. Оценки тут не будет. Но все же постарайтесь, - пробубнил ровным голосом тренер, и в помещении бассейна наступила тишина.

Студенты затихли. И никто не двинулся к лестнице, чтобы погрузится в воду и начать заплыв. Н-да, может никто не умеет плавать? Это конечно, очень смешно. Пересел поближе к тренеру, чтобы немного повеселиться. Он взял список и стал просматривать фамилии.

- Ну, тогда по списку! Раз сами не хотите. Агапова, на первую дорожку, - скомандовал строго он, и из хаотичной толпы студентов, где каждый старался прикрыться другим, вышла девушка. Она была крайне бледна. Интересно, может у нее аквафобия? И она не знала куда записывается?

- А что, учить нас никто не будет плавать? – спросила робко она.

- А вы не умеете? – брови тренера унеслись вверх, и остановились где-то в сантиметре, наверное, от кромки волос, или мне просто так показалось.

Она мотнула отрицательно головой и так и не подошла к краю бассейна.

- А зачем вы записались? – продолжал удивляться препод.

- Чтобы научиться. – прошептала еле слышно девушка.

- Та-а-ак! – пророкотал мужчина, - выйдете вперед те, кто умеет плавать.

Из нестройной толпы студентов выступила, в лучшем случае, половина от общего числа группы.

- Н-да, - задумался тренер, - хорошо, тогда те, кто умеют, плывут, остальные смотрят.

Студенты по очереди стали погружаться в бассейн и пытаться плыть. Никак по-другому их потуги назвать было нельзя. Именно пытаться, а не плыть. Тренер уже отложил свой секундомер и просто ставил галочки тем, кто осиливал проплыть бассейн туда и обратно четыре раза. И тут, как явление Христа народу, открылась дверь раздевалки и от туда «выплыла» Алиса. В бассейне наступила тишина. Честно говоря, и я забыл, как дышать. Это было немыслимо. Восхитительно. Но видимо не все это оценили….

Алиса шла неспеша. Судя по тому, что на ней была полная плавательная амуниция, она понимала, куда пришла и зачем. Для начала, она подошла к толпе студентов. Ее не смутили злобные взгляды девушек, и презрительные – парней. Она что-то спросила у тех, кто был ближе к ней. Те ей что-то ответили. Она немного постояла и направилась к тренеру.

Пока она шла до нас, мы как два ненормальных следили за каждым шагом ее стройных, красивых, длинных ног. Гладкая кожа казалась бархатной. Легкий загар, несомненно, ей очень шел. Ярко голубой купальник, хоть и был спортивным, но выгодно подчеркивал ее фигуру. Голубые глаза то ли от воды, то ли от купальника, казались очень яркими и выразительными. Волосы были убраны под черную плавательную шапочку, на которой красовались плавательные очки. В одной руке она несла полотенце, а во второй вертела зажим для носа.

Перед тренером Алиса остановилась. А у меня остановилось сердце. Я не знаю почему, но мне нестерпимо хотелось оттолкнуть этого придурка, который разглядывал ее, совершенно не скрывая мужского интереса. Мне хотелось встать, закрыть ее своим телом и пристыдить, что так ходить не следует порядочным девочкам-отличницам. Но вовремя понял абсурдность моего порыва. Мы в бассейне и она для этого места выглядит более чем прилично. А вот то, что я ревную ее, меня сильно стало настораживать.

Между тем, она ткнула пальцем в список преподавателя, развернулась в сторону бассейна и проговорила:

- Засекайте! – вставая на кромку борта.

Она натянула очки на глаза, водрузила зажим на нос. Потом немного размялась. Помахала руками. Сосредоточилась, сгруппировалась и прыгнула в воду. Тренер находился в ступоре, но все-таки успел схватить секундомер и включить его, в тот момент, когда Алиса, как нож в масло, вошла в воду и поплыла кролем. Делала она это мастерски, плыла быстро. Я не силен в плавании и не знаю нормативов, но по сравнению с теми, кто пытался плавать до нее, она выглядела минимум мастером спорта. За какую-то минуту, которая мне показались секундой, Алиса проплыла положенные сто метров. Потом остановилась у бортика, где стоял ошеломленный тренер, подтянулась на руках и вылезла из бассейна. За спиной шушукались студенты. Тренер стоял в оцепенении. А она спокойно подошла к полотенцу, обернулась им и сняла шапочку.

- Мне зачет? Сколько там? – мотнула она головой на секундомер, который крепко сжимал тренер в руке.

- Минута ноль пять,- ошарашенно сообщил он, - Какой зачет? Начало года! – начал недоумевать мужчина.

- Ну, как же? Мне сказали, что если я хорошо проплыву, то зачет автоматом и можно не ходить, - уже сомневаясь в своих словах, проговорила Алиса.

- Что ты, деточка! С таким результатом, я поговорю с куратором, мы будем готовить тебя к соревнованиям от университета. Первый через два месяца, форма у тебя хорошая, но надо немного подработать, так что жду тебя каждый день здесь. Если надо договорюсь об прогулах пар, какие там тебе не нравятся, я обо всем позабочусь.

Надо было видеть лицо Алисы. На нем было недоумение, разочарование. А потом подступила до этого не виданная эмоция на лице этой девушки – злость. Она повернулась к тем студентам, с которыми несколько минут назад разговаривала и продемонстрировала свое негодавание. Но те лишь шутливо пожали плечами. А тренер уже жужжал у нее под ухом, расхваливая технику и интересуясь другими стилями плавания, которыми она владела. Наконец, она обратила свой взор на мужчину и очень учтиво, сухо и доходчиво произнесла.

- Я не буду участвовать в соревнованиях, у меня конференции и научные семинары, олимпиады от университета. Я пошла на плавание, чтобы меньше тратить времени на физкультуру.

Но препод даже не слышал, что она говорит. Его поток мыслей и слов было уже невозможно остановить. Алиса еще пыталась что-то возразить. Но осознав тщетность этой затеи, развернулась и отправилась обратно к раздевалкам. А я выдохнул. Оказывается я был сильно напряжен, пока она стояла передо мной и тренером в одном купальнике со стекающими по ней струйками воды.

Немного еще посидев на скамье, решил отправиться в общагу. Надо что-то думать о будущем. А оно было для меня не сильно радужным. Я еще ни разу в жизни не был таким растерянным. Вышел из здания и решил обогнуть его с другой стороны. Так было короче, и народ там терся меньше. Уже почти выйдя с университетской территории, заметил, что на лавочке спиной ко мне сидит Алиса. Поза у нее была скукоженной, лицо опущенным, а плечи слегка подрагивали. Так, она что плачет?

Не знаю почему, но ноги сами понесли меня в ее сторону. Что я ей скажу, еще не решил. Но и пройти мимо, уже не мог.

Глава 10

Роман

Сел на лавочку около Алисы. Наши ноги находились по разные стороны, и я повернулся к ней в пол оборота, вздохнул для привлечения внимания. Она почувствовала мое присутствие, но не спешила поворачиваться ко мне. Влажные волосы спадали на лицо, и она не казалась уже такой идеальной, кукольной. И от этого было только лучше.

- Ты чего сырость развела? Мало тебе было воды в бассейне? Так теперь ты там частая гостья! Еще намокнешься! – никогда не умел утешать и не знал, что говорят люди, чтобы другому стало легче. Да и честно говоря, что можно такого сказать, чтобы человеку, которому плохо, от твоих слов полегчало? Правильно, ничего.

Я решил ее немного переключить на себя, но, видимо, сказал что-то не то, потому что девушка зарыдала еще горче.

- Эй! Да что такое произошло? Кто-то у тебя помер? Заболел? – я не знал, почему еще можно так отчаянно рыдать. Если только не случилась действительно реальная беда.

Алиса покачала отрицательно головой. И продолжила молчать!

- Ну, ты чего? Что тебя так вывело из себя? – начал я закипать. Никогда не любил ситуацию беспомощности. – В любом случае, если никто не помер, никто не заболел, то все остальное можно исправить, изменить, купить, в конце концов…

На мои последние слова Алиса оживилась и посмотрела на меня красными влажными глазами с укором. Я-то, в чем виноват?

- И это мне говорит человек, который не может себе купить обед в студенческой столовой? – ехидно заметила она.

- Нельзя быть такой меркантильной и злопамятной, - огрызнулся я. На самом деле было очень неприятно, - Я отдам…

Я хотел заверить ее, что мои трудности временные, и как только я встану на прежние рельсы, так я все ей верну.

- Ага, с первой пенсии. Такими темпами….- она задумалась и потом махнула на меня рукой.

- Тебя никто не просил мне помогать. Чего ты влезла? – разозлился я. Навязала свою помощь, а теперь попрекает.

- Мое время для меня важнее тех денег, что я заплатила. Мне надо было пообедать, и я это сделала. Я не прошу у тебя вернуть деньги. Потому что ты меня о помощи не просил. Это было мое решение, и я прекрасно отдавал себе отчет в том, что я делаю, когда и для кого. У меня есть деньги. А вот времени... – она печально вздохнула и отвернулась, видимо опять заплакала.

- Так ты сама хозяйка своего времени! – не понял совсем причин ее истерики.

- Нет, совсем нет, - печально, заикаясь, выдавила из себя Алиса.

- Как нет!? Ты свободно оперируешь деньгами, знаешь, куда их потратить и зачем, что тебе мешает также относиться ко времени? – искренне недоумевал я.

- Как, как я буду им распоряжаться? Ты знаешь, сколько у меня олимпиад, конференций, семинаров и прочего? – закричала истерично она.

- Сколько? – до этого момента, я честно думал, что это все просто прикрытие для преподов.

- Пять! – крикнула отчаянно она, - и это до октября! А теперь еще соревнования по плаванию. Когда я буду ко всему готовиться? Мне и так спать и есть уже некогда. А тут еще это! Мне сказали, что если я достойно проплыву, то получу зачет и в этом семестре на плавание ходить не надо! Я так рассчитывала, что вложусь в этот бросок и все. Одной проблемой будет меньше. А вместо этого – новая. И довольно-таки хлопотная проблема.

- Так откажись! – тоже мне проблемы. Взяла, сказала «нет» и все.

- Как? – теперь недоумевала уже она.

- В смысле? Так, берешь и говоришь: «Нет!». Ты что не умеешь этого делать?

- Нет, в смысле не умею, - вздохнула тяжело Алиса.

- Ну, ты даешь! Тогда сегодня вечером я приду к тебе и мы переспим. – выпалил нахально и стал вглядываться в мимику собеседницы, чтобы уловить реакцию.

- Нет, - резко, яростно стреляя глазками, выпалила она.

- Вот, видишь, умеешь, значит. А говоришь, не могу. В каких-то сферах у тебя получается! Так отстаивай и свое время и молодость. Они не возвратятся и что-то тебе надо запомнить и испытать, кроме конференций и соревнований.

Она ничего не ответила, только покровительственно посмотрела на меня и все.

- Что? – никогда не любил недосказанности.

- Да так, - улыбнулась очень ехидно Алиса, - такие попойки, которые ты устраиваешь, вряд ли ты помнишь сам, а окружающие тебя люди расскажут каждый по-своему. Так что тоже смутные воспоминания молодости! Кстати, ты ведь Максимович? Почему все говорят про твоего отца и упоминают имя Игорь?

- А что, кто-то говорит о нашем с Богданом пати? И об Игоре? – вот это удивила девочка! Если уж Алиса об этом знает. То тогда – кто об этом не знает?

- Км, - опять ехидно улыбнулась зазнайка, - весь универ жужжит. Но такие воспоминания не по мне. Да, судя по тому, как ты на все реагируешь, то и у тебя лично воспоминаний об этом не так много, если вообще есть.

Ехидна противная. Все-то она знает, все то она ведает. Да, я смутно помню вообще что-то с того вечера. Но молодость только раз в жизни. В старости так не покутишь, поэтому, о чем жалеть?

- И как? Красочные слухи? – решил хоть что-то узнать у зазнайки.

Она пожала плечами и отвернулась.

- Я в этом не спец. Поэтому не мне решать масштаб и красочность ваших приключений. Но то, что звезды баек не вы, а твой отец Игорь – это факт.

-Хм-м, - рассмеялся я, - отец Игорь, звучит как-то не по-родственному. И главное ему вообще не подходит.

- Ну, не знаю. И все-таки, почему ты Максимович, а отец – Игорь, - не унималась Алиса.

- Понимаешь? – начал пояснять я, - У меня не совсем традиционная семья, у меня два отца и нет матери, - только после того, как я это выпалил, понял, что ляпнул что-то не то.

Глаза у Алисы увеличились и девушка покраснела.

- Вот ты испорченная! – решил подколоть ее, - я не об этом. Просто матери у меня нет. Меня воспитывал отец. А ему помогал его родной брат - Игорь. Мой крестный отец. Своих детей у него нет. Он является главой нашей корпорации после смерти их отца, и по праву носит звание Рокотов старший. И решать проблемы в Москве ему проще, потому что какое-то время он жил здесь, обзавелся связями. Это он познакомил отца с ректором. И вообще у него тут подвязок больше. Когда-то он развивал тут бизнес, успешный кстати, но потом бросил. И теперь это жалкая фирмешка.

- Понятно, - тихо сказала Алиса, - а у меня нет отца. Мать есть, а отца нет. Но есть замечательные крестная и крестный.

Девушка замолчала. Как будто что-то обдумывая. А я решил разрядить обстановку.

- Вот, скелеты из шкафов достали. Слезы иссушили. Пошли говорить: «нет», всем подряд преподам. А то ты и до сессии не доживешь. От усталости свалишься.

Я встал со скамьи и решил потянуть Алису за собой, взял ее за руку. Но она сама меня дернула, и я опять приземлился на прежнее место.

- Сядь, - скомандовала она, и я почувствовал, как волна протеста прокатилась по мне. Все-таки ее покровительственный тон и отношение как к ребенку не давало мне покоя, - Ты придумал, как будешь жить без дотаций со стороны высокопоставленных и состоятельных родителей? Есть надо каждый день, да и для учебы много надо покупать.

Алиса уставилась на меня взглядом злобной училки. Но ответить мне было нечем. Я действительно не знал, что мне делать и как быть.

- А что если тебе пойти работать на эту вашу фирмешку и начать ее развивать? – заговорчески произнесла она. А я прыснул со смеху.

- Что я там буду делать? Я никогда ничего не развивал и не работал. Да и фирма еле жива, вообще не понятно на чем держится.

- Я помогу тебе, - сказала Алиса, - но ты сделаешь потом меня своим замом.

- А с чего ты взяла, что я соглашусь? И вообще, что у нас что-то получится? Это тебе не конференции и не семинары. Это реальный бизнес со своими законами и рисками. Нас сожрут там.

- Не думала, что ты такой трус. Знаешь, еще вчера, я бы тебе этого не предложила. Но сегодня, после твоей пламенной речи, про то, что надо жить здесь и сейчас и для себя. Я поняла, что молодость нельзя прожигать на конференциях и семинарах. Ее надо вкладывать в свое будущее. Я уже два года работаю с мамой в ее с крестной бухгалтерской фирме. Так что кое-что умею. А учиться лучше на такой фирме как у вас. Я не думаю, что мы сделаем хуже, а если будет лучше, так будет хорошо! Поговори со своим отцом. Отдаст ли он тебе на растерзание эту компанию?

- Алиса, ты в своем уме? Это же такая ответственность! – начал препираться я.

- Зассал? – выдала, глядя на меня с вызовом эта леди-совершенство.

И я закусил удила. Не смог отказаться. И именно в ее глазах не захотел давать заднюю, выглядеть слабаком. Разговор с отцом, как не странно был легким. Он немного меня пожурил. Сказал, чтобы я пока не звонил Игорю. Потому что тот зол, как тысяча чертей. А я решил не лезть на рожон. Фирму он мне отдал и это главное. Но когда я приехал осматривать свою новую вотчину, то понял, почему она была загибающейся, пахать тут было, и пахать. А главное, я даже не знал с чего тут что начинать.

Алиса не отказалась от своих конференций и семинаров. Все-таки сказать: «Нет», видимо, не всем легко. Но и свое обещание она исполнила. Помогала мне с фирмой как могла. Я забирал документы в общагу, и так как у нее были преференции в виде отдельной комнаты, то заседали мы у нее. Иногда задерживались допоздна. Она готовилась к своим выступлениям, а я читал документацию, придумывал стратегию развития. Алиса что-то мне поясняла, когда мне было непонятно, что-то предлагала. Так наша жизнь превратилась практически в совместную. Только она смотрела на меня по-прежнему как на дите, а точнее младшего брата. И если сначала я не обращал на это внимание, то позже, когда она немного разобралась со своими конференциями, а я вник в дела фирмы, это стало меня напрягать.

Совсем стало мне невмоготу, когда она пригласила в фирму еще и Илью. Оказывается, они пересекались в университете. И продолжали дружеское общение. И на правах моего зама, она притащила в компанию этого чудо программиста. Который, хоть и подтянул технические вопросы, признаю, но действовал на меня, крайне негативно. Потому что в отличие от меня, к нему она относилась иначе. Как к взрослому и умному мужчине. Да, в ее отношении к нему лейтмотивом звучала дружба, но все-таки, это не покровительственное отношение мамочки к дитю. Я стал раздражительнее. Благодаря этому, упускал важные моменты. Что только усугубляло мой статус в глазах Алисы. Она исправляла мои косяки и поучала. Я из штанов выпрыгивал, чтобы она почувствовала, поняла, что я мужчина. И хочу ее как мужчина. Но это было бесполезно. Я боролся с ветряными мельницами. Все мои попытки гасились ею или проходили мимо её восприятия. Все потуги, как вода в песок. Это замечал Илья. Больше чем уверен, он видел мои метания. Но никак не помогал. И я понимал почему, и еще больше злился и психовал.

Глава 11

Роман

Так в тяжелых трудовых буднях, я совсем не заметил, как пришла первая сессия. Это было феерично. Алиса, как и предполагалось, сдала все досрочно и на «отлично». А вот я бегал как белка в колесе. И все мне казалось напрасным. Потому что учиться с бухты барахты и в перерывах между работой, могла, наверное, только Алиса. Мне же было очень тяжело. Постоянный недосып. Я срывался на подчинённых. То, что мозг был перегрет, сказывалось на моей внимательности в делах фирмы. Сыпались косяки. Один за другим. Но все успешно разруливала прекрасная Алиса. Этот аврал, хвосты и сложности на работе сильно подкашивали мою веру в себя. Но не давало сдаться только одно – надо доказать ей, что я не слизняк и не дитятка. И это меня держало. Я почти переехал жить к Алисе в комнату. Чем сильно бесил своего соседа и по совместительству Алискиного «друга» Илью.

Он много раз приходил к Алисе, как будто в гости, но я специально начинал перепалку, и наша радушная хозяйка, просила вежливо Илью удалиться. Потому что это мешает мне сосредоточиться на: важных бумагах, решающем зачете, последнем экзамене, финансовом отчете и много других предлогов, по которым я оставался у нее.

- Привет, вы тут еще свадьбу не сыграли? – вошел по-свойски сразу после стука мой сосед.

Алиса готовила в наушниках и что-то тихонько напевала, притопывая своей стройной ножкой. Я с великим наслаждением следил за ней. И мне казалось, что это и есть счастье. Не скрою, раньше, когда я жил с отцом, и был опекаем Игорем, никогда не понимал рассказы о том, как бедные студенты жили вместе в общаге или съемной комнате и были счастливы. В моей голове просто не укладывалось, как можно радоваться тому, что у тебя нечего есть. Но сегодня я смотрел на тонкую фигурку, что шутливо корчила рожицы, мурлыкая себе под нос незамысловатую мелодию и улыбалась, и мне хотелось улыбаться в ответ. Мир казался маленьким и большим одновременно. Он сомкнулся на этой каморке, которая когда-то была боксом для больных студентов, а потом и для него оказалась маленькой. А для нас с Алисой была в самый раз. Мне в этот момент больше ничего не было нужно. Сердце и душу наполняло чем-то настолько большим и важным, что казалось, еще чуть-чуть и меня разорвет на тысячи осколков. Но при этом, я не исчезну, не перейду в небытие, а родиться звезда, не меньше, ведь того, что было внутри меня в этот миг, хватит на звезду, а может и целую галактику.

- Как только соберемся, так тебя в свидетели позовем, как без лучшего друга-то? – решил ответить в тон вопросу.

- Ага, мамочки замуж не за сЫночек выходят. Им нужен муж, кормилец, и стабильный налаженный быт, а с такими, как ты, молодость проводят веселую, - с видом умудренного старика, заявил мне мой сосед.

Так хотелось встать и врезать ему. Но сдержался. То, что генерировалось во мне минутами ранее, не дало мне все разломать. Что-то грело изнутри, и я решил не портить момент.

- Илья, привет, - раздался тихий и веселый голосок хозяйки комнаты.

А меня затопила ревность. Мне катастрофически не хотелось, чтобы он находился здесь. Чтобы он смотрел на домашнюю Алису. Она была такой теплой, беззащитной, неидеальной, насколько это может быть, в отношении идеальной девушки. И казалось, что вот такой, с оголенной душой она должна быть только передо мной. И никакие Ильи или другие особи мужского пола пастись тут не должны.

- А ты, какими судьбами? Дружище! – решил сразу спросить, как долго я буду терпеть его присутствие.

- Да вот, решил посмотреть, жива ли Алиса наша, - выделяя последнее слово, перешел в наступление гость, - а то с фирмой помогай, с сессией помогай, обед и то она готовит, когда же бедняжка отдыхает?

- На каникулах отдохну. Я подбила все задачи и дела в компании, так что моего недельного отсутствия никто и не заметит, - вклинилась Алиса, то ли защищая меня, то ли и правда ей хотелось рассказать о своих планах на Новогодние праздники.

- Ты куда-то едешь? – все так же активничал Илья.

- О, да. ДОМОЙ, - выпалила она и расплылась в довольной улыбке, - я так скучаю по маме. И она по мне. Приедет крестная. И, уверена, крестный тоже заглянет на огонек. Я побуду в кругу любящих меня людей.

Мы синхронно с Ильей открыли рты, но посмотрев друг на друга, ничего так и не сказали. А Алиса продолжила слушать музыку и напевать песню.

- Я хотел позвать тебя на праздники к себе, - залепетал недовольно наивное дитя.

Но хозяйка комнаты была так увлечена процессом приготовления, что даже, не обратила внимания на реплику.

- И куда же ты хотел ее позвать? – скрещивая руки на груди, решил поинтересоваться я.

- Не твоего ума дела! – огрызнулся, даже не поворачивая головы в мою сторону, Илья.

Надо сказать, после того, как он устроился в нашу фирму, этот «друг» стал чувствовать себя увереннее. А после того как дела пошли медленно, но в гору, и стали материальные вознаграждения больше, он стал наглее.

- Ошибаешься. Алиса мой заместитель. И мне интересно, куда ты такую умную, шикарную девушку собрался пригласить. Ну, зная твое финансовое положение, то курорты Европы, Азии и всех континентов Америки, мы скромно отметаем. Так куда?

- Ты зря так распускаешь перышки. Без своего папы, ты сам тоже ее далеко не увезешь, - попытался уколоть меня «друг», - ты зря пытаешься вылезти из френдзоны. Для тебя это нереально. Слишком по многим позициям ты ей уступаешь. Это только говорят, что женщины любят быть нужными и помогать. Они хотят видеть рядом с собой сильного и надежного мужчину. А в тебе она видит пацана, которого надо наставлять и которому надо помогать. Это больше не дружба, а какая-то сестринская опека.

После этих слов Илья встал и вышел за дверь.

С одной стороны мне стало легче дышать. А с другой – на душе стало гадостно. Вот так бывает. То радостно, а уже в один миг гадостно. Вот же гаденыш.

Мне на данный момент уже с лихвой хватило бы денег снять однушку и жить не в общаге. Купить все зачеты и экзамены и жить в свое удовольствие. Но тогда не будет этих потрясающих вечеров. Один, из которых так мастерски испортил этот «товарищ». Я часто оставался ночевать в комнате Алисы. На полу. Но мне все время казалось, что вот уже скоро я доберусь и до ее кровати. И все мои терзания учебой, ночи на жестком одеяле на полу вознаградятся, и я получу желаемое. Но сегодня был волшебным образом растревожен первым звоночком, который впоследствии сольется со звоном других колоколов и я приму очень тяжёлое, но важное для нас для всех решение.

Зачеты я сдал все-таки и мы все трое отправились по домам. Илья укатил почти сразу после того разговора в комнате Алисы. А она сама ждала, пока я все свои хвосты подчищу, чтобы с чистой совестью уехать отдыхать. С одной стороны я радовался. Потому что она была полностью в моем распоряжении. Все внимание доставалось мне. Потому что никакой Илья его не перетягивал на себя. Но это внимание было уже до боли не таким, как бы мне хотелось.

И с другой стороны, меня злил тот факт, что она не может доверить мне сдачу зачетов. Она была не уверена в том, что я справлюсь. Она контролирует, пасет меня. Будто я потерявший доверие подросток. Мне было очень сложно давить в себе эти мысли и гнать от себя тяжелые выводы. Перед новогодними праздниками, я поинтересовался, почему ее нигде нет в социальных сетях.

- А с кем мне там общаться? С мамой, я лучше по телефону поговорю, с крестной тоже. Крестный звонит мне редко, как и я ему, после того, как они с мамой разошлись. В основном мы общаемся по делу. Что мне там делать?

- А друзья, одноклассники? – удивился я.

- А что одноклассники? – изогнула насмешливо бровь и посмотрела на меня выжидающе. – Да, Рома, у меня нет друзей. Со мной никто и никогда не стремился дружить, фальшивые попытки сколотить шайку: «Богиня и ее свита» не в счет. Это не друзья. И я на такое никогда не поддавалась. Нет Ром, как и у тебя, у меня нет друзей.

Ее фраза о том, что у меня нет друзей, просто обескуражила. Я впал в ступор и долго не мог от него отойти.

- С чего ты взяла? – попытался возразить, хотя на задворках сознания уже признавал, что эта заучка права. У меня была шайка: «Бог и воздыхатели». Да только вот, от воздыхателей уже полгода ни слуха, ни духа. Наверное, нового бога на пантеон возвели и ходят теперь за ним. Стало очень грустно. Вспомнился Богдан, как он ходил и плевался желчью. И все никак не мог успокоиться после того пати, подробностей которого я так и не вспомнил. Может и к лучшему.

- Брось, ты сам все понимаешь. Это только в сказках, в книгах о чудесных странах и волшебных эльфах все любят сильного, умного, смелого, красивого и успешного героя.

- Это ты сейчас обо мне? – удивился я.

Алиса расхохоталась.

- Ты не пропадешь, Рокотов, это я про потенциального бесполого человека. И про себя в частности. Никто таких не любит, - подвела она резюме, - ими пользуются, их боятся, ненавидят, потому что завидуют. В твоем случае, скорее всего, просто завидовали твоему положению и хотели любой ценой хоть немного, но урвать кусочек счастья и сытой жизни.

- А я тогда кто для тебя? – задал вопрос и очень боялся ответа, и правильно делал.

Алиса долго испытующе смотрела на меня. А потом робко, как бы спрашивая, а не утверждая произнесла: «Друг…».

Мне захотелось кричать и выть в голос. Заорать: «Неправильный ответ, садись неуд!». Но я взял себя в руки.

- Ну вот, - немного сипло, видимо сильно себя подавляя, ответил я, - чем не повод начать общение в сети. Что выбираешь?

- Инсту? – робко пролепетала «подруга».

- А почему вопросом? – удивился я.

- Я не сильна в названиях, но это на слуху. И я не уверена, что это подойдет для общения.

- Пойдет! – согласился я. Мне уже было все равно, хоть вилкой по проводам.

Настроил ей аккаунт. Научил пользоваться. И разъехались мы по разным домам отмечать Новый год. А мое сердце просто рвалось на части. Голова шла кругом от мыслей и возможных решений.

Встреча после праздников была не сказать что бурной. Во мне рождалось неприятное решение, и я сам мучился от этого. Да и скучать было некогда. Мы как ненормальные выкладывали в инсту каждый свой шаг, лайкали сторис и фотографии друг друга. Мы мало писали. Но много друг на друга смотрели. И я все больше и больше осознавал, что пропал. Просто невероятно, но это было так. Сессию я сдал опять с помощью Алисы. И даже помощь состояла не столько в подготовке к самим экзаменам, сколько в том, что она взяла все хлопоты по фирме в этот момент на себя. А там было что брать, начало года, после длинных выходных. Она работала как проклятая. Но был один плюс – на новый семестр уже не было столько конференций, олимпиад и прочего. Алиса отказывала, не знаю, сама замечая с какой лёгкостью или нет, всем преподам, что пытались напрячь ее подобной нагрузкой.

И вот, наконец, последний экзамен был сдан. Впереди каникулы у всех нормальных первокурсников. Ну, а для нас с Алисой трудовые будни без оглядки на учебу. И даже это радовало.

- Я хочу тебя, - замялся я, и, судя по округлившимся глазам Алисы в тот момент, меня тут никто не хотел в ответ, так что поспешил добавить, - пригласить в клуб. Обещаю, все будет пристойно. Просто хочу показать тебе немного другую жизнь молодежи.

- Я согласна, - мягко улыбнулась Алиса и откинулась на спинку рабочего кресла.

- Так быстро? Я думал, придется тебя уламывать! – возмутился я.

- А, ну если тебе так хочется, то можешь уламывать! Начинай, а если быть точной, лучше не наламывай, а наминай. Помни мне плечи! – сладко растягивая мышцы, принимала замысловатые позы в кресле Алиса.

Подошел и стал неумело жать ей на ключицы.

- О Боже! – воскликнула мой зам, но без удовольствия, - довольно, признаюсь, погорячилась.

В этот же вечер мы отправились в самый лучший Московский клуб. Засиделись на работе мы допоздна. Ехать переодеваться было бессмысленно. Вряд ли бы мы нашли в гардеробе Алисы что-то клубное и разбитное. Так что поехали как есть. И в клубе меня ждал еще один сюрприз.

- Алиса, где у тебя кнопка выкл. Ну пожалуйста! Или давай выберем другой режим. Мисс супер-пупер идеальность – это перебор. – кричал я ей в ухо после того, как она отожгла на танцполе так, что у всех задымились разные части тела, у мальчиков спереди, а вот девушек, кого где прорвало.

- Я сама не знаю что со мной. Но мне хорошо-о-о, - прокричала мне в ответ Алиса и продолжила вызывать лютую зависть всех вокруг.

После клуба, хоть Алиса и была любимицей преподов и коменданта, но соваться в общагу мы не решились. Я снял номер в отеле, где мы и провели ночь. В этот раз на разных кроватях. Мне повезло. Не на полу и уже прогресс. Но в эту ночь, в отличие от сладко спящей Алисы, мне не спалось. А болезненно размышлялось. И я установил себе срок. Который потом и провалил. К летней сессии мы пришли ровно в таких отношениях, что и засыпали в номере в ту ночь. И это меня сильно расстроило. Я поговорил с отцом и Игорем и попросил их помочь перевестись в Лондон.

Могу сказать сразу, родные были шокированы. Они вели долгие и нудные разговоры. После которых, первым сдался отец. Он помог мне с документами, выбором ВУЗа и налаживанием быта. Алиса уехала в лагерь студенческий, а я в новую жизнь, в которой собирался повзрослеть, возмужать, проявить самостоятельность и забыть Алису. Проститься лично у меня не хватило душевных сил, поэтому написал ей в соцсети. И долго потом не мог заставить себя прочитать ответ.