Алиса

Глава 1. Жизнь по-другому

Алиса сидела на полу в пустой тёмной комнате, обхватив острые коленки и плакала навзрыд. Обида на весь мир казалось такой ужасной! С ней обошлись так несправедливо, что подобрать цензурные слова было сложно. Так не должно было быть!

Её Димка, родной, любимый, обожаемый Димка, с которым они были вместе со школы, взял и предал её, причём без малейших угрызений совести! Он просто позвонил и сказал: «Понимаешь, так получилось. Я теперь с Танькой» и повесил трубку. Когда до Алисы дошёл смысл сказанного и она набрала его номер в ответ, выяснилось, что он её заблокировал. Выкинул из друзей во всех соцсетях. Через аккаунт сестры она вс-таки зашла к нему на страницу. Ни одной их совместной фотографии там не наблюдалось. А их была целая куча!

Слёзы уже устали литься из Алисиных серых глаз, наверное, они просто закончились. Худенькие плечи вздрагивали и горькое горе копошилось в её душе. Она вспоминала, как их дразнили женихом и невестой, как они старались не замечать косых взглядов учителей. Зато на выпускном, открывая бал, они уже чувствовали зависть своих одноклассников – они были красивой парой. Были.

Алиса уставилась в окно, пытаясь понять – почему? Они не ругались. Не было никакого повода. Жили вместе, на съёмной квартире. Димка учился в институте, он с детства мечтал стать геологом. Камни были его страстью. Он мог часами рассказывать, где и как добывают ту или иную породу, как лучше искать редкие экземпляры, каким образом можно определить залежи полезных ископаемых. Для Алисы, учившейся на биолога, это было интересно, и она с удовольствием слушала его рассказы.

Родители помогали им материально, ребятам не нужно было выбиваться из сил, чтобы помимо учёбы ещё и работать. Они решили, что поженятся после получения дипломов. Поедут в свадебное путешествие. Уже давно придумали, что непременно на Сейшелы, как в их любимом фильме «Голубая лагуна», под который случилась их первая близость. Они так любили друг друга! Не могло же ей это казаться? Или Димка и не любил её? Ага, как же! Бледнел, краснел, надышаться не мог! Хвостом ходил, как собачка. В лепёшку готов был разбиться, выполняя её любое желание. Как это прошло, а она и не заметила?

Алиса с трудом поднялась на ноги и включила свет. Димка забрал всё. Пока она была на занятиях, он вывез их любимый диван, большое уютное кресло, журнальный столик, книжный шкаф, даже их любимицу Мурку, сибирскую кошку, подаренную их общими друзьями Алисе на прошлый день рождения вместе с её лотком, домиком и мисочками.

В углу одиноко лежал ноутбук и сумка с Алисиной одеждой. На кухне тоже было пустовато. Забрал и холодильник, и микроволновку, и стиральную машинку. Димка не побрезговал ни чашками, ни ложками. А ведь всё покупали вместе, на деньги, что давали и её и его предки.

Ладно, вещи ей было не жалко. Гораздо хуже обстояло дело с внутренним раздраем. Ведь с Танькой Диму познакомила она сама. Сама же несколько раз отправляла его к ней – помочь в бытовых мелочах. Одногруппница жаловалась, что, мол, совсем одна, со здоровьем и финансами не очень, то шифоньер передвинуть нужно, то духовка греть перестала. А её Димка – мастер на все руки, почему бы и не выручить? Довыручался.

Алиса позвонила родителям. Услышав новости, они были в шоке. Но чем они могли помочь? Девица вполне себе взрослая, полгода до окончания ВУЗа. Естественно, предложили вернуться в отчий дом. Алиса вежливо отказалась.

На завтра она съездила в деканат, оформила академический отпуск, позвонила хозяину квартиры, уведомив его об отъезде и налегке, со своей сумкой отправилась в аэропорт. У неё была заначка, пусть и не очень весомая, но всё же. Как раз то, что она собирала на свадьбу.

Менять жизнь кардинально – посыл возник спонтанно, но вовремя. Чтобы не впасть в депрессию или, того хуже, не сотворить ничего с собой – уж лучше уехать. Пусть ничего не напоминает об утерянном счастье, не мучают воспоминания, когда каждая улица, двор, дом навевает столько, что хочется выть. А если бы Алиса встретила их вместе? Могла ведь и не сдержаться. И не факт, что обошлось бы просто словесной перепалкой. Эмоции зашкаливали, да и её спортивное прошлое могло пригодиться, она же почти десять лет занималась пулевой стрельбой. И Алиса знала, где достать настоящее оружие. Ну уж нет!

Поэтому она и решила, что от греха подальше лучше свалить в закат и попробовать поискать себя на новом месте.

Она стояла возле стойки регистрации, коротко стриженная брюнетка, в красной кожаной куртке, с потухшим взглядом и тёмными кругами под глазами.

Значит, так было нужно. И раз уж случилось, то хорошо, что сейчас. А если бы уже был ребёнок? Они ведь хотели детей, собирались завести минимум троих.

Нет, она сильная. Она справится. Начнёт всё заново. Алиса оглядела зал ожидания. Люди сновали туда-сюда, кто-то спал, неудобно прикорнув в кресле, кто-то ел завёрнутые в фольгу бутерброды, кто-то смотрел в телефон.

Пусть будет, как будет. Забрав посадочный талон, Алиса пошла к паспортному контролю. Каблуки цокали по мраморному полу. Жизнь по-другому начиналась.

Глава 2. Неожиданный поворот

Когда ты бежишь от себя – обычно получается не очень. Вот и Алиса, наобум выбрав заграничный южный город, по полной угодила в приключения.

Молодая симпатичная девушка не могла не привлечь внимания противоположного пола, тем более что их дамы ходили в парандже и только с сопровождением. Первым звоночком был таксист. Он почему-то решил, что она – очередная «Наташа», приехавшая на заработки. И, соответственно, от неё не убудет, если они остановятся за заправкой на несколько минут. Ему станет хорошо, а он, так уж и быть, отвезет её до отеля бесплатно.

Алиса орала так, что уши и у неё заложило. Она вспомнила все английские маты и сленг, искренне жалея, что нельзя применять русский язык – гораздо более богатый образными выражениями для подобных ситуаций. А местный она не просто не знала, его одно звучание вызывало у неё зубовный скрежет.

Доехав всё-таки в отель и получив желаемый номер, Алиса выдохнула – можно расслабиться. Зря. Не успела она переодеться и распаковать чемодан, как в дверь постучали. Накинув халат, Алиса открыла дверь. Там, нагло ухмыляясь, стоял неприятный тип коренной национальности, который был нацелен получить своё удовольствие любой ценой. Сцена из такси повторилась в усиленном варианте. Её попытались втолкнуть внутрь, но не тут-то было! Алиса со всей дури пнула смуглого самца по самому дорогому и закричала изо всех сил, зовя на помощь и требуя присутствия полиции. На шум скандала прибежали и постояльцы, и коридорный, и администратор. Алиса, словно фурия, раскрасневшаяся и взлохмаченная, уперев руки в боки, задвинула такой монолог, что пристыженный портье пообещал ей бесплатное проживание чуть ли н пожизненно, только бы не привлекать правоохранительные органы, которые моментально не только подорвут репутацию отеля, но и впаяют им такой штраф, что мало не покажется. Естественно, что воспринимать подобные посулы было смешно, но Алиса чувствовала себя победительницей.

После этого Алиса уже не рискнула спускаться в бар, предпочитая лечь спать голодной.

Утром она собралась осмотреть город. Интернет много поведал ей о местных достопримечательностях, но мало о том, как устроиться на работу. Алиса понимала, что её сбережений, даже если не платить за отель, хватит ненадолго. А ей бы хотелось пробыть в этом месте хотя бы с полгода. Значит, нужен источник существования.

Алиса оделась как можно скромнее. Голову она повязала лёгким шарфом, создав иллюзию платка. Нацепила солнцезащитные очки, длинную юбку и бесформенную кофту с длинными рукавами, которую засунула с собой в последнюю минуту, думая, что она будет вместо пижамы. Она не хотела привлекать ничьих похотливых взглядов.

Узкие улочки старого города, экзотичные, с непередаваемым своеобразным запахом, изобиловали маленькими кофеенками и магазинчиками. Если бы не внутренний раздрызг, то можно было бы поймать кайф от совершенно другого мира.

Алиса бродила с помощью навигатора уже несколько часов. Она устала и проголодалась. Живот предательски урчал и требовал пищи. Голова слегка кружилась от обилия новых впечатлений.

Наконец Алиса заметила неприметную забегаловку, где распоряжалась пожилая дама. Алиса робко вошла и заговорила по-английски. Она не просила никаких деликатесов, просто что-то напоминающее суп и стаканчик кофе. Хозяйка внимательно посмотрела на неё и спросила на чисто русском: «Откуда ты?».

Алиса вначале оторопела, а потом вывалила пожилой женщине не только откуда, но и почему, и зачем, и что ищет работу, и какой козёл её бывший, какая стерва её подруга, что здесь – сплошные кобели и вообще, если она сейчас что-нибудь не съест, то просто умрёт.

Хозяйка улыбнулась, принесла вкуснющий плов, свежесваренный кофе, кучу восточных сладостей и спросила: «Ты готовить умеешь?». Алиса, наворачивая за обе щёки, заверила, что она профи и готовить для неё – не просто призвание, но и потребность. И она не сильно обманывала, ей это действительно нравилось и всегда удачно получалось.

Насытившись, Алиса откинулась на спинку стула и лениво попивала кофе. Старуха резко встала и отрывисто произнесла: «Завтра, с вещами, быть здесь. Будешь работать и жить. Сколько захочешь!». Повернулась и пошла прочь.

Алиса чуть не подавилась. Ох, значит чудеса бывают! Пусть ненадолго, но проблемы были решены. И девушка конечно же согласилась.

Алиса и не ожидала, что молчунья-Фатима станет ей самой близкой подругой и наставницей. Судьба этой женщины была похожа на плохую мелодраму. Убежав от абхазо-грузинской войны из уютного дома в Очамчирах, она влюбилась в красавца-турка. Свадьба была скромной, молодой муж привёз её уже беременную, сюда, в Стамбул. Они поселились у его родственников, которые были не сильно рады, но по законам восточного гостеприимства, терпели и даже улыбались.

Дочка родилась слабенькой и болезненной. Фатима пробыла с ней в больницу почти год. Но малышка умерла. Единственное, что осталось безутешной матери на память – любимая игрушка, плюшевый жираф Йося, бережно хранимый до сих пор.

Муж Фатимы, пытавшийся найти себе нормальную работу и быстро поняв, что без образования ему это не светит, не придумал ничего лучше, чем записаться в иностранный легион и уехать воевать куда-то в Африку. Первое время он присылал пылкие письма и деньги, но потом просто резко пропал с радаров. Несколько лет о нём не было ни слуху, ни духу.

Фатима не хотела надевать траур, она ещё верила, что её благоверный объявится и всё будет по-прежнему. В один из дней её посетили суровые люди в военной форме без опознавательных знаков и сухо сообщили, что муж пал смертью храбрых при выполнении важного правительственного задания, они ей соболезнуют и вдове полагается денежная компенсация и пожизненная пенсия.

Фатима поплакала, но смирилась. Нет худа без добра. Зато она съехала от мужниных родственников. Она купила себе дом на углу оживлённой улицы и открыла своё кафе. Жила она там же, на втором этаже, куда сейчас пригласила жить Алису. За двадцать пять лет вдовства Фатима перевидала разных посетителей. И нравы здешних мужчин знала не по наслышке. Её показная суровость была вынужденной. Одинокой даме в столице Турции было очень опасно. Нет, не то, чтобы здешние янычары, как любила называть Фатима мужскую половину города, только и думали, как отрезать кому-нибудь голову или обесчестить первую попавшуюся девицу. Просто их нравы кардинально отличались от тех, что были приняты даже в кавказских республиках бывшего СССР. Для большинства турок женщина – это существо второго сорта, и они никак не воспринимали её всерьёз. Когда Фатима оформляла свой маленький бизнес, на неё смотрели с удивлением и осуждением. А когда дела пошли на лад, появились клиенты, и она наняла на работу четырёх человек – доставщика продуктов, двух поваров и посудомойщика, были в шоке. Им сложно было принять, что так бывает.

Фатима любила готовить, ей нравилась турецкая кухня и она немного усовершенствовала рецептуру. Цены не задирала, поэтому её кафе всегда было полным. Со временем, она наладила доставку на дом по заказам по телефону. Начинала с пары мальчишек на велосипедах. Когда интернет-технологии развились до приличного уровня, сделала свой сайт и уже парни на мопедах развозили её вкуснятину по всему городу.

Алиса запала Фатиме в душу, её вдруг показалось, что именно такой могла вырасти её так рано ушедшая доченька. И Фатима захотела ей помочь. Она на такси съездила с Алисой в отель, забрала её вещи и поселила у себя.

Фатима украдкой любовалась девушкой, мысленно давая ей самые ласковые имена. Материнский инстинкт и не отданная любовь требовали выхода.

Глава 3. Вот как бывает!

Алиса и Фатима подружились по-настоящему. Все секреты, все самые сокровенные тайны - теперь они знали друг о друге всё или почти всё. Вечерами, после работы, когда они обе уставшие поднимались к себе, то после душа и прочих бьюти-процедур, взяв по бокальчику приличного вина, усаживались на маленький балкончик и часами болтали обо всем.

Фатиме уже было слегка за пятьдесят. Остатки былой красоты ещё проглядывали на её смуглом лице, но глубокие морщинки и опустившиеся уголки губ выдавали возраст. Седину она закрашивала, стараясь чтобы белые корни волос не отрастали и не контрастировали с иссиня-черным цветом. Глаза по-прежнему были, как маслины, но веки стали дряблыми.

Фатима давно разуверились в том, что можно встретить спутника жизни, хоть немного напоминающего её покойного мужа.

Одевалась она скромно, предпочитая темные тона и минимум украшений. И ещё женщину выдают руки. У Фатимы они напоминали старое сухое дерево, увитое узловатыми корнями - венами, и это скрыть было сложно.

Алискина молодость была в самом расцвете, нежный румянец на милых щечках с ямочками был прекрасен. Слегка курносый носик, задорно смотрящий вверх придавал девушке неповторимый шарм. Алиса за эти пару месяцев успокоилась насчёт предательства Димки, верно рассудив, что насильно мил не будешь. Значит, так и должно было случиться, раньше или позже.

Жаль, конечно, что нельзя здесь нацепить мини юбку, каблуки повыше, макияж поярче и пройтись по вечернему городу, ловя восхищенные взгляды. Зато можно покрыть голову платком, надеть темные очки и вперед. А уж если вместе с ней идёт Фатима, то переживать вообще ни за что не нужно. В чужой стране без знания языка, без понимания глубинных мотивов поведения здешних людей было сложновато. У Алисы не было времени рефлексировать и страдать. Она для себя решила начать жизнь с чистого листа и была этому рада.

Был какой-то местный праздник и всеобщий выходной, когда закрыто вообще всё. Они с Фатимой решили, что нужно куда-нибудь выбраться.

А поехали на море, - предложила Алиса.

А давай! - согласилась Фатима.

И они рванули на дикий пляж, куда редко кто заглядывал.

Великолепие синего пространства, сияющего в лучах яркого солнца переливающегося, будто гирлянда, манило и притягивало. Они плюхнулись в воду, весело плескаясь и перекрикиваясь. Играли, как дети и смеялись от души.

Уставшие и довольные они выбрались на берег и улеглись на песке. Обсохнув, решили перекусить. Пикник на пляже удался, Фатима успела в последний момент накидать в дорожную сумку столько всего вкусного, что глаза разбегались.

Алиса уже предвкушал наслаждение сладостями, щедро выставленных Фатимой на импровизированном дастархане, как неподалеку показалась компания из четырех человек, явно агрессивно настроенных. Дамы испугались, пытаясь укутаться полотенцами. Мужчины, не слишком похожие на турок, один и вовсе блондин, плотоядно ухмыляясь, подошли поближе. Алискино сердце ухнуло куда-то вниз и липкий страх, сидящий в районе загривка, игольчато холодил спину.

Фатима, стараясь держаться с достоинством, нарочито спокойно объясняла незваным гостям, что им лучше уйти.

Один из четвёрки подошел к скатерти с угощениями и стряхнул всё прямо на песок. Алиса, совершенно на автомате, громко произнесла: «Мышка бежала, хвостиком махнула, яичко упало…» Она не успела доцитировать любимую сказку, как настроение компании резко поменялось. Тот, что был у них за главного, обиженно сплюнул сквозь зубы и утвердительно спросил: «Значит, русские?».

- А вы кого тут караулите, французов что ли? – Алиса резко привстала, придерживая сползающее полотенце.

- Нет, арктических пингвинов, - главный был здорово раздосадован.

- Зачем нам выходной испортили? – теперь уже и Фатима успокоилась и стала сама собой, уверенной и требовательной.

- Приносим глубочайшие извинения! – главный всем своим видом показывая, что досадное недоразумение исчерпано. Он неохотно полез во внутренний карман, достал бумажник и отсчитал несколько купюр. Затем положил их на полотенце и придавил поднятым камешком. Приложив два пальца к брови, что на международном языке жестов означало: «Честь имею», развернулся и пошёл прочь. Вся его свита повторила тоже самое.

Алиса и Фатима так и сидели возле разбросанных вкусняшек, прижимая к груди полотенца и пытаясь понять, мимо чего их провела судьба. Минут через пять они молча оделись и отправились домой, так и не придумав никакой внятной версии.

Уже поздно вечером перед сном, Фатима ненадолго включила телевизор. Шли местные новости. Алиса, ни слова не понимая, просто смотрела картинки. Вдруг на экране показали целую кучу полицейских машин с включёнными проблесковыми маячками, множество сотрудников, снующих туда-сюда и место, обтянутое специальной лентой, явно место происшествия. Было видно, что это прибрежная полоса. Затем крупным планом показали два тела, прикрытых белыми простынями. И всё это комментировалось с большими эмоциями. Сюжет закончился, а Фатима так сидела неподвижно, сильно побледнев.

- Так что там случилось? – Алиска, зевая, собиралась спать.

- Рядом с местом, где мы были, застрелили жену и дочь министра обороны, - Фатима смотрела на выключенный экран.

- Вот как бывает!

Глава 4. Ностальгия по Родине

Через полгода спокойной и размеренной жизни Алиска захотела домой. Спусковым крючком был звонок подруги Ляли, её однокурсницы. Она подробно рассказывала про все события на факультете, кто в кого влюбился, кто кого бросил. Про вечеринки, про походы в ночные клубы, про тусы в общаге. И совершенно вскользь упомянула, что случайно столкнулась на остановке с Димкой. И он так обрадовался Ляльке! Он сразу же бросился её расспрашивать про Алису, мол, не может до неё дозвониться, а её родители не захотели с ним вообще общаться.

Ещё бы! Она сменила номер и строго-настрого запретила своим что-то говорить, где она и что. Её побег из страны, из дома случился исключительно из-за него, его подлого предательства. Её до сих пор начинало потряхивать, как только она представляла себе, как он, сволочь, целуется с этой мерзкой Танькой! Ласкает её и делает с ней то, что было исключительно между ними. Фу, какая гадость!

Лялька сказала, что ей велено передать, что Дмитрий и Татьяна назначили день свадьбы, уже скоро, на третье ноября. И что Татьяна ждёт ребёнка. Алиска чуть не швырнула телефон об стену. Бык-производитель! Успел обрюхатить эту тварь!

Алиса попрощалась с Лялей, напомнив её ещё раз – никому и ничего про неё не распространяться, а сама заперлась в своей комнате и всласть поревела.

Алиса вспоминала своё детство, минуты счастья, их проделки с сестрой. Времена были безоблачные и озорные. Достаточно подумать, как они распевали матерные частушки в летнем лагере, когда проводили концерт для спонсоров и детям было предложено выступить с те номером, кто какой подготовил. Сестра, на год старше Алисы, значит им тогда было девять и восемь, подначила её и они вышли на сцену и заголосили:

На окне презервативы

Сохнут, трепыхаются...

Знать, жива моя семья -

Сексом занимается.

Директриса побледнела и замахала руками. А девочки, как ни в чём ни бывало, продолжили:

По дороге шел Семён,

Был мороз трескучий.

У Семёна х.. стоял -

Так, на всякий случай.

Тут уже чуть не случился обморок с главным спонсором, солидным дяденькой в клетчатом костюме и позолоченных очках. Им всячески показывали уйти, но девчонки вошли раж:

Ленка плавала в пруду

Ей карась попал в пиз..

Рыбку нам, конечно, жалко

Но рыбалка - есть рыбалка!

Выводили их под руки и одобрительные крики. Вызвали родителей, провели воспитательную беседу. Мама с папой были в шоке – откуда они узнали такое фольклорное творчество. Алиска до сих пор обхохатывается, как вспомнит – какими глазами смотрели на них взрослые.

А их побег из дома, когда им было на год больше! Девчонки прочитали книгу про ламантинов – крупных морских обитателях, чем-то напоминающих слонов, живущих Африке, Южной Америке и в Атлантическом океане у побережья Северной Америки. И они решили, что им непременно нужно их увидеть. Причем срочно и своими глазами. Они разбили свою копилку, приготовили бутерброды, налили в термос чай и поехали на вокзал. Подойдя к кассе, они высыпали кучу мелочи потребовали билеты в Африку. Сотрудник полиции потом долго дозванивался до папы и вежливо ему предлагал приехать, забрать дочек. Дома им устроили разнос и надолго лишили карманных денег.

Алиса вдруг остро захотела вернуться, съездить в гости к родителям, к сестре, побродить по улицам родного города, где она знала каждую трещинку на асфальте, вернуться в свой институт, к своим девчонкам. Новая порция слёз уже приготовилась выплеснуться наружу, как совершенно здравая мысль охладила её порыв. А на какие шиши она собирается жить? Ей нужно снимать квартиру, платить за учёбу, кушать в конце концов. Родители сейчас не в лучшей финансовой форме, у отца серьёзные проблемы, он судится в арбитраже из-за нарушения контракта. Жить у них ей бы не хотелось, привыкла уже к самостоятельности.

Алиска встала с кровати и подошла к окну. Ночной Стамбул жил своей жизнью. Яркие огни переливались на фоне тёмного южного неба и звёзды, яркие и незнакомые, хитро подмигивали с высоты.

Придётся повременить с возвращением. Нужно заработать побольше денег, чтобы хватило до защиты диплома, а тогда уже планировать что-то дальше. С этими мыслями Алиса отправилась спать.

Глава 5. Большое разочарование

Юсуф стал приходить в кафе каждый день. Он заказывал много, кушал долго, а потом просил пригласить повара, дабы выразить своё восхищение и отблагодарить чаевыми. В первый раз Алиса зарделась, как маков цвет, засмущалась, отнекивалась от денег. Юсуф настаивал, Алиса подчинилась. А теперь уже и выглядывала, если долго не шёл. Он ей нравился, высокий, статный, с копной кудрявых волос. Глаза чернющие, брови густющие и голос! Такого мягкого баритона Алиска никогда до этого не встречала. Она не знала сколько ему лет, выглядел он молодо, может тридцать, а может сорок. Не знала, женат ли он, где и кем работает. Тем интереснее было придумывать себе всякие забавные выдумки.

Алиса все уши Фатиме прожужжала – Юсуф то, Юсуф сё. Та не выдержала и стала наводить справки. Ей быстренько доложили – ему 36, не женат, владелец строительной фирмы, доставшейся от отца, что умер лет пять назад. Фатима предложила свои услуги в качестве свахи. Алиса категорически отказалась. Её пошатнувшаяся самооценка после предательства Димки пока ещё явно не восстановилась. Да и чего тут мечтать. Смешно – двадцати одна летняя девица, с неоконченным высшим образованием, без кола и двора, атеистка, которая ни за что на свете не примет ислам, повариха в уличном кафе и солидный, состоятельный турок, которому по всем канонам создавать семью имеет смысл по своим законам и обычаям. А просто закрутить роман? Ну уж нет, ни за что! Алиска знала свою влюбчивость, поэтому отгоняла от себя все крамольные мысли. Но нет-нет, и начинала себе рисовать идеальные картинки иллюзорной счастливой жизни, в огромном доме с лужайкой, бассейном и кучей детишек.

Где-то через месяц, как Юсуф начал регулярно обедать и оказывать внимание поварихе, он осмелился пригласить Алису на свидание. Его английский был на уровне, и они прекрасно понимали друг друга. Он сказал, что заедет в девять.

Счастливая Алиса буквально прыгала, приставала к Фатиме и даже чмокнула в щёку старшего официанта. В восемь она убежала к себе собираться и прихорашиваться. Её скромный гардероб не пополнялся уже давно, и она выбрала беспроигрышный вариант – джинсы и яркую блузку. Её любимые сапоги на шпильках и белый шёлковый шарфик, который в случае чего можно накинуть на голову как никаб. Её сердечко билось так часто, что готово было выскочить наружу. Любимые духи, немного пудры и румян, слегка подвести глаза и накрасить ресницы. Осталось намазать губы блеском и готово.

В дверь настойчиво постучали. Алиса удивлённо посмотрела на часы – было ещё полдевятого. Она распахнула дверь и увидела двоих полицейских. Они потребовали её документы. Тут же прибежала Фатима, попыталась вмешаться. Но тут выяснилось, что Алиса, приехавшая полгода назад, нарушила закон. После 60 дней пребывания в стране нужно было либо выехать из Турции, либо оформить вид на жительство. Естественно, что Алиса не сделала ни то, ни другое.

И вместо романтического ужина при свечах и продолжения в пятизвёздочном отеле (это Алиска себе успела напридумать), её в наручниках увезли в участок. Плакать из-за туши она не стала, но такого разочарования в нарушенных планах не ожидала даже близко.

Её посадили в клетку вместе с двумя путанами из Молдовы, развязными девицами в мини юбках, разукрашенных, как индейские вожди. Они пытались стрельнуть сигаретку у дежурного, но по-турецки у них получалось не очень, да и мусульмане практически никто не курил. Их продержали до утра, на узких металлических стульях-скамейках, а утром повезли в суд. Надо отдать должное местному правосудию, им даже выделили переводчика. Девиц низкой социальной ответственности, как взятых с поличным (их задержали в момент передачи денег) отправили на год в тюрьму. А Алиске объявили принудительную депортацию. И запрет на въезд в Турцию в течение десяти лет.

Пока оформляли все бумаги, пока связывались с российским консульством, прошёл ещё день. И ей вновь пришлось спать сидя, как воробушек на жёрдочке. Приехала расстроенная Фатима, привезла её вещи и утешительную сумму. Причём она успела заехать в обменник и поменять лиры на доллары. На вопрос про Юсуфа, грустно усмехнулась и ответила, что как только он узнал про Алискины неприятности, он не стал предлагать помощь, ни воспользоваться какими-нибудь своими знакомствами, а лишь укоризненно покачал головой и молча уехал.

- Мог ведь адвоката нанять, - сокрушалась Фатима.

- Мог, - согласилась Алиса.

Её посадили в самолет сотрудники полиции. Алиса смотрела на них и понимала – сделать уже ничего нельзя. Она потеряла свой шанс на новую жизнь и теперь ей придётся вернуться туда, откуда она сбежала. И каким-то образом выкручиваться там. Взревели турбины и самолёт пошёл на взлёт. Алиса вытянула ноги, максимально откинула спинку кресла и почти моментально уснула. Перед тем, как закрыть глаза, она вспомнила фильм «Унесённые ветром» и главную героиню, Скарлет О`Хара с её любимой в трудной ситуации фразой: «Я подумаю об этом завтра!».

Глава 6. И всю компанию обратно

Пока Алиса летела в самолёте, она успела не только выспаться, но и кое-что придумать. План мести был почти готов. Пачка баксов в кармане, переданная Фатимой, грела душу и настраивала на позитив. По крайней мере не нужно сразу же ехать «на поклон» к родителям и клянчить денег. Есть свобода действий и это главное.

Приземлившись в заснеженном декабрьском Шереметьево, Алиса, хоть и сразу же замерзла в своей легкой курточке, но с наслаждением вдыхала родной воздух и наслаждалась русской речью, пусть и обильно сдобренной матами.

Она тут же, в аэропорту, купила новую симку и поменяла немного денег, правда курс здесь был грабительский, но что поделать. Вызвав по приложению такси, она углубилась в сайты по сдаче квартир. В районе, который её интересовал, выбор был богатый и цены терпимые. Прямо в пути она созвонилась с двумя хозяевами и договорилась, что сейчас подъедет посмотреть.

Первый же вариант её устроил. Она сразу подписала договор с интеллигентной пожилой дамой, отдала оплату за месяц вперёд и получила ключи. Вполне приличная «двушка», недалеко от метро. Рядом куча магазинов, парикмахерская и спортзал для фитнеса. В квартире было всё необходимое, а какие-то мелочи она спокойно докупит завтра.

Алиса оставила свою дорожную сумку и отправилась в продуктовый – очень хотелось кушать. Выбирая в тележку продукты, у неё в голове звучали какие-то нелепые фразы, взятые непонятно откуда, как в детской считалке: «Собираюсь – возвращаюсь, я была невеста – теперь пустое место, задержалась – облажалась, пусть никто не знает – предки не ругают, как всё повернётся – чем всё обернётся?». И откуда она придумала такое, она не знала. Просто крутилось рефреном и всё.

Встав в очередь к кассе, она уже предвкушала, как она сейчас нажарит котлеток, сделает свой любимый салат и запьёт свои проблемы бутылочкой белого сухого. Из мечтаний её вытащил мини-скандал, происходящий прямо перед ней. Парень с тростью пытался вежливо объяснить кассирше, что тортик, который он покупает, вообще-то со скидкой, по акции. Хамоватая баба орала, как резаная: «Сильно умные тут, нет никаких скидок!». Бедолага, сильно прихрамывая, вынужден был идти к прилавку, чтобы принести ценник и доказать свою правоту. Было видно, что ему отвратительна эта сцена и что он тяготится происходящим. И даже получив подтверждение, кассирша наотрез отказалась перебивать чек, мотивируя это тем, что администратор уже ушёл, а неё нет доступа в систему. Парень был сильно расстроен, он чуть не плакал и всё повторял: «Мне нужен этот торт, но у меня нет больше денег!».

Алиса, голодная и сердобольная, которой очень хотелось побыстрее оказаться в квартире и приготовить ужин, рассудила, что три сотни рублей – не велика потеря. Она властно, не терпящим возражения тоном, приказала: «Я заплачу за этот торт! И побыстрее, рассчитайте меня, я опаздываю!». Кассирша сноровисто пробила все товары, и сама уложила по пакетам. Алиса вручила торт оторопевшему парню и пошла в сторону дома.

- Девушка! Подождите! Скажите свой телефонный номер, я скоро получу деньги, я вам всё верну!

- Не заморачивайся, - Алиса могла себе позволить определённую фамильярность.

- Нет, простите! Я так не могу! У меня мама в больнице, просила именно такой торт. А я недавно попал в аварию и вот, - вид парня вызвал в Алисе острый приступ жалости.

- Тогда просто бартер, ты мне донесешь сумки, и мы квиты, хотя, - она с сомнением посмотрела на его больную ногу.

- Согласен, - молодой человек обрадовался и робко взглянул на Алису.

Алиса несла пакет с тортом, а юноша в свободной от трости руке – её покупки. Поднявшись на нужный этаж, он поставил сумки возле двери. По дороге они успели поболтать, и Алиса узнала, что его зовут Павел, он её ровесник, что в прошлом месяце он напрочь разбил свою машину и сильно повредил колено, потому что не смог задавить собаку, внезапно выбежавшую на дорогу, выбрав врезаться в бетонный отбойник. Что его мама так переживала за него, что угодила в больницу с сердечным приступом. Что он тоже студент, учится на инженера. Его внешность была ничем не примечательна, средний рост, светлые, коротко стриженые волосы, нос слегка картошкой, серые глаза. Но очень обаятельная улыбка и приятный, заливистый смех.

Пришлось приглашать его на ужин. Павел оголодал без матери и с таким аппетитом уплетал Алискину стряпню, что было даже приятно. От вина он отказался, поскольку пил таблетки.

Алиске казалось, что она знает его сто лет. Схожие вкусы на фильмы, книги, музыку. Вплоть до того, что выяснилось, что он тоже ходил в ту же спортивную секцию, к тому же тренеру, что и Алиса, только чуть пораньше, а потом занялся танцами.

Он так благодарил Алису за помощь и гостеприимство, что ей стало неудобно. Она вяло отнекивалась и оправдывалась, но всё рано, было так здорово осознавать, что и она сумела кому-то помочь.

Проводив Павла, Алиса позвонила Фатиме. Рассказала про нового знакомого, про то, как устроилась и про свои планы. Каково же было её удивление, когда Фатима огорошила её новостью: «Приехал ко мне в кафе Юсуф, заявил, что как закончит свои дела, это два-три дня и прилетит к тебе в Москву. Намерения у него самые серьёзные. Я тоже приеду. Нельзя тебя с ним одну оставлять! Так что, жди гостей!».

Алиса обалдело хлопала глазами. Получалось, как в том старом анекдоте: «А теперь всю компанию обратно!».

Глава 7. Ну, ничего себе!

Алиса думала, что обещание Фатимы приехать – просто неудачная шутка. Поэтому, когда позвонил Павел и напросился на чай, она спокойно согласилась. Тем более, что она решила испечь свои фирменные булочки.

Тесто удалось на славу, четыре сорта начинок: брусника, вишня, яблоки и сливы были готовы. Алиска в легкомысленном розовом халатике со смешными синими жуками порхала по кухне, напевая какую-то песенку. Настроение было прекрасным, она выспалась и чувствовала себя отдохнувшей.

Духовка была включена заранее, оставалось только поставить в неё противень с булочками.

Звонок в дверь отвлёк Алису от кулинарного священнодействия. Она побежала открыть, будучи на сто процентов уверена, что это Паша. На пороге стоял Димка. Алиса открыла рот, но, как рыба, не смогла вымолвить ни слова. Пауза длилась несколько минут. Наконец девушка пришла в себя и с трудом выдавила: «Ты как меня нашёл?».

Димка явно был горд произведённым эффектом. Он молча прошел в квартиру, потом спохватился и вручил букет роз.

- Прости! Прости меня, дурака! Я так был не прав! Я порвал с Танькой, я отменил свадьбу. Я понял, что люблю только тебя! Я хочу быть с тобой! Вот!

И как в скверной мелодраме, он опустился на одно колено и протянул Алисе красную бархатную коробочку. Она была открыта и там поблёскивало что-то, наверное, по законам жанра, обручальное колечко.

Алиса уже окончательно сориентировалась, упёрла руки в боки, задрала подбородок и выдала: «Значит, ты решил так? Сначала эдак, а теперь так? Я должна простить и понять? И ты думаешь, что я сейчас растаю, как снегурочка у печки и прыгну к тебе в объятия? Ой, печка!». И Алиса побежала на кухню.

Димка обалдело посмотрел вслед мелькнувшему халатику, поднялся на ноги и поплёлся вслед.

Пока Алиса занималась булками, они пообщались на повышенных тонах, высказали друг другу массу претензий, осыпали эпитетами и выяснили, каждый для себя, массу нового.

Алиса узнала, что в Димкиной измене виновата исключительно она сама, со своей фригидностью и нежеланием заниматься сексом по несколько раз за ночь каждый день. Что она закомплексованная дама, не хотящая пробовать ничего нового и нестандартного.

А Димка – какой он кобель, озабоченный маньяк и извращенец. Теперь ещё и бабник и бык-осеменитель. И Алиса совершенно не горит желанием выходить за него замуж.

Пока они оба, раскрасневшиеся и на эмоциях, выясняли отношения, в дверь опять позвонили. Алиса пошла открывать. Паша тоже пришёл с цветами. А когда он тоже достал бархатную коробочку и попытался прямо на лестничной площадке припасть на колени, у Алиски случилась нервная истерика. Она, не сдерживаясь, кричала, что ей на фиг не нужны эти женихи, что она вообще не собирается выходить ни за кого, что, тогда, когда было нужно, никого не было рядом, а сейчас, как мухи на какашки… Павел и Дима кое-как её успокоили. Парни быстро нашли общий язык и болтали, как закадычные друзья.

За всеми разборками Алиска всё-таки умудрилась не испортить выпечку, и они втроём пили чай с очень вкусными и румяными булочками.

Мирная беседа была прервана очередным дверным звонком. Алиса с опаской открыла. Там стояла Фатима и Юсуф. С огромным букетом. И с коробочкой.

Такого истерического смеха подъезд дома не слышал ни до, ни после.

Теперь чаепитие продолжилось уже впятером. Три претендента на руку и сердце Алисы ревниво поглядывали друг на друга, но вовсю уплетали булки и пытались вести светские разговоры.

Алиса уединилась с Фатимой в другой комнате. Старшая подруга никак не могла успокоится, повторяя раз за разом: «Ну, ничего себе!».

Глава 8. Размышления о жизни

Алиса натянула теплые штаны, носки, свитер, на цыпочках вышла в прихожую, подхватила ботинки и пуховик, потихоньку открыла дверь. План побега был предельно прост – выскользнуть незаметно из прокуренной квартиры, где три выпивших джентльмена имели на неё конкретные виды. Фатиму она предупредила заранее.

Марш-бросок до придомового магазинчика за горячительным напитком и на крышу. Нет, она совершенно не собиралась сводить счёты с жизнью, хотя та и строила ей бесконечные козни. Алиса хотела побыть одна и подумать.

Когда она только переехала в этот дом, в первый же вечер, по рассеянности, она поднялась на лифте на последний этаж вместо своего. И обнаружила незапертый чердак. Любопытство подтолкнуло её заглянуть туда. Великолепный вид московского пейзажа – с высоты 24 этажей захватывал дух. Машины, размером со спичечный коробок и люди-муравьи были далеко, шум улицы долетал приглушённым, зато небо, чистое и обсыпанное звёздами, было так близко, что казалось – протяни руку и можно их потрогать. Кто-то не ленивый притащил сюда пару обшарпанных кожаных кресел и старый журнальный столик. Вот сюда и забралась Алиса в поисках уединения.

Она уселась поудобнее, вскрыла баночку с алкогольным коктейлем и стала размышлять: и так, что мы имеем? Димочку, который подлец и предатель, кинувший сначала её саму ради Таньки, а потом Таньку ради неё. Или всё-таки ради себя? Алискины розовые очки уже давно разбились вдребезги, и она хотела здраво проанализировать произошедшие события. Димка с самого начала был изрядным эгоистом. Если положить лапу на сердце и отбросить сопливые сантименты, то с Алиской ему было просто удобно. Он не хотел уже жить с родителями, ему нужен был повод съехать. Вряд ли его заполошная мамаша разрешила бы своему единственному и перелюбленному сыночку просто жить самому, ведь в бытовых вопросах он был полный «ноль». Начиная со стирки-уборки и заканчивая готовкой – всем этим занималась Алиса. Он никогда сам не вынес мусор, не сходил в магазин, ни разу сам не встал по будильнику. Мужчина, не желающий себя обслуживать напрочь. И, конечно, его гиперсексуальность. Он постоянно был «всегда готов» и требовал от Алиски того же. Ей же, каждый раз приходилось себя пересиливать, секс не приносил ей никакого удовольствия. Очевидно, что Димочка был не самым умелым любовником – он особо не заморачивался, что хочет партнёрша, ему было главным достичь пика наслаждения самому.

И сейчас, спустя полгода после расставания, Алиса отчётливо поняла, что их отношения были ошибкой и она ни в коем случае не желает их ни возобновлять, ни переходить на следующий уровень в виде уже семейных.

Значит, решено, на фиг с пляжа!

Следующим объектом дум был Юсуф. Пришлось открывать вторую банку с коктейлем. С ним было сложнее. Алиса слишком мало его знала и, считай, ещё и не общалась. То, что он не «вписался» по её депортации, ещё ни о чём не говорит. В конце концов, кто она ему? Подумаешь, девица из кафе! Так вон он, прилетел из Стамбула в Москву свататься! Не, вот тут не надо резких движений, да и красивый он, не чета ни Димке-серой мышке, ни заурядному Пашке.

Кстати, о Пашке. Вот уж жених! Всем женихам. Ни кола, ни двора. Сынок маменькин. Мама то, мама сё. Всё время про маму вспоминает, в пример приводит. Высшая степень похвалы из его уст: «Прямо, как у мамы!». И всегда с таким придыханием. Алиса его мать в глаза ни разу не видела, но ей всё время казалось, что она с ними третьей присутствует. И целуется он плохо, совсем не умеет, обслюнявит всю и дышит, как загнанный кролик. До большего у них не дошло, но и так понятно – опыта ноль, ждать чего-то изысканного смешно. Нет, не надо парня даже обнадёживать. Зелёный он совсем. И чувств, кроме приятельского сочувствия, никаких не вызывает. Либо в список друзей, либо к чёрту.

Разложив всё «по полочкам», расслабленная уже третьим коктейлем Алиса поняла, что её зовут домой естественные надобности. Она ещё раз взглянула на бесчисленные городские огни, на подсвеченный силуэт родной Останкинской башни, на фары-светлячки, толпящиеся у светофоров, на фонари уличного освещения, с высоты напоминающие новогодние гирлянды, вздохнула и сказала вслух: «Пусть будет Юсуф!».

Глава 9. Рассказ Фатимы

Фатима выслушала Алискины доводы про её матримониальные планы молча, не перебивая и ничего не уточняя. Когда девушка завершила свой эмоциональный монолог, лишь покачала головой.

- Надеюсь, что ты прислушалась к сердцу, а не только к своим рациональным соображениям. Брак по расчёту – это самое скверное, что может случится с женщиной. У меня была подруга, славная и милая девочка. Симпатичная, стройная, вроде не дура. Как и у всех, были у неё свои достоинства и недостатки. К последнему относился её характер. Почему-то она свято уверовала, что ей все должны. Общество, родители, друзья. Просто потому, что она такая, как бы это сказать помягче, особенная. А она никому и ничем не обязана. И принимала всё, как должное, чувство благодарности ей не было дано, совсем. Она считала себя охрененной красавицей, намного лучше других. Она и школу-то закончила только потому, что мама была классным руководителем, преподавателем русского и литературы, а старшая сестра пришла учить английскому. Только свои могли поставить ей хорошие оценки. И экзамены она не сдавала, сестра через знакомого психиатра «выбила» ей справку, что ей нельзя волноваться. В 90-е это можно было сделать.

В 7-ом классе её папа договорился, а старшая сестра оплатила поездку в Америку, на несколько месяцев, для изучения языка. Так она вернулась оттуда с гепатитом и лямблиями. Ей позарез приспичило искупаться в озере Мичиган.

А в «Артеке», куда её отправили по той же схеме, чуть не утонула в море.

Встал вопрос о том, где подруге учиться. Опять-таки, старшая сестра расстаралась, договорилась о её поступлении в университет, на филологический факультет. Это было забавно, потому как моя подруга за всю свою жизнь прочитала лишь одну книгу: «Богатые тоже плачут» и то потому, что книга долгое время лежала в туалете. Ещё сериал по ней сняли, бразильский, много-много серий. Так вот, сестру на факультете уважали и решили, что и младшая будет такая же. Но жестко ошиблись. К первой сессии та поняла, что вообще «не тянет» и учёбу бросила. Дома были в шоке – что делать? И её бабушка, мудрая женщина, вспомнила, что девочка с удовольствием ходила в драмкружок. Ухватившись за эту мысль, было решено «поступать» её в институт культуры на актёрский. Правда, побаивались реакции отца, режиссёра и директора театра. Договорились с кем надо, поступили на платный (сестра взяла это на себя) и поставили его перед фактом. Он смирился.

И подруга взялась «искать» себя. Она закрутила роман с одногруппником, смазливым парнишкой, немного похожим на молодого Ди Каприо. Они были вместе почти четыре года, вроде даже собирались пожениться, но с получением дипломов планы поменялись. Подругу папа взял к себе в театр, сделав «под неё» спектакль (сестра оплатила), а её бойфренд уехал в другой город, его пригласили в весьма престижный храм искусства.

Подруга обнаружила у себя «неполадки» по женской части. Её сестра потащила девушку по врачам. И выяснилось, что её молодой человек (других партнёров у неё тогда не было) «подарил» ей такой «букет» венерических заболеваний, что расхлёбывать это придётся долго.

Потом отца выгнали с поста директора театра (он поругался с губернатором) да ещё и закрутил роман со своей сотрудницей из литературной части. В общем, пришлось всему семейству менять город для проживания. Сестра подруги, будучи бизнесвумен, купила квартиру и земельный участок на юге. Туда она и перевезла всех. Сестра строила дом, а наша стрекоза познакомилась с женатым кавказцем и «играла в любовь» уже с ним. Театра в южном городе не было и пришлось подруге переучиваться на фитнесс-тренера.

Она зациклилась на своей внешности и «мучала» себя всевозможными эпиляциями, ботоксами, татуажами, массажами и прочим. Бесконечно сидела на диетах, вес её волновал больше всего на свете. Поработав понемногу то там, то там, и поняв, что это не выгодно, подруга стала искать себе если не богатого мужа, то хотя бы того, кто будет её содержать. Так она «скакала» до 30 лет, и никто не хотел на ней жениться. Злая, алчная и завистливая тётка, переспавшая с таким количеством мужиков, что вокзальные шлюхи обзавидуются.

Когда она поняла, что совсем скоро уйдёт последний паровоз, ей подвернулся под руку (или не руку) невысокий невзрачный мужичок, женатый, с тремя детьми, но состоятельный. Она вцепилась в него, как клещ. Добилась, что он развелся и высочила за него замуж. Роскошная свадьба в престижном ресторане, куча гостей, подарки, великолепный торт, фейерверк. Она была счастлива! Она заполучила «денежный мешок» и теперь можно ни о чём не беспокоиться. По началу она изображала нежные чувства, а тот возил её по заграницам, заваливал подарками и каждый год менял ей автомобили.

Но, он был значительно старше, некрасивый и ниже её ростом. Маска влюблённой женщины спадала всё чаще и всё чаще, и она проявляла свой подлинный нрав, унижая и оскорбляя своего мужа. И с продолжением рода не получалось – последствия её похождений давали о себе знать. Через три года совместной жизни они решились на ЭКО. Муж изыскал изрядное количество денег, наивно полагая, что с появлением малыша подруга изменится в лучшую сторону. Глупец! С первой попытки у них получилось. Но, даже когда она ходила беременной, она люто ненавидела мужа, психовала и злилась. В итоге, родила на месяц раньше, недоношенного и слабого малыша.

С кормлением грудью тоже вышло плохо, она через пару недель вылила кипящий чайник в стеклянный графин (надо додуматься!), который, естественно, лопнул и хорошенько обварил ей ногу. Опять-таки на помощь бросилась сестра со своим мужем, добыли чудодейственную мазь, зажило без шрамов. Но молоко пропало и

малыш стал искусственником.

С каждым днём ненависть и презрение к нелюбимому мужу росло и множилось. Скандалы стали нормой, а, поскольку, он её действительно любил, он позволил превратить себя в «тряпку» и подкаблучника. В такой обстановке дела в его бизнесе шли всё хуже и хуже и к трёхлетию их сына он был не просто банкротом, но ещё и злостным неплательщиком алиментов (трёх детей от предыдущего брака никто не отменял).

Старшая сестра, добрая душа, сама помогла перевезти вещи и поселила их в своём доме. Она искренне любила свою непутёвую девочку (11 лет разницы, почти дочь, разве что не рожала!), всегда помогала ей, содержала, одевала, дарила подарки и т.д. и т.п. И у подруги созрел новый план. Она знала, что сестра всегда всё оформляла на маму – издержки высокорискованного бизнеса. И к тому времени вернулся блудный отец (которого сестра тоже безоговорочно приняла обратно, а мама не оформляла развод). И наша актриса решила сыграть свою звёздную партию.

Мама заболела. Сестра ухаживала за ней. А когда мамы не стало, подруга взяла в обработку отца. У того был «бзик». Их было три брата. И у всех только дочери. И у всех дочерей родились одни внучки. Только у подруги был сын, очень похожий на дедушку. И дедушка «поплыл». По наущению подруги он вступил в наследство, «хапнул» половину дома старшей дочери и тут же отписал дарственную младшей.

Бинго! Она получила «на халяву» приличное количество миллионов рублей, не ударив пальцем о палец.

Её совершенно не беспокоил тот факт, что старшая сестра угробила большую часть жизни, чтобы заработать денег на этот дом, что она сама его строила, что у неё самой две взрослых дочери. Какая фигня! Она уже мысленно потратила дармовые деньги и была в восторге.

Отец теперь просто мешал. Он болел онкологией, но, поскольку лечился, наметилась тенденция к ремиссии. Этого нельзя было допустить. Мир не без «добрых» людей, она нашла тётку, что воткнула ему гормональный укол, спровоцировав ухудшение и по-быстренькому оформила его в хоспис, где он умер, меньше, чем через месяц.

При этом, старшая сестра, на которую она подала в суд, искала отца, но не успела спасти. Подруга заставила своего бесхребетного и униженного мужа, которому она многократно наставляла ветвистые рога и регулярно выгоняла, шантажируя ребёнком, подрезать тормоза на машине сестры. Та не убилась только чудом.

Участковый, который занимался этим делом, оказался слаб на передок, поэтому подруга удачно решила все вопросы с правоохранительными органами.

Её злоба и зависть к старшей сестре, которая сама всего добилась в жизни, была счастлива в браке, не давали ей спокойно жить. Подруга бегала по чёрным магам и колдуньям, делая обряды на смерть для сестры и её мужа.

Если бы увидела, во что превратилась когда-то милая м симпатичная девушка, ты бы ужаснулась! Вылитая баба Яга! Она ненавидит своего ребёнка, орет на него постоянно, унижает и оскорбляет. Она презирает мужа-неудачника. Она злится на весь мир, считая, что все кругом виноваты в её проблемах.

Вот к чему приводит брак не по любви.

Алиса не знала, что ответить Фатиме, переваривая услышанное.

- Я подумаю, хорошо? Давай, поговорим завтра.

Глава 10. Первое свидание

Неясный трепет ожиданья,

Страх неизвестности немой,

Как будто в первое свиданье

Спознались с гордою душой.

М. Ю. Лермонтов «Демон».

Алиса приняла к сведению то, что рассказала ей Фатима. Поэтому она ничего не ответила настойчивому Юсуфу, который требовал немедленного ответа на предложения руки и сердца. Она всем своим видом показывала, а потом решила не церемониться и уже открытым текстом заявила, что подобные решения впопыхах не принимаются и нужно хоть немного узнать друг друга.

Юсуф озадаченно почесал в затылке, кивнул и пригласил её в ресторан. Алиса попросила полчаса, чтобы собраться. И вот они садятся в такси, подъехавшее к подъезду. Турок, очевидно, выбирал заведение общепита банально, через Гугл. Потому что они оказались в одном из самых пафосных и дорогих кабаков Москвы – в «Турандоте» на Тверском бульваре.

Алиска вертела головой, разглядывая диковинный интерьер, словно сошедший со сказочной иллюстрации. Услужливый метрдотель поведал новым гостям, что их заведение расположено в современном дворце, сочетающем восточную и европейскую стилистику, представляющем смешение нескольких стилей – ренессанса, неоклассицизма, барокко. Здание строили более 6 лет, проект выполнили российский предприниматель и архитектор Андрей Деллос, художник-декоратор Александр Попов. К услугам посетителей – устричный бар, пекарня, живая музыка, детская программа. В меню блюда европейской, китайской, тайской, паназиатской, японской, восточной и авторской кухонь. Здесь есть двенадцать шикарных залов, обставленных дорогой антикварной мебелью, и светлая трельяжная терраса. Только здесь можно сфотографироваться у камина в стиле Людовика XVI или поправить прическу у оригинального венецианского зеркала.

Когда Алиса мельком увидела цены в меню, есть её вообще расхотелось. Но Юсуф, не обращая внимания на её протесты, заказал на полную катушку: чёрную треску в соусе Ша Ча, фуа-гра с ягодами, роллы с лобстером, авокадо и чёрной икрой, дальневосточные гребешки с томатами и имбирным соусом и всё это великолепие надлежало запить вином Мутон Ротшильд 1982 года.

Алиска понимала, что потенциальный жених пытается произвести впечатление, не фиг напрягаться, просто можно насладиться хорошей кухней и попытаться понять, что он за человек.

После пары бокалов пришла нужная лёгкость и Алиса, без стеснения, попросила Юсуфа рассказать о себе подробно. Он смотрел не неё влюблёнными глазами и во всём соглашался.

Выяснилось, что он – единственный и поздний ребёнок весьма известного в Турции строительного магната. Что называется, родился с золотой ложкой во рту. Его мать тоже из состоятельной семьи, умерла сразу после родов. Отец больше не женился, посвятив себя работе и воспитанию сына. Пять лет назад отец погиб в авиакатастрофе – он был сам за штурвалом своего легкомоторного Хондаджет Ха-420. Почему это произошло, неизвестно. Он просто пропал с радаров посреди моря. Ни обломков, ни тем более трупа найти не удалось.

Юсуф очень тяжело переживал потерю отца, у него не было никого, кроме него. С прекрасным полом он, конечно, общался, но юные турчанки в лучших мусульманских традициях не подпускали к себе близко. Были (куда ж физиологию девать!) девицы из квартала «красных фонарей», но редко и это считалось позорным.

Когда он впервые увидел Алису, смелую, раскованную, улыбчивую, умеющую на равных вести диалог с любым посетителем их кафе, его сердце было покорено. Юсуф перешёл с английского на турецкий, который, естественно, Алиса не понимала, просто слушая, догадываясь, что это поэзия.

Декламировал он долго, а потом предложил прогуляться. И они, взявшись за руки, шли по заснеженной Москве, наслаждаясь лёгким морозцем и падающими снежинками. Они шли мимо МХАТа, здания ТАСС и Алиска, как коренная москвичка, шпарила наизусть из Николая Батюшкова: «… мы выходим на Тверской булевар, который составляет часть обширного вала. Вот жалкое гульбище для обширного и многолюдного города, какова Москва; но стечение народа, прекрасные утра апрельские и тихие вечера майские привлекают сюда толпы праздных жителей. Хороший тон, мода требуют пожертвований: и франт, и кокетка, и старая вестовщица, и жирный откупщик скачут в первом часу утра с дальних концов Москвы на Тверской булевар. Здесь красавица ведет за собою толпу обожателей, там старая генеральша болтает с своей соседкою, а возле их откупщик, тяжелый и задумчивый. Университетский профессор в епанче, которая бы могла сделать честь покойному Кратесу, пробирается домой или на пыльную кафедру. Шалун напевает водевили и травит прохожих своим пуделем…».

Юсуф в восхищении поцеловал ей руку и целомудренно довёз до дома. Сам же, как и подобает воспитанному мужчине, отправился ночевать в отель. Они договорились, что увидятся завтра и что Алиса скажет своё решение.

Глава 11. Все неправильно

Алиска зашла домой, быстро переоделась в любимую пижаму и схватила телефон. Сначала набрала Фатиму, которая вчера улетела в Стамбул. Подробно пересказала ей все последние события. Уши при этом горели, щёки полыхали. Алиса так и не разобралась в своих чувствах – счастлива ли она или просто волнуется перед принятием решения. Она пообещала Юсуфу, что завтра даст ответ – станет ли она его женой. Фатима советовала ей не торопиться, хорошенько всё взвесить.

Потом она позвонила родителям. Мама, конечно же, начала ахать и охать, причитая, что зря её кровинушка «запала» на инородца и что Димочка был для неё самым хорошим выбором. Алиса уже устала возражать и пытаться что-либо объяснять матушке, та была на своей «волне». Зато отец, как всегда, кратко и по существу: «Тебе жить, тебе и решать! Я приму любой твой выбор!».

Алиса решила погадать. Вытащила из коробки потрёпанную колоду карт таро, коими она баловалась всю юность и кинула на удачу. Расклад её озадачил: перевёрнутая Жрица (Попирание моральных ценностей и норм, разрушение духовности ради физических потребностей, пробуждение страстности, аморальное поведение или безнравственный поступок), Дьявол (грех, соблазн и искушение) и перевёрнутый рыцарь пентаклей (напрасные усилия и самонадеянность). Девушка чувствовала, что ничего хорошего не случится, но молодость и беспечность взяли верх. «Будь что будет!», - решила Алиса и отправилась спать.

Утро пришло чуть раньше, чем она планировала. В семь утра раздался звонок от Юсуфа. Спросонья Алиса вообще ничего не могла понять, тем более что жених явно волновался и путал английские слова с турецкими. Кое-как стала вырисовываться картинка – Юсуф решил «оттянуться» напоследок и заказал к себе в номер двух дам лёгкого поведения. А те, вместо плотских утех, напоили его клофелином и слегка ограбили. И он сейчас в полиции, составляет фотороботы преступниц. Алиса не должна волноваться, он скоро всё уладит и приедет к ней. Алиса ничего не стала говорить, просто отключила связь.

Ей стало на редкость противно. Будто окунули с головой в тазик с жидкими какашками. То есть, для этого восточного чела совершенно нормально объяснять своей невесте, кто и при каких обстоятельствах его обчистил! Ну и ну, она, конечно, догадывалась, что они «слегка» разные, но, чтобы настолько!

Пока Алиса размышляла и прикидывала, что делать дальше, приехал Юсуф. И не один. С ним были, судя по всему, его вчерашние «подружки». Они держали пакеты с продуктами, у всех троих в руках были бутылки с шампанским и коньяком. Юсуф был в прекрасном расположении духа, шутил, острил и с порога заявил, что недоразумение улажено, «девочки» хотят загладить свою вину, поэтому у них сейчас будет очень приятное времяпрепровождение. Алиса хлопала глазами, а «ночные бабочки» уже оказались в неглиже и накрывали на стол. Юсуф, чувствуя себя султаном в гареме, нимало не смущаясь, скидывал с себя костюм и приглашая Алису сделать тоже самое. Игривая музыка, зазвучавшая у него на мобильнике, добавила сюрреалистичность происходящему. Ей налили бокал, она машинально выпила. Девицы стали разыгрывать сценку лесбийской любви. Юсуф впился взглядом в их действо.

Наконец Алиса спохватилась и опрометью выскочила из комнаты. Её колотило так, что она с трудом защелкнула задвижку в ванной. Чуть-чуть успокоившись и умывшись прохладной водой, она прислушалась. Судя по всему, её отсутствия никто не заметил.

«И что мне делать?», - мысли прыгали, как кузнечики и совсем не хотели собираться в кучу. Руки подрагивали, а по спине бегали мурашки.

Алиса не была ханжой или пуританкой, но подобная раскованность и вседозволенность была ей неприемлема. Она не представляла себя на месте одной из действующих лиц этого порнофильма наяву. С другой стороны, все – взрослые люди. Никто ни от кого ничего не скрывает. Не заставляет. Всё сугубо добровольно. Есть же даже клубы такие, как их? Сфинктеры? Нет, свингеры. Где партнёрами меняются. Она же читала про такое. Попробовать? Ой, как страшно и неудобно. Как-то всё неправильно

Глава 12. Давай попробуем

Алиса собралась и пошла в парк, благо тот был недалеко. Уже смеркалось, тени деревьев причудливо переплетались между собой на снежном покрове. Шум города и вечная суета остались позади, а здесь веяло спокойствием и умные мысли так и лезли в голову, настойчиво обгоняя друг друга.

Закутавшись в пуховик, словно в кокон, Алиса шла по аллее, где стройные фонари, как стражи добра, услужливо струили свет редким прохожим. Владельцы собак радовались возможности спустить с поводка своих питомцев, а те, в свою очередь, были счастливы побегать и поиграть. Один из таких игрунков лихо прыгнул на Алису, сбив её с ног и с довольным визгом стал облизывать ей лицо.

- Джек! Нельзя! Фу! Назад! – запыхавшийся хозяин немецкой овчарки подбежал к Алисе, спешно пристёгивая к поводку своего недотёпу. Он помог ей подняться, отряхнул от снега и даже обтёр влажной салфеткой слюни Джека.

- Простите, пожалуйста! Он ещё молодой, глупый! Я готов компенсировать ваш испуг! – на Алису смотрели пронзительно голубые и очень добрые глаза весьма симпатичного парня со смешными светлыми кудрями, выбившимися из-под вязаной шапки с помпоном.

- И чем же вы можете расплатиться? – Алиса ехидно усмехнулась.

- Может я угощу вас кофе? Банально. Но здесь есть замечательное кафе и там варят потрясающий кофе по-восточному.

Услышав эти слова, Алиска вздрогнула и разревелась. На неё нахлынули все пережитые проблемы последнего года и все гадкие воспоминания выливались градом слёз. Опешивший от такой реакции парень вновь достал салфетки и по-отцовски, нежно стал утирать мокрость и успокаивать девушку. Он шептал ей какие-то дежурные нежности, будто она - маленькая девочка, упала с горки и ей нужно «заговорить» больную коленку. Он взял её за руку и повёл в сторону выхода. Там действительно было кафе в виде деревянного сказочного теремка.

— Вот тебе чай с лимоном! И кусочек обалденного кекса! Кстати, я – Лёша.

- Алиса, - уже улыбнувшись и успокоившись представилась девушка.

Они проговорили часа два, совершенно не замечая ни других посетителей, ни времени. Им было весело и легко. Алиса совершенно откровенно вывалила на Алексея всю свою эпопею, а тот, не просто дежурно посочувствовал, как сделал бы любой посторонний человек, а как-то деловито взял и разложил всё «по полочкам» - что она очень наивный и добрый человек, а непорядочные мужики это за версту чуют. Что все её «женихи» не стоят её мизинца. И что кто из них бОльший козёл, Дима или Юсуф, не нужно и соревнование устраивать. Оба – дрянные парни.

Слушая Лёшу, чья грамотная и эмоциональная речь, вкупе с приятным тембром голоса не просто успокаивала, а ещё и заставляла задуматься. Получалось, как в старом анекдоте: «Доктор, у меня консерваторское образование. И я четвертый раз замужем. И этот муж меня тоже бьёт! Хм, так может дело не в консерватории?».

Получалось, что она сама вела себя так (интересно, а как?), что мужчины считали возможным поступать с ней подобным образом. Сама виновата? Алиса опять чувствовала тупик.

- Нет, не твоя вина, - Леша будто подслушал её мысли.

Он «двинул» теорию, где переплетались природная мужская полигамность, скверное воспитание, помноженное на инфантильность и вседозволенность, и её доброта, терпение и конечно же любовь (про наивность и не желание увидеть очевидное, он тактично промолчал).

Джек дремал под столом, изредка приподнимая правое ухо – проверяя наличие хозяина.

— Значит так, много обещать не буду, но кое-что предложу: у меня своя квартира, предки живут отдельно. Если тебе важен штамп в паспорте, завтра идем в ЗАГС. Я – компьютерщик, айтишник. С финансами у меня норм. Ты возвращаешься в институт. Получаешь диплом. Захочешь – идешь работать. Нет – будешь домохозяйкой. Дети – по взаимному согласию. Кстати, я не против парочки миленьких малышей. Ты как?

Алиса доела кекс, запив чаем, вытерла губы и очень внимательно посмотрела Лёше в глаза.

- Давай попробуем.

Джек высунулся из-под стола и радостно гавкнул.