Алексия: Сиприн

1. Менриалина

Я открыла глаза. Лучи света разгоняли сумрак раннего утра и били из окна так, что мне казалось, будто я могу до них дотронутся. Стрелки на часах над письменным столом находились во второй четверти, а недалеко от кровати на деревянной вешалке меня уже ждало повседневное строгое платье тёмно-синего цвета. На комоде под зеркалом лежал запечатанный конверт с каллиграфически выведенным именем. Менриалина.

Моё имя означает ярко-алый драгоценный камень, символизирующий отвагу, волю и внутреннюю силу. Имя, подходящее дочери лидера Компиталиса – командора Алексия.

Компиталис представлял собой могучую крепость на небольшом острове среди бескрайнего океана. Он был связующим звеном между слугами Света из разных миров. Символом чистоты и добродетели. Оплотом мира и спокойствия.

Саму крепость окружали невысокие каменные стены, огораживающие несколько зданий, в основном предназначавшихся для жилья обитателей. В центре располагался собор-цитадель, где проживали самые важные жители Компиталиса. В том числе и я.

Я открыла конверт. Внутри находился распорядок дня от советника отца – Сапифата. Письмо приятно пахло ароматическими травами, а текст мог прочитать любой знакомый с языком ангелов. Я начала учить их письменность и культуру как только мне исполнилось шесть. Через год ко мне пригласили учителей драконид и куркулов, которых часто называли орками. Несмотря на грозный внешний вид обоих представителей этих союзных народов, из них вышли терпеливые и мудрые учителя. Уже к девяти годам я изучила основы музыки, поэзии, чтения на различных языках и арифметику.

Распорядок отправился в верхний ящик комода к десяткам таких же. А мне пора было привести себя в порядок и выйти на утреннюю прогулку. Делать это приходилось самостоятельно каждый день: слуг нам с отцом не полагалось по обычаям Компиталиса. Тем более незадолго до такого важного возраста, как десятилетие.

Я посмотрела в зеркало и увидела в нём заспанное лицо девочки. Прямой нос, голубые глаза и светлые, чуть отдающие жёлтым, взъерошенные волосы. Моё обычное лицо.

Приготовления заняли не больше часа: моя комната удовлетворяла всем возможным потребностям. Она была достаточно просторной, чтобы разместить здесь большую постель, совсем не маленький гардероб, ранее упомянутый комод с зеркалом и часами, разумеется, книжные полки и, что было крайне полезно, уборную с достаточными удобствами.

За деревянной расписной дверью меня ждал длинный коридор спального крыла Компиталиса для важных особ. Сейчас его занимала лишь я и несколько гостей. Коридор украшали вазы с алыми и синими цветами, вышитые гобелены с важными представителями союзников Компиталиса.

Я закрыла дверь и, перешагнув золотистую вышивку на алом ковре, направилась в центральный зал. Лучи света освещали многочисленные пылинки из-за чего их легко было заметить. Я взмахнула руками, и пылинки хаотично зашевелились в воздухе, будто пытаясь скрыться от маленькой девочки.

Чуть впереди, на подоконнике, сидела моя мама и грустно смотрела пурпурными глазами в окно на поля Компиталиса. Её также, как и меня, назвали в честь драгоценного камня – Турмалин.

Прямые светлые волосы матери как всегда опускались ниже плеч, не скреплённые ничем, а синяя заколка с цветком служила только лишь украшением.

Я окликнула её, заставив обратить внимание на меня. Или на кого-то за моей спиной. Подойдя ближе, я заметила, что её взгляд обращён куда-то вдаль.

Турмалин погладила свой округлый живот и печально сказала:

— Неужели ничего нельзя сделать?

Яркий свет восходящего светила упал мне на глаза, заставив зажмуриться. А когда я ушла в тень, мама уже исчезла. Как и в прошлый раз. И в позапрошлый. В сотни раз до этого. Она будто сторонилась меня, сколько я себя помнила. Лишь только раз назвав меня своей дочерью.

В надежде нагнать её, я поспешила вперёд, но так никого и не обнаружила. Кроме советника отца, разглядывающего большое витражное окно круглой формы между вторым и третьим ярусами центрального зала Цитадели.

Центральный зал объединял собой место для молитв Богу Света, совещаний с участием представителей последователей его учения и редких празднеств. Помещение состояло из трёх ярусов, хоть второй и третий были больше внутренними балконами, подпираемыми мраморными колоннами по бокам зала, чем полноценными этажами. Основным освещением служили люстры, закреплённые между колоннами и на белоснежном потолке. Украшали зал флаги Компиталиса и несколько витражных окон.

— Менриалина? — услышала я голос Сапифата, выдернувший меня из раздумий о внешнем виде цитадели. Старик подошёл ко мне и немного склонился, протянув конфету.

Я с готовностью приняла угощение от советника отца. Старик всегда был добрым и внимательным ко мне. Мог поддержать в момент переживаний и дать дельный совет, когда меня мучали сомнения. И никогда не забывал про сладости.

— Я снова видела маму! — довольно сообщила я, доев угощение.

— Вот как? — советник удивлённо поднял брови и погладил свою седую бороду. Поправив серую мантию, Сапифат выпрямился и спросил:

— И что же она делала на этот раз?

— Грустила, — ответила я, потупив взгляд. — А потом опять убежала. Вы её не видели?

— Нет, — покачал головой старик. — Боюсь, что я никого не видел. Но раз уж ты тут, может, мы зайдём к твоему отцу до утренней прогулки?

— Снова тесты? — я закатила глаза, но всё же пошла за стариком.

— Они не займут много времени. И отец обрадуется твоему визиту.

Тесты начались с шестилетнего возраста. И проводились слишком часто, потому и успели надоесть. Отец показывал мне пустые карточки и хотел, чтобы я угадала изображение, которое мог видеть только он. Но никаких результатов мне не сообщал. Лишь Сапифат пытался успокоить, рассказывая о их важности для его исследований.

Мы перешли в правое крыло замка. Дверь в кабинет отца была первой по правую руку, поэтому путь не занял много времени. Старик без стука отворил её и пригласил меня внутрь. Отец сидел за письменным столом, изучая свитки. Чёрные взъерошенные волосы, тёмные круги под карими глазами и неопрятная щетина не красили его лицо. Командор выглядел измождённым, но всё ещё полным сил.

Отец чуть нахмурился, услышав гостей, и оторвался от свитка. Бросил короткий взгляд в мою сторону и, затем, на своего друга.

— Тест, — напомнил Сапифат.

Командор кивнул и полез вглубь стола. Во мне боролось два желания: вежливая я говорила поздороваться с ним, но другая я хотела спрятаться. Не было чувства, что этот человек рад меня видеть. Как будто я была не желанным гостем, а помехой для текущих дел.

— Ты знаешь правила, — наконец сказал он и показал первую карточку.

— Волк, — сказала я. Даже не пытаясь угадать. Отец нахмурился и убрал карточку.

— Тигр, — предположила я изображённое на следующей карточке. Отец чуть улыбнулся и положил вторую карту на первую.

— Цапля, — продолжила я. — Мартышка. Носорог. Слон. Крокодил.

Тест проводился, пока я не назвала тридцать животных.

— Скоро у тебя будут новые обязанности, — сказал отец, положив последнюю карту. — Десятилетие важный возраст. Теперь ты будешь встречать гостей вместе со мной.

Сапифат чуть подтолкнул меня и я сказала:

— Хорошо, отец.

Советник одобрительно положил руку на моё плечо и по-доброму улыбнулся.

— Думаю, что пора уменьшить количество учителей, мой друг, — обратился отец к старику.

— Всем дальнейшим обучением займётся Менриэль? — уточнил советник.

— Да, — отец коротко кивнул. — Возможно, что-то тебе придётся взять на себя. Ты понимаешь, — он встал из-за стола и подошёл к окну. Казалось, будто полностью потерял ко мне интерес.

— Миледи, — обратился ко мне Сапифат, вновь чуть наклонившись. — Нам с твоим отцом ещё многое нужно обсудить. Не оставишь нас?

— Да, дочь, — внезапно, командор обратился ко мне. — Я надеюсь на тебя.

Я не обратила внимания на последние слова. Обстановка рядом с отцом часто становилась слишком напряжённой. Слишком неуютной для меня. В основном из-за пресловутых тестов. Я попрощалась со взрослыми и с облегчением вышла из кабинета.

— Даже не знаю, что и думать, — услышала я отца перед тем, как закрыть дверь.

— Она снова видела мать, — голос Сапифата звучал озабоченно.

И в этот момент моё внимание привлекла зелёная бабочка размером с палец. Конечно, она сразу стала важнее всего остального на свете! Мне стало интересно: откуда сюда попало столь чудесное создание. Ведь я их никогда не видела! А тут такая здоровая, да ещё и такая красивая! И как она смогла пролететь так далеко внутрь цитадели?

Она летела достаточно низко, чтобы я раз за разом пыталась её поймать, но слишком шустро, чтобы постоянно уклоняться от моих рук. Бабочка подлетела к двери в центральный зал и села слишком высоко, чтобы я так просто дотянулась до неё. Но я же могла прыгать!

На втором прыжке я задела ручку двери, из-за чего та отворилась, и насекомое вылетело в зал. Разумеется, я быстро направилась за ней, чуть не опрокинув стоящие у стены стулья. Так я выбежала за ней во двор.

Бабочка будто дразнила меня, летая вокруг да около, слишком близко, чтобы привлечь моё внимание и достаточно далеко, чтобы её могла поймать маленькая девочка. Но не высокая стражница из рода шанир, как называли зверолюдей.

— Привет, Менриалина, — усмехнулась она, аккуратно сомкнув ладоши и поймав вёрткое создание.

Среди шанир рождалось множество зверолюдей разного вида. Передо мной же стояла стражница, выглядящая как смесь кошки и волка. По крайней мере, я никак не могла определить, на какого зверя больше похоже её лицо. Стражница не носила шлема, только лёгкие кожаные доспехи не типичные для воинов Компиталиса. Видимо, её личные, как представителя союзников. Рядом с ней улыбались во всю ширь ещё два шанира и два лесных эльфа.

— Привет, — поздоровалась я в ответ и замялась, издав неопределённый звук вместо имени.

— Коха, — напомнила своё имя стражница, а её улыбка стала ещё шире, начиная напоминать оскал.

— Откуда она могла прилететь? — спросила я, разумеется, о бабочке.

— Похоже, что знаю, — уверенно сказала стражница и легко толкнула одного из своих напарников:

— Не отведёшь её к Мин-Люнсу? — спросила его Коха.

— Почему я? — возмутился лесной эльф. Я в прошлый раз ходил!

— Потому что ты потом задрых на всю смену, — в голосе стражницы появились жёсткие нотки, заставившие троллана чуть сжаться и согласиться на моё сопровождение.

На нашем острове за стенами замка находилось множество порталов в другие миры. Поэтому Компиталис иногда называли перекрёстком миров. Многие из врат были активны: оттуда могли приходить представители наших союзников, или порталы служили для новых экспедиций. Другие же стояли потухшими сколько я себя знала.

Мы шли к одному из экспедиционных порталов, который охранялся пятью стражами.

— Ну выпускай, — услышала я заспанный голос эльфа, когда мы оказались перед мерцающими вратами.

— Нет! — запротестовала я. — Она же обратно полетит!

— Да что ей тут делать-то? — попытался уговорить меня стражник, но я была непреклонна:

— Надо отпустить там! — цвета портала казались мне всё более яркими и интересными.

— Похоже, тебя не переубедить, — сказал эльф, в очередной раз зевнув и подошёл к сослуживцам.

— Как там? — спросил он у них. — Безопасно?

— Да безопасно, конечно, — ответил ему скучающий постовой. — Живность только мелкая прёт. Но никого ядовитого. Мы же всё там почистили.

— Мы зайдём на пять минут?

— Миледи решила прогуляться в другой мир? — усмехнулся другой стражник.

— Хочу бабочку выпустить! — похвасталась я находкой.

— Ладно, ладно, у вас пять минут, а то от начальства прилетит, – усмехнулся третий страж.

Сопровождающий поправил доспехи и взял меня за руку.

— Не шагай в стороны, держи меня крепко и не смотри вниз, — коротко сказал он перед тем, как первым шагнуть во врата.

2. Миато

Субстанция портала затянула меня внутрь разноцветного тоннеля, стены которого покрывали вытянутые деревья. Я посмотрела вперёд и увидела стремительно приближающуюся землю. От страха я хотела закричать, но не смогла. Лишь сильнее зажмурилась.

Вскоре в нос ударил сильный цветочный аромат и послышались разнообразные трели птиц. Я открыла глаза и увидела поляну на опушке леса. Под ногами была дорожка из каменной плитки, а неподалёку росла трава не выше щиколотки. Вдалеке, ближе к лесу, распускались яркие, преимущественно белые и жёлтые, цветы. Лиственные деревья подпирали собой небеса, их стволы оплетали вьющиеся растения, почти скрывая за собой древесину.

— Впервые путешествуешь? — усмехнулся стражник, отпустив мою руку.

Удивительно, но бабочка всё ещё была со мной. Либо шокированная телепортацией, либо слишком утомившаяся, она спокойно сидела на ладони и причудливо шевелила усиками. Я молча кивнула стражнику, наблюдая за вылетевшими из леса небольшими птицами с зелёным оперением, устремившимися в сторону от нас.

— А где постовые с этой стороны? — проворчал эльф, беспокойно озираясь по сторонам. – Опять халтурят, что ли?

— Не знаю, — я пожала плечами и взглянула на портал. Постройка выглядела чуть иначе, чем на Компиталисе: в отличие от тёмных металлических обелисков, сдерживающих телепортирующую субстанцию, здесь я увидела небольшой пьедестал, окружённый четырьмя каменными колоннами. Цвета, которыми переливалась субстанция, не были столь яркими: во многом преобладали тёмные оттенки.

— Выпускай её, — поторопил стражник, продолжая нервно озираться.

— Ну не здесь же! — возмутилась я в ответ. – Она же обратно в портал улетит!

— Давай быстрее, — вздох стражника, казалось, слышала вся опушка. – Нам нельзя здесь задерживаться.

— Здесь же безопасно? — уточнила я.

— Безопасно, безопасно, — проворчал эльф.

По мере отдаления от портала цвета этого мира казались мне ярче, а щебет птиц громче. Я даже не заметила, как ушла слишком далеко от стража. Когда я приблизилась к лесу, бабочка вспорхнула и стремительно скрылась за деревьями, даже не попрощавшись. Я помахала ей рукой, и, видимо, спугнула других насекомых: десятки крылатых созданий вспорхнули в небо и разлетелись в разные стороны. Но среди них не было ни одной бабочки. Все они были слишком скучны и неинтересны. В отличие от раскрывшихся в мою сторону здоровых бутонов с белыми лепестками. Цветы будто манили меня.

— Не стоит, — услышала я голос из-за спины. Грубоватый голос, свойственный шанирам, при этом наполненный мудростью и заботой. Это был хороший голос. Но откуда я это знала? Это был не знакомый мне голос. Но откуда я это знала?

Я обернулась и вздрогнула, увидев не шанира, а огромную медведицу с угольно-чёрной шерстью, отливающей на свету металлическим блеском. Медведица возвышалась надо мной, стоя на четырёх лапах, и изучала своими карими глазами. Она немного шевелила ушами, вылавливая окружающие звуки, но не нападала. И тогда я совершила единственное, что могла сделать в такой ситуации.

— Здравствуйте, — сказала я и учтиво поклонилась.

– Добрый вечер, — ответил тот же голос и медведица поклонилась, как могла. – Вернее, конечно… рррр!

— Это было наигранно, — заметила я, всё же отступив на пару шагов в сторону цветов.

— Не стоит, — услышала я, заметив, будто медведица уже произносила эти слова ранее. Ровно с такой же интонацией.

Я слышала, что медведи — довольно опасные животные и такой маленькой девочке лучше избегать встречи с ними. Мне хотелось, чтобы стражник вернулся как можно быстрее и выручил из этой передряги. Но самое жуткое было в уверенности, что рассказы о медведях я слышала от неё самой.

— Цветы ядовиты, — сказала медведица, и я поспешно отошла от них в сторону: из одного бутона показался блестящий от прозрачной жидкости шип.

— Ты вовремя отошла, — услышала я слова зверя. — Цветы ядовиты.

— Ты же мне только что сказала, Миато, — кивнула я в ответ и впала в ступор.

Откуда я знала её имя? Почему я так непринуждённо с ней общалась? Что происходит? Множество вопросов крутилось в моей голове один, сменяя другой, пока медведица продолжала меня изучать, медленно наступая.

Моё внимание привлекло движение слева, и я увидела группу стражников с Компиталиса. Я с облегчением помахала им рукой, и медведица мгновенно повернулась в ту сторону. Но стражники растворились в воздухе.

— Как же так… — растерялась я. — Куда они подевались?

— Возможно, ушли домой? — предположила медведица и вновь развернулась ко мне. Теперь её морда помимо любопытства выражала ещё и лёгкое недоумение.

— Даже эльф?

— Возможно, даже эльф, — кивнула медведица, слегка улыбнувшись, – возможно, и тебе пора домой?

— А… Вы меня отпустите?

— Похоже, что я тебя и не держу, — усмехнулась медведица.

— Почему ты медведь? — вдруг спросила я, когда сделала лишь два шага к порталу. – Ведь ты могла бы стать кем угодно!

— Например? — Миато наклонила голову в бок, продолжая изучать меня. От её взгляда стало не по себе, но я не чувствовала никакой угрозы.

— Например, птичкой. Жаркой птицей, как в сказках.

— Это не практично, — медведица прищурилась. — Ты не напомнишь, как мы познакомились?

— Мы и не знакомы, — ответила я. — Просто я тебя знаю.

— В таком случае, я должна представиться, — медведица прищурилась ещё сильнее и широко улыбнулась. — Хоть ты меня и знаешь, верно? Меня зовут Миато.

— Просто Миато? — уточнила я и, вовремя спохватившись, представилась в ответ, не забыв учтиво поклониться. — Я Менриалина! Очень рада знакомству!

Одна из моих учителей наставляла, что правила этикета важны в любой ситуации. Возможно, именно они и спасли мою жизнь. А не этот глупый стражник, который, похоже, совсем забыл про меня.

— Что значит, просто Миато? — спросила медведица, нахмурившись, и наклонила голову в бок.

— У тебя нет никакого титула? Или звания? — уточнила я. — Вот мой отец — Командор Света Алексий. А ещё у меня есть ангел-храни…

— Нет у меня никаких титулов, – прервала мою речь медведица. Ей стоило бы поучиться правилам этикета. – Только уши, нос и желание покушать.

— Тогда я должна вас накормить в честь нашего знакомства! — предложила я, забыв подумать о последствиях. Как вообще представлять такого огромного медведя отцу и жителям Компиталиса? Да и сколько она съест?

— Отказываться от такого предложения грех! – к моему сожалению, медведица согласилась.

И, к моему счастью, начала уменьшаться, пока не превратилась в маленькую чёрную мышку. Как раз достаточных размеров, чтобы поместиться в кармашке моего платья.

— Ты и так умеешь! — восторженно воскликнула я. — А можешь стать павлином?

— Пожалуй, откажусь, — теперь голос Миато был слишком тонкий, чтобы воспринимать его всерьёз. — Но у меня есть важное предложение!

— Какое ещё предложение? — спросила я, зашагав обратно к порталу. Я совсем забыла про стражника-эльфа. В голове были лишь мысли о подходящей еде для Миато и о её возможных обличиях.

— Я не хочу доставлять слишком много неудобств! — сказала мышка. — Не говори обо мне никому!

— Наверное, так будет лучше, — с облегчением согласилась я.

Совсем не хотелось объяснять, где и почему я нашла такую занятную подругу. И тем более не хотелось, чтобы отец заставил её выгнать. Ведь Миато показалась мне такой интересной!

3. Менриэль

Телепортация назад не настолько радовала красочностью и спокойствием, как предыдущая. Меня трясло из стороны в сторону и сильно тошнило. Кроме того казалось, будто я слышала жуткие завывания, а впереди видела не землю, а лишь тьму.

Когда всё закончилось, я открыла глаза и почувствовала крепкие объятия.

— Я так беспокоилась! — воскликнула моя ангел-хранитель.

Она даже упала на колени и крепко прижала меня к себе. Освободившись от объятий, я заметила выстроившихся в шеренгу стражников с перепуганными лицами. Девушка, обнимавшая меня, улыбнулась и, поднявшись, поправила белоснежные волосы.

В целом ангелы напоминали людей, пока не показывали своих крыльев. Разве что немного выигрывали в росте. У всех, кого я видела, были светлые волосы и глаза.

Обычно я видела её в лёгком, будто воздушном, бело-жёлтом платье, добавляющем девушке изящества. Но сейчас её защищала ярко сверкающая броня из ангельской стали без каких-либо украшений.

— Командор узнает об этом, — обратилась она к стражникам. Необычно жёстким голосом, отчеканивая каждое слово. Голубые глаза ангела сверкнули гневом.

Лица воинов давали понять, что у них только что состоялся крайне неприятный разговор. Менриэль вновь повернулась ко мне и, достав платок, наклонилась.

— Ты в порядке? — спросила она. Теперь её голос звучал, словно бархат.

Ангел беспокойно осмотрела меня, дотронувшись до порванного рукава платья.

— Да всё хорошо! — запротестовала я, утомившись от этого осмотра, и вырвалась из рук хранителя.

— Ты зачем туда рванула? — спросила она, немного нахмурившись. — Это же другой мир! Там может быть опасно!

— Стражники сказали, что можно, — буркнула я. — Я хотела бабочку вернуть!

Менриэль метнула строгий взгляд в сторону солдат, выронив платок. Не сказав им ни единого слова, ангел-хранитель взяла меня за руку и повела обратно в крепость Компиталиса. Видимо, взгляда было достаточно.

— Сильно голова болит? — вдруг спросила она.

Голова действительно болела, но я не хотела так просто ей жаловаться. Менриэль не казалась мне настоящим ангелом-хранителем. Скорее надзирателем. К тому же очень неуклюжим и забывчивым. Даже сейчас она задела прохожего на площади перед цитаделью и не обратила внимания. Постоянно роняла вещи, забывала причесаться и, иной раз, могла часами сидеть с отсутствующим взглядом. Даже такой маленькой девочке как я было понятно, что она не способна разобраться даже со своими проблемами.

— Немного болит, — тем не менее призналась я.

— Тогда сначала к Сапифату, а потом переодеваться и кушать, и что-то там ещё, — Менриэль задумалась и снова столкнулась с человеком, даже не заметив его. Человек отшатнулся и пропал из поля моего зрения, зато ангел смогла вспомнить, что хотела сказать:

— И надо ещё рассказать тебе несколько вещей. Ты же помнишь, что тебя скоро ждёт?

— День рождения, — угрюмо сказала я.

Десятилетний возраст, когда тебя перестают считать маленьким. Начинают видеть в тебе хоть и не полноценного взрослого, но уже того, кто должен быть в курсе дел Компиталиса. И, разумеется, ожидание праздника сильно омрачалось регулярными напоминаниями о растущей ответственности.

В дверях мы встретили мать. Она весело улыбалась и махала нам левой рукой, будто приветствуя. Сейчас её волосы были собраны в хвост, а былая стройность ушла. Мама продолжала поглаживать живот. Когда мы поравнялись, я остановилась и немного поклонилась:

— Здравствуй, матушка, — сказала я и вздрогнула, когда Менриэль резко сжала мою руку. А затем вздрогнула сама.

— Кто?! — воскликнула она и сначала посмотрела по направлению моего взгляда, а потом на меня.

— Матушка, — повторила я.

По своему обыкновению, мама исчезла, ничего не ответив. Поэтому я не стала винить Менриэль в такой реакции. Ангел-хранитель сначала посмотрела на меня с удивлением и тревогой, а потом нахмурилась. Мы зашли внутрь цитадели, и она бросила взгляд на алтарь в противоположном конце зала, в который обычно был воткнут меч Компиталиса, но сейчас он пустовал, а двери за ним, украшенные витражным стеклом, как и всегда, находились в закрытом положении. Только огни от люстр освещали деревянные скамьи и мраморные колонны.

Менриэль снова посмотрела на меня, будто желая подробнее расспросить.

— Пойдём, — наконец сказала она, когда смогла совладать со своими эмоциями.

Видимо, у них были очень сложные отношения с моей матерью. Конечно, ведь фактически именно ангел-хранитель пыталась заменить мне её во всём. Хоть и не всегда получалось. Не проронив ни слова, мы быстро прошли через зал в правое крыло замка и стремительно миновали кабинет отца.

— Прости, — сказала Менриэль, ослабив хватку и, наконец, отпустила меня, когда перед нами предстали мощные деревянные двери, ведущие в библиотеку.

Архангел тяжело вздохнула, будто набираясь решимости, и постучала.

— Вход свободен, — Сапифат разрешил войти в свою вотчину.

Библиотека Компиталиса служила не только хранилищем книг и некоторых артефактов, но и личной лабораторией старика, где он мог проводить свои исследования. Книгам они не были страшны, однако требовали высокой концентрации. Поэтому каждый раз при посещении библиотеки требовалось разрешение советника моего отца.

Сапифат стоял на лестнице на уровне пятого стеллажа и листал толстую книгу в синем переплёте. Поморщившись от скрипа закрывающейся двери, старик начал медленно спускаться, захватив книгу с собой.

Библиотека являла собой весьма просторное круглое помещение, способное вместить не меньше сотни человек только лишь на первом этаже. О высоте же помещения я не имела ни малейшего представления. В качестве источников света использовались магические круглые лампы, излучающие белый свет, закреплённые по периметру через каждые три стеллажа. Вокруг центральной колонны стояло несколько лабораторных столов с алхимическим оборудованием советника отца. Письменный стол Сапифата не был впечатляющим по украшениям, но достаточно крупным, помещая на себе несколько свитков и многочисленные письменные принадлежности. А по его бокам можно было увидеть множество разнообразных предметов, начиная от глобусов и заканчивая открытыми ящиками с губками. Я подумала, что даже сам Сапифат не был в курсе всех вещей, которые там могли бы находиться.

Менриэль терпеливо ждала, хоть даже я могла заметить степень её беспокойства. Видимо, встреча с моей матерью окончательно выбила ангела из колеи.

— Вы хотели вернуть Трактат о жертвах Азориена? — вежливо поинтересовался старик, как вдруг обратил на меня внимание. — А, вы привели воспитанницу.

Сапифат положил книгу на стол, подняв небольшое облачко пыли, и открыл резную шкатулку, достал конфету и протянул мне, по-доброму улыбнувшись.

— Угощайтесь, молодая госпожа.

Я с удовольствием приняла угощение и, недолго думая, забросила конфету в рот.

— Я нашла Менриалину у портала на Мин-Люнс, — сообщила Менриэль. — Я подготовлю рапорт, но хотела бы попросить осмотреть её.

— Думаю, с ней всё будет хорошо, — ответил Сапифат, бросив короткий взгляд в мою сторону. — Если бы ей грозила опасность, вы бы сразу заметили, верно?

— Я не всесильна, — возразила ангел. — Кроме того, я заметила, что её мучают головные боли.

— Это от возмущений полей, — спокойно ответил Сапифат, сев за стол, и надел полукруглые очки. — На Компиталисе сегодня многие жаловались на это. Я могу выписать обезболивающее, если так необходимо.

— Ещё мы пришли за пособием.

Сапифат щёлкнул пальцами, будто вспомнив недавно забытую мысль, и открыл ящик стола. Достав не слишком толстую книжку в мягкой серой обложке, он положил её на стол и сказал:

— Держи. Действительно, самое время ввести её в курс дел. Конечно, вы и сами знаете всё, что необходимо, но с печатным материалом, действительно будет проще.

— Есть ещё кое-что… — сказала Менриэль, взяв книгу.

— Я слушаю.

Мое сознание прояснилось, а головная боль ушла. Я с интересом посмотрела на своего ангела-хранителя, но Менриэль не обращала внимания на мой взгляд. Она внимательно смотрела на Сапифата, видимо, подбирая правильные слова. Казалось, будто от гнетущего молчания время остановилось, а свет в библиотеке слегка потускнел. Советник, в свою очередь, не отрывая взгляда, смотрел на лицо ангела.

— Сегодня миледи Менриалина сообщила мне, что видела свою мать, — наконец, сказала она. — Она видела Турмалин.

Выражение лица Сапифата не поменялось, но он не стал ничего отвечать сразу. Он коротко посмотрел в мою сторону и затем, вновь обратил внимание на Менриэль. После чего облокотился на кресло и, оперевшись локтем на подлокотник, поднёс ладонь ко рту.

— Ты же не думаешь, что… — начал говорить он, но не стал продолжать, будто предлагая Менриэль закончить мысль за него.

— Я думаю, что время пришло, — ответила ангел и добавила:

— И я должна была знать обо всём с самого начала.

— Ты пришла ко мне за разрешением? — спросил Сапифат, поднявшись. — Не к кому-нибудь ещё?

— Я не… — Менриэль опустила глаза в пол.

Старик обошёл стол и положил на него очки. Он больше не пилил взглядом ангела.

— Или вы пришли ко мне за советом, архангел Менриэль? — советник вновь нарушил молчание.

— Что-то произошло? — наконец, подала голос и я.

Стало казаться, будто взрослые скрывают от меня какую-то тайну. И их лица, обращённые ко мне… Мне совсем не понравились. Как и шевеление Миато в кармане. Сейчас точно было неподходящее время для того, чтобы быть раскрытой.

— Расскажите о своей работе, архангел Менриэль, — попросил Сапифат. — Зачем вас сюда направил Бог Света?

— Чтобы защищать эту девочку, — ответила моя хранитель.

— Ценой чего? — Сапифат несколько раз кивнул, удовлетворённый её ответом.

— Ценой жизни, — ответила Менриэль.

— Так кто она для тебя? — спросил Сапифат.

Менриэль не ответила, и тогда старик обратился ко мне:

— А кто для тебя Менриэль?

— Ну… она заботится обо мне, — засмущавшись ответила я. — Стирает мою одежду, следит за питанием.

— Только график составлять не умеет, — заметил советник, строго посмотрев в сторону ангела. Строго, но, по-доброму. Будто не хотел упрекнуть.

— Ты относишься к ней как к своей маме? — спросил Сапифат. Слишком трудный вопрос для маленькой девочки.

Я задумалась. Мне было тяжело относиться к этой молодой на вид девушке как к настоящей матери. Как у девочек из сказок, которые мне читали на ночь.

— Как к старшей сестре, — наконец призналась я.

Менриэль широко улыбнулась, будто была тронута моими словами.

— Вам не нужно моё разрешение, архангел Менриэль, — заключил Сапифат и вернулся к столу. — Вы вольны поступать так, как посчитаете нужным.

— Благодарю за совет, — ответила Менриэль.

Сапифат открыл синюю книгу и перелистнул страницу.

— Вы сильно изменились за эти десять лет, если вас интересует моё мнение. Раньше вы бы не раздумывали между Светом и маленькой девочкой.

Я не поняла, что он хотел этим сказать, но Менриэль улыбнулась и заметно расслабилась.

— Нет ничего важнее Света, господин Сапифат, — ответила ангел.

— Ну раз так, то я осмотрю её. Приготовьте ужин и материалы к обучению, — советник подтолкнул запрошенную Менриэль книжку и указал на дверь.

Архангел подняла со стола книгу, за которой пришла, и добродушно улыбнулась мне. После чего развернулась и, чуть не врезавшись в глобус с изображением неизвестного мне мира рядом со столом, подошла к двери и скрылась за ней.

Повисло молчание, прерываемое лишь звуками удаляющихся шагов и перелистыванием страниц.

— А ведь подслушивать очень нехорошо, Миато, — сказал Сапифат, отложив книгу в сторону, и посмотрел в сторону моего кармана.

4. Сапифат

Советник моего отца всегда, сколько я его помнила, отличался сдержанностью и дружелюбием. Часто улыбался и угощал конфетами. И всегда давал дельные советы. Отцу он приходился скорее другом, чем партнёром или подчинённым, и потому выполнял работу, выходящую далеко за простые обязанности советника.

— А я и не подслушивала! — Миато быстро выбралась из кармана и, превратившись в мартышку, ловко забралась к старику на стол, заставив меня вскрикнуть.

— Зачем ты пришла сюда? — спросил старик, подтянув к себе один из свитков, и раскрыл его.

— А ну как я могла не принять приглашение столь прекрасной девочки? — Миато чуть развернулась и подмигнула мне.

— Я позвала её покушать! — закивала я. — Она ведь такая хорошая!

— Хорошая, действительно, — Сапифат усмехнулся и наклонился к ящику.

Достав шоколад, старик протянул плитку мартышке и вернул своё внимание к чтению свитка. Цокнув языком через пару секунд, старик начал искать что-то на столе. Миато взяла стоящее недалеко от неё перо и передала ему. Сапифат кивнул и, обмакнув кончик пера в чернила, что-то подчеркнул. Или зачеркнул. Я не очень хорошо видела.

— Как будто ты ясновидящий, — усмехнулась Миато и освободила шоколад от обёртки.

Сапифат нахмурился и подул на свиток, после чего свернул и отложил в сторону. А затем почесал бороду и сказал:

— Быть внимательным — часть моей работы, которую не стоит недооценивать. А ещё следить за тем, чтобы каждый здесь приносил какую-то пользу. Как давно вы познакомились?

Сапифат кивнул в мою сторону.

— Очень давно! — сразу ответила я.

— Сегодня! — одновременно со мной сказала Миато.

Старик вопросительно посмотрел на Миато.

— То есть сегодня, конечно, — поправила себя я. — Но будто я знаю её очень давно…

Меня начало захватывать ощущение неправильности происходящего. Как будто в голову пытались проскочить чужие воспоминания. Конечно, я знала, что никогда прежде не встречала никого с таким именем, или с умениями к превращению. Никто мне не рассказывал про Миато. И в книжках о ней ничего не было.

— Что ты можешь рассказать про неё? — спросил Сапифат.

— Она может превращаться в разных зверей! И птиц! — ответила я.

— В рыб тоже могу, — добавила Миато.

— А какой её настоящий облик? — спросил Сапифат.

— Настоящий? — я задумалась. Откуда же мне было это знать? Что могла вспомнить о ней? Не из своих, а из чуждых воспоминаний?

В помещении стало ярче, а голова снова разболелась, когда я попыталась сконцентрироваться на мыслях о Миато. Мы встретились, когда она выглядела как медведь. Или это было раньше? Вокруг была опушка леса или горячий песок?

— Достаточно, госпожа Менриалина, — попросил Сапифат, но я всё же ответила:

— Наверное, Огненный медведь.

Мне показалось, будто Миато поперхнулась и с опасением посмотрела на меня, прекратив жевать шоколад.

— Точно не медведь, — наконец, возразила она. — И вообще, чужие секреты нужно уважать.

— Ой, это был секрет? — испугалась я. Стало как-то неудобно от случайного раскрытия чужой тайны.

— Не волнуйся, то, что ты сказала… не было секретом, — попытался успокоить меня Сапифат и вновь протянул конфету.

Миато спрыгнула со стола и из небольшой мартышки превратилась в более крупную обезьяну, после чего приложила ладонь к моему лбу и внимательно посмотрела в глаза.

— Со мной всё хорошо! — немного потерпев, возмутилась я и чуть отстранилась.

— А я уже успела нехороших вещей подумать, — сказала обезьяна, вернувшись к столу, и достала одну из конфет, принюхалась к ней и ковырнула ногтем, что-то ворча под нос.

— За кого же ты меня принимаешь? — нейтрально спросил Сапифат, принявшись за изучение второго свитка.

— За старика, который пытается поймать несколько коней удачи за хвост, — от ответа Миато старик отвлёкся от свитка и вздохнул.

После чего он поднялся из-за стола и, не проронив ни слова, подошёл к одному из стеллажей. Пройдясь по корешкам книг пальцем, бегло прочитав названия, советник перешёл к другому стеллажу. Наконец, он достал одну из них и вернулся к столу. Я подошла поближе, пока не смогла прочитать название: «Рыцарь Мере».

— Эту историю я знаю наизусть, — сказала Миато.

— А это для неё, — Сапифат указал пальцем в мою сторону и вернулся за стол.

— Тогда уж можно что-то и про тавров, — предложила Миато.

— Это пока рановато, — возразил Сапифат. — Но у меня к тебе есть деловое предложение. И, я думаю, ты понимаешь, что я могу предложить взамен.

— Рука принцессы меня не интересует, — усмехнулась Миато, превратившись в мартышку.

Подцепив книгу, она бегло полистала её и вручила мне. На бирюзовой обложке была изображена девушка с распущенными зелёными волосами и с длинным светлым мечом, будто из серебра. Девушку защищали тяжёлые на вид доспехи чёрного цвета, а её глаза выражали грусть. Я открыла книгу и прочитала начало. Первая страница начиналась с описания девушки с обложки. Её звали Кайлиза и она была частью большого семейства Мере.

— Я конечно, неплох в медицине, — услышала я слова Сапифата, когда отвлеклась от книги, — всё-таки главный врач Компиталиса, помимо других должностей. Но и мои познания ограничены.

— Что бы ты делал, если бы я совершенно случайно не оказалась тут? — спросила Миато.

— Искал бы другие пути, — ответил Советник.

— А что на это скажет он? — Миато кивнула в сторону двери. Примерно в направлении кабинета отца.

— Как его лучший друг, — вздохнул старик, — скажу, что некоторые вещи ему знать не обязательно для его же благополучия.

— Интересно у вас тут всё устроено. Я согласна.

Сапифат коротко кивнул и подошёл ко мне. Он наклонился ближе и сказал:

— Когда тебе исполнится десять лет, Миато станет одним из твоих учителей. Она очень умная и добрая, но, увы, они повздорили с твоим отцом в прошлом. Будет очень плохо, если он узнает об этом сейчас. Мы расскажем потом, когда будет поспокойнее.

Конечно, скрывать что-то от отца было не очень хорошей идеей, но и не было открытой ложью. К тому же эта мелочь не была единственным общим секретом со стариком. Я знала, каким вспыльчивым может быть отец и поэтому допускала, что Миато могла повздорить с ним из-за мелочи.

— Хорошо! — согласилась я.

— Ну вот мы всё и решили, — Сапифат выпрямился и обратился к Миато:

— Менриэль всё поймёт. И будет приносить еду. Думаю, вы сможете ужиться в одной комнате.

— Оборотнем быть удобно, — согласилась Миато и, превратившись в мышку, подбежала ко мне.

Я подставила ей руку и помогла забраться в карман.

— А по-моему, слишком уж непрактично, — ответил Сапифат и указал на дверь.

5. Компиталис

Мы без приключений добрались до моей комнаты, не встретив по дороге ни единой души. Миато похвалила убранство, особенно отметив качество гардеробов. Но мы обе забыли про Менриэль.

Дверь в комнату отворилась, и внутрь влетела моя ангел-хранитель. Уже без доспехов, а в своём обычном лёгком платье, украшенном золотистыми перьями. В руках она держала поднос с фарфоровым чайником и парой чашек.

Миато от неожиданности превратилась в курицу и громко заявила:

— Ко-ко-ко.

Менриэль выронила поднос, инстинктивно потянувшись к поясу. Но меча там не оказалось.

— Менриэль, не надо! — воскликнула я от неожиданности.

Никак не ожидала, что моя ангел-хранитель решит защитить меня от моей новой знакомой. Да ещё и таким образом!

Я остановила её вовремя: яркий свет уже собрался в правой руке архангела, а за её спиной распахнулись яркие крылья, упёршись в стены. Над головой Менриэль парил белый нимб.

— Между прочим, я новый учитель, — невозмутимо заметила Миато, поменяв облик на мартышку. — Сапифат пригласил.

Менриэль не была рада такому известию. Она буравила беззаботную мартышку взглядом, будто оценивая. И я вновь, но уже спокойнее попросила:

— Не надо.

— Похоже, нам нужно больше чашек, — наконец, Менриэль успокоилась и, скрыв крылья, покинула комнату.

Миато подскочила к разбитому сервизу и, спросив о наличии ёмкости для мусора, принялась собирать осколки в корзину, показанную мной.

— Вот и познакомились, — сказала она, закончив.

— Она хорошая, — я попыталась оправдать Менриэль. — Вы обязательно поладите.

— Поладим, — согласилась вернувшаяся ангел-хранитель. — И будем хорошо тебя учить.

В её руках я заметила новый поднос с сервизом и угощениями на троих. А на поясе теперь висел меч. Доспехов ангел, правда, не надела, но, похоже, в любой момент была готова ринуться в бой. Менриэль поставила поднос на тумбочку и разлила горячий напиток по чашкам.

— А книжка где? — спросила она, озираясь по сторонам.

Пять минут поиска сменились внезапным осознанием, и архангел вновь скрылась за дверью.

— Что с ней? — спросила Миато.

— Она такая, — пожала плечами я, обмакнув печенье в чай. — Наверное, что-то забыла.

— И часто она так забывает?

— У меня очень рассеянный хранитель, — призналась я. — Но она старается!

Миато усмехнулась и принюхалась к чаю. Удовлетворившись запахом, обхватила чашку ладонями, проигнорировав ручку, и забралась на подоконник. Вскоре Менриэль снова вернулась, на этот раз держа в руках книжку, недавно взятую в библиотеке.

— Сапифат попросил изучить её незамедлительно, — сказала она.

— Сегодня? — уточнила Миато.

— Эти знания скоро пригодятся, — пожала плечами Менриэль и протянула мне книгу.

Хорошо, что Сапифат не знал, при каком занятии мы собираемся изучать его книгу. Я сделала несколько глотков, и приятное тепло начало расползаться по телу.

Пособие повествовало об организации, лидером которой был отец. Кроме текста я заметила множество картинок, гербов и карт, что делало материал не таким длинным, как мне показалось сначала.

Компиталис основали ангелы задолго до рождения моего отца. В те времена, когда вера в Бога Света не распространялась на такое количество миров. Первые крепости располагались в мире Ярсон — родине куркулов.

Куркулов также называли орками. Они сильно отличались от людей как по росту, так и по строению лица: нижняя челюсть сильно выпирала вперёд, а нижние клыки росли настолько большими, что сильно закрывали часть верхней губы. Особо знатные куркулы даже подпиливали их, чтобы более презентабельно выглядеть для представителей союзников.

Первоочередной задачей Компиталиса был сбор под своими знамёнами лучших воинов Света. Элиту элит, ставящих интересы Бога превыше всего.

Орден Компиталиса развивался, и ему стало тесно на Ярсоне. Тогда его последователям и посчастливилось найти новый, безымянный мир. Освоив эти земли, они назвали их в честь Ордена и основали неприступную крепость.

Пока Орден и воины Света крепли, к ним присоединялось всё больше сторонников. И Компиталис был выбран центром их собраний для решения важных, в том числе торговых и политических, вопросов.

Самыми влиятельными союзниками Компиталиса в пособии назывались ангелы из Литена, дракониды из Азориена, куркулы из Ярсона, шаниры из Сиприна, а также люди и лесные эльфы, прозванные тролланами. Миры последних двух союзников не назывались.

— Люди — самые многочисленные сторонники Бога Света, — заметила Менриэль. — Век ваш, конечно, не долог, но вы сильно вдохновляете остальных.

— А я думала, что ангелов больше, — призналась я.

— Вовсе нет, нас меньше всего, по сравнению с другими последователями Бога Света. Даже возможными в будущем.

— Почему? — спросила я.

То, что говорила Менриэль, вызывало удивление. Ангелы являлись первыми последователями Света и самыми могущественными. Сложно было представить, что их количество проигрывало остальным.

— Мы живём только лишь в одном мире, — немного мечтательно ответила Менриэль и отхлебнула из своей чашки. — Ангелов нигде больше нет.

— Какой он, ваш мир? — спросила я.

— Наш мир… очень красивый, — мне показалось, будто архангел погрузилась в глубокие раздумья.

Её взгляд смотрел в пустоту, а с лица не сходила улыбка.

— В другой раз о нём! — внезапно опомнилась она. — Читай дальше.

Читать дальше было нечего. Книжка демонстрировала карты миров союзников, изображения их гербов и городов. Всё то, что, по мнению автора, должна была знать десятилетняя девочка.

Я из любопытства взглянула, кто автор. Командор Алексий в соавторстве со своей супругой Турмалин. Ну конечно.

Впрочем, за картинками скрывалась новая порция текста о врагах Компиталиса. О тех, кто был против Бога Света или жаждал уничтожения Ордена.

Первыми в списке, разумеется, обозначались демоны и их приспешники всех мастей. Перечислялись и рогатые, и копытные. Упоминались как двуногие и четвероногие, так и шестилапые создания. Здесь же приводились и изображения, чтобы не оставить читателя равнодушным к их неприятному облику.

Вторыми на очереди обозначались демонопоклонники. Те существа, которые решили присоединиться к лидеру адских войск. Продавшие свои души князю тьмы.

Были здесь и последователи забытых ложных Богов. Они отвергали мудрость Бога Света и продолжали совершать опасные ритуалы, грозящие нарушить мир и спокойствие.

— Ого, здесь даже тавры записаны! — заметила Миато, читавшая вместе со мной. — Их не забыли.

— Бог Света помнит всех, — нейтрально прокомментировала Менриэль.

Тавры описывались как несколько рас, выглядящих как гибриды людей и копытных зверей. Эта группа включала в себя конеподобных кентавров, минотавров, напоминающих быков и, отдалённо похожих на коз, лантавров. Хотя, лично я, глядя на изображение, находила сходства последних с демонами-сатирами с предыдущих страниц пособия.

Я перелистнула страницу и начала читать про ясновидящих. Они могли видеть недоступное другим. И описывались как несчастные существа, сходящие с пути Света. Хоть и не по своей воле. Ведь зачастую из-за своего проклятья ясновидения они теряли рассудок и становились опасными для окружающих. И при этом оставались достаточно сильны, чтобы являться угрозой даже для ангелов.

— Не понимаю, — призналась я. — Почему бы с ними просто не договориться? Может их можно спасти?

Менриэль задумалась, а Миато ответила:

— Думаю, что многие просто боятся.

— Это сложная тема, — наконец, нашла слова ангел-хранитель.

— Почему сложная? — удивилась я. — Демоны вот плохие потому что обманывают и убивают людей. Кто-то им поклоняется зачем-то. Понятно, что они плохие и поэтому враги. А тут не понятно.

— Некоторые пути Бога Света неисповедимы, — ответила Миато. — Не все его заветы могут быть очевидны. Тем более такой маленькой девочке.

— Не такая уж я и маленькая, — возмутилась я. — Мне скоро десять!

— Миато права, — согласилась с мартышкой Менриэль. — Иногда даже ангелы не могут понять Божественного замысла. Но рано или поздно всё станет очевидно.

Спорить было бесполезно, хоть я не удовлетворилась ответом. Только нахмурилась и перевернула страницу.

На последней странице говорилось о Меченосцах. Последователях забытого Бога, носивших с собой оружие, поглощающее души убитых ими существ. Оно напитывало их силой, но заставляло убивать всё больше живых вокруг себя. В конце концов, Меченосцы желали всё больше силы, учиняли колоссальные разрушения в разных мирах. И потому считались самой приоритетной целью для Ордена.

— А вот с ними больше понятно, — я захлопнула книгу и протянула Менриэль. — Но что с ними делают? Сажают в тюрьму?

Менриэль снова посмотрела на Миато, будто хотела поддержки, а я лишь порадовалась, что они так быстро подружились.

— Врагов Бога Света, как правило, казнят, — невозмутимо ответила Миато.

6. Праздник

После беглого изучения пособия, в течение нескольких дней Менриэль проводила опросы про знаки различия союзников. Их гербы, флаги, особенности одежды и обычаев. Хорошо было лишь то, что мне не приходилось изучать их полную историю.

Наконец, наступил день «Д». Десятилетие. День рождения. Момент первого взросления.

Утром того дня я открыла глаза и увидела, как Миато по своему обыкновению пьёт чай, сидя на подоконнике и закусывая мятными пряниками. Менриэль дремала за новым письменным столом в моей комнате, еле слышно посапывая.

Я поднялась и подошла к зеркалу. Из зеркала на меня смотрело заспанное лицо девочки. Прямой нос, голубые глаза и светлые, чуть отдающие рыжим, взъерошенные волосы. И небольшой шрам на щеке. Я протёрла глаза и наваждение ушло. На меня смотрело моё обычное лицо.

— Доброе утро, Менриалина, — сказала оборотень.

Менриэль моментально встрепенулась и, уронив пособие Сапифата на пол, умчалась из комнаты.

— Она себя не бережёт, — заметила мартышка и спрыгнула с подоконника.

Она подошла к книжке и вернула её на стол.

— Вы хорошо поладили, — заметила я. — Вначале как будто ты ей не понравилась.

— Мы хорошо поговорили, пока ты спала, — ответила Миато. — Иногда взрослым приходится хорошо ладить. И кстати. С днём рождения.

Миато протянула металлическую заколку с алым цветком. Кажется, это была роза. Откуда она взялась у оборотня, я могла лишь гадать.

— Я слышала, твоё имя означает алый драгоценный камень, — сказала она. — Подумала, что тебе понравится.

Мне понравилось. Настолько сильно, что я заключила мартышку в крепкие объятия.

Наконец, Менриэль вернулась с моим праздничным платьем. Разумеется, в серых и синих цветах Компиталиса. Его украшали банты и ленточки, но такие цвета совсем не подходили под новую заколку. Платье Менриэль держала в правой руке, а на левой появилась новая царапина.

— Я торопилась, — пояснила архангел, увидев наше внимание к светящейся ране.

Менриэль калечилась не впервые, и поэтому я давно знала, что у ангелов сверкает кровь.

— Ты позволишь? — спросила Миато.

Ангел-хранитель кивнула, и мартышка подошла к ней. Прикоснулась к руке и царапина исчезла.

— Я думала, магия света хороша в исцелении, — заметила Миато.

— Распространённый миф, — пожала плечами Менриэль и протянула мне платье.

— Что ж, я редко так тесно общалась с… такими, как ты, Менриэль, — сказала мартышка, пока я начала переодеваться.

— Я могу сказать то же самое в ответ, — я не видела лица ангела-хранителя, но по голосу было похоже, будто она улыбнулась.

— И в обычной жизни я представляла вас совсем по-другому, — призналась Миато.

— Ой, подарок! — воскликнула Менриэль вместо ответа и вновь выбежала из комнаты.

— Если она вернётся с новым ранением, я не удивлюсь, — усмехнулась мартышка.

— Она такая, — я пожала плечами в ответ. Платье село идеально и совсем не стесняло движений. Портные Компиталиса хорошо постарались, как и всегда.

— С днём рождения, — услышала я голос матери. Она склонилась над кроватью и улыбалась подушкам.

— Спасибо, мам, — ответила я без особой надежды на продолжение разговора.

— Расти большой и сильной, — сказала мама и вышла из комнаты.

— Я вернулась! — сообщила Менриэль, чуть не врезавшись в мою мать. Проигнорировав её, ангел вручила мне свой подарок: книгу. Я не могла прочитать символы на белой обложке, но всё равно с благодарностью приняла подарок.

— Ого! — глаза Миато расширились. — Это неожиданно.

— Что это? — спросила я.

— Книга для изучения заклинаний, — ответила Менриэль. — Пока ты не сможешь её использовать, но это подарок на долгие года. Я не смогла ничего лучше придумать на твоё десятилетие.

— Откуда она у тебя вообще? — Миато тоже дотронулась до подарка.

— Значит, я буду волшебницей? — я чуть не подпрыгнула от восторга.

— Скорее всего, отец попросит тебя обучиться военному искусству, — возразила Менриэль. — Но даже самому искусному воину не помешает изучить несколько заклинаний.

Миато хмыкнула и вернулась на подоконник.

— Хорошо вам отпраздновать, — махнула она. — В следующий раз я точно получше подарок подготовлю.

— Следующий день рождения через четыре года, — улыбнулась Менриэль.

— Тогда у меня много времени, — проворчала мартышка.

— Она не обиделась? — спросила я, когда мы вышли из комнаты.

— Вовсе нет, — помотала головой Менриэль. — Скорее удивилась.

— Эта книга такая важная? Я даже не смогла ничего там прочитать!

— Каждая книга важна по-своему, — уклонилась от ответа ангел-хранитель.

Коридоры Компиталиса украсили разноцветными ленточками и шариками, что придавало величественной крепости непривычную праздничную атмосферу. Что особенно радовало, серый и синий цвета дополняли зелёный, алый и оранжевый.

В главном зале суетились слуги, заканчивая приготовления к торжеству. Они установили столы вместо обычных скамеек и уже расставляли манящие закуски для проголодавшихся с дороги гостей согласно обычаям Ордена. Отец, сидевший во главе стола, казалось, был погружён в тяжёлые размышления. Командор Алексий облачился в парадный мундир, украшенный символами Компиталиса: изображением золотого перекрёстка на сером фоне и гербом в виде меча Юнифа — меча Компиталиса.

— Леди Менриалина прибыла на праздник, — сообщила Менриэль на весь зал, когда мы приблизились к столу.

Я, с помощью хранителя, заняла место по левую руку от отца. А место по правую оставалось свободным. Даже сейчас мать решила не показываться публике.

— Да, спасибо! — отец кивнул и, обратился ко мне:

— Сегодня будет много гостей. Ты подготовилась?

— Да, отец, — кивнула я. Врата главного зала распахнулись, а музыканты заиграли приветственную мелодию.

Первым «гостем» стал Сапифат. Архивариус подошёл к нам и, почтенно поклонившись, протянул мне свёрток с подарком.

— Желаю вам, леди Менриалина проницательности и долгих лет, — произнёс он.

— Спасибо, господин Сапифат, — я сделала первый за этот день реверанс. Но, увы, не последний. — Я очень счастлива видеть вас здесь каждый день. Рядом с отцом.

Старик улыбнулся. Отец тоже остался довольным. Ответ старику я подготовила ещё неделю назад.

— Желаю вам, леди Менриалина, чтобы Свет всегда освещал ваш путь, — произнёс второй гость. Представитель лучших воинов света — ангел с Литена. Высокий мужчина с длинными волосами ниже плеч и светло-зелёными глазами. Парадный белый камзол гостя украшали золотистые перья, а на поясе я заметила меч в украшенных ножнах. На груди висел крест Бога Света. Знак, дарованный лишь избранным.

Он одарил меня доброй улыбкой и вручил свой подарок — серебряное украшение на запястье с выгравированным названием родного мира ангелов.

— Благодарю вас и Бога Света за ваш визит, архангел…

— Артуриэль, — прошептала подсказку моя ангел-хранитель.

— Архангел Артуриэль, — быстро исправилась я. — Я очень польщена вашим визитом.

— Сияй, как Свет! — пожелал зеленошкурый драконид из Азориена, в котором было явно больше от ящера, чем от человека.

Его одежда была строгих тёмных цветов с регалиями лорда зелёных драконид. Первых из Азориена, кто принял Бога Света. Рядом с ним изучал пол другой драконид. На вид очень молодой, насколько я могла судить. Такой же зелёный в целом, но с золотистыми прожилками на чешуе и небольшим пурпурным гребнем на голове. Видно, что он сильно смущался и будто хотел побыстрее отсюда уйти.

— Яркой жизни и спокойного сна! — сказала представитель Сиприна — шанир чёрная кошка Акши Ариан.

Она сделала реверанс, коснувшись подола юбки, украшенного нефритовыми камнями. Мне показалось, будто в улыбке шанира было больше ехидства, чем вежливости.

— Желаю тебе верных друзей, — вручил подарок облачённый в парадные кожаные одеяния орк с Ярсона.

Я совсем не заметила его клыков. Видимо, он их давно потерял, или удалил для работы послом.

— Ярких впечатлений! — пожелал лесной эльф.

К своему стыду, я не могла определить его родной мир. Похоже, слишком плохо запомнила герб с зелёным листом, украшающий позолоченный костюм гостя.

— Великих свершений! — почти хором поздравили с праздником человек и гном с Менлана.

Человек прибыл в парадных, хорошо отполированных доспехах, равно как и гном, о котором ничего не было сказано в книжке отца. Похоже, они были совсем новыми союзниками Компиталиса.

А за ними было ещё больше посетителей, которых я уже и не пыталась запомнить.

— Дорогие гости! — наконец, пришла очередь отца. По обычаю он встал и сначала обратился к посетителям. — Позвольте мне поздравить свою дочь, Менриалину! Сегодня ей исполняется десять лет!

Я немного задрожала. От усталости, или от слишком большого внимания к своей персоне? Каждый из гостей внимательно смотрел на нас, будто оценивая. Менриэль положила руку на моё плечо, желая подбодрить и успокоить. И это помогло. Я посмотрела на неё, и ангел улыбнулась в ответ, убрав руку.

— Десятилетие, как вы знаете… — отец продолжил речь торжественным тоном. — Десятилетие очень важно для служителя Бога Света. С этого возраста происходит определение судьбы любого живого существа. Будь то ангел, шанир, человек, эльф, драконид, куркул или гном. Любой находит своё место в наших мирах. И Бог Света поведал судьбу моей дочери.

Он повернулся ко мне и, широко улыбнувшись, крепко сжал моё плечо.

— Через много лет, — продолжил он, — она займёт моё место. Место лидера Компиталиса. Она будет стоять здесь. И говорить вам тёплые слова.

Менриэль дотронулась до руки Алексия, заметив, что он сжал плечо слишком сильно. Отец сначала недовольно посмотрел на нее, но всё же снял руку. И произнес:

— Дочь моя. Я, Рыцарь Света Алексий, лорд Компиталиса, поздравляю тебя с днём рождения! Расти прекрасной, как твоя мать. Мудрой, как Сапифат. И сильной, как я.

— Спасибо, — только и смогла робко пробормотать я, борясь с подступившими от волнения слезами. И приняла подарок из его покрытых шрамами рук. Небольшую, но тяжёлую коробку. Я не хотела открывать сейчас, да это и не требовалось.

— А теперь, дорогие гости… — Алексий развернулся, и легонько похлопав меня по спине, вновь обратился к гостям:

— Дорогие друзья! Я прошу занять свои места и вкусить лучшие блюда Компиталиса!

Музыканты начали играть более спокойные мелодии, а прислуга моментально вынесла горячие блюда, предлагая их гостям. Поварам действительно было чем удивить.

— Лорд Алексий, — обратился к отцу архангел Артуриэль, отвлёкшись от перешептываний с моим ангелом-хранителем.

— Рад тебя видеть, старый друг, — на лице отца расползлась улыбка.

— К сожалению, наши планы придётся отложить, — сообщил ангел.

— Что-то случилось? — улыбка Алексия моментально пропала.

— Михаэль отправляет меня на Омегу.

Алексий тяжело вздохнул и, бросив короткий взгляд на нахмурившуюся Менриэль, произнес:

— Насколько там всё плохо? Если моя помощь потребуется…

— Михаэль не хочет втягивать союзников, — возразил Артуриэль, не дослушав. Ситуация непростая, но слишком большое внимание не нужно.

Алексий оглядел гостей и снова вздохнул.

— Я хотел бы поговорить с тобой после праздника. Если на то будет воля Бога Света.

— Конечно, — архангел улыбнулся. — Не переживай.

— Менриэль, — обратился к моему хранителю отец. — Я хочу, чтобы ты обучила мою дочь основам боевых искусств. Тем, что обучают на Литене.

— Но ведь… — Архангел заметно встрепенулась и отложила вилку.

— Мне известно, что ваша программа занимает много лет. Но я уверен, что ты придумаешь некий упрощённый подход. Разумеется, с тем учётом, что у неё нет крыльев.

— Вы собираетесь принять предложение моего мужа? — встряла в разговор леди Ариан, сидевшая неподалёку.

Отец недовольно поморщился, но, похоже, только я заметила это.

— Собираюсь, — ответил он шаниру. — Мы обсуждали этот вопрос с королём Арианом. И договорились отправить её через четыре года. Под присмотром архангела Менриэль, разумеется. Однако я считаю, что ей следует дополнительно подготовиться перед программой шанир.

— Простите, что встреваю, но, как её хранитель, могу заверить Вас, что это хорошая идея, — согласилась с моим отцом Менриэль. — Молодая леди всё же не шанир. И её следует научить вашим обычаям.

— Значит, решено, — заключил отец.

Леди Ариан удовлетворённо кивнула и вернулась к еде.

— И ещё, — отец нахмурился, обратившись к Менриэль. — Я не хочу, чтобы она изучала магию. Колдовство слишком упрощает жизнь воина. И делает его слабым.

— Да, лорд Алексий, — кивнула ангел-хранитель.

Прислуга вынесла сладости и огромного размера розовый торт, украшенный, разумеется, крестом — символом Света. В отличие от символа перекрёстка: крестом с острыми и тупыми углами, символ Рая обладал лишь прямыми. А на окончании креста изображались руны четырёх главных столпов воинов Света: чести, доброты, силы и чистоты.

— Как успехи в вашем деле, Алексий? — спросил один из послов у моего отца. Я забыла, из какого он мира.

— Мы достигли успеха, — торжественно сообщил мой отец. Музыка, казалось, стала играть тише, а разговоры за столом смолкли. — Компиталис выследил и ликвидировал Меченосца Гастеллу Сильверлин. И Рыцарь звука пала от моей руки.

— Поздравляю с победой! — первым захлопал драконид с Азориена.

Другие участники пиршества в свою очередь поздравили отца и подняли свои бокалы в его честь.

— Это ещё не всё, мой друг, — усмехнулся Алексий. — Мы смогли обнаружить прислужников одного из падших. С помощью короля Верена мы захватили в плен демона Ракошетту. Но, к сожалению, на других направлениях успехов не очень много.

Слуги разрезали торт и принялись раскладывать по тарелкам гостей. Разумеется, первые порции достались нам с отцом. Торт вызвал мой восторг с первого кусочка. Настолько сильный, что я совсем перестала слушать другие разговоры.

— Похоже, моя дочь утомилась, — услышала я голос отца, когда с тортом было покончено.

— Я отведу её, — с готовностью кивнула Менриэль.

Я не была уверена, как себя вести. Похоже, праздник должен был продолжиться уже без моего присутствия. Поэтому, как умела, попрощалась с гостями и пожелала им здоровья от Бога Света перед тем, как хранитель увела меня прочь.

7. Турмалин

По пути назад я обнаружила, что праздник занял куда больше времени, чем казалось: светило уже садилось и надвигались сумерки. Похоже, отец отправил меня в комнату именно по этой причине. Внезапно голова стала тяжёлой, и я чуть покачнулась. Менриэль заметила это и подхватила, не дав упасть.

— Спасибо, — сказала я, оглядев коридор левого крыла замка. — Ты всегда была добра ко мне.

— Конечно, — не сразу ответила Менриэль. Её взгляд был полон удивления. — Ведь я твой ангел-хранитель.

— Хранитель, да, — я кашлянула.

Я не хотела произносить эти слова. Откуда они вообще родились в моей голове? Я опёрлась на стену и сделала два шага вперёд, пока вновь не увидела мою мать.

— Идём, — сказала она, и я повторила её слова Менриэль.

Архангел последовала за мной. Уже достаточно окрепшей, чтобы передвигаться самостоятельно.

— Я во многом полагаюсь на удачу, ты знаешь, — сказала мать твёрдым голосом.

— Потому что больше ничего у тебя не было, — услышала я другой голос.

Но не могла видеть его владельца. Судя по звуку, голос принадлежал взрослой женщине. Он был властным и отдавал нотками металла. Звучал, будто сарказм.

— Потому что больше ничего у меня нет, — согласилась мать. — Я всё оставила позади. Друзей. Коллег. И скоро оставлю родных.

— Ты это слышала, Менриэль?! — воскликнула я.

— Ты о чём? — спросила ангел. Её вид становился всё более беспокойным.

— Моя мать… — на глаза наворачивались слёзы. — Моя мама собиралась оставить нас с отцом!

Я подбежала к матери и попыталась схватить её, но тщетно. Руки скользнули сквозь её тело, и я упала на ковёр.

— Как это… — ошарашено спросила я, поднявшись, и снова попробовала схватить её.

— Надеюсь, ты вырастешь сильной, моя дочь, — сказала мать.

— Не уходи… — попросила я пустоту.

— Скажи ей, что время пришло, — попросил неизвестный голос.

Менриэль положила руки мне на плечи, будто пытаясь поддержать.

— Она пропала… — сказала я, всхлипнув. — Моя мама пропала!

Я не знала, как добралась до комнаты. Не помнила, как спряталась под одеяло. Мама решила оставить меня навсегда. Под конец важного праздника. Конечно, она и раньше не желала быть частью нашей семьи. Но я всё равно любила её.

— Что с ней? — спросила Миато.

Я не заметила, в какой форме была оборотень.

— Похоже, что снова встретила Турмалин, — ответила Архангел после небольшого раздумья.

— Мама бросила нас, — я решила взять себя в руки и подать голос из-под одеяла.

— Ты не думаешь, что время пришло, Менриэль? — спросила Миато.

Я выбралась из кровати, несмотря на слёзы, ведь вопрос сильно заинтересовал меня. Оборотень была в форме мартышки и с укором смотрела в сторону Менриэль.

— Сейчас? — переспросила ангел. — В смысле, сегодня?

— Голос сказал, что время пришло, — всхлипнув, передала я слова неизвестной.

Скорее всего, они были адресованы Менриэль. Почему только говорившая не сказала ей напрямую?

— Какой ещё голос? — спросила Менриэль, а я пожала плечами вместо ответа.

Миато подала платок и я, наконец, смогла вытереть слёзы. Десятилетней наследнице Компиталиса следовало держать себя в руках.

— Значит, время действительно пришло, — Менриэль вздохнула и позвала меня с собой. Увязалась и Миато.

Мы не стали возвращаться в зал, а отправились вглубь левого крыла замка.

— Турмалин была хорошей женой, — нарушила молчание ангел. — И примером не только для обитателей Компиталиса, но и для ангелов. Я очень уважала её.

— Я думала, что вы не ладили, — удивилась я.

— Ладили мы хорошо, — возразила Менриэль. — Именно Турмалин смогла объединить драконид Азориена и… склонить их на сторону Света. Возможно, именно благодаря нашей с ней дружбе, тебя назвали Менриалиной. И сделали меня твоим ангелом-хранителем.

— А имя важно? — спросила Миато.

— Очень важно, — ответила Менриэль.

Мы вышли из левого крыла через малый вход в замок и направились к стене. Вокруг не было охраны. Похоже, основная стража сосредоточилась ближе к месту проведения праздника. Светило уже совсем село, и Менриэль повела нас на возвышенность, освещая путь магией.

— Но почему она так редко общалась со мной? — спросила я.

Рассказ Менриэль совсем не увязывался с поведением матери. И её сегодняшней выходкой.

— Сейчас увидишь, — ответила хранитель.

Голова снова загудела, и вновь ангел помогла мне не упасть. Тени окружили нас, но я не могла различить ни одну из них. Они пытались что-то сказать, но я не разбирала слов. Наконец, всё закончилось.

— Ты в порядке? — спросила Миато.

— Ну я ведь дочь Алексия, в конце концов, — ответила я, будто чужими словами.

Медведица… Нет, оборотень же сейчас была мартышкой… Она удовлетворилась моим ответом, и мы продолжили путь.

Наконец, впереди показался вход в старый склеп. Менриэль отворила дверь и пригласила нас внутрь. Звук от шагов ангела, казалось, пробудит даже мёртвых. Он вызывал тревожность, будто приближал нечто страшное.

— Зачем мы тут? — просила я перед тем, как мы остановились.

Ангел посветила на одну из табличек, установленную на каменный гроб.

— Турмалин, — прочитала я. — Это… кого-то зовут, как…

Я прочитала вторую часть имени, и осознание навалилось на меня. Нет. Там лежала моя мать. Всё идеально складывалось в единую картину. Я плохо помнила детство, но была уверена, что моя мама была очень доброй и приветливой примерно до четырёх лет. Лишь потом она стала странной. Постоянно пропадала и общалась чудными фразами. Иногда совершенно игнорируя окружающих. Взрослые мало говорили о ней и странно смотрели на меня, когда я упоминала маму.

Я дотронулась до таблички, будто надеясь, что рука пройдёт сквозь и она исчезнет. Но лишь коснулась до холодного шершавого камня. Всё это время мне являлся лишь её призрак. Она действительно любила меня и потому не оставила даже после смерти. И общалась как умела. Я улыбнулась и прислонилась к табличке лбом. Слёзы вновь потекли, но это были слёзы облегчения.

Рядом чихнула Миато. Оборотень чувствовала себя неуютно в замкнутых и тёмных помещениях. Я вспомнила, как мы познакомились на Мин-Люнсе. Совсем недавно, но я думала, будто знаю её вечность…

По спине пробежал холодок. Знакомство с Миато было не менее странным, чем видеть призрак собственной матери. Я стала вспоминать другие странные события своей жизни. Как толпы людей на центральной площади внезапно превращались в кучку скучающих стражников. Как чуждые голоса невидимок были слышны в коридорах замка. Ведь голос, услышанный мной сегодня, не был единственным!

— Турмалин… — наконец, сказала Менриэль. — Нет, твоя мама. Она умерла шесть лет назад.

Я старалась слушать ангела-хранителя, но мысли уносили меня в другое место. Множество теней недавно. Странные образы в зеркалах, будто там отражалась совсем не я. До сих пор я считала это наваждениями. Чем-то, вроде нормы. Переутомлением, например.

Голова вновь потяжелела, а ноги подкосились. Я не смогла удержаться и упала на холодный каменный пол.

— Зря мы сюда пришли, — сказала ангел, когда помогла мне подняться. — Не стоило это видеть сейчас…

— Рано или поздно пришлось бы, — возразила Миато.

— Не лучше бы было сделать это позже… — ангел повела нас назад.

Я не сопротивлялась. В склепе делать было больше нечего.

— Со мной всё в порядке, — попыталась я успокоить её.

— Я чувствую, что не в порядке! — возразила она, наверное, впервые за мою жизнь.

— Нужно показать тебя Сапифату. У тебя слабость, жар. Ещё, я думаю, переутомление или… помутнение ра…

Ангел осеклась и бросила короткий взгляд в сторону Миато.

— Я тут ни при чём, — отреагировала оборотень.

— Просто устала, — попыталась отмахнуться я.

— И голова у тебя просто от усталости кружится? — Менриэль нахмурилась. — И тошнота? Но это точно не отравление… Отравление я бы почувствовала.

— Ангелы и это могут? — спросила Миато.

— Хранители могут, — отмахнулась архангел.

— Я осмотрю её в комнате, — предложила оборотень и, заметив взгляд Менриэль, добавила:

— Если, конечно, ты не хочешь отвлекать Сапифата и Алексия от гостей и объяснять им… всё вот это.

Я видела, что хранитель недовольна этим решением, но не стала возражать. Она неожиданно легко, для хрупкой девушки, подняла меня на руки и понесла обратно в замок. А я вновь вернулась к своим мыслям.

Мыслям о привидениях, отражениях, тенях. О том, что, похоже, могла видеть только я. Ведь прямо сейчас Менриэль прошла сквозь человека, пока заходила в левое крыло замка, не обратив на него внимания. А ведь раньше я списывала это на её неуклюжесть. Я думала, что ангел сталкивается с ними, а не проходит сквозь.

Ангел стремительно преодолела расстояние внутри коридора, будто за ней гналась сама смерть, и положила меня на кровать.

— То, что я сейчас вам двоим покажу, знак большого доверия, — предупредила Миато.

— Слуги Света не предают, — сказала Менриэль. — И ты знаешь степень моего доверия к тебе.

Тело мартышки-оборотня засветилось и стало расти, превращаясь в кого-то, похожего на быка. Похожего на картинку из пособия, изображающую… минотавра. Впрочем, я не удивилась её облику так, как ангел-хранитель. Я давно знала истинный облик оборотня.

Но откуда? Минотавры были врагами Компиталиса согласно пособию. Её не могло быть рядом со мной в детстве. Но, похоже, старик Сапифат знал её и не был против присутствия оборотня в замке. Или он не знал, что она минотавр?

Миато фыркнула и откинула капюшон, скрывавший часть лица. Затем распахнула чёрный плащ, появившийся вместо длинной шерсти мартышки. Под ним пряталась кольчуга и длинный меч в ножнах. За спиной оборотня висел объёмный рюкзак, который она незамедлительно сняла и поставила на пол.

— Никогда не думала, что мне пригодятся мои вещи именно здесь, — проворчала она.

— Ты минотавр?! — Менриэль обрела дар речи.

— Нет, я — шанир-бык, — фыркнула Миато в ответ. — Вспомни, что ты знаешь про меня, что мы говорили про доверие, и помогай.

Врагами Компиталиса были демоны, демонопоклонники, служители древних богов, Меченосцы, тавры и ясновидящие, вспомнила я. Но могло ли быть так, что кто-то из тавров всё-таки был исключением?

Холодок вновь пробежал по моей спине, и я посмотрела на письменный стол. Пособия на нём не было, но оно лежало ближе: прямо рядом со мной. Пока Миато доставала вещи из рюкзака, а Менриэль расставляла их рядом, я открыла книжку и перелистала, остановившись на предпоследней главе.

«Ясновидящие могут видеть недоступное другим», — вновь прочитала я. А на другой странице: «Из-за своего проклятья они теряли рассудок».

Я захлопнула книгу и бросила в сторону. Я знала, что Миато минотавр. Я видела чужие отражения в зеркалах. Я видела призраков и даже призрак своей матери. Осознание выстрелило в голову, будто стрела из арбалета. Я была ясновидящей… Я была…

— Менриэль, — обратилась я к ангелу.

Та встрепенулась и обратила на меня внимание. Миато выхватила из её рук колбочки рыжего и зелёного цветов и отставила в сторону.

— Как умерла моя мать? — спросила я. — Почему она умерла?

Ангел-хранитель вздохнула и посмотрела на Миато, будто ища поддержки.

— Тебе придётся ответить, — поддержки от Миато ждать не приходилось, и Менриэль ответила:

— Она стала врагом Компиталиса.

8. Рыцарь Мере

На следующий день я проснулась с ясной головой. В комнате никого не было. Я встала с кровати и подошла к комоду. Из зеркала на меня смотрела девочка с белыми глазами и голубыми волосами. Очередное видение.

На комоде лежала коробка с подарком отца. Я не помнила, чтобы приносила его вчера. Видимо, Менриэль позаботилась о нём. Я оглянулась в надежде найти пособие Компиталиса, но книжки не было видно.

— Интересно, была ли мама… — сказала я вслух, но оборвала себя.

Размышления о ясновидящих были опасны. Ясновидящие были врагами Компиталиса. «Врагов Бога Света, как правило, казнят» — вспомнила я слова Миато.

Видение в зеркале исчезло, и я открыла подарок отца. Небольшой металлический кинжал с неизвестными рунами на рукояти. Командор Компиталиса хотел, чтобы дочь пошла по его стопам, раз уж Бог Света не подарил ему сына. Знал ли отец о том, кем является его дочь?

Я вспомнила многочисленные тесты по угадыванию изображений на карточках. Похоже, что отец не был уверен, или давно уже решил бы мою судьбу. Уж очень он был предан делу Бога Света. И это подтверждали не только его слова, но и гроб моей матери.

Я отложила кинжал и обратила внимание на книгу с девушкой-рыцарем на обложке. С книгой я вернулась в кровать и, положив подушку поудобнее, открыла её.

Книга повествовала о прекрасном эльфе из богатого семейства Мере. Он описывался, как великий рыцарь, доблестный воин и невероятно привлекательный мужчина. Долгие годы он защищал честь своей семьи на турнирах. Завоёвывал сердца прекрасных дам. Раз за разом побеждал всех своих врагов.

Почему-то на месте рыцаря я представила своего отца. Только моложе и улыбчивее. Таким же преданным своему делу, как и сейчас. Таким, в кого могла влюбиться моя мама.

Продолжение истории не обещало быть радужным. На одном из турниров соседнее с Мере семейство, называвшееся «Дрикс», повздорило с ними. Рыцари семейств всё чаще сражались на поединках, пытаясь избежать большой войны, но никто не мог победить.

Тайрис-Мере терял оруженосцев одного за другим, но сам ни разу не выходил из схватки побеждённым. Да, он одерживал одну победу за другой, но близкие постепенно отдалялись от него: за ним закрепилось клеймо проклятого. Никто не хотел нести его оружие. Никто не желал учиться у него, или сражаться с рыцарем плечом к плечу. Даже брат Тайриса вскоре отвернулся от него. Рыцарь Мере отчаялся: впереди ему предстояло решающее сражение, но что он мог без напарника?

Много ли соратников было у моего отца? Сапифат и ангел-хранитель командора Алексиэль, похоже, были его единственными друзьями. В крепости жило множество рыцарей, да и союзники регулярно присылали своих воинов. Но почему отец выглядел таким одиноким?

В дверь постучали, и я постаралась затихнуть. Кто бы там ни стоял, я не хотела ни с кем разговаривать. Менриэль просто зашла бы внутрь, как и Миато. Отец вообще никогда не заходил в эту часть цитадели. Даже старик Сапифат не был тем, кого я хотела бы сейчас видеть.

Подождав немного, я перелистнула страницу и продолжила читать.

В продолжении книги никому не известный юнец предложил помощь главному герою. Он скрывал своё лицо под маской, а всем говорил, что слишком уродлив. Но рыцарь Мере и не думал отказывать. Он был рад любой поддержке. Вместе они вступили в решающий бой и победили.

Я снова встала с кровати и подошла к зеркалу. Не увидев ничего необычного, я достала расчёску. Пора было привести себя в порядок. Менриэль и Миато могли вернуться в любой момент. Причесавшись, я почистила зубы и переоделась.

Миато тоже была врагом Компиталиса, если верить книге. Однако Сапифат принял её. Может, среди тавров были те, кто не отвернулся от Света? Но почему оборотень скрывала свой облик? Стоило ли рассказать ей о своих переживаниях?

— Я так не думаю, — услышала я незнакомый мужской голос, заставивший меня вздрогнуть.

Был ли он знаком свыше? Я застелила постель и вернулась к чтению. На этот раз, за столом.

Юнец оруженосец выжил, чем и снял с Тайриса позорное клеймо, но после празднества выяснилось страшное. Наедине Тайрис уговорил своего напарника снять маску и показать лицо, но вместо уродливого оруженосца увидел прекрасную женщину.

По законам Мере женщины не допускались к оружию, и триумф Тайриса легко мог стать поражением, если бы хоть кто-нибудь узнал об этом.

Я задумалась: будут ли преследовать отца, когда узнают, что его дочь ясновидящая? По словам Менриэль, моя мать стала врагом Компиталиса и могла бросить тень на репутацию командора. Быть может, именно поэтому…

Я помотала головой, пытаясь отбросить дурные мысли. Отец не мог убить мою мать лично. Он был упрямым, но не подлым человеком. Я была в этом уверена.

По книге оруженосца Тайриса звали Кайлизой, и её ждала казнь, если обман бы вскрылся. Рыцарь узнал, что Кайлиза сильно любит его. И она пошла на этот обман только для того, чтобы защитить его даже ценой собственной жизни.

Интересно, как отец познакомился с матерью? Любопытство пересилило нежелание общаться, и я выбежала из комнаты в сторону кабинета отца. Но, несмотря на нетерпение, следовало соблюдать правила приличия.

— Входите, — ответил отец на мой стук. Я отворила дверь и поклонилась ему.

— Разрешите? — мой вопрос звучал слишком робко.

— Не стоит таких формальностей, когда мы наедине, — ответил командор. — Не часто ты здесь бываешь.

Отец, как обычно, сидел за своим столом в полумраке и заполнял документы. И по его виду было непохоже, что он отдохнул после приёма гостей.

— Как ты познакомился с мамой? — спросила я, подойдя ближе.

Алексий отложил перо и внимательно посмотрел на меня.

— С чего вдруг такой вопрос?

— Я читала книгу про рыцаря Мере, — ответила я. — Как он познакомился со своей возлюбленной. По описанию он очень похож на тебя!

— Тайрис-Мере совсем на меня не похож, — возразил отец.

— Ты тоже читал её? — удивилась я.

— Я был с ним знаком, — отец поднялся из-за стола и открыл окно. Вздохнув, он ответил на мой вопрос:

— Твоя мама сама познакомилась со мной. Это было в моём родном мире. Я был подающим надежды оруженосцем, а она… Она была девушкой неземной красоты, выбирающей себе компаньона.

— В смысле, компаньона? — уточнила я.

— В смысле людей, которые помогут ей в пути, — ответил отец. — Она была искусной волшебницей, но совсем не умела держать в руках меч. А я — наоборот. Мы тогда почти всю группу потеряли.

— Всю группу?

— Она собрала экспедицию из десяти человек, а вернулось лишь четверо.

— Ого! — воскликнула я.

Отец улыбнулся. И это была искренняя улыбка. Он был рад вспоминать те дни.

— Да, мы забрались в логово… Как же их тебе описать? — командор призадумался, пока не нашёл подходящие слова:

— Пусть будет нежить. Очень сильная хорошо защищённая нежить.

— И вы всех победили?

— Скорее они нас, — усмехнулся отец. — Я пообещал себе, что позову твою мать замуж, если мы выберемся.

— Ну и момент для такого обещания, — чуть нахмурилась я.

— Ну знаешь, дочь, было больше шансов, что твоя мать согласится, чем выбраться из того подземелья.

— И, похоже, она согласилась, — предположила я.

— Нет, отказала, ещё и посмеялась, — возразил отец. — Подумала, что я шучу. Но я не шутил и, в конце концов, добился её внимания.

В голове появился вопрос, который я не решилась задать. Так почему же тогда моя мать лежит сейчас в склепе? Что между вами произошло? Но я была достаточно мудрой для десятилетней девочки, чтобы промолчать.

— Ты знал Тайриса? Я думала, это сказка, — я решила сменить тему.

— Сказка, но персонажи не были выдумкой автора, — ответил отец. — Тайрис был не очень умелым воином и принимал не самые верные решения.

— А где он сейчас?

— Я… победил его, — ответил отец, сев обратно за стол.

Скорее всего, он хотел сказать, что убил. Тайрис, похоже, был врагом Компиталиса.

— Это был тяжёлый поединок? — спросила я.

— Честно говоря, Тайрис был одним из самый слабых рыцарей, с которыми я когда-либо сражался, — ответил командор. — Он был плох буквально во всём, чем занимался.

— А в книге его по-другому описывали, — удивилась я.

— Книги часто приукрашивают, дочь. Тайриса спасала лишь удача и трусость. Чего не скажешь о его так называемой возлюбленной.

— Ты о Кайлизе?

Алексий кивнул и продолжил рассказ:

— Я мог бы рассказать о ней достаточно много, но на это уйдёт не один день. Да и не всё ты сможешь понять, уж прости.

Я немного расстроилась. Интересно, чего это я могла не понять?

— Кайлиза-Мере одна из Меченосцев. Очень опасный противник, — закончил отец.

Меченосец? Так та книга была о Меченосце, а не о Тайрисе?

— Враг Компиталиса? — уточнила я.

— Да, она считается врагом Компиталиса и Бога Света, — ответил отец.

— Ты ненавидишь её?

Командор, нахмурившись, посмотрел на меня. А потом на стол и снова на меня.

— Её — нет, — наконец, ответил он.

— Но она же враг? — удивилась я.

— Врагов нужно не ненавидеть, — ответил отец. — Врагов нужно побеждать.

Я не нашла что ответить на это изречение. Тяжело было уложить в голове, как можно относиться к врагу без злости, если он является врагом. И как можно без злости побеждать других.

— Я могу идти? — спросила я, закончив свои раздумья, и учтиво поклонилась.

— Да, можешь, — улыбнулся отец и добавил. — И спасибо за этот разговор.

9. Чудеса природы

Вернувшись в комнату, я обнаружила Миато в облике мартышки и Менриэль с сильно израненной рукой. Оборотень прикоснулась к ране ангела, и та стала стремительно затягиваться. Одежда хранителя порвалась и плохо скрывала помятые доспехи, а на полу я заметила светящиеся капельки. Её кровь.

— Добрый день! — помахала мне ангел свободной рукой.

— Не дёргайся, — строго сказала мартышка. — Надо ещё кое-что посмотреть.

— Как круто! — воскликнула я, приблизившись.

— Раньше ты так не восхищалась, — заметила Миато. — Голова не болит?

Я отрицательно помотала головой. Действительно, она уже лечила неуклюжего ангела и раньше. Но до этого её волшебство не вызывало ни капли моего восхищения. Я воспринимала её способности не как чудо, а нечто обыденное. Что-то во мне изменилось. Проснулось любопытство.

— Как ты это делаешь? — спросила я.

— Заставляю клетки делиться быстрее, — ответила Миато.

— Щекотно, — поморщилась Менриэль, когда мартышка дотронулась до её плеча.

— В жизни не думала, что мне пригодятся познания в строении скайлан, — проворчала оборотень.

— Кого? — переспросила я.

— Другое название ангелов, — отмахнулась та в ответ, убедившись, что Менриэль в порядке.

— Что произошло? — просила я ангела.

— На неё упал шкаф, — ответила Миато.

— А порезы?

— Шкаф с торчащими гвоздями.

Оборотень явно не договаривала, и я хотела расспросить их подробнее, но Менриэль положила руку мне на голову и, улыбнувшись, сказала:

— Всё в порядке, не волнуйся.

— А что за клетки такие?

— Клетки — это то из чего состоят живые организмы, — ответила Миато. — Как ваша крепость из кирпичей.

Я посмотрела на свои руки и не увидела никаких клеток. Заметив моё сомнение, Миато усмехнулась и пояснила:

— Они очень маленькие, ты не увидишь клетки отдельно просто так.

Я напрягла зрение, но всё равно ничего не вышло.

— Когда будем учиться, я помогу тебе увидеть, — сказала Миато, вдоволь отсмеявшись.

— Кажется, я сломала ребро, — заметила Менриэль.

— Ещё бы ты не сломала ребро от такого удара… шкафа… — проворчала Миато.

— Не болит?! — я расширила глаза и схватила ангела за руку. — Нужно отвести тебя к старику!

— Ей кажется, что болит, я всё подлечила, — возразила Миато. — Ты вообще знаешь, где у неё находится ребро?

— А, э… Здесь! — показала я на себе.

— Угадала, — кивнула Мартышка. — И обычно они долго срастаются. Скорее всего, ваш старик не смог бы ей так быстро помочь.

— Хорошо, что ты здесь! — ответила я Миато.

— Да уж, действительно, — Менриэль закашлялась.

— Да уж, действительно, — передразнила её оборотень.

— Значит, твоя магия взаимодействует с клетками? — предположила я.

— Ты много знаешь о магии? — спросила Миато, и ангел ответила:

— Алексий запретил обучать её колдовству.

— Тебе да, а мне-то кто запретит? — Миато спрыгнула с подоконника и, превратившись в мышку, забралась на письменный стол, после чего поманила меня.

— В мирах выделяют разные школы магии, но все они так или иначе взаимодействуют с окружающим нас миром, — начала пояснять она. — И с нами. Ничего не происходит из ниоткуда и не уходит в никуда.

— Кроме твоих вещей! — возразила я.

— Каких вещей?

— Твоя одежда! И рюкзак.

— Они тоже не исчезают в никуда, — возразила Миато. — А подробности я раскрывать не буду. На это может уйти вечность. Не перебивай пока.

— Хорошо, — кивнула я.

— Так вот, принято считать, что использование магии тратит энергию заклинателя. И когда она заканчивается, заклинатель может…

— Умереть?! — предположила я, поймав недовольный взгляд Миато.

— Уснуть, — возразила она. — Умирают волшебники только по собственной глупости.

— Думаю, столь глубоко в магию пока рано погружаться, — заметила Менриэль. — Мы ещё не изучали законы мироздания.

— Согласна, — кивнула Миато. — Но так даже интереснее будет изучать.

Оборотень дотронулась до стола, и из него показался росток, который быстро завял.

— Воды не хватило, — пояснила оборотень. — Обычно такую магию называют магией жизни.

— И так можно всё оживить?! — удивлённо спросила я, разглядывая увядший росток.

— Всё, — коротко ответила Миато.

Невольно я подумала про свою мать, но не дольше мгновения. Даже такой маленькой, как я, было очевидно, что не могло быть всё так просто. С другой стороны и превращаться в разных зверей мог явно не каждый. И выращивать растения из мебели. И лечить раны за минуты.

— Даже мертвеца можно поднять, если тебе нужен помощник, — продолжила оборотень.

— Миато! — протестующе воскликнула хранитель.

— Лучше она будет знать это от меня, чем от кого-нибудь ещё, — ответила ей Миато. — Но поднятые такой магией мертвецы будут лишь куклами.

Я кивнула. Я понимала это. Такое чувство, будто знала довольно давно, а не услышала только сейчас.

— Для полноценного воскрешения нужна душа, — пояснила оборотень. — А она достаточно быстро покидает тело при смерти.

— За небольшими исключениями, — добавила Менриэль.

— Это были твои слова, — теперь укор звучал со стороны Миато.

— Рада, что вы подружились, — сказала я. Голова вновь помутнела. Я не хотела произносить этих слов. Мои ли это были слова?

— Чуть меньше суток, — сказала Миато и, спрыгнув со стола, подбежала к тумбочке, после чего достала из неё стеклянный флакон. Вернувшись ко мне, мартышка протянула склянку мне. — Пей.

— Что это? — спросила я. — Эликсир жизни?

— Снадобье от головы.

Я понюхала жидкость. Пахло отвратительно. На вкус было ещё хуже.

— Гадость, — поморщилась я.

— Эффективность, — ответила Миато и обратилась к Менриэль:

— Получается, раз в день.

Хранитель кивнула.

— Раз в день что? — спросила я. Голова не прояснялась. Стало тяжело стоять, и я присела на кровать.

— Раз в день принимать лекарство, — сказала Миато, чуть потряся им.

Стол под ней потрескался, а краска на стенах облупилась. В углах комнаты появилась толстая паутина. А через минуту видение исчезло, и я вновь ощутила бодрость. Лекарство Миато не лечило голову. Оно блокировало видения. Оборотень знала обо мне. Но знала ли Менриэль?

— Это лекарство от головы, — пояснила ангел. — Я сильно перепугалась за тебя вчера! Хорошо, что у Миато были подходящие травы.

— Редкая болезнь с плохо произносимым названием, — поморщилась мартышка. — Пройдёт само со временем, а сейчас нужно попить эту гадость.

Похоже, архангел не знала. Я попыталась улыбнуться настолько хорошо и естественно, как могла. Спасибо Миато, что сказала про несуществующее заболевание.

— Ты вырастила растение делением клеток? — уточнила я, попытавшись сменить тему.

— Да, и с помощью магии жизни, — с готовностью ответила Миато. — Завтра я покажу тебе этот процесс куда нагляднее.

— А как ты превращаешься? — спросила я.

— С помощью магии трансформации, — пояснила Миато. — Я преобразую своё тело в существо, похожее на нужного зверя.

— Но они же разного размера!

— Ну и что?

— А куда девается… ну остальное?

— Бесследно не исчезает ничего, — уклончиво ответила Миато.

— Ну скажи!

— Честно говоря, мне тоже интересно, — сказала Менриэль.

— А я могу превратиться? — задала я новый вопрос.

Миато посмотрела в сторону Менриэль в поиске поддержки, но всё же ответила.

— Не советую даже пытаться. Это кажется простым, потому что я совершаю превращения часто. Но требует серьёзной подготовки. Совершишь ошибку — и можешь умереть.

— И ты можешь превратить другие предметы?

— Нет, только себя, — покачала головой Миато.

— А что превращает магия света? — теперь мой вопрос адресовался Менриэль.

— А… э… она не совсем превращает, — встрепенулась ангел.

— А что она делает? — не унималась я.

— Она… ну… светит, — пожала плечами хранитель.

— Проще ответить, — усмехнулась Миато, вместо того, чтобы выручить подругу.

— Но знать бы ещё как! — воскликнула Менриэль. — Нас этому не учат в десять лет!

Я надулась. Слишком многое эти двое скрывали от меня. Конечно, я была ребёнком, но не настолько же глупым!

— Ну хорошо, хорошо, — сдалась Менриэль. — Магия света взаимодействует с… Да Боже!

Ангел поднялась и подошла к окну.

— Вы меня толкаете на грех, — пожаловалась она.

— Рассказать про магию не значит обучить, — заметила Миато. — И магия света — это весело.

— Магия света может быть совсем не весёлой, — возразила Менриэль.

Ангел протянула руку к лучу света от заходящего светила, и он изменил направление прямо в сторону глаз Миато.

— Да всё, всё, не весело, — Миато закрыла глаза и спряталась от луча, тем не менее не собираясь прятать ехидную ухмылку.

Менриэль сконцентрировала луч на свече, оставшейся на комоде, и фитиль загорелся. После чего архангел разделила луч на множество маленьких, заставив десятки световых зайчиков бегать по комнате. Хранитель изменяла их цвета и размер, пока светило окончательно не скрылось за горизонтом.

— Выглядит и правда весело! — восторженно воскликнула я и захлопала в ладоши. — Хочу также!

— И всё-таки твой отец пока не хочет, чтобы ты училась магии, — возразила Менриэль.

— Но почему?! — возмутилась я.

— Потому что магия кажется чем-то простым, — пояснила Миато, выбравшись из укрытия. — Она выглядит так, будто ты можешь решить все проблемы с её помощью. И из-за этого погибло немало живых существ.

— Ладно! — вновь воскликнула Менриэль. — Господи, прости.

Архангел вздохнула и подошла ближе ко мне.

— Я возьму этот грех. Я буду учить тебя.

Я хотела обрадоваться, но она жестом попросила меня помолчать.

— Но не сейчас. С завтрашнего дня по утрам мы будем заниматься на улице тем, чем приказал твой отец. А вечерами…

Менриэль обернулась к Миато.

— Вечерами она будет обучать тебя науке о жизни, а я науке о числах.

— Я уже знаю числа! — напомнила я.

— Более сложной науке, — уточнила Менриэль. — И если ты будешь стараться и учиться хорошо, я научу тебя волшебству.

— Да и я сама могла бы, — усмехнулась Миато.

— К тому времени мы отправимся в другой мир, — напомнила ангел. — И потом… Сколько видов магии ты знаешь?

— Не хотела бы просто так говорить.

— А мне показалось, что мы делимся секретами, — Менриэль неожиданно ехидно улыбнулась.

— Но ты так и не раскрыла секретов магии света, — заметила Миато.

— Сейчас я могу раскрыть только половину, — хранитель тяжело вздохнула. — Это не является тайной.

— Так просто скажи и всё. Как ты отражаешь лучи?

— Я не отражаю лучи, я же не зеркало. Я меняю направление частиц.

— Видишь, было не так уж и трудно! — подбодрила подругу Миато.

— Частицы — это как клетки? — попыталась догадаться я. — Они маленькие? Они — кирпичики, из которых состоит свет?

— Если очень грубо, то можно, конечно, и так сказать, — ответила Менриэль. — А остальное я расскажу потом!

— А Бог Света он… — начала я предположение, но остановилась на полуслове, а набравшись смелости продолжила:

— Бог Света состоит из клеток или частиц?

10. Четырёхлетнее обучение

Следующее утро началось раньше обычного. Менриэль разбудила меня, пока светило ещё не взошло и, не принимая возражений, указала на розовый спортивный костюм.

— Сегодня мы начнём наше обучение, — сказала она, когда я, наконец, умылась и переоделась. — Командор попросил учить тебя по программе ангелов, так постараемся выполнить его приказ!

Пока архангел говорила, чуть не налетела на цветочный горшок. Если программа ангелов включала в себя рассеянность, то она была лучшей в своём деле.

— Разве для этого крылья не нужны? — спросила я.

— Если бы мы полагались лишь на крылья, не достигли бы таких высот, ответила ангел. — Конечно, они дают преимущества, но иногда могут стать балластом.

Менриэль призвала свои крылья и попыталась раздвинуть их в стороны, но стены коридора помешали ей.

— Здесь довольно тесно для меня. И крылья такая же уязвимая часть тела, как руки и ноги. Я почувствую боль, если их повредят.

— Но тогда их лучше вообще не использовать?

— Если бояться ранений, то можно и вовсе не сражаться, — улыбнулась ангел. — А если научиться сражаться хорошо, то можно их и вовсе не получать. А для этого нужно натренировать всё, что у тебя есть. И уметь правильно это использовать.

— А куда исчезают крылья, когда ты их убираешь? — спросила я, когда мы продолжили путь. Вспомнила о правиле жизни: ничто не появляется из ниоткуда.

Менриэль на мгновение задумалась, а после ответила:

— Я не знаю. Для меня это так же естественно как дыхание. Они точно не обращаются в свет и не растворяются.

— Похоже на то, как прячет свой рюкзак Миато, — заметила я.

— Пространственное перемещение или сжатие? — продолжала предполагать Менриэль, но каждый раз качала головой, отметая эти теории. А я тихонько радовалась, что смогла поставить её своим вопросом в тупик.

Мы вышли на улицу и направились к тренировочному полю. Там уже упражнялись друг с другом рекруты Компиталиса, оттачивая навыки. Их командир то и дело выкрикивал команды и подбадривал соперников, мешая халтурить.

— Перед каждой тренировкой не забывай размять мышцы! — ангел показала несколько движений, указав повторять за ней.

Упражнения не были сложными и выглядели бессмысленными, но я всё равно выполнила их. А все последующие давались с трудом. Архангел заставляла меня и бегать, и прыгать, и отжиматься, и заниматься чем угодно, но не давала в руки даже учебного оружия.

Солдаты крепости тем временем успели закончить свою тренировку и некоторые из них с интересом наблюдали за нами. Кое-то даже усмехался, когда я выдыхалась на очередном подходе. Видимо, вспоминая себя. Однако их инструктор не разделял ностальгии подопечных.

— Кто-то решил показать пример?! — воскликнул он, когда услышал один из смешков. — Похоже, так и есть! Солдаты, стройся!

Новобранцы подчинились и по команде инструктора повторяли мои упражнения. Только в несколько раз быстрее, конечно.

— Я думала, что мы будем тренироваться с оружием, — сказала я после очередного подхода.

— Пока ещё рано, — пояснила Менриэль. — Каждый из воинов сначала проходит через подобные тренировки. Только кажется, что сражаться легко.

Менриэль повернулась к толпе провинившихся, закончивших за мной повторять, и крикнула:

— Верно я говорю?!

Новобранцы дружно закивали.

— Божественно прекрасно, что вы это понимаете! — похвалил подопечных инструктор. — На сегодня свободны.

Бойцы разошлись за исключением небольшой кучки воинов.

— Вам есть что сказать, боец? — спросил инструктор.

— Хочу обратиться к леди Менриалине, дочери Алексия, — ответил новобранец.

То ли от усталости, то ли по какой-то другой причине у меня помутнело в голове.

— Пусть обратится, — кивнула Менриэль.

— Я хотел извиниться за себя и своих сослуживцев, леди Менриалина. — сказал воин, поклонившись.

Другие бойцы в свою очередь выкрикнули извинения и поклонились.

— Мы не хотели задеть вас! — продолжил он.

Я дотронулась до Менриэль. Мужчина передо мной постарел. Он выронил меч и сжимал колотую рану. Кровь стремительно распространялась по одежде, а из глаз текли слёзы. Губы беззвучно шептали. «Леди Менриалина, дочь Алексия». Я видела его смерть.

— Я вас прощаю, — ответила я, когда наваждение почти спало.

Скорее всего, этого никто не услышал, но мой голос будто прозвучал дважды. Мой обычный и более… стальной. Будто одновременно со мной ответил кто-то ещё.

— Мы и сейчас так тренируемся, — сказал другой воин, решив не только лишь стоять столбом. — Не каждый день, конечно. И не всегда хорошо получается.

— Я не в обиде, — кивнула я им.

Голова окончательно прояснилась. На самом деле, я даже и не думала обращать на них внимание во время тренировки. Только хотелось, наконец, заняться чем-то более серьёзным, чем отжимание от земли. Их извинения были не нужны.

— И мы будем не каждый день, завтра займёмся чем-нибудь другим, — ответила им Менриэль и обратилась ко мне:

— Вижу, устала, пошли покушаем.

По возвращении меня ждал плотный завтрак, а до обеда Миато рассказывала про устройство жизни. Сапифат выделил несколько ящиков с пособиями и оборудованием для наших уроков. Среди них были как обычные линейки и пишущие принадлежности, так и стеклянные ёмкости и несколько микроскопов с образцами.

Миато показала мне простейшие клетки и, разумеется, я начала тащить под увеличительную трубку всё, что попадалось под руки, начиная с листков бумаги и заканчивая кусочками ткани. Затем мы стали смешивать различные субстанции, выданные Сапифатом. Оборотень начала рассказ про существование химических элементов и взаимодействие веществ.

— Только без меня не смешивай, — предупредила она. — Это тебе не мой мех под микроскоп тащить.

Я согласно закивала, уже представляя, как буду подкрадываться к миниатюрной лаборатории ночью.

— Я очень чутко сплю, — сказала Миато, прищурив глаза и вызвав у меня небывалое удивление. Она тоже была ясновидящей?!

После обеда за меня снова бралась Менриэль, углубляя мои познания в правилах счёта. Демонстрировала более сложные формулы и учила считать площади плоскостей.

День ото дня их уроки становились сложнее. Разумеется, они разнообразили расписание занятий, не пытаясь впихнуть в меня как можно больше знаний за один присест.

Через месяц вместо обычных утренних упражнений, мы с Менриэль спустились в подземелье крепости, где скрывался длинный искусственный водоём.

— Не знала об этом месте! — восторженно сказала я, увидев его.

— В крепости есть всё, что необходимо для твоего обучения, — пояснила Менриэль. — Плавание важно не меньше, чем другие виды тренировок. И не забудь размяться.

— А если крылья намокнут, ты не сможешь летать? — спросила я.

— Их можно легко высушить, — ответила ангел. — Убрала, призвала и готово.

— Это удобно! — ответила я, повторяя разминку за Менриэль.

— Сегодня тяжёлых тренировок не будет, — сказала она, приблизившись к краю бассейна. — Просто постарайся поплавать как ты умеешь.

Благодаря водоёму вокруг Компиталиса, я уже не боялась воды и могла немного плавать. Правда, лишь на мелководье, и потому мне было к чему привыкать в этом месте. Ноги еле-еле нащупывали дно, а через несколько шагов оно уходило резко вглубь, вызывая лёгкую панику. Но я должна была быть смелой. Ведь я дочь Алексия, лидера Компиталиса.

Менриэль дала указания задерживать дыхание под водой и отсчитывала время. И сначала я справлялась из рук вон плохо. Вода то и дело заливала уши, нос и даже рот, из-за чего я начинала паниковать и прерывала испытание. Но с каждым разом становилось всё проще, хоть я и не решилась открыть под водой глаза.

Так и началось моё четырёхлетнее обучение под надзором Менриэль и Миато. От лёгких упражнений на силу и выносливость, мы с Менриэль перешли к полосе препятствий и длительным заплывам. От простейших одноклеточных организмов и изучения химических элементов, мы с Миато перешли к базовому строению насекомых и небольших зверей. И, конечно, я училась теории физического взаимодействия и расчёту объёмов сложных предметов. А вскоре Менриэль даже позволила взять в руки первый учебный меч.

Изредка приходил Сапифат и забирал меня на тесты отца. Однако… Теперь я не старалась угадать изображения на карточках. Нельзя было дать понять о своих способностях к ясновидению. Мне не хотелось ссориться ни с кем в крепости. Тем более что я так и не увидела в своём даре ничего плохого для окружающих. Возможно, именно мне было суждено доказать, что ясновидящие не являются врагами Бога Света?

11. Магия

— Не бойся, если что-то случится, я тебя подхвачу, — попыталась подбодрить меня Менриэль.

Ей легко было говорить, не она же должна сейчас сигануть с крыши замка. На искусственных крыльях. И конструкция этого глайдера, прикреплённого к спине, не внушала никакого доверия.

За четыре года я успела поплавать не только в бассейне, но и вглубь океана. Мы погружались с глубоководным оборудованием, я преодолевала всё более сложные полосы препятствий. С Миато мы смешивали опасные реагенты, но никогда до этого я не испытывала такой страх, как сейчас.

А что, если в полёте меня настигнут видения? Что, если крылья не раскроются. Что, если…

— Я никогда не подвергла бы тебя смертельной опасности, — сказала Менриэль. — Поверь, всё под контролем.

— Да, да… — выдавила я из себя и подошла ближе к краю, стараясь не поскользнуться на тёмно-синей черепице.

Снизу собрались новобранцы и воины, с любопытством глядя в мою сторону. Не хотелось бы сделать их свидетелями моего позора.

Я закрыла глаза и попыталась успокоиться. Проверила рычаги управления и ещё раз вспомнила инструкции Менриэль. Раскрытие крыльев, сворачивание. Наклоны в стороны для маневрирования.

Открыв глаза, я набрала в грудь побольше воздуха, а затем резко выдохнула и... Решилась. Сделала неуверенный шаг вперёд и полетела вниз. Значительно быстрее, чем ожидала. Почему-то вспомнила уроки про ускорение падения и потянула рычаг раскрытия крыльев.

Глайдер раскрылся моментально и, поймав поток воздуха, остановил моё падение.

— Увау! — я не смогла сдержать восторженного крика.

По наставлениям Менриэль, я наклонилась влево и потянула рычаг. И глайдер подчинился. Поворот не был таким быстрым, как я рассчитывала, и планирование пошло по значительно большей дуге.

Солдаты внизу махали руками, восторженно кричали и бежали за мной. Я улыбалась им в ответ, но не рискнула снять руки с рычагов. Наоборот, вцепилась в них так, что побелели пальцы.

Земля приближалась, и вскоре я должна была сложить крылья глайдера. Но первое приземление, как и любое начинание, не могло пройти гладко: я успешно грохнулась, отделавшись, впрочем, лишь парой ушибов.

— Ну как тебе первый полёт? — спросила Менриэль, когда помогла подняться. Похоже, она летела прямо за мной.

— Страшно… — призналась я. — Но замечательно! Но всё равно страшно…

— И ты забыла, как приземляться, — в словах Менриэль чувствовался укор.

— Забыла, — призналась я.

— Ещё разок? — предложила она.

— Не-е-е-е-е-т, — запротестовала я.

Разумеется, мой протест был проигнорирован. С этого дня я упражнялась в полётах дважды в неделю.

Конечно, мы продолжили тренироваться с учебным оружием. Между полётами я упражнялась с новобранцами Компиталиса, а вскоре моим оппонентом стала сама архангел.

— Давай просто попробуешь отбить мои удары, — сказала она, впервые встав напротив меня .

Я кивнула и приготовилась. Встала в стойку, из которой было удобнее обороняться, и подняла меч.

Ангел стремительно приблизилась и атаковала меня в область живота. Я ойкнула, не ожидав такой скорости ангела. Отступила на шаг назад, предприняла попытку отразить её удар. Наши мечи столкнулись, и удар архангела оказался такой силы, что мой меч сразу вылетел из рук.

— Ты не должна меня бояться, — улыбнулась Менриэль.

Ей легко было говорить. Следующая атака также застала меня врасплох. На этот раз она метила в шею. Я успела поднять меч для защиты, но недостаточно быстро.

— Неплохое решение, — тем не менее похвалила ангел.

В тот день мы тренировались до обеда, а после еды, она, наконец, сказала те слова, которые я так ждала все эти четыре года.

— Теперь, я смогу рассказать про магию подробнее.

Я приготовилась слушать. Миато же показывала полное безразличие, продолжая дремать на подоконнике в форме мартышки. Всё время до этого ангел рассказывала лишь про обычные природные явления. Воздействие объектов друг на друга, давление, излучение и прочие законы физики наших миров. Но она не говорила про магию.

— Итак, магия не совсем нарушает законы природы, о которых мы тебе рассказывали. Например, маги, использующие огонь, взаимодействуют с теплом объектов. Они манипулируют температурой.

— Маги жизни заставляют клетки делиться? — вспомнила я один из рассказов Миато.

— Верно. А маги воздуха манипулируют давлением.

— Но как они это делают?

— При помощи своей энергии. Они направляют энергию в нужное русло. Разумеется, я не могу рассказать тебе больше…

— Ведь отец запретил изучать магию, да, — нахмурилась я. Отец запретил изучать самое интересное.

— Верно, — улыбнулась Менриэль.

— А магия света? — напомнила проснувшаяся Миато, потянувшись на подоконнике.

— Магия света взаимодействует с частицами света, — ответила Менриэль, — Но он — это не только лишь частицы. Свет обладает свойствами волн.

— Это как у звука?

— И маги света могут влиять и на эти свойства, — ответила Менриэль, коротко кивнув. — Однако это свойство превращает магию света в крайне опасную для живых существ. Если её используют люди, они нанесут себе непоправимый ущерб.

— Впервые об этом слышу, — призналась Миато.

— Потому что мы не часто её используем, — вздохнула Менриэль. — Но каждый маг может рано или поздно догадаться до такого применения магии света. Ангелов защищают крылья, в какой-то степени. А у других такой защиты нет.

— И неужели маг света не сможет снизить ущерб от своего заклинания?

— Такой опытный, как я — сможет. А без крыльев быстрее погибнут, чем научатся.

— Получается, ты можешь продемонстрировать, как она работает? — широко улыбнулась Миато.

— Мне тоже хотелось бы посмотреть, — призналась я.

— Это небезопасно, — возразила Менриэль.

— Но ты же можешь уменьшить ущерб? — не унималась Миато.

— Не настолько, чтобы полностью его избежать.

— И не боишься, что она сама попробует посмотреть, что за магия такая? — Миато спрыгнула с подоконника и подошла ко мне, похлопав по плечу. — После того, что ты рассказала.

— Уж я за этим прослежу. Вы обе не знаете, о чём просите.

— Ещё бы. Я-то слышала, что магия света только чтобы глаза слепить. Как-то не очень верится в её разрушительность.

— Потому что ангелы не реализуют весь её потенциал.

— Но почему?

— Потому что наносимый ущерб значительнее полученных преимуществ.

— Приведи хоть один пример, — попросила Миато. — Быть не может, чтобы никто из вас никогда не использовал такую возможность на полную.

— Пример действительно есть, — согласилась Менриэль. — Менриалина, помнишь, я рассказывала тебе о планетах?

Я кивнула. Меня уже успели познакомить с устройством галактики с множеством звёздных систем.

— Миато, слышала ли ты о мире Майруун? — спросила архангел.

Мартышка прищурилась и произнесла:

— Не хочешь ли ты сказать, что это из-за магии света?

— А что с этой планетой? — спросила я, посмотрев на Миато.

— Очень давно в этом мире произошла катастрофа, я бы сказала, галактического масштаба, — ответила мартышка. — Но я не знала деталей. Что-то мне не слишком верится, что это была магия света.

— Уж поверь, — сказала Менриэль.

— Что за катастрофа? — спросила я.

— Половина этого мира в один миг прекратила своё существование, — ответила Миато.

12. Экзамен

Я открыла глаза. Вокруг царила тьма, а моя комната заросла пылью. Я встала с кровати, подошла к зеркалу и заглянула в него. Но не увидела отражения.

— Снова этот сон, — сказала я вслух. Давящая тишина расступилась, и мои слова эхом отразились от пустых стен Компиталиса.

За последние четыре года я видела его много раз. Но, в отличие от остальных, он был осознанным. Я свободно путешествовала по замку, изучая самые потайные уголки. Но никогда не могла выйти на улицу.

Я вышла из комнаты и направилась по коридору. Казалось, это место оставило само время. Компиталис из сна будто застыл, покинутый и забытый. Даже ветер не гулял по его помещениям.

Добравшись до центрального зала, я снова обратила внимание на повреждённые колонны, местами обрушившиеся. С потолка больше не свисали флаги, свечи не горели, а алтарь для священного оружия и вовсе отсутствовал.

Раньше я заходила за него. За двери с разбитыми витражными украшениями. Но не находила ничего интересного, лишь ещё один алтарь в форме чаши.

— Ранти, — услышала я голос отца.

Я обернулась, но, разумеется, его здесь не было. Эти слова являлись лишь эхом прошлого забытой крепости.

Неужели Компиталису было суждено пасть? Неужели я могла стать причиной этого? Или это видение из прошлого крепости? Когда Орден ещё не нашёл её?

— Что толку гадать, — произнесла я перед тем, как направиться в библиотеку. А дальше — вниз, по винтовой лестнице. Я торопилась, боясь, что в любой момент сон может оборваться. Чуть не падая, бежала, уже не считая ступенек, пока не уткнулась носом в деревянную дверь. Дотронулась до металлической ручки и ощутила прикосновение на правом плече.

Я открыла глаза и увидела Менриэль.

— Тебя зовёт отец, — сообщила она, помогая подняться.

Наши занятия закончились пару дней назад. Точнее, прервались на время подготовки к путешествию в другой мир.

— Что он хочет? — спросила я.

Отец только вчера вернулся с похода, затянувшегося на несколько месяцев, и только сейчас решил позвать меня к себе. Чем старше я становилась, тем реже мы виделись. Иногда даже казалось, будто он избегает меня.

— Алексий этого не сообщил, — ответила архангел, протянув мне расчёску.

Я посмотрела в своё отражение в зеркале и не увидела ничего необычного. Хорошо, что мой дар остался лишь во сне.

— Что читаешь? — спросила я Миато.

Та, в привычной форме мартышки, восседала за письменным столом и изучала средних размеров книжку.

— Называется «Трагедия тавров» за авторством Алана Светлого, — ответила она, не отвлекаясь от чтения.

— О чём она?

— О сражении между таврами и куркулами на Ярсоне, — вместо неё ответила Менриэль. — О тех событиях, когда тавры стали врагами Света.

Я поморщилась. В библиотеке Сапифата находилось множество подобных книг, где подробно расписывались похожие друг на друга события. В которых враги Света внезапно решали пойти против него и превращались в ужасных чудовищ.

— Отец ждёт, — напомнила Менриэль, протянув повседневное платье.

— Я и сама могу, — буркнула я, выхватив его из рук ангела.

Коридор встретил меня приветливым дуновением воздуха. До повторяющихся мрачных снов я и не обращала внимания на постоянные сквозняки в помещениях замка. Будто Компиталис жил вместе с нами. Но похоже, и ему предстояло умереть.

— Ты долго! — строго произнёс отец, когда я прошла половину центрального зала.

Он шёл ко мне навстречу и явно был раздражён. А рядом с ним и его ангел-хранитель. С более отстранённым выражением лица. Алексиэль на голову превосходил отца по росту и, в отличие от него, носил тяжёлые сверкающие доспехи при любых обстоятельствах. Даже в помещениях он снимал лишь шлем. Свои длинные светлые волосы архангел Алексиэль заплетал в косу, а взгляд ангела оценивающе впивался в каждого, кто говорил с отцом.

В нём только одно было хорошо. Он не был тенью Алексия.

— Прошу прощения, отец, — я учтиво поклонилась.

— Пришло время подвести итоги твоего обучения, — отец перешёл сразу к делу, не растрачивая время на приветствия.

Я даже и не знала, что сказать. Лишь с полным непониманием посмотрела на отца.

— Мы проведём тебе экзамен, — пояснил Алексиэль. Голос ангела походил на Алексия, но звучал гораздо строже. Хотя, казалось, что строже было и некуда.

— Прямо сейчас?! — удивлённо воскликнула я.

— Да, — кивнул отец.

— Но я же не готовилась!

— Моя дочь должна быть готова всегда, — возразил отец. — И, к тому же, скоро мне в новый поход. Я хочу увидеть результаты.

— Но…

— Возражения не принимаются, — отмахнулся отец. — Идём.

Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. И надеяться на то, что моя голова достаточно хорошо вспомнит всё, чему я училась за эти годы. Миато и Менриэль, конечно, проводили тесты для проверки моих знаний и закрепляли материал, по которому я проваливалась… Но к этим тестам я готовилась. А не сдавала их как сейчас.

Мы подошли к полигону для тренировок, но сейчас здесь не было ни манекенов, ни тренирующихся бойцов. В центре полигона слуги Компиталиса расположили парту, стул и принесли стопку бумаги, а напротив установили доску.

— Садись, — отец указал на стул.

Когда я заняла своё место, к доске подошёл незнакомый мне старик и начертил несколько фигур. Подписав длины сторон, он попросил посчитать площади фигур. Это было лёгким заданием, что придало мне немало уверенности. Если экзамен должен был продолжаться в таком ключе, я никого не разочарую.

Однако вопросы усложнялись. И, похоже, другие проверяющие засекали время ответа. Разумеется, от этого моё беспокойство лишь усиливалось. И закономерно приводило к ошибкам.

— Я закончил свою часть, — сообщил первый из комиссии, когда я предоставила решение последнего уравнения.

Отец кивнул и пригласил следующего. В общей сложности я сдавала экзамен пятерым принимающим. Всё больше волнуясь с каждым новым вопросом.

— Каков вердикт? — спросил Алексий проверяющих, когда я ответила на последний вопрос.

— Кхм, если позволите… — один из них поднялся и, снова прокашлявшись, произнёс:

— Ваша уважаемая воспитанница в среднем показала хорошие результаты. Присутствует некоторые недостатки в знаниях химии и биологии, но они удовлетворительные. Зато, результаты по физическим взаимодействиям выше хороших.

— Благодарю за проделанную работу, — кивнул отец. Казалось, будто он никак не отреагировал на полученную информацию. — Очистите поле и пригласите новобранцев.

Слуги моментально исполнили поручение, и всего за несколько минут место проведения экзамена снова стало больше походить на тренировочную площадку.

Я не успела опомниться, как мне в руки вложили тупой меч и поставили напротив незнакомого эльфа.

— Начинайте, — приказал отец, не дав мне даже ойкнуть.

Новобранец двигался быстро и, конечно, воспользовался моим замешательством, но всё же моя подготовка превосходила его. Я легко отразила все его удары и, не дожидаясь другого шанса, стремительно контратаковала, остановив клинок у его шеи.

Однако на этом экзамен не закончился, и мне предстояло сразиться с ещё одним новобранцем. Он оказался сильнее предыдущего соперника, и сражение заняло больше времени, но всё-таки закончилось моей победой.

На четвёртом противнике я стала замечать, что меч стал тяжелее, как и моё дыхание. Оставалось только надеяться, что голова не выкинет каких-либо фокусов. Или отец не догадается поставить против меня своего ангела-хранителя.

Разумеется, я не была довольна таким проведением экзамена. Без подготовки, без перерывов. Без уважения. И эти мысли заставляли меня делать всё новые ошибки. Ошибки, из-за которых бой с четвёртым новобранцем сильно затянулся. А пятому я и вовсе проиграла.

— Стрельба из лука, — отец и не думал успокаиваться. Светило уже прошло отметку пяти часов, а конца этим мучениям не было. Но не подчиниться было нельзя. И я послушно взяла в руки лук. И выпустила пять стрел в мишень.

Конечно, я не целилась, и результат не мог поразить никого. Алексиэль, казалось, нахмурился и, вытащив стрелы, вернулся ко мне.

— Твой отец ожидает лучшего результата, — прошептал он, наклонившись, и вернул стрелы. Как будто мне было не плевать, чего там хотел мой отец. Я была голодна и измучена. Какая кому была разница, насколько метко дочь Алексия стреляет из лука?

Но тем не менее я вздохнула и снова натянула тетиву. Руки предательски тряслись и лук плохо слушался. Но я, собрав остатки сил, прицелилась и… снова промахнулась. Совсем чуть-чуть, но промах есть промах.

— Достаточно, — отец прервал экзамен, когда я приготовилась к новому выстрелу. — Я увидел достаточно.

Слуги забрали у меня лук со стрелами и унесли мишень прочь. Алексий кивнул своему хранителю и подошёл ко мне.

— Пойдём, — сказал он и направился к цитадели.

Путь назад давался непросто. Усталость от этого экзамена и не думала уходить несмотря на то, что он остался позади. А голова начала предательски мутнеть. Видения готовы были вернуться в самый неподходящий момент.

— Всё хорошо? — спросил отец.

Хорошо не было. Голова закружилась, и сознание погрузилось во тьму. А когда я открыла глаза и огляделась, то не обнаружила никого, кроме себя. Вокруг валялись тела поверженных воинов в доспехах Компиталиса. Тренировочное поле позади было разрушено, а неподалёку догорала конюшня. Кто-то дотронулся до моего плеча, заставив вздрогнуть, но не очнуться от видения. Обернувшись, я увидела человека со светлыми волосами в маске, изображающей женское лицо. На маске красовались разноцветные узоры, а за глазными прорезями на меня смотрели будто не глаза, а огоньки.

— Всё хорошо? — спросила человек. Её голос звучал неестественно. Будто был… не настоящим.

— Да, — кивнула я. — Конечно, всё хорошо… Где Ми…

Я открыла глаза и обнаружила себя в кабинете отца. Никогда не обращала внимания, что в нём стоял диван. Впрочем, это было не так странно, учитывая любовь Алексия работать в полумраке и захламлять свой кабинет.

— Где кто? — спросил отец.

— Где Менриэль? — сразу нашлась я. Кого ещё я могла искать только проснувшись?

— Да вот прямо здесь, — ответил отец, указав на задремавшего за его столом ангела-хранителя.

Он подошёл к своему рабочему месту и, подняв с него поднос с фруктами, принёс его ко мне.

— Всё хорошо? — спросил отец. Сейчас его голос был гораздо мягче, чем днём.

Я кивнула, несмотря на то, что всё не было хорошо.

— Увы, есть причина, по которой мне следовало провести экзамен именно таким образом, — сказал отец. — Ты должна быть готова ко всему в любой момент.

Отец продолжал говорить, но я не хотела слушать. Разумеется, большая часть его слов пролетела мимо ушей. Я была зла на него. И что он мог сказать, чтобы оправдаться? По моему мнению — ничего. Но он пытался, как умел. И поэтому я кивала, пытаясь выразить понимание.

— Завтра я снова ухожу в поход, — сказал он в конце концов. — Поэтому нам не удастся проститься перед твоим путешествием на Сиприн. Передай королю Ариану мои пожелания крепкого здоровья. И не забудь про обычаи шанир.

— Я не забуду, отец.

— Думаю, стоит разбудить твоего хранителя… — сказал он, заметив, что я закончила ужинать.

— Пап? — окликнула его я, решившись задать вопрос, касающийся утреннего видения. Я не думала, что мой вопрос коснётся какой-либо запретной темы или как-либо смутит моего отца, но чувствовала его важность.

— Да, дочь? — отец развернулся и, казалось, был действительно заинтересован.

— Что значит ранти? — спросила я.

Отец нахмурился и посмотрел в сторону Менриэль. Неужели мой вопрос всё-таки затрагивал запретную тему?

— Ты же учила письменность ангелов? — уточнил Алексий.

Я кивнула, и отец ответил:

— Ранти — это слово ангелов. Оно означает память.

13. Сиприн

Мне снова снился гиперреалистичный сон. Но на этот раз, моё сознание не находилось в замке Компиталиса. Я шла по широкому коридору с тысячью металлических дверей. Тусклые светящиеся прямоугольники в потолке едва могли разогнать тьму. Наконец, коридор закончился, открыв моему взору круглый зал, заполненный туманом. По его окружности неподалёку от себя я могла различить клумбы с засохшей землёй. Я посмотрела наверх и увидела стеклянный купол.

— Менриалина… — позвал меня голос из тумана. Я еле могла различить очертания его обладателя, но он был огромен.

— Менриалина… — оно снова позвало меня. Я сделала неуверенный шаг вперёд и…

— Менриалина! — голос Менриэль выдернул моё сознание из сна. Ангел стояла недалеко от кровати с нефритово-зелёным платьем в руках.

— Доброе утро! — сказала мартышка-Миато, уплетая виноград на подоконнике, и подмигнула мне.

— Доброе, — мрачно ответила я, пожелав себе её энтузиазма.

— Нам пора собираться в путешествие! — довольно произнесла архангел.

Я пробурчала что-то неопределённое. Мы не обсуждали произошедшее на экзамене. Не обсуждали и мои результаты. Я попросту не хотела поднимать эту тему.

— Сиприн может показаться не очень приятным миром, но поверь, шаниры очень добры, — попыталась подбодрить меня Менриэль, пока я одевалась.

— Да, да, — вырвалось у меня в ответ.

— Менриалина, — обратилась ко мне Миато и, спрыгнув со своего привычного места, подошла ко мне. — Похоже, что твоё обучение у меня подошло к концу.

— В каком смысле? — спросила я.

— Я не смогу отправиться с тобой дальше, — ответила мартышка. — Мой долг зовёт меня в другое место.

Я посмотрела на Менриэль. Знала ли об этом ангел-хранитель?

— Я и так тебя задержала здесь, верно? — не найдя ответа на лице архангела, я взяла лапку Миато в руку.

— Верно, — улыбнулась мартышка в ответ. — Даже для меня пропасть на четыре года — непозволительная роскошь. Рада, что ты понимаешь.

— Наверное, просто привыкла, — пожала я плечами и обняла Миато.

Она обняла меня в ответ и сказала:

— Не думаю, что мы увидимся вновь. По крайней мере, не так.

— А я уверена, что увидимся, — возразила я. — Обещаю, что к тому времени я выучу природу получше.

— Не выучишь, — усмехнулась Миато.

— Нам пора, — напомнила Менриэль.

— Не будем прощаться? — усмехнулась в её сторону Миато.

Менриэль нахмурилась, но всё же подошла к ней и протянула руку.

— Наше сотрудничество было продуктивным, — сказала она.

Миато приняла рукопожатие и, превратившись в мышку, убежала вглубь коридоров Компиталиса. И тогда я, наконец, дала волю чувствам и расплакалась. Ангел-хранитель бросилась утирать слёзы, но что она могла сказать? Я настолько привыкла к Миато, что уже стала считать её частью семьи. Но могла ли я упрекать её за то, что оборотень бросила меня сейчас?

— Когда я… займу место отца, — сказала я, наконец, успокоившись. — Миато перестанет быть врагом Компиталиса. Она определённо хороший минотавр. И точно не враг Света.

Менриэль не ответила. Лишь протянула новый платок.

— Вижу, вы готовы, — услышала я голос Сапифата, появившегося в дверях. Я даже не заметила, что забыла закрыть комнату.

— Мы готовы, — согласилась я, не дожидаясь ответа Менриэль. — Но мне нужно умыться.

Старик кивнул и вернулся в коридор, где терпеливо дождался, пока я уберу все остатки слёз.

— Ты всё это знаешь, но на всякий случай, лучше повторить, — сказал он, когда я вышла к нему.

Менриэль забрала собранный накануне чемодан и, закрыв комнату, последовала за нами.

— Мир Сиприн, объединённый королём Вереном Арианом, стал сильным союзником всех сил Света около шестисот лет назад, — начал Сапифат свой рассказ. — Правитель Сиприна - сын лорда Нефритовых шахт Балеско Ариана, убитого в ходе междоусобной войны. Ещё будучи ребёнком, Верен возглавил своих шанир и, заручившись поддержкой армии Света, смог вернуть контроль над родовыми землями.

— А разбогатело его королевство за счёт ювелирных изделий и уникального металла, который они начали добывать и продавать союзникам Света, — продолжила я за него, решив показать, что уроки истории не прошли для меня даром. И отвлечься от грустных мыслей, конечно.

— Верно, — кивнул Сапифат. — Веренит, названный в честь короля Ариана. Из него ангелы делают свои доспехи и оружие. Он очень похож на железо по своим характеристикам, за редким исключением.

— Веренит не обладает свойствами магнита, — пробормотала я.

— Верно! — улыбнулся старик. — Ты хорошо подготовилась! Этот зеленоватый металл, добываемый на глубине нефритовых шахт, в конце концов, помог Верену завоевать множество земель Сиприна и стать их единоличным правителем.

— Поэтому его герб — это волк с веренитовым слитком в зубах.

— Верно! Но его супруга когда-то принадлежала другой стране.

— Акши Ариан… — вспомнила я. — Она, вроде, из королевства Ахари. Оно мирно сдалось под власть Верена и скрепило договор их браком.

— Ты помнишь, чем ценен веренит для ангелов? — спросил Сапифат.

— Забыла… — призналась я.

Мы уже вышли из замка и направлялись к порталу на Сиприн. Напоследок я повернулась и помахала на прощание своему дому. Никто не стал меня провожать. Для остальных обитателей крепости это был самый обыкновенный день.

— Железо очень тяжёлое на Литене из-за его магнитных свойств, — сказала Менриэль. — Попытаться его поднять там всё равно, что попытаться поднять здесь, скажем, дом.

— Ого! — удивилась я. Такое тяжело было представить. Чем родной мир Менриэль был таким особенным?

— Мы ещё не успели изучить этот вопрос, — сказала Менриэль, поясняя старику моё удивление. — Пока рано.

— Вернёмся к твоему… — Сапифат несколько раз кашлянул. — К твоему путешествию. В королевстве Ариан существует обычай: гостей там принимают на закате. Сразу кормят и готовят ко сну. А торжества начинаются после рассвета, когда гость уже полностью насладился гостеприимством и более доброжелательно относится к хозяину.

— Когда я тебя представлю, обязательно скажи, как ты голодна и устала, — сказала Менриэль, продолжая напутствие Сапифата. — Не отказывайся ни от каких предложений. Все они — простая формальность. Любое отступление от обычаев не приветствуется народом Сиприна. А на утренней церемонии поблагодари в первую очередь королеву.

Мы подошли к зеленоватому порталу, и Сапифат на прощание похлопал меня по плечу.

— Удачи, Менриалина. Увидимся быстрее, чем кажется.

Недалеко от портала нас ожидал эскорт. Около двадцати вооружённых воинов Компиталиса с шаниром во главе.

— Госпожа Менриалина, — поприветствовала меня командир, коротко поклонившись. — Коха Ариан к вашим услугам. Вы готовы к отправлению?

Мы несколько раз виделись в крепости, и поэтому я успела запомнить её лицо. Вроде, она была дочерью короля Верена, поступившей на службу Компиталису. Шанир всегда вела себя приветливо и помогала на тренировках, когда могла.

— Мы готовы, — ответила Менриэль, кивком поприветствовав её.

— В таком случае, слагаю свои полномочия и перехожу под ваше командование, архангел Менриэль, — обратилась Коха к моему хранителю.

— До портала вольное построение, — необычайно строгим голосом сказала та в ответ. — Разбейтесь на две группы. Мы с Менриалиной пройдём после первой, когда получим сигнал. До города двигаемся в каре. После прибытия мы попадаем под командование короля Ариана.

— Есть! — стражники отдали честь, и мы отправились в путь.

Нефритовый портал тихо зажужжал, когда первая десятка стражников вошла внутрь. Менриэль, прищурившись, непрерывно смотрела в сторону волшебных врат, а потом, видимо, получив какой-то сигнал, о котором говорила ранее, потянула меня за собой. Сияние врат окутало меня, и моё сознание стремительно полетело вперёд через нефритовый тоннель. Я посмотрела прямо, но видела лишь спину ангела, немного искажённую под воздействием портала, а через несколько мгновений мы уже находились в другом мире.

В лицо сразу ударил прохладный ветер, заставив зажмуриться.

— Ждём замыкающих, — услышала я голос Менриэль.

На стороне Сиприна портал находился в долине, окружённой горами. От небольшого сооружения в сторону массивных каменных врат города тянулась дорога из нефритового кирпича, ограниченная по бокам бордюром.

Рядом с порталом я увидела лишь нашу небольшую группу, из-за чего приветствие казалось мне ещё холоднее прощания в родном мире. Местное светило садилось, и я поморщилась от холода. Моё платье цветов герба Сиприна явно не выдерживало его погоды.

Замыкающие наконец прибыли, и архангел улыбнулась мне, показав вперед.

— Добро пожаловать в мой зелёный мир, — усмехнулась Коха, когда мы отошли от портала, — Здесь мало деревьев, но…

— А по-моему, очень красиво, — бодрым голосом возразила Менриэль.

— До тех пор, пока тебе не подадут зелёный суп в зелёной тарелке.

— И есть ты его будешь зелёной ложкой, — усмехнулся другой стражник.

Менриэль одарила стражей улыбкой. И от неё стало совсем чуть-чуть теплее.

Когда наша группа приблизилась к вратам крепости, зазвучал рог, и они отворились. Вблизи они казались гораздо больше, чем от портала. А сверху из-за зубцов виднелись приветственно машущие нам стражники.

Вскоре навстречу вышли две шеренги шанир в тяжёлых доспехах и выстроились по обе стороны ворот, приглашая нас внутрь. Они словно были подобраны друг к другу: нас окружали воины одинакового роста, облачённые в идеально чистые серебристые латы и крепко держащие длинные копья, острия которых отражали рыжий закат. Зазвучал гимн Сиприна, и с башен посыпались разноцветные лепестки. За стражниками с правой стороны дороги виднелись другие шаниры, пришедшие полюбопытствовать, но я не могла разглядеть ни одного лица: всех их скрывали разноцветные маски. Приветствие переставало быть холодным.

— Свет! Свет! Свет! — скандировала толпа.

Менриэль широко улыбнулась и помахала им в ответ, вызвав восторженные возгласы как взрослых шанир, так и их детей.

В руках празднующих сияли факелы, а наш путь освещали многочисленные лампады. И Менриэль воспользовалась этим излучением, создав над своей рукой тысячи маленьких шариков света, после чего направила их над толпой.

— Ура! — воскликнули собравшиеся с ещё большим воодушевлением.

Похоже было, что они больше пришли встречать не меня, а моего ангела-хранителя.

Наш небольшой отряд продолжил путь вдоль собравшихся, пока не подошёл к развилке у огромной пропасти: здесь дорога разделялась на три части. И мы пошли по центральной, которая вела вниз.

Столица королевства Сиприн Он Тор находилась прямо на гигантской, всё ещё действующей, шахте и по мере продвижения сипринцев вглубь своего мира расширялась. Неизменным оставалось лишь построение города по спирали.

Сумерки уже опустились, и потому противоположная сторона города утонула во мгле, лишь изредка разгоняемой вспышками факелов.

— Где-то там, но чуть пониже, нас ждёт дворец, — сказала Коха.

Похоже, она сильно нервничала. Для меня это путешествие было шагом в неизвестность, а для неё — возвращение домой.

От пропасти слева нас отделял металлический забор с клумбами. В них росли светящиеся тусклым белым светом цветы и свежий газон. Справа же толпа, встречающая нас, плотно заслоняла фасады зданий, оставляя на виду лишь верхушки стен и выступающие скаты крыш.

А сверху с каждым шагом всё сильнее нависал пройденный нами город. Будто угрожал поглотить, если мы зайдём слишком далеко. Однако в глубины спускаться и не пришлось. Дворец короля, как и сказала Коха, находился не слишком далеко. Вход в Цитадель Бездны, главную твердыню королевства, шаниры украсили светло-зелёными колоннами с тёмными постаментами. На стенах мастера выложили несколько мозаик, изображающих хозяина этого королевства: Верена Ариана.

— Пришли, — сказала Менриэль и снова помахала толпе, которая и не думала расходиться.

— Пришли, — сказала Коха, тяжело вздохнув, и поправила меч на своём поясе.

Врата цитадели раскрылись, и к нам навстречу вышли гвардейцы короля в парадных доспехах. Толпа вновь восторженно заорала. И под этот рёв мы вошли во тьму королевского дворца.

Внутри нас также ждала радужная атмосфера: тепло освещённый нефритовый зал и множество слуг дворца по бокам. А в центре я увидела стол, на котором красовались блюда, источавшие весьма привлекательный аромат, который хорошо чувствовался даже нам.

Недалеко позади стола на каменном троне сидел широкоплечий шанир-волк, пронзающий нас пристальным взглядом. Чёрная шерсть короля уже покрывалась сединой. Его бороду (если это применимо к шанирам) украшало несколько косичек, продетых через деревянные кольца. Блики от света магических люстр отражались от колец на правой руке правителя, а на его голове покоился символ власти — зачарованная архангелами нефритовая корона. По крайней мере, меня так учили.

По правую руку от короля стоял архангел, видимо, являющийся его ангелом-хранителем. Лицо Верениэля также скрывалось за маской с изображением креста Света. Ещё дальше я заметила неподвижно стоящую фигуру ростом ниже ангела. Из-за одежд, полностью скрывающих незнакомца или незнакомку, сложно было определить, кто это был: шанир, эльф или человек. Невозможно было даже сказать, живое ли «оно». По левую руку от Верена сидела королева.

Я не очень хорошо помнила её, ведь мы встречались лишь раз — четыре года назад, однако сразу узнала. Королева бросила в мою сторону высокомерный взгляд, а король поднялся с трона и вышел вперёд.

Обычаи Ариан гласили, что хозяин дома должен выказать гостям не меньше почтения, чем они ему. Он должен организовать тёплый и радушный приём.

— Вас приветствует король Верен Ариан, — по всему залу раздался уверенный и преисполненный силы голос шанира. Стражники и прислуга моментально вытянулись и замолкли. Зал накрыла тишина, прерываемая лишь речью правителя.

— Правитель Верхнего Предела, Цитадели Бездны и Нефритовых Шахт, Он Тора и всего Сиприна. Победитель Великого Змея и правитель шанир Востока и эльфов Юга. Добро пожаловать в мой дом и назовите себя.

Король вернулся на трон, а первой вперёд вышла моя ангел-хранитель, показывая пример остальным.

— Меня зовут архангел Менриэль, — представилась она, преклонив колено. — Командир службы специального разведывательного назначения. И личный ангел-хранитель молодой леди Менриалины эн Твеланмэ. Мы прошли долгий путь, и я голодна и устала. Разрешите нам остаться у вас и…

Менриэль запнулась, и, набрав побольше воздуха, продолжила:

— Разрешите мне представить мою подопечную.

— Не разрешаю, — невозмутимо ответил король. Верен впился в меня взглядом, а Менриэль с нескрываемой тревогой бросила короткий взгляд сначала на короля, а затем на меня. Но всё же отступила.

Теперь, похоже, была моя очередь. Я вышла вперёд и встала на одно колено, подобно Менриэль. Эта поза приносила много неудобств, учитывая мой наряд. Ноги предательски дрожали, что лишь добавляло волнения.

— Меня зовут леди Менриалина эн Твеланмэ, — представилась я, стараясь не упустить остатки уверенности. Получалось не очень. — Я единственная дочь Командора Алексия эн Твеланмэ и… Турмалин Объединительницы и… их наследница. Мы прошли долгий путь, и я голодна и устала. Разрешите нам остаться у вас.

Последнюю фразу получилась сказать гораздо быстрее и громче предыдущих.

Король кивнул и махнул правой рукой, разрешая мне встать. А его взгляд впился в дочь. Повисло молчание, но Коха всё же вышла вперёд. И также преклонила колено.

— Меня зовут Коха Ариан. Вторая дочь короля Верена Ариана и королевы Акши Ариан. Лейтенант сто сорок седьмого отряда армии обороны Компиталиса. Мы прошли долгий путь, и я голодна и устала. Разрешите нам остаться у вас.

Верен кивнул ей и пригласил следующего гостя, никак не отреагировав иначе на собственную дочь.

Вперёд вышел молодой драконид-ящер. Его небольшой фиолетовый гребень и зелёная чешуя с золотыми прожилками выдавала в нём гибрида-полукровку. Я даже не заметила, как он присоединился к нашей группе. Или он всё это время ждал нас во дворце?

— Меня зовут Шиман Ангелион, — представился он. — Второй сын лорда Кассия-сипая Ангелиона, командира второй гвардии Священной Драконидской Империи. Я прошёл долгий путь, я голоден и устал. Разрешите мне остаться у вас.

За ним вышел последний гость — человекоподобный драконид с зелёными волосами.

— Меня зовут Люциус Ангелион, — представился он. — Первый сын лорда Кассия-сипая Ангелиона, командира второй гвардии Священной Драконидской Империи. Я прошёл долгий путь, я голоден и устал. Разрешите мне остаться у вас.

Старший брат Шимана явно был доволен собой, не скрывая улыбки. Король кивнул ему, позволяя встать, и вновь поднялся с трона.

— Добро пожаловать в мой дом, дорогие гости, — сказал он. — Прошу, отведайте наши угощения, пока слуги готовят покои ко сну!

Менриэль легко толкнула меня в спину, желая подбодрить. Приглашение короля не могло не радовать: после испытанного волнения живот требовал компенсации. Вокруг засуетилась прислуга, в основном состоящая из эльфов. Один из них: мальчик с тёмно-зелёными волосами и шрамом под глазом быстро подбежал ко мне и помог сесть.

Королева Акши встала с трона и принялась помогать прислуге, повинуясь обычаям гостеприимства. Хозяйка дома должна принимать непосредственное участие в угощении гостей.

— Попробуй скального ястреба, — посоветовала Менриэль, заметив моё замешательство. — Местный деликатес.

Убедившись, что гости готовы приступать к еде, королева заняла своё законное место рядом с королём. Наконец, после столь длительного исполнения всех формальных процедур, я смогла взять в руки столовые приборы и насладиться кухней шанир. И, надо сказать, наслаждение было неописуемым.

14. Достояние Ариан

Впервые, сколько я себя помнила, мне удалось выспаться без мучительных снов. Было ли это связано с моей усталостью или иным миром пребывания? Я не знала, а расспрашивать Менриэль было бы совсем глупой задачей.

Когда я очнулась, рядом не было ни моего ангела-хранителя, ни Миато. Комната напоминала мою лишь обстановкой, но выигрывала в размерах и виде из окна. Похоже, слуги короля постарались подобрать мебель максимально приближённо к моей, оставленной на Компиталисе. Арианы действительно отличались гостеприимством.

Я распахнула окно и выглянула наружу. Эта часть дворца выходила окнами на центр города, но располагалась, судя по всему, ниже главных ворот. Далеко внизу, у самой земли, я увидела зелёную изгородь, украшавшую цельнокаменные стены замка.

Жители не обращали на меня внимания, продолжая идти по своим делам. Они так и не сняли масок со вчерашнего вечера: празднество продолжалось.

Я вернулась в комнату и подошла к зеркалу. Даже в другом мире… Особенно в другом мире представительница Компиталиса не должна была пренебрегать своей внешностью.

Взглянув на своё отражение в зеркало, я обратила внимание на небольшую царапину на щеке.

— И когда успела? — удивилась я вслух, дотронувшись до корочки от зажившей раны. Она действительно существовала. Это не было видением.

Пожав плечами, я умылась и почистила зубы. Причесавшись, подбежала к шкафу с одеждой и выбрала платье на сегодня: решила одеться в цвета Сиприна, но чуть менее пышные, чем вчера. Тем более что вчерашнее платье Менриэль забрала на стирку.

Переодевшись и убедившись, что платье не успело помяться, я вышла из комнаты и вздрогнула от неожиданности: за дверьми уже ожидала моя ангел-хранитель. И она была слишком близко к двери.

— Боже! — вырвалось из меня.

— Нет, всего лишь скромный архангел, — улыбнулась в ответ та. — Молодец, неплохо справилась.

— Ты неплохо обучала, — ответила я, успокоившись. — Давно тут стоишь?

— Пару минут, — ответила Менриэль и, немного подумав, поправила себя:

— Пару десятков минут.

— Уже два часа, верно? — я нахмурилась, желая показать, что меня не проведёшь.

— Да, — сдалась она, не сумев сдержать смешок.

— Я уже взрослая, — проворчала я.

— Конечно, конечно! — согласилась Менриэль, хоть её тон и не внушал доверия. — Познакомимся с замком?

— Веди!

— Один из самых интересных замков, которые я видела! — начала рассказывать Менриэль, когда повела меня по широкому коридору.

В отличие от Компиталиса, окна этого замка украшали витражи с лампадами между ними, отчего стены выглядели куда живописнее. На противоположной стороне висели картины. Должно быть, они рассказывали о прошлом королевства, демонстрируя сцены сражений и портреты важных на вид шанир.

— Как много волков, — заметила я.

— Этому есть объяснение, — ответила Менриэль и пустилась в долгий и скучный исторический рассказ.

— Ты не говорила о своей работе, — прервала я её, решив сменить тему.

Моя ангел-хранитель интересовала меня куда больше, чем неведомый старик, погибший от рук неизвестно кого.

— А? — переспросила она и, переключившись на мой вопрос, ответила:

— Ну знаешь, она не особо интересная.

— Шпионить и разведывать неизвестное разве скучно? — засомневалась я.

— Ну знаешь, плох тот шпион, который всем вокруг желает рассказать о своей работе, — усмехнулась архангел.

— Получается, ты не только меня защищала, но и шпионила?

Менриэль стала более серьёзной.

— Нет, что ты, — ответила она. — Это две независимые работы!

— И за кем же ты тогда шпионила, если даже не покидала Компиталис? — засомневалась я. Менриэль редко куда-то исчезала надолго. Весьма часто была возле меня. Особенно последние четыре года.

— О, ну… я же руководитель. Вот я и руководила. Для этого не обязательно быть в своём кабинете.

— У тебя и кабинет есть? — удивилась я.

— Ты, похоже, тоже шпионка? — усмехнулась ангел.

— И там есть доска с нитками? — восторженно спросила я.

— Вот посетим Литен, и покажу, — пообещала Менриэль. — А сейчас спустимся в реальность и продолжим наше путешествие!

Я неохотно кивнула и продолжила слушать про основателя королевства, который невероятно успешно сражался со здоровыми жуками. Как будто было трудно победить каких-то насекомых.

Вскоре мы спустились вниз и добрались до большого выставочного зала. Его размеры напоминали мне центральный зал Компиталиса, только ярусов в нём не было. Лишь потолок с мозаикой в виде всё того же основателя королевства.

В зале я увидела множество пьедесталов с экспонатами: первый добытый нефрит, образец веренита, многочисленные ювелирные украшения, части доспехов и оружия.

— Дорогие гости! — я услышала голос короля и обернулась ко входу. Верен Ариан был облачён в парадную рубаху и широкий плащ, но сейчас на его голове не красовалась корона, и он немного горбился. Был похож скорее на богатого добродушного старика, а не на короля.

— Вы решили посетить нашу выставку! — правитель Сиприна не скрывал своей радости и быстро для своих лет направился к нам.

Я хотела поклониться, но король остановил меня:

— Я благодарю вас, леди Менриалина, но не стоит напрягать спину не на публике.

— Ваше величество, — поприветствовала его Менриэль, всё же немного поклонившись.

— Вы хорошо спали? — спросил Верен.

Куда делось всё его величие? Было ощущение, будто вчера нас встречал совершенно другой шанир-волк — правитель, прочно сжимающий в кулаке свою власть. Сейчас он походил скорее на обычного хозяина небольшого дома, приютившего путников.

— Прелестно, — тепло улыбнулась Менриэль.

— Просто замечательно! — ответила я, широко улыбнувшись.

— Рад, что Алексий всё-таки решил принять моё приглашение, — сказал король Менриэль. — Я назначу вам лучшего мастера по оружию, не сомневайтесь!

— Красивые тут флаги! — я решила мягко сменить тему. Совсем не хотелось так скоро возвращаться к тренировкам.

— О, рад, что вам понравилось! — улыбнулся король и посмотрел наверх, где на стенах и колоннах висели разноцветные флаги с разнообразными гербами. Вряд ли они принадлежали Сиприну. Слишком уж разный был их стиль.

— Это флаги побеждённых нашим королевством врагов! — не без довольства в голосе сообщил шанир. — Ещё мои предки ввели традицию украшать знамёнами достойных противников свои дворцы.

— Но зачем? — спросила я, непонимающе нахмурившись.

— Запомните, леди, — снисходительно пояснил король. — Всех ваших противников следует уважать.

Это мне говорил и отец. Но не упоминал о том, что хранил хоть один флаг демонов или Меченосцев. Да и были ли у Меченосцев флаги? Были ли гербы у ясновидящих?

— Я пошёл немного дальше и стал заказывать бюсты сильных противников, которых я сразил, — Король указал в дальнюю часть зала: на колонны с бюстами шанир, людей, эльфов и… Демонов.

За ними на витринах лежали книги с неизвестными мне символами. Король Ариан сохранял даже культурное наследие поверженных врагов.

— Жаль, что это уже никто не прочитает, — вырвалось у меня.

— Почему это? — спросил король. — Мои писари сделали копии и хранят в читальных залах. Можно прочитать даже на родном языке.

— Разве их языки не исчезают со всеми живыми?

— Конечно нет, я же не монстр, — удивился король и подошёл ко мне. — Я требую лишь беспрекословного подчинения мне и Богу Света, а не уничтожения своей культуры. Иноверие, конечно, наказывается, но не более. Слишком уж оно опасно.

— То есть, вы не убиваете своих врагов? — уточнила я.

— Только тех, кто сопротивляется, — ответил король.

Подход к своим врагам на Сиприне нравился мне больше, чем подход Ордена моего отца. По крайней мере, враги Верена могли сложить оружие и продолжить жить.

— Компиталис сражается с самыми опасными врагами Света, — сказала Менриэль, будто прочитав мои мысли.

— И мы благодарны Алексию за его нелёгкое дело, — кивнул король.

Я обратила внимание на два бюста демонов, последних в рядах почтенных врагов Сиприна.

— О, а эти двое сейчас в темнице замка, — похвастался Верен.

— Они ещё живы? — удивилась я. — А зачем тогда… тут их головы?

— Ну они были достойными противниками, — пожал плечами король. — Почему бы и нет?

Одна голова изображала мужчину с мощной квадратной челюстью, свирепым взглядом и здоровыми рогами. Не хотелось бы мне встретить такого демона. Второй бюст привлекал мой взгляд больше. Он показывал облик демонессы с острыми скулами и нахмуренными бровями. Скульпторы очень неплохо постарались изобразить выражение её лица: эмоции оценки и осуждения. У демона были длинные волосы, падающие на плечи, а вот у демонессы, наоборот, короткие с зачесом вверх, будто пламя. А аккуратные рога обрамляли их, будто своеобразная корона.

— Стало интересно? — спросил Верен. — Могу познакомить лично.

— А они не опасны? — нахмурилась Менриэль. Ангел явно не была в восторге от этой идеи. Не была в восторге и я. Что-то жуткое скрывалось за изображениями на этих бюстах. Будто они были готовы ожить и сожрать мою душу прямо здесь и сейчас.

— На воле были опасны, конечно, — признался король, — Иначе бы их бюстов тут и не было. Всё же клетки надёжно блокируют их магию. И за прочность темницы я ручаюсь. Мы не стали бы подвергать своих гостей опасности.

— Простите, ваше величество, — я снова поклонилась Верену, опасаясь, что мой отказ обидит пожилого шанира. — Боюсь, я не смогу переварить ещё больше впечатлений от вашего дворца.

— Да будет так, — благосклонно усмехнулся правитель Сиприна. — Значит, в другой раз.

15. Церемония благодарения

— Скоро мы должны будем предстать перед королевой, — сказала Менриэль, когда король покинул нас.

— Я помню. Поблагодарить её за гостеприимство.

— Может казаться, что это простая формальность, но Акши действительно хорошо постаралась, организовывая наш приём, — Менриэль вернулась к флагам бывших противников власти Верена. — Сейчас, в не самый простой период жизни королевства, гости принимались по достоинству: накормлены, расселены и чувствовали себя как дома.

— Я думала, что Сиприн процветает, — удивилась я.

Трудно представить, что толпа счастливых встречающих и демонстрация величия могли сочетаться с тяжёлыми временами.

— Акши раньше жила во враждебном королевстве, — сказала Менриэль. — Она вторая жена Верена Ариана, и их брак положил конец древней распре.

— Как брак может прекратить многолетнее соперничество? — с недоверием спросила я.

— Может, если правители понимают, что пришло время заканчивать бессмысленное кровопролитие, — пояснила хранитель. — Один из них явно сильнее, а просто так сдаться слабейший не может. Заключаются необходимые соглашения и подобный брак.

— А как же любовь? — брови сами нахмурились, выражая моё недовольное удивление.

— Иногда это роскошь для правителя и его детей, — спокойно ответила хранитель. — Знать не только привилегия, но и большая ответственность.

— Надеюсь, у меня будет по-другому, — буркнула я.

Увы, Менриэль ничего не ответила. Лишь продолжила рассказ:

— От первого брака у короля всего двое детей. Потом королева скончалась. А вот Акши принесла уже десять.

— Как много! — удивилась я.

— Да, ты права. И Коха — её дочь. Самая старшая. Всего у Верена двенадцать детей.

— Но я не видела столько на приёме! — я не переставала удивляться. Тяжело такое представить, когда ты единственная в семье.

— Была только Коха, — пояснила Менриэль. — Все его дети достаточно взрослые и выполняют свои роли. Кто-то сейчас на войне, кто-то представляет Сиприн в других государствах. А кто-то, как и ты, учится.

— Коха представляла Сиприн дома?

— Нет, Коха училась. А теперь пришло её время вернуться домой, а твоё — учиться здесь. Нам пора в крыло прислуги. Скоро наша очередь благодарить.

— Не в тронном зале? — удивилась я.

— Королева заведует прислугой. Поэтому именно там и проводится церемония, причём в отсутствии короля и иных важных персон.

Мы вышли из зала трофеев и направились вперёд по длинным извилистым коридорам. Похоже, архангел очень хорошо знала устройство замка изнутри.

— Как давно ты была здесь? — спросила я, когда любопытство стало нестерпимым.

— Незадолго до твоего рождения, — ответила Менриэль. — Я часто помогала королю Верену.

Живописные коридоры и залы дворца сменились более простыми. Вокруг носилась прислуга, состоящая из эльфов. Они перетаскивали стопки белья, посуду, принадлежности для ухода за помещениями и средства гигиены.

— Похоже, скоро прибудут новые гости, — пояснила Менриэль. — Готовят покои для приёма.

— А почему тут только эльфы? — спросила я.

— Потому что большинство эльфов на Сиприне — рабы, — спокойно ответила Менриэль. — Конечно, недавно для них сделали множество послаблений, и в целом всё идёт к отмене рабства, однако большая часть прислуги остаётся эльфами.

— Это грустно, — честно сказала я, и ангел кивнула:

— Грустно, но подобное происходит во многих мирах.

— Почему Бог ничего не сделает с этим?

— Он делает. Но иногда, чтобы что-то изменить, нужно хорошенько подождать. С некоторыми вещами нельзя торопиться.

Это не совсем укладывалось в моей голове. Если можно сделать что-то хорошее, то зачем ждать? Просто сделай сразу и всё!

Примерно с такими размышлениями мы вошли в Зал прислуги. По сути, он представлял собой просторную длинную комнату. На стенах помещения висели таблички с выгравированными именами. Судя по всему, ими отмечали отличившихся работников.

По бокам выстроилась прислуга, не занятая работой, а на другом конце комнаты стояла Акши Ариан, встречая нас строгим оценивающим взглядом.

— Чем обязана визиту дорогих гостей? — наконец спросила она.

— Мы пришли поблагодарить вас за радушный приём! — сообщила Менриэль, поклонившись. — Мы, путники, были вкусно накормлены. Наши кровати были мягки, а сон глубок.

Я повторила за ней церемониальные слова. Казалось, будто мы произносили их вечность, а на деле не прошло и пяти минут.

— Благодарить следует не только меня, но и тех, кто надлежаще исполнял свои обязанности, — ответила королева.

Я не помнила этого в описании обычаев Ариан. Похоже, она решила нарушить его. И от того я растерялась. Но положение спасла ангел-хранитель, поклонившись сначала правой колонне прислуги, а затем и левой.

Акши заметно подобрела, когда и я повторила жест Менриэль.

— У меня как раз выдалась свободная минута. Я могу показать вам, как тут всё устроено, если пожелаете, — сказала она. Мы не стали возражать, и Акши провела нас вглубь своих владений.

— Моя дочь хорошо проявляла себя? — спросила она сразу, когда мы вышли из зала прислуги.

— Неплохо, — ответила Менриэль. — Она очень исполнительна и добра к сослуживцам.

— Рада это слышать, — Акши улыбнулась кислой улыбкой. Интересно, на какой ответ она рассчитывала.

— За несколько дней до приёма гостей мы начинаем готовить их комнаты, — начала рассказ королева.

Мы прошли в длинную прачечную, где трудилось не меньше десятка эльфов, как следует отстирывая белые простыни, просушивая и проглаживая их.

— Трудятся не покладая рук, — сказала Менриэль очевидное, видимо, пытаясь поддержать разговор.

— Отлично трудятся, — согласилась Акши. — Жаль, что все они рабы.

— Вы выступаете против порабощения лесных эльфов? — спросила Менриэль, когда мы покинули эту душную от испарений комнату.

— Конечно. Моя семья никогда не одобряла такой подход к нашим эльфийским друзьям. Благо, Верен согласился на некоторые уступки и освободил часть рабов. Я надеюсь, что когда-нибудь будут свободны все бедолаги.

— Судя по тому, что я вижу, они чувствуют себя хорошо под вашим чутким управлением, — заметила Менриэль.

Королева могла бы засиять от удовольствия, будь она ангелом. Но шаниры сиять не умели.

— Благодарю. Я действую по справедливости. И это позволило повысить эффективность работы по сравнению с…

Тут она осеклась. И сразу сменила тему:

— Ох, тут у нас большой холодильник. Пожалуй, не будем его открывать.

От помещения за деревянной дверью и правда веяло холодом. И чем-то… неуловимым.

— Госпожа Менриэль, а какое мнение у ангелов по вопросам рабовладения? — спросила королева, оборвав мои мысли.

— Простите, королева Акши, но я здесь сугубо с сопровождающей миссией, — ответила Менриэль, убирая улыбку с лица жены Верена.

— Я понимаю, — сухо сказала она. — Просто уточняла ваше мнение. Я не буду просить как-то повлиять на мужа.

Недалеко от холодильника располагались помещения с внушительной кухней.

— Сейчас тут не очень много эльфов, — прокомментировала королева. — Обед мы готовим в других помещениях, ближе к трапезным. А тут готовятся только к самым крупным пирам. Кстати, шеф-повар у нас из освобождённых. Прекрасно справляется со своими обязанностями.

Напротив кухни, в отличие от остальных частей крыла прислуги, располагались окна, выходящие на освещённую дневным светом пещеру. Я выглянула наружу и заметила множество металлических труб, протянутых сквозь неё. А справа от себя увидела водопад.

Присмотревшись, я заметила несколько гнёзд с пёстрыми птицами. Похоже, эта часть замка находилась близко к поверхности, раз птицы, как и лучи света, могли найти сюда путь.

Королева, тем временем, продолжала убеждать Менриэль в пагубном влиянии существующих порядков на работников.

— По моему мнению, каждая страна рано или поздно откажется от подобной практики, — Менриэль сохраняла нейтральный тон в ответ. — Это просто вопрос времени. Но вы и правда делаете огромную работу по руководству обеспечением дворца.

— Рада понимать, что ваша похвала не продиктована этими… обычаями. За ними легко забыть про искренность.

Менриэль не стала отвечать, а Акши повела нас дальше. Мы побывали даже в месте сброса отходов и обеспечения водоснабжением, пройдя через мастеровую и складские помещения. Я порядком утомилась не только от подробностей жизни слуг, но и от бесконечных разговоров Акши про эльфов. Про себя же я надеялась больше никогда не посещать эту часть дворца.

16. Прогоняя тьму

Через три дня после прибытия мы, наконец, решили выйти в город. Он всё ещё был полон шанир и эльфов, скрывавших лица за разнообразными масками. Некоторые из них устраивали представления прямо возле дворца, собирая вокруг себя множество зрителей. Они пели, плясали и выдували огонь под восторженные аплодисменты.

— Надо бы и нам масок раздобыть, — предложила Менриэль.

Конечно, я согласилась! Не терпелось присоединиться к общему веселью.

— Пузыри! Мыльные пузыри, — услышала я крик продавца, когда мы свернули с главной улицы и направились через фестивальные торговые ряды.

— Азориенские пряности! Пряности! — приглашал нас другой.

— Печенье предскажет судьбу! — разносился повсюду женский голос от третьей лавки.

— Хочешь одно? — спросила меня Менриэль. — Они забавные.

Я задалась вопросом: нужны ли предсказания ясновидящим, но всё же кивнула. Менриэль протянула продавщице несколько металлических монет, но та замахала руками:

— Леди Менриэль, что вы! — запротестовала шанир-кошка, — Вам бесплатно!

— Ну что вы, — возразила Архангел. — Я не могу вас обворовывать.

— Да где же воровство-то? Вы спасли моего сына в Гельготце! — торговка была непреклонна: моментально достала из-под прилавка две коробочки с печеньем и протянула одну Менриэль, а другую — мне.

— Я бы давно разорилась, если бы не вы! — сообщила она, но всё же приняла часть монет, которые настойчиво протянула Менриэль.

— Вот для этого нам тоже нужны маски, — вздохнула ангел.

— А где предсказание? — спросила я, достав одно из печений.

— Разломи их вот так, — Менриэль взяла печенье из своей коробочки и разломила пополам, оставив по половинке в каждой руке. Внутри одной из них виднелась бумажка. Менриэль достала её и, пробежав по ней глазами, спрятала в недрах одежды.

— Что там? — спросила я.

— Не скажу! — усмехнулась ангел. — Вдруг не исполнится?

В свою очередь я разломила печенье пополам и достала своё предсказание.

«В тёмный час придёт неожиданный друг» гласила записка.

— Что там? — спросила Менриэль.

— Секрет! — воскликнула я и, спрятав записку, злорадно показала язык.

Архангел коротко улыбнулась и повела меня к другой лавке. Здесь пожилой на вид шанир продавал разнообразные маски.

— У вас есть что-нибудь для нас? — спросила она.

— Разумеется! На левой витрине! — с готовностью ответил продавец и начал расписывать достоинства каждого товара.

— Выбери себе что-нибудь, — сказала мне Менриэль и с интересом начала разглядывать маски в виде ворон.

Выбрать что-либо одно было довольно трудно. На витрине красовалось множество разных «лиц» практически на любой вкус и цвет. Можно было надеть на себя маску шанира или ящера, человека или эльфа. Но больше всего меня зацепило человеческое лицо с тёмными губами и красивым алым узором на лбу, видимо, изображающим перья. Я указала на неё, и продавец позволил примерить это «лицо». Из предложенного им зеркала на меня смотрела не я, но таинственная девушка-птица.

— Сколько их у вас? — спросила Менриэль, заметив мой восторг.

— Таких штучек пять, леди Менриэль — ответил продавец. Моя ангел-хранитель, похоже, была знаменитостью среди местных торговцев.

— Давайте все, — немного подумав, сказала архангел, а затем указала на более простые деревянные маски:

— И ещё вот таких и таких. И мне тоже подберите что-нибудь интересненькое.

— Ворон? — уточнил торговец.

— Можно и ворона — кивнула Менриэль. — Тоже штучек пять найдётся?

— Только три каждой, — покачал головой шанир.

— Ну три, так три, — мило улыбнулась ангел и добавила: — И молю вас принять оплату.

— Да, да, разумеется, — продавец заметно смутился и принялся запаковывать заказанный нами товар.

— Деревянные можно в одну коробку, мы их примерим потом, — добавила ангел.

Маска никак не стесняла лицо, лишь чутка закрывала обзор, но всё равно я видела достаточно. Архангел купила нам сладостей, и мы вернулись на главную дорогу. Коробки с лишними масками она спрятала в свой рюкзак, который я заметила только в тот момент.

— Менриэль, — позвала я её, когда мы поднялись на следующий ярус города.

— Да-да?

— А как звали того шанира из Гельготца?

— Кого?

— Сына торговки, — подсказала я.

— Да я толком и не помню, — призналась ангел. — Не так давно мне пришлось вмешаться в одну из войн Сиприна более открыто, чем обычно. Тогда я спасла много живых и убила тоже немало. И, к сожалению, стала тут знаменита.

— Так вот почему тебя все так встречают… Получается, это было до моего рождения?

— Да, тебя тогда не было, разумеется. Это лет сто пятьдесят назад было. Если округлить.

— Ничего себе недавно! — удивилась я. — Сколько же тебе тогда лет?

— Да я молодая ещё, чуть больше двух сотен, — усмехнулась Менриэль. — А тогда, считай, совсем юной была. Не очень опытной, лезла куда не следует. Но уже командиром была.

— Молодой, ага, — скептически заметила я.

— Ну тебе-то, конечно, странно это слышать, — усмехнулась Менриэль. — А я только имя получила, ребят в подчинение — и сразу на Сиприн. Тут было не так мирно, как сейчас. В каком-то смысле, текущий мир — это заслуга нашей тяжёлой совместной работы с королём. Думаю, что именно помня об этом, он и отправил Алексию приглашение для тебя. Компиталис обеспечил необходимый перевес в войне.

Уже стемнело, когда мы вышли к сцене, на которой пела прекрасная рыжая шанир-лисица. Её выступление сопровождалось огненными эффектами, а вокруг кружились широкоплечие танцоры. Песню лисица посвятила прекрасным белым полям, окружающим столицу, и своей мечте встретить там суженого.

У сцены было множество народу, и я не решилась подойти поближе. Напротив, мы отошли назад, почти к самому обрыву. Я глубоко вздохнула и услышала мяуканье. Слева от меня на бочке гордо восседала крупная кошка с рыжими полосками. Она уставилась на меня карими глазами, будто желая что-то сказать.

— Кушать хочет? — предположила я вслух.

Менриэль бросила кошке вяленого мяса, но та спрыгнула со своего места и умчалась во тьму.

— Странно, — удивилась Архангел. — Ещё не видела кошку, отказывающуюся от угощения.

— Может, маски испугалась? — спросила я.

— Вороны милые! — возразила Менриэль. — Очень умные птицы. Ты знаешь, что они могут…

— Да-да, Миато рассказывала, — перебила я её. Я слышала истории об уме воронов достаточно, чтобы они надоели.

— Не хочешь поиграть? — предложила Менриэль.

— Во что? — заинтересовалась я.

Ангел усмехнулась и повела меня в игровую зону ярмарки. Здесь шаниры и эльфы завлекали к себе на бросание мяча и испытания силы или ловкости. Я заметила даже несколько драконид.

— А что они празднуют? — наконец, спросила я.

— А ты не знаешь? — удивилась Менриэль. — Это праздник гонения тьмы!

— В смысле, отпугивания тёмной магии?

— В смысле, когда ночь самая длинная, а дни очень короткие.

— Как обычно перед зимой?

— Ну да, на Сиприне сейчас конец осени.

— Да что-то не похоже, — удивилась я.

— А как должно быть похоже? — усмехнулась Менриэль.

— Ну должно быть холодно, дожди там…

— Каждый мир отличается, на Сиприне зимой тепло, а вот дождей ты точно дождёшься. Да и в пределах мира всё может сильно отличаться. В общем, сипринцы гонят тьму, чтобы дни стали длиннее.

— Но они же и так станут длиннее, — нахмурилась я.

— Да, конечно, но обычаи предков неплохой способ развлечься!

— Спасибо предкам, — усмехнулась я.

— Спасибо предкам, — согласился со мной незнакомый голос, заставив вздрогнуть.

Судя по всему, говоривший был человеком: маска точно не скрывала за собой лицо шанира и из неё не торчали эльфийские уши. Разве что они были очень короткие. И его странный голос… был будто максимально нейтральным. Будто отстранённым. Я бы даже сказала, искусственным. Его голос напоминал мне что-то, но я не могла понять что. Человек стоял у омута с мутной водой и предлагал мне удочку. Его маска цвета кости изображала бородатого мужчину с чуть приоткрытым ртом. А глаза и вовсе не были видны, лишь тьма в их разрезе.

— Хотите попробовать? — в его голосе совсем не чувствовалось угрозы. Впрочем, вообще ничего не чувствовалось.

— А что нужно делать? — спросила Менриэль.

— Нужно поймать рыбку, — ответил незнакомец.

Я приняла удочку из его рук. На её конце вместо крючка был металлический диск. Похоже, он являлся магнитом, про которые мне успела рассказать Менриэль. Я опустила магнит в мутную воду и принялась водить удочку в разные стороны. Однако улов никак не шёл. А когда мне казалось, будто всё получилось, рыбка в последний момент отцеплялась от магнита и падала в воду. Но я не намеревалась сдаваться. Менриэль заплатила за мои попытки, и я не хотела ударить в грязь лицом.

В очередной раз, закинув удочку, я попыталась представить, как магнит достигает дна. В какой-то момент мне показалось, будто я вижу сквозь воду. Я направила магнит к одной из рыбок и зацепила её. Начала поднимать вверх. Медленно, чтобы она больше не соскользнула. И вот, наконец, добыча была у меня в руках.

— Поздравляю с победой, девочка! — произнёс человек и вручил мне пойманную рыбку, не забыв про коробку с причитающимися сладостями.

— Золотая! — похвасталась я Менриэль.

— Ну раз золотая, то я должен тебе ответ на твой вопрос, — сказал незнакомец. — Прошу хорошо подумать над ним. Ведь ты задаёшь его мудрецу.

Я снова посмотрела на старика. Спросить о его имени? Нет, это глупо. Что мне даст его имя? Или спросить о его чёрных глазах? А может, у него и вовсе нет глаз? О врагах Света? Или о самом свете? Что вообще могла спросить девочка у мудреца? Хотел ли он видеть будущее? Вряд ли. Как превращаться в зверей? Даже Миато не стала учить меня такому искусству. Я посмотрела на Менриэль.

— Может, ты хочешь задать вопрос? — спросила я. Ведь она платила за всё.

— Я? О… — ангел явно была сбита с толку таким предложением.

— Ответить на вопрос скайлана будет труднее, — признался старик. — Но так даже интереснее.

Менриэль нахмурилась. Мне тоже показалось странным, что старик назвал её не ангелом, а менее распространённым названием.

— У меня есть вопрос, — внезапно сказала она достаточно серьёзным голосом.

— Я слушаю, — незнакомец направил в её сторону чёрные глазницы.

— Зачем курочка высиживает яйцо грифона? — спросила Менриэль.

Я нахмурилась. Что за дурацкий вопрос решила задать ангел. Я могла бы и не хуже задать. Но незнакомец не стал смеяться. Он ответил на вопрос ангела-хранителя:

— Возможно, она решила почувствовать себя орлом.

17. Оскорбление

В последний день праздника прислуга вновь собрала пиршественный стол в центральном зале. Королева, разумеется, руководила процессом.

— Сегодня возвращаются принцы, — пояснил гость из Азориена.

Я вздрогнула от неожиданности. Молодой драконид стоял совсем близко, ничуть не смущаясь меня, хоть мы и не были знакомы. Он был высок и облачён в чешуйчатую кожаную куртку зелёного цвета.

Драконида в нём выдавало лишь несколько чешуек на шее и вертикальные зрачки в изумрудных глазах. Люциус смотрел на меня сверху вниз, как могут смотреть аристократы на простолюдина.

— Доброе утро, — поприветствовала я его, сделав реверанс. Подходящее время для демонстрации воспитания.

В ответ Люциус улыбнулся и учтиво поклонился, не забыв представиться.

— Менриалина, — в свою очередь сказала и я.

— Как поживает ваш отец? — спросил драконид.

— Вполне хорошо, — ответила я. — Побеждает врагов Компиталиса одного за другим!

— Отрадно слышать, — Люциус улыбнулся. Выражение его лица походило на змеиное, от чего по моей спине пробежали мурашки.

— Как здоровье лорда Кассия? — этикет обязывал задать этот вопрос.

— Старик кого хочешь переживёт, — драконид усмехнулся и на мгновение с него спала дворянская маска. Будто передо мной стоял обычный мальчишка, хоть и немного старше.

— Вернее, я должен был ответить, что отец достойно исполняет свой долг, верно? — вернулся в свой образ Люциус.

— Рада это слышать, — улыбнулась я в ответ.

— Нам здесь годы вместе жить, — заметил драконид. — Когда-нибудь придётся отойти от формальностей.

Понять значение отхода от формальности в тот момент не удалось. И от того стало более неловко. Поэтому я лишь коротко кивнула ему и вернулась в комнату.

Драконид говорил о возвращении принцев, но Менриэль совсем не предупреждала об этом событии.

К чему я должна была готовиться? К застолью? Как одеться? Подумать ли мне о словах приветствия? Будет глупо спрашивать о здоровье отца принца, пока он будет сидеть рядом. И было абсолютно непонятно: куда ушла Менриэль?

Я посмотрела на себя в зеркало. Подойдёт ли платье, которое она подготовила утром к этому событию? Когда приём вообще начнётся?

Отражение выглядело не слишком уверенно и не слишком достойно роли наследницы Компиталиса. Но каким должно быть моё лицо? Я улыбнулась, а затем, скорчила смешную рожицу. Усмехнулась: боевой настрой начал возвращаться ко мне. Отец точно не всегда ходил под руку со своим ангелом-хранителем. Пора было и мне повзрослеть.

Я попыталась вспомнить выражение лица Люциуса и выпрямилась. А затем отшатнулась: на мгновение мне показалось, будто на меня смотрит совсем чужое лицо. Строгое лицо взрослой женщины с бледной кожей и белыми глазами. И она смотрела свысока, но не так, как Люциус. Гораздо жёстче.

В дверь постучали, и, после моего разрешения, вошла Менриэль.

— Всё в порядке? — встревоженно спросила она.

— Внизу готовятся встречать принцев? — спросила я вместо ответа.

— Да, ты хочешь посмотреть?

— Только если не придётся их приветствовать, — усмехнулась я, окончательно отойдя от видения.

— Мы тоже гости и не обязаны их встречать, — от слов Менриэль стало спокойнее. — Завтра вернёмся к твоему обучению.

— Да, я помню, — я первая направилась к выходу из комнаты и, когда дверь закрылась, спросила своего хранителя:

— Каково это, общаться без формальностей?

— Ну это, как общались ты и Миато, — ответила она.

— Но я общалась с ней достаточно вежливо! — удивилась я. Никогда бы не подумала, что хоть раз нагрубила оборотню.

— Вежливо, но часто забывала про этикет, — возразила Менриэль. — Удивлена, что ты только сейчас спросила об этом.

— Меня об этом спросил Люциус.

— Он достойный молодой драконид, вы будете тренироваться вместе. Хорошее предложение.

— Мне он показался жутким, — призналась я.

— Первое впечатление бывает ложным, — усмехнулась Менриэль.

— Надеюсь.

Когда мы вернулись в зал, он уже полнился гостями. Казалось, будто принцев встречало куда больше шанир, чем нас. Впрочем, это было и не удивительно.

Был здесь и Люциус с Шиманом. Старший драконид приветливо помахал мне, а младший упорно делал вид, что не замечает нас.

— А кто это? — я указала на стоящую недалеко от короля персону в маске. Он присутствовал и на нашей приветственной церемонии, но не проронил ни слова.

— Придворный лекарь, — ответила Менриэль. — Но я с ним не очень хорошо знакома.

— Он как Сапифат?

Менриэль отрицательно помотала головой.

— Сапифат гораздо ближе к Алексию, чем он к Верену.

— А стоит, будто часть его свиты.

Менриэль не ответила, но не отвернула взгляда от странного лекаря, скрывающего лицо. Вскоре мне показалось, что приближённый короля разглядывает нас в ответ.

— Вас приветствует король Верен Ариан, — присутствующие замолкли, когда правитель начал свою речь.

— Правитель Верхнего Предела, Цитадели Бездны и Нефритовых Шахт, Он Тора и всего Сиприна. Победитель Великого Змея и правитель шанир Востока и эльфов Юга. Добро пожаловать в мой дом и назовите себя.

Я знала, что должно последовать. И действительно: вперёд вышел молодой на вид шанир-волк с угольно-чёрной шерстью.

— Меня зовут Алан Ариан! — представился он, — Я — четвёртый сын короля Сиприна Верена Ариана. Я прошёл долгий путь, я голоден и устал. Разрешите мне остаться у вас.

Король довольно кивнул и пригласил сына ближе к себе.

— Меня зовут Ниши Ариан! — представилась следующая гостья. Похоже, приехали не одни лишь принцы. Сестра Кохи выглядела скорее как пятнистая кошка, чем волк. — Я первая — дочь короля Сиприна Верена Ариана. Я прошла долгий путь, я голодна и устала. Разрешите мне остаться у вас.

Голос Ниши удивлял своей жёсткостью, сильно отличаясь от речи Кохи. Стражница на службе Компиталиса всегда говорила спокойно и учтиво, как и подобает защитнику. А речь первой дочери, несмотря на внешнюю вежливость, напоминала мне направленное оружие, готовое вот-вот атаковать.

— Меня зовут Харо Ариан! — вышел вперёд третий сын Верена, прилежно следуя традициям семьи.

Пожилой король обладал не только большим королевством, но и немаленькой семьёй.

— А где они были? — спросила я Менриэль, когда начали представляться другие важные гости.

— Завершали военный поход, — ответила она. — И вскоре отправятся на следующий. Когда отдохнут.

— Против демонов?

— Против эльфов, — вместо Менриэль ответил Люциус.

Я снова вздрогнула, никак не ожидала вновь его увидеть.

— Мы не помешаем? — решил уточнить он.

— Вовсе нет, наследный принц, — добродушно ответила ангел-хранитель.

«Очередной наследный принц», — пробурчала я про себя, но вслух сказала другое:

— Разве эльфы не союзники?

— Эти — нет, — пожал плечами Люциус. — Они отвернулись от Бога Света.

Толпа ахнула, вернув наше внимание к происходящему в центре зала.

— Повтори, — сурово сказал Верен.

Вид короля буквально кричал о нарастающем в нём гневе.

— Вы меня и так все знаете, — стоящий в центре шанир-волк с чёрной шерстью выполнил приказ короля. — К чему эти глупые традиции?!

В толпе началось хаотичное движение, сопровождающееся шёпотом, и мне стало сложнее видеть говорившего, но не короля. И король с великой злостью смотрел на дерзкого шанира, решившего бросить ему вызов.

— Я плохо воспитал тебя, щенок, — наконец, изрёк он. — Ты, видно, забыл, кто ты есть и где ты находишься.

— Все присутствующие знают, кто я есть! — похоже, что наглец не замечал гнева своего правителя. — И, разумеется, я знаю, что вернулся домой.

— Похоже, мне стоит напомнить тебе о важности традиций, — изрёк король и поднялся со своего трона. Он сделал несколько шагов навстречу шаниру и продолжил:

— Ты решил бросить мне вызов?!

— Я не бросаю тебе вызов, отец, — возразил наглец. Похоже, он тоже являлся сыном Верена. — Просто я понял, что традиции не смогут защитить нашу землю.

— Что ты несёшь? — по тону короля я поняла, что ему всё сложнее сдерживать гнев.

— Традиции не смогли защитить твоего сына, — ответил принц. — И никто из твоих детей не удосужился об этом сообщить. Соблюдая традиции.

Последние слова ощущались словно плевок.

— Пусть все услышат! — воскликнул он, не дав королю ответить. — Первый сын короля Верена Ариана мёртв. Моего брата убили на войне!

18. Обереги

Мы спешно вернулись в мою комнату, и Менриэль закрыла дверь.

— Пока ещё не время участвовать в дворцовых разборках Сиприна, — пояснила она. — Принц Киши зря так разгневал отца. Да ещё и публично.

— Что с ним будет? — спросила я.

— Посадят под стражу. Повезёт, если в его покоях, но это вряд ли. Король Ариан очень дорожит традициями своей семьи.

— Принц сошёл с ума? — предположила я, а Менриэль строго посмотрела в ответ:

— Раз у тебя так и сыпятся вопросы, мы лучше потратим время на изучение нового материала.

Делать было нечего. Тон Менриэль не терпел возражений, да и праздники заканчивались. С завтрашнего дня должны были начаться тренировки с мастером по оружию. Причин отказываться от уроков Менриэль не было.

— Тем более это связано с магией, — решила подбодрить меня хранитель.

И это сработало. Мы слишком давно не говорили о самой интересной части её тренировок.

— Ты слышала про обереги? — спросила ангел.

Конечно, я слышала. Обереги в основном использовались враждебными Свету колдунами, но и жрецы на службе отца также использовали их.

— Это предметы на удачу? — уточнила я.

— И да, и нет, — ответила Менриэль. — Оберег в общем понимании — это заряженный на какое-то колдовство предмет. Он может приносить как пользу, так и вред.

— Так не проще ли самому пользоваться магией? — нахмурилась я.

— Ну для начала, не каждый так просто может её изучить, — возразила Менриэль. — А потом не каждый может сделать что-то конкретное достаточно быстро. Да и…

Ангел коротко улыбнулась, прервав фразу и продолжила:

— Давай я просто покажу.

Она потянулась к лучу света, и он сначала обвился вокруг её руки, а затем распался на тысячи маленьких, еле заметных, частиц.

— Попробуй кинуть в меня подушкой, — попросила она.

Дважды просить не пришлось. Однако брошенный мной снаряд отклонился в сторону, будто отразившись от невидимой преграды.

— Такая защита может быть эффективна в некоторых ситуациях, но она требует много энергии и, конечно, навыков, — пояснила архангел. — Можешь ли ты сейчас повторить то, что я сделала?

Конечно, я не могла. Совершенно не представляла как. Даже коснуться луча света казалось непреодолимым испытанием.

Менриэль кинула мне маску, попросив надеть, а следом бросила подушку. Та отлетела точно так же, но маска раскололась.

— Исчерпала свою энергию, — пояснила Менриэль. — Посмотри на неё изнутри.

На светлом дереве с внутренней стороны я заметила небольшой символ, не похожий ни на один виденный мной язык. Скорее он представлял собой изображение.

— Я нанесла руну на эту маску и немного зарядила её, — сказала ангел. — Такой способ в основном использует внутреннюю энергию предмета и никак не зависит от создателя.

— И поэтому можно купить зачарованные предметы и не волноваться о том, подействуют ли они? — уточнила я.

— Да, если только руна начертана верно. Однако… Такие предметы не долговечны.

— А можно как-то… удолговечить их? — спросила я, продолжая изучать маску. Сложно было представить воинов Света с большими рюкзаками полными подобных вещей.

— Можно, но такие способы не очень-то подходят тем, кто чтит заветы Бога Света, — ответила Менриэль. — Они подразумевают жертвоприношения.

— Это мне не подходит, — кивнула я и отбросила маску в сторону.

— Кроме того, сам оберег уязвим, и это тоже следует учесть. Маску легко можно сжечь и, поэтому бессмысленно пытаться защититься ей от огня. Да и огненные щиты зачаровывать тоже.

— Интересно, как это выяснили, — немного усмехнулась я.

— На практике, — серьёзно ответила Менриэль. — За годы обучения ты должна была усвоить, что…

— Что табу магии часто пишутся кровью, — повторила я её извечные слова. — Да, я знаю.

— Вот и хорошо, что ты не будешь пробовать ничего запретного, — тон учителя никак не покидал ангела-хранителя.

Менриэль достала новую маску и направила на неё луч света.

— А вот этот способ более долговечный, — сказала она, протянув её мне.

Я примерила маску и заметила, как моментально пущенная ангелом подушка отлетела в сторону. Но на этот раз защита не исчезла.

— Сейчас я подпитываю оберег своей энергией, — пояснила Менриэль. — Это тяжело, требует практики, и количество таких оберегов ограничено. Ну и, если моя энергия кончится, все обереги сразу станут бесполезны.

— А если я буду далеко? — решила уточнить я, сняв маску. Она не очень удобно сидела на лице и излучала небольшое, но слегка раздражающее свечение. Слабо представлялось практическое применение такого оберега.

— Чем дальше, тем хуже сработает оберег. В общем, оба этих способа следует использовать грамотно и с осторожностью.

— Получается так, что рыцари Света могли бы использовать своё оружие как оберег, если бы знали как… — предположила я.

— Могли бы, — согласилась Менриэль. — Но магией может овладеть не каждый. И в традициях Компиталиса не полагаться на вещи, которые могут слишком упросить жизнь.

— Очень странные традиции, — призналась я.

— О, ну они существуют в том числе и для того, чтобы воины не теряли свои навыки, — заметила ангел. — Когда-нибудь оберег может выйти из строя, и ты не сможешь надеяться на него. Никто не запрещает их использовать, например, против сильных противников.

— Жаль я не могу делать их сама, — вздохнула я.

— А какой ты хотела бы сделать? — улыбка озарила лицо хранителя. Улыбка учителя, довольного заинтересованностью ученика.

Впрочем, я всё равно не знала, что ответить. Я до сих пор не разбиралась в магии достаточно, чтобы придумать что-нибудь сейчас. И не сказать, что могла бы достичь хоть каких-либо успехов в этом ремесле. Ни одна инструкция ни от Миато, ни от Менриэль просто не помогали, будто что-то сдерживало энергию внутри меня.

В дверь постучали, заставив меня вздрогнуть, а архангела тяжело вздохнуть. Она протянула мне одну из своих книжек и подошла к ней.

— Можешь почитать, какие руны обычно чертят, и попробовать что-нибудь из этого, — сказала она, повернув ключ. — Может, что-нибудь и придумаешь.

Оставшись наедине с собой, я раскрыла книгу и начала листать. Каждая страница посвящалась одному символу, и мне сразу показалось, будто некоторые из них прямо созданы для комбинаций.

Нашла я и символ на маске. Это был символ защиты, что очевидно. Иные символы заряжали энергией, относящейся к той или иной стихии. Например, могли зажечь предмет при малейшем дополнительном вливании магии, как писалось в справочнике.

Должно быть, крайне полезно в дальних походах для быстрого разведения костров. Иные руны могли приносить пользу в сельском хозяйстве или дома. Создатели оберегов могли зарабатывать неплохие деньги, продавая одноразовые, но эффективные сушки белья.

Руны позволяли ещё и запирать замки. Интересно, как много дверей в дворце могли быть заперты ими? Дверей без ручек и замочных скважин.

— Одна такая дверь прямо в твоей голове, — неожиданно сказала я вслух.

Откуда эта мысль пришла ко мне? Видения решили вернуться? Прямо сейчас? Было непохоже, но я спешно перелистнула страницу, надеясь прогнать навязчивую мысль.

И, как назло, попала на руну отпирания замков. Справочник не давал пояснения, зачем в книге существует средство для преступных деяний, однако вот она: руна-ключ от любого замка. Скорее всего, почти любого, конечно.

Разумеется, мысли о двери в моей голове вернулись. Существует ли она, или эта фраза всего лишь плод фантазии? А если она существует, сдерживает она видения или мешает их контролировать?

Был только один способ проверить. Я взяла кусочек разбитой маски и стала искать, чем нанести руну. Краски под рукой не было, а пилка для ногтей недостаточно хорошо резала дерево.

Тогда я взяла не самый удобный, но всё же инструмент — ножницы. И через целую вечность мучений я начертила что-то напоминающее рисунок в книге. Оставалось лишь надеяться, что это руна не вскроет мне голову в буквальном смысле. Но руны же не глупые, верно?

Я сконцентрировалась на рисунке и представила, как передаю энергию в рисунок. Тужилась изо всех сил, но… ничего не происходило. Я надела половинку маски на голову и… ничего. Всё осталось как прежде. Она не работала? Или в моей голове нечего открывать?

Бросив взгляд на дверь, я подбежала к ней и потянула за ручку. Заперто. Прикоснулась к двери кусочком маски и… ничего. Руна не работала.

Был ли рисунок не тот, или маска исчерпала энергию настолько, что не хотела работать? Я не стала гадать: взгляд упал на раскрытую книжку. Ведь руну изобразили прямо в ней! Почему нельзя её использовать?

Я вовремя вспомнила, как разлетелась деревянная маска, и решила не рисковать. Однако у Менриэль должны остаться ещё и целые!

— Только не в моей комнате, — посетовала я вслух как раз перед тем как вспомнить про маску со щитом света. Но руны на ней не было.

Сказано — сделано. Теперь на обереге Менриэль красовалась руна. Она была ещё лучше, чем на осколке, но всё ещё далека от идеального изображения из книжки. Разумно предположив, что это мой последний шанс и не стоит тратить его на дверь, я вновь направила свою энергию на руну.

Конечно, я не знала, что эти действия не нужны: оберег уже зарядился от Менриэль. Не знала также, что произойдёт, когда оберег окажется на моей голове. И я надела его.

Меня моментально поглотила тьма. Больно не было. Как и других ощущений. Я лишь понимала, что существую, несмотря на невозможность увидеть хоть что-либо. Попыталась вытянуть руку вперёд, и это получилось, однако увидеть её не удалось.

Попытавшись дотронуться до маски, я нащупала лишь своё лицо и протёрла глаза. Но даже так близко, не смогла разглядеть собственные ладони. Попробовала крикнуть, но звук не стал распространяться дальше рта.

— Где я? — спросила я ничто. Ничто не ответило.

Я хотела сделать шаг, но не смогла ни от чего оттолкнуться.

— Всё хорошо, — сказала я сама себе. И уши услышали мою речь. Она распространилась в пространстве. Руки и ноги почувствовали холодный ветерок, а затем и тепло.

Глаза немного стали различать очертания находящихся неподалёку предметов: атласных занавесок, скрывающих стены, и большого деревянного стола по центру круглого помещения. К столу кто-то приставил множество стульев с пустыми табличками, кроме одного. Я подошла к одному из них и попыталась прочитать надпись, а затем… Затем снова погрузилась во тьму.

19. Мир нечистот

Я умерла?

Мысль внезапно посетила меня, заставив вздрогнуть. Может, руна всё-таки открыла мне голову буквально? Или разум не выдержал таких экспериментов.

Глаза поразила резкая боль, но я боялась их открывать. Что я могла увидеть? Бескрайнюю тьму? Пылающий ад, куда попадали враги Компиталиса, а значит, и Бога Света после смерти? А может, их и вовсе не следует открывать? Тогда я останусь в счастливом неведении. Глупая мысль. Она никуда не приведёт.

Громкий, почти оглушающий звук женского голоса заставил меня вздрогнуть и всё-таки взглянуть на окружающий мир. Мир не похожий на бескрайнюю тьму, но напоминающий огромную свалку. По крайней мере, её напоминал этот зал. Я не могла разобрать ни слова, а голос всё продолжал вещать некие требования.

— Прибывающие, пройдите к стойке регистрации! — наконец, поняла я. — Добро пожаловать на Инкапарис!

Помещение вокруг некогда принадлежало величественному строению, судя по обшарпанным колоннам и побитым стёклам в куполе наверху. Никому не было до них дела. Как и до очистки стен от вызывающих ярких рисунков, демонстрирующих хаотичные и резкие формы. Дополняли картину заколоченные почерневшими досками окна, смрад от груд мусора и покрытый густой слизью пол.

Среди груд нечистот валялись люди, сначала принятые мной за мертвецов. Они взирали на окружающий мир пустым безразличным взглядом, практически не двигаясь.

Подступил приступ рвоты, но её не последовало: похоже, что в видении у меня отсутствовал желудок. И я благодарила Бога Света за это.

Меня привлёк стук, раздавшийся со второго этажа. Ритмичный и громкий, эхом отражающийся от грязных обшарпанных стен, будто звук приближающегося рока.

Вскоре показался и его источник. Так стучали об побитую плитку копыта демоницы, приблизившейся к лестнице. Она носила синий пиджак и чёрную юбку, а серебряные волосы собрала в хвост. Из багажа я заметила лишь небольшую поясную сумку.

Золотые глаза с вертикальными зрачками строго осмотрели картину внизу и, судя по выражению лица новоприбывшей демоницы, она не была в восторге от увиденного.

Она медленно спустилась вниз, слегка покачивая сложенными кожаными крыльями, и направилась к стойке регистрации. Никто не ждал гостью: несмотря на повторяющийся призыв голоса о необходимости провести формальные процедуры, окно на стойке оставалось закрытым.

Из интереса я подошла ближе. Всё равно видение не заканчивалось.

За окном, в плохо освещённом помещении, сидела старуха, укутанная толстыми покрывалами, и доедала ломоть хлеба, собирая пальцами попавшие на ткань крошки.

— Чо вам?! — буркнула работница стойки, наконец отворив стеклянное окошко.

Игнорировать присутствие гостя она больше не могла. Тем более что хлеб кончился. Она никак не удивилась внешнему виду демоницы. Не сбежала с рабочего места, не стала звать стражу. Видимо, присутствие здесь врага Бога Света не было чем-то необычным.

Демонесса молча протянула несколько бумажек и тоненьких брошюр и продолжила ждать. Старуха, в свою очередь, забрала их и принялась изучать единственным глазом. Вместо второго я заметила лишь пустую глазницу, затянутую кожей.

— А деньги?! Тут ни гроша! — требовательно сказала она, добавив несколько грязно звучащих слов с неизвестным значением.

Старуха бросила бумаги обратно, всем своим видом демонстрируя неготовность к разговору. Одна из них даже упала на пол, но демонессу это нисколько не смутило. Она невозмутимо подняла лист и отряхнула его от прилипшей грязи.

— Билет был оплачен мной заранее, вместе со всеми пошлинами, — терпеливо ответила демоница.

— А за багаж?!

— У меня отсутствует багаж.

— Туристический сбор?

— У меня рабочий визит.

— Рабочий взнос! — тут же нашлась старуха.

— Впервые слышу о рабочем взносе, — спокойно ответила демоница. Даже глазом не моргнула.

— А его вчера ввели.

— В таком случае, я имею право оплатить его в течение недели после прибытия.

— В таком случае иди, вон, с ними посиди, — старуха указала в сторону несчастных гостей зала.

— В космопорт прибывает судно Эф сто пятьдесят два, — сообщил динамик. — Прошу пройти на посадку.

— Могу продать обратный билет, — предложила старуха. — За сто тыщ.

— Или пропустить меня в город, — ответила встречным предложением демоница.

— Не, ты ж не оплатила. Свинтишь, и где тебя искать?!

Демоница вздохнула и достала из сумки ещё одну брошюру. После чего протянула старухе. И лицо той выдало непередаваемую гамму эмоций, начавшуюся с недоверия и закончившуюся страхом.

— Моё путешествие на Инкапарис полностью оплачено, — заявила демоница. — Прошу пустить меня в город и не распространяться об увиденном.

Старуха вновь выругалась, но тем не менее протянула руку за документами. Поставив на них несколько печатей, она покинула покрывально-подушечное логово и вышла из кабинета в зал.

— И на какие деньги мне существовать, — ворчала она, подходя к наглухо закрытым металлическим вратам. Рядом с ними светилось устройство с кнопками.

Нажав на несколько из них, старуха отворила дверь и махнула демонице, разрешая пройти.

— Благодарю за вашу работу, — ответила гостья.

— Благодарность на хлеб не намажешь, — буркнула регистратор. — А вот маслицо можно.

— Я не хочу и не могу идти на нарушение закона, — демоница убрала бумаги.

Я искренне понадеялась, что она выкинет свою сумку после этого путешествия, учитывая, где побывало её содержимое.

— Ох, не туда ты прилетела с такими-то речами, — вздохнула старуха и, когда демоница прошла мимо неё, добавила:

— Может, хоть пятьсот?

— Вынуждена вам отказать, — бесстрастно и жестко ответила демонесса.

— Вот сука, — плюнула старушка на пол и вернулась в свой кабинет.

Я решила последовать за демонессой. Второй заговоривший с ней человек сидел у металлической арки немногим выше демоницы и ковырялся в зубах ножом. Заметив гостью только когда чудная конструкция запищала, мужичок вскочил и выпалил заученную фразу:

— Колющие, режущие есть?

Я беспрепятственно прошла чуть вперёд и посмотрела на них со стороны выхода. Взгляд демоницы был самым острым в этом коридоре.

— Нет, — ответила она, открыв сумку и продемонстрировав содержимое охраннику.

— А что тогда пищало-то? — спросил тот. — Ваш хвост достаточно остёр, сударыня.

Не хотела бы я видеть его попытки конфискации хвоста. Демоница значительно превышала его рост.

— Это моя обувь, — ответила она, сохраняя спокойствие.

— Подковы штоль? — хихикнул человек.

— Накладки, — окружающим повезло, что взгляд гостьи не мог воспламенять.

— Придётся показать.

Только сейчас я заметила, что снизу на копыта надеты небольшие чёрные диски.

— Изучите, пожалуйста документы, — попросила гостья, протянув охраннику ту же брошюру, что изменила поведение работницы регистратуры.

— Что-т это не похоже на то, что мне нужно, — скептически прокомментировал человек.

— Это именно то, что нужно, — заметила демоница. — Уверяю вас.

— Нда, на это я себе штаны не куплю, — присвистнул охранник и вернул книжечку гостье.

— Я могу идти? — уточнила та.

— Да иди, куда деваться-то. Кто ж вас только звал сюда.

— А вы думаете, что здесь нет необходимости в моём присутствии?

Человек сел на обшарпанный стул и тяжело вздохнул.

— Я повидал достаточно, чтобы потерять надежду на наше спасение.

— И зачем вы вообще поставили рамку на выход из космопорта? — уточнила демоница. — Что я пронесу в этот мир такого, чего нет у вас?

— Ну деньги уж точно не пронесёте, — буркнул охранник.

Демоница не удостоила его ответом и, застегнув сумку, направилась дальше. И я пошла за ней. Как именно я существовала в этом мире? Если здесь был лишь мой дух, то каким образом нос ощущал все запахи, а руки осязали предметы?

Я не могла ходить сквозь стены, но, похоже, не нуждалась в еде. Хотя при таком смраде мысли о еде лишь приводили к очередному приступу тошноты.

Вскоре демоница вышла из здания и оказалась на свежем воздухе. Если воздух, полный гари, можно было назвать свежим.

Нам мог бы открыться изумительный вид на зелёный парк, окружающий площадь с фонтаном. Но на местной земле давно не росли растения, а расколотый фонтан не извергал воду.

Здания по другую сторону скрывал густой смог, и оттуда доносились агонизирующие вопли и громкие хлопки разной частоты. А вот у их верхушек из стекла и бетона туман рассеивался.

Наверху будто бы царил иной мир: яркие вывески привлекали к себе взгляд, как и многочисленные прямоугольные изображения с неизвестным мне текстом.

Демонесса вздохнула и, оглядевшись, направилась вправо. Искомое ей здание с верандой сильно контрастировало с местом прибытия. Судя по многочисленным белым столам и табличкам, оно представляло из себя что-то вроде таверны из сказок.

Стоило демонице сесть, так к ней подскочила приятная на вид девушка.

— Просто кофе, пожалуйста, — попросила гостья.

Девушка убежала, а демоница стала постукивать по столу острыми ногтями, видимо, сбрасывая напряжение.

— Вы не очень вовремя прибыли, — заметила прислуга кафе, вернувшись с кофейником.

— Мне хватило бы и чашки, — демоница улыбнулась. Впервые с прибытия.

— О… Простите…

— Ничего, — махнула рукой гостья, и прислуга налила напиток, изящно согнувшись.

Похоже, этот напиток был единственным в этом мире, что не протухло.

— Я прибыла как раз вовремя, — заметила демоница, расплатившись с ней. Видимо, очень щедро, судя по реакции работницы кафе. — Что за стрельба?

— Революция! — лицо девушки засияло. — Сегодня, наконец, мы будем свободны!

— Свободны от чего? — поинтересовалась демонесса.

— От Хунты, конечно. До чего довели наш мир! Один другого сменил, а стало только хуже. Но на этот-то раз…

— На этот-то раз жизнь точно изменится, — перебила её демоница.

— Вам ещё принести чего-нибудь? — предложила девушка, радостно закивав, но демонесса отказалась и, не допив кофе, направилась вглубь города.

Я сделала шаг вперёд, но громкий хлопок заставил меня развернуться: кафе, в которое только что вернулась радостная прислуга, вспыхнуло ярким пламенем, заставив меня зажмуриться.

А когда я открыла глаза, обнаружила себя совершенно в другом месте.

20. Инкапарис

Открыв глаза, я осмотрелась и увидела, что нахожусь внутри небольшого помещения, по периметру которого валялись груды бумаг. В центре же стоял деревянный стол. Украшенный узорами, он являлся единственным хорошо освещённым предметом в этой комнате. И за ним восседал седой старик. Его синяя потрёпанная форма с многочисленными золотыми медалями демонстрировала важность хозяина. Присмотревшись, на его груди я заметила чёрную табличку, видимо, с именем.

Вокруг стола в разных позах сидели люди. Лица его подчинённых скрывал полумрак, но я смогла заметить двух курильщиков. Один человек перебирал бумаги. Скорее всего, чтобы снять напряжение: сомневаюсь, что при таком освещении можно было хоть что-то прочитать. Другие же просто смотрели перед собой.

— Это безнадёжно, — услышала я старика.

Он снял фуражку с металлической эмблемой и швырнул её. Головной убор ударился о стол, проскользил по нему и упал на пол.

— У меня был разговор с Лео и… Похоже, мы ему не нужны.

Никто не ответил. Один из людей вздохнул, кто-то коротко кашлянул, но все сохраняли молчание, пока самый смелый из них не решился сказать:

— Нам нужна помощь.

Его молодое лицо на мгновение осветила тлеющая сигара во рту.

— И кого ты предлагаешь позвать к нам на помощь? — скептически проворчал старик. — Наши кретины или разбежались, или предали нас. Президент уже мёртв, как и ближайший круг советников.

— Я предлагаю вам запросить помощь у Храма Справедливости, — уверенно ответил тому курильщик. — Мы уже делали подобное в прошлом. Сейчас вы являетесь лидером всех правоохранительных органов, у вас достаточно полномочий. Тем более учитывая тех, кто остался в живых, забившись в свои норы.

Повисло гробовое молчание, изредка прерывавшееся короткими покашливаниями других собравшихся во тьме. Все люди уставились на говорившего, но я не могла увидеть выражения их лиц.

— Не зря же мы упразднили министерство и всех конкурентов, — он продолжил напирать, потушив сигарету о пепельницу на столе начальника. — Мы здесь — власть и закон. Серебряные рыцари откликнутся и накажут тех, кто решил устроить эту революцию.

— Наш мир — один из ключевых людских цивилизаций, — кивнул другой человек. — Бог Толарак откликнется на нашу просьбу и поможет навести здесь порядок. Даст нам возможность укрепиться и вернуть веру граждан!

— В прошлом серебряные рыцари не раз выручали нас, — заметил третий из скрывавшихся во тьме.

— Это имеет смысл, — согласился другой. — Лорд Фер, как ходят слухи, находится недалеко. Он всегда был благосклонен…

— А как мы объясним, почему позвали их только сейчас? — попытался возразить пятый, но был грубо прерван первым:

— У тебя есть другие варианты?!

— Сколько мы обращались к нему? — прервал почти начавшийся спор старик.

— Пять раз, — ответил курильщик.

— И сколько он запросит на этот раз? У нас будет чем расплатиться?

— Всё лучше, чем просто помереть, — сказал новый голос, до этого молчавший.

— Есть все основания полагать, что он не тронет на…

— Молчи, Бога ради, — вскричал старик. — Язык твой — враг твой. Однако резон в твоих словах действительно есть. Полиция призовёт Страшный Суд. Советую молиться, чтобы откликнулся он или Онре Казиу.

Люди вышли из помещения, погасив и без того тусклый свет. Я снова погрузилась во тьму, но ненадолго. Вскоре она расступилась, и моему взору предстал узкий переулок между двух каменных зданий.

Недалеко от меня группа подростков в жёлтых куртках обступила уже знакомую мне демонессу.

— Что это ты тут забыла? — спросил самый высокий из них, излишне нарушая её и без того стеснённое личное пространство.

Недалеко от них пыталась подняться девушка, то и дело всхлипывая. Длинные чёрные волосы скрывали её лицо, а рваная одежда, напротив, не могла спрятать несколько синяков и неглубоких порезов. Теперь же нож бандита был направлен прямо в живот демонице.

За переулком виднелась толпа, но никто не обращал внимания на творящееся здесь преступление. Все они слушали голос неизвестного, транслирующийся на весь район. И, как стало ясно потом, он транслировался на весь этот мир.

— Я, наречённый Богом Справедливости и обречённый нести правосудие. Я, Золотой лев Толарак, обращаюсь к вам, люди и ланы мира Инкапарис. Потерпевшие от ваших грехов слишком долго молили меня о правосудии. Слишком долго они ждали праведного возмездия. Речи о ваших преступлениях достигли Храма Справедливости и моих ушей.

Демонесса что-то ответила окружившим её бандитам, однако я не смогла разобрать ни слова. А вот Толарака было слышно достаточно хорошо:

— И я услышал вас, — вещал голос. — В связи с этим я направляю в ваш мир серебряного рыцаря. Она спасёт невиновных и накажет провинившихся по закону нашей галактики. Она принесёт в ваш мир закон и порядок. А до этого момента… Я объявляю мир Инкапарис закрытым для других миров.

Я подошла поближе и, наконец, смогла разобрать слова демоницы:

— И поэтому я рекомендую сложить оружие и немедленно сдаться полиции.

— Чо? — спросил один из них. — Ты воще не…

Далее последовала крайне бранная речь, и я в очередной раз порадовалась тому, что не смогла разобрать ни слова. За руганью последовал удар. Но он не достиг цели: демоница подставила под нож сумку и отклонила его в сторону.

Не дав опомниться остальным, она щёлкнула пальцами, и бандиты с криками боли шарахнулись прочь, а их куртки вспыхнули ярким пламенем. Все, кроме самого высокого. Демоница откинула сумку и ударила бандита в живот освободившейся рукой. Следующий удар пришёлся в нос, и бандит отлетел в сторону.

Несколько человек продолжали кататься по земле, а другие решили подняться, однако демоница не дала им этого сделать. Врезав ближайшему ногой, она стремительно подскочила к другому и, схватив за голову, прижала к земле.

— Не стоит, — сказала она.

В её тоне совершенно не было ни гнева, ни злости. Лишь холодный расчёт. Впрочем, этого порыва не оценил другой преступник и попытался напасть сзади. Но демоница будто предвидела это и, уклонившись от удара, выставила руку в сторону противника. Бандит моментально схватился за своё лицо и упал на землю, скрючившись, будто от боли.

— Кто ты такая?! — воскликнул один из них, держась на безопасном, как он думал, расстоянии. В его руках я увидела предмет, отдаленно напоминающий арбалет.

Демонесса невозмутимо посмотрела в его сторону и произнесла:

— Меня зовут Серебряный рыцарь Бога Справедливости Толарака Аньяри Файэнагале. Я несу с собой правосудие, и своими действиями вы его вполне заслужили.

— Чё? — спросил он и нацелил на демона своё оружие.

А та снова щёлкнула пальцами. Пламя на горящих бандитах потухло, но они продолжили корчиться от боли, а стоящий нажал спусковой крючок. Но за щелчком ничего не последовало.

— И перед кем я распинаюсь?.. — вздохнула демоница и направилась к преступнику, который принял самое мудрое для себя решение — бежать.

Его примеру последовали и остальные, только один продолжил лежать на земле, не отнимая рук от лица.

— Неужели это в ваших интересах? — спросила Аньяри, не став бросаться в погоню.

Её слова будто заставили видение измениться. Всё вокруг помутнело, и я оказалась в просторном помещении с деревянными стенами, украшенными сине-зелёными флагами. Во главе т-образного стола восседал уже знакомый мне офицер-начальник. За его спиной висела картина — портрет упитанного человека в тёмном пиджаке. Но теперь подчинённые старика не сидели перед своим начальником, а расположились в разных частях комнаты.

Благодаря хорошей освещённости теперь я хорошо могла разглядеть их обеспокоенные лица. Один из них сильно походил на самого офицера, а двое и вовсе были эльфами.

— Ну что? — наконец спросил старик, сидящий за своим столом. Он выглядел так, будто не спал двое суток. — Нам направили совсем не Онрё. И вовсе не господина Фера, господа.

Пальцы старика нервно барабанили по столу.

— Не их, — кивнул худощавый мужчина в форме.

— И как же мы, коллеги, будем с ней договариваться? — старший офицер посмотрел в сторону внешне похожего на него человека, видимо, родственника. Ответом ему был взгляд, будто говоривший: «Я же предупреждал».

В этот миг дверь резко распахнулась, и внутрь уверенным шагом вошла уже знакомая мне демоница.

— Для начала, я предлагаю начать соблюдать собственный закон, — строго сказала она и оглядела присутствующих испепеляющим взглядом. После чего подошла к ближайшему офицеру и протянула ему брошюру, которую ранее демонстрировала по прибытии. Волшебную книжечку, заставляющую людей вести себя по-другому.

— Например, о курении в специально отведённых местах, — сказала она, когда подошла к столу напротив командира. Как раз к тому месту, где дымилась чёрная пепельница.

— Серебряный рыцарь, Аньяри Файэнагале. Будем знакомы, маршал Окхар.

Собравшиеся моментально встали и вытянулись по струнке. Демоница не стала дожидаться приглашения и села за стол напротив старика.

— Простите, я не хотел так выражаться, — прокашлял глава полиции, когда наконец оправился от шока.

— Я нахожу ироничным, что вы решили встретить меня в здании бывшего министерства внутренних дел, которое решил расформировать ваш ныне покойный президент, — Аньяри щёлкнула ручкой и покрутила пальцем в воздухе, указывая на помещение.

Аньяри щёлкнула ручкой и покрутила пальцем в воздухе, указывая на помещение.

— Мы решили, что в данной ситуации это будет корректнее всего.

— Корректнее всего было бы вызвать серебряных рыцарей до того, как ситуация обрела столь плачевный оборот, — строго заметила демоница. — Как минимум, стоило бы проконсультироваться о вносимых реформах в законы о полиции, об изменениях в структуре законодательных и исполнительных властей… Да и много о чём ещё, буду честна.

— К сожалению, я не могу отвечать за действия ныне покойного президента, — попытался отбиться от её нападок маршал.

— Разумеется, не можете. А он, — Аньяри указала на портрет человека за спиной Окхара, — он уже ответил. Впрочем, теперь я прибыла, и вы можете вздохнуть спокойно. Охрана правопорядка больше не будет входить в ваши функции. Работой полиции займутся мои отряды правопорядка.

— Это ещё почему?! — человек не смог скрыть своего возмущения.

— Потому что вы не справились с возложенной на вас задачей, — спокойно ответила Аньяри. — Вы сами это признали.

Золотистые глаза демонессы прожигали маршала насквозь. Он, в свою очередь, трясся от переполняющих его эмоций.

— Нельзя так бесцеремонно… — наконец, сказал он.

— Вам нужна церемония? — уточнила демоница. — О, я могу её устроить. Могу даже начать суд с вас, если хотите.

— Простите моё поведение, — старик моментально стал учтивее и сел за стол. Но продолжил трястись.

— Раз мы уладили эту формальность, я попрошу отозвать все патрули, сложить оружие и приготовиться к передаче дел. Любое уничтожение информации с этого момента будет приравниваться к соучастию в преступлении. А порядком на улицах займутся мои подчинённые. Копию документа, подтверждающего мои полномочия, вам доставят в течение часа доверенные лица.

В помещение влетело небольшое шарообразное металлическое существо со светящимся глазом.

— По вашему приказанию прибыл, — сообщило оно ненастоящим голосом.

— Кодекс, я хочу, чтобы ты проверил архивы участка за последние сто лет. Скопируй все файлы, восстанови удалённые.

— Прошу прощения, — обратился к ней маршал, но десять лет назад нас уже проверял уважаемый лорд Люциус…

— Ценное замечание, — кивнула Аньяри. — Кодекс, проверь все контакты Серебряного Рыцаря Фера в этом мире.

Металлическое существо коротко пропищало и покинуло помещение.

— Советую вам не уезжать далеко, господин Окхар. Даже без полномочий на охрану порядка, вы всё ещё остаётесь частью структуры управления этого мира. Считайте, что все вы находитесь в длительном оплачиваемом отпуске до выяснения всех обстоятельств.

— Простите. Но…

— Извинитесь перед погибшими, — демоница встала и направилась к выходу. — А мне нужно подтвердить свои полномочия перед теми министрами Инкапариса, которых вы до сих пор не потеряли.

— Вы не установите временную администрацию? — уточнил маршал.

— Я обеспечу проведение новых выборов и буду сотрудничать с новой администрацией, — ответила демонесса у выхода. — После этого начнётся разбирательство по вашему миру и будет вынесен вердикт по каждому преступлению.

— А революционеры?

— За насильственное свержение власти предусмотрена смертная казнь.

Демонесса закрыла дверь, и повисло гробовое молчание.

— Мы в дерьме, — наконец, сказал маршал. — Ожидаю ваших предложений по устранению нашей проблемы.

И после его слов голову пронзила дикая боль, заставив меня упасть на колени и зажмурить глаза. Я даже невольно вскрикнула.

Открыв глаза, я поняла, что упала на колени в длинном коридоре замка короля Верена. Вокруг никого не было, а из глаз ручьём текли слёзы.

— Я жива… — успела произнести я до нового приступа боли. Боли до темноты в глазах.

— Менриэль… — только и успело сорваться с моих губ, прежде чем передо мной предстало новое видение.

21. Суд рыцаря

Голова прояснилась, и наконец я смогла подняться на ноги.

— Нелегко вам приходится, — услышала я уже знакомую демоницу.

Как же моё видение к ней привязалось! Сколько ещё ужасных и отвратительных вещей мне предстояло увидеть? Почему мне виделись именно эти события?

Конечно, никто не мог ответить на эти вопросы. Однако оглядевшись, я поняла, что это место разительно отличалось от всех предыдущих. Просторный и хорошо освещённый зал с мраморными стенами украшали вазы с жёлтыми цветами и белой травой.

А за окнами размером от пола до потолка виднелись яркие огни. Скорее всего, видение перенесло меня в одно из высотных зданий. Я видела много таких в этом мире.

В центре помещения находился длинный стол со скруглёнными углами и зелёной скатертью, скрывающей столешницу.

Во главе стола с одной стороны сидела серебряный рыцарь, а напротив неё — стройный светловолосый мужчина, одетый в белую рубашку и зеленоватый пиджак. По бокам расположились люди и эльфы, разные на вид, но облачённые в одинаковые наряды. Словно оловянные солдатики. Среди них был и заметно похудевший, но всё ещё узнаваемый маршал Окхар.

— Мы уже три года совместно решаем проблемы нашего мира и достигли большого успеха, — сказал человек напротив демонессы, — и я вновь прошу рассмотреть вопрос об амнистии, госпожа серебряный рыцарь.

— Господин президент, судя по поднятым мной документам, амнистия активно применялась при прошлом Страшном суде, — заметила Аньяри. — Ну и к чему это привело? По его окончанию, амнистированные снова взялись за своё и в результате убили множество граждан вашего мира. Вы снова предлагаете просто простить тех людей, которые довели ваш мир до такого состояния?

— Мы просим лишь дать возможность исправиться.

— И какой порог исправления вы хотите предложить, господин президент? С какого момента убийца перестаёт быть убийцей? Где та черта? Шесть человек, два? Может быть, вы хотите разрешить убивать лишь одного, а потом убийца просит прощения, и мне отпустить его? И как вы это назовёте? Милосердием? А что я скажу родне его будущих жертв?

— Если будущие жертвы будут. Мы можем лишь изменить наказание для не столь тяжких преступлений, — президент наклонился вперёд и сложил руки домиком, — Я предлагаю прекратить применение смертной казни.

— Вашего бюджета не хватает, чтобы содержать в тюрьмах убийц, а их по какой-то причине в вашем мире каждый второй.

— Однако их количество сократилось. Люди начали исправляться!

— Не потому ли, что стало меньше убийств? — спросила Аньяри, а мой взор вновь помутнел, меняя видение. На этот раз хоть без темноты, но с приступом тошноты.

— О боже! — воскликнула я, оперевшись на первый элемент мебели, который оказался поблизости.

— Он тебе не поможет, — сказала демоница, сидевшая справа от меня, будто слышала мою мольбу.

— Думаете? — спросил её эльф, стоящий за деревянной стойкой, на которую я и облокотилась.

— Уверена, — демоница помешала напиток в своём стакане и залпом выпила содержимое. — Совсем недавно я осудила владельцев Фарм Эко. Они подделывали все исследования.

— И что же мне теперь делать? — вздохнул бармен.

— Обратись в санитарные пункты, которые мы открыли, — пожала плечами Аньяри. — Помогут в порядке очереди.

— Так это ж сколько ждать-то!

Их разговор прервал зашедший в бар мужчина, как две капли воды похожий на старика-маршала полиции, но сильно моложе.

— Как всё прошло? — спросил он у Аньяри.

— Ты пришёл выпытать информацию? — ответила та.

— Нет, предоставить тебе новую, — человек ухмыльнулся и протянул демонице чёрную папку.

Она приняла её и ответила на его вопрос:

— Я пообещала отложить слушание по их делу, а они решили, что могут вить из меня верёвки.

— Это политика, — пожал плечами мужчина.

— Это наивность, — возразила демоница и открыла папку с принесёнными ей документами. Пробежав глазами, она попросила счёт и спешно поднялась.

— Уже уходишь? — с беспокойством спросил человек.

— По горячим следам, — ответила она. — Откуда информация?

— Тебе всё скажи…

— Рико, я и так узнаю, — отмахнулась Аньяри и стремительно покинула бар.

А я решила последовать за ней. Всё равно демонесса стала центром моего видения. Не хотелось снова дожидаться мутной смены локации.

— Какие же все любопытные, — проворчала демон, подойдя к своей синей колеснице. — Ни минуты покоя, пока делаю дело.

Мне стало интересно, могла ли я поехать с ней? Как отреагирует видение? Демоница открыла заднюю дверь и бросила сумку в колесницу. Как же мне сесть внутрь? Будто, решив мне помочь, Аньяри открыла переднюю дверь, видимо, предназначавшуюся для пассажира, и я заняла это место, даже не задумавшись, видит ли меня демонесса. Она же не могла быть ясновидящей, как я? И я же не существовала в этом мире?

Заняв своё место, демоница принялась за управление самоходной колесницей. Излишне быстрой колесницей. С небес полил сильный дождь, но капли почти сразу снимались со стекла нашего транспорта причудливыми лапками. Я посмотрела направо. Огни магазинов, люди и эльфы, другие колесницы и маленькие постройки, всё это стремительно проносилось мимо нас, пока мы не выехали за пределы оживлённой части города.

— Дурное же у меня предчувствие, — сказала демонесса, остановив транспорт.

Мы находились в плохо освещённом районе города перед воротами из металлической сетки, преграждающей путь к тёмному зданию впереди.

— Кодекс! — позвала демоница.

— Да, серебряный рыцарь?

От внезапного ответа металлического помощника серебряного рыцаря откуда-то из-под моих ног, я вздрогнула. Даже не обратила внимание на него, когда садилась. Видимо, Аньяри открывала дверь, чтобы проверить его.

— Сообщи базе об этом месте, пусть вышлют команду проверки. А пока я сама займусь.

Поздновато она вспомнила о подкреплении. Кодекс почти беззвучно выбрался из-под моих ног и вылетел на улицу, когда демоница вновь отворила дверь. Я последовала его примеру, но не направлению. Идти за демоном было разумнее.

Мы оказались перед закрытыми решётчатыми дверьми, ведущими в длинное трёхэтажное здание с торчащими трубами.

— Да простит меня Толарак, лучше уж я оплачу штраф, — сказала демонесса и дотронулась до решётки, расплавив её.

Наконец, мы прошли внутрь двора, а затем и в здание. Помещение напоминало склад. Слабое освещение позволяло видеть ряды стеллажей и очертание гор коробок, но не более того.

— Похоже, это фишка местных преступников, — усмехнулась Аньяри. — Творить своё зло в полумраке.

Часто ли она говорила сама с собой?

— Вообще-то… — услышала я демоницу, но она не договорила: отвлекла мелькнувшая вдалеке тень.

— Именем Бога Справедливости Толарака, выходите с поднятыми руками! — крикнула демон в темноту. И к ней вышли. С поднятой рукой. Это был мальчик. Подросток почти моего возраста. А в его руке находился металлический цилиндр, уже летевший в сторону Аньяри.

Не долетев, цилиндр создал ослепительную вспышку, издав оглушительный хлопок, но серебряный рыцарь успела спрятаться за укрытием.

Новая тень бросилась в её сторону. Девочка с ножом попыталась напасть на демонессу, но была обезоружена. А в следующий миг на Аньяри набросились со всех сторон.

Нападали исключительно дети, но у них не было ни единого шанса. Серебряный рыцарь без церемоний обезоруживала каждого из них, но они вновь поднимались, хватались за ножи разного размера и продолжали нападать на неё.

Им на руку играл тот факт, что Аньяри проявляла недюжинную выдержку и милосердие. Я хорошо понимала это, ведь только недавно видела, как она расправилась с более взрослыми бандитами.

Но я не понимала детей. Почему они так настойчиво пытались её убить?

Впрочем, это не могло продолжаться долго: запрошенное серебряным рыцарем подкрепление прибыло, и обезумевших нападавших связали. И даже тогда они пытались вырваться, нечленораздельно кричали и кусались.

— Что это за?.. — задал один из команды Аньяри интересующий всех вопрос.

— Это нам ещё предстоит расследовать, — ответила демонесса. — Я тут не за ними. Поступила информация, что здесь производили запрещённые психотропы.

— Их что? Накачали?

— Убийцы! — наконец, один из детей произнёс что-то членораздельное. — Проваливайте! Мы вас не звали!

— Если так, то почему они не сражались друг с другом? — спросил другой подчинённый серебряного рыцаря.

— Разберёмся с этим позже, — сказала Аньяри. — Обыщите помещение. Надеюсь, в этот раз они не успели спрятать улики.

Видение снова сменилось. На этот раз я оказалась в парке. Достаточно живописном: с многочисленными лавочками вокруг озера. Вокруг не было мусора, как при первом знакомстве с миром.

Демонесса, неизменно являющаяся частью моего видения, стояла перед мольбертом и рисовала пейзаж.

— Не знал, что ты рисуешь, — сказал подошедший к ней сзади человек. — Нравится вид?

— Даже мне иногда нужен отдых, Рико.

Мужчина попытался обнять демоницу, но та отстранилась.

— Я всё ещё при исполнении, — возразила она.

— И когда закончится твоё исполнение?

— Когда закончится Страшный Суд? — похоже, она любила отвечать вопросом на вопрос.

— Когда ты убьёшь всех? — предположил он.

— Во-первых, не надо так шутить… — нахмурилась Аньяри.

— Я думал, ты любишь прямоту.

— Люблю, но убийство всех не входит в мои планы. Смертная казнь только для определённой категории.

— Слишком много у нас этой определённой категории.

— Думаешь, моя работа не приносит плоды, или обижен за отца?

— Ты же знаешь, как я относился к нему.

— Знаю, но твой тон…

Аньяри отложила кисть и щёлкнула пальцами, заставив краски на картине застыть.

— Твой тон говорит о том, что ты не очень доволен.

— Просто хочу знать, сколько ещё людей осталось.

— Я тут всего лишь лет семь-восемь, это маловато.

— Прежние Страшные Суды проходили гораздо быстрее.

— И приводили к ничему. Серебряный рыцарь улетал, и вы продолжали свой упадок.

— Может, это наша судьба?

— Ещё никого не поздно спасать.

Аньяри посмотрела прямо в мою сторону, заставив сделать два шага назад и упереться спиной во что-то твёрдое. Я обернулась, и видение снова сменилось. Я вновь находилась в баре, но собеседником демонессы на этот раз был высокий широкоплечий человек. Вернее, он был лишь похож на человека.

— Не ожидала тут увидеть слугу Бога Света, — сказала демоница. — Как же тебя занесло в этот мир, архангел?

Я сильно удивилась. Демоны были врагами Бога Света. Это все знали. Если мужчина был архангелом, почему он до сих пор не напал на неё?

— Узнал, что тут проходит Суд, и решил залететь.

— Не в твоей юрисдикции, — отмахнулась Аньяри.

— Даже и не претендую, — безразлично ответил он. — Но всегда интересно понаблюдать за работой серебряных рыцарей.

— В настоящий момент я созерцаю лишь эту стойку и хотела бы погрузиться в свои мысли.

— Да я вижу. Некоторых смущает, что ты так долго разбираешься с этой проблемой.

— Всего лишь десять лет… — отмахнулась Аньяри.

— Целых десять лет.

— Вас тут не было, архангел.

— Всё настолько серьёзно? — мужчина сел рядом с ней и жестом подозвал бармена.

— Я не нуждаюсь в ваших советах, архангел Сатаниэль, — отрезала она.

— Даже и не думал настаивать.

Архангел сделал несколько глотков. Сатаниэль? В груди перехватило дыхание. Конечно, я знала это имя. Имя главного врага Бога Света и Компиталиса. Падшего архангела, предавшего своего отца и основавшего Ад. Первородного демона.

Но Аньяри называла его архангелом. Говорила с ним, как со служителем Бога Света. Неужели видения занесли меня так далеко? Во времена, когда Сатаниэль не предал Свет?

И Аньяри определённо была демоном. Получалось ли тогда, что падший не являлся первым демоном?

— Как предписывают правила, я начала с самых жестоких, — начала Аньяри, несмотря на недоброжелательное отношение к собеседнику. — И я быстро их нашла. Избавила мир от их существования. Совсем недавно я думала, что почти закончила процесс, но с каждым днём убийц появляется всё больше.

— Неужто каждый пятый?

— Несколько лет назад, я думала, что каждый второй.

— А теперь?

— А теперь нет такого выражения, чтобы это описать. Каждый первый, возможно? — Аньяри пожала плечами.

— Даже этот бармен? — Архангел усмехнулся, довольный собственной шуткой.

Бармен не оценил его юмора, вздрогнув и разбив недомытый стакан.

— Пока не знаю, — пожала плечами Серебряный рыцарь.

— Так вы ещё не проверили меня? — уточнил бармен.

— Дождитесь своей очереди, Джон, — вздохнула Аньяри.

— Да ладно, скажи ему, — предложил архангел.

— Вы так часто сюда ходите, я думал, что вне подозрений… — сказал человек за стойкой. — Вы же должны были проверить того, кто подаёт вам напитки…

— Только в том случае, если меня можно отравить, — ответила демонесса. — У тебя миленько, Джон, и расположение удобное. Иных причин нет, уж прости.

— Но ведь есть кого спасать? — уточнил архангел.

— Всегда есть кого спасать, — пожала плечами Аньяри. — Нерождённые дети, младенцы, мелкие преступники. Хоть их и много.

— А просто дети?

— Ты бы знал, сколько раз меня пытались убить несовершеннолетние.

— Да быть того не может, — архангел усмехнулся.

— Опубликуем результаты Суда, сможешь ознакомиться, — Аньяри допила свой напиток и попросила добавки.

— И как много тебе предстоит расследовать?

— Почти всё расследовано, последнее время я лишь выношу приговор. Неохваченных осталось не так много, — Аньяри вздохнула. — Проблема в том, что осуждённых критическая масса. Как я уже говорила.

— По твоим словам было бы проще приговорить весь мир.

Сначала он не удостоился ответом. Лишь строгим взглядом. Аньяри помешала принесённый напиток и залпом выпила его. Расплатившись, она направилась к выходу. И лишь у самых дверей сказала:

— Лучше бы вам так не шутить, архангел Сатаниэль.

22. Страшный суд

После слов Аньяри видение вновь сменилось. Я посмотрела вокруг, но не нашла её. Увидела лишь сомкнутые ряды многочисленных подчинённых серебряного рыцаря в тёмно-серых от грязи и мокрых от дождя доспехах, скрывающих всё тело. При помощи щитов они почти успешно сдерживали толпу. В солдат полиции справедливости летело всё, что можно: камни, палки и зажигательные смеси. И они, конечно, отвечали. Дубинками и водомётами отгоняли самых наглых эльфов и людей.

— Куда вы их везёте?! — восклицали в толпе.

— Возьмите и нас! — слышала я многочисленные крики бунтующих.

— Пожалуйста, дождитесь своей очереди! — пытался успокоить их голос из установленной за спинами колонны защитников металлической башни. — Помните, что вооружённое восстание преследуется по закону!

Я шла за спинами защитников и только поражалась их стойкости. Толпа буквально покушалась на их жизни, но они до сих пор активно не нападали в ответ. Лишь пытались отогнать. Наконец, я нашла хозяйку моего видения: демонесса стояла у колонны людей. Приглядевшись, я поняла, что все они — женщины, и многие с маленькими детьми на руках. Их лица выражали заметное беспокойство. Казалось, что они старательно избегают смотреть на толпу по другую сторону стражи. Эти люди заходили в большое металлическое здание, отдалённо напоминающее местные самоходные колесницы, за исключением: огромных размеров, отсутствия колес и наличия длинных металлических крыльев.

— Это последняя группа? — спросила Аньяри стоявшего рядом человека.

Это был Рико. Постаревший с последнего видения. Похоже, с тех пор прошло много лет. Но всё же это был Рико.

— Да, — ответил он. — Кстати, тебя, похоже, опять вызывают!

— Как не вовремя! — воскликнула она и покинула пост, направившись к брезентовой палатке. Гомон от толпы усилился, в нескольких местах послышались взрывы.

Оказавшись внутри, она приняла протянутый ей круглый диск и, прислонив к уху, сказала:

— Серебряный рыцарь Аньяри Файэнагале на связи.

Взрывы усилились, как и крики жителей Инкапариса. Казалось, что они скоро сокрушат защитников и ворвутся в палатку.

Выслушав собеседника, демонесса ответила:

— Докладываю! Для обеспечения безопасности мной было принято решение об эвакуации всех женщин и детей до шести лет. Эвакуация началась и пока проходит успешно.

Я не слышала, что ей ответили. Аньяри терпеливо выслушала говорившего и сказала:

— Экземпляры флоры и фауны были сохранены в соответствии с протоколами год назад, с тех пор новых видов обнаружено не было, — теперь даже её голос заглушали усиливающиеся взрывы. Казалось, будто они раздаются прямо с небес. — Я отправляла подробный отчёт.

— Госпожа серебряный рыцарь! — воскликнул влетевший внутрь человек. А в следующий миг я услышала свист, и на вход в палатку с оглушительным грохотом упал здоровый металлический обломок.

Аньяри среагировала мгновенно: щёлкнула пальцами — и огонь сразу потух, не успев добраться до неё. Но это не могло спасти подчинённого, а выход был заблокирован. Сверкнув взглядом в мою сторону, демоница дотронулась до противоположной стены палатки. Ткань почернела и расступилась, позволяя выйти наружу.

— Нет… — только и смогла сказать она, когда взглянула на алое небо.

Сверху сыпались огромные огненные шары. Многочисленные пылающие обломки транспортников падали, не делая различия между отрядами Аньяри или протестующими.

Я оторвала взгляд от неба и обнаружила вокруг обугленные куски тел: голову с недоуменным выражением лица, маленькую ручку, сжимающую оторванную лапу плюшевой игрушки. Приступ тошноты вновь подкрался к горлу, но похоже, что в видении у меня так и не появился желудок.

На этот раз я поняла выражения, которыми Аньяри проклинала того, кто совершил это преступление. Я понимала, как она хочет найти его. И как именно наказать. Конечно, я понимала её чувства. Сотворивший это был чудовищем.

— Надо что-то сделать… — вырвалось у меня.

— Надо что-то сделать… — будто повторила мои слова Аньяри. — Положить этому конец. Заставить это застыть.

Демоница вскинула руки вверх и расправила крылья.

— Останови это! — воскликнула она. — Великая Зима Фимбула!

Последние слова эхом отразились внутри моего существа, заставив пошатнуться. Словно от серебряного рыцаря распространилась ударная волна. Ранее я не чувствовала ни тепла, ни холода, но теперь захотелось съёжиться от холода и найти одеяло.

Слова Аньяри повлияли и на окружающий мир: пожар, вызванный падением обломков, потух, а холодный дождь обратился в снег.

— Ты чего лыбишься?! — злобно произнесла демоница, заметив странную эмоцию на лице подоспевшего Рико.

— Это от нервов, — ответил он. — Прости, очень неуместно… Рад, что ты в порядке…

— О нет, — Аньяри выпустила большое облако пара изо рта, — Я совсем не в порядке.

Всё вокруг помутнело, и видение перенесло меня в помещение с белыми стенами. Единственное окно с двух сторон закрывали металлические решётки. Из мебели здесь стояла лишь кровать, на которой лежала черноволосая девушка, обнимающая младенца. В замке сплошной железной двери повернулся ключ.

Внутрь вошла Аньяри и бросила строгий взгляд в сторону молодой матери. В её руках была синяя папка полная бумаг.

— Получается, осталась только моя дочь? — спросила она.

— Новости дошли и сюда, — вздохнула демоница, раскрыв папку, и пробежалась глазами по тексту на листах.

— А ведь не откажись я лететь, она уже погибла бы.

— Погибла бы, — кивнула Аньяри, — Своим решением принять приговор на родине, вы спасли свою дочь.

— Но, наверное, уже ничего не спасёт этот мир, — девушка поцеловала своего ребёнка.

Аньяри не ответила. Только перелистнула несколько страниц.

— Спасибо, что спасли меня в том переулке. Двадцать лет назад.

— Я даже не помню вас.

— Это ничего. Главное, что спасли. Дали мне возможность найти их всех.

— Чистосердечное признание не смягчит ваш приговор.

— Этого я и не заслужила.

— Вы должны знать, что ребёнок полностью здоров, — наконец, сообщила Аньяри. Похоже, папка касалась именно новорождённой девочки.

— Но не в безопасности, — ответила мать. — Вам нравится ваша жизнь?

Аньяри захлопнула папку и протянула матери, но та не приняла её.

— Вам нравится наказывать преступников?

— Нет. Это тяжёлая работа, и я её выполняю. Она не приносит удовольствие.

— Странно, — девушка улыбнулась.

— Почему? — Аньяри приподняла бровь.

— А мне нравилось наказывать тех бандитов. Мне нравилось слышать их мольбы. Нравился звук, с которым нож…

— Самосуд не является правосудием, — жёстко прервала её откровение Аньяри.

— Вы не знаете, что они сделали со мной! — воскликнула пациентка.

— Нет, знаю.

— Бросьте. Вряд ли вы помните каждое из миллионов дел, по которому вели суд.

— Это моя работа. Я знаю, как именно вы убили тех людей.

— Тех преступников.

— Это определять не вам.

— Вы определили это, когда избили их в переулке. Серебряный рыцарь не стала бы нападать на невинных.

Аньяри сощурилась. Разговор не нравился ей с самого начала.

— Зачем вы начали вывозить беременных и новорождённых с матерями с планеты? — спросила девушка, видимо, заметив реакцию демоницы.

— Это вас не касается, — твёрдо ответила Аньяри.

— Но меня касается судьба моего ребёнка. Или это тоже определять не мне?

— После вашей казни ребёнка определят новым родителям, — сообщила серебряный рыцарь.

Дверь снова распахнулась, и в помещение влетел Кодекс. Он немного посветил в сторону девушки и подлетел к Аньяри.

— Расследование на стадии завершения, — сообщил он.

— Докладывай.

— На челноках обнаружены остатки взрывчатки. Взрывное устройство привели в действие через десять секунд после осуществления взлёта.

— Как проглядели? — спросила демоница.

— Обнаружена халатность, — сообщил Кодекс.

— Похоже, наш мир повлиял на ваших подчинённых, — заметила девушка.

Были ли её слова ехидством или укором в адрес серебряного рыцаря?

— Похоже на то, — согласилась демонесса. — Конечно, я их накажу. Удалось найти, кто установил эту взрывчатку?

— Поиски продолжаются, — ответил Кодекс. — Зафиксирована вирусная атака на банк данных и камеры наблюдения.

— Когда это нас останавливало? — спросила Аньяри.

— Уважаемая серебряный рыцарь, — вновь обратилась к ней девушка. — Вам нужно найти того, кто это сделал, а не заниматься мной.

— Это решать не вам, — ответила демонесса. Вновь указала девушке на её место.

— Можете подержать моего ребёнка? — спросила она.

Демоница растерялась, судя по изменившемуся выражению лица. Но отказывать причин не было. Она положила папку на кровать, приняла младенца и отошла чуть в сторону.

— Красивая девочка, правда? — спросила пациентка, встав с кровати.

— Обычная, как и все дети, — пожала плечами демоница.

— Видимо, у вас нет детей, — усмехнулась девушка. — Имею ли я право на последнюю просьбу?

— Вы можете её высказать, но я не обязана исполнять.

— Воспитайте её как своего ребёнка, — произнесла молодая мать. — Сделайте из неё достойного человека.

Аньяри долго не отвечала. Сначала она посмотрела на девушку, а потом снова на дитя. Бросила взгляд даже в мою сторону, заставив мурашки пробежать по спине.

Я подошла ближе. Девочка мирно спала, не зная о творящемся вокруг хаосе, не зная о приговоре своей матери. Она была чиста и невинна.

— Хорошенькая, — вырвалось из моих уст.

— Я приложу усилия, чтобы она выросла достойным человеком, — наконец, ответила Аньяри. — А вас ждёт приговор завтра на рассвете.

Развернувшись, демоница вышла из комнаты, забрав ребёнка с собой, а Кодекс, тихо жужжа, последовал за ней. Громкий хлопок двери чуть не оглушил меня, заставив закрыть уши и зажмуриться.

А когда я открыла глаза, видение сменилось.

— Звала? — спросил Рико, подойдя к стойке в баре. Никого, кроме них, тут не было. Даже бармена. Не было и напитков, а помещение выглядело заброшенным.

— Звала.

— Почему здесь? Ты осудила хозяина около полугода назад.

— Надо было раньше. Слишком много раз он пытался меня отравить, но мне нравилось это место. И я слишком поздно усвоила урок.

— Какой урок?

— Для серебряного рыцаря непозволительно привязываться ни к вещам, ни к людям.

— Ну брось, — усмехнулся Рико. — Я-то не пытался тебя убить.

— Не пытался… да.

— Я присяду? — попросил он.

Аньяри кивнула и протянула ему папку.

— Что это? — человек принял её из рук серебряного рыцаря

— Это очень длинное, интересное и запутанное дело, — ответила она. — Полистаешь?

— Выглядит объёмным, — усмехнулся Рико.

— У нас достаточно времени.

Человек сел и открыл папку. Я воспользовалась тем, что невидима для окружающих и залезла прямо на барную стойку, чтобы хорошо видеть, что же в ней. В ней не было ничего приятного: только ужасные фотографии преступлений, сопровождающиеся текстом на незнакомом языке.

— Этот человек неплохо развлекался, его же уже наказали? — прокомментировал Рико увиденное.

— Листай дальше.

На следующих страницах он и, разумеется, я увидели фотографии детей.

— Это те, которые напали на тебя?

— Да, Рико, ты мне наводку дал.

— А как они связаны?

— Дальше листай, — Аньяри была непреклонна.

— Зачем мне это листать? — нахмурился человек.

— Ну как зачем. Память освежить. Вдруг забыл.

Рико закрыл папку и встал.

— Знаешь, я не хочу играть в эти игры. Почему ты меня позвала?

— А ты не догадываешься?

Раздался щелчок. Щелчок дальнобойного оружия, направленного ей в голову. Рико явно не ожидал, что оно подведёт его в этот момент, и потому пропустил удар стулом по голове.

— Мы нашли того, кто организовал взрыв челноков. И я хотела бы задать ему вопрос.

— Какой? — спросил Рико, даже не пытаясь встать с пола.

— Зачем?

— Ты так говоришь, будто мне это известно.

— Никогда не думала, что ты такой трус.

Рико засмеялся. Это был смех совсем неуравновешенного человека.

— За тобой весело было наблюдать, Аньяри, — наконец сказал он. — То, как ты пыталась спасти нас. Исправить. Направить на путь истинный. Но я вижу правду. Ту, в которой ты боишься признаться. Настоящий преступник — это ты. Ты прибыла сюда из другого мира и принялась решать, как нам, людям Инкапариса тут жить! Ты убила миллиарды и до сих пор не поняла, кто здесь самый жуткий убийца!?

— Я принесла с собой правосудие.

— Правосудие заставило тебя покалечить тех детей?!

— Они остались живы.

— Нет, — усмехнулся Рико. — Не остались.

Глаза Аньяри вспыхнули гневом.

— Что ты с ними сделал?!

— Не я. А ты. Ты потеряла счёт времени, Аньяри. Ты тут уже сколько? Двадцать лет. Ты представляешь, что такое двадцать лет для человека? Они повзрослели, дорогуша. И ты их засудила. Ты что, не помнишь?

— А дети, которых мы не вывезли, больше не повзрослеют никогда, — произнесла демонесса, пытаясь сохранить спокойствие из последних сил.

— О, было весело смотреть на твоё лицо.

— Тебе было весело?! — воскликнула серебряный рыцарь и пнула человека.

— О да, давай ещё. Вымести злость на безоружном! — злорадно воскликнул Рико, откашлявшись от боли.

— Весело тебе было?!

— Было интересно наблюдать за твоей реакцией. В тот день количество смертных казней возросло раз в пять. Это помогло?

Аньяри не ответила.

— Видишь, подруга. Ты ничем не лучше нас. И я тебе это доказал. За моего отца.

— Ты доказал лишь то, что ты долбанный сумасшедший психопат, которому я по глупости своей доверилась.

— Как и многим другим людям, которые выросли на этой планете. И каждый предал тебя.

От следующего пинка человек не закашлял, а расхохотался.

— Тебе это нравится? И кто из нас двоих сошёл с ума...

— Ты не представляешь, как мне хочется убить тебя прямо здесь, — призналась демонесса.

— Так сделай это! У тебя есть все полномочия! — Рико продолжал глумиться. И, на мой взгляд, очень зря.

Аньяри подняла руку и уже была готова щёлкнуть пальцами, но лишь сжала её в кулак и сказала:

— Серебряный рыцарь обязан следовать протоколу.

Демонесса отвернулась от бывшего соратника и подошла ко мне. Забрав со стойки папку, она прошептала:

— Спасибо.

Окружающий мир снова помутнел, и видение перенесло меня в просторную и хорошо освещённую комнату с гигантским обзорным окном.

Аньяри стояла в центре помещения, держась за маленькую эллипсовидную колыбель. Даже отсюда я могла увидеть в ней мирно спящего ребёнка.

Рядом с демоницей прямо в воздухе парили прямоугольные плоские предметы с изображёнными на них данными в виде диаграмм, графиков и таблиц.

А по ту сторону обзорного окна я увидела чёрное ночное небо с изумительным голубо-зелёным шаром с белыми облаками по центру.

— Кодекс, статистику, — попросила Аньяри парящего среди прямоугольников помощника.

— Прошу заметить, что за пятый раз прослушивания, статистика не изменится, — сообщил он.

— Статистику!

— Если округлить, то… Один квадриллион случаев коррупции только в особо крупном размере. Из них десять случаев подкупа серебряных рыцарей. Три из них не доказаны. Количество убийств за сто лет…

Кодекс перечислял количество преступлений, совершённых в этом мире. Количество замученных, убитых или подвергнутых пыткам. Число загубленных жизней. Информация от помощника Аньяри поистине ужасала.

— Это не личное… это не личное… — несколько раз чуть слышно проговорила серебряный рыцарь. — Отчёты отправлены?

— Отчёты отправлены.

— Прочитаны?

— Прочитаны всеми серебряными рыцарями и Богом Толараком.

Повисло молчание.

— Предварительное решение отправлено?

— Отправлено и прочитано.

— Есть ли комментарии от других серебряных рыцарей?

— Комментариев нет.

— Рекомендации? — спросила Аньяри и подошла к обзорному стеклу.

— Рекомендаций нет.

— Что с сохранением флорофауны?

— Достаточное количество экземпляров перевезено на грузовые корабли флотилии, — сообщил Кодекс. — Разведение прошло успешно. Некоторые виды успешно адаптировались в других мирах.

— Твоя оценка?

— Искусственный интеллект не имеет права выдавать советы и рекомендации по вердиктам, — ответил Кодекс.

Что означали его слова про искусственный интеллект? Разве он может быть искусственным?

— Ну конечно, — вздохнула демонесса, — это не личное. Кодекс, я готова вынести вердикт.

— Связь налажена, — сообщил он в ответ.

— Говорит серебряный рыцарь Аньяри Файэнагале, — её речь звучала твёрдо, но я видела, как слёзы текли из оранжевых глаз.

— За двадцать лет пребывания в пределах мира Инкапарис я внимательно изучила каждое совершённое преступление. Я собрала данные раскрытых ранее дел и закрыла нерешённые преступления. Я завела новые дела на якобы законопослушных граждан Альянса. И сейчас я готова вынести вердикт, — Аньяри тяжело вздохнула и продолжила:

— С прискорбием хочу сообщить об отсутствии на планете Инкапарис законопослушных граждан. В эвакуационных командах нет необходимости. Тяжесть вины каждого выходит за пределы любого разумного срока заключения. И в связи с этим, я, серебряный рыцарь Аньяри Файэнагале, властью, данной мне Золотым львом Толараком, наречённым Богом Справедливости, выношу всему миру Инкапарис единый приговор. Я выношу смертный приговор.

— Флот готов, серебряный рыцарь, — сообщил Кодекс.

— Привести в исполнение незамедлительно, — приказала Аньяри.

Когда серебряный рыцарь закончила речь, из-за края обзорного окна в сторону Инкапариса разом полетели яркие сгустки огня, сжигая всё живое и плавя неживое в мире, погрязшем в преступности.

Я почти слышала крики миллиардов приговорённых людей и ланов там, внизу. Я чуть ли не на своей коже почувствовала тот жар, что испытали они перед смертью. Аньяри не произносила ни слова и не отрывала взгляд от погибающего мира. Она также принимала свой приговор. Ужасный и неотвратимый приговор.

Слёзы покатились и по моим щекам, а грудь сдавили невероятно тяжёлые тиски. Я всё видела с самого начала. Я видела, во что превратили этот мир его обитатели. Видела, как серебряный рыцарь пыталась его исцелить. Как же так вышло, что она стала его палачом?

Красная лампочка загорелась слева от демоницы.

— На связи Храм Справедливости, — сообщил Кодекс.

— Соединяй… — грустным тоном разрешила Аньяри.

— Приговор был вынесен? — спросил голос её Бога. Появилось и его изображение.

Величественный шанир-лев с блестящей золотой шерстью внимательно смотрел голубыми глазами на свою подчинённую. Его взгляд выражал лишь покровительство. Я не могла найти в нём ничего больше. Как будто Богу Справедливости был не важен её ответ.

— Приговор был вынесен, — ответила Аньяри.

— Направляйся в Храм, мой рыцарь. Теперь пришёл твой черёд предстать перед судом.

Изображение исчезло, оставив демоницу с металлическим помощником Кодексом и пылающей планетой по ту сторону толстого стекла. И единственным ребёнком, чудом избежавшим жуткой участи.

— Ты посмотрела достаточно, — наконец сказала серебряный рыцарь и повернулась ко мне. — И как по-твоему? Приговор был вынесен верно?

23. Аньяри

— И как по-твоему? Приговор был вынесен верно? — вновь услышала я и вздрогнула, отступив на несколько шагов назад.

Я увидела толстые металлические прутья в клетке, а за ними два золотых глаза с вертикальными зрачками. Их обладательница скрывалась во мраке помещения, где мы находились.

Я осмотрелась вокруг и смогла понять, что каким-то образом попала в темницу с десятком камер. Всего пара из них пустовали, о чём говорили открытые настежь двери. Мурашки пробежали по коже, и мне стало совсем не по себе.

— Мгновение назад ты была смелее, — заметила обладательница жутких глаз. Она внимательно изучала меня. Её взгляд словно проникал в душу, стараясь выведать малейшие тайны. — Тебе не стоит бояться, однако же да. Именно я вынесла тот приговор.

— Вы… — глаза продолжали изучать меня, отчего я никак не могла собраться с мыслями, но решила быть смелой несмотря ни на что. Тем более, если судить по обстановке, мы находились в очередном видении. Иначе, как я пришла сюда так быстро и даже не заметила этого? Так чего мне бояться?

— Вы Серебряный рыцарь Аньяри Фэй…Фа… — фамилию демона проще было услышать, чем выговорить.

— Мало кто обладает этим знанием, девочка, — заметила обладательница жутких глаз.

— Как тебя зовут? — спросил другой голос. Жёсткий, внушающий чувство опасности. Он доносился из соседней клетки.

— Менриалина, — ответила я. Даже в такой ситуации не должно было забывать про вежливость.

— Кто твой отец? — спросил второй пленник.

— Мой отец лорд Алексий Эн Твэланмэ, — сообщила я и подошла ближе.

Вторым пленником тоже оказался демон. Однако он сидел ближе к свету, и потому я смогла разглядеть его. Скульпторы Сиприна хорошо постарались с бюстом и этого узника. Узнаваемость поражала.

— Этот лорд Алексий лидер Компиталиса, — сообщил демон. — Ты должна знать, сестра. Удивительно, как спокойно ты заговорила с человеком.

— Она не человек, — небрежно ответила демоница, будто это известие не имело под собой никакой ценности.

— Очень даже человек! — возразила я.

— Можешь считать, как пожелаешь, — безразличие демонессы заставило меня нахмуриться, но показало её явное нежелание продолжать разговор о моей принадлежности.

И помогло мне набраться храбрости. Как будто забыв все уроки Менриэль и наставления Сапифата, я подошла ближе к клетке Аньяри и задала вопрос:

— Кто такие Серебряные рыцари?

Взгляд демона вновь впился в меня. И вновь мурашки побежали по спине.

— Теперь уже никто, — ответила она.

— А были? — не унималась я.

— Какая любопытная, — усмехнулся брат демоницы. — И совсем не боится.

— Вас всё равно нет, — пожала я плечами. — А как вернуться, я не знаю. Так почему бы и не поговорить?

— Как это, нет? — удивился демон. — Вот он я. Живой, тёплый и желающий чего-нибудь покушать.

— Ты пришла сюда вон оттуда, — демоница взглядом кивнула в сторону выхода. — Пришла одна и спросила меня про приговор миру Инкапарис. Думаю, если вернёшься, ты сможешь покинуть это место.

— Вы ужасно поступили! — сообщила я ей, полностью проигнорировав совет. Для возвращения в комнату мне следовало лишь проснуться. А что могло меня пробудить? Только кто-то из реального мира.

— Вы так думаете, госпожа Менриалина?

— Это очевидно! — кивнула я. — Вы уничтожили целый мир! Да, там было много преступников, но я уверена, что были и хорошие люди!

— Хорошие люди — это очень не смешная шутка, — саркастично ответила Аньяри. — Тем более там.

— Откуда она про всё это знает? — спросил демон.

— Возможно, кто-то решил сдуть пыль с этой истории и преподавать в назидание потомкам, — предположила демоница.

— Нет, просто я сама это увидела. Мне… приснилось.

— Девочкам такого сниться не может, — заметил демон.

Только сейчас я поняла, что это видение отличается от прочих. Ранее сцены менялись гораздо быстрее, а голова как бы заполнялась туманом. И все присутствующие часто не совсем впопад отвечали мне, больше общаясь между собой. Могла ли я вернуться в реальность?

Комок подступил к горлу, и я шагнула назад от клетки демоницы, чуть не упёршись спиной в другую темницу. Если это реальность, я наговорила лишнего. Если это реальность, то демоны вполне могли навредить мне или, что страшнее, моему разуму. Вдруг они захотят похитить мою душу?

Невольно я схватилась за сердце, а к глазам подступили слёзы. Впрочем, выход был совсем рядом, достаточно было просто уйти отсюда. Однако ноги не слушались.

— Мир Инкапарис погряз в преступности и начинал влиять на другие миры, — начала говорить Аньяри, как будто не заметила моего нарастающего ужаса. — И они сами призвали Храм Справедливости разобраться с их проблемами. Однако разбираться уже было фактически не с чем. С самого детства, с пелёнок, люди этого мира приучались к преступному образу жизни. И следовали ему, если умудрялись выжить. Государство являлось лишь номинальной структурой, а реальная власть постоянно переходила из рук одних бандитов к другим.

— Прошу прощения, — новый голос, да ещё и прямо со спины напугал меня даже сильнее, хоть и кратковременно. — Однако я должен заметить, что вы сильно напугали её.

— Я к этому привыкла, — только и ответила демоница. — Последнее время меня сторонятся во многих мирах. Однако бояться нечего. Я давно уже в прошлом.

— И всё же вы демон, — спокойно заметил голос из клетки напротив её. Наконец, я его узнала. На церемонии гостеприимства он звучал гораздо истеричнее и от того по-другому, но в клетке явно сидел сын короля, сорвавший всем праздник своим поведением.

— Я кир-тон. Я никогда не служила этим позорищам, — злобно ответила Аньяри.

— Давно я не слышал этого названия, сестра, — заметил второй демон. — Теперь о нём совсем позабыли.

— Как же вы умудрились так просрать галактику? — спросила демоница. Никто не ответил. Наверное, просто не знали ответа на её вопрос.

— Я не служу Сатаниэлю, — она же и прервала затянувшуюся тишину первой. — Мне не нужна ни ты, ни твоя душа. Можешь не бояться меня, маленькое дитя.

Именно так и сказала бы демон, желая обмануть свою жертву.

— Именно так и сказала бы демон, желая обмануть свою жертву, — повторил мои мысли пленный принц.

— В таком случае, я ничего не смогу поделать, — вздохнула Аньяри. — Опасаться обманщиков — это должная осмотрительность.

— Но меня заинтересовала ваша история, — заметил принц. — Вы не могли бы продолжить?

— Особо и нечего продолжать. Мир был признан безнадёжным. Те, кто вызвал на свой мир Страшный Суд, решили с его помощью избавиться от конкурирующей группировки бандитов. Иронично, что сами они называли себя стражами порядка. Сначала я попыталась отсеять мелких хулиганов от вопиющих уголовников, но в очищенных городах резко ухудшалась обстановка. Те, кто вчера клялся в честности, сегодня оказывался на скамье подсудимых.

— А какую роль в этом играли Вы, кхм… Кир-тон? — спросил принц.

— Ты же знаешь моё имя, пленник. Или тебе стыдно обратиться к демону по имени? — она нахмурилась и немного приблизилась к нам.

— К сожалению, я впервые вижу… Кхм… Демонов, простите, которые вообще готовы разговаривать с нами.

— А что демоны делают обычно? — уточнила Аньяри.

— Демоны теперь грабят и убивают, — ответил её брат.

— И ещё крадут души, склоняют ко тьме, заставляют предавать своих друзей, — добавил принц.

— Уничтожают миры, — подала голос и я.

— Ну последнее я действительно делала, — признала Аньяри. — Получается, я ничем не лучше демонов. Да будет так.

— И вы не чувствуете стыда за свой поступок? — спросил принц.

Вновь повисло молчание. Казалось, даже мыши прислушались к разговору, ожидая ответа.

— Кстати, меня зовут Ракошетта, — совершенно неуместно нарушил тишину брат демоницы.

— Я не буду отвечать на этот вопрос перед тобой, шанир, — она, в свою очередь, проигнорировала коллегу по несчастью. — Я ответила на него перед своим Богом.

— Простите, но для меня есть только один Бог, — сказал принц.

— В таком случае надеюсь, тебе не придётся перед ним отвечать, — в ранее беспристрастном тоне Аньяри появились нотки сочувствия. — По итогу моей работы в этом мире я отправила запрос коллегам и попросила совета. И совета не последовало. Решение предстояло принять самостоятельно, и я его приняла. Конец истории.

— Но кто дал вам на это право? — спросил принц. — Судя по всему, вы уничтожили целый мир! А как же его население? Дети? Природа, в конце концов?

— Популяция животного и растительного мира была спасена настолько, насколько это возможно. Она страдала и до моего… решения. А население… — Аньяри вздохнула, а перед моими глазами вновь предстала ужасающая картина падающих с небес обломков.

— Я провела в этом мире не один десяток лет, и мой Бог требовал результата. Меня уполномочили сами жители этого мира и Храм Справедливости. Население же всё это время занималось собственным уничтожением. Даже без моего участия. Вас не было на моём месте. Думаю, что не вам меня судить. Но мнение высказывать вы можете, конечно.

— А кому тогда судить? — спросила я. Видимо, излишне набралась смелости от оправдывающейся демоницы.

— А вот это хороший вопрос, — ответила Аньяри. — Задаю себе его каждый божий день.

24. Король Сиприна

Громкий кашель бесцеремонно оборвал наш диалог — в подземелье спустился сам хозяин замка в окружении стражи — король Верен Ариан.

— А вы, леди Менриалина, говорили, что не желаете видеть моих пленников, — заметил он.

— Ваше величество! — воскликнула я от неожиданности и со всей возможной учтивостью поклонилась.

— Оставьте нас, — король махнул страже и направился к нам.

— Отец, — принц взаперти поклонился своему родителю. Будто вовсе не наносил тому страшного оскорбления на глазах у всех.

— Сын, — кивнул король, когда молодой шанир выпрямился. Похоже, Верен больше не злился на него.

— Разрешите поинтересоваться, леди Менриалина, что вы тут делаете?

— Изучает страшных врагов Бога Света, — усмехнулся демон из клетки за спиной. Но король полностью проигнорировал его.

— Похоже, я заблудилась, — пожаловалась я. — Никак не могла найти туалет.

— Несмотря на запах, — король поморщил нос, — туалета здесь явно нет. Идём.

Возражать королю желания не было. Как и оставаться с демонами. Правитель проводил меня к лестнице наверх, первым ступив на ступеньки.

Он не проронил ни слова, пока мы не оказались в просторном коридоре дворца, украшенном, как и везде, витражами и цветами. У выхода из темницы суетилась прислуга из лесных эльфов. Двое стягивали с лежащего на полу стражника доспехи. Один прикладывал ко лбу компресс, а остальные готовились положить его на носилки.

— Что с ним? — спросила я.

— Жить будет, — ответил незнакомый мне голос. Его обладатель мог так и остаться незамеченным на фоне общей суеты, если бы не заговорил. Неизвестный, скрывающий лицо под маской, сейчас выглядел гораздо более жутко, чем во время моего прибытия на Сиприн. А его голос… Я никак не могла охарактеризовать его голос. Он был таким… неправильным.

— Благодарю тебя, Гедеон, — сказал Верен и, указав на него рукой, пояснил мне:

— Это мой главный придворный врач. Раньше не было возможности представить. Немного жуткий, но своё дело знает.

— Врачи иногда должны быть жуткими, — Гедеон никак не изменил своего нейтрального голоса. Будто совсем не умел выражать интонацию. — Иначе пациенты не относятся серьёзно к курсу лечения.

— Ну так мы всё соблюдаем, — усмехнулся Верен в ответ.

Гедеон подошёл к королю и, поклонившись, сказал:

— И я благодарен вам за это. Пять минут назад был срок приёма лекарств.

— Я помню! — сейчас король не казался таким величественным, как раньше. Их разговор походил скорее на дружеский. Гедеон выпрямился. Только сейчас я заметила, как сильно он превосходит ростом всех окружающих. А Верен махнул мне рукой, приглашая за собой.

Дальнейший путь король также не проронил ни слова. Даже когда мы прошли мимо дурно пахнущей лужи рвоты, которую уже был готов убирать слуга из эльфийского народа. И я искренне понадеялась, что она была создана не мной.

Куда король меня вёл? Что произошло, пока я была в видении? Молчание становилось гнетущим, и я решила нарушить тишину:

— У вас жуткие пленники.

— Даже мой сын? — строго спросил король.

— Я не… — нужно было срочно оправдаться. Ещё не хватало нанести правителю Сиприна оскорбление в такой ситуации. Но тот лишь усмехнулся:

— Не переживайте так, леди Менриалина, — меня не так легко оскорбить, как может показаться. Правитель должен уметь контролировать свои эмоции и показывать их только тогда, когда это необходимо.

— Тогда на празднике…

— Я не стану отвечать на вопрос, — вновь перебил меня король.

— Я соболезную вашей утрате.

— Не беспокойтесь, — вздохнул Верен. — Внутреннее дело моего государства.

— Но это же ваш сын, — удивилась я.

— Когда страна воюет, а дети рвутся на передовую, такого не избежать, — не было похоже, что Верен в восторге от нашего разговора. Возможно, король не хотел раскрывать душу юной гостье.

— Вы должны быть готовы к потерям, когда станете возглавлять Компиталис. И вам следует научиться контролировать свои желания. Не стоит замещать жаждой мести чувство долга и здравый смысл.

— Я бы хотела никого не терять, — честно сообщила я королю.

— Чем скорее вы свыкнитесь с мыслями о неизбежности потерь, тем проще будет их принять. Каждый из нас смертен. Каждому рано или поздно придётся уйти, а наши потомки займут наше место. Когда-нибудь одному из моих детей достанется Сиприн. Похоже, не первому принцу.

— Обычаи Ариан гласят, что именно вы изберёте наследника, — вспомнила я.

— Вас хорошо обучили, — улыбнулся король.

Наконец, мы пришли к деревянной двери, за которой скрывалась винтовая лестница. Поднимались мы молча, лишь кряхтение короля разгоняло тишину.

Поднявшись наверх, король выпрямился, и его шерсть заколыхалась, подчинившись холодному ветру.

— Здесь мы сможем поговорить, — сказал он, облокотившись о стену башни и бросив взгляд вниз.

Внизу раскинулась столица его владений, окружённая горами. Светило уже давно закатилось, и город освещали лишь многочисленные фонари да факелы в руках патрулирующих стражников.

— Похоже, у тебя определённый дар к магии, — наконец, сказал король.

— Отец запретил мне изучать колдовство.

— Это не помешало его дочери вырубить моего стражника.

Я вспомнила суету прислуги вокруг лежащего на полу шанира и ужаснулась. Неужели это сделала я?

— Я улажу эту проблему, но хочу, чтобы подобного не повторилось.

— Просите, ваше величество! — на этот раз я постаралась поклониться как можно ниже.

— Я позвал тебя сюда для откровенного разговора без посторонних глаз, — король поморщился от моего жеста. — Пока твой ангел-хранитель без сознания, а мой достаточно далеко.

Я с недоумением выпрямилась. Что значит, Менриэль без сознания? Это потому её до сих пор нет рядом?

— Состояние защищаемого передаётся на хранителя, — сказал король. — Ты должна знать, Менриалина.

Король действительно хотел поговорить без соблюдения церемоний, раз решил называть меня более фамильярно.

— Она в порядке?

— В порядке, но некоторое время провёдет в лазарете. Начнёшь обучение без неё. А теперь ты должна выслушать меня.

Я кивнула. Что мне ещё оставалось?

— Я уважаю Компиталис, твоего отца, воинов Света. Но как король я обязан понимать, когда и какие решения должен принять для процветания своего государства. Я обязан быть гибким и полагаться на свою интуицию при возникновении спорных вопросов. И как друг твоего отца, я должен обучить тебя и этому навыку. Именно эта гибкость позволила мне пленить тех двух демонов и содержать их в замке. Вижу, что ты хочешь задать вопрос.

— Почему вы не убили их? Они же страшные враги Света!

— У меня есть причины, о которых я не могу сообщить, — ответил король. — И это часть той самой гибкости, о которой я говорю. В мире есть существа, смерть которых принесёт тебе больше проблем, чем содержание в заточении. Даже если они твои злейшие враги. И сохранение секрета одной ясновидящей тоже может принести мне больше полезного, чем раскрытие этой информации её ангелу-хранителю. Которая, несмотря на свой ум, до сих пор ничего не поняла.

Холодок пробежал по моей спине. И вовсе не от ветра этого мира. Король попал в точку. Как он догадался о моей способности? Неужели я сделала что-то ещё, когда находилась в своём видении? Кто ещё мог это узнать? Ком подступил к горлу, мешая говорить.

— Судя по твоей реакции, я прав, — Верен повернулся ко мне. — И, похоже, что ты знаешь о существовании своей способности. А также о том, что это следует держать в тайне, если не хочешь умереть.

— Вы тоже не понимаете, почему ясновидящие враги Света? — наконец, смогла спросить я.

— Нет, я понимаю, почему они наши враги, — возразил Верен. — Но я также понимаю, что нельзя убивать тех, кто ещё не успел совершить ничего плохого. Ты не выбирала, кем родиться. Но должна научиться держать себя в руках.

— Я не знаю как, — призналась я.

— Значит, придётся узнать, — пожал плечами король. — Тебе придётся стать взрослее прямо сейчас. И отклеиться от своего ангела-хранителя. Я займу её работой, пока ты будешь учиться здесь. И найду подходящего учителя магических искусств.

Стоило ли сказать ему о том, что Менриэль и так начинала учить меня магии? Я не смогла найти ответа на этот вопрос и потому промолчала. Не стала возражать даже идее разлучить нас. В моей ситуации было бы ошибкой хоть как-нибудь спорить с королём.

— Но ты должна понимать, что ничего не достаётся просто так, — заметил Верен. — Ты тоже должна будешь мне помочь рано или поздно.

Я кивнула. Что ещё оставалось? Только положиться на свою интуицию.

— И у меня уже есть первая просьба, — король вздохнул и, набрав в грудь воздуха, видимо, всё ещё сомневаясь в своём решении, продолжил:

— Хоть ты ещё и не опытная ясновидящая, но последуй за своей интуицией и ответь на мой вопрос, так, как посчитаешь нужным.

Я снова кивнула.

— Моё ближайшее окружение — это моя жена Акши, придворный врач Гедеон, мастер по оружию Сирай и ангел-хранитель Верениэль. Кому из них я могу доверять?

Я задумалась. Что означал его вопрос? Как я вообще должна была на него ответить? Что предпримет король в зависимости от ответа? Я закрыла глаза и сконцентрировалась на его вопросе. Акши Ариан, чёрная кошка-шанир с взглядом полным высокомерия. Сирай, шанир-тигр, который должен был меня обучать. Откуда я вообще знала, что он тигр, если ни разу не видела? Верениэль — ангел-хранитель Верена, разве ему можно было не верить? Хотя и я многое скрывала от Менриэль. Самым жутким среди них был Гедеон с голосом, лишённым эмоций, скрывающий лицо под плоской маской. Король сказал воспользоваться интуицией. А интуиция говорила мне…

Я посмотрела в глаза правителю Сиприна и ответила:

— Не стоит доверять никому.

25. Ученик

На следующее утро я проснулась не совсем в привычном месте. Когда попыталась встать, зеленоватое покрывало слетело на серый пол. Оглядевшись, увидела одиночную больничную палату с койкой посередине у противоположной стены. И ангела на ней. Действительно, я же решила навестить своего хранителя после разговора с королём и, должно быть, уснула на диване для посетителей.

Менриэль пока не пришла в себя и, видимо, причиной её состояния было моё видение. Мы же были связаны. Догадалась ли она обо мне? О даре ясновидения?

В палату вошёл пожилой бородатый шанир в нефритовом халате и, проигнорировав меня, подошёл к ангелу. Пробурчал и удалился с недовольной гримасой.

Следом вошёл Гедеон.

— Вижу, вы проснулись, уважаемая, — безразлично сказал он. — Леос, принеси нашей гостье чая.

Рядом с высокой тонкой фигурой придворного врача стоял парень. Наверное, старше меня лишь на несколько лет. Чёрные неровно подстриженные волосы прикрывали тёмно-карие глаза. Одежда Леоса отличалась однотонностью: чёрные рубашка и штаны.

— Конечно, мастер, — сказал он и спешно удалился.

— Я решил, что не стоит вас будить, — сообщил Гедеон. Пытался ли он проявить заботу? Или фраза была дежурной? Проявлением вежливости?

— Состояние архангела стабильно, её жизни ничего не угрожает, — продолжил он. — Сильное переутомление.

В плату вернулся Леос с тёплым напитком и тарелкой в руках. На тарелке лежало несколько кусков хлеба с аккуратно намазанным маслом. Как он умудрился так быстро приготовить всё это?

— Приятного аппетита, — пожелал он, протягивая мне еду.

— Благодарю, — ответила я и первым делом отхлебнула из кружки.

Напиток оставлял долгое ощущение приятного вкуса на языке и неплохо согревал.

— Если я правильно помню, — предположил Гедеон. — Сегодня должны были начаться ваши занятия.

Действительно, сегодня мастер по оружию должен был начать учить меня местному искусству фехтования. Было бы крайне неудобно опоздать в первый же день. Но как быть с одеждой? Вряд ли моё, к тому же вчерашнее, платье подходило для приставных шагов, парирования атак или подобных упражнений.

— Леос, мой драгоценный ученик, будет заниматься с вами, — тем временем сообщил Гедеон. — Он проводит вас к покоям, а затем и на полигон.

— Я? — переспросил парень. Мне показалось, что даже слегка нахмурился.

— Мне кажется, тебе было бы неплохо отточить свои навыки.

Перед уходом я бросила взгляд в сторону архангела. Вновь спросила себя, догадалась ли она о ясновидении. Вряд ли Менриэль могла вот так вот взять и переутомиться на ровном месте. Конечно, ангел была неуклюжей, но всё же достаточно выносливой.

— Ты будешь доедать? — спросил Леос, указывая на оставленную на диване тарелку с недоеденным бутербродом.

Я отрицательно помотала головой, и парень взял его с собой. Ничуть не смутившись, он закинул остатки моего завтрака себе в рот.

— Вкуснотища, — сказал Леос, прожевав, и улыбнулся.

Его не слишком беспокоили манеры. Как и меня, похоже. Ведь я даже не поблагодарила Гедеона за гостеприимство. Не убрала за собой. Толком даже не попрощалась. Перед глазами всё ещё всплывали картины из жуткого видения, а в голове — куски разговора с королём. И спящая Менриэль. Я корила себя, что решилась на глупые эксперименты в одиночку.

— Ничего, что я на ты? — спросил Леос, вытягивая меня из задумчивости. Я даже не заметила, как мы покинули больничную территорию замка и дошли до обычных коридоров. Видимо, ему было очень неловко так долго хранить молчание.

— Всё в порядке, — ответила я. Честно говоря, мне действительно было без разницы. Я не знала ни кто он такой, ни откуда родом, ни чем занимается.

— Фух, хорошо. А то нам, похоже, придётся тренироваться вместе. Тяжело будет везде соблюдать этот этикет.

Леос вновь усмехнулся и продолжил разговор:

— Как там пленники? Ты же была у пленников?

— Мне не очень хочется вспоминать, — призналась я. Снова ощутила на себе прожигающий взгляд Аньяри.

— Они на меня жути нагоняют! Сначала было интересно, а теперь и сам боюсь туда нос совать. Мне кажется, эта Аньяри меня недолюбливает.

— Мне кажется, она недолюбливает всех, — ответила я.

— В точку!

— Так зачем туда ходить? — спросила я.

— Почти пришли, — сказал Леос, не став отвечать на вопрос.

Действительно, коридор выглядел знакомым, в отличие от других. Без помощи ученика Гедеона я не смогла бы добраться так быстро сама. Замок только казался зданием с простой планировкой. На деле он представлял собой запутанный лабиринт.

— Ты не против, если я перекушу, пока ты собираешься? — спросил Леос, достав из кармана очередной бутерброд, завёрнутый в прозрачную плёнку.

— Не против, — ответила я, попросив подождать его снаружи.

Комната оставалась ровно в таком же беспорядке, какой я её оставила. Вокруг валялись обломки масок, в том числе и последней. Похоже, когда видение поглотило меня, я почти сразу выронила её.

Спортивная одежда, повешенная Менриэль в гардероб, выглядела слегка помятой, на долгие сборы времени не было. Бросив платье на кровать, я быстро привела себя в порядок. А убедившись, что выгляжу пристойно, вернулась в коридор к Леосу. Тот доедал бутерброд.

— Похоже, я справилась быстро, — заметила я.

— Да-да, это всего лишь десятый, — согласился он и пригласил за собой.

Либо этот парень мог стремительно есть, либо мы уже жутко опаздывали. И как назло, помещения замка полнились от снующих туда-сюда стражников шанир. Ранее пустые коридоры теперь оказались слишком тесны для всех служащих. Однако, присмотревшись, я заметила, как некоторые стражники проходят сквозь других. Это снова было видением? Но всё казалось таким реальным!

— Всё в порядке? — спросил Леос, чуть нахмурившись.

— Волнуюсь, что нас отругают, — соврала я. Один из стражников чуть не прошёл сквозь меня. Крайне неприятное ощущение, в очередной раз заставляющее корить себя в безрассудном поступке.

— Когда-то давно я общался с одной мудрой бабкой, — сказал Леос. Он явно не старался выбирать вежливые выражения. — Так вот когда она была рассеянной, всегда советовала остановиться и закрыть глаза. Собрать мысли в кулак.

— Этот совет помог бы моему ангелу-хранителю, — усмехнулась я, но решила попробовать последовать совету нового знакомого. Я была готова пойти на что угодно, лишь бы больше не видеть несуществующих в реальности шанир. На удивление, это помогло. Частично, конечно, но количество «помех» значительно уменьшилось. В обмен на тяжесть в голове. Но зато я могла продолжать путь.

Догадывался ли Леос об истинной причине моего состояния? Или случайно попал пальцем в небо? Впрочем, он не выглядел обеспокоенным. Похоже, действительно решил, что мне не хватает самообладания.

Интересно, кем была та пожилая женщина, о которой он говорил? Её совет очень помог. Хотелось бы поблагодарить её.

— А откуда ты родом? — спросила я, решив, наконец, познакомиться с учеником Гедеона. Хотя бы из вежливости. — Я думала, что на Сиприне постоянно проживают только шаниры и лесные эльфы. А ты, похоже, человек.

— О, ну люди здесь тоже жили, очень давно. Но ты права, я вовсе не из этих мест. Вообще, я сомневаюсь, что ты слышала хоть что-нибудь о моём родном мире. Он мало кому интересен в наши дни.

— Говоришь так, будто ты старик, — заметила я.

— Действительно, — усмехнулся тот в ответ. — Мне пришлось рано повзрослеть. Тяжёлое детство, родители не слишком радовались моему появлению.

— Прости, — извинилась я. По нему нельзя было сказать, что парень переживает о чём-либо.

— Это дела давно минувших дней, тебе не за что извиняться, — пожал он плечами. — Теперь я живу с Гедеоном, помогаю ему лечить шанир и эльфов.

— Твой учитель немного жутковат, — призналась я.

— Это всё из-за болезни. Ты знаешь, у него крайне премерзкое лицо. Но он добрый гх…

Леос внезапно закашлялся.

— Он добрый господин. Беспокоится о каждом пациенте, как о своём ребёнке. Знаешь, ведь у него не может быть своих детей.

— Это из-за болезни? — спросила я.

Внезапно мне стало жаль Гедеона. Я совсем не знала его, а уже стала сторониться. Рассудила по первому впечатлению, по его внешнему виду. А ведь он не сделал ничего плохого. Даже выделил Менриэль отдельное помещение.

— В точку. Тяжёлой болезни, — кивнул Леос. — Там даже магия жизни бессильна, мы пробовали.

В его руках неизвестно откуда появилось яблоко. Леос ел даже чаще, чем Миато. Может, он тоже был оборотнем?

— Извини, я постоянно хочу есть, — пожал он плечами. — Ничего с собой поделать не могу.

— Прошу прощения, — смутилась я. С моей стороны было не тактично акцентировать взгляд на его поведении.

— Понимаю, к этому трудно привыкнуть. Я кого угодно переем. Однажды поспорил с одним медведем и…

— Медведи не разговаривают, — усмехнулась я, хотя знала одну медведицу, которая могла трещать без умолку. Не совсем медведицу, конечно, вряд ли Леос говорил о ней. Минотавры были врагами Света.

— Так вот он сдался на половине пути, — продолжил Леос. Действительно, речь шла не о Миато, а о каком-то другом оборотне.

Молодой на вид ученик придворного врача, похоже, имел за плечами немало историй о своих путешествиях. Или нагло врал.

26. Мастер по оружию

Когда мы прибыли на тренировочную площадку, в центре я увидела развернувшуюся дуэль между двумя бойцами. Один, шанир, стоял спиной ко мне. Его защищали металлические доспехи и круглый деревянный щит в руках, которым он отбивал непрекращающиеся атаки своего соперника.

Соперником была первая дочь короля Ариана — Ниши. Доспехи не защищали её тело с пятнистой ярко-жёлтой шерстью, а оружием являлась длинная палка, видимо, изображавшая копьё. И с каждым ударом палки рыцарь в тяжёлых доспехах отступал, но продолжал отбивать щитом все атаки противника. Подмечал каждый обманный манёвр.

Вокруг собрались немногочисленные болельщики: дракониды Люциус с Шиманом. Наш будущий тренер сидел чуть в стороне. Им был шанир-кот с белоснежной полосатой шерстью. Вспомнив уроки Миато, я могла сравнить его с тигром.

Мы подошли ближе, и в этот момент рыцарь пропустил несколько ударов Ниши и попытался отступить на три шага назад. И та, не теряя инициативы, стремительно рванула вперёд и подставила противнику подножку.

— Сдаюсь! — прохрипел знакомый мне голос.

— В сражении от обороны нет смысла, Коха, — строго сказала Ниши, не став подавать сестре руку помощи. Лишь презрительно сузила глаза и отошла подальше.

— Если ты выдыхаешься быстрее врага, — продолжила старшая дочь короля. — Тебя этому не научили на Компиталисе?

— Учили, — ответила поверженный рыцарь, с трудом поднимаясь с земли.

— Но ты не освоила, — фыркнула Ниши. — Просто впустую потратила время, как обычно.

— Я не потратила его впустую, — Коха полностью поднялась на ноги и сняла шлем. Выглядела она несчастной. Мало кому приятно проигрывать. Да и слушать нотации — тоже.

— Если недостаточно улучшила свои навыки, значит, потратила время впустую, — Ниши вернула копьё на стойку. — Дело твоё, как потратить твою жизнь. Перестань заниматься ерундой.

— Я не занимаюсь ерундой! — воскликнула Коха. — Я трачу на тренировки каждый день, подаренный мне Богом Света! Я не просто учусь, а принимаю знания. Я улучшила свои навыки! Ведь ты тоже растёшь.

— Что ты этим хочешь сказать? — Ниши подошла к ней впритык. Старшая сестра превосходила Коху не только в навыках, но и росте.

— Пока ты развиваешься, мне никогда тебя не победить, — ответила Коха.

— Если ты так думаешь, сложи оружие, — отчеканила первая дочь короля. — И больше не возвращайся к сражениям. Не бросай мне вызов.

Не дав ответить, она развернулась и, игнорируя остальных собравшихся, покинула тренировочное поле.

— А вот хрен тебе, — тихо сказала Коха, сплюнув на землю.

Шанир снежный тигр громко кашлянул и хлопнул в ладоши.

— Что ж, это была хорошая дуэль, — громко сказал он. — Твои ошибки, Коха, мы разберём позднее, а сейчас самое время отчитать опоздавших и, наконец, заняться важным делом.

— Мы были в больнице, — попытался оправдаться Леос, но тренер резко показал в сторону драконид и скомандовал:

— Стройся!

Разумеется, мы выполнили его приказ.

— Значит так, юные воины. Меня зовут инструктор Сирай. И с текущего дня вы будете приходить на занятия вовремя и готовыми к бою! Ясно изъясняюсь?!

— Да, инструктор! — разом крикнули дракониды, а мы с Леосом только повторили невпопад.

— Не чую слаженной работы, бойцы! — Сирай крикнул громче.

— Да, инструктор! — повторили мы. На этот раз почти одновременно.

— Вот и славно. Разминаться умеете!?

— Да, инструктор! — вновь разом отметили мы.

— Приступайте!

Ещё с уроков хранителя я помнила о важности разминки и выполняла её со всей ответственностью. Не хотелось бы повредить мышцы в первый же день.

— И не думайте, что я забыл про наказание, — Сирай больше не кричал, но строгость тона никуда не делась. — Узнаете о нём, когда мы закончим первый день тренировки.

— Да, инструктор! — ответила я. Единственная.

— А ты мне нравишься, как там тебя…

— Менриалина! — с готовностью ответила я. Не забыв про реверанс.

— Ты мне тут давай без вот этих штучек, — сказал инструктор. — Мы тут не этикетом заниматься пришли, а делать из вас настоящих бойцов. Чтобы отцы вами гордились. Леос, вот скажи. Ты хочешь, чтобы отец гордился тобой!?

На мгновение на лице Леоса пробежала тень, а глаза будто сверкнули.

— Мой отец давным-давно мёртв, — ушёл он от прямого ответа.

— Ну что ж, значит, будет гордиться тобой с небес, — инструктора ничуть не смутило это известие.

— Я вот точно хочу, чтобы отец мной гордился, — признался Люциус. — Ради этого я сюда и прибыл!

— Я тоже, — согласилась я, представив улыбку отца. Представив, как он обнимает меня и хвалит за успехи.

— Вижу, вы готовы, — заметил инструктор. — Выбирайте оружие и поделитесь на пары. Посмотрим, на что вы способны.

Люциус выбрал в соперники Леоса, а тому, похоже, было безразлично. Напротив меня встал ящер Шиман с короткими деревянными клинками. Я взяла более привычный мне меч подлиннее.

— Менри… — начал Сирай, но запнулся и закашлялся, — Как тебя покороче? Лина, Алина?

Действительно. А как моё имя могло звучать короче? Я поймала себя на мысли, что никогда не задумывалась об этом.

— Менра, — ответил за меня Шиман.

На мгновение я представила его взрослее. С глубоким шрамом на правой половине ящеровидного лица. И с ехидной ухмылкой. Но видение растворилось так же быстро, как пришло.

— Мне нравится! — кивнул инструктор и скомандовал:

— Менра, Шиман, начинайте бой по готовности. Сильно не калечить! Когда исход очевиден, останавливайте бой.

Шиман не стремился атаковать первым. Он начал оценивать мои действия и двигаться вокруг, а я, в свою очередь, старалась следить за ним. Было непросто. Новобранцы Компиталиса быстрее рвались в бой, а этот драконид, напротив, выжидал. И сверлил меня взглядом. И от этого сердце билось сильнее.

Наконец, я решилась атаковать. Шиман легко отбил атаку и хотел стремительно контратаковать вторым клинком, но длина не позволила меня задеть. Прыжок назад, удар по клинку противника, отклонение второго клинка и…

Шиман резко развернулся, ударив меня по ногам хвостом. От неожиданности я потеряла равновесие, но не самообладание. Я перекатилась от него в сторону и как можно быстрее вскочила на ноги.

Однако и драконид не терял времени зря: его меч уже упирался в мой живот. Бой был окончен.

— Отлично, хорошая работа, Шиман, — похлопал в ладони Сирай.

— Хвостом нечестно! — попыталась возмутиться я.

— Скажешь это демонам в настоящем бою, — усмехнулся инструктор. — Леос и Люциус, начинайте.

Инструктор был прав. И я понимала, что выходка Шимана должна была меня чему-то научить. Это полезный урок. Но как же обидно проиграть в первом же бою!

— Честно говоря, я мало что умею, — признался Леос. — Могу просто сдаться.

— Вот прямо так врагу и скажешь перед смертью, — инструктор был непреклонен. — Начинайте!

У Люциуса хвост отсутствовал, но его рост и длина рук значительно превышала параметры противника. К тому же Леос действительно показывал себя крайне неумело. Еле двигался, а под конец дуэли и вовсе лишился меча и моментально сдался.

— Н-да, с тобой придётся хорошо постараться, — цокнул языком Сирай. — Теперь будут сражаться победители.

Два брата встали друг напротив друга, и на этот раз Шиман не стал дожидаться атаки брата. Он первым рванул в бой, пытаясь запутать Люциуса своими выпадами и атаковать хвостом, как меня. Однако его противник, похоже, хорошо знал уловки Шимана и очень ловко отбивал выпады хвоста голой рукой, не забывая и про клинки.

Сам Люциус не стремился атаковать, выбрав тактику Кохи.

— А он хорош, — заметила она, оказавшись за моей спиной, отчего я вздрогнула. Совсем забыла о присутствии дочери короля на полигоне.

— А? — только и спросила я.

— Он сражается от обороны, по моей тактике, причём все удары парирует, — сказала она. — Хвост без щита отражает, это должно быть больно, а по нему и не скажешь. Наверное, Шиман ещё молод и не сильно бьёт.

— Мне так не показалось, — проворчала я.

— Так ты лёгкая, а Люциус — нет. К тому же он не совершает лишних движений, не мельтешит. В этом одна из моих ошибок.

Шиман в очередной раз сделал выпад в сторону брата, но тот не стал парировать удар. Лишь отошёл чуть в сторону и ударил мечом по пальцам левой руки Шимана, заставив того выронить оружие. А следующим точным движением свободной рукой схватил брата за запястье и подставил свой меч к его шее. Бой был окончен.

— Беда Шимана в том, что старший брат хорошо знает все его движения, — сказала Коха. — Шиману никогда его не победить.

Коха явно пыталась внутренне сравнить братьев драконид с собой и старшей сестрой.

— Менра и Леос, — скомандовал Сирай.

И мы послушно встали друг напротив друга. Одинаковое оружие, небольшая разница в росте. Наш бой тоже мог бы стать интересным, если бы навыки этого парня не были так плохи. Он не смог нормально отразить ни одного моего удара. И проиграл так же стремительно, как и Люциусу.

Я не могла представить себе настолько слабого противника.

— Что ж, ожидаемо, — прокомментировал наш бой инструктор. — Думаю, на первый день достаточно. Можете отдыхать, а завтра приступим к нормальным тренировкам, я как раз доделаю планы.

— То есть мы можем идти? — уточнил Леос.

— Нет, вот дракониды могут идти! — возразил инструктор. — А вы, опоздавшие, десять кругов вокруг полигона!

27. Тетрадь

Тренировка закончилась полным отсутствием сил и желания двигаться. А необходимость была. Ночевать на полигоне не хотелось, да и следовало проведать Менриэль перед сном.

Леос, наоборот, вовсе не устал. Скорее всего халтурил, пока я выполняла указания инструктора. Впрочем, ему же хуже. Продуктивность наших тренировок зависела исключительно от нас.

— Проводить тебя? — предложил он.

Я молча согласилась и направилась за ним. На этот раз ученик Гедеона не был столь разговорчив. И хорошо: меня снова одолевали видения. То ли от усталости, то ли по иной причине, я никак не могла собрать мысли воедино, как он посоветовал утром.

Правда, на этот раз стражники из видений отличались полупрозрачностью, что помогало не замечать их.

— Сходим в темницу? — внезапно подал голос мой проводник.

— Нет! — воскликнула я, удивившись предложению.

— Как хочешь, — ухмыльнулся он.

Но его слова как будто помогли прийти в себя. Видения отступили, а коридор стал заметно чётче.

— Никогда не думала о таком сокращении своего имени, — молчание начинало становиться совсем уж неловким.

— Действительно? А, по-моему, это очевидное сокращение. У тебя редкое имя! Видимо, родители поклонники древних.

— Каких ещё древних?

— Существ, которые были до нас всех, — пояснил Леос. — Теперь от них только руины.

— Мне о них не рассказывали, — пожала плечами я. — И что же значит моё имя?

— Я не знаю, это учитель копаться в этом всём любит. Мне больше нравится быть здесь и сейчас.

— Но на знаниях предшественников могут базироваться наши.

— Где-то я уже это слышал, — усмехнулся он.

Впереди показалась дверь в мою комнату, и я ускорила шаг. Не потому что его компания была неприятной. Просто хотелось побыстрее переодеться.

— Тебя подождать? — предложил Леос.

Я с недоумением обернулась на него.

— Ты же собираешься навестить своего хранителя. Сама-то дойдёшь?

— А, да, пожалуйста! — кивнула я, улыбнувшись. Его помощь пришлась бы кстати.

Как и утром, Леос остался ждать снаружи, пока я переодевалась в более подходящие для прогулки по замку одежды. Благо нарядов оказалось более чем достаточно. И каким образом Менриэль смогла дотащить всё это в одиночку?

— Сейчас ты быстрее, — заметил Леос, когда я вернулась к нему.

— Платье очень удобное, — мой выбор пал на нефритовые одеяния с не слишком пышной, скорее строгой юбкой, украшенной тёмной вышивкой. Подумала, что обитателям замка понравится увидеть меня такой.

Леос хмыкнул и направился дальше через коридоры.

— Через пару месяцев праздник чистого огня, — заметил он. — Шанирам понравится, если выйдешь в нём.

— А что за праздник?

— Одна из местных традиций. Люди собирают всякий хлам из домов в большую кучу, иногда собирают чучела из подручных материалов, и сжигают всё это. Пляшут, танцуют, едят мясо в тесте.

— Звучит странно, — призналась я. — Не помню такого праздника на Компиталисе.

— Возможно, осталось что-то от прежней веры шанир, — пожал плечами Леос. — Старые традиции сложно выкорчевать, как бы ты ни старался. Они так верят, что сжигают свои грехи.

— Вспомнила! — воскликнула я. — Куркулы Ярсона прыгают через костёр, чтобы очиститься!

— Я слышал об этом. Но как по мне, лучше не грешить, чем прыгать через огонь.

«Очистил бы огонь мои способности ясновидящей?» — подумала я про себя.

— Оставлю тебя тут, — вдруг сказал Леос, когда мы подошли к развилке двух коридоров. — Уж очень хочется кушать. Тебе прямо, там не ошибёшься.

Оставаться одной не хотелось. Но ещё хуже было ударить в грязь лицом. Кто вообще мог заблудиться в прямом коридоре?

Я помахала рукой на прощание и отправилась дальше одна. Вскоре привычные нефритовые коридоры сменились плиточными больничными. А вот и показалась первая дверь. Я забыла, сколько дверей мы прошли с утра, и заглянула внутрь. Пусто. Пустовали и следующие пять. А в шестой лежала она.

— Как твоя тренировка? — просила Менриэль, когда я подошла к ней.

— Тяжело, — призналась я. — Инструктор строгий.

— Хорошо, что строгий, — улыбнулась ангел и села на кровать, подложив под спину подушку. — А мне тут ещё пару дней отлежаться надо.

— С тобой всё хорошо? — спросила я. Вид хранителя внушал опасения за её здоровье. Лицо, бледное даже для ангела, можно было спутать с бумагой.

— Просто сильное переутомление, — отмахнулась она. — Такое случается, когда берёшься сразу за много дел и не даёшь себе расслабиться.

Я кивала, но понимала, что её состояние было вызвано мной. Интересно, что она чувствовала в тот момент, когда я наблюдала то видение. Тошнило ли её, как меня? Испытывала ли она отвращение? Или просто провалилась в пустоту. Я хотела узнать подробнее, но расспросить её означало попасть под лишние подозрения.

— Ты знаешь, что занятия будут через день? — уточнила ангел, решив сменить тему. Даже в таком состоянии она продолжала заботиться обо мне.

— Да, заниматься так каждый день было бы жестоко.

— Если инструктор захочет, он может сделать занятия ещё реже. Но и без него тебе будет чем заняться. Король Ариан заходил.

От упоминания короля сердце начало колотиться сильнее. Конечно, я была уверена, что он не раскрыл мой секрет, но…

— Тебя будут обучать магии, я дала своё согласие.

Точно. Он же обещал найти мне учителя.

— А ты? — уточнила я. — Ты же хорошо меня обучала!

— Я буду помогать, если что-то будет не получаться, но, похоже, король хочет занять меня очень важным делом. И как бы я ни хотела отказаться, мне придётся ему помочь.

— Понятно… — я невольно посмотрела в пол. За годы жизни Менриэль стала ближе, чем кто-либо. Даже помня о разговоре с Вереном, тяжело было представить, что Менриэль не будет рядом со мной так часто.

— Не переживай, я всё ещё буду недалеко, — улыбнулась она. — Но король прав. Тебе стоит научиться быть самостоятельнее, а не всюду полагаться на меня.

— Да тебе самой нужна поддержка, — я решила подшутить над ангелом. Уж очень серьёзное лицо состроила Менриэль.

— Это ещё почему? — усмехнулась она.

— Кто сейчас валяется в кровати? — я тоже улыбнулась. От поднявшегося настроения ангела на душе стало теплее.

Ангел громко рассмеялась. Мне даже показалось, будто её лицо порозовело. Цель достигнута.

— Ну раз уж ты такая самостоятельная, то легко найдёшь путь до своих покоев и ляжешь спать вовремя! — сказала она, отсмеявшись.

— А вот так и сделаю! — согласие на пари далось поспешно, но отступать вовсе не хотелось.

— В таком случае, молодая госпожа, Менриалина… У вас есть полчаса, чтобы найти свою комнату, — Менриэль чуть ли не смеялась, произнося эту фразу.

— Так мало! — воскликнула я.

— Не так уж она и далеко.

— Ладно, ладно! — я поднялась и собралась уходить. Тем более что цель-то была достигнута. Менриэль в порядке. Насколько возможно.

Выйдя за дверь, я столкнулась с рыжей шаниром-лисицей. Или она столкнулась со мной?

Лисица прошипела ругательство и, продемонстрировав мне оскорбительный жест, продолжила путь.

Конечно, хотелось ответить, но… подходящих слов не нашлось, да и ни к чему было ссориться в чужом доме. Вдруг она была кем-то важным?

Я сделала шаг вперёд и задела ногой книжку в коричневом кожаном переплёте. Похоже, шанир обронила её и не заметила, пока оскорбляла меня. Подняв находку, я быстро пролистала её.

Книжка больше всего напоминала тетрадь. Внутри чёрными чернилами шанир вела записи довольно ужасным почерком. Я не могла разобрать ни слова, хоть и неплохо изучила местную письменность. Но в этих каракулях мог бы разобраться разве что старик Сапифат. Впрочем, раз лисица так торопилась, наверное, они её не волновали.

Я ехидно улыбнулась и, прихватив с собой находку, направилась прямо по коридору. Миновав все бесполезные для меня двери, я довольно легко нашла проход в гостевую часть замка. Ещё бы, кто мог бы заблудиться по прямой?

— А, э… — вырвалось из меня, на первой же развилке. Впрочем, память подсказывала мне направление, куда уходил Леос, а значит, мой путь находился в противоположной стороне. Вот только через несколько метров меня ожидала очередная развилка.

— Тебе туда, — подсказал чудом встретившийся стражник.

Не забыв поблагодарить, я поторопилась дальше. Наконец, передо мной показалась заветная дверь. Распахнув её, я влетела в свою комнату и… столкнулась второй раз за день, на этот раз с Шиманом, стоящим спиной ко мне.

— Тебе дальше по коридору. Третья дверь после этой, — спокойно заметил Люциус, пока я не начала возмущаться.

Я замерла, осмотрелась и, не заметив ни одного знакомого предмета мебели, молча покинула их покои. Так же молча я, наконец, добралась до своего жилища и выдохнула только когда дверь закрылась.

— Какой позор! — только и воскликнула я. И, на всякий случай, осмотрелась. Всё было на месте. Зеркало висело над комодом с парой книг и отражало моё красное от стыда лицо. На полу лежали так и не убранные куски масок. И я, сидящая на кровати и читающая тетрадь.

Стоп… Я протёрла глаза, но продолжила видеть саму себя. Несколько выше ростом, но в том самом платье, что было на мне сейчас. Другая я подняла глаза, оторвавшись от чтения тетради, и произнесла:

— Она очень важна. Изучи язык аджирас.

28. Магия энергии

На следующее утро у моих дверей ожидала низкорослая, по сравнению с другими, шанир-чёрная кошка, облачённая в свободную тёмно-зелёную мантию. В руках у неё был посох, а на лице — гримаса потерянного терпения.

— Идём, — сразу сказала она, не дожидаясь приветствия с моей стороны.

— Но я… — конечно, хотелось возразить. Сегодня день был свободен от тренировок, и мои планы включали посещение Менриэль и попытки изучить замок получше, чтобы не полагаться на случайных проводников.

— Идём! — тон гостьи стал строже. Она явно не стала бы терпеть возражений.

Скорее всего, она и была тем учителем магии, о котором говорил мне король. И, похоже, шанир не была настроена на моё обучение.

Мысленно я попыталась вспомнить всё то, о чём рассказывали Миато и Менриэль. Рассказывали немало, но применить их знания на практике не представлялось мне возможным.

Судя по направлению, шли мы на полигон, где вчера тренировались. От накопившейся неловкости я немного покашляла, но проводник никак не отреагировала. Только дёрнула кошачьим ухом.

— Ангел-хранитель обрисовала твой уровень, — наконец шанир подала голос, когда мы почти подошли к месту обучения, — поэтому сразу перейдём к практике.

Невольно я почувствовала лёгкую злость по отношению к ней. Вела себя учитель грубо. Ни представилась, ни поздоровалась. Даже не рассказала, чем именно мы будем заниматься.

— Становись туда, — шанир показала посохом в центр площадки, — и показывай.

— Показывать что? — уточнила я.

— Что-нибудь, — пожала плечами кошка. Хотелось показать язык. Её голос так и веял надменностью, — вспомни, чему тебя учила хранитель.

Я попыталась сосредоточиться. Нащупать энергию внутри себя. Однако нащупала лишь укол от учителя:

— Тужиться в туалете будешь, а тут надо работать.

Я выставила руку вперёд и попыталась просто высвободить энергию. Как сама чувствовала. Конечно, ничего не получалось. А ведь та же Менриэль или Аньяри так просто управляли своим волшебством!

— Махать руками тоже бесполезно, — в голосе учителя чувствовалась насмешка. Хотя, каким она была учителем. Скорее просто издевалась надо мной.

— Не получается, — пожаловалась я вслух.

— А что ты хотела сделать?

Действительно. А чего я хотела? Просто выпустить энергию куда-то? Менриэль управляла лучами света, но я не могла их здесь даже увидеть. Миато позволяла ранам быстрее затягиваться, но раненых тут не было. Аньяри… а что вообще делала Аньяри?

— Ну и долго будем думать? — Шанир продолжала насмехаться. — Может, стоит вернуться за книжки?

Аньяри поджигала врагов или, наоборот, охлаждая всё вокруг, создавала зиму. Может, мне удалось бы поджечь один из манекенов? Некоторым магам нужны были особые заклинания для их активации. Но почему Менриэль не акцентировала на этом внимание? Да и руну получилось использовать без слов.

— Я-то думала, будет весело, но похоже, у тебя нет никакой одарённости, — пожала плечами шанир, — ты — просто бездарность!

От её слов буквально вскипела кровь. Как я могла быть бездарностью?! Что она себе позволяет?! Я видела то, что ей и не снилось. Меня учила сама Архангел. Я дочь предводителя Компиталиса!

Я открыла глаза и с силой сжала кулаки, грозно посмотрев в сторону обидчицы. Сначала даже не обратила внимания на лёгкие покалывания на руках.

— О, принцесса, наконец, показала зубки, — кошка оскалилась и указала на меня посохом. — Твоя одарённость — электричество. Это занятно.

Я посмотрела на руки и заметила несколько маленьких молний, пробежавших по ним перед тем как исчезнуть.

— Теперь-то тебя можно допустить к практическим занятиям, — довольно сказала шанир. — Но лучше не позволять другим так просто выводить себя на эмоции.

Так всё её поведение было спектаклем? Она специально выводила меня из себя, чтобы увидеть… это?

— Как ты уже должна знать, маги могут обучиться какой угодно «школе» магии, однако лучше учитывать предрасположенность ученика. Тем более, что использовать энергию не так просто, даже если ты много раз видела её применение.

Учитель стукнула посохом о землю, и в ней образовалась трещина. Затем взмахнула им, очертив огненный круг в воздухе, и выстрелила из руки молнией в манекен. Зрелище должно было меня впечатлить, но пока что трюки Менриэль или волшебство Аньяри впечатляли побольше. Тем не менее я попыталась выразить восторг как могла.

— Тебе должны были рассказать, как магия взаимодействует с окружающим миром.

— Что я не могу развести огонь в реке?

— Именно. И ты должна всегда помнить это. Для своей же безопасности. Учитывая твою одарённость — особенно. Например, не стоит стрелять молниями во все стороны, пока стоишь в воде.

Казалось, она говорит очевидные вещи. Но, признаться, я никогда не думала о них раньше.

— Кроме того, электричество кажется непредсказуемым. Поначалу, конечно. И поэтому особенно важно понимать, что именно ты хочешь сделать.

Учитель направила руку на манекены, и сначала ничего не произошло. Но вдруг из неё выстрелил разряд молнии, ударив их по очереди. Затем молния вернулась в навершие посоха шанира, не причинив ему вреда. Древесина, из которой манекены в основном состояли, раскололась и треснула, а тлеющая солома разлетелась в разные стороны.

— Если бы я не вернула молнию себе, кто-то мог пострадать, — сказала учитель. — Попробуй повторить мои действия. Как ты сама себе это представляешь. Помни, что ты должна управлять движением электричества. Не стоит бросать всё на самотёк.

— У меня для этого нет посоха, — заметила я.

— Для базовых тренировок посох и не нужен, — пожала плечами шанир.

Я решила, что принимать молнию рукой страшновато.

— Не волнуйся, я слежу за твоими действиями, — решила подбодрить меня учитель. — Ничего плохого не произойдёт.

Не происходило, впрочем, вообще ничего. Как бы я ни напрягала голову, руки отказывались выпускать даже искру.

— Не понимаю, как мне… повторить, — пожаловалась я.

— Что именно ты не можешь повторить?

— Я не могу создать… молнию.

— А тебе и не надо создавать молнию! — учитель нахмурилась.

А что от меня требовалось? Выпустить заряд чистой энергии? Нет, это не могло помочь. Да и заряжать было нечего.

— Напомню, что я пускала молнию из руки, — подсказала учитель.

— Мне нужно… зарядить… — предположила я и решила сразу проверить своё предположение. Похоже, учитель хотела, чтобы я накопила заряд в одной из рук. Например, в левой.

Я сжала кулак и напрягала его. Представила, как энергия течёт к нему и накапливается. Я сильно нахмурилась, но не закрывала глаза. Как можно попасть в цель, если не видишь её?

Вскоре стало заметно, как микроскопические пылинки притягиваются к кулаку, а сама рука начала непроизвольно дрожать. Либо мне казалось, либо я почувствовала в центре сбора энергии тепло.

Учитель молчала, а когда мне показалось, что энергии достаточно, я разжала кулак и выставила руку в сторону манекена!

Однако вместо молнии вылетело лишь несколько искр, устремившись к посоху шанира.

— Почему они направляются к моей палке? — спросила шанир.

— Палке? — удивилась я вслух, не сдержавшись.

— Ну да, палке.

— Я думала, это посох…

— Любая палка может стать посохом, если потребуется. Эта неплохо сгодилась для сегодняшнего обучения.

— Звучит как-то…

— Ну, не любая палка может стать хорошим посохом! — поспешила успокоить меня шанир, видя как рушатся мои представления о могучих волшебниках с редкими артефактами и уникальными посохами в руках.

— Так почему твои искры направились к посоху? — спросила учитель.

Идей не было. Потому что он ближе? Потому что деревянный? Потому что она что-то сделала?

— Потому что вы что-то сделали? — высказала я последнее предположение, но шанир отрицательно покачала головой.

— Потому что его потенциал выше всего вокруг, — ответила шанир.

— Он сработал как громоотвод? — догадалась я.

— Скорее энергоотвод. Хм… искроотвод? То, что ты сделала — слабо похоже на молнию. Впрочем, так или иначе, теперь ты должна сделать так, чтобы этого не произошло. Направить магию туда, куда нужно тебе.

— Но это же нарушит законы природы?

— Не нарушит, — возразила шанир. — Мир стремится к равновесию, а молния это течение электронов. Ты притянула множество этих частиц к своей руке, однако откуда ты их забирала?

Я не нашла ответа.

— Тем временем, я поделилась с тобой электронами из моего посоха и они, скажем, очень захотели вернуться. И поэтому твои… искры направились к посоху. Ты ведь знаешь про электроны?

— Знаю, — я снова нахмурилась. Знания о строении атома никак не помогали понять, как именно забрать электроны из нужного мне места.

— Держи! — учитель бросила мне флакон. Конечно, я не сумела его поймать. Благо он не разбился от удара о землю.

Открыв, я обнаружила белую мазь.

— Смажь руки, чтобы не обжечься, — посоветовала она. — И будь увереннее. Настрой очень важен для волшебства. Твоё самоощущение — вообще одна из самых важных частей волшебства.

— Как когда я разозлилась?

— Верно. Тяжело хорошо исцелять раны, если ты в апатии. Магия будет работать, но значительно слабее. Поэтому давай больше уверенности, даже если ничего не получается.

— Тяжело быть уверенной… в этом, — я описала руками круг, но и без этого моего пояснения было достаточно.

— Понимаю, но тебе придётся научиться использовать магию так, словно это дыхание. По-другому никак. Думай о ней как о врождённой способности использовать законы природы себе на благо.

— Я не создаю… — проговорила я и посмотрела на ладонь в защитной мази.

— Именно. Ты взаимодействуешь с природой.

Учитель вскинула руки вперёд и создала маленький шар из молний. Он провисел в воздухе несколько секунд перед тем, как шанир ударила посохом и создала небольшую земляную стену, поглотившую шар.

— Магия поля может быть легко нейтрализована землёй, поднятой магией давления или гравитации, — продолжила говорить волшебница. — Впрочем, в некоторых мирах волшебство всё ещё подразделяют на стихии. Однако такое деление может наложить ограничения на дальнейшее обучение.

Учитель строго посмотрела в мою сторону и попросила:

— Создай ещё искр.

— Угу! — я с готовностью кивнула.

Со второго раза получилось лучше, и рука так сильно не грелась. Но, увы, направление моя маленькая молния так и не изменила.

— Когда-нибудь познаешь магию температур, и мазь станет не такой полезной, — сказала шанир после очередной неудачи. — Ещё есть магия синтеза, вообще, ко многим явлениям можно приставить слово магия, если с их помощью творить полезные вещи.

— А свет это… — я хотела блеснуть знаниями, но учитель перебила:

— А вот про магию света лучше забыть.

29. Глубины и ярусы

До праздника Чистого огня я в основном училась практике, а не теории. Менриэль всё чаще пропадала в городе, оставляя меня на попечение учителя магии и мастера боевых искусств.

С магией прогресс шёл значительно быстрее. Сирай может был хорошим воином и учителем, но уделял время в основном Люциусу. И немного Шиману. Казалось, будто он совсем не верил в способности Леоса, как и в мои.

Конечно, я сражалась, но в основном с Леосом, который и вовсе не умел держать меч в руках. Только пытался отшучиваться, совсем не относясь к занятиям серьёзно.

— Сегодня ты двигаешься быстрее, — заметил он, в очередной раз пропустив очевидный удар.

— Скорее, это ты стал лениться больше, — ответила я.

— Всё, хватит! — скомандовал Сирай окончание тренировки. — Увидимся через три дня. Праздник завтра, вы понимаете.

Довольный своими результатами Люциус вернул тренировочный меч на положенное место и, махнув Шиману, приблизился к нам:

— Не хотите прогуляться? — неожиданно предложил он.

Я кивнула. По урокам магии также образовался перерыв, а Менриэль могла отсутствовать до вечера.

— Неплохая идея! — согласился и Леос. — Я как раз знаю, где можно покушать.

Ему лишь бы брюхо набить. А нам — гадать, как он до сих пор не потолстел. В последние дни мы часто выбирались из дворца. В городе никому из нас ничего не угрожало, и потому взрослые спокойно выпускали меня с новыми друзьями в сопровождении лишь пары стражников.

— Похоже, ты знаешь все местные кабаки, — усмехнулся Люциус. — Но я хотел бы спуститься пониже, посмотреть, что там. Внизу.

— Там тоже есть куда сходить, — согласился Леос.

— Не слишком далеко? — засомневался Шиман, но Люциус был непреклонен в своём предложении:

— Что мы скажем на родине? Были в столице Сиприна и толком её не осмотрели?

Я соглашалась с его идеями каждый раз. Сидеть в четырёх скучных стенах означало закапываться глубоко в свои мысли. И ненароком вызывать видения. А в компании друзей они приходили крайне редко.

Мы договорились собраться в центральном зале, когда все подготовятся, и разошлись по своим комнатам. И на этот раз я оказалась быстрее остальных. Не стала выбирать пышные наряды, скорее более практичную одежду для долгих прогулок. Шаниры почти не обращали внимания на наше происхождение. То ли от безразличия, то ли от незнания, кто находится рядом с ними.

Когда я вошла в тронный зал, король Сиприна, похоже, уже некоторое время принимал жителей королевства, выслушивая их хвальбы, просьбы и пожелания. В основном просьбы.

— Его нет уже месяц, — продолжала говорить пожилая шанир-кошка робким голосом, прерываемым плачем.

— Я отдам распоряжение страже прочесать нижние ярусы, — терпеливо ответил король. — Вашим сыном уже занимаются. Иногда такое случается в нашем городе, но шаниры всегда возвращаются домой.

— Ваше величество, — не унималась горожанка. — Я уважаю вас и весь род Ариан и всё королевство Сиприн. Но…

Она осеклась, но король махнул рукой, приказывая продолжать.

В этот момент ко мне подошли друзья, и мы покинули дворец. Конечно, за нами увязались двое стражников, держась на умеренном расстоянии.

— О чём говорила та старуха? — спросил Леос, когда мы направились к спуску на нижние ярусы.

— У неё сын пропал, — ответила я, нахмурившись. — Да и вообще, разве она старуха?

— Конечно старуха, шерсть же вся седая почти.

— А мне показалось, будто просто белёсая.

— И в речи существуют артефакты, свойственные старикам, — заметил Леос. — Руки тряслись, тоже признаки старости.

— Вот это ты подмечаешь, а финты Шимана заметить не можешь, — усмехнулся Люциус.

— Это потому что я быстрее! — похвалил себя младший драконид.

— Он хороший боец, — пожал плечами ученик Гедеона, — у меня плохо получается сражаться на мечах.

— Может, тебе поменять оружие? — предложил Люци.

Он беспокоился обо всех нас. Старался опекать, будто был родным старшим братом.

— Рано или поздно у меня получится, — улыбнулся Леос в ответ.

Мы проходили мимо храма духов предков шанир. Один из немногих, который сохранили ангелы. Он был скорее культурным, а не религиозным объектом. Слуги Света не одобряли многобожие, но уважительно относились к чужому труду. На колоннах, вырезанных из скалы, скульпторы изобразили четыре фигуры, обобщающие образы самых многочисленных групп предков. Дух советующий, дух вопрошающий, дух наблюдатель. И мстительный дух.

— Забавно лыбится, — прокомментировал Леос последнего.

— Вообще-то он скалится, это же мститель, — возразил Люциус. — Его погубила большая несправедливость, и он не может успокоиться, пока не отомстит.

— А он вряд ли отомстит, — ученик придворного врача подошёл ближе. — Не хотите зайти внутрь?

— Не, что-то не хочется, — Шиман хотел отказаться, но Люциус уже пошёл ко входу.

Тяжёлая деревянная дверь заскрипела так, будто хотела прогнать любого посетителя, но не могла противиться тяге старшего драконида к исследованиям. Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь парой лампад. Складывалось ощущение, будто что-то вытягивает свет из пустой комнаты. Не удивительно, что ангелы протестовали против поклонения духам в таких местах.

В центре сидела фигура шанира, а справа от неё лежал длинный деревянный посох. Шанир вздохнула и обернулась. На мгновение мне показалось, будто из её глаз шло бирюзовое пламя.

— Не часто тут увидишь посетителей, — послышался голос моего учителя магии. — Обычно я могу здесь побыть одна.

— Прошу прощения, не хотели вас тревожить! — Люциус поклонился. — Я страшно любопытен до культуры шанир. Не мог не зайти.

— Что ж, ты здесь, драконид. Что скажешь?

— Здесь холодно, — пожаловался Шиман.

— Здесь темно, — ответил Люциус. — Похоже, что постройку целиком вырезали из скалы. Удивительно, как удалось добиться таких ровных стен, учитывая разницу пород. Я вижу здесь даже часть драгоценного месторождения.

— Верно подметил, — учитель улыбнулась.

— А как удаётся достичь эффекта тьмы? Освещение же присутствует.

— Если я раскрою все тайны сейчас, станет не так интересно.

Учитель поднялась и подошла к нам.

— Возможно, юной дочери Алексия удастся тебе в этом помочь.

— Скорее всего, что-то преломляет свет или источник не даёт достаточно излучения, — предположила я.

— Или среди нас есть духи, — таинственно улыбнулась учитель.

— В таком случае, это духи голода, — пожаловался Леос. — Я уже жалею, что предложил зайти.

— Ладно, можно заскочить на обратном пути, — Люциус сдался на удивление легко. Видимо, чувствовал себя неудобно, помешав моему учителю.

— Недалеко есть неплохое заведение, — заметила та. — Но оно в глубинах этого яруса.

«Глубины» звучало страшно для Шимана, но привлекательно для Люциуса.

Строение города издалека напоминало воронку, и обычно мы могли посещать лишь её светлую часть. Стражники отреагировали недовольством, когда старший драконид захотел попасть на улицы в недрах скал. В прошлом все они были шахтами, а когда эльфы и шаниры достаточно хорошо их осваивали и углублялись в недра мира, становились похожи на обычные городские улицы. Но в основном оставались полупустыми из-за отсутствия дневного света. Жители старались находиться ближе к центральной части города, да и большинство мест работы находились именно там, а не в глубинах.

— Всегда интересовало устройство ваших городов, — признался Люциус. Похоже, его слабо интересовало мнение нашей охраны.

— Не оставляем ничего просто так, — сказала учитель, направившись к выходу.

Стоило увидеть глубины впервые, и я не смогла бы придумать иного названия. Извилистые узкие тоннели с множеством дверей и номеров зданий. Здешние жили в не очень просторных помещениях. Атмосфера давила. Казалось, будто сейчас стены сомкнутся и от нашей группы не останется и мокрого места. Как можно было жить в таких условиях?

Вскоре тоннель расширился, и мы вошли в просторную пещеру, больше похожую на площадь. Здесь не было обычных для пещер сталактитов и сталагмитов, зато повсюду сидели эльфы-оборванцы и редкие торговцы.

— Думал, у вас не бывает нищих, — сказал Люциус.

— Не было до послабления рабовладения, — ответила учитель. — А теперь многим бывшим рабам просто некуда идти. Прежним хозяевам они не нужны, а новую работу не так просто найти, если ты эльф. Но так не везде.

— Разве им не должны помочь с устройством? — удивился старший драконид. — Конечно, рабовладение есть и в моём мире, однако…

— Тогда ты должен понимать, от каких рабов в первую очередь избавились, когда вышел указ об их сокращении.

— От самых бесполезных, — сразу пояснил Леос. — От бунтарей, больных, слабых и глупых. А кому нужны такие работники?

— Похоже, что кому-то нужны, — Шиман указал на листовку недалеко от нас. Стражники позади недовольно кашлянули.

— Вам есть что сказать? — строго спросила учитель.

— Нет, миледи! — сразу ответили сопровождающие.

Листовка гласила о наборе бывших рабов на работу. Гарантировали высокую оплату и хорошие условия труда. Однако здешние бродяги не сильно торопились обращаться по адресу в объявлении. Двадцатый ярус, глубины тринадцать, дом сто пять. Ничего не значащие для меня числа. Я даже не знала номера этих глубин.

Вскоре мы остановились у места назначения. Кабак «Подземный червяк» распахнул перед нами двери.

— Мне как обычно, а детишкам сока себри, — крикнула учитель владельцу.

Внутри я увидела несколько шанир и эльфов, тихо сидящих по разным углам заведения. Прямо у стойки спиной к нам сидела ещё одна шанир в плаще.

— Вообще-то я уже взрослый — усмехнулся Люциус.

— Уверен? — строго спросила учитель.

— Абсолютно.

— Тогда ему то же, что и мне! — изменила заказ волшебница.

Заказ принёс стройный эльф с зелёными волосами.

— Не знала, что ты тут подрабатываешь, — заметила наш проводник.

— Спасибо указу о свободе, — усмехнулся эльф. — Во дворце хорошо платят, но смены слишком уж щадящие.

— Не хочешь к нам? — предложила шанир.

— Простите, но у меня ещё много дел, — отказал слуга, расставив заказ на столе. — Будете кушать? У нас свежие черви.

От слов о червях кушать совсем расхотелось.

— А вот ты зря нос воротишь, — Леос заметил моё отвращение. — Вкуснейший деликатес. Можно две порции?

К моему ужасу дракониды присоединились к его заказу.

— Ей шашлык из горасака, — решила за меня учитель. Звучало вкуснее червей.

Эльф что-то промычал, но она подтвердила заказ. Я огляделась.

Сопровождающие стражники остались снаружи. Потолок кабака подпирали деревянные колонны с вырезанным на них рисунком. Источником света и тепла в основном служил камин.

— А куда уходит дым? — спросил за меня Люциус, указывая на огонь.

— Вверх по системе труб, — пояснила учитель. — В нашем городе множество инженерных решений, позволяющих жителям жить достойно даже в таких местах.

Я отхлебнула из своей кружки. Сок себри хоть и обладал красноватым оттенком, но на вкус походил на яблочный.

Вскоре нам принесли блюда. Вопреки ожиданиям, на тарелках соседей я не нашла ничего отвратительного, несмотря на тот факт, чьё мясо им подали.

На моём блюде лежали три деревянных шпажки с нанизанным на них чуть подгоревшим мясом и овощами. Недалеко от них на тарелку повар добавил лужицу соуса.

Мягкое мясо на вкус не походило ни на одно, пробованное мной ранее. Но вкус мне понравился.

— Как вам? — спросила учитель, когда мы почти доели. Мы, но не Леос. Тот заказывал добавки.

— Очень недурно, — признался Люциус. Похвалили еду и мы с Шиманом. Леос лишь пробурчал с набитым ртом.

— Горасаки это подземные черви, — пояснила шанир. — Мы обнаружили их в одной из шахт, в основном они питаются другими подземными зверями и достаточно крупные. Слюна может размягчать породу и…

Я её не слушала. Лишь смотрела на недоеденное. Такой подлости я совсем не ожидала. Я только что ела червя. Но он был такой вкусный! Но я ела червя. Но вкусный же!

Подобные мысли могли продолжаться вечность, но дверь с хлопком распахнулась, и внутрь прошла группа крупных эльфов и шанир с оружием в руках.

— Не волнуйтесь, мы не за вами, — поспешил успокоить присутствующих один из них.

30. Ниши Ариан

— Хозяин! — взревел самый крупный, отбросив в сторону шлем одного из сопровождавших нас стражников. — Мы пришли за деньгами.

Его товарищи направили оружие в сторону присутствующих, всячески демонстрируя, что подниматься из-за столов — плохая идея.

— Эй, ты оглох?! — воскликнул главарь и подошёл ближе.

Бармен умоляющим взглядом посмотрел не в его сторону, а на шанира в плаще, на которую я обратила внимание ранее.

Она не стала дожидаться продолжения: сразу схватила копьё, резко развернувшись, проткнула живот главаря бандитов и толкнула его в сторону, освободив широкое лезвие.

Ближайший бандит сразу ринулся в бой, но копьё воительницы проткнуло уже и его. А ведь я даже не заметила её молниеносного движения. Другие бандиты запоздало приготовились к бою. Только сейчас они обнажили оружие.

— Не стоит, — учитель положила руку на плечо Люциуса, уже готового достать меч и ринуться на помощь девушке.

Я узнала скрывавшуюся под плащом принцессу. Ниши Ариан немного сощурилась и отступила правее. Теперь между ней и соперниками находился деревянный стол. Её копьё доставало до врагов, а вот их разнообразное оружие — нет.

— Убейте её! — прохрипел главарь, тщетно пытаясь закрыть ладонью живот. Удивительно, как он вообще мог что-то говорить, обильно заливая кровью пол.

Бандиты спереди пытались окружить Ниши, аккуратно огибая стол. А ещё оказалось, что внутри заведения находились их сообщники: один из них поднялся из-за стола за спиной копейщицы. В его руках я увидела нож и хотела предупредить воительницу, однако Ниши заметила его и одним быстрым движением дёрнула копьё на себя, ударив врага позади древком.

Эльф-бандит схватился за глаз, а принцесса прыгнула назад и, не разворачиваясь, пырнула его ножом. А я даже не заметила, как она успела его достать, продолжая держать древко копья правой рукой.

— Рановато вы пошли грабить приличные заведения, — усмехнулась она. — Даже с девчонкой справиться не можете.

Провокация сработала, и один из бандитов резко двинулся вперёд. Ниши кинула кинжал в него, но он смог отбить его своим изогнутым мечом. Тогда воительница атаковала копьём в обеих руках, но остриё ушло в сторону, а бандит продолжал наступать.

Шанир оказалась в опасной позиции, и бандит уже успел усмехнуться, предвкушая скорую победу, но в следующее мгновение в его голову прилетел удар от другого конца копья и выбил из равновесия.

Ниши не стала ждать, пока противник придёт в себя, и одним движением оборвала жизнь врага.

— И не стыдно вам творить такое средь бела дня? — спросила она, когда тело бандита рухнуло на землю.

Товарищ павшего медлил, и Ниши сама обогнула стол, резко ринулась в его сторону, ловко увернулась от неумелого удара, и, снова взяв копьё в одну руку, просто ударила бандита в нос.

Этого хватило, чтобы её враг обмяк. Главарь бандитов уже перестал подавать признаки жизни, и оставшиеся в живых два товарища приняли самое верное в такой ситуации решение: спасаться бегством.

Впрочем, одному из них это не помогло: копьё Ниши проткнуло его спину.

— Не стоило вам браться за оружие, — усмехнулась она.

— Благодарю за помощь, принцесса, — сказал хозяин, вернувшийся из-за укрытия. — Ловко вы их уделали, хоть и несколько грязновато.

Он сокрушённо смотрел на разливающуюся по полу кровь.

Я с восхищением продолжала смотреть на неё. Ни одного лишнего движения, ни одной ошибки. В тесном помещении одна против толпы врагов. Да ещё и с копьём — не самым удобным оружием для сражения в такой обстановке, Ниши вышла победителем.

Иногда ты внезапно понимаешь, что вот он. Тот шанс, тот момент, который просто нельзя пропускать. И я пошла к ней.

— Извините, — робко обратилась я к принцессе, когда та закончила вытаскивать тело главаря бандитов наружу.

Ниши не ответила — на очереди был ещё один труп, а за собой надо было убирать.

— Кровь я уж сам как-нибудь, — сказал подоспевший слуга-эльф.

— Извините, — повторно обратилась я к Ниши.

Тогда она остановилась и строго посмотрела на меня. Как смотрят на надоевшую муху.

— Я Менр… — хотела было представиться, но та грубо прервала:

— Я знаю тебя. И ты знаешь меня.

— Не могли бы вы учить меня?

Повисло молчание. Друзья подошли ко мне сзади, но Ниши не обращала на них внимание. Она лишь строго смотрела на меня.

— Нет, — ответ прозвучал как гром среди ясного неба. Коротко и понятно. Совершенно неожиданно для меня.

Принцесса подняла копьё и, развернувшись, пошла прочь. Разговор был закончен для неё, но не для меня.

Возможно, я не привыкла к отказам. Или что-то внутри подсказывало мне не сдаваться, но я знала: нельзя упускать такой шанс. И пошла за ней. Люциус не хотел отпускать, но он был просто проигнорирован, и я вышла за Ниши из кабака.

Снаружи лежали поверженные бандитами стражники. Тогда я не задавалась вопросом, как они хотели нас защитить, если не справились со слабыми на вид врагами. В тот момент меня интересовало лишь догнать Ниши.

Принцесса попыталась скрыться в переулке по мою правую руку, но я заметила её и быстро пошла в ту же сторону. Очевидно, она знала о преследовании, но не собиралась вступать в диалог или хоть как-то отговаривать меня.

Мы направились в недра глубин. Фонарей вокруг становилось всё меньше, а оборванцев — больше. Вскоре Ниши направилась вверх: оказалось, что даже в этой части города есть лестницы на верхние ярусы. И я снова последовала за ней.

Какой-то шанир попытался обратиться ко мне, но и он был оставлен без ответа позади. Нельзя упускать дочь короля. Сирай не обращал на меня должного внимания, как я могла стать сильнее под его руководством? Уже несколько дней подобные мысли не покидали меня. И только сейчас, после сражения Ниши, наконец пришло понимание, кто мне нужен.

Впереди ждала развилка, а Ниши и след простыл. Отвлёкшись на очередного местного бродягу, я умудрилась упустить её из виду. Куда она могла пойти? В этой части глубин царил вечный сумрак. Повинуясь интуиции, я посмотрела наверх и чудом заметила хвост принцессы, скрывшийся почти у самого потолка пещеры.

— Она что, прямо тут забралась? — проговорив мысль вслух, я подошла к стене неподалёку. Её достаточно плохо обработали, оставив множество камней для зацепки. Благо выбор одежды для выхода в город оказался удачен. Пора и мне приниматься за подъём.

После долгого перерыва от таких нагрузок это упражнение давалось тяжело. Но и других путей я не знала. А ведь раньше думала, что уроки скалолазания никогда не пригодятся. Главное не смотреть вниз. И просто идти к цели. И меньше представлять, как именно будет отчитывать Менриэль за подобные выходки.

Наконец, скала оказалась позади. А впереди — длинный извилистый тёмный коридор, освещаемый всего парой факелов. И Ниши, принимающая свёрток от неизвестного шанира в плаще. Не успела далеко уйти.

Заметив меня, принцесса попрощалась с собеседником и продолжила путь вперёд, а я последовала за ней. Вскоре показались лучи света. Судя по их цвету, вечерело.

Ниши подбежала к краю коридора и, надев на спину рюкзак, прыгнула вниз. Этот путь не заканчивался лестницей или каким-то иным удобным спуском. Впереди я увидела лишь обрыв. Наверное, снизу случайный наблюдатель мог видеть лишь отвесную скалу без единой пещеры.

И, уже довольно далеко, я чудом нашла фигуру Ниши, парившую на раскрывшихся за спиной крыльях глайдера.

Неподалёку валялось ещё пять подобных складных глайдеров. Ещё один урок Менриэль, который не пропадёт зря.

Стараясь не думать о возможных последствиях или окончательно утратив здравый смысл, я надела устройство на спину и прыгнула вниз. Дёрнула за рычаг и… Поняла, что дёргать следовало за другой. Вовремя исправив положение, я распахнула крылья и, поймав поток воздуха, стала парить в сторону Ниши.

Новому учителю не скрыться от моей решимости.

Потоки воздуха подхватили меня вверх, а незнакомыми крыльями управиться оказалось значительно сложнее, чем можно предположить. Но направление я взяла верное. Под нами открывался чудесный вид на столицу королевства. Город-воронка одновременно и впечатлял, и ужасал своими размерами. И, казалось, стремился затянуть в себя и никогда не отпускать.

Мимо пролетела стая птиц, слегка дезориентировав и отклонив моё направление. Но я смогла успешно вернуться назад.

Ниши пропарила за пределы города и заходила на посадку. Я отправилась за ней, молясь про себя Богу Света, чтобы хватило сил. Руки уже давно стали замерзать на такой высоте, да и всё остальное тело тоже. Как бы мне пригодилась магия тепла в этот момент!

Но магия температур совсем не давалась мне. А электричество могло лишь испортить полёт, разрушив глайдер.

Стараясь не обращать внимания на боль, я направила крылья на посадку и чуть свернула их, чтобы вышло плавнее. Плавнее не вышло. Руки перестали слушаться, и правое крыло слишком сильно отклонилось в сторону. Скорость была небольшой, но я всё равно приземлилась, ударившись о землю, и прокатилась кубарем по светящейся белой траве Сиприна.

Поднявшись и осмотревшись вокруг, я увидела бескрайнее белоснежное травяное поле. Местная звезда уже ушла за горизонт, и от того трава казалась только ярче обычного. От неё к небу поднимались маленькие жёлтые огоньки, что придавало месту волшебную атмосферу.

Передо мной стояла дочь короля Верена и строго смотрела в мою сторону, сжимая копьё. Похоже, она приземлилась достаточно давно. Рано сдаваться, говорило моё чутьё.

— Я прошу вас научить меня сражаться, — как можно тверже обратилась к ней.

Вновь повисло молчание. Неужели она снова откажет? После всего нашего пути вместе? Или его было недостаточно? Тогда зачем она остановилась? Как я вернусь отсюда в крепость?

— Теперь это твоё копьё, — ответила Ниши Ариан, протянув мне оружие. Я приняла шершавое древко и твёрдо сжала. Как могла сжать девочка не слишком подходящее по росту оружие.

— Покажи, что ты можешь, — сказала она.

Пояснений не требовалось. Я перехватила оружие удобнее. Руки и ноги болели и не хотели слушаться, но, похоже, короткой передышки после полёта оказалось достаточно, чтобы сделать первый выпад.

Неудачный, конечно. Ниши легко перехватила копьё, и её когти оказались прямо у моего лица.

— Ещё раз! — скомандовала она.

— И ещё раз! — новая команда после очередной неудачной попытки.

Счёт был потерян после двадцатой. День уже давно сменился ночью, но я не обращала внимания на всё вокруг. В моих руках было оружие. Передо мной стояла Ниши Ариан. И в голове звучала одна мысль. Показать, что я достойна.

Уклонившись от обманки, я отвела копьё в сторону от её руки. Нельзя позволять врагу касаться своего оружия. Копьё сильно перевешивало и мешало мне двигаться. Оно замедляло и не давало уклоняться от выпадов шанира.

— Ещё раз! — скомандовала Ниши, но я решила ответить ей:

— Это не моё оружие.

Шанир строго прищурилась и спросила:

— Тогда чьё же оно?

— Это ваше оружие, Ниши Ариан.

Я вернула копьё в её руки и услышала новый вопрос.

— Тогда где же твоё оружие?

Я посмотрела на свои трясущиеся ноги. И покрытые ссадинами руки. Вновь посмотрела на копьё. Попыталась вспомнить всё, что слышала от неё ранее. На поединке двух дочерей короля. В кабаке. Но ответа не находила. Тогда я указала на свою голову и ответила:

— Вот моё оружие.

31. Ответственность

Ниши улыбнулась и потрепала меня по голове.

— Пошли назад, — позвала она за собой и направилась к одной из скал за моей спиной.

Скала удивительной симметричности оказалась замаскированным спуском во дворец. Похоже, всё поле снежной травы находилось на крыше замка короля.

Путь вниз мы прошли молча, а далее Ниши направилась к тронному залу.

Не знаю, зачем я пошла за ней. Следовало попрощаться и пойти по правому коридору — в свои покои. Но соблюсти вежливость никак не удавалось, и оттого я чувствовала некую незавершённость.

— Дочь, подойди ко мне, — попросил король, увидев Ниши. — Ты ничего не хочешь мне доложить?

Король сидел один и сейчас внимательно смотрел на свою дочь. Казалось, совсем не замечал моего присутствия.

Ниши преклонила колено и ответила отцу:

— Сегодня я нейтрализовала группу бандитов в глубинах. Владелец заведения благодарен мне и нашей семье.

Король глубоко вздохнул.

— Скажи, Ниши Ариан. Кто ты?

Теперь он смотрел в сторону. Поднёс руку к подбородку и стал методично поглаживать бороду двумя пальцами.

— Я — первая дочь короля Сиприна Верена Ариана, — ответила Ниши.

— И ещё?

— Я супруга графа Хорро Акири.

— Супруга графа… — повторил за ней король. — А ещё ты мать двоих детей. Дочь моей первой жены. Капитан армии Сиприна.

— Всё верно, мой король.

— Твой отряд сейчас не в городе, — сказал Верен.

— Мой отряд сейчас не может где-либо находиться, — ответила Ниши.

— И потому я не припомню, чтобы отдавал приказ твоему отряду заниматься борьбой с преступностью в глубинах столицы. Может, Сирай тебя попросил?

— Не просил, — ответила Ниши.

— Не просил… — пальцы Верена отвлеклись от бороды и теперь стучали по подлокотнику трона.

Только теперь я обратила внимание на узоры, украшающие почётное сидение короля. Точнее, только на их присутствие. Что именно там изображалось, оставалось только гадать.

— Ну а кто тебя просил?! — король внезапно воскликнул. — По чьей просьбе ты, принцесса, пошла туда ловить преступников?!

— Меня попросил народ, — спокойно ответила Ниши. Даже не дрогнула. — Ещё не утративший веру в нашу семью.

— Ловить преступников работа стражи, не твоя, — сказал король. — Ты не соблюла все необходимые процедуры, а просто вырезала там всех! Тут тебе не война.

Ниши поднялась с колена и спокойно посмотрела на отца.

— Когда я пришла в город, я говорила с его жителями, отец. За последние три года бандиты стали гораздо смелее. И их количество увеличилось. Они не стесняются творить преступления прямо среди дня. Нет, отец. В городе идёт война. И мы её проигрываем.

— Ты так рассудила, послушав сплетни на улицах?! — воскликнул король, до этого спокойно слушав её. — Это твои аргументы?

Ниши хотела прервать его, но Верен не дал ей вставить слово.

— Молчи! Ты достаточно сказала, Ниши! Если тебе кажется, что в стране есть проблемы, о которых мне неизвестно, то тебе кажется. И поверь, мы все проблемы преодолеем в своё время. Но для этого, каждый должен заниматься тем, что ему положено. А сейчас тебе положено отдыхать. И это приказ! Есть что сказать?

— Ко мне попросились в ученики, — сообщила Ниши, кивнув в мою сторону.

Король нахмурился, наконец, обратив на меня внимание. А я, не став дожидаться приглашения подошла к его дочери.

— Сирай достойный учитель, — сказал он. — Но раз…

Верен оборвал мысль на полуслове и закрыл глаза. Повисла неловкая пауза, заставившая меня забеспокоиться. Неужели, король будет отчитывать и меня?

— Вот поэтому я и не желаю, чтобы принцессы исполняли работу моих подчинённых, — наконец, Верен нарушил тишину. — Она увидела твою выходку, верно?

Король указал на Ниши, давая понять, что вопрос адресован ей.

— Она видела мою победу, — кивнула Ниши.

Казалось, вздох короля могли услышать даже за пределами замка. Но похоже, Верен больше не злился. На лице короля даже появилась снисходительная ухмылка.

— Я не возражаю, — наконец, сказал он. — Если ты не будешь учить её своевольничать. Свободны обе. Завтра, Ниши, дам тебе одно указание.

— Да, мой король.

Мы удалились каждый в своём направлении, не сказав друг другу ни слова.

Раньше я даже не задумывалась, о том, правильно ли Ниши поступила днём. Но судя по реакции её отца, принцессе не стоило влезать в то дело. Впрочем, в таком случае мы могли и не встретиться.

У выхода из зала я столкнулась с Менриэль.

— Налеталась? — ангел-хранитель изо всех сил изображала строгость.

— Ага! Ниши будет меня учить! — радостно ответила я, совсем не ожидая, что меня собираются ругать.

— И это всё? — нахмурилась Менриэль.

— Да всё, — пожала я плечами. — Она крутая и догнать её было непросто!

— Да я уж вижу.

Ангел-хранитель указала на многочисленные царапины и порванную одежду.

— Разве принцессы так себя ведут? — строго спросила она. — Разве по-другому ты не могла с ней поговорить?

Я нахмурилась, поняв, что хвалить ангел не собирается.

— А что мне делать? Она не хотела меня учить! Но мне нужна именно она!

— Идём, — ангел схватила меня за руку и повела вглубь дворца. — Расскажешь о своих достижениях друзьям.

Менриэль привела меня в комнату Люциуса. Здесь сидел сам старший драконид, обхватив голову руками, а у окна стоял Леос, вглядываясь в дождь.

— Заходи, — скомандовала Менриэль и закрыла дверь.

В глубине комнаты я увидела Коху, на которую сразу не обратила внимания. Интересно, что она тут делала?

— Менра! — воскликнул Люциус, подняв голову и увидев меня. — Я думал и ты тоже!

— А я говорил, что с ней всё хорошо, — заметил Леос.

— Лучше бы ты помолчал… — принц драконид развернулся и погрозил другу пальцем.

— Не ссорьтесь, — попросила Коха. — Он не виноват в том, что произошло.

Только сейчас я догадалась, что могли подумать мои друзья. Мы находились в странном месте, только что кабак пережил набег бандитов, а тут я стремительно сорвалась догонять Ниши. И даже не стала им что-то объяснять. Я совсем не задумывалась до этого момента, что Леос и Люциус могут начать обо мне волноваться, если я не вернусь. Но всё оказалось гораздо хуже.

— Рад, что ты в порядке, — сказал Люциус и сильно помрачнел. — Мой брат пропал.

— Что?! — воскликнула я. — Как?! Куда?!

— Мы погнались за тобой, — ответил драконид. — И в какой-то момент на нас напали бандиты. С помощью твоего учителя и подоспевшей Кохи…

Люциус кивнул в сторону шанира.

— Не стоит, — та в ответ подняла руки в извиняющемся жесте.

— В общем, когда мы отбились, то поняли, что Шимана с нами нет. Его похитили прямо там.

От известия спина сильно похолодела от ужаса. Конечно, слухи о похищениях доходили до нас. Но до сих пор я верила в свою абсолютную безопасность. Нас всегда сопровождали взрослые, да и не ходили разговоры об угрозах глубин.

Речь о растущей преступности я услышала лишь от Ниши. До этого момента я никак не могла подумать о том, что кто-то из нас может стать целью похитителей. Глупая наивность. И, помимо прочего, я теперь чувствовала и вину.

— Простите… — только и смогли вымолвить мои губы.

— Тебе не за что извиняться, — отмахнулся Люциус. — Это я нас туда потащил. Моё любопытство.

— Вы все виноваты в равной степени, — сказала своё мнение Менриэль. — Шимана я найду, не сомневайтесь. А сейчас вы разойдётесь по своим комнатам и будете думать о своём поведении.

Я не помнила, чтобы Менриэль хоть раз меня наказывала. Наверное, я не давала поводов ранее. Но сейчас наказание настигло вполне справедливо. И, попрощавшись с друзьями, я направилась в свою комнату.

Перед глазами маячило лицо ящера Шимана. Если подумать, он совсем не походил на своего брата. Быть может, похитители приняли его за чудовище?

Я помотала головой. Нет, дракониды Азориена давно известны шанирам Сиприна, а ящеров среди них достаточно много. Но зачем тогда им мог понадобиться Шиман? Стоил ли мой договор с Ниши…

На незаконченной мысли я провалилась в сон. Вряд ли он был видением. Скорее комбинацией переживаний о друге и воспоминаний о коротких состязаниях с ним.

Во сне мы сражались. Драконид постоянно задействовал хвост и пытался атаковать меня всеми четырьмя руками. Было странно, ведь я хорошо помнила, что у Шимана их всего лишь две.

32. Сожжение грехов

Я стояла с друзьями в длинной очереди к чучелу. Вокруг сновали радостные эльфы и шаниры, то и дело бросая в воздух всполохи огня. Невинная магическая игрушка, давно изобретённая драконидами и, похоже, прижившаяся на Сиприне.

Нам же было не до веселья. Среди толпы были и стражники, а слева от меня стояла Менриэль. Ангел крепко сжимала мою руку. Я молча смотрела под ноги, как и Люциус. Леос, как обычно жевал, беззаботно разглядывая окружающих.

Вскоре послышалось пение. На сцене, возвышаясь над толпой, пела шанир, уже знакомая мне. Именно она пела на празднике, когда я только прибыла на Сиприн. И именно её тетрадь я подобрала во дворце. Она пела очень красиво. Её голос сильно отличался от услышанного мной вне сцены. Но я не могла разобрать слова песни.

Наконец, подошёл наш черёд. Я скомкала листок с написанными грехами и, не раздумывая долго, бросила в костёр. Моему примеру последовал и Люциус. Но ни Леос, ни Менриэль не стали принимать участие.

— Мы найдём его, — сказала Менриэль, когда мы отошли прочь от чучела.

Никто ей не ответил. Все погрузились в собственные мысли и не издавали ни звука. Лишь Леос продолжал поедать закуски одну за другой.

Я обернулась и бросила взгляд на чучело, которое вскоре сожгут. Оно изображало существо в синих одеждах и с рогами на голове. Скоро оно сгорит и унесёт за собой все наши грехи. Мой грех был в том, что я никак не могла взять под контроль предвидение. Этот дар, или проклятие, преследовал меня с самого рождения, но так и не принёс никакой пользы.

Я смогла различить некоторые слова из песни шанира на сцене. Это были числа: девять, пять, четыре, три… снова незнакомые слова и опять: девять, пять, четыре, три.

Мы прошли мимо лавки со сладостями, и Леос купил себе несколько сладких шариков на палочке.

— Будешь? — предложил он мне.

— Тебе лишь бы жрать, — Люциус нахмурился. — Если б ты усерднее тренировался, Шиман был бы сейчас здесь. А не… Где он там теперь. Если он…

— Он жив, — сказала Менриэль. — И твой друг тут точно ни при чём.

Драконид не удовлетворился ответом, но не стал перечить архангелу.

— Не теряй надежды, — решила подбодрить я его.

— Думаю, с этого момента, вам лучше не покидать замок, — Менриэль строго посмотрела на Люциуса.

Драконид остановился и обернулся на пылающее чучело. Огонь уже добрался до его середины. Удивительно, как медленно он сжигал деревянное изваяние.

— Я не смогу себя простить, если не помогу его искать, — наконец, ответил он.

— Я тоже! — воскликнула я.

— Люциус уже взрослый, но ты — другое дело, — возразила Менриэль.

— Тем не менее она смогла преодолеть испытание Ниши, — заметил драконид. Или излишне осмелевший, или потерявший остатки здравого смысла.

Менриэль тяжело вздохнула. Задумалась об этом всерьёз? Ангел посмотрела на меня, но не своим обычным полным заботы взглядом. Скорее оценивая мои возможности.

— Ниши, значит… — проговорила она. — Похоже, надо поговорить с твоим новым наставником.

Трудно сказать, о чём хотела с ней говорить Менриэль. О методах обучения? Или о свободных часах для меня, чтобы я ей помогала?

Песнь со сцены звучала громче, а дым от разгоревшегося чучела приобрёл яркий алый оттенок. Ветер подхватывал угольки и уносил далеко в небеса. Интересно, где сейчас всё-таки был Шиман? Насколько младший и несколько трусоватый драконид в безопасности? О чём сейчас думает учитель магии? Ниши? Смотрит ли король на празднующий город с башен дворца?

Ключевое событие праздника завершалось, и многие шаниры с эльфами поплелись по домам. Вслед им продолжали нестись числа из песни с незнакомыми словами. Будто они являлись самой важной частью представления.

Вскоре покинули площадь и мы. Путь до дворца прошли не проронив ни слова, держась в центре отряда стражи.

— Не стоит себя так винить, — сказала Менриэль по возвращению в покои. — Последнее время я как раз занималась расследованием подобных похищений. Стражи попросту не хватает на осмотр всех глубин.

— Я думала, Сиприн — сильное королевство. А столица безопасна, — призналась я.

— Даже самое сильное королевство не способно уследить за всем. Тем более внешняя картинка легко может оказаться ложью.

Я кивнула, подумав про себя, что ясновидящие могли бы послужить неплохим подспорьем в борьбе с бандитами. Но благоразумно промолчала.

— У тебя завтра занятия? — спросила архангел.

Я кивнула. Утром уроки магии и встреча с Ниши.

— Не вовремя пропал ваш друг, — вздохнула Менриэль. — Но мы обязательно его найдём.

Ангел покинула покои, а я подошла к окну. Вдалеке догорало чучело неизвестного существа. Оно должно было унести с огнём все тревоги прошлого. Но последние события только их добавляли. Обернувшись, я подошла к тумбочке и достала тетрадь. Стоило ли рассказать о ней Менриэль? За кражу ангел не похвалила бы. Я буквально представила, как буду наказана за один из ужаснейших грехов. А стоило ли верить видению? Информация, записанная здесь действительно важна?

Я вновь открыла её. Текст не стал понятнее. Буквы и слова сливались в единую мешанину. Мне определённо нужна расшифровка. Но кто из взрослых мог с этим помочь? Сама певица отметалась сразу — тетрадь изначально принадлежала ей. Леос? Он не выглядел взрослым, да и вряд ли знал этот язык. Он вообще не показывал никаких способностей к обучению.

Я перелистнула страницу. Люциус? Разболтает всё Менриэль. Учитель? Вдруг она дружна с певицей и всё ей расскажет?

Сколько я не перебирала, напрашивался лишь один ответ. В недрах крепости, в тюрьме содержались два древних существа. Я уже говорила с ними. Конечно, демоны могли обмануть, но ведь я была к этому готова! Если готов, то не поведёшься на уловки? Верно? Решено!

Я вновь оделась в городскую одежду (свежую, разумеется). И, схватив тетрадь, направилась прямо к темнице. Стражник буквально икнул при виде меня и сказал:

— Только без фокусов! И тебя тут не было!

Видимо, прошлая выходка надолго впечатлила несчастного шанира. Я радостно ринулась вниз и вскоре оказалась напротив знакомой клетки. На меня снова смотрели два строгих рыжих глаза из темноты.

— Мне нужна помощь! — сказала я.

— А что мне за это будет? — спросила Аньяри в ответ.

Очевидный вопрос загнал меня в ступор. О самом-то простом я и не подумала. Взрослые редко делают что-то просто так.

— А что нужно? — выпалила я, видимо, и не начиная думать.

— Что мне нужно? — в голосе Аньяри послышались нотки иронии. — Сможешь ли ты, девочка, дать то, что мне нужно?

— Свободу… вряд ли, — призналась я. — Да и кто будет просто так освобождать демона?

— Только безумец, — подал голос её брат.

— Мне нужно искупление моих грехов, — сказала Аньяри. — Сможешь ли ты дать мне это?

— Вы можете их написать, и я ещё успею сжечь на чучеле!

— На чучеле? — Аньяри сначала не поняла, но другой демон пришёл на помощь и пояснил суть праздника Сиприна.

— Не думаю, что это поможет в моём случае, — сказала она.

— Символично, что они сжигают рогатую фигуру, — усмехнулся Ракошетта. — Не демона ли?

— Я нашла тетрадь, которая кажется мне важной, — брата демоницы лучше всего просто игнорировать и потому я продолжила обращаться к ней. — Возможно, она может помочь мне. Но прочитать язык ад…

Название языка из видения почти вылетело из памяти.

— Если вы знаете этот язык, то возможно поможете мне в чём-то… серьёзном, — тем не менее продолжила я. — И сможете искупить хоть часть своих грехов.

Аргумент прозвучал менее убедительно, чем представлялось в моей голове.

— Допустим, но ты не сможешь мне передать её, — неожиданно демон согласилась.

— Почему? — удивилась я. Прутья стояли достаточно широко друг от друга.

— Потому что моя темница зачарована. Только стражники могут передавать мне что-то съедобное. На этом всё.

— Я могу раскрыть её вот так! — мои руки распахнули тетрадь и продемонстрировали текст демону.

— Я не вижу, что там написано, — ответила Аньяри. — Почерк ужасный и слишком мелко.

Поднести ближе не помогло.

— Я только узнала язык, — прокомментировала Аньяри последнюю мою попытку. — Придётся тебе самой выучить его.

— Язык ад… — снова попыталась вспомнить я, но тщетно. — Как же их там…

— Могу рассказать, — наконец, сказала демоница, — И мне пришла идея, что получу взамен.

— Слушаю.

— Ты будешь навещать меня. Скажем, раз в неделю, пока не выучишь этот язык. И будешь рассказывать мне что-нибудь.

Демону нужно развлечение. Сделка выглядела лишённой подвохов. Тем более, что она могла помочь в спорных моментах изучения. И я могла рассказывать ей о них. Не видела в этом ничего плохого.

— Хорошо! — согласилась я.

— Значит, пора тебе рассказать про этот язык.

33. Новые тренировки

Аньяри не стала сразу раскрывать все подробности. Видимо, чтобы у меня была мотивация исполнять свою часть договора. Конечно, я немного расстроилась, но делать было нечего.

Аджирасы были древней гуманоидной расой, построившей могучее государство, объединявшее многие миры. Позднее их цивилизация пришла в упадок и… На этом её рассказ и оборвался.

Впрочем, меня уже давно ждала кровать. Перед новым тренером нельзя ударить в грязь лицом, и следовало хорошо выспаться.

Хорошо, что видения совсем не мешали в последние дни. Даже недели. Иногда мне казалось, что они, наконец, оставили меня насовсем.

Проснувшись и, в очередной раз, не обнаружив рядом ни Менриэль, ни подготовленной униформы, я вздохнула, но делать нечего: пора становиться самостоятельной.

Как следует подготовившись, я решила воспользоваться коротким путём к белым полям прямо из замка. Было бы глупо снова летать на глайдере, когда был известен короткий маршрут.

Ниши уже ждала меня наверху вместе с учителем магии. Увидев меня, она кивнула в сторону коллеги и сказала:

— Сначала поработай с ней, а я посмотрю.

Творить магию под пристальным наблюдением оказалось значительно труднее. Но я изо всех сил старалась сохранять концентрацию и выполнять все указания учителя. Наконец, я набралась уверенности, перестав обращать внимание на Ниши. Результаты сразу улучшились.

— Силу заклинания можно регулировать разными способами, — напоминала учитель. Говорила эти слова каждый раз, когда шли наши тренировки. Видимо, они являлись самыми важными знаниями. По её мнению.

— Первый — концентрация энергии тела, — произнесла я, вызвав улыбку на лице шанира.

— Верно, — ответила она. — А второй — слова. Слова тоже важны для подкрепления, но не обязательны для исполнения.

— А третий — внутренние ощущения, — продолжила я.

— Верно, воодушевлена ли ты. Зла ли. Насколько уверена в себе. Сочетание всех трёх влияний может как породить великолепное заклинание, так и загубить его.

— Чувствую себя глупо, произнося заклинание, — призналась я. — Особенно, когда ничего не выходит.

— Потому и не выходит! — недовольно проворчала учитель. — В бою всем всё равно, что там орёт маг, если это работает. Некоторые заклинания вообще без смеха тяжело прочитать!

— А кто их такими составлял? — удивилась я.

— Это нам сейчас не так важно. Важно, чтобы ты относилась к магии подобающе. Сконцентрируйся!

Я украдкой посмотрела в сторону Ниши. Принцесса что-то искала в траве и совсем не обращала на нас внимание.

— Не отвлекайся! — поругала учитель. — Концентрируйся и читай заклинание. Ты уже достаточно молний насоздавала без слов.

Я закрыла глаза, выставила руки перед собой и направила ладони друг на друга, образовав подобие шара. Я начала направлять энергию в центр между ними и заговорила:

— Собираю мощь, образую мощь. Во имя павших и для живущих, я создаю тебя…

Брови сами собой нахмурились, а в груди будто загорелось пламя. Я инстинктивно расширила руки и закончила читать:

— Шаровая молния!

С громким треском между моих рук возник клубок из электрической энергии. Больший, чем я рассчитывала. И это заставило меня от неожиданности отступить на пару шагов назад.

— Вот видишь, со словами совсем другое дело. Но они бесполезны без понимания магии. Ты не можешь просто так произнести их. Ничего не заработает.

— А как её… убрать? — спросила я.

— Поглоти её энергию, — ответила учитель. — Только не касайся!

Звучало просто, но на практике оказалось тяжело выполнимо. Я попыталась представить, будто выкачиваю энергию из молнии, однако шар никак не хотел исчезать.

— Представить мало, нужен механизм действия.

Ей легко было говорить. Я не владела магией земли, чтобы отправить шар в недра Сиприна, касаться его — плохая идея. Оставалось только попробовать использовать его энергию для… Чего? Вернуть энергию себе? Но как при этом не окочуриться? Единственной защитой от высокого напряжения было высокое сопротивление. А увеличить его в подобной ситуации могло лишь гигантское расстояние.

— Сдаёшься? — съехидничала учитель.

— Нет, — возразила я. Решение было на поверхности. Надо было лишь найти его, используя все знания, что мне дали.

Учитель часто говорила о том, что магия — это изменение параметров подходящих объектов вокруг. Точнее, одно из проявлений магии. Получается, мне нужен был какой-то предмет. Достаточно ли будет пары палок, лежащих неподалёку?

Я подняла две ветки и направила на шар. Главное ничего не перепутать. Я уже увеличивала и уменьшала возможности предметов и делала это довольно успешно. Я создала маленькую шаровую молнию неподалёку, использовав совсем немного энергии, и попробовала поглотить её с помощью ветки.

И это удалось. Теперь самое время поглотить гиганта. Я вновь направила ветки на шар и увеличила сопротивление, а затем приблизилась. И… Это сработало. Ветки, конечно, загорелись и быстро превратились в угольки. Но и шар заметно уменьшился. А его остатки развеяла уже учитель.

— Вы закончили? — спросила Ниши, прекратив своё изучение земли.

— Думаю, на сегодня достаточно, — согласилась учитель магии.

Пришло время для силовых тренировок.

— Вот и славно. Пора показать, что ты умеешь, дочь Алексия. Разомнись, и начинаем.

Ниши размялась вместе со мной и встала в боевую стойку, выставив вперёд лишь кулаки. Оружия у меня также не было, поэтому мне оставалось лишь повторить её движение.

— Защищайся! — крикнула принцесса и ринулась в бой.

Сначала я успевала отражать её удары, но довольно быстро пропустила один и сразу оказалась на земле.

— Вставай! — скомандовала мой новый тренер.

Её методы сильно отличались от других, и она не собиралась меня щадить. Я усмехнулась и поднялась. Похоже, это то, что мне и было нужно.

— Вставай! — вновь крикнула Ниши после очередного поражения. — Ты пропустила тот же самый удар.

Так и было. Она снова поймала меня на прошлой ошибке. И я снова поднялась.

— Вставай! — в этот раз оказалось больнее. В прошлом Ниши сдерживала силу? Или я начала выдыхаться так быстро?

— Ты же говорила, что голова — твоё оружие, — тренер сощурилась. — Научись делать выводы из поражений. Или будет больно.

И было больно. Следующие раз пять. Пока я, наконец, не уклонилась от того выпада. Конечно, поймав следующий.

— Поздравляю, ты уже лучше пары моих братьев, — похвалила Ниши. — Глядишь, через три месяца разрешу тебе держать палку.

Звучало так, будто я перестала быть достойна меча. Но я не стала оскорбляться. Я собиралась стать сильнее, чтобы добиться своей цели. Чтобы с моим словом считались. Чтобы доказать пользу ясновидящих делу Света.

— Вставай! — очередная команда Ниши после очередного поражения.

Временами казалось, будто она нарочно замедляет новые атаки, но я всё равно не успевала отбиться от них. На левой руке появился синяк, и я почти чувствовала на себе взгляд Менриэль. Ангел должна быть где-то поблизости. Но она не вмешивалась, и я мысленно благодарила её за это.

— Вставай! — повинуясь крику наставницы, я заметила новый синяк, уже на правой руке.

Хорошо, что пока ни один из ударов не попал по голове. Тяжело объяснить ушибы на лице у важной гостьи Сиприна.

— Ты постоянно смотришь за одной моей рукой, — внезапно сказала Ниши, остановив побои. — Ты должна следить за движениями всего моего тела. Ты должна научиться понимать, куда я буду бить не по заученной очерёдности ударов, а по моим движениям.

Ниши говорила очевидные вещи, однако не так-то просто уследить за такой опытной воительницей. Даже если она поддавалась.

— Вставай! — скомандовала она, когда я пропустила удар в живот. Встать не получилось. Или она переборщила с ударом, или тело вымоталось, но сейчас я могла лишь хватать ртом воздух.

— Перерыв? — предложила она, увидев мои страдания. Но я взяла волю в кулак и поднялась, не забыв про стойку.

— Ещё чего! — усмехнулась в ответ. — Вечер ещё далеко.

До вечера я бы не дотянула. Удивительно, как смогла выдержать ещё час. Но я выдержала. Однако потом свалилась прямо на Ниши, когда ноги совсем перестали держать.

— А она у вас крепкая, — сказала Ниши кому-то за моей спиной.

— Я старалась, — услышала я голос своего ангела-хранителя перед тем, как моё сознание покинуло тело.

34. Лечение

Ниши нанесла мне очередной болезненный удар, от которого потемнело в глазах. А когда я открыла их, оказалась в больничном крыле. Всего лишь сон. Я помнила, как Менриэль привела меня сюда после тренировок. Думала, будет ругаться, но ангел лишь озаботилась о моём состоянии.

Попытавшись подняться, я поняла, что тело хочет слушаться. Впервые я измоталась на тренировке так сильно. Или просто отвыкла от них.

Я лежала на белых простынях, из руки торчала прозрачная трубка, ведущая к практически плоскому кувшину. Стены покрывала одноцветная светло-голубая плитка, справа от меня располагалась тумбочка с тарелкой. Но её содержимое я никак не могла увидеть. Недалеко я услышала булькающие звуки. Но их источник оказался скрытым от взора.

Я ощутила скуку. Спать не хотелось, как и лежать, разглядывая белоснежный потолок. Хотелось заняться чем-нибудь полезным, но чем? Чем я могла заниматься без движения? Закрыть глаза не помогло. Тело оставалось уставшим, но не желало отправляться в сон. А быть может, я сейчас в видении? Но раньше я свободно двигалась в них. Сейчас же совсем не получалось.

Попыталась подняться и пришло ощущение, будто сознание покидает тело. Неприятное ощущение, если не знаешь, как вернуться. Вдруг я услышала новый звук: шаги. Довольно тяжёлые шаги. Вряд ли это была моя ангел-хранитель или кто-то из друзей.

Дверь отворилась, и внутрь вошёл Гедеон. Инстинктивно я закрыла глаза, решив сделать вид, будто сплю. Стук шагов переместился от двери налево, а затем последовал звук открывания дверцы. Гедеон достал нечто из, предположительно, шкафа и приблизился.

Новый звук — слабое постукивание по предмету выше меня. Кувшин не был стеклянным.

— Можете говорить с пациентом, — неожиданно сказал Гедеон. — Она пришла в себя.

Мою маскировку бессовестно раскрыли. Открыв глаза, я увидела Ниши. Принцесса подошла практически бесшумно и недовольно уставилась на меня.

— Цела? — спросила она. Голос соответствовал выражению лица. Будто она собиралась высказать претензию.

— Цела, — я попыталась улыбнуться и… это вышло. Удивительно, но вышло.

— Думала, твой хранитель меня прикончит, — призналась кошка. — Странная она у тебя.

— Почему?

— Не такая, как те ангелы, которых я видела. Своего я потеряла.

— У тебя был ангел-хранитель? — спросила я. Хотелось сесть на кровать, но, разумеется, не вышло.

— Потом об этом поговорим, — проворчала Ниши. — Как восстановишься, мы с тобой отправимся в небольшое путешествие. Вдвоём.

— А Менриэль? — удивилась я. — А как же магия?

— По магии можешь тренироваться самостоятельно какое-то время, а Менриэль не против. Да и мы ненадолго.

Ниши встала и, бросив на меня хмурый взгляд, направилась к выходу.

— Значит, я прошла? — решила уточнить я напоследок.

— Прошла что? — переспросила она, остановившись в дверях.

— Вашу проверку.

Ниши фыркнула:

— А сама-то как думаешь? — небрежно бросила принцесса напоследок и покинула палату.

Гедеон закрыл за ней дверь и вытащил трубку из моей руки. Часть жидкости расплескалась по полу, но доктор не обратил на это внимания.

— Пока вы отдыхали, — как обычно, он сохранял нейтральный тон голоса. — Я произвёл некоторые исследования, о которых должен вам сообщить.

Это малость тревожило. Что такого мог пожелать сообщить мне врач? Я заработала перелом? Мне больше нельзя сражаться?

— Разумеется, они были выполнены с разрешения госпожи Лэй пятнадцать шестьдесят семь восемьдесят пять.

— Кого? — переспросила я. Не знала никого с похожим именем. К тому же очень странным.

— Прошу прощения, — произнёс Гедеон, хоть тон и не был «извиняющимся». Вообще, мне начинало казаться, будто Гедеон вовсе не живое существо. Возможно, он был големом? Или элементалем? Или всё же его увечье настолько повредило голосовые связки, что несчастный доктор не мог нормально общаться.

— Это привычка из прошлого. Я говорю про уважаемую Менриэль. Она разрешила провести исследования как ваш опекун.

Впервые слышала, чтобы её так называли. Но сейчас хранителя не было рядом, чтобы расспросить.

— Итак, начнём, — произнёс Гедеон, поняв, что новых вопросов не будет. — Основной диагноз — сильное переутомление, перенапряжение нервной системы. Основной метод лечения — покой.

— Ничего себе, перетрудилась, — усмехнулась я.

— Такое случается, — сказал Гедеон. — Резкая смена обстановки, адаптация организма, море впечатлений. И сильная активность головного мозга даже во время сна. Тело скоро адаптируется, и не придётся часто посещать это крыло. А мои лекарства этому помогут.

Активность головного мозга… Получается видения напрягали меня гораздо сильнее, чем мне казалось.

— Далее… мои слова могут показаться пугающими, однако прошу помнить, что я обязался сохранять любую медицинскую тайну, когда становился на путь лекаря. Об этих словах не узнает никто, если вы сами не хотите раскрыть их.

— Я слушаю, — ответила я, но довольно сильно напряглась. Неужели он догадался о моей способности к предвиденью? Об этом вообще можно догадаться с помощью медицинских исследований? А знал ли тогда об этом Сапифат? Старик — советник отца точно должен быть опытнее придворного лекаря короля Сиприна.

— Ваш вес не совсем соответствует человеческим нормам, как и другие показатели организма, — продолжил Гедеон. — При изучении результатов проверок от других докторов в будущем, учитывайте этот факт.

— Например? — я нахмурилась. Он завёл речь совсем не о том, о чём я боялась. Невольно даже вспомнила слова демона из подземелья.

— Например, ваши кости больше похожи на кости скайлана, чем человека.

— В каком смысле?

— Глубокое сканирование показало некоторые общие черты. Конечно, вы не ангел, но некоторые их особенности присутствуют. Например, вы легче, чем должны быть в своём возрасте. Далее, некоторые особенности строения позвоночника намекают на крылья. Но это лишь намёки. Это следует учитывать, когда вы захотите носить доспехи. Если захотите, конечно.

Мне захотелось себя ущипнуть. Словам Гедеона тяжело верилось. Какие ещё крылья? О таком я слышала впервые.

— Далее, если позволите. Лишний небольшой позвонок в районе копчика. Возможно, позже придётся его убрать, чтобы не было дискомфорта.

— По вашему рассказу я похожа на мутанта, — прокомментировала я его слова. У меня ещё и хвост мог вырасти?

— С точки зрения медицины вы и есть мутант. Возможно, генетический подарок какого-то дальнего родственника.

— Мои родители — люди, — возразила я. — А дедушек и бабушек я не знала. Но если бы кто-то из них был ангелом…

— Я ни в чём вас не обвиняю, — беспристрастно сказал Гедеон. — Я лишь сообщаю вам факты, которые могут повлиять на дальнейшую жизнь.

Я кивнула. Тело начало потихоньку слушаться меня. Действительно, не было ничего плохого быть похожим на ангела. Это даже могли принять за дар Бога Света на Компиталисе. Отец был бы рад. А вот хвост вызывал вопросы. Да и какие недостатки были от этих особенностей? Впрочем, плюсов я тоже не видела.

— А ещё я рекомендую воздержаться от мяса крокодилов, — сообщил доктор. Как будто бы я каждый день их ела.

— А что будет?

— Будет понос.

Я рассмеялась. Услышать такую новость, сказанную подобным голосом, стало ещё неожиданнее, чем прочую информацию.

— На этом я оставлю вас, — сообщил Гедеон. — Когда окончательно придёте в норму, можете самостоятельно покинуть медицинский корпус.

— Сообщите, что рассказали мне, архангелу Менриэль, — попросила я его. — Особенно про крокодила.

— Как пожелаете. Что-нибудь ещё?

— Как здоровье короля? — неожиданно для себя спросила я.

— Я не могу раскрывать нюансы…

— Он же в порядке? — перебила я его. Конечно, меня не интересовали нюансы. Лишь самочувствие друга отца после недавнего происшествия.

— Насколько мне известно, более чем в порядке, учитывая количество принятых им граждан за последние два дня. Вам что-то известно?

Странно, что не было известно его врачу. Так я сначала подумала. Ведь на короля…

Но что случилось с королём? Я поняла, что не могу ответить Гедеону ничего вразумительного. О каком происшествии я подумала, когда задавала свои вопросы?

— Мне показалось, что он кашляет, когда мы виделись последний раз, — решила соврать я.

— Я проверю эту информацию, — пообещал Гедеон. Беспристрастно, как всегда. И оставил меня в одиночестве.

35. Сборы

Менриэль скрупулезно рассматривала мою спину довольно длительно время, прежде чем сказала:

— Ну, информация от Гедеона, конечно, даёт ответы на некоторые вопросы, но…

Ангел нахмурилась, уйдя в собственные мысли.

— Было бы классно летать, — размечталась я.

— Невероятно классно, но крылья бы уже проявились, — Менриэль оставалась задумчивой. — Род твоего отца определённо состоит из людей. Возможно, ген по линии матери?

— Это плохо? — спросила я, смутившись. Менриэль совсем не выглядела обрадованной.

— Плохо то, что много неизвестного, — ответила она. — Пока что нужно сохранить эти знания в тайне.

Очередной секрет от всего мира в мою копилку. Хорошо, что на этот раз этот секрет был не от ангела-хранителя.

— Ниши сказала, что хочет покинуть город со мной, — вспомнила я.

— Да. Возможно, Люциусу стоило бы отправиться с вами, но он достаточно упрям и очень волнуется за брата.

— А ты не волнуешься?

— Извини, но я не его ангел-хранитель. Я волнуюсь только за тебя.

Разумный ответ, но несколько холодный для обычной Менриэль.

— Твои друзья, конечно, не полностью безразличны, но ты — важнее всех, — попыталась реабилитироваться она после того как заметила мою обиду и потрепала меня по голове.

— Методы Ниши жестковаты, но, быть может, именно это тебе сейчас и нужно, — продолжила она. — В конце концов, я слышала, что именно ты выбрала её в наставники.

— Да, — не без гордости ответила я. — Гонялась за ней по всему городу.

— И на глайдере летала над шахтами, — добавила Менриэль.

— Это она рассказала? — удивилась я. Думала, Ниши не так сильно следила за моим преследованием.

— Вообще-то тебя трудно было не заметить. Полгорода судачит.

Я смутилась. Совершенно не думала об этом, пока гонялась за новым тренером. Оставалось надеяться, что не успела нигде опозорить отца. Удивительно, что столько жителей вообще смотрели в небо в тот день.

— Мы должны собрать тебя в поход, — напомнила Менриэль.

Точно. Вряд ли Ниши будет ждать долго, поэтому собраться следовало заранее.

— Интересно, на сколько мы уйдём?

— Не думаю, что надолго, — пожала плечами ангел. — О еде не волнуйтесь, лучше возьми книжек и сменную одежду.

— А тут есть библиотека? — спросила я.

Я сразу оживилась, вспомнив необходимость изучения языка древних.

— Разумеется, — Менриэль, казалось, удивилась моему вопросу. — В каждом дворце должна быть библиотека. Но я уже принесла то, что тебе может пригодиться.

— Может, я найду что-то ещё? — не унималась я.

— Даже по магии принесла, — Менриэль показала несколько не слишком объёмных потрёпанных книг.

— Я хочу сама выбрать! — нахмурилась я, и ангел сдалась.

При входе в библиотеку в нос сразу ударил запах старой бумаги, типичный для таких мест. Само помещение удивляло скорее количеством стеллажей, заполненных книгами с разноцветными корешками, чем красотой архитектуры.

— Я тоже поищу кое-что, — Менриэль оставила меня в одиночестве, и я решила сразу воспользоваться ситуацией.

Этим местом заведовал хороший библиотекарь. Книги располагались строго по темам, а каждый стеллаж подписан. Я заметила несколько исторических стеллажей, разделы с науками, в том числе магическими. И, наконец, нашла нужный мне — языки иных народов. Оставалась надеяться, что и древний тут будет.

На первый взгляд, изучение мало что дало: в основном стеллаж содержал книги по уже известным мне языкам. Но сдаваться так рано я не хотела. Основной проблемой являлось то, что названия некоторых книг я и вовсе не могла прочитать.

— Вам помочь? — спросила пожилая шанир, немного испугав меня.

— А? Да! — сразу ответила я. Кто ещё мог меня выручить, кроме хозяина этого места? Точнее, хозяйки. Хоть я и сомневалась, что такая дряхлая старушка могла помнить хоть что-нибудь. Она выглядела совсем уж старой. Даже для меня, той, кто совсем не разбирался в возрастах шанир.

— Меня заинтересовал язык древних, — сказала я. — Но не могу найти ничего подходящего.

— Каких именно древних? — старушку нисколько не смутил мой вопрос. Она только сняла очки, дыхнула на них и протёрла собственной одеждой.

— Аджирас, — ответила я. Других древних я и не знала.

— Здесь такого не найдёшь, — ответ старушки звучал как приговор, однако она сразу дала и надежду:

— Я поищу для тебя в другом месте, жди здесь, золотце.

Старушка удалилась, а я обратила внимание, что напротив стеллажа с языками располагался раздел с магическими предметами. Здесь ждали своего часа книги от разных авторов про рунопись и зарядку магической энергией. Я вспомнила уроки Менриэль, расколовшуюся маску и почувствовала необходимость прочитать хотя бы пару из этих книг. В дополнение к урокам моих наставников, конечно.

— Сколько же времени нужно, чтобы всё это изучить, — сказала я вслух, чуть отойдя от стеллажа.

— Человеческой жизни не хватит, — послышался знакомый нейтральный голос, заставив меня вздрогнуть.

— Чтобы изучить все знания вселенной, нужно быть бессмертным, — сказал Гедеон, подойдя ближе. — Как ваше здоровье?

— Очень хорошо, — ответила я. — Спасибо за ваше лечение.

— Это мой долг, — ответил доктор. — Не стоит благодарности. Рад, что вы поправились.

Не знаю почему, но от его голоса становилось не по себе. Не покидало чувство… неправильности происходящего.

— Вы никогда не думали о бессмертии? — внезапно спросил он. — Бессмертные могут изучать столько, сколько захотят. Могут познать все тайны и поделиться ими с другими.

— Простите, я не думала, — честно сказала я.

Меня действительно не посещали такие мысли. Да и какой в них смысл? Бессмертие доступно только Богу Света. Даже ангелы смертны. Хотя, я ни разу не встречала пожилого скайлана.

— А вот я задумываюсь каждый раз, когда посещаю это место, — признался Гедеон. — Вы тоже пришли сюда за знаниями?

Я кивнула.

— Знали ли вы, что бессмертными могут быть не только боги?

— Нет, — ответила я. К чему он вёл? Зачем решил со мной поделиться этим знанием? Да и о каких богах говорил?

— Когда-то давно я узнал, что эта… удивительная способность доступна не только им, но и их ближайшим соратникам, — сообщил он. — Ближайшие к Богу Света ангелы тоже бессмертны. Как это интересно, с врачебной точки зрения. Они не стареют или просто быстро восстанавливаются?

— Они не стареют, — я услышала голос его ученика. Леос вышел из-за стеллажа и подошёл к хранилищу книг о магических предметах. В его руках была одна из них и, вернув её на место, он сказал:

— Учитель, мне кажется, вы нашли не того собеседника, чтобы поговорить о такой сложной проблеме. Без обид, Менра.

— Да ничего, — ответила я, искренне надеясь, что он поможет закончить этот разговор.

— Ты прав, как и всегда, — согласился Гедеон. — Прошу меня простить.

Когда оба доктора удалились, я подошла к книжке, которую вернул Леос. Она оказалась интереснее всех остальных. «Живые мечи и их носители — Меченосцы». Подробная книга о врагах Света здесь? Удивительно!

Хотя, чему мне было удивляться? Полезно узнать о своём враге. А старушка библиотекарь никак не возвращалась. Да и Менриэль нигде не было видно.

Я открыла книгу. Она не рассматривала меченосцев как чьих-либо врагов. Но рассказывала об устройстве их оружия.

Оказалось, что форма меча попросту являлась универсальной и самой удобной для ношения, потому эта форма оружия и была единой для всех. По крайней мере, по мнению автора книги. Первые мечи были созданы неизвестным кузнецом и розданы выдающимся личностям. Они являли собой результат смешения технологии изготовления, рунописи и сильной магии, а основным материалом был выбран тот, что на Сиприне назывался веренитом. Тот самый, которым пользуются ангелы для своего оружия и доспехов. Интересно, знала ли об этом Менриэль?

Далее книга гласила, что мечи позволяли наделить владельца могучей силой, однако некто проклял их. Каждый носитель проклятого оружия привязывался к нему и переставал стареть. Невольно вспомнились слова Леоса и восторг Гедеона от мысли о бессмертии.

Однако проклятие дополнительно индивидуально меняло тело носителя, что осложняло его жизнь.

Довольно абстрактное описание. Как именно оно меняло жизнь? Звучало не очень убедительно. На первый взгляд, такое оружие приносило носителям больше преимуществ, чем недостатков.

Я перелистнула страницу. На следующей говорилось о появлении новых живых мечей.

После смерти душа меченосца отправлялась в неизвестное автору место, где из него создавалось новое оружие для нового владельца. Куда же девалось старое, в книге не уточнялось.

Услышав тихую поступь, я быстро перелистнула несколько страниц. Читать о примерах живых мечей сейчас смысла не имело. Глаз больше ни за что не зацепился, и я вернула книгу на стеллаж, решив продолжить чтение в другой раз.

— Я нашла тебе кое-что более-менее подходящее, — произнесла старушка, протягивая старую сильно потрёпанную книгу. «Аджираский язык» гласила надпись на азори — языке драконидов Азориена. Я неплохо в нём разбиралась для неродного мне языка.

Мне захотелось расцеловать старушку от счастья, но я просто подарила ей объятья. Она нашла то, что нужно!

Старушка в ответ одарила меня широкой улыбкой и напомнила:

— Постарайся не потерять её!

— Я постараюсь, а… эм…

Я так и не нашлась, как именно следовало обращаться к заведующей библиотекой, а она лишь улыбнулась и скрылась среди стеллажей. Обхватив книгу обеими руками, я заторопилась ко входу, где уже ждала Менриэль.

— Нашла, что искала? — спросила она, а я, стараясь не показывать ей книгу, выпалила что-то утвердительное в ответ и вышла из помещения.

Менриэль только вздохнула и, проворчав что-то про мой возраст, направилась следом.

36. Охота

— На этом всё, — закончила я рассказ.

Аньяри слушала про события последних дней молча, внимательно изучая меня. Конечно, я не стала упоминать об исследованиях Гедеона.

— Благодарю, — сказала она, когда поняла, что повествование закончено.

Я поднялась и бросила взгляд в сторону клетки напротив её. Пусто. Я и не заметила, что принца уже выпустили.

— И что, даже не дашь ей совета? — усмехнулся другой демон.

Признаться честно, я и сама втайне начала надеяться на какой-то совет от такого могучего мага, как она. То ли от безрассудства, то ли от привычки, я совсем перестала бояться этого демона. Хотя для формирования привычки прошло слишком мало времени.!?

— А ей нужен совет от меня?

— Я думал, ты любишь раздавать советы, — съехидничал демон.

Повисло молчание. Аньяри смотрела на меня, а я — на неё. Наконец, она произнесла:

— Не торопись.

— Это хороший совет, — усмехнулся демон в соседней клетке.

— Увидимся через полгода, — попрощалась Аньяри.

— Я вернусь раньше, — возразила я и покинула их.

А на выходе столкнулась с Менриэль. Та посмотрела на меня недобрым взглядом и сказала:

— Мы опаздываем.

Путь до покоев мы прошли молча. Молча собрали вещи, которые могли пригодиться мне в путешествии и молча вышли из замка.

— Прости, — наконец, я решила прервать молчание.

— За что ты извиняешься? — спросила Менриэль.

— Я не сказала тебе о них…

Лицо ангела не выражало злости. Но явно читалась грусть...

— Тебе не за что извиняться, — сказала она. — Но тебе не стоит общаться с врагами Света. Демоны обманывают и очерняют души даже самых светлых созданий. Сначала ты их боишься, а потом считаешь их жертвами. А потом и сама не заметишь, как предашь своих друзей.

Я действительно больше не относилась к пленникам с опаской. Но и жертвами их не считала. Второй демон вообще не пытался мне понравиться. По крайней мере, так казалось.

— Просто пообещай, что будешь со мной откровенной, — попросила Менриэль.

— Обещаю, — соврала я. Ведь совсем не собиралась рассказывать о своих видениях.

Наконец, мы дошли до городских ворот. Не тех, что вели к порталу на Компиталис, а до противоположных. Ниши уже ожидала нас, как обычно насупившись.

— Готовы? — спросила она. Больше Менриэль, чем меня.

— Готовы? — в свою очередь, спросила меня ангел.

— Готовы? — усмехнулась я, обратившись к Ниши.

Шанир закатила глаза и, развернувшись, направилась к выходу. А я побежала за ней.

Менриэль долго провожала нас взглядом. А когда врата закрылись, я уверена, что она залетела на башню и продолжала смотреть оттуда.

— Ты говорила, что она странная, — напомнила я принцессе. — По-моему ты тоже странная.

Теперь, когда новому тренеру от меня деться было некуда (по моему наивному суждению) можно позволить себе более смелые заявления.

— И чем же я странная?

— Обычно принцессы ведут себя… — я ненадолго запнулась, подбирая слова. — Ну… как принцессы? Одеваются в платья, вежливо говорят со всеми…

— Я просто не люблю платья, — ответила она. — Законы Сиприна не запрещают мне ходить так, как захочу. Ты и сама сейчас не в платье.

Правда была за ней. Удивительно, как именно Менриэль умудрилась притащить из Компиталиса так много вещей, но в дорогу нашлось целых три комплекта походной одежды. Один из них красовался на мне, а запасной аккуратно сложен в объёмный и довольно тяжёлый рюкзак за спиной.

— И вы никогда не носили парадной одежды?

— Ну почему, на свадьбе носила, — возразила Ниши. — Каждая принцесса хоть раз, да носит платье.

Я хотела больше подробностей, но тренер заметила их неуместную чрезмерность, и мне пришлось развлекать себя осмотром окрестностей.

Белёсые травы и деревья, окружающие столицу, постепенно сменились синеватыми, а затем и зелёными. Похоже, эта странная особенность растительности оказалась свойственна лишь окрестностям столицы. А скалисто-пустынная местность вскоре сменилась густым лесом, который прорезала наша дорога.

На пути нам несколько раз попадались шаниры-путники, которые почтительно кланялись Ниши и сообщали различные новости.

Наконец, принцесса объявила привал. Она сняла рюкзак и достала пару раскладных стульев. Сев на один из них, помахала очередным путникам и жестом пригласила меня на другой.

— Я впервые путешествую без Менриэль, — я снова начала диалог. Молчание становилось совсем неловким. — Так странно куда-то идти без охраны.

— Вот моя охрана, — ответила Ниши, взглядом указав на своё копьё. — Да и дорога эта безопасна.

— А в городе бандиты, — заметила я.

— Дорожных бандитов вытравливать не то же самое, что находить их в центре крупного поселения с кучей пещер. Да и тракт этот достаточно оживлённый. Ты не заметила, но мимо нас прошло несколько патрулей. Правда, ты права, бандитов в городе стало многовато.

— Вы обещали рассказать про Менриэль, — напомнила я.

— Твоя ангел-хранитель странная, — вновь сказала Ниши. — Много позволяет тебе. Не старается излишне опекать.

— Старалась раньше, — ответила я. — Это сейчас перестала.

— Значит, тебе повезло. Мой мне проходу не давал, пока не умер.

— В смысле, умер?! — воскликнула я. — Разве они могут умереть?!

— Могут, если встретят достаточно сильного врага. Нишиэль — встретил. И умер вместе с моим мужем.

До сих пор я с трудом представляла Ниши рядом с почтенным мужчиной. Весь её образ и внешний вид никак не сочетался в голове с наличием семьи.

— Соболезную вашей утрате, — сказала я, как учила Менриэль.

— Брось, ты же его не знала, — проворчала Ниши и открыла свой рюкзак. Внутри оказался провиант. Я последовала её примеру, ведь желудок уже требовал еды.

— Да и рано тебе лезть в эти дела, — похоже, от еды Ниши становилась разговорчивее. Её голос смягчился, как и взгляд. — Так вот, тебе повезло с хранителем.

— Вы не тоскуете по ним? — спросила я, доев свою еду и закрыв рюкзак.

— Конечно тоскую, но мне надо жить дальше ради себя, своей дочери и всего Сиприна, — Ниши сложила стулья и продолжила:

— Пришло время работать ногами, а не языком.

Ногами предстояло работать много. Вскоре мы углубились в лес и подготовили в нём настоящий лагерь: костёр, раздельные палатки, в общем, всё как полагается.

— Остановимся сначала здесь, — пояснила Ниши. — Затем спустимся вниз по реке.

Воспользовавшись паузой, я погрузилась в изучение собранных с собой книг. Алфавит аджирас давался легче, чем я думала. Возможно, потому что их буквы походили на уже привычные мне.

Вообще самым сложным оказался факт написания некоторых слов задом наперёд. В основном это касалось названий, имён и обозначений мест.

— Что читаешь? — спросила Ниши, вернувшись. Она держала в одной руке мёртвого кролика с зелёной шерстью, а в другой — своё копьё. А я даже не заметила, как она уходила на охоту.

— Учу язык, — честно ответила я, немного скорчившись от внешнего вида животного.

— Не корчись, принцесса, завтра будем твою добычу есть.

Свежеприготовленное мясо оказалось несравнимо ни с чем другим, что я ела до сих пор. В плохом смысле. Или навыки готовки Ниши сильно отставали от иных поваров, или сама крольчатина обладала ужасным вкусом. А еда в рюкзаке оставалась на экстренный случай, и трогать её она запретила.

— Отбой, — скомандовала шанир и закрылась в своей палатке, потушив костёр.

Сначала я опасалась, что видения вновь настигнут меня и заставят уйти в неизвестность. Но бояться было нечего — я просто не смогла уснуть. Спина привыкла к мягким матрасам, а голая земля и небольшой слой ткани никак не могли с ними сравниться.

Звуки ночи пугали. Казалось, будто совсем рядом рыщут неведомые хищники. И только ждут момента, чтобы проникнуть внутрь палатки и полакомиться мной. Ближе к утру всё затихло, а вскоре прозвучала новая команда Ниши:

— Подъём, принцесса!

Осмотрев меня с ног до головы, тренер кивнула в сторону реки:

— Помойся и взбодрись.

Вода оказалась чересчур холодной, но сон как рукой сняло. Когда я вернулась, Ниши кинула мне длинную палку и жестом указала на нож.

— Точи, как сможешь, — сказала она.

И я принялась за работу. Импровизированное копьё получилось неплохо, но только по моему мнению. Ниши скептически цокнула языком и позвала меня за собой.

— Эти кролики, на твоё счастье, пасутся стадами, — сказала она. — Бегают быстро, но мешают друг другу. Кого-нибудь, да прибьёшь.

Я представила десяток маленьких зверьков, которые ставят друг другу подножки, в попытке удрать. А оказалось, что стадо гораздо больше. Если не всматриваться, перед нами раскрылось гигантское меховое поле. Я бы и не заметила ничего странного и продолжила путь, если бы принцесса не остановила меня.

— Начинай, как будешь готова, — скомандовала Ниши шёпотом и отошла назад.

А мне начинать не хотелось. Кролики слишком мило двигали тёмными носиками, пожёвывая траву.

— Ну, чего ждёшь-то!? — поторопила меня Ниши.

— Они такие милые… — пожаловалась я в ответ. Рука не поднималась как-либо им навредить.

Похоже, я сказала это слишком громко. Кролики резко подняли уши и побежали во все стороны. Ниши говорила правду: из-за их количества поднялся ужасный писк, кролики в панике толкали сородичей, лишь мешая друг другу.

Однако моё промедление спасло их: поляна быстро опустела, а Ниши вышла из укрытия.

— Похоже, ты решила оставить нас голодными, — проворчала она.

— Простите… — я потупила взгляд.

— Ты же не ради развлечения сюда пришла, — тренер продолжила отчёт. — Когда-нибудь тебе придётся применить оружие по назначению.

— Но я не хочу убивать! — возразила я в ответ.

— В таком случае, — Ниши строго посмотрела мне прямо в глаза. — Оружие и вовсе не стоит брать в руки.

— А как же защита? — спросила я. — Когда-нибудь я буду должна защищать… всех!

— А в таком случае, тебе придётся кого-то убить, — принцесса сказала суровую правду. — И не один раз. И иногда тебе будет очень неприятно это делать. Но необходимо. И всем будет лучше, если ты прямо сейчас признаешь, что не способна причинять боль другим, и бросишь бесполезные для тебя тренировки. Или ты возьмёшь в руки твоё фигово сделанное копьё и будешь выполнять мои указания. Которые, возможно, чему-то тебя научат. Если ты будешь пользоваться своим главным оружием.

Ниши толкнула меня указательным пальцем в лоб и направилась обратно в лагерь. Мы остались без еды, а я — с тяжёлыми мыслями.

Слова принцессы Ариан звучали жестоко. Но я не могла сказать, что она не права. Возможно, именно поэтому отец был так суров. Если подумать, у него и Ниши были общие черты. Только она казалась добрее ко мне.

37. Откровение

После неудавшейся охоты мы продолжили тренировки. Не настолько суровые, как на белых полях, но всё равно достаточно выматывающие. Теперь Ниши давала мне шанс нападать на неё и, в свою очередь, уклонялась, блокируя удары. И, несмотря на голодный желудок, мне казалось, что я делаю определённые успехи.

— Завтра моя очередь идти на охоту, — сообщила Ниши, когда тренировка закончилась. — Так что на раздумья у тебя не так много времени.

Ночь прошла гораздо лучше предыдущей. Видимо, от усталости, я моментально отключилась. Но мой разум — нет.

Я открыла глаза и сразу поняла, что нахожусь в видении. Палатка исчезла, а моя спина ощущала холодную землю. Поднявшись, я подошла к костру. Рядом с ним сидели два шанира с рыжей пятнистой шерстью: взрослая воительница с копьём и молодая с кинжалом. На костре готовился здоровый кусок мяса оленя, судя по остаткам туши неподалёку.

— Нет ничего постыдного в том, чтобы отказаться от пути воина прямо сейчас, — сказала взрослая шанир. — Ты всегда можешь выбрать иной путь и вместо копья пользоваться словом.

Девочка крепко сжимала кинжал и молча смотрела на угли костра.

— Завтра твоя очередь, — продолжила воительница. — Сообщишь свой выбор утром.

Костёр стал ярче, и я зажмурилась. А когда открыла глаза, было уже утро. Ниши ещё не вернулась с охоты, и это был мой шанс заняться дальнейшим изучением языка. Конечно, я понимала, что это может занять годы, а какого-нибудь результата важно добиться прямо сейчас. И потому я достала из сумки тетрадь, потерянную певицей в замке.

Почерк лисицы ужасал небрежностью, она допускала ошибки и криво исправляла слова, что сильно осложняло поиск подходящего перевода.

Начинались записи с перечислений названий трав для отваров. Разумеется, я не знала, какая мне польза от этого, но лениться нельзя — можно пропустить что-то важное. А за отварами шли личные записи. Сначала я хотела отложить их на потом, но Ниши никак не возвращалась.

Перевод этих заметок оказался сложнее: ошибок стало больше, и, похоже, певица не понимала, когда слова следует писать задом-наперед. Однако из контекста я поняла, что у лисицы болело горло после каждого выступления. Похоже, отвары предназначались для лечения недуга.

Вскоре тон записей сменился. Лисица стала использовать множество сокращений, особенно в моментах встреч с неким врачом. Записи прерывались зарисовками песен с множеством чисел. Мне начало казаться, что расшифровка текста с этого момента стала практически невозможна. Даже захотелось кричать от бессилия. Но было нельзя.

Я перелистнула несколько страниц. Снова списки, похоже, эльфы и шаниры. И тут я поняла, что одно из сокращений, как мне казалось, всё это время являлось именем. В конце каждой из колонок в блокноте стояло слово «прибирает», хотя, скорее всего, должно быть написано «забирает». Далее певица писала тире или двоеточие и повторяющиеся имена.

— Списки для концерта? — предположила я вслух.

Одно из имён повторялось чаще остальных: Алви. Личность её, впрочем, оставалась неизвестной, как и всех остальных, кроме одного. В самом последнем списке значилось знакомое имя. Шиман Ангелион. Что он делает в этом списке? Вряд ли молодой драконид помогал готовить мероприятия. И дата не совпадала с каким-либо праздником. Зато она совпадала с нашим путешествием в глубины…

— Да быть не может… — проговорила я вслух.

— Может, может, — ответила Ниши, волоча за собой тушу оленя. А я и не заметила, как она вернулась. — Я думала, они тут уже не водятся. Не поможешь?

Я промедлила. Мысли пока ещё не отошли от тетради и информации в ней. Интересно, Ниши знала кого-нибудь из списка? Впрочем, как пояснить ей наличие у меня чужой тетради, я не представляла совсем.

— А, ты же у нас нежничаешь, — махнула рукой она, приняв промедление за слабость. Хотя, по правде говоря, я не особо хотела участвовать в разделке туши.

Куда важнее было то, что информация в записях певицы могла помочь Менриэль. Лиса явно не просто так фиксировала чужие имена. Интересно, что произошло с другими из этого списка? Могло ли быть такое, что нападение на моих друзей было спланировано? Но кто с нами был? Никого подозрительного.

Учитель вряд ли стала бы заниматься подобным. Конечно, она выглядела не очень дружелюбно, но вряд ли её интересовало что-то, кроме магии. Да и преступников не пускали бы во двор. Король сам попросил её обучать меня.

А Ниши и вовсе не желала иметь с нами никаких дел. Догнать её я смогла лишь чудом, наверное. Если только она не отвлекала меня специально. Но зачем это принцессе? Да и со мной ничего не произошло до сих пор, а мы оставались наедине достаточно долго. Хотела бы она причинить мне вред, уже воспользовалась бы возможностью.

Ниши протянула мне деревянную тарелку с куском мяса. Запах был воодушевляющим, а вот вкус — снова не очень. Есть можно, но без аппетита.

— Крепко же ты призадумалась, — заметила Ниши.

— Думаю про Менриэль, — сказала я полуправду.

Помимо мыслей о произошедшем в глубинах, я раздумывала ещё и о возвращении.

Вернусь сейчас, могу передать тетрадь Менриэль. Скорее всего, она не поругает меня за это воровство, когда узнает, что в ней написано. Однако… это положит крест на моём обучении у Ниши.

— А что о ней думать? — спросила Ниши. — Уже соскучилась?

Её вопрос дал понять, что действительно соскучилась. Однако говорить правду не хотелось, и я отрицательно помотала головой.

— У Менриэль важное дело, и она доведёт его до конца. Все вот эти пропажи сильно беспокоят отца, но я уверена, что она с ними скоро разберётся. Твой друг будет в порядке, а вы с товарищами будете лишь мешать.

— Это она попросила тебя забрать меня из города? — догадалась я.

Ниши долго внимательно смотрела на меня, но я не могла однозначно определить её эмоцию. Наконец, она сказала:

— Нет.

Я доела кусок мяса и собрала посуду для мытья. Ниши тоже собралась к реке.

— Ты здесь потому, что тебе это нужно, — наконец добавила она. — Но если ты откажешься, то мы развернёмся назад.

Похоже, дочь короля очень доверяла моему ангелу-хранителю. Быть может, они давно друг друга знали. Интересно, насколько принцесса старше меня? Впрочем, задать такой вопрос показалось неуместным, поэтому я задала другой:

— Расскажите о вашей матери.

— С чего это вдруг тебя заинтересовала моя мать? — нахмурилась Ниши.

Действительно, с чего? Может я пыталась найти нечто общее между нами? Я тоже росла без матери. Впрочем, мачехи-то у меня не было, в отличие от неё. Но может ли Акши заменить ей такую потерю?

С другой стороны, я много лет даже не понимала, что расту только с отцом и Менриэль. Ведь мать часто посещала меня в видениях, пока я не узнала, что она умерла.

А на несколько лет к ним добавилась и Миато, забота которой дополнила то, чего не могла дать мне хранитель.

Тяжёлые мысли вновь захватили меня. Та, что подарила мне жизнь, оказалась врагом Компиталиса. Считает ли её плохой Ниши? Возможно, не стоило затрагивать эту тему?

— Ну, впрочем, почему бы и нет, — вздохнула Ниши, когда мы, наконец, дошли до реки. Она находилась недалеко, но я, погрузившись в свои мысли, решила, что мы шли вечность. — Только ты хорошенько мой.

Я принялась за дело, а дочь короля продолжила:

— Моя мать мечтала о процветании королевства и делала для этого всё. В основном с копьём в руках, и тут я пошла в неё. Разумеется, она совсем не могла следить за хозяйством, что замечали многие гости. Приходилось даже нанимать управителей из других стран или миров. Конечно, это сильно выходило за рамки обычаев, как ты понимаешь. Отца это расстраивало, хоть он и не показывал виду. Но он всё равно её любил. И любит до сих пор.

— А королева Акши?

— Я не говорила с ним о ней, — Ниши поморщилась. — Мы вообще, мало разговариваем последние годы. Может, я напоминаю ему о маме?

— Но зачем нужны управители из других мест? — решила уточнить я.

— Что ты имеешь в виду?

— Разве не странно приглашать на такие должности кого-то издалека?

— Опасно, — согласилась Ниши. — Однако они действовали тайно. Признаться, что королева не может сама обеспечить быт в замке… это большой позор.

Мы некоторое время просидели молча.

— А как она умерла? — наконец, спросила я.

— Её отравили предатели, — ответила Ниши.

— Это грустно.

— Грустно, — согласилась Ниши. — Но у тебя-то ещё хуже в этом плане.

— Почему? — спросила я.

Немногочисленная посуда благополучно приняла надлежащий вид, и я собралась обратно.

— Твою объявили врагом Света, и её казнил собственный муж. Тебе не рассказывали об этом?

38. Решение

Сначала я с трудом сдерживалась, чтобы не выпустить гнев наружу. Ниши молча стояла рядом. Просто смотрела на меня. Обычным нахмуренным взглядом.

А потом бессмысленная злость прошла. Фактически мне врали всю жизнь. Только благодаря Миато я узнала о смерти матери и том факте, что её признали врагом Компиталиса.

А теперь, благодаря Ниши, я узнала о том, кто именно её убил.

Ни Сапифат, ни мой отец, ни даже Менриэль. Никто не собирался сообщать мне об этом. А может, ангел-хранитель считала, что я и так должна обо всём догадаться? Может, они все так считали? Вот только меня явно забыли спросить!

— На всякий случай… скажу, что месть ничего не решит, — наконец Ниши решила прервать молчание, видимо, сильно затянувшееся. Но молчание царило только между нами, а не в моей голове.

— Я знаю! — злобно сказала я. — И это её не вернёт, и всё такое!

— И что ты будешь с этим делать?

А что я могла? Сорваться сейчас с места и пытаться восстановить справедливость? Предъявить Менриэль, что она скрыла от меня подробности жизни моей семьи? Предъявить это отцу?

— Ничего, — буркнула я.

— Так уж ничего? — Ниши подняла левую бровь. — Впрочем, ничего — это тоже выход. На твоём месте я оказалась глупее, и это стоило мне сына.

При взгляде на Ниши теперь чувствовался стыд. Она потеряла гораздо больше, чем я. И не похоже, что эти потери сломили её, скорее наоборот, закалили характер. Пришло время закалить и мой.

— Я хочу стать сильнее, — казалось, будто мой голос стал звучать увереннее. — Я хочу стать… как вы, Ниши.

— Как я? — Ниши подняла брови. — Тебе не стать такой, как я.

— Почему?

— Потому что люди живут меньше шанир. Да и вообще не стоит стремиться стать такими, как… кто-то. Тебе стоит стремиться быть собой.

Она говорила правду. Существовала значительная разница в продолжительности жизни людей и других рас. Но и вторая её мысль имела смысл. В конце концов, чтобы изменить Компиталис к лучшему, мне достаточно было стать сильнее отца. А он не шанир.

Невольно я вспомнила слова Гедеона о бессмертии. Заманчивая идея, если у тебя большие амбиции, но недостаточно времени. Однако способов перестать стареть у меня под рукой не находилось. Зато здесь стояла Ниши, готовая учить меня сражаться. И охотиться на кроликов.

— Ты закончила размышлять? — спросила Ниши, на что я кивнула.

— В таком случае, нам пора в лагерь, хватит тут стоять. Итак много времени потеряли.

Ниши зашагала от реки, а я поторопилась за ней, полностью проигнорировав всплывших в воде кверху брюхом рыб, которых подхватило течение. И только в лагере обратила внимание, как шерсть на хвосте принцессы шанир поднялась дыбом. Догадываться, почему это произошло, долго не пришлось: принцесса воткнула рядом с моей палаткой металлический прут и направила в мою сторону.

— Я, конечно, всё понимаю, но тебе следует лучше контролировать свои эмоции, — сказала она. — Не хочу быть случайно поджаренной.

После чего она не стала дожидаться извинений и закрылась в своей палатке.

В эту ночь удалось заснуть не сразу. Похоже, гнев всё-таки ушёл не до конца. Хотелось высказать всё как Менриэль, так и отцу. А в голове накопилось множество вопросов. Однако я сама могла предположить ответ на них. Скорее всего, Менриэль просто хотела меня защитить. Боялась, что правда навредит мне. Может, она думала, что я предам отца, как и моя мать? Что именно произошло между моими родителями?

Никто не собирался давать ответов. А обида копилась.

— Подъём! — разбудила меня Ниши. — Твоя очередь добывать нам еду.

Мы повторили прошлый путь до прежней поляны, однако она пустовала, и нам пришлось искать дальше. Конечно, охотиться на кроликов желания не прибавилось. Однако после последних событий я твёрдо решила.

Менриэль заслужила доверие достаточного количества шанир, чтобы справиться без меня. Да и с переводом я могла напортачить, учитывая количество ошибок певицы в тексте. Может, это вообще список фанатов был.

А вот упускать свой шанс стать сильнее никак нельзя, тем более учитывая последнюю информацию.

— Вон там, — Ниши указала вдаль. Среди деревьев раскинулась очередная поляна, на этот раз полная кроликов. Слишком милых зверьков. Таких милых, что руки тряслись, а сердце сжималось.

— Какой странный лес, — заметила я, попытавшись отвлечься.

— Почему? — спросила Ниши.

— Редковат слишком. Много пустых пространств.

— Ну каким вырос, такой и лес, — пожала плечами Ниши. — Дальше будет погуще. Не отвлекайся от задачи.

— Ну простите, кролики… — прошептала я и пошла вперёд.

Однако резкий хруст ветки напугал как их, так и меня. Добыча ускользнула, но Ниши не стала ругаться:

— Ничего, идём дальше, где-то они всё равно должны пастись.

— Ну простите, кролики… — снова сказала я и снова пошла вперёд к новой поляне. Однако неудача следовала за мной по пятам. На этот раз испуганная толпа кроликов рванула прямо мне под ноги, уронив на землю.

— Попробуй не шептать свою мантру, — посоветовала Ниши на третьей поляне. — У них всё равно мозга нет на прощение.

От слов шанира легче не становилось. Неудача посетила меня и тут. И на следующей. И ещё на трёх полянах. На последней я умудрилась сломать самодельное копьё.

— Да ты просто нечто, — проговорила Ниши, когда увидела поломку. — Впрочем, невелика потеря. Оно всё равно плохо вышло.

— Простите… — я посмотрела на свои ноги в царапинах. Единственный трофей с сегодняшней охоты.

— Что, будешь ещё пробовать? — строго спросила тренер.

— А что, ещё остались поляны? — спросила я.

— Так мы по кругу ходим, дурында. Они просто на старые перебегают.

Я решительно кивнула. Пообещала себе не показывать слабость. Но еды в тот день так и не добыла.

— Ты же не думала, что у тебя получится с первого раза, да? — подбодрила Ниши. — Моя дочь даже до этого не дошла.

— Да?

— Именно. Она тоже как ты, начала жаловаться, что кролики милые, но сдалась уже на третий день.

— А где она сейчас?

— Учится этикету в закрытой академии на юго-востоке.

— В академии?

— Да, это твоя мать придумала. Место для обучения знатных детей. Удобно, но долго.

При упоминании мамы я вновь вспомнила отца и сжала кулаки.

— Через годик закончит уже, и мы увидимся, — продолжила Ниши. — Не представляю как скажу ей, что отца больше нет. Потерю брата она так и не пережила до конца.

Мне показалось, что на лице принцессы промелькнула печаль. Но лишь на миг.

— Надеюсь, когда вырасту, нам не придётся воевать, — сказала я, решив, что теперь моя очередь подбадривать.

— Пока отец с его амбициями управляет королевством, нам точно придётся воевать, — возразила Ниши. — Мы воюем практически постоянно. Почти у каждого в королевстве кто-то из родственников погиб на поле боя.

Ниши нахмурилась. Мне показалось, будто она вовсе не довольна таким положением дел. Возможно, она просто не решалась выступить против решений отца.

— С кем можно так долго воевать? — удивилась я.

— Сначала на нас пытались нападать соседи, — ответила Ниши. — Затем мы долго завоёвывали их. Потом произошло масштабное вторжение демонов, затем кто-то наслал на страну нечисть. А сейчас мы снова пытаемся расширить свои территории. К тому же, оказалось, что имперцы заключили союз с демонами. Один такой и убил моего ангела-хранителя.

— Похоже, король готов воевать, пока все демоны не падут, — заметила я.

— Похоже, отец готов воевать, пока весь мир не будет у его ног, — возразила Ниши. — Но тебе точно не стоит забивать этим голову, пока он не позвал Компиталис на помощь. А он для этого слишком горд. Но наше дело — правое.

Вечером я надеялась доесть оленя, но Ниши отказала: сообщила, что его мясо можно использовать лучше. Спорить я, конечно, не решилась. Хоть шанир и стала добрее после нашего разговора. Но не стоило лишний раз докучать ей спорами. Всё же, Ниши обладала явно большим опытом.

— Начнём с начала, — сообщила она утром. — У тебя ещё полгода есть до возвращения. И только от тебя зависит, насколько сильнее получится стать.

— В каком смысле, полгода!? — воскликнула я. — Вы же говорили, что мы отправляемся ненадолго?

— Полгода — это совсем чуть-чуть, — пожала плечами Ниши. — Даже оглянуться не успеешь.

— Но как же мои друзья? Шиман…

— И чем ты им поможешь? — нахмурилась Ниши. — Ты даже с кроликами-то справиться не можешь.

— Мне бы какой-нибудь совет, — попросила я, немного успокоившись.

— Долго ж ты его не просила, — заметила Ниши.

— Так вы же сами сказали: думать головой! — возмутилась я, не выдержав. Давно хотела спросить совета, но боялась, что это расценят как слабость. Не хотела ударить в грязь лицом. Желала самостоятельно добиться успеха.

— Что же ты обо мне там нафантазировала, — пробормотала Ниши, нахмурившись даже больше обычного. — Боишься, что съем что ли за вопрос?

— Ну а вдруг покажется, что я ни на что не гожусь! — призналась я.

— Ну конечно, ты сейчас ни на что не годишься, — согласилась она. — Поэтому мы все тебя и учим. И Менриэль, и Сирай.

— Но ведь…

— Ты же не думала, что все вокруг ожидают от тебя мгновенных успехов? — прервала меня она. — Даже у гениев далеко не всё получается с первого раза. Я тоже проходила подобные тренировки и за первую неделю не поймала ни одного кролика. А готовить не умею до сих пор.

— Это правда, — вырвалось у меня вслух.

— Что ты там мямлишь? — Ниши подошла ближе, но я не решилась повторить критику в её адрес.

— Что делают кролики, когда ты их пугаешь? — спросила она, когда оказалась совсем близко.

— Убегают! — ответила я.

— А ты что делаешь?

— Пытаюсь попасть по кому-нибудь!

— А почему не получается?

Я пожала плечами. Копьё лишь втыкалось в землю, а кролики, даже самые неуклюжие, разбегались кто куда.

— Во-первых, тебе их всё ещё жалко, — заметила Ниши. — А во-вторых, они очень пушистые. Ты думаешь, что бьёшь их, а бьёшь шерсть.

Ниши сказала очевидный и абсолютно верный факт, который я упускала раньше.

— Ты стараешься не наносить им смертельных ударов? — продолжила шанир. — А кто добивать будет? Надеешься, что я буду этим заниматься? Или кто-то другой?

Действительно. Я не старалась бить в центр зверька. Била, скорее, куда придётся.

— А в настоящем бою ты как поступишь? Будешь поддаваться врагам, полагаясь на товарищей? — Ниши вздохнула. — Сейчас я расскажу тебе кое-что, и кролики сразу перестанут казаться милыми, — принцесса передала мне заострённую палку. Видимо, моя заточка её абсолютно не впечатлила, хоть я и не видела большой разницы.

— Как они могут быть не милыми, — буркнула я.

— А вот так. Эти крохи зимой начинают нападать друг на друга, резко растут и пытаются атаковать других зверей. А ещё путников. Поэтому стража постоянно патрулирует леса и пытается с ними бороться.

— Ничего себе! — воскликнула я. — Но почему их тогда так много?

Ниши пожала плечами.

— Откуда ж мне знать. Короче, эти кролики те ещё твари. Считай, что мы делаем благое дело.

— Но они ж не нападали на меня!

— Ну это пока они маленькие.

— Но и крупных мы не видели! — я отказывалась верить.

— На обратном пути насмотришься, — пообещала Ниши, — А сейчас разбери свою палатку и приготовься идти дальше. Доела провизию?

Я кивнула. В рюкзаке больше не осталось еды, а воду мы планировали набрать в реке. Собирать палатку оказалось не так просто. У Ниши сразу получилось ровненько и компактно сложить ткань. А вот у меня выходил небрежный комок, от чего я сначала снова разозлилась. А потом вспомнила недавние слова принцессы шанир. И обратилась за советом. За сотней советов.

39. Возвращение

Когда я покидала столицу шанир, Аньяри сказала мне: «Увидимся через полгода». Тогда я думала, что демон ошибается, но так и случилось. Наше путешествие заняло больше шести месяцев.

Разумеется, я не только охотилась. Почти каждый день Ниши тренировала меня. Конечно, сначала без оружия, на кулаках. А после, наконец, мы взяли в руки и найденные по пути палки.

Иногда мы останавливались в деревнях у добрых шанир, помогали им по хозяйству перед тем как направиться дальше в путь.

И, разумеется, я снова повстречала тех самых кроликов. Они напали на нас недалеко от столицы. Эти твари были совсем не милые, особенно если учесть их размер немногим крупнее собаки. Пыхтели ужасно, воняли ещё хуже, а зелёные мордочки покрывала алая кровь неизвестного пострадавшего.

— А я тебе говорила, — довольно напомнила Ниши, когда мы одолели первого из них. — Это те ещё звери.

— Но как?! — только и успела воскликнуть я, перед тем как из леса показался второй.

До сих пор не хотела верить в такие удивительные метаморфозы. Пока мы сражались, из столицы подоспела стража, хоть и слишком поздно.

— С возвращением! — крикнул один из них.

— Ловко вы их, — похвалил второй.

— Смотри, не зазнавайся только, — проворчала Ниши мне, помахав шанирам в ответ.

У ворот никто не встречал, что сильно отличалось от моего первого появления на Сиприне. Ни колонн стражников, ни счастливых жителей.

— Надо поздороваться с отцом, — напомнила Ниши и зашла в город. Стражники хорошо знали её и потому, вместо вопросов, встали по стойке «смирно».

Пасмурная погода преследовала нас последние две недели, периодически одаривая землю дождём. Капало и сегодня. Пока что слегка, но я уже знала, что лёгкий дождик может в одно мгновение смениться сильным ливнем. И шаниры вовсю готовились к нему, выставляя наружу тазы, кастрюли, вёдра и другие ёмкости. Небеса Сиприна обильно дарили воду жителям мира, и они с радостью принимали её, будто в последний раз.

— Доброго здравия, миледи! — здоровались с Ниши шаниры. Меня одаривали лишь учтивым поклоном.

Ниши приветствовала их в ответ и интересовалась самочувствием. Мало кто жаловался, но жители заметно беспокоились.

— Да вот нервничаем мы, — наконец, признался один старик. Он сидел на деревянной лавке и, барабаня пальцами по клюке, смотрел в сторону обрыва. — Не обижайтесь только. Но я стар, как видите. Мне нечего стесняться уже.

— Говорите, как есть, прошу, — от строго тона Ниши не осталось и следа. Она подошла к старику и села рядом с ним.

— Не справляется стража-то, не справляется, — проворчал старик. — Вы как ушли, миледи, всё больше пропадать-то стало.

Старик недовольно посмотрел на меня.

— И ангел этот ваш. Господи, помилуй, видишь ты, правду говорю я. Ничего она не помогает.

Старик затрясся, будто ожидая божественной кары. Её, конечно, не последовало.

— Дочурку-то мою, Ашири. Тоже похитили!

— Соболезную вам, — Ниши положила руку на его плечо, но дедушка усмехнулся:

— Да, вернули её не так давно. Бредит немного правда, но живая — и это главное…

— Ну если уж вернули, то, значит, и других вернут! — заметила Ниши.

— Так и не стражники ж вернули-то её. И не ангел этот ваш. Господи, помилуй, видишь ты, уважаю я детей твоих.

— А кто ж вернул её тогда?

Дед поморщился и с сомнением посмотрел в сторону Ниши, а потом перевёл взгляд на меня и, вздохнув, сказал:

— Ох, даже не знаю, как это описать-то, миледи. Ой, простите! — запоздало спохватился он и попытался встать, но Ниши остановила старика:

— Сидите, — сказала она. — Мы не во дворце.

— Ох, миледи, вы прям как королева наша прежняя, — старик явно радовался, что его избавили от тяжёлых церемоний. — Благодарю вас.

Имя его дочери напоминало мне что-то. Во мне росла уверенность, что где-то я его уже слышала. Но никак не могла вспомнить где.

— Так вот, значит, бандитов больше стало у нас, миледи. Совсем шаниры одурели. Так ещё и эльфы эти вот! — от возмущения старик изобразил плевок на мостовую и продолжил:

— Уж простите, да и Бог Света пусть простит, но лучше бы этих безволосых оставили там, где надо!

Старик бросил на меня взгляд и поспешно извинился. Хотя, скорее всего, речь шла об эльфах.

— Эти так распоясались, что начали прям средь бела дня бандитство своё чинить! В основном в глубинах, конечно…

— Я сообщу об этом отцу, — пообещала Ниши.

— Да уж сообщите! Скорее всего, эти ушастые и похищают наших! Чтоб им пусто было, господи помилуй.

— Вы не рассказали, кто вернул вашу дочь.

— Ой, правда, миледи, простите.

Старик закряхтел. Отказать Ниши он не мог, но и говорить явно не хотел.

— Она совсем бредит, — пожаловался он. — Говорит, Ворон её спас.

— Что ещё за Ворон? — спросила Ниши.

— Да завелось у нас тут, — пожаловался старик. — Чудище глубинное. Никакого спасу нет от него!

— Но вашу дочь-то он всё-таки спас? — спросила Ниши.

— Да бредит она, точно говорю.

— А кто этот Ворон?

— Да бестия летающая. По ночам шарится в глубинах. Соседа покалечил, беднягу без зубов почти оставил.

— А как соседа звать?

— Харру Пирет его звать, — ответил пожилой шанир. Удивительно, как он мог запомнить столько подробностей, будучи таким дряхлым.

И это было ещё одним знакомым мне именем. Но откуда? Где я могла его слышать?

— А как выглядит-то этот Ворон?

— Да кто ж его знает-то. Кто как говорит. Харру этот вот, значит, говорит, что метра два он ростом. Глаза алым горят, крылья все чёрные, как смоль.

— Об этом я тоже сообщу отцу, — пообещала Ниши.

— Так если ж он не знает, то… — старик вовремя передумал продолжать мысль и закончил слова благодарностью.

— Берегите себя, — сказала Ниши на прощание, и мы продолжили спуск ко входу в дворец.

— Что за Ворон такой? — спросила я, когда мы ушли достаточно далеко.

— Тебе не стоит забивать голову, — посоветовала Ниши в ответ. — Всё, что нужно знать, что без сопровождения тебе дорога в город пока будет закрыта.

Я и так хорошо это понимала. Но надеялась, что проблемы столицы никак не скажутся на моих тренировках.

— Речь помнишь? — спросила Ниши перед входом в дворец. Я кивнула. Речь-то не сложная: представиться, попросить кров и еду.

Двери отворились перед нами. Зал внутри никак не изменился за прошедшее время.

На этот раз нас встречали только Верен и Акши Арианы. Я не увидела ни Гедеона, ни ангела-хранителя короля. Последний факт вызывал некоторое удивление, несмотря на то, что я сама долгое время находилась далеко от Менриэль.

Мы по очереди произнесли церемониальную речь, и король вновь принял нас как гостей. Казалось, будто правитель Сиприна слушал нас без особого интереса. Словно его мысли находились далеко отсюда. Впрочем, чему было удивляться, учитывая все проблемы?

По пути к своей комнате я встретила Люциуса.

— С возвращением, — мрачно поприветствовал меня он.

— Шиман? — спросила я, но тот отрицательно помотал головой.

— Через три дня Менриэль возьмёт меня с собой. Можем пойти вместе.

— Прости, что я ушла, — попросила прощения я. Похоже, я всё же ощущала стыд, что решила покинуть город в такой момент. И когда увидела Люциуса, это чувство усилилось.

— Да ничего, ты же подневольная сейчас, — ответил тот. — Куда направят, туда и надо идти.

Конечно, я не стала говорить ему, что могла отказаться в любой момент. Что в лесу был сделан выбор не в их пользу. Я только попрощалась и продолжила путь в свои покои.

За время моего отсутствия комната не сильно изменилась. Постель застелили новым бельём, вещи погладили и аккуратно повесили в шкафу, но всё это и так делали чуть ли не каждую неделю по просьбе Менриэль.

Первым делом я решила помыться и переодеться в чистые одежды. За окном уже начинался очередной ливень, когда я зашла в ванную. На полу я обнаружила небольшое серое перо.

Выбросив его в ведро, я наполнила ванну.

Как же хорошо вернуться в комфорт после долгого тяжёлого путешествия! Мне не терпелось увидеть Менриэль и поделиться с ней впечатлениями.

Закончив принимать ванну, я решила надеть платье. Захотелось немного разнообразия после ежедневного ношения практичной одежды. Тем более что из замка пути не было, да и тренировок сегодня не планировалось.

Оставалось лишь разобрать рюкзак. И, занимаясь этим, я, наконец, вспомнила, где встречала имена, названные стариком. В моих руках снова оказалась потрёпанная тетрадь певицы. Я села на кровать и сразу пролистала её до момента со списками.

И точно: рядом с Шиманом стояло имя Ашири Ор. Автор записей написала имя шанира с ошибкой: лишняя буква «и» посередине, потому я сразу и не поняла, откуда оно мне знакомо.

А вот второе имя, Харру, повторялось многократно и значилось как «забирает».

Я закрыла глаза. Может ли быть так, что именно певица стояла за всеми этими похищениями? Почему имена двух похищенных стояли рядом? Что означало слово «забирает»? Конечно, если переводить по-другому, может подойти значение «подбирает». А если учесть частые ошибки автора, это слово внезапно могло преобразиться в «ответственный».

Может ли быть так, что забирающие были похитителями? Ворон, по словам старика, спас его дочь и напал на Харру — забирающего. Быть может, он тоже хотел положить конец этим преступлениям? И перестал верить в стражу и Менриэль... Хорошо было бы им объединиться. Если он, конечно, сам не бандит.

Входная дверь внезапно отворилась, от чего я перестала изучать тетрадь и обернулась. В проходе стояла я, только пониже ростом и без многочисленных ссадин от путешествия. Одета в то же самое платье, что и теперь. И полный удивления взгляд. А ведь я почти забыла, как именно узнала, что…

— Она очень важна. Изучи язык аджирас.

Менриалина из прошлого растворилась в воздухе. Видение рассеялось. И я была уверена: она получила моё сообщение. Видения впервые в жизни принесли пользу.

40. Расследование

В конце дня я вспомнила про обещание и навестила Аньяри. Сразу всё рассказывать не стала — приберегла на будущие дни. Демон в ответ подала ещё несколько советов по языку древних.

А на следующий день, наконец, увидела Менриэль. Она, как в детстве, ждала, пока я не проснусь, глядя в окно.

— Здравствуй, ты сильно выросла, — сказала она.

Вместо ответа я заключила ангела в объятья.

— Не хочешь в город? — предложила она, когда приветствие уже затянулось.

Я не стала отказывать. Всё лучше, чем сидеть тут, в четырёх стенах. Тренировки Ниши отменила на ближайшую неделю, а учитель магии надолго покинула город.

У выхода нас уже ждали Люциус, Коха и Леос.

— Моя команда поддержки, — улыбнулась Менриэль.

— Мы сегодня снова займёмся опросом жителей, — сообщил Леос. — Таков был план.

— На самом деле, определённого прогресса мы достигли, — сказала Менриэль. — Пока тебя не было, сформировали небольшую команду и даже освободили несколько групп похищенных.

— Это же неплохо? — спросила я.

— Не плохо, но недостаточно, — ответил Люциус. — Лучше расскажем по дороге.

Вопреки ожиданиям, наш отряд направился сначала на верхние ярусы. И они оказались поживее нижних, даже несмотря на собирающийся дождь.

Однако жители расступались в стороны при виде Менриэль. Кто-то смотрел на неё с благоговением, остальные — с недовольством. Появление ангела-хранителя означало, что кому-то придётся ответить на не самые приятные вопросы.

Остановившись у одного из домов, она постучала. Внутри послышалось кряхтение и медленные шаги. Наверное, их владелец немного хромал.

Так и было: нам открыл хромой шанир-заяц, побитый и лишённый одного из зубов, но, видимо, не достоинства. Оделся хозяин в синий пиджак, необычный для жителей города и потому, зацепивший на себе внимание.

— Простите, тут небольшой беспорядок, — пояснил он.

Внутри я заметила поломанную мебель и раскиданную во все стороны посуду. Но то, что уцелело, выглядело достаточно богато.

— Как видите, мне тут устроили знатный мордобой, — пожаловался заяц. — Простите, я не представился. Харру. Харру Панифи.

Мурашки пробежали по моей спине. Тот самый? О ком вчера говорил старик? О ком написано в тетради? Один из забирающих?..

Я решила не смотреть на зайца, отдавая предпочтение изучению его жилища. Ещё не хватало выдать себя сейчас.

Дом шанира оказался совсем не скромным. Даже я, привыкшая к дворцам, заметила это. Достаточно просторные помещения украшали картины с серебряными рамами.

— Не люблю серебро, — поморщился Леос, глядя на них. — У меня на него аллергия.

— Вампир что ли? — усмехнулась Коха, разглядывая стеклянные бутыли с маслом.

Этикетка гласила, что его разливали на мануфактуре Рэлдана. Интересно, зачем зайцу так много?

— Ну да, — Леос в свою очередь улыбнулся и тоже обратил внимание на количество тары в доме зайца.

— Эй, осторожнее там! — возмутился хозяин дома. — Мне это продавать ещё!

— Так вы торговец? — спросила Менриэль.

— А кто же ещё, не копать же на верхних-то уровнях. Тут куда не плюнь, везде торговцы.

Масло не давало мне покоя. Было в нём что-то такое… источающее боль. Я оглянулась на друзей. Леос скучал, а Коха и Люциус изучали картины. Менриэль продолжала разговор с хозяином, но я их не слушала.

Я дотронулась до одной из бутылей и сразу одёрнула руку от вопля шанира.

— Эй, я же просил осторожнее! — заяц подошёл ко мне и взглядом пробежался по товару. Убедившись, что всё хорошо, он снова обратился к Менриэль:

— Я надеюсь, скоро вы поймаете преступника!

— Непременно, — сухо ответила она. — Благодарю за сотрудничество.

Взрослые пожали руки, и нашу компанию довольно оперативно выгнали за дверь.

— Что-то он какой-то стрёмный, — высказал Люциус своё замечание, когда мы отошли подальше. — Для потерпевшего.

Драконид попал в точку. Но как я могла незаметно поддержать его? Разве что…

— Так трясся над маслом, будто хотел что-то скрыть, — сказала я.

— Стекло хрупкое, а товар ценен, — пожал плечами Леос. — Логично, что хозяин беспокоится.

— Но зачем он выставил его прямо в жилых помещениях?

— Иногда жадность ведёт к странным поступкам, — пожала плечами Менриэль.

Ангел вновь бросила взгляд на закрытую дверь и добавила:

— Теперь нам надо вниз. Заглянем на мануфактуру.

Пока мы спускались, жители неодобрительно смотрели на нашу компанию. Если раньше они улыбались при виде Менриэль, то теперь прятали глаза.

— Это всё от неудач, — сказала Люциус, заметив моё беспокойство. — Если бы я не участвовал в расследовании, то сам бы переживал.

— Не настолько, чтобы дойти до самосуда, — проворчала Коха. — Слишком быстро они потеряли в нас веру.

— Больше полугода прошло с начала первых похищений, — пожал плечами Люциус.

— Я вот всё думаю, — подал голос Леос. — Почему у тебя такое странное имя?

— У кого? — решила уточнить Коха после небольшой паузы.

— У Люциуса, конечно. Менра очевидно, Менриэль тоже, да и твоё имя не такое уж редкое.

— А что не так с моим именем? — спросил драконид.

— Есть сильный и довольно известный демон с таким же именем как у тебя. Как так вышло, что столь важную персону назвали именно так? Звучит как тонкая издёвка в сочетании с фамилией.

— Тебя это прямо сейчас начало волновать?

На самом деле меня тоже интересовала история с его именем, но я всё никак не решалась развить эту тему.

— Нет, — пожал плечами Леос. — Но как-то раньше не удавалось спросить.

— Тогда ты должен рассказать историю своего имени, — предложил драконид.

— Ну это просто, Лео — сокращение от Леонида, а буква эс на конце просто для красоты.

— Леонид, значит? — уточнила Коха.

— Не люблю длинные имена, — пожал плечами ученик Гедеона. — Слишком долго говорить.

— Ага, пока говоришь, ты не ешь, — усмехнулся драконид. — Честно говоря, я впервые слышу про демона, о котором ты говоришь. Моё имя мне дали в честь цветка.

— Люциус Ангелион, в честь цветка? — переспросил Леос. — Лютик?

— В точку. Хотя, когда ты об этом заговорил, я задумался, как же должны звать моего будущего ангела-хранителя.

— Люциус, о котором упомянул Леос не демон, — вмешалась в разговор Менриэль. — Это падший ангел Люциэль. Иногда так бывает, что бывших архангелов начинают называть демонами из-за их дел.

— А я думала, падший только один, — удивилась Коха.

— К сожалению, нет. И так как Люциэль ещё жив, тебе пока не назначают ангела-хранителя. Хотя, давно пора было.

— Разве имя так важно? — спросил драконид.

— Важно, — ответила Менриэль. — И, кроме того, может быть только один архангел под одним именем. По крайней мере, это правило до сих пор не нарушалось. Я не знаю почему.

— Наверное, только Бог Света знает, почему, — пожал плечами Леос.

Внезапно я вспомнила, как Гедеон называл Менриэль. Вернее, я вспомнила только суть, а не само имя. Оно состояло из каких-то букв и чисел. Интересно было бы расспросить её об этом, но сейчас явно не подходящее место и время.

— Мы пришли, — наконец сказала Менриэль, когда мы спустились к массивным металлическим воротам. В них установили двери поменьше, в которые мы и постучали.

— По какому вопросу? — недовольно спросил худощавый эльф, чуть выше меня ростом, одетый в белую заляпанную майку и порванные штаны.

— Нам бы побеседовать с руководителем, — спокойно ответила Менриэль.

Эльф недовольно сощурился, но отказать не мог:

— Проходите.

Внутри царили духота и незнакомый запах. Наверное, смесь запахов всех масел, которые здесь готовили. Помещение, в которое мы зашли, предназначалось для транспортировки: внутри я увидела несколько телег, которые рабочие уже нагружали бочками.

Грузчики не отвлекались от работы, полностью игнорируя наше присутствие. В основном они состояли из эльфов, но мне показалось, что я увидела несколько людей.

Наша компания спокойно прошла мимо них к лестнице наверх, заканчивающейся дверью с табличкой: «Рэлдан Кави».

За ней скрывалось небольшое помещение с длинными окнами, через которые открывался неплохой обзор на кипящую внизу работу. Внутри комнаты я рассчитывала увидеть такого же богато одетого представителя элиты, как заяц наверху, но нет. Одежда начальника мануфактуры видала виды. Я даже насчитала несколько дыр на его тряпичной безрукавке и несколько разноцветных пятен на серой рубахе.

Пожилой эльф не был настроен на диалог. Он продолжал сидеть за письменным столом, когда наша компания вошла, лишь недобро следил за Менриэль.

Кроме него в кабинете находилось ещё трое эльфов со шрамами на лицах. И я узнала одного из них: он находился среди бандитов, сражавшихся с Ниши полгода назад.

— Кто вас сюда впустил? — недовольно спросил руководитель.

— Ваш сотрудник внизу, — спокойно ответила Менриэль. — С этим есть какие-то проблемы?

— Конечно есть! Я — занятой эльф, а мне даже не сообщили о вашем прибытии.

Начальник не скрывал своего раздражения, барабаня пальцами по столешнице.

— У меня тут проблем нет, госпожа архангел. Я ничего не заявлял.

— Проблемы у торговца, который с вами сотрудничает.

— Так вы из-за Харру? — директор оживился. — Славный парень!

Славный парень, который находился в списке похитителей.

— Мы с ним давно сотрудничаем, никаких проблем не вызывал, — продолжил эльф. — Покупает товар исправно, платит вовремя, довольно неплох для шанира.

Коха кашлянула, и эльф поторопился извиниться.

— Значит, конфликтов ни у кого с ним не было? — спросила Менриэль. — Вы же знаете, на него было совершено нападение...

— Конечно были, он же торгаш. Всегда найдётся кто-то завистливый. Говорят, на него напал чёрный Ворон, или как там зовут этого проходимца.

— Я слышала, что после этого инцидента, несколько шанир вернулись домой, — заметила ангел.

— Я рад за них, — пожал плечами начальник.

— Что-то не очень заметно, — сказал Люциус.

До сих пор драконид смотрел в пыльные окна на трудящихся эльфов.

— Что вы хотите этим сказать? — спросил директор.

— Вас зовут Рэлдан, верно? — уточнил Люциус.

— Рэлдан Кави, это можно понять по названию предприятия.

— Да, король Верен выделил его вам после ослабления рабства, — сказал драконид. — Вы стали свободны.

— Свободны? — эльф поднял седую бровь. — Ты это называешь свободой?

— Мне тяжело представить, что начальник мануфактуры его имени может быть несвободен.

— Тогда ты молод и глуп, — злобно произнёс эльф и поднялся из-за стола. — Вопросы ещё остались?

— Мы хотели бы тут осмотреться, — попросила Менриэль. — Возможно, кто-то из рабочих знает этого Ворона.

Директор посмотрел на неё, затем на своих помощников. После остановил взгляд сначала на Люциусе, а потом на Леосе. И, наконец, произнес:

— Нет. Вы и так помешали работе. Король ждёт масла в срок. Прошу покинуть здание.

— Вы же знаете, что я могу вернуться со стражей, если понадобится?

— В таком случае, я смогу объяснить, почему буровые работы остановились, — ответил директор и покинул кабинет.

А его подчинённые молча приблизились к нам, давая понять, что нашей компании пора на выход. Даже присутствие ангела их, казалось, совсем не смущало.

— Что думаете? — спросил Люциус, когда мы покинули здание.

— Что этот жулик точно что-то скрывает, — ответила Коха.

— Точно скрывает, но, возможно, это не касается того, что мы ищем, — сказал Леос, — может, химичит с результатами производства?

— У него в подчинении только эльфы, — заметил Люциус. — Ни одного шанира. И он явно не питает к ним симпатии.

— А ты бы питал симпатию к тем, кто тебя поработил? — спросила Коха. — Это из-за нас они озлобились. Это мы издевались над ними веками. С ослабления рабства прошло слишком мало времени. Пропасть между нашими народами ещё не скоро удастся зарастить.

— Тем не менее король пожаловал ему важное предприятие, — заметил Леос. — Значит, доверяет этому эльфу.

— Скорее всего, это мама поработала над этим, — возразила Коха. — Отец слишком консервативен. Он не очень любит резкие перемены.

— Я бы сказала, он очень их не любит, — заметила Менриэль. — Если позволите такую оценку, принцесса Коха.

— Ничего страшного, — ответила шанир. — Тем более что вы правы, госпожа архангел. Бабушка по маме тоже не видела никаких проблем с таким отношением к эльфам.

— А мне Акши рассказывала другое, — сказала ангел. — Что её семья всегда выступала против рабства.

— Может, она не так выразилась? — спросила Коха.

— Не будем сейчас об этом. Сейчас лучше будет вернуться во дворец и подумать о следующих шагах. Осталось не так много мест, которые я ещё не обыскала, и это предприятие одно из них. Похоже, нужно убедить твоего отца, наконец, снять неприкосновенность с них.

— Я узнала одного из работников, — наконец, я решилась подать голос. И, конечно, вызвала всеобщее внимание. — Помните, когда мы с моим учителем решили пройтись по глубинам? Когда я сбежала за Ниши?

— Ещё бы я не помнил, — проворчал Люциус.

— Этот рабочий — один из нападавших на Ниши бандитов.

— По правде говоря, это Ниши напала на тех бандитов, — поправил меня Леос.

— Который? — спросила Менриэль, проигнорировав его замечание.

Пока я описывала рабочего, с неба полил дождь. Жители нижних ярусов открыли водоотводы и водосборники, чтобы использовать дары природы. И чтобы их не затопило, конечно.

Мы заторопились наверх. Конечно, я попробовала применить магию, чтобы оттолкнуть от нас воду, но тщетно. А вот у Леоса вышло.

— Не знал, что ты маг, — заметил Люциус.

— Да как-то и не доводилось показывать.

— А там, в переулке… — драконид явно хотел снова предъявить другу за бездействие, но тот сразу прервал его:

— Ой, да не начинай. Вы прекрасно справились. А что бы я там сделал? Полил их водичкой?

Или мне показалось, или Леос впервые сделал что-то с раздражением. Хотя, признаться честно, обсуждение одного и того же могло и меня вывести из себя. Мы все переживали за Шимана. Но прошлого уже не вернуть.

Оставалось надеяться лишь на умения Менриэль и случайное срабатывание моего ясновидения в нужный момент. Пока что я не видела совсем ничего полезного. Лишь полупрозрачные фигуры эльфов и шанир, бесцельно шатающиеся по улицам.

— Свернём туда? — предложила Менриэль. Дождь взял паузу, и магия Леоса больше была ни к чему. Архангел предлагала снова посетить то место, где исчез младший драконид.

— Есть ли смысл? — спросила Коха. — Уже столько времени прошло. Что мы там увидим?

— Я согласен с Кохой, — сказал Люциус. — Конечно, и самому хотелось бы взглянуть, но смысла нет.

— А я бы сходила! — возразила я.

— Сейчас снова ливанёт, — заметил Леос, вглядываясь в небо.

— Ну, значит, кто не хочет, тот может вернуться в замок, — предложила Менриэль. — Тут недалеко. Главное, никуда не сворачивайте.

Так мы и решили. Правда, Люциус всё же составил нам компанию.

Глубины этой части яруса уже неплохо запомнились, но каждый раз я подмечала новые нюансы. Новые трещины на стенах, новые объявления. Новые лужи. Место сражения находилось недалеко от кабака.

— Не дави на Леоса излишне. Уверена, он тоже переживает, — сказала Менриэль, когда мы достаточно отдалились.

— Переживает, как набить свой желудок.

— Иногда люди заедают стресс, — пожала плечами ангел.

Дальнейший путь мы прошли молча, осматривая пустые улицы.

— Мы на месте, — наконец сказал Люциус и остановился.

— Я стоял на этом месте, а Ши… — голос Люциуса растворился во внезапно нагрянувшем видении.

Я увидела его и учителя. И толпу окруживших их бандитов.

— Принцесса не спасёт вас, — смеялся один из них.

— Выворачивайте карманы, ребятишки, — говорил другой, протягивая свободную от ножа руку.

Люциус сразу обнажил клинок, а учитель приготовила посох. Леос и Шиман стояли позади и бездействовали. Ученик Гедеона был спокоен и просто наблюдал за ситуацией, а вот Шиман… В настоящей передряге Шиман потерял самообладание. Его ноги тряслись от неуверенности. И он уже пару раз успел попятиться назад.

Впрочем, там тоже были враги.

Начался бой. Умения Люциус показывал неплохо, но противник превосходил числом. Уравновешивала их силы магия учителя. Даже с численным превосходством тяжеловато бороться, когда земля уходит из-под ног. Спасало их лишь нежелание защищавшихся друзей убивать кого бы то ни было.

Я заметила, что Люциус перенял часть тактики Ниши: старался не вступать в бой сразу со всеми, а больше провоцировал каждого врага на одиночный поединок.

А сзади… Шиман попытался отступить назад, но ему сразу перегородили дорогу. Тогда Леос недобрым взглядом посмотрел в сторону бандитов и сказал:

— Не стоит этого делать, господа.

Его тон изменился: из беззаботного и местами шутливого, он стал полон жёсткости и непоколебимости.

— Ещё как стоит, — возразил ему один из бандитов и атаковал.

Шиман воспользовался ситуацией и бросился наутёк — к свету. Прочь из глубин. Конечно, Люциус не заметил этого. Он не заметил, как Леос схватил нападавшего за руку и ударил кулаком в лицо. А затем отобрал меч противника.

На тренировках ученик Гедеона показывал себя гораздо слабее. Теперь он выглядел вполне способным к обороне. Конечно, не на уровне Люциуса, но достаточно, чтобы прикрывать ему спину.

В какой-то момент один из врагов решил проигнорировать Леоса и ударить драконида сзади, но он махнул рукой и бандит застыл на месте, хватая ртом воздух. Тогда я и заметила пылающие алым глаза Леоса. Его полный жажды взгляд. И острые клыки.

— Менриалина? — окликнул меня драконид, и видение рассеялось. Я сразу решила, что не стоит рассказывать ему неприятную правду. Да и как я могла так просто раскрыть свой секрет? Тем более при хранителе.

— Всё в порядке, — я приняла его помощь. Оказывается, во время видения я успела потерять равновесие.

— Всё хорошо? — спросила Менриэль. Видимо, немного расстроенная, что не она первая успела на помощь. Или обеспокоенная моим состоянием. Или…

— Да, хорошо… Похоже, мне нужно полежать, — сказала я. Врала, конечно. Я хотела увидеть Леоса. И поговорить с ним обо всём.

41. Покушение

Когда меня, наконец, оставили одну после возвращения в крепость, я немного выждала и направилась в медицинское крыло. Леос ждал меня. Будто знал, что я захочу с ним поговорить.

— Идём, — позвал он за собой.

Вскоре мы пришли в комнату с зашторенными окнами и деревянным письменным столом. Кровать на одного человека не застилали, наверное, неделями. В шкафу за стеклянными дверцами я увидела множество пробирок с разноцветными жидкостями, а в дальнем углу — постамент с мечом в ножнах. Рукоятка меча была необычной: напоминала скрученных змей, а украшали её несколько алых драгоценных камней. И они будто светились изнутри.

— Нравится? — спросил Леос, заметив мой интерес.

— Не могу ответить, — призналась я, немного вздрогнув.

В мече было что-то притягательное, но и отталкивающее. Жуткое.

— Кусок моего наследия, — сказал Леос. — Но пользуюсь им нечасто. Слишком заметный, понимаешь?

— Заметный для чего? — спросила я. — Да и вряд ли ты хорошо им управляешься. На тренировках твои результаты не слишком впечатляющи.

— А зачем напрягаться понарошку?

— Тренировки — это не понарошку, — возразила я. — Они нужны, чтобы не совершать ошибок в настоящем бою.

— Это верно только для таких новичков, как вы, — усмехнулся Леос. — Для более опытных бойцов без настоящего сражения не обойтись.

Ученик Гедеона подошёл к своему мечу, и мне показалось, будто камни стали светиться ярче.

— Но ты права, даже без обычной тренировки можно разучиться держать меч в руках. Возможно, мне стоит изменить свой подход.

— И, возможно, стоит раскрыть свои секреты перед друзьями? — спросила я.

— Даже верные друзья, бывает, предают. Да и ведь у тебя тоже есть что-то, чем не хочется делиться. К тому же, сколько мы знакомы? Ещё и года не прошло.

— Почти прошёл, — возразила я. — Да и с чего мне предавать тебя? Или Люциуса? Чтобы с тобой не произошло в прошлом, не стоит закрываться от всех вокруг.

— Кто знает? — улыбка внезапно пропала с лица Леоса. — Шиман сбежал, когда появилась настоящая опасность. А вот на тренировках сражался достаточно хорошо. Доверишь ли ты ему свою спину? Я — точно нет.

— А я не побегу, — твёрдо сказала я. — Я собираюсь стать достойной заменой своему отцу. И Шиман тоже, когда станет опытнее.

— Сейчас ты смелая. Мы во дворце и здесь много стражи. Или ты смела, потому что тебя охраняет Менриэль? Удобно иметь за спиной такого защитника, как она.

— Ни стража, ни Менриэль тут ни при чём, — ответила я. — Недавно я узнала, что от меня скрывали важные вещи, и это только подтвердило выбранный мной путь.

— Я и не сомневаюсь в твоём пути, — ехидство вернулось на лицо Леоса.

— Тогда к чему этот разговор? — я скрестила руки. — К чему эти тайны? Признаться честно, ты странно себя ведёшь.

— И тем не менее, ты сразу пошла на встречу ко мне.

— А ты меня ждал.

— Значит, мы оба странные, — усмехнулся Леос. — Значит, можно вскрыть часть карт? Верно? Даже интересно, что получится.

Вскрыть карты не вышло. Сильный шум снаружи заставил нас выглянуть из его комнаты.

По коридорам медицинского корпуса к выходу бежало несколько стражников.

— Мы успеем поговорить после, — заключил Леос и поспешил за ними.

Я не разделяла интереса друга, но шанса поспорить он не дал. Мы аккуратно шли вперёд, пропуская вооружённых шанир и стараясь никак не мешать перегруппировке. На их лицах читалось беспокойство. Видимо, происходило нечто действительно серьёзное.

И вправду, когда мы приблизились к залу для гостей, я услышала лязг оружия.

— Нападение? — казалось, впервые за наше знакомство, Леос удивился.

— А нам точно туда надо? — уточнила я, наконец, нагнав друга.

— Что, испугалась? — усмехнулся тот в ответ.

— Я не сбегу! — твёрдо сказала я.

В зале бушевало сражение, но не царило хаоса. Стражники планомерно вытесняли нападающих эльфов из зала.

— Я врач! — крикнул Леос, выбежав в зал. — Кому нужна помощь!?

— Королю! — последовал чёткий и ясный ответ.

— Я в порядке! — возразил Верен Ариан, продолжая сидеть на троне. Из его плеча торчало древко брошенного копья.

Леос бросил короткий взгляд на павших и раненых в бою стражников и направился к королю. Я последовала за ним.

— Ваше величество…

— Я в порядке! — взревел король. — Помогай им!

Верен не желал терпеть не единого возражения. Королева успокаивающе положила руку на плечо мужа, но волк грозно посмотрел на неё.

— Мои подданные превыше всего.

Леос вздохнул и направился к раненым.

— Помоги с доспехами, — попросил он.

— Ты бы лучше ему помог, доктор, — указал воин на соседа.

— Он мёртв, — ответил Леос. Без сочувствия. Просто констатировал факт.

— Тебе не жаль его? — спросила я.

— Я врач, — пожал плечами друг, освобождая повреждённую руку из наплечника.

Рана выглядела не очень хорошо. Свободной рукой стражник помог мне снять его нагрудник.

— Я видел множество смертей, — добавил Леос. — У меня нет с собой ничего. Используем вашу рубаху для перевязки.

— Делайте что должно, — разрешил стражник. Не сопротивлялись и другие.

Вскоре к нам подоспела помощь, а сражение кончилось. И появился Гедеон. К тому времени королева всё-таки смогла убедить мужа покинуть трон. Древко всё ещё торчало из плеча, препятствуя кровотечению, что играло ему на руку. Верен не проявил слабости.

От носилок король отказался. Лишь гневно сказал придворному врачу:

— Где тебя столько носило?

А после встал и, решив воспользоваться помощью гвардейцев, направился в медицинское крыло.

— Ты справишься с этим бардаком сам, — обратился Гедеон к ученику, никак не меняя интонацию голоса. Как будто каждый день на короля покушались.

— Позовите мне Сирая и Верениэля, — приказала королева гвардейцам и, сев на своё место, добавила:

— И найдите Менриэль.

Сражение закончилось, и стража увела пленных в направлении темницы. А свободные — принялись помогать врачам с ранеными. И всё это без лишних распоряжений. Меня потрясла эта выучка.

— Давай к следующему, — скомандовал Леос, и мы переместились к другому раненому.

Теперь, когда ему принесли бинты и баночки с отварами, друг работал значительно быстрее.

— Почему ты не используешь магию? — спросила я.

— Потому что случай не экстренный, — пояснил он. — Можно затратить меньше сил и добиться того же результата. Дольше, но ему сейчас уже не с кем воевать.

— Парень дело говорит, — согласился шанир, которого мы латали. — Быстро не значит хорошо. Никто не погибнет, если я денёк поваляюсь в лазарете.

— Поваляться придётся неделю, — возразил Леос.

— Тогда лучше магией, да… — шанир сразу поменял мнение и потом рассмеялся.

— Лучше не подставляться так под удар, — строго заявил Леос. — В какой-то момент тебе не повезёт, и никакая магия не поможет.

Ранее беззаботный ученик Гедеона действовал сейчас как профессионал. Или искусно делал вид, однако меня он убедил. Когда дело становилось серьёзным, на него можно было положиться. Такой вывод я сделала.

Наконец, в зале показались Сирай и Верениэль. Вскоре я увидела и Менриэль — она зашла с главного входа вместе с Люциусом. Видимо, они не успели вернуться из глубин до начала сражения.

— Что тут?.. — хотел спросить драконид, но не успел. Королева начала собственную речь.

— Господа, похоже, что в столице не так спокойно, как утверждал мой муж, — сказала она. — Во дворец ворвались бунтовщики и попытались совершить переворот. Уверена, это было заранее подготовленной и спланированной акцией против моего мужа и всего Сиприна.

Верениэль рассеянно смотрел по сторонам, будто находился в смятении. В случившемся была и его вина. Он не смог защитить короля.

— По законам Сиприна при ранении короля, ключевые решения принимает его супруга до полного выздоровления, — заявила Акши.

Королева высказала весьма смелое заявление, учитывая лёгкую рану короля, совсем не мешающую управлять государством, как виделось мне. Верен мог принимать решения, ведь оставался в сознании.

— Есть кто-то, готовый оспорить моё право? — спросила королева.

Не нашлось никого.

— В таком случае, слушайте мой первый указ! — воскликнула она. — В городе объявляется чрезвычайное положение и комендантский час с десяти вечера до семи утра. Верениэль должен обеспечить дальнейшую безопасность моего мужа. На время его отсутствия я сама займусь делами казначейства или назначу временного исполнителя.

— Да, королева! — с готовностью ответил архангел.

— О твоём провале мы поговорим отдельно, — кивнула в ответ Акши. — Сирай, займись усилением стражи и мобилизуй резервы. Замок закрыть, все приёмы отложить. Донести мои указы до жителей.

— Да, королева! — ответил оружейный мастер.

— Архангел Менриэль, прошу подойти.

Мой хранитель повиновалась.

— Прекратите все поиски пропавших до иных распоряжений. Проследите, чтобы наши гости, в том числе ваша подопечная, не покидали дворца.

Её приказ прозвучал как гром среди ясного неба. Как мы могли найти Шимана в такой ситуации? Неужели не в интересах королевы были поиски пропавших?

— Да, королева, — ответила Менриэль. Без особого энтузиазма.

— Нападавший опознан, — наконец, объявила королева. — Глава предателей государства… мой сын. Принц Киши Ариан решил убить своего отца. Его нужно найти живым и предать королевскому суду. Остальных бунтовщиков — убейте, если окажут сопротивление.

42. Козырь

Восстание против короля оказалось масштабнее, чем казалось изначально.

Дошло до того, что сразу несколько глубин перешли под контроль мятежников. Первые недели Менриэль приносила новости об ожесточённых сражениях, но вскоре обе стороны закрепились на своих позициях и больше «покусывали» друг друга, чем достигали громких побед.

Раны Верена, похоже, оказались серьёзнее, чем казались на первый взгляд. Однако… Акши решила не сообщать жителям об этом. Но не стеснялась принимать новые законы от имени королевского двора.

Учитель магии так и не вернулась, и моими тренировками продолжила заниматься Ниши.

— Вот вы где, — услышала я голос Кохи, когда в очередной раз упражнялась на белых полях.

Видимо, вторая дочь короля проследила за мной.

— Да, мы здесь, — холодно ответила Ниши, одарив её недовольной гримасой.

— Может, и меня потренируешь? — предложила Коха.

— Это исключено, — помотала головой мой тренер.

— Почему? — спросила Коха.

Действительно. Почему Ниши не хотела помочь ей с обучением? Коха казалась ничем не лучше меня. Но при этом приходилась ей сестрой.

— Тебе не понравится ответ, — вздохнула первая дочь короля. — Не трать наше время.

— Я хочу знать! — воскликнула Коха. — Почему ты избегаешь меня?!

— Тебя достаточно обучили на Компиталисе, — пожала плечами Ниши.

— Недостаточно, чтобы сравниться с тобой.

— Ты никогда не сравнишься со мной, — ответила Ниши. — Ты не делаешь выводов из своих ошибок, ты даже приблизительно не понимаешь, как держать оружие или улучшить свои навыки. Да, ты немного сильнее обычного воина, но на этом всё.

— Это не так!

— Прости, но это так. Лучше пойди по стопам сестры и изучи магию духов или что-то вроде того. Или сложи оружие и надень платье. Стань послом. Займись чем-нибудь полезным, Коха. И не трать моё время.

— Вот что ты обо мне думаешь, — грустно произнесла вторая дочь, опустив голову.

— Я много раз говорила, что тебе не понравится ответ. Я вообще не обязана с тобой нянчиться.

— Но с ней-то ты занимаешься! — Коха указала на меня.

Я сделала пару шагов назад. Очень не хотелось быть участником их конфликта.

— Это моё дело, — Ниши осталась непреклонной. — Если хочешь оставаться, постарайся не мешать. А мы приступим к тренировке.

Оставаться Коха не стала, стремительно покинув поля. А мы приступили к делу. Тренировка ничем особым не отличалась от остальных. Ниши атаковала меня палкой с тупым концом, а я оборонялась своей.

Получалось лучше, чем пару месяцев назад, но всё-таки я пропускала некоторые удары. А задеть её и вовсе не получалось.

Мы сражались чуть больше часа, а затем следовал перерыв.

— Жёстко ты с ней, — сказала я, когда появилась возможность.

— С кем? — спросила Ниши. — Ты про Коху?

Я молча кивнула, вытирая полотенцем проступивший пот.

— Она слишком добрая для сражений. Пусть такой и остаётся. Две её младшие сестры выбрали путь послов, он ничем не хуже остальных.

— То есть это всё для её защиты?

— Именно, — Ниши сделала несколько глотков воды из фляги и села рядом. — Хорошо, что она не рвётся в бой с мятежниками. Впрочем, я тоже не рвусь.

— Почему?

— Это не должно тебя касаться, — жёстко ответила Ниши. — Готова ко второму раунду?

Вместо ответа, я перехватила палку поудобнее и встала в боевую стойку. Предстоял очередной час тренировок.

Теперь Ниши стала использовать новые уловки, пытаясь сбить меня с ног. Получалось слишком часто. Однако и привыкала я к ним гораздо быстрее, чем к предыдущим.

— На сегодня всё, — наконец сказала она. — Встретимся завтра.

Я по обычаю поклонилась ей и покинула поля. Чувство стыда перед Кохой нарастало с каждым шагом прочь. Мне совсем не хотелось с ней ругаться. Конечно, мотивы Ниши можно понять, однако первая дочь короля, похоже, не умела выражаться тактичнее.

После тренировки я планировала выполнить обещание Аньяри. Тем более мне, похоже, требовался её совет. А Менриэль не могла нам помешать, ведь каждый день она помогала с обороной от мятежников. Темница находилась по пути, потому я решила сразу спуститься туда.

— Могла бы и помыться, — сказала демоница, как только я оказалась рядом с ней.

Вопреки ожиданиям, пленных мятежников не размещали рядом с демонами. Темница оставалась пустой.

— Да от нас самих несёт не лучше, — усмехнулся второй демон.

Похоже, я развлекала не только её.

— Как продвигается мятеж? — спросила Аньяри. Она узнала об этом событии от меня несколько дней назад.

— Видимо, что всё затормозилось, — ответила я.

— Как я и говорил, — прокомментировал Ракош. — Скоро они вылезут со своими требованиями. Скорее всего, ждут, пока король поправится.

— Уж не ты ли это спланировал? — спросила Аньяри.

— Я был здесь, ты же видела! — возразил демон. — Да и не в моём это стиле.

— Значит, кто-то из твоих друзей, — предположила она.

— Даже если и так, тебе-то до этого какое дело? — возмутился Ракош. Судя по голосу, даже подошёл к прутьям клетки.

— Никакого, — согласилась Аньяри.

— Вот и оставь свои предположения при себе, — демон зашагал обратно вглубь своей темницы.

— На самом деле я пришла за советом, — сказала я, когда поняла, что их дискуссия закончена.

— За советом? — Аньяри улыбнулась. — А что взамен?

— Я уже достаточно тебя навещала! — воскликнула я. Конечно, следовало быть готовым к такому повороту событий.

— Надеюсь, там что-то интересное.

— У меня есть сведения, которые могут помочь в расследовании, но я добыла их не совсем честным путём, — сообщила я.

— Ты про ту тетрадь? — догадалась Аньяри. — А ты не хочешь сообщить их своему хранителю?

— Сообщить, что совершила кражу? — нахмурилась я. — Кража — это грех. А мне совсем нельзя грешить.

— Так ты уже согрешила, разве нет? Хотя, это считается мелкой кражей, в большинстве случаев отделываются штрафами.

— Из тебя законника не вытравить никак, — фыркнул Ракошетта.

— Мне бы другой совет… — попросила я, проигнорировав его ворчание.

— Если тебе известны сведения, которые ты не можешь использовать публично, можешь попробовать надавить на преступника, — предложила Аньяри.

— Например?

— Например, рассказать ему в лоб, что тебе всё известно. Если он не готов к этому, то может испугаться и начать делать ошибки, которые заметят все остальные. Или попробует что-то выторговать.

— Спасибо! — я невольно заулыбалась. Демоница дала мне ценный совет, сразу сформировавший план действий.

— Но ты должна быть готова к отпору, — добавила Аньяри. — Тебя могут попытаться убить.

— Я умею за себя постоять, — ответила я. — Меня хорошо тренируют.

— Самоуверенность ведёт глупцов к гибели, — сказал Ракошетта.

— Я не пойду к ней одна, — заметила я.

— К ней? — переспросил Ракошетта. — Мгхм…

— Ты знаешь, к кому она пойдёт? — спросила Аньяри.

— Не имею ни малейшего представления, — ответил демон.

Я решила не слушать дальнейшие препирательства демонов. Цель моего визита удалось выполнить достаточно быстро. Осталось лишь подготовиться к задуманному плану.

Певица, скорее всего, не станет подпускать меня к себе так просто, ведь она достаточно знаменита. И при знакомстве звезда вела себя весьма грубо. Значит, нужно поймать её на каком-то мероприятии.

Но их могут отменить из-за поднявшегося восстания. Все, но только не новогодние. Они — священны для королевства. И осталось до них не так уж и много времени.

Я вернулась в свою комнату и решила не откладывать поход в душ. Аньяри права — после тренировки следовало помыться перед тем, как общаться в приличном обществе.

За окном, как обычно, лил сильный дождь и гремел гром. Я сняла пропотевшую одежду для тренировок и направилась в ванную комнату. В центре на плитке лежало большое чёрное перо, что заставило меня вздрогнуть.

— Дурной знак? — спросила я вслух, подобрав его.

Одно из окон оказалось открыто, и я решила, что перо просто случайно залетело в ванную комнату. Я вспомнила перья на копье Ниши и решила, что было бы неплохо украсить подобным и своё будущее оружие.

Я вернулась в комнату. Открыла тумбочку и положила перо на тетрадь певицы, полностью переведённую и больше не нужную. По крайней мере, теперь.

Я посмотрела в зеркало. Увидела там отражение девушки со светлыми волосами и пурпурными глазами. Снова видение?

Я закрыла глаза и вновь распахнула. Оставались пурпурными. Что ж, да будет так. Сколько ещё разных своих отражений возможно увидеть? Насколько вообще мне нужны зеркала?

Отринув эти мысли, я снова зашла в ванную и включила воду. Тёплые капли полились на лицо, пытаясь прогнать мрачные мысли.

Интересно, как Леос делал магический зонтик? О чём хотел поговорить перед покушением? Знал ли он, что я видела его способности? Быть может, он тоже может чему-то меня научить?

Я попробовала сконцентрировать энергию в ладони и воздействовать на капли воды. Конечно, ничего не получалось. Но с электричеством же тоже не получалось сразу! Надо всего лишь пытаться ещё. Надо придумать, что именно следует сделать с водой. И, конечно, случайно не шарахнуть тут себя молнией.

Почему вода течёт из душа? Что-то выталкивает её. Какая-то невидимая сила. Значит, я тоже должна толкать её от себя?

Однако любые попытки оказались бесполезны. Вода отказывалась слушаться моей магии.

Решив, что на сегодня хватит, я закрыла кран и закуталась в полотенце. Тогда в дверь настойчиво постучали. Или, быть может, в дверь стучали всё это время.

— Сейчас! — крикнула я и приступила к стремительному поиску одежды, благо стучать перестали, что позволяло привести себя в состояние близкое к порядку.

Наконец, я приготовилась к встрече незваных гостей и отворила дверь.

— Я знаю, где Шиман, — сказал стоявший по ту сторону Леос.

43. Вил

Мы с друзьями собрались в комнате Люциуса. Кроме нас тут находился эльф. Я уже видела его раньше, когда он разносил еду посетителям в кабаке в глубинах. Замечала его и в замке, среди других слуг. Как и говорила учитель, он работал сразу в двух местах после освобождения из рабства.

— Не стоит, — сказала Коха, когда я попыталась извиниться за Ниши. — Ты не виновата в поведении моей сестры.

— В общем, я сказал, что знаю, где Шиман… — напомнил Леос. — Но правда в том, что знает мой друг-эльф.

— Да, — кивнул тот. — Леос достаточно давно обратился ко мне за информацией…

— Ты нам об этом не рассказывал, — заметил Люциус. — Но спасибо.

— Не хотел обнадёживать, — пожал плечами Леос. — Продолжай, Вил.

— В общем, когда началась вся эта суматоха, среди эльфов начали набирать работников на дело одно. И, как вы знаете, я-то не прочь подработку найти.

Вил пустился в подробности своей жизни за последние две недели. А мы терпеливо слушали, не перебивая ценного информатора.

— В общем, перевезти надо было не просто хрупкий груз, а живых шанир! А ещё несколько эльфов и вот драконида вашего!

— Шимана, — поправил его Люциус.

— И как же они вот так вот взяли и наняли случайных эльфов на это дело? — недоверчиво спросила Коха.

— Дак эльфы-то не очень любят шанир, уж простите, госпожа принцесса, — ответил Вил. — Многие вступили к революционерам. Да и этих работников поубивали потом. Чтоб не болтали.

— А ты как выжил? — спросила я.

— А я живучий, — усмехнулся Вил. — Да и очевидно же, к чему всё шло.

Дальше эльф пустился в длинный рассказ, как и когда именно он сбежал от похитителей, добрался до Леоса и всё рассказал ему.

— Надо дождаться Менриэль, — предложил Леос. — И пойти на место.

— Только учтите, что их могут сегодня же и перевести оттуда.

— Менриэль вернётся только завтра, — сказала Коха.

— А ты откуда знаешь? — спросила я.

— Встретила её, когда Ниши послала меня на… — явно нецензурную брань Кохи я разобрать не смогла, но смысл передавался очевидный.

— Тогда надо действовать нам, — предложил Люциус.

— Но нам запретили выходить наружу, — напомнила я. — Как мы попадём туда?

— Давай сразу уточним, — предложил старший драконид. — Ты принципиально против моего предложения, или…

— Не против, — сразу ответила я.

Конечно, идти туда вопреки приказу Акши — дурно пахнущая идея. Однако… Я понимала, что никто не предоставит нам сейчас никакой помощи. А ждать Менриэль значило терять драгоценное время.

Меня учила сама Ниши. Коха не являлась слабой, вопреки словам моего тренера. Люциус внушал наибольшее доверие. Да и Леос мог показать себя в минуту нужды. Неужели мы не справимся с кучкой похитителей?

— Что скажут остальные? — спросил Люци.

— Конечно, я за, а то ты меня трусом до конца своих дней называть будешь, — ответил Леос.

— Зная характер мамы, стража нам не помощник, поэтому я за, — сказала Коха. — Это всего лишь мелкие бандиты. Должны сами справиться.

Вторая дочь короля будто читала мои мысли.

— В таком случае, теперь мы должны понять, как.

— Из замка много путей, — сказал Вил. — Я давно тут работаю, многое знаю.

— Не слишком ли ты осведомлён для эльфа? — удивилась Коха.

— Простите, госпожа, но чтобы работать на вашу мать эффективно, нужно знать даже больше, чем я, — ответил Вил. — Тайные ходы невероятно сокращают пути, когда это необходимо. Да и мало кто любит слуг, бегающих по коридорам.

— Сколько времени нужно на подготовку? — спросил Люциус.

— Пару часов, — ответила Коха.

— Всегда готова! — сказала я.

— Ага, только переоденься, — усмехнулся Леос, указав на моё платье.

Действительно, самое очевидное ускользнуло от моего внимания.

— Сколько времени, Леос? — повторил вопрос Люциус.

— Думаю захватить лекарств, на всякий случай, — ответил он. — В пару часов уложусь.

— Где встречаемся? — кивнул ученику Гедеона старший драконид.

— У её покоев, — указал на меня Вил. — Начнём путь оттуда.

Эта новость мне не понравилась, но, решив не возмущаться, я попрощалась с друзьями на пару часов и стремительно направилась к себе в комнату. Сердце сильно билось. Наконец-то мы вернём нашего друга! Конечно, я не так долго знала младшего брата Люциуса, но этот факт ничего не менял. Я чувствовала свой долг перед ним. Тем более, что в его пропаже, возможно, присутствовала и моя вина. Частично, конечно.

Вернувшись в комнату, я первым делом переоделась в более подходящую для вылазки одежду. Не забыла взять и мазь от ожогов. Вдруг придётся использовать магию? И, конечно, копьё, сделанное в путешествии.

Я прицепила к оружию чёрное перо, найденное в ванной. Конечно, сомневалась, стоит ли это делать. Дурной ли это знак? Впрочем, Менриэль никогда не одобряла суеверия. Так с чего бы мне верить в них?

До встречи оставался час, и я от переизбытка чувств решила прогуляться по коридору. Оставаться в комнате в такой момент и просто ждать казалось попросту невозможным. Тут-то меня и встретила Ниши.

— Куда-то собралась? — в лоб спросила она.

Я не знала, что ответить и, заметив это, Ниши посоветовала:

— Лучше говори правду, иначе буду сторожить тебя в комнате, чтобы никуда не делась.

— Мы идём спасать Шимана, — призналась я.

Конечно, во мне разгорелась надежда, что Ниши пойдёт с нами, но та сказала:

— Ну раз так, то удачи вам с этим делом.

— Ты не будешь меня останавливать? — спросила я, немного удивившись.

— Я не твой ангел-хранитель. Ты уже взрослая, за свои действия должна отвечать самостоятельно.

Конечно, мне скоро должно исполниться пятнадцать, но вряд ли этот возраст можно назвать взрослым. Впрочем, по книгам на Компиталисе я знала, что уже в четырнадцать людей могли назначать на ответственные роли в ряде случаев.

— Если что, буду знать, как ты погибла, — заметила Ниши.

— Вот только я не собираюсь погибать, — ответила я.

— Мой сын тоже не собирался, а вот как получилось.

Я не нашлась с достойным ответом, а Ниши потрепала меня по голове.

— Береги себя там и не лезь на рожон, — сказала она и направилась дальше по коридору.

Мне же ходить расхотелось, и я вернулась к себе в комнату. Не следовало пренебрегать советами тренера. Нужно всё ещё раз перепроверить. Чего мне ещё не хватает?

Внезапно я вспомнила, как Менриэль учила меня рунописи и зачарованию. Но как я могла это использовать? Без неё я выучила несколько рун самостоятельно, однако не знала, на что их можно нанести. Копьё для этого не подходило. В такую погоду руна молнии могла сыграть злую шутку, окажись оружие под сильным ливнем. А он стихать вовсе не собирался. Кроме того, при исчерпании энергии копьё могло сломаться.

Тогда я решила взять с собой рюкзак и сложить туда инструменты для рунописи. Кто знает, когда они могли пригодиться?

В дверь постучали. Похоже, время на сборы истекло.

— Готова? — уточнил Люциус, когда я впустила друзей внутрь.

— Ага! — я указала на рюкзак.

— Да ты прямо как Леос! — заметила Коха. Тот тоже захватил с собой мешок. Видимо, с лекарствами, как и планировал.

— Зато вы налегке, — заметил он.

— Ну раз все готовы, то разойдитесь, пожалуйста, — попросил Вил и откинул ковёр, лежащий на полу. Нажав на одну из половиц, эльф открыл потайной ход.

— Прямо в моей комнате! — воскликнула я, озвучив мысли вслух.

— Прямо в её комнате! — также удивилась Коха.

— Ну да, а что такого? — спросил Вил.

— Как же теперь спать-то?! — не унималась Коха.

И я с ней соглашалась во всём, уже продумывая, как именно буду упрашивать Менриэль, чтобы она поговорила с Акши о переселении в другое помещение. Или устроить перестановку, установив на люк что-нибудь тяжёлое.

— Быстрее! — поторопил нас Вил и первым скрылся внизу. Следом спустился Люциус, а затем и я. Лишь бы избавиться от мыслей о внезапных проникновениях в моё жилище.

Люк скрывал узкий и длинный каменный коридор. Тем не менее достаточно высокий, чтобы даже Люциус мог пройти не сгибаясь. Вопреки ожиданиям, тайный ход неплохо проветривался, что позволяло нам свободно дышать, а факелу — освещать путь.

— Скоро будем на месте, — сообщил Вил. — Там я подготовил броню стражи под вас. Чтобы издалека не заметили и не задавали лишних вопросов.

— Вблизи лучше с патрулями не сталкиваться, понял, — сказал Люциус.

— Нужное здание на территории революционеров. Там мы переоденемся и по другому ходу пойдём.

Коридор заканчивался просторным помещением с ящиками. В одном из них Вил и спрятал для нас комплекты брони.

— Боюсь, эти штаны на меня не лезут, — пожаловался Люциус.

Признаться честно, мне они тоже совсем не подходили, хоть я и не сразу поняла, в чём дело.

— А у тебя ноги как у шанир? — усмехнулся Леос.

— Точно, — ответил Драконид, улыбнувшись в ответ.

Действительно, если задуматься, ноги шанир были более звериными, чем человеческими. Но почему-то я обратила на это внимание только сейчас.

— Да никто на штаны не будет смотреть, — заметила Коха. — Тем более в дождь.

Латы стражи оказались тяжелее, чем я думала. Но делать нечего — это малая плата за спасение друга.

— Готовы? — спросил Вил.

— Готов, — сразу ответил Люци.

— Угу, — пробурчал Леос.

— Готова, — кивнула Коха.

На самом деле, она приготовилась быстрее всех.

— Пошли, — сказала и я.

Вил открыл дверь и первым вышел наружу.

44. Миссия по спасению.

Снаружи шёл сильный дождь. Гораздо сильнее, чем представлялось сначала. Но это играло нам на руку: плохая видимость в размытых ливнем очертаниях города могла помочь пробраться куда нужно.

Мы пошли за Вилом, делая вид, что это просто очередной патруль стражи. Леос даже не стал использовать магию, чтобы не выглядеть странным среди остальных.

Конечно, я надеялась, что мы никого не встретим, однако… Совсем скоро впереди показались пять фигур. Стражники медленно шли прямо на нас, а сворачивать оказалось некуда. Оставалось только идти вперёд. Когда мы поравнялись, один из нашей группы отдал им честь, а встречная группа повторила жест. Решила повторить и я.

Каждый шаг давался всё тяжелее, а сердце сильно сжалось в груди. Казалось, что прошла вечность, прежде чем мы разминулись.

Вода лилась ручьями. Ливень и не думал сбавлять силу, отчего тканевые подложки доспехов уже промокли насквозь, и идти в броне стало ещё тяжелее. И от того я сильно замедляла группу. По крайней мере, мне так казалось.

Наконец, Вил привёл нас к нужному тайному проходу.

— Снимите доспехи и положите их в ящики вот тут и там, — распорядился эльф, когда закрыл за нами дверь.

Внутрь помещения проникло достаточно воды, чтобы образовать неглубокую, но неприятную лужу.

— Просушиться бы, — пожаловался Леос.

Я с ним всецело соглашалась, беспокойно осматривая собственные промокшие насквозь одежды. Но хуже всех пострадала Коха — с её шерсти до сих пор стекала вода.

— Я думал, ты будешь пахнуть как собака, — усмехнулся ученик Гедеона своей неуместной шутке.

— Ты идиот? — спросили Коха и Люциус одновременно.

Но обстановка всё же разрядилась.

— Кстати, вот вам забавный факт, — заметил Леос. — Нам на встречу шли лазутчики революционеров.

— Я тоже заметила, — сказала Коха. — На ноги посмотрела.

А я даже не обратила внимания.

— Я подготовил сухую одежду, — сообщил Вил.

Эльф не переставал радовать степенью своей подготовки к нашей операции.

— Мальчики вперёд, а девочки остаются! — скомандовала Коха.

— Увидимся дальше, — согласился Люциус и первым ушёл вглубь тоннеля, прихватив свой комплект одежды.

Вил протянул нам с Кохой свёртки и направился вслед за ним и Леосом.

— Как же это всё не вовремя-то, — ворчала Коха, начав сразу переодеваться.

— Надеюсь, твой отец скоро поправится, — сказала я, пока не решаясь начать смену одежды.

— Я тоже. Но это не меняет факта, что всё произошло по его вине.

Коха закончила с переодеванием и, взглянув на меня, добавила:

— Я посторожу, давай быстрее. Мне тоже непривычно.

— Принцессы не должны заниматься таким, да? — усмехнулась я. Почему-то вспомнила упреки Верена в сторону Ниши.

— Верно, но, похоже, мы какие-то неправильные принцессы.

— Почему ты думаешь, что это король виноват, а не твой брат?

— Потому что он уже стар. И из-за старости стал сильно упрям. Он просто не видит, к чему всё может привести.

— Ты переживаешь за брата?

— Переживаю, но его выбор не одобряю. Хоть и понимаю, почему он так поступил.

Я закончила переодеваться. Новая одежда выглядела намного проще, чем та, к которой я привыкла, но, к удивлению, оказалась впору. Впрочем, ноги всё ещё оставались мокрыми.

— Как бы мы все не заболели после такого-то, — проворчала Коха и направилась во тьму коридора.

— Интересно, что думает Ниши, — сказала я, последовав за ней.

— Что думает Ниши, известно только Ниши. Она всегда закрывала свои чувства ото всех.

Похоже, мне удалось узнать её чуть лучше, чем собственной сестре.

— Она тоже думает, что путь вашего отца не самый лучший, — сказала я. — По крайней мере, мы говорили об этом.

— Надеюсь, она не станет поддерживать брата, — ответила Коха. — Вряд ли он действует один. Слишком хорошая подготовка у эльфов. Такое не организуешь за короткое время.

— Ты думаешь, им помогает кто-то из дворца?

— Потом об этом, — прервала меня Коха и спросила чуть громче:

— Вы готовы?

— Да, — ответил Люциус. — Вы что там копались?

— Ну мы же принцессы, — усмехнулась вторая дочь короля.

— Надевайте новые доспехи, — Вил указал на ящики в полутёмном помещении. — У революционеров немного отличается броня.

— Эта будет поудобнее, — заметил Леос.

Надевая новый защитный комплект, я задумалась над словами Кохи. Армия протестующих не только обучалась сражаться, но и успели выковать отдельные доспехи для эльфов. Однако до сих пор оставались загадкой их мотивы.

Эльфов полностью освободили от рабства и, как я слышала, на весьма неплохих условиях. Чем они остались недовольны, что решили объединиться с восставшими шанирами и взять в руки оружие? А о чём думали шаниры?

— Все готовы? — уточнил Вил и, получив утвердительные ответы, открыл дверь.

По очевидным причинам сверху глубин не лили водопады воды, однако по полу текла мутная река. Про магию электричества в таких условиях я могла забыть.

Эльф повёл нашу группу в недра глубин, периодически оглядываясь по сторонам. Однако, на наше счастье, на территориях восставших патрулей не ходило. Возможно, все занимались откачкой воды, или где-то произошло столкновение.

А может, им просто не хватало дисциплины, или они не рассчитывали на появление лазутчиков. Впрочем, это играло нам на руку и позволило достаточно быстро дойти до цели.

— Это здесь, — сообщил Вил, сняв шлем, и указал на двойные деревянные двери.

— Это же… — Коха от удивления распахнула глаза и указала на надпись, гласившую, что здание принадлежало компании Рэлдана Кави.

— Вот же жук! — воскликнул Люциус. — Значит, он замешан в похищениях! И даже прятаться перестал!

— Или просто его здание захватили бандиты, — предположил Леос. — Во время мятежей чего только не происходит.

— Узнаем это после, — предложила я. — Надо спасать Шимана.

— Что, прямо через главный вход? — спросила Коха. — Сколько там может быть охраны, Вил?

— Когда я их видел, было эльфов десять, — ответил он. — Но всё могло поменяться.

— Есть какой-то другой проход? — спросил Люциус.

— Мне о таком неизвестно, — ответил Вил.

— В таком случае, выбора у нас нет, — сказал драконид и обнажил меч.

Он слишком долго ждал возможности спасти младшего брата, чтобы ждать теперь.

— Что ж, вперёд, — Коха обнажила свой.

Леос, по обыкновению, держался позади, как и я. Наша компания подошла к деревянным вратам. Найдя более подходящую дверь, мы открыли её и быстро прошли внутрь.

Но внутри нас ждал лишь полумрак. Мы переглянулись, и Люциус кивком предложил углубиться дальше в недра здания. И когда мы это сделали, послышался громкий щелчок. Кто-то закрыл входную дверь.

А затем включился яркий свет. Спасло меня предвиденье или просто инстинкт и выучка Ниши, но я моментально сиганула в сторону. Друзья поступили так же и вовремя: в пол, где мы стояли, мгновением позже воткнулись несколько стрел.

— Вы пожалеете, что пришли сюда, — громко сказал неизвестный. Его голос показался мне знакомым, но я не могла вспомнить обладателя. — Можете не прятаться, вам всё равно некуда бежать. Сдавайтесь, и мы сохраним вам жизнь.

После дождя из стрел речи о сохранении жизни казались ложью. В отличие от глубин, пол в этом помещении оставался сухим. Видимо, архитекторы учли особенность местного климата. Я решила тихо снять обувь: мокрые ботинки могли помешать передвижению.

Волею судьбы со мной рядом оказался Вил. Сейчас он сжимал в руках кинжал, оставаясь в полной растерянности. Я кивнула ему идти за мной. Благо на охоте с Ниши я научилась тихо передвигаться.

— Слева! — скомандовал неизвестный голос, и на противоположном конце склада послышались звуки боя.

Мы с Вилом не быстро, но нашли лестницу наверх. Её сторожили два бандита. Я сразу узнала одного из них — эльф, встреченный нами при разговоре с директором маслогонки. Что подтверждало участие Рэлдана в похищениях.

— Пошли на него… — я начала читать заклинания вызова молнии вслух для лучшего контроля над эффектом. Надеялась только вывести эльфа из строя: убивать кого-либо не хотелось.

— Удар молнии! — я закончила заклинание, и разряд выстрелил из копья, поразив меч эльфа, после чего благополучно ушёл в землю, а противник упал лицом вниз.

Вил показал себя менее сдержанным, чем я, без колебаний убив другого бандита. Похоже, он не был его первой жертвой.

Однако раздумывать над вопросами жизни и смерти времени не было: следовало помочь друзьям. Мы стремительно поднялись по лестнице и заметили арбалетчиков, целившихся в наших друзей на другой стороне склада.

— Можешь цепную? — спросил Вил.

Я кивнула.

— Не задень меня случайно.

Я направила копьё в самого правого арбалетчика и произнесла новое короткое заклинание. Разряд выстрелил в него и сразу перекинулся на соседа. А на четвёртом я потеряла контроль, и молния ушла в потолок, раздробив его.

Конечно, оставшиеся арбалетчики сразу заметили нас. Теперь уже нам оказалась нужна поддержка.

Оценив ситуацию, Вил сразу сиганул вниз и потащил меня за собой. Там мы скрылись за ящиками и, стараясь не терять времени зря, быстро направились в другую часть склада.

— Принцессу не убивать! — скомандовал их лидер.

Похоже, личность Кохи оказалась раскрыта. Жаль, что приказ не распространялся на нас. Впрочем, проигрывать мы и не собирались.

— На три часа, наверху, — прошептал Вил.

Конечно, я не поняла, о каких часах он говорил, но просто посмотрела наверх и заметила арбалетчика.

— Вижу, — ответила ему.

— Ну так убей его.

Эльфу легко говорить. А вот я хотела обойтись минимумом жертв. Хоть Ниши и говорила, что, взяв в руки оружие, я должна быть готова к лишению других жизни, я хотела оттянуть этот момент.

— Быстрее, — прошептал эльф, и я выпустила новый разряд молнии, но не сумела совладать с её контролем и в этот раз. Яркая вспышка электричества отскочила от бандита в неизвестном направлении. Оставалось надеяться, что я не задела своих.

— Группа четыре, внимание на право! — крикнул командир. — Уничтожить мага!

Смазывать руки мазью от ожогов приходилось на бегу. Заклинания электричества всё ещё сильно нагревали кожу.

Недалеко послышались шаги, и я приготовила копьё к бою. Вил, в свою очередь, ловко залез на ящики и устроил засаду.

Ко мне приблизились четверо врагов. Однако узкое пространство давало мне больше преимуществ благодаря длине оружия. Нам повезло, и стрелков среди них не оказалось, но бойцы быстро зажали меня в угол. И в этот момент Вил, наконец, напал на них со спины, спутав планы.

Он моментально поразил первого врага, а я воспользовалась замешательством остальных и воткнула копьё в плечо другого.

Третий сбежал, а четвёртому Вил успел полоснуть по шее. Этот эльф оказался не только умелым слугой, но и неплохим бойцом.

— У меня всё оборудование намокло, — пожаловался он, продемонстрировав небольшой металлический шарик.

Я сразу сняла рюкзак и открыла его. Моя бумага тоже пришла в негодность. Но инструменты для рунописи не пострадали. По крайней мере, пока что я ничего не заметила. Но времени чертить руны нам давать никто не собирался: сбежавший привёл новых бойцов — и нам пришлось стремительно отступить.

— Сколько ж их тут… — проворчал Вил.

И в тот момент мы столкнулись с Леосом. На этот раз он не стал отсиживаться в стороне и тоже сражался, правда, в одиночку. По крайней мере, об этом свидетельствовало несколько тел вокруг него.

Не сказав ни слова, Леос коротко посмотрел на меня и направил меч в сторону врагов.

— Идём, — сказал он, когда мы с ними покончили.

Сейчас он вёл себя совсем не так, как на тренировках. Скорее, как в моём видении. От былой безалаберности не осталось и следа.

Из центра послышался вопль командира и череда ругательств. Мы, не забыв об осторожности, пошли на них. Но, похоже, бандиты уже не могли сражаться. Оставался лишь их командир, прижатый к полу мечом Люциуса. С лезвия стекала кровь, однако драконид не торопился очищать клинок. За его спиной стояла Коха, оглядываясь по сторонам.

— Где он?! — прорычал Люциус. — Где мой брат?!

— Не здесь, — усмехнулся в ответ шанир-заяц. Слишком смело для его ситуации.

— Я помню тебя, Харру, — сказала Коха. — Торговля приносила мало денег?

— Не твоё собачье дело.

Коха оскалилась, а Люциус проткнул мечом плечо командира бандитов.

— Давайте я, — предложил Леос.

— Нет, — возразил Люциус и повернул меч.

Помещение содрогнулось от вопля шанира.

— Его перевезли! — завопил он.

— Куда?! — спросил драконид.

— Мне не сказали!

Послышался новый крик боли. Смотреть на это оказалось совсем не просто, и я решила сконцентрироваться на изучении многочисленных контейнеров.

— На кого ты работаешь? — задала свой вопрос Коха.

— На себя! — ответил заяц, после чего послышался неприятный звук, и поверженный шанир вновь закричал.

Я подошла к одному из контейнеров и открыла его. Внутри оказались бутыли с маслом. Случайная искра от моей молнии могла сотворить непоправимое.

— Представьте себе, я нашёл лаз в полу, — сообщил новость Вил, полностью игнорируя допрос шанира.

— Твари! — воскликнул заяц после очередного вопля полного боли. — Вы все сдохнете! Вслед за королём!

— Да что ты говоришь, — ответила ему Коха. — Не в первый раз Сиприн сталкивается с проблемами.

— Не с такими, как сейчас, — заяц сплюнул кровь на пол и усмехнулся. — Откуда, по-вашему, мы узнали о вашей вылазке?

— И откуда? — спросил Люциус.

— Три, пятнадцать, — ответил заяц, и что-то в его голове издало громкий писк.

— Назад! — воскликнул Вил.

Писк повторился, и голова шанира взорвалась, оросив всё вокруг кровью.

Ударная волна пробила ящик за шаниром, и теперь из разбитых бутылок стекала тёмная жидкость, смешиваясь с кровью.

— Вот же чёрт! — воскликнул Люциус, отплевавшись от крови зайца. — А ведь я правда надеялся…

— Как он это сделал?! — к Кохе, наконец, вернулся дар речи.

— Что-то вроде бомбы, — ответил Вил. — Давно я не слышал такой звук.

— Ты что-то об этом знаешь? — спросил Леос.

— Да, — кивнул эльф. — До того, как Сиприн завоевал мою страну, я вёл раскопки на севере. Мы наткнулись на катакомбы, и там оказалось прилично подобных… штук. Но что они делают здесь?

— Снова неудача, — сокрушённо сказал Люци. — Сколько ещё времени брат должен провести в их плену?

— По крайней мере, мы точно знаем, что он был тут, — попытался утешить его Леос. — И мы знаем, что он жив. Верно, Вил?

— Верно, — ответил эльф. — И что эти ребята работают на Кави.

— Значит, он будет следующим, — сказал Люциус. — Следующим, кто ответит на мои вопросы.

— Если не заляжет куда-нибудь после того, что мы тут устроили.

— Вы не найдёте его, — совсем близко к нам в полумраке между ящиками мы услышали голос. Послышался чиркающий звук, и в руке говорившего зажёгся факел. Довольно опасное решение, учитывая всё разливающееся масло.

Вил не стал дожидаться продолжения и сразу открыл лаз, обнаруженный им ранее. По его знакам мы сразу поняли, что делать, и подбежали к нему.

Лицо говорившего покрылось следами от многочисленных разрядов молнии, но я смогла узнать в нём эльфа у лестницы, которого я так хотела пощадить.

— Умрите! — воскликнул он и бросил факел вниз.

Леос вскинул руки и, похоже, сотворил некое заклинание. Я не увидела его эффекта, ведь первой прыгнула вниз. Но, похоже, его действия дали всем нам достаточно времени, чтобы сбежать. Но не избежать последовавшего взрыва. Пламя прорвалось за нами вниз и подожгло шерсть Кохи.

Шанир принялась кататься по полу, пытаясь сбить пламя, а мы помогали ей кто чем мог. В очередной раз я пожалела, что не умела управлять теплом.

— Нам нельзя здесь оставаться, — сказал Вил, когда мы справились с огнём.

Люциус помог стонущей от боли Кохе подняться и ответил Вилу:

— Веди.

Эльф осмотрелся по сторонам.

— Хотел бы я знать, есть ли тут вообще проход.

Склад сверху сотрясали взрывы. А деревянные опоры погреба говорили о том, что задерживаться здесь надолго не выйдет.

— Кажется, за теми ящиками есть проход, — Леос указал на противоположную от нас стену.

Проход действительно был. Очередной длинный тёмный коридор. Ученик Гедеона и эльф быстро расчистили от ящиков путь, и Вил решил направиться вперёд первым.

— Что ты сделал? — спросил Люциус, когда оказался рядом с Леосом.

— Когда?

— Там, наверху.

— Я заставил масло течь в другом направлении. Но, как видишь, это нас не спасло.

— Спасло, — сказал Люци. — Этих секунд нам хватило. Ты молодец.

45. Выбор принцессы

Тяжело сказать, сколько мы шли по петляющему коридору, в основном поднимаясь всё выше. И в конце концов вышли на небольшой участок с более широким пространством.

Леос остановился и попросил расстелить одежду на полу. Мы собрали всё, что могли, и выполнили его команду.

Я показала ему свой флакон с остатками мази от ожогов, на что он обеспокоенно цокнул. На первую помощь для Кохи ушли все наши запасы в самом начале пути.

— Ты как? — спросил Люциус.

— Как жареная псина, — отшутилась Коха.

В её ожогах я чувствовала собственную вину. Именно я щадила бандитов в такой ситуации. Благо никто из друзей не стал предъявлять мне претензий.

— Можно немного света? — попросил Леос.

Вил поднёс найденную нами спиртовую лампу поближе, а я отвернулась. Раны выглядели ужасающе.

— Ну что, доктор? — спросила Коха. — Какой твой вердикт?

— Вил, ты можешь хотя бы примерно сказать, где мы? — он не стал отвечать Кохе. Похоже, дела были плохи.

Эльф отрицательно помотал головой.

— Надеюсь, этот коридор не закончится завалом или тупиком, — сказал он.

— Чёртов дождь, — выругался Леос. — Я ещё и сумку там оставил.

Это мы поняли давно, ещё при оказании первой помощи. Пришлось использовать то, что осталось у него в карманах.

— Ты можешь спасти её магией? — спросила я.

Он посмотрел мне в глаза и слегка приподнял брови.

— Магией жизни? — спросил Люциус. — А ты владеешь магией жизни?

— Магия жизни не так проста, как может показаться, — ответил он. — Иначе лекарства стали бы не нужны. Все просто учились бы прикладывать руки к телу и заживлять.

— Так ты владеешь или нет? — спросила Коха.

Я видела, как Леос колеблется. Он смотрел на Коху, а потом перевёл взгляд на меня. И снова на Коху. Меня не покидало ощущение, что у него существовал какой-то тёмный секрет. Что-то такое, чем нельзя делиться со всеми. Причина, по которой он избегал показывать свои истинные возможности.

Я вспомнила видение, наш неоконченный разговор перед покушением на короля… Все факты говорили о том, что я права. Но, похоже, назрела необходимость как-то подтолкнуть его к правильному решению.

Коха продолжала кряхтеть лёжа на полу, а друзья молча сидели вокруг. Наша миссия по спасению обернулась провалом. Мы угодили прямиком в ловушку.

— Это моя вина, — наконец сказал Вил. — Я должен был всё перепроверить... перед тем, как вести вас туда. Лучше подготовиться.

— Тебя никто не винит, — сказал Леос. — Я даже не думаю, что это ты мог подстроить эту засаду. Это кто-то другой. Кто-то, кто знал о нашей подготовке.

— Согласен, — кивнул Люциус. — Слишком небрежно подготовились. Пытались взять внезапностью и количеством. Бойцы неумелые, вон, даже вы с Менриалиной справились без проблем.

— Я справилась плохо, — мне нашлось что возразить в ответ. — Просто не смогла…

От переизбытка эмоций из глаз полились слёзы.

— Моя магия… — попыталась сказать я, но Вил прервал меня:

— Убивать не так просто, как кажется. Я мог бы проверить поверженных тобой врагов, но не стал делать этого.

— Я ещё не померла, дурни! — воскликнула Коха. — Виноваты те, кто на нас напал — и точка!

— Я могла бы это предвидеть, если…

— Никто этого не мог предвидеть, — возразил Леос, вновь вцепившись в меня взглядом.

Конечно, он не хотел ничего раскрывать. Но я твёрдо для себя всё решила. Тем более верила, что они не станут раскрывать всё Менриэль.

— Я хочу рассказать вам то, что не должен знать больше никто. В особенности, Менриэль.

Мои друзья сразу замолкли и внимательно посмотрели на меня. Даже Коха притихла, продолжая терпеть невероятную боль. Люциус показал себя надёжным драконидом. Он — хороший брат для Шимана, готовый на всё ради него. Коху я знала практически с детства, и мы часто встречались в стенах Компиталиса. Тогда она не раз помогала мне. Конечно, и в шалостях. Леос, похоже, практически знал мой секрет. А Вил хоть и являлся новым знакомым, но он проявил себя в бою надёжным напарником.

Да и, в конце концов, что ещё может подтолкнуть Леоса?

— Я с детства вижу вещи, которых в данный момент не существует, — наконец я решилась.

Друзья внимательно слушали мой рассказ, не перебивая. Только Коха подавала голос, когда боль от ожогов становилась нестерпимой. Я поведала, как видела призраки разных существ. Упомянула встречи с моей мамой. И о том, как видения накладывались на существующую реальность.

— Даже себя в зеркале толком рассмотреть не могу, — призналась я. — Волосы постоянно разного цвета, как и глаза. Отражение в других одеждах, а на лице иногда появляются шрамы. В конце концов пришло понимание, что я ясновидящая.

— Или просто у тебя шизофрения, — Леос первым нарушил молчание.

— Ты же понимаешь, что это не так? — я нахмурила брови. Сейчас не время для шуток.

— Как же многое это объясняет, — подала голос Коха. — Ты всегда была чудной.

— И правда, — усмехнулся Люциус. — Теперь понятно, почему ты такая чудная.

Искренность друзей заставила меня обидеться. Совсем немного, но от признания стало даже хуже. Что же обо мне думали остальные? Я ведь изо всех сил старалась не подавать виду, что со мной что-то не так.

— Твоя очередь, — теперь моя рука указывала в сторону Леоса.

— Что ж, после такого признания, у меня отвертеться не получится? — усмехнулся тот.

— Давайте, признавайтесь во всём! — крикнула Коха. — У нас, блин, полно времени! Как же больно-то…

— Признаюсь: я не знаю, как использовать магию жизни, чтобы залечить её раны и не дать рост чему-то опасному, что приведёт к осложнениям, — сказал ученик Гедеона.

— То есть, я призналась в таком, а ты решил отшутиться!? — возмутилась я. — Хочешь сказать, что моё видение из переулка было неправдой!?

— Какое видение? — спросил Люциус.

— Ох, ладно, ладно… — Леос тяжело вздохнул и примирительно поднял руки. — Вот это одна из причин, почему таких, как ты, Менра, не любят практически нигде.

— Теперь это уже не важно, — ответила я. — Ты можешь её спасти или нет?

— У нас только три варианта, — сказал он. — Или мы внезапно окажемся в клинике, или я не могу гарантировать её выживание, или…

— Всё так плохо? — спросила Коха.

— Да, так, — сказал Леос.

— А третий вариант? — спросила шанир.

— Я могу обратить тебя в вампира.

— Я знал! — теперь пришла очередь Вила восклицать. — Это же всё объясняет!

Похоже, наш друг тоже не лучшим образом скрывал свою сущность.

— Серьёзно, вампир?! — удивился Люциус.

— Ну да. Знаешь, аллергия на серебро, отказ от ряда продуктов и вот это вот всё.

— Дневной свет? — спросил драконид. — Ты же ходил с нами сутками напролёт?

— Всего один вампир во всей истории обладал настоящей аллергией на светило, а все решили, что эта проблема касается вообще всех.

— Потребность пить кровь?

— Я врач, добрый день. Никого не убивал ради этого уже больше трёх сотен лет. Да и не так много крови нужно, как многие думают.

Коха выругалась от очередного приступа боли. Похоже, решение не требовало отлагательств.

— А вас, слуг Бога Света, не учили? — спросил Леос.

— Учили, — вздохнул Люци. — Выходит, мне придётся хранить аж на две тайны больше.

А вот меня не учили, но признаваться я не стала. Не хотела показаться совсем не посвящённой. Конечно, о вампирах мне рассказывали, но описывали их как жутких созданий, а не обычных людей.

Долгая жизнь не казалась таким уж серьёзным недостатком. Хорошая регенерация тоже выглядела преимуществом. Из очевидных минусов — влияние дневного света, но Леос это опроверг. Аллергия на серебро? Уверена, что Коха могла это пережить.

Главным минусом, который я помнила, оставалось гонение окружающих. Но между неминуемой смертью в агонии и этим… Как по мне, выбор для Кохи оставался очевиден.

— Выглядит как-то уж слишком хорошо, — скептически произнёс Люциус. — Почему бы тогда всем вокруг не стать вампирами?

— Ну во-первых, в таком случае, кровь будет брать попросту неоткуда, — ответил Леос. — Кроме того, далеко не каждый без проблем отнесётся к такому соседу. Продолжать список минусов я могу долго, и некоторые из них могут оказаться малоприятными, но по моим подсчётам, через пятнадцать минут обезболивающее перестанет действовать. Принимать решение надо сейчас, а не дискутировать о моей природе.

Я не знала, что он использовал обезболивающее. Удивительно, что Коха чувствовала что-то под его действием. Видимо, после окончания должно стать совсем худо.

— А как обращение ей должно помочь? — спросил Вил. — Я не отговариваю, если что.

— Снижается чувствительность к боли, — ответил Леос. — Бактериям становится не очень интересно тебя поедать, да и вообще взаимодействовать с твоим организмом. Ну и повышенная регенерация тканей. Сверху я уже смогу безопасно взаимодействовать магией жизни.

— Кажется, сейчас не выдержу, — призналась Коха.

Шанир стала тяжелее дышать, а из глаз полились слёзы. Мне казалось, что она смотрит в мою сторону, будто в поиске поддержки. А я пыталась сконцентрироваться, чтобы увидеть её судьбу. Однако дар не хотел работать когда был так нужен.

— Я… хочу… жить, — наконец, сказала Коха. — Мне ещё… рано умирать.

— Идите вперёд, — попросил нас Леос. — Процесс не самый приятный.

Мы не стали спорить. Похоже, что счёт шёл уже на минуты.

— О каком видении ты говорила? — спросил Люциус.

— О вашем сражении, когда Шиман… когда твоего брата похитили, — ответила я, решив не сообщать старшему дракониду о трусости его брата. — Ты не заметил этого, но Леос очень хорошо прикрывал тебя со спины. Тогда я и заподозрила в нём нечто… подобное.

— Да уж… — вздохнул Люци. — Похоже, я должен буду перед ним извиниться.

— Главное, сохранить наши тайны, — напомнила я.

— С вампирами-то всё понятно, — подал голос Вил. — А с ясновидящими-то что не так?

Я хотела ответить, но не успела: подземелье сотряс оглушительный вой Кохи. Такой сильный, что я стала беспокоиться, как бы потолок не обрушился прямо на наши головы.

46. Вечер открытий

— Ты как? — спросил Люциус, когда Коха приблизились к нам, опираясь на плечо Леоса.

— Хочу всех вас сожрать, — усмехнулась та в ответ.

— Раз можешь шутить, то можешь и самостоятельно идти, — строго ответил Леос. — Но лучше придумать что-то поизящнее.

— Не думал, что шаниры могут быть вампирами, — признался Вил.

Коха аккуратно отстранилась от плеча ученика Гедеона и сделала пару неуверенных шагов. Мне стало интересно, знал ли придворный целитель секрет своего ученика? Или Леос скрывал его так же, как и я свой дар?

— Почему нет? — спросил Леос.

— Даже не знаю, — ответил эльф после небольшой паузы.

— Идём, — угрюмо позвал нас вперёд Люциус.

Тяжело представлялось, что могло быть на его душе в этот момент. Шимана мы так и не спасли, чуть не потеряли Коху, и вскрылись сразу две тёмные тайны его друзей.

— Мы узнали, что похититель связан с маслогонным предприятием, — сказала я, решив подбодрить его. — Мы можем рассказать это Менриэль и…

— И мы ничего там не найдём, — ответил драконид. — Склад сожжён, а его прихвостни убиты. Да и вообще, эти контейнеры могут оказаться простым совпадением. У нас нет достаточно серьёзных зацепок. У нас нет… ничего.

— И всё же этот ушастый был тесно связан с Рэлданом, — заметил Леос. — Надо просто нажать на эльфа, и он всё выложит.

— Только не Рэлдан, — возразила Коха. Её восстановление проходило удивительно быстро. Даже голос вернулся в норму.

— Этот жук даже до пленения получил дурную славу подлеца, но расколоть его — та ещё задача.

— И как же его назначили управлять таким важным предприятием? — спросил Люциус.

— Это было решение матери, — ответила Коха. — Отец, похоже, отстранился от этого процесса, сосредоточившись на войнах.

Они продолжали спорить о том, стоит ли давить на Рэлдана, а я, в свою очередь, спорила сама с собой. Сейчас наступило подходящее время, чтобы воспользоваться козырем и попробовать узнать информацию от певицы. Но как я могла объяснить наличие у меня столь важной информации? И почему я захотела раскрыть её только сейчас? Впрочем…

— Есть ещё одна подозрительная личность, — наконец я решилась действовать.

— Кто? — спросил Люциус.

— Помните популярную певицу-лису, которая выступает на праздниках?

— Мелисса? — спросила Коха.

Признаться, я до сих пор даже не интересовалась её именем.

— Возможно, — пожала плечами я. — Такая яркая, мех ближе к красному, чем рыжему. И очень грубая.

— Ну точно Мелисса, — усмехнулся Леос. — А она-то тут причём?

— Мне кажется, она как-то связана с… этими исчезновениями.

— Тебе кажется?! — переспросил Люциус и фыркнул:

— Ну прекрасно! Теперь мы будем ещё и догадки проверять!

— Потише, — попросил Вил.

— Я же говорила, что я — ясновидящая, — нахмурилась я.

— Тогда, будь добра, увидь, где сейчас мой брат! — Люциус подошёл ближе, а его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Люци, это слишком, — попыталась успокоить драконида Коха.

— Да я спокоен! — ответил Люци. Но по нему это заметно не было. Впрочем, выговориться сейчас пошло бы дракониду на пользу. — Сколько мы его уже ищем? Полгода?

— Восемь месяцев, — сообщил Леос.

Так долго. А казалось, будто я прибыла на Сиприн совсем недавно. Хотя, если подумать, путешествие с Ниши действительно заняло много времени.

— Восемь месяцев, — сокрушённо повторил Люци. — И приблизились… совсем чуть-чуть, спасибо тебе Вил.

— Пожалуйста, — ответил эльф.

— А теперь выясняется, что один из нас — проклятая нечисть, без обид, Лео.

— Да какие уж тут обиды, — пожал плечами тот в ответ. — Что есть, то есть.

— А вторая — шизофреник.

— Это не так, — возмутилась я. Его слова звучали крайне обидно.

— Прости, но мне слабо верится в то, что не работает.

— Я пытаюсь! — воскликнула я. — Это работает само по себе!

Если раньше я хотела его подбодрить, то теперь надеялась, что коридор скорее закончится и мы окажемся… где-нибудь.

— И я. Бесполезный драконид, — продолжил сокрушаться Люци. — Какой смысл от умения владения мечом, если не можешь спасти брата?

— Если позволите, — подал голос Вил. — В словах Менриалины есть смысл.

— В каких словах? — переспросил драконид.

— Про Мелиссу. Я припоминаю, что среди эльфов про неё стали ходить странные слухи.

— Например? — спросила Коха.

— Будто она завлекает к себе, кхм… мужчин, и они потом… ну, не совсем в себе возвращаются.

— Может, она просто… — усмехнулся Леос, но Вил его сразу прервал:

— Нет, не просто. В общем, раз уж я с вами в этом деле увяз, то советую проверить.

— Спасибо, Вил, — подал голос Люциус. — Ты сделал уже слишком много для случайного знакомого.

— Да бросьте, у меня свой интерес. Ты потерял брата, а я — сестру. И ищу её гораздо дольше.

— Вот как… — теперь голос драконида звучал сокрушённо. Возможно, он стыдился прежде сказанных слов, а, быть может, снова потерял надежду.

— Излагай свой план, ясновидящая, — попросил он, наконец.

— Думаю, я смогу надавить на эту… Мелиссу, — уверенно сказала я. — Однако потом мне нужна будет поддержка.

— И когда ты собираешься это сделать? — судя по голосу, Люциус никак не мог поверить в мои способности.

— Скоро праздник нового года, — заметила я. — Она будет петь и принимать поздравления фанатов.

— Снова ждать… — проговорил Люциус.

— Зато получше подготовимся, — усмехнулась Коха.

— Интересно, кто мог нас сдать, — сказал Вил. — Меня точно никто не видел. Коха?

— Нет, я часто хожу при оружии.

— Я только Ниши встретила в замке, — пожала плечами я.

— Ниши? — нахмурился Леос. — И ты, конечно, не рассказала ей, куда собираешься?

— Конечно рассказала, — ответила за меня Коха. — Это же Ниши!

— И вы думаете, что она… — Люциус оборвал фразу на полуслове.

Ему никто не ответил. Подозревать в подобном первую дочь короля Верена… было слишком. Тем более мне. Если бы она и хотела причинить зло кому-то из нас, ей предоставлялось множество шансов, как минимум в нашем путешествии.

— После того, что мы с вами сегодня узнали, — сказал Вил. — Я бы уже ничему не удивился.

Я хотела возразить ему, однако мы так не вовремя упёрлись в запертую дверь, и эльф сразу направился к ней, принявшись ковыряться в замке.

— А ещё мы узнали, что Вил может вламываться через закрытые двери, — усмехнулась Коха.

— Предлагаю назвать сегодняшний день днём открытий, — ответил тот, продолжая ковыряться в скважине.

— Надеюсь, за ней нас не ждёт толпа бандитов, — усмехнулся Леос.

— Думаю, что нет, — ответил эльф. — Мы почти постоянно двигались вверх, в нескольких местах сильно свернули на север. Думаю, что…

Замок щёлкнул, и Вил отворил дверь. Первым зайдя вовнутрь, он подтвердил свою догадку:

— Мы в служебных помещениях дворца. Точнее, в его, скажем, старой части. Слабо используемой.

— Это же какая брешь в безопасности, — заметил Люциус.

— Согласен, но даже я не знал про этот ход. Может, его очистили совсем недавно?

— В таком случае, стоит о нём сообщить маме, — сказала Коха.

А мы ахнули.

В полумраке я могла различать лишь основные черты собеседников и лицо второй дочери короля.

— Что, всё так плохо? — спросила она.

Всё было плохо. Большая часть шерсти выгорела, обнажив светлую кожу шанира на правой стороне лица. Тяжело представлялось, как выглядели другие участки тела. Кожу покрывала сеть свежих шрамов, похожая на паутину. И только чудом глаз принцессы совсем не пострадал.

— Я же найду себе мужа? — усмехнулась Коха жуткой ухмылкой.

Теперь все почему-то уставились на меня.

— Что? — нахмурилась я, не понимая, с чего стала объектом внимания друзей.

— Ну ты же у нас ясновидящая, — напомнил Леос.

— Да идите вы! — разозлилась я. — Говорю же, это так не работает!

— Не я это начал! — вампир в извинениях поднял руки.

— Иди крови попей, — неожиданно даже для себя, ответила я. — От нехватки мозг совсем отсох.

— У, это было сильно, — усмехнулся Леос.

— У твоего мужа, Коха, язык без костей, — злость ещё не прошла, и я выпалила в её сторону первое, что пришло в голову.

— Вот ты и получила своё предсказание, — заметил Люциус. — Раз мы в замке, предлагаю вернуться в наши покои и отдохнуть.

— Предлагаю научиться фехтовать левой, — я показала ему язык. — Кому ещё предсказаний!?

— Ладно-ладно, мы поняли, ты не можешь видеть вещи когда захочешь, — вздохнул драконид. — Извини.

Теперь я ощущала небольшой стыд за своё поведение. Но уж чего я не ждала, так это подшучивания над своими способностями! И уж точно не ожидала намёков на психические заболевания.

— Перед тем, как мы покинем это помещение, я напомню, что у нас действует комендантский час, — сказал Вил, убедившись, что мы закончили разговор. — Так что за мной идём тихо, молча и без ваших этих шуток.

— Понял, — кивнул Люциус.

Коха согласилась молча, как и я.

— Леос? — спросил Вил.

— А что я?

— Ты понял?

— Да понял, понял, — пожал плечами вампир.

Моя злость отступила, и я заметила, как со всей компании снялось напряжение. Самое опасное оставалось позади, а подтрунивание надо мной немного, но помогло им.

Мы покинули заброшенное помещение, полное вековой пыли и мерзкой паутины, и тихо, как могли, направились за Вилом. Вскоре эльф вывел нас в коридоры, кажущиеся подозрительно знакомыми.

И точно: именно здесь Акши Ариан хвасталась передо мной и Менриэль своими владениями. Ночью коридоры выглядели совсем иначе, но я смогла понять это по обозначениям дверей, через которые мы прошли. И по огромному окну с видом на пещерный водопад.

Вил внезапно остановился: впереди послышались шаги. А я услышала их и сзади. Сердце ушло в пятки. Попасть сейчас стражникам на глаза явно не стоило. Хоть мы и являлись гостями шанир. В текущей обстановке нас вполне могли заподозрить в чём-то не очень хорошем.

Вил среагировал мгновенно и кинулся к ближайшей двери. Шаги приближались, а на лицах друзей читалась явная тревога.

Наконец, послышался долгожданный щелчок, и мы завалились внутрь!

— Тихо, — прошептал Вил, затворив дверь.

В помещении царил мрак, но пол оказался достаточно гладким и без лишних предметов, что позволило никому из нас не упасть.

— Где мы? — услышала я шёпот Кохи.

Меня интересовал тот же вопрос. Я сделала несколько шагов назад и почувствовала, что задела какой-то большой продолговатый предмет, видимо, свисающий с потолка.

Что-то щёлкнуло, и в комнате загорелся тусклый свет. Теперь я могла разглядеть, что именно свисало сверху.

И в этот момент Коха вовремя зажала мне рот, не дав крику вырваться наружу. Сверху в несколько рядов свисали мёртвые тела эльфов и шанир. И именно одно из них я задела раньше.

— Это что за?.. — пораженно спросил Люциус.

— Это не твоё? — решил уточнить Вил. Скорее всего у Леоса.

— А ты сам как думаешь? — возмущённо ответил вампир. — На кой мне замороженные?!

— Откуда же мне знать?! — воскликнул Вил. Ровно настолько, насколько можно воскликнуть шёпотом.

— Тихо! — напомнила Коха.

Успокоившись, я постучала по её руке, чтобы шанир отпустила меня. К нашему вечеру открытий добавилось ещё одно.

В тишине я услышала, как кто-то сглотнул слюну, и Люциус двинулся вперёд, изучая тела шанир.

— Его тут нет, — облегчённо сказал он, когда дошёл до другого конца морозильной камеры.

Я попятилась к двери. Содержимое холодильной комнаты дворца ужасало меня всё больше. Даже представила себя, висящей рядом с ними. И хотелось как можно скорее убраться отсюда.

Шаги, спугнувшие нас в коридоре, всё приближались. Выходить было рано. Но как мы могли узнать нужный момент?

Люциус аккуратно вернулся назад. Казалось, будто его меньше всего беспокоит то, что мы только что увидели. Конечно, он же был рад, что тут не висел его брат. Вил, судя по виду, ушёл далеко в свои мысли. Коха изучала лица мертвецов, как и Леос.

Шаги продолжали приближаться, пока, наконец, не остановились прямо напротив выхода.

Вся наша компания сразу напряглась и обратила внимание на дверь. Конечно, мы надеялись, что стража всего лишь решила здесь передохнуть и скоро двинется дальше.

Однако это не сбылось: дверь неумолимо начала отворяться, пока не раскрылась полностью и не впустила сюда нового ночного гостя этого крыла замка.

— Ну и кто мне пояснит, что именно вы тут вытворяете и зачем?! — строго произнесла архангел Менриэль.

47. Бессмертие

Я открыла глаза и, к своему счастью, обнаружила себя в палате дворца. Меня не унесли видения, и всё произошедшее действительно произошло. Да, ночь, бесспорно, прошла ужасно: мы не достигли своей цели, чуть не потеряли подругу, а под конец…

При воспоминании о телах в холодильнике я поморщилась. Оставалось гадать, откуда они там взялись и для чего. Возможно, даже, мне и не предстоит это узнать. Менриэль сильно отругала нашу компанию за самовольство, а возражать и обсуждать находку никто из нас с ней не решился.

Ангел-хранитель сразу отправила всю компанию в медпункт. Наверное, сообщит о телах королю сама.

Самой пострадавшей оказалась Коха. А на втором месте, внезапно для всех — Люциус, всю дорогу скрывавший несколько ранений. Да и мне тоже досталось сильнее, чем я сама предполагала.

Помимо этого мы, промокшие под дождём, пережившие сражение и прятавшиеся в холодильнике, вполне могли сильно простудиться. По крайней мере, так сказал Леос, который, в отличие от нас, помогал Гедеону, а не лежал здесь, как пациент.

Меня вновь посетил вопрос: знал ли его учитель о природе ученика? Такое вполне могло быть, ведь Леос говорил, что Гедеон заменил ему отца.

— И снова вы — мой пациент, — сказал Гедеон, посетив мою палату, чем прервал размышления.

Обращался он, как обычно, нейтральным, не выражающим ничего голосом.

— Уважаемая Менриалина, сейчас будет больно, — сообщил врач и сделал укол, введя прозрачную жидкость.

— Что это? — спросила я.

— Это противовирусное средство, — ответил он.

— Как остальные?

— Я не могу сообщать вам детали лечения других пациентов, — ответил Гедеон. — Это секретная информация.

— Но вы можете сообщить, в порядке ли они.

— В порядке. Особенно для той передряги, в которую вы угодили, — на мгновение мне показалось, будто тон голоса Гедеона изменился. Но нет, это лишь морок.

— Но мы же справились, — сказала я. Успокаивала скорее себя, чем его.

— Какова ваша цель, госпожа Менриалина? — спросил доктор.

— Моя цель? — переспросила я.

— Верно. Я спросил про вашу цель. Зачем вы хотите стать сильнее? Ранее вы по своей инициативе начали преследовать Ниши Ариан, навязались к ней в ученики, учились долгое время.

Гедеон встал напротив меня и повернулся так, что я могла хорошо разглядеть его маску. Я заметила, что её украшал, если можно так выразиться, рисунок в виде тёмных трещин. Глаз Гедеона видно всё так же не было.

— Также мне известно, что вы довольно успешно изучали магию, — продолжил он. — И к чему это привело? К весьма успешной, хоть и с огрехами, операции.

— Но мы ничего не добились.

— Успешные операции не всегда приводят к выполнению всех целей. Вы проникли в стан врага, нарушили его планы, убили его бойцов. Я уверен, что ваша вылазка имела определённый успех. Но зачем всё это вам?

— Спасти Шимана? — ответила я первое, что пришло на ум. Не совсем понимала, к чему он клонит.

— Это краткосрочная цель, верно, — кивнул Гедеон. — Но что потом?

— Когда-нибудь я стану правой рукой своего отца, — наконец я поняла направление его мысли. — И потом — заменю его.

— И всё останется по-старому?

— В каком смысле? — уточнила я. Мне перестало нравиться, по какому пути развивалась наша беседа.

Гедеон замолчал. Он молчал долго. Мне даже показалось, будто врач мог уснуть. Вдруг этот слуга короля Сиприна на самом деле являлся дряхлым стариком?

— Когда эльфы, шаниры, люди, дракониды или другие расы встречают ангелов… — наконец он пришёл в себя и продолжил говорить. — Они преисполняются благоговения. И их можно понять. Ведь сами приближённые воины их любимого Бога Света спустились с небес, чтобы помочь им.

Гедеон отошёл в сторону и посмотрел на плакат со схематичным изображением шанира, висевшим здесь скорее для атмосферы, чем информативности.

— А когда они встречают демонов, они или бегут в ужасе, или сразу бросаются в бой, и это абсолютно верное решение.

— Что вы хотите сказать? — спросила я.

Гедеон развернулся.

— Терпение, — произнёс он и продолжил:

— Да, демоны действительно склоняют ко тьме и приносят большие разрушения, однако как вы отличите демона от обычного, например, человека?

— По рогам и копытам, — сразу ответила я очевидное.

— И я тоже так думал, но представь себе, это не совсем верно. Я выяснил, что далеко не все существа, похожие на демонов, ими являются. Например те, кто находится здесь, внизу. Они не совсем типичные представители, верно?

Я вспомнила, что Аньяри называла себя по-другому. Но и она творила ужасные вещи. Тяжело представлялось, как можно было не причислять её к демонам.

— Или возьмите, например, Менриэль. Я лечил её от обычных болезней. Анатомически она, конечно, отличается от многих других, но и шаниры не такие, как люди. И вы знаете другое название ангелов.

— Скайланы, — согласилась я. — Небесные эльфы.

— Так и есть.

— Но к чему вы всё это ведёте? — задала я очевидный вопрос.

— Я думаю, вы уже догадываетесь, что современные ангелы и демоны, не имеют ничего общего с теми сущностями из очень древних времён.

— В смысле? — нахмурилась я.

Честно говоря, никогда не задавалась этим вопросом.

— Вспомните, что в книгах демонов описывают как сущности. Призраков, которые вселяются в своих жертв и сбивают их с пути.

Действительно, во многих источниках демонов описывали именно так.

— Но разве может существо из плоти и крови вселиться в другого? Как вы себе это представляете?

— Представить такое и правда тяжело.

— Я думаю, что владыка современных демонов просто объединил под собой цивилизации из разных рас и поселил в них настоящих демонов.

Его слова не были лишены смысла. Особенно, если учесть, что говорили Аньяри и Ракошетта. Но ведь они могли лгать. Могли запудрить мозги и Гедеону.

Я невольно подумала о том, далеко ли сейчас Менриэль. Не хотелось бы остаться тут наедине с одержимым.

— И если продолжить следовать такой логике, настоящие ангелы пленены в телах небесных эльфов. Вот один из выводов, к которым я пришёл. Настоящие ангелы не могут явиться нам во плоти. Они не могут напрямую влиять на события. Лишь направлять нас на верный путь.

— Но ведь тогда это ничего не меняет? — спросила я. — Ангелы, как их не назовёшь, всё равно защищают нас и ведут по пути Света. А демоны пытаются уничтожить.

— Вообще-то это меняет многое. Ведь ад и рай существуют вечно. Но и они тоже являются потусторонней сущностью, куда ты не можешь попасть во плоти. Только твоя душа способна на это, в зависимости от её чистоты, разумеется.

— А Менриэль рассказывала, что она была в раю, — возразила я.

— Станет ли планета раем, если ты её так назовёшь? — спросил Гедеон. — В древних книгах эти места описывались совершенно иначе. И похоже, что кто-то сознательно изменил эти понятия для ныне живущих. И моя цель — узнать истину.

— Но почему вы рассказываете это мне?

— Потому что мне кажется, что дочь Алексия может мне в этом помочь. Так или иначе. Я не прошу пойти против своих убеждений или предать силы Света, вовсе нет. Лишь поддержки, чтобы найти истину.

Его слова заставили задуматься. Конечно, он мог быть под контролем демонов внизу. И я могла быть под их контролем, конечно. И, разумеется, была совершенно не готова к информации, которую он вот так вывалил на меня. Да и как я могла ему помочь? Дать доступ к библиотеке Компиталиса? Или расспросить обо всём Менриэль? Хватит ли ему жизни дождаться этого момента?

— Конечно, для этого потребуется достичь ещё одной цели, — сказал Гедеон. — И потому я не требую немедленного ответа.

— Какой цели? — спросила я.

— Я хочу достичь бессмертия.

Он вновь заговорил об этом. Раньше я не стала задумываться о его словах, но теперь… Теперь они обладали гораздо большим весом. Он собирался нарушить законы природы. Впрочем, не он первый.

— Разумеется, я не хочу становиться Меченосцем или следовать какому-то иному отвратительному пути, — сразу сообщил Гедеон. — Благо, у меня существуют другие способы.

Доктор подошёл к двери и, отворив её, сказал:

— Просто изучите вопрос, о котором я вам рассказал, так же досконально как и я. И возможно, наши суждения совпадут.

48. Доверие

После неприятного разговора, Гедеон, похоже, решил не докучать мне дальнейшими рассуждениями про сущность ангелов и демонов. В основном молча исполнял свои обязанности, а через пару недель выписал.

Невольно я размышляла над его словами. В основном над тем, чего он хотел ими добиться. Что именно я должна изменить? Ему не нравился сам факт, что ангелы являлись скайланами? Или скайланы — ангелами?

За этими раздумьями я столкнулась с Менриэль. Буквально.

— Над чем ты так глубоко задумалась? — спросила она, улыбнувшись.

— Над своим поведением, — буркнула я. Почему не стала рассказывать правду? Возможно, просто из вредности.

— А там действительно есть над чем подумать, — строго ответила Менриэль. — Мне кажется, ты забыла, что являешься тут гостьей.

— Шиман тоже, — ответила я. — У нас был шанс, и мы им воспользовались.

— И уничтожили множество улик, — спокойно ответила ангел, игнорируя мою грубость. — А ещё…

Она открыла дверь, мимо которой мы проходили. Внутри располагалась палата Кохи Ариан. Сама шанир лежала перевязанная и читала книгу.

— А, ой! — воскликнула она при виде нас и быстро спрятала её под одеяло.

— Как ты думаешь, что мне высказал Верен, когда увидел это? — спросила Менриэль.

— Да всё нормально, — попыталась защититься Коха. — С каждым такое может случиться.

— Вы сговорились? — спросила ангел, скрестив руки. — Как это может быть нормальным? Ты выжила лишь чудом!

— Что поделать? Мне с детства очень везёт, — ответила Коха. — Но жизнь продолжается.

Принцесса говорила обнадёживающие слова, но звучали они совсем грустно. Похоже, сама она в них совсем не верила. Внешне её новая сущность не проявлялась, как, впрочем, и у Леоса.

— Жизнь продолжается, — наконец, сказала я. Надо подбодрить подругу. — И что бы ни случилось, Компиталис и Сиприн будут вместе. Верно?

— Верно, — согласилась Менриль. — Но это сработает, если вы обе останетесь живы.

— Ну мы живы, — пожала плечами Коха.

— Благодаря невероятному стечению обстоятельств, — твёрдо сказала Менриэль. — Лишиться жизни очень просто. Я думала, Ниши достаточно рассказала тебе об этом.

— Но… — хотела сказать я, однако Менриэль жестом потребовала молчания.

— Совсем скоро тебе будет шестнадцать. И я вижу, ты сама решила, что пора взрослеть, и, как твой ангел-хранитель, я всячески приветствую это. Конечно, с взрослением ты обретаешь большую свободу действий, но взрослые больше не будут опекать тебя так, как раньше. А с этим приходит и ответственность за свои действия.

— Я знаю, — сказала я, когда она прекратила монолог.

— А моя ответственность это ты. Ангел-хранитель это не просто слова. И нас не назначают просто так. Но чтобы выполнять свою работу, мне необходимо полное твоё доверие.

Менриэль коротко кивнула Кохе и стремительно вышла из комнаты.

— А… извини, — только и успела я сказать шаниру прежде чем направилась за ангелом.

— Я тебе доверяю, — сказала уже ей, когда догнала.

— Видимо, недостаточно, — ответила та. — Я рада, что ты можешь за себя постоять, но ты должна понять и меня.

— Но…

— Ты хочешь сказать, что понимаешь, но это не так. Ты могла сказать о вашем плане. О чём ещё ты умалчиваешь?

Я молчала о многом… о краже, о Леосе, о своём ясновидении. И о повторных разговорах с демонами внизу, которые, по словам Гедеона, демонами и не являлись. Вскоре, отвлёкшись от своих размышлений, я поняла, что мы направляемся к ним.

— Мы идём в темницу? — спросила я.

— Верно, — ответила ангел-хранитель.

— Но зачем? — забеспокоилась я.

— Хочу познакомиться с твоими собеседниками поближе, — ответила она. — А пока мы идём, расскажу тебе несколько новостей.

— Угу.

— Склад, который был сожжён по вашей милости…

— Извини, но пожар устроил один из бандитов, — поправила я её.

— Поздно откровенничать. Пожар разросся на несколько зданий в глубинах и посеял хаос среди бунтовщиков. Этим воспользовалась стража и выбила их оттуда. Так что ваша выходка, как ни странно, помогла Верену вернуть больше контроля над городом.

— А как сам король? — спросила я.

— Поправился, насколько смог. Он вернул себе управление королевством и сейчас командует защитниками города.

— Это хорошо, — кивнула я. И в этот момент меня осенило:

— А как ты нас нашла? В холодильнике.

— Я говорила это уже сотни раз, — вздохнула Менриэль. — Но, похоже, дочь Алексия совсем не хочет меня слушать.

Впервые она назвала меня так. Это начало вызывать некоторое беспокойство.

— Вот мы и на месте, — сказала она, кивнув стражникам темницы.

— Там его величество, — предупредил он.

— Тогда нам следует подождать, — сказала Менриэль и отступила в сторону.

Из темницы раздавалась ругань, плохо различимая, что понятно, учитывая расстояние. Удивительно, что мы вообще слышали хоть что-нибудь.

Ждать пришлось довольно долго, но король всё же поднялся наверх и, смерив нас коротким недовольным взглядом, молча удалился. Мне показалось, будто он буквально трясётся от злости.

— Интересно, о чём они говорили? — спросила я, когда мы сами спустились вниз.

— Это неважно, — коротко ответила Менриэль.

Она шагала вниз уверенно и весьма быстро. Будто ей самой не терпелось встретиться с существами внизу.

Когда мы спустились, я обратила внимание, что Менриэль немного светилась, разгоняя тьму вокруг.

— Кажется, сегодня мы популярны — заметил Ракошетта, — сама архангел спустилась к нам с небес.

— Это не твоя заслуга, — ответила Менриэль. Гораздо жёстче, чем общалась с кем-либо ещё.

Она подошла к нему и подняла руку, обратив ладонь в сторону Ракоша. Её поверхность засветилась белым светом, сделав пространство перед ангелом хорошо различимым и позволив разглядеть лицо пленника лучше.

— Ты можешь создавать свет, — удивилась Аньяри. — Значит, ты не так проста.

— Кому ты служишь? — спросила Менриэль, проигнорировав её слова.

— Я не обязан отвечать, — сказал Ракошетта, щурясь и отступая назад.

— Он служит падшему архангелу Дэрниэлю, — ответила за него Аньяри.

— Сестра! — возмутился он.

— А я не обязана тебе потакать, — ответила она.

— А кому служишь ты? — обратилась Архангел к ней.

Наконец я увидела её лицо. Исхудавшее, по сравнению с тем, что предстало передо мной в видении, но сохранившее достоинство. Длинные серебряные волосы, разумеется, образовывали скорее не прическу, а хаотичный беспорядок, но, каким-то непостижимым образом, оставались чистыми. А взгляд не выражал презрения или надменности, как мне казалось ранее. Да, он излучал силу, но не возвышал обладательницу над остальными.

— Раньше я служила Богу Справедливости Золотому Льву Толараку, — заявила она. — А теперь он мёртв.

— А кому служишь ты, архангел? — спросил её брат.

— А я служу ей, — ответила Менриэль.

Это оказалось неожиданным. Я думала, она скажет что-то вроде «Свету», или «Богу Света». Такой ответ слабо походил на мои мысли о наших отношениях.

— Зачем ты пришла сюда, архангел? — спросила Аньяри.

— Увидеть вас своими глазами, — ответила Менриэль.

— Ты видела нас и раньше, — пожала плечами Серебряный рыцарь.

— Видела, — согласилась Менриэль. — Но, похоже, не внимательно смотрела.

— Со мной такое происходило довольно часто, — сказала Аньяри. — В конце концов, я представитель народа, который, похоже, сильно себя запятнал. Да и я сама не лучше.

— Зачем ты здесь? — спросила ангел. — Зачем прибыла в этот мир? Что ты здесь захотела увидеть?

Повисло молчание. Я не решалась вставить ни слова. К чему Менриэль привела меня сюда? Зачем устроила этот допрос сейчас? Что она хотела этим сказать?

— Я не знаю, — наконец призналась Аньяри. — Наверное, мне захотелось посетить место, с которого всё началось.

— Расскажи ей, — попросила Менриэль. — Расскажи, что ты сделала.

— Она знает, — сказал Ракошетта. — Твоя воспитанница знает куда больше, чем ты думаешь.

Архангел вздохнула и обратилась ко мне:

— Этого ты мне тоже не говорила.

Я действительно не рассказывала ей обо всех подробностях общения с пленниками. Похоже, Менриэль решила показать мне ужасных демонов. А когда присмотрелась, поняла, что одна из них — известная ей личность, что сотворила в прошлом ужасное. Менриэль хотела вызвать во мне чувство стыда из-за того, что я предпочитала больше общаться с демонами чем с ней. Но весь её план только что рассыпался в прах.

— Менриэль, — обратилась я к ангелу. Похоже, именно сейчас настал подходящий момент. — Они правда настоящие демоны?

— Конечно же нет! — возмутилась Аньяри.

— И всё же вы вели себя в прошлом как настоящий демон, — возразила я. — Когда мы встретились впервые, страх захватил мой рассудок. Но теперь ответ на ваш вопрос для меня очевиден.

— Я слушаю твой вердикт, — сказала Аньяри.

— Приговор был вынесен не верно, — ответила я. — Вы поступили отвратительно, следовало потратить гораздо больше времени и найти другое решение.

— Устами девочки… Нет, девушки, глаголет истина, — согласилась она. — Впрочем, ты практически сразу решила это? И потому столько говорила про моё искупление.

Аньяри поднялась и подошла ближе к клетке. Она схватилась за веренитовые прутья и скорчилась от боли, издав хрип.

— Сестра, не стоит, — попытался отговорить её Ракошетта.

— Как вы можете носить его, архангел? — спросила пленница. — Как вы можете носить металл моего проклятья. Неужели вы совсем ничего не слышите?

— Нет, — ответила Менриэль. — Мало кто вообще знает о его истинной природе. Но сначала я спрошу, с чего вдруг моя воспитанница заинтересовалась, настоящие ли вы демоны.

— Я услышала, что не все, кого мы зовём демонами, являются ими, — сказала я. — Ты просила обо всём тебе рассказывать. Поэтому я и спросила об этом. Ты же сама рассказывала, что все ангелы скайланы? Кто же тогда демоны?

— Демоны — это извращённая форма некоторых народов, присягнувших на верность аду, — спокойно ответила Менриэль. — И практически все кир-тоны пошли на это. Они осквернили свои души и теперь справедливо зовутся демонами.

— А кто такие кир-тоны? — спросила я.

— Ты видишь их представителей перед собой, — ответила Менриэль. — Но когда встретишь демонов, сразу увидишь различие.

— Даже ты не смогла этого понять, — возразила я.

— Да, — кивнула Менриэль. — Но я же, это не ты.

Что она хотела этим сказать? Неприятные мурашки пробежали по моей спине.

— Но их природа ничего в корне не меняет, — добавила Менриэль. — Демоны остаются врагами Света. Как и прислужники падших ангелов, как этот слуга Дэрниэля.

Ангел указала на Ракошетту.

— Ни разу не слышала о Дэрниэле, — сказала я.

— Потому что Компиталис на данный момент не занимается противостоянием с ним, — ответила Менриэль. — Этим занимаются другие воины Света. Если я буду рассказывать тебе обо всех наших врагах, нам жизни не хватит.

— Она тоже наш враг? — спросила я, указав на Аньяри.

— Серебряные рыцари давно потерпели поражение как единая организация. Теперь от них остался лишь бесполезный титул, — ответила Менриэль. — Это случилось ещё до моего рождения. Кто-то из них позднее решил примкнуть к нам, другие же остались врагами.

— Кто же к вам примкнул, интересно? — спросила Аньяри.

— Адальгрин Ариан и Онре Казиу, например.

— Надеюсь, они довольны своим решением и живут себе.

— Они давно уже мертвы, — сообщила ангел-хранитель.

— Адальгрин Ариан? — переспросила я. — Предок Кохи и… ну… всех?

— Да, именно он основал королевство Арианов, которое впоследствии стало Сиприном.

— И всё же его потомки выкопали этот проклятый сплав, — вздохнула Аньяри. — Вытащили мой грех на поверхность.

— Сплав? — переспросила я.

— Она про то, что здесь называют веренит, — ответила Менриэль. — Да, потомки Адальгрина нашли его.

Аньяри вернулась к противоположной от нас стене клетки и села на пол.

— Мой Бог был повержен, — наконец сказала она. — От Серебряных рыцарей осталось лишь воспоминание. Моё чучело сжигают здесь каждый год. Ты спрашивала, зачем я сюда прибыла, архангел? Наверное, просто наблюдать.

— А как же искупление? — напомнила я.

— А разве мои грехи вообще возможно искупить? — спросила кир-тон.

— Бог Света учит, что даже если грех нельзя искупить, следует к этому стремиться, — заметила Менриэль.

— Тогда что же у вас столько врагов? — усмехнулась Аньяри. — Ну и как мне по-твоему следовало поступить, ангел? Как избавиться от этого давящего чувства? Как перестать видеть эти сны?

Повисло давящее молчание. Я ждала, что скажет Менриэль. А она не торопилась с ответом.

— Ты знаешь, что угрожает нашим мирам, — наконец сказала ангел. — И ты знаешь, ради чего мы все трудимся.

— Я знаю, — кивнула Аньяри.

— Возможно, твой путь — помогать в борьбе с этим злом. Перестать быть простым наблюдателем и начать что-то делать. Вообще, удивительно, что ты спрашиваешь это у меня.

— Я ей советовала то же самое, — сказала я.

— И я тоже, — подал голос Ракошетта.

— Нет, ты звал меня служить твоему падшему неудачнику, — возразила Аньяри.

— Давай без оскорблений, — возразил пленник. — У нас всё очень даже хорошо.

— Мне самой удивительно, что архангел решила читать мне мораль, — обратилась кир-тон к Менриэль.

— Возможно, я просто не такой уж и типичный ангел, — ответила та.

— А ещё для меня удивительно, что ты решила притащить свою воспитанницу к нам, чтобы поговорить о доверии, — заметила она.

— Сжигательница хочет дать совет архангелу Бога Света? — спросила хранитель.

Такой титул Аньяри я услышала впервые. Но он ей подходил, судя по тому, что я видела.

— Сделай что-то, что заслужит её доверие, — посоветовала пленница.

— Так я и поступлю, — кивнула Менриэль и направилась прочь, уводя меня за собой. Она оставила без ответа многие вопросы, крутящиеся в моей голове.

Что не так с веренитом? Приняла ли Аньяри совет ангела? Её собственные предложения звучали практически так же. «Сделай что-нибудь».

Я посмотрела на Менриэль. Ангел выглядела озадаченной. Будто сильно задумалась. Впрочем, похоже, она больше не злилась на меня. О чём она думала? Мне хотелось прочитать её мысли. Почему мой дар не мог работать именно так?

Менриэль открыла дверь в мою комнату и, когда мы зашли внутрь, заперла.

— У меня тут потайной ход, — решила сообщить я. Когда ещё могла представиться такая возможность? А заделать его я считала абсолютно необходимым.

— Так вы через него покинули замок? — похоже, Менриэль восприняла мои слова иначе.

— Да.

— Не думай, что я не злюсь на эту выходку. Вы мне такую операцию испортили, сами не представляете куда влезли.

— Операцию? — переспросила я.

— Похоже, нам предстоит долгий разговор, — вздохнула ангел-хранитель. — Ты будешь признаваться мне, а я — тебе.

В чём она хотела признаться? Разве могла архангел совершить какой-либо грех? И что она хотела услышать от меня? К горлу подступил неприятный ком. Невольно я подумала о путях отступления на случай, если…

— Ты о чём там задумалась? — нахмурилась Менриэль.

Как будто умела читать мысли. Или их часть.

— Ладно, с чего бы начать… — вздохнула ангел, сначала открыв окно, а потом сразу закрыв. Похоже, она тоже нервничала.

— Миато демон? — спросила я. Она была минотавром, и, насколько мне известно, многие тавры тоже решили пойти по пути зла. А такой вопрос мог помочь отвлечь Менриэль от других. Конечно, Миато не могла быть демоном.

— Что?! — удивилась Менриэль. — Нет, конечно! С чего такие мысли?

— У неё рога есть, — пожала плечами я.

— Твоя очередь, — улыбнулась Менриэль. — Что ты ещё мне не рассказала?

Я призналась в шалости, совершённой давно в детстве. И в свою очередь задавала безобидные вопросы. Казалось, мы обе ходили вокруг да около, стараясь не переходить к более важным темам. Будто опасались, что наши отношения изменятся навсегда.

— У меня есть вещь, которая принадлежит другому, — наконец призналась я в одном из серьёзных грехов. Похоже, я оказалась решительней собственного хранителя. Впрочем, и атмосфера улучшилась: мы обе сидели на моей кровати скорее как сёстры, а не опекун и её подопечная. И я больше не думала о побеге.

— Что за вещь?

— Вот эта тетрадь, — ответила я, достав её из тумбочки. — Я собиралась тебе сказать, честно!

— Не понимаю, что здесь написано, — призналась Менриэль. — Чья она?

— Помнишь певицу-лису, которая часто на праздниках выступает?

— Помню, конечно, ты про Мелиссу.

— Это её. И почерк у неё ужасный.

— Ты украла у неё дневник? — нахмурилась ангел. — Зачем?

— Не украла, просто не вернула, — уклончиво сказала я. — И вообще, твоя очередь.

— Ну раз ты созналась в таком, то и я должна признаться, — вздохнула Менриэль. — Король попросил меня о расследовании, но жители видят в ангелах непогрешимых созданий. И меня никто не похвалит за разрушение этого образа. А с преступниками иной раз надо проявить жёсткость.

— Чёрный ворон — это ты? — догадалась я.

— Так очевидно? — нахмурилась та.

— Вовсе нет! Так это ты уделала того торговца?

— Да. И он выдал много полезной информации.

— Он был на том складе, — сообщила я.

— И вы его благополучно убили, а я собиралась захватить! — теперь Менриэль не скрывала своего возмущения. — Как же вы там не вовремя появились!

— Но мы же не знали…

— Поэтому мы сейчас и говорим друг с другом откровенно, Менриалина. Я никогда тебя не подводила. Я всегда защищала тебя. Почему ты решила скрывать от меня так много?

Менриэль вскочила с кровати и повернулась ко мне спиной. А я не знала, что сказать.

— Неужели ты думаешь, что я могу причинить тебе вред? — спросила она, повернувшись ко мне. — Я, кто носил тебя на руках? Кто наблюдал за твоим взрослением? Неужели, ты думаешь…

— Как погибла моя мать? — внезапно даже для себя выпалила я. — Её признали врагом Света. Ты сама мне об этом рассказала.

Глаза Менриэль расширились. Похоже, теперь она не находила слов.

— Ниши сказала, что отец убил её. Разве они не прожили вместе долгие годы? Так как он мог так поступить!?

Теперь я тоже вскочила с кровати.

— Скажи, разве брачная клятва не подразумевает разделять беды между собой?! Что совершила моя мать, раз ей не дали права на искупление?!

Мне казалось, что ещё немного, и я раскрою свой самый страшный секрет. То, что решилась раскрыть друзьям, но боялась рассказать Менриэль. Ангел-хранитель стояла молча. Её лицо выражало сначала смятение, а затем она улыбнулась. В её руках появился обнажённый меч. Я испугалась, совсем не ожидая такого движения. Но ангел опустила меч остриём в пол и встала передо мной на колено.

— Госпожа Менриалина. Кем бы вы ни были, я клянусь всюду следовать за вами и оберегать. Защищать от злых помыслов врагов Света и, если понадобится, умереть.

Последнего я совсем не желала. Да и в принципе не знала, как реагировать.

— И чтобы закрепить данную клятву… — произнесла Менриэль, поднявшись, — я скажу то, что точно должно вернуть тебе доверие ко мне.

— Да? — с опаской спросила я.

— Вначале я должна извиниться. Если бы я оказалась внимательнее, я смогла бы сразу заметить твои чувства. Твои страхи и тревоги. Но я думала, что молчанием смогу тебя защитить. Примешь ли ты мои извинения?

— Принимаю, — ответила я. Да и был ли у меня иной выбор? Я вовсе не сердилась на неё.

— Я знаю, что ты ясновидящая, — сказала моя ангел-хранитель.

49. Исповедь

Сердце ёкнуло, чуть не вылетев из груди. Я с испугом посмотрела на Менриэль, а она продолжила:

— Конечно, я поняла это не сразу. И думаю, ты всячески хотела это скрыть. Ведь с самого детства все говорили, что ясновидящие — враги Света. Враги Компиталиса.

От её слов беспокойство только росло. Почему она это говорила? К чему хотела привести? Как слова ангела могли вернуть моё доверие? Достаточно ли крепка её клятва?

— Но важнее этого всего, — продолжила Менриэль, — тот факт, что я твой ангел-хранитель. Эти узы крепче любых других. Я чувствую всю твою боль, все тревоги. Конечно, и радость тоже.

— Ты не будешь меня убивать? — наконец смогла вымолвить я.

Архангел не стала смеяться. Даже не приблизилась, видимо, опасаясь лишь напугать свою подопечную.

— Нет, — серьёзно сказала она. — И говорить Алексию об этом — тоже. Думаю, ты понимаешь, почему.

Я кивнула. Прошлое моей матери ясно говорило: лучше не признаваться ни в чём, что может идти вразрез с его учениями.

— Отец убил мою мать за то, что та тоже была ясновидящей? — спросила я, опустив голову в пол.

— Нет, — ответила Менриэль.

Такой ответ не мог меня не удивить. В чём ещё могла быть замешана моя мать? Разве мой дар не передался от неё?

— Турмалин была очень доброй ко всем живущим, — продолжила архангел, не став заставлять меня гадать. — Она помогла многим найти свой свет в наших мирах. Но она хотела, чтобы его нашли и те, кого наш Бог не намерен принимать.

— Демоны? — предположила я.

— Меченосцы, — ответила ангел. — Раньше я хотела уберечь тебя от этих подробностей. Не хотела рушить твой мир слишком рано. Похоже, это было ошибкой.

Хранитель заметно погрустнела. Я видела, с какой тяжестью даётся ей каждое слово. И сделала то единственное, что могло поддержать ту, что заботилась обо мне всё это время. Ту, что была со мной с самого рождения.

Казалось, будто комната стала светлее, когда я заключила вздрогнувшую Менриэль в свои объятья.

— Я не виню тебя, — услышала она мои слова и обняла в ответ. — Расскажи мне всё.

— Спасибо, — ответила она спустя долгое время молчания. И, когда я отпустила её, продолжила:

— Проблема в том, что даже ангелы не знают о Меченосцах достаточно, чтобы рассказать другим. Они получили своё название за оружие, которое привязывается к душам носителя. Так повелось, что это оружие в изначальном виде представляет собой меч.

— В изначальном виде? — переспросила я.

— Я думала, ты достаточно книг прочитала про них, — удивилась Менриэль. — Твой интерес к ним сложно не заметить.

— Он не очень большой, — пришлось возразить ей. — Изучала всё, что попадало под определение врагов Компиталиса и Света.

— Тогда я поведаю тебе всё, что знаю, — вздохнула ангел и закрыла глаза, будто доставая кусочки информации из самых дальних уголков памяти.

— Оружие Меченосцев — не простой меч. Это сложное магическое устройство, сочетающее в себе как магию рун, так и зачарование. Возможно, ещё и неизвестные нам технологии магии. Оно значительно усиливает владельца, но превращает его в раба своего оружия. По сути, этот меч можно назвать живым: он содержит в себе заключённую душу могущественного существа.

Описание Менриэль показалось мне знакомым — будто бы я уже испытывала подобные ощущения. Как будто бы я где-то уже видела подобное. Но никак не могла вспомнить, где.

— Под воздействием воли меченосца и заклинания активации это оружие может трансформировать свой вид, но как именно это работает, я сказать не могу.

— Они сильные? — спросила я.

— Ужасающе сильные, — ответила Менриэль. — И очень опасные. Хорошо только то, что их не много. Буквально единицы, но не все личности до сих пор известны. Хоть у ангелов и есть план, как их всех узнать, но пока что он не реализован. Но даже если у нас получится, как одержать победу? Впрочем, у твоего отца это получалось много раз. Компиталис очень эффективно борется с подобными врагами.

— Но почему они враги? — спросила я.

— Этим вопросом задалась твоя мать, — вздохнула Менриэль. — И он её погубил. Мотивы и цели этих созданий остаются загадкой для многих, но одно можно сказать точно: — они сами действуют против Света. Верить им попросту нельзя. А если учесть их силу, способную только разрушать, — попросту опасно. По крайней мере, так гласят учения Света.

— А что думаешь ты сама? — нахмурилась я. По учениям Света даже я была его врагом.

Менриэль не торопилась с ответом, внимательно всматриваясь в мои глаза.

— Учения Света говорят подобное и про ясновидящих, — сказала она. — Однако я смотрю на тебя и не вижу никакой угрозы никому вокруг. Конечно, есть соблазн применить такое отношение и к Меченосцам, но до сих пор мало какая встреча с ними заканчивалась для меня хорошо. Только пара примеров, если подумать. Да и то, эти создания были настроены больше против демонов. Склонить их на нашу сторону было бы… ценно. Но в прошлом это закончилось плачевно.

— Что произошло?

— Даже как твой хранитель, я не могу раскрыть тебе всё, извини, — ответила Менриэль, тяжело вздохнув. — Тем более что это совсем не относится к тому, что ты ясновидящая. Но лучше в будущем их избегать, пока не станешь достаточно сильной.

— Судя по твоим словам, стать сильнее их почти невозможно, — возразила я.

— Алексий смог, и у тебя получится, — пожала плечами Менриэль. — А я тебе в этом помогу.

— Мне нужна помощь и завтра, — призналась я.

— Завтра новый год на Сиприне и твой день рождения, — сказала Менриэль, видимо, пытаясь понять, к чему я клоню.

— Да, и вечером будет выступать Мелисса, — напомнила я. — Хочу спровоцировать её на ошибку.

Продемонстрировав тетрадь певицы, я дала понять Менриэль, в чём именно заключается мой план. Пришло время вывести лисицу на чистую воду. И, наконец, спасти моего друга.

— Подобной самодеятельностью ты прямо в мать пошла, — нахмурилась ангел, выслушав план. — И совсем не думаешь о своей безопасности.

— Ну для этого есть ты, — усмехнулась я и сразу спохватилась:

— Прости, грубовато прозвучало…

— Прозвучало так, как есть, — усмехнулась хранитель. — Помни, что все твои чувства передаются и мне.

— Если меня ранят, тебе будет сильно больно? — уточнила я.

— Не сильно, но больно. Я почувствую, но раны не будет, — пояснила она.

— А так ты тоже почувствуешь? — спросила я, уколов палец собственным ногтем.

Менриэль поморщилась.

— Не надо так делать, — попросила она.

— Значит, мы можем общаться на расстоянии! — воскликнула я.

— Не можем, ведь мои чувства не передаются тебе в ответ. Это было бы… отвратительно, — ангел поморщилась.

— Но всё равно тебе не надо находиться рядом постоянно, — пояснила я. — Я могу сообщать тебе что-то такими сигналами!

Менриэль с недоверием посмотрела на меня и надолго замолчала. Я видела, как ей не нравится такое предложение, но, наконец, она сказала:

— Не могу назвать эту идею гениальной, но сработать может. Тем более что для твоего плана мне показываться рядом не следует.

От её слов вдохновение захватило меня с новой силой. И всё оставшееся время до сна мы потратили на то, чтобы придумать свой тайный язык. Простой — всего несколько фраз для очевидных сигналов. Лишь для нас двоих.

50. Шантаж

Конечно, мы не отмечали мой день рождения. Я его, собственно, и не планировала — до следующего праздника рождения должно пройти ещё три года. Потому крайне удивилась, когда друзья поздравили меня при встрече.

Поборов неловкость, я смело направилась из дворца. Со мной пошли Леос, Коха, Люциус и Вил, решивший присоединиться к нам. Сегодня нас ждал важный день. День, когда предстояло вывести Мелиссу на чистую воду. И праздничное перемирие по причине нового года на Сиприне играло нам на руку.

Признаться, я предвкушала, как благодаря нам воцарится мир. Как Верен будет хвалить нашу небольшую компанию.

Менриэль рассказала, что тела, обнаруженные нами, принадлежали нескольким похищенным в городе. Однако среди них нашли и пару неизвестных личностей. Как же они оказались во дворце, причём во владениях королевы, — оставалось загадкой. Конечно, мы надеялись, что Мелисса прольёт свет и на это.

— Тетрадь не забыла? — уточнил Люциус. Похоже, он волновался сильнее остальных.

— Всё в порядке, — ответила я.

— Если Шиман мёртв… — драконид нахмурился, а его лицо слегка задрожало, — я её убью.

Все замолчали, не став ему перечить. Я не соглашалась с Люциусом, его путь мести мог привести к ужасным последствиям, однако возражать ему сейчас я просто не решилась.

На улицах царило хоть сдержанное, но веселье. Немногие торговцы решались прибыть в столицу, а те, что прибыли — продавали товары по явно завышенным ценам.

— Плата за риск, — пожала плечами драконид, продающая украшения с Азориена, когда заметила моё удивление цифрам на бирке.

— Она здесь, — слегка подтолкнула меня Коха. Её шрамы от ожогов скрывала белая маска волка. Принцесса не решалась показать лицо широкой публике после произошедшего, и я хорошо её понимала.

Я повернулась в указанном ей направлении и увидела певицу. Мелисса сильно выделялась из толпы не только охраной, но и своей яркой внешностью. Казалось, что её шерсть светилась, контрастируя с мрачностью окружавших её эльфов и шанир.

— Интересно, это магия такая? — спросила Коха.

— Она не боится, что эти эффекты могут только разозлить горожан? — проворчал Люциус.

Леос молча изучал украшения, а я не нашлась что сказать. И потому их вопросы остались без ответа. Если Мелисса стояла за похищениями, вряд ли она хотела поддержать жителей. Возможно, просто упивалась своим статусом.

Я уколола палец один раз. Слегка, но достаточно, чтобы Менриэль почувствовала сигнал. У нас есть время до её выступления, пока на сцене играют представления другие артисты.

— Леос, ты готов? — драконид позвал его, видимо, обратив внимание на удивительно долгое молчание вампира.

— Да, да, — закивал тот. — Я буду слева.

— Всё хорошо? — спросила Коха.

— Всё супер, — ответил Леос, поднял кулаки с пальцами вверх и коротко ухмыльнулся. После чего залез в карман и достал небольшой кулёк с орехами, оставив меня в недоумении: когда только он успел их купить?

— Я тоже пойду на позицию, — сказал Вил и быстро удалился, смешавшись с толпой.

План разрабатывал Люциус. Мы не знали, как именно подобраться к Мелиссе достаточно близко, кроме как во время общения с фанатами. И мы не знали, что она может сделать даже в окружении толпы горожан. По задумке, именно я должна завести с ней разговор, а друзья — следить, чтобы ничто мне не угрожало.

— Он всё ещё обижен? — спросил Люциус, когда вампир пропал из виду.

— Конечно обижен, — ответила Коха. — Ты последнее время совсем потерял все границы.

— Что произошло? — спросила я.

— Он обвинил Леоса в той находке, — пояснила дочь короля.

— Серьёзно? — удивилась я. — С чего бы вдруг?

— Да не обвинял я, я просто уточнял! — возразил Люциус.

— Потому что он вампир, — ответила мне Коха и приблизилась к Люциусу почти вплотную. — Так вот я теперь тоже вампир. И жажды я не чувствую.

Отстранившись от драконида, Коха оставила нас наедине.

— Твой брат живой, — сказала я ему. — Мы найдём его.

— Я действительно бываю настолько резок? — спросил Люциус.

Я кивнула. Кто-то должен был ему сказать.

— Надо будет перед ними извиниться, — он почесал затылок.

— И побриться, — заметила я. — Просто доверься нам. Рано или поздно мы придём к успеху.

— Дожили, — усмехнулся драконид. — Меня учит жизни малолетка.

— И это только твой промах, — ответила я колкостью на колкость.

— Я просто никак не могу взять в голову, зачем было хранить тела во дворце. Почему просто не уничтожить их? — драконид решился вернуться к прежней теме.

— Я не знаю, — пожала я плечами, — Но и вампиру они бесполезны, разве нет? Кровь-то не течёт.

— И то верно, а что думаешь ты?

— Я думаю, что не только мы знали о том коридоре. Возможно, их перенесли туда со склада, в котором мы были?

— А Шиман?

— Не думаю, что брата важной персоны так запросто решатся убить, — ответила я.

— Рассуждаешь ты не по годам, — улыбнулся Люциус.

— Или это ты вернулся в детство, — вновь подколола я его и оставила в одиночестве.

Время разговоров прошло, необходимо вовремя занять очередь к Мелиссе. Несмотря на хаос вокруг, фанатов соберётся огромная толпа. Каждому необходимо утешение.

Её выход на сцену уже объявили, и жители ринулись к ней. Тысячи возгласов приветствовали появление лисицы, и они не думали смолкать, когда началось выступление.

Благодаря переводу её записей я смогла разобрать слова из песни. В ней не пелось ничего необычного, однако припев, состоящий из случайных чисел, казался мне совершенно не к месту. Какой вообще в них смысл, когда весь остальной текст восхвалял рыцаря и его путешествие?

Я продолжала приближаться к месту её будущего общения с фанатами и стала замечать, что не все жители города спокойно слушали Мелиссу. Многие стали покидать её концерт, оставляя место для новых посетителей. Неужели лиса переставала им нравиться?

Один из таких слушателей только недавно в восторге кричал ей комплименты, прыгая недалеко от меня. Но внезапно решил остановиться и покинуть площадь.

— Мне надо идти, — нейтральным голосом сообщил он, чуть не столкнувшись со мной.

Такая перемена настроения не могла не насторожить, и я дважды уколола палец ногтем. Надеюсь, Менриэль поймёт этот сигнал.

По плану, ближе всего ко мне должна была находиться Коха. И поэтому я направилась за ней.

— Ты тоже это заметила? — спросила она, когда мы встретились.

— Это очень странно, — согласилась я. Хорошо, что мы сразу поняли тему разговора.

— Ты не против, если я за ними прослежу? — спросила дочь короля.

— Всё в порядке, — ответила я. — Мы справимся. Меня очень беспокоит их поведение. Быть может…

— Не через песнь ли? — спросила Коха, взглянув в сторону певицы. — Это тоже какая-то магия?

— Не слышала о таком, — пожала плечами я. — Никто не рассказывал.

— Может, отменим наш план?

— Нет, другой шанс представится не скоро, а Люциус совсем потерял терпение.

Коха кивнула и вновь смешалась с толпой. А я вернулась к исполнению своей части миссии. Песня подходила к концу, и предстояло гораздо быстрее пересечь площадь полную народу, чтобы успеть вовремя. А хаотичное движение фанатов Мелиссы только мешало пробираться вперёд.

Однако, наконец, я достигла цели:

— Тут очередь на встречу? — решила уточнить я у шанира-енота, стоявшей передо мной.

— Да, да, — проворчала та, видимо, выразив недовольство, что какая-то девушка отвлекает её от прослушивания музыки.

За мной занимали свои места другие фанаты. Некоторые пытались влезть без очереди, но их дружно высмеивали другие. Несмотря на прежние отношения, здесь шаниры и эльфы демонстрировали единство. Возможно, среди них находились как стражники, так и скрытые революционеры.

Такое единство внушало надежду на то, что вскоре все распри закончатся. Невольно ко мне в голову закралась мысль: не зря ли мы обвиняли Мелиссу? Быть может, она не была виновата?

Однако я почти сразу прогнала их: записи в тетради однозначно говорили обратное. А выронила её именно она. Неужели её песнь повлияла и на меня? Возможно ли в ней присутствие магии, о которой не ведал ни один из моих учителей?

Вскоре пришло время лисице освободить сцену следующему исполнителю. Фанаты, надеявшиеся встретиться с ней лично, собрались во внушительную очередь, некоторые остались послушать следующий номер, а остальные — покинули площадь.

Очередь стала немного продвигаться вперёд под песни шанира-кошки с белоснежной шерстью. Её выступление, на мой вкус, ничуть не уступало Мелиссе, однако собирало гораздо меньше фанатов, что не могло не удивлять. Впрочем, я её раньше не видела — возможно, кошка являлась новым исполнителем и ещё не успела набрать популярность.

Очередь двигалась значительно быстрее, чем я предполагала. Впрочем, нам это играло на руку: я и не планировала долгих разговоров с лисицей, а вот не попасть на приём из-за долгого ожидания означало бы провал всей миссии.

Собравшиеся с каждым шагом становились всё беспокойнее. Им не терпелось увидеть Мелиссу. Прежнее единство против пробивающихся вне очереди сменилось на торопливую ругань в адрес мешкающих.

Признаться, их настроение передавалось и мне. Хотелось быстрее взглянуть ей в глаза. Быстрее выполнить план и покинуть площадь. И потому вызывало раздражение каждое лишнее слово, которое говорили ей другие фанаты, задерживающие остальных.

Передо мной оставалось лишь пятеро, а сердце уже выпрыгивало из груди от волнения. Я достала тетрадь и открыла на первой странице. Всё в порядке. Я ничего не забыла и ничего не перепутаю.

Менриэль одобрила наш план, вопреки ожиданию. Она согласилась, что действия напрямую могут лишь помешать нам достичь цели. Что Мелисса вряд ли воспримет мои угрозы всерьёз и начнёт совершать ошибки.

Казалось, будто время почти остановилась. Передо мной оставалась только шанир-енот, а в голове вовсю бушевали сомнения. Что, если она прикажет охране схватить меня, а друзья не успеют? Правильно ли было отпускать Коху? Смогу ли я постоять за себя?

— Следующий! — скомандовал эльф-ассистент, и енот шагнула вперёд.

Она чуть не плакала, восхваляя лисицу. Мелисса усиленно делала вид, что ей не всё равно. Неужели только я обращала внимание на её угрюмое выражение лица? И вот, наконец, настал мой черёд. Я проглотила подступивший к горлу ком и шагнула вперёд.

Мелисса сразу обратила внимание на меня и улыбнулась. Притворной улыбкой. Она сидела за столом в окружении охраны, сложив руки перед собой. Шерсть всё так же светилась, как и при её первом появлении.

— Здравствуй! — она обратилась ко мне мягким голосом, будто ждала именно меня.

— Здравствуйте! — ответила я и ускорила шаг. — Ваше пение было изумительным!

— О, спасибо! — она дотронулась ладонью до своей ключицы, выражая признательность. — Приятно это слышать!

— Я долго ждала встречи с вами! — продолжила я, когда подошла совсем близко. — Я хочу вернуть это…

Я протянула ей тетрадь, но не стала класть на стол. Ждала реакции. И она последовала.

Мелисса бросила взгляд на тетрадь и сразу узнала её. После она посмотрела на меня и, затем, вокруг. Искала Менриэль? Я улыбнулась. Так, как улыбаются те, кто знают страшную тайну собеседника.

Лицо лисицы на секунду нахмурилось, но она быстро взяла себя под контроль и поднялась из-за стола.

— О, дорогуша, это ценный подарок! — мило, как могла, сказала она и подошла ко мне. — Я так давно её искала!

Вблизи оказалось, что Мелисса значительно превосходила меня по росту. Поэтому, когда она оказалась совсем близко, я невольно испугалась. А вдруг она решит убить меня прямо сейчас? Вдруг толпа фанатов для неё не помеха?

Однако сомнения пришли ко мне слишком поздно. Мелисса заключила меня в своих объятиях.

— Что ты хочешь, тварь? — спросила она шёпотом, продолжая крепко обнимать. Теперь от её голоса разило холодом и неприязнью.

— Шиман Ангелион, — ответила я.

— Двадцатый ярус, глубины тринадцать, дом сто пять, — прошипела Мелисса и отступила, ухватившись за тетрадь. — Завтра вечером.

— Рада была услышать ваш прекрасный голос, — ответила я, отпустив её записи из рук.

51. Предвкушение

— Всё в порядке? — спросил Люциус, когда мы встретились достаточно далеко от сцены.

Похоже, опасность миновала. Мелисса продолжала одаривать фанатов фальшивой улыбкой, а её охрана никак не отреагировала на наше общение. Если не считать чуть порванного когтями певицы платья и боли на предплечье, всё прошло хорошо.

— Она назначила встречу на завтра на двадцатом ярусе в тринадцатых глубинах, — сообщила я.

— Дом сто пять? — уточнил Вил.

— Да, а что такое? — спросила я в ответ.

— Это не тот дом, где массово набирали на работу эльфов? — внезапно подал голос Леос. Видимо, праздник всё-таки повлиял на него благотворно.

— Где Коха? — Люциус тщетно вглядывался в толпу горожан, покидавших центральную площадь.

— Потом расскажу, — ответила я. От количества заданных вопросов немного разболелась голова. — Что с этим домом?

— Широко известный дом, — сказал Вил. — Там нанимали освобождённых эльфов на разные работы. Правда, в какой-то момент его совсем забросили.

— И дурной славы не ходило? — уточнил Люци.

— Дурная слава всегда ходит, — пожал плечами эльф. — Когда происходит нечто непонятное, в голову может прийти всё, что угодно.

— Ты там был? — спросила я.

— Был, конечно, деньги-то нужны. Но работа мне не понравилась. Здание достаточно просторное, сзади него небольшой двор.

— Двор в глубинах? — удивился Люци.

— А что не так? — спросил Вил.

— На месте увидишь, — нахмурилась я, обратившись к дракониду. Он выбрал явно не подходящее время, чтобы вернуться к изучению архитектуры шанир.

— Нас точно ожидает засада, — сказал Леос. — Странно, что она предложила завтрашний день. Слишком мало времени на подготовку.

— Она может и не прийти, — пожал плечами Люциус. — Зря мы отдали ей улику.

— Положитесь на Менриэль, — подбодрила я их. — Даже если она не придёт, то приведёт Менриэль к сообщникам. Певица точно не ожидала подобного разговора.

— В таком случае, встретимся завтра, — заключил Люциус. — У нас меньше суток на подготовку. Так где Коха?

— На площади мы обнаружили странное поведение жителей, — рассказала я. — Она отправилась следить за ними.

— Надеюсь, не попадёт в передрягу, — сказал драконид. — Нам хватает одного пропавшего.

— Не одного, — нахмурился Вил. — Гораздо больших.

На такой ноте мы и разошлись. Леос решил остаться на празднике, Вил ушёл на нижние ярусы, а мы с Люциусом направились во дворец.

— То, что ты сказала — это твоё видение или ты хотела меня успокоить? — спросил он перед самым входом.

— Если я отвечу, магия развеется, — уклончиво ответила я первое, что пришло в голову. — Просто верь в лучшее.

Внутри замка царила не такая весёлая атмосфера, как на празднике. Король злобно отчитывал незнакомого мне шанира, а слуги прятались по углам, опасаясь попасть под горячую руку. Их примеру последовали и мы. Конечно, вряд ли он стал бы ругать гостей, однако и лишний раз попадаться на глаза правителю в гневе не стоило никому.

Попрощавшись с Люциусом, я направилась в свои покои. Ожидание уже сейчас становилось невыносимым, а сердце не переставало колотиться. Я не говорила друзьям, но подготовилась к встрече ещё до разговора с Мелиссой.

Войдя в комнату, я бросила взгляд на собранную сумку. Стоило ли ещё раз всё проверить? Скорее всего, стоило.

На этот раз я решила взять больше мази от ожогов. Научиться управлять магией электричества без случайного перегрева до сих пор получалось плохо. У меня в запасе накопилось множество вопросов к своему учителю магии, а Менриэль не могла с ними помочь. По какой-то причине её советы совсем не помогали. А мазь — помогала.

Руны оказались бесполезны в предыдущей вылазке, поэтому я не стала готовиться к ним.

А самой важной частью любой подготовки, как учила Ниши, являлся сон. Перед тем, как выключить свет, я задалась вопросом, куда подевалась принцесса? После последней встречи я так и не смогла встретиться с ней. Продолжит ли она тренировать меня?

Вопреки желанию, заснуть никак не получалось. Я ворочалась, пытаясь найти удобное положение. Слушала стуки капель ночного дождя и шелест листвы вьющегося растения за окном. Надеялась, конечно, что на утро ливень прекратится.

Потом мне показалось, что я слышу множество шорохов вокруг. Будто древние призраки пробудились и хотели напугать меня. Или кто-то пытался прорваться через тайный проход, придавленный тяжёлым сундуком уже как пару дней назад?

А, быть может, это видения, и я на самом деле спала? Разумеется, можно проверить это, ущипнув себя за щеку, но Менриэль могла воспринять это как сигнал. Не следовало отвлекать её в столь важный час.

Интересно, почему мой дар ослаб? Влияла ли на это удалённость от родного дома? Или моё взросление? Мысли о сумасшествии или детских фантазиях я сразу отбрасывала после разговора с ангелом-хранителем. Разговора, который должен был произойти уже давно.

Наконец мои глаза сомкнулись, и я погрузилась в сон. И видимо, мысли об ослаблении дара сработали для его активации.

Мне снился тронный зал. И король, восседающий на троне.

Верен развалился на своём месте, слушая посетителя со слабо скрываемой скукой. Даже некоторым раздражением. Интересно, в какой момент это было? Или должно произойти в будущем?

— Я услышал тебя, — сказал король, прервав собеседника. — Но ты должен понимать, что у нас война! Прямо здесь!

Акши положила плечо на руку мужа и что-то прошептала ему на ухо.

Верен кивнул и, не вставая с трона, наклонился в сторону просящего.

— Но, несмотря на это, — теперь король говорил более мягко, но не терял величественности, — думаю, мы сможем выделить вам в помощь несколько стражников.

Проситель поблагодарил своего владыку и, откланявшись, покинул дворец. А за ним пришла очередь Кохи предстать перед своим отцом.

— Коха… — вздохнул Верен. — Ты довольна случившимся?

— Вполне, — ответила она.

Я подошла ближе и заметила на лице Кохи маску, скрывающую ожоги. Значит, это видение являло настоящее, будущее или совсем недавнее прошлое.

— Вполне?! — король вскочил и закричал так, что мне показалось, будто потолок сейчас свалится вниз.

Ранее сдержанный правитель Сиприна сейчас не походил на себя. На того, кто разговаривал со мной в башне. Он не был тем шаниром, что встречал путников год назад. Неужели предательство сына так повлияло на него? Или то ранение?

Акши поднялась и подошла к мужу, после чего вновь положила руку на его плечо, желая успокоить.

Но Верен со злобой оттолкнул её и направился к дочери. На лице Акши на мгновение промелькнуло выражение… отвращения? Но вскоре королева взяла себя в руки и вновь направилась к Верену.

— Ты считаешь, что этим можно быть довольной!? Ты подумала, о репутации семьи!? Подумала о том, какую пользу теперь сможешь принести Сиприну?!

Коха молча смотрела в пол. Или она не знала, что возразить, или просто боялась.

— Ты и раньше была бесполезной, — король потерял всякий такт, говоря такие слова у всех на глазах. — А теперь…

Акши подошла к Верену и снова прошептала ему на ухо неразличимые для меня слова. Верен вздохнул и развернулся к дочери спиной, возвращаясь к трону.

— Если считаешь, что это того стоило, то продолжай делать то, что делаешь, — наконец сказал он. — Быть может, это у тебя получится лучше всего.

Коха не стала отвечать отцу и покинула тронный зал. Я хотела пойти за ней, но что могла сделать? Вряд ли принцесса могла меня увидеть. Да и помогли бы слова утешения в такой ситуации?

Я посмотрела на Акши. Королева невозмутимо заняла своё место рядом с мужем. Хорошо, что она могла найти нужные слова, чтобы успокоить короля. Раньше жена Верена казалась мне высокомерной и заботящейся лишь о своей репутации. А теперь... Акши показала себя с лучшей стороны.

— Ты звал, отец? — спросила следующая посетительница. Ниши.

— Звал, — кивнул Верен. Необычайно спокойно, в отличие от реакции на предыдущих посетителей. — Ты осмотрела пожарище? Что скажешь?

— Скажу, что пришла туда поздно, — ответила первая дочь короля. — Воины затоптали множество следов, тела растащили и того раньше. Показания Кохи и Менриэль мне дополнить нечем.

— Понятно, — король откинулся на спинку трона и закрыл глаза, погрузившись в свои мысли.

— Ты уверена, что тебе нечего сказать? — внезапно Акши встряла в разговор. Обычным высокомерным тоном.

— Абсолютно уверена, — нейтрально ответила Ниши. — Я сказала всё, как есть.

— Какой это был ярус? — спросила Акши. — Номер пятнадцать? Двадцать четыре?

— Двенадцатый, — ответила Ниши.

— Я надеялся на большее, — наконец, сказал король. — Ты меня всё чаще разочаровываешь последнее время, дочь.

— Отец, я…

— Молчать! — снова взревел король.

Я ожидала, что Акши вновь вмешается, но королева продолжала сидеть на своём месте. Будто не замечая поведения мужа.

— Я поручил тебе такое простое задание, а ты не справилась! Можешь только копьём размахивать, учиняя самосуд!? Может, тебе пора вернуться на поле боя, а? Ты так не думаешь?

— Отец, скоро вернётся моя дочь, я…

— И что она увидит?! Как ты думаешь, будет ли она рада такому?

— Нет, отец, — ответила Ниши.

Она не стала опускать глаза вниз подобно Кохе. Лишь твёрдо смотрела в сторону короля. Возможно, это было ошибкой. И лишь разозлило и без того взвинченного правителя.

— Я хочу положить этому конец… — Верен снова встал с трона, но не стал подходить к Ниши. Он даже не смотрел на неё.

— Восстание должно как можно скорее закончиться, — продолжил король. — А все похищенные вернуться домой! Нужно приложить все усилия!

Ниши молчала, не переставая наблюдать за действиями отца.

— Я хочу, чтобы ты приложила все усилия! — Верен указал в её сторону. — И если необходимо, при помощи своего копья!

— Означает ли это, что ты разрешаешь мне учинять самосуд, отец? — спросила Ниши.

Дерзко, на мой взгляд. Слишком опасно для такой ситуации. Даже Акши это почувствовала: её глаза слегка округлились, но она не спешила успокаивать мужа.

А Верен остановился и злобно посмотрел на дочь.

— Если ты умеешь решать проблемы исключительно таким путём, то так тому и быть, — наконец сказал он. — Идёт война, и ты прекрасно это знаешь. Сейчас не время для слабости. Пока я болел, кое-кто поторопился с принятием законов.

Верен кивком указал в сторону Акши, а та сделала вид, что ничего не заметила.

— Поэтому, — продолжил он, вернувшись на трон. — Я хочу, чтобы мы как можно быстрее принесли в столицу мир и покой. И сделали это… любой ценой.

52. Банши

На следующий день я проснулась слишком поздно. Конечно, если часы в моей комнате не сломались. И потому благодарила себя за сборы накануне.

Похоже, Менриэль посещала меня, пока я спала: на тумбочке осталась тарелка с едой.

Подкрепившись, я собралась так быстро, как смогла, и отворила дверь в полу. Не хотелось бы попадаться на глаза никому из обитателей замка, тем более с завёрнутым в ткань копьём. Встречаться с Мелиссой безоружной стало бы большой ошибкой.

Друзья же могли найти пути из замка самостоятельно. Конечно, меня беспокоило, что мы не повторили план. Не встретились перед очередным походом. А на месте встречи нас точно ожидала засада.

Без особого труда я добралась до выхода из тоннеля и выбралась наружу. Оставалось пройти несколько ярусов вниз и уже там дойти до нужных глубин.

Благо, на этот раз с неба не поливал раздражающий дождь. Горожан на улицах почти не было, несмотря на полный контроль королевства над этой частью города. Вид почти вымершей столицы навевал грусть.

Всего год назад здесь бурлила жизнь. А теперь шаниры и эльфы старались лишний раз не выходить на улицу или вовсе уехали из города.

Наконец, я добралась до нужного яруса. Сверившись с картой, решила повернуть на восток.

— Когда-нибудь кто-то изобретёт быстрый способ добраться вниз, — высказав мысль вслух, я посмотрела на заколоченные досками окна ближайших зданий.

Похоже, их недавно забросили: древесина выглядела совсем свежей. Очередное свидетельство упадка города.

По приближении к нужным глубинам моё волнение росло с каждым шагом. Конечно, где-то неподалёку должна находиться Менриэль, но сейчас я всё равно оставалась одна. Вдруг друзья не смогли пойти по какой-то причине? Или Мелисса не явится? Зачем я отдала ей тетрадь? Разве не следовало дождаться, пока лисица не приведёт Шимана ко мне?

Вдруг мне почудилось чьё-то присутствие совсем рядом. Но, обернувшись, я не смогла никого разглядеть. Чувство чужого взгляда, впрочем, не исчезло. И оно лишь добавляло беспокойства. Было ли это неизвестной мне магией? Или просто плодом воображения?

Наконец показался вход в глубины. Просто небольшая каменная арка с номером. Без каких-либо отличительных знаков. Достаточно широкая, чтобы все желающие могли спокойно пройти внутрь.

— Выглядит мрачно, — услышав незнакомый мужской голос, я вздрогнула.

Но рядом никого по-прежнему не было. Лишь этот давящий взгляд.

— Ну так не смотри, — проворчала я в ответ, и неприятное чувство рассеялось.

Возможно, иной ясновидящий? Но кем он мог быть? А чувствовали ли другие, что я за ними наблюдаю? Или только ясновидящие могут узнать о наблюдении?

Тем не менее глубины действительно выглядели мрачными. Освещение не слишком яркое по сравнению с другими, но достаточное, чтобы не спотыкаться на каждом шагу. И ни души вокруг.

Проглотив ком, подступивший к горлу, я двинулась вперёд. Нужный дом, благо, находился недалеко. Однако мало решиться до него дойти. Теперь предстояло открыть саму дверь. И, конечно, сразу защититься, если что-то пойдёт не так.

Я потянула за ручку. Раздался щелчок, и дверь отворилась. А за ней находилась ещё одна дверь. Бог Света решил испытать мою решимость в такой момент? Усмехнувшись этой мысли, я отворила и вторую дверь.

Здание внутри оказалось гораздо просторнее, чем могло показаться снаружи. Больше всего помещение походило на вместительный зал для тренировок.

Напротив входа, перед огромным зеркалом, стояла Мелисса и с нескрываемым недовольством смотрела в мою сторону. Конечно, Шимана она не привела. Однако и врагов я не увидела.

Сама лисица, впрочем, вооружилась коротким клинком, сейчас висевшим на поясе. В целом оделась певица в достаточно практичный наряд. Удивительно, что она приготовилась защищать себя. А ещё удивительнее был тот факт, что этот наряд ей невероятно шёл. За исключением разве что ошейника, выбивавшегося из общей картины. Интересно, зачем он ей? Раньше эта деталь одежды не так сильно бросалась в глаза, однако если вспомнить, я видела его на ней и раньше. На сцене.

— Значит, ты всё-таки не струсила и решила заявиться сюда, отродье Алексия? — притворно снисходительным тоном спросила она.

Я сделала шаг в сторону. Кто-то из-под пола легонько постучал по половице. Вил оказался очень полезным другом. И, похоже, знал больше тайных ходов столицы, чем любой из жителей города. Мои друзья на месте и ждут сигнала. Конечно, это придало мне уверенности.

— Значит, ты всё-таки причастна к его похищению? И к похищению других? — спросила я.

Глаза лисицы сузились.

— А это не твоё дело, — ответила она. — Ты пожалеешь, что нашла мой дневник, соплячка.

Мелисса обнажила клинок, коротко взглянув на своё отражение, и бросилась на меня. Конечно, мы не подозревали, что она способна оказать сопротивление самостоятельно, однако…

Лисица оказалась гораздо медленнее Ниши. Я легко увидела её движение и смогла его отразить своим копьём.

— Где Шиман? — спросила я.

Вместо ответа лисица зарычала и вновь атаковала меня. Недооценивать её не стоило, певица орудовала своим кинжалом на приличном уровне. Но меня тренировала Ниши. Я снова отбила несколько её выпадов и теперь атаковала в ответ, целясь по руке противника. Нам нужны сведения, а не смерть преступницы.

— Где Шиман? — повторила я вопрос, когда лезвие её кинжала столкнулось с моим древком. Мелисса снова зарычала и прыгнула назад.

— Я хорошо изучила твои записи, — пришло время спровоцировать противницу. — Там много интересных имён. И один из твоих сообщников уже мёртв. Угадай, почему?

Мелисса бросилась в атаку. На этот раз значительно быстрее, но, увы, недостаточно.

— Очевидно, что ты тоже слабее меня, — сказала я, ранив певицу в левую руку.

Теперь её боеспособность точно должна снизиться. Правда она всё ещё могла позвать себе друзей. Если они, конечно, тут находились.

Однако лисица внезапно рассмеялась.

— Хочешь сказать, что ты можешь меня убить? — спросила она, когда приступ смеха закончился. — Очень смешно. Тебе было бы неплохо подрасти. И получше оценивать свои возможности.

— Ну пока я побеждаю в нашей схватке, — теперь на моём лице появилась издевательская ухмылка.

— Пока ничего не решено, — ответила Мелисса, добавив неизвестное мне оскорбление.

А я решила создать молнию вокруг своей руки. Возможно, так удастся побороть её уверенность. Но лисица продолжила смеяться. Её смех становился всё громче. И во мне стала нарастать тревога. Зеркало начало трескаться, а затем Мелисса крикнула:

— Бу!

От лисицы распространилась ударная волна, разбив зеркало и заставив потрескаться доски. Конечно, она дошла и до меня, отправив в непродолжительный полёт. Однако я не собиралась долго лежать и дожидаться, пока певица доберётся до меня. Даже лёжа я могла выстрелить в её сторону молнией и, воспользовавшись замешательством врага, вернуться на ноги.

Впрочем, ненадолго: новый крик Мелиссы вызвал очередную ударную волну, заставившую меня удариться о противоположную стену.

— Что такое, не подняться? — с издёвкой спросила она. — Не стоит недооценивать мой голос. Он — моё лучшее оружие.

— С такими заявлениями, тебе стоит научиться петь получше, — дерзко ответила я. Если уж продолжать её злить, то останавливаться не следует.

— Да я отлично пою! — голос лисицы резонировал от стен зала, что значительно усиливало его. Он бил не только по ушам, но и по всему телу.

— Не в моём вкусе! — крикнула я в ответ и выстрелила молнией. На этот раз она попала в цель, заставив лисицу кричать от боли.

— Код сто пять, — прохрипела она, когда действие магии прекратилось.

В зал сразу ворвалась её группа поддержки, состоящая как из эльфов, так и из шанир.

— А я ведь тоже пришла не одна, — усмехнулась я.

Эти слова являлись сигналом, и теперь уже мои друзья показались из-под пола, стремительно собравшись вокруг меня.

— Убейте их! — прохрипела Мелисса. Её мягкий мелодичный голос теперь звучал ужасно. Быть может, я переборщила с силой молнии?

Однако никто не собирался давать мне время на размышления: её охрана бросилась в атаку на нашу небольшую компанию. Вил и Люциус сражались справа от меня, а Коха и Леос — слева. Я же помогала им, в основном отвлекая врагов разрядами молнии, так как планировала сохранять силы для продолжения схватки.

Впрочем, Мелисса тоже не сражалась. Она сняла ошейник, достала нож и с его помощью извлекла из собственной шеи круглый предмет. Далее, бросив на меня злобный взгляд, лисица заменила его на новый.

— Сто два! — воскликнула она, вернув ошейник на место.

Охрана моментально расступилась в стороны, а лисица крикнула:

— Сдохни!

Новая ударная волна направилась к нам, однако я быстро среагировала и отпрыгнула в сторону, взяв пример с охраны певицы. Также поступили и Коха с Леосом, а вот Люциус с Вилом не успели сориентироваться и теперь лежали на полу.

Конечно, я ответила зарядом молнии, но лисица схватила первого попавшегося под руку подчинённого, и разряд достался ему.

— Это что ещё за фокусы, а?! — воскликнула лисица. Скорее всего, она обращалась ко мне. Хоть и смотрела куда-то влево от меня. Возможно, внимание певицы отвлёк Леос или Коха?

Следующая тирада певицы пестрила всевозможными ругательствами, сопровождающимися ударными волнами. Но мне повезло, что все они оказались достаточно направленными, и от каждой я могла увернуться.

— Заткнись уже! — воскликнула Коха и хотела сделать рывок в сторону Мелиссы, однако та послала её в очень далекое путешествие как словом, так и делом: ударная волна от голоса певицы буквально смяла щит принцессы шанир и отправила её саму к противоположной от Мелиссы стене.

— Сто пять! — воскликнула следом лисица, и охранники снова направились в нашу сторону. Сама же певица, не переставая браниться, удрала за дверь.

Конечно, мы не хотели её отпускать.

— Я задержу их! — сразу вызвался Леос и атаковал охрану Мелиссы. Вил бросил в них дымовую бомбочку, Люциус побежал за лисицей, а я сразу последовала за ним.

Оттеснив несколько врагов на пути, мы смогли достаточно быстро добраться до выхода.

Вопреки ожиданиям, Мелисса не бежала от нас. Она ждала не так далеко от здания, но на достаточном расстоянии, чтобы мы не могли сразу атаковать её. А рядом с ней я увидела ангела. Хорошо знакомого мне.

— Вы, придурки, даже не знаете, на что подписались! — крикнула Мелисса. — Код сто пять!

Ангел достал меч и направился к нам, широко расправив крылья. Но почему он стал защищать её? Зачем атаковал нас? Решимость сразу покинула меня, ведь я не представляла, как сражаться с таким врагом. Но Люциус, похоже, не собирался отступать.

— Обнаружены нарушители, — с безразличием сказал архангел Верениэль.

53. Архангелы

Архангел атаковал, не желая вступать в разговоры. Одним движением он преодолел расстояние между нами и напал сначала на Люциуса. Видимо, по какой-то причине считал его более приоритетной целью, хоть я и находилась ближе к нему.

А затем нас озарила вспышка света, и Верениэль отпрыгнул в сторону. К нам подошёл новый участник сражения. Облачённый в броню из тёмной кожи, ангел с крыльями, перья которых будто поглощали весь окружающий свет. А его лицо скрывала маска в виде ворона.

— Ещё и Ворон! — воскликнула Мелисса. — Но твой ангел-хранитель, похоже, бросил тебя! Бедняжка.

Я же всеми силами старалась не улыбнуться. Ведь певица жутко ошибалась: Менриэль находилось именно там, где нужно.

Лисица оскалилась и снова крикнула, выпустив в нашу сторону ударную волну. Конечно, я ожидала этого и отпрыгнула в сторону. Но недостаточно быстро: меня успел задеть край области поражения атаки Мелиссы.

Люциусу повезло больше, и он уже активно наступал на лисицу, но архангел Верениэль преградил ему путь. Чудом отразив атаку, драконид отступил назад, а ему на смену пришла Менриэль.

Атаковав противника мечом одной рукой, моя хранитель собрала в другой лучи света и направила их в его глаза. Удивительно, но он не стал отражать их собственной магией. Лишь отступил назад — к Мелиссе. Неужели Верениэль не мог использовать магию света?

Я, в свою очередь, выстрелила в них разрядом молнии, однако вражеский ангел отразил его своим мечом и направил в Менриэль. Та повторила фокус и прыгнула вперёд, усилив выпад взмахом крыльев. Её меч угодил прямо в плечо архангела, однако, похоже, не пробил доспех. Я не увидела ни раны, ни крови на лезвии.

Люциус, в свою очередь, тоже направился к Верениэлю, видимо, совсем потеряв голову. А я же, наоборот, решила сосредоточиться на Мелиссе.

— Вы все скоро сдохнете, уроды! — та не переставала орать во всё горло. Или тем, что у неё находилось вместо горла. — Вы всё ещё не поняли?!

Менриэль отступила, и Люциус тоже остановил своё нападение. А я решила воспользоваться паузой и нанесла на руки новый слой мази. Ожоги уже давали о себе знать, вызывая сильно отвлекающую пульсирующую боль.

— Скоро Верен падёт, а его место займут более достойные правители! — слишком дерзкие слова для той, что стояла за спиной хранителя короля. Слишком дерзко для подлой преступницы. — Даже его семья отвернулась от него, и его ангел-хранитель — тоже на нашей стороне.

Её слова говорили о невероятном, но сложно отрицать факты. Верениэль в настоящий момент пытался убить гостей Сиприна.

— Семья, говоришь? — спросил Люциус. Драконид одаривал Мелиссу совсем не добрым взглядом. — А как на счёт моей семьи? Просто отдайте моего брата. Зачем вы забрали его?!

Мелисса отступила на шаг назад.

— Не твоё дело, недоящер! — крикнула она. — Код сто пять!

— Обнаружены нарушители, — вновь сказал Верениэль и ринулся в атаку.

Могло ли быть такое, что ангел находился под контролем Мелиссы? Как и бандиты внутри. Как и толпа на сцене, внезапно покинувшая её выступление. Впрочем, времени на размышления не было: лисица вновь направила в мою сторону ударную волну, а Люциус ринулся в атаку.

Верениэль хотел перехватить его, но Менриэль не дала этого сделать, запустив в него световым копьём, и атаковала следом.

Мелисса поняла, что одного ангела не хватит, чтобы справиться со всеми нами. Кроме того, теперь она опасалась моей молнии, и потому попробовала перехватить её мечом, как это сделал её защитник. Однако такой фокус не прошёл. Я сама не понимала по какой причине, но молния достала её. Лисица снова хрипло выругалась и бросилась бежать.

— Мы за ней! — крикнула я Менриэль и побежала вперёд. Люциус тоже не отставал.

Верениэль сразу направился за нами и на этот раз игнорировал все попытки Менриэль отвлечь архангела на себя, раз за разом огибая её и вновь бросаясь в погоню.

Вскоре мы покинули глубины, и Мелисса устремилась вниз, прямо к территориям восставших. Похоже, похищения действительно оказались связаны с революцией.

К нам на встречу шли несколько горожан.

— Код сто пять! — крикнула им Мелисса.

Сначала они ошарашенно смотрели ей в след, а затем один из них попытался ударить Люциуса. Драконида это не остановило, но он не стал нападать на жителя города, лишь отпихнул его и продолжил путь.

Пробежав группу горожан, я обернулась назад. Верениэль прыгнул со скалы и, расправив крылья, поймал ветер, после чего собирался развернуться, чтобы атаковать нас из пропасти. Однако Менриэль направилась к нему, помешав это сделать.

Я видела короткие вспышки света, сопровождающиеся её ударами по ангелу. Но не видела, чтобы он получал хоть какой-либо ущерб. Один из выстрелов света чуть не задел Мелиссу, от чего внимание Верениэля переключилось с нас. Теперь Менриэль не только нападала, но и защищалась.

Вскоре мы прибежали к храму духов шанир. Мелисса развернулась и выстрелила в нас новой ударной волной. Похоже, она успела вылечить своё горло прямо на бегу. Но это лишь раззадорило меня, и я ответила ей шаровой молнией.

А Люциус воспользовался замешательством и догнал её. Взмах меча, и часть шевелюры Мелиссы, чудом сохранившей свою красоту в сражении, опала на землю. А в следующее мгновение упал уже Люциус, поражённый спикировавшим с неба Верениэлем.

Менриэль показалась сразу за ним, попытавшись проткнуть ангела мечом, однако лезвие просто треснуло от перенапряжения и рассыпалось на куски. Впрочем, мой хранитель не растерялась и ударила своего противника кулаком.

Звук от удара, наверное, услышали даже в паре ярусов от нас. Менриэль схватила Верениэля и повалила на землю, продолжая наносить удары сверху. Но мне показалось, будто хранитель короля совсем их не замечает.

Мелисса же снова крикнула, обрушив на Менриэль ударную волну. И на этот раз её атака оказалась успешной, откинув моего хранителя далеко в сторону пропасти.

Верениэль поднялся на ноги и посмотрел в мою сторону, заставив ахнуть. Часть лица ангела… отвалилась от головы, обнажив металлический череп.

Поднялся на ноги и Люциус и, воспользовавшись паузой, попытался атаковать архангела со спины, но тот резко развернулся и схватил драконида за шею, подняв над землёй.

В этот момент со стороны пропасти в него прилетело световое копьё Менриэль, пробившее ангела насквозь.

— Код сто шесть, цель Чёрный Ворон! — скомандовала Мелисса.

— Чёрный Ворон подлежит казни, — сказал Верениэль безэмоционально, будто его совсем не ранили, и развернулся к Менриэль.

Люциус снова упал на землю, когда ангел отпустил его. Драконид попытался подняться, но закашлялся и смог только отползти в сторону.

— Шаровая молния! — воскликнула я и направила заклинание на Мелиссу, однако та ожидала нападения и уклонилась в сторону, а её громкое рычание неприятно отразилось на моих ушах. Ударные звуковые волны оказались не единственным оружием в арсенале лисицы.

Тошнота подступила к горлу, но я всё же поднялась на ноги. Попыталась снова использовать магию, но никак не могла сконцентрироваться.

— Вам страшно? — спросила Мелисса. — Чувствуете приближающуюся смерть?

— Только твою! — воскликнул вернувшийся в строй Люциус и нанёс ей удар.

Алая кровь закапала на землю, а Мелисса схватилась за бок.

— Ублюдок, — прошипела она и, оттолкнув драконида, побежала к храму.

Драконид хотел остановить её, однако она успела напоследок развернуться и направить очередную ударную волну, сбив его с ног, и Люциус кувырками полетел к пропасти, а я поспешила к нему. Без Менриэль остановить его падение я никак не смогла бы, если драконид сорвётся вниз.

Волею случая или благодаря своим навыкам, Люциус успел зацепиться за край пропасти, а я вовремя подоспела к нему и помогла подняться наверх.

— Хорошо, что ты со мной, — похвалил он меня и направился к своему оружию.

— Я не вижу Менриэль, — сообщила я ему, не обнаружив сражающихся ангелов.

— С ней всё будет хорошо, а с этой бестией как-нибудь да справимся, — сказал он, подняв свой меч. — С такой раной далеко не убежишь.

— Да, но почему она выбрала храм? — спросила я.

— Кто знает? Но духи ей точно не помогут.

Мне совсем не понравилось выражение лица драконида, с которым он произнёс эти слова. Похоже, он всерьёз вознамерился лишить Мелиссу жизни, вопреки всем нашим договорённостям.

— Я помню, о чём мы говорили, — сказал он, видимо почувствовав моё беспокойство. — Я не сорвусь.

— А я переживаю, не сорвусь ли я, — шутка могла немного разрядить обстановку.

— О, ну тогда я тебя остановлю, — усмехнулся Люциус в ответ и первым направился за нашим врагом.

Вслед за дорожкой алой крови, оставленной лисицей.

54. Мелисса

Кровавая дорожка провела нас мимо храма в узкий переулок между массивным строением и небольшими домами.

— Не думал, что здесь есть что-то ещё, — сказал Люциус.

— Интересно, Вил и про этот ход знает? — спросила я.

— Его познания должны насторожить королевскую стражу, — ответил драконид.

— А по-моему, их должно насторожить поведение ангела-хранителя короля, — ответила я. — Как это вообще возможно?

— Ну он же не нас охраняет.

— Ты его лицо видел?

— Потом об этом подумаем, — ответил Люциус. — Не будем отвлекаться от цели.

— Она говорила, что её поддерживает семья короля. Может…

— Может, она о его сыне — предателе? — предположил драконид. — Узнаем, когда она перестанет сопротивляться.

— Да вот только её речь может нас убить.

— Всё дело в этих дисках в шее. Отнимем их, и забудь про эти звуки. Наверное, какой-то усилитель.

— Как она вообще это делает?

— Не знаю. И это мерзко. Кстати, держи.

Драконид протянул мне две ушные затычки. Очень простое, но гениальное решение. Да и переговоры должны были закончиться давно.

— Откуда они у тебя? — спросила я.

— Случайно захватил, — ответил он. — В замке шумновато по ночам, сложно спать без них.

Переулок привёл в небольшой коридор с длинным окном, через которое мы увидели большой зал с десятками собравшихся революционеров. Все они смотрели на сцену, слушая своего предводителя — сына короля Верена…

Люциус жестом поторопил меня. Думаю, он хотел сказать что-то, вроде: «Поздно сомневаться». Но сомнения всё же настигли меня: сражаться со всеми внизу мы не сможем, если Мелисса решит позвать на помощь.

Впрочем, они находились внизу, а мы — продолжали путь по коридору вперёд. Возможно, лишь это окно связывало помещения между собой.

Вскоре коридор закончился, и мы оказались внутри роскошно обставленного помещения. Однако время подробно рассматривать его не настало. Мелисса уже ждала нас. Её рана больше не кровоточила, видимо, лисица нашла способ исцелиться в таких условиях.

— Долго вы, — сказала она. Приглушённо, но мы слышали её даже через затычки. Зато не слышали рычания, сбивающего с толку. — Спасибо за эту задержку.

— Всегда пожалуйста, — ответила я. — Но на большее не надейся.

— Забавно, но я думаю также, — усмехнулась Мелисса. — Вы даже не знаете, во что вас втянула эта… авантюра. Я нахожусь под защитой самой принцессы. Она вас в клочья разорвёт, если узнает, как вы навредили её любимому исполнителю.

Она сказала «принцессы». Значит, её поддерживала одна из дочерей. Если лисица, конечно, не врала. Но зачем ей врать, будучи уверенной, что наша судьба предрешена? А в городе, как я знала, сейчас находилось только две принцессы. Коха и… Ниши.

— Интересно, что она скажет, когда узнает, что ты творишь в её городе, — ответил Люциус.

— Она знает, — усмехнулась Мелисса. — Она знает про меня всё. И про всех вас тоже. Она сейчас здесь. Рядом. И я могу позвать её в любой момент.

Коха осталась с Леосом и Вилом прикрывать наш отход. Хотя они, скорее всего, уже справились с бандитами и направлялись сюда. Значит ли это, что Мелисса говорит о Ниши? Но как такое возможно? Ниши не могла предать короля. Однако если учесть все мои видения и слова Ниши о недовольстве войной… неужели потери настолько ударили по ней?

— Или мы можем решить всё, если отдашь мне моего брата, — сказал Люциус.

— Неужели ты правда так думаешь? — спросила Мелисса. — Думаешь, что ты выйдешь из этой ситуации победителем? Тебе стоило просто оставить всё как есть.

— И оставить брата здесь?! — возмутился Люциус. — И как я бы посмотрел в глаза нашим родителям?!

— Зачем ты всё это делаешь? — спросила я, прервав их диалог.

Нужно попытаться вытянуть из певицы больше информации. Кто знает, что может случиться при нашей следующей стычке. Конечно, я не собиралась её убивать, но на счёт Люциуса уверенности не было.

— С чего мне с тобой говорить, воровка?! — ответила Мелисса и наградила меня ещё рядом эпитетов.

— Потянуть время до тех пор, пока не приготовишься к бою? — предложила я.

Просто предположила, ткнула пальцем в небо. Поддерживать разговор казалось для неё бессмысленным с самого начала. Но, судя по выражению лица лисицы, я попала в точку.

Люциус тоже понял, что певица готовится к чему-то, и не расслаблялся, но и в бой не спешил.

— Не было бы тогда лучше напасть на меня сейчас? — спросила Мелисса.

— Нам не нужна твоя жизнь, — пожала плечами я. — Только ответы и его брат.

— Что ж, нет ничего плохого в том, чтобы поговорить с фанатами, — усмехнулась она.

Интересно, чего могла ожидать лисица. Подкреплений? Мы услышим их заранее, и тогда никакая помощь не спасёт её. Я решила бегло осмотреть комнату. Скрытые ловушки Мелисса могла активировать сразу. И путей для побега на виду не было. Смущал только стол за её спиной. На нём, скрытый за плотной тканью, кто-то лежал. Но вряд ли он мог оказаться неожиданной поддержкой для певицы.

— Я с детства мечтала петь, — начала она. — Всю жизнь тренировала голос и участвовала в выступлениях, каких только могла. Выбирала себе сценический образ, прогрызала путь к славе.

Мелисса сделала особый акцент на «прогрызании», будто имела в виду буквальное его значение.

— Это ты родилась в благородной семье, а я прорывалась из грязи и бесславия, — продолжила она. — И это оказалось непросто. Ведь мы здесь, на Сиприне. Раньше здесь не очень-то и ценили моё искусство. Без гроша за душой я делала всё, чтобы меня заметили. Поняли, что пение может приносить пользу.

Люциус только открыл рот, желая, видимо, как-то съязвить, но я легонько толкнула его, чтобы драконид, не дай Бог, не спугнул эту возможность.

— Тебе, принцесска, неизвестно, насколько грязным и жестоким может быть этот мир. Тебе не приходилось принимать действительно тяжёлые решения. Тебе не приходится всю жизнь играть роль той, кем ты не являешься.

Лисица буквально затряслась от переполняющей её злости и зависти.

— И ты добилась своего, — заметил Люциус. — Так зачем… всё это?

— Заткнись и слушай, недоящерка! — рявкнула она и, успокоившись, сказала:

— Пока меня пробило на рассказ.

Мелисса бросила взгляд на тело, лежащее на столе, и продолжила:

— Вы слышали про ларингоцидную эпидемию?

— Пандемия Кууса? — спросил Люциус.

— Что за пандемия? — решила уточнить я.

— Полвека назад по Сиприну прокатилась эпидемия, начавшаяся в городе Куус, — пояснил Люциус. — Вирус поражал дыхательные пути, унёс много жизней. Но в то время Куус не был частью королевства.

— Тогда не был, — кивнула Мелисса. — Вести о заболевании даже не доходили до короля. Но он знал о тяжёлой ситуации в тех землях. И направил дипломатическую миссию. Надеялся присоединить соседа без боя.

— И тебя направили с ней? — спросила я.

Лисица кивнула.

— Меня попросили устроить концерт, на котором жителям Кууса раздадут помощь, — продолжила она. — Таким образом, Верен смог настроить население против своих властей, а они, в свою очередь, не могли оказать сопротивление. Конечно, я заразилась и… вот результат.

Мелисса расстегнула ошейник и извлекла из горла диск. Вопреки ожиданиям, рана выглядела не так отвратительно, как можно представить. На шее лисицы располагался металлический паз. Как место под книгу, как ножны для меча. Настолько же дико, как и… правильно?

Мелисса сказала что-то, но я не смогла расслышать из-за затычек.

— Да и как так можно петь? — смогла услышать я очень тихий шёпот, когда освободила уши. Вряд ли её голос представлял опасность сейчас.

— И как это связано с похищениями? — спросила я.

— А ты напряги то, что у тебя вместо мозга, и подумай, — ответила певица, вернув диск на место.

— Тот, кто вернул тебе голос, приказал сделать это?

Тело на столе за её спиной дёрнулось, и лисица широко улыбнулась, обнажив зубы.

— Что же, благодарю за этот разговор, но пришло время вам умереть, — сказала она и нажала на невидимую для меня кнопку. Стол наклонился в нашу сторону, и ткань, скрывавшая тело, упала на пол, обнажив привязанного ремнями ящера.

— Брат! — воскликнул Люци, а его глаза расширились.

Шиман выглядел здоровым, я не заметила никаких следов увечий на его чешуе. Единственным отличием, помимо увеличившегося роста, была дополнительная пара рук. Выглядели они точно так же, как и его обычные, только немного короче, и росли чуть ниже и ближе к спине. По крайней мере, так я подумала, когда увидела его в тот момент.

— Стой, где стоишь! — крикнула старшему дракониду Мелисса, приставив нож к горлу его младшего брата, и шепнула ему на ухо:

— Просыпайся, дружок.

— Отпусти его! — крикнул Люциус.

— Как скажешь, — улыбка не сходила с лица певицы. — Код сто шесть, цель Люциус Ангелион.

55. Контроль

Шиман атаковал Люциуса без лишних слов и предупреждений. Просто вцепился в старшего брата всеми четырьмя руками.

— Останови это! — крикнула я Мелиссе, направив на неё копьё.

Я не думала, почему лисица не использует свои разрушительные способности. Действовала скорее по интуиции.

— Или что?! — с вызовом прохрипела она. — Убить меня — кишка тонка!

Певица храбрилась, но её глаза выражали страх. И я направилась прямо к ней.

— Не подходи! — сказала она, выставив перед собой нож. — Код сто пять!

Шиман сразу отвлёкся от своего брата и набросился уже на меня. Его лицо не выражало никаких эмоций. Как будто мы не знакомились по прибытии на Сиприн. Не тренировались вместе. Не гуляли небольшой компанией по городу. Будто он совсем не узнавал меня.

Отбиваться от него оказалось куда сложнее, чем я ожидала. В основном потому что ранить драконида не хотелось. Да и нападал он не жалея сил.

Но благодаря переключению внимания брата, Люциус смог подняться на ноги и принять верное решение: он направился прямиком к Мелиссе.

Однако Шиман сразу переключился на него, оставив попытки напасть на меня.

— Код сто три! — крикнула я.

Бесполезно. Шиман никак не отреагировал.

— Неужели ты думаешь, что это так просто работает? — усмехнулась Мелисса. — Он подчиняется только мне. Я контролирую его! И буду контролировать всех!

— И ты хочешь вот такую популярность? — спросила я в ответ. — Как ты контролируешь его? Это какая-то магия?

Мелисса не ответила, а я… Я решилась попробовать то, за что Люциус мог не простить. Я собрала заряд молнии на правой руке. Небольшой, ведь я не хотела навредить. Но, быть может, Шимана получится вырубить также, как и голос Мелиссы?

— Стой! — крикнул Люциус, заметив искры на моей руке и направление взгляда, но было поздно. Разряд выстрелил в Шимана, и драконид издал звук удивления, а его нижние руки сразу опустились, будто их поразил паралич.

Заклинание сработало ровно как и нужно, не задев ни головы, ни сердца. Его брат сразу воспользовался моментом и набросился на младшего, повалив на пол.

— Теперь тебя некому защищать, лиса — сказала я. — И ты перестала кричать ударами волн. Похоже, я спалила все твои диски.

— Похоже, я его держу, — сообщил Люциус. — Освободи его!

— Называй код! — приказала я, вновь направив острие копья в сторону лисицы. — Ты проиграла.

Конечно, Мелисса выставила вперёд единственное оружие, которое у неё осталось — свой кинжал. Однако, оценив обстановку, она злобно сощурилась и сказала:

— Шиман, код сто.

Драконид обмяк и перестал сопротивляться.

— Ты что с ним сделала?! — воскликнул Люциус.

— Он спит, — пояснила она. — Код сто — это сон.

Действительно, драконид начал мирно посапывать, будто вокруг ничего и не происходило.

— Так твоя цель — контроль, верно? — спросила я певицу. — Не слишком ли банально для окончания той истории, что ты нам рассказала?

— Не слишком ли ты мелкая, чтобы говорить мне о банальности, — оскалилась та. — Я проиграла, но это не значит, что выложу вам всё здесь и сейчас. Я и так достаточно рассказала.

— Ты не рассказала, как контролировала нашего друга и не рассказала, кто отдаёт тебе приказы.

— Я контролирую вашего ящера командами, а отдаёт приказы мне сам Бог, — Мелисса вела себя слишком дерзко для проигравшей. — От мёртвой вы ничего не узнаете, гарантировать, что меня не убьют за правду, вы тоже не сможете. Забирайте Шимана и считайте себя победившими, если так того желаете.

— Мы не уйдём, пока не получим ответы, — возразил Люциус. — Надо было отдать Шимана ещё наверху. А не вступать с нами в бой.

— Кто же знал, что такие сопляки смогут меня одолеть, — сказала Мелисса. — Но даже так, меня допрашивать бесполезно. Как я уже говорила, всё что вы получите здесь — это твоего брата.

— Мы заставим тебя говорить, — сказала я.

— Будете пытать?

Певица совсем не чувствовала угрозы. Конечно, она боялась смерти, но говорила правильно — мертвец не выдаст нужной информации. Да и убивать её я не собиралась. А пытать… Сама мысль об этом наводила на меня ужас и неприязнь. На Люциуса, похоже, тоже.

— Свяжи её, — попросила я драконида.

Спорить он не стал.

— У тебя была прекрасная мечта, — сказала я певице, пока он искал верёвки в её логове. — Ты всё ещё можешь исправиться. Подумай об этом. Возможно, ещё не поздно найти верный путь.

— Не малявке учить меня жизни, — злобно сказала она в ответ.

— А я больше не малявка, — такой ответ заставил её расширить глаза. Возможно, Мелиссу удивила моя уверенность в себе, а может, и что-то ещё. Но эти слова заставили её замолчать.

— Я нашёл! — сообщил Люциус и принялся за неприятную работу. Конечно, первым делом он завязал ей рот.

— Ну вести засранку тебе придётся, — сказал драконид, закончив работу. — Мой братец как-то необычайно потяжелел.

— Надеюсь, он в порядке, — я бросила в сторону Шимана полный скепсиса взгляд. — Прости, что пришлось запустить в него молнией.

— Главное, что это сработало, и что он жив, — пожал плечами Люциус. — Во дворце его подлатают как-нибудь.

Мелисса не издавала ни звука, лишь переводила взгляд изумрудных глаз с меня на Люциуса и обратно.

— Пойдём! — приказала я, поторопив её копьём. Благо, Люциус оставил её ноги свободными.

Дорога обратно заняла приличное время, а когда мы проходили мимо длинного окна, я заметила, что собрание внутри закончилось. Осталась лишь одна фигура, закутанная в плащ и держащая копьё с перьями. Неужели там находилась Ниши? Неужели именно она помогает революционерам?

Мелисса замедлилась, и я отвлеклась на неё. А когда снова посмотрела в окно, фигуры в плаще революционеров уже не увидела. Или всё это оказалось видением? А быть может, плодом моего воображения? Или Ниши лишь внедрилась в их ряды?

Коридор подходил к концу, и вскоре мы оказались снаружи.

— Коха не с вами? — спросил Леос, когда я вышла из здания.

— Нет, — ответила я. — Мы нашли его. Мы спасли Шимана.

Следом показался Люциус с младшим братом на руках.

— Тяжёлый, — вновь пожаловался он.

— Мне кажется, или у него было меньше рук? — спросил Леос и, оглядев Мелиссу, добавил:

— Хорошо же вы её связали. Больше не покричит?

— Кажется, у неё закончились диски, — сообщила я, — Или как их там.

— А с ним что? — вампир указал на Шимана.

— Попал под её контроль, — ответил Люци, — Он напал на нас.

Я отошла от друзей и посмотрела в небо. Менриэль до сих пор не показалась. Или всё ещё сражалась с хранителем Верена или решила скрыться, убедившись, что со мной всё в порядке. Раскрывать свою личность Мелиссе она явно не планировала.

— Я бы не стала вести его к Гедеону, — сказала я, вернувшись назад.

— Почему? — удивились Люциус и Леос одновременно.

Я пересказала вампиру историю певицы. Разумеется, вкратце.

— Думаю, что за ней стоит тот, кто провёл операцию и превратил её горло вот… в это. И руки Шимана…

— И ты думаешь, что мой учитель единственный врач во всём городе? — усмехнулся Леос.

— Нет, но тетрадь свою она выронила именно после встречи с ним, — стояла я на своём. — Прости, я понимаю, что он заменил тебе отца, но…

— Поверь мне, я бы знал, если бы Гедеон планировал что-то крупное, — возразил мне он.

— А тела во дворце? — не унималась я. — Их кто там спрятал? Королева?

— Да и он не мог бы провести такую операцию, — Леос показал на Мелиссу. — Без меня так уж точно.

— Тогда ты тоже под подозрением, — сказал Люциус.

— Да ты шутишь, — нахмурился вампир.

— Именно так, — усмехнулся драконид. — Но насчёт Гедеона она права. Спрячем Шимана у меня и дождёмся Менриэль. Она подскажет, что делать.

— А её куда? — спросил вампир после продолжительного вздоха.

Мы переглянулись. Действительно, а куда девать Мелиссу? Заметив наше замешательство, лисица явно хотела рассмеяться. И что-нибудь съязвить.

— Запру её в камере, — пожал плечами Леос. — Что сказать страже придумаю, я половину стражи лично лечил.

— А Гедеон? — спросил Люциус.

— А что Гедеон? — переспросил он. — Во-первых, он ни в чём не виноват, и вы в этом убедитесь. А во-вторых, так просто выпустить он её точно не сможет. После таких-то дел.

— Значит, договорились? — старший драконид почему-то смотрел на меня, равно как и Леос.

— Вы чего уставились-то? — возмутилась я.

— Командуй, — пожал плечами вампир. — Твоя же операция.

От осознания этого факта мне стало совсем не по себе. До сих пор я составляла план, совсем не задумываясь о руководстве или о чём-то подобном.

— Мелисса на тебе, Леос, а мы дотащим Шимана, — приказала я, пока фантазии о великих командирских подвигах и неудачах не захватили разум окончательно. — И где Коха и Вил?

— Вил получил ранение и выбыл. Был уверен, что мы и сами справимся. А Коха побежала за вами.

— Надеюсь, мы не променяли её на Шимана, — прокряхтел Люциус под тяжестью брата. — Нет, я рад, что мы его спасли, но теперь-то спасать её придётся.

— Тогда голосую за план Менры, — усмехнулся Леос. — Потому что её планы срабатывают лучше моих.

56. Наживка

Когда после спасения Шимана прошли сутки, мы поняли, что поменяли его на Менриэль. Ни она, ни ангел-хранитель короля не вернулись. Конечно, о Верениэле все предпочитали молчать, боясь распространения плохих слухов.

Шиман так и не очнулся от длительного сна, а лисица, упечённая Леосом за решётку, наотрез отказывалась говорить что-либо ещё.

— Так и не очнулся? — спросила я, когда Люциус открыл дверь в свою комнату. Драконид за последние дни совсем превратился в затворника, пока следил, чтобы в их с Шиманом покои никто лишний не заходил.

Конечно, он забросил и свои тренировки.

— Нет, — ответил он, покачав головой. — Леос организовал искусственную подачу питания. Зря мы его подозревали.

— Ты подозревал, — поправила я драконида. — Я говорила только про Гедеона.

— Да, но ведь он…

Драконид снова завёл разговор о связях придворного врача с нашим другом. А я устала слушать о них день ото дня.

— Это может быть даже и не Гедеон, — сказала я, прервав его уже надоевшую речь. — Знаешь, как бывает в книгах. Сначала ты думаешь на одного, а потом злодеем оказывается совершенно другой персонаж.

— Ну с Мелиссой-то ты попала прямо в точку.

— У меня были прямые улики, — пожала я плечами.

— О которых стоило рассказать раньше, — заметил Люциус. — Но что сделано, то сделано. Главное, всё закончилось лучше, чем могло.

Я бросила взгляд на Шимана. Младший драконид лежал неподвижно, мирно посапывая. Из его рта торчало несколько трубок. Он не отзывался ни на своё имя, ни на другие слова. И никак не реагировал на любые раздражители.

Конечно, Леос уговаривал отдать его Гедеону, однако…

В дверь постучали, заставив нас вздрогнуть. Люци кивнул мне, и я подошла проверить, кто за ней.

— Это я, — сказала Коха из-за двери, успокоив нас.

— Как Шиман? — спросила она, когда оказалась внутри.

— Как видишь, — ответил Люциус, махнув в его сторону.

— А Мелисса? — Коха бросила в сторону Шимана полный сомнений взгляд. Короткий, будто ответ её не волновал.

— Никак, — ответила я. — Ты не расскажешь, куда ушла во время?..

Коха вместо ответа одарила меня взглядом, полным мольбы. Она не хотела говорить об этом, что лишь усиливало мои подозрения. Кто-то из принцесс работал с Мелиссой, а значит, мы всё ещё находились под угрозой.

— Вечером я собираюсь вернуться к месту, где мы впервые сразились с Мелиссой, — сказала я, поняв, что ответа не дождусь. — Возможно, там ещё осталась какая-то информация. Или я смогу, наконец, увидеть… нечто?

Закрыв за собой дверь, я вздохнула и направилась в верхнюю часть замка, на белоснежные поля. Несмотря на всё, пора вернуться к тренировкам. И, конечно, исполнить наш с Люциусом план.

Ниши уже ждала меня, встретив обычным высокомерным взглядом.

— Я слышала про вашу авантюру, — сказала она, когда я приблизилась.

Интересно, откуда. Уж не от своих ли друзей-революционеров?

— Похоже, я снова вмешалась в дела Сиприна, — ответила я.

— Да, похоже на то, — согласилась Ниши и без лишних слов напала.

Принцесса не любила тратить время на разговоры и предпочитала сразу приступить к размахиванию кулаками или копьём. На текущей тренировке она запланировала рукопашный бой.

Я выбрала тактику уклонения от атак и ожидания возможности для удара. И вскоре возможность представилась, но лишь фальшивая: Ниши расставила ловушку, впрочем, успешно прочитанную мной.

Шанир ухмыльнулась и отпрыгнула назад, а затем вновь атаковала. Может, всё же не она решила предать короля? Что ей мешало напасть на меня сейчас, когда мы схватили её сообщницу? Если, конечно, Мелисса ею являлась.

Размышления, разумеется, отвлекали меня от тренировки, и я пропустила несколько ударов.

— Слишком устала? — спросила Ниши, сев рядом на корточки, когда я потеряла равновесие от её очередного удара. — Как-то быстро.

— Просто переживаю за друга.

— Гедеон справится с его исцелением, — ответила Ниши. — Он не раз выручал нас в самых тяжёлых случаях. Хорошо, когда при дворе есть настолько одарённый врач.

А теперь является главным подозреваемым в измене. Но лишь в моей голове.

— Как прошло сражение? — спросила принцесса, помогая мне встать.

— Хорошо, — ответила я. Скорее всего, Ниши спрашивала о захвате Мелиссы. — Она позвала подкрепление, но бандиты оказались слабы.

Шанир подняла правую бровь вверх с нескрываемым недовольством.

— То есть, они, конечно, — серьёзные противники, но мы подготовились лучше и были сильнее.

— Так-то лучше, — ответила Ниши. — Ещё подход?

Я согласилась, и принцесса снова атаковала меня, заставляя сразу мобилизовать все оставшиеся силы на уклонение и отражение её ударов.

Больше полугода назад на этом самом месте мы впервые встретились, и мне не удалось показать себя с хорошей стороны. Конечно, уже тогда я обладала неплохим опытом, но явно недостаточным.

А теперь Ниши показала мне то, чего я вряд ли смогла бы понять в сражении с другими. А именно, мой рост. Всего за такой небольшой срок я научилась уклоняться от её атак и отражать так, что хватало времени на ответное нападение. Ну и конечно, гораздо лучше держала пропущенные удары.

— Не знаю, о чём ты там думаешь, но принимать кулак в живот всё-таки не следует, — сказала Ниши, в очередной раз отправив меня на землю.

— Это точно, — ответила я, откашлявшись.

— Что ты собираешься делать дальше? — спросила принцесса. Я ждала этого вопроса, но всё же решила уточнить:

— В смысле?

— В прямом, — Ниши подождала, пока я снова поднимусь, и продолжила:

— Вы захватили предполагаемую преступницу. Но что дальше?

— Хочу вернуться в её дом, — ответила я. — Как только отдохну, попробую поискать там что-нибудь.

— На удивление, неплохое решение.

— Ты не будешь меня останавливать? — удивилась я.

Обычно Ниши могла начать разговоры про вмешательство в дела её родины. Однако на этот раз не стала.

Поняла, что бесполезно? Или знала, что я ничего там не обнаружу? А может быть, решила устроить на меня засаду?

— Чего ты так на меня смотришь? — нахмурилась Ниши. — Я тебе не мать и не ангел-хранитель. Не надо ожидать моего одобрения по каждому действию.

— Однако ты мой учитель, — возразила я.

— У тебя уже есть учитель, учит тебя магии, и скоро ваши тренировки возобновятся.

Эта новость не могла не радовать. Мне не терпелось задать учителю несколько вопросов про использование волшебства. Носить с собой мазь от ожогов и страдать от боли в руках от каждой ошибки уже порядком надоело. Как бы хорошо она не отводила тепло, даже её действия не всегда хватало. Да и запасы стремились к нулю. А найти другое решение сама я никак не могла. Аньяри, в свою очередь, не пользовалась магией электричества в видениях. Да и докучать ей очередными вопросами как-то не хотелось. Менриэль же…

— Вернётся твой ангел-хранитель, не переживай, — тон Ниши смягчился.

— Ты мои мысли читаешь?

— Ты для меня как открытая книга, — принцесса потрепала меня по голове. — На сегодня мы закончили. Беги там по своим героическим делам.

Дважды меня уговаривать не пришлось. Капкан, как мне казалось, был расставлен успешно. Коха думала, что я сейчас направлюсь в зал, где мы бились с Мелиссой. А Ниши — в дом лисицы.

Даже если никто не устроит на меня засаду, я всё равно могу найти ценную информацию в обоих местах. И предоставить певицу Менриэль по её возвращении. Чутьё подсказывало мне, что ангел жива.

Всё же ей достался равный противник. Кто знает, быть может, они сражаются до сих пор. Где-то за пределами города или в его недрах.

57. Засада

Первое место сражения с Мелиссой находилось значительно ближе к дворцу, потому с него я и начала. Конечно, не забыла взять с собой всё необходимое для ожидаемого сражения. Правда, на этот раз решила зайти не с главного входа, а путём моих друзей — через подвал.

Я старалась пробираться бесшумно и максимально аккуратно, ведь не хотелось, чтобы меня заметили слишком рано. А это оказалось тяжелее, чем представлялось ранее. Не только из-за темноты, но и благодаря царящему здесь смраду от гниения.

Впрочем, так оно и было: вскоре я наткнулась на тело одного из бандитов, провалившееся сквозь пол. Похоже, стража пропустила несчастного, пока убирала за нами оставленный после сражения бардак.

Подумав, что в таких условиях бесшумная засада практически невозможна, я поднялась наверх, из последних сил борясь с приступами рвоты.

В пустом зале смрад чувствовался чуть меньше, однако находиться тут слишком долго я не собиралась. Вряд ли среди трещин от ударных волн Мелиссы могла скрываться интересующая меня информация. В отличие от помещений в недрах здания.

Я осторожно вышла в коридор за залом. И меня встретило запустение. Не такое, когда жилище оставляют на долгие месяца и годы, но как минимум пару недель им не пользовались по назначению. В нескольких помещениях совсем отсутствовала мебель, и я нигде не смогла найти ни клочка бумаги, которые хотя бы отдалённо напоминали улики.

Если кто-то и нанимал эльфов здесь, всю информацию уже вывезли прочь. Конечно, мне хотелось воспользоваться предвидением по назначению, но как я не концентрировалась, это место не собиралось раскрывать свои секреты. Впрочем, попытаться точно стоило.

Скорее всего, эльфы приходили через зал у главного входа и рассаживались по коридорам на ныне отсутствующие кушетки. Моё предположение подтверждали потёртости на деревянном полу. Недавно на нём явно стояла тяжёлая длинная мебель.

Но всё это нельзя назвать ясновидением. Лишь простая фантазия, чуть подкреплённая увиденными деталями. С таким же успехом здесь мог располагаться шкаф. Или кто-то случайно испортил пол.

— Как иронично, — услышала я голос Мелиссы, от чего вздрогнула и резко развернулась.

Но никого не увидела. Плод воображения или видения всё-таки проявили себя?

— Иронично? — спросила я, надеясь, что они продолжатся.

Мои слова эхом отразились от стен и вернулись ко мне. Конечно, шанира-лисицы здесь не было. Как и ожидаемой мной засады. Означало ли это невиновность Кохи? Означало ли, что она не была на стороне похитителей всё это время? Но тогда…

Я сглотнула поступивший к горлу комок. Пока рано обвинять в чём-то Ниши. Следом стоило проверить дом, где мы спасли Шимана.

— Это не ирония, — теперь мне почудился голос Аньяри. — Это… искупление.

— Точно плод воображения, — усмехнулась я несуществующему собеседнику и покинула дом.

Конечно, засада могла поджидать у выхода, но там никого не оказалось. А ведь последний раз тут меня ждал архангел Верениэль, готовый прибить. Интересно, сражается ли он с Менриэль до сих пор? Или они убили друг друга?

Прогнав дурные мысли прочь, я твёрдым шагом направилась к храму духов, недалеко от которого и находилось нужное мне здание. Вопреки ожиданиям, вне глубин я увидела множество жителей. Правда, казалось, будто они бесцельно ходят, взирая вокруг бессмысленным взглядом, даже никак не пытаясь укрыться от дождя.

Впрочем, скоро я поняла, что и они, и дождь оказались всего лишь видением, столь не вовремя посетившим меня. Но поведение жителей из видения не могло не удивлять: двое из них столкнулись друг с другом и просто упали, сорвавшись со скалы, а другие не обратили на это никакого внимания. Лишь продолжали бесцельно бродить в разные стороны по улицам города.

Когда я подошла к храму духов, видение начало таять и вскоре рассеялось. Быть может, само по себе, а может под воздействием этого места?

Я помотала головой. Что за глупые мысли решили меня посетить? Все знали, что духов на самом деле не существует. После смерти душа попадает либо в рай, либо в ад. Никому не суждено остаться бестелесным призраком, привязанным к своему месту.

Проход к дому Мелиссы находился совсем близко, от чего моё сердце стало биться чаще. Следовало приготовиться к бою. Конечно, в глубине души я надеялась, что не найду никого и здесь. И рядом засады действительно не было.

Я направила копьё в сторону тёмного прохода. Стоит ли выстрелить туда молнией? А что, если я случайно задену кого не хотела? Да и на какой объект нужно навести заряд? Нельзя же просто выстрелить молнией в стену. Такое заклинание банально не сработает.

Поразмыслив минут пять, я решила бросить в проход что-то безобидное. Например, случайно оказавшуюся у меня пустую баночку из-под крема от ожогов.

Баночка стукнулась об пол, не встретив никаких препятствий. И, разумеется, предупредила находившихся внутри бандитов о моём приходе. Если там, конечно, кто-то был.

Максимально осторожно я направилась внутрь, проверяя все возможные углы и проклиная себя за то, что не догадалась взять с собой хоть того же Вила. Да и Люциус мог бы всё-таки вызваться помочь. Да и Коха… Впрочем нет, мы всё это затеяли как раз затем, чтобы проверить её.

Спустя вечность я выглянула в длинный коридор с окном, где в прошлый раз сначала увидела собравшихся революционеров, а потом и Ниши. Теперь помещение за ним пустовало, а я продолжила путь. Чуть быстрее, чем ранее: засада могла подкрадываться и сзади, а в доме Мелиссы у меня явно побольше шансов, чем тут.

Продолжая продвигаться вперёд и оказавшись почти внутри, я вдруг услышала звук бьющегося стекла, заставивший меня вздрогнуть. Далее последовала ругань и шипение, призывающее к молчанию. Кто-то находился внутри логова Мелиссы.

Оставалось надеяться, что они не сильнее её. И что их всего двое, а не больше. Хотя… как там могло поместиться больше четырёх эльфов или шанир, я тяжело представляла.

— Да кто же знал! — воскликнул почти что шёпотом один из них.

— Не шуми, кретин! — ответил другой.

Возможно, разумный человек на моём месте развернулся бы и удрал восвояси. Однако в тот день умные мысли, видимо, решили оставить меня. И я медленно направилась вперёд, молясь, чтобы никто не показался сзади.

И мои молитвы не были услышаны.

— Она здесь! — воскликнул сзади незамеченный мной мужчина. Хорошо, что он решил закричать, а не просто напал, ведь я полностью сконцентрировала внимание впереди себя и недостаточно часто оглядывалась назад.

В проёме сразу возникли двое эльфов: один щуплый с ножом в руке и более упитанный с дубиной за ним. А я… от испуга я моментально выпустила в них мощный разряд молнии. Волоски на моих руках поднялись от напряжения. Казалось, что поднялись даже волосы на голове.

Вспышка осветила коридор, чуть не ослепив саму меня, и в следующий миг эльфы спереди упали замертво. Недолго думая, я рванула вперёд, на ходу разворачивая остриё копья в сторону противника сзади, надеясь, что он находился там один.

План, пришедший на ум, не поражал сложностью: добежать до входа, развернуться самой, схватить копьё другой рукой и направиться в сторону врага.

Враг, похоже, тоже не стоял столбом: его пыхтение слышалось всё громче.

Я быстро добежала до входа с телами его товарищей и развернула копьё, как учила Ниши при таких ситуациях. Затем выпустила его из рук и развернулась сама. Успела схватить древко, пока копьё находилось в воздухе, и почти инстинктивно нанесла удар.

Бежавший на меня эльф сократил дистанцию гораздо быстрее, чем я рассчитывала. Он уже находился практически за моей спиной, и потому этот удар буквально спас меня. А быть может, просто удача.

Бандит сделал два шага назад и упал на землю.

— Как так? — проговорил он, сжимая рану.

Похоже, он тоже не ожидал такого поворота событий.

— Кто тебя прислал? — спросила я.

Ответом было указание направления, куда я точно не собиралась идти.

— Ты всё ещё можешь облегчить душу перед смертью, — попыталась уговорить его я.

А услышала лишь смех.

— Вы спасли одного своего друга, — сказал он, кашляя кровью. — А мы заберём другого.

Эльф умер с застывшей в улыбке гримасой, оставив меня в состоянии шока. Я только что убила трёх бандитов. Да, действуя инстинктивно, но…

Рвота, сдерживаемая мной ранее, теперь вырвалась наружу. Руки тряслись так сильно, что выронили копьё. В тот момент я могла быть лёгкой добычей для их возможного подкрепления, но оно не явилось.

— Возьми себя в руки… — сказала я. Но прозвучали слова не так уж и уверенно.

Засада оказалась в том месте, о котором я сказала Ниши. Случайно ли, или именно она сотрудничала с Мелиссой? И именно поэтому принцесса знала о моих похождениях? Но почему она не расправилась со мной ранее?

Я вспомнила слова мёртвого эльфа и вздрогнула. Что он сказал перед смертью? Похитители собираются забрать другого моего друга. Но кого? Когда? Неужели прямо сейчас, пока я нахожусь здесь?

Изучение жилища Мелиссы отступило на второй план. Если они нацелились на кого-то из моих друзей, я просто обязана предупредить их.

Конечно, я не сомневалась в силе Люциуса или Леоса. Да и Вил показал себя с хорошей стороны в бою. Но все они могли справиться лишь с ограниченным числом врагов. Особенно Вил, которого не защищал замок так, как его постоянных жителей.

Я схватила копьё и побежала прочь от дома Мелиссы. А безопасен ли замок? Совсем недавно на нас напал ангел-хранитель короля. Внутри крепости в холодильнике висели тела похищенных шанир. А одна из принцесс покровительствовала Мелиссе. И конечно, Гедеон.

Но кому я могла довериться? Что я вообще могла сделать в такой ситуации? Никогда мне так сильно не хотелось, чтобы Менриэль оказалась где-то поблизости.

В голове всплыли слова Ниши о не вечной защите ангелов-хранителей. И важности умения постоять за себя. Неужели именно она решила предать отца? Неужели горечь от потерь привели её к этому?

Я снова усилием воли отогнала эти мысли прочь. Прямо сейчас важно другое. Благо дворец находился уже совсем близко. Я и не заметила, как стремительно преодолела столь большое расстояние с копьём наперевес.

За мгновение преодолела главные врата и даже не взглянула на короля, о чём-то говорившего с Сираем.

И вот, наконец, я оказалась у цели. Молясь, чтобы успеть, я отворила дверь без церемоний. И на этот раз молитва оказалась услышана: Люциус менял Шиману питание.

— Менра? — удивлённо спросил Вил, тоже находившийся внутри. — Ты уже вернулась?

— Где Леос? — спросила я, чуть отдышавшись.

— Не знаю, — ответил Люциус.

— Кажется, он мне говорил, что собирается в шахты, — сказал эльф, принимая у старшего драконида пустые ёмкости из-под еды. — Сказал, что его позвал Гедеон.

58. Спасение

— То, что ты собираешься сделать — безумие, — заключил Люциус, выслушав мой план. — Во-первых, мы не готовы, а во-вторых, у тебя нет чётких доказательств.

— Или ты просто не хочешь оставлять Шимана, — ответила я.

— И я не хочу оставлять брата, — согласился старший драконид.

— Да мне кажется, с ним ничего не случится, — пожал плечами Вил. — Мы же его от Гедеона тут и оберегаем.

— Ну вот встретитесь вы лицом к лицу, — сказал Люци, тяжело вздохнув. — И что ты ему скажешь? Что подозреваешь его в похищениях, потому что Мелисса рассказала историю? А ты уверена, что она не выдумала её?

Я молчала, не находя, что ему ответить. Нулевая поддержка одного из пострадавших оказалась неожиданной.

— И допустим, именно он ответственен за всё, — продолжил драконид. — Ты собралась с ним сражаться, как с Мелиссой? Без Менриэль?

— Она довольно успешно сражается, — вступился за меня Вил. — Не каждый может выбраться из такой ситуации, о которой Менриалина рассказала.

— Я… — драконид открыл было рот, но эльф грубо прервал его:

— Нет, послушай. Я всегда думал, что представители твоего королевства одни из самых благородных слуг Бога Света. Да, мы спасли Шимана, но ты кое-что забыл. Осталась моя сестра. Не хочешь вернуть мне долг и продолжить поиски?

Люциус опустил глаза в пол, а Вил и не ждал ответа. Он взял меня за запястье и повёл прочь из покоев.

— Подумай об этом, пока не поздно, — сказал эльф напоследок дракониду. — Уж Менриалине в это лезть точно было незачем.

Дверь захлопнулась, и мы стремительно направились прочь.

— Шиман и мой друг, — заметила я, когда мы отошли от двери на несколько шагов.

— А моя сестра — нет. Но тем не менее ты продолжаешь докапываться до истины.

— Истины ли? Я действительно не знаю, повинен ли во всём Гедеон.

Эльф не стал отвечать, лишь ускорил шаг. А когда мы покинули дворец, всё же нарушил молчание:

— Даже если это не так, тебя максимум отругают. Посмотреть, как его провоцируют, в любом случае будет интересно. И в конце концов… Ты у нас тут ясновидящая.

— Не стала бы полагаться на свой дар, — с сомнением заметила я. — Он работает не слишком надёжно.

— А мне больше не на что полагаться, — проворчал эльф.

— Город почти вымер, — сказала я, когда мы спустились на пару ярусов вниз. Путь предстоял ещё долгий, а напряжение росло.

— А ты не знаешь? — удивился Вил. — Король объявил эвакуацию, большая часть жителей вывезена за город. Остались лишь те, кто не хотел уезжать или нужен для поддержания города. Ну и стражники, как и протестующие, конечно.

— И мы, — нахмурилась я. Новость про эвакуацию, похоже, прошла мимо всех нас.

— Уж не знаю, почему вы всё ещё здесь. Видимо, его величество не хочет потерять лицо перед союзниками. Однако бунт в столице не так-то просто скрыть. Рано или поздно все узнают и спросят с него о безопасности гостей. В конце концов, он давно мог попросить Компиталис о помощи.

Я не знала, что ответить Вилу и лишь немного глянула вниз, чтобы оценить, как далеко нам ещё спускаться. И увидела довольно большое расстояние.

— Возможно, дело в его гордости? — предположила я.

— Вполне возможно, что в этом, — пожал плечами Вил. — Надеюсь…

Он резко прервался и показал вниз:

— Это не они?

Я посмотрела в указанном направлении, но как не напрягала зрение, не могла видеть так далеко. Однако, благодаря этой заминке, в моей голове родилась неплохая идея:

— Не знаешь, где тут могут быть глайдеры?

— Зачем тебе глайдеры?

— Чтобы ускориться, — ухмыльнулась я, довольная своей гениальной идеей.

— Где их достать я знаю, но ты уверена, что поток воздуха не подкинет нас наверх?

Его слова напомнили мне погоню за Ниши. Действительно, тогда я поймала поток воздуха, бьющий вверх, и взлетела. А после даже и не пыталась летать на Сиприне. Было попросту не до того.

— Давай просто ускоримся, — предложил Вил. — Всё же они не настолько далеко. Не будем менять план на ходу.

Мне показалось, будто по моим пальцам пробежали искорки. На душе появилось чувство предвкушения. Я представляла, как все беды закончатся после победы над Гедеоном. И как все будут меня хвалить. Представляла, как король вручает мне высшую награду, а Ниши — своё копьё со словами: «Теперь это твоё оружие».

— У тебя с собой много мази? — спросил Вил. Видимо, беспокоился о моих руках.

— Не слишком, — призналась я. — Но это же не так важно?

— Стоит беречь свои руки, — возразил он. — Лучше не использовать магию часто, если не можешь с ней совладать до конца.

— Малая цена за спасение наших близких, — отмахнулась я.

Храбрилась, конечно. На самом деле, мазь давно помогала не до конца, и руки слабо, но болели каждый раз после использования заклинания. Ещё одна тема для разговора с моим учителем магии. Или с Менриэль, раз уж на то пошло.

Из пропасти в центре города подул сильный ветер, заставивший меня отступить подальше от края дороги. Лишнее подтверждение безрассудства идеи спуска на глайдерах.

— Вот об этом я и говорил, — заметил Вил. — Ближе к низу, впрочем, такого сильного ветра уже не будет. Поспешим.

— Надеюсь, с твоей сестрой всё в порядке, — сказала я.

— А я давно уже потерял надежду, — ответил он. — Но я не смогу взглянуть себе в глаза, если не сделаю всё для её спасения. Или того, что от неё могло остаться.

— Шимана-то мы спасли…

— И в каком он состоянии? Лежит полумёртвый и спит целыми днями.

Через продолжительное расстояние Вил отважился снова подойти к краю дороги и посмотреть вниз.

— Не вижу их, — наконец сказал он. — Возможно, они в слепой зоне, а значит, мы нагоняем.

— Зачем понадобилось спускаться в самый низ?

— Может, случилась авария? — предположил Вил. — Или там его логово. Шахты были в ведении Верениэля, а он… Ты знаешь.

А он напал на нас. И сгинул вместе с Менриэль в неизвестность.

— Почти пришли, — наконец сообщил эльф спустя ещё длительное время молчания.

Я с облегчением вздохнула. Спуск занял вечность и порядочно нас вымотал. А ведь впереди, возможно, предстоял новый бой.

Окрестности шахт пустовали. Похоже, они не работали или из-за обстановки в городе, или по иной причине. Даже стража не попадалась нам на глаза.

— Куда они пошли? — спросила я. — Ты видел?

— В эту, — указал Вил и попросил:

— Дай отдышаться.

Я села на деревянную лавку неподалёку, последовав его примеру. Конечно, терпение давно покинуло меня, но здравый смысл, благо, никуда не делся. Выдохшиеся мы продолжать путь не могли.

— Факел? — предложил эльф.

— Готов? — спросила я, приняв его.

Эльф коротко кивнул и, решительно поднявшись на ноги, первым зашагал внутрь.

Впрочем, факелы оказались лишними: шахты прекрасно освещались внутри из нескольких щелей, пробитых наверху стен. Похоже, шаниры сооружали их на века и не собирались забрасывать. Впрочем, этот факт и не должен был меня удивлять: всё же рано или поздно низины города расширятся, а эти ответвления станут новыми глубинами.

— Надеюсь, дорога и дальше останется такой прямой, — выразил Вил мои мысли вслух.

Действительно, не хотелось бы блуждать в поисках Леоса и его учителя, гадая в какую сторону нам повернуть. Однако судьба решила сыграть с нами шутку, и всё же впереди показалась развилка.

— Ну и куда? — спросил эльф, тяжело вздохнув.

— Если бы мне знать... — ответила я.

— Ты же у нас ясновидящая, — пожал он плечами.

Я уже хотела выразить новую порцию недовольства в его адрес, однако справа послышался смех, принадлежащий явно Леосу.

— Туда! — повела я за собой Вила.

Как удачно, что наш друг так любил смеяться по поводу и без. И балагурить. И конечно, уплетать еду за обе щёки. Шахта начала сужаться, что не играло нам на руку: сражаться здесь с копьём в руках было бы очень неудобно, а источники света попадались всё реже.

Я уже начала беспокоиться, что мне этот смех почудился, что мне показалось. Стало страшно, повела ли нас по верному пути? Но все страхи рассеялись буквально за следующим поворотом.

Всего в нескольких шагах от нас шли две фигуры. Высокий двухметровый мужчина в широком плаще с капюшоном и парень на голову ниже с взъерошенными волосами, держащий в руках меч с алыми камнями.

— Леос! — сразу крикнула я, заставив их обернуться, — отойди от него!

— А? — спросил в ответ вампир.

— Следующая цель Гедеона — ты! — крикнул Вил.

Повисло молчание. Мы не решались подбежать ещё ближе, расстояние и так оставалось небольшим. Леос с немалым удивлением смотрел в нашу сторону, а придворный врач молчал, не отводя от нас взгляд.

— Я его цель? — наконец спросил вампир. — Хотите сказать, что за похищениями всё же стоял он?

Гедеон повернул голову в сторону ученика. За маской я, конечно, не могла увидеть его лица. И даже предположить, о чём думает придворный лекарь.

— Вы пришли спасти меня? — спросил Леос, не меняя выражения удивления на своём лице.

59. Гедеон

— И как ты намерен поступить? — спросил главный лекарь дворца. Его голос, как и обычно, не выражал никаких эмоций. Как будто ему было всё равно, что мы говорили. Абсолютно безразлична эта ситуация.

— Ты шутишь? — спросил Леос. Его тон, казалось, тоже не изменился с обычного. Но только на первый взгляд. Похоже, он находился в растерянности от нашего внезапного появления и принесённых новостей.

— Конечно, я пойду за теми, кто решил меня спасти, — сказал Леос и направился к нам.

А Гедеон терпеливо ждал, пока вампир не присоединится к нашей группе.

— А что насчёт тебя, уважаемая Менриалина, дочь Алексия? — спросил лекарь.

— В смысле? — ответила я вопросом на вопрос. Что он хотел этим сказать?

— Ты не собираешься пойти за мной? — спросил Гедеон.

— Даже в мыслях не было! — крикнула я в ответ.

С чего он вообще решил, что я захочу пойти за ним?

— После всего того, что я рассказал, тебе не хочется докопаться до правды самой? Не хочется раскрыть её людям? Разве нет желания отомстить за свою мать?

— Ты ничего не знаешь о моей семье!

— Я знаю больше, чем ты можешь себе представить, — возразил Гедеон. — Моя продолжительность жизни позволяет спокойно наблюдать за окружающим миром и делать выводы. Совершать открытия. И принимать верную сторону.

— И чью сторону принял ты? — спросил Вил.

— Я не давал тебе слова, молодой эльф, — спокойно ответил Гедеон. — Но я отвечу на твой вопрос после.

Мой друг явно что-то хотел возразить, но остановился. По всему выходило так, что учитель Леоса всё-таки оказался изменником и одним из похитителей. В своих предположениях я попала прямо в цель.

— Ты так молода, но уже поняла, что отец врал тебе. А твоя собственная ангел-хранитель тоже не стремилась раскрыть правду. Правду о смерти твоей собственной матери.

— Я знаю, кто убил её, — ответила я.

— Но узнала это не от них, верно?

— А так ли это важно сейчас? — спросила я. — Будь уверен, я смогу разобраться в делах своей семьи без помощи такого, как ты.

— Я не самый плохой вариант для принятия помощи, — возразил Гедеон. — По крайней мере, если сравнивать с теми, кто тебя окружает. Посмотри на своих воспитателей и своих друзей внимательно. Так ли они хороши? Кому ты доверилась, уважаемая Менриалина? Отцу, который тебя избегает? Ангелу-хранителю, что терпит неудачу практически во всём? Где сейчас самый старший из твоих друзей? Плачет над телом своего брата? Думаешь, стоит доверять этому эльфу? Думаешь, он ничего не делал по моим указаниям?

Вил грязно выругался, а я изо всех сил постаралась скрыть переполняющие меня эмоции. Гедеон провоцировал нас. Нельзя допустить ошибки и потерять голову.

— А про этого вампира с жаждой мести я, пожалуй, говорить и вовсе не буду.

— Уж спасибо, — подал голос Леос.

— Ах, да. Серебряный рыцарь в темнице, — если бы голос Гедеона не был настолько лишённым эмоций, я бы решила, что он пытается издеваться надо мной.

Гедеон нагнулся и подобрал с пола кусок тёмно-синего, почти чёрного камня, и бросил мне. Я инстинктивно поймала его и вскрикнула от неожиданности: стоило камню коснуться моей руки, я услышала вопли агонии. Огромное множество воплей, переполнивших мою голову.

— Та самая, что обрекла на страдание всё население этого мира. И конечно, других.

— Этого мира? — спросила я, как раз придя в себя.

— А ты не знаешь? Раньше Сиприн носил совсем другое имя.

Гедеон подошёл к стене и положил на неё руку.

— По воле Серебряного рыцаря Аньяри Файэнагале Инкапарис стал большим горнилом, в жаре которого был рождён новый металл. Металл с заключёнными в нём душами жителей этого мира.

Я с ужасом посмотрела в сторону отброшенного мной камня. Неужели это…

— Металл, который с такой радостью используют ангелы. Да и не только они. Конечно, никто и не собирается об этом рассказывать. Да и кто так просто узнает тайну его сотворения? Ясновидящие, как вы?

Я даже не вздрогнула от его вопроса. Моя тайна перестала быть таковой даже для него. Казалось, будто уже каждый на Сиприне знает про неё.

— Что скажете, уважаемая ясновидящая Менриалина? Вы услышали их агонию? Почувствовали на себе жар страшного суда?

— Я почувствовала, — было моим ответом.

— Какие ещё тайны мне раскрыть, чтобы вы поняли? Весь ваш мир. Всё, что создал Бог Света, соткано из лжи. Неужели, у тебя, ясновидящей, нет желания вывести силы Света на чистую воду?

— Разумеется, есть, — ответила я. — Но с чего ты, уважаемый Гедеон, решил, что именно твой путь я решу избрать?

— Он — один из самых оптимальных, — ответил он.

— Ты обвинил моих близких во лжи, но сам ничем не лучше их. Ты годами похищал жителей этого города. И я пока не знаю, зачем, но… Явно не затем, чтобы они нашли правду. Ты разлучил их с роднёй. Лишил их привычной жизни. Ради чего всё это? Что ты сделал с Шиманом?

— Шиман — довольно удачный медицинский эксперимент, — признался он. — Вживить дополнительные конечности не так просто, как может показаться. А его способность к адаптации и регенерации удивительна.

— Так всё это ради твоих опытов? — спросил Вил.

— Я не намерен раскрывать свои планы тем, кто даже близко не на моей стороне, — ответил Гедеон.

— Да больно и надо нам, — проворчал эльф. — Скорее всего, там какая-то чушь.

— Это рассудит история, уважаемый Вил, — ответил Гедеон. — Как поживает спасённый вами экземпляр? Это он раскрыл меня?

— Он спит и не просыпается, — ответил Леос.

Я шикнула на него, на что он спросил:

— Что? Не такая и полезная информация!

— Скорее всего, чип перевёл организм в режим сна, — сказал Гедеон. — Нужно воздействовать на точки шесть и двенадцать, это приведёт к деактивации.

— Хорошо ты над ним поработал, — усмехнулся Леос.

— Я один из лучших в своём деле, — согласился Гедеон.

— Быть может, ты хорош в медицине, — обратилась к придворному лекарю я. — Однако в убеждении очень плох. Тебе следовало придумать аргументы получше, чтобы хотя бы попытаться переманить меня на свою сторону. И тебе уж точно не хватает для этого харизмы.

Искры чуть стрельнули между пальцами. Телу не терпелось в бой.

— Думаю, что ты права, уважаемая ясновидящая. Благодарю за этот совет, постараюсь поработать над этим. В любом случае, ты не являлась моей целью с самого начала. Думаю, на этом мы можем закончить нашу затянувшуюся беседу.

— Как бы не так! — воскликнул Вил и выставил вперёд кинжал. — Я всё ещё не увидел свою сестру!

К бою приготовилась и я, направив лезвие копья в сторону Гедеона.

— Я вас умоляю, — мне показалось, или Гедеон усмехнулся?

— Будьте осторожны, — посоветовал Леос.

— Я смог нейтрализовать и пленить двух архангелов, — заявил придворный лекарь. — Неужели вы думаете, что сможете так просто справиться со мной?

«Двух архангелов?» — пронеслось в моей голове. Уж не про Менриэль он говорит? А второй тогда — Верениэль? Но поздно предаваться сомнениям — пришло время нанести ему поражение. Главному врагу Сиприна.

Вил первым рванул в бой, но Гедеон схватил его за запястье, поднял в воздух, будто пушинку, и ударил о стену.

— Вы всё ещё можете не тратить моё время и уйти жаловаться Верену, — сказал он. — Всё равно ничего не добьётесь.

Я тоже не стояла на месте и бежала на него, намереваясь поразить врага копьём, однако он просто отвёл лезвие запястьем. Послышался звук удара металла о металл, и копьё отлетело в сторону.

Однако я уже подготовила заклинание и выстрелила в него молнией. Однако придворный лекарь отпрыгнул в сторону, метнув в противоположную от себя металлический шип, на который молния и перескочила.

— У меня правда нет желания тратить на вас время, — сказал Гедеон и снял перчатки.

Тяжело сказать, зачем, но под перчатками Гедеон носил причудливую металлическую броню, весьма хорошо его защищающую от наших ударов. Металлические кулаки запросто отбивали и кинжалы Вила, и моё копьё.

— Ты не хочешь помочь? — спросил эльф Леоса.

— Да вы так атакуете, что мне даже не подобраться, — пожаловался тот в ответ, всё же держа оружие наготове.

— Брось, ученик, не делай вид, что ты не хочешь, — сказал Гедеон. — Раз уж твои друзья не отстают.

— Вы сами попросили, учитель, — усмехнулся вампир и тоже ринулся в бой, дав нам больше времени на передышку между выпадами.

Удивительно, что Гедеон не стремился атаковать в ответ и не показывал своего оружия. Возможно, просто выматывал нас. Уж не собирался ли пленить всех троих разом?

От простых атак кинжалом и коротким мечом Вил перешёл к метательным ножам.

— Похоже, вы так и не поняли бесполезность этих намерений, — сказал Гедеон, отмахнувшись от них рукой, и сделал несколько шагов назад.

Продолжив сражение в том же духе, мы оказались в просторной круглой пещере с несколькими туннелями, ведущими из неё. Гедеон стянул с себя порванный нами плащ и снял капюшон. Но так и не показал своего оружия. Да и в целом его строение тела не походило на комплекцию бойца.

— Яды на меня не действуют, — сообщил наш противник, видимо, обращаясь к Вилу. И в то же мгновение о его голову ударилась склянка. Стекло разбилось, выпустив на Гедеона прозрачную жидкость и облачко зеленоватого дыма.

— Яды на него не действуют, — подтвердил Леос.

— А что на него вообще действует?! — воскликнул Вил.

— Так я вам и сказал бы, — ответил Гедеон.

Облачко рассеялось, и я заметила, что под воздействием жидкости из банки маска придворного лекаря оплавилась, но лишь слегка обнажила его голову. Почему-то белого цвета, как плитка на кухнях дворца.

— Уважаемый эльф, вы испортили моё лицо, — сказал он. — Не хотите ли за это ответить?

— Я тебе не только лицо попорчу, если не отдашь мне мою сестру, — злобно ответил Вил.

— Да я даже не знаю, кто твоя сестра, — ответил Гедеон и направился к Вилу, выставив руку вперёд.

Под запястьем я заметила блеск металла, и вот, наконец, он явил своё чудное оружие. Оно напоминало обычный меч, но с зазубринами. И было такое чувство, будто меч являлся буквально продолжением руки Гедеона. С ним он набросился на Вила, однако эльф успел отпрыгнуть в сторону, запустив в Гедеона новыми склянками.

Я же, в свою очередь, выстрелила новыми молниями, стараясь игнорировать боль в руках, однако Гедеон реагировал моментально, разбрасывая громоотводы.

Очень странные громоотводы. Конечно, назвать опытным магом я себя не могла, но уж точно научилась управлять значениями потенциалов, чтобы бить точно в цель. Однако они, казалось, подстраивались под мою магию и постоянно отводили заклинания на себя.

Наконец Гедеон настиг Вила и схватил того за шею, подняв над землёй, будто игрушку.

— Всё, докидался, — сказал он. Удивительно, как наш противник вообще мог сохранить такой нейтральный голос в подобной ситуации.

Я испугалась, что придворный лекарь сломает Вилу шею, а я не успею на помощь, но вовремя вмешался Леос, атаковав его со спины.

— С ним весело дружить, — усмехнулся вампир, уворачиваясь от ответного удара.

Впрочем, его атака достигла цели, и эльф успешно вырвался из захвата. А я, наконец, смогла увидеть лицо нашего врага. Вернее то, что должно было быть лицом.

У Гедеона не было рта. Вместо него нашему взору предстало несколько круглых дырочек в три ряда. У него отсутствовал нос. А глаза представляли собой две точки, теперь горящие ярко красным светом.

— «Ещё одна маска?» — промелькнуло в моей голове.

— Ну вот и доигрались, — сказал Гедеон. — Теперь мне точно новое лицо делать придётся.

— Не придётся! — воскликнул Вил, решивший напасть со спины, однако Гедеон развернулся и полоснул того своим клинком, отбросив в сторону.

Леос сразу бросился к другу: даже не видя последствий, было ясно, что рана эльфа может оказаться достаточно серьёзной.

Я же направилась прямо к Гедеону. Нельзя давать ему возможности добить Вила. А придворный лекарь, похоже, и не собирался. Он посмотрел в мою сторону и выставил левую руку вперёд, полностью раскрыв ладонь. В её центре я заметила тёмное отверстие с небольшой торчащей трубкой. И сейчас оно смотрело в мою сторону.

Прозвучал хлопок, и что-то ударило меня в лоб, заставив зажмурить глаза от неожиданности. Металлический цилиндр с грохотом упал недалеко от меня и издал новый хлопок, окутав всё вокруг непроницаемым дымом.

— А могли бы уйти по-хорошему, — услышала я слова Гедеона перед тем, как погрузиться во тьму.

60. Логово

Оказавшись во мраке, я ощутила на себе сильное давление. Не физическое, скорее, будто на тебя уставился миллион глаз. Будто на тебя возложили огромные надежды и жаждали их немедленного воплощения.

А потом я услышала крики… вопли агонии, проклятий и мольбы… плач миллионов живых существ, заставивший тьму уступить место огню. Огню всеуничтожающему и неумолимому… расплавляющему всё вокруг, смешивая в единую, не имеющую чёткой формы, массу.

Я подняла глаза к небесам. Там, высоко за облаками, виднелся источник огня: сотни летающих объектов разнообразных форм и размеров, вершащих страшный суд.

Я посмотрела вокруг и увидела хаос. Кто-то упал на колени и поднимал руки к небесам. Кто-то разбивал витрины. Другие же убивали всех, кто попадался им под руку.

Даже близящийся конец не смог изменить всех. Скорее наоборот, пробудил в горожанах самое низменное.

Внезапно яркая вспышка привлекла моё внимание, и я заметила огромный шар огня, летящий прямо в мою сторону. Я вскинула руку вверх. Скорее инстинктивно, чем со знанием дела, но конечно, это не помогло. Огонь с шипением влетел в меня, заставив закрыть глаза.

А когда я их снова открыла, обнаружила себя совсем в другом месте. В тёмной и пустой пещере. Рядом не оказалось ни Гедеона, ни Леоса. Исчез и Вил.

О сражении говорили лишь несколько следов взрыва и заваленные проходы из зала. Только один остался свободен от обломков.

Чем закончилось сражение? И закончилось ли вообще? Куда все делись? Почему меня бросили? Эти и десятки других вопросов посещали мою голову, пока я попыталась подняться, что оказалось успешно, и направилась к единственному возможному выходу отсюда.

Я шла по узкому коридору шахты, опираясь на веренитовые стены, чтобы не упасть. Каждое прикосновение отдавалось криками в голове: воплями множества заключённых в недрах мира душ. Но и по-другому я не могла: сознание часто мутнело и чуть не уносило меня обратно во тьму. А проваливаться в очередное видение совсем не хотелось. И потому я изо всех сил концентрировалась на каждом шаге. Старалась удерживать сознание внутри тела, не давать ему выбраться.

Наконец, впереди я увидела свет. Тусклый, но, тем не менее его появление оказалось чем-то новым. Чем-то, что приковало мои мысли. Якорем, удерживающим сознание в реальности.

Но если это Гедеон? Смогла бы я продолжить сражение с ним в таком состоянии? Чем закончилась бы наша следующая встреча?

Я вспомнила то, что скрывала его маска. И невольно задумалась. А чем вообще был Гедеон? Его лицо совсем не отражало черт ни одной из ныне живущих рас, которых я знала. Его тело приняло все наши удары без повреждений, а руки скрывали оружие.

Пока я размышляла о его природе, ноги наконец принесли меня ближе к источнику света. Им оказалось крохотное окошко в закрытой деревянной двери. При приближении стал слышен чей-то уверенный голос, однако я не могла разобрать слов.

Повинуясь скорее интуиции, чем другим ощущениям, я постучала, и дверь отворилась.

— Ты опоздала, сестра, — произнесла девушка-эльф в алом плаще с капюшоном. Плаще мятежников Сиприна.

За ней я видела немного, но достаточно, чтобы понять куда попала: прямиком на собрание революционеров.

Хотелось себя ущипнуть. Быть может, меня посетило очередное видение? Но я отогнала эту мысль: эльфийка явно прекрасно меня видела.

Я приняла плащ из её рук и прошла внутрь. Удивительным в ситуации являлся не только факт столь простого проникновения, но и количество народа, находившегося внизу. Неужели они пускали всех подряд? Или рассчитывали на то, что об этом собрании узнают только избранные? Что никто из королевской стражи не подошлёт к ним лазутчика, тем более при таком масштабном собрании?

Перед мятежниками на сцене стоял сын короля. Тот, кто нанёс оскорбление своему отцу, когда я увидела его впервые. Тот, кто общался с Аньяри после моего долгого видения. Тот, кто нанёс Верену тяжёлую рану. Похоже, именно он представлял собой лидера восставших эльфов и шанир. Принц Киши подбадривал своих подчинённых, обещая скорую победу.

— Старые порядки уйдут в прошлое, — обещал он толпе под её одобрительное завывание.

В этот момент я поймала себя на мысли, что до сих пор так и не задумывалась, чего именно хотели мятежники. Чего они хотели добиться? Каким видели будущее Сиприна?

— И поддержка нашего восстания растёт не только среди населения города. Не только среди ваших друзей и соседей. Ваших братьев, которые могут находиться не в столице, — говорил Киши Ариан. — Нас поддерживают даже влиятельные эльфы и шаниры, управляющие сердцем Сиприна — веренитовыми шахтами!

На сцену, под довольные возгласы толпы, вышли одетые в плащи революционеров эльфы и шаниры. Я знала одного из них — хозяин масляного предприятия Рэлдан Кави собственной персоной.

Конечно, доказательств его причастности к похищениям я предоставить не могла. Лишь косвенные, например его связь с богатым торговцем или складами. Но внутренне я чувствовала, что он приложил свою руку к этим преступлениям.

— После тех ужасных массовых пропаж жителей я осознал, что подход короля к управлению государством безвозвратно устарел, — вещал теперь директор маслогонки со сцены.

Слишком смело он говорил для бывшего раба. Слишком складно. И совсем иначе, чем при Менриэль, когда мы пришли к нему с опросом. И на толпу это работало. Толпа всячески поддерживала его. По крайней мере, самые крикливые. Конечно, среди собравшихся я видела и более спокойных мятежников.

Я закрыла глаза, обратившись к своим мыслям. Каждый мятежник хотел сделать свою жизнь на Сиприне лучше и справедливей. И их лидеры на сцене знали их желания, учитывая их речи и обещания. Но какие цели они преследовали на самом деле?

Каждый из них обладал достаточной силой, чтобы сплотиться и улучшить жизнь своей страны. Тот Верен, которого я знала, не был жестоким правителем. Или я ошибалась, не видела другой стороны жизни в городе?

Быть может, присутствие здесь его собственного сына показывает несгибаемость короля и его неготовность признавать свои ошибки? Киши не показался мне безумцем, ненавидящим отца, во время нашей короткой встречи в тюрьме. Или я ошибалась и на его счёт?

Могла ли я вообще давать оценку всем, кого увидела? Раньше Люциус воспринимался хорошим другом и смелым драконидом. А в час нужды он бросил Леоса в беде. Впрочем, сейчас я тоже поступала не лучшим образом. Вместо того, чтобы, наконец, выбраться отсюда и продолжить поиски друзей или хотя бы сообщить обо всём, я стояла здесь и слушала речи принца.

Впрочем, а к кому стоило бежать? Осознание сказанного Гедеоном нахлынуло на меня, как ушат с ледяной водой. Действительно ли он смог победить Менриэль? Значит ли это, что я осталась совсем одна? Стоило ли обратиться за помощью к королю?

Быть может, это могло стать единственным разумным решением, которое можно принять в такой ситуации. Я всё ещё сомневалась в Ниши и Кохе, и эти сомнения только росли. С другой стороны, последнее время попадаться на глаза королю боялись практически все жители дворца, видя его нестабильное состояние. Он часто повышал голос не только на своих приближённых, но и просителей. После покушения лишь королева могла успокоить его. Лишь…

— Акши Ариан! — воскликнул принц, будто прочитав мои мысли, заставив меня вновь обратить внимание на сцену.

Под удивлённые возгласы толпы на сцену поднялась шанир-чёрная кошка, облачённая не в королевские одеяния, а в их обычную мантию. Ту же, что носили все окружавшие меня мятежники. Но даже в таком виде королева не теряла своего достоинства, хоть и старалась не смотреть на собравшихся свысока.

Конечно, её появление здесь повергло в шок всех присутствующих. Толпа замолчала, а Акши не спешила говорить.

— Дорогие мои, — наконец начала она свою речь. — Каждый из вас хочет жить счастливо. Каждый из вас устал от бесконечных войн, развязываемых ангелами.

Толпа продолжала молчать, не веря, что эти слова льются из уст жены того, кого они пытались свергнуть. Они не могли поверить, что королева сама решила встать на их сторону.

— Кто-то из вас может сказать, что мы забыли свои корни. Что в погоне за господством мой муж… забыл о своём народе. О тех, кого поклялся защищать в первую очередь. И я, Акши Ариан, говорю вам! Вы абсолютно правы. И, от своего лица, я прошу у вас прощения за это.

Акши поклонилась толпе, вызвав удивлённые вздохи. Они явно относились с недоверием к столь важной персоне. Но принц воодушевлённо смотрел на свою мать и, похоже, лишь это позволяло удерживать ситуацию от непоправимой трагедии.

— Я хочу сказать вам спасибо за то, что помогли раскрыть мне глаза. Я хочу сказать вам, что победа близка. Совсем скоро вы… — Акши вздохнула и поправила себя:

— Мы. Мы одержим победу. Прогоним тех, кто заставляет нас терять близких. И будем жить спокойно и с твёрдой уверенностью в завтрашнем дне!

Похоже, последние слова королевы затронули чувства собравшихся. Сначала толпа отреагировала единичными хлопками, но вскоре весь зал сотрясся от рёва восторга. Ведь теперь их поддерживала сама королева. Правительница, снизошедшая до простых горожан и не испугавшаяся выступить здесь, в подземельях.

А у меня её речь вызвала совсем другие чувства. Я ощутила себя в западне, как птица в золотой клетке. Но мне не хотелось бежать, вовсе нет. Первой мыслью стало: следует предупредить отца. Но как я могла это сделать?

Принц объявил об окончании собрания, и толпа медленно стала расходиться. Зал постепенно пустел, а невнятный гул сменился более отчётливыми разговорами. Собравшиеся воодушевились выступлением королевы. Никто из них не высказывал никаких сомнений в её искренности. И каждый радовался, что наконец их долгая борьба подойдёт к концу.

Мои мысли будто сковали тело, и, наверное, только потому я не воспользовалась шансом смешаться с толпой и покинуть собрание вместе со всеми. Иначе я никак не смогла бы объяснить, почему я осталась с двумя фигурами в плащах в опустевшем зале собраний.

Одна из них, та, что стояла ближе к выходу, сняла капюшон и посмотрела в мою сторону. За моей спиной стоял другой горожанин в балахоне мятежников.

— Хотите сказать, что вы обе просто ошиблись дверью? — спросила Ниши Ариан.

61. Копьё Сиприна

— Это мой вопрос, — ответила Коха, заставив меня вздрогнуть и развернуться.

Конечно, я ожидала встретить в подобном месте Ниши, тем более что видела её на одном из собраний, пока гонялась за певицей. Но не её младшую сестру, стоявшую позади.

Коха сняла капюшон и улыбнулась мне, смешно подёргав усиками. Она распахнула плащ, и я заметила в руках принцессы меч. Неужели она всё это время поддерживала мятежников?

— Идёшь по стопам своей матери, — вздохнула Ниши, сняла плащ и, развернувшись, выставила вперёд копьё в правой руке. Её взгляд говорил о том, что старшая дочь короля готова вот-вот броситься в бой.

Я отступила в сторону, чтобы не находиться между ними. Одна из них покровительствовала Мелиссе. Певица в свою очередь помогала Гедеону, а похищения стали одной из причин революции.

— Мстишь за своего брата? — парировала Коха, от чего Ниши подняла бровь.

— Вот что ты обо мне думаешь? — спросила она. — Или просто пытаешься выкрутиться? Хорошая попытка, сестрёнка, но уж очень неудачная. Похоже, что вся твоя семейка — лишь горстка предателей. Сплошное разочарование.

— Хорошая шутка, — усмехнулась Коха. — Но перед кем ты пытаешься обелить себя? Перед ней?

Принцесса кивнула в мою сторону.

— Раньше я потеряла брата, теперь, похоже, потеряла мать, — продолжила Коха. — Выходит и тебя тоже?

Ниши вздохнула и приняла боевую стойку. Она никогда не любила длинные разговоры, а теперь была ещё и сильно раздражена. Коха в свою очередь повторила её жест.

Наверное, я должна была остановить сестёр. Но какие слова могли их успокоить? Возможно, они обе являлись врагами для меня. А быть может, только одна? И кто-то из них лишь врал, притворяясь мне другом? Каждая из них демонстрировала уверенность, что другая на стороне революции.

Ниши атаковала первой, но Коха отразила удар и попыталась контратаковать, однако старшая сестра отпрыгнула назад.

Интересно, куда она постоянно пропадала последние дни? Когда мы гнались за певицей? Когда попытались привести Шимана в чувство? Может ли быть такое, что она просто не хотела помогать нам и лишь шпионила? Или всё это время помогала, в том числе и революционерам?

Но сейчас она обвинила Ниши. Ниши, которая могла много раз навредить мне, но не стала. Впрочем, вряд ли она воспринимала всерьёз девочку, только начавшую обучение. Может, все тренировки оказались для неё лишь игрой?

Ведь я говорила Ниши о наших планах, и после этого мы попали в неприятные ситуации. А при последней вылазке на меня напали именно в том месте, о котором сообщила ей.

Так как я могла их остановить? Точно не словами, в которые не верю.

А пока мою голову занимали сомнения, Коха раз за разом напирала на Ниши. Большая ошибка: к слишком однообразным атакам старшая принцесса быстро привыкла и лишь подождала, пока младшая сестра не совершит промах. И атаковала в ответ, заставив отступить.

Оставаясь вне их внимания, я решила осмотреться в поисках подходящего оружия. Ведь продолжать стоять как вкопанная с голыми руками было попросту опасно. Благо, оружие в зале имелось: несколько стоек с копьями будто дожидались именно меня совсем недалеко.

Вооружившись, я заметила, как Ниши развивала инициативу, попытавшись ударить Коху по ногам, но та круговым движением отвела копьё Ниши в сторону и вновь попыталась сблизиться. Ниши ничего не оставалось, кроме как отпрыгнуть назад и отбить её атаку, после чего она попыталась обойти Коху слева, но та в свою очередь отступила в сторону.

Если раньше Коха значительно уступала Ниши, то сейчас, казалось, сильно развила свой навык. А быть может, она просто готовилась к этому сражению? Знала, что рано или поздно придётся биться с собственной сестрой? Но значило ли это, что именно Коха поддерживала мятеж?

Младшая сестра отступила назад. По её виду я заметила, что принцесса начинает уставать. Её дыхание стало тяжелее. А Ниши, напротив, показывала себя готовой к бою на прежних условиях. Значительный опыт всё же играл ей на руку. Теперь именно она чаще атаковала Коху, вынуждая беспорядочно защищаться. И полностью завладела инициативой.

Тогда я понадеялась, что кто-то из них решит закончить сражение. Что они вернутся к битве слов, а не оружия. Но тщетно.

Коха, наконец, взяла себя в руки и отбила очередной выпад круговым движением. Теперь она сражалась, держа меч двумя руками, раз за разом отбивала атаки Ниши и пыталась сблизиться. Разумеется, неудачно.

Раз за разом Ниши, будто ожидая одинаковых выпадов сестры, лишь отпрыгивала назад, пока наконец не сделала еле заметное движение. Наверное, заметное только нам двоим — наставнику и ученице. Неужели она собиралась убить свою сестру? Неужели Ниши решилась на такое?

Время размышлений для меня прошло, и я атаковала Ниши тем, чем могла на тот момент. Решила, что положить конец их сражению можно было лишь вступив в него. И я выстрелила в неё зарядом молнии.

Старшая дочь короля, похоже, ожидала нападения с моей стороны: приняла молнию лезвием копья и отразила в сторону. А я даже не знала, что она так может, но, сразу взяв себя в руки, перехватила копьё удобнее и вступила в ближний бой.

Теперь у Ниши появилась необходимость следить за нами двумя. А это могло сильно измотать даже опытного бойца. Мой план состоял лишь в том, чтобы обе принцессы устали настолько, чтобы продолжить диалог. И не поубивали друг друга в процессе.

О своей личной безопасности я в тот момент почему-то совсем не думала. А зря: в какой-то момент лезвие копья Ниши оказалось опасно близко к моей груди, но Коха вовремя отбила его и, ухмыльнувшись мне, бросилась обходить Ниши с правой стороны.

Я же решила оббежать своего тренера слева. Сражаться в таком окружении Ниши точно не смогла бы. И, понимая это, старшая дочь Верена отступила сначала назад, а затем в сторону, не давая себя окружить, после чего совершила несколько быстрых прыжков. Теперь Коха находилась между нами и сразу подверглась стремительной атаке, и, похоже, только чудом успела отвести копьё в сторону.

Мы предприняли ещё несколько попыток окружения противника, однако Ниши будто читала наши намерения, как открытую книгу, и раз за разом выкручивалась, не забывая при этом создать опасную ситуацию как для сестры, так и для меня. Несколько раз мне даже показалось, будто кончик её копья успевал нанести лёгкую царапину.

В какой-то момент я попыталась отвлечь Ниши неудачным финтом, за что оказалась тут же наказана: принцесса схватила древко моего копья и резко потянула на себя, после чего нанесла очень сильный удар в живот, заставивший потерять равновесие.

Коха сразу пришла на помощь, принявшись оборонять меня.

Неужели она никогда не предавала нас? Неужели не была на стороне ни похитителей, ни революционеров? Неужели я зря подозревала её?

Копьё Ниши резко воткнулось недалеко от меня в пол, будто сказало: «Нашла время размышлять», а сама хозяйка оружия воспользовалась неудачным парированием Кохи и ударила её прямо в челюсть, заставив отступить.

Я же не теряла времени зря: откатилась в сторону и вскочила на ноги, после чего сразу ринулась в бой, чтобы не дать Ниши снова атаковать мою подругу.

И это удалось. Конечно, принцесса отбила мою слабую атаку, но теперь вновь сконцентрировала своё внимание на мне. И я заметила главное. Даже несмотря на то, что мы с Кохой уже стали выдыхаться, усталость начала настигать и Ниши. Она тоже не могла сражаться с нами вечность. А значит, у моего плана есть шанс.

Теперь оставалось только сконцентрироваться на обороне и не давать себя задеть. Вот Ниши целится в левую ногу, отбиваю удар и делаю вид, будто хочу поразить её в грудь, но на самом деле бью ниже. Терплю провал, и атака рукой принцессы попадает прямо в солнечное сплетение. Отпрыгиваю назад и замечаю, что в сражение вновь вступила Коха.

Нас снова двое. Пора развить преимущество. И похоже, моя подруга подумала также, когда смело ринулась в бой. Раз за разом, Коха отводила оружие Ниши в сторону, но, в отличие от меня, старалась нанести сестре ощутимый удар. Что неизбежно приводило к ошибкам, и одна оказалась фатальной, задев Кохе глаз.

Младшая принцесса вскрикнула от боли и отступила назад, зажимая свежую рану. Ниши не стала догонять сестру, а на её лице показалась тень… сомнения? Но буквально через миг эта эмоция вновь сменилась безразличием, и старшая принцесса направилась в мою сторону. Похоже, она вознамерилась покончить и со мной.

Однако я видела, что её движения стали значительно медленнее. Теперь можно было пытаться атаковать в ответ. Но я всё равно концентрировалась на обороне, не желая лишний раз провоцировать Ниши. И, конечно, сохраняла свои силы.

И наш бой мог продолжаться так довольно долго. Коха, наконец, справилась с болью и уже готова была продолжить сражение, но… в него вмешались.

Когда я в очередной раз решилась атаковать, Ниши отпрыгнула в сторону, и тут в неё врезалась каменная глыба, сбив принцессу с ног.

В дверях стояла моя учитель магии, так вовремя вернувшаяся в город. Я не знала, как она нас нашла и почему решила сразу вступить в бой. Но, в тот момент, была несколько благодарна, ведь, очевидно, переоценила свои силы.

— Похоже, я вовремя, — сказала она, бросив на нас взгляд.

Я думала, что от такого удара Ниши не сможет быстро прийти в себя, и расслабилась. Но это суждение оказалось ошибочно: принцесса сразу вскочила на ноги и ринулась к новому противнику.

У Ниши будто открылось второе дыхание. Или сразу два вторых. Она резким рывком оказалась рядом с учителем магии, уже готовая атаковать.

Но та ударила её в грудь, вновь заставив отступить. Тогда Ниши метнула своё копьё, и это могло оказаться фатально для учителя магии, если бы Коха не успела оттолкнуть её в сторону. Теперь копьё торчало из руки неистово ругающейся шанира-кошки.

Ниши же встала в полный рост и хотела что-то ответить, но получился лишь невнятный шёпот. Поняв, что поговорить больше не получится, принцесса улыбнулась и направилась к нам.

Я захотела защитить раненых подругу и учителя и бросилась на принцессу, но та будто знала, куда направлена атака. Ниши с легкостью выхватила копьё из моих рук и следующим ударом отбросила меня в сторону.

Следующей атаковала младшая принцесса, чудом способная сражаться, но её постигла участь ещё хуже: Ниши, воспользовавшись моим копьём, ударила ту по рукам, заставив выронить меч. Коха попыталась отступить, но старшая дочь короля настигла её ударом в лицо.

Коха обмякла на пол, а я невольно попятилась назад. Несмотря на всё, Ниши теперь казалась полностью непобедимой. Кровь текла по её шерсти и заливала пол, но принцесса и не думала падать. А её взгляд будто полыхал.

Учитель магии дотронулась до пола, и в правую ногу Ниши вонзилось несколько каменных игл, одна из которых вызвала обильное кровотечение.

Однако та успела бросить моё копьё в ответ. И нам повезло: копьё промахнулось, угодив моему учителю в плечо, а не в грудь.

Ниши вновь улыбнулась. Шипы из камня обратились в пыль, и принцесса направилась ко мне. Я попыталась создать молнию, чтобы хоть как-то остановить её, но тщетно. Магия не хотела слушаться. А оружия не было.

Ниши, хоть и шаталась от полученных ран, неумолимо приближалась. Кровь текла из её ноги и руки, хоть я даже и не заметила, когда она успела получить эту рану. Сделав ещё несколько шагов, Ниши кашлянула, выплюнув на пол алый сгусток и… совершила резкий рывок.

Я ждала очередного удара. Или что Ниши свернёт мне шею голыми руками. Я уже мысленно успела расстаться с жизнью, но… внезапно ощутила на себе крепкие объятия.

— Ты молодец… — прошептала принцесса и рухнула на пол.

— Она… мертва? — спросила пришедшая в себя Коха.

— Надеюсь, что мертва! — ответила учитель магии.

Но я не разделяла её надежд. По щекам потекли слёзы. Как до этого вообще могло дойти? Ведь мой план… Он почти сработал. Но всё говорило о том, что я сильно недооценила Ниши. Что могло произойти, если не…

— Не хотите мне помочь? — моя учитель вырвала меня из размышлений.

— Хорошо, что я решила сначала заглянуть в храм, а не идти на поклон к Верену, — сказала она, когда я помогла ей встать на ноги и оказала первую помощь.

— Храм? — переспросила я.

— А где мы, по-твоему? — проворчала шанир. — Нам срочно нужно уходить. Скоро её друзья могут вернуться.

Учитель могла идти сама, но состояние её руки оставляло желать лучшего, равно как и раны Кохи. И потому я не решилась спорить.

Когда мы вышли из помещения, оказалось, что мы действительно находимся в храме духов. Оставалось неясным лишь то, каким образом я оказалась именно здесь, сильно выше шахт, где произошло сражение с Гедеоном.

Неужели во время видения я добралась туда? Или воспользовалась очередным тайным ходом? А сколько времени прошло в реальности, пока я пребывала в грёзах?

Эти мысли настолько поглотили меня, что я совсем не обращала внимание на учителя. Не заметила даже того, как мы оказались у дворцовых врат.

— Я сама сообщу обо всём, — сказала учитель магии, когда они отворились, приглашая нас внутрь. — Мне как раз нужно поприветствовать короля, раз уж я вернулась из путешествия.

Шанир поморщилась, видимо от боли в ранах, и направилась в центр зала — к королю.

— Вас приветствует король Верен Ариан, — произнёс владыка Сиприна церемониальную речь. — Правитель Верхнего Предела, Цитадели Бездны и Нефритовых Шахт, Он Тора и всего Сиприна. Победитель Великого Змея и правитель шанир Востока и эльфов Юга. Добро пожаловать в мой дом и назови себя.

— Меня зовут Алви Ариан! — произнесла моя учитель магии, заставив спину похолодеть. — Я шестая дочь короля Сиприна Верена Ариана. Я прошла долгий путь, я голодна и устала. Разрешите мне остаться у вас.

62. Смятение

Не знаю, что меня потрясло больше. Смерть моей наставницы? Осознание, что учитель магии является похитителем Шимана? Или тот факт, что Коха всё это время могла раскрыть её личность, если бы только хорошо слушала и полностью принимала участие в наших собраниях после похищения младшего брата Люциуса?!

С другой стороны, говорила ли я с ней об именах в тетради? Назвала ли имя её младшей сестры, упоминавшейся там среди похитителей?

Всю ночь я пыталась вспомнить подробности нашего общения, но не могла с уверенностью ответить на эти вопросы. Если бы я только могла заглянуть в прошлое по своему желанию…

Но что это могло изменить? Ниши уже мертва, а Алви… Что я могла сделать с ней сейчас? Ни Вил, ни Леос, похоже, так и не вернулись из шахт. Среди моих друзей остались израненная Коха, да привязанный к Шиману Люциус.

С первыми лучами восходящего светила в дверь постучали. Конечно, я надеялась, что вернулась Менриэль. Что всё станет как прежде, но, на всякий случай, не спешила открывать. Нормы приличия никто не отменял, и следовало привести себя в порядок перед незваными гостями.

— Сейчас! — крикнула я, принявшись срочно одеваться.

За дверью внезапно стоял Леос собственной персоной и спокойно завтракал бутербродом. Конечно, я сильно обрадовалась при виде его, но, не заметив эльфа рядом, снова разнервничалась и спросила:

— А Вил?

— Вот что тебя интересует в первую очередь? — усмехнулся вампир.

— Ну тебя-то я вижу, — нахмурилась я. Его юмор показался совсем неуместным.

— Я не знаю, где Вил, — пожал плечами Леос. — Но давай потом расскажу подробности. Нам надо к Шиману.

— Он очнулся?

— Ты готова идти? — спросил вампир вместо ответа.

— Конечно, — пробурчала я под нос и вышла в коридор, закрыв за собой дверь.

— Когда тебя накрыло дымом, Гедеон попытался скрыться в одном из тоннелей, — пояснил Леос, после того как мы начали путь. — Мы с Вилом направились за ним, а он взорвал потолок шахт, и выход назад завалило. Как ты выбралась?

— Провалилась в видения, а потом… — я вкратце рассказала Леосу дальнейшие события. Гибель Ниши и раскрытие Алви. Не смогла только описать, что было позднее. Слишком уж было тяжело.

— Честно говоря, тоже не помню, чтобы ты упоминала Алви, когда рассказывала про тетрадь, — пожал плечами Леос, когда я закончила рассказ. — Так что тут никто кроме тебя не виновен.

Возразить я не могла. И его слова ещё больше погрузили меня в мрачные мысли. Мысли, что именно из-за моей ошибки мы так долго искали похитителей. Сначала боялась раскрыть информацию о тетради. А когда раскрыла, сообщила не всё. И это лишь привело к новым жертвам. В том числе и к смерти Ниши.

Вскоре мы дошли до покоев драконид, и Леос без стука вошёл внутрь. В комнате нас уже ждали наскоро перевязанная Коха и, разумеется, Люциус. Шанир старалась не смотреть на меня единственным оставшимся глазом, а драконид с почтением поклонился.

— Ну вот, мы почти все и в сборе, — заключил вампир и достал из кармана стеклянную бутылку с алой жидкостью внутри. Открутив пробку, Леос сделал несколько глотков и, вернув её на место, обратил внимание на наши удивлённые взгляды.

— Это сок, а вы — кретины, — сказал он. — Зато я знаю, как оживить вот его.

Вампир указал на Шимана.

— Как?! — сразу оживился Люциус.

— Вот с её помощью, — Леос указал в мою сторону.

— Моей? — удивилась я. — Но…

— Ты же слышала моего… кхм… учителя, — напомнил вампир. — Нужно воздействовать на нужные зоны электричеством, а ты, как мы все в курсе, неплохо стреляешь молниями.

— Я отвратительно стреляю молниями, — пришлось сразу возразить ему. Уверенности в своих силах у меня почти не осталось. — Часто ошибаюсь и с силой, и с целью.

— В бою мне так не показалось, — пожал плечами Леос. — В любом случае, выбора у нас всё равно особо нет. Я не знаю рядом никого другого, кто мог бы нам в этом помочь. Ах, нет, знаю. Пойду обращусь к Алви.

— Несмешная шутка, — проворчала Коха.

— Я порылся в записях Гедеона и нашёл вот это, — Леос протянул мне листок бумаги.

На нём оказался рисунок головного мозга и номера со стрелками. Видимо, обозначение его зон. Несколько номеров кто-то обвёл синими чернилами.

— Вот, нужно воздействовать слабым током на эти обведённые участки, — пояснил вампир. — Разумеется, переусердствовать не стоит, мы же не хотим потерять нашего дорогого друга?

Взгляды собравшихся совсем не придавали уверенности. Скорее наоборот, заставляли ноги трястись. В таком состоянии только очень глупый или крайне безумный маг мог бы согласиться на подобную авантюру без достаточной подготовки.

— Люциус… — с мольбой в глазах обратилась я к старшему дракониду.

— Понимаю, — вздохнул он. — В любом случае, теперь у нас есть хоть какие-то сведения. Думаю, скоро мы покинем Сиприн и вылечим Шимана уже на родине. Простите, что придётся бросить вас в такой час, но…

Я протянула ему листок со схемой. Фактически он бросил нас ещё раньше, когда отказался спускаться в пещеры. Конечно, желания говорить об этом ни у кого не возникало. Ведь ни к чему, кроме лишней ругани, это привести не могло.

Драконид кивком поблагодарил меня, и я заглянула в его глаза. Глаза полные беспокойства и потерянной надежды. И тогда мне пришла в голову мысль, что сейчас я тоже бросаю его. Конечно, все опасения имели основания, но страх мешал мне даже попытаться сделать хоть что-нибудь.

— Попробую потренироваться до вашего отбытия, — сказала я. — Если что-нибудь получится, то могу и попытаться.

— Не стоит, — возразил Люциус. — Решение принято. Прошу оставить нас.

Коха первая покинула помещение, а мы с Леосом последовали за принцессой.

— Я вчера наговорила лишнего, — сказала мне шанир, когда Люциус закрыл за нами дверь.

— Думаю, я тоже, — был мой ответ. События после возвращения в замок всё ещё плохо вспоминались.

— Ничего не болит? — поинтересовался Леос у принцессы.

— Нет, — она покачала головой. — Ты очень хороший доктор.

— Не льсти, — усмехнулся он.

— Похоже, Менриалина, твоему предсказанию сбыться всё-таки не суждено, — грустно сказала принцесса, опустив голову.

— Какому? — спросила я. Что ещё могло стереться из моей памяти? Последнее время никаких предсказаний не возникало в моей голове. Они в принципе редко возникали.

— Когда мы бежали со склада, ты говорила про мужа с языком без костей, — напомнила она. — Сомневаюсь, что кому-то будет нужна такая калека, как я.

Похоже, Коха много раз обдумывала мои слова. И видимо, её внешние травмы оставили глубокие шрамы на душе. Но как я могла поддержать подругу сейчас? Ложь точно не могла помочь принцессе.

— Не такая уж ты и калека, — возразил Леос. — Видали и похуже.

Вампир достал из кармана яблоко и, откусив, коротко поклонился, после чего направился прочь.

— Проведёшь до библиотеки? — попросила я Коху.

— Туда, — повела она за собой. — Отец уже назначил похороны на сегодня.

— Не уверена, что я смогу на них быть, — призналась я. — Это всё моя вина.

— Все мы недоглядели, — ответила Коха. — Каждый из нас обратил внимание лишь на то, что посчитал важным для себя, а не на картину целиком. Не взваливай этот груз только лишь на себя.

— Что ты делала на собрании революционеров? — спросила я.

— Мне не давало покоя, что одна из моих сестёр может оказаться предателем, — ответила она. — Поэтому я всё это время вела своё расследование. В какой-то момент мой информатор сообщил, что сестра, помогающая революционерам, будет на этом собрании.

— И ты решила, что это Ниши, когда увидела её?

— Решила, что Ниши, — кивнула Коха. — А теперь она мертва, а вопросы остались. Была ли она предателем на самом деле? Что делала там? Похитители и революционеры на одной стороне?

— Может… поделиться этими мыслями с королём?

— Пыталась, — вздохнула Коха. — Но слушать он не стал.

— Как много ты успела за утро, — сказала я, грустно усмехнувшись. — А я только и делала, что валялась в кровати. Даже глаз не сомкнула.

— Библиотека прямо, — принцесса указала на двери впереди. — А мне надо ещё кое-что сделать.

— Кое-что что? — спросила я.

— Лучше потом покажу, — нахмурилась Коха. — Это… трудно объяснить.

— Никаких секретов, да? — уточнила я. Ведь шанир только что вновь увильнула от вопроса.

— Хочу попросить совета у шаманов, — ответила она, усмехнувшись.

Коха оказалась права. Объяснение о неких шаманах и зачем к ним обращаться могло занять слишком много времени. И потому я просто кивнула и оставила принцессу с её планами. Чтобы попытаться воплотить свои собственные.

Двери библиотеки со скрипом отворились, пропуская меня внутрь. Здесь ничего не изменилось. Как будто само время не властвовало над этим хранилищем знаний Сиприна. Всё те же бесконечные стеллажи с разноцветными корешками книг. И всё та же старуха-библиотекарь, готовая помогать каждому посетителю.

— Здравствуйте, — поприветствовала я её. — Мне нужна книга со знаниями о магии электричества.

63. Серен

Сказать, что самообразование не давалось, — значило сильно преуменьшить проблему. На глаза то и дело наворачивались слёзы. Руки тряслись, заклинание не получалось. В голову лезли самые противные мысли из всех возможных. Я продолжала корить себя за случившееся. И ещё больше — за то, что не решилась участвовать в церемонии похорон. Как будто это могло хоть что-то изменить.

От бессилия я развалилась на столе в библиотеке, выронив ручку. Абсолютно неподобающее поведение, но кто меня мог сейчас осудить?

Что сказала бы Ниши, увидев меня в таком состоянии? Точно что-то едкое, а потом врезала бы и привела в чувство. Она была такой прямолинейной. Как я вообще могла заподозрить её в чём-то плохом?

Посмотрев по сторонам, я вновь бросила взгляд на лежавшую неподалёку стопку книг, на которых никак не могла сконцентрироваться. А когда могла, заклинания попросту не выходили.

Сложно сказать, сколько прошло времени, пока я сидела здесь. Казалось, очень много. Но это не могло продолжаться вечно. Пора было взять себя в руки. Встретиться со своей совестью лицом к лицу. Иначе никакая магия не выйдет, просто из-за настроя.

Я поднялась из-за стола и покинула библиотеку. Скорее всего, похороны уже подошли к концу. Конечно, в голову приходили сомнения: не стоило ли всё-таки посетить их? Не стоило ли как следует попрощаться с Ниши?

Пройдя через опустевший тронный зал, я коротко взглянула на трон короля и пару скучающих охранников и направилась в темницу. Возможно, общение с пленниками могло вернуть меня в колею?

Однако внизу оказалось пусто. Не было здесь ни демоницы, ни её брата. От этого мир вокруг перестал казаться мне реальным. Возникло ощущение, что прямо сейчас я нахожусь в видении. И сейчас что-то произойдёт, что выведет сознание из морока. И всё станет как прежде.

Вернувшись в тронный зал, я решила выйти в город. Пора, наконец, взглянуть своим страхам в лицо.

И здесь я столкнулась со следующей проблемой — а где шаниры хоронили своих почивших? В какой стороне местное кладбище? Или королевская усыпальница? Или, возможно, обычаи Сиприна подразумевали другой ритуал прощания с мёртвыми?

Никому не приходило в голову рассказать это молодой наследнице Компиталиса, а сейчас и спросить было некого. А приставать к проходившим мимо меня немногочисленным горожанам я попросту боялась. Тем более что, судя по их лицам, жители не горели желанием общаться с незнакомкой. Общаться со мной не захотели и стражники у дворца. Лишь пробурчали что-то нечленораздельное, указав на верхние ярусы города. Или попросту отослали меня куда подальше.

Конечно, меня расстроило явно враждебное отношение стражи, но делать было нечего: похоже, они просто слишком устали от многочисленных проблем, свалившихся на город. Оставалось только следовать в указанном ими направлении.

По пути находился рынок, ныне полупустой, но всё ещё являющийся одним из мест сосредоточения жителей.

— Простите… — обратилась я к одной из торговок: шаниру-кошке с серой шерстью и чёрными полосками. — Не подскажете?..

— Не подскажу, — буркнула она в ответ. — Покупай или проваливай!

Её товары совсем меня не интересовали, и я попыталась обратиться к другому торговцу. Однако ни один из них не отличался приветливостью.

— Здравствуйте! — обратился ко мне один из прохожих, пожилой на вид шанир-пёс, когда я совсем потеряла надежду. — Я случайно подслушал, что вы ищете путь на наше кладбище?

— Да! — радостно воскликнула я.

— Идём со мной, дитя, — сказал он и направился прочь от рынка.

Вскоре мы вышли на верхние ярусы, а там старик свернул в одни из глубин, и тогда стало ясно, что ведут меня совсем не туда, куда мне хотелось.

А там меня обступили незнакомые шаниры. Их злобные взгляды прямо говорили о намерениях даже без слов.

— Кто вы такие? — попыталась спросить я.

— Проваливай отсюда! — крикнул один из толпы вместо ответа.

— Ты принесла зло! — услышала я возглас неизвестной женщины.

Они продолжили ругаться и бросаться оскорблениями, слившимися в единый гомон. Призывали меня покинуть Сиприн, обвиняли во всех бедах. И я часто слышала имя ныне погибшей старшей дочери короля. А все попытки заговорить оканчивались неудачей: никто из них не хотел слушать. Но вдруг…

— Вам должно быть стыдно за своё поведение! — воскликнул голос, заставивший шанир замолкнуть, а меня — вздрогнуть. Уж очень он был похож на голос Ниши.

Но его обладательница вовсе не походила на принцессу. Да, она выглядела как шанир из кошачьих. Я даже могла найти несколько общих с Ниши черт. Но её шерсть будто сияла белизной, что контрастировало с серо-зелёными пейзажами города.

Девушка, одетая в аккуратное светлое платье из лёгкой на вид ткани, украшенное полупрозрачными лентами, стояла у выхода из глубин с гордо поднятой головой. В одной руке она держала розовый дамский зонт, а в другой — узкий и длинный меч, почти шпагу. И лезвие её оружия сейчас было направлено на моих обидчиков.

— Брысь! — воскликнула она, и напавшие на меня шаниры спешно ретировались, а кошка вернула меч в ножны.

— Спасибо, — поблагодарила я её.

— Не стоит благодарности, — спокойно ответила она. Теперь её мягкий голос совсем не походил на Ниши. Возможно, у меня всего лишь разыгралось воображение, когда я услышала его впервые. Воображение, усиленное надеждой.

— Меня зовут Менриалина, — представилась я, сделав реверанс. Передо мной явно стояла особа дворянских кровей. Следовало вспомнить и мой статус. — Я — дочь лорда Компиталиса Алексия.

— Дочь Алексия? — переспросила моя спасительница. — Что вы здесь делаете? И где ваш ангел-хранитель?

— Я ищу место упокоения… — и в этот момент моя речь запнулась. Я поняла, что не могу выговорить имя принцессы вслух. Как будто ком в горле не хотел пропускать слова.

— Тогда нам с вами по пути, — улыбнулась шанир. — Я только что прибыла в город и хочу навестить могилу моей матери. Не составите мне компанию?

Я радостно кивнула. Причин отказывать попросту не было.

Вернувшись к центру города, мы направились наверх. От затянувшегося молчания мне стало неловко, и потому я спросила:

— Как я могу к вам обращаться?

— Меня зовут Серен, — ответила шанир. — А мой род ныне ничего не значит. Да и вряд ли вы о нём знаете, Менриалина.

— Мне интересно послушать! — возразила я. Не только из вежливости, а чтобы отвлечься от неприятных мыслей.

— Мой отец был правителем небольшой, но богатой страны на юго-западе, если идти от этого города. Наш род владел плодородными землями, окружёнными горными хребтами. Мы выращивали много продовольствия и отправляли соседним государствам.

Серен говорила спокойно, но без энтузиазма. Будто заученный текст из учебника истории, а не драгоценную часть её жизни.

— Но страна отца располагалась между молотом и наковальней. Рано или поздно война могла прийти и на наши земли. Тогда он заключил союз с третьей страной — королевством Сиприн.

— А я подумала, что одной из сторон конфликта и было королевство Арианов, — удивилась я.

Серен улыбнулась.

— Нет, — сказала она. — Король Верен тогда стоял в стороне от конфликта и не планировал расширять государство в том направлении. А мы почти пришли. Вам нужно навестить кого-то?

— Мою наставницу, — ответила я. — Её недавно… убили.

— Примите мои соболезнования, — произнесла шанир. — Терять близких всегда тяжело. Даже если они не кровные родственники.

— Я виню себя в её смерти, — призналась я. — Если бы я…

— Вы такая, какая есть, — перебила меня собеседница. — И я не думаю, что вашим желанием было причинить ей зло.

— Не желала, — ответила я.

Мы подошли к саду с оградой из металлических спиц и прошли через врата.

— Серен! — воскликнула вышедшая к нам навстречу Коха. В маске, как и все последние дни. — Ты уже знаешь?

Похоже, сестра Ниши тоже решила навестить погибшую.

— Весь город знает, — пожала плечами моя спутница. Видимо, она без труда узнала принцессу только по голосу. — Я хотела сначала поприветствовать короля, но встретила вашу очаровательную гостью в непростой ситуации. А что с твоим глазом? И… ты в маске?

Коха тяжело вздохнула.

— Пойдём, — позвала она нас за собой.

Шли мы молча. С каждым шагом во мне нарастала тревога. Я заметила, как слегка подёргивается плечо Кохи, будто она сдерживала эмоции из последних сил.

Наш путь пролегал по центральной аллее мимо десятков надгробий. И рядом с каждой плитой рос небольшой куст со светящимися белым листьями.

Идти долго не пришлось. Миновав ещё несколько врат, украшенных богаче, чем все предыдущие, мы добрались, видимо, до центра городского кладбища. И остановились у каменной плиты со свежим холмиком.

Из земли торчал небольшой саженец, только начавший тянуться к свету. Нефритовая табличка на плите гласила:

«Ниши Ариан. Жила достойно, по традициям Сиприна, и погибла в сражении с его врагами».

— Ты действительно умерла, мама, — произнесла Серен, перед тем как упасть на колени.

64. Пробуждение

Серен спокойно выслушала нашу историю. Она не перебивала, не обвиняла нас. Лишь продолжала стоять у могилы своей матери, смотря на неё.

Коха, как и я, сильно нервничала. Казалось, что наши переживания практически полностью совпадают. Мы обе чувствовали свою вину за произошедшее. Мы обе обвинили Ниши, сделав ложные выводы. Мы обе вступили с ней в бой. И именно это позволило Алви нанести смертельный удар.

— Что же, похоже, мне пора, мама, — грустно сказала Серен, когда мы с Кохой закончили говорить.

Мне показалось, что её шерсть лишилась прежнего сияния. Будто оно окончательно покинуло дочь Ниши. Она бросила последний взгляд на могилу и направилась прочь. А когда поняла, что мы застыли на месте, сказала:

— Вы идёте?

Коха посмотрела на меня и первой пошла к Серен. А я последовала за ней.

— Серен… — обратилась к дочери Ниши Коха.

— Тебе ещё есть, что сказать? — спросила она в ответ.

— Больше нет, — ответила принцесса.

— В таком случае, нам пора во дворец, — холодно произнесла Серен.

Мне хотелось выкрикнуть слова прощения, но они застряли комом в горле. Как она могла простить нас за это? Как такую вину вообще можно было искупить?

— Мать скрывала это от меня, но я знаю, что моего отца и брата убили на войне, — сказала она, когда мы спустились на ярус ниже. — А теперь, как вы видите, Менриалина, я лишилась и матери. Похоже, я осталась одна в своём роду.

Она произнесла это так, будто продолжила начатый ранее рассказ. Будто совсем не слушала нашу с Кохой историю и не собиралась злиться ни на кого из нас. Это не могло не обескуражить. А последние слова Серен… Сейчас я тоже чувствовала себя одиноко и потому прекрасно понимала её.

— Простите меня, госпожа Серен! — наконец у меня получилось сказать хоть что-нибудь. И после этих слов я поклонилась так низко, как только могла.

— Прости меня, Серен! — Коха повторила мой жест.

Серен одарила нас взглядом, каким обычно одаривала Ниши, когда я творила очередную глупость. Именно таким недовольным взглядом моя наставница встретила меня после долгой погони.

— Конечно, вы обе виноваты, — наконец сказала она. — Но будь моя мать… Другой, то такой ситуации могло и не произойти. Она ведь все проблемы решала напрямик. И часто кулаками или копьём. Но не словами.

Наверное, от слов Серен мне должно было стать легче, но… нет. Какой бы ни была Ниши, мы с Кохой тоже не попытались решить всё другим путём. Мы тоже схватились за оружие.

— Неудивительно, что её любимые ученицы повели себя похожим образом, — заключила Серен. — В любом случае, у меня нет времени на вас обижаться, да и смысла в этом никакого нет. Если захотите искупить вину, то поможете мне.

После этих слов она развернулась и быстрее обычного направилась дальше: через верхние ярусы, через рынок. Вниз — ко дворцу.

Искупление. Слово, которым я частенько уговаривала Аньяри помочь. А теперь оно относилось и ко мне. Без жалости, но с ожиданием свершений.

Когда впереди показался дворец, Серен сильнее ускорила шаг, будто за нами кто-то гнался. А может, она так выплёскивала свой гнев?

— Приём идёт? — спросила шанир стражу перед вратами.

— Да, госпожа. Король ещё час принимает горожан, — ответил ей стражник. — Король попросил передать вам это, госпожа.

Шанир протянул ей конверт. Дочь Ниши сразу вскрыла его и быстро прочитала текст.

— Необычно, — только и сказала она перед тем, как зайти внутрь.

Бросив короткий взгляд на деда, Серен спросила:

— Где этот ваш драконид?

— Сюда, — позвала Коха за собой.

Мне стало интересно, что же хранило в себе письмо, раз внучка короля решила отойти от традиций Ариан. И почему никто не стал ей препятствовать? Но эта тайна так и осталась неразгаданной.

Оказавшись у двери перед покоями драконид, Серен постучала. Люциус открыл почти сразу, только застыл на пороге, увидев незнакомое лицо. Но заметив нас с Кохой, не стал препятствовать вторжению.

— Хорошо вы его кормите, — сказала дочь Ниши, равнодушно взглянув на Шимана.

— Прошу прощения, но могу я узнать ваше имя? — спросил Люциус.

Вместо ответа Серен положила письмо короля в скрытую в складках платья сумку и достала два сильно помятых конверта. Протянув их дракониду, она дала нам пройти вперёд и терпеливо ждала, пока он не прочтёт их полностью.

— Вы уверены в своих силах? — спросил Люциус, закончив читать оба сообщения.

— Выбора у вас всё равно нет, господин Люциус Ангелион, — ответила она. — В ближайшее время покинуть Сиприн не получится.

— Почему? — спросила я.

— Живя здесь, вы знаете меньше моего? — удивилась шанир. — Порталы в другие миры деактивированы. Сиприн отрезан от Компиталиса и Азориена.

Эта новость как будто должна была окончательно добить меня. Но видимо, степень потрясений за последние дни превысила все возможные пределы, и я просто приняла эту новость как данность.

— Люциус, если вы сомневаетесь в подлинности диплома академии, можете обратиться к королю, — добавила дочь Ниши.

— Я уже видел подобные, — ответил драконид, тяжело вздохнув. — Думаю, не стоит его беспокоить.

Серен подошла к голове Шимана и, протянув руку в сторону Люциуса, сказала:

— Они сообщили, что у тебя есть схема.

Взяв план с описанием, полученный от Леоса, дочь Ниши пробежалась по нему глазами и внимательно всмотрелась в голову Шимана.

— Если вы всё ещё сомневаетесь, то должна сообщить, что времени у вас осталось не так уж и много, — продолжила она. — У меня здесь нет личного интереса, я просто выполняю последнюю просьбу Ниши.

Люциус закрыл глаза и опустил голову. На несколько секунд он сжал кулаки, а затем решился:

— Я разрешаю, — сказал он, а Серен коротко кивнула и жёстко произнесла:

— Заприте дверь и никого не впускайте. Всем сидеть тихо и меня не отвлекать, даже если будет совсем жутко.

— Может, нам его связать? — предложила Коха, кивнув в сторону Люци.

Похоже, к ней стало возвращаться хоть и странное, но чувство юмора.

— Я умею держать себя в руках! — возразил драконид.

— А что делать мне? — спросила я.

— Энергией делиться умеешь? — спросила Серен и, получив утвердительный ответ, скомандовала:

— Встань рядом и будь готова.

Я сконцентрировала энергию вокруг своей руки, образовав импровизированную магическую катушку. Магия всё ещё слушалась плохо, но гораздо лучше, чем утром. Похоже, разговор с Серен всё-таки немного помог.

Шанир направила ладонь в сторону, и из неё начали бить небольшие заряды. Сначала дочь Ниши чуть увеличила их, а затем уменьшила до почти незаметной величины. Она ничего не говорила, однако я почувствовала, как много энергии расходовало её заклинание, и сразу поделилась своей.

И в следующий миг Серен положила ладонь на голову драконида. Шиман резко дёрнулся, и внучка короля закричала:

— Держи его!

Коха среагировала мгновенно и бросилась к пациенту, надавила на его плечи и прижала к кровати. Люциус стоял дальше, и потому ему пришлось держать только ноги.

Серен поднесла ладонь ко второй точке, и Шиман закричал.

— Всё хорошо?! — воскликнул перепуганный Люциус.

Наверное, он уже жалел, что позволил провести эту операцию.

— Да всё просто отлично! — ответила Серен, ударив током в третью зону.

Шиман сразу обмяк и перестал сопротивляться. Серен отошла назад. Опустила руки и я: больше ей энергия не требовалась.

Люциус продолжал держать ноги брата, не отводя от него взгляд. Коха выпрямилась и тоже смотрела на нашего друга. Сначала ничего не происходило, а потом Шиман медленно повернул голову в сторону принцессы и спросил:

— Я в раю?

— Брат! — воскликнул Люциус и бросился к нему.

— Больно, — пожаловался младший драконид.

— Похоже, я справилась, — заключила Серен. — Скоро он окончательно поправится. Но двигаться как раньше какое-то время не сможет.

— Спасибо! — теперь Люциус заключил в объятиях Серен, забыв про все правила приличия. — Что я могу для вас сделать?

— Кое-что вы все можете сделать, — ответила она. — Кое-кто должен ответить за свои преступления как передо мной, так и перед вами. И у нас нет времени ждать правосудия от деда.

— Менриалина, — позвал меня Шиман. — Твоя учитель… Это она…

— Мы знаем, кто тебя похитил, — ответила я.

— Гедеон… Он… Он… — хотел продолжить младший драконид.

— Тише, брат, — Люциус вернулся к Шиману и наклонился над ним. — Тебе нужен покой.

— Брат… это важно… — возразил младший драконид. — Я такой не один… Гедеон контролирует… всё… Там были эльфы… шаниры…

— Береги силы, — попросил Люциус тоном, не терпящим возражения. — Нам уже всё известно. Гедеона тут нет.

— Хорошо, — кивнул Шиман и, похоже, успокоился.

— Простите, — его брат поднялся на ноги и вернулся к нам. — Так что мы можем сделать?

— Думаю, никто из вас не станет возражать против моей просьбы, — ответила Серен. — Если я правильно поняла из рассказа Кохи и Менриалины, моя мать успела нанести Алви серьёзные раны?

— Ваша мать? — переспросил Люциус.

— Ниши, — пояснила я.

— А… — протянул драконид и, когда информация дошла до него окончательно, воскликнул:

— О-о-о!

— Мы должны закончить дело и убить Алви Ариан, — сказала Серен.

65. Алви

Я поднялась на поле белой травы над замком короля. Здесь я тренировалась в магии. В этом месте Ниши согласилась учить меня. Ждала на тренировки, неизменно опираясь на копьё с разноцветными перьями, и встречала свою ученицу недовольным взглядом. А теперь впереди стояла не она, а Алви Ариан и, повернувшись ко мне спиной, смотрела в небо.

Светило только начинало подниматься над горизонтом, но уже давало достаточно света вокруг.

— Ты хотела что-то спросить, ученица? — спросила младшая принцесса, развернувшись ко мне.

Один её глаз сиял бирюзовым. Совсем как в храме духов прямо перед похищением Шимана. Перебинтованная рука учителя висела на повязке: рана, нанесённая Ниши, действительно оказалась серьёзной. Да и держалась Алви не так уверенно, как при наших других встречах. Но я не собиралась недооценивать её.

— Надеюсь, ты достаточно практиковалась, пока я отсутствовала? — продолжила она. — По твоим рукам видно, что да. Но безрезультатно.

— Всё ещё не научилась выводить тепло, — ответила я. — Учитель. Я позвала вас, чтобы продолжить обучение.

— А все эти твои друзья решили просто понаблюдать? — строго спросила Алви.

Скрываться больше смысла не было, и мои соратники подошли ближе к нам.

— Сестра, гость-драконид, племянница и ученица, — произнесла Алви. — Пришли убить одинокую калеку.

— Не прибедняйся, сестра, — сказала Коха. — Мы прекрасно знаем, на что ты способна.

— Слова той, что совсем недавно хотела лишить жизни Ниши.

— Ты не знаешь, чего я хотела, — возразила шанир.

— Мне известно куда больше, чем тебе может показаться, — усмехнулась Алви, указав на свой глаз. — Очень зря наш народ отказался от силы духов. От силы, дающей гораздо большую власть, чем бесполезный свет ангелов.

— Так ты всё задумала ради этого? — спросила Серен. — Все эти похищения? Все смерти?

— О чём ты? — спросила я дочь Ниши.

— Её глаз — это древнее колдовство Арианов, — тихо пояснила Коха. — Запрещённое ангелами, конечно, но…

— Нет, похищения — это всё план Гедеона, — ответила Алви. — Я всего лишь немного ему помогла. Жаль только, что мои усилия, похоже, пойдут прахом. Ниши не оправдала моих надежд. Она для меня бесполезна.

— Каких надежд? — спросила я. — На что вы надеялись, убив её?!

— Я давно перестала изучать магию, — вздохнула Алви. — Меня считают одарённой, и это так. Я изучила множество трактатов, и в какой-то момент осознала, что упёрлась в потолок. Мне больше нечего учить. Некуда расти. Я полностью раскрыла весь свой потенциал.

— А говорят, что потенциал мага ограничен лишь его фантазией, — заметил Люциус.

— Значит, они бездари, — огрызнулась Алви. — И тогда я решила обратиться к запретным знаниям. Решила обратиться к нашей культуре. К истинным традициям Арианов.

— И ты пошла к сёстрам? — спросила Коха.

— Как и ты, сестра, — ухмыльнулась принцесса в ответ. — Ты знаешь, что сила шамана зависит от тех духов, которых ему удалось приручить или подчинить. Дух Наблюдатель помогает видеть то, что недоступно обычному человеку.

«Почти как ясновидение», — подумалось мне.

— Дух Советующий подсказывает то, до чего никогда не догадаешься сам.

— Две головы лучше одной? — спросил Люициус, неуместно усмехнувшись.

— В точку, — согласилась Алви.

— И каким духом должна была стать моя мать? — похоже, Серен поняла, к чему клонит убийца Ниши.

— Или она, или Коха должны были занять место Мстящего Духа в моей коллекции.

— Я?! — воскликнула моя подруга.

— Та, против которой выступит Менра, должна была пасть, — пожала плечами Алви. — Вы обе подходили на эту роль.

Осознание нахлынуло на меня. Неужели та ситуация была подстроена младшей принцессой?

— Так это ты… — произнесла Коха. Видимо, она подумала о том же. — Это ты сообщила мне ту информацию?

— И тебе, и Ниши, — кивнула Алви. — Вам обеим сообщили, что на собрании будет сестра-предатель, поддерживающая революцию. Я долго подпитывала ваши подозрения друг к другу. И подозрения Менры, конечно, тоже.

— Но как? — спросила я.

— Нужные люди в нужных местах, которые говорят нужные слова, способны на многое, — уклончиво ответила та. — Конечно, пришлось пожертвовать Мелиссой, но…

— С чего ты взяла, что моя мама станет Духом Мстителем? — спросила Серен.

— Эта бесконечная война лишила её практически всех, — пожала плечами Алви. — А предательство любимых учениц могло окончательно добить её.

Младшая принцесса достала из-за пазухи еле светящийся белый камень и грустно посмотрела на него. Хотя, даже не грустно, скорее с разочарованием.

— Не вышло, — наконец сказала она.

— Я точно не была её любимчиком, — усмехнулась Коха.

— Была. Она берегла тебя как могла. Хотела держать подальше от сражений как можно дольше. От ужасов войны. И уж точно не хотела тебя убивать, если судить по вашему сражению.

— Что-то не похоже, — возразила моя подруга, указав на повязку, скрывающую потерянный глаз.

— Тебе не кажется, что это был её последний шанс заставить тебя отказаться от сражений? — усмехнулась Алви.

— А тебе не кажется, что ты совсем не знала собственную сестру? — передразнила её Серен. — Моя мать всегда избегала мести. Это желание она считала бесполезным. Она никогда не говорила тебе об этом?

— Какая разница, о чём говорят шаниры? — спросила Алви. — Нашу природу невозможно обмануть. И именно поэтому мы до сих пор воюем.

— О! Ну, пока что похоже, что ты заблуждаешься, — усмехнулась дочь Ниши.

— Думай что хочешь, племянница, мне всё равно. Мой план потерпел крах. Если хочешь, можешь забрать её душу себе.

Алви кинула камень в нашу сторону, и Серен попыталась поймать его, но он пролетел мимо, а вот Коха оказалась куда более ловкой.

— На этом мы можем попрощаться, — сказала младшая принцесса. — Придётся мне искать духа мести где-нибудь ещё.

Коха подошла ко мне и протянула драгоценность. Я с недоумением посмотрела на неё, но всё же приняла камень. И в этот момент мне показалось, будто он стал светиться ярче, а в голову стали проникать чужеродные мысли. Мысли о позиции Алви и моих друзей. Глаза невольно начали отслеживать движения принцессы, и пришло понимание, что убийца Ниши готовится к атаке.

Однако первая напала Серен. Одним движением она обнажила клинок, и на младшую принцессу полился поток искр. Та отпрыгнула в сторону, не успев рассеять его, и, оказавшись на земле, сотворила заклинание, создавшее стену земли между собой и дочерью Ниши.

Люциус не стал мешкать и стремительно побежал к нашему врагу, однако Алви направила на него свободную руку и подпрыгнула, создав сильный ветер. Поток воздуха буквально сдул её в сторону, позволив увеличить дистанцию со всеми нами.

Я заметила, как она поморщилась от боли, но сдаваться принцесса не собиралась. Алви создала новую стену земли и ударила по ней, отправив несколько глыб на Люциуса.

От двух драконид успешно уклонился, однако последнюю пришлось парировать, что оттолкнуло его ещё дальше.

Пока Люциус отбивался от камней, а Серен пыталась преодолеть препятствие, Коха пробралась к Алви за спину, но волшебница быстро заметила нового противника и выстрелила в её сторону шаровой молнией.

А я… Я ждала. Новое ощущение, появившееся в голове, настойчиво требовало ждать. Ждать удобного момента для моей атаки. Пока я не буду мешать никому из своих друзей.

В моём арсенале были только магия электричества, которая могла помешать более умелой Серен и… собственные кулаки.

Пока я медлила, Серен, наконец, вновь создала искры и послала их в направлении Алви. Но на этот раз бывшая учитель просто рассеяла слишком слабую магию дочери Ниши и создала свою вспышку, направив разряд в сторону Люциуса.

Дракониду ничего не оставалось, кроме как надеяться на мою поддержку, и он принял молнию на свой клинок, а уже я рассеяла её.

Коха, в свою очередь, снова приблизилась к Алви, но та повторила трюк с ветром и стремительно разорвала дистанцию. Однако теперь младшая принцесса летела прямо на меня.

В голове сразу сами собой начали появляться как мои, так и чужеродные мысли: «Удар в голову? Слишком большой риск промахнуться. По больной руке? Учитывая угол полёта Алви, более реалистично, и так можно дезориентировать врага. В торс?»

Додумать я не успела. Тело сработало будто по интуиции и прыгнуло в сторону бывшего учителя. Рука замахнулась и приготовилась к удару, но Алви заметила меня и создала новый порыв ветра, подкрепив его магией температуры.

Огненный смерч разделил нас, заставив отступить в разные стороны. А в следующий миг я почувствовала удар в руку. Не такой сильный удар, как у Ниши, но всё равно ощутимый.

На лице бывшего учителя играл оскал азарта. Она не опасалась сражения с превосходящим по числу противником. Она упивалась сражением. Будто наконец могла на деле показать всю свою силу.

Пора было убрать эту ухмылку с её лица. Я быстро сотворила шаровую молнию и направила во врага, но она просто выставила руку вперёд и рассеяла магию. Впрочем, надежды на это заклинание я и не возлагала. Оно было финтом, отвлечением внимания. Ведь за ним последовал мой стремительный прыжок вперёд.

Я хотела попасть в голову Алви, но она смогла прочесть атаку и сразу разорвала с нами дистанцию. Однако совершила ошибку, оказавшись рядом с Люциусом. Cразу поняв, что драконид за её спиной, Алви вновь сдула себя в сторону.

— Как она всё видит?! — в сердцах воскликнул драконид.

— Глаз, — предположила я.

— И как нам её победить? — спросил Люци.

Алви тем временем рассеяла огненный смерч, собрав энергию тепла перед своей ладонью, и, громко смеясь, направила в нашу сторону исполинский огненный шар, сжигающий всё на своём пути.

Хотелось бы мне топнуть ногой и так просто создать земляную стену, как это делала младшая принцесса, или рассеять пламя, подобно Аньяри. Но сейчас мы с Люци бросились врассыпную, надеясь, что никого из нас не заденет этой бурей.

— Было близко, — усмехнулась я, поняв, что еле успела уклониться.

Люциус также не пострадал, а Алви уже отвлеклась на атакующих её Коху и Серен. В какой-то момент мне показалось, будто они даже побеждают волшебницу, однако младшая принцесса, оказавшись между врагами, снова сдула себя в сторону и, приземлившись, ответила разрядом молнии, которую Серен попросту не успела отразить. Тело дочери Ниши забилось в конвульсиях и упало на землю.

Я понимала, что разряд недостаточен, чтобы убить её, но в ближайшее время мы не могли рассчитывать на помощь племянницы Кохи. Сама шанир-вампир решила не отвлекаться и продолжила наседать на Алви, а мы с Люциусом быстро пришли к ней на помощь.

Тогда Алви снова разорвала дистанцию и подпрыгнула на месте. Прямо под ней с громким треском земля вспучилась и устремилась наверх, подняв волшебницу высоко к небу. А следом последовал взрыв, разрушивший выросшую стену и поразивший нас каменными глыбами.

Заклинание, подготовленное в такой спешке, не смогло навредить нам достаточно серьёзно, но всё равно заставило отступить, а Алви позволило перехватить инициативу.

Шанир ловко прыгнула на меня и сбила с ног.

— Калеку победить не можете, — усмехнулась она и обнажила кинжал.

Несмотря на внешнюю хрупкость, волшебница легко придавила меня собственным весом, превышающим все представления.

— Пора умирать, — произнесла Алви и занесла руку для удара.

66. Раскрытие

Как я не пыталась, сбросить волшебницу не получалось. Силы заканчивались, а сверкающее лезвие ножа неумолимо приближалось. Но Алви не успела нанести удар. Когда лезвие почти коснулось моей груди, её руку обвила чёрная верёвка и, натянувшись, оттащила шанира назад.

— Ты что творишь, идиотка?! — послышался злобный голос Леоса.

— Защищаю себя! — воскликнула младшая принцесса, освободившись от его нового оружия.

В руках вампира я увидела длинную плеть, тянущуюся из рукоятки. Такой же, как у его меча.

— Какого чёрта тут произошло?! — не скрывая гнева, спросил он.

Поднявшись, я осмотрелась. Похоже, все мои друзья были в порядке, несмотря на многочисленные раны. Серен даже приближалась к Алви, намереваясь продолжить бой, а Коха помогала Люциусу подняться: драконида немного завалило обрушившейся стеной.

— Эти, — Алви добавила к обозначению нас грязное ругательство. — Сами напали на меня!

— И ты решила, что это наилучший путь?! — Леос указал на меня. Его поведение меня удивило. Он как будто отчитывал принцессу.

— Уж точно лучше, чем дрожать от страха, — ответила волшебница.

— О, ну если ваше величество так думает, может, сначала стоит потягаться силами со мной?! — Леос взмахнул плетью и, не став дожидаться ответа, атаковал Алви.

Так стремительно, как не атаковал никого раньше. Его плеть со свистом разрезала воздух, вспарывала землю, поднимая вверх куски земли, и словно действовала по своей воле, хаотично меняя направление. Волшебница только и делала, что уклонялась, помогая себе ветром, но даже он гораздо хуже слушался её.

— Не подходить! — закричал Леос, когда Серен приблизилась к Алви. — Я сам с ней разберусь.

Чужая мысль в моей голове полностью соглашалась с вампиром.

— Землетрясение! — воскликнула Алви, и её слова прозвучали громким эхом, отразившимся от окружающего пространства. Шанир топнула, и поле сильно затряслось, свалив нас с ног. Всех, кроме Леоса.

— Свалите отсюда! — скомандовал он нам.

— Ты уверен?! — спросил Люци. Драконид первый сориентировался в ситуации и почти сразу вскочил после падения.

— Я уверен, что вы сильно мешаете, — произнёс вампир, ясно давая понять, что возражений не потерпит. — Я точно с ней справлюсь.

Чужеродная мысль соглашалась и в этом. А практика показывала, что слушать её стоило. И поэтому я первая побежала прочь. Земля за мной громко затрещала, но обернуться могло стать фатальной ошибкой, поэтому происходящее за спиной оставалось неизвестным.

Прямо перед лестницей вниз я всё же остановилась и оглянулась. Леос поразил острым концом плети до сих пор целое плечо Алви и быстро выдернул оружие обратно. Похоже, он действительно мог победить.

И мы, порядком уставшие, конечно, мешали ему. Благо это поняла не только я, но и мои друзья. Первой до укрытия добежала Коха, а следом за ней — Люциус.

— Ждите на трене! — крикнул Леос и вновь атаковал Алви.

Протестовать мы не стали.

— Что за «трена»? — спросила Серен, когда мы спустились.

— Думаю, поле для наших тренировок, — ответил Люциус. — Но почему там?

— Вы заметили, что он какой-то странный? — Коха нахмурилась и бросила взгляд наверх.

— Ещё бы не заметил! — сказал Люциус. — Что это за оружие? И так ловко им управляется…

— Простите, Серен, — обратилась я к дочери Ниши. — Похоже, мы не исполнили ваше желание.

— Это я должна просить прощения, — возразила она. — Я даже не могла представить, что Алви настолько сильна. Не появись тут этот… Как его?

— Леос, — подсказала Коха.

— Не появись тут Леос, ты бы уже оказалась мертва, — продолжила Серен.

Замок затрясся, и с потолка посыпался какой-то мусор, что заставило нас замолчать. Быть может, Леос попросил нас отправиться к полю, потому что думал, что здесь тоже небезопасно? Неужели Алви способна разрушить собственный дом? А как же все его жители? Слуги? Её мать, отец? Или дворец сотрясался по другой причине? Нам оставалось лишь последовать просьбе Леоса и направиться на тренировочное поле.

— Где все стражники? — спросил Люциус, когда мы прошли часть пути.

Действительно, раньше в коридорах то и дело мы натыкались на слуг или патрули стражи. А теперь замок полностью пустовал, за исключением нас и… встреченного на пути Шимана.

— Ты двигаешься?! — удивилась Серен. — Так рано?!

— Да… — промямлил он. — Тут это…

Драконид не просто двигался, а оделся по пояс и даже захватил своё оружие. Нижние руки повторяли движения верхних, иногда немного мешая ему.

— Замок атакуют, — необычайно спокойно пояснил Шиман. — А наши окна выходят на улицу. Так что я взял, что мог, и ушёл.

Его поведение, конечно, не могло не поражать: только что он сутками спал, а теперь вёл себя так, будто ничего не произошло.

— Замок что?! — воскликнула Коха и, не дождавшись ответа, помчалась вперёд.

— Что происходит, Шиман? — спросил Люциус, приблизившись к брату.

— Когда всё затряслось, я вскочил и выглянул в окно, — сообщил он. — А там собралась толпа эльфов и шанир. Они сражались со стражей.

— Как вовремя, — проворчал Люциус. — И что нам теперь делать?!

— Следовать предыдущему плану, — предложила Серен. — Я думала, что перемирие должно продлиться дольше. Видимо, смерть Ниши спровоцировала тех, кто восстал против короля. Они ведь винят вас. И в особенности — дочь Алексия.

После её слов мне снова вспомнилось поведение стражи и жителей города сегодня утром. Впрочем, я сама чувствовала вину за произошедшее. И потому прекрасно их понимала.

— Лучше нам не показываться, — заключила Серен. — Если не хотим дать восставшим нового стимула.

— А где Менриэль? — спросил Шиман.

— Действительно, — согласилась дочь Ниши. — Где твой ангел-хранитель?

— Я не знаю, — взгляд сам опустился в пол. А новая волна ощущения одиночества нахлынула на меня. Лишь вторая мысль оставалась бодра и советовала не отчаиваться. Я достала камень из опустевшей банки из-под мази, куда успела положить его перед битвой.

Драгоценность оказалась слегка тёплой на ощупь и как будто пульсировала.

— Что это? — спросила Серен. — Алви сказала, что это душа моей мамы? Но разве такое возможно?

— Возможно, — ответил Люциус. — Нам на Азориене с детства рассказывают об артефактах тёмных магов, о филактериях. Но я уже не помню, для чего конкретно их используют. Думаю, что… это она и есть.

— Значит, её можно вернуть? — с надеждой спросила дочь Ниши.

— Вряд ли, — драконид отрицательно покачал головой. — Но и в рай её душа тоже не попадет. Ужасная участь.

— А если разбить камень? — спросила Серен.

— Ты точно хочешь провести такой эксперимент? — с сомнением спросил Люциус.

— Нет, не очень хочу, — согласилась шанир.

— А куда мы идём? — спросил Шиман.

— Леос сказал идти на тренировочное поле и встретить его там, — ответил Люциус, а Серен протянула руку и спросила:

— Можешь передать его мне?

— Конечно! — с готовностью ответила я, ведь и сама хотела предложить ей то же самое.

Серен аккуратно приняла камень и сначала вгляделась в него, а потом хотела что-то сказать, но стены снова затряслись, заставив нас вздрогнуть и посмотреть на осыпающийся тёмной пылью потолок.

— Что происходит-то? — спросил Шиман. — Тут точно безопасно?

— Ну на площадке-то открытое небо, — ответил Люциус. — Там точно лучше, чем тут.

Новый толчок заставил нас поторопиться, отбросив все разговоры на потом. Благо оставшийся путь мы преодолели достаточно быстро, стараясь не обращать внимания на тряску.

На тренировочном поле нас ждал наставник Люциуса Сирай. Кохи нигде не было видно. Похоже, она оставила нас, решив присоединиться к защитникам города.

Пожилой шанир угрюмо смотрел на нашу компанию, скрестив руки. В моей голове промелькнула мысль: почему командир королевской стражи сейчас здесь, а не в гуще сражения? А Люциус сразу задал этот вопрос ему напрямую.

— Потому что стража прекрасно знает, что делает, и у них есть младшие командиры, — ответил Сирай. — А я сейчас должен стоять тут и ждать всех вас.

— Для нас есть какое-то дело?

— Нет, вовсе нет, — ответил пожилой шанир. — Я принял решение и должен защитить вас. Кстати, выражаю моё почтение, госпожа Серен.

— Здравствуйте, генерал Сирай.

«Защищать нас стоило несколько минут назад», — подумала я, но не стала ничего говорить вслух.

— А бунтующие разве смогут сюда добраться? — спросил Люциус.

— Я должен защитить вас не от бунтующих, — возразил Сирай.

— А от кого тогда? — нахмурилась Серен.

— От него, — шанир кивнул в сторону выхода.

Мы обернулись и заметили приближающегося Леоса. Целого, невредимого и крайне недовольного, судя по выражению лица. Но вместо кнута в его руках я вновь увидела его обычный меч. И тогда я подумала: с чего это вдруг Сираю надо было защищать нас от друга? Леос вполне мог не спасать меня от Алви, если хотел навредить.

— Чего это вы такие угрюмые? — спросил он, будто не видел выражения собственного лица.

— Ты победил? — спросил Люциус.

— А по мне не видно? — усмехнулся вампир.

— Не приближайся! — воскликнул Сирай, когда ученик Гедеона сделал несколько шагов по направлению к нам и обнажил меч.

— Да ну ты серьёзно, что ли?! — воскликнул Леос и рассмеялся.

— Учитель, что происходит? — спросил Люциус.

— Держитесь за мной! — скомандовал Сирай. — Он не тот, за кого себя выдаёт! Он враг Сиприна и всего Света!

— То есть тебя замучила совесть, и ты решил предать нас прямо сейчас?! — Леос ходил вправо и влево и, судя по тону, был крайне раздражён. — Вот ни днём раньше, а именно сейчас, да?!

— Когда увидел, насколько порочен ваш путь, — ответил Сирай.

— То есть тебя вот ничего не смущало все эти годы, верно? Не было ни капли сомнений? — не унимался Леос.

— О чём вы говорите, генерал? — обратилась к шаниру Серен.

— О моём величайшем грехе, — вздохнул он.

— Замечательно! — прервал его Леос. — Теперь мы будем исповедаться! Ты хоть узнал, где его держат?

— Я тебе ничего не скажу, тварь, — ответил Сирай.

— Леос, что происходит? — обратился к нему Люциус.

— Да меня окружают идиоты, вот что! — вампир перестал сдерживать свой гнев. — Да я просто в шоке, как можно хоть что-то делать вот в таких условиях, а?!

— Друг… — Люциус протянул к нему руку с успокаивающим жестом, но ученик Гедеона только рассмеялся.

— Да какой я тебе друг, с чего ты это вообще решил?

— Ну мы уже довольно давно знакомы, — смутился драконид. — Прошли не через одно сражение.

— И это всё? Этот миг жизни ты называешь долгим периодом? — Леос продолжал смеяться. — Нет, ну с вами, конечно, было весело, но прости, не настолько.

— Тогда кто же мы? — спросила я.

— Да мне, в общем-то, всё равно, — пожал плечами он. — Но то, как ты попыталась защитить меня от напарника — это было мило. Я оценил, благодарю.

— Напарника? — переспросил Люциус и обратился ко мне:

— О чём он?

Но я лишь пожала плечами. Я лишь раз спасала его и… Он что? Назвал Гедеона напарником? Неужели всё это время…

— Похоже, до неё что-то начало доходить, — усмехнулся Леос и зааплодировал. — Боже, какие же вы всё-таки кретины. Сколько сейчас времени?

Леос посмотрел на небо и, цокнув, заключил:

— Ладно, у меня ещё есть время.

— Время на что? — спросил Люциус.

— Чтобы ещё немного поразвлечься, — ответил вампир.

— Так это ты был предателем в нашей команде всё время? — наконец спросила я.

— Не надо сыпать беспочвенными обвинениями, — возразил Леос. — Я не был предателем. Да и вообще никогда не был на вашей стороне. Преследовал свои цели, просто ошивался недалеко и всё.

— Ты помогал нам сражаться, — заметил Люциус. — Это не похоже на «ошивался недалеко».

— Да я что-то не очень хотел, чтобы какие-то бездарные бандиты испортили мне тело, — ответил Леос.

— Брат, — вздохнул Шиман и достал оружие. — По-моему, тут всё понятно.

— Ох, не стал бы я сражаться со мной в твоём состоянии, — усмехнулся Леос.

— Я соглашусь, — кивнул Люциус и положил руку Шиману на плечо. А затем встал перед ним и добавил: — С вами двумя.

— И что, даже не будете слушать мою слезливую историю? — усмехнулся Леос.

— А ты собрался вот прямо сейчас нам всё выложить? — спросила Серен.

— Это кто? — ответил вопросом на вопрос Леос.

— Дочь Ниши, — пояснила я.

— А, — Леос поклонился. — Примите мои соболезнования.

— Благодарю, — Серен с почтением кивнула и повторила его жест.

— Сомневаюсь, что он искренне, — проворчал Сирай. Шанир до сих пор не вышел из боевой стойки и был готов в любой момент броситься на вампира.

— Эй, я ваш враг, а не подлец! — воскликнул Леос, явно оскорбившись. Или сделал вид, что оскорблён. — И, раз уж у нас есть немного времени, окажи мне услугу, драконид, назвавший меня другом, и дай как следует выговориться.

— Да вперёд, — ответил Люциус. — Мы как раз отдохнём и приготовимся к бою с тобой.

— К этому невозможно приготовиться, — усмехнулся Леос. — Вы даже Алви-то одолеть не смогли.

— А ты показал очень плохое владение мечом, — возразил Сирай.

— О, да ты прав, — Леос поднял свой клинок и провёл рукой по чёрному лезвию.

Меня охватила тревога, чувство опасности. Я ощутила… будто пульсацию энергии от его меча. И вспомнила истории о Меченосцах, о прочитанной информации в книгах и о живом оружии. Конечно, не забыла и то, чему меня учили с самого детства. Что Меченосцы — враги Света. Враги Компиталиса.

— Четвёртый уровень активации, — произнёс Леос, и клинок начал удлиняться. Стал изгибаться подобно змее и вскоре превратился в тот самый хлыст, которым он сражался с Алви совсем недавно.

— Давай посмотрим, учитель, — последнее вампир сказал с насмешкой. — Утолишь ли ты мой голод.

67. Дыхание жизни

Леос атаковал стремительно: его кнут с громким свистом распорол воздух, но генерал стражи неожиданно ловко уклонился. А одновременно с атакой вампира, с разных сторон на поле вышла толпа шатающихся эльфов и шанир.

— Это ещё кто? — обеспокоенно спросил Люциус, высматривая наилучшую позицию в изменившейся ситуации.

— Моя группа поддержи, — ответил Леос, прервав очередную атаку. — Чтобы никому здесь не было скучно.

— Смотри сам не заскучай, — сказал Сирай и, воспользовавшись заминкой, ринулся в бой.

Приготовились к бою и мы. Присмотревшись к новым врагам, я не заметила у них оружия. Да и двигались они как-то странно: медленно ковыляли, покачиваясь из стороны в сторону.

— Это что? Зомби? — первым общую мысль озвучил Шиман.

— Что ещё за зомби? — спросила я на всякий случай.

Конечно, мне доводилось слышать о нежити, но не думала, что хоть когда-нибудь встречусь с ней лицом к лицу.

— Ожившие мертвецы, — пояснил Люциус. — Мы сталкивались с подобным на Азориене.

— Отвратительно, — поморщилась Серен.

Зомби не ждали, пока мы договорим, и продолжали приближаться. Впрочем, достаточно медленно, чтобы дать нам успеть занять позиции.

— Теперь мы знаем, зачем нужны были те тела в холодильнике, — старший драконид направил меч в сторону выбранной им группы мертвецов. — Лучше всего постараться их обездвижить. Боли не чувствуют, но в целом слабый противник, мышцы-то все подгнили.

— Какие ещё тела? — спросил Шиман.

— Я потом расскажу, — ответил Люциус.

Нежить приближалась, распространяя ужасный смрад и вызывая лишь отвращение. Настолько сильное, что у меня даже заискрились пальцы. Так хотелось поскорее разобраться с этими тварями. И я решила воспользоваться этим, выстрелив в них цепью молнии.

От попадания разряда зомби затряслись, но не повалились на землю, а через некоторое время продолжили идти вперёд. Похоже, они не особенно-то и почувствовали нанесённый тканям урон.

Я искала, куда можно отступить, и в поле зрения попал Сирай, продолжавший наступать на Леоса, но вампир играючи отбивался от его выпадов, парируя атаки хлыстом.

— Не отвлекайся! — крикнула мне Серен, оттолкнув одного из мертвецов, уже готового напасть на нас.

Сразу скрывшись за её спиной, я подумала, что атаковать молнией бесполезно, а другого оружия в моём арсенале не было. Количество врагов тем временем перевалило за десяток, и они вполне могли даже одолеть нас, вымотанных после сражения с Алви.

Я отступила дальше за Серен и осмотрела поле битвы. Учебное оружие помочь не могло: без остроты много не навоюешь. Чего-то более подходящего для боя на глаза не попадалось. И тогда я ощутила… как будто прилив вдохновения. Как будто я точно знала, что делать.

Конечно, скорее всего, оно послужило следствием наблюдения за действиями Алви, рассказов моих учителей о магии и других науках. Но тогда показалось именно чем-то интуитивным.

Я шаркнула ногой по песку и начала чертить на нём руну. Для выполнения задуманного мне нужно было больше энергии.

— Серен! — позвала я дочь Ниши, и та сразу поняла, что именно от неё требуется.

Она коротко дотронулась до руны и, когда та зажглась, вновь сконцентрировалась на отвлечении мертвецов.

В центре рисунка сразу ощутился прилив сил.

— То, что нужно, — улыбнулась я и накопила энергию в руках.

Если магия электричества опирается на взаимодействии электронов, то магия ветра должна работать в результате манипуляции с давлением. И если я сейчас смогу нащупать нужный способ применения своей энергии, то почему бы не попытаться создать сильный вихрь? Такой сильный, чтобы разрезать ткани мертвецов. Просто лишить их возможности сражаться.

И ветер подчинился моей воле. Сначала совсем немного, но вскоре он поднял вверх пыль и песок вокруг нас. Раздул мои волосы и, казалось, вот-вот снесёт всё на площади. И это благодаря точке сниженного давления вокруг моих рук.

— Серен! — крикнула я. — Режь!

Конечно, она не могла разрезать область низкого давления, но благодаря взмаху её клинка, я могла направить магию в сторону врагов. Придумать что-то попроще в тот момент не получилось.

И этот план сработал: клинок разрезал воздух и отправил невидимую волну ветра по направлению к мертвецам.

Конечно, эффекта, на который я надеялась, не вышло, и, вместо аккуратного разреза, у нас получился скорее выстрел из пушки. Но остановить нападавших это помогло. Зомби просто отлетели в дальний конец площади, теряя по пути куски… себя.

Я оглянулась в сторону драконид и увидела, что Люциус и Шиман справились и без нашей помощи. А Сирай… Сирай лежал на песке, заливая его алой кровью.

— Браво, — картинно поаплодировал Леос и, оперевшись ногой о поверженного генерала, пафосно встал в позу победителя.

— Ты… убил его?! — поражённо воскликнул Люциус.

— Не кипятись, могу и вернуть, — усмехнулся вампир и отошёл назад, после чего вскинул левую руку, растопырив пальцы.

— Взываю к Богине Аканх! — воскликнул он. — Этот слуга твой слишком рано покинул мир живых! Он не исполнил свой долг!

— Заклинание? — догадалась Серен.

— Даруй ему Дыхание жизни! — крикнул Леос, и из его рук заструился зеленоватый дымок, направившийся к телу Сирая.

Всего через мгновение тело павшего шанира дёрнулось, и он, заставив нас ахнуть, поднялся на ноги, не обращая внимания на многочисленные раны.

— Почти как новенький, — усмехнулся Леос.

— Ты… Чудовище! — злобно воскликнул Люциус. — Это просто… отвратительно!

— Это магия жизни во всей её красе, — парировал вампир. — И ведь ты сам хотел, чтобы наш драгоценный учитель вернулся в жизни? А может, мне вернуть также и Ниши?

Вместо ответа Серен выругалась. Её явно не устраивало предложение Меченосца.

— Жаль, что всё это отняло у меня слишком много времени, — вздохнул Леос. — Скажи-ка, Сирай… о чём мы договорились?

Сирай закашлялся. Было видно, как трудно ему двигаться из-за полученных ран, не то что говорить. Но наконец он произнёс:

— Что я помогу вам…

— Поможешь в чём? — уточнил Леос.

— Помогу изменить государство…

— Прошу прощения, зомби тяжело разговорить, — сказал нам вампир и снова обратился к павшему генералу:

— А ты что сделал?

— Понял, что вы не хотите менять его…

— Какие у нас все стали умные под самый конец, верно? — Леос посмотрел на старшего драконида. — Он понял, что нам вовсе не хочется строить лучший Сиприн.

— Вы хотите разрушить его…

— Почему, Леос? — в разговор вступил Люци. — Это ради той мести, о которой ты говоришь?

— И ради неё тоже, это верно, — кивнул вампир. — Но в целом, я просто выполняю приказ своего господина, не более. Сиприн ему чем-то помешал, и наша задача была устранить эту помеху. Любым способом.

Земля вновь затряслась, ненадолго прервав наш разговор.

— Как видишь, мы почти пришли к успеху, но такие бараны, как он, всё ещё надеются всё испортить, — сказал Леос и слегка пнул Сирая, повалив того на землю, но мертвец снова поднялся, как ни в чём не бывало.

— Вы, это кто? — спросила Серен.

— Скорее всего, он про Гедеона, — догадалась я.

— Мама подозревала его… — вздохнула дочь Ниши. — Но он же много лет прислуживал деду…

— Слушайте, ну великие дела одним днём не делаются, — сказал Леос. — Втереться в доверие только к вам просто, а тут целый король. А особенно тяжело, когда исполнители начинают заниматься тем, о чём их вовсе не просили!

Вампир вновь отвесил генералу сильную оплеуху. Как будто тот мог её почувствовать.

Краем глаза я обратила внимание, как Люциус пользуется возможностью и выбирает более удобную позицию для нападения. Он явно хотел успеть перекрыть нашему бывшему другу пути к отступлению и атаковать, когда настанет удобный момент. Вот только сомневалась, что Леос не замечал его телодвижений.

— Нет, ну вот ты, Люциус, должен меня понять, — обратился вампир к дракониду, заставив того сразу же застыть. — Вот у тебя всё уже готово, всё запланировано, и тут Акши какого-то чёрта приглашает в гости вот её!

Леос указал на меня, после чего сжал ладонь в кулак и потряс им в воздухе, похоже, пытаясь сдержать гнев.

— Да и не просто её, так ещё и с целым ангелом-хранителем! — воскликнул он, видимо, потерпев неудачу. — Ты хоть представляешь, сколько нужно сил, чтобы заглушить ясновидение?!

— В каком смысле, заглушить?! — удивлённо воскликнула я. — Разве ты…

— До тебя мы ещё доберёмся, — Леос перебил меня и снова обратился к дракониду:

— А потом, можешь себе представить, Гедеону стало невероятно интересно изучить регенерацию драконид! Мало ему было подопытных, собираемых хриплой лисой и кошкой с манией величия?!

— К рукам я почти привык, — подал голос Шиман, продемонстрировав, что он вполне неплохо научился двигать лишними конечностями.

— Поглядите, а он и не против, — фыркнул Леос. — Вы там ему ничего в голове не повредили?

— Действовали чётко по твоей инструкции, — ответила Серен.

— Хорошо, когда хоть кто-то действует чётко по инструкции, — вампир учтиво поклонился шаниру. — А не как Алви, которая решила зафигачить не только свою сестру, но и всех вас забрать на тот свет.

— А ты прямо беспокоишься? — со скепсисом в голосе спросил Люци.

— Ещё бы я не беспокоился! — воскликнул Леос, но продолжение его мысли прервал очередной толчок земли.

— Боже, да чем там Гедеон занимается-то?! — воскликнул вампир, когда всё успокоилось.

— Дохнет, наверное, — заявила я. Уж очень захотелось съязвить.

— Тогда у меня совсем мало времени, — сказал Леос и обратился к Сираю:

— Где мой друг? Ты нашёл его?

— Демоны в трофейном зале… — ответил Сирай.

И эта информация оказалась полезна не только для нашего нового врага. Теперь я знала, куда именно перевели пленных кир-тонов, а значит, и Аньяри тоже. В голове медленно начал зарождаться новый план.

— Вот и славно! — ухмыльнулся Леос и сорвал с пояса генерала связку ключей. — Значит, нам пора прощаться?

— Не думай, что ты сможешь так просто уйти, — возразил ему Люциус, подойдя совсем близко и направив меч на бывшего друга.

— Ты идиот? — спросил вампир в ответ. — Или хочешь рано умереть? Я же только что убил того, кто явно посильнее тебя.

Леос указал на вновь упавшего лицом в песок генерала.

— После услышанного я не прощу себе, если дам тебе так просто уйти, — спокойно сказал старший драконид. А затем продолжил, повышая тон с каждым словом:

— Ты служишь врагам Света. И врагам Империи. Ты был заодно с теми, кто пленил моего брата и заставил его страдать. Как ты думаешь, я смогу смотреть в глаза своему отцу, если струшу сейчас?!

— Да мне в общем-то всё равно, — пожал плечами Леос. — Но если ты настаиваешь… то… Нидхогг!

Когда Меченосец прокричал это имя, его оружие отозвалось пульсацией энергии. Возможно, только я ощутила её. И этот бесконечный голод, исходящий от клинка. Потому что только я отступила назад. Но от произошедшего дальше, моему примеру последовали и другие.

— Пятый уровень активации! — скомандовал Леос. И кнут в его руках стремительно расширился, превратившись в длинного извивающегося змея с чёрной чешуей и десятками алых глаз, разбросанных по голове. Гигантская зубастая пасть выдыхала густой пар, а на песок капала вязкая слюна.

— Это что за…?! — воскликнула поражённая Серен, стоящая где-то за моей спиной.

— Вы не оставили мне выбора, — усмехнулся Леос. — Но сначала я должен вывести из боя самого опасного из вас.

68. Ясновидение

Услышав Леоса, Люциус моментально сменил стойку на оборонительную, что было здраво, ведь он являлся самым умелым бойцом среди нас. Шиман всё ещё отходил от своего прежнего состояния, Серен вряд ли держала меч каждый день, а я… даже не хотела думать о том, чтобы наравне противостоять вот этому монстру в его руках.

Но Леос повернулся именно ко мне и сказал:

— Пора тебе посмотреть куда-нибудь ещё.

После чего протянул руку, начертив в воздухе невидимый знак. А потом… Потом сознание погрузилась во тьму.

Открыв глаза, я поняла, что осталась на том же самом месте. Рядом находился и вампир, только он не держал в руках хвост уродливого монстра… да и Сирай, стоящий рядом с ним, выглядел вполне живым.

— Соболезную вашей утрате, — спокойно сказал Леос.

— Мне нужны не соболезнования, — ответил генерал. — Мне нужен мой живой сын.

— Я не могу вылечить смерть, — развёл руками вампир.

— Тогда что ты можешь? — спросил пожилой шанир.

— Могу помочь избежать новых, — Леос положил руку воину на плечо, а его глаза чуть сверкнули алым.

Видение померкло, и генерал с вампиром пропали. А вместо них на площадку из замка пришли король Верен и Ниши.

— Я не буду поддаваться, отец, — усмехнулась ещё молодая принцесса.

— Этого я от тебя и не жду, — ответил король.

Голову пронзила адская боль, и я зажмурилась. Леос всё это время подавлял мои видения? А что он сделал теперь? Насильно погрузил меня в них? Значит, моим даром действительно можно управлять? Если бы я только знала заранее…

От злости я ударила первое, что попалось под руку. Это оказалась каменная колонна тронного зала. А ведь я и не заметила, как оказалась там.

— Принц Киши сообщил мне, что твой старший брат решил поднять восстание и попытался расколоть армию, — послышался со стороны трона спокойный голос короля.

Я подошла ближе, чтобы лучше услышать его разговор с дочерью. В этом видении вновь присутствовала Ниши. Возможно, её камень рядом со мной как-то влиял на то, что можно было увидеть? Похоже, что в зале, кроме них, никого не было.

— А Киши сам не предатель, значит? — Ниши удивлённо подняла бровь.

— Он? Нет, — усмехнулся Верен. — Всё это было спектаклем, чтобы легче внедриться в группу предателей. Я хочу, чтобы ты помогла ему. Узнала всех зачинщиков восстания.

— Не скажу, что это лучший план, но… хорошо, я помогу, — ответила она, совсем не скрывая недовольства.

— Но делать это сейчас слишком опасно. Начни пока аккуратно, а более детальных результатов я жду месяцев через семь или восемь.

— Так долго? — удивилась Ниши.

— Сложные дела быстро и не делаются, — пожал плечами правитель Сиприна. — В какой-то момент Киши решит совершить на меня покушение. Вот это и будет сигналом для тебя.

— Значит, тебе придётся отослать меня из столицы, — предложила принцесса. — Могу захватить с собой дочь Алексия, чтобы она не путалась под ногами Менриэль.

— Ты хочешь заменить ей мать или ангела-хранителя? — строго спросил шанир на троне. — Да, Алексий хороший друг, но людской век недолог, не стоит так сильно привязываться к ней. Да, она на нашем попечении, но Менриалина — не твоя дочь.

— А для меня, дядя, нет чужих детей, — ответила Ниши, усмехнувшись.

Такую тёплую улыбку я видела совсем не часто. Если бы видение позволяло рыдать, то точно бы расплакалась на месте. Совесть проснулась с новой силой: как я могла так подвести её?! Наверное, одну из самых искренних личностей, встретившихся на моём пути.

Но как она назвала короля? Дядей? Неужели Ниши не была дочерью Верена?

Видение снова померкло, и теперь моё сознание переместилось к главным воротам. Ниши стояла у ограждения перед пропастью. Вскоре к ней подошла фигура в капюшоне и протянула свиток.

— Ваше приглашение, — услышала я, когда приблизилась.

— Ты уверен, что она будет там? — спросила принцесса.

— Определённо, Мелиссе помогала одна из дочерей короля, — ответил её собеседник. — И она будет там договариваться о её освобождении. Пленение певицы всколыхнуло всё подполье. Но никто не может её просто так взять и освободить.

— Спасибо за информацию, — кивнула Ниши посыльному и недовольно посмотрела вглубь города.

Простояв так ещё довольно долгое время, принцесса выругалась и резко оттолкнулась от ограждения, а видение вновь изменилось.

Мимо меня стремительно пронесся незнакомый эльф, а за ним бежала Коха. Вскоре ей удалось нагнать его и сбить с ног. Я огляделась и поняла, что нахожусь в пещерах глубин. Каких именно определить возможности не представлялось. Да и насколько это было важно сейчас?

— Попался! — усмехнулась принцесса, захватив пленника. — Куда же это ты так торопишься?!

— Ничего не знаю, ничего не скажу! — воскликнул эльф перед тем как завопить от боли.

— Скажешь, скажешь, — усмехнулась Коха, ломая ему второй палец.

А ведь я даже не думала, насколько кровожадной могла быть моя подруга. Рукой шанир не ограничилась, заставляя меня морщиться каждый раз, когда бандит кричал. Но на помощь ему никто не спешил.

— К твоей сестре! — воскликнул он наконец. — На собрание!

— Да что ты говоришь? — улыбнулась Коха. — И как мне туда попасть?

Видение не собиралось удовлетворять моё любопытство. Оно снова померкло, и теперь я находилась глубоко в шахтах Сиприна, в до боли знакомых пещерах.

Я наблюдала, как Гедеон выстрелил в меня дымовым зарядом, и как Вил тут же напал на него, но доктор моментально отбил кинжал эльфа и ударил его по голове.

— Похоже, на этом всё, — безразлично сказал он.

— Ага, а Менра? — усмехнулся Леос, не прекращая делать вид, что собирается напасть на учителя. Или кем Гедеон был для него на самом деле?

— Путешествует себе в мире грёз, — ответил он. — Всё, как и предвидела Алви.

— У нас что, очередная ясновидящая? — усмехнулся Леос и подошёл к облаку дыма.

— Ты слишком привязался к этим детям, — заметил Гедеон. — Неужели ты правда собирался сразиться со мной?

Его глаза выглядели как два красных огонька, а рот заменяли прорези внизу головы. Мне это казалось жутким, но я всё равно старалась держаться поближе к нему.

— Это был бы интересный поединок, — усмехнулся вампир. — Ты так тянешься к бессмертию, что не можешь понять, насколько же это скучно. Этот короткий эпизод послужил неплохим развлечением. Они и правда могли бы стать неплохими друзьями.

— Так рассуждают лишь зануды и глупцы, — спокойно ответил Гедеон. — У которых не хватает желания и фантазии, чтобы познать все тайны мироздания.

Дым рассеялся, и Леос поднял моё тело, водрузив себе на плечо.

— У, она легче, чем я думал, — заметил он, а я жалела, что никак не могу навредить ему из видения или разбудить себя.

— Просто отнеси её, куда Алви попросила, и освободи уже Ракоша, — сказал Гедеон и добавил:

— Мы и так задержались из-за тебя.

— Сказал тот, кому очень было интересно добавить дракониду ещё пару рук.

— А ещё укрепил мышцы и скелет. Он очень хорошее творение. Проследи, чтобы он добрался домой. Хочу понаблюдать за прогрессом.

— Какие же мы с тобой иногда долбанутые, — усмехнулся Леос и направился прочь из пещеры, таща меня на себе.

Видимо, это он принёс меня прямо к логову революционеров, где я очнулась, но сейчас проверять это желания не было. Похоже, тогда при пробуждении я совсем не заметила, что находилась в другом месте.

В любом случае больший интерес сейчас представлял дальнейший путь придворного врача.

— Именно поэтому нас и выбрали, — сказал Гедеон, когда его напарник скрылся.

Он волок Вила за собой куда бесцеремоннее, чем вампир обходился со мной. Вскоре доктор дошёл до своей цели: огромной пещеры, утыканной множеством незнакомых мне предметов со шлангами и трубками, тянущимися к потолку.

— Авторизация успешна, — сообщил незнакомый женский голос.

— Проверь готовность, — попросил Гедеон.

— Готовность девяносто девять процентов, — сообщил его собеседник.

— Ну уж один процент я готов подождать, — сказал он и дотронулся до того места, где должно было находиться его лицо. — Скоро это всё будет неважно.

Гедеон положил Вила недалеко от нагромождения коробок со светящимися точками и, наклонившись, всмотрелся в лицо эльфа. Он стоял неподвижно слишком долго, продолжая пялиться на своего пленника, отчего мне стало жутко

— Какой же он хрупкий, — наконец изрёк доктор. — И ты хочешь, чтобы мы стали такими же? Вернулись к своему прошлому? Отринули наш…

Я не смогла дослушать, что именно не хотел терять Гедеон.

Видение вновь изменилось, перенеся меня в больничную палату Кохи Ариан. Шанир лежала на кровати, держа в руках раскрытую книгу, и смотрела на свою старшую сестру. На её лице уже были те ожоги, которые теперь принцесса прятала под маской.

— Ты могла умереть, — строго сказала Ниши.

— Я знаю, — апатично ответила Коха.

— И всё же ты думаешь продолжить сражаться? — спросила старшая принцесса, скрестив руки.

— А что мне остаётся, сестра? — шанир тяжело вздохнула и воскликнула:

— Ты знаешь, как тяжело быть никому не нужной?!

— Не говори ерунды, — возразила Ниши.

— Это не ерунда! У меня нет талантов, я какая-то химера, а теперь… Теперь всё стало ещё хуже!

Послышался громкий всхлип, и на книгу упало несколько слезинок.

— Каждый из нас будет кому-то нужен, — возразила Ниши. — Если не сейчас, то потом. Ты важна для Сиприна, как бы не выглядела.

— Тогда скажи мне сестра, — Коха утёрла слёзы и посмотрела старшей принцессе в глаза. — Если я действительно важна… почему мне до сих пор не назначили ангела-хранителя?

Видение прервалось так же резко, как началось, и я снова вернулась на тренировочную площадку: прямо за спину Леоса.

— Теперь ты всё понимаешь? — спросил он.

Перед ним стоял Шиман, загораживая своего брата, а Люциус… Люциус сгибался, упав перед вампиром на колено, и левой рукой сжимал то, что осталось от правой: лишь небольшой кусок предплечья. Представлять, куда делась остальная часть, учитывая извивающееся живое оружие Леоса, я даже не хотела. Серен не было видно поблизости, равно как и генерала. Оставалось надеяться, что этот жуткий монстр не решил полакомиться шаниром. Он вообще мог… лакомиться?

Эту несвоевременную мысль сразу прервала другая: за Леосом валялась связка ключей, которую он отобрал у Сирая. Похоже, пока я находилась в видениях, здесь произошло много событий, и вампир выронил её.

Действуя почти на автомате, я побежала вперёд. Змей в руке Леоса среагировал моментально и сразу дал понять, что не успею нанести вампиру ни единого удара. А вот забрать ключи — вполне. Ловко проскочив мимо пролетевшей надо мной пасти, я схватила кольцо и перекатилась в сторону.

— Что?! — только и успел спросить вампир, а его уже атаковал Шиман, воспользовавшись заминкой противника.

Не теряя ни секунды, я поднялась на ноги и побежала прямо к залу трофеев. Конечно, надежда, что Менриэль всё-таки жива и скоро покажется, ещё оставалась. Но в её отсутствие… Похоже, только Аньяри могла мне сейчас помочь.

69. Освобождение

Казалось, будто Леос упивается своей силой. Стоило мне скрыться в коридоре, как он направил змея следом.

Меч Леоса пожирал всё на своём пути: вазы, картины, даже куски стен. Всё, что задевала его пасть. И это только подпитывало мой ужас. Но меченосец не торопился атаковать. Он больше играл со своей добычей, как кошка с мышкой.

Я попыталась создать молнию, чтобы хоть как-то ответить, но магия отказывалась слушаться. Оторваться тоже не получалось: змей раз за разом щёлкал зубами слишком близко к спине. Оставалось надеяться только на то, что Леос не наиграется и не станет атаковать всерьёз. В памяти всплыл Люциус, сжимающий предплечье и лишившийся остальной части руки. И это совсем не дало мне уверенности.

Если я правильно помнила, трофейный зал должен быть совсем близко: прямо за поворотом.

— Что?! — вырвалось у меня в тот момент, когда я поняла свою ошибку. За дверью оказалось совсем другое помещение.

Разумеется, в панике я сбилась с пути и не понимала, где именно свернула не туда. И потому пришлось принять единственно верное решение в такой ситуации: бежать дальше, пока хоть что-нибудь мне не поможет. Или, наконец, не вернётся Менриэль.

И этот план быстро стал подводить: несмотря на многочисленные тренировки, я скоро начала выдыхаться, а Леос ни на секунду не отставал.

На одном из поворотов на пути показались двое стражников. Они что-то крикнули, когда поравнялись со мной, и один из шанир, судя по воплям, тут же был схвачен змеем Леоса. Ждать, что произойдёт со вторым, было бы ошибкой, которую я совершать не стала, и просто продолжила бежать, пока не нашла нужную дверь.

Ворвавшись внутрь и закрыв её за собой, я хотела подпереть створку ближайшей стойкой, но сил её сдвинуть не хватило. А попытавшись повторить это с другой, поменьше, я смогла сдвинуть её с места, но почти сразу пришло понимание, что времени на установку бесполезной баррикады попросту не хватит.

Рванув в центр зала, я обрадовалась, когда увидела, что информация Сирая до сих пор оставалась верна: в противоположном конце помещения находились две клетки, которых раньше тут не было.

Добежав до ближайшей, я схватила первый попавшийся ключ и попыталась вставить его, постоянно промахиваясь мимо скважины. А когда попала — поняла, что ключ не подходит, и спешно сменила на второй. Но он, хоть и смог войти в замок, поворачиваться никак не хотел. Подошёл только пятый. Дверь распахнулась, и ко мне на встречу вышел… не тот кир-тон, которого я надеялась освободить.

— Спасибо, но она там, — сказал Ракош и кивнул в сторону другой клетки.

Выглядел он совсем не таким измождённым, какими бывают заключённые после многих лет неволи. Конечно, худым и с тёмными кругами под глазами, но вполне крепким.

Стоило первому ключу оказаться в замке от второй клетки, как входная дверь с громким треском развалилась на обломки, сразу поглощённые пастью червя.

— Так вот из-за чего такая спешка, — сказал Ракош и направился прямо к вампиру, будто совсем не боялся его.

— О, ты уже на свободе, старый друг, — усмехнулся Леос. — Мы уже заждались твоего возвращения.

— Ты решил использовать эту силу против девочки? — спросил демон с явно осуждающими нотками.

— О, ну она ясновидящая, дочь Алексия, не стоит недооценивать, — усмехнулся вампир. — В любом случае, похоже, тебе пора отступить отсюда.

Наконец, очередной ключ подошёл, и замок щёлкнул.

— Думаю, ты прав, — ответил Ракош и скрылся за спиной Леоса.

— Ты давно не заходила, — заметила Аньяри, показавшись из своей темницы.

Подобно брату, она не утратила силы воли, вышла из клетки с высоко поднятой головой и окинула происходящее вокруг высокомерным взглядом. Не смутило её и оружие Леоса.

— Я хотела, но не нашла вас, — ответила я.

— Справедливое замечание, — сказала Аньяри и кивнула в сторону Леоса. — Обижает?

Я не нашла, что ответить на этот вопрос. То, что делал Леос, имело мало общего с обидой.

— Не слишком ли много ты на себя взял, меченосец? — спросила демоница. — Решил, что можешь просто так брать и чинить беспредел, потому что тебе досталась в руки невиданная сила?

— Иду по стопам лучших, — ответил Леос. — Да и сила мне досталась вовсе не задаром. Но не тебе меня судить, Сжигательница миров.

Аньяри глубоко вздохнула и подошла ближе к Леосу, оставив меня позади. Но даже так я ощутила сильный жар, исходящий от неё.

— Ты говоришь большую глупость, меченосец, — сказала она. — Никто из вас не идёт по стопам Серебряных рыцарей. Всё ваше ничтожное общество — лишь наша жалкая подделка.

— Можешь сказать это Гастелле, когда вы встретитесь, — усмехнулся вампир. — Только если Нидхогг тебя не сожрёт.

— Я не дам тебе навредить ни себе, ни ей, — спокойно ответила Аньяри.

— Ей? — Леос засмеялся. — У меня нет цели ей навредить. Признаю, погоня получилась весьма занятной, и её предчувствие угрозы только сыграло мне на руку. Но убивать её мне запрещено, не хочу наживать себе лишних врагов, знаешь ли.

— Ты уже враг Света и его прислужников, — заметила серебряный рыцарь. — Разве для тебя есть кто-то опаснее?

— О, ну, мой статус, как видишь, не помешал внедриться прямо в сердце королевства. Слуги Света очень плохи в выслеживании собственных врагов. И никто не захочет, чтобы у него на хвосте была Огненная Медведица.

О ком он говорил? Я знала лишь одно существо-медведя. Неужели он знал Миато? Это она запретила ему мне вредить? Но зачем тогда…

Мои мысли прервал резкий выпад Леоса в сторону Аньяри: повинуясь воле Меченосца, змей заревел и, разинув пасть, направился прямо в её сторону, как будто большое расстояние не было помехой для его длины.

Прозвучал щелчок, и в следующий миг змей вспыхнул ярким пламенем. Он оглушительно взревел и начал извиваться, корчась от боли.

— Неудачное оружие против такой, как я, — прокомментировала Аньяри и медленно направилась вперёд.

Леос не растерялся, его змей отсоединился от рукоятки, и уже скоро вампир вырастил новое чудовище, вопреки любым ожиданиям. Против любых законов природы, которым меня учили. Неужели именно в этом была причина враждебного отношения к меченосцам?

— С этим будет то же самое, — сказала демоница, уклонившись от выпада Леоса, и ударила пролетевшего мимо змея.

Вспыхнул и он, а предыдущий и вовсе успел догореть до тла.

— У меня ещё много тел в запасе, — усмехнулся вампир. Похоже, у него был какой-то тайный план, а всё происходящее только веселило. Зал содрогнулся, и новый змей показался из-под пола между мной и Аньяри. И теперь он смотрел прямо на меня.

— Пожалуй, я переживу вражду с Миато! — воскликнул Леос и направил змея в атаку.

В панике я попыталась уклониться, но Нидхогг всё равно успел сбить меня с ног, прежде чем загорелся.

— Это было подло, — заметила Аньяри и разбила одну из витрин.

Достав оттуда оружие — короткий меч, демоница резко бросилась в сторону вампира, но тот снова создал червя, и он унёс меченосца прочь, увеличив дистанцию между ним и серебряным Рыцарем.

— Ты ведь здесь за тем, чтобы освободить моего брата? — спросила Аньяри.

— Да, и лишить Литен поставок веренита, — ответил Леос.

— Как щедро с твоей стороны делиться подобной информацией с врагом.

— А что ты с ней сделаешь? — спросил вампир. — Пожалуешься Каэлю? Мы уже достигли своих целей. Всё, что будет дальше, уже не имеет никакого значения!

— Даже твоя смерть?

— Она мне не грозит, — ответил Леос и вновь направил змея в сторону демоницы, — Ведь я бессмертен!

На этот раз змей не вспыхнул, как раньше. Похоже, что-то защищало его от магии Аньяри. Тогда она хлопнула в ладоши и, уклонившись от выпада, дотронулась до чешуи чудовища. От её прикосновения Нидхогг стремительно покрылся ледяной коркой, а затем рассыпался на мелкие куски.

— Было бы у меня больше энергии, сожгла бы и такого, — сказала Аньяри. — Но признаю, перекрыть огню кислород — здравая идея.

— Спасибо за похвалу, — улыбка не сползала с лица Леоса. Он действительно наслаждался сражением. — Но это не единственный туз в моём рукаве. Смотрите, как бы ваше высокомерие не вышло боком, серебряный рыцарь.

Вампир приготовился к новой атаке, но стена прямо за ним буквально испарилась, а в комнату проник ослепительный свет, заставив меня зажмуриться.

— Ты долго, — сказала Аньяри, когда яркость пришла в норму.

— Меня сильно задержали, — услышала я голос Менриэль, заставивший проступить слёзы на глазах.

70. Власть

На вид ангел-хранитель оставалась почти такой же, какой я видела её в последний раз. Только сейчас лицо, выражающее гнев, не скрывала маска ворона, а тьма покрывала не все перья. Над головой Менриэль парил яркий нимб. В руках она держала не свой обычный, но явно ангельский меч

Архангел небрежно махнула рукой, и по полу покатилась голова Гедеона. Но на месте разреза вместо плоти, я, к удивлению, увидела лишь несколько темных металлических оборванных трубок.

Леос не успел развернуться или хоть как-то отреагировать на появление противника. Одним ударом Менриэль сбила вампира с ног, заставив выронить меч.

— Ты невероятно вовремя, — сказала Аньяри, а я даже не хотела ничего говорить: просто бросилась прямо к ней и заключила архангела в объятия.

— Враг ещё не побеждён, — она погладила меня по голове и отстранилась. — Он жив, надо захватить его.

— Думаю, теперь ты справишься и без меня, — заметила Аньяри и направилась к выходу.

Леос попытался подняться, но Менриэль ясно дала понять, что рыпаться ему не стоит. А Аньяри дополнила её жест красноречивым взглядом.

— Ангелу не пристало благодарить такую, как ты, но, похоже, ты выполнила часть моей работы, — сказала хранитель, когда кир-тон почти дошла до выхода из зала.

— Ничего личного, я всего лишь пресекала грубое нарушение закона, — ответила серебряный рыцарь, прежде чем скрыться из виду.

— Если убить меченосца, его могут просто воскресить, — сказала Менриэль и осмотрела зал. Заметив кандалы, видимо оставшиеся от демонов, она указала на них.

Я поняла её без слов, и скоро Леос был обездвижен настолько, насколько возможно.

— Разве воскрешение возможно? — спросила я.

— Думаю, мы вернёмся к этому разговору, когда ты будешь в безопасности, — ответила Менриэль. — Прости, что меня так долго не было, но сейчас не время для разговоров.

— Я понимаю, — ответила я.

Конечно, мне было грустно от её слов, но возражать я не смела. Хоть Леос и Гедеон проиграли, видимо, какая-то опасность сохранялась, раз Менриэль так говорила.

— Нам пора домой, — заявила она и, привязав к кандалам найденную около клеток верёвку, потащила Леоса за собой.

— Где ты была? — спросила я, когда мы вышли в коридор.

— Гедеон каким-то образом использовал твою кровь, чтобы воздействовать на нашу связь, и смог пленить меня, — ответила она. — Но меня нашёл Вил и освободил. Он сейчас в безопасности.

— Мы нашли Шимана, — сообщила я.

— Вы хорошо справились, — похвалила Менриэль. На её лице впервые за наш диалог появилась улыбка.

— Ниши мертва… — продолжила я диалог.

— Плохая новость, — вздохнула ангел-хранитель. — Но ты сможешь рассказать мне всё потом.

Вскоре мы вышли в королевский зал, где дорогу преградили стражники с необычными доспехами. Таких я раньше не видела.

— Гвардейцы… — проговорила Менриэль, выпустив верёвку из рук.

Стражники направили на нас копья и стали медленно приближаться.

— Постойте, — приказала королева.

— Постойте, — вторил ей король.

Воины остановились, но не спешили убирать оружие.

— Что это значит? — спросила архангел, обратившись к правителям.

— Это должны спросить мы, — строго сказала Акши Ариан.

— Спрашиваем мы, — кивнул Верен и поднялся с трона. — Ваши действия являются изменой.

Поведение короля показалось мне странным. Почему его супруга вообще говорила первой? Почему он практически сразу повторял смысл её слов?

Менриэль вздохнула и, на секунду закрыв глаза, метнула в сторону правителей гневный взгляд.

— Измена — это то, что сейчас делаете вы! — сказала она.

Верен Ариан обнажил клинок и начал приближаться.

— Я сам разберусь, — произнёс он. Мне показалось, будто глаза короля на секунду сверкнули.

Происходящее вокруг казалось мороком, безумием. Я бы могла назвать это видением, если бы оно не было таким реальным не со стороны происходящего, но с точки зрения моих ощущений.

— Лучше сложите оружие, архангел Менриэль, — Акши выражала презрение не только своим взглядом, но и голосом. — Вы здесь одна. И вы знаете, что ответственны за нарушение наших устоев. Ваша воспитанница причастна к убийству Ниши Ариан, нападению на собственность короны и покушение на Алви Ариан. Вы освободили демонов и собираетесь похитить ценного пленника. Вы также напали на придворного врача.

— Ваш драгоценный доктор был не так прост… — хотела было сказать Менриэль, однако королева прервала её:

— Сиприн больше не подчиняется гнёту Света! — воскликнула она. — Мы сами выберем свой путь. Шаниры станут хозяевами этих земель!

Король Ариан остановился и развернулся к ней. А после — громко рассмеялся.

— Муж?! — королева отступила на шаг назад.

Послышался смешок и от Леоса. Похоже, что вампир уже очнулся.

— Какая же вы всё-таки идиотка, уважаемая королева, — сказал Верен и зашагал обратно к трону.

— Убей её! — закричала Акши, но её муж не изменил направления. — Ты должен подчиняться! Код сто шесть, цель — архангел Менриэль!

— Я не буду этого делать, — возразил Верен.

— Гедеон… — злобно прошипела Акши. — Гедеон обещал!

— Вы тоже много чего обещали, уважаемая королева, — усмехнулся Верен и отвесил жене пощёчину. Королева вскрикнула и упала на пол, а он с безразличием наблюдал за ней.

— Я здесь… — Акши медленно поднялась. Удивительно, как она до сих пор не растеряла силы воли. — Я здесь власть!

— Похоже, здесь так думаете только вы, — ответил Верен. — Бросать вызов ангелам не было в нашем уговоре.

— Кто ты такой? — спросила его Менриэль.

— Посидите пока тут, — Верен проигнорировал вопрос архангела, схватил Акши и силой усадил на свой трон. — Хоть немного вы заслужили.

Снова усмехнувшись, шанир повернулся к нам и, приблизившись, наконец удостоил ангела ответом:

— Я здесь король.

Леос снова усмехнулся, а Верен продолжил:

— Гвардейцы, убить их!

Несколько воинов приблизилось к нам, но основная масса не шелохнулась. Похоже, они оказались в смятении от недавно увиденной сцены.

— Так вот чего стоит власть короля, — усмехнулся шанир и быстро приблизился к одному из ослушавшихся.

Я не заметила, что произошло дальше: Менриэль загородила меня спиной, отразив удар нападавших. Сражение было недолгим: слишком уж ангел-хранитель превосходила гвардейцев по силе. А когда было покончено с последним, я вновь обратила внимание на короля. Из его тела торчало копьё стражника, которого сразил сам Верен.

— А последний был хорош! — рассмеялся король, вытащив из себя древко.

Зал осветили синие искры, посыпавшиеся из раны. Король держался крепче обычного. Он не был похож на того старика, которого я встретила раньше и видела всё это время на троне. Не был похож на того, кто пережил то покушение. И казалось, Верен совсем не замечал свежей раны. С его тела даже не капала кровь.

— Надо будет укрепить это тело, — усмехнулся он. — Впрочем, теперь никто не помешает нам устроить реванш, Лэй пятнадцать шестьдесят семь восемьдесят пять. Рабыня Света.

— Гедеон, — медленно произнесла Менриэль. — Как ты это сделал?

— Тебе интересно как я добился бессмертия? — переспросил он. — Могу подарить его и тебе, если сложишь оружие и вежливо попросишь.

— Это Гедеон?! — мои слова вырвались наружу, когда я, наконец, отошла от шока. — В теле короля?!

— Это её заслуга, уважаемые, — лжекороль указал на Акши и бросил на неё короткий взгляд.

Воспользовавшись заминкой, Менриэль атаковала его мечом, но противник защитился голой рукой, отразив её удар. Рука короля осталась невредимой, а звук удара напоминал мне звон стали, а не обычный удар по плоти.

— Это было подло для слуги Света, — усмехнулся лжешанир. — Разве этому учат на Литене?

Менриэль назвала его Гедеоном. Но как это могло быть? Доктор совсем не походил на короля, да и я видела отрезанную голову предателя собственными глазами. Неужели всё это было большим обманом? Я бросила взгляд в сторону Леоса. Было неприятно оставаться наедине с вампиром, хоть и надёжно скованным.

Ангел-хранитель выстрелила в лжекороля пучком молний, но они не нанесли хоть насколько-нибудь заметного эффекта.

— Посмотри, Диоген! — воскликнул Гедеон, отпрыгнув подальше. — Я победил электричество!

К кому он обращался? На всякий случай я осмотрела зал. Но кроме нас и павших гвардейцев никого не заметила. Даже нападавшие ранее революционеры не стремились попасть внутрь. Только толчки, сотрясающие замок ранее, наконец прекратились.

Гедеон стремительно направился к Менриэль, держа меч наготове. Конечно, сам он двигался бодро и не показывал наличия каких-либо ранений, но я видела обгоревшую шерсть короля. Менриэль отбила удар противника и нацелилась на место, откуда раньше торчало копьё. Несколько раз попав туда, ангел отступила назад.

Было заметно, что хранитель уводит сражение дальше от нас. Леос продолжал довольно ухмыляться, будто не проиграл несколько минут назад. Похоже, вампир наслаждался их поединком ничуть не меньше, чем своим, совершенно игнорируя меня. Я посмотрела в сторону королевы. Она была ошарашена не меньше моего.

— Похоже, вы достигли цели? — наконец решила сказать я. — Всё, что вы делали, служило этому моменту?

— Точно так, Менра, дочь Алексия, — ответил Леос. — Даже если нам суждено потерять наши тела здесь, мы достигли того, ради чего прибыли на Сиприн.

— Но вы не увидите результата своих трудов, — заметила я.

— Как знать, как знать, — уклончиво ответил Леос.

Я заметила, как супруга короля поднялась и направилась к нам. В руке Акши появился кинжал, а взгляд предельно ясно выражал намерения шанира. Я не знала, что творилось в её явно безумной голове, но точно не собиралась давать себя в обиду. И, конечно, не думала о последствиях.

— Молния! — воскликнула я, выставив руку в сторону королевы. И магия, наконец, послушалась. Но увы, не полностью: я промахнулась, но этого было достаточно, чтобы Менриэль обратила на нас внимание.

Если бы я оказалась замешана ещё и в смерти королевы, это могло бы сказаться совсем худо на репутации всего Компиталиса. Жаль только, что я стала заботиться о ней только сейчас, услышав обвинения с её стороны.

— Разрешите обратиться, ваше величество! — произнесла Менриэль, отразив новую атаку противника. Явно не серьёзно, но это помогло привлечь внимание Акши и остановить Гедеона.

Броня лжекороля получила значительные повреждения, а одежда была порвана в клочья. Металл закрывал практически все участки кожи бывшего Верена, вызывая недоумение: как он мог так быстро двигаться? Как не обращал внимания на тяжесть своих доспехов? И как до сих пор не получил ни единого ранения?

— Разрешаю, — ответила Акши. Почти одновременно с Гедеоном.

Услышав её, лжекороль повернулся, и я ахнула. Лицо короля практически отсутствовало. Вместо меха и кожи на нас смотрел оголённый металлический череп со светящимися красным цветом глазами. Я видела чудовище.

— С детства на Литене нас учили одной важной вещи… — начала говорить ангел. Я еле уловила взглядом жест, показывающий мне отойти подальше. И я повиновалась, не забыв оттащить и Леоса.

— Это ты к чему? — спросил Гедеон. — Решила прочитать нотацию напоследок?

— Нас учили самой важной вещи, о которой забывают многие живые существа, — продолжала архангел.

— О чём? — спросила Акши, прищурившись.

— Уважению и памяти, — ответила Менриэль. Её глаза засияли белым светом, а за спиной распахнулись крылья. Несколько перьев оставались тёмными, но только если случайно заметить их. Над головой хранителя вновь засиял нимб, а несколько чёрных перьев опали на каменный пол тронного зала.

— Какое может быть к вам уважение?! — возмутилась королева. Напряжение в воздухе нарастало. Менриэль не читала им нотацию.

— Ранти означает «память», — рука Менриэль поднялась, и она указала на Гедеона. — Память о поступках. Память о чести. Память о долге.

Он слишком поздно понял, что именно собирается сделать архангел. Слишком поздно бросился в нашу с Леосом сторону. А королева даже не попыталась. Из руки Менриэль выстрелил яркий луч света, затмивший собой часть королевского зала и правителей Сиприна.

— Литениранти! — Архангел произнесла последнее слово заклинания, и луч пропал. Свет забрал с собой и лжекороля, и Акши. А ещё большой участок пола и стены. Они просто испарились по воле хранителя. Нимб и крылья пропали, и Менриэль зашагала к нам, вернув меч в ножны.

— Теперь тебе не очень смешно? — спросила она Леоса, отвесив тому оплеуху. Судя по выражению лица вампира, ему действительно было не до веселья.

Двери с грохотом распахнулись, и внутрь зала ворвалась группа шанир во главе с Кохой. Увидев нас, они остановились в нерешительности, а их командир подошла к нам:

— Что здесь произошло? — спросила она Менриэль.

71. Коха Ариан

Коха внимательно слушала рассказ моего хранителя и не перебивала. А я решила проверить, не собирается ли Леос выкинуть какой-то сюрприз.

Похоже, при нём не осталось даже рукояти того жуткого меча. Сам вампир не произнёс ни слова. Видимо, обдумывал какой-то мерзкий план или пребывал в шоке от впечатляющей магии Менриэль. Признаться честно, даже я не ожидала такой сокрушительной мощи от магии света, хоть хранитель и много раз предупреждала о ней.

Странным было и то, что она в принципе применила это заклинание против лжекороля. Либо Менриэль очень торопилась покинуть Сиприн, либо просто устала, пока пыталась вернуться ко мне, и решила закончить бой побыстрее.

— Получается, что теперь главная… я? — спросила Коха, дослушав рассказ. Судя по её виду, шанир совсем не ожидала такого поворота событий.

— Пока не доберёмся до верха, да, — спокойно ответила Менриэль. — Я не могу командовать армией Сиприна, и у меня свои задачи.

— Я понимаю, — вздохнула принцесса и почти сразу набралась решимости.

Я хорошо её понимала: она осталась одна, но время проявлять слабость ещё не пришло. Позади неё стояли верные воины королевства, и им нужен стойкий командир.

— Внимание, бойцы! — тон Кохи изменился, стал более официальным. — Наша задача изменилась! Мы должны пробиться наверх к основным силам и перегруппироваться.

— А как же король? — спросил один из них.

— Королева? — добавил другой.

— Их здесь нет, — ответила Коха, ничуть не смутившись и, указав на двух воинов, добавила:

— На тренировочной площадке осталось два гостя, приведите их сюда и обеспечьте защиту.

— Есть! — ответили оба стражника и скрылись в глубине дворца.

— А Серен? — напомнила я.

— Я видела её, когда она покидала замок, — ответила Коха. — Похоже, решила сбежать.

Принцесса нахмурилась, на мгновение погрузившись в собственные мысли. И старалась не смотреть в сторону Леоса. Похоже, она до сих пор не могла принять резкие изменения, связанные как с ним, так и с её семьёй.

— Я бы тоже струсила на её месте, — сказала я.

— Нет, — возразила Коха. — Ты всё ещё здесь.

Она подошла к опустевшему трону. Дотронулась до подлокотника, а затем совершила резкий разворот и вернулась к нам.

— Разрешите обратиться, — сказал один из стражников, когда принцесса приблизилась.

— Говори, — позволила Коха.

— Мы оставим замок? — спросил воин. — Мы покидаем Предел?

— Замок ничего не значит без простых шанир и эльфов, — ответила Коха. — А они ждут нас наверху. Когда мы объединимся, тогда и подготовим план, как всё вернуть в норму.

Принцесса говорила спокойно, но было заметно, что её речь совсем не добавляла солдатам вдохновения. И тогда она окликнула всех и отошла чуть в сторону, чтобы привлечь больше внимания.

— Вы что это — упали духом, бойцы?! — спросила Коха. — Сиприн переживал и более тяжёлые времена! Но каждый раз мы становились сильнее. Мы поднимались и раз за разом прогрызали себе путь в светлое будущее! Справимся и теперь! И поэтому никому и никогда нас не сломить!

Стражники согласно закричали, а Леос тихо сказал:

— Я бы похлопал, не будь связанным.

— А лучше бы заткнулся, — одёрнула его Менриэль.

Вскоре стражники, ушедшие за драконидами, вернулись, сопровождая гостей Сиприна. Люциусу оказали помощь, перевязав жуткую рану, но он, понятное дело, выглядел неважно: кожа побледнела, а взгляд будто потух. Шиман, наоборот, на удивление, держался неплохо.

— Так, все в сборе! — скомандовала Коха. — Защитное построение три, выступаем!

Стражники моментально выстроились вокруг нас, трое из них сразу выбежали из замка и вскоре подали сигнал.

— Не так ты надеялась здесь погостить? — спросила Менриэль, видимо немного расслабившись.

— Не так, — согласилась я. — Представляла, что только тренировками и буду тут заниматься.

Ангел схватила Леоса и потащила за собой. Вампир особо и не сопротивлялся, лишь молча наблюдая за происходящим.

Картина, открывшаяся на улице, не могла не поразить: нашему взору предстало множество тел поверженных эльфов и шанир. Тел стражников, революционеров, даже простых граждан. Дворец оставался почти невредим, но здания неподалёку горели, создавая картину полной разрухи.

Смог от пожаров заполонил небо и снижал видимость, но мы, не мешкая, быстро пошли наверх.

— Твой червяк не помог? — вдруг подал голос Шиман, заставив меня вздрогнуть.

— Это был дракон, и… нет, не помог, — ответил Леос. — Но я всё равно сожру всех вас. Когда-нибудь.

Тон вампира не выражал прежнего ехидства. Только злоба и… жажда. Будто он действительно собирался выполнить обещание. И от его слов по моей спине невольно пробежал холодок.

Слишком уж вампир спокойно держался. Слишком покорно шёл за Менриэль. Был ли у него какой-то план? Или он просто плыл по течению, ожидая нужного момента для очередной подлости?

— Впереди противник! — крикнул один из стражников, и остальные моментально приготовились к бою.

— Вы не сможете так просто уйти, уважаемые, — раздался голос, полный безразличия, откуда-то спереди.

Я не видела его обладателя, но эта манера речи… каким образом Гедеон?..

Стражники почти мгновенно закончили схватку и расступились, огибая поверженного ими эльфа. Его не защищали доспехи, а из оружия он сжимал лишь кухонный нож.

— Что это за?.. — спросил Шиман, озвучив вслух то, о чём я боялась спросить.

— Горожане обезумели, — спокойно ответила Коха и решила пресечь дальнейшие обсуждения:

— Всё потом.

— Твоё королевство обречено, Коха Ариан, — послышались голоса со всех сторон.

Стража среагировала мгновенно и отразила новое нападение. И, благодаря разомкнутому строю, я смогла лучше разглядеть происходящее.

Из смога один за другим показывались всё новые и новые противники. Они были по-разному одеты: кто-то из них явно принадлежал горожанам, другие же — революционерам или стражникам города.

Их лица не выражали эмоций, а двигались они достаточно слаженно. Но не могли противостоять защитникам города, оставшимся в здравом уме.

Тогда я подумала: «Хорошо, что Леос сейчас связан». Ведь иначе он мог поднять павших в виде зомби, и тогда Кохе и защитникам пришлось бы совсем худо.

— Меняем построение на шестое! — скомандовала она, и стража сразу перестроилась.

Все, кроме двух воинов, сражённых предателями.

Менриэль создала несколько лучей света и направила их в сторону противников, подкравшихся со спины, сразу одолев их. Но с каждым разом врагов становилось всё больше. А продвигалась наша группа всё медленнее, неся потери.

— Коха, мы тоже можем сражаться, — сказала я то, что давно вертелось в уме.

— Шиман, я справлюсь, — сказал Люциус, и его младший брат перестал поддерживать старшего, после чего обнажил клинки.

Похоже, дракониды тоже решили помочь тем, чем могли.

— Построение два! — скомандовала Коха. — Менра, нам нужны молнии слева, Шиман и Менриэль, прикройте сзади!

— Есть! — ответила Менриэль и, отделившись от меня, обрушила магию света на приближающихся сзади противников.

Но мне некогда было наблюдать за её сражением: мне предстояла своя работа. Душу захватило вдохновение, а глаза уже выбирали наилучшие цели для атаки. Я даже почти не ощущала боли от ожогов после собственных заклинаний.

И в тот момент я вспомнила один из уроков Менриэль.

— Дайте ваш меч, — попросила я одного из стражников в короткий момент паузы между стычками.

Сначала он отнесся ко мне с недоверием, но под строгим взором Кохи всё же выполнил просьбу. Я приняла его тяжёлый меч и аккуратно дотронулась до лезвия. Клинок заискрил от влившейся в него энергии, а после этого уже другие бойцы с готовностью предоставили мне оружие.

— Мы почти у ворот! — крикнула Коха. — Не ослабляйте натиск! За Сиприн!

— За Сиприн! — повторили стражники.

От каждого поражённого врага исходили искры электричества, передающиеся другим нападавшим. И это дополнение к клинкам наших защитников оказалось невероятно эффективным против обезумевших врагов.

— А орал, что победил молнию, — усмехнулся Леос, когда мы подошли к самим вратам.

— Замолкни, — грубо оборвала его Менриэль.

— Закрыть врата! — скомандовала Коха. — Четверо на каждую створку! Вы и вы! Остальные, к обороне!

Стражники с готовностью принялись за выполнение приказа, как и я с Шиманом и Менриэль. Даже Люциус помогал чем мог — толкал одну из створок врат. И потому мы совсем не заметили приближение неожиданного подкрепления.

— Разрешите вам помочь? — спросил голос, заставивший всех вздрогнуть. Голос того, кто должен быть мёртв. Испариться в тронном зале.

— Отец?! — спросила не менее шокированная Коха.

— Сейчас я вам всё объясню, — произнёс король Сиприна.

72. Король Верен

Недалеко от города расположился огромный лагерь, полный горожан и солдат. Разноцветные палатки простирались чуть ли не до самого горизонта, образуя как будто бы новый город. Всюду сновали стражники, следя за порядком и помогая шумным беженцам.

У многих палаток располагались тележки с едой для нуждающихся. Если бы не все предыдущие события, можно было бы решить, что мы попали на какой-то очень массовый фестиваль.

Вскоре мы подошли к большой, укреплённой древесиной палатке, похожей на небольшой дом.

— Не спускайте с него глаз, — Менриэль передала заботу о Леосе гвардейцам у палатки.

Внутри королевского жилища располагался длинный стол с картой и множество стульев. Иной мебели я не заметила. Видимо, спал король в другом месте. А ещё внутри нас ждал принц Киши.

Я помнила видение, в котором Верен говорил о внедрении сына в ряды революционеров, но всё равно невольно напряглась от его присутствия. В отличие от моих друзей.

— Приветствую вас, — принц встал и учтиво поклонился, а после обратился к Кохе:

— Сестра…

Договорить он не успел, получив от принцессы неплохую оплеуху.

— Справедливо, — заметил он, с достоинством приняв удар.

— Он на нашей стороне, — сообщил Верен.

— Ты обещал нам всё рассказать, — напомнила Менриэль.

— Прошу, садитесь, — король вместо ответа указал на стулья рядом со столом.

Я заняла одно из пустующих мест и взглянула на карту. Похоже, что нефритовые фигурки обозначали войска королевства, а алые — враждебной ему империи. Иные цвета казались мне не относящимися к чему-то серьёзному. И, по их количеству, я даже без объяснений понимала, что война оказалась куда масштабнее, чем мне представлялось до этого.

— Что с моей женой? — спросил Верен.

— Акши объявила, что Сиприн выходит из союза со Светом, — ответила Менриэль. — И попыталась напасть на мою подопечную.

— Я думал она тупая, а она просто больная, — проворчал Верен.

— А ваше место занял Гедеон, — продолжила хранитель.

— Место моего брата, — поправил её Верен, заставив ангела нахмуриться.

— Дядя?! — воскликнула Коха в порыве удивления. — Но ведь…

— В какой-то момент я перестал кому-либо доверять и попросил его занять моё место на время, — сообщил король.

— Чем подставил его под удар, — вздохнула Менриэль.

— Он знал, на что идёт, — упрямо сказал Верен. — И он готов был отдать жизнь за наше дело. Уважайте его выбор.

— Удобно, когда у тебя есть близнец, — мне показалось, будто ангел с трудом сдерживает гнев.

Верен долго не отвечал, лишь пилил её взглядом. Для него разговор оказался не менее трудным.

— Что же, а что насчёт твоего сына? — спросила Менриэль.

— Можно, отец? — спросил принц и, увидев кивок Верена, продолжил:

— Я знал, что на троне не отец, и мы договорились о покушении на дядю, чтобы никто не сомневался в моей верности этой… кхм… революции. Но вот чего я не знал, это о яде…

— А ещё нападение произошло слишком рано, — проворчал король.

— Верно, но это лидер настояла на ускорении операции! Только потом оказалось, что за всем стояла моя… — Киши посмотрел на Коху и поправился:

— Наша мать и несколько богачей.

— Чем ты так разозлил дворян? — спросила Менриэль.

Верен тяжело вздохнул, но не торопился с ответом.

— И тебя устраивает потеря столицы? — не унималась ангел. — Мы с тобой давно уже вышли за рамки дипломатии, почему ты перестал мне доверять?

— Я не перестал! — воскликнул король. — Не перестал. Именно тебе я доверил поиск пропавших!

— Что ж, я их нашла, — ответила хранитель. — Они сейчас в городе. Пытаются разрушить то, что от него осталось по воле Гедеона.

Король сел и посмотрел на карту. Теперь его лицо показывало не беспокойство и не злобу, только бесконечную грусть.

— Правда в том, Менриэль, что нас бросили, — наконец ответил он.

— Продолжай, — попросила хранитель.

— Война — расточительное дело, — сказал король, продолжая мрачно всматриваться в доску. — Тебе нужно оплачивать жалование, обеспечивать армию больше обычного и устраивать праздники для простых горожан, чтобы скрасить их жизнь.

— Мне известно, как ведутся войны, — сказала Менриэль.

— Азориен перестал закупать нефрит, — сообщил Верен. — Ярсону больше не нужны масла. А Литен сократил спрос на веренит. В казне не осталось денег, Менриэль.

— И давно? — спросила хранитель.

— Достаточно давно, — ответил король. — Нам помогал Компиталис и ещё несколько миров, но этого недостаточно.

— Но по масштабу празднеств не заметно, что у королевства проблемы, — удивился Люциус.

— Это благодаря Верениэлю, — пояснил король. — Казной занимался он, и пришлось принять несколько решений, чтобы отсрочить проблему. Я надеялся, что торговля вернётся в прежнее русло.

— На Азориене открыли новые месторождения нефрита, — сказал старший брат Шимана. — Возить от вас сейчас просто не выгодно.

— Почему не обратились на Литен за помощью? — спросила Менриэль. — Ваша война с империей и в наших интересах.

— Я обращался, — ответил Верен. — Но их помощи оказалось недостаточно. И тогда мы с моим хранителем решили занять у тех, у кого деньги были. Кроме того, Ниши удачно вышла замуж, мы использовали и эти средства.

— Но те, у кого вы занимали, поняли, что быстро деньги не вернут и решили устроить революцию, — пожал плечами принц.

— А теперь вы потеряли столицу и дворец и думаете объявить, что восставшие просто всё украли? — спросила Менриэль.

— Я не хотел нарочно доводить до такого исхода, но теперь мы можем сделать и так, — ответил Верен.

— И у тебя не было другого пути? — не унималась хранитель.

— Посмотри наружу, ангел, — сказал король после минуты молчания. — Население моей страны сейчас там. Они живы, еды у нас хватит ещё надолго. Все эти граждане готовы идти дальше. Их устроит такое объяснение. У Империи тоже много проблем, война скоро закончится, и мы выстоим.

— Что же, хорошо, что у тебя есть план, — Менриэль улыбнулась. — Но нам с моей подопечной, боюсь, пора возвращаться назад. Быть может, я смогу убедить кого-нибудь выделить тебе больше помощи.

— Я буду благодарен, — ответил Верен. — Но боюсь, прямой портал сейчас закрыт.

— Мы найдём иной путь, но сначала, мне нужно совершить молитву Богу Света.

— Тогда вам на юг, ближайшая церковь находится там, — посоветовал король. — Ну, кроме столичных, конечно. Но они сейчас, сама понимаешь…

— Так я и планировала. Сопровождение нам не потребуется, но драконид с собой я взять не смогу.

— Мы останемся, пока портал не откроют, — сказал Люциус и обратился к брату:

— Ты не против?

— Не против, — ответил Шиман. Впрочем, был ли у него вообще выбор?

— Кстати, Верениэль тоже мёртв, — сообщила хранитель. — Он попал под контроль Гедеона. Сложно сказать когда. И какие решения советовал тебе он.

— А ведь я правда доверял этому врачу, — вздохнул Верен. — Он много раз выручал и меня, и мою семью. Однажды спас Ниши от смертельного яда. Да и…

Король тяжело вздохнул.

— Теперь об этом говорить бесполезно. Пора прощаться, Менриэль.

Все встали и учтиво поклонились друг другу. Мы с друзьями уже направились к выходу, когда вдруг послышался звук извлечения меча из ножен и сразу полный боли вопль короля.

Мы сразу развернулись, а внутрь палатки ворвались стражники.

— Вы меня окончательно разочаровали, уважаемый Верен, — сказал принц, воспользовавшись всеобщим замешательством. — Неужели вы правда думали, что врач не может отличить одного близнеца от другого?

— Ты… — только и сказал король перед тем, как упасть на пол, залитый собственной кровью.

— Вы славно постарались, архангел Менриэль, — сказал лжепринц перед тем, как копья гвардейцев проткнули его тело.

73. Путешествие домой

Как Менриэль не отказывалась, Коха настояла на минимальном сопровождении: повозке с лошадью и двумя шанирами.

— Верен пал жертвой собственной гордыни, — Менриэль решила нарушить молчание спустя, наверное, вечность. До этого она сидела в повозке мрачнее тучи, лишь следила за поведением пленника-вампира.

— Когда было совершено покушение, — сказала я мысль, которая никак не давала мне покоя. — Тогда много стражников ранило. И достаточно тяжело. Ты, Леос, помогал спасти их всех. Ты искренне лечил их. Ты помог даже Кохе, когда она обожглась.

— Так и было, — ответил он.

Менриэль не подала виду, но явно вслушивалась в наш разговор.

— Почему? — спросила я. — Какая тебе выгода? Мы же всегда были твоими врагами, ты так сказал.

— Я ваш враг, а не подлец, — ответил Леос. — И я врач. Когда у меня есть пациент, я его спасаю. И Гедеон такой же. И кроме того, ни вы, ни Коха, ни эти стражники никогда не были нашей целью.

— Гедеон и правда неплохо заботился обо мне, когда ты вырубила меня своим видением, — вспомнила Менриэль. — Я совсем ничего не заподозрила.

— Вы правы, что Верен пал жертвой собственной гордыни, — сказал Леос. — Остальное — наша с напарником заслуга.

— Ты слишком разговорчив для пленника, — заметила хранитель. — Не боишься?

— Я уже умирал в прошлом, и вот я здесь, с вами, — ответил вампир.

— Есть вещи и похуже смерти, — парировала Менриэль.

— Тогда я, пожалуй, продолжу наслаждаться видом из окна, — предложил Леос и отвернулся.

— Как Гедеон контролировал всех? — не унималась я. — Шимана тоже может?

— Нет, Шимана не может, — возразил Леос. — Вы же сожгли чип по его инструкции.

— Что за чип? — спросила я.

— Одним чипом такого не добиться, — заметила Менриэль, проигнорировав мой вопрос.

— Ну, во-первых, вы всё видели сами, — возразил Леос. — Во-вторых, чип нужен только для определённых функций, о которых я расскажу потом, под пытками. Кроме него в этих жителях было много чего интересного. И без моей магии, конечно, не обошлось.

Вампир так легко говорил о предстоящих пытках, будто совсем их не боялся.

— Кроме того, в результате получались очень слабые бойцы, — продолжил он. — Болванчики могли выполнять простые числовые команды, но даже дети…

Меченосец бросил на меня взгляд и, ухмыльнувшись, сказал:

— Такие, как вы, смогли легко справиться с толпой. Весь потенциал раскрывался только под контролем Гедеона.

— А как с энергией? — спросила я.

— В верените много энергии, — пожал плечами Леос. Насколько позволяло его положение. — И я всё-таки меченосец и вампир, сложите эти факты.

— Получается, вы похищали для Гедеона горожан, он их обрабатывал и…

— Не только похищали, некоторых он лечил. А кого похищали, часто возвращали обратно.

— Видимо, возвращали не всех, — заметила я.

— Кто-то погибал, не выдерживал, — пояснил Леос. — Некоторых вы видели в том холодильнике.

— Как они там вообще оказались? — спросила ангел.

— Королева оказалась крайне тупой, — вздохнул Леос. — Полезной, но очень тупой. Впрочем, хоть на что-то да эти трупы сгодились.

Наконец повозка остановилась, и мы покинули её, отпустив сопровождение обратно в лагерь Кохи.

Местный город шанир представлял собой не такое впечатляющее зрелище, как столица или поселения, которые мы прошли с Ниши в нашем путешествии. Нас встретили покосившиеся домики и пустые улицы, вымощенные камнем.

— Чума тут прошла, что ли? — спросил Леос, явно оживившийся благодаря разговору.

— Нам же лучше, — ответила Менриэль и постучала в дверь церкви.

Когда ей никто не открыл после очередного стука, а терпение ангела лопнуло, она просто вышибла дверь и проникла внутрь.

— Ужасно, — прокомментировал Леос. — Бог тебя накажет.

— Сначала я вырву тебе язык, — пообещала Менриэль и с помощью магии света зажгла свечи.

— Ждите, — попросила она.

— Не боишься раскрывать мне тайны Света? — заметил Леос.

— Ты прав, — согласилась она и одним движением вырубила болтливого вампира.

— Мы вернёмся домой здесь? — спросила я.

— В каждой церкви есть портал, — ответила Менриэль. — На всякий случай. Пока я готовлюсь, избавься от всего железного, вообще от всего металлического. И его избавь.

— Наручники? — спросила я, указав на руки вампира.

— Их оставь, с веренитом можно.

Из металлического у меня осталось несколько украшений, ремешков и немного монет. Терять эти «сокровища», конечно, было жаль, но спорить с Менриэль я не решилась. С Леосом всё оказалось куда труднее: как минимум потому что он ещё был мне противен.

— Готово? — уточнила Менриэль.

— Вроде да, — ответила я.

— Проверь получше, — строго потребовала Менриэль.

И не зря: в одном из карманов предательски затерялась небольшая монета.

— Куда это всё? — спросила я.

— Просто выбрось, — предложила Менриэль, но, видимо, увидев мой полный жалости вид, смягчилась:

— Спрячь под половицей, когда-нибудь вернёшься и найдёшь.

Подходящая доска нашлась неподалёку. Она не слишком хорошо отодвигалась, но достаточно, чтобы сунуть под пол свёрток со всем содержимым. Оставалось надеяться, что получится найти это место достаточно быстро.

— Готово! — сообщила я.

Менриэль пошла вглубь церкви и дотронулась до одной из стен. Послышался гул, и пространство рядом с ней вспыхнуло золотым светом. Портал открылся.

— Пошли, — сказала Менриэль, потащив к нему Леоса, и взяла меня за руку.

Путешествие казалось мне дольше обычного. Потоки золотистого света стремительно летели мимо нас, а конец портала никак не приближался. В какой-то момент закралась предательская мысль: не сломалось ли что-нибудь?

Но вот конец искажающего пространство тоннеля постепенно стал расширяться, и мы оказались в новом месте.

И первым делом осознали, что я ошиблась: карман Леоса с треском порвался, и незамеченная монетка упала на пол, моментально прилипнув к нему. Даже ни разу не отпрыгнула.

— Теперь она тут надолго, — вздохнула Менриэль. — Добро пожаловать на Литен. Мой дом.

Мы находились в здании, построенном из белоснежного мрамора. Своды потолка подпирали круглые колонны с вырезанными на них узорами, а стены украшали светлые ткани с вышитыми золотом крестами.

— Назовите себя! — потребовала ангельская стража, распахнув крылья и выставив в нашу сторону причудливое оружие, отдалённо напоминающее то, что я видела в видениях Инкапариса.

— Архангел Менриэль, моя подопечная и пленник, — сообщила хранитель.

— Простите, архангел, нам нужно проверить информацию, — сообщил один из стражи.

Портал позади нас захлопнулся, а Менриэль ответила:

— Ничего, мы подождём.

Я обратила внимание на окно неподалёку. За ним хорошо виднелись золотистые облака. Конечно, мне хотелось подойти ближе, но Менриэль крепко держала руку, ясно давая понять, что сейчас не самое лучшее время для самовольных прогулок.

— Личность подтверждена, — наконец сказал вернувшийся стражник. — Архангел, прошу сообщить причину использования экстренного портала, и откуда вы прибыли. Это для отчёта.

— Понимаю, — спокойно ответила хранитель. — Причина – опасность для жизни и здоровья моей подопечной. Прибыли из мира Сиприн. Прошу открыть портал на Компиталис.

— Спасибо, архангел, — стражник кивнул головой и слегка поклонился. Остальные сразу убрали оружие. — Портал будет готов через десять минут. Прошу…

— Свой отчёт я подготовлю, когда моя подопечная будет в безопасности, — Менриэль перебила стражника. — Мы можем пройти?

— Да, но вашим спутникам запрещено покидать здание. Мы готовы охранять пленника, пока вы отдыхаете.

— Разрешаю, — ответила Менриэль. — Однако говорить с ним строго запрещаю.

Леоса сразу увели подоспевшие ангелы, а хранитель пошла со мной вглубь здания. Ангелы изо всех сил старались придерживаться местных правил, вытягиваясь по струнке при виде архангела, но было заметно, как они с любопытством наблюдали за нами.

Я хотела сказать замечание, но хранитель сразу перебила:

— Лучше молчи. Всё после.

И от того Литен показался мне не таким впечатляющим, как по её рассказам. Вокруг стояли колонны молчаливых стражников, сторожащих неизвестно что. Голые стены без дверей лишь с небольшими окнами, через которые ничего нельзя было увидеть.

Но моё мнение сразу изменилось, как только длинный коридор кончился, выпустив нас на просторную обзорную площадку.

— Восход Стайферро, — улыбнулась Менриэль, указав вперёд. — Жаль, облака сегодня плотные, зато можно посмотреть поближе.

Ангел подошла к стеклянной стойке у забора и достала лист картона с дырочками. Она вставила его в углубление, заставив механизм щёлкнуть и распахнуть стеклянную дверцу.

— Бери, — разрешила она, указав на позолоченный бинокль внутри.

— Стайферро — это что? — спросила я, достав устройство. От прикосновения к холодному корпусу я услышала слабый гневный шёпот. Похоже, его сделали из веренита.

— Центральная звезда системы, где находится Литен, — пояснила хранитель.

Она помогла мне навести бинокль на искомую цель — скрытый плотными облаками пурпурный диск, немного, но различимый даже сквозь них. А при приближении стало заметно, что края облаков будто концентрируют в себе лучи местного светила, собираясь в причудливый рисунок.

— Красиво, — восхищённо сказала я, подумав, что дымчатый рисунок сложился в нечто, похожее на меч.

— На заре нашей цивилизации скайланы верили, что эти рисунки предсказывают будущее, — рассказала Менриэль. — Глупости, разумеется.

Диск Стайферро поднимался всё выше, теряя оттенки фиолетового и приобретая более знакомые ярко-рыжие цвета.

Я перевела бинокль пониже и поняла, что здание, где мы находились, стояло на вершине небольшого острова, окружённого золотистыми густыми облаками, увиденными мной ранее. Чуть дальше стояла группа строений, напоминающих пристань, рядом с которой парило множество огромных воздушных шаров в виде эллипсоида.

— Это дирижабли, — пояснила Менриэль, заметив мой интерес. — Нравится?

— Ага… — произнесла я, сменив фокус внимания на группу ангелов, пролетающих мимо.

А дальше за портом из облаков выглядывал небольшой кусочек другого острова.

— Почему облака так низко над водой? — спросила я.

— Между островами нет воды, — усмехнулась Менриэль. — Этот мир состоит из парящих земель. Разве я тебе не говорила?

— Я уже не помню, — призналась я.

И в этот момент меня снова настигло видение. Всего лишь на миг я увидела, как дирижабли в небе горят, разрушаются и падают. Как ангелы, поражаемые яркими иглами, теряют свои крылья.

— Держись, — сказала Менриэль, заметив что я чуть не потеряла равновесие и помогла мне устоять на ногах. — Поговорим об этом после.

Похоже, она заметила пришествие видения. И замечала их всё это время.

— Давно хотела спросить, — призналась я, когда видение отступило.

— О чём? — нахмурилась ангел.

— Гедеон называл тебя иначе… как-то с цифрами, — сказала я, безуспешно пытаясь вспомнить сами числа.

— Лэй пятнадцать шестьдесят семь восемьдесят пять, — подсказала Менриэль. — Это моё первое имя. Откуда он его узнал, ещё предстоит выяснить.

— Оно секретное? — спросила я. — Честно говоря, какое-то странное.

— Почему странное? — рассмеялась хранитель. — Обычное имя, так уж принято на Литене. Лэй это мой родной остров, я там жила в детстве. Остальная часть — просто индекс для простоты. Я вообще удивлена, что в других мирах не так.

— Но теперь тебя зовут Менриэль…

— Да, это имя даруется со званием архангела, — кивнула она.

Я хотела поговорить ещё, но в этот момент на площадке появился ангел и сказал:

— Портал готов.

Мы проследовали обратно, в ту же часть здания, откуда прибыли. Там нас уже ждали мерцающая сине-зелёная сфера и стражники, охраняющие Леоса. Менриэль снова взяла меня за руку и первая шагнула вперёд. Вампир смотрел в сторону, погружённый в свои мысли.

В этот раз перемещение длилось так же долго, как и в прошлый, но уже не вызывало тревоги, скорее предвкушение. Совсем скоро я вернусь домой. Увижу отца. Лягу спать на своей кровати. И всё будет почти как раньше.

Наконец портал остался позади, и мы оказались на площади порталов Компиталиса. Правда, сейчас здесь находилось гораздо больше бойцов, чем раньше.

— Капитан, командор здесь? — спросила Менриэль подбежавшего к нам стражника, не дожидаясь приветствия от него.

Портал чуть сверкнул, и за нами появились ангелы-стражи, приведя с собой пленника.

Воин сначала смутился, а потом заметил меня и понял, кто перед ним.

— Он здесь, госпожа! — ответил стражник.

— Хорошо, — сказала Менриэль. — Похоже, вам скоро предстоит новый поход. Я запрошу у Алексия помощь для Сиприна.

— Всегда рады, госпожа! — ответил капитан. — Теперь понятно, почему портал не работает! Проблемы какие-то, похоже.

— Свободны! — скомандовала Менриэль уже ангелам, отпустив мою руку, и убедилась, что кандалы на вампире всё ещё надёжно фиксируют его руки.

— Пошли, — позвала хранитель за собой и повела Леоса вперёд.

Я же старалась не отставать. И очень радовалась, что моё путешествие наконец закончилось. Что жизнь теперь станет спокойнее. Конечно, я немного удивлялась таким мыслям, ведь на Сиприне совсем не скучала по тихому пребыванию в крепости Компиталиса, в которой, судя по всему, мало что поменялось за моё отсутствие. Как будто время остановилось, пока нас здесь не было.

Всё те же толстые врата замка, которые никто и никогда не закрывал. То же небо с похожими друг на друга облаками. Тренировочное поле, где у меня принимали экзамен. Тот же вход в центральный зал для гостей.

Отец стоял к нам спиной, глядя в сторону распахнутых витражных врат за алтарём с воткнутым в него мечом Компиталиса. Что было удивительным: я никогда не видела, чтобы хоть кто-то открывал их раньше. Он не шелохнулся, когда мы отворили двери и прошли внутрь. Будто бы совсем не замечал нас.

— Отец! — радостно крикнула я. — Мы вернулись!

Он развернулся и посмотрел в нашу сторону взглядом, полным тревоги. Как будто что-то уже очень давно не давало ему покоя.

— Лорд Алексий, — поклонилась ему Менриэль и хотела продолжить приветствие, но в этот момент наш пленник решил заговорить.

— Приветствую вас, лорд Компиталиса! — усмехнулся он.

— Кто это? — спросил отец.

— Меченосец, — ответила Менриэль. — Мы схватили его на Сиприне. Ваша дочь…

Но Леос не дал ей договорить:

— Твоя дочь — ясновидящая! — крикнул он.

Повисло гробовое молчание. Менриэль сжала кулаки, а по моей спине пробежал неприятный холодок. Отец нахмурился, но даже не посмотрел в мою сторону.

— Вот как… — наконец изрёк он.

Каждое его слово будто делало моё сердце тяжелей.

— Значит, она — враг Компиталиса? — спросил Алексий. — Враг Света?

— Отец, я… — сорвалось с моих губ, но он жестом прервал мои слова.

— Я давно это подозревал, — сказал лорд Компиталиса. — И, судя по реакции ангела-хранителя, она тоже.

С громким звуком меч Менриэль покинул ножны, оказавшись в её руке. Ангел распахнула крылья, прикрыв ими меня. Тогда я заметила, что множество перьев хранителя потеряли свою белоснежность, став чёрными, как смоль.

Но гадать, почему так произошло, было не время. Мой отец извлёк меч Компиталиса из алтаря и, развернувшись, направил его в нашу сторону.

74. Ангел-хранитель

Тёмный и светлый клинки отца и хранителя скрестились с такой силой, что высекли сноп искр, озарив и так хорошо освещённый зал. А потом снова и снова. Отец атаковал стремительно, не давая ангелу ни шанса на контратаку или использование заклинания. И ни один из них не слушал моих криков, призывающих остановиться.

Алексий пытался обойти Менриэль сбоку, но крылья ангела сильно мешали ему. Вскоре их битва переместилась ближе к колонне, где хранитель попыталась сконцентрировать свет и создать из частиц копьё, но Алексий одним движением руки разрубил этот сгусток, рассеяв магию.

Тогда Менриэль махнула крыльями и отлетела назад, чтобы повторить фокус, но отец бросился в мою сторону, и копья света ударили между нами, заставив его отступить. А следом за ними спикировала архангел, попытавшись поразить противника в плечо. Хранитель явно не хотела наносить смертельную рану.

А вот Алексий — хотел. И, отбив меч ангела, направил своё оружие прямо в её сердце. Я плохо увидела со своего положения, как Менриэль отразила атаку, но она осталась невредимой и снова отлетела назад.

— Литениранти! — крикнула ангел, когда заметила, что Алексий вновь направляется ко мне. Заклинание испарило кусок колонны и лампаду, но не попало по отцу.

Впрочем, он ничуть не смутился и скрылся за другой колонной. Прицелиться Менриэль не смогла и потому сконцентрировала свет в тёмной части зала, скрывавшей её противника.

Похоже, их силы были равны. Алексий являл собой самого опытного воина Компиталиса. А Менриэль попросту измоталась, пока прошла через столько боёв. Удивительно, за счёт чего она продолжала держаться до сих пор? Может, её чёрные перья появились из-за этого?

Так или иначе, мой план состоял в том, чтобы дождаться, пока они оба ослабнут достаточно, чтобы быть готовыми слушать. А пока я могла только… адресовать Леосу вопрос полный гнева:

— Зачем ты это сделал?!

— Шутишь что ли? — усмехнулся он. — Ты только посмотри, как одной фразой можно разрушить всё!

Тут уже я не смогла удержаться от сквернословия, отвесив хохочущему вампиру несколько ударов. Впрочем, от того легче не стало.

Мечи противников вновь скрестились с громким звоном, отразившимся от стен зала. В моей голове промелькнула мысль: где же Сапифат?

И в этот момент Алексий поднял руку и… собрал яркие частицы вокруг неё. Неужели отец тоже знал магию света?

Создав в воздухе копьё, он выстрелил им в Менриэль, отлетевшую в сторону. Увернуться у неё получилось с опозданием, и выстрел пробил левое крыло.

Ангел опустилась вниз и спрятала крылья, затем сразу ринулась на отца, атакуя того в левое плечо. Алексий отбил нападение и попытался ударить ангела кулаком. Та отпрыгнула назад, занесла меч над головой и набросилась сверху, но отец увернулся и сделал вид, что наносит удар справа, но в последний момент увёл меч вниз.

Благо Менриэль заметила это, успела отскочить и ответила копьями света, покинув зону атаки. Но отец просто отклонил их, после чего сам занёс меч над головой.

Хранитель увернулась, из-за чего меч отца раскрошил часть колонны, застряв в ней. Тогда ангел воспользовалась ситуацией и выстрелила в сторону Алексия искрами. Ему больше ничего не оставалось, кроме как, отпустив меч, отойти от противника. Сделав пару шагов, отец создал ещё копий света, попытавшись поразить ими ангела.

Но и их Менриэль обратила против отца, направив обратно. Точнее, попыталась: сгустки света почти остановились между ними, лишь немного двигаясь в сторону лорда Компиталиса. И в этот момент в зале появилась новая фигура: копья света разрубил спрыгнувший сверху архангел Алексиэль.

— Что здесь происходит?! — вскричал он, давая мне надежду, что всё получится решить разговором. Что отец и мой хранитель остановят эту битву, но…

— Предательство, — ответил Алексий, вытащив меч из колонны, а Менриэль снова распахнула крылья.

Ангел-хранитель отца с немалым удивлением посмотрел на чёрные перья подруги и направил на неё свой меч.

Время разговоров окончательно прошло. Теперь столкнулись уже три меча, а летающие копья света освещали зал ярче лампад. Всеми силами Менриэль старалась не сражаться с двумя противниками одновременно. И всеми силами не подпускала ко мне отца.

Я тоже старалась держаться от них подальше, как минимум чтобы не быть помехой. А Леос раздражающе смеялся.

Менриэль отлетела, как могла, в сторону от врагов, но Алексиэль сразу настиг её и попытался снести голову. Тогда она отозвала крылья и полетела вниз, а близко к полу снова призвала и оттолкнулась ими от колонны, сменив траекторию падения.

Но здесь уже ждал Алексий и сразу поразил её правое плечо. Светящаяся кровь окрасила одежду ангела, а сама Менриэль выронила меч и осела на пол.

Бой закончился не в её пользу. Ангел тяжело дышала, а отец не торопился доставать меч из раны.

— Уведи её! — скомандовал Алексий, указав своему хранителю на меня. — А я сделаю то, что должно.

— Лорд… — ангел хотел что-то сказать отцу, но взгляд главы Компиталиса ясно дал понять, что отец не будет терпеть возражений.

Моё тело тряслось. К своему стыду я не могла сделать ничего. Ни сопротивляться, ни вымолвить ни слова. Алексиэль подхватил меня на руки и бесцеремонно потащил прочь.

А Леос… Леос продолжал смеяться. Его смех преследовал меня, когда двери в жилое крыло отворились. И когда хранитель отца шагнул внутрь.

— Пришло время тебе умереть, — услышала я слова отца и хруст поражённых им костей.

Алексиэль закрыл дверь через мгновение после и потащил меня дальше. Не проронив ни слова, он вошёл в мою комнату и оставил меня там, захлопнув дверь. После чего произнёс заклинание, и замок щёлкнул, давая понять, что так просто покинуть помещение не получится.

Но я и не хотела. Все мои надежды на возвращение к прошлой жизни, весь мой мир были только что уничтожены. Я не могла перестать дрожать. Даже не могла как следует заплакать. Только смотрела в одну точку.

Нахлынувшее на меня чувство одиночества оказалось ещё хуже, чем совсем недавно на Сиприне. Тогда оставалась хоть какая-либо надежда, а теперь… её полностью растоптали.

Немного успокоившись, я бросила взгляд на комод. Там должна была лежать вещь, которая связывала меня с Менриэль.

Я вспомнила, как хранитель всю жизнь оберегала меня. Как переживала, когда я попадала в малейшие неприятности. Как подбадривала при неудачах. Как пыталась учить меня.

Я вспомнила начало путешествия на Сиприн. Ведь она именно там поняла, что я ясновидящая, но не отвернулась. Не стала причинять боль, а наоборот, продолжила защищать меня.

Удалось ли мне когда-нибудь увидеть Литен, если бы не она? Живу ли я сейчас только благодаря ей, или отец решил поступить с дочерью не так, как со своей женой? Или он просто ждёт суда Света?

Собрав последние силы, я подошла к комоду. В ящике всё ещё лежала книга, подаренная Менриэль. Только в детстве совсем не могла разобрать, о чём она.

Но не теперь… Теперь, когда мне стал знаком язык древних, надпись на обложке читалась легко.

И на этот раз слёзы покатились из моих глаз ручьём. Потому что я ошиблась в своём предположении. Менриэль узнала о ясновидении совсем не на Сиприне.

Ведь книга называлась: «Руководство ясновидящих».

Эпилог

Я открыла глаза и увидела то же, что и все последние дни: чернокаменные холодные стены, маленькое круглое окно, миска с завтраком и металлическая решётка, а за ней — другие каменные стены.

Сырой пол, водосток напротив и одинокая кровать — единственный кусочек прежней жизни.

Перевели меня сюда не сразу, сначала заперев в моих покоях и ничего не объяснив. Сколько дней прошло с тех пор? Почему меня сюда поместили? А может, это затянувшееся видение?

Иногда кто-то приносил мне книги, пока я спала. Скорее всего, Сапифат — кому ещё было дело до юной всеми забытой пленницы?

Временами видения снова посещали меня, но не показывали ничего хорошего. Только тьму, цепи и многокрылое создание, скрытое за туманом.

Больше всего боли причиняли воспоминания о Менриэль и о том, что её больше нет. Конечно, я думала и о друзьях. Как Коха справлялась с правлением? Спасся ли Вил из города? Вернулись ли Люциус и Шиман к себе домой? Вспомнят ли они обо мне? Узнают ли о судьбе своей подруги? Решат ли отомстить Алексию?

После последней мысли голову поразил приступ боли, а снизу из-за решётки водостока послышалось шуршание. Как и каждый раз, когда меня посещало видение.

— Леди, вы тут? — строго спросил недовольный голос.

Я не стала отвечать, сев в ожидании, по какому пути видение пойдёт на этот раз.

— Ох, я надеюсь, вы тут, — проворчал голос, и кто-то подёргал решётчатую дверцу, ведущую в канализацию. Видимо, неизвестный хотел убедиться в крепкости замка.

Такого ещё не было. Я с интересом приблизилась к водостоку и… увидела морду перемазанного грязью здоровенного чёрного кота по ту сторону от металлической преграды.

Кот ойкнул, грязно выругался и возмущённо спросил:

— Вы что молчите-то?!

— Я думала, вы призрак, — честно ответила я.

— Точно нет, — проворчал кот и загремел отмычками.

Открыв замок, незнакомец ударил по решётке, и та с грохотом распахнулась, заставив гостя в очередной раз выдать череду не самых приятных слуху слов.

— Вам пора, леди. Вы же леди Менриалина, верно?

Я сомневалась, что мой титул всё ещё имел значение, после всего произошедшего, однако ответила утвердительно.

— Вот и хорошо. Прыгайте вниз, я тут для того, чтобы вытащить вас из этой передряги.