Алекс. Безродный

Глава 1

Ascold Flow & Михаил Созонов

***

Первое, что я услышал, придя в себя, – это пробирающий до глубины души скрип колёс и раздражающий цокот копыт, который ритмичным звоном колокола отдавался в моей черепушке.

Ну что за дятлы... И какого хрена так темно?! А, мешок...

Всё тело ныло от боли, будто меня грузовик переехал. Ещё и лежал неудобно. Я зашевелился в попытке устроиться получше и обнаружил, что связан.

Вообще замечательно! Ни черта не вижу, копыта по башке долбят, ещё и руки связаны так, что практически их не чувствую. Я, конечно, молодец, что уж тут сказать... Так легко в плен попасть... Н-да... Старею, походу. Так, самокопания с сарказмом, идите на хер! И без вас тошно. Надо выбираться, да поскорее...

Вдруг мне прилетело ногой по рёбрам, и волна боли прокатилась по телу, а после раздался мерзкий смех вероятных пленителей. Ну а кто ещё стал бы избивать и противно ржать над ухом? Точно не Дед Мороз с мешком подарков.

— Ба, смотри, очнулся!

Голос говорившего отдавал хрипотцой, да и слова казались чужими, хотя я его отлично понимал.

— Чё же ты, собака сутулая, делал у нас в повозке? За нами следил? Ничего... Приедем в лагерь, Дракон тебе быстро язык развяжет.

И они загоготали, видимо, предвкушая, как меня будет «нагибать» их главный.

— М-м-м… — выдал я в ответ.

Долбаный кляп не давал нормально послать их на скачки, да и связанными руками вслепую особо не помахаешь... Набить спеленавшим меня засранцам рожи очень хотелось, да вот только...

Стоп, стоп! Повозка, какой-то хер и дракон, долбанные камни под скрипучими колёсами и постоянное петляние по дороге? Да ну… Ну не-е-е. Или да? Вашу ж мать, куда меня закинуло?! Если этот тип ещё и назовёт меня проклятым имперцем или данмером… Ну здравствуйте, очередные приключения на мою задницу! Я так по вам… Ни хрена не скучал! Сука, заказчик!.. Рожу бы тебе начистить рогатую за такие нюансы…

Один из моих «клиентов», с которым познакомился в начале моей карьеры, очень увлекался игровой индустрией. Пришлось к нему искать подход через форумы игроманов. В итоге я на целый месяц нырнул в игры, которые описали в его личном деле ребята из гильдии. Даже понравилось… Многие мне очень даже зашли, но некоторые оказались лютым дерьмом.

— Не мычи, собака сутулая.

Очередной пинок под рёбра и новая волна боли.

Твою мать! Сука, я тебя запомнил!

Что ж так больно-то?! Может, это из-за переноса?.. Да сто пудов! Н-да... Я, конечно, во многих передрягах побывал, но ЭТО какой-то звездец!

Мне ужасно хотелось сломать пинавшему меня придурку ногу, но… я пока был не в том состоянии. Я расслабился, насколько смог, и сосредоточился на ощущениях в поисках того, что можно использовать для освобождения. Верёвку, конечно, и перегрызть можно было, если изловчиться, или выбраться из неё, выбив пальцы. Вот только через несколько минут осторожных попыток пришлось признать, что бандюганы знали своё дело. Связали добротно.

Несмотря на тычки этого урода, который решил развлечься избиением меня, я не только занял удобное положение и расслабил затёкшие мышцы, но и наткнулся на старый гвоздь, шляпка которого торчала из доски «кареты». Наконец-то!

Я, приложив немало усилий, чтобы смена положения не бросилась в глаза надзирателям, подтащился к шляпке гвоздя и, поудобнее устроившись, начал перетирать верёвку. Результат чувствовался уже через какое-то время. Час или два, точно не знаю. в подобной ситуации внутренний будильник сбивается очень легко.

Руки стали куда свободнее, но действовать я не торопился. Верёвки всё равно уже держались на честном слове: одно движение – и я на свободе… Хе-хе… На всякий случай порвал ещё парочку нитей, чтоб уж точно лёгким рывком избавиться от пут, и замер, стараясь сильно не отсвечивать.

Я понял, что мы практически приехали, когда уже привычные звуки заглушил гомон людей. Возникло ощущение, что заехал на базар, так как шум резко ударил по ушам. Только это был не базар. Явно.

Телега остановилась. Меня подхватили под руки и куда-то потащили. Я даже не пытался сопротивляться и с молчаливой обреченностью неуклюже перебирал ногами.

Идти далеко не пришлось. Лёгкий толчок в спину отправил меня вперёд. С трудом подавив рефлекторные движения по смягчению удара, я упал боком и быстро перевернулся на спину, изображая простачка. Даже попытался отползти от неизвестных, которые откровенно ржали. Видимо, в их глазах я был подобен жалкому червю.

Какие вы, сука, счастливые... Смейтесь, пока можете. Скоро у вас этой возможности больше не будет!..

— А-ха-ха, вот жук! Смотри, щас уползёт от нас! А-ха-ха! Брайкс, держи его! А-ха-хах, — откровенно насмехался надо мной новый мерзкий голос.

Как-то чересчур наигранно, как по мне. Злодейский смех – целое искусство! Он должен быть глубоким и пробирающим до глубины души, чтобы бросал в бесконтрольную дрожь. А не вот это вот...

— Да куда эта собака сутулая уползёт?! Шавка из поместья с выпущенными кишками и то активнее ползала! А-ха-ха! — ответил знакомый мне хриплый голос.

Так вот как зовут любителя пинать связанных. Брайкс, значит...

Это вообще что, какой-то пранк? Слишком наигранно, тупо, бестолково. Что за придурки столпились вокруг?.. Даже поиздеваться нормально не могут. Какое-то сборище дебилов...

— Эй, а ну ржать прекратили! — произнёс кто-то властным тоном. — Снимите с этого здоровяка грёбаный мешок, а то рожу не видно. Хочется ещё раз взглянуть на его белую физиономию. И кляп достаньте. Посмотрим, что он скажет. И жаровню подготовьте, а то вдруг птичка петь не захочет. Так мы поможем. — И даже он не удержался от ехидного смешка.

Когда с меня сдёрнули мешок, свет резанул по глазам, ослепив меня на несколько долгих секунд. Но это я претворялся. Само собой, я сообразил зажмурить глаза. Следом и мерзкую тряпку изо рта вытащили. Только болтать я не торопился и лишь приподнялся, чтобы лучше оценить обстановку.

Так, посмотрим, что тут у нас… Средневековье. Грёбаное средневековье! Или просто сборище реконструкторов, только тупых, как пробки, и нарушающих законы? Не, вряд ли. Тут другое… Судя по частично окровавленной одежде и нескольким раненым, реконами тут ни черта не пахнет. Зато кровью несёт будь здоров! Ребята явно недавно кого-то грабанули, только перевязаться не додумались. Вот уж дебилы… Раны-то не антуражные, а гангрену ещё никто не отменял. Реконструкторы уж первую-то помощь додумались бы своим оказать! А эти, вон, скорее выгружать мешки, что звенят чем-то металлическим. Уверен, там награбленное.

«Хабарчик…» — подумал я, мысленно потирая руки и алчно улыбаясь.

Для освоения в новом мире - то, что нужно. Грабь награбленное! Только придумать, где и как продать. А для этого желателен голосистый язык. Ничего сложного. Если они, конечно, не мутанты какие-то невероятно сильные. Впрочем, по движениям видно, люди как люди...

Хотя, может и не совсем люди. Прям классические бандиты, только в средневековые. Даже рожи у них соответствующие. Такие, словно выбрали самых отпетых уголовников, у которых на физиономии отражался весь список преступлений.

Главарь их, а его вычислить было просто, – приземистый, лысый, темнокожий, но скорее от загара, нежели по происхождению, качок, да и одет лучше других. А рядом с ним, держа мешок в руках, стоял плюгавый мужик с крысиным лицом и здоровенной плешью на башке.

Осматривая лагерь, старался сильно не косить глазами. Коней уже распрягали из немногочисленных повозок, кругом какие-то странные шатры и… вонища. Нет, именно ВОНИЩА. За гигиеной местные явно не следили. Романтика средневековья, ага-ага.

Я насчитал около десятка потенциальных противников. Выглядели они, откровенно говоря... жалко. Обшарпанные, хлипкие, с провалами вместо половины зубов…

Да они сами от цинги помрут. Ладно, совершу, пожалуй, акт милосердия: прибью их раньше. Хотя все вооружены мечами, даже парочка луков есть. Ну, опасным выглядит только их главарь, так что проблем возникнуть не должно...

— Не крути башкой, здоровяк, — окрысился плюгавый и достал нож, — а то глазик выколю.

Я его проигнорировал, потому что на периферии зрения вдруг появилась странная кнопка, на которую я сразу обратил внимание. Стоило мне только на ней сосредоточится, как перед глазами появился текст…

Система демонической сущности успешно инициирована.

Имя: Алекс Лозовой.

Звание (сокрыто): Эмиссар Дьявола.

Ранг: Первый круг, Первая звезда развития.

—

Характеристики:

Сила: 1

Ловкость: 1

Телосложение: 1

Интеллект: 1

Магия: 1

Всё по единичке, даже магия. Странно... В играх описывалось всё несколько иначе… Я что, вообще нуб?! Да ну, не может моё тело иметь такие дерьмовые характеристики!

Магические способности:

Внутреннее усиление энергией

Выброс энергии

—

Таланты:

Яды

Знание анатомии человека

Убийства

Наблюдательность

Европейская кухня

Первая помощь

Восточные боевые искусства

Маскировка

Диверсии

Техника бега

Владение холодным оружием

Допрос и пытки

Очищение скверны

Тут прописаны все мои основные навыки и знания, приобретённые за годы жизни. Надо же. То, чему я обучался столько лет, познавал и ощущал, уложилось в несколько сухих строчек, без подробностей. Только вот вспоминается изученное с трудом, словно блокировка какая-то или туман...

Магия… Внутреннее усиление энергией... Кажется, это связано с направлением внутренней силы в части тела. Ага! Например, можно сконцентрировать энергию в двух пальцах и пробить ими толстый деревянный брусок или же сжать кусок камня так, что он в итоге взорвётся. Вариантов на самом деле множество.

А вот вторая способность... Точно! Позволяет высвободить скопившуюся энергию во внешнюю среду. Не всегда применима и крайне энергозатратна, но тоже полезная способность. Подходит и для убийств, но больше создавалась для разрушений и полномасштабных сражений. И уничтожения демонов… Лучше применять осторожно, а то рожки да ножки останутся не только от врагов, но и от союзников.

Ещё, помнится, я только прикоснулся к этому искусству с бесконечными возможностями. До познавших эту технику просвещённых мастеров, которых на Земле единицы, мне как до Китая пешком! Да и кто знает, как тут всё работает...

Долго вчитываться в системный текст мне не дали. Резкий удар ногой повалил меня на землю.

— Я тебе чё сказал?! Не пялься, опарыш! — сплюнул на землю крысолицый. — Ты, конечно, молодой, но не настолько, чтобы не сечь фишку, где ты находишься и какой глубины жопа тебя ждёт.

— Бок, погоди, — остановил его главарь, — не самовольничай. С гостем сначала постараюсь поговорить я. — Он посмотрел на моё отстранённое выражение лица и сказал: — Вы его точно головой не били? Уж странные у него глаза...

— Точно, босс, не били. Как он был, так и повязали, — затараторил Бок. — Вообще ощущение было, что спал. Иногда стонал что-то там.

Ну точно! Это от переноса тело такое… офигевшее. И как он обозвал меня, молодой? Это я-то?! Сучий потрох, что ты со мной сделал?..

— Эй, парень!

Местный босс подошёл и начала щёлкать у меня перед глазами. Отсутствие какой-либо реакции с моей стороны его не удовлетворило, и он резко наотмашь ударил ладонью меня по лицу. В ушах чуть загудело, но, как ни странно, прояснилось, и я наконец оторвался от надписей. Стоило мне перестать на них фокусироваться, как вся буквенная фигня тут же свернулась.

Наличие моих – кхм, как же интересно выразилась система – «талантов» меня радовало. За многие знания и навыки я заплатил высокую цену… Было бы обидно оболваниться, пустив псу под хвост двадцать с лишним лет саморазвития. Хотя некоторых моих «талантов» явно не хватало. Например, владения огнестрельным оружием, создания взрывчатых веществ и взлома компьютеров. В этом мире, судя по всему, ничего из этого нет, так что нестрашно. Да и ладно эти, некоторых критически важных талантов тоже не отразилось в списке... За них вот обидно. Ну ничего. Скоро начну пополнять багаж знаний…

Я снова задумался, за что и получил очередную затрещину.

— Вот, вот так. Смотри на меня, гость дорогой. Скажи мне на милость, что ты забыл в нашей повозке? Как ты умудрился пробраться в неё и не попасться никому на глаза?

А взгляд такой нежный-нежный... Так бы и врезал.

— Что? Кто вы? Где я? Почему вы меня связали?! — говорил я с максимально глупым лицом, а про себя продумывал дальнейшие шаги.

То, что этих тварей надо мочить, я уже понял. Оставался вопрос, как это сделать так, чтобы самому лишних дырок не получить.

— Ты прав, Бок, он не понимает, — со вздохом произнёс главарь и, поднявшись с корточек, отошёл в сторону. — Объясни ему, что лучше говорить прямо. Кстати, Брайкс что-то задерживается.

— Это я с радостью, босс.

Плешивый ощёрился, показав гнилые пеньки зубов, и вальяжно подошёл ко мне. Когда он начал меня тянуть вверх, я послушно встал на ноги, иначе мои килограммы этот доходяга своими руками до утра бы поднимал. Последующий удар в живот был предсказуем. Ну а что ещё мог придумать бандит? Разве что по роже вдарить…

Благодаря прессу я этот тычок практически не почувствовал. Настолько он был слабым. Вообще мускулатура осталась и по первым ощущениям даже прибавилась. Это радовало.

Я послушно согнулся, типа мне очень больно, а дыхание перехватило, и повис на его руках, делая вид, что не могу устоять на ногах. Плешивый рефлекторно попытался меня удержать, но куда ему с цыплячьим весом и отсутствием мышечной массы такое провернуть?

Я чуть напряг руки и резко дёрнул в стороны. Верёвка порвалась. Плешивый бандит ещё не успел осознать происходящее, как получил удар гвоздём в шею. Из пробитого горла выстрелила маленькая струйка крови и окропила моё лицо. Бандит по-детски удивлёнными глазами смотрел на меня, когда я долбанул лбом в переносицу, вколачивая болвана в лесной дёрн. После этого я сорвался к самому опасному бойцу здесь – их боссу.

Тот оказался порасторопнее, однако я приблизился до того, как он достал меч. Гвоздь, зажатый в кулаке на манер кастета, вонзился в солнечное сплетение разбойника, уничтожая на корню попытки сопротивления. Затем я быстро нанёс удары в горло, глаз и контрольный в висок уже рухнувшего на колени и зажимающего раны ублюдка, что орал на всю округу похлеще сигнализации .

В стороне послышался звон. Я повернул голову и увидел крепкого мужика, у которого под ногами валялась жаровня. А вот и Брайкс. Я ему дружелюбно улыбнулся и подхватил самое приличное оружие, что тут было, – клинок почившего главаря.

— Тревога! — выкрикнул Брайкс и даже попытался ударить меня небольшим топориком.

Двигался он слишком медленно и неуклюже. Я пропустил его оружие возле груди и ударил наотмашь, вскрыв ему горло.

Руки… Руки словно не мои, но всё ещё помнят долгие часы оттачивания ударов, всё ещё живут своей жизнью, готовые даровать смерть моим врагам...

Пока противники не сориентировались и не организовали толкового сопротивления, рванул к тем, кто занимался разгрузкой добычи. Они уже побросали свои мешки и схватились за оружие.

От первого удара топором я отклонился, просто позволяя инерции доделать дело. Но в этот момент подоспел второй противник, и мне еле-еле удалось парировать его удар мечом. Лёгкий звон, и противник отходит, смотря на меня снизу вверх.

Я заметил, что превосхожу тут всех ростом минимум на голову. Некоторые из противников так вообще мне практически в грудь дышат.

Не дожидаясь присоединения остальных, я сам перешёл в атаку, спеша покрошить всех, пока не опомнились. Сделав выпад, я насадил на меч бойца с топором, а потом шагнул чуть влево, пропуская рубящий удар снизу вверх. Не зря столько лет потратил на практику…

Я разорвал дистанцию и тут же атаковал, но не мечника, а бойца, что отвлёкся от боя и начал доставать из повозки щит.

Вообще гениальный ход – отвлечься от боя. Ну, туда тебе и дорога.

Рубящий удар по спине, и бандит уже ничего больше не поднимет. С тыла слышались крики мечника. Я резко развернулся и принял его град ударов на блок. А грамотные довольно-таки атаки… Но вот уже я начал теснить яростного и довольно умелого берсерка, вырвав инициативу из его цепких пальцев.

Увы, воин, я тупо сильнее, не говоря уже обо всём остальном.

Дождавшись момента, когда наши мечи в очередной раз встретились, я с подшагом пробил бандиту с прямой ноги в грудь, отчего тот рухнул навзничь. Этот боец хоть что-то умел, хотя я ожидал совсем сброд. Махнув мечом, я оборвал никчёмную жизнь бандита.

Четвёртый грузчик обнаружился в стороне. Он медленно отступал. Лук в его руках дрожал, словно осиновый лист. Рядом упала выскользнувшая из рук стрела. Стоило мне сделать в его сторону шаг, как он развернулся и дал дёру. Но далеко не пробежал. Всего-то пяток метров за пару секунд. Ровно столько времени мне потребовалось, чтобы подхватить топор и метнуть в спину стрелка. Удачно. Даже я удивился, как хорошо он вошёл. Ну, это для меня удачно, а «бегун» рухнул на землю с кровавой пеной во рту.

— А где оставшиеся? — тихо произнёс я, смещаясь к щиту. — Тут точно была пара лучников. Один готов, а второй?

Ответом мне стал шум из другой части лагеря, откуда показалось трое бойцов: двое с круглыми щитами и лучник.

Так… Если они умелые, то это прискорбно.

Стоило им увидеть меня, как они, хоть и не синхронно, но двинулись в мою сторону. Отрабатывай они взаимодействие в строю, мне пришлось бы туго.

Благо я не стоял на месте, поэтому, когда тихо тренькнула тетива, стрела пролетела рядом со мной и с глухим стуком воткнулась в борт телеги. Пришлось отступать. Ловить стрелы я как-то не горел желанием.

Развернувшись, запрыгнул в телегу и спрятался за бортом. Там наткнулся на арбалет, который аккуратно стоял у стенки.

А, так этот щит вытаскивали, чтобы арбалет вытянуть? Как же жаль, что вы не успели, мудни кривозубые.

Выглянув и убедившись, что у меня ещё есть время и противники не торопятся ко мне приближаться, я взялся за арбалет. Всё просто. Двое увальней с щитами – не такая серьёзная угроза, как лучник за их спиной. Изначально я думал подпустить их поближе и попробовать метнуть топор или ещё чего… Но раз судьба мне подкинула специальное оружие, то почему бы и нет? Хороший арбалет. Не гнилой. Именной, судя по нанесённым краской на рукоятку инициалам.

Я взвёл арбалет, выглянул и тут же спрятался. Над моей макушкой просвистела стрела. Прикинув траекторию её полёта, я снова приподнялся с арбалетом наперевес. Поймал взглядом лучника и нажал на спусковой крюк. Я оказался быстрее. Стрелок ещё не успел натянуть тетиву, а арбалетный болт уже попал ему точно в грудь. Вот что значит опыт.

Эта технологическая древность, конечно, не так стара, как лук, но найти на Земле того, кто умело обращается с этим оружием, не так просто. Впрочем, в гильдии спецов самых разных хватало. Было у кого поучиться. Я в своё время много и с любовью изучал это оружие и практиковался. Даже на дело брал пару раз. Специфическая работа, специфическое оружие.

Стрела улетела куда-то в сторону, а сам стрелок под удивлённые взгляды обернувшихся воинов медленно осел на землю. Пока до них доходила информация, что поддержки у них, по сути, больше нет, я пригнулся и поднял щит. Всё-таки воин со щитом и без щита – большая разница.

Дальше… всё прошло скучно. Они уступали мне в навыках и силе, к тому же не умели нормально координироваться. Подрубив ноги одного, я, не торопясь, закончил со вторым. А потом… Отправился в лагерь. Нужно было убедиться, что там больше никого нет.

По следам на влажной земле, уходящим по направлению к лесу, и отсутствию двух лошадей я подтвердил, что остальные уже дали дёру. Ну, чего и следовало ожидать. На всякий случай обошёл все палатки. Мало ли, вдруг где-то заначка запрятана или трусишка какой сидит, трясётся в шатре.

Когда вернулся, мой потенциальный язык уже отрубился. Натёкшая под ним лужа крови «тонко» намекала о причине такой сонливости.

— Вот же кусок идиота, даже перевязать себя не додумался, — тихо бубнил я, перевязывая своего будущего гида и связывая ему руки за спиной. Да и сам хорош. Чего-то расслабился...

Только когда убедился, что раненый не сдохнет и не убежит, я отправился собирать трофеи, пока мой пленник в отключке.

Я оглянулся и посмотрел на разрушенный лагерь, задаваясь вопросом, как все до этого дошло? Это была далеко не первая смертельно опасная ситуация для меня. Уж сколько раз я ощущал смерть, витающую где-то рядом?

В юности не срослось повреждение, из-за чего юношеская олимпиада прошла мимо меня, хотя шанс попасть был так близок. Пять лет учебы, служба в армии, суровый отбор в отряд Альфа. Я выбрал свой путь. Пять лет службы среди лучших из лучших и ежедневный шанс встретиться с костлявой. Ранение во время операции по захвату заложников и первая улыбка смерти... В тот раз мы разошлись и я был выдернут с этого рандеву прямиком в госпиталь. Встреча со скромной красавицей медсестрой и жизнь наполнилась новыми красками... Отставка, скромная свадьба, вынужденная переквалификация и "спокойная" служба в родном городе, в отделе по борьбе с организованной преступностью. Живи, приноси пользу обществу, гордо смотри вперёд, пока... честь офицера не столкнётся с интересами слишком могущественных людей.

Гады наказали меня за упрямость, забрав самое ценное – мою семью. Улыбка жены и звонкий смех дочери больше не ждали меня дома... Я был раздавлен, смешан с грязью и втоптан в асфальт. Но они забыли, что, кроме законов писаных, действовали ещё и законы Джунглей. А у меня в бывшем отряде хватало задолжавших мне "зверей".

Кровавая расплата настигла упивавшихся вседозволенностью тварей быстро и неожиданно. Даже крыса, загнанная в угол, способна дать сдачи. А я намного... намного опаснее.

Карьера пришла к логическому концу, когда на меня вышли. Нарушив кучу законов, существует лишь два варианта: в тюрьму или могилу. Всем, кому надо, я отомстил. И гнить в серой бетонной коробке - не намерен. А там меня уже ждут.

Отряд спецназа уже окружил старый заброшенный деревенский дом, где я скрывался. Я не сопротивлялся и не возмущался. Они просто несли свою службу. А мне предстояло очередное свидание с костлявой. Бывший напарник со снайперской винтовкой убедится, что я уйду красиво, стоит лишь подать сигнал.

Мой бывший командир тогда вошёл внутрь полуразвалившегося дома, оценивая обстановку.

— Взрывчатка? - Коротко спросил он.

— Ничего. - закачал я головой и продемонстрировал пустые руки.

— Слово офицера?

— Слово офицера.

Внезапно у него зазвонил мобильный телефон.

— Да, товарищ генерал! Есть!

В мою сторону полетела трубка.

Этот звонок в очередной раз изменил мою жизнь. А моим талантам нашли новое применение. Я превратился в машину, что стояла на страже Родины и сражалась с тварями, которые лишь изредка имели человеческое обличие. Стал одним из охотников на демонов, которые защищают нашу реальность от нашествия тех, кого не должно быть на планете.

За два десятилетия я достиг многого. Без лишней скромности замечу, стал лучшим в своём деле. Но судьба-злодейка вновь решила испытать меня, столкнув нос к носу с тем, о ком даже вспоминать было непринято. Реальность оказалась слишком жестока и сурова. Он даже не атаковал, а я уже был на грани жизни и смерти. Само существование рядом с ним разрывало тело на части... перед глазами вновь мелькнули кадры такой насыщенной и полной борьбы жизни. Я ни о чём не сожалел и был готов встретить свой финал. Наконец-то мы встретимся... Но тут он зашептал:

— Хочешь вновь услышать их смех?..

И вот я здесь... Пришлось потрясти головой, отгоняя воспоминания. Пора возвращаться в реальность.

На сортировке всякого добра я промаялся несколько часов. Чего тут только не было: от позолоченных канделябров и варварски вырезанных картин до одежды с драгоценностями. А ещё жратва.

Когда увидел копчёные окорочка с сыром, желудок напомнил о себе.

«Хочу жрать!» — всплыла мысль в голове.

Да, именно жрать, а не есть! Едят культурно и не спеша. А я жрал в три горла и параллельно пытался отыскать малогабаритные, но ценные, на мой взгляд, вещи. Похоже, эти недограбители умудрились вынести богатое поместье.

Закончив набивать живот, я разложил жаровню и начал будить спящую некрасавицу. Резать при большой потере крови был глупо, так что решил воспользоваться жаровней и парочкой трюков. Нагрев парочку железяк, я приложил первую к ране пленника. Потом, правда, пришлось чистить ухо, которое заложило от крика языка. Или он не спал, или я молодец, разбудил, не знаю. Главное, что мне теперь есть с кем поболтать.

— Заткнись, пожалуйста, иначе мне придётся тебя вырубить, а потом снова будить тем же способом, — буднично произнёс я, отвесив лёгкую пощёчину пленнику.

Убедившись, что тот заткнулся да лишь испугано зыркает в мою сторону, произнёс:

— Давай-ка поговорим. У меня имеется к тебе ряд вопросов. Ответишь, и я тебя отпущу. Мы договорились?

— Д-да, — закивал грабитель.

— Вот и прекрасно. Будь добр, поведай мне, где я оказался, кто вы такие и кому служите, где тут ближайший город и как собирались сбывать свою добычу. И поподробнее. А то видишь, сколько у меня тут железа… — многозначительно скосил взгляд на жаровню. — Поверь, на всю твою шкуру хватит. Хоть я и не люблю запах палёной плоти, но если надо…

Я замолчал и уставился на пленника. Недолго думая, он, запинаясь, начал вываливать на меня всё, что знал… А я очень внимательно его слушал и осматривал местность со взведённым арбалетом. Опасался я скорее не возвращения бандитов, хотя и не без этого, а возможного лесного хищника. В общем, вопросы я задавал быстро…

По словам разбойника, мы находились в Диких землях близ восточного Леса ведьм. Дикими эти земли звались из-за обилия похожего на моего экскурсовода мусора: бандиты, грабители, налётчики, охотники на людей и нелюдей. Сюда стекались беглые преступники со всего континента. Место хаоса и возможностей, интриг и разбитых надежд.

Севернее, в паре дней езды на лошади, начиналась территория Союза северных княжеств. Цепочка застав, горные вершины и скальные утёсы сильно уменьшали возможности передвижения людей. Ещё и регулярные патрули стражи…

За Лесом ведьм находились Прерии кочевников. Они принимали всех подряд, не особо беспокоясь о прошлом прибившегося к племени. В конце концов, в этих степях они цари и боги, и никто из простых смертных не уйдёт от их быстрых, словно ветер, лошадей. Лишь суицидники будут замышлять что-то против этих простых, живущих по древним законам природы людей.

Южнее располагалась Чёрная река, разделяющая Дикие земли и Мёртвые земли. В Мёртвых землях жили не совсем люди, как я понял. И жили вполне себе хорошо. А неизвестных предпочитали сперва подбить стрелой или дротиком, а уж затем, если прибывший незваный гость выжил, общаться.

Вдоль этой реки, проходящей через все Дикие земли вплоть до северных рубежей, стояли крупные и мелкие города, объединённые единой целью – выжить в творящемся хаосе. Династии здесь долго не жили. Укрепление одной вызывало зависть другой. Союз городов порождал ещё один союз, и снова начинались войны. Сейчас вот, например, было затишье. Войны уже два года не было. Просто прошлая выкосила добрую четверть населения, способного держать в руках оружие.

Запад был слабо освоен. Бедный на природные ресурсы и богатый на природные ловушки и племена нелюдей, живущих в тех краях, заставлял людей избегать негостеприимное местечко. Любые крестовые походы упирались в болота, густые леса и загадочных тварей, которые сами между собой враждовали, но при угрозе со стороны тут же объединялись. За этой лихой и мутной зоной находились равнины и холмы с плодородными землями, полноводными реками и пятью королевствами. Ещё дальше – Великое море, которое опоясывало земли с запада на восток, включая север. За Мёртвыми же землями, по слухам, располагались воды Моря богов. И это только один из континентов… Про другие мой рассказчик знал лишь немногим больше их количества. Всего же в этом мире их было три, по его уверениям…

Расспрашивал я языка долго и с особым пристрастием. Ближайший город, другие крупные города, деревни, поместья. Имена, фамилии, способы сбыта награбленного. Власть, Боги, обладатели удивительных способностей…

При последнем вопросе он даже побелел. Оказывается, всяких Избранных, Святых, Посвящённых, Одержимых и прочих людей и нелюдей здесь боялись как огня. Но появлялись они тут редко и обычно лишь проездом. Мол, нечего им делать в этом проклятом Богом месте. О таких, как они, любили слагать сказки да легенды, усиленно рассказывая в тавернах жуткие истории. Понять, кто именно Избранный, было не так-то просто, ведь внешне они не сильно отличались от местных. Впрочем, тот, кто был Избранным, всегда знал: перед ним обычный человек или такой же, как и он. Жаль, что больше пленник ничего о них не знал. Описывал их, словно каких-то полубогов. Пересказывал какие-то мифы и легенды... Никакой конкретики.

Спросил я и о полноценных Богах. Таковых было много. У каждой расы свои. Иногда несколько, иногда один. Люди же, как наиболее многочисленный и, по словам этого слизняка, доминирующий вид, имели целых два пантеона: Небесный пантеон и Земной пантеон. В Небесный входило пять Богов, чьи имена я постарался тут же запомнить. На земной же приходилось то ли девять, то ли десять. С одним из божков какая-то мутная история вышла, и его пытаются вытеснить жрецы других храмов, а последователей жёстко преследуют по всему континенту, который называется Дарум. Вот куда я попал…

Закончив с допросом, я вздохнул и посмотрел на небо.

Где-то в этом мире живёт тот, кого мне требуется убить или же спасти? Сам себя загнал в ловушку, повёлся на сладкую ложь... Куда эта тварь меня отправила?! Другой мир… бесконечно далёкий, но довольно похожий на наш? Какую миссию в итоге он мне поручит? И, самое главное, как выйдет на связь? Вопросов всё ещё очень много...

Небо выглядело чужим и незнакомым. Я почему-то надеялся увидеть там родную луну, но… Две луны, что были совершенно непохожи на земную, я смог различить даже днём.

— Ну… чего-то такого, наверное, и стоило ожидать, — тихо произнёс я себе под нос и окинул взглядом пленника.

Лёгким движением ударил языка в висок эфесом меча. Он даже уклониться не успел. Упал как подкошенный. Я всё же решил остаться верным своему слову. С прорубленными ногами он уже был не боец. Выживет – его счастье. Нет – значит нет. Сбежавшие и так расскажут всем желающим мои приметы. А они тут были явные. Помимо роста, я ещё выделялся цветом кожи. Как я заметил, у местных она более смуглая, а вот у меня – белая.

Н-да... Засада! Затеряться в ближайшее время я не смогу, это точно. Если только очень быстро не загорю на солнце. Но свои два метра роста я всё равно никуда не дену... Ладно, неважно...

Единственное, о чём пленник может рассказать всем, так это о моих странных и сбивающих с толку вопросах… Впрочем, вряд ли ему кто-то поверит. Да и, судя по ранам и бледному лицу, он долго не протянет. Особенно если здесь водятся хищники. Крови пролилось много сегодня, а она кого-нибудь да привлечёт.

Подобрать одежду под свой рост оказалось той ещё задачкой. Моя выглядела слишком вызывающе и необычно. С сожалением я её сжёг. В итоге кое-как справился, хотя штаны и были чуть коротковаты, а ещё жали везде, где только можно и нельзя. Что-то вроде длинной лёгкой шубы вообще смотрелось коротким пальто. А под ней шёлковая рубашка без рукавов. В них мои руки просто не пролезли.

Вид, конечно, был экстравагантный, даже с закосом на стиль. Но главное, что под местного я хотя бы как-то походил. Взяв с собой меч, парочку хороших кинжалов, щит и выручивший меня арбалет, я погрузил два мешка отобранного грабителями добра на коняшку, которая выглядела как-то слишком мелко в сравнении с привычными мне лошадьми, и пешком отправился в ближайший город. Да, пришлось вести животинку за узду, так как ездить на подобном транспорте я не умел… В моей прошлой жизни больше ценились знания и навыки управления вертолётом, нежели езды на животных.

Как и говорил бандит, дорога была не столь далеко от их лагеря. Всего-то пару часов пути и вот я уже на главном тракте, а дальше прямо и прямо. В какой-то момент я даже подумал, что пошёл не туда, но вскоре деревья разошлись в стороны и показался величественный город. Наверное, по местным меркам довольно крупный. А для меня… Ну, город и город. А вот его огромные стены, средневековая инфраструктура – вот это да… А ещё множество дорог, что словно ручейки стекались в полноценную реку людей перед главными воротами в город. Всё это заставило меня даже чуть сбиться с шага, а потом и замереть. Да, со временем я привыкну ко всему этому. Но сейчас... Сейчас хотелось просто насладиться хотя бы секунду открывшимся видом.

Лишь через десяток секунд я встряхнулся и резво направился в сторону ворот, вливаясь в людской поток. Торговцы, ремесленники, крестьяне с повозками и без них. Людская масса приходила и покидала город. Разве что я не заметил никого важного или богатого. Видимо, для них были иные ворота, подальше от черни. И я в своём наряде, со своим ростом и цветом кожи, был, так скажем… белой вороной.

Пытаясь хоть как-то скрыться от десятков заинтересованных и подозрительных взглядов, я пристроился к большой толпе крестьян, чуть ссутулился и попытался прикрыться их повозками от множества любопытных глаз. И мне это даже удалось. Крестьяне же смотрели на меня, как на какое-то чудо-юдо, но заговорить не пытались. Более того, смотрели со смесью страха и восхищения. Непонятно, за кого они меня приняли, но в моём присутствии они даже между собой старались не говорить. Но, как бы странно это не звучало, меня это более чем устраивало. А ещё я подумал, что мне сначала показалось, но нет. Среди людей нет-нет да и мелькали другие существа. Точнее иные расы. Да, так будет политкорректнее. Не мутантами же их называть, в самом-то деле? В общем, я заметил как минимум пару орков-наёмников, одного кобальта и ещё кого-то, крайне напоминающего прямоходящего кота. Но рассмотреть этих мут… эти расы не получалось. Они мелькали и пропадали в толпе людей.

Наконец-то дошли до ворот. Мне хотелось поскорее пройти их и причалить к какой-нибудь таверне с комнатой под наём. Деньги разбойников послужат мне первое время небольшим стартовым капиталом.

Первыми прошли крестьяне. Скучающая в теньке стража, казалось бы, не обращала ни на что внимания, но стоило мне попытаться пройти следом за крестьянами в город, как…

— Именем князя, приказываю вам остановиться! — пафосно произнёс страж с ирокезом на голове и наставил на меня меч.

Следом за ним сразу несколько стражей вскочили на ноги и вытащили оружие, преградив мне проход. За спиной показалось движение. Скосив взгляд, я обнаружил, что ещё трое преградили мне путь назад.

— Во попал... — прошептал я.

Глава 2

Страж с ирокезом начал ко мне медленно приближаться. Его доспех на фоне остальных выглядел гораздо лучше. Неполный латный доспех вместо обычных бригантин и сложный шлем с маской намекали на высокий статус своего владельца.

— Не двигаться, — повторил он грозно и махнул своим людям, которые тут же начали смыкать круг, — ты обвиняешься в пособничестве злу!

— Какому ещё злу? — недоумённо произнёс я и поднял руки, показывая максимальную степень миролюбия.

— Артефакт тебя обна… — начал было говорить командир, но осёкся, когда посмотрел на прозрачный шар над воротами.

— Командир, тут это, похоже, что-то не то с шаром, — раздался голос одного из стражников.

— Вижу, — процедил ирокез и замолчал, а через пару секунд, видимо приняв какое-то решение, начал отдавать команды: — Так, чужак, ты задержан до выяснения обстоятельств. Приказываю не оказывать сопротивления власти, сдать оружие и следовать за нами. Чак, отправляйся к настоятелю. Нос, ты за старшего. Антус, ты со своей тройкой со мной.

— Слушаюсь, — практически хором ответили все, включая меня, и началась суета.

Меня наконец окружили, но ломать не стали. Да и я не сопротивлялся. Неспешно отвязал ножны с мечом и передал ближайшему стражу вместе с кинжалом и арбалетом. Хотя, зачем нужно было забирать арбалет? Взвести его я бы всё равно не успел. Видимо, тут прям как в родной нашей армии: инструкции превыше логики.

Получив кивок от солдата, я без понуканий двинулся вслед за командиром стражи. За воротами был второй барбакан, а между ними небольшой двор, который, видимо, использовался не только для защиты, но и для досмотра. Меня отвели в сторону небольшого каменного здания, дождались, пока я привяжу лошадь к столбу на входе, и сопроводили внутрь. Идти оказалось недалеко, жаль только, что в подземелье.

Дверь открыли, словно дорогому гостю, разве что не поклонились. Стоило мне зайти, как её тут же захлопнули и заперли на ключ, приказав напоследок ждать. Вот только чего – непонятно. Походу, вся эта задница из-за моего работодателя. Чтоб он усрался там, на своём золотом троне... Кажется, его не любят не только у меня на родине, но и тут, хех. Интересно, хоть где-то ему рады или он настолько неуживчивый?

Я от скуки мерил скудную комнату шагами и по привычке пробовал погонять по телу внутреннюю энергию. И… у меня получилось! Наполнив энергией палец, легонько чиркнул по каменной кладке, на которой остался чёткий след, и довольно кивнул.

Грёбаный заказчик сдержал своё слово, а ведь мог, тварь такая, поднасрать за то, что я ему слегка испортил имидж. Моё тело, моё. Помолодевшее, но моё. И силы мои, даже чуть больше прежних.

Ну да, молодость… Уже и забыл, каково это – быть на пике возможностей. Как всё хорошо… А ведь мог, тварь такая, с его-то способностями засунуть меня в какого-то ущербного сопливого юнца из вымирающего рода, да с чирьями по всей заднице. И разгребай его проблемы как половые, так и рода, параллельно пытаясь выполнить миссию. Не-е-е, своё, родное куда лучше, чем какие-то смазливые сопляки.

— А вообще, какого хрена меня обнаружили?! Или всё же нет? Странная какая-то ситуация. Вот будет весело, если сейчас мне придётся без оружия выбираться, ведя бой со стражей целого города…

Мои тихие рассуждения прервал противный, скрежещущий тонкий смех, который отдавался в ушах неприятной резью, словно пенопластом тёрли по стеклу. Я аж подпрыгнул и во все глаза вытаращился на то, как моя тень увеличивается в размерах, набирает объём, изменяется и хохочет. Я в своей жизни всякое повидал, но происходящее явно выходило за рамки так называемой нормы. Хотя… Если учесть, кто мой работодатель…

— Ты сме-еш-ш-шно-о-ой, слуга моего Гос-споди-и-ина, — прошипела тень, словно змея.

— Так ты?..

— Да-а-а, я от Гос-споди-и-ина-а, буду прис-сматривать за тобой, малыш-ш, и передава-а-ать его приказы. А ещё помога-а-ать и с-скрыва-а-ать тебя по возможнос-сти. Этот мир таит в с-себе много враго-ов-в-в, что в два с-счёта поймут, что ты ма-аг. И как ты опра-авдываться будеш-шь? У тебя ес-сть леге-е-енда?

— Придумаю. Не впервой. И вообще, о тебе договора не было.

Я вложил в голос максимум возмущения. Хотя эта глупая попытка покачать права была лишь с одной целью – привести мысли в порядок. Я понимал, что меня не оставят самовольно разгуливать, особенно с дарованными силами. Но… такой сюрприз в виде какого-то чёрта… был неприятен.

— С-с-сме-ертны-ый, не тебе обсуждать решения Гос-споди-и-ина, — с угрозой произнесла тень и подалась на меня.

— Да и хрен с тобой. Будет ручная зверушка, — ответил я, махнув рукой, ни капли не испугавшись.

И не таких в ад отправляли. Мои силы всё ещё при мне, а в проклятом договоре, что я подписал в момент слабости, не было ничего про «кураторов».

Правду говорят, что Дьявол может найти самое сокровенное в душе человека и надавить, свести с ума, пообещав невозможное, но он никогда не будет честным и откровенным со своей жертвой. Ну ничего... Пока дышу, ничего не решено.

— С-сме-ертны-ы-ый, — с угрозой прошипело существо и замолчало.

И больше ничего. Знает ведь, собака, что лаять ей можно, а кусать – ни-ни. Он хоть и надзиратель, но пока я выполняю всё согласно договору, тронуть он меня не посмеет.

Как бы от него отвязаться? Я в целом не фанат той миссии, на которую меня отправили. Вряд ли это ходячее зло во плоти хочет моими руками убить какого-нибудь бесполезного старика. Как там сказал этот урод: «Устрани моего конкурента, и я исполню твоё желание. Жизнь в обмен на жизнь».

Вот и чем думала моя голова? Явно ментальная магия поработала, пробила моё самообладание… Нельзя воскресить мёртвых – это табу. А если и можно… то это будет не тот человек, о котором думаешь. Уж сколько жалких некромантов я пристрелил на своём веку, мне ли не знать? Но нет… Стоило словам, словно мёду, затечь в уши, и я поплыл.

— Так что ты скажешь про то, как меня обнаружили? – вернулся я в реальность, оставив рассуждения.

— Артеф-факт. С-сигнализация. Нас-с-с почуяли, пришлос-с-сь с-скрыть твою с-су-уть.

— И что, ты прям от всего можешь скрыть?

— А-ха-ха, нет, глупый с-с-смертный, только от низших-х и их подделок. Всё! Я чувс-ствую, кто-то идёт из низших-х с-слуг богов. И не забывай о с-своей миссии для с-своего же бла-ага-а. — Напоследок тень продемонстрировала улыбку чеширского кота и исчезла.

Исчезла, чтобы вновь вернуться спустя мгновение.

— Избегай людей и других с-сущес-ств, у которых над головами с-сияет божес-ственная отметка. Твоя с-сис-стема, вс-строенная нашим Повелителем, с-спос-собна отображать понятным для тебя образом с-силу подобного с-сущес-ства. Ты видишь их, а они видят тебя. Избранные. Думаю, ты понимаешь, что с-случится, если они увидят Избранного, о котором никому и ничего неизвес-стно и который ещ-щё не принадлежит ни одному из-з богов-в или других-х культов-с-с. Позже поищи в нас-стройках подро-обную информа-ацию об оценке силы. Там ес-сть два варианта-а: ранг или уровень с-сущес-ства-а будет показан. Всё, будь осторожен и не с-сдохни с-слиш-шком ра-ано, челове-е-е-ечиш-шка-а! – Снова улыбнулся он своей фирменной улыбкой и растворился.

Вот только улыбка была какой-то не веселой, а весьма угрожающей. Будь я более впечатлительным, то она снилась бы мне в кошмарах. Длинные чёрные клыки, которые на фоне абсолютной тьмы я каким-то образом мог разглядеть. А потом тень сразу же начала терять объём и стала… просто тенью. Самой обычной тенью. Я даже головой тряхнул, пытаясь отделаться от мысли, что всё это было чем-то вроде галлюцинации, а не на яву. Очень красочной галлюцинации. Пора формировать новую нормальность в своей голове.

Тем временем в коридоре и правда раздались звонкие шаги. Похоже, к нам пожаловал сэр латник, что стучал своими железяками о каменный пол темницы. Шаги замерли у самой двери. Поворот ключа и дверь открылась. На пороге стоял самый настоящий рыцарь, как из сказки. Довольно здоровый, как для местных. Занимал он практически весь дверной проём. Разве что ростом уступал мне примерно на полголовы. Он был закован в белоснежные латы, за его спиной висел красный плащ. Его бесстрастные глаза изучающе прошлись сверху вниз по моей фигуре. Но мне было всё равно. Всё моё внимание привлекла красная накидка с огромным золотым серпом прямо по центру груди. И ведь из оружия тоже меч в виде серпа с золотой рукоятью… очень похожий на хопеш.

— Ну приплыли... И тут коммунисты! Прощай моё честно нажитое добро... — пробормотал я себе под нос.

— Говори громче, — приказным тоном произнёс рыцарь и с той же бесстрастной физиономией зашёл внутрь.

— Долго ли мне ещё тут шагами длину стен мерять? Почему вы меня задержали? Разве я что-то нарушил? – начал я строить из себя дурня.

Вместо ответа, рыцарь вытянул в мою сторону руку, которую начало покрывать золотистое сияние. Спустя несколько секунд в помещении словно разорвалась световая граната. Даже то, что я успел зажмуриться, не спасло меня от зайчиков в глазах. А рыцарю хоть бы хны. Стоит и сверлит меня взглядом. Так продолжалось несколько долгих секунд. Я уже успел проморгаться и подготовиться к возможному бою. Но его не случилось. Рыцарь просто развернулся и, выходя из камеры, чётко сказал: «Чист. Это не дьяволопоклонник. Дальше сами».

Командир стражи с подчинёнными явно в растерянности провожали рыцаря удивлёнными взглядами.

Первая для меня радость: если кто-то маг, то это не значит, что он «Избранный». И ожидать проблем от таких совсем не обязательно. Вообще, после слов этого чеширского чёрта мне срочно захотелось алиби и легенду попрочнее да посерьёзнее, нежели дикарь-кочевник, пустившийся в путешествие. Вот только инфы о мире у меня слишком мало...

Ещё около десятка секунд я слышал удаляющиеся шаги рыцаря. В абсолютной тишине. Командир стражи что-то не собирался со мной говорить.

Как только шаги смолкли, я решил взять инициативу в свои руки.

— Кхм. Господин хороший, я теперь могу идти или ещё какое-то недоразумение есть? — произнёс я с самым невинным видом.

— Да, только для начала ответите мне на парочку вопросов, — растерянно сказал командир стражи, который быстро взял себя в руки. — Кто ты и откуда? Что за мешки на лошади?

— Я Алекс, пришёл из племени Айрых. Это в глубине больших степей. Не прижился в племени, взяв по взаимной любви невесту сына вождя, за что меня и изгнали. Вернее, я сам решил уйти. Много шёл, избегая людей. В большой степи не любят изгоев. Когда за тобой нет рода, то ты никто. Потом по привычке не хотел выходить. Тут тоже рода ведь нет, никого нет. Дичи стало меньше, и еды стало не хватать. Тогда пришлось искать себе место. Свою новую семью. Попадались только бандиты да грабители, но я справился. И в итоге дошёл до этого города.

— Бандиты какие? Одиночки?

— Небольшие группы. Хотя и с большим злым врагом встретился. Он называл себя Драконом, глупец. Я убил его и следовавших за ним грабителей. Это ведь не преступление? Да и они первые напали…

Командир несколько десятков секунд сверлил меня хмурым взглядом, но больше ничего спрашивать не стал.

— Жди, Алекс, — приказал начальник стражи и, выходя из камеры, пробубнил: — Ну и имечко…

Когда дверь уже закрывалась, я услышал, что он сказал проводить его к моим вещам… Ну, пусть смотрят. Ничего там особо важного нет.

По моим ощущениям, не прошло и часа, как мою дверь снова открыли. Всё тот же начальник стражи и двое его подчинённых. Причём командир был ещё более хмурым, чем прежде. Оглядев меня и недовольно поморщившись, он наконец заговорил:

— Тебя сопроводят на постоялый двор. Жить на улице запрещено. Будешь нарушать порядок, отправишься на обязательные работы, ибо труд делает из гоблина человека. Даже гноллы, когда взяли в руку палки, стали на людей похожи. Труд вообще благо, как указывает нам наш мудрейший Бог. И не шали. Тут тебе не степь. За нарушение закона с тебя спросят по полной. И не обнажай оружие в городе. Это только страже разрешено. Понятно?

— Да, я понял. Я умный Айрых Алекс, оттого меня и не взлюбили. Нас хоть и мало, но всё равно слишком строгие законы племени. Законы глупые. А ваши законы звучат мудро, — спокойно ответил я, выдерживая давящий взгляд воина.

— Тогда ступай. Вещи тебе отдадут на выходе.

С этими словами командир стражи резко развернулся и вместе с одним из своих подчинённых ушёл, оставив меня один на один с молодым парнем, что опасливо посматривал на меня снизу вверх. Я даже удивился, что мой нелепый и полный нестыковок рассказ так легко прошёл проверку. Хотя, может это лишь притворство, и теперь за мной повсюду будут следовать глаза и уши местной инквизиции?Будь я на их месте, тоже бы отпустил, старясь незаметно следить. Ведь если наврал и принёс награбленное, то буду искать скупщика краденного. Хорошая возможность взять сразу двух преступников. А значит, ближайшее время я буду выращивать глаза на затылке и пока повременю с продажей барахла. Изучу местный рынок и условия купли-продажи.

— Ну, веди меня, воин — пригнувшись, произнёс я, выходя из своей временной темницы.

Вот что за везение?! Всего день тут, а уже и с мешком на башке проехался, и в темнице посидел. Чувствую, дальше будет ещё веселее. Благо хоть легенду плюс-минус адекватную придумал. Дикарь. Кочевник. Какой с меня спрос? Не ходит по площади голый, уже хорошо.

— А? Да-да, идите за мной, — прервал мои мысли малец своим ломким подростковым голосом.

Похоже и правда молодой ещё. Как-то тяжело вздохнул и шумно проглотил слюну мой провожатый и робкими частыми шагами повёл меня по коридору.

Сначала мы отправились на второй этаж, который представлял из себя большую кладовку. Или склад. Здесь на столах аккуратно лежало всё моё добро. Видимо, его и осматривали всё это время, пытаясь что-то найти. Но не нашли, наверное. Уверен, что-то наверняка ещё и пропало, прилипнув к жадным рукам местного хранителя бочек и мешков. Но да ладно. В моём положении не стоит придираться к подобным мелочам…

Я молча собрал все свои вещи обратно в мешки, вооружился и отправился вслед за пацаном. В этот раз уже на постоялый двор.

Город… Тут жило, вероятно, несколько десятков или около сотни тысяч человек. Многоэтажками даже и не пахло. Представляете ли вы, какой размер у этого города? Это несколько сотен квадратных километров! Чтобы пересечь его пешком от края до края, скорее всего, потребуется почти полдня. Так что своему статусу регионального центра он более чем соответствовал. Не удивительно, что на входе в город были такие пробки. Не зря я решил сюда прийти.

Мощёные камнем улицы и сделанные из дерева и, опять же, камня дома навевали воспоминаниями о старых итальянских и испанских городках. Натуральное средневековье. Окна самых больших и богатых домов больше напоминали бойницы, и в воздухе витал ядрёный запах навоза. О да, он, походу, был везде. Пропитывал этот город и днём и ночью.

Удивили местные технологии в виде стоков по краям дороги, что уходили, скорее всего, в канализацию. Но это не точно… В желоба то и дело выливали отходы жизнедеятельности сами люди, а бонусом к этому повсюду сновали самые разные животные с хозяевами и без: кони, волы, ослы и даже собаки. Все они хотели гадить, а вот правила гигиены соблюдать особо не желали. То тут, то там попадались «мины» биологического происхождения. Хотя в толпе людей я улавливал иногда глазами мелких пацанов с лопатами. Но максимум, что они могли, так это поддерживать количество мин в некотором количестве.

Ещё в глаза бросились вездесущие знаки серпа на красном фоне. Прям социалистический лагерь в средневековой тематике. А ещё церкви, которые имелись практически в каждом квартале. Они выгодно отличались от серых невзрачных одно-двух, реже трёхэтажных домов. Бело-красная расцветка так или иначе украшала каждое «святое» место, что мы проходили.

Временами встречалась и стража, которая выглядела куда скромнее той, что поприветствовала меня у ворот. У них даже бригантин и тех не было. Кольчужный доспех, деревянные щиты и копья. В ножнах мечи.

Сам местный люд был вооружён кто чем горазд. Редко когда попадался кто-то без оружия. А если и видел такого господина, восседающего на коне, то рядом с ним крутилось несколько молодцев в хороших доспехах. Пару раз проезжали кареты с охраной из бравых ребят, которым тут же уступали дорогу все прочие. Крик и гвалт стоял такой, словно я нахожусь на базаре, а не на улице.

К таверне, а вернее постоялому двору, мы прибыли через несколько кварталов. Серьёзное крепкое строение в три этажа, два из которых сложены из камня. Небольшой двор, конюшня и, похоже, что-то вроде парильни. Встретил нас чистый двор, а когда я вошёл внутрь, то уже был готов тут поселиться и до самой смерти не вылазить наружу. Никакого запаха жизнедеятельности, только что-то древесное вперемешку с мясным. И это при том, что со стороны внутреннего двора радостно хрюкали свинки. Мысль о беконе навязчиво ворвалась в мою голову, а когда почуял запах мяса, то понял, что очень проголодался. Но для начал хорошо бы разобраться с местными ценами.

Увы, осмотреться мне не дали. Стоило нам зайти, а мне привыкнуть к полумраку помещения, как страж сразу же двинулся к мужику за длинной деревянной стойкой. Ну, этот точно не бариста… Тут немного другой классификатор профессий.

Страж, не пройдя даже половины зала, начал громко говорить, привлекая своим звонким голосом немногочисленных постояльцев.

— Дядя Барни, тут постоялец к тебе от капитана Гоберанса! Сказали к тебе привезти. И он это... не местный, со степей! Но не буйный вроде... Возьмёшь к себе?

Дядя Барни был лишь на голову ниже меня, но при этом в плечах шире раза в два, а в районе талии – во все пять. Ещё у него коричневого цвета кожа и здоровенные клыки. Похоже, я вижу настоящего толстого массивного орка. Пространство за стойкой сделали явно специально под его габариты. Но, похоже, со времени постройки дядя Барни ещё сильнее растолстел и теперь едва не рушил своим телом деревянную мебель.

— Степняк? Чёт крупный он для степняка. Орки, чоль, отметились? Ну, а место будет, как не быть.

Голос Барни был низким, чуть рычащим и глубоким

— Тогда я могу идти? — уточнил малыш.

Стоило только владельцу заведения кивнуть, как малой тут же развернулся и за пару секунд испарился.

— Не любит он со мной общаться, хах... И правильно делает, — проворчал хозяин таверны и сосредоточил на мне свой взгляд. — Ну, короче, постоялец, ты слышал. У тебя монеты-то есть? С тебя серебряный в день. За коня две меди. Жрать отдельно. За овёс коня – ещё три меди... Итого полсеребра. С тебя же… сколько сожрёшь, столько посчитаю. Всё понятно? — Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Ну раз понятно, то лови ключ. Второй этаж, до конца и налево по коридору. Дверь с подковой.

— Понял, — кивнул я и, подкинув мешки на плечи, двинул в сторону лестницы. Решил скинуть свои вещи перед тем, как поесть, а заодно и посчитать, сколько вообще у меня тут денег для житья-бытья.

По словам местного орка, десять медяков равняются серебрухе, а значит, десять серебра – один золотой. Понял, принял, закрепил.

Я поднялся на нужный этаж и вскоре нашёл нужную дверь. Со скрипом большой ключ провернулся в замочной скважине, и под давлением крепкая дубовая дверь открылась.

Комната представляла из себя... просто комнату. Полуторная кровать с тюфяками, набитыми травой, а поверх тонкое одеяло из шерсти. Вроде из шерсти… Или какой-то местный аналог. Шкаф, плотный, деревянный и обязательно покосившийся. Это было очень даже ожидаемо. Большой стол и пара стульев. В целом не то чтобы аскетично… Напоминает старые комнаты отдыха при вокзалах в моём прошлом мире, если не считать матраса.

Открытое чуть ли не настежь окно пропускало запахи города, поэтому пришлось его прикрыть. Дверь тоже запер, дабы никто не ворвался. Сел на кровать и скинул перед собой свои пожитки. Пора бы их перебрать.

По итогу ревизии у меня было с десяток серебряных монет и россыпь медных кругляшей. А ещё имелась пара серебряных колец, золотые цепочки и прочая мелочь, что лежала в шкатулке. Другие вещи тоже имели свою стоимость, но оценить их самостоятельно я не мог. Но это потом.

Сначала надо бы пожрать. Кажется, я даже быка сейчас съем. Голод так сильно отвлекает от прочих мыслей... Сбытом честно отнятого у грабителей барахла займусь позже. Получается, я Робин Гуд. Возвращаю награбленное горожанам, отдаю полученные деньги нуждающимся. А кто у нас тут самый нуждающийся? Конечно же я!

С этой мыслю я спустился вниз и уселся за стол, смотря за интересной девочкой с хвостиком. Настоящая прям кошкодевочка… Только чуть волосатая, шерстью покрытая. Ну так кошка же, хех. Вот так в сказку попал.

Последние годы у меня была активная жизнь: разные страны, миссии… и интересные дамы попадались. Но такой не было. Интересно, как они в постели это делают? Вообще странно. Раньше я такого интереса к этой теме за собой не наблюдал, а тут еле глаза оторвать получается. Никак гормоны молодого тела бычить начали, восстание против меня подняли?

Ко мне со спины подкралась тень… Я сперва подумал, что сам орк идёт. Так скрипели половые доски. Однако хозяин заведения стоял на своём привычном месте.

Я посмотрел на незнакомца, а вернее незнакомку. Это была леди с внушительным бюстом, от которого глаза оторвать было ещё сложнее, чем от кошкодевочки. Высокая, всего лишь на голову ниже меня. Талия тонкая для её роста, ну а грудь… Она грозила порвать её кожаную рубашку и вывалиться прямо на столик. Наверное, на одну грудь она могла бы положить мою голову. Честно признаюсь, сразу потекли слюнки, как это представил…

— Что заказывать будешь? — глубоким голосом поинтересовалась официантка и доброжелательно улыбнулась, словно не заметив мой загипнотизированный взгляд.

— А что есть? — чуть тормознуто ответил я.

Наконец оторвавшись от вида горных вершин, мои глаза начали осматривать её непривычное для меня, но довольно женственное и симпатичное лицо с небольшими клыками, что мило выглядывали из-за нижней губы. Думаю, с фразой «дать на клыка» в этом мире стоит быть предельно осторожным, хех.

— Баранина жареная, рёбрышки только недавно приготовили, сняли с огня, каша мясная, бургак на вертеле, каша зелёная, просо, гречка с грибами…

Пока она перечисляла блюда, я изливался слюной. И не только на озвученную еду. Вот что значит молодой здоровый организм. Он всё хочет… кушать. А уж как аппетитно всё выглядит…

— Так что заказывать будешь?

— Мясо... И баранину, и рёбрышки, и гречку с грибами. Можно ещё попить чего, хлеба и всё… Для начала. Порции у вас какие? — произнёс я, наконец взяв себя в руки.

— Для тебя, здоровяк, хватит. А если не наешься, я сильно удивлюсь. Стандартная порция Барни Торгада двух солдат накормит с пешего дозора. С тебя два серебряных. Напиток за счёт заведения.

— Да, конечно.

Я открыл свой кошель, что достался мне от главаря банды, и начал искать там монеты, тихо офигевая от местных цен. Или это из-за мяса? Возможно... Если уж у нас это был не самый дешёвый продукт, то тут, в средние века… Как говорится: нужно больше денег, Милорд.

Пока ждал, оглядывал зал, где клиентов было довольно мало. Причём большинство оказалось людьми. Реже другой расы. Те же прямоходящие коты, один ушастик, видимо эльф местного разлива, одна прямоходящая ящерица и парочка купцов людей. Все выглядели прилично. Как обзаведусь деньгами, надо будет изменить свой имидж, а то он у меня слишком уж экстравагантный. Будто разбойник с большой дороги.

Не успел я соскучиться, как принесли еду. Что тут сказать, мадам умела эффектно как показать себя с подносом, так и уйти. Чувствуя, как во рту собирается слюна, я отдёрнул взгляд от покачивающихся бёдер и переключился на еду. Пахла она хорошо, приправ явно не жалели. Вгрызаясь в мясо на кости и закидывая в топку гречку, я сидел и, активно работая челюстями, планировал. Планировал выйти на какого-нибудь местного барыгу невзначай.

Нужно сбыть трофеи без лишней мороки, как уверюсь, что слежки нет. Где-то в одном месте, чтобы не привлекать много внимания, бегая от лавки к лавке и пытаясь всучить кому-то весь мой хабар. А потом уже можно и по баб… достопримечательностям. Уже большой плюс этого мира – тут есть на что посмотреть, за что подержаться и разное интересное. Может, мне тут и понравится...

В прошлой жизни я не был таким оторвой… Видимо, после встречи с тем рогатым засранцем меня всё ещё плющит… Впрочем, как скину стресс и утихомирю гормоны, так и смогу понять своё реальное состояние.

С этой мыслю я доел остатки обеда и отправился наверх. Открыл дверь и... Хабар пропал! Прям вообще ничего не осталось. Вынесли всё под чистую, падлы. Ни мешков, ни шкатулок... Даже арбалет и тот увели. Хорошо хоть меч с кинжалом остались при мне.

Теперь бы понять, кто виноват, а что делать с ублюдками, я потом придумаю. С этой мыслью, приправленной тонной не покинувших рта ругательств, я захлопнул дверь и решительно двинулся к владельцу таверны.

Глава 3

Я был не просто возмущён, я был зол. Ненавижу, когда мои планы таким наглым образом нарушают. Дело даже не столько в деньгах, сколько в самом принципе. Позволять кому-то обчищать меня я не намерен и собирался объяснить это местному толстяку, как бы опасно он не выглядел.

Пока спускался вниз, чутка остыл. Даже успел быстренько провести анализ обстановки и понял, что устраивать потасовку не стоит просто потому, что это больше навредит, чем поможет.

В первую очередь владельцу заведения, который водит дружбу со стражей, вряд ли хочется портить свою репутацию. Место это достаточно состоятельное, а не простая обрыгаловка. Да и вполне возможно, что он работает в связке со стражей... Тогда тем более соваться с разборками нет смысла. Лучше попробовать аккуратно прощупать тему. К тому же я тут чужак. Странный чужак, что лишь недавно вылез из кутузки. И начинать первый же день на свободе с разноса таверны… не лучшая затея.

С этой мыслью я и подошёл к барной стойке. Подождал, пока хозяин обслужит отряд наёмников и заметит меня, и, понизив голос, произнёс:

— Хозяин, пока я у тебя ел, у меня вещи украли. Много вещей. Дорогих к тому же.

— Украли? — Орк нахмурился и напряжённо прошёлся взглядом по таверне. — Окно закрыл на ставни перед уходом?

— Эм…

— То есть ты пришёл с огромными брымчащими мешками, где что-то железное, когда даже железо – отличная добыча. Оставил в комнате, не поставил ставни, не установил сигналки и ушёл? Ты идиот, чужак. Твоя пустой голова, в неё только есть. И ты это прекрасно сделать. А теперь приходишь ко мне, чтобы… что? — Орк смерил меня тяжёлым взглядом, ещё и перекривлял даже.

— Узнать у вас, что мне делать. Возможно, поможете найти тех, кто мог это сделать. В конце концов, в ваше заведение залезли, — начал я терять терпение.

— Узнать – это хорошо. Но я не провидец. Я стоять тут. Заниматься клиентами. Мои люди стоять тут. Твоя комната выходить в переулки сливов. Там никого нету из моих людей. Понятно тебе? — снова начал издеваться орк. — Можешь идти поспрашивать у прохожих. Но тут не принято помогать чужакам и лезть в чужие дела. Можешь забыть, чужак, и принять это как урок, что голова нужна не только чтобы в неё жрать и пялиться на мою дочь, — уже прорычал орк, и дубовая кружка в его руках затрещала.

— Хорошо… Я понял тебя.

С этими словами я развернулся и, выдохнув через зубы, двинулся в сторону выхода. Похоже и правда делать тут нечего. Сервис просто отвратительный. А этому клыкастому я ещё припомню, почему нельзя обижать клиентов. Даже знаю как. Представив картину сладкой мести этому толстяку, я, довольный собой, двинулся по улице. Сориентировался не сразу, но смог найти нужный проулок, куда выходило моё окно. Тут и правда глухо. Ни одной живой души. Это вольно не вольно подтверждало мои подозрения. Очень уж удобно для воров всё сложилось. Постояв и почесав репу, решил не возвращаться обратно. Cмысла не было. Так что я двинулся по переулку дальше.

Нередко между домов видел стену. Она выглядела монументально. По ней наверху кто-то двигался, словно крохотные человечки. Несмотря на не самый богатый район, я шёл между хорошими, добротными по местным меркам домами. Редко когда можно было встретить запущенное или покинутое жилище. Лишь мои ноги то и дело грозили увязнуть в раскисшей вонючей земле… Да уж… цивилизация.

Я ещё раз окинул взглядом практически пустую улицу и приметил какое-то неестественное движение впереди. Я изначально заметил в себе изменения. Конечно, крушить кирпичные стены без использования внутренней энергией мне ещё рано, но общая острота зрения, реакция и скорость заметно улучшились. Так что, обнаружив слежку, а это была именно она, я, не показывая виду, шёл дальше. Временами пытаялся снова уловить движения краем глаза, но ничего уловить не получалось.

Я вышел на оживлённую улицу сквозь какие-то мешки с гниющими корнеплодами.

— Пятьдесят оттенков вони, честное слов... О, кандидат подходящий, судя по всему.

Сделав вид, что оглядываю дом, скосил взгляд и понаблюдал с минуту за человеком, одетым в различную рванину. И похоже, он что-то почувствовал и начал уходить. Дальше тянуть смысла не было.

— Добрый день! — произнёс я, как только нагнал его у подворотни, заставленной наполовину сломанными деревянными ящиками. — Мне нужна информация. Вижу, вы человек местный, а я тут кое-кого ищу. Плачу серебром.

— Серебро сначала покажи, — прохрипел он из-под капюшона, не собираясь приближаться.

— Вы бы подошли поближе.

Вместе с этой фразой я достал из-за пазухи кошель с монетами, и, вытащив оттуда серебряную монету, подкинул её в воздух, а потом ловко перехватил в полёте.

— Хорошо, — прохрипел незнакомец и приблизился, оставаясь в тени. Он вообще словно избегал открытого пространства. — Что тебя интересует?

— Меня интересует, к кому из этого района несут всякое разное, чтобы не было вопросов. Адресок надо бы, — с улыбкой произнёс я.

— Скупщика, что-ли? — удивлённо сказал человек, и я почувствовал, как он оценивающе пробежался по мне взглядом.

— Его самого.

— Это не проблема, давай монету, — произнёс он и ещё приблизился.

— Лови. — С этими словами я подкинул серебруху в воздух в его направлении. Чужак дёрнулся, поймал её и… вырвал кошель из моих рук, после чего рванул в проулок.

Видимо, по-хорошему не хотят… Ладно-ладно. Я, в общем-то, чего-то подобного и ожидал, но не думал, что он будет действовать так оперативно и... так нагло.

Направив энергию в ноги, я резко обернулся и рванул за прячущимся в тенях смелым воришкой. Тот явно этого не ожидал и чуть не врезался в стену. Фора у него была небольшая, так что он успел оторваться лишь на пяток метров. Я бежал следом, с трудом входя в повороты. Уж очень мало было места между двумя домами.

Под ногами чавкала грязь, и я временами цеплялся за стены домов, которые то расширялись, то сужались, создавая иногда причудливые широкие островки или практически непроходимые улочки, по которым приходилось пробираться, прижавшись спиной к одному из жилищ. Но я точно слышал и даже пару раз видел преследуемого. А ещё я точно знал, что быстрее и выносливее его.

Расстояние всё сокращалось. Лишь небольшие габариты беглеца и узость местных закоулков не давали поймать его за шкирку. Мужик местный лабиринт, похоже, хорошо знал. Уж больно он уверенно действовал. Пару раз я был близок к тому, чтобы поймать его, но каждый раз что-то происходило. То лбом стукнулся, то дважды чуть не упал, проскользив по грязи, то один раз чуть не налетел на торчащий из земли деревянный штырь... Но всё рано или поздно заканчивается. Кончился и этот забег.

За очередным поворотом я увидел тупик и беглеца, который уверенно лез вверх по стене дома. Причём проделал уже половину пути. Ещё немного и он уйдёт.

Прикинув расстояние, я рванул вперёд. Когда оставалось совсем немного до стены, послал ещё больший импульс энергии в ноги и сделал огромный прыжок. Сразу пустота внутри образовалась, будто стакан наполовину разлил…Многовато энергии потратил. Но результат – прежде всего.

Беглецу не хватило совсем чуть-чуть. Ещё немного и он бы схватился за деревянный бортик, перевалился через него и ушёл в отрыв. Но ему не повезло. Поймав убегающего, я буквально сорвал его со стены, и мы оба полетели вниз.

Упали мы довольно удачно. Я даже смог чуть вывернуться и погасить инерцию, однако основное дело сделала грязь, которая приняла нас в свои объятия. В нос сразу ударил аромат помоев, что не прибавило мне хорошего настроения. Оно и так было весьма дерьмовым с того момента, как у меня стащили вещи, а тут ещё и испачкал единственную одежду, искупавшись в помоях… Одно радовало: моему оппоненту было куда хуже. Он упал лицом вниз и сейчас пытался подняться из грязи, чтобы не захлебнуться.

Полноценно утвердившись на ногах и с трудом вырвавшись из грязи, не потеряв при этом обуви, я двинулся к своему противнику. По пути поднял выпавший у него серебряный. Беглец ещё не успел встать, когда я к нему подошёл. За шкирку я буквально вытащил его из грязи. Мне вдруг что-то показалось неправильным. Когда он размазал рукавом грязь по лицу, я понял, что меня смущало: подростковые усики и редкая козлиная бородка. Походу, в оценке возраста этого кадра я чуток ошибся.

Поднатужившись, поднял его за шкирку перед собой и, склонив голову на бок, с ноткой угрозы произнёс:

— Я вроде ясно тебе сказал: мне нужен ответ на вопрос. А ты вот так некрасиво поступил. Не хорошо это. Ты меня разочаровываешь...

— Да, конечно, господин. Я ничего такого не хотел, простите меня! Я клянусь... — запаниковал парень, и мне пришлось его чуть-чуть встряхнуть, чтобы он пришёл в себя.

— Мне без разницы, что ты там хотел или не хотел сделать. Мне нужен ответ на заданный мной вопрос.

— Я ничего не знаю, я просто хочу есть, — запаниковал парень и начал бегать глазами.

— Я не люблю, когда мне лгут… О! Похоже, у нас гости.

В этот момент я заметил, как из поворота появляются люди. Кто во что горазд. Качественной одежды на них не было. Некоторые со струпьями и шрамами на лицах. Все поголовно вооружены. Кто дубинами, а кто и ножами. Был даже один с подобием арбалета. И куда? На крышу не успею. Вот же дерьмо… Ладно, придётся работать с тем, что есть.

— Так ты меня заманил, гадёныш, — процедил я и поднёс клинок к горлу нищего.

— Я не… — начал было он, но его перебили.

— Чужак, отпусти нашего товарища, иначе тебе не выйти отсюда. Грязи тут много, а уборщиков, чтоб их Сохлар драл, никогда тут не встретишь. Сгниёшь и всё.

Я перевёл взгляд на говорившего. Это был кошкочеловек, или как они там правильно называются... Только парень. Надорванное левое ухо, лицо в шрамах, да и редкая шерсть выглядела грязной, слипшейся. Местами она вообще отсутствовала. Заметил ожоги на его руках. Одет в простую кожаную курточку и холщовые штаны. Но главное – его глаза. Необычайно живые кошачьи глаза, полные злости и агрессии. Дворовой хищник.

— Ты, значит, тут главный? Ну что же. Твой человек задолжал мне ответ на вопрос. И если он ответит, я его отпущу, но только забрав свои деньги. Если же не ответит… Тогда я сломаю ему руки и ноги, после чего заберу свои деньги и выйду отсюда. И если кто-то из вас решит мне помешать, то присоединится к нему. Хотя вы такие задохлики… Я не уверен, что все останутся живы. Прошу отнестись к моим словам серьёзно, потому что прошлая банда, что не прислушалась, кормит сейчас червей.

Я уверенно говорил, смотря прямо в глаза главарю местной шайки и тем самым бросая ему вызов. Иначе тут нельзя. Да и при мне навыки и меч, а этого вполне достаточно, чтобы разобраться с мелкими отбросами. Даже если их много и у них есть какая-то хрень, похожая на арбалет.

— Что за вопрос должен мой человек? — произнёс кошак после нескольких десятков секунд напряжённой тишины.

— Меня интересует скупщик краденного, к которому несут всё с этого района, — повторил я свой вопрос и заметил, как у кота дёрнулось лицо в оскале.

— А зачем тебе это, чуж-ж-жак че-е-еловек. — В его голосе послышались какие-то щипяще-рычащие звуки. А я думал, что только собаки рычать умеют. Надо же…

— У меня к нему дело, важное, и мне он нужен. Вас оно не касается. А если вдруг коснётся... Я найду вас сам. Серебрушка за ответ, и мы друг друга не видели. Или… — Я прижал кинжал к шее подростка и уставился в глаза коту.

— Х-х-хорошо, — ответил он, немного подумав, — но мы ничего тебе не сообщали. Иначе мы тебя найдём, где бы ты ни был, и убьём. Понятно, гладкокожий чужак?

— Да понятно-понятно, кошак драный, давай чуть быстрее. А то меня всё это уже начинает утомлять.

— Ш-ш-ш! — буквально зашипел он и сделал пару шагов навстречу, но сумел-таки взять себя в руки. — Тог Живодёр. Он является скупщиком краденого. Его можно найти на скотобойне в грязном районе. Тебе его искать надо. Его многие знают там.

— И с чего бы мне тебе верить на слово? — недоверчиво произнёс я.

— Потому что ты знаешь наш район, а мы знаем тебя. Ты платишь, мы говорим. Ты услышал, но не болтаешь.

— Ладно. Пусть твой человек разрядит это подобие стрелялы, и я уйду.

Дождавшись разрешающего взмаха кошака, его подчинённый убрал болт с ложа и спустил тетиву. Я тут же убрал нож от шеи парня и, толкнув его навстречу остальным нищим, развернулся назад. Направил энергию в ноги и прыгнул. Раньше я заметил, что парень цеплялся за какие-то выемки. И сейчас, стоило мне сосредоточиться, как я заметил небольшие вбитые в стену железные скобы. Схватившись за одну из них, я быстро полез вверх. Похоже, преследовать меня не собирались. По крайне мере криков и шума за спиной не было. Я на мгновение оглянулся и заметил внимательный взгляд кошака. Кивнув ему напоследок, подтянулся и перемахнул через край крыши.

Чтобы найти спуск и выйти на основные дороги, мне потребовалось около получаса. Солнце уже во всю жарило, а значит, и до вечера недалеко. А мне ещё искать этого Торга Живодёра…

Пришлось ускориться. Вот только из-за грязной одежды местные не слишком желали со мной разговаривать. Приходилось чуть ли не отлавливать таких же, как я, грязнуль, чтобы получить указание в сторону грязного района.

Добравшись до цели, я наконец понял, откуда такое у него название. Запах старых носков, мочи и сладкая вонь тухлого мяса вперемешку с чем-то кислым – всё это ударило мне в нос, когда немного углубился в район. И как они тут только живут и работают?..

Уже через десяток минут пути по этим зловонным улицам я чувствовал, что пропитываюсь этим смрадом. Вылавливая и опрашивая местных, я, словно гончая, двигался к цели. Вскоре показался большой длинный дом со множеством замоченных и сушащихся шкур. Вонь оттуда доносилась ужасная. Какие-то женщины, настолько страшные, словно атомная война, что-то полоскали в больших деревянных корытах. Несколько мальцов таскали мокрые ткани. В общем, суета шла своим чередом. Подойдя поближе, я поймал одного из молодых за шкварник и, приподняв его, с хмурым видом произнёс:

— Как найти Тога? Говорят, он тут находится.

— Хозяин уехал на рынок с мясом, его нету тут, — тихо ответил малец.

— Его кто-то ещё искал? — вкрадчиво сказал я.

— Двое каких-то мужиков подходили с мешками. Да, часа два назад, — быстро кивнув, выложил пацан.

— Ладно, свободен. — С этими словами я поставил мальца на ноги и развернулся, чтобы уйти.

Мне вслед кто-то что-то пытался кричать. Видимо, заметили мой разговор с пацаном. Но я, не обращая внимания на окрики, двинулся обратно в ещё более гадком настроении.

Вот как оно так бывает, что с утра всё хорошо, а к вечеру то ещё говно?! Настроение было на уровне между тем, чтобы найти этого Тога и убить, и тем, чтобы сначала убить какого-то воришку, а потом уже Тога. И, видимо, местные что-то такое чувствовали, потому что даже на узкой улице обходили меня по максимально возможной широкой дуге. И в этот раз не морщили носы, стоило мне задать вопрос. Спросил, и собеседник, запинаясь, дал подробный ответ. Прекрасно! Может, так и надо делать? Ходить с таким выражением лица, словно хочешь всех грохнуть прямо здесь и сейчас?

По дороге к рынку захотелось освежиться. И первое, что я нашёл, – это речку-вонючку, протекающую через город.

Оценив степень загрязнения воды и моей одежды, решительно подошёл к небольшой набережной и смыл, как смог, часть грязи. Следом, на свою беду, решил взять в какой-то пивнухе свежего напитка. Эту кислую, тёплую ослиную мочу с неожиданным привкусом бензина можно назвать пивом только с огромной натяжкой. Но выливать просто так тоже было жалко, а голову всё пекло. Решил, что это только улучшит мой образ грязного выпивохи. Всё-таки куда спокойнее наблюдать, кося под алкаша.

Голову припекало. От пива уже тошнило, но я терпел. Не сразу, но незаметно для меня самого чуть повысилось настроение на третьей кружке. Спрашивал, есть ли что-то более вменяемое, но даже воды не оказалось. Сервис, блин...

Пристроившись в тенёчке, стал наблюдать за лавкой с единственным выходом в сторону площади. Над входом виднелась надпись: «Свежее мясо и дублёная кожа от Большого Тога».

Да, молва быстро и оперативно вывела меня к нужному человеку. Я даже не переспрашивал особо. Первые же две жертвы моей убийственной харизмы рассказали о Тоге всё известное на уровне слухов и о месте, где его можно найти.

Ждать пришлось долго. Солнце уже близилось к закату, и каким-то чудом ко мне ни разу не пристал патруль.

Моё ожидание окупилось. Тог, а этот большой мужчина в добротной одежде был однозначно им, вышел из дома вместе с двумя худосочными парнями лет двадцати. Прикинув в голове картину, я понял, что эти двое и правда могли залезть через окно.

Дождался, пока Тог не скрылся обратно в своей лавке, и шатаясь двинулся за двумя братьями акробатами, изображая из себя пьяного. То на стенку обопрусь, то споткнусь на ровном месте. И, похоже, они меня приметили. Замедлились и в какой-то момент начали о чём-то активно болтать, позволяя мне пройти дальше, а потом двинулись следом, как приклеенные. Отлично, рыбка клюнула!

Через пару кварталов я повернул в сторону грязных проулков. Прошёл чуть вглубь и случайно рассыпал всю свою медь. Всё равно уже темнело, и в глухом переулке не видать, что там выпало. Зато мой мат по поводу рассыпавшегося в говно якобы серебра слышался отчётливо. Это Мне и было нужно.

Стоило мне наклониться и сделать вид, что не удержал равновесие и падаю, как за спиной раздались быстрые шаги. Мне даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, что это именно те, кто мне нужен. Когда они оказались прям возле меня, я, оттолкнувшись от земли, совершил подсечку и опрокинул первого. Тут же вскочил и двойкой молниеносных прямых ударов отправил в нокдаун второго. Даже хруст какой-то услышал.

Пока они не поднялись, первому зарядил ногой в голову. Хорошо так пробил, что парень, кажется, отключился. А следом упал на второго, не давая ему встать и оценить изменившуюся обстановку. Мой нож упёрся ему в кадык.

— Ну, орёл, где украденное добро держите? — со всей любовью к ближнему произнёс я, мило при мило улыбаясь.

Глава 4

Пацан побледнел и хотел уже было что-то произнести, но за поворотом послышались шаги, и я тут же закрыл ему рот и прижался к стенке.

— Тц, молчать. Выкалю глазик и сломаю кадык, если издашь хоть звук. И тогда ты будешь подыхать очень погано, задыхаясь и чувствуя, как по щеке стекает твой же глаз, — на ушко прошептал я парню.

Почувствовав, как вор молча кивает, отпустил его. Освободившейся рукой подтянул второго поближе к стенке. Уж больно он меня смущал, хоть и лежал не в середине проулка. Шаги звучали всё ближе. Вскоре я расслышал и голоса.

— Я тебе точно говорю, тут два странных типа алкаша пасли. Грабанут, как пить дать, грабанут, — произнёс молодой голос.

— Карлос, малой, мы не можем помочь всем в этом грёбаном городе. И не факт, что ты не ошибся. Видишь, никого нет, — сказал ему в ответ усталый, чуть хриплый голос.

— Но, старшой, я точно говорю… — начал было энергично приводить свои аргументы некий Карлос, но замолчал под руганью своего товарища.

— С тобой и твоими фантазиями одни проблемы. Короче, видишь, никого нет. А глубже в проулок заходить – это уже проблемы искать на свою задницу. Пошли обратно.

— Но… — начал было снова молодой.

— Пошли, кому говорю. Достал ты меня уже! — резко оборвал его старший товарищ, и шаги на миг стихли, а вновь появившись, стали отдаляться.

Я незаметно выдохнул. Они почти дошли до поворота. Выгляни они, и не уверен, что темнота подворотен и вечернее время меня спасли бы. Подождав ещё чуть-чуть, я наконец отпустил рот воришки.

— Так на чём мы там остановились? — ласково произнёс я, проведя тупой стороной ножа по его щеке. — Ах да, мне нужна информация о том, где вы, падлы, награбленное храните.

— Вы про лавку мистера Гебби? Нас навёл Кривонос. Он нам сказал, что крыши у него нету. Если бы мы знали, что у сапожника крыша, мы бы ни за что не сунулись туда. Всю обувь, что стащили, на братву ушла. Но мы отдадим. Честно. Там ещё немного продали, но там не много, правда. Много не смогли унести. Да и… — начал было тараторить пленник, повышая голос.

— Тс-с-с — прошипел я, попытавшись донести, что шуметь не надо.

— Извините, простите, мы не знали. Всё вернём. И то, что продали, вернём. У Сита, вон, пять серебра, что осталось. Но остальное доне… — продолжал он тараторить, не поняв намёка, так что пришлось его прервать резким ударом в нос.

— Я сказал «тс», значит, молчать нужно. Где моё добро, придурок? Вот теперь говори.

— Я не понимаю, о чём вы! Какое… — начал было он, но, заметив, как я нахмурился, резко замолчал на несколько секунд, а потом чуть тише сказал: — А вы не о постоялом дворе говорите? Ну, где орк держит всё хозяйство под покровительством стражи?

— О, смотри-ка, вспомнил… Но всё ещё не ответил на вопрос. Я начинаю терять терпение.

— Но… но это не мы! — Парень почувствовал, как я надавил ножом, побледнел и затараторил: — Точно не мы! Это другие, группа Фекса. Они хвастались. Мне никогда они не нравились. Правда! Мы можем сказать, где они. Только отпустите. Пожалуйста...

— Ладно, помолчи. — С этими словами я зажал ему сонную артерию, отправив в страну Морфея, и присел над следующим.

Дальше началась рутина. Привёл его в чувства с помощью пощёчин, дождался, пока тот смог соображать, и донёс политику партии. То есть ввёл в курс дела, а затем задал нужные вопросы. Показания, как ни удивительно, совпали. И правда утащили мой хабар некий Фекс и двое его подручных.

— Где найти этого дебила?

— Какого дебила?

— Фекса вашего, кого ж ещё?! У меня воровать – проще самому себе руку отрезать! — Убрал я клинок от лица воришки и переместил ближе к печени.

— Тут недалеко, рядом с верхним городом. Там спуск в канализацию.

— Ну пошли, что-ли. Поднимайся давай.

Сам я тем временем пару раз пнул его напарника и, дождавшись пробуждения парня, произнёс:

— Ты тоже поднимайся. И не рыпаться. Идёте впереди. Я за вами. Первый, кто дёрнется, получит клинок в бочину. А бить я умею. Отлично умею. Там находится такой орган, на губку похож. Если его хоть немного порезать, начнёте сдыхать. Медленно, но обязательно сдохните. Следом второго грохну и уйду себе спокойно. А вот вы будете лежать на брусчатке и сучить ногами, чувствуя, как вашу тушку разрывает от боли, как по капле ваша жизнь уходит из тела. Всё понятно?

Увидев, как двое молча кивают, связал на всякий случай их друг с другом. Использовал для этого бечёвку одного из них, что служила ему чем-то вроде ремня. Ненадёжно, но никто из них рвануть резко не сможет. И драться тоже. А мне пары секунд хватит, чтобы реализовать свою угрозу.

Закончив, я приставил нож к бочине одного из дружков, и мы двинулись по мелким улочкам, пока не вышли на широкий проспект. Впереди замаячила стена. Куда ниже основной, метров десять всего, но основательная. А перед ней большая площадь. Из-за стены были разве что видны купола храмов и всё те же серпы. Привлекал внимание разве что большой шпиль какого-то здания.

— Это верхний город? — тихо уточнил я.

— А?.. Да, там богачи, храмовники и прочие толстосумы. Нам туда дороги нет. Туда пройти можно, только если ты из рода какого или по приглашению. И шпиль видишь? Князь там наш сидит. Говорят, на шпиль ночью выходит посмотреть. Месяца три назад стоял там и рисовал картину, когда гнилые районы полыхали в пригороде. Нам это, дальше не надо. Тут дворик небольшой, там и вход в канализацию есть.

— А чего там? Зачем столько шли? Ближе входа не было?

— Дык канализация же только под центральным городом и есть… Ну, работающая, скажем так. Пара выходов за её пределами да недостроенный подземный город из труб и тоннелей. Этот вход ближайший. А дальше идёт за город. Но там такие туннели, что находиться невозможно, как я уже сказал. Вонь, твари... Ещё иногда уровень говна поднимается, что утонуть можно. Вот на центральной с окраиной и живут да иногда делишки делают.

— И что? Прям толстосумы не чешутся, что вы под ними шаритесь и можете вылезти не в том месте и не в то время? Я бы на их месте таких паразитов вытравливал.

— Ничего мы не паразиты! — обиженно заявил второй. — Да только… делают они облавы. Поймают каких нищих или залётных и всё. Наш старшой всё в курсах знает. Уходим сразу по сигналу или остаёмся, если всё тихо. У нас же всё серьёзно.

— Серьёзно, говоришь... — задумчиво произнёс я и замолчал.

А мысли были нехорошие. Ведь, если всё серьёзно, нас могли и срисовать. А там просто ведь зажмут и никакие навыки не помогут. Заложники? Какое им дело до шестёрок... Авторитет дороже. Дилемма…

Тем временем мы уже подошли к канализации. Выглядела она как слив, только большой, прикрытый тяжёлой железной решёткой. Один из парней попросил меня отойти, чтобы они могли поднять люк. Я кивнул, и он, подцепив железяку рукой, чуть дёрнул наверх, а напарник сразу же подставивл под неё камень. А потом они начали медленно поднимать с помощью железной распорки. Открыли и зафиксировали, а следом в нос ударил тонкий аромат гнили и тины...

— В общем, так, — нарушил я молчание, смотря на парня с разбитым носом, — ты идёшь. А вот твой друг останется со мной. По городу мы походим, пообщаемся. А ты вечером притащишь либо козлов, либо украденные ими вещи к дому Тога Мясника. Всё понял?

— А… — Первый пацан указал рукой на бечёвку и вздрогнул, когда я одним движением её срезал.

— Теперь всё? Вали!

Он словно только и ждал разрешения. Тут же полез внутрь колодца в земле, схватился за железные скобы и начал спускаться. Но перед этим, держась одной рукой, смог аккуратно опустить решётку. Я ещё немного подождал и, чуть уколов второго из воришек, двинулся на выход. Тот шёл с таким грустным видом, словно его приговорили. Похоже, чуйка меня не подвела. Хотя всё будет ясно чуть позже.

Громкий и неприятный перезвон колоколов в сочетании с чем-то вроде ударов больших серпов друг о друга послышался откуда-то со стороны ворот верхнего города, когда мы уже подходили туда. Я схватил за руку своего заложника, ибо он уже дёрнулся, желая убежать, и чуть заломил кисть, чтобы парнишка подуспокоился. Но даже так, очнувшись, он с бледным лицом посмотрел на меня и, тяжело сглотнув, произнёс:

— Ч-ч-чего мы стоим?!

— А тебе так хочется бежать?

— Надо приветствовать первожреца.

— Первожреца, говоришь? А это интере-е-есно-о, — протянул я. — Пошли тогда, что-ли.

Я легонько подтолкнул его вперёд и пошёл следом. Приходилось то и дело одёргивать ворюгу, не давая ему перейти на лёгкий бег. Мимо нас носились люди, которые словно потерялись то ли от страха, то ли от радости.

Толпа вела нас в сторону центра города и, видимо, главной улицы. Я сам не понял как, но через какое-то время стал частью толпы. Она, казалось бы, заполонила всю центральную дорогу, которая шла от центра на юг. А потом на нас налетели другие опоздавшие, буквально вогнав в самое сердце столпотворения. Я ещё толкался, когда понял, что все вокруг чуть ли не замерли, наблюдая огромную процессию на дороге.

Глава 5

Не ощутив угрозы, я начал внимательно осматривать процессию. Время словно замерло. По главному городскому тракту двигалось множество людей. Первыми шли латники с копьями и щитами. Причём копья их были не обычными, словно к их острию добавили по два серпа. Следом же катилась огромная железная повозка, которую тянули гигантские рептилии, похожие на динозавров, и сопровождали воины в доспехах с капюшонами, скрывающими лица хозяев.

Вокруг меня люди словно взбесились. Кто-то тихо шептал молитву, кто-то вообще упал на колени и начал неистово кричать. Мой пленник стоял и трясся, будто в экстазе. Да что тут, дьявол возьми, творится?!

— Что за хрень, твою мать… Зачем он вытащил свою жопу? — матернулся стоящий неподалёку от меня мужчина.

Я покосился на него и заметил какого-то рептилоида. Он был одет во всё серое с глубоким капюшоном. Прям настоящий доморощенный ассасин. Причём никто на него словно не обращал внимания. Я хотел было сказать что-то язвительное в ответ, но прикусил язык. Не моё дело. Мне со своим статусом вообще лучше вести себя потише. Я тупой быдловатый кочевник.

В этот момент громогласный голос кого-то из идущей толпы заглушил все звуки:

— Склонитесь, смертные, перед проводником божественной воли! Не смейте поднимать глаз, али выжжет их небесная суть. Молитесь, ибо это ваш шанс, что Великий услышит вас!

Я чисто автоматически перевёл взгляд на огромную повозку и увидел, как на её крышу выходит кто-то в ослепительно красном одеянии.

Но не успел я поднять выше глаза, как осознал, КТО это, и тут же последовал примеру остальных. Потупил взгляд и начал делать вид, что истинно молюсь, стараясь повторять движения других людей. Практически прирос к мощённой дороге, изо всех сил стараясь скукожиться и уменьшить свои внушительные габариты, в надежде скрыться от взгляда первосященника и его свиты. А всё из-за того, что стоило мне приглядеться, как над ними появились надписи:

Доригус Аль Соренус Воссияющий.

Публичный статус: Верховный жрец Эорина в провинции Дарнак.

Ранг: 5 круг силы.

А сопровождающие его рыцари в красных доспехах отличались от него только уровнем силы, но точно так же имели статусы:

Публичный статус: Воин рассвета Эорина в храме Лакаста.

Ранг: 3 круг силы.

Интересно. Мой «куратор» говорил, что в настройках можно что-то изменить в отображении… Такс, посмотрим… Ага, выбрать «Классический стиль». Ну, и что поменялось?

Виршен Вигн Оурен.

Уровень: 30.

Ага… Вот, значит, как. Один круг силы – это десять уровней. Запомнили… Только пропал публичный статус… Это, видимо, отметки между «Избранными» и их официальная прописка к какой-то силе или союзу.

Я заметил, как недавно возмущающийся рептилоид, до последнего стоящий на ногах и пялящийся с ненавистью на церковников, упал на колени и упёрся лбом в камень. А потом его стошнило... Не успел я этому удивиться, как произошла вспышка, что не просто осветила площадь… Нет, я почувствовал, словно в меня пытается проникнуть что-то очень неприятное, но вдруг оно начало обходить меня стороной, словно огибая сталь. Стоило мне проморгаться, как я заметил рептилоида, что рассыпался в серый песок, который моментально развеяло при первом же дуновении ветра. На земле осталось лишь тряпьё, припорошенное частицами праха своего владельца.

- Едрить-колотить. Что они со мной то сделают если узнают? Ведь если я вижу избранных и святош, то и они будут видеть меня... Надо валить... - прошептал я сам себе, моментально растеряв интерес знакомиться с местной элитой.

Я осторожно огляделся, снова посмотрел на процессию сквозь просвет между молящимися членами паствы и словно столкнулся взглядом с одним из двух латников, что именовались Воинами рассвета. Долгую секунду мы будто смотрели друг на друга, а потом я пал на колени и случайно толкнул своего пленника. Тот, видимо, вышел из своего приступа. Оглядевшись, он заметил, что я валяюсь на коленях на земле, начал пробираться к выходу.

Раздались крики возмущения и отрывистые команды кого-то из стражи. Я так и стоял на коленях, наблюдая боковым за тем, как мимо меня проносятся латники с копьями вслед за сбежавшим уголовником. Я стоял так и дальше, пока процессия не скрылась за поворотом. И лишь когда народ начал расходиться, причитая и тихо шепча молитвы, я наконец-то позволил себе встать… Это было близко. Близко и очень опасно.

Я медленно двинулся в переулки, оглядываясь по сторонам и скрываясь в толпе. Лишь когда значительно удалился вглубь грязных застроек, смог выдохнуть. И почему меня не предупредила тень, что мы можем вот так вычислять друг друга?! Это всё сильно осложняет…

Сам не заметил, как дворами вышел к месту, где поймал воришек. Немного подумав, двинул обратно на торговую площадь.

Большинство лавок уже позакрывались, так что народу почти не было. Разве что возле лавки мясника…

Ба! А говорят, один снаряд в одну воронку дважды не попадает. Вон, моё добро грузят! Подсвечник торчит очень характерный. Его я ни с чем не спутаю. Худое тело довольно подкинуло мешочек с деньгами. Как пить дать, за мой хабар. Ну что же… спасибо им. Не придётся бегать и сбывать добычу. Вот только арбалет мне очень уж понравился. А он теперь в лапах Тога Живодёра...

Когда мои цели разошлись, я двинул следом за троицей и вскоре заметно ускорил шаг. Со своим ростом мне всё равно не затеряться на полупустой улице, а так хотя бы сокращу дистанцию. И точно, меня срисовали где-то на полпути.

Троица ускорилась, а вместе с ними и я. Но в подворотню они не завернули, а наоборот, двинули в более оживлённое место, так что от резких движений пришлось воздержаться. Слишком тут часто проходили патрули, да и много людей вокруг.

Продолжаться так долго не могло. Темнело. А ещё с неба начал накрапывать дождик...

Вот только его мне тут не хватало! Вот самое оно, ага! Я словно недостаточно сегодня вымазался, провонялся и натерпелся!.. Хотя… Возможно, это и везение. Хотя бы не буду вонять как бомж.

Дождик же накрапывал всё сильнее, пока не превратился в полноценный дождь. Ещё не ливень, но до него оставался один шаг. Народ наконец-то разбежался. Видимо, никто не желал особо мокнуть. Троице, похоже, как и мне, надоели наши догонялки. Они остановились и встали плечом к плечу, ожидая моего приближения. Но по мере того, как я подходил, их решимость куда-то пропадала. Они всё чаще стали переглядываться, сделали несколько неуверенных шагов назад, и вообще их боевой дух падал куда-то на дно. И не удивительно, самый высокий из них доставал мне до подмышки.

— Тебе чего надо? А?! — Это «А», наверное, должно было звучать грозно… Должно было бы, если б голос говорившего не дал петуха.

— Мне нужны мои деньги за мои товары, — прямо сказал я, продолжая идти в их сторону.

— Чего? Ты о чём это? — нервно спросил второй, и троица начала медленно пятиться задом.

— О чём? О том, как вы украли мои вещи из моего же номера, а потом продали их Тогу, получив плату. Плату, которую я хочу получить. Отдайте её мне, и я забуду о вашем существовании. — Я остановился перед ними примерно на дистанции в два метра, оглядел троицу и сказал: — Я понятно изъясняюсь?

В ответ центральный – тот самый главарь с деньгами – с криком ринулся на меня с ножом в руке и широким замахом попытался ударить. Я быстро пробил ему встречный прямой в голову, и парень рухнул навзничь на брусчатку.

— Кто-то ещё? — Поставив ногу на находящегося без сознания главаря, осмотрел я оставшихся задохликов. — Нет? Ну и отлично.

С этими словами я достал из-за пазухи их главаря толстый мешочек с монетами и, пнув лежащее тело, произнёс:

— Забирайте идиота, и чтобы я вас больше не видел.

— Ага, — И уже мне в спину долетело: — Спасибо, что не убили.

В ответ я лишь махнул рукой и двинулся в сторону мясника. Нужно было решить последний вопрос. Настроение даже чуть улучшилось. Временно...

Глава 6

Хорошее настроение продержалось недолго… Стоило подойти к району проживания мясника, как дождь превратился в полноценный ливень. Ничего не было видно дальше метра, а по дорогам текли настоящие реки грязи и мусора. Прям живое болото... Оно всё пыталось сцапать мою обувь, а иногда и меня самого смыть в ближайший сток, но я этой твари не давался.

К дому мясника я добрался уже после захода солнца. Мокрый, грязный и злой. Если бы он был поменьше да попроще, я бы его вообще прошёл, потому что никто и не думал зажигать фонари. Оно и правильно. В такую непогоду даже самую злую псину не выгонишь на улицу из будки.

Открыв калитку и прошлёпав по каменной брусчатке, я поднялся по ступенькам и с силой постучал в дверь. Крепкую, надёжную дверь. Раз, другой, и наконец она приоткрылась настолько, чтобы я смог разглядеть в слабом освещении недовольное лицо мясника. Он походил на злого бульдога. Такая же небольшая толстая шея, высокий лоб, маленький нос и губы. И глаза прищуренные, словно он собирается убить меня прям тут. Хотя почему словно? Вон, на боку висит здоровенный нож, больше похожий на короткий меч или небольшой мачете, только с остриём.

— Чё тебе надо? Жить надоело?! — прорычал Мясник низким голосом.

— Выходи, поговорить надо, — коротко ответил я, попытавшись открыть дверь. Но она лишь жалобно звякнула железной цепью.

— На хер иди! Ты погоду видел?! — Мясник похоже решил, что разговор закончен, и начал закрывать дверь.

Я с этим был категорически не согласен. Подставив ногу между дверью и косяком, с силой дёрнул дверь. Послышался хруст дерева, и цепочка жалобно звякнула, но мой порыв души выдержала.

— Выходи, иначе я зайду.

— На хер! — С этими словами Мясник ловко выхватил свой большой нож и попытался загнать его мне в брюхо через проём.

По вялому движению понял – пугает. Однако, будь я менее проворным и тупым как тот самый увалень, которого из себя строю, то лежал бы сейчас да подыхал под дверью.

Отступив назад от его тычка, я тем самым позволил двери закрыться. Даже через бушующий ливень я слышал, как щёлкают замки на двери. От раздражающих звуков и сложившейся ситуации у меня начал дёргаться глаз.

Бухнув большую часть энергии в ноги, я ударил в дверь, высвободив силу наружу. Это не просто усиление. Это взрывная и опасная сила. И она не подвела. Послышался хруст, и дверь, сорванная с петель, влетела внутрь и сбила с ног Мясника. В проёме лишь замки, вырванные с корнем из двери, остались печально висеть.

Работает магия! Работает родимый «Выброс энергии»!

С чувством глубокого удовлетворения я вошёл внутрь и двинулся к мужику, но дойти до него не успел. Дверь, которая ещё недавно придавливала Мясника к полу, отлетела с жутким грохотом в сторону, и весьма злой хозяин дома начал подниматься на ноги.

Не дожидаясь, пока Мясник встанет, я с разбега пнул его в голову. Но мой удар пришёлся в грамотно выставленный блок и позволил лишь уронить мужика обратно на пол. А потом я ушёл в сторону от пролетевших мимо меня тяжёлых ножен, и тем самым дал противнику время подняться.

Дальше пошёл замес. Как говорится, весело месиво, просто весело! Заблокировал его удар, но чудовищная сила Мясника заставила меня отступить назад. Дури в нём, как в быке. Мой ответный выпад он в очередной раз принял на блок и даже не поморщился. Наоборот, улыбнулся. Позер хренов…

Пошёл обмен ударами, и Мясник, благодаря крупному и мощному телу, начал меня теснить. Веса в нём явно побольше, хоть и ростом он ниже. Просто продавливал массой.

Первый же пропущенный удар в грудь заставил меня серьёзнее относится к противнику. Но и он, получив скользящий удар сверху вниз кулаком, перестал давить.

Если бы ты мне, гад, не нужен был живым, всё бы закончилось быстро...

На повышение ставок я пошёл первый. Подхватил резной стул и запустил его в противника. Тот отвёл снаряд рукой и поморщился, глухо ругаясь под нос, и тут же отправил в меня тяжёлую глиняную вазу. Уйти от снаряда я уже не успевал, так что встретил его ударом руки. Ваза разлетелась на множество мелких осколков, и что-то тёплое полилось у меня по щеке.

Оценить рану я не успел. Мясник, словно бык, рванул на меня. Не обращая внимания на встречные удары, он схватил меня за талию и, протащив через всю комнату, впечатал в стену с такой силой, что висевшая на ней картина с грохотом упала на пол.

У меня что-то хрустнуло в спине, а в глазах появились звёздочки. Парочка ударов локтем пришлась на спину бычары, и он наконец-то скинул меня, но не слишком удачно. Я остался стоять на ногах – спасибо врождённой ловкости – и ринулся в контратаку. Пробив в голову двойку, удачно прорвался через выставленные кулаки и разбил его губы в кровь. А у самого до сих пор звёзды из глаз сыпались...

У Мясника, похоже, полностью отказали тормоза. Он снова тараном попёр на меня и таки успешно обрушил на дубовый массивный стол. И сам ещё упал сверху.

Стол такого издевательства не выдержал, и мы с грохотом рухнули на пол. Пользуясь заминкой противника, я скинул его с себя и сел ему на спину, сомкнув руки в замок на толстой шее. Он попытался встать, но ноги его не удержали, и мужик упал обратно. Победа, казалось, уже близка, но…

— Ра-а-а-а!

С этим воплем бычара с нечеловеческой силой протиснул одну руку между моими, а другой ухватился за верхнюю одежду. Сделав глубокий вдох, он резко дёрнул меня вверх и вперёд и впечатал в деревянный пол.

Я лежал на спине, а он на животе. Долгую секунду мы смотрели друг другу в глаза, а потом Мясник быстро оказался надо мной и начал душить. Его руки, словно стальные тиски, сдавливали мою шею. Оторвать их не получалось.

В этот момент открылась дверь соседней комнаты, и через чёрные круги в глазах я различил симпатичную девушку. Вот только что-то в ней было не так. Это царапнуло мой разум, но мне совершенно не до этого, даже будь она хоть десять раз симпатичной. Главное, что я отметил, – девушка беременная.

— Милый, пожалуйста, будь потише при работе с клиентами, дети спят, — раздался её спокойный звонкий голосок.

Нахмурившись, она ещё что-то хотела сказать, но раздавшийся детский плач заставил её прерваться, тяжело вздохнуть и уйти обратно в комнату.

А я… А я отпустил рукоять ножа, за который уже схватился, и, пользуясь тем, что Мясник отвлёкся и ослабил хватку, ударил ногой ему в промежность. Хорошо так ударил. От такого удара он тихо охнул и тут же убрал руки с моей шеи, позволяя мне сделать глубокий вдох.

Скивнув Мясника с себя, я медленно поднялся, пытаясь отдышаться. Только прошло головокружение, как раздался рык мужика, и он тараном в очередной раз снёс меня. В этот раз нашей конечной остановкой оказался дверной проём. Пролетев небольшую лестницу, мы оба приземлились в радостно хлюпающую под ливнем грязь.

— Падла, опять грязь…

— Сам падла!

Размашистый удар должен был прилететь мне в челюсть, но я высвободил руку и, перехватив кисть, вышел на болевой, выворачиваясь из-под туши Мясника, а затем пинком ноги отправил бычару в уличную грязь. Битва только начиналась…

***

— Ну, вздрогнем. За примирение! — произнёс Мясник, поднимая деревянную кружку с самогоном.

— За примирение, — ответил я и ударил своей такой же кружкой об его, а после сделал несколько больших глотков вместе с собутыльником.

От жёсткого самогона перехватило дыхание и слёзы выступили на глазах. Я чуть откинулся назад, пытаясь собрать мысли в гудящей голове. Мы сидели на крыше сарая. Дождь уже прошёл, тучи разошлись, и на небе засияли звёзды и луны. Красота!

— Надо было мне сразу выходить, — покачивая головой, произнёс Тог и хохотнул. — Всё равно весь в грязи, как свинья. Ещё и промок до нитки.

— Так я предлагал, — сказал я, пожав плечами, о чём тут же пожалел, ибо резкая боль от движения прострелила позвоночник.

— Да, не подумал. Так бы мебель и дверь целой остались... Зато я тебе неплохо так накостылял, — усмехнувшись, констатировал Мясник и, отхлебнув самогона, поморщился от жжения в губах.

— Да если бы не патруль, то я бы тебя ушатал, — лениво возразил ему, смотря на небо.

— Ага, сразу бы, как только научился дышать грязью! Я-то поддавался. Хрупкий ты больно, хоть и дылда. Ещё бы зашиб, — смеясь, ответил он и, чуть нахмурившись, сказал: — А чего тут патруль забыл в такую погоду вообще не пойму...

— Я так-то тоже, хех, поддавался. Больно мелкий.

— Ай, ладно. Давай ещё по одной. За понимание! — произнёс Мясник с улыбкой на опухшей роже, что выглядело забавно.

— А ты сильный. Один из самых сильных, с кем мне на кулаках приходилось выходить, — похвалил я задумчиво, когда перевёл дух от очередной порции самогонки.

— А ты первый, кто на кулаках остался на своих двоих после того, как вышел на меня. Даже больше скажу, не все из тех, кто выходил против меня, выживали. Иначе бы не быть мне тут. Эх, скучаю временами по Северным землям и своему дому. И службе.

— Службе? Так ты служивый?

— Не просто служивый, я Сержант внутреннего кольца! Ну… то есть бывший сержант, да... — грустно закончил он.

— А чего случилось? Ну, если не секрет.

— Случился один из самых счастливых дней в моей жизни, — странно ответил Мясник и, увидев мой непонимающий взгляд, добавил: — Жену я свою встретил и голову потерял. Она была ещё совсем юной, когда отправилась в первую свою наёмную компанию вместе со своим кланом. Клан ждало разочарование. Война была проиграна. Уцелевшие остатки вернулись с поля боя с позором и без награды. Наниматель умер, а они потеряли силу, без которой не могли что-то требовать с его наследников. Лишь предоплата осталась, которую полагалось раздать семьям погибших… — Мясник взял паузу и глотнул настойки.

— Тогда ты с ней и встретился? — поддержал я диалог.

— Да. Она задержалась в городе в попытке найти денег на целебные мази и снадобья, в то время как остальная часть её клана ночевала в пригороде. Денег было мало. На неё два пьяных тела полезли. Решили изнасиловать…

Деревянная кружка в руке мясника заскрипела от сжавших её пальцев.

— Я тогда возвращался с дежурства домой и увидел это... И потом всё словно в тумане. Я бил их, бил и ещё раз бил. Забил ублюдков насмерть этими самыми кулаками. Она была не в себе, в порванной одежде. Молодая, красивая, неопытная. Первая же компания и сразу фиаско. А моё сердце просто словно остановилась. Да дьявол побери меня и все его отродья, если я тогда хоть о чём-то думал кроме того, как она прекрасна… Кое как узнал, кто она и откуда, привёл к клану… А там уж меня и нагнали, задержали... — Мясник грустно покачал головой.

— И ты прорвался с боем?

— Да какой там с боем... Десять на меня одного, все при полных доспехах. Хорошо хоть знакомые были, жестить не стали. Повязали меня и повели. Как по пути поведали мне, я прибил не бродяг... Уважаемыех людей, чтоб их дьявол драл во все щели в своём аду. В общем, на следующий день меня должны были судить...

Мясник прервался. Не чокаясь, он опустошил свою кружку и тут же разлил нам остатки самогона.

— Сбежал или изгнали?

— Сбежал, — кивнул головой Мясник, — помогли сбежать. Когда я шёл через площадь, увидел её. Вся такая воинственная. Она-то и напала на конвоиров. Дралась, как львица… «Чё ж раньше так не дралась», — я ещё подумал тогда. Одна против шестерых. И умудрилась разрезать верёвки. Там и я не стал строить из себя девственницу. Ведь если бы я ей не помог, то за нападение на охрану её просто убили бы. Прорвались, ушли переулками, а потом через канализацию покинули город. Пытались догнать ушедший вперёд клан, но погоня настигла нас раньше…

— Неужели всех перебили? — Я даже отставил кружку в сторону, всем видом показывая увлечённость всей этой эпопеей.

Нет, история была интересная и давала новую информацию, которой мне очень не хватало. Просто... я чувствовал, что меня начинает вести. Конкретно так вести.

Бессонная ночь, активный день, драка, где ни один раз получил по голове. А тут ещё и эта самогонка на пустой желудок... Так что пока и отставил кружку в сторону. Уверен, после столь искренней истории начнутся сложные вопросы, на которые лучше отвечать с относительно трезвой головой.

— Нет, и горжусь этим. Да, переломали руки-ноги, ранили и помяли, но никого не убили. Я и жинка. Спиной к спине. Взяли трофеи и двинулись в земли Хаоса. Через горы по тропам туда прошли. И начали вот скитаться. Работа там, работа сям. Хорошим бойцам везде рады. А если ещё и честные, то вдвойне. Иногда приходилось руками работать. Но как-то пережили всё. Потом к барону прибился в охрану. Там с лесничим сошёлся, хороший мужик. Он меня с дичью работать и научил. Как деньжат накопил, так сюда перебрался. Дело открыл.

— А как же, ну это, скупка?

— Одному хорошему и влиятельному человеку на этом месте нужен был свой ставленник. Он дом дал, прикрытие от ищеек и новую личность. Да и деньги все мне бегут в карман за работу. Знай только не зарывайся да соблюдай правила. Мы ж в сердце диких земель. Тут иной раз целые караваны не честным трудом нажитого имущества проходят. И всему этому барахлу нужно где-то продаваться. Так что... Он взамен получил контроль и своего человек среди всякого отребья. Вот так и живу уже лет шесть. Ладно... Вижу, утомился ты. Да и я заболтался. А ведь ещё перед работой поспать надо да к лекарю заехать, в порядок себя привести. Обычно жинка помогала, но сегодня не с той ноги встала. Нечего и просить. Пошли вниз.

С этими словами, не собираясь слушать какого-то моего ответа, он двинулся вниз по лестнице. Я тихонько выплеснул алкоголь из кружки и пошёл следом за хозяином. Спустившись, снова оказался в странном сарае без лишних запахов и животных.

— Чего оглядываешься? Нет тут никого. В остальных есть, тут нет. Вещи тут храню, что на продажу.

- Могу я тут переночевать? - задал я вопрос, оценивая насущную проблему места жительства.

- Можешь. Если тебя ищет кто, то могу, если ты хочешь, могу и животных с других мест загнать.

- Не хочу... - признался я. - Вони и так в этом городе хватает. А в этом районе, так тем более.

- Ну вот и оставайся тут. Временно... Кстати, откуда ты?

Я ему скупо, как мог, обрисовал свою готовую легенду. И он вроде бы даже ни к чему не придрался. Тем более сам обмолвился в разговоре, что мало знает о кочевниках. Думаю, он ещё справки обо мне наведёт, и ему этого хватит. А остаться и правда вариант неплохой. Вещей всё равно уже нет, и деньги платить не надо. Посплю немного. Поблагодарив шатающегося Мясника и попрощавшись, я лёг на ближайший стог сена и даже не заметил, как начал вырубаться.

Очень надеюсь, что мой сон не прервёт чёртов представитель заказчика... Я ведь до сих пор не знаю конечной цели своей миссии. Иначе мог бы уже хоть какие-то варианты прикинуть. А так приходится просто вживаться в этот странный и удивительный мир. В любом случае, отсутствие конкретики невероятно бесит. Да и вообще, складывается впечатление, что ублюдок мог просто посмеяться надо мной, отправив сюда потехи ради. Если это окажется так... Найду способ, но порву тварь рогатую.

Глава 7

Проснулся я уже днём, когда солнце во всю жарило бедную землю. Одежда высохла и больше походила на деревянную из-за засохшего на ней слоя глины. Кое-как отряхнулся и вышел на улицу. Там во всю кипела работа: мелкий пацан, высунув от напряжения язык, пытался деревянным мечом правильно ударить куклу, маленькая девочка лет шести с деловым видом развешивала бельё, а на крыльце дома грозно что-то выговаривала жена мясника многочисленным рабочим, которые выносили в телегу остатки разрушенной вчера мебели. Я же просто наблюдал за всем, прикидывая, что мне делать дальше, пока не появился хозяин дома, который с натугой пытался вытащить толстенную дверь. В этом ему помогали двое рабочих, правда, толку от них было мало. Так что, выйдя из своих дум и тяжело вздохнув, я двинулся в сторону крыльца быстрым шагом. Подошёл как раз вовремя. Дверь вытащили на крыльцо, а вот дальше случился затык. Самый настоящий.

Один из помощников, не удержав, уронил дверь себе на ногу и заорал, и жена Мясника тут же на него грозно зашипела:

— Затык, хватит орать, ты малыша Тима разбудишь!

И Затык тут же… заткнулся. Хех, каламбур. Дальше он лишь мычал с красным от боли лицом.

Мясник тем временем вздохнул и одним рывком поднял тяжеленную дверь с конечности Затыка, тут же поставив её на место.

— Тог, давай помогу! — произнёс я и, подтянувшись за перила крыльца, взлетел на площадку, не утруждая себя бегом по ступенькам через снующую туда-сюда толпу рабочих.

— О, вот ты тут как раз. Ну давай, вредитель, ставить, раз вчера выломал, — с ухмылкой высказался Мясник. — Мы держим, а эти двое на гвозди садят. Потом уже замки чинить будем. Давно надо было её железом оббить, тогда и не вылетело бы всё так легко.

Последнее предложение он сказал как-то неуверенно, смотря на вырванные с корнем из толстой дубовой двери стальные замки. Дальше разглагольствовать не стали. Я лишь кивнул, подошёл и, напрягшись, оторвал от земли свою сторону двери. Когда взялся и Мясник, дело пошло легче. Эту громадину стало держать куда удобнее и легче, хотя со временем руки всё равно начали затекать. Хотелось их поменять, но я молча терпел, пока двое работников вбивали толстые длинные гвозди, которые больше походили на клинья. Наверняка Тог сейчас думает: «И как только он умудрился с них сорвать дверь?»

Управились мы довольно быстро, минут за двадцать, а потом прошли в дом, оставив рабочих Мясника доделывать работу. От вчерашнего разгрома тут почти ничего не осталось. Разве что грязь, следы крови и мелкое крошево. Глянув на осколки, вспомнил, как в меня Мясник швырнул вазу, и автоматически потрогал щёку. Совсем как-то вылетело это из головы... Вместо глубокой раны почувствовал лишь шелушащуюся кровяную корку и молодую кожицу под ней. Похоже, я не только помолодел, но и на мне теперь всё заживает как на собаке.

— Хватит щеку чесать, к столу пошли. Сейчас жинка принесёт тебе одежду из моего гардероба. Тебе, конечно, будет коротковата, но всяко лучше. И умоешься заодно. Не дело это: грязным за стол садиться.

— И то хорошо, — кивнул я и двинул следом за Тогом, — а то в этом тряпье меня за нищего примут.

Я, не подумав, похлопал себя по груди, отчего в воздух взлетела пыль.

— Тьфу ты, не пыли! — Мясник остановился и замахал своей лапой, а потом повернулся ко мне и, оглянув с ног до головы, серьёзно сказал: — Скорее за раба. В таком даже нищие не ходят. Статус.

— Даже так?! — приподняв брови, сказал я.

— Даже так... Ладно, дам потом наводку на одного мастера. Он ещё тебе скидку даст.

На это мне оставалось лишь кивнуть. Н-да... Водно-грязевые процедуры не пошли на пользу моей одежде, как и многочисленные драки. Прорехи, порванные в нескольких местах по шву штаны и рубаха, смятый и убитый мех, много грязи и... даже некогда дорогая ткань не спасала. Я и правда выглядел хуже дворовых оборванцев.

Нашу беседу прервала хозяйка, которая с недовольным видом осмотрела пыльный пол и, держа под мышкой тюк с вещами, подошла ко мне.

— Одежда, — коротко произнесла она и буквально кинула в меня тюк. — Твоя идти мыться, прямо идти. Там до конца и направо. Только потом одевать одежду.

— Ага. Моя тупой кочевник. Моя понимать, — с сарказмом в голосе передразнил я, параллельно осматривая уже более внимательно жену Мясника.

Выглядела она эффектно. Помимо длинных и острых ушек, глаз цепляла её чуть синеватая кожа и белые волосы, в которых тоже присутствовала лёгкая синева. При этом у неё более гладкое лицо по сравнению с теми эльфами, что я видел. У них, как я заметил, черты более острые, хищные. Да, красивые и очень пропорциональные, но какие-то нечеловеческие, что логично. Эльфы же. А тут... Она выглядела более человечной, что ли?.. В любом случае, с таким-то количеством детишек сохранить такую изящную красоту. Если задержусь в этом мире, откину прочь стереотипы расовости. Тог вон решил не заморачиваться и счастлив как слон.

Видимо, я слишком долго пялился, раз Мясник повадился на мой бок. Благо реакция у меня хорошая, и я вовремя сделал шаг в сторону, увернувшись от тычка. Намёк понял... Кивнув Мяснику, я отправился в указанном направлении, не ожидая каких-либо комментариев от его жены, которая, похоже, их давать и не собиралась. Лишь возмущённо фыркнула и задрала к потолку нос.

В указанном месте я нашёл нечто похожее на... поливочную. После того как смыл грязь тёплой водой из небольшой бочки, с помощью ножа, аналога мыла, отполированного ковшика и какой-то ткани привёл свои волосы в относительный порядок. Относительный, потому что я всё же не парикмахер, которого мне ещё предстояло найти. Зато уже не был похож на оборванца и дикого кочевника, который не знает, что такое мыло, ножницы и вообще вода.

Надев на чистое тело одежду Мясника, двинулся обратно в прихожую, но там хозяев не нашёл. У одного из работников узнал, что они в столовой, и отправился туда.

Зайдя в комнату, увидел, как хозяйка накрывает на стол, а Мясник, откинувшись на лавочку, с улыбкой посматривает на неё. Поймав молчаливый кивок Тога, сел рядом с ним.

— Готов узнать, что такое вкусовой оргазм? — с ухмылкой пробасил Мясник.

— Милый! — смущённо высказалась его жена.

— Ну что ты, Орсана? Ты ведь и правда великолепно готовишь. Вот, перед гостем хвастаюсь, — сказал с гоготом Мясник, параллельно показывая мне кулак, то ли чтобы не пялился на его жену, то ли чтобы не пытался обидеть непринятием еды.

— Да, запах уже будит во мне зверский аппетит. Уверен, это будет лучшее, что я в жизни пробовал, — подыграл я Мяснику. Ну как... Даже врать не пришлось, потому что запах еды и правда был аппетитным.

— Ой, да вы сговорились, — как-то мило и по-доброму произнесла Орсана, смотря на меня куда приветливее, чем раньше.

— Не, истинная правда, — в один голос произнесли мы и, переглянувшись, заржали.

— Ладно, хватит болтать, давайте есть. Мне ещё детей кормить. — С этими словами она поставила последний глиняный горшок на стол и разложила тарелки.

Мы дружно начали накладывать кушанье. Еда и правда была выше всяких похвал. Но... Приправы есть самые разные, однако о соли они словно и не знали. Но я точно её видел в припасах бандитов. Так в чём же дело?.. Этот вопрос я бесхитростно и задал вслух. Хозяева тут же перестали есть и напряжённо переглянулись.

— Ты бы такие вопросы не задавал, — напряженно произнёс Мясник.

— Я пойду проверю, как там дети. — Орсана встала из-за стола и быстро вышла из обеденной.

— Я что-то не то сказал? — произнёс я, с недоумением смотря на Тога.

— Ты и правда ничего не знаешь? — нахмурившись, протянул Мясник.

Пока он говорил, несколько раз опускал руку к своему большому ножу, но тут же одёргивал назад, заставляя её вернуться за стол.

— Нет, а что? — с самым невинным видом ответил я.

— Белый солёный порошок... Им пользуются только хаоситы и поклонники дьявола. Говорят, они так признают своих.

— Да? Что за ерунда... У нас всегда его лижут лошади. Просто белые камни из земли, по которым иногда течёт вода. Мы его измельчаем и используем в еде. Ещё мясо вялим.

— Ну, мы тоже вялим... Со временем сила Дьявола уходит, а мясо дубеет. Первожрец поэтому и дал разрешение, но... выборочно, так сказать. Не каждому это позволено, да и освящение такого места дорого стоит. В общем, в открытую его никто не применяет. Больше ты так не говори нигде, иначе быстро на костёр попадёшь. Для простых людей солёный порошок — это зло, знак дьяволопоклонников. А вы, видимо, язычники... Ты ведь не веришь в Арушимана проклятого, в Дьявола?

Тог Живодёр косился на меня, прищурив глаза, готовый содрать с меня шкуру в случае неправильного ответа.

— Э-э-э, нет. Вообще, я мало что о нём знаю. Мне хватает Великого бога неба, — произнёс я, почёсывая макушку.

— Ну точно язычник, — возмущённо произнёс Мясник, но от меня не скрылся его облегчённый выдох. — Мой тебе совет: больше не говори этого, иначе быстро окажешься под золотым Серпом.

— Понял, — коротко кивнул я головой. — Мне бы где почитать обо всём, чтобы вот так по глупости не потерять голову. Читать-то я научился, а вот...

— Ты умеешь читать?! — Мясник и покачал головой. — Удивительные дела творятся... Тут есть библиотека. Проход туда платный. Всё же дорогие рукописи там, разные. Печатные с Великой Империи тоже есть. Заплатить за посещение — это не проблема, а вот найти там то, что тебе нужно... Вот что, там старик, противный на первый взгляд, всем заправляет, но он не прочь отведать хорошего вина, да и мясо хорошее он любит. По крайней мере мои ребята дважды перехватывали гостинцы от князя. Поглазели и вернули на место. Можешь у меня взять, его угостить. Он тебе и поможет всё, что надо, найти.

— Спасибо, так и сделаю.

Дальше мы ели молча. Закончив, я начал собираться в город. Денежки приятно грели пазуху, но это ненадолго.

Надо бы привести себя в достойный вид и узнать побольше об этом мире, куда меня закинули. А то мне как-то не улыбается отбросить тут коньки из-за ерунды по типу соли.

В первую очередь я по наводке Тога Живодёра отправился к человеку, что мог сделать для меня одежду. Там провозился около часа: с меня снимали мерки и записывали мои пожелания. Взял запасную одежду побогаче на случай светских приёмов или каких-то других важных встреч, покупок, ну и посещения всяких прочих мест, где надо выглядеть прилично. Времени убил... уйму. Остальное взял более практичное. Из кожи и хорошей ткани штаны, льняные рубашки и поддоспешник в виде гамбезона, он же стёганка.

Стёганку взял одну. Уж больно дорогая, зато качественная. Остального же набрал по нескольку пар. Тут же заказал удобные высокие сапоги. Одной пары было мало, так как те, что на мне, слишком уж маленькие.

Закончив с одеждой, отправился к, как их тут звали, цирюльнику. У него я потратил куда меньше времени. Оставил бороду и чуть-чуть по бокам. Как заметил, тут почти все люди ходили хотя бы с какой-то растительностью на лице. Волосы по бокам коротко выбрил, а в центре головы оставил их чуть длиннее. Получившаяся картина мне понравилась.

Уже обновлённый, я зашёл за сложенными в магазине одежды покупками и отправился в библиотеку. В первый раз самостоятельно, без подарков. Разнюхать обстановку, так сказать.

Библиотека находилась там, где я её и видел — ближе к центральным районам. Монументальное высокое здание с колоннами чем-то отдалённо походило на греческие храмы. А ещё большие витражи. На входе охрана оглядела меня сверху донизу весьма подозрительным взглядом и, не найдя к чему придраться, пропустила дальше.

Посещение библиотеки оказалось удовольствием не дешёвым. За один вход в общий зал аж по пять серебра берут. Зато первый раз бесплатно, но всё равно с залогом на случай порчи имущества.

Стоило только мне оставить тётушке в пристройке перед библиотекой залог в один золотой, как раздался мелодичный звон. Дверь в святая святых знаний отварилась, и между мной и книгам осталась лишь одна преграда, которую звали Констиниус Фонделяр. Его я узнал по аналогу золотого значка шерифа, что висел на груди старика. Главный смотритель и хранитель библиотеки. Выглядел он невзрачно: низкий старичок, похожий на лилипута, с большой залысиной, по бокам от которой росли густые торчащие волосы, отчего казалось, словно на его голове лежала серая корона. Длинный нос, худое острое лицо и серые глаза за толстыми стёклами очков завершали образ. Он недовольно причмокнул, показав вполне себе здоровые зубы. Осмотрев меня снизу вверх, молча кивнул и жестом пригласил следовать за собой.

— Книги не рвать, не бросать, обращаться нежно. Не шуметь. Мне не надоедать. Если пришёл поглазеть, то глазей без восклицаний. Попытка выноса книг считается кражей и карается строго... — нудел он, пока мы шли между высоких стеллажей с книгами.

— Мне нужны много книги по история, политика, мироустройство, религиозные книги, законы тута и соседний страны тама... — начал я перечислять ему, не повышая голоса и кося под тупоголового представителя далёких народов.

— Странный набор, как для кочевника, — попытался он поддеть меня, но я лишь обрадовался, что моя «легенда» работает. — Седьмой, десятый, двенадцатый, двадцать первый и двадцать второй стеллажи. По полкам разберёшься, они подписаны.

С этими словами он махнул мне рукой, где, скорее всего, и находились те самые стеллажи, и затем двинулся куда-то в сторону невзрачного паренька, начав бормотать что-то себе под нос про странных отпрысков аристократов.

Я же, не обращая больше внимания на старика, пошёл в указанном направлении. Стеллажи были такие высокие, что часто приходилось пользоваться специальной лестницей.

Чем дольше я лазал по стеллажам, тем отчётливее понимал, что просто теряю время. Приходилось не просто находить нужный книжный шкаф и полку, которых могло быть несколько, но и перебирать книги, пытаясь по нескольким страницам понять, что есть бред, а где есть зерно разума.

Убив практически весь день на поиски нужных книг и попытки их прочитать, понял, что совет Тога — это не просто сотрясание воздуха. И лучше бы сделать так, как он сказал.

На обратном пути к гостеприимному хозяину меня не покидала мысль, что за мной кто-то следит. Причём неприятное чувство возникло лишь единожды, мимолётно. Все мои попытки выявить слежку так ни к чему и не привели.

Дома разделил ужин с семьёй Мясника, не затрагивая никаких серьёзных тем. Так, травили байки и просто болтали ни о чём.

Спать я снова отправился на пустующий склад, но в этот раз туда добрые люди накидали стог свежего сена и выдали покрывало. Дрых как младенец.

Проснулся я рано утром, полный сил и энергии, и сразу подумал о библиотеке и предложении Мясника. Засранец не упустил шанс на мне наживиться... Хотя, с другой стороны, они дали мне кров, кучу советов и даже накормили, несмотря на то что я к ним ворвался и прихожую разнёс. Не самолично, конечно, но всё же... Так что грех жаловаться. Хорошие они... Почеловечнее многих людей будут, несмотря на своё занятие.

Выкупил у него хорошую бутылку вина и копчённый окорок, всё аккуратно упаковал и отправился в святилище знаний.

Добрался, прошёл предварительные процедуры и заплатил за посещение. Меня снова встретил тот же Хранитель. Мы с ним немного прошли, и я, остановившись, тихо произнёс:

— Я недавно начать учить ваш язык у мудрого степняка. Прошу простить мой грубый фразы. Слышал, что вы в столь уважаемом возрасте разбираетесь в хороший вино и очень цените. Так же, как и с книга. Многими книгами. Я тоже ценить знания и хотел попросить вас помочь мне искать найти особенный и интересный книги по нужным темам. Хорошие книги, как и хорошее вино, сложно довольно сам найти.

С этими словами я достал из своего мешка ту самую бутылку, которую мне продал Мясник за один золотой, сказав, что ещё по-божески и что старик после этой бутылки будет меня внуком считать как минимум. И, судя по реакции Хранителя, я не прогадал, отдав столь крупную сумму за бутылку.

Поначалу он вяло пытался сопротивляться, но стоило мне добавить чуть больше медовых уверений, как он сдался, благодарно приняв и закуску к вину в виде окорока. Попросив меня немного подождать тут, он исчез вместе с моим подгоном. Не успел я заскучать, как он вернулся с весьма довольным видом. Дело пошло куда веселее. Стоило мне попросить совета или объяснить, о чём я хочу узнать, как Хранитель безошибочно называл стеллаж, полку и автора труда или само название труда.

Стоит сказать, что те труды, которые рекомендовал Хранитель, не шли ни в какое сравнение с теми, что я пытался читать вчера. Чёткий, структурированный текст, факты и реже догадки и домыслы авторов, которые отдельно были отмечены, дабы не обмануть читателя подобными предположениями, далёкими от реальности. И все они были достаточно обширны, точны и нередко имели отсылки на другие достойные труды...

В общем, я был потерян для общества на ближайшие десять дней. Я приходил поздно вечером к Мяснику, потом уходил, временами помогая ему по его делам с сортировкой вещей в сарае. Изредка подрабатывал по утрам, отплачивая таким образом за кров и еду. Ел я или у него, или захватывал по пути в библиотеку перекус с его барского стола.

Единственное, что огорчало, — деньги очень быстро улетали. А ещё меня начало напрягать, что я всё чаще чувствовал чьё-то внимание. Но слежку так и не мог приметить.

И вот, на десятый день, когда я вычитывал труд Гельгельна фон Шуберта о тварях и травах, распространённых повсеместно, о вредных и полезных свойствах растений, меня отвлекли. Я не сразу заметил, что рядом со мной кто-то стоит. Привык, что в этой части зала обычно никого нет, а старик Хранитель обычно меня не отвлекает. Так что, когда заметил и обернулся, ненадолго завис, смотря на широкий вырез платья. Я просто не мог отвести глаз от больших, сочных и столь притягательных... Кхм. М-да. В общем, завис я, смотря в глаза полуорчанки из таверны. Думаю, красота у неё от матери. А мать была одним из драгоценных камней нашей человеческой расы.

В общем, я любовался той самой... с шикарной атлетичной фигуркой и бюстом, способным убивать наповал даже королей.

Четвёртый?.. Нет, скорее третий, боевой размер груди. Это не гладильная доска и не коровье вымя. Большой мужской ладони будет очень и очень приятно подержать такую упругую и крепкую грудь на грани двух шикарных калибров... Кажется, у меня потекли слюни...

Что же касается предрассудков относительно цвета кожи и прочего... Насмотревшись на город и кучу всяких парочек из разных рас, я и сам забил на эти глупости. Поймав мой взгляд, она робко улыбнулась и произнесла, невинно захлопав глазами: «Можно к вам присесть?»

Глава 8

На вопрос я среагировал не сразу. Ещё несколько секунд любовался её фигуркой, что не грех, и только потом сообразил, что надо что-нибудь ответить.

— Да, конечно, — я отодвинулся и кивнул на сиденье, — присаживайтесь.

С такой красоткой грех не пообщаться. Особенно с учётом того, что рогатый не самый надёжный товарищ и даже сумей я исполнить свою часть контракта, ожидать от него встречного исполнения его обязательств без подвоха - не стоит. Тут как с демонами перекрёстка. Или с ростовщиками. Всегда найдётся повод оставить клиента в дураках и поиметь его. А уж босс этих тварей явно будет самым большим пакостником. Вспомнить хотя бы тот факт, что я вообще оказался в этом мире. В нашем договоре об этом не было ни слова.

Девушка аккуратно села, и мы стали играть в гляделки. Я рассматривал её, а она меня. А полуорчиха, в чём я пока не уверен, ничуть не изменилась с нашей последней встречи, всё так же притягивает к себе взгляд. Да она и не могла особо... Всего-то около двух недель прошло.

Девушка то ли не понимала намёков, то ли специально не замечала моего взгляда и заглянула ко мне в книгу издали. В её глазах я прочитал понимание.

— Тоже зашли почитать что-то? — завязал я разговор и отложил книгу.

Всё же нечасто сюда посетители заходят, особенно такие аппетитные... Чтение может и подождать. Всё равно ещё многое предстоит выяснить из местной литературы.

Интересно, кстати, что мерзавец этот подземный дал мне понимание местной азбуки. Не просто понимание речи, а именно письменности. Осталось понять, какой именно и чего стоит опасаться в таком случае. Мало ли, прочту какой-то манускрипт, а это окажется местная латынь.

— А?.. — Она немного растерялась и легонько замахала руками. — А, нет-нет, что вы. Я пришла сюда чисто по делу. И оно касается вас.

— Меня? — сказал я, приподняв бровь.

Всего-то раз встречались, а ко мне уже дело есть?

— Да, — кивнула орчиха. — Мой отец просил передать вам извинения от своего лица за причинённые ранее неудобства и просьбу вернуться за своими вещами, которые оставили у него, иначе он сможет заработать с них пару не лишних серебряных.

— Отец, — я в недоумении наклонил голову, — забрать вещи?

— Да, — снова кивнула девушка, — вы забыли кое-что...

Что я мог забыть в том постоялом дворе? Я тогда второпях собирался начистить морду горе-воришкам, которые меня обчистили, а после разговора с его владельцем не спешил в ней оставаться. Память словно отшибло. Не хватало только звука сверчков на фоне для полноты картины.

Чёрт, что ж там такое ещё было, что и я, и ворюги проморгали?! Всё, пора на пенсию с такой невнимательностью и дырявой памятью... Ладно, продолжаем беседу. Может, через диалог что-нибудь да вспомню.

— А как вы меня?..

— Ничего такого, о чём можно было подумать, — помахала она руками. — Я просто домой возвращалась, а путь лежал мимо этой библиотеки. А там я и заметила, как вы сюда входите. Я ещё тогда чуть удивилась совпадению такому.

— Понятно... — многозначительно произнёс я.

Видимо, поняла по моему задумчивому лицу, что это надолго, и, захлопав глазками, неуверенно прервала мои размышления:

— А... Скажите...

— Да?

Я отвлёкся. Ладно, потом. Всё равно не могу вспомнить.

— Вы любите читать? — кивнула орчиха на книгу.

А, ну да. Сейчас же довольно трудно найти тех, кто занимается подобным. Особенно такого верзилу, как я.

— Скажу честно и не стану лукавить – обожаю, — улыбнулся я. — Знания помогают познать мир, а познание мира спасает от неожиданностей. Особенно от «случайно» летящих в тебя мечей и стрел по дороге.

— Именно поэтому читаете о травах и их эффектах? — с лёгкой иронией подметила она.

— А почему бы и нет, — с невинным взглядом пожал я плечами. — Дома это ой как помогало мне в банальном выживании, так здесь и подавно пригодится. Там, в племени, это, конечно, не сильно возлюбили и не возжелали иметь со мной дел, а потому пришлось покинуть своих дражащих родственников, пока те не решили под шумок со мной разобраться.

— О, так вы из кочевников? С их земель, я полагаю? — немного разочарованно произнесла девушка. — Суровые и крайне нелюдимые места.

— Угу, — согласно кивнул я в ответ.

Вкратце пересказал ей свою легенду, что состряпал тогда на коленке. Уж если даже местный библиотекарь поверил в неё, значит, она по большей части лежит красиво.

— Такие вот пироги... — Я протянул ей руку и представился: — Алекс.

— Оглайла, — ответила она и приняла моё рукопожатие. — Необычное имя. Крайне... иноземное, я бы сказала. Подобных ранее не слышала, хотя знакома со многими.

— Откуда родом, так сказать... — пожал я плечами. — Не думаю, что ты часто по пустырям да равнинам бесконечным гуляла, а людей оттуда ещё реже встретишь.

— А что оно значит? Моё вот на одном диалекте означает «та, кто сияет». Не слишком подходит, как по мне, но какое есть.

— Нечего прибедняться, всё очень даже подходит! — улыбнулся я. — У меня, в родных моих землях, оно означало «Защитник света».

— Как благородно и... возвышенно, — неуверенно сказала девушка, но в её глазах я заметил интерес.

— Порой это немного смущает... — улыбнулся я чуть смущённо, потирая нос, и тут же в голову пришла одна мысль. — От кого-то... не помню, от кого именно, слышал, что имя определяет судьбу его носящего. Якобы как тебя назовут, так жизнь и проведёшь.

— Это как с кораблём... — задумалась девушка. — Есть же примета, что как корабль назовёшь, так он и поплывёт.

— Истинно так, — кивнул я, удивляясь про себя, что в разных мирах нашлись одинаковые поговорки. — Без понятия, с чего он решил, что это же касается и имён, но, как по мне, в принципе, этот кто-то оказался пра...

Я осёкся, а лицо моё потемнело, когда вспомнил прошлое. Ну да, защитничек, чтоб меня... Даже собственным принципам нормально следовать еле получается, а тут ещё свету помогать. Да и дела не особо соответствуют обозначению... Чтоб их всех, в особенности этого гада рогатого.

— Не, без шансов, — покачал я головой. — Не подходит это имя мне, совсем не подходит...

— Что-то плохое приключилось?.. — тихо прошептала Оглайла.

— Да так... — отмахнулся я. — Неважно. Это всё дела минувших лет. То было давно, то было чёрти где и вообще всё неправда. Кстати о правде... Лучше скажи вот что... — сменил я тему. — Откуда у такого здоровяка орка такая драгоценность, как ты?

— Драгоценность? — чуть смутилась девушка.

— Да. Как... бриллиант, я думаю. Не рубин и не изумруд... Они слишком блеклые в сравнении. Алмаз тоже не подойдёт... Не так сияет. Так что бриллиант – самое подходящее сравнение.

— Ой, да ну вас... — смущённо буркнула она и, прикрыла ладонью рот, сдерживая смешок. — Мы с отцом не местные, потому так и отличаемся от здешних. Помимо, конечно, расовой принадлежности.

— А, так вы тоже приезжие? — удивился я.

Хоть народу у ворот в город и полно, но я-то думал, что это больше деловые приезжие, а не вот это вот всё...

— Да, — кивнула дочь орка. — Чуть больше пятнадцати лет здесь только живём, если мне память не изменяет. Тогда мы с отцом искали лекарство для моей матери, а потому переехали сюда. Всё-таки здесь найти нужные вещи и травы гораздо проще, чем в моих краях. Впрочем, я отвлеклась. У неё, у мамы, была болезнь, которая в те времена была не то чтобы распространена, но не редка уж точно. Правда, лишь в землях людей. Мы же пришли с юга. А там о людях не особо заботятся…

— И как?

Здесь войны идут чуть ли не каждый год, а потому эпидемии должны быть крайне частые. Нужно про это не забывать.

— Она умерла, — Оглайла покачала головой. — Местный целитель ничего сделать не смог, а на более опытного врача у нас денег не хватало. Подзаработать тогда нам было тяжко. В те времена отец был солдатом, сотником одной из армий в Мёртвых землях, и там же в одном из сражений получил ранение, а потому еле двигаться мог. Стрела неудачно попала в колено... — Она сделала паузу и продолжила:— Часть денег, как раз, отдали на его лечение, а другую потратили по пути. Проводник заломил поднебесную цену...

— Мне жаль...

— Не стоит, — Она помахала руками и взглянула с иронией. — То всё дела минувших лет, — вернула она мне мои же слова, на что я лишь усмехнулся.

— И вы переехали сюда? — сказал я и облокотился на стол, обратившись в слух.

— Да, но не сразу стали жить нормально. Первое время пришлось жить в одной из местных лачуг, а на работу устроились в тот постоялый двор, в котором сейчас находимся. Работал там в основном мой отец, в то время как я помогала с мелкими и не очень поручениями. Я тогда мало что понимала, — неуверенно произнесла она, — а потому чем-либо помочь не была особо способна. Да и владелец был понимающий, а потому не загружал без надобности.

Слушая и наблюдая за этой красавицей, я непринуждённо перешёл на «ты».

— И как же так вышло, — что-то тут не так, — что ты и твой отец оказались у руля заведения?

— Честно, не знаю, — покачала головой орчиха. — Просто в один момент отец сказал, что теперь он выкупил этот двор. Наверное, занял. Я не стала лезть с расспросами. Папа был тогда так горд. Да и я была очень счастлива, что он теперь большой человек. Ну, вернее, не человек, — хихикнула девушка. — Жизнь в принципе после этого не сильно изменилась. Всё так же помогала отцу с работой, разве что пришлось делать это чуть больше и в основном работать на кухне, готовя то одно, то другое. До этого я больше в зале и на улице бегала.

Мы продолжали болтать, и я узнал, что предыдущим владельцем постоялого двора являлся кто-то из кошколюдов. Строгий дядька, но не требующий ничего сверх меры. У него в заведении было более-менее спокойно и приятно находиться, а потому без посетителей место не простаивало. Возможно, её отцу помогло с покупкой ухудшающееся здоровье владельца, что из-за болезни всё реже появлялся в заведении, а потом и вовсе уехал, как сказала Оглайла, к родственникам в один из соседних городков.

Вроде всё складно, но червячок сомнений всё шуршит и шуршит на краю сознания. В таких делах «просто» не бывает, руку на отсечение даю! Да вот только придраться не к чему. Можно начать, конечно, расспрашивать о том о сём, но это будет выглядеть так, словно я её допрашиваю, как будто она под следствием. А зачем? Меня это не касается.

В общем, отбросил я сомнения. И так голова пухнет от информации, что я впитал за прошедшие дни. Ещё проблемы с храмовниками... Да и не стоит забывать про местную хулигань и воровской бизнес. В дополнение к этому очень раздражает чувство того, что за мной вечно здесь кто-то наблюдает.И не только здесь... Да ещё так, что до сих пор не выяснил, откуда именно могут за мной смотреть. Места здесь хоть и много, но не настолько, чтобы играть в прятки.

За всем этим разговором шло время. Стрелки часов неумолимо крутились, а местное солнце склонялось к горизонту. Я и не заметил, как немного потемнело и, кажется, даже чуть похолодало.

— Молодые люди, — окликнул нас кто-то со стороны. Мы оглянулись и увидели смотрителя Констиниуса.— Я всё, конечно, понимаю, но пора на выход. Библиотека – это не место для любовных свиданий. Делайте свои непотребства где-нибудь в ином месте.

Мы взглянули в окно и заметили, что небо уже окрасилось многими красными оттенками. И ведь правда, скоро и ночь наступит. Мы вежливо попрощались с ворчащим стариком и вышли из здания на свет Божий. Солнце уже довольно низко опустилось. Небольшая его часть уже за горизонтом.

— Слушай... Раз такое дело, то давай зайдёшь к нам. Время ещё не позднее, так что можешь сразу и вещи свои забрать, — предложила Оглайла.

Чуток подумав, решил, что грех отказывать.

— Нет, ну серьёзно. Такой красавице отказать – не только себя не уважать, но и всё равно что получить по морде от других мужиков.

— Тогда на том и порешим, — улыбнулась девушка и указала в сторону. — Нам по этой дороге. Пройдём несколько домов, потом мимо реки и вскоре выйдем ко двору.

Я кивнул и, вдохнув свежий воздух, невольно улыбнулся. Спокойный вечер рядом с красивой дамой... Что ещё нужно для хорошего настроения? Да, внешностью она, конечно, довольно экзотична, но, по сравнению с большей частью местных «прелестниц», Оглайла просто королева красоты. Конечно, других орчих я не видел, но у неё присутствовали явные черты человека... Чем больше смотрел, тем больше убеждался в том, что она полукровка. Да и в её рассказе слишком многое указывало на то, что её мать – человек.

Днём здесь относительно тепло, а вот при наступлении вечера начинает хорошенько так холодать. Впрочем, не сильно. Меньше шума, меньше народу, более свежий воздух, по крайней мере так мне кажется. В целом атмосфера более приятная, как по мне. Н-да... Даже не заметил, как привык к городской вони. Да уж... В любом случае прямо сейчас атмосфера даже немного романтическая, несмотря на все «прелести» этого средневекового времени.

Шагая по улицам вечернего города, мы продолжали болтать. Я расспрашивал о её жизни, сам рассказывал байки и травил адаптированные под местный колорит анекдоты. Слушал её переливчатый смех и невзначай узнавал о местных нравах, об отношениях трудовых и личных, сопоставляя с тем, что вычитал из книг.

Она же в ответ интересовалась моей жизнью в Диких землях. Я не слишком мудрствовал. Всё, что знал о жизни кочевников в моём мире и из информации о местных реалиях, смешал в довольно занимательную историю, полную неожиданностей, смертельных опасностей и злющих родственничков. А лишние подробности опускал, пряча их за шутки.

В молчаливые перерывы я всё думал о том, что именно меня ждёт потом. Поставленные тем гадом цели и задачи, которые так и не обросли никакой конкретикой, и приставленный ко мне загадочный «куратор», что явно халтурил – это, конечно, всё хорошо и замечательно, но от всего этого нужно как-то отходить и открещиваться. Причём так, чтобы меня никто ни в чём не заподозрил. Вот только вечно бдящая рядом шавка нанимателя, которая сидит в моей тени и делает вид, будто её тут нет, усложняет задачу многократно.

Ага, мразь ты такая. Посмотрим, как ты будешь давить свою чеширскую улыбку после того, как я вас всех уделаю. Осталась только малюсенькая проблема… Как мне это красиво провернуть? Допустим, я найду возможность завалить демона. Но что дальше? Просто жить, пока однажды под старость лет мне не передадут «привет» с Земли демоническим клинком в спину?

Выкинув лишние мысли из головы, вернулся к наслаждению чудесной компанией красотки. Решение проблем подождёт. А вот прекрасная дама ждать меня не будет.

Как-то незаметно мы перешли на разговоры о более личных темах. О вкусах и предпочтениях, об интересах и хобби. Самое приятное, что время от времени преспокойно получалось мне чуть ли не пожирать взглядом её фигурку и её саму. Она же лишь смущённо делала вид, будто не замечает моего интереса к ней. Ничего-ничего. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

Вдруг я заметил больно пристальный взгляд одного из тройки стражников. Незаметно посмотрев по сторонам, я понял, что доблестные стражи порядка провожают взглядом конкретно меня. Да и не они одни. Тут таких полно, и все заинтересовались моей скромной персоной. Пособники коммунистов чуют во мне душу капиталиста, что-ли? Или им так завидно от того, что такая красотка со мной? Нечего зырить с завистью.

Я лишь усмехнулся про себя. Забавные ребята. Вроде только въехал, а уже знаменитость. Да такая, что местные «папарацци» следят за каждым моим шагом. Давненько я такого не испытывал, очень давненько. Вот только... Мне кажется или они смотрят на меня как на суицидника?

Вскоре мы подошли к какой-то небольшой площади, откуда раздавались чьи-то восторженные возгласы. Оглайла тоже заинтересовалась и,отчего-то хитро улыбнувшись, поспешила в сторону толпы. Протискиваясь с ней сквозь разумных, мы пришли поближе к причине всеобщего интереса. Двое мужиков активно мутузили друг друга. Это что ещё за пролетарский мордобой? И местные политкомиссары вроде не торопятся его прекращать... Занятно.

На самой арене стояло несколько групп людей по два человека среднего роста. Все они находились там без верхней одежды и были крайне потрёпаны. У некоторых синяки, у других раны, у ещё одних различные опухоли и так далее. Для меня, рослого парня, их потасовка выглядела малость забавно. Столь небольшие мужички на моём фоне не впечатляют.

— Вперёд! Набей ему морду! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Не разочаруй своего папочку! Я поставил на тебя пятёрку медяков, так что ты обязан отмудохать этого сопляка! — вторил ему ещё один мужик.

— Да, кто это тут ещё папочка?! — с усмешкой произнёс другой. — Ты ему сам в сыновья годишься.

— Чё сказал, плешивый? — разъярился тот. — А ну-ка, пойдём выйдем, поговорим по душам!

— Да с радостью! Я тебя так отметелю, что мамочка твоя родная не узнает.

— Какой говорливый. Натяну твой зад на твою же голову и пойду забирать свои четыре серебрушки.

Другие же радостного подначивали эту парочку схлестнуться. Мужики не стали отказываться от своих намерений и, сняв рубашки и отдав своим друзьям, которые громче всех гнали ихв драку, залезли на сцену, попутно кладя монеты в деревянную коробочку.

С небольшим интересом понаблюдав за сим действием, заметил стоящую чуть вдали стражу, которая с еле заметным недоумением переводила свой взгляд то на арену, то на меня. Не слишком явно, но для меня заметно.

Ясно, смотрители здешнего зоопарка узнали во мне разыскиваемого льва и теперь не могли понять, что им делать: разрываться между зверьми в клетках или же ловить давно выбравшегося из неё. Или здесь всё легально? Чё вылупились тогда.

Как я понял, подобные сцены не редкость. По крайней мере в этом городе. Главное, чтобы со стороны собирающихся не происходило всяких нелепиц, которые могли бы разгневать стражу. Да и это просто кулачный мордобой,не бои без правил. Интересно, а какой с его организатора берут налог? Вряд ли эти коммунисты так просто закрывают глаза на столь вопиющий признак капитализма со ставками от простого рабочего люда.

Усмехнувшись про себя, заметил взбирающегося на арену мужчину в слегка деловом костюме. Он и подхватил ту коробку с деньгами. Хех, как говорится, вспомнишь солнышко, вот тебе и лучик, да? Слегка – это потому, что на нём нет пресловутого смокинга и цилиндра, как у кое-каких людей. У этого скорее простая деловая одежда, что не мешало ему выглядеть чуть краше на фоне остальных. Она больше напоминала форму какого-то рабочего, хотя и не уверен.

— Подходите, не стесняйтесь! — закричал он. — Испытайте себя и свою силу! Покажите местным солдафонам, кого тут стоит бояться и с кем лучше не связываться лишний раз! Всего-тонужно внести два серебряных вот сюда, — он приподнял коробочку в воздух и чуть потряс, обозначая наличие в ней монет, после чего положил её на место, — и вы сможете набить морду своему оппоненту, не страшась попасться в руки стражам!

Ага. Легальный бойцовский клуб. Главное, чтобы никто о нём не догадался, хех. В этот момент один из участников клуба мордобоя нанёс последний свой удар противнику, который под вопли зрителей упал и не смог подняться под общий счёт до трёх. Закончив, толпа закричала хвалебные речи стоявшему на арене. Тот же, вытерев пот и кровь со своего лица, решил не тянуть кота за яйца и сразу подошёл к организатору с протянутой к нему рукой.

— Моё причитающееся, — пробасил мужик.

Организатор с нетипичной для обычного человека кошачьей ловкостью быстро схватил «копилку», поднял крышку и достал монеты.

— Твои четыре серебряных, как и договаривались, — громко произнёс он и снова повернулся к толпе. — Смелее!Не стесняйтесь свершить свою месть над недругом, схлестнуть кулаки с другом или напарником либо же впечатлить даму своего сердца своим мастерством! Причин подняться сюда полно, а отказаться куда меньше! Всё абсолютно законно и легально, а потому никаких проблем после не возникнет! Ну же, не стесняйтесь!

Дослушав его, я невольно посмотрел на рядом стоящую девушку с горящими от азарта глазами и тут же отвёл взгляд, посмеявшись про себя и покачав головой. Не-е-е, пацаны. Не на того напали. Я не настолько впал в эту дремучую древность, что у меня шарики за ролики заехали. У нас не принято махать кулаками перед всеми, даже ради столь прекрасной дамы. Ни к чему мне это позёрство. А что до денег... Четыре серебрушки – это может и много, но не настолько они мне необходимы. Немного работы и я вполне смогу столько же получить, не замарав при этом руки. Так что звиняйте, парни. Не в мою смену…

— А кто решит выйти против нашего чемпиона, получит пятьдесят серебряных монет!

— ГДЕ ЗАПИСАТЬСЯ? — рявкнул я, внезапно ощутив острую необходимость получить свою порцию… славы.

Глава 9

— Мочи его! Мочи! — кричали собравшиеся.

— Давай правой в морду, а потом ногой контрольный! — внёс кто-то мысль.

— Ты чё?! Надо сначала живот отбить и только после этого по роже лупить!

До меня долетали лишь некоторые выкрики этой обезумевшей толпы, в то время как я стоял на арене, отдавая всё своё внимание мужчине напротив. Грязный, потный. Местами виднелись пятна крови как на теле, так и на его штанах. Впрочем, я не слишком отличался, разве что выглядел чуть более презентабельно на его фоне.

Я вытер со своего лица кровь, что сочилась из рассечённой брови, и продолжил смотреть в глаза противника, следя за его движениями. Он, в свою очередь, сверлил взглядом меня. Уж не знаю, о чём мужик думал прямо сейчас, может, просто прикидывал свои следующие шаги, но вот у меня в башке всё вертелась одна и та же шарманка: «Довыпендривался, Алекс, мать твою... Довыпендривался...»

Начался второй акт Мерлезонского балета. Мужик нанёс удар правой, я блокировал и неожиданно для него атаковал в подбрюшье коленом. Противник, ранее ослабив там защиту, схватился за живот от невыносимой боли, а я нанёс контрольный поддых, отчего мужик сразу упал на землю под гул тихих завываний и стонов.

Я держал кулаки перед собой. Так,на всякий случай. Лёгкий ветер обдувал всех здесь собравшихся, остужая наш пыл. Да уж, без магического читерства победить оказалось сложнее, чем я думал. У меня такое ощущение, что в этом мире каждый второй изучает стиль уличных драк в подворотнях. А может, город такой попался, где всегда надо уметь за себя постоять. Или это просто чемпион мне попался не из слабых?

— Раз! — крикнула толпа. — Два! — Я смотрел, тяжело дыша, на валяющегося противника. — Три! Четыре!

Противник, приходя в себя, потряс головой и начал двигаться, неуверенно пытаясь оторвать тело от земли.

Лежи, собака, хуже будет! — прорычал я.

— Пять!

После моих слов мужик рухнул на землю. Решил он поберечь здоровье или же просто силы кончились, не знаю. Но главное то, что всё уже закончилось, причём к счастью для него.

Толпа неожиданно замолкла. Ещё бы не замолкнуть. Они-то наверняка рассчитывали, что их Чемпион встанет, продолжит борьбу и накажет этого зарвавшегося выскочку (меня). Или зажравшегося?.. Не суть важно. Главное то, что после недолгого раздумья часть зрителей, вопя от восторга, заревела, в то время как остальные, что представляли большинство, заулюлюкали. Небось свои ставки проиграли и теперь недовольны, но сильно этого показать они не могли. То тут, то там начинались кратковременные потасовки. Похоже, арена сегодня ещё долго будет работать, если доблестные стражи порядка не разгонят толпу раньше. Вон какая тут очередь огромная.

Не показывая усталости, я двинулся сквозь толпу к распорядителю, кинув быстрый взгляд в сторону Оглайлы. Она, мне кажется, больше всех здесь кричала и радовалась, а в глазах её читался полный восторг. Ну что же, надеюсь, это того стоило...

— Отличный бой! — сказал распорядитель. — Лучший за последние несколько лет! Держи, — он протянул кулак и вложил монеты мне в руку. — Твоя награда за труды.

— Десять серебряных? — удивился я. — А где ещё сорок или у меня с математикой проблемы?

— Вы заплатили только два серебряных вместо десяти... — начал было говорить распорядитель, но, заметив мой хмурый взгляд, хлопнул в ладоши, и рядом с ним появилась пара бугаёв с дубинками. — Давайте не будем развивать конфликт.

— Знаешь, я сейчас просто очень громко начну рассказывать, как ты зажал деньги, и вот эта очередь, — указал я рукой на толпу, — думаю, очень быстро разойдётся. А ты потеряешь очень много на ставках. Давай так... — деловито продолжал я. — Ты платишь мне деньги, а я, так и быть, буду раз в неделю приходить и подтверждать свой чемпионский титул. Как тебе?

Мужчина, хмыкнув, кинул на толпу быстрый взгляд и громко сказал:

— А ты мне нравишься. Определённо нравишься! И да, твой заработок полностью заслужен. Как я и обещал, победитель Чемпиона получает пятьдесят монет! — Он повернулся к толпе: — Те, кто желает оспорить титул чемпиона и положить новичка на лопатки, могут ему бросить вызов на следующей неделе!

После этих слов он достал здоровенную железную шкатулку, больше похожую на небольшой сундук, и отсчитал недостающие монеты. Вложив их мне в руку, он выразительно на меня глянул и произнёс:

— Если через неделю вечером тебя тут не будет, пеняй на себя.

— Хорошо. А сейчас мне пора. Дела.

— Конечно. Если что, ищи меня здесь, Чемпион! — проголосилмужчина в костюме на всю толпу.

Я молча кивнул, положил монеты в куртку и побрёл к своей красавице, что уже, должно быть, ждёт не дождётся меня.

Пришлось прорываться сквозь толпу разгорячённых и пьяных мужиков, что норовили то руку пожать, то по спине ударить в качестве похвалы за представление. Я лишь смущённо чесал затылок и принимал поздравления. А то как-то было бы невежливо...

— Э-эй, красавчик, — раздался женский голос, — поздравляю тебя с выигрышем.

— Спасибо... — я обернулся и на мгновение запнулся,— вам, мадам.

«Ёпт! Ну и страхолюдина же...» — сдержал я возникшиев голове мысли, дабы не обижать эту миледи.

— Ой, не стоит! — захихикала она, всем своим видом имитируя смущение, и тут же почти вплотную подошла ко мне, говоря: — Не хочешь этим вечером выпить чего-нибудь бодрого? Разумеется, за наш счёт.

— Ой, кто это тут у нас,— встряла ещё одна с проблемной внешностью.— Красавец, не слушай её. Их спиртное не пьют даже свиньи. Зато у нас можно спокойно выпить как хорошего алкоголя, так и вкусного мяса отведать.

— Отвянь, Марла, — огрызнулась та, — я его первой приметила.

— Важно не кто первым приметил, Арагли, — а имена-то им под стать, — а кто первым забрал!

— Да?! Ну-ка, давай посмотрим, кто...

— О, Алекс, — услышал я родной голосок, — вот ты где!

— Огли! — Я взял и поцеловал её руку, отчего та смутилась. — А я всё тебя искал, да всё никак не мог найти в этой толпе.

— Да? — Она взглянула на девушек, и её лицо еле заметно скривилось. — Ничего-ничего. Невежливо отказывать дамам в желании поздравить. Девушки, — обратилась она к ним, — сегодня он со мной.

— Как жаль... — вздохнули обе. — Но ты, если что, заглядывай. Я тут недалеко проживаю, за углом, — сказала, кажется, Марла.

— Я чуть дальше от неё,— сказала другая.

— Буду иметь в виду,— расплывчато ответил я.

Всё же словонарушать не привык, так что не буду давать пустых обещаний, потому что к этим "красоткам«меня даже стража не загонит.

— На том и порешили,— закончила орчиха. — Пошли, а-то уже стемнело.

Схватив меня за руку, она потащила меня за собой, на что я лишь усмехнулся. На улице хорошо ощущалась предночная прохлада. Не слишком ещё холодно, но достаточно свежо. Сверчки начали свой оркестр.

Оглайла шла вперёд и порой с таким напором, которому позавидовали бы наши БТРы. Чуть позже, сбавив свой темп, она начала тихо напевать какую-то мелодию. Так мы и шли по ночному городу, пока я не заметил уже знакомые по старым временам места и, наконец, здание постоялого двора. Из его окон лился свет, что неудивительно. Когда мы подошли чуть ближе, я услышал чьё-то заунывное пение. Неужели самый настоящий живой бард?

— Не будем заходить через парадную дверь, — вдруг сказала девушка. — Больше хлопот оберёмся потом. Лучше через запасной вход. И быстрее, и удобнее.

— Я лучше, — занервничал я, — здесь подожду.

— Чего это вдруг? — Оглайла приподняла бровь. — На арене весь такой храбрый, а как зайти в чужой дом, так всё?

— Да, не... — я стушевался. — Не в этом дело. Просто ночь, чужое жилище, все дела...

Девушка на время остановилась, обдумывая происходящее, и вдруг тихонько засмеялась.

— Я поняла, — махнула она рукой. — По поводу отца можешь не переживать. Он в соседней пивоварне, за городом, и вернётся ещё о-ой как не скоро. Где-то только после обеда завтра.

— И всё же...

— Давай-давай, — она подтолкнула меня своим телом, — не тушуйся. Я не кусаюсь, обычно, — сказала полуорчиха, лукаво улыбаясь.

Девушка зашла в дом и, напоследок вильнув своей очаровательной попкой, исчезла за углом.

— Вот ведь... Демоница,— усмехнувшись, я вздохнул и зашёл следом.

— Тебе прямо и на первом же повороте направо, — начала командовать Оглайла. Это у всех баб командный инстинкт дома пробуждается или это я такой везучий? — Потом садишься на один из стульев и ждёшь меня.

— Да-а, мэм, — ещё раз вздохнул я.

Отправившись по указанному моим навигатором маршруту, пришёл в комнату. Даже после пары ударов в бубен я так и не вспомнил, что мог тут оставить... Надеюсь, это не ловушка...

Я начал осматривать интерьер, прислушиваясь к шуму за дверью. Достаточно большая кровать, куча предметов разной необходимости, свеча у окна и большой шкаф. Кажись, меня направили в обитель всея святых — комнату дочери хозяина постоялого двора. Интересно девки пляшут...

Оглайла пришла через некоторое время с небольшим ящичком в руках и произнесла:

— Ну-ка, подними голову так, чтобы лицо лежало прямо. Сейчас подлатаю тебя, горе-чемпион.

Она открыла свою «шкатулку» и достала оттуда, как не удивительно, иголку, нить, бутылку с жидкостью (видимо, спирт) и какую-то мазь коричневого цвета. Местный аналог Звёздочки, что ли?

— Так ты у нас ещё и врачеватель до кучи? — Я краем глаза заметил, как она накаливала иглу в огне свечи. — Знахаркой хотела стать?

— Не совсем... — сосредоточенно ответила девушка. — Народ-то у нас особенный, временами любит побузить. Да и дела у отца порой связаны с риском, а потому домашний лекарь был необходим.

Она вставила нитку в ушко и продолжила:

— Вот и научилась между делом.

— И что? — нахмурился я. — Твоего отца так часто бьют по тем или иным местам?..

— Не-а, — девушка усмехнулась, — на него-то смотреть боятся, не то что с кулаками лезть, но порой находятся на голову ушибленные. То стул какой возьмут, то стол попытаются опрокинуть. Даже до ваз дело доходило. Приезжие...

— Вот почемуу вас во дворе нет никаких ваз...

— Ага. Убрали на всякий случай.

Дочь орка окунула нить в спирт. Обычно достаточно и огня, но решила перестраховаться, видимо.

— Так, ладно, — повернулась ко мне девушка. — Не шевелись, труженик. Дёрнешься, шрам лечить я не буду.

— Шрамы украшают мужчин,— усмехнулся я, на что она лишь фыркнула сперва.

— Да-да... Всё, потише, мне нужно сосредоточиться.

Я послушно замолчал и начал бесстыдно рассматриватьеё лицо и то, что было ниже. Ещё раз хочется отметить: красавица, что прямо съесть хочется. Ну полуорк, разница нулевая. Тело и лицо на ура. Характером замечательна. Мастерица на все руки. Ну не праздник ли?

— Твою ж за ногу... Света нет ни хрена, — выругалась она и выпрямилась. — Так. Ложись давай поближе к свече. Тень не будет падать и мешать.

Она силой потянула меня и чуть ли не толкнулана пружинистую скрипучую кровать. От такого напора я чуть опешил, но не решился возражать, видя её серьёзную мордашку. Усмехнувшись про себя, я послушно лёг и теперь мог разглядывать её всю.

Орчиха наклонилась над моим лицом, да так, что своей грудью почти касалась моего тела. Её волосы тянулись вниз, и от них исходил приятный цитрусовый аромат. По-моему, даже немного розой отдавал.

— Тц, какой же ты неудобный...

Она внезапно оседлала меня. Платье у неё лёгкое и свободное, так что она без всяких сложностей перекинула через меня ногу.

— Не дёргайся и не шевелись. Руки по швам. Чуть решишь воспользоваться положением, добавлю ещё несколько травм. И вообще, следи, чтобы иголка в глаз не попала.

Резко покрасневшимиглазами дал знать о своём понимании этого вопроса. Девушка наклонилась к моему лицу в очередной раз. Её грудь свободно расположилась на моей, а нижняя часть её тела слегка ёрзала от работы. И ёрзала она по моему причинному месту! Звоночек тревоги резко дал о себе знать от поднявшегося там давления.

— Как же вы, мужики, — бурчала она, корпя над бровью, — умудряетесь так подставляться? Их же сплошная морока заши... — она осеклась. — Я же ясно дала понять: не трогать!

— Так я не... — начал было возражать я, но тут же замолчал, а потом продолжил бубнить уже себе под нос.

— Что ты?

Она чуть злобно заглянула мне в глаза и осмотрелась по сторонам. Увидев, что руки у меня на своих местах, она приподняла бровь, так как её что-то всё ещё трогало.

— А вот сейчас я не поняла... — пробормотала она.

Девушка провела рукой в поисках причины инашламой бугор.

Психически я, конечно, зрел, но вот тело-то у меня сейчас молодое, сексуальное возбуждение появляется в момент! Аты тут такие телодвижения устраиваешь... О чём же ты думаешь, творя подобное, дура ты эдакая?! Я же не железный...

Чуть потрогав моего дружка, Оглайлавнезапно лукаво улыбнулась, положила всю свою ладонь на причинное место и начала тереть, наклонясь головой к моему уху.

— А со своим кинжалом ты управляешься так же хорошо, как и с кулаками? — кокетливо прошептала она.

— Не знаю, — так же ответил я, — не удосужился проверить.

Она лишь ехидно хихикнула.

— Скромник, да? По виду и не скажешь... Скорее уж мне кто-то врёт. Что же...

Затянув последний стежок, она встала с меня и надавила на моё тело своей рукой.

Намёк понят. Дать девушке порулить — дело святое.

— Раз уж ты сам не знаешь таких простых вещей, то это узнаю я сама.

Девушка подошла к столу, убрала иголку в шкатулку и, лёгонько дунув, потушиласвечу. Затем она начала снимать с себя платье, наверное, думая, что я мало что разгляжу. А может и нет, всё-таки свет лун хорошо так освещал помещение, открывая моему взору прекрасное тело девушки во всей неописуемой хищной красоте, от которого у любого натурально слюнки потекут.

***

Утро у многих начинается обыденно, то есть проходит все стадии принятия: шок, отрицание, агрессия, торг, депрессия и смирение с неизбежным. Ведь дальше пора идти на работу, расставаясь с мягкой постелью. У многих, но не у таких людей, как я.

— Оглайла, — раздался натуральный рёв на весь дом, — живо спускайся вниз!

Сначала мы, лёжа абсолютно голые в кровати, не восприняли крик, поскольку находились в полудрёме. Однако, когда голос пробасил во второй раз, сонливость как ветром сдуло. Ещё несколько секунд я с девушкой потратили на полное осознание происходящего и пришли в ужас. Дочь местного владельца постоялого двора и какой-то проходимец лежат в обнимку голые в постели первой, а в комнате витает соответствующий атмосфере запах.

— Ты же сказала, — громким шёпотом произнёс я, — что твой отец прибудет только после обеда!

— Да кто ж знал... — тараторила она, быстро надевая своё платье, — что он не пить, а работать всю ночь будет!

— И что делать?

Чёртов портняжка. Найду и руки все отобью за столь неудобную одежду. Все три!

— Валить тебе надо,— чуть дрожащим голосом произнесла она, взглянув на меня со страхом в глазах. — Он всю ночь не спал. А когда он не спит, то утром ужасно раздражённый и злой.

— Понимаю, — Еле надев брюки и сапоги, я схватил одной рукой свою верхнюю одежду, а другой взялся за окно:— Как эта штука откры...

Не успел я договорить и открыть окно, как с характерным грохотом распахнулась дверь в комнату Оглайлы, раскрыв вид на стоящий на пороге шкаф. Натуральный шкаф из плоти и крови.

Полуголая девушка своими глазами-блюдцами смотрела на отца. Я, чуть затаив дыхание, тоже пялился на него. Орк своим полусонным взглядом окинул комнату. Сначала он остановился на дочери, потом на мне, затем на кровати. Через несколько секунд осознания орк уже с нарастающей яростью в глазах смотрел на меня. Руки его сжались в кулаки, а мускулы налились кровью, отчего набухли толстенные вены...

Глава 10

Немного 18+ контента для читателей с изображением Оглайлы вы найдетё на стене с комментариями книги ;) Если уедет на другую страницу - ничего. Продублируем.

Приземлившись, я чуть не потерял равновесие и не распластался в грязи, что покрывала каждый клочок земли.

«Надеюсь, окна здесь не очень дорогие...» — подумал я и поднялся с полуприсяду, раскидав осколки стекла вокруг.

— Стой! — раздался сверху рык. — Убью, сучара!

Я взглянул наверх и увидел, как орк пытается пролезть через разбитое окно вслед за мной. Однако его кое-кто сдерживал.

— Отпусти его, отец! — послышался женский голос.

А она явно не робкого десятка.

— Оглайла? — удивился орк, после чего рассвирепел ещё сильнее. — Да ты совсем ополоумела! С каким-то прощелыгой тут!..

— Ты не понимаешь, отец, — прокричала воинственная красавица и... Потянула своего батю обратно в комнату?! Вот это силища... — Ты не можешь!

— Не тебе решать, что я могу, а что нет! — орал её отец. — Отпусти меня!

— Ну, девушка довольна крепкая, — бормотал я и торопливо отряхивался, — а потому сумеет задержать его на какое-то время. А мне надо валить к хренам отсюда, да как можно быстрее.

Я уже было побежал, но резко остановился, так как чуть не наступил на одну из свинок, что жили в этой части постоялого двора.

— Хрюндель, не мешайся, — Я слегка пнул его и чуть сузил взгляд, дабы напугать.

Животинка хрюкнула мне в ответ, после чего отошла не спеша в сторону.

То ли мне пожелали удачи, то ли посмеялись над моей попыткой прогнать. Какое-то двоякое ощущение...

Зацепившись за последнюю мысль, я лишь смущённо потёр нос и покачал головой. Ну да. Я не похож на ту стену из плоти и мускулов, которой является их хозяин.

Услышав очередной окрик сверху, я быстро ретировался из этого местечка.

Во время бега мой разум витал где только можно: от воспоминаний прошедшей ночи до мыслей о будущих свершениях. Лишь через полминуты сообразил, что на мне лишь штаны да ботинки. Чертыхнувшись, я наспех начал надевать рубашку и зацепил торчавший из живота кусок стекла, отчего по телу прокатилась волна неприятной боли. Вот жешь... Это что, адреналин так заглушил ощущения?

— Твою ж... Едрёна вошь, да через прогиб, да об стену хреном! — ругался я, вытаскивая осколок. — Только кровавого шлейфа мне тут для полного счастья не хватало...

Вытащив и выкинув кусок стекла куда-то в сторону, я наконец надел рубашку, по которой тут же начало расползаться кровавое пятно.

— Ну твой же рот наоборот! Теперь ещё и на одежду новую тратиться... Как же, твою дивизию, неоднозначно утро началось-то... — пробормотал и вздохнул я, после чего, не обращая внимания на ошалелые взгляды окружающих, побежал дальше.

Думая о том, кто бы мог зашить мне дыру в животе, я сразу вспомнил эльфийку Тога, его жену. Она точно мастерица. В этом я даже не сомневался. После нашей драки Мясник щеголял аккуратными швами на руках и морде. Сам он бы вряд ли умудрился такое провернуть, хотя чем чёрт не шутит...

С этими мыслями я побрёл в сторону дома Мясника.

***

Внешний двор, как обычно, полнился суетой. Люди Тога таскали какие-то ящики из повозки, а сам торгаш стоял рядом и руководил процессией.

— Пошевеливайтесь, ленивые задницы! И не уроните ничего! Посмеете, житья вам всем не дам! О, — завидел он меня и лукаво улыбнулся, — а вот и наш пропащий кочевничек объявился. Что, решил новое жильё себе подыскать?

— Не то что бы... — замялся я, потирая нос, и указал головой на рану. — Просто задержался кое у кого на ночь.

Завидев окровавленную рубашку, мясник подошёл с хмурым видом и поддержал меня.

— Это ж кто тебя, чемпиона нашего кулачного, так отметелить сумел? — чуть скосился он на мою зашитую рану на лице, давая понять, что в курсе вчерашнего вечера. — И главное, где?

— Да так, — пожал я плечами, слегка стушевавшись, — в доме у одного орка местного.

Тог резко остановился. Я взглянул на него и увидел широко раскрытые глаза и чуть побледневшее лицо.

— Всё настолько плохо, что ли... — задал я мяснику вопрос, чуть съёжившись.

— Пацан, — очнулся Тог и тихо заговорил, — прошу, скажи мне, что ты не у Торгада Барни получил эту дыру.

— Тебе правду сказать, — пробормотал я, чуть поморщившись, — аль мне лучше соврать? Для общего же блага?

— Да гоблиншу тебе в тёщи! Ну и угораздило же тебя с ним связаться... Так! — Мясник повернулся к своим горе-работничкам и закричал куда громче. — Быстро заканчивайте работу и валите отсюда! Вы ни хрена не видели и ни хрена не слышали, вам ясно?!

Те не смели перечить и, кивнув, ускорили разгрузку товаров.

Явно ругаясь про себя всеми известными ему матами, Тог дотащил меня до кухни и, окрикнув свою жёнушку, куда-то ушёл. Однако не успел он выйти из комнаты, как наткнулся на свою красавицу, которая явно была не в лучшем настроении.

— Что за шум, — недовольно спросила Орсана, держа руки за спиной.

— Алекса подлатать нужно, — чуть нервно произнёс Тог и указал на мою рану.

Та, взглянув на неё, ещё сильнее нахмурилась. Я лишь скромно помахал ей ладонью в знак приветствия, на что она лишь раздражённо цокнула и стала что-то искать в шкафчиках.

— Так что случилось-то? — ворчливо произнесла она, перебирая вещи внутри.

— Этот придурок с Торгадом повздорил и что-то с ним не поделил, вот и получил от того затрещину, да ещё какую. Ты, пацан, — взглянул Тог на меня и фыркнул, — ещё легко отделался. Если бы что с его двором натворил, живым бы не выбрался.

— Как ты дыру получил, — спросила тёмная эльфийка, тихо ворча на захламлённость шкафов. — Руками её нелегко проделать, даже если ты орк. В противном случае давно копыта отбросил бы. Кулаки-то у него размером с твою голову.

— Да так, — отмахнулся я, — за кусок стекла из разбитого окна в его постоялом дворе зацепился, пока сваливал оттуда. По дороге вытащил его и кое-как до сюда добрался.

— Вот же жопа да на пике! — странно выругался Мясник. — Это хреново. Нет, не так. Это очень хреново! Даже воры туда не лезут без лишней надобности, не говоря уже о том, чтобы сломать что-то внутри. А тут ты, горе-идиот, что вечно ищет приключения на свою задницу. Этот здоровяк любого на тот свет не один раз отправит, и хрен супротив него что скажут.

— А из-за чего весь этот сыр-бор? — сказала эльфийка, доставая коробочку из шкафчика. — Нашла.

— Да-а, — я смущённо потёр нос, — тот завидел меня рядом с Оглайлой, дочкой его. Вот и взъярился на меня.

— Так, погоди. — взмахнул Тог рукой, явно усиленно переваривая получаемую информацию. — А какого хрена ты вообще рядом с Оглайлой делал у него дома?

— Встретились мы в библиотеке, разговорились, — сказал я, пожав плечами. — Поговорили об особенностях орочьей расы, сравнили с другими. Ничего криминального.

— А откуда разбитое окно? — прищурился он. — И за что тот решил тебя прикончить?

— Так в комнате её мы и обсуждали. Девушка в гости пригласила да вкусностей отведать принесла. А тот с работы пришёл и, как оказалось, всю ночь пахал, а потому злым чертякой вернулся, что песец.

Чуть прищурившись, жена Тога продела нитку в иглу.

— Всё с ним понятно, — сказала она раздражённо и скривилась. — Этот больной на всю голову с Оглайлой переспал, а потому скоро с ним кончат, как и с предыдущим хахалем, что так же больным на голову был.

— Как переспал?!

— Как кончат?! — всполошились мы с Мясником одновременно.

Не слишком понимая всей сути происходящего, я уставился на иглу в руках эльфийки, а Тог с глазами блюдцами смотрел на меня.

Я-то думал, тут страна свободных нравов! Вон как меня Оглайла окучивала полвечера. Какие-то вещи придумала, лишь бы к себе в дом заманить. А ведь их, как оказалось, не оказалось!..

— Ложись спиной на стол, сейчас тебя подлатаем, — сказала Орсана.

Чуть потупив, я послушно лёг. Женщина открыла баночку с каким-то раствором и пустила туда небольшую тряпочку. Потом, выжав, она протёрла ею рану, после чего вонзила иглу. По запаху я бы сказал, что это какая-то смесь ромашки и чего-то дрянного.

— Отвечаю на твой вопрос, муженёк. От этого идиота во всю разит духами с запахом цитрусов и роз, которые в этом городе используют только две личности: жена князя де Клиффорда и дочь Торгада. Я, конечно, не высокого о тебе мнения, — взглянула дроу (наверное) в мои глаза, — но думаю, что в тебе есть те минимальные зачатки здравого смысла, чтобы понять очевидное: решение переспать с Сисилией де Клиффорд — это путь, ведущий на плаху, если не хуже. Да и вряд ли ты бы смог за короткий срок такое провернуть, учитывая то, что она живёт в верхнем городе... А потому остаётся лишь Оглайла, о которой ты не должен был знать слишком много из-за своей необразованности и недавнего прибытия в город. Зато встретить её в разы проще. Что же до твоего вопроса, то тут всё просто: этот орк ценит свою дочь превыше всего на свете, а потому за свою «розочку» отправит к праотцам любого, кто на неё покусится. Прошлого ухажёра тот размазал по всей улице. Буквально. Неделю люди её потом очищали. Вот и вся история, в конце которой Торгаду даже пальцем не погрозили.

На этом Орсана закончила пояснение, и комната погрузилась в безмолвие. Тишину нарушали лишь работа над моей перевязкой и уличная суета. Тог, явно размышляя о последствиях, всё не переставал тереть виски. Хозяйка же продолжала без всяких эмоций зашивать мою дыру, не проявляя какой-либо инициативы в продолжении разговора. Я же, думая о том, как быть, просто лежал, сжав от боли зубы, в ожидании конца операции.

— И что мне делать... — тихо спросил я.

— Валить на хер из города! — ответили муж с женой в унисон, а потом Тог продолжил: — После того как ты умудрился ТАК вывести из себя Торгада, житья тебе здесь более не будет. Тебе повезёт, если просто убьют и забудут, как о неприятной истории. Но это если ОЧЕНЬ СИЛЬНО повезёт!

Кивнув ему в ответ, я откинул голову назад и расслабился.

Ну, раз проблема имеет решение, то волноваться бессмысленно. Пока летишь в пропасть, расслабься и получай удовольствие.

Я усмехнулся последней мысли про себя и вновь впал в бездну размышлений.

***

Закончив с раной, хозяйка протянула мне собранную Мясником сумку с едой, водой и одеждой и посоветовала уходить отсюда, пока есть возможность и чтобы не накликать на себя лишнюю беду.

Кивнув, поблагодарил за всё то, что они сделали для меня, и Орсана, ничего не ответив, ушла. Я неловко улыбнулся и, подойдя к Тогу, протянул руку для рукопожатия, а он накинулся на меня с объятиями.

— Там, конечно, мало, — начал шептать он мне на ухо, — но на некоторое время хватит.

Поняв, что речь про деньги, которые ему, по всей видимости, запретили мне давать, я чуть не прослезился и покрепче обнял старого торгаша.

— Можешь не переживать и к вечеру приготовить еду ещё на одного человека.

— А ты куда намылился? — слегка удивился Тог. — Страх совсем потерял, что ли?

Ну, его понять можно. Не каждый день разыскиваемые люди не пытаются даже банально спрятаться посреди бела дня.

— В библиотеку, — пожал я плечами. — Там, говорят, безопасно.

— План дерьмо, но там тебя действительно не достанут. Какое-то время. Место особое, никто ни бузит и не вредничает. Правила помнишь? — похлопал он меня по плечу. — Только будь осторожнее там, хорошо?

— Хорошо, буду, — ответил ему с улыбкой. — Денег на неделю с лишним хватит. Глядишь, громила успокоится.

Я кивнул ему на прощание и, выйдя на улицу, побрёл по своим делам.

***

— Ты слышала, — спросила девушка подругу.

— Ты про двор Торгада, — видимо, уже слышав эту историю от кого-то другого, уточнила та.

— Да, — кивнула первая. — Скажи же: ну разве не романтично?

— Конечно! — чуть воскликнула собеседница. — Заполучить сердце Оглайлы, но столкнуться с её отцом и его прихвостнями, да ещё и уцелеть после жесточайшей битвы с ними и сбежать — это же... Ах, как романтично!

Я от кого-то где-то слышал (вроде это было ещё в детстве), что быстрее света разлетаются лишь слухи. Что же, могу с уверенностью заявить, что правду говорят эти люди. И полдня не прошло, как все в городе, казалось, уже знали о случившемся ночью и утром. И такое ощущение, словно это всё происходило не в комнате орчихи, а у всех на виду.

— Я такое видел, ты даже не представляешь себе! — сказал какой-то мужик, активно маша руками.

— Что случилось, — лениво спросил собеседник.

— Я сегодня утром заходил по делу на постоялый двор к Торгаду. Заказал еды и выпивки и вдруг смотрю: рядом с дочуркой его, Оглайлой, мужик какой-то стоит да окучивает её. Здоровенный такой, даже больше самого орка.

— Да ты брешешь, — воскликнул тот. — Никто не может быть крупнее Торгада!

— Не брешу! Рост во-от такой, а мускулы во-от такие! Ручищи, как две мои! Про ноги и говорить не стоит... Как все мои три! Я тоже тогда удивился этому. Не успел я спросить об этом тех, кто уже какое-то время там сидел, как внутрь зашёл хозяин двора. Увидев их вместе, он так рассвирепел, что тут же пошёл с кулаками на этого мужика. А тот как взял стул, на котором сидел, да как по башке его хрясь! — сымитировал удар мужчина. — И убежал наружу. Пока Торгад приходил в себя, его и след простыл.

Я зацепил ухом ещё один разговор.

— Так что же, Торгада какой-то верзила одурачил?! — сказал извозчик.

— Может быть. А может ещё что, не знаю, — пожал плечами грузчик. — Знаю лишь то, что после этого на доске объявлений в центре города теперь висит запрос о месте его нахождения. Награду обещают в двадцать серебряных.

— Ого! — присвистнул собеседник. — Торгад совсем из ума выжил, раз из-за ничего столько решил заплатить за поиск громилы.

— Ну, ты же знаешь, как тот о своей дочурке печётся. Так что неудивительно.

— Кстати, — мужчина чуть повернулся и посмотрел в мою сторону, — а это не тот, про кого ты говорил?

— Хм-м-м... — чуть замявшись, задумался рассказчик. — Не уверен. Тот был здоровее этого. Впрочем, действительно похожи.

Слушая подобные разговоры то тут, то там, я посмеивался про себя, представляя выражение лица орка, узнавшего про эти слухи. А вот не фиг лезть в мои с Оглайлой честные и частные дела! Ну, подумаешь, переспал я с его дочуркой. Не беситься же из-за этого, верно?..

Дойдя до библиотеки, я привычно поздоровался с Констиниусом, который смотрел на меня с лёгким прищуром и на мои слова, что я пришёл за новыми знаниями, лишь усмехнулся и побрёл по своим делам. Я же, пожав плечами, взял очередные манускрипты и фолианты с книжных полок и сел на привычное место.

Спустя некоторое время, примерно к полудню по моим внутренним часам, когда я читал текст о пользе различного рода минералов в хозяйстве, меня вдруг накрыла тень. Да такая, что перекрыла весь солнечный свет, льющийся из соседнего окна. Чертыхнувшись про себя, я повернулся и встретил знакомое клыкастое лицо. Барни Торгад собственной персоной. Весь красный от гнева, он смотрел на меня как питон на кролика. Оглядев орка, я подумал, что его руки вот-вот лопнут от напряжения горы мышц в них. В конце я стойко встретился с суровым взглядом отца Оглайлы.

— А ну-ка, ублюдок... — процедил орк сквозь зубы и кивнул в сторону двери. — Пойдём-ка... Поговорим по душам.

— Если тебе есть что сказать, — чуть развернув кресло, я откинулся на его спинку и закрыл фолиант, держа его перед собой, — то ты вполне можешь и здесь всё высказать. Я не против.

— Сопляк! — взревел тот. — Клянусь, что я вытащу тебя за шкирку, если сам не решишься пойти на выход!

— Да пожалуйста, — лениво фыркнул я. — Только знай, что я скорее решу пойти работать в угольные шахты и красить траву, чем решу по доброй воле биться с ТОБОЙ на смерть.

— Да ты знаешь, с кем хоть говоришь, выкидыш гиены?!

— Вполне представляю, — пожал я плечами, — а также вполне представляю, что супротив князя тебе лезть не с руки.

— Молодой человек прав, — раздался издали голос Хранителя, который то ли с интересом наблюдал за сим спектаклем, то ли ждал момента, дабы всех выгнать вон. — Закон есть закон, и никто не смеет оспаривать его.

— Трус, — взревел орк, — жалкий трус, что даже свои слова делом доказать не может!

— Ну почему же сразу трус? — я приподнял бровь и указал на себя. — Может, это Я даю тебе шанс уйти без единой сломанной конечности, а ты от него отмахиваешься. Оглайле же не слишком понравится тот факт, что её отцу сломают руки-ноги, так что... Не принимаешь мою благосклонность, а жаль.

Я прям видел, как у него натурально лопнули сосуды в глазах, когда я упомянул его дочь. После этого Торгад заорал на неизвестном мне наречии, но, судя по интонации, обкладывал он меня трёхэтажным матом точно. Даже Констиниус прищурился, услышав это.

Я призадумался на некоторое время.

Хм-м-м... Видимо, рогатый ублюдок дал мне понимание не всех языков. Это даже хорошо. Так немного легче вписаться в местную атмосферу. Всё-таки не хочется слишком сильно выделяться. Роста, цвета кожи и мутного происхождения уже хватает с лихвой.

— Слушай сюда, кусок вонючего козлиного говна, — заговорил со мной Барни, чуть успокоившись. — Я могу прямо сейчас тебя взять за шею и раздавить её к хренам. При этом ни одна книжонка в этой библиотеке не пострадает. Усёк?!

— Ну так вперёд! — Я положил фолиант на стол, расслаблено раскинул руки и спокойно произнёс: — Сделай это, раз можешь.

— Если хоть одна капля крови этого кочевника попадёт на одно из вместилищ знаний, — начал Хранитель, указывая на орка пальцем, — я лично проконтролирую, чтобы участь кормить свиней или копать двадцать лет землю и долбить камни в окрестных шахтах была для тебя небесной благодатью.

Орк со всей свирепостью взглянул на старика, вновь напрягая мускулы. Надо отдать должное дедуле, оказался не из пугливых. Даже не дёрнулся при выходке здоровяка и со стойкостью бывалого вояки смотрел на разозлённого до костей Барни. Тот же, видя, что реакции от Хранителя библиотеки не будет, плюнул на пол, развернулся и направился к выходу.

— Ты не будешь сидеть здесь целую вечность! — прорычал мне орк, уходя всё дальше. — Рано или поздно тебе придётся вылезти из своей норы, и вот тогда-то мы поговорим!

Закончив свою тираду, Барни Торгад демонстративно хлопнул дверью, и наступила тишина, которая и должна быть внутри библиотеки.

Я взглянул на Констиниуса, но тот лишь покачал головой и пошёл по своим делам, не забывая по дороге что-то сердитое бубнить.

— Э-э-эм... Господин Хранитель... — с лёгкой улыбкой обратился я к старику.

— Чего тебе, пацан? — обернувшись, выплюнул он с ноткой брезгливостью.

— У вас же есть в библиотеке чёрный ход, да, — с надеждой спросил я, ибо знал, что такие должны быть в каждом приличном заведении.

— Допустим, — подтвердил старик и сложил руки за спину, безразлично смотря на меня. — И что с того?

— Могу ли я им воспользоваться? — сложил я руки в молитве, на что Хранитель лишь приподнял бровь. — Мне очень и очень надо.

— Даже не думай, — покачал он головой, — он не для общего пользования.

— Ну пожалуйста! — начал я умолять. — Меня же со свету сживут и не поморщатся!

— Твои дела меня не... — Старик вдруг остановился, о чём-то задумался на миг и произнёс: — Со свету, говоришь?

— Да, со свету, — кивнул я и, как распоследний утопающий, ухватился за протянутую спасительную соломинку. — Прошу вас.

Чуть подумав, Хранитель внезапно улыбнулся той самой улыбкой, которая до жути и боли мне знакома. Подобную мне демонстрировал один подземный мудак, от которого добра не жди. После неё, улыбки этой, лучше сразу валить, пока не поздно.

— Я могу позволить тебе пройти через чёрный ход, — заговори он с лёгким прищуром и лукавством , — но только при одном условии.

— И каком же, — с таким же прищуром спросил я.

Склизкий гад, как змея.

— Идём со мной, — Старик развернулся и поманил рукой. — На месте расскажу и покажу.

Со скребущими на душе кошками я побрёл за ним, ругаясь про себя. Нет, так просто меня не отпустят. Это я печёнкой чую. Какая-то подлянка сто процентов будет.

Мы шли по коридорам, которые, казалось, ещё больше покрылись плесенью, чем те, какие я уже видел. Пыль сильно сушила воздух. Пристально смотря по сторонам, обнаруживал в некоторых углах паутину.

Интересно, а книжных червей тут, случаем, не водится? Другой же мир, все дела.

Всю дорогу меня не отпускало чувство неправильности происходящего. Этот старикашка явно задумал какую-то подлянку потехи ради. Вот только я не понимаю мотива. Для него я никто и звать меня никак. Зачем ему тратить на какого-то там кочевника время и нервы?

А ещё меня не отпускала мысль о том злополучном «шпийоне», который и сегодня пребывал в библиотеке и чей взгляд я периодически чувствовал, хоть и мгновение. Не-е-е, господа присяжные. Здесь явно какая-то мутная вода бурлит, вот только какая?

Пройдя меж полок, столов и столбов, мы подошли к запертой комнатушке с небольшой деревянной дверью с громоздким металлическим замком на ней. Хоть тот и покрылся небольшой ржавчиной, сломать его было бы практически невозможно.

Достав связку ключей, Констиниус отворил скрипучую дверь, и мы вошли внутрь. Мне пришлось даже немного пригнуться, поскольку проход был даже ниже, чем те, через которые я в этом здании ходил.

— Взгляни в сторону самой дальней стены, — начал Хранитель чуть тихо, попутно зажигая местные факела из воска на стенах своей свечой. — Видишь возле неё книги?

Я посмотрел и, угукая, кивнул. Книг здесь, конечно, до хрена и больше. Да и просто каких-то ящиков не меньше.

— Вот за ними и находится чёрный ход, — с лёгкой ехидцей сказал старик. — Твоей задачей будет вынос, сортировка и разложение всех здешних книг по нужным полкам. Как справишься, открою дверь и можешь идти на все четыре стороны.

В конце он, чуть пожав плечами, с улыбкой чеширского кота взглянул на меня в ожидании моего решения.

Хлопая глазами, я в недоумении смотрел то на старикашку, то на всю эту кучу хлама. Через пару раз остановился.

— Старик... — тихо прошептал я, скосившись на горы вещей перед собой, — так здесь же работы недели на две, если не больше...

— А тебе так хочется побыстрее на том свете оказаться? — старик жутко улыбнулся. — Я могу это устроить.

— А есть и пить-то мне что, — воскликнул я.

Твою ж дивизию. Вот же падла морщинистая. Ловушка Джокера это, не иначе. Нужны знания, нужны знания... Тьфу ты! Валить надо было вон из города, как мне старина Тог с Орсаной советовали, но нет же... Информация для нас важнее! Мы умные, мы знаем правила, мы читали свод законов и статистику преступлений в ежегодном отчёте княжеских опричников.

Ладно, хрен с ним. Во всём этом есть свои плюсы. Судя по реакции орка, в библиотеку действительно дебоширить никто не лезет, что облегчает мне выживание в данной ситуации. Но я не понимаю: почему к практически всеми игнорируемому зданию такое почтение и уважение?.. Это из-за местной стражи и приказов князя такие настроения или же здесь кроется нечто большее?

Глава 11

Книги, книги, книги, книги... Одни сплошные книги!

Я здесь уже две недели, но даже спустя столько времени не разобрал и половины всего этого хлама! Сколько же здесь всё валялось без дела? Годы, что ли?!

Я устало вздохнул. Скоро эта бумага по ночам мне сниться будет, ей-богу. Как Хранитель не свихнулся ещё, постоянно находясь здесь, ума не приложу.

— Э, не, господа, — покачал я головой. — Хоть вы лопните, хоть вы тресните, но это всё я разберу! Потом ещё и старикашке всё выскажу по этому поводу!

Одно радует: во всём этом царстве безумия, в этой библиотеке я хотя бы в безопасности. Не, конечно, в случае чего я легко поколочу любого преследователя, что вздумает за мной шататься в этом треклятом городишке, но только вот вступать в смертный бой с этим чёртовым Торгадом мне не с руки. Этот гигант с грудой мускулов порвёт меня на куски и даже не заметит! Хотя, если применить внутреннюю энергию, то... Тц. Это чревато последствиями. А я ведь так хорошо устроился...

— А ещё могу со спокойной душой и в спокойной обстановке стабилизировать то дерьмо, что находится у меня в голове вместо мозга, — выругался я.

Ведь и правда. Я на Земле и я здесь — два разных человека. Ментально, а не физически. Проигрыш рогатому ублюдку постоянно царапал моё эго. Если бы он просто меня убил, было бы куда проще... Но он добрался до самого сокровенного, давным-давно похороненного и забытого. Тварь... И я повёлся... И вот я здесь...

Куда-то пропал тот стержень бывшего следователя с железной психикой. Пропал и стержень бывшего бойца спецотряда Альфа, в котором я служил до вынужденной пенсии в отделении министерства внутренних дел. Исчез из меня и прагматичный, жестокий и устремлённый демоноубийца, что расцвёл на фоне всякой нечисти ранее сокрытого от меня мира. Там, за изнанкой скрывалось то, о чём простые люди и представить не могли. Разве что в фильмах или книгах порой описывали нечто близкое к жестокой реальности, творящейся за порогами их домов. Воля случая приоткрыла завесу правды, что навсегда изменила мою жизнь.

Реальность порой отвратительна. Я старался... Изо всех сил старался сделать мой мир лучше и чище. Я использовал ранее недоступные мне знания и эти руки-убийцы, чтобы другим не пришлось жить в бесконечных муках. Но меня обыграли... Превратили из боевого офицера в жалкую пешку. Но я-то знаю: главное — дойти до конца шахматной доски и ситуация может круто поменяться.

Нужно лишь привести мозг и чувства в порядок. Играть придурка — много ума не надо. Важно не заиграться и двигаться вперёд.

Очищая очередную книгу от пыли, которую достал из деревянного ящика, я ещё раз обмозговал всё происходящее. Этот мир — та ещё головоломка, которую придётся разгадать, чтобы дойти до финала. Чем больше думаю об этом, тем больше замечаю странностей вокруг.

Перво-наперво нужно отметить, что количество посетителей библиотеки увеличилось. Не без моей помощи, конечно. Начал предлагать деньги за разного рода информацию о мире снаружи и просто за еду. Мелюзга быстро сообразила, куда ветер дует, а потому и требовала чуть ли не втридорога, но где наше не пропадало, согласитесь? Спасибо старине Тогу. Без его мешочка с денежками пришлось бы туговато.

Из того, что я понял: в городе суета полнейшая. Чёртов орк до сих пор не успокоился, а потому мутил воду везде, где только мог, и нередко вызывал недовольство у всех, с кем вёл дела.

С одной стороны, это чертовски проблематично, поскольку его прихвостни явно нечеловеческой натуры вечно мельтешат перед входом в хранилище, и не похоже, что в ближайшее время они прекратят этим заниматься. Можно, конечно, попытаться их перекупить, но что-то мне подсказывает, что подлетевшая до сорока серебряных награда за мою тушку — штука довольно соблазнительная. А это ведь даже не предел. Чувствуется, что подлететь может и до пятидесяти, и даже больше. Благо в библиотеке никто лишний раз руками не машет. Пристальный взгляд господина Констиниуса заставляет поумерить свой пыл даже самых отбитых, за что я ему благодарен, хоть и выглядит это подозрительно. Тот, впрочем, лишь пожимает плечами на мои удивлённые взгляды.

С другой же стороны, пусть этот придурок орк продолжает мутить. Я без понятия, какие у него есть связи, раз до сих пор его не повязали, но чует моя душа, что ненадолго всё это. Рано или поздно к нему придёт разъяснительная бригада просветлённых коммунистов и скажет, что есть истина, а что ложь.

— И если есть те, что заходят в гости к тебе, — напел я изменённую строку песни, — то найдутся и те, что придут за тобой.

Ко мне, кстати, приходил мальчуган от Мясника. Бойкий паренёк, что диву даёшься, но оно и понятно. Если бы от союза этого торговца и его жинушки дроу (всё-таки тёмная. Из книг узнал.) произошёл кто-то менее активный, то тут бы я удивился.

Мы немного поболтали, и паренёк передал от родителей домашнюю еду, а ещё от отца небольшую записку, содержание которой можно свести к «Не высовывай нос, чудила!». Видимо, что-то происходит там у него, о чём я не знаю. Что же, раз просит, то почему бы и не исполнить его просьбу?

Попрощался с мальцом, отнёс вещи в кладовку и принялся за очередную коробку. Отнёс её к стеллажам, дабы там уже начать сортировку книг. Фолианты, пергаменты, свитки, книги, простые бумажки — здесь этого добра полно. Как-то раз (пять дней назад, если быть точным) меня это всё окончательно доконало. Я буквально чуть не пнул какой-то ящик, благо вовремя опомнился. На эмоциях я решил забыть о сортировке и просто с умным видом положить всё это добро в случайные места. Ох, я тогда получил от хранителя так, что капец. Этот старикан весь день брюзжал на меня и мои «аналитические способности», проклинал меня и мою семью до седьмого колена и не раз повторял: «Не хочешь работать на совесть, тогда катись отсюда!»

Пришлось чуть умерить свой пыл, хотя на Констиниуса я ещё дня два потом дулся. Однако нет худа без добра, как говорится. Я начал изучать то, что сам же и находил в этой куче добра. Стал читать, изучать, анализировать и сравнивать с тем, что уже и так знал об этом мире, и проводить аналогии с Землёй. По мере сего действия я всё больше убеждался в правоте своих ранних мыслей и начал ещё больше воспринимать этот мир, как наше Средневековье, но только с причудами.

— Правда, потом раз десять пришлось перепроверять полки, которые я заполнил книгами от балды... — вздохнул я, вспомнив тот эпизод.

Старик меня чуть ли не палкой гонял туда-сюда, заставляя проверять, перепроверять, потом снова проверять и заверять.

Закончив разбирать коробку, я потянулся и вышел из кладовой, дабы немного размяться. Хранитель, конечно, в такие моменты вечно смотрел на меня с лёгкой ноткой подозрения, но не вмешивался, понимая, что это всё необходимо. Иначе совсем загнусь. Не то чтобы он волновался о моей жизни, просто не хотел потом убирать мою «жирную тушку» с пола библиотеки. Когда я это услышал от него, то сильно возмутился.

— Какая «жирная тушка», старик?! Во мне под два метра ростом! В этом теле только кожа, мясо и груда мускул! Ну, и интеллекта ещё выше крыши, — напыщенно произнёс я, уперев руки в боки.

Старик с иронией взглянул на меня, осмотрел, после чего фыркнул:

— Да такого «здоровяка», как ты, даже в армию не возьмут без хорошей подготовки. А об остальном, — он махнул рукой, — можешь даже и не мечтать.

Поворчав на него больше для виду, я отпустил Хранителя с миром. За столько времени я уже успел с ним познакомиться и мог понять, когда тот серьёзен, а когда просто «режим старика» включает. Дедок-то он неплохой, просто, видимо, из-за службы ранее чуть очерствел, а потому такой нелюдимый. Ну ничего. Пара баб из любого добряка сделают, это уж точно!

— О, Алекс, — услышал я со стороны, пока проводил растяжку, — здорова!

— А, Рандел, — пожал я руку улыбающемуся блондину, — и тебе не хворать. Снова пришёл о зверье читать?

— Ага, — кивнул парень, — для наследника охотничьего дела отца эта информация крайне важна.

— Так чего у него не спросишь? — подивился я. — Обычно знания так и передаются: из поколения в поколение, от отца к сыну.

— Захворал отец мой, — вздохнул Рандел. — Он вот уже дня три как с постели не встаёт и весь в холодном поту. Боюсь, как бы не помер раньше времени.

— Понимаю, — кивнул я. — Сожалею.

— Не стоит, — Рандел отмахнулся. — Лучше скажи, где можно ещё что-то найти. А я, как всегда, поведаю о делах мирских.

— Это мы завсегда, дружище, — я хлопнул парня по плечу, — это мы завсегда...

Рандел — один из немногих, кто по доброте душевной делится со мной информацией о происходящем в городе. Со своей же стороны, я всячески помогаю ему получить нужную информацию и предоставляю необходимые книги и фолианты, дабы он узнал чуть больше. Толковый малый выйдет. Телом он может и не под стать орку, но душа и живой ум имеются.

Вообще, паренёк этот из соседней с городом деревушки, что рядом с лесом находится. Он из семьи потомственных охотников, что промышляют этим уже не одно столетие, и, как я вижу, прерывать традицию не спешит. А жаль. С его-то скоростью усваивания информации ему место где-нибудь повыше. Ну, он сам свою судьбу выбрал. Не мне в неё лезть. Хотя разок я ему про это сказал, на что он попросту отмахнулся со словами: «Есть люди и получше меня».

— Ну, рассказывай. — Мы присели за стол. — Что нового можешь поведать?

— На самом-то деле много чего, — ответил блондин. — Начну, пожалуй, с наиболее важного. Как я смог узнать, на постоялом дворе Торгада произошла большая такая потасовка.

— Это я слышал, — кивнул я. — Вроде подозревают людей Тога, я прав?

— Да, всё так. Доказательств, конечно, никаких нет, но стиль примерно похожий. Как я слышал, этот орк потом ещё несколько дней ходил хмурый как туча.

— И что? Он ни черта не сделал?

Непохоже на него... Если верить слухам.

— Почему же?! — удивился парень. — Сделал, и ещё как. С Тогом Мясником затеял драку.

Я сильно ударил по столу, из-за чего Рандел вздрогнул, а я получил укоризненный взгляд Хранителя, который успешно проигнорировал. Вот же сволочь! Тог сам ни при делах, так какого чёрта?!

— И что же? — уточнил я, мрачно смотря в стол. — Что с Тогом?

— А что Мясник, — пожал плечами блондин, — жив-здоров, вот только с парой синяков всё же ходит. Дрались они всего ничего, так как из-за произошедшего ранее за Торгадом теперь вечно стража бдит. Остановили их почти сразу. Да и тому от Тога досталось. На руке теперь шрам останется.

— Что с семьёй его?

— Всё по-прежнему. Барни не осмелился к ним лезть, а иные и так не собирались этого делать. Так что живут тихо-мирно.

— Хорошо, — кивнул я с облегчением.

Если бы из-за меня с ними что-то случилось, то лично придушил бы эту скотину многометровую! Старине Тогу и так из-за меня досталось, а если бы ещё и Орсану с детьми задело...

А вообще, Тог тоже хорош! Тут такое у него творится, а даже меня в письме не позвал на вечеринку. Видимо, решил, что и сам справится. Так дела не делаются, дружище!

— Что с Оглайлой?

— С дочкой-то орка? — Рандел усмехнулся. — Пропала она.

— В смысле? — выпал в осадок я. — Как это пропала?

— А вот так! — развёл руками парнишка. — Вот уже неделю, как её никто не видел на публике. Подозреваю, что та сидит у себя во дворе и либо её сам Торгад там запер, либо сама назло ему из комнаты не выходит.

— Это в её стиле, — усмехнулся я. — Эта девушка любит брать верх в любой ситуации. Раз силой взять не выйдет, будет действовать вот таким вот образом.

— Соглашусь, — кивнул парень. — Многие бабы так себя в принципе и ведут. Знавал я одну девушку из моей деревни... Она вообще ходячий цирк! Постоянно то на место всех пыталась ставить, то включала обиженку и шла жаловаться старосте.

— Бабы... — вздохнули мы с Ранделом одновременно.

Мы ещё немного поболтали, а потом я принёс ему необходимую литературу и сказал, что мне пора, ибо дел ещё невпроворот.

— Вот ещё что, — внезапно вспомнил блондин. — Недавно в княжество вторглись дезертиры, а потому был издан указ об охоте на них.

— Дезертиры? — опешил я. — Вторглись?

А вот это что-то с чем-то... Вторгающиеся на свою же территорию дезертиры... Это ж надо! Ладно бы на территорию врага лезли бы, дабы там потом отсидеться за решёткой, но нет же! У нас тут какая-то своя «освободительная армия» во всей красе.

— Да. Подробностей я не знаю, но даже за пределами города всё неспокойно, так что...

— Ладно, — я похлопал парня по плечу, — прорвёмся. Ты, главное, за дорогой следи. Разбойников в такие времена становится на порядок больше.

Он поблагодарил меня за беспокойство, и я напоследок отсыпал ему пару серебряных за переданный под столом свёрток с запасной одеждой невыразительных тонов, после чего пошёл по своим делам.

Вообще, на всё про всё денег от Мясника мне бы не хватило. Это вскрылось после того, как мы с Хранителем вместе потом обмозговали весь объём работ в кладовой. Вещей там вагон и маленькая тележка, а запасов еды у меня не так много. Тот, понимая, что либо мне надо быстрее заканчивать, что невозможно, либо как-то суметь себя прокормить, решил меня содержать на свои кровные. Двадцать серебрушек в месяц — это ого-го! На моё возмущение «А что так мало?» тот решил не церемониться и наглядно показал, кто тут хозяин положения и с кем лучше не пререкаться.

***

Время неумолимо шло вперёд. Я более-менее взял себя в руки, свыкся. Город Лейден, в котором я всё так же живу и не тужу, чуть подуспокоился и вернулся в прежнее русло. Если и бывали какие-то потасовки, то ко мне они не имели никакого отношения. Это местное хулиганьё мерялось, у кого больше и толще... Кишка, разумеется.

Из библиотеки я носа своего особо и не высовывал, хотя размяться и отдохнуть от бесконечного перебора коробок уж очень хотелось. Однако, как только я пытался выйти, старый добрый шкаф с мускулами по имени Барни тут же появлялся. Громила всё не желал успокаиваться. Понимая, что драка ни к чему хорошему не приведёт, я и не спешу наружу. Меня нынешней жизни практически всё устраивает.

Кстати о разминке: надо будет потом на арену кулачную сходить. Ибо, ишь ты, новый Чемпион там появился! А про меня что, все и позабыли уже?! Непорядок, господа! Шлите его ко мне! Я его по стенке размажу, ибо я не я, если этого не сделаю! Зря, что ли, тренировочные комплексы упражнений провожу да бои с тенью каждый вечер? Заметил, что тело страдает после переноса и омоложения и лишь тяжёлая физическая нагрузка позволяет успокоиться и прийти в тонус. Правда, пока у меня тут иное поле боя — литературное. Если правильно подойти к делу, то даже из чтения древних фолиантов и свитков можно сделать преинтересное занятие. Честное слово, книги есть лучший друг человека! Они не кусаются, не брыкаются, небольшого размера и очень вежливы к читателю. Заесть их, правда, нечем, но говорят, что если заедать прочитанное, то не усвоишь ничего, кроме еды. И тут гадай сам: хочешь ли ты восполнить желудок физический, либо же заняться ментальным. Выбор, как говорится, неоднозначен.

Ещё меня радует местная ванная. Конечно, до «элитных апартаментов» старых хрущёвок ей далеко, но это уже что-то. Находилась она в правом крыле библиотеки и являлась жилой зоной Констиниуса. Старик, подошедший в один день, начал ругаться на мой запах, на что я лишь развёл руками. Душа в кладовой не было. Подумав, Хранитель принял оперативное решение: раз в неделю мне давался допуск в правое крыло, дабы я мог смыть с себя кровь, пот и слёзы от честного трудом.

— Если из-за тебя мои книги пропахнут вонью, я с тебя семь шкур спущу! — заявил старикашка фыркая.

Экая важность!

Как-то неожиданно для себя я поднял последнюю стопку книг с пола помещения с чёрным ходом. Просматривая их, отложил интересные лично для себя, сделал пометки в карточках и начал раскладывать по нужным полкам. Убедившись, что ничего не упустил, я позвал Хранителя посмотреть. Чуть поворчав по дороге, тот зашёл в кладовую и увидел чудесную картину: ни одной книги и коробки, ни одного фолианта и манускрипта в комнате более не лежало. Всё было разложено по полкам, отсортировано и приведено в божеский вид.

— Хорошо, — улыбнувшись, кивнул старик. — Славно поработал, и поздравляю со свободой.

Чуть подивившись его похвале, я посмотрел в спину уходящего на своё рабочее место дедуле. Всё же странный он человек. Ему же явно за шестой десяток лет, однако всё такой же бодрый, словно его не касается возраст.

Утвердившись в своих подозрениях, я подошёл к нему, застав его за работой с очередной книгой.

— Господин Констиниус, — произнёс я.

— Чего тебе, малой? — не отрываясь от работы, ответил тот.

— Я тут прочитал в одной книге, пока занимался работой, — начал я издалека, — что в древности существовали различные способы скрыть свою силу и метку Избранного, то есть так называемого «Помазанника божьего».

— Ну, были такие, — пожал он плечами, не обращая на меня никакого внимания. — Тебе-то что с того?

— Я тут с вами уже месяц живу, уважаемый Констиниус. И у меня возникло несколько вопросов. Вы ведь человек, так? Уж простите мне моё любопытство и мои подозрения, но почему-то мне кажется, что вы скрыли свою метку. Почему я ощущаю в вас силу десятерых людей? В вашем возрасте, как мне известно, некоторые уже и ходить-то толком не могут, а вы не просто ясность ума поддерживаете, а ещё и по десять-двадцать здоровенных книг за раз таскаете, и даже одышки у вас не возникает. Я ещё при первой нашей встрече почуял, что с вами что-то не так, а потому хочу понять, что именно. Если вы, конечно, не возражаете.

— Возражаю, — хмыкнул тот, — бесовское ты отродье.

— А?

— Б! — Старик резко закрыл книгу и немигающим взглядом уставился на меня. — Если кто тут за кем и следил, то это я за тобой. Ты что же думал, что я не замечу ТВОЮ отметку? Что не замечу твой интерес ко всему и вся? Я тебе более скажу: я всячески пытался выведать, что же ты пытаешься вызнать. Даже дал допуск ко ВСЕЙ библиотеке. И если бы ты начал расспрашивать меня или попытался сам что-то отыскать про призыв или нечто из запретного, то тогда твоей сказочке пришёл бы конец. Развеял бы твою и без того жалкую душонку по ветру, никто и не вспомнил бы.

Старик взял чашу с водой и начал медленно пить, дав мне время осмыслить услышанное.

Попал так попал... Думал, что я всех тут дурю, а дурили-то, оказывается, меня самого!

Я даже непроизвольно сжал руки в кулаки, приготовившись к возможной драке. Не, я предвидел что-то подобное, даже готов был чуть что давать отпор какой-то местной страже теневой, ибо слежку я чувствовал постоянно. Однако как-то и не подумал, что это может быть он...

А Дьявол, скотина, молодец! Да и его прихвостень не лучше. Ведь наверняка знали, что старик обо всё догадался ещё тогда, и нет бы предупредить... Ага, щаз-з! Прям бегут и спотыкаются! Нет, конечно, я знал, что на них рассчитывать глупо, но как же, вашу ж мать, противно. Я ведь даже их с собой на дно забрать не могу, чтоб их!..

И эта тварь в моей тени!.. Сидит, падла, и в ус не дует! А работать кто будет, а?!

— Однако, — продолжил Хранитель, причмокнув губами, — несмотря на всё и вся, ты, как ни странно, работал исправно, не лез в чужие дебри и, как ты сам видишь, закончил то, что обещал сделать. Это затянулось на чуть большее время, чем мы оба рассчитывали, но так даже лучше. Я, признаться, удивился, когда подкладываемые мной книги по оккультизму тебя не интересовали и спокойно отправлялись на нужные полки. Хотя я старался и давал самые различные направления: от мифологии до ритуалов.

То-то мне казалось, что чёрных книг было как-то заметно больше. Не зря я ограничился лишь беглым просмотром этих книг, решив изучить их позже. Ну стари-ик! Допрыгаешься же ты у меня как-нибудь... Это я ведь что, выходит, делал лишнюю работу? А где деньги за неё, Лебовски?!

— И не надо на меня так смотреть, — Констиниус приподнял бровь и махнул рукой. — С моей спецификой мне простительно. Особенно если учесть, что ты и сам не лучше. В общем, ты явно не из шпионов да сектантов. Да и кое-какие справки я навёл: не принадлежал ни к каким тёмным организациям, с фанатиками не контактировал, да и вообще старался сидеть тише воды ниже... травы.

Он многозначительно осмотрел меня сверху донизу, явно намекая на мой рост, а я лишь приподнял голову.

А вот нечего на меня так смотреть! Я выше вас раза в два, так что раздавлю и не замечу.

— В общем, моё решение простое: вали к чертям отсюда. С твоими данными тебя, может, на костёр и не поведут, — при этих словах Хранитель усмехнулся, — но по головке точно не погладят. Да и я сегодня в хорошем настроении. Как-никак, кладовую ты мою расчистил, так что вот моя благодарность.

Подняв руку, своим средним и указательным пальцем старик сложил знак в воздухе и нарисовал круг с точкой в середине, после чего с моего взгляда словно слетела пелена. Понятно... Значит, его заклинание воздействует не на статус, а на его восприятие другими.

Глациус Орэлский.

Уровень: 42

Твою же за ногу... К кому и куда я попал?

От авторов: Хотим обратить ваше внимание на внесение поправок в 1 главу, в момент после сражения с разбойниками. Тем, кто не читал - будет очень полезно и любопытно прочесть.

Глава 12. Часть 1.

Имя: Глациус Орэлский.

Уровень: 42.

Я тут же переключился на другой режим и заметил странное...

Имя: Глациус Орэлский.

Публичный статус: Библиотекарь г. Лейден. Сокрыто.

Ранг: 4 круг силы, 2 звезда развития.

Сорок второй уровень... Это конечная, ребята. Если мне придётся с ним сейчас сражаться, то я точно костей не соберу.

— Хотел бы я так сказать, — резко продолжил Хранитель, а я уже и забыть успел что он там мне толковал. — но поскольку ты увидел настоящую информацию обо мне, то отпустить тебя я не могу ни при каких обстоятельствах. Потому выбор простой: служба или решётка.

— Служба? — удивился я. — Кому служить?

— Мне, естественно, — фыркнул Глациус. — Я, если ты не заметил, здесь один работаю, в этой библиотеке. Ни помощников, ни слуг, ни-ко-го. Только жучки, паучки да разного рода посетители.

— А нанять кого-либо вы не пробовали? — прищурился я. — У вас же наверняка есть связи.

Нет, серьёзно. Хранитель явно был из какой-то секты, организации, спецслужбы или ещё чего-то такого. Не мог не быть. Иначе со своими характеристиками ему здесь делать нечего. Давно бы уже отчалил в более безопасный и благоустроенный уголок этого мира, где его хоть и с настороженностью, но приняли бы.

— Уже запрашивал, троих... — Он выставил три пальца и начал их загибать. — Один вечно ронял всё и вся на пол, второй путался в трёх книжных полках, третий так вообще строил из себя невесть что. Как итог: первые двое ушли с парой переломов, а третий был упразднён как сущность. Надоели, что жуть.

У меня мурашки по спине пробежали. Хрена себе, маньяк-тихушник. Это что же делается... В честно́м здании, которое используют в качестве хранения и распространения знаний, живёт маньяк лет шестидесяти?! А ведь с виду и не скажешь, что эта библиотека потенциально может стать братской могилой. И это ведь только те, о которых он мне рассказал. Сколько же здесь ещё полегло ни за что ни про что?..

— Что? Настолько бестолковые? — осторожно поинтересовался я.

— Да вообще! — Старик хлопнул по столу, отчего я аж вздрогнул. — Сколько ни прошу, а нормальных помощников в ордене никак не могут найти! То у них проблема с кадрами, то им нужно всех отправить за чёрт знает сколько земель, то ещё что! Задолбался я и решил, что буду сам всё делать, пока лично нормального не найду. На них надежды нет никакой. Хочешь сделать хорошо, сделай это сам. И вот же, нашёл.

Хранитель усмехнулся и вновь взглянул на меня пронзительным взглядом, от которого любой поёжился бы. Даже громила Торгад, как мне кажется, не удержался бы.

— Наверное, потому я сюда и был назначен, дабы разгребать всё то накопившееся за десять лет дерьмо... — пробубнил он себе под нос.

— Вы что-то сказали?

— Работать, — повысил тот голос, — спрашиваю, будешь? Или идёшь в отказ?

— Та-а-ак... А что будет, если я откажусь?

Он, конечно, про решётку сказал, но вдруг пошутил...

— Раз в некоторое время здесь, в городе, проходят церковные конвои. Я тебя повяжу, запру в кладовой какой, а когда те появятся, то тут же сдам им на съедение, — библиотекарь пожал плечами. — Твоя судьба меня ни капли не интересует, а вот церковникам ты будешь очень даже интересен. Там и дознаватели где-нибудь в катакомбах с тобой поработают. Даже если совсем уж бестолочи попадутся, то просто из уважения ко мне потрудятся над тобой. Самому мне с тобой возиться не с руки. Ты сам ни черта не знаешь. В этом я уже убедился. В общем, судьба твоя незавидна, а потому печальна.

Не пошутил...

Я чуть призадумался. Нет, очевидно, что думать тут не имеет смысла: смерть от пыток или жизнь. Выбор очевиден с самого начала. Неочевидна только причина такой благодарности от старикана. С другой стороны, если соглашусь, у меня всегда останется шанс на побег. Понять бы только, насколько это безопасно и сможет ли этот гад меня отследить.

— Вообще, хочу я заметить, — Глациус встал и подошёл ко мне, — ты невероятно везучая тварь. Посуди сам: проскочил мимо святых и самого Доригуса, Верховного жреца Эорина! Прямо под их носом проскочил и не оказался в их казематах. Каким-то образом прожил снаружи города достаточно долго, что сделать крайне проблематично с учётом всё учащающихся стычек в последнее время. А если ещё вспомнить, что ты пришёл из самих прерий кочевников, то удачи в тебе столько, что любой «Помазанник божий» обзавидуется.

— Хорошо, господин Глациус, — кивнул я, — я согласен работать на вас.

— Констиниус, — чуть жёстче произнёс Хранитель. — Меня зовут Констиниус Фонделяр. Запомни это и не смей называть как-либо иначе перед кем бы то ни было. За эту ошибку я заберу твою грешную жизнь.

— Хорошо, господин Констиниус, я всё понял.

Сейчас лучше не спорить...

— Вот и славно. — Старик вновь подошёл к столу, чуть пошуршал в его полках и достал связку ключей, которую кинул в мою сторону со словами: — Это твой допуск к некоторым из здешних комнат, в которых тебе придётся работать. В остальные без моего разрешения и сопровождения ни ногой, если не было от меня указаний.

Очередная сделка с Дьяволом... Вот только «дьявол» этот местного разлива. Вот не терпится жизни испытать меня, да? Ничего... Хоть и с боем, но прорвёмся. Где наша не пропадала, верно? Я, конечно, радуюсь новой жизни, молодому телу, знаниям и прочему, но она ясно показала, что строить из себя дурачка молодого в разы безопаснее, чем старого, опытного охотника на нечисть. Чувствую, веди я свой предыдущий образ жизни, старик бы меня аннигилировал ещё в первые дни. Просто на всякий случай. Слишком уж подозрительно я бы себя вёл.

— Хорошо, — поймал я связку и начал рассматривать, — я вас понял.

Металлические ключи с разного рода символами на них. В связке даже брелок есть в виде деревянной книжечки. Довольно... мило...

— Самый большой из ключей — от твоей комнаты, — уточнил он, указав на самый выделяющийся. — Будешь в ней жить, пока работаешь на меня.

— Наконец-то! — ударил я кулаком в воздух. — Наконец-то собственное жильё будет! А то я уже задолбался спать в небольших креслицах в обнимку со стопками книг и мыться раз в неделю.

— Рано радуешься, — усмехнулся старик и побрёл в сторону правого крыла. — Я тебе ещё о твоих обязанностях не поведал. Впрочем, о них можно поговорить и позже. Время уже позднее.

Взглянув в окно, я согласился с ним. И правда, время позднее. Солнце уже начало скрываться за горизонтом, а небо отливало бледным оранжево-красным.

Направляясь к своим апартаментам, я напевал весёлую мелодию про себя, поскольку старик молчал. Оказавшись вновь в правом крыле, библиотекарь указал на деревянную дверь, которую я с радостью отворил и замер, рассматривая комнату.

Каменная клетка... Спартанского стиля... Пять на пять метров... Две кровати деревянные... Без даже пародии на какой-либо матрас... Огроменный столище деревянный с сундуком под ним и кучей подставок для книг. Нда-а-а... А, ну и ещё парочка табуретов и гвоздей, что торчат из двери. Типа вешалка...

Сама же комната... полна пыли. Нет, серьёзно. Здесь будто десятилетия никто даже сухую уборку не проводил, не говоря уже про влажную. Тонны, просто тонны пыли везде, куда ни глянь. Нет, про десятилетия — это я ещё оптимистично предположил. Столетия — вот точное сравнение.

— Может, в сундуке есть что?.. — пробормотал я и, подойдя и опустившись на корточки, открыл его: — АПЧХИ!

Ну да... Есть кое-что... Засохшая крыса, которая я даже боюсь предположить сколько тут пролежала, и пара таких же тараканов... Разные внешне, но единые общим горем... Пиздец...

Пока я обалдевал со своих покоев, я почувствовал пару хлопков по своей спине и услышал отдаляющиеся шаги.

— Старик, — крикнул я ему вдогонку, — а ты куда?!

— Я? Я на боковую. А тебе желаю приятного расположения здесь. Обустраивайся, чего ещё сказать?.. — не оборачиваясь, ответил он мне, кажется, с лёгкой ехидцей.

Охреневая от происходящего, я дождался, пока старикашка не исчез за поворотом, и ударил кулаком по стене, отчего с неё слетел ковром один из слоёв пыли.

Вот же скотина!.. А я всё думал, чего предыдущая троица делала всё из рук вон плохо. Оказывается, вот почему! К собакам и то с бо́льшим уважением относятся!

Нет, можно предположить, что это я такой везунчик, но, зная этого старикашку, ни фига подобного. Вот вообще ни разу. Слишком мерзопакостна эта скотина для того, чтобы что-то подобное не сотворить. Я-то его уже хорошо знаю. Месяц с ним под одной крышей провёл!

Выругавшись про себя всеми известными проклятиями на этого недо-хранителя, я вздохнул и принялся за уборку. Откуда брать воду с ведром, я уже знал. Тряпку тоже знал, где искать, а потому приступил к этому быстрее, чем предполагал. Да и опыт какой-никакой у меня уже был. В армии-то напрактиковался, да и здесь, пока чистил ту кладовую. Как говорится: опыт не пропьёшь!

Пока возился с этой горой пыли, обчихался вусмерть. Закончив уборку к сумеркам, я с облегчением вздохнул, посматривая уже на чистую комнатушку, в которой теперь витал не простой запах древней пыли, а вместе с влагой. Их сочетание создало неописуемый аромат сырой античности, чтоб её...

Вздохнув в очередной раз, я прилёг на кровать, и в этот самый момент мой желудок дал о себе знать. Вот уж действительно: за работой не замечаешь, с какой скоростью летит время. А ведь весь день и крошки хлеба в рот не клал!

Я встал и направился на кухню, на которую ранее указал старик по дороге сюда. Я с толикой надежды заглянул в неё, ибо... это же кухня! Святая святых, куда мерзкий седовласый изверг меня не пускал. Тут в принципе порядок всегда должен быть.

Ага, конечно... Аж десять раз! Стол забит грязной посудой. Даже ни одного чистого столового прибора не видать. Не удивлюсь, если в самой нижней тарелке обнаружу зачатки новой цивилизации. Плесенной или жукообразной. Жукеры, мать их...

— Нет, серьёзно... — бормотал я, — этот старпёр вообще знает, что такое уборка?..

Ещё раз десять прокляв его, чтоб ему там чихалось в кровати, я принялся за отмывку того, что здесь лежало. А точнее, вообще всего: и комнаты, и мебели, ибо даже они выглядели ужасно. Ни о какой красоте и речи быть не могло.

— Вот только теперь, кроме пыли, здесь ещё и остатки еды валяются... — буркнул я, моя очередную миску, а потом резко поднял голову и крикнул что есть мочи: — В свинарнике и то чище! Уж я-то знаю!

***

Уборка затянулась на всю ночь. Буквально. К утру мои глаза были словно у вампира. Краснющие, что просто ужас. В моём мире после выхода «Сумерек» многие хотели выглядеть как вампиры из этого фильма-сериала, но такое удавалось только профессиональным косплеерам. Остальные же больше походили на вампиров из... страшилок. Да так выглядел практически каждый, кто поднимался рано утром.

Только я собрался задремать возле стола, как в комнату вошёл весь из себя довольный Хранитель... беспорядка. У меня язык не поворачивался обозвать его «Хранителем библиотеки». Слишком большая честь для такой скотины!

— Подъём! — произнёс тот, не обращая внимания на изменения в обстановке. — Помойся и принимайся за работу.

— Иди в пень, старик... — ответил я, поднимаясь с пола. — Я всю ночь не спал, работая здесь...

— А кому сейчас легко?! — приподнял Констиниус бровь. — Пошевеливайся, а не то и это событие пропустишь.

— Да пошёл ты... — устало выругался я, но в душевую всё же пошёл. Раз дают, надо пользоваться.

Хоть я чуть и не уснул под душем, но привёл себя в порядок быстро. Выйдя из комнаты, пошёл за Глациусом, который привёл меня в точно такую же комнату, которую я очищал от книг ранее. Вот только, в отличие от той, эта оказалась полна пыли и всякого хлама.

— Вот твоя задача, — кивнул старикан на комнату. — Объяснять тебе ничего не буду. Сам уже знаешь, что делать можно, а что нельзя...

— Мда-а-а... — вздохнул я. — И как только всё это добро не было сожрано крысами и насекомыми?..

— За это надо сказать «Спасибо» тем, кто ранее здесь работал, — проворчал дед. — Хоть что-то они смогли сделать нормально — поставить барьер.

— А-а-а... Так вот почему я то и дело ощущаю, словно нечто укрывает меня... Я-то думал, что так воздух на меня воздействовал из-за количества пыли, а то магия, оказывается.

— Ага, — кивнул Глациус. — Защитный артефакт исправно работает уже чёрт знает сколько времени. Только энергией подпитывай и всё. Теперь крысы и прочая мошкара на область его воздействия не подбираются, а если и находятся такие, то быстро дохнут. Хоть что-то от этих директив Ордена здесь работает как положено.

Я кивнул, откладывая на дальние полки сознания едва активного мозга заметку об Ордене, что сослал сюда старика-маньяка с целью наведения порядка.

Возможно, именно из-за барьера в сундуке оказался мавзолей погибших тварей. Сперва то я подумал, что с голоду померли...

— Ну, я слышал, такая магия в храмах используется и на складах с провиантом.

— А, — хранитель махнул рукой с небольшой неприязнью на лице, — ты про этих религиозников из церкви Эорина? Молодая кровь, тупая башка — так бы я их охарактеризовал. Говорят много, а делают почти что ни черта. Как и силёнок у них нет столько, как сами же заявляют. Эффектные пустозвоны.

Я кивнул в понимании. Знакомая ситуация. У нас тоже такое постоянно было. Я бы даже сказал, что это явление носит систематический характер в любом из миров, где есть хоть какое-то подобие общества.

— Но, справедливости ради, — Глациус наклонил голову: — против монстров они рейды действительно устраивают. И очень даже успешные, на мой взгляд. Так что что-то они да могут. Но всё одно — отколовшиеся. Да и как я могу заметить, не каждое дьявольское отродье замечают.

В конце он с прищуром взглянул на меня. Я, конечно, понял, о чём он, но решил успешно проигнорировать его «тонкий» намёк.

А я что? Я ничего. Я не при делах и ни с каким Дьяволом не связан. Нечего на меня так глазеть, старик. Вообще, давненько нам следовало поговорить открыто. Вот только любой мой шаг в диалоге будет, как у сапёра на минном поле: чуть не туда сверну и могу сдохнуть.

Объяснив основные моменты, он, держа руки за спиной, развернулся и кинул мне напоследок:

— Да, кстати... Снаружи постоянно шастают прихвостни громилы Торгада. Я даже начинаю грязнокровного чуточку уважать за его настойчивость. Так что вылезать отсюда я тебе не советую, если не хочешь лишиться парочки конечностей, включая головёшку, разумеется.

А вот это мог бы и не добавлять в конце! И без тебя знаю, что дела мои снаружи плохи!

Раздражённо кинув взгляд на спину уходящего старика, я вернулся в кладовую и, вновь вздохнув, начал разминаться.

Придётся опять батрачить ни за что!..

***

Шёл седьмой день моего добровольного заточения. От работы, грязи и надменного взгляда Констиниуса уже тошнило, но всё ещё было довольно терпимо. По крайней мере у меня имелась крыша над головой, какая-никакая защита и еда. А если учесть ещё и работу, что по меркам местных бедняков здорово оплачивалась, то жаловаться вообще грех. Тем не менее я начинал сходить с ума от четырёх стен и фолиантов. Ещё и постоянно капающие на мозг прихвостни Торгада бесили...

Группа ряженых клоунов, якобы «головорезов» оккупировала все улицы вокруг, и стоило мне лишь бросить взгляд в окно, как я обязательно видел утырка, что проводил пальцем по шее, сообщая о моей судьбе в случае выхода наружу. Порой это делали такие доходяги, которые, казалось, и от лёгкого щелбана в их пустую голову копыта отбросят.

Моему терпению пришёл конец тогда, когда я поддался крикам толпы и, выглянув в крохотное окошко, увидел целую церемонию. Торгад вместе со своей дочкой и каким-то прощелыгой-орком в неместной одежде с многочисленными фиолетовыми вставками стояли на площади и смотрели представление в окружении прилипал из местной шушеры и каких-то закованных в сталь латников с фиолетовыми тканными вставками.

Словно свататься приехал. Расхаживает тут, демонстрируя свою силу и богатство...

Оглайла послушно стояла рядом, но она, после того как разодетый щегол что-то сказал и взмахнул рукой в сторону библиотеки, резко вырвала свою руку и двинулась в сторону дома. Да вот только наглый пёс силой схватил её и чуть ли не на землю бросил.

Папаня повёл себя странно: не свернул шею очешуевшему мудиле. Понятно, с чьей стороны брак предложен... Строптивую красавицу решили усмирить. Это бесило...

Хрен с ним, со мной! Пускай пытаются унизить, оскорбить, убить... Вообще насрать на их жалкие попытки. Но из-за меня так поступать с ней?!

Не то чтобы я питал какие-то чувства к Оглайле, но возникло ощущение, будто меня обокрали и теперь хвастаются этим перед моим носом.

Ещё немного посмотрев за этим цирком, вернулся к своей работе, думая, что предпринять. Через некоторое время план наконец-то созрел.

— Посмотрим, как вы завтра у меня запоёте... — злобно ухмыльнулся я, собираясь наконец-то покинуть свою крепость.

Глава 12. Часть 2

Это вторая глава за сегодня. Не пропустите прошлую!

Достав глубоко за полночь свёрток с невзрачной тёмной одеждой, переоделся и направился к окну в том крыле, где я и Констиниус обитали. Открыв щеколду и выждав момент, когда луны спрячутся за тучами, прошмыгнул наружу и сиганул на крышу соседнего здания. Словно ассасин, я побежал по козырьку и спрыгнул в сторону закрытой торговой телеги кого-то из местных. Такие любят раскладываться рано по утру, начиная продавать разную нехитрую утварь или горячую еду, привозимую перед открытием.

Все соглядатаи — дебилы, не способные даже близко организовать наблюдаемый периметр. Я прекрасно знал, сколько мудаков вокруг следит за библиотекой и в какое время они меняются. Сегодня на дежурство не вышло трое. Из них двое в выбранном мной направлении для отхода.

Просочиться по улицам глубокой ночью — не проблема, если ориентируешься в городе. А я городских документов изучил кучу, даже чертежи канализации видел. Правда, лишь проектные столетней давности, созданные во времена расцвета города. Ещё тогда денег не хватило для полноценной реализации проекта и ограничились лишь верхним городом, в котором живёт вся знать, а сейчас и подавно.

В общем, город я, благодаря картам и чертежам, знал как свои пять пальцев. Видел на них бо́льшую часть домов каменной застройки старше пятидесяти лет, даже замок барона. Так что время в библиотеке я определённо проводил с пользой.

Оказавшись у задней части постоялого двора, перелез через забор и осторожно прокрался мимо спящих хрюшек к деревянной раме окна. Мой вес — ещё та преграда для проникновения и лазания по зданиям, но чёрта с два меня это остановит.

Переместившись на один этаж выше и правее, я оказался у углового окна, ведущего в подсобку, где хранились различные приправы, а также соль и солонина, которые считаются символами дьяволопоклонников... Ну, пока не заплатишь настоятелю ближайшего храма.

Выдавал подсобку запах. Размещались хранимые лакомства на самом освещаемом днём выступе с несколькими окнами. Благодаря солнечному жару там поддерживалась сухость и необходимые условия для соления мяса.

Из кармана в ладонь перекочевала тонкая медная пластина, упёрлась в защёлку, и я принялся за вскрытие. Сложного в этом ничего не было. Мне хватило пару десятков попыток на своём собственном окне в библиотеке для тренировки.

Внезапно появилось ощущение, что за мной наблюдают, и я ускорился. Открыл защёлку и нырнул внутрь помещения. Внимательным взглядом осмотрел задний двор и никого не обнаружил. Прям один в один такое же ощущение, какое возникло после первого же возвращения из библиотеки.

Я знаю лишь одну сущность, что следила за мной. Она крайне загадочна, опасна, сварлива и жестока к своим помощникам. Эх, хороший был план для побега из библиотеки, но чую, старик меня моментально прикончит, если я за пределы города сунусь...

«Здравс-ствуй, Алекс-с-с. Вижу, ты неплохо поработал над легендой и проникс-ся атмос-сф-ферой этого города».

— Чего? Чёрт, свали. Я занят.

«Конечно-коне-ечно! Прос-сто я хоте-ел тебе напомнить о с-своём прис-сутс-ствии. Я вс-сё вижу и с-слежу за тобой. И ещё, того индюка напыщ-щеного нет в этом зда-ании. Он пос-селилс-ся у кня-язя, что неудивительно. В общем, ты не с-сможеш-шь прико-ончить его».

— Я и не собирался, — прошептал я и двинулся в сторону двери из этого полного изысков места.

На обратном пути надо бы сувенир прихватить. Можно сказать, компенсация от орка будет за моё вынужденное заточение.

На голову надел майку с прорезями. Теперь я просто безымянный здоровяк-воришка.

«Ну как знаеш-шь. В ш-шести километрах к югу от города ес-сть покинутая хижина рыбака. Двигайся туда. Там под полом ес-сть тайник. В нём будет книга и некоторые ингредиенты. Изучи то, что в ней написано и с-сделай то, чему учат. Нас-стала пора действовать».

Тень, одарив меня клыкастой улыбкой, растворилась, и я снова остался один в этом здании.

Сраные шифраторы...

Со вскрытием двери пришлось повозиться, благо замок был общий, а не амбарный по ту сторону. Выбравшись в коридор здания, направился в сторону шума. Прислушался и уловил характерные орочьи рыки в словах. Понял, что это та самая стража, которая осталась охранять строптивую красавицу. Они полушёпотом оценивали её выдающиеся достоинства и завидовали своему молодому господину, откопавшему такую богиню красоты в этом захолустье. Кровь взыграла, когда они стали описывать, что и как они с ней сделали бы, если бы только не предстоящая помолвка этой безродной с самим сыном князя Тареда!

Таред... Крупнейший орочий город на границе с Дикими землями. Расположен у берегов Чёрной реки в Мёртвых землях. В не очень актуальных библиотечных книгах рассказывалось, что Таред являлся третьим по размеру городом в орочьем царстве Гронхир. Владеющий городом князь был явно не последним человеком в Гронхире, и его сынок, прибывший сюда с дружиной, явно птица не моего полёта.

Ну вот. Разведал. И что теперь делать? Давать заднюю? Ну уж хер там. Из-за меня отчасти вся эта каша и заварилась, так что я должен попытаться хотя бы помочь Оглайле избежать этих оков судьбы. Пусть девчонка сама решает, как ей жить.

Тенью я просочился мимо двери стражей, что явно выпивали и не думали ложиться спать. Тоже мне, стражи...

У комнаты Оглайлы, через которую лежал мой путь, стоял охранник. Шум поднимать пока не хотелось, так что пришлось искать другой способ пробраться на третий этаж.

Оказавшись у двери Торгада, услышал мощный храп, от которого, казалось, даже половые доски скрипели. Я проник в его комнату и оставил на двери послание, написанное заранее. Прикрепил его ножом, который лежал на столе у куска вяленого мяса.

Так, эту часть я закончил... Осталась ещё одна.

Подойдя к двери с бухающей и пускающей на Оглайлу слюни стражей, постучался и, не давая им опомниться, произнёс заготовленную фразу: «Подарок от господина Торгада: копчёное мясо и солонина. Мужики, помогите бочку дотащить. Я один не справлюсь!»

С учётом той тишины, что появилась после стука в дверь, я, видать, их удивил и чуть насторожил. Но когда они услышали новость, то обрадовались и всей пьяной пятёркой двинулись наружу, к тёмному коридору. Быстро удаляясь и демонстрируя спину пьяным оркам, дошёл до нежилой части постоялого двора с припасами и вошёл внутрь комнаты с мясными деликатесами. Дверь была открыта внутрь. Ею я и прикрылся, дожидаясь болванов.

Те не заставили себя долго ждать и чуть ли не наперегонки влетели в полную изысков комнату, совершенно забыв обо мне. Хотя нет...

— А где этот? Какую из бочек нам брать?

— Вот эту.

Закрыв дверь, я насытил кулак энергией и двинул в лоб первому. Ещё до того, как он упал, я уже провёл прямой удар в брюхо второго, отчего тот расстался с ужином и скрючился.

Фу-ух. Увернулся!..

Когда бьёшь, главное сделать две вещи: рассчитать силу и иметь преимущество над противником. С первым проблем не было. Благо я десять лет учился контролировать энергию, дабы не убить случайных людей. Вырубил, и появилось время решить, что делать дальше. Ну а с преимуществом против пяти вооружённых орков у меня проблем не было. Эффект неожиданности, темнота, к которой они не адаптировались, тесное помещение и мощные атаки, каждая из которых выбивала противника из числа оппонентов. Спасибо магии.

После того как вырубил всю пятёрку, я при помощи их же одежды привязал воинаов к центральной колонне посреди комнаты и сунул кляп в рот каждому.

Брать их оружие опасно. Если план провалится и начнутся облавы, то оно меня и выдаст...

Я вернулся в их комнату и опустошил кошельки, став счастливым обладателем семи золотых и шестидесяти серебряных монет. С учётом того, что десяток серебра равнялся золотушке... Хех. Я, считай, получил свою зарплату за полгода.

Действовал я быстро и особо не тратя время на обыск их вещей. Накарябал на листке записку для их «повелителя» и вложил под бутылку самогона, после чего сразу убрался восвояси с постоялого двора. Тьма улиц и облачная погода стали моими помощниками. А когда на полпути ещё и дождь начался, я и вовсе решил, что сами небеса помогают мне замести следы.

***

На следующий день в городе была какая-то суматоха, по итогу которой делегация разодетых орков свалила из города. Ну а я наблюдал хмурого Торгада, который с ссадиной на роже стоял на крыльце библиотеки в нерешительности. Я подошёл ко входу и встал в паре метров от него, смотря громиле прямо в глаза.

Злость, ненависть, бессилие... Удивительные эмоции я прочёл в его глазах. В конце концов он так ничего и не сказал. Лишь махнул рукой, подозвав многочисленных наблюдателей. Один из них, бритоголовый шрамированный обладатель меча и доспехов, получил из кошелька орка две золотые монеты и удар под дых, от которого человек согнулся в три погибели.

Орк наклонился к его уху и что-то произнёс, после чего встал и ушёл. Мечник же сперва покосился на меня, а затем со злым взглядом прошёлся по всем своим подчинённым.

Орк ушёл не попрощавшись, а я вернулся к своей работе. Лишь короткие выкрики избиваемых соглядатаев, что упустили меня вчера, раздавались с площади до тех пор, пока не прибежала городская стража.

Впрочем, если это одна группа и они его подчинённые, то вряд ли у него будут какие-либо проблемы.

Ну а меня ждала работа.

— А я был уверен, что ты решишь сбежать. Должен признать, у тебя есть яйца, — с кривой усмешкой заявил мне старик, подтвердив таким образом, что следил за мной.

Маньяк старый...

— С чего бы мне убегать от достопочтенного библиотекаря?

— Действительно... Ладно, заканчивай и дуй за мной.

Положив на стол книгу, я последовал за стариком вниз, в подвальные помещения.

Спустившись, я заметил разительные отличия от помещений сверху. Ладно, беру свои слова назад. Что-то в уборке старик смыслит, поскольку здешние комнаты в РАЗЫ чище своих братьев по несчастью сверху.

Мы подошли к одной из дверей. Открыв её, Глациус указал внутрь, выставив при этом руку передо мной. Внутри было множество забитых книжных полок, а также куча столов с различными приборами.

— Книжное хранилище. Для особенных экземпляров, — коротко сказал Хранитель. — Здесь полно ловушек, так что без меня ни шагу.

Старик достал небольшой листок из своего кармана, смял его в шарик и кинул внутрь. Тот упал на пол и там мгновенно появилась красная печать, из которой моментально вырвался столб пламени, что сжёг бумагу, не оставив даже пепла.

— Защита от кражи особо опасных знаний. Некоторым книгам лучше уж сгореть в огне вместе с грабителем, чем оказаться в опасных руках.

— Поэтому здесь всё каменное? Чтобы пожара не возникло?

— Верно. Строили с умом. Да и мебель деревянная здесь... не простая.

Уверен, что это самая простая из местных ловушек, а сами полки и столы надёжно защищены от воздействия окружающего минно-магического поля. Если всё именно так, тогда понятно, почему он так спокойно провёл эту пламенную демонстрацию.

— А в этой комнате лучше вообще не появляйся, если не хочешь от отголосков магических заклинаний помереть или, что хуже, инвалидом стать, — произнёс Хранитель, проходя мимо закрытой наглухо комнаты, дверь которой покрывал иней, перекрывая местами сотни различных и странных символов. Или рун...

Чуть поспрашивал и узнал, что это комната для тренировки разных магических заклинаний. Подойдя к ней немного ближе, я почувствовал, как из неё пробивался ледяной воздух. Новый Ледниковый период старик решил там устроить, что ли? Или просто большую морозилку?..

Я тут же вспомнил о тех трёх неудачниках, и меня вновь пробил мороз. Нет-нет... То были не мурашки вовсе. Просто из комнаты действительно слишком холодный воздух выходил...

— А куда мы, собственно, идём? — поинтересовался я, следуя за стариком.

Ничего хорошего ждать от этого хитрого старпёра не приходится...

— В пыточную, пацан, — спокойно ответил тот, слегка пожимая плечами, — просто-напросто в пыточную.

Я резко остановился и снова всем телом почувствовал подступившие холод и злость. Я сжал руки в кулаки и немного присел. Ста-ари-ик!..

— Мы, кстати, — повернулся он в мою сторону, открывая очередную дверь, — пришли. Добро пожаловать.

— Дедуль! А может, не надо?..

Я попытался отступить назад, но резко выброшенная вперёд рука старца, словно стальной крюк, вцепилась в мою одежду и тело, не давая сделать и шагу назад. Поразительная сила!..

— Надо, Алекс, — тот по-садистски улыбнулся, — надо.

Воздух вокруг резко утратил несколько градусов теплоты, наэлектризовался, а я сам приготовился нанести старику контрольный в голову.

Хрена с два я тебе просто так дамся, седомордый! Так и знал, что вылезший чёрт всю малину испортит! Иначе какого хрена шпионивший за мной дед притащил меня сюда?!

Глава 13

Почувствовав, как за спиной Хранителя начало собираться настоящее цунами из энергии, я приготовился к смертельной схватке.

Собрать энергию внутри себя, спроецировать в голове направление и ширину высвобождения силы, представить результат и по готовности выпустить всю накопленную мощь наружу.

На словах-то просто, а на деле — десятилетия практики.

— Ха?.. — резко выдохнул я.

Внутри меня ни капли силы не колыхнулось.

Какого хрена я ни черта не могу собрать?! Энергия всё ещё внутри моего тела, но словно увязла в болоте, едва плескаясь... Ста-ари-ик!

— Не можем энергетически, тогда уроним физически! — произнёс я и налетел на библиотекаря, стараясь нанести удар по нему.

Каким бы он мастером боевых джиу-джитсу ни был, удар кулаком в нос при нашей разнице в массе в любом случае превратит его из охотника в жертву. Однако, когда я подбежал к нему вплотную, тот даже бровью не повёл и лишь сплюнул.

— Дилетантство, ей-богу, — произнёс Глациус.

Он вцепился в мою руку железной хваткой и, проскользнув мне за спину, заломил её. Затем ногой ударил под колено, отчего я чуть не стал инвалидом...

— Прекращай сопротивляться и успокойся, — проговорил библиотекарь и, используя энергию, швырнул меня в пыточную.

Оказавшись внутри, я приложился затылком, отчего ненадолго потерял сознание. Очнулся я уже привязанный к драному креслу. Вокруг находилось два десятка самых разнообразных орудий пыток, с частью из которых я сталкивался ещё в прошлом мире. Несколько пыточных приспособлений отдалённо напоминали экспонаты из музеев стран Европы, а некоторые были очень схожи с инструментарием из подвалов Ордена, в которых я оказывался несколько раз по долгу службы.

И в центре комнаты, словно вишенка на торте, стояло деревянное кресло, обитое красной бархатной тканью.

Я хрен знает, какая тут используется... Слышал лишь о жаккарде, но различать их не умею. Однако на это мне абсолютно на-пле-вать. Меня интересует другое: оно красного цвета из-за того, что это её естественный цвет или же это всё осталось от предыдущих посетителей? Думаю, нет, раз я усажен на соседнее, менее впечатляющее кресло...

Услышав позади скрип, я понял, что старик закрыл дверь, которая, судя по звуку, ещё и металлическая. Выбить за раз со всей дури не получится...

— Тебе лучше приготовиться получать по щам, старикашка! — крикнул я, вновь пытаясь собрать энергию и освободиться, а затем и накинуться на него. — И не от таких садистов-маньяков отбивался!

— Лучше не выкобенивайся, пацан... — произнёс старик, делая пас руками, от которого по стенам, полу и потолку пошла рябь. — Дело у меня есть к тебе.

— Да ладно? — с сарказмом сказал я. — Попытать меня — дело такое себе, скажу я тебе. Неблагодарное!

— Довольно! — резко крикнул Глациус, вновь выпустив энергию, которая словно плашмя ударила меня по голове, после чего старик так же неожиданно успокоился. — Успокойся. Тебя пытать я не собираюсь, пацан.

— Так... — недоумённо начал я, — а для чего весь этот фарс?..

— Вызнать у тебя хочу, где сидит твоё демоново отродье?

Вот ведь... Прикинуться дурачком? Придётся. Вдруг чёрт улизнёт и шефу своему всё донесёт...

— Не понимаю, — начал юлить я, — о чём вы говорите. О каком демоновом отродье речь?

— Хватит тут шутки шутить, — Хранитель стал чуть серьёзнее. — Я прекрасно чувствую, как за тобой по пятам ходит собака дьявола, а потому говори начистоту: где оно?

— Я-я-я... не уверен, что могу разглашать подобное... Я даже не уверен, что выживу после этого... — кивнул я на оковы на моих руках.

— Ты за кого меня принимаешь, пацан? — приподнял бровь старик. — По-твоему, я первый день охочусь за ними? Оглянись.

Указав по сторонам, Хранитель вновь уставился на меня внимательным взглядом, пока я осматривал комнату. Я, конечно, видел, что по её стенам словно пробегает рябь, на которой всколыхались всякие малознакомые мне символы и знаки, но...

— Всё равно не понимаю, что вы имеете в виду.

На мои словах Глациус раздражённо сплюнул.

— Руны сковывания, — начал он мне читать лекцию. Это я по его тону понял. — По отдельности связывают небольших и слабых духов, после чего тех можно изгнать туда, откуда они родом. Оказываясь в осмысленной цепочке и в большом количестве, ловят тварей похлеще, и хрен что те смогут сотворить. Цепь не позволит сбежать, лишь усугубит их положение при сопротивлении. Из этой комнаты даже высшие демоны не выберутся, иначе не быть мне Глациусом Орэльским!

— И насколько сильна здешняя формация?

Что-то я сомневаюсь в работе всего этого... Примитива, что ли?..

— Да даже если сам незваный сюда заявится без страха порвать ткань миров и создать аномалию, которую после него хрен уберёшь, то он всё равно не сможет ничего сделать. Силёнок не хватит разорвать печать безболезненно и без их внимания.

Понял. Если рогатый припрётся, то для того, чтобы разрушить те десятки, если не сотни рун, придётся приложить такую силу, которая привлечёт внимание местных больших папочек, развлекающихся в своём пантеоне.

— Ну, даже не знаю... — замялся я. — Я не в курсе работы ваших конструктов, но я и сам был охотником на нечисть в прежние времена и хорошо осведомлён об их работе. Мы использовали иные схемы борьбы с демонами, в отличие от вас, а потому...

Не успел я договорить до конца, как в лицо мне прилетело водой, отчего я сразу зафыркал от попавшей в рот и нос воды и начал мотать головой. Подмочить мою репутацию решил, дед?!

— Хм... — озадаченно посмотрел на меня старик, после чего кинул в сторону бутыль. — А ведь и вправду человек. Только зазря двадцать золотых потратил на освящённую в ордене воду.

— Хоть бы предупреждал, старик! И вообще, что за примитивизм? — прикрикнул я на него, после чего продолжил трясти головой. — Да я вроде как и не скрывал от других свою расовую принадлежность.

— Достал, — резко произнёс Глациус. — Надоело мне с тобой нянчиться. Если бы самолично не видел это бесовское отродье рядом с тобой, то хорошенько бы за тебя принялся. А так вроде и чист, как выпавший снег. Бога упоминаешь часто, Дьявола, проклятого Арушимана, ещё чаще ругаешь за грехи свои, а потому понимать и расшифровывать тебя я устал. Говори прямо, в чём он скрывается? Побрякушка, татуировка? Камень рунный заставили проглотить? Где?!

— Да погоди, старик, не всё так сразу. Ты лучше свет включи, а то больно темно тут у вас в подземельях. А то и не поймёшь сходу, что, где и почему.

Давай, орденоносец, думай быстрее, пока до чёрта не дошло, какую подлянку я устраиваю. Ну же!

Кажись, до деда дошло. Иначе его чуть посмеивающееся фырканье и не расшифровать.

Не теряя времени, Хранитель в очередной раз взмахнул руками, начав что-то бубнить себе под нос, и в воздухе стали появляться ярко-жёлтые шары из света. Каждый размером с мой кулак.

Один, второй, третий, четвёртый... Один за другим они зависали в воздухе, освещая комнату. Шары появлялись до тех пор, пока пыточная полностью не заполнилась светом. Даже тёмные пространства между орудиями не остались нетронутыми.

Сколько же старик потратил энергии, я фигею... Вот это бездонный колодец!

— Так, пацан, — закончил тот кастовать световое шоу и отцепил меня от деревянного кресла, — по серёдке комнаты печать на полу. Встань в её центр.

Я кивнул и последовал его указаниям. Сбоку от меня действительно оказалась нарисованная подобием мела, только красного цвета, пентаграмма. Выглядела она, мягко говоря, непривычно. Изображения кругов и шаров, местами кресты и квадраты образуют узор закованной в цепи сферы. Всё это в рамках прямоугольника из мелких символов, складывающихся в полноценные руны неизвестного мне назначения.

Мне очень хотелось разобраться с этим как можно быстрее, но я не мог. Кое-кто тянул меня назад, прочь от печати.

Я хмыкнул.

Что зашевелился, гад? Ничего, скоро всем вам не поздоровится. Скоро всех вас мы отправим в преисподнюю, а то и вовсе изничтожим!

Когда я дошёл до центра, шары вокруг внезапно начали меня облеплять со всех сторон. Не вплотную, но достаточно близко. Настолько, что вокруг меня не осталось места для тени.

Свет закончил уничтожать тень, и от моих ног отделился чёрный сгусток, в котором я не сразу узнал морду Чеширчатого. Я, конечно, знал, что это он и будет, но просто не ожидал, что бес этот окажется в настолько плачевном состоянии. Уменьшившись в несколько раз, демон начал с бешенной скоростью носиться по всей поверхности пентаграммы, а на меня накатила внезапная слабость. Вот говнюк! Решил моей жизнью продлить свои мучения?!

Я ещё не до конца осознал происходящее, когда в меня со всей силой ударило энергией, направленной стариком, и откинуло в бархатное седалище. Слегка стукнулся ранее пострадавшим затылком о спинку кресла, и в моих глазах всё резко помутнело. Уж не знаю, что творил Глациус, но, когда он подошёл ко мне и приложил ко лбу ладонь, мои веки начали опускаться. Перед тем, как я провалился во тьму, Хранитель что-то сказал...

***

Тёмное пространство. Всматриваешься в него и кажется, словно здесь нет никаких ограничений. Можно идти куда хочешь, как хочешь и когда хочешь. Но иллюзия обманчива... Я в своей комнате. В своём кабинете.

Комната следователя всегда кажется такой просторной, но одновременно с этим и замкнутой, словно цепи неведомых законов не позволяют обрести вновь свободу и отправиться туда, куда желаешь ты сам.

Вокруг меня то тут, то там вспыхивали и затухали всполохи света. Внезапный яркий всплеск превратился в два силуэта. Два... человека ли? Перед молодым и старым посетителями возник тяжёлый дубовый стол с принадлежностями для работы, и первый сел за него, пока второй лишь наблюдал чуть поодаль за его работой и выдержкой.

Я подошёл к столу и посмотрел на уже когда-то виденные материалы.

Молодой заговорил, и я, словно сквозь воду, услышал приглушённый голос.

— Первый подсудимый...

Я вчитался в строки текста на документах с моей фотографией. Сухая, лишённая красок биография заставляла сердце громко стучать.

Алекс Лозовой... Член юношеской олимпийской сборной. Бывший армеец, член команды Альфа...

Боже, как же давно это было. Словно целую вечность назад...

— Работал в органах. Получил несколько наград, но был уволен со службы после убийства двух человек: Владимира Шелестякова и Константина Репейникова. Предположительно, убийц его жены и дочери: Аннабель и Александры Лозовых. Дальнейшая судьба скрыта за грифом секретно. Через десять лет появился в сводках как свидетель происшествия у Крестовоздвиженского храма в городе...

Молодой следователь, что изучал моё досье, перевернул страницу, и яркий свет ударил мне по глазам, перенося в совершенно иное место, скрытое в моём подсознании. Очередное болезненное воспоминание...

— Человек слаб перед собственными эмоциями. Дьявол поглощает слабых, — произнёс мой будущий куратор по Ордену — отец Димитрий. — Если с человеком происходит горе, тот грустит. Если с ним происходит нечто радостное — радуется. Если ненавистное — злится.

— И всё равно я не понимаю, — покачал головой «я», стоящий у часовни.

Моё сознание смотрело со стороны на самого себя и мудрого старца, что перевернул мою жизнь с ног на голову. Уже тогда меня нельзя было назвать юным. Не был я и старым, но уже с сединой. Сколько лет мне тогда было?.. Тридцать? Тридцать пять? Я столько лет старался убить эти воспоминания... и, казалось, у меня это получилось...

— Эмоции не поддаются логике. Тебе многому ещё предстоит научиться и понять, что живые существа, живущие в материальном мире, не всегда воспринимают позывы голоса разума. Чаще они слушают песни сердца, растворяясь в них и следуя течению реки эмоций и желаний. Но если сердцем завладел демон...

Я что-то говорил, активно жестикулируя, вдаваясь в теологический диспут о грехах убийства.

— Ну не могут существа, созданные по образу и подобию Его, быть настолько глухими к разуму и творить... подобное с невинными! — прокричал «я», размахивая сжатой газетой.

— Спокойней, мой друг, — примирительно улыбнулся мне отче. — Тебе лишь нужно принять это как должное. Мир не идеален. Принятие и всепрощение — сильнейшие добродетели, которым Он учит всех нас. Они же и самые труднодостижимые. Лишь единицы достигают их.

— Мне кажется, я никогда не смогу их достичь. Уж лучше я стану оружием в борьбе со злом, чем начну прощать тех, кто способен на подобные зверства.

Я кинул перед настоятелем газету, на которой виднелся заголовок об очередной жертве серийного маньяка. Ещё одна невинная душа... Маленький ребёнок не вернулся домой...

— Пусть тебе поможет Бог и убережёт от тьмы. — Отец Димитрий перекрестил меня, уходящего в сторону города.

***

Внезапно на своём лице я снова почувствовал влагу.

— Старик... — недовольно пробормотал я, пытаясь встать с кресла. Чёрт... Как же голова болит. — Это у тебя хобби такое: лить на всяк сюда входящих святую воду или что?

— Вот ещё, — Услышал я фырканье в стороне от себя. — Не собираюсь я тратить на какого-то проходимца сорок золотых монет. Двадцать уже было жалко, но да ладно. Отработаешь ты их мне.

— Вот только без зарплаты оставлять меня не надо, — буркнул я, окончательно встав. — Мне с другими ещё расплачиваться придётся.

Больше вокруг не было роя шаров света. Меня окружала та самая напряжённая обстановка, что и должна присутствовать в пыточной.

— А вот не надо было тратить непонятно на что серебро, — усмехнулся Глациус-«Констиниус». — В моё время каждая серебрушка была на вес, как полноценный золотой слиток.

— Вот только брюзжать мне тут не надо. Ещё не настолько стар... Опс! — сказал я и чуть не навернулся.

Посмотрев себе под ноги, вернее туда, где я только что был, я увидел лежачего на краю и закованного в рунный круг печати чеширчатого демона. Ну как лежачего?.. И как демона?.. То, что от него осталось: засохший мешок из недо-плоти. От него ещё исходил жуткий смрад, который я не сразу почуял из-за воды в носу. Вместе с вонью от тела исходил чёрный дым. Что же, демона буквально испепелил огонь очищения или как там у инквизиторов говорят?

Кстати, сама печать, как мне кажется, стала более блеклой. Ранее она была полна красок, однако теперь в ней прибавилось белых оттенков. И ни фига это не мел... Краска какая-то особая.

Я ранее читал о подобном. Такой эффект объяснялся тем, что внутренняя энергия материалов истощалась. Так что, если кто-то хотел повторить успех предыдущего пользователя, надо было повторно всё сделать, то есть напитать энергией. Ну или просто подождать, пока пентаграмма сама по себе восстановится.

— А ты, дед, — стукнул я ногой остатки Чешира, — с ними не церемонишься, как я погляжу.

— А чего с ними ёрничать? — пожал плечами тот. — С бесовскими отродьями разговор простой: пытки, информация и смерть. Коротко — ПИС.

— ПИС, значит... Ясно... Демонам одна дорога, в общем, — произнёс я, после чего мы вместе посмеялись. Шутка плоска, как доска, но в такой обстановке и она шедевр.

— Ладно, пацан, — отсмеявшись, произнёс Хранитель, — бери своего приятеля за шкирку и пошли за мной. С ним мы ещё не закончили.

— А ты точно хочешь, — покосился я на трупак, — чтобы я тащил по земле ЭТО?

— Конечно нет! — фыркнул дед. — Пачкать пол библиотеки мне не хочется, а потому потащишь его на своём горбу.

— Но... — хотел возразить я, но не стал. — Спасибо, господин Глациус.

Старик мне очень сильно помог, а я ему ещё тут претензии предъявлять собрался... Не по-мужски это.

— Пожалуйста, пацан. Или ты не пацан? Со своими загадками ты меня запутал... Как закончим, расскажешь, кто ты есть на самом деле. И что это за орден, из которого ты происходишь, — усмехнулся тот в ответ. — Тебе, можно сказать, крупно повезло, что в твои няньки поставили столь информированного демона. Мы с ним побеседовали от души. И, конечно, тебе повезло, что встретил ты конкретно меня, а не кого-нибудь ещё из моего ордена или церкви...

Мы замолчали, оставшись каждый при своих мыслях. Я, пару раз сплюнув от вони, взвалил тело Чеширчатого на плечо и побрёл за Глациусом на выход из подвальных помещений.

От одной проблемы мы избавились. Надзиратель исчез. Осталась ещё пара: как выжить при встрече с Дьяволом, когда тот об этом узнает, и стоит ли ожидать новых «друзей» с его стороны?

Глава 14

— И как мы будем с ним разбираться? — поинтересовался я у Хранителя, пока мы шли по коридору.

— Ты про кого? — обернувшись, сказал тот.

— Про демона, что ты грохнул, — кивнул головой на труп чертяки. — Как вы избавляетесь от трупов? У нас была особая служба зачистки...

— А, ты про него, — меланхолично пробормотал старик. Деменция, что ли, началась? — Мы их либо сжигаем огнём, либо пускаем на материалы. Всё же их тела какую-никакую, но пользу приносят. А у вас что, по-другому как-то было?

— Мы их, после того как сковали, обычно обливали особой святой водой: комбинация насыщенной энергией воды и кислоты. Полученную жижу бросали на тлеющие «благовония» так называемые. Их делали по неизвестному мне рецепту в специальном подразделении нашего ордена. Ну и сжигали их таким образом до горстки пепла. Это эконом вариант. Можно ещё было попытаться при помощи энергии нарушить целостность оболочки дьявольского отродья и развоплотить, но это та ещё морока. Долго по времени, затратно по энергии и с риском для самого себя. Поэтому, так сказать, «химичили».

— Вот ведь транжиры! — чуть воскликнул Глациус. — У вас совершенно не жалели денег или что? У нас так-то тоже есть запасы особой древесины... Но стоимость у неё... Для сегодняшнего демона потребовалось столько запасов израсходовать, что на пару деревень хватит или на шахту захудалую.

Я мысленно ругнулся про себя. Ну, да... Здесь же совершенно иной ценник на подобные материалы. Даже святая вода ему обошлась в двадцать золотых, хотя у нас по-настоящему святая вода максимум могла бы стоить один-два золотых по местным меркам. Это если проводить параллели, ориентируясь на стоимость продуктов и одежды.

— Просто мы не жалели ничего для борьбы с ними, — пожал я плечами. — С нечистью нужно бороться максимально эффективно, иначе та возродится и снова станет служить Дьяволу.

— Ну, как знаешь, — кивнул библиотекарь. — У меня нет столько денег для подобных трат, а потому использую традиционный метод. Энергия, она же практически бесконечна. Просто нужно немного потрудиться. После поворота направо тащи в третью комнату. Там оставь тело в центре и жди меня. Я скоро вернусь.

Хранитель покинул меня, а я направился в указанную комнату. У дедули катакомбы эти разветвлённые. Комнат много, даже очень. Одна часть намертво заколочена, вторая замурована, а третья перекрыта хламом. Уверен, что он даже не всеми из оставшихся открытых пользуется...

Зайдя в нужную комнатушку, я увидел в центре какое-то количество хвороста и веток, которые обычно для сжигания и используют. Самые простые, не магические, не наполненные энергией.

Материалы для сжигания выкладывают в виде руны «Пепел». Для этого нужен специалист по рунам и тонким манипуляциям с энергией. Демоноубийцы, такие как я, для такой работы не особо годятся. Долго, сложно настраивать, напитывать.

Кстати, наша руна и здешняя, остатки которой я наблюдал на полу рядом с деревом, немного отличаются. Любопытно...

Мы обычно к простым деревяшкам докидывали «благовония» для упрощения и ускорения процесса. Местные же в этом деле заморочились куда как серьёзнее, чтобы снизить затраты ресурсов. Интересно будет сравнить эффективность.

Если всё сделать правильно, есть шанс на то, что душа демона развеется, а не вернётся в чертоги ада, где вскоре найдёт новую оболочку среди грешников и явится в наш мир вновь. По крайней мере так говорили наставники и древние книги.

Положив труп в центр печати, я присел у стены в ожидании Глациуса. Когда тот пришёл, то не стал тянуть время и тут же поджёг кострище, быстро и филигранно обработав материалы и напитав руны собственной энергией. Сколько же в нём её помещается? Даже страшно представить...

От тела демона начал исходить ещё больший смрад, но, к счастью, в таких местах предусмотрена система вентиляции, а потому весь дым и запах уходили на улицу.

— Чёрт, — пробормотал я, — мне же всё это потом убирать.

— Ага, — чуть весело подтвердил мои опасения старик. — И сухую, и влажную уборку проводить тебе.

— Вот жешь чёрт...

— Ну, переживать сейчас нечего, — хмыкнул он. — Всё равно делать это придётся завтра-послезавтра, пока запах и гарь не выветрятся.

— Мне от этого не легче...

Потирая лоб, я размышлял о том, как потом всё это убирать. Всё-таки привык к спецотрядам зачистки. И у нас-то куча химии была помощником, а тут я без понятия, как это всё очищать...

— Ладно, повеселились и хватит. Возвращайся на место и продолжай работать... А, — взглянул Хранитель на часы, — уже вечер... Тогда дуй в душ и на боковую. Хотя стоит и поесть пойти для начала. Полдня провалялся без дела.

— Ну уж извините, старче, — развёл я руками в лёгком возмущении. — Я ж не виноват, что ваши заклинания отправляют всяк их принимающих в сонное царство.

— Да-да-да. А я не виноват в том, что у тебя такой слабый организм и разум. Всё, вали по делам. Я тоже пойду.

Чуть зевая, Глациус побрёл к себе на рабочее место, видно забыв что-то на столе. Я же направился в сторону правого крыла. Всё же есть мне и правда хотелось до жути. Слона бы сожрал.

Утро нового дня разделило мою жизнь в этом мире на «до» и «после». Стоило провести экзекуцию твари, как отношение старика ко мне хоть и незаметно, но поменялось.

Во-первых, он обмолвился, что я, пока был в отключке, болтал всякое... о своей прошлой жизни. К концу дня он притащил огромную баклаху вина, и мы неслабо так напились, добавляя к благородному алкоголю его менее аристократичные аналоги. Даже до самогона дело дошло. Когда уже напился в зюзю, я подошёл к финалу рассказа о прошлой жизни.

— Кроче, я на Дьявола охотился, хоть и по незнанию, да только размотали меня, даже пальцем не тронув. И вот итог: я здесь! — икнул я. — Ты меня уважаешь?

На этих словах я отключился.

На следующее утро, свежий как огурчик Констиниус сказал, что я бездарь, а не маг, и велел мне идти с ним в катакомбы. Там, на тренировочной площадке, он полдня убил на то, чтобы научить меня заклинанию очищения организма, дарующего освобождение от ядов, в том числе и алкоголя.

С тех пор я днями работал, а вечерами тренировался под надзором старика. С учётом моих способностей, мне удавалось поражать его каждый день, но был один нюанс...

— А эта способность называется высвобождение силы...

— Да, это я умею, — с гордостью кивнул я.

— Ещё раз перебьёшь... — не закончил старик. — Ты даже простейшие вещи не можешь сделать, а высвобождение, что является заклинанием второго ранга и имеет пять ступеней, умеешь активировать? Смешно.

— Да я серьёзно. Это же легко... Ты же, когда шпионил за мной, должен был видеть.

— Я не подходил слишком близко. Ты тот ещё мнительный балбес. Вечно головой мотал в поисках меня, — проворчал тот. — Значит, высвобождение, говоришь, легко? Ну давай, покажи мне, что ты умеешь.

Старик открыл дверь в подсобку и вытащил оттуда ростовую деревянную куклу на металлическом штыре.

Пройдя к центру зала, он вытащил каменную заглушку и в образовавшийся проём просунул металлическую основу, на которой и держалась кукла. Хотя, я бы даже сказал, тренировочный манекен.

— Ну давай, покажи свой самый сильный удар. Эта кукла была специально спроектирована для оценки силы новобранцев с магическим талантом и используется на экзамене для отделения тех, кто прошёл с первого ранга на второй и со второго на третий. В её груди установлен кристалл, что начинает светиться при получении магического удара.

— И как понять силу удара? Ну или как тут оценка идёт?

— Чем ярче он светится, тем сильнее считается маг. Если станет жёлтым, то ты прошёл на второй ранг. Если оранжевым, то на третий. Всё, хватит болтать. Бей давай, бездарь.

Я нанёс удар, вкидывая половину всей скопившейся во мне энергии. Если использую больше, накроет от резкого расставания с таким объёмом.

— Дед, а если красным загорится?

— Не загорится.

— Да уже...

— ТВОЮ Ж МАТЬ! — Констиниус схватил меня за шкирку, как нашкодившего котёнка, и мы моментально очутились за пределами тренировочной комнаты.

«БУМ!»

Взрыв с той стороны двери и задрожавшие стены, заходивший ходуном пол и потолок объяснили наглядно, что будет, если кристалл покраснеет...

— КАК? ВОТ КАК ТАКОЙ БЕЗДАРЬ, КАК ТЫ, ЧТО НЕ СПОСОБЕН ЭЛЕМЕНТАРНЫЙ КРУГ УМИРОТВОРЕНИЯ СОЗДАТЬ, МОЖЕТ ПРИМЕНЯТЬ ЧЕТВЁРТУЮ СТУПЕНЬ ВЫСВОБОЖДЕНИЯ СИЛЫ?!!

— Да кому на фиг это «умиротворение» нужно... — отмахнулся я, стараясь не ударить в грязь лицом и не опозорить магов Земли.

И я о таком круге узнал только сегодня...

— Сотня золотых... Сотня... Я эту куклу за свой счёт покупал... Это катастрофа... — Он посмотрел на меня очумелыми глазами и сказал: — Что ты за чудище такое?! Ты же самых простых вещей не знаешь!..

Я лишь пожал плечами. В конце концов, у нас больше половины активно используемых стариком заклинаний и близко не существовало, как и ещё восьмидесяти процентов тех заклинаний, о которых он рассказывал и которые демонстрировал. Пришлось строить дурака из себя, дабы не бросить тень на «орден», что меня научил и взрастил.

На следующий день мы ушли от боевых заклинаний... Временно, надеюсь.

— Ещё раз покажи печать «проглота»... — потребовал библиотекарь. — Медленнее... Так, стоп. Ты на хрена сюда рукой повёл? Кто тебя этому научил?

— Мой мастер...

— Руки вырвать твоему мастеру, да к жопе пришить, чтобы хоть какое-то оправдание безграничной тупости было. Вы же девяносто процентов силы печати херите, ироды! Честное слово, вас будто Дьявол учил, как сделать эффектно, красочно и совершенно бесполезно. Её же даже самый хилый чёрт прорвёт!

— Мы поэтому её и не использовали для тварей. Только для ловли при длительном выживания на природе. И не надо так о моём мастере, он мне жизнь спас!

— Бездари вы... Без-да-ри. Смотри внимательно и учись, как нужно.

День шёл за днём. Я стабильно тренировался столько времени, насколько хватало нервов мага. Он просто офигевал от понимания с моей стороны сложных боевых заклинаний, которые в его ордене доступны и подвластны лишь единицам, так как опасны для самого заклинателя, и от полного отсутствия у меня базовых навыков.

— Всё-таки я думаю, что Дьявол тебе не соврал. Если это, конечно, он был. И ваш мир у него в качестве игрушки для развлечений. Этакий санаторий или курорт, как ты выразился. И вся эта магия ваша... Всё, всё до единого, что ты мне показал, относится к навыкам «пробуждения», которые, по легенде, произошли от демонических техник. Об этом почти никто не знает, но в древности здесь хватало всяких тварей. Они доминировали. Люди и другие мудрые расы смогли изгнать их и развоплотить лишь благодаря тому, что переняли некоторые их способности, адаптировав и видоизменив под себя и свою энергию. Но, кроме этого, у каждой расы были и есть свои секреты силы и магические способности, заклинания. И чем дальше развивалось магическое ремесло, тем сильнее стиралась грань между возможностями различных рас. Но ты... Скажем так, слишком односторонне развит.

— Да я и не спорю. После того, что вы мне показали, я уже сомневаюсь в своих силах.

— Зря. Энергии у тебя, как у дурного. Но используешь ты её, как чурбан. В один удар уходит столько, сколько хватило бы на десяток печатей. Но ничего... И не таких исправляли. Жаль, тебе не десять лет, иначе из тебя демоноубийца вышел бы просто отменный.

Начался новый раунд тренировок. Благо в ходе работы с книгами я успел изучить много различных источников на тему основ магии. Без заклинаний — лишь теория. Но даже этого хватило, чтобы восполнить пробелы в знаниях.

Часть из книг оказалась воистину полезна, хотя по названиям некоторых и не подумаешь, что там есть что-то стоящее. От одной, «Как понять, что ваше чадо способно чудить?» например, я не ожидал многого, но был приятно удивлён подробными и довольно простыми описаниями.

— Ставь блок...

— Не получается.

— Не поставишь, причёску подправлю огненным шаром.

— Ненавижу файерболлы. Вечно их демонюги применяли...

— Тем более ставь блок, бездарь, — подытожил библиотекарь, формируя над рукой крохотный магический шар огня.

Причёску он мне таки подправил...

Наконец-то наступил день, когда я рискнул задать интересующий меня вопрос.

— Слушай, старик. А скажи, в ваш мир такие, как я, приходили?

— Бездари?

— Не, попаданцы.

— Бывало. Мало кто знает об этом. Сам факт распускания подобных слухов считается дьяволопоклонничеством. Но даже у нас в ордене зафиксировано пять случаев встреч с тебе подобными. Ты шестой.

— Ты сказал, даже у нас в ордене?

— Да. Наш орден хоть и древний и по местным меркам сильный, но... Скажем так, мир огромный. Существ, рас, всяких орденов и даже сект в нём много. Мы по многим показателям, я бы сказал, в серединке находимся.

— А есть книги с этой информацией: с другими попаданцами, их историей, про различные ордена и секты?

— Может, где-то и есть, но точно не в этом хранилище, — покачал старик головой. — Так! Давай, принимайся за работу. Тебе «дуновение» ещё изучать. Пока десятую свечу в ряду не задуешь, спать не пойдёшь. И вообще, хватит меня отвлекать болтовнёй!

***

Рано утром, когда я ещё даже нормально не поспал, это подобие на библиотекаря, которое даже прибраться в здании нормально не может, взяло и разбудило меня. Сказав быстро собираться и есть, старик исчез с места, причём буквально. О телепортации я не слышал, а значит, либо двойник ко мне пришёл и развоплотился, либо он какое-то другое заклинание использовал.

Наспех одевшись и поевши, я пришёл в главный зал, наблюдая Глациуса «Констиниуса» за своим рабочим местом. Только я собрался устроить ему очередной раунд ворчания, как меня резко кто-то одёрнул. Обернувшись, я не увидел ни единой души, и мне начало казаться, что у меня глюки из-за недосыпа.

— Энергию используй! — Вдруг рядом я услышал знакомую ругань. — В глаза её направь, идиот! Да не тупо пялься, как троглодит голодающий. По схеме действуй, как я учил.

Поняв, что от меня хотят, я использовал модифицированное стариком заклинание «развоплощения», которое позволяет видеть при помощи энергии даже сокрытых магией Избранных. Тогда-то я и нашёл стоящего возле себя Глациуса.

— И зачем вам пелена невидимости? — с подозрением спросил я. — Решили в детство впасть и начать простых людей пугать и доводить до приступа?

— Я не ты, — отрезал тот. — Баловством в детстве не занимался. А это необходимо нам для будущего дела.

— Хорошо, — Я протёр глаза, заставляя себя ещё сильнее проснуться. — А вон этого чудо-клона вам зачем было использовать? Можно же просто на время библиотеку закрыть, раз уж собрались покинуть её.

— Не твоего ума дело, пацан, — ответил он мне. — У тебя свои дела, у меня свои. Однако сейчас надо работать вместе, если не хочешь потом получить от других.

— Получить что, — с сомнением уточнил я, — люлей?

— Может и их, — пожал старик плечами. — Но скорее отправишься ногами вперёд на тот свет. Не сразу, наверное, но почти гарантированно, путешественничек ты наш межмирный.

— Ладно, ладно, — примирительно поднял я руки. — Говори уже, что происходит и что делать.

— Не сейчас, — покачал тот головой. — Бери лопату и лом возле стола и пошли в кладовую, что ты недавно разгрёб. Там через чёрный ход выйдем, а там по пути расскажцу.

Вздохнув, я направился в сторону кладовой. И чего этому старику всё неймётся? Всё-таки молодость, что ли, решил вспомнить? Или это на него так повлияли азарт от работы с Чеширчатым да занятия со мной?

***

— Не свисти, дед. Денег не будет.

— У меня их и так нет. Всё на тебя истратил!

— Да конечно! Завирай больше, старик.

— Ты, давай, потише тут, — прошептал он. — А то окружающие будут думать, что ты с воздухом болтаешь и у «кое-кого» проблемы с головой.

— И без тебя знаю, — чуть спокойнее прошептал ему в ответ. — Лучше скажи, куда идём.

— Южнее города есть озеро. У озера хижина рыбака. Она заброшена, поскольку хозяин ушёл в лес и не вернулся. Скорее всего, его монстры загрызли либо попался разбойникам. Но не суть важно. Главное, что нам надо к нему в гости наведаться.

— К кому? К призраку?

— Можешь и к нему, если интересно ТАМ побывать, — усмехнулся Хранитель.

— Ну уж нет. Мне ещё жить охота.

Некоторое время спустя мы покинули стены Лейдена и направились по юго-западному тракту. Ещё через час мы подошли к озеру с хижиной возле него. Давно заброшенный деревянный домик, коих в округе пруд пруди, о чём я и сказал своему сопровождающему.

— Мест таких и правда много, — задумчиво произнёс Глациус, уже сняв невидимую плёнку, — однако подобные особенные.

— Это как-то связано с тем бесом?

— Верно, — кивнул он. — Он мне любезно рассказал, что в этом месте когда-то жил один из его послушных прихвостней, который оставил пару интересных вещей здесь.

— Обычно после такого лишних свидетелей убирают за ненадобностью в их существовании, — пробормотал я.

— Вот и я хотел так сделать, да передумал, — сказал Хранитель, махнув рукой. — Многие на моём месте так и поступили бы с тобой, особенно другие ребята из ордена, но не я. Мне ни к чему лишняя морока, а вот толковый помощник очень даже нужен. Да и сила и способности твои неплохи, а помыслы чисты, насколько они только могут быть у грешного человека.

— Ты опять в моих мозгах копался после того, как я сознание на тренировке потерял?

— Всё-то тебе расскажи... — ухмыльнулся дедок. — Так, бери лопату в руки и иди на задний двор. Там должен быть столб справа вдали. Под ним должен быть тайник. Раскапывай, а я пока осмотрюсь тут.

— Хорошо.

Взяв железку под руки, я побрёл на задний двор, в то время как Хранитель зашёл в хижину.

Оказавшись позади дома, я увидел тот самый столб, о котором Глациус мне сообщил. Каменный, больше на обелиск похожий. Начав копать, я с удивлением обнаружил, что земля под ним более плотная, чем обычно. Я даже сделал пару ямок подальше и понял, что она уплотнена в радиусе трёх метров от столба.

— Придётся повозиться...

Найдя чуть в стороне колодец, я начал таскать из него воду и поливать землю. Это нужно, чтобы та стала влажной и более податливой.

Немного подождав, я с удовлетворением обнаружил, что мой план сработал и землю теперь легче рыть.

— А мог бы простым заклинанием воспользоваться, — донёсся до меня ехидный голос старца со спины, — дабы не возиться со всем этим. Вроде простое и базовое.

Я, обернувшись, взглянул на выглядывающего из окна старого пердуна.

— Ну уж извините, — ответил я и продолжил копать, — я не такой вот скрытный седой маг, дабы... подобные мудрости знать. Я бездарь, как ваше магичество... ать... велело охарактеризовать бедного кочевника.

— Ну да, кочевничек, — фыркнул он. — Ничего не знаешь, ничего не видел... И вообще, ты белый и пушистый.

— Абсолютно точно, — кивнул я. — Добрее и честнее меня свет ещё никого не видывал.

— Ага, как же, — цокнул старик.

— Ещё как! — Копнул я ещё раз и остановился. — А вообще, старик...

— Чего тебе?

— Всё же почему ты решил не убивать меня? — посмотрел я на него. — Вряд ли такая причина, как «нужен помощник», стала основной причиной для этого. Раньше же спокойно и без них обходился. Что поменялось?

— А поменялось то, пацан, — начал он разжёвывать, — что демон подтвердил полученную мною о тебе информацию. Рассказал о твоей ситуации, хоть о цели и не поведал. И поверь, у меня есть свои методы заставлять рассказывать всякую нечисть правду. Только правду и ничего более. А потому в его словах я не сомневался.

— Вот как... — Задумался я и про себя кивнул головой. — Тогда понятно.

Копая дальше, наткнулся лопатой на что-то твёрдое, о чём тут же поведал Хранителю. Очистив место раскопок, я обнаружил достаточно большой деревянный ящик, оббитый сверху металлическими пластинами. Я ещё немного повозился, пытаясь раскопать его, и вот он уже на поверхности.

Открыл ящик я не сразу. Плотное дерево не поддавалось. Оно, по-моему, даже не сгнило. Опять магия постаралась, видимо.

На нём самом висели замки, что не давали приподнять крышку. Тут-то и пригодился притащенный мной через полмира лом, которым я и отбил замки и открыл тайник.

Внутри обнаружил какую-то бархатную ткань, которая покрывала стенки ящика. Видимо она служила для безопасного переноса вещей, коих тут оказалось полно. Различные травы, ягоды и минералы, кости каких-то существ, чудом не сгнившие органы в стеклянных колбах (особенно много было небольших сердец), несколько флаконов, часть из которых я узнал, а другую нет. Мой взгляд зацепила склянка с чёрной жижей, которая словно находилась в вечном бурлении, ибо сама жидкость не переставала «шевелиться» внутри. Ещё там были сгнившее и покрытое слизью перо, различные талисманы: как металлические, так и деревянные с бумажными.

Чёрт, тут даже кукла вуду есть!

Из всего разнообразия вещей нас больше всего заинтересовала лежащая в центре тайника книга, которая, несмотря на время, хорошо сохранилась. Даже обложка не подгнила ни на каплю.

— Осторожно возьми её, — сказал Глациус «Констиниус», — и вытащи. Только не урони её.

Последовав его указу, я осторожно взял в руки книгу, медленно поднял и положил на принесённое стариком полено. Открыв её, я обнаружил достаточно запутанный, но всё ещё понятный для меня текст. Вроде я такие символы уже видел, но где?..

— Я тебе уже подкидывал подобного содержания книги, — развеял мои раздумья Хранитель, — когда ещё первую кладовую разгребал. Помнишь?

— А, — дошло до меня, — по чёрной магии и призыву демонов?

— Да, — кивнул он. — Ну-с, медленно и осторожно прочитай то, что там написано. Страница шесть, второй абзац.

Послушав его, я открыл нужную страницу.

«Для призыва демона определённого уровня силы необходимо найти свежее умершее тело существа-проводника. Могущество призванного демона зависит от мощи ядра существа при жизни и степени разложения тела.

Также на силу призыва влияет время совершения ритуала, место и использованные артефакты. В тёмное время суток более мощного демона призывать легче, поскольку именно ночью проход в подземный мир более открыт.

После прочтения указанного ниже заклинания призыва необходимо дождаться окончания перехода в сосуд и заключить контракт с демоном. Призыватель, как и демон, обязаны будут соблюдать все пункты договора. Чего в нём не прописано, то разрешено.

После подписания призванный демон становится хозяином призывателя и способен отдавать тому указания, обязуясь исполнить свою часть сделки. После смерти призывателя его душа отправится к демону, если иное не установлено сторонами.

Для восстановления силы необходимо найти скрытое от посторонних глаз место, где будет находиться алтарь поклонения вместе с необходимыми артефактами, указанными на странице 7.

После нахождения и обустройства подобного места наступает очередь поиска верующих. Рекомендуется искать отчаянных и отчуждённых, слабых духом и мерзавцев всех мастей. 10 человек ­— минимальное условие для начала восстановления полных сил призванного демона. Отдавая свою жизненную силу и энергию, те будут получать силу для воплощения своих желаний...»

Пока я читал, мой разум наполнялся недоумением и непониманием... А для чего я это всё делаю? Вроде это стандартная книженция для обычного демонопоклонника, коих в мире не сосчитать. Зачем мне это знать? Да и для себя я тут ничего нового не вижу. У себя в ордене нам давали на ознакомление такую книгу, дабы мы знали, с чем имеем дело, ещё на первом же «курсе» демонологии.

На следующей же странице, помимо ритуала призыва демона, был дан список рекомендуемых для обустройства места поклонения артефактов и ингредиентов для создания восстанавливающих сил и энергию настоек. Плюс даны были руны и печати для сокрытия места поклонения от любопытных глаз.

— И зачем нам всё это, старик?

— Как зачем? — посмотрел на меня тот честным-пречестным взглядом. — Будем призывать очередного демона, естественно.

Взглянув ему в глаза, я понял, что чёртов старикашка не шутит, и по спине у меня пробежались мурашки.

Он из ума выжил, что ли?! За одни только мысли подобного толка нас уже на эшафот должны отправить, не говоря уже про совершение чего-то подобного.

— Давай, — похлопал дедок меня по плечу, — бери всё это барахло и тащи в библиотеку. Будем там во всём разбираться.

Вот жешь дерьмо...

Глава 15

Шагая вместе с невидимым библиотекарем по тропе, я не переставал ругаться и проклинать старика. Пусть слышит, старый пердун.

Ишь ты! Призывать демонов он надумал... Не, я слышал, что в давние времена некоторые из моих соратников по ордену занимались подобным для массовой разборки с бесовщиной и тренировки, но всё же!.. Как только стало понятно, что на частоту и массовость случаев появления тварей это никак не влияет, так и перестали впустую рисковать жизнями охотников.

Но, старик...Это призыв демона, мать твою! За такое нас никто по головке не погладит, а уж тем более в городе, что кишмя кишит разного рода храмовниками! Я очень надеюсь, что у него есть способ сохранить это всё в тайне...

— Старик, — начал я очередной с ним разговор, — я надеюсь, что ты хорошо всё обдумал. Нам же всем тут настанет натуральный трындец, если об этом кто-то прознает.

— А то я не знаю, пацан, — заворчал он мне в ответ. — Эти самые демоны для дела мне нужны. Тут ничего я не могу поделать. При помощи тебя я получил любопытную зацепку, постараюсь распутать этот клубок. О храмовниках волноваться не стоит. Риск есть лишь в одном: если мы с демоном не справимся. А ко всему остальному я готов. Имеется в этом городе один секретик...

— Уж очень надеюсь, — огрызнулся я. — Мне не прельщает судьба быть замученным местной инквизицией только потому, что кое-кто хочет утолить своё старческое любопытство.

— Если бы всё было так просто, пацан, — покачал тот головой. — Если бы...

Пока я гадал, что имел в виду старик, мы зашли в лес. Если бы не наш груз, который запрещён местной Женевской Конвенцией или что там у них так решило, то мы бы могли спокойно вернуться через тракт. Но шанс встретиться на нём с очередным «святым» избранником какого-нибудь Бога слишком высок. Всякие тут бродят. Такой и почуять может предметы с магической силой. Особенно если они принадлежат врагу.

По этой же причине у меня болела голова о вопросе попадания в город. Свежи ещё воспоминания о том, как я беззаботно вошёл в главные ворота и сразу же оказался в казематах. Больше не хочу...

Самое логичное — это пройти через городские катакомбы и канализацию. И тот факт, что они недостроены и замурованы, не мешает использовать их для всякого рода противоправных действий. Да, неприятно, нечисто, но уж лучше так, чем на плахе лежать потом. С другой стороны, за десятилетия карта подземных ходов стала неактуальной, так что надо будет подумать над запасным вариантом. Например, подкупить кого-либо из местного криминала. У них должно быть множество путей отступления на случай полнейшей облавы. Плюс им надо как-то провозить в город и наружу всякого рода контрабанду на продажу, украденные драгоценности, если таковые имеются, и прочее добро. Катакомбы из-за своей незаконченности и узости проходов для этого не очень-то и подходят...

Я слабо представляю пока местную систему работорговли. Пока не приходилось с ней иметь дело. Надеюсь, и не придётся... Однако очень хотелось бы иметь абсолютно послушных и преданных слуг. Для это во все времена существовали различные артефакты и печати, судя по тому что я успел прочитать.

Вообще, живой товар — самый ненадёжный для бандита. Даже у нас в мире нет-нет да и встречались неприятные ситуации, хотя рабство уж лет сто как запрещено. А тут и подавно... Со всеми этим войнами, отсутствием базовых прав и прочего... Пока что просто делаю зарубку в памяти на этот счёт. Авось пригодится когда-нибудь...

Я резко остановился, а вслед за мной застыл и Хранитель. Слишком тихо. Обычно, когда идёшь по лесу, можно слышать различную живность вокруг. Жучки, паучки, всякие птички и мелкие зверушки. Однако здесь настолько тихо, что можно спокойно слышать шелест листвы. Что-то не так...

За всеми этими думами, я заметил, как в дерево рядом воткнулся болт, и развернулся в ту сторону, откуда прилетел снаряд. Этого стоило ожидать... Засада! Чёрт, слишком увлёкся размышлениями и слишком поздно почувствовал противника...

— Так-так-так... — вышел из-за кустов, шумя листвой и ломая ветки, громила. — Посмотрите, кто тут у нас заблудился. Что же в лес полез, а? Ты хоть знаешь, чей он? Право прохода у тебя есть?

Вышедшая за ним братия поддержала слова здоровяка хохотом. Восемнадцать человек, может больше. Пятеро из них имели луки или арбалеты, у остальных мечи или дубинки, или топоры.

Ситуация дерьмовее некуда... Старые вояки (это видно по их обноскам) решили заняться разбойничьим делом.

— Да, добрый, — кивнув, ответил я с максимально доброжелательной улыбкой. — Заблудились мы по пути. Хотели в город зайти, да свернули, видимо, не туда. Право на проход у нас, конечно же, имеется.

— Мы? Нас? —приподнял бровь разбойник. — Ты тут один, здоровяк.

Я оглянулся и чуть было не выругался матом. Старик, видимо, решил, что он тут не нужен, и оставил эту «маленькую» неприятность на меня.

Ну ничего, я это тебе ещё припомню, старый хрен!

— Да у него, видимо, совсем с головой проблемы. Вон как лыбится! — произнёс один из соратников разбойника. — По дороге заблудился, в лес забрёл, считает, что не один выхаживает тута.

— Да ку-ку он, вот и всё, — поддержал другой, повертев пальцем у виска, и остальные заржали.

— Отставить разговорчики! — рявкнул на них мой собеседник. Командир всей этой братии определён. — Я кому говорил: без моего рта свои хлебальники не раскрывать?!

— Так точно, командир! — те отдали ему честь.

Ну, какая-то дисциплина у них таки имеется...

— Так, дорогой мой человек, — главарь разбойников снова повернулся ко мне и указал на объёмную сумку с ящиком на моём плече. — А что это мы с тобой несём? Что-то ценное?

— Нет, что вы, — отмахнулся я рукой, — просто кое-какие вещички для дома. Одежда, старая посуда, пара инструментов. Ничего стоящего.

— Это всё, наверное, такое тяжёлое, — с наигранным сочувствием покачал головой атаман. — Ты, видать, совсем устал нести всё это на себе. Давай мы тебе поможем.

— Не стоит. Для меня это всё не такое уж и неподъёмное, как вам может показаться.

— Мы же тебе по-братски предлагаем руку помощи, — собеседник поднял руку, и лучники наложили стрелы на тетиву. — Нехорошо отказывать в чужой помощи.

— Совсем нехорошо! — гаркнул рядом мужик с топором и тут же получил кулаком в челюсть от командира.

— Я что сказал, Рейз! Совсем уже охренел после лёгкой жизни?! Хочешь назад в армию?! К этому ублюдку старому? Ты забыл, из-за чего мы здесь?

— Звиняй, старшой! — тот выпрямился. — Бес попутал, честное слово!

— Я тебе попутаю тут! — прошипел главарь и обратился ко мне. — Давай, выкладывай всё уже по-хорошему. Мне абсолютно плевать, откуда ты: из стражи или городской разведки... Однако если не послушаешь моего совета, то более слушать ты вообще не сможешь. И оружие своё бросай рядом. Только без резких движений.

Вздохнув, я поставил на землю мешок, вытащил из него ящик и к нему кинул перевязь с мечом.

Всё же старый маразматик в чём-то прав. Несмотря на то что я значительно поднял свои навыки благодаря старику, стрелы всё ещё остаются серьёзной угрозой. Пропущу парочку и на этом всё, финита ля комедия!

— Открывай, Степс, — кивнул командир шайки одному здоровяку.

Бандюган, размеренно шагая да поигрывая здоровенным топором, подошёл к ящику и откинул крышку. Как только он увидел содержимое, всё его напускное спокойствие словно рукой сняло. Здоровяк побледнел, буквально спал с лица и тут же отполз куда подальше, тыкая в сторону сундука пальцем. Наконец, он справился со страхом и, указывая то на меня, то на сундук, дрожащим голосом произнёс:

— Д-да о-он ж-жешь... Демонопоклонник!

— Что там? — заинтересованно заглянул их лидер в сундук и тут же пнул, перевернув на траву. — Ах ты пёс!

Поняв, что слова их товарища — «чистая правда», некоторые разбойники скривились. Все сразу же подобрались, их лица ожесточились, послышались звуки натягиваемой тетивы.

Похоже, совсем скоро меня будут чуть-чуть убивать...

— Продажная шавка Дьявола! — крикнул один из них.

— Мужики! — поднял я руки в примирительном жесте. — Честное слово, я не из этих упырей!

— Да?! Тогда это что? — указал пальцем на сумку лидер дезертиров. — Предметы для представления?!

— Не знаю, правда! — произнёс я и перекрестился. — Вот те крест! Я не вру!

— Крест? — Все недоумённо переглянулись. — Какой крест? Что за крест?

— Вот такой. — Я протянул руку ладонью вперёд, да так, чтобы не сразу было видно, что в ней пусто.

Не догадываясь о подвохе, их командир подошёл ко мне почти вплотную, дабы разглядеть мою руку. Я же, не теряя времени, схватил лицо мужика, подтянул к себе и пальцами начал давить ему на глаза, отчего тот закричать от боли.

Видимо испугавшись его крика, некоторые из его стрелков разволновались и выстрелили, отчего в мою сторону полетели стрелы и болты. Предугадав это заранее, я прикрылся от них телом командира шайки.

«ТУК! ТУК! ТУК!»

Сразу трое попали из пятерых! Во дают! Ну а этот более не жилец. Даже Боромир бы с таким не справился. Надо следить за перекрёстным огнём, балбесы.

Откинув тело будущего покойника в сторону трёх громил, отчего те сперва пошатнулись, я быстро подхватил ящик с сюрпризом и бросил его в сторону двух других стрелков, которые стояли чуть дальше. Они, как ошпаренные, отпрыгнули назад и растеряли все стрелы.

Сам же побежал в сторону ближайшего мужика с топором. Тот, растерянный происходящим только и успел прикрыться оружием. Я ударил его в висок, выхватил из-за пазухи нож и воткнул прямо в горло, забирая у падающего тела топор.

Не столбеней перед врагами в следующей жизни, дезертир...

Быстро привыкнув к новому оружию, я наскочил на уже пришедших в себя двух разбойников, замахнувшись топором. Те хоть и успели прикрыться, но от движущегося со всей дури тесака для брёвен не так-то просто защититься. Один тут же упал на землю из-за инерции, а второго я ударил рукояткой по башке.

Рядом просвистел болт, и я тут же укрылся бессознательным телом, которое тут же превратилось в ежа.

Сопротивляться — это, конечно, правильно, но когда ты со снаряжением весишь в два раза больше, то сложновато...

Забрав у мертвеца короткий меч, который для меня куда привычнее топора, я проткнул ногу его напарника и отправил молниеносным ударом по незащищённому горлу дёргающегося в агонии бойца к праотцам. Ещё двое готовы...

Я выглянул из-за живого щита и заметил, что стрелки пытаются натянуть стрелы и болты. Игнорируя крики рядом находящихся бандитов, я со всей дури понёсся к ближайшему арбалетчику. Тот, дрогнув, как и остальные стрелки, уронил снаряд и, не успев убежать, получил мечом в живот и кулаком в нос. Я схватил арбалет, вложил на ходу болт в ложе и выстрелил в спину убегающего лучника, который упал замертво.

Так... Самые опасные стрелки ликвидированы. Лишь парочка арбалетчиков осталась, но они не так страшны, поскольку перезаряжаются дольше. Да и деревья мешают вести прицельный огонь. Хм... А не поэтому ли они улепётывают в сторону просеки?..

Видя, что оставшиеся стрелки решили убежать как можно дальше, я на некоторое время переключился на ближников. Спрятавшись за ствол дерева, я вложил болт, вскинул арбалет и, выглянув, нашёл первые цели — воины с дубинками. Они легко одеты, а потому их просто убить.

Я нажал на рычаг, и болт, сорвавшись с места, воткнулся прямо в солнечное сплетение противника. Не теряя времени, поднял с земли второй, быстро перезарядился и выстрелил в следующего доходягу.

В это же время окончательно очухалась остальная братия. Один из них уже даже подбежал ко мне и замахнулся мечом. Я кинул в воина арбалет. Пока тот с удивлёнными глазами откидывал оружие в сторону, я взял в руки меч и поразил противника прямо в живот. Ногой оттолкнув тело, подхватил арбалет снова в руки, быстро перезарядил и выстрелил в одного из стрелков вдали, что уже встали и начали готовиться к атаке. Это всколыхнуло в них очередной приступ паники, и они попрятались за деревья.

— ДЕМОН! — раздалось рядом.

Я еле успел отскочить в сторону от летящего сверху топора.

Нападающий со всей дури попал по дереву, и оружие застряло в стволе. Пока детина пытался вытащить топор, я пырнул его клинком в живот.

Оставив бойца подыхать, нацепил на вторую руку щит и отбился от топора другого противника. Отшатнувшись назад, перераспределил силы и со всей мощи оттолкнул противника назад, попутно ранив мечом его ноги, отчего дезертир сразу повалился на землю. Нанёс удар в живот, но тот заблокировал и лягнул ногой уже меня в живот, отчего мужик сразу взвыл от боли, а я отлетел в сторону.

Пока я восстанавливал равновесие, ко мне подбежал ещё один мечник и нанёс размашистый удар сверху вниз. Сделав кувырок назад, заблокировал щитом атаку ещё одного нападающего. Я ловко поднялся, выкрутив руку противника и выхватив у него кинжал, и нанёс удар прямо в бок. Разбойник согнулся, и я ногой отправил его в полёт.

Подобрав выпавший из моих рук меч, отвёл атаку разбойника вправо, после чего ногой ударил ему между ног. Грязно, но эффективно. Противник скорчился, и я проткнул его живот.

Не успел я вынуть оружие, как на меня набросился ещё один мужик. Я отошёл в сторону от его выпада, потом резко сблизился и ловким движением рук свернул ему шею. Раздался хруст, и воин обмяк на землю.

Я подобрал меч и заметил, что меня окружили трое: двое с мечами, третий с топором. Сжав зубы, я сделал обманную стойку нападения и начал быстро собирать свою энергию.

Достаточно эффективных заклинаний у меня для данной ситуации нет, но для вас у меня найдётся свой сюрприз.

Почуяв через несколько секунд неладное, троица накинулась на меня, но уже было поздно. Я собрал достаточное количество энергии и попросту выпустил накопившуюся силу. Та, подобно остаточной волне от хорошего взрыва, пронеслась вокруг, и мужики упали наземь, разбросав в стороны своё оружие. Не теряя времени, я вышел из стойки и, подбежав к ближайшему врагу, воткнул меч в его живот.

Вытащив клинок, ринулся к следующему, но тот, очухавшись, заблокировал мой удар щитом и со всей дури попёр на меня, стараясь опрокинуть. Подавшись, я сделал несколько мелких шагов, а потом резко отошёл в сторону и ударил мечом справа налево по телу потерявшего контроль щитовика. Тот, крикнув, схватился за бок и упал.

Я взял щит валяющийся в руки и кинул в третьего врага, который уже успел встать на ноги. Увидев летящую деревяшку, оббитую металлом, воин отскочил в сторону, но неудачно. Он либо споткнулся, либо зацепился за что-то, потерял равновесие и начал падать. Не теряя момента, я ринулся в его сторону и нанёс рассекающий удар. Мужик среагировал и умело заблокировал удар. Понимая, что от этого зависит его жизнь, он старался удержать меня всей своей силой. Я же начал бить его коленом в живот, чего тот не ожидал. После первого удара противник скорчился, но не опустил своё оружие. Ещё удар и раздался хруст сломанного ребра. Руки бойца ослабили, и я добрался до его шеи. Всё кончилось...

Чуть отдышавшись, заметил двух противников, что уже потеряли весь боевой дух и начали отступать. Я быстро взял у рядом лежащего трупа арбалет, что я ранее кинул, и достал из тела рядом болт.

— Вроде целый...

Те это заметили и правильно решили, что если начнут убегать, то это гарантированная смерть, а потому понеслись в мою сторону, прикрываясь щитами.

Я вставил болт в устройство и, прицелившись, выстрелил в ногу одного из вояк. Снаряд попал чётко в голень, и боец упал на землю. Второй же успел добежать и нанёс удар мечом. Я заблокировал атаку арбалетом, после чего получил ногой в живот. Мою тактику использует, гад!

Я по инерции сделал кувырок назад и поднял удачно попавшийся под руку клинок. Чуть пошатнувшись от усталости и боли, отбил очередной выпад противника и атаковал щитом прямо в челюсть. Враг со стоном отшатнулся назад, прикрывая рот, чем я и воспользовался, ударив мечом. Однако моя атака не прошла, и меня снова ударили ногой, которую я, чуть наклонившись вперёд и присев, тут же взял в захват. Пока разбойник соображал, завалил его, после чего пнул в печень и нанёс финальный колющий удар мечом. Такое не блокируется, зараза...

Набрав воздуха в грудь, выдохнул, но тут же почувствовал опасность и отскочил в сторону. И не зря! Там, где я только что стоял, пролетел болт. Чёрт! Совсем забыл про арбалетчиков!

Быстро прикинув траекторию стрелы, нашёл оставшихся двух живчиков и заметил, как второй выцеливает меня. Я инстинктивно отпрыгнул в сторону от летящего в меня болта и понял, что второй уже успел перезарядиться.

— СДОХНИ, ДЕМОН! — проорал готовый к выстрелу арбалетчик.

Чёртовы фанатики!

Я прикрылся щитом, и в этот момент раздались болезненные стоны. Сначала один, а за ним и второй. Не понимая, что происходит, выглянул из-за укрытия и увидел лежащую на земле парочку, позади которой стоял старик.

Вырубил или убил? Непонятно...

— Долго же ты с ними возился, пацан, — сказал Глациус. — Я бы с ними уже давно расправился.

— Мог бы и раньше помочь, старикан! — крикнул я ему. — Ты где был, твою мать?!

— Наблюдал со стороны за развернувшимся спектаклем, — усмехнулся тот. — Неплохой, кстати, вышел. Сражаться умеешь, импровизировать тоже, но энергию практически не используешь. Зря.

— Да пошёл ты! — выругался я, на что получил лишь пренебрежительное фырканье.

— И пойду, но без тебя, — произнёс он и, смотря на моё непонимающее лицо, продолжил: — Я пойду к себе в библиотеку, дабы подготовиться к ритуалу призыва. Нужно всё разузнать, спланировать. Тебе же нужно будет пронести сумку с демоновщиной в город.

— Так чего сам не возьмёшь? — приподнял я бровь. — Давно бы со всем разобрался, возьми ты всё на себя.

— Я к этой гадости, — он кивнул на сумку, — не притронусь. Я бы и книгу эту ни за что бы с собой не взял, но она необходима для дела.

Я смотрю на этого старика и понять не могу: это он так смеётся надо мной или же на полном серьёзе отвечает? Вроде человек же серьёзный, со стажем, а к подобной шелухе брезгует даже притрагиваться. И при этом ещё что-то говорит про их использование. Нет, серьёзно... Это такой старческий прикол или что?

Пока я раздумывал над поведением старика, Глациус подошёл к одному из тел арбалетчиков, присел и закинул его себе на плечо. После он проделал то же самое со вторым.

— А зачем тебе тела дезертиров? Похоронить, что ли, собрался?

— Пацан, — обернулся ко мне библиотекарь, — у тебя, часом, проблем с памятью нет?

Я недоумённо смотрел на него и по его взгляду понимал, что он серьёзно спросил. Вот жешь зараза! За кого он меня принимает?!

— Нет у меня никаких провалов памяти, — отрезал я.

— Тогда ты должен помнить, что для призыва демона необходима жертва в виде тела умершего существа. Свежего. Так что я их вырубил, — ответил на один вопрос и тут же прокомментировал второй, который я даже не успел озвучить: — Второй будет про запас. Вдруг ритуал не сработает. Ох, так это девка... Из бригады Чёрного щита, чтоль, ушли? Он же вроде подуспокоился и не лютовал последние лет десять...

Хранитель развернулся и направился в сторону города, а я остался один обдумывать сложившуюся ситуацию. Ему нужны были тела изначально... И он привёл меня в это место...

— Козёл старый, — ругнулся я и махнул в его сторону. Пускай валит на все стороны, мудак! — Так и знал, что ты специально всё подстроил!

Проматерившись про себя, я осмотрел поле битвы, продумывая в голове варианты и прикидывая свои возможности. Вот и как мне, спрашивается, пронести запрещённые во всём мире артефакты в город? Ходов-то местных подземных я не знаю, да и связей с преступным миром почти не имею. Плюс за мной в городе хвост от орка пристать может, что добавляет определённого геморроя в происходящее.

— И что делать с оставшимися разбойниками? — пробормотал я, осматривая тела шайки.

Многие мертвы, но некоторые ещё корчатся от боли. Недолго им, правда, осталось...

Глава 16

Глядя на возвышающиеся передо мной стены, я всё никак не мог понять, как меня угораздило вляпаться во всё это дерьмо...

Нет, допустим, с Торгадом напортачил я. Природа и желания взяли верх, и я хорошенько повеселился с Оглайлой. Знал же, что её папаня наверняка взъярится, прознав об этом. Догадывался я и о его хороших связях на тёмной стороне Луны... То есть города. Знал же, что и придётся играть в эдакого Робин Гуда, но без делёжки с бедными. Но он не должен был прознать так быстро... Но нет же!

Хорошо. Но что меня сподвигло помогать этому дедку? Банальное желание дольше пожить? А кто этого не хочет? Все хотят. И я хотел, а потому пришлось слушаться его и подчиняться. Дважды мы были на грани хорошей драки, но оба раза он демонстрировал мне, какой же я по сравнению с ним дилетант в магии.

Ну ладно, ладно. От Чеширчатого он мне помог избавиться, и я ему благодарен за это. Но на хрена тащить долбаную контрабанду в город?! И не абы какую, а связанную с дьяволопоклонничеством! Ещё и подставил меня, заведя к разбойникам. А теперь его ещё и жаба, видите ли, душит бросать такое количество добычи...

Допустим, в городе полно всякой преступной швали, которая не прочь заработать и провозкой контрабанды. Даже более — это практически основной их заработок. Но как мне с ними связаться-то? Я не знаю никого, кроме...

— Тог Мясник! У него же есть, мягко говоря, связи в этом деле! Не хотелось вплетать его, но, видимо, другого варианта нет. Уж лучше довериться профессионалам.

Слишком уж я привык к его образу друга, что целыми днями занят тяжёлым трудом, а не вот этим вот всем. Иначе сразу бы о нём подумал...

Так, есть проблемка: как с ним связаться?!

Придя на край леса, я, вздохнув, присел возле дерева и начал наблюдать за проходящими по тракту мимо меня людьми.

Поток, несмотря на дикость этих земель, весьма внушительный... Много разных карет проезжало в окружении стражи, множество одиноких скакунов направлялось в город. Ещё больше простых пеших доходяг, что не нашли денег для покупки повозки либо же любили экономить, решили на своих двоих от деревень (уж вряд ли они из соседних городов) наведаться сюда торговли ради, скорее всего.

От скуки начал бормотать себе под нос старую считалочку. На третьем круге пришлось прерваться.

— Хм? Кто это?

Я прищурился. Знакомое лицо. Где-то этого паренька я уже видел, но вот только где?..

— А, точно, — меланхолично пробормотал я, — он часто возле дома Тога ошивается. Видать, из воровской братии...

Ещё секунд десять я так и сидел, рассматривая парнишку издали, пока меня не осенила гениальная мысль...

Он же может позвать его! Где тот живёт, знает, с тёмным миром дела имеет, а значит, за небольшую плату сможет мне помочь!

— Ну как небольшую... — усмехнулся я, шагая в его сторону. — Придётся хорошо раскошелиться.

Подойдя к тракту, я окликнул его, махая рукой, и парень осмотрелся вокруг. Увидев меня, он сперва напрягся, порываясь сбежать, но я в примирительном жесте поднял руки, давая понять, что не стоит и у меня есть к нему дело. Поняв это, он заметно расслабился, махнул рукой в ответ и пошёл в мою сторону.

Пришлось чуть сымпровизировать и устроить небольшой спектакль «Два дружбана», поскольку рядом в этот момент проходили стражники из города. Патрульные, видать. Три одиноких конника в экипировке только для этого и подходят.

— Здорова, — я протянул парню руку, когда косящиеся наблюдатели исчезли за поворотом... — Узнал? Как жизнь.

— Да, ты с Тогом дружбу тянешь. Нормально дела, — ответил он и пожал мне руку, после чего мы направились в сторону от тракта. — Сам как?

— Не хвораю, что уже хорошо.

Про себя усмехнулся. Действительно удивительно, что до сих пор не захворал. Любой другой давно бы ласты склеил на моём месте.

— Так что надо-то? — поинтересовался паренёк.

— Есть возможность неплохо подзаработать для тебя, — начал я с самого вкусного. — Два золотых за выполнение задания сразу на руки.

Тот задумался. Неправильный подход. Нельзя на переговорах показывать свою заинтересованность, ибо это сразу же сыграет против тебя.

— Восемь золотых.

— Я могу и на хер послать и руку сломать. За жадность. Цена справедливая, не выёживайся, — сказал я, смотря на него немигающим взглядом. — Я могу пойти навстречу, вот только не думай слишком наглеть. Это не такое уж и сложное задание для таких денег.

— Эм-м... Пять? — продолжил он гнуть свою линию, но уже как-то неуверенно.

— Я чё, похож на торгаша? — надавил я на последнее слово, чуть сузив глаза. — Я вполне могу найти другого человека, что выполнит задание и за меньшие деньги. Так что...

— Хорошо, — со вздохом сдался парень. — Я согласен. Так что за работа?

— Тебе необходимо встретиться с Тогом Мясником и привести его сюда, ко мне. — начал я объяснять. — Скажешь, что у Алекса есть дело, связанное с деньгами, и ему необходима профессиональная помощь.

Парень, чуть подумав, кивнул и побежал в сторону города. Я проводил его взглдяом, тихо вздохнул и сел под деревом, слегка прикрыв глаза. Осталось только дождаться старины Тога.

***

Солнце клонилось к горизонту. Уже всё небо окрасилось в красные тона, даже воздух стал более холодным и свежим.

— Алекс, — услышал я со стороны, — дружище!

Я покачал головой, собираясь с мыслями, и увидел старого доброго Мясника.

— Привет, старина! — Я встал и тут же оказался в его объятиях. — Как ты там? Как семья?

— Всё хорошо у нас, — отошёл он. — Живём и не тужим.

— А я получал совсем иные новости, — пробормотал я.

— Да то лишь издержки профессии, — отмахнулся он и потёр нос. — Ничего критического. Так, рассказывай, что у тебя там?

— Мне необходимо провести в город контрабанду, поделить и продать её. Сам понимаешь, — развёл я руками, — что у меня нет таких связей.

— Это-то да... — кивнул он в задумчивости. — А что за груз?

— Я, возвращаясь в город, наткнулся на шайку дезертиров, — вкратце рассказал я о произошедшем, опуская моменты с вещами демонологии. — Вот мне их вещички и необходимо сбагрить. Вот только произошло это всё ещё ближе к полудню, а потому нужно поторапливаться, иначе утащит невесть кто. Ну и там у них всякого барахлишка хватает, мало ли говно демоническое какое есть. Времени всё рассматривать нет, так что уж лучше в городе отсортировать, после прохода мимо сигнализации.

— Сигна... чё?

— Охранных заклинаний.

— Хорошо. Вот теперь я понял, — кивнул он и повернулся к воришке, которого я посылал. — Идёшь со мной и на месте получишь новое задание. Заплачу, так что переживать об этом не стоит.

Тот лишь кивнул и последовал за Тогом обратно в город. Я же, зевая, остался снова куковать под деревом в ожидании новостей. Видимо, заснуть сегодня пораньше у меня не выйдет...

***

Проснулся я от скрипа колёс. Посмотрев в сторону тракта, я увидел деревянную повозку с мужичком и пареньком вором на ней. Я встал и направился в их сторону, пока те спрыгивали на землю.

— Ты Алекс? — уточнил мужик, вытаскивая мешки из телеги.

— Да, — кивнул я, помогая ему. — А ты человек Тога?

— Верно. Он отправил меня помочь в этом деле. Ну, — мужик вытащил последний мешок, — куда идти-то?

— За мной, — мотнул я головой в сторону леса, — минут десять идти...

— Хорошо. — Он повернулся к парню и сказал: — Стоишь здесь и охраняешь.

Тот лишь ухмыльнулся в ответ и сел на место извозчика, чуть прикрыв глаза. Мы же, удовлетворившись его действиями, направились к месту драки.

— Там человек восемнадцать — двадцать где-то, так что таскать придётся много.

— Знаю, — ухмыльнулся тот. — Мне Тог всё рассказал. Как только ты их всех один завалил — ума не приложу.

— Когда живёшь в Диких землях, приходится и не такое проворачивать, — ответил я, пожав плечами.

— Верю, очень даже верю, — кивнул он. — Знавал я тоже одного кочевника. Тот, правда, был поменьше тебя раза в два. Так тот рассказывал, как в прошлом положил тридцать нападавших своими руками. Правда, за жизнь пришлось глаз отдать, но уж лучше его, чем сердце.

— Это да... — присвистнул я. Тридцать матёрых воинов, мать вашу! Ой звездобол... — Хотя, я так понимаю, после такого ему пришлось завязать с кочевнической жизнью?

— Ага, — подтвердил мужик кивком. — В степях, может, ему и нельзя было более жить, зато в городах в качестве охранника хорошо себя зарекомендовал. Как зыркнет своим уцелевшим глазом, все тут же спесь теряют.

Вот так, обсуждая бытовые темы, мы подошли к месту сражения. Увидев разбросанных то тут, то там мертвецов, мужик присвистнул, и я вместе с ним.

Как оказалось, отряд этот был не из самых слабых. С учётом их снаряжения, а особенно арбалетов, их можно причислить к более-менее профессионалами.

— Чесслово, не понимаю я, как вы их так укладываете штабелями...

— Издержки профессии, — ответил я, пожав плечами, и мы засмеялись.

Собрав все вещи в мешки, мы отнесли их к телеге. Одну партию, затем вторую.

— Значит так, — начал объяснять мужик, — сейчас кладём всё в самый низ повозки и прикрываем мешками с мукой. Только их сначала вытащить нужно... Если проверка и будет, то только поверхностная.

— А вы ещё этот вопрос не решили?

— К нам должен ещё один человечек подойти. Он-то нам всё и скажет по этому делу.

Я кивнул и начал вытаскивать мешки с мукой, раздумывая о происходящем. Я, конечно, человек далеко не святой, много чего в прошлом натворил, но всё же...

— Ладно, — помотал я головой, — прорвёмся... Всем задницу надеру!

— Это ты о чём? — поинтересовался мужик.

— Да так, о текущей моей ситуации.

— А, — понял тот, — ты про Торгада?

— И про него тоже, — не стал отнекиваться я. — Всё же в ситуации я дерьмовой, и тут ничего не сделаешь.

— Не боись, — усмехнулся тот, — этот орк уже много чего намутил такого, что вызывает недовольство у верхов. Ещё немного и ему придётся заткнуться, если не хочет потерять всё нажитое непосильным трудом богатство.

— Очень на это надеюсь, иначе придётся своими руками ему морду-то начистить!

Тут даже паренёк засмеялся, слушая нас и помогая с грузом.

Разобравшись со всем, мы направились по дороге в город, разговаривая о том о сём. Паренёк наш, которого, кстати, Арго зовут, привык с детства заниматься воровством. Мастерства у него не так уж и много, так что он не решается рисковать по чём зря, а потому до сих пор и не оказался за решёткой. А что касается причин — банальный голод. Денег не хватало с обычной работы, жалкие медяки, и пришлось таким вот образом подрабатывать сироте. Классика.

Энрен же, мужик с телегой, оказался должен в своё время Мяснику, а потому начал помогать тому, чтобы расплатиться. Позже они притёрлись друг к другу, и Энрен стал подрабатывать за монету у Тога, который время от времени подкидывал задания.

— У меня есть желание... В будущем хочу открыть свою таверну.

— Ого! — присвистнули мы.

— Дорого же выйдет это всё... — сказал я.

— Это я понимаю, — вздохнул Энрен. — Нужно купить само здание, а его ещё найти надо. Либо же купить материалы и нанять людей, что построят его. И не факт, что это выйдет дешевле. Потом ещё подыскать людей на работу в ней и, соответственно, охрану нанять, дабы дебоширы не устраивали свои выступления по пьяни.

— Я так понимаю, — начал я размышлять, — что нужно ещё какое-то разрешение на ведение подобного дела.

— Это точно... И взять его можно только наверху и через связи. А так... — Энрен махнул рукой. — Дело пропащее.

— Главное — не сдаваться, и всё выйдет, — пожал я плечами. — Если чётко видишь свою цель, то к ней гораздо ближе идти, чем кажется.

— Как знаешь... О, это за нами.

На дороге нас ждал ещё один мужик. Лица я его не видел, но, судя по чуть дёрганым движениям, он немного нервничал.

— Так что там? — задал вопрос Энрен, когда мы подъехали к незнакомцу.

— Всё готово, — ответил тот молодым голосом и посмотрел в мою сторону. — Деньги, я надеюсь, у вас имеются?

— Смотря сколько, — неопределённо сказал я, пожав плечами.

— Пять золотых. Досмотрят быстро, по верхам.

— Найдётся, — кивнул я и подмигнул парнишке, что явно напрягся. — Не обижу.

— Хорошо. За час до открытия ворот, а это перед рассветом, вам нужно будет подъехать к северному входу. Там вас будет ждать охранник. Ему вы отдадите один золотой. Дальше разберёмся по ходу дела.

— Понял. Проблем никаких нет.

— Тогда ладно, — произнёс незнакомец и исчез в кустах.

Гудини недоделанный...

— Ну что? — посмотрел я на своих спутников. — Ждём, пока пропоют первые петухи?

В ответ я получил лишь дружественный вздох. Понимаю. Поспать сегодня будет сложно. Надо товар охранять...

***

Под покровом предрассветной тьмы мы наконец прибыли к северным воротам.

Бр-р-р. Жуть как холодно.

У самих ворот оказался лишь одинокий стражник. Я заранее выдал Энрену золотую монету, поскольку они с парнишкой имели опыт ведения подобных дел. Сам же остался дальше лежать на месте извозчика и молча наблюдать за происходящим.

Вот Энрен и Арго подошли к воину. Вот они обменялись любезностями и направились к повозке. Вот проверяющий взглянул на меня и направился к грузу. Тут я чуть свалился, чтобы лучше наблюдать за происходящим. Увидел, как едва заметно стражник протянул ладонь и получил заветную монету. Затем он кивнул, прошёлся беглым взглядом по грузу и направился к воротам.

— Открывай! — закричал охранник, и ворота начали подниматься.

Поблагодарив его, контрабандист и вор сели за «руль», и мы въехали в город. Я облегчённо выдохнул.

Хорошо, что никакой дряни сигнализирующей не было. Впрочем, это же обычные вещи, хоть и стрёмного назначения.

— Что, — усмехнулся мужик. — в первый раз такое?

— Да пошёл ты, — отмахнулся я и устало потёр глаза. — Спать хочу, как собака.

— Это ещё что, — фыркнул Энрен, — порой приходится и не такое проворачивать.

— Верю, верю, — пробормотал я и прикрыл глаза.

Через некоторое время мы подъехали ко двору Тога Мясника, где он нас тепло поприветствовал и начал осматривать груз.

— Богатый улов, — задумчиво произнёс он. — Всё так сразу и не продашь, особенно арбалеты. Могут появиться вопросы о их происхождении.

— Сколько?

— Неделя, может больше. Всё зависит от покупателей.

— Хорошо, — кивнул я. — Я не тороплюсь.

— А в таком деле стоило бы, — фыркнул тот. — Либо всё сразу сбагриваешь, либо сбагривают тебя за решётку. Ну да ладно. Продам, и свою долю получишь позже.

— Понял. Благодарю.

— Не стоит, — отмахнулся Тог. — Большую часть всё равно я получаю.

Кивнув, я подошёл Арго, что нетерпеливо стоял у повозки.

— Держи, заслужил. — Я протянул ему обещанные ранее два золотых, и ещё один сверху докинул. — Теперь тебе лучше позабыть о том, что здесь видел, и вообще забыть, кто мы такие.

— А кто вы? — задал тот вопрос так неожиданно, что я даже опешил сперва.

Усмехнувшись, я похлопал его по плечу и отправил восвояси.

Мавр дело сделал, мавр может уходить...

Завершив все дела, я попрощался с Энреном и направился с Тогом в дом, где нас встретила его хмурая жинушка. Особенно её недовольство проявилось, когда она увидела меня. Ладно, не стану принимать это близко к сердцу. Имеет право.

— Там на вас двоих еда стоит на кухне, — кивнула она в сторону. Недовольная, но учтивая хозяйка. Просто прелесть, а не дроу-наёмница. — Идите и поешьте. Утро ещё раннее, а вы тут ни свет ни заря бочку гоните.

— Благодарю вас, — сказал я Орсане, на что она мне молча кивнула и отправилась наверх.

Зайдя на кухню, мы с Тогом уселись за стол и принялись за еду, обсуждая последние известия. Я рассказал ему о том, что поселился у Констиниуса. На эту новость Мясник ответил молчаливым удивлением вперемешку с опасением во взгляде. Пришлось успокаивать его тем, что я тружусь у него сортировщиком и уборщиком кладовых, что за работу я получаю возможность пожить в безопасности, еду, комнату для жилья и душевую. Услышав это, Мясник успокоился. Также я поведал ему о специфике службы. Пожаловался на то, что этот долбаный Хранитель никогда там не прибирался и в каждой из кладовок натуральная свалка.

Тог же в ответ поведал о своих развлечениях. Рассказал о драке с Торгадом, о возникших позже небольших проблемах, с которыми он успешно разобрался. Сказал, что об Оглайле до сих пор ничего не слышно и даже у себя во дворе та не появлялась.

— Вообще, Торгад зарвался, — произнёс он, откусывая очередной кусок хлеба. — Он стольких поднял на уши своей суетой, что как бы действительно с ним не приключилось чего. Власти могут. Скажут, что тот помер от сердечного приступа, значит, помер от сердечного приступа. И плевать, что этот здоровяк никогда на здоровье не жаловался.

— Это да... — пробормотал я.

Это мне напомнило истории моих предков о жизни в прошлом. Тогда действительно, если говорили, что кто-то подавился водкой, значит, подавился водкой.

— А вообще, не кипишуй. — хлопнул Тог меня по спине. — Вырвался из этой задницы, вырвешься и из следующей.

— И ещё как! Сам надеру им зад, а те ещё и благодарить будут!

— Вот это по-нашему! Вот это дух!

Мы посмеялись и продолжили нашу трапезу, обмениваясь новостями.

Хорошо жить в тёплой и уютной обстановке, в кругу любящих людей... Хоть я малость и завидую, но всё равно рад за старину Тога.

***

Поев, я распрощался с Мясником и быстро направился в сторону библиотеки. Сейчас ещё рано, а потому люди ещё спали. Гвардия редко показывалась в это время, да и соглядатаев орка я пока не наблюдал.

Оказавшись в библиотеке, я заметил старикана, стоявшего за стойкой приёмной.

Так... Это настоящий или нет?

— Старик! — окликнул я его и направился к стойке.

— Здравствуйте, — ответил он мне с улыбкой на лице. — Пришли выбрать книгу? Могу предложить сборник стихов Энфеля для лёгкого чтения.

— Всё с тобой ясно...

Если дедули здесь нет, то он явно внизу...

Махнув на копию рукой, я направился в подвалы. Спустившись, я сразу почувствовал едкий металлический запах. Пахнет кровью...

— Пыточная, — напевал я, — где же ты, о пыточная?..

Открыв искомую дверь, предо мной развернулась картина маслом. Или кровью... В центре комнаты на стуле сидел связанный бандит и пытался освободиться. Завидев меня, он замер. Рядом с ним лежал его собрат по несчастью — иссохшее тело арбалетчика в огромной луже крови.

Напротив него стоял Хранитель и, кажись, пребывал в добром расположении духа. Ну точно маньяк-тихушник.

— О, Алекс, — повернулся он ко мне с улыбкой блаженного и размазанной по лицу кровью. От такого меня аж передёрнуло. — Ты как раз вовремя. Пойдём. Оставишь всю богомерзкую дрянь в защищённой комнате, а сам потом в душ.

Пока я соображал, в чём подвох, Глациус отвязал обессиленного пленника от стула и кинул его на пол с помощью одного из заклинаний магии воздуха.

— Душ? Так рано?

— Просто тебе придётся идти на приём к князю вместе со мной. Это сегодня вечером, так что делай всё быстро, — улыбнулся библиотекарь и прикончил последнего пленника. Ага. «Библиотекарь». — И не забудь трупы убрать в комнату для тренировок. Я уже настроил её.

Когда до меня дошла суть происходящего, я не мог не выругаться. Во что ты меня снова впутал, старикашка?!

Глава 17

Что ни утро, то какая-то хрень со мной происходит.

Позёвывая, я отнёс тела недавно скончавшихся разбойников в тренировочную комнату и оставил их рядом с дверью. Пусть старикан сам потом разбирается, куда их деть, а я вглубь этого холодильника — ни ногой.

Бр-р-р... Вот он конечно тот ещё маг-виртуоз. И с огнём, и с льдом играючи справляется.

В соседней же комнате, которая сверху донизу покрыта разного рода печатями и рунами, я положил на стол книгу по демонологии. Сомневаюсь, конечно, что для неё требуются подобные меры, но я что-то такое слышал, мол, через такие вещи демоны и прочая нечисть способны воздействовать на умы рядом находящихся людей, которые со временем теряли себя в пучине грехов, даже не осознавая, что ими просто-напросто манипулируют. Но готов поставить на кон зубы старикашки — это обычные выдумки трусливых людишек...

Раздражённый и уставший, я направился в душевую, где смыл с себя пот, кровь и грязь, а также очередное вспыхнувшее желание выругаться на Глациуса. Закончив мыться, вернулся к себе в комнату и буквально рухнул на кровать. За последние пару суток мне так и не удалось нормально выспался, и, судя по всему, такая возможность появится не скоро. Ну, хотя бы немного да отдохну...

***

Очнулся я от чёткого ощущения, что если не встану, то покраска травы покажется мне лёгким наказанием.

Быстро поднявшись и одевшись, я с удивлением обнаружил, что полон сил, а в голове ясно, как днём. Недосыпа будто никогда и не было.

Видать, этот старикан заклинание какое использовал. С одной стороны, спасибо ему, если дело в этом, а с другой ­— он же сейчас меня запряжёт, как возовую лошадь...

Выругавшись, я оделся во всё чистое и парадное, вышел из своей комнаты и практически сразу наткнулся на недовольного Хранителя, который очень вовремя вышел из-за угла.

— Наконец-то ты встал, пацан, — пробурчал тот, осмотрел меня и приподнял бровь. — Вот только не говори мне, что на встречу с представителями высшей знати ты пойдёшь вот в ЭТОМ?

Не до конца понимая причину недовольства старика, я развёл руками. Извини, это лучшее, что у меня есть.

То, что тут принято надевать по такому случаю: смокинг, военную форму, всякие мужские побрякушки по типу шляп, перчаток, галстуков и прочее, я знаю. Но у меня этого нет. Может, маска какая ещё нужна?.. Где взять изволите? И вообще, старик действительно считает, что у меня с моей-то зарплатой есть что-то подобное? Он что, уже и забыл мою легенду или у него деменция началась?!

Заметив недоумение в моих глазах, Глациус скривился, вздохнул и потёр лоб. Он чуть взмахнул рукой, и непонятно откуда появилась толстенная книженция, которую старик без всяких церемоний впечатал в мою грудь.

— Займись своим этикетом, тоже мне... Хоть что-то да будешь знать. О костюме я позабочусь, а то ты явно в одних лохмотьях решишь явиться на торжественный вечер.

Закончив высказывать недовольство, старик развернулся и направился в сторону выхода, а я начал рассматривать книгу. «Золотое благородство. Ронэн Ламмур». Судя по первой странице, это что-то вроде учебника об основах дворянского этикета для знатной молодёжи.

Я вздохнул:

— «Золотая молодёжь» во все времена и всех мирах остаётся простой «золотой молодёжью». Что ж... Раз сказали: «Надо», значит, надо. Придётся мне изучить этот ваш этикет, «месье» Констиниус.

***

Полчаса спустя Глациус вернулся с не пойми откуда взявшимся здесь замерщиком, который быстро снял с меня мерки и сообщил, что всё будет сделано в лучшем виде уже через два часа.

А что, так можно, что ли? Или он уже готовый костюм подправит и всё на этом?..

— Так, а что там с демоническими разборками? — уточнил я у Хранителя, когда мужчина покинул библиотеку.

— Будует тебе демоновщина, не переживай, — фыркнул тот. — Собаки Дьявола никуда не денутся, и ты вдоволь ещё успеешь их покромсать. Но нужно всё подготовить... Это тебе не беса из крестьянки выводить. Так что попридержи своего внутреннего садиста.

Я приподнял бровь, слушая этого дедулю.

Это я садист?! Старик, у тебя уже настоящий склероз, что ли? Кто это тут недавно резал людей с улыбкой на лице, маньяк ты тихушный?!

Вздохнув, я помотал головой и направился к себе в комнату. Причитаниями делу не поможешь, а потому необходимо вновь приниматься за работу.

— А ты куда это? — окликнул меня Глациус. — Мы ещё не закончили.

— Чего тебе, старик? — устало произнёс я.

Дай уже делом заняться...

— Небольшой экскурс по делам с князем, — усмехнулся тот. — Тебе всё равно этикет изучать, так хоть что-то полезное для себя приобретёшь. А то в этих книжонках столько пурги метут, что порой диву даёшься.

Я вопросительно посмотрел на него.

А зачем ты тогда дал этот фолиант, старикан?

— Для общего образования, — ответил он на прочитанный на моём лице невысказанный вопрос и тут же стал серьёзнее. — Наша цель: хорошо выслужиться перед местным владыкой. Это даст тебе некоторые полезные связи, а потому слушай внимательно. Князь не слишком умён и чересчур самовлюблён. Не смей принижать успехи в ЕГО землях и не смей как-либо проявлять своё превосходство над ним: хоть физическое, хоть умственное, хоть магическое. Следуешь его указам, но если они противоречат тому, что я сказал, то ссылайся на меня, мол, в этом вопросе тебе требуется моё одобрение. Держишь голову опущенной и не смотришь прямо ему в лицо. Также князь Оруэлл де Клиффорд — так его зовут, а обращаешься к нему как к Его Высочеству ­— души не чает в своей жене Сисилии де Клиффорд, а потому никоим образом не смей принижать ЕЁ достоинство и не смей с НЕЙ флиртовать. Иначе тебя даже я не спасу, если не захочу устроить массовую бойню. Смотрит на тебя — глаза смущённо в пол уводишь. Взглядом с ней не встречаешься. Понял?

Я загибал пальцы на каждый пункт. Вроде всё запомнил, о чём ему и сообщил.

— Замечательно, — кивнул Хранитель и едва заметно расслабился. — Не изображаешь из себя умника, стараешься молчать как можно больше, а на всякую его мудрость говоришь о широком мировоззрении. И последнее — ни слова о магии.

— Да, — кивнул я.

В этих делах подобная предосторожность попросту может спасти не один раз жизнь.

— Тогда вперёд, за уроки! — усмехнулся Глациус. — Чтоб к назначенному времени знал все правила назубок. И, кстати, запомни, что какое платье означает, что символизируют их цвета и прочая бижутерия. Это важно, особенно для женщин.

Последние слова он мне сказал, направляясь в сторону подвальных помещений. Я проводил старика взглядом, пока тот не скрылся из виду, и тоже пошёл по своим делам. Учить надо много, а потому нельзя тратить время в пустую. Но почему мне кажется, что этот старик снова затеял какую-то гадость в отношении меня? Может, это уже паранойя?

***

— Скажи честно, — повернулся я к Констиниусу в карете, — не будь сегодня у нас внепланового выходного из-за дезнртиров, ты бы всё равно пошёл, верно?

— Всё может быть, — Хранитель пожал плечами, смотря в окно. — Не сегодня, так завтра пришлось бы к нему наведаться. Давно он меня зовёт в гости.

— И почему я не удивлён?! — сказал я с ноткой сарказма.

Любит же он получать проблемы на свою задницу. И как только дожил до столь преклонного возраста?..

— И нечего смотреть на меня так, — фыркнул старик. — В отличие от некоторых, у меня достаточно мастерства в магических делах, дабы надрать зад всем, кто не понимает по-хорошему. И дружить с таким как я хотят, если не все, то очень многие!

— Да-да, старик, — махнул я рукой, — я всё прекрасно понимаю, но ответь: почему сейчас? Давно же зовёт, пошли бы позже, зачем лошадей загонять?

— Много причин на самом деле, — пожал он плечами, — но одна из них... В общем, чем раньше мы с тобой заявим о себе, тем легче будет в будущем, поскольку им всем придётся считаться с тем, что у меня появился помощник.

— Кому «им»? Аристократии? А это вообще сколь-нибудь важно?

— Само собой важно! Я же не торгаш администратор! Я член старого ордена, хранитель знаний и маг. Таких как я во всём княжестве по пальцам одной руки пересчитать можно. Но это не всё. Важно дать знать, что я готов вступить в игру. Люди, кому надо, сами всё поймут. Торговые гильдии, воинские клики, собрания магов, да и просто храмовники. Групп много, и на таких встречах со всеми ними можно познакомиться. Опять же — для тебя это лучший способ заполучить себе не просто имя, а статус. Мелкий, но официальный. Не факт, конечно, что тебя воспримут как кого-то стоящего, скорее, как тупую шестёрку-болванку, но так даже лучше.

— Я тебя понял, дед, — вздохнул я и наигранно пожаловался: — решил бедного меня, молодого и ничего не понимающего воина, втянуть в свои политические игры с сильными мира сего. И не стыдно тебе, старик?

— Ни капли, — фыркнул Хранитель в ответ. — Я тебя ещё жалею. Будь моя воля, отправил бы в логово к монстрам тренироваться. А сам наблюдал бы за спектаклем с мясом и вином. Хоть какое-то развлечение средь скучных будней...

— Да ну тебя, — махнул я на него. — Совершенно не умеешь развлекаться.

— Почему же? — удивился тот. — Умею. Вон как развлёкся в подвалах!

И загоготал.

Вот же ж псих... Ну, мне-то что. Сам ведь не лучше: искренне наслаждался битвой, ощущая адреналин и кровь несущуюся по жилам. После такого не мне его судить.

Через некоторое время карета подъехала к металлическим распахнутым воротам. По бокам стояло по гвардейцу. Те проверили извозчика и наше приглашение, которое Констиниус протянул. Когда воины удовлетворённо кивнули, мы вновь тронулись.

Двор встретил нас (по крайней мере я был восхищён) завораживающим видом. Несколько фонтанов со скульптурами в виде воинов и прекрасных дев. На их дне что-то светилось, из-за чего картина действительно выглядела впечатляюще. Вокруг них расстелились каменные дорожки с пышными кустами по бокам, на которых росли цветы самых разных видов и оттенков. При этом растительные изгороди были однотонные на своей линии и лишь в местах пересечения смешивались, создавая впечатляющую картину.

Я хоть и не большой любитель всего пышного и экзотичного, но мне действительно захотелось прогуляться по дорожкам из чистого любопытства. Здесь же должно быть место, где встречаются все цвета. Хотелось бы на это взглянуть.

Довольно скоро карета остановилась, и нам открыли дверь. Рядом с массивной лестницей, которая и служила входом, стояли десятки иных карет ещё большей изысканности. По сути, каждый из этих экипажей являлся отдельным произведением искусства, и я понимаю почему. Их владельцы желали выделиться на фоне остальных. Лишь мы приехали на скромной карете из тёмного дуба с изюминкой в виде большого зелёного камня наверху, от которого до колёс расходились узоры, напоминающие корни дерева.

Когда мы поднялись по ступеням ко входу, перед нами раскрыли двери.

— Прибыл господин Констиниус Фонделяр, — произнёс слуга, после чего на нас тут же обратили внимание.

Кто-то рассматривал нас с любопытством, кто-то с откровенным презрением, а кто-то и вовсе делал вид, что нас не существует.

Я лишь мысленно пожал плечами. Не моё это дело. Видимо, старика здесь мало кто знает, что ему на руку, иначе бы его имя гремело на всю округу. Причём не в лучшем свете...

— Старина Констиниус, — донёсся спереди мужской голос, — дружище! Давно тебя не видел вне твоей конуры.

— Рад видеть вас в добром здравии, Ваше Высочество.

Библиотекарь сделал шестидесятиградусный поклон, а я склонился на все девяносто, как его ученик и помощник.

— Ой, оставь ты все эти формализмы, друг мой, — отмахнулся князь. — Мы же условились.

— И мы условились так делать не на людях, — отметил тот.

— Ну, как знаешь, — пожал Оруэлл плечами. — Не ожидал тебя сегодня здесь увидеть, хотя и очень хотел, старик. Обычно ты из своей библиотеки не вылазишь ни на шаг.

— Работа у меня такая, Ваше Высочество. Никак не могу от неё отойти. Сегодня дали мне выходной в ордене, а потому и смог к вам приехать.

— Ну, раз выходной, то давай праздновать!

Князь взял бокал с принесённого слугой подноса и кивнул головой на Хранителя. «Официант» молча предложил Глациусу напиток, и тот, взяв фужер, чокнулся с Его Высочеством, после чего они начали обсуждать разные темы, потихоньку выпивая.

В это время начал всё больше раздаваться голос слуги на входе и внутрь стало входить всё больше людей. Я с любопытством смотрел на них и практически над каждым вторым наблюдал уровень силы. Собралась здесь не просто элита, а, можно сказать, кружок Избранных.

Тридцать седьмой уровень, двадцать девятый, тридцать девятый... Н-да-а-а... Как я и думал, у местной знати уровень выше небес. Однако, по-моему, среди гостей нет никого, кто был бы сильнее Глациуса, что странно. Выходит, что старик, при всём своём превосходстве над остальными, играет роль волка в овечьей шкуре, причём довольно продолжительное время...

А вот и храмовники... Да не просто низшие ранги. Судя по их построению, среди них и главный священник стоит. И все они почему-то смотрят на меня...

— А... Я ж ещё не научился скрывать свою метку...

— Ты что-то сказал, ученик? — чуть прищурившись, задал мне вопрос Констиниус, услышав моё бормотание.

— Я говорю, — начал вертеться я, — что здесь так много разных высокоуважаемых людей, что я как-то даже теряюсь.

— У твоего ученика зоркий глаз, старик, — сказал князь, — но ему не хватает крепости ума и умения превозмогать неожиданности.

— Этот ученик благодарит Ваше Высочество за указание на его ошибки, — поклонился я. — Он обязательно исправит их.

— Но-но, — покачал тот пальцем, — ты должен кланяться только перед своим мастером, а не перед другими.

— Этот ученик всё правильно делает, — чуть расслабленно фыркнув, произнёс Хранитель. — Ему нужно в качестве основы тренировать уважение к другим людям.

— Может, ты и прав, — сказал Оруэлл, пожав плечами, и взглянул на храмовников, чуть нахмурившись. — Атмосфера тут какая-то напряжённая стала. Пошли, что ли, разбавим её? Нечего быть столь холодными на таком событии.

— Вы, как всегда, правы, — кивнул Глациус.

Он быстро глазами проследил взгляды храмовников и остановился на мне. Его лицо стало немного серьёзнее. Видимо, до него тоже дошло, в чём вся соль..

Мы не успели сделать и пару шагов по направлению к священнику, как позади нас раздалось очередное объявление слуги, только уже другого. У этого голос был чуть более низкий и торжественный, чем у его напарника.

— Прибыла Её Высочество Сисилия де Клиффорд!

Все тут же устремили взгляды на вход, а на лице князя тут же вспыхнула... Ох-х... Как там обычно говорят про детей: радости полные штаны?..

Так вот, из-за дверей сверху, что скрывались за винтовой мраморной лестницей, появилась сама княгиня. Алое длинное платье, что прямо волочилось по полу, золотистые длинные волосы с розой в виде заколки, чёрные полупрозрачные перчатки. А эта грудь... Я не мог оторвать взгляда.

Для неё было лишь одно подходящее слово — неописуемая. И это я говорю не как перевозбудившийся молодняк, а как ценитель, что очень многое повидал за свою... прошлую жизнь.

Имя: Сиссилия де Клиффорд.

Уровень: 41.

Мама дорогая... Да она же не слабее старикана! Не, тот, конечно, на уровень выше неё, но это всего лишь ОДИН уровень! Хотя-я-я... В бою многое решает опыт, а у этого маньяка-тихушника его должно быть море, так что...

Так, а если поменять настройки и глянуть её социальный статус?

Имя: Сисилия де Клиффорд.

Публичный статус: Княгиня де Клиффорд. Внучка магистра Темаля. Соправительница провинции Дарнак.

Ранг: 4 круг силы, 1 звезда развития.

Чуть осмотрев зал и задержав на долю секунды взгляд на мне, княгиня улыбнулась и сразу же направилась в нашу сторону.

Я, конечно, хочу надеяться, что это она просто к своему «ненаглядному» идёт, но почему-то мне кажется, что дело пахнет керосином?..

— Милая, — князь поцеловал её руку, — как твоё самочувствие?

— Всё замечательно, мой дорогой, — улыбнулась женщина ещё шире. — Столько разных людей к нам пришло, что не сосчитать. Да ещё и господин Констиниус решил к нам заехать, какая удача!

— Ну что вы, Ваше Высочество, — поклонился тот. — Я бы и рад был к вам раньше зайти, да вот мне только сейчас выдали выходной.

— Какой же вы несчастный, господин Констиниус, — вздохнула княгиня. — Если вам будет необходимо, только скажите, мы тут же составим депешу вашему магистру в вашу поддержку.

Она вдруг посмотрела в мою сторону.

Я не поднимал глаза, но всё-таки заметил, как она облизнула свои губы. Вот же ж...

— Кстати, господин Констиниус, — продолжила княгиня, — не познакомишь меня с молодым человеком? Он, кажется, твой ученик, верно?

— Да, всё так, Ваше Высочество, — кивнул библиотекарь.

— Какой интересный ученик у тебя, — хитро пробормотала женщина.

Да вашу ж... Всё, финита ля комедия! На меня положила глаз неудовлетворённая княгиня, мать её! У муженька её рука-то дёрнулась. Понимает же ж всё, но всё равно, гад такой, запылал ко мне ненавистью. Прям печёнкой чую... И вот что мне теперь делать?! Старик ведь специально предостерегал меня от этой... Суккубы, чтоб её. А тут вот как складывается ситуация? Он ведь поможет мне отделаться от неё? Старик? Почему ты так загадочно молчишь и улыбаешься? Гад, печёнкой чую от тебя подставу...

Глава 18

Мне всё больше кажется, что все женщины командирши в душе... Ну не может ведь всё быть так, будто это я такой «везунчик»!

— И как же ты его себе подобрал, господин Констиниус? — продолжая рассматривать меня, спросила княжна.

— Не поверите: сам пришёл, — усмехнулся хранитель, — нежданно-негаданно. Я его во время работы встретил. Этот решил поднабраться знаний после приезда в город, а потому, естественно, его направили ко мне.

— Ох ты, — женщина наклонила голову, — так он не из местных?

— Абсолютно точно нет, — покачал головой Констиниус. — Мужлан обыкновенный, хоть и старательный. Он же даже не из Диких Земель. Кочевник! Варвар! Ладно, не буду наговаривать. Немного таланта в нём есть, как вы можете видеть по его метке. Возможно, поэтому и был изгнан из своего племени.

— Тц, вот же ж дикари необразованные, — недовольно произнесла княгиня. — Если дать достойное обучение, то он в бою и один сможет заменить десяток рядовых солдат. А они с ним так…

— Традиции, что тут поделаешь... — развёл руками библиотекарь. — У них они ещё сильнее в головах сидят, чем у нас. Особенно это касается разных странностей и неестественностей. Вот тут у них неприятие работает на полную.

— Уж лучше бы у них на полную работало желание подчиняться, — фыркнула Сисилия и повернулась к князю. — Верно, родной?

— А? — погружённый в гнев Оруэлл, растерянно открыл рот от внезапного вопроса, но быстро взял себя в руки. — Да, конечно. Не будь у них вечного желания убивать нежданных гостей и грабить наше приграничье, было бы в разы легче.

— Вот и я о том же, дорогой, — Княгиня подошла к мужу и поцеловала в щёку, отчего тот тут же расплылся в улыбке. — Пообещай мне, что как-нибудь разберёшься со всем этим необразованным сбродом.

— Конечно, моя дорогая, — Оруэлл наклонился и поцеловал руку жены в ответ. — Всё что твоей душе угодно.

— Ты, как всегда, такой умничка у меня, — хихикнула княгиня, а меня внутри всего передёрнуло.

Ясно. Женские чары. Манипуляция. Я хрен знает, что она использует... Может даже самую натуральную ментальную магию обворожения, как это делают некоторые из высших вампиров. Одно ясно: «муженёк» у неё на стальной цепи висит. Возможно даже и не одной. Вообще не удивлюсь, если эта внучка какого-то там магистра поит мужика каким-либо снадобьем для усиления эффекта. Очень даже возможно, что вся обслуга князя находится в её ежовых рукавицах. И именно она в действительности управляет княжеством через супруга. Не зря же она такой сильный маг, в то время как он… Простой человек, хоть и властью обладающий.

Судя по тому, как княгиня легко «убедила» мужа поработать над кочевниками, делает она это явно уже очень давно и с конкретными целями. Интуиция подсказывает, что ей нужны деньги и власть. Возможно, статус. В крайнем случае она просто ищет способы самоудовлетворения разного рода. И ладно бы всё на этом, но она сказала разобраться с кочевниками, а значит, в её планы, возможно, входит покорение их территорий... Очень амбициозно, если учесть одну странность: эти прерии никогда не принадлежали ни одной империи или другой подобной структуре (вычитал об этом в библиотеке). И это явно не просто так...

— Кстати, — Сисилия вновь повернулась ко мне и продолжила рассматривать, — а насколько силён и крепок твой ученик? Я хоть и сказала, что он, на мой взгляд, способен многих одолеть, но как дела обстоят на самом деле?

— Недавно мы выходили за город и попали в засаду, — нахмурившись, начал шептать старик. — Около двадцати дезертиров, среди которых были мужья с топорами, мечами и дубинами. Некоторые из них имели луки и арбалеты. Ни одного достойного ему не нашлось. Я, конечно же, подстраховал, но, можно сказать, он в одиночку справился. Впрочем, только такой и мог бы стать моим учеником. Всяких бездарей вокруг и так хватает.

— Ничего себе! — восхитилась женщина. — Да тебе же надо прямо в наши гвардейцы идти! Быстро получишь звание тысячника!

— Боюсь, что тут трудно будет что-либо сделать, — покачал Констиниус головой. — Сейчас он мой ученик и находится на моём попечительстве.

— Ой, да бросьте вы, — махнула та рукой. — Достойные кадры должны занимать достойные должности. А то, что он не уроженец нашего княжества… Откуда родом начальник стражи Дариус, вы и сами знаете. Важны лишь лояльность, дисциплина и честный, упорный труд.

— И всё же, пока я не могу вам его отдать, — настаивал Хранитель. — Принципы не позволяют. Тем более что мы только-только достигли прогресса в развитии...

— Очень жаль, господин Констиниус, — вздохнула Сисилия. — Нам бы такой гвардеец не помешал. Даже просто рыцарь. Но вынуждена признать, учителей магии в нашем княжестве практически нет. Нехорошо будет зарывать его талант.

В этот момент в стороне от нас открылась дверь, и из соседней комнаты вышел мужчина в чёрном смокинге и белых перчатках. Лет тридцати, как мне кажется. Он тут же направился в сторону винтовой лестницы, где чуть в стороне сидели музыканты, что настраивали свои инструменты. Увидев его, те быстро завершили свои приготовления и расселись по местам. Забравшись на трибуну, мужчина из своего рукава достал деревянную палочку и постучал, давая знак приготовиться. Дирижёр взмахнул руками, и заиграла музыка.

Честно, никогда не понимал всю эту суету вокруг балов. Куча людей встречаются и без всякой энергии пьют алкоголь и едят небольшие закуски. Ладно бы просто дела обсуждали, но ведь нет: всё в каких-то закулисных кулуарах обговаривается и решается. А бал – так, для показухи. Не, одни, конечно, говорят, что на таких событиях гости налаживают определённые связи и зарабатывают влияние своими нарядом, манерами и прочим, но всё же...

Однако, несмотря на весь мой скепсис, музыка действительно хорошая. Расслабляющая, но при этом подталкивающая к определённым действиям. Под неё тело само начинает раскачиваться в такт скрипкам, а под редкие звуки флейт так и хочется что-то быстро провернуть в танце.

— Да-а-а... — закрыв глаза, произнесла княгиня, двигаясь, словно дирижируя пальцами рук в такт музыке. — Господин Мелоди действительно знает толк в красивой музыке. Верно ведь, дорогой?

— Конечна, моя ненаглядная, — улыбнулся князь, тоже наслаждаясь музыкой. — Ты действительно была права, выбирая его в качестве придворного музыканта. Даже вечно сварливый старик Горциус Флавель, хоть и сидит с недовольным лицом, но ногой притопывает.

И действительно. Вон как все, прикрыв глаза, наслаждаются мелодией. Кое-кто даже с улыбкой на лице тихо обсуждает дирижёра, едва заметно указывая на него.

— А откуда господин Мелоди взял музыкантов? — спросил Констиниус. — Явно ведь, что это не полностью его заслуга, а их в том числе.

— Господин Мелоди пригласил их лично, — начала пояснять Её Высочество. — Он с ними уже ранее выступал несколько раз и поручился за их мастерство игры на инструментах.

— А музыку он сам сочинил? — полюбопытствовал Хранитель. — Никогда такой ранее не слышал и, признаюсь, очень ею заинтересовался.

— Я рада, что она вам приглянулась, господин Констиниус., — улыбнулась княгиня. — Верно, сочинил он её сам. Разве не мастер, скажите? Не зря мы потратили такие деньги, привлекая его в наше гнёздышко.

— Соглашусь, — кивнул старик, — мастерства ему не занимать, как и его людям. Если он из какого-нибудь знатного рода, то тогда ему отбоя не будет от здешних дам.

— К сожалению для него, — вздохнула Сисилия, — он из простой семьи, зато благодаря его талантам, все его дети смогут получить статус. Это я гарантирую. Надо только его с дедушкой познакомить.

Пока те обсуждали происходящее, в нашу сторону направились храмовники, что ранее держались в стороне. Им, кажется, дела до музыки вообще не было. Наблюдая за ними краем глаза всё это время, заметил, как они только и делали, что смотрели в мою сторону и что-то обсуждали.

Сейчас начнётся мясо... Это я гарантирую!

— Ваше Высочество, — поклонился главный священник, — зовут этого слугу Кейн Лихтенский, и мне бы хотелось обговорить с вами несколько вопросов.

— Господин Верховный жрец, — поклонился в ответ князь, — рад вас видеть в добром здравии в этот замечательный вечер. Но стоит ли обсуждать здесь какие-либо важные темы? Не лучше ли дождаться конца торжества и уже в отдельной комнате всё обговорить?

— Боюсь, что ждать нет времени, — покачал мужчина головой и указал на меня. — Дело касается вот этого человека.

— Да? — удивился Оруэлл и, чуть прищурив глаза, осмотрел меня. — И что же такого вас в нём заинтересовало, если не секрет.

— Не секрет. Как мы заметили, этот человек отмечен знаком божества, и нам хотелось бы узнать, какого именно.

Наступило напряжённое молчание. Князь, не ожидавший подобного, тихо обдумывал сказанное. Княгиня же, шокированная, уставилась на меня, но вскоре её взгляд сменился ещё большим вожделением.

Выдра, блин, похотливая... Хотя фигурка у неё ничего так, хорошая, приятная. Есть за что подержаться, да ещё как! Однако с ней надо быть осторожнее. Больше на суккуба похожа, чем на человека.

А Констиниус... Этот старикашка даже бровью не повёл. Всё так же спокойно смотрел на храмовников и даже не думал что-либо делать. Так мне казалось, пока «великий» Хранитель не заговорил.

— Да? — усмехнулся старик. — И что же вы хотите с ним сделать? Будьте уж любезны объясниться.

— А вы у нас?.. — лениво спросил жрец.

— Констиниус Фонделяр, — поклонился дедуля, — хранитель здешней библиотеки, а также учитель этого паренька.

— А, так вы из местных, — Кивнул Кейн. — Это многое упрощает, особенно если учесть, что вы работаете Хранителем. Скажите: вы же знали, что у него имеется божественная метка, ведь так?

— Даже если это и так, что вам с того?

— Почему вы не доложили об этом нам сразу же, как только об этом узнали? Всё было бы намного проще, сделай вы так.

— А с какой стати я должен ВАМ что-либо докладывать? — фыркнул старик. — К тому же этот паренёк – мой ученик, так что перед тем, как иметь дело с ним, вам придётся иметь дело со МНОЙ.

— И почему же МНЕ надо иметь дело с ВАМИ? — начал раздражаться жрец. — Не слишком ли вы о себе высокого мнения?

— Не слишком. А что касается причин, то без моего разрешения этот ученик не посмеет даже рта раскрыть, — усмехнулся Хранитель и повернулся в мою сторону. — Не смей тратить силы на разговоры с незнамо кем. Они тебе ещё потом пригодятся.

Кейн сжал свой посох, явно разозлённый подобным отношением в свою сторону. Видимо, не привык, когда его смешивают с грязью, а потому в гневе стукнул посохом об пол, из-за чего по залу раскатился звук удара дерева о камень. Да ещё какой! Все его услышали, даже музыканты. Те и вовсе на секунду прервали свою игру, но лишь для того, чтобы словить суровый взгляд дирижёра и начать играть вновь.

— И как мне вас понимать, господин Констиниус? — сквозь зубы процедил жрец. — Вы идёт против воли Бога?

— Что-то я не припомню, — усмехнулся старик, — чтобы в заветах было прописано, что каждый верующий в случае чего должен докладываться жрецам. Вы же не стража, ей Богу.

— И ты ещё смеешь поминать Его?! — чуть повысив голос, произнёс кто-то из сопровождающих Кейна. — Старик, ты, видимо, совершенно забыл, что значит страх!

— И почему же я его позабыл? — приподнял Констиниус бровь. — Или же церковные постулаты значат, что мы должны, как не знаю кого, бояться вас?

— Еретик! Забыл о своём положении, хотя просто прячешься за спиной князя! И не стыдно ли тебе после этого?!

— О?! — наигранно удивился Хранитель и повернулся к князю. — И с какой стати я пользуюсь твоей поддержкой, Ваше Высочество?

У того только глаз не дёргался – настолько он был зол. Мало того, что в его непосредственном присутствии они развернули не пойми какое шоу, так ещё и не ведут себя почтительно.

— Я что-то не понял... Вы совершенно не проявляете к моим гостям уважения или что?

— Нет, что вы... — примирительно замахал руками жрец. — Я приношу свои искренние извинения, Ваше Высочество, просто работа у меня такая. Приходится быть иногда чуть более грубым, чем обычно.

— Мы всё прекрасно понимаем, господин Верховный жрец, — заговорила княжна, мило улыбаясь. — Ваша работа чрезвычайно важна и требует постоянной бдительности к окружающим. Мы можем просто спокойно позабыть о произошедшем и списать всё на рабочий стресс.

— Ваше Высочество, вы меня извините, конечно, — поклонился Кейн, — но у меня всё ещё имеется множество вопросов к господину Констиниусу. О его прошлом, о его работе, о том, как устроился на данную должность и так далее. К тому же господин Констиниус владеет магией, а потому хотелось бы узнать, как он ею научился пользоваться.

— И с каких пор церковная служба выполняет роль переписчика населения? — фыркнул старик. — О том: что, как, зачем и почему, вам знать необязательно. Вот ни разу.

— Господин Констиниус... — вновь храмовник начал раздражаться.

— Довольно! — Ррезко вспылил князь.

Музыка вновь остановилась и тут же продолжилась. Однако этого крика всё равно было достаточно, чтобы вызвать новую волну перешёптываний в зале, причём более массовую. Лицо князя от этого ещё сильнее исказилось, и он в гневе взглянул на побледневшего жреца.

— Господин Констиниус мой давний друг и брат, а потому я всецело ему доверяю! — начал Оруэлл гневную тираду. — Подозревая его, вы в первую очередь подозреваете меня! А если всё так, то тогда уже у МЕНЯ к ВАМ вопрос: не собираетесь ли ВЫ поднять против меня восстание?! И если всё так, то стоит ли мне пересмотреть наше соглашение о возможном количестве ВАШИХ людей, которые могут одновременно прибывать в городе?!

— Н-нет, что вы... — растерялся Кейн. — У нас и в мыслях не было подозревать вас в чём-либо!

— Уж надеюсь, — фыркнул князь. — Очень не хотелось бы проводить чистку в моих землях от церковников. Хотя, в принципе, с учётом всех тех поблажек, что я вам даю, если вы до сих пор недовольны вашим положением, то я всегда могу заменить вас на лунных стражей. Они ребята хоть и не слишком деликатные в отношении дипломатии, но дело своё знают хорошо. И НЕ жалуются!

Услышав о замене, жрец ещё сильнее побледнел. Уж не знаю, кто такие эти их лунные стражи, но ребята, видимо, иного сорта, чем церковники. Возможно даже, что с ними проще иметь дело, чем с этими. Надо это запомнить.

— Милый, давай не будем торопиться раньше времени, — начала Сисилия успокаивать своего мужа. — Господин Верховный жрец не имел ничего такого в виду, что могло бы тебя рассердить. Просто в последнее время много демонопоклонников развелось по всей округе, вот господин Кейн и на взводе. Он добросовестно выполняет свою работу, даже если приходится так себя вести и быть настолько подозрительным.

— Ты права, милая моя, — успокоился князь и тут же улыбнулся. — Прошу меня простить за мой гнев. Мне тоже приходится нелегко, особенно из-за случаев дезертирства, которых с каждым днём становится всё больше. Я не хотел вас обидеть.

— Не стоит, — поклонился жрец. — Это мне не следовало забывать о чувстве такта. Нервы нервами, но за окружающей обстановкой следует следить. То же касается и моих подчинённых. Они порой ночами не спят, выслеживая врагов Господа.

— Это многое объясняет, — кивнул Оруэлл. — Нам всем в последнее время приходится несладко, а потому давайте просто отдохнём этим вечером и расслабимся.

— Мы с радостью примем ваше предложение, Ваше Высочество. — И все храмовники кивнули в знак согласия.

Вот стою я, смотрю на всё это и ни черта не понимаю... Вроде спор начался из-за моей метки Божества, а в итоге всё закончилось угрозой смещения церкви и подозрениями в бунте. Чего только в кулуарах дипломатии не происходит и куда только эти тропинки не ведут, я фигею...

— Прошу меня простить, — неожиданно заговорил Констиниус, когда всё успокоилось, — но нам придётся отложить наш отдых на неопределённое время.

— Что случилось, мой друг? — спросил князь, явно чуть раздосадованный данной новостью.

— День-два назад я тренировал своего ученика магии в лесу, и мы наткнулись на группу дезертиров, что тут же на нас напали. Помните, я говорил об этом?

— А, да, — тут же кивнула княгиня, — вы упоминали об этом пару минут назад. Что-то важное случилось?

— Ещё как, — фыркнул тот. — Я, как гражданин этого города, тут же схватил нескольких и начал допрашивать. Те, увидев ранее, что я являюсь магом, тут же начали голословить и выкладывать всё наружу. Однако не успели те что-либо значимое рассказать, как их объяло адское пламя и сожгло дотла. Даже праха не осталось.

Атмосфера тут же стала более холодной. Все нахмурились, обдумывая данную информацию, особенно храмовники, что аж сжали руки в кулаки.

— Демонопоклонники? — тихо спросил жрец.

— Скорее всего, — кивнул хранитель. — По всей видимости, знания их оказались под печатью Дьявола, а потому те были тут же ликвидированы, когда вознамерились рассказать что-то важное.

— У тебя есть свидетели произошедшего? — прищурившись, спросил Оруэлл.

— А зачем я, по-вашему, привёл сюда своего ученика? — усмехнулся старик и подошёл вплотную ко мне, ударив рукой по спине. — Естественно, он всё подтвердит, поскольку был в тот момент рядом со мной и помогал. Верно, Алекс?

Произнеся это, он чуть заметно ударил меня ногой.

Не стоило, старикашка... И без тебя знаю, что мне стоит делать, а что не стоит.

— Всё так, — поклонился я, — их действительно объяло чёрное пламя и сожгло заживо. Крик мучений они издавали до самого конца сожжения, пока последняя их часть не растворилась в воздухе.

Все задумались, а я начал рассматривать зал. Гости уже подуспокоились и продолжили заниматься своими делами, мало обращая на нас внимание. Да, здесь князь, но он занят и прерывать его – дело неблагодарное.

— Значит так, — заговорил хозяин города. — Констиниус, господин Кейн, вы идёте сейчас со мной в кабинет. Там мой друг расскажет всё, что узнал, и мы будем думать, что делать дальше. Дорогая, ты пойдёшь с нами и в случае чего подскажешь нам, хорошо?

— Хорошо, мой дорогой, — кивнула та и поцеловала мужа в щёку, — как скажешь.

— Слушаюсь, Ваше Высочество, — произнесли старик и жрец, а первый повернулся ко мне и сказал: — Ты пока пойди и погуляй. Разговор нам предстоит долгий и не для чужих ушей.

Я кивнул и посмотрел вслед уходящей мне группе людей. Поматросили, господа, и бросили...

— Мда-а-а... — вздохнул я и вновь осмотрел зал. Музыка всё так же играла, а атмосфера была довольно оживлённой. — И что мне делать дальше, вашу ж налево?

Глава 19

— Вкусно, очень вкусно! — произнёс я, кладя в рот очередную вкусняшку.

Когда все разошлись по своим делам и оставили меня в одиночестве на растерзание монстра под названием бал-маскарад, мне не осталось ничего другого, кроме как начать бесцельно бродить по залу, наслаждаясь играющей музыкой.

— Хоть что-то скрашивает этот вечер... — пробормотал я тогда и, как любой на моём месте, направился прямо к заставленным блюдами столам.

Небольшие закуски, различные деликатесы как из горячего, так и кондитерского цехов. Хотя, тут слово «цех» не подходит… Ладно, пофиг.

Ни одной ёмкости с каким-либо из напитков. Слуги сами их наливают в твой бокал, только попроси.

Я взял вино красное и удивился его вкусу. Не скажу чтобы я был любителем, но всякого разного в прошлой жизни напробовался. Здешнее, оно… ярче, насыщеннее, что ли. Не чета нашему, но оно и понятно – разница в технологиях. Хотя, стоит отметить, что принесённое мне вино чуть более терпкое и с приятным послевкусием, чем то, что я заказывал во время вынужденного заточения, пытаясь подмаслить старого хрыча. Это в разы лучше. Всё же за качеством здесь пристально следят. Абы что на стол князя не попадёт.

Кстати о слугах. Все похожи друг на друга как две капли воды. Рост, черты лица и форма. И ладно бы форма... Чёрные смокинги и белые парики сделать не мудрено (хотя насчёт местных реалией не знаю), но вот черты лица... Это либо хорошая магия метаморфоза, либо специально выращивают под это дело целое семейство. Ставлю десять своих зарплат на то, что это всё родственники. Иначе я просто не знаю, как объяснить, что около тридцати человек выглядят как клоны!

— Война клонов... — усмехнулся я и, потягивая новое вино, которое в этот раз оказалось немного противным, продолжил ностальгировать вслух: — Вот смотрю на всех этих слуг и прямо вижу перед собой ту сцену, когда строились штурмовики...

Свои думы я старался держать при себе и особо не отсвечивал, как шеф и велел. Держался окон, строил деловое задумчивое лицо и с ним ходил-бродил по обширному залу, стараясь не давать поводов заговорить со мной. Всё же хоть я и изучил большую часть здешнего этикета, но запомнил далеко не всё, так что мог и фатально проколоться, да так, что потом костей не соберёшь. Скорее всего, не моих, но всё равно конфузов лучше избегать. Дуэли – дело тонкое.

А зал тут действительно огромный. Уже шагов пятьдесят у меня набралось, а я только до половины дошёл по одной из сторон, которые на глаз одинаковые. И если брать мой шаг в метр двадцать, то длина одной сто двадцать метров... Это прям ОЧЕНЬ много для бального зала. Есть ведь и не бальные, а более официальные и торжественные...

Видно, что князь придаёт большое значение подобным событиям, и, если бы не всплывшие сейчас обстоятельства с выпытанной из дезертиров информации, был бы здесь и обсуждал дела со своими гостями из других знатных семей.

А семьи тут были разнообразные. Из тех, что я сумел опознать: Ла Варры – недавно пожалованные дворяне, Моубреи – потомственные генералы и маршалы, правда, с другой части материка, но всё-таки (сюда судьба привела их отпрыска командовать гвардией); Фоксы – потомственные чиновники, что остаются при дворе до сих пор, даже после трёх смен правящих городом династий; Ботро – аристократы и крупные дельцы со своими шахтами и другие. Однако, как предполагал, большая часть прибывших – представители недавно зародившихся дворянских семей. А подслушав как бы невзначай пару разговоров, я в этом ещё окончательно убедился.

Вот в чём штука: недавно была война. Ну, как недавно... несколько лет назад. И вот на этой самой войне многие сумели подняться благодаря помощи и связям в армии, правительстве, предпринимательстве и иных сферах города. И вот именно для этих новоиспечённых аристократов устраивались в последнее время балы. Всё для того, чтобы с ними наладить контакт, переманить на свою сторону и многое другое. Ну, то есть занимаются всем тем, чем обычно и занимается знать: сбор влияния и набор союзников. А такие торжества – прекрасная для них возможность.

Что касается представителей более древних и знатных семей, то они здесь больше для галочки, нежели для реального дела. Да, они могут получить новых пешек для своей шахматной игры, но их текущие слоны и ладьи – более сильные и полезные фигуры в ближайшей партии. Ну а пытаться заполучить пешку, которая может повести себя непредсказуемо и даже в теории подставить под удар короля – дело такое себе... Неблагодарное.

Ну, меня это не касается никоим образом. Вот вообще никак. Играйте сами в свои шахматы и шашки, а меня не трогайте. Я вне политики. Я просто вкушаю знания, вино и еду, наращивая магические приёмчики и понемногу превращаясь в оккультиста стараниями старика. Надеюсь, он в здравом уме и отдаёт отчёт своим действиям... Так что не зыркайте мне тут и пальцами в меня не тычьте...

— Тогда и я вас не трону, — чуть улыбнулся я, беря очередную вкусняшку.

Небольшие мясные шарики на палочке с сыром внутри и в соусе снаружи. Вкусненько, сытненько и не большого размера. Их довольно много наделали здесь, так что грех не кушать.

Оставив треть шариков на столе, забрал остальные с собой и двинулся дальше. Ну а что? У меня молодой здоровый организм, которому требуется много калорий. И вообще, мне молоко за вредность положено. Профсоюза библиотекарей на некоторых мутных магов нет!

Я побрёл дальше осматривать княжеский особняк в пределах дозволенного. Это многие делают, находясь в компаниях, так что если я и буду чем-то выделяться, то не слишком сильно.

Театр начинается с вешалки, вот и я решил выйти наружу и осмотреться.

Да-а-а... Здесь действительно завораживающе. Фонтаны создают успокаивающую атмосферу журчащей водой, а изгороди цветов освежают здешний воздух и создают красивую иллюзию цветочных небольших стен. Если смотреть на дорожки со стороны, то можно понять, что они вырисовывают определённый узор.

Побродив немного в раздумьях, я всё же отправился на поиски места, в котором сходятся все виды изгородей. Минут десять тут гулял, даже всё это великолепие рябить в глазах начало. Зато я всё-таки смог его отыскать.

В центре небольшого круглого пространства находился фонтан в виде женщины-ангела, что льёт воду из кувшина и вокруг которой танцуют ангелы помельче.

Я уже хотел было присесть на ближайшую скамейку, как услышал по ту сторону фонтана удивлённый вздох. Вот так неожиданность...

Тут сидела девушка лет шестнадцати. Коричневые длинные локоны и невероятно миловидное личико. Розовые губки, слегка румяные щёчки и ни грамма косметики. Глазки голубые, как вода в фонтане, а её формы аккуратно подчёркивало жёлтое платье. Оно хоть и было пышное, но не сверх меры. То есть, на мой взгляд, красивое и в определённой степени, наверное, удобное. Немного приоткрыто сверху, полностью закрыто снизу.

В руках девчушка держала небольшую приоткрытую книжку, придерживая нужные страницы пальчиками.

Когда мы перестали водить друг по другу глазами, то тупо, не зная зачем, начали рассматривать лица.

— Эм-м-м... — Я решил взять инициативу в свои руки. — Я не помешаю?

— А? — Вздрогнула девушка и замахала ручёнками. — Н-нет, конечно. Ни в коем разе.

— Тогда я присяду? — сказал я, кивнув на её скамью.

— Д-да, — еле прошептала та, — конечно.

Поняв, что девушка крайне стеснительная, я решил взять быка за рога и присел чуть в стороне от неё, но так, чтобы не слишком сильно влезать в её зону комфорта. Она явно из тех, кто не любит слишком надоедливых, а потому надо «напористо не напорить».

Медленно жуя еду, что осталась после столь долгого похода, я любовался здешней красотой, а заодно рассматривал и незнакомку. Говорят, что девушки чувствуют мужские взгляды на себе. Видать, это так, раз она чуть сильнее покраснела, когда я водил по ней взглядом. Кажется, не привыкла она к мужской компании.

Опустив чуть взгляд, я посмотрел на читаемую ею книгу: «Приключения Джейкеля».

Что-то типа приключенческого боевика, что ли?

— О чём книга? — искренне поинтересовался я. Всё-таки небольшая страсть к историям и у меня присутствует.

— А? — Она снова вздрогнула, но, заметив мой взгляд, чуть успокоилась. — Она о военном, что после войны отправился на поиски своего места в мире.

— О-о-о... — задумчиво протянул я. — Пошёл карьеру строить или всё же романтика?

Та чуть удивлённо взглянула на меня, видимо не ожидая такого вопроса. Что-то странное я произнёс или что?

— Да, романтика, —чуть заметно кивнула девушка. — Он повстречал жрицу Анабель, что подлатала его раны, полученные от нападения волков в лесу. И теперь он пытается добиться её внимания.

— Понятно.

Типичная романтика с каплей экшна. Ничего нового, как по мне. Но для местных даже это, наверное, за душу хватающее чтиво.

— Скажите... — неуверенно произнесла девушка. — а вы читаете книги?

— Это моя работа, — ответил я и, вдоволь насладившись её милым непонимающим взглядом, пояснил: — Я ученик мага-библиотекаря в городе, и сейчас моими задачами является разбор книг в хранилищах, их сортировка, расстановка и прочая рутина. Естественно, я и читаю их, если притягивают мой взгляд.

— Потрясающе... — завороженно прошептала она. — Каждый день видеть столько книг... А у моей семьи очень маленькая библиотека. Эту книгу я уже третий раз перечитываю...

На последних словах она грустно вздохнула и уставилась на книгу в руках. Не скажу, что она сейчас читает её. Просто ушла в саму себя. Такая милашка-красавица и грустит... Не позволю!

— Ты всегда можешь уговорить родителей отпускать тебя в город, — пожал я плечами. — Вряд ли тебя будут насильно удерживать дома.

— Это да, но они постоянно говорят об обучении этикету, заучивании родовых древ и прочем, — снова вздохнула она. — Даже на чтение мало даётся времени. Больше на танцы и курсы юных дам...

— Я перед отъездом сюда сам учил этикет, — усмехнулся я, а та снова удивлённо посмотрела на меня. — Не могу сказать, что многому научился... Всё-таки ту книгу я открыл всего на несколько часов и перед самым приездом. Но этого оказалось достаточно, чтобы не выделяться.

— И за это время вы так много выучили? — шокировано спросила девушка.

— Ага, — кивнул я, — книга хорошая попалась.

Девушка посмотрела на меня, потом на книгу в руках и вновь задумалась.

— Если всё так, то я смогу найти хороший повод для хождения в библиотеку, — заговорчески прошептала она с улыбкой на лице. Даже глазки её ещё сильнее заблестели. — А если пойти с охраной, то возражений и вовсе быть не должно...

— Всё так, — улыбнулся я и протянул руку. — Алекс. Я всё равно там работаю, так что... Я к вашим услугам.

Чуть помедлив, та вложила свою тоненькую рученьку в мою, и я легонько пожал её. Такая хрупкая... Кажется, что вот-вот раздавлю.

— Ладно, — я встал, — мавр сделал дело, мавр может уходить.

— Мавр?

— Слуга. Можно и так сказать...

— Ясно... — прошептала девушка и, резко встав, поклонилась: — Катерина Кавендиш. Я благодарю вас за составленную компанию. Пусть и столь короткую, но я верю – не последнюю.

— Не стоит, — отмахнулся я. — Мне было приятно познакомиться с кем-то столь очаровательным, как юная Катерина. Я с радостью помогу вам в будущем.

От моих слов та явно ещё сильнее смутилась, но отдам её должное: не растерялась.

— Прошу вас меня простить, мне надо идти. Быть может, мой учитель уже освободился.

— Мне тоже, — кивнула она. — Надо сообщить служанке хорошие новости. Надеюсь, скоро свидимся, господин Алекс. А как ваша фамилия? Из какого вы рода?

— Я? Я безродный. Алекс Безродный. Можно сказать, что я первый в своём роде. До скорых встреч.

Пока вопросы не ушли в слишком неудобную для меня плоскость, быстренько ретировался. Хотя грусть в её глазах при моём ответе была слишком очевидной и читаемой. Не доучила этикет, получается.

***

Старика всё ещё не было ни видно, ни слышно. Так что я решил вновь пройтись с едой, но уже не снаружи, а внутри здания.

Главный зал здесь единственный с мраморным полом. В обычных коридорах использовали красное вперемешку с тёмным дерево. Стены выполнены из гладкого камня, а на них самих висело множество картин. Среди них нередко попадались натюрморты, которые показывали красоту далёких земель и удивительные места города в разное время суток и с разных ракурсов. В некоторых я даже бывал и могу подтвердить – вид завораживающий. Аж сердце захватывает.

Но больше здесь, конечно же, портретов. Семейных и по-отдельности, нарядных и повседневных. Если длинные платья и рабочие костюмы, конечно, можно считать повседневными одеждами. Выглядели они менее эффектно на фоне остальных, потому так и подумал.

По большей части на картинах изображена Сисилия де Клиффорд. Удивительно, правда? Конечно нет! Я с самого начала предполагал, что эта мадам будет везде и всюду за мной наблюдать. С каждого, мать его, угла и поверхности. Куда ни глянь, везде её фигура. Нет, конечно, я не спорю, что рассматривать её мне очень даже нравится. Особенно так нагло и внимательно. Каждую деталь рассматриваю и понимаю, что местами хоть и пытались сделать как лучше, но, как по мне, лишь испортили её природную красоту. На портретах её пытались сделать более величественной и красивой, а вживую она более... естественная, я бы сказал. Даже все её прелести ощущаются иначе, чем на картинах, а ведь у неё действительно есть, что ощутить. И очень даже...

— Красивая я вышла, правда? — неожиданно раздалось сзади.

Я чуть не подавился мясным шариком. Когда она тут успела очутиться?! Ни единого шага не услышал. Да, ковёр тут толстый и красивый, но всё же!

— Г... — запнулся я. — Ваше Высочество!

Чёртов этикет! Вечно про него забываю...

— Не нужно столь официально, — отмахнулась она, хитро улыбаясь. — Просто Сесилии будет более чем достаточно.

— Х-хорошо... Сесилия. — Чёртова женщина. — А если не секрет: вам разве не надо быть на собрании? На том, где господин Констиниус.

— Ай, они и без меня там хорошо справляются, — пожала она плечами, чуть покачивая бокал. — Всё-таки это их работа. Да и толку от меня на военном совете?

— Понял, спасибо больше за разъяснение, — кивнул я.

Звучит логично...

— Ну, так что... — ещё более хитро улыбнулась женщина. — Как я тебе на картинах?

— Вживую вы более обворожительная, госпожа Сисилия, — сказал я честно. — Картины лишь забирают ту вашу естественную красоту, что у вас есть.

Где-то в мозгу засвербели наставления старика, но я и сам товарищ со стажем. Не Джеймс Бонд, конечно, но кое в чём даже талантливее его буду. Да и если я сейчас просто притворюсь окунем лупоглазым, это только испортит впечатление обо мне и сведёт все усилия старика о представлении меня в благоприятном свете к нулю.

— Скажешь тоже, — хихикнула та, явно довольная моим ответом. — Но в чём-то ты прав. Мой муж тоже это говорил художникам, когда те рисовали меня, но все они лишь разводили руками, повторяя: «Вашу красоту на бумаге не изобразить!»

— Я с ними согласен. Крайне сложно, если не невозможно, передать на мольберт всё то, что есть в человеке от природы. Кисть мало пригодна для этого.

— Что имеем, — вздохнула княгиня, — что имеем... Кстати, тебе приглянулись эти деликатесы?

Она указала прямо на мясные шарики.

Ну, да. Они мне пришлись очень даже по душе. Самое то для меня среди всего этого разнообразия вкусностей, о чём я ей и сказал.

— Это новое блюдо, пришедшее с запада, — начала объяснять она. — Тут проезжал один купец и … В общем, это скучная и не самая интересная история. А что интересно: мы нашли этого торговца на дальней заставе княжества и выкупили рецепт. Решили испробовать новое блюдо и, кажется, не прогадали.

— Могу заметить, что это лучшее по содержанию белков блюдо из всех, что я сегодня видел. Остальное – углеводы и жиры. Не самые полезные, хотя и очень вкусные блюда, — выпалил я, как эксперт, хотя не уверен, что в этом мире понятие белков, жиров и углеводов вообще известно. — Кроме меня, много кто их брал из дворян, и всем они приходились по душе.

— О, так вы разбираетесь в кухне? Это хорошо, — улыбнулась она так, что если бы я не знал о её природе, то подумал бы, что искренне. — Но новые блюда так сложно готовить...

— Вам надо в библиотеку сходить, — сказал я и тут же понял, что ляпнул, но останавливаться уже не было смысла. — Там множество различных книг и по кулинарии тоже, причём разных стран и народов. Конечно, ингредиенты большинства из них не добыть, но всегда можно заметить местными! Быть может, что-то вам и пригля́нется.

— Библиотека, значит? — задумалась та, а в глазах пробежал блеск. Вот уж действительно «блеск»! — Скажи, ты ведь в библиотеке работаешь вместе с господином Констиниусом?

— Верно, госпожа. Я хоть и не очень давно работаю, но много книг разных прочитать успел, пока работал. Нравится мне это дело.

— А тебе не попадалось случаем ничего интересного? Сладости там, салаты всякие и прочее?

— Дайте-ка подумать...

И я действительно задумался. Но не о еде, а о том, как мне выбираться из всего этого. С одной стороны, это шанс, а вот с другой – чистой воды авантюра. Причём самоубийственная! Ну, мне же явно влетит по первое число в случае чего, и старик тут ничего поделать не сможет.

— Действительно, я некоторые из них видел. — Ладно, идём ва-банк. — Даже некоторые из них запомнил, поскольку они и мне самому приглянулись.

— Ух ты! — ехидно улыбнулась женщина. — И какие же?

Ну, я ей и рассказал некоторые из них. О мороженом, о желейных штуках. О некоторых хлебобулочных штуках по типу пышек, сушек и других. Не сказать чтобы я был экспертом, но работа у меня такая была… разносторонняя. Всякое изучать приходилось, пусть и поверхностно.

Рассказал о некоторых напитках: о морсе, о киселе, об иных вкусных штуках, в том числе о коктейлях как молочных, так и алкогольных. Опыт их распития у меня богатый, так что мне действительно было что рассказывать.

— Как интересно! — замечталась княгиня. — Даже и не верится, что всё это когда-то вкушали в прошлом или же в соседних городах и землях.

— Мир велик, — философски заметил я. — Никогда не узнаешь, что есть в нём, а чего нет.

— Да ты у нас ещё и поэт, — восхитилась та, хоть и немного не той степью. — А книги, случаем, не пишешь?

— Не приходилось, — покачал я головой. — Я даже не полностью освоил здешнюю грамоту, а вы мне тут про книги говорите...

— Ничего, — отмахнулась она, — пару месяцев кропотливой работы и овладеешь им в совершенстве. Вот же как много выудил из библиотечных книг.

Тут я ругнулся про себя. Несостыковочка сраная! В библиотеке этих рецептов нет. Самому их, что ли, писать теперь?! Так ведь это ж ещё от руки! Дьявольски трудная работёнка... Ещё и дорогущая!

Виду я не подал, естественно. Лишь скромно почесал затылок, якобы в смущении, а на самом деле скрывал свой гнев на самого себя.

— Кстати, — ударила женщина кулачком в ладошку, — раз такое дело, то пойдём к моей кухарке. Это она как раз эти шарики приготовила, так что будет рада узнать, что они многим приглянулись. Заодно и о новых блюдах расскажешь.

— Госпожа Сисилия…

Понимаю, к чему всё идёт, и мне это не нравится...

— Когда мы одни, можешь звать меня просто Сиси…

— Эм… Сиси…

Я на мгновение задумался, распереживался, что, видимо, ещё больше подтолкнуло её к давлению на меня.

Я прямо почувствовал этот момент, когда она решила взять быка за рога.

Она быстро оглянулась по сторонам и, пользуясь тем, что рядом не было никого, приблизилась к моему уху. В нос ударил аромат розы и цитрусов.

— Я… Не потерплю… Отказов.

Уведомление системы демонических сущностей.

Зафиксирована ментальная атака

Как я захотел перед ней упасть на колени, так и распрямил спину, стряхнув навождение. Но вот незадача… Отказать ей – дать понять, что магия не сработала. А как так? Почему такое вообще возможно? Слишком опасные вопросы, на которые нельзя нарываться.

— Почту за честь, моя госпожа, — кивнул ей и начал смотреть глазами, в какой стороне кухня. — Где у вас кухня? Всё же действительно хотелось бы поблагодарить за вкусную еду женщину.

Княгиня лишь улыбнулась и поманила меня за собой. Что удивительно, мы и впрямь пошли на кухню. Она действительно вела меня по коридорам, где сновало много прислуги. Они были везде и занимались всем: от очищения ковра до мойки стен.

Как я понял, это отдельная секция здания, куда дворяне обычно не заходит, а потому те могли трудиться не отвлекаясь. Ну, разве что на время от времени проходящих здесь хозяев поместья. При виде княгини они не то что замирали, половина начинала трястись и вжиматься в углы коридоров. Явный признак тирании со стороны хозяйки. Ну, или ментальной магии... А что ещё более вероятно – всего вместе.

Подойдя к одной из дверей, она кивнула головой, и я, открыв её, зашёл внутрь. Это действительно кухня, причём выглядела она так, словно в ней недавно готовили, а после убирали. Одна проблема – здесь не было людей. Ну, кроме меня с Сисилией, разумеется.

Внезапно я услышал звук замка и развернулся. Княгиня закрыла дверь на ключ и откинула его в сторону на стол. Сама она томно дышала, словно что-то сдерживая внутри себя.

— Знаешь, Алекс, — протянула она, чуть сдвинув с себя своё платье плечами, и, облизнув губы, соблазнительно улыбнулась., — твои рассказы разбудили во мне просто зверский аппетит...

Как же… это… ожидаемо. СТАРИК! Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ПОДСТАВА ОТ ТЕБЯ!

Советов на этот случай старый хрыч не давал, а значит, буду разбираться по-своему.

От авторов: Это будет двухтомник и один том, по сути, бесплатный. Подарок от авторов. Подписывайтесь, покупайте, вас ждёт ещё много интересного, ведь Алекс только-только освоился. До встречи в следующих главах!)