Алчность. Том 3: Шепот Тьмы

Пролог.

***

Когда в этой вселенной еще не существовало жизни, а все сущее не имело материального облика, появился Свет. Его не сдерживало ничего. Ни пространство, ни время. Он заливал все сущее, создавая причудливые течения энергии. Непостоянный. Вечно движущийся океан Света.

Но в тех местах, где Свет погас или он просто не мог их достичь, была холодная пустота. Пустота, что ныне известна как Бездна. Ныне живущие очень часто путают ее с Тьмой, что неудивительно. Новая сила стремилась поглотить и извратить всю энергию. Обратить Свет против себя самого. Бездна стремительно росла, распространяя свое влияние. Столкновения со Светом создавали напряжения и взрывы, что разрывали ткань мироздания.

Так возник материальный мир — бескрайняя и вечно расширяющаяся Вселенная. И в этой вселенной образовались измерения. Из самых нестабильных энергий образовалось измерение, ныне известное как Круговерть Пустоты. Осколки Света, разбросанные по Вселенной, дали жизнь огромному количеству существ — от самых чудесных до ужасающих. Духи стихий, что обитали в каждом материальном мире. Существа, сотканные из кристаллизованного света и известные как наару, чьей сутью являлся сам Свет.

Но самыми удивительными существами, порожденными Катаклизмом, были титаны. Огромные колоссы, размерами не уступающие планетам, что и неудивительно. Ведь они сами являлись душами миров, что зародились в огненных ядрах планет. Пробудившиеся от многовекового сна титаны во многом изменили судьбу каждого живого создания.

…

…

…

По крайней мере, именно такая история рождения мироздания известна живым существам в материальных мирах. Ведь подобную историю распространяет Свет. Добрый, ласковый, дарующий надежду Свет, что защищает все живое от тлетворного влияния Бездны. Испепеляющий, непрощающий, не приемлющий инакомыслия Свет.

И никому из ныне живущих не известно, что до рождения Света и Бездны была иная сила — великая и первородная Тьма. Та, из которой возникло все сущее, и та, куда все рано или поздно вернется.

А пока… Свет и Бездна могут продолжать свою вечную войну…

Или нет?

***

Посреди необъятного океана Тьмы, в самом его сердце, дрейфовал небольшой клочок пространства. Впрочем, небольшим он был только на фоне бесконечных просторов Тьмы. Ведь на самом деле это пространство не уступало в своих размерах крупным средневековым городам, что могли вместить в себе тысячи, если не сотни тысяч жителей.

Именно городом это место и было. Мрачный город, дрейфующий во Тьме. Но его нельзя было назвать пустым. Отнюдь. Это место кишело жизнью, если так можно назвать порождения Тьмы. Сотни темных тварей разных форм и размеров представляли собой основную массу населения этого места. Некогда они были ужасными чудовищами, которых боялся простой люд. Но, будучи поглощенными Тьмой, теперь они не более чем послушные марионетки того, кто правит в этом месте.

Но на одних только темных тварях не заканчивалось разнообразие форм, населяющих это место. Были здесь и те, что когда-то были людьми. Или теми, кого можно было причислить к людскому роду. Их было не много. Не больше сотни. Однако это не делало их менее грозной силой, чем обилие чудовищ, населяющих город. Нет. Все они когда-то были теми, кто охотился на подобных существ. Охотники. Убийцы. Мутанты. Ведьмаки.

Опытные воины, которым посчастливилось после смерти оказаться в этих темных владениях. Никто не знал, как это произошло: по злому умыслу хозяина этого города или по случайности. Впрочем, никто и не искал ответа. Некогда мертвые и бесплотные души, попавшие в эти владения, ныне были наделены новыми телами, превосходящими прошлые. Сильные, быстрые и бессмертные. Если такова была цена служения, то никто не был против продолжить свою охоту во имя Его.

Во имя хозяина и властелина этого города, что молчаливой фигурой восседал на своем троне в мрачном дворце.

…

Хотя гораздо чаще его можно было увидеть за работой в мастерской. Куда более мрачном месте, чем весь этот город.

И этот случай не был исключением. Тот, кого почитали в этом безымянном городе, сидел в своей мастерской и внимательно вглядывался в завихрения энергий, что буйствовали прямо перед его хмурым лицом. Его глаза насыщенно голубого цвета горели потусторонним огнем и явно видели в этом хаосе энергий куда больше, чем мог бы увидеть простой смертный.

Он протянул руки к аномалии, будто пытаясь схватить ее, но вместо этого из его ладоней вырвалась сама Тьма. Она попыталась влиться в это буйство энергии. Влиться и проникнуть по ту сторону. Но стоило только Тьме коснуться аномалии, как человек был вынужден отдернуть руки.

Хотя человеком его нельзя было назвать уже достаточно давно. Последним остатком человечности был только его внешний вид. Но и его он сохранял лишь по привычке.

Отдернув руки, он слегка поморщился и откинулся на спинку стула. Его лицо приобрело задумчивое выражение. Все мысли были направлены на решение возникшей проблемы.

Но внезапно раздавшийся стук отвлек его, и хозяин города повернулся в сторону двери мастерской, которая открылась, пропуская внутрь посетителя. Это была красивая стройная девушка с черными, словно ночное небо, волосами, что, струясь, падали на ее тонкие плечи. Лицо ее было подозрительно бледным. Хотя никто бы не смог назвать эту бледность нездоровой. А если бы и смог, то прожил бы после этого недолго.

— Учитель? — спросила она, с беспокойством и почтением обращаясь к хозяину города.

Она была единственным существом, которому позволялось входить в мастерскую. Несмотря на преданность всех обитателей безымянного города, была единственной, кому доверял местный властитель.

Названный учителем ничего не ответил и лишь мазнул по девушке скучающим взглядом, прежде чем вернуть свое внимание к буйству энергий.

— Я так понимаю, снова провал, — скорее утверждающе, чем вопросительно произнесла девушка, подойдя ближе к своему учителю и опустив руки на его плечи.

Мужчина не отклонил руки и только расслабился, когда девушка слегка принялась массировать его плечи. Абсолютно бесполезное действие для того, кто фактически слился с Тьмой и отбросил недостатки плоти. И все же подобный жест был приятен хозяину города.

Между этими двумя, несомненно, были странные взаимоотношения. Учитель и ученица? Хозяин и слуга? Друзья? Или же любовники? Они бы и сами не смогли ответить на этот вопрос. Скорее сказали бы, что все вместе.

— И чем вас так заинтересовал этот мир? — спросила девушка, склонившись и, подобно учителю, вглядевшись в буйство энергий своими черными, словно сама Тьма, глазами.

— Сложно сказать, — наконец-то заговорил хозяин города. — Мне знаком этот мир. И, хоть знания мои поверхностны, их достаточно, чтобы пробудить во мне желание им завладеть.

— Новые знания? — с интересом спросила ученица, будучи, как и учитель, охочей до всего нового, касающегося магии.

Ответом ей стала слабая усмешка на лице мужчины.

— Новые знания — лишь верхушка айсберга, — ответил он, и в голосе его стала проявляться жажда. — Новые существа. Новые артефакты. Огромное количество материала для исследований. И это не говоря уже о нескончаемом источнике магии, что буквально пронизывает это мир.

— Источник, которым вы хотите завладеть, — кивнув самой себе, сказала девушка, что когда-то была простой чародейкой.

— Не только, — покачав головой, сказал учитель. — Все это вторично, хоть и желанно. Самое важное, чем меня привлекает этот мир, — это души. Просто огромное количество существ, чьи души позволят мне стать сильнее. Позволят продолжить развитие. Но еще более ценный трофей — это душа самого этого мира.

Если слова учителя и удивили девушку, то она не подала вида. Вместо этого она еще внимательнее всмотрелась в буйство энергий.

— Но этот мир огражден барьером, — задумчиво проговорила бывшая чародейка.

— Именно, — вздохнув, согласился хозяин города. — И рассчитан он на куда более могущественных сущностей, нежели я.

Девушка кивнула и задумалась, после чего медленно обошла стул и присела на колени к учителю, обвив руками его шею.

— Ни за что не поверю, что ты не смог найти лазейку, — прошептала она практически на ухо мужчине.

Эти слова заставили улыбнуться хозяина города, но улыбка быстро сползла с его лица, когда он вспомнил о лазейке.

— Тебе она не понравится, мелкая, — сказал он, назвав ее привычным для себя прозвищем, за что получил удар кулачком по груди и полный возмущения взгляд.

— Рассказывай уже, — потребовала девушка, устраиваясь поудобнее.

Но отвечать хозяин города не спешил. Он словно вновь погрузился в собственные мысли, чтобы взвесить все за и против. И только после он вздохнул, словно перед прыжком в воду.

— Этот барьер, — медленно начал он, подбирая слова. — В его силе его же слабость. Как я уже сказал, он рассчитан на куда более могущественных сущностей, чем я. Чтобы проникнуть в этот мир, им нужно, чтобы кто-то открыл им портал изнутри. Портал, способный выдержать всю их мощь.

— И? — протянула ученица, ожидая, что же в итоге скажет ее учитель.

— На меня подобное ограничение не распространяется, — продолжил мужчина, слегка нахмурившись. — Я сам могу приоткрыть для себя брешь, чтобы проникнуть в этот мир. И все было бы прекрасно, если бы не одно «но».

Мужчина вновь показательно выставил руку в сторону буйства энергий, что на самом деле было небольшим окошком в новый мир. Из руки вырвался поток Тьмы, который ринулся в эту брешь, пытаясь прорваться внутрь. И в этот раз, казалось бы, все получилось, но в какой-то момент Тьма отхлынула по приказу хозяина, а сам он опустил руку.

— Стоит мне только открыть портал, — заговорил хозяин города, — как все сильные сущности этого мира узнают о проникновении. Я буду подобен маяку в ночи. А мне хотелось бы избежать лишнего внимания на первых порах.

— И сейчас я услышу твой грандиозный план, который мне совершенно точно не понравится, — одарив мужчину косым взглядом, произнесла бывшая чародейка.

— И в кого ты такая догадливая, — с нескрываемым сарказмом сказал учитель. — Мой план очень прост. Мне всего лишь нужно проникнуть в мир под шумок, так сказать, воспользовавшись чужой брешью. Но для этого мне нужно, чтобы кто-то проложил мне путь изнутри.

— У тебя уже есть кто-то на примете? — вздернув одну бровку, поинтересовалась девушка.

Вместо ответа хозяин безымянного города театрально указал на себя.

— Я сделаю это сам, — с улыбкой ответил он. — Никто ведь не запрещал мне открыть портал самому себе изнутри.

Мастерская погрузилась в тишину. Бывшая чародейка несколько раз моргнула и посмотрела на своего учителя, как на сумасшедшего.

— Мне кажется, что мы вернулись к тому, с чего начали, — задумчиво пробормотала она. — Или я просто не могу угнаться за ходом ваших мыслей, учитель.

Девушка вновь перешла на официальный тон.

— Все довольно просто, — оживленно начал пояснять мужчина. — Мне ничто не мешает проникнуть в этот мир лишь с половиной своих сил…

— Чтобы в нужный момент открыть портал для оставшихся сил, — продолжила за учителя бывшая чародейка.

— Именно, — оживился хозяин города.

Ученица вздохнула и устало потерла свои виски.

— И все же мне не понять всей «гениальности» вашего плана, учитель, — саркастично сказала девушка, после чего продолжила. — Но вернемся к этому позже. Что нужно сделать для осуществления вашего плана? Не может ведь все быть так просто.

— Сущий пустяк, — отмахнулся Аварис. — Нужно всего лишь умереть.

Глава 1. Новое тело

***

Огромный и величественный дворец расположился на самом краю утеса. Сооружение внушало трепет каждому, кто видел его. И каждому, узревшему этот дворец, становился очевиден всего один факт: такое невозможно создать руками. И действительно, весь дворец был возведен с помощью магии. Именно магия замысловато сплела вместе дерево и камень. Высокие башни были ничем иным, как деревьями, укрепленными камнем. Стены же дворца опутывали корни, вгрызаясь в камень, но при этом не разрушая его, а только укрепляя. Все вместе это переплеталось в удивительной красоты здание, от которого захватывало дух.

Но куда больше внимания привлекал не сам дворец, а озеро, что расположилось у подножия утеса. Его темные воды словно притягивали взгляд. Каждый, кто видел это озеро, мог с уверенностью сказать, что это не простой водоем. Таинственное озеро бурлило энергией. Подлинное средоточие магических и природных сил мира — Источник Вечности.

Однако если раньше дворец и воды источника вызывали восхищение и благоговение, ныне они внушали только страх и беспокойство. Древний дворец из прекрасного сооружения превратился в источник странного иррационального ужаса. Мало кто мог понять причину возникновения подобных чувств. Только сведущие в магии лишь косвенно что-то понимали, ведь они чувствовали творимую во дворце волшбу.

Еще больше беспокойства доставляли бурные воды Источника. В этот день они были особенно неистовы. Вода пенилась, вздымалась до самых стен замка, чтобы с грохотом рухнуть вниз. В небе гремел гром, столь громкий, что те, кому посчастливилось жить на берегу источника, в этот день скрывались в своих домах. Они прятались из страха, не зная, чего можно ожидать от подобной бури. И, скрывшись, они не могли видеть, как над источником то и дело били молнии гнилостно-зеленого цвета. Не могли увидеть, что их было столь много, что среди них с трудом можно было разглядеть очень редкие черные полосы, что тоже очень походили на молнии, только сотканные из самой Тьмы.

Впрочем, выставленные на окружающих дворец стенах стражники, облаченные в зеленые доспехи и вооруженные копьями, вполне могли увидеть все это буйство энергий. Могли, но не придали этому никакого значения. Куда больше их волновало то, что в этот момент происходило в главной башне дворца.

В этой башне, в самом ее сердце — каменном зале, скрытом магией от посторонних глаз, собралось множество высоких худых существ. Все они были облачены в красивые и утонченные мантии из переливающейся ткани. Все собравшиеся были сведущи в магии. Лучшие из лучших. И все они в данный момент были объединены одной целью. Склонившись над начертанными на полу символами, что вместе образовали замысловатую гексаграмму, они направляли потоки энергии в нужное русло, отчего вписанные в центре рисунка письмена то и дело вспыхивали.

Все собравшиеся были ночными эльфами. Все как один обладали впечатляющим ростом, в среднем достигающим двух метров. Мужчины все, как правило, были широкоплечи и мускулисты, даже несмотря на то, что основной их стезей являлась магия. Женщины практически ничем не уступали мужчинам, только их тела были куда более гибкими и утонченными. Другими характерными чертами ночных эльфов, или, как они себя называли, калдорай были длинные заостренные уши и характерный цвет кожи — от бледно-белого до синего.

Впрочем, все это меркло на фоне не имеющих зрачков серебристых глаз. Тех самых глаз, что сейчас поблескивали из-под накинутых капюшонов. Глаза эльфов фактически отражали концентрацию магии в их же телах.

Ночные эльфы напряженно бормотали заклинание. Их голоса сливались в многоголосый хор, который словно погружал всех присутствующих в транс. Но даже этот транс не мог убрать напряжения. Слишком важна была поставленная перед ними цель. Настолько важна, что, даже несмотря на ужасную усталость, никто из ночных эльфов не смел отвлечься от чтения заклинания, даже если это будет стоить им жизни.

Но не все собравшиеся участвовали в ритуале. Один эльф оставался в стороне. Глаза его внимательно наблюдали за процессом. И несмотря на то, что эти самые глаза были искусственными, это никак не мешало эльфу все прекрасно видеть. Наоборот, благодаря тому, что он некогда пожертвовал своими глазами, теперь он видел даже больше, чем остальные. Каждая деталь, каждый, даже самый маленький, всполох энергии — все это не укрывалось от его взора. Он подмечал абсолютно все, даже малейшее изменение интонации в голосах чародеев.

Одним своим присутствием этот эльф поторапливал магов, что продолжали читать заклинание. И все же куда больше всех подстегивало присутствие другого зрителя, вернее зрительницы. Ее прекрасное лицо обрамляли пышные серебряные волосы. Одета она была в шелковое одеяние, отливающее золотом, что было под стать ее необычным глазам. Это была не просто эльфийка. Так могла выглядеть только та, ради кого каждый ночной эльф был готов отдать свою жизнь. Идеальная и прекраснейшая королева — Азшара.

Восседая на роскошном троне и откинувшись на его спинку, она маленькими глоточками пила вино из золотого кубка. Но, несмотря на кажущуюся расслабленность, глаза ее жадно следили за каждым жестом или фразой чародеев.

Порой ее пристальный взгляд ненадолго перемещался на эльфа с искусственными глазами. В эти моменты на ее лице становилось заметно легкое недоверие, которое выражалось в поджатых губах. Однако, стоило только эльфу обернуться и встретиться глазами с королевой, как недоверие на лице Азшары сменялось мягкой улыбкой.

«Осталось немного, — словно молитву, твердила сама себе королева, продолжая наблюдать за ритуалом, — совсем скоро…»

Однако додумать мысль в этот день ей было не суждено. Реальность решила отвлечь королеву. В какой-то момент символы в центре рисунка, что все это время разгорались все ярче, начав отдавать зеленым огнем, вдруг резко изменили свой цвет на черный. Каждый присутствующий смог почувствовать вспышку энергии. И хоть это длилось всего секунду, этого оказалось достаточно, чтобы ритуал прервался.

Провал не мог пройти бесследно. Энергия, заключенная в ритуале, искала выхода и нашла его в одном из эльфов. Чародей вскрикнул и вдруг застыл. Его выгнуло дугой, а лицо перекосило от боли. Агония его продлилась недолго. Никто даже не успел отреагировать, как он уже испустил дух, а его бренное тело безвольной куклой рухнуло на пол.

Наступила гнетущая тишина, которую очень скоро нарушил эльф с искусственными глазами черно-рубинового цвета.

— Уберите тело, — приказал он, обращаясь к страже, что стояла у входа в зал. — И убедитесь, чтобы вас никто не увидел.

Стражники, облаченные в зеленые доспехи, только кивнули. Они не задавали лишних вопросов, опасаясь гнева советника королевы. Все знали, что это чревато тем, что можно оказаться на месте несчастного, чье тело еще предстояло вывезти в лес.

— Мой дорогой Ксавий, — стоило только стражникам унести тело, раздался нежный голос эльфийки, чьи глаза горели нетерпением, — надеюсь, эта маленькая неудача нас не остановит?

Советник королевы спокойно посмотрел на Азшару.

— Нет, моя королева, — уважительно сказал Ксавий и склонил голову.

И хоть внутренне советник нисколько не испытывал этого самого уважения или восхищения, которым щедро одаривали свою королеву другие ночные эльфы, тем не менее он быстро приказал чародеям возобновить работу. Он был готов потерпеть еще немного, ведь цель его была куда важнее.

Уже через полчаса все присутствующие вернулись к ритуалу, вновь принявшись напряженно читать заклинание. Все уже успели позабыть о несчастном ночном эльфе, чье тело уже должно было оказаться в ближайшем лесу.

***

Аварис.

Пробуждение было не из числа приятных. Болело абсолютно все тело, словно по каждой его клеточке били молнии. Но все это меркло на фоне головной боли. Складывалось ощущение, что она лопнет, и все содержимое черепной коробки вырвется наружу.

Вместе с болью пришел и целый ворох воспоминаний в виде образов, что замелькали в моем сознании. Все они были посвящены жизни одного ночного эльфа из числа высокорожденных, которому выпала сомнительная честь поучаствовать в не менее сомнительном ритуале. Конечно, воспоминания не были полными. Часть из них уже успела бесследно исчезнуть после смерти эльфа. Но оставшегося было достаточно, чтобы понять, где и когда я оказался. Сопоставив все это уже вместе с моими знаниями, стало очевидно, что совсем скоро наступят «веселые» времена.

— Одни видят проблемы, — стоило только потоку воспоминаний прекратиться, прохрипел я чужим для себя голосом, — я же вижу возможности.

Совсем скоро боль постепенно начала утихать, и я наконец-то позволил себе сделать первую попытку подняться. Тело слушалось с трудом. Приходилось прикладывать массу усилий, чтобы перевернуться со спины на живот, а после подтянуть под себя конечности. Весь процесс сопровождался моей руганью и проклятиями, что я посылал на эльфийский род.

— Ну что же, Ави, — продолжал я бормотать себе под нос, поднимаясь на четвереньки, — ты сам не захотел проходить полноценного перерождения и решил найти подходящее тело, способное выдержать хотя бы часть твоей силы. Теперь не жалуйся.

Вот так, за разговорами с самим собой и тихой руганью, я наконец-то смог подняться на ноги. И все для того, чтобы тут же схватиться за ближайший ствол дерева, после того как меня повело в сторону.

Первая победа в новом мире. Оставалось только избавиться наконец-то от порядком надоевшей мне боли, для чего я тут же накинул на себя диагностические чары. Вслед за ними сразу же последовали лечебные заклинания, что должны были привести в норму мое, надеюсь, что временное, вместилище.

Стоило только заклинаниям начать свою работу, как в тот же миг я почувствовал себя лучше. Но в то же время я ощутил давно позабытое чувство — отток сил. Несмотря на то, что резерв мой был все еще достаточно велик, теперь это была лишь жалкая половина. И, что самое неприятное, скорость восстановления энергии теперь не была столь стремительной.

— Лучше, чем ничего, — проговорил я, чувствуя, что мое нынешнее тело стало приходить в норму.

После, сверяясь с воспоминаниями, доставшимися мне от покойного эльфа, я попытался определить свое местоположение. Однако окружающий меня лес не вызывал никаких ассоциативных цепочек. Очевидно, что высокорожденный, чье тело я занял, не то что не утруждал себя лесными походами — он никогда не покидал пределы столицы — Зин-Азшари.

Продолжив копаться в новых воспоминаниях, я не смог сдержать презрительную гримасу.

— Мусор, — выпалил я, брезгливо осмотрев себя и отметив, что при первой же возможности нужно вернуть свое родное тело.

Причиной моего отношения был тот факт, что эльфа, чье тело я занял, интересовали только магия и его ненаглядная королева, которой он грезил. Последним, судя по воспоминаниям, грешили все ночные эльфы. Но отношение ушастых к своей «златоглазке» меня мало волновало. Мое презрение было вызвано тем, что, несмотря на маниакальный интерес к магии, его успехи нельзя было назвать выдающимися. Хотя посредственными они были лишь по моим меркам. Ведь за несколько сотен лет жизни на берегу Источника Вечности можно было достичь куда больших высот, нежели стать случайной жертвой чужого ритуала.

Минусы долгой жизни на лицо. Эльфы всегда остаются эльфами, вне зависимости от мира и истории происхождения.

Однако реальность не собиралась ждать и решила напомнить о себе. Пока я стоял посреди леса, силясь понять, куда мне следует направиться, до моих ушей донеслись шелест и тихие разговоры.

— Ты уверен, что это здесь? — послышался мне тихий слегка хрипловатый голос.

— Уверен, — вторил ему другой, и этот голос был не в пример приятнее на слух. — Сам лорд Ксавий засек некую аномалию и указал именно эти координаты для поиска. Или ты сомневаешься в Его способностях?

— Не сомневаюсь, — чуть более поспешно ответил ему первый. — Вот только, если ты помнишь, где-то здесь мы выбросили тело того чародея. Что если это как-то связано?

Ответа, если он и был, я уже не услышал. Быстро осознав ситуацию, я попытался нырнуть в собственную тень, чтобы остаться незамеченным. Вот только, стоило энергии Тьмы хлынуть в мое новое тело, как я невольно дернулся от боли. В это же время кожа моя стала серой. И, что самое печальное, у меня не получилось скрыться в тени.

Понимая, что сейчас не лучшее время, чтобы разбираться в происходящем, я решил оставить это на потом. Сам же я отошел в сторону и скрылся за толстым стволом дерева, терпеливо дожидаясь прибытия ночных эльфов. И то, что это были именно они, стало очевидно совсем скоро.

Решив, что ствол дерева не лучшее укрытие, я ушел, еще дальше скрывшись в густых зарослях. Припав к земле, я уставился в том направлении, откуда послышались голоса, и активировал истинное зрение. Благодаря ему я увидел ауры приближающихся существ. Всего двое разумных и их ездовые животные.

Совсем скоро их стало видно и без истинного зрения. Типичные ночные эльфы, облаченные в доспехи, верхом на больших саблезубых кошках.

«Животные — это неприятно. Могут учуять», — подумал я, накладывая на себя отвод глаз и чары, которые должны были скрыть мой запах.

Конечно, благодаря своим чарам я мог не скрываться, используя местность, но у меня не было уверенности, что эльфы не засекут мою магию. Подобные моменты мне еще предстояло изучить, а пока не лишним было перестраховаться.

— И как мы должны найти эту аномалию? — спросил один из эльфов, тот, чей голос был слегка хриплым.

Он спешился со своей кошки и стал внимательно осматриваться. Подойдя к месту, где совсем недавно лежало мое тело, он вдруг нахмурился. В этот момент я невольно напрягся и выругался про себя. Я не сомневался в способностях эльфов читать следы, а это значило, что ушастый уже понял: оставленный ими труп вдруг сам поднялся и ушел.

— Лорд Ксавий дал мне это, — тем временем ответил второй эльф, достав что-то из небольшой сумки на поясе.

Но не успел он продемонстрировать свою ношу напарнику, как тот подал знак и приложил палец к губам. После одними жестами он указал на оставленные мною следы, а затем медленно потянулся к поясу, где висело его оружие.

Я же в этот момент прикрыл глаза и вздохнул.

— Это становится традицией, — тихо пробормотал я, вспоминая, что в прошлом мире, стоило мне только выйти из портала, на меня набросились чудовища.

В этот раз вместо чудовищ оказались эльфы со своими ездовыми животными.

Мгновением позже, открыв глаза, я создал пару заклинаний и пустил их в сторону эльфов. Помня, чем закончилась моя прошлая попытка воспользоваться Тьмой, я воспользовался стихийной магией. Только, вместо привычного огня, в этот раз в ход пошел воздух. Пара воздушных таранов стремительно отправилась к эльфам.

Тот ночной эльф, что заметил мои следы, очевидно почувствовал приближающуюся угрозу и отпрыгнул в сторону. Предназначенный для него таран угодил в ближайшее дерево, повалив то на землю.

Напарник этого эльфа оказался не столь расторопным. Он даже не успел спешиться. Его саблезуб явно попытался уйти из-под удара, но ушастый решил удержать животное на месте силой, за что и поплатился. Таран угодил прямо в него и животное, моментально отправив их в полет. Если им и удалось выжить, то угрозу они больше не представляли.

Напасть, случившаяся с товарищем, на секунду отвлекла первого эльфа, чем я не преминул воспользоваться. Выпустив очередное заклинание, я только в последний момент заменил воздушный резак на обычное парализующее. Пленник как источник дополнительной информации мне сейчас был бы как нельзя кстати.

В этот раз эльф уже не успел среагировать и был поражен моим заклинанием. Застыв в неудобной позе, он начал медленно заваливаться на землю.

И только когда он упал на землю, я позволил себе выйти из собственного укрытия и направиться в сторону эльфа, по пути снимая с себя скрывающие чары. В глазах парализованного эльфа промелькнуло удивление, за которым последовали узнавание и страх. Его можно было понять: все же не каждый день видишь восставших мертвецов.

— Если ты думаешь, что я забыл о тебе, — на ходу проговорил я, обращаясь к саблезубу, что попытался обойти меня с боку, — то ты сильно ошибаешься, кошак.

Мои слова стали спусковым крючком для саблезуба. Он прыгнул, в один миг сократив расстояние между нами. Вероятно, зверь надеялся сбить меня с ног, а после разорвать на части. Вот только сделать это ему было не суждено. Ему помешало огненное копье, что появилось в моих руках. Оно вонзилось прямо в грудь находящегося в полете животного, отчего округу тут же огласил его болезненный рев.

Туша зверя рухнула на землю прямо перед моими ногами. Он был не в силах продолжить свою атаку. Копье все еще было в его груди и доставляло ужасную боль. Его глаза смотрели прямо на меня.

— Даже немного жаль, — совершенно искренне проговорил я, одним движением прекратив мучения зверя.

Закончив с саблезубом, я наконец-то вернул свое внимание к парализованному эльфу, и мои губы сами собой растянулись в жуткой улыбке.

Глава 2. Взгляд вдаль

***

Аварис.

Задумчиво потирая свой подбородок, я смотрел на распластавшийся у меня под ногами труп эльфа, у которого из глаз, носа и ушей шла кровь.

— Перестарался, — с досадой в голосе пробормотал я, — опять.

Даже с частью своих сил при попытке прочесть чужое сознание я попросту его выжег. Повезло еще, что этот эльф продержался достаточно долго, чтобы я смог получить хоть какую-нибудь информацию.

И из этой информации выходило, что мне крайне повезло, что процесс вселения в это тело произошел, уже когда оно было за пределами дворца. Похоже, во время вселения я все же полыхнул своей силой, раз это смог почувствовать советник королевы ночных эльфов.

Не думаю, что, если вернусь в столицу, смогу долго скрываться. Даже находиться в окрестностях Зин-Азшари для меня небезопасно. Ведь после того, как эта парочка эльфов не вернется в обусловленное время, сюда наверняка отправят уже целый отряд воинов. Или, что еще хуже, они могут отправить Лунную стражу, сплошь и рядом состоящую из магов. Какими бы навыками они ни обладали, мне бы не хотелось сталкиваться с толпой магов до того, как я пойму пределы своих возможностей в этом теле.

Поэтому мне оставалось только решить, куда отправиться, но сперва…

Коротким движением руки я заставил труп эльфа вспыхнуть, подобно спичке, чтобы совсем скоро тот обратился пеплом. Подобная же участь настигла и убитого мной саблезуба. Мне не хотелось, чтобы у ночных эльфов была возможность вытащить хоть какую-то информацию из трупов. И хоть в воспоминаниях своего нового тела я не нашел ничего о возможностях эльфов получать информацию из трупов, решил, что лучше перестраховаться.

По той же причине я направился к всаднику, которого отправил в полет в самом начале. Идти пришлось не очень долго. Совсем скоро я стал свидетелем занимательной картины. Мертвое тело ночного эльфа висело прямо на обломанной ветке одного из исполинских деревьев. Он напоролся брюхом на ветвь и, судя по всему, умер не сразу. Он явно пытался слезть, но, к счастью, без успешно. Спустя мгновение он был также обращен в пепел, оставив после себя только опаленные следы на дереве.

Ездовое животное нашлось чуть в стороне от эльфа, и ему повезло куда больше, чем его хозяину. Похоже, эта огромная кошка оказалась достаточно ловкой и крепкой, чтобы не превратиться в изломанную куклу. Хотя две лапы саблезуб все же повредил, отчего не смог далеко уйти. Впрочем, ранение ему никак не помешало попытаться меня атаковать, когда я подошел ближе.

Я без особого труда уклонился от атаки, но саблезуб, явно игнорируя боль в сломанных конечностях, попытался прыгнуть прямо на меня. Однако вовремя брошенные парализующие чары не позволили ему совершить задуманное.

— И что мне с тобой делать? — задумчиво протянул я, уже внимательнее осматривая животное.

Огромная пятнистая кошка с белым мехом и довольно отличительной чертой в виде пары длинных саблеобразных клыков. Глядя на этого гордого хищника, я внутренне задавался вопросом: кому первым взбрело в голову их приручить и сделать из них ездовых животных? Впрочем, те же самые лошади в этих лесах были бы бесполезны.

Продолжая рассматривать животное, я задумался, что с ним делать. Убивать его просто так не было никакого смысла. Тем более, что мне предстоял неблизкий путь, который куда приятнее будет проделать верхом, нежели на своих двоих.

— Ну, попробуем, — пробормотал я себе под нос и для верности положил руку на голову парализованной кошки. — Imperio.

В тот же миг я почувствовал отток сил от применения заклинания. У меня не было уверенности, что в этом мире подобные чары будут действовать в должной мере, ведь я еще не успел изучить подобный вопрос. Посему я вложил несколько больше энергии в заклинание.

Не прошло много времени, как я почувствовал уже знакомый контроль над подчиненным существом. Теперь оставалось только подлатать саблезуба, и можно было отправляться в путь.

— Как говорится, хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается, — хмыкнув, произнес я, начав восстанавливать лапы хищнику.

Действовать приходилось осторожно и экономя силы. Раньше я мог позволить себе кинуть чары и разрешить им сделать большую часть работы. Но сейчас мне пришлось поработать руками и кое-как вправить кости, чтобы упростить работу заклинанию и тем самым уменьшить расход энергии.

Параллельно с этим я мысленно прикидывал, куда мне лучше отправиться. Все же империя ночных эльфов довольна велика, а мне не хотелось бы забиваться где-то в глуши. Из-за смерти этого тела у меня не было связи с Источником Вечности, как у всех ночных эльфов. Поэтому, если скрываться где-то в глуши, я могу просто пропустить нужный мне момент.

— Да и скучно это, — пробормотал я. — Я ведь уже через неделю попытаюсь найти, чем себя занять. И кто знает, чем все это закончится.

Чтобы определиться с выбором, я вновь обратился к памяти этого тела и постарался сопоставить воспоминания с уже известной мне информацией об этом мире. И, сколько бы я ни копался, помимо Зин-Азшари мне удалось выудить название всего одного места, которое мне подходило. Места, которое тесно связано со многими событиями, которым еще предстояло произойти.

— Сурамар, — с предвкушением произнес я, взбираясь в седло вылеченного саблезуба.

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Находясь в трансе, я чувствовал природу вокруг себя. Как медленно, но верно растут деревья. Как их корни прогрызают себе путь в земле, а листья тянутся к свету. Каждое дерево было особенным и непохожим на другие. Это было странно, но я ощущал в них подобие сознания. Одного единого сознания.

— Это стражи леса, — услышал я голос наставника, который звучал у меня в голове. — Они, как и я, его часть. Его душа. Они и есть лес.

Слова наставника заставили по-новому взглянуть внутренним взором на мир. Мне хотелось погрузиться в транс еще глубже, чтобы прочувствовать каждую мельчайшую деталь. Я чувствовал окружающий мир все лучше, и в какой-то момент на границе моих чувств что-то произошло. Я что-то уловил, но никак не мог понять, что именно. Правда все ускользала от меня. В какой-то момент я понял, что стоит сделать всего шаг — и цель будет достигнута. Но прозвучавший в сознании голос наставника, вместе с его незримым присутствием, остановили меня.

— Достаточно, — голос наставника стал немного строже, но одновременно с этим в нем чувствовалось беспокойство. — Не стоит уходить столь далеко. Прояви терпение, ученик. А теперь возвращайся к нам.

Я почувствовал, как мое сознание по воле наставника все больше отдаляется от исполинских деревьев. И совсем скоро я вновь почувствовал собственное тело. За время урока оно успело затечь, отчего первые движения были немного скованными. Но постепенно, поднимаясь на ноги, я чувствовал, как ко мне возвращается прежняя гибкость и легкость движений.

— Ты способный ученик, юный ночной эльф, — услышал я могучий голос наставника, пока переводил дух после транса. — Даже больше, чем я мог себе представить… чего не скажешь о твоем брате.

Последние слова, несмотря на могучий голос, были произнесены настолько тихо, что даже мне пришлось напрячься, чтобы их услышать. И, услышав их, я смог только тяжело вздохнуть. Сложно было спорить с мудростью наставника, особенно когда он был прав. Я слишком хорошо знал брата, чтобы понимать правоту наставника. Иллидан слишком нетерпелив, а в учении, что преподавал нам Кенарий, терпение — одно из самых важных условий.

«Иллидана куда больше привлекает тайная магия», — с сожалением подумал я, понимая, что для брата, помимо навыков, важно еще и признание его способностей. А где его получить, кроме как не в привычной для нашего народа стезе.

— Что ты видел? — словно вторя моим мыслям, раздался вдруг нетерпеливый голос брата.

Повернув голову, я увидел, что в стороне стоял мой близнец. Если бы не иссиня-черные волосы и золотые глаза, нас было не отличить.

— Ну же, не томи, — продолжал давить брат, подходя ближе.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть. Похоже, что его транс не увенчался успехом, отчего тот пытался скрыть злость. Но мне было легко заметить раздражение в его золотых глазах, что стали бременем для брата. Я знал, насколько его ранил тот факт, что в друидизме он сильно уступал мне. Тщетно я пытался его убедить, что если он действительно хочет овладеть искусством, которому учил нас Кенарий, то ему стоит обуздать свой буйный нрав и научиться терпению.

Из раза в раз все мои доводы не были им усвоены. Поэтому в какой-то момент я смирился. Пока Иллидан сам не придет к этой мысли, ему бесполезно что-то доказывать.

— Я видел души всего леса, — ответил я на вопрос брата.

Вот только он не успел ничего произнести в ответ. Я был уверен, что он подготовил какую-нибудь колкую фразу. Но его опередила Тиранда, которая тоже присутствовала на наших занятиях, хоть и не участвовала в них.

— Как чудесно, — вздохнув, немного мечтательно произнесла подруга.

Посмотрев на нее, я почувствовал, как мои щеки почернели. Я быстро отвел взгляд и отвернулся, пока Тиранда не увидела моего смущения.

Еще год назад она была бледной девчонкой, а теперь превратилась в стройную и хорошо сложенную красавицу. Детское и невзрачное личико пропало, вместо этого оно приобрело женственные черты и стало весьма привлекательным. Настолько, что порой сложно было отвести взгляд.

Стоило этим мыслям промелькнуть в моем сознании, как я почувствовал еще большее смущение и постарался выбросить все это из головы. К счастью, мне на помощь пришел брат со своим пренебрежением к моим успехам в друидизме.

— И это все? — приподняв одну бровь, сказал Иллидан, скривив лицо.

Хоть он и пытался опять принизить мои успехи, в этот раз это нисколько меня не злило. Напротив, я был благодарен брату. Благодарен за то, что он помог переключиться до того, как я успел опозориться перед Тирандой.

— У тебя и этого не получилось, — тихо буркнул я в ответ Иллидану, чем неслабо задел брата.

Я увидел, как потемнело его лицо от гнева. Он собирался что-то сказать, а может даже броситься в драку, но упавшая на нас огромная тень наставника остановила Иллидана.

— Довольно, — прогремел голос наставника. — Твой брат прав, Иллидан. Твои успехи, а точнее их отсутствие, не дают тебе права с пренебрежением относиться к тому, чего смог достичь Малфурион.

Брат ничего не ответил и, будучи все еще раздраженным, ушел к Тиранде. Я же взглянул на наставника, для чего мне пришлось задрать голову. На фоне могучей фигуры наставника мы были словно дети.

— Ступайте, — сказал наставник. — Проведите время со своими сородичами. Это пойдет вам на пользу.

— Ну наконец-то, — нетерпеливо воскликнул Иллидан, за что получил тычок от Тиранды.

Я лишь посмотрел в их сторону и произнес:

— Идите без меня. Я вас догоню. Мне нужно поговорить с Кенарием.

Услышав мои слова, Тиранда открыла было рот, чтобы что-то произнести, но Иллидан не дал ей вставить даже слова.

— Тогда не будем мешать, — сказал брат нарочито радостно. — Пойдем, Тиранда.

Он схватил нашу подругу детства за руку и потащил прочь отсюда. Я молча смотрел им вслед, дожидаясь, пока они скроются среди деревьев. И только после позволил себе вновь посмотреть на наставника.

— Глупое дитя, — вдруг с какой-то потаенной грустью произнес он, смотря вслед Иллидану и Тиранде. — Эти золотые глаза. Это бремя для него, но он не готов слушать. Слишком нетерпелив. Он едва ли верит в мое учение, и боюсь, что я не смогу его ничему обучить.

Слова наставника, подобно молнии, заставили меня застыть от шока. Кенарий только что признал свое бессилие в обучении Иллидана.

— Ты хотел о чем-то поговорить со мной, юный ночной эльф? — не успел я оправиться от шока, как наставник переключил свое внимание на меня.

— Мой шан’до, — с глубоким уважением начал я, склонившись в поклоне, хоть и знал, как наставнику не нравится подобное. — Простите меня за мое любопытство, но прежде, чем завершить свой транс, я почувствовал нечто странное. Нечто неправильное. Что это было?

Наставник не спешил отвечать. Он смотрел на меня сверху вниз. Он словно заглядывал куда-то вглубь меня. В мою душу.

— И вновь я убеждаюсь, что ты очень способный ученик, — задумчиво протянул Кенарий. — Но, к сожалению, я не могу ответить на твой вопрос.

— Я понимаю, — склонив голову, ответил я, чувствуя, как мои щеки пылают от стыда за чрезмерное любопытство. — Мне не следовало спрашивать. Я только начал свой путь и…

Но меня остановили слова Кенария.

— Не в этом дело, юный ночной эльф, — сказал наставник. — Я не могу ответить на твой вопрос, потому что просто не знаю ответа. Я почувствовал то же самое, что и ты, мой ученик. Именно поэтому я прервал твой транс, опасаясь за твою безопасность. Как ты правильно выразился, это было что-то неправильное. Что-то чуждое этому миру.

Слушая слова наставника, я пытался понять, что это могло быть. Но моих знаний было недостаточно, чтобы сделать хотя бы предположение.

— Но лес молчит, — продолжил говорить Кенарий, — и я не могу больше почувствовать эту аномалию. Но я не думаю, что она исчезла. Скорее это нечто затаилось. Остается только ждать, когда оно вновь проявит себя.

Наставник замолчал и посмотрел куда-то вдаль. Мысленно он был уже не здесь.

— А теперь ступай, ученик, — наконец-то сказал Кенарий. — Тебе нужно провести время со своими друзьями.

Я кивнул и поспешил прочь от поляны, которая стала обиталищем Кенария.

«Может ли это быть связано с моими снами?», — подумал я напоследок, прокручивая в голове слова наставника и свои ощущения.

***

Интерлюдия.

В месте между мирами, посреди хаоса, зажглись интересом пылающие глаза. Их взор был направлен в пустоту космоса, словно они видели там то, чего обычным смертным было не под силу увидеть. Огромные расстояния не были преградой для обладателя пылающих глаз.

Он видел. Он чувствовал. Чувствовал, как кто-то взывал к силе, так неосмотрительно черпая магию. Чувствовал источник магии великой силы, что горел, подобно маяку в ночи. Он видел их. Видел маленьких смертных глупцов, что слишком многое о себе возомнили. Он видел всех их…

Наконец-то он нашел то, что искал долгие сотни и тысячи лет. Нашел. Но цель была столь далека и защищена от вторжений.

Но это не значило, что никто не сможет открыть ему путь изнутри. И он нашел тех, кто сделает это. Осталось только подождать. И он будет ждать. Ведь он чувствовал пыл этих глупых смертных созданий. Чувствовал их честолюбие. Их жажду магии. Они не были способны противостоять соблазну вытягивать все больше магии из мира. А он сможет дать им еще больше.

Остается только подождать. Подождать и правильно воспользоваться глупостью смертных. Так случалось не впервые, и случится еще много раз. Надо только подождать.

Глава 3. Ярость Бури

***

Аварис.

— Как интересно складывается ситуация, — протянул я, прислонившись к дереву.

Мое путешествие до Сурамара нельзя было назвать быстрым. Конечно, я мог сократить свой путь, используя порталы или аппарацию, но не стал этого делать. Оба варианта либо требовали слишком много энергии, которой не хотелось разбрасываться в нынешнем положении, либо для их использования нужны были координаты.

Во всяком случае, пусть мне и потребовалось около десяти дней, чтобы добраться до Сурамара верхом на саблезубе, тем не менее я провел это время с пользой.

В какой-то мере мне удалось освоиться в новом теле, выяснив пределы своих возможностей. И пределы эти, хоть и были весьма обширны, сильно не дотягивали до того, на что я был способен в своем родном облике.

Тело ночного эльфа было очень восприимчиво к магии, что позволяло без проблем пользоваться практически любым магическим направлением. Будь то бытовые чары, проклятия или стихийная магия — все это было подвластно этому телу. Вопрос был лишь в наличии достаточного количества маны на то или иное заклинание. Вот только на этом положительные моменты заканчивались.

Помимо того, что тело ночного эльфа сильно уступало моему в физическом плане, в его восприимчивости к магии таился и один большой минус: я не мог пользоваться Тьмой. За время моего путешествия я несколько раз пытался использовать Тьму, когда отбивался от всяких диких зверей. Но каждый раз, стоило только энергии Тьмы хлынуть в новое тело, меня скручивало от боли.

Такой расклад меня категорически не устраивал. В попытках разобраться с этой проблемой я еще больше замедлил свое продвижение до Сурамара. И к моменту моего прибытия в город мне удалось сделать несколько открытий. Первым и самым главным из них был тот факт, что Тьма в этом теле мне все-таки подвластна. Всего-то и надо было перетерпеть боль. Однако в этой самой боли и крылся нюанс, что заставил меня временно отказаться от использования столь родной силы. Ну или по крайней мере воздержаться от заклинаний, которые требовали колоссального количества энергии.

Нюанс, который крылся в испытываемой мной боли, заключался в разрушении организма при использовании Тьмы. Разрушении и последующем перестроении. Фактически тело ночного эльфа адаптировалось к Тьме. Отсюда и серая кожа вместо привычных для ночных эльфов оттенков синего и фиолетового. В какой-то момент на руках так и вовсе вместо ногтей появились вполне себе острые когти. Это стало звоночком о том, что стоит прекратить использовать Тьму, по крайней мере, если я не хочу, чтобы мой план провалился.

И, к счастью, я смог вовремя остановить свои эксперименты. Зайди все значительно дальше, боюсь, я бы обзавелся парой рогов и рядом острых зубов. И это в лучшем случае. Боюсь, что тогда бы мне не удалось объяснить изменения своего облика. А пока я лишь немного отличался от других ночных эльфов, что можно было бы списать на причуды высокорожденных. По крайней мере, именно такой легенды я собирался придерживаться в городе, если у кого-то возникнут вопросы.

Впрочем, судьба, случай или просто моя удача решили распорядиться иначе. Когда, по моим оценкам, до Сурамара оставалось идти меньше пары часов, я вдруг почувствовал в небольшом отдалении от себя творимую магию.

В любой другой момент я, возможно, прошел бы мимо, но в этот раз мое любопытство взяло верх. Поэтому, отклонившись от курса, я направился туда, где почувствовал магию. К счастью, мне не пришлось долго идти, и совсем скоро я оказался на краю небольшой поляны, в центре которой стоял молодой ночной эльф.

Выглядел он сосредоточенным и из раза в раз отрабатывал заклинание. Пока я наблюдал, несколько раз у эльфа срывались чары из-за потери концентрации. Иногда ему все же удавалось сотворить заклинание, и вокруг эльфа начинали закручиваться воздушные потоки. Вот только, судя по его недовольному лицу, результат был далек от идеала. И подобные провалы заметно злили молодого ночного эльфа.

Впрочем, совсем уж безнадежным он не был. Благодаря истинному зрению я мог видеть всю сложность сплетаемых чар. Сложная конструкция требовала высокой концентрации и, что не менее важно, большого количества энергии. Именно со вторым у ушастого и были проблемы.

Я уже успел понять, что этот ночной эльф был самоучкой, который успел нахвататься знаний по верхам. Будь он опытнее, у него не возникло бы проблем с освоением подобного заклинания. Ну или, по крайней мере, он быстро понял бы свою ошибку.

А пока он вынужден был пытаться и из раза в раз наступать на одни и те же грабли. Вот только с такой базой далеко не уедешь. Или же путь будет слишком длинным.

«Хотя, учитывая долголетие или, скорее, бессмертие эльфов, времени у него хоть отбавляй», — с усмешкой подумал я, успев спешиться со своего саблезуба и прислониться к стволу дерева.

Чем дольше я смотрел на него, тем лучше понимал, что этому эльфу нужен умелый учитель, который направит его энергию в нужное русло. И стоило только этому пониманию оформиться, как мои губы растянулись в довольной, хоть и немного жуткой, улыбке. Кто я такой, чтобы упустить подобную возможность. Ведь мое появление в городе в компании жителя Сурамара создаст значительно меньше вопросов, чем эльф, возникший из ниоткуда.

«Мой билет в город», — подумал я, внутренне вознося хвалу Тьме за такой подарок.

К этому моменту ночной эльф вновь попытался скастовать заклинание. Но результат был лишь немногим лучше прежнего. Потоки воздуха стали немного сильнее, но не более. Такими фокусами только детей развлекать.

— Почему не выходит?! — наконец-то воскликнул эльф после очередного провала.

— Ты вложил слишком мало сил, — спокойно прокомментировал я, решив, что это наилучший момент выйти на сцену.

Стоит отдать этому юнцу должное. Как только прозвучали мои слова, он сразу же отскочил в сторону и запустил в меня каким-то заклинанием, похожим на сгусток энергии красного цвета. Но меня оно так и не достигло. На его пути возникла едва видимая преграда из некогда переработанного мной ведьмачьего знака. Конечно, подобная защита сильно уступала моему излюбленному Щиту Мрака, но, не имея возможности использовать Тьму, выбирать не приходилось. Вложив в этот щит достаточно энергии, я мог при необходимости защититься практически от любой атаки.

Мгновением позже поляну огласил звук разбивающегося стекла: щит разбился после того, как выполнил свою основную функцию.

— Тебе не кажется, — начал говорить я, все так же стоя прислонившись к дереву, — что это довольно грубо — атаковать того, кто захотел тебе помочь?

Вместо ответа я вновь увидел магическую вспышку, и в меня полетело очередное заклинание.

— Как всегда, — тяжело вздохнув, произнес я, смещаясь в сторону и тем самым пропуская чары мимо себя. — Пока не настучишь им по голове, слушать никто не будет.

Я сделал полуоборот, пропустив очередное заклинание.

— С другой стороны, — продолжал бормотать я, постепенно сокращая расстояние между мной и юным эльфом, — надо ведь произвести впечатление на будущего ученика.

После этих слов я мановением руки создал между нами стену из земли, об которую разбилась очередная атака эльфа. Сам же я в этот момент, пользуясь тем, что меня не видно, аппарировал прямиком за спину мага самоучки.

Он почувствовал опасность со спины, но предпринять ничего не успел. Парализующие чары, выпущенные в упор, не дали ему и шанса, чтобы увернуться. Мне оставалось только наблюдать за тем, как молодой ночной эльф заваливается на землю. Только у самой поверхности я замедлил его падение, чтобы тот не сломал себе нос от столкновения с твердой землей.

— Обычно, — начал говорить я, присаживаясь прямо на спину парализованного ночного эльфа, — я убивал и за меньшее. Помню, испепелил целый отряд за одну только попытку напасть на меня. Так что же мне сделать с тобой?

Ответа закономерно не последовало. Парализующие чары не позволяли ему даже рта открыть.

— Но тебе повезло, — продолжил говорить я, похлопав эльфа по спине. — Сегодня я настроен преподать урок одному не в меру вспыльчивому юнцу.

С этими словами я поднялся на ноги и, взмахнув рукой, заставил тело молодого эльфа принять вертикальное положение, после чего снял с него паралич. На его счастье, ушастому хватило ума не пытаться меня атаковать вновь. Хотя удивления от моих действий у него не поубавилось, он лишь выжидающе уставился на меня своими глазами янтарного цвета.

— Давай, — сказал я, активно жестикулируя, — попробуй повторить свое заклинание.

Мой невольный ученик не спешил начинать, но я приободряющими жестами все же сподвиг его прислушаться к моим словам. Или все дело было в большом огненном шаре, парящем над моей рукой? В любом случае, это не столь уж и важно. Куда важнее тот факт, что у ночного эльфа вновь ничего не получилось. Я бы даже сказал, что воздушные потоки стали еще слабее, чем раньше.

— Еще раз, — пока эльф не успел ничего осознать, строго приказал я, одновременно с этим вновь активируя истинное зрение.

Потенциальный ученик вновь попытался создать заклинание, но из-за того, что он начал злиться, результат стал только хуже.

— Еще, — приказал я, следя за его действиями.

Только в этот раз, когда эльф начал плести заклинание, я решил вмешаться.

— Держи концентрацию, — произнес я, видя, как некоторые куски заклинания начали разваливаться. — Держи!

Молодой ночной эльф нахмурился, но все же послушал меня. Для большей концентрации он даже прикрыл глаза. Я заметил, как куски заклинаний, что так и норовили отвалиться от плетения, восстановились.

— Теперь вложи больше энергии, — сказал я уже значительно мягче, чтобы не сбить концентрацию эльфа. — Не спеши. Увеличивай количество энергии постепенно. Если будет меньше, заклинание не возымеет нужного эффекта. Ты так и будешь создавать легкие дуновения ветерка. Вложишь больше энергии — скорее всего не сможешь удержать заклинание. Или же просто свалишься без сил.

Мой голос был монотонным. Я продолжал поправлять ночного эльфа, пока тот плел заклинание. И так до тех пор, пока не стало ясно, что чары завершены.

— А теперь отпускай, — сказал я уже бодрее, накладывая на нас защиту.

В тот же миг, повинуясь моему приказу, молодой ночной эльф отпустил заклинание, а вокруг нас завертелись потоки ветра, что все усиливались. Постепенно вокруг нас начал образовываться самый настоящий шторм, хоть и довольно локализованный.

Хоть скорость поднявшегося ветра и была далека от урагана, даже имеющегося было достаточно, чтобы практически уничтожить поляну. Местами виднелись вырванные куски земли, а от травы так и вовсе ничего не осталось. Конечно, можно было добиться и большего, но для этого нужно было вложить больше сил. Но молодому ночному эльфу пока рано было экспериментировать с количеством вложенной энергии.

— Неплохо, — оценил я, когда заклинание перестало действовать. — Но еще есть над чем поработать. Хоть стихийная магия проще иных направлений, она требует большого количества сил и концентрации.

Но молодой эльф меня похоже вовсе не слушал. Он с удивлением и некоторым удовольствием смотрел на результат собственной работы.

— На этом закончим наш импровизированный урок, — хлопнув, сказал я, тем самым привлекая к себе внимание эльфа. — Думаю, тебе пора домой, чтобы хорошенько отдохнуть.

Не успел мой невольный собеседник ответить, как за его спиной открылся портал, который должен был переместить эльфа ближе к городу. Легким пасом руки я отправил юнца прямо в арку портала.

— Если захочешь превзойти своего брата, ты знаешь, где меня найти, — с довольным оскалом крикнул я вслед эльфу, на лице которого отразилось удивление. — Иллидан Ярость Бури.

***

Интерлюдия. Тиранда Шелест Ветра.

Завершив ритуал Высокой Луны, я могла потратить свободное время на себя. Вот только прежней радости от этого факта больше не было. Раньше мне нравилось, что Мать-Луна, будучи доброй и любящей госпожой, не требовала посвящать ей всю свою жизнь, и у меня оставалось время, чтобы провести его со своими друзьями. Но со временем кое-что изменилось.

Нет, я все так же была рада провести время в компании своих друзей. Однако из близких друзей у меня были только братья близнецы Ярость Бури. И в последнее время наши отношения несколько изменились. Нас больше нельзя было назвать просто хорошими друзьями. Теперь между нами было нечто большее.

«Хотя последнее, как мне кажется, осознаю только я», — с тихим смешком подумала я, вспомнив глупые лица этой парочки.

Я более чем уверена, что близнецы только начали осознавать свои чувства. И это порой выливалось в забавные для меня ситуации. Было довольно весело наблюдать за тем, как краснел скромный Малфурион или как Иллидан пытался скрыть свое смущение за очередной бравадой.

Но все это было весело только до определенной поры.

Я понимала, что наши чувства были взаимны. И это было проблемой. Ведь если раньше между братьями было просто соперничество, то в последнее время оно стало куда более ожесточенным. И мне это совсем не нравилось, ведь они начинали считать меня призом в их вечных спорах, совершенно не учитывая мое мнение.

Однако с последним возникало еще больше проблем. Как бы мне ни льстило их внимание, я прекрасно осознавала один простой факт: рано или поздно мне придется выбирать между братьями. И мне это совершенно не нравилось. Ведь, выбрав одного, я разобью сердце другому. И от этого на душе становилось горько.

С такими тяжелыми мыслями я сама не заметила, как, пройдя по просторным мраморным коридорам храма, оказалась на улице. Глубоко вдохнув, я подставила лицо слабенькому ветерку. Повеяло вечерней прохладой.

После я спустилась по лестнице, продвигаясь через толпу. Одни склоняли головы в знак уважения, другие вежливо расступались. Все же в бытии послушницы Элуны были свои плюсы.

Но сейчас я хотела просто побыть собой, отчего поспешила побыстрее пройти через толпу, направляясь к своему дому. Мне хотелось сменить одеяния послушницы на обычную одежду, чтобы не чувствовать посторонних взглядов. А после так и вовсе уйти из города, чтобы побродить по лесу, наслаждаясь природой.

«Может даже навестить Малфуриона», - подумала я, чувствуя, как горят мои щеки от одной только мысли.

Вот только вслед за смущением пришел стыд. Ведь если я пойду к Малфуриону, то таким образом я предам чувства Иллидана.

— Мать-Луна, как все это сложно, — тяжело вздохнув, взмолилась я, смотря на вечернее небо, где луна уже вышла на небосвод.

И стоило мне только опустить взгляд обратно, как, словно в насмешку над моими чувствами, я увидела Иллидана. Но я быстро отбросила лишние мысли, когда увидела, в каком он состоянии бредет по улицам города.

Иллидан был изрядно помят. На его одежде можно было увидеть следы грязи, а его волосы, обычно собранные в хвост, были растрепаны. Лицо, помимо все той же грязи, выглядело чрезвычайно задумчивым. На нем не было привычной маски самоуверенности, которую я видела чуть ли не каждый день. Казалось, что он шел, не разбирая дороги, только изредка смотря по сторонам.

Такое поведение друга не могло не насторожить меня. Возможно что-то произошло, и Иллидану требовалась помощь, так что я поспешила к нему.

— Иллидан! — крикнула я, пытаясь привлечь его внимание.

Но, на удивление, он даже не повернулся в мою сторону. Нахмурившись, я ускорила шаг и совсем скоро настигла друга, который выглядел потерянным.

— Иллидан, — позвала я, схватив его за плечо и развернув к себе.

Ему потребовалось время, чтобы сфокусировать свой взгляд на мне. В его янтарных глазах наконец-то промелькнуло новое чувство, которым было удивление.

— Тиранда? — спросил он, словно только сейчас осознав, где оказался.

Нахмурившись, я с беспокойством схватила его руку и начала зачитывать благословение. Но Иллидан остановил меня.

— Не надо, — коротко произнес он. — Я в порядке.

— Но… — протянула я, но замолкла, понимая, что бесполезно спорить с упрямым Иллиданом. Вместо этого я задала вопрос, который мучал меня все это время. — Что с тобой произошло?

Я заглянула в глаза Иллидана, пытаясь найти в них ответ. Но, как обычно, мне было трудно догадаться, о чем он мог думать. К счастью, друг решил не уходить от ответа.

— Мне кажется, я наконец-то нашел шан’до, — сказал он, о чем-то вновь задумавшись.

Услышав друга, я поняла одно: планы немного изменились. Мне предстояло как можно лучше расспросить Иллидана обо всем, что с ним произошло.

Глава 4. Хозяин леса

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Пробуждение было резким. Кажется, я даже что-то кричал, но вспомнить слова мне так и не удалось. Я сидел на своей постели и тяжело дышал. В сознании все еще всплывали увиденные во сне образы.

— Опять, — тяжело и обреченно прошептал я, схватившись за голову.

Снова эти кошмары. Они уже не первую неделю изводили меня и не давали покоя. Но что еще хуже, так этот тот факт, что Кенарий никак не опровергал мои видения. Он лишь загадочно молчал. И все же было заметно, что его все происходящее беспокоит даже больше, чем меня.

Сегодня мне вновь снилась столица. Снился Зин-Азшари. Снились шпили этого великого и прекрасного города. Его жители, что жили своей безмятежной жизнью. Жили верой в свою королеву. Но все это в одночастье сменилось катастрофой. В один миг процветающая столица превратилась в руины, чьи улицы оказались устланы трупами ночных эльфов. По городу стали маршировать несметные полчища ужасных созданий. И все они до единого выходили из дворца, а сама королева с упоением смотрела на происходящее.

Я просыпаюсь каждый раз на одном и том же моменте. Когда ужасная тень за спиной королевы обращает на меня свое внимание. Эти пылающие потусторонним огнем глаза словно сжигали мою душу и заставляли проснуться с истошным криком.

Было очевидно, что все это снилось мне не просто так. Высокорожденные что-то делали. Взывали к некой энергии, от которой стал страдать этот мир. И, похоже, эти самые страдания вылились в подобные сны.

— Неужели они не понимают, что творят, — пробормотал я, понимая, что никто не даст мне ответа.

В очередной раз тяжело вздохнув, я поднялся с постели: сегодня мне было не суждено уснуть снова.

Пройдя в другую комнату, где мы обычно собирались вместе с Тирандой и Иллиданом, я вновь невольно порадовался, что живу вдали от Сурамара. Боюсь, что в ином случае мои истошные вопли могли услышать все жители соседних домов. И это непременно привело бы к распространению ненужных слухов.

Подойдя к низенькому столику, я налил себе из кувшина медового вина и принялся его медленно потягивать, а затем вышел на небольшую площадку, где можно было полюбоваться красотой леса. Но, вопреки моим ожиданиям, в этот раз я не смог получить здесь желаемого успокоения нервов.

И все же я присел на стул, сплетенный из ветвей дерева, и попытался расслабиться. Постепенно, вздох за вздохом, я начал погружаться в транс. Но когда я был уже в одном шаге перед тем, как погрузиться в транс, мою концентрацию сбили громкие голоса. Весьма знакомые голоса.

Не успел я до конца осознать происходящее, как в мой дом ввалились отчаянно спорящие между собой Иллидан и Тиранда.

— Это все очень странно, — утверждала наша подруга детства. — Малфурион обязан узнать.

— Ты безусловно права, Тиранда, — вынужденно произнес мой брат близнец. — И все же…

— Возможно, стоит рассказать все Кенарию, — Тиранда не дала брату закончить и перебила его, чем вызвала вспышку гнева Иллидана.

Я невольно поморщился, понимая, чем может все закончиться.

— Нет! — подтвердив мои опасения, упрямо крикнул разозленный брат. — Это моя судьба! Моя жизнь! Я пошел тебе навстречу и согласился рассказать все Малфуриону, но на этом все! Я не позволю решать мою судьбу тому, кто отказался меня нормально учить. Не сейчас, когда у меня наконец-то появилась возможность учиться у настоящего мастера.

Я напрягся. Хоть внутри я был рад, что брат наконец-то нашел свой путь, но все же что-то в его словах не давало мне покоя.

— Но Иллидан, — воспротивилась Тиранда. — Сам посуди, как все это странно. Внезапно посреди леса тебе встретился не абы кто, а Высокорожденный, что согласился взять тебя в ученики. И мало того, этот Высокорожденный откуда-то знает тебя. Тебе не кажется это странным?

— Нет, не кажется! — продолжал упрямиться Иллидан. — Мои успехи наконец-то были замечены. И сейчас ты ставишь все это под сомнение. Ты…

Я не стал дослушивать их перепалку и резким движением поднялся со стула, чтобы через пару мгновений оказаться с товарищами в одной комнате. Их внимание сразу же переключилось на меня.

— Кажется, вам придется очень многое мне рассказать, — сказал я, чувствуя, что это будет долгий разговор.

***

Аварис.

— Кто бы мог подумать, что мне так повезет, — усмехнувшись, проговорил я, машинально погладив саблезуба, который все еще находился под моим контролем. — Встретить Иллидана в его ранние годы. Теперь даже жалею, что не имею при себе всех своих сил.

Я несколько раз задумчиво сжал и разжал руку, после чего слегка поморщился. Хоть тело эльфа и было восприимчиво к магии, мне не терпелось вернуться в родное тело.

— Остается только ждать, — со вздохом произнес я, внутренне надеясь, что высокорожденные эльфы в скором времени смогут открыть портал достаточной силы, чтобы мне удалось скрыть за этими всплесками энергии свою скромную лазейку в этот мир.

Во всяком случае, после прошедшей встречи я был уверен, что мое ожидание не будет скучным. Ведь когда еще представится возможность стать учителем столь одиозной личности, как Иллидан Ярость Бури. Личности, которая сыграет огромную роль в будущем.

«Или не сыграет», — пронеслась у меня в голове мысль, пока я думал, как может измениться судьба одного эльфа после моего вмешательства.

— Что думаешь? — с улыбкой спросил я у подчиненного саблезуба.

Очевидно, что находящаяся под империо кошка никак не отреагировала на мои слова. Я чувствовал сознание зверя, опутанное моими чарами. Саблезуб боялся меня, как более сильного хищника, но тем не менее это не мешало ему сопротивляться. Гордый зверь.

Окинув взглядом саблезуба, я на секунду задумался, после чего мои губы растянулись в предвкушающей улыбке. Я хотел, чтобы этот хищник принадлежал мне полностью. Иррациональное желание, которому я не собирался противиться.

К тому же, мне надо было себя чем-то занять, пока Иллидан осмыслит произошедшее и вернется. А в том, что он вернется, у меня не было никаких сомнений. Проигнорировать меня ему не позволят уязвленная гордость и жажда силы и знаний. Слишком уж честолюбив этот эльф.

Наконец-то я поднялся на ноги и слегка размялся, в последний раз кинув взгляд в ту сторону, где вдали виднелся Сурамар. Я успел подобраться немного ближе к городу и раскидать по округе сигнальные чары, чтобы не пропустить появление гостей. Особенно если эти самые гости будут незваными. И я не сомневался, что такие вполне могут появиться.

В последние несколько часов я ощущал на себе повышенное внимание. И первое время мне не удавалось найти источник этого внимания. Сколько бы ни мониторил округу на наличие сторонних наблюдателей, все было бесполезно. Так продолжалось до тех пор, пока я не осознал, что за мной наблюдает сам лес.

— Ты мне тоже не нравишься, — усмехнувшись, пробормотал я, возвращаясь под сень леса.

В скором времени я вернулся на поляну, откуда совсем недавно вышвырнул Иллидана, и присел возле одного из деревьев. Хоть мне и хотелось поскорее занять себя каким-нибудь делом, я решил пока просто ждать, не усложняя себе задачу. Интуиция подсказывала мне, что именно в лесу мне стоит проявлять максимальную осторожность.

Потянулись долгие часы ожидания, которые я потратил на копошение в собственном сознании. Я пытался вспомнить все, что знал об эпохе, в которой оказался. И вместе с этим я перебирал в уме все, что могло меня заинтересовать.

Первым на ум пришел, конечно же, сам Источник Вечности, но я пока никак не мог себе представить, как прибрать его к рукам. Слишком много событий были на него завязаны, и слишком многих могущественных сущностей он интересовал. И боюсь, что силой отобрать его у меня никак не вышло бы.

Следом за Источником шли могущественные артефакты. Я не знал, какие именно артефакты попадутся мне в руки. Однако я уже представил себе предстоящие исследования, отчего не смог сдержать предвкушающую улыбку.

И все же, несмотря на все перечисленное, наибольшую ценность для меня имели души. Их можно было обратить во Тьму, поставив себе в вечное служение. Также души можно было поглотить.

«Интересно, какая на вкус душа полубога, — подумал я, мечтательно прикрыв глаза, — или бога».

Возможные перспективы будоражили сознание. И все же сожрать душу столь могущественных существ будет не просто. Как минимум, подобных тварей еще нужно убить, не говоря уже о том, чтобы не сойти с ума после поглощения.

Мои размышления оказались резко прерваны откликом сигнальных чар, которые предупредили меня о приближении группы разумных существ. Это немного меня насторожило, и я быстро накинул на себя отвод глаз, после чего принялся ждать гостей.

Но, к счастью, мои опасения были напрасны.

После недолгого ожидания на поляну вышли трое молодых ночных эльфов. Первый мне был уже знаком, и его можно было назвать ожидаемым гостем — Иллидан. А вот его спутников я видел впервые, но это не помешало мне определить их личности.

Эльфийкой оказалась Тиранда Шелест Ветра. Очередная легендарная личность. Хотя сейчас в этой эльфийке с трудом можно было бы узнать будущую правительницу ночных эльфов. Сейчас она еще даже не была запятнана силой богини и походила на простую ночную эльфийку, отчего я задумался о том, чтобы перетянуть ее на свою сторону.

Вторым спутником моего будущего ученика был никто иной, как Малфурион Ярость Бури. Брат близнец Иллидана и, по совместительству, первый друид. На нем уже был отпечаток силы природы, который совсем скоро проявится и на его внешности. Вот уж эту личность я желал видеть в последнюю очередь. Слишком уж плохо у меня складывались отношения с друидами, в каком бы мире я не находился. Они подсознательно чувствовали мою силу.

Мне оставалось только надеяться, что в этот раз все обойдется.

— Ну и где он? — нетерпеливо спросила эльфийка.

— Не знаю, — немного растерянно ответил ей Иллидан, который то и дело озирался по сторонам.

Было достаточно забавно наблюдать со стороны за метаниями молодого Иллидана и Тиранды. Вероятно, новоиспечённый ученик беспокоился об упущенной возможности, в то время как эльфийка выражала беспокойство о состоянии самого эльфа.

В их компании сильно выделялся Малфурион, который, хоть и выглядел обеспокоенным не меньше своих товарищей, тем не менее не метался беспорядочно по поляне. Он был задумчив и даже немного хмур.

— Может я что-то не так понял? — сделал предположение Иллидан. — Может это было какое-то испытание, и я его провалил, поэтому шан’до покинул это место?

— Нет, — ответил ему его близнец. — Он точно где-то здесь.

— Почему ты так в этом уверен? — спросил его Иллидан с какой-то потаенной надеждой.

— Мне так сказал лес, — немного неуверенно ответил Малфурион.

Я лишь вскинул брови в ответ на подобное заявление. Меня не сильно удивило, что я не смог полностью скрыть свое присутствие, ведь отвод глаз предназначен для живых и разумных существ, к коим лес было трудно отнести. Куда больше меня волновал тот факт, что Малфурион смог услышать лес, что указывало на то, как далеко он уже продвинулся по стезе друидизма.

«Стоит запомнить, что скрываться теперь необходимо не только от разумных», — подумал я, примерно представив себе комплекс чар, необходимый, чтобы полностью скрыть свое присутствие.

Тем временем Иллидан после слов своего брата начал куда внимательнее осматриваться на поляне. Возможно, знай он какие-нибудь заклинания для обнаружения цели, то обязательно ими бы воспользовался. Однако пока он был вынужден полагаться лишь на свои чувства и смекалку. Благо с последним у молодого ночного эльфа все было в порядке.

Уже совсем скоро он заметил одну закономерность: при осмотре местности его взгляд избегал того места, где я находился. Сложить эти факты было нетрудной задачкой, поэтому вскоре Иллидан вышел в центр поляны, где совсем недавно лежал мордой в пол, и уважительно поклонился в мою сторону.

— Шан’до, — проговорил он, не спеша заканчивать поклон.

На моем лице появилась довольная улыбка.

— Похвально, юнец, похвально, — сказал я, показательно хлопая его сообразительности и медленно снимая отвод глаз.

Для молодых эльфов все должно было выглядеть так, словно в воздухе из ниоткуда начал проявляться сначала неясный силуэт, который постепенно стал приобретать все более отчетливые очертания. И так до тех пор, пока на поляне пред ними полностью не показался странный высокорожденный в моем лице.

— Не стоит кланяться, — с мягкой улыбкой сказал я, остановившись напротив Иллидана и подняв того за плечи. — Я не терплю раболепия от учеников.

«Мне хватает и простых рабов», — подумал я, сдерживая злую усмешку, в которую грозила превратиться вполне располагающая к себе улыбка.

— Хоть тебе пока не достает знаний, должен похвалить тебя за сообразительность, — продолжил я нахваливать Иллидана, отмечая, как тот аж надулся от гордости. — Но, признаться честно, я не ожидал, что ты придешь не один. Тиранда Шелест Ветра и Малфурион Ярость Бури. Рад встречи с вами.

На лицах молодых эльфов отразилось удивление. Они переглянулись между собой, не понимая, что происходит, после чего Малфурион нахмурился и с недоверием посмотрел на меня. Тиранда же, напротив, куда охотнее шла на контакт, хоть в ней и чувствовалось легкое недоверие. Именно она и стала той, кто задал мне крутящийся в головах этой троицы вопрос:

— Вы знаете нас?

Я лишь кивнул в знак согласия, не собираясь вдаваться в подробности.

— Но откуда? — продолжала вопрошать ночная эльфийка.

И тут, когда я уже собрался дать ей уклончивый ответ, вдруг раздался могучий голос, который заставил меня напрячься.

— Я бы тоже хотел узнать ответ, — голос, казалось, исходил отовсюду, но вскоре на поляне появился и сам говоривший.

Из-за расступившихся в стороны деревьев появилась огромная фигура существа. Верхняя часть его тела напоминала ночного эльфа, а нижняя была огромным оленем. И, как у оленя, на голове этого существа были гигантские ветвистые рога. Руки его заканчивались огромными сучковатыми когтями, сделанными из дерева, но явно не уступающими своей крепостью металлу.

В голове сразу же всплыло имя этого существа — Кенарий. Полубог и хозяин леса.

Сейчас он не проявлял враждебности и лишь с ожиданием смотрел на меня.

«А вот это уже не хорошо», — пронеслась у меня в голове на удивление спокойная мысль.

Глава 5. Дурные предвестия

***

Интерлюдия. Ксавий.

Несколько магов рухнули без сил, будучи буквально выпитыми после непрерывного плетения сложного заклинания. Это вызвало во мне волну раздражения.

Я кивнул стражам, чтобы они унесли бессознательных магов, после чего на их место тут же встали другие, чтобы с новыми силами продолжить плести заклинание.

— Быстрее! — приказал я, будучи недовольным тем, что они двигаются подобно сонным мухам.

Маги немного ускорились, но не столь сильно, как мне бы этого хотелось. Все же осторожность в плетении заклинаний никто не отменял. Иначе можно было закончить, как тот неудачник, чье тело совсем недавно выкинули где-то в лесу.

«Кстати об этом, надо отправить отряд Лунной Стражи в лес, чтобы они прочесали местность», — напомнил я сам себе о том, что надо узнать, что случилось со стражниками, которые ушли в лес ранее.

Я вновь вернул свое внимание к магам, продолжающим плести заклинание. И увиденное мне не понравилось. Все еще не был достигнут нужный результат.

— Мы должны увеличить силу заклятья в несколько раз, — сказал я, подойдя ближе к магам и практически нависнув над ними.

— Но лорд Ксавий, — одному из магов хватило смелости перечить мне. — Это слишком рискованно. Если увеличить силу, то велик шанс потерять контроль над заклинанием. А потеря контроля может привести к непредвиденным последствиям.

Я мрачно взглянул на говорившего, пытаясь вспомнить его имя.

— Ты все сказал, Перотарн? — снисходительно переспросил я, наконец-то вспомнив, как зовут этого мага. — Если да, то заткнись и вернись к делу. Чтобы достичь желаемого, мы должны использовать силу Источника всю до последней капли. И плевать, какие жертвы придется принести.

Перотарн кивнул и вернулся к работе. Мне оставалось только окатить его взглядом, полным презрения, прежде чем вернуться к наблюдению за плетением чар.

Сеть извивающихся линий энергии, что сплетались в замысловатый узор, окутывала пылающую сферу сконцентрированной магии. Сама сфера продолжала изменяться. Она то росла, то уменьшалась, становясь плотнее. Она сворачивалась вовнутрь, словно пыталась поглотить саму себя.

Я чувствовал колебания едва сдерживаемых сил, что были собраны из Источника Вечности и сконцентрированы в одном месте. Великая сила, что доступна моему народу. И как же глупо и бездарно мы ею распоряжались все это время. Но теперь все иначе. Теперь…

Внезапно странное чувство прервало мои мысли. Прислушавшись к собственным ощущениям, я вскоре понял, что это было. Чувство чужого взгляда. И источником его была пылающая сфера.

Я уже был не в силах разорвать связь. Мои движения были скованы. Я был не в силах даже отвести взгляд. Вскоре по ту сторону все отчетливее стало ощущаться чужое присутствие. И несмотря на слабый канал связи и на пелену пространства, что отделяла наш мир, я чувствовал силу. Чувствовал мощь того, кто обратил на меня свой взор.

— Я нашел тебя, — послышался голос, проникающий в мое сознание, что все глубже погружалось в пучину энергий. — Иди ко мне…

Сложно сказать, сколько времени все это продолжалось. В какой-то момент я перестал ощущать что-либо, кроме восхищения перед тем, кто одарил меня своим вниманием.

Только когда на мое плечо опустилась чья-то рука, я понял, что все это время продолжал стоять на месте и безотрывно смотреть на пылающую сферу.

Встряхнув головой, я наконец-то обратил внимание на того, кто посмел прервать меня. К моему удивлению, это оказался обычный стражник, который неведомым образом осмелился прикоснуться ко мне. Впрочем, вскоре стала ясна причина его смелости.

— Лорд Ксавий, — произнес стражник, стараясь не смотреть мне в глаза, — вас зовет королева.

Я удивленно вскинул брови, а после нахмурился от вспыхнувшего раздражения.

— Передай королеве, что я скоро прибуду, — бросил я стражнику, отправив того прочь.

Только когда он покинул помещение, я позволил себе вздохнуть и с желанием взглянуть на пылающую сферу. Вот только в этот раз я не почувствовал чужого присутствия, отчего уровень раздражения заметно вырос.

— Продолжайте работу! — приказал я магам, прежде чем отправиться к королеве.

Сколь бы она порой ни мешалась, Азшара все еще оставалась королевой, перед которой приходилось отчитываться.

«К счастью, теперь это ненадолго», — подумал я, пряча улыбку и все еще слыша в голове повторяющиеся слова бога.

***

Аварис.

Внезапное появление полубога Кенария на этой злосчастной лесной поляне заставило меня напрячься, но далеко не из страха. Ведь даже если умрет это тело, я просто вернусь обратно в домен. Вот только это могло нарушить мои планы, чего очень сильно хотелось бы избежать.

Подобные мысли проносились у меня в голове, пока я сверлил взглядом приближающуюся фигуру хозяина леса и оценивал свои шансы на выживание при прямом столкновении. И прогнозы эти были далеко не в мою пользу. Все же тело ночного эльфа и тот факт, что большая часть моих сил осталась в домене вместе с истинным обличием, сильно ограничивали меня.

«Повезло тебе, рогатый», — подумал я, слегка раздраженно дергая уголком рта и жалея, что сегодня мне не получится вкусить душу полубога.

— Итак, — вновь прогремел голос Кенария, склонившегося надо мной, — я все еще хочу услышать ответ на вопрос юных ночных эльфов.

Но, несмотря на всю серьезность ситуации, я не спешил выполнять требование полубога. Вместо этого на моем лице появилась жесткая усмешка, и я уже с вызовом посмотрел в глаза Кенария, внутренне подбирая подходящий вариант для ответа. Лгать было нельзя. Что-то подсказывало мне, что полубог запросто почувствует ложь. Поэтому мне нужно было подобрать максимально правдивые слова. К счастью, небольшое искажение правды не есть откровенная ложь.

— Для начала, я хотел бы поприветствовать Хозяина Леса, — произнес я, склонившись в глубоком поклоне, пряча тем самым от полубога усмешку. — Это огромная честь — встретиться с вами.

Разогнувшись, я отметил совершенно бесстрастное лицо Кенария. Впрочем, меня это нисколечко не смутило и не помешало продолжить свой самозабвенный монолог.

— Отвечая же на вопрос прекрасной Тиранды Шелест Ветра, — сказал я, подарив при этом добродушную улыбку эльфийке и отметив краем глаза ее потемневшие щеки, — то мои слова могут показаться бредом, и я не уверен, что вы мне поверите.

— Говори, — прогремел полубог, — а лес рассудит, был ли ты честен.

Я с трудом сдержался, чтобы не поморщиться.

— Мне было видение, — моментально став серьезным, сказал я. — Видение о том, что ждет наш мир в будущем. И видение это было далеко не радужным. Именно в этом самом видении я узнал этих юнцов, что в будущем должны сыграть огромную роль.

— И что же было в этом видении? — с подозрением спросил Кенарий, очевидно не собираясь просто так верить моим словам.

Вот только я не собирался рассказывать ему грядущую историю мира, тем более что с моим появлением она очевидно должна была измениться.

— Не могу сказать, — покачав головой, ответил я. — Вам ли не знать, уважаемый Кенарий, как зыбко может быть будущее. Озвучь я увиденное, как в тот же миг будущее может измениться. И не факт, что оно изменится в лучшую сторону.

Полубог никак не отреагировал на мои слова. Он даже не изменился в лице. Но я чувствовал, как вокруг него закручивается энергия природы. В какой-то миг глаза Кенария начали смотреть куда-то вдаль, но этот эффект достаточно быстро прошел, и он наконец-то сконцентрировал свое внимание на мне.

— Хорошо, — кивнув, сказал полубог. — И хоть ты не был до конца честен со мной, я не чувствую лжи или злого умысла в твоих словах. Я поверю тебе, ночной эльф. Но что тебе нужно от этих юнцов?

Пока Кенарий не отводил своего внимательного взгляда от меня, трое молодых ночных эльфов заинтересованно смотрели на животное, что продолжало спокойно стоять в стороне.

— Ответ кроется в видении, — произнес я, пожимая плечами. — Чтобы в нужный момент они сыграли свои роли, им необходимы учителя. И у двоих они уже есть.

Я кивнул в сторону Малфуриона и Тиранды. И если первый после моего жеста посмотрел на Кенария, то в глазах эльфийки читался вопрос. Впрочем, отвечать на незаданный вопрос я не собирался. И, к счастью, судя по понимаю в глазах полубога ответ и не требовался.

— Но вот у третьего из них, — продолжил я, посмотрев на Иллидана, который выглядел напряженным, — все еще нет достойного учителя.

— И ты решил стать этим самым учителем, — скорее утвердительно, нежели вопросительно, произнес полубог.

— Кто, если не я, — сказал я, добавив в голос присущего высокорожденным высокомерия, — сможет научить этого юнца настоящей магии, а не ярмарочным фокусам. Ксавий? Азшара?

Произнося имена королевы и ее советника, я намеренно не выказывал должного пиетета и страха. Вместо этого в моем голосе были презрение и пренебрежение.

— Не думаю, — фыркнув, произнес я, ловя на себе удивленные взгляды. — Тем более, что они все равно заняты заигрыванием с силами, которые просто не способны контролировать.

Последние слова вызвали интересную реакцию, которая чуть было не вызвала у меня довольную улыбку, но я смог сохранить лицо.

Малфурион после слов о действиях королевы и советника широко раскрыл глаза и посмотрел на Кенария. Сам полубог никак не отреагировал на своего ученика, но судя по тому, как он нахмурился, его тоже обеспокоила полученная информация.

Вскоре его взгляд вновь устремился вдаль, отчего я теперь мог с уверенностью сказать, что он вел с кем-то диалог. После того, как его взгляд снова стал осмысленным, он посмотрел на моего саблезуба, чем заставил меня на секунду напрячься.

В тот же миг я почувствовал, как контроль над сознанием зверя спал, а само животное начало вести себя куда естественнее. Но, к счастью, саблезуб не спешил вновь нападать на меня.

— Стало быть, твоя осведомленность в делах королевы, — вновь раздался могучий голос Кенария, — и стала основной причиной твоего спешного отбытия из столицы и последующего нападения?

— Истинно так, уважаемый Кенарий, — стараясь не выказывать удивления, ответил я, слегка склонив голову.

После моих слов воцарилась гнетущая тишина. Кенарий не спешил продолжать диалог, а я был вынужден терпеливо ждать его вердикта. Единственной, кто горел желанием закидать меня вопросами, была троица молодых ночных эльфов, но они закономерно опасались влезать в разговор.

— Хорошо, — наконец-то вновь заговорил полубог. — Как уже было сказано, я поверю тебе.

После он внезапно развернулся и направился вглубь леса, чем вызвал удивленный возглас со стороны Малфуриона.

— Наставник?

— Мне нужно вернуться и поговорить с остальными, — на ходу сказал Кенарий, словно бы ночной эльф должен был его понять. — Вы же можете возвращаться в город.

Он продолжил идти, провожаемый нашими взглядами. Только когда он практически скрылся, я вновь услышал голос полубога.

— Можешь больше не держать контроль на саблезубом. Я попросил его не нападать.

После этих слов огромная фигура Кенария скрылась, а я заинтересованно посмотрел в сторону хищника. Тот, почувствовав мой взгляд, показательно зевнул, после чего медленно и грациозно подошел ближе и ткнулся лбом в мою руку.

«Интересно», — подумал я, начав автоматически гладить большую кошку.

Затем я наконец-то обратил внимание на молодых ночных эльфов, что неуверенно топтались на одном месте.

— Раз уж теперь мы с вами познакомились, — проговорил я, окинув взглядом эту неразлучную троицу, — давайте-ка вместе придумаем, как мне попасть в Сурамар без лишнего шума.

— А-а… — озадачено протянула Тиранда, словно пытаясь подобрать слова.

Вот только Иллидан оказался быстрее и задал вопрос, который очевидно мучал их всех.

— Дозволено ли нам будет узнать ваше имя, шан’до? — сохраняя уважительный тон, спросил мой будущий ученик.

— Точно, — покивав, сказал я. — Где же мои манеры.

Прежде чем продолжить, я слегка отряхнул свою одежду.

— Можете звать меня — Аварис, — сказал я, натягивая на лицо тонкую, почти змеиную, ухмылку. — Аварис Шепот Тьмы.

Удивительно, но уже спустя пару часов я сидел в доме Иллидана. Мне ничего не пришлось делать, чтобы попасть в город, и большую часть проблем решила Тиранда. Несколько слов Тиранды и ее благословения оказалось достаточно, чтобы стража и вовсе забыла обо мне. Статус послушницы в храме Элуны имел свои весомые преимущества.

Дальше оставалось только добраться до жилища моего нового ученика.

Конечно, был еще вариант устроиться в доме Малфуриона, что предложил сам ученик полубога. Вот только соглашаться на подобный вариант я не собирался, ведь его жилище находилось за пределами города. А мне очень не хотелось лишний раз быть под сенью леса, так еще и под присмотром первого друида. Это шло в разрез с моими планами.

— Во всяком случае, это уже не важно, — пробормотал я, осматривая дом Иллидана с помощью истинного зрения и параллельно ожидая, пока молодой ночной эльф попрощается со своей подругой.

Увиденное в истинном зрении заставило меня слегка поморщиться. Дом явно никак не был защищен. Ни от вторжения, ни от посторонних глаз. Любые магические эманации легко просачивались сквозь стены здания, что меня совершенно не устраивало.

— Придется хорошенько поработать, — пробормотал я, прикидывая в голове возможные комбинации заклинаний, которые можно было осуществить в нынешнем положении.

Пока я в голове составлял необходимый комплекс чар, Иллидан наконец-то попрощался с Тирандой и поспешил предстать передо мной.

— Шан’до Аварис, — уважительно произнес ночной эльф, слегка склонив голову.

В ответ я лишь коротко кивнул, не отвлекаясь от своего занятия.

В первую очередь, как самое важное, необходимо было обеспечить нам в этом доме сокрытие от чужих глаз. Не хватало еще, чтобы какие-то излишне любопытные полубоги или иные сущности следили за моими действиями. Остальной комплекс должен концентрироваться на защите. На защите не только извне, но и изнутри. Нельзя допустить, чтобы снаружи почувствовали творимые здесь заклинания.

«И на сдачу не помешают чары расширения пространства, а то здесь… тесновато», — подумал я, в последний раз скептически оценивая убранство дома.

Конечно, такой комплекс установить за один раз у меня не получилось бы. Потребовалось бы слишком много сил, которыми я, к сожалению, пока не располагал. Придется действовать последовательно.

— Пойдем, — проговорил я, поднимаясь и направляясь в другую комнату. — Нам предстоит много работы, прежде чем мы сможем приступить к нормальному обучению.

Глаза ночного эльфа тут же зажглись энтузиазмом, и он поспешил последовать за мной.

— Я научу тебя настоящей магии, — ухмыльнувшись, проговорил я, взглянув на Иллидана через плечо, — а не этим балаганным фокусам всяких древолюбцев. Пусть даже они хоть трижды полубоги…

Глава 6. Контроль

***

Интерлюдия. Кориалстраз.

С трудом открыв глаза и застонав от головной боли, я с удивлением уставился на маленькую птичку, усевшуюся на мое колено. Но не успел я что-то осознать, пернатое существо тут же, взмахнув крыльями, улетело, оставив меня одного.

«Ну или почти одного», — подумал я, скосив взгляд в сторону, где лежал бессознательный Ронин.

Человеческий чародей еще не успел прийти в себя после произошедшего, и я откровенно начинал ему завидовать. Ведь стоило мне только пробудиться, как головная боль вновь дала о себе знать. Вслед за ней пришло и общее недомогание. Казалось, словно все мое тело пытались вывернуть наизнанку. Настолько плохо мне не было даже после боя с демонами.

С трудом отстранившись от боли, я вспомнил последние события, что произошли перед тем, как мы с Ронином потеряли сознание. Призыв Ноздорму, его крик о помощи. Проклятая аномалия, что закинула нас неведомо куда во времени, и последующее попадание в плен к ночным эльфам с удачным «побегом». Хотя можно ли назвать побегом тот факт, что нас практически похитили у ночных эльфов. Это еще стоит обдумать.

«Осталось понять только, кто нас спас», — подумал я, начав осматриваться по сторонам, чтобы понять, где мы оказались.

Однако чем больше я смотрел, тем больше осознавал, что наши проблемы только начались.

Мы находились на большой лесной поляне. Но она была не обычной. Здесь буквально все было пропитано магией. Очень древней магией. И, что самое странное, это место мне было отчего-то знакомо. Но, к сожалению, сколько бы я ни пытался вспомнить, откуда знаю это место, из раза в раз у меня ничего не получалось.

Тогда я начал перебирать все свои воспоминания в надежде ухватиться за подсказку и наткнулся на новую проблему. Моя память была подобна решету. Все было пронизано дырами, словно кто-то могущественный вырвал куски моих воспоминаний в абсолютно произвольном порядке.

Подобная слабость злила меня, но я ничего не мог с этим поделать. По крайней мере, пока не смогу найти причину подобной слабости, решение искать бесполезно.

Пользуясь тем, что Ронин все еще был без сознания, я решил исследовать поляну, на которой оказался. Она ничем не отличалась от других подобных полян, кроме магического фона и чувства, словно за мной наблюдают.

Задумчиво бродя по поляне, я не заметил, как подобрался к самому ее краю. Я резко остановился от взвывшего чувства опасности. Только после, попытавшись увидеть источник угрозы, я заметил цветы, что образовали круг на самой границе поляны. И, что самое удивительное, они все были повернуты в мою сторону. Стоило же мне отойти на пару шагов назад, как цветы отворачивались от меня.

Стало очевидно, что просто так нас отсюда не выпустят.

— Я бы не стал беспокоить Стражей, — раздался вдруг могучий голос, который заставил меня отойти от границы поляны еще на несколько шагов.

Оглядываясь по сторонам в поисках говорившего, я наконец-то заметил за деревьями приближающуюся фигуру. С каждой секундой она росла все больше и больше, пока на поляне наконец-то не показался хозяин этого места. А то, что это был именно он, у меня не было никаких сомнений, хоть я и не мог вспомнить его имя.

— Кто Вы? — отчаянно спросил я, не в силах вспомнить личность этого гиганта.

— Я Кенарий, — произнес он, смотря на меня сверху вниз. — И это мое царство.

Кенарий… произнесенное этим существом имя всколыхнуло в моем изодранном сознании целый ворох воспоминаний. Какие-то из них оседали, а какие-то забывались столь же стремительно, как и всплывали. Но даже оставшегося оказалось достаточно, чтобы понять, кто передо мной. Полубог. Существо столь же сильное, как и великие Аспекты.

Когда ворох воспоминаний утих, я неприязненно поморщился от возобновившейся головной боли. Вскоре она утихла, но моя гримаса никуда не делась. Теперь вся неприязнь была направлена на меня самого. На мою слабость.

— Вам нехорошо, путник? — раздался озабоченный голос полубога.

Но я лишь отрицательно помотал головой.

— В таком случае, поговорим, — произнес Кенарий, сверля меня своим пронзительным взглядом. — Я чувствую в вас великую силу. Вы явно нечто большее, чем кажетесь на первый взгляд. В вас есть черты ночного эльфа, но также вы нечто гораздо-гораздо большее, чем просто эльф. Это странно, но я такое уже видел… Прямо как тот, другой…

Последние слова полубог произнес достаточно тихо, словно это были мысли, вырвавшиеся наружу. Но я смог их расслышать и зацепился за них.

«Еще один дракон?», — промелькнула у меня полная надежды мысль.

Перспектива встретиться с собратом воодушевила меня, и на пару мгновений я даже забыл о недомогании.

— Видели? — тут же переспросил я. — Другой?

Вот только мои вопросы остались без ответа. Кенарий продолжил задумчиво смотреть на меня, словно пытался что-то разглядеть во мне. Но, не увидев желаемого, он перевел свой взгляд на бессознательного Ронина.

— А он не похож на обитателя моего царства, — сказал полубог. — Существ, подобных ему, я еще не видел. Однако, хоть в нем и чувствуется сила, он в отличие от вас, путник, куда более обычен.

— Мы пришли издалека, — тут же сказал я, понимая, что не стоит рассказывать полубогу о своем истинном происхождении, по крайней мере если хочу вернуться в свое время. — И, говоря по правде, мы потерялись. Мы даже не знаем, в каких землях оказались.

Кенарий удивленно посмотрел на меня, а я с трудом удержал лицо. Стало очевидно, что я сказал что-то не то.

— Действительно издалека, — задумчиво протянул полубог, не отрывая от меня взгляда.

Больше он ничего не сказал. Я же не спешил продолжать разговор, опасаясь вновь сказать лишнего.

— Я ощутил тревожные изменения в мире, — вдруг сказал Кенарий, резко поменяв тему разговора. — Перемены, исход которых неизвестен. Я тайно искал их источник, но все оказалось тщетно. Так было, пока я не нашел вас.

Он вдруг склонился надо мной.

— Два путника из ниоткуда, — проговорил полубог. — Я не вижу вашей связи с миром. Вы оба загадка для меня. Такая же загадка, как и третий. По мне, так лучше бы Вас всех тут не было…

И хоть он говорил больше задумчиво, чем угрожающе, я не мог не понять, что наша судьба зависит от решения полубога. Однако во мне не было страха. В конце концов, смерть была одним из очевидных вариантов, чтобы убрать наше влияние на ход времени.

«И вновь он сказал о третьем», — подумал я, приготовившись к долгому разговору.

***

Аварис.

— Неверно! — недовольно крикнул я, тем самым прервав урок. — Это ты должен управлять магическими потоками, а не они тобой. Контролируй их. Обуздай своей волей.

В ответ раздался раздраженный вздох Иллидана.

— Если бы мы занимались ночью, у меня бы все получилось, — тихо проворчал ночной эльф, наверняка надеясь, что я не услышу его.

Вот только, к его сожалению, мой слух нисколько не уступал его собственному, если не превосходил его. Поэтому в качестве наказания в молодого эльфа вонзилось жалящее проклятие. Раздался болезненный вскрик, который заставил меня улыбнуться.

— Враг не будет ждать ночи, когда у тебя будет преимущество, — строго произнес я. — Какой прок от того, что ночью ты сражаешься лучше, если сдохнешь еще днем. Учись обходиться тем, что имеешь. Если ты не сможешь дожить до ночи, то все это не будет иметь никакого смысла. Как и не будут иметь смысл мои попытки научить тебя чему-нибудь дельному.

Раздался очередной раздраженный вздох, за которым последовал удар кулаком об пол.

— Еще раз! — приказал я, отойдя к столу, где стоял кувшин с вином — мой небольшой наблюдательный пункт.

Подойдя к столу, я подвинул к себе стул и умастился на нем. Мой взгляд был устремлен на ученика, который, с трудом обуздав свой гнев, все же вернулся в медитации. В тот же миг вокруг него начали закручиваться магические потоки, которыми молодой эльф пытался управлять.

На самом деле выходило у него не так плохо, как могло бы быть. Но я понимал, что конкретно с Иллиданом необходимо быть строгим учителем. Необходимо поддерживать свой авторитет в его глазах.

«С Шеалой было значительно проще», — подумал я, вспомнив свою первую официальную ученицу.

Мысли об ученице заставили меня задуматься об изначальном плане. За целый месяц пребывания в этом мире я понял, что слишком перестраховался, когда решил явиться в этот мир в полной своей силе. Вот только переигрывать все уже было поздно, и оставалось только адаптироваться под новые реалии.

Подтянув к себе кувшин с вином, я плеснул рубиновой жидкости в опустевший кубок. Пригубив напитка и продолжив свое наблюдение за ходом занятия, я вспомнил прошедший месяц в Сурамаре.

Первые дни своего пребывания в городе я старался не выходить из дома Иллидана, стараясь не привлекать лишнего внимания. Все это время я потратил на то, чтобы защитить свое временное пристанище и скрыть свои действия от посторонних глаз.

Вскоре я начал выбираться в город, старательно скрывая себя. В этом случае мне отлично помогал отвод глаз, который помогал избежать внимания особенно любопытных личностей. Изучая в свободное от обучения Иллидана время город, я искал что-то, что могло бы меня заинтересовать. Я чувствовал в Сурамаре множество источников магии. Довольно могущественных источников, но вот добраться до них было не так просто.

Все эти источники явно были в руках местных высокорожденных. И просто так к ним не попасть. Впрочем, на этот случай я уже успел придумать план действий.

Я понадеялся на молодость и честолюбие своего нового ученика и не прогадал. Иллидан не смог умолчать о своем ученичестве у высокорожденного, что породило за собой ряд слухов. Вот только слухами дело и закончилось, вопреки моим ожиданиям.

Впрочем, так явно не могло продолжаться долго. Слухи рано или поздно должны были достичь длинных ушей местных высокорожедненных. А последние не могли не заинтересоваться личностью высокорожденного из столицы, что тайно явился в Сурамар.

И теперь мне оставалось только ждать.

Вот только последние пару дней я начал чувствовать странные изменения в окружающем мире. Появилось ощущение стремительно утекающего сквозь пальцы времени.

— Стоп! — резко сказал я, отвлекшись от размышлений и заметив, как магические потоки вокруг Иллидана начали закручиваться с огромной скоростью.

Вот только молодой эльф не слышал меня. Поглощенный процессом и своим желанием побыстрее закончить с основами, он вновь потерял контроль. Это привело к тому, что магические потоки пошли в разнос. Мне оставалось только раздраженно вздохнуть и посетовать на нетерпение Иллидана.

В следующий миг в лоб молодого эльфа прилетел небольшой камешек, созданный мной. Ученик издал болезненный вскрик и наконец-то обратил на меня внимание. Я же тем временем активировал вычерченные на полу руны, что тут же поглотили избыток магии.

— Шан’до? — удивленно спросил молодой ночной эльф.

— Напомни мне, сколько раз я тебе говорил не торопиться? — саркастично спросил я, сверля эльфа взглядом.

Вот только ответа не последовало. Иллидан отвел взгляд, но я успел увидеть огонь упрямства в его глазах.

Тяжело вздохнув, я поставил кубок с недопитым вином на стол и направился к ученику.

— Не стоит торопиться с основами, — на ходу стал говорить я. — А контроль энергий — это основы основ. Не пытайся как можно быстрее достигнуть результата. Действуй вдумчиво. Чем лучше ты освоишь основы, тем легче тебе будет в дальнейшем. Чем крепче у здания фундамент, тем дольше оно простоит. Какой смысл знать сотни заклинаний, если ты не можешь контролировать свою магию должным образом? Какой от них прок, если ты потратишь весь свой резерв впустую на пару заклинаний?

— Но как мне поможет контроль в бою, если я не буду знать заклинаний?! — упрямо воскликнул эльф.

— Но ты ведь их знаешь, — с нескрываемой иронией произнес я, снисходительно смотря на Иллидана. — Или ты думал, что я не знаю, чем ты занимаешься в свободное от занятий время?

Ночному эльфу нечего было ответить.

— Вставай, — сказал я, подойдя еще ближе.

— Что? — удивился Иллидан.

— Вставай, говорю, — громче, с нажимом произнес я. — Я уже понял, что тебе надо все показывать на практике.

Ученик непонимающе поднялся на ноги, ожидая дальнейших указаний.

— Нападай, — приказал я, встав напротив ночного эльфа.

— Шан’до? — вновь непонимающе спросил Иллидан, уже смотря на меня с подозрением.

— Не смотри на меня так, я еще не сошел с ума, — сказал я, прежде чем все же пояснить свою мысль. — Ты спрашивал, как контроль тебе поможет в бою. Я тебе продемонстрирую. Нападай на меня. Можешь использовать любые известные тебе заклинания.

Дважды просить ученика не пришлось. Уже через пару мгновений в меня полетела пара заклинаний, которые он успел выучить без моего ведома. Стоит отдать Иллидану должное: он все же улучшил свой контроль, потому что заклинания стали получаться у него значительно лучше.

Однако этого было недостаточно по моим меркам.

Не успели заклинания достигнуть меня, как одно из них изменило направление, а другое и вовсе развеялось. Это заставило Иллидана в удивлении раскрыть свои глаза.

— И я не применил ни одного заклинания, — довольный произведенным эффектом сказал я. — Только контроль.

На самом деле, показанный мною фокус был не самым простым. Довольно сложно перехватить чужое заклинание, особенно если оно тебе не знакомо. Однако я их и не перехватывал. Зная общий принцип, можно дестабилизировать чары, что заставит их развеяться. Перенаправить же заклинание немного сложнее, но, уплотнив концентрацию магии на пути летящих чар, можно создать подобие щита. Все на чистом контроле.

И хоть в настоящем бою с равным или более сильным противником использовать подобные фокусы достаточно сложно, я все же хотел показать Иллидану, чего можно достигнуть на одном только контроле. А ведь свой контроль я все еще считал не идеальным.

«А уж в этом теле так и подавно», — с досадой подумал я.

К тому же, хоть это и сложно, такой прием можно использовать в бою как козырь.

— Достаточно? — спросил я. — Или продолжим?

Вместо ответа в меня полетели еще заклинания. Усмехнувшись, я продолжил «практический урок». Следующие полчаса были потрачены на этакую демонстрацию, которая стала неплохой тренировкой и для меня самого.

В конце концов Иллидан все же выдохся. Восстанавливая дыхание, он шокировано смотрел на меня.

Мне же осталось только самодовольно улыбнуться.

— Если ты закончил, — проговорил я, вновь направившись к своему наблюдательному пункту, — то возвращаемся к уроку.

Глава 7. Тьма в городе

***

Аварис.

Завершив очередное занятие, я проводил взглядом ученика, который поспешил встретиться с Тирандой, и покачал головой.

— Какое же разочарование тебя ждет, — пробормотал я, когда Иллидан скрылся из виду.

Однако как-то предостерегать молодого ночного эльфа я не собирался. Чем раньше он вкусит горечь предательства, тем лучше для него самого. Я все еще не был уверен, в достаточной ли мере мной было оказано влияние на Иллидана, чтобы он не повторил свой путь. Но, как минимум, я надеялся, что, даже если история повторится, мне уже удалось прибавить мозгов в его горячую голову и он больше не будет вести себя, как влюбленный идиот.

Впрочем, любовные дела эльфов в действительности меня мало интересовали. Сейчас, оставшись наконец наедине, мне было куда важнее приступить к следующей части своего несколько изменившегося плана. Изменения, что я в последнее время ощущал, становились все сильнее.

Хоть после смерти это тело и потеряло связь с Источником Вечности, даже так я замечал изменение магического фона. Это можно было легко заметить по другим ночным эльфам. Для них самих это было не столь очевидно, как если бы их разом отрезали Источника, но фон энергии, что они получали от него, изменился. Казалось бы, незначительные изменения, но для меня этого было достаточно, чтобы понять — медлить больше нельзя.

Пора переходить в активную фазу.

Прежде всего я отправил запирающие чары на дверь. Не хватало еще, чтобы кто-то вторгся и помешал мне. После этого я направился к заведомо подготовленному рунному кругу, активировав который я дополнительно экранировал помещение от внешнего мира. Конечно, наложенных мною на стены чар должно было хватить, но лишняя перестраховка не будет лишней.

Когда помещение было дополнительно экранировано, я направился в центр.

— Да поможет мне Тьма, — пробормотал я, прикрыв глаза.

Я погрузился в себя. Мне нужно было сосредоточиться, чтобы собрать всю доступную мне энергию. Сейчас как нельзя был важен контроль, которому я учил Иллидана.

Шли минуты, а я продолжал стоять, пытаясь охватить каждую крупинку доступной энергии. Конечно, ее было не так много, как я привык, но даже так я решил не спешить, чтобы не ошибиться.

Когда энергия была собрана, я начал медленно выпускать ее в окружающее пространство, чувствуя при этом, как уплотняется магический фон. Однако даже когда магическая энергия покинула это тело, моя работа не была завершена. Наоборот, начался самый ответственный шаг.

Не открывая глаз, я нырнул еще глубже в себя. Потянулись мгновения, кажущиеся вечностью, но вскоре ожидание сменилось резкой болью. Все мое тело словно скручивало, сжигало изнутри и в тот же миг восстанавливало. И так по кругу.

Тьма щедрым потоком хлынула в мое тело, заполняя каждый его уголок и стремительно восполняя резерв. Я чувствовал, как тело постепенно менялось под воздействием Тьмы, и нужно было спешить, пока изменения не стали критическими. Отвлекаться и поддаваться боли было нельзя.

Стиснув зубы, я выплеснул Тьму наружу, позволив ей смешаться с магическим фоном. Но в этот раз я оставил небольшой запас энергии, который в тот же миг был потрачен на одно единственное заклинание — портал.

Только когда почувствовал знакомый отклик от домена, я позволил себе открыть глаза. Помещение, в котором я находился, было погружено во Тьму. Тени были столь густы, что, казалось, их можно потрогать руками. Света практически не было. На сознание же вновь начал давить шепот из самых глубин Тьмы, но в этот раз он не был направлен на что-то конкретное. Скорее это был приветственный шепот. Я чувствовал, как Тьма, словно зверь, соскучившийся по хозяину, ластилась ко мне. И я не мог не ответить ей взаимностью.

Однако я быстро отбросил лишние мысли и сконцентрировал свое внимание на открывшемся портале. Хоть он и выглядел как обычно, были в нем и едва заметные отличия от привычного мне портала. Несмотря на свой внешний вид, он скорее походил на небольшой прокол или разрыв в пространстве.

Это заставило меня неприязненно поморщиться. Сил этого тела было недостаточно, чтобы я смог открыть полноценный портал для себя. Для всей своей силы.

Впрочем, сейчас этого и не требовалось. К тому же, я прекрасно осознавал, что так и получится. Да и не вышло бы у меня с нынешними возможностями скрыть открытие подобного портала.

Этот же портал был предназначен для другого. А если быть точнее, то для другой.

— Учитель, — услышал я тихий и знакомый голос.

И в следующий миг я увидел и саму обладательницу голоса. Из портала медленно, в какой-то степени даже вальяжно, буквально выплыла Шеала. Она приняла обличие больше похожее на человеческое, но ее глаза, похожие на два черных озера, выдавали ее природу.

Стоило ей только полностью выйти из портала, как сам пространственный проход разрушился. Это могло привести к разрушениям, и я попытался немного сгладить ситуацию, но только в этот момент осознал, что у меня фактически не осталось сил после открытия портала. К счастью, Шеала показала, что я не зря потратил столько времени на ее обучение.

Несколькими короткими заклинаниями она стабилизировала пространство. Мне осталось лишь с гордостью посмотреть на ученицу. Гордостью и легкой завистью, ведь в моем нынешнем положении Шеала была в разы сильнее меня.

— Не думала, что увижу вас таким слабым, учитель, — не смогла промолчать ученица, после чего прикрыла свою улыбку за изящной ладошкой.

— Да-да, насмехайся над старым учителем, — проворчал я, постепенно впитывая разлитую в округе энергию и слегка морщась от боли. — Только потом не жалуйся, когда я решу посмеяться над тобой.

Шеала тут же подняла руки, показывая, что якобы сдается перед весомостью моих аргументов. Вот только смешинки в ее глазах давали понять, что она не восприняла мои слова всерьез.

Когда я перестал чувствовать истощение, то первым делом создал перед собой простое зеркало. Нужно было понять, насколько сильным изменениям подверглось тело под влиянием Тьмы. Но, к счастью, внешних изменений практически не было, если не считать кожу, которая стала практически черной. Остальные изменения чувствовались внутри. Тело стало значительно сильнее.

Впрочем, сейчас было не время любоваться собой. Поэтому я быстро развеял зеркало, лишь отметив в сознании желание сообразить артефакт, который сможет прикрыть мои внешние изменения от посторонних глаз.

— К делу, — сказал я, настраиваясь на работу.

— Слушаю вас, учитель, — тут же ответила Шеала, растеряв все веселье и став серьезной.

— План немного изменился, — проговорил я, собравшись с мыслями.

— Сложно не заметить. Иначе вы не стали бы призывать меня.

В ответ я смерил ученицу нечитаемым взглядом. Слишком уж многому она успела у меня нахвататься, и, в особенности, это касалось ее саркастичной манеры общения.

— Надеюсь, твои комментарии закончились? — проговорил я.

Ученица виновато развела руками.

— Чудно, — коротко улыбнувшись, произнес я. — В таком случае, мне необходимо, чтобы ты была готова открыть для меня портал в нужный момент. Как показала практика, в этом жалком… обличии мне не хватит сил, чтобы открыть стабильный портал, через который я смог бы пройти.

— Почему бы тогда не открыть портал прямо сейчас? — задала резонный вопрос Шеала. — Зачем ждать?

Вместо ответа я запустил мелкие чары в сторону «купола», что скрывал нас от внешнего мира. И стоило только безобидному заклинанию достигнуть определённой границы, как скрывающие чары тут же разрушились. В какой-то момент мог даже послышаться звук разбитого стекла.

— Как видишь, — начал говорить я, пока бывшая чародейка внимательно следила за моими действиями, — сокрытые нестабильно. Точнее, оно не в состоянии выдержать воздействие, превышающее порог поглощения. Боюсь, даже если я сейчас воссоздам чары, то они не выдержат напора. А создать в нынешних условиях, не имея нужных ресурсов, более стабильные чары у меня вряд ли выйдет.

Конечно, можно было плюнуть на осторожность и открыть портал, чтобы вернуть свои силы. Вот только интуиция подсказывала, что, хоть я раньше и излишне перестраховался, сейчас не стоило излишне торопиться. Сейчас, когда напряжение только выросло из-за действий высокорожденных, любой избыточный всплеск незнакомой для этого мира энергии мог стать спусковым крючком для череды событий.

Я более чем уверен, что Кенарий и ему подобные сущности чувствовали нарастающие изменения. И мне не хотелось бы привлекать к себе их внимание.

Вместо этого я лучше отдам право первого хода высокорожденным, что заигрывали с силами, контролировать которые они не в состоянии. Совсем скоро это приведет к необратимым последствиям. Приведет к хаосу. И в этом хаосе, когда все будут отвлечены на высокорожденных, им будет не до странного всплеска энергии Тьмы.

«Ловить рыбу нужно в мутной воде, - подумал я, не сдерживая усмешки, — а пока…»

— И когда же наступит «нужный момент»? — с живым интересом спросила Шеала. — Чем мне заняться до этого? Вы бы не вызвали меня, если бы вам нужен был только портал, учитель.

Усмешка на моем лице превратилась в тонкую змеиную улыбку.

— Ты, как всегда, права, мелкая, — сказал я, заглядывая в темные омуты ее глаз.

Пока…

— Я почувствовал в этом городе много источников магии, — сказал я, ощутив предвкушение. — И они меня заинтересовали…

Пока…

— Я хочу их получить, — произнес я, почувствовав, как улыбка превратилась в оскал. — Я хочу, чтобы ты захватила этот город для меня.

***

Интерлюдия. Тиранда Шелест Ветра.

— Что это такое? — прошептала я, смотря на стоящую посреди площади клетку, вокруг которой собралась толпа зевак.

Мне кое-как удалось протиснуться через толпу, чтобы встать в первом ряду. И теперь все мое внимание было приковано к клетке. А точнее к тому, что находилось внутри.

— Никто не знает, сестра, — послышался ответ от одного из стражников, что охраняли клетку. — Но Лунным Стражам пришлось трижды произнести заклинание, чтобы завалить этого зверя.

Желая узнать подробности, я осмотрелась по сторонам, чтобы увидеть кого-нибудь из Лунной Стражи. Вот только волшебников в характерных зеленых робах видно не было. Возможно, наложив чары на клетку, они ушли, оставив часовых. Но узнать ответ сейчас было невозможно.

Перестав оглядываться в поисках магов, я вернула свое внимание к существу, что оказалось в клетке. Его было сложно спутать с ночным эльфом, как минимум потому, что кожа его была зеленой. Зверь внутри клетки не был изящным, как любой эльф. Он явно был существом грубой силы, отчего и превосходил в ширине плеч любого из присутствующих эльфов. Морда этого существа была под стать его фигуре: широкая, с круглой и массивной челюстью, с торчащими из-под нижней губы парой крупных клыков.

Зеленокожее создание было одето в примитивную одежду, что явно указывало на зачатки разума. Мне казалось неправильным, что разумное существо сидит в клетке, подобно дикому зверю. Но сделать что-либо я не могла. Пойти против стражи — все равно что пойти против Старейшин и всего своего народа. Но и стоять без дела, как остальные зеваки, я не собиралась.

В этот самый миг один из зрителей, в котором я узнала представителя высшей касты, ткнул своим посохом зеленокожую фигуру. Это не могло не привести к ярости запертого создания. Представитель высшей касты едва успел выдернуть свой посох, прежде чем пленник успел схватить его. Лицо зрителя же сначала исказилось в страхе, после чего ему на смену пришло злорадство.

Невольно, смотря на эльфа из высшей касты, я сравнила его с уже известным мне высокорожденным — учителем Иллидана. Различия были разительными. Слишком уж шан’до Иллидана отличался от представителей своей касты.

Впрочем, больше наблюдать я не стала. Действия высшего поторопили меня, я постаралась покинуть толпу, чтобы добраться до ближайшего торговца. Все, что мне нужно было, — это бутыль воды и кусок свежего мяса, которые я собиралась отдать явно плотоядному существу, сидящему в клетке.

Когда же мне удалось раздобыть искомое, я вернулась к клетке, где большая часть толпы уже успела разойтись. Многие уже явно успели насмотреться на диковинку. Мне же уменьшение количества зевак было на руку, и я смогла значительно быстрее добраться до клетки.

Вот только меня остановил заговоривший со мной стражник.

— Подобного распоряжения не было, сестра, — сказал он, кивнув на еду, что я принесла.

— Для этого приказ и не требуется, — упрямо ответила я.

Стражник лишь едва заметно пожал плечами.

— Старейшины еще не решили, что с ним делать, — сказал воин. — К тому же, кормить зверя небезопасно, сестра. Он лишь оторвет вам руку, нежели примет пищу. Будьте благоразумны.

— И все же я рискну, — я все так же стояла на своем.

Не дожидаясь ответа стражника, я быстро проскочила мимо него и уселась прямо перед прутьями. Я посмотрела прямо на зеленокожее создание, которое внимательно следило за моими действиями.

— Ты понимаешь меня? — попыталась заговорить я с ним, не сильно то и надеясь на успех.

Однако в этот день удача или сама Мать-Луна были на моей стороне. Существо издало слабый рык, но затем кивнуло.

— Я принесла тебе еды, — произнесла я, протягивая кусок мяса и воду.

Настороженные глаза внимательно смотрели на еду. В его глазах можно было увидеть, как зверь раздумывает. И все же он решил принять предложенную еду. Медленно, чтобы не провоцировать стражников, зеленокожий протянул свою руку, чтобы забрать мясо и воду.

Когда он забрал еду, я не смогла сдержать улыбки и с удивлением отметила, что пленник ответил мне тем же. Хотя его улыбка и выглядела устрашающе, я не чувствовала какой-либо угрозы.

Пока пленник жадно поглощал пищу, я продолжала его рассматривать. С такого расстояния сделать это было значительно проще. И теперь я заметила, что на теле зеленокожего было несколько ран, которые он, вероятно, получил от Лунной Стражи.

Не знаю, что мною двигало, но я сама протянула свои руки в клетку, чем несказанно напугала стражников. Они попытались меня остановить, но я проигнорировала их слова.

— Позволь, я помогу, — сказала я, заметив настороженный взгляд зеленокожего.

Он едва заметно кивнул и попытался придвинуться ближе к прутьям, что чуть не заставило стражников напасть на пленника. К счастью, удалось обойтись без крайностей, и совсем скоро я смогла возложить свои руки на пленника.

— Мать-Луна, услышь мою мольбу, — пробормотала я, обращаясь к богине и надеясь, что она поможет мне.

Я произносила слова молитвы, всем сердцем желая помочь бедному созданию. В какой-то момент я услышала удивленные возгласы и только после заметила, как меня окутал серебристый свет. Вскоре этот свет через меня начал вливаться в плененное создание, и его раны стали стремительно заживать.

Когда все закончилось, я почувствовала ужасную слабость. Ноги перестали держать меня, и я начала заваливаться назад, но от падения меня спасли чьи-то сильные руки, подхватившие мое тело.

— Ты в порядке, Тиранда? — с немалым удивлением услышала я обеспокоенный голос Иллидана, который неведомо как оказался здесь. — Этот зверь что-то сделал с тобой?

— Я… — начала говорить я. — Я… в порядке. Просто устала.

Не знаю, смогла ли я успокоить своего друга, но сейчас мое внимание было приковано к пленнику. Зеленокожее создание с удивлением посмотрело на зажившие раны, после чего перевело свой взгляд на меня.

— Честь тебе, шаман, — с уважением прорычал пленник. — Я в долгу перед тобой.

Произнесенные им слова поразили меня. Хоть я и осознавала наличие у него разума, но сейчас мной было получено подтверждение собственных догадок. А вместе с ним пришла и уверенность в том, что разумное существо не должно было находиться в клетке.

Но что я могла сделать, чтобы спасти этого пленника?

В этот момент я перевела свой взгляд на Иллидана, который так же внимательно изучал создание в клетке. В моем сознании тут же выстроилась логическая цепочка, которая привела меня к единственной личности, что могла помочь нам.

— Иллидан, — позвала я своего друга и только после того, как он обратил свое внимание на меня, продолжила. — Мне нужно поговорить с твоим учителем.

Глава 8. Псарь

***

Аварис.

Чтобы ввести Шеалу в курс дел и описать расстановку сил в городе, мне потребовалось не много времени. Куда больше времени потребовалось, чтобы вернуть мне привычный внешний вид, который не будет вызывать ненужных вопросов.

— Ты знаешь, что делать, — сказал я, когда закончил вводить Шеалу в курс дел и смог оценить свою заметно побледневшую кожу. — Надеюсь, ты меня не подведешь.

— Вы меня обижаете, учитель, — надувшись, сказала ученица. — Кода такое вообще случа…

— Тебе напомнить тот случай, что чуть не стоил тебе жизни? — перебил я девушку, не особо заботясь о ее чувствах.

После моих слов Шеала неприязненно поморщилась и заметно помрачнела. Я напомнил ей о самом критичном ее провале, который даже спустя годы не давал ей покоя. Конечно, я мог бы сказать, что в случившемся тогда не было ее вины, и это было бы отчасти правдой. Она действительно не могла предсказать предательства. Вот только ее ошибка крылась в несколько иной сфере.

После долгих лет обучения у меня она каким-то образом умудрилась подставиться. Маленькая ошибка, которая могла привести к довольно неприятным последствиям.

— В этот раз ошибки недопустимы, — строго проговорил я, заглянув в глаза ученицы. — Конечно, привязка к домену спасет тебя от верной гибели, но лучше не рисковать. Боюсь, что в этот раз у меня не будет возможности спасти тебя, если что-то пойдет не так.

В ответ Шеала лишь молча кивнула, тем самым показав, что приняла мои слова к сведению. После этого я хотел было продолжить, однако стоило мне только открыть рот, как раздался совершенно иной голос. Вот только услышать его я рассчитывал только через несколько часов.

— Шан’до Аварис? — донесся до меня голос Иллидана.

Невольно у меня изо рта вырвалось ругательство, после чего я пристально посмотрел на Шеалу. К счастью, ученице ничего не нужно было объяснять, ведь она довольно быстро начала менять облик, превращаясь в типичную ночную эльфийку. И хоть она не показывала в этот момент никаких эмоций, я знал, насколько ей неприятно приобретать подобный облик. И дело далеко не в сложности процесса, ведь изменения облика для нее стали довольно просты после обращения, хоть и у нее в этом гораздо больше ограничений, чем у меня в моем родном теле.

Вся это было обусловлено неприязнью Шеалы по отношению к остроухим. Пожалуй, будь сейчас ее воля, она не отказала бы себе в удовольствии убить нескольких ушастых, чтобы выпустить пар. И плевать, что ушастые в этом мире не имели никакого отношения к случившемуся с ней, да и вообще местные эльфы произошли от троллей.

— Спокойнее, мелкая, — проговорил я, хоть и прекрасно понимал, что она не станет срываться по глупости.

Именно в этот момент в помещение, где я вызвал Шеалу, ворвались немного взбудораженные Иллидан и Тиранда. Похоже, они что-то хотели мне сказать, но застыли на месте, уставившись на мою ученицу, которая своей красотой никак не уступала уже порядком оформившейся Тиранде. Последняя, к слову, ревностно посмотрела на мою ученицу и перевела обеспокоенный взгляд на своего спутника. К счастью для нее, она могла не волноваться: Иллидан лишь мазнул взглядом по Шеале, после чего уставился на меня.

Хмыкнув, я вернул свое внимание к ученице.

— Можешь идти, — сказал я, указав на дверь.

Девушка кивнула и направилась к выходу, по пути окинув парочку эльфов взглядом, в котором замысловато смешались насмешка и презрение. Только у самого выхода она на мгновение остановилась, чтобы с лукавой улыбкой проговорить:

— Благодарю за уделенное время… учитель.

Только после этого она поспешила уйти, оставив меня наедине с двумя юными ночными эльфами. Мне оставалось только тяжело вздохнуть, понимая, что скоро мне придется многое объяснить этой ушастой парочке.

— Учитель? — переспросили хором юные ночные эльфы.

— Это долгая история, — вздохнув, проговорил я. — И сейчас не лучшее время, чтобы ее рассказывать.

— И все же? — упрямо спросила Тиранда, и хоть Иллидан хранил молчание, было понятно, что он тоже хотел бы услышать ответ.

Мысленно проклиная болтливость Шеалы, я уселся на стул, что все так же стоял возле небольшого столика.

— Если не вдаваться в подробности, — начал говорить я, откинувшись на спинку стула. — Она такая же моя ученица, как и Иллидан. И хоть обучение она закончила, это не мешает ей продолжать называть меня учителем.

Судя по взглядам молодых эльфов, вопросов у них только прибавилось. И если Тиранда готова была вывалить их на меня прямо сейчас, то Иллидан, очевидно, хотел вернуться к этой теме позже. Если я, конечно, верно растолковал то, как он задумчиво переводил взгляд с меня на дверь, за которой скрылась Шеала.

Возможно, позже мне придется посвятить его в тайну личности моей ученицы, хоть я и не собирался быть с ним до конца честным. По крайней мере до тех пор, пока он не докажет свою полезность и самое главное верность.

А пока нужно было напомнить молодым эльфам о цели их визита.

— Вы зачем-то меня искали? — спросил я, тем самым стараясь сменить тему.

Мои слова заставили Тиранду встрепенуться, а Иллидана вздохнуть и раздраженно дернуть щекой.

— Нам нужна ваша помощь, — выпалила послушница Храма Элуны.

— И все же я считаю, что не стоит отвлекать учителя из-за какого-то зверя, — одновременно со своей подругой заговорил Иллидан.

Это заставило меня удивленно вскинуть брови.

— А теперь по порядку, — проговорил я, переводя взгляд с Иллидана на Тиранду и обратно. — Что за зверь? Мне казалось, что в храме учат помогать раненым животным. Зачем вам потребовалась именно моя помощь?

Парочка эльфов переглянулась. Иллидан кивнул в мою сторону, тем самым позволяя своей подруге вести весь диалог. Похоже, помощь какому-то зверю — это полностью инициатива Тиранды, нежели моего ученика.

— Наверное, будет лучше показать, — немного стушевавшись, сказала эльфийка.

— Признаться, вы смогли меня заинтересовать, — сказал я, поднимаясь со стула. — Ведите.

Радость и надежда отразились на лице Тиранды, которая поспешила к выходу. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Вскоре нас нагнал и Иллидан, который явно не выглядел радостным.

Вскоре мы уже выбрались на улицу. В глаза тут же ударил свет восходящего солнца, что заставило молодых эльфов неприязненно поморщиться. Я же лишь фыркнул в ответ на это и покачал головой. Ночные эльфы совершенно не приспособлены к дневной жизни, что совсем скоро им аукнется.

Тем не менее, несмотря на восходящее солнце, мы продолжили идти. Казалось, что Тиранда даже обрадовалась наступившему дню, хоть я все еще и не понимал, почему. Однако, стоило нам только выйти на площадь, расположившуюся недалеко от храма Элуны, все встало на свои места.

Когда мы оказались на площади, моим вниманием завладела клетка, которую охраняла городская стража. В клетке этой сидело существо с довольно характерной внешностью для его вида.

— Орк, — немного удивленно проговорил я, во все глаза уставившись на зеленокожего бугая, который едва помещался в клетку.

— Шан’до, вы знаете, что это за существо? — удивился Иллидан, отчего даже растерял свое недовольное выражение лица.

Я молча кивнул. Знал ли я, что это за существо? Еще как знал и, пожалуй, слишком хорошо, чтобы поверить в случайное появление орка в землях ночных эльфов. Появление за долго до их вторжения на Азерот.

«Неужели своим появлением я уже внес какие-то изменения?» - пронеслась у меня в голове мысль.

Однако еще рано было делать столь поспешные выводы. Сперва нужно было узнать, как этот орк здесь оказался.

Кажется, Иллидан и Тиранда что-то спрашивали у меня, но я уже не слушал их. Вместо этого я целенаправленно пошел к клетке с запертым в ней орком. Стражники было дернулись, чтобы как-то остановить меня или предостеречь, но стоило им увидеть Тиранду, как ночные эльфы опустились на одно колено.

— Здравствуй, сестра, — произнес один из них. — Ты снова почтила нас своим присутствием.

Пока Тиранда смущенно пыталась заставить стражников подняться, я спокойно прошел мимо них и встал прямо возле клетки. Первым делом активировав истинное зрение, я оценил зачарование на прутьях и хмыкнул. Занимательно, что кто-то предусмотрел возможность взлома клетки не только изнутри, но и снаружи.

«Возможно, не все эльфы безнадежны», — фыркнув, подумал я, наконец-то посмотрев на орка.

Огромная широкоплечая фигура зеленокожего существа. Короткие ноги и длинные руки. Грубое лицо с торчащими из-под нижней губы клыками. Иными словами, это был типичный орк. Единственным, что выделялось в нем, был его возраст. Было понятно, что этот орк совсем не молод. В волосах была седина, а взгляд не пылал яростью, которую ожидаешь от орка. Особенно от орка, что успел вкусить скверны.

Наоборот, этот орк был спокоен. Он лишь внимательно следил за мной и, похоже, в какой-то степени даже смирился с собственной судьбой.

— Стало что-то известно о нем? — послышался мне вопрос, что задала Тиранда стражникам.

— Ничего нового, сестра, — ответил ей тот же стражник, что и решил ее поприветствовать. — Однако старейшины уже послали за Лордом Гребень Ворона. Завтра он явится в Сурамар и возьмет регулирование этой ситуации на себя. Возможно, этого зверя увезут в Крепость Черного Грача, где его будет ждать допрос.

Повисло гнетущее молчание, которым я решил воспользоваться.

Несколько коротких пасов руками — и спустя мгновение в стражников ударили чары. В тот же миг глаза стражников остекленели, а сами они едва стояли на ногах.

— Зачем?! — удивленно и немного возмущенно воскликнула Тиранда.

— Их внимание сейчас будет лишним, — коротко пояснил я. — К тому же, не ты ли просила моей помощи?

Она не нашла, что ответить, и просто подошла ближе. Ее появление заставило орка немного оживиться.

— Шаман, — тут же уважительно прорычал орк.

Однако в голосе, помимо уважения, чувствовалась и боль.

— Здравствуй, — забыв о стражниках, эльфийка тут же опустилась возле клетки, — тебе больно?

— Нет, шаман, — ответил орк. — Всего лишь горечь воспоминаний.

Тиранда хотела было что-то сказать, но я положил руку ей на плечо.

— Все это, конечно, очень мило, — с кривой усмешкой проговорил я. — Но у нас мало времени.

К этому моменту я уже успел в достаточной мере изучить чары на клетке, чтобы спокойно взломать их. Все, что мне оставалось сделать, — это расплести чары. Сказав Иллидану следить за моими действиями и назвав это внеплановым уроком, я приступил к действию.

Я создавал точечные импульсы, заставляя плетение на чарах реагировать на них. Местами я буквально разрушал плетение, создавая дыры, тем самым дестабилизируя чары. Так продолжалось пару минут. Я спокойно расплетал чужие заклинания, радуясь, что никто не догадался поставить сигнальный контур, что оповестил бы о попытке взлома.

Вскоре чары были сняты, и я смог одним коротким режущим заклинанием разрушить клетку и бесстрашно вступить внутрь, чтобы уставиться в маленькие глаза орка.

— Прежде, чем я решу, стоит ли тебе помогать, — вкрадчиво проговорил я, — ты расскажешь мне, орк, какого черта ты забыл в землях ночных эльфов, и самое главное, как ты здесь оказался. На второй вопрос тебе придется ответить максимально подробно.

В следующую секунду я отправил в орка усыпляющие чары, переполненные энергией. Я справедливо рассудил, что обычные заклинания не возымеют на него нужного эффекта.

Оставалось только подхватить падающее тело орка и вытащить его из клетки. Сделать это было совсем не просто, так как зеленокожий воин был достаточно тяжелым для этого эльфийского тела. Пришлось попросить помощи Иллидана и действовать совместно.

— Отправляйся к Малфуриону, — приказал я Тиранде, продолжив тащить орка в сторону дома, где собирался скрыть его на первое время. — И расскажи ему все. Стражники скоро очнутся и поднимут тревогу. К счастью, они забудут о нас. Однако долго скрывать орка в доме у меня не получится, чего не скажешь о наставнике Малфуриона.

Тиранда не стала спорить и тут же отправилась выполнять поручение. Мы же с Иллиданом продолжили нести тело орка к дому. Уже заходя внутрь, я повернулся, чтобы на всякий случай скрыть следы, что мы могли оставить. И в этот самый момент я почувствовал некое изменение. Словно какая-то неправильность разорвала ткань мироздания. Что-то случилось.

«Поторопись, Шеала», — подумал я, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы.

***

Интерлюдия. Ксавий.

Стоя перед огненной сферой, я внимательно вглядывался в зияющую посреди нее дыру. Я чувствовал на себе чужой взгляд. Видел пылающие огнем глаза. Глаза бога, что удостоил меня чести общаться с ним.

— Я услышал тебя, — прогремел в голове голос бога. — Услышал твои мечты. Очищение мира. Мечты об идеальном мире. Я дам тебе все, что ты пожелаешь. Но прежде, чем это случится, тебе нужно открыть мне путь. Того, что имеется, недостаточно. Путь должен быть усилен, чтобы выстоять во время моего славного шествия.

Я кивнул в ответ. Слова не требовались. Я прекрасно понимал, о чем идет речь. Такой слабый проход был не в силах выстоять перед могуществом истинного божества. Одно только присутствие бога разорвет проход на части.

Однако мы уже достигли предела своих возможностей и знаний. Нам не хватало ни того, ни другого, чтобы раскрыть проход еще больше и при этом не нарушить его стабильность.

— Что мы должны сделать? — спросил я, ища совета у самого божества.

— Я пришлю одного из своих младших слуг, — вновь прогремел в голове голос бога. — Он будет направлять вас. Он не столь силен и сможет проникнуть в ваш мир, но вам следует приготовиться и удержать путь.

Стоило мне только почувствовать, что в сознании исчезло присутствие бога, как я сразу же вскочил на ноги, чтобы начать раздавать указания. Нам нельзя было ошибиться, нужно было удержать проход любой ценой. Дабы исключить возможность провала, я сам принял участие в ритуале.

Совсем скоро зал затрещал от первобытной и ужасающей энергии. Мы тянули силу прямо из Источника и вливали ее в портал, ожидая появления слуги бога. К счастью, он не заставил себя ждать.

В глубинах портала появился странный силуэт, который стал увеличиваться с каждой секундой. Он словно приближался к нам, становясь все больше. Жуткий вой сотряс стены зала. Некоторые чародеи не выдержали давления и упали без сознания. На ногах остались только самые стойкие, что продолжали удерживать портал.

Вскоре из портала вышли странные животные, размером не уступающие саблезубам. Тело их покрывала багровая чешуя с черными прожилками. Головы украшали большие загнутые вниз рога, а морды были странной смесью волка и рептилии. На спинах этих существ можно было увидеть два длинных щупальца, что заканчивались крошечными ртами. Они беспорядочно раскачивались, словно пытаясь что-то уловить, и то и дело рвались в сторону чародеев.

Однако звук хлыста останавливал их.

Вскоре в зал ступила нога того, кто орудовал этим самым хлыстом. Закованная в сталь фигура, окутанная огнем. В одной руке, одетой в перчатку, он держал длинный хлыст, которым не стесняясь орудовал.

Я смотрел на него во все глаза, когда слуга бога наконец-то заговорил.

— Я Хаккар, — прошипел он, и огонь в его глазницах разгорелся еще ярче. — Пришел помочь вам открыть путь для армии вашего бога и его сиятельности!

Глава 9. Суматоха

***

Аварис.

— Спрашивай, — сказал я Иллидану, когда мы наконец-то занесли бессознательное тело орка в дом.

Все это время ученик терпеливо молчал, но судя по его взгляду у него успели накопиться вопросы. Впрочем, молодой ночной эльф на стал заваливать меня кучей вопросов. Вместо этого он задумался и решил подойти к разговору более основательно.

— Вы назвали этого зверя орком, — медленно протянул Иллидан. — Но я никогда не слышал об орках.

Ответить я не успел.

— Зато я помню о ночных эльфах, — раздался грубый голос того, кто еще пару мгновений назад был без сознания. — Мы сражались вместе с вами, но, кажется, вы позабыли о мире…

Иллидан отскочил в сторону от орка и начал плести чары, готовясь в любой момент напасть на зеленокожего громилу. Я же остался на месте и лишь смерил заинтересованным взглядом орка, который стал медленно подниматься на ноги.

— Следовало ожидать, что чары долго не продержатся, — дернув уголком губ, проговорил я. — Похоже, скверна в крови орков не только делает вас сильнее, но и повышает сопротивляемость к магии.

Всего на мгновение мне захотелось вновь вырубить орка, чтобы разделать его и тщательно изучить. Но, к счастью, мне удалось вовремя одернуть себя, что уберегло зеленокожего от неминуемой гибели. Мне удалось убедить себя, что вскоре я смогу изучить скверну напрямую, когда случится вторжение демонов.

— Хватит, Иллидан, — сказал я, когда заметил, что ученик устал ждать и уже собрался ринуться в атаку. — Он нам не враг. По крайней мере, пока что…

Иллидану пришлось сделать огромное усилие над собой, чтобы прислушаться к моим словам и не наделать глупостей.

— Отвечая же на твой незаданный вопрос, — продолжил я, когда стало ясно, что назревающая битва, как минимум, отложилась на потом, — мне многое известно об этом мире, и в том числе я знаю об орках. То, что тебе не было известно об их существовании, — нормально. Наверное, в этом мире сейчас нет ни одного ночного эльфа, который знал бы о них.

— Но как же вы, наставник? — непонимающе спросил Иллидан.

— Я исключение, — ответил я, стараясь спрятать тонкую змеиную улыбку.

И ни единого лживого слова. Я действительно был исключением, ведь по факту не являлся ночным эльфом. Однако Иллидану об этом знать пока было рановато.

— Теперь вернемся к тебе, орк, — сказал я, и мой тон стал значительно мрачнее. — Расскажи…

— Брокс, — перебил меня орк. — Мое имя Брокс.

— Расскажи мне, Брокс, — продолжил я, кивнув в знак того, что услышал его, — как ты попал сюда? Но помни, что от твоего рассказа зависит твоя жизнь, ведь мне ничего не стоит выкинуть тебя из дома прямо под ноги стражи, что вот-вот поднимут тревогу.

— И я сразу же расскажу им, что это именно ты помог сбежать мне, маг, — слегка обнажив свои зубы в подобии улыбки, прорычал орк.

Вот только, вместо ожидаемой реакции, он увидел лишь мой оскал. Я медленно подошел к орку. Мы были практически одного роста, что позволило мне заглянуть ему прямо в глаза.

— А кто сказал, что тебе будет, чем рассказать? — с мрачной решимостью произнес я. — Сначала я вырву тебе язык, а после выжгу сознание, чтобы только некроманты могли что-то узнать от тебя. Впрочем, даже для них у меня припасена пара сюрпризов.

Брокс оказался достаточно опытным воином, чтоб понять, что мои слова не пустая угроза.

— Хорошо, — куда спокойнее произнес орк. — Я в долгу перед тобой, поэтому расскажу тебе то же самое, что поведал вашим стражам, когда меня поймали.

Рассказ Брокса длился достаточно долго, чтобы мы успели пройти в другое помещение, которое я накрыл дополнительными чарами для сокрытия беглеца. Конечно, его рассказ мог быть значительно короче, если бы не мои уточняющие вопросы.

Орк поведал, как вместе со своим товарищем отправился в горы по приказу своего вождя. Именно в горах они нашли то, что стало причиной появления здесь Брокса. Он назвал это дырой в мире, которая поглощала все на своем пути. Эта самая дыра поглотила Брокса и разорвала на части его товарища.

Слушая орка, я сопоставлял факты, которые получалось выудить из его рассказа. Хоть орк и старательно обходил любую информацию о своем племени, мне это никак не помешало.

— Значит Тралл отправил тебя и другого орка исследовать магическую аномалию, — задумчиво пробормотал я, чем вызвал волну удивления со стороны зеленокожего. — Как по мне, достаточно глупое решение. Вы — воины, но никак не исследователи, или даже маги. Что вы могли сделать с аномалией? Потыкать в нее палками? Или ударить топором?

Презрение и пренебрежение так и лилось из меня, что вызвало недовольство со стороны орка. Похоже, ему не нравилось, когда ставили под сомнение решения вождя. Вот только мне было плевать на его чувства.

Приподняв одну бровь, я внимательно посмотрел на Брокса, который с силой сжимал кулаки. Периодически его рука тянулась за спину, видимо в поисках оружия.

— Расслабься, орк по имени Брокс, — хмыкнув, сказал я. — Я не хотел оскорбить твоего вождя. Тралл хоть и мудр, но все еще молод. А молодым свойственно ошибаться. Не так ли, Иллидан?

В ответ на мои слова ученик лишь фыркнул и отвернулся. Такая реакция заставила меня улыбнуться и покачать головой. Слишком уж упрям был этот ночной эльф. Упрям и не гибок. Он не обладал способностью признавать свои ошибки, какими бы фатальными они ни были. Пожалуй, чем-то он напоминал мне меня самого.

— Ты так говоришь о вожде, будто знаешь его, — с подозрением протянул орк.

— Как я уже сказал Иллидану, — с улыбкой ответил я, — мне многое известно в этом мире.

Не думаю, что мой ответ устроил Брокса, но опять-таки мне было плевать на его чувства и мнение.

Так что я вернулся к размышлениям о сложившейся ситуации, а точнее о загадочной аномалии, что перебросила сюда орка. Магические аномалии такого рода не могут возникать просто так, особенно если они затрагивают не только ткань мироздания, но и само время.

«Куда только смотрит Аспект Времени», — подумал я, совершенно не понимая, почему он не устранил эту аномалию, ведь она — прямая угроза целостности этого мира.

Хотя делать выводы еще было рано. Куда важнее был тот факт, что в прошлом появился элемент, который может повлиять на ход времени. Эффект бабочки никто не отменял. Хотя скорее это должно было привести к появлению новой временной линии. Впрочем, время — сложное явление, чтобы можно было предсказать итог.

Конечно, можно было запросто убить орка, чтобы нивелировать его влияние на ход истории. С другой стороны, не было гарантии, что он не единственный, кого забросило в это время, а значит где-то в мире могли бродить те, кто так же способен повлиять на ход времени.

Впрочем, я сам являлся именно таким элементом. Вполне может сказаться так, что аномалия возникла именно из-за моего появления в этом мире. Слишком уж удачно совпали временные промежутки. Аномалия могла быть как следствием дестабилизации, так и попыткой сбалансировать ситуацию.

«Гадать можно вечно, вот только ни к чему это не приведет», — подумал я, понимая, что в любом случае не стану менять свои планы, а дальше только время рассудит, правильны ли были мои действия.

— Считай, что тебе не повезло, орк, — сказал я, посмотрев в глаза Брокса. — Ты смог меня заинтересовать своим рассказом, и я решил тебе помочь. Вот только боюсь, что тебя ждет очень много неприятных открытий.

Раздавшийся с улицы шум, который постепенно начал нарастать, позволил понять, что тревогу все же подняли.

— Очнулись-таки, — с усмешкой сказал я. — А это значит, что у нас не так много времени.

***

В который раз я возносил хвалу самому себе за предусмотрительность. Наложенная на дом защита помогла избежать поимки в первые часы поисков. Впрочем, это не значило, что я смогу и дальше укрывать орка в доме, когда за дело возьмутся всерьез.

К счастью, Малфурион и Тиранда прибыли вовремя, а значит мне не пришлось лишний раз ломать голову над тем, как спасти орка, который теперь выглядел хмурым. Брокс на удивление легко принял тот факт, что оказался в прошлом за десятки тысяч лет до своего рождения.

— Наконец-то, — раздался недовольный голос Иллидана, который пропускал в дом свою подругу и брата, — я уже начал волноваться.

— Ты беспокоился за нас, Иллидан? — раздался слегка удивленный голос Тиранды.

— Если только о тебе, Тир… — начал было говорить ученик.

Вот только договорить я ему не дал.

— Потом помилуетесь, — сказал я, отвлекая молодых ночных эльфов. — У нас мало времени. Стража уже должна была отправить весть Гребню Ворона и Лунной Страже. Когда они начнут поиски, мне хотелось бы, чтобы вы были уже далеко от города. Желательно во владениях Кенария.

— Не думаю, что наставник, — начал говорить Малфурион, полный сомнений, — обрадуется незваному гостю.

— У меня иное мнение, — сказал я тоном, который не предполагал продолжение спора.

К этому моменту мы все уже стояли в экранированном от внешнего мира помещении.

— И какой у нас план? — спросил Иллидан, скрестив руки на груди. — Усыпить всю городскую стражу и вывести этого зверя через главные ворота?

Сарказма и иронии в голосе моего ученика хватило бы на двоих. В моменте я даже почувствовал слабый прилив гордости, хоть и понимал, что характер юного ночного эльфа далеко не моя заслуга.

— Он не зверь, — возмутилась Тиранда.

— Ты почти угадал, ученик, — прервав эльфийку, сказал я. — Мы, а точнее Малфурион, выведем Брокса через главные ворота, но усыплять всю городскую стражу для этого не надо. Достаточно спрятать орка на самом видном месте.

С этими словами я кинул Броксу небольшой амулет, который тот должен был надеть на шею. Стоило только безделушке оказаться на груди орка, как его образ поплыл и стал изменяться. Рост его остался прежним, но в плечах он заметно убавил. Вся фигура Брокса становилась утонченнее, и так до тех пор, пока перед нами не предстал простой ночной эльф.

Трое молодых эльфов шокировано уставились на происходящее. «Ночной эльф», в облике которого оказался Брокс, тоже с немалым удивлением рассматривал свои руки.

— Эффект продержится около часа, — пояснил я, игнорируя взгляды, направленные на меня. — Поэтому все вопросы потом. Надеюсь, вы подготовили транспорт?

Малфурион на автомате кивнул.

— Значит действуйте, — продолжил я раздавать указания. — Забирайте Брокса и проваливайте из города.

— А что делать нам? — спросил Иллидан, пока его брат близнец ушел вместе с орком.

— Гулять, — коротко пояснил я, направившись к столу, где лежало еще пару десятков амулетов, похожих на тот, что был отдан Броксу, хоть и значительно хуже.

— Что? — хором воскликнули молодые эльфы, не поняв, к чему я веду.

Пришлось отвлечься на них и внимательно посмотреть на обоих.

— Гулять, — повторил я значительно четче и с нажимом. — Вы сейчас выходите из дома и гуляете по городу. Делаете все, чтобы вас увидело как можно больше народу.

— Но… — хотела было заупрямиться Тиранда.

Иллидан же хранил молчание. Его вполне устраивала перспектива пройтись по городу, будучи наедине с объектом своих воздыханий. И я совершенно точно ничего не подстраивал для этого в своем плане.

— Подумай сама, юная жрица, — сказал я, сознательно назвав ее жрицей, хоть в действительности она еще была только послушницей. — Ты единственная, кто оказывал помощь орку, и на тебя первой падет подозрение. Хватит и того, что тебя не было в городе, пока ты ходила за Малфурионом. Сейчас вам необходимо отвести от себя подозрения.

Дальше я уже не обращал внимания на Иллидана и Тиранду, которые начали переговариваться между собой. Зная ученика, я понимал, что он наверняка пытался убедить свою подругу в необходимости такого решения.

Я же был занят тем, что готовился к последнему шагу своего плана.

— А что будете делать вы, учитель? — спросил Иллидан, когда они с Тирандой уже направились к выходу.

— Заметать следы, — буркнул я, не отвлекаясь от занятия. — Скоро сам все поймешь. Идите уже.

Вскоре я наконец-то остался один. Я перестал суматошно мельтешить по помещению. Мои действия стали куда медленнее, с легкой ленцой. Спустя несколько минут подготовка была закончена, и я накинул на себя чары отвода глаз.

Оказавшись снаружи, я пошел по самым людным улицам. Учитывая, что время близилось к закату, из своих домов выходило все больше ночных эльфов, что было мне как нельзя на руку.

Пользуясь отводом глаз, я несколько раз сталкивался с прохожими, подкидывая им одноразовые амулеты. Первые разы были достаточно неуклюжими. Все-таки я далеко не карманник, чтобы делать все незаметно. Но постепенно я немного приноровился, и мои действия стали выглядеть немного естественнее.

Вскоре все амулеты оказались разбросаны по карманам ночных эльфов в разных частях города. Только после того, как все было сделано, я позволил себе присесть на бортик фонтана, что был расположен на одной из небольших площадей города.

— Спасать орка можно по-разному, — пробормотал я, наблюдая за проходящими мимо ночными эльфами. — Я, например, предпочитаю создавать хаос.

Я слегка щелкнул пальцами, одновременно с этим отправив магические импульсы к амулетам. Прошла всего пара мгновений, прежде чем до моих ушел донеслись крики ужаса: Сурамар внезапно заполонило около двух десятков совершенно одинаковых орков.

«Остается только правильно воспользоваться созданным хаосом, — подумал я, задрав голову и посмотрев в ночное небо, — не так ли, Шеала?».

***

Интерлюдия. Шеала.

«Учитель, как всегда, любит создавать проблемы и себе, и другим. И что ему мешало немного подождать и переместиться в этот мир в нужный момент?», — думала я, пока сидела посреди небольшой безлюдной улочки и слушала панические крики на более оживленных улицах города.

Я склонилась над бессознательной эльфийкой, которую буквально недавно выловила прямо на улице, и планомерно копалась в ее сознании. Мне несказанно повезло, что эта ушастая оказалась из числа тех, кто вхож в места, где обитают местные властители. И плевать, что она всего лишь слуга. Главное, что благодаря этому небольшому везению у меня наконец-то сформировался план.

«Чудо, что он вообще появился, ведь прошли едва ли сутки с тех пор, как учитель призвал меня в этот мир», — продолжала я вести внутренний диалог.

Впрочем, это самое чудо я привыкла называть учителем. Более чем уверена, что суматоху в городе, которой я успешно воспользовалась, организовал именно он.

«Значит «ловить рыбу в мутной воде», да учитель?», — слабо улыбнувшись, подумала я.

Спустя долгих полчаса я наконец-то убедилась, что в черепушке этой ушастой больше нет полезной информации. Только после этого я начала корректировать свой образ и постепенно преображаться в бессознательную эльфийку.

— Осталось только избавиться от тела, — пробормотала я, прислушиваясь к паническим крикам, которые постепенно начали стихать.

Глава 10. Гребень Ворона

***

Интерлюдия. Иллидан Ярость Бури.

— Да пойми же ты уже наконец, Тиранда! — уже в который раз я пытался убедить подругу и, по совместительству, возлюбленную. — Тебе лучше остаться в храме, как и сказал учитель. И я полностью с ним согласен!

Однако мои слова в очередной раз оказались не услышаны.

— Это ты не понимаешь! — воскликнула Тиранда, уже совсем не обращая внимания на проходящих мимо нас жителей города. — Это я втянула вас во все это…

Она картинно обвела руками.

— И я втянула в это Малфуриона, — продолжила говорить подруга. — Да, это было сделало по указке твоего учителя, но я не прощу себе, если с ними что-то случится. Ты же видел, что происходило в городе и как много стражей отрядили на поиски Брокса. Если их поймают…

— Не поймают, — перебил я Тиранду. — Учитель не позволит.

На какое-то время между нами повисло молчание. Подруга детства явно понимала мою правоту, но было видно, что сомнения все не покидали ее голову.

— Я понимаю, что ты уверен в своем наставнике, — начала говорить Тиранда, слегка нахмурив свои брови, — но его возможности не безграничны. Ты сам слышал: он сказал, что не сможет долго прятать Брокса…

Она продолжала приводить доводы, которые я благополучно пропускал мимо ушей.

«Не безграничны?», — задал я сам себе вопрос, медленно осматриваясь по сторонам.

Наверное, со стороны мы выглядели достаточно необычно, учитывая недавно произошедшие в городе события. Думаю, будь в городе спокойно, нами бы точно заинтересовались из-за разговоров, которые мы вели. Жители еще не успели оправиться от проделки учителя, отчего были встревожены. Кто-то спешил добраться до дома, а кто-то живо обсуждал события, даже несмотря на начинающийся восход.

Слегка поморщившись от первых лучей солнца, я внимательно вгляделся во все еще встревоженное лицо Тиранды. В моей голове в этот момент была только одна мысль: «Неужели она не понимает?».

Но я не стал озвучивать ничего вслух. Возможно, непонимание моей подруги строилось из незнания. Все же она еще даже не жрица, а всего лишь послушница. Она не столь сведущая в тайной магии, чтобы осознать все тонкости магического искусства.

За недолгое время ученичества у шан’до мне показалось, что я успел неплохо его узнать. И если строгий и саркастичный характер учителя был для меня очевиден, как на ладони, то такого же я не мог сказать о границах его возможностей. Один только контроль, которому он меня учил, стоил многого. И хоть мне претило это топтание на месте, я не мог отрицать мастерства наставника.

Сегодня же он открылся для нас с новой стороны. Походя создав несколько десятков артефактов, что меняли внешний облик других существ, учитель показал иную грань своего мастерства. Оставалось только гадать, сколько в действительности этих самых граней.

«И это не говоря уже об откуда-то взявшейся ученице», — слегка нахмурившись, подумал я, возвращаясь мысленно к моменту первого знакомства.

Хоть первая встреча и была мимолетной, ее мне вполне хватило, чтобы почувствовать силу той, кого наставник назвал ученицей. Подобного количества силы я не чувствовал еще ни от кого. Наверное, только Кенарий превосходил ее по моим ощущениям, но на то он и полубог, чтобы быть выше простых ночных эльфов, будь они даже хоть трижды магами. Все же, как бы мне ни нравился Кенарий, я не мог не признать его силу.

С другой же стороны, от наставника я не чувствовал подобной мощи, и это было странно. Я ни за что не мог бы поверить, что наставник слабее собственной ученицы. А это могло значить только одно: шан’до значительно могущественнее, чем хочет показаться.

И стоило только этой догадке сформироваться в голове, как меня начали посещать мысли о том, что шан’до мне не доверяет.

«Как и Кенарий», — пронеслась в моем сознании неоднозначная мысль.

Я уже сталкивался с подобным недоверием, что шло от полубога. Вот только, в отличие от наставника Малфуриона, шан’до Аварис не отказывал мне в обучении. И его уроки оказались куда полезнее, чем долгие медитации в попытках «почувствовать природу».

«Возможно, есть какая-то иная причина, по которой наставник что-то скрывает?», — задал я сам себе вопрос в поисках мотивов учителя.

— И все же я должна отправиться вслед за Малфурионом, — произнесла Тиранда, чем отвлекла меня от тяжелых дум. — Не прощу себе, если с ним что-то случится.

Слова подруги и тон, которым они были произнесены, больно ранили меня. Я с силой сжал кулаки, стараясь при этом не показать эмоций.

— Сделав это, — начал говорить я, внутренне надеясь, что мой голос не звучит жалко, — ты подставишь всех нас. Стоит тебе покинуть город, как тебя тут же схватят. И тогда все мы окажемся в крепости Черного Грача. Не думаю, что Гребень Ворона будет с нами церемон…

Я резко умолк, как умолкли и остальные жители Сурамара, что не успели разойтись по домам. На улицу въехали несколько наездников в латах, возглавлял которых сам лорд Кур’талос Гребень Ворона.

«Этого еще не хватало», — чертыхнулся я про себя.

Скрываться было поздно. Слишком уж подозрительно это выглядело бы, если бы мы с Тирандой поспешили удалиться с улицы. Оставалось только молиться, чтобы беда обошла нас стороной.

Вот только реальность вновь решила подкинуть сюрпризов.

Когда отряд всадников поравнялся с нами, Гребень Ворона мазнул по нам своим пристальным взглядом. И если на Тиранде он даже не остановился, то на мне он задержался на долгие мгновения, которые показались мне вечностью. Вскоре в его глазах промелькнуло узнавание.

— Я знаю тебя, парень, — сказал Гребень Ворона. — Иллидан Ярость Бури, не так ли?

Мне пришлось постараться, чтобы сдержать тяжелый вздох, так и рвущийся наружу. Хоть мне и льстил тот факт, что лорд Кур’талос запомнил меня, но сейчас быть узнанным я хотел в последнюю очередь.

— Да, мой лорд, — все же ответил я, уважительно склонив голову. — Мы встречались однажды.

Гребень Ворона задумчиво покивал в ответ.

— Припоминаю, — проговорил он, задумчиво почесав подбородок. — Кажется, ты тогда только начинал постигать искусства и желал вступить в Лунную Стражу. Но, насколько мне известно, ты все еще не состоишь в их рядах, не так ли?

— Истинно так, мой лорд.

В действительности же вопрос не требовал ответа. Было очевидно, что Гребню Ворона все известно и без моих слов. По слухам, в Сурамаре ничего не происходило без ведома лорда Кур’талоса.

— Прекрасно, — сказал командир всадников. — Значит тебя не сковывают их ограничения.

Гребень Ворона не спрашивал, а скорее утверждал. Было нетрудно догадаться, к чему он вел. Всем было известно, что Лунная Стража подчиняется напрямую королеве, а значит у лорда Гребень Ворона не было над ними власти.

— Я хочу, чтобы ты поехал с нами, — вдруг сказал командир всадников, вперив меня свой пристальный взгляд. — Мне доложили о бегстве пленника. И хоть сообщение доставили непростительно поздно, у меня все же есть мысли о том, как настигнуть беглеца. Но для этого мне понадобится помощь мага. Мага, что будет слушаться только моих приказов.

Это была не просьба, а скорее приказ. И это значило, что отказаться было попросту нельзя. К тому же, отказ вызвал бы ненужные подозрения. Но и согласие могло обернуться трагедией, ведь если с моей помощью Гребень Ворона все же смог бы достичь Малфуриона, то под угрозой окажемся все мы.

А значит выход только один…

— Для меня честь присоединиться к Вам, мой лорд, — сказал я, вновь склонившись в уважительном поклоне.

— Превосходно! — воскликнул лорд Кур’талос, после чего обернулся к одному из своих подчиненных. — Рол’тарак, обеспечь нашего молодого волшебника животным. Мы ведь не можем позволить нашему новому другу следовать за нами пеш…

— Однако, — продолжил я, перебив тем самым Гребня Ворона, внутренне удивляясь своей наглости.

Замолчавший командир всадников вперил в меня свой подозрительный взгляд.

— Однако, — медленно протянул он, повторив фразу, не отрывая от меня своих прищуренных в подозрении глаз.

Я сглотнул и резко выдохнул, словно готовясь к прыжку в омут с ледяной водой.

— Прежде, чем отправиться с Вами, мой лорд, мне следует спросить на то разрешения у своего наставника, — быстро протараторил я, боясь, что за свою наглость в тот же миг окажусь в кандалах.

Наступило гнетущее молчание. Всадники и Тиранда смотрели на меня с удивлением. Хотя после слов о наставнике Тиранда смогла спокойно выдохнуть. Сам же Гребень Ворона выглядел задумчивым.

Этот момент длился не больше минуты, но мне казалось, что прошла целая вечность. Я сжимал кулаки, внутренне надеясь на благосклонность командира всадников, но при этом прокручивал в голове все возможные исходы события.

— Что же, — заговорил наконец-то Гребень Ворона, — уважение к старшим следует поощрять, как и следует прислушиваться к их мнению.

Он дал знак своему подчиненному, который уже успел подготовить одного из саблезубов и подвести его ко мне.

— Веди, — коротко приказал лорд Кур’талос.

— Куда? — несколько растерянно спросил я, принимая поводья из рук всадника.

— К своему шан’до, — ответил командир. — Мы спросим у него разрешения вместе.

Я быстро кивнул и взобрался на саблезуба. Прежде, чем мы отправились к моему дому, я успел только бросить прощальный взгляд на обеспокоенную Тиранду.

«Надеюсь, учитель сможет мне помочь», — пронеслась у меня в голове мысль, пока мы ехали по улицам города.

***

Аварис.

Появление толпы орков в Сурамаре вызвало панику, за которой было интересно наблюдать. Привыкшие к мирной жизни и не приспособленные к подобным встряскам ночные эльфы оказались не готовы. Наверное, именно поэтому вся суматоха, хоть и продлилась достаточно долго, прошла довольно мирно. Если, конечно, не считать травм, полученных эльфами во время поднявшейся паники.

Сдается мне, будь ночные эльфы готовы к «вторжению», подставных орков ждал бы очень «теплый» прием. Возможно, кто-то даже успел бы умереть, что создало бы еще больше хаоса. Тем не менее гадать о не случившемся можно было очень и очень долго, но это не дало бы никакого результата.

Куда важнее были достигнутые результаты, а именно то, что я чувствовал, как от города отдалялся артефакт, что я выдал орку. А это значило, что побег пленника прошел вполне успешно. Дальше дело было за Малфурионом, который должен был отвести Брокса к Кенарию. И если к тому моменту орк не потеряет мой артефакт, я узнаю, где расположился Хозяин Леса.

«Хоть сейчас противостоять этому рогатому ублюдку будет очень и очень сложно, но сведения о его укрытии будут весьма полезны», — подумал я, довольно скалясь и тем самым пугая несколько прохожих.

Теперь мне оставалось только направиться домой и понадеяться на то, что Шеала успела грамотно воспользоваться суматохой в городе.

Однако не успел я пройти и десятка метров, как на улице показался отряд стражников. С момента побега орка увеличившееся количество стражи на улицах не было чем-то необычным. Скорее это было в порядке вещей. Однако этот отряд смог привлечь мое внимание одной деталью. За одним стражником, что шел во главе отряда, чуть ли не бежала молоденькая эльфийка в одеяниях послушницы храма Элуны.

— Брат! — донесся до меня ее крик, который заставил стражника на секунду остановиться.

Заинтересовавшись, я постарался прислушаться, помогая себе чарами.

— Не сейчас, Тарисса, — ответил стражник, грозно глянув на молодую эльфийку. — Возвращайся лучше в храм, к сестре.

— Но… — попыталась возразить эльфийка, но быстро умолкла по одному только жесту стражника.

— Никаких «но», — не желая слушать возражения, проговорил ночной эльф. — У нас сбежал опасный зверь, который каким-то образом смог устроить переполох в городе. Мало того, что это ужасный удар по моей чести, как капитана стражи, так еще и улицы теперь не безопасны. Возвращайся в храм и передай Майев, чтобы та попросила настоятельницу храма выделить несколько жриц для помощи пострадавшим.

Молодая эльфийка, названная Таррисой, какое-то время упрямо смотрела на стражника, пока из ее груди не вырвался тяжелый и слегка обиженный вздох.

— Хорошо, Джарод, — опустив голову, произнесла послушница храма.

— Эй, а где же «любимый старший брат»? — со смешком проговорил стражник, положив руку на голову своей сестры, которая тут же сбросила с себя его ладонь. — Не дуйся, Тарриса. Обещаю, как только все это закончится, я поговорю с Майев о том, чтобы ты могла покинуть храм.

Молодая ночная эльфийка тут же вскинула голову и с надеждой посмотрела на стражника.

— Я запомню твои слова, брат, — произнесла девушка и продолжила, прежде чем сорваться с места. — Надеюсь, ты сдержишь свое слово, как и подобает Джароду Песнь Теней.

Не дав возможности стражнику что-либо ответить, послушница храма быстро убежала в сторону храма Элуны. Вскоре и сам отряд стражи покинул улицу.

— А вот это уже интересно, — пробормотал я, продолжив свой путь к дому и внутренне радуясь, что успел кинуть следилки на заинтересовавших меня эльфов.

Дальнейший путь до дома прошел незаметно. Не происходило ничего, что могло привлечь мое внимание, так что я достаточно быстро достиг пункта назначения. Однако, стоило мне только приблизиться, стало понятно, что все интересное еще только впереди.

У самого дома стоял отряд всадников, а само здание в этот момент покидал весьма обеспокоенный Иллидан в компании с еще одним грозным на вид ночным эльфом.

«Во что же ты успел влипнуть, ученичок?», — подумал я, решительно направившись к дому и приготовившись на всякий случай прорываться из города с боем.

Глава 11. Адская гончая

***

Аварис.

Мое приближение к отряду всадников было практически сразу замечено. Воины не выказали никакой реакции, кроме более внимательного взгляда, что заставило меня презрительно фыркнуть. Мне ничего не стоило уничтожить эльфов, не ожидающих нападения. К счастью для них, конфликт мог нарушить мои планы.

Тем не менее их командир выглядел куда более собрано. Помимо внимательного взгляда, которым он сопровождал каждое мое действие, от меня не укрылось и то, как этот ночной эльф медленно положил одну руку на рукоять своего меча.

«Хоть у кого-то из них есть мозги», — подумал я, подходя еще ближе.

— Учитель! — на удивление радостно воскликнул Иллидан, который тоже заметил мое приближение.

Я ответил не сразу, продолжив внимательно осматривать отряд всадников, в особенности задержав свое внимание на командире. На первый взгляд он ничем не отличался от других ночных эльфов, но что-то внутри подсказывало мне, что этот воин не мог быть рядовым эльфом.

— Учитель, — вновь влез Иллидан, заметив, что я не спешил как-то отвечать, — позвольте представить вам лорда Кур’талоса Гребень Ворона. Вы наверняка уже…

— Наслышан, — перебил я ученика, жестом приказав тому замолчать и продублировав свой приказ чарами безмолвия. — Не думал, что удостоюсь чести встретиться со столь прославленной персоной.

Как бы я ни старался, мой голос так и сочился сарказмом. Но, как бы то ни было, Гребень Ворона тоже не остался в долгу.

— А я не думал встретить так далеко от столицы высокорожденного, — в голосе ночного эльфа промелькнуло презрение. — Мне казалось, что высокрожденные не любят покидать столицу в страхе потерять расположение королевы.

— Я исключение из правил, — криво усмехнувшись, ответил я командиру всадников.

Замолчав на пару мгновений, я посмотрел на Иллидана, что пытался снять с тебя чары безмолвия. Стоит заметить, что у него неплохо получалось, но я не собирался давать ему поблажек. Поэтому вслед за первыми чарами полетели вторые. Это позволило ему потренироваться в снятии заклинаний, а мне дало время пообщаться с Гребнем Ворона без лишних комментариев.

— Оставим лишние препирательства и перейдем к делу, — сказал я, заглядывая прямо в глаза Кур’талоса. — Во что успел вляпаться мой непутёвый ученик, раз для этого потребовалось сопровождение целого отряда во к главе с самим хозяином крепости Черного Грача?

На мгновение на лице ночного эльфа промелькнуло удивление, которое быстро сменилось едва заметной улыбкой.

— Похоже, возникло какое-то недопонимание, — сказал Гребень Ворона. — Ваш ученик ничего не натворил.

— Тогда… — начал я, но командир всадников поднял руку, обозначив, что ещё не закончил.

Он задумчиво погладил подбородок, прежде чем продолжить.

— Думаю, вы в курсе бегства существа, что было заключено в клетке… — медленно протянул ночной эльф.

— Покажите мне того, кто в городе не в курсе этого, — с усмешкой сказал я, хоть фраза эльфа и не предполагала ответа.

— Да, неприятная ситуация и сильный щелчок по носу Лунной Стражи, — произнес Гребень Ворона, вот только, вопреки словам, в его голосе чувствовались злорадство и удовлетворение.

Похоже, несмотря на ситуацию, командиру всадников пришелся по нраву провал, что постиг Лунную Стражу.

— В данный момент ведётся расследование бегства этого существа, — наконец-то продолжил Кур’талос. — Я не верю, что ему удалось сбежать самостоятельно, а это значит, что кто-то ему помог. У меня есть некоторые соображения по этому поводу, но, чтобы их проверить, мне понадобится помощь чародея. Чародея, что будет слушать только мои приказы.

— И стало быть, — продолжил я за собеседника, снисходительно посматривая то на него, то на Иллидана, — выбор пал на моего ученика.

— Истинно так, — кивнув, ответил командир всадников. — Я взял на себя смелость пригласить его в свой отряд. Вот только прежде, чем отправиться с нами, сей молодой волшебник возжелал спросить разрешения у своего учителя.

— И вот вы здесь…

Последнюю фразу я проговорил тихо и задумчиво, внимательно смотря на Иллидана, который уже снял мои чары, но благоразумно продолжал молчать. В моей же голове в этот момент уже успела выстроиться картина ситуации.

— Кого-то уже отправили вслед за беглецом? — поинтересовался я, не сильно надеясь на ответ.

— К сожалению, передо мной никто не отчитывался, — начал отвечать Гребень Ворона. — Но, насколько я знаю, отряд Лунной Стражи уже успел выйти из города.

— Хорошо, — кивнув, пробормотал я.

Но в действительности ничего хорошего в этом не было. На судьбу Малфуриона и Бронкса мне было, в большей степени, плевать, но их поимка могла нарушить мои планы. И если я еще был готов смириться с утратой информации о местонахождении убежища Кенария, то оказаться раскрытым и втянутым в это дело я никак не желал.

— Хорошо, — повторил я уже громче, — у вас есть мое разрешение.

Иллидан, вопреки ожиданиям, выглядел обеспокоенно и одним только взглядом просил помощи.

Как бы хорошо Гребень Ворона ни владел своим лицом, скрыть мимолетную радость ему не удалось. Все же он достаточно быстро смог вернуть себе самообладание и уже собирался что-то сказать, но я остановил его тем же самым жестом, каким ещё недавно он просил меня помолчать.

— Но Иллидан ещё не закончил свое обучение, — продолжил я, отметив лёгкое облегчение в глазах ученика, — а я не привык бросать дело на полпути. Поэтому я отправлюсь вместе с вами.

Сказать, что мои слова вызвали удивление, все равно что промочать. Однако мой ответ не предполагал возражений. И, судя по нахмурившемуся лицу Кур’талоса, он это прекрасно понимал.

— Для нас честь, что высокорожденный присоединится к нам, — проговорил командир всадников, хотя по нему легко можно было понять, насколько он «рад» моей компании. — Рол’тарак, подготовь саблезуба для…

Он замолчал и с намеком посмотрел на меня.

— Аварис Шепот Тьмы, — улыбнувшись уголками губ, наконец представился я.

Гребень Ворона кивнул и продолжил раздавать указания. Мне же оставалось только ждать, пока мне подадут поводья саблезуба, который смотрел на меня с небольшой опаской.

«Умный зверь», — подумал я, взбираясь в седло.

Я вновь посмотрел на Иллидана, который немного нервничал, и ободряюще ему улыбнулся.

— Не волнуйся, — хмыкнув, тихо проговорил я, когда ученик поравнялся со мной. — У меня есть план.

Заметив облегчение, промелькнувшее в глазах Иллидана, я решил не добавлять, что мой план — убить всех преследователей, если что-то пойдет не так.

***

Покинув пределы города, мы все глубже и глубже мчались в лес, по следу, видимому только следопыту в отряде. Похоже, у него утренняя дымка не вызывала проблем в чтении следов. Это вызвало нервозность со стороны Иллидана, в то время как я лишь изредка сверялся с местоположением артефакта.

И хоть мы и двигались в нужном направлении, расстояние между нами не спешило сокращаться. Только в один момент, ещё когда мы только покидали город, орк долгое время находился на одном месте.

— Проклятое солнце, — раздражённо ворчал едущий рядом Иллидан.

— Не помню, чтобы я учил тебя жаловаться, — приподняв одну бровь, проговорил я, краем глаза отметив, что Гребень Ворона внимательно следит за нами. — Работа под дневным светилом — лишь дело привычки, не более.

— Но… — попытался что-то возразить ученик.

— Никаких «но», — строго проговорил я, перебив Иллидана. — Я уже с десяток раз слышал все твои жалобы. Не думаю, что услышу что-то новенькое. К тому же…

— Мой лорд! — вдруг раздался встревоженный крик одного из всадников, идущих впереди.

Гребень Ворона, тут же потеряв интерес к моей беседе с учеником, поспешил вперед и быстро взобрался на высокий холм.

Я подал знак Иллидану и сам поспешил за Кур’талос. Стоило нам только достигнуть вершины, как я тихо выругался от открывшейся картины. Рядом стоящий Гребень Ворона оказался со мной солидарен.

— Спаси нас Элуна, — тихо пробормотал Гребень Ворона.

Перед нами предстала картина самой настоящей бойни. Шестеро ночных эльфов, среди который было двое из Лунной Стражи, если судить по остаткам обмундирования, лежали перед нами мертвые. Часть тел была разорвана в клочья, в то время как тела членов Лунной Стражи больше походили на мумии. Их буквально высушили, что в пору было начать подозревать какого-нибудь вампира. Тела чародеев застыли в неестественных позах, а высушенные лица отражали агонию, что те испытали перед смертью.

— Кто это мог сделать, учитель? — шокировано проговорил Иллидан, что наконец-то нагнал нас и тоже наблюдал за последствиями бойни.

— Не думаю, что ответ тебя успокоит, — мрачновато сказал я, внимательнее осматривая тела.

— Это могло быть сбежавшее существо, — предположил Гребень Ворона. — Или те, кто ему помог сбежать. Чтобы…

— Маловероятно, — перебив эльфа, возразил я, успев спрыгнуть и подойти к телам поближе.

Тела простых воинов меня мало интересовали, чего не сказать о погибших магах. Присев возле тел, я стал внимательно рассматривать их в поисках ран. Найти что-то на искушённых телах было непросто, но мне все же удалось наткнуться на небольшие следы укуса.

«Впору действительно подозревать каких-нибудь вампиров. Да только откуда им тут взяться», — подумал я, решив исследовать тела с помощью магии.

И чары дали довольно неожиданный результат. Они показали полное отсутствие каких-либо энергий, чего быть просто не могло.

— Интересно, — пробормотал я, чувствуя, как меня вновь начали охватывать азарт и желание разгадать эту загадку.

Однако раздавшийся крик одного из воинов отвлек меня и позволил вернуть трезвость мысли.

— Мой лорд! Посмотрите сюда! Я не видел раньше ничего подобного!

Это тут же привлекло всеобщее внимание. Оставив тела погибших на месте, мы поспешили к новой находке. Находке, которая оказалась зверем, явно не принадлежащим этому миру. Животное походило на ужасно искажённое подобие пса, что своими размерами практически не уступало саблезубам.

Чем дольше я смотрел на этого зверя, тем больше мне не нравилось происходящее. Ведь на моей памяти было только одно существо, которое подходило под описание увиденного.

— Что скажете, волшебники? — спросил Гребень Ворона, привлекая тем самым к себе внимание.

Иллидан выглядел растерянным. Он немного беспомощно посмотрел на меня, ища поддержки или подсказки, но я хранил молчание.

— Я понятия не имею, мой лорд, — наконец-то пробормотал ученик, — такое я вижу впервые…

Стоило ему договорить, как я почувствовал, как на мне сомкнулось сразу несколько взглядов. И всё же я не спешил говорить. Вместо этого в первую очередь я решил убедиться, что тварь действительно мертва.

— Что скажешь, высокорожденный? — повторил свой вопрос Кур’талос, устав ждать моей реакции.

— Скажу, что надо возвращаться, — нахмурившись, огрызнулся я в ответ, — но сперва…

Оторвавшись от туши монстра, я внимательно осмотрелся.

— Прочешите местность вокруг, — приказал я, на какое-то время забывшись, — может, кому-то удалось выжить. Но будьте осторожны: подобная тварь могла быть не одна. Если столкнётесь с живой особью, не геройствуйте. Лучше кричите и убегайте.

Однако эльфы не спешили выполнять мои поручения и вопросительно посмотрели на своего командира.

— Выполнять, — коротко бросил он.

Только после этого всадники сорвались с места, чтобы выполнить поставленную задачу.

— Что-то мне подсказывает, что тебе известно, с чем мы столкнулись, — проговорил Гребень Ворона, не отрывая от меня взгляда.

— Возможно, — не стал я отрицать и в очередной раз посмотрел на тушу мёртвого монстра, — ну лучше молись, чтобы я ошибся.

Какое-то время мы стояли в тишине. Гребень Ворона не спешил начинать разговор, а Иллидан предпочёл не лезть. Я же нашёл себе занятие и решил внимательнее исследовать тушу монстра, от которого так и несло скверной, прикасаться к которой у меня не было особого желания… Хоть и очень хотелось исследовать новый вид энергии.

Пока я изучал тушу монстра, меня одолевали не самые радужные мысли. Появление адской гончей означало, что вторжение Пылающего Легиона не за горами, если оно уже не началось. И самым печальным было то, что я не успевал должным образом подготовиться.

«Надеюсь, Шеала успеет открыть портал», — подумал я, закончив поверхностное изучение мёртвого монстра.

Не знаю, как долго мы простояли возле убитого монстра, но в какой-то момент Иллидан решил спросить:

— И как часто вы ошибаетесь, учитель?

Я бросил на него нечитаемый взгляд и дернул уголком губ.

— Не так часто, как хотелось бы, — мрачновато пробормотал я в ответ.

В подтверждение моих слов до нас донесся крик одного из воинов:

— Сюда!

Я медленно посмотрел на Иллидана и повторил:

— Не так часто, как хотелось бы…

Глава 12. Столкновение

***

Аварис.

Стоит отдать должное, что, несмотря на крик одного из стражников, никто не рванул к нему сломя голову. Все, кто остался вместе с нами, двигались медленно и осторожно, постоянно поглядывая по сторонам. Никто не расслаблялся.

Я же по мере пути пытался вспомнить все, что мне известно об этих тварях. И чем дольше я об этом думал, тем сильнее хмурился, ведь выходило так, что, кроме названия и их происхождения, мне практически ничего не было известно. Оставались только смутные догадки и тот факт, что подобные звери очень хорошо чувствуют магию и, похоже, питаются ею.

И последний факт для меня был не самым приятным, ведь я для зверей скверны словно маяк в ночи. А значит и первостепенная цель для нападения.

«Неприятно», — подумал я, продолжив путь и начав куда внимательнее смотреть по сторонам.

К счастью, внезапной атаки так и не последовало, и мы спокойно смогли добраться до места, откуда нас звал один из всадников. Когда мы достигли места назначения, перед нами предстала картина очередной бойни.

В этот раз первым, что мы увидели, было изуродованное и практически разорванное на куски тело саблезуба, под которым был погребен член Лунной Стражи. Он, подобно прошлым, был буквально иссушен, но также, словно этого было мало, его шея была неестественно вывернута.

Чуть в стороне лежал еще один убитый зверь скверны, который, судя по всему, даже в момент своей кончины пытался до кого-то дотянуться. Присмотревшись, можно было увидеть, что шея монстра была буквально истыкана клинками, а один так и вовсе остался торчать в туше.

Вокруг монстра были разбросаны части тел тех, кто с ним сражался. Обычные воины, растерзанные и изуродованные. Кто-то был разорван пополам, а кому-то выпустили кишки. Одному не повезло, и его тело лежало обезглавленным.

Однако среди воинов оказался и «счастливчик», которому чудом удалось выжить. Хотя, смотря на воина, что сидел, прислонившись к дереву, я невольно задавался вопросом: «А как он вообще жив, и так ли ему повезло?». И если переломанные ноги не вызывали опасения, то отсутствующая половина лица заставляла в немом удивлении взглянуть на эльфа.

Именно рядом с ним теперь находился всадник, что позвал всех. Он пытался как-то оказать помощь выжившему, хоть там и нечему было помогать.

— Посмотри на меня! — приказал Гребень Ворона, практически мгновенно оказавшись возле чудом выжившего воина. — Посмотри на меня и скажи, кто это сделал? Сбежавший заключенный?

Ответом ночному эльфу был лишь слабый хрипловатый смех выжившего. Но вскоре смех прервался кашлем, после которого изо рта воина пошла кровь.

«Сломаны ребра, пробито легкое», — про себя отметил я, понимая, что ждет воина, который чудом пережил столкновение со зверем скверны.

— Едва ли это мог сделать беглец, — озвучил я очевидную мысль.

— М-мы его даже не видели, — хрипло ответил выживший ночной эльф.

— Расскажи мне все, — приказал Гребень Ворона.

Покачав головой, я отошел в сторону. Слушать рассказ ночного эльфа у меня не было желания. Вряд ли ночной эльф мог поведать что-то ценное для меня.

Вместо этого я подошел к туше монстра и присел рядом с ней. Протянув к ней руку, я на секунду застыл, отметив легкий тремор. Безумно хотелось разобрать тело твари на составляющие и с головой окунуться в исследования. Меня заинтересовала способность этого зверя скверны поглощать магию. Хотелось узнать механизм этого действия и то, есть ли у монстра какой-то предел поглощения.

Пришлось постараться, чтобы не приступить к исследованиям прямо на месте. Сдержаться мне помогли довольно опасная обстановка вкупе с невозможностью применить все свои навыки в этом теле. К тому же, не думаю, что мои спутники оценили бы, если бы я с маниакальным взглядом начал разделывать тушу монстра прямо у них на глазах.

«Придется немного подождать», — подумал я, пытаясь унять дрожь в руках.

Чтобы окончательно отогнать ненужные мысли, пришлось слегка встряхнуть головой и попытаться на что-нибудь переключиться. Так получилось, что мое внимание привлек клинок эльфов, что все так же был воткнут в шею зверя. Пришлось приложить немного усилий, чтобы вытащить оружие, которое вогнали в монстра по самую рукоять.

Покрутив клинок в руках, я был немного разочарован. Почему-то мне казалось, что клинок, изготовленный ночными эльфами, должен нести в себе минимальный комплекс чар, которые сделали бы его крепче и острее. Однако в моих руках оказалось совершенно простое оружие, единственной особенностью которого стал тот факт, что оно долго было покрыто кровью, пропитанной скверной.

— Мусор, — пробормотал я, отбросив оружие в сторону.

К этому моменту Гребень Ворона наконец-то закончил расспросы выжившего и подошел ко мне вместе с Иллиданом.

— Умер? — кивнув в сторону выжившего, спросил я, не дав Кур’талосу даже рта открыть.

— Нет, учитель, — ответил тут же Иллидан, влезая в разговор.

— Пока нет, — недовольно посмотрев на молодого эльфа, поправил его Гребень Ворона. — Потерял сознание, но, боюсь, больше он не проснется. Будь среди нас кто-нибудь из служительниц Элуны, возможно, были бы шансы. Но сейчас в наших силах лишь немного отсрочить неизбежное.

Посмотрев в сторону, где над бессознательным телом выжившего склонился один из воинов Гребня Ворона, я задумался о том, есть ли реальные шансы спасти эльфа. Однако даже моих навыков могло не хватить. Максимум я бы смог стабилизировать его состояние. Вот только я не видел смысла тратить силы, когда из ситуации нельзя получить выгоду.

На ум приходил только один способ, который мог бы спасти раненого и даже вновь вернуть его в строй. Этот метод даже принес бы мне неплохую выгоду, если бы не одно «но»: сделать это в нынешнем теле будет крайне сложно.

Поэтому я не стал что-либо отвечать на слова Кур’талоса и лишь скорбно покачал головой.

— Однако история, которую поведал этот несчастный воин, — продолжил говорить Гребень Ворона, — наталкивает меня на не самые радостные мысли. То, с какой легкостью эти твари расправились с Лунной Стражей, словно волшебники для них не больше, чем…

Он задумался, пытаясь подобрать подходящее слово.

— Дичь, — сказал я, решив помочь ночному эльфу.

— Именно! — воскликнул Кур’талос. — Конечно, Харго’тен всегда был слишком самоуверенным, как и большая часть Лунной Стражи, но я прекрасно знаком с его возможностями. Чтобы не справиться с парочкой тварей… это уму не постижимо. И все же факт остается фактом: несмотря на свои знания и способности, Лунные Стражи погибли.

Гребень Ворона подошел ближе к туше зверя и, наступив на нижнюю челюсть, приоткрыл пасть монстра, откуда вывалился окровавленный кусок плоти.

— Никогда не видел подобной мерзости, — с отвращением произнес командир отряда.

— Я тоже, мой лорд! — излишне угодливо воскликнул Иллидан. — Но мне многое неведомо…

— И еще больше предстоит изучить, — перебил я ученика, чем привлек к себе внимание лорда Кур’талоса.

— А что скажете вы, учитель Аварис? — спросил меня хозяин крепости Черного Грача.

— Вы ведь что-то знаете, учитель, — вторил старшему эльфу Иллидан, вглядываясь мне в глаза. — Вы задумчивы больше обычного.

Из моей груди вырвался тяжелый вздох.

-Знаю, — неоднозначно проговорил я, — и скажу, что вскоре нас ждут темные времена.

Замолчав, я обошел мертвую тварь с другой стороны.

— Адская гончая, — продолжил говорить я, ткнув тушу носком ботинка. — Или зверь скверны. Выбирайте любое название, и все будут верны. Мерзкое создание, что пришло из-за пределов этого мира. Хорошо чувствует любую магию… и, судя по всему, питается ей. Поэтому Лунная Стража и не смогла ничего им противопоставить. К сожалению, это все, что могу о них сказать, для большего нужно в должной мере исследовать тела.

Гребень Ворона молча кивнул, погрузившись в раздумья. Он ходил вокруг мертвого зверя скверны и внимательно осматривал его. В какой-то момент он так и вовсе взял уцелевшее щупальце монстра, отрубил его мечом и поднес к лицу поближе, чтобы получше изучить.

— Значит этим оно иссушило Харго’тена, — пробормотал он себе под нос, раскрыв маленькую пасть на конце щупальца, прежде чем с омерзением отбросить его в сторону.

После он внимательно посмотрел на меня.

— Вы удивительно осведомлены об этих тварях, — вкрадчиво и с подозрением произнес лорд Кур’талос, — для высокорожденного, что не покидал ранее столицу. А ведь я за всю жизнь никогда не сталкивался ни с чем подобным.

— Могу понять твои подозрения, Кур’талос, — хмыкнув и перейдя на «ты», проговорил я. — Но также хочу сказать, что именно эти твари и подобные им стали причиной, по которой я покинул столицу. Высокорожденные во главе с Ксавием заигрывают с силами, которые не в силах контролировать, и боюсь, что скоро нам придется столкнуться с последствиями.

У меня было острое желание обвинить еще и королеву, но все же я решил ничего не говорить. Слишком уж фанатично ночные эльфы любят свою королеву. Боюсь, что, обвинив ее, я лишь настроил бы Кур’талоса против себя или, в лучшем случае, сказался бы сумасшедшим.

Возможно, Гребень Ворона хотел что-то мне ответить, но ему помешало вдруг раздавшееся рычание саблезубов, которое все нарастало. Звери бесновались, чувствуя надвигающуюся угрозу.

— Мой лорд! — крикнул один из воинов, и этот возглас словно стал спусковым крючком к началу действий.

— В стороны! — крикнул я, почувствовав надвигающуюся опасность.

Следуя собственному указанию, я практически мгновенно отпрыгнул в сторону и повалился на землю, зацепившись ногой за чьи-то останки. Тем не менее то, что я упал на землю, оказалось весьма кстати, ведь огромная туша пронеслась прямо надо мной.

Перекатившись, я тут же поднялся, чтобы оценить обстановку. И она была неприятной для отряда Гребня Ворона, ведь к нам на огонек решили заглянуть еще три зверя скверны.

Парочка воинов уже оказались разорваны на куски за одну только попытку нападения на тварей. Тем не менее это немного задержало зверей, что позволило оставшимся воинам перегруппироваться и принять оборонительную позицию. Вот только нельзя было подумать, что даже так у них появились большие шансы на спасение.

И все же даже у них ситуация была лучше, чем у Гребня Ворона и Иллидана. Командира всадников отбросило в сторону от столкновения с чудовищем, и теперь он безуспешно пытался подняться. Но, к счастью для него, зверь уже потерял интерес к старшему ночному эльфу. Его интересовал только мой ученик, который так и фонил магией.

Зверь не спешил нападать и, выпустив свои ужасные отростки с разинутыми ртами, начал беспорядочно водить ими в воздухе. В какой-то момент они потянулись к ученику с одной конкретной целью — иссушить молодого ночного эльфа.

В этот же момент две оставшиеся твари тоже рванули вперед, собираясь пробиться через ряд ощетинившихся воинов. Судьба последних становилась максимально очевидна.

— Так не пойдет, — пробормотал я, начав наконец-то действовать.

В один миг все звери скверны замерли. Шевелились лишь их щупальца, что улавливали магию, разлитую в воздухе. С каждой секундой щупальца начинали двигаться все беспорядочнее, что в итоге вылилось в дикий рев монстров.

Я улыбнулся, продолжив выпускать в окружающий мир магическую энергию и тем самым привлекая к себе внимание.

— Ну давайте, песики, — моя улыбка превратилась в оскал, — потанцуем.

Двое зверей скверны в один миг перемахнули через ряд воинов, проигнорировав мешки с мясом, не наделенные магией. Они ринулись на меня, заметно опережая своего сородича, который почему-то замешкался.

Однако его промедление было мне только на руку.

Смотря, как на меня несутся две огромные туши тварей, которых мне хотелось изучить, пришлось приложить немного усилий, чтобы отбросить желание поиграть с этими зверушками. В этом теле я был слишком уязвим для подобных безрассудных действий.

Вместо этого я быстро собрал разлитую мной магию и начал формировать из нее заклинания. В тварей полетело несколько огненных копий, которые, впрочем, не нанесли никакого вреда. Все заклинания были поглощены зверьми скверны.

Тем не менее я не расстроился от подобного результата. Напротив, все шло по плану. Огненные чары были лишь отвлечением внимания зверей. Основной же атакой стало плетение, запитанное под завязку энергией и просто упавшее в землю передо мной.

Мне оставалось только стоять на месте и ждать, пока жадные до магической энергии твари сломя голову прыгнут на меня. С улыбкой я провожал взглядом летящих на меня зверей, чтобы в последний миг переместиться на несколько метров в сторону.

Тут же округу огласил противный скрежет, который едва ли походил на скулеж. И все же это был именно он — полный боли и обиды скулеж.

Двое зверей скверны были буквально насажены на пару огромных каменных шипов, выскочивших из земли прямо на встречу монстрам. У последних не было ни единого шанса остановиться, что и определило их судьбу. Тем не менее адские гончие оказались достаточно живучими созданиями, чтобы не умереть в одно мгновение. Каждый из них яростно молотил воздух своими отростками, которые пытались дотянуться до любого источника магии.

Хмыкнув и подивившись живучести монстров, я вновь переместился к монстрам. Два огненных копья появились у меня в руках. И в ту же секунду огненные чары насквозь пробили головы зверей скверны, что не успели дотянуться своими щупальцами до заклинаний, чтобы поглотить их.

Наступила тишина. Довольно подозрительная тишина, учитывая наличие третьей твари, что не могла проигнорировать такое количество разлитой в воздухе магии.

Однако стоило мне только осмотреться, как все встало на свои места.

Третий зверь скверны лежал, поверженный недалеко от Иллидана, который возвышался над монстром с застывшей на лице маской превосходства. Сам монстр лишился своих отростков, которые оказались отрезаны. Отрезаны тем самым мечом, что я совсем недавно пренебрежительно отбросил в сторону. И именно этот же меч теперь торчал прямо из черепа зверя.

— Молодец, ученик, — с улыбкой похвалил я молодого эльфа, от чего тот чуть ли не лопнул от гордости за самого себя.

— Мне еще далеко до вас, учитель, — с нескрываемым весельем воскликнул Иллидан.

В этот момент воины, осознавшие, что опасность миновала, рванули к своему командиру, который смог наконец-то подняться на ноги. Но судя по тому, как он держался за бок, похоже, его полет не прошел бесследно.

— Присоединюсь к словам учителя Авариса, парень, — проговорил Гребень Ворона, который с помощью своих подчиненных смог доковылять до нас. — Роскошное решение. Избавиться от главной угрозы и быстро добить ослабленного противника. Тебе удалось сделать то, чего не смог провернуть целый отряд Лунной Стражи. Есть чем гордиться.

В этот момент он перевел свой взгляд на меня.

— А вот вы, учитель Аварис, сильно рисковали, — немного осуждающе проговорил он. — Вы подставились под удар и могли погибнуть. Ваша смерть могла закончиться катастрофой для всего отряда.

Я заинтересованно приподнял одну бровь, прежде чем пренебрежительно фыркнуть. Конечно, мои возможности в этом теле сильно ограничены, но не настолько, чтобы уничтожить парочку мерзких тварей.

— Все было под контролем, — сказал я, одновременно кивнув в сторону отряда. — Моих возможностей хватит, чтобы уничтожить еще с десяток подобных существ. Поэтому риска никакого не было.

Какое-то время мы играли в гляделки с Кур’талосом, но он был вынужден отвести взгляд, признав тем самым поражение.

— Все же, — слегка прочистив горло, сказал Гребень Ворона, — ваши действия были впечатляющими. Поэтому я хотел бы видеть вас и вашего ученика в роли моих личных волшебников. Вы будете…

Хозяин крепости Черного Грача начал перечислять преимущества службы под его началом, но я не стал слушать.

— Отказываюсь, — спокойно ответил я, чем заставил всех удивленно посмотреть на меня. — Боюсь, что служить кому-то выше моих сил.

— Понимаю, — медленно протянул командир отряда. — И все же мое предложение остается в силе на тот случай, если вы передумаете.

— Не думаю, что это случится, — хмыкнув, сказал я. — Однако мой отказ касается только меня лично. Иллидан вправе сам сделать выбор.

И вновь я поймал на себе удивленный взгляд, который в этот раз принадлежал ученику.

— Я… — немного замешкался молодой эльф.

— Можешь не отвечать прямо сейчас, — поспешно заговорил Гребень Ворона, очевидно опасаясь, что и от ученика услышит отказ. — Сперва нам следует вернуться в крепость немедленно. Я хочу собрать больше сил, чтобы принести эти туши в Крепость Черного Грача! Они должны быть тщательно исследованы. Если это не последние подобные твари, я хочу знать все их слабости и то, как с ними бороться.

Воины тут же начали взбираться на саблезубов. Даже Иллидан, хоть и действуя больше на автомате, послушался приказа Кур’талоса. И только я оставался не месте, не собираясь двигаться с места.

— Идите одни, — коротко бросил я, чем заслужил очередную порцию удивленных взглядов, которые начали меня порядком раздражать. — Я же попробую все-таки настигнуть беглеца.

— Вы уверены? — обеспокоенно спросил Гребень Ворона. — Это может быть опасно, учитывая новые обстоятельства.

— Уверен, — ответил я, серьезно смотря в глаза ночного эльфа. — Я не собираюсь рисковать. Если почувствую опасность, то тут же вернусь обратно в Сурамар.

Какое-то время Кур’талос внимательно вглядывался в мои глаза, после чего кивнул и развернул саблезуба. Воины тут же последовали за ним, и только Иллидан неуверенно смотрел на меня, чем заслужил от меня ободряющий взгляд.

Я посмотрел в удаляющиеся и скрывающиеся за деревьями спины всадников.

Когда отряд покинул место битвы, я наконец-то смог остаться один. Осмотревшись, я попытался найти более или менее уцелевшие тела ночных эльфов. И по окончании своего осмотра я не смог не усмехнуться.

— Похоже, это называется судьбой, не так ли? — проговорил я, подойдя к телу эльфа, который совсем недавно поведал о судьбе, настигшей Лунную Стражу.

Склонившись над телом, в котором едва ли теплилась жизнь, но душа все еще не успела покинуть свое пристанище, я прошептал:

— Элуна оставила тебя.

В тот же миг Тьма хлынула в мое тело, стремясь изменить его под себя. Скривившись от дискомфорта, я направил всю Тьму в руку и начал концентрировать ее.

— Свет луны более не освещает твой путь, воин.

Секундой позже я подобрал острый обломок чьего-то доспеха и полоснул себе по руке. Черная кровь тут же хлынула из раны, и я поднес руку к лицу эльфа, позволив жидкости попасть в рот эльфа.

— Но Тьма готова принять тебя в свои ласковые объятия.

Вместе с кровью в тело ночного эльфа попала и сконцентрированная энергия Тьмы, которая начала процесс изменения и излечения тела.

— Тебе лишь нужно отдаться ей.

Глава 13. Святилище Кенария

***

Аварис.

— Повелитель, — подобострастно произнес обращенный эльф.

Я задумчиво посмотрел на коленопреклонённую фигуру и почувствовал, как мой глаз начал слегка дергаться. Причиной этому был новый облик обращенного воина. Теперь спутать его с обычным ночным эльфом будет чертовски сложно.

Вместо привычного бледно-синего оттенка кожа эльфа стала практически черной. Его некогда темные волосы побелели, а не имеющие зрачков глаза, светящиеся серебром, теперь представляли собой два алых огня. И, словно этого было мало, уши бывшего ночного эльфа стали немного короче, а половину лица перекрывал ужасный шрам, оставшийся на месте ранения. Наверное, единственным, что осталось неизменным, был внушительный рост.

«Дроу», — подумал я, смотря на представителя новой для этого мира расы.

— Встань, — холодно приказал я, наблюдая за каждым действием нового слуги.

Эльф тут же поспешил выполнить поручение и встал по стойке смирно. В его алых глазах можно было увидеть готовность выполнить любой приказ.

«Странно, не замечал такого поведения у обращенных ведьмаков», — подумал я про себя, пытаясь вспомнить хотя бы один пример подобного поведения.

Конечно, мог сказаться способ обращения, но в таком случае Шеала вела бы себя так же. Вот только я не замечал за ученицей такого желания угодить мне. На какой-то миг в голове всплыл образ ехидной и саркастичной чародейки.

Встряхнув головой и отогнав лишние мысли, я вновь посмотрел на обращенного эльфа.

— Как себя чувствуешь? — спросил я, направив несколько диагностирующих чар в воина. — Раны не болят? Дискомфорт? Что-то необычное?

Я с ожиданием уставился на эльфа, параллельно изучая данные, полученные от чар.

Организм бывшего ночного эльфа практически полностью перестроился под воздействием Тьмы. Сказалась восприимчивость ночных эльфов к энергиям. Связь с Источником Вечности была разорвана, но на ее место пришли Тьма и связь с моим доменом. Тело же воина стало крепче, чем у других ночных эльфов, однако с ним все было не столь однозначно. Если верить показателям, изменения не были доведены до конца, а значит получившийся слуга — лишь промежуточный вариант изменений.

Похоже, что на конечный результат повлиял тот факт, что в нынешнем теле я не обладал всей своей силой. Мне с трудом удалось сконцентрировать доступную мне энергию Тьмы в своей руке и напоить кровью уже практически умершего эльфа. Дальше Тьма сделала свое дело, а я едва ли мог контролировать процесс.

В своем родном теле для того, чтобы обратить этого ночного эльфа и получить при этом лучший результат, мне хватило бы одной капли крови. Количества же пролитой в этот раз крови хватило бы, чтобы создать небольшую армию или же получить кого-то, не уступающего Шеале.

«Надеюсь, открытие портала не заставит себя ждать», — подумал я, посмотрев на свою руку, в которой была сконцентрирована Тьма.

Первостихия изменила конечность до неузнаваемости. Кожа на руке до локтя была угольно-черной. Пальцы немного удлинились, а аккуратные ногти стали острыми когтями. Очень знакомые изменения: похоже Тьма попыталась подстроить это тело под уже известный шаблон. Фактически подобный процесс должен был произойти со всем моим нынешним телом, если бы я чрезмерно пользовался Тьмой. Вот только это тело мне нужно было в прежнем состоянии.

— Благодаря вам, повелитель, я чувствую себя прекрасно, — излишне раболепно проговорил эльф, чем вновь привлек к себе внимание.

Еще раз окинув нового слугу взглядом, я не смог сдержать тяжелый вздох. Все же во время обращения я лелеял надежды на иной результат, который больше соответствовал бы поставленным задачам.

«Придется работать с тем, что есть», — подумал я, сложив руки на груди и задумчиво постукивая указательным пальцем по губам.

Мой взгляд блуждал в поисках предмета, который можно было превратить в артефакт. Мне нужно было создать очередную безделушку, которая бы скрыла внешний облик обращенного эльфа. В целом, для подобной задачи подошел бы любой предмет, но я искал что-то неброское и в то же время не слишком мелкое. Все же создавать артефакт приходилось фактически в полевых условиях, и тут уже было не до тонкой работы.

В конце концов, мой взгляд снова остановился на эльфе.

— Сними наруч, — коротко приказал я, здраво рассудив, что элемент брони будет наименее броским в сложившейся ситуации.

Обращенный быстро исполнил приказ и протянул наруч мне.

— Придется повозиться, — со вздохом протянул я, крутя в руках предмет, после чего отдал очередной приказ. — Охраняй меня и не дай ко мне приблизиться.

Кивнув, темный эльф подобрал с земли оружие и приготовился защищать меня от гипотетической угрозы даже ценой своей жизни. Возможно, это и было лишним, но учитывая, что мне уже посчастливилось столкнуться со зверями скверны, лишняя предосторожность не помешала бы.

— Приступим, — сказал я, присаживаясь прямо на землю, и поднес к лицу наруч.

На создание артефакта ушло с десяток минут, что довольно много, учитывая, что я уже успел набить руку в создании подобных артефактов. Однако большая часть этого времени ушла на то, чтобы в уже заложенные чары изменения облика внести банальный переключатель. Это потребовалось, чтобы минимизировать расходы заложенной энергии, которой хватит от силы на час беспрерывной работы артефакта. С переключателем же обращенный сможет включать и выключать артефакт.

— Готово, — сказал я, устало выдохнув и протянув наруч обращенному.

Только теперь я понял, насколько выдохся после всех манипуляций, что предшествовали этому моменту. Большая часть сил ушла на то, чтобы превратить бывшего ночного эльфа в верного слугу, после чего, не успев восстановиться, я продолжил вовсю пользоваться магией. Из-за всего этого доступный мне резерв рисковал показать дно.

«Не хотелось бы свалиться с истощением», — нахмурившись, подумал я прежде, чем приступить к объяснению поставленной перед эльфом задачи.

— Возвращайся в Сурамар, — приказал я, пока обращенный надевал наруч обратно. — Там ты должен найти мою ученицу Шеалу. Это не должно составить труда. Образовавшаяся с доменом связь должна тебе помочь с поисками. Ты должен передать ей, что пора отбросить осторожность и ускорить события, после чего поступишь под ее командование в качестве охраны и помощника.

После я кивнул на наруч и продолжил:

— Артефакт на твоей руке поможет попасть в город и не вызвать своим обликом лишних вопросов. Все, что тебе нужно, — активировать его, когда подберешься к городу. Чтобы это сделать, направь немного энергии в руну активации.

Я указал на небольшой, едва видимый, рисунок, похожий на поломанные песочные часы. Рисунок никак не светился и не выделялся, что было мне на руку.

— Заряда в артефакте хватит на час беспрерывной работы, — продолжил я. — За это время тебе нужно будет найти Шеалу, и дальше уже она сможет зарядить артефакт. Все ясно?

— Да, повелитель, — склонив голову, произнес обращенный.

Я едва раздраженно вздохнул от подобного обращения. Все же во время обращения ночного эльфа явно произошла какая-то ошибка, вот только исправить ее у меня уже не выйдет.

— Приступай, — бросил я, после чего решил немного добавить мотивации, — и помни, что, если справишься, тебя будет ждать награда. Я уберу все твои увечья и закончу обращение, сделав тебя совершеннее.

Подойдя немного ближе, я фактически навис над бывшим ночным эльфом и, заглянув ему в глаза, продолжил куда мрачнее.

— Но, если не справишься, тебя будет ждать суровая кара.

Эльф тут же опустил взгляд.

— Я не подведу, повелитель, — сказал он, не поднимая головы.

В ответ я лишь отмахнулся от него, тем самым намекнув на то, что обращенный уже может приступить к выполнению приказа.

— Время покажет, — пробормотал я себе под нос, смотря в спину удаляющемуся темному эльфу, — а я уже рассужу, подвел ты меня или нет.

Уже когда обращенный окончательно скрылся из виду, я вновь вернул свое внимание к почерневшей руке. В любой другой ситуации мне было бы плевать на ее внешний вид, но не в этот раз. Учитывая, что я собирался отправиться вслед за Малфурионом и Броксом, мне нужно было как-то скрыть изменения своей конечности. И я понимал, что в этот раз простым артефактом обойтись не получилось бы, тем более если, не восстановившись, я вновь потрачу силы, то появится риск слечь с истощением.

К тому же, я был уверен, что у меня не получится обмануть Кенария простым артефактом, если вдруг «посчастливится» вновь встретиться с лесным божеством.

— Итак, — озвучил я свои мысли, посмотрев на лежащий возле одного из трупов меч, — рубить или не рубить, вот в чем вопрос.

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

— Шан’до, — устало проговорил я, стоило только нам с Броксом ввалиться на поляну Кенария.

Мы достаточно долго петляли по лесу, убегая от преследователей. К счастью, у нас была хорошая фора перед ними. И все же у них был хороший шанс нагнать нас, когда мы столкнулись с невиданным доселе чудовищем.

Но, как оказалось, эта тварь была агрессивно настроена ко всему живому. Мне было трудно решиться на это, но, когда Лунная Стража вместе с простыми воинами нагнали нас, мы просто сбежали. Сбежали, оставив чудовище на них. Хватило и того, что Брокс сильно ранил монстра, хоть и ценой этого стала смерть одного из наших саблезубов.

Теперь же, когда мы смогли добраться до поляны учителя, мы были в безопасности. По крайней мере, я так думал.

Не успел я опомниться, как заметил рядом с учителем незнакомую фигуру странного существа с огненно-рыжими волосами. Я не мог понять, к какой расе принадлежал незнакомец, но вот он, похоже, нас знал. Иначе я никак не мог объяснить узнавание в его глазах, когда он увидел Брокса.

— Ты… — протянул незнакомец, нахмурив брови. — Вас не должно быть здесь. Слишком рано.

Он вскинул руку в сторону Брокса, и я почувствовал опасность.

— Нет! — крикнул я, поспешив встать перед орком.

Со стороны незнакомца вспыхнул огонь, но в следующий миг он моментально погас. А после на поляне разразился рев, в котором я едва узнал голос своего шан’до.

— Не бывать этому в моем святилище! — пророкотал полубог, и все мы были вынуждены зажать уши.

Наступила звенящая тишина. И в этой тишине невозможно было не услышать голос Кенария:

— Вижу, ты узнал одного из прибывших, друг Ронин.

Это был не вопрос, а утверждение. Утверждение, с которым никто не мог поспорить.

— Я не желаю вам зла, Ронин, — продолжил говорить учитель, когда не получил ответа, — но у меня, как и у остальных, появилось слишком много вопросов, на которые мы бы хотели получить ответы. И раз ваш спутник загадочным образом смог исчезнуть с моей поляны, ответить на наши вопросы придется именно вам, Ронин.

Тут учитель перевел задумчивый взгляд на Брокса.

— Хотя, — протянул он, погладив свою бороду, — теперь у нас есть еще один, кто бы мог пролить свет истины на происходящее.

— Его зовут Брокс, — решил влезть я.

— Брокс, — повторил за мной Кенарий, — я запомню. Но вот чего не помню, так того, чтобы я когда-либо встречал подобных ему существ. Как же Брокс прибыл сюда, ученик? Сдается мне, что тут сокрыта целая история.

Я посмотрел на Брокса, молча спрашивая у него разрешения на то, чтобы поведать его историю. И, получив разрешение, я приступил к рассказу. Начиная с самого спасения и заканчивая тем, как мы встретили странное чудовище на пути сюда.

— Как сказал шан’до Аварис, — в завершение сказал я, заметив, как слегка поморщился мой учитель при упоминании этого высокорожденного, — раса, к которой относится Брокс, называется орками.

Закончив говорить, я заметил, как оживился рыжеволосый, когда услышал, что кто-то узнал расу Брокса. И я мог понять его реакцию, ведь даже полубог ничего не знал о подобных существах, в то время как учитель Иллидана все знал. Загадочный высокорожденный вообще много чего знал и мало из всего этого рассказывал. Хотя последнее я не мог утверждать наверняка, ведь большую часть времени с ним проводил именно Иллидан, но и брат не создавал впечатления посвященного в секреты своего наставника.

— Вы сказали, что смогли с помощью артефакта изменить облик орка, — вдруг заговорил рыжеволосый. — Я никогда не встречался с подобным, и, если артефакт все еще остался у вас, мне бы хотелось его изучить.

Но учитель вдруг остановил его простым жестом.

— Боюсь, что у нас нет на это времени, — голос полубога был напряженным.

— Что-то случилось, шан’до? — обеспокоенно спросил я.

Но лесной повелитель не спешил отвечать. Он вытянул руки в ту сторону, откуда мы пришли, словно пытаясь что-то схватить. Но вскоре послышался его раздраженный вздох.

— Нападение, — ответил он, нахмурившись, — боюсь, что чудовище, которое ты описал, ученик, было не одно… и вы привели его сородичей сюда.

Я удивленно вскинул брови.

— Невозможно, — прошептал я, — мы видели только одно и тот…

Но мне не дал договорить вдруг заговоривший Брокс.

— Звери скверны не охотятся одни, — прорычал орк, сжимая кулаки.

— Даже если зверь был один, — заговорил названный Ронином, — если они впитают достаточно магии, то их может стать больше.

— Один стал многими, — сказал учитель. — Боюсь, в этом есть и моя вина.

И вновь на поляне повисла тишина. Брокс то и дело тянулся за спину, словно искал что-то, но каждый раз одергивался.

— Мне нечем сражаться с ними, — прорычал зеленокожий.

— У тебя будет оружие, — сказал Кенарий, махнув рукой в сторону. — Найди упавшую ветку, а ты, Малфурион, будь рядом. Будешь помогать.

Брокс быстро сделал то, что ему приказали, и вскоре перед нами оказалась массивная ветвь.

— Встань на колени, ученик, — начал раздавать указания Кенарий, — и положи руки на ветвь. Ты тоже, воин, садись рядом и положи свои руки на руки Малфуриона.

Когда мы сделали, что велел полубог, он продолжил руководить процессом:

— Очисть свой разум воин. Думай только об оружии. Только о нем! А ты, Малфурион, открой свой разум, позволь его мыслям течь через тебя. После я поведу вас.

Мы погрузились в процесс с головой. Учитель продолжал давать указания, а мы им следовали. Я чувствовал, как через мои руки проходит сила, а ветвь под ними медленно меняет очертания.

Не знаю, как долго это все продолжалось, но я отчетливо чувствовал, как утекает время. Вскоре я понял, что эти чувства не принадлежали мне. То были чувства учителя, который отчетливо ощущал приближение чудовищ.

К счастью, процесс создания оружия закончился, и вскоре орк был вооружен большим топором. Было видно, что он сомневался и хотел было озвучить это, но не успел.

Послышались шелест листвы и треск ломаемого дерева. А вслед за звуками на поляну выпрыгнули двое чудовищ, чьи щупальца жадно извивались, словно ища лакомство. И оно было найдено.

Их морды устремились на учителя, и чудовища в могучем прыжке попытались достать полубога. Время словно замедлило свой ход. Я смог отчетливо разглядеть удивление в глазах учителя. Похоже, что он никак не ожидал, что станет первой целью этих чудовищ. И все же я не волновался за наставника. Я верил, что он сможет уйти от атаки или дать достойны отпор.

Словно в подтверждение моих собственных мыслей, в один миг два чудовища, что все еще находились в воздухе, были нанизаны на моментально возникшие из земли каменные шипы. Время вернуло свой ход, а поляну огласил ужасный вой.

И все же это не убило ужасных зверей, хоть и остановило. Однако на этом внезапная атака не закончилась.

Вой мерзких тварей усилился, и я увидел, что шипы постепенно начали шевелиться и расти. Вскоре из тел монстров стали вырываться острые каменные иглы, что так же увеличивались в размерах. Стало понятно, что шипы разрастались в телах зверей скверны, подобно корням дерева, что причиняло тварям ужасную боль.

Вой монстров все усиливался, переходя то в скулеж, то в хрип, но вскоре все звуки прекратились. Головы чудовищ пробили каменные отростки, вылезшие изнутри, что оборвало мучения зверей. Ужасные монстры были мертвы.

Как только стало очевидно, что с чудовищными зверьми покончено, я удивленно уставился на Кенария. В моей голове была куча вопросов. Зачем нужно было это промедление, если полубог мог и сам расправиться с врагами.

Однако мой вопрос застрял у меня в горле, когда я увидел удивленное лицо лесного повелителя. Он не меньше моего был шокирован происходящим.

И не успели мысли в моей голове достаточно оформиться для того, чтобы начать разбираться в происходящем, как вдруг раздался голос. Очень и очень знакомый, полный сарказма голос.

— Заметьте, ни одного огненного заклинания! И после этого они говорят, что я не берегу природу.

Глава 14. Недоверие полубога

***

Аварис.

— Интересное место, — задумчиво проговорил я, осматриваясь и стараясь игнорировать посторонние взгляды.

Святилище Кенария действительно можно было назвать интересным местом. Сам воздух там был пропитан энергией природы.

Несмотря на то, что за время моего преследования наступила ночь, там, в самом сердце святилища Кенария, светило солнце. Его лучи пробивались через густую листву вековых деревьев, создавая причудливую игру света. Пропитанный энергией природы воздух казался невероятно чистым даже в сравнении с остальным миром, которому еще не были ведомы загрязнения посредством развития технологий. Несмотря на только что убитых мною тварей, вокруг было необычайно спокойно и тихо. Казалось, что само время текло иначе.

Однако всю идиллию этого места нарушала парочка трупов зверей скверны, что все еще были нанизаны на каменные шипы.

«Хотя в этой композиции определённо что-то есть», — подумал я, с придиркой оглядев результат своих действий.

Очередное столкновение, если его можно так назвать, со зверьми скверны показало, что эти монстры не столь уж и опасны, если знать, как с ними бороться. Всего-то и требовалось не позволить тварям коснуться себя мерзкими отростками, торчащими из их спин, или просто избавиться от них. В остальном, как показала практика, звери скверны оказались очень даже восприимчивы к магии.

Так что, в крайнем случае, всегда можно было использовать магию, которая и создавала вполне себе физические явления, как те же каменные шипы. Камень сам по себе не содержал ни капли магии, а это значило то, что, даже если зверю скверны удастся коснуться камня своими отростками, он не сможет выкачать магию для своей регенерации или размножения.

И хотя в итоге опасность этих существ оказалась не столь высокой, как думалось изначально, все же, в какой-то степени, они все еще представляли для меня интерес. В который раз мне приходилось сдерживать себя, чтобы не начать препарировать эти туши. Но несмотря на то, что пока было не время для подобных действий, я все же не смог отказать себе в удовольствии представить, какие же тайны я смогу изучить, если вскрою этих монстров. Не говоря уже о том, чтобы поймать парочку живьем.

— Зачем? — вдруг раздался озадаченный голос Малфуриона, который отвлек меня.

Я недоуменно посмотрел на него.

— Что зачем? — переспросил я, слегка нахмурив брови.

— Зачем ловить этих мерзких тварей живьем? — вместо юного друида в разговор решил вступить его наставник.

Я поднял голову, чтобы столкнуться с хмурым взглядом полубога. Кенарий выжидательно смотрел на меня и не собирался отводить взгляда, пока не получит ответа. Мне же оставалось лишь тяжело вздохнуть.

— Неужели я сказал это вслух? — со смешком переспросил я, попытавшись простецки почесать голову.

Но когда у меня ничего не получилось, я досадливо чертыхнулся. Впрочем, этим действием мне удалось переключить внимание присутствующих на другую тему…

— Шан’до Аварис, ваша рука… — озадаченно и даже с толикой сочувствия произнес Малфурион, глядя на мою конечность, а точнее на ее отсутствие.

В ответ я лишь помахал культей, что была на месте отрубленной мною же измененной конечности. Конечно, это был варварский способ скрыть изменения, но лучшего на тот момент я придумать не смог. Будь у меня чуть больше времени и необходимые материалы, можно было бы обойтись без крайних мер.

— Ах, это, — выдавил я из себя неловкую улыбку. — Пустяки. Всего лишь побочный эффект столкновения с еще одной подобной тварью.

Ни слова лжи и ни капли правды. Конечно, мои слова не смогли никого успокоить. Вот только этого мне и не требовалось.

— Ты не ответил на вопрос, волшебник, — вдруг прозвучал холодный голос Кенария, который заставил меня поморщиться.

Посмотрев на полубога, я наткнулся на холодный взгляд. Похоже, что хозяина лесов совершенно не волновало мое увечье, и уж тем более в нем не было ни капли сострадания в мой адрес. А это значило, что перевести тему мне не удалось.

С другой стороны, отсутствие внимания к моей руке тоже можно было считать маленькой победой. Это означало, что план сработал и полубог не почувствовал во мне остатков Тьмы.

— Всего лишь мысли вслух, — показательно вздохнув и постаравшись не выдать довольную улыбку, произнес я. — Мне было интересно изучить этих необычных монстров, чтобы знать, как с ними бороться.

— Я не заметил, чтобы у тебя возникли с ними проблемы, волшебник, — все так же холодно сказал Кенарий.

— Ты прав, — не став спорить, ответил я без какого-либо пиетета перед личностью полубога. — Вот только, чтобы расправиться с ними, было потрачено много сил, а изучив этих тварей, я бы смог подобрать куда более эффективный метод. Знаешь ли, иногда полезно изучить противника, чтобы знать все его слабости.

Я замолчал, хоть меня и тянуло ввернуть какую-нибудь колкость в адрес полубога. Столкновение с первыми тварями из Круговерти Пустоты, что знаменовало скорое прибытие Пылающего Легиона вкупе с предстоящим открытием портала для большей части моих сил, несколько притупили мою осторожность.

В конце концов, в предстоящей заварушке можно было убить или, как минимум, подставить мешающегося полубога.

Так и не дождавшись реакции от Кенария, я подошел ближе к юному друиду и орку. Но не успел я что-либо сказать, как мой взор упал на еще одно существо, что присутствовало на поляне. Это был человек. Мужчина средних лет с густыми рыжими волосами, одетый в мантию. Всего на секунду активированное истинное зрение позволило увидеть, что незнакомец был магом. Совсем не слабым, где-то на уровне мастера, если следовать одной из известных мне классификаций.

— Вижу, что ты узнал моего гостя, волшебник, — вновь послышался могучий голос Кенария, — и от того у меня все больше вопросов.

Раздраженно дернув уголком губ, я медленно перевел свой взгляд на полубога, который выглядел очень довольным, словно поймал меня на лжи.

— А я вижу, что у полубогов очень короткая память, — холодно ответил я, не отрывая пристального взгляда от этого «оленя». — Я видел, что ждет этот мир в будущем, отчего мне многое ведомо. Многое, включая расы, к которым принадлежит Брокс и этот пока неизвестный мне волшебник.

Я на секунду замолчал, прежде чем вновь переключить свое внимание на человека. Мне не нужно было знать, как человек появился здесь. Я был уверен, что его история мало чем отличалась от того, что мне успел рассказать Брокс. Однако если появление одного орка задолго до их вторжения на Азерот я еще мог списать на случайность, которую можно было в любой момент устранить при необходимости, то появление еще и человека заставило меня немного напрячься.

— Мне многое ведомо, — повторил я, не отводя взгляда от рыжеволосого волшебника, — и от того все становится только сложнее. Ведь сейчас не их время.

Судя по тому, как напрягся незнакомец, он это тоже прекрасно понимал. Как и понимал то, что теперь он не сможет избежать вопросов.

Я же тем временем, несмотря на неожиданно возникшую проблему, старался не выдать свою довольную улыбку. Ведь складывалось все наилучшим для меня образом. Допрос, которому совершенно точно будет подвергнут человек, сможет укрепить мою легенду о видении будущего.

«Чудес-сно», — не без удовольствия подумал я, все же слегка приподняв уголки губ в подобии улыбки.

***

Интерлюдия. Иллидан Ярость Бури.

Путь до крепости Черного Грача проходил в раздумьях. Столкновение с чудовищами, которые могли поглощать магию, немного выбило из колеи. В то же время тот факт, что я вышел победителем из битвы с монстром, с которым не справился целый отряд Лунной Стражи, будоражил меня. Я никак не мог отпустить из головы эту мысль.

И все же, каждый раз думая о своей победе, я не мог не вспомнить об учителе. Раньше, даже несмотря на демонстрацию и занятия, я не мог понять, для чего все это нужно. Почему нельзя просто изучить побольше могущественных заклинаний? После столкновения с чудовищами, едва ли походящими на псов, я изменил свое мнение. Теперь я понимал, для чего нужны были тренировки контроля. Ведь оперируя лишь толикой магической энергии, что была мне доступна под светом солнца, я смог запросто победить демоническое отродье.

«И все же это ни в какое сравнение не идет с возможностями учителя», — промелькнула у меня досадливая мысль.

Там, где мне пришлось изрядно поломать голову, чтобы с помощью крох энергии оживить меч лорда Гребень Ворона, учитель смог запросто, с помощью пары заклинаний, уничтожить сразу двух монстров, словно те были обычными, ничем непримечательными дворнягами.

Смотря на возможности шан’до, я не мог не представить себя на его месте. И я прекрасно понимал, что в подобной же ситуации мне было бы сложно выжить.

«Нужно попросить учителя, когда он вернется, увеличить количество занятий», — подумал я

В какой-то момент раздался шум, который отвлек меня от размышлений. Осмотревшись, я с удивлением отметил, что мы вернулись в Сурамар. И не успел я спросить, почему мы вернулись в город, как раздался голос лорда Гребень Ворона.

— Не удивляйся так, парень, — сказал хозяин крепости Черного Грача. — Прежде чем отправиться дальше, мне нужно предупредить гарнизон города о новых тварях, появившихся в округе.

И хоть от меня ускользнуло понимание того, зачем благородному заниматься этим самостоятельно, в ответ я лишь молча кивнул в знак того, что принял подобные объяснения.

— К тому же, — вдруг продолжил Гребень Ворона, — я решил, что перед отправлением в крепость мой новоиспеченный придворный маг хотел бы встретиться с одной юной послушницей. Как думаешь, могу я выделить немного времени для вас двоих, а?

Слова командира отряда заставили меня опустить взгляд. Я почувствовал, как мои уши и щеки начали пылать, но отнюдь не от смущения. Стыд заставил меня отвести взгляд, ведь только слова Кур’талоса напомнили мне о Тиранде.

— Вы правы, мой лорд, — сдавленно произнес я, не поднимая головы. — Мне и правда хотелось бы встретиться со своей подругой, прежде…

— Ни слова более! — довольно воскликнул Гребень Ворона. — Ты можешь отправиться в храм Элуны, как только мы пересечем черту города.

Замолчав, я лишь стал ждать момента, когда мы окажемся в городе, чтобы помчаться к храму. По пути в голове метались мысли. Как мне найти Тиранду? Помогли бы мне другие сестры Элуны? А может не все знают мою подругу? Не хотелось бы терять время. Не уверен, что лорд Гребень Ворона дождался бы меня в случае задержки.

Но, к счастью, мне не пришлось тратить время на поиски Тиранды. Стоило мне только приблизиться к храму, как на его ступенях я увидел до боли знакомую фигуру в компании с еще одной сестрой. Они что-то оживленно обсуждали, но, как только я подошел ближе, вдруг замолкли.

— Похоже, ваш друг вернулся, сестра Тиранда, — с лукавой улыбкой проговорила старшая из эльфиек.

Слова служительницы храма заставили Тиранду встрепенуться и посмотреть в мою сторону. Не передать словами то, что я испытал, когда увидел радость в глазах подруги. Кажется, что сердце на мгновение пропустило удар, прежде чем забиться еще чаще.

— Не буду вам мешать, сестра, — все с той же лукавой улыбкой проговорила старшая служительница храма, ободряюще подтолкнув Тиранду в мою сторону.

Сделав пару шагов вперед, я ловко поймал подругу, которая спешно сбежала вниз по ступеням. В этот момент мы встретились взглядами. Радость в глазах Тиранды начала спешно сменяться беспокойством. Было видно, что она желала как можно скорее узнать новости о судьбе Малфуриона.

— Они в безопасности, Тиранда, — слегка поморщившись, ответил я на незаданный вопрос, — можешь не волноваться. Лучше порадуйся за меня. Лорд Гребень Ворона взял меня под свое крыло! Мы сражались с ужасной тварью, которая чуть было не убила лорда, но я смог остановить ее! Смог убить с помощью своей магии! Днем!

Я распалялся все больше в надежде вновь увидеть радость в глазах Тиранды. Я надеялся, что она порадуется моим успехам. Однако реальность оказалась совершенно иной.

— Малфурион убежал? — словно игнорируя все мои слова, спросила подруга детства. — Ты в этом уверен?

В этот раз я не смог удержаться. Тень легла на мое лицо, ведь вместо радости я услышал лишь недоверие и беспокойство за Малфуриона. Словно я стоял бы здесь в приподнятом настроении, если бы с братом что-то случилось.

— Уверен, — неожиданно холодно сказал я. — Когда мы нагнали группу, что преследовала Малфуриона и Брокса, то наткнулись лишь на растерзанные тела. Среди погибших не было ни брата, ни этого зеленого животного. Им удалось скрыться до того, как чудовище смогло убить их.

Глаза Тиранды широко раскрылись от шока.

— Те твари, которые столкнулись с первой группой, — продолжил говорить я. — Они уничтожили всех. Не оставили ни единого шанса. Волшебники погибли немедленно, не осталось никакой помощи остальным. Все воины, кроме двоих, отдали свои жизни, чтобы остановить их, а я убил одно существо с помощью лишь толики магии. Быстро и неотвратимо.

На мгновение замолчав, я заглянул в глаза подруги.

— Я нашел свою судьбу, ты понимаешь это? — с надеждой спросил я. — Похоже то, о чем рассказывал учитель, наконец-то начало сбываться. Лунная Стража не замечала меня, считая, что я недостаточно хорош, но я смог убить монстра, который убил троих из них. Я убил его и не использовал те медленные, тяжелые и бесполезные заклинания, что так обожает Кенарий. Я использовал только свою силу и истинную магию — то, чему учит меня шан’до Аварис. Я использовал свою силу днем и смог победить. Я…

Я внезапно осекся, когда заметил промелькнувшую в глазах подруги грусть. В тот же миг слова застряли в горле от осознания того, что Тиранда хотела бы услышать о судьбе Малфуриона и орка. В тот момент ей было практически наплевать на мой успех, что сильно удручало меня.

— Я очень рада за тебя, Иллидан, — тихо прошептала подруга.

Бесполезные слова. Может в них и была радость, но явно не та, что ждал я.

После того, как она замолчала, я долго молча смотрел на Тиранду, пока из моей груди не вырвался тяжелый вздох.

— С ними все хорошо, — так же тихо, как и подруга детства, прошептал я. — Они смогли уйти от преследования и от чудовищ. Но если тебе недостаточно моих слов и тебя волнует их дальнейшая судьба, то могу тебя успокоить. За ними отправился учитель…

— Шан’до Аварис? — тут же удивленно переспросила Тиранда.

— Да, — коротко и сухо ответил я. — Он точно не позволит им попасть в беду. Я уверен в этом.

Возможно, Тиранда и хотела что-то сказать, но вдруг со стороны послышалось вежливое покашливание. Мы отреагировали на этот звук вместе. Повернув головы, мы увидели лорда Гребень Ворона в составе отряда, который выжидательно смотрел на меня.

— Я должен идти, Тиранда, — спокойно сказал я, отходя от подруги. — Мне должны показать мое место в крепости и…

Договаривать я не стал, понимая, что подруга не это желает услышать.

— Возвращайся в храм, — сказал я, кивнув в сторону входа. — Возвращайся и ни о чем не волнуйся. Учитель не позволит случиться беде.

С этими словами я поспешил в сторону отряда, на ходу запрыгивая на своего саблезуба. И только когда я вновь влился в состав группы, и мы выдвинулись в сторону крепости, я позволил себе обернуться, чтобы увидеть, как знакомая фигура идет в сторону храма.

— Я хотел быть достойным тебя, — прошептал я, смотря вслед уходящей Тиранде. — И скоро я буду таковым.

***

Интерлюдия.

Ночные эльфы в страхе отпрыгнули, когда со стороны Псаря донесся недовольный рык. Вслед за ним последовала вспышка огня и хлесткий щелчок кнута, с которым не расставался слуга Саргераса.

Хаккар был недоволен. Звери скверны не были простыми животными или чудовищами. Нет. Они были разумны, как и практически все, кто состоял в Пылающем Легионе, за исключением лишь инферналов. Но звери скверны были не просто разумны. Они были частью Псаря. Все, что видели или слышали они, тут же узнавал и сам Хаккар.

Он почувствовал смерть своих зверей. Почувствовал и увидел, отчего его недовольство медленно стало перерастать в ярость. Псарь видел тех, кто стоял на пути прибытия Легиона. Видел и запомнил.

Особенно ярко он запомнил ночного эльфа, на лице которого застыла вечная усмешка, а обычно серебристые, без зрачков, глаза светились потусторонней синевой.

Псарь запомнил этого эльфа. Очень хорошо запомнил.

Вдруг вновь раздался щелчок хлыста, и рядом с Псарем начали появляться еще звери скверны. Сам же Хаккар переключил внимание на высокорожденных, что все так же безуспешно пытались усилить портал. Теперь они все как один смотрели на Псаря, что вызвало еще одну вспышку гнева.

— За работу! — тут же рыкнул Хаккар, подгоняя ночных эльфов. — К следующей ночи вы должны усилить портал вдвое.

Работа над порталом продолжилась, пока сам демон думал, что делать дальше. И чем дольше он думал, тем мрачнее становился. Ведь ему придется отчитаться перед Саргерасом, и повелитель Пылающего Легиона точно не будет доволен промедлением.

Глава 15. Началось

***

Аварис.

Мы медленно продвигались по лесу обратно, в сторону Сурамара. Я то и дело поглядывал в сторону человека, который что-то пытался доказать орку. Вот только зеленый не собирался слушать его. Мне оставалось только покачать головой и продолжить путь.

Удивительным образом допрос чародея по имени Ронин ничего не дал хозяину леса и другим полубогам, чье присутствие я ощутил в тот момент. Человек оказался достаточно стойким, чтобы не выдать своих секретов. Продолжать же допрос до последнего не желал сам Кенарий, опасаясь лишить Ронина разума. Я не вступал в дело по той же причине.

И тем не менее, несмотря на нулевой результат допроса, и без того было очевидно, что Брокс и Ронин, вместе со своим товарищем, — гости из будущего. Но рассказывать об этом самом будущем Ронин отказывался напрочь, утверждая, что в таком случае есть риск уничтожить его напрочь.

Послушав чародея, я с трудом удержался, чтобы не фыркнуть. Наверное, из всех присутствующих я лучше остальных представлял, как работает время. Однако я не стал что-то доказывать чародею. Не стал говорить, что его действия в прошлом не разрушат его будущее, а скорее создадут новую линию времени. Не стал я говорить и о том, что все это уже произошло благодаря одному только моему появлению в этом мире.

Я не стал вмешиваться, ведь в какой-то степени был согласен с человеком. Игры со временем до добра не доведут. Мне хватило мозгов это понять, когда я пытался привить себе ген Старшей Крови. Даже тех урезанных способностей, что были заложены в этом гене, оказалось достаточно, чтобы породить множество аномалий.

— Шан’до Аварис, — вдруг позвал меня молчавший на протяжении всего пути Малфурион.

— Слушаю тебя, юный друид, — произнес я, продолжая путь и внимательно осматриваясь по сторонам.

— Я бы мог попробовать помочь вам, — неуверенно начал ночной эльф.

Обернувшись, я посмотрел на Малфуриона, который с намеком смотрел на мою культю.

— Не стоит, Малфурион, — улыбнувшись, ответил я. — Лучше побереги силы. С этой напастью я справлюсь и сам, как только немного восстановлю силы.

И хоть с виду могло показаться, что я скромно отказался от помощи, в действительности мне хотелось отказать куда более жестко. Все же подпускать к себе друида и позволять ему что-то делать с моим, пусть и даже временным, телом я не собирался. Слишком рискованно.

К тому же, отсутствие руки для меня не было помехой.

Дальнейший путь был проделал практически в полном молчании. Конечно, Ронин все же пытался поднимать вопрос целесообразности возвращения в город, ведь Брокса и Малфуриона пытались поймать. Но каждый раз чародей натыкался на «стену» в виде меня. В какой-то момент мне надоело объяснять ему, что в свете новой угрозы в лице Пылающего Легиона куда лучше держаться ближе друг к другу.

Не говоря уже о том, что вернуться в любом случае было необходимо, чтобы хотя бы предупредить о надвигающейся угрозе. Мне совсем не нравился расклад, при котором Пылающий Легион попортит мои драгоценные «игрушки». И уж точно совсем не улыбалось отдавать этот мир тварям скверны.

«Нужно будет связаться с Шеалой, возможно ей понадобится моя помощь в открытии портала», — начал я продумывать последовательность действий после того, как мы вернемся в город.

Однако реальность решила внести коррективы в мои планы.

Лес внезапно заполнился закованными в броню эльфами, что вызвало соответствующую реакцию у моих спутников. Брокс зарычал, перехватив поудобнее топор, а от Ронина полыхнуло магической энергией. Только Малфурион был безучастен и выглядел удивленным.

Мне же потребовался всего один взгляд, чтобы оценить ситуацию, после чего бросить парализующие чары в спутников.

— Отличная работа, учитель Аварис, — раздался голос Гребня Ворона. — Мы не сомневались, что у вас получится изловить чужаков.

Посмотрев на ночных эльфов, что были верхом на саблезубах, я не смог сдержать тяжелый вздох.

— Это будет долгий и тяжелый разговор, — пробормотал я, наблюдая за тем, как спутников заковывают в цепи.

***

Интерлюдия. Шеала.

Я, не скрываясь, поморщилась, когда осталась наедине с «госпожой». Только что один из соратников этой самой «госпожи» покинул нас, получив указание принести все достаточно мощные артефакты, но не несущие в себе великой ценности. Мне предстояло вытянуть энергию из артефактов, чтобы создать достаточно мощный и стабильный портал в домен, чтобы учитель смог наконец-то явиться со всей своей силой.

Мои размышления были прерваны слабеньким всплеском магии со стороны «госпожи».

Раздраженно вздохнув, я посмотрела на ночную эльфийку, которая была самым высокопоставленным лицом в этом городе.

— Не надоело? — устало спросила я, посмотрев на бесстрастное лицо ушастой особы.

На лице эльфийки не дрогнул ни единый мускул, но я почувствовала, как сознание, запертое внутри этого тела, яростно бьется в оковах, пытаясь освободиться.

— Я, конечно, не учитель с его несгибаемой волей, — криво улыбнувшись, сказала я, с удовольствием наблюдая за попытками эльфийки сбросить с себя чары, — но даже моих навыков достаточно, чтобы удерживать контроль сколь угодно времени.

С каждым словом я подходила все ближе к эльфийке.

— Вот только и особым терпением я не наделена, — продолжила я вкрадчиво, — так что, если продолжишь свои попытки сбросить чары, я просто избавлюсь от тебя и займу твое место. Надеюсь, мы поняли друг друга, ушастая?

С этими словами я показательно приняла облик плененной эльфийки и снисходительно посмотрела на нее, чувствуя, как ее сознание бьется в оковах. Великий магистр Элисанда, фактическая правительница города, теперь была не более чем марионеткой в моих руках.

Я бы с большим удовольствием уже избавилась бы от нее, но подобные действия могли привести к нежелательным последствиям. Все же, даже если занять ее место, считав предварительно память, я не смогла бы долго и достоверно изображать из себя невесть что. И даже если бы у меня все получилось, я не собиралась вечно придерживаться данного образа. Поэтому оставалось только держать в узде эльфийку до тех пор, пока учитель на клеймит ее, дабы избежать предательства.

— Вот и славно, — с милой улыбкой сказала я, почувствовав, как сознание Элисанды начало успокаиваться.

Только после этого я позволила себе вернуть обличье служанки.

«Учитель на меня плохо влияет», — подумала я, заметив, что мне начало доставлять удовольствие издеваться над плененной эльфийкой.

Отбросив лишние мысли, я подошла к рабочему столу «госпожи», на котором были разбросаны бумаги со списком доступных городу артефактов. Большая часть из них не имела никакой ценности даже для того, чтобы использовать их в создании портала. Другая же часть, напротив, была достаточно могущественна, но могла вызвать интерес у учителя. Поэтому использовать их было достаточно глупо, если я не хотела вызвать недовольство Авариса.

Таким образом оставалась лишь относительно небольшая часть артефактов, которые должны были помочь в создании портала. Конечно, я бы могла обойтись без подобных костылей, но тогда могло бы потребоваться больше времени для создания идеальной формулы достаточно стабильного портала. Хотя даже такой метод мог выпить меня досуха, ведь пространство в этом мире оказалось удивительно стабильным. Можно было спокойно строить порталы внутри мира, но стоило только попробовать «заглянуть» за его пределы, как приходилось вкладывать огромное количество сил. Даже удивительно, как у учителя, в его нынешнем состоянии, получилось открыть для меня проход.

Хотя даже в таком состоянии он был полностью отрезан от своей силы, чего не скажешь обо мне. Уверена, что, открыв проход для учителя и при этом используя только свои силы, я свалюсь на месте и справиться со мной сможет даже ребенок.

«Не думаю, что учитель похвалит меня, если ему опять придется спасать мою задницу из передряги», — поморщившись, подумала я.

— Как же не хватает еще одной пары рук, — устало проговорила я, стараясь не слать проклятья в адрес учителя за то, что опять взвалил на меня столь важную задачу.

Понимая, что артефакты доставят ещё не скоро, учитывая медлительность и инертность мышления эльфов, я полностью погрузилась в работу. Чтобы не терять время зря, я ушла в заклинательный зал вместе с Элисандой, где начала медленно выстраивать конструкт портала, оставляя места для встраивания артефактов.

Процесс был долгий, в какой-то мере даже медитативный. Но в какой-то момент я вдруг остановилась, не сразу осознав, что послужило причиной этому решению. Нахмурившись, я начала прислушиваться к собственным ощущениям, ощущая некую неправильность.

«Неужели ошиблась в схеме?», — подумала я про себя, начав проверять конструкт.

Но вскоре странное ощущение повторилось, и я наконец-то поняла, что остановило меня. Это было знакомое чувство. Словно кто-то использовал Тьму в пределах моей чувствительности.

— Учитель? — нахмурившись, прошептала я.

Но я быстро одернула себя. Всплеск Тьмы был слишком слабый даже для лишенного большей части сил Авариса. И он не стал бы использовать свою силу для мелочей, рискуя оказаться раскрытым. А значит это не мог быть учитель.

Больше не медля, я выскочила из заклинательного зала, удивив тем самым стоящих на страже эльфов. И больше всего они были удивлены спешащей за мной Элисандой. Поморщившись, я на ходу бросила в них чары забвения, решив разобраться со стражниками позже. В тот момент было куда важнее разобраться с ещё одним пользователем Тьмы.

«Надеюсь, до сражения не дойдет», - с вялой надеждой подумала я, понимая, что в случае сражения меня точно раскроют, и учитель за это меня не похвалит.

Выскочив на улицу, я была вынуждена взять себя в руки и пустить вперёд Элисанду, чтобы следовать за ней безмолвной тенью, как и подобает служанке.

Вскоре мы пошли по улицам города, сопровождаемые взглядами жителей. Мне было плевать на посторонних, поэтому я не обращала на них внимания, не забыл при этом отдать приказ Элисанде вести себя естественно.

Я строила наш маршрут, постепенно подводя нас к тому месту, откуда ощущался слабый источник Тьмы. И каково же было мое удивление, когда нам пришлось свернуть в неприметный переулок между домами.

Ожидая худшего, я начала накладывать на себя и «марионетку» защиту. Но когда мы достигли источника Тьмы, стало понятно, что все куда сложнее и проще одновременно.

Источником Тьмы оказался эльф, которого никак нельзя было назвать ночным эльфом. Темная, практически черная кожа, белые волосы и красные глаза, вкупе с обезображенным лицом, создавали зловещее впечатление. И стоило этому странному эльфу увидеть нас, как его взгляд уткнулся в меня, проигнорировав Элисанду.

Секундное промедление — и неизвестный эльф тут же рухнул на колено, склонив голову.

— Госпожа Шеала, — хрипловато произнес эльф, — меня отправил владыка…

Смотря на эльфа, я невольно издала тяжёлый вздох. Мое настоящее имя он знать не мог, поэтому было нетрудно понять, кого он назвал владыкой.

— Похоже, нам предстоит долгий разговор, — потерев переносицу, проговорила я, как вдруг послышался слабый вздох.

Осмотревшись, я увидела, как Элисанда неожиданно начала оседать на землю, сопровождаемая нашими удивлёнными взглядами.

— Какого… — я хотела было выругаться, но резко очнулась.

Со стороны более оживлённых улиц вдруг начали доноситься обеспокоенные возгласы, что медленно переходили в панические крики.

***

Интерлюдия. Ксавий.

Хаккар был зол. Это чувствовалось, даже когда я просто находился рядом с ним. И я прекрасно понимал его. Наши успехи были незначительны. Пытаясь усилить портал, мы из раза в раз терпели неудачу, с трудом удерживая целостность прохода. Нам словно не хватало энергии, что звучало просто немыслимо, учитывая, что портал напрямую был связан с Источником.

— Неудача! — вновь в ярости закричал Хаккар. — Опять неудача!

Он замахнулся своим хлыстом, чтобы ударить им по спинам высокорожденных, что удерживали портал. Взмах. Щелчок. Псарь в самый последний момент остановил свой удар, отчего кончик его хлыста лишь щелкнул над головами испуганных чародеев.

В этот момент он обернулся, чтобы посмотреть на меня. В нем чувствовалась едва сдерживаемая ярость, которую он был готов излить на окружающих. Но, что удивительно, я не чувствовал страха.

— Что будем делать? — спокойно спросил я.

Недовольно рыкнув в ответ, Хаккар пошел в сторону портала. Хотя обычно по его пылающему черепу сложно понять, о чем он думает, в этот раз было понятно, что Псарю не нравилось то, что придется сделать.

Он медленно опустился на колено перед порталом и застыл. Мне не трудно было догадаться, что Хаккар вел диалог с самим Саргерасом. И диалог этот не продлился долго.

Вскоре Псарь медленно поднялся на ноги, и выглядел он изрядно уставшим.

— Великий недоволен, — прорычал Хаккар. — Но он великодушен, поэтому обещал прислать одного из полководцев.

Он не стал более ничего пояснять и, взмахнув хлыстом, который щелкнул над головами чародеев, проговорил:

— Приготовьтесь. Нужно удержать портал.

Не успел отзвучать приказ, как портал начал странно себя вести. В тот же миг, отбросив лишние мысли, я поспешил на помощь высокорожденным и вскоре почувствовал, как сам Псарь также решил оказать помощь. Наши с ним знания и сила вплетались в заклинание высокорожденных, укрепляя структуру портала.

В следующий миг кромка портала разошлась в стороны, словно раздуваясь. Из пространственного прохода начали бить зеленые молнии, попадание которых сулило верную смерть. И тем не менее нам повезло, и никто не пострадал.

Портал начал пульсировать, словно имитируя дыхание, после чего стал растягиваться, сопровождая все это звуками рвущегося пространства.

В какой-то момент наблюдать за изменениями было уже невозможно, ведь с каждой секундой портал удерживать становилось все сложнее и сложнее. Я чувствовал, как выступивший от напряжения пот заливал все мое тело. Но я не мог позволить себе отвлечься. Не сейчас. Я ощущал силу того, кто вот-вот должен был ступить в этот мир.

Портал продолжал расширяться, пока не коснулся потолка, после чего изверг из себя огромное темное существо. Величие одного из полководцев бога затмевало всех. Перед ним даже Хаккар казался чем-то ничтожным.

Псарь и Стражники Скверны, что были призваны для защиты королевы Азшары, не внушали столько ужаса, как вновь прибывший. Полководец великого был существом, передвигающимся на четырех широких ногах, которые заканчивались тремя массивными когтями. Низ его тела чем-то напоминал дракона. Огромный хвост скользил по полу, рискуя снести кого-нибудь из чародеев, удерживающих портал. И от кончика хвоста до самой головы существа тянулась грива, сотканная из зеленого пламени. Верхнюю часть тела посланника небес было сложно причислить хоть к одной из виденных мной рас.

За спиной этого величественного существа были расправлены огромные кожистые крылья. И хоть размер их был велик, я не был уверен, что они способны поднять столь огромное создание, как прибывший полководец.

— Маннорот, — вдруг склонив голову, проговорил Псарь.

— Ты разочаровал его, — произнес крылатый полководец.

— Мне нет прощения, — прошипел в ответ Хаккар.

— Рад, что ты это понимаешь.

Маннорот слегка склонил голову и посмотрел на Псаря, словно тот пустое место. В следующий миг один из зверей скверны, стоящих возле Хаккара, резко заскулил. Всего за одно мгновение его объяло черное пламя, которое буквально пожрало зверя, ничего после себя не оставив.

— Рад, что ты это понимаешь, — повторил Маннорот. — Больше никаких ошибок.

После взор полководца был устремлен в мою сторону, заставив меня застыть, подобно каменному изваянию.

— Великий доволен твоими стараниями, ночной эльф, — произнес Маннорот. — Но нужно ускорить процесс. Саргерас хочет лично присутствовать, когда мир будет очищен.

— Мы сделаем все возможное, чтобы ускорить приход великого! — воскликнул я, падая на колени, — но…

Стоило мне только продолжить говорить, как я почувствовал, что меня сковал страх.

— Но? — переспросил полководец с едва сдерживаемой яростью.

— Есть те, кто активно мешают приходу великого, — быстро закончил я, ожидая реакции посланца небес.

Маннорот выглядел задумчивым.

— Подробнее, — сказал он, смотря на Хаккара.

Псарю не оставалось ничего, кроме как последовать приказу. Он подробно рассказал о тех, с кем успели столкнуться его звери. Столкнуться и показать своему хозяину тех, кто посмел препятствовать приходу бога.

— Занятно, — прорычал полководец небесного воинства. — Двое из них вызывают интерес, остальные же — лишь пыль под ногами легиона.

— Можно послать больше зверей скверны, чтобы найти их, — предложил Псарь.

— Добавь Стражей, — приказал Маннорот. — На сей раз цели должны быть захвачены. Их стоит изучить. Их слабые и сильные стороны…

— Но не лучше ли поберечь Стражей Скверны, — неожиданно для самого себя влез я в разговор посланцев небес.

Маннорот переключил свое внимание на меня и одарил пристальным взглядом.

— Не волнуйся, ночной эльф, — удивительно спокойно проговорил полководец. — Скоро Стражей станет больше. Намного больше. Нужно только усилить портал. Надеюсь, твои чародеи готовы.

Я довольно улыбнулся и склонил голову.

— Они готовы на все ради нашей великой цели, — сказал я, склонив голову. — Однако, чтобы усилить портал, потребуется много сил. Мы высасываем энергию из Источника, но этого мало. Сил Источника недостаточно. Есть противоположные потоки, внешние реакции, влияния чародеев в других местах…

Я начал долгий доклад перед полководцем Саргераса, рассказывая о трудностях, с которыми мы столкнулись во время усиления портала. Источник — это средоточие огромной силы, и его должно быть достаточно, чтобы открыть портал для бога. Однако Источник связан со всеми ночными эльфами, отчего сложно направить всю его мощь в одно русло.

Источник был подобен одеялу, которое каждый перетягивал на себя. И нам было необходимо учесть каждый из потоков, чтобы при создании портала не было конфликтов энергий.

Мой рассказ длился достаточно долго, но вскоре я замолк, ожидая реакции Маннорота. Если кто и смог бы решить эту задачу, так только он.

Полководец выглядел задумчивым. Он повернулся к порталу, словно оценивая его. Задача действительно была не самой простой. И тем неожиданней прозвучал посторонний голос.

— Тогда почему вам не оградить Источник от внешнего вмешательства?

Повернувшись в сторону говорившей, я уже знал, кого там увижу. Королева во всем своем великолепии каким-то образом незаметно прошла в заклинательный зал.

— Это бы намного упростило Вашу задачу, — продолжила свою фразу королева.

На какое-то время в заклинательном зале повисло гнетущее молчание.

— Это можно организовать, повелительница ночных эльфов, — раздался довольный голос Маннорота.

***

Аварис.

Крепость Черного Грача выглядела внушительно. Огромное гранитное строение на вершине горы. Точнее крепость словно была частью этой самой горы, ведь внутри она была еще больше, чем снаружи. Нижние уровни крепости уходили вглубь горы и не спешили заканчиваться.

В какой-то степени крепость Черного Грача мне приглянулась. Дошло до того, что я начал продумывать способы забрать ее себе, так как уже представил, что это было бы идеальное место для нового вида эльфов.

Впрочем, подумать об этом можно было и позже. Пока куда важнее была судьба моих спутников.

Мы находились в огромном тронном зале, украшенном сияющими кристаллами, что использовались вместо примитивных факелов. Хозяин крепости восседал на каменном троне, что был расположен на небольшом возвышении, и задумчиво рассматривал моих спутников, которые стояли в центре зала, окруженные воинами.

Сам я стоял возле Иллидана, которого Гребень Ворона успел назначить своим придворным чародеем, что не вызвало радости у представителей Лунной Стражи, которые тоже присутствовали в зале.

— И вновь мы вынуждены просить вас, лорд Гребень Ворона, — продолжал канючить старший из представителей Лунной Стражи, — отдать чужаков нам, чтобы мы могли провести надлежащий допрос.

— У вас уже был этот зверь, — ответил лорд Кур’талос с едва скрываемой насмешкой, — и вы его упустили. Не вижу смысла доверять вам и других пленников. Мне не с руки после бегать по лесам, чтобы выловить всех, кто смог от вас удрать.

В повисшей тишине было отчетливо слышно, как Лунный Страж заскрежетал зубами.

— К тому же, — продолжил говорить хозяин крепости, — мы уже успели получить достаточно информации и удостовериться в ее правдивости.

В этот момент Кур’талос бросил в мою сторону многозначительный взгляд, который не укрылся от представителей Лунной Стражи.

— Малфурион, — обратился Гребень Ворона к друиду, — прошу повтори все то, что ранее ты рассказал мне.

— Я попробую, — неуверенно пробормотал юный ночной эльф.- ----

И он рассказал. Рассказал все, начиная с момента своего обучения у Кенария, что вызвало недоверчивые и даже скептические возгласы со стороны Лунной Стражи, и заканчивая нашим возвращением. Рассказал он и о своем повторяющемся сне, и о силах, что закручивались вокруг Зин-Азшари.

Они слушали, как он рассказывал об Источнике и буре, что вызвали волшебники во дворце.

Единственное, что не упомянул ночной эльф, — это тот факт, что я помогал им с побегом, а также о том, что все, что происходит с Источником, делается с молчаливого одобрения королевы.

Стоило только рассказу Малфуриона завершиться, как Гребень Ворона вопросительно посмотрел на Лунную Стражу.

— Конечно, Источник более бурный, чем обычно, — прочистив горло, прокомментировал старший из Стражей, — и это вполне могло быть вызвано злоупотреблением его силой. Но это еще не доказывает правдивость слов этого юнца. Эта выдумка…

— Довольно, Латозий, — перебил его Гребень Ворона. — Мы уже успели убедиться в правдивости его слов.

Он вновь многозначительно посмотрел на меня.

— Истинно так, — заговорил я, выступив вперед. — Я лично был свидетелем всего, что происходило как вне дворца, так и в самом дворце. Ксавий и другие высокорожденные заигрывают с силами, совладать с которыми они не в силах. И недавно мы уже успели столкнуться с первыми последствиями подобных действий.

Гребень Ворона кивнул, понимая, что речь шла о зверях скверны.

— Пусть так, — упрямо продолжал Латозий. — Но это не объясняет появление чужаков на нашей земле. Они…

— Они появились здесь из-за аномалии, — перебил я Лунного Стража. — Аномалии магической природы, которая возникла из-за действий высокорожденных.

Я замолчал, ожидая реакции.

— Что скажешь, парень? — спросил Гребень Ворона, обратившись к Иллидану.

Ученик заметно сглотнул и вопросительно посмотрел на меня, на что я едва заметно кивнул.

— Словам брата я верю, — стараясь звучать уверенно, заговорил юный ночной эльф. — Но я не могу сказать того же о чужаках. Однако я также верю учителю Аварису. И если он утверждает, что виной всему действия высокорожденных, я могу с ним только согласиться.

— Отлично, — сказал Кур’талос, задумчиво покивав. — Я так же склонен верить словами твоего наставника. Ведь…

— Хватит! — вдруг рявкнул Латозий, не желая дальше меня слушать. — Довольно! Вы хотите, чтобы мы приняли все это на веру? Я требую допроса! Допроса, как над этим предателем, что решил помочь чужакам, так и над этим невесть откуда взявшимся калекой!

Во вновь повисшей тишине отчетливо было слышно, как Иллидан обозвал Латозия идиотом. Но не успел Лунный Страж как-то отреагировать на оскорбление, как в тот же миг отправился в полет от простого удара кулаком.

На месте, где совсем недавно стоял Латозий, возвышался я, показательно двигая каменной рукой, что мгновенно возникла на месте культи.

— Я бы мог допустить допрос Малфуриона или остальных, — спокойно проговорил я, сжимая и разжимая каменный кулак с помощью магических импульсов, — но лезть в свою голову я не позволю никому.

— Схватите его! — заверещал Латозий, держась за разбитый нос. — Убейте его!

Вот только Гребень Ворона и его воины даже не собирались подчиняться подобному приказу. Впрочем, этого нельзя было сказать о Лунной Страже, что, похоже, решила атаковать меня. Однако стоило им только попытаться создать заклинания, как они тут же начали распадаться. Повторная попытка ничего не дала, кроме еще более шокированных лиц Стражей.

Вскинув брови, я внимательно посмотрел на Иллидана, что тоже был удивлен. Он явно собирался вмешаться в происходящее, но так же, как и у Лунной Стражи, его заклинания начинали медленно распадаться.

Тут же активировав истинное зрение, я увидел нечто необычное. Связь с Источником, что имелась у каждого ночного эльфа, была словно чем-то заблокирована. И это могло означать только одно.

— Началось, — пробормотал я.

Глава 16. Вести из столицы

***

Аварис.

Вторжение Пылающего Легиона началось значительно раньше, чем я рассчитывал, и совершенно не вовремя. Мне бы хотелось встретить демонов, будучи «цельным». Впрочем, теперь это уже было не важно. Куда важнее было выстоять и остановить вторжение. Нельзя позволить каким-то паршивым тварям захватить мир, который я уже присмотрел для себя.

— Дилемма, — пробормотал я, вглядываясь в ночное небо, стоя у окна крепости Черного Грача.

Было в какой-то степени одновременно и забавно, и печально наблюдать за метаниями ночных эльфов, которых отрезали от Источника Вечности. Мне сложно было представить, как бы я себя вел, если бы меня так же лишили магии. Местные чародеи, не веря в происходящее, пытались сплетать заклинания одно за другим, но каждый раз проваливались. Хотя у самых умелых и опытных что-то получалось, все же эти попытки нельзя было сравнить с теми возможностями, что им были доступны ранее.

С рождения имея связь с Источником, эльфы похоже вовсе позабыли, как управлять своей собственной силой, а не заемной. И от этого из всей массы эльфийских чародеев начал выделяться Иллидан. Его возможности тоже значительно просели, но на фоне остальных ушастых он мог в разы больше.

— Бесполезные тренировки контроля перестали казаться таковыми, не так ли, — с усмешкой проговорил я, — Иллидан?

— Шан’до, — послышался голос юного эльфа, который на удивление был полон уважения.

Отвернувшись от окна, я посмотрел на молодого ночного эльфа, что, нахмурившись, смотрел на меня. Он пришел тихо, не уведомив никого. И долго, терпеливо стоял у меня за спиной, ожидая, пока я обращу на него внимание.

— Мне казалось, что ты должен быть возле Кур’талоса? — поинтересовался я, приподняв одну бровь. — Не думаю, что наш «великий» полководец отпустил тебя, чтобы дать проведать своего учителя. Уж точно не в преддверии надвигающихся событий, когда легионы демонов уже шествуют по землям Азерота.

— Вы знали, — скорее утверждал, нежели спрашивал Иллидан.

Меня так и тянуло вновь подразнить ученика, сказав, что мне известно многое. Но вместо этого я промолчал и лишь вопросительно приподнял бровь.

— Вы знали о вторжении, — нахмурившись еще сильнее, произнес Иллидан. — Знали про Источник. Знали, что все это произойдет. Знали и ничего не сделали, чтобы предотвра…

Он резко умолк, а я опустил руку, которой только что выпустил чары безмолвия. Вздохнув, я посмотрел на все еще хмурого ученика.

— Эх, молодость, — подражая старику, проговорил я. — Сначала говорите, а потом уже думаете.

Заглянув в золотые глаза Иллидана и сбросив меланхоличное настроение вместе с доброжелательностью, я нацепил на лицо жестокую усмешку.

— Ты прав, я знал, — ответил я, неотрывно смотря в глаза молодого ночного эльфа. — Я уже множество раз говорил, что мне многое ведомо. Но что-то никто не поспешил «приобщиться» к этим знаниям. Все вероятно подумали, что я все это говорю для красного словца. Пожалуй, только Кенарий всерьез воспринял мои слова, на то он и полубог. Он и понимает цену этих знаний. Вы же… А впрочем неважно.

Я показательно махнул рукой, одновременно с этим сняв с ученика чары. Не было смысла лишний раз сотрясать воздух. Еще в самом начале своего пути в этом мире я дал подсказку о грядущих событиях, и, пожалуй, только юный друид и его наставник восприняли мои слова всерьез. Первый смог сопоставить мои предостережения со своими опасениями, а полубогу попросту было известно куда больше, чем нам.

«Дожили. Начинаю проникаться уважением к друиду, — хмыкнув, про себя подумал я, после чего посмотрел на Иллидана, — Может попробовать прибрать к рукам Малфуриона?»

— И что дальше? — немного растерянно спросил Иллидан, отвлекая меня от мыслей о приобретении в свои ряды темного друида.

Однако ответить на вопрос мне не позволил один из воинов крепости Черного Грача.

— Лорд Гребень Ворона приказывает явиться к нему, — проговорил ночной эльф. — Прибыл гонец из Зин-Азшари.

Воин не стал дожидаться нашего ответа и поспешил удалиться, оставив нас одних. Но, несмотря на расторопность ночного эльфа и приказы местного властителя, я не спешил куда-то идти, чего нельзя было сказать об Иллидане. Молодой ночной эльф чуть было не рванул выполнять приказ хозяина крепости, но я остановил его, положив руку на плечо.

— Учитель? — удивленно спросил он.

— Ты хотел знать, что дальше, — произнес я, приподняв уголки губ. — И я тебе отвечу.

Взмахом руки я создал вокруг нас чары, которые должны были защитить нас от лишних ушей.

— Дальше ты отправишься в Сурамар, — сказал я, чем несказанно удивил Иллидана. — Там ты должен будешь найти мою ученицу…

— Но лорд Гребень Ворона, — попытался возразить ученик, чем вызвал мое неудовольствие.

На секунду полыхнув силой и удивив тем самым Иллидана, я пристально посмотрел ему в глаза.

— Плевать я хотел на Гребня Ворона, — практически прошипел я. — Так же, как и плевать мне на эту высокомерную суку, что возомнила себя королевой всего и вся. Плевать на Ксавия. Все, что меня интересует, — это судьба моего… нашего мира! Я не позволю паршивым демонам уничтожить этот мир, но для этого мне нужно, чтобы мой план пришел в исполнение.

— Какой план? — недоуменно переспросил ученик.

Его слова заставили меня недовольно дернуть уголком губ и чертыхнуться про себя. Я немного потерял контроль над своими желаниями, отчего сказал лишнего. Иллидану пока было рано знать обо всем.

«Хотя…», — подумал я после того, как в моей голове промелькнула мысль о честолюбии моего нового ученика.

Я был более чем уверен, что Иллидан не сможет остаться в стороне, если его поманить могуществом и тайными знаниями. И все же действовать нужно было немного аккуратнее.

— Как найдешь мою ученицу, у нее и спросишь о плане, — хмыкнув, сказал я, не став посвящать ночного эльфа в подробности. — Если, конечно, сможешь доказать ей свою полезность.

«А уж мелкая постарается обработать тебя как следует», — продолжил я про себя, подумав, что Шеала куда лучше умеет работать с разумными, нежели я.

Все же мне не хотелось подчинять Иллидана, подобно какой-нибудь марионетке. Он должен оказаться куда полезнее, если сохранить ему свободу воли.

Одновременно с этим я открыл портал позади ученика, который вел к окрестностям Сурамара, и толкнул туда молодого ночного эльфа, предварительно закинув ему в карман артефакт для связи.

— Ты хотел, чтобы я начал действовать, — сказал я с жесткой улыбкой на лице, увидев растерянность и удивление в глазах Иллидана. — И я начну.

Портал в тот же миг захлопнулся, и я остался один. Только после этого я наконец-то позволил себе убрать чары от прослушивания, чтобы сразу же направиться на встречу с хозяином крепости.

— Нельзя заставлять нашего «великого» полководца ждать, — усмехнувшись, проговорил я.

***

Малфурион Ярость Бури.

— Где эти маги, когда они так нужны? — недовольно проворчал лорд Гребень Ворона.

— Мы уже отправили за ними, мой лорд, — поклонившись, проговорил один из командиров, допущенных до совета.

— Эти выскочки… — начал было говорить Латозий, но вежливое покашливание прервало его.

Все в тот же миг повернулись в сторону источника звука, чтобы увидеть там шан’до Авариса. Он с вечной усмешкой на лице снисходительно смотрел на командира Лунной Стражи.

— Продолжай-продолжай, милейший друг, — издевательски сказал он, подходя ближе. — Что ты там говорил о выскочках?

Вот только Латозий ничего не ответил. Вместо него в разговор влез сам хозяин крепости.

— Вы здесь, — довольно проговорил лорд Гребень Ворона. — Это хорошо. Осталось только дождаться Иллидана и…

— Можем его не ждать, — вдруг перебил лорда наставник Иллидана. — Я отправил его в Сурамар с поручением.

На мгновение в зале, где проводился военный совет, повисло напряжение. Казалось, лорд Гребень Ворона не мог поверить своим ушам, равно как и остальные собравшиеся. Даже Брокс и Ронин с удивлением смотрели на Авариса, в то время как он сам, напротив, выглядел излишне расслабленным.

— Не стоит сверлить меня такими взглядами, — с усмешкой ответил учитель брата.

Его слова были подобны падению маленького камушка, что повлек за собой целый камнепад. Зал тут же взорвался от недовольных возгласов. Латозий обвинял Авариса в предательстве и диверсии. Лунная Стража вторила своему командиру, обвиняя учителя брата во всех возможных грехах. Даже Гребень Ворона не смог промолчать и со злостью прошипел:

— Не припомню, чтобы позволял кому-то командовать в своей крепости. С чего ты возомнил, что имеешь право отдавать приказы моему придворному магу?!

На мгновение после слов лорда Гребень Ворона повисла тишина. И только теперь можно было заметить, что на лице Авариса не дрогнул ни один мускул. Вот только в его взгляде пропала снисходительность, уступив место холоду и жестокости.

— Потому что он мой ученик, — тихо и спокойно ответил обвиняемый.

Но я не обманывался его спокойствием, понимая, что могло скрываться за этим показным спокойствием. И я был не одинок в своих суждениях. Ронин и Брокс так же понимали это, отчего и напряженно следили за происходящим, очевидно прикидывая, на чью сторону стоит встать, если конфликт обострится.

— В первую очередь, он мой ученик, — повторил Аварис, окинув своим взглядом всех в зале и остановившись на хозяине крепости, — и уже потом твой придворный маг, Кур’талос.

Былое уважение к лорду пропало из голоса чародея.

— И мне не нужно спрашивать чье бы то ни было разрешение, чтобы дать указание ученику, — продолжал вкрадчиво говорить наставник брата. — Особенно если это касается нашего всеобщего спасения. И я не собираюсь ради этого спрашивать мнение всякого мусора, что не способно управлять своей силой.

На этих словах от чародея полыхнуло силой, что заставило всех удивиться еще больше. Конечно, я знал, что кто-то сохранил возможность творить заклинания, однако никто не был способен напитать их достаточным количеством энергии. Но похоже, что у наставника брата таких проблем не было, словно у того был какой-то иной источник.

«Как и у меня», — подумалось мне, ведь благодаря учению Кенария я не лишился своих сил, когда всех отрезали от Источника Вечности.

— Если больше ни у кого нет вопросов, — проговорил Аварис, вновь окинув всех собравшихся взглядом, — то может мы наконец приступим к тому, зачем мы здесь собрались?

Мне было сложно представить, чтобы лорд Гребень Ворона пропустил такое унижение. И все же он промолчал, приказав наконец-то привести гонца. Похоже, его не прельщала возможность лишиться чародея, что не потерял своей мощи.

Гонец, которого привели часовые, едва стоял на ногах. Его броня была практически разорвана, а на теле можно было увидеть множество ран. Оставалось только задаваться вопросом, как он выжил и смог добраться до крепости.

Он тут же упал на одно колено перед лордом Гребнем Ворона.

— Мой лорд, — начал говорить гонец, не дожидаясь приказа, и голос его был очень слаб, — я пришел сообщить, что наступил конец нашего мира.

— Что? — непонимающе переспросил Гребень Ворона. — Что ты имеешь ввиду? Ты получил это сообщение из Зин-Азшари? Они…

— Я сам прибыл оттуда, — перебил он лорда.

— Невозможно! — воскликнул Латозий. — Чтобы добраться сюда из столицы, нужно в лучшем случае три, а то и пять ночей. Колдовство же недоступно.

— Я знаю, что было доступно, а что нет лучше, чем ты! — огрызнулся солдат, с яростью посмотрев на Латозия, совершенно игнорируя, что тот выше по званию.

Это было очень нагло, но никто не посмел и слова сказать гонцу, который выглядел так, словно в любой момент мог уйти в мир иной. Только шан’до Аварис одобрительно усмехнулся в ответ на слова солдата, и в его взгляде промелькнул интерес.

— Меня послали, чтобы молить о помощи, — продолжил говорить солдат, смотря на хозяина крепости. — Те, у кого осталась хоть капля силы, отдали свои жизни, чтобы отправить меня сюда. Они…

Воин сглотнул.

— Они иссушили себя, — продолжил он еще тише, — чтобы открыть проход. Наверняка я единственный выживший…

Повисла звенящая тишина. Каждый пытался осмыслить сказанное. И только наставник брата позволил себе недовольно цыкнуть.

— Какая потеря… — с искренней горечью в голосе проговорил он.

— Что с городом? — тут же спросил Гребень Ворона.

Воин не спешил отвечать. Он будто собирался с мыслями.

— Зин-Азшари пал, — наконец-то заговорил он и поверг всех своими словами в ужас. — Лежит в руинах, наводненный чудовищами, что не увидишь даже в самых страшных кошмарах.

Воин продолжал говорить, и никто не смел его перебить. Он рассказывал, как все удивились резкой потере всех своих сил. Многие пошли ко дворцу искать ответа у королевы. И это стало их погибелью. Воин рассказал, как из дворца хлынул бесконечный поток чудовищ, что вырезали все живое на своем пути. Рассказывал о смертях сотен и тысяч ночных эльфов, погибших от лап чудовищ. Рассказывал, как поднялась паника, как все пытались сбежать. И как на стенах дворца стояли часовые и молча наблюдали за происходящим, даже не пытаясь вмешаться.

— Мы бежали, мой лорд, — все тише говорил гонец, — все мы. Но… мы… не…

Он начал замолкать, а вскоре и вовсе свалился на пол без сознания. Похоже, усталость и раны все же сделали свое дело. К воину тут же подбежали часовые и по приказу Гребня Ворона унесли его, чтобы оказать первую помощь.

Все молчали. Никто не спешил начать разговор. Никто не смел сказать, что гонец бредил из-за полученных ран. Все пытались осмыслить его слова.

— Невозможно, — тихо проговорил один из Лунной Стражи. — Дворец… чудовища… Королева никогда бы не позволила этому произойти.

Все согласно закивали, а я лишь поморщился.

— Думаю, это дело рук Высокорожденных и Ксавия, — проговорил Гребень Ворона, тоже отказываясь верить в то, что все это произошло с попустительства королевы.

Я с трудом сдерживался. Ксавий — всего лишь советник. Не могло все это произойти без ведома королевы. Я был в этом абсолютно уверен и собирался сказать об этом, но в тот же миг мое тело вдруг застыло. Все, что я мог делать, — водить глазами из стороны в сторону, пока не наткнулся взглядом на учителя брата.

Он посмотрел прямо мне в глаза и медленно покачал головой, словно знал, что я хочу сказать. Только успокоившись, я почувствовал, как сковывающие меня чары исчезли.

— Кто этот Ксавий, — вдруг спросил рядом стоящий Ронин.

— Советник при дворе королевы, — тихо ответил я. — Пользующийся наибольшим доверием. Соперник лорда Гребень Ворона.

Ронин явно хотел что-то спросить, но ему не позволил это сделать Гребень Ворона.

— Все Лунные Стражи и те, кто сохранил хоть каплю способностей, должны быть немедленно собраны! — начал раздавать приказы хозяин крепости. — Разошлите гонцов и прикажите всем, чтобы организовали сопротивление. Этот кошмар нужно остановить.

— Это бесполезно, пока мы не сможем вернуть силу Источника, — влез с возражениями Латозий.

— И чтобы вернуть связь с Источником, нужна магия, — горько усмехнувшись, сказал лорд Гребень Ворона и резко дернулся.

Он мгновенно посмотрел на Авариса, который не спешил влезать с предложением своих услуг.

— Не надо на меня так смотреть, — начал отвечать он на незаданный вопрос. — Я бы мог вернуть связь с Источником, но для этого мне нужно оказаться близ Зин-Азшари. А это, как вы должны понимать, ныне равносильно самоубийству.

Гребень Ворона не смог сдержаться и досадливо поморщился.

— Однако, — вдруг продолжил чародей, чем вновь привлек себе внимание, — я знаю того, кто бы мог попробовать сделать это на расстоянии.

Я медленно прикрыл глаза и вздохнул. Мне не нужно было видеть, чтобы понять, что учитель брата безотрывно смотрел на меня.

— Не так ли, Малфурион? — послышался голос Авариса.

Глава 17. Срыв покровов

***

Интерлюдия. Латозий.

Вернувшись в выделенные мне покои, я наконец-то позволил себе выпустить копившееся раздражение. Швырнув попавшийся под руки стул в стену, я немного успокоился и присел на кровать, спрятав руками лицо. Но стоило мне только сделать это, как перед глазами возникли образы. Образы тех, кто стал причиной моего раздражения.

Первым был молодой выскочка, которого когда-то я сам отказался принимать в Лунные Стражи. И теперь этот щенок стал придворным магом Кур’талоса и смеет смотреть на нас свысока. Но и сам Гребень Ворона тоже не раз заставлял меня скрежетать зубами от еле сдерживаемого гнева. Этот ублюдок ни во что не ставил нас, всячески потакая своему протеже. Не сосчитать, сколько уничижительных слов было услышано в наш адрес со стороны Кур’талоса. И их стало только больше, стоило только всем нам лишиться связи с Источником.

Но эта парочка не шла ни в какое сравнение с тем, кто раздражал меня больше всего. Появившийся из ниоткуда высокорожденный, учитель этого малолетнего выскочки и тот, с чьим мнением стал считаться даже Кур’талос, — Аварис Шепот Тьмы.

Он был странным. Калека, по его же словам лишившийся руки во время столкновения с неведомой демонической тварью, но незадолго до этого успевший играючи разделаться сразу с двумя подобными монстрами. Я подсознательно чувствовал, что он не так прост. И вершиной его странностей стал тот факт, что, в отличие от нас всех, он не утратил возможность колдовать.

Последнее не было бы столь странным, ведь в наших рядах было еще одно существо, что так же было способно использовать магию. Но рыжеволосый чародей явно относился к некой другой расе, что не имела связи с Источником, отчего и не попал под удар. Этот же высокорожденный был таким же кал’дорай, как и мы. Но он, казалось, ни капли не потерял в своей мощи. Это настораживало и… пугало.

С ним явно что-то было не так. Но сколько бы я ни пытался понять, что именно в нем меня настораживает, ответ все время ускользал от меня. Я пытался разгадать секрет того, как ему удалось сохранить свою силу. Я мог лишь предположить, что у него есть связь с каким-то иным магическим источником, который позволял ему свободно использовать магию.

Невольно я задумался о том, насколько реально наличие неизвестного источника магии. Я был уверен, что королева не могла упустить нечто подобное из виду, но нельзя было полностью снимать со счетов подобный вариант. Ведь поверить в то, что этому калеке удалось сохранить свои силы без источника, было еще более невероятно. Хуже только предположить возможность, что этому ублюдку удалось каким-то образом создать этот самый источник.

— Невозможно, — фыркнув, пробормотал я.

Ясно было только одно — этот Аварис точно не собирался раскрывать свои секреты. А учитывая, что он сделал ставку на этого юнца Малфуриона, Аварис уж тем более не собирался делиться с нами источником.

— И это в преддверии нависшей над нами угрозы, — процедил я сквозь зубы. — Чертов ублюдок…

Внезапно раздались тихие и немного странные хлопки, которые заставили меня подорваться. Я начал было по привычке сплетать заклинание, но в какой-то момент чувство пустоты внутри напомнило мне о реальности. Тихо выругавшись, я принялся озираться по сторонам.

Мои покои были небольшими, и от того постороннему было негде скрыться. Кроме одного места…

— Браво, — стоило только хлопкам стихнуть, раздался отдаленно знакомый голос, который сейчас напоминал пробирающий до костей шепот. — Браво.

Голос доносился из единственного темного угла покоев. Казалось, что свет не проникал в тот угол. Словно что-то его поглощало. И чем дольше я вглядывался в темноту, тем отчетливее чувствовал на себе чужой взгляд. Но, игнорируя это ощущение, я стоически пытался рассмотреть незваного гостя.

Однако вскоре «гость» сам показал себя, и я наконец-то увидел личность вторженца.

Сначала в темноте зажглась пара глаз, которые светились потусторонним огнем. Взгляд был холодный, пронизывающий и… оценивающий. Вскоре после этого мне начало мерещиться движение в темноте. Словно тени сгущались, становясь плотнее и образуя фигуру. А спустя еще пару мгновений в круг света ступила нога, а вслед за ней и сам вторженец.

Это был тот, о ком я совсем недавно думал. Мерзкая усмешка, презрительный и холодный взгляд и отсутствующая рука, на месте которой теперь было каменное нечто, не давали усомниться в личности «гостя».

Я хотел было спросить, что он забыл в моих покоях и что вообще происходит. Но, раскрыв рот, я не смог издать ни единого звука.

— Давай пропустим стадию, — спокойно и тихо заговорил Аварис, — где ты меня спрашиваешь, что я здесь забыл, а после обвиняешь во всех смертных грехах. Лучше сразу перейдем к делу.

С этими словами он начал подходить все ближе, и стало заметно, что тени словно движутся вместе с ним, будто звери, что ластятся к своему хозяину.

— Думаю, наше знакомство началось несколько неправильно, — задумчиво продолжил незваный гость, подойдя вплотную. — Позволь мне исправить эту ситуацию.

Стоило ему договорить, как я вдруг услышал тихий шепот. Я внимательно смотрел на незваного гостя, но его рот был закрыт, и сам он молчал, лишь с интересом наблюдая за мной. Тем временем шепот все не замолкал, а становился только громче. В какой-то момент стало понятно, что этот самый шепот я слышу в своем сознании. Я пытался разобрать слова, но все было безуспешно. Однако я почему-то понимал, что мне твердил этот шепот.

Слова проникали в само сознание, словно разъедали его. Хотелось кричать, звать на помощь и молить о пощаде. Но из раскрытого рта так и не вырвалось ни единого звука. Не знаю, сколько продолжалась эта пытка, но в один миг шепот затих, а я осознал себя стоящим на коленях.

Из моей груди вырывалось тяжелое дыхание, я чувствовал, как холодный пот стекал по моей спине. Когда в моем поле зрения оказались чужие ботинки, я с трудом поднял голову, чтобы увидеть его — Авариса.

Он возвышался надо мной. Смотрел сверху вниз и оценивал. Он вытянул свою единственную руку над моей головой, предварительно полоснув по своей ладони. Вскоре кожа на руке начала чернеть и исходить темной дымкой, а из пореза выступила густая черная, как смола, кровь. Капля стекла по пальцам и нависла прямо над моим лицом.

В миг, когда капля темной крови сорвалась вниз, я краем сознания отметил, что мой рот приоткрыт. И спустя мгновение я почувствовал странный вкус на языке, после чего все мое тело скрутило от боли.

— Позволь представиться как следует — Аварис Шепот Тьмы, — послышался голос гостя сквозь пелену боли. — Но ты можешь звать меня «хозяин».

***

Аварис.

Вернуться в свои покои незамеченным не составило труда. Когда кроме тебя в крепости есть всего один разумный, сохранивший способность к магии, — это сильно развязывает руки.

Хотя теперь таких разумных стало на одного больше, но Латозий не станет светить своими возможностями без приказа.

Вообще идея обратить главу местной Лунной Стражи была несколько спонтанной, но менее полезной от этого не стала. Мне порядком надоело, что он постоянно влезал со своими ненужными комментариями и возражениями. Слишком уже высокое самомнение было у этого ночного эльфа. Впрочем, теперь эта проблема была решена.

Однако, обратив Латозия, я не только заткнул его, но и также заполучил верного последователя с высоким статусом. Через Латозия я фактически получал под свое командование всю Лунную Стражу.

«Нужно будет провести обращение всех Лунных Стражей. Нельзя разбрасываться ресурсами», — пронеслась у меня в голове мысль.

Вот только это дело пришлось отложить до тех пор, пока я не верну все свои силы. В нынешнем состоянии обращение Латозия отняло слишком много сил, так еще и использование Тьмы превысило таковое во время первого обращения падшего война. Сказывался тот факт, что Латозий был жив, здоров и полон сил. Боюсь, не лишись он магии, обратить его в нынешнем состоянии стоило бы полной утраты облика ночного эльфа.

В этот же раз обращение отразилось на моей второй руке и достигло плеча. Только теперь меня это мало волновало. Я планировал просто скрыть изменения, ведь в нынешнем положении некому было заметить «поражение» Тьмой.

Внезапно раздался стук в дверь, после которого дверь отворилась, и в проеме показалась голова одного из часовых. Я только и успел спрятать руку и с ожиданием уставиться на ночного эльфа.

— Лорд Гребень Ворона вызывает на военный совет, — проговорил воин и почти сразу исчез.

Тяжело вздохнув, я решил в этот раз не заставлять хозяина крепости ждать и практически сразу покинул покои. Но перед этим я сообразил для себя перчатку, которая должна была скрыть изменения там, где это нельзя было сделать рукавом.

Когда я добрался до зала, где уже не в первый раз проводился брифинг, я увидел, что практически все успели собраться. Даже Латозий уже был здесь и скрывал свой новый облик с помощью моего артефакта. Стоило мне появиться, как он бросил на меня мимолетный взгляд и едва заметно кивнул, чем заставил меня слегка поморщиться. Не хватало еще, чтобы кто-то начал задаваться вопросом, по какой это причине командир Лунных Стражей вдруг проявил ко мне столько уважения.

— Смотрю, все собрались, — сказал довольный Кур’талос. — В таком…

Договорить ему не дали резко открывшиеся двери. Все тут же повернулись на новое действующее лицо, которым, к моему удивлению, оказался Иллидан. Очень хмурый и задумчивый Иллидан. Я не смог удержаться и кинул на ученика вопросительный взгляд, на что тот одними глазами умудрился показать, что сейчас не время.

— Парень, — обрадовавшись, воскликнул Гребень Ворона. — Признаться, не ожидал увидеть своего мага так скоро после того, как шан’до Аварис отправил тебя в Сурамар.

— Прошу простить, мой лорд, — сухо и спокойно ответил Иллидан, — за свое отсутствие. Наставник просил передать вести властям Сурамара, чем я и занимался. Он же и снабдил меня артефактом, позволившим вернуться в кратчайшие сроки.

На какое-то время повисло молчание.

— Приятно удивлен, что ты вернулся так быстро, — сказал хозяин крепости. — И также должен выразить благодарность вам, шан’до Аварис, что предусмотрели необходимость уведомить городские власти. Думаю, благодаря вам Иллидан смог добраться значительно быстрее наших посыльных, а значит у города будет больше времени, чтобы собраться с силами.

Я не стал что-то отвечать и ограничился простым кивком. Иллидан же тем временем встал возле Кур’талоса, занимая тем самым положенное себе место.

Военный совет начался. Но я практически не вслушивался в то, что говорили собравшиеся. Вместо этого я, не сводя глаз, смотрел на Иллидана и гадал, почему он вернулся так быстро. Мне хотелось услышать его ответ, отчего я нетерпеливо начал постукивать ногой по полу.

К счастью, все рано или поздно заканчивается, как и закончилось это собрание, после которого я практически за шкирку увел Иллидана под удивленные взгляды собравшихся.

Уже оказавшись в покоях, я захлопнул за собой двери, параллельно набрасывая с добрый десяток заглушающих чар.

— Рассказывай! — приказал я, развернувшись к ученику и вперив в него пристальный взгляд.

Однако, к моему удивлению, юный ночной эльф нисколько не смутился такому вниманию и был спокоен, отчего и не спешил с ответом.

— Все приготовления завершены, учитель, — спокойно начал говорить Иллидан. — Моя помощь госпоже Шеале не потребовалась. Она просила передать, что готова в любой момент приступить к «плану» и ждет лишь вашего сигнала.

С этими словами он протянул мне обратно артефакт для связи, который я закинул ему в карман перед тем, как забросить в портал.

Слова ученика заставили меня предвкушающе улыбнуться.

— Наконец-то, — проговорил я, забирая из рук ученика артефакт.

Я разрывался между желанием в тот же миг отдать приказ Шеале и необходимостью дождаться более удобного момента. Но от размышлений меня оторвал голос Иллидана.

— Учитель, — позвал он меня и, дождавшись, пока я обращу на него внимание, продолжил. — Вам не кажется, что вы должны мне кое-что рассказать?

Я вопросительно приподнял одну бровь и с интересом посмотрел на ночного эльфа.

— Кто вы, учитель? — наконец-то задал он самый главный из мучивших его вопросов.

***

Ночной саблезуб недовольно дернулся и зашипел, когда рядом прошел Брокс. Дернув за поводья, я слегка похлопал, а после успокаивающе погладил большую кошку.

— Тише, тише, — тихо проговорил я.

Рядом на своих саблезубах уже восседали Иллидан и Ронин. Первого негласно приставили следить за чужаками, в то время как я сказал ученику постараться научиться чему-нибудь у человеческого волшебника. Надо ли говорить, что мою просьбу охочий до новых знаний Иллидан был готов выполнить с удовольствием.

Я же тем временем вспоминал минувший разговор с учеником. Разговор, на котором произошел срыв покровов, если можно было так выразиться. Я не стал рассказывать Иллидану абсолютно все, лишь приоткрыл завесу тайны своих возможностей и происхождения. Также я расписал ему свои цели, не став вдаваться в подробности. Упомянув о цели Пылающего Легиона, что готов уничтожить все живое во вселенной, и рассказав о существовании монстров куда более ужасающих, чем демоны Легиона, которые хотели поработить и извратить этот мир, я сказал, что хочу помешать им это сделать. Ведь мне дорог этот мир таким, какой он есть. Правда я не стал говорить о том, каким я хотел бы его видеть.

Полуправда на полуправде и ни единого слова откровенной лжи. Все эти новые сведения впечатлили молодого ночного эльфа, и в идеале было бы провести в тот же миг его обращение, но я не стал этого делать. Вместо этого я решил позволить ему быть свободным до поры до времени. Пока он сам не придет ко мне с просьбой об обращении.

К тому же, уж своего ученика я хотел бы обратить, будучи при полной своей силе, чтобы ничего не запороть. Впрочем, абсолютную свободу ученику давать было глупо, поэтому я смог взять с него клятву о молчании. Не хватало еще, чтобы несдержанный Иллидан сболтнул чего лишнего.

Теперь ему оставалось только выжить в предстоящем столкновении с Пылающим Легионом.

«Начинай», — мысленно приказал я, сжав в руке артефакт связи.

Глава 18. Буйство

***

Интерлюдия. Кориалстраз.

Я с величайшим трудом смог удержаться на спине своей более молодой версии. Внезапный приступ головокружения чуть было не скинул меня со своего места. Не уверен, что молодой Я успел бы поймать меня в таком состоянии до того, как я бы разбился о землю.

«Чертов Смертокрыл», — мысленно проклинал я вожака черной стаи.

Из-за этой безумной твари, недостойной называться драконом, весь мой план пошел насмарку.

Мне с величайшим трудом удалось ускользнуть из-под носа Хозяина Леса, чтобы добраться до логова красной стаи. Я рискнул всем, чтобы встретиться с моей королевой, надеясь, что она сможет помочь. Но реальность решила распорядиться иначе.

Моя королева. Моя любовь. Я до последнего не собирался рассказывать Алекстразе историю своего появления. Я не хотел говорить ей, что являюсь одним из ее супругов, прибывшим из будущего по вине магической аномалии.

Но сколь бы я ни пытался скрыть от Алекстразы свою историю, мне этого не удалось. Будучи Аспектом Жизни, она все поняла без слов. И хоть я не хотел вмешиваться в ход времени, опасаясь изменений, я все же хотел поведать о надвигающейся угрозе. И я был готов принять любое решение своей королевы, даже если бы она решила меня убить ради безопасности мира.

Однако моя Алекстраза решила, что не имеет права принимать такое решение в одиночку. Благодаря ей мне удалось попасть на Совет Пяти, где я должен был рассказать все, что смог бы выудить из своей дырявой памяти. Но именно на Совете я понял кое-что. Понял, что опоздал. Ведь над судьбами всех драконьих стай нависла угроза куда хуже, чем война с Пылающим Легионом.

Нелтарион, Хранитель Земли и мудрейший из Аспектов, уже пал под гнетом безумия. Этого еще не видели другие Аспекты, потому что они не знали, куда смотреть. Но меня это не касалось. Я прекрасно видел истинную сущность вожака черной стаи. Видел проросшее в нем безумие, которое он мастерски скрывал.

Если бы не мое плачевное состояние, я бы в тот же миг атаковал эту безумную тварь. И мне было бы плевать, что это может изменить будущее. Я был готов пойти на такой риск. Все, чтобы спасти мою стаю от участи стать рабами. Спасти синих от практически полного уничтожения. Спасти драконий род.

И именно моя реакция стала той самой роковой ошибкой. Ошибкой, что разрушила весь мой план, ведь я привлек к себе внимание Смертокрыла. Взгляд безумной твари, с чьей силой я не мог тягаться, даже будучи в полном расцвете сил, приковал меня к месту. Я был беспомощен. Я был словно открытая книга для вожака черной стаи, и он спокойно смог прочесть меня. А после вмешаться в мое сознание, чтобы я не мог ничего рассказать другим Аспектам.

И, что самое ужасное, моя королева… Моя Алекстраза. Она даже не заметила этого вмешательства.

Я не смог предупредить драконов об угрозе. Не смог.

— Ты в порядке? — услышал я драконий рев, который складывался в слова.

— Да! — крикнул я, стараясь перекричать гул ветра, хоть и понимал, что чуткий драконий слух уловит любой звук. — Продолжай движение, не беспокойся обо мне.

Если у дракона и были какие-то сомнения, то он ничего не сказал и лишь молча продолжил движение, оставив меня наедине со своими мыслями.

Единственным плюсом моей встречи со своей стаей стала информация о моем не самом лучшем состоянии. Я получил ответы на множество вопросов. Почему моя память была подобна решету? Почему я был практически лишен магических сил, и каждая попытка колдовать чуть ли не убивала меня? Почему я лишился возможности обращаться в свой истинный облик?

И ответом на все эти вопросы стал дракон. Тот самый дракон, на чьей спине я летел в Зин-Азшари. Моя молодая версия так же, как и я, подверглась влиянию временной аномалии после моего перемещения. Он так же лишился части своих способностей и возможности приобретать человеческий облик.

Мы были с ним как две половины единого целого и обретали всю свою мощь только находясь в непосредственной близости друг от друга. Это прекрасно понимала Алекстраза, отчего и приказала моей молодой версии сопроводить меня. Она же и не стала посвящать молодого дракона в тайну моей личности, хоть он и без того чувствовал странную близость со мной. По его же словам, словно мы были из одной кладки.

— Подлетаем, — вновь раздался голос дракона, который отвлек меня от размышлений. — Но что ты надеешься увидеть?

Я не стал ему отвечать. Мне не хотелось пояснять ему, что в действительности я надеялся ничего не увидеть. Ничего, что могло бы повергнуть меня в ужас.

Однако зеленоватая дымка, витающая в воздухе, что появилась с того момента, как мы стали подлетать к столице ночных эльфов, не оставляла мне надежды.

И картина, представшая перед нами, окончательно разрушила все мои надежды. Огромное, просто гигантское, зарево пожара. Пожара, что медленно и неотвратимо пожирал Зин-Азшари.

— Город в огне! — взревела моя молодая версия. — Как это могло произойти? Кто мог сотворить подобное?

Впрочем, мой ответ так и не потребовался. Ведь совсем скоро мы увидели и другие детали катастрофы.

Улицы города были завалены мертвыми телами ночных эльфов. Все до единого были убиты самыми жестокими способами. Без жалости или сострадания. Только абсолютная жестокость. Многие погибли вместе, в то время как других выслеживали и убивали по одиночке. Вместе с жителями города в грязи лежали и тела множества животных, среди которых преобладали саблезубы.

Вскоре мы увидели и тех, кто сотворил весь этот ужас.

Ряды демонов, подобно всесокрушающей волне, шли через город. Для моей молодой версии подобное зрелище было в новинку, в то время как для меня это было возвращением к некогда пережитому кошмару.

Пылающий Легион шел через Зин-Азшари, не оставляя на своем пути ничего, кроме смерти и чистого разрушения. И самым ужасным в этом зрелище были те немногие выжившие, что все еще пытались убежать от несметной демонической орды.

— Нужно им помочь! — взревел дракон, собираясь моментально перейти от слов к действию.

Но, к счастью, я успел вовремя его остановить.

— Нет! — закричал я, перекрикивая гул ветра. — Мы должны уходить.

— И бросить их?! — голос моей молодой версии был полон возмущения. — Ни за что!

Я с трудом сдержал раздраженный вздох. Этот юнец собирался ринуться в бой. Смертельный бой, и, скорее всего, последний в его жизни. В нашей жизни.

«Я и забыл, каким был упрямым в юности», — подумал я, прежде чем предпринять очередную попытку образумить «себя».

— Нельзя! — прокричал я столь громко, что рисковал сорвать голос. — Стой, Кориалстраз! Им уже ничем не помочь!

— Но…

Я чувствовал сомнение в голосе дракона, отчего решил продолжить убеждать его. Нельзя было упускать подобную возможность.

— Нельзя! — повторил я. — В этой битве нет смысла. Мы только зря погибнем и никого не сможем спасти. Или ты вдруг начал чувствовать себя лучше?!

Последние мои слова были несколько грубы и били по нашему общему самолюбию, но именно неуверенность в силах могла поспособствовать тому, чтобы Кориалстраз наконец-то образумился.

— И что ты предлагаешь? — в этот раз голос дракона прозвучал прямо у меня в голове.

Я ответил не сразу, погрузившись в себя и стараясь вспомнить хоть что-нибудь о нынешних событиях. Вот только единственным, что мне удалось вспомнить, был лишь тот факт, что ночные эльфы смогли справиться с угрозой Пылающего Легиона.

«Иногда, чтобы достичь желаемого результата, необходимо просто пустить все на самотек», — пронеслась в моей голове мысль, которая подтолкнула меня к окончательному решению.

— Мы должны рассказать о случившемся тем, кто сможет сделать больше, чем мы.

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Я топтался у дверей Храма Элуны, с удивлением отмечая отсутствие паники среди горожан. Несмотря на то, что Иллидан должен был уже сообщить городским властям о надвигающейся угрозе, в Сурамаре было на удивление спокойно.

Конечно, можно было увидеть большее, чем обычно, число стражей города, но они не мельтешили беспорядочно, поднимая панику. Напротив, все они действовали слажено. Можно было заметить, как раздавались указания, как город планомерно готовился к обороне. И все это было непривычно.

Сурамар сильно отличался от того, каким я его запомнил.

Однако додумать мысль о причинах подобных изменений я не успел. Из дверей Храма вышла та, кого я так долго ждал.

— Тиранда, — проговорил я, склонив голову в знак приветствия.

В тот же миг я почувствовал, как руки подруги детства обвили меня в объятиях.

— Малфурион! — радостно воскликнула она. — Как я рада, что ты цел. Как ты добрался сюда? Как Брокс…

— Тише, — спокойно сказал я, останавливая поток вопросов. — Нас поймали, точнее шан’до Аварис нашел нас и привел к Гребню Ворона, при этом обеспечивая нашу защиту. Так что с Броксом тоже все в порядке.

— Но…

Не знаю, что пыталась сказать Тиранда, но я остановил ее, подняв руку.

— Сейчас не время, — быстро сказал я, переходя к делу. — Ты ведь уже знаешь об случившемся в Зин-Азшари?

Лицо подруги моментально помрачнело, и она кивнула.

— Только в общих чертах, — тихо буркнула Тиранда. — Сейчас в городе каждый второй говорит об этом, но все продолжают готовиться к обороне. Старейшины уже разослали патрули, и вот-вот введут осадное положение. К тому же, сами они, по слухам, к чему-то готовятся. К чему-то магическому.

Последние слова Тиранда произнесла с сомнением, и ее можно было понять. Она не была столь сведуща в магии и не понимала, что можно предпринять в ситуации, когда все оказались отрезаны от Источника. Она не понимала, какие магические манипуляции можно производить, не имея доступа к магии.

И я бы тоже задавался подобными вопросами, если бы сам не смог сохранить способность творить магию. И, более того, я собирался вернуть связь с Источником Вечности.

Если же такой план был у меня, то почему подобных намерений не должно быть у других? Я более чем уверен, что во главе города были те, кто сведущ в магии больше, чем я или кто-либо другой. Возможно, они смогли придумать план, как вернуть себе магию, и теперь вовсю его воплощали.

— Чудесно, — произнес я, понимая, что Тиранда все еще ждала моей реакции. — Думаю, Старейшины знают, что делают. Мы не будет им мешать. Пожалуй, даже больше: мы им поможем. Скажи, Зал Луны сейчас занят?

Мой вопрос явно застал подругу врасплох, судя по ее удивленному взгляду.

— Н-нет, — с сомнением протянула она. — Верховная перенесла службу в главный зал из-за большого количества прихожан, так что Зал Луны должен быть свободен. Но зачем тебе эта информация?

— Проведи меня туда, — тут же попросил я.

— Хорошо, — согласилась Тиранда, хотя сомнений в голосе у нее не поубавилось. — Но может ты все-таки скажешь, что собрался делать, когда попадешь в зал?

Я медленно выдохнул, прежде чем ответить на вопрос Тиранды, ведь прекрасно понимал, что она попробует отговорить меня.

— Я намерен вновь войти в Изумрудный Сон.

***

Аварис.

Войско ночных эльфов направлялось в Зин-Азшари. Армия двигалась быстро. Даже слишком быстро. Гребень Ворона настаивал, что необходимо двигаться без остановки день и ночь. Он спешил перехватить легионы демонов и не позволить тем и дальше бесчинствовать на землях ночных эльфов.

Пришлось мне вмешаться и напомнить «великому» полководцу, что у его воинов есть свойство уставать, а уставшая армия — это подарок для демонов. Ко мне присоединились гости из будущего, а также Иллидан с Латозием. Только после этого Гребень Ворона согласился сделать привал.

Мне же приходилось бороться с желанием открутить голову этому полководцу. Его спасал только тот факт, что ему было сложно найти достойную замену. Я не обладал необходимой славой и статусом, чтоб повести за собой армию эльфов. Вторым на очереди командования был эльф, чье имя я даже запоминать не хотел. Его самомнение было сравнимо с его же тупостью.

— Мерзость, — тихо и с презрением прошептал я, смотря, как в стороне, верхом на саблезубе, двигался тот самый эльф и закидывал какой-то порошок за губу.

Рядом со мной раздался тихий и понимающий смешок Брокса. Орк прекрасно понимал мое негодование.

Остальные же спутники, в лице Иллидана и Латозия, решили промолчать. Другие же находились достаточно далеко, чтобы что-то слышать. Да и заняты они были.

Ронин двигался рядом с Кур’талосом в окружении охраны и оживленно рассказывал полководцу все, что знал о будущих противниках. К счастью, полководцу хватило ума принять во внимание информацию, полученную от рыжеволосого волшебника. Он даже отдал приказ пересмотреть тактику боя с учетом новых данных.

«Может они и не безнадежны», — подумал я, смотря на задумчивого Гребня Ворона.

— Скоро мы будем на месте, — раздался голос Латозия, который решил взять на себя роль моего помощника после того, как Кур’талос фактически отдал управление Лунной Стражей в руки Иллидана.

Вторя словам обращенного эльфа, проявился жуткий зеленоватый свет, который окрашивал собой витающую в воздухе дымку. В атмосфере повисло напряжение. В какой-то момент даже показалось, что я услышал драконий рев, но подобные мысли были быстро отброшены.

— Что-то приближается! — раздался крик, который заставил всех напрячься.

В тот же миг посыпались приказы рассредоточиться и быть готовыми отражать атаку. Также был приказ отправить разведку, чтобы узнать, кто приближается. Вот только последнее не требовалось, ведь ответ был и без того очевиден. В особенности для тех, кто уже не раз сталкивался с демонами.

— Это они, — прорычал Брокс, крепче сжимая свой топор.

Со стороны Гребня Ворона вновь послышались приказы. Было видно, что Ронин передал схожую информацию полководцу.

В тот же миг проревели трубы, и армия ночных эльфов растянулась, готовясь к сражению. Окинув взглядом тысячи воинов, что готовы были умереть, но не позволить армии демонов продвинуться дальше, я невольно поморщился.

«Какая трата ценного материала», — подумал я, понимая, что против тварей, что не боятся смерти и будут постоянно воскресать на просторах Круговерти Пустоты, нужны такие же твари.

В этот момент нашим глазам наконец-то предстала армия демонов. Бесчисленное множество монстров, что уничтожали все на своем пути. Они, подобно лавине, надвигались на нас. Было заметно, как большая часть воинов армии ночных эльфов заметно струхнули при виде грозного противника. С подобным еще никому из них не приходилось сталкиваться.

Тем временем армия демонов неотвратимо приближалась. И это был лучший момент, чтобы отдать приказ об атаке. Вот только приказа все не поступало.

Бросив быстрый взгляд в сторону ставки Гребня Ворона, я увидел, как напрягся полководец. Даже его на мгновение сковал страх. И это мгновение могло стать решающим в смертельной битве. Быстро осмотревшись, я понял, что в подобном состоянии находятся все, кто еще не встречался с Пылающим Легионом.

— Придется поработать идейным вдохновителем, — криво усмехнувшись, сказал я.

Всего на секунду прикрыв глаза, я приготовился использовать самые разрушительные заклинания из доступных мне в этот момент. Конечно, они должны были быстро выпить весь мой резерв, но нельзя было мелочиться.

Распахнув глаза, я уже был готов действовать. Раскинув руки, для того чтобы было легче сконцентрироваться, я выпустил сразу несколько заклинаний, которые были закачены энергией под завязку. И стоило только отпустить их с «поводка», я почувствовал накатывающее истощение. Но мне удалось быстро взять себя в руки и терпеливо ждать активации заклинаний.

Поначалу ничего не происходило, пока вдруг не послышался нарастающий гул. Земля под ногами двух армий начала трястись, а затем раздался оглушительный треск: прямо на пути Пылающего Легиона разверзлась земля. Из огромной расщелины в тот же миг хлынули потоки раскаленной лавы, что отрезали армию демонов от нас. Но на этом буйство стихии не остановилось.

Лава продолжала вытекать, поглощая первые ряды демонических отродий. Твари вспыхивали, подобно спичкам, превращаясь в живые факелы, а лава продолжала надвигаться на армию противника.

В тот же миг активировалось второе заклинание. Небо над армией демонов окрасилось в багровые цвета, пока в самом центре этого буйства на скопилось достаточно огненной энергии. Небеса раскололись и изрыгнули на головы наших врагов огромный поток огня, превращающийся во все уничтожающий луч. Этот пылающий столб стремительно разрастался, стремясь поглотить все больше тварей скверны.

И тогда активировалось третье заклинание. Оно собрало разлитую в округе огненную стихию и начало закручивать ее, постепенно образуя смерч. Огненный смерч, несущий хаос и разрушение. Огонь не оставлял и малейшего шанса на выживание.

И все же, несмотря на буйство стихии, я понимал, что этого недостаточно для победы над Пылающим Легионом. Но своей основной цели я все-таки добился. Армия ночных эльфов встрепенулась после подобной демонстрации и воспряла духом. Послышались приказы приготовиться к атаке, а значит можно было немного выдохнуть.

— Не позволяй страху управлять тобой, ученик, — перекрикивая гул огня, произнес я, повернувшись к ошеломленному Иллидану. — У тебя есть дар, Иллидан, так пользуйся же им. Я показывал тебе, как с помощью контроля брать под управление потоки энергий, и, как видишь, энергии теперь в округе полно. Пользуйся и помни, что Источник всего лишь костыль. Магия повсюду, надо лишь уметь ее использовать.

Молодой ночной эльф медленно перевел взгляд с буйства стихии на меня, и в его глазах можно было увидеть благоговение.

— Я последую за вашей мудростью, шан’до, — тихо ответил Иллидан, но в следующий миг его глаза резко распахнулись от удивления.

Я захотел узнать у него причину удивления, но так и не успел. В тот же миг, как только мой ученик удивился, я почувствовал резкую боль в груди.

Медленно опустив свой взгляд, я увидел, что из моей груди торчит когтистая рука, покрытая черной чешуей и костяными наростами, и сжимает истекающее кровью сердце. Сердце, что еще недавно было в моей груди.

— Можно было и помягче, — пробормотал я, почувствовав, как сознание погружается во тьму.

Глава 19. Следующий этап

***

Интерлюдия. Иллидан Ярость Бури.

Я не мог справиться с удивлением.

Сперва меня охватил страх, когда мы наконец-то столкнулись с армией противника. Несметные множества самых ужасных демонов надвигались на нашу армию, что казалась столь крошечной.

Сложно было представить исход, при котором мы могли бы одолеть противника. Мы практически лишены магии, а противник все так же силен. Что должно было произойти, чтобы у нас появился хотя бы мизерный шанс на победу.

И похоже все, кто был в нашей армии, разделяли мои мысли. Все, кроме пришлых и… шан’до.

Наставник с холодным интересом осматривался по сторонам. Мне даже показалось, что в его взгляде промелькнуло разочарование, когда он мельком посмотрел на меня. Но вскоре мне стало не до этого, ведь учитель наконец-то продемонстрировал свою мощь.

На место страха пришли удивление и благоговение перед подавляющей силой. Я впервые осознал ту пропасть, что разделяла меня с наставником. И ведь я не слышал, чтобы кто-то из Лунной Стражи или других высокорожденных показывал бы такой уровень силы. Наверное, на нечто подобное была способна только королева.

И тем невероятнее казалось то, что произошло после.

Позади учителя мгновенно материализовалось нечто. Это было высокое, выше любого ночного эльфа, существо. Казалось, словно оно было соткано из самой Тьмы, но в действительности это была черная чешуя, которая поглощала весь свет. Единственным, что выделялось в темном силуэте этого монстра, были его глаза.

Но я больше не мог рассматривать чудовище, ведь оно в мгновение ока пронзило грудь учителя и вырвало у него сердце. Меня вновь охватило липкое чувство страха, когда это существо посмотрело на меня.

Я не мог взять себя в руки, чтобы дать отпор. Я даже не был уверен, что смогу хоть что-то сделать этому монстру, ведь он в мгновение ока убил учителя, чья сила казалась мне недосягаемой.

И все же действовать нужно было. Мне не хотелось умереть рядом с учителем, даже не попытавшись отомстить.

Однако, стоило мне только взять себя в руки, как я понял, что вдруг оказался возле лорда Гребень Ворона, который раздавал приказы.

— Парень, вот ты где! — воскликнул великий полководец.

Но я не ответил ему. Вместо этого я начал осматриваться по сторонам, чтобы с удивлением заметить, что орк и старик Латозий так же находились рядом. Но при этом последний не выглядел удивленным.

В следующий момент прогремел взрыв, который тут же привлек мое внимание. Сам того не осознавая, я оттолкнул в сторону воинов, чтобы увидеть эпицентр взрыва. Он произошел точно в том месте, где я совсем недавно находился.

— К-как же… так, — шокировано прошептал я, — учитель…

Мне с трудом верилось в происходящее.

На месте, где учителя настиг какой-то монстр, красовалась огромная воронка, а ближайший десяток метров от нее был объят огнем.

Не знаю, сколько я стоял, подобно истукану, не веря своим глазам, но в какой-то момент на мое плечо опустилась чья-то рука. Медленно повернув голову, я увидел удивительно спокойного Латозия, который словно не обратил внимания не произошедшее. И я не мог понять, почему он столь спокоен. Разве он не присягал на верность учителю? Как можно быть таким спокойным, когда сильнейший маг в нашей армии оказался убит? Как…

Додумать мне не дал холодный взгляд Латозия и его спокойный голос.

— Возьми себя в руки, — проговорил он. — Вспомни, чему тебя учил шан’до Аварис. Хватит размазывать сопли и займись лучше делом. Иначе, когда он вернется, тебя будет ждать долгий разговор.

Слова Латозия были подобны удару молнии, и я удивленно уставился на старика.

— Ты же не думаешь, что твой наставник мог так легко умереть? — спросил он напоследок с лукавой улыбкой, прежде чем удалиться и начать раздавать указания членам Лунной Стражи.

Я же остался стоять и смотреть в спину старику, совсем позабыв о том, что мы находимся посреди битвы.

В это время в моей голове складывалась картина. Я отмечал, что, когда учителя пронзила лапа монстра, тот не выглядел удивленным подобным исходом. Он словно ждал этого. Этот же взрыв наверняка устроил учитель, после того как перенес нас подальше, чтобы убить противника.

Все это было неспроста. Мне вспоминалось, что учитель рассказывал. Как он говорил быть готовым ко всему. Мне вспоминалось, как учитель к чему-то долго готовился. Возможно, настал именно тот момент, ради которого и происходила вся эта подготовка. И даже если я в чем-то ошибался, одно я знал наверняка — шан’до Аварис не мог погибнуть так легко.

В тот же миг я быстро собрался с мыслями, чтобы приняться наконец-то за свои обязанности. Я отмахивался от всех, кто пытался мне посочувствовать, ведь все эти глупцы не знали истины. А истина эта была очень проста: сил у учителя хватит, даже чтобы восстать из мертвых.

Подойдя к отряду Лунной Стражи и приказав пятерке магов передать мне ту толику сил, что у них осталась, мне показалось, что я услышал далекий шепот учителя:

«Рад, что ты в меня так веришь… ученик».

***

Интерлюдия. Ронин.

Пылающий Легион уничтожал все, до чего мог дотянуться. Лай зверей скверны стоял над полем битвы вместе с ревом тысяч демонических глоток. Они заглушали собой тихие крики ночных эльфов. В демоническом реве чувствовался азарт битвы. Для них эта война не была сражением за выживание. Нет, для них это было что-то сродни охоте и развлечению. Демоны не знали, что такое страх смерти.

— Огонь! — послышались крики командиров, и лучники выпустили тысячи стрел в сторону демонической армии.

Дождь из стрел накрыл первые ряды демонической армии. Твари, пораженные стрелами, в тот же миг пали. В некоторых так и вовсе было столь много стрел, что они не могли ровно лежать на земле.

Вот только эти потери не остановили Пылающий Легион. Даже не замедлили. Демоны просто растоптали тела своих погибших собратьев и продолжили наступление.

— Проклятье! — донесся до меня раздосадованный голос Гребня Ворон. — Еще залп! Быстрее! Стрельба по готовности!

И вновь на орду демонов пролился дождь из стрел, сея смерть в рядах врагов. Но все это не могло остановить демонов. И уж тем более не шло ни в какое сравнение с первой атакой, которую устроил всего один эльфийский чародей.

Перед моими глазами все еще стояла картина того буйства огненной стихии. Казалось, будто сам Рагнарос решил выступить на нашей стороне, но это было не так, и от того все это было еще более невероятным зрелищем. Мне сложно представить, каких сил стоило Аварису создать столь мощную атаку. Похоже, он выложился практически на полную, раз впоследствии не смог защититься от внезапной атаки противника, успев спасти только своего ученика и Брокса с главой Лунной Стражи, что находились поблизости.

И даже несмотря на, что эльфу пришлось иссушить себя, мне сложно было представить, кто еще был бы способен на подобную атаку. Эта потеря могла стоить нам многого.

Вздохнув, я обеспокоенно посмотрел в сторону молодого эльфа, что в один миг лишился наставника, так и не закончив свое обучение. Теперь рядом с ним находился Латозий, который оказался на удивление чутким и выступал советником молодого придворного мага.

— Они бесполезны, — послышался голос Иллидана, что, нахмурившись, смотрел на результаты атаки лучников.

Никто не спорил с ним, ведь уже к третьему залпу демоны начали защищаться от стрел, и их потери заметно уменьшились.

— Они слишком быстро учатся, — ответил ему Гребень Ворона, что, нахмурившись, следил за ходом боя.

— Нам не хватает огневой мощи, — вторил ему Латозий, который изредка создавал заклинания и отправлял их в ряды демонов, но его атаки не шли ни в какое сравнение с увиденным нами ранее.

Чудо, что старый ночной эльф вовсе смог адаптироваться и частично вернуть возможность колдовать.

— Мой лорд, — решил я заговорить я, обращаясь к дворянину. — Позвольте мне…

— Не спрашивай, — перебил меня Гребень Ворона. — Действуй! Делай все, что хочешь, главное — действуй!

Коротко кивнув, я принялся за дело. Хоть у меня бы и не вышло выдать что-то столь же колоссальное, как у погибшего эльфийского чародея, все же я собирался выложится полностью.

Посмотрев на землю перед надвигающейся армией демонов, я сконцентрировался, призывая силу. Мне потребовалось чуть больше усилий, чем обычно, но это не повлияло на результат. Я выпустил сформированное заклинание.

В тот же миг земля перед Пылающим Легионом взорвалась. Грязь и камни разлетелись в разные стороны, поражая демонов, подобно снарядам катапульт. Многих Стражей Скверны, что оказались в самом эпицентре, подбросило в воздух, в то время как других похоронило заживо под толщей земли. Огромные валуны прокатились по рядам демонов, перемалывая их в кровавую кашу.

Мне удалось всего на несколько мгновений остановить надвигающуюся лавину демонов.

Лучники воспользовались заминкой и тут же отправили очередной залп, что стало немного результативнее. Лунная Стража также не стала отставать. Латозий рыкнул на своих подчиненных. Они были сформированы в группы, в которых большая часть собирала силы и передавала их одному чародею.

Эльфийские чародеи тут же атаковали и, хоть их результаты не были столь впечатляющие, никто не мог их упрекнуть. Никто, кроме Иллидана, который со злостью смотрел на чародеев.

После он сам выступил вперед. Без лишних слов молодой эльф внезапно указал на орду, что-то пробормотав.

В тот же миг я ощутил, как разлитая в округе, после применения множества заклинаний, энергия, подчиняясь воле молодого эльфа, начала формироваться в странное заклинание.

Множество щупалец из темной энергии обвили шеи десятков, если не сотни, демонов в самом центре армии Легиона. Противники тут же выронили свои оружия и щиты, стараясь разорвать эти щупальца. Но прежде, чем они смогли сделать это, щупальца сожгли их шеи, без труда пройдя сквозь их плоть и кости… обезглавив каждую цель Иллидана.

Я едва смог скрыть отвращение от выбора заклинания. Что-то в нем мне показалось неправильным, даже несмотря на то, что применено оно было против демонов. Послышались одобрительные возгласы со стороны воинов, что заставило молодого эльфа выпятить грудь.

Я же не мог поддержать их радости. Мне оставалось лишь пожалеть, что я не смог пообщаться с почившим учителем Иллидана на предмет того, что тот обучает своего ученика столь опасным и отвратительным заклинаниям.

— У вас еще будет такая возможность, — вдруг услышал я на удивление холодный голос Иллидана, который быстро вернулся к тому, чтобы создать еще одно заклинание и отправить его в армию врага.

Я же удивленно посмотрел в спину молодого эльфа, только тогда осознав, что выразил свое недовольство вслух. Но даже так я не смог понять смысла сказанных им слов.

Похоже, что юнец не смирился со смертью наставника и всячески старался отрицать происходящее.

«Бедолага», — с жалостью подумал я, отметив про себя, что, если выживем, нужно будет поговорить с Иллиданом и, возможно, закончить его обучение, чтобы тот не наломал дров.

И именно в этот самый миг раздался очередной взрыв.

***

Аварис.

Сознание возвращалось ко мне медленно, отдавая неприятными ощущениями в груди.

— Чертово тело, — прохрипел я, когда окончательно пришел в себя и начал растирать свою грудь, хоть там и не было ни следа от раны.

Впрочем, раны быть не должно, ведь очнулся я, уже будучи в своем истинном теле. И это чертово тело, лишенное все это время моего сознания, действуя на инстинктах, следуя всего одной установке — воссоединиться со мной, не придумало ничего лучше, кроме как вырвать сердце у моего временного вместилища.

И сделало оно это на глазах у огромного количества свидетелей. К счастью из тех, кто мог бы понять, что произошло, был только Латозий, который и так был на моей стороне. Иллидан же был слишком шокирован происходящим, а Брокса можно было не брать в расчет. Именно их я в последний момент перекинул порталами подальше, после чего решил избавиться от лишних свидетелей в последний миг перед тем, как окончательно потерял сознание.

Слияние с моим настоящим телом происходило достаточно быстро и без каких-либо проблем. Мне оставалось только беспокоиться, чтобы меня не попытались атаковать, пока я заново осваивался в своей бренной тушке. Все же возникший посреди эльфийской армии демон — первоочередная мишень для устранения.

Однако раздавшийся внезапно голос заставил меня отбросить последнюю мысль и резко открыть глаза.

— Учитель, если вы не хотите, чтобы я окатила вас водой, вам лучше перестать разлеживаться.

Я смотрел прямо в лицо Шеалы, которая отбросила облик эльфийки. Сейчас прямо надо мной нависала очень знакомая мне чародейка, что с ухмылкой на лице медленно создавала в руке водяной шар.

— И в кого ты такая вредная, — пробурчал я, медленно поднимаясь с пола.

Пока поднимался, я принял привычный для себя облик. Уже стоя на ногах слегка хрустнул шеей и вдохнул полной грудью.

— Как же прекрасно чувствовать себя собой, — проговорил я, ощущая, как моя сила с готовностью откликается на мой зов.

— Я, конечно, рада за вас, учитель, — вновь раздался недовольный голос Шеалы, — но я не для этого перемещала вас сюда. Вам не кажется, что пора приступить к следующему этапу плана?

Ничего не ответив, я медленно осмотрелся. Я находился в каком-то заклинательном зале. На полу, где я только что лежал, был начертан рунический круг, который, видимо, и вытащил меня с поля боя.

— Учитель! — вновь позвала меня Шеала, когда не получила от меня ответа.

Я повернулся в ней и встретился с ней взглядами, после чего отметил, что помимо нас в заклинательном зале был только первый обращенный мною эльф… а также много очень интересных, переполненных силой артефактов, чтобы были встроены во все еще открытый портал, что вел в мой домен.

— Ты права, мелкая, — сказал я, растягивая губы в подобии улыбки, которую очень легко было спутать с оскалом. — Пора перейти к следующему этапу.

Глава 20. Старейшина и темница

***

Аварис.

Я задумчиво смотрел в только что созданное мною зеркало. Его поверхность мерцала, отражая тусклый свет магических светильников, которые освещали заклинательный зал. В отражении я видел свое родное лицо, которое практически не изменилось за то время, пока мне приходилось обитать в тушке ночного эльфа, если не считать заметно отросшую бороду, придававшую мне вид какого-то дикого отшельника.

Фыркнув себе под нос, я разгладил усы и бороду, после чего повернулся к Шеале.

— Мне идет? — спросил я, картинно расправив плечи и продемонстрировав свой обновленный образ.

Вот только ответом мне стали тяжелый вздох и закатанные глаза.

— Скучная ты, — махнув рукой на чародейку, сказал я, прежде чем повернуться обратно к зеркалу и вновь критически осмотреть себя. — И все-таки борода — это не мое. Слишком… неухоженно.

Сказав это, я провел рукой по бороде. Темные волоски истаяли под моими пальцами, словно дым, обратившись в ничто. Осталась лишь привычная, аккуратно подстриженная короткая бородка.

— Закончили самолюбование? — раздался насмешливый голос ученицы, когда я развеял зеркало, которое тут же растворилось в воздухе, словно его и не существовало никогда.

— Я тебе уже говорил, какая ты язва? — спросил я, одарив девушку мрачным взглядом.

Но похоже, мой взгляд совершенно никак на нее не повлиял, ведь она спокойно подошла ко мне вплотную, а я ощутил легкий приятный аромат, исходящий от ее волос. Прижавшись ко мне, Шеала положила голову мне на грудь.

— Но ведь именно за это вы меня и любите, учитель, — тихо прошептала она, проведя своим тонким пальчиком по моему торсу и поднимаясь все выше.

Ее прикосновение отдавало легким покалыванием на коже.

Хмыкнув, я перехватил ее руку и сам приподнял ее голову, заглянув в глаза ученицы.

— Не провоцируй меня, мелкая, — с улыбкой произнес я. — Боюсь, что сейчас не время и не место для подобных развлечений.

— И после этого вы говорите, что я скучная, — с наигранной обидой ответила Шеала, отстраняясь от меня.

Она отошла в сторону, возвращаясь к делу, от которого я ее отвлек. В зале стоял негромкий гул: мерное шарканье ног по каменным плитам и тихий шелест, похожий на шепот, что исходил из темного портала. Она вновь принялась контролировать процесс транспортировки важных артефактов, найденных в городе.

В этот самый миг пара десятков обращенных эльфов перетаскивали ящики с артефактами различной степени важности через открытый портал. Сам портал вел прямиком в мой домен, где мои слуги должны были распределить трофеи.

За то время, пока я находился в Сурамаре, мои новые слуги успели перетащить большую часть добытых артефактов. К сожалению, большая часть из них была бесполезной мелочевкой: потускневшие диадемы, ритуальные кинжалы, утратившие силу, и фолианты с давно выцветшими рунами. Но от этого они были не менее интересны своей структурой и принципами создания.

И все же я с нетерпением ждал того момента, когда в заклинательный зал, где был открыт портал, внесут настоящие сокровища этого города. Будучи в своем родном теле, я чувствовал, что в этом городе были действительно мощные артефакты, что буквально светились в магическом спектре, словно маяки во тьме. И теперь эти самые артефакты медленно приближались к нам. Оставалось только дождаться этого момента.

Чтобы унять свое нетерпение, я решил немного отвлечься и направился к застывшей, подобно истукану, ночной эльфийке. Она стояла в тени массивной колонны столь неподвижно, что ее можно было спутать с какой-нибудь статуей. По словам Шеалы, она была одной из Старейшин, или же высокорожденных, что были поставлены Азшарой править Сурамаром от ее имени.

Заглянув в остекленевшие глаза эльфийки, я почувствовал непокорность. Она таилась глубоко внутри, подобно тлеющему угольку, который упрямо не хотел затухать. Несмотря ни на что, ушастая продолжала бороться с чарами, которыми опутала ее сознание Шеала.

— Сильная воля — это хорошо, — проговорил я, приподнимая ее голову за подбородок и слегка приоткрывая ей рот. — Так пусть эта воля теперь послужит мне…

Надрезав себе подушечку пальца, я поднес его к губам высокорожденной. Черная, словно беззвёздное небо, капля крови набухла, на мгновение повисла, продолжив набирать массу, и я терпеливо ждал, пока она стечет прямиком в рот чародейки. И как только это произошло, глаза эльфийки расширились, а саму ее затрясло. Мне оставалось лишь направить немного энергии Тьмы прямо в ее тело, дав необходимый толчок к преобразованию.

Процесс обращения произошел стремительно. Тело перестроилось, буквально фонтанируя силой: кожа потемнела, приобретя легкий пепельный оттенок, а глаза с серебристого поменяли цвет на красный. Тени в зале, казалось, сгустились вокруг нее, сплетаясь в некое подобие кокона. Чистая нейтральная энергия, которая плескалась в эльфийке, даже несмотря на перекрытый канал с Источником Вечности, стремительно заменялась Тьмой.

— И все же насколько проще проводить обращение, находясь в своем теле, — с улыбкой наблюдая за метаморфозами, сказал я, мысленно возвращаясь к тем моментам, когда мне приходилось изгаляться, чтобы провести одно единственное обращение.

Впрочем, даже будучи в родном теле, мне будет значительно сложнее обратить представителя какой-нибудь другой расы. Все же организм ночных эльфов удивительно податлив к изменениям. Наверное, только орки могут поспорить с ночными эльфами в подверженности к изменениям, но здесь я мог сильно ошибаться. Нужны эксперименты на неизмененных скверной орках, что будет сложно сделать в этом времени.

Пока я был погружен в собственные мысли, метаморфозы эльфийки закончились. Поток темной энергии, вливавшийся в нее, иссяк, и она завершила свое обращение. В тот же миг я развеял чары, что были наложены Шеалой, и с интересом посмотрел на высокорожденную, которая постепенно приходила в себя.

— Назови свое имя, — проговорил я, внимательно следя за действиями эльфийки и прислушиваясь к Тьме, что теперь пронизывала ее тело и циркулировала в нем.

Ответ последовал не сразу. Сначала девушка медленно, словно не веря своим глазам, осмотрела свои руки, потрогав темную, практически черную, кожу. А после осмотрелась по сторонам, и в ее взгляде промелькнуло смятение, словно она пыталась понять, где находится. Похоже, сказалось долгое пребывание под контролем. Но, в конце концов, эльфийка обратила на меня свое внимание, после чего всего на секунду ее взгляд остекленел, но вскоре вновь стал прежним.

— Элисанда, — тихо проговорила обращенная эльфийка.

Голос ее был глубоким и приятным на слух.

— Кому ты служишь, Элисанда? — продолжал допытываться я, не спеша давить на ее сознание.

Мне были интересны метаморфозы, которые происходили не только с ее телом, но и с ее сознанием.

В этот раз ответ последовал практически мгновенно.

— Вам, владыка, — спокойно ответила эльфийка, склонив голову в знак покорности.

Я продолжал прислушиваться к Тьме в теле бывшей высокорожденной, но так и не почувствовал неискренности. Абсолютная, кристальная преданность. А ведь буквально несколько минут назад она бы попыталась разорвать меня голыми руками, если бы я снял сдерживающие ее чары до обращения.

Вдруг я почувствовал, как со спины меня обняли тонкие руки ученицы, и снова ощутил тепло, исходящее от ее тела.

— Не знала, что вам нравятся такие игры, учитель, — лукаво проговорила Шеала, прижимаясь к моей спине. — Или мне тоже следует называть вас владыкой? Конечно, это немного вульгарно, но чего только не сделаешь для…

— Прекращай, — спокойно сказал я, прерывая свою ученицу. — Транспортировку закончили?

Раздался немного раздраженный вздох девушки, после чего она отпустила меня и отошла в сторону на пару шагов.

— Почти, — ответила Шеала, скучающе рассматривая свои ногти. — Осталась только дождаться, когда принесут великие артефакты и так называемые Столпы созидания. Мы бы уже закончили, но приходится действовать осторожно, чтобы не привлечь внимания других Старейшин.

Приподняв одну бровь, я слегка улыбнулся и перевел свой взгляд на обращенную эльфийку. Она стояла неподвижно, терпеливо ожидая приказа.

Приподняв одну бровь, я слегка улыбнулся и перевел свой взгляд на обращенную эльфийку.

— Ну, думаю, нам с этим могут помочь, — вкрадчиво проговорил я, намеренно не отдавая прямой приказ и все так же с интересом наблюдая за реакцией бывшей высокорожденной. — Ведь так, Элисанда?

Ответ последовал практически мгновенно.

— Да, владыка, — ответила эльфийка, копируя мою улыбку.

В ее новых красных глазах зажегся хищный огонек.

***

Интерлюдия. Кориалстраз.

«Стоит признать, что в последнее время все мои планы не увенчались успехом», — подумал я, лежа на жесткой, набитой колючей соломой, койке в темной тюремной камере.

Покинув окрестности Зин-Азшари, я верхом на своей молодой версии направился к Сурамару в надежде на встречу с Кенарием, от которого ранее сбежал, или, что куда лучше, с его учеником. Я не понимал, откуда мне было ведомо, что у Кенария есть ученик и что он именно тот, кто мне нужен. Я даже не понимал, откуда знал, что встречу его именно в Сурамаре. Возможно, сам Ноздорму вложил мне эти знания, а может это были лишь те разрозненные воспоминания, что сохранились в моем поврежденном сознании.

Иного выбора у меня все равно не было. К тому же огромную роль в принятии решения играл тот факт, что где-то в окрестностях Сурамара я мог найти Ронина, о котором даже немного позабыл в свете последних событий.

Из-за того, что моя молодая версия была лишена способности к изменению облика, мы никак не могли подобраться к Сурамару достаточно близко. Пришлось искать большую поляну в паре часов пути. Эти самые пара часов должны были стать адом для моего ослабленного тела. Из-за этого молодой «Я» не хотел отпускать меня одного, но сделать что-то он все равно бы не смог. Все, что ему оставалось, — это ждать на поляне моего возвращения.

Но судьба по итогу решила распорядиться иначе.

Чем дальше я отходил от дракона, тем сложнее мне было идти. Каждый шаг отзывался гулкой слабостью в коленях, а влажная земля чавкала под сапогами, так и норовя в любой миг уйти из-под ног. Но несмотря на растущую потерю сил, я упрямо двигался вперед, цепляясь за стволы древних деревьев. Я не знал, что должен сделать, когда нашел бы нужного ночного эльфа, но мне было плевать на это. В тот момент куда важнее было просто добраться до города.

Казалось, прошла вечность, когда я заметил первые признаки жизни. Далекие факелы, вероятно, отмечали окружающую стену или даже вход в город. И пока я размышлял, как мне попасть в город, мне вдруг стало ясно, что я уже был не один. Ощущение чужого взгляда скользнуло по затылку холодком.

Ночные эльфы появились практически внезапно. Сперва был лишь легкий шорох, который мог сойти за пробежавшего по веткам зверька, но затем в лунном свете, пробивавшемся сквозь густую крону, блеснула сталь. Со всех сторон меня окружили воины, одетые практические в идентичную броню с теми, кто ранее захватил меня и Ронина. Направленное же в мою сторону оружие явно намекало на отсутствие дружелюбия.

Молодой ночной эльф с серьезным выражением лица слез со своего саблезуба, чьи глаза горели в полумраке зеленым огнем, и приблизился ко мне.

— Я — Капитан Джарод Песнь Теней! — выпалил он, внимательно следя за моими действиями. — Вы схвачены Стражей Сурамара! Сдавайтесь, и с Вами обойдутся по справедливости.

Способ попасть в город нашел меня сам. И вот теперь я находился в камере в одной из малочисленных тюрем Сурамара. Откуда я знал, что тюрем в городе мало, мне было неведомо.

Первое время я пытался поговорить со стражниками. Пытался их убедить отпустить меня, рассказывал о надвигающейся угрозе. Даже разговаривал с капитаном, что захватил меня, но все было тщетно. Мои слова разбивались об их каменные лица и непробиваемое молчание. Все мои действия только еще больше отнимали у меня силы, отчего теперь я едва ли мог встать с койки.

«Допрыгался», — вдруг вспомнилось мне слово, что часто использовал кто-то, кого моя дырявая память отказывалась вспоминать.

Из поникшего состояния меня вдруг выдернули голоса. Сперва они доносились глухо, как эхо, отражаясь о стены тюремных коридоров. Один из них я узнал — он принадлежал капитану стражи, а второй, женский, мне был незнаком.

— Мы нашли его в лесу, в который отбыл лорд Гребень Ворона и силы экспедиции, — доносился до меня голос Джарода Песнь Теней. — Многие из наших заклинаний поиска потерпели неудачу, сестра, но некоторые все же сохранили силу даже после того, как мы оказались отрезаны от Источника. Одно из таких заклинаний уведомило нас о незваном госте, и, учитывая недавний побег того зеленого зверя и последние события, мы не рискнули игнорировать сигнал.

— И как это касается меня? — раздался женский голос. — Если это кто-то из врагов, то срочно нужно сообщить Старейшинам и отвести пленника к ним.

— Мы… пытались, — немного замявшись, сказал капитан. — Мы пытались сообщить Старейшинам, но ответа не получили. Насколько нам известно, они готовятся к обороне города и сейчас им не до одного пойманного чужака.

На секунду повисла пауза, нарушаемая лишь гулким эхом шагов.

— К тому же, — продолжил капитан, — пленник, которого мы поймали, находится не в лучшем состоянии. Опасаясь, что он не дождется встречи со Старейшинами, мы оставили его в покое, но похоже, что ему становится только хуже. Именно поэтому я обратился к вам, сестра.

Мне не удалось разобрать, что ответила девушка, но вскоре голос Джарода раздался вновь, уже совсем близко.

— Он здесь.

Я повернул голову в сторону решетки, чтобы посмотреть на посетителей. И если капитана стражи за последнее время я успел рассмотреть достаточно хорошо, отчего он практически не привлек мое внимание, то подобного нельзя было сказать о гостье.

По ту сторону решетки стояла молодая, я бы даже сказал, что совсем юная ночная эльфийка в одеждах послушницы храма Элуны. Я вновь не мог понять, откуда мне было ведомо, что это именно послушница, но я решил довериться даже столь ненадежному источнику знаний, как моя дырявая память.

Теперь эта эльфийка с живым интересом рассматривала меня через решетку, и в ее глазах я чувствовал беспокойство.

— Он похож на одного из нас… — заметила она.

— Скорее уж как бледный призрак одного из нас, — поправил ее капитан.

Его слова заставили меня слабо усмехнуться. Действительно, моя кожа, как у син’дорай, что еще не появились в этом мире, делала меня «бледным» призраком ночных эльфов.

Тем временем решетка отворилась, и послушница прошла внутрь камеры, чтобы встать возле моей койки. Она вглядывалась в мое лицо, а я отвечал ей тем же.

— Что вас беспокоит? — спросила она, решив приступить к делу, но вызвала у меня лишь слабую улыбку.

— Боюсь, девочка, — ответил я, вглядываясь в ее глаза, — даже твои способности не смогут меня исцелить.

— И все же я попытаюсь, — нахмурившись, упрямо ответила юная эльфийка.

Она присела возле мой койки и легкая ткань ее одеяния коснулась каменного пола с тихим шорохом. Она приложила руки к моему телу. Ее ладони были прохладными, но от них исходило едва уловимое, успокаивающее тепло. Она начала возносить молитву Элуне, в то время как я продолжал смотреть в ее полные тревоги глаза. И чем дольше я смотрел на нее, тем отчетливее понимал, что она была не здесь. Мысленно она явно находилась в каком-то другом месте.

— Как тебя зовут, дитя? — вдруг спросил я, потакая своему мимолетному желанию.

Молодая эльфийка вдруг сбилась и удивленно посмотрела на меня. Я лишь вопросительно посмотрел на нее в ответ.

— Т-тиранда, — тихо и почему-то неуверенно ответила ночная эльфийка.

— Что тебя тревожит, Тиранда? — вновь задал я вопрос раньше, чем успел осознать смысл сказанных мною слов.

В этот раз ответ последовал не сразу. Я чувствовал, как внутри девушки шла борьба. Она опустила взгляд, и длинные ресницы бросили тень на ее щеки. Я понимал, что, задавая вопросы, задействовал частичку своей драконьей природы, отчего на мгновение перестал казаться молодой послушнице больным и беззащитным эльфом.

— Мой друг, — тихо начала она, — он… болен.

Я внимательно смотрел на девушку и молчал, не рискуя вновь раскрыть рта, чтобы не развеять наваждение. Но когда молчание затянулось, стало понятно, что заговорить все же придется.

— Что с ним? — спросил я, уже осознанно пытаясь повлиять на эльфийку. — Говори!

— Он вошел в Изумрудный Сон, — ответила Тиранда. — Он ушел в Зин-Азшари, но не вернулся…

Глава 21. Кристалл

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Покидая собственное тело и оставляя его под охраной Тиранды, я прекрасно осознавал, что план был придуман наспех и скорее из отчаяния. Но тем не менее наставник брата возлагал большие надежды на него. Нужно было любой ценой вернуть связь с Источником, даже если это стоило бы мне жизни. Ведь без магии мой народ никак не смог бы дать достойный отпор демонам.

«Но я провалился», — подумал я, в отчаянии ударив призрачной рукой по стене кристалла, в котором меня заточил лорд Ксавий.

Внутри кристалла не было того знакомого зеленоватого оттенка, что присущ Изумрудному Сну. В нем было темно, и единственным источником света была стенка этого самого кристалла, которою словно специально оставили прозрачной, тем самым заставляя наблюдать за тем, как чародеи продолжали расширять портал, из которого выходило все больше демонов.

Я слишком расслабился. Слишком возгордился, насмехаясь над гордыней высокорожденных, что не удосужились защитить башню от проникновения со стороны Изумрудного Сна.

Оказавшись в башне, я медленно плыл по коридорам в поисках нужного места. Я видел огромных рогатых демонов, которые рвались наружу, но при этом проходили мимо меня, словно не замечая моего присутствия. Они проходили сквозь меня, ведь я был для них не только невидим, но и неосязаем.

Я продолжал поиски, пока не наткнулся на барьер, что должен был немного остудить мой пыл. Должен был спустить меня с небес на землю, напомнив, что высокорожденные не столь небрежны в защите, как мне казалось. Но я лишь отмахнулся от этих мыслей, когда смог хоть и не без труда, но пройти через барьер.

Оказавшись в нужном месте, я проигнорировал стражей и подплыл к тому месту, где была группа высокорожденных. Они со странным фанатизмом смотрели на пылающую брешь в реальности. Невольно я тоже стал вглядываться в эту брешь, но тут же был вынужден отвести взгляд. Но даже этого мимолетного внимания было достаточно, чтобы ощутить нечто злое и могущественное, что обитало по ту сторону бреши.

Вот только это мимолетное промедление и стало моей ошибкой. Развернувшись, я столкнулся лицом к лицу с лордом Ксавием. Я было уже успокоился, напомнив себе, что меня не могут увидеть, и хотел было сплести заклинание, которое разорвало бы барьер, ограждающий Источник. Но раздавшийся голос лорда Ксавия заставил заледенеть от ужаса мое призрачное тело.

— Глупо, глупо даже пытаться, — холодно заметил советник королевы.

И тогда что-то с огромной силой втянуло меня в этот проклятый кристалл. Я пытался убежать, вырваться, но ничего не выходило. Изнутри крошечного кристалла я был вынужден смотреть на огромного насмехающегося надо мной Ксавия.

— Мне в голову пришла интересная мысль, — сказал лорд Ксавий с лукавой улыбкой, прежде чем водрузить кристалл на постамент, откуда я мог видеть все происходящее в помещении. — Как ты думаешь, как скоро твое тело умрет без духа?

Кошмар продолжался.

Я был вынужден наблюдать за бесконечным потоком демонов, выходящих из портала, неспособный как-либо помешать. Я даже не мог спасти самого себя, не говоря уже о том, чтобы вернуть связь с Источником. В какой-то миг я вовсе потерял счет времени. Я не знал, как долго находился в этом проклятом кристалле, и от того было еще страшнее.

Я провалился. Не смог. Я подвел себя и своих друзей, свою расу… и свой мир. Теперь на пути демонов стояли только воины лорда Гребня Ворона.

«Надеюсь, шан’до Аварис сможет что-то придумать», — промелькнула у меня трусливая мысль, в которой я возлагал надежды на наставника брата.

Впрочем, мне уже было не на кого надеяться. Хотелось кричать от отчаяния, ведь теперь все погибнут из-за того, что я провалился. Иллидан погибнет. Брокс погибнет. Тиранда… погибнет.

Невольно мне вспомнилось ее лицо. Каким оно было обеспокоенным, когда я покидал собственное тело. Я знал, что она по-прежнему сидит возле него и ждет моего возвращения. Мне даже казалось, словно я слышу ее зов.

— Малфурион…

Не хватало еще начать сходить с ума.

— … ты слышишь меня, Малфурион?

И снова ее голос прозвучал будто в моих собственных мыслях.

— Тиранда? — спросил я, боясь даже надеяться и опасаясь, что это может быть уловкой Ксавия.

— Хвала Элуне! — раздался полный радости голос Тиранды. — Я почти потеряла надежду!

Мне было сложно поверить в происходящее. Я был уверен, что подобному точно не учат в храме Элуны.

— Как ты нашла меня? — спросил я, пытаясь внести ясность.

— Все благодаря… — начала было говорить Тиранда, но прервалась.

Я уже было заволновался, но тут раздался еще один голос. Другой. Мужской. Он не походил ни на один из тех, которые я когда-либо слышал, но чем-то напоминал Кенария. Кем бы ни был этот «кто-то», он точно был чем-то большим, чем простой ночной эльф.

— Меня зовут Крас, — заговорил он. — И это я помог твоей… подруге найти тебя. Я показал Тиранде, как мы можем использовать вашу связь, чтобы найти твой образ в Изумрудном сне. Способ не самый простой, но, надеюсь, моих сил хватит, чтобы продержаться достаточно долго и помочь тебе.

— Помочь мне? — спросил я, осматривая свою тюрьму и чувствуя сомнение, что это вообще возможно.

Ответ последовал не сразу. Я чувствовал, что этот Крас о чем-то напряженно думает. Словно он силился вспомнить что-то.

— Коварная ловушка, - наконец-то заговорил он. — Но, к счастью, я уже сталкивался с такими.

Я не сразу поверил услышанному. Но мне ничего не оставалось, кроме как довериться.

— Что нужно делать? — тут же спросил я, собираясь с силами.

— Теперь, когда мы сдвинули твое тело… — заговорил Крас, чем заставил меня чуть было не вскрикнуть от ужаса.

— Вы что сделали?! — немного даже истерично воскликнул я.

— Знаю-знаю, не кричи, - ответил Крас, и мне показалось, словно он поморщился. — Я прекрасно осознаю риски и понимаю, что лучше этого не делать, когда дух находится в Изумрудном сне. Но это было необходимо. И раз с этим мы разобрались, слушай внимательно. Времени у нас не так уж и много.

Хоть меня и напугали их предыдущие действия, я продолжал напряженно ждать указаний.

— Мне надо видеть кристалл, каждую его грань, — продолжил Крас. — Ты должен мне показать.

Понимая, что неизвестный буквально смотрел моими глазами, я принялся внимательно рассматривать свою тюрьму. Я осматривал каждый угол, каждую грань в поисках… неизвестно чего.

— Вот! — вдруг раздался голос Краса, чем заставил меня замереть перед одной из граней кристалла. — Вот ключ к твоему спасению!

Я внимательно вглядывался в грань, пытаясь понять, что увидел там Крас. Это продолжалось до тех пор, пока я не увидел крошечную трещину. Но она была настолько мала, что…

— Помни, что во сне твое тело — всего лишь иллюзия, — вновь раздался голос Краса.

Кивнув, я сосредоточился. Действительно, я настолько привык, что тело неизменно, отчего позабыл, что в Изумрудном Сне подобных границ попросту нет. Приложив руку к трещине и сконцентрировавшись, я попытался превратить свое тело в туман. Туман, что может пролезть в любую щель…

Я не знаю, как долго был сконцентрирован на задаче, как вдруг по моим призрачным ушам ударили шум и голоса.

— Молодец, Малфурион! — чуть ли не хором воскликнули Крас и Тиранда.

Я же, не теряя времени, осмотрелся. Теперь, когда я оказался на свободе, необходимо было закончить начатое…

Тут я наткнулся взглядом на лорда Ксавия, который обеспокоенно заозирался по сторонам, явно почувствовав мое освобождение.

«И, главное, не попасться вновь», — подумал я, прежде чем взяться за дело уже серьезнее, тем более что теперь чувствовал помощь и поддержку от Тиранды и Краса.

***

Аварис.

Я задумчиво постукивал указательным пальцем по губам, мой взгляд скользил по нескольким ночным эльфам, которых скрутили мои обращенные и заставили встать на колени на холодный каменный пол зала. Они пытались вырваться, дергались в стальных хватках моих слуг, кто-то даже беззвучно шевелил губами, пытаясь колдовать, очевидно забыв про отрезанность от Источника. Мне же оставалось только с интересом наблюдать за их тщетной, почти жалкой борьбой.

Все это были эльфы, так или иначе участвовавшие в управлении городом. Старейшины, советники, магистры. И всех их обманом привела сюда Элисанда, которая теперь стояла по левую руку от меня, прямая и неподвижная, и не без удовольствия наблюдала за своими пока еще бывшими сородичами.

— Элисанда! — процедила какая-то эльфийка, чей голос гулко разнесся в тишине зала. Она с лютой ненавистью смотрела на мою новую подчиненную. — Как ты могла предать нас? Предать королеву!

Проклятия так и лились на голову «бедной» Элисанды, которая со снисходительной улыбкой поглядывала на Старейшин и советников.

— Королева Азшара этого так не оставит! — воскликнул один из эльфов, упрямый и гордый, даже будучи на коленях перед чужаком. — Она…

Едва заметным взмахом руки я заставил его замолчать. Воздух словно сгустился, поглотив все звуки, и эльф лишь беспомощно открывал и закрывал рот, хватая им воздух. После я сделал шаг вперед, темной тучей возвышаясь над пленниками. Их тени заплясали на стене позади, вытянувшись и исказившись. Заглянув в глаза каждому, я тихо и вкрадчиво проговорил:

— Она вас бросила.

Но хоть я и говорил тихо, это не помешало эльфам расслышать каждое мое слово. Тишина взорвалась возмущенными возгласами. Ну конечно, как же это так, чтобы какой-то чужак посмел усомниться в их богоподобной королеве. Фанатики.

Очередной взмах рукой — и на этот раз чары безмолвия оказались наложены на каждого из пленников, не позволяя им даже рта раскрыть без моего разрешения.

— Ваша королева вас бросила, — повторил я чуть громче, делая паузу перед каждым словом и позволяя им повиснуть в гнетущей тишине. — Продалась демонам, чьи легионы сейчас маршируют по вашим землям и уничтожают все живое на своем пути.

Я ненадолго замолчал, позволяя каждому осознать смысл сказанных мною слов. В глазах пленников можно было увидеть недоверие, смешанное с зачатками ужаса.

— Для вашей «великой» королевы, — продолжил говорить я, прохаживаясь перед ними, и стук моих сапог был единственным звуком в зале, — вы оказались не более, чем отбросами, недостойными жизни. Можете мне не верить, но в глубине души вы уже все поняли. Ведь все вы уже ощутили не себе последствия ее выбора. Ощутили утрату чего-то… важного.

Несколько ночных эльфов потупили взор, уставившись в серые плиты пола. Похоже, что кто-то уже действительно успел задуматься о том, что не могла связь с Источником Вечности оборваться сама по себе.

— Но не отчаивайтесь, — с мягкой улыбкой и слегка прищурив глаза сказал я, разведя руки в стороны, словно пытаясь заключить их всех в свои объятия. — Несмотря на надвигающуюся демоническую угрозу, у вас есть шанс выжить.

Не успел я продолжить, как вдруг один из пленных эльфов заговорил, чем смог меня неслабо удивить, ведь даже будучи отрезанным от Источника ему хватило мастерства, чтобы сбросить мои чары.

— Дай угадаю, чужак, — с кривой усмешкой заговорил довольно взрослый ночной эльф с лицом, изрезанным морщинами. — Сейчас ты предложишь свою помощь, но нам придется поклясться тебе в верности и стать такими же, как эта… предательница.

На последних словах он со злостью в глазах посмотрел на Элисанду.

— Люблю работать с умными личностями, — продолжая мягко улыбаться, сказал я. — Ведь вам даже не нужно ничего разжевывать. Но ты прав, эльф, у вас будет шанс выжить, только если присоединитесь ко мне.

Я безотрывно смотрел на него, уже полностью потеряв интерес к остальным пленникам. Этот же был интересен. Упрямый и очевидно довольно много знающий, что делало его в моих глазах куда более ценным приобретением.

— А с чего ты взял, что мы согласимся? — все с той же нахальной ухмылкой произнес он с издевательским тоном. — Лучше смерть, чем предательство!

В его взгляде можно было заметить нескрываемое торжество. Некоторые из его собратьев даже согласно закивали после его слов. Я же продолжал молчать и спокойно наблюдал за этой забавной вспышкой непокорности. Вскоре они были вынуждены насторожиться и притихнуть под моим долгим изучающим взглядом.

— Похвальная преданность, — проговорил я все с той же улыбкой. — Но с чего вы взяли, что я оставлю вам возможность отказаться?

В тот же миг моя мягкая улыбка на глазах у удивленных эльфов медленно превратилась в хищный оскал, а глаза полыхнули потусторонним светом.

— Чт… — хотел было что-то сказать эльф, что смог избавиться от моих чар, но договорить у него не получилось.

Повинуясь моему безмолвному приказу, обращенные тут же сделали шаг вперед к пленникам и задрали их головы вверх, заламывая шеи. В тот же миг к каждому из них подошли еще слуги с небольшими чашами, куда я успел заранее нацедить своей крови. Густая черная жидкость слабо отблескивала в свете факелов. У пленников не было ни единой возможности даже отвернуться, когда к их губам приставили чаши и вылили содержимое в рот.

— Примите Тьму, — сказал я, выпуская в округу свою силу, которая темным туманом постелилась по полу и, повинуясь моей воле, устремилась к пленникам, — чтобы обрести истину. Обрести себя.

Контролируя потоки темной энергии, я направлял ее внутрь ночных эльфов, начиная их обращение. Из-за высокой концентрации силы в заклинательном зале стало заметно темнее. Горящие факелы практически потухли, их пламя съежилось до крохотных искорок, уступая место тьме. Тени стали гуще, сливаясь в единое шевелящееся марево, а зал наполнился потусторонним шепотом, который, казалось, исходил отовсюду. Он был способен свести с ума любого, кому не посчастливилось бы оказаться случайным свидетелем происходящего.

Так продолжалось до тех пор, пока я не почувствовал, что процесс обращения завершен. Я начал медленно впитывать обратно разлитую в округе Тьму, и зал нехотя вернулся к прежнему состоянию. Факелы вновь разгорелись, отбрасывая длинные дрожащие тени. Все вновь встало на круги своя, и только несколько коленопреклоненных и только что прошедших через обращение теперь уже темных эльфов напоминали о случившемся. Их глаза, прежде полные злости и страха, теперь были спокойны. В их алых, словно кровь, глазах, устремленных на меня, я видел только покорность и желание услужить.

— Вы не думали стать проповедником, учитель? — раздался насмешливый голос Шеалы, который нарушил торжественность момента.

— Упаси Великая Тьма от подобной участи, — фыркнув, сказал я, наигранно сложив руки в молитвенном жесте. — Меня бы в первый же день попытались заколоть вилами. Предпочту оставить эту работу знающим людям.

В этот самый миг я вдруг почувствовал, как возрос магический фон, а к моим новым обращенным попытался прицепиться канал, что ранее вел к Источнику Вечности. Все указывало на то, что один юный друид все же смог вернуть своему народу связь с Источником.

— Вовремя, — пробормотал я, после чего обернулся к Шеале и Элисанде. — Поигрались и хватит. Заканчивайте транспортировку.

После я вытянул руку в сторону, и в тот же миг из портала в нее прилетел небольшой, размером с кулак, шар, который буквально светился в магическом спектре, как маленькое солнце. Это был один из накопителей, который я создал из скуки во время пребывания в домене до появления в этом мире.

В следующий миг я передал этот накопитель Элисанде.

— Займись обороной города, — приказал я, вкладывая накопитель в руки подчиненной. — Если демоны дойдут до города, я хочу, чтобы вы закрыли его барьером и не допустили, чтобы эти твари скверны хозяйничали в МОЕМ городе.

— А вы, учитель? — спросила Шеала, продолжая молчаливо руководить транспортировкой артефактов.

Взмахом руки я открыл портал. Он раскрылся беззвучно, но я знал, что по ту сторону уже разразилась самая настоящая битва на выживание.

— А мне пора вернуться на поле боя, — оскалившись, проговорил я. — Сдается мне, что сейчас там должно быть весело.

Глава 22. Светлячок

***

Аварис.

Стоило мне только выйти из портала, как меня обдало жаром, а в нос ударил запах горелой плоти и крови.

— Интересно, — протянул я, оглядываясь по сторонам, стараясь игнорировать оглушительный рев демонов, непрекращающийся лязг стали и далекие глухие взрывы, от которых под ногами дрожала земля.

Увиденная картина была удручающей. За то недолгое время, пока я отсутствовал на поле боя, ситуация кардинально изменилась. Причем далеко не в пользу ночных эльфов. Впрочем, нельзя сказать, что я ожидал чего-то иного.

Армия ночных эльфов была отброшена назад. Их строй был прорван всего в нескольких местах, и демоны Пылающего Легиона продолжали теснить ушастых. Стражи Скверны, закованные в шипастую броню, своими громадными топорами прорубали кровавые просеки в рядах эльфов. Чернокнижники легиона поливали своими чарами ушастых, которые изредка огрызались в ответ.

— Жалкое зрелище, — поджав губы, с нескрываемым презрением произнес я.

Во мне начало подниматься легкое раздражение из-за ушастых, которые даже после возвращения связи с Источником не могли переломить ход событий. Бесполезные ушастые твари, считающие себя венцом творения, хотя в действительности не более чем недавние дикари. Я провернул это аферу с захватом Сурамара и обеспечил себе плацдарм с ценными ресурсами не для того, чтобы эти идиоты бездарно полегли здесь, так и не добравшись до столицы.

— Надеюсь, Шеала и Элисанда успеют установить барьер над городом, — пробормотал я, устало потирая виски, в которых начинала пульсировать тупая боль.

Я сделал несколько глубоких вдохов, чтобы немного успокоиться. Но прежде, чем я успел это сделать, воздух рядом со мной со свистом рассек огромный топор, нацеленный мне в шею. Вот только Страж Скверны не добился ничего, кроме того, что наконец-то обратил на себя мое внимание. Он попытался выдернуть оружие, но оно завязло в кинетическом щите. В обычной ситуации топор бы просто отскочил, но я немного изменил свойства щита, сделав его более «вязким».

— Мешаешься, — холодно произнес я, посмотрев на демона.

В тот же миг из тени твари вырвались черные щупальца, которые буквально обвили Стража, а секундой позже с хрустом разорвали его тело на части.

Я вновь осмотрелся по сторонам. Теперь мое внимание было приковано не к отступающей армии эльфов, а к толпе демонов, окружившей меня, которую я все это время старательно игнорировал. Так уж вышло, что, перешагнув через портал, я фактичекски оказался посреди демонической армии. И твари Пылающего Легиона, похоже, были сильно удивлены подобной наглости, что даже не сразу напали на меня.

Только игнорировать их и дальше у меня не вышло бы. И, словно в подтверждение моих слов, в выставленный мной Щит Мрака ударило сразу несколько огненных шаров, которые были спокойно поглощены моей защитой.

— Серьезно? — слегка удивился я подобной наглости, смотря на чернокнижников. — Огонь против меня?

С этими словами от меня во все стороны разошлось багровое огненное кольцо, которое моментально выжгло все живое вокруг на несколько десятков метров. Простые Стражи Скверны даже не смогли защититься и превратились в пепел, который тут же был подхвачен поднявшимся ветром. Только чернокнижники пытались выставить перед собой щит, но так и не смогли пересилить мое заклинание.

По итогу я остался стоять один на выжженном дымящемся пустыре, но так не могло продолжаться долго. Своими действиями я уже привлек к себе внимание демонов, которые поспешили уничтожить новую угрозу.

Я вновь посмотрел в сторону армии эльфов. С их стороны виднелись магические всполохи. Некоторые из них даже выглядели внушительно и уносили жизни десятков, а иногда даже сотен врагов. Но их жалких потуг все еще было мало, чтобы переломить ход событий.

— Все нужно делать самому, — проворчал я, прикрыв глаза.

Сделав глубокий вдох, я мысленно готовился к тому, что собирался провернуть. В действительности для прочтения заклинания подготовка мне не требовалась. Она была нужна только для расчета, чтобы не задеть эльфов.

Сила внутри меня бурлила и рвалась наружу, и я не собирался ее сдерживать.

Я не стал выкрикивать название заклинания, решив отнестись к делу серьезно. Вместо этого я просто поднял руку вверх, и ночное небо над полем боя раскололось.

Сначала это был едва видимый разрыв в облаках, похожий на трещину. Но вскоре он начал стремительно расти, а по его краям заплясали огненные всполохи. Прошла еще пара мгновений, которые казались вечностью, после чего раздался оглушительный треск, который заставил стихнуть звуки битвы и вынудил всех задрать голову к небу.

Разлом увеличивался в размерах, и теперь уже все небо было объято огнем. Казалось, что ночь всего за мгновение сменилась днем, а в небе засветило солнце. Но в действительности это был лишь огненный портал, который не предвещал ничего хорошего для моих врагов.

Из портала на армию демонов падали десятки метеоритов. Вот только при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что это были не простые метеориты. Это были сгустки энергии, сотканные из Тьмы и Огня, отчего казались окутанными в темное пламя.

Первый метеорит врезался в самую гущу демонической армии, но, вопреки ожиданиям, взрыва не последовало. Темный огонь был бесшумным и от того еще более пугающим. Он тут же разметался вокруг и нажал пожирать все на своем пути. Темный огонь не оставлял после себя пепла. Не оставлял он и иных следов. Только пустоту. Словно кто-то вырвал кусок мира в этом месте. Темный огонь пожирал все: материю, саму жизнь и даже души несчастных, что попали под удар. И я был уверен, что попавшие под удар демоны больше никогда не возродятся. Ведь Тьма никогда не отпускала то, что попало в ее объятия.

Метеоритный дождь обрушился на демонов Пылающего Легиона. Каждый удар стирал с лица Азерота целые сотни тварей, что посмели явиться в этот мир. Земля на сотни метров оказалась покрыта темным пламенем, что пожирало саму память о жизни. Впрочем, куда важнее был тот факт, что я смог добиться своего: мне удалось нанести Пылающему легиону значительный урон.

Наконец-то я смог опустить руку и перестать поддерживать заклинание, внутренне наслаждаясь вернувшейся ко мне силой.

— Может стоит повторить? — озвучил я свою мысль, прежде чем осмотреться.

Образовавшаяся в рядах демонов брешь была огромной. Да и сам я стоял посреди эпицентра падения одного из метеоритов. Вот только я, в отличие от демонов, оказался невредим.

Посмотрев в сторону эльфийской армии, я увидел, что все были ошеломлены произошедшим не меньше своих врагов. Они застыли на месте и с ужасом поглядывали то на небо, то на мою одинокую фигуру.

Хмыкнув, я собрался переместиться в самый центр армии ночных эльфов, но вовремя одернул себя.

— Чуть не забыл, — хлопнув себя по лбу, произнес я, принимая облик уже знакомого всем высокорожденного.

Только закончив обращение, я позволил себе переместиться туда, где чувствовал Латозия. Я был уверен, что мой слуга находился где-то близ ученика. А уж Иллидан, с его честолюбием, наверняка держался близ Гребня Ворона.

— Чего застыли? — сходу спросил я, оказавшись за спинами командиров армии. — Или я зря старался, расчищая вам путь?

В тот же миг на меня было направлено несколько клинков личной охраны Кур’талоса, а сам он с удивлением смотрел на меня.

— И это ваша благодарность, — поджав губы, произнес я, указательным пальцем небрежно отодвинув в сторону острие клинка, что почти касался моей шеи.

Я посмотрел прямо в глаза воину, который держал оружие. Он судорожно сглотнул и отступил на шаг назад. И хоть оружия он не опустил, я видел, как мелко тряслись от страха его руки, сжимавшие рукоять.

«Чудесно, — подумал я, надеясь, что среди эльфов он окажется не единственным, кто испытывал страх передо мной, — страх иногда неплохо прочищает мозги».

— Учитель! — раздался на удивление радостный голос Иллидана.

Ученик стоял поодаль, но не мог не почувствовать повисшего в воздухе напряжения. И когда он повернулся, то сразу же увидел меня. Он уже собирался рвануть ко мне, но я молча поднял руку, останавливая юного ночного эльфа.

— Шан’до Аварис, — сказал Гребень Ворона, на которого я все это время пристально смотрел. — Мы думали, что вы погибли.

Он склонил голову в знак уважения.

— Вести о моей смерти несколько преувеличены, — хмыкнув, сказал я.

— Рады вновь видеть вас в наших рядах.

Гребень Ворона отдал приказ, чтобы воины убрали оружие. Я же, продолжая смотреть на полководца, произнес:

— Труби наступление, Кур’талос.

Мои слова немного удивили ночного эльфа, но он быстро взял себя в руки.

— Несмотря на вашу помощь, шан’до Аварис, — сказал Гребень Ворона, — все же…

Я не дал ему договорить и с нажимом повторил:

— Труби наступление!

Это уже был не совет, не рекомендация. Это был мой прямой приказ, и я совсем не хотел слышать отговорок или возражений.

— Да как ты… — выступив вперед, начал возмущаться эльф, который все это время меня раздражал.

В следующую секунду его скрутило от боли, стоило мне только взглянуть на этого наглеца. Только вдоволь насладившись его страданиями, я вернул свое внимание к Гребню Ворона. Он сглотнул, но все же решился вновь возразить мне.

— Не думаю, — начал он осторожно, — что наступление — это лучшая идея. Даже с поддержкой Источника нам не удалось продавить армию демонов. Когда убиваем одного, на его место тут же встает другой. Им просто нет конца…

В этот самый миг, не дав полководцу ночных эльфов договорить, со стороны армии Пылающего Легиона раздался полный ярости рев:

— Не-е-е-ет!

Одновременно с этим все сильные чародеи почувствовали изменения в пространстве. Вслед за восстановлением связи с Источником был уничтожен портал, через который в этот мир проникали демоны.

На моем лице появилась довольная улыбка. Малфуриону все же удалось выполнить все детали плана.

— Труби наступление, Кур’талос, — уже мягче сказал я, — ибо лучшего момента, боюсь, уже не будет.

К полководцу тут же подбежал Ронин, который начал объяснять эльфу, что портал закрыт и демонам неоткуда восполнять свои потери.

Эти слова наконец-то подействовали на лорда Гребень Ворона, и, опомнившись, он наконец-то отдал приказ о наступлении. Запели трубы. Все ночные эльфы закричали, и их рев заглушил рев демонов.

— В атаку! — закричал Гребень Ворона.

«Наконец-то», — подумал я, удивляясь упертости эльфов.

Теперь можно было немного выдохнуть и обратить более пристальное внимание к деталям.

Активировав истинное зрение, я собирался выявить всех чернокнижников Легиона, но вместо этого вдруг заметил, как в небе над полем битвы проплыл крохотный, едва заметный светлячок. Я был уверен, что его никто не видел, кроме меня. А учитывая, что он плыл со стороны Зин-Азшари, у меня появились соображения о том, кто это мог быть.

— Какая удача, — протянул я, вытянув руку в сторону светлячка.

Конечно, у меня совершенно не было времени заниматься его отловом, но кое-что я все же мог сделать.

Я отправил маленький, даже микроскопический, сгусток Тьмы в сторону светлячка. Всего миг — и сгусток впился в светлячка и затаился внутри. Дело сделано.

— Учитель, — услышал я рядом голос Иллидана, — ваша рука.

Я не сразу понял, о чем говорил ученик, ведь теперь моя рука не изменялась под воздействием Тьмы. Чтобы убедиться в этом, я внимательно осмотрел свою руку и, не найдя ничего странного, переключился на другую.

Прошла секунда.

— Ох, как неловко получилось, — понял я, что, приняв облик эльфа, случайно «восстановил» себе потерянную руку.

***

Интерлюдия. Кориалстраз.

Я напряженно ходил из стороны в сторону по влажной, усыпанной хвоей земле, и каждый разворот сопровождался тихим хрустом веток под сапогами. Прохладный ночной воздух не мог унять моего беспокойства, и я то и дело бросал обеспокоенные взгляды на тело молодого друида. Он лежал на плаще неестественно тихо и неподвижно, словно мертвец. Но куда хуже было то, что ни я, ни Тиранда не чувствовали тонкой, но прочной связи, что была между нами и Малфурионом.

— Он потерял нас? — задал резонный вопрос Джарод Песнь Теней, который увязался за нами, чтоб следить за мной. Его рука не отрывалась от эфеса меча, а взгляд настороженно скользил по округе.

В действительности же он стал нашей охраной, пока мы были связаны с Малфурионом. И теперь он задал вполне резонный вопрос, нарушив гнетущую тишину.

Конечно, мы вынесли его тело из Храма и ушли вглубь леса, ближе к моей молодой версии. Но даже так это не должно было вызвать больших проблем. Малфуриона должно было притянуть в его тело. Максимум могла возникнуть небольшая задержка, но его не было слишком долго.

— От него не пахнет мертвечиной, — выдала моя молодая версия, шумно втянув ноздрями воздух.

Его слова заставили всех с осуждением покоситься на дракона, но никто не нашел в себе сил упрекнуть его за прямолинейность.

Я вновь абстрагировался от разговоров, возвращаясь к размышлениям. Память услужливо подбросила картину энергетического шторма, который мы видели через связь с Малфурионом, прежде чем эта самая связь разорвалась.

— Область была заряжена высокой концентрацией энергии, — бормотал я себе под нос, пытаясь ухватить ускользающую мысль. — Это могло развеять его облик… он мог бы восстановить его… но шанс…

Я замолчал, боясь озвучить свою ужасную догадку. И, возможно, говорил я слишком громко, потому что тишина, повисшая после моих слов, стала практически осязаемой. Меня услышали все.

Тиранда торопливо вытерла тыльной стороной ладони выступившую слезу. Она подняла голову и пристально посмотрела в ночное небо, где сквозь редкие облака сияла яркая полная луна.

— Элуна, Мать-Луна, — начала молиться послушница, и никто не смел ее останавливать, — прости слугу свою, что нарушает твой покой! Я не смею просить тебя ни о чем, кроме его возвращения… или хотя бы дай знать о его судьбе.

Вот только слова остались просто словами, растворившись в ночи. Молитва не была услышана, или же богиня не посчитала нужным отвечать.

— Возможно, было бы лучше, если бы мы вернули его в храм, — неуверенно предложил капитан Стражи. — Может там она сможет услышать…

Я грустно улыбнулся. Хоть и неловкая, но все же попытка поддержать, делала честь этому воину.

Внезапно отчетливое чувство, словно за нами наблюдают, заставило меня встрепенуться и резко посмотреть в сторону густого леса. Я уже испытывал нечто подобное.

— Я знаю, что вы там, Хозяин Леса, — произнес я, вглядываясь в сгущающийся мрак между деревьями.

— А я теперь знаю, кто ты, странник, — последовал ответ, который, казалось, исходил не из одной точки, а отовсюду сразу.

Послышался низкий протяжный скрип. Ближайшие деревья внезапно пришли в движение. Их стволы, ветки и листва начали сливаться вместе в единую массу, которая у нас на глазах обретала форму, образуя высокую фигуру Лесного Повелителя. Крепко сжимая руки вместе, Кенарий медленно подошел к нам. Он смотрел на меня, а я на него. В его глазах я увидел понимание. Он знал, что я дракон. Больше для него это не было секретом.

Кивнув мне, Повелитель леса подошел к Тиранде, которая все еще находилась на коленях возле Малфуриона.

— Дочь моей дорогой Элуны, — прогремел голос Кенария, — твои слезы тронули само мироздание, и я услышал твои мольбы к дорогой Элуне, как сказанные вслух, так и невысказанные.

Тиранда опустила голову, не смея взглянуть на полубога.

— Но все мои мольбы остались пустым звуком, — тихо прошептала она.

Лицо полубога вдруг исказилось и теперь выражало искреннее замешательство.

— Ты так думаешь? — хмыкнув, спросил он, сгибая передние ноги и опускаясь возле своего ученика и эльфийки. — Почему же я тогда пришел сюда?

Я резко замер после его слов и пристально посмотрел на сомкнутые вместе руки полубога.

— Я не понимаю, — сказала Тиранда, и мне показалось, что еще немного, и она просто расплачется от бессилия.

— Просто ты еще слишком молода, — с какой-то отеческой добротой в голосе ответил полубог. — Подожди, пока достигнешь хотя бы моего возраста…

Вместе с этим Кенарий разомкнул свои руки. На его открытых ладонях сиял маленький изумрудный светлячок, и его свет озарил почти всю поляну. Он легко вспорхнул вверх, на мгновение завис в воздухе, а затем медленно подплыл к телу Малфуриона, после чего беззвучно впитался прямо в его грудь.

И спустя миг глаза ночного эльфа открылись.

Глава 23. Наступление

***

Интерлюдия. Ронин.

Когда пробил час и первое масштабное столкновение с Пылающим Легионом окропило землю кровью, ночные эльфы еще не понимали, насколько серьезная угроза нависла над всем Азеротом. Воздух, еще недавно пахнувший лесной свежестью и ночной прохладой, мгновенно наполнился смрадом Скверны. Только это первое столкновение начало открывать эльфам глаза. Страх и отчаяние сковали сердца эльфов, отражаясь ужасом в их широко распахнутых глазах. И должен признать, что я также был не в силах что-то сделать. Ряды войска демонов, кишащие шипастыми тварями и громадными Стражами Скверны, казались поистине бесконечными.

Но вселить надежду смог этот невероятно сильный и в такой же мере странный эльфийский маг, который в первые же секунды боя показал подавляющую мощь. И даже то, что он в тот же миг пал, не смогло полностью лишить армию эльфов надежды. Они увидели, что демоны, несмотря на свой грозный вид, вполне смертны. Все полагали, что у нас есть шанс победить.

Только все эти надежды вскоре разбились о жестокую реальность. Без поддержки Источника маги ночных эльфов были практически бесполезны — их заклинания гасли, едва зародившись. Они только и могли, что делиться силой с юным придворным магом Гребня Ворона. И только самые умелые из Лунной Стражи могли выдать мизерное количество чар, которые едва забрали сотню демонических жизней.

Впрочем, я не мог их как-то упрекать, ведь несмотря на то, что мне не требовалась связь с Источником, у меня не получалось переломить ход битвы. Я не мог выдать столь же подавляющие своей мощью заклинания, как шан’до Аварис. Его сила действительно была внушающей, и оттого становилось вдвойне печальнее, что он так глупо погиб в самом начале нашего сражения.

И все же боги, или может сам Азерот, были на нашей стороне, потому что вскоре эльфы, да и я сам, ощутили неожиданный приток мощи. Тело начала переполнять сила. Мы ощутили вернувшуюся связь с Источником Вечности. Лунная Стража перестала быть бесполезной, и я сам мог использовать куда более разрушительные заклинания.

Вот только вновь загоревшаяся в сердцах надежда была недолгой. Даже поддержка Источника не помогла нам отбросить армию Пылающего Легиона. Сколь много бы мы ни уничтожали этих тварей, их количество не убывало. Порой мне казалось, что вдали, по ту сторону армии демонов, где воздух искажался от Скверны, я даже видел огромную фигуру одного из полководцев Пылающего Легиона. Но я быстро отбрасывал эти мысли, потому что они окончательно могли затушить последние огоньки надежды.

Пылающий Легион продолжал свое наступление, и земля дрожала под ногами тысяч тварей. Нам приходилось отходить все дальше. В какой-то момент я вовсе перестал атаковать, стараясь соткать щиты, чтобы защитить нашу армию от проклятий чернокнижников-эредаров.

И вот, когда уже казалось, что надежда умерла окончательно, ситуация на поле боя вновь кардинально изменилась. Небо над нашими головами треснуло, словно расколотый кристалл. Разлом начал расширяться, внушая неподдельный ужас. Внезапно там открылся портал в самый настоящий огненный ад. Эта ужасающая картина заставила меня вспомнить все молитвы, которые я когда-либо знал, ведь первой мыслью было предположение, что это совместная атака чернокнижников Легиона. Но первые объятые темным пламенем снаряды, рухнувшие прямо на головы демонов, подсказали мне, что я поспешил с выводами.

Метеориты продолжали падать, нанося колоссальные потери армии демонов, а я продолжал гадать, кто в наших рядах способен сотворить столь ужасающее заклинание. Впрочем, долго гадать мне не пришлось, ведь прямо рядом с нами, словно из воздуха, появился сам виновник происходящего. Тот, кого мы уже считали мертвым, — Аварис.

Его появление, сравнимое с чудом, и последующее разрушение портала, которое ощутили все сильные маги, наконец-то позволило нашей армии перейти в наступление. Запели трубы, заглушая демонический рев. Теперь настал черед демонов отступать к стенам Зин-Азшари, а мы могли бить их в спины.

И впереди нашей армии шел тот, кто вдруг из простого чародея превратился в самый настоящий символ надежды и перемен. Аварис Шепот Тьмы фактически вел армию за собой. Он походя создавал одно могущественное заклинание за другим: то взмахом руки поднимал из земли гигантские шипы, пронзавшие десятки демонов, то сплетал темные сферы, которые беззвучно стирали целые отряды противника.

«Кажется, он стал сильнее», — вдруг пронеслась в моей голове мысль, ведь в последний раз, когда я его видел, от него не чувствовалось столь подавляющей мощи.

Каждый его шаг нес за собой смерть для демонов, что вызывало радостные крики ночных эльфов. Каждое заклинание вызывало безумный блеск в глазах Иллидана, что с восхищением смотрел на своего учителя.

Казалось, что нас вел не какой-то эльфийский чародей, а самый настоящий полубог, что скрывался под личиной ночного эльфа.

«Очень жуткий полубог», — мысленно поправил я сам себя, глядя на то, как земля на его пути чернела, а свет луны словно избегал его, оставляя его фигуру в тени.

***

Аварис.

Проводив взглядом уплывающий вдаль светлячок, я довольно улыбнулся. Маленький задел на будущее был подготовлен. Оставалось дождаться, когда взойдут ростки.

Отбросив лишние мысли, я вернул свое внимание к армии демонов, которая после уничтожения портала начала отступать к столице. Делали они это неохотно, продолжая огрызаться. И, стоит заметить, огрызались они довольно болезненно. Эльфы, нагоняющие демонов, то и дело несли потери, хоть и забирали с собой тварей Пылающего Легиона.

Жаль только, что, в отличие от эльфов, демоны вполне могли возродиться в Круговерти Пустоты.

— Какая ужасная трата ресурсов, — проговорил я, смотря на мертвые тела эльфов.

А ведь этих воинов вполне можно было провести через обращение и получить практически столь же неубиваемых существ, как и демоны Пылающего Легиона.

— И опять я должен им помогать, — устало пробормотал я, слыша, как рядом хмыкнул Латозий.

Вздохнув, я создал в воздухе с пару десятков огненных шаров, которые были наполнены энергией под завязку, и направил их в сторону демонов, в те самые места, где виднелись чернокнижники Легиона. Конечно, моя атака могла не убить их всех. Кто-то из чернокнижников наверняка сможет защититься от жалкого огненного шара, но эта самая защита заставит потратить их время и силы на оборону. Силы, которые они тратили на защиту армии.

Сделав шаг, я моментально переместился, оказавшись впереди армии ночных эльфов. Перед собой я видел отступающих тварей Легиона.

Мой следующий шаг заставил землю под моими ногами пойти волнами, уходящими далеко вперед. Послышался низкий гул, исходящий из-под земли. Отступающие демоны, не ожидавшие подобной атаки, не смогли удержаться на ногах и повалились на землю, которая тут же начала затягивать их, подобно зыбучим пескам. Но на этом действие заклинания не заканчивалось. Мгновением позже погребенных под землей тварей сдавило невидимыми тисками, которые превратили их тела в мешки с переломанными костями. Утробный вой умирающих демонов был слышен даже сквозь толщу земли.

Когда я собирался продолжить сеять смерть, на меня вдруг налетело несколько зверей Скверны, которых явно привлекал «запах» магии, исходящий от меня. Эти монстры чудом смогли пережить мою прошлую атаку, но, не совладав со своей природой, шли на верную смерть.

— Глупые животные, — с толикой презрения сказал я.

Я спокойно продолжил свой путь, не обращая больше внимания на зверей Скверны. Стоило им только подобраться ко мне ближе, как уже из моей тени вырвалось с десяток угольно-черных щупалец. Они двигались невероятно быстро, не оставляя шанса монстрам даже отреагировать на атаку. Часть щупалец с влажным хрустом пронзила тела зверей насквозь, в то время как другая оторвала у этих монстров подрагивающие отростки, с помощью которых они поглощали магию.

Звери дергались в агонии, стараясь сопротивляться, но Тьма уже начала отравлять их тела. Спустя несколько мгновений некогда грозные монстры превратились в не более чем бесформенную жижу под ногами армии эльфов.

Я продолжал свое триумфальное шествие, фактически прокладывая путь ночным эльфам. Я шел вперед и бросался заклинаниями направо и налево, наслаждаясь собственной силой. За время пребывания в тушке эльфа я успел немного отвыкнуть от этого пьянящего чувства. Чувства, когда мана практически не заканчивалась, и даже если резерв сильно проседал, он очень быстро восстанавливался.

— Куда же вы? — улыбнувшись, с азартом произнес я вслед отступающей армии демонов.

Небольшой отряд Стражей Скверны отстал от армии, что означало для них смерть. Я вытянул вперед обе руки, и из моих ладоней вырвались огненные хлысты. Они тут же обвились вокруг двух ближайших демонов, прожигая их броню и плоть. Стражи Скверны взревели от боли и ярости, пытаясь разорвать путы, но лишь сильнее затягивали их.

Сжав кулаки, я резко дернул руки в разные стороны. С чудовищным звуком и шипением горящей плоти два огромных демона были с силой брошены друг в друга. Удар был такой силы, что их доспехи смялись, а кости превратились в крошево. Огненные хлысты продолжали прожигать их плоть, впиваясь все глубже, пока на землю не рухнула бесформенная груда горелой плоти. Те демоны, что видели происходящее, на мгновение замерли, и этой заминки мне было более чем достаточно.

Я щелкнул пальцами. В мир вокруг меня хлынула сила, отчего показалось, что тени у наших ног сгустились и поползли вперед. Один-единственный жест — и в воздухе образовалась сотня едва видимых темных лезвий, что с тихим свистом устремились в спины тварям. Началась самая настоящая резня. Демоны словно попали в мясорубку. Воздушные лезвия, пропитанные Тьмой, разрезали тварей на мелкие кусочки и уходили вглубь их армии. Через несколько секунд передо мной образовалась длинная траншея, устланная изрубленными телами, и земля окрасилась в зеленый цвет от их пропитанной Скверной крови.

Я шел по полю битвы, ведя за собой армию эльфов и слыша их радостные крики. Я чувствовал сотни или даже тысячи восхищенных взглядов, направленных мне в спину, и радовался, что никто из эльфов не видел мое лицо, перекошенное в хищном оскале.

Мне хотелось остановиться и прямо сейчас начать обращать каждого эльфа в армии, но приходилось одергивать себя. Поле боя было не лучшим местом для подобного. Слишком много свидетелей, слишком много ненужных вопросов может возникнуть у тех, до кого дойдет информация о происходящем.

«Лучше брать качеством, а не количеством», — подумал я, возвращая на лицо привычную усмешку и бросая взгляд в сторону идущих поодаль Гребня Ворона и Иллидана.

Рядом с моим учеником и полководцем также шел человеческий маг. Он интересовал меня не меньше, но в первую очередь он был интересен мне знаниями о будущем, нежели своей кандидатурой на обращение. К тому же я понимал, что к нему нужен куда более тонкий подход.

Это в такой же степени относилось и к орку, который успел вырваться в первые ряды армии и с энтузиазмом догонял демонов, чтобы разрубить их своим волшебным топором. Но орк мне интересен был как объект исследования. Хотя я не мог отрицать, что такие свирепые воины, как орки, мне бы пригодились.

«Всему свое время», — мысленно одернул я себя, после чего вернулся к уничтожению демонов.

Шествие защитников Азерота продолжалось.

В какой-то миг я перестал активно уничтожать демонов, лишь оказывая посильную помощь армии эльфов, чтобы минимизировать их потери. В рядах демонов уже царил самый настоящий ад, ведь это была не та битва, которую они ожидали. Ряды демонов прорывались, они все чаще подставляли свои спины под клинки эльфов.

Отступление демонов медленно, но верно превращалось в самое настоящее бегство.

— Не дайте им уйти! — донесся до меня голос лорда Гребня Ворона. — Пощады не давать!

Вдруг я заметил, как в наши ряды полетело несколько метеоритов, объятых зеленым огнем.

— Не так быстро, ребятки, — хмыкнув, сказал я, создавая щит над теми участками поля боя, где должны были упасть эти метеориты.

Слегка изогнув щиты, я фактически создал трамплин для метеоритов, перенаправляя их в середину армии демонов. Нравилось мне использовать оружие врага против него самого. Вскоре метеориты рухнули на землю, убив демонов, которым не посчастливилось оказаться рядом. Затем эти каменные глыбы пришли в движение, превратившись в самых настоящих каменных големов, окутанных зеленым огнем.

— Интересно, — пробормотал я, борясь с желанием броситься вперед, чтобы изучить нового монстра.

В то же время мои маневры со щитом стали неплохим примером для остальных магов армии, отчего они тоже начали защищать бойцов от продолжающих лететь с неба глыб.

Я чувствовал, как поднялся настрой среди ночных эльфов. Грозный враг отступал, бросая свои позиции перед напором защитников Азерота. Здесь и там еще оставались очаги сопротивления, но они были быстро подавлены жаждущими битвы солдатами.

Пылающий Легион уходил все дальше. Демоны уходили к самым границам разрушенной столицы. И, может, так продолжалось бы и дальше. Может быть, битва достигла бы самого Зин-Азшари, а может даже дворца королевы. Но, к сожалению, эльфы, как и все живые существа, имели свойство уставать.

К моему неудовольствию, армия ночных эльфов начала замедляться. Я мог сколько угодно прореживать ряды демонов, но ушастые начинали выдыхаться. И когда Гребень Ворона подал знак трубить привал, мне не оставалось ничего, кроме как выругаться.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать свое раздражение, которое могло вылиться в жертвы среди командующего состава. Я хотел, чтоб эльфы продолжали наступление, хоть и понимал, что штурм столицы отнял бы у нашей армии уйму сил и времени. И я не был уверен, что результат того бы стоил.

Конечно, я бы мог продолжить идти в одиночку. И я даже хотел это сделать, но вовремя одернул себя. Я мог тысячами уничтожать простых демонов, но мне стоило опасаться тех, кто вел всю эту армию. Я не знал всей их силы, и было бы глупо лезть на рожон в одиночку, без поддержки армии, которая могла бы меня прикрыть.

Остановившись, я вновь осмотрел армию ночных эльфов. Несмотря на усталость, лица ночных эльфов чуть ли не сияли от радости. Пожалуй, только Иллидан выглядел раздраженным, поддерживая тем самым мое настроение. Он рвался в бой, пытаясь заставить Лунную Стражу следовать за собой, но даже маги достигли своих пределов.

— Спокойно, ученик, — проговорил я после того, как переместился к Иллидану и положил ему руку на плечо.

— Но, учитель, — возмутился он, пылая жаждой действий, — нельзя дать им уйти и восстановить силы.

— Нельзя, — согласно кивнул я, показывая, что согласен с ним, — но боюсь, что наши воины устали, а нас двоих может оказаться мало для того, чтобы продолжить наступление. Несмотря на отступление демонов, нельзя забывать об осторожности.

Ученик промолчал, опустив голову и с силой сжав кулаки.

— Наше время еще придет, Иллидан, — сказал я, в очередной раз похлопав ученика по плечу.

Глава 24. Сомнения

***

Интерлюдия. Нелтарион Хранитель земли.

Я слышал голоса. Они нашептывали мне, предупреждали. Раньше эти голоса были редким явлением, отчего я не обращал на них внимания. Но теперь они никогда не умолкали. Даже во сне они продолжали нашептывать мне, и я не мог избавиться от них.

Впрочем, я и не хотел от них избавляться.

Я уже привык к ним, вполне мог отделить свои собственные мысли от шепота.

Слегка встряхнув головой, отчего чуть было не разрушил своды пещеры, я мысленно вернулся к нависшей проблеме. Точнее проблемам.

Ночные эльфы хотели уничтожить этот мир… мой мир… Источник вышел из-под контроля, и у глупых эльфов не выйдет обуздать его воды. Они только усугубили ситуацию, призывая в этот мир все больше демонов…

Но что куда хуже, остальные Аспекты не видели всей картины. Они были ослеплены своими интересами. Малигос хотел забрать то, что принадлежит мне. Алекстраза желала обрести надо мной власть. Они ничем не лучше демонов…

Никому нельзя доверять… им всем нужны только мои тайны… моя сила… Верить можно только себе. Все эти двуличные твари запятнали себя связью с низшими расами. Они скорее увидят угрозу во мне, в моих решениях, чем согласятся последовать за мной.

Трусы… Слабаки… Жалкие слабаки.

Они не должны ничего узнать, пока не станет слишком поздно.

Я опустил взгляд на каменный пол пещеры, где остались выжженный след и обожженные останки. Совсем недавно на этом месте стоял демон и имел наглость угрожать мне. Мне, Хранителю Земли, примеру истинного величия. Глупец.

И теперь прямо над тем, что осталось от никчемного демона, парил маленький, даже крошечный, золотой диск, в котором были скрыты просто немыслимые силы. Клятвы были произнесены. Осталось немного.

Вдруг я почувствовал, как моего сознания коснулся кто-то другой. В тот же миг непрекращающийся шепот стих, да и я сам постарался скрыть свои мысли. Нельзя, чтобы эти предатели что-то поняли…

— Нелтарион, мне нужно с тобой поговорить, — раздался в моей голове знакомый голос, и образ его обладательницы тут же предстал у меня перед глазами.

Огромная красная драконица, что не уступала в размерах даже мне.

— О чем ты хотела поговорить, моя дорогая Алекстраза? — так же мысленно спросил я, потянувшись к Аспекту Жизни.

— Вокруг дворца королевы ночных эльфов вновь закручивается водоворот опасных сил, — Алекстраза была сильно обеспокоена, что чувствовалось при подобной связи. — Нам следует принять какое-либо решение, и как можно скорее…

— Не бойся, милая Алекстраза, — мысленно успокоил я собеседницу. — Все под контролем. Осталось совсем немного. Мне нужно закончить приготовление, и тогда… то, что должно, обязательно произойдет.

Закончил я мысленную фразу немного расплывчато, но при мысленной связи иначе никак. Откровенная ложь тут же была бы выявлена собеседником.

— Надеюсь, что так и будет, — после недолгого молчания вновь заговорила Алекстраза. — Также надеюсь, что ты скоро расскажешь нам свой план.

— Не волнуйся, — вновь ответил я. — Я обязательно все расскажу. Не сейчас, но уже совсем скоро. Я обещаю…

— Рада это слышать, дорогой друг, — донесся до меня голос Аспекта Жизни, прежде чем связь оборвалась.

Алекстраза покинула мои мысли так же быстро, как и появилась. В тот же миг, стоило только чужому присутствию пропасть, голоса вновь вернулись.

— Скоро, — вслух проговорил я, наблюдая за золотым диском, который теперь парил над моей лапой. — Очень скоро. В конце концов, я ведь обещал…

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Я пришел в прежде не тронутый лес, чтобы немного помедитировать и привести мысли в порядок. Но сколько бы я ни пытался отрешиться, мои мысли постоянно перескакивали на наше возможное будущее. Слишком все было неявно. Слишком расплывчато.

Войску под командованием лорда Гребня Ворона удалось остановить наступление Пылающего Легиона и даже отбросить их основные силы к столице. Конечно, в случившемся была и моя заслуга, но в большей степени огромный вклад в эту небольшую победу внесла куда более могущественная фигура, нежели я.

«Аварис Шепот Тьмы», — про себя повторил я имя наставника своего брата.

Вспоминая рассказы о том, какие катаклизмы призывал шан’до Аварис на головы демонов, я начинал думать, что он ничуть не уступал по силе Кенарию. Однако, словно одной только подавляющей силы было недостаточно, он будто имел план на любой случай жизни. Ведь это именно он, явно зная возможности, которые дарует Изумрудный Сон, подтолкнул меня к этому сумасшедшему плану.

Теперь, когда мне удалось вернуться в собственное тело, я абсолютно четко это понимал. И сопоставив некоторые известные мне случаи, видел в произошедших событиях руку этого загадочного эльфа. Но при этом он никогда не действовал напрямую, он лишь подталкивал остальных к определенным мыслям, заставляя всех думать, что они сами принимали подобные решения.

Внезапно перед моими глазами предстал образ, как Аварис, подобно пауку, раскинул свои сети над всем Калимдором и лишь дергал за ниточки в нужный момент.

«Нашептывал, продолжая скрываться во тьме», — промелькнула у меня внезапная мысль.

Но что куда страшнее, сколько бы я ни задумывался над всем происходящим, все же не мог найти в себе силы отнестись к его действиям как-то враждебно. Напротив, в какой-то степени я даже понимал и принимал его действия, ведь действуя в открытую иногда можно сделать только хуже.

Мне ли было не знать.

С тех самых пор, как я стал учеником Кенария, мой народ стал относиться ко мне с… опаской. Тщательно скрываемой, но все же опаской. Поначалу для всех я был простым чудаком, но когда мне впервые приснился вещий сон, и я неосторожно выразил свои опасения касательно королевы, то в тот же миг из простого чудака я превратился в изгоя.

Даже мой родной брат не воспринял мои слова всерьез, хоть и не стал относиться ко мне как-то иначе. Тиранда поверила мне, но и в ней я чувствовал толику сомнения. Пожалуй, только в наставнике брата я увидел то самое понимание. Или скорее знание.

Он точно знал, какую роль во всем происходящем играла королева Азшара. Но, в отличие от меня, он продолжал молчать. Его опыт явно подсказал ему, как могут воспринять его опасения, поэтому он начал действовать, находясь в тени. И, как показало время, на деле его подход оказался куда более действенным.

Наверное, именно из-за своих опасений он и ушел тогда из столицы, чтобы прийти в Сурамар. Признаться честно, я не сильно верил в его слова о том, что у него было видение о то, что якобы мы в будущем играли ключевые роли. Но хоть мне не верилось в слова о видении, я отчего-то верил в знания этого высокорожденного. Он, очевидно, знал, куда и зачем направлялся. Он знал, кого искать. Он знал, как надо действовать.

Пожалуй, он единственный, кто начал действовать задолго до того, как стало поздно что-либо предпринимать. Он начал учить Иллидана. Он смог направить его жажду знаний и силы в нужное русло. Он смог сделать то, чего не получилось ни у меня, ни у моего шан’до.

Я нахмурился, стараясь отогнать лишние мысли и все же сконцентрироваться на медитации. Но упрямая мысль о сравнении Кенария и Авариса не давала мне покоя. Даже когда я смог расслабиться и погрузился в транс, слушая шелест листьев, я все еще продолжал думать… продолжал сравнивать.

Находясь в медитации, я слушал голос леса. Я чувствовал беспокойство окружающего мира, ведь Пылающий Легион — угроза для всего живого. Но при этом я знал, что для леса чувство времени было искажено. Я понимал, почему лес всего лишь обеспокоен и не до конца осознал всю угрозу.

Продолжая сравнивать, я не понимал, почему защитники… Почему Кенарий и остальные хранители продолжали бездействовать? Они должны были осознавать масштаб нависшей над нами всеми угрозы.

Невольно мне вспомнился тот день, когда я впервые попытался познать путь друида. Тот путь, который не избирал еще ни один ночной эльф. Я вспомнил, как отправился глубоко в лес за пределами Сурамара в поисках мифического полубога. Я не знал, почему был так уверен, что найду его, и все же мне тогда улыбнулась удача. Но что было еще удивительнее — Владыка Леса предложил учить меня.

Тогда я думал, что мне несказанно повезло. Тогда я осознал, что выбрал правильный путь. Но теперь, после всего пережитого в дворце королевы… После того, как мне чудом, хоть и с помощью Кенария, удалось выжить, я вдруг начал сомневаться.

Эти мысли выбросили меня из медитации.

Я сидел прямо на траве и, опустив голову, смотрел на свои руки. В голове витали тревожные мысли, от которых я никак не мог избавиться.

— Ха! Я знал, что найду тебя здесь, — вдруг раздался очень знакомый голос, похожий на мой собственный.

Подняв голову, я увидел приближающегося ко мне брата-близнеца, который буквально светился от самодовольства. Оставив попытки обрести равновесие, я встал и мрачно кивнул брату.

— Зачем ты меня искал, Иллидан? — спросил я, тяжело вздохнув.

Я смотрел на брата. Он немного изменился за последние несколько дней. Его темно-синие волосы все так же были стянуты в идеальный тугой хвост, но вот одежда отличалась от привычной. И хоть в одежде прослеживался старый стиль, теперь она все больше походила на то, как одевался его наставник. В одежде начал преобладать черный цвет, на котором, словно издевка, выделялся знак Гребня Ворона, как нового покровителя Иллидана.

— Что значит зачем? — удивился брат. — Меня отправил учитель. Нужно вернуться в лагерь. Лорд Гребень Ворона сделает объявление на закате, и все ключевые фигуры должны присутствовать в лагере. Мне пришлось встать пораньше, чтобы успеть отыскать тебя и привести обратно вовремя, чтобы ничего не пропустить.

Это значило, что моя медитация откладывалась на неопределенный срок.

— Я как раз собирался возвращаться, — сказал я, направляясь к своему близнецу.

— Было бы очень плохо, если бы тебя там не оказалось, — совершенно искренне произнес брат. — Лорд Гребень Ворона не любит беспорядка или опоздания любого рода, а особенно тех, кто является неотъемлемой частью его планов.

Хоть Иллидан и говорил о планах Гребня Ворона, отчего-то вместо него между строк читалось совершенное другое имя. Имя его наставника.

— Пойдем, — произнес я, направляясь к саблезубым, демонстративно игнорируя слова брата.

Иллидан ухмыльнулся, а затем кивнул.

Мы молча шагали плечом к плечу по лесному склону, и я с удивлением отметил, что в последнее время мы с Иллиданом сильно отдалились друг от друга. Нам больше нечего было рассказать друг другу, если речь шла не о войне. Когда-то мы действовали как единое целое, но теперь у нас было меньше общего, чем у каких-нибудь незнакомцев.

«Возможно, обучайся мы у одного наставника, все было бы иначе», — вдруг промелькнула в моей голове мысль, которая чуть было не заставила меня запнуться.

— Дракон собирается покинуть нас, вероятнее всего, на закате, — внезапно произнес Иллидан, чем отвлек меня от опасных мыслей.

Я остановился и внимательно посмотрел на брата.

— Когда он об этом сообщил? — спросил я, ведь новость для меня оказалась неожиданной.

Но, помимо неожиданности, эта новость была еще и неприятной. Дракон был одним из немногочисленных могущественных союзников. И потеря такой силы в столь трудный для нас час могла иметь катастрофические последствия.

— Мастер Крас уходит вместе с ним? — спросил я, так и не дождавшись ответа на прошлый вопрос.

Этот маг, который так был похож на ночного эльфа и столь же сильно от нас отличался, был как-то связан с Кориалстразом. Я чувствовал эту связь, но все еще не мог понять ее смысл.

— Нет, он остается с нами, — ответил Иллидан, продолжая путь.

Я облегченно выдохнул. Этот волшебник был не так прост, как могло показаться, и потерять его вместе с драконом было бы, как минимум, неприятно.

— Не слышу радости в твоем голосе, — сказал я, пытаясь поддержать разговор.

— А ее и нет, — произнес мой брат. — Я успел переговорить с учителем по этому поводу. Кажется, он что-то знает об этом волшебнике, хоть и не говорит ничего. Он лишь обмолвился, что без дракона Крас практически бесполезен.

Мне нечего было ответить на эти слова, ведь они были правдивы и подтверждали мои мысли о связи между драконом и волшебником. Вместе они казались непреодолимой силой, но по-отдельности они словно находились на пороге смерти.

— Впрочем, шан’до обещал что-нибудь придумать, — с нескрываемым почтением к учителю сказал Иллидан.

— И все же потеря дракона — это плохо, Иллидан, — несколько разочаровано сказал я.

Было похоже, что брат не разделял моего настроя. Он поднял руку и демонстративно призвал огонь, который объял ее, но при этом не обжег самого Иллидана.

— Мы не лишены собственной силы, — сказал он, убирая огонь. — К тому же, учитель все еще остается с нами. На фоне его подавляющего могущества один дракон выглядит… блекло.

И вновь у меня не было слов, чтобы ответить брату. Я был вынужден с ним согласиться. Хоть я и не видел своими глазами силу этого высокорожденного, но успел наслушаться разговоров вояк и даже членов Лунной Стражи. Пока еще шепотом, но его уже ставили чуть ли не в один ряд с лордом Ксавием и королевой.

Я хотел уже было согласиться с братом, но не успел даже раскрыть рта.

Внезапно у нас на пути появился Страж Скверны, который моментально бросился на нас. Я вдруг почувствовал, как Иллидан оттолкнул меня в сторону, а сам встретил удар демона на странный полупрозрачный щит. Во второй руке брат создал какое-то заклинание и хотел уже было отправить его в демона, но тот решил отскочить в сторону.

Не поднимаясь, я ударил руками в землю, и в тот же миг из-под ног демона вылезли корни, которые начали опутывать Стража Скверны. Он больше не мог пошевелиться, чем и воспользовался Иллидан. Его заклинание наконец-то достигло цели, буквально превратив демона в иссушенную мумию.

Но стоило нам только расправиться с одним демоном, как появилось еще двое Стражей, а вместе с ними и проклятые звери, что питались магией.

Иллидан тихо выругался и уже было направил руки в сторону одного из Стражей Скверны, как вдруг все демоны резко замерли. Спустя всего мгновение вокруг демонов начал образовываться кокон из корней, что вылезли из земли. Когда демоны оказались полностью скрыты от наших глаз, до моих ушей донесся вой, полный боли. Древесные коконы начали сочиться зеленой кровью демонов.

Вскоре коконы спали, оставив после себя трупы демонов, распятые на проросших сквозь их тела корнях. Ужасающее зрелище, от которого я не сразу поверил, что это можно было сделать силами природы.

Я ощутил на себе удивленный взгляд Иллидана, который, видимо, подумал, что происходящее моих рук дело. Вот только я сам был удивлен не меньше. Я знал только одно существо, способное проделать нечто подобное.

«Учитель?», — спросил я сам себя, когда всего на мгновение увидел среди деревьев высокую тень, словно сотканную из ветвей.

Но я так и не почувствовал присутствия наставника. Вместо этого…

— Какие милые создания, — раздался вдруг женский голос.

Из-за распятых трупов вдруг вышла эльфийка, которая с интересом смотрела на демонов. Она провела по ним рукой, окунув палец в зеленую кровь, после чего поднесла эту самую руку к лицу и принюхалась. В тот же миг на ее лице появилась гримаса отвращения, а сама эльфийка брезгливо замахала рукой, стряхивая с нее капли крови.

— Ты? — вдруг удивленно спросил Иллидан, который, похоже, был знаком с этой эльфийкой. — Что ты здесь делаешь?

Девушка наконец-то обратила на нас внимание и мягко улыбнулась. Вот только за этой мягкой улыбкой скрывался самый настоящий оскал.

— Учитель попросил приглядеть за вами на тот случай, если с вами что-то произойдет, — спокойно ответила она. — И, как вижу, совсем не зря. Как же вы, мальчики, любите встревать во всякие неприятности.

— Мы бы и сами справились, — с какой-то детской обидой ответил Иллидан.

И вновь на лице девушки появилась мягкая улыбка, а в следующий миг она вдруг оказалась за спиной брата. Иллидан даже не успел отреагировать, как ее руки опустились ему на плечи.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, младшенький, — произнесла она ему прямо в ухо, — но не надо заставлять учителя ждать.

Я хотел было помочь брату, но вдруг понял, что девушки уже нигде не было. Она исчезла так же быстро, как и появилась.

— Кто это был? — спустя пару секунд смог выдавить я, продолжая с опаской поглядывать по сторонам.

Иллидан ответил лишь спустя несколько секунд, в которые он о чем-то напряженно думал.

— Ученица шан’до Авариса, — мрачновато ответил брат.

Вот только его ответ породил еще больше вопросов, ответов на которые никто не собирался мне давать.

Мы продолжили свой путь, и я напоследок взглянул на трупы демонов. Демонов, убитых силами природы. Теми силами, которые уже неоднократно помогали мне выжить и которым меня учил Кенарий. Теми силами, которыми никто, кроме меня и самого полубога, не должен был владеть. Вот только в произошедшем я так и не почувствовал присутствия Кенария.

В тот миг в лесу, кроме нас, была только эта странная эльфийка, которая приглядывала за нами по поручению своего учителя.

Невольно я задался вопросом: почему же Кенарий и другие лесные божества с их огромными силами не спешили оказать нам помочь? И речь шла не только о случившемся всего пару минут назад инциденте. Вопрос касался всей этой проклятой войны с Пылающим Легионом.

Встряхнув головой, я отогнал лишние мысли и пошел за братом. Но, смотря ему в спину, я неожиданно понял, что впервые в жизни чему-то завидую. Завидую своему брату, что ему так повезло с учителем.

Глава 25. Образцы

***

Аварис.

Я задумчиво постукивал указательным пальцем по губам, обходя по кругу грубо сколоченный стол, больше походящий на плаху. На этом самом столе лежало тело Стража Скверны. Ну или то, что от него осталось. Демон уже давно был мертв, но при этом его плоть все еще была пропитана энергией Скверны.

Цыкнув, я взял в руки инструменты и вернулся к разделке этой туши. Практически идеальный образец для исследования. Пойманный живьем и умерщвленный с минимальными повреждениями магической структуры тела. Мне было интересно исследовать их физиологию. Исследовать их природу.

Я не мог себе позволить пройти мимо интересного материала для исследования, который мог на некоторое время заглушить мою жажду. Для этого мне даже пришлось потребовать временный шатер, в отдалении от основного лагеря, и приказать не приближаться к нему никому, кроме моего ученика или Латозия. В ином случае у ушастых могли появиться вопросы, и мой образ героя, который активно распространялся среди войска, был бы немного подпорчен.

Прокрутив между пальцев острый нож, который едва ли можно было назвать хирургическим инструментом, скорее разделочным прибором, я продолжил изучение. Отсекая лишние части, я постоянно использовал диагностические чары, чтобы получить больше информации.

Наверное, со стороны зрелище было отвратительным, но для меня процесс был завораживающим и даже в некоторой степени медитативным. Практически идеальный образец для исследования.

— Какая ирония, — пробормотал я себе под нос, аккуратно срезая тонкий пласт мышечной ткани. — Твари стремятся уничтожить все живое во вселенной, хотя сами являются формой жизни. Конечно, уродливой и мерзкой, но все же жизни.

Впрочем, этот момент был больше философский. Я уверен, что никто в Пылающем Легионе не задумывался о таких вещах. Всех их вела только воля их повелителя. Мне же в действительности было плевать на их цели. Для меня демоны были просто интересным исследовательским материалом.

Их кровь, пропитанная Скверной, была довольно интересна. Опираясь на свои знания, я мог предположить, что чем сильнее кровь пропитана Скверной, тем сильнее сам демон. Чтобы это проверить, мне нужно было пленить кого-нибудь из командиров Пылающего Легиона.

Зная, что в будущем орки будут изменены с помощью крови Маннорота, мне было интересно, возможно ли провести схожую процедуру, но уже с кровью обычного Стража Скверны. Однако данное исследование пришлось отложить до лучших времен. Для этого я собрал несколько литров крови в зачарованную склянку, которая была исписана рунами, призванными изолировать от внешнего мира содержимое. Не хватало мне еще расхаживать и фонить Скверной на всю округу.

Мысли о крови, пропитанной Скверной, натолкнули меня на не очень приятную мысль, которая заставила меня провести параллель между собой и демонами Пылающего Легиона. Было неприятно осознавать, что в чем-то я с этими мерзкими созданиями похож. Вот только, в отличие от них, по моим венам текла концентрированная Тьма, которая, в сравнении с довольно ущербной Скверной, давала куда больше возможностей и не уродовала носителя. В отличие от Скверны, которая пожирала, уродовала все на своем пути и, подобно пожару, оставляла за собой лишь пепел, Тьма была совершенно другой. Но она не была антиподом Скверны. Тьма просто была другой. Чем-то более совершенным, что спокойно могло поглотить этот пожар, не оставив и следа от Скверны. Ведь Тьма была всегда. Она колыбель, из которой все родилось, и саван, в который все рано или поздно должно вернуться.

Мысль о некотором родстве с демонами привела меня к новой идее. Я посмотрел на вскрытого демона. Его тело было насквозь пропитано Скверной. Она текла по его жилам, она питала его мышцы, она была ядром его сущности. А что, если… попытаться вытеснить ее? Не уничтожить, а именно заместить. Процесс был бы мучительно болезненным, вероятно, смертельным для большинства подопытных. Но если удастся найти достаточно сильного демона, достаточно стойкого… и медленно, капля за каплей, заменить эту хаотичную зеленую мерзость на спокойную всепоглощающую Тьму?

Я представил себе армию демонов, лишённых верности Пылающему Легиону, но сохранивших свою силу и стойкость. Демонов, чья воля была бы подчинена мне. Демонов, потерявших связь с Круговертью Пустоты, но вместо нее получивших возможность возрождаться в моем домене. В моей колыбели. Это была бы армия, способная бросить вызов кому угодно. Даже их бывшим повелителям.

— Какая восхитительная перспектива, — прошептал я, и хищная улыбка сама собой появилась на моем лице.

Впрочем, это были всего лишь мысли. Я прекрасно понимал, что подобные эксперименты могли быть опасны. Не хотелось бы в ходе экспериментов открыть проход для сил Пылающего Легиона в самое сердце Тьмы. К тому же, мне куда выгоднее противопоставлять себя Пылающему Легиону и обращать жителей Азерота, даруя им силу и возможность защитить свой мир.

И плевать, что, защищая свой мир, они постепенно будут помогать мне заполучить Азерот себе.

«Хотя полностью отказываться от идеи обращения демонов тоже не стоит. В конце концов, их можно будет использовать как шпионов, если сделать все правильно», — подумал я, размышляя над возможными перспективами.

Мои размышления прервал тихий шорох у входа в шатер. Бросив в сторону входа короткий взгляд, я увидел, как тень на входе сгустилась, и из нее беззвучно шагнула Шеала в образе ночной эльфийки.

— Учитель, — вместо приветствия произнесла она, подходя ближе ко мне. — Они уже на подходе к лагерю.

— Понятно, — протянул я, возвращаясь к своему занятию. — Как все прошло?

— Не без проблем, — хмыкнув, ответила чародейка.

Девушка уже подошла вплотную, и я почувствовал, как она, слегка привстав на носочки, попыталась заглянуть мне через плечо.

— Как вы и предполагали, — продолжила отчитываться ученица, — на близнецов напали демоны. Иллидан показал себя так, как и ожидалось, чего не сказать о его брате. Друид замешкался. В нем чувствуются сомнения. Был риск потерять его в столкновении. Мне пришлось вмешаться, прибегнув к помощи обращенного лешего. Правда расправа над демонами вызвала недовольство младшенького.

Я тихо хмыкнул, не отрывая взгляда от препарируемого тела. Иллидан и его вечное желание доказать всем и вся свою состоятельность. К счастью, этим его качеством можно воспользоваться и направлять энергию юного ночного эльфа в нужное русло.

— Что с барьером? — сменив тему, деловито спросил я, параллельно запуская диагностирующие чары.

— Все готово, — сказала Шеала. — Конечно, накрыть город полностью не выйдет. Только две трети. Если растягивать барьер дальше, он потеряет свою мощность. Мы не стали рисковать.

— Хорошо, — кивнул я. — Твое присутствие здесь больше не требуется. Возвращайся в Сурамар. Когда демоны подойдут достаточно близко, ты и Элисанда закроете город.

После своих слов я почувствовал удивление со стороны чародейки.

— Когда? — переспросила Шеала. — Не «если»?

— Именно, — пробормотал я, откладывая инструмент.

— Откуда такая уверенность? Мне казалось, что портал был закрыт. Неужели вы не уверены, что армия ночных эльфов вместе с вами смогут разбить остатки Пылающего Легиона.

Вытерев руки, я усмехнулся, после чего повернулся и насмешливо посмотрел на ученицу.

— Не думаешь же ты, — начал говорить я, скрестив руки на груди, — что демоны так просто отступят. Их командиры пока еще живы, как и ушастые, что решили позаигрывать с неподвластными им силами. Имея доступ к Источнику Вечности, а также уже имеющийся опыт, открытие второго портала лишь вопрос времени, как и приближение основных сил Легиона к городу. Как бы ни было прискорбно это признавать, но меня одного не хватит, чтобы остановить целую армию демонов.

На какое-то время повисло гробовое молчание.

— Поэтому возвращайся в Сурамар, — повторил я, протянув руку к Шеале и убрав спадающую ей на лицо прядь волос, — и жди нужного момента. Барьер должен быть непроницаем. До тех пор город закрыть. Никого не впускать и не выпускать. Поняла?

— Да, учитель, — тихо, но решительно и без тени сомнения ответила она.

Я лишь ободряюще улыбнулся ей. Я знал, что она сделает все ровно так, как и было велено.

— Иди, — спокойно сказал я, и фигура Шеалы вновь растворилась в тенях.

Оставшись вновь один, я вернулся к своему занятию. Отчет Шеалы заставил задуматься. Крупица Тьмы, появившаяся в душе Малфуриона, смогла лишь посеять зерно сомнения в нем, но не более. Возможно, потребуется много времени, чтобы Тьма дала ростки. К сожалению, покровительство Кенария не позволяло действовать чуть более открыто.

Рано или поздно, если все будет идти своим чередом, Малфурион сам придет ко мне.

Я продолжил изучение демона с удвоенным энтузиазмом. Нож порхал в моих руках. Инструменты сменялись один за другим. Я отделял слизистую ткань, вытаскивал пучки нервов, вскрывал органы. Каждый срез, каждый новый образец ткани открывал для меня что-то новое. В какой-то момент от диагностических чар я постепенно перешел к иным заклинаниям. Памятуя о таком термине, как магическое сопротивление, я начал изучать воздействие магии на демонов.

Но, к сожалению, все хорошее рано или поздно имело свойство заканчиваться. Поэтому, вспоминая о грядущем военном совете с Гребнем Ворона, мне пришлось свернуть свои исследования, сделав мысленную отметку вернуться к ним позже.

Я уничтожил останки демона с помощью сгустка Тьмы, который буквально сожрал тело, не оставив после себя ни следа. Смрад, витавший все это время в шатре, начал медленно рассеивался. Оставалось только сжечь стол и убрать все следы своей импровизированной лаборатории.

Закончив, я покинул шатер и направился к центру лагеря, где уже вовсю кипела жизнь. Раненых перевязывали жрицы, воины чистили оружие, а маги из Лунной Стражи восстанавливали силы, медитируя. На лицах большинства читалась усталость. Но за маской усталости, можно было увидеть радость и некоторую эйфорию. Ночные эльфы радовались, что смогли отбросить страшного врага и очевидно уже представляли, как триумфально войдут в столицу, чтобы спасти свою королеву.

Идиоты. Им было невдомек, что все происходящее не конец. Это только начало.

Мое внимание привлекла странная парочка, стоявшая чуть поодаль от остального лагеря. Первым был маг в алых одеждах, Крас, который по рассказам Ронина был его учителем и успел помочь Малфуриону во время его «путешествия» по Изумрудному Сну. Этот чародей выглядел крайне скверно. Он и без того выделялся своей бледной кожей на фоне ночных эльфов, но теперь стал еще бледнее. Казалось, что ему тяжело даже стоять, не говоря уже о каком-либо движении.

Рядом с ним, беспокойно поглядывая по сторонам, растянулся на земле исполинских размеров дракон — Кориалстраз. Пожалуй, это был самый крупный дракон из виденных мной за всю мою жизнь. И все же, несмотря на свои габариты, он не внушал трепета. Его алая чешуя потускнела, а в глазах можно было увидеть усталость и боль. Было понятно, что он чувствовал себя ничуть не лучше, чем чародей, стоящий рядом с ним.

Впрочем, меня нисколько не удивляло их подобное состояние. Я чувствовал связь между ними, а также знал, что они две части одного целого. Не трудно было узнать, что Крас, так же, как и Ронин с Броксом, попал в это время из-за аномалии. Но, в отличие от человека и орка, дракон уже существовал в это время. И, как показала практика, одна душа не могла существовать сразу на два тела. В итоге душа фактически оказалась разорвана надвое, оставив лишь слабую связь между частями. Вот только этот разрыв, как я успел понять, вызвал провалы в памяти, что у первого, что у второго. А вслед за разумом пострадало и тело. Точнее, сама физическая оболочка была в полном порядке, но при этом чувствовала боль от разрыва души.

Как итог, пока они находились рядом друг с другом, их общая душа стремилась воссоединиться. Но стоило им отдалиться друг от друга, как они становились похожи на мертвецов.

Я решил подойти к ним поближе. По мере моего приближения я все отчетливее слышал их разговор.

— Ты снова задумался, — проворчал дракон.

— Просто беспокоюсь о твоем предстоящем уходе, — ответил Крас своему младшему «я».

Красный дракон покачал огромной головой.

— Я не хочу уходить, — произнес ящер, — но наш род хранит молчание. Я не чувствую даже мою возлюбленную Алекстразу. Ты должен понять мое желание узнать правду.

Я заинтересовано вскинул брови. Похоже Кориалстраз каким-то образом потерял связь со своей стаей, что довольно сложно представить.

Они какое-то время молчали, пока волшебник вдруг не заговорил вновь.

— Я тут подумал, — начал Крас, слегка нахмурившись, — может есть способ отправиться нам с тобой, так сказать, вместе?

— Исключено, — пророкотал дракон, — ты нужен здесь.

Лучшего момента, чтобы влезть в их разговор, попросту не было.

— Похоже, у вас возникла небольшая проблема, — произнес я, наконец-то обозначив свое присутствие.

Парочка сразу обратила на меня свое внимание.

— Лорд Аварис, — с уважением произнес Крас, приписывая мне титул, которого у меня не было. — Что вы здесь делаете?

Я постарался мягко улыбнуться.

— Я шел на военный совет, — ответил я, что было недалеко от истины. — Гребень Ворона хочет сделать объявление. Однако, увидев вас, не смог пройти мимо и невольно услышал ваш разговор. Могу предположить, что у вас возникла… проблема с предстоящим уходом уважаемого Кориалстраза.

Старшая и младшая версия дракона не спешили отвечать. Ящер выжидательно смотрел на волшебника, отдавая ему пальму первенства в разговоре.

— Мы… слабеем, — медленно, словно подбирая нужные слова, заговорил чародей. — Кориалстраз должен улететь, чтобы встретиться с нашей королевой. Он должен рассказать об увиденном и привести помощь. Но разделение… оно словно разрывает нас на части. Чем дальше мы находимся друг от друга, тем слабее мы становимся.

— Весьма предсказуемый побочный эффект, — перебив Краса, заговорил я, дав ему тем самым намек о том, что мне известно о его путешествии во времени.

— Ты знаешь, что с нами происходит? — с удивлением спросил Крас, с легкой опаской посмотрев на свою молодую версию.

— Ему лучше не знать, — прозвучал в моей голове голос Краса, а сам волшебник не сводил с меня своего взгляда.

— Ваша сущность едина. — так же мысленно ответил я ему, чем заставил волшебника слегка поморщиться. - Находясь в одном временном отрезке в двух телах, ваша душа была разорвана. Она стремится восстановиться, образуя связь между вами. Но при разделении связь истончается, и ваша жизненная сила утекает в никуда, пытаясь эту связь сохранить.

— Я знаю, как это исправить, — уже вслух сказал я, игнорируя удивленный взгляд Краса.

Мои слова были не совсем правдивы, но и ложью их нельзя было назвать. У меня была теория, и они были идеальными подопытными для ее проверки.

— Вам нужен якорь, — продолжил я, не дожидаясь очевидного вопроса. — Частица сущности друг друга, которая будет поддерживать связь на расстоянии, не давая ей разорваться.

Не дожидаясь их согласия, я моментально оказался рядом с драконом. Спустя мгновение я впился рукой в его бок. Не успел дракон понять, что происходит, как я с силой вырвал пару мелких, размером с ладонь, чешуек. Кориалстраз взревел от боли и неожиданности, инстинктивно выдохнув струю пламени, от которой я лениво отмахнулся.

— Терпи, ящер, это для твоего же блага, — прошипел я, удерживая в ладони пару окровавленных чешуек.

Пока парочка удивлялась подобной наглости, я незаметно отправил одну чешуйку в маленький портал, предвкушая изучение нового образца.

Подойдя к ошеломленному Красу, я прижал другую чешуйку к его груди.

— Сейчас будет больно, — предупредил я и влил в чешую свою энергию.

Рука полыхнула огнем, оставив после себя ужасный ожог на груди волшебника. Без промедления я тут же начал накладывать чары, ускоряющие регенерацию. Приходилось несколько раз повторять процедуру, буквально вплавляя драконью чешуйку в плоть мага. Крас кричал, его тело выгнулось дугой, но я крепко держал его. Процесс был грубым, варварским, но эффективным.

Когда я отнял руку, на груди Краса, там, где только что была обожженная плоть, проступил узор, в центре которого была драконья чешуя, сросшаяся с кожей. Маг тяжело дышал, но было заметно, что постепенно он начинал чувствовать себя все лучше.

— Теперь твоя очередь, — сказал я магу. — Тебе нужна его частица. Но, так как ты сейчас в гуманоидной форме, чешую с тебя не сорвешь. Придется немного помочь.

Я положил ладонь ему на плечо. Крас попытался отшатнуться, но моя хватка была железной. Я сконцентрировался, направляя поток своей магии прямо в его тело и заставляя его сущность дракона проявиться. Это было насильственное вмешательство в его природу. Его тело начало ломаться и меняться, кости трещали, кожа растягивалась. Он закричал снова, но на этот раз в его голосе уже слышались драконьи ноты. На его предплечье кожа лопнула, и из раны прорезалось несколько новых полноценных чешуек. Я тут же сорвал их, не дав трансформации зайти дальше, и прекратил воздействие. Крас рухнул на колени, хватая ртом воздух.

Подойдя к Кориалстразу, который смотрел на все происходящее с ужасом, я повторил процедуру, вживив чешуйки его старшей версии в бок, где мною уже были вырваны его чешуйки. Крик чародея сменил драконий рык, полный боли. Впрочем, боль была несущественной мелочью. В сравнении с тем, что вскоре они начали чувствовать себя значительно лучше.

— Благодарю… — с трудом выговорил Крас, поднимаясь на ноги.

Кориалстраз в знак согласия склонил передо мной свою огромную голову.

— Не стоит благодарности, — я позволил себе легкую усмешку. — Я не люблю, когда полезные союзники превращаются в балласт. Теперь уважаемый Кориалстраз может лететь, и мы будем надеяться, что он сможет привести подмогу. Помощь драконов нам не помешает. А нам с Красом уже пора на военный совет.

Я уже развернулся, чтобы уйти, наслаждаясь чувством полного контроля над ситуацией и мысленно перебирая варианты исследования полученных образцов. Драконья чешуя, кровь, пропитанная Скверной, и моя Тьма. Было интересно, что я смогу создать из такого сочетания.

Но в этот самый миг я вдруг замер и оглянулся на дракона и мага. Они тоже это почувствовали. Мы синхронно повернули головы в сторону, где стоял Зин-Азшари.

— Они сделали это… — выдохнул Крас, глядя на далекий город. — Портал для Пылающего Легиона снова открыт.

Незаметно над лагерем повисла тишина. Все, кто был хоть немного чувствителен к магии, ощутили изменения. Те же, кто не был столь чувствителен, смотрели на небо, которое начало окрашиваться в ядовито-зеленый цвет.

— Похоже, представление только начинается, — пробормотал я, понимая, что впереди мне предстоит еще много работы.

Глава 26. Второй акт

***

Интерлюдия. Маннорот.

Я едва мог сдерживать свою ярость. Закрытый портал был провалом, а провал в Пылающем Легионе означал смерть.

— Они слабеют, — раздался рядом со мной голос эльфийского капитана. — Скоро они снова утратят контроль над порталом.

Рыкнув, я захотел размазать этого червя, но остановился. К своей досаде, я отметил, что этот мешок с костями прав. Издав очередной рык, я тут же включился в магическое плетение. Нужно было любой ценой удержать контроль над открывающимся порталом.

Мне удалось удержать плетение и перенаправить усилия эльфов в нужное русло.

«Провал недопустим», — подумал я, продолжив наблюдать за процессом.

Под моим руководством маги усилили давление на отказывающийся меняться сгусток энергии.

— Провал недопустим, — прорычал я, озвучивая собственные мысли и понимая, что в случае неудачи не смогу избежать гнева Саргераса.

Надавив еще сильнее, попутно выпивая из стоящих рядом эльфов все силы, я наконец-то услышал треск. Внезапно в центре сгустка энергии образовалась черная точка, а мое сознание заполнил голос. Очень знакомый голос.

— Маннорот…

Но этот голос не принадлежал господину.

— Да, — раздраженно и с неохотой ответил я. — Путь снова открыт.

— Ты разочаровал его…

— Я сделал все возможное! — возмутился я, не желая принимать упрек от него.

Только договорив, я смог осознать глупость своего поступка. К счастью, моя наглость была проигнорирована.

— Путь для него должен быть свободен. Я прослежу, чтобы все было исполнено. Жди меня, Маннорот, ибо я иду…

После этих слов черная точка внутри сгустка энергии вдруг расползлась, превращаясь в огромный провал в пустоту. Портал выглядел иначе, чем прежде. Он был больше, был крепче и мог выдержать больше силы. Но все это не было заслугой эльфов. Это даже не было моей заслугой. Так случилось только благодаря тому, что тот, кто говорил со мной, сумел укрепить портал с той стороны.

— На колени! — взревел я, склоняясь в почтительном поклоне насколько позволяло мое тело.

Эльфы, не смея ослушаться меня, тут же последовали приказу и попадали на колени.

— Мы готовы, — произнес я, обращаясь к тому, кто был по ту сторону портала, но при этом не смея поднять своего взгляда от пола. — Недостойные ожидают твоего появления… Архимонд.

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

Стоя посреди просторного шатра лорда Гребень Ворона, я с нарастающим беспокойством слушал его планы относительно направления контрнаступления.

— До меня доходят донесения со всех краев империи, — говорил полководец, и никто не смел его перебивать, — что, несмотря на закрытие портала, полчища демонов продолжают бесчинствовать на нашей земле.

Он сделал небольшую паузу, позволяя всем присутствующим осмыслить сказанные им слова.

— Однако, — продолжил он, подняв палец вверх, — совершенно ясно, что нам нельзя распылять свои силы, и стоит сосредоточиться на Зин-Азшари! Эта мерзость выползла оттуда, туда мы и должны нанести удар!

По рядам собравшихся прокатился одобрительный рокот. Отрезать врага от его ключевой позиции — эта мысль казалась вполне логичной и даже правильной. Ведь без Зин-Азшари, не имея возможности получить подкрепление, демоны, уже находящиеся на поле боя, наверняка потерпели бы поражение.

— Но мы столкнемся не только с чудищами, — продолжал свою воодушевленную речь Гребень Ворона. — В Зин-Азшари нам придется противостоять иным, куда более хитрым и изворотливым врагам — нашему собственному народу. Собратьям, что продались этим мерзким демонам.

— Смерть высокорожденным! — раздался чей-то крик.

Этот крик подхватили многие из присутствующих, пока вдруг не раздался казавшийся тихим голос, но он заставил всех замолчать и напрячься.

— Какие интересные лозунги, — шепот, сравнимый с шипением змеи, донесся со стороны входа в шатер.

Все как один повернулись, чтобы увидеть новоприбывшего, коим оказался Аварис Шепот Тьмы. Могущественнейший чародей, который, по совместительству, также был высокорожденным.

— Мне стоит начинать оглядываться, чтобы не получить удар в спину, Кур’талос? — без какого-либо почтения в голосе произнес маг, о котором среди армии уже начали слагать легенды.

Рядом с Аварисом стоял и Иллидан, который старался держаться по правую руку от своего учителя. В другое время брат старался бы не отходить от Гребня Ворона, но в последнее время его постоянно видели только возле своего шан’до. Этим он показывал, кому в действительности принадлежала его верность.

«Другого от Иллидана я и не ожидал», — подумал я, зная, как сильно брат тянулся к знаниям и силе. Куда сильнее, чем к высокому положению.

Помимо моего брата, рядом с высокорожденным стоял и другой чародей, об истинной природе которого все могли лишь догадываться. Каждый чувствовал и признавал в нем кого-то могущественного, хоть и пока он находился в далеко не лучшей форме.

— Мастер Аварис, — наконец-то прервал затянувшееся молчание лорд Гребень Ворона, склонив голову в качестве приветствия. — Уж вам точно не стоит беспокоиться о таких глупостях, ведь речь шла не о вас. Все присутствующие осознают, что глупо сравнивать вас и этих проклятых предателей. Это они, ведомые советником королевы, лордом Ксавием, навлекли на нас эту беду, а не вы! Именно они теперь должны встретиться с нашими мечами и копьями и заплатить за свои преступления! За то, что держат в плену нашу дорогую Азшару!

Из глоток собравшихся вырвался гневный рев. Все были готовы порвать демонов за свою королеву. Практически все. Я с удивлением отметил, что на словах о королеве наставник брата едва заметно поморщился, а в его глазах промелькнуло презрение. Это продлилось всего мгновение, и вскоре Аварис снова вернул себе контроль над эмоциями, нацепив на лицо маску скуки.

— Даже после всего случившегося они по-прежнему остаются слепы, — раздался рядом со мной тихий голос.

Обернувшись, я увидел рыжеволосого мага — Ронина. Маг, который отчего-то больше походил на воина, хмурился. Он явно был недоволен тем, что все упрямо старались выгородить королеву.

— Те, кто не видит правды, добровольно обрекают себя на поражение в битве, — вдруг выразил удивительно философскую мысль стоящий рядом Брокс, покачав головой в ответ на непоколебимую верность королеве.

Промелькнувшая ухмылка на лице рыжеволосого мага заставила меня поморщиться, но не от злости на чужаков. Нет, я поморщился от негодования и обиды. Обиды за своих соплеменников. Маг и орк без труда видели то, что в упор не замечали мои сородичи.

Азшара наверняка была в курсе всего происходящего в своем дворце. Демоны просто не могли явиться без ее ведома.

— Если бы вы знали, кем была для нас королева, — попытался я защитить свой народ от осуждения со стороны чужаков, — то поняли бы, почему им так трудно поверить в ее предательство.

— Неважно, что они думают, — вдруг раздался голос Иллидана, который каким-то образом успел подойти к нам. — Главное, что все они атакуют Зин-Азшари, а конечный результат все равно будет один: больше никаких демонов! Уж мы то постараемся, чтобы так и было.

— А что, если Азшара выйдет к ним и скажет, что власть над демонами и высокорожденными теперь у нее в руках и все эльфы, наконец, в безопасности? — многозначительно спросил Ронин. — Что будет, если она прикажет своим подданным сложить оружие и заявит, что война окончена? А затем Пылающий Легион обрушит свою ярость на войска Гребня Ворона и остальных, а королева в это время будет смеяться над несчастными глупцами?

Брат явно хотел что-то ответить человеку, но не успел сказать и слова. В разговор вновь вступил Брокс, который тихо пробормотал, многозначительно сжав свой топор:

— Мы знаем о ее предательстве. И мы позаботимся о том, чтобы эта королева не смогла обвести нас вокруг пальца…

— И не только мы, — сказал новый участник беседы в лице Краса, который смог спокойно подойти к нам вслед за Иллиданом.

Ронин вопросительно посмотрел на таинственного бледного мага, но тот лишь кивнул в ту сторону, где возле Гребня Ворона стоял весьма мрачный Аварис. Вот уж кто наверняка знал о предательстве королевы и сделает все, чтобы ее планы провалились.

— Наш дорогой союзник, хоть и не показывает этого, явно в курсе планов королевы, — озвучил мои мысли Крас, который, на удивление, выглядел куда лучше, чем раньше, хотя дракон уже успел покинуть наше войско.

Но сам Крас не стал отвечать на немые вопросы. Только Иллидан не был удивлен состоянием таинственного чародея, словно знал, что с ним произошло.

Тем временем, пока мы тихо переговаривались между собой, лорд Гребень Ворона продолжал свою речь.

— Как только основные силы окажутся под стенами столицы, — уверенно говорил он, — дополнительные силы, собранные с других регионов, под командованием лорда Десдела Звездного Глаза подтянутся с юга, и тогда мы зажмем противника в двух сторон в тиски и…

— Разумеется, мы должны действовать быстро, — не к месту влез в речь полководца Десдел, параллельно втягивая нюхательный табак носом. — Да, мы ударим в самое сердце врага. Демоны придут в трепет от наших клинков, станут умолять нас о милости, но мы не окажем ее.

Мне захотелось хлопнуть себя по лбу после слов этого молодого эльфа, носившего схожие с Гребнем Ворона доспехи, только более вычурные.

«Идиот», — подумал я, сдерживаясь, чтобы не озвучить свои мысли.

— Говорят, если вовремя заткнуться, можно сойти за умного, — вдруг раздался спокойный голос шан’до Авариса. — Но не волнуйся, юнец, тебе это не грозит. Ты даже молча выглядишь, как идиот.

Слова мага вызвали негодование на лице лорда Звездный Глаз, и он явно был готов броситься на того, кто посмел его оскорбить. Вот только сделать он ничего не смог, беспомощно застыв на месте, и лишь подтвердил своей попыткой озвученные ранее слова.

— Мастер Аварис, — вмешался лорд Гребень Ворона, напустив в голос немного недовольства, — попрошу не…

— И ты тоже помолчи, Кур’талос, — вовсе без почтения бросил наставник брата.

Он сделал простой жест рукой, после которого в лорда Гребень Ворона стремительно влетела небольшая искра. Полководец попытался что-то возразить, но смог лишь беззвучно открывать и закрывать рот.

— Пока вы строили здесь свои никчемные планы, — помрачнев, сказал Аварис, обведя взглядом всех собравшихся, — высокорожденные, которых вы тут так рьяно хотели перебить, уже открыли новый портал.

Слова могущественного мага прокатились по собравшимся, заставив некоторых побледнеть.

— Время пустых разговоров прошло, — мрачно припечатал маг. — Настало время действовать.

***

Аварис.

Мои слова имели эффект разорвавшейся бомбы, которая тут же заставила всех начать действовать и готовить войско к наступлению. По итогу в командирском шатре остались только важные для командования персоны.

«Хотя некоторых я бы отсюда все же убрал», — слегка поморщившись, подумал я, взглянув на Десдела, который вновь вдохнул нюхательного табака.

— Помоги нам Тьма, если этот павлин каким-то образом встанет во главе армии, — тихо проговорил я, чтобы меня мог услышать только стоящий рядом Латозий. — Кажется, я буду первым в очереди из тех, кто захочет оторвать этому идиоту голову.

Своими словами я вызвал тихий смешок со стороны обращенного эльфа.

— Зачем ждать, господин? — так же тихо спросил меня Латозий с тонкой улыбкой на лице. — В предстоящей битве многое может произойти.

Намек обращенного эльфа был очевиден, и мне оставалось только осмотреться в надежде, что его никто не слышал. К счастью, все были заняты обсуждением новой информации.

— Я подумаю над твоим предложением, — бросил я Латозию, прежде чем наконец-то вернуться в разгорающийся спор.

— И откуда нам знать, что эта информация правдива?! — немного истерично воскликнул Десдел, посмотрев на меня. — Откуда…

Договорить ему не дали невидимые тиски, что сжали его горло.

— Ты смеешь ставить под сомнения мои слова? — помрачнев, поинтересовался я, параллельно с этим думая, что, возможно, мне не придется дожидаться битвы.

Дерзкий ночной эльф в отчаянии попытался разорвать невидимые путы, но смог только расцарапать себе шею. Возможно, я удавил бы его на месте, если бы не вмешательство Краса, который выступил вперед.

— Прошу, мастер Аварис, — вежливо и спокойно произнес он, — отпустите этого глупого юнца, который не ведает, что говорит.

Я посмотрел на дракона в обличии эльфа крови, ожидая увидеть в его взгляде осуждение, но его, к моему удивлению, не было.

— Только из уважения к вам, уважаемый мастер Крас, — так же вежливо произнес я, решив не обострять ситуацию.

В следующий миг Десдел сделал шумный вдох, хватаясь за свое горло.

— Отвечая на вопрос лорда Звездный Глаз, — продолжил говорить Крас, — я могу подтвердить правдивость слов мастера Авариса. Я так же, как и он, почувствовал возмущения в ткани реальности и знаю, что они означают. Портал открыт.

По упрямому взгляду надменного аристократа можно было понять, что он не сильно-то поверил в эти слова, но в этот раз ему хватило мозгов промолчать. К счастью, Гребень Ворона решил отнестись к нашим словам со всей серьезностью

— Давно? — деловито поинтересовался он.

— Незадолго до нашего прихода на совет, — ответил уже я. — И могу с уверенностью сказать, что открытый портал превосходит предыдущий.

Кур’талос задумчиво посмотрел прямо перед собой, склонившись над столом, на котором были разложены карты местности.

— Дурные вести, — пробормотал он, — очень дурные.

— Не все так плохо, — попытался я успокоить полководца. — Несмотря на то, что портал стал сильнее, через него не сможет разом пройти много демонов.

— И что куда важнее, — подхватил Крас, — через него пока не сможет пройти их хозяин в своем физическом воплощении.

Гребень Ворона непонимающе посмотрел на дракона.

— И что это нам дает? — спросил ночной эльф. — Какая разница, откуда он командует своим легионом чудищ?

— Это дает нам надежду, — ответил дракон из будущего. — Поверьте, у нас есть надежда одержать победу, даже если сюда явится весь Пылающий Легион, но этой самой надежды не будет, стоит только их повелителю ступить в этот мир.

Я мог лишь согласно покивать в ответ на слова Краса. Среди нас не было никого, кто бы мог противостоять Саргерасу. Даже я не столь самонадеян, чтобы выступить против него. Моих сил пока еще недостаточно для такого столкновения. Повелитель Пылающего Легиона запросто мог отправить меня на перерождение в домен.

— Нужно вновь уничтожить портал, пока они не смогли укрепить его еще больше, — сказал я, поворачиваясь к полководцу. — Нужно немедленно выступать на Зин-Азшари всеми имеющимися силами и постараться избегать любых столкновений, которые могли бы нас замедлить.

Гребень Ворона согласно кивнул.

— Теперь взять столицу стало еще важнее, — произнес он, прежде чем обратиться к Десделу. — Немедленно приступай к плану.

Надменный ночной эльф не стал спорить и тут же поспешил покинуть шатер, чтобы выполнить поручения.

— Но как же другие города? — спросил кто-то из командиров. — Если мы соберем с окрестностей всех воинов, то отряды демонов смогут пройти дальше вглубь наших земель, уничтожая каждого на своем пути. Или, что еще хуже, они смогут ударить нам в спину.

— У нас нет иного выбора! — воскликнул Гребень Ворона. — При штурме столицы нам потребуются все доступные силы.

— Вам все же следует разослать гонцов, как я и предлагал, — внезапно вставил Крас.

Я заинтересовано посмотрел на дракона, не совсем понимая, о чем он говорил. Но похоже, что Гребень Ворона прекрасно его понял, отчего его лицо приняло хмурое выражение.

— О чем речь, уважаемый Крас? — заинтересовано спросил я.

— Я пытался убедить лорда Гребень Ворона, — начал пояснение дракон, — обратиться за помощью к дворфам и другим расам…

— Просить помощь у других рас?! — выпалил кто-то из эльфов.

Предложение дракона вызвало волну возмущения. Высокомерные ночные эльфы даже не желали слышать о том, чтобы идти на поклон к расам, что считали чуть ли не варварскими. Однако я не разделял категоричность ушастых.

— Весьма здравое предложение, — задумчиво протянул я.

— При всем уважении, — одновременно со мной заговорил Гребень Ворона, — но мы не станем так унижаться. Не волнуйся, мастер Крас, мы захватим Зин-Азшари и уничтожим портал без помощи дикарей.

Я заметил, как нахмурились Крас и Ронин, после того как услышали категоричный отказ. В свою очередь я нисколько не удивился подобному исходу.

— И все же помощь нам не помешает, — заговорил я, собираясь тем самым сгладить острые углы.

Своими словами я заставил всех обернуться на меня.

— Глупо отрицать, — начал говорить я, чувствуя, как мои губы растянулись в предвкушающей усмешке, — что нам потребуются все доступные силы для штурма столицы. Но также глупо будет оставлять без защиты окрестности. Именно для защиты нам не помешала бы помощь.

Я на какое-то время замолчал, позволяя остальным осмыслить сказанное мной. Крас благодарно кивнул в знак того, что был рад моей поддержке.

— Однако, — продолжил я, уже смотря прямо в глаза Кур’талоса, — я как никто другой понимаю нежелание идти на поклон к другим расам. Но, к счастью для нас всех, я могу предложить альтернативу к данному решению.

— И какую же? — спросил Гребень Ворона, когда не дождался от меня продолжения.

Моя усмешка превратилась в змеиную улыбку.

— Скажем так, — протянул я, продолжая улыбаться, — я могу прибегнуть к помощи ряда единомышленников, которые сейчас находятся под командованием моей первой ученицы. Все они первоклассные воины, обученные сражаться против различного рода чудовищ. Конечно, их не столь много, чтобы они могли влиться в ряды армии, но их более чем достаточно, чтобы прикрыть наши тылы.

На какое-то время повисло напряженное молчание.

— И они… — с подозрением протянул Гребень Ворона.

— Они такие же ночные эльфы, — я поспешил успокоить полководца, — как и я сам.

Глава 27. Душа дракона

***

Аварис.

— Я должен идти, — сказал Малфурион, когда военный совет наконец-то закончился, и мы вышли из командирского шатра. — Есть… есть кое-что, что я должен сделать.

На последних словах щеки молодого ночного эльфа потемнели, что указывало на крайнюю степень смущения. Это вызвало лишь понимающие улыбки у более опытных товарищей. Даже я позволил себе тихонько хмыкнуть в ответ на эти слова, а Крас так вовсе любезно кивнул и добавил:

— Прошу, передай ей от меня привет.

Это заставило Малфуриона смутиться еще больше.

— Я… — начал говорить он, но запнулся, — к-конечно.

Краем глаза я заметил, как непроизвольно нахмурился Иллидан, что стоял по правую руку от меня.

— Бери пример с брата, ученик, — сказал я, сделав так, чтобы меня услышал только Иллидан. — В отличие от тебя, он, даже не осознав свои чувства полностью, уже начал действовать. Такими темпами Тиранда выберет его, а не тебя.

Смутить Иллидана не вышло, зато получилось заставить его задуматься. Нахмурившись, он смотрел вслед своему брату, который поспешил в сторону той части лагеря, где собрались Сестры Элуны. Было заметно, как он колебался.

— Не советую сейчас идти за ним, - произнес я, вновь позволяя только Иллидану услышать себя.

— Но… — начал было ученик, но я прервал его одним взглядом.

— Лучше не стоит, — уже нормально проговорил я. — Сделаешь только хуже.

Иллидан нехотя, но все же кивнул. Тем временем я наконец-то вернул свое внимание к гостям из будущего, которые переговаривались между собой.

— … он без сомнения уже здесь, — мрачновато произнес Крас, чем заставил нахмуриться Ронина.

— О ком идет речь? — влез я в разговор. — Кажется, мы с тобой уже пришли к единому выводу, что для предводителя легиона портал еще слишком слаб.

Крас и Ронин переглянулись и кивнули друг другу. Орк тем временем выглядел столь же недоумевающим, как и я сам.

— Вы правы, мастер Аварис, — с уважением в голосе ответил Крас. — Для прихода в этот мир Саргераса портал еще слишком слаб. Однако его силы достаточно, чтобы на Азерот смогли попасть его полководцы. Мы уже одолели одного из них — Маннорота. Мы сделали это сейчас и сделали это… дома.

На последнем слове он слегка запнулся, глянув на Иллидана. На его счастье, мой ученик был слишком занят своими мыслями, чтобы заметить странную заминку.

— Однако, — продолжил дракон в облике эльфа крови, — Маннорот не самый могущественный из полководцев Пылающего Легиона. После его поражения в прошлый раз явился другой…

Ронин заметно побледнел, а Брокс показался встревоженным и только крепче сжал свой топор.

— Архимонд, — произнес Ронин так тихо, словно боялся, что его услышит носитель этого имени.

— Архимонд, — повторил за человеком Брокс, но сделал это куда громче.

В голосе старого орка не было страха. Только вызов и ожидание битвы с могучим противником.

— Кто такой Архимонд? — влез в разговор Иллидан, который наконец-то отвлекся от своих мыслей и прислушался к разговору.

Ученик обращался ко мне, но я ему не ответил. Я погрузился в свои воспоминания, выуживая оттуда все, что знал об этой твари. И с прискорбием мог признать, что знал я до боли мало.

Но одно я знал точно…

Ответить моему ученику решил Ронин, в глазах которого можно было увидеть пламя ненависти:

— Тот, кто сидит по правую руку Владыки Пылающего Легиона.

… я знал, кто такой Архимонд и какую угрозу он представлял.

После слов Ронина наступило гнетущее молчание. Каждый думал о чем-то своем. Я же перебирал все возможные варианты того, как можно справиться с этим монстром, или же будет лучше столкнуть в бою с ним кого-нибудь другого.

Мысли заметались в голове, и мне оставалось только вылавливать дельные идеи.

— Пойдем, — коротко бросил я ученику, направляясь к своему шатру и надеясь, что его пока не успели убрать.

Иллидан удивился и даже не успел что-то сделать, как его тело само последовало за мной.

— Учитель? — встревожено спросил молодой эльф, наверняка пытаясь понять, почему его собственное тело действует против его воли.

Я не отвечал и молча продолжал идти вперед, попутно составляя в голове план действий.

— Учитель?! — еще более встревожено повторил Иллидан, когда мы буквально ворвались в мой шатер.

Шикнув на него, я открыл портал, из которого тут же практически вывалилась Шеала. Ученица выглядела все так же безупречно, хоть она и была удивлена такому срочному вызову. Одновременно с этим я вернул контроль над телом Иллидану.

— Тихо, — приказал я обоим своим ученикам, у которых явно было много вопросов. — Мне надо подумать.

К счастью, им хватило ума выполнить приказ и молча ожидать моих объяснений.

Я же тем временем подошел к столу, на котором совсем недавно находилась туша демона. Создавая один за другим мелкие порталы, я доставал различные предметы и складывал их на столешницу. Вскоре на ней оказалась кровь Стража Скверны, несколько накопителей, под завязку наполненных нейтральной маной, склянки с зельями и прочие ингредиенты, которые могли мне понадобиться.

Каждый предмет сопровождался удивленным взглядом моих учеников. И если Иллидан скорее удивлялся самим предметам, то Шеала была удивлена тому, что я решил пустить в ход свои запасы. Впрочем, вскоре они забыли о предметах, хотя удивления в их глазах только прибавилось, ведь из очередного портала вывалилось тело ночного эльфа.

— Итак, — сказал я, повернувшись к ученикам и окинув их внимательным взглядом, — не будем терять время зря и перейдем сразу к делу.

В тот же миг в моих руках, словно по волшебству, появился набор инструментов для последующей работы с плотью.

***

Интерлюдия. Малфурион Ярость Бури.

«Мы — народ, который сам себя приведет к падению из-за собственного высокомерия», — подумал я, проходя через лагерь и вспоминая, как лорд Гребень Ворона отказался просить помощи у других рас.

К счастью, шан’до Аварис вероятно предусмотрел подобный вариант, раз у него уже была собрана подмога. И хоть он утверждал, что вся его подмога сплошь и рядом состоит только из наших соплеменников, я отчего-то не верил этим словам. Пожалуй, наставник брата был единственным из ночных эльфов, кто понимал необходимость помощи других рас в сложившейся ситуации.

«Правда я совсем не уверен, что этой подмоги хватит, чтобы сдержать натиск демонов на других фронтах», — подумалось мне, когда я вновь вспомнил все, что происходило в командирском шатре.

Я нахмурился от таких пессимистичных мыслей, но мое лицо быстро разгладилось: прямо ко мне приближалась та, кто мог наполнить мое сердце радостью даже в самое тяжелое время. Та, кого я упорно искал среди стремительно сворачивающегося лагеря.

— Малфурион! — раздался радостный крик Тиранды. — Я уже думала, никогда не найду тебя в этой толпе.

Мне хотелось ей что-то ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я любовался подругой детства. Тиранда нисколько не изменилась, если не считать ее наряда. Вместо привычного одеяния послушницы она была одета в наряд, куда более подходящий для войны, чем для мирной службы в храме. Ее струящаяся белая мантия исчезла, уступив место облегающим доспехам из многослойных пластин, которые не должны были сковывать движения. Поверх брони был накинут мерцающий плащ, словно сотканный из лунного света. На сгибе руки подруга держала шлем с крыльями.

В подобном наряде Тиранда нисколько не походила на кроткую послушницу Матери-Луны. Теперь она была похожа на самую настоящую воительницу, что я и озвучил, когда подруга подошла ближе.

— Похоже, ты позабыл о других обличиях Матери-Луны, — произнесла Тиранда, по-доброму улыбнувшись мне. — Элуна известна и в облике ночной воительницы, что забирает храбрых павших воинов с поля боя и дарует им в награду возможность вечно скакать верхом по ночному небу в виде звезд.

— Прости, Тиранда, — сказал я, поднимая руки в примирительном жесте. — Просто я никогда прежде не видел тебя в таких одеждах, вот и удивился подобному виду, который так тебе не свойственен.

— Боюсь, Малфурион, — тихо ответила она, подходя еще ближе и кладя свою ладонь на мою грудь, — у тебя будет время привыкнуть, ведь в ближайшее время ты будешь часто видеть подобный наряд на мне. Сейчас не то время, чтобы облачаться в одежды послушницы.

Именно тот факт, что я привыкну видеть ее такой, меня и пугал. Я боялся, что забуду, когда в последний раз видел ее в ином одеянии, нежели доспехи воительницы. И все же я промолчал, так и не озвучив свои мысли.

— Не значат ли твои слова, что теперь мы будем видеться чаще? — спросил я, стараясь сменить тему.

Тиранда кивнула.

— Мы едем с войском, — ответила подруга, — но не только как лекари. У верховной жрицы было видение, в котором мы сражались плечом к плечу с солдатами и Лунной Стражей. И лучше бы нам принять новые роли, если мы хотим победить проклятых демонов.

— Легче сказать, чем сделать, — сказал я, поморщившись. — Но помощь Сестер Элуны будет очень кстати, ведь больше помощи нам ждать неоткуда.

В ответ на вопросительный взгляд Тиранды я коротко рассказал ей о том, что происходило на военном совете. И с каждым произнесенным словом ее глаза расширялись все больше.

— Лорд Гребень Ворона упрям, — пробормотала Тиранда. — Чудо, что он и остальные благородные согласились сотрудничать с Красом и Ронином, не говоря уже о Броксе.

Я хотел было ответить ей, что Крас так же упрям, как и Гребень Ворона, но не успел этого сделать. Ведь вскоре к нам присоединился Иллидан, который, бросив на меня беглый взгляд, полностью переключил свое внимание на Тиранду.

— Ты выглядишь, как воинственная королева, — сказал он ей. — Сама Азшара не могла бы выглядеть лучше.

Тиранда покраснела после слов брата, а я сам мог лишь жалеть, что не догадался сделать комплимента.

— Но на самом деле ты Ночная Воительница, — спокойно продолжал Иллидан. — Я слышал, тебя назначили командиром отряда Сестер Элуны…

— Верховная жрица говорит, что в последнее время мои способности значительно возросли. Она сказала, что за все годы ее руководства я достигла подобных высот быстрее всех остальных жриц.

— Неудивительно, — хмыкнув, ответил Иллидан, становясь в этот момент ужасно похожим на своего наставника.

Подумав о шан’до Аварисе, я тут же вспомнил, что брат уходил вместе с ним. И мне отчего-то казалось, что я увижу брата, только когда войско выступит.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, Иллидан, — с легким недоумением в голосе произнес я. — Мне казалось, что ты ушел вместе со своим шан’до.

После моих слов брат наконец-то обратил на меня более пристальное внимание, но упоминание наставника заставило его отчего-то вздрогнуть.

— Ты прав, — быстро произнес он, — но учитель сейчас занят подготовкой к предстоящей битве, поэтому он быстро отослал меня прочь, после того как показал пару полезных приемов с маной.

Хоть слова Иллидана звучали вполне убедительно, почему-то сам он говорил не столь уверено. Это было нелегко заметить, но я слишком хорошо знал своего брата. К тому же, он бы не упустил возможности похвастаться новыми навыками. Однако, вопреки ожиданиям, брат, наоборот, как-то быстро ушел от ответа, не став вдаваться в подробности.

Я хотел было расспросить брата, но прежде, чем я успел сказать хоть слово, проревел рог. За ним последовал еще один, а затем еще, и так пока каждый отряд в армии не известил о готовности отправиться в путь.

— Я должна вернуться к сестрам, — тут же сказала Тиранда, после чего посмотрела на нас с Иллиданом. — Хотела пожелать вам удачи. Прошу, берегите себя.

— С твоим благословением нам просто нечего бояться, — тут же нашелся, что ответить, мой близнец.

И вновь Тиранда покраснела, но после того, как прозвучал очередной рог, она быстро надела шлем и ушла прочь.

— Она подходит для битвы куда лучше, чем любой из нас, — пробормотал я, понимая, что в действительности не готов к предстоящему сражению.

— Говори за себя, брат, — фыркнув, ответил Иллидан, смотря вслед Тиранде.

Я посмотрел на брата, но тот уже и сам направился в сторону армии. Но, отойдя на несколько метров, он вдруг оглянулся через плечо и спросил:

— Долго ты еще будешь прохлаждаться? Пойдем уже. Боюсь, нам понадобятся все наши навыки, если мы хотим спасти наш мир от демонов.

Встрепенувшись и отбросив лишние мысли, я решил пойти следом за Иллиданом. И только на подходе услышал едва слышимый шепот брата:

— … все силы… даже если речь идет о паршивом друидизме.

***

Интерлюдия. Кориалстраз.

Мне совершенно не хотелось улетать и оставлять ночных эльфов один на один с ордами демонов. В особенности мне не хотелось оставлять Краса, а точнее себя самого. Мою вторую половину. Не нужно быть гением, чтобы сложить все очевидные факты, хоть я и не стал озвучивать свои мысли Красу.

Однако, несмотря ни на что, мне все же пришлось улететь. Мне не давало покоя молчание сородичей. Конечно, мы, драконы, те еще затворники, но еще никогда я не сталкивался с абсолютной тишиной.

Ни один дракон не откликнулся на мой зов.

«Даже Алекстраза», — с тревогой подумал я.

Невольно я подумал о демонах, когда пытался понять причину молчания моих сородичей. Я не мог поверить в то, что эти твари могли напасть и уничтожить всех драконов. Это было немыслимо. Невозможно. И все же молчание собратьев не давало окончательно отбросить эту мысль.

Наконец-то я заметил, что уже приблизился к логову, но, в отличие от обычного времени, мною не было замечено ни одного часового.

«Дурной знак», — подумал я, снижаясь, чтобы приземлиться у огромного прохода в пещеру еще больших размеров.

Однако, пройдя вперед, я вдруг наткнулся на невидимую преграду, которую никак не мог ощутить. Встревожившись, я начал давить на нее, и, к моему счастью, она начала поддаваться. Я чувствовал, как она сдавливала мое тело, обволакивая его. В какой-то момент мне стало тяжело дышать, но не успел я начать паниковать, как все внезапно закончилось.

Мой слух тут же наполнили звуки, а сам я, лишившись опоры в виде барьера, рухнул вперед. Я приготовился столкнуться с каменным полом, но мое падение вдруг прервала пара огромных лап.

— Хорошо, что ты вернулся, — прогремел низкий голос. — Мы боялись за тебя, юноша.

Я сразу узнал обладателя голоса. Тиранастраз — старший супруг мой возлюбленной Алекстразы.

Наконец-то придя в себя после прохода через барьер, я осмотрелся. Тиранастраз смотрел на меня с нескрываемым беспокойством, а позади него по системе горных тоннелей метались драконы. Однако, что более удивительно, это была не только красная стая. Я видел среди сородичей и синих, и зеленых, и даже бронзовых драконов.

— Пойдем, — сказал Тиранастраз, тем самым отвлекая меня от созерцания. — Алекстраза сказала, что хочет поговорить с тобой, как только ты объявишься. Конечно, с Красом тоже, но вижу, что ты явился один.

— Он не захотел оставлять товарищей.

— В вашем-то положении…

В голосе старшего супруга было слышно беспокойство.

— Один… могущественный чародей, — решил я успокоить собрата, — придумал способ, благодаря которому мы оба почти в норме. Не идеально, конечно, но это лучшее из того, что можно было сделать.

— Очень интересно, — протянул Тиранастраз, о чем-то задумавшись.

Мы продолжали двигаться сквозь горные тоннели, а я все больше удивлялся тому, что в нашем логове собрались все драконьи стаи. Все, кроме черных.

— Тиран, — обратился я к собрату, отвлекая того от размышлений, — что здесь произошло? Что другие драконы делают в нашей обители?

Выражение морды Тиранастраза стало мрачным.

— Алекстраза сказала, что сама расскажет тебе обо всем, — протянул он словно нехотя, — и я не смею ослушаться.

Мне оставалось лишь понимающе покивать. Я бы тоже не осмелился ослушаться приказа королевы. Поэтому остаток пути мы проделали молча.

Наблюдая за сородичами, включая представителей других стай, я невольно подумал о бесконечной орде демонов. Я совершенно не был уверен, что даже у драконов хватит сил, чтобы остановить Пылающий Легион.

Но, пройдя в следующую пещеру, я отбросил тревожные мысли. Ведь в новой пещере стояла она — Королева Жизни. Одно ее присутствие наполняло меня надеждой на то, что все будет хорошо.

— Кориалстраз… возлюбленный мой, — мягко произнесла Алекстраза.

Ее голос завораживал. А слова… столько силы и эмоций было в них вложено, что мне хотелось в них утонуть.

— Моя королева, — тут же ответил я, низко склонив голову в знак почтения. — Моя жизнь.

— Как я рада, что ты вернулся, — продолжила говорить возлюбленная. — Мы боялись за тебя.

— Как и я боялся за вас. Никто не отвечал на мой зов, не объяснял причины внезапного молчания.

— Это было необходимо, — ответила моя королева. — Необходимость хранить тайну сейчас превыше всего.

Я с недоумением посмотрел на Алекстразу.

— Тайна? — переспросил я в надежде, что получу какие-то пояснения.

Но вместо ответа на мой вопрос королева решила задать встречный вопрос:

— Крас не с тобой?

Я отметил ее явное беспокойство. Она тревожилась о Красе так же, как и о любом другом из своей стаи.

— Он предпочел остаться, — в который раз ответил я. — И не беспокойся, моя королева. Нам удалось найти способ, благодаря которому мы… чувствуем себя лучше.

В глазах Алекстразы промелькнула радость за нас, но она не успела ничего произнести, ведь в тот же миг в просторную пещеру вошел еще один дракон, от размеров которого в пещере становилось тесно.

Нелтарион занимал почти всю противоположную часть пещеры. Пожалуй, он был единственным, кто мог сравниться с Алекстразой в размерах и силе. Но в данный момент Хранитель Земли излучал такую мощь, от которой мне становилось слегка не по себе. Подобного от Алекстразы я не чувствовал.

— Необходимо, чтобы все драконы приняли участие в ритуале, — прогрохотал черный гигант. — Мои братья уже сделали это. Остальные должны поступить так же.

— Последний из моих супругов уже здесь, — тут же ответила моя королева. — Бронзовые драконы тоже явились, и, хотя Ноздорму среди них нет, они принесли с собой часть его сущности, чтобы и он смог присоединиться к нам. Не хватает лишь Краса. Неужели это так ужасно?

Нелтарион в задумчивости склонил голову набок.

— Всего один дракон, — пробормотал он. — Нет… думаю это не критично.

Наконец-то я нашел в себе силы и смелость влезть в разговор двух Аспектов.

— Что все это значит? — спросил я, переводя взгляд с одного гиганта на другого. — Какой ритуал?

Послышался тихий вздох Алекстразы.

— Демоны вновь открыли проход в наш мир, — начала объяснять моя королева.

В тот же миг перед моими глазами предстал образ чудовищной армии, сметающей все на своем пути, и чья численность только растет.

— Нам нужно действовать! — воскликнул я, намереваясь рвануть к выходу.

Однако меня остановили слова Алекстразы.

— Мы действуем, — спокойно произнесла королева. — Нелтарион придумал план, и, возможно, это единственный шанс на спасение нашего мира.

Я с нескрываемым недоумением посмотрел на возлюбленную.

— Нелтарион покажет тебе, — тут же сказала она, посмотрев на черного дракона.

В тот же миг Аспект Земли кивнул, закрыв глаза. Воздух перед ним замерцал, а я начал чувствовать все нарастающую мощь, словно тысячи драконов заполнили эту пещеру. Но вместо драконов я увидел крошечный золотой диск, застывший в воздухе. Почему-то я не почувствовал никакой силы, исходящей изнутри диска, но его появление не позволяло считать это простой безделушкой.

Хранитель Земли открыл глаза, и на его морде промелькнуло выражение настоящего восторга.

— Узри то, что изгонит демонов из нашего мира! — прогремел черный исполин. — То, что очистит наши земли от Скверны!

После слов Нелтариона диск ярко вспыхнул, и я наконец-то ощутил силу, заключенную в этом крошечном предмете. И стало понятно, откуда у Аспектов такой трепет перед этим диском.

— Узри же, — гордо пророкотал Нелтарион, — Душу Дракона!

Глава 28. Время

***

Аварис.

С наступлением ночи армия ночных эльфов должна была продолжить движение. Но сперва среди солдат разошлись Сестры Элуны, чтобы даровать им свое благословение. Даже одетые в доспехи воительниц жрицы несли воинам мир и утешение.

Я шел немного в стороне, наблюдая за всем происходящим. Как-то так сложилось, что рядом со мной постоянно собиралась компания путешественников во времени. Хотя в этот раз были только Ронин и Крас. Орк в этот самый миг о чем-то говорил с Тирандой, от которой буквально пару мгновений назад ушел чем-то расстроенный Иллидан.

— Они приняли в войско еще солдат из двух поселений на северо-западе, — донесся до меня голос Ронина. — Я слышал: их не меньше пятисот.

— Пылающий Легион может провести столько солдат всего за пару часов, — не разделил энтузиазма человека Крас, — а может даже быстрее.

Скосив взгляд в их сторону, я увидел, как рыжеволосый маг одарил дракона кислым выражением лица.

— Если не на что надеяться, то может и не стоит утруждаться? Почему бы нам тогда просто не сесть на траву и не подождать, пока демоны не перережут нам глотки? — он изобразил на своем лице притворное удивление. — Ой, погодите-ка! Этого ведь не было! Ночные эльфы сражались и победи…

Он внезапно осекся и посмотрел на меня, вспомнив о моем присутствии. Крас в ответ на тираду ученика чуть ли не хлопнул себя по лбу.

— Ты бы еще об этом на весь лагерь крикнул, — спокойно сказал я, чем заставил человека удивиться. — И, к твоему сведению, новых солдат около семисот, но это все равно капля в море против сил демонов.

Послышался усталый вздох Краса.

— Я не игнорирую пополнение войска, лишь указываю на очевидные вещи, — сказал Крас, словно человек только что не раскрыл их главную тайну.

— Погодите-погодите, — затараторил рыжеволосый, перебивая дракона. — Он знает? Вы ему рассказали?

На последних словах он указал на меня.

— А сам-то как думаешь, умник? — с кривой усмешкой, вместо дракона, задал я встречный вопрос. — Но успокою тебя: мне никто не рассказывал вашу «великую» тайну. Догадаться, впрочем, было несложно, особенно после того, как я увидел Краса рядом с его молодой копией.

Я не стал говорить, что мне все стало известно еще после первой встречи с Броксом.

— И стоит, пожалуй, заметить, — продолжил говорить я, — что ваше присутствие здесь и само существование временной аномалии означает, что известная вам история может и не произойти здесь и сейчас. Время довольно изменчиво, знаете ли. Однако я немного вас успокою. В теории, ваше вмешательство никак не изменит известное вам будущее. Скорее оно создаст новую реальность, которая будет существовать параллельно вашей. Время подобно реке, и каждое значимое или же незначимое действие создает новое русло. Но старое продолжает существовать и жить своей жизнью.

Я на какое-то время замолчал, позволяя Красу и Ронину осознать сказанное мной.

— Однако, — продолжил я с кривой усмешкой, — все это не значит, что у вас получится вернуться именно в вашу временную линию.

— Что?! — возмущенно воскликнул Ронин. — Я не допущу этого! Я должен вернуться!

— Тогда заткнись и займись делом, — грубовато прервал я его. — Я могу попытаться помочь, однако сперва надо разобраться с Пылающим Легионом. А после уже искать аномалию, которая вас сюда забросила.

Ронин хотел было что-то сказать, но был остановлен жестом дракона. Они какое-то время играли в гляделки, вероятно общаясь мысленно, после чего человек поспешно ушел.

— Любовь? — спросил я, истолковав для себя реакцию Ронина и его желание вернуться в свое время.

— Любовь, — многозначительно произнес дракон.

— Как бы он не наделал глупостей, — вздохнув, сказал я, понимая, что ради своих желаний люди готовы пойти на многое.

Однако Крас не разделял моего мнения.

— Ронин не такой, — попытался успокоить меня дракон. — Он действительно сделает все, чтобы вернуться, но, если будет необходимо, он сможет принести в жертву свои желания ради общего блага.

Я едва ли не поморщился на словах об общем благе. Мне с трудом удалось удержать спокойное выражение лица. Очень уж в этот самый миг дракон напоминал мне одного старца, что любил пафосно говорить об всеобщем благе.

— Чего не скажешь о твоем ученике, — вдруг продолжил дракон, перейдя на «ты».

Я посмотрел на ящера в обличии эльфа крови и, не сдержавшись, фыркнул.

— Ты плохо разбираешься в природе ночных эльфов, дракон, — в моем голосе промелькнула капелька презрения. — Ты недооцениваешь Иллидана. Поверь мне, Крас, он еще сможет всех удивить.

В ответ собеседник лишь пожал плечами. Было видно, что он остался при своем мнении, но спорить не собирался.

Решив, что разговор окончен, я вернулся к своему занятию, от которого отвлекся. Я продолжил наблюдать за жрицами, высматривая среди них интересные экземпляры. Однако чем дольше я смотрел, тем больше разочаровывался. Все они были пустышками. Пожалуй, кроме Тиранды, только двое могли представлять хоть какой-то интерес.

— Откуда тебе столько известно о времени? — вдруг спросил Крас, который продолжал стоять рядом.

Я медленно перевел на него взгляд.

— К чему такой интерес к моим познаниям? — вместо ответа задал я встречный вопрос.

— Просто твои изречения очень похожи на слова моего… знакомого, который очень сведущ во всем, что касается времени.

Было нетрудно догадаться, что речь шла о Ноздорму — Аспекте Времени. О том, чья сила, как и он сам, меня безмерно интересовали.

— Как я уже не раз говорил, — усмехнувшись, произнес я, — мне многое ведомо…

В этот самый миг протрубил рог, обозначая тем самым начало выступления.

— … так почему бы мне не быть сведущим в вопросах времени? — продолжил я, отходя от дракона.

***

Интерлюдия. Крас.

Всю ночь войско эльфов маршировало вперед, преодолевая километр за километром. Без остановок. Без задержек. Стараясь не отвлекаться на мелкие отряды демонов, о которых докладывали разведчики. Этими демонами занимались слуги Авариса, которых он разослал по землям ночных эльфов.

Вспоминая последний разговор с этим загадочным ночным эльфом, я все никак не мог избавиться от навязчивой мысли о том, что он все знал наперед. Потому что иначе я никак не мог объяснить то, что он постоянно оказывался ко всему готов.

Его бойцы, которых он называл убийцами чудовищ, отлично справлялись с поставленной задачей. Хоть по словам самого Авариса их было не так уж и много, они были крайне мобильны и сильны. Разведчики только и успевали докладывать, что очередной отряд демонов, замеченный совсем недавно, уже был уничтожен.

Ужасающая эффективность таких бойцов не могла не заставить командующих армией задуматься о том, чтобы ввести этих убийц чудовищ в наши ряды. Вот только Аварис достаточно быстро пресек подобные мысли, сказав, что они эффективны только как отдельное формирование. Армия будет их только сдерживать.

Никто не захотел тогда спорить с могущественным чародеем. И я не был исключением, как минимум потому, что понимал: этот ночной эльф знал, что делал.

Тем не менее отсутствие необходимости отвлекаться на мелкие отряды демонов могло сыграть злую шутку с эльфами. Из-за отсутствия стычек складывалось впечатление, что противник вовсе не горит желанием встречаться с войском эльфов. Я то и дело слышал, как солдаты отмечали, что большая часть разрушений и смертей по вине демонов пришлась на ничего не подозревающих и плохо подготовленных жителей. А также ходили речи о том, что, как только Легион столкнется с организованным противодействием, демоны падут. Некоторые даже предполагали, что, если бы после первой битвы они преследовали врага до самой столицы вместо того, чтобы отступить и собрать больше сил, война была бы уже окончена.

Такие разговоры меня весьма тревожили. Одно дело идти в бой воодушевленными и совсем другое — верить в легкую победу над врагом, не увидев при этом и десятой доли его силы.

Гребень Ворона, похоже, хотя бы частично понимал степень нависшей над этим миром угрозы, хоть и продолжал упорно отказываться от идеи просить помощи у других рас.

Неожиданно с юго-востока вернулись разведчики, которые провели там почти всю ночь. Гребень Ворона организовал отряды разведчиков, которых разослал далеко вперед, чтобы получать самые свежие из возможных новостей.

Разведчики выглядели основательно потрепанными и уставшими.

— Небольшой отряд демонов планомерно продвигается через окрестности Ди-Джару, милорд, — отрапортовал старший разведчик. — Мы видели дым и огонь, а еще беженцев, которые покидали дома сломя голову.

— Примерная численность противника? — тут же спросил Гребень Ворона.

— Трудно сказать наверняка, — неуверенно протянул разведчик. — Отряд демонов большой, но, определенно, гораздо меньше основного войска.

Вдруг послышался раздраженный вздох, который заставил всех посмотреть на Авариса. Эльфийский чародей выглядел крайне недовольным.

— Что-то случилось, мастер Аварис? — вежливо поинтересовался Гребень Ворона.

— Ничего, — ответил чародей, косо посмотрев на разведку. — Просто удивляюсь, как вы все еще не передохли со столь хреновой разведкой, что даже численность противника посчитать не может.

С этими словами он взмахнул рукой, и рядом с ним открылся портал, из которого тут же вышел воин в легкой броне и с двумя мечами за спиной. Лица его было не видно, так как он скрывал его под маской. Он тут же склонился перед Аварисом.

— Докладывай, Кельдар, — кивнув в ответ, произнес могущественный чародей.

— На юго-востоке, немного в стороне от направления движения армии, — начал говорить этот воин. Голос его был слегка хриплым и тихим, но при этом его слышал каждый из присутствующих. — обнаружены демоны. Численность от двух до трех тысяч. Они уже уничтожили поселение и вскоре нагонят беженцев.

— Куда направились беженцы? — влез в разговор Гребень Ворона, но призванный воин не спешил ему отвечать.

Он смерил полководца нечитаемым взглядом и после вопросительно посмотрел на Авариса, тем самым показывая, кому он в действительности служит. Сам чародей слегка кивнул, позволяя своему воину ответить на вопрос.

— Беженцы движутся в… Халумар, — с небольшой заминкой ответил воин, словно что-то вспоминая. — Но, как я уже сказал, они вряд ли успеют. Демоны нагонят их раньше.

На несколько секунд повисло гнетущее молчание.

— Мастер Аварис, ваши воины смогут остановить подобный… отряд? — спросил Гребень Ворона, с сомнением выделив последнее слово.

Но вместо чародея ответил воин.

— Наша численность более чем в десять раз меньше, чем у демонов, — спокойно проговорил он. — Но мы сможем их остановить при условии гибели двух третей наших сил.

— И вы пойдете на подобный шаг? — удивился кто-то из присутствующих.

— На все воля господина, — коротко пояснил Кельдар. — Если он отдаст приказ, мы с радостью отдадим свои жизни во благо.

В очередной раз взгляды всех скрестились на Аварисе, который выглядел весьма задумчивым. Он словно не замечал всех этих взглядов.

— Думаю, нам не следует жертвовать столь умелыми и самоотверженными бойцами, — заговорил Гребень Ворона, после чего повернулся к одному из командиров. — Мы можем встать у демонов на пути?

— Да, если поторопимся, — тут же, практически без раздумий, последовал ответ. — Там достаточно места для маневра.

Аристократ протянул руку одному из своих советников.

— Карту, — коротко бросил он.

Искомую карту тут же вручили ему прямо в руки. Он развернул ее, а затем велел указать места расположения беженцев и Пылающего Легиона. Получив информацию, Гребень Ворона задумался.

— Нам придется поспешить и подготовиться к встрече с ними при свете дня, — тихо заключил аристократ. — Мы не станем сходить с пути, ведущего в Зин-Азшари, так что вполне можем позволить себе этот небольшой маневр.

— Тем более если это поможет спасти несколько невинных жизней, — тихо пробормотал стоящий рядом со мной Ронин.

Больше оставаться в стороне от обсуждения я не мог. Поэтому я тут же подался вперед, спрашивая у призванного война:

— Какие демоны в числе этого отряда? Вы сумели их разглядеть?

— Более чем, — тут же ответил Кельдар. — Преимущественно Стражи Скверны, немного гончих и всего один страж ужаса.

Я нахмурился.

— Не слишком разнообразно, — тихо пробормотал я.

Все выглядело странно.

— Вероятно, они опередили основной отряд, желая выслужиться, — предположил лорд Гребень Ворона. — Мы преподадим этим тварям урок и…

Но договорить полководец не смог, потому что его перебил доселе молчавший Аварис.

— Это ловушка, — коротко произнес он, благодарно кивнув своему воину, и открыл ему портал. — Все выглядит странно. Я связался с ученицей, чтобы она проверила информацию. Все выглядит странным. С гончими и стражами ужаса они уже спокойно могли нагнать беженцев, но они словно специально медлят. Складывается ощущение, что они заманивают нас.

— Или пытаются задержать, чтобы мы позже подошли к столице, — продолжил за чародея Гребень Ворона.

И вновь наступила тишина. Все размышляли о сложившейся ситуации. Все действительно выглядело, как ловушка или попытка задержать продвижение армии. И, с одной стороны, нужно было проигнорировать этот отряд и пройти дальше, но, с другой, это означало, что ночным эльфам придется бросить беженцев. И, помимо беженцев, игнорируя такой крупный отряд демонов, мы фактически открывали им спину.

Выбор без выбора. И это должны были понимать все присутствующие.

— Мы не оставим наших сородичей на растерзание демонам, — решительно проговорил Гребень Ворона, после чего повернулся к свои офицерам. — Отдайте необходимые распоряжения! Мы выдвигаемся на встречу с демонами!

Это воодушевило многих, кроме, пожалуй, мастера Авариса, который выглядел недовольным подобным выбором. Он быстро удалился с этого импровизированного собрания, а я так и не успел его остановить.

Остановить, чтобы задать пару вопросов, один из которых появился, когда я заметил желтые глаза с вертикальным зрачком у призванного воина.

Глава 29. Архимонд

***

Аварис.

Я стоял на вершине холма, немного в стороне от армии ночных эльфов. Вдохновленный Гребень Ворона подгонял свое войско, стараясь успеть вклиниться между беженцами и их преследователями. И только когда стало очевидно, что спешка окупилась, затрубил рог, призывавший солдат к боевой готовности.

И вот, когда войско пересекло несколько низких холмов, ночные эльфы наконец встретились с врагом.

Демоны продвигались планомерно, словно и не спешили догнать беженцев. Твари выжигали все на своем пути, не оставляя ничего живого. В местах, где прошел Пылающий легион, оставались только мертвые земли.

Армия ночных эльфов на несколько мгновений застыла перед лицом врага, пока Гребень Ворона не отдал приказ. Командир ночных эльфов отвел меч назад, а затем резко разрубил воздух. В эту секунду над полем затрубил рог, знаменующий начало битвы.

Поднялся крик, и ночные эльфы обрушились на демонов.

— Ты раздала амулеты? — поинтересовался я.

Позади раздался тихий смешок, а после меня оплели женские руки.

— Как ты и приказал, учитель, — раздался тихий голос Шеалы, в котором чувствовалось самодовольство. — Конечно, пришлось притвориться жрицей, чтобы все провернуть. Но похоже, что даже эти служительницы лунной богини ничего не поняли.

— Прекрасно, — произнес я, слегка приподняв уголки губ в подобии улыбки.

Незадолго до битвы, пока среди солдат продолжали ходить сестры Элуны, я приказал Шеале распространить среди эльфов амулеты. Созданные мной побрякушки должны были защищать владельца, отводить оружие врага или выдерживать одно-два заклинания демонов. Довольно полезные вещицы для массового использования.

Вот только их было не так уж и много, ведь куда сложнее было внедрить в мелкий артефакт этакий пакт или клятву. Клятву, которую автоматически давал владелец амулета, когда добровольно принимал его. Клятву, что обязывала его служить мне после своей смерти, если он вдруг умрет, пока носит этот амулет.

Похожую схему когда-то я провернул с ведьмаками, которые после своей смерти получали привязку к моему домену, а вместе с этим обретали бессмертие и становились верны мне. Это было гораздо удобнее, чем заниматься обращением каждого самостоятельно, хоть и не столь надёжно.

Такая же участь ждала и эльфов, что в будущем падут в бою.

— Почему ты не решил раздать больше амулетов, учитель? — спросила вдруг Шеала. — Думаю, скажи ты тому же Гребню Ворона, что твои артефакты смогут защитить его бойцов, он тут же приказал бы распространить их среди всей армии. Мне кажется, таким образом можно было бы заставить служить вам вообще всех эльфов.

— И в тот же миг обратить на себя внимание сильных мира сего, — буркнул я в ответ, продолжая наблюдение за разгорающейся битвой. — Мне это не нужно, по крайней мере сейчас. К тому же от ушастых я уже получил почти все, что мне требовалось. Остался только Источник Вечности, который окружен демонами. А рабочей силой я и так рано или поздно обживусь. Не вижу смысла лишний раз рисковать ради пары лишних рабочих рук.

— Парой тысяч лишних рук, — поправила меня чародейка.

— И будет это тупое и бесполезное мясо, только и способное, что держать оружие в руках. Нет уж, увольте. Хватит и той сотни, что приняла амулеты. Сам я предпочту собрать сливки общества.

Сейчас, помимо братьев Ярость Бури, меня интересовало всего несколько ночных эльфов. Подругу близнецов я все же решил забраковать, потому что ее связь с Элуной оказалась довольно крепка. Насильно обращать девушку — все равно что помахать красным платком перед лицом богини. А обрабатывать ее тонко я посчитал бесполезной тратой времени.

Вместо Тиранды меня заинтересовала другая пара жриц, которые, по совместительству, оказались родственницами еще одного эльфа, привлекшего мое внимание. Стоило мне только услышать имена этих ночных эльфов, как мне захотелось тут же их обратить.

Впрочем, я быстро взял себя в руки, чтобы не наделать глупостей.

Однако имена Майев Песнь Теней и Джерод Песнь Теней не давали мне покоя. Будущая надзирательница Иллидана, а пока старшая жрица Элуны, и ее младший брат, скромный капитан стражи Сурама, а в недалеком будущем тот, кто должен возглавить армию эльфов. Весьма и весьма яркие личности, которые не могли не привлечь мое внимание.

Да только работать со столь сильными личностями бывает непросто, но мне думалось, что я смогу найти к ним подход. Главное знать, на что давить.

На фоне первых двух третья, и самая младшая в семье Песнь Теней, несколько терялась. Это была молодая эльфийка по имени Тарисса, которая была такой же послушницей, как и Тиранда. Только, в отличие от подруги близнецов, успехи у Тариссы, насколько удалось выяснить, в этой стезе были около нулевых. Девушку совершенно не прельщало бытие жрицей, и, похоже, младшая ушастая грезила приключениями. И этим можно было воспользоваться.

— Учитель, может стоит вмешаться? — вдруг спросила Шеала, отвлекая меня от размышлений.

Я вернул свое внимание к полю боя.

Демоны, уже давно забыв о беженцах, ринулись на армию ночных эльфов. В тот же миг стрелы эльфов взмыли в небо, на несколько мгновений скрыв солнце, чтобы тут же пронзить демонов. Тут и там демоны падали замертво или с ужасными ранениями, тем самым замедляя атаку чудовищ. Демоны были вынуждены перелезать через своих поверженных собратьев.

— Думаешь стоит? — задал я встречный вопрос, приподняв одну бровь. — Вроде и сами неплохо справляются.

В этот самый миг в центр армии демонов ударила молния, которая раскидала стражей Скверны во все стороны. Выживших обдало кусками плоти и зеленой демонической кровью. Над полем битвы разнесся торжествующих хохот Иллидана, который и сотворил эту самую молнию.

— Ты только глянь, как младшенький развлекается, — с наигранной гордостью произнес я, показательно утирая скупую мужскую слезу.

Послышался тяжелый вздох Шеалы.

— Учитель, будьте серьезнее, — вновь перейдя на «вы», недовольно произнесла ученица. — Вы ведь понимаете, что все происходящее очень похоже на ловушку.

— Понимаю, — согласился я, став чуточку серьезнее, — и поэтому пока не вмешиваюсь.

В очередной раз бросив взгляд на поле боя, я тихо хмыкнул.

— Впрочем, кое-что сделать можно, — протянул я, подняв руку к небу.

Конечно, управление погодой далеко не мой профиль, но кое-что с помощью потоков ветра я все же мог сотворить. А именно нагнать облаков, чтобы скрыть солнце, которое изрядно мешало эльфам, непривычным к солнечному свету.

И стоило только солнцу скрыться за облаками, как над армией ночных эльфов раздался радостный клич, после которого они с удвоенной силой налегли на ряды демонов.

Очередной залп стрел проредил дальние ряды чудовищ. В центре армии демонов разорвалось еще несколько заклинаний, которые в этот раз были отправлены членами Лунной Стражи. Особенно мощные чары были в исполнении Ронина и Краса, хотя дракон, судя по всему, еще старался экономить силы.

В передние ряды противника врезались эльфы, среди которых мелькала массивная зеленая фигура, вооружённая зачарованным топором. Орк с яростным рыком крошил тварей, оказавшихся у него на пути, чем вселял ужас в ряды не только противника, но и союзников, которые старались держаться от него подальше.

Малфурион тоже решил не отставать и внес свой вклад в победу над демонами. Поначалу юный друид спокойно сидел на своем саблезубе. Но я чувствовал, что эльф не бездействовал и, словно в подтверждение моих мыслей, из земли под ногами демонов вдруг вырвались корни, которые начали стремительно оплетать тварей. Кого-то корни просто фиксировали на месте, позволяя ночным эльфам добить демонов, попавших в ловушку, а кого-то утаскивали под землю. Но куда показательней было то, что некоторых тварей корни пронзали, чтобы прорасти в их телах, принося уйму страданий несчастным демонам.

Смотря на действия Малфуриона, я не мог скрыть довольной улыбки. Раньше этот друид боялся применить силу и действовал не столь жестоко. Похоже, та крупица Тьмы, что моими стараниями поселилась в душе молодого ночного эльфа, постепенно давала свои ростки. И это не могло меня не радовать.

Через несколько минут добрая четверть орды демонов лежала либо мертвая, либо смертельно раненая. Вот только я не спешил обманываться происходящим. Слишком легко пали противники. А это значило, что они что-то готовили.

Я это прекрасно понимал, как понимал и дракон. С вершины холма мне было легко заметить, как Крас начал беспокойно крутиться на месте, словно пытаясь понять причину своей тревоги. Он снова и снова обводил взглядом поле боя и не находил ничего.

И пока дракон только пытался понять, что же было не так во всей этой битве, я уже видел причину. Я видел, как один единственный крылатый демон поднимался в небо, чтобы скрыться в облаках. В тех самых, которые я согнал над полем боя и где сейчас скрывались сотни летающих тварей, готовящих атаку.

Все это время демоны были в небесах, скрытые иллюзией, и были готовы в любой момент обрушиться на армию ночных эльфов.

— Берегитесь небес! Они атакуют нас сверху! — раздались встревоженные голоса Краса и Малфуриона, который, похоже, тоже почувствовал неладное.

На моем же лице появилась гадкая ухмылка.

— Не так быстро, ребятки, — произнес я, чувствуя, как ухмылка превратилась в оскал, — не так быстро…

Можно было подумать, что согнанные мною облака играли на руку демонам, но на это и был расчёт.

— Только не говори потом, что я им не помогал, — произнес я, адресуя слова ученице, после чего выпустил в небо заклинание.

Чары пришли во взаимодействие с облаками, чтобы в следующий миг небо озарила ярчайшая вспышка. В облаках тут же появилась целая сеть ветвистых молний, каждая из которых поражала крылатого демона, испепеляя того за считаные секунды.

Молнии не могли не привлечь внимание армии, которая тут же посмотрела в небо, откуда на землю падали обугленные тела крылатых демонов. Я почувствовал, как на меня уставились тысячи глаз, а спустя мгновение раздался радостный клич.

Только я не разделял их радость.

— Рано радуетесь, идиоты, — пробормотал я, после чего продолжил уже усиленным магией голосом. — Внимание! Атака с севера!

Одной только попыткой атаки с неба Легион решил не заканчивать. С севера, словно вырастая из земли, появилась еще большая орда демонов, готовая тут же наброситься на ошеломленных внезапной атакой эльфов.

К несчастью для них, эффект неожиданности провалился, и эльфы смогли достойно принять атаку. Однако даже так демонов все еще было слишком много, чтобы армия эльфов выстояла.

— Вы говорили что-то о помощи, учитель? — раздался насмешливый голос Шеалы.

Я бросил на нее красноречивый взгляд, который моментально заставил ее замолчать.

— Иди к Иллидану и покажи ему настоящую магию, — приказал я, вновь возвращая свое внимание к полю боя.

Демоны местами смогли прорвать ряды эльфов и попытались развить свой успех. К счастью, ушастым удалось отбросить врага и заделать брешь в обороне. Противостояние продолжалось. И совсем скоро над полем боя разнесся задорный женский смех.

«Шеала», — подумал я, узнав свою ученицу.

Мгновением позже первые ряды демонов смело возникшей, словно из ниоткуда, волной. Водная стихия не собиралась останавливаться и продвигалась все дальше, отбрасывая и перемалывая тела демонов. Вода тут же окрасилась в зеленый цвет от обилия пролитой демонической крови.

Однако даже это не остановило демонов. Твари решили повторить свою попытку нападения с воздуха. Вот только в этот раз, вместо крылатых демонов, в воздухе появились инферналы, которые должны были градом обрушиться на ночных эльфов.

— Ничему вы не учитесь, — буркнул я, запуская сразу несколько заклинаний в небо и одновременно с этим разворачивая над армией ушастых кинетический щит.

Сил на такой большой щит было потрачено уйма, но результат был важнее. К тому же я достаточно быстро восполнял свой резерв.

Запущенные в небо заклинания вновь создали целую паутину молний, которые моментально уничтожали летящие живые снаряды. А тех, кому удалось пройти через молнии, встречал кинетических щит, не позволяющий обрушиться инферналам на головы эльфов.

Собираясь создать несколько огненных смерчей и отправить их в тыл противника, я вдруг замер. На нас надвигался источник колоссальной силы, на фоне которого даже мне становилось немного не по себе. Не прошло и минуты, как я увидел того, кто и был этим самым источником.

— А вот это уже плохо, — пробормотал я, смотря на новое действующее лицо.

Среди демонов, возвышаясь над всем Пылающим Легионом, шел колосс. Он отдаленно напоминал эредаров, если не считать его гигантский рост. Демон носил замысловатые наплечники, а торс его был оголен. Он спокойно направлял демонов в нужных направлениях для атаки и осматривал поле боя с легким интересом, словно пытаясь найти того, кто помешал его планам. И ему не потребовалось на это много времени.

Наши взгляды встретились. В тот же миг я почувствовал, как нечто коснулось моего сознания, и только моя защита спасла меня от вторжения. Но даже это не помешало мне услышать в голове его голос:

— Вот ты где, насекомое.

Я почувствовал, как противник попытался силой проломить мою защиту сознания. Вот только в мои планы не входило стать овощем. Конечно, я никогда не был особо умел в работе с сознанием, но все это касалось лишь вопросов тонкой работы, когда нужно было сохранить чужое сознание в целости и сохранности.

К счастью, в этот момент целостность сознания противника меня интересовала в последнюю очередь.

— В эту игру могут играть двое, — произнес я, прежде чем нанести ответный удар по сознанию противника.

Ощутив недовольство противника, я не смог сдержать предвкушающей улыбки.

— Ну давай, Архимонд, поиграем…

Глава 30. Битва разумов

***

Интерлюдия. Крас.

— Все так, как докладывали, — произнес Гребень Ворона, обнажив меч. — Оно и к лучшему. Сейчас мы покажем им, как безрассудно было разорять наши земли.

Войско ночных эльфов вклинилось между демонами и беженцами, стремясь защитить своих сородичей. А я изучал взглядом орду демонов. Даже несмотря на куцее разнообразие противников, враг был по-прежнему силен.

— Стоит быть осторожнее, — произнес я, находясь возле полководца.

Да только ночной эльф, кажется, меня даже не слышал. Один приказ — и армия эльфов обрушилась на демонов. Пылающий Легион даже не дрогнул под нашим натиском, несмотря на численное превосходство ночных эльфов.

Несколько залпов стрел, выпущенных почти одновременно, обрушились на демонов, выкашивая целые ряды. В центр вражеской орды ударила молния, раскидывая стражей Скверны во все стороны. Еще несколько заклинаний от Лунной Стражи попали в отряд тварей.

Даже Малфурион не остался в стороне, используя друидизм для защиты своего мира. И стоило признать, что заклинания в исполнении обычно миролюбивого друида выглядели весьма устрашающе.

Я и сам не остался в стороне, создав целый вихрь, который прошел через передние ряды демонов. Конечно, мое заклинание не убивало и не было столь разрушительным и смертоносным, как чары других магов. Но мой вихрь помогал простым воинам. Он пронесся над первыми рядами, внося хаос и неразбериху в рядах противника и заставляя их сбиваться в кучу. И этот самый хаос помогал ночным эльфам проводить успешную атаку.

Казалось, что все шло на руку ночным эльфам: даже очень вовремя набежавшие на небо облака. Но ничего из перечисленного не заставило врагов отступить даже на шаг. Напротив, демоны Пылающего Легиона продолжали наступать, словно это не их убивали одного за другим.

Мне не давало покоя тревожное чувство, что что-то шло не так. Несмотря на то, что армия демонов стремительно редела, я не верил в предстоящую победу ночных эльфов. Я снова и снова обводил взглядом поле боя и не находил ничего, что могло бы рассеять мои тревоги.

Почти ничего, кроме одинокого крылатого демона, взлетевшего в облака. Я заметил, как он поднялся, а затем попытался быстро произнести заклинание. Мне удалось моментально устранить демона, который мог навредить кому-нибудь, и я тут же замер.

Мой взгляд был устремлен в небеса, а по телу пробежала дрожь. Я едва не потерял контроль над собой. Меня охватил страх.

«Поздно», — промелькнула в моей голове паническая мысль.

— Иллюзия, — тихо прошептал я, пытаясь понять, что мне следует сделать, чтобы спасти войско ночных эльфов, которые даже не подозревали о нависшей над ними угрозе.

Сотни стражей ужаса и немногим меньше эредаров находились в воздухе прямо над нашими головами, готовые вот-вот обрушиться на нашу армию.

— Берегитесь небес! Они атакуют нас сверху! — в отчаянии закричал я, пытаясь предупредить всех, с удивлением отметив, что вместе со мной закричал и юный друид.

Не успели эльфы осознать смысл сказанных мною слов, как небо озарила ярчайшая вспышка, которая могла запросто ослепить непривычных к свету ночных эльфов. Однако эта самая вспышка и даровала мне надежду. Возникшая на мгновение сеть ветвистых молний, казалось, охватила все небо вплоть до горизонта. Каждая молния поражала крылатых демонов и чернокнижников, испепеляя тех за считаные секунды.

На землю, вместо атаки демонов, обрушились обугленные тела тварей Пылающего Легиона. Раздавшийся радостный клич ночных эльфов чуть было не оглушил меня.

«Аварис», — тут же подумал я о единственном в наших рядах чародее, способном к столь могущественным заклинаниями.

Я начал крутиться на месте, надеясь увидеть высокорожденного, чтобы скоординировать действия вместе с ним, но увидел его только тогда, когда посмотрел за пределы армии ночных эльфов. Его мрачная фигура стояла на вершине одного из холмов и внимательно следила за полем боя. Рядом с чародеем стояла молодая эльфийка, которая так же, как и высокорожденный, наблюдала за битвой.

— Черт, — проворчал я, собираясь развернуть саблезуба, на котором все это время восседал, чтобы направиться к Аварису, но резко остановился.

Внезапно над полем боя разнесся голос высокорожденного:

— Внимание! Атака с севера!

Тут же посмотрев в обозначенном направлении, я увидел возникшую словно из воздуха еще большую орду демонов. К счастью, благодаря чародею, подоспевшее к Пылающему Легиону подкрепление не стало для нас неожиданностью, но ситуация все равно была плачевной.

По крайней мере до тех пор, пока над полем боя не раздался женский смех, от которого меня бросило в дрожь. А мгновением позже первые ряды подкрепления вдруг смыло возникшей из ниоткуда огромной волной, которая перемолола тела демонов в кровавую кашу.

Оглянувшись на Авариса, я не заметил рядом с ним женской фигурой и быстро сложил факты. Чародей отправил свою ученицу в помощь армии. И стоило отметить, что ее сила пугала меня не меньше, чем могущество самого высокорожденного.

Над головами вдруг раздались взрывы, и я увидел, как инферналы стали разбиваться о возникший над нами огромный щит, которым накрыло всю армию. Смотря на столь масштабные заклинания, я мог только гадать, есть ли предел сил у мрачного высокорожденного, ведь продемонстрированные им заклинания никто из смертных не смог бы повторить в том же масштабе.

Вот только взвывшее чувство опасности вернуло меня в реальность, заставив посмотреть по сторонам, чтобы в тот же миг замереть от сковавшего меня страха.

— Архимонд, — прошептал я, увидев, как на поле боя появился гигант, который осматривался, словно что-то искал.

«Или кого-то», — подумал я, заметив, как Архимонд вдруг уставился в одном направлении.

В том, где стоял Аварис.

Боясь собственных мыслей, я тут же посмотрел в том же направлении. Все же, сколь бы ни был могущественен высокорожденный, не ему тягаться с Архимондом. Я боялся, что увижу заваливающееся уже мертвое тело чародея, понимая, что с его смертью у армии ночных эльфов не будет ни единого шанса выстоять против орды демонов.

Но каково же было мое удивление, когда я увидел спокойно стоящего высокорожденного, который смотрел на Архимонда в ответ, а на его лице красовался оскал.

— Безумец, — прошептал я, не веря в происходящее.

В тот же миг я развернул саблезуба, чтобы тут же рвануть к Гребню Ворона. Необходимо было уговорить его отступить, ведь появление Архимонда на поле боя не предвещало ничего хорошего для ночных эльфов. Но теперь я беспокоился скорее о том, что если два монстра, которые пока что играли в гляделки, столкнутся, то от армии как эльфов, так и демонов, не останется ничего.

***

Аварис.

— Ну давай, Архимонд, поиграем, — произнес я, не отрывая взгляда от фигуры гиганта.

Спустя жалкое мгновение демон вновь атаковал меня. Я почувствовал давление на собственное сознание. Моя защита спокойно выдержала натиск, отчего на моем лице появился хищный оскал.

Я смотрел на этого монстра с вызовом и исследовательским интересом. Мне вдруг захотелось изучить его. Подавить. Сломать. Распотрошить.

— Как же я рад, что ты появился! — воскликнул я, смотря прямо в глаза Архимонда. — Но какой же ты все-таки идиот!

Сконцентрировавшись, я отбросил ментальную атаку полководца Пылающего Легиона, чтобы в тот же миг обрушить свою атаку на его сознание. Я улыбнулся еще шире, когда на лице демона появилась неприязненная гримаса.

Мне хотелось хохотать от радости. Великий полководец Пылающего Легиона, правая рука самого Саргераса, оказался конченым идиотом или просто самонадеянным глупцом. Его голая мощь превосходила мою, и он мог запросто задавить меня силой. Мог использовать Скверну. Даже мог просто попытаться раздавить меня. Везде у него были преимущества.

— Из всех доступных вариантов, — продолжил говорить я, нанося очередной ментальный удар по сознанию врага, — ты решил выбрать самый для тебя неудачный!

Вместо грубой силы он вдруг решил использовать ментальную магию. Направление, которое у меня было развито хуже всего. Но не потому, что я был слаб в ментальной магии. Напротив, я пока еще не встречал себе равных в плане защиты сознания.

Да, я был слаб в работе с чужим сознанием, но опять-таки не потому, что оно мне не давалось. Скорее я пока не встречал тех, кто бы мог выдержать мое присутствие в собственном сознании достаточно долго, чтобы я мог вдоволь потренироваться.

— Ну давай же! — уже фактически кричал я, провоцируя противника. — Давай поиграем, мой идеальный тренажер!

Я нанес очередной удар по сознанию Архимонда, ощущая, как прогибается его защита. Конечно, я действовал грубо и совсем не элегантно, но у меня и не было опыта сражений с помощью ментальной магии. Мне куда приятнее было работать Тьмой, нежели превращать мозги врагов в кашу.

Вспоминая всю теорию ментальной магии, я изменил тактику. Вместо грубых и мощных ударов я стал бить слабее, но чаще. Значительно чаще. Молот превратился в множество игл, которые норовили «проткнуть» защиту противника.

Конечно, Архимонд не был безвольной куклой, которая бы просто принимала мои удары. Нет, он был очень даже неплох. Он успешно защищал свое сознание и не оставлял попыток пробить в ответ мою оборону. Демон был настоящим мастером, который не действовал грубо. Он медленно исследовал мою защиту, постепенно сдавливая ее в попытках найти уязвимости.

И хоть я верил в свою защиту, мне не хотелось проверять, сможет ли демон найти лазейку. Поэтому я продолжал свои атаки, которые с каждым разом становились все изощреннее. Вскоре иглы сменились щупальцами, которые опутывали сознание демона, стараясь продавить защиту или проникнуть через брешь.

Все это время я не отводил взгляда от демона. Я буквально кожей чувствовал его недовольство тем, что какая-то букашка продолжала сопротивляться. Но за недовольством я также ощущал и тревогу.

Похоже, что демону не нравилось мое упорство в поисках бреши в его обороне.

Тем временем на поле боя произошли разительные изменения. Армия ночных эльфов начала отступать, хоть и преимущество все еще было на нашей стороне. Впрочем, я не собирался осуждать подобное решение. Напротив, я был только рад тому, что эльфы немного отойдут и не будут мешаться под ногами. Не хватало еще своими действиями уничтожить армию ушастых. Это моментально бы порушило мою репутацию. А так я мог сдерживаться немного меньше.

«Учитель», — вдруг услышал я в своем сознании обеспокоенный голос ученицы.

«Не сейчас, Шеала. Помоги эльфам и защищай близнецов», — так же мысленно ответил я, надеясь, что мое сообщение дошло до чародейки.

Я вновь сконцентрировал свое внимание на Архимонде.

— Знаешь, — проговорил я вслух, хоть и осознавал, что демон вряд ли меня вообще слышит, — пожалуй тебе повезло, что я не знаю ни одного заклинания из ментальной магии и действую больше интуитивно.

На мое сознание вдруг обрушилась очередная атака, только в этот раз это было что-то новенькое. Ментальные щупы и давление сменились чем-то, что я мог бы описать, как воду. Словно кто-то пытался погрузить мое сознание в водную пучину, надеясь, что вода из-за своих свойств найдет брешь и сможет проникнуть внутрь.

— Неплохо, — поморщившись, пробормотал я, понимая, что с помощью такого способа ему будет легче найти лазейку.

— Тебе меня не одолеть! — вдруг в моем сознании снова раздался голос Архимонда. — Ты обречен, червь!

— Чего сразу обзываться то? — усмехнувшись, пробормотал я, продолжая атаковать сознание демона.

— Но я признаю, что ты силен, — продолжал вещать Архимонд, не прекращая при этом искать уязвимости в моей защите. — Будет ошибкой потерять столь многообещающего мага. Поэтому я скажу это всего один раз. Присягни на верность Саргерасу, и я пощажу тебя! Склонись, и Великий дарует тебе еще большую силу!

Я сделал вид, что на какое-то мгновение задумался, готовя очередную атаку, которая должна была стать решающей.

— Пожалуй откажусь, — ответил я ему так же мысленно, зная, что Архимонд меня точно услышит. — Зеленый цвет мне не к лицу.

Вместе с этим я обрушил целую серию атак на сознание противника, которые заставили его защиту начать прогибаться, а местами так и вовсе пойти трещинами.

— Глупец! — взревел демон, усиливая натиск уже на меня.

На какое-то мгновение я задумался, как глупо мы, наверное, смотрелись со стороны, ведь наше противостояние никто не мог увидеть. Получалось, что мы просто стояли и смотрели друг на друга, пока наши армии сражались.

— Я убью тебя! — взревел в моем сознании демон. — Я вырву твою душу и буду вечность пытать. А после уничтожу все, что тебе дорого! Все эльфы…

— Да плевать мне на эльфов, — ответил я, тем самым перебив демона.

И вновь я обрушил череду атак, перестав изгаляться и придумывать новые способы использования ментальной магии. Архимонд так же перестал что-то говорить, полностью сконцентрировавшись на преодолении моей обороны.

— Знаешь, — вдруг спокойно мысленно проговорил я, — говорят, что в битве разумов побеждает тот, чья воля сильнее.

Одновременно с этим я слегка, чтобы это не казалось очевидным, ослабил защиту, создав маленькую брешь, которая должна была привлечь внимание демона.

— Однако я считаю это утверждение в корне неверным, — продолжил я, стараясь так же мысленно передать легкое напряжение и капельку страха. — Я считаю, что побеждает хитрейший.

Вдруг я почувствовал радость, исходящую от Архимонда, а после осознал, что он клюнул на созданную брешь.

— И кстати, — как ни в чем не бывало продолжил я, — я тут вспомнил, что ментальная магия — это совсем не мой конек… Она слишком… скучная.

Не успел гигант осознать смысл сказанных мною слов, как раздался чудовищный гул, от которого заложило уши. Архимонд на секунду отвлекся, пытаясь понять, что произошло. Очень быстро он смог определить, что звук исходил откуда-то сверху, но было уже слишком поздно.

С небес на землю, ровно в то место, где стоял полководец Пылающего Легиона, с ужасающим грохотом, от которого сотряслась земля под ногами, рухнуло огненное копье. Оно вошло демону прямо в грудь, пригвоздив его к земле, подобно жалкой букашке.

Тут же раздался чудовищный рев, полный боли. Конечно, копье не убило демона, но серьезно его ранило и причинило очень много боли.

— И кто из нас теперь насекомое, — с кривой усмешкой произнес я, чувствуя, что еще немного — и просто рухну без сил, ведь огненное копье таких размеров сожрало практически весь мой резерв.

К счастью, Архимонд был не в силах больше продолжать нашу игру в гляделки, а это значило, что я мог спокойно отступить и восстановить силы.

— Пока-пока, мой идеальный тренажер, — сказал я, прежде чем переместиться в центр армии ночных эльфов. — Продолжим в следующий раз.

Глава 31. Экстремальное восстановление

***

Аварис.

Я уже позабыл, когда последний раз чувствовал подобное истощение, и от этого было вдвойне неприятнее. Мир вокруг казался подернутым тонкой пленкой, приглушающей цвета и звуки. К счастью, мой резерв восстанавливался достаточно быстро, чтобы не слечь на несколько дней беспомощным куском мяса, неспособным даже пошевелить пальцем.

Хотя я бы не отказался ускорить процесс восстановления.

Вышел я из портала практически в самом центре отступающей эльфийской армии, близ Гребня Ворона. Воздух ударил в лицо запахом пота и пролитой крови.

Картина, представшая передо мной, была удручающей: беспорядочная толпа воинов, чьи доспехи были забрызганы грязью и кровью, стремительно отступала с поля боя. Стоило мне только полностью выйти из портала, как я почувствовал холод стали. На меня тут же был направлен десяток мечей личной охраны эльфийского лорда.

— Какая теплая встреча для вашего спасителя, — с усмешкой произнес я, кончиком пальца отодвигая острие клинка, которое маячило прямо перед глазами, опасно поблескивая в тусклом свете.

— Мастер Аварис? — с удивлением и последующим облегчением спросил Гребень Ворона, вглядываясь в мое лицо. Напряжение в его фигуре спало так резко, что он, казалось, даже немного обмяк. — Какое счастье, что вы живы. Уберите оружие!

Приказ тут же был выполнен. Охрана тут же опустила свои клинки, и кольцо стали вокруг меня распалось.

— Жив, куда я от вас денусь, — хмыкнув, проговорил я, после чего устало вздохнув, продолжил, — хотя в ближайшее время можете не рассчитывать на мою помощь.

Не успел ночной эльф раскрыть рта, как через кольцо охраны к нам буквально пробились Крас с Ронином и Малфурионом. Спустя пару мгновений вслед за ними появился и Иллидан в компании с Латозием. Новоприбывшие тут же отреагировали на мое появление. Одни с нескрываемым удивлением, другие — с искренней радостью.

— Хвала Аспектам! — радостно произнес Крас, и в его голосе, обычно столь ровном и выверенном, прозвучали неподдельные нотки уважения. — Рад, что ты жив. Не каждому удается уйти живым от Архимонда.

Я лишь молча хмыкнул, не став комментировать его слова. Картина огненного копья, пронзающего колоссальную фигуру демона, все еще стояла у меня перед глазами. Когда это произошло, армия эльфов отступила уже достаточно далеко, чтобы не видеть истинного исхода нашей «битвы».

После Крас вдруг резко развернулся к Гребню Ворона, и его лицо стало серьезным.

— Нужно остановить отступление, — твердо сказал чародей.

После его слов наступила тишина, нарушаемая лишь далеким гулом битвы.

— Демонов необходимо остановить здесь и сейчас, — продолжил он. — Жизненно важно не дать им оттеснить нас еще больше и, не дай боги, загнать за гору Хиджал. Надо превратить наше беспорядочное бегство в яростную контратаку!

Стоило отдать должное Кур’талосу: он не стал возмущаться или спорить, лишь одарил мага серьезным, испытующим взглядом.

— И что ты предлагаешь, мастер Крас? — нахмурившись, спросил он.

— У меня есть план, — тут же заговорил дракон в облике эльфа, — но чтобы он сработал, нужно, чтобы в нужный момент вы отдали приказ о наступлении.

— И в чем же состоит твой план? — спросил Гребень Ворона, пока еще не дав своего согласия.

Его рука легла на эфес меча, выдавая внутреннее напряжение.

— Это будет сложно объяснить, — нахмурившись, ответил Крас, — но я собираюсь одним ударом отбросить демонов, что даст возможность перегруппироваться и атаковать противника.

Я с интересом посмотрел на мага, думая что он мог такого придумать. Он один точно не обладал необходимыми силами, чтобы отбросить армию демонов. По крайней мере в том состоянии, в котором он находился.

— Но чтобы отбросить демонов, мне потребуется помощь магов, — продолжил говорить Крас, окинув взглядом всех присутствующих и ненадолго задержав свое внимание на близнецах и главе Лунных Стражей.

— Что нужно делать? — без промедления спросил Малфурион, шагнув вперед.

Иллидан и Латозий лишь молча кивнули, будучи удивительно немногословными. Но если в глазах первого уже плескалось нетерпение и предвкушение битвы, то второй выглядел предельно сосредоточенным и настороженным.

— То, чему тебя учили, разумеется, — тут же ответил старший чародей, после чего окинул взглядом остальных магов. — Нужно, чтобы вы представили самое сильное заклинание, которое вы способны сотворить, но ни в коем случае не говорите мне, какое именно. Вы должны использовать любые способы, но не завершайте заклинание, пока я не скажу.

Все собравшиеся вновь кивнули, внимательно слушая Краса.

— Будьте готовы хаотично сменить направление своей атаки по моему сигналу, — продолжил раздавать указания маг. — Перемешайте свои заклинания туда, где, как вам кажется, будет пробел в наших силах. Используйте все свои резервы. Не думайте о защите. Сейчас — всё или ничего.

— Это колоссальный риск, — нахмурившись, сказал Латозий. — Неконтролируемый выброс такой мощи может навредить и нашим собственным воинам.

— Я знаю, — ровно ответил Крас. — Но иного выхода нет. Нужно остановить демонов здесь.

После «эльф крови» повернулся и посмотрел прямо на меня. В его взгляде читалась надежда.

— На меня можешь не рассчитывать, — опережая мага, с горькой усмешкой произнес я, разведя руками. — Битва с Архимондом потребовала слишком много сил. Мне нужно время, чтобы восстановиться.

Крас заметно нахмурился. Похоже, он действительно не рассчитывал на такой ответ, и теперь в его глазах промелькнула тень сомнения.

— Это… плохо, — пробормотал он. — Твои силы очень пригодились бы. Архимонд может…

— Насчет него можешь не волноваться в ближайшее время, — прервал я его, заработав при этом удивленные взгляды Краса и Ронина. — Какое-то время он будет зализывать раны после нашей битвы. Так что можете смело действовать. Сейчас лучший момент, чтобы отбросить противника, пока их командир выведен из строя.

— Если так говорит мастер Аварис… — задумчиво протянул Латозий, и его взгляд словно спрашивал: «Вы уверены, господин?».

Я лишь на мгновение прикрыл глаза, давая понять, что согласен с планом «эльфа крови» и ручаюсь за свои слова.

— В таком случае мне нужно подготовить Лунную Стражу, — тут же сказал обращенный эльф, коротко поклонился и, развернувшись, быстрым шагом направился к своим магам.

— Я готов! — с нетерпением произнес Иллидан, его кулаки сжались, а вокруг рук уже начали плясать изумрудные искорки Скверны.

— Ничуть в тебе не сомневался, — усмехнувшись, сказал я, после чего снова вернул свое внимание Красу, продолжив: — Что до моей помощи, то совсем без нее вы не останетесь.

Опережая вопросы, я прикрыл глаза и прислушался к своей связи с Шеалой. Один-единственный ментальный сигнал, и рядом со мной уже появился портал, из которого грациозно вышла моя ученица.

— Вы звали меня, учитель? — с мягкой улыбкой спросила чародейка.

Вот только эта спокойная и мягкая улыбка сильно контрастировала с хищным блеском глаз, в которых горел азарт битвы, и с брызгами демонической крови, заляпавшими ее щеку и одежду. Похоже, моя ученица успела столкнуться с кем-то из демонов достаточно близко, либо же специально лезла в самую гущу событий. Внутри меня смешались гордость за ее силу и толика беспокойства.

— Нужна твоя помощь, — коротко пояснил я, после чего обратился уже к Красу: — Шеала справится с задачей не хуже меня. Считайте, что она — это я. Моя ученица лишь немногим уступает мне в силах.

— Ох, вы мне льстите, учитель, — все с той же игривой улыбкой произнесла чародейка.

Я посмотрел на девушку, одним только взглядом говоря, что сейчас не время для ее беззаботной маски. Мой безмолвный приказ возымел практически моментальный эффект. Мягкость и игривость слетели с нее, как шелуха. Улыбка тут же пропала с лица Шеалы, а взгляд стал холодным и серьезным. Она сделала легкий взмах рукой, соткав простенькое заклинание очищения, которое вмиг убрало с ее лица и одежды следы битвы, после чего повернулась к Красу.

— Что нужно делать? — ее голос прозвучал ровно, четко и по-деловому.

— Э-эм… кхм… Ронин, введи девушку в курс дела, — столь резкие изменения в поведении моей ученицы явно выбили Краса из колеи на пару секунд, но он быстро взял себя в руки.

Рыжеволосый волшебник кивнул и отвел Шеалу в сторону, быстро и тихо поясняя ей суть плана.

— Ты уверен, что план сработает, мастер Крас? — спросил наконец-то доселе молчавший полководец. Лицо Кур’талоса на мгновение превратилось в непроницаемую маску, в его глазах отражалась вся тяжесть ответственности за тысячи жизней.

Крас внимательно посмотрел на ночного эльфа.

— Я уверен, — медленно начал говорить чародей, подбирая слова, — что если мы не попытаемся, то шансов на… выживание у нас заметно поубавится.

— Выживание? — зацепился Гребень Ворона за слово. — Не на победу?

— Боюсь, что о победе говорить пока рано, — поморщившись, произнес Крас. — Сейчас главное — выжить и спасти нашу армию. В противном случае, ни о какой победе и речи быть не может.

Какое-то время они играли в гляделки. В воздухе повисло молчание. Наконец, полководец медленно, словно с трудом, кивнул.

— Действуйте, — сказал он, и это слово прозвучало как приговор. — Я отдам приказ в нужный момент.

— Благодарю вас, лорд… — начал было Крас, уважительно склонив голову, но его остановил резкий жест ночного эльфа.

— Оставьте любезности и делайте свое дело, — бросил он, отходя в сторону, после чего тише добавил: — А мы будем делать свое.

— В чем-то он прав, — проговорил я, провожая полководца взглядом, — Нужно заняться делом.

Договорив, я лёгким, почти небрежным взмахом руки рассёк пространство, открывая новый портал. К счастью, я уже успел восстановиться достаточно для подобных мелочей.

— Ты же сказал, что у тебя не осталось сил, — с нескрываемым подозрением произнёс Крас.

Его взгляд метнулся от моего лица к вполне стабильному порталу и обратно, в его глазах читался немой вопрос.

— Ну уж на пару порталов сил у меня хватит, — с усмешкой, прозвучавшей скорее устало, чем весело, ответил я. — Знаешь ли, всегда полезно держать небольшой запас, чтобы можно было отступить. Предусмотрительность — залог выживания. И иногда побег с заведомо проигранной битвы приносит куда больше пользы, чем глупая, хоть и отважная смерть.

— Странно это слышать от кого-то столь могущественного, как ты, — задумчиво пробормотал «эльф крови», его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он что-то вспоминал.

— Ничего странного, — возразил я, пожимая плечами. — Чтобы стать сильным, сперва нужно выжить. Мертвец, знаешь ли, не может достичь могущества.

— Я бы с тобой поспорил…

Последние слова Крас произнёс довольно тихо, почти шёпотом, но мой обострённый слух их всё же уловил. Я лишь дёрнул уголком губ в подобии усмешки, в которой не было и грамма веселья. Я слишком хорошо понимал, что он имеет в виду. Действительно, иногда даже мертвецы могут обрести такое могущество, что живым и не снилось.

— К тому же, — продолжил я, намеренно уводя разговор от опасной темы, — я, может, и силён, но не глуп…

После я посмотрел прямо в глаза «эльфу крови» и с кривой ухмылкой, уже более искренней, продолжил, сводя всё в шутку:

— А ещё я очень не люблю проигрывать и поэтому стараюсь не лезть в битвы, которые могу проиграть.

Крас улыбнулся в ответ, напряжение слегка отпустило его.

— Могу я узнать, куда ты направляешься?

— Не знаю, но куда-нибудь подальше отсюда, — как само собой разумеющееся ответил я. — Хоть в этой битве я уже вряд ли смогу помочь, но если твой план увенчается успехом, то мои силы могут потребоваться в любой момент. Поэтому мне нужно как можно быстрее их восстановить. И в этот момент лучше рядом со мной никому не находиться.

На этих словах я уже было развернулся, собираясь шагнуть в темный провал портала, но меня остановили слова Краса, прозвучавшие с ноткой надежды.

— Ты сказал, что не ввязываешься в битвы, которые можешь проиграть, но при этом сражаешься с Пылающим Легионом. Значит ли это, что ты уверен в победе?

Я замер с занесенной для шага ногой. Медленно повернув голову, я с уже открытой, хищной улыбкой посмотрел на мага.

— А ты сам как думаешь? — спросил я, прежде чем исчезнуть в разрыве пространства.

Стоило мне оказаться по ту сторону, как пространственный переход тут же схлопнулся, не оставив и следа.

Я оказался в густом, древнем лесу, который был за сотни, если не тысячи, километров от места битвы. Воздух здесь был чистым и влажным, пахнущим прелой листвой, сырой землёй и хвоей. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны. Лес вокруг был тихим и спокойным, наполненным шелестом листьев и щебетом невидимых глазу птиц — он ещё не был тронут Скверной. Эти земли ещё не знали горя.

— Похоже, придётся нарушить покой этих мест, — с толикой сожаления пробормотал я. — Давненько я ничем подобным не занимался.

Выбрав небольшую поляну, я опустился на землю, скрестив ноги в позе лотоса. Прикрыв глаза, я сделал медленный и глубокий вдох, стараясь ощутить потоки энергии вокруг. Сделать это оказалось совсем несложно. Этот лес буквально был пропитан магией и жизнью. Я чувствовал её повсюду. Я видел внутренним взором, как золотистые нити жизненной силы растений переплетаются с зеленоватыми ручейками энергии природы, как они взаимодействуют друг с другом, пульсируя в едином, плавном ритме.

Было даже немного жаль нарушать гармонию этого места… Но только немного. Мимолетного сожаления того, кто вынужден сломать прекрасную вещь ради дела.

В следующий миг я выдохнул, и вместе с воздухом из моего тела вырвались остатки магической энергии, смешанной с Тьмой. Она была похожа на тёмную дымку исходящую из моего тела. В магическом спектре она казалась чужеродной всему, что в тот миг окружало меня.

Эти крохи силы, словно капли чернил в чистой воде, начали стремительно расползаться по округе, проникая повсюду. Моя сила не растворялась — она проникала в каждый поток энергии, словно зараза, цепляясь и подчиняя. И совсем скоро я начал чувствовать всё больше и больше сил, разлитых вокруг, теперь они были отмечены моей печатью.

Весь этот процесс длился долгих полчаса. Наконец, каждая частица моей силы была распределена повсюду, куда могла дотянуться. Оставалось самое сложное.

Выдохнув, я на секунду сосредоточился, а после сделал резкий, глубокий вдох, одновременно с этим потянув за каждую разлетевшуюся по округе частицу силы. Они тут же устремились обратно ко мне, но теперь они тащили за собой всё, к чему прикоснулись. Все потоки энергии, «заражённые» моей силой, были вырваны из общего течения и хлынули ко мне.

В один миг огромное количество энергии начало втягиваться в моё тело, стремительно наполняя иссохший резерв. И стоило этому произойти, как я зарычал от боли. Внутри меня словно разгорелось пламя, которое хотело сжечь меня изнутри — неизбежные последствия столь варварского поглощения чужеродной, необработанной энергии в таких количествах. Сосуды горели, мышцы сводило судорогой. Я стиснул зубы до скрипа, впиваясь пальцами в землю и продолжая тянуть, тянуть, тянуть…

Сейчас было важнее восстановить силы. Или хотя бы их часть.

К счастью, всё рано или поздно заканчивается. Поток иссяк, и Тьма внутри меня уже стремительно «переваривала» полученное, подчиняя и ассимилируя. Боль медленно утихала.

Я позволил себе открыть глаза. Вокруг меня была абсолютно мёртвая земля. Выжженный, безжизненный круг пепла и праха распространился на сотни метров вокруг, поглотив всё живое на своём пути. Там, где только что стояли вековые деревья, теперь остались лишь почерневшие, иссохшие скелеты, которые никак не походили на прежних исполинов. Трава и мох обратились в серую пыль. Воздух наполнился запахом тления. Мертвая тишина повисла над огромным пустырем.

— И всё это, чтобы восполнить едва ли половину резерва, — с лёгким сожалением пробормотал я, осматривая последствия собственных действий.

Боюсь представить, какие последствия были бы, если бы я таким образом начал восстанавливать силы посреди армии ночных эльфов. Думалось мне, что картина была бы куда более ужасающей. Впрочем, и сил бы я восстановил больше.

— Пора сваливать, — вздохнув, произнёс я, поднимаясь на ноги.

Тело всё ещё ломило, но оно уже было наполнено силой.

Но уйти я не успел. Стоило мне только подготовиться, как я вдруг почувствовал огромный источник силы. Источник, который стремительно приближался ко мне.

Не успел я осознать это, как сквозь деревья в сотнях метров от меня, на самой границе мёртвого участка, с треском ломая исполинские деревья, вырвалась гигантская туша огромного кабана. Его спина была усеяна острыми даже на вид иглами, а глаза горели первобытной яростью. Из пасти торчали массивные, желтые клыки.

Он на миг замер, осмотрел вымерший участок леса, а затем его взгляд остановился на мне. Ярость в его глазах в тот же миг вспыхнула с новой силой. Округу огласил его оглушительный, полный гнева визг, переходящий в рёв. Иглы на его спине зашевелились и встали дыбом, а из пасти закапала слюна, которая с шипением разъедала мёртвую землю.

Пару раз ударив копытом, сотрясая землю, огромный кабан понёсся на меня, превратившись в живой таран.

Я смотрел на несущуюся на меня тушу. Усталость и боль исчезли без следа, сменившись азартом. Я чувствовал, как мои губы медленно растягиваются в хищном оскале.

— Ну здравствуй, поросёночек, — прошептал я, разворачиваясь лицом к новой угрозе и с предвкушением наблюдая за несущимся на меня источником силы. — Здравствуй, мой дорогой обед…

Глава 32. Агамагган

***

Аварис.

Склонив голову набок, я наблюдал за несущимся прямо на меня кабаном. Эта тварь вызывала у меня большой интерес. Огромный источник энергии, который столь соблазнительно светился в магическом спектре. И это была лишь верхушка айсберга.

Если его сила вызывала у меня желание только поглотить его душу, чтобы стать еще сильнее, то вот аномально огромная туша очевидно древней твари пробуждала еще и исследовательский интерес. Мои руки начинали подрагивать от желания препарировать этого монстра, чтобы узнать все его тайны.

Я уже представлял себе, сколь много интересного и, возможно, полезного сырья смогу получить с такой твари. Огромное количество крови, которое можно было бы пустить на эксперименты. Возможно, ее получилось бы использовать для усиления моих зверюшек, что по-прежнему обитали в домене и ждали своего часа. А чтобы усилить моих обращенных, можно было бы использовать сердце этого кабана.

«Или сожрать его самому?», — подумал я, пытаясь предугадать, каким изменениям подверглось бы мое тело.

Однако долго предаваться праздным размышлениям мне не позволила дрожь земли. За те недолгие мгновения, за которые я успел расписать себе радужную картину, кабан успел подобраться ближе, и до нашего столкновения оставались считанные мгновения.

— Ну давай посмотрим, что ты умеешь, — ухмыльнувшись, пробормотал я, приготовившись встретить монстра.

Пользуясь тем, что половина моего резерва уже была восстановлена, я практически моментально создал сразу несколько щитов между собой и кабаном, а завершил все это моим извечным Щитом Мрака. И, как оказалось, поставил щиты я очень даже вовремя.

Тварь, даже не добежав до меня, вдруг взревела и пригнула голову, чуть ли не касаясь ею земли. В тот же миг шипы на ее спине зашевелились, встали дыбом и вдруг разлетелись в разные стороны. Добрый десяток шипов полетел прямиком в мою сторону, столкнулся с щитами и смел их со своего пути, практически не ощутив сопротивления.

— Вот же дерьмо, — удивленно раскрыв глаза, пробормотал я, в последний миг аппарировав за спину кабана.

Монстр, не заметив моего исчезновения, продолжил свое движение, а затем стал топтаться на том месте, где я был мгновение назад. Он ревел и визжал, вспарывая своими копытами землю и разбрызгивая повсюду свою кислотную слюну.

Долго это продолжаться не могло, так что вскоре кабан заметил мое исчезновение и начал озираться по сторонам. Ему не потребовалось много времени, чтобы вновь меня заметить, после чего тварь рванула с места в мою сторону.

Дальнейшая история повторилась, только в этот раз, вместо шипов, мои щиты буквально оказались растворены в кислотном дыхании этого чудовища. Сам же я вновь переместился, только уже не за спину, а немного в сторону, где в землю были воткнуты сразу несколько шипов.

Пока монстр бесновался, вновь пытаясь втоптать меня в землю и пока не подозревая, что опять меня упустил, я подобрался поближе к одному из шипов и с интересом стал его изучать.

Склонив голову набок и почесывая подбородок, я разглядывал шип в магическом спектре и удивлялся, насколько сильно тот был пропитан первобытной энергией этого монстра.

— Ну теперь хоть понятно, почему шипы так легко пробили все щиты, — пробормотал я, притрагиваясь рукой к шипу, который больше походил на колонну.

Под рукой я ощутил гладкую поверхность, которая попыталась ужалить мою ладонь маленькими молниями.

— Становится все интереснее, — пробормотал я, убрав руку, и повернулся обратно к гигантскому монстру, который, вновь завидев меня, понесся в атаку. — Жаль только, что ты всего лишь зверь.

Монстр уже подобрался достаточно близко и уже хотел атаковать меня. Он, как и в первый раз, опустил голову ниже, а на его спине зашевелились шипы, которые успели отрасти до прежних размеров.

Сам же я решил немного изменить свои действия. Мне было очевидно, что с подобным монстром не было смысла сдерживаться. Однако снятие всех ограничений неизменно должно было привлечь еще больше внимания хозяев этого леса. А это означало, что нужно действовать быстро. Очень уж мне не хотелось встречаться с одной упрямой и рогатой персоной.

Выставив пару щитов, чтобы не спугнуть зверя, одновременно с этим я выпустил довольно простое, но от этого не менее действенное заклинание в землю на пути следования монстра. Мои чары не имели каких-либо внешних проявлений, что было мне только на руку.

Кабан так и не успел выпустить очередной залп шипов. Пробежав с пятак метров, зверь вступил в зону действия моего заклинания, что тут же активировало последнее.

Вместо твердой земли, моего противника встретила трясина. Одна нога кабана, не встретив сопротивления, тут же погрузилась под землю. Зверь, похоже не ожидавший подобной подлянки, только успел противно взвизгнуть, прежде чем потерять равновесие. Его тушу по инерции понесло дальше, отчего совсем скоро все ноги монстра погрузились под землю, а сам кабан завалился вперед.

В тот же миг по мановению моей руки из земли вырвались сотни толстых цепей, которые стали стремительно опутывать тело противника и прижимать его к земле. Конечно, это не было лучшим заклинанием для сдерживания подобных монстров, но оно хотя бы помогло мне выиграть время.

— Большой и сильный, — с усмешкой проговорил я, направляясь к кабану, — но всего лишь зверь.

Впрочем, стоило отдать должное этому существу, ведь, будучи даже в столь незавидном положении, он не собирался сдаваться. Стоило мне оказаться достаточно близко, как кабан смог оторвать голову от земли и плюнуть своей кислотной слюной прямо в меня. К несчастью для него, я был готов к подобной атаке и выставил перед собой огненную стену, в которой испарилась вся кислота.

Атакующее заклинание справилось лучше любого щита. Правда я пока не использовал ни одного достаточно серьезного заклинания.

Когда стена огня опала, я насмешливо посмотрел на кабана, в чьих глазах промелькнуло удивление, которое быстро сменилось злостью. Он тут же начал ворочаться, пытаясь вырваться из пут. Некоторые цепи не выдержали и начали рваться, после чего, приняв первоначальный облик, опали комьями земли.

Сделав короткий пас рукой, я обновил заклинание, но не стал вливать в него столько сил. Тут же из земли, взамен старых, появились новые цепи, которые опутали гигантскую тушу. Несколько цепей также обвились и вокруг морды зверя, закрывая ему пасть, чтобы уменьшить риск попасть под кислотный залп.

Исполинский боров продолжал свои попытки вырваться, когда я подошел практически вплотную к его морде. Только в этот момент он вдруг успокоился и начал сверлить меня взглядом. Я же, в свою очередь, со все возрастающим интересом рассматривал его тушу.

Вблизи габариты этого монстра казались еще более внушительными. Я мог запросто поместиться в его пасти целиком.

— Забавная зверюшка, — усмехнувшись, пробормотал я, прежде чем взлететь и плавно опуститься на его морду.

Я оказался прямо перед его глазами, в которых за пеленой гнева легко читалось наличие разума.

— И долго ты будешь молчать, поросеночек? — с нескрываемой издевкой спросил я, пытаясь добиться реакции от монстра.

Подначка моя была примитивна донельзя, но для зверя, хоть и разумного, этого было более чем достаточно.

— Мне не о чем разговаривать с демоном, — раздался в моей голове чужой голос.

— Демоном? — удивленно переспросил я, изображая из себя оскорбленную невинность. — Как грубо… Сравнивать меня с этими примитивными созданиями, которыми движет только абсолютное разрушение и уничтожение всего живого, — просто верх невежества. Я может и чудовище, но уж точно не демон.

— Твои речи не обманут меня, проклятый демон, — продолжал вещать исполинский кабан, дернувшись всем телом и тем самым попытавшись сбросить меня со своей морды. — Я видел, что творили тебе подобные!

— Очень в этом сомневаюсь. Не думаю, что ты, поросеночек, был в иных мирах. А этом мирке ты точно не мог видеть подобных мне. Ведь будь все так, как ты говоришь, этот мир уже лежал бы под их пятой… или был бы разрушен. Тут уж как повезет.

Я ожидал очередной бурной реакции от кабана, но тот одарил меня удивительно спокойным взглядом.

— Можешь говорить, что угодно, демон, — раздался в голове голос монстра. — Все это неважно, ведь я чувствую, что у тебя осталось мало сил. А эти оковы не смогут удерживать меня вечно. И как только я вырвусь, твоя…

— Ты прав, сил у меня осталось маловато, — пожав плечами, произнес я, перебив зверя. — Да только это уже и не важно…

Я улыбнулся, чувствуя, как вместо простой улыбки мой рот растянулся в подобии хищного оскала.

— … ведь вырваться ты уже не успеешь, — закончил я вдруг изменившимся голосом.

В тот же миг из моего тела рванул поток Тьмы. Одновременно со словами мое тело прошло через частичные метаморфозы. Я тут же прибавил в росте, а руки мои покрылись чешуей. Пальцы стали длиннее, они заканчивались длинными и острыми, словно бритва, когтями. Глаза же превратились в два провала во Тьму.

Вырвавшийся поток Тьмы начал собираться над нашими головами, постепенно обретая форму. Сначала он превратился в огромную хищную пасть, окутанную щупальцами Тьмы, но, повинуясь моей воле, вскоре Тьма приняла куда более простую, но от этого не менее смертоносную форму.

Огромный, полностью сотканный из Тьмы меч завис прямо перед глазами зверя.

— Как видишь, на пару фокусов сил мне хватит, — произнес я, прежде чем направить сформированный из Тьмы меч прямо в голову монстра.

Прошло всего одно мгновение, прежде чем острие меча соприкоснулось с телом зверя и, не встретив сопротивления, прошло дальше. Спустя секунду округу огласил пронзительный рев вперемешку с визгом, в котором чувствовались боль и агония, испытываемые кабаном-переростком перед своей неминуемой гибелью.

И, словно отвечая этому полному боли вою, лес за пределами мертвого пустыря зашелестел, словно пытаясь поддержать древнее существо и забрать часть его страданий. Смерть этого монстра нельзя было назвать быстрой. Казалось, что он до последнего боролся за свою жизнь, даже несмотря на гигантский клинок Тьмы, пробивший его голову.

Но все рано или поздно имеет свойство заканчиваться, как и закончились мучения моего противника, а вместе с ними оборвалась и его жизнь.

Активировав истинное зрение, я жадно вгляделся в пространство, не желая упустить самый важный момент во всей этой авантюре. К счастью, награда не заставила себя ждать.

Совсем скоро из исполинского тела кабана вырвался ярко светящийся сгусток. Стоило ему только оказаться на свободе, как его начало утягивать в неизвестном для меня направлении. Энергия, изливающаяся из него, постепенно растворялась в окружающем пространстве, отчего даже кусок мертвого леса вокруг нас немного исцелился.

— Не так быстро, поросеночек, — радостно оскалившись, проговорил я, буквально схватив рукой сгусток, который был душой этого древнего существа. — Твоя душа теперь принадлежит мне.

Крепче сжав сгусток в своей руке, я вгляделся в него. Он немного задрожал, словно от страха, а свет его едва заметно замерцал и потускнел.

— Всегда хотел узнать, какая на вкус душа полубога, — чуть ли не облизываясь от предвкушения, прошептал я, неестественно широко раскрыв стремительно меняющуюся пасть.

В следующий миг душа вепря была поглощена, и меня с головой накрыла ни с чем несравнимая волна эйфории и чувства всемогущества. В последний раз нечто подобное я испытывал после поглощения души Гюнтера, но в этот раз ощущения были чуть ли не вдвое сильнее. Казалось, что я могу одним легким движением поменять ландшафт. Хотелось сорваться с места, чтобы ворваться в самую гущу боя. Уничтожить весь Пылающий Легион, каждого проклятого демона, что посмел посягнуть на мир, который я приметил для себя. Хотелось сразиться с Саргерасом, чтобы показать падшему титану его место, а после пожрать и его душу. И напоследок поработить каждого в этом мире, а несогласных уничтожить. Все, чтобы Тьма поглотила этот мир.

К счастью, в отличие от прошлого раза, теперь я был готов к нахлынувшим на меня чувствам и достаточно быстро взял свои эмоции под контроль. Было бы глупо поддаться эмоциям и натворить глупостей, которые усложнили бы мой путь в этом мире.

Медленно выдохнув, я прикрыл глаза, наслаждаясь океаном энергии, влившейся в меня. Мой резерв был не просто полностью восстановлен, а даже стал больше практически в полтора раза. Могло показаться, что подобное усиление несущественно, но это было далеко не так. Мой резерв и без того был достаточно велик, и чтобы получить даже незначительное усиление необходимо было тратить целые годы.

Однако поглощение могущественной души не могло пройти так просто. В миг перед окончательным поглощением я ощутил всплеск энергии. Он разлетелся на многие километры вокруг, устремляясь все дальше в разных направлениях, подобно сигналу или, скорее, крику о помощи.

— Даже умереть не смог спокойной, — недовольно проворчал я, пнув тушу монстра. — Одним словом — свинья.

Спрыгнув на землю с морды уже мертвого зверя, я взмахом руки открыл портал. Спустя пару мгновений из него вышел один из обращенных эльфов, часть из которых переселилась в домен. Он тут же склонился в поклоне и, не говоря ни единого слова, принялся ждать поручений.

— Подготовьте площадку для «посылки», — приказал я, кивнув на труп вепря. — После займетесь разделкой этой тушки на запчасти.

Эльф кивнул и исчез в портале. Я же, простояв пару минут, разглядывая труп перед собой, развеял цепи и подготовился к отправке гигантской туши.

Сконцентрировавшись, я открыл портал прямо над мертвым зверем и начал вливать все больше сил в пространственный переход, тем самым увеличивая его в размерах. Настолько большой портал мне пока не доводилось открывать, отчего сделать это аккуратно я никак не мог. По окрестностям разошелся энергетический всплеск, который точно не остался незамеченным чувствительными к магии существами.

Когда портал достиг нужной величины, туша вепря медленно начала погружаться в него. Спустя минуту на мертвом участке леса не осталось и следа от моего противника, если не считать лужи кислотной слюны и разбросанных им же шипов.

Оценив результат своей работы, я погрузил руку в маленький портал, что вел в мое хранилище, чтобы достать оттуда небольшую склянку с зеленоватой жидкостью — кровью демона Пылающего Легиона.

— Сделал гадость, — с довольной улыбкой проговорил я, открывая склянку, — на сердце радость.

Взмахнув рукой, я расплескал демоническую кровь, одновременно с этим магией раскидывая ее по образовавшемуся пустырю. Капли крови получались маленькие, практически незаметные, но я был уверен, что их увидят те, кому это очень надо.

Радуясь проделанной работе, я убрал склянку и в который раз за этот день открыл пространственный переход. Пора было возвращаться к ушастым, которые остались без моего пригляда.

«Эх, опять придется заняться медитациями», — шагнув в портал, подумал я, ощущая бурлящий во мне океан энергии.

Глава 33. Хаос битвы

***

Аварис.

Из портала я вышел практически там же, где совсем недавно покинул эльфийскую армию. Однако, за время моего недолгого отсутствия диспозиция сил кардинально изменилась и армия успела сместиться перейдя в наступление. Из-за этого я оказался в небольшом от них отдалении, на возвышенности и смог позволить себе просто постоять и понаблюдать за их действиями со стороны.

Посмотреть действительно было на что. Воздух дрожал от переизбытка высвобожденной магии. Увиденное я бы, наверное, назвал истинным торжеством хаоса.

Все маги, что были в эльфийской армии, действовали по плану Краса. Хотя в действительности весь его так называемый «план» заключался в абсолютном отсутствии плана как такового. Маги просто хаотично атаковали армию демонов, посылая заклинание за заклинанием, и только по команде меняли направление атаки туда, куда сами того желали. Никто явно понятия не имел, как будут действовать остальные. От этого все происходящее выглядело как какое-то безумное буйство красок.

С неба, из-за облаков на ревущую орду демонов нескончаемым градом сыпались сверкающие ледяные копья, прошивая толстые шкуры тварей. С северной стороны земля под ногами противника сначала глухо содрогнулась, а затем и вовсе взорвалась. Огромные пласты грунта, вперемешку с зеленой кровью и разорванными телами, взмыли в воздух, разбрасывая ревущих демонов во все стороны. В другом месте из ниоткуда появились огромные черные птицы, направившиеся прямиком к воздушным силам Пылающего Легиона.

По всей изломанной линии фронта врага атаковывало одно заклинание за другим. В воздухе витал запах паленой плоти. До моих ушей сквозь грохот битвы то и дело доносился резкий приказ о смене направления атаки, но далеко не все маги ему следовали в пылу сражения, что создавало еще больше хаоса. Некоторые заклинания были сосредоточены в конкретных местах вражеской армии и практически не сдвигались. Это заставляло демонов в панике избегать этих участков, ломая собственный строй, и тут же попадать под атаки других магов, которые, в свою очередь, казалось, били совершенно наугад. Ни одно из заклятий не было похоже на другое, иные действовали даже в прямой противовес друг другу, сталкиваясь и порождая новые взрывы, но все вместе они наносили орде весьма серьезный урон.

Демоны погибали тысячами, пронзенные ледяными копьями, сожженные дотла багровым пламенем или погребенные заживо под неестественно бурлящей землей. Те твари, что находились в небе, падали вниз, будучи разорванными сотнями когтей, или, еще живыми, стремительно неслись навстречу собственной смерти, сбитые мощными порывами ветра.

— Неплохой план, — признал я, наблюдая как армия демонов замедлилась, пока и вовсе не остановилась. — Хоть и весьма рискованный.

В этот самый момент эредары попытались перехватить инициативу и атаковать в ответ, что не укрылось от моих глаз. Хмыкнув, я сделал короткий пас рукой, направляя заклинание в сторону эредаров, используя малую долю того океана энергии что бурлил во мне.

Мгновением позже в том месте, где совсем недавно находились вражеские чернокнижники, готовящие контрудар, начался самый настоящий локальный апокалипсис. Сотни молний начали хаотично бить по истерзанной земле, то и дело попадая по демонам, поджаривая их до хрустящей корочки, а порой оставляя после себя лишь дымящиеся кучки пепла. Однако одними молниями дело не закончилось, ведь вместе с ними в том участке поднялся сильнейший ураганный ветер. Порывы ветра были столь сильны, что даже самые крупные из демонов не могли устоять на ногах. А особенно сильные потоки так и вовсе разрывали тварей на части.

— Немного переборщил, — поморщившись, пробормотал я, сделав глубокий вдох и вновь взяв под контроль всю бушующую во мне энергию.

Во всяком случае, теперь эредарам было совершенно не до контратаки. На ближайшее время их главной и единственной целью стало банальное выживание под обрушившимся с небес гневом стихий.

— Сместить заклинания! — сквозь гул битвы донесся до меня искаженный расстоянием крик Краса, явно усиленный магией, чтобы его услышали все чародеи в эльфийской армии.

Мгновением позже общее направление эльфийской атаки резко изменилось, что заставило ошеломленного противника еще больше растеряться. Лишь мое заклинание продолжало неистово бить в одну и ту же точку, сковывая эредаров и не позволяя им даже подумать о контратаке. В то же время стражи Скверны и другие демоны, не обладающие магией, тщетно пытались защититься от того, что их оружие не способно было ни разрубить надвое, ни пронзить.

Постепенно остановившаяся демоническая орда начала уступать неослабевающему натиску эльфийских магов.

Едва стоило только тварям Пылающего Легиона дать слабину и дрогнуть, как над затянутым дымом полем прокатился зов боевых горнов, которые словно только и делали что дожидались этого момента. Уставшие, но окрыленные успехом солдаты вновь воодушевленно откликнулись на зов рога яростным боевым кличем, и эльфийское войско двинулось навстречу врагу.

Маги также пошли в атаку вместе с обычными воинами, не прекращая плести чары на ходу, тем самым продолжая поддерживать яростный натиск новыми заклинаниями. Линия фронта ожила и начала смещаться. И вскоре наконец весь авангард Пылающего Легиона начал медленно, но верно отступать, лишь изредка огрызаясь в ответ. Шаг за шагом воодушевленные эльфы продвигались вперед. Вскоре ушастые достигли первых убитых магией демонов. Земля здесь превратилась в скользкое месиво из грязи и крови, и воины были вынуждены буквально взбираться на скользкие горы трупов, перешагивая через отрубленные конечности, чтобы продолжить наступление. Это немного замедлило продвижение армии ночных эльфов, но ни в коем случае не остановило ее.

Я продолжал неподвижно стоять в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдать, как ночные эльфы двигаются все дальше, шаг за шагом продолжая отвоевывать позиции. Вскоре армия ушастых достигла тех самых рубежей, с которых ранее была вынуждена в панике отступить при появлении Архимонда. Самого полководца Пылающего Легиона уже не было в этом месте, но там, где еще недавно возвышалась его исполинская фигура, остался след от моего огненного копья, которое насквозь пробило тело демона.

Какое-то время я с удовлетворением посмотрел на результат своих действий. Затем я плавным жестом открыл портал, который вел прямиком в ставку армии ночных эльфов. Мне внезапно захотелось поискать кровь столь сильного существа и провести с ней пару занятных экспериментов в спокойной обстановке. Идея, которая созрела сама собой и уже не отпускала. Но для этого нужно было немного ускорить продвижение эльфов, чтобы они окончательно зачистили территорию и можно было безопасно добраться до нужной точки.

Спустя пару мгновений я вышел из портала неподалёку от Краса, Ронина и Малфуриона. В этот раз мое появление из портала осталось совершенно незамеченным, и на меня не было направлено ни одно копье или лезвие меча. Все без остатка внимание ушастых было сконцентрировано на разворачивающемся наступлении.

Я встал чуть позади, скрестив руки и с любопытством продолжил наблюдение уже из первых рядов. Торопиться мне было некуда.

— У нас получается! — радостно, с горящим от восторга взглядом воскликнул юный друид, тяжело дыша и смахивая со лба испарину, заметив явное отступление демонов.

— Не расслабляйся! — жестко отчеканил Ронин, бросив короткий предостерегающий взгляд на ночного эльфа, хоть и сам человеческий маг выглядел весьма изможденным.

Именно в этот миг перекрывая гул битвы вновь зазвучал боевой горн, отдавая новый приказ, после которого ушастые, опьяненные кровью врага, рванули вперед с удвоенной силой. И этот маневр уже откровенно не понравился Красу.

— Какого черта они творят?! — недовольно крикнул дракон в облике эльфа крови, скрипнув зубами. — Гребень Ворона должен следовать плану! В таком темпе они не смогут гнать Легион слишком долго!

Впрочем, его справедливое возмущение без следа потонуло в торжествующем реве. Эльфы, опьяненные видом отступающего врага и приободренные неожиданным успехом, не собирались останавливаться и, игнорируя усталость, продолжали отчаянную атаку. К разрушительным заклинаниям тяжело дышащих чародеев присоединились простые воины, безжалостно добивающие демонов, которым удалось избежать мгновенной смерти от магии. Небо потемнело от залпа выпущенных стрел, что со свистом обрушился на отступающие ряды демонов, а стремительные всадники на ночных пантерах врезались во фланги, безжалостно добивая выживших.

Ночные эльфы, опьяненные жаждой мести за свой оскверненный дом, отвоевывали все больше выжженной земли, и с каждым их шагом под ударами клинков гибли сотни демонов. Несмотря на наваливающуюся усталость ни воины, ни маги не ослабляли натиск. В глубине души каждый из них отчетливо понимал: стоит им только сбавить шаг и замедлиться, дать слабину, как твари тут же опомнятся, перегруппируются и контратакуют. И тогда все принесенные сегодня жертвы окажутся зря.

Продолжая внимательное наблюдение за ходом битвы, я неожиданно заметил, как вдали слабо мелькнули знакомые силуэты. Часть эредаров все-таки смогла вырваться из зоны действия моего заклинания. Окутанные защитными чарами, они взмыли в небо к своим собратьям. Это действие не укрылось и от взгляда Краса, который, мгновенно оценив угрозу, тут же отдал приказ атаковать уцелевших эредаров любыми доступными заклинаниями.

Мгновением позже затянутое серой пеленой небо вновь окрасилось неестественно яркими красками. Десятки разномастных заклинаний, устремились в чернокнижников, на лету вступая в резонанс друг с другом. Оглушительный гром сотряс небеса так, что заложило уши. В клубящихся тучах с треском засверкали ветвистые молнии совершенно невероятных цветов.

В этой вакханалии было сложно увидеть результат, но я всё прекрасно чувствовал. Эредары делали попытки перегруппироваться, но им также приходилось защищать армию демонов, которых продолжали уничтожать эльфы. Необходимость разрываться между двумя важными целями не приводила чернокнижников ни к чему хорошему. Они уже физически не справлялись с обеспечением безопасности наземной армии, но при этом их собственная защита ослабевала каждую секунду, буквально треща по швам.

Так не могло продолжаться вечно, и в конце концов им пришлось бы делать тяжелый выбор между собственной безопасностью и защитой армии. Зная природу демонов, выбор был очевиден. И как прямое подтверждение моих мыслей, в скором времени все чернокнижники Легиона до единого начали стремительно отступать, спасая свои жизни. Это в свою очередь оставило демоническую орду совершенно без какой-либо защиты от магии.

— Они отступают! — сорванным голосом крикнул Малфурион, указывая рукой в небо на быстро уменьшающиеся точки улетающих эредаров.

— Не удивительно, — тут же ответил Крас, без капли радости в голосе. — Демоны должны понимать, что эта битва осталась за нами. Если колоссальные потери среди стражей Скверны, гончих и прочих низших тварей не сильно волнуют Архимонда, то восстановить численность обученных эредаров будет куда сложнее. Поэтому самые ценные воины должны отступить первыми. Слишком глупо терять их в уже фактически проигранной битве.

— Разве мы не станем преследовать их? — вдруг спросил Малфурион. — Гнать их до тех пор, пока не загоним обратно в их проклятый портал?

В ответ Крас издал тихий смешок и покачал головой. Я же, наблюдая за ними со стороны, решил, что это, пожалуй, самый лучший момент, чтобы дать о себе знать и вступить в разговор.

— Пожалуй, если бы не цвет твоих волос, то я бы подумал, что сейчас здесь стоит твой брат, а не ты сам, Малфурион, — с усмешкой проговорил я, тем самым заставив всех обратить на меня внимание.

— Аварис? — удивлённо спросил Крас. — Ты уже восстановил силы?

— В какой-то степени, — туманно и неопределенно ответил я дракону, не желая вдаваться в подробности, после чего вновь вернул внимание на Малфуриона, который явно хотел что-то сказать. — Поверь, мне не меньше твоего хотелось бы прямо сейчас загнать этих демонов обратно в их проклятый портал. Но боюсь, что сейчас не время для героизма. Это войско ни за что не выживет, если в таком состоянии отправится на финальную битву в Зин-Азшари. Посмотри на них. Сейчас воины держатся на ногах на одной только силе воли, не более того. Да и не только воины. Даже ты сам в шаге от того, чтобы заработать истощение.

Мои последние слова попали точно в цель. Стоило только друиду немного расслабиться, как он тут же покачнулся, чуть было не рухнув на месте. Его тут же подхватил под локоть подоспевший Крас, который помог Малфуриону устоять на дрожащих ногах.

— Вопрос только в том, не пожелает ли сам Гребень Ворона гнать армию до самой столицы? — вдруг хрипло заговорил Ронин, который наконец-то отвлекся и оттерев пот со лба, решил вступить в разговор.

— Он не глуп, — ответил я, указывая в сторону, где чувствовал Иллидана и Латозия, которые должны были находиться возле эльфийского полководца. — И должен прекрасно понимать, что продолжение наступления неминуемо приведёт всю армию к гибели.

Словно в подтверждение моих слов, в этот самый миг над полем боя раздался очередной сигнал горна. После этого продвижение эльфийской армии резко замедлилось, а после и вовсе остановилось. Вскоре ночные эльфы начали расчищать поле боя и спешно создавать временную линию обороны из того, что было под рукой. Впрочем, в ближайшие часы атаки можно было точно не ждать. Демоническая орда отступила, и тварям понадобится время, чтобы перегруппироваться и продолжить свой поход, уничтожающий все живое на своем пути.

— Хвала Аспектам, — едва слышно, с безмерным облегчением прошептал Крас, когда передовые отряды ночных эльфов окончательно прекратили наступление.

— Мы сделали это, — устало произнёс Ронин.

Я ничего не ответил и скрестив руки на груди продолжил смотреть на отступающих демонов.

— И все равно, пройдет совсем немного времени, и нам снова придется столкнуться с Легионом, — немного обречённо произнёс Малфурион.

— Придётся, — легко согласился я, не отрывая взгляда от армии демонов и в особенности от эредаров, всё ещё маячивших на горизонте тёмными точками. — Но… этот момент можно немного оттянуть.

Как только я произнес эти слова, вдали, прямо над головами отступающего Пылающего Легиона, серое небо внезапно превратилось в настоящий огненный ад. Воздух раскалился так, что даже до нас доходили потоки теплого воздуха. И вскоре из этого пламени пролился самый настоящий метеоритный дождь. Огромные пылающие глыбы обрушились на головы не ожидающих атаки демонов. Серия чудовищных взрывов сотрясла землю, параллельно превращая орду в жалкие обугленные ошметки.

— «В какой-то степени»? — сквозь звуки взрывов донёсся до меня вопрос Краса, который удивлённо смотрел на меня.

Я лишь загадочно улыбнулся краешком губ и пожал плечами, никак не став комментировать его слова, продолжая наслаждаться видом. Некоторые вопросы лучше оставить без ответов.

Глава 34. Высокомерие

***

Интерлюдия. Маннорот.

Я склонился перед черным порталом, по ту сторону которого чувствовалось присутствие Великого. Опустив голову, я ждал, пока Саргерас обратится ко мне. Ждал и боялся этого, ведь даже по эту сторону портала я чувствовал недовольство Великого.

— Путь все ещё не открыт, — наконец-то услышал я голос Саргераса, который, казалось, звучал прямо у меня в голове. — Я ожидал большего…

Каждое слово повелителя заставляло меня сжиматься все сильнее от страха. Я знал, что стоит мне вызвать у Великого ещё большее недовольство, как я тут же буду уничтожен. И никакое расстояние не сможет спасти меня от гнева повелителя.

— Мы стараемся, — с трудом проговорил я, тщательно подбирая слова. — Однако задача оказалась сложнее, чем мы думали. Этот мир словно противится вашему приходу, Великий.

— Отговорки, — недовольно произнес господин. — Я не потерплю провала!

Я поморщился от внезапной головной боли.

— Я понимаю, Великий, — покорно произнес я, склонившись ещё ниже, насколько позволяло мне моё тело. — Мы стараемся изо всех сил.

— Не заметно, — голос повелителя стал тише.

На какое-то время воцарилась тишина. Могло показаться, что разговор окончен, но это было не так. Я все ещё чувствовал присутствие Великого, отчего не спешил поднимать головы.

— Я чувствую присутствие тех, кого здесь быть не должно, — вновь услышал я голос Саргераса у себя в голове, — и тех, кто стремится пробудить то, что не должно быть разбужено.

Нахмурившись, я не стал делать вид, словно понял, о ком идёт речь, и, приподняв голову, вопросительно посмотрел на портал, ожидая каких-то пояснений, но их так и не последовало.

— Найдите их и убейте! — приказал Великий. — Они ключ к тому, чтобы открыть для меня путь в этот мир.

— Я поручу Псарю заняться поисками, — покорно ответил я, все ещё не до конца понимая, кого именно следовало искать.

— Один из них нужен мне целым и невредимым, — продолжил говорить Саргерас, — чтобы я имел удовольствие собственноручно разорвать его на куски.

После этих слов в моем сознании появился образ существа, которое необходимо было доставить невредимым. Это насекомое было той же расы, что и высокорожденные, которые тщетно пытались расширить портал. И все же он несколько отличался от собратьев. Это существо было моложе и, в отличие от высокорожденных, носило простую одежду зеленого и коричневого цветов. В видении этот ночной эльф находился прямо во дворце, и я узнал комнату, в которой ранее был открыт первый портал.

В голове тут же сложилась общая картина. Я вспомнил, что Хаккар уже рассказывал о тех, кто активно мешал нашему плану. И в описании одного из ночных эльфов я узнал того, кого мне показывал Великий. Того, кто смог вызвать его гнев тем, что смог уничтожить первый портал.

— Я запомнил его, Великий, — склонившись еще глубже, произнес я. — Хаккар и я отследим его местоположение, а потом один из нас загонит его в ловушку и схватит.

— Живым, — напомнил мне повелитель.

— Конечно, Великий, — покорно согласился я, — живым и невредимым.

Портал неожиданно заколыхался, отчего я невольно задержал дыхание, боясь, что он вот-вот схлопнется и придется начинать все сначала. К счастью, этого не произошло. Спустя пару мгновений портал стабилизировался, а я почувствовал разочарование и нетерпение, исходящее с той стороны пространственного разлома. Великий желал как можно скорее в этот мир.

— Не подведи меня, Маннорот, — вновь услышал я голос повелителя, прежде чем перестал ощущать его присутствие.

Простояв еще какое-то время, склонившись перед порталом, я наконец позволил себе разогнуться и поймал на себе заинтересованные и испуганные взгляды высокорожденных.

— За работу! — рыкнул я на ночных эльфов. — Великий желает, чтобы портал был открыт как можно скорее!

Не успел я договорить, как эльфы тут же отвернулись и приступили к работе, стараясь при этом казаться максимально незаметными.

— Хаккар! — мысленно обратился к Псарю. — Для тебя есть работа!

Я почувствовал его отклик, который означал любопытство и готовность к действию. Передав ему, чтобы он явился в зал с порталом, я принялся ждать его прибытия.

Вновь посмотрев на портал, я едва сдержал облегченный вздох, радуясь, что Великий не стал интересоваться отсутствием Архимонда. Боюсь, в этом случае у меня не получилось бы объяснить ранение его правой руки каким-то эльфийским чародеем.

«Пожалуй, сообщу об этом, только когда мы сможем поймать этого чародея», — подумал я, понимая, что, помимо указанного Саргерасом ночного эльфа, который разрушил первый портал, у нас появилась и вторая мишень, которая явно была в разы опаснее первой.

***

Аварис.

Вопреки ожиданиям многих, армия ночных эльфов так и не пошла на Зин-Азшари. Потери были достаточно велики, отчего армии потребовалась перегруппировка и реорганизация. Нужно было дождаться подкреплений, чтобы с новыми силами двинуть на столицу империи.

Однако помимо реорганизации всё осложнялось беженцами, которые все прибывали и прибывали. В сопровождении балласта в виде бесполезных ушастых, которых даже нельзя было использовать как живой щит, продвижение армии замедлилось максимально.

Впрочем, такое промедление шло мне на руку, и я мог себе позволить заниматься медитациями, чтобы вновь взять под контроль свою силу, которой стало значительно больше после поглощения души полубога. И все же периодически я был вынужден отвлекаться от медитаций, чтобы поприсутствовать на очередном бесполезном военном совете и выслушивать нытье всяких высокомерных и бесполезных ушастых.

— Это немыслимо! — немного истерично произнес лорд Звездные Очи. — Упущена такая прекрасная возможность, Кур’талос!

— Может, и упущена, — не стал с ним спорить Гребень Ворона. — А может, и не упущена. Нет смысла гадать и сожалеть о случившемся. Лучше сосредоточиться на том, что у нас есть, и исходить из этого.

Военный совет, как всегда, проходил в шатре Гребня Ворона. Мы обсуждали дальнейший план действий после того, как смогли переломить ход событий в последней битве. По крайней мере, мы собирались его обсуждать, пока Десдел Звездные Очи не решил в очередной раз выразить свое недовольство происходящим.

Этому идиоту не нравилось, что Кур’талос не стал гнать армию вперед после бегства и дальнейшего уничтожения демонов. Хотя, скорее, ему не нравилось, что полководец решил прислушаться к совету Краса, а не к его истеричным требованиям.

— Но армия демонов была разбита! — не унимался этот ушастый. — Мы могли бы беспрепятственно дойти до столицы и…

— И сдохнуть, — наконец-то вмешался я в этот бессмысленный диалог, перебив лорденыша, который откровенно начинал меня раздражать. — Но если тебе так не терпится попасть в Зин-Азшари, я могу хоть сейчас отправить тебя туда порталом.

Моя неприкрытая угроза повисла в воздухе. Я действительно был готов отправить его порталом в столицу, если бы он не заткнулся. С удовольствием понаблюдал бы за тем, что с ним сделали бы демоны. Но Десделу все же хватило ума удержать свой язык за зубами и промолчать.

— Солдаты доблестно сражались, — вежливо вмешался в разговор Крас, стараясь сгладить углы, — но они созданы из плоти и крови, а потому слабеют. Они имеют право на полноценный отдых. К тому же у нас полно раненых, которым нужно оказать помощь. Мы не смогли бы пойти дальше с ранеными на руках, а оставлять их — всё равно что подписать им смертный приговор.

— Мастер Крас прав, — сказал Гребень Ворона, не позволив больше никому вставить и слова. — Воины должны отдохнуть и залечить свои раны. Каждый воин сейчас на счету, и мы не можем себе позволить потерять даже одного из них.

— Именно поэтому, милорд, — вдруг снова заговорил дракон-маг, вынуждая всех обратить на него внимание, — я обязан вновь поднять вопрос о том, о чем вы слышать не желаете, но без чего никак не обойтись!

Я вопросительно посмотрел на «эльфа крови». Похоже, он о чем-то уже успел поговорить с Гребнем Ворона, и это что-то явно не нравилось эльфийскому полководцу.

— О чем речь? — спросил я, посмотрев на Кур’талоса.

Ночной эльф слегка нахмурился, но все же соблаговолил ответить:

— Мастер Крас говорит о союзе с дворфами и иными расами.

Эти слова вызвали недовольство со стороны всех присутствующих в шатре ночных эльфов.

— Немыслимо!

— Варварство!

— Таурены и дворфы в Зин-Азшари?!

— Не бывать этому!

— Дворфы, скорее всего, сами нападут на нас, — вмешался раздражающий меня Десдел. — Их алчность отлично известна. Они не раз грабили наш народ, а потом прятались в своих норах.

— Таурены скорее начнут войну между собой, чем помогут нам, — добавил кто-то из офицеров.

— Видишь, мастер Крас? — развел руками лорд Гребень Ворона. — Не я один придерживаюсь подобного мнения. Ваш вклад в общее дело и стратегию боя неоценим. В вопросе магических искусств я не раздумывая обращусь к вам за советом. Но когда речь заходит о прописных истинах нашей расы, вам нас не понять. И даже если соглашусь на подобное безумие, попрошу помощи у дворфов и тауренов, то неужели ты думаешь, что они явятся на зов? Они доверяют нам еще меньше, чем мы им.

— Но сейчас прочие расы наверняка, как и мы, сражаются с Пылающим Легионом, — упрямо продолжал Крас. — Есть шанс, что они согласятся. Сражаясь по отдельности, у нас нет шансов на победу, но, объединив усилия всех рас, у нас появится возможность захватить Зин-Азшари и закрыть этот проклятый портал!

Лицо Кур’талоса вдруг переменилось, и вся доброжелательность вдруг пропала, подобно слетевшей маске.

— Дискуссия окончена, уважаемый заклинатель, — сурово произнес полководец, намеренно опустив вежливое обращение и перейдя на «ты», — и я вынужден со всем уважением попросить тебя больше не поднимать эту тему.

Оба молча смотрели друг другу в глаза, пока наконец Гребень Ворона первым не отвел свой взгляд. И, несмотря на эту небольшую победу, Крас не стал спорить дальше.

— Прошу прощения, что переступил границы дозволенного, — произнес дракон-маг.

— Мы собирались обговорить поставки припасов и тыловое обеспечение, мастер Крас, — проговорил Кур’талос, вновь вернув вежливое обращение. — Я не вижу необходимости в вашем присутствии во время обсуждения. Я бы посоветовал вам и вашим товарищам как следует отдохнуть. Ваши навыки будут весьма кстати, когда мы снова двинемся в путь.

Не произнося больше ни слова, Крас вежливо поклонился и покинул палатку. Вслед за ним пошли Ронин и Броск, которые были на удивление молчаливы, а также Малфурион. Последний выглядел весьма задумчивым.

Когда они покинули шатер, ночные эльфы начали шептаться между собой, осуждая предложение дракона. Я же, смотря на все происходящее, не смог сдержаться. Прикрыв лицо рукой, я тяжело и протяжно вздохнул, чем привлек к себе внимание всех собравшихся.

— Идиоты, — прошептал я, устало потирая переносицу.

Впрочем, слух у всех собравшихся был достаточно чутким, чтобы прекрасно меня услышать.

— Вы что-то сказали, мастер Аварис? — спросил Кур’талос, очевидно делая вид, что не расслышал меня.

Я убрал от лица руку и исподлобья посмотрел на полководца ночных эльфов. Взгляд мой был достаточно тяжелым, чтобы эльф машинально напрягся.

— Я сказал, что вы идиоты, — гораздо громче повторил я, после чего окинул взглядом всех собравшихся.

После моих слов на пару мгновений наступила полнейшая тишина, которая была разорвана возмущенными криками.

— Молчать! — приказал я, выпустив в округу толику силы, отчего воздух вдруг потяжелел.

Все тут же заткнулись и замерли, боясь лишний раз пошевелиться. Вновь окинув всех тяжелым взглядом, я медленно покачал головой, поднялся со своего места.

— Я напомню вам, что армия все еще не была перебита только благодаря моей силе и опыту Краса, — произнес я, прежде чем направиться к выходу из шатра. — Но моя сила не безгранична, и я могу рано или поздно выдохнуться, или в очередной раз какой-нибудь командир демонов навяжет мне бой. Вы хоть думали, что в таком случае произойдет с нашей армией? До сих пор нам безумно везло, но, как уже показала практика, нашей численности недостаточно, чтобы успешно сражаться с бесконечной ордой демонов. Нам нужны союзники.

Ненадолго замолчав, я остановился у самого выхода.

— И сейчас вам предложили вариант, где найти союзников, — продолжил я, через плечо посмотрев прямо на Кур’талоса. — Но вы решили показать свое высокомерие во всей своей красе. У нас больше нет времени выбирать. Если вас не устраивают дварфы или таурены, то предложите вариант получше. Хватит сидеть сложа руки.

Я сдвинул полог шатра и шагнул наружу.

— И ради всего святого, — бросил я напоследок, даже не оборачиваясь к эльфам, — включите уже мозги.

Оказавшись снаружи, я надеялся, что Крас с остальными не успел уйти далеко. Вот только, похоже, что я немного их недооценил, и их уже и след простыл. Постояв немного на месте, я прислушался к собственным ощущениям, пытаясь определить, куда ушла эта разношерстная компания.

Конечно, можно было попробовать разглядеть их с помощью истинного зрения, но посреди лагеря, где были тысячи разумных, было практически нереально найти нужную ауру.

— Вот как знал, что нужно было повесить следилку, — проворчал я, решив прибегнуть к единственному доступному способу, помимо простых расспросов посторонних.

Я прикрыл глаза и попытался почувствовать ту самую каплю Тьмы, что не без моей помощи поселилась в душе Малфуриона. Пришлось немного напрячься, но совсем скоро я уже хотя бы знал направление, в котором ушла искомая компания.

— Ну кто бы сомневался, — пробормотал я, понимая, что они двигаются в направлении ближайшего леса.

Еще даже не успев открыть глаза и направиться вслед за ними, я вдруг почувствовал, как на меня кто-то налетел. Послышался короткий женский вскрик и звук падения чьего-то тела на землю. Приоткрыв глаза, я посмотрел вниз и увидел знакомую юную эльфийку, которая сидела на земле и потирала ушибленный зад. Девушка выглядела немного растерянной и сильно чем-то встревоженной.

— Тиранда? — немного удивленно спросил я, наконец-то привлекая к себе внимание девушки.

Эльфийке потребовалась пара секунд, чтобы осознать, кого она перед собой видит. На ее лице одна эмоция сменялась другой за доли секунды. Недоумение сменилось узнаванием, а на его место, в свою очередь, пришли понимание и радость.

— Мастер Аварис! — радостно воскликнула девушка, спешно поднимаясь с земли. — Мне нужна ваша помощь!

Глава 35. Стычка

***

Аварис.

— Мастер Аварис! — радостно воскликнула девушка, спешно поднимаясь с земли. — Мне нужна ваша помощь!

Я с удивлением смотрел на ночную эльфийку, пытаясь понять, что ей от меня потребовалось. Когда девушка поднялась с земли, я заметил еще одну эльфийку, совсем юную, которая подоспела к нам. Стоило мне только взглянуть на нее, как она тут же сжалась и постаралась спрятаться за Тирандой.

Удивившись такому поведению, я вернул свое внимание на жрицу Элуны и тяжело вздохнул. Меньше всего мне сейчас хотелось тратить время на чужие проблемы.

— Говори, — устало произнес я, когда молчание затянулось. — Только быстро.

Тиранда кивнула и медленно выдохнула, явно пытаясь привести мысли в порядок.

— Как вы знаете, мастер Аварис, — начала говорить ночная эльфийка, — я и мои сестры делаем все, что можем, для солдат и беженцев и…

— Ближе к сути, — немного грубовато перебил я девушку, чем заставил ее на мгновение сбиться.

— Х-хорошо, — запнувшись, пробормотала Тиранда. — Я оказывала помощь одному из беженцев. У него были странные раны, которые сочились зеленоватым гноем. Он был без сознания, но пока я его лечила, то расспросила его жену, как он получил эти ранения. Я думала, что он получил их, когда они бежали из Ара-Хинама, но его супруга сказала… сказала, что раны он получил всего день назад, когда пытался добыть им еду в лесу.

Девушка на мгновение замолчала, а я напрягся, уже понимая, к чему все вело.

— Она пересказала все, что произошло с ее мужем, — продолжила говорить жрица. — Она описала созданий, похожих на огромных гончих, покрытых шипами, а на спинах у них извиваются щупальца. На него напали Звери Скверны.

— Удивительно, что он выжил, — задумчиво протянул я.

— Вас только это беспокоит? — немного возмущенно воскликнула девушка.

— А что такого? — недоумевал я.

— А то, что демоны бродят в лесу вокруг нашего лагеря, вас не волнует?! — возмущению Тиранды не было предела.

— Но мне действительно интересно, как обычному беженцу удалось выжить в столкновении со Зверем Скверны.

Впрочем, девушка была в чем-то права. Тот факт, что демоны находятся очень близко к лагерю и мы об этом даже не знаем, несколько настораживал.

— Ладно-ладно, — вздохнув, сказал я, закатывая глаза. — Дай подумать.

Наличие демонов в лесу меня не сильно удивляло. Скорее, меня больше бы насторожило их отсутствие. Однако мне не давала покоя мысль: «Почему именно Звери Скверны?». Для простых ночных эльфов хватило бы и любого другого вида демонов. Эти же твари были созданы специально для уничтожения заклинателей. Именно против магов они наиболее эффективны.

Вот только, чтобы напасть на наших магов, им необходимо прорваться в лагерь, но они этого не сделали. Вместо этого, если верить словам беженки, твари окопались в лесу… словно чего-то ждали.

— Или кого-то, — тихо пробормотал я, после чего так же тихо выругался, чем заставил Тиранду напрячься.

Внезапно в голове сложилась крайне неприятная картина. Я вспомнил, как почувствовал, что как минимум Малфурион направлялся именно в восточный лес. И если кого-то из чародеев можно было ждать в лесу, так только друида, ведь остальным не было никакого дела до природы.

— Проклятье, — процедил я сквозь зубы.

— Мастер Аварис? — встревоженно спросила Тиранда.

Девушка заметна напряглась.

— Слушай внимательно. — Я посмотрел прямо в глаза юной жрице. — Беги к своим и собери всех, кого сможешь найти. Берите оружие и немедленно выдвигайтесь в сторону восточного леса. Малфурион направился именно туда, и если мы не поторопимся, то, боюсь, на одного друга детства у тебя станет меньше.

Не дожидаясь ее ответа, я взмахнул рукой. В тот же миг передо мной открылся портал, в который я тут же шагнул, оставляя Тиранду за спиной.

Переход занял долю секунды. Меня выплюнуло на небольшую поляну на границе восточного леса, именно там, где я последний раз ощущал присутствие Малфуриона. Впрочем, как и ожидалось, в этот самый миг здесь никого не оказалось.

— Ну конечно, все же может быть так просто, — проворчал я, активируя истинное зрение.

Мир вокруг тут же наполнился красками. Все вокруг было пропитано магией, которая переплеталась в замысловатые потоки. Вот только мне было не до любования окружающим миром. Я всматривался, одновременно с этим прислушиваясь к собственным ощущениям. К счастью, долго это не продлилось. Совсем скоро я почувствовал магический всплеск вдали и тут же посмотрел в том направлении. Разглядеть что-то в этих магических потоках было довольно сложно. Но опыта у меня было более чем достаточно, чтобы увидеть, где эти самые потоки были нарушены в ходе боя.

Мгновенно активируя Крылья Тьмы, заменив в заклинании Тьму на огонь, я взмыл в небо и, подобно комете, оставляя за собой огненный шлейф, устремился в том направлении, где шло сражение. Мне потребовалось меньше минуты, чтобы добраться до нужного места.

Уже на подлете я увидел, как около десятка Зверей Скверны окружили Малфуриона и Краса. Что здесь забыл дракон в облике эльфа крови, мне было невдомек, но сейчас было не до этого. Все же расспросить его еще будет время.

Малфурион и Крас стояли спина к спине среди изувеченного участка леса. Вокруг них земля была вспорота, корни вырваны наружу, несколько деревьев стояли с обугленными кронами, а одно вообще лежало поперек поляны, раздавив под собой Стража Скверны. Чуть в стороне лежало еще несколько убитых демонов. Вот только, несмотря на это, ситуация все еще складывалась не в пользу друида и дракона, ведь противников еще было предостаточно.

Около десятка Стражей Скверны и почти столько же Зверей, которые метались между ними. И чтобы ситуация стала еще хуже, позади всей этой демонической своры стоял их предводитель. Высокий, скелетоподобный, с головой, напоминающей рогатый череп, и пылающими глазами, полностью объятый огнем, он стоял немного в стороне, словно наслаждаясь зрелищем. В его руке извивался длинный огненный хлыст. Каждый раз, когда он щелкал, Звери Скверны начинали действовать.

И вот вновь раздался щелчок, после которого две шавки бросились в атаку. Одну из них тут же отбросило в сторону вылезшими из земли корнями. А вторая спокойно проскочила дальше, явно намереваясь вцепиться в Краса, который вдруг побледнел и даже припал на одно колено.

— Вечно я должен всех спасать, — пробормотал я, мгновенно ускоряясь.

Прошло всего мгновение, и я на полной скорости влетел ногами в демоническую шавку, перемалывая ей хребет и размазывая по земле тварь, которая уже открыла пасть, чтобы перегрызть глотку Красу. От удара при приземлении во все стороны прокатилось пламя, сжигающее всё на своем пути. Мне даже пришлось укрыть Краса и Малфуриона защитой, чтобы их не зацепило.

— Ну и гадость, — проворчал я, отряхивая с ног то, что осталось от Зверя Скверны.

Внимание всех было сосредоточено на моей фигуре. В повисшей тишине был отчетливо слышен облегченный вздох Краса.

— Ты вовремя, — сказал дракон, когда пламя утихло и мы остались стоять посреди выжженного участка леса.

— Я заметил, — фыркнул я, внимательно осматривая противников.

— Ещ-щ-ще одна цель, — вдруг раздалось шипение со стороны предводителя демонов.

— Цель? — удивленно спросил я, приподняв одну бровь. — А вот это уже интересно. Неужели ваш хозяин как-то выделил меня? Или, быть может, это Архимонд приказал схватить меня? Ему так понравилась наша…

Договорить мне не дал очередной щелчок хлыста, после которого демоны рванули в мою сторону.

— Как невежливо прерывать на полуслове, — поморщившись, проворчал я.

Два Стража Скверны с ревом бросились на меня, занося свои клинки для удара. Я лишь презрительно хмыкнул. Небрежным пасом я отправил два огненных копья в демонов, которые в одно мгновение пронзили тела тварей.

Однако расслабляться было еще рано. Противников было еще много.

Я резко ударил ногой по земле, направляя энергию в почву. Земля под ногами демонов тут же вздыбилась, образуя волну и подбрасывая в воздух сразу несколько демонов. Часть противников успела отскочить и устояла на ногах, но меня это не волновало. Я направил вторую волну энергии, и прямо под все еще находящимися в полете демонами появились огромные каменные шипы, на которые те и рухнули.

Не позволяя выжившим демонам опомниться, я вытянул руку вперед. Мгновением позже все оставшиеся Стражи Скверны взмыли над землей и устремились прямо ко мне. Они беспомощно барахтались в воздухе, пытаясь вырваться из невидимых тисков.

Раздался щелчок хлыста. Стоявшие на месте Звери Скверны рванули в мою сторону.

Я лишь усмехнулся. В следующую секунду прямо на пути перед демоническими псами появилась каменная стена. Конечно, такая преграда не должна была надолго задержать этих тварей, но мне и не нужно было много времени, чтобы закончить со Стражами.

Вернув свое внимание на барахтающихся в невидимых тисках демонов, я медленно сжал руку в кулак. Раздался оглушительный, тошнотворный хруст ломающихся костей. Демоны не успели даже закричать и только издали предсмертный хрип. В одно мгновение их массивные туши превратились в бесформенные, изломанные куски плоти, из которых торчали обломки костей. Изуродованные останки с влажным чавканьем рухнули на землю, оставив после себя лишь расползающиеся лужи зеленой крови.

Как только останки Стражей рухнули на землю, псы наконец-то преодолели преграду и бросились на меня. Твари вытянули вперед свои щупальца, явно чувствуя во мне силу и желая ее поглотить.

Понимая, что чисто энергетическая атака, как огненная стена, может оказаться бесполезной против псов, я решил встретить противников уже отработанным приемом.

«Сработало на огромном кабане, то и на псах сработает», — подумал я, наблюдая, как из земли вырываются несколько десятков цепей.

Цепи мгновенно оплели огромные туши Зверей Скверны, сковав их движения и намертво придавив к земле. Твари тут же попытались вцепиться в путы своими щупальцами, чтобы выкачать из них энергию, но я не дал им этого сделать. Свободные концы цепей, словно живые, метнулись к спинам монстров и туго перехватили их отростки.

На мгновение повисла тишина, которую прервал мой щелчок пальцами. В тот же миг звенья резко рванули в разные стороны, с корнем вырывая проклятые щупальца. Пронзительный, полный агонии вой сотряс округу, но захлебнулся так же внезапно, как и начался. В следующее мгновение над распластанными Зверями Скверны появились десятки огненных копий, которые моментально прошили их тела насквозь. Пригвожденные к земле, обугленные туши замерли, превратившись в жуткое подобие подушечек для булавок, утыканных пылающими иглами.

Я медленно перевел свой взгляд на единственного оставшегося в живых демона. Мои губы изогнулись в жуткой, предвкушающей улыбке.

— Остался только ты, — прошептал я.

— Я тебя с-с-с удовольствием выпотрош-ш-шу, — прошипел в ответ демон, делая замах хлыстом.

Я не стал уклоняться от атаки. Усилив собственную защиту, я вскинул руку и поймал плеть на лету. Пальцы сомкнулись на горящем демоническом оружии. Вокруг руки вспыхнула темная дымка защиты, сводя вражескую атаку на нет. Демон тут же дернул оружие на себя, либо пытаясь вырвать хлыст из моих рук, либо подтянуть меня к себе.

Вот только я даже не сдвинулся с места, равно как и не отпустил оружие противника. Не успел противник удивиться происходящему, как я сам потянул его оружие на себя, заставив демона сделать шаг вперед.

— Знаешь, — протянул я, еще больше наматывая его оружие на свою руку, — открою тебе страшную тайну. Не только у тебя есть такое занятное оружие.

В тот же миг в моей свободной руке появился хлыст, сотканный из огня. Я тут же сделал взмах. Не ожидавший подобного демон не успел увернуться, отчего мое оружие хлестануло его прямо по груди и отбросило на несколько метров назад. От удара противник даже выпустил из рук свое оружие, отчего в моих руках теперь было целых два огненных хлыста.

Пока демон приходил в себя после пропущенного удара, я неспешно двинулся навстречу. Удобнее перехватив трофейное оружие, я плавно раскрутил вокруг себя оба пылающих хлыста. К этому времени демон уже пришел в себя, и в его руке появился пылающий клинок. Он уже собирался перейти в атаку, но я ударил первым. Синхронный взмах, и огненные плети обвились на запястьях противника. Разумеется, пламя не причиняло ему никакого вреда, но мне это и не требовалось.

Вместо этого я с силой рванул путы на себя. Рывок сорвал массивную тушу с места, отрывая от земли и притягивая ко мне. Пока демон летел навстречу, я разжал пальцы, отбрасывая ненужные больше хлысты. Выбросив руки вперед, я схватил его прямо за голову, одновременно с этим выпуская два воздушных лезвия, которые отсекли этому монстру ноги прямо в воздухе.

Лишившись нижней части тела, демон повис в моей хватке. Наши лица оказались на одном уровне, и я заглянул в его пылающие глаза, пытаясь в них что-нибудь разглядеть.

— Передай Саргерасу, — едва слышно, так, чтобы слова достигли лишь его слуха, прошептал я, — что этот мир… мой.

Короткий всплеск магии — и искалеченное тело демона кулем на землю. Я же остался стоять на месте, задумчиво поворачивая в руках отсеченную голову.

Стоило только бою стихнуть, как до моего слуха донеслись голоса, и чуть позже из зарослей выпрыгнул целый отряд сестер Элуны верхом на ночных саблезубах. Эльфийки замерли, потрясенно осматривая последствия бойни.

— Вы немного опоздали, дамы, — заметил я, повернувшись к новоприбывшим. — Но можете помочь этим двум идиотам, которые так удачно нашли себе приключения на задницу. Разрешаю вам не слишком-то с ними церемониться.

Раздались тихие смешки, но никто из сестер Элуны не спешил помогать друиду и дракону. Почти никто. Из состава «подмоги» вырвалась одна фигура, которая на ходу сняла шлем, позволив узнать в девушке Тиранду, и тут же подбежала к Малфуриону, крепко того обняв.

— М-да, похоже, у Иллидана нет ни единого шанса, — тихо пробормотал я, наблюдая, как эльфийка с тревогой в глазах внимательно осматривает своего «друга» на предмет ранений.

В очередной раз окинув взглядом поле битвы, я с сожалением поморщился. Столько материала пропадало впустую.

— Возвращаемся в лагерь, — приказал я, формируя рядом с собой новый портал, только в этот раз больших размеров, указывая всем на него.

Глава 36. Оказание помощи

***

Аварис.

Полог моего шатра тяжело опустился, отсекая суету и гул лагеря. Я неторопливо прошел к столу и развернулся, скрестив руки на груди, после чего смерил тяжелым взглядом присутствующих.

— Есть что сказать в свое оправдание? — спросил я строгим голосом, словно отчитывал нерадивых детишек, и плевать, что одному из них больше десяти тысяч лет.

Впрочем, к моменту начала разбора полетов в моем шатре, помимо провинившейся парочки, собралась весьма примечательная компания. Напротив меня стояли Малфурион и Крас, которых я фактически только что вырвал из лап демонов. Юный друид, опустив голову, молчал, не рискуя сказать хоть слова. Дракон же в облике эльфа крови смотрел мне прямо в глаза. Он явно понимал, к чему могла привести их ошибка, но при этом в его взгляде не было ни капли раскаяния.

Чуть поодаль замерли Ронин и Брокс. Человек то и дело бросал хмурые взгляды на друида и своего учителя, словно оценивая их состояние. Орка же не волновало состояние товарищей, ему явно было достаточно того, что они живы. А вот тот факт, что ему не удалось поучаствовать в сражении с демонами, его точно удручал.

С другой же стороны стояли мои ученики. Иллидан стоял, скрестив руки на груди, и в его желтых глазах читалось откровенное раздражение. Шеала же старалась держаться ближе ко мне, при этом выглядела она наиболее расслабленной из всех.

— О чем вы вообще думали, когда решили пойти в лес в одиночку в такое-то время? — вновь спросил я, когда не дождался от них ответа.

Малфурион опустил взгляд, явно чувствуя вину за свою неосторожность, но так ничего и не ответил. Впрочем, этого и не потребовалось, потому что вперед шагнул Крас, заслоняя собой друида.

— Вина полностью лежит на мне, — наконец-то заговорил дракон-маг. — Это была моя инициатива. Мне необходимо было встретиться с Кенарием.

Я приподнял бровь, приглашая его продолжить.

— Я полагал, что Малфурион сможет дозваться до своего учителя, чтобы тот помог нам, — пояснил Крас, стараясь говорить уверенно. — Мне был нужен транспорт, и я надеялся, что Кенарий сможет предоставить нам его. Мне нужно добраться до обители драконов.

Я не сдержался и громко фыркнул. Губы сами собой изогнулись в кривой усмешке.

— До обители драконов? — издевательски протянул я, приподняв бровь. — И на кой-черт тебе понадобилось вдруг отправиться именно туда?

— Я., — начал было говорить Крас, но я прервал его одним жестом.

— Только не говори, что ты хотел попросить у них помощи, — саркастично произнес я. — Неужели ты всерьез думаешь, что сможешь добиться помощи от них? Помощи от тех, кто веками старается избегать любого вмешательства в дела смертных рас, предпочитая наблюдать со стороны?

— У меня есть доводы, чтобы убедить их, — упрямо ответил Крас, гордо вздернув подбородок. — Они выслушают меня.

Я подался вперед и остановился прямо напротив Краса, заглядывая ему в глаза. Могло показаться, что я как минимум взбешен сложившейся ситуацией и глупыми мыслями дракона-мага, но в действительности мне было плевать. Изначально, конечно, я хотел бы склонить на свою сторону одного из мужей Алекстразы, но сейчас мне было все равно на его судьбу. Если ему так не терпится умереть, то ради бога. Флаг ему в руки. Я не буду мешать ему героически сложить голову.

Тем более что это всего лишь старшая версия Кориалстраза. Старшая и куда более опытная и оттого менее ведомая. Зачем мне непокорный инструмент, тем более что не было никаких гарантий, что мы встретимся с ним вновь? Ведь он лишь один из вариантов красного дракона. С моим появлением в этом мире эта временная линия отделилась из общего потока.

Все это означало, что Крас для долгоиграющих планов был для меня бесполезен. Нет смысла тратить время на инструмент, который не принесет никакой пользы даже в далеком будущем. Куда перспективнее работать с его молодой версией, которая живет и будет жить уже в моей линии времени.

И все же, вопреки своим мыслям, я не собирался сейчас терять доверие Краса, ведь пока он находится в этом времени, дракон-маг все еще мог быть полезен. Хотя все же не помешало бы немного спустить его с небес на землю и снять розовые очки. Поэтому я лишь склонил голову набок и мысленно обратился к дракону.

«Уверен ли ты, что у тебя получится уговорить своих сородичей?» — мой голос прозвучал в голове Краса. — «Уверен ли, что сможешь заставить их вмешаться в войну? Уверен ли, что у тебя хватит влияния для этого?»

Крас едва заметно вздрогнул от неожиданного вторжения в разум, но быстро взял себя в руки. Однако он быстро взял себя в руки, отвечая мне той же мыслеречью:

«Вторжение Пылающего Легиона грозит опасностью не только смертным расам, но и драконам. Эта угроза касается всего Азерота. Если они хотят выжить, если они хотят, чтобы этот мир уцелел, они обязательно вмешаются. У них просто нет иного выхода».

«А если они все же не вмешаются? — язвительно спросил я, делая вполне резонное замечание. — Что тогда, Крас? Что ты будешь делать, когда твои хваленые Аспекты решат не вмешиваться?»

На этот вопрос ответа у него не нашлось. Он прекрасно понимал, что может произойти что угодно. В обычной ситуации, имей он свой статус как супруга Алекстразы, к его словам могли прислушаться. Но сейчас он не более чем дефектный дракон, запертый в облике эльфа крови и не способный раскрыть свое истинное я, дабы не нарушить потоки времени, о целостности которых он так печется.

К тому же, если мне не изменяет память, то среди Аспектов уже должен был появиться предатель, который пока еще не дал о себе знать. И Крас прекрасно должен был знать о его существовании. Не обезумивший ли Аспект является настоящей причиной, почему маг так рвется к своим сородичам?

«Тебе ведь не помощь сородичей нужна, не так ли, Крас?» — вдруг спросил я, решив проверить свои догадки. — «Тебе зачем-то срочно потребовалась встреча с другими драконами. Ты что-то чувствуешь. Или, скорее, что-то знаешь?»

На эти вопросы Крас также никак не ответил, но не потому, что не хотел. Напротив, он явно хотел сказать хоть что-то, но не мог вымолвить ни единого слова. Внимательно наблюдая за Красом, я заметил, как он напрягся, как вздулись вены на его висках. Его лицо покраснело от напряжения, и казалось, что еще немного, и из его глаз, носа и ушей польется кровь.

«Ты не можешь сказать», — уверенно произнес я, заметив, как дракон заметно расслабился и слегка кивнул, хотя даже этот кивок дался ему очень тяжело. — «Что-то не дает тебе рассказать, в чем дело. Или кто-то?»

На моих последних словах его глаза засияли от радости.

Мне же оставалось только тяжело вздохнуть в ответ на такую реакцию. Мои опасения подтвердились, отчего вдруг захотелось сжечь все вокруг к чертям собачьим. Я раздраженно посмотрел на Краса, желая сказать ему пару ласковых слов, но вместо этого вновь тяжело вздохнул.

Хотелось возмутиться, почему он даже не пытался как-нибудь намекнуть на происходящее в обители драконов. Но понимание, что он даже не мог подумать о том, чтобы что-то рассказать, заставляло засунуть это возмущение куда подальше. К тому же, если бы он даже смог рассказать хоть что-то, то с чего я решил, что дракон рассказал бы все именно мне? Он мог поделиться информацией с Ронином или даже Броксом, которые бы понимали, о чем идет речь. Я в его глазах — всего лишь ночной эльф, который не знает того, что должно произойти в будущем.

Хотя не могу сказать, что он далек от истины. Все же мои познания об этом мире не столь всеобъемлющи, но уж ключевые события и личностей, замешанных в них, я знал. И уж предательство среди Аспектов — очень даже ключевое событие.

В шатре вновь повисла гнетущая тишина. Ронин нервно переминался с ноги на ногу, Брокс хранил удивительное спокойствие, а Иллидан продолжал сверлить взглядом брата. Шеала лишь лениво перевела взгляд с дракона на меня, ожидая моего решения.

Я устало потер переносицу и покачал головой.

— Наверняка я об этом пожалею, — тихо пробормотал я. — Я, конечно, не Кенарий, но если вам нужен транспорт…

Тут же рядом по мановению моей руки открылся небольшой портал, из которого тут же вылетело три предмета. Три метлы, на которые все присутствующие уставились с удивлением. Все, кроме Шеалы, которая понимала, что это такое.

— Мастер Аварис? — впервые подал голос Малфурион, который, похоже, усомнился в моем здравом уме.

— Что? — спросил я, удивленно посмотрев на друида.

— Вы уверены, что…

— Ты за кого меня принимаешь? — строго спросил я, грозно посмотрев на него.

После моих слов все три метлы вдруг приняли горизонтальное положение и зависли над землей.

— Я еще не выжил из ума, — хмыкнув, сказал я, после чего вернул свое внимание на Краса. — Тебе нужен был транспорт? Вот он. И не надо на меня так смотреть. Как уже было сказано, я не Кенарий, чтобы дать вам какую-нибудь летающую зверюшку. Но при этом я все же артефактор. И эти метлы — не что иное, как артефакт, предназначенный для полета.

Крас долго переводил взгляд с меня на парящие в воздухе метлы, не решаясь что-то сказать, но в конце концов все же вымолвил:

— А почему три?

— А ты думал, что отправишься один? — с усмешкой задал я встречный вопрос. — С тобой отправится Малфурион. Сдается мне, что его помощь тебе пригодится. Я бы отправил с тобой еще и Иллидана, но он будет нужен мне здесь.

— Тогда для кого третья метла? — задал очевидный вопрос дракон-маг.

Я же молча перевел взгляд на Шеалу, которая устало закатила глаза.

— Учитель, вы уверены в этом? — с какой-то потаенной надеждой спросила она.

Я ответил ей лишь строгим взглядом, не терпящим никаких возражений. Чародейке оставалось только обреченно вздохнуть.

— Как прикажете, учитель, — покорно склонив голову, согласилась Шеала.

Переведя взгляд на Краса, я увидел, как он нахмурился. Перспектива вести посторонних к обители драконов его совершенно не радовала. И если с присутствием Малфуриона он еще мог относительно легко смириться, явно проникнувшись симпатией к юному друиду, то вот присутствие чародейки его откровенно напрягало.

Впрочем, мне ничего не мешало помочь ему принять правильное решение. Правильное для меня.

— С вами отправится Шеала, — спокойно произнес я, — и это мое условие, при котором я готов оказать тебе помощь, Крас.

Дракон прикрыл глаза и неохотно выдавил:

— Я согласен.

Мне с трудом удалось подавить довольную ухмылку. У Краса просто не было выбора не согласиться. Он был вынужден либо принять мое условие, либо вновь рискнуть отправиться в лес ради мизерного шанса получить помощь от Кенария.

— Вот и славно, — мягко улыбнувшись, сказал я, после чего указал на выход. — А теперь проваливайте, пока я не передумал.

Пока они направлялись к выходу, я мысленно обратился к ученице.

«Запомни, где находится обитель драконов», — мой голос заставил Шеалу чуть замедлить шаг, хотя внешне она никак не показала, что слышит меня. — «Не геройствуй лишний раз и не вступай в бессмысленные сражения. Мне нужны только координаты этого места. Этого. Безопасность Краса вторична, можешь пожертвовать им в случае крайней нужды. Но вот Малфуриона постарайся вытащить, если ситуация выйдет из-под контроля. Разумеется, только в том случае, если это не будет угрожать твоей собственной безопасности».

У самого выхода из шатра Шеала обернулась на долю секунды. Она одарила меня хитрой и даже немного игривой улыбкой.

«Сделаю все в лучшем виде, учитель.», — раздался в моем сознании голос ученицы.

Когда троица наконец-то покинула мой шатер, я переключил свое внимание на Ронина и Брокса.

— Теперь вы, — произнес я, подходя ближе к столу, на котором была разложена карта местности. — Я совершенно не разделяю упрямство Гребня Ворона. Его слепая уверенность в том, что ночным эльфам не нужна помощь других рас, приведет нас всех к гибели.

Я оперся руками о край стола.

— Поэтому у вас будет своя задача, — продолжил я, внимательно смотря на эту парочку. — Найдите капитана Песнь Теней. В отличие от закостенелых идиотов, которые командуют нашей армией, Джерод обладает куда более гибким разумом. Ну и конечно, от него не сквозит презрением по отношению к другим расам. Из тех, кого я знаю, он лучше всего подойдет на роль парламентера. На него будет возложена задача договориться с другими расами о военном союзе.

Ненадолго замолчав, я позволил всем осознать смысл сказанных мною слов, после чего внимательнее посмотрел на человеческого мага.

— И, Ронин, — обратился я уже напрямую к нему, — скорее всего, тебе придется отправиться вместе с Джеродом. Будешь помогать ему советом, когда он ему понадобится.

Ронин кивнул, после чего обменялся коротким взглядом с орком, и они оба покинули шатер.

Теперь в шатре остались только мы с Иллиданом.

Эльф все это время стоял неподвижно, внимательно следя за происходящим.

— Спрашивай, — спокойно сказал я, внимательно наблюдая за учеником. — Я чувствую, что у тебя накопилось много вопросов.

Иллидан ответил не сразу. Он нахмурился и несколько раз открыл и закрыл рот, после чего крепко задумался, явно собираясь с мыслями.

— К чему все это, шан’до? — наконец-то спросил близнец Малфуриона. — Зачем мы тратим время на поиски союзников? Зачем отправляем кого-то к драконам или другим расам? Почему бы просто не отправиться к Зин-Азшари и не закрыть этот проклятый портал? Я ведь знаю, что вам это вполне по силам. Мы могли покончить с этой войной разом, и…

— И никто не вынес из всего этого урок, — закончил я за Иллидана, перебивая его.

После я замолчал, продолжая наблюдать за ночным эльфом.

— Скажи мне, Иллидан, чего бы ты сам хотел? — наконец-то продолжил я. — Побыстрее закончить эту войну с демонами, но чтобы никто не вынес из этого урок? Получить всю славу одному себе, как великому герою, который закрыл ужасный портал? Чтобы в итоге все задавались вопросом, а так ли все было плохо, если всего один эльф справился с порталом и Пылающим Легионом? А если все не так плохо, то почему бы не попробовать снова? Уж в этот-то раз точно все получится, а если не получится, то мы легко закроем портал вновь, ведь если кто-то смог сделать это в одиночку, то и мы сможем.

Я говорил, и мой голос так и сочился сарказмом и презрением.

— Или же ты предпочтешь, чтобы твой народ набил шишек, но чему-нибудь да научился? — продолжил я допытываться. — Чтобы история не повторилась? Чтобы ночные эльфы вынесли урок из этой катастрофы?

Иллидан молчал, явно не зная, чего хочет сам. С одной стороны, он явно понимал, что правильнее будет позволить эльфам набить шишек, несмотря на потери. С другой же стороны, Иллидан был крайне честолюбив и хотел получить всю славу себе.

— Конечно, я могу отправиться в Зин-Азшари и закрыть портал, — произнес я после недолгого молчания. — По крайней мере, это кажется возможным, если, конечно, забыть о том факте, что прямо сейчас в Зин-Азшари находятся как минимум два полководца Легиона, которые вместе смогли бы меня остановить. Впрочем, мне и одного Архимонда будет достаточно. Поэтому один я в столицу не отправлюсь. А брать кого-то из вас — все равно что подписать вам смертный приговор. Никто из вас не готов к столкновению с такими монстрами. Разве что Шеала смогла бы противостоять Маннороту, но тот же Архимонд ей не по плечу.

Я замолчал и развел руками в стороны.

— Вот и выходит, что даже если забыть о том, что всем было бы полезно вынести урок из происходящего, — продолжил говорить я, — то закрыть портал так просто не получится. Если со мной или Шеалой что-то случится, то, боюсь, у вас останется довольно мало шансов на выживание. Хотя они все же будут, но вам придется приложить немало усилий, чтобы победить. И как итог, союзники из других рас все равно понадобятся, рано или поздно.

Замолчав, я внимательно посмотрел на Иллидана, который, кажется, хмурился все больше при каждом произнесенном мною слове.

— Либо есть еще один вариант, который увеличил бы шансы на выживание, — произнес я, поймав на себе заинтересованный взгляд ученика. — Всем нужно стать в разы сильнее. И как можно быстрее.

Иллидан ничего не ответил, но явно задумался.

— Ты ведь уже думал о том, чтобы использовать силы противника против них же, не так ли, Иллидан? — вкрадчиво поинтересовался я, наблюдая за реакцией ночного эльфа.

— Я., — начал было говорить он, но я жестом прервал его.

— Не надо оправдываться, — произнес я, стараясь успокоить ученика. — Я тебя не осуждаю и не упрекаю. Скверна действительно может дать многое. Сделать в разы сильнее. Ты действительно смог бы на равных противостоять многим сильным демонам… хоть и не сразу. Но у всего есть своя цена. И Скверна заберет многое взамен на силу, и, самое главное, тебе придется присягнуть на верность Пылающему Легиону. Уверен ли ты, что сможешь обмануть предводителя Легиона? Готов ли ты к тому, что свои будут считать тебя предателем?

Похоже, о таком раскладе Иллидан не задумывался. Или задумывался, но старался не придавать этому значения, справедливо полагая, что сможет выкрутиться.

— Но, как я уже сказал, я не осуждаю тебя, Иллидан, — продолжил я с мягкой улыбкой. — Однако при этом должен заметить, что я разочарован. И даже немного обижен.

Ночной эльф с удивлением посмотрел на меня.

— Шан’до? — неуверенно произнес он, не понимая, к чему я клоню.

— Я обижен, что ты не пришел ко мне за помощью, Иллидан, — пояснил я, одновременно с этим ставя барьер вокруг шатра. — Я понимаю твое желание быстрее стать сильнее. И ты был готов даже принять Скверну ради силы. Но ведь не только Скверна может сделать сильнее.

С этими словами я позволил толике Тьмы вырваться наружу, отчего в шатре сразу сгустились тени. Привычный потусторонний шепот начал доноситься со всех сторон. Самого же меня окутало Тьмой, оставляя лишь силуэт и мои горящие в этой темноте глаза.

— Иллидан, — произнес я измененным голосом, — твое желание стать сильнее… похвально. Ты готов на многое для спасения своего народа. Но ты еще ничего не знаешь. Твое обучение еще даже по-настоящему не начиналось. Я могу дать тебе то, чего ты желаешь. Я открою тебе путь к истинному могуществу. Я дам тебе силу, которая заставит твоих врагов дрожать от страха перед тобой. Но помни, что у всего есть своя цена. И цена этой силы — верность. Верность мне. Обратной дороги не будет. Готов ли ты заплатить эту цену ради силы?

Повисло долгое молчание. Хоть я и понимал честолюбивый характер Иллидана, мне казалось, что он не согласится на мое предложение так быстро. Я уже был готов подтереть его память, надеясь, что случайно не превращу его в овощ, но так и не успел этого сделать.

Внезапно ночной эльф опустился передо мной на одно колено и склонил голову.

— Сделайте меня сильнее, — решительно произнес Иллидан, не поднимая головы. — Прошу вас, шан’до. Дайте мне силу. Силу, чтобы защитить мой народ. Силу, чтобы уничтожить Легион. Я сделаю все, что вы прикажете. Моя жизнь принадлежит вам, учитель.

Иллидан смотрел в пол и не мог видеть, как мои губы медленно растягиваются в довольном оскале. Все шло именно так, как я и планировал.

Глава 37. Разорванные узы

***

Аварис.

Я находился в приподнятом настроении. Весь прошлый день был потрачен на обращение Иллидана, который претерпел немалые изменения, и дальнейшую помощь с первичным освоением новых возможностей.

И первым на очереди навыком, который Иллидану следовало освоить, было изменение облика. После обращения ученик слабо напоминал ночного эльфа, и его истинный облик был больше похож на дроу, только вместо алых глаз у него была парочка абсолютно черных провалов во Тьму. Его темно-синие волосы побелели, а кожа приобрела пепельный оттенок. Типичный дроу, если не считать глаз и еще пары выбивающихся мелочей, таких как появившиеся на руках когти.

Изменение внешности могло вызвать нежелательные проблемы, но, к счастью, обращение Иллидана было на порядок глубже других ночных эльфов, которым приходилось пользоваться артефактами, чтобы скрывать свой облик. Обращение Иллидана походило на то, через что когда-то пришлось пройти Шеале. И именно поэтому ему была доступна возможность свободно менять свой облик, оставалось этому только научиться.

К счастью, Иллидан не был обделен талантом, и у него получилось довольно быстро вернуть свой прежний облик. И сделал он это очень даже вовремя, потому что был созван очередной военный совет, не явиться на который не было возможности.

И, несмотря на приподнятое настроение, постепенно я все же начинал раздражаться от происходящего на совете.

Вокруг массивного резного стола, заваленного картами центральных земель Калимдора, собрались высшие чины армии сопротивления. Я стоял немного в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим. Иллидан занял место по правую руку от меня, чем немного удивил Кур’талоса, но тот не стал акцентировать внимание на этом.

Вместо этого полководец ночных эльфов решил устроить самый настоящий разнос.

Поводом для экстренного собрания послужил доклад одного из разведчиков. Едва Гребень Ворона услышал, что Малфурион и Крас покинули лагерь и скрылись в ночном небе, его лицо начало наливаться кровью.

Кур’талос с грохотом опустил кулаки на стол. Фигурки, обозначающие расстановку войск, жалобно звякнули и повалились на бок.

— Покинули армию?! — голос главнокомандующего разнесся по шатру, заставив нескольких офицеров нервно переступить с ноги на ногу. — Без моего ведома!

Он обвел присутствующих тяжелым, полным ярости взглядом, ища того, на кого можно было бы выплеснуть свое негодование. Никто из эльфов не решался встретиться с ним глазами.

— Два чародея просто покидают армию в самый разгар войны! — продолжал бушевать полководец, расхаживая из угла в угол. — Наши позиции и без того нестабильны. Если демоны узнают, что наша магическая защита ослабла, они ударят со всей силой! Нас просто уничтожат!

Ронин шагнул вперед. Человеческий маг попытался смягчить ситуацию, примирительно подняв руки.

— Милорд, прошу вас, выслушайте, — заговорил Ронин, стараясь звучать как можно убедительнее. — Они ушли не просто так. Малфурион и Крас отправились в обитель драконов. Они надеются убедить их вступить в войну на нашей стороне. Нам нужна помощь.

Гребень Ворона остановился и посмотрел на человека так, словно тот только что сморозил несусветную глупость. Полководец издал смешок, в котором, впрочем, не было ни капли веселья.

— Помощь драконов? — с нескрываемым презрением переспросил эльф. — С таким же успехом эти двое могут направиться прямиком в пасть первому же попавшемуся из драконов, ибо это будет вся помощь, которую нам окажут! И ради призрачной надежды на помощь они бросили армию на произвол судьбы?

— Драконы самая древняя и разумная раса нашего мира. Они знают больше, чем нам когда-либо суждено узнать, — сказал Ронин, защищая крылатых ящеров.

— А еще они, скорее всего, сожрут большую часть наших воинов, как только им представится такая возможность! — возразил Гребень Ворона. — Кто вообще дал им право решать, что нам нужна помощь этих ящеров?!

Я тяжело вздохнул. Терпеть крики Гребня Ворона становилось все утомительнее. Медленно отделившись от тени, в которой стоял, я сделал несколько шагов к столу. Разговоры мгновенно стихли.

— Это я позволил им уйти, — мой спокойный голос прозвучал негромко, но в повисшей тишине меня услышал каждый из присутствующих и несказанно удивился, когда до него дошел смысл сказанных мною слов.

Гребень Ворона резко повернулся в мою сторону. Его глаза сузились.

— Вы? — прошипел он, делая шаг ко мне.

— Я, — с ухмылкой ответил я, без капли страха смотря в глаза полководца. — И никто их не убьет. Для большей уверенности в их безопасности я отправил вместе с ними Шеалу. Так что они под надежным присмотром.

Казалось, мои слова должны были немного успокоить ночного эльфа, но эффект оказался совершенно противоположным. Услышав имя моей ученицы, полководец буквально задохнулся от возмущения.

— Вы отправили с ними еще одного мага?! — взревел Гребень Ворона, окончательно теряя контроль над собой. — Вы в своем уме, мастер Аварис? Вы не только потворствуете дезертирству, но и сами лишаете армию ценных бойцов!

Он подошел почти вплотную, тяжело дыша.

— Вы подвергли опасности всех нас! — брызгая слюной, продолжал выговаривать мне командующий. — Если демоны прознают об их уходе, они немедленно начнут охоту. Они найдут Малфуриона и Краса, разорвут их на куски, а затем придут за нами! Вы понимаете, что натворили?

Я выдержал его взгляд, не изменившись в лице. Гнев главнокомандующего не вызывал у меня ничего, кроме раздражения. Дождавшись, когда поток обвинений иссякнет и полководец сделает паузу, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, я слегка склонил голову набок.

— Все сказал? — пренебрежительно поинтересовался я.

Лицо Гребня Ворона вытянулось от такого откровенного неуважения. Он набрал воздуха для новой гневной тирады, его рот открылся, но ни единого звука не последовало. Я лишь сделал короткий пас рукой, и чары безмолвия моментально легли на ночного эльфа. Гребень Ворона продолжил беззвучно открывать и закрывать рот, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба, пока до него не дошло, что происходит. Офицеры в шатре напряглись, некоторые рефлекторно положили руки на свое оружие, но никто не рискнул вмешаться.

— А теперь помолчи и послушай, — спокойно приказал я, глядя прямо в расширенные от гнева глаза эльфа. — Насчет демонов тебе беспокоиться не стоит. Пылающий Легион и так охотится за каждым магом в этой армии, а Малфурион и вовсе является для них приоритетной целью после уничтожения первого портала. И стоит отметить, что одна попытка убить друида уже была.

Я выдержал небольшую паузу, давая ему время осознать сказанное.

— И, как видишь, они живы. Потому что я не позволил этому случиться. Более того, один из предводителей Легиона сложил голову в той стычке. И сил Шеалы более чем достаточно, чтобы обеспечить безопасность свою и безопасность ее спутников. Единственный, кто может представлять для нее угрозу это Архимонд, но не думаю, что эта тварь лично отправится за ними. Так что не стоит говорить мне о безопасности. Я ничего не делаю просто так.

Я обвел взглядом остальных офицеров. Никто из них не проронил ни слова.

— Мне безумно надоела ваша непроходимая тупость и гордыня, — продолжил я, вновь переводя взгляд на главнокомандующего. — Вы упрямо отказываетесь от любой помощи, кичитесь невесть чем, хотя каждый в этом шатре должен понимать: в одиночку ночным эльфам не выиграть эту войну. Нам нужны союзники. Я, конечно, сам сильно сомневаюсь, что Красу удастся выбить из драконов хоть какую-то поддержку. Эти древние ящеры слишком надменны. Но он обязан попытаться. Отрицательный результат — это тоже результат.

Сам же я при этом подумал о том, что успешность этого похода меня действительно мало волновала. Получится у Краса добиться помощи сородичей или нет, меня устроил бы любой вариант. Меня интересовали только координаты обители драконов и ничего более.

— И если ты так сильно волнуешься о том, что армия осталась без защиты парочки чародеев, — я усмехнулся, глядя на побагровевшего полководца, — то спешу тебя успокоить. Одного меня более чем достаточно. Но я и не один.

Я сделал жест в сторону Иллидана, который все так же стоял по правую руку от меня. Ученик с едва скрываемым удовлетворением наблюдал за унижением главнокомандующего. Теперь Иллидан считал Кур’талоса ниже себя. И я не мог сказать, что он был так уж далек от истины.

— Иллидан исключительно способный маг, — произнес я. — И не стоит забывать о Лунной Страже и, конечно же, о мастере Ронине.

При упоминании Лунной Стражи я бросил короткий взгляд на Латозия. Ночной эльф, уже давно обращенный мной, почтительно склонил голову, признавая мои слова. Человеческий же маг ограничился коротким кивком.

— Так что я настоятельно рекомендую тебе, Кур’талос, больше думать о предстоящих битвах и разрабатывать план сражения, — подвел я итог, теряя последние крохи интереса к этому разговору. — А магическую составляющую оставь мне.

С этими словами я щелкнул пальцами, развеивая чары безмолвия, после чего развернулся и направился к выходу из шатра. Иллидан, Ронин и Брокс незамедлительно последовали за мной. Никто не посмел остановить меня или бросить мне в спину хоть слово.

Выйдя на свежий воздух и отойдя на почтительное расстояние от шатра, я позволил себе тяжелый вздох.

— Как же меня достали эти тупые выскочки, которые считают, что они самые умные, — произнес я, направляясь в сторону своего шатра.

Ронин переглянулся с Броксом, и вместе с орком они покинули нас, отправляясь на поиски Джерода Песни Теней. Мы с Иллиданом остались одни.

Мы шли молча, пока шумные участки лагеря не остались позади. Иллидан шел чуть позади меня, явно обдумывая произошедшее на совете. Дождавшись, когда вокруг не останется лишних ушей, он поравнялся со мной.

— Шан’до, — негромко позвал эльф. — Почему вы сами не поведете армию? Почему продолжаете терпеть Гребня Ворона и его прихлебателей?

Я слегка поморщился.

— Мог бы, — спокойно согласился я. — Но я не полководец. Пусть армией руководит тот, кто умеет это делать. Если я сейчас смещу Гребня Ворона, на меня навалится слишком много проблем.

— Тогда почему бы не обратить полководца? — резонно возразил ученик. — Обратить его, как Латозия. Оставить его на его должности и просто руководить всем из тени.

Я тихо усмехнулся.

— Неплохой план, — кивнул я. — Но слишком уж большая честь для Гребня Ворона. Он не представляет для меня интереса как личность или полезный инструмент на будущее. Обращение полководца я всегда успею, поэтому оставлю это на крайний случай. Пока можно обойтись и без обращения.

Я замолчал, заметив, что мой ученик напрягся. Его взгляд метнулся куда-то в сторону. Я проследил за его глазами и увидел Тиранду. Жрица Элуны стояла неподалеку и разговаривала с какой-то совсем уж юной эльфийкой, которая смотрела на Тиранду с восхищением.

Иллидан замедлил шаг. Он явно хотел пойти к ней, но колебался. Я понимал его метания, ведь после обращения успел раскрыть ему глаза на характер его возлюбленной и на то, какой выбор она сделала. Хотя ученик упрямо отказывался верить моим словам.

Внутренняя борьба отразилась на его лице. Я посмотрел на него и грустно улыбнулся.

— Иди, — негромко произнес я.

Иллидан посмотрел на меня, словно ища подтверждения, затем решительно кивнул и быстрым шагом направился наперерез жрице, когда та осталась одна. Я же отступил в густую тень, скрывая свое присутствие, и продолжил наблюдать за происходящим.

— Тиранда…

Эльфийка повернулась к Иллидану. Усталость на ее красивом лице на мгновение сменилась удивлением.

— Иллидан? Что?..

— Я больше не могу молчать! — выпалил он, не позволяя девушке опомниться. — Я долго терпел, но больше не могу этого делать. Я знаю, какой опасности подверг себя Малфурион. И ладно бы только себя, но из-за него могла пострадать и ты. Он безрассуден. Он недостоин тебя!

Тиранда попыталась вежливо отстраниться.

— Иллидан, последние дни выдались долгими и трудными… — устало произнесла девушка. — Прошу, давай поговорим в другой раз.

— Другого раза может и не быть, — отрезал Иллидан, сделав шаг вперед. — Прошу, выслушай меня, Тиранда. Я знаю, ты заботишься о нас обоих, Тиранда, и мы, в свою очередь, испытываем к тебе то же самое. Один из нас станет твоим суженым, мы все это знаем, но если раньше я был готов отступить и не давить на тебя, то теперь не могу.

Он взял девушку за руку и крепко сжал ее.

— Я обязан защитить тебя от безумия Малфуриона! — упрямо произнес Иллидан. — Я принял его желание изучать этот «друидизм», потому что понимал: истинные желания Малфуриона совсем иные. Я, как никто другой, понимаю амбиции моего брата!

— Малфурион не…

Но он вновь не дал ей договорить.

— Путь, которому он следует, непредсказуем и опасен! — продолжил ученик. — Он должен был пойти по другому пути, вместе со мной. Путь же Малфуриона приведет его лишь к собственной гибели. А возможно, и к твоей тоже…

Иллидан шагнул вплотную, еще крепче сжимая ее руку.

— Будь моей, и я сумею защитить тебя должным образом! И, быть может, я смогу научить тебя тому, чему никогда не научит твой храм. Вдвоем мы способны стать непреодолимой силой! Просто будь моей. Мы…

— Иллидан! — вдруг резко бросила она, выдергивая свою руку из его хватки. — Приди в себя!

Ученик осекся. Он отшатнулся, выглядя так, словно его ударили ножом прямо в сердце.

— Тиранда…

— Подобными речами о своем брате ты лишь позоришь себя, Иллидан, и делаешь предположения, не имея на то никаких оснований! — выпалила жрица, и в ее тоне прорезалась сталь. — Он чуть не умер, уничтожив первый портал демонов. Малфурион сделал все, что мог, чтобы спасти наши жизни. Путь, который он избрал, очень важен! Он может стать истинным спасителем нашего народа, Иллидан!

— Не говори глупостей! — нахмурившись, выпалил Иллидан. — О каком спасении ты говоришь? Как он может спасти наш народ? Магия вот спа…

— Малфурион бы… — попыталась перебить друга жрица, но этим сделала только хуже.

— Малфурион! — воскликнул Иллидан, и лицо его исказилось. — Малфурион то, Малфурион се. Теперь я все вижу! Каким растяпой, каким дураком я выставил себя!

Он сжал кулак, и я почувствовал, что из него вот-вот вырвется плотный поток энергии, но ученик смог удержать контроль.

— Ты уже сделала выбор, Тиранда, даже если и не сказала об этом.

— Ничего я не делала! — возразила она, но в ее голосе уже не было прежней уверенности.

— Малфурион… — повторил Иллидан, стиснув зубы. — Желаю вам обоим счастья… если мы останемся живы.

С этими словами Иллидан отошел от жрицы. Выглядел он достаточно расстроенным и злым, но стоило ему отойти довольно далеко, скрывшись за деревьями, как его выражение лица вдруг резко изменилось. Он резко стал спокойным, и в глазах отразились только безразличие и презрение.

— Вы были правы, учитель, — произнес он в пустоту.

Тихий смешок сорвался с моих губ, когда я вышел из теней, направляясь к ученику.

— Ничего страшного, — произнес я. — Я прекрасно понимаю тебя. Но давай смотреть правде в глаза. Тиранда совершенно тебе не подходит. Вокруг еще полно других вариантов, а Тиранду оставь брату. Им будет очень комфортно вместе страдать ради ложных идеалов, если, конечно, твой брат вдруг не поумнеет.

«Всё-таки зерно Тьмы уже должно было дать корни в душе юного друида», — закончил я уже про себя.

Иллидан слегка передернул плечами, после чего собрался и пристально посмотрел на меня.

— Нужно продолжить мое обучение, — твердо сказал он, переводя тему.

Я довольно усмехнулся и пошел к своему шатру. Ученик послушно следовал за мной. На ходу я слегка ткнул его локтем в бок.

— Знаешь, — заговорщицки произнес я, слегка наклонившись к Иллидану, — я могу познакомить тебя с одной интересной эльфийкой, которая сейчас правит Сурамаром. Ну или есть еще несколько вариантов, которые очень подошли бы тебе, хотя их еще нужно было бы склонить на свою сторону.

Иллидан недовольно поморщился.

— Я сам разберусь со своей личной жизнью, шан’до, — проворчал он, стараясь казаться строгим.

— Конечно-конечно, — показательно согласился я, не скрывая улыбки. — Только боюсь, что самостоятельно у тебя и за десять тысяч лет не появится ни одной девушки.

Глава 38. Погоня

***

Интерлюдия. Крас, ака Кориалстраз, пере-недо-дракон, летящий на метле.

«Это унизительно», — подумал я, в очередной раз поморщившись от осознания абсурдности ситуации.

Рожденный для неба дракон летит на какой-то… метле. Где это вообще видано, чтобы такое происходило? И все же, несмотря на абсурдность происходящего, где-то в глубине души я наслаждался полетом. Подставляя лицо ветру, я отдавал всего себя ощущениям, которые были мне недоступны из-за нынешнего положения.

Пролетевший рядом со мной Малфурион, который все еще не до конца разобрался с управлением этого… артефакта, отвлек меня от моих ощущений, возвращая тем самым в реальность. А она была такова, что мы все еще были в пути к обители, и это заставляло меня нервничать и спешить изо всех сил.

Хотя стоило все же признать, что эти метлы летели на удивление быстро. Гораздо быстрее многих летающих тварей и уж тем более быстрее какого-нибудь гиппогрифа, которого мы могли получить от Кенария.

В который раз я был вынужден восхититься и удивиться изощренности ума такого чародея, как Аварис. Кто бы, кроме него, мог вообще додуматься зачаровать метлу для полета? Мне были неизвестны такие личности ни в этом времени, ни в будущем. До недавнего времени я даже и подумать не мог о том, чтобы из обычной метлы сделать подобный артефакт. И тем удивительнее, ведь такой артефакт не мог просто пропасть в веках.

Это навевало мрачные мысли. Как я успел понять характер Авариса, он создал эти метлы просто походя и забавы ради. Наверняка просто решил осуществить какой-то безумный эксперимент, в результате которого и появились эти средства передвижения. И хоть мои воспоминания о будущем довольно обрывочны, но я не помню, чтобы в будущем было нечто подобное или хотя бы записи об этом. А это уже могло означать только одно — метлы для полета так и не увидели свет. Либо Аварис решил так и не показывать их никому, либо сам их создатель так и не пережил первое вторжение Пылающего Легиона.

Я встряхнул головой, отгоняя лишние мысли, что, похоже, не укрылось от внимания ученицы Авариса.

— Все нормально? — послышался обеспокоенный голос юной эльфийки, которая подлетела ко мне и задала вопрос, перекрикивая шум ветра.

— Более чем, — ответил я, надеясь, что девушка меня услышит, — просто дурные мысли.

К счастью, девушка тут же кивнула в ответ, показывая тем самым, что прекрасно меня услышала. И все же отлетать от меня не стала, решив остаться поближе.

Мы продолжили путь в тишине, которую нарушал только ветер в ушах и периодически раздающаяся ругань друида, который в очередной раз чуть было не потерял управление над метлой. Последнее вызывало презрительную усмешку у чародейки, которая и объясняла нам, как управлять этими артефактами. Сама же девушка не испытывала никаких затруднений с полетом на метле, что явно указывало на тот факт, что для нее это далеко не первый полет.

Хмыкнув, я отвлекся от своих спутников и осмотрелся. Горная гряда была мне хорошо знакома, а значит, мы уже подлетали к обители.

«Я уже близко, моя Алекстраза», — подумал я, и в моем сознании пронесся облик моей возлюбленной и королевы. — «Осталось совсем немного».

Однако я был вынужден отвлечься от собственных мыслей, когда вдали, на пути нашего следования, мной вдруг были замечены две точки. Сначала я принял их за птиц, которые летели нам навстречу, но чем больше проходило времени, тем отчетливее я понимал, что это не птицы.

Драконы. Черные драконы.

— К южному краю горной цепи! — тут же отдал я приказ, стоило мне только осознать, кого я увидел. — Быстрее!

К счастью, никто из моих спутников не стал со мной спорить, и мы практически одновременно свернули в сторону. И мне оставалось только надеяться, чтобы драконы не последовали за нами. Конечно, может, это было просто совпадением, что два черных дракона пролетали именно здесь, но я не верил в подобные совпадения. Слишком уж хорошо я был знаком с растущей паранойей Нелтариона. Куда вероятнее, что Хранитель Земли послал этих двух стражей следить за появлением в царстве драконов любых незваных гостей.

Мы продолжали стремительно снижаться к горам, и, только оказавшись у них, я смог позволить себе немного расслабиться. И, как оказалось, сделал я это слишком рано.

Когда уже казалось, что нам удалось избежать внимания стражей, один из гигантов вдруг посмотрел прямо на нас. Черный дракон взревел, чем привлек внимание своего товарища, который также уставился на нас.

В следующее мгновение они практически синхронно заложили крен и устремились за нами. Рядом послышалась ругань Шеалы, которая очень ярко выражалась на языке, который, на удивление, был мне незнаком. Как же я тогда понял, что это была именно ругань? А что еще это могло быть в подобной ситуации?

— Что нам делать? — прокричал Малфурион, летевший рядом и старавшийся удержаться на метле.

— Лететь как можно ниже! — тут же ответил я, хотя у меня и были сомнения в безопасности подобного плана, ведь юный друид не очень хорошо управлялся с метлой. — Нам удастся протискиваться между скал куда лучше, чем драконам! Им придется следовать за нами, иначе драконы рискуют потерять нас из поля зрения, а они не захотят огорчать своего господина!

В этот миг более крупный дракон, а значит, старший из них, начал обгонять своего собрата. Он вновь взревел, и из его пасти вырвалось то, что на первый взгляд могло показаться пламенем, но это было не оно. Черные драконы вместо огня исторгают магму. Сгусток этой самой магмы пролетел всего в какой-то паре метров от нас, обдав всех жаром.

Прежде чем дракон успел исторгнуть еще один залп, мы успели уйти еще ниже, скрываясь в горной цепи. Нашим преследователям пришлось уйти в сторону, чтобы избежать столкновения с каменными пиками.

Я нахмурился. Мне было прекрасно известно, что у нас вряд ли получится оторваться от преследователей таким образом, ведь мои сородичи слишком уж хорошо умели лавировать между гор. Наш единственный шанс был только в том, чтобы затеряться и, возможно, заставить драконов разделиться. Но для этого разделиться пришлось бы и нам.

И все же другого выхода у нас не было. Впереди у нас на пути было узкое ущелье, которое как нельзя кстати подходило для того, чтобы разделиться. На подлете к ущелью я уже хотел было озвучить свой план, как юная эльфийка вдруг одним жестом приказала мне молчать.

После девушка слегка замедлила свой ход, чтобы остаться позади нас. Я оглянулся, чтобы увидеть, как она вдруг отпустила руки и свесилась вниз головой на продолжающей свой полет метле, удерживаясь на ней одними ногами. Даже при всей моей выдержке зрелище было достаточно безумным, чтобы на мгновение я забыл о погоне. Дальше девушка начала делать пасы руками, а я почувствовал магический всплеск.

В этот самый миг мы пролетели через ущелье. Крупный дракон притормозил, чтобы взмыть вверх и обойти препятствие. Молодой и менее крупный его собрат, напротив, решил, что сможет пролететь через ущелье, не замедлив своего хода. Самоуверенность присущая молодым, от чего они становились особенно предсказуемыми.

И стоит отметить, что у дракона получилось бы пролететь через ущелье, если бы ученица Авариса вдруг не свела вместе руки, которые все это время держала разведенными в разные стороны. В тот же миг раздался ужасный грохот, от которого, казалось, содрогнулся сам воздух, и ущелье, через которое в этот момент летел дракон, начало стремительно разрушаться. Камень пошел трещинами и сверху, прямо на преследующего нас монстра, хлынули целые пласты породы.

Дракон попытался уворачиваться от падающих на него камней, но когда понял, что их слишком много, решил взмыть вверх, чтобы выбраться из ловушки. Но особенно крупный кусок скалы, все же попавший по дракону, не дал ему это сделать. Черного дракона повело в сторону, от чего в него попало еще несколько осколков скалы. Один из них очень удачно угодил ему по крылу, повреждая его и заставляя дракона взреветь от боли и рухнуть вниз, чтобы быть погребенным под тоннами камней, которые продолжали падать на него сверху. Даже сквозь гул обвала я услышал хруст ломающихся костей и отчаянный, яростный рев, быстро захлебнувшийся под тоннами камней.

— Один готов, — донесся до меня голос Шеалы, которая вновь забралась на метлу и поравнялась с нами.

— Со вторым не будет так же просто, — предупредил я девушку, продолжая лететь на полной скорости, ведь старший из драконов вновь начал нас нагонять.

И нагонял он нас куда быстрее прежнего, ведь он был в ярости после смерти собрата.

— Ошибаешься, — вдруг оскалившись, сказала чародейка, уходя в сторону. — За мной!

Мне и Малфуриону оставалось только подчиниться и понадеяться на план девушки. Она, в свою очередь, указала на одну из горных вершин.

— Как достигнем этой горы, уходите в стороны и резко тормозите, — приказала девушка, после чего вновь замедлила свой ход, опасно приблизившись к дракону.

Продолжая лететь к указанной горе, я то и дело бросал взгляды назад, с беспокойством наблюдая за действиями девушки. Она же, в свою очередь, то и дело маячила в опасной близости от дракона, периодически посылая молнии прямо в морду дракона. Яркие вспышки разрезали воздух, на миг освещая морду чудовища. Сами молнии практически не наносили ущерба и только больше злили черного дракона, от чего тот все ускорял свой ход, желая добраться до чародейки.

Когда мне уже начало казаться, что вот-вот и черный дракон достигнет своей цели, мы наконец добрались до нужной горы. Помня о словах Шеалы, мы с друидом, не сговариваясь, рванули в разные стороны, пропуская вперед девушку и дракона, который продолжал ее преследовать.

Мы с Малфурионом резко затормозили. Метла подо мной дернулась, когда я заставил ее замереть на месте, а сердце в груди бешено колотилось. Только после полной остановки я позволил себе взглянуть на происходящее.

Ученица Авариса продолжала лететь прямо в гору, как вдруг потянула на себя древко метлы и взмыла ввысь, пролетая в опасной близости от скал. Дракон же, показывая чудеса ловкости, так же рванул вверх, избегая столкновения с горой и продолжая преследование. Его когти едва не чиркнули по камню, выбив облако крошки, но он все же сумел взять выше.

Я заметил, как девушка обернулась, и на ее губах появилась мимолетная усмешка. Значит, все шло по ее плану.

Молодая эльфийка продолжала свой полет, уходя все выше и выше. Однако постепенно она начала замедляться, отчего расстояние между ней и драконом стало стремительно сокращаться. В какой-то момент, когда они уже взлетели на несколько сотен метров вверх над пиком горы, я заметил, что девушка вдруг зависла в воздухе, полностью остановившись. Это заметил и черный дракон, отчего издал торжествующий рев и, ускорившись еще больше, сократил расстояние и раскрыл пасть, собираясь сожрать чародейку.

Но не успел я начать беспокоиться, как девушка вдруг перевернулась в воздухе на метле и на полной скорости рванула вниз, избегая острых зубов дракона. Ее преследователю пришлось изворачиваться в полете, чтобы поспеть за эльфийкой. И стоило только дракону развернуться, как он сложил крылья и буквально камнем полетел вниз, вновь нагоняя чародейку.

Она же, в свою очередь, не оглядываясь летела прямо на острый пик горы и, похоже, даже не собиралась сворачивать. Потому что, когда оставалось меньше нескольких десятков метров, она продолжала лететь вниз. И только когда до столкновения с горой оставались считанные секунды, девушка вдруг обернулась в сторону дракона и отправила заклинание, похожее на рой искр, которые угодили в глаза преследователя. Яркая россыпь света разбилась о морду чудовища. Сама же Шеала вдруг исчезла прямо перед столкновением с горой, и вниз рухнула только метла.

Ослепленный дракон слишком поздно увидел, как близко подобрался к горе, и не успел вовремя затормозить, рухнув прямо на острый пик. Раздался оглушительный рев, полный боли и ярости. Даже скала под ударом дрогнула, а по склонам горы посыпались камни. И все же, несмотря на падение, черный дракон все еще был жив, хоть и не был в состоянии подняться. Он дернулся, пытаясь расправить поврежденные крылья, заскреб когтями по камню, но лишь оставил на нем глубокие борозды.

Я медленно выдохнул, понимая, что мы избавились от преследования, и оставалось только добить раненого противника, чтобы он не успел предупредить своего господина, как над ним вдруг появилась фигура, объятая черным дымом. В этой фигуре я узнал Шеалу. Девушка вдруг подняла руки к небу, на котором начали стремительно сгущаться тучи. Они собрались неестественно быстро. Будто кто-то одним движением стянул их со всего горизонта именно сюда.

В следующий миг с неба прямо на распластавшегося по горе черного дракона обрушился целый шквал молний.

Разряды один за другим били в черную чешую, раскалывая воздух таким треском, что даже ветер на миг словно отступил перед этим буйством. Дракон дернулся всем телом, выгнулся, вновь взревел, но этот рев утонул в грохоте вызванном буйством стихии. Молнии били снова и снова, не оставляя ему ни шанса, пока наконец громадное тело не обмякло, а по скале не побежали тонкие струйки расплавленного камня.

Смотря на это буйство и на то, как легко ученица Авариса расправилась с двумя черными драконами, я внезапно осознал, что, пожалуй, даже хорошо, что такие монстры, как они, не дожили до известных мне времен.

Глава 39. Песнь Теней

***

Аварис.

У меня уже начинало входить в привычку скрываться в тенях и следить за происходящим.

«Я таким образом скоро стану не великим магом, а каким-то вуайеристом», — невесело подумал я, но в конце концов все же фыркнул и продолжил наблюдение.

Посмотреть же действительно было на что. Иллидан сейчас шел в сторону леса, старательно изображая из себя обиженного на весь мир молодого эльфа. Иными словами, он старался вести себя как прежде и сейчас так фонтанировал негодованием на тему того, что Тиранда фактически отвергла его, предпочтя моему ученику юного друида и по совместительству близнеца Иллидана.

Конечно, истинные мысли Иллидана были далеки от неразделенной любви к жрице Элуны. В действительности ученик был крайне раздражен, что ему приходится отыгрывать эту пантомиму перед неизвестно кем. Впрочем, у этого представления действительно были наблюдатели, а точнее, всего один наблюдатель, ради которого все это было задумано.

Незадолго до этого маленького представления я почувствовал чужое внимание, а также всплеск магии, который не был свойственен ночным эльфам. Но и на демонов это было слабо похоже, хотя нечто схожее все же было. Вот только я так и не смог определить расположение этого постороннего, но зато вместо этого ко мне пришел Иллидан и поведал интересную историю о том, что он почувствовал, словно кто-то пытается нашептывать ему несвойственные ему мысли. Правда, подобные «мысли» он слышал, только когда оставался один.

Все вставало на свои места, и тогда был придуман этот незамысловатый план.

Сейчас Иллидан старательно вел монолог с самим собой, в то время как посторонний нашептывал ему крамольные мыслишки, что если убрать конкурента, то Тиранда тут бросится ему на шею, ища утешения. Идиотизм чистой воды, как по мне. Я даже предположить не мог, кто бы купился на такой бред. Хотя, пожалуй, если бы мы с Иллиданом не встретились и его характер остался бы прежним, то он вполне мог купиться на подобный бред.

Иллидан продолжал распинаться еще минут десять, и я должен был признать, что актерские способности у него оказались на высоте. Он с таким надрывом вещал о своем разбитом сердце, о глупости брата и о несправедливости мироздания, что, не знай я правды, сам бы поверил в эту душещипательную драму.

Взмахи руками, сжатые кулаки, гневный шепот, сменяющийся тяжелыми вздохами. Ученик выдавал весь спектр эмоций обиженного и отвергнутого влюбленного.

Наконец, видимо, решив, что для первого раза произвел достаточное впечатление, Иллидан напоследок пнул попавшийся под ногу корень, глухо выругался и, резко развернувшись, зашагал прочь от этого места, направляясь обратно в лагерь.

Я же остался на месте, укутавшись в покров Тьмы, и замер, вглядываясь в густые тени под раскидистыми ветвями древних деревьев.

Ждать пришлось недолго. Буквально через минуту после ухода Иллидана пространство в тени старого дуба слегка исказилось, и из невидимости шагнула фигура, которая некогда была ночным эльфом.

В этой фигуре я узнал сатира. Бывший ночной эльф, искаженный скверной и слепленный Саргерасом в абсолютно иное, извращенное существо. Только на лице еще угадывались черты, характерные эльфам. И сейчас на этом лице играла отвратительная, самодовольная ухмылка.

Вот только это был не обычный сатир, коих теперь на службе Пылающего Легиона должно быть немало. Эту тварь можно было назвать первым сатиром. Я без труда узнал в этом мерзком создании бывшего советника королевы Азшары — Ксавия. Тот, кто первым, помимо самой королевы, заварил всю эту кашу с порталом и поддался воле Саргераса. И теперь бывший советник королевы, после своей гибели во время взрыва первого портала, вернулся в новом, весьма специфическом обличье.

Я едва сдержал тихий смешок, наблюдая за этим напыщенным индюком с копытами. Насколько же он был ослеплен своей гордыней. Ксавий искренне верил, что это он дергает за ниточки, хотя на деле сам оказался марионеткой в этом небольшом спектакле.

Предвкушающе улыбнувшись, я решил пока не ловить сатира. Пусть этот козлик пока побегает. Пусть думает, что его план работает. Он еще мог оказаться полезным. Вместо того чтобы испепелить сатира на месте, я аккуратно, стараясь не вызывать возмущений в магическом фоне, сплел тончайшую нить заклинания. Едва заметный, призрачный маячок сорвался с моих пальцев и, проскользнув сквозь тени, надежно закрепился на ауре Ксавия. Теперь этот рогатый любитель нашептывать на ушко всякие «пошлости» никуда от меня не денется.

Убедившись, что следящее заклинание работает стабильно, я шагнул через Тьму и вынырнул из теней в нескольких десятках метров впереди по тропе, по которой сейчас шел Иллидан.

Ученик, поглощенный своими мыслями, чуть не врезался в меня, когда я внезапно материализовался прямо перед ним.

— Долго мне еще придется изображать из себя клоуна? — с ходу поинтересовался Иллидан, отбрасывая в сторону маску обиженного юноши.

Его лицо вновь приобрело то самое холодное и собранное выражение, которое появилось после того, как я его обратил.

— Терпеть осталось недолго, — спокойно ответил я, слегка похлопав его по плечу. — Ты отлично справился, ученик. Даже я чуть было не поверил в твое «великое горе». Никогда не думал стать артистом?

— Кто это был? — Иллидан пропустил мою подначку мимо ушей, сразу переходя к делу. — Этот шепот в голове… Он стал громче, стоило мне только начать говорить о Тиранде и Малфурионе.

— О, это был старый знакомый Малфуриона, — усмехнувшись, ответил я. — Твой братец успел очень близко с ним пообщаться, когда уничтожал первый портал. Это был Ксавий, советник королевы Азшары. Ну или бывший советник, ведь теперь у него уж точно другой господин, который и даровал ему новое обличье. Стоит заметить, весьма экстравагантное обличье. С копытами, рогами и хвостом. Саргерас наградил его новым телом после того, как твой братец прервал его прошлую жизнь.

Иллидан удивленно вскинул брови, но быстро взял себя в руки.

— Значит, это он пытался играть на моих чувствах, — задумчиво произнес ученик, и в его глазах промелькнуло презрение. — Пытался заставить меня возненавидеть Малфуриона еще больше. Убеждал, что, если брата не станет, Тиранда тут же прибежит ко мне.

— А что еще ожидать от сатира? — произнес я, пожимая плечами. — Довольно примитивная тактика, но для прежнего тебя она могла бы сработать. Ксавий считает себя великим интриганом.

— И что мы будем с ним делать? — спросил Иллидан, сжимая кулаки, явно желая поскорее открутить сатиру голову.

— Пока ничего, — тут же ответил я, отрицательно покачав головой. — Я повесил на него маячок. Пусть живет и дальше считает, что успешно развращает твой разум. Мне интересно, что еще этот рогатый дурак попытается тебе нашептать. Возможно, он выведет нас на что-то более интересное. Или же просто станет отличной приманкой, когда придет время. Ну а если будет мешать, его всегда можно устранить.

Я сделал паузу, окинув взглядом лес, после чего вновь посмотрел на ученика.

— В любом случае займемся этой проблемой позже. Сейчас у нас есть дела поважнее. Нам нужно собраться.

— Что-то произошло? — Иллидан моментально подобрался.

— Гребень Ворона захотел отвести войска к Сурамару, — произнес я с легкой долей сарказма, направляясь в сторону лагеря. Иллидан привычно пристроился по правую руку от меня. — По его задумке, беженцы должны укрыться за крепкими стенами, а наши доблестные воины встретят орды демонов под стенами города, в открытом поле.

— Какой-то идиотизм, — нахмурился ученик. — Зачем нам отступать к городу? Не лучше ли отвоевать больше наших земель и укрепиться на них? Беженцев же можно направить в город и с частью воинов.

— Беженцев можно отправить и через портал, — усмехнувшись, сказал я. — Вот только Кур’талос об этом не знает и даже не пытается узнать. Я же помогать ему в этом не собираюсь. К тому же его план все равно провалится. Еще во время первого крупного столкновения с Пылающим Легионом я уже отдал приказ скрыть Сурамар под непроницаемым барьером. И этот барьер не просто защитит Сурамар, он полностью скроет город от глаз Легиона и кого бы то ни было.

— А как же наша армия? — немного удивленно спросил Иллидан.

— А армия, когда подойдет к Сурамару, обнаружит лишь пустую землю или непреодолимую преграду, — пожал я плечами. — И тогда нам останется только идти вперед. Нужно будет только уговорить Кур’талоса, чтобы он все же оставил беженцев там, где должен быть Сурамар. Когда армия уйдет достаточно далеко, я прикажу, чтобы беженцев впустили в город. Мне не помешают лишние живые ресурсы.

Мы вышли из леса и уже шли по лагерю. Ночные эльфы суетились, точили оружие, перетаскивали припасы. Шла рутинная подготовка к неминуемому столкновению. Мы с Иллиданом шли не спеша, направляясь к моему шатру, стоявшему на небольшом возвышении, чуть в стороне от основной массы палаток.

Однако, подойдя к шатру, я с удивлением отметил, что нас ждут.

У входа стояли две жрицы Элуны. Одна из них, закованная в изящные, но прочные серебристые доспехи, держалась подчеркнуто ровно, а ее лицо скрывал шлем, оставляющий открытыми лишь губы, сжатые сейчас в тонкую линию.

Рядом с ней переминалась с ноги на ногу совсем юная эльфийка. Она не носила доспехов, лишь простые одежды послушницы, и выглядела полной противоположностью своей строгой спутницы. Глаза послушницы горели живым любопытством, она то и дело оглядывалась по сторонам, явно находясь под впечатлением от военного лагеря.

Едва мы с Иллиданом приблизились, как старшая из жриц сделала шаг вперед, преграждая нам путь. И, судя по ее поведению, девушка была сильно возмущена. Вопрос только, чем именно мы ей не угодили.

— Мастер Аварис, — процедила девушка, даже не удосужившись начать с приветствия. — Мне нужно знать, для чего вы искали Джерода.

Я остановился в паре шагов от нее, смерив жрицу снисходительным взглядом.

— А вы, собственно, кто? — спросил я, приподняв одну бровь. — И какое вам дело до того, зачем я искал Джерода? Хотя и тут я бы сказал, что его искал не я, а мастер Ронин и Брокс. Полагаю, ответы вы могли получить у них.

— Не уходите от ответа! — резко бросила Майев. Ее руки инстинктивно сжались в кулаки. — Я знаю, что они действуют по вашей указке. Для чего им понадобился Джерод?

— Вы все еще не ответили на мой первый вопрос, старшая жрица, — спокойно проговорил я, не спеша давать какие-либо пояснения.

— Я сестра Джерода! — выпалила девушка.

И тут я удивленно вскинул брови. В голове тут же начала складываться картина происходящего. Полное имя нашего доблестного капитана стражи — Джерод Песнь Теней. И единственную эльфийку, которая также откликалась на Песнь Теней, звали Майев.

Стоило мне только это осознать, как я совсем иначе взглянул на жрицу передо мной и вспомнил все, что знал об этой эльфийке. Характер у Майев был сложным, колючим и совершенно бескомпромиссным. Она привыкла видеть мир в черно-белых тонах и терпеть не могла, когда что-то шло не по правилам или в обход ее контроля. Несостоявшаяся настоятельница, или как у жриц Элуны называлась их глава, и в будущем та, кто должна была стать извечной тюремщицей Иллидана. Я едва сдержался, чтобы не фыркнуть от иронии ситуации.

— А теперь ответьте, для чего вам понадобился наш брат?! — вновь спросила Майев.

«Наш?» — мысленно зацепился я за оговорку, после чего перевел взгляд на послушницу, которая стояла рядом с Майев.

Молодая эльфийка активно кивала в такт словам старшей жрицы, но при этом ее нельзя было назвать чем-то недовольной. Скорее, ей было любопытно, для чего мне понадобился Джерод. Я же тем временем, внимательно рассматривая послушницу, отмечал некоторое фамильное сходство между ней и капитаном стражи Сурамара. Похоже, что это была еще одна сестра Джерода, вот только о ней я не знал совершенно ничего.

Придя к определенным выводам, я наконец-то вновь обратил свое внимание на Майев, которая все еще ждала ответа. Невольно я вздохнул, всем своим видом показывая, насколько меня утомляют подобные допросы. И все же скрывать свои планы относительно Джерода я не собирался, тем более что от этого все равно не было бы никакого толка.

— Ваш брат, жрица, обладает талантами, которые в данный момент гораздо нужнее за пределами этого лагеря, — спокойно ответил я. — Поэтому он отправился к тауренам и дворфам. В качестве посла. Для переговоров. Нам нужны союзники в этой войне, а Джерод один из немногих эльфов, кто не страдает от излишней спеси и способен найти общий язык с другими расами.

Лицо Майев, насколько можно было судить по открытой части, перекосило от гнева.

— Вы отправили его… к этим дикарям?! — возмутилась она. Ее голос сорвался на шипение. — Одного?! Это безумие! Вы не имели права распоряжаться его жизнью! Он…

Она уже набрала в грудь воздуха, чтобы продолжить свою гневную тираду, как вдруг в разговор неожиданно влезла ее спутница.

— К тауренам и дворфам? — глаза юной послушницы вспыхнули неподдельным восторгом, и она сделала шаг вперед, едва ли не отталкивая сестру. — Как же это здорово! Это, наверное, так интересно увидеть другие народы! А…, а можно мне тоже с ними отправиться?!

Повисло неловкое молчание.

Я с легким удивлением уставился на мелкую эльфийку, которая, казалось, вообще не понимала, что только что ляпнула. Иллидан рядом со мной издал тихий, сдавленный звук, подозрительно похожий на смешок, но быстро подавил его. Майев же просто застыла, неверяще глядя на сестру, словно у той внезапно выросла вторая голова.

Тишину нарушили мы с Майев, заговорив практически одновременно.

— А почему бы и нет? — пожал я плечами, решив, что ситуация становится забавной. — Тебе надо только найти либо Джерода, либо мастера Ронина. Они все организуют. К слову, они отправятся вместе, так что ваш брат в любом случае не будет один.

— Нет! Ты никуда не отправишься! — в ту же секунду рявкнула Майев, хватая сестру за плечо. — Я запрещаю тебе! И как твоя сестра, и как старшая жрица Элуны! Ты останешься в лагере и продолжишь свое служение как жрица!

Но если Майев ожидала покорности, то она жестоко ошиблась. Младшая сестра вдруг взбунтовалась. Она резко выдернула свое плечо из хватки сестры и, вскинув подбородок, гневно уставилась на старшую жрицу.

— Ты вечно мне все запрещаешь! — звонко закричала девушка, не стесняясь присутствия посторонних. — Туда не ходи, это не делай! Не пропускай обряды! Не забывай молитвы! Я устала от этого, сестра! Плевать я хотела на служение Элуне! Я вообще никогда не хотела быть жрицей! Это ты меня заставила! Я хочу увидеть мир, а не торчать всю жизнь в храме, слушая твои нравоучения!

Назревал грандиозный семейный скандал. Майев уже собиралась разразиться очередной тирадой, которая, по ее мнению, должна была подействовать на младшую сестру. А может, она и вовсе хотела перейти к рукоприкладству, кто ее знает, но старшая жрица едва сдерживала свой гнев. Но и ее младшая сестра явно не собиралась сдаваться просто так и уже приготовилась дать достойный отпор.

— Прошу прощения, я вам не мешаю? — скрестив руки на груди, негромко произнес я, вклиниваясь в их ругань.

Обе сестры замерли и синхронно повернулись ко мне.

— Разбирайтесь со своими семейными проблемами где-нибудь в другом месте, — я махнул рукой в сторону, отпуская их. — У меня еще полно дел, помимо вас.

Не дожидаясь ответа, я развернулся, откинул полог шатра и шагнул внутрь. Иллидан, бросив на застывших жриц короткий, нечитаемый взгляд, незамедлительно последовал за мной.

Внутри шатра было тихо. Развалившись в удобном кресле, я посмотрел на ученика, который остановился у стола, на котором лежало несколько свитков с записями, и выглядел он весьма задумчивым.

— Чего притих? — с ехидной улыбкой поинтересовался я, разглядывая его. — Неужели приглянулась старшая жрица?

Иллидан непонимающе моргнул, вырванный из своих мыслей.

— О чем вы, шан’до? — нахмурился он.

— О Майев Песни Теней, конечно же, — я шире улыбнулся. — Ты был как-то необычайно молчалив в ее присутствии. Тебе ведь нравятся жрицы со сложным характером. Правда, одна тебя уже отвергла, но почему бы не попытать счастья на другой? Что думаешь? Она девушка строгая, явно любит дисциплину… тебе точно не будет с ней скучно.

В ответ на мои слова Иллидан лишь тяжело вздохнул и устало закатил глаза, всем своим видом показывая, что он думает о моей заботе о его личной жизни.